Лорд Системы 25

Глава 1

— Левый двигатель — всё! Капут! — выкрикнул Дринкетс, сжав руль до тихого хруста костяшек.

— Но-но, мой мальчик! — рассмеялся Командор, проигнорировав жалобный писк датчиков. — У нас остался ещё правый! А это не много не мало, а целая половина!

— Самолёты падают и при меньших неполадках! — Дринкетс не разделял оптимизма первого пилота. — А тут целый двигатель!

В этот самый момент где-то слева раздался чудовищный скрежет металла. Кажется, отвалился кусок обшивки. Который уже по счёту?

А кто знает! Надо было начать считать полчаса назад!

— Ты беспокоишься о мелочах, — не повёл и бровью Командор и пригладил свои густые седые усищи. Ух, как он гордился этой красотой! Как-никак, а усы у него были на зависть всем гусарам! Правда, окружающие его любви почему-то не разделяли и всё время подшучивали над ним.

Но ничего! Он не обижался!

В этот самый момент в кабину пилотов неуклюже пролез Морзе, их радист. Перемазанный в моторной смазке, с рыжими клочками волос на голове и с обгорелым лицом. Да, видок у их товарища был не самый опрятный. И это мягко сказано!

— Командор, вам звонок из дома, — произнес радист.

— Кто там? — встрепенулся первый пилот.

— Ваша жена хотела поинтересоваться какой наряд ей следует надеть на ваши похороны, — с каменным лицом произнёс Морзе.

Командор расхохотался незатейливой шутке, а Дринкетс захотел хлопнуть себя по лбу. Да только не мог — руки-то заняты штурвалом!

— Прекрасная шутка! — саркастично воскликнул второй пилот. — Давно придумал?

— Только что! — расплылся в улыбке Морзе.

— Оно и видно! — прорычал Дринкетс.

— Чего вообще пришёл, Морзе? — отсмеявшись, поинтересовался Командор. — Неужели больше нет работы сзади? Филоните, господа хорошие?

— Никак нет, Командор, — покачал головой радист. — Связи больше нет. Даже в помине. Теперь мы сами по себе.

— А когда было иначе? — хохотнул Командор. — Идите, Морзе. Не отвлекайте моего второго пилота. А то у него, вон, глаз уже дёргаться начал!

— Эх, аспиринчику бы вам пропить, второй пилот, — покачал головой Морзе. — Нервы до добра никогда не доведут.

Дринкетс едва не взвыл от бессилия. И угораздило же его оказаться на борту вместе с этими клоунами! Кого не возьми, а стреляет анекдотами, как из пулемёта! Такой бы талант да в правильное русло!

И как он ещё не лишился рассудка в этом бардаке? Впрочем, скорее он умрёт от скорой встречи с землёй, чем от стыда.

Чёрт… И когда он сам успел заразиться этим недугом?

А ведь так всё хорошо начиналось. Их эскадрилья бомбардировщиков вылетела, как и десятки раз до этого, непосредственно перед самым рассветом.

До Фронтира они долетели за каких-то пару часов. Преодолели линию столкновения, обошли патрули неприятеля, а затем так же привычно сбросили свой груз на головы противников.

Бомбардир отчитался о попадании. Своё задание они выполнили и уже были готовы возвращаться за пределы Фронтира, как вдруг на их эскадрилью обрушилось что-то неведмое. Один бомбардировщик падал на землю за другим. Кого-то разрывало прямо в воздухе, а кому-то приходилось идти на вынужденную посадку.

Видать, они повредили что-то очень важное, раз враг так на них озлобился!

Каждый из экипажа осознавал, что миссия это была своего рода самоубийством. Но они всё равно были готовы исполнить свой долг. Потому что если они останутся в стороне, то Зло уничтожит всё, чем они дорожили.

Всё, во что они верили, чёрт возьми!

Земля под ними содрогалась, словно живой организм. Она извергала кислотные снаряды в таком количестве, что те практически накрыли собой весь небосвод.

Бомбардировщикам не оставалось ничего, кроме как разделиться и попытаться отвлечь на себя противника. Хоть кто-то, но должен был спастись из этого ада!

Командор предложил лететь на юг. Туда, где их уж точно не ждут. И ведь его план сработал! Спустя несколько часов пальба кислотой стала совсем редкой, а затем и вовсе прекратилась. Похоже, их воздушное судно покинуло пределы Фронтира.

Это была хорошая новость. Жаль, что она была единственной.

Топлива на обратный путь им теперь не хватит. Это ясно, как день божий. Садиться же где-то в пределах Фронтира было равнозначно мучительной смерти. Там Зло держится крепче всего.

Если уж и лететь куда-то, то дальше на юг. Как можно дальше от их неприятеля. Быть может, где-то здесь они смогут совершить аварийную посадку и даже найти помощь. Не исключено, что далеко на юге им встретится доселе неизвестная фракция! Не могло же Зло поглотить весь Сервер! Не могло, и всё тут! Ведь если это окажется правдой, то их война с самого начала была обречена на поражение.

Дринкетс тряхнул головой, пытаясь прогнать эти нерадостные мысли. Нет, всё будет хорошо! Они ещё не погибли! Ещё не упали! Они ещё живее всех живых!

Правда, тот факт, что они уже оказались практически над кронами деревьев, совершенно не радовал. Ещё полчаса, максимум час, и им придётся предпринять аварийную посадку.

— Эй, Дринкетс, тебе не кажется, что уж больно много тут пожирателей? — удивлённо воскликнул Командор.

Второй пилот посмотрел вниз. Туда, где среди лесов, болот, рек и равнин мелькали шарики плоти. Даже на первый взгляд он насчитал не один десяток. Странно.

— Зачем им тут столько? — вслух задал вопрос Дринкетс. — Это же глубокий тыл. Не Фронтир. Тут нет нужды в таком количестве пожирателей.

— А может есть! — фыркнул Командор. — Чуяла моя задница — сюда нам надо!

— Из одного пекла в другое? — прошипел Дринкетс. — Вот уж угодил, так угодил!

— Но-но, Дринкетс, побольше веры в своего первого пилота! Мы ещё не приземлились!

В этот самый момент в небо вновь устремились кислотные снаряды. Пожиратели их заметили и, что закономерно, открыли пальбу. Как и всегда. Только в этот раз уж больно отчаянно они палили. Чуяли, что могут упустить? Дал бы кто ответ!

— Может, выпустим шасси на всякий случай? — спросил Дринкетс.

— Если что и нужно выпускать, так это коньки! Будет хоть что отбрасывать потом! — заявил Командор и глухо рассмеялся.

«О Великая Система, знал бы наперёд, пошёл бы в чёртову пехоту», — мысленно воскликнул в сердцах второй пилот.

Неожиданно, бомбардировщик знатно тряхнуло. Дринкетс прилип к показателям и тихо выругался. Достали-таки, сволочи!

— Всё! Хана и второму движку! — отчитался он.

— Сколько времени у нас осталось? — осведомился Командор.

— Минут пять. Может, семь. Не больше, — поморщился второй пилот. — Мы же не фанерный планер, а громадная железная дура.

Командор довольно мотнул головой.

— Тогда ещё поживем. Как-никак на Земле сына родил, дом построил. А дерево так и не вырастил! Значит, рано ещё умирать!

«И как, чёрт побери, не выращенное дерево должно спасти нас?» — Дринкетс готов был рвать и метать, но смолчал. Всё его внимание было сосредоточено на приближающейся земле.

Посадка будет не из приятных. И это мягко сказано!

***

— Объект идёт на снижение, — докладывает разведчик. — Скорее всего, вынужденная посадка. Вижу дым и языки пламени.

— Продолжайте наблюдение, я скоро буду, — я как раз покидаю свой кабинет.

Перед глазами мелькает один коридор за другим. В мгновение ока я отказываюсь в личном арсенале.

Обернувшись в сторону стоявшего здесь гвардейца, я приказываю:

— Приведите Аркаэлу ко мне. Сейчас же!

Солдат убегает исполнять приказ, пока я облачаюсь в экзодоспех второго поколения. С оружейной стойки снимаю цзянь и закрепляю ножны с ним на поясе. На плечи накидываю алый плащ легендарного ранга. Хороший артефакт, с климат-контролем! Позволяет сохранять комфортную температуру тела и среди заснеженных горных вершин, и посреди пустыни, и даже на берегу ледяного моря.

Всё это благодаря развитию рунных цепочек! В идеале таким артефактом следует оснастить каждого игрока в Спартанском Королевстве. Да, увы, слишком дорого пока обходится он! Даже гвардия ещё не оснащена этой новинкой целиком! Что уж говорить о солдатах королевского корпуса или о простых игроках.

Стоит мне только покинуть арсенал, как из ближайшей тени выныривает тёмная эльфийка. Одета она костюм для верховой езды. Похоже, разговор моих супруг о скачках на кабанах был не для красного словца. Девушки действительно стали больше времени уделять прогулкам верхом по спартанской долине. Несколько раз даже я присоединялся к их забаве, сидя на могучем Петре.

Огромному хряку тоже порой было не лишним растрясти жирок и вспомнить, что он является так-то боевым кабаном. Хотя какой кабан из Петра… слоняра настоящий! Кажется, его рост никогда не остановится. Того и гляди, однажды обгонит по габаритам грузовую фуру.

— Ты меня звал? — вопрос Аркаэлы вырывает меня из задумчивости.

— Да, — киваю я. — Нам нужно сейчас же попасть на северную границу. Разведчики нашли кое-что.

— И ты знаешь, что это?

— Пока не уверен, — качаю головой. — Но эта находка может дать нам немало ответов. Поэтому мне и нужно попасть на север как можно скорее. Добросишь?

— Спрашиваешь! — улыбается тёмная эльфийка и берёт меня за руку.

Краткий миг, и вот мы снова стоим на Косой Тропе. Что-что, а она никак не меняется. Всё то же переплетение троп, всё те же мириады дверей и ходов. И всё та же бесконечная мгла, которой нет конца и края. Мы бодро шагаем по одной из тропок пока перед нами не появляется невзрачная дверь из темного дерева. Открыв ее, мы тут же оказываемся внутри пограничного форпоста. Того самого, откуда пришёл доклад от разведки.

— Король Шурик, вы уже здесь! — ко мне тут же подбегает спартанец. Он и докладывал мне об обнаруженном самолёте.

— Что с самолётом? — перехожу я к делу.

— Только что упал к северу от нас! Буквально в нескольких километрах от канала! — сообщает разведчик. — Мы уже готовим дирижабль к отправлению. Вы отправитесь с нами?

— Именно поэтому я и прибыл сюда, — киваю я. — Поднимайте нашу птичку в воздух. У нас не так много времени до того, как пожиратели наведаются в гости.

— Полагаете, они не оставят воздушное судно в покое? — уточняет разведчик.

— Я в этом уверен!

***

— Дринкетс, живой?

В сознание второй пилот пришёл точно по щелчку. Вот — он сжимал штурвал бомбардировщика до тихого хруста костяшек. А вот — он обнаруживает себя висящим вверх тормашками.

Неслабо его так приложило об аппаратную панель! От самолёта осталось одно лишь название. Кнопки искрились, жалобно мигали красным светом. В такт им пищали бесчисленные датчики. У их воздушного борта теперь недоставало не то что крыла, самого фюзеляжа не было на месте!

Обернувшись, Дринкетс понял, что кабину пилотов попросту оторвало от основного тела бомбардировщика. Какая прелесть! Сквозь разорванную обшивку он мог наблюдать фрагменты самолёта, застрявшие в кроне огромного дерева. Крылья и хвостовая часть остались висеть среди могучих ветвей. А вот их кабина, по всей видимости, преодолела ещё добрые пятьдесят метров и перевернулась вверх ногами, пропахав землю и разбросав стальные осколки во все стороны

С другой стороны, чего это он жаловался?! Живы, и уже хорошо!

— Эй, Дринкетс, смотри, как бы глаза не вылетели из орбит, — хрипло хохотнул первый пилот, и только тогда Дринкетс перевёл взгляд на своего товарища. А вид его не внушал надежды. Парень тут же заметил, как в бедро первому пилоту вонзился стальной осколок. Причём, глубоко так.

— Командор, ты в порядке? — спросил Дринкетс, хотя и сам знал ответ на свой вопрос.

— Жить буду, разве что недолго, — прокряхтел в ответ Командор. — Дебаффов насыпали по самое не балуйся! Окутан ими, как новогодняя елка гирляндами!

— Не самое лучшее время для шуток, — покачал головой второй пилот, пытаясь освободиться от ремней.

— Для шуток всегда есть время!

Наконец, второй пилот смог освободиться от пут, спасших ему жизнь и не давших сломать шею в момент крушения. Рухнув на пол, покрытый осколками стекла, он пополз к своему товарищу. Попытался его освободить из плена ремней.

Не вышло. Осколок пронзил ногу Командора насквозь, пригвоздив к креслу.

«Хреново. Очень хреново», — подумал Дринкетс. Но даже тогда он и не подумал бросать своего первого пилота. Не ради того он терпел все его анекдоты, чтобы вот так взять и бросить в самый критический момент!

Парень быстро нашёл аптечку в кабине пилотов. Туго перевязал ногу выше места ранения. Не панацея, но дебафф кровотечения должно снять. А затем он резко потянул тело первого пилота на себя.

После чего отстегнул ремни. Командор рухнул рядом с Дринкетсом, белый как мел.

Второй же пилот времени зря не терял. Он достал из аптечки шприц с зельем лечения и без промедления воткнул его в грудь Командора.

Мужчина выгнулся дугой, захрипел, вручил глаза, а уже секунду спустя обмяк на полу. Но теперь Дринкетс мог хотя бы не опасаться за жизнь своего товарища.

Как-никак, а зелье лечения обладало поистине чудотворным свойством! Оно залечивало все не смертельные травмы!

Так и сейчас Дринкетс проверил окровавленную штанину первого пилота. От сквозного ранения не осталось ни следа. А значит, Командору сегодня не суждено умереть. Не от кровопотери так точно!

Как жаль, что эти самые зелья обходятся им в круглую сумму, не говоря уже о том, что есть куча ограничений на их применение. В противном случае Фронтир бы давно был прорван, а враг оттеснён на юг!

Но сейчас не об этом. Парень помог Командору выбраться из кабины пилота, и теперь они оказались одни на выжженной поляне. Тут и там поднимались столбы густого дыма. Пламя жадно лизало двигательный отсек, а также остатки топлива, что оказались разбрызганы по всей округе. Того гляди, и лесной пожар начнётся!

— Что будем делать? — спросил Дринкетс. — Ждать подмоги?

— Думаешь, найдутся ещё дураки, что полетят вглубь территории противника? — хмыкнул Командор.

— Тоже верно, — поморщился второй пилот. — Думаешь, кто-нибудь из экипажа ещё выжил?

— Надеюсь на это, Дринкетс, — вздохнул Командор. — Надеюсь на это.

— Черт возьми, к нам решили зайти на огонек! — выругался второй пилот, услышав нарастающий грохот к северу от их местоположение. Ясно было как день — пожиратели нашли их! И уже двигались в их сторону!

Вот так вот они и погибнут? Преодолев гребанный Фронтир, уйдя от погони, пережив суицидальную миссию, но так и не сумев покинуть территорию противника?

Дринкетс сжал зубы до отврезвляющей боли. Пожиратель уже появился над кронами деревьев. Его огромное шарообразное тело резво катилось в их сторону.

Он уже не единожды видел подобную картину. Их расплющит в кровавый блин. Хлоп и всё! И прощай новая жизнь!

А ведь ему оставалось всего-то четыре уровня до пятидесятого! Всего-навсего четыре! Ну что за несправедливость?!

И вот когда уже казалось, что всё — их песенка спета, пожиратель неожиданно остановился. Всего миг, и шар плоти ощерился десятком орудий. И все они были направлены не в их сторону, а вверх!

Только тогда Дринкетс заметил над ними… дирижабль? А это ещё что, чёрт возьми? Серьёзно, дирижабль? Такая примитивщина? Что они могут сделать пожирателю? Пощекочат разве что его!

Но в следующий момент случилось то, чего Дринкетс никак не ожидал. Раздался хлопок. А затем пожирателя просто разнесло на куски!

***

— Кажется, мы успели как раз вовремя! — восклицает разведчик, имени которого я так и не спросил.

— Верно, — улыбаюсь я. — Экипажу продолжить огонь. У нас ещё гости на подходе.

Одним пожирателем дело не ограничивается. К месту крушению неизвестного самолёта подтягивается ещё четыре шара плоти. Похоже, Грибница действительно хочет прикончить этих ребят. С какой бы стати?

Это ещё предстоит узнать. Орудия на правом борту дирижабля вздрагивают, отправляя свои подарки неприятелю.

Самое время испытать наши новые снаряды!

Ядра с энергетическими кристаллами легко преодолевают дистанцию до пожирателей и вонзаются в их плоть.

Бах!

Сразу же следом на их месте будто бы расцветает сверхновая. Языки пламени распространяются во все стороны, а ударная волна попросту разрывает пожирателя изнутри.

Хватает всего три-четыре залпа, и от шаров плоти не остаётся практически ничего! Они попросту изничтожены! На земле валяются только обожжённые ошмётки! Их-то Грибница уже не может контролировать! Жгутики-то выгорели все под чистую!

Осознав, что делать здесь больше нечего, рвущиеся в нашу сторону пожиратели резко останавливаются. А уже в следующее мгновение просто уходят под землю.

Вон оно как! Даже Грибница смогла прикинуть шансы на победу и не стала лезть на рожон! Или же просто посчитала возможные размен, не стоящим её внимания? Попробуй ещё угадать!

Убедившись, что округа относительно спокойна и в нашу сторону не несутся полчища мутантов, я даю команду:

— Сажайте нашу птичку.

Самое время познакомиться с гостями издалека!

Глава 2

— Ну, будем знакомы! — я протягиваю ладонь для рукопожатия. Дринкетс, мой новый знакомый, отвечает крепкой хваткой. Следом за ним представляется и Морзе.

Командор же, повиснув на его плече, лишь кивает головой.

— Уж извините, я слегка не в том состоянии, чтобы обмениваться любезностями, — криво улыбается уже немолодой мужчина.

— Ничего, я всё понимаю, — киваю я. Взмахом руки подзываю медиков к нам.

— Помогите раненным!

— Сделаем, Король Шурик! — бодро отвечают мне.

— Король? — удивлённо вскидывает брови Дринкетс.

Под его присмотром мои подчинённые укладывают Командора на носилки и проводят беглый осмотр при помощи моноклей. Для Морзе медики подготавливают повязку-косынку, чтобы зафиксировать поврежденную конечность.

— Ага, Король Спарты, — усмехаюсь я. — Слыхали о такой фракции?

— Как-то не довелось, — качает головой Дринкетс. — Полагаю, мы из мест более отдалённых.

— Пусть так, — пожимаю я плечами. — Что вас тогда привело в наши края?

— Война, — мрачно отвечает Дринкетс, — Очень непростая война.

— Простых войн не бывает вовсе, — философски замечаю я.

После чего осматриваю поляну. В глаза бросается разломанный фюзеляж летательного аппарата. Хоть перед моими глазами лишь фрагменты, а не единое целое, но я примерно могу представить как выглядел самолёт изначально. А напоминает он самый настоящий бомбардировщик времён второй мировой.

Вот это, я понимаю, развились ребята, так развились! Не просто опередили, а обскакали нас на несколько поколений вперёд!

До такого уровня технологий нам ещё расти и расти!

— Как вы смотрите на то, чтобы перебраться в Спарту до той поры, пока вы полностью не восстановитесь? — неожиданно предлагаю я.

Дринкетс и Морзе удивлённо переглядываются. Затем словно по привычке поворачиваются в сторону Командора. Ага, значит, вот кто у них за главного!

Однако Командор уже не обращает внимания ни на что вокруг. Над ним как раз копошатся наши медработники.

Ответ мне даёт Дринкетс.

— Мы с благодарностью принимаем ваше предложение.

— Чудно! — хлопаю я в ладоши. — Больше вам ничего не нужно взять с собой в дорогу?

Двое выживших в авиакатастрофе снова переглядываются друг с другом, бросают косой взгляд в сторону обломков самолёта, после чего качают головой.

— Наши лапы, уши и хвост — это всё, что есть у нас при себе, — отшучивается Дринкетс.

— В таком случае вы не будете против, если мы тут слегка приберёмся? — уточняю я.

— Да без проблем! — отмахивается мужчина.

Это хорошо. Это очень хорошо! Быть может, нам ещё удастся отыскать что-нибудь полезное в этой груде обломков! Очень на это надеюсь!

Разведчики, получив карт-бланш, чуть ли не с детским визгом отправляются мародёрить остатки самолёта.

Как дети малые, честное слово. Хотя их можно понять. Впервые они видят самолёт в новой жизни! Причём, не просто какой-нибудь кукурузник братьев Райт, а реальную махину! Полноценный бомбардировщик!

— Прошу на борт! — приглашаю я. Гости издалека с опаской, но идут следом. Вместе мы поднимаемся в корзину дирижабля.

Оставаться на землях Грибницы — дело неблагодарное. И опасное! Поэтому нам следует поспешить. Моим новым попутчикам явно требуется отдых. А мне не помешает время, чтобы всё обдумать.

Но можно с уверенность сказать уже сейчас — наша встреча явно будет иметь последствия. Причём последствия колоссальные. Остаётся надеяться, что всё это пойдет только на пользу Спарте.

Уж я для этого приложу все усилия!

***

Спарта встречает наших гостей настоящим столпотворением. На выходные в столицу приезжают игроки со всех ближайших поселений. А потому на улицах сейчас просто не протолкнуться. Забиты под завязку что торговые проспекты, что куда более мелкие улочки. Хозяева таверн, клубов, кафе и прочих увеселительных заведений не теряют времени и устанавливают на улице крытые тентом террасы.

Театральные труппы также не остаются в стороне. На площадях они выстраивают небольшие арены, где показывают короткие сценки или целые сюжеты. В таких местах народу собирается — будь здоров! Никто не хочет упустить халяву! Даже если эта халява и существует, чтобы впоследствии заманить неискушенного зрителя на куда более серьёзные представления.

Тут и там торговцы расставляют палатки и лотки. Кто-то тащит за собой целую тачку! Частники не хуже прочих знают, как наживаться на гостях столицы в столь оживлённый период.

На улицы выходят музыканты-любители, и не только они. В празднике жизни участвуют и профессиональные группы. Музыка разносится над всей спартанской столицей. Сегодня ни один квартал не будет оставлен в стороне.

На площадях мелькают актёры, фокусники, трюкачи, даже несколько комедиантов дают свои выступления. Пробные, но если судить по реакции толпы, то вполне успешные.

Но сегодня веселятся не только простые игроки Королевства, на праздник являются и спартанские солдаты, получив заслуженный отпуск.

Несколько ветеранов устраивают показательный бой на одной из сцен в самом центре города. Кто-то же организует настоящий турнир по армрестлингу в одной из таверн. А некоторые просто устраивают знатную попойку в Незабудке.

Город гулял!

Живо! Весело! С размахом!

Раз игроки нередко рисковали своей шкурой на границах Королевствах, то и отдыхали они каждый раз, как в последний раз!

И их можно было понять. Если этот праздник вдруг окажется твоим последним, то тебе непроизвольно захочется взять от жизни максимум.

Потому и пьяные драки являлись абсолютной нормой для столь массовых гуляний. Но это мелочи. Королевская Стража не зря свой хлеб ест. Уж эти богатыри любого скрутят в бараний рог.

Даже пьянчугу-ветерана. Зря стражникам что ли Нора выдала электро-дубинки?

Очередная технологическая новинка. Благодаря энергетическому кристаллу в навершии, напитанному маной Аланы, дубинка могла легко и непринужденно бить током.

Каждый последующий удар действовал как настоящий электрошок. Убить не убьёт, но любое сопротивление будет обречено на провал — это точно!

А уж потом бедолагу сопроводят в «обезьянник», где тому придётся отоспаться до самого утра.

Такой вот порядок в Спарте!

Хочешь веселиться? Убедись, что не мешаешь остальным! И тогда делай что хочешь. Что не запрещено, то разрешено! В разумных пределах, естественно.

По случаю прибытия гостей я решаю не брать лимузин, а просто проехаться на самобеглых открытых каретах. Обзор с них получается просто отличный!

Вот и наша троица теперь удивлённо мотает головами, пытаясь рассмотреть каждую мелочь.

Сначала мы проезжаем по торговому проспекту. Делаем несколько остановок. Заходим в ту же кофейню Мэри, а также торговый дом Гели. Затем совершаем небольшой крюк и посещаем производственный сектор. Вот тут глаза Дринкетса, Командора и Морзе уже напоминают огромные блюдца.

Если количество игроков в самом городе их впечатлила, то вот наши фабрики оставляют мужчин с открытыми ртами. Не такого оно ожидали от Спарты! Определённо не такого!

Наконец, мы добираемся до Королевского Дворца. Где я приглашаю гостей на ужин, а затем мы рассаживаемся в кабинете. Нам предстояло много обсудить.

Потому на столе лежат закуски, а также всевозможный алкоголь. Диалог наверняка будет не из простых.

— Спарта воистину невероятное место, — признаёт Командор. В руках он мерно вращает стакан с кактусовым бренди. Напиток так пришёлся мужчине по душе, что у него аж усы топорщатся при каждом глотке.

Дринкетс и Морзе в то же время отдают предпочтение королевскому сидру.

— До того же Гамбурга нам ещё расти и расти, — улыбаюсь я. Не буду спорить, слова мужчины находят отклик в моей душе. Приятно осознавать, что твой труд не напрасен. Что вся эта красота была достигнута благодаря твоим стараниям. И не только твоим.

— Гамбург, несмотря на все его достоинства, перенял и немало недостатков из прошлой жизни, — вздыхает Дринкетс.

Мужчины уже успели поведать мне свою историю. Как я и подозревал, они все выходцы из Гамбурга.

Той самой фракции, что и породила Грибницу. Именно так. Грибница выросла на руинах Гамбурга.

Как это было? Мои собеседники охотно рассказали всё, что им известно.

Гамбург представлял из себя могущественную фракцию на севере. Их рост был до умопомрачения плавным и бесхитростным. Северный регион утопал в междоусобицах десятка мелких фракций, так и не породив явного лидера. Среди этих фракций существовал и Гамбург, ничем непримечательный полис.

Однако была в нём своя изюминка. Пока другие фракции тратили ресурсы на войны, набеги и грабежи друг друга, Лорд Гамбурга Прометей напирал на стремительное развитие технологий.

Тут сложилось сразу несколько факторов. То, что сам Прометей и его товарищи были выходцами с какого-то европейского металлургического промышленного гиганта. Так и то, что сам Гамбург стоял на огромном месторождении железной руды.

В рекордные сроки фракция Прометея собрала ударный костяк из тяжёлой конницы. Каждого солдата в этом соединении снарядили в пластинчатый доспех, а на каждого скакуна навесили броню. Получились самые настоящие катафракты.

Непобедимая армия! Несокрушимая! И такая же дорогая!

Именно с этим отрядом впоследствии Гамбург прошёлся войной по своим соседям. Фракции, что развивали преимущественно свою пехоту да отряды лучников, попросту не могли ничего противопоставить стремительному удару тяжёлой кавалерии.

Их стрелы не пробивали тяжёлые доспехи всадников. Их снаряды не могли ранить скакунов. И их мечи, топоры и молоты не могли превзойти кавалерийское копьё.

Так, Гамбург завоевал свой регион. Практически походя и не встречая сопротивления.

Чуть ли не по щелчку пальцев! А затем овеянная славой и подвигами кавалерия двинулась дальше на север. Границы региона открылись, и Гамбург продолжил свою экспансию. Ситуация у соседей была схожей с нашей. Регион делили между собой 2-3 фракции, что бодались за гегемонию друг с другом.

Гамбург влез в эту войну, как слон в посудную лавку! И сделал это ой как громко! Ведь к тому моменту у Гамбурга появилось первое огнестрельное оружие.

Упор на развитие технологий никуда не делся. Прометей создавал из столицы поистине монструозный промышленный кластер.

Второй регион оказался захвачен даже быстрее первого. Следом за ним последовал третий. А затем и четвёртый.

Гамбург всё рос и рос, напитывая непобедимую армию всё более крутыми технологиями. Аркебузы, мушкеты, а затем и винтовки времён первой мировой.

Когда война затихла, фракция сосредоточилась не только на военном деле, семимильными шагами развивались и города. В небо поднимались первые небоскрёбы. Прокладывались шоссе, железные дороги.

По ним разъезжали уже полноценные автомобили, автобусы и грузовики. А в небе летали первые самолёты. Бипланы по типу всё той же первой мировой, но это были реальные самолёты!

Всё было прекрасно. Гамбург вошёл в свой золотой период. И так продолжалось до тех пор, пока Гамбург не вышел на своих соседей с севера.

На этот раз это были не только-только открывшиеся регионы, а не менее серьёзные «игроки». Фракции, пострашнее самого Гамбурга.

Но что неприятнее всего — эти фракции состояли в неком подобии союза.

Федерация.

Вот чего я точно не ожидал встретить на просторах миров Системы!

Конфликт интересов между Гамбургом и Федерацией вылился в полномасштабную войну. Страшную, продолжительную. Именно здесь Гамбург продемонстрировал весь свой потенциал.

Одна единственная фракция сумела противостоять столь могущественному союзу с севера.

Жителей Федерации так и прозвали впоследствии — северяне.

А выходцы Гамбурга соответственно стали южанами.

Так вот.

Юг превосходил врага технологически по многим пунктам. Но вот чего Прометей не ожидал, так это того, что Федерация будет куда как подкованней в вопросах магии.

Боевая магия, артефакторика, алхимия.

Там, где солдаты Гамбурга полагались на свои винтовки, танки, бомбардировщики, воины Федерации уповали на помощь зелий, элементальной магии и всего-подобного.

Настоящая война магии и технологий!

Достаточно скоро стало понятно, что обе стороны зашли в тупик. Южане не смогли продавить северян. И сам союз фракций оказался не в состоянии придушить «наглого выскочку».

Чтобы выйти из этого тупика, Прометей дал приказ начать разработки собственной алхимии. Так, его фракция обзавелась своим вторым клинком.

Федерация копировала технологии Гамбурга, а южане копировали зелья и тоники противника. И вполне успешно.

Прометей загорелся идеей создания супер-солдата. Ведь именно в этом крылась главная слабость их фракции. Когда северяне полагалась на высокоуровневых игроков и их личные способности, силы Юга выигрывали за счёт плотности огня и массовости. Ведь какой толк иметь при себе даже самого крутого ветерана, если при себе он может иметь только одну винтовку? Другое дело десяток солдат уровнем пониже, зато уже с десятью винтовками!

Такой отряд кого угодно завалит!

Если же бойцы Юга смогли бы сравняться в характеристиках с солдатами Севера, то война оказалась бы выиграна Гамбургом.

Бесповоротно. Гарантированно.

А потому на проект «суперсолдата» были брошены все силы Гамбурга. Проводились исследования, бесчисленные опыты, тесты.

И в результате был создан тот самый эликсир. Выпив его, игроки получали возможность забирать часть характеристик у убитых врагов. Так сказать, паразитировать за чужой счёт. Армия южан стала стремительно набирать уровни. Чаши весов, некогда пребывающие в равновесии, неожиданно склонились в сторону Юга.

А всё благодаря одному грибу, найденному учёными Гамбурга. Кордицепс. Этот необычный гриб мог после смерти тех же муравьёв брать над ними контроль и даже отдавать команды. Учёные смогли использовать эту особенность, настроив её на «кражу» характеристик.

Что тут сказать? Настоящее достижение науки и алхимии!

Всё шло, как никогда хорошо. Юг одерживал одну победу за другой. Федерация отступала, отдавая один километр за другим.

А потом случился Рубикон.

К югу от Гамбурга целые города неожиданно были охвачены огнём. Безумие заполонило местных игроков. Размещённый там гарнизон напал на мирных жителей, учинив невиданную доселе резню.

И так случилось не в одном, а сразу во всех гороха к югу от столицы!

Паника поднялась такая, что мама не горюй! Всегда крепкий тыл вдруг оказался втянут в кровавую баню. Никто не понимал, почему это происходит и кто во всем этом виноват.

Нужно было найти решение. И как можно быстрее. Потому что эта зараза стала тянуться всё ближе к столице. Форпосты, лагеря, полисы, города — везде южане резали друг друга.

Без лишней мысли. Отчаянно. Всех без исключения.

— И тогда Прометей отдал приказ разбомбить собственные же земли? — спрашиваю я.

— Да, — тяжело вздыхает Дринкетс. — Потому что альтернатива могла быть и того хуже.

Вот почему пустоши выглядят, как лунный пейзаж. Вот почему Гамбург разбомбил свою же территорию до основания. Потому что в противном случае неизвестная болезнь могла дойти до самой столицы. До сердца всей фракции. И тогда бы настал конец всему, что делал Прометей.

А чтобы гарантировать безопасность Гамбурга, по южным землям прошлись не один десяток раз. Эскадрильи бомбардировщиков сносили вообще всё. И города, и леса вокруг, и горы, и равнины.

Всё без исключения. Не осталось ни единого метра, не перепаханного ударной волной.

Бесчеловечно. Беспощадно. Безжалостно.

— Судя по всему, бомбардировка не смогла спасти Гамбург? — следует новый вопрос.

— Увы, но это так, — отвечает Командор. Мужчина залпом выпивает содержимое своего стакана.

— Зараза смогла уйти под землю, переждав атаку бомбардировщиков, — поясняет Морзе. — Мы тогда не знали о такой её способности. А потому, убедившись, что жизни на юге не осталось, послали отряды учёных для расследования. Это было большой ошибкой.

— И это мягко сказано, — фыркает Дринкетс. — Стоило им вернуться с отчётом в столицу, как зараза распространилась в самом сердце нашей фракции. Гамбург был потерян чуть меньше чем за сутки. Армия оказалась обезглавлена. Антанта перешла в контрнаступление. Так погиб наш дом.

Дальнейшая судьба Юга была предсказуема. Солдаты оставались без командования. Единый фронт разделился на десяток независимых друг от друга участков. Чем и воспользовалась Федерация. Теперь Север вёл победоносное наступление, не задерживаясь на одном месте больше пары дней.

А с юга начала своё шествие уже известная нам Грибница. Как в итоге она сформировалась, неясно. Но итог мы уже видели.

Опустошённый регион, десятки пожирателей, армия мутантов и зомби. Спустя несколько месяцев на Грибницу вышли силы Федерации. И вот тогда-то Север осознал, насколько же они были самоуверенны.

В отличие от Юга, армада мутантов и зомби была фактически бессмертна. Они не знали страха, усталости.

Их натиск на неподготовленные силы северян оказался страшен. Враг попросту снёс начавшийся было формироваться фронт. Не прошло много времени, как Грибница отвоевала у Федерации разом два региона, некогда захваченных у Гамбурга.

Так родился Фронтир. Северяне взялись всерьёз за нового противника. Но даже так они осознали, что своими действиями они породили нечто невообразимое.

Если бы Федерация согласилась прекратить войну с Югом, как того просил Прометей в момент заражения южных земель, то всё могло сложиться иначе.

Прометей, быть может, смог бы задавить эту напасть, пока та не окрепла и не разрослась.

Но северяне отказались от мирных переговоров. Они продолжили давить на Юг. И вот он результат. Силы Гамбурга были стянуты к фронту, оставив столицу без должной защиты.

Теперь же пленённые некогда солдаты Юга и беженцы сражались на одной стороне с северянами. Заклятые враги взялись за руки, чтобы уничтожить настоящее Зло.

Зло, способное поглотить весь Сервер! Зло, которое не делает разницы, кто стоит перед ним. Мужчина, женщина, старый или молодой, солдат или простой игрок.

Грибница пожирала всё и вся. И она оказалась врагом страшнее любой другой фракции.

Последние хотя бы бились за ресурсы. И только. Но вот эта зараза… она словно бы жаждала перекроить под себя весь мир!

Этот союз Федерации и огрызков Гамбурга был назван Антантой. Или же «Союз согласия».

Две стороны конфликта договорились забыть о прошлых обидах, на время откинуть взаимную неприязнь и даже ненависть. Всё ради одной цели — одолеть общего врага.

— Уже больше года мы ведём эту страшную войну с переменным успехом, — признаётся Командор. — И ей не видно конца и края.

— Грибница настолько могущественна? — хмурю я брови. — Мы уже сталкивались с ней несколько раз. И даже более того одерживали вверх!

— Даже так? — удивляются гости с севера. — Вы смогли противостоять этому Злу?!

— Да, Спарте удалось отразить несколько налётов пожирателей, — улыбаюсь я.

После моих слов приподнятый настрой мужчин моментально испаряется.

— Что-то не так? — интересуюсь я.

Морзе и Дринкетс переводят взгляд на Командора. Немолодой мужчина тяжело вздыхает, выпрямляет спину.

Теперь он смотрит на меня предельно серьёзно.

— Я не подвергаю сомнению ваши победы, Король Шурик, но пожиратели вовсе не армия нашего врага.

Глава 3

— В каком это смысле пожиратели не армия? — спрашиваю я.

Я уже чую, что ответ гостей с севера мне не понравится.

— Это правда, Король Шурик, — подтверждает мои опасения Дринкетс. — Пожиратели — ничто иное, как добытчики ресурсов. Собиратели. В крайнем случае патрульные. Но не солдаты.

Я откидываюсь на спинку кресла. С одной стороны, я испытываю облегчение. Как бы это не звучало парадоксально, но я рад, что пожиратели не являются главным оружием Грибницы.

Ещё с первой нашей встречи с этими шариками плоти я задавался вопросом — как Гамбург мог проиграть пожирателям? Почему столь могущественная и технологически развитая фракция не сумела остановить натиск Грибницы?

Даже Спарта сумела противостоять этому новому врагу! Неужели танки и самолёты не смогли бы дать отпор?!

Глупость какая-то!

Скрывалась ли причина поражения Гамбурга в чем-то ещё, или же шары плоти были не так просты, как могло показаться на первый взгляд? Вопросы лишь множились, а ответов — с гулькин нос!

Но теперь мы знаем истину. Пожиратели — это только вершина айсберга! Грибница куда могущественнее и опаснее, чем мы предполагали! У неё есть реальная армия!

И именно с этой самой армией воюет Антанта!

— Все силы противника сейчас сосредоточены далеко на севере, — заявляет Командор. — В двух регионах от вас. Именно там расположился Фронтир.

Командор откидывается в кресле, и на его лице отражается воспоминания о том кошмаре, который творился на севере.

— Фронтир… это даже не линия фронта в привычном понимании. Это зона постоянного хаоса, протянувшаяся на сотни километров. Там нет тыла, там нет безопасных участков. Зло атакует везде и всегда — под землёй, по воздуху, из-под воды. Мы удерживаем укреплённые точки, но между ними… — Командор покачал головой, — между ними всё принадлежит Злу.

— Поэтому вдоль наших границ и мелькают одни лишь пожиратели, — догадываюсь я. — Для Грибницы наши земли — глубокий тыл.

— Грибница? Так вы называете это Зло? — удивлённо вскидывает брови Морзе. — А что?! Звучит!

— Король Шурик, вы должны знать кое о чём, — привлекает моё внимание Дринкетс. — Если Грибница прознала о вашем существовании и даже послала пожирателей в пробную вылазку, то не исключено, что уже совсем скоро она подведёт сюда свои основные силы.

— И тогда начнётся полноценное вторжение на земли Спартанского Королевства, — кивает Командор. — Так уже случалось не раз с фракциями-участницами Антанты.

— Думаете, Грибница решится ослабить этот ваш Фронтир? — хмурю я брови.

— Мы даже понятия не имеем о реальных силах противника, — морщится Командор. — Нужно ли Грибнице ослаблять север, чтобы атаковать юг — большой вопрос. Мы можем только предупредить вас. Грибница никогда не останавливается на достигнутом. Ей всегда мало. А это значит, что ваша граница на севере под большой угрозой.

— Хорошо, я приму к сведению ваши опасения, — киваю я.

Мужчины облегчённо вздыхают. Они явно опасались, что я просто отмахнусь от их слов. Но я этого не сделал.

Угроза Грибницы никуда не делась. То, что мы сумели остановить её у северного канала — лишь незначительный успех. Мы выиграли себе немного времени. Но и только. Я не хочу врать самому себе и другим.

Спарта не одолела Грибницу, а лишь замедлила её натиск. Противник это тоже осознал, а потому решил дождаться подхода реальной армии.

Образовавшимся затишьем нужно воспользоваться и нам. Для чего я и затеял всю эту эпопею с Пятиморьем. Разберёмся с ними, и тогда можно будет бросить все свои силы на войну с новой угрозой.

Я откидываюсь в кресле и массирую виски. Голова гудит от обилия информации и необходимости принимать решения. Северяне открыли мне глаза на истинные масштабы угрозы, но одновременно и показали путь к спасению. Антанта… Кто бы мог подумать, что где-то на севере существует целый альянс фракций, сражающихся с тем же врагом!

Это меняет всё. Теперь я понимаю, почему Грибница так легко отступила от канала. Она не отступала — она перегруппировывалась! Основные силы этой мерзости сражаются на Фронтире, а мы для неё пока что просто досадная помеха на периферии. Но что будет, когда мы станем реальной угрозой?

Объединённые силы трёх регионов… С такой мощью придётся считаться даже Грибнице! Понятное дело, если прикинуть нашу совокупную мощь, то Спарта и Пятиморье окажутся в стане проигравших. Почему?

Да потому, что на стороне врага ВСЁ население трёх или даже четырех регионов! А может, и того больше!

У нас же изрядная доля игроков занята на производстве и других направлениях. При всём своём желании мы не сумеем собрать армию, сопоставимую по численности с нашим противником.

Но ведь это и не нужно!

Мой взгляд обращается к троице.

Не мы одни сражаемся с Грибницей! Есть и другие фракции, что тратят силы и ресурсы на сдерживание этой заразы!

Антанта.

Быть может, мы сможем помочь друг другу? Не обязательно вгрызаться друг дружке в горло, когда есть общий враг. Прямо сейчас мы не столько соперники в борьбе за первенство над Сервером, сколько стратегические союзники. Не поможем друг другу — и Грибница уничтожит нас по одиночке.

Стратегия начинает вырисовываться всё отчётливее. Удар с двух сторон — классический манёвр, проверенный веками. Но для этого нужно время. Время на завершение кампании в Пятиморье, время на интеграцию новых территорий, время на подготовку совместного наступления с Антантой. И главное — нужно, чтобы северяне продержались до этого момента.

Это относится и к Спартанскому Королевству, и к самой Антанте. Северяне остро нуждаются в союзнике. Это можно вычленить из слов моих собеседников.

На Фронтире идёт не просто война, а борьба за выживание всех тамошних фракций. Какую-нибудь мелочь «Абсолютным Злом» не назовут!

Если Спарта начнёт полномасштабное наступление с юга, а Антанта — с севера, армада мутантов окажется зажата в тиски. Сколь бы ты ни был могущественным, но война на два фронта есть война на два фронта.

Если тебя начнут поливать свинцом и спереди, и сзади, то никакая регенерация не спасет! Не хватит этого и точка!

Но в данном случае всё было с точностью до наоборот. Не мы растягивали свои силы — это Грибница оказалась между двух огней. С севера на неё давила Антанта, сковывая основные силы на Фронтире. А теперь, если объединённые войска Спарты и Пятиморья ударят с юга… Классические клещи, проверенный временем манёвр.

Правда, для этого сначала нужно было превратить Пятиморье из врага в союзника. И судя по развернувшейся там гражданской войне, момент для этого как раз наступил. Каспер со своими лоялистами и Клей с повстанцами истощали друг друга, а значит, победитель будет готов к переговорам. Особенно если этот победитель получит небольшую «помощь» от Спарты.

Да, объединёнными усилиями мы можем уничтожить эту мерзость! Вместе! В едином порыве! На Старой Земле так погибла далеко не одна могущественная империя!

— Как вы смотрите на то, что наши фракции начнут работать сообща? — спрашиваю я, — Что об этом скажет Антанта?

Пилоты ошарашенно переглядываются между собой. Командор заливает в глотку полный стакан бренди. Морзе, позабыв о всяких приличиях, прикладывается к горлышку бутылки с королевским сидром.

Только Дринкетс остаётся неподвижным, уставившись в меня тяжёлым взглядом. Мужчина уже был не в нашем кабинете, уйдя в свои собственные мысли.

Лишь спустя секунд тридцать он приходит в чувство. Он же первым осмеливается высказать своё мнение по поводу моих слов.

— Я не могу говорить от лица всей Антанты, Король Шурик, — произносит Дринкетс. — Но вот что я могу сказать точно, так это то, что я готов сделать всё, что в моих силах, чтобы помочь вам в войне с Грибницей.

— Как и мы, — дополняют Командор с Морзе.

— Мне приятно это слышать, — улыбаюсь я. — Ваша помощь придется очень кстати. Но вернёмся к вопросу более глобального сотрудничества. Неужели у вас нет никаких способов связаться с Антантой?

— Можно попробовать починить радио, — предлагает Морзе. — Если мы сумеем его настроить, то прямой канал с Антантой будет вам обеспечен. Правда ничего не могу обещать, радиостанция сильно пострадала и…

Морзе переводит взгляд на своих товарищей, словно сомневаясь в возможности осуществить собственное предложение.

Всё же технологии в наших регионах развивались в разных направлениях. Но если шанс связаться с Антантой есть, его непременно надо использовать.

— Я распоряжусь, чтобы вас отвели к нашим учёным. Они помогут вам в этом вопросе, — заявляю я. — Тогда на этом всё. Желаю вам хорошо отдохнуть.

Северяне, поблагодарив меня, покидают кабинет. Я задумчиво смотрю на закрытые за ними двери.

Что ж, начало положено! Посмотрим, куда этот разговор нас ещё выведет! А пока следует заняться вопросом, не терпящим отлагательств!

Как там обстоит ситуация в Пятиморье?

***

— Адмирал! — приветствовали его матросы.

Каспер довольно ухмыльнулся, ограничившись кивком. Поднялся на палубу. Вздохнул полной грудью.

Красота!

Ничто так не бодрит, как свежий морской воздух! Особенно, когда в этот воздух добавлен сладкий аромат предстоящей победы!

А в том, что сегодня они победят, Каспер нисколько не сомневался. Да и должен ли был?

В кои-то веки Клей и его горстка бунтовщиков не стали бежать от генерального сражения. Вышли в «чисто поле», построились линией. Флот лоялистов поступил аналогичным образом.

И вот теперь они застыли друг напротив друга в ожидании первого выстрела.

Два гиганстких флота, чьё столкновение решит судьбу всего Пятиморья!

Каспер ощущал, как ожидание битвы разливается по палубе флагмана. Матросы замерли у орудий, офицеры сжимали в руках подзорные трубы, а боцманы — медные дудки для подачи команд. Все были готовы к схватке.

На противоположной стороне разномастный флот Клея тоже готовился к сражению. Даже на расстоянии было видно, как суетятся люди на палубах, как разворачиваются орудийные расчёты.

Их корабли качались на волнах, словно хищники, готовые к прыжку. Пёстрая армада контрабандистов и бунтовщиков выглядела хаотично, но в этом хаосе крылась особая опасность — непредсказуемость.

Каспер прекрасно понимал: сегодняшний бой станет не просто морским сражением. Это будет судный день для Пятиморья. Победитель получит всё — власть над регионом, контроль над торговыми путями, право писать историю. Проигравший же… проигравший просто исчезнет, растворившись в пучине забвения вместе со своими кораблями.

Каспер наклонился над правым бортом. Посмотрел на одинаковые борта фрегатов. Отполированные до матового блеска, без единой царапины, мощные, прекрасные. Вот что такое военно-морской флот! Не только сила, но и достоинство!

Красота!

А что есть у их врага? Касперу не потребовалось даже брать в руки подзорную трубу.

Контрабандисты никогда не отличались единообразием. Это не армия, а горстка бандитов, воров и преступников. И флот у них соответствующий.

Высокие и низенькие лоханки, несколько торговых барж, клиперы всех цветов и оттенков. Чего тут только не было! Глаза разбегаются от россыпи красок, от буйства фантазии корабелов!

Немало судов были в какой-то степени модифицированы. Тут и там можно было различить уродливые надстройки, собранные на скорую руку. Башенки для размещения дополнительных орудий, более крутое парусное вооружение, местами навешанная на борта броня.

Всё это не стоит и толики его внимания! Клей собрал вокруг себя разномастную горстку соратников. С этим ему теперь и приходится мириться!

У этого флота не было единообразия, не было стандарта, не было своей красоты! Только дикость и уродство!

С таким флотом каши не сварить! Это осознавал каждый из присутствующих. Матросы вскидывали подбородки, офицеры кривили губы.

Военно-морской флот Мадрида разнесёт эту горстку контрабандистов как нефиг делать. Неудивительно, что враг всё это время ограничивался тактикой «бей-беги». В открытом противостоянии на море Клею попросту не победить.

И тем подозрительнее был брошенный им вызов. Почему Клей вдруг решил выйти на бой? Что поменялось? Неужели очередная ловушка?

Кто бы что ни говорил, но Каспер учился на своих ошибках. Да, не с первого раза, но он уже не относился к своему врагу, как к грязи под ногтями. Клей представлял определённую опасность. Это осознавал даже он, Главнокомандующий сил Мадрида.

Не зря Клея называют живой легендой Пятиморья. Он выбирался и не из такой западни. Вот только во все предыдущие разы на его стороне была вся мощь Мадрида. А теперь жалкая горстка предателей и бандитов.

Тут хоть трижды ты будь стратегом от бога, но числа говорят сами за себя. Преимущество целиком и полностью на стороне Каспера!

Так почему? Что задумал этот негодяй? Какую гадость он подготовил?!

Каспер знал Клея не первый год. Ещё в момент их знакомства будущий адмирал отличался нестандартным мышлением, способностью находить выход из самых безнадёжных ситуаций. Недаром же его стали считать лучшим адмиралом Пятиморья.

Слишком много раз Клей выигрывал сражения против превосходящих сил противника. Слишком часто он появлялся там, где его меньше всего ждали, и исчезал именно тогда, когда казалось, что вот-вот попадёт в ловушку. У этого человека был дар предвидеть развитие событий на несколько ходов вперёд, словно он играл в шахматы, а все остальные — в обычные шашки.

И вот теперь этот мастер морской тактики вдруг решил поставить всё на одну карту? Вышел на открытое сражение против превосходящих сил, отказавшись от привычной тактики «ударил-убежал»? Это было настолько не в стиле Клея, что Каспер невольно ощущал растущую тревогу. В такой ситуации адмирал-легенда либо сошёл с ума, либо знал что-то такое, чего не знали его противники.

До того, как Каспер успел сломать себе голову, пытаясь разгадать план неприятеля, на горизонте появилась чёрная точка.

Совсем крошечная. Но она стремительно приближалась к полю брани, разрастаясь в своих габаритах. Не прошло и получаса, как обе стороны смогли различить в новом участнике сражения… спартанский броненосец.

Сначала это была лишь тёмная точка на горизонте, едва заметная в утренней дымке. Но с каждой минутой она росла, принимая всё более отчётливые очертания. Мощный железный корпус, увенчанный характерными башнями с орудиями крупного калибра, рассекал волны с механической неумолимостью. Спартанский флаг с грозной мордой кабана развевался на мачте,

— А эти здесь что забыли?! — воскликнул Каспер, не веря своим глазам. Он словно увидел, как гарантированная победа только что помахала ему ручкой.

Но спустя минуту страх, шок и ужас отошли на второй план. В дело вступил холодный расчёт. И вот тогда Каспер снова вздохнул спокойно.

На его губах вновь заиграла уверенная ухмылка.

— И что с того, что прислали броненосец?! Он всего один! Они прислали против нас один единственный корабль! Что вы ссытесь в штаны, салаги?! Он ничего не решит! А нас много! Мы задавим его! Верно я говорю?

— ДА-А-А-А-А-А!

— То-то же! — воскликнул Каспер. — Мадрид сегодня не проиграет!

Мысленно же он добавил: «А если даже и проиграет, то у меня уже заготовлена шлюпка для отступления».

Адмирал он или кто, в конце концов?!

Глава 4

— Король Шурик сошёл с ума? — прошептал Клей. Его пальцы впились до отрезвляющей боли в борта флагмана.

Через тёмных эльфов Клей получил письмо лично от Энрике, в котором рассказывалось о союзе со Спартой. Именно эта новость и приказ самого повелителя Пятиморья привели к тому, что он перестал бежать от генерального сражения.

Король Спарты обещал им, что в этом сражении не будет потоплен ни один корабль бунтовщиков. Победа малой кровью, как он выразился!

Но вот сейчас, смотря на одинокий броненосец, Клей начал сомневаться в адекватности происходящего.

Как Спарта хочет одолеть целую, чтоб её, флотилию одним кораблём? Да, он уже слышал о непробиваемой энергетическом щите на броненосце, но этого всё ещё будет недостаточно! На Загульный остров Мадрид послал лишь небольшую эскадру. Здесь же разместился весь военно-морской флот Пятиморья! Десятки и десятки судов!

Их слаженного залпа будет достаточно, чтобы потопить кого угодно! Даже броненосец!

А если даже и не хватит, то изменится ли хоть что-то? Ну, проживет спартанское судно на минуту дольше! Сможет ли оно потопить целый флот за это время?

Клей не верил в такой сценарий! Просто отказывался верить! Его внутренний голос просто кричал, что это невозможно!

А может дело совсем в другом?

Что вообще задумал Король Шурик? Неужели он в самом деле хочет, чтобы обе стороны истощили друг друга, и только потом появится победоносный флот спартанцев?

Их с Энрике обманули? Его повелитель попался на увещевания правителя Спарты? Или же нет?

Впервые за долгое время Клей не мог предсказать, что случится далее!

Ему, как и тысячам бунтовщиков, оставалось лишь смотреть. Смотреть и молиться.

Только бы этот броненосец выкинул что-нибудь… этакое! Только бы он принёс им победу неведомым образом! Плевать как! Главное победа!

А иначе их общее дело обречено на провал. А их самих будет ждать кровопролитной сражение. Победу в котором им не вырвать, как не старайся. Слишком велика разница в военной мощи двух флотов.

Это осознавали и они, и противник.

Сотни пар глаз нервно наблюдали за плавно идущим броненосцем. Спартанское судно оказалось ровно меж двух флотов. В его сторону даже пальнули несколько раз со стороны лоялистов.

Безуспешно.

Экипаж броненосца явно прикинул предельную дальность стрельбы фрегатов и не спешил пока лезть в этот радиус.

Что же экипаж тогда задумал? Ответом стал выстрел из носовой башни.

Бах!

Снаряд по параболической траектории устремился в сторону флагмана противника. А затем с глухим всплеском поднял столб воды в нескольких метрах от судна.

Недолёт!

Через десяток секунд башня ухнула во второй раз. Теперь снаряд пролетел над головами мадридцев, не оставив и царапины после себя.

Перелёт!

Третий выстрел оказался уже точнее. Пущенный броненосцем снаряд впился в борт фрегата. Но вот его энергии не хватило, чтобы пробить навесную броню.

Мадрид много поработал, чтобы хоть как-то сократить разрыв с броненосцами Спарты. А потому весь военно-морской флот Пятиморья сейчас был обшит снаружи листами стали. Не панацея, конечно, но уже что-то!

И выстрел броненосца только что подтвердил эффективность новой защиты! Клей тихо выругался.

Им не одолеть флот противника в открытом противостоянии! Нужно отступать! Снова готовиться к игре в «кошки мышки», а ещё…

Его мысли прервал четвёртый выстрел.

Только на этот раз он отличался от предыдущих. Звук был какой-то не такой. Куда более хлесткий, чтоли?

Клей и тысячи игроков провожали глазами снаряд. Тот резво пробил правый борт мадридского флагмана и скрылся в его недрах. Никто даже и среагировать не успел. Как и понять, что вообще произошло.

Как вдруг случилось нечто невероятное.

БАХ!

Флагман неприятеля разнесло взрывом изнутри! Огромное облако пламени заполонило всё вокруг. Моряки аж глаза прикрыли от столь яркой вспышки.

Судно попросту переломило пополам. Сдетонировал пороховой склад. Могущественный фрегат уверенно шёл на дно, объятый жадным пламенем.

Всё присутствующие на палубе рядом с Клеем распахнули рты.

Что… это вообще было?!

***

Каспер в который раз поблагодарил себя за предусмотрительность! И снова он остался жив! Вновь он ускользнул от костлявой!

Шлюпка качалась на волнах, порождаемых тонущим флагманом. Главнокомандующий с горечью смотрел на свой новенький кораблик, который сейчас активно шел на дно.

А ведь на него только навесили новую броню!

Каспер громогласно выругался в сердцах, ещё быстрее заработав веслами. Слева и справа он видел обгорелые фигуры моряков.

Кто-то упрямо боролся с морской стихией, не желая разделять судьбу своего корабля. Некоторые хватались за обломки древесины, как за спасательную соломинку. Третьи же пытались залезть на единственную шлюпку, переживших страшный выстрел.

Но Касперу не нужны были попутчики. Он беззастенчиво выпинывал ослабевшие тела подчинённых за борт. Те даже не успевали возмутиться, как их накрывали черные морские волны и утаскивали на дно.

Главнокомандующий, конечно, понимал, что поступал он скверно, но иного выбора у него не было. Он не мог оставить свидетелей своего позора!

Как это было и на Загульном острове, он должен был сохранить своё положение. Любой ценой! Даже если потребуется пожертвовать своими соратниками! Его жизнь ценнее прочих!

Как только броненосец начал пристрелку по флагману, Каспер приказал спустить его шлюпку на воду. Это не заняло много времени. Всё уже было подготовлено его личным приказом.

Он понял, что Спарта приплыла сюда не просто так. Король Шурик не идиот! Он явно задумал очередную мерзость! И потому Каспер поступил по-умному! В тот самый момент, когда пристрелка подошла к концу и третий снаряд попал в борт фрегата, Главнокомандующий Мадрида взял и… сиганул рыбкой за борт!

И как оказалось теперь, он поступил чертовски верно! Ведь это те, кто остался на палубе сейчас или превратились в пепел, или же захлебывались морской водой.

А он выжил! В который раз!

Уже это значит, что он делает всё верно! Если живой, то у тебя всегда будет второй шанс! Всегда будет возможность всё переиначить. Победителей не судят! А пока он жив у него всегда будет шанс выйти победителем!

И тогда никто не вспомнит о его побеге. О его трусости. К черту! Пусть храбрецы ловят снаряды грудью! Он же не согласен на такую участь!

Поэтому весла в руки и грести! Грести, грести и ещё раз грести! Ему нужно как можно скорее доплыть до ближайшего фрегата. Взять над ним командование и свалить отсюда куда подальше!

Обратно в Мадрид! И как можно быстрее! Ведь именно там… у него ещё будет возможность всё переиграть!

Он ещё не проиграл! Не до конца! Последнее слово будет за ним!

Прокручивая эти мысли в голосе, шлюпка Каспера всё дальше отдалялась от тонущего флагмана.

***

Что бунтовщики, что лоялисты смотрели на происходящее и не верили своим глазам. Над полем брани повисла тягучая тишина. Такая, что хоть иголку урони, ее услышат все без исключения на палубе.

Спарта уничтожила флагман одним-единственным попаданием?

С каких пор они обзавелись столь страшным оружием?!

Однако на достигнутом спартанцы не планировали останавливаться. Носовая башня чуть повернула в сторону и уставилась на соседний к флагману фрегат.

Первый залп. Недолёт

Второй залп. Перелёт.

Третий залп. Точно в цель.

Четвёртый залп… не последовал.

Экипаж фрегата поднял белый флаг. Они не хотели умирать в языках пламени, как их товарищи.

Это событие будто бы прорвало плотину. Одно судно мадридцев за другим сдавалось на волю победителя, стоило орудиям броненосца только повернуться в их сторону.

Несколько же фрегатов нарушили единую линию и бросились наутёк. Они не делали поднимать белый флаг, но и для битвы у них уже не осталось боевого духа. Некогда могущественный военно-морской флот Пятиморья рассыпался подобно песчаному замку под нашествием морской волны.

Всего за несколько минут силы лоялистов или сбежали, или капитулировали перед мощью одного-единственного корабля.

Клей не мог поверить в происходящее.

На его глазах Спарта закончила эту войну всего за один выстрел! Король Шурику не нужно было тащить так далеко целый спартанский флот! Не нужно было переправлять сюда и боевые баржи. Зачем это?

Ему хватило одного броненосца, чтобы сделать то, чего Клей не мог, имея при себе целую флотилию, хоть и состоящую из контрабандистов.

Страшный человек!

Но главное — это была их победа. Окончательная. Бесповоротная.

И им всем открыт путь на Мадрид!

***

Порт Мадрида сегодня был необычайно оживлённым. И немудрено! На его причалы высаживались сотни и тысячи солдат, контрабандистов и прочих бунтовщиков.

Они устремились на улицы города, подобно приливной волне. Защитники Мадрида попытались остановить их натиск, но их просто было слишком мало.

Сбежавшие с поля боя матросы уже не могли продемонстрировать свою недюжинную удаль. На суше они ощущали себя непривычно, неустойчиво. Они настолько привыкли к качающей под стопами палубе, что твердая земля уже не казалась им родной стихией.

Да и как ни крути их оснащение также было подобрано для морских баталий, но никак не столкновений на улицах города. Лёгкие кожаные доспехи, рубахи и халаты не могли соперничать с полноценными доспехами из стали.

А последнего у контрабандистов было в избытке! Они ведь в отличие от матросов военно-морского флота с самого начала готовились к осаде столицы!

Агенты и гренадёры Совета Мадрида дрались до последнего, устраивая засады и не считаясь ни с чем. Им было плевать заденут их действия мирных жителей столицы или нет. Перед ними была поставлена задача — остановить продвижение неприятеля. И они делали всё, чтобы исполнить этот приказ!

Плевать даже, если их руки окажутся по локоть в крови! Приказ есть приказ!

И они действительно смогли остановить натиск контрабандистов. На улочках города не так-то уж и просто уклониться от огня из мортир.

Тут даже толстый стальной нагрудник не спасет твою жизнь! Только продлит мучительную смерть.

Тем более, псы Агенства не раз закладывали бочки с порохом в здания вдоль улиц, чтобы впоследствии подорвать отряды атакующих. Ударная волна получалась такая, что от тел атакующих не оставалось ничего. Только кровавое месиво и горы дымящих огрызков древесины.

Казалось, столица-таки останется в руках Совета Мадрида. Но тут на передовую вышел спартанский экспедиционный корпус!

Солдаты, прибывшие вместе с тем самым броненосцем.

И командовал ими Пых! Лучший подрывник Спартанского Королевства!

Вот, их отряд неспешно шагал по одной из улиц Мадрида. Неожиданно из переулков тут и там вынырнули гренадёры. В упор нацелили свои мортиры.

Грянул неслаженный залп.

Бах. Бах. Бах. Бах.

Он должен был скосить первые ряды атакующих, точно коса сочную траву. Но этого не произошло.

Лазурные вспышки от рун всплеска защитили наступающих. А экзоскелеты второго поколения спасли от попадания мелких осколков.

Теперь же пришёл черёд стрелять спартанцам. Они выстроились в плотную линию, навели свои новые ружья на гренадёров. Те даже и не думали бежать — они были уверены в своей броне.

Спартанцы нажали на спусковой крючок.

И раздался страшный грохот. Стоило же облаку дыма рассеяться, как стрелкам предстала улица, заваленная телами мадридцев. Броня гренадёров к шоку последних не была в состоянии выдержать залп спартанских ружей. Такого они точно не ожидали. Мощь Спартанского оружия превзошла всё, с чем они сталкивались прежде!

Пых довольно крякнул. Не зря они корячились над этими малышками! Даже орк не сможет игнорировать такой выстрел! А между делом, его кожа и плоть порой не хуже доброй стали будет! Попробуй такую сволочь ещё пронзить!

Что уж говорить о простых игроках! Они на фоне зеленокожих вообще казались хрупкими куколками из чистого фарфора. Только дунь и разобьются!

— Перезарядка! — рявкнул мужчина. — Идём дальше!

Рано было радоваться мимолётному успеху. Силы врага всё ещё обладали большей частью столицы. Союзников же было хоть и много, но действовали те не так слаженно, как того хотелось бы.

А потому спартанцам придется ещё не раз сыграть роль авангарда.

Битва за Мадрид ещё только начиналась!

***

— Проклятье! Чтоб вас всех! Будь проклят Король Шурик! Будь проклята вся ваша свора! — взревел Глава Совета Мадрида.

Бенедикт готов был рвать и метать. Всё рухнуло. Всё пропало! Каспер, идиот, потерял весь мадридский флот в битве против горстки воров и контрабандистов! А столь хвалёные им гренадёры и сотни агентов оказались беспомощны перед спартанским новым оружием.

Теперь бунтовщики шли к его дворцу! И Бенедикт сильно сомневался, что его охрана сумеет остановить их натиск.

В этот самый момент двери его кабинета распахнулись. На пороге появился Каспер. Вспомни о черте…

Красный от злости Бенедикт ткнул в сторону вошедшего.

— Ты! Ты обещал мне победу! Я дал тебе всё! И где эта самая победа?! Какой от тебя вообще толк? Главнокомандующий?! Курам на смех такой Главнокомандующий! — взревел старик.

Каспер хотел было что-то сказать, но, услышав оскорбления в свой адрес, моментально заткнулся. Его глаза свернули яростным блеском.

Мужчина подскочил к старику и смачно ударил того в скулу. Бенедикт крякнул, не ожидавв такой наглости.

Завалился на спину и рухнул в собственное кресло.

— Ты ударил меня?! Как ты смеешь?! — заорал он, прийдя в себя, — Я — повелитель Мадрида!

— Ты старый хрыч! Хрен моржовый! И только! Никакой ты не повелитель! — выплюнул меж тем Каспер, — Сколько раз я тебе говорил, что нужно прикончить Клея? Что этот выродок принесет нам ещё кучу проблем? Говорил? Говорил! И что в итоге? Он убрал у тебя из-под самого носа!

— Это был твой прокол! Твои же гренадеры и не сумели его поймать! — не унимался Бенедикт.

— Ты не видишь связи, да? — скривился Каспер. Он опасно навис над собеседником. Время в него тяжёлым взглядом. Кулаки же были сжаты до тихого хруста костяшек.

— Всё это случилось из-за твоих игрищ в политику. Из-за твоей «легитимности», — сплюнул на дорогой ковер мужчина, — «Ох, как же меня воспримет народ Мадрида? Нельзя убивать Энрике! Нужно его посадить за решетку! Ой, нас не поддержит флот, если убьем Клея! Нельзя так делать! Опасно это!»

Каспер схватил Бенедикта за грудки, поднял из кресла и отбросил его в сторону балкона. С которого открывался невероятный вид на объятую огнем столицу, на сотни бунтовщиков, окружающих дворцовый комплекс и готовящихся к скоросу штурму.

— Доволен, хрен старый?! — рычал Каспер, — Вот куда привела твоя игра! Ты надурил самого же себя!

— Чего ты хочешь? — тихо спросил Бенедикт. Он уже осознал, что эта вспышка гнева была не только для виду. Каспер пришел требовать от него что-то.

— Мы ещё можем победить, — оскалился Каспер, — Или если и не победить, то испоганить триумф нашего врага!

— Что ты предлагаешь?

— Закончи начатое, — заговоречки произнес мужчина. Он присел напротив Бенедикта, оказавшись с тем на одном уровне глаз.

— Сделай то, что сломает все планы проклятого Короля Шурика. Не просто же так он помогает Энрике. Ради спасения чужого человека никто не станет посылать своих солдат на войну. У них определенно есть какие-то свои договоренности! Нарушим же их! Нет человека — нет договора!

Это звучало… заманчиво. Превратить победу их общего врага в пиррову — дорогого стоит.

И уж тем более что им вообще терять остаётся? Они и так проиграли! Так пускай Спарта тоже пойдет на дно вслед за ними!

Шурик хотел обрести контроль над Пятиморьем? А вот хрена лысого!

Будь проклята Спартанское Королевство! Если бы не вмешательство этого Короля Шурика, то поражения сил лоялистов не случилось бы!

Клей бы не смог покинуть столицу, не собрал сброд вокруг себя. Не смог бы одержать верх над флотом Совета Мадрида!

И всё ради чего? Ради спасения грёбанного Энрике!

Энрике… Энрике! Это он — причина всех его бед! Это из-за него Бенедикт вынужден был довольствоваться вторым местом. Всегда сидеть в тени! Советовать этому простофиле, но не править самостоятельно!

Бенедикт лишь хотел должности, соответствующей его талантам! Его способностям! Глава Совета Мадрида — это лишь ступенька на его пути. Правитель всего Пятиморья — вот его призвание!

Он не хотел быть первым среди равных. Бенедикт жаждал власти! Он грезил этим!

И ведь он смог подняться на самую вершину! Он встал у руля всего региона, хоть и в результате переворота! Он доказал, что куда умнее Энрике! Он даже пощадил его жизнь, чтобы не устраивать особых волнений среди простых игроков.

Но что он получил в итоге? Настоящее восстание! Марш на столицу! Всё для того, чтобы вызволить этого доверчивого идиота!

Бенедикт заиграл желваками.

— Стражу ко мне! — рявкнул он.

Уже через минуту перед ним стоял десяток преданных до гроба солдат.

— Отправляйтесь в столичную тюрьму, — приказал Бенедикт. — И убейте там заключённого в маске.

— Будет исполнено! — кивнули солдаты.

Бенедикт же мысленно усмехнулся. Бунтовщики хотели спасти своего драгоценного повелителя? Хрен им с маслом, а не Энрике! Уж лучше он убьёт его собственными руками, чем позволит вернуться на трон Пятиморья!

Ведь именно он, Бенедикт, был истинным правителем региона! А не какой-то там любитель цветочков!

Да, это его призвание! Это его священный долг! И он исполнит его до самого конца!

И пусть весь мир сгорит вместе с ним!

Глава 5

Солдаты Бенедикта добрались до тюрьмы без каких-либо сложностей. Все бунтовщики сейчас были сосредоточены на штурме дворца. Сюда же никто из них и не додумался прийти.

И немудрено. Лишь единицы знали о том, где располагается бывший правитель Пятиморья Энрике.

Солдаты протиснулись в узкие коридоры тюрьмы. Их стальные сапоги звонко чеканили шаг о каменный пол. Свет от факелов отбрасывал отблески на отполированных доспехах.

Они чуть ли не бегом поднялись на самый высокий этаж тюрьмы. Туда, где располагалась нужная им одиночная камера.

Оттолкнув вскинувшихся было стражников в сторону, солдаты отворили дверь. Обнажили клинки.

Им хватит пары секунд, чтобы закончить начатое.

Они было протиснулись в дверной проем и тут же застыли, как вкопанные. Ведь пленник оказался не один!

Прямо напротив него сидел добрый десяток серокожих существ, а также мужчина в странном доспехе.

Они лишь мазнули незаинтересованными взглядами по солдатам и продолжили рубиться в нарды.

Вот чего-чего, а такого солдаты точно не ожидали! Они пришли, видите ли, убивать бывшего повелителя Пятиморья, а он тут в нарды рубится с хрен пойми кем!

Как это вообще понимать?!

— Я победила! — воскликнула странная девушка. Её кожа также была серого цвета, волосы отливали платиной, а ушки смахивали на эльфийские.

— Поздравляем! — похлопали ей все собравшиеся.

Солдаты недоуменно переглянулись. А они попали точно в ту самую камеру? Не ошиблись номером?

Кто-то из вторженцев даже выглянул наружу, проверяя выбитые на каменной стене цифры. Ну вот же!

Сто пятнадцатая! Сюда им и надо! Они не ошиблись дверью!

В этот самый момент из-за стола с нардами поднялся мужчина в доспехах. Солдаты сосредоточили всё своё внимание на нём.

Ровное с правильными чертами лицо, тёмные волосы, странный пластинчатый доспех, алый плащ и меч на поясе.

— Ну, вы тут рубитесь, а я, пожалуй, разомнусь, — мужчина демонстративно потянулся.

— Уверен? Игра в самом разгаре! — спросил у него пленник в железной маске.

— Я не лучший игрок в азартные игры, — усмехнулся мужчина. В его руке словно по волшебству появился цзянь.

Солдаты вскинули оружие. Им хватило одного-единственного движения, чтобы понять, перед ними стоит настоящий монстр!

Ветеран, который на голову превосходит каждого из них!

Солдаты уже поняли, что их план пошёл совсем не так, как положено! Всех этих лиц не должно было быть в камере! Всё определённо летело в тартарары!

— Ну, что, ребятки?! — воскликнул Король Спарты. А именно им и оказался мужчина в доспехах и плаще. — Кто будет первым?

Спустя мгновение в камере начался сущий бедлам.

***

— Как же хорошо! — восклицает Энрике. Он подставляет лицо солнечным лучам, получая истинное наслаждение. И это неудивительно, учитывая то, сколько месяцев он провёл в сырой и глухой камере.

Выбраться из тюрьмы оказалось плевым делом. Всего-то по дороге потребовалось перебить сотню солдат, стражников и прочей братии, что отчаянно пытались нас остановить.

И это я говорю о самых идейных! Большая же часть встреченных нами патрулей, признав в Энрике своего повелителя, тут же расступались в стороны.

А некоторые и вовсе клялись в своей верности, присоединяясь к нашему импровизированному маршу «на Мадрид».

В результате уже на подходе к столичному дворцу, за нами формируется внушительный по своей численности отряд.

Штурм уже подходит к концу. Пока я вызволял Энрике, мои солдаты уже ворвались во внутренний комплекс зданий. Они же на пару с моряками Клея арестовывают одного советника Мадрида за другим.

Рядом с Бенедиктом собралась вся его свора: верные, как псы, советники и богатейшие торговцы Агенства. Все они надеялись, что уж старик-то сможет их спасти! Да только что Бенедикт, что вся эта кодла уже были обречены!

Никто не мог их спасти!

Агенты и гренадиры уже были разбиты. Их или перебили на улицах столицы, или же заковали в кандалы. Флот лоялистов капитулировал.

У нашего противника просто не осталось козырей. Все его карты были биты!

Теперь мы с Энрике шагаем по коридорам дворцового комплекса. Мужчина будто бы впервые оказывается в своем собственном доме.

— Неужели я жил в таких хоромах? — тихо шепчет Энрике, оглядываясь по сторонам.

— Предпочтёшь вернуться в прежнее жилище? — усмехаюсь я.

— Вот ещё! — фыркает мужчина. — Так даже лучше! Будет, где разгуляться!

— Планируешь перестроить свой дворец? — интересуюсь я.

— Некоторые изменение придётся внести, — кивает Энрике. — Усилить охрану. Ввести адекватные посты для патруля. Второй раз в сырую камеру я попадать точно не собираюсь!

Я лишь улыбаюсь в ответ.

Наконец, мы оказываемся во внутреннем дворике дворца. Здесь в окружении солдат на коленях сидят самые знатные пленники. Среди них оказывается и Бенедикт.

Увидев нас, он кривит лицо.

— Ты всё-таки выжил, — шипит мужчина.

— Как видишь, — отвечает ему Энрике.

Теперь его лицо подобно холодной маске. Он не демонстрирует ни единой эмоции, только полную отстранённость.

— Я был в своём праве, — меж тем начинает лепетать Бенедикт. — Ты был никудышным правителем! Мадриду нужна была крепкая рука! Та, что сможет привести регион к процветанию! Твоя же слабость могла погубить нас всех!

— Может, и так, — не спорит Энрике. — Однако именно ты сейчас в кандалах. А я стою перед тобой. Жители Пятиморья выбрали меня. Тебя же предал твой собственный флот. Он не стал сражаться до самого конца за тебя и твои идеи. Они предпочли плен. Тогда как верные мне игроки готовы были выйти против кратно превосходящего врага и даже пожертвовать собой! В этом разница между нами!

— Всё это лишь удача! Тебе помог Король Спарты! Без него ты не стоишь и единого Е-балла! — ревёт старик.

— Счёт на табло, Бенедикт, — пожимает плечами Энрике. — Твоя судьба уже предрешена. Тебе и твоим помощникам предстоит суд. Вашу участь решит народ Пятиморья.

И это оказываются его последние слова.

— Бросьте предателей в тюрьму, — приказывает правитель Мадрида. И солдаты уводят сопротивляющихся игроков, заливающихся слезами и соплями. Кто-то молит о помиловании, кто-то орёт о том, что это всё недопонимание.

Все эти люди молят своего повелителя о прощении. Но Энрике отвечает им гробовым молчанием.

И всё-таки проведённое время в темнице серьёзно закаляет этого человека. Теперь я это вижу.

Все без исключения мадридцы отмечали то, что порой их правителю недостаёт жёсткости, решительности. Энрике всегда был мягок и добр к своим подданным. За это его обожали простые игроки. По этой же причине свора предателей и смогла подняться так высоко.

Но теперь я более чем уверен, что всё изменится.

Энрике разбил розовые очки, что заслоняли ему обзор. Теперь он знает не понаслышке, что будет с проигравшим в мире Системы. Тебя раздавят, как навозного жука.

И поэтому, чтобы Мадрид не разделил такую судьбу, фракции придётся измениться. Самому Энрике нужно измениться.

Но я думаю, что он справится. Не может не справиться!

***

— Жители Пятиморья! — вещает Энрике. — Сегодня настал знаменательный день! Вы расправились с предателями! Вы очистили наш регион от мерзости! Вместе! В едином порыве вы рискнули всем, чтобы восстановить справедливость! И вы спасли меня! Своего правителя! Я никогда не забуду вашей доблести! Вашей храбрости и преданности! Да здравствует Мадрид, друзья мои!

— ДА ЗДРАВСТВУЕТ МАДРИД!

Толпа отвечает мужчине диким рёвом. Аплодисменты гремят подобно грому. Как-никак на центральной площади Мадрида собираются тысячи игроков.

И все они сейчас свистят, рукоплещут и орут во всю мощь своих лёгких.

Проходят сутки с момента восстановления Энрике как правителя Мадрида. Остатки предателей были вычищены из столицы, закованы в цепи и теперь дожидаются вердикта судьи.

Энрике поднимает руку, прося толпу успокоиться. И она затихает. Симфония голосов, звучавшая секунду назад, словно бы уходит в прошлое. Может показаться, что её никогда и не было.

Правитель Мадрида меж тем продолжает свою речь.

— Но в этот самый момент мы празднуем не одни! Не только верные жители Мадрида вышли на бой! Сегодня с нами проливали кровь и наши новые союзники! Могучие спартанцы! — восклицает Энрике и указывает на меня, стоявшего справа, — Король Шурик лично спас меня из темницы, в которую я был заключён предателем Бенедиктом! Если бы не он, то я уже был бы мёртв! Если бы не его солдаты, не его флот, то мы потеряли бы ещё сотни наших доблестных воинов! За что ему моя личная благодарность!

Неожиданно, но игроки также поддерживают меня рукоплесканиями. Как, однако, легко можно изменить своё мнение о ком-то.

Ещё год назад меня рисовали, как наибольшую угрозу для Пятиморья. Как тирана, деспота и вообще ублюдка, коих ещё поискать.

А теперь я — герой и надёжа Мадрида. Спаситель Энрике. Защитник слабых и обездоленных. И вообще-то не такой уж и плохой правитель. Добрый сосед, в конце концов!

Вот такая вот она, людская память! Прямо как у золотой рыбки! Пять минут и всё! Ничего не помню! Ничего не знаю! Всё что было «до», это вообще не мы!

— С этого самого дня Пятиморье ждёт новое будущее! Куда более светлое, нежели раньше! — распаляется Энрике. — С нашими новыми друзьями мы сможем достичь новых вершин! Не будет больше войн! Настала эпоха мирного сосуществования! Да здравствует открытая торговля! Да здравствует процветание! Да здравствует Мадрид!

— Да здравствует Мадрид! — ликует толпа.

— Спарта и Мадрид отныне союзники! Мы больше не враги! Предатели из Совета Мадрида принудили нас схлестнуть клинки! Но мы узнали правду! Мы нашли истинного виновника всех наших бед! И мы его покараем! Накажем, как того требует закон! — ревёт Энрике. — Сейчас же празднуйте! Ликуйте! Мадрид свободен! Я свободен! И это всё благодаря вам! Мои верные подданные! Ура!

— Ура!

— Ура!

— Ура-а-а-а-а-а!

К рёву толпы подключатся музыканты. Столица Пятиморья стремительно оживает. Жители города выходят на улицы. Солдаты Спарты и Мадрида рассасываются по многочисленным улицам. Сегодня они празднуют их общую победу! На площадях и улицах ставят сотни столов. На них размещают мясо и вино.

Этой ночью игрокам предстоит продолжительное турне от стола к столу, где они будут поднимать здравицы за новых союзников, за общую победу, за павших товарищей.

Сегодня Мадрид гуляет! Как и всё Пятиморье!

Мы же с Энрике возвращаемся во дворец. Ещё многое предстоит обсудить. Многое предстоит сделать. Пока простой люд гуляет, нам нужно урегулировать целую прорву мелких вопросов.

Такие вот нерадостные будни правителя!

***

Пожалуй, надлежит подвести итоги.

Гражданская война в Пятиморье подходит к концу. Бенедикт, Каспер, большая часть Совета Мадрида, а также главные акционеры Агентства арестованы и теперь сидят за решеткой.

Энрике вновь дали присягу все вооруженные силы региона. Клей был объявлен новым главнокомандующим над силами военно-морского флота.

А самое главное, отношения между Мадридом и Спартой наконец-то нормализуются. Мы больше не враги, а союзники.

И потому нам следует многое сделать. Для начала — торговля. Теперь между нашими фракциями будет налажено сообщение. А министерство торговли обменяется послами с правительством Мадрида для лучшего взаимодействия.

Острова Пятиморья находятся преимущественно в мягкой и тёплой климатической зоне. Этакая Италия или Греция. Здесь растут финики, маслины, виноград и много чего ещё.

Все эти товары очень интересуют наших торговцев. Сначала мы наладим взаимоотношения между фракциями, а уже спустя какое-то время будет дано разрешение на путешествия частных торговцев. Следует на всём пути странствования из Мадрида в Спарту построить обширную сеть портов, где экипажи смогут отдохнуть, восполнить припасы, запасы пресной воды и всё в таком духе.

Необходимо отрегулировать работу наших пограничников. Распределить зоны влияния, если выражаться иначе. Обсудить вопрос миграции игроков, и вообще могут ли жители двух фракций смешиваться между собой.

Естественно, всё это мы обсуждаем с Энрике лишь в общем виде. Намечая работу уже работникам наших ведомств. Именно послам и дипломатам потребуется всё это урегулировать, мы же сейчас обменивается своим видением общего будущего. Обозначаем основные вопросы и возможные претензии.

Как-никак дружба дружбой, а своя фракция всё равно дороже!

Но это всё мелочи.

Главное же то, что мы поднимаем вопрос Грибницы. А точнее, я рассказываю о реальной угрозе с севера. Без утайки я повествую о возможностях этого страшного врага. Раскладываю я и обстановку с Антантой. Мы не одни воюем с этой мерзостью.

Мы не одни. А значит, даже у наших фракций есть шанс на выживание! У Грибницы больше земель, больше возможностей, больше солдат, но это не значит, что мы не в состоянии её остановить!

Почему я хотел как можно скорее решить вопрос Пятиморья и отказался от того сценария, где Мадрид сожрал бы сам себя в гражданской войне? Потому что Спартанскому Королевству необходим мадридский флот!

Как бы Спарта ни старалась, но наш флот не сможет сравниться по своей численности с армадой фрегатов Пятиморья. У нас попросту не хватит корабелов, да и времени уйдёт просто прорва!

Нельзя разбрасываться столь ценным ресурсом! Война с Грибницей может идти ведь не только на суше, но и на воде! Именно на море человечество обладает невероятными преимуществом! У нас есть наши корабли, а вот враг вынужден торчать на земле!

Мы можем не только совершать вылазки с воздуха, но и с моря! Организовывать десант, глубокие диверсии или ещё что! Нужно только найти способ!

Для того я и предлагаю союз Мадриду. Пока Спарта целиком и полностью сосредоточится на обороне нашей северной границы, Энрике должен обследовать север вдоль и поперёк.

Не исключено, что за прошедшие месяцы у Пятиморья открылись и другие границы! Нельзя исключать того, что земли, захваченные Грибницей, также соседствуют с северными островами Мадрида.

Энрике, а вслед за ним и Бенедикт целиком и полностью сосредоточились на Спарте. И только. Они позабыли о всех других направлениях.

Что не есть хорошо.

Я же предлагаю направить пыл мадридских моряков и гений адмирала Клея на разведку вражеских земель. У Грибницы должны быть уязвимые места.

Но даже не это главное. Нам нужно связаться так или иначе с фракциями Антанты. Если Морзе не сумеет наладить работу радио, то у нас должен быть путь по морю или не только по нему к нашим потенциальным соратникам.

Эта связь сейчас играет ключевую роль. Если мы найдём прямой маршрут к Антанте, то вопрос с Грибницей можно будет закрыть в разы легче.

Вот так, сидя в кабинете Энрике, попивая местное красное вино, мы решали судьбу двух фракций.

Определяли наше общее будущее и уже строили планы на новую войну.

Типичный вторник!

***

А через три дня я возвращаюсь в Спарту. С головой окунаюсь в местную суету. Работы на меня сваливается будь здоров!

Всё-таки нерядовое это событие — формирование нового союза с соседним регионом. Вопросы и консультации так и сыплются на мою голову.

Каждый из министров хочет знать, в каком направлении ему работать, какой позиции придерживаться. Дипломаты просят список пожеланий и того, что мы можем предложить.

Естественно, этим всем я не занимаюсь самолично. Но вот документов на подпись мне сваливается просто ух! Несколько стопок наберётся так точно!

И пока я завален бумагами и докладами, в мой кабинет входит Морзе. Он как раз запросил аудиенцию для себя.

Мужчина начинает без обиняков:

— Король Шурик, я смог это сделать!

— Сделать что?

— Починить радио! — улыбается мужчина. — Только есть одна проблема.

— И какая же?

— Дальности радио не хватит, чтобы связаться с Антантой, — вздыхает Морзе. — Для того нам потребуется огромная антенна-усилитель сигнала. Но где же мне такую добыть? Вот меня и послали учёные к вам. Сказали, что вы знаете ответ на мой вопрос.

Огромная антенна-усилитель? Ха, у нас даже есть идеальный вариант на эту роль!

Я расплываюсь в ухмылке.

— Кажется, Морзе, я и вправду смогу тебе помочь!

Глава 6

Для работы радио необходимо было построить башню-усилитель. И у нас уже было идеальное место для данной постройки.

Вавилонская башня! Что может быть проще! Уже сама башня являлась легендарным строением. Её высота могла сравниться с нехилым таким небоскрёбом из прошлой жизни. Если где и располагать ретранслятор, то здесь!

Уже на следующий день Морзе отправился в Вавилон по железной дороге. В сотрудничестве с учёными из Норы он приступил к работе. К установке башни-усилителя на крышу Вавилонской Башни.

Ага, башня на вершине башни. Звучит так себе. Но не всё равно? Если заработает, то всё это сущая мелочь!

Стоит ли говорить, что стройка уже с самого начала не задалась? Практически сразу по прибытии и Морзе, и учёные вдруг осознали, что… они не знают, как работать.

Ведь в самом деле! Высотного строительства толком ещё не существовало! В Спарте не было подъёмных кранов, чтобы подавать стройматериалы сразу на крышу Вавилонской Башни. Не было ни грузовых лифтов, ни пассажирских. Даже страховки и то не было!

А как же строили саму башню, спросите вы? Да вот так и строили, кирпич за кирпичом, спокойно поднимаясь выше. На это уходила уйма времени. А сейчас нам надо соорудить длиннющую вышку, или даже мачту, тонкую словно игла.

Как прикажете строителям работать на высоте десятков метров под воздействием степных ветров? Притом нельзя забывать, что степные ветра порой могут и с ног свалить. И не только новичка. А что творится на высоте… Даже представить страшно.

Пример Меджуна уже показал, что будет с игроком, свалившимся с вершины Вавилонской Башни. Тут никакой уровень не спасёт!

Как со всем этим работать прикажете?

Впоследствии, в Вавилон отправилась целая плеяда инженеров, архитекторов и работников Министерства строительства. Именно на их плечи легла столь нетривиальная задача.

Уже по итогу первого дня они пришли к выводу, что классическими методами эту стройку не организовать.

А что прикажете? Тянуть строительные леса вокруг Вавилонской Башни? Так неустойчиво всё это будет — легко и развернуться может к чертям. Попробовать организовать свой кран? Тоже задача со звёздочкой! Тогда начали предлагать один невероятный сценарий за другим.

Может, использовать дирижабли для разгрузки стройматериалов с воздуха? А вдруг сработает! Или же взять тех же магов! Они точно лишними не будут!

Или как защититься от порывов ветра? Да теми же артефактами! Энергетический купол на что тогда нужен?

Так или иначе, но, фонтанируя всевозможными идеями, коллегия-таки сумела найти решение этой проблеме.

В Вавилон прибыла внушительная группа учеников магии земли. Именно на их плечи легла задача по организации строительной площадки. При помощи своей магии они транспортировали стройматериалы сквозь Вавилонскую Башню.

Степные ветры затихли, когда на крыше установили уникальный энергетический щит. Поверхность купола надёжно выдерживала буйство стихии.

Помимо всего прочего, каждого рабочего оснастили амулетом воздуха. Если кто-то и свалится с Вавилонской Башни, то амулет спасёт ему жизнь, сформировав мощный поток воздуха под собой.

Так, работа началась. И уже спустя неделю она подошла к концу. Башня-усилитель была возведена, о чём мне доложил Морзе по магической сфере.

В тот же день я прибыл в Вавилон.

***

Город встречает меня ясной безоблачной погодой. Солнце светит. Тушканчики нежатся под его лучами, разлёгшись на тентах или крышах домов. Эти пушистые создания, словно коты, умудряются пробраться куда угодно.

Вавилон кипит, подобно наполненному до краёв котлу. Сюда прибывают торговцы со всех уголков Спартанского Королевства. Вслед за ними текут ручейки простых игроков, желающих оторваться на полную.

И Вавилон встречает их с распростёртыми руками. Именно в сердце степей консолидируются торговые дома из соседних полисов.

Спарта на то и столица. Она выделяется на общем фоне, привлекает к себе внимание всего Королевства. Со столицы берут пример другие поселения, перенимают её технологические и не только новинки.

Такси, самобеглые повозки, автобусы, проекторы, железная дорога — всё это пришло из Спарты.

Но в чём Вавилон опережает центр Королевства — так это в развлечениях! Здесь Незабудка раскинулась на целый жилой сектор. Со временем к ней подтянулись и торговые дома со всех уголков Королевства. Что получилось в результате? Самый настоящий торговый центр! С крытыми аллеями, переходами и фуд-кортами! Даже кинотеатр с отдельным проектором есть!

Уже только ради этого игроки готовы были приезжать в Вавилон! Ради уже подзабытого чувства шоппинга! Когда ты берёшь и маршем проносишься сразу по нескольким десяткам бутикам, прицениваясь, примеряя наряды, и вообще крутишь головой по сторонам, не зная, что и выбрать.

Хитро торгаши сделали, ничего не скажешь. Первый спартанский торговый комплекс скоро обещает разростись ещё больше! Того и гляди, он станет аналогом Дубая или Шанхая, где торговые комплексы вообще могли быть бесконечными!

Но всё это сейчас не относится к делу. Как бы я ни хотел просто пройтись по магазинам и поглазеть на их ассортимент, сейчас у меня другая задача.

Самобеглая повозка доставляет меня к основанию Вавилонской Башни. Здесь меня уже встречает Морзе.

— Король Шурик, вы прибыли! — улыбается мужчина.

— Как только ты отправил весточку, сразу же и явился, — спокойно отвечаю я, — Покажешь, где установил свой агрегат?

— Конечно, прошу за мной!

Мы ныряем внутрь монструозной постройки. Шагаем мимо местных чиновников. Те почтительно кивают мне и освобождают путь. Совсем скоро мы оказываемся на самой вершине Башни. Здесь в небольшой комнатушке располагается то самое радио Морзе.

Сейчас оно на себя совсем не похоже. Нагромождение проводов, каких-то конструкций, схем. Выглядит всё это, как компьютеры середины 20 века, когда они занимали собою целые шкафы.

Вот и передо мной сейчас находится нечто подобное.

— Пришлось, правда, покопаться в начинке устройства, — вздыхает Морзе. — Да и технологии Спарты, увы, пока не дотягивают до Гамбурга. Поэтому пришлось ломать голову и пытаться использовать эту вашу техномагию и руны. Господин Ловелас мне очень помог!

— Рад это слышать, — киваю я в сторону агрегата. — Радио ведь рабочее?

— Естественно, Король Шурик! — вскидывается Морзе. — Но есть одна загвоздка…

— И какая?

— Из-за слишком большого расстояния работа в привычном формате попросту невозможна, а потому… с Антантой мы можем общаться только точками и тире, — понуро опускает голову Морзе.

Я ободряюще хлопаю того по плечу.

— А большего нам и не надо, приятель! — усмехаюсь я. — Давай заводи свою чудо-машину! Переводчиком будешь!

— Хорошо! Один момент!

Парень садится на стул перед своей машиной. Щёлкает несколько тумблеров, прокручивает ползунки.

Ничего не происходит.

— Чуть не забыл, — хлопает себя по лбу Морзе, после чего… ударяет кулаком по радио.

Бух!

Раздаётся треск электричества, и машина просыпается от сна.

— Всё готово, Король Шурик. Мы на связи с Антантой.

— Отлично, — улыбаюсь я, — Что бы такого сказать? О, придумал!

«Внимание-внимание! Говорит Спарта! Как слышите? Приём.»

Ответ не заставляет себя долго ждать.

«Антанта на связи. Откуда у вас наша частота?»

Да, не самое радушное приветствие, но северян можно понять. Не каждый день к тебе на связь выходит фиг пойми кто.

Последующие двадцать минут у нас уходит на то, чтобы пересказать всю историю знакомства с пилотами из Гамбурга. Вкратце я описываю и свою фракцию, а также моё предложение о сотрудничестве.

Оператор на той стороне отвечает редко, но метко. Задаёт уточняющие вопросы. Обращается лично к Морзе для подтверждения его личности. В Антанте не дураки сидят, первому встречному они не особо доверяют, требуют доказательств.

Сложно их в чём-либо винить. В условиях полномасштабной войны с Грибницей сложно поверить, что где-то далеко вдруг объявится потенциальный союзник, готовый вам помочь в борьбе со злейшим врагом. Всё это выглядит как уж больно удачное стечение обстоятельств.

Или как ловушка Грибницы. Хотя говорящих мутантов, по словам Морзе и остальных, северяне ещё не встречали. Но всё бывает в первый раз!

Потому и связной Антанты скорее поверит в то, что Грибница научилась говорить и использовать радио, нежели в то, что где-то далеко от них, на юге, раскинулось Спартанское Королевство.

После подтверждения личности Морзе, а также выслушав его версию событий от момента крушения до починки радио, настрой связного разительно отличается.

«Антанта приветствует вас, Король Спарты! Слава Системе, есть ещё фракции на этом Сервере, незатронутые страшным Злом!»

«Вы полагали, что никого больше не осталось?» — спрашиваю я.

«Мы исходили из наихудшего сценария, — получаем мы ответ. — Наш враг — крайне коварен и опасен. Молодым фракциям, только-только открывшим границы своего региона, ни за что не справиться с нашествием тех же пожирателей».

Что верно, то верно. Не будь у Спарты артиллерии, воздушного флота, рунных цепочек, аркебуз и мощного промышленного кластера за спиной — смогли бы мы совладать с Грибницей?

Очень я в этом сомневаюсь! Без тех же пушек сколько бы нам пришлось ковырять мечами и копьями тела пожирателей? Да целую вечность! Магия против них тоже не вся действует столь же эффективно. Если огонь и воздушные резаки ещё вполне себе неплохо наносят урон, то как может противнику навредить вода?

Как уже показали испытания, дождичка эти шары плоти нисколько не боятся.

В общем, очень много факторов сложилось в нашу пользу. Пропади хоть один, и исход мог бы оказаться прямо противоположным.

Но это ладно. Что было, то было. Сейчас нужно сосредоточиться на другом — на налаживании контактов с Антантой.

«Спартанское Королевство предлагает Антанте работать сообща против нашего общего врага», — объявляю я.

На той стороне всё смолкает. Похоже, наш связной побежал докладывать на самый верх.

И хорошо.

Именно эти шишки и нужны мне. Спустя ещё минут пятнадцать радио снова оживает. Точки и тире льются без конца.

«Говорит Атрей. Приветствую вас, Король Шурик, я — представитель Тетрархии Антанты. Можете считать меня министром иностранных дел», — гласит сообщение.

«А я Король Шурик — правитель Спарты».

Коротко и ясно.

Атрей осторожно прощупывает почву, убеждается в том, что мы действительно серьёзно рассматриваем сотрудничество с Антантой. Просит описать наше местоположение относительно Антанты.

Хотят сначала узнать о нас как можно больше, а уже потом делать выводы. Что ж, мне нечего скрывать.

Тем более, что никакой секретной информации от нас и не просят. Люди в Антанте понимают, что такое границы дозволенного. Это невольно располагает.

Наша беседа длится несколько часов. Кто бы что ни говорил, но связь посредством точек и тире очень утомляет. Пока связной переведёт предложение от министра, пока набьёт эти самые символы. Пока Морзе их прослушает, запишет и переведёт…

Закачаешься ждать!

В какой-то момент я осознаю, что так дальше продолжаться не может. Такими темпами у нас уйдут недели, чтобы прийти к какому-то консенсусу. Столько времени тратить впустую я не намерен. Тем более, если у нас есть альтернатива всей этой переписке!

А конкретно — магия тёмных эльфов и Косая Тропа! Что мешает мне отправиться непосредственно в Антанту? Да ничего! За тем лишь исключением, что нужно знать, в какую сторону нужно прыгать, а также иметь хоть какой-то ориентир. Аркаэла тоже не может путешествовать вслепую. Нет, конечно, можно и так, но есть немалый риск оказаться на территории Грибницы. На Фронтире.

А если верить словам северян, то оказаться там они не пожелают и врагу.

Поэтому весь следующий день уходит на то, чтобы согласовать мой визит в Антанту. Атрей с такой смены темы аж в осадок выпадает. Это понятно по увеличившимся паузам между сообщениям.

Он явно убегает за советом к своему начальству. Но что меня радует так это то, что уже совсем скоро министр иностранных дел приносит мне положительный ответ.

Антанта согласна встретить меня. И, более того, она готова заключить договор Системы о гарантии моей безопасности.

Как хорошо, что Система позволяет заключить договор и без какого-либо бумажного носителя! А чисто на словах!

Внимание! Игрок Атрей предлагает вам договор!

Имя: Гарант безопасности

Описание: Королю Шурику и его сторонникам гарантируется личная безопасность на территории Антанты. В случае нарушения этого обязательства фракция Антанта теряет 50% баллов репутации и будет понижена на ступень в уровне развития!

Желаете его принять?

Да/Нет

Пробежавшись глазами по описанию, я не нахожу ничего подозрительного. Классический такой договор, который применялся ещё Меджуном в Вавилоне. Правда там соглашение заключалось «жизнь за жизнь». Однако на примере Милана я помню, что это чревато самыми неожиданными последствиями. К примеру, этим могут воспользоваться заговорщики, чтобы убить законного правителя. Так что технологический «дауншифтинг» кажется мне достаточной гарантией.

Тем более у меня есть и свои способы позаботиться о безопасности. Просто я не хочу их выкладывать так рано.

Принимаю договор, и уже после этого Атрей передаёт нам координаты для прыжка. Что любопытно, Антанте уже было известно о магии тёмных эльфов. Это наталкивает на интересные мысли. Неужели у северян тоже есть свои дроу? Может, это Клан Аркаэлы навещал их? Или же здесь скрывается что-то ещё? Пока неясно.

В любом случае Атрей передает мнё странное описание места, которое, по его словам, должно дать чёткую наводку моим дроу.

Я пробегаюсь глазами по листу бумаги. По сути, здесь описывается какая-то то ли пещера, то ли каверна. Мне это ни о чём не говорит. Но раз уж, по словам Атрея, это должно помочь Аркаэле, то пусть будет! Посмотрим, что из этого выйдет.

Договорился я прибыть через трое суток. Этого времени хватит и Антанте, чтобы подготовиться к встрече.

Поблагодарив измотанного Морзе, я покидаю Вавилонскую Башню. Нужно было многое обдумать.

С одной стороны, мой прыжок на неизвестную территорию есть немалый риск. Особенно, если речь идёт о целом союзе фракций, куда мощнее Спартанского Королевства.

Одно дело прыгать на землю Пятиморья… Что мне там могло угрожать? Да ничего!

Если бы местные не собрали внушительный по своей численности отряд, то что бы они могли мне противопоставить?

Телекинез сводит на нет любой урон от пуль, а мой собственный уровень и владение мечом позволят отбиться от любого солдата.

Но то были игроки, недалеко ушедшие от Спарты! Пятиморье находилось на одном с нами уровне. Я понимал, с чем имел дело! А что же сейчас? Понимаю ли я, что ждёт меня на землях Антанты?

Ни черта!

Это серьёзный риск — лезть головой в петлю. Северяне искусны в алхимии, их технологических уровень превосходит наш на несколько уровней, уровни их ветеранов могут оказаться не ниже орочьих. Стоит ли говорить, что воины 70-го уровня дадут прикурить даже мне?

Ладно, орки! Они — опасный противник, с этим нельзя спорить, но они всё ещё орки. Они по природе своей прямолинейны и открыты.

Другое дело — люди… Нет врага страшнее, чем другой человек.

Но и сидеть без дела я тоже не могу. Потому что от результатов наших переговоров с Антантой будет зависеть будущее не только моей фракции, но и, вполне вероятно, всего Сервера! Зачем северянам моя смерть?

Незачем! Им нужны союзники в их страшной войне. Спартанское Королевство может стать именно таким союзником. Им архиважно наладить со мной отношения, а не пытаться прирезать.

Антанте и Грибницы должно хватать по горло. Начинать новую войну с ещё одной фракцией точно не должно входить в их планы.

Но даже так опасность всё ещё остаётся. Ведь всё вышеперечисленное не более чем мои собственные домыслы. Как обстоят дела на самом деле — ещё большой-большой вопрос!

Но и на этот счёт у меня есть аргумент.

У меня при себе есть Аркаэла и её магия. Если мы почувствуем хоть намёк на угрозу, то тут же нырнём в тени и вернёмся на землю Спарты.

Мой духовный доспех способен выдержать одну смертельную атаку. Экзодоспех второго поколения может использовать руну всплеска. Всего этого должно хватить, чтобы выиграть нам несколько драгоценных секунд на реакцию.

Но что самое главное — у меня всё ещё есть вторая жизнь.

Да, если я умру сейчас, то Спарта потеряет своего сильнейшего бойца. Все мои характеристики обнулятся, я потеряю весь свой прогресс в телекинезе.

Но это… всё ещё стоит того!

Если я ничего не сделаю, то Грибница сомнёт нас! Мы потеряем куда больше, если это случится!

Нам нужны союзники! Не только Пятиморье, но и Антанта! Только вместе с ними у нас будет шанс преодолеть этот страшный кризис.

Только встав плечом к плечу, мы сумеем вырвать победу из-под корней Грибницы.

От моего решения зависят жизни десятков тысяч игроков. И я должен взвалить эту ношу на свои плечи. Если я не готов рискнуть своей жизнью ради других, то как можно требовать того же от моих подчинённых?

Солдаты не раз и не два бросались грудью на амбразуру ради будущего нашей общей фракции. Мастера бессонные ночи напролет сгибают спины над станками, чтобы у Спарты было всё необходимое.

Учёные буквально живут на королевском сидре и кофе, только бы поскорее создать очередную новинку.

Даже крестьяне на полях пашут под палящим солнцем круглые сутки, дабы спартанцам было что есть.

Каждый вносит свою лепту, свой вклад в наше общее будущее.

И я, как Король Спарты, обязан вести этих людей. Оберегать их. Делать всё, чтобы их жизнь была лучше.

Иначе зачем всё это? Зачем столько жертв и лишений на нашем пути?

Глубоко вздохнув, я принимаю решение.

Три дня.

Через три дня я отправлюсь на земли Антанты. Пришла пора нам познакомиться лицом к лицу!

Глава 7

— Добро пожаловать в Антанту, Король Спарты.

Первое, что бросается в глаза, это то, что над головой больше нет бескрайнего небосвода. Вместо него нас встречают каменные своды.

Подземелье? Такого я определённо не ожидал!

Я отпускаю глаза и замечаю мужчину с аккуратно постриженной бородой.

Но что ещё больше привлекает моё внимание так это… его рост. Окажись мы на Земле, я подумал бы, что передо мной ребёнок. Но нет. Густая борода, усы и зачёсанные назад волосы отчётливо дают понять, что передо мной зрелый мужчина.

С ростом, не дотягивающим даже до метра пятидесяти.

— Атрей, ты…

— Дварф, — опережает меня мужчина. — Я — чистокровный дварф.

И как он только догадался о сути моего невысказанного вопроса?

— Все люди этого Сервера задают один и тот же вопрос, — усмехается Атрей. — Поэтому на десятый раз я уже привык. Такое чувство, будто вы уже знали о нашем существовании ещё до самой нашей встречи!

О, как же ты прав! Игры, фильмы и десятки книг не дадут соврать!

— Понятно, — киваю я.

Чёрт возьми, дварфы! Такого я точно не ожидал увидеть в Антанте!

— Я провожу вас к начальству, — заявляет Атрей. Он машет ладонью, давая понять, чтобы мы шли за ним. — Они уже ждут не дождутся встречи с вами, Король Спарты.

Слева и справа от нас выстраиваются дварфы в тяжёлых на вид латах. Местный караул? Выглядят они точно бочонки на ножках. В руках у каждого по алебарде или глефе. Причём, оружие выше раза в полтора самих дворфов. Крайне интересное сочетание.

Любопытно, что они косятся по большей части не в мою сторону, а на Аркаэлу. Даже Атрей, нет-нет, а мазнёт взглядом по тёмной эльфийке.

Вслух произносить никто ничего не стал. В том числе и Аркаэла. Наверняка тут замешана какая-то история между дварфами и тёмными эльфами, поднимать которую никто не планировал. И ладно.

Мы прошли вдоль широкого туннеля. На стенах тут и там развешаны электрические лампы. В том, что это именно они, я нисколько не сомневаюсь. Узнаю их дизайн с Земли!

Тут явно приложили руку люди! Но где они сами?

Вопрос отпадает в тот самый момент, когда мы выходим из туннеля. Двустворчатые двери, преграждающие нам путь, открываются с тяжёлым скрипом.

В глаза бьёт резкий свет, вынуждая прикрыться ладонью. И только когда моё зрение возвращается в норму, я понимаю, где мы оказались.

В огромной пещере.

Хотя можно ли назвать то, что я вижу, пещерой? Скорее Подземным Царством!

— Перед вами Чамбард, — лыбится Атрей, довольный моей реакцией. — Город дварфов и людей!

Своды пещеры уходят на сотни метров ввысь. Само пространство занимает площадь в несколько десятков квадратных километров так уж точно! Тут и там можно заметить толстые опорные колонны, поддерживающие «крышу».

Под самым потолком висит гигантский кристалл. Поистине огромный! Габаритами он не уступает какому-либо дворцу.

Именно этот светло-голубой кристалл освещает всё вокруг, как если бы мы оказались на поверхности.

— Интересное место вы выбрали для жизни, — признаю я.

— Всё это было построено жителями Чамбарда! — гордо выпячивает грудь Атрей. — Но не будем здесь задерживаться! Тетрархия ждёт!

Мы спускаемся по выдолбленным прямо в породе ступеням. Уже внизу нас дожидается каменный паук. Чего?

— Прошу на борт! — весело произносит Атрей и открывает дверцу этого чуда-юда. Только тогда я замечаю деревянную кабину на спинке этого существа. Да и существа ли?

Паук выглядит очень странно. Начать стоит с того, что он целиком и полностью состоит из камня. Чуть обойдя по кругу, я обнаруживаю ещё и то, что у него нет головы!

Вместо неё выбитый на камне смайлик.

Ну, привет, зараза! «Паук» мне подмигивает и теряет какой-либо интерес. Я ещё раз осматриваю это причудливое транспортное средство. Паук с «рюкзаком» на спинке. Только этот самый «рюкзак» — это вместительная кабина от той же кареты. Или салон автобуса. Тут с какой стороны посмотреть.

И тогда до меня доходит. Это же голем! Тот же самый, что и у нашего Кита! Только видоизменённый и явно модифицированный.

Поднимаюсь по ступенькам, а затем с интересом смотрю, как они вслед за мной втягиваются в тело голема. Технологии!

Или же магия?

— Вижу, голема вы встречаете не в первый раз? — спрашивает Атрей. Его внимательный прищур не пропускает ни единого моего движения. Дварф изучает меня, мою реакцию, пытается прощупать.

Вот почему мы не оказались сразу же в зале Тетрахии. Они хотят побольше узнать о Спарте и обо мне лично. Мудрое решение. Антанта, поди, желает понять, как со мной следует общаться, на какие точки давить, чтобы получить выгодный им союз.

Как-никак война на выживание всё ещё остаётся, но интересы каждый из нас бюджет в первую очередь свои. А уже потом идёт «всеобщее благо» и «будущее всего Сервера».

Расстроен ли я таким отношением потенциального союзника? Нисколько! Даже наоборот!

Товарищ, с которым ты связан выгодой, будет надёжнее любого фанатика, верящего в «светлое будущее для всех и каждого». С первым всегда можно договориться, со вторым — никогда.

Меж тем Атрей всё ещё ждёт ответа.

— Довелось как-то воевать с големами, — поясняю я. — Неприятный противник.

— Истинно так, — соглашается дварф. — Для друзей они — величайшая поддержка. Для врагов — кошмар наяву. В Чамбарде мы нашли им применение помимо войны.

Паук под нами приходит в движение. Восемь его могучих лапок с неожиданной ловкостью срываются с места. Нашу кабину ощутимо потряхивает, но лишь в первые секунд десять. Затем всё словно бы сходит на нет.

Голем продолжает нестись по улице, но мы уже не ощущаем ни тряски, ни дрожи земли. Только лёгкое покачивание. Неужели на кабину установили рессоры и амортизаторы? Нет, тут явно не обошлось без опыта человечества с Земли!

Как раз в этот момент паук неожиданно поднимается по каменной стене. Я уже приготовился к тому, что мы попросту вывалился из кабины, но нет. Кабина как находилась горизонтально, так в таком положении и осталась! Вот это уже магия!

Голем наш уже преодолевает отвесную стену и оказывается на местном подобии шоссе. Слева и справа от нас мельтешат другие големы. В них я не нахожу никакого единообразия.

Пауки, сороконожки, кроты, мыши-полёвки. Кого здесь только нет! Каждый голем выглядит как-то по-особому. Кабины, надетые на эти махины, выделяются не меньше. Кто-то лепит под себя миниатюрный дворец, кто-то просто ставить голую коробку из древесины. Третьи то ли обожают Египет, то ли им больше нравится кататься на голой платформе под тенью деревянного сфинкса.

Насмотревшись на невольных попутчиков, я окидываю взглядом сам город. Шоссе возвышается над жилыми кварталами. Ломаными линиями они тянутся из самого центра во все стороны света. От каждого шоссе вниз идут те самые отвесные стены. Этакие развилки и одновременно опоры для всей конструкции.

Внизу же находятся жилые и не только кварталы. Дома выглядят, как каменные коробки. Они одновременно похожи на двух-трёх этажные особняки и на многоэтажные небоскребы. С ростом дварфов сложно даже предположить, сколько там этажей.

По улочкам щеголяют големы, служащие местным, как аналог автомобилей. Но среди этой мишуры встречаются и настоящие титаны, что нависают над зданиями и неспешно передвигаются от одного кварталы к другому. При приближении к шоссе они попросту те перешагивают. Точно ребенок, очутившийся на берегу мелкого ручейка. Один-единственный шажок, и источник останется позади!

Заметив мой интерес, Атрей начинает рассказывать о Чамбарде и о том, как он зарождался.

Как вообще дварфы здесь оказались? Этот вопрос не даёт мне покоя. Для примера я рассказываю о встрече Спарты с орками. Об их нашествии.

— О, зеленокожие — та ещё заноза в заднице! — восклицает возмущённо дварф. — Даже на нас эти недоумки совершали свои налёты!

— И как? Успешно? — интересуюсь я.

— Нет конечно! — презрительно кривит губы мужчина. — Наш родной Сервер — это настоящая крепость! Артефактов и големов там просто пруд-пруди! Орки как пришли нежданно-негаданно, так и свалили столь же быстро! Уж в чём-чём, а в коварстве эти уродцы дадут фору любому разумному!

— Выходит, они прибыли на ваш сервер, пограбили всё, что можно, а когда поняли, что скоро получат ответку, то свалили? — сдерживаю я рвущуюся наружу ухмылку.

Атрей набирает воздух в лёгкие, уже готовясь возразить мне, но так в таком положении и остаётся. Ему нечего мне ответить.

— Кхм, в любом случае мы прогнали этих наглецов взашей, и они больше к нам не лезут, — прячет смущение за кашлем дварф.

Иными словами, орки просто поняли, что овечка не стоит выделки и больше не лезли в ваши могучие крепости. Какой смысл идти на махач, если против тебя выйдут не сами дварфы, а их каменные поделки? Какой смысл биться с болванчиком?

Он даже боли не чувствует! И даже триумф победы выходит каким-то смазанным. Ты замочил какого-нибудь голема, а вместо него поднимается уже другая махина. Какое тут веселье? Какая бойня?

Одно сплошное разочарование!

— Меня больше удивляет, что Спартанское Королевство пережило встречу с этими чудовищами, — тихо произносит Атрей. Он словно впервые видит меня перед собой.

В глубине его глаз мелькает намёк на уважение.

— Дварфы, в отличие от этих дикарей, народ цивилизованный, — рассказывает мне Атрей, — У нас тоже было своего рода испытание от Системы. Благодаря ему мы и пришли в Чамбард. Но вместо того, чтобы жечь всё вокруг и лить кровь, мы нашли общий язык. Мы нашли решение, обеспечившее будущее и дварфов, и людей.

Звучит красиво. Спору нет. Да только правда ли это?

Полагаю, сейчас мне об этом никто не расскажет.

— О, мы уже почти на месте! — неожиданно восклицает Атрей.

И действительно. Мы оказываемся в тени неприступного форта. Он выдолблен прямо в скале. Десятки переходов, туннелей. Ряды зубчатых стен и оборонительных башен. Такую сволочь даже при всем желании не получится разнести артиллерийским огнём. Не помогут даже наши новые магические ядра.

О чём тут вообще говорить? Перед нами настоящая гора! Чтобы разрушить флот, потребуется снести саму гору до основания! А на такой подвиг никакого пороха не хватит!

У огромных ворот наш голем останавливается. Атрей перебрасывается парой слов со стражником, и нас пускают внутрь. С громогласным скрежетом поднимается стальная решетка, и мы проскальзываем под ней. Преодолеваем парочку гигантских залов, после чего оказываемся во внутреннем дворе форта.

Тут уже нас встречают, что называется, по-королевски.

Десятки солдат в латах. Причём непростых! За спиной каждого из них возвышается свой персональный голем!

Этакие гигантские гуманоиды. Не какая-то там пародия, которая подчиняется Киту! Нет, эти големы реально выглядят как живые титаны. Высотой в четыре-пять метров. Облепленные толстыми стальными пластинами, как настоящим доспехом.

Я не вижу их черт лица, да и нужны ли они големам в принципе? Только глаза горят синим огнём! Чтоб тебя, да это же настоящие гандамы! Мечта любого мальчишки!

Человекоподобные огромные роботы! Только работающие на магии.

Именно эти здоровяки держат гигантские знамена. На каждом из них в центре изображён белоснежный ромб с оливковой ветвью на синем фоне.

Символ мира? Или единения?

— Антанта приветствует Короля Спарты!

Стоит нам ступить на землю, как нас приветствуют вояки.

Вслед за рёвом солдат големы синхронно ударяют стопой по полу.

Дрожь доходит даже до меня. Что любопытно, внутренний двор, лестницы да вообще все поверхности форта покрыты белым мрамором. Аж глаза разбегаются от такого богатства!

— Тетрахия дожидается только вас, Король, — почтительно кивает мне Атрей и указывает на живой коридор из солдат. — Дальше я не могу вас сопровождать.

— Тогда до встречи, Атрей, — прощаюсь я с дварфом.

И всё-таки как всё продумали черти! Обустроили-то как грамотно! За последние полчаса мне успели показать и процветание самого Чамборда, и его красоту. Впечатлили количеством големов. Самим фактом их наличия у Антанты.

А теперь, как вишенка на торте, мне намекают ещё и на то, что эти самые марионетки можно использовать и для войны. И что Антанта в этом деле не одну собаку съела.

Смотри, Спарта, что мы можем! Гляди, что у нас есть! Впечатлись нашим богатством, нашим могуществом! Устрашись наших солдат! Наших боевых големов!

Склони голову! И тогда мы найдём общий язык!

Я расплываюсь в ухмылке. Ну-ну, мы ещё посмотрим, кто кого прогнёт.

Солдаты растворяют передо мной гигантские ворота.

Посмотрим на эту вашу Тетрахию!

***

— Не описать словами, как мы рады вашему прибытию, Король Шурик, — улыбается мне Шомпол, представитель Чамбарда.

— Вы так неожиданно предложили посетить нас. Уж не беда ли какая у вас случилась? — чуть ли не открыто глумится Рамзес, представитель Альмарау.

— Рамзес, держи свой рот на замке, — грубо его прерывает Анфиса. — А не то придётся тебе его зашить.

— Ты не посмеешь…

— Уверен?

Рамзес ничего ей не отвечает.

— То-то же, — довольно кивает Анфиса и переводит свои янтарные глаза на меня. Эта миловидная девушка является представителем Гамбурга.

В зале есть и четвёртый представитель, Эленхир, олицетворяющий фракцию ЭленХейм, болезенно-бледный мужчина с острыми ушами. Прямо как у эльфов.

Он, практически не моргая, смотрит на Аркаэлу. На ней зафиксировано всё его внимание. До разговоров своих коллег, как и меня самого, ему нет никакого дела.

Итого получаем Тетрархию. Или же «власть четырёх». Антанта. Священный союз.

Спасённые мною пилоты уже успели поведать мне краткую сводку по каждому представителю и его фракции.

Первую скрипку в Федерации, а теперь и в Антанте играет Чамбард. И не мудрено. Чамбард — фракция дварфов и людей. Они сумели объединить лучшие черты из двух рас и сделать это своим оружием.

Те же големы, что я сегодня видел, как раз являются наследием дварфов. Умение работать с породой тоже идёт от коротышек. А вот знание, как всё это применить, уже досталось от бывших землян. Только они могли додуматься до скоростных шоссе для големов и боевых роботов.

Лидером Антанты Чамбард является ещё и потому, что именно благодаря их специализации Грибница не сумела преодолеть Фронтир. Подземные работы, прокладка туннелей, постройка неприступных крепостей на границе, подрывная деятельность — всё это ложится на плечи големов.

Без них Грибница бы прорвалась дальше на север.

Вторая фракция — это Эленхейм, обиталище эльфов. Со слов Дринкетса, эти засранцы являются отличными диверсантами. Они способны проникнуть куда угодно и когда угодно. В этом им всячески способствует их магия барьеров. Разделяется эта магия на несколько типов.

Например, есть маскировочные барьеры. Благодаря им Эленхейм в состоянии спрятать целые поселения от взгляда Грибницы.

Есть и защитные барьеры — они уже работают по аналогу с нашими энергетическими щитами. Да, у ушастых в руках оказался мощный инструмент. Их определённо нельзя недооценивать.

Третьим членом Священного союза является Альмарау — буквально фракция молочников. И я сейчас не шучу! У этих ребят откуда-то взялись фиолетовые пятнистые коровы. И они дают синее молоко!

Причём, разница не просто в цвете, а в том, что это аналог магического тоника! Благодаря этому открытию Альмарау сумела открыть для себя настоящую алхимию. Зелья лечения, скорости, силы и прочая фэнтезийная мишура. Всё это оказывается реальностью!

Даже подумать страшно, как Гамбург вообще мог сражаться с этими тремя фракциями в одиночку. И при этом держаться на равных.

Сейчас же остатки этой фракции являются четвёртым членом Антанты.

Четыре столпа Священного Союза. Четыре представителя. И четыре отличных друг от друга мнения.

Шомпол, седой, но широкий, как тумба, дварф, изображает саму из себя любезность. Истина это или нет — большой вопрос.

Рамзес, главный «молочник», явно чем-то недоволен. Может быть, самим фактом моего существования. А может, своим прибытием я уже успел отправить тому пару пальцев. Каким образом? Понятия пока не имею.

Эленхиру плевать на всё вокруг. Ему этот мир абсолютно понятен. Или он просто делает вид, что так оно и есть на самом деле.

И последняя — это Анфиса. Лидер Гамбурга, взявшая на себя управление остатками региона, после гибели Прометея и всей элиты в столице на юге.

Она относится ко мне явно положительно. Не исключаю, что благодаря моему спасению её игроков. А может, и просто вразрез Рамзесу.

Уже сейчас понятно, что не всё так гладко в тридевятом царстве. Несмотря на то, что Антанта сражается плечом к плечу против общего врага, но склоки и междоусобицы никто не отменял.

Причём, эти самые склоки настолько для них привычны, что они даже не пытаются их скрыть при моём появлении.

Неужели они настолько глупы и недальновидны? А может, как раз наоборот? Они искренни в своих эмоциях, а потому и не думают их скрывать?

Тем самым дают понять, что Антанта держится именно за счёт общих интересов, а не потому, что они нравятся друг дружке.

Хотел бы я знать наверняка.

Меж тем наш разговор перетекает, наконец, в деловое русло. Я рассказываю об угрозе Грибницы, о том, как Спарта столкнулась с ней. О том, как мы вели с ней войну. Какие методы использовали, к каким хитростям прибегали.

Тетрахия слушала меня очень внимательно. Даже Рамзес нахмурил лоб и помалкивал.

Видно, что к главной угрозе для своего союза они относятся со всей серьёзностью. Приятно это осознавать.

Наконец, моя речь подходит к концу.

— Чтобы одолеть эту заразу, нам нужно действовать сообща. Это понимаете вы, это осознаю и я. Поэтому я, как Король Спарты, предлагаю Антанте и её фракциям объединить усилия для борьбы с Грибницей!

Слова покидают мои уста. Предложение было озвучено. Теперь дороги назад нет.

Тетрахия или примет меня, или отвергнет. Я или заполучу могущественного союзника в свою колоду козырей. Или же мы и дальше будем воевать порознь с надеждой на то, что оппонента сожрут первым.

— Тетрахия услышала тебя, Король Шурик! — одним взмахом руки Шомпол заставляет представителей замолкнуть. — Мы выслушали твоё предложение. И мы приняли решение. С этого момента Спарта…

Глава 8

«С этого момента Спарта будет считаться союзником Антанты!»

Именно этими словами заканчивается наша встреча с Тетрахией. А практически сразу после неё начинается праздничная пьянка.

Ведь как это можно не закутить после обретения нового товарища?! Логика дварфов была вполне понятна и проста, а потому никто не стал отказываться.

К веселью присоединяются даже сварливые на вид выходцы из Эленхейма. А я почему-то был уверен, что они и дальше будут изображать из себя чёрствые деревья.

Но нет. Эти ребята тоже оказались не прочь выпить.

— Давай, Король Спарты, вздрогнем! Будь мужиком! Не робей! — хохочет Шомпол в окружении своих собратьев. Дварфы облепили меня, словно пчёлы. Наворачивают круги вокруг, чокаются деревянными кружками, сталкиваются друг с дружкой и укатываются куда-то в пустоту.

Какой однако… шумный народ!

— А это точно не отрава? — с сомнением поглядываю я на содержание своей кружки.

Прямо на моих глазах несколько дварфов берут железные пластинки и помешивают ими содержимое кружек. Проходит несколько секунд, и от пластинок ничего не остаётся. Они просто растворяются! Будто мороженное попало под жаркое летнее солнце!

Пуф, и твои руки пусты!

Это вообще алкоголь? Я бы сказал, что это грёбанная кислота! Она ж мне желудок изнутри проест. Одной только язвой тут точно не отделаешься.

— Ха-ха, Король Спарты, перед тобой достояние всего нашего вида — дварфийский первач! — гордо выпячивает грудь Шомпол. — Лучший напиток на просторах миров Системы! Если бы он не разъедал всё вокруг, то что б это был за первач такой?!

— А эту божественную амброзию могут пить другие расы помимо дварфов? — всё-таки уточняю я.

А то будет совсем глупо помереть не от руки врага, не от старости и даже не от болезни какой-то, а от чёртова алкоголя!

— Наш первач безвреден для живых существ, — поясняет Шомпол. — То, что он разъедает металлы, правда. Но вот со всем остальным первач уже не контактирует.

— Зачем же вы плавите в нем металлические пластинки? — интересуюсь я. — Чтобы играть на нервах новичков?

— Не без этого, — нагло ухмыляется дварф и подмигивает мне, мол, не держи обиду за нашу небольшую шутку. — Первач полезен тем, что он позволяет восполнить недостаток железа в организме. Круто же?!

— Круто, — киваю я. Резкий выдох, и я заливаю в глотку расхваленный дварфом напиток. Жидкий огонь проносится по гортани и оседает где-то на дне желудка. Невероятный прилив тепла заставляет аж вздрогнуть.

Будто в сауне оказался за мгновение ока! Удивляет меня ещё и то, что вкус у дварфийского первача оказывается с нотками цитруса? Лимона?

Вот так чего не ожидал, того не ожидал! Это же не просто первач, а натуральная ракия!

Имя: Дварфийский первач

Ранг: уникальный

Описание: Нет напитка крепче! Нет напитка ядрёнее! Нет кислоты страшней! Не приведи Система тебе обзавестись золотыми или серебряными зубами! Никогда не забудешь ты последующую пьянку!

+ 15 к Выносливость

+ 15 к Мудрость

— 10 к Ловкость

— 10 к Интеллект

Интересные прибавки к характеристикам. Первач делает тебя выносливей и мудрее. Но платить за это потребуется ловкостью и интеллектом.

Хотя для дварфов это не критично. Они и так выглядят, как миниатюрные бочонки на ножках. О какой Ловкости вообще можно говорить в их случае? Потому и на дебаффы им плевать!

Когда я залпом опрокидываю содержимое кружки, меня поддерживает слаженный рёв дварфов. Или это они радуются проявленному мною доверию, или же просто счастливы новому событыльнику?.. Попробуй тут разбери, что является главной причиной веселья бородатых коротышек.

— Я погляжу, вы тут вовсю развлекаетесь, — произносит незнакомец, и в его честь дварфы снова поднимают тост.

— Господин Арбитр, вы явились как раз вовремя! — радостно восклицает Шомпол. — Ну же, не стойте в стороне! Отпразднуйте с нами! Выпейте на будершафт с Королем Шуриком!

— Как-нибудь в другой раз, Шомпол, — качает головой мужчина. — В противном случае моя супруга сожрёт меня с потрохами.

— Ай, как жаль! — опечаленно шлёпает себя по бедру Шомпол. Его внимание тут же переключается на своих собратьев.

— Тогда выпьем за наших красавиц!

— Да-а-а-а-а-а-а! — ревут дварфы, и пьянка продолжается.

Интересно, что их раса не целиком копирует тот образ, что выстроили в своей голове земляне. Например, нередко художники со Старой Земли рисовали женщинам-дварфам свою собственную бороду.

Ну а как иначе же?! Для дварфа борода — это почёт и уважение! Это его жизнь! Как можно её не отращивать! Даже женщины следовали этому правилу!

Но не на просторах миров Системы! И слава всем богам!

Девушки-дварфы Чамбарда выглядят как вполне себе привлекательные особы. Мелькают даже и самые настоящие красавицы. Просто их средний рост не превышает метра двадцати-тридцати.

Мужчины же расы боевых коротышек также не носят поголовно длинные бороды, заплетённые в косы. Нет, естественно, среди их братии мелькают и такие экспонаты, что вплетают кольца в растительность на своём лице. Но их всё же единицы.

Большая часть же предпочитает носить аккуратно остриженную бороду или и вовсе ее сбривать. Мелькают крашеные бакенбарды, завитые вверх гусарские усы, уложенные назад волосы, клиновидные бородки и много чего ещё.

Чамбард — это просто какой-то рай для барбершопов! На одном оформлении бород тут можно заработать десятки тысяч Е-баллов! Нужно будет кстати провентилировать мнение Тетрахии касательно этой задумки.

— Король Шурик, — ко мне подходит тот самый незнакомец, отказавшийся от участия в пьянке Шомпола. — Вы уж извините моего коллегу за его… настойчивость. В культуре дварфов без вечеринок с первачом попросту не обойтись. Для них это такой же священный обычай, как и процесс бракосочетания.

— Я всё понимаю, — улыбаюсь я. — А вы?..

— Хо-хо, куда же делись мои манеры?! — хмыкает мужчина. — Меня зовут Ришелье. Я являюсь Арбитром Антанты.

— Приятно познакомиться.

Арбитр.

Я уже слышал об этом человеке от Дринкетса и ребят.

Именно Арбитр собрал Антанту, а до неё и Федерацию в том виде, в каком она существует сейчас. Именно этот худощавый, с острыми скулами и большими глазами мужчина смог привести соседние фракции к согласию.

Его дипломатический талант привёл к тому, что вместо войн окружавшие Чамбард фракции решили сесть за стол переговоров. И что самое удивительное, эти переговоры увенчались успехом!

Был не просто достигнут мир на севере! Нет! Арбитр сумел собрать столь непохожие друг на друга сообщества под одной крышей.

Удивительно и то, что именно Арбитр настоял на присоединении Гамбурга. Пока Эленхейм и Альмарау настаивали на полном уничтожении своего злейшего врага, а Чамбард привычно занял нейтральную позицию, Арбитр поспособствовал скорейшему окончанию ненужной войны.

Какой толк тратить и дальше людские и не только ресурсы, если враг уже был повержен?! И тем более какой смысл мстить простым игрокам, если они ни в чём не виноваты?

Арбитр сплотил Антанту для защиты от наступающей Грибницы. Этот человек являлся невидимым стержнем, который скреплял четыре разношёрстный фракции между собой.

— Ришелье, ты можешь ответить на вопрос, не дающий мне покоя? — неожиданно спрашиваю я.

Арбитр удивлённо вскидывает брови.

— Это зависит от вопроса.

— Как в Чамбарде оказались дварфы? Как так вышло, что фракция игроков с Земли, вдруг стала иметь в своём составе две расы? Дварфы же не могут оказаться…

— Кем?

— Мутантами или их подобием? — пронзительно смотрю я на Ришелье. Тот лишь смеётся в кулак и качает головой.

— Нет-нет, Король Шурик! Я вас уверяю, эти непоседы являются самыми настоящими пришельцами. Они пришли к нам с другого Сервера.

— Тогда как? — не понимаю я. Как две расы смогли ужиться вместе? Как им удалось наладить контакт? В мире Системы? В мире, где сильный пожирает слабого, а последнему не остаётся ничего, кроме как смириться со своей частью?

Закон джунглей — или ты, или тебя. Всё просто. На пути к абсолютной власти фракции сталкиваются лбами друг с другом. Гамбург начал войну с Федерацией из-за ресурсов. Из-за того, что Прометею было мало тех регионов, которые он завоевал.

Так и Федерация делала уничтожить Гамбург, потому что он представлял угрозу. Дай этому сорняку вырасти, и он покроет собой всю округу.

Потому его потребовалось вырвать с корнем.

Те же чатлане, орки, зеленокожие, прибыли в Междуречье с целью поработить и захватить всё, что только им удастся. Не будь на пути этих дикарей Великие Горы, и они с весёлым гоготом вторглись бы и в Спарту.

Без сомнения. Без промедления.

До этого момента я искренне верил, что у разных рас нет общего будущего. За редким исключением. Я сумел наладить отношения с тёмными эльфами. Но лишь потому, что ушастые живут в добровольной изоляции. Им не нужны земли, не нужны ресурсы. Им нужны только их свобода и независимый образ жизни.

А тут оказывается Арбитр сумел не просто наладить отношения с дварфами. Он сумел привлечь их на свою сторону!

Как такое вообще возможно?

— Король Шурик, вы никогда не задумывались над условиями победы в испытаниях? — задаёт вопрос Ришелье.

— В каком это смысле? — хмурюсь в ответ. Что он имеет ввиду?

— Какую задачу перед нами чаще всего ставит Система в момент испытания? — поясняет мужчина. — Уничтожение врага, посмевшего прийти к нашим воротам? Продержаться обозначенное время, не дав погубить стелу? Или же…

— Выживание? — догадываюсь я.

— В точку! — улыбается Ришелье, — Система не говорит нам сражаться с захватчиками и вторженцами. Не требует от нас и их полного уничтожения. Задача одна — выжить. И только.

— Но как это соотносится к интеграции дварфов? — не сдаюсь я. — Разве им самим не должна была прийти миссия от Системы? Что-то же толкает вторженцев на наше уничтожение? Не полезут же они в омут с головой без острой на то необходимости?

— Всё верно, — не спорит со мной Арбитр. — Расы, которые живут в мирах Системы уже не первый год, уже давно позабыли, что такое испытания. Они давно прошли их. Вместо них они получают миссии. Те самые задания, что и приводят к столкновению с другими новичками.

— Выходит, не просто так Система сталкивает нас лбами?

— Можно сказать и так, — соглашается Ришелье. — Возможно, таким образом Система подталкивает нас к войне меж собой. Она жаждет найти сильнейшую цивилизацию. А для этого отбора необходим конфликт. Она его и порождает. Но сейчас не об этом…

— Ты упомянул испытание Чамбарда.

— Да в тот момент мы находились на этапе города, — вспоминает Арбитр, — Испытание привело к тому, что к стенам города подошли полки дварфов. Всё указывало на то, что тяжёлой осады не избежать…

— Но этого не случилось, — ухмыляюсь я.

— Не случилось, — повторяет мои слова Ришелье. На его губах мелькает довольная ухмылка. — Я смог обернуть ситуацию вспять. Видите ли, Король Спарты, многое зависит непосредственно от того, кто стоит напротив тебя. Есть монстры, на подобие каменных змеев, которые просто отмахнутся от моего предложения поговорить и бездумно последуют воле Системы. А есть куда более цивилизованные сообщества. Одним из таких и оказались дварфы.

— Вы что… просто договорились с ними не воевать? — не верю я. — Вот так просто?

— Вот так просто, — кивает Арбитр. — Естественно, наши новые друзья выставили ряд условий, на которые нам пришлось пойти. Но это ведь всяко лучше бессмысленного кровопролития?

Так вот почему у Чамбарда во главе стоит дварф! Вот почему их город оказался под землёй! И почему здесь коротышки стоят у руля, хоть и не повсеместно!

Арбитр добился мира, но какой ценой? Позволил чужакам влезть в своё собственное детище!

Но с другой стороны…, а плохо ли это? Был ли Чамбард разорён нашествием дварфов? Нет.

Стала ли фракция слабее от того, что в неё влились коротышки? Совсем наоборот. Благодаря появлению дварфов, Чамбард и смог сформировать Федерацию.

Никто из соседей не осмелился пойти войной на столь необычного врага. Никому из них не хватило решимости.

Из-за этого отношения Чамбард всё также остался ядром Антанты.

Я встречаюсь взглядом с Ришелье. Мужчина добродушно улыбается мне, но меня не покидает стойкое ощущение, что чего-то во всей этой истории недостаёт.

Неужели найдётся Лорд, что будет готов отбросить истоки своей фракции? Просто так?

А может… Ришелье пожертвовал малым, чтобы получить куда большее? Что он утратил? Полноту власти над Чамбардом. Но что приобрёл?

Федерацию. Антанту. Должность Арбитра. Фактически стал первым среди равных в Тетрахии.

Действительно ли передо мной просто талантливый дипломат? Или куда более опасный и хитрый человек?

Этот вопрос пока останется без ответа.

— Мне было приятно с вами общаться, Король Шурик, — заявляет Ришелье. — Но, кажется, мне уже пора. Если я не поспешу, то Шомпол опять напьётся вусмерть.

— Не буду вас задерживать, — прощаюсь я с мужчиной.

Сам же ныряю в толпу в поисках своей супруги. Помню, вокруг неё подозрительно наворачивали круги длинноухие выходцы из Эленхейма.

В этот самый момент мимо меня проносится огромная псина. И огромная это мягко сказано. Собака не уступает габаритами настоящему тигру! Три метра в длину будет тушка, как минимум!

Откуда в Антанте взялись собаки? Альмарау. Фракция молочников действительно выглядит как фракция молочников. Коровы, пастбища, молочные фермы, скотобойни. И собаки, куда же без них?!

Кто будет присматривать за стадом?

Естественно, ебалаи! И нет, это не ошибка. И я не прикусил свой язык.

Порода собак, очень уж похожая на земных алабаев, в мире Системы зовётся ебалаи.

Просто… без комментариев. Стоит ли говорить, сколько стоит мне пришлось приложить усилий, чтобы не заряжать в голос? Если судить по ухмылкам игроков, юмор этот понятен только жителям Земли.

Для дварфов порода ебалаев является такой же нормой, как и дварфийская водка, плавящая любой металл.

— Пудель, стой! — кричит кто-то из игроков, несясь вслед за огромным ебалаем. — Стой, кому говорят! Нет! Не ешь дядю дварфа! Он не игрушка! Не жуй его сапоги! Нет! Он пищит, не потому что игрушка! Плюнь! Плюнь бяку!

Назвать ебалая Пуделем. Кажется, я видел всё в этом мире!

Меж тем я нахожу Аркаэлу в окружении жителей Эленхейма. Они играют в дартс. Причём, в одной команде была моя супруга, а вот во второй — все остальные. В этой толпе народу я замечаю и Эленхира.

В чём тут сыр-бор я разбираюсь достаточно быстро. Достаточно было опросить подвыпивших дварфов, что с интересом наблюдают за противостоянием. Оказывается, Эленхир в открытую обвинил Аркаэлу в «неправильном образе».

Мол, у Сальваторе, которой писал про темных эльфов было всё не так! Не такая длина ушей! Не такая одежда! Где кожаные доспехи в духе садо-мазо? Где пауки? Да и вообще! С каких пор эльфы научились телепортироваться?! Мужчину поддержали его соратники, и пошло поехало.

Для Аркаэлы игроки Эленхейма казались настоящими эльфами. И неудивительно. Ребята отлично подобрали свой образ.

Да вот только… это были простые люди. С Земли. И хардкорные фанаты книг Толкиена. Оказавшись в мире Системы, они окончательно «поехали кукухой» и стали не просто отыгрывать, а жить жизнью книжных эльфов!

Отсюда и их чванливость, напускное высокомерие и вот эта вот вся высокопарность.

Народ поверил, что они взаправду жители леса! Даже уши отращивали они благодаря своей особой магии.

А когда в Чамбард прибыли дварфы и признали в жителях Эленхейма своих старых знакомых, то, как говорится, Остапа понесло.

Вся эта эпопея походила на шутку, которая окончательно вышла из-под контроля.

А теперь ушастые докопались и до моей супруги! Мол, а ушки-то ненастоящие! И кожа твоя серая, поди, от того, что в пепле извалялась! Хреновый косплей! Жалкая пародия!

Не оригинал, а жалкая подделка!

Ну и была бы Аркаэла собой, если бы не решилась доказать, кто тут реальный эльф, а кто фантик простой?

Началась игра в дартс. И что вы думаете? Кто вышел победителем? Настоящая эльфийка с идеальным глазомером и вообще способностью передвигаться в пространстве, как у себя по заднему двору? Или же горстка косплееров, которые и луком-то только не пользовались, а опирались преимущественно на свою барьерную магию?

Эленхейм ждал полный разгром. Аркаэла теперь стоит с высоко поднятой головой, как бы спрашивая — «теперь-то верите? И кто из нас после этого ненастоящий эльф?»

А вот Эленхиру только и остаётся, что скрипеть зубами и краснеть от стыда.

Я выхожу вперёд, потому как всё указывает на то, что конфликт может перетечь во что-то большее.

Но в следующий момент случается то, чего не ожидал никто.

Двери огромного зала, ставшего центром попойки, резко отворяются, и в зал вбегает отряд дварфов.

— Тревога! Зло атаковало Фронтир!

Глава 9

После выкрика весь зал погружается в давящую тишину. Не слышно больше ни хохота дварфов, ни громогласных споров между игроками. Даже лай ебалаев сходит на нет!

На добрых две секунды становится так тихо, что невольно перехватывает дыхание.

Только сделай шаг, и лязг доспехов разнесётся по всему залу.

Первым в себя приходит Шомпол. Взревев, он бросается к ближайшему столу. Добравшись же до края, дварф хватается за бутыль с первачом и жадно присасывается к горлышку, опрокидывая в себя содержимое бутыля парой-тройкой крупных глотков.

— Кха, хорошо пошла! — выдыхает Шомпол. С гулом он ставит бутыль на своё законное место.

Под взглядами сотен пар глаз дварф совершенно спокойно поправляет полы костюма и как ни в чём не бывало стряхивает капли алкоголя со своих пышных усов.

Окинув окружающих хмурым взглядом, Шомпол издает новый рев:

— Чего замерли, олухи? Вам же сказали, что Зло у порога! Так что взяли ноги в руки и вперёд! Бить супостата! Или яйца у вас между ног для красоты?!

Голос дварфа приводит в чувство всех собравшихся. Я с нескрываемым интересом слежу за происходящим.

Первыми очухиваются дварфы. Поддержав своего лидера громогласным рыком, коротышки срываются со своих мест и шумной толпой вылетают из зала. В дверях тут же начинается столпотворение. Хоть дварфы и невелики ростом, зато вот в ширину ничем не уступают людям, а порой и вовсе превосходят!

Прямо-таки неугомонные тумбы на крепких ножках!

Вслед за дварфами уже куда размереннее идут представители Эленхейма и Альмарау. Мимо проходит и Эленхир, одарив меня хмурым взглядом. Ещё больше он косится в сторону Аркаэлы, давая понять, что спор между ними ещё не окончен.

Проигнорировав гримасы толкиниста, я отправляюсь следом за верхушкой Антанты.

— Король Шурик, куда же вы собрались? Останьтесь! — неожиданно окликает меня Рамзес.

Неуловимой тенью он оказывается рядом со мной. Не так близко, чтобы вонзить в его бок мой цзянь, но достаточно, чтобы видеть его напускную улыбку и сетки морщин в уголках глаз.

Чего это он вдруг докапываться вздумал? Проверят на что-то? Прощупывает? Или та неприязнь, что я уловил ещё в зале совета, действительно имеет место быть?

— Мне казалось, что на Антанту напали, — спокойно отвечаю я. — Каким я буду союзником, если останусь в стороне? Хотя бы посмотрю на ситуацию своими глазами.

— Но-но, Король Шурик, это дела Тетрархии и только! — глумится Рамзес или хотя бы пытается. — Спарта к этому нападению не имеет никакого отношения. Вам надлежит остаться здесь… среди женщин и наших чиновников. Отдыхайте, веселитесь, пейте вдоволь! Это вам подходит куда лучше, нежели скакать по полю боя!

Неприкрытый укол остаётся мною без ответа. Да и нужно ли отвечать на столь детские издёвки?

Вместо пустых слов я слегка ослабляю свой контроль над аурой Ужаса. Совсем немножко. Капельку. Но и этого оказывается достаточно.

По мраморному полу во все стороны расходятся чёрные миазмы. Словно паутина, они охватывают всё пространство вокруг.

Тонкими же жгутиками миазмы кружат вокруг игроков, закручиваются вокруг их шей, слегка сжимаются. Невольно наблюдателю за происходящим покажется, что у него перехватывает дыхание. Он ощутит табун мурашек по спине, на лбу выступит испарина.

Сердце уйдёт в пятки.

Этой судьбы не избегает и Рамзес. Он стремительно бледнеет, а его ладони охватывает мелкая дрожь. Однако мужчина оказывается не так прост.

Мгновение спустя он приходит в себя. Бледность никуда не уходит, но вот глаза Рамзеса теперь смотрят на меня совсем недобро. Он сжимает ладони в кулаки и издаёт тихий свист.

Ещё через долю секунды перед ним появляется могучий ебалай. Он не уступает в своих габаритах матерому волку.

Пёс рычит, скалит свои клыки, напрягает всё своё тело. Того и гляди, прыгнет с чётким намерением перекусить шейный позвонки.

Наше столкновение прерывает возникший, как чёрт из табакерки, Ришелье.

— Рамзес, но-но, что же ты делаешь?! — вскидывает мужчина руки.

— А на что это похоже? — огрызается Рамзес. — Я с самого начала предлагал…

— Рамзес, — куда строже произносит Ришелье. Добродушие мигом покидает его тон. Только ненавязчивый укор.

Глава Альмарау медлит с ответом.

— Ну же, господа, что с вами такое? — меж тем продолжает Арбитр Антанты. На его губах вновь застывает доброжелательная улыбка. — К нам стучится наш злейший враг, а вы занимаетесь не пойми чем. Провоцируете наших новых друзей. Так ли поступают достойные хозяева?

Неожиданно перед моими глазами выскакивают сообщения от Системы.

Внимание! На вас действует навык Класса Дипломат «Переговоры»!

Внимание! Благодаря Профессии «Политик» вы раскусили игру оппонента!

Внимание! Вы сопротивляетесь!

Внимание! Вы сопротивляетесь!

Внимание! Вы сопротивляетесь!

— Пожалуй, я действительно поторопился, — едва слышно произносит Рамзес. На его лице отчётливо прослеживается борьба разума и эмоций.

Мужчина осознает, что устраивать драку сейчас, когда прозвучали новости о наступлении Грибницы, — это едва ли не приговор. Его просто не поймут свои же.

— А вы что думаете, Король Шурик? Найдётся ли в вашем сердце капелька милосердия? Всё-таки Рамзес мог слегка перебрать с алкоголем, — виновато улыбается Ришелье.

Внимание! На вас действует навык Класса Дипломат «Переговоры»!

Внимание! Вы сопротивляетесь!..

И вот опять. Что это? Попытка манипулировать, склонить к содействию?

Любопытно!

— Думаю, я могу простить столь незначительную грубость, — улыбаюсь я. — При условии, что мне принесут извинения. Всё же за слова свои надо отвечать. Не так ли, товарищ Арбитр?

На лице Ришелье не дрогнул и мускул.

— Конечно-конечно, — кивает тот головой. — Рамзес принесёт вам свои самые искренние извинения!

— Но, Ришелье… — пытается воспротивиться воле Арбитра мужчина, но куда там?

Всего парой предложений Ришелье убеждает Рамзеса в том, что ему же будет выгоднее сейчас же закопать топор войны. А в противном случае всё это может вылиться в крайне неприятную ситуацию.

И вот попробуй понять угроза это или же добрый совет? Кто сейчас представляет бо́льшую угрозу, Арбитр Антанты или я, как правитель Спартанского Королевства?

Когда же Рамзес смиренно опускает голову передо мной, признавая свою неправоту, Ришелье вновь завладевает вниманием всех присутствующих.

— Друзья! Король Шурик поднял важную тему! Мы ведь будущие союзники! Товарищи, которым предстоит бороться плечом к плечу! Как можно не давать нашему новому брату по оружию смотреть на то, как мы крошим наших общих врагов? Это же абсурд! — восклицает Ришелье.

А затем для пущего эффекта выдерживает короткую паузу.

— Конечно, кто-то может воспротивиться тому, что Король Шурик может наломать дров, начав раздавать свои советы нашим военным. Мол, у нашего гостя нет понимания того, как ведётся наша война с Великим Злом! Ну так и что?! — вопрошает господин Арбитр. — Он — наш союзник! А потому он имеет полное право присутствовать на совете военных! И чтобы никто впредь не возражал, Король Шурик примет участие в собрании без права голоса.

После такого заявления мужчина поворачивается ко мне и протягивает ладонь для рукопожатия.

— Что вы на это скажете, Король Спарты? — мягко произносит он. — Я понимаю, что невольно мог вас оскорбить, но прошу понять упрямство моих товарищей. Но я уверен, одно ваше присутствие на военном совете ободрит наших солдат и придаст им сил для будущей битвы!

Внимание! На вас действует навык Класса Дипломат «Переговоры»!

Внимание! Вы сопротивляетесь!..

Так вот ты каков… Ришелье. Вот ты и показал себя. Настоящий серый кардинал Чамбарда и всей Антанты.

С самого начала я был уверен, что Тетрархия не даст нашему конфликту с Рамзесом перерасти во что-то большее. Антанта просто не может себе сейчас позволить нового противника.

Не сейчас, когда у самых её ворот стоит Грибница. Антанте нужны союзники, как и Спарте.

А потому вся эта история с Рамзесом и его отчётливым непринятием меня как нового соратника Тетрахии выглядит крайне натянуто и неправдоподобно.

Да даже окажись это правдой! Станет ли один из правителей Антанты напрямую провоцировать конфликт на глазах у всех? В столь напряжённый момент?

Так грубо и так в лоб? Не верю. Ни за что не поверю, что в руководстве Антанты могут сидеть такие идиоты!

Значит, вся эта авантюра может оказаться очередной проверкой, попыткой прощупать мою реакцию, определить предел «натяжения». Или же эта сделка может оказаться предлогом…

Предлогом для использования своего главного навыка.

Ришелье и Класс Дипломата.

Кто бы мог подумать, что он так быстро клюнет на мою незначительную склоку с Рамзесом. Я ведь намеренно эскалировал эту игру в гляделки и обмен колкостями. Спровоцировал Рамзеса, чтобы посмотреть на реального «рыбака», мутившего воду.

Последний час с небольшим я не просто блуждал по залу, попивая первак, а добывал ценную информацию.

Я немало разговаривал с жителями Чамборда. Не только с дварфами, но и с людьми, что были в городе до появления коротышек.

И что же я вызнал? А то правда ли, что дварфы взяли Чамбард под свою протекцию? Правда ли, что дварфы взяли бразды правления в молодой фракции?

Ведь что такое дипломатия? Это искусство, в котором оба оппонента пытаются надурить друг друга.

Так случилось и с Чамбардом. Дварфы были уверены, что они без единой капли крови распространили своё влияние на ещё один Сервер. В их руках оказались внушительные ресурсы. Коротышки обрели для себя второй дом.

Но если посмотреть с иной точки зрения? Что получили жители Чамбарда? Они обрели настоящую армию кузнецов, каменщиков, големостроителей и мастеров прочего толка.

Представители иной расы теперь сами защищали людей! Они отгрохали новый, куда более защищённый город под землёй! Привнесли в жизнь големов, настоящее шоссе и ещё кучу магических примочек! Жизнь стала проще, безопаснее!

Теперь не сами люди рисковали своими жизнями, а их «бравые защитники» — дварфы!

И всё это благодаря усилиям одного человека. Который впоследствии не только заполучил в свои руки ресурсы одной фракции, но сразу трёх! А потом и вовсе четырех!

Ришелье. Арбитр Антанты.

Он стал на полголовы выше остальных. Не член Тетрахии, но Арбитр. Настоящий судья в мелких и не очень склоках. Тот, к кому идут за советом. На кого полагаются в разрешении тех или иных споров и конфликтов.

Некоронованный король Антанты.

Этот человек куда умнее, чем может показаться. За каждым его мотивом скрывается второе дно.

Вот как сейчас.

Взаправду ли Рамзес решил «быкануть» на меня по собственному желанию? Или же его кто-то науськал?

А может, это просто моя обострённая паранойя?

У меня нет никаких доказательств. Организатор не оставил никаких следов.

Но даже этого словно было мало. Склока с Рамзесом оказывается лишь предлогом для списания Спарты в ряд нижестоящих фракций относительно Антанты.

На первый взгляд, Ришелье предлагает мне выход из ситуации. Принять участие в военном совете, как я и планировал, не провоцируя местных гордецов. Но как это будет выглядеть со стороны?

Члены-участники Антанты и Спартанское Королевство… у которого нет права голоса.

Это создаст прецедент, от которого впоследствии можно будет легко отталкиваться. Это позволит манипулировать моей фракцией, как чем-то нижестоящим. Мол, смотрите, мы не равные союзники, а лидер и подчинённый.

Не было произнесено ни единого слова, которое бы намекало на подобное отношение.

Но все действия Ришелье к этому и ведут.

Как ловко. Как хитро. Как элегантно! Без единого выстрела, без единого столкновения лбами взять и определить целое Спартанское Королевство в разряд подчинённых!

Губа, что называется, не дура!

И ведь всё прошло бы по маслу… не будь у меня покаченной Воля. Уверен, так навык «Переговоров» и действует. Он убеждает тебя в правильности слов оппонента.

Я ведь хочу участвовать в военном совете Тетрахии? Хочу!

Я и приму участие! Но с маленьким условием! Только и всего! Сущая мелочь!

Мои губы растягиваются в искренней улыбке. Я встречаюсь взглядом с торжествующим Ришелье. Он уже знает, что его спектакль прошёл как по ночам.

Мне нет резона отклонять его предложение, верно? Верно же?

— И всё-таки я откажусь.

Мой голос эхом разносится по помещению. Ришелье ошарашен. Удивлены люди и дварфы вокруг.

Все смотрят на меня широко раскрытыми глазами.

Король Спарты, что… только что послал Арбитра Антанты?

Причина же шока Ришелье несколько иная. В этот самый момент он осознаёт, что его навык не сработал.

Я не поддался «Переговорам»! Класс Диплома оказался бесполезен против меня.

Я ожидал разного. Того, что лицо Ришелье покроется красными пятнами от гнева или смущения. Или что он замрёт, как вкопанный, не в силах прийти в себя

А ожидал всякого.

Но не того, что Арбитр просто и незатейливо улыбнётся. Широко, искренне. Словно приятно удивлён неожиданным исходом.

Его так тщательно встраиваемую схему сломали о колено на глазах у публики, а ему весело?!

— И вправду, — довольно щурится Ришелье. — Между настоящими союзниками нет преград. Потому негоже ограничивать Спарту в её голосе. Я ведь верно говорю, Король Шурик?

— Предельно, — отвечаю я на улыбку мужчины.

— Тогда решено! Король Спарты примет участие в военном совете! Как полноценный советник! Мы покажем ему, как ведётся война на Фронтире! Господин Эленхир?

— Слушаю, — сухо отвечает толкинист.

— Не покажите ли вы дорогу нашему гостю издалека? — просит Ришелье.

— Прямо до места совета? — тускнеет на глазах эльф.

— В точку.

— Хорошо, я это сделаю, — вздыхает Эленхир. — Король Шурик, прошу за мной.

— И куда мы пойдём? — поравнявшись с мужчиной на выходе из зала, спрашиваю я.

— На взлётную полосу, — морщится Эленхир.

— Куда?

— А вы что думали, Король Шурик? — кривит лицо мой сопровождающий. — Фронтир находится неблизко. А потому… готовьтесь к долгому полёту. И не забудьте взять с собой «тошнотный» пакетик. Уверяю, он вам пригодится.

Глава 10

Рёв моторов. Лёгкая тряска фюзеляжа. Писк датчиков. Именно так выглядит полёт на гамбургском бомбардировщике.

Ни о каком комфорте не то что не идёт речи — его и в помине тут нет!

— Ненавижу полёты. Ненавижу самолёты, — напротив меня сидит Шомпол. Стоило только дварфу залезть в салон бомбардировщика, как весь его пыл резко поугас.

Теперь передо мной сидит бледный, как мел, бородач. Который для пущей надёжности привязался к своему креслу аж пятью ремнями!

Настоящая мумия, окутанная бинтами! Только голова и свободна! И то вокруг лба тоже обмотан ремень. Поди для фиксации ценного содержимого черепной коробки.

Или просто для того, чтобы дварф не крутил головой больше положенного и не волновался сверх необходимого.

Аналогичным образом укутаны и другие дварфы. Оказывается, у всей расы коротышек на инстинктивном уровне имеется боязнь высоты. Страх перед полётами.

И эту боязнь не вылечить ни тренировками, ни ежедневными вылетами. Ничем! Дварфы не просто так считаются мастерами горного дела. Они готовы отдать всё, что у них есть, только бы закопаться в яму поглубже и обустроить там себе жилище.

Небо для их расы всегда ассоциировалось с угрозой, с грядущей гибелью. Именно с поверхности к ним зачастую и лезла всякая гадость. Орды монстров, прочие цивилизации, природные катаклизмы.

Этот страх так въелся на подкорку мозга коротышек, что теперь от него и не избавишься. Не за пару лет так точно.

Не лучше выглядит и Эленхир, некогда собранный и высокомерный лидер Эленхейма. Эльф позеленел, скрючился в три погибели и сейчас застыл с тем самым «тошнотным» пакетиком в руках.

Стоит ли говорить, что полёт у него тоже не задался?

Когда толкинист в очередной раз корчится в рвотных позывах над пакетиком, его сосед, ещё один дварф, издает панический вопль.

— Код коричневый! Повторяю, код коричневый!

— Коричневый?! — паника по салону разрастается со скоростью лесного пожара.

— Какой к чёрту код коричневый, идиот?! — рычит униженный Эленхир на своего бледного соседа. — Меня всего лишь укачивает!

— Да не у тебя код коричневый, идиот! — ещё более раздражённо орёт дварф. — А у меня!

— Чтоб тебя! Отвяжите меня! Я не хочу с ним сидеть! Помогите! Отвяжите! Чёрт! Заклинило!

— Никуда ты не уйдёшь, ушастый! Часть команды — часть корабля! Ха-ха-ха!

— Ваша раса настолько плохо переносит полёты? — спрашиваю я уже у своего соседа слева. Им оказывается рыжий коротышка с ухоженной клиновидной бородой.

— Не, этот придурок просто шутит, — отмахивается дварф. Его лицо хоть и бледное, но видно, что мужчине хватает мужества не демонстрировать своего страха.

Другое дело Рамзес. Он сидит напротив меня. И за весь полёт он не то, что не двинулся ни на сантиметр, даже не шелохнулся!

Салон трясёт который час, и только Рамзес демонстрирует собой оазис спокойствия. Как сидел со скрещенными руками, так и сидит. По ошибке его можно спутать со статуей из мрамора, а не с живым человеком.

Тем контрастнее выглядит его ебалай. Огромная собака лежит в ногах хозяина с широко раскрытой пастью, с высунутым наружу языком и безостановочно крутит хвостом из стороны в сторону.

Всем своим видом ебалай так и говорит — полёты он просто обожает! Будь его воля он бы и голову в иллюминатор высунул! Да только закрыты оказались окошечки. Какая несправедливость!

— Король Шурик, — обращается ко мне рыжий. Его смеющиеся глаза обращены к Рамзесу.

— А вы знали, что между хозяином и его ебалаем формируется нерушимая связь? — спрашивает он.

— Связь? — вскидываю я брови. Что-то новенькое.

— Именно, — кивает дварф. — Когда игрок начинает дрессировать щенка ебалая, он получает Класс Кинолога. И чем выше уровень этого Класса, тем лучше Кинолог и ебалай понимают друг друга. Это, конечно, не чтение мыслей, но нечто схожее.

— Любопытно.

Похоже, разговор со мной помогает солдату отвлечься от полёта и вездесущей тряски салона.

— А то! — хмыкает собеседник. — Но что самое интересное — на высоких уровнях и ебалай, и Кинолог способны ощущать эмоции друг друга. И если в определенный момент Кинолог будет вне себя от счастья, то его ебалай…

— Будет испытывать те же эмоции, — я по новой смотрю на каменное выражение Рамзеса.

Будто ощутив направленное на себя внимание, мужчина поднимает веки и впечатывает в меня колючий взгляд.

Всем своим видом он выражает недовольство и раздражение. Но вот его ебалай… уже вовсю пускает пузыри от счастья.

Собакен с головой выдаёт истинный настрой Рамзеса.

— Как всё запущено, — усмехаюсь я.

Неожиданно в динамиках бомбардировщика звучит голос пилота.

— Всем приготовиться! Заходим в воздушное пространство Фронтира!

Все смешки, пересуды и споры моментально затихают. Затыкаются и дварфы, и люди. Все их заботы тут же уходят на второй план.

Остаются только суровая сосредоточенность и решительность.

Я выглядываю в иллюминатор. Там, внизу, раскинулся Фронтир.

Ещё совсем недавно я полагал, что земли страшнее Пустошей к северу от Спарты уже попросту нельзя найти, то теперь осознаю, как глубоко я ошибался.

Фронтир.

В реальности он выглядит даже страшнее фотографий о первой мировой! Земля не просто перепахана воронками, она выжжена до основания. Не видно ни единого кустика, ни единого деревца на многие-многие километры.

Равнины изрезаны бесконечными лазами, окопами, туннелями. Между ними от взрывов остаются не просто воронки, а полноценные кратеры.

Многие из них теперь наполняет дождевая вода с цветастыми пятнами разлитого топлива.

Тут и там виднеются вооруженные до зубов холмы и даже горы. Издали они кажутся ощетинившимися ежами. Это опорные пункты и пограничные крепости.

Дварфы строят свои укрепления прямо в породе. Они по максимуму используют рельеф себе на пользу.

Даже не представляю, какие усилия необходимо приложить, чтобы уничтожить такой крепкий орешек. Те же пожиратели могут хоть сутки напролёт обстреливать кислотой такую твердыню, а всё равно не смогут взять!

И подобных крепостей целые десятки! Они тянутся от одного края горизонта до другого!

Между ними проложены петляющие шоссе. На которых можно заметить десятки, сотни колонн големов.

Это отряды, ответственные за снабжение и логистику крепостей. Именно на их плечи ложится поставка патронов, снарядов и предметов первой необходимости для крепостей.

Они же доставляют пополнение для выбывших солдат. Впрочем, не ими одними едины.

Хватает среди операторов големов и простых патрульных. Именно на них проводится разведка в окрестностях крепостях.

В облаках справа от нас мелькает и рой штурмовиков. Это вновь самолёты Гамбурга. Куда более маневренные, нежели бомбардировщики. Навскидку могу предположить, что Гамбург брал за основу Ил-2, один из самых известных самолётов-штурмовиков времён второй мировой.

Совершая опасный маневр, летательные аппараты срываются вниз к поверхности и обрушивают огонь из своих орудий на невидимого для меня противника.

В клубах дыма, столбах огня и облаках пыли я могу разглядеть лишь белоснежные жгутики. Уже их достаточно, чтобы догадаться о сущности неприятеля.

На поверхности земли тут и там вспыхивают разноцветные огни. Как поясняет мне мой рыжий попутчик, это барьерная магия Эленхейма.

Толкинисты сражаются на равных с дварфами и игроками других фракций. Где-то там, по мёртвой земле, носятся и молочники на пару с ебалаями. На их плечах лежит обязанность по обнаружению корней Грибницы. Как оказалось, нюх ебалаев позволяет уловить присутствие этого невидимого противника.

Дварфы, «эльфы» и люди — Фронтир демонстрирует всё то, на что способна единая Антанта. Каждая из фракций компенсирует недостатки друг друга.

Дварфы возводят неприступные крепости. Гамбург обеспечивает поставки вооружения. Эленхейм ставит дополнительную защиту и обеспечивает гибкость для объединенной армии своими барьерами.

А Альмарау выводит на передовую своих чутких ебалаев, не говоря уже о поставках зелий и прочих необходимых расходников.

Да, здесь идёт война совсем иного масштаба! Совсем иного размаха!

Десятки и десятки километров, обращённые в бесконечный театр военных действий. Фронтир никогда не спит, никогда не знает покоя. Грибница ведёт наступление на эти земли без остановки, без продыху. Стычки и битвы случаются каждый день на протяжённости всего фронта.

Как долго Спартанское Королевство смогло бы выстоять под таким давлением? Под столь ожесточённым натиском?

У меня нет ответа.

Тем больше я убежден — Антанте необходима помощь моей фракции. А Спарте необходимо существование Антанты.

Если я не хочу, чтобы подобная война добралась до границ Спартанского Королевства, нам необходимо избавиться от Грибницы как можно раньше.

Как можно скорее.

В динамиках вновь раздаётся голос пилота.

— Мы идём на посадку, дамы и господа! Держитесь крепче! Сейчас нас тряхнёт, как следует!

***

— Земля родимая! Моя земля! Любимая! М-м-ма!

Стоит только открыться двери салона, как Шомпол в числе первых выскакивает наружу. Так мало того, коснувшись твёрдой земли, он тут же начинает целовать покрытие взлётной полосы.

И другие дварфы от него не отстают ни на шаг. Вот вам и гордые воины! Всей толпой сейчас катаются по взлётной полосе и хохочут от счастья.

— Поспешим, а не то они несколько часов кряду будут волочиться по земле, — произносит Рамзес. И в данный момент я был с ним даже согласен.

Наш отряд проходит к ангарам, размещённым вдоль взлётной полосы. Тут нас уже дожидается колонна из големов.

Никакого единства между ними также не наблюдается. Здесь встречается уже знакомый мне шестилапый каменный паук, но хватает и моделей совершенно незнакомых.

Чего только стоит огромная горилла из какого-то пористого материала. Выглядит точно не от мира сего!

Вместе с лидерами Тетрархии мы занимаем кабину первого в колонне голема. На этот раз это оказывается гигантский муравей.

На заданный мною вопрос — в чём вообще состоит разница между этой моделью и каменным пауком, пыльный, но довольный Шомпол даёт свой ответ.

— Видите ли, Король Шурик, каждый голем по-своему уникален! — гордо выпячивает грудь дварф. — Каждое наше творение имеет какую-то свою изюминку! Особенность!

Мужчина хлопает по стене нашей кабины.

— Тот же голем-16 устроен таким образом, чтобы его «усики» работали как усилители антенны. С его борта можно связаться с любой ближайшей крепостью. Например, сообщить о том, что высокое начальство уже прибыло и вот-вот заявится в гости! Ха-ха-ха!

Выдержав паузу, Шомпол дополняет:

— Но что самое главное — с каждым новым големом мы приближаемся к Абсолюту! А поэтому мы просто физически не можем не экспериментировать с нашими творениями!

— Абсолют? Что это? — спрашиваю я.

— Недостижимый идеал, — закатывает глаза Рамзес. — Одна из одержимостей всей расы дварфов.

Шомпол испускает тяжёлый вздох. По всей видимости, он уже давно разочаровался в своем коллеге и даже не думает пытаться того разубедить в чём-то.

Уже набил оскомину?

— Абсолют — это и вправду что-то недостижимое, — поясняет мне Шомпол. — По крайней мере прямо сейчас. Абсолют — это идеал. Это эталон! Творение, которое признают все без исключения. Неважно будут ли это дварфы, эльфы, люди или даже орки. Абсолют — един для всех! Он является нашей главной целью! Тем, ради чего наша раса и живёт!

Вот оно как значит… Абсолют — это то к чему стремятся все дварфы без исключения? Может ли это оказаться целью для их вида от Системы?

У нас это абсолютное могущество. У орков — завоевание всего сущего и служение своему Великому Духу. А для дварфов главной задачей является создание Абсолюта.

Артефакта, который покорит каждую расу на просторах миров Системы.

Ха, невольно задаёшься вопросом — а у кого из нас цель в принципе достижимая?

Смогут ли те же орки пройтись огнем и мечом по всем Серверам Системы и выйти победителями? Сомнительно.

Смогут ли дварфы создать нечто, что примут даже дикие чатлане? В это сложно поверить.

Так и смогут ли люди достичь этого самого абсолютного могущества, не подчинив своей воле все прочие миры?

Большой-большой вопрос.

Неожиданно ко мне наклоняется Эленхир и едва слышно произносит:

— Короче, коротышки помешаны на Боге-машине. Всё, как у нас.

Я отвечаю тому тихим смешком. Гордый толкинист довольно кивает, видя мою реакцию.

Наконец, наша колонна трогается с места.

***

Что из себя представляет крепость на землях Фронтира? Настоящий подземный лабиринт. Невольно у меня мелькает аналогия с самым настоящим муравейников.

Те же беспорядочные коридоры под землёй. Опорные пункты, огневые позиции, склады, казармы, ангар для големов, военный штаб.

Преодолев высокую крепостную стену, частично выдолбленную из горной породы, мы оказываемся во внутреннем дворе.

Сотни солдат носятся здесь по своим делам. Никто не сидит на месте. Кто готовит обед под открытым небом в полевой кухне, кто ремонтирует своё снаряжение, а кто обсуждает личный состав следующей вылазки за стены.

Хватает внутри крепости и дварфов-кузнецов. Находясь так близко к линии боевого столкновения, они рискуют своими жизнями, но всё равно продолжают творить на благо Антанты. Поставляют броню и оружие солдатам, ремонтируют големов и настенные орудия.

Короче, работы хватает.

Наша делегация стремительно проходит внутрь. А затем направляется непосредственно в военный штаб. Здесь нас уже встречают местные генералы, преимущественно дварфы.

Суровые мужчины застывают над огромной 3Д картой. Создана она благодаря, опять же, барьерной магии Эленхейма. А потому можно легко вычленить на той голубые отметки крепостей, наблюдательных точек, опорных пунктов.

Но куда страшнее выглядит красная волна, которая колеблется в реальном времени и налетает на эти самые точки, подобно приливной волне. То тут, то там одна точка гаснет за другой.

Алая волна наступает и тут же отступает. Силы Антанты отбрасывают противника, платя за каждый свой маневр жизнями игроков.

— Докладывайте, — коротко произносит Шомпол. От прежнего веселья не остаётся и следа. Теперь видно, что перед нами многоопытный воин и полководец. Ему привычно вести за собой людей, что на праздник, что в самое пекло.

— Так точно! — кивают генералы. — Откровенно говоря, ситуация критическая. Наш враг активизировался по всему Фронтиру.

— Причина?

— Мы доподлинно не знаем, — качают головой дварфы. — Все наши силы сейчас связаны боем. Мы не в состоянии выдернуть практически никого с линии фронта. Но перед самым наступлением неприятеля поступил крайне необычный доклад.

— И какой же?

— А вы послушайте сами…

***

Наушники привычно заурчали. Это была передача от напарника Агента.

— Орёл-1, это Орёл-2, вижу орду мутантов на тринадцать часов. Движутся точно на север. Черти, хотят снова обрушиться на наш аэродром, — проскрипел пилот соседнего штурмовика.

— Понял тебя, Орёл-2, заходим на атаку. Цель — мутанты-воины. С прочей мелочевкой справятся и парни на земле, — ответил Агент и толкнул от себя штурвал. Стальной монстр под его управлением мягко опустил свой нос и стал набирать скорость.

Рёв двигателей, свист ветра снаружи кабины. Агент обожал этот самый момент. Момент перед тем, как он обрушит ярость своего стального зверя на неприятеля.

Орудия открыли огонь. Снаряды впивались в непроницаемую броню мутантов-воинов, прошивая ту насквозь. Там, где проходил штурмовик Антанты, оставалось лишь кровавое облако.

Конечно, мутанты неприметно начнут восстанавливаться. Ну так и что? На полное восстановление тела у них уйдёт как минимум несколько часов. А за это время остальная орда не станет ждать. Она продолжит наступать, как ни в чем не бывало.

Таким образом налёты штурмовиков растягивали наступление противника. Вместо единой собранной облавы на аэродром обрушится жидкий отряд мутантов, растянутый на несколько километров.

Справиться с такой угрозой солдатам на земле не составит никакого труда!

— Орёл-1, это Орёл-2. Цели уничтожены. Славно поработали! — отчитался пилот ведомого.

— Понял тебя, Орёл-2, — ответил Агент. — Возвращаемся на базу. Топлива осталось совсем чуть!

— Погоди, Орёл-1, заметил какое-то движение на девять часов… Чёрт возьми, ты это видишь?! Что это, мать твою?!

Агент повернул голову в указанном направлении и не поверил своим глазам.

В их сторону летел… настоящий город? Что это?

Огромная масса плоти была перемешана с землёй, обломками каких-то зданий и скальными породами. Белоснежные жгутики связывали всю эту конструкцию воедино. Причём таким образом, чтобы земля и скальные отложения находились снаружи, подобно нерушимой броне. Противник использовал методику дварфов по закапыванию!

Только в воздухе! Какого, собственно, чёрта?!

Как вообще эта дрянь сумела подняться в воздух? С каких пор Зло вообще умеет летать?

Только тогда Агент заметил гигантские споры, за счёт которых этот живой город и держался над землёй.

— Орёл-2, труби нашим на земле! Пусть поднимают всех, кого только могут! У нас тут полный абзац!

***

— Что всё это значит? — шипит Шомпол. — Летающий город? У неприятеля? С каких пор, чёрт возьми, враг умеет летать?! Почему я узнаю об этом только сейчас?!

— Мы удивлены не меньше вашего, господин, — виновато опускает голову генерал. — Нам было известно и до этого, что Зло может адаптироваться под каждого противника. Но оно было не в состоянии скопировать ни наши бомбардировщики, ни штурмовики. Враг просто не понимает принципа работы технологий.

— По всей видимости, Зло скопировало нечто, похожее на дирижабль. Если мы всё правильно поняли, — дополняет второй командующий.

— Дирижабль?! — рычит Шомпол. — Где во всей Антанте вы найдете хоть один дирижабль?

Как неудобно, однако, получилось.

Глава 11

Кто бы мог предположить, что Грибница скопирует спартанскую технологию дирижабля, а затем использует её же против Антанты?

Самолёт и вправду скопировать не так-то просто. Грибнице это просто не по силам.

Взять и собрать двигатель она не сумеет даже при всем желании. Не станет же Грибница устанавливать на свои летающие боевые единицы аналог какого-нибудь биореактора? В противном случае я не представляю, как обеспечить необходимую мощность для поднятия в воздух.

Да даже если враг и сможет додуматься до столь невероятной технологии, то сможет ли он направить её в правильное русло?

Любой летательный аппарат — это настоящее чудо механики, инженерии и аэродинамики. Для Грибницы же ничто из этого не имеет никакого значения.

Она копирует функционал и внешнюю форму своей цели, но никак не её суть. Если точь-в-точь создать макет самолёта, прикрутить к нему винты, начать их раскручивать каким-то чудом, то это ещё не значит, что у тебя появится реально работающий аппарат!

Но вот скопировать что-то куда более понятное, как тот же дирижабль — это пожалуйста!

Кто вообще мог подумать, что контакт Грибницы со Спартой будет иметь столь далеко идущие последствия!

Так мало того! Если проанализировать доклад генералов Антанты, то этот летающий город — это же настоящая боевая баржа!

Тот же принцип! Та же идея! Нарастить броню и пустить в бой, как ни в чём не бывало.

Похоже, Грибнице мало было одних только дирижаблей! Она замахнулась сразу на что-то большее!

Не исключено, что этот вывод она сделала сразу после столкновения над нашим северным каналом.

Уже сейчас выходит, что Спарта, находясь так далеко, уже сумела повлиять на войну во Фронтире.

И думается мне, что не стоит сейчас делиться моими откровениями с новыми союзниками. А не то нельзя исключать и того, что Спарту обвинят в случившейся атаке.

Намечающийся союз это вряд ли разрушит, но Ришелье определённо получит в свои руки мощный аргумент. За счёт которого со своей-то прокаченной дипломатией он точно что-нибудь затребует с моей фракции.

Короче, помалкиваем и не показываем своей информированности.

— Где сейчас этот чёртов город? — спрашивает Шомпол.

Генералы переглядываются между собой. Мнутся, как следует им ответить.

— Он уже сбит, господин Шомпол, — сглатывает один из командующих. — Вот только проблема в том… что враг успел перелететь нашу линию фронта, после чего ушёл под землю.

— То есть вы хотите сказать, что у нас в тылу сейчас находится огромный отряд противника?!

— Именно так.

— И где он может нанести удар? Это же угроза нашей столице! Если враг двинется дальше на север, вы представляете, какой хаос там начнётся!

— Уверяем вас, господин Шомпол, столица надёжно защищена! Тем более что там големов больше, чем во всём Фронтире! Мутанты ничего не смогут сделать нашим жителям! Другой вопрос, если атака придётся…

Бах!

Неожиданно вся крепость содрогается.

— …по нам, — сглатывает генерал.

— Это Зло! Враг у крепостной стены! Мы окружены! Патрули атакованы! — проревели динамики по всей базе.

И теперь все присутствующие внезапно осознают всю глубину задницы, в которой мы оказались. Грибница не пошла на защищённую столицу. Нет, совсем нет. Да и зачем ей?

Она решила поступить коварней! Она атаковала командный штаб всего Фронтира! Место, где собралась половина верхушки Антанты!

И, как на зло, все силы соседних крепостей сейчас целиком и полностью связаны боем.

Подкрепления не будет. Мы сами по себе.

Слетал на военный совет, называется!

***

Только мы выбегаем всей оравой во внутренний двор крепости, как перед нами раскрывается сцена конца света.

В могучей крепостной стене зияет дыра. Через неё приливной волной несутся мутанты всех видов и форм, причём не только тех, что я видел на юге. Хватает тут и совсем жутких уродцев!

Видно, что солдат на базе застали врасплох. Никто не ждал нападения неприятеля! Не здесь! Не сейчас! Не в таком глубоком тылу!

Дварфы отчаянно отбиваются от прущих на них тварей, но без особого успеха. Многие из них сейчас стоят без доспехов, а порой и без оружия, едва ли не с голыми руками.

Вон, несколько коротышек махают табуретками из стороны в сторону, отгоняя от себя ушлых мутантов.

Но этого словно было мало. Над крепостной стеной нависает и главный виновник произошедшего. Так понимаю, это и есть реальный «солдат» Грибницы.

Если пожиратели напоминают собой просто огромный шарик, опутанный корнями, то вот это… нечто представляет собой настоящую машину смерти.

Над крепостью нависает огромный морской ёж! Вот именно так эта хрень и выглядит! Гигантское чёрное тело, а также тонкие и многочисленные иглы вдоль всего туловищ.

Именно эти «снаряды» противник и отправляет широким веером во внутренний двор крепости.

— Барьер! — только и успевает выкрикнуть Шомпол. Эленхир и ещё несколько толкинистов вскидывают ладони, и над нашей группой формируется полупрозрачный барьер.

Чёрные иглы с гулким эхо отскакивают от кромки барьера, чего не скажешь о сражающихся на передовой дварфах и людях.

Иглы прошивают насквозь что тела, что доспехи. Я замечаю, что иглы покрыты всё той же кислотой, которой пользовались те же пожиратели. Она разъедает всё без разбору.

Крики боли, предсмертные хрипы. Защитники крепости падают на землю один за другим, а гигантский «ёж» уже нависает над крепостной стеной. Он уже почти залез во внутренний двор!

— Огневые точки, к бою! — ревёт Шомпол. По его команде на десятках выдолбленных в скальной породе балконах появляются расчёты с крупнокалиберными пулеметами!

Спустя всего мгновение они открывают подавляющий огонь по неприятелю.

«Ёж» издаёт оглушительный визг, когда десятки тонких игл переламываются от пальбы стрелков. Орут и мутанты, ряды которых попросту скрашивают пулемётные очереди.

Я вижу, как «ёж» перенаправляет свои иглы, чтобы подавить огневые точки. Всё его внимание сосредоточено на пулемётах.

Но операторы и не думают бежать. Они осознают, что если отступят сейчас, то вся крепость будет обречена!

Этот момент я выбираю для того, чтобы сорваться вперёд.

— Стой, куда?! — кричит мне вслед Шомпол, но я его не слушаю.

Дождь из кислотных игл обрушивается на стены крепости, но тут в дело вступает моя магия.

Сжигая огромную прорву маны из своего резерва, я формирую защитный купол едва ли не над всей крепостью. Барьерная магия Эленхейма похоже на подобное неспособна. Или же не способна на такое без должной подготовки.

Что дварфы, что люди широко распахивают глаза, смотря на то, как снаряды «ежа» просто замирают в воздухе. В последний момент я использую телекинез и беру те под контроль.

Резкий выдох, и иглы разворачиваются на сто восемьдесят градусов. Теперь они падают обильным дождем на ряды мутантов. Как я и подозревал, у существ нет никакой защиты против кислоты Грибницы.

Магией я ломаю и несколько игл, на которые опирается гигантский «ёж». Он глухо падает на крепостную стену, не в силах подняться.

Столь удачной возможностью без раздумий пользуются пулемётные расчёты. Своим слаженным огнём они попросту разрывают противника на куски. «Ежа» не спасает ни его броня, ни мутанты, которые было бросаются на защиту своего «босса».

Защитники крепости выигрывают необходимую для себя передышку. Дварфы и люди приходят в себя. Шомпол хватает в руки двуручную алебарду, длинноухие готовят очередной барьер, тогда как выходцы из Гамбурга перезаряжают свои винтовки.

— Вали ублюдков! — ревёт Шомпол, давая сигнал к ответной атаке сил Антанты.

Сегодня крепость не падёт!

***

Битва заканчивается нашей победой. Осознав, что нас слёту не взять, Грибница предпочитает отступить.

Я даже спросил, а не станет ли это проблемой, но Шомпол отмахнулся от моего беспокойства. «Уж с этой дрянью мы как-то да справимся! Не впервой!»

Основная угроза от таких «ежей» в неожиданности их появления. Если заранее не подготовиться к встрече с подобным противником, то всю крепость можно считать потерянной.

В той самой атаке, которую я заблокировал своим телекинезом, Грибница могла поставить жирную точку на нашей обороне. Без крупнокалиберных расчётов, не имея поддержки с воздуха, находясь в западне, Шомпол, Эленхир и остальные бы попросту не выжили.

Иными словами, я спас жизни половины верхушки Антанты. Или же, говоря откровенно, разрешил инцидент, который отчасти и произошёл по моей вине.

Ведь Грибница и смогла преодолеть Фронтир в том числе потому, что Спарта открыла ей новый путь к эволюции.

Можно считать, что свой невысказанный долг я оплатил сполна! И даже чутка накинул сверху.

— Уже уходишь? — прямо спрашивает меня Шомпол, когда мы стоим на разрушенной крепостной стене.

У меня больше нет резона торчать на севере. Пора и домой возвращаться.

— Я и так задержался достаточно, — вздыхаю я. — Тем более, что не исключено, что вслед за вами наш общий враг обратит внимание и на мою фракцию.

— Не удалось прорвать Фронтир, так хотя бы попытается добить вас? — морщится дварф.

— Примерно так, да, — киваю в ответ. — Связь у нас с вами есть. Договорённости заключены. Так что необходимости торчать в гостях у меня больше нет.

— И то правда, — соглашается Шомпол. — Тогда у меня есть для тебя подарок перед твоим отбытием.

— Подарок? — удивляюсь я.

Такого я точно не ожидал.

— Да, Ришелье настоял на том, чтобы тебе собрали презент от его имени. Да я и не был против. Мы же теперь союзники. Для дварфов это не пустые слова.

С этими словами он хлопает в ладоши, и мне приносят небольшой ларец. Выполнен из стали, с минимумом украшений.

Открываю шкатулку, и что же я вижу? Добрый десяток чертежей и схем! Чего здесь только нет!

Схема работающего радио! Магический массив примитивного голема! Чертёж конвертера в исполнении дварфов!

Даже алхимические составы слабого зелья лечения и зелья восстановления маны!

Да это же… дороже десятков тысяч Е-баллов!

— Не знаю, что там у вас за история случилась с нашим Арбитром, но он сказал, что ты всё поймёшь, — усмехается Шомпол.

И я действительно понимаю заложенный смысл в этот подарок.

Ришелье понимает, что я не забуду его попытку манипулировать Спартой. Наш союз слишком важен для Антанты. А потому Арбитр идёт на столь внушительные уступки, как передача моей фракции ряда ценных схем и чертежей.

Всё для того, чтобы умаслить меня. Убедить в том, что Союзу с нами всё равно быть!

И что Антанта вполне серьёзно настроена на сотрудничество между нашими сторонами. Что ж, это радует. Приятно иметь дело с умными людьми.

Но понимаю я и другое. При всей своей щедрости Ришелье не забывает и про себя. А потому в ларце лежат схемы и чертежи, которые, несомненно, помогут Спартанскому Королевству в войне с Грибницей.

Но позволят ли они превзойти Антанту? Очень навряд ли. Того же примитивного голема мы в состоянии собрать и при помощи рунных цепочек.

Улучшенный конвертер? Опять же, у нас есть маги огня. Они могут получать сталь не хуже, чем дварфы.

Зелья маны и зелья лечения? У нас и вовсе есть королевский сидр и прочие аналоги тоников.

Что действительно имеет реальную ценность — это радио. Вот это изобретение нам не создать своими силами ещё очень долго. Но с появлением схемы эта проблема уйдет в прошлое.

Хитёр Ришелье, зараза такая! Всё продумал, всё учёл! Но и плевать!

Эти дары сделают Спартанское Королевство только крепче! А уж догнать Антанту мы как-нибудь сумеем и своим путём! Собственными усилиями!

Не технологиями и одной только магией, так их переплетением!

Мы ещё посмотрим, кто будет играть главную скрипку в этом оркестре!

— Тогда до следующей встречи, друг, — пожимаю я ладонь дварфа. Полагаю, после пережитого сражения нас действительно можно назвать приятелями.

— Залетай в следующий раз просто в гости, — хохочет Шомпол, отвечая на рукопожатие. — А то мы так толком и не насладились первачом! Не порядок! Надо исправлять!

— Если появится время — обязательно, — смеюсь и я. Мы расходимся в разные стороны.

Шомпол направляется разбирать беспорядок, оставшийся после атаки Грибницы. Ну а я приобнимаю Аркаэлу, стоявшую всё это время в стороне.

И мы проваливается в собственную тень.

Нас ждала Косая Тропа!

***

По возвращении меня встречает вся моя семья. И моментально утаскивает купаться в горячую ванну. Перед этим я едва успеваю передать ларец со схемами учёным из Норы.

Весь последующий день до работы я так и не добрался.

Ну и ладно!

Отдыхать тоже нужно!

На следующее же утро я привычно занимаю свой рабочий кабинет. На столе лежат стопки отчётов, которые требуют моего внимания.

Что у нас там пишут?

Отложив в сторону чашку с кофе, я берусь за первый листик.

Обстановка в Пятиморье.

Гражданская война подошла к концу. Теперь в регионе мир. Настаёт черёд множества реформ.

Перво-наперво Энрике объявляет о роспуске Агентства. А точнее, о частичной национализации. Всё-таки некоторые торгаши набрали слишком большое влияние. Такое, что они осмелились поднять голову против реального правительства.

Оставлять этот гнойник без присмотра правитель Пятиморья более не планировал. Впрочем, он не стал пускать талантливых дельцов под нож, а поступил куда хитрее.

Он отобрал у Агентства внушительный кусок, а конкретно гражданские перевозки между островами, оставив торгашам лишь малую часть. Они всё ещё смогут зарабатывать Е-баллы на торговле, но вот монополию на поставки для ряда островов они окончательно потеряли.

И хорошо!

Мне с самого начала казалось бредом, что в Пятиморье часть поселений целиком и полностью зависит не от легального правительства в Мадриде, а… от какой-то компании! Прямо-таки аналог Британской Ост-Индской Компании!

Разве что габариты несоответствующие.

Но это вопрос времени и только.

Помимо этого, в регионе забыли о проблеме контрабандистов. Практически все участники гражданской войны на стороне Клея получили помилование. Как-то так неожиданно оказалось, что Энрике в Мадриде в разы лучше любого другого правителя, того же Бенедикта.

Это осознали и бунтовщики, а потому вся идея непринятия власти нового «старого» Энрике отпала сама собой. Теперь Пятиморье действительно можно было назвать единым регионом.

И это хорошо, ведь мне нужен был сильный союзник в войне с Грибницей.

Стали поступать и первые доклады о разведке региона к северу от Мадрида. Как мы и предполагали, северная граница Пятиморья действительно оказалась открыта!

Первые эскадры разведчиков уже отправились в неизведанные воды. Им предстоит выйти на земли Грибницы или же отыскать новых союзников для нашего Союза. Чем больше фракций примет участие в уничтожении этой заразы, тем больше шансов у нас будет на успех!

Но вернёмся к внутренней кухне Спартанского Королевства.

За последние месяцы разогнавшийся до предела маховик, наконец, замедляет свой темп. Работающие на износ фабрики и мастеровые игроки получают небольшую передышку. Авантюристы, наконец, возвращаются в поселения, целиком и полностью арендуя таверны, бордели, клубы, рестораны и театры.

Почему?

Первый этап освоения Междуречья подходит к концу!

Самый сложный этап увенчался полным успехом! Вдоль всего региона теперь тянется железнодорожная ветка вплоть до Карфагена!

Десятки, если не сотни форпостов, лагерей и прочих поселений раскинуты на землях вдоль Тигра и Евфрата. По руслам рек теперь вовсю снуёт спартанский речной флот из пароходов.

Первые машинно-тракторные станции включаются в работу на полях с картофаном и другими овощами.

В полисах и уже развивающихся городах начинают работать отобранные чиновники и магистрат. Ближайшие леса, холмы и ущелья уже не кишат порождениями Системы.

Нет, нельзя утверждать, что мы целиком и полностью освоили второй регион. Но мы проделали невероятную работу! И теперь Спартанское Королевство впервые за год с небольшим может вздохнуть полной грудью.

Нам теперь нет нужды разрываться на две части. Междуречье и дальше потребует огромного количества ресурсов, но по крайней мере земли на востоке теперь в состоянии обеспечить себя предметами первой необходимости самостоятельно.

Больше не нужно столичным фабрикам работать не только на одну лишь Спарту, но и на несколько десятков поселений на востоке одновременно.

Отныне Королевство должно целиком и полностью сосредоточиться на подготовке к полномасштабной войне с Грибницей. А она последует рано или поздно. В этом я абсолютно уверен.

Вечно сидеть в обороне ни мы, ни Антанта попросту не можем. В какой-то момент Грибница найдёт ключик, которым всковырнёт всю нашу оборону, как она это продемонстрировала далеко на севере.

Враг адаптируется, развивается, эволюционирует.

Чем больше мы откладываем прямое столкновение, тем меньше шансов на победу. Но и рваться сломя голову мы не можем себе позволить.

Любая недооценка противника приведёт к плачевному исходу.

Всё, что мы сейчас можем, это подготовить такой отряд, такую армию, которая сможет справиться с любой неожиданностью!

С любым козырем, что против нас обязательно бросит Грибница!

Подарки от Антанты тут придутся как раз кстати. Зелья лечения и восстановления маны благоприятно скажутся на выживаемости спартанских бойцов.

Радио станет отличной альтернативой для магических сфер и проекторов. А способ создания пусть и примитивного, но настоящего голема в теории позволит разнообразить нашу стратегию.

Это же своего рода аналог настоящего дрона, которым можно управлять с безопасного расстояния! Приделать к тому магическую сферу, и вот тебе дрон-разведчик!

Оснасти пороховой бочкой, и вот тебе дрон-штурмовик!

Столько возможностей! Столько идей! Уверен, учёные из Норы сейчас просто пищат от восторга!

И пока я размышляю о всех этих перспективах, о будущих возможностях, на моём столе загорается магическая сфера.

И доклад разведчика окончательно вырывают меня из собственных дум.

Грибница начала полноценное вторжение на территорию Спарты.