Лорд Системы 2

Глава 1

— Чего-чего? — на некоторое время я впадаю в прострацию.

Уж точно не такого предложения я ожидал! Что угодно, но не предложение руки и сердца!

— Зачем нам воевать и соперничать? — отстраняется от меня Стайса, обворожительно развернувшись и ненавязчиво демонстрируя свои прелести, — Разве не проще будет объединить наши усилия и выступить единым фронтом против будущих врагов?

Да, это было бы изумитель... Так, стоп, собрался, кому сказано!

— Выходит, ты предлагаешь взять тебя в жены? — стараясь сохранять спокойствие, уточняю я.

Девушка кивает.

— Подумай об этом, Шурик. Я не столь глупа, чтобы понапрасну проливать кровь своих последователей. Также я уверена, что и тебе не нужна эта война. Но вместе... — она складывает ладошки в замок, словно показывая, сколь нерушимым мы можем стать союзом, — Вместе мы разрешим этот конфликт, не пожертвовав никем. Все в плюсе.

— И ты готова стать моей женой? — против воли я едва ли не выдаю собственного волнения.

Хочешь не хочешь, а от подобной перспективы меня пробирает дрожь. И ведь даже не понять от сердца, что ушло в пятки, готовясь пойти в пляс, или от охватившего спину холодка.

— Лорд и Великая Жрица — звучит очень даже хорошо. У тебя таланты организатора и воина, — голос Стайсы течёт как мёд, — Я ведь вижу, как много ты успел сделать. И мне это очень нравится. Я не из тех, кто любит смазливые мордашки. Я вижу в тебе силу, и это привлекает!

— А что насчёт твоей Светлой Богини?— спрашиваю, — это правда, или так? Для красного словца?

— Увидишь! — подмигивает Стайса, — я уверена, что ты не будешь разочарован.

— Я должен это обдумать, — говорю, собрав всю волю в кулак, — Ты, конечно, очень красивая, и всё такое, но… это политический шаг. Я должен обсудить его с моими людьми. А то получится «без меня, меня женили…».

— Твои люди, — Стайса морщится, — разве они не рабы? Ты Лорд, ты решаешь за них, что для них будет лучше. Да и разве смогут они возразить что-то, против такой прекрасной Леди, как я?

— И всё же, — укрепляюсь в своём мнении, — мне нужно время. Это не просто брак, это союз. Он должен быть осмысленным и выгодным обеим сторонам.

На личике Стайсы мелькает что-то похожее на разочарование, но она тут же прогоняет это выражение и вспыхивает лучезарной улыбкой.

Так что подумай, Лорд Шурик. Мы встанем прямо за лесом, чтобы не нервировать твоих людей. На рассвете я буду ждать твоего положительного ответа, — послав мне воздушный поцелуй, Стайса разворачивается и, заложив руки за спину, неспешно уходит.

— Нет, ну как так-то? — я с трудом отрываю взгляд от покачивающейся пятой точки Великой Жрицы.

И это всё может быть твоё, Шурик. Прямо сейчас. Скажи только слово.

Я машинально топорщу взмокшие от напряжения волосы.

Вот тебе и явление Жрицы народу...

***

Как только паланкин со Стайсой скрывается за деревьями, действие её Харизмы окончательно сходит на нет. Выходит у нее есть определённый радиус, внутри которого ты попадаешь под действие её соблазна.

Вот только понять бы ещё насколько этот радиус велик. Двадцать метров, пятьдесят, сто?

Или, может, она способна соблазнить любого, кто оказывается у неё в поле зрения?

Сложный вопрос. Можно лишь чётко отметить, что при приближении к девушке действие Харизмы усиливается.

Даже я, находясь почти вплотную к Стайсе, с трудом сдерживался, от неразумных поступков.

— Парни, вы как? — спрашиваю Малого и Михалыча, которые всё это время следили за нами со стены.

— Это... тяжело, — выдаёт обессиленно Малой, — Меня словно губку выжали, а после заставили пробежать марафон. Вроде бы ничего и не делал, а так устал.

— Она действует, как Черти-что, — подтверждает мой вывод Михалыч, — Я будто отстоял целую смену, а потом мне сказали, что нужно задержаться на сверхурочные

Подмечаю, то, что наши ощущения, в принципе, схожи. Я аналогично им ощущаю усталость.

Не физическую, но ментальную. Полагаю, что в этом и заключается особенность Харизмы. Человек с высокой Харизмой будет практически всегда подавлять тех, у кого данная характеристика не так развита.

Практически как в реальной жизни. Харизматичные люди везде и всегда привлекают других, становятся центром внимания для окружающих их людей.

Так и сейчас. Стайса стала столь «яркой» персоной, что волей-неволей притягивает взгляд. Ты не в силах ни отвести глах, ни проигнорировать.

Тоже магия, мощная и опасная. И одно мне до сих пор неясно. Давит ли она просто своей характеристикой, или имеет, кроме этого, какие-то специальные навыки.

Ведь не только мужики повелись, которым естественно при виде красивых барышень стойку делать. Наши девочки тоже были в отключке.

— Как вы сами? — спрашиваю у них, — в порядке?

Мышь только устало кивает, а Хрюша пытается объяснить своё состояние.

— Я просто засмотрелась, — бормочет она. — Даже не знаю, как это сказать. Меня она совсем не интересует, но я будто теряю контроль над своим же телом. Это пугает,

— У меня так же. Может это какая-то магия? — хмуро подмечает Мышь.

Мне тоже показалось, что первый удар при появлении жрицы был самым сильным. Только я сумел вывести остальных из транса, остальные просто «залипли» на Стайсу. Эффект новизны, или какое-то хитрое колдунство?

И что она там говорила про свою Богиню? Это трёп, чтобы запудрить мозги своим рабам, или она правда нашла связь с какой-то сущностью? В этом мире не всё так просто, это я понял уже по появлению Чёрти-что.

Нам он помогает в тренировках, а ей Богиня в чём помогает? Какие способности прокачивает?

— И что она хотела на этих переговорах? — грозно скрещивает руки на груди Хрюша, — Требовала сдаться поди, сучка такая. Правильно ты её послал, Шурик! Мы их в блинчик раскатаем, а потом Мышь ещё поджарит!

— Если бы...

— Она захотела, чтобы Шурик на ней женился! — заявляет Малой.

— Малой, бл... — шипит Михалыч, спрятав лицо в руках.

— Она... ЧТО?! — обращается за секунду в мегеру Хрюша, сравнявшись по источаемому ужасу с Черти-что.

— Да с чего ты взял, гадёнышь?! — она разворачивается к Малому, словно именно он — источник всех бед и со Стайсой заодно.

— У нас в «учаге» парни учились глухонемые, — оправдывается он, — я и навострился по губам читать. Михалыч спрашивал «чего они, да чего…», вот я и читал… я не нарочно, правда… Я, чтобы наготове быть в случае нападения! Лорд Шурик, да скажи ей! Аааа! — взвывает Малой, когда Хрюша хватает его за ухо.

— Именно это она и предложила, — прямо говорю, — С её слов это приведёт к концу войны и позволит объединить нашу зону. А это откроет границы региона, если никто не забыл, — спокойно уточняю я, встретив возмущённый взгляд девушки.

— Ты ведь ей отказал? Ведь отказал же?! — Хрюша близка к истерике.

— Я не дал ей ответа сейчас, — отвечаю — У нас есть время до рассвета, чтобы решить, как поступить.

Та вздрагивает, хмурит брови, готовится что-то сказать, но по итогу лишь прикусывает нижнюю губу.

— Почему? Тебе меня мало? — с какой-то детской обидой шепчет она, а на глазах выступает влага. — Эта кляча худая лучше, да?!

Ну вот, первое сложное решение, и уже бунт на корабле. Слишком много демократии в нашем рабовладельческом обществе.

Я глубоко вздыхаю, унимая рвущееся наружу раздражение и злость. Не на девушку, на саму ситуацию, в частности. Я ее собираюсь перед ней оправдываться, но и унижать публично, показывая её «рабское место», тоже не хочу.

— Хрюша, — говорю, — ты не забыла, случайно, как ты тут появилась? Как состоялось наше первое знакомство?

Девушка осекается на полуслове и опускает глаза. Вспоминает, как пробовала убить меня палкой-копалкой ради печёной картошки, и как стоял вопрос «рабство или смерть».

— Извини, — бурчит она.

— Если это будет выгодно поселению, я соглашусь, — вбиваю слова как гвозди, — она опасный враг, как минимум равный нам по силам. Если начнётся война, пострадают все, и они, и мы. А Стайса предлагает мир.

— Ну и пусть пойдёт со своим миром куда подальше! — снова прорывает Хрюшу.

Мышь фыркает, никак не реагируя на происходящее. Вот только её лицо также не выражает спокойствия, скорее, нечто среднее между нервозностью и раздражением.

— Говори, — требую я.

— Я не хотела идти в рабство, — объясняет магичка, — но уступила. Но если бы предлагала она, я бы не сомневаясь выбрала смерть.

Девочки, такие девочки. Мало того, что Лорда уводят, так ещё и подчиняться «этой сучке». Хотя в их словах и много разумного. Я тоже Стайсе не доверяю, и чем дальше от неё, там спадает влияние её очарования.

— Мы выиграли время, — говорю всем. — как минимум до завтрашнего утра. Если будет бой, он будет утром и мы успеем подготовиться. Малой, бегом на стену. Дежуришь, и чтобы ни один тушканчик мимо тебя не проскочил. Хрюша, Мышь, хватайте камни, копья, щиты и другие расходники. — я раздаю команды.— Тащите на стены, что могут пригодиться. Михалыч, как думаешь, сможешь залить кабаний жир в бурдюки?

— Хочешь устроить подобие огнемета или что? — чешет усы мужчина, на что я качаю головой.

— Нет, что-то вроде кипящего масла. Если полезут на стену, можно будет облить сверху, а потом Мышь кинет файербол…

— Сурово, — качает головой работяга.

— Так, что сделаешь? — уточняю я у него. — Если война начнётся, она, скорее всего, будет на уничтожение.

— Куда я денусь? Раз нужно — значит, всё будет выполнено в лучшем виде, — хмыкает тот и поднимается с земли.

— Пойдём, покажу, как это должно выглядеть…

***

Темнота стремительно наваливается на лес и открытое пространство перед ним. В неровном свете звёзд и луны всё выглядит плоским и чёрно-белым, как на старой фотографии.

Как мы всё-таки привыкли в современной жизни к электрическому свету. Где-то, что-то всегда мигает, светит, мерцает вдалеке. Из за этого полная темнота этого мира кажется особенно мрачной. А люди жмутся к костру, надеясь получить от огня хоть какую-то мифическую защиту.

Я стою, оперевшись о частокол, и размышляю над тем, как же следовало поступить. Нарочно пришёл сюда, сменив на вахте Малого, чтобы можно было спокойно поразмыслить в одиночестве. Сна ни в одном глазу.

Времени, уже часа три ночи, сказать точнее не могу. Мы уже привыкли жить по Солнцу, без часов. Через пару часов начнётся рассвет, а сейчас небо особенно тёмное.

Отсюда можно разглядеть отблески костра, что развели подчинённые Стайсы внутри леса.

Где-то там ожидает она моего решения.

Помотав головой из стороны в сторону, я массирую разболевшиеся виски.

Как говорится, вопрос на миллион — жениться или же нет?

Только если ранее от подобного вопроса зависела только моё будущее, то теперь моё решение повлияет на всю Спарту.

И я очень стараюсь, чтомы мои размышления не скатывались в эротические фантазии.

Отказаться или принять Стайсу?

С одной стороны кто вообще откажется в здравом уме от такой обворожительной красотки?

Но что-то не позволяет мне сдаться перед напором этих настойчивых мыслей. Да и вообще мои ли они или же также навязаны Харизмой девушки? Чёрт, как вообще понять, где проходит та самая грань, между этим чёртовым маревом и моими собственными желаниями?

Стайса красива — спору нет. Настолько, что едва ли не ослепляет. Но и в бочке мёда должна быть своя ложка дёгтя... А, может, и вообще — дерьма.

Вроде бы всё просто — женись и будет тебе счастье. Спарта получит тут же больше десяти человек и сможет скакнуть на следующую ступень. Моментально, без особых усилий и потерь с нашей стороны.

Если способности Стайсы могут так подчинять людей, что даже из гопников и Богучарова сделали послушных последователей, разве это плохо? Будут у нас преданные рабы на плантациях, бесстрашные воины.

Это сейчас мы толкаемся в маленькой песочнице. А там, за пределами локации нужны не рассуждения о морали, а мощь.

Да чего там говорить?! Каждый в моей дружной компании, хоть раз пытался меня убить! Они мне все обязаны своей жизнью. Могу я теперь, не оглядываясь на них заполучить себе…

Перед глазами снова всплыли бёдра Стайсы, которыми она покачивала, уходя в лес.

Её люди слушаются свою жрицу безропотно. А кого станут слушаться мои? Меня или её?

Кто будет у руля, я или Стайса? А не могло ли всё это стать ловушкой? Вместо мира нам просто предложили бескровную капитуляцию.

В какой-то момент Стайса может просто отодвинуть меня с позиции Лорда, самолично сев на «трон». А я даже и сделать ничего не смогу.

Буду ли я вообще в состоянии сопротивляться её Харизме, стоит только ей стать моей женой? И не окажусь ли очередным слугой или рабом.

Мои невесёлые мысли нарушает шорох где-то внизу. Присев за край частокола, я аккуратно выглядываю.

И замечаю, как в нашу сторону крадётся… Кажется, Тохич? Тот самый из компании трёх гопарей, которому досталась отвёртка в качестве стартового бонуса.

Что он здесь вообще забыл? Неужели «переговоры» оказались блефом и Стайса решила устроить диверсию?

Осторожно осмотревшись не нахожу никого из остальных подчинённых девушки. В отдалении всё ещё вижу свет от костра, а если прислушаться, то можно было различить и отдалённое эхо голосов.

Что-то здесь не так...

Тохич между делом, вытаскивает из-за пазухи верёвку, конец которой завязан наподобие удавки. А затем кидает ее на частокол.

Только на третий раз петля цепляется за одно из брёвен, и парень начинает неспешно подниматься вверх.

Я подползаю к бревну с накинутой петлей. Вынимаю бронзовый нож, что теперь всегда со мной и уже готовлюсь перерезать верёвку.

Однако, останавливаюсь. Что-то здесь не так.

Парень же, тяжело дыша, взбирается на частокол и тут же попадает в плен.

Мне не составляет труда схватить того за шкирку и опрокинуть на землю. Моя Сила куда больше его, к тому же Майор показал пару приёмов. Когда хвастался перед Мышью. А я запомнил

Придавив грудь коленом, я подставляю нож к горлу неудачливого диверсанта.

— И что мы тут забыли? Стайса послала нас прирезать, пока мы тут к свадьбе готовимся? — мой шёпот вызывает у него панику.

Он дёргается от страха, но почувствовав боль в заломленной руке тут же успокаивается

— Никто меня не посылал! Я сам пришёл! — ошарашивает меня Тохич. Но только на мгновение.

Чтобы Стайса и дала кому-то сбежать? Это точно враньё. У неё там все строем ходят и дышат по команде.

— Придумай что нибудь лучше, — говорю, — только быстро, пока не начал тебя резать.

— Я предупредить пришёл! — волнуясь выпаливает он, — Стайса, не жрица Светлой Богини!

— Тоже мне, новость, — усмехаюсь, — я и так догадывался, что нет никакой богини.

— Богиня есть, — выдаёт Тохич, — только она нихрена не светлая.

Глава 2

— Что значит, не светлая? — не понимаю, — какая тогда?

— Да хрен его знает, — отвечает бывший гопник, — но на белую и пушистую она точно не похожа.

Верить ему на слово, так же как и отпускать так просто, я не собираюсь.

— А как же тебя она не охмурила тогда? — задаю закономерный вопрос.

Интересные вещи говорит этот парень, этого не отнять.

— Мне удалось сохранить рассудок! Если не веришь, проверь мой задний карман. — взволнованно говорит Тохич. — Там лежит мой бонус. Только он и позволил мне сбежать от этой ведьмы,

И действительно я замечаю, как из кармана драных спортивок, которые с чудом ещё сохранились, торчит рукоять отвёртки.

— Только без глупостей, — предупредив пленника, я резко вытаскиваю упомянутый предмет и читаю его описание.

Имя: Отвёртка трудоголика

Ранг: легендарный

Описание: Незаменимый помощник во всех начинаниях. И дедову пятёрку починить, и бутылку пивка открыть, и Сиплому в бочину сунуть. Аксессуар на 10 из 10 по завереньям экспертов из мест отдалённых.

Характеристика:

+ 10 к Воля

+ 10% к росту производственных профессий

— даёт навык «Предельное внимание»

Бонус, который ещё даёт и навык своему обладателю? Это первая такая вещица на моей памяти.

Навык: Предельное внимание

Продолжительность: 30 мин

Описание: высчитать интеграл в уме, конечно, не получится, но заметно облегчает работу с ремеслом, усиливая погружение в работу.

Характеристика:

+ 20% защита от ментальных атак

+ 10 % к получаемому опыту за успешное изготовление предмета

Если говорить в общих чертах, то отвёртка оказывается идеальным предметом для любого ремесленника. Чем-то она походила на мультитул Михалыча, но видны и отличия.

Если бонус Михалыча направлен на качество изделия, отвёртка Тохича помогает росту самого мастера.

И даже и не скажешь, который из них лучше. Мультитул прост, как палка. Он не ограничен уровнями и статами, позволяя всегда сделать итоговый продукт крепче и лучше.

Его мощь сможет открыться в будущем, когда материалы станут настолько ценными, что права на ошибку просто уже не будет.

Тогда как отвёртка позволяет быстрее расти в выбранной профессии, а у хорошего мастера и вещи будут лучше

Но всё это мысли на отвлечённую тему. Бонус давал Тохичу прибавку в виде аж 10 очков Воли!

Охренеть! Ни разу не видел столь высокой прибавки. С другой стороны, на старте, в отличие от Силы или Ловкости эта характеристика была бесполезной.

Только лишь при столкновении со Стайсой его бонус сыграл свою роль. Да ещё и защита от ментальных атак. Сначала я не понял, зачем это свойство ремесленнику.

А потом вспомнил, что каждый раз, когда пытаешься заниматься делом, кто-нибудь начинает тебя отвлекать, или просто шуметь рядом. Чем не ментальная атака?

Следовательно, слова Тохича могут оказаться и правдой.

Что ж, это не так уж и сложно проверить.

— Хорошо, пошли, — поднимаю на ноги диверсанта-недотёпу и придаю ему ускорения пинком под зад.

— Куда? — взволнованно спрашивает он.

— В пыточную, конечно, — говорю. — Раз я Лорд, значит, у меня должна быть и пыточная.

***

— Итак, выкладывай всё, что ты знаешь о Стайсе, — обращаюсь я к нашему новому пленнику, — последовательно, подробно и по порядку.

— А нужно вообще всё это? — указывает он подбородком на свою же верёвку, которой мы его и связали по рукам и ногам. — Я ведь сам к вам пришёл.

Пыточной, и хоть какого-то приличного подземелья у меня нет. Пришлось соврать для солидности. Самым подходящим местом для допроса оказывается наш склад-подвал. Тут темно, холодно и висят куски кабаньих туш, словно на бойне. Атмосферненько так.

— Уж прости, но веры тебе особой нет, — пожимаю плечами. — Я даже тебя толком не знаю, а ты не можешь гарантировать, что твои слова не являются намеренной дезинформацией.

— Может, я его по кумполу вдарю пару раз? — предлагает Малой. Мы все недоумённо глядим на него, отчего он смущённо чешет щеку, — Ну, для профилактики. Вдруг, врать удумает.

— И как ты определишь, врёт он или нет, умник? — криво улыбается Мышь, косясь на пленника.

— Вдарю ещё раз... для убедительности? — добродушно улыбается Малой, а Тохич вздрагивает от этой улыбки всем телом.

— Я вам всё расскажу. Только уберите этого! — косится он на парня.

Я киваю Малому и Хрюше, и те выходят наружу. Но не потому, что так попросил Тохич, а потому что дежурить тоже кому-то нужно.

Уж лучше пусть дуэт останется сторожить у частокола, на всякий случай. А здесь на нашем складе хватит и нас троих: меня, Михалыча и Мыши.

— Вот видишь, как далеко мы готовы зайти ради твоего спокойствия? — я улыбаюсь и сажусь на лавку напротив пленника.

Сам он привязан к аналогичной скамье, но уже стоящей у стены. Мы притащили сюда с Михалычем мебель, чтобы разместить пленника.

Мало того что ему, чтобы сбежать, необходимо будет развязать руки и ноги, так ещё и потребуется отвязаться от тяжёлой лавки.

В противном случае никуда он не денется. Перестраховка. В последнее время — моя любимая тактика.

— Надеюсь, что и ты проявишь разумность и будешь говорить только правду. Иначе, если я хоть где-то заподозрю, что ты мне врёшь или недоговариваешь... — не став продолжать, я наблюдаю, как Мышь подходит к парню и создаёт фаербол перед его лицом.

Тохич ёжится, дёргается, всячески пытается отстраниться от волны жара.

Интересная реакция. Похоже, прошлая встреча с магичкой оставила куда более сильное впечатление на парня, нежели мы могли предположить.

— Мышь, довольно, — даю я команду и женщина, хоть и нехотя, но отстраняется от Тохича, позволяя тому вздохнуть с облегчением.

— Мы поняли друг друга? — обращаюсь я к нему и тот активно мотает головой, — Тогда я слушаю.

— Стайса не хочет мира с вами, — начинает парень.

— Это мы и так подозревали, — говорю я, — что её слова про свадьбу, только хитрость.

— Нет, вы не понимаете, — качает парень головой. — Свадьба как раз планируется.

— Как это? — теперь уже я ошарашен, — зачем?

— Затем, что ей надо стать женой Лорда и получить контроль над поселением, — говорит Тохич, — а после она планирует устроить зачистку. Кто подчинится её власти, тех оставить. А кто будет рыпаться, того пустит под нож.

— А откуда тебе это вообще знать? — с подозрением хмурюсь я.

Я бы понял, будь Тохич в позиции правой руки или главного слуги при Стайсе, но ведь на это было непохоже. По крайней мере, так казалось со стороны. Может, я чего-то и не знаю.

— Так она и Богучарова также окрутила, — говорит перебежчик, — тот правда долго не думал. Вечером свадьбу сыграли, а утром он уже вышел из шатра со стеклянными глазами. А по поводу поселения она уже хвасталась своим рабам, что приберёт его к рукам точно так же.

Я задумчиво киваю. Вот в такую Стайсу верится как-то больше, нежели в её личину Великой Жрицы. И со словами Майора эта история стыкуется. Правда, в ней добавляются новые страницы.

— Хорошо, но если я не соглашусь, то как она сможет причинить нам вред? С чем собирается атаковать нас? — задаю я закономерный вопрос, — У нас, если ты не заметил, есть частокол, а у неё я как-то не видел осадных орудий или чего-то подобного. Её голожопое войско мы ещё на подходе поджарим.

— Потому что ей они и не нужны! — резко выдыхает Тохич. — она ведь Жрица.

— Ну и что?

Я полагал, что это просто какой-то титул. Даже не профессия, не то, что класс. Сама себе придумала, а теперь дурит голову окружающим. Я тоже могу королём назваться.

— Она может обратиться к своей Богине и провести ритуал, — объясняет парень, — Жрица его проводит время от времени, чтобы держать рабов в узде. Я в этот момент «закрываюсь» своим навыком «предельного внимания», чтобы не стать полным идиотом. А потом приходится притворяться. Всё равно, деваться некуда.

Слово «ритуал» кажется мне мистикой и полным бредом. Но вдруг это какой-нибудь активный навык? Что-то, что усиливает её воздействие на окружающих.

Тогда ей правда не надо будет сражаться. Ключи от города вынесут на золотом блюде. Блин, у нас и ключей-то нет. Стыдоба.

— Что за ритуал? — подтверждает мои мысли Тохич.

— Чтобы промыть вам всем мозги, — выдаёт взволнованно Тохич, — И, поверьте мне, если она его проведёт, то никто не устоит и вы все, как послушные собачки сделаете всё, что она пожелает.

Что получается? Если я принимаю её предложение, то смогу хотя бы кайфануть одну ночь. Она зайдёт за нашу стену на законных основаниях, а потом, оказавшись рядом подчинит всех.

А если нет, то у неё имеется план «б». Она УЖЕ рядом, и до утра может чувствовать себя в безопасности. А потом придёт и заберёт своё.

— Ты за словами-то следи, — меж тем слова парня не понравились Мыши. — Я тебе не собачка, понял, ты?!

На её пальцах вновь заплясали искры.

Сожжённого до хрустящей корочки пленника мне ещё на складе не хватало.

— Мышь, довольно. Можешь идти. Заодно проверь как там остальные, — указываю я ей на дверь.

Уж остро она реагирует на всё. Пусть подышит и проветрится.

— Но я... — пробует она поспорить, но уступает моему тяжёлому взгляду.

— Как скажете, Лорд Шурик, — женщина фыркает, сделав особый акцент на моём титуле, но ничего более.

После чего послушно покидает склад. Потом еще обязательно разберусь с этой ее раздражительностью.

Может отшлёпать от греха подальше? Или поручить той же Хрюше? Ей будет поди только в радость, а Мышь выучит урок, раз язык за зубами держать не научилась ещё.

Но это всё потом. Сейчас решим вопрос с пленником. Ведь осталось понять всего один момент.

— Тогда почему ты сбежал? Раз наше поражение предрешено, то, с чего бы тебе менять сторону и предавать Стайсу?

— Да просто я не хочу быть её рабом! — моментально вспыхивает Тохич, — У неё ведь нет разницы кто ты, какой уровень и какие твои умения. Для Стайсы мы все её слуги и рабы. Она играет в нас, как в кукол. Мы по очереди, то жратву ей добываем, то веерами обмахиваем, то в этом сарае по лесу таскаем. Она не хочет развиваться, придумывать что-то, строить. Ей хватает подачек от Системы. Я увидел ваше поселение и подумал «вот оно, здесь я хочу жить, а не прислуживать до конца своих дней избалованной дуре».

Он выговорился и теперь тяжело сопит, ожидая моего ответа.

«Служить бы рад, прислуживаться тошно» — мелькает в голове слова Майора. М-да, Грибоедов актуален для всех возрастов. Аж гордость берёт за русскую классику.

— Ладно, допустим, ты не врёшь. И ты действительно желаешь поражения Стайсы. — уточняю я, — Так когда она планирует провести ритуал?

— С первыми лучами Солнца, — говорит Тохич, — я же вам и талдычу, что уже скоро. Ещё чуть-чуть, и вы упустите шанс её опередить.

Чёрт, а ведь времени у нас правда мало. До рассвета всего ничего. Но без информации ломиться к врагу также тупо.

— Опередить ту, которая одним своим взглядом может заставить пускать слюни? — смеюсь я бредовости ситуации.

— Она всё равно человек, — разъясняет Тохич, — Ей нужно спать, есть и пить. А ритуалы требует много сил, как моральных, так и физических. Стайса себя бережёт и каждые сутки спит не меньше восьми часов, «чтобы поддерживать эластичность кожи и избежать морщин».

— То есть, можно застать её врасплох, — делаю вывод я, — хоть что-то.

— Я вам рассказал всё, что знаю. Теперь меня отпустят? — Тохич с надеждой смотрит на нас с Михалычем.

— Не будем торопиться с этим, — качаю в ответ головой, — Посиди тут часок-другой, а мы решим, что с тобой делать.

— Надо успеть… — начинает спорить Тохич, но я его останавливаю.

— Это наша проблема. — говорю, — Ты пока здесь поскучаешь. Сам должен понимать, доверия тебе пока немного и оставлять нового человека за спиной я не могу.

Тохич вздыхает и облокачивается на стену спиной, прикрывая веки.

— Хорошо, только ноги хоть развяжите. — ворчит он. — А то сидеть даже не могу нормально.

— Потерпишь, — говорю, — Если твои слова подтвердятся, то быстро выйдешь на свободу и станешь одним из нас. Ну а если соврал…

— Угу, не сносить мне головы, — кивает он.

Кажется, он не слишком этого опасается, что добавляет мне уверенности.

— В точку, — усмехаюсь. — Тогда хорошего отдыха.

После чего вместе с Михалычем покидаю склад.

***

Собрав своих ребят в полном составе, я пересказываю им слова Тохича.

— Что делаем, Лорд? — спрашивает Малой, потирая руки от нетерпения.

Этому хоть сейчас в бой.

Я собираюсь с мыслями. Информация единым потоком пролетает перед глазами.

Стайса. Ритуал. Рассвет. Спарта.

Наша численность практически равная. В уровнях мы определённо превосходим слуг Стайсы, хотя тут я не могу утверждать точно.

На нашей стороне Мышь — это сильный козырь.

У них — Стайса. Одно её присутствие — уже проблема. Неожиданная атака должна усилить наше преимущество, в условиях ночи — так тем более. Она либо спит, либо готовится к ритуалу, а значит, отвлечена.

Ключ к победе — атаковать стремительно и нагло. Настолько быстро, чтобы оппоненты даже не успели опомниться, а Стайса отойти от шока.

Это не безупречный план, но, пожалуй, единственный. Действовать на опережение.

— Выходим немедленно, — объявляю. — Идём полным составом. Опаснее Стайсы сейчас нет никого. Так что в поселении оставлять никого не будем. А теперь внимательно слушайте, повторять не буду.

План, сделанный на коленке, заключается в следующем. Малой идёт впереди, разведывает обстановку и намечает нам точки для атаки.

Выйдя на позицию, Мышь шарахает самым убойным из своего арсенала по шатру Стайсы. Удар молнии вполне способен прикончить жрицу на месте, но даже, если так уцелеет, будет ошеломлена и не сможет оказать сопротивления.

Затем они с Хрюшей отступают, отвлекая на себя охрану, а мы втроём «контролим» шатёр. Либо добиваем Стайсу, либо убеждаеся, что она мертва. Оставлять в живых эту тварь я не собираюсь. Захватывать её живьем, всё равно, что приручать ядовитую змею.

Разгром остальных — дело техники. Без жрицы с её Харизмой, я остальных не опасаюсь.

Все согласно кивают. Взяв снаряжение, мы слезаем вниз по стене, после чего прячем лестницу возле ручья. Затащить обратно её некому.

На всех нас накинуты кожаные плащи для дополнительной защиты, в руках щиты и копья. Руки магички свободы, чтобы она в любую секунду могла запустить молнию или фаербол.

Оставлять поселение бесхозным, конечно, риск, но противника и так на одного человека больше, а Тохичу я не доверяю, чтобы сразу же давать оружие и отправлять в бой на нашей стороне.

Всё решится в одном бою. Здесь и сейчас. Или мы сумеем разбить силы жрицы и избавить Спарту от угрозы или же потерпим поражение и тогда поселение так и так перейдёт в руки противника.

Победа или смерть. Ничего лишнего. Двигаясь по лесу, никто из нас не издаёт лишних звуков. Как никогда, я рад тому, что заставил всех поднять уровень Следопыта хотя бы до 1 уровня.

В противном случае, вся наша затея могла бы провалиться ещё до того, как мы подошли бы к лагерю Стайсы.

Костёр наших врагов всё ближе. Я начинаю волноваться. Малой не возвращается и не подаёт никаких сигналов.

Подойдя вплотную, я даю команду остановиться. Ждём Малого. Его отсутствие напрягает. Неужели нам подготовили засаду?

Впереди будто из ниоткуда появляется накрытая плащом фигура. Хоть я не могу разглядеть лица в тени капюшона, но точно знаю, что это Малой.

Никто так не состоянии двигаться столь же тихо и незаметно. Он показывает большой палец, сообщая тем самым, что всё в норме.

Выходит, слова Тохича верны. Остаётся самое сложное. Атаковать лагерь врага.

Мысленно пожелав удачи ребятам, я обхожу лагерь с правой стороны. Следом двигаются парни. Девушки уже выходят на позиции напротив.

Даже из за кустов я могу различить на поляне яркий костёр, который активно трещит в предрассветном сумраке.

Рядом установлен просторный шалаш, который укрыт тканью и шкурами от паланкина. Благодаря этому, он выглядит как роскошный шатёр. Даже здесь Стайса не отказывает себе в маленьких удовольствиях.

У шатра я замечаю блондина с молотом Сутулого. Богучаров громогласно сопит у костра, там же сидит Толян, подкидывая хворост в единственный источник света и тепла этой ночью. Ещё одного человека не вижу, как и самой Стайсы.

Спит, как и сказал Тохич? И где четвёртый? Пошёл в кустики или греет жрице постельку? Вот дрянь развратная, а ещё замуж просилась, лезут в голову дурацкие мысли. Или, может, у неё девишник перед свадьбой?

Минуты текут медленно. Первой вступает Мышь, ей нужно время. Воздух над поляной сгущается, начинает мерцать и слабо гудеть. Блондин и Толян удивлённо поднимают головы. Даже Богучаров прерывает храп на одной ноте.

Бабац! Небо раскалывается, и молния вонзается точно в шатёр! Он рассыпается, заваливаясь на бок кучей веток, и тут же вспыхивает огромным факелом. Выжить в таком невозможно.

Блондину достаётся отлетевшими горящими брёвнами, он корчится на земле и вопит от боли. Толик и Богучаров вертят башками, и что-то увидев в кустах бросаются туда.

Бросаюсь с щитом и копьём наперевес. Слева и справа срываются Малой и Михалыч. Слышу, как Мышь запускает фаерболы.

С той стороны грохочет серия взрывов. Свет от пламени разрывает сумрак ночи. Раздаётся череда матов, ора и криков. Это уже наверняка со стороны подсобников Стайсы. Они ловят по лесу наших девчонок. Ничего, милые, скоро мы придём вам на помощь. Только решим одну проблему.

Мы прибавляем скорость и подбегаем к тому, что осталось от шатра. Ворочаем горелые ветки и обрывки шкур древками копий.

Стайсы нет ни живой, ни мёртвой.

— Смотри! — тычет пальцем Малой.

В блеклом свете едва начавшегося рассвета, я вижу как между деревьями плывёт туман. Только он не белый, как обычно, похожий на мокрую вату, а розовый. Чем дальше, тем он гуще. Отвратительного, кровавого цвета.

Он движется из глубины леса, и я вижу едва заметную тропу, ведущую в между деревьев. Бросаюсь туда. Михалыч и Малой поспевают за мной. Тропа узкая. Мы движемся в ряд, один за другим.

— Стойте здесь, — командую им, — не пускайте сюда никого.

Издалека я уже слышу странный, пронзительный голос, но, определённо, женский. С проснувшейся Стайсой мне лучше столкнуться один на один.

Выскакиваю из леса на поляну. Я угадал, Стайса здесь. Но не одна.

Прямо в центре поляны на небольшом пьедестале из брёвен лежит захлёбывающийся в крови кавказец, темноволосый и горбоносый.

Огромными глазами, выпученными от ужаса глазами он бессмысленно ворочает из стороны сторону. Видно, что мужчина всё еще живой, но жизнь его стремительно покидает. Рядом с ним стоит Стайса, держа тёмный короткий кинжал возле его вскрытого горла. В её глазах бешенство.

Я прервал её на самом интересном месте. Светлая богиня?! Серьёзно?!

Глава 3

(Уважаемые читатели. После некоторых размышлений, авторы внесли косметические изменения в Главу 2. Серьёзного влияния на сюжет и факты изменения не оказывают. Можно их перечитывать, можно не тратить время. Изменённые места выделены курсивом)

Стайса стремительно разворачивается ко мне. Её глаза полыхают красным подобно двум рубинам. Она проводит ладонью по щекам, словно умываясь кровью своей жертвы. Крохотные капельки крови, словно потеряв вес, поднимаются над ней, образуя облако красного тумана.

А самое жуткое даже не следы крови на лице жрицы, а то, что кровавый туман над её головой начинает приобретать форму лица.

Женского лица, чем-то отдалённо похожего на саму Стайсу. Два алых рубина уже призрака, духа или грёбаной богини смотрят на нас с усмешкой.

А потом призрак распахивает рот и начинает пронзительно и звонко хихикать.

— Нет, стой! — кричит Стайса, — ещё рано! Прекрасная Мирантис, не уходи!

Вы сопротивляетесь УЖАСУ!

Вы сопротивляетесь УЖАСУ!

Нет, нельзя поддаваться! Сбрасывая наваждения, я бросаюсь к жрице. Плевать, кого она там пытается призвать. Убью её, и всё будет решено!

Я замахиваюсь копьём, как вдруг на руке кто-то повисает, сбивая удар. Пытаюсь стряхнуть и вижу Михалыча. Его колотит как под током, глаза безумные. Система воспринимает его действия, как враждебные и наказывает.

— Какого хрена?! — только и успеваю я произнести, и падаю на землю. Меня за ногу хватает Малой, повисая словно гиря.

Вижу, как ко мне приближается Стайса. Точнее, вижу только её ноги в изящных сандалиях.

— Лорд Шурик, ты и вправду интересный тип, — слышу я её голос, — чуть всё не испортил. Но, кажется, боги всё таки на моей стороне. — Она присаживается на корточки, задирает мне подбородок, чтобы видеть моё лицо. Два рубина её глаз впиваются мне куда-то под череп.

Игрок Стайса предлагает присоединиться в качестве мужа.

— Да пошла ты! — выплёвываю я, — уродина.

— Что?! — жрица в растерянности, — ты можешь мне отказать?! Ты в сознании?! Мирантис?!

— Убей... — даёт о себе знать призрак, — Выпотроши... Сожги... Задуши...

— Стань моим, подчинись, прогнись, — шепчет девушка, смотря мне в глаза.

Я ощущаю, как сознание куда-то ускользает, будто затягивается в некую воронку, а на ее место стремится встать нечто другое. Пустое и послушное.

Хер тебе, живым не возьмёшь!

Вы сопротивляетесь УЖАСУ!

Воля + 1.

Поздравляем! Вы первый, что достиг 20 очков характеристики Воля!

Получен пассивный навык: «Спаси и сохрани».

Имя: Спаси и сохрани (1)

Описание: Спасёт твоё «я», и сохранит чистоту рассудка от внешнего посягательства .

Характеристики:

— снижение влияния Харизмы на 20%

— защита от воздействия паники, ужаса, соблазнения 1 уровня.

Вы сопротивляетесь УЖАСУ!

Сработал эффект «Спаи и сохрани»!

— Что?! — хватается за голову Стайса, — Какого хрена?!

Похоже, ей больно.

— С каким удовольствием я бы тебя убила, урод, — говорит она, — но это слишком легко для тебя. Я заберу всё, что у тебя есть. Твоих людей и твой дом. Только тогда ты сдохнешь. Испортил мне ритуал, гадёныш, — зря израсходовала материал, — она брезгливо оборачивается на мёртвого кавказца, который никак не превращается в пыль. — Но ничего, твои рабы всё равно не устоят. А для тебя я приготовлю нечто особенное.

Она берёт с земли увесистый древесный сук и прописывает им прямо мне по башке.

Хлоп! Темнота.

***

Прихожу в себя уже по дороге к поселению. Меня тащат на плечах, связанного по рукам и ногам, Толян и Француз. Их Величество Жрица идёт своим ходом. Её паланкин мы спалили.

Стайсе удаётся взять под контроль всех, кроме меня. Михалыч, Малой, Хрюша и Мышь идут вместе со всеми, правда, их движения выглядят искусственно, а лица лишены эмоций. Но приказы они выполняют.

Меня бросают в погреб, где мы до этого держали Тохича. «Для того чтобы подумал над своим поведением», — говорит Стайса.

Здесь просторнее, чем раньше. Неприятель выгреб приличную часть запасов нашей еды и устраивал себе праздник живота. Ну да, кто бы сомневался.

Стоит отдельно отметить, что Тохича без отвёртки она сразу берёт снова под контроль.

Что печально, если принимать во внимание, как парень бежал от этой участи.

— Ты меня серьёзно разочаровал, дружок. Очень сильно разочаровал. За что тебе придётся понести наказание. Но после. Будешь в качестве закуски. Ведь главное блюдо у меня уже есть, — так говорит ему Стайса, косясь в мою сторону.

И всё же где была отвёртка?

А всё это время она была спрятана у меня в лаптях! Я оставил этот предмет себе на случай непредвиденных ситуаций. Так и случилось. Она до сих пор со мной.

Обыскали меня, как говорится, «на отвали». Безалаберность ли это Богучарова, на которого жрица и скинула эту задачу или же это очередной недостаток слепого подчинения, я точно сказать не могу.

Так что я до сих пор в сознании, и у меня есть время подумать.

Первое время я шаг за шагом прокручиваю атаку на лагерь Стайсы. Что я мог сделать по-другому? Как добиться победы.

Прихожу к выводу, что других вариантов у меня не было.

Следовало ли пойти в одиночку? Тупо. Что бы я мог вообще сделать в одну харю, когда у жрицы в окружении было четыре крепких мужика, ну и Богучаров в придачу.

Мало того что до шатра бы не добежал, так ещё и не факт, что смог бы её прибить до того, как её слуги ворвались вслед за мной.

Ну а если прибил бы, то пал смертью храбрых, один против пятерых. Не вариант.

Вообще не ходить, означало позволить совершить ритуал. Стайса ожидала, что после этого я уже не смогу ей сопротивляться. Так что её планы мы сорвали. Пускай не целиком, но испортили.

Я жив и я в сознании, и это создаёт патовую ситуацию. Она хочет заполучить себе моё поселение, но боится, что с моей смертью оно перестанет существовать. Правильно делает. Я думаю так же.

Условием поражения в атаке кабанов была смерть Лорда. Жив Лорд, жив город, как ни пафосно это звучит. Так что она должна стать моей женой, а потом может спокойно убить, вступив в права наследства.

Это она и задумала, судя по всему. Первой жертвой может стать Тохич, которого надо прилюдно покарать. А потом на алтарь отправят меня, уже согласившегося стать мужем Стайсы.

После такой двойной жертвы, влияние Стайсы на рабов станет ещё больше.

До этого взять под контроль меня не получится. Вот только «один — в поле не воин». Даже если я вырвусь из подвала сейчас, или взбрыкну во время ритуала, много ли я навоюю?

Вот если бы передать отвёртку кому-то ещё…

Вдвоём мы могли бы натворить дел. Просто сунуть её Малому или Михалычу во время церемонии, например. Или Мыши, она по убойной силе перекроет этих двоих.

Позволят мне это? А если мои руки будут связаны? Как это несправедливо! Стайса может направить свою Харизму на других людей, а с Волей так поступить нельзя. Или можно?

План, сырой и отчаянный рождается у меня «на коленке». Остаётся только ждать.

Зря Стайса списала меня со счетов! Это высокомерие её же и погубит! У меня есть целая отвёртка и ещё куча времени наедине с собственными мыслями.

***

Я и не замечаю, как прошли почти сутки. Руки и ноги успели слегка затечь от верёвок, но повышенные характеристики, как оказалось, серьёзно уменьшили неприятные ощущения в конечностях.

И вот настаёт момент истины. Двери склада раскрываются, и внутрь входит француз. Не говоря ни слова он, он развязывает верёвки на ногах и поднимает меня с пола.

— Жрица велела тебя привести, — говорит он равнодушно.

— Для чего? — интересуюсь я, потянув спину.

Та приятно хрустит после подобного «отдыха» на протяжении почти целого дня.

— Тебе выпала честь стать жертвой, — отвечает он.

Что ж, логично.

Мы выходим наружу, где уже в центре поселения обустроен деревянный постамент. Новое начальство хочет возвышаться над подданными.

На вершине его сейчас восседает на наскоро сделанном стуле Стайса. У её ног послушно сидит Хрюша.

Замечаю, что она натирает ступни жрицы каким-то камнем, подозрительно похожим на пемзу. После этого, она опускает ножки Стайсы в деревянный тазик, от которого идёт пар.

Неподалёку дежурит Мышь с дымящимся котелком.

Вот это я понимаю — устроилась с комфортом!

— Принеси мне ещё воды, старуха, — обращается к магичке Стайса и та послушно удаляется в сторону озера.

Сразу за Стайсой можно заметить сложенный из брёвен алтарь, на котором, стоит полагать, меня должны прирезать, как и того кавказца.

Самое занятное, что справа от алтаря вкопан ещё и столб, к которому привязан Тохич.

Последователи жрицы время от времени кидают в него сырой картошкой.

А Стайса знает толк в развлечениях. Даже в другом мире сумела соорудить подобие спа-салона для себя, так и полноценные игрища, где двое из её слуг, Богучаров и Толян, соревнуются в метании плодов в цель.

Милота!

Михалыч и Малой между тем стоят в полном обмундировании, но без оружия, изображая из себя почётный караул.

Француз толкает меня в спину, тем самым намекая, чтобы я двигался шустрее.

Я никак не выказываю своего недовольства, продолжив шагать с высоко поднятой головой.

— А вот и главный герой сегодняшнего вечера! — усмехается Стайса, походя пнув Хрюшу своей белоснежной ножкой.

Та едва не падает с постамента, едва удерживая равновесие. Лицо всё так же не выражает никаких эмоций.

— Не слышу в таком случае оваций, — усмехаюсь в ответ.

Стайса недовольно хмурится, явно ожидая другой реакции.

— Всё такой же смелый? — заявляет она. — Или это глупость?! Тупо так себя вести, после того, как я тебя победила и забрала поселению.

— Временные трудности, ничего более. Спарта так просто не падёт. — пожимаю плечами.— Уж точно не перед тобой,

— Спарта, да? Что за идиотское название? — отмахивается высокомерно девушка. — Уж лучше назову его Милан! Звучит намного симпатичнее.

— Ну-ну, чтобы назвать поселение, тебе сначала нужно стать его Лордом. Или на худой конец женой Лорда. А после всех этих финтов жениться на тебе я точно не собираюсь, — качаю головой, — Слишком уж ты, сука, для меня дорогая. Не прокормлю.

Заговариваю ей зубы. Для моего плана нужно время, хотя бы немного, хотя бы несколько минут. Копаюсь в интерфейсе, тем временем продолжая доводить Стайсу.

— Ты... Ты, ублюдок! — я задеваю её за живое, — Чтобы я да взяла такого как ты в мужья? Ни за что! Тем более, я никогда и не собиралась!

— Врать нехорошо, милая моя. Я знаю, что ты от меня без ума. Даже целый постамент для меня приготовила, чтобы на нём и связать нас узами брака, — качаю головой, на что Стайса краснеет и кривится от злобы. — Я цену такой знак внимания, но можно было обойтись и без этого.

— Ты проживёшь в качестве моего мужа не больше минуты, — шипит Стайса. — Идиот, упустил свой шанс. Всё это, — она показывает на себя, — могло бы быть твоим хотя бы на несколько дней. А теперь, сдохнешь, даже не получив удовольствия. Француз, тащи его сюда! — кричит она.

Меня подталкивают, и я неторопливо шагаю к алтарю. Параллельно с тем отслеживаю положение моих ребят.

Михаил и Малой стоят с правой стороны постамента. Напротив них стоят Толян и Богучаров.

За спиной моей Француз.

Мышь приходит от озера с котелком в руках. Она передаёт воду Хрюше, а сама заносит над ней ладонь, используя магию. Та почти сразу начинает бурлить и дымиться.

Пора.

Хочется сказать что-то пафосное, вроде «Спарта не сдаётся», но вместо этого у меня получается только.

— Сдохни, тварь.

Игрок Михалыч получает свободу.

Игрок Михалыч становится родичем Лорда Шурика

20% от характеристик Лорда добавлено родичу

Игрок Малой получает свободу…

Тут же глаза моих ребят проясняются, в них появляются разум, вытесняя дымку помешательства.

А как иначе, ведь у меня сейчас Воля равна 20. Плюс ещё прибавка от отвёртки в 10 пунктов. Итого каждый получает +6 к своей Воле.

У Михалыча она теперь 10, а у Малого 11. Им плевать на Стайсу без всяких отвёрток. Во всяком случае их уже не взять с той же легкостью под прямой контроль!

Игрок Хрюша получает свободу.

Игрок Хрюша становится женой Лорда Шурика

Что, женой!? Вот этот момент я упустил. Ну что теперь, сгорел сарай, гори и хата.

Дальше, ещё интереснее.

Игрок Белая Мышь получает свободу.

Игрок Белая Мышь становится женой №2 Лорда Шурика

Хрюша лупает глазами, осознавая свою свободу, а также то, чем только что занималась.

— Ах ты шалава, — вопит она, и выплёскивает кипяток из котелка в лицо Стайсе.

Та визжит, страшнее любой баньши и с криком валится со своего «трона».

В поселении начинается резня.

Малой выхватывает свой кинжал из за пояса у Толяна и наносит тому несколько быстрых ударов в живот.

— Руки!

Протягиваю ему перетянутые верёвкой запястья, и он тут же освобождает их.

Подхватываю упавшее из рук Толяна моё же собственное копьё и бегу к Стайсе. Для меня — она главная цель.

— Госпожа! — кричит Француз, бросаясь мне наперерез.

Он заносит кувалду, чтобы покарать Хрюшу, но я с разбегу вбиваю ему копьё в бок.

Выдёргиваю остриё, чтобы ударить снова. Ко мне присоединяется Малой, добивший Толяна. В руках у него щит. Француз отступает. Нанесённая мной рана серьёзная, но не смертельная. Здоровенный мужик. Он заносит свою чудовищную кувалду.

Малой успевает подставить щит. Тот тут же превращается в труху. Я опять бью копьём раскрывшегося Француза. Удар, ещё один. Тот отступает, отмахиваясь кувалдой и истекая кровью. Наша выучка приносит результат. Мы вдвоём легко тесним его.

Михалыч бьётся с Богучаровым. Вижу, что ему приходится сложнее. Бонусный меч, который сначала принадлежал Задроту, перерубает древко копья, а потом раз за разом разрушает щит, которым прикрывается работяга.

Подхватываю с земли отрубленный наконечник. Бронзовый нож. Я ведь уже говорил, что посещал секцию по фехтованию историческому фехтованию. Сегодня эти знания спасут мне жизнь.

— Михалыч, помоги Малому, — командую я, перехватывая врага на себя.

Богучаров видит ещё одного противника и разворачивается ко мне. Я не убегаю, встречая его напор в открытую.

Тот совершает вертикальный взмах клинком, неловко, неопрятно, по-дилетантски.

Сделав полшага в сторону, я с лёгкостью уклоняюсь от удара. Но Богучаров не сдаётся, изменив положение ног, он проворачивает меч в своей руке и умудряется сделать удар наискосок снизу-вверх.

В дело вступает бронзовый нож.

Шаг вперед, и тонкое лезвие ножа встречает остриё меча под острым углом. Раздается противный скрежет, что едва не оглушает нас обоих.

Звенит сталь.

Богучаров снова атакует, а я опять сокращаю между нами дистанцию.

От третьего столкновения материал моего оружия не выдерживает и нож лопается на десятки мелких осколков.

На лице Богучарова застывает победный оскал. Однако, рано он радуется!

Используя всю доступную силу в ногах, я прыгаю на мужчину, за секунду оказавшись вплотную к нему. Мой кулак впечатывается в его оплывшую морду, моментально ломая носовые хрящи.

Второй удар прилетает в скулу, а третий уже в челюсть. По итогу противник тупо теряет сознание и падает на землю мёртвым грузом.

Минус два!

Добить бы его. Но мне приходит идея лучше.

— Мышь! — зову к себе девушку, — охраняй его. Дёрнется, поджарь.

Мышь, которая боится применять свою магию в тесном пространстве поселения и вблизи от товарищей, с готовностью кивает.

Хватаю меч Задрота с земли. Наконец-то у меня есть нормальное оружие.

Француз буйствует у парапета. Очевидно, у него есть навык вроде берсерка. Истекая кровью, он, похоже, даже не слабеет.

Маша кувалдой, точно обезумевший, он не даёт и шанса приблизиться как Михалычу, так и Малому!

Стайса сцепилась в драке с Хрюшей. Девушки перешли в партер, надеясь вырвать друг другу волосы и выколоть глаза.

Но самое неприятное, что Хрюша проигрывает. Даже с баффом в виде 20% от моих характеристик, она всё еще уступает Стайсе.

Похоже, ритуал с жертвоприношением дает прибавку не к одной только Харизме.

У жрицы левая половина лица обезображена страшным ожогом. Сейчас он покраснел и вздулся, но, уверен, дальше будет только хуже. Сейчас девушка больше смахивала на какую-то ведьму, а не посланницу Светлой Богини.

Внезапно Француз издаёт яростный рёв и ударяет кувалдой по земле. В ту же секунду в сторону Михалыча и Малого проносится взрывная волна, которая сбивает их с ног.

Опять какой-то навык, чтоб его?!

Мужчина не теряет времени и бросается на дерущихся девушек. Он намеревается убить Хрюшу!

Не позволю!

Бегу к ним. Француз, боясь повредить своей Госпоже, оттаскивает сначала Хрюшу за волосы, а после заносит над ней кувалду.

Не в мою смену!

Рванув вперед в невероятном прыжке, я оказываюсь рядом и блокирую кувалду своим мечом.

Бам-м-м! Два бонусных орудия сталкиваются друг с другом с ужасающим звоном.

Стайса, отпихивая Хрюшу, бросается бежать.

Сука!

— Малой, задержи её!

— Бегите, Госпожа, я вас прикрою!

Идиот, послушный, опасный идиот. Он стоит один, против троих, возвышаясь над нами почти на голову.

Кувалда, хреновое оружие для фехтования. Он кидается, чтобы удержать возле себя всех, а я пропускаю мимо себя его удар и совершаю горизонтальный выпад.

На бедре Француза тут же появляется глубокий порез.

— Михалыч, ищи копьё, — говорю, — завалим этого кабана.

Броситься за жрицей сейчас - нарисовать на своей спине огромную мишень в глазах берсерка.

Француз с упорством носорога принимает все мои атаки на древко кувалды. Вот, он подставляет свой бок под очередной удар. Чем я и пользуюсь, оставляя очередную рану на мужчине. Жаль, что слишком лёгкую.

Время стремительно утекает, но оппонент просто не желает помирать так просто! Он дерётся за каждую минуту, что способен выиграть у нас. При этом теряя всё больше крови. Кажется, и его силам приходит конец.

Мы с Михалычем просто расходимся в разные стороны, и когда Француз в очередной раз отвлекается на работягу, я вбиваю меч ему в брюхо.

Глубоко, двумя руками, ещё и провернув в ране.

Тот падает на колени.

— Не пропущу, — кашляет он кровью.

Глупая, но преданная смерть.

Выдернув меч, я подбегаю к частоколу. С высоты видно, как к самому лесу мчится лёгкая и изящная женская фигурка. Следом её нагоняет мужская.

— Ушла, змея, — сплёвывает Михалыч.

— От Малого не уйдёт, — качаю головой я.

Глава 4

Мы победили. И несмотря на бегство Стайсы, я считаю нашу победу полной и окончательной.

Ее слуги мертвы или взяты в плен. Среди моих подчинённых нет ни одного убитого или тяжело раненого. Поселение не разрушено и практически не повреждено. Запасы, конечно, захватчики пожрали. И куда в них влезло столько кабанятины, хотел бы я спросить?

Но это всё восстановить несложно. А сейчас ко мне притаскивают двоих пленных. В этом деле к Михалычу присоединяется Тохич, который пока не принял официальной присяги, но сразу после освобождения кидается помогать во всём.

— Ну что, теперь ты готов стать частью Спарты? — спрашиваю бывшего гопника.

Гопа-интеллектуала с отвёрткой. Из всей троицы выжил только он, остальные сдохли, надо сказать, бесславно. Тот в ответ усмехается, но довольно криво.

— Подозреваю, что альтернатив у меня нет? Из огня да в полымя?

— Почему же? Наоборот, я тебе очень признателен за то, что ты предупредил нас по поводу ритуала. Благодаря этому я с тобой сейчас и разговариваю. С моей стороны я могу предложить тебе возможность. Шанс стать полноценной частью нашего поселения. Да, сначала ты будешь рабом, — вижу, как он вздыхает, — Но лишь до тех пор, пока я и остальные не поймём, что тебе действительно можно доверять. А там уже и родичем станешь, то есть равноправным жителем. Тогда будешь сам выбирать, оставаться здесь, или идти своим путём.

Парень запускает руку в свои неряшливые волосы и тяжело вздыхает.

— Ну да, логично. Где я ещё получу такую возможность? А чёрт с тобой, будь что будет! Не убили — и то хорошо! — он пожимает мою руку, после чего высвечивается привычное окошко Системы.

Игрок Тохич становится рабом поселения Спарты!

Один из пленных, ещё один кавказец, из тех, про которых рассказывал Малой. Подручные Богучарова, из-за которых парень покинул их компанию.

Оба они оказались невезучими. Одного, как барана прирезала Стайса во время ритуала. Второго поджарила Мышь, во время ночной атаки на поселение. Поэтому на подготовке к уже второму ритуалу его и не оказалось.

Его же соратники забросили едва живого кавказца в избу по принципу, «выживет — хорошо, а сдохнет — не жалко». На мой взгляд, отличная иллюстрация отношения Стайсы к своим людям. Зачем париться, если совсем скоро у неё появились бы сразу несколько новых рабов.

Поразмыслив, я всё же решаю добить его. Вылечить настолько тяжёлые ожоги в нынешних условиях практически нереально. А продолжать попусту мучения мужика, как и тратить на него ресурсы не вижу смысла.

Изначально я планирую самостоятельно его прикончить, но, задумавшись на мгновение, передаю меч Михалычу.

— Он — твой, — командую.

Он хоть и ошарашен, но всё равно кивает. После чего послушно исполняет выданную ему задачу. Один удар, и всё. Тело рассыпается в пыль.

До сих пор не понимаю, как это работает. Почему одни тела остаются, а другие тут же пропадают? Может, с оставшихся можно собрать лут? Этого же успели обобрать собственные компаньоны.

Михалыч за убийство получает серебряную коробку.

Как я и предполагал. Миссии не обновляются, точнее, дважды выполнить одно и то же не выйдет. Поэтому я поручил добить тяжело раненого тому, кто ещё не совершил убийства.

Мышь, по её словам, зажарила Сутулого. Я прирезал Француза, Малой справился с Толяном. А потому оставались только Хрюша с Михалычем.

Может и Хрюше исполнить миссию по убийству? Даже цель для подобного имеется. Богучаров.

По совместительству, бывший уже муж девушки. То-то она на того так злобно щурится.

А уважаемый господин Богучаров изображает из себя дохлого жука-притворяшку. Лежит и даже не дышит. Может, и правда сомлел бедняга от страха, но, скорее всего, давит на жалость и пытается оттянуть общение. Хитрости ему не занимать.

Нянчиться с ним никто не собирается. Не после того, как он вывел Стайсу на наше поселение и участвовал в нашем захвате.

— Ну что? — обращаюсь я к Михалычу. Тот уже прописывает вторую пощёчину мужчине, но всё без толку.

Богучаров никак не хочет возвращаться в наш суровый и беспощадный реальный мир.

Что же, тогда придётся прибегнуть к радикальным методам.

— Госпожа Мышь, прошу. Пациент в ваших руках, — киваю женщине, и та расплывается в хищном оскале.

— О, это я с радостью, — усмехается магичка и от её рук начинает валить во все стороны нестерпимый жар.

Секундой позже раздаётся болезненный крик Богучарова, у которого на бедре остаётся небольшой отпечаток ладони.

Зрачки расширены, дыхание резкое, глазки бегают из стороны в сторону. Само же лицо не выражает ничего кроме непонимания, паники и страха..

— С добрым утром, товарищ Богучаров. — добродушно улыбаюсь мужчине, отчего тот почему-то весь бледнеет на глазах. — Как вам спалось?

— Я не понимаю о чём вы! — уходит он в несознанку, хотя я не успеваю задать ни одного вопроса. — Что бы ни случилось, это не я! Э-это всё эта сука! Я оказался у неё в унизительном рабском состоянии. Она подчинила моё сознание! Выражаю вам глубокую благодарность за моё освобождение!

Он даже дёргается, чтобы пожать мне руку и словно только сейчас замечает, что связан.

— Твою вину мы будем определять позднее, — говорю, — а пока, товарищ, у меня есть к тебе вопросы. Первый, откуда вы со Стайсой взяли новых людей?

— Не знаю ничего, — мотает головой Богучаров, — когда я к ней попал, они уже были в её отряде. Честное депутатское!

То, что Богучаров врёт, понятно из рассказа Малого. И можно его поймать на лжи. Но тогда, он, скорее всего, придумает новую ложь. Не переделаешь такого человека. Но я к этому готов.

— Я знал, что ты будешь мне врать, — говорю, — поэтому теперь к допросу присоединится твой личный дознаватель.

Я указываю на Хрюшу, которая аж ёрзает от нетерпения, предвкушая разговор с бывшим супругом.

— Света, — Богучаров заискивающе улыбается, — это же я, твой Коля…

— Для тебя, свинья, госпожа дознаватель! — высокопарно прерывает его девушка. — Перед своей богиней драной расшаркивайся, а тут не прокатит.

Затем она берёт тазик, тот самый в котором баловала свои ножки Стайса, ставит перед Богучаровым и кивает Михалычу.

Тот с каменным выражением лица запихивает ноги Богучарова в таз.

— Ваша гребанная ведьма устроила за наш счёт себе сеанс в спа-салоне, так что мы, как люди приличные вернём услугу. — говорит Хрюша, — Попробуешь солгать — моя подруга подогреет водичку до температуры кипятка. Сам видел, что она это может. Этой сучке уже личико поправили, теперь и с тобой, милый, рассчитаюсь.

Судя по белому, как лист бумаги, лицу Богучарова, тот проникся. Сглотнув ком, он судорожно кивает головой.

— Итак, где вы со Стайсой нашли людей? — повторяю я

— Это всё та стелла, где мы впервые появились, — тараторит Богучаров, видимо, до него дошло, что лучше сотрудничать. — Рядом с ней появляются новые игроки каждый раз, как умирает кто-нибудь из нашей зоны, — отвечает он.

— Откуда они берутся?

— Я не знаю. Француз рассказывал, что они уже умерли в своей зоне. Поэтому попав сюда полагали, что Стайса действительно богиня. Иначе как бы они вернулись к жизни, а ни оказались в загробном мире?

Это интересно. Выходит, что число людей в каждой зоне фиксированно? А те, кто уже погиб, переместятся в другие локации?

Прямо как в какой-то игре, честное слово. Значит, и Задрот не умер окончательно и мы можем ещё встретиться? Точно так же, как «Зомби». А Француз отправился навстречу новым знакомствам. Теперь он будет знать, что не все те богини, что блестят.

Тогда по какой схеме игроки меняются локациями? По случайному принципу или есть какая-то закономерность? Думаю, это бесполезно спрашивать. Слишком мало информации.

— Они появляются, сохраняя характеристики?

— Нет, — мотает головой мужчина. — Приходят «первачками», поэтому их так легко… Легко на них повлиять.

— Тогда откуда Француз был таким сильным? — удивляюсь.

Рассказ Богучарова выглядит логичным, за исключением одной детали.

— Великая жрица… — он сбивается и продолжает, — проклятая обманщица Стайса могла с помощью своих ритуалов перемещать опыт одного игрока к другому. Просто «высасывала» людей как вампир, если хотела. Правда, для этого требовались жертвы.

Я очень хочу верить, что Малой догонит эту тварь и прикончит её. А ещё это, показывает несколько опасно иметь дело со всякими сущностями.

Вспоминаю, как нашёптывал мне Чёрти-что, предлагая убить Майора. Этот мир только похож на старую Землю. На самом деле тут масса того, что пока непонятно.

Зато ясно, как Француз смог обладать такой силищей. Явно был её приближённым и телохранителем.

— Когда именно появляются новые игроки? — этот вопрос для меня сейчас самый главный.

Чтобы поднять уровень поселения, мне нужны кадры.

— Примерно в это же время — поясняет мужчина. — Как и мы, собственно, переместились. Уже не днём, но ещё не поздним вечером. Точнее не сказать, часов-то нет.

Значит, уже совсем скоро. Надо не упускать эту возможность.

Я для себя самое главное выяснил и теперь даю Хрюше немного порезвиться.

— А теперь колись, как ты сам очутился в ногах у Стайсы. И причём едва ли не на первых позициях, — нависает она над пленником, отчего тот ощутимо ёжится.

— Это… я не могу сказать — неожиданно пленник замолкает, смущённо уводя взгляд в сторону.

Оп-па, это он зря...

— Я тебя предупреждала, — пожимает плечами девушка и отходит на два шага назад. Тут же в дело вступает Мышь, от манипуляций которой вода в тазике начинает вскипать.

Богучаров тут же багровеет на глазах, желваки идут ходуном, вены вспучиваются на шее.

Ага, мало кому понравится держать ступни в кипятке.

— О, молчишь всё ещё, паскуда такая? А может тебе и фишпиллинг организовать? Или, может, ещё лучше, ноготочки оформим? Кусачки найдём, а остальное дело — наживное! — угрожающе хихикает Хрюша, отчего у меня непроизвольно мурашки идут по спине.

— А я как раз видела пираний в озере, представляешь, — неожиданно участвует с ней в этой игре Мышь.

— Да неужели? — поражённо прикладывает ладошки к щекам девушка, — Самое то для продолжения спа-процедур!

И, кто бы сомневался, после подобных откровений Богучаров раскалывается. Как девчонка он заливается слезами, выкладывая всё, что знал.

А история оказывается простой, как два рубля. Когда Стайса вышла на его лагерь, он попытался дать бой, надеясь захватить девушку и сделать своей рабыней. Да только не вышло.

По своей обычной привычке, сам он вперёд не полез, послав своих бугаев. Когда Стайса запудрила им мозги, Богучаров не стал трепыхаться, моментально пал ниц и поклялся в своей верности.

А благодаря подвешенному языку и умению делать комплименты, мужик сумел стать при ней этаким «первым министром». Всего-то потребовалось делать то, что он умеет лучше всего — вешать лапшу на уши.

По итогу, на этом его история позора и оканчивается.

Жалкое зрелище. После этого на него даже Михалыч с презрением смотреть начинает, а он вообще мужик миролюбивый.

— Добить его? — спрашивает Михалыч.

У Богучарова это вызывает новую истерику.

— Зачем? — удивляюсь, — смерть, это слишком легко. Тем более что он возродится и получит ещё один шанс. Нет уж, пускай отрабатывает нам ущерб. Будет пахать на нас, сколько потребуется.

Богучаров взволнованно мотает головой, словно болванчик.

— Я-я-я всё сделаю! Клянусь, буду пахать как заведённый

Игрок Богучаров становится рабом поселения Спарта!

— Вот и отлично. А теперь встречай своего будущего начальника, — я указываю на довольную донельзя Хрюшу.

Поздравляем!

Игрок Лорд Шурик выполнил условия Системы!

Игрок Лорд Шурик создал первичную группу размером в 7 человек!

Вам открыты для исследования новые локации!

Доступные локации (1/5)

Желаем успехов в освоении нового мира!

***

Мы оглядываемся друг на друга. Сообщение получил каждый из нас, хотя оно прозвучало словно внутри головы.

Я оглядываюсь, гром не гремит. Небо по прежнему чистое и безоблачное, как и было раньше. Только вдруг становится неуютно, словно ночью за окном слышишь чьи-то шаги и понимаешь, что забыл закрыть калитку.

Пять, это наверно количество локаций, с которыми мы граничим. Открыта из них одна. Надо как можно скорее узнать, кто там обитает. Что с ними делать, торговать, присоединить к себе или воевать.

Но ещё быстрее надо бежать к стеле. Неизвестно, успели ли появиться новые жители, и будет ли теперь Система присылать поселенцев.

Так что я спешно отправляю туда нашу «мобильную группу», Михалыча и Мышь. Думаю, они способны прорекламировать среди новичков наш образ жизни наглядно и зажигательно.

Первоначальный шок от Системного сообщения проходит. Я, честно говоря, сбился со счёта и не ожидал, что Богучаров станет седьмым. Пускай локация открылась, самая худшая реакция на это — впадать в панику. Дела сами себя не сделают.

Чтобы отвлечься, я принимаюсь за самый приятный этап боя. За разбор трофеев. От воинов Стайсы остаётся не так уж много. Медные «мусорные» ножи, которые таскал каждый из них и вульгарного вида набедренные повязки.

Бонусов они не дают, так что я собираюсь это безобразие просто сжечь.

Ещё Система выдаёт мне серебряную коробку за первое убийство. В кои-то веки дошёл до выполнения данной миссии. До этого всё заканчивалось пленением врага.

Вспыхнув ярким светом, коробка раскрывает своё содержимое. Им оказывается виденное мной не раз устройство.

В мультиках, в фольклорных сказках...

Долбанная прялка!

Имя: Прялка обыкновенная

Уровень: редкий

Описание: Рабочая лошадка для ручного прядения. Может быть использовано в том числе, как и машина смерти. Спящая красавица и сотни прочих девиц не дадут соврать...

Характеристики:

— требуется профессия Швея (1)

— позволяет создавать пряжу

— может наложить статус «Сонный паралич» с вероятностью в 0,01% на одни сутки

Вот тебе и известная на весь мир машинка...

И вроде бы отличное приобретение, но вот дебаф на «Сонный паралич» меня напрягает. И плевать, что вероятность его выпадения столь же мала, как если бы её и вовсе не существовало.

Будет у нас своя «спящая красавица», придётся будить её поцелуями. Или это из другой сказки?

Ну да ладно! Теперь мы можем позволить себе создание собственных нитей, а вслед за тем и шитьё полноценной одежды!

Да, не быстро и не сразу, но беда — лихо начало!

— Шурик, ты — мой! — неожиданно на меня обрушивается нежное женское тело, едва не сбивая с ног, — Теперь уж точно не сбежишь от меня!

Кто бы сомневался, «атаковавшей» оказывается Хрюша, которая счастлива по вполне себе понятным причинам.

Жена Лорда, это ж надо...

Система взяла и без моего, по факту, ведома меня же и окольцевала. Прямо как в анекдоте, сегодня ты держишься с ней за ручку, а завтра она тебя тащит уже в ЗАГС на роспись. Нет на этом уровне развития других позиций, кроме «жены».

Думаю, если бы Стайса захотела, она бы могла себе создать гарем из мужей, но не ввести в группу ни одного родича. Правда, ей и с рабами было неплохо.

Задумываюсь на минуту, можно сказать «заглядываю в себя», и понимаю, что по поводу случившегося совсем не переживаю. Это в прошлой жизни мои ровесники считали свадьбу разновидностью мошенничества, после которого твоё личное время, имущество и деньги становятся уже не твоими.

А здесь жена, это опора и поддержка, которая и еду приготовит, и за рабами присмотрит, и в бой за тобой пойдёт, если что. Так что Хрюша на эту роль подходит.

Другое дело, что и жён тут может быть несколько, это Система тоже показала. И этот скользкий вопрос я пока с Хрюшей обсуждать не буду. Не до того сейчас.

— А я и не собирался. Но медовый месяц будет потом. Сейчас — дела, — строго, хоть и с улыбкой отцепляю довольную донельзя Хрюшу от себя.

— Конечно-конечно, дорогой. Хотя на Мальдивы уже и не слетаешь, но и в Спарте можно позагорать! — радуется Хрюша

— Тогда проверь пока состояние наших запасов.— отвечаю я. — А я заодно приготовлю тебе небольшой подарок.

— О, и какой? — Хрюша обрадована и заинтригована.

— Скоро узнаешь. — говорю ей.— А пока — иди, Леди Хрюша.

Придаю ей ускорения шлепком по попе, и та уходит едва ли не вприпрыжку.

Оставшись в одиночестве, я приступаю к самому интересному.

После боя ко мне попадают сразу несколько стартовых бонусных предметов.

А именно: бита Толяна, кувалда Сутулого, диадема Стайсы и меч Задрота.

Первым делом изучаю меч. Давно на него руки чесались, как только увидел этот клинок. Наконец, он мой.

Представляет он из себя изысканный одноручный клинок, чем-то похожий на китайский цзянь.

Имя: Благородный цзянь

Уровень: легендарный

Описание: Меч так и источает ауру древности. В его сталь запечатлены следы давних побед и поражений. Чем больше крови своих врагов он впитывает в себя — тем крепче становится.

Характеристики:

+ 3 к Силе

+ 1 к бронебойности на 1 пункт Силы владельца.

— /скрыто/

Поразительно. Вроде бы прибавка к Силе невелика, относительно бонусных процентов у других предметов. Однако, с ростом владельца, возможности меча тоже будут увеличиваться. Это сейчас мы бегаем в простой одежде и шкурах. А когда научимся создавать броню, он станет просто незаменим.

Да и про его остроту определённо Система не соврала. Как-никак, а бронзовый нож я об этот самый клинок расколол за три удара.

А ведь он был в руках Богучарова! Какой же мощью он будет обладать у меня? Нужно будет обязательно исследовать этот аспект, чтобы точно понимать свои новые возможности.

В теории, чем выше будет становиться моя Сила — тем страшнее окажется цзянь. Пожалуй, это даже пострашнее всех встреченных мною ранее бафов.

И не стоит забывать о том, что я впервые вижу скрытую характеристику. Что это вообще могло означать? Дополнительное условие или ограничение?

Чёрт бы его знал.

Ясно одно, меч даже на более поздних этапах, когда наши уровни будут куда выше нынешних, не утратит своей актуальности и полезности.

Отличное приобретение.

Не менее интересными оказываются и бита с кувалдой.

Имя: Стальная бита

Уровень: легендарный

Описание: Хоумраны такой малышкой забить святое дело! Также как и прописать парочке неугодных по коленям. Мультизадачность, она такая!

Бонус:

+ 6 к Сила

— повышает точность глазомера

Хм, достаточно занятной оказывается последняя строчка. Кто бы мне сказал ещё, что это такое. Я оглядываюсь по сторонам. Сколько отсюда до избы? Метров десять? Или… Или восемь метров пятьдесят два сантиметра. А до Чёрти-что пятнадцать метров и тридцать пять сантиметров. Офигеть!

Проверить, конечно, не могу. Но где то внутри чувствую, что это чистая правда.

С таким артефактом и уровень с рулеткой даже не нужен! Ты просто становишься их живой альтернативой.

Ума не приложу только, для чего нужна такая способность. Может быть, она увеличивает точность стрельбы? Или пригодится при строительстве без всяких измерительных приборов. Любопытно, тоже надо экспериментировать.

Дальше приходит черёд кувалды, которая доставила нам столько проблем в сражении с Французом.

Имя: Тяжёлая кувалда

Уровень: легендарный

Описание: Работа в кузне или же бой на передовой. Данный инструмент выдержит всё. А любой, кто посмеет заявить, что инструменты для кузницы и реальное оружие — это различные крайности, тому мягко раскрошат череп!

Характеристики:

+ 4 к Выносливость

— даёт навык «Дрожь земли»

Имя: Дрожь Земли

Описание: Гром гремит, земля трясётся... То есть оглуши своих врагов и сбей их с ног! А после сокруши!

Характеристики:

— сбивает ваших оппонентов с ног в пределах 3 метров перед вами

Так вот что это был за удар такой! Если хорошенько прикинуть, то можно эффективно использовать этот предмет, к примеру, для прорыва вражеского строя. А если действовать в фаланге, то может посеять у врагов панику. И, кстати, про работу в кузнице тоже упомянуто. А это для нас даже важнее, чем применение в бою.

На «закуску» оставляю диадему, которая упала с головы ведьмы, во время драки с Хрюшей. Стартовый бонус Стайсы.

Имя: Славная диадема

Уровень: легендарный

Описание: Или у Феи Крёстной имелась заначка или Золушка попросила не только платье и карету из тыквы. Иначе откуда взялась такая безделушка неземной красоты?

Бонус:

+ 5 к Харизма

— усиливает ментальное воздействие на 20%

Вроде как всё понятно, а вроде ни черта. Что под собой подразумевает ментальное воздействие?

Соблазнение, ужас, внушение, подчинение… Что из этого? Или всё сразу?

Опасный предмет. Что пока делать с ним непонятно. Слишком большую силу он даёт владелице. Почему владелице? Потому что надевать диадему себе на башку я точно не буду. Я вам не эльфийский принц. Стрёмно и точка.

Как раз в этот момент, я слышу шум с внешней стороны частокола. Узнаю бубнящий тон Михалыча, а вместе с ним громкие незнакомые голоса.

Выходит, Мышь и Михалыч уже справились со своей задачей. Что же, пора посмотреть на новых поселенцев...

Глава 5

Скрестив руки на груди, я наблюдаю, как в Спарту прибывают «свежее мясо».

Да, моё отношение к людям за последнее время изменилось. Если ещё недавно я воспринимал их равнодушно. Живут себе поблизости, занимаются своими делами. Главное, чтобы меня не трогали. А теперь, для меня это ценный ресурс. Работники на полях, воины в строю. То, что позволит нам выжить и стать сильнее. Так что группу я встречаю с предвкушением.

Мышь и Михалыч выполняют свою задачу на отлично, приведя в поселение четверых новичков.

Ведь если посчитать, то и в недавней войне со Стайсой погибло четверо: два кавказца, а также Француз с Толяном. Выходит, слова Богучарова подтверждаются.

Вне зависимости от количества смертей число игроков в той или иной зоне фиксировано. Для нашей области это число — чёртова дюжина или, по-простому, тринадцать.

Хм, а может ли так статься, что для иных областей данный порог может разниться? Не хотелось бы нарваться на область, где изначальное число игроков находится на отметке в сотню-другую.

Впрочем, это всё лирика и нельзя говорить о таком, пока сами не увидим. Из того, что я пока замечаю, Система стремится уравнять наши возможности. Странно, даже извращённо, но это так. Каждому она даёт свою возможность усилиться.

Ведь если посмотреть, изначально самыми слабыми игроками в нашей группе я считал Стайсу и Мышь. Обе казались мне совершенно неприспособленными к жизни. В итоге именно они стали самыми опасными противниками.

А казавшиеся «хищниками» гопники все полегли. Обладающий специальными знаниями Майор тоже бродит в одиночку, превращаясь в нашего «подрядчика». Угрозы я от него уже не ощущаю.

От размышлений меня отвлекают наши новые рекруты. Четыре человека. Три мужчины европейской, или даже славянской внешности, и девушка, внешне смахивающая на кореянку или китаянку.

«Дженни», «Ботан», «Третий» и «Патрик». Закачаешься, прозвища, конечно. Все четверо с любопытством крутят головами и перешёптываются. За время пути уже успели познакомиться и чувствуют себя единым коллективом.

Страха у них я не замечаю. Михалыч, который сейчас лыбится в усы, похоже, всю дорогу травил байки о том, какие мы гуманные и замечательные.

У новичков такой вид, будто они добрались до гуманитарной миссии, где их кинутся кормить, лечить и предложат бесплатные занятия с психологом. Придётся их слегка разочаровать.

— Итак, добро пожаловать на новый уровень! — улыбнувшись, обращаюсь я к собравшимся. Те недоумённо смотрят на меня. Ну, ничего, будем давать информацию постепенно, — Прежде всего могу поздравить вас с вашей первой, а может, и не первой, смертью.

— То есть как смертью? Разве н-нас просто не п-перенесло в другую зону? — заикаясь, хлопает ресницами единственная девушка.

Над ее головой сияет «Дженни». Имя или же прозвище? Вроде как даже слышал от однокурсниц это имя не раз и не два.

Что-то связанное с поп-айдолами и прочей новомодной корейщиной. Хотя может и правда, иностранка. Честно, в тонкостях восточных национальностей я не разбираюсь, а потому пусть будет пока «кореянка».

Судя по моим наблюдениям, Система решила не делить всех по народам и нациям, и всем дала единый язык. Так что я даже не знаю, на каком сейчас разговариваю, на русском, английском или каком-то особом «системном». Все мы отлично понимаем друг друга без всяких переводчиков. И это удобно.

— Нет, вас никуда не переносило, — качаю головой. — Вас убили в прошлой локации, и возродились здесь с первым уровнем и с обнулением всех характеристик. Так сказать, старт с чистого листа!

Мои слова вызывают очередной всплеск шепотков между пришедшими. Обсуждают, вру я или говорю правду.

— Н-но как же?! — смущается девушка. — Я всего-то легла спать…

Интересно, она правда ничего не помнит или притворяется? По словам Тохича, кавказцы вспоминали прежнюю локацию, а Француз даже умирал несколько раз. Характер у него был чересчур вспыльчивый. Так что стоит запомнить, что у этих ребят есть прошлое. Они уже становились чьими-то жертвами, а, может, и неудачливыми хищниками.

А девчушка молодая, я бы сказал прям чересчур молодая. Не сообщи Система, что несовершеннолетние находятся на других серверах, усомнился бы. Хотя может от внешности зависит, нарочно поддерживает образ «школьницы».

У Дженни чёрные гладкие волосы, постриженные под каре и тёмные глаза. Личико симпатичное и скромное одновременно. Ведёт себя зажато, сложив руки на груди и крепко держа себя за локти.

— Прирезали тебя, ясное же дело, — заявляет худосочный мужчина с толстыми очками на носу. И как вообще они оказались с ним после смерти? — Как раз пока ты была не в состоянии сопротивляться, кто-то пришёл и воспользовался удачным случаем. Это же очевидно.

Ты ещё нос задери, тогда будешь полностью соответствовать образу настоящего ботаника. Понятно, отчего прозвали «Ботаном».

— К-кто вообще мог так подло поступить — пытается возмутиться Дженни, но выходит несколько вяло?

— Любой осторожный игрок, разве нет? Очкарик верно всё сказал, — пряча руки в карманы порванных джинсов, произносит темноволосый парень.

Молодой, не спортивный, но и не дряблый. Не красавец, как его светловолосый сосед, но и не урод. Про таких обычно говорят «в толпе не разглядеть».

Самый рядовой обыватель, внешность которого просто не запомнить. А вот ник у него занятный. «Третий». К чему бы это вообще относится?

Он состоял в какой-то группе или банде? А, может, участвовал в каких-то соревнованиях под таким номером, вот и привязалось? Очень непростой товарищ

— Я бы попросил! — возмущается Ботан, поправляя очки на переносице.

В ответ же Третий лишь усмехается, никак более не провоцируя собеседника. Тоже любопытно. Будь он какой-нибудь шпаной, раздул бы конфликт, а так, просто уходит в тень.

— В этом мире, между прочим, очень много нетерпимых и меркантильных личностей, детка, — покровительственно заявляет «Патрик» , привлекая внимание Дженни. — Поэтому ничего удивительного, что ты столкнулась с такой отвратительной агрессией в свой адрес.

Высоченный блондин с вьющимися волосами. Странный типаж то ли сёрфингиста, то ли хипстера. На нём удивительно целые шорты и пляжная рубашка, распахнутая на мускулистой груди.

В отличие от других, этот держится уверенно, словно приехал на курорт, в котором у него уже забронирован номер «всё включено». Он с интересом осматривается, задержав изучающий взгляд на Хрюше и Мыши.

— Д-детка? — Дженни вжимает голову в плечи.

— Я сказал что-то не так? — нагло улыбается Патрик.

Девушка делает шаг назад, прячась за спины Третьего и Ботана.

— Нет... — едва доносится её бормотание.

Ладно, время освоиться и смириться с новостью о смерти я им дал. Пора переходить к делу.

— Итак, господа и дама, — отдельный кивок Дженни, — Вас привели сюда, чтобы вы имели возможность сделать определяющий для вас выбор. Присоединиться к нашему растущему поселению или же отказаться от этой чести!

Чересчур пафосно, на мой взгляд, но а почему бы и нет? Не каждый день выдаётся шанс отточить своё ораторское искусство!

— А у вас тут есть карамельный латте на органическом молоке? — скалится Патрик, оглядывая остальных с гордым видом.

Мол, вон как я выдал этому, в лаптях.

— Если найдёшь кофейные зёрна и все остальные составляющие, то, может, и появится, — равнодушно пожимаю плечами.

— Хотя бы каша с семенами чиа? — продолжает Патрик.

— Всё в твоих руках.

— Бесплатный вай-фай?

— У нас есть Чёрти-что, и специально для тебя он изобразит падение карамельного латте на клавиатуру макбука, если уж ты захотел острых ощущений, — говорю.

— А... — но не успевает он снова снести какую-то дичь, как я того останавливаю.

Михалыч и Мышь уже вовсю начинают хрипеть, только бы не позволить хохоту вырваться наружу.

— У нас есть еда, защита и гарантия того, что вас не зарежут во сне, — прерываю я его, — естественно, придётся работать и учиться воевать.

— В качестве кого мы присоединимся к твоему поселению? — спрашивает Ботан.

Несмотря на образ, «душнилы» из всех четырёх он выглядит самым дельным. Реалистом, я бы сказал. Возможно, за таким поведением стоит не одна смерть.

— Вы станете рабами, — открыто говорю им, отчего вижу как моментально все четверо заметно сбледнули. Видать, на прошлом «кругу» им данных моментов не разъяснили. А, может, там до уровня организованных групп ещё не дошли. — Предупреждая все последующие вопросы, растолкую сразу, как обстоят сейчас дела и как тут всё устроено. Советую слушать внимательно.

Все четверо проникаются. Даже Патрик затыкается, хотя стоит с подчёркнуто независимым видом, разглядывая окрестности.

Рассказываю им то, что сам для себя выяснил за прошедшие дни. Помогает, конечно, знание истории и археологии. Вот уж не думал, что они пригодятся мне на практике.

Система поместила нас на самый ранний этап развития человеческого общества. Про него известно очень мало. Учёные реконструируют его на основе поведения первобытных племён, но о многом приходится только гадать.

Не зря посёлок называется «первобытная стоянка», лидер — вождём. Это упрощённая и схематичная конструкция первого родового общества.

Грубо говоря, наше поселение, или же род состоит из Вождя, то есть главы поселения. Его жён и рабов. И, собственно на этом всë.

Посторонний, либо раб, либо труп. В обычной жизни род рос за счёт сыновей вождя. Они брали жён из соседних племён. Обычно, воровали, не зря этот обычай сохранился почти везде, на уровне ритуалов. Даже на традиционной русской свадьбе невесту сначала «выкупают», а потом «воруют». Добро пожаловать в пещерное прошлое.

Здесь детей нет, но можно принять чужака в родичи. Это очень большое доверие, его надо заслужить. Так что можно считать «рабство», чем-то вроде испытательного срока.

— Работайте на благо Спарты, и тогда вас ждёт повышение, — завершаю я свой рассказ. — Вопросы есть?

Кто бы сомневался.

— Отказаться можно? — вновь поднимает нагло свою руку Патрик.

— Можно, — добродушно расплываюсь в ухмылке. — Только сразу после отказа тебя отправят на следующий круг.

— А это как? — не понимает он.

Поэтому провожу большим пальцем по горлу, показывая характерный жест.

— Это не гуманно, — упрямо склоняет голову Ботан, — у человека должен быть выбор.

— Зато, практично, — объясняю, — зачем мне терять работника? Может, вместо вас, Система пришлёт более сговорчивых. А вы найдёте себе семена чиа и органическое молоко. Всё по-честному.

— А я согласен, — неожиданно шагает вперёд Третий, — где подписать?

— Я тоже, — выскакивает следом за ним Дженни, — если тут меня не зарежут… во сне.

— Хотя бы веганская еда у вас есть?— тяжело вздыхает Патрик.

— Ты вегетарианец? — вскидываю я бровь.

Вот же невезучий человек...

— Вегетарианец, это совсем другое, — внезапно поправляет меня Ботан, — Не то, что веган.

Патрик кивает на его заявление.

Но мне-то всё равно!

— Тогда радуйся, — указываю на плантацию за своей спиной. — Специально для тебя есть целые поля картошки. Органической. Без удобрений и химикатов.

— М-м-м, — пожёвывая губу, мычит блондин, — Так и быть, годится.

Ох, чую с этим приятелем к Хрюши будет разговор короткий. Точнее, не длиннее её плётки.

— Надеюсь, ваша вторая жизнь понравится вам больше первой, — завершаю беседу.

Игрок Дженни становится рабыней поселения Спарта!

Игрок Ботан...

Игрок Третий...

Игрок Патрик...

— Михалыч, проведите с Мышью ребят по Спарте, — прошу я, — пусть посмотрят, как мы живём. После передай их всех Хрюше. Полагаю, товарищ Богучаров будет рад новой компании.

Кивнув, мужчина зовёт взволнованный квартет и, точно мама утка с утятами, уводит их на экскурсию. Мышь следует за всеми ними с грозной моськой контролируя, чтобы никто ничего не накосячил.

Сразу видно опытного педагога. Бдит и контролирует со стороны. Кстати, надо будет эти её способности тоже использовать. Страшновато, правда. Испепелит ведь за забытую домашку.

Как только новички отходят подальше, я подзываю к себе Тохича. Я хотел с ним сразу переговорить, но отвлёкся на пополнение. Перед этим залезаю в интерфейс. Удобная штука, даже не надо досье на человека вести. Раз, и всё на ладони. Кадровики прежнего мира плачут от зависти.

Имя: Богучаров (4)

Класс: нет

Профессии:

Торговец (2)

Кулинар (1)

Массажист (1)

Сила - 4

Ловкость - 4

Выносливость - 8

Интеллект - 3

Мудрость - 1

Харизма - 7

Воля - 3

Какие разнообразные таланты у нашего «представителя власти». «Торговец», понятно. В отсутствии денег и товарооборота эта профессия скорее отвечает за дипломатию. А вот как он сумел получить массажиста…

Теперь Тохич. Наш гопник-интеллектуал.

Имя: Тохич (3)

Класс: нет

Профессии:

Следопыт (1)

Ремесленник (2)

Охотник (1)

Сила - 3

Ловкость - 4

Выносливость - 3

Интеллект - 5

Мудрость - 2

Харизма - 2

Воля - 5

— Тохич, держи, — я протягиваю тому отвёртку, которую он с благодарностью принимает.

— Спасибо, не ожидал. Думал, что… реквизируешь для своих целей, — выкручивается он, чтобы не сказать неприятного, — а она всё же дорога мне.

— Отвёртка? — удивляюсь я.

— Когда только эта самая отвёртка и позволяет остаться в сознании, а не стать бездумным рабом, то да, — вздыхает парень, — насмотрелся я… разного, и пришлось разыгрывать идиота, чтобы не заподозрили.

— Ты ведь в курсе, что бонусы не просто так выдают, — перехожу я к делу. — Раз тебе дали отвёртку, то значит, ты в технике разбираешься или в механике. Сразу подскажу, для тебя это хороший шанс не застрять на полях, под плёткой Тёти Хрюши, а проявить себя в более интересных делах.

— Я на геодезе учился, — говорит Тохич, — но ещё состоял в кружке геологии. Мечтал в экспедицию махнуть, месторождение найти и бабла поднять.

— Вопрос на миллион, — спрашиваю, — можешь найти нам руды? Медь или железо?

Мы уже с Михалычем и Малым пытались найти железо или хоть что-то иное, но всё безуспешно. У нас не было необходимых навыков и знаний, и Система это учитывала. Мы могли держать нужный камень в руке и ничего не понять.

— Точно сказать я сейчас не могу, — озадачивается Тохич. — Если, конечно, залежи экзогенные то, шанс найти их на поверхности очень даже велик. Но вот если они будут находиться на глубине, то тут уже я увы, беспомощен, — пожимает парень плечами.

— Будем надеяться, что Система учитывает наш уровень, — говорю. — Не может быть такого, чтобы нас бросили без ресурсов. У нас даже глины нет.

— Глину надо вниз по ручью смотреть, — радует меня парень, — здесь дно каменистое, а дальше по оврагу я видел песчаные участки. Должна быть и глина. А ещё ниже по течению, там где болото, можно железо поискать. Руды плохие, бедные, но в таких местах встречаются.

— Для тебя теперь это главная задача, — говорю, — разведай всю долину, лезь в горы, спускайся вниз по ручью, но найди мне всё, что здесь есть. Глина, графит, железо, золото, уголь, да что угодно. Мы должны чётко понимать, сможем ли в ближайшее время начать делать что-то лучше, нежели шалаши, копья и плетёные щиты. Слышал, что граница с соседними областями открылась?

— Все слышали, — кивает Тохич.

— Кто знает, что там? — продолжаю, — вдруг туда рота солдат попала, или камера с зэками? Или людоеды из Африки? Там может быть что угодно, и я хочу это встретить не с нормальным оружием в руках.

Тохич серьёзно кивает, понимая всю важность ситуации. Вот и славно.

— Только ты можешь мне выделить кого-то? — просит он.

— В помощники?

— Что-то вроде того, — чешет он затылок, — мне же за ограду ходить придётся. Мало ли что… Да и в горах, вдруг змеи какие-то или другие твари…

А парень осторожный. Кто-то другой счёл бы это трусостью, я по прошествии времени в новом мире, назову реализмом. И только одобряю.

— Хорошо. Как только вернётся Малой, выделю его тебе в товарищи, — соглашаюсь с его доводами.

Железо, или на худой конец, бронза, нам архиважны. Долго без них существовать мы не сможем, а ни о каком развитии и говорить было бессмысленно.

Также и в глине уже ощущалась нехватка. Ведь из неё можно делать посуду, ёмкости для хранения, кирпичи, и ещё множество всего разного. Не случайно, среди находок древних людей чаще всего встречается керамика. То, чего нам не хватает.

И, кстати, Малой задерживается. Я рассчитывал, что он настигнет Стайсу значительно быстрее. Он практически догонял её на открытом пространстве перед стеной. А уж в лесу, я думал, что Малому она не ровня, с его-то уровнем «Следопыта».

Задурить ему голову она тоже вряд ли сможет. У него действует прибавка от моей Воли, а Стайса потеряла диадему, так что ослабла. Так что он должен был давно вернуться, либо с пленницей, либо с информацией о её смерти.

Я даже начинаю опасаться, что с ним что-то случилось. Но его имя также светится в интерфейсе в составе моей группы. Значит, по крайней мере, жив.

Пересчитываю состав моего «племени», и понимаю, достиг того, чего долго ждал. Почти бегом направляюсь к стеле поселения и кладу на неё руку.

Поздравляем! Ваше поселение достигло 10 человек! Достигнут новый этап!

Награда: 3 чертежа из списка обновления.

Следующий этап: достигните численности поселения в 50 игроков.

Класс Лорда достиг 2 уровня!

Награда: золотая коробка

Класс: Лорд

«Всё, докуда светит Солнце — твоё ».

Текущий статус: Вождь (2)

Бафф:

+ 4 к Харизме

+10% ко всем характеристикам

+ 5% к характеристикам прямых подчинённых

Открыта система репутации!

Ваше место в общем рейтинге поселений 128650

А потом Системные сообщения едва не сбивают меня с ног

Заинтересованные поселения получают новость в вашем повышении!

Вавилон с настороженностью смотрит на вас!

Рим жадно глазеет на вас!

Москва рада новому поселению!

Афины возмущены вашим существованием!

Хе, а у нас оказывается есть соседи, среди которых есть и те ещё буки. Ну, честное слово, есть ли смысл негодовать из-за принадлежности к одной стране в древности?!

Бред же!

Меж тем я продолжаю листать.

Поселение: Спарта

Уровень: Первобытная стоянка (2)

Бонусы:

+5% защиты против диких животных

+5% защиты против захватчиков

+5% урон, наносимый жителями поселения

+5% скорости роста растений

+5% скорости роста домашних животных

Здесь ничего не поменялось. Разве что пометка у уровня даёт понять, что поселение прошло через обновление.

А вот дальше уже наметились первые изменения...

Население:

— 1 лорд

— 2 жены лорда

— 2 родича

— 6 рабов

Индексы:

— Экономика: 2/100

— Политика: 2/100

— Культура: 1/100

— Армия: 3/100

Репутация: 0

Занятно, что все индексы, кроме культуры подросли с прошлой проверки. Особенно армия. Но здесь я полагаю вся заслуга в тренировках с Черти-что и тем, что почти каждый мужчина в Спарте являлся по большей части солдатом.

Новенькие не в счёт. Экономика подросла, поскольку у нас появилась новая продукция, например тушканчики и их шкуры.

С культурой понятно. Я ничего не делал на данном поприще. За «единичку», видимо, зачли мои Олимпийские игры.

Политика же... Полагаю, на это повлияло моё повышение в статусе, а также приобретение сразу двух жен? Черт бы еще это все разобрал.

Понять бы, влияют ли на что-то эти индексы или только отражают текущую обстановку.

Ещё теперь открылась и система репутации. Вот только получить больше информации по ней я не смог. Мне в лицо нагло впилась табличка с надписью:

Для более подробной информации выдайте новую миссию.

А я её мог выдать только, мать его, Майору! Который непонятно где ещё шастал!

Ладно, это пока подождет. Далее, я обнаружил список построек.

Как оказалось, для следующего повышения до этапа: «Деревня», мне потребуется не менее 5 построек из приложенного списка.

А чего здесь только не было...

Сыроварня, кузница, ткацкая мастерская, коптильня, хлев, сторожевая вышка, частокол, поместье Лорда, казармы, мастерская кожевника, дом знахаря, колодец...

Список был действительно внушителен и объёмен.

А самое интересное, так это то, что я мог выбрать 3 позиции из данного перечня, чтобы моментально получить чертежи данных построек. Такая вот награда за уровень.

И, судя по опыту с постройкой избы и склада, существование самих чертежей очень серьёзно облегчает возведение необходимых построек.

Всё, что тебе нужно это ресурсы, да люди, что будут возводить сооружение. Легко и просто. А в нашем случае и просто незаменимо.

Кто сейчас сможет вообще взять и построить едва ли голыми руками кузницу? Так вот, с чертежом это будет сделано за несколько суток!

Хо-хо, чувствую себя, словно на Новый год! Только подарок выдаёт мне не Дед Мороз, а я сам! Да, вот такой Новый год у взрослых людей. Никакой интриги!

Жадно облизнувшись, я выбираю первое и, наверное, одно из самых важных, здание...

Глава 6

Не глядя пролистываю все поместья, мастерские и укрепления и выбираю:

Имя: Чертёж туалета уличного типа «Сортир»

Описание: И заиграет снова на весь мир «Somebody once told me...»

— позволяет построить деревянную туалетную кабинку для естественных нужд

— исключает распространение любых неприятных запахов и звуков

— итог жизнедеятельности перерабатывается Системой в удобрения, ускоряющие рост растений

Время: 24 ч/ч

Кто-нибудь может вполне себе заявить, что я спятил. Мол, на фоне стольких великолепных вариантов я взял и выбрал грёбаный туалет.

Однако! Этот «кто-нибудь» не учёл, что это относительно современный, мать его, туалет!

Пока мы живём в цивилизации, то очень легко привыкаем к определённому уровню комфорта. Чистая вода, еда в ближайшем магазине, общественный транспорт или личный автомобиль. Одежда, средства гигиены, бесчисленные источники развлечения.

Когда тебя окружает столько возможностей, то незаметно начинаешь ощущать их как нечто обыденное и то, что тебе положено уже по праву.

Вот только стоит этот комфорт разрушить, убрать все возможности и блага, как сразу начинается сущий ужас.

Как можно жить без туалетной бумаги, свежей выпечки в магазине или же без доступа к интернету, сериалам и играм?

Так и сейчас. Система вырвала нас всех из современного мира, макнула головой в дикую природу и заливисто расхохоталась.

Когда нас было четыре человека, то беготню «в кустики» ещё можно было упорядочить. Но такая толпа в закрытой долине, когда через частокол надо перелезать по лестнице…

Ну и лично для меня даже простой деревянный сортир был частичкой прошлого мира. Каких-то приличий и уважения к себе.

Да, это не классический «белый трон», но раз не жили богато и до этого момента, так и смысл начинать, правда же?

Кроме того, меня привлекает забавный пункт в описании чертежа.

Производит удобрения. То есть мы можем заметно облегчить ситуацию с приживаемостью будущих культур, используя эти самые удобрения.

Как по мне, одни только плюсы. А беря во внимание то, что наша основная продукция — это картофан, то ещё и стратегически верно!

Следующим я выбираю чертёж кузницы. Пускай металл мы не нашли, но ждать до следующего уровня развития поселения я не могу. И если частокол мы смогли построить собственными руками, то с кузницей — точно не справимся.

Понятия не имею, как она должна быть правильно устроена. Главное даже не стены, а печь, наковальня и прочие инструменты, которые идут в комплекте.

Имя: Чертёж базовой кузницы

Описание: Кольцо всевластия в такой не выковать, но тебе ведь и не надо?

— кузница со стандартным набором инструментов для ковки

— для полноценной постройки потребуется чертёж любого вида печи

Время постройки: 72 ч/ч

Как можно жить без кузницы?! Каждый, кто играл в любую стратегическую игру, тот знает, что без неё не создашь мало-мальски приличных солдат. А без них невозможно покорить мир.

Если же говорить серьёзно, то нам позарез требуются инструменты. Не топоры и пилы из камней и скреплённые верёвкой, а полноценные металлические инструменты.

Хоть из меди, хоть из бронзы, хоть из железа. Зависит от того, что мы сможем раньше найти.

А ещё я очень беспокоюсь из за соседей. Точнее, из за возможных войн с соседями. Если таковые произойдут, нам не обойтись одними рогатинами, рогатками, да плетёными щитами.

Все эти самоделки годятся только для противостояния с такими же «бомжами», как мы сами. Против действительно серьёзного противника все эти предметы не принесут совершенно никакой пользы.

Британская Империя во время колонизации доказала, что технологии возобладают над численным превосходством.

Даже десятки тысяч зулусов, как и многих прочих аборигенов Африки не сумели ничего сделать вооружённой армии англичан в пару тысяч человек.

Да, те имели при себе винтовки, артиллерию и даже первые прототипы пулемётов Гатлинга, но сам факт…

Сомневаюсь, конечно, что наши соседи будут обладать огнестрелом, иначе какой толк Системе пихать нас рядом друг с другом, но вот неприятно удивить те определённо способны.

И я хочу быть во всеоружии настолько, насколько это возможно.

Не плетёные щиты, а сделанные из металла. Не заточенные рогатины и примитивные копья, а настоящие пики, мечи и другое оружие.

А ещё доспехи. Сейчас мы беззащитны для любого плевка. Это необходимо исправлять. Шлемы, наручи, наколенники, панцири.

Эх, мечты-мечты.

Третьим и последним чертежом становится, «Мастерская кожевенника».

Здесь же всё просто. Спарте необходима одежда. Нормальная одежда, а не те обноски, что на нас находятся!

Хрюша и так едва вывозит задачу с подшиванием наших прикидов. Многочисленные бои с кабанами, тушканчиками, Стайсой и Мышью не сказать, что благоприятно сказались на состоянии моей же рубахи, штанов и лаптей.

У Михалыча и Малого ситуация близится и вовсе к катарсису. Им ведь Система не выдавала ничего взамен их комбинезончиков.

Оттого они сейчас щеголяют в костюмах ателье высокой моды «Коко Хрюшель», больше смахивая на пещерных людей.

Остальные пока донашивает тряпьё из той одежды, которая была на них в момент перехода. Разве что Мышь носит серое платье, больше похожее на балахон.

Его она получила за убийство Сутулого. Характеристики были аналогичны моей рубахе выживальщика. Самое простейшее одеяние от Системы. Но и такие шмотки она подкидывает нечасто.

У меня лежат в неприкосновенном запасе две рубахи, одни портки и лапти, которые мы получили из бронзовых коробочек. Но учитывая рост народонаселения, они погоды не сделают.

Короче говоря, очевидно, что без новых комплектов одежды мы очень скоро станем походить на поселение нудистов. Или что-то близкое к ним...

Я какое-то время сомневаюсь в выборе между кожевенной мастерской и ткацкой. Но, по здравому рассуждению решаю, что ткать можно попробовать и самостоятельно. Простейший ткацкий станок изготовить — дело нехитрое.

К тому же неизвестно, получится ли пряжа из шерсти тушканчиков. А вот шкур у нас достаточно. Мало того что поросята подрастают, ещё и их родственники по лесам бегают. Будет повод для фарма.

После нападения Стайсы, борьба с клыкастыми свиньями кажется совсем простым делом.

Имя: Чертёж кожевенной мастерской

Описание: : Фраза "Не в своей шкуре" приобретает новый окрас!

— мастерская со всем необходимым для выделки кожи

— требуется профессия швея (1)

Время постройки: 72 ч/ч

На этом выбор завершается. Список перестаёт манить меня массой важных и интересных вещей, которые я уже не получу в ближайшем будущем.

Немного подумав, решаю сразу открыть и золотую коробку, выпавшую мне за повышение класса.

Озарив всё вокруг ярким светом, из коробки выпадает… чертёж?

Да вы серьёзно?! Система, ты таким образом меня мотивируешь на стройку века?

Вот только стоит мне посмотреть на свёрток, как я непроизвольно раскрываю рот.

Имя: Поместье Лорда

Описание: Символ поселения и его лидера. Сосредоточение могущества и центр власти. Последний оплот жителей.

— Поместье Лорда позволяет взаимодействовать с прочими поселениями и их Лордами, а также влиять на них через Систему

— Поместье Лорда позволяет нанимать специалистов

— Поместье Лорда развивается при переходе на новый уровень поселения

Время постройки: 144 ч/ч

И как это понимать?

Полагаю, Система имеет в виду именно следующий виток поселения. Не просто стоянка, а, быть может, деревня, посёлок, лагерь?

Гадать можно до бесконечности.

Интересно, как можно будет взаимодействовать с прочими поселениями? Принимать послов? Заключать договоры? Вот построим, и изучу этот вопрос.

Заметив, что Михалыч и Мышь возвращаются с «экскурсии», зову мужчину к себе.

— Что такое старшОй? — спрашивает он.

— Да вот, выдаю тебе план работ на ближайшее время, — передаю Михалычу четыре чертежа, которые он внимательно и деловито осматривает. — Как раз будет чем занять наших новеньких помимо копания на плантации,

И, как и подозревал, стоит тому наткнуться на описание сортира, как его челюсть непроизвольно падает.

— Это же... — с надеждой в глазах обращается он ко мне.

— Твои глаза тебя не обманывают, друг мой, — важно киваю ему.

Мужчина прижимает к себе чертёж, как самое драгоценное сокровище.

— Я не подведу! Всё будет сделано в лучшем виде! К завтра… — в нём моментально вспыхивает азарт, волнение. — Нет, сегодня же!

И я полностью разделяю его переживания.

— Принимайся за эту архиважную миссию. — опустив руку мужчине на плечо, я благословляю его со всей серьёзностью. — Вся Спарта взирает на тебя с надеждой. Бери себе всех, кого сможешь и принимайся за стройку.

Михалыч судорожно сглатывает подступивший ком и, кивнув, чуть ли не бегом возвращается к новеньким, над которыми всё ещё бдит Мышь.

— Внимание, товарищи алкоголики, хулиганы, тунеядцы — кто хочет поработать?! — последнее, что я слышу издалека

***

На следующее утро ажиотаж от появления нового туалета уже принимает приемлемые формы. А то ведь вчера в очереди стояли. И орали изнутри «занято!» исключительно ради развлечения.

Вообще, конструкция представляет собой классическую деревянную будку, как из мультфильма об одном зеленокожем-социопате одиночке, что проживал на болоте.

Чуть кривая крыша, толстые, плохо ошкуренные дощечки в качестве стен, а также окошечко на двери, почему-то в форме сердечка.

Единственным отличием оказывается табличка, которая сама по себе появилась на двери.

«Оставь надежду всяк сюда входящий».

Угу, очень «тонкий» юмор в исполнении Системы. Кто бы сомневался?

Однако, меня больше поражает то, что утром рядом с кабинкой появляется, холщовый мешок с удобрениями.

Всё, как и сообщила Система.

Имя: Дешёвое удобрение

Описание: Система, конечно, великая и всемогущая, но даже она отказывается работать в данной сфере деятельности. А посему её лучшие субподрядчики снабжают её ассортимент данными удобрениями. Дешёво, но сердито!

— повышает приживаемость растений на 10%

Удобрения немного, и этот ценный ресурс я решаю использовать исключительно для яблонь.

На них как раз созревает первый урожай. Каждое дерево даёт 4-8 плодов разных рангов. Большая часть из них, конечно, оказались мусорного ранга, то есть простыми. Утоляют голод ненадолго, и всё.

Но вот уникальные яблони приятно удивляют, дав в общей сложности 4 уникальных и 6 редких яблок.

Все простые идут в наш рацион и в запас, а вот те, что повыше уровнем, мы сажаем.

И, стоит отметить, эффект удобрений тут же даёт о себе знать. Из 10 плодов приживаются 5 яблонь, 2 уникальные и 3 редкие.

Фактически, ровно половина. Как по мне, это отличный результат. И серьёзное подспорье для выращивания новых видов культурных растений.

Осталось, правда, их раздобыть. Сущая мелочь в самом деле...

Сейчас же я наблюдаю за тем, как наш молодняк копается на поле под чутким руководством Хрюши.

Несмотря на то что в планах у нас великая стройка, после возведения сортира процесс неожиданно забуксовал. Ударный труд привел к тому, что в поселении закончились все запасы древесины.

Каждое строение требовало ресурсов, в основном дерево и камень. Поэтому кожевенная мастерская ждала своего часа. Заготовкой древесины занимаются Мышь с Тохичем. Причём, магичка подошла к делу творчески.

Направляя поток жара, она буквально срезала дерево у земли. Тохичу оставалось только обрубить сучки, и ствол был готов для транспортировки в Спарту.

Этим тоже займутся новенькие, когда засадят картошкой увеличившиеся плантации. С этого дня мы решили сажать по сорок кустов.

Это позволяло запасать каждый день более сотни клубней. Надо было пополнить закрома, разграбленные Стайсой. Плюс, где-то в глубине души, я надеялся, что первые из встреченных соседей будут мирными и с ними удастся завязать торговлю.

А вообще, пора заниматься делегированием полномочий. У нас в отряде вполне чётко вырисовываются два «руководителя среднего звена».

Михалыч взял на себя всё, что связано со строительством и ресурсами. Я, уже не раздумывая, отдаю ему рецепты и людей, а он сам справляется с остальным.

Хрюша занимается хозяйством в самом широком смысле этого слова. Она руководит работами на грядках и с животными, выделывает шкуры тушканов и шьёт из них одежду, следит за тем, чтобы всегда была готова еда и никто не остался голодным.

Трудится, не покладая плётки.

Я уже замечаю, что между этими двоими вспыхивает конкуренция за рабочую силу, и они азартно ходят по лагерю, с мыслями «кого бы припахать».

Есть ещё и третье направление — военное дело, которым занимаюсь я. И мне тоже для этого нужны люди и время. Так что размышляю о том, что пора проводит с утра планёрки, на которых планировать день и делить наши чахлые человеческие ресурсы на все потребности.

А пока я наблюдаю, как движется трудовое воспитание подрастающего поколения.

Богучаров ссутулился и бубнит себе под нос, словно старый дед. За что получает плёткой от довольной донельзя Хрюши.

Дженни и Ботан работают спокойно и усердно, никак не провоцируя девушку на дополнительную мотивацию.

Чего нельзя сказать о Патрике...

— Это издевательство над работниками! — вскидывает он кулак к небу, — физические наказания запрещены в большинстве цивилизованных стран! Я буду жаловаться! Где у вас записывают в профсоюз?!

Ой, дура-а-а-к...

— Во-первых, это исключительно для мотивации, — скрещивает руки на груди Хрюша, то есть госпожа надсмотрщик, — А, во-вторых, профсоюзов не существует — это сказки рептилоидов!

И тут же блондин получает новый удар плёткой. Но разве она может задушить его праведный гнев?!

Нисколько!

— Беспредел! Самоуправство! Волюнтаризм! Я буду жаловаться Лорду! Я отказываюсь батрачить в таких условиях! — даже получая по заднице и бегая по полю, он продолжает требовать справедливости, — Мне не оговорили оклад, премии, даже сверхурочные не учли! Возмутительно!

Чем доводит Хрюшу до белого каления.

— Тогда вот тебе и премия! — и снова меткий удар по пятой точке патлатого.

— Помогите, хулиганы зрения лишают!

Патрик, не выдерживая позора, обращается в бегство. Но его рельефные мускулы из прошлой жизни, в мире Системы не значат ничего.

Хрюша нагоняет свою жертву, а после едва ли не вбивает того в землю лицом, за то, что из за него она взмокла, и «испортила причёску».

Взвыв, Патрик просит пощады, признаёт свою неправоту и отправляется на поля, страдать без отпускных и сверхурочных.

Усталая Хрюша садится рядом со мной.

Я протягиваю ей бурдюк с водой. Она моментально присасывается к нему, словно путник, пробывший неделю в пустыне Сахара.

— Это уже выматывает — жалуется девушка. — Сначала было смешно, но мои руки не созданы для того, чтобы махать плёткой целыми днями.

— Неужели стало настолько тяжело? — интересуюсь я.

— Не со всеми, — вздыхает Хрюша, — но эти двое меня вымораживают.

И я даже догадываюсь, про кого она говорит. Богучаров и Патрик. Иных кандидатов и быть не может.

— А что по остальным скажешь? Как они тебе? — спрашиваю у неё, забирая бурдюк.

Нужно будет его снова наполнить. Эх, нам бы самовар какой или чайник.

Но, увы, лишнего чертежа не завалялось. Хотя есть же ещё коробка у Михалыча. Следует проверить, открывал ли он её, а то из памяти вылетело.

— Ну, как сказать. Нормальные. Дженни и Ботан прилежные и особо не протестуют, — пожимает она плечами. — Дашь задачу, не тупят и делают.

— А Третий что? — удивляюсь, что девушка его выделила

Та неопределённо стучит указательным пальчиком по губам.

— Не знаю, странный он какой-то... — признаётся Хрюша.

— В смысле? — не понимаю.

— В прямом. Не ворчит, не противится, не возмущается. Делает всё без нареканий, причём так, словно не в первый раз подобным занимается, — задумывается она — Без эмоций, как робот. — Если Дженни и Ботан сначала отлынивали, приходилось их плёткой подгонять, то Третий…

— Возмущается?

— Знаешь, наоборот, — удивляется Хрюша, — сначала спросил, зачем я их плёткой бью. Я честно ему объяснила и показала описание предмета. Тогда он просто попросил бить его в этом случае «по откату». То есть каждую минуту, чтобы работа шла лучше у него. А если я на других отвлекалась, то он даже напоминал об этом!

— Может он из этих? — щёлкаю я пальцами.

— Так я сразу так и подумала. — говорит Хрюша, — даже спросила. Так, он просто хмыкнул, сказал «нет» и продолжил работать как ни в чём не бывало.

Странный. Очень странный этот Третий. То есть с виду самый обычный. Исполнительный, на рожон не лезет, в конфликты не вступает. Не бывают люди такими правильными и незаметными. Надо взять его на заметку, и присмотреться.

— Эй, — пока я думаю, Хрюша находит себе жертву, — а ты почему без дела шляешься? Иди-ка, воды принеси тушканам. И поросят накорми.

Мышь, которая проходила мимо по каким-то своим мышиным делам, замирает в удивлении.

— Чего это ты разкомандовалась? — отвечает она. — Сама накорми, что расселась?

— Ты кому это сказала старуха? — Хрюша проверено бьёт в одну точку, хотя они выглядят с Мышью уже почти как ровесницы, — да я тебя навеки удобрения разбрасывать отправлю. Будешь у меня и свинарка, и пастух в одном лице.

— Толстожопой селянке я это сказала, — задиристо отвечает Мышь, — иди сама к своим удобрениям.

— Не селянке, а жене Лорда! — Хрюша упирает руки в бока, вставая перед Мышью, — А ну, кланяйся мне, ведьма!

— Не ведьма, а вторая жена Лорда! — с вызовом заявляет Мышь, — думала, ты исключительная? Дура!

— Шурик?! — разворачивается ко мне Хрюша, — нам надо поговорить!

— Когда я переносил всех из статуса рабов, Система автоматически вас так определила, — объясняю максимально миролюбивым тоном, а то атмосфера взрывоопасная, — Похоже, женщин в качестве родичей она не допускает. Только рабыня или жена, третьего не дано. По крайней мере, на данный момент.

— Ах вот значит как?! — как это водится у женщин, Хрюша слышит выборочно, — АВТОМАТИЧЕСКИ, значит?!

— Между прочим, не очень-то и хотелось, — фыркает Мышь совершенно неожиданно.

И обе девушки, которые только что чуть не вцепились друг дружке в волосы, встают плечом к плечу, глядя на меня.

— СтаршОй! Лорд Шурик! — вижу, как Михалыч машет мне от ограды, — скорее!

— Так, дамы, — говорю обеим, — будем считать, что я принял ваши благодарности за то, что освободил из рабства. Если кто-то захочет обратно, только скажите. Переведу в рабыни в любой момент. Продолжим разговор позже, дела зовут!

Я ухожу в молчании и даже спиной чувствую два задумчивых взгляда.

— Фух, — я хлопаю по спине Михалыча, — спасибо, что вызволил.

— Откуда? — удивляется он.

— Ты разве не поэтому меня звал?

— Нет, — мотает он башкой, — Малой вернулся.

Глава 7

Малой выглядит хреново. Грязный, измотанный, осунувшийся, едва ли не с впалыми щеками. Бог его знает, где его носило два дня, но на одном месте он точно не сидел.

— Иди сначала в озеро окунись, — говорю кинувшемуся ко мне парню, — потом поешь, и через полчаса на доклад ко мне. Если у тебя нет информации, об угрозе Спарте вот прямо сейчас.

Малой задумывается, а потом мотает головой. То, что он один, меня не удивляет. Стайса либо мертва, либо сбежала. Что именно, узнаю совсем скоро.

Терпеливо жду, пока он уминает жаркое с картофелем. Голод в мире Системы — не просто неприятные ощущения, а настоящая ломка. Так, у него и мысли улягутся, и расскажет подробнее. Потому что уже заметно, что парень слишком взвинчен для простого преследования.

— Я слушаю

Малой смущается, не зная с чего начать.

— Прости, Лорд, и спасибо, что разрешил поесть. Два дня маковой росинки во рту не было, — вздыхает парень. — Жратвы с собой не взял, охотиться некогда. Ещё чуть-чуть и начал бы жрать поганки, что порой попадались под ногами,

— Я тебе не виню, — говорю, — и всё же, что со Стайсой?

— Упустил, — склоняет голову Малой.

— Как?! — не понимаю я, — ты же её почти нагнал. А в лесу она тебе точно не соперница.

Мне приходит в голову, что Стайса всё же умудрилась задурить парню мозги, и теперь он будет выкручиваться. Но то, что он рассказывает, полностью переворачивает ситуацию.

Стайса сбежала. Едва они с Малым оказались в лесу, как спина жрицы мелькнула буквально перед ним. Малой бежал за ней почти час, но та каждый раз держалась чуть впереди, скрываясь за каждым новым кустом и появляясь снова.

Только когда призрак растаял, и Малой оказался в совершенно незнакомом месте, парень понял, что его надурили.

Силы у Стайсы не хватило на то, чтобы подчинить его. Но на остатках, она создала «морок», который увёл Малого в сторону. Когда он прошёл обратно по своим следам, то убедился, что через заросли перемещался один человек. Не два.

Малой оказался упорным. Кроме того, поступок жрицы выбесил Малого. Вернувшись до развилки, он обнаружил настоящий след и пошёл по нему. Потеряв два часа, он заметно отстал, но был уверен в успехе.

По следу было видно, что Стайса выбилась из сил. Она не пыталась запутать следы, ломилась через кусты целиком, а вскоре следопыт стал замечать кровь на ветках. Похоже, её травмы и ссадины стали серьёзнее.

— И что? — нетерпеливо перебиваю его рассказ.

— А потом её захватили, — говорит Малой.

— Кто?!

— Игроки. Другие.

— Из соседней зоны?

— Видимо, да.

Малой услышал шорох и затаился, поэтому смог наблюдать всю ситуацию целиком. Чужаков было четверо. Они поймали Стайсу, которая на тот момент потеряла способность к сопротивлению. Её умело скрутили, по словам Малого, у чужаков присутствовала сноровка в этом деле. Упаковали по рукам и нога и закинули словно кулёк на спину кабану. Чего?!

— Сам не мог поверить, — говорит Малой, — но наблюдал это также хорошо, как тебя сейчас. Здоровенный кабан, практически как напавший на нас вожак. Послушный, словно пони. Всё это время даже с места не двинулся, только косил на наездника своего.

— А что за наездник?

— Здоровенный бородатый тип в татухах и кожаной жилетке. — Малой жестами показывает, какие у того ручищи. Если верить ему, размером с окорок, — похож на байкера. Жилетка, похоже, местная. Металлом вся проклёпана, как кольчуга.

Мало того что игроки из соседней зоны обошли нас в технологии. У них ещё появилась кавалерия. Причём, самая, что ни на есть тяжёлая.

Сука, и как такому противостоять в наших условиях?

История знает не одну сотню случаев, когда одна сторона, при наличии тяжёлой и обученной кавалерии разбивала куда более многочисленны ряды противника.

А что делать нам?

При прочих равных условиях нас тупо задавят эти самые наездники. Большой вопрос в том ещё, сколько их? До сих пор мы можем выставить «под ружьё» трёх человек. Вместе с Тохичем и Третьим, самыми перспективными новичками — пятеро.

Мышь, конечно, оружие страшной разрушительной силы. Но артиллерия войн не выигрывает, а она занимает именно эту позицию.

— И дальше?

Акын хренов, как клещами из него всё вытаскиваю. Хотя моё нетерпение понятно, слишком уж новости невесёлые. А парень всё правильно рассказывает. Последовательно и с подробностями.

— Дальше я пошёл за ними.

Молодец, парень. Правильно поступил, и я ему это тут же сообщаю. Малой краснеет от радости и начинает говорить спокойнее. Видимо, сомневался, стоит ли сразу принести новость, или стоит разведать ситуацию лучше.

Всадники на кабанах, как я в уме обозначаю соседей, притащили Стайсу на свою стоянку.

— Поселение, как у нас? — уточняю.

— Нет, типичная стоянка, построенная на скорую руку. Костер, какие-то мешки с вещами., несколько корзин, как я понял, со жратвой. Всего я успел насчитать восемь человек, — прикрыв веки, выдаёт парень, — Трое из них имели при себе кабанов, остальные — пехотинцы. Вооружены деревянными щитами и толстыми куртками из кожи. На спинах копья с железными наконечниками. У наездников вооружение покруче. Есть комплект из пары длинных копий, полагаю кавалерийских, шлемы, тесаки и что-то метательное, вроде пращей.

— Серьёзное вооружение, — обработав список, прихожу я к неутешительному выводу.

По описанию, «косухи» наездников напоминали бригантины. Доспехи из кожи с нашитыми металлическими пластинами. По сравнению с нами, это следующий технологический этап.

Похоже на ситуацию, когда развивается себе средневековый город, а потом бац, и к нему в бухту приплывает броненосец. И грозит твоим мечникам и копьеносцам дальнобойной артиллерией. И ведь случалось такое в реальной истории, например, в Японии.

— Это ещё что! Они имеют при себе самые настоящие рога, — взволнованно произносит Малой, — через которые могут связываться с другими группами.

А это будет даже похуже хорошего обмундирования наездников.

Связь — это ключ к успеху в военной кампании. Везде и всегда. Во все времена. И то, что у обнаруженной группы имелось хотя бы такое подобие связи — это повод задуматься.

А по плечу ли нам они сейчас?

— Они подали сигнал? — уточняют.

— Сразу же как только та троица притащила Стайсу. И если судить, откликам, то подобных отрядов может быть несколько, — предполагает Малой.

Хреново, я бы сказал, крайне херово! Что мы по итогу получаем после этого рассказа?

У жителей соседней локации имеется явное преимущество в оснащении их «солдат». Скорее всего, их больше, чем нас. А ещё группа, которая уже превышает военный потенциал Спарты, находится у наших границ. И таких групп несколько.

Далее, они имеют связь между собой. Не идеальную, но и действовать обособленно они, полагаю, не станут.

Это полноценная разведывательная операция с их стороны. А теперь они ещё и взяли языка!

Будь я на месте оппонента, на границе которого открылась новая территория, то в первую очередь собрал бы информацию. И у них она есть.

Стоит Стайсе разболтать всё о нас, как противник поймёт, что во всём превосходит наше поселение. А эта дамочка молчать не будет. Как же хреново, что мы её не добили.

Что тогда остановит наездников от немедленной атаки? Им осталось только найти, где мы находимся

Да, находясь в обороне, мы имеем все шансы серьёзно проредить пехоту неизвестных игроков. Возможно даже потрепать наездников.

Но мы проживём ровно столько, сколько продержится частокол. Сможет ли он удержать удар боевого кабана? Ещё и приручённого, что возможно даёт дополнительные характеристики?

Что главное? Не паниковать. Время, проведённое в Системе, делает меня, странным образом, фаталистам. Готов ли я сдаться, отдать неизвестному врагу всё, что есть и стать рабом, чтобы выжить?

Нет. Лучше сдохну, чем такой вариант. Следовательно, надо думать, как нам драться и как победить.

— Хорошо, можешь пока отдыхать, Малой. Завтра я тебя попрошу помочь Тохичу в одном очень важном деле, — обращаюсь к парню, на что он послушно кивает.

— Конечно, — кивает он без дополнительных вопросов.

Привыкает народ к дисциплине.

Я же про себя продолжаю предаваться размышлениям.

Биться стенку на стенку — отвратная идея. Кабаны нас сметут, а их пехота добьёт выживших. В открытом поле также не сразиться.

Армией на армию не пойти — их больше и они лучше вооружены.

Остаётся искать их слабые места. Благодаря Малому, у нас есть небольшая фора. Мы их видели, а они нас, ещё нет. Узнать о них больше и нанести удар в слабое место.

Ясное дело, Стайса несёт в себе элемент неопределённости. Но сможет ли она найти дорогу до долины вновь?

Очень большой вопрос. Богучаров заявлял, что именно он показывал дорогу, пока как жрица отдыхала в паланкине, не обращая внимания на дорогу.

Шансы еще есть и они не так уж и малы, как я полагал изначально. У нас есть чертёж кузницы, а как только мы освоим металл, так сможем догнать их по вооружению. Именно это теперь — стратегическая задача.

Вся надежда на Тохича. Найдёт он железо или любую другую руду — и вероятность нашей победы серьёзно вырастет вверх.

У них наездники, да? Что же, полагаю, фаланга с пиками станет неприятным сюрпризом даже для столь тяжёлой кавалерии!

Но главное, разведка. И я знаю, кому её поручить. Где же ты шляешься, Майор?

***

Следующее утро начинается с полноценной планёрки.

Ситуация развивается так, что из-за растущего количества задач при скромном количестве людей, я вынужден постоянно лавировать.

Перво-наперво следует подсчитать точное количество работников, необходимых для стабильной работы нашей плантации.

И теперь под «плантацией» я имею в виду вообще все продовольственные отрасли. А это: поле картошки, растущий яблочный сад, загон тушканчиков и поросят, а также ряд небольших посадок огородной мелочи, типа горчицы, петрушки и другой мелочи, которую отыскали по долине и пересадили компактно.

Последние саженцы принадлежали исключительно к мусорному рангу, а потому никаких бонусов не приносили и выращивались только для того, чтобы разнообразить наше меню.

Вторым блоком становится наша производственная часть. Именно она становится в ближайшее время приоритетным направлением.

Ведь сколь долго мы ещё будем бегать в одних шкурах, да вооружены палками-самотыками?!

На планёрке собирается весь наш «старый состав» свободных жителей, кроме Малого. Тот уже с утра ушёл с Тохичем на поиски глины и руд.

Новости уже разнесло «сарафанное радио», поэтому повторять информацию о соседях на кабанах не имеет никакого смысла.

— Итак, товарищи, — я, почему-то копирую тон какого-то директора из старого фильма ещё советских времён, — прежде всего, хочу поздравить наших коллег с новыми назначениями. Хрюшу я назначаю своим заместителем по хозяйственной части, Михалыча, по перспективному развитию. Если кратко, Хрюша теперь, наш завхоз, а Михалыч — прораб. Похлопаем, товарищи!

Хлопаем только мы с Мышью. Михалыч важно раскланивается и светится как новый рубль, Хрюша же сидит, поджав губы. Дуется. Причём все свои обязанности выполняет, и рабочие, и супружеские. Но демонстрирует огорчение.

— И прежде всего объявляю, что в связи с угрозой вторжения у нас приоритет переносится на строительную часть, — продолжаю, — всех рабочих перекидываем на стройку к Михалычу. На плантации оставляем только минимум, необходимый для выживания.

— Но как же так?! — вскакивает Хрюша, — Мы только-только увеличили число кустов до сорока штук. Если сейчас убрать столько народу, то мы можем попросту не успеть уследить за всей картошкой! Мне нужно минимум три человека!

Я задумчиво потягиваю кипяток с травами из кружки, обдумывая слова девушки.

Кстати, коробка Михалыча нам принесла самовар! Самый простой, мусорного ранга, но самовар! Так что как только найдём чай, сможем вовсю наслаждаться чаепитиями.

Сейчас же пока остаётся довольствоваться травяными отварами. Та ещё гадость на вкус, но, самое забавное, при определённом смешении тех или иных видов, даёт +1 к Интеллекту.

Наш Ботан, оказывается, полон сюрпризов раз смог, по сути, на коленке найти да ещё и правильно сварить эту «бурду».

— Значит, даю тебе двух человек, — говорю, — Дженни и Богучарова.

— Мне нужно три!

— Третья ты сама! — я жестом показываю, что ей лучше помолчать, — рано королеву из себя строить. Я тоже пойду на стройку, брёвна таскать, если что. Если сейчас промедлим, потом будем локти кусать.

— Когда кузницу построим, то сможем наделать сколько угодно мотыг, плугов и многого прочего, что заметно облегчит работу в поле, — примирительно говорит Михалыч.

Девушка опускает голову, но легонько кивает. И сама понимает, что картошка картошкой, а защищаться с голыми руками у нас не получится.

— Хорошо, в таком случае Ботан, Третий и Патрик пойдут к Михалычу. Мышь, ты тоже. Первым зданием вы должны построить кузницу. Найдите такое место, чтобы дым из печи не шёл на поселение, — выдаю ЦУ моему прорабу, — а также озаботьтесь, чтобы не было рядом никаких деревьев, посадок и прочего. Мне не нужен пожар посреди Спарты,

Михалыч понятливо соглашается, не имея ничего против.

— Вопросы?

— Что делать с картошкой, которую мы не успеем окучить и так далее? — спрашивает Хрюша.

— Если такое всё же случится, отдай тушканчикам и поросятам.— командую девушке. — Это необходимые потери в нашем случае. Заодно посчитай, сколько кустов вы втроём сможете обрабатывать сейчас и скажешь мне на завтрашней планёрке.

Та серьёзно кивает, погружаясь в рассуждения. Иногда мне кажется, что существуют две Хрюши. Одна взбалмошная с капризами и претензиями, и вторая, серьёзная, хозяйственная и ответственная. И вторая появляется сейчас намного чаще.

***

Строительство кузницы идёт быстро. Новички уматываются почти сразу и падают в траву, отдыхать. Мы с Михалычем пашем на их фоне, словно роботы.

Я вижу их статистику, поэтому гоню работать, едва шкала «усталости» заполняется, не давая сочковать ни одной лишней минуты. В результате через пару часов работы каждый из них берёт +1 к Выносливости.

Ко мне усталость приходит намного позже, но это тоже случается. И вот в один из моментов отдыха, ко мне подходит Хрюша. Я сразу подозреваю неладное. На лице её блуждает ласковая улыбка, а меховое бикини подозрительно приспущено и подтянуто в разных местах, выглядя максимально провокационно.

— Милый, — начинает она, медовым голосом.

— Людей не дам, — говорю. — Тут едва справляемся.

— Так, я всё понимаю, — воркует она, — вижу как, ты устал. Всё поселение на тебе… все планы, все думы о судьбе народа, мой Лорд… а ты ещё и брёвна таскаешь. Устал ведь… Давай, я тебе спинку помну?

— Хрюша, чего ты хочешь? — спрашиваю я.

Слишком хорошо я знаю свою новую супругу и завхоза. Стоит расслабиться в её цепких лапках, и потом уже не отбиться.

— У нас ведь осталась диадема Стайсы, — напоминает она, — и лежит без дела. Отдай её мне.

— Зачем? — удивляюсь.

— Меня работники будут лучше слушаться, — заявляет она, — и вообще. Михалыч — мужик. Стукнул кулаком по столу, и все побежали исполнять. А я — девочка. Мне нужно свидетельство моей власти! И вообще, кто у тебя любимая жена?! Такое чувство, что ты меня стесняешься?!

— Хрюша, — говорю, — давай отложим этот разговор. Я пока не уверен, у кого диадема принесёт больше пользы. А сейчас работать надо.

— Хорошо, — покладисто заявляет девушка и удаляется, игриво покачивая бёдрами.

С одной стороны, идея не так уж плоха. Всё равно артефакт лежит без дела, а способности Хрюши в Торговле он вполне может усилить. Возможно, и другие качества проявятся.

С другой, Хрюша и так ведёт себя как королева Спарты, а с диадемой на голове и вовсе начнёт со всеми говорить через губу. И забрать у неё бонусный предмет обратно, если появится такая потребность, будет очень сложно. Она воспримет его не меньше, чем свадебный подарок. Мне это надо?!

А с третьей +5 Харизмы в постели это мммм… Так, об этом не думаем. Думаем только о Спарте и о нуждах людей.

Встав после разговора с Хрюшей неожиданно натыкаюсь на Мышь. Она тоже работает на стройке. По принесённым из прошлого мира привычкам, ей достаётся более лёгкая работа, в основном по отделке.

Хотя здесь и сила и выносливость зависят исключительно от характеристик, и Мышь вполне может побить врукопашную и Ботана и Патрика двоих сразу, заставлять хрупкую девушку таскать брёвна нам кажется неуместным.

На отделке от неё больше пользы, потому что она может мгновенно шлифовать брёвна от всех неровностей, просто нагревая свои ладони. Так что древесина получается не только идеально гладкой, но и приобретает приятный обожжённый тон.

— Вы ведь про диадему говорили? — в лоб спрашивает Мышь.

— Подслушивала? — интересуюсь.

— Хрюшу весь лагерь слышит, — усмехается магичка.

Это правда, говорить тихо Хрюша не умеет.

— И что?

— Лучше мне её отдай, — заявляет Мышь, — будет намного больше пользы.

— Это почему? — удивляюсь я.

Мышь начинает рассказывать что-то про связь Харизмы и объёма магии и о том, что не зря яблоки, которые усиливают магические способности, бафают ещё и Харизму.

Я никак не могу ни проверить её слова, ни опровергнуть, но чую в них лукавство. Кажется мне, что Мышь, особо не стремившаяся в жёны Лорда, теперь хочет досадить Хрюше, которая гоняла её плёткой по плантации.

Но ответить я не успеваю.

— Ах ты тихушница! — рядом с нами внезапно появляется Хрюша, — это я то громко говорю?! Зато и слышу хорошо! Ты чего моему мужу тут по ушам ездишь?!

— Он и мой муж, между прочим, — подтверждает мои мысли Мышь.

— Ты же сама говорила, что тебе не нужно положение жены!— возмущается Хрюша. — Так, тогда не лезь под руку!

— Это ты, девка тупая, ничего не понимаешь, — рычит Мышь. — В отличие от тебя, которая только хочет самолюбие потешить, мне диадема нужна, чтобы усилить магию!

— Ага, сщас! Так я тебе и поверила, старуха! — не поддаётся девушка.

— В который раз говорю, только посмей еще раз меня так назвать, — шипит, подобно змее, магичка.

— И что тогда? В угол меня поставишь? Старуха, старуха, старуха! — показывает той язык Хрюша.

— Пороли тебя мало! — бесится Мышь. — но ты скоро дождёшься. Решение принимаешь не ты, а Лорд!

— Правильно! — заявляет Хрюша, — и я уверена, что он сделает правильный выбор, — она поворачивается ко мне и хлопает глазками, — милый, кто у тебя любимая жена? Я или эта сварливая старуха?!

— Лорд, ты ведь думаешь о пользе, а не о личных целях, — подначивает Мышь, — какой выбор ты сделаешь?!

И обе стоят передо мной, хлопая глазами и сложив умоляюще лапки перед грудью. И всё поселение на них уставилось. Естественно, не каждый день показывают такое шоу.

Ну а что я хотел? Вершить суд, неотъемлемая обязанность Лорда. Только мне не нравятся оба варианта. И дело не в обидках, которые будет мне предъявлять проигравшая.

Дамочки обе пытаются прогнуть меня под себя, даже особо не скрываясь.

Напоминает историю с судом царя Соломона. И что выбрать? Сломать диадему на хрен? Самое идиотское, что можно сделать, имея ценный артефакт.

— Я принял решение, — говорю, — диадема должна принадлежать тому, кто с её помощью принесёт наибольшую пользу.

Захожу в избу и возвращаюсь с диадемой. Красивая штуковина. Камни искрятся на солнце, а непонятный тёмный металл благородно переливается. С таким украшением любая девушка будет выглядеть королевой.

Хрюша и Мышь даже дышать перестают. Я делаю несколько шагов, проходя мимо них, и быстрым движением надеваю диадему на голову…

Черти-что!

Глава 8

Стоит диадеме опуститься на башку пугала, как всю его фигуру охватывает яркий свет.

Вы преподнесли Черти-что первую жертву!

Погибель миров проходит через первую трансформацию!

Конечности боевого манекена начинают меняться, приобретая более реалистичные очертания.На «руках» у него появляются самые настоящие кожаные перчатки, скрывая под собой растопыренные деревяшки.

Мешок из ткани, на котором была намалёвана жуткая рожа, разглаживается. Швы на нём исчезают, и он превращается в сплошную белоснежную маску, на которой не видно ни одной эмоции.

А сама диадема видоизменяется в чёрный обруч, похожий на корону, инкрустированную драгоценными камнями. Он словно впаян в голову чучелу, и очевидно, что просто так забрать его назад не получится.

Вы сопротивляетесь УЖАСУ!

Вы сопротивляетесь УЖАСУ!

Вы сопротивляетесь УЖАСУ!

Сообщения молотом стучат в голове.

Погибель миров заинтересован в вас.

Внимание! Вы установили первичную связь с Черти-что!

Нрааааавится… Ещееееее…

Трескучий, едва слышный шёпот раздаётся у меня в сознании. Словно кто-то стоит прямо над ухом и говорит в него.

Я оглядываюсь по сторонам, но никого не нахожу.

Со мной что, говорит манекен?!

Я наблюдаааааю за тобооооой…

Снова шелест, как будто ветер несёт засохшую листву по дорожке.

Последнее, что я вижу, так это то, как на безликой белоснежной маске вырисовывается оскал от уха до уха.

Вот же... Черти-что!

— Шууууриииик! — меня сильно трясут за плечи.

— Дай, я его искоркой пощекочу…

— Себя искоркой щекочи, дура!

— Так, я чтобы в сознание привести!

— Сама в него приди! Если б ты не полезла, Шурику не пришлось бы так поступить, и всё нормально бы было!

— Ты сама первая полезла!

— Шурик, ты очнулся?! — Хрюша повисает на мне, тиская и зацеловывая.

— Лорд, ты как? — Мышь стоит рядом с виноватым видом.

— Я в норме, — трясу головой, чтобы окончательно прийти в себя, — А что стряслось?

— Так, ты как только положил диадему на это чучело, так будто оцепенел, — объясняет Хрюша, — Не пугай так больше!

— А ещё по всему лагерю прокатилась волна холода, — присоединяется к ней Мышь, — Я даже от Стайсы такого не чувствовала. Если она своей магией источала неприятный холодок, то сейчас я словно голышом посреди Сибири во время снежной метели очутилась.

— Зато диадема на месте и никому не обидно, — говорю. — Правда, девочки?

Они обе косятся на Чёрти-что и неуверенно кивают.

Могу поклясться, что чучело мне подмигивает. Но через мгновение его маска снова становится непроницаемой.

***

Мне не терпится проверить новые способности манекена. Если он подрос в уровнях, да ещё и заговорил, значит, и тренировка должны стать эффективнее.

В отсутствие боёв с противником или гринда, это главный источник прокачки навыков.

Но это приходится отложить. В поселение возвращаются Тохич с Малым.

Первый при встрече, улыбаясь «во все тридцать два», тут же заявляет:

— Нашли!

— Нашли? — удивляюсь я.

— Нашли! — повторяет он.

— А что нашли? — не меняюсь в лице.

— Глину! — присоединяется Малой.

— А железо или медь? — переспрашиваю.

Они оба тут же сникают.

— Ладно, — говорю, — вы уже молодцы. Отправляйтесь на ужин, а потом прихватите Михалыча и приводите ко мне.

Глина — это замечательно. Без неё мы очень долго топтались на месте. Самое время отдать поручение Михалычу, и начать добычу.

Камыш у нас есть, можно будет делать саманный кирпич. Интересно, Система зачтёт альтернативные материалы в постройках, или нет?

Из глины можно наконец-то сделать нормальную посуду. Приступить к изготовлению печки, ну и вообще, это огромный шаг вперёд.

А парней надо завтра снова гнать на разведку. Без металла мы заведомо проиграем. Не верю я, чтобы Система бросила нас без возможности развиваться.

Не зря она разделила нас на малые группы, таким образом защитив друг от друга и дав возможность разобщённым коллективам набраться сил, и получить шанс против изначально более сплочённых и организованных.

Сколько раз в книгах и фильмах про постапокалипсис, прокручивается один и тот же сценарий.

Власть берут военные, или полиция, или преступники. Те, у кого изначально есть способность к организации и умение применять силу.

Я вспоминаю нашу первую стычку с группой Богучарова, когда мы с Малым тыкали друг друга своим оружием, не решаясь нанести смертельные раны.

Дрались, как дети в песочнице пластмассовыми совочками.

Теперь же, что Малой прикончил Толяна, что я Француза, без малейших моральных колебаний.

Раньше любая группа военных или банда просто обратила бы нас всех в рабство, а теперь, научившись обороняться и нападать, я способен дать им отпор.

Поэтому и природные ресурсы, мне кажется, должны быть раскиданы относительно равномерно. Окружающий мир только кажется настоящим. Система назвала его сервером и создала таким, чтобы он соответствовал её нуждам.

К чему я веду? К тому, что металлы обязаны быть где-то поблизости, хоть и в минимальном количестве.

Значит, нам необходимо их найти.

— Проблема в том, — объясняет Тохич, придя ко мне на совещание, — что медь и железо надо искать в разных местах. Медь ближе к горам. Представляешь себе малахит?

— Конечно, — киваю я.

Кто же не знает этот красивый камень с зеленоватыми разводами. Из него делают статуэтки и шкатулки. В памяти всплывает «хозяйка медной горы». Не поэтому ли?..

— Малахит, это минерал, который содержит медь, — подтверждает мои мысли Тохич, — из него самого можно медь выплавить, или рядом найти самородные месторождения. На Урале их как раз много. А железо надо искать в долинах, ближе к болоту. Там откладывается бурая руда, её легче всего найти и использовать.

Тохич ставит меня в тупик. Медь или железо?

Из меди как раз и делается бронза. Возможно, что даже более полезный для нас сейчас материал, нежели железная руда. Почему в Древнем мире именно бронза пользовалась популярностью, а не железо? Да потому как оружие и доспехи из бронзы выходили много качественнее тех же аналогов из железа.

Доспехи из бронзы

Древнее железо совсем не похоже на современные аналоги. Сталь тогда варить не умели, легировать — тоже. Железный меч быстро тупился. Он мог погнуться прямо на поле боя.

Плюс, железо требовало долгой обработки. Его ковали, чтобы удалить примеси. А изделия из бронзы отливали сразу, потом только шлифуя и затачивая.

Ту же бронзу куда легче получить экспериментальным путём, добавляя различные примеси, чем выковать что-то подобное дамаску или булату.

Разница в требуемых знаниях колоссальна.

И всё же, я решаю сделать ставку на поиски железа. Почему? Горы в долине мы уже обшарили с Михалычем, и ничего подобного на малахит не нашли. Шансы отыскать железо куда выше.

— С ним не всё так очевидно, — скрещивает руки Тохич, — В долине следов железа нету, но, изучая берег ручья, я смог найти небольшие намёки на его наличие. Пройдя ниже по течению, едва ли не до болота, признаки руды можно было заметить всё чаще. У меня есть предположение, что где-то на болоте или же южнее его есть крупные залежи. Маленькими они точно не могут быть.

— Можешь показать на карте? — говорю.

Карта лежит на столе. Изготовлена она на самом доступном нам материале — оструганной и отшлифованной деревянной доске. Ещё одна цель кожевенной мастерской — пергамент. А то мы совсем забудем про навыки письменности.

Карту составляли при участии всех «старичков» сразу после планёрки. Всё же территория, на которой мы действуем, постепенно расширяется и не ограничивается уже одной долиной. А, следовательно, необходимо иметь представление, где и что располагается.

Пока карта имела в себе приличное количество «белых зон», но со временем данный недостаток обязательно будет исправлен.

В центре зоны располагалась стелла, куда нас и выкинуло в момент гибели прошлого мира.

Чуть севернее от неё находится долина со Спартой.

На юге нашего гексогона раскинулись обширные болота, которые лично я ещё не видел, но тот же Тохич с Михалычем и Малым успели мне описать.

По сути, огромная шапка из мха, небольших озёр и редких невысоких деревьев.

На востоке, северо-востоке, западе и северо-западе раскинулся густой и не знающий конца и края лес.

А на севере же предположительно начиналась самая настоящая равнина, граничащая с лесополосой.

Ввиду того что наездники были замечены в пределах восточного леса, я делаю предположение, что именно восточная граница и была открыта.

Меж тем Тохич, подойдя к карте и внимательно оглядев её, указывает примерное расположение глиняного.

Глина, как я предполагал, всё нашлась ниже по течению, полагаю, что в паре километров от Спарты. Где-то за полчаса хода. Не слишком близко, но вполне доступно для добычи.

Возможная территория, где залегает железо, располагается на юге, у самых границ сектора. Хорошо, что не на востоке, и угроза столкнуться с наездниками не столь велика.

— Парни, — говорю, — сегодня отдыхайте, а завтра с утра снова в путь. Пройдите по ручью как можно ниже. Железо необходимо, это вопрос выживания, понимаете?

— Будет исполнено! — дурашливо вскидывает руку в приветствии Тохич.

Он уходит со счастливой улыбкой на лице. Вот в ком скрывается настоящий исследователь-путешественник. Только и счастья, чтобы залезть в какую-нибудь дыру изучить её.

Малой хмыкнув, качает головой.

— Не дай ему убиться, Малой, — предупреждаю я парня. — И сам будь внимательнее. Где-то поблизости могут шариться враги. Не нарвись, будь осторожен.

Тот криво усмехается.

— Куда я денусь, — и также идёт на выход.

А ведь я старше их обоих всего на пару лет, приходит в голову мысль. Какого чёрта я рассуждаю так, словно они мне в дети годятся? В этом заключается лидерство или класс Лорда?

Почесав макушку, отправляюсь тоже спать. Проходя, уже без особых эмоций замечаю, что Чёрти-что мне подмигивает. Иногда мне кажется, что он меня понимает лучше всех.

***

Утром Малой и Тохич снова отправляются на поиски железа или приключений на свои задницы. Тут уж как поглядеть, и как больше повезёт.

Хрюша сообщает информацию о том, что её группа сумела обработать за прошедшие сутки 36 кустов картофеля. Четыре высохли.

Выходит, что сейчас им удаётся работать с 12-ью кустами на человека. Раньше эта цифра была больше.

До недавнего времени Хрюша единолично могла обработать под 20 кустов. Но сейчас к заботе о картошке прибавился ещё и присмотр за яблочным садом и тушканчиками, не говоря уже о шитье, готовке и участии в утренних планёрках.

Выглядит она усталой, и даже не участвует в обычных спорах. К сожалению, у меня недостаточно людей, чтобы снять хотя бы часть забот с девушки. Спарте серьёзно не хватает рабочих рук, а количество проблем всё нарастает.

А тут ещё Майор притаскивает к нам диких уток. Хрюша смотрит на новых тварей практически с ненавистью. Они отвечают ей тем же.

Имя: Дикая утка

Уровень: 4

Описание: В отместку за родственников, которых веками начиняли яблоками, эти особи особенно не любят людей. Только протяни руку — откусят по локоть!

Утки с виду ничем не отличаются от самых обычных, которые плавают в городских прудах. Разве что, шипят при моём приближении особенно злобно.

Майор, не растерявшись, щёлкает пленную птицу по клюву. И та моментально затихает.

— Я погляжу, ты успел их уже по пути приручить? — усмехаюсь.

Тот важно кивает

— Ты бы видел, какие они были злые при нашей первой встрече. Это сейчас эти пернатые гады ведут себя едва ли не как шёлковые!

С довольной миной он проходит в Спарту, где мы уже заготовили загон для уток.

Крылья им благополучно мы подрезаем совместно с Майором и Михалычем, чтобы точно убедиться, что эти крякающие порождения зла не сбегут от греха подальше.

— Я смотрю, вы тут развернулись! — Майор видит нашу «стройку» века и новых людей на полях, а потом до него доходит, что просто так эти люди появиться не могли. — Я ничего не пропустил? — осторожно спрашивает он.

— Дай-ка подумать? — не могу удержаться, чтобы не потомить его с ответом, — Всё пропустил!

— Так уж и всё? — он усмехается, но не слишком уверенно.

— По крайней мере, возможность поквитаться со свой «бывшей», — говорю.

— Ну и где она? — вояка оглядывается, словно Стайса должна оказаться где-то поблизости.

— Как видишь, не сидит на троне, — отвечаю, — она приходила, пыталась захватить Спарту и получила по шее. Большинство её людей этого не пережило.

— Так вот почему границы открылись, — кивает Майор своим мыслям.

Разумеется, он не мог не получить сообщения от Системы. И ведь тянул, не спрашивал. Не заводил об этом разговор, пока я сам не сказал.

Коротко пересказываю ему наше противостояние со Стайсой, особенно подробно остановившись на призыве богини. Тот факт, что она прибегала к помощи непонятного существа, кажется мне особенно важным.

Выходит, что привычная нам картина мира здесь не работает. Тут есть сущности, которые намного сильнее людей. К ним можно обратиться за помощью и получить власть и силу, чтобы возвыситься над другими. Но что они потребуют взамен? И вновь в этих мыслях я невольно кошусь на Черти-что.

— Сразу был уверен, что она ведьма, — говорит Майор, — жаль, что не добили её. А вот насчёт чужаков, это очень плохие новости. Ты уверен насчёт этого всего? Насчёт кабанов и оружия? Они, получается, серьёзно нас превосходят.

— Это всё, что Малой увидел, преследуя Стайсу — говорю. — Ты готов выяснить про них больше?

— Я? — предложение его удивляет.

— Ты, — киваю как чему-то самому собой разумеющемуся, — ты лучший следопыт в локации. И эти всадники угрожают тебе тоже, а не нам одним. И ты, уж точно примешься сам разведывать обстановку. Просто так, «бесплатно», ради собственной безопасности. А опыт лишним не бывает.

— Пожалуй, соглашусь, — подумав, заявляет Майор, — Бросать в беде я вас не стану, уж больно хорошее у тебя поселение, Лорд Шурик.

С ответом он явно выкручивается. Я то прекрасно знаю, что его больше всего интересует теперь судьба некой среброволосой магички. Он сразу начал высматривать Мышь, как только пришёл, но она, словно предвидя это, ушла в избу отдыхать.

Я был этому рад, разбираться сейчас с её новым статусом не хотелось, а ещё не хватало, чтобы Майор начал меня ревновать. Михалыч уже бросает тоскливые взгляды на «девушку своей мечты», которая «вышла замуж за другого».

И хотя наш статус никак не подтверждается, живёт она по-прежнему отдельно и не делает никаких попыток сблизиться, Система однозначно именует нас мужем и женой. В общем, скользкая тема, а думать по этому поводу некогда.

— В таком случае принимай миссию, — говорю. — Мне нужно иметь чёткое представление о численности наших соседей. Типовое снаряжение их бойцов, как они держат связь, где находятся их базы и опорные пункты. Какой тактики они придерживаются. Понять вообще станут ли они нападать на нас и какие у них планы на Спарту. Я не знаю никого, кто мог бы справиться с этой задачей без риска. Никого, кроме тебя, Майор. И я надеюсь использовать твой опыт и умения.

— Складно стелешь, парень, — вздыхает тот.

Вы создали миссию для игрока Майор!

Описание: Изучить неизвестную фракцию. Наездники на кабанах угрожают безопасности Спарты! Изучите их и сообщите:

— Численность войск

— Расположение поселений

— Особенности тактики

Награда: + 500 опыта

— Примерную численность войск, — исправляю я, и миссия тут же изменяется.

А то поиски каждого солдата на вражеском кластере могут сделать выполнение миссии бесконечной. А мне информация нужна.

Опасаюсь, что Майор начнёт торговаться, но он тут же бьёт по рукам и уходит. Видимо, угрозу локации он воспринимает, как себе лично и в Спарте видит не только источник опыта, но и будущих союзников.

В ушах у меня тихо звякает интерфейс, сообщая об открытии репутации поселения. Направляюсь к стелле, чтобы проверить наконец, что даёт этот пункт.

И тут меня едва не сбивают с ног.

— Вернулись! — сообщает мне Михалыч.

Он тычет рукой, но я и сам вижу идущих ко мне Малого и Тохича. До вечера ещё прилично времени. Если вернулись, значит, что-то нашли, так получается. Иначе задержались бы на поисках.

Значит, радоваться надо. Но только лица у этой парочки чересчур встревоженные.

— Мы железо нашли, — выдаёт Тохич.

— Ну, отлично же?! — говорю.

— Ну-у—у… не совсем.

— Это не месторождение, а целый рудник, — перебивает его Малой, — наше железо уже кто-то добывает.

Глава 9

Новости из разряда тех, когда ловил карася, а подцепил акулу. Сначала накатывает злость, оттого что мы проворонили необходимый для войны ресурс.

Если он попал в руки врага, то это очень хреново.

— Малой, сходи позови Михалыча, — прошу парня.

Пока тот ходит, я укладываю мысли в кучу. И таком состоянии ситуация поворачивается другим боком.

— Что думаешь, СтаршОй? — спрашивает Михалыч, — всем «в ружьё» становиться и ждать нападения?

— Погоди, — говорю, — вы точно уверены, что это железо?

Тохич решительно кивает головой.

— Там место чуть выше, чем остальные болота, — поясняет он, — я сразу думал, что надо пробы грунта брать. На таких местах может быть выход руды к самой поверхности. А потом Малой команду дал, и мы залегли.

— Я людей заметил, — подхватывает Малой, — и дальше мы уже ползком подбирались. Сначала подумал, землянка у них там. А Тохич подсказал, что так рудник выглядит.

— Сколько их было? — уточняю.

— Двоих видели, — Малой отвечает сразу, видимо, догадывался, о чём спрашивать буду.

Моя беседа с ним после разведки «кабанятников», пошла ему впрок. К новому докладу парень подготовился.

Из его слов выходило, что у рудника крутилось два мужика. Работали по очереди. Один лез под землю, другой стоял «на стрёме» с луком. По словам Малого, лук у мужика был попроще, чем лонг-боу Майора. Или из коробки, или самодельный.

Ещё на бедре висела дубинка, явно обитая железом. Такой приложить, мало не покажется. Потом рудокопы поменялись. Охранник полез внутрь, а первый встал снаружи с луком.

Парни понаблюдали за ними ещё с полчаса, ничего интересного не увидели. Отползли назад на пузе и со всех ног пустились в посёлок.

— Где это случилось, — прошу показать на карте.

Малой тычет в точку ниже по течению реки. Значительно дальше, чем они заходили вчера. Тохич поправляет его, указывая на место, чуть в стороне от берега.

Я киваю, ещё сильнее укрепляясь в своём мнении.

— Надо было дождаться, когда они уйдут, — сердится Михалыч, — чтобы точно убедиться, есть железо или нет.

— А что, по-твоему, они там добывают? — спорит Малой.

— Да что угодно, — ворчит прораб, — может, пиявок копают лечебных. Болото же.

— Правильно сделали, что не полезли, — поддерживаю разведчиков. — А вдруг у тех следопыт есть? Назавтра увидели бы следы присутствия, и были бы настороже.

— И какая разница?

— Большая, — говорю, — с чего вы вообще решили, что это «кабанятники»?

— А кто ж ещё? — удивляется Малой.

— Ты видел и тех и других, — продолжаю, — оружие у них похоже?

— Нет, — задумывается парень, — у тех пращи были и копья с тесаками, а у этих лук и дубинка.

— Вот, — говорю, — и те, судя по твоим словам, были воинами профессиональными. Неужели они вот так свой рудник бы без охраны бросили? Разный уровень развития, оружие, поведение. О чём это говорит?

— Это третья сторона, — раньше всех соображает Тохич.

Из этого парня определённо будет толк.

— Вот смотрите, — показываю я на карте, — «кабанятников» мы видели здесь. И это был не постоянный лагерь, а разведывательный отряд. А рудник здесь, — передвигаю палец на серьёзное расстояние более чем в половину кластера, — и он стационарный. Многое свидетельствует о том, что это другие соседи.

— А почему мы не получили сообщения? — упирается Михалыч. — Система же выдавала один раз, почему не было другого?

По характеру он прирождённый спорщик. Иногда это раздражает, но на советах очень полезно. Его возражения помогают лучше оценить собственные доводы.

— А потому что Система и не обязана об этом сообщать, — заявляю я.

— Это как? — удивляется Малой.

— А вот так. Вспомните, что тогда произнесла Система? Границы пали. Полностью. Нам лишь она соизволила донести, сколько граней вообще открыто на данный момент. Это объясняется тем, что наши соседи уже объединили свой регион, а, может, и не его один. — прихожу я к выводу. Сейчас же произошла ситуация, аналогичная нашей. На юге могла открыться стена, а наши геологи, не заметив этого, перешли в соседнюю локацию.

— Тогда у нас уже две стороны открыты для вторжения! — волнуется Малой.

И это неприятно, что ни говори. И это не все перспективы. Если Система не предупредила об открытии юга, а значит не сообщит и о других соседях.

Выходит, что если мы не хотим снова опростоволоситься с нежданными гостями, то придётся периодически посылать лазутчиков к краям региона.

Просто, чтобы держать руку на пульсе и чётко понимать наше положение.

— Может, они неопасные? — предполагает Михалыч, — вон, строительством занимаются.

— Это мы у них самих и спросим, — говорю.

— Когда? — удивляется прораб.

— Чего откладывать? — решаю, — завтра и спросим.

— А если они не ответят? — не понимает Тохич.

— Это смотря, как будем спрашивать, — усмехаюсь, — надо спросить так, чтобы ответили.

***

На вылазку я беру с собой Малого и Тохича. Естественно, иду сам, я до сих пор — сильнейшая боевая единица в Спарте. Малой старательно растёт, но пока уступает в характеристиках.

Михалыч остаётся на обороне и на хозяйстве вместе с Хрюшей и Мышью. Учитывая ударные способности магички, я надеюсь, что они продержатся до нашего возвращения, что бы ни случилось.

Трое против двоих кажется мне не слишком удачным соотношением. Поэтому я хочу взять кого-нибудь из новичков. Заодно испытать человека в боевых условиях. Когда ещё выпадет такая возможность?

Чтобы выбрать одного из четверых, я загоняю всех «рекрутов» на тест с Чёрти-что. Посмотреть, как себя покажут в поединке с нашим боевым манекеном.

Многого от них не жду, но хочу сделать вывод по поведению человека в трудных условиях.

Первым против Черти-что выходит Ботан. Парень выглядит сосредоточенным и нацеленным на победу. Выучки никакой, но настрой правильный.

Он упрямо прёт вперёд, при этом раскачиваясь из стороны в сторону, словно уворачивается от тычков или выпадов. Видно, что он старается изо всех сил, если судить по выступившим на лице каплям пота и нахмуренной физиономии.

До Чёрти-что остаётся шагов пять, когда Ботан к моему разочарованию падает на землю.

— Следующий! — командую я.

Выходит Дженни. У нас исключения для мальчиков и девочек не делаются. Характеристики равны для всех, как и обязанности по защите поселения.

Джинни держится ещё меньше Ботана. Просто падает, прикрыв глазки.

Мда, прирождённым бойцом её не назовёшь. Впрочем, все мы с чего-то начинали. Хрюша не даст соврать. Хотя после того как испытание завершается, девушка довольно ловко вскакивает на ноги, в отличие от Ботана, которого до сих пор шатает.

Кажется, у нас здесь завелась ловкачка.

Следующим к Чёрти-что подходит Патрик. Малой протягивает ему копьё, но тот не берёт оружия, упрямо скрещивая руки на груди.

— Я не буду сражаться! — возмущённо выдаёт наше «чудо». — И не возьму в руки оружие.

— О, и отчего же? — улыбаюсь ему.

— Я пацифист! — вскрикивает тот.

— Это манекен, — говорю, — не человек. Отнесись к этому как к спортивному упражнению.

— Это негуманно, — мотает он головой, — Это имитация человека, хотя и скверная.

— Слышал, как он тебя назвал? — обращаюсь я к чучелу. — Своим отношением ты проявляешь нетерпимость к нашему Черти-что. А это просто вверх наглости.

— Я-я-я... Я ничего такого не говорил! — начинает оправдываться Патрик.

— Но ведь подразумевал, не так ли? — смеюсь я на его доводы.

— Да нет же! Я — пацифист! Я не могу сражаться с кем-либо, в том числе и с манекеном. Это бессмысле... А-а-а-а! — неожиданно срывается в визге мужчина.

Пока он распинается передо мной, я подаю сигнал Малому. Тот незаметно придвигает манекен к Патрику так, чтобы тот попал в десятиметровый диапазон.

И теперь последний с оглушительным криком мечется из стороны в сторону вокруг манекена. И мне кажется, что Черти-что определённо получает удовольствие от происходящего.

Иначе как можно объяснить широкий оскал на белоснежной маске?

Забааааавный...

Ну да, оно ведь ещё и разговаривает. Я порой забываю про это.

В общем, Патрик также выбывает. По итогу первых испытаний я готов остановиться на Ботане, тот хотя бы старается.

Последним к манекену подходит Третий.

Парень, никак не выражая эмоций, вертит в своих руках копьё, беря его и так и сяк, точно пытаясь понять, с какой стороны его вообще держать.

— Он, что, не может отличить тупую сторону от острой? — усмехается Мышь, в чём её на удивление, поддерживает Хрюша, тихо хмыкнув.

После шоу, которое устроил Патрик, наши дамы тоже подтягиваются, чтобы не пропустить интересное.

— Надо подойти и ткнуть его копьём, — уточняет Третий, — я правильно понимаю?

— Да, — киваю, — если сможешь.

— В какое место?

— Куда угодно.

— Просто ткнуть?

— Да давай уже, зануда, — не выдерживает Хрюша.

Третий берёт копьё в руку небрежно, словно посох или зонтик. Никакой боевой стойки, просто делает несколько шагов вперёд.

Он никак не меняется в лице, не прыгает из стороны в сторону, не борется с неизвестной напастью.

— Вот так? — он словно сомневается, что всё делает правильно.

— Бей уже!

Чем ближе Третий подходит к чучело, тем гуще становится чёрная дымка, поднимающаяся из-под земли. Даже у меня по спине пробегает холодок.

Но тому хоть бы хны! Мужчина замирает в метре от манекена, задумчиво почесав щеку, а затем неуклюже тычет кончиком копья в туловище Черти-что.

После чего поворачивает голову в нашу сторону и как-то без огонька спрашивает.

— Я победил или как?

Он тычет копьём ещё несколько раз в пузо манекену, а потом ещё аккуратно стукает древком по обручу на голове Чёрти-что, похожему на корону, в который превратилась диадема Стайсы.

Убериииииите этого психа от меня!

Третий, кто же ты, чёрт возьми, такой?

***

Между Третим и Ботаном, я всё-таки выбираю Третьего. Пускай это очень странный тип, но и интересный. На случай неожиданностей прошу присмотреть за ним Малого.

Пока наш новичок только второго уровня, он не может нам всерьёз навредить. А вот польза в будущем от такого кадра может оказаться немалая.

Сам Третий изрядно огорчён, что привлёк к себе внимание. Всю дорогу до места, он молчит, а когда его о чём-то спрашивают, отвечает односложно.

Мы выходим утром следующего дня ещё затемно. Я хочу оказаться у рудника раньше, чем там появятся работники. Так получится заранее осмотреться на местности, и, может перехватить чужаков на подходе.

Каждый из нас несёт копья и плащи. Те очень хорошо показали себя при схватке с Мышью. Щиты я решил не брать. Планируется не битва, а захват. Там подобные громоздкие штуки не нужны.

У меня с собой меч Задрота, у Малого его кинжал, Тохич получает трофейную Биту, а Третий довольствуется медным ножом. Кажется, он не возражает.

Перед выходом предупреждаю своих бойцов. Если чужаков будет двое, попытаемся захватить их без крови. Если трое и больше, тогда схватываемся с ними по-серьёзному, не боясь жертв. «Языком» станет тот, кто выживет.

Ещё неделю назад я предпочёл бы выйти в открытую и начать переговоры. Сейчас мои взгляды на жизнь и на людей меняются радикальным образом. Мне нужно железо, нужен этот рудник, и я готов за него драться. Такая у нас получается «разведка боем».

Путь до болота проходит спокойно, а вот уже дальше возникают первые трудности.

На юге действительно я наблюдаю самое настоящее болото, с бесконечным ковром из мха, который в тех или иных местах проминается, словно батут. В нём проглядывают «окна» бурой стоячей воды, из которой поднимаются пахнущие тухлыми яйцами пузыри.

Похоже, под нами находится целое заросшее озеро. Как бы в него не провалиться. Потом ведь можно и не вытащить. Одна из причин, по которой я взял с собой копья. Можно будет протянуть друг другу в случае чего.

Однако, мои опасения оказываются напрасными. Уже имея опыт, Малой проводит нас через узкую тропку из небольших «островков» спокойствия, выводя прямо к возвышенности. Сказывается «Следопыт» второго уровня.

Следующим квестом дам задание Майору, чтобы потренировал парня, и подтянул до «левел-апа». Собственный разведчик нам совершенно необходим.

Рудник похож на самую обыкновенную дыру в земле, часть которой прикрывает ряд брёвен. Под брёвнами виден лаз в глубину.

— Там они и работают — говорит Малой.

— Полностью под землёй скрываются? — спрашивает Третий.

— Да, — Малой кивает, — а что?

— Ничего, просто, — Третий отворачивается с равнодушным видом, — просто спросил.

— Если тебе есть что сказать — говори, — предлагаю я, — поделись идеями, если таковые есть.

***

— Тормоз,— давай сегодня до обеда закончим? — нудил Колька, идя по тропинке. — Мне надо пораньше вернуться.

— Как закончим, так закончим, — основательно заявил приземистый основательный мужик.

Тормоз лучше всех на их СТО мог настраивать тормозные системы, но при этом был человеком неспешным. Поэтому, что именно послужило возникновению прозвища, никто не знал. Можно сказать, два в одном.

Колька был стажёром, даже не окончившим технарь, поэтому собственного прозвища пока не заслужил. Так и ходил, как дурак, с простым именем.

— А зачем тебе раньше заканчивать? — не выдержал Тормоз.

— Лола сегодня пообещала со мной погулять, — похвастался Колька.

— Она всем обещает, — Тормоз решил подразнить пацана.

— Правда, что ли? — тот моментально залился краской.

— По сторонам лучше гляди, — проворчал Тормоз, — а то одни бабы на уме.

— А чего тут глядеть? — отмахнулся Колька, — барсуков всех выбили, теперь жрать нечего.

Тормоз тоскливо кивнул. Со жратвой действительно намечались серьёзные проблемы. Первые дни они настолько серьёзно и решительно уничтожали всё живое, что теперь столкнулись с полным отсутствием добычи.

А всё Краб со своими идеями: «Пока мы спим, враг качается! Мочите мобов! Даёшь фарм!». Мобов убили, новых на их месте не появилось. Ещё пару дней, и придётся класть зубы на полку.

— Я кино смотрел, — опять нарушил тишину неугомонный Колька, — там у пацанов самолёт разбился, и они друг дружку жрали. По жребию.

— Твою Лолку тогда первой сожрут, — не остался в долгу Тормоз. — От неё никакой пользы, кроме вреда.

— Скорее тебя, — обиделся Колька, — в тебе мяса больше.

Подкалывая друг друга, они дошли до рудника. Железо они нашли давно. Одному из пацанов в качестве бонуса достался металлоискатель. Всегда так, кому-то жирно, а кому фуфло. То, что досталось самому Кольке, вообще стыдно сказать.

Колька вытащил из колчана лук и встал охранять. Раньше работали вдвоём, но однажды на шахтёров навалились хищные барсуки, пока оба были под землёй. Еле отбились. С тех пор копали по очереди.

Тормоз прихватил кирку и полез под землю. Он заворочался там, хрипло заругался, потом всхлипнул и затих.

Колька перепугался. Он оглянулся, но вокруг стояла полная тишина. Даже листика не шевелилось.

— Тормоз, — позвал он, — если ты прикалываешься, то это хреновая шутка.

Чёрная дыра шахты молчала. Колька стоял над ней и думал, что делать. Бежать и звать подмогу, или заглянуть внутрь? А вдруг Тормозу нужна помощь? Вдруг он прямо сейчас борется с чем-то в темноте?

Или сидит и ржёт внутри, а потом вернётся и выставит Кольку идиотом. И все будут над ним смеяться, даже Лолка.

Эта мысль показалась Кольке настолько невыносимой, что он собрал свои яйца в кулак и аккуратно заглянул в рудник.

— Тормоз? — Колька пытался проморгаться, чтобы видеть в полумраке после яркого света.

Вдруг что-то ткнуло его в спину, сбивая с ног. Сверху навалились, накрывая плотными и жёсткими шкурами. Последнее, что он увидел, была летящая в лоб бейсбольная бита.

Хлоп!

Глава 10

Вариантов у нашего плана было два, и оба предложил Третий.

Мы с ним на пару спрятались в руднике под землёй, благо чужаки прокопали там нехилую яму, размером с приличную комнату.

Малой и Тохич укрылись сверху.

Если бы случился конфуз и к руднику вышло не два человека, а пять-шесть, Малой подал бы знак. Мы атаковали бы неожидавших рудокопов из-под земли, почти наверняка положив хотя бы одного-двух.

А когда они отвлеклись на нас, Малой и Тохич ударили бы в спину. Думаю, так мы смогли бы одолеть даже превосходящего врага. Но всё прошло гладко. Чужаков было только двое.

Оставалось спеленать их в шкуры, приложить по головешке битой или тупой стороной меча, да связать.

Проще пареной репы!

Уже через пару минут мы спешно покидали рудник, закинув на плечи деревянные шесты, к которым и привязали наших двух пленников.

Короче, не стали нарушать рабочую схему и поступили с мужиками так же, как и с Мышью.

Путь по болоту и лесу прошёл спокойно и без приключений. Наши «попутчики» всё также оставались без сознания, мы крепко их приложили.

— Куда их, Лорд? — спрашивает Малой.

— Старшего тащи в избу и присматривай за ним, — командую я, — А того, что младше закидывай в погреб.

Проведём перекрёстный допрос. Даже я, знающий о подобных ситуациях только из фильмов и книг, знаю, что пленных надо держать порознь.

Вместе они начинают храбриться друг перед другом. «На миру и смерть красна». А поодиночке быстро раскалываются. Нас так училка в школе ловила с сигаретами: «твои приятели уже всё рассказали, не будь дураком…». Приём старый как мир.

— Пошли, — говорю Третьем, — Поможешь с допросом.

Он также, как обычно, равнодушно пожимает плечами.

***

Сознание возвращалось тяжело. Активно моргая и морщась, Колька ощущает, как в голове стоит тихий звон.

Это ж как его приложило, конечно! Свод обвалился, или что? Непонятно. Голова пуста, как воздушный шарик.

— Доброе утро, уважаемый, — доносится до Кольки незнакомый мужской голос.

Распахнув глаза, он различает перед собой двух мужчин в тяжёлых плащах.

— Вы кто такие, вашу мать? — вскрикивает он, пытаясь встать на ноги.

Но безуспешно. Ноги и руки, как оказывается, привязаны к деревянному стулу. Даже не пошевелиться толком!

— Это не так важно, — произносит один из них, — Важнее, кто ты такой?

— Мужики вас найдут! — говорит Колька, — Они с вами знаете, что сделают?! Да они вам глаза на жопу натянут и скажут, что так и было.

Мужик укоризненно качает головой.

— Что за вульгарность, — говорит он. — Даже представиться не можешь нормально.

Коротко стриженый, правильные черты лица и глубокие пронзительные глаза. Чем-то он создаёт вокруг себя атмосферу, подобную Крабу, начальнику на их СТО.

Но не успевает Колька и додумать свою мысль, как получает под дых от второго незнакомца. Удар у ублюдка выходит мощный, быстрый, отчего дыхание перехватывает.

— Кха! — хрипит Колька, не соображая, что тут вообще происходит.

— Итак, предлагаю начать всё сначала и познакомиться. Я, Лорд Шурик, а это мой верный подчинённый, Третий. Как зовут тебя? — обращается к нему этот... «Лорд».

— Колька меня звать, — кряхтит мужчина.

— Оригинальное прозвище, ничего не скажешь, — кивает его собеседник.

— Какое уж выдали, — цокает Колька.

— И то верно, — кивает с лёгкой улыбкой Лорд. — Так расскажи нам Коля, про тех самых «мужиков»? Очень уж хочется с ними познакомиться.

Угрюмый вид задающих вопросы, и то, с какой лёгкостью они скрутили двоих рудокопов, Кольку пугает. Он решает держаться до последнего, и ни в коем случае не привести чужаков в родное поселение.

— Я не сдам своих, — отрицательно вертит головой Колька.

— Нет так нет, — неожиданно легко соглашается Лорд, — Пойду я пока с твоим приятелем познакомлюсь.

Он поднимается с лавки и вылезает из подземелья. Колька с облегчением переводит дух. Оказывается, зря.

Третий наклоняется вперёд, так что его неподвижные мёртвые зрачки оказываются прямо напротив.

— Я тебя, сучёныш, сейчас резать на ленточки буду, — сообщает он без всяких прикрас, — Твои кореша у меня сестру увели. Без неё мне жизни нет. Я за неё тебя сейчас, как карандаш до косточек обстругаю.

— Какие кореша?! — всхлипывает Колька, — Это не мы!

— На кабанах которые верхом ездят, — сообщает псих по имени Третий, — Не юли, я знаю, что ты один из них. Я вас всех мразей под нож пущу!

— На каких кабанах?! — вопит пацан, — Нет у нас такого!

— А что есть, сука?! — шипит Третий, — Говори, да так, чтобы я тебе поверил.

Колька начинает говорить так быстро, что захлёбывается словами. Он выкладывает всё, про мужиков, про Краба-начальника. Даже про рыжеволосую ветреную Лолу зачем-то рассказывает. Когда замолкает, чувствует под собой горячее и влажное пятно. Колька обоссался.

***

Третий вылезает из подвала и открывает рот, но видит на моём лице довольную улыбку.

— Тут не бункер, — говорю, — снаружи всё отлично слышно. Особенно если у вентиляции встать.

Допрос прошёл очень даже плодотворно. Кто-нибудь может заявить, что я поступаю бесчеловечно, но ведь, а как иначе-то?

Сейчас людей не ограничивает мораль и законы двадцать первого века. Все прежние регулирующие органы, уже канули в Лету, оставив, разве что, внутренний моральный компас, да и только.

И, как я мог уже судить, даже он более не являлся чем-то определяющим.

Стайса приносила людей в жертву ради своих целей, и собиралась делать это дальше, гопники были не против изнасиловать Хрюшу, Богучаров и Малой собирались убить меня.

Мир изменился, а люди — нет. Конечно, мы всё ещё пытаемся адаптироваться к новым условиям, но, выходит, у всех это с разной скоростью.

У кого-то на это уходят считаные часы или сутки, а у некоторых целые недели, месяцы, а, может, и того больше.

Я с моими ребятами, слава всем богам и Черти-что, в частности, принадлежим к первой группе.

Да, может, я не смог привыкнуть к Системе и её условностям сиюминутно, но сейчас я могу уверенно заявить, что я принимаю этот новый мир, в котором мы теперь живём.

Он уродливый, не терпящий слабости и далеко не справедливый.

Может, Система и даёт всем шанс, но выходит так, что кому-то удаётся его ухватить, а кому-то — нет. Оттого справедливостью тут и не пахнет.

Единственное, что нам остаётся — это сражаться, как с другими людьми, так и с самими собой. Становиться лучше, умнее и предусмотрительные.

Потому, если мне зададут вопрос «Жестоко ли подвергать пыткам и допросу этих двоих», я отвечу — да. Но попади в данную ситуацию я во второй раз, я не изменю своему выбору.

Потому что они для меня — чужие. А есть — свои. Которые мне доверились, и жизнь, и интересы которых я защищаю.

Старое и доброе правило джунглей «Или ты, или тебя». Третьего не дано... Ха! А забавно звучит, нужно будет Третьему рассказать.

Тот как раз выходит из избы.

— Второго, звать Тормоз, — отчитывается он. — Говорит примерно то же самое, что и первый. Особых нестыковок не заметил.

— Замечательно, отличная работа, Третий. Хорошо у тебя вышло. Уже делал нечто подобное? — невзначай задаю ему вопрос.

— Было дело, — уклончиво отвечает мужчина.

Ха, как любопытно. Соврать, вроде не соврал, но и чёткого ответа не дал.

Недолго думая, я всё же поворачиваюсь к мужчине и вглядываюсь в его лицо.

Он стоит так же монотонно и равнодушно, как и всегда, разве что чуть наклонив голову в сторону, будто задавая немой вопрос «Что-то не так?».

Секунды текут неспешно, даже слишком.

Аккуратно, но заметно положив ладонь на рукоять меча, висящего у меня на поясе, я обращаюсь к собеседнику.

— Кто же ты такой, Третий?

— Твой раб, Лорд Шурик, разве нет?

— Я не это спросил, — качаю головой.

— Какой ответ ты хочешь услышать? — он вскидывает брови.

Это первое проявление хоть каких-то эмоций с его стороны!

— Честный.

— А ты не убьёшь?

— А должен? — удивляюсь я.

— Прежний человек, которому я всё рассказал, меня убил, — сообщает Третий.

Что же там за секрет такой? Глубоко вздохнув, я принимаю решение.

— Чтобы ты мне не сказал, я не стану спешить с выводами. Пока ты не нанесёшь вреда Спарте и её жителям, я не стану вредить тебе.

Мужчина кивает, неспешно прикрывая веки.

— Я — военный. Диверсант. Убийца. Подрывник, — говорит он, глядя мимо меня. — Не спрашивай, где служил. Ты таких мест всё равно не знаешь, а я говорить не имею права. Знаю, ты скажешь, что старые присяги тут ничего не стоят, но я уж так привык.

— И за что тут убивать? — удивляюсь я.

— Боятся, наверное, — пожимает он плечами, — меня всю жизнь боятся, начиная с детдома. Сам видишь, что я далеко не «душа компании». Гражданские считают монстром и «бесчувственным ублюдком». Да, я кроме армейки другой жизни и не знаю. Но и не нужна она мне была, эта «гражданка», если так рассуждать, но сам видишь, как обернулось.

— А с эмоциями что? — спрашиваю. — Это из-за службы?

— Нет, с детства, — отвечает Третий, — Мои родители в дипмиссии работали где-то на «чёрном континенте», когда там переворот случился. Когда наш спецназ потом посольство штурмом взяли, только меня живым и нашли. В вентиляцию забился. Мелкий был, щуплый. Может, и из-за этого, просто я не помню толком ничего.

Детский дом, я так понимаю, у парня тоже «профильный» был. И мотивации достаточно, чтобы потом служить пойти.

И всё же прав он. Не каждый день имеешь удовольствие встретиться лицом к лицу с полноценным социопатом, которому вообще непонятны такие понятия, как сострадание, жалость и сочувствие.

Так будто мало этого — Третий ещё и профессиональный убийца-подрывник, которого, возможно, с детского дома натаскивали на подобную судьбу.

Такое чувство, что возле тебя не худой и незаметный парень, а смертельно ядовитая змея или граната без чеки. Первая мысль, уничтожить или избавиться, как можно скорее. Пока он не уничтожит тебя. Просто потому, что само существование Третьего не укладывается в привычную картину мира.

Мои мысли нарушает вопрос мужчины.

— Так что, убьёшь?

— А должен? — во второй раз повторяю свой вопрос.

— Без понятия. Ты — мой нынешний командир, — говорит он, — Могу даже исполнить задачу и сам себя исполню. Приказ есть приказ.

Чем-то он напоминает мне сейчас самурая. Принёс присягу и следует ей. И теперь его командиром стал я. И до сих пор он меня ни разу не подвёл, а, наоборот, явно или нет, но оказывает поддержку по мере своих сил.

Нет цели — есть только путь. Приказ господина — священен. Нет ничего почётней службы господину.

И этим «господином» для него стал я. От таких подарков судьбы не отказываются.

— Третий, скажи честно. Ты нанесёшь вред Спарте и людям, что вокруг тебя?

— А ты дашь такой приказ?

— Ни за что.

— Тогда и делать я ничего не стану, — кивает Третий, — Дашь отмашку — и я здесь всё сожгу и уничтожу. Прикажешь защищать — жизнь положу. Только отдай приказ.

— В таком случае слушай мой первый приказ, — Третий аж вытягивается по струнке, подобно срочнику перед сержантом, — Отныне Спарта и все её жители — твой дом. Оберегай его всеми силами. Защити ее жителей. Прими Спарту как новый дом. И не смей тратить свою жизнь понапрасну. Это будет неважной растратой ресурсов.

— Будет исполнено!

— Хорошо, а пока передай Малому и Тохичу, чтобы отнесли этого «Тормоза» к своему коллеге на склад, — приказываю собеседнику. — Потом позови Михалыча и Хрюшу в избу. Советоваться будем. И сам приходи, очень уж у тебя знания… специфические.

— Слушаюсь, — уже спокойнее кивает он и немедленно отправляется исполнять поручение.

Вот так я и обзавёлся ординарцем для поручений. А кем ещё? В этом мне и предстоит разобраться.

***

Итак, что же мы имеем после перекрёстного опроса двух наших пленных

История южного региона таит в себе свои взлёты и падения. Начать следует с того, что их число также находится на отметке в тринадцать человек.

А самое интересное, что все очутившиеся у их стелы знали друг друга. То есть, по большей части, а не все поголовно.

В соседний сектор занесло две конкурирующие фирмы, расположенные буквально через дорогу.

Автомастерскую «Пит-стоп» и СТО «Газелькин».

Небольшие фирмы, которые не один год ведут меж собой «торговую войну». В нее входят и язвительные лозунги на рекламных билбордах, и «науськивание» клиентов, мол, туда не ходите, там вам сделают пакость, а не ремонт. И ещё многое-многое другое.

Именно два данных коллектива и очутились в одном регионе, что, моментально раскололо «попаданцев» на два непримиримых лагеря.

У «Пит-стопа» на смене в злополучный день находилось три сотрудника и начальник, итого — четверо, а у «Газелькина» — на одного сотрудника больше.

Итого, девять работяг, да ещё четыре девушки, в придачу

Ведь, как оказалось, перед самым концом света у четверых подружек-мажорок сломался жёлтый «Хаммер» и те заехали на «Пит-стоп», подлататься на скорую руку.

Можно было предположить, что автомеханики соберут мощную группу, забыв о вражде, и, опираясь на общность интересов, пойдут под ручки в светлое будущее...

Ага, сщас!

Всё прошло с точностью, до наоборот!

Прямо как в каком-то анекдоте! Мужчины разделились на две фракции, всё ещё презирая своих «конкурентов» и не желая с теми даже разговаривать, а девушки...

А вертихвостки нашли в подобном расколе собственную выгоду, регулярно бегая от группы к группе и обратно.

Ведь действительно, что им? Мужиков много, они и еду добудут и от опасности защитят. А если попытаются к работе пристроить, так всегда можно сбежать к соседям.

Никто ведь держать насильно не станет — все ж друг друга знают и не поймут! Девушки оказались из тех, что мужские мозги вертят на раз. Не зря, видать, Хаммер себе намутили.

Рабства у соседей не было. Бывшие боссы приняли своих сотрудников в «родичи», а девушки замуж или в рабство тем более не спешили.

Эта странная общественная конструкция оказалась на удивление устойчивой.

До недавнего времени эти два островка спокойствия и жили себе тихо, мирно, развивая технологии и надеясь при помощи Системы снова собрать автомобиль, или на что они там надеялись?

Оградили два поселения плетнём, поставили какие-никакие лачуги, даже сумели организовать общую кузницу, поскольку для работы в ней требовалось неприлично много древесины и многое-прочее.

Впервые, два поселения согласились работать сообща, хоть и по очереди, не лезя друг к другу. Поэтому и рудник, который они организовали на самом севере региона, разрабатывали посменно. Отправлялись группами то от «Пит-стопа» то от «Газелькина».

Пожалуй, эти ребята ещё б долго находились под куполом Системы, если бы не начали заканчиваться припасы.

С едой в южном регионе было туго. Большая часть территории — это болото и холмы. Также имелась речка, в которую разливался наш ручей. На секторе автослесарей она разделялась на два притока.

С рыбалкой у них не задалось, рыба то ли не ловилась, то ли её почти и не имелось в реке. Ни Колька, ни Тормоз этого не знали. Рыбаков среди них не имелось.

С добычей ягод, грибов и прочего также было туго. Холмы просто-напросто оказались скупы на подобное удовольствие. Разве что, можно было часто найти те или иные лекарственные травы, но их же в приём пищи так просто не будешь принимать.

Мало того, что горечь несусветная, так и вообще любой аппетит убивает напрочь.

Единственной адекватной едой стали барсуки, которые, как я понял, стали аналогом наших тушканчиков. Дерзкие, наглые, могли совершить ночной подкоп и погрызть всё, что не приколочено.

Вот их истреблением соседи занялись со всем усердием, сумев даже создать луки.

Когда я задавал вопрос — как им это удалось, парочка синхронно заявила, что всё благодаря Крабу, их боссу.

У мужика в качестве бонуса выдали рубанок, который позволял тому творить едва ли не чудеса с древесиной.

И лук соорудить, и тачку изготовить на колёсах, и дофига ещё чего. Сюрреалистично, но это, пожалуй, в духе Системы.

Короче, эти ребятки постреляли всех барсуков, а начать разводить тех не додумались. А теперь их запас еды стремительно подходил к своему дну.

Первыми ситуацию смекнули девушки. Они выбрали «синицу в руках». Одна стала женой Краба, вторая одного из его родичей, третья сыграла свадьбу с боссом конкурентов.

И только самая легкомысленная из всех, Лола, никак не решалась, к кому примкнуть. Словно стрекоза из басни о муравье, честное слово.

Таким образом, численность в одном лагере достигла семи человек, что позволило открыть границы региона.

Уже завтра те надеялись отправить разведчиков во все стороны, чтобы посмотреть, что им открылось и смогут ли они найти хоть что-то.

Но тут случились мы.

Надо же было так подгадать момент! Пошли я Тохича и Малого на день раньше — и упёрлись бы они в невидимую стену. А на день позже — так имели все шансы нарваться на целую группу голодных мужиков с луками.

А так, наши разведчики зашли в соседний сектор, даже не зная об этом. И нашли чужой рудник. Хотя назвать «чужим» его уже язык не поворачивается.

— Забирать его надо, — хмыкает Михалыч, — Железо нам необходимо.

Не ожидал от него такой воинственности. Обычно наш прораб осторожничает. А тут глаза горят, усы топорщатся.

На военный совет я позвал только своих «заместителей», ну и Третьего, как военного специалиста. Не хочу, чтобы информация о соседях расползалась слишком быстро, а знают двое — знает и свинья.

— А если не отдадут? — спрашиваю у прораба.

— Да кто их спросит?! — поддерживает его Хрюша, — Если эти двое не врут, и они там до сих пор порознь живут, то мы спокойно можем их к ногтю прижать! Пусть только попробуют вякнуть!

— Выговорились, вояки? — спрашиваю. — А про всадников вы уже забыли? И про то, что рудник хрен знает где находится, и чтобы его охранять, надо будет там целую крепость ставить. Уже не говоря о том, что потери в войне неизбежны, а у нас сейчас каждый человек на счету. У них и луки, и оружие железное, и преимущество от обороны будет в наличии, а у нас не забыли?! Мышь, мой меч да рогатка из трусов!

— И кувалда, — подсказывает Михалыч, но, видя мой взгляд, осекается.

Меж тем мои слова вызывают изумлённые взгляды у подчинённых. С такой точки зрения они на события не смотрели.

— Так ведь железо всё равно нужно, — говорит Хрюша.

— Конечно, — киваю я, — поэтому я предлагаю следующее...

Глава 11

— Мы не станем воевать с южанами, — заявляю я.

— Тогда что? — задаёт логичный вопрос Михалыч.

— Мы откроем с ними торговлю! — ударяю кулаком по собственной ладони, — Зачем тратить ресурсы на противостояние с ними, когда нам уже угрожает противник на востоке? Разработка рудника дорого нам обойдётся, как в людских ресурсах, так и по времени.

— Я не поняла? —— недоумённо хлопает глазками Хрюша. — Мы просто так сдадимся?

— Скажи, — спрашиваю нашего завхоза, — что по-твоему легче? Посадить ещё пару десятков кустов картофеля, чтобы выращивать его под защитой стен и рядом с домом, или долбить руду в соседнем регионе?

— Первое, конечно, — фыркает Хрюша. — Но какая в этом связь?

— Простая, — догадывается Михалыч. — Мы просто отдадим рудник нашим соседям.

Формулировка немного неточная. Рудник изначально принадлежит соседям, более того, они до сих пор считают его своим. Но хозяйственный мужчина уже успел включить месторождение железа в состав нашего имущества.

— Скорее победим без единого выстрела и удара копьём, — продолжаю свою мысль. — Наши пленники уже разболтали нам о главной слабости южан. У них ужасающе мало еды. И никому из игроков среди них не повезло появиться с каким-то легендарным плодом. А если и повезло, то они этот шанс профукали.

Михалыч довольно приглаживает усы, уже видя перед собой золотые горы, которые мы можем выудить из соседей.

— Так, вы хотите передать рудник на аутсорс! — тут осеняет девушку.

— Можно сказать и так. Пусть они сами добывают для нас руду, когда как с нас потребуется всего-то продать им немного еды взамен, — усмехаюсь, в чём меня поддерживает Михалыч и Хрюша. — Имея столь мощный рычаг давления на их поселения, мы практически ничем не рискуем. Южане понятия не имеют, что вырастить несколько килограммов картофеля для нас дело одного-двух дней.

— И ни в коем случае не должны узнать! — спохватывается Хрюша, — башку оторву, если кто-то проболтается!

— Тогда нам нужно будет замять наше «нападение», — предлагает мужчина, — Иначе ни о какой торговле и говорить не стоит.

— К тому же стоит подумать, на чём ещё мы можем заработать! Картошка — это, конечно, хорошо, но, возможно, мы еще как-то иначе сумеем привязать южан к нам, — неожиданно в Хрюше также просыпается торговая жилка.

Чему я, естественно, рад.

— Этим вы вдвоём и займётесь. Определите список товаров, который мы можем предоставить южанам, — отдаю распоряжение. — Только смотрите, без фанатизма. Сами мы тоже голодать не должны.

— Но главное, выторговать как можно больше железа? — уточняет прораб.

— Да, можно даже в запас, — говорю, — это стратегическое сырьё, и его ценность только будет расти. Кстати, как идет строительство кузницы?

— Как раз сегодня закончили. — докладывает он. — Тохич и Малой с утра сделали печь из глины. Можно будет делать первую плавку.

— Без меня не начинайте, — предупреждаю, — это событие эпохальное. Хочу своими глазами оценить результаты.

***

Проходя по Спарте, замечаю Мышь, за которой хвостиком тащатся Тормоз и Колька. Тем уже дали ополоснуться в озере, а теперь для них проводят экскурсию. Чуть в стороне от них скучая прогуливается Третий. Оба «гостя города» старательно пытаются не смотреть в его сторону.

— А вот здесь вы можете наблюдать изгородь из плетня. Именно она стала первой преградой на пути ужасающего табуна огромных кабанов. Она и десятки волчьих ям, — магичка говорит ровным, хорошо поставленным голосом. — Чтобы вы могли судить о габаритах данной животинки, посмотрите, какая их часть ушла на наши защитные плащи. Не больше половины на каждый! А теперь можете представить себе их полноценный размер?

Мышь описывает дальнейший бой в красках и деталях. Да так, что даже я останавливаюсь послушать.

Немного приукрашивает, конечно, но плюс-минус достоверно. Зато как описывает-то! Самое любопытное, что её-то в это время в Спарте даже не было! Более того, её в эти самые шкуры даже ловили! Чудеса.

Покачав головой, я мысленно отдаю должное женщине. И вправду учительский опыт даёт о себе знать. Вон даже наши гости, впечатлившись, раскрывают рты.

Конечно, я дал задание Мыши провести агитацию и пропаганду, а также показать Спарту с наиболее выгодной стороны. Но она превзошла мои самые смелые ожидания.

А ведь Мышь — единственная из «свободных», кто так и не нашёл себе постоянного занятия.

Стройку курирует Михалыч, за хозяйством следит Хрюша. Малой не вылазит из разведки, упорно качаясь в силовика.

А Мышь, оставаясь нашей мощнейшей боевой единицей и пройдя «трудовое воспитание», теперь по большей части бездельничает. Война-то у нас, к счастью, не каждый день случается.

Что нужно для её развития, как мага, я до сих пор толком не знаю. Мышь утверждает, что медитации. Но выглядит это как простое сидение на полянках и любование облачками. Она даже храпит иногда. Не знаю, нормально ли это для медитации.

А что, если поручить Мыши как раз пропаганду? Звучит смешно, но ведь не будем же мы все встречные народы завоёвывать, убивать и превращать в рабов. Нам будут нужны специалисты, нужны лояльные жители, которые будут считать Спарту своим домом.

Не зря же в индексы поселения внесена «культура». Что, если это и есть привлекательность посёлка или города для новых жителей? Индекс того, что здесь захотят жить?

Именно показатель культуры у нас проседает больше всего. А кто, как не учителя заботятся о культурном вопросе. Для детей они наставники, первые навигаторы, что помогают им определиться с собственным будущим.

А мы сейчас здесь все — как дети. Жизненного опыта у нас — ноль. Всему вынуждены учиться на лету.

Более того, Мышь могла бы сыграть свою роль в адаптации новичков в Спарте. Не раз и не два я замечал, как та же Дженни или Ботан подходили к ней за советом.

А даже если Мышь и не знала ответа, то она всегда находила способ, чтобы направить ребят в нужную сторону, послав их к нужному человеку, или же подсказав направление в котором следует копать.

Может, оттого Дженни стала чаще отираться рядом с Хрюшей. Кажется, она выражала желание научиться швейному мастерству.

Хм, всё же, как решу вопрос с южными соседями, обязательно переговорю с Мышью.

Лагерь для тестирования и подготовки новичков. Место, где можно было бы получить базовые профессии, а потом системно их прокачивать. А заодно определиться с выбором будущей специальности. Такая вот профориентация.

А оттуда распределение в ремесленный отдел к Михалычу или в хозяйственный к Хрюше.

Эх, мечты-мечты, но идея интересная...

Пожалуй, обдумаю, как подать её в более подходящем ключе и как привлечь к ней Мышь, чтобы она имела возможность раскрыть свои навыки в полной мере.

***

Размышляя о том, чем мы можем торговать с южанами, я невольно подхожу к нашей плантации. Основную её часть составляют грядки с картофаном. Чуть поодаль зеленеет всё увеличивающийся яблоневый сад.

Но если картошку я готов отправить на продажу, то все «уникальные» яблоки отправляются снова в землю. Продать можно лишь «мусорные» плоды, без баффов. Хотя, если у соседей царит голод, они и этому обрадуются.

Никакие попытки переселить на плантацию другие культурные растения не увенчались успехом. Дикий лук, черемша, горчица, а также лекарственные ромашка и подорожник прекрасно росли в долине.

Но перемещённые на новое место, буквально в нескольких местах от исходного они моментально высыхали. Некоторые растения за сутки, другие за пару часов. Но пересадить не удалось ничего.

Вот и сейчас я вижу Ботана, который разглядывает куст малины. Огромный малинник располагается прямо у края леса и время от времени мы делаем вылазки, чтобы собрать ягоды. Этот куст явно пересажен оттуда.

Ботан полностью оправдывает своё прозвище. Помимо массы теоретических знаний обо всём на свете, он обожает возиться с растениями.

Сейчас я подхожу к Ботану, который глядит в одну точку перед собой, задумчиво скрестив руки.

— О чём задумался? — хлопнув того по плечу, я возвращаю парня во внешний мир.

— А? А, Лорд Шурик, да просто размышлял о нашем земледелии, — поправляет очки на переносице парень.

— Надумал что-то? — спрашиваю я.

— Скорее, обнаружил нечто любопытное, — кивает он, — Пока вас не было в Спарте, я отпросился у Хрюши, чтобы собрать малину, о которой она пару раз упоминала.

— Неужто решил разнообразить свой рацион? — усмехаюсь в ответ.

— Да нет. Нынешний ассортимент меня вполне устраивает. Меня больше интересовал вопрос, почему в нашем поселении кроме картофеля и яблок ничего толком и не растёт, — произносит мужчина.

— Продолжай.

— Так вот. Я попробовал выкопать несколько кустов с малиной, а после пересадить их ближе к поселению. Неудачно, стоит отметить. Тогда я попросил у Михалыча мешок с удобрениями для роста приживаемости, рассказав о моём исследовании, — вздыхает Ботан.

— И каков итог?

— Аналогичный предыдущему. Ничто не прижилось. Даже когда я попросил помочь товарища Богучарова, у которого уровень Земледельца выше моего, ничего не поменялось. Словно что-то сводит на ноль всю привычную работу, — задумчиво чешет подбородок мужчина.

— Мы пришли к схожему мнению, когда сажали яблочный сад, — рассказываю я. — Мы сошлись на том, что чем выше ранг растения, тем ему проще прижиться.

— А значит, верно и обратное, — приходит к выводу Ботан, — Интересно. Выходит, чтобы снова выращивать простые культуры, как на Земле, нам понадобятся высокоуровневые Земледельцы?

— Полагаю, что так, — киваю на его слова.

— Очень занятная теория. Ведь если она окажется правдой, то наш картофель становится ещё более ценным в глазах окружающих, — говорит он.

— В каком смысле? — я догадываюсь, к чем он ведёт.

Сам сегодня пришёл к подобным выводам. Вроде и приятно, что кто-то другой совпал со мной во мнении. И, черт возьми, сложившаяся ситуация может быть очень опасной.

— К тому, что любой кластер вполне может стать нашим смертельным врагом, стоит его обитателям узнать про секрет нашего выживания, — подтверждает Ботан. — Ягод в лесу на всех не хватит. Когда животы начнут касаться спины, то уже никто не будет думать о шансах на победу или поражение. Только о еде.

У меня в голове предстают орды голодных зомби, которые бормочут «картофаааааан», кидаясь на нашу ограду и заползая по ней, словно муравьи. Я помню, какой была Хрюша, когда попыталась заколоть меня обычной палкой.

В мире, где Система, едва ли не зарубила на корню земледелие, рано или поздно встанет вопрос — а как вообще прокормить всю эту ораву людей?

Ведь даже после смерти ты просто-напросто окажешься в ином регионе. И что тогда? Те, у кого есть постоянный источник провизии, возвысятся над теми, кто его лишён.

Ведь прокачка прокачкой, а кушать хочется всегда!

Часть регионов пойдёт под соседа, что сможет обеспечить его провизией, но верно и то, что некоторые попытаются отжать столь драгоценный ресурс!

А значит, у такого кластера будет только один выход — выстоять под страшным напором, переждать бурю и подняться над пеплом проигравших.

И даже Спарты ничем не отличается от данного сценария. Слей информацию о легендарном картофане, и я уверен, что наездники, что южане припрут всем скопом к нам — отбирать добро.

Ботан верно подметил. Картофель — наш важнейший ресурс, а также секрет, который мы должны охранять всеми силами.

Полагаю, нужно будет ещё раз поднять данный вопрос на повестке в том числе. Не раскрывать информацию о картофеле и скорости его роста, не позволять никому извне Спарты заполучить картофель, годный для посадки.

Я не желаю повторять судьбу оригинальных спартанцев, что стояли против армады персов для защиты своего дома.

И не хочу потерять всё из-за столь глупой ошибки.

— Занятные выводы, — хлопаю по спине Ботана, Если будут ещё интересные мысли, Ботан — обращайся. Я обязательно выслушаю.

Мужчина скромно улыбается.

— Приятно найти понимающего собеседника, — тихо говорит он, вызывая у меня улыбку.

— В таком случае, — говорю, — не хочешь к нам присоединиться? Твоим мозгам точно найдётся пища. Может, что-то умного присоветуешь.

***

Печка своим видом не впечатляет. Кособокая конструкция из глины высотой где-то в полметра. Форма — словно ребёнок лепил куличики, переворачивая ведёрко. Таков первый горн.

Внутри слоями набиты пережжённый древесный уголь и руда. Снизу бушует пламя. Тохич говорит, что лучше раздувать его мехами, но мехов у нас нет. Точнее, есть, но в самой кузнице. А снять и перетащить его на другое место нельзя. Дурацкие ограничения Системы.

Наверное, следующая, более прогрессивная модель печи будет с мехами. Прогресс, мать его.

Меня зовут, когда из лотка в нижней части печи начинает течь раскалённый ручеёк.

— Железо?! — смотрю заворожённо.

— Шлак, — поясняет Тохич, — мусор и примеси. Железо будет внутри.

Когда струйка шлака иссякает, Тохич лупит кувалдой по стенке печи! Конструкция проламывается, но он, ничуть не расстроившись, лезет внутрь кузнечными щипцами внутрь горна.

Вытаскивает уродливый камень с бурыми, неостывшими прожилками.

— Крица, — голосом закадрового комментатора из научно-популярного фильма сообщает Ботан, — Вот оно, железо.

— И что нам с ним делать? — с подозрением смотрю на эту хрень.

— Ковать, — вздыхает Тохич.

Звенит удары кувалды о металл. Звон раздаётся по всему помещению, эхом разносясь по стенам.

Лёгкий полумрак на мгновение озаряется от каждого столкновения.

Накалённый докрасна металл оживает под каждым новым ударом, освещая кузницу ярко-рыжим всплеском.

А в следующую секунду металл опускается в чан с водой, оглушая помещение шипением вскипевшей жидкости.

— И как итог? — раздаётся мой голос.

Тохич берёт в руки железную полосу, которую ковал перед этим, и без особого усилия сгибает в руках.

— Хреново, — вздыхает Ботан.

Третий устало выдыхает, но никак не комментирует слова мужчины.

Ага, попробовали четыре мужика тут же с разбега сделать самый настоящий меч, насмотревшись фильмов и начитавшись книг.

— А чего вы хотели? — ворчит Тохич, — двуручный фаламбер или булатную шашку? Я предупреждал, железо — оно такое.

Кажется, он единственный, кто доволен результатом.

— Укрепить его как-то можно? — спрашиваю.

— Ковать, — сообщает наш кузнец, — много раз перековывать. В прямом смысле слова выбивать примеси из него. Тогда оно станет прочнее.

Мои мечты о закованных в броню воинах разбиваются о суровую реальность. Система, ну можно как-то попроще? Почему нельзя закинуть в печку руду, а вытащить сразу меч? Так во всех играх бывает. Я лично видел!

— Мне Сталевара дали и Кузнеца, — сообщает Тохич, — думаю, если их качать, то качество изделий будет повышаться. Но, сам понимаешь, это не сразу.

— Температуры в этой примитивной печи недостаточно, чтобы полностью очистить руду от примесей, — вздыхает Ботан. — И чтобы насытить углеродом от угля. Тогда бы мы могли получить сталь.

— Это единственная проблема? — интересуюсь я.

— Основная, — подтверждает Тохич. — Но я поглядел оружие этих двоих. Лучше, но ненамного. Это наш нынешний уровень развития.

— Едва ли из такого железа получится что-то дельное, — нудит Ботан. — Вот доменный процесс…

— До которого нам, как до луны! — вскипает Тохич, — Нам инструменты нужны, доспехи нужны. Это металл, а улучшить его — дело времени.

— И сколько времени надо, чтобы довести до ума вот такую полоску, как у тебя в руках? — уточняю я.

— Часов пять-шесть, — прикидывает Тохич.

В руках у Тохича металла на один короткий меч, два ножа, пару мотыг, одну пластину доспеха вроде «лорики сегментаты». Даже если мы поставим две или три такие печки и будем лить металл непрерывно, то чтобы вооружить воинов и обеспечить всем необходимым хозяйство, нам понадобится несколько недель.

Да и результат может оказаться сомнительным, Тохич не зря предупреждает.

— Дело только в температуре? — уточняю.

— В основном да, — кивает наш сталевар.

— А что будет, если её увеличить? — прикидываю в голове одну идею, — результат изменится?

— Если температура будет выше, то железо насытится углеродом, — говорит Тохич, — это будет уже сталь. Дамаск, булат… её называли по-разному.

Я тоже помню эти названия. Такая сталь в средневековье ценилась дороже золота.

— У нас есть что загрузить в печь? — спрашиваю. — Руда осталась?

— Немного, — кивает Ботан, — но можно и этот металл переплавить ещё раз, хуже не будет. Вы что-то задумали, Лорд? Но что?! При нынешнем уровне технологических ограничений?

— Загружайте, — говорю, — все ограничения у нас в голове. Хотите огня? Будет вам огонь!

Глава 12

Итак, стенка у печи заделана а сама печь вновь загружена. Всей рудой, что осталась от первой плавки, и ещё железной заготовкой, которую я забраковал. Всё это перемешано с древесным углём.

— И что от меня требуется? — важно уточняет Мышь.

Я смотрю на Тохича и Ботана, и те дружно начинают раздавать ЦУ женщине, едва ли не перебивая друг друга.

Та хмурит брови, пытаясь разобрать терминологический бред, что несёт эта парочка.

Я глубоко вздыхаю, кажется, парни слишком увлеклись, совершенно позабыв, что не каждый разумный в их окружении хоть как-то смыслит в варке металлов и кузнечном деле.

— Ты ведь не только файерболы умеешь бросать, но и направлять поток огня? — уточняю. — Навроде огнемёта?

— Могу, — говорит Мышь, — только это слабое заклинание, энергии расходует много, а расстояние действия маленькое.

— А в печи пламя разжечь сможешь? Надо поддерживать равномерную температуру как можно дольше. В противном случае вся работа будет впустую и итог окажется куда хуже наших ожиданий.

— Так бы сразу и сказали, — задирает она подбородок, недовольно глянув в сторону застывшей двоицы.

Те смущённо переглядываются и чешут затылки.

Между тем огонь разгорается, всё сильнее нагревая лежащий внутри уголь. Тохич прикрывает глаза и подносит ладонь ближе к горну.

сыродутный горн

Наверняка профессия «Сталевар» позволяет чувствовать процессы, происходящие внутри печи.

— Сейчас! — резко выдыхает мужчина, и Мышь моментально выставляет руки перед собой.

Из ладоней срывается яростное пламя, которое, словно втягивается внутрь печи. Глина, из которой она сложена, раскаляется. Боюсь, что она не выдержит, но системная конструкция оказывается прочной.

Дым сверху над конусом горна становится прозрачнее. Такое чувство, что волна жара искажает воздух, стремительно идя вверх.

Температура возле горна начинает стремительно расти. Сначала один градус, затем второй, третий, уже через какое-то время кажется, будто ты сидишь в сауне с отметкой термометра под сотню.

Тохич будто утратил связь с реальностью, окончательно уйдя с головой в процесс. Он стоит так близко, что мне становится страшно. Вдруг от жара сейчас вспыхнут волосы у него на голове.

Время течёт размеренно, гул выдаваемой магичкой мощи не замедляется ни на мгновение. И это, не проходит без последствий.

Мышь начинает дышать всё чаще, по лбу и вискам стекают крупные капли пота, цвет её лица стремительно бледнеет.

Магическое истощение.

Я, естественно, расспрашивал её о магии, и о том, как выглядит её применение. Помимо шкалы «усталости», которая есть у всех, у Мыши появился показатель «маны». Но её отсутствие не означает только невозможность колдовать.

Чем меньше маны остаётся в её теле, тем слабее она себя ощущает. Фактически данный процесс аналогичен обычной Выносливости и энергии, которую мы расходуем ежедневно.

Вот только если простой человек расходует физическую составляющую, то маг растрачивает ментальную.

Пока ещё Мышь держится, но надолго ли её хватит?

— Шлак пошёл, — констатирует Ботан.

Я тоже вижу светящийся от жара ручеёк, стекающий по лотку снизу печки.

— Как быстро! — восклицает Тохич, следя за процессом, почти что не моргая. — Замечательно! Ещё немного!

— Я уже близка к пределу, — Мышь от напряжения прикусывает нижнюю губу.

— Нужно продержаться ещё чуть-чуть, — волнуется Тохич

— Я больше не могу, — говорит Мышь, губа уже прокушена, по подбородку стекает струйка крови.

— Остановимся сейчас, и всё будет насмарку! — возмущается парень.

И его можно понять. Нервы на пределе.

Но видно, что магичка держится из последних сил. Если она вырубится, всё будет напрасно.

Как пополнить запас? А как она пополняла его раньше?

— Ботан, — командую, — дуй на склад и тащи пару яблок. Только «уникальные».

— Ты же говорил, всё посадили?! — шипит Мышь, — что их нет.

— Их и так нет, — говорю, — считай это магией.

— Ещё чуть-чуть… — раздаётся нетерпеливое бормотание Тохича.

— Я ему сейчас лицо обглодаю, — сообщает Мышь в ответ на причитания нашего сталевара.

Как раз вовремя прибегает Ботан, всучив мне яблоко. Я моментально передаю его женщине, точнее, подношу ей прямо ко рту. Та не медля и секунды, определив, что перед ней, начинает грызть.

И моментально это моментально эффект!

Пламя, рвущееся их ладоней уже каким-то прерывистым потоком, восстанавливает свой ход.

Лицо Мыши также слегка розовеет, приобретая более естественный оттенок.

— Давай! Сейчас! Жги на полную! — слышу я голос Тохича.

— Придушу гада!

Бах!

Возле Тохича появляется коробка, похоже, серебряная. Он сосредоточенно отпихивает её в сторону. Вижу, что у меня тоже скачком прибывает опыта. Видимо, кто-то рядом поднял профессию или выполнил серьёзную миссию. Или то и другое сразу.

— Всё! Стоп! Достаточно! — кричит Тохич.

Мыши второй раз говорить не нужно. Она моментально оседает рядом со мной, склонив голову мне на плечо.

— Выпорю мерзавца, — только произносит напоследок магесса, — после чего засыпает.

— В чём дело? — спрашиваю я парня, который мечется из одного угла кузницы в другой.

— Ты разве не видишь? Цвет шлака изменился, — воодушевлённо гогочет Тохич.

— Нет, ничего не вижу, всё то же самое. Что это значит вообще? — аккуратно положив женщину на лавку в углу кузницы, где стояло не такое пекло, интересуюсь я.

Ведь хоть на историческом и учился, но вот до ковки и древней металлургии мои руки как-то не доходили.

Я больше по всеобщей истории

Этапы становления общества там, цивилизации, и многое-многое другое.

Стоявший возле Ботан с видом знатока заявляет.

— Предполагаю, что этот недокузнец имеет ввиду то, что вместе со шлаками стал плавиться сам металл, — поправляет он слетевшие очки во время беготни. — Но такое возможно только при доменном или мартеновском процессе.

— Как ты вообще мог такое заметить? — спрашиваю у Тохича.

— Мне дали второй уровень Сталевара, — взволнованно вздыхает Тохич.

Даже так? За одну плавку? Или мне кажется, или или так не должно быть?

Залезаю в интерфейс, а через него в характеристики Тохича.

Вы достигли небывалого прогресса в выплавке металлов!

«Сталевар» достиг 2-го уровня!

Имя: Сталевар (2)

Описание: Да сказал древний человек, впервые выковав меч из металла — «Whore magic...»

— позволяет видеть процессы плавки, невидимые простому глазу

— повышает скорость обработки металлов на 5%

Процесс плавки к тому времени уже останавливается. От углей не осталось почти что ничего. Даже пепла. Мышь и его сумела свести на атомы.

Тохич хватает кувалду своего некогда товарища и вновь проламывает печь. Второй раз процесс меня уже не удивляет. Хотя, варварство, конечно. Но в такую эпоху живём.

Наш сталевар лезет клещами внутрь печи и достаёт оттуда что-то настолько бережно, словно это гигантский бриллиант.

В отличие от прошлого раза, когда слиток был тёмно-серый и уродливый, на этот раз он почти гладкий, светло-серый, с тёмными завитками, как в волнах.

Система добродушно подсказывает:

Имя: Системный булат

Описание: Легальное читерство породило одну из лучших сталей в древнем мире. Гордись и пади ниц перед технологиями, кусок мяса!

— Мы сварили булат, охренеть! — заявляет Тохич.

Я озадаченно киваю.

— Не может быть, — спорит Ботан, — Булат нельзя сварить, все знают, что его получали в кузнице, проковывая сендвич из мягких и жёстких сталей. И так множество раз, пока металл не станет однородным.

— С чего ты взял? — спрашиваю я у мужчины.

— Так, учёные говорят, — пожимает он плечами.

— Значит, твои учёные брешут, — смеётся Тохич.

Теперь у нас не просто есть железо. Это сталь, которая сможет обеспечить нам технологический прорыв. Теперь я понимаю, что без железа мы вернуться просто не имеем права. И если мне его не продадут, тогда я… Тогда я просто всех убью. И я до конца не уверен, шутка это или нет.

— Что из него ковать будем, Лорд? — отвлекает меня радостный Тохич.

— А что можем? — уточняю. — что угодно, или кузница накладывает ограничения?

— Есть ограничения, — вздыхает Тохич. — То есть, я могу, конечно, и на свой страх и риск что-то изготовить, но в результате не уверен. Вещь или будет «мусорной» или вовсе «браком».

А если делать что-то из доступного списка, то вещь получится в любом случае.

— Давай подробнее, — говорю.

Можно ковать всякую мелочь, — начинает Тохич, — Это и крючки рыболовные, и иголки, и наконечники для стрел и копий. Изделия покрупнее, сельхозинструменты, скобы, подковы, ножи и кинжалы, там в целом десятка два наименований. Самое продвинутое оружие, это боевой топорик или короткий меч, вроде акинака.

— Ого, как всё сложно, — удивляюсь. — А если меч захочешь сделать?

— Никто не запрещает, — поясняет наш кузнец, — но, скорее всего, пустая трата времени. Или отдельный рецепт нужен, или развивать уровень кузницы. А, может, и профессии. Буду пробовать все варианты.

— А что по защите? — уточняю.

— Среди изделий есть умбон для щита, — вспоминает он, — значит, можно делать деревянные основы и их укреплять металлом. А насчёт доспехов — голяк. Не позволяют нам латы ковать.

— А кольчуга? — тут же влезает Ботан, — это отдельное направление. Их из проволоки плели.

— Чтобы такую проволоку делать, у нас пока технологий недостаточно, — качает головой Тохич. — Да и представь, эту проволоку сначала тянуть, потом из неё плести… Да у нас месяца два на одну кольчугу уходить будут.

— Тогда можно ламилляр, — предлагаю. — Или больше соответствующий эпохе ламинарный доспех.

— А что, — задумывается Тохич. — пластины выковать или чашуйки проще, чем цельные латы. Там в принципе испортить что-то очень сложно.

Ламелярный доспех представляет из себя себя вид защиты, состоящий из небольших «чешуек». Пластинки скреплялись кожаными нитками или любым иным материалом при помощи толстой иглы, а уже после скреплялись воедино, формируя универсальную защиту.

Удобство состояло в том, что его легко было собрать. Даже ребёнок справится, если выдать необходимые инструкции. Знай себе сиди да нанизывай «чешуйки» на нитку, а после сформируй ряды из этих «наборов».

И от стрелы защитит такой доспех, распространяя импульс по всей площади, так и движения не стесняет. А после боя чинится легко. Заменил гнутые или повреждённые пластинки, и как новенький.

В то же время ламинарный доспех являлся несколько иной версией. Заместо «чешуек» здесь основной единицей служила «пластина». Узкий кусок металла, которые можно было куда проще и быстрее скрепить в единую форму.

Но и качество каждой «пластины» должно было быть куда выше. Ведь в противном случае, даже один отвратно выполненный элемент может грозить тебе быстрой смертью.

Экспериментировать надо, к этому выводу мы приходим все четверо, даже Третий, который за всё время плавки так и не проронил ни слова.

— Так что ковать будем, Лорд? — Тохич показывает мне на булат. — Надо что-то достойное такого материала.

— Будет тебе достойное, — отвечаю, — вот гляди, что я предлагаю.

***

Итогом наших трудов уже под конец дня становятся два предмета.

Имя: Топор из булата

Уровень: редкий

Описание: И со старушкой решить вопрос можно будет в два счёта, и зелёный дуб не встанет на твоём пути! Как говорится, качество решает...

Бонус:

+ 3 к Сила

+ 2 к Выносливость

+ 10% к эффективности рубки древесины

Орудие понятное, простое, а также невероятно необходимое.

Вся наша стройка, по сути, стоит по причине того, что нам не хватает материалов на всё. Поэтому и приходится сначала по несколько дней рубить деревья, обрабатывать их да собирать камни, а уже только после этого, собственно, строить по чертежу.

И эту проблему наш новый топор обязан заметно облегчить. Не разрешить — одного инструмента, ясное дело, маловато будет.

Но вот придать первый толчок — самое то!

Со вторым предметом мы решаем поэкспериментировать. Хочется сделать что-то полезное и в то же время уникальное. Что было бы присуще только Спарте. И Система в этот раз к нам благосклонна.

Имя: Сапёрная лопатка

Уровень; уникальный

Описание: По некоторым опросам считается самым страшным оружием ближнего боя в истории человечества. Уникальное, мультизадачное, так ещё и внезапное! Никто же не будет ожидать подлянки от лопатки... Ведь так?

+ 2 к Ловкость

+ 4 к Вынослиивость

— ускоряет любые земляные работы на 10%

Вот оно знаменитое оружие Советского Союза!

И теперь этот символ возродился уже в новом мире!

Оглядывая получившийся продукт, я невольно задумываюсь.

Хм, а не сделать ли сапёрную лопатку предметом, входящим в стандартный комплект Спартанца на поле боя?

А что? Звучит очень даже!

На дальней дистанции фаланга будет защищаться пиками и копьями, а на ближней вступят щиты, да сапёрные лопатки!

А в случае чего всегда можно будет укрепиться, создав для себя какой-то земляной вал, или же укрыться, соорудив систему окопов или блиндажей. Окопы против «кабаньих всадников». Звучит смешно, но на деле может сработать.

Ха, даже нетерпится увидеть лица наших будущих противников, когда на них понесётся армия, вооружённая сапёрными лопатками.

Ибо, это ж мощь!

***

Разбирая коробки, что подчинённые получили за последние дни, я отмечаю для себя два интересных предмета.

Остальное подпадает под категорию «дешёвого лута», а конкретно один швейный набор, как у Хрюши, всякая одежда выживальщика, дополнительные лапти, да песочные часы.

Нахрена они сдались, конечно — вопрос риторический. Система ни за что не раскроет секретов своего тонкого и изысканного юмора...

Возвращаясь, к интересному!

Я с интересом разглядываю очень уж вовремя выпавшие на нашу голову новинки...

Имя: Гончарный круг

Уровень: редкий

Описание: На таком инструменте можно не только отыграться на фантазии, воплотив в глине своё видение искусства, но и на отлично повторить сцену из «Привидения».

Бонус:

— позволяет работать с глиной

— повышает на 5% прочность итогового изделия

Имя: Точило

Уровень: мусорный

Описание: Искры летят, металл вопит — типичные будни мастера-точильщика.

Бонус:

— позволяет затачивать инструменты

И хотя последний экземпляр не впечатлял, но ведь это всё равно полноценное точило!

Изначально все предметы от Системы заточены до бритвенного состояния. И это хорошо. Вот только и они подвержены тому, что начнут тупеть со временем.

А это, рано или поздно, сыграет с нами злую шутку.

Так что, хоть предметы и неказисты на первый взгляд и не так хороши, как могло показаться, но именно их наличие может спасти нас в момент нужды.

А то выходить на охоту или на войну с тупым орудием — идея, тянущая на первое место в тест на IQ... первое с конца, разумеется.

Увидев проходящего возле избы Михалыча, что вовсю занят подготовкой к нашему отправлению, я привлекаю его внимание.

— Михалыч, дуй сюда! Тебе это определённо понравится.

***

Наутро следующего дня я оповещаю «гостей» о наших намерениях навестить их поселение.

Тормоз и Колька кривят рожи, но выбора у них нету. Я крайне настойчив в своих доводах, или же это Мышь с фаерболом за моей спиной так действует?

В дорогу мы нагружаем плетёные корзины и сумку шопоголика. Основным товаром для торга мы избираем печёный картофель, но вместе с ним добавляем и всего по мелочи: шкурки тушканчиков, соль, простые яблоки и лекарственные травы.

Тут же перед выходом, исключительно для своих я объявляю первое правило Спарты:

Ни одна сырая картофелина не должна покинуть границ посёлка. Наказанием за кражу или попытку продать или передать кому-то другому будет смерть.

С этого начинается наш Кодекс Законов, в котором раньше не было особой нужды.

Из поселенцев со мной следуют — Третий, как мой ординарец, Хрюша, как главный торговый представитель и вообще «красотка, способная задурить голову кому угодно и содрать с них три шкуры», а также Мышь и Ботан.

Магесса, понятное дело, сможет произвести правильное первое впечатление и отвадить от необдуманных поступков.

А Ботана же я беру, как личную Википедию. Парень уже в который раз показал, что содержит в своей черепной коробке просто немыслимое количество знаний.

Лишним не будет.

Таким образом, на рассвете, наша группа и двое проводников в виде Тормоза и Кольки отправляются в путь.

Во второй раз болото пересекаем еще быстрее, чем в первый. Выйдя к руднику, я отправляю вперёд Кольку, а к Тормозу, наоборот, приставляю Третьего, чтобы тот за ним присматривал.

Холмы сменяют друг друга. Вокруг нас толстые, с многочисленными торчащими из земли корнями, деревья, которые едва прикрывают от палящего солнца.

Солнце палит нещадно. Лес, окружавший Спарту, сходит на нет, и теперь мы словно на сковородке.

Даже не удивлён теперь, отчего здесь так худо-бедно с едой. Печёт же, как не в себя!

Только редкая растительность в виде небольших зелёных «островков» позволяет вздохнуть с облегчением.

Вскоре, перед нами открывается вид на низину, которую по окраине огибала речушка, разделяющаяся на два рукава.

Вот ни за что бы не поверил, что она берёт начало в нашем ручье.

Низина чем-то напоминает нашу собственную долину. Разве что больше в несколько раз, а также состоит преимущественно из всё тех же «островков», а не сплошного лесного массива.

Спустившись с холмов, мы пересекаем речку по переброшенным брёвнам.

— Осторожно, тут хоть и неглубоко, но вода холодная, — предупреждает Колька, когда я первым встаю на самодельную переправу.

Один за другим наша делегация переходит на противоположный берег, разве что Ботан едва не слетает с бревна, но его удерживает Третий, шедший последним.

Вновь дорога, на этот раз не дольше получаса.

По истечении которого, мы выходим к огороженному плетнём поселению.

— Добро пожаловать в «Газелькин»! — вздыхает с облегчением Колька.

Наконец-то они с напарником вернулись домой. А я вижу, что к нам уже вышел «комитет по встрече».

Глава 13

Мужики из группы «Газелькина» замирают перед нами, наставляя на нас натянутые луки.

Защитники поселения выглядят грозно. На поясах висят уже знакомые дубинки, обитые железом. А луки в руках вполне приличные, короче, чем у Майора, но если в упор стрельнуть, то мало не покажется.

— Стоять! — орёт один из местных, — А ну, быстро оружие побросали все, если стрелу в глаз не хотите.

Мы тоже вскидываем щиты. Пришли, конечно, не воевать, но словить стрелу от кого-то чересчур нервного не хочется.

Так как до них метра три, я прекрасно могу разглядеть железные наконечники. Испытывать их качество на себе нет ни малейшего желания.

За их спинами вижу трёх девушек, которые ведут себя как домашние кролики: заметили опасность — и сразу за широкие и жилистые спины своих мужей.

Как в басне: «Три девицы под окном пряли поздно вечерком...»

Светлая — подтянутая блондинка, которая явно не пожалела времени на тренировки. Её фигура словно вырезана из мрамора, статуя Афродиты, только в спортивных леггинсах.

Тёмная дама — типичный образ секретарши, перешагнувшей порог тридцати лет. Она носит плоские очки с тонкой оправой и косу, заплетённую так аккуратно, что кажется, будто каждый волосок там на своём месте и укладывался отдельно.

А рыжая... Она будто вышла со страниц саги о желтоглазом ведьмаке. В её взгляде столько огня и магии, что не удивительно было бы узнать о наличии у неё каких-то особых способностей.

У этой во взгляде больше любопытства, чем настороженности. Та ещё оторва. Один из наших пленников, Колька, как прилипает к ним взглядом, так и не может его уже отвести.

Само поселение не производит впечатления, ни по компоновке, ни по внешнему виду. Лишь деревянные хибары, больше похожие на шалаши, чем на что-либо серьёзное. Наша изба на их фоне выглядит как настоящий дворец.

Обращаю внимание также на то, что поселение огорожено плетнём, очень похожим на тот, что строили мы с Михалычем. Только крепче, с виду.

Возможно, что здесь сыграл бонус Краба с его рубанком? «Творит чудеса с древесиной», — так говорили пленники? Теперь это кажется всё более вероятным.

Встречать нас выходят всем «поселением», если можно так выразиться. И Тормоз, и Колька в один голос сказали, что у них нет никакой стелы, и они про подобное и слыхом не слыхивали.

Ведь, по сути, и у Краба, и у лидера второй группы автомехаников отсутствует самое важное.

Источник пищи!

Предполагаю, что именно поэтому они не смогли стать Лордами. Но всё же некие группы людей вокруг себя сколотили.

Передо мной, следовательно, третий тип правителей. Хозяйственный — это я, Лорд.

Религиозный — это Жрец или Жрица, которые возглавляют культ, подобный тому, какой создала Стайса.

И третий — военный. Как же он обозначен у Системы? Султан, тиран, диктатор или как-то иначе?

— Не стреляйте! — кричит заранее подготовленный Колька, — они с миром пришли!

— Оружие, говорю, побросали, — повторяют нам, на три голоса сразу, — тогда и говорить будем!

Кажется, ситуация заходит в тупик.

— Мышь, будь любезна, — обращаюсь я к магессе.

Она вопросительно наклоняет голову.

— Что-нибудь поэффектнее, — говорю.

На что Мышь с предвкушением оскаливается и делает несколько пассов руками.

Автослесари смотрят на неё как на пациентку в психбольнице, но всё меняется уже через пару секунд.

Бах!

Внезапный разряд молнии раскалывает пополам дерево в нескольких метрах от противника. Девушки пронзительно визжат, а один из мужиков шлёпается на задницу от неожиданности.

Местные бледнеют, и с трепетом взирают на Мышь. Даже Колька и Тормоз, застыв с распахнутыми ртами, не являются исключением.

Дерево, весело потрескивая, догорает. Я победно ухмыляюсь. Позиции сторон обозначены.

Теперь, по всей видимости, можно побеседовать о важном.

— Кто у вас здесь главный? — обращаюсь я к сборищу автомехаников.

После краткого момента суеты, на передний план выходит мужчина с пивным животом, но крепкий и коренастый. Отчётливая лысина, нечёсаная борода и морщинистый лоб сразу бросаются в глаза.

По информации, полученной от Кольки и Тормоза, становится понятно: передо мной Краб.

Выходит, те, кто стоят за ним — оставшиеся автомеханики из команды «Газелькина».

Первый — щуплый, невысокий парень с большими глазами. Ростом он сравним с Дженни — коротышка, иначе и не обозвать. И ведь по виду не скажешь, что ему меньше двадцати. Это я по жёсткой щетине точно могу сказать

А второй... выглядит, как вылезший с холста богатырь. Широкоплечий, мускулистый, руки в обхвате, как мои бёдра. Человек-гора, высотой почти под два метра.

Вполне способен наверное поднять машину без домкрата. Опасный противник, что ни говори.

— Главный здесь я, — глухо произносит Краб, выпрямляя плечи и поднимая подбородок.

Его манеры явно призваны продемонстрировать уверенность или, возможно, внушить мне страх. Похож на моего бывшего научного руководителя, тот также был человеком специфическим и излучал подобную ауру.

— Вы, полагаю, Краб? — уточняю я.

— Верно. С кем имею честь беседовать? — мужчина кивает сухо.

— Пришёл лично сообщить о некоем казусе, — говорю, разводя руками.

Он переводит взгляд на Кольку и Тормоза, которые виновато опускают головы.

— Догадываюсь, о чём идёт речь, — замечает Краб, не скрывая недовольства.

— Тем не менее, позвольте пояснить. Мои подчинённые случайно пересекли границу территории вашего кластера во время обхода. Система об открытии границ не предупреждает после первого раза, так что они натолкнулись на эту двоицу, — я киваю на Кольку и Тормоза, — и доложили о предполагаемом вторжении.

— Поэтому вы напали на них и захватили в плен, — заключает Краб.

— Мы приняли их за других, — продолжаю, — весьма агрессивных и опасных соседей. Поэтому и захватили, из соображений самообороны. Никакого ущерба нанесено не было. Когда мы поняли, что это ваши люди, я тут же выдвинулся, чтобы вернуть их домой, и разрешить возможный конфликт.

— Замять, пригрозив нам своей магией? — хмыкает Краб, ткнув пальцем в треснувшее дерево.

Что интересно, оно уже толком и не горит. Неужели какой-то редкий вид?

— Мы лишь не дали вам совершить лишних ошибок, — примирительно поднимаю ладони.

— Что ж, допустим, — с некоторой неохотой соглашается Краб. — Что дальше? Предложите нам стать вашими рабами?

— Ни в коем случае. Война нам не нужна. Мы ещё не потеряли чувство цивилизованности... полностью, — добавляю последнее слово с некоторым намёком, что не ускользает от его внимания. — Я пришёл сюда, чтобы вернуть ваших людей и сделать небольшой подарок как жест доброй воли!

В этот момент Третий опускает на землю тяжёлую корзину и открывает крышку. Глаза Краба и его подчинённых вспыхивают как звёзды, точно видят сундук с золотом.

Однако я привёз кое-что куда более ценное. Я притащил корзину печёной картошки.

Судя по реакции, это попадание в десятку.

У них ситуация с едой — швах! Ну или почти швах.

— Кхм, — кашляет в кулак Краб, не способный оторвать взгляд от корзины, — мы очень благодарны вашей стороне за здравый подход к случившемуся недоразумению. Ваш дар я с радостью приму.

— Отлично, — хитро улыбаюсь я, — значит, обид между нами не останется?

Ага, примет дар — больше не враги. И формального повода воевать с нами у них теперь нет. Что прекрасно понимает и сам Краб, видимо, мирясь с мыслью, что попал в западню.

— Автомастерская «Газелькин» рада вашему визиту, — заявляет Краб.

— Мы тоже будем рады принять ваше гостеприимство и, возможно, заключить несколько... взаимовыгодных договоров? — предлагаю я, как бы намекая.

Краб глотает наживку.

— Обязательно, но для начала нужно провести общий совет. Да! Общий совет! Ненадолго. Это вас не оскорбит?

— Нисколько, — качаю головой.

Что ты, хитрый чертяка, не хочешь показывать, насколько тяжёлая ситуация у вас с провизией?

Я вижу, как он жадно поглядывает на картошку. Видно, какой «совет» он собирается устроить. Но пусть думает, что скрыл свои намерения.

«Комитет по встрече» возвращается в своё поселение. Тормоз и Колька уносят корзину, а Краб последним, косо взглянув на нас, исчезает за плетнём.

— Лорд, а что нам делать? — спрашивает Ботан, не понимая дальнейших планов.

— Ждать, — говорю. — За пятнадцать минут этот «совет» точно не закончится. Так что воооон там я вижу отличную полянку. Устроим пикник!

— Ура! — говорит Хрюша, растянувшись на травке в полный рост, — наконец-то выходной!

***

Через примерно сорок минут к нам возвращаются южане, возглавляемые Крабом. Местные жители, по всей видимости, уже успели «насовещаться» и насытиться «духовной пищей».

Мне кажется, что местные не поверили в опасность «людей на кабанах», хотя я упомянул их в разговоре с Крабом, а наши бывшие пленники тоже должны были растрезвонить своему боссу, о чём их спрашивали.

Похоже, Краб решил, что я выдумал этих всадников, чтобы оправдать своё нападение и заодно припугнуть местных. Ну что же, навязываться не буду. Моё дело предупредить.

Было принято решение организовать нейтральную зону для переговоров на некотором расстоянии от стен «Газелькина».

Предложение Краба переселиться в его поселение я вежливо отклонил. Ведь кто знает, что они могут устроить, если дать им возможность нас разделить? Я хоть и не параноик, но излишней доверчивостью не страдаю.

Краб и его спутники расставляют на поляне огромный стол и прочую мебель. Во время подготовки к «переговорам» я подзываю Кольку, который подходит ко мне с некоторой неохотой.

— Кстати, всё хотел спросить. Какой стартовый бонус тебе выдали? — интересуюсь я. Тормоз уже рассказал о своём артефакте — серебряной брошке, которую он умудрился утопить в реке.

— Да кулёк семок, — отмахивается парень.

— И что ты с ними сделал? — уточняю я.

— А что ещё? Съел их, конечно. Что же с ними ещё делать? Закапывать в землю, что ли? — смеётся он и уходит. Я невольно качаю головой. Вот это расточительность!

Спустя пять минут ожидания, мы с Крабом садимся по разные стороны стола, как лидеры двух противоборствующих фракций. За мной встаёт Третий, а за Крабом — тот самый богатырь.

Хрюша и Мышь уводят в сторонку двух пришедших девушек, заведя свой разговор. Ботан начинает беседу с Колькой, и я слышу только отрывки: «БМВ, иностранная дрянь, Волга, отечественная конфетка».

Автомеханик моментально сцепляется языками в жарком споре с моим подчинённым.

Тормоза и щуплого в поле зрения нет. Краб поясняет, что те наблюдают за поселением. Приглядевшись, я и впрямь замечаю две фигуры вдали.

За своих ребят я не переживаю. Ботану я уже выдал инструкции по обеспечению собственной безопасности и безопасности своих товарищей: не уходить из поля зрения, держать дистанцию даже во время разговора и всегда быть готовыми к атаке.

Третий и сам способен проинструктировать кого угодно.

Хрюше я передал заранее булатную лопатку, которой она сейчас и бахвалится перед собеседницами. В случае чего Хрюша должна выиграть время для Мыши, которая далее и устранит большую часть противников.

Местные дамочки не производят впечатление опасных, а вот Хрюша в случае заварушки не пощадит никого.

Между тем я пристально осматриваю принесённые предметы интерьера.

Мебель, если быть честным, поражает. Стол из тёмного дерева, выструганный с идеальной гладкостью, украшен скатертью, удобные и прочные стулья, и даже ваза с цветами удачно дополняют «официальную атмосферу».

— Жена постаралась, — поясняет Краб, заметив мой взгляд.

— Элегантно выполнено, безусловно. А мебель тоже её рук дело? — интересуюсь я.

— Нет, это мои руки, — отвечает Краб с видимым равнодушием.

Скрывает ли он свои способности, или просто не падок на лесть?

— Качественная работа, — одобряю я.

— Иначе и быть не может, — улыбается Краб. — Так, какова цель вашего прихода в наши края? Подозреваю, что не просто загладить свой косяк.

— Это одна из причин, конечно, но я также предлагаю открыть торговые отношения между нашими поселениями, — говорю я.

— Торговля, значит, — замечаю блеск в глазах мужчины. — И что же вы можете нам предложить?

— В зависимости от того, что вы можете нам дать в ответ.

— Вам нужно нечто конкретное, — понимает мужчина.

— Будто ты и сам не сообразил, — усмехаюсь. — Нам нужна руда.

— Вот как, — задумчиво трёт подбородок Краб. — Что можете дать за неё взамен?

— За руду я готов заплатить вам картошкой. Той, что вы недавно от меня получили, — делаю заявление, которым невольно ошарашиваю мужчину.

Да, он, по всей видимости, полагал, что я буду обменивать на их руду какие-то свои полезные ископаемые. Но едой... Он наверняка такого поворота не ожидал.

— Хм, это действительно интересное предложение. В каком соотношении? — пытается выяснить расценки мой собеседник.

— А вот это уже вам придётся узнавать у моей жены, — хмыкаю я.

Я чую нутром, что Хрюше будет куда проще содрать с Краба цену поинтереснее. В конце концов, на что же тогда профессия Торговца?

— Хорошо, в таком случае...

Внезапно к поляне подбегает один из подчинённых Краба, тот, что щуплый.

— Шеф, там...! — взволнованно произносит юноша.

— Проклятье, как некстати! — бурчит Краб и, обеспокоенный, смотрит на меня. — Прошу меня простить.

— Ничего страшного.— сохранив улыбку, отвечаю я. — Проблемы?

— Всего лишь мелкие неудобства, — заверяет Краб. — Я разберусь.

— О, не волнуйтесь. Я просто постою рядом, — отвечаю я.

Кажется, я уже знаю, в чём заключается его проблема. К нему только что прибыли «назойливые соседи,» и это, я уверен, очень кстати.

— Краб, блин, иди сюда на базу, чёрт пузатый! — громко раздаётся крик у забора его поселения. — Ты где там есть?!

Делегация, возглавляемая Крабом, торопливо движется обратно к ограде. Я иду следом в компании своих людей.

— Что случилось? — тихо шепчет мне Хрюша.

— Не беспокойся, всё идёт по плану, — также тихо отвечаю я.

Ведь я не зря просил Мышь устроить это зрелище. Ни один из соседей не мог бы пропустить такое событие. Если бы они узнали, что мы пришли договариваться с Крабом и его командой, они бы не смогли удержаться от участия.

Если к твоему конкуренту приходят важные инвесторы, неужели ты будешь сидеть сложа руки? Конечно, нет. Ты попробуешь всеми силами их завлечь к себе, или, по крайней мере, помешать соседу заключить сделку.

Сейчас всё к этому и идёт.

Мы подходим к забору, где уже начинается спор между лидерами двух групп.

— Как ты мог скрыть от нас таких важных гостей? — возмущается лидер другой группы, высокий и худощавый турок с тёмным оттенком кожи и лёгким акцентом.

Интересно, я думал, что Система идеально переводит любую речь. Или этот персонаж за свою жизнь сам привык усиливать акцент, для придания себе колорита.

— Я ничего не скрывал, — уверенно возражает Краб.

— А про картошку ты тоже молчал, когда у нас тут от голода люди с ног валятся! — обвиняет его турок. — Я считал тебя более честным человеком!

Краб краснеет — от злости или оттого, что его поймали на горячем, неясно.

Интересно, откуда соседи узнали про картошку? Кто-то уже проболтался, или у них есть свои способы добывать информацию? Но оперативно, нечего сказать!

— Кто бы говорил о честности, Мустафа, — фыркает Краб.

— Для тебя Ярл Мустафа! — резко возражает турок.

Вот оно что. Ярл. А что, достаточно подходящий титул для военного лидера.

— Не раздувай из мухи слона, чёрт облезлый, — замечает Краб.

— Облезлый, говоришь? Ты сам в зеркало давно смотрел? — парирует Мустафа.

— Господа, давайте не будем устраивать здесь театр. Я не для этого к вам прибыл, — миролюбиво вмешиваюсь я.

— А ты, друг, кем будешь? — спрашивает Мустафа, пристально изучая меня.

— Лорд Шурик, — отвечаю я.

Мустафа смотрит на недовольного Краба. Всё-таки, он не может мне запретить общаться с конкурентом. Это покажет его в невыгодном свете.

А возможность торговать картошкой слишком привлекательна, чтобы её упустить. Приятно, когда у тебя есть монополия. Хе-хе.

— Лорд, говоришь... Торговать хочешь? — щурит он глаза.

Вот же ушлый тип. Откуда так быстро узнал? У него что, шпион у Краба сидит?

— Хочу, — киваю я добродушно.

— Итак, Лорд Шурик, чтобы этот хряк тебе ни предложил, я дам больше! — заявляет мужчина.

О, этот тип мне определённо начинает нравиться.

— Мустафа! — взрывается Краб.

— Что «Мустафа»? Это бизнес, идиот! — хохочет турок.

И Краб не выдерживает.

— Лорд Шурик, не слушай этого слизняка! Только моя группа может обеспечить тебе бесперебойную поставку руды! — возмущается он. — Но чтобы договор был эксклюзивный! Только со мной!

Видимо, именно этого и ждал Мустафа.

Его глаза проясняются, и он интригующе трёт подбородок.

— Руда, значит... — медленно произносит он.

Краб понимает, какую ошибку допустил, и хлопает себя по лбу.

— С ним не торгуй! — советует Мустафа, — только со мной торгуй! Я лучше условия дам, слушай.

Интересная ситуация.

— Господа, господа, — привлекаю я к себе внимание, — не стоит ссориться из-за пустяков и кидаться оскорблениями, словно маленькие дети. Мы же все тут цивилизованные люди...

Про себя, конечно, фыркаю от своих слов, но образ следует поддерживать.

— Я правильно понимаю, — говорю, — что каждый из вас готов заключить сделку, при условии, если я не буду торговать с соседом?

— Угу, — выдавливает Краб.

— Всё верно, дорогой, — соглашается Мустафа, — чистая, как вода в ручье, правда!

— А потому, отчего бы нам не устроить аукцион? — предлагаю я, озаряя всех присутствующих весёлой усмешкой.

Хотите моей драгоценной картошки? Платите с наценкой, товарищи! И пусть победит сильнейший!

Глава 14

Мустафа и Краб синхронно переглядываются. Я чувствую, как в воздухе между ними нарастает напряжение. Ни для одного из них длительная конкуренция не прошла даром.

— По рукам! — хором отвечают мне лидеры двух групп.

— Отлично! Теперь обговорим условия...

В этот момент меня прерывает оглушительное системное уведомление. По реакции ошарашенных Мустафы и Краба понимаю, что Система направила сообщение и им.

Внимание! Аукцион между фракциями «Спарта» «Газелькин» и «Пит-стоп» объявлен.

Система гарантирует утверждённые ставки и предусматривает наказания за их нарушение!

За несоблюдение условий утверждённой ставки последует соответствующее наказание!

Вот тебе и решил по-быстрому срубить «бабла»...

Я прикрываю нижнюю часть лица, чтобы не было видно моей глумливой усмешки.

Кажется, даже Система сегодня на моей стороне...

***

Когда хмурый Краб уходит в свой лагерь, а Мустафа с ухмылкой ретируется к себе, ко мне подходит Ботан.

За его спиной с довольным и загадочным видом топчется Хрюша.

— Вот, посмотрите, — он протягивает мне примитивные бусики на верёвке.

— Что это? — удивляюсь.

— Это я с Гелей поменялась, — хвастается Хрюша, — с женой Краба, пока вы тут с ним переговоры вели. Две тушканчиковые шкурки отдать пришлось, — она кокетливо прикусывает губу, предлагая похвалить её за хозяйственность.

— Бусики как бусики, — рассматриваю грубую поделку из разноцветных, плохо отшлифованных камешков, разной формы, размера и цвета. — Симпатичные. А что в них такого?

— Вот это, — тычет Ботан пальцем в знакомый мне зеленоватый камень с разводами, — малахит. Рядом с ним всегда бывают медные жилы. Да и сам он — почти медная руда, из него можно медь добывать. А вот это, — касситерит, — он показывает на невзрачный чёрный камешек, — источник олова. Тут чего только нет.

— А местные из них подарочки для девочек делают, — хихикает Хрюша.

— То есть, ты хочешь сказать…

— В этих холмах есть почти вся таблица Менделеева, — кивает Ботан.

— Ты умничка, — я обнимаю Хрюшу и звонко целую в щеку, отчего она гордо задирает нос.

Получается, южане сидят на богатстве, о котором даже не подозревают. Железо они отыскали, потому что оно находилось в самородном состоянии. Что же, у нас ещё больше поводов присмотреться к землям соседей внимательнее.

Ботан видит хищное выражение моего лица и решается влезть.

— Это необходимо? — спрашивает он.

— Что именно? — уточняю.

— Всё это, — он машет рукой в сторону местных, которые азартно переговариваясь, готовятся к аукциону. — Может, возможно было бы провести всё более…

— Гуманно? — заканчиваю за него.

— Именно, — кивает он, — люди голодают, а у нас достаточно провизии, чтобы их накормить. Оказать гуманитарную помощь, сделать так, чтобы они выбрались из трудной ситуации. Мы же, в конце концов, все попали в этот мир. Можно как-то выживать вместе?

Умный парень, но… Неужели одна смерть его ничему не научила?

— И что дальше? — спрашиваю.

— Не понимаю, о чём вы.

— Что будет, когда южане выберутся из своего трудного положения? Что будет, когда у них будет достаточно еды? Как всё развернётся далее? — я уточняю свой вопрос. — Как ты себе это представляешь?

— Ну, а что может пойти не так? — удивляется он, — Мы будем в нашем регионе, они в своём. Взаимовыгодное сотрудничество, и всё тут. Да и в войне с кабаньими всадниками их помощь не помешает, — предполагает Ботан.

— Почему ты думаешь, что они будут с нами союзничать? — я вижу, что за нашим разговором следят и остальные, поэтому продолжаю. — Эти ребята друг с другом не могут договориться. Я предлагал им торговать сообща. Нет же, «счастье — это когда у соседа корова сдохла». А мы для них и вовсе чужаки. И когда мы перестанем помогать просто так, эти ребята первым делом обидятся и захотят отобрать еду силой. Мы станем для них злодеями и эксплуататорам. Ничто так не развращает, как халява.

— Не понимаю, — вздыхает Ботан, потирая тяжёлые веки.

— Тебе и не надо, — хлопаю парня по плечу, — зато ты в камнях понимаешь, и в растениях, и ещё в куче разных полезных вещей. А о том, чтобы Спарта процветала, есть кому подумать.

Звучит пафосно, но в этот момент я далёк от того, чтобы хвастаться. Маленькая долина, плантация, кузня, ограда. Люди, которые там живут и трудятся. Всё это стало не просто моим, но частью меня.

Каждый маленький успех я воспринимаю как собственный, каждую опасность, как угрозу для себя лично. Я словно сросся со своей землёй сознанием и организмом. Наверное, это и означает — быть Лордом.

***

После времени, предоставленного для обсуждения с подчинёнными и пересчёта ресурсов, мы снова собираемся на том же месте, где шли переговоры.

Я сажусь во главе стола как основной инициатор и продавец. Рядом со мной располагается Хрюша. Именно ей я доверяю вести аукцион. Не зря же у неё профессия «Торговец». Пускай трудится по специальности.

У меня за спиной встают мои бойцы. Третий внимательным взглядом следит за покупателями. Ботан от волнения сжимает рукоять копья, так что белеют пальцы, и то и дело поправляет очки.

Мышь стоит чуть вдалеке, в любой момент готовая обрушить на врагов кары небесные, если те позволят себе вероломство.

На столе разложены картофель, соль, мясо и шкурки тушканчиков. Товар, как говорится, лицом. Но присутствующим понятно, что это не весь лот.

Главный приз, за который сегодня предстоит побороться — контракт на поставку продовольствия в обмен на руду. Один из лагерей получит всё, другой останется ни с чем.

Краб и Мустафа стоят в отдалении слева и справа от меня. За их спинами толпятся подчинённые. Никто не хочет пропустить такое представление. Даже рыжая Лолка пришла, очевидно, стараясь не пропустить момент и присоединиться к победителю. О её ветреном характере я уже наслышан от бывших пленников.

Это будет первое межфракционное событие, одобренное Системой. Удивительный и в то же время волнующий момент.

— Итак, начнём наши торги! — произношу я, понимая, что все уже готовы и тянуть больше смысла нет. — Спарта предлагает вашему региону поставки провизии, достаточные для пропитания тринадцати человек. По моим расчётам, это пять печёных картофелин и полкилограмма тушёного мяса в день на одного жителя. Итого шестьдесят пять картофелин и шесть с половиной килограммов мяса.

— Тушняк, это дело, шеф, — шепчет на всю поляну богатырь, из подчинённых Краба, — надо брать.

После его слов обе группы покупателей начинают перешёптываться и кивать, очевидно, оценивая внушительность нашего лота.

— Всё, что сейчас представлено на столе, — продолжаю, дождавшись тишины, — достанется победителю в зачёт будущих поставок. Товары, которые не относятся к пище, такие как соль, шкуры и прочие изделия продаются по отдельной цене и договорённостями, но только победителю аукциона. Контракт заключается на месяц Условия ясны?

Лот Лорда Шурика зафиксирован Системой!

В случае завершения аукциона выплата лота покупателю обязательна!

— Ну что же, — Хрюша приподнимается над столом и с улыбкой оглядывает покупателей, — делайте ваши ставки, господа!

— Я предлагаю треть от всей добываемой нами руды, — произносит Краб, с вызовом глядя на Мустафу.

И тот не намерен молчать.

— Сорок процентов, — весело улыбаясь, парирует Мустафа.

На внутреннем интерфейсе появляется размер лота, а напротив него мигая растут ставки. Система всё видит и всё фиксирует.

— Сорок пять, — строго возражает Краб.

— Пятьдесят, — невозмутимо отвечает Мустафа.

— Шестьдесят, — Краб хмурится ещё сильнее.

— Семьдесят, — расслабленно объявляет турок.

— Восемьдесят! — Краб повышает голос.

— Да хоть все сто! — Мустафа смеётся ему в лицо.

— Ты что, собрался отдать всю руду?! — возмущается Краб.

— Именно, — заявляет Мустафа.

— Ты с ума сошёл! Что с кузницей будет?! — взрывается Краб.

— А мне до лампочки! — взрывается в ответ Мустафа, вскакивая с места. — Мои парни скоро будут не в состоянии вообще что-либо делать!

— Ты ведёшь себя как идиот! — Краб колотит кулаком по столу.

— Ни тебе, тварь алчная, меня осуждать! Напомни, какую часть моя группа получила от «даров» Лорда Шурика? Молчишь?! Ну так и не суй свой нос куда не следует! — отмахивается от него собеседник, после чего обращается ко мне, — Я отдам всю руду и доплачу сверху.

— Чем? — интересуюсь я.

— У меня есть мастер резьбы по кости. Он может сделать набор посуды или что-то ещё. Отдам его на сутки, — предлагает Мустафа.

— Принимается, — соглашаюсь я.

Система против такой ставки не возражает. Мне тоже становится интересно. Из всех костей у нас есть только кабаньи бивни, но, может, из них получится что-то толковое.

— Так вот как ты решил играть? — шипит Краб, словно готовый швырнуть в соперника молнию. — Тогда я ставлю весь накопленный запас руды! — объявляет он.

Серьёзная ставка, посмотрим, как же на неё ответит Мустафа

— Ожидаемо, Краб, ожидаемо. Я добавлю сверх запаса руд стартовый бонус, — с невозмутимостью говорит турок.

И тут на стол опускается удивительный предмет. Это что, подзорная труба?

Чёрт, теперь мне понятно, как он догадался о наших перемещениях и о том, что творилось под носом у Краба!

До сих пор я задавался вопросом, почему "поселение" Мустафы располагается в тени огромного дерева.

Предполагал, что лишь для того, чтобы укрыться от неблагоприятных погодных условий — ярких солнечных лучей или пронизывающего ветра. Но, как выяснилось, всё гораздо проще: чтобы с комфортом наблюдать за конкурентами. Вот ведь хитрый жук!

Краб же, не выдержав, скидывает с себя рубашку.

— Тогда я отдам свою рубаху! Уникальный предмет! Уверен, стоит немало! — рычит он.

— Ах, вот как? — не сдаётся Мустафа, начиная развязывать шнуровку на своих штанах. — Думаешь, мне нечем ответить? Накуси-выкуси, зажравшийся хряк!

Я прикрываю лицо рукой, почувствовав легкий ветерок от приземлившихся на стол штанов Мустафы. О, господи, за что мне это? Осторожно приоткрыв глаза, я с облегчением выдыхаю: турок гордо стоит в тугой набедренной повязке. Худшее позади... но надолго ли?

— Хорошо, просто замечательно! — неожиданно для всех раздаётся заливистый смех Краба. — В таком случае я ставлю свою жену!

Все вокруг замирают в недоумении.

— Что? — произношу я, не веря своим ушам.

— Что?! — Мустафа сбивается с толку.

— ЧТО?! — больше всех, конечно, удивлена темноволосая женщина, стоящая за спиной Краба.

Не удивляется только Система. В списке ставок добавляется надпись «жена — 1 шт.»

— Да, это дело принципа! — отмахивается Краб, фокусируясь снова на Мустафе. — Что сделаешь теперь, хорёк подземный? У меня больше подчинённых на одного! Желаешь продолжить? Так я всё равно останусь при своём!

— Погоди, — удивляюсь я, — мы жёнами расплачиваться не договаривались.

— Зря сомневаешься! — возмущается владелец «Газелькина», — хорошая жена, для себя выбирал! Не битая, не крашеная.

— Ты чего отказываешься?! — неожиданно поддерживает его Хрюша, — Гелька нормальная баба и шьёт отлично, она в ателье раньше работала. Портнихой у нас будет. Надо брать!

— Женой? — уточняю, что не ослышался.

— Когда жён несколько, — заявляет Хрюша, — то уже без разницы, две, три или больше. Главное, чтоб я была первой и любимой. Больше жён, больше уважения!

Турок скрипит зубами, ногти впиваются в кожу, на виске ощутимо вздулась вена. Ещё чуть-чуть и Мустафа окончательно взорвётся или же заработает нервный тик.

Он проиграл этот раунд, в этом не оставалось ни капли сомнения.

— Нет, мне нечего предложить выше его ставки, — признаёт он, опустив голову.

На лице Краба расцветает глумливая улыбка.

— Вот так бы сразу. Лорд Шурик, вы всё слышали. Именно моя группа будет сотрудничать с вами! — говорит он с азартом.

— Да, я также рад столь щедрому торговому партнёру. Уверен, нас с вами ждут великие свершения, — под едва ли не истерический хохот Краба, я протягиваю ему ладонь для рукопожатия.

Поздравляем! Фракция «Газелькин» выигрывает аукцион!

Ставки были обозначены и согласованы!

В случае отказа от исполнения обязательств последует наказание от Системы!

Вы получаете миссию «Великий картофельный путь».

Срок: 1 месяц.

Награда в случае выполнения: +100 репутации

Штраф в случае провала: — 500 репутации

Судя по озадаченному лицу Краба, ему тоже пришло сообщение, предупреждающее о санкциях. Не знаю, что Система намутила, но, кажется, он впечатлён.

Тем лучше, думаю. К такому типу, как Краб, спиной поворачиваться не стоит. Сегодня он показал себя во всей красе. Ради победы пойдёт на всё.

***

С первой партией носильщиков, которые перетаскивают запасы руды, к нам приходит скромная темноволосая женщина с косой.

— Добрый вечер, Лорд Шурик. Меня зовут Геля, — волнуясь произносит она.

Её выставили за порог без всякого имущества сразу по окончании аукциона. Сразу видно истинное отношение Краба к ней, что определённо его не красит, как мужчину и как лидера.

Хотя можно в теории оправдать, что это он сделал на благо своей группы и бла-бла-бла. Я этого делать не собираюсь.

— Так уж и Геля? — от любопытства лезу в интерфейс, где уже зафиксировано пополнение, и, не выдержав, улыбаюсь.

— Полное прозвище — Гелик, — обречённо произносит она, — Вообще я Ангелина. Но как-то в юности въехала на «Калине» в крыло Гелентвагена. Вот и пристало...

— Ну, что же, Геля, так Геля, — пожимаю плечами. — С Хрюшей ты уже знакома, пообщайтесь пока с ней.

Девушка моментально подскакивает к тихой Геле и начинает ту всячески «окучивать». Говорить «как ей повезло», сколько всего хорошего её ждёт, расписывать все плюсы и преимущества Спарты.

С красками и нужными нам акцентами. Воистину растёт из неё самый настоящий политрук. Кого угодно захочешь, скрутит в бараний рог и направит пахать «на благо партии». Правильный человек у нас в завхозах.

Запасов металла у Краба оказывается немного, около пятидесяти килограммов. Передаёт он его с кислым видом, очевидно, Система подсчитала всё, на дав ему возможности утаить ничего в запас.

Теперь у Мустафы появляется надежда наладить с соседями внутреннюю торговлю. Турку ведь добывать руду никто не мешает. А провизии я отдаю «Газелькину» с большим запасом, на всех 13 человек.

Что-то подобное я и предполагал, предлагая такой большой лот. Но теперь вижу, что Краб лучше сам будет пользоваться каменными орудиями, зато увидит, как конкуренты с голоду дохнут.

Так себе из южан соседи. Ненадёжные. Гнилые.

Всю принесённую провизию отдаём в счёт будущей добычи железа, не тащить же её обратно. А вот соль и шкурки вымениваем на мастерски сделанную деревянную посуду и на женские бусики.

Автомеханики, наверное, считают нас ненормальными. Для нас же это прекрасный способ изучить геологию соседнего региона.

Наконец, наша колонна, сгибаясь под тяжестью приобретённого имущества, встаёт на тропинку между холмами. Бесконечный день клонится к закату, и я очень хочу вернуться домой до темноты.

Впереди идёт Третий, за ним Ботан. Все три девушки, гружёные имуществом словно ослики, плетутся посередине, а я налегке замыкаю колонну, чтобы дать отпор возможным преследователям.

Я приказываю всем быть настороже. Где-то в глубине души опасаюсь реакции Мустафы. Гордый восточный человек был поражён до глубины души, и сейчас может решиться на отчаянный шаг.

Жертвами этого шага вполне можем оказаться и мы. Потому как людям свойственно винить в своих неудачах кого угодно, только не себя.

И едва мы заходим в лес, как мои худшие подозрения, похоже, оправдываются. Слышу, как кто-то с треском ломится через деревья, а потом на тропинку выскакивает Мустафа с красной от натуги физиономией.

— К бою! — командую я, — щиты поднять! Мышь, приготовиться!

Мы с удивительной даже для меня скоростью перестраиваемся. Третий и Ботан смыкают свои щиты, становясь по обе стороны от меня, а Хрюша оказывается за нашими спинами готовая метнуть лопатку в морду врагу.

У неё навык на использование метательного оружия. С такого расстояния развалит башку любому.

— Постойте... Лорд Шурик... Постойте, — замерев в трёх метрах от нас, турок, хватаясь за грудь, пытается успокоить своё сердце.

— Я никуда и не ухожу, Ярл Мустафа, — произношу я, внимательно глядя вокруг. Вроде никого, только сам мужчина. Странно...

— Просто Мустафа... Фух.

Глава 15

— С какой целью ты преследовал нас, Мустафа? Намеревался атаковать в спину? Или же надеялся забрать ресурсы соседа? — я поднимаю бровь, замечая, как плечи моего собеседника опускаются.

Он снова вспыхивает, сверкая глазами в наступающих сумерках.

— Да нет же! — эмоционально заявляет турок, — Поговорить нам с тобой надо. Нехорошо ты поступаешь, несправедливо. На голод нас обрекаешь, на смерть.

— Уважаемый Мустафа, — отвечаю. — Я со своей стороны поступаю очень справедливо. Продовольствия поставляю столько, что хватит всем. И «Газелькину», и твоим людям. А если учесть, что вас на одного человека меньше стало, то даже лишнего останется, — намекаю на Гелю, которая неловко жмётся сейчас возле Мыши. — Так что, уважаемый Мустафа, сам разбирайся со своим соседом. Ему-то продавать руду ты можешь.

— Уморит нас этот хряк, — машет рукой Мустафа, — ему люди ничто, тьфу, и растереть! Ты сам видел, жену тебе отдал! Как он Гельке по ушам ездил, а надо было только людей собрать побольше.

Как будто бы ты сам не уморил Краба, думаю про себя. Но вместо этого спрашиваю.

— В рабство к нему ты идти не собираешься?

Мустафа возмущённо вспыхивает.

— Никогда! — горячится он, — лучше смерть принять.

— Так и я другого тебе предложить не могу, — развожу руками. — У меня даже Ботан и Третий — рабы. С чего бы мне для тебя особые условия создавать? А торговать напрямую я тоже с тобой не могу. Сам видел, Система запрещает.

Мустафа опускает голову, и я вижу, как тяжело проходит у него мыслительный процесс.

— Найми нас в качестве рабочих, — предлагает он, — Система только про торговлю говорит. Найм не запрещает. Нет моих сил находиться близ Краба. Он ведь ублюдок хитрый, разожрётся, а после задавит нас, прирезав поочерёдно! — мужчина сжимает до хруста костяшек кулаки, произнося имя конкурента со всё большей злобой.

Удивляюсь такому предложению. Не сталкивался пока с подобным вариантом здесь, хотя и препятствий к этому особых не вижу.

Принять в рабы целых пять человек, что ни говори, заманчиво. Но желанием идти к нам в подчинение они не горят. А если мы прямо перед глазами конкурентов устроим на них охоту, то, думаю, договорённостям придёт конец.

Краб, как бы с Мустафой ни враждовал, поймёт, что его черёд следующий, и придёт на помощь.

Оставить всё как есть? Тогда люди Мустафы станут почвой для усиления «Газелькина». Это сейчас они такие гордые, припрёт с голодухи, и пойдут к Крабу на поклон.

Или тот действительно вырежет ослабевших соседей и наберёт себе новичков у стелы.

И так, и так — Краб в выигрыше. Так что надо забирать людей, на тех условиях, на которых возможно. Тем более что в истории есть отличный пример того, как можно всё организовать.

— Хорошо, Мустафа, я принял решение, — прерываю свои глубокие раздумья, обращаясь к мужчине.

Тот аж подобрался от моего строгого и жёсткого тона.

— Я слушаю, Лорд Шурик!

— Готов взять вас и ваших ребят в наше поселение. В качестве илотов, — замечаю его озадаченный взгляд и поясняю. — На понятном тебе языке: «подрядчики». Вы не будете жителями Спарты и сохраните свою собственную группу. Жить будете отдельно, работать на нас и получать взамен еду. По сути, те самые наёмные рабочие, как ты и предложил.

— Это... звучит приемлемо, — Мустафа сдержанно высказывает свою мысль.

— Это лучшее, что я могу предложить на данный момент. Работайте на благо Спарты, и я обеспечу вас всем необходимым: жильём, защитой, пищей и так далее. Взамен вы будете исполнять приказы мои и других жителей Спарты без возражений. Заключим контракт на испытательный срок, а потом решим. Либо вы станете жителями Спарты, либо вольны уйти на все четыре стороны. А, может быть, вам понравится и текущее положение дел.

И он не может устоять перед моей харизмой. Или, вернее, перед предложенной сделкой. Но позвольте мне немного потешить своё ненасытное эго, хе-хе.

— Годится! Тогда, как мы поступим? — он ожидает дальнейших инструкций.

Заключение договора невозможно!

Для заключения договора требуется Поместье Лорда!

Вот, значит, как. Оказывается, от этого строения серьёзная польза. Тогда первым делом по возвращению все силы бросим на стройку. А пока на словах договоримся.

— Пускай "Пит-стоп" соберёт всё, что сможете унести. Встретимся у рудника, как только наступит темнота. Оттуда двинемся вместе к Спарте, — я объясняю план.

— Спасибо, мой дорогой. Да хранит тебя Система! Ты не пожалеешь о своём решении, мамой клянусь, — Мустафа счастливо трясёт мою руку.

«Ещё посмотрим», — в глубине души я напоминаю себе оставаться настороже. Всё может пойти и весьма неблагоприятно. Однако вслух этого не произношу.

Наши новые работники появляются, когда вокруг уже темно. Люди напоминают мне беженцев. Узлы на плечах, а на лицах смесь огорчения, что пришлось покидать обжитые места, и надежды.

Считаю их буквально по головам. Четыре… пять… шесть… Стоп, почему шесть?!

Шестой оказывается Лола, которая увязывается за людьми Мустафы.

— А чего мне оставаться?! — заявляет эта рыжеволосая бестия, — подружки почти все к тебе уходят. Есть нечего. Да и Спарта, по моему мнению, местечко повеселее.

— В рабыни к нам собираешься? — интересуюсь, — или к Мустафе в отряд пойдёшь?

— Чего это?! — упирает она руки в бока и выставляет немалую грудь, так что стоящий рядом Ботан судорожно вздрагивает, — Я девушка свободная и сама себе хозяйка! Сама могу контракт заключить! Буду этой… Илоткой!

Рука-лицо.

***

Возвращение в Спарту проходит без приключений. Краб и его люди даже не заметили момента, когда лагерь их конкурента полностью опустел — те всё ещё праздновали свою победу на аукционе.

И пусть так продолжается ещё какое-то время.

Мустафа, как и его люди, забирают всю руду — это килограмм сорок-сорок пять, а также разную мелочь: шкуры барсуков, небольшой запас местных трав и посуду. Держа их группу на небольшом расстоянии от нашей, я спокойно сопровождаю этот "караван" до частокола, где мы и разделяемся.

Мышь и Хрюша ведут Гелю внутрь, так как она уже объявлена Системой моей третьей женой и, значит, входит в состав Спарты.

— Слушай, Мустафа, — подзываю я турка, чтобы прояснить ситуацию, — без обид, но сегодня ночью вы останетесь за стенами. Пока договор не заключён, внутрь пустить не могу. Шкуры, чтобы не спать на земле, вам дадут. А завтра поможем разместиться уже основательно. Зато сегодня выдам тебе провизии авансом. Это не будет нарушением, ты же мне ничего не продаёшь.

Турок спокойно кивает, никак не возмутившись моему решению.

— Всё понимаю, — отвечает он. — Свои всегда в приоритете. Я бы для своих парней поступил точно так же. Так что можешь не беспокоиться, Лорд Шурик. Я человек понятливый! Ха-ха-ха! — смеётся он, явно довольный возможностью уйти подальше от Краба.

— Тогда договорились. Располагайтесь пока под стенами, а через час-другой устроим пир! — обещаю Мустафе и, наконец, ухожу в лагерь.

В Спарте всё как прежде, спокойно и размеренно. Разве что вдали, у самого берега озера, виднеется массивный фундамент будущего строения.

Ко мне подскакивает тут же Михалыч, гордо потирая усы. Его распирает от нетерпения по поводу новых людей, однако мой заместитель по строительству сдерживается.

— Расскажи, что у вас тут произошло в моё отсутствие, — распоряжаюсь я.

— Всё без изменений, Лорд. Собрали материалы на кожевенную мастерскую и на поместье. Тохич освоился с кузнечным делом, делает гвозди и прочую мелочь. Проблем со стройкой больше не предвидится. Только вот каменные молотки — далеки от совершенства, — хвастается он, и мне приятно осознавать, что дела идут на лад.

— Прекрасно, Михалыч. Но теперь слушай внимательно. Сейчас нам придётся переключить все ресурсы на строительство поместья. От его завершения зависит, сможем ли мы привлечь ещё пять рабочих. Нет, шесть рабочих, — поправляюсь я, вспомнив про рыжую. — Следовательно, это наша приоритетная задача.

— Они ведь не наши? — уточняет он.

Как быстро мир стал делиться на «наш» и «не наш».

— Подрядчики, — использую удачное, пришедшее на ум сравнение, — за еду будут трудиться. И чтобы с ними заключить договор, нужно поместье. Без договора они совсем чужие люди, а такую толпу чужих опасно иметь под боком.

Михалыч кивает, понимая важность моих слов, и уходит, чтобы распорядиться перераспределением ресурсов.

— Справимся, старшОй. Если кинем всех наших, то, думаю, за день-два справимся, — обещает он уходя.

Наверняка, сплетничать пошёл. Зачем у меня спрашивать, если есть другие желающие поболтать, не так ли?

Та же Мышь, к примеру. Михалычу только дай повод с ней заговорить.

Чёрт, ещё Гелю разместить где-то нужно. Надеюсь, что Хрюша об этом позаботится. И хочется верить, что это «где-то» окажется не у нас в «мансарде».

Вот ведь, не было ни одной жены, а тут сразу три. Кабы я был султан… Какая мудрая песня, одна морока с ними.

Вижу у стены одинокую фигуру наблюдателя. Едва придя, я поручил Третьему не спускать глаз с новых работничков. А то в глаза они улыбаются, а у самих хрен его знает, что на уме.

Становлюсь рядом и заглядываю за стену. Третий только чуть кивает, показывая, что меня заметил. Отличный собеседник, можно спокойно постоять рядом и помолчать.

У «пит-стопщиков» гулянка. Они собрались у высоченного костра и сейчас веселятся. Видать, сильно припёр их голод, что теперь пьяные от одной сытости. Болтают о чём-то и даже поют. Вспоминаю себя с Хрюшей в первые дни, у нас также было.

— ФаИна, ФаИна! ФаинаФаИна… Фай НА!НА! — орут снизу.

Голоса синхронизируются и становятся громче. К костру выскакивает рыжая девчонка, начинает танцевать, напротив неё встаёт фигуристая блондинка и они отплясывают на пару.

— Ах люблю тебя Фаина, ФаинА! — слышно, как ревёт Мустафа.

— Скажу Малому, чтобы он тебя сменил, — предупреждаю Третьего, — иди отдыхай.

Тот снова молча кивает в ответ.

***

Поместье Лорда удалось построить за два дня. Для этого мы забросили всё остальное. Даже Богучарова с Патриком забрали на стройку. Из-за их исключительных навыков, вместо 18 часов мы провозились больше двадцати.

На плантации трудились исключительно девушки, притом что Хрюша и Мышь посменно дежурили на стене. Геля оказалась отличным приобретением. Спокойная и работящая. Идеальная жена по меркам средневековья.

Будущие илоты тоже времени даром не теряли. Заготовив стройматериалов, они построили себе три хижины, чуть лучше, чем наши старые шалаши, но хуже современных изб.

Поместье получилось похожим на «длинный дом» у викингов. Там размещалось и место для очага, и два длинных стола с лавками, что-то вроде подиума, на котором мог восседать вождь, принимая послов.

Интерьер длинного дома. У Лорда Шурика всё малость скромнее

Именно туда, я и пригласил Мустафу. Он пришёл вместе с женой, той самой, пухлой, но симпатичной блондинкой, которую звали Нана.

Видно, что турок души в ней не чает, и уступил настойчивым просьбам девушки «поглядеть, как люди живут».

Пропустив формальности, переходим сразу к делу.

Желаете заключить:

Союзный договор

Договор батраков

Рабский контракт

Едва успеваю подумать, как «договор батраков» меняется на «договор илотов».

Илотами были спартанские, не то союзники, не то крепостные крестьяне. От крепостных они отличались тем, что даже выставляли свои вспомогательные войска, а от союзников явно подчинённым положением.

Раз уж мы — Спарта, я решил не отступать от исторических традиций.

По факту это договор о настройке «барщины», которую их сторона будет обязана отрабатывать.

Причём время договора строго ограничено, в отличие от рабского контракта.

Не буду перечислять все пункты, основными были следующие:

Илот:

— Поступает в распоряжение Лорда для выполнения работ на 10 часов ежедневно.

— Выполняет в это время все распоряжения Лорда или его родичей

— Не может нанести прямой или косвенный урон Лорду, его людям либо его имуществу.

Лорд:

— Обязан обеспечить илота пищей и защитой

— Не может принудить к работе илота, на срок, превышающий максимальный

— Не может лишить илота жизни

Время действия договора: 1 месяц.

Мустафа внимательно перечитывает договор, один раз, два раза, лишь на третий он не находит никаких подводных камней и соглашается с ним.

Мы пожимаем руки.

Поздравляем! Спарта приобретает первую общину илотов!

Репутация: + 10.

Награда за выполнение договора: +50 репутации

Штраф за разрыв: - 300 репутации.

— Если не секрет, — спрашиваю, — что у тебя в качестве штрафа?

— Минус двадцать с Харизмы, — говорит Мустафа, — совсем страшными будем, изгоями будем. Каждый, кто увидит, убить захочет.

Что же, Система умеет находить правильные методы воздействия.

Поселив илотов за стенами, я «убиваю» тем самым сразу несколько зайцев. Во-первых, ограничиваю присутствие в посёлке посторонних людей. Приходить на работы и жить 24 часа в сутки, это всё-таки разные вещи.

Кроме того, плантацию я объявляю «священной территорией», на которую допускаю только своих. А картофельные грядки по моему указанию, обносят дополнительным плетнём. Не знаю, как надолго это поможет сохранить нашу тайну, но, по крайней мере, я стараюсь.

Для пущей надёжности у плетня устанавливают Чёрти-что, который нагоняет на новичков дикий ужас. Они обходят его метров за двадцать, отчего я убеждаюсь, что способности пугала растут.

Вторая причина циничная, но практичная. В случае внезапного нападения на поселение, на пути врагов окажутся наши илоты. Они и шум поднимут, и время для нас выиграют.

Именно такой была судьба всех «посадов», которые возникали возле крепостей. В будущем я планирую построить ещё одну стену, ближе к лесу, но это вряд ли будет скоро.

Участие «подрядчиков» сразу же даёт свои результаты. Мы за день сооружаем кожевенную мастерскую. Туда неожиданно просится Патрик, с которым посменно работает кто-нибудь из илотов.

Чтобы переработать полученную руду, под руководством Тохича сооружается сразу три печки. Более того, из кабаньих шкур удаётся соорудить меха, так что металл среднего качества можно получить и без Мыши.

Он идёт на инструменты для плантации и на наконечники для стрел и копий. Булатная мотыга, это, конечно, нонсенс.

Ради таких ценных предметов мы лишаемся своих плащей. Я уже собираюсь отправить группу на поиски диких кабанов. Не всех же мы уничтожили при испытании.

Но, образно выражаясь, кабаны находят нас раньше.

***

Новости приносит Майор. Малой приводит его, когда мы с Тохичем обсуждаем результаты очередной плавки. Камень преткновения один и тот же: много «мусорных» изделий или мало «уникальных».

— Лорд, это срочно, — говорит он, отводя меня в сторону.

Майор потрудился, не жалея сил. Но меня это совсем не радует.

Рядом с нами обитает целая банда агрессивных байкеров. Эти парни покрыты татухами, носят кожаные жилетки и огромные бородищи. А за неимением «Харлеев» как-то умудрились приручить и оседлать кабанов.

Пробравшись за передовым отрядом, Майор обнаружил большое поселение прямо в соседнем кластере. По его мнению, это их «родная» локация.

Именно в нем находится защищенная база восточников, которая расположена в очень удобной лощине близ крупного озера и окружена двумя рядами стен.

Внутри находится крепость самих байкеров, а во «внешнем» поселении размещены их рабы.

По подсчётам Майора на стороне нашего врага не меньше пятидесяти-шестидесяти игроков. Значит, те уже подмяли под себя не меньше четырёх локаций, а, вполне вероятно, что и больше.

— Такого там насмотрелся, — говорит Майор, — рабы у них худые, грязные, в жутком рванье. Некоторых по ночам держат в клетках, как собак. Одну женщину у меня на глазах убили, за то, что, собирая ягоды, она одну себе в рот бросила. Её просто забили палками в назидание остальным.

Армию соседей составляют всадники на кабанах, которых называют «хог-райдеры», и пехотинцы. Вторые вооружены куда слабее.

Майор наблюдал бы дальше, но заметил, как из «столицы» выдвинулась большая группа всадников при поддержке пехоты.

Дойдя к самой границе нашей локации, они встали лагерем. Один отряд пошёл куда-то южнее, второй остался на месте, а третий двинулся прямиком к Спарте.

— Идут они медленно, — говорит Майор, — но прутся прямо сюда, как по компасу. Думаю, что к вечеру будут здесь.

— Сколько их? — уточняю.

— Восемь. Три наездника и пять пехотинцев.

Много это или мало? Ещё недавно для нас это была бы сокрушительная мощь. Сейчас — вполне посильная задача.

В фаланге я могу выставить пятерых человек. Михалыч и Малой - с ними всё ясно. Третий тренируется всё свободное время и низкий уровень может компенсировать высоким боевым духом и реальными навыками. Плюс Хрюша с рогаткой и Мышь в роли стратегической артиллерийской установки.

Да и Майор в стороне стоять не будет, что он тут же подтверждает:

— Если что, я в деле, — горячится военный, — я после того, что увидел, зубами их рвать буду. Нелюди жить не должны.

Вы создали миссию для игрока Майор!

Название: Смерть кабанятникам

Описание: Помощь Лорду Шурику в отражении атаки хог-райдеров.

Награда за выполнение: +500 опыта.

Майор не глядя тычет «принять».

Что-то мне в этом сообщении не нравится. Ну конечно, «отражение атаки». Оно подразумевает, что мы будем сидеть за стенами, ожидая врага.

Но кроме того, что кабанятники сожгут наш «посад», кто вообще сказал, что они станут атаковать?

А если увидят нас, развернутся и уберутся восвояси? Сразу понятно, что это не основные силы, а разведчики-рейдеры. Удастся захватить с налёту, нападут. Увидят сильного врага и отступят. Только нам такой вариант не подходит.

Мы будем атаковать сами.