Лорд Системы 15

Глава 1

— Шурик!

Со звонким смехом мне в объятия падает хрупкая фигура Мэнфи.

Не успеваю я произнести и слова в ответ, как она страстно целует меня. И отпускает лишь тогда, когда у нас обоих заканчивается воздух в лёгких.

Пирра, наблюдавшая за этой картиной, тычет локотком в бок Базальта, на что тот вскидывает подбородок, всячески стараясь показать свою незаинтересованность.

Звучат тихий смешок рыжей и её подколки в адрес титана, но я уже не обращаю на всё это внимания.

Я лишь смотрю в изумруды своей супруги.

— Как доехала? — улыбаюсь я.

— И это всё, что тебя интересует? Как я доехала? — надувает губки красавица.

— Как там Спарта? — делаю я новую попытку.

— Стоит, как и прежде. Михалыч и Свая разошлись не на шутку. Такое чувство, что они пытаются создать не город, а настоящий мегаполис! В любом случае, твой ответ все ещё неверный! — смеётся Мэнфи.

— Скучала по мне?

— Уже лучше, — кивает благосклонно она. — Ещё как…

— Тогда позвольте пригласить вас на прогулку, моя Леди, — улыбаюсь я и предлагаю жене руку.

Зеленоглазка возвращает улыбку и прижимается ко мне.

Гвардейцы и Чёрная Стража встают за нами почётным караулом и следуют неслышной тенью.

Хотя шепотки Пирры и ворчание Базальта всё ещё краем доносятся до наших ушей.

— А город изменился, — с ноткой грусти произносит Мэнфи. — Всё кажется совсем не таким, как раньше…

— И это к лучшему, — приободряю я супругу. — Из руин мы сможем создать нечто новое. Нечто лучшее, чем то общество, что выстраивал Стервятник, общество, которому потакал Меджнун.

— Он верил, что всё подчиняется ему, как и нашему отцу когда-то, — вздыхает зелёноглазка. — Старые, богатые и властные мужчины, считавшие, что мир крутится вокруг них. Но он так и не осознал того, что за ним шли в том числе потому, что тень отца всё ещё давала над всеми вокруг. Стоило ей исчезнуть, и Стервятник воспарил над Вавилоном, вознамерившись сместить меня и брата. Меджнун не был дураком…, но он верил в то, что отец всё ещё защитит его. Даже здесь, в мире Системы.

Я ничего ей не говорю. Лишь крепче сжимаю её ладонь.

И Мэнфи отвечает мне благодарной улыбкой.

Как раз, когда мы проходим один из бесчисленных перекрёстков, нас едва не сбивает с ног цепочка миниатюрных големов.

Каждый из каменных коротышек, чей рост не дотягивает даже до полутора метров, несёт над своей головой платформу, гружёную камнем, древесиной, глиной или другими стройматериалами.

— Простите! Извините! С дороги! Я их плохо контролирую! — орёт Кит, который балансирует на одной из таких платформ.

Заметив нас, он-таки не выдерживает хаотичного темпа голема и падает задницей на платформу.

— Мой Лорд, простите! Прости-и-и-и-ите меня! — вопит, удаляясь, когда големы всё же утаскивают его и караван материалов дальше по улице.

— И что это было?! — восклицает Мэнфи, смотря то на меня, то на совершенно равнодушных Пирру и Базальта, то вслед унёсшемуся «каравану».

— Мы же получили книгу мага-призывателя, — качаю я головой. — Кому-то следовало её отдать. Кит весьма неплохо проявил себя в этой войне. А его смекалку и находчивость отметили не только Пых, но и сам Майор.

— То, что Кита сделали магом, я не спорю, — хмыкает Мэнфи. — Я спрашиваю — какого чёрта только что было?!

Мне лишь остаётся закатить глаза и откашляться в кулак, чтобы не дать хохоту вырваться наружу.

— Видишь ли… Кит и Пых в своей характерной манере решили использовать големов на пользу общества, — объясняю я, пока мы продолжаем идти по центральной улице, — Хотя прежних гигантов создать парень не в состоянии, но два охламона нашли применение и таким коротышкам. Теперь они играют роль грузового состава. И, как видишь, вполне себе шустрого.

— Сколько игроков такой «состав» уже успел задавить насмерть? — с беспокойством спрашивает Мэнфи.

— Ни одного, — отвечаю я поспешно, но после пронзительного взгляда супруги всё же дополняю. — Ладно, пятеро получили ушибы и синяки. А один подвернул лодыжку отпрыгивая в сторону. Но то было в первый день! Больше ничего такого не происходит.

— Надеюсь на это, — возвращает себе улыбку Мэнфи. — Иначе я как Леди Вавилона не приму соседство с подобным… «караваном».

Вавилон всё же был очищен от монстров. Шесть дней продолжалась изнурительная работа союзной армии, но своего мы достигли.

Квест был завершён, а многие солдаты получили несколько новых уровней в ходе длительной зачистки.

Теперь же весь город представляет из себя гигантскую строительную площадку.

Каждой фракции была отдана та часть Вавилона, что она и зачистила.

Так, уже сейчас можно проследить характерные особенности каждого из районов.

В секторе Киото уже вовсю возводятся многоэтажные пагоды, которые вскоре вознесутся в небеса.

Сады камней, додзё, купальни, огороженные садами поместья и дворцы с черепичными крышами.

Москва отличается всевозможными барельефами на лицевой стороне зданий. Арки, фонтаны, садики и аллеи. Здесь сочетаются и сочная зелень, и драгоценный мрамор.

Милан же в свойственной себе манере ограничивается строгими и прямыми улицами. Дома тут не блещут изысками, украшениями или декорациями. Нет фонтанов, садов или даже самых простых клумб.

Вместо этого змееглазые предпочитают создавать просторные дворы, скрытые от глаз простых прохожих. Тут царят умиротворение, покой и уединение.

Что изменённые, что учёные, что простые жители этого района полиса прежде всего ценят покой и тишину.

И, наконец, Спарта…

Самый красочный и шумный торговый квартал, красочные фасады пентхаусов, скромные, но достойные домики для новичков. Клуб «Незабудка» со своим новым филиалом, кофейня «Спарта», которую Мэри восстанавливает в точности, как та и была, кафе, бутики и магазины.

А также усадьбы, скрытые от суеты улиц стройными рядами деревьев и зелёных насаждений.

Каждая фракция вносит каплю чего-то своего в новый Вавилон. Подобно художнику, что наносит на белый лист перед собой одну краску за другой, формируя незабываемую комбинацию цветов и оттенков.

— Добро пожаловать в новый Вавилон, — произношу я супруге. — В наш новый дом!

***

— Работы по восстановлению Утёса идут точно по графику. Мы даже опережаем план на неделю с небольшим, — докладывает Хатико, представитель Киото.

— Замечательно, Богучаров передавал какие-либо запросы? — деловито интересуется Мэнфи, которая вновь надевает на себя маску строгой бизнес-вумен.

У меня это вызывает ухмылку, но вслух я, конечно же, ничего не произношу.

В таком амплуа любоваться моей женой мне никогда не надоест. Такой я увидел её в первую нашу встречу на вечеринке в её дворце. Такой я её и люблю.

— Да, господин Богучаров просил передать свой запрос на создание небольшого форпоста на подступах к Утёсу, — перечитывает один из листов Хатико, — По его словам, он станет базой для расширения Демонов Утёса.

На мгновение нахмурив свои острые бровки, Мэнфи кидает украдкой в мою сторону взгляд зелёных глаз.

Я отзеркаливаю улыбку, не произнося ни слова.

— Принимается, — говорит Мэнфи. — Согласуйте новую партию стройматериалов и рабочих из Киото и Рима.

— Будет сделано, Леди Мэнфи, — склоняет голову представить Киото.

Демоны Утёса…

Пленные афиняне, что участвовали в осаде, говорили, что в полыхающем, разрушенном, умирающем поселении не мог выжить ни один игроки. Ни один солдат не смог бы после недель ожесточённой осады, обстрелов и голода встать на ноги, не говоря уже о том, чтобы взять и пойти в бой против заведомо превосходящего числом врага.

Только демоны могли пережить этот мрак и ужас, выстоять под гнётом обстоятельств, сломать себя и выковать в огне, прахе и крови, что своей, что чужой.

Демоны Утёса.

Зловещее и в то же время крайне подходящее название для нового подразделения.

Ни разведчики Малого, ни диверсанты Третьего, ни кочевники Вихра не являются по-настоящему боевыми подразделениями.

Их задача — добывать информацию, устраивать неприятности в тылу или в ночи, наносить комариные укусы и изматывать.

Но никак не вступать в прямое противостояние. Они не созданы для того, чтобы нырять в самую гущу событий, неся смерть и разрушение.

Это просто не их специализация.

Но Демоны Утёса… Убивать врага любой ценой — это то, ради чего они были созданы.

Сажа и кровь.

Богучаров удивил в который раз, когда вместо того, чтобы остаться в Вавилоне рядом со мной и попытать счастье, получив новую должность Лорда-наместника или ещё кого-то, он решил вернуться в Утёс.

«Это мой полис, мой Лорд. Я не могу его оставить надолго. Не могу. Когда я закрываю глаза, то снова вижу его обугленные улицы, разрушенные стены. Сомневаюсь, что вообще забуду всё это.»

Хитрый и предприимчивый бывший депутат остался там в пожарищах Утёса. Из них же вышел немногословный и мрачный Лорд-наместник, который готов перегрызть горло любому за тех, что остался вместе с ним.

За тех, кто пережили тот ад с ним плечом к плечу.

Я уважаю его решение и отправляю обратно в Утёс, чтобы мужчина восстановил крепость и сделал её лучше прежней.

Вместе с ним ушли и многие викинги, которых восхитили рассказы о Демонах Утёса. Воины с островов захотели также приобщиться к этой кровожадной и жестокой команде. Да и истории о неприступной крепости на берегу покорили их впечатлительные сердца.

Теперь Утёс станет одним из крупнейших портов в нашем Союзе. Теперь, когда Афины, Рим и Винланд являются частью Союза Городов, полис вновь обретёт мир.

И я надеюсь, что поселение не столкнётся с подобным испытанием вновь.

Из размышлений меня возвращает голос Мэнфи.

— Место для крепости кочевников уже выбрано? — задаёт зелёноглазка вопрос Совету.

Да, Совету…

Вавилон стал не только торговым сердцем Союза Городов, но и дипломатическим. Сюда будет перенесена штаб-квартира гильдии авантюристов.

Город приобретает особое значение для членов Союза.

А потому во дворце Меджнуна было принято решение разместить Совет Союза — организацию, что будет действовать исходя из интересов всего Союза Городов.

От каждой фракции в Совет было отобрано по одному представителю.

Хатико, бывший Посол из Киото, что вновь вершит волю Лорда О.

Рикардо, загорелый качок, представитель Москвы.

Индиго, худосочный змееглазый с выкрашенными волосами соответствующего цвета, один из помощников Данте, а также представитель Милана.

И, конечно же, Мэнфи, Леди Вавилона, представительница Спарты, а также председатель Совета Союза.

Решающая и лидирующая роль Спарты видна во всём. Кто-то может даже сказать, что это своего рода мирная экспансия. Культурный и бескровный захват.

А, с другой стороны, какова альтернатива? Одиночки не выживают, это показала и недавняя война. Ни Москва, ни Милан не выстояли бы против армии Альянса.

Вот и получается, что, кроме мирного захвата, может быть только захват военный. И Лорды, и их представители на Совете это прекрасно понимают. В свою очередь, я хочу видеть в них союзников, а не вассалов.

Даже объявление столицей Союза Вавилона, а не Спарты показывает всем, я не сеньор, а первый среди равных.

Зачем мне это нужно? Для того, чтобы каждая фракция выкладывалась по полной. Чтобы не потеряла свои особенности и наработки.

При этом я общими решениями, организациями и структурами всё теснее связываю нас вместе.

А обсуждение Совета всё продолжается.

— В ближайшие месяцы кочевники будут заняты переселением и поиском новичков, — сообщает Индиго. — Исходя из территории Союза, на это дело уйдёт два-три месяца, не меньше. За этот срок Милан предлагает лучше разведать южные предместья Спарты и Милана. Техас и нас разделяют горы и болота. Полагаю, не стоит спешить с выбором места для будущей крепости.

— Это имеет смысл, — соглашается Мэнфи. — Вот только будет ли Техас все эти месяцы сидеть и ничего не делать?

— Можно отвлечь их, послав несколько кораблей исследовать побережья к югу от Спарты, — предлагает Хатико. — Заставить Лорда Шерифа рассеять внимание.

Скрыть настоящий план за фальшивым. К тому же, через болота Техас определённо не поведёт свою армию. Только если через горы к Милану. Но тогда ему потребуется вступить в долгую и изнурительную войну со всем Союзом. А когда тигр покидает своё логово, то волк всегда может нанести в него визит.

Иными словами, Техас опасается Спарту и её одну. Прочие полисы не стоят внимания нашего Южного соседа.

Ему неважно уничтожить и раздавить тот же Милан, Москву и Киото.

Лорду Шерифу важно разрушить растущую слишком быстро Спарту. Погибни мы, и Союз будет ничем иным, как фикцией в глазах сильных мира сего.

Поэтому и воевать за какой-то Милан не имеет никакого смысла. Ведь тогда придётся вступить в игру на истощение не только со Спартой, но и со всеми нашими союзникам.

— В таком случае, передайте Лорду Данте, что необходимо выслать разведчиков на границу с Техасом. Спарта сделает то же самое, — сообщает моя супруга. — Мы должны знать о каждом шаге нашего врага и держать руку на его пульсе, чтобы знать, когда следует нанести следующий удар.

Этот вопрос мы заранее с Мэнфи обсудили в нашей спальне, так что она знает текущую ситуацию и легко в ней ориентируется.

Порой это столько времени экономит — совместить приятное с полезным.

А я мысленно обращаюсь к следующему вопросу.

Кочевники…

Новая Надежда была разрушена что союзной армией во время отступления, что северянами, которые уничтожили то немногое, что осталось после наших солдат.

И я не планирую восстанавливать этот торговый форпост.

Он исполнил свою задачу в совершенстве, и более мы в нём не нуждаемся.

Новая Надежда стала вторым сердцем степи после Вавилона. Она перетянула на себя всех торговцев в регионе, лишив столь вкусного ручейка Е-баллов Стервятника и его приверженцев.

Я обрёк «свободный город» на гибель не тогда, когда разбил армию северян у Врат, не тогда, когда Мэнфи сумела стать наследницей Меджнуна, и даже не тогда, когда вырезал Тьму и её гниль из степи.

Вавилон пал ровно в тот момент, когда он перестал быть сердцем региона. Когда торговцы покинули стены города, опасаясь за свою жизнь и не веря фанатикам.

Торговля создала Вавилон и подняла его за несколько месяцев на невиданную даже для Спарты высоту.

И именно прекращение торговли оставило кровоточащую рану на всей фракции Меджнуна, а потом и Стервятника.

Возвращаясь к кочевникам, изначально я думал разместить их в Вавилоне. Ведь степь — это их дом, и именно здесь эти воины показали себя лучше всего.

Но в то же время Вавилон не подходит для Великого Хана и прочих «свободных» людей.

Кем они здесь станут? Стражниками? Будут дорожное движение на улицах регулировать?

Им нужен собственный оплот, собственный дом.

Для этого я и намереваюсь построить крепость на юге Союза, прямо на границе с Техасом.

Третий, Биба и Боба уже подготовили карты разведанной территории нашего враждебного соседа.

Юг — это равнины и небольшие холмы. Здесь пасутся целые табуны лошадей, здесь же выращивается кукуруза, а в небесах медленно плывут огромные воздушные шары.

Не военного назначения, но гражданского. Они перетаскивают сети, в которых складируются различные грузы.

Именно эти равнины станут новым полем боя для кочевников. Но для начала… Новой орде следует прочесать весь Союз на наличие новичков.

Первые партии уже прибывают в наши поселения: в Спарту, во Врата, в Сладкую Жизнь, в Солнечный Берег, в Краснодар.

Авантюристы и разведчики рыщут в лесных чащах и в долинах. Кочевники носятся по степи и по предместьям Рима.

Диверсанты устраивают вылазки к югу от болот, чтобы отобрать часть новичков у Техаса.

А меж тем с неба иногда уже падают первые снежинки.

Непогода становится всё сильнее, промозглые дожди и ветра уже не кажутся особой редкостью.

Всё больше игроков кутаются в шкуры, плащи и кожаные сапоги.

Союз ждёт серьёзное испытание.

Но в то же время… если мы переживём эту напасть, если выстоим перед жестокими морозами на суше, неутихающими штормами на море, то Союз уже будет ничем не сломить.

Спарту уже будет не сломить.

И вот, очередное собрание Совета Союза подходит к концу. Представители спешно покидают богато украшенный зал.

Даже и подумать сложно, что всего несколько недель назад он являлся логовом для гигантских пауков и был покрыт сплошь и рядом паутиной и плотными коконами жертв монстров.

Поднявшись со своего места, я подхожу к Мэнфи и целую её на прощание.

Она прислоняет свою голову к моей груди и тихо бормочет:

— Тебе действительно нужно вот так брать и оставлять меня здесь одну, — возмущается она, но без огонька.

Чисто для проформы. Понимает ведь, что просто не могу оставаться здесь навечно.

Прочие Лорды и Леди уже отправились восвояси, восстанавливать свои города. Пришло время и для меня.

— Увы, это так, — печально вздыхаю я, — Но не волнуйся. Дорога от Врат до Вавилона уже строится. Ещё немного, и вместо недель мы сможем видеться каждый пару дней.

— Скорей бы уже, — фыркает зеленоглазка. — Передавай бестиям привет от меня. И Хрюшу не забудь шлёпнуть по заднице. Ей для проформы полезно.

— Не забуду, — хохочу я. — Тогда до следующего раза.

Я возвращаюсь домой. В Спарту.

Война окончена. Самое время позаботиться о мире.

Глава 2

— Впечатляет, — признаюсь я.

— И только?! — недовольно пыхтит Алиса, положив ладошки на бёдра.

Я от души хохочу, глядя на эту пантомиму.

— Ладно-ладно. Не просто впечатляет. Это полный отвал башки, — следует мой ответ.

И он приходится Алисе по душе.

— Вот это уже похоже на правду! — гордо выпячивает грудь это чудо в комбинезоне. — Знаешь ли ты сколько сил и времени у нас на него ушло?! Хм!

О чем, собственно, речь?

О чадящем, грохочущем колёсами, изрыгающем пар локомотиве.

Да, Спарта вступает в эпоху пара семимильными шагами. Вопреки Системе и её запретам, которыми она обложила нас со всех сторон, Нора продолжает преподносить один сюрприз за другим, раздвигая рамки возможного, границы допустимого.

Так и сейчас самые настоящий паровоз движется в нашу сторону по железной дороге. Той самой ветке, проложенной ради эксперимента от Врат до Спарты.

Даже после землетрясения, даже после тяжёлой войны ветка практически не пострадала.

Не пострадали и учёные из Норы, которые бились над проектом паровоза уже который месяц.

Паровая машина Герона уже была доступна нам, так что появление подобного механизма было лишь вопросом времени и череды бесчисленных проб и ошибок.

Прорыв в наработках принесли трофейные танки и воздушные шары, работающие на паровом двигателе.

Некоторые наработки из этих творений мои карманные безумцы-таки сумели использовать себе на пользу.

Благодаря чему и родился первым паровоз!

Да, далеко не тот эффектный и величественный состав знакомый многим по историческим фильмам.

Наш аппарат — небольшой механизм на колёсах, трясущийся, точно переживает эпилептический припадок и стонущий от прикладываемых нагрузок.

Но он работает, а это самое главное!

Вслед за собой локомотив тянет три вагона, переделанные из экипажей конки.

О грузовых платформах пока и речи не идёт. Просто мощности не хватит. Перед нами всё ещё находится прототип, и, чтобы довести его до ума, уйдёт немало времени.

Но путь в тысячу ли начинается с первого шага. Так и этот уродливый локомотив станет началом для чего-то большего уже в ближайшие месяцы.

Ну, а пока… прокатимся с ветерком по этой паровой табакерке!

***

Спарта серьёзно пострадала из-за действий Альянса. Новая Надежда, Сладкая Жизнь, а теперь ещё и сама столица.

Техас и северяне попробовали откусить от нас огромный кусок, и им же они подавились. Не смогли усмирить свою жадность ни Леонардо, ни Стервятник, ни Лорд Шериф.

Все они обломали зубы о нашу фракцию.

Но в то же время это не значит, что это не оставили следов на самой Спарте.

Шрамы от прошедшей войны и испытания до неё ещё видны невооруженному глазу.

Завалы и руины уже давным-давно убраны, но строительные площадки ещё никуда не делись.

Вся Спарта нарядилась в неряшливый пояс из строительных лесов. Симфония молотков, топоров и пил звучит в ушах сразу со всех направлений.

В небо поднимаются этажи новых особняков, напоказ выставляются витрины магазинов, кафе и ресторанов. С ослепительным блеском занимает небольшой холм, выложенный из камня госпиталь.

Привлекают своим грозным видом и отремонтированные крепостные стены со сторожевыми башнями. Теперь они выше, крепче и вооружены пуще прежнего.

Кажется, что ни одна армада теперь не то, что прорваться через них не сможет, но даже не осмелится на столь безумную мысль!

Благодаря новым открытыми Норы меняется и промышленный сектор.

Паровые машины всё глубже пускают корни в мастерских. Здесь “турбины Герона” разворачиваются в полную мощность. Тут их не требуется ограничивать по размеру и мощности, как на локомотиве.

Поэтому они постепенно начинают вытеснять водяные колёса, которые, правда, до сих пор остаются основным источником энергии.

Зато они не “привязаны” к воде.

Паровые машины стоят испытывают и в кузницах, и на химическом заводе Мухомора, и даже в кожевенных мастерских Патрика.

Едва ли не с ноги прогресс врывается в дома и на рабочие места игроков.

Возводится новая канализация под городом, что растёт всё быстрее, всё стремительнее. Выгребные ямы столь же неуклонно забываются, а взамен их приходит классический ватерклозет.

Всё это осуществляется благодаря грандиозному плану Михалыча и Сваи.

Эта пара инженеров совершила невероятное. Они сумели вдохнуть новую жизнь в и так постоянно растущий город.

Придать ему очертания современного мира, огранить тот скрытый блеск, что таился в Спарте с самого её зарождения.

Люди хотят удобств. Люди жаждут комфорта, о котором они забыли с приходом в мир Системы.

И Михалыч со Своей вознамерились вернуть частичку прежнего быта.

Фонари на улицах, аллеи и парки, скверы и площади, канализация и водонапорные башни, купальни и даже бассейны.

Спарта развивается, Спарта вступает в новую эпоху, которая уже совсем не подходит на привычное средневековье и тёмные века древности.

Теперь это не просто город-крепость, но нечто большее. Дверь в прошлое и в будущее одномоментно.

Особенно моё внимание привлекает район для новичков.

Бывший посад теперь представляет из себя миниатюрный город внутри самой Спарты.

Здесь меня, Алису и прочих сопровождающих встречает Луна, ответственная за министерство образования. Теперь девушка отвечает и за этот небольшой район, который спартанцы в своей манере обозвали «Лягушатником».

Что такое Лягушатник? Рай для новичков, что присоединились к Спарте.

Уже сейчас по всему региону носятся отряды авантюристов и солдат, чтобы привести людей в город.

Здесь же, у самых ворот их берут под руки чиновники из министерства образования и отводят в Лягушатник.

Где новоприбывших опрашивают, ортируют, размещают в бараках и общих домах.

Теперь у новичков есть полноценный период адаптации. Целый месяц их проводят через «курс молодого игрока», рассказывают о законах Спарты, о её истории, прививают преданность фракции и пути, по которому мы идём.

Приучают к идее лучшего будущего для всех в этом новом мире.

За этот же месяц новичков гоняют на плантации, в мастерские, по плацу, в амфитеатр и даже в офисы министерств.

Ведь задачей стоит как можно больше набраться опыта. Игроки получают возможность увидеть жизнь фракции, как она есть.

Каждый из них успеет покопать и картошку под надзором Гидропона, и попробовать себя в каком-то из цехов под чутким приглядом Тохича, Патрика, Гели или иных мастеров, а также ощутят вкус битвы с тушканчиками или иными монстрами в предместьях Спарты.

Не забывает никто и о прокачке базовых навыков. Вся эта гонка с точки на точку для того и создана, чтобы не только позволить ребятам поднять уровень на общественно-полезной работе, но и ко всему прочему приобрести необходимые профессии.

Вся эта программа уже сейчас даёт ошеломительные результаты. Если раньше на получение 10-го уровня уходили целые месяцы, и то, подобного достигал далеко не каждый, сейчас же по истечение своего первого месяца столь жёсткой, но крайне необходимой прогонки новички вступали в общество, обладая 7-8 уровнями.

Ошеломительный прогресс!

Невероятный результат!

Нора, Луна, Мышь и многие другие ночами трудились, чтобы создать идеальную систему для огранки прибывающих новичков.

И вот её первая форма уже приобрела более-менее видимые глазу очертания.

Новое пополнение спартанцев сильнее, разбирается куда лучше в том, как устроена фракция в целом. Теперь их не выбрасывает в большой и страшный мир, а лишь позволяет делать свой собственный выбор и искать свою судьбу.

Ведь Спарта — это второй дом для каждого человека в её стенах.

И я сделаю всё, чтобы так и оставалось впредь.

***

— Итак, как у нас дела с новыми плюшками? — интересуюсь я, шагая в окружении учёных из Норы. — Как скоро нам ждать свои танки, самолёты и прочее?

— Увы, всё не так радужно, как хотелось бы, — ворчит Алиса. — Не знаю, как чёртов техномаг из Техаса сделал то, что сделал, но Система упрямо не даёт нам скопировать его работы.

— Вот оно как…

Первым делом речь идёт о смеси для огнемётов. Она делается явно из большого количества нефти, источник которой находится в загребущих руках нашего Южного соседушки.

Скорее всего, техномаг сумел среди прочего соорудить и перегонную или очистную станцию для нефтепродуктов, тем самым получая из них огнесмесь, смазку для танков и не только.

Неприятным оказывается и то, что своего воздушного флота нам в ближайшее время не видать.

Да, Алиса и учёные за прошедшие с атаки Техаса недели исползали их сооружения вдоль и поперёк. Сунули свои любопытные носы в каждую щель, в каждый угол, но так и не смогли скопировать паровой двигатель для дирижаблей.

Так что наши шары позволяют подниматься в воздух, но летят только по ветру. Уже прогресс, но…

Тестовые образцы всё также продолжают пародировать начинённые взрывчаткой чемоданы, не желая сдаваться и не намереваясь вручить свою грозную силу в руки недостойных «человеков».

Не знаю, что навертел такого техномаг, но мне теперь просто необходимо добраться до него и вывернуть того наизнанку. Выведать все его тайны, узнать технологии производства тех или иных диковинок.

Ну, а потом закопать по тихой и передать его фолиант кому-то более достойному.

Но, а до тех остаётся только стискивать зубы и печально вздыхать о нежелании Системы облегчать жизнь идущему вперёд по пути прогресса человечеству.

— Но это не значит, что мы совсем ничего не достигли! — восклицает Алиса, втянув меня за руку вглубь научного города. — Есть и хорошие новости!

— Даже так? Тогда показывай!

Меня подводят к требушету, которые, если мне не изменяет память, мы захватили в бою у Врат. Даже тогда мне показалось, что конструкция маловата для демонстрируемой дальности и мощи.

— Так и что, собственно, тут интересного? — с ухмылкой гляжу на супругу.

Та возмущённо дуется и указывает на осадное орудие.

— Как что? Это же сплав настоящей магии и технологии! — заявляет она.

А далее я становлюсь слушателем непродолжительной лекции о том, что за «чудо» мне досталось в руки, а я толком того и не осознал.

— Это самая настоящая паровая катапульта! Прямо, как на современных авианосцах! Слышишь, Шурик! Паровая катапульта, но оформленная в форме требушета! Чёртов техномаг, наверняка, создал схему или чертёж для этого монстра! — восклицает Алиса.

— И в чём его монструозность? — смеюсь я.

О, зря это я спросил…

Если принцип действия мне ещё более-менее понятен, то вот волну технических характеристик, что были составлены учёными из Норы я уже не выдерживаю.

— Милая, давай по существу, — прошу я.

На что Алиса смущённо чешет кончик носа, словно ничего не было и не её только что унесло в дебри техноромантики. В который уже раз.

— Так вот… если говорить грубо, то такой требушет бьёт куда дальше своего механического собрата. Металл заменил древесину. А пар - силу рычага. Короче, это промежуточная ветвь между настоящей артиллерией и стрелковыми орудиями из средних веков, — вздыхает Алиса.

— И вам удалось его расшифровать? — наклоняю я голову.

— Спрашиваешь! — фыркает моя кудряшка. — Конечно, мы это сделали! Это значит, пара недель испытаний, тестов, и у нас появятся орудия, способные тягаться с теми, что уже стоят у Техаса на вооружении.

Мы всего-то сравняем наши шансы. Я тихо выдыхаю, но не высказываю мыслей вслух.

Противник опередил нас благодаря уловке в лице техномага и его чудес.

Что же, пусть так. Пусть неприятель радуется своей форе.

Вавилон также когда-то казался неприступным и недостижимым. Но где он теперь? Где этот грозный город, что готов был подмять под себя всю степь и её предместья?

Правильно, теперь Вавилон часть Спарты и Союза Городов. Та же участь ждёт и Техас.

Как говорится, хочешь мира — готовься к войне!

А я очень и очень желаю мира. Для своих людей, для своего нового дома.

И потому войне с Техасом быть. Эту хитрую крысу нужно давить, пока она не нашла ещё способ, как осложнить жизнь мне и Союзу.

Паровые требушеты станут лишь одним из множества шажков на пути завоевания Южного соседа.

Совсем скоро огонь обрушится на головы моего врага. И Спарта покажет, что бить её исподтишка — это явно далеко не лучшее решение.

Но до тех пор стоит подготовиться.

И произвести немало тех самых паровых требушетов.

— Так, когда ты сможешь мне сделать первый образец? — спрашиваю я.

Самое время подумать и о перевооружении армии.

***

Мимо проехал патруль техасцев.

В последнее время их появляется всё больше и больше на северной границе. Два ассасина молча проводили их недовольным взглядом, после чего вернулись к своей работа.

— Надо было с собой брать лопаты нормальные, а не эти огрызки, — проворчал Биба, указывая на сапёрную лопатку в своих руках.

— Угу, и привлёк бы ты внимания к нам куда больше, чем без них. Сразу бы спросили, куда это мы намылились и что вознамерились копать, — закатил глаза Боба, высунув голову из-за кустов и снова убеждаясь в том, что их никто не пасёт. — Вроде всё чисто…

— Зачем нам вообще оставлять здесь эту штуку? — поморщился Биба, укладывая в вырытую яму кожаный мешок, в котором лежала корона подчинения.

— Резервный способ связи, – хмыкнул Боба. – У нас связь через божественный план с Чёрти-что нестабильная. Получается один раз из трёх. А отсюда мыслесвязь через корону добивает до ближайшего патруля стражи.

Биба поёжился от липкой грязи, забившейся ему под ногти, после чего просто покачал головой.

— В общем, не кладите детишки всё яйца в одну корзинку, — произнёс ассасин.

— Правильно мыслишь, шкет, — кивнул тому Боба, снова взявшись за саперную лопатку и присоединился к закапыванию артефакта.

Несколько минут усердной работы, возмущенного пыхтения, проклятий под нос и в адрес ненавистных техасцев, и вот — перед двумя мужчинами находится неприметный схрон.

Слой травы был заранее вырезан, а после «закладки» оказался на своём прежнем месте.

Если не присматриваться, то никто и думать не станет о том, что здесь лежит самый настоящий клад!

Разве что Биба и Боба не собирались рисовать карту сокровищ и не намеревались выбрасывать в море бутылку с посланием с описанием точного маршрута.

— Отлично, с этим покончили, — произнёс Боба, вытерев пот, вечно норовящий залечь в глаза, — Самое время накладывать маскировку.

— Конечно, шеф, как будет вам угодно, — усмехнулся Биба и хлопнул в ладоши.

В ту же секунду их внешность вновь изменилась, а Боба с недоумением осмотрел свой наряд.

Какой-то зелёный костюм, точнее, военная форма. Причём, смутно напоминающая образец советской армии, но при этом едва уловимо отличавшийся от неё.

— Это ещё что за наряд ты на нас налепил? — возмутился Боба.

— Так было же задание создать подпольную ячейку в пределах Техаса с целью шпионажа, а в идеале и смещения власти, — заключил Биба, покручивая между своих пальцев толстую сигару. — Вот и сформировал образец под стать.

Откуда она вообще у Бибы появилась, Боба даже и думать не хотел.

— Так никуда не годится, — покачал головой Боба, и в тот же миг их одежда стала схожа с тем фасоном, что носили техасцы. — Вот так уже получше…

Мужчина снова вгляделся в лицо своего товарища и невольно прищёлкнул языком.

— Черт, где я уже видел эту физиономию?

— А ты что думал! Это ж Че Гевара! — ухмыльнулся Биба, зажав зубами сигару и расплывшись в хищном оскале. — А тебе достался молодой Фидель Кастро!

— Нас же живьём сожрут, стоит нам оказаться в Техасе, — хлопнул себя по лицу Боба.

Это ж кем надо быть, чтобы войти с «маскировкой» в виде двух самых известных революционеров западного полушария Земли?!

— Но-но, товарищ Боба! — засмеялся Биба. — Нас на руках носить будут! Народ Техаса встанет на нашу сторону! Как-никак, а мы формируем Народно-освободительное движение против техаского империализма и диктатуры! Вива революсьон, команданте!

— Когда-нибудь ты точно допрыгаешься со своими приколами, — вздохнул Боба, уже не желая даже тратить силы на спор со своим напарником.

— Но это ещё не точно, команданте! Вперёд, к революции!

Глава 3

— Создать пароход?! — удивляется Алиса, смотря на меня глазами, полными недоверия.

Губки приоткрыты, в глубине привлекательных очей её таится детская обида на то, что она сама до этого не додумалась, которая вмиг сменяется азартом и вызовом любому изобретателю.

На мгновение у меня создаётся ощущение, что я словно открываю ей целый мир, сам о том и не подозревая.

Идея эта всплывает у меня в голове, стоит только зайти разговору о возможных инновациях для солдат.

Новые доспехи, улучшенная сталь для клинков и наконечников, более крепкие щиты.

Амулеты для каждого гвардейца и не только.

Увеличение производства пороха и усиление отрядов подрывников.

Возможность создания индивидуальных «флейт» по типу китайской «огненной стрелы».

Все эти решения хоть и лежат на поверхности, но требуют тщательной проработки и продолжительного обсуждения.

Следует определить будущий облик спартанской армии.

Уже сейчас мы сталкиваемся со всё более грозными врагами. Кто-то углубляется в изучение магии, кто-то использует узкоспециализированные отряды, какую-то конкретную тактику и стратегию, в которой им нет равных, а некоторые фракции, по типу Техаса, уповают на продвинутые технологии.

Спарте необходимо вобрать в себя самое лучшее. Сделать нашу армию ещё сильнее, а главное — подготовить контрмеры на все случаи жизни.

Война с Альянсом во многом показала, что хоть мы и превосходим большую часть соседей в уровнях и в качестве подготовки, но те же десантники Техаса сражались с нами на равных.

А местами и вовсе одерживали вверх.

Нельзя позволить гордыне ослепить себя, позволить высокомерию пустить корни.

Спарта сильна, но не непобедима.

Любого колосса можно уничтожить, любого Голиафа можно убить.

Нельзя останавливаться на достигнутом и нельзя позволять себе отдых.

Пока армия залечивает раны, пополняет свои ряды новобранцами и проводит их подготовку, следует определиться с тем, куда мы будем вести наши вооружённые силы.

К этому относится и план развития нашего флота.

— А что здесь такого? — улыбаюсь я. — Паровоз у нас уже есть. Уродливый, правда, но тут уж ничего не поделаешь. Уже производятся прототипы паровых турбин и машин. Так почему бы не попробовать продвинуть и наше кораблестроение?

— А как же эпоха парусного мореплавания? А как же фрегаты, линкоры и вот это вот всё буйство мачт, такелажа, древесного лака и тысячи орудий! — машет перед собой ладошками Алиса, рисуя в воздухе грациозную картину периода географических открытий.

— А мы для начала сделаем хотя бы прототип, — подмигиваю я жене. — В любом случае сразу создать пароход у нас не получится. Не говоря уже о том, что даже если и выйдет, то запасов угля на нём хватит разве что, чтобы добраться до Афин в одну сторону. Обратно уж точно не напасёшься.

И это действительно так. Парус ещё долго будет и выгоднее, ведь ветер бесплатный, и корабли на угле будут прочно «привязаны» к базам снабжения. А ещё половину груза будет составлять топливо. Теперь становится понятно, почему на Старой Земле парусники ходили по морям чуть ли не до конца 19 века.

— И то правда, — печально вздыхает Алиса, которая, наверняка, уже навыдумывала себе, что вот-вот сумеет толкнуть Спарту объятия пара, стали и всемогущих дредноутов.

Но всё это нам предстоит ещё очень и очень нескоро.

— Так что думаешь? Справишься? — спрашиваю я у супруги.

— Пф, тоже скажешь! — гордо выпячивает грудь Алиса. — Если уж кто и сможет справиться с такой задачей, так это я! Ни один из моих кротов с этим не сдюжит лучше меня!

Кроты… ха, только Алиса может назвать учёных, которые не вылезают сутки напролёт из своих тёмных изб и проводят одно испытание за другим, кротами.

Хотя, порой, они действительно походят на этих слепых и беспомощных зверьков. Шастают по Норе, щурятся, ворчат под свой нос без устали и спрашивают: «А какой сейчас вообще день недели?»

Удивительные личности, как ни посмотри!

И что ещё более удивительное, так это то, что они всё собрались под началом Алисы и в ней души не чают, принимая ту едва ли не за второе пришествие Эйнштейна и Софьи Ковалевской одновременно.

— Тогда рассчитываю на вас, леди Алиса! — щёлкаю я красотку по носу.

На что та удивлённо ахает, а затем сердито показывает мне кулак.

У-у-у, какие мы злобные!

Боюсь-боюсь!

Не выдержав, я всё же покидаю Нору, покатываясь от хохота.

Оставляю дела науки в надёжных руках.

***

Дни сменяют друг друга. Спарта постепенно восстанавливается. Новички также, кроме всего прочего, привлечены к строительству, что охватило весь город.

Из Вавилона вскоре прибывает Кит во главе своего каменного каравана.

Новая торговая столица Союза уже практически отремонтирована, и в неё потекли десятки групп торговцев со всех полисов.

Осень же постепенно вступает в свои права. Температура медленно, но неустанно понижается. Дожди, слякоть и завывания ветров уже не кажутся чём-то необычным.

Теперь люди всё больше кутаются в толстые меховые и кожаные плащи, меняют сандалии и прочую обувь на высокие сапоги.

Даже в «набор новичка» теперь были внесены правки. Отныне Спарта, помимо лёгкой одежды, выдаёт и комплект тёплой, зимней.

Всё, чтобы наши новоприбывшие игроки не простыли или чего хуже.

Что любопытно, среди всё прибывающих людей достаточно большая часть является недавними детьми.

Это те самые восемнадцатилетние.

Это и хорошо, и в то же время не очень.

Занятно, что некоторые новички уже имеют при себе уровень выше 10-го, а местами и того выше.

Но плохо то, что вслед за более высокими характеристиками приходит и высокомерие.

Недавние дети не желают подчиняться новым законам и правилам, часто создавая проблемы и вынуждая держать руку на пульсе, а также отряд стражников наготове.

Хорошая порка на публику выбивает всякую спесь даже из самых отпетых гордецов.

Примечательно, что всё эти ребята прибывают из разных миров. Кто-то становился героем там, а кто-то проклятием целых народов. Мелькают и те, которые просто провели последний год в ничегонеделании.

Вся эта информация постепенно копится у Мыши и Луны, которые проводят опросы и узнают кусочек за кусочком о мирах Системы.

Пока из этого нельзя составить какую-то чёткую выкладку, но в будущем, я надеюсь, это нам когда-то да пригодится.

Похолодание и распутица приводят к тому, что разъезды разведчиков и кочевников куда хуже теперь справляются со своей работой.

Поиск новичков осложняется с каждым днём.

Усугубляет положение и то, что игроки в том числе не стоят на месте, а мигрируют между кластерами, в результате порой расходясь с патрулями едва ли не в паре километров.

Настораживает и то, что всё больше монстров замечают мои солдаты и авантюристы на границе Спарты и Союза.

Если поначалу я полагал, что концентрация монстров просто увеличится в 5 раз, то ничего подобного не случилось!

Порождения Системы если и появляются, то незаметно для глаз Союза, тут же уходя в долины, горы, лесные чащи, тем самым скрываясь от глаз разведчиков.

Это невольно порождает беспокойство.

Как бы Система не устроила нам очередной подлянки.

Ведь самое неприятное во всём этом то, что авантюристов так просто уже не послать на охоту: дороги раскисли, чащи превратились в настоящие джунгли, а в горах из-за дождей и вызванных ими селевых потоков просто-напросто опасно передвигаться.

Весь Союз замирает с наступлением холодов. Возводятся новые амбары, склады, хранилища для топлива, древесины.

Новые и новые бригады отправляются в леса рубить деревья, чтобы было чем отапливать дома предстоящей зимой.

Скорость роста картошки и прочих культур стремительно падает.

Если поначалу на то же яблоко редкого уровня требовалось неделя-полторы роста, то вот теперь это отметка застывает на двух-трёх неделях.

И чем холодное будет, тем медленнее будет идти созревание культур.

Благо, нападение Техаса никак не отразилось на наших запасах провианта, что был сокрыт в амбарах с капитальными погребами, часть из которых были не просто выкопаны под землёй, но и выдолблены в скалах.

Того же, впрочем, нельзя сказать о Москве, Милане, Афинах и Винланде.

Первые три фракции серьёзно пострадали от войны: поля пшеницы в долине Москвы сожжены, по Милану северяне прошлись разрушительными граблями, а Афины и до начала войны с Альянсом едва ли не находились на грани голода.

Винланд же с самого начала существовал за счёт грабежей и рейдов на островной союз, так что запасов там также не так уж и много.

А их привычно грабительский образ жизни прекратился. Не рыбу же ловить этим воителям.

И как бы я того не хотел, но Спарте не прокормить весь Союз этой зимой. Не говоря уже о том, что к нам прибывают каждый день десятки новых голодных ртов.

Необходимо найти выход из растущего кризиса.

И таковым мне видится лишь Константинополь. По заверениям Граблей и Валерьяна, что вернулись со мной в Спарту, климат островного союза и так был больше тропическим.

Что для тропиков зима?

Дожди да разве что лёгкие холода?

Будет ли там вообще снег? Большой и большой вопрос.

Но надежда на то, что хоть где-то в регионе ещё можно будет выращивать пищу, сохраняется.

Остаётся лишь вопрос — что мне делать с этой информацией.

С одной стороны, земли Константинополя должны быть взяты под контроль. Только так Союз сможет обеспечить себя должным количеством провизии.

Но начинать войну сразу же по завершению противостояния с Альянсом…

Солдаты просто-напросто устали от этого. Им жизненно необходим отдых. Даже викинги на какое-то время утолили жажду крови и боевой славы.

Иначе пошли бы они вслед за Богучаровым восстанавливать Утёс?

Должен быть иной выход.

К островному союзу следует отправить делегацию послов.

Союзу необходимы продукты Константинополя.

И по этой же причине я высылаю Валерьяна, Скольда, Пирру и три галеры, да и несколько драккаров к нашим северо-западным соседям.

Нужно попробовать хотя бы договориться. Достичь желаемого не клинком, но словом.

И если уж тогда ничего не выйдет… То морские воды снова обагрятся свежей кровью.

***

За окном стучит дождь, глухо ударяясь о стекло моего поместья.

Внутри же сладко трещат поленья в камине, горят свечи, полумрак окутывает зал.

Геля увлечённо напевает заурядный мотивчик себе под нос и мерно работает спицами, пробуя связать шапку с помпоном для каждого из нашей семьи.

Хрюша крутит бокал с королевским сидром и задумчиво смотрит на языки пламени в камине. Чёрные волосы распущены, ножки закинуты на мягкую скамейку, а сама поди размышляет о предстоящей отправке делегации в Константинополь.

За которую по большей части и отвечает её промышленно-торговая палата. Ведь если всё пройдет, как и положено, то Хрюше придётся приложить немало усилий, чтобы наладить поставки провианта с островов в Спарту и Киото и дальше до Москвы и Милана.

Так-то одним из наиболее удобных пунктов перегрузки видится мне Утёс, так как от него идёт уже вполне себе протоптанная дорога до Рима. А оттуда уже до Вавилона ну и дальше в Москву с Миланом.

Но сам по себе полис ещё не восстановлен, а также на дне его бухты всё ещё находятся афинские галеры, что невольно затрудняет транспортировку.

Столько проблем, столько забот!

Я невольно перевожу взгляд на неугомонную Алису, которая ходит из одного угла зала в другой.

Ее всё беспокоит тот факт, что Нора не может повторить достижения Техаса и его техномага.

— И всё же я не понимаю! — восклицает Алиса. — Как это вообще работает?!

Геля и Хрюша отвлекаются от своих занятий, смерив шумную подругу недовольными взглядами, после чего вновь отвернулись.

— Что именно? — улыбаюсь я, предлагая девушке присесть.

Алиса, смутившись своей вспышке раздражения, садится напротив меня на диванчик и наливает себе из бутыля сидра.

— Ну, вот скажи мне, Шурик? Как же так выходит? — произносит изобретательница. — Почему тот же Вавилон так легко развился до города? Пока мы охотились копьями и пращами, они уже строили каменные стены и собственные мануфактуры! Ведь они обгоняли нас на целую историческую эпоху. Так же и Техас сейчас! Мы только пытаемся построить паровую машину, они же вовсю используют технологии, как им заблагорассудится! Такое ощущение, будто у них было несколько лет форы! Так нечестно!

— Нечестно, — соглашаюсь я с ней. — Но форы у них не было. Это я могу тебе точно заявить. Иначе бы мы бы никогда не смогли бы догнать тот же Вавилон и не смогли бы держаться на равных с Техасом. В истории реального мира всё происходило в точности также. Исторический процесс несправедлив и жесток, а порой парадоксален. Прилагая одинаковое количество усилий, одна держава может отстать от другой на целые века.

— Не понимаю, — морщится Алиса, сделав большой глоток сидра. — Объясни на пальцах.

Хрюша и Геля также смотрят на меня с любопытством. Последняя даже вязать перестала.

— Ну, смотри, — оставляю от себя бокал. — Возьмем двух путников. Всё мы знаем эти задачки из начальных классов. Один идёт со скоростью в 5 км/час, а второй — в 4 км/час. Сколько времени потребуется каждому из них, чтобы пройти сто километров?

— Так понятно же, — фыркает Алиса. — Первому — двадцать часов, а второму — двадцать пять.

— А неверно! — усмехаюсь я. — Ты видишь это, как задачку из учебника, но в жизни-то всё выйдет иначе.

На немой вопрос супруги я продолжаю объяснять.

— Уже через пару часов первый путник оторвётся от второго. А вскоре и вовсе скроется из виду. Тот, что останется позади, естественно, попробует нагнать своего оппонента, поравняться с ним. Но это у него, понятное дело, не получится, скорость-то у него ниже. Он так и будет отставать в течение всего дня, пока не остановится на ночлег.

— Ну и что? — подключается к разговору Хрюша, которая по роду своей деятельность тоже постоянно имеет дело с цифрами. — На следующий день нагонит, точнее, придёт с отставанием в свои пять часов.

— Если бы, — усмехаюсь я. — Первый путник пройдёт дальше и вовремя остановится, приготовит ужин и ляжет спать, а наутро отдохнувший двинется с рассветом в путь. Второй будет ставить палатку ночью, поужинает всухомятку и проспит от усталости. Если он ещё ногу себе в темноте не подвернёт. И какая у него скорость будет?

— Уже явно не изначальные четыре километра в час, — замечает Хрюша.

— Так и есть, — киваю я ей. — Повезёт, если он сможет преодолеть два километра, а, скорее всего, и через один уже устанет. Так что он может целый день до своей цели идти. Понимаете, к чему я клоню?

— К тому, что в жизни всё совсем не как в учебниках, — смеётся Геля.

— И откуда ты всё это знаешь только? — качает головой Хрюша, сощурив глазки. — Вот правильно я тебя в своё время разглядела, — делает она неожиданный вывод. Помню, сначала приняла за простого студента, но сейчас… посмотри на себя. Окружён красотками, Лорд крупнейшей фракции в регионе. Откуда ты вообще такой взялся, Шурик?

Геля и Алиса также ожидают моего ответа, на что я просто развожу руками.

— Что тут скажешь? Не зря я учебники зубрил на историческом факультете, — смеюсь я. — Как оказалось, гуманитарий — это далеко не приговор!

В комнате звучит мелодичный смех моих красавиц, но на меня вновь наседает Алиса.

— Но ладно с путниками! Это понятно. Как эта же история относится к государствам! Тут уже слова про то, что устал, поторопился и прочее, уже не проканают!

— Хорошо, давай приведу иную аналогию, — качаю я головой, вспоминая слова одного из своих преподавателей по философии. Умный был старик, ох, умный…

— В аквариуме есть две рыбки. Во всём одинаковых, кроме одной маленькой детали. Одна из них чуть больше другой и сильнее. Как думаешь, что с ними будет спустя месяц-другой жизни в аквариуме? — задаю я вопрос Алиса.

Та хмурит бровки, жмурится, снова поднимается с дивана, крутится вокруг него, пока Хрюша смотрит на всё это с довольной улыбкой.

Геля снова погружается в вязание.

— Одна из них умрёт? — предполагает блондинка, чуя подвох.

— Как вариант, — киваю я. — Но, может, и выживет, однако через месяц мы сможем видеть то, что более мелкая рыбешка увеличится разве что чуть-чуть в своих габаритах, а вот её более крупная подруга вырастет в несколько раз. Почему?

Взяв небольшую паузу и смочив горло, я продолжаю.

— Потому что во время каждой кормежки более крупная будет отталкивать мелкую от самого вкусного корма, оставляя для неё лишь жалкие крохи. Поначалу та едва уступала в размерах своей конкурентке, но с каждым днём их весовые категории были всё дальше и дальше друг от друга, — продолжаю я. — Так и с нашими фракциями. Вавилон умудрился поглотить все близлежащие кластеры, что привело к взрывному росту в развитии

— А мы друг с другом дрались, — вздыхает Хрюша. — А после с бандитами на кабанах.

— Именно, — усмехаюсь я. — Пока Спарта боролась с Афинами и Тьмой, пока мы обменивались выпадами с Меджнуном, Техас, наверняка, подминал под себя одну фракцию за другой. Что и позволило тем достичь того уровня, на котором они сейчас находятся.

— Люди бегут туда, где жить легче, где жить проще. Где каша гуще, — хмурит бровки Алиса. — И потому эти фракции быстрее растут.

— Почему в компьютерных играх принято считать, что искусственному интеллекту игра подтасовывает всё? — подмигиваю я супруге. — Потому что тот не сомневается. Не медлит, не тормозит. Пока игрок делает одно действие, ИИ совершает сразу сотню! Так и государства… Чем сильнее у них преимущество на старте, тем больше будет разрыв к финалу.

— И что тогда нам остаётся делать? — опускает плечи Алиса. — А если есть такая фракция, что вообще не встречала препятствий на своём пути? Вот им просто так карты легли! Что тогда?

— Что-что? — качаю я головой, — Двигаться вперёд, вот что. Всё, что мы можем, — это продолжать развиваться, расширяться, становиться сильнее. Ведь если замедлить темп, то тебя быстро обгонят. А как только обгонят, то и уничтожат вслед за этим.

Комната погружается в тягучую тишину, нарушаемую разве что стуком капель по стеклу и треском поленьев.

Как вдруг в комнату врывается Малой с Мустафой на пару.

— Мой Лорд, простите что отвлекаем, но там этот…

— Что там? — спрашиваю спокойно я, поднимаясь с дивана.

— Там Краб вернулся! — округляет глаза турок. — Из мёртвых!

Глава 4

В Лягушатник следом за мной срываются едва ли не все игроки, что находились на этапе зарождения Спарты и которым довелось быть знакомыми с Крабом.

Рядом со мной бегут бывшие автослесари, среди которых и Колька. Он как раз прибыл пару дней назад из Сладкой Жизни для обсуждения восстановления полиса после налёта Техаса.

Здесь же я вижу и травницу Лолу, которая покинула свою мастерскую прямо во время работы, на ней всё ещё находится заляпанный травами и реагентами фартук.

Впереди же я вижу широкую спину Руса, благодаря которому нам легче удаётся пробиться через людные улицы

Майор, Малой, Хрюша, Мустафа, Нана, Геля, Ботан, Патрик присоединяются к нашей группе, стекаясь со всех уголков Спарты.

Похоже, новость о появлении уже когда-то убитого Краба разнеслась по городу со скоростью лесного пожара.

Не то, чтобы он был такой популярной личностью или по бывшему владельцу автомастерской «Газелькин» так сильно соскучились. Просто это был первый и единственный случай возрождения хорошо знакомого человека.

И помимо самого обыкновенного человеческого удивления, к Крабу возникло немало вопросов. Наконец-то мы можем получить «показания» о прежних жизнях, имея возможность сверить их с первоисточником. Поскольку до этого все рассказы «возрожденцев» были настолько путанными и невнятными, что специалисты кадровики даже перестали их собирать.

Казалось бы, что может быть проще? Опрашивай новичков и составляй «летопись» или свод всех открытий, достижений или путей развития, какие возможны на просторах Системы. Но создавалось чувство, что или попавшие что-то скрывают, или мало что помнят. Только общее и неконкретное. Поэтому общение с Крабом было уникальной возможностью свериться, что в этих воспоминаниях подлинное, а что «подкинуто» Системой.

И вот я стою перед бараком, который уже окружили стражники и который освободили от всех новичков, кроме нашего знакомого.

С нетерпением я вхожу внутрь, подчинённые следуют сразу за мной.

Наконец, я встречаюсь взглядом с мужчиной.

— День добрый? — Краб недоумённо сводит брови над переносицей, наблюдая невероятное столпотворение в бараке.

— Краб, это ведь ты? — задаю я вопрос, смотря на мужчину.

Он выглядит не так, как я его запомнил.

Борода стала ещё длиннее, превратившись в самый настоящий клин с проблесками седины то тут, то там. Лысина разрослась, оставив лишь несколько редких волосков на голове. Лицо стало старше и обрело ещё больше морщин.

В то же время пропал пивной живот, проступили мышцы и пресс. Теперь передо мной стоит не бывший хозяин автомастерской с хитрой полуулыбкой, но крепкий и коренастый мужчина, который явно через многое прошёл.

И всё же это Краб, тот самый.

— Да, меня зовут Краб, — отвечает мужчина. — А с кем имею честь беседовать?

Надо же, не помнит. Либо изображает, что не помнит.

— Лорд Шурик, — говорю, — нам с тобой приходилось сталкиваться в мире Системы.

— Надеюсь, я не сильно напакостил? — спрашивает он, но взгляд становится осторожным.

— Да нет, скорее, наоборот, — говорю, — жену мне «подогнал», так что никакой злости я к тебе не питаю.

— Жену? — удивляется он. — Да, что-то такое было, когда я только здесь, оказался. А разве это был ты?

— Ах ты, засранец! — упирает руки в бока Геля. — Он ещё и забыл всё.

— Девчонки? — Краб, прищуриваясь, осматривает их, — помню, как ремонтироваться к нам в мастерскую приехали. Вы что, жёнами моими были?

— Вот ещё! — фыркает рыжая Лола.

— Крабище! — Рус, после моего одобрительного кивка сгребает своего босса чуть ли не в охапку. — Меня-то ты не забыл?!

Тут же подскакивает и Колька, и мы наблюдаем трогательную сцену объединения потеряшек.

Даже с Мустафой, вечным соперником и соседом, они рады друг друга видеть, хотя в глазах Краба и видна зависть. Мустафа-то теперь глава целого города, а Краб — «первачок», который начинает жизнь заново.

И вот тут-то начинается самое странное.

— Краб, а что ты помнишь? Можешь рассказать? — говорю я. — Всё, что было с момента переноса в мир Системы.

— Да без проблем! — смеётся Краб, — Так, поначалу мы… мы с Мустафой. Или с Русом? Да, вроде как с Русом. Что мы сделали?

— Вы решили объединить работников мастерской, — подсказывает Колька.

— Да-да, точно! А этот хитрый турок встал в позу и тоже… тоже, что? Не помню, — хмурит брови Краб.

А я же задумчиво гляжу на мужчину.

— Не спеши, у тебя есть всё время в мире, — заявляю я. — Просто расскажи, что ты помнишь. Даже если это будет бессвязный бред.

Дальше следует рассказ Краба.

Что примечательно, его память обрывочна. Он помнит всё чётко и ясно до момента гибели Земли.

Так, без каких-либо проблем вспоминает, как тот же Колька едва ли не уронил на себя автомобиль, как-то не так вытащив домкрат.

Или же несколько курьёзных случаев их противостояния с Мустафой.

Но вместе с тем он не мог вспомнить причину своей смерти. Точнее, он помнит кабана и наездника на нём, но откуда тот взялся или к какой фракции он принадлежал… здесь его память подводит.

Помнит, что был аукцион и даже то, что поставил на кон собственную жену ради азарта, но лиц и имён также не может назвать. А когда узнаёт, что это была Геля, краснеет и смущается, говоря, что «бес попутал»…

— Да я не сержусь на тебя, — заявляет рассудительная Геля, — что не с тобой, дураком, осталась. Можно сказать, ты выступил в роли «руки судьбы».

При этом, после наших рассказов Краб действительно вспоминает, как всё было на самом деле. И это радует, значит, «стирание памяти» от Системы не фатально.

И если повезёт, и мы встретим кого-то из погибших друзей, то они не будут изображать амнезию, а вспомнят нас и снова станут частью Спарты.

Система не убирает ваши воспоминания, но смешивает их, притупляет, лишает конкретики, вероятно, как раз для того, чтобы усложнить жизнь игрокам.

Ни тебе Голубой Устрицы, ни Спарты, ни конкретных имён, дат и ассоциаций.

Лишь нечёткие образы, силуэты, череда событий.

А затем Краб переходит на свою новую жизнь, которая проследовала после его гибели от рук кабаньих наездников.

— Я помню, что попал в небольшой полис, — вздыхает мужчина. — Хорошее место. Его Лорд был добр ко всем новичкам. Я стал там стражником или солдатом, или торговцем… Не помню. Но это и неважно. Однажды на нас обрушился огненный смерч с небес. Гибель с небес. Столбы огня, падающие нам на голову демоны. Быстрые, опасные, жестокие. Их сопровождали стальные машины. И снова те изрыгали огонь…

Смерть с небес? Падающие демоны? Стальные машины, изрыгающие огонь?

Разве это не Техас?!

Никаких чётких деталей Краб не говорит. Ни одного имени, ни одного конкретного образа, даты или события. Всё смазано, всё подтёрто.

Но в данном случае есть за что уцепиться. Краб ведь, в отличие от остальных, и второй раз попал недалеко. Почему бы не предположить, что и в прошлый раз его занесло в какой-то из соседних регионов?

Тогда похожесть его рассказов на методы Техаса может и правда иметь под собой реальную основу.

Неужели Краба закинуло к югу от нашего региона?

— Что было дальше? — хмуро спрашиваю я.

— Лорд приказал нам бежать, — морщится Краб. — Всём нам. И новичкам, и ветеранам. Мы отбились от стального дождя, но не могли выиграть эту войну. Мы все шли на юг. Даже не подозревая, что ныряем в пасть к ещё большему чудовищу.

— Что вы встретили? — вздрагивает впечатлительный Колька.

— Бездушную машину, — шепчет Краб, взгляд его теряет любой намёк на жизнь, губы дрожат от первобытного ужаса, охватившего его. Лишь сцепив ладони в замок и переведя дыхание, он продолжает свою речь, — На юге стоит Легион. Безликий механизм, он пожирает всё, что видит. Его солдаты не знают боли, не ведают ужаса. Они родились в нём. Они перемололи нас, словно жернова соломинку.

Я хмурюсь, слушая его

К югу от Техаса находится нечто ужасное. Пока Краб рассказывал о Техасе, в его голосе слышалась печаль и горечь от поражения.

Но в нём не было ТАКОГО страха!

Что это за фракция, что может оставить после себя столь жуткую рану?

Насколько она сильна и могущественна, что её армия больше напоминает демонов, нежели реальных людей.

Легион… Сможет ли его одолеть Спарта в своём нынешнем состоянии?

Сможем ли мы преодолеть эту преграду, от вида которой у игроков уже дрожат колени?

Либо это всё происходило не здесь, а за тысячи километров в другой местности и с другими кластерами. И окажется только совпадением. Но даже малейший шанс встретить подобного врага… мобилизует по полной.

Если в мире Системы есть какое-то дерьмо, оно непременно случается.

— Что с тобой по итогу стало? — задаётся вопросом Геля.

— Наш Лорд пытался сбежать от Легиона. Мы надеялись, что нам повезёт и на этот раз. Но ничего не вышло. Легион никогда не упускает свою добычу. Он или делает тебя частью себя, или уничтожает, — опускает потухший взгляд Краб, — Но что самое ужасное…

Мужчина смотрит мне в глаза.

— Они не останавливаются, их цель — подмять под себя весь мир.

Ощущение приближающейся опасности мурашками побегает по спине.

Ясно лишь одно.

Что бы ни шло с юга, нам следует быть готовыми. Спарте и всему Союзу Городов, в частности.

Потому как, думается мне, на одном Техасе это нечто уж точно не остановится.

***

Как раз, когда я возвращаюсь в свой кабинет в Поместье Лорда, ко мне врывается взволнованный Грабля. Вид у него такой, словно сейчас глаза на лоб выкатятся.

— Что такое? — спрашиваю я его.

Явно ничего хорошего мне его визит не принесёт.

— Делегация на островной союз вернулась! — восклицает он.

— Так быстро? — удивляюсь я. — До Константинополя же несколько недель добираться от нас.

— В том-то и дело! — говорит Грабля. — Валера и остальные не доплыли! На них напали морские твари! Воды ими так и кишат!

— Чёрт возьми! — только и выдаю я, поднимаясь из-за стола. — Едем в Солнечный Берег.

Похоже, монстры появились не только на суше, но и на море.

Ну, кто бы сомневался!

Дерьмо случается.

***

Едва прибыв в Солнечный Берег, первое, что я замечаю, как три корабля спешат зайти в бухту под защиту скал.

Две галеры и небольшой на их фоне драккар.

Неожиданно из-под воды появляется огромный кит-нарвал. Его мощный рог с грохотом врезается в борт галеры.

Целые куски древесины летят в стороны, щепки стреляют по морякам, звучат крики, возгласы, отборный мат.

В воду летят метательные копья, дротики, на носу наводится скорпион.

Но нарвал уже проходит под галерой, избрав для себя новую цель.

И, к своей неудаче, ей оказывается драккар, на котором викинги гребут на пределе возможного.

В последний момент они отворачивают в сторону.

На берегу раздаётся облегчённый вздох. Вся бухта забита зрителями и сочувствующими. Команды бегут к кораблям у причала, но всем понятно, что те просто не успеют к месту событий.

Но не тут-то было.

Без малейшего напряжения кит выпрыгивает из-под морской пучины, скрутившись в воздухе… А затем обрушивается всей своей могучей тушей на маленькой кораблик.

В одно мгновение драккар разрывается на куски, раздаются вопли бравых воинов.

За пару каких-то минут, судно уходит на дно, а вслед за тем в созданную воронку затягивает и беспомощных моряков.

Кит же уже устремляется к третьей галере, намереваясь развить достигнутый им успех.

Но тут в дело вступают катапульты, вновь установленные на скалах.

Несколько мощных булыжников поднимают всплески пены в паре метров от морского гада, что сразу даёт понять монстру, что игры кончились.

Немедля ни мгновения, нарвал делает резкий разворот и тут же устремляется в сторону выхода из бухты.

Ему вслед летят залпы от катапульт и баллист, но так и не достигают своей цели. Монстр оказывается слишком юрким.

Пока пострадавшая галера, заёерпывая бортом воду, всё же швартуется к причалу, вторая спускает шлюпки и ныряльщиков для спасения выживших викингов.

Чем быстрее они окажут помощь, тем больше будет спасённых игроков.

Всё это я наблюдаю, замерев в седле Петра.

Пока все были сосредоточены на суше и войне с Альянсом, с моря пришла новая угроза.

***

Местом для совета я выбираю отстроенную ратушу Солнечного Берега.

На столе наш картограф Триса раскладывает карту окрестности вод.

Здесь же присутствуют Прима и Сакура, морские девы, присоединившиеся к нам из Киото, Алекс и Архонт, мои верные адмиралы.

Архонт, несмотря на серьёзность ситуации, время от времени едва ли не расплывается в идиотской улыбке.

Как я слышал, к нему-таки приплыла его жена.

Крики от их скандала были таковы, что их слышали по всему порту. А сразу за тем и не менее бурное «примирение».

Напротив них стоят Валерьян, Грабля, Скольд и Гимли, викинги и самые могущественные ярлы в Винланде.

Есть и другие ярлы, ничем им не уступающие, ни в численности, ни в мощи своих команд. Но они ушли вслед за Богучаровым, чтобы стать частью Демонов Утёса.

Мужчины же напротив меня планировали вернуться в Винланд. Так как война закончилась, и им теперь «скучно» торчать в Спарте вдали от родных краёв.

Но появление морских чудовищ всколыхнуло их боевой запал. И я планирую этим воспользоваться.

Первым делом узнаём детали от Валерьяна.

— Что конкретно произошло во время твоей миссии, Валер? — спрашиваю я.

— Спустя три дня с того момента, как мы вышли в море, — поясняет тот, — На нас обрушился этот бешеный нарвал. Просто подплыл к нам встречным курсом и сразу же обрушился на один из моих драккаров. Естественно, галеры открыли огонь из скорпионов.

— И что в итоге?

— Ну, дрянь-то мы отпугнули, но ненадолго, — вздыхает Валерьян. — Уже на следующий день, он атаковал ночью, потопив два драккара и повредив одну галеру. Из-за чего нам пришлось разворачиваться назад. До Винланда мы бы просто не доплыли такими темпами.

— Сколько потеряли по итогу этого заплыва? — хмуро интересуюсь я.

— Шесть десятков, — морщится Валерьян. — Было бы больше, если бы на драккарах не было минимальной команды. Галеры способны противостоять этому уроду, но не так эффективно, как хотелось бы.

— А что касательно дипломатии? — перевожу я взгляд на Приму и Сакуру. — Нарвал атаковал наши корабли в бухте. Вы не пытались ему помешать?

— Пытались и ещё как! — заявляет Прима. — Да только он не слушает! Осёл рогатый! Всё бухтит о какой-то мести и оплате кровью! Он с чего-то взъелся на Спарту и не намеревается прекращать свои нападения!

Я невольно фыркаю себе под нос. Неужели это ответка от Системы за вмешательство Спарты в испытание Киото?

Ведь именно тогда я самолично убил босса-нарвала, пронзив тому глаз.

А теперь такой же нарвал, но чуть помельче, лепечет о мести и соответствующей плате.

Совпадение? Почему-то я в этом сомневаюсь.

Но так ли иначе об этой проблеме необходимо позаботиться.

Как бы ни были оправданы чувства морского чудовища, как Лорд Спарты я просто не могу позволить тому и дальше бесчинствовать в ближайших водах.

— Вы пытались выслать эскадру для убийства нарвала? — обращаюсь я к Алексу и Архонту.

— Естественно, — отвечает Архонт. — Вот только этот уродец далеко не дурак. И при появлении более-менее крупной группы кораблей тут же уходит на дно и скрывается от нас. Он не вступает в заведомо проигрышный бой, налетая на транспортные караваны и небольшие патрульные группы. Вот как вы видели сегодня.

— Да, это проблема, — признаю я. — Вы вычислили вообще откуда он взялся?

— Откуда-то с юго-западных островов, — берёт слово Триса.

Девушка теперь имеет при себе небольшую команду чертёжников, и они вместе составляют атласы, что территорий Союза, что карту всего региона, что карты для навигации по морю.

Указав на ту самую россыпь островков на карте, девушка продолжает:

— Они никем не заняты, так как не представляют никакой ценности, — поясняет Триса. — Пресной воды толком нет. Сами по себе каменистые и не имеют удобной бухты для создания форта или морской базы. Потому их все и игнорировали, что Афины, что Киото, что Винланд, что мы.

— И именно среди них прячется этот наглый засранец! — ударяет по краю стола кулаком Гимли. — Днём он скрывается от нас, а ночью сразу же возвращается и атакует торговые караваны!

— Если мы не хотим, чтобы торговля с Киото, Афинами и Винландом встряла окончательно, нам следует избавиться от этого кита, — смотрит на меня с вопросом Валерьян.

Я согласно киваю.

— Нам придётся это сделать, — произношу я.

— Остаётся вопрос — как мы это провернём? — морщится Грабля. — Против наших флагманов он не решается вступать в бой. Да и сами по себе они не так быстры, чтобы поймать нарвала. А драккары он топит на раз два.

— Кажется, у меня есть идея, — сообщаю я, когда в голове мелькает занятный образ.

А именно образ белого кита и отчаянного мужчины, стоявшего на хрупкой деревянной лодке.

— Кто-нибудь из вас читал «Моби Дик»? — усмехаюсь я. — Никогда не желали повторить?

По горящим глазам викингов я понимаю всё без слов.

Кажется, нас ждёт самая настоящая морская охота!

Глава 5

— А это не опасно? — с тревогой спрашивает Алекс.

Его верный товарищ Архонт также смотрит на меня, как на безумца.

— Опасно ли это? — переспрашиваю я. Мои собеседники осторожно кивают. На что следует моя ухмылка: — О, ещё как!

Мы стоим на пляже Солнечного Берега. Тут и там снуют взбудораженные викинги, чьи улыбки не могут скрыть ни густые бороды, ни даже мелкий дождик.

Хотелось бы, конечно, чтобы над нами сейчас вовсю светило солнце, но что уж поделать.

Система сказала ухудшение погоды, значит, ухудшение погоды!

Кстати, на море тоже происходят сейчас незаметные на первый взгляд перемены.

Если раньше морская пучина была, скорее, радушной для отважных моряков и какие-либо штормы являлись настоящей редкостью для нашего региона.

То сейчас… вероятность встретиться с высокими волнами становится всё выше и выше.

Уже один торговый караван между Киото и Спартой и вовсе пропал без вести.

Конечно, в этом мог оказаться виноват всё тот же кит-нарвал, но… что, если нет?

В любом случае, пока фракции на суше справляются с наплывом новичков, воюют с появляющимися то тут, то там группками монстров, то вот на большой воде морякам бросает вызов сама стихия.

Теперь уже мало посадить людей за весла и сказать — греби отсюда и до заката.

Уже сейчас становится ясно, что нам необходимы штурманы с прирождённым чутьём на капризы погоды, капитаны со стальными нервами, лоцманы с верной рукой, а также торговцы, способные доставить что угодно, куда угодно и, самое главное, когда угодно.

Данный вопрос уже был озвучен моими адмиралам, корабелам, ныряльщикам и всем, кто хоть как-то связан с освоением моря.

Морскому делу в Спарте, как и в Союзе, в целом, следует пройти через новые реформы.

Мы должны собрать выжимку по всему, что необходимо знать морякам. Как рядовым матросам, так и вышестоящим офицерам.

Мне нужен источник будущих кадров, а если конкретнее, то морское образовательное учреждение широкого профиля.

Если чиновников, солдат и мастеров той или иной профессии ещё вполне реально отыскать. Людей, связанных с этими направлениями, тупо больше!

То вот с моряками у нас беда. Самая настоящая беда… Ни Дрейк, который когда-то был капитаном дальнего плавания, ни Фортуна, пловчиха, ни кто-то ещё в Спарте не имеет всех необходимых знаний.

А подходящего игрока нам пока Система не завезла.

В общем, везде беда и разорение. Но сейчас я надеюсь на то, что Лорд О поможет нам разрешить эту неурядицу.

В том же Киото достаточно много людей, связанных с морским делом.

Так и Афины имеют какую-никакую базу для обучения своих матросов.

В общем, предстоит много работы. И это ещё мягко сказано.

— Стоит ли тогда вообще участвовать во всём этом, мой Лорд? — задаётся вопросом Алекс.

— У тебя есть гарантированный способ убить этого нарвала? — прямо спрашиваю я.

— Нет, но…

— Вот поэтому я и буду сопровождать парней, — улыбаюсь я. — Нет лучше страховки, чем высокоуровневый маг в отряде!

Да и кто может в нашей фракции хоть что-то противопоставить огромному нарвалу на воде?

Мышь? Очень смешно! Уйдёт под воду гад, и что с ним тогда делать? Вскипятить океан? Так-то идея гениальная, но, увы, нашей магичке её исполнение не под силу.

Или, быть может, Ботан? Угу, призовёт со дна морского водоросли и пленит нарвала…

Ну, или тот же Кит сбросит в воду своих големов прямо на голову монстру.

Прима и Сакура пытались собрать подвластных себе морских обитателей, чтобы вступить в схватку с монстром, но, увы, в данном случае их питомцы отказывались идти против воли Системы.

Поступило блестящее предложение глушить гада глубинными бомбами. Вот только все наши боеприпасы поджигаются открытым огнём. Никаких химических запалов и взрывателей мы не имеем, а тем более с задержкой взрыва.

Вот и выходит, что я единственный, кто может защитить моих людей в столкновении со столь неприятный и коварным противником.

Только я в состоянии выйти один на один с целым, мать его, китом.

Уже одного прибил, прибью и этого!

Развернувшись, я даю команду викингам, среди которых вижу Скольда и Гимли.

— Отправляемся, парни! Руки в ноги и на весла! — кричу я.

Воины Винланда подчиняются приказу, с рёвом предвкушения запрыгивая на драккары и отталкиваясь от берега.

Несколько галер Спартанского флота сопровождают нашу группу.

Настала пора загарпунить этого хитрого нарвала!

***

Поскольку кит-нарвал избегает крупных эскадр, я изначально решаю отправиться в небольшой круиз в составе мобильной группы.

А конкретно из одной галеры и трёх драккаров.

Без особых сложностей мы проплываем к юго-западным островам. Погода хоть и дрянная, и на море виднеются серые волны, но ничего критичного пока не происходит.

Дальше я достаю козырную карту, которую заранее приготовил вместе с Полом, нашим главным корабелом.

На воду спускают вельботы. Всего семь шлюпок.

Что такое вельбот?

Дословно с английского — китовая лодка! Небольшое судёнышко на 5-10 моряков, которое просто создано для охоты на китов и им подобных морских тварей!

Нарвал явно не испытывал проблемы с тем, чтобы топить драккары и галеры. И это понятно. Попробуй ещё проплыви мимо такой лакомой мишени!

Другое дело юркий и небольшой вельбот, который удары вёсел или волны унесут в сторону раньше того, как нарвал налетит на нас.

Да, разбить такую лодчонку в щепки ему проще, но больше шанс, что оказавшихся в воде охотников подберут остальные. В случае же гибели крупного судна вероятность выживания моряков куда ниже.

В худшем случае, на борту вельбота буду я, чтобы и вовсе лишить нарвала шансов на успех!

Семь шлюпок, семьдесят викингов, которыми командуют Скольд, Гимли и Грабля. Семь десятков, которым предстоит принять самое непосредственное участие в охоте на тварь морскую.

Этанол проводит разведку на драккарах и ищет местоположение нарвала.

А также галера, которую ведёт Коготь на отдалении от нас остаётся нашим спасательным тросом.

В случае неприятностей или шторма я просто скомандую всём сесть на галеру и отступить обратно к Солнечному Берегу.

Всякое же может стрястись!

Да и пережить буйство стихии на борту галеры будет всяко попроще, чем на мелкой лодке!

И вот, мы разрезаем волны заплывая всё глубже и глубже в беспорядочно разбросанные скалы архипелага.

Мелкие островки мелькают слева, справа, впереди и даже сзади.

Совсем крохотные куски суши, на некоторых из которых ничего толком и не растёт. Просто песчаные отмели и груды камней.

На некоторых виднеются пожухлые пальмы, свисающие под тяжестью кокосов и под гнётом местных ветров.

Из белого песка образуются миниатюрные бури, циклоны. Песчинки пляшут над берегом, закручиваясь в хаотичном танце.

Шуршит листва, слышится глухой стук кокосов, песок проносится дымовой завесой над волнами.

Здесь пахнет солью и тиной.

Морская вода мерно стучит о борта вельбота, но шлюпка уверенно разрезает тёмно-серую пучину, не желая поддаваться стихии.

Очень неудобное место для любого судна с более-менее низкой осадкой.

Что интересно, я даже не уверен, что здесь сможет свободно маневрировать галера. Сто метров туда, сто метров сюда — и вот ты сёл на мель!

Пусть наши галеры, по сути, плоскодонки и могут подходить почти вплотную к берегу. Какая-то осадка у них всё равно имеется.

Если нарвал и знал место, где укрыться, то этот архипелаг просто идеально подходит для подобного!

Даже притащи я сюда весь наш флот, кит ушёл бы безнаказанным.

Вести галеры вглубь этого архипелага, было бы такой себе затеей.

И хорошо, что корабелы смогли за столь короткий срок соорудить нам вельботы.

— Вот он! Вижу его! Нарвал! — кричит Гимли на носу моего вельбота. — Вот он, паскуда!

Сразу после его слов появляется пятнистая шкура кита, а сразу за ней и фонтан морской воды на несколько метров ввысь.

Похоже, мы уже обнаружены.

— Гарпун! — рычу я, и мне в руку сразу же кладут шипастое лезвие, к которому прикреплён канат.

Посмотрим, на что способна морская гадина!

Нарвал набирает скорость, несётся на ближайший вельбот, его рог торчит из-под кромки воды, точно торпеда.

Ещё немного, и он вонзится в нос шлюпки, но ударом вёсел вельбот относит в сторону, и рог едва царапает борт.

Звучат крики викингов, мат, возгласы негодования. Гарпуны летят в сторону нарвала, но всё мимо.

А кит меж тем уже разворачивается. На этот раз он действует хитрее.

Монстр уходит под воду, да так, что его силуэт совершенно не разглядеть в черно-серой воде.

И только поднимающаяся на поверхность белая пена даёт понять траекторию его движения.

Которой как раз приходится почти вплотную к вельботу слева от нас.

— Осторожно! — кричу я.

Но слишком поздно.

Бах!

Смертоносный рог пронзает насквозь шлюпку, оставляет в её корпусе немалую дыру. Кит проносится ввысь, а затем… падает всей своей тушей на вельбот.

Викинги с воплями прыгают за борт, избегая участи быть разбавленными несколькими тоннами китовьего мяса.

— Гимли, греби к нему, — рычу я. — Мне нужно приблизиться.

— Сделаю, Конунг! — кивает серьёзно карлик и сразу же переводит внимание на викингов за вёслами: — Вы слышали босса, песьи дети! Гребите, что есть сил! Гребите, пока руки не отнимутся!

Мы устремляемся в сторону нарвала, который лавирует между шлюпок.

В его шкуру вонзаются гарпуны. Морская вода окрашивается кровью. Теперь за китом следует чёрно-алый след, которым он разрисовывает море, подобно художественной кисти.

Звучат хлопки мощного хвоста, плеск волн, возмущённое дыхание монстра, который выстреливает водой из своих недр через дыхало.

Вельботы лавируют вокруг чудовища, подобно мотылькам, несущимся на пламя. Чем они ближе, тем выше риск и тем выше вероятность погибнуть, не устояв перед очередной волной, создаваемой китом.

Но викинги — народ отчаянный. Даже находясь лицом к смерти, они не разворачиваются, а, наоборот, встречают врага с боевым кличем.

Они ревут и хохочут в лицо опасности. Вот уж действительно бравые парни попали ко мне в команду. Другие бы на их месте давно дали дёру, а эти только счастливы, что Конунг отыскал для них достойное приключение.

Много ли веселья грабить трусливых торговцев? А вот поиграть в догонялки с рогатым китом, это ли не веселье?!

Бах! Вельбот переворачивается от удара хвостом, а викингов кидает в самую пучину, подобно разлетающейся во все сторону картечи.

Наконец-то кит замечает наше суденышко и привычно заходит на атаку.

Я крепко сжимаю гарпун в руках.

Вот он — момент истины.

Подо мной глухо потрескивает древесина, шипит морская пена, позади галдят викинги, они также замечают монстра.

А впереди она… чёртова туша, которая по своим габаритам превосходит даже того самого треклятого босса во время испытания Киото.

Мстит за лидера? Скорее, за младшего брата.

Он вовсю истекает кровью, в его шкуре торчит уже с десяток гарпунов, но создаётся ощущение, что твари на них совершенно плевать.

Чёртова Система.

Чёртово подсуживание её творениям!

Нарвал несётся прямо на нас. Без особой тактики, без каких-либо ухищрений.

Исключительно голая мощь и высокая скорость.

Делаю вздох, резкий выдох, мана пробуждается в груди, проносится по всему телу волной прохлады.

До кита остаётся сто метров, восемьдесят, пятьдесят, тридцать, двадцать, десять… пора!

Шаг вперёд, рука заносится назад, напряжение мышц, мана с рёвом выстреливает из моего тела.

Сухожилия дрожат от натуги, звучит стон мышц, кости ходят ходуном.

Того гляди, и сосуды кровяные полопаются от напряжения.

Но своей цели я добиваюсь.

Гарпун разрезает воздух подобно пушечному ядру.

Бух!!!

Гарпун с лёгкостью пробивает шкуру, вонзается в череп, раздаётся оглушительный треск.

Но и всё на этом. А жаль!

Ещё бы немного, и я смог бы добраться до внутренностей!

Кит воет от боли на весь архипелаг, растеряв весь свой запал и попытавшись уйти под воду.

Вот только канат, который тянется от гарпуна, высказывает своё «фи».

Вельбот резко тянет вперёд, вслед за тварью.

— Держитесь! — кричу я Гимли и остальным.

И как раз вовремя. Нас подбрасывает над волнами. Мощь нарвала настолько велика, что мы чуть ли не парим, касаясь поверхности воды лишь задней частью шлюпки.

Если кто и плавал на моторном катере, то ощущения, в целом, схожи!

Правда, вас не несёт по морю многотонная монструозная туша!

— Гимли, давай следующий гарпун! — командуя я, вцепившись до хруста костяшек в борт вельбота.

Коротышка без лишних слов передаёт мне указанный предмет.

Я поднимаюсь на нос судна, крепко хватаясь за борт. Телекинетический купол защищает меня от встречных порывов морского ветра.

Нарвал несётся на всей доступной тому скорости, утаскивая нас вглубь архипелага.

Непроизвольно хмурюсь, наблюдая за его действиями.

Что-то во всём этом мне не нравится.

Монстр не пытается удрать на дно и спрятаться там от нас, изматывая себя попытками затянуть под воду лёгкий вельбот.

Вместо этого ведёт нас в конкретном направлении.

Дальше на юго-запад. Вот только зачем?

Я поудобнее берусь за новый гарпун, глубокий выдох, глаза высматривают тушу, которая то появляется, то исчезает в ало-серой воде.

Второй бросок должен оборвать жизнь твари. Стать для неё последним.

Я заношу руку со снарядом над головой, прицеливаясь и готовясь положить конец всему этому беспределу.

Как вдруг…

Бах! Бах! Бах!

Кит трижды хлопает по воде своим хвостом. А затем издаёт предсмертный вой.

Бух!

Гарпун легко входит в тело монстра, окончательно обрывая его жизнь. И ставя точку в морской охоте.

Точнее, я так поначалу думал…

Тум. Тум.

— Мой Конунг, — хрипло произносит Гимли.

Голос отчаянного морского бродяги подрагивает.

Тум. Тум. Тум.

Остальные викинги также замолкают, не производя ни звука.

Тум. Тум. Тум. Тум.

— Да, Гимли? — сухо спрашиваю я.

— А этот кит был не слишком хитёр для кита? — с нервозностью шутит бородач. — Иначе спрашивается, какого чёрта?!

Тум. Тум. Тум. Тум. Тум.

Так звучат десятки ударов по поверхности воды.

В то время как мы охотились на одного нарвала, этот самый нарвал охотился на нас вместе взятых.

И привёл прямо в ловушку!

Из-за островков, из-за каждого рифа, из-за каждой мели — на нас двигаются киты-нарвалы.

Один, пять, семь, десять, пятнадцать, двадцать.

Я сбиваюсь со счёта, потому как, кажется, словно всё море покрывается белой пеной.

Под которой толком и не разглядеть реальное число морских гадов.

Не проходит и пары минут, как вельбот, который следовал за нами на пределе всех своих сил, идёт на дно.

Киты просто налетают на него без какой-либо жалости. Пронзают рогами, падают сверху своими тушами, закручивают в самые настоящие водовороты.

Ситуация обостряется с каждой секундой!

А затем они обращают внимание на нашу шлюпку.

Если кто смотрел фильм пираньи, то, наверное, поймёт тот первобытный ужас, когда на тебя смотрят десятки чудовищ, сотворенных самой матерью природой.

В глазах китов я вижу ярость. Чистую и неподдельную ярость. На меня, на всех людей, на всю нашу расу.

Не осознавая этого, мы вступили в войну с самыми могучими порождениями морей и океанов.

И теперь из неё следует как-то выйти победителем.

Но для начала… было бы неплохо выбраться из этой западни!

Глава 6

— Давай сигнал! — командую я Гимли.

Тот послушно исполняет мой приказ, вскидывая рожок. Вскоре эхо рожков разносится по всему архипелагу. На других вельботах и удалённых драккарах повторяют сигнал.

Я же меж тем передаю мысленный посыл через корону подчинения.

«Пора. Действуйте.»

Самое время для варианта «б», который должен быть у каждого стратега.

А нарвалы меж тем налетают на шлюпки, вонзая бивни в борта и отламывая целые куски древесины.

Монстры своими телами поднимают волны, которые сбивают викингов с ног и вынуждают их беспомощно барахтаться внутри шлюпки.

Киты едва ли не играют в пинг-понг вельботами, перекидывая их друг другу хвостами.

Поднимаются брызги, звучат громкие крики, раздаётся рёв десятков порождений Системы.

Хитрые гады…

Всё продумали.

Уплыть отсюда нам не удастся. Не на вёслах, так уж точно. Вплавь же также никуда уйти не получится.

Стоит оказаться в воде, и нарвалы просто разорвут бедняг на части.

Даже добраться до ближайшего островка не получится, не то чтобы совсем выбраться из этого гиблого места.

Нарвалы уделяют особое время, чтобы не дать нам и шанса на спасение, держа нас на расстоянии от суши.

— Вашу ж мать! — рычат воины Винланда, когда их вельбот раскалывается на части.

Викинги бросаются с гарпунами в руках в последней отчаянной атаке на нарвалов.

Некоторым даже удаётся пронзить толстые шкуры чудовищ. Вот только жаль, что этого оказывается недостаточно.

Мы тут с десяток минут гоняли одного-единственного нарвала, а тут их сразу десятки!

Сила совершенно точно не на нашей стороне.

Но что нам ещё остаётся? Уж точно не молча ждать гибели.

Вот одна из тварей несётся в нашу сторону. Бивень грозно сверкает над водой. Монстр надеется повторить манёвр одного из своих собратьев, что сумел потопить вельбот одним точным ударом.

Я снова замираю на носу шлюпки, схватив очередной гарпун.

Вскинуть руку. Прицелиться. Вложить побольше маны в бросок, чтобы телекинез увеличил пробивную мощь гарпуна.

И… бросок!

Снаряд со свистом разрезает воздух. Ещё мгновение, и ещё один нарвал всплывёт брюхом кверху.

Вот только в самый последний миг, собрат монстра оказывается на пути полёта гарпуна, вынырнув над кромкой воды и прикрыв атакующего.

Бух!

Гарпун глубоко входит ему в бок. Монстр ревёт, но остаётся жив.

Но самое неприятное то, что атака первого нарвала нисколько не остановилась!

— Вот же ж… срань, — шепчу я себе под нос, наблюдая за тем, как бивень устремляется на нас.

Для второго броска у меня просто не остаётся времени.

Чудовище уже находится в нескольких десятках метров от нас, а его бивень подобен тарану на галере.

Один удар, и мы пойдём на дно, а под водой монстрам не составит труда нас разорвать на куски.

Думай, Шурик, думай!

И мне не приходит ничего лучше, как снова обратиться к телекинезу.

Вот только на этот раз своей целью я выбираю нашу же шлюпку.

От напряжения дрожат колени, зубы готовы сточить о друг друга эмаль, из горла вырывается сдавленный рёв.

Секунда. Вторая. Третья.

И, когда нарвал уже вот-вот готов обрушить атаку на борт вельбота, шлюпка просто взмывает в небо.

Совсем немного, на смешные полметра.

Но этого уже оказывается достаточно, чтобы монстр пронёсся под нами, так и не достигнув желаемого.

Викинги же и Гимли вслед твари бросают гарпуны, чем вызывают у последнего болезненный вой.

Плюх!

Вельбот обрушивается вниз, а нас окатывает морской водой.

Её холод остужает меня, позволяя вздохнуть полной грудью. Руки подрагивают, капилляры в глазах наверняка уже лопнули.

Подобные нагрузки всё ещё даются не без последствий для меня!

На сегодня магия закончена, я пуст до донышка.

Однако своей цели я добиваюсь.

— Подкрепление здесь! — радуется Гимли, указав на север.

Вдалеке видно, как к архипелагу подходят «Берсерк», «Геркулес», а также пять галер сопровождения.

Спартанский флот прибывает, чтобы вытащить наши задницы из передряги!

С самого начала поведение нарвала мне казалось подозрительным. Какой смысл в том, чтобы заманивать нас в какую-то конкретную точку?

Неразумный монстр не стал бы так поступать. Но если твой враг имеет некоторый интеллект, то и его бегство к архипелагу имеет какой-то смысл?

Я подозревал, что монстры стали действовать тоньше. Возможно, с обновлением в регионе Система решила увеличить им показатели Интеллекта и Мудрости?

Или же это просто стандартная коррекция поведения к их уровню?

Чем выше уровень, тем больше у твари мозгов, хитрости и коварства.

Так, наши кабаны вполне себе уже понимают человеческую речь, чётко отзываются на команды и всё в таком духе.

Так что мешает нарвалам организовать засаду? Убить всем скопом столь ненавистных им людей?

Вот и я, предполагая нечто подобное, приказал Архонту и Алексу двинуться вслед за нами на некотором отдалении.

Если бы всё прошло, как и задумано, то группе поддержки и не пришлось бы участвовать в битве. Для моряков это стало бы просто прогулкой по морю.

Но нарвалы сумели удивить. Причём очень неприятно.

А потому мне не остаётся ничего, кроме как задействовать козырь в виде Спартанского флота! Да и не зря я на время Алексу одну из корон подчинения. Теперь мы с моим адмиралом имеем возможность прямой связи.

Вот только в каменный лабиринт рифов, мелей и скал наши тяжёлые флагманы не зайдут. Даже галере здесь не развернуться, поэтому нарвалы и чувствуют себя в полнейшей безопасности и совершенными хозяевами положения.

А меж тем под водой мелькают тени. В темно-серой морской пучине и не разглядеть.

Но я-то точно знаю, что это, ведь только их появления и ждал.

— За борт! Сейчас же! — следует мой приказ.

Нарвал снова заходит на таран.

Викинги, Гимли и я без лишних размышлений ныряем в море. И как раз вовремя. Вельбот разлетается на щепки от совместной атаки сразу трёх чудовищ.

На всех, кто отправился в экспедицию, кожаные доспехи. Никакого металла, что сразу утянет на дно. Так что на воде мы держимся легко, хотя и не сказать, что положение слишком комфортное.

Перед глазами всё плывёт, пена закрывает обзор, в ушах эхом разносятся песни китов.

А затем передо мной появляется нос дельфина, за плавник которого непринуждённо держится Прима.

Махнув мне ладошкой, она хлопает по спине водителя своего подводного «такси».

С улыбкой я присоединяюсь к морской Деве и покрепче хватаюсь за дельфина. Вместе с тем я не забываю защелкнуть карабин на креплении на спине животного, похожем на шлейку.

Всё-таки скорости нам предстоят немаленькие!

Нашим умникам пришлось пораскинуть мозгами, чтобы соорудить для свободолюбивых морских обитателей этакие «сбруи». Но зато у нас есть отработанный способ эвакуации моряков в критической ситуации.

Дельфин под Примой взбудораженно трещит, взмахнув своим плавником, словно приветствуя нового пассажира.

Викинги также не тормозят, они в той же спешке крепятся к прочим дельфинам, которых с избытком хватит на всех наших моряков.

Убедившись, что мы всех подобрали, Прима свистом отдаёт команду дельфинам.

Да, под водой слышен свист. Бред? Бред! Но это какие-то плюшки морских дев, благодаря которым они способны издавать всевозможные звуки под поверхностью воды и связываться таким образом с морскими жителями.

Нарвалы очень скоро замечают нашу компанию и бросаются в яростную атаку с намерением покончить с неприятелем.

Да только кто им это позволит сделать?

Новый свист, на этот раз резкий, как выстрел из стартового пистолета перед началом гонки, и дельфины срываются во весь опор прочь с архипелага.

Я тут же прижимаюсь всем телом к дельфину, потому как его скорость больше походит на выпущенную из пускового люка торпеду.

Мы проносимся мимо первого нарвала, второго, третьего…

Кто-то пытается нас задеть бивнем, кто-то пробует откусить у дельфина часть хвоста, остальные просто замирают на нашем пути массивными колоссами.

Монстры делают всё возможное, чтобы не дать нам сбежать.

Да только Прима ловко ведёт группу дельфинов, не оставаясь на одном месте ни на мгновение.

Как бы противник ни пытался нас остановить, у него это не выходит совершенно.

Морская дева своё дело знает на пять с плюсом, да и скорость у дельфинов будет куда больше, чем у тяжёлых и неповоротливых китов.

Уже через пять минут мы выныриваем на поверхность. Я сразу же делаю глубокий вздох, выкашливая воду, попавшую в носоглотку.

Подчинённые поступают точно так же.

Сзади за нами всё ещё несётся полчище нарвалов, но это меня уже не волнует.

Ведь мы уже вплотную находимся к галерам и двум нашим флагманам. Немалое расстояние мы покрыли под водой за считаные минуты.

— Пли! — слышу я рёв матросов.

Небосвод раскалывают на части массивные булыжники, которые с оглушительными всплесками обрушиваются на порождения Системы.

Кого-то они оглушают, кого-то убивают, а большинство просто распугивают в стороны.

Смертоносная волна нарвалов теряет всю свою грозную силу и напор.

Но Спартанский флот на том не останавливается.

Баллисты и скорпионы на «Берсерке» и «Геркулесе» продолжают обстрел, со свистом посылая свои снаряды по близким и массивным тушам чудовищ.

Весь архипелаг заливает тёмно-багровая кровь, в которой уже толком и не видно силуэты нарвалов, лишь их плавники и хвосты мелькают над водой.

Я оглядываюсь по сторонам, подсчитывая число моряков, что садились со мной в вельботы.

Сорок два игрока…

Из семидесяти изначальных.

Я стискиваю зубы и перевожу взгляд в сторону нарвалов.

Они в спешке отступают вглубь архипелага, туда, где большим судам их не достать.

Они думают, что я вот так просто оставлю их после всего, что они сделали?

О, нет. Это далеко не последняя наша битва. Но вместе с тем ясно одно, Спарте следует подготовиться. Впрочем, как и всегда.

В следующий раз ярость нашего флота в полной мере обрушится на этих тварей.

***

— Проклятые китообразные! Плавающие банки с салом! Всех утоплю в этой их луже! — плюётся Гимли, обтираясь полотенцем и скидывая с себя кожаный доспех. — Буду есть одну рыбу с этого дня, и точка! Чтоб этих гадов стало хоть на чуточку меньше!

— Киты не рыбы, — усмехается Грабля, прислонившись к борту «Геркулеса» и переводя дыхание.

Скольд, сидевший здесь же, согласно кивает на его слова.

— А что тогда? — фыркает коротышка.

— Млекопитающие, насколько мне известно, — чешет подбородок Грабля.

— Ну, тогда буду есть только одних млекопитающих! — важно кивает Гимли и падает на палубу навзничь, подставляя лицо солнышку.

Морская охота — дело, как оказалось, достаточно энергозатратное.

Хмыкнув, я прохожу на нос судна, всматриваясь в горизонт, туда, где совсем недавно виднелся архипелаг.

Ко мне подходит Алекс.

— Мой Лорд.

— Погони не обнаружено? — интересуюсь я.

— Никак нет, — качает тот головой. — Прима отправляет дельфинов на разведку, но те не обнаружили ни одного нарвала. Эти существа, как заметили наш флот, сразу же дали дёру.

— Значит, выманить их с архипелага так просто не выйдет, — задумчиво киваю я.

— Тогда мы…

— Возвращаемся в Солнечный Берег, — командуя я.

Так-то в случае неприятностей я надеялся, что морские чудовища продолжать гнаться за нами и тем самым наткнутся прямо на приведённый мною флот.

В какой-то мере повторят свой собственный манёвр с заманиванием врага в ловушку

«Геркулес» и «Берсерк» вполне способны выдержать несколько ударов нарвалов подряд. А метательные же орудия позволили бы нам спокойно выцеливать и уничтожать столь крупные мишени, как те же киты.

Но, похоже, это так просто не сработает.

Морские гады не дураки. Они понимают, что, даже превосходя нас числом, они не смогут уничтожить Спартанский флот.

А даже если и смогут, то потеряют большую часть своей братии.

Значит ли это, что мне потребуется высылать вторую группу викингов на вельботах?

Так их легко и без напряжения перемелют эти чудовища. Даже не почешутся. Одной подобной битвы нам более чем достаточно.

И как же поступить? Держать постоянно на границе архипелага серьёзные силы, чтобы не давать рогатым китам резвиться на наших торговых путях?

Так, а что помешает нарвалам проплыть ночью и снова начать творить беспредел у Спарты на заднем дворе?

Нет, проблему следует решить на корню.

Мне необходимо захватить архипелаг, но при этом существующий флот просто не в состоянии исполнить задуманное.

А это значит, что?

Самое время собирать консилиум знатоков!

***

— Нам нужен новый тип кораблей, — заключаю я, сев во главе стола.

В каморке главного корабела Пола, присутствует он сам, несколько его учеников, я, а также Алиса. Сюда же в срочном порядке привезли нескольких учёных из Норы. Перед предстоящим штурмом архипелага мы устраиваем «мозговой штурм».

— Для каких целей? — уточняет Пол. — Что именно они должны делать?

— Вам уже рассказали про произошедшее на архипелаге? — уточняю я.

— Гимли описал… достаточно красноречиво, — откашливается бывший телеведущий.

— О, по его словам, у вас случилась настоящая эпическая битва добра со злом, — восхищается Алиса. — Проклятые нарвалы против доблестных викингов и славного Лорда Шурика. «Знатное вышло рубилово. Будь у меня гарпун побольше, то я бы их всех насадил на него как шашлык», — хихикая, цитирует она.

Для пущего эффекта блондинка машет ладонями над головой, словно размахивает боевым топором.

Я невольно усмехаюсь над её пантомимой, но всё равно прошу успокоиться.

— В любом случае нам необходимо создать новое судно с низкой осадкой. Такой, чтобы можно было пройти в архипелаг и не погибнуть от налётов нарвалов, что-то вроде десантного бота, — хмуро произношу я. — Более того, следует оборудовать корабль достаточным вооружением, чтобы убить кита. В противном случае он просто станет одним большим гробом для наших моряков.

— Это слишком сложно, поскольку требования изначально противоречат друг другу, — печально качает Пол. — Я бы ещё мог решить вопрос осадки, но тогда как обеспечить крепость бортов и вооружение? Чем толще борта, тем больше вес корабля и, соответственно, ниже осадка. Нам необходимо выбрать, что мы хотим в первую очередь… мобильность или защищённость.

— От лёгких посудин толку никакого, — морщится Алиса. — Кита попробуй ещё убей без скорпиона или баллисты. В то же время каждое орудие весит очень даже прилично. Как ни уменьшай габариты и вес корабля, он всё равно не сравнится с тем же вельботом.

— Говоря простым языком, нереально достичь всего сразу, — разводит руками Пол, смотря на меня.

Я скрещиваю руки на груди, постукивая пальцами по локтям.

Нет, так дело не пойдёт…

Монстров нужно устранить. Мне и Спарте нужно безопасное море. Всему Союзу необходимо безопасное море.

Как совместить и лёгкость движения, и чтоб корабль был вооружён до зубов?

Невольно я вспоминаю момент, как я подкинул лодку над водой. Прямо в воздух. Можно было бы так поступить и с кораблями, то тогда бы мы и не беспокоились об осадке и прочих моментах…

И тут на меня находит вдохновение. Я перевожу взгляд на супругу.

— Алиса, как там говоришь, у вас идут работы по копированию наработок Техаса? — интересуюсь я.

Блондинка удивлённо смотрит на меня, точно пытаясь понять, к чему это я поднял этот вопрос.

Но отвечает без лишних слов.

— Не очень хорошо, — морщится она. — Основная проблема в том, что мы не можем создать горелку достаточной мощности, чтобы поднять шар выше нескольких метров. Уверена, что это дурацкие ограничения Системы и у Техаса с его техно-магией всё прекрасно летает даже с меньшими затратами. А тут, какой бы вес ни грузили, поднимается в человеческий рост и не выше. А ты с какой целью интересуешься?

Пол тоже смотрит на меня с немым вопросом. К чему вообще всё это?

— Кажется, у меня есть идея, — коварно усмехаюсь я, потирая ладони. — Как совместить тёплое с мягким.

Нарвалы не хотят договариваться? Тогда в дело пойдёт «дипломатия канонерок».

Глава 7

— Какой красавец! — выдаю я с искренней улыбкой.

— Скорее, уродец, но у каждого своё чувство прекрасного, — бухтит Гимли, стоя справа от меня.

Мы находимся прямо напротив представителя новой, не побоюсь этого сказать, вехи Спартанского кораблестроения.

Корабль, сотворённый безумным гением Алисы при поддержке Пола и его учеников, не похож ни на что известное моему прошлому миру.

Полагаю, увидь его сейчас любой знаток морской тематики, то от греха перекрестился бы.

Или помянул всю ту же чёртову Систему.

Силуэт нового судна не может не притягивать взор. Низкие борта, мощная корма. Чём-то корабль походит на современную баржу, но куда более… элегантную.

И лёгкую.

А всё потому, что вместо парусов у этого чуда-юда имеется при себе огромный воздушный шар, что держит корпус над водой!

Новое творение едва ли касается кромки воды своим бронированным днищем.

Да, помимо того, что мы практически убрали парусное оснащение, так ещё и бронировали нижнюю часть корпуса.

Теперь его защищают стальные листы. Клепать броню мы пока не умеем. Сварки у нас тоже нет, но зато вместо неё есть Мышь!

А магесса, между прочим, уже наловчилась применять крайне жаркое пламя, которое по всему своим характеристикам ничем не уступает электрической сварке!

Так что знай себе, угощай её королевским сидром да указывай ей, что нужно соединять и каким образом.

Впрочем, даже так, захоти мы поставить на воду полностью бронированное судно, то Система нас бы по головке не погладила.

Это уж точно.

А потому мы в примитивном порядке просто обложили днище сваренными листами, чтобы защитить судно от ударов с наиболее опасных направлений.

Да и шару бы не хватило тяги поднять в воздух примитивный броненосец, так что… имеем, что имеем.

В движение этот шедевр приводится паровой машиной, которая соединена с двумя гребными колёсами.

Правда, на дальнее плаванье никто не нацеливается, и колёса рассчитаны на то, чтобы управлять кораблём в бою.

Для нашей летучей канонерки одной машины было всё ещё недостаточно. Оттого, полностью от парусов избавиться не удалось.

И они сейчас сложены вдоль воздушного шара, по типу лиселей, этаких боковых парусов, которые навешивают по бокам от корпуса.

Вот эти красивые паруса по бокам и называются "лисели"

В общем, получившееся в итоге творение одновременно и восхищает, и пугает, и вызывает мириады вопросов в голове. Главным из которых является…, а как оно вообще получилось-то?!

Химеру стимпанка и науки я гордо называю «Зверем».

— А ну-ка, скажи мне это в лицо, гадкий ты ворчун! — обращается к Гимли лохматая Алиса, которая несколько суток уже, поди, толком и не спала.

— А вот и скажу! Не нравится мне ваша посудина! Это неправильно! Это… ненаучно! — дёргает подбородком в возмущении коротышка.

— Не знала, что ты — учёный, — фыркает Алиса.

— А я им и не являюсь! — возражает Гимли. — Но при виде вашего чуда-юда жалею об этом!

— Тогда я уверена, что свою работу я выполнила на все сто! — смеётся моя супруга, игнорируя ворчание.

Скольд возмущённо топорщит свои густые усища, словно вскидывая руки к небосводу и вопрошая: «А где резные драконы на носу?! А где грозный лик драккара? А где разрисованные щиты? Тьфу ты, бездуховность!»

На всю эту пантомиму я лишь качаю головой.

— Посмотрим, что вы скажете, когда он окажется в деле! — возражаю я отпетым консерваторам.

Карлик продолжает ворчать себе под нос, в то время как Скольд лишь тихо фыркает.

Ну-ну, я ещё припомню вам ваш скепсис.

Ведь уже совсем скоро «Зверь» отправится на свою первую охоту!

***

Наше творение больше всего напоминает монитор. Корабль, который стал прародителем броненосцев.

Неспешный, мощный, смертоносный.

Тот самый "Монитор"

Под парусами он идёт достаточно быстро, сказывается практически нулевая осадка. Наше судно буквально летит над волнами.

Я толком и не замечаю даже, как мы уже оказываемся вблизи архипелага.

Не медля ни мгновения, «Зверь» устремляется вглубь награждения островов. Отмели нам не страшны.

Очень скоро на нашем пути оказываются первые нарвалы. Увидев одинокий и не слишком большой корабль, который сам заплыл в их ловушку, твари нагло выбираются из глубины и окружают нас.

Они не спеша поднимают вверх рогатые головы, набирая разгон.

На моих губах расцветает хищный оскал, и я даю отмашку.

— Пли!

И стена пара поднимается над рейдером.

Бах! Бах! Бах!

«Зверь» был создан, чтобы охотиться на морских чудовищ. Всё в его конструкции заточено под это.

Его бронированное днище, чтобы защититься от атак тварей, высокая манёвренность, а также… пять паровых гарпунов!

Снаряды на невероятной скорости выстреливают в китов, глубоко вонзаясь в их плоть.

Куда более мощные и тяжёлые, чем ручные. Выкованные из стали, они почти на половину своей длины впиваются в туши, застревая в них.

Монстры ревут, начинается броуновское движение. Раненые твари замедляются, те, кому пока не досталось, наоборот, выдвигаются вперёд, собираясь атаковать.

Киты, в которых попали гарпуны, сразу же замечают неладное. Ведь, оказывается, гарпуны не привязаны к «Зверю».

Нет, тросы заканчиваются массивными буями из пробковой древесины.

Те создания, в кого попали стрелки с бортов, уже не могут двигаться так же свободно, как и прежде.

Я учёл допущенные ошибки в сражении с нарвалами.

Большинству игроков просто не хватает Силы, чтобы нанести ощутимый вред столь массивному монстру. Даже шкуру пробить обычным броском трудно. Мне помогал телекинез, но я такой один.

Поэтому, чтобы компенсировать это, я и предложил Алисе создать паровой гарпун.

Ничего сложного. Идею я взял у паровых катапульт.

Ведь источник пара на борту уже имелся.

Узкая трубка и накопительная камера. В нужный момент открывается клапан, и в камеру под давлением поступает пар, который под давлением выбрасывает гарпун.

Дальность небольшая, зато мощь, ого-го! Наши учёные из Норы уже и не такое могут сотворить!

Теперь Спартанский флот имеет при себе очень даже серьёзный аргумент даже против столь грозных противников на море!

Нарвалы ревут, пробуют протаранить борта «Зверя», но всё без толку.

Часть бивней рикошетит от листов стали, часть оставляет глубокие рваные шрамы, но и только.

Лишь некоторым, самым мощным китам удаётся пробить корпус насквозь.

Вот только к шоку китов рейдер и не думает идти на дно. На нижней палубе работает специальная команда, которая спешно заделывает дыры и насосами откачивает воду. Сталь не дерево, и вместо поломанных досок в ней образуется небольшое такое, аккуратное отверстие.

Но поскольку корабль практически парит над водой… пока цел воздушный шар, рейдер не потонет в морской пучине.

«Зверь» едва ли не пирует на этом празднике крови и смертей. Нарвалы уже не рассчитывают на победу, пытаясь скрыться в морских глубинах. Но их крепко держат буи с короткими тросами. Изматывают, заставляя всплыть.

Поздравляем! Вы повысили уровень!

Поздравляем! Вы повысили уровень!

Перед моими глазами мелькает одно сообщение за другим.

Могучие, грозные чудовища 40-го — 45-го уровней просто беспомощны перед технологиями Спарты!

Это просто чудесный миг, прекрасный миг!

Когда стая китов лишается десятого или одиннадцатого своего представителя, монстры не выдерживают и бросаются наутёк, надеясь спрятаться в мелководных проливах между островами.

Но они думают, что им удастся скрыться от «Зверя»?

Очень смешно!

Ещё двое китов погибают от гарпунов и кровопотери во время погони. И только тогда уцелевшие нарвалы уходят на самое дно, чтобы хоть там спрятаться от могучего хищника.

Весь архипелаг окрашивается кровью нарвалов. Куда ни глянь, пенится чёрно-багровая вода. Кажется, словно тебя переместили в загробный мир.

Покачав головой, я перевожу взгляд на довольного донельзя Гимли. Коротышка только-только отошёл от парового гарпуна, и его руки дрожат, как у взбудораженного ребёнка.

— Это… было нечто, — признаёт Гимли, поглаживая свою бороду.

— А я о чём говорил? — смеюсь я.

Скольд, которому также довелось пострелять из гарпуна, важно крутит свой ус и кивает в ответ на мои слова.

Угу-угу, а не ты ли так давно ещё возмущался и всём видом показывал своё отношение к рейдеру?

— Кстати, а что мы будем делать с тушами? — указывает Гимли на полтора десятка китовых туш, — Не думаю, что будет мудро бросить их здесь просто так.

— Ты совершенно прав, мой верный ярл, — усмехаюсь я. — И именно поэтому я призвал нам на помощь группу поддержки.

Я указываю на северо-восток, где уже появляется «Берсерк», «Геркулес» и другие галеры нашего флота.

В условиях наступающей зимы никто и не думал оставлять столько мяса на выброс.

Ведь на берегу его уже ожидает целая делегация крайне заинтересованных личностей.

Но о том чуть позже…

***

— И? Каков твой вердикт? — с беспокойством спрашивает Алиса.

— Лучше некуда, — заявляю я и целую девушку в лоб.

Отчего та вся расплывается в счастливой улыбке и едва ли не садится на землю. Вот только я вовремя её подхватываю на руки.

— Я же тебе говорил отдохнуть как следует, — хмурюсь я, замечая глубокие мешки под глазами у жены.

Алиса издаёт смещённый смешок.

— Говорил. Но результат испытаний всё не давал мне покоя, — зевает блондинка.

— Теперь твоя душенька довольна? — смеюсь я.

— О, ещё как! Раз всё прошло без осечек, то это значит, что у Спарты появился новый корабль, просто идеально заточенный под охоту на морских чудовищ, — сонно произносит Алиса.

Покачав головой, я отношу свою супругу в резиденцию Лорда-наместника Солнечного берега, которая в последние дни больше была похожа на научную лабораторию.

Убедившись, что Алиса уже вовсю видит сновидения, я возвращаюсь к взбудораженным Гимли, Скольду, Этанолу и Грабле.

Последние двое отвечали за трофейные команды. И сейчас, помимо китовых шкур, туш и бивней, самое время оценить наши трофеи.

— Итак, господа хорошие, показывайте наши богатства! — хлопаю я в ладоши.

А посмотреть действительно было на что…

Имя: Кольцо второго дыхания

Уровень: редкий

Описание: Особый артефакт, выкованный на дне морском. Там, докуда не достаёт солнечный свет. Создан для жизни в большой воде.

— даёт 20 дополнительных минут подводного дыхания раз в сутки

— снижает давление толщи воды на 30%

— повышает скорость плавания на 20%

Всего мы находим семь подобных колец после убийства нарвалов. Кольца всплывают на поверхность и блестят на солнце, что позволяет нам легко их отыскать. С виду они сделаны словно из кости, но при этом очень лёгкие, будто пластиковые.

Очень и очень полезный инструмент, как по мне. Мало того, что артефакты из разряда бижутерии являются настоящей редкостью, так ещё и все бонусы в тему.

Уже ради них одних я готов объявить войну нарвалам и любым китообразным в регионе — только бы увеличить число ныряльщиков и моряков с такими трофеями!

Но самое любопытное в том, что это далеко не главный дар, что мы получаем с моря.

Имя: Сердце нарвала

Уровень: уникальный

Описание: Его стук слышен за мили вокруг. Сердце слушает море, а море отвечает тем же. Именно так порождения Системы ощущают водную стихию вокруг себя.

— позволяет видеть монстров выше 30-го уровня в радиусе 5 километров от сердца;

— может посылать волны на морское дно для разведки. Вплоть до 5 километров.

Что это за сердце такое? Представляет оно из себя огромный драгоценный камень с плоской верхней гранью, подобно примитивному экрану.

Мало того, что при помощи этого камушка мы можем составить карту морского дна, где, наверняка, таится немало как богатств, так и опасностей, но самое главное… это то, что с его помощью охота на нарвалов будет совсем уж плевым делом!

Увеличить число мониторов до полноценной эскадры и бросить их прочёсывать прибрежные воды нашего Союза!

С таким эхолокатором каждая из вылазок не вернётся без своего приза!

В общем, со всей этой морской охоты Спарта получает очень вкусные трофеи.

Но, что самое занятное, так это то, что ни кольца, ни сердце нарвала не являются самыми большим призом этой эпопеи.

Тогда что же?

Главной нашей наградой является мясо… Мясо, столь необходимое Союзу с учётом наступающей зимы!

***

— Итак, да начнётся дегустация! — хлопает Луна в ладоши, объявляя тем самым начало конкурса. — Поприветствуем нашего первого кандидата, повар Али!

Со стороны трибун раздаются бурные овации. Я слышу, как некоторые игроки выкрикивают имя первого претендента.

Сам я сейчас сижу за столом среди прочих членов жюри, в состав которых были выбраны самые честные и принципиальные, неподкупные и искренние!

А именно: Валерьян, Пирра, Архонт и Малой.

Именно наша пятёрка будет определять рецептуру будущей тушёнки.

Угу, всё так.

От убитых нарвалов мы получаем столько мяса, что его просто девать некуда! Вяленое, сушёное, копчёное, жареное… Что не делай, всё равно оно не закончится!

Но самое печальное, так это то, что если с ним ничего не сделать, то оно просто пропадёт. А это просто кощунственные потери!

Вот мне и приходит в голову воплотить в жизнь тушёнку. Самую обыкновенную тушёнку. На Земле она существовала столетия, так что нам, собственно, мешает?

Но перед тем как пустить этот продукт в производство — требуется определиться с рецептурой. Выработать, так сказать, ГОСТ. Самый настоящий Спартанский ГОСТ!

Для чего кадровый отдел и устроил нам самое настоящее кулинарное шоу.

И народу в радость, и мне на пользу!

Меж тем к нам проходит смуглый, черноволосый мужчина с бородой-эспаньолкой. Улыбаясь, он представляет нам своё блюдо.

— Мой Лорд, уважаемые жюри, я назвал это блюдо — карри-тушёнка. Сочная, с ярким вкусом, она подойдёт каждому! Прямо по рецепту моей бабушки! — ярко улыбается мужчина и перед нами ставят четыре порции мяса.

— Ну, что, пробуем? — спрашиваю я, смотря на подозрительно булькающую субстанцию. На мгновение я задаюсь вопросом, а не слизня ли нам подали?

Не может же тушёнка быть живой… Так ведь? Ведь так?!

— Может, не надо? — с сомнением шепчет мне Валерьян, не переставая держать улыбку на лице. Прирождённый дипломат!

— Может, не может, — качаю я головой. — Кто мне посоветовал сделать из выбора рецептуры целое шоу?

— Но я же не знал, что и я буду включён в список жюри! — тихим шёпотом возмущается Валерьян.

— Знаешь ведь, что инициатива делает с инициатором? — коварно ухмыляются я.

— Догадываюсь… — вздыхает мой товарищ и опускает ложку в карри.

Как вдруг один из жюри падает лицом в свою тарелку.

Я, Валерьян, Пирра и Малой в немом шоке смотрит на то, как Архонт с красным, как томат, лицом царапает себе горло.

На глазах выступают слёзы, язык обожжён, агония написана на его лице.

Ещё мгновение и мужчина теряет сознание от шока, что перенёс его организм.

— Врача! Врача сюда! Быстрее! — кричит Луна.

— Мне кажется… тут слегка переборщили с перцем, — осторожно комментирует Пирра, подняв над тарелкой лодку с карри. А потом мы видим, как субстанция просто-напросто прожигает стальную ложку насквозь.

В общем, первый рецепт уходит «в утиль».

Второй кандидатурой оказывается дородная женщина по прозвищу Галя.

— Уважаемые жюри, я представляю вам блюдо, которое я годами готовила в школьной столовой! Детки его просто обожали! Да так, что потом пулей неслись обратно в свои классы! — добродушно смеётся женщина.

Она представляет тушёнку вполне привычного вида. Без каких-либо изысков и наворотов. Что меня лично очень даже обнадёживает.

Но, когда я уже подношу ложку ко рту, Малой берёт первую пробу.

Уже через мгновение он бледнеет в лице, его лицо втягивается в себя, точно от съеденного лимона, а пальцы отламывают целый кусок у деревянного стола.

После чего он падает со стула и дрожащей рукой тянется ко мне с мольбой во взгляде.

— Воды… Кто-нибудь, — шепчет парень.

— Галя, у нас отмена! — звучит голос Луны.

С трибун доносятся ахи и охи.

А я же задаюсь вопросом, а мы точно на кулинарном шоу? А не в программе о выживании в диких условиях «Сдохни или умри»?

— Ой, кажется, я чутка пересолила блюдо, — вздыхает неудавшаяся убийца моего начальника разведки

Третьим и последним горе-кулинаром оказывается уже знакомый мне кок Горох.

Крепкий, низкорослый мужчина с большими зелёными глазами.

— Прошу, — без лишних слов представляет он своё блюдо. — Тушёнка. Белорусская. По ещё советскому ГОСТу.

С опаской я и остальные пробуем его блюдо, и… ничего не происходит.

Я переглядываюсь с выжившими членами жюри, и мы обмениваемся сходными улыбками.

Это именно то, что нам и нужно! Прямо-таки вкус детства! С достаточным количеством жира, соли и перца. Волокна мягкие, никаких хрящей и прочей гадости.

Жевать — прямо-таки одно удовольствие.

— Что же, кажется, у нас есть победитель, — заключаю я, едва сдержав желание облизать ложку.

Горох явно вложил душу в своё творение.

— Поздравляю, Горох! Именно твоя рецептура пойдёт в массовое производство! — выдаю я, поднявшись из-за стола.

С трибун тут же следуют оглушительные аплодисменты, тогда как сам виновник торжества скромно кланяется и ограничивается скромной улыбкой.

С рецептом спартанской тушёнки мы определились. Это хорошо. Осталось решить, как организовать производство.

А это уже оказывается сложнее.

***

— Занятная, однако, вещь, — признаюсь я, взяв в руки горшочек.

Самый обыкновенный глиняный горшочек.

— Не могу не согласиться, мой Лорд, — кивает Мухомор, которого я вызвал в порт, чтобы он наладил производство тушёнки.

Именно у начальника химического производства при себе имелись одни из самых обученных и квалифицированных работников.

И тут даже дело обстоит не в их знаниях, а… в культуре производства. В осторожности, аккуратности и едва ли не параноидальном беспокойстве о чистоте и гигиене.

Для химических лабораторий эти вопросы стоят на первом месте.

Так и для нашего первого пищевого предприятия.

Как, собственно, в древности делали тушёнку?

Ведь никакого насоса, чтобы откачать воздух у наших предков не было.

Так и жестяных банок, столь удобных для хранения.

А всё гениальное просто!

Тушёнку хранили в глиняных горшках, которые и наполняли продуктом. После чего сверху всё это заливалось тонким слоем растопленного сала, которое, как только застывало, образовало ту самую изоляцию мяса от воздуха.

Остаётся лишь обмотать тканью, спрятать в место посуше, и вуаля!

Аналог тушёнки готов!

— Сколько сможете произвести горшков в ближайшее время? — спрашиваю я у Мухомора.

— Несколько сотен, возможно, тысяч горшков, мой Лорд, — отвечает химик после недолгой паузы и расчётов. — Всё зависит от того, сколько мяса мы успеем использовать до того, как оно начнёт портиться. А также главный вопрос: сколько людей мы получим, и будут ли поставки горшков и прочих составляющих приходить точно в срок.

— Об этом можете не волноваться, — киваю я на слова мужчины. — Этот вопрос будет под моим личным присмотром. Поэтому и людей, и ресурсов у вас будет в избытке.

— Тогда не вижу проблем, мой Лорд, — усмехается Мухомор. — Организуем подобие конвейера. Каждый рабочий будет выполнять ту или иную задачу. При поставках свежего мяса мы влёт наладим производство.

— Тогда займись этим вопросом, — хлопаю я мужчину по плечу, — Наша тушёнка спасёт сотни жизней не только в Спарте, но и во всём Союзе в ближайшую зиму.

— Сделаю, всё, что потребуется, мой Лорд…

***

Уже вскоре я возвращаюсь обратно в Спарту.

На верфях закладывают новые «мониторы», мануфактура по производству тушёнки начнёт работу под строгим надзором Мухомора и его помощников.

Из викингов начали формироваться настоящие китобойные команды. Драккары теперь будут патрулировать границы не только для обнаружения неприятеля, но и крупных китов и других монстров.

А уже на их устранение будут выдвигаться мониторы с галерами в качестве поддержки и для перевозки туш монстров.

К тому же особо загорается идеей китобойного промысла и Фортуна, которая отвечает за подготовку боевых ныряльщиков в Спарте.

А всё дело как раз-таки в кольцах «второго дыхания». Ради них, как девушка выразилась, «готова залить всё море кровью, только бы достать побольше брюликов».

Бр-р-р, никогда не стоит стоять между женщиной и бижутерией, это самый что ни на есть рецепт долгой и спокойной жизни.

И эта мысль пригождается буквально через несколько минут.

Как раз, когда я просматриваю новые карты Юго-Западного архипелага, что мне подготовила Триса, в кабинет заходит Геля.

Встретившись с ней взглядом, я удивлённо вскидываю брови.

Уж больно решительно настроенной выглядит девушка. Чего никогда прежде не случалось.

Как-никак, а из всех моих жён Геля всегда отличалась спокойствием и умиротворением. Прямо-таки всегда источает домашний уют вокруг себя.

Но сейчас этим уютом не пахнет от слова совсем.

Передо мной самая настоящая тигрица, что готова рвать и метать.

— Лорд Шурик, — вкрадчиво интересуется она, — знаешь ли ты, сколько в Спарте женщин?

— Не уверен в точном числе, — отвечаю, — но примерно предполагаю.

— А знаешь ли, чего они все захотели, узнав, что скоро придёт зима?

Тут уже я в недоумении мотаю головой.

— Они хотят шубы! — закатывает глаза супруга и по совместительству глава крупнейшего в Спарте модного дома. — Нет-нет, даже не пытайся сказать, что на это нет времени!

Геля подкрепляет свои слова, хлопнув ладошками по краю рабочего стола.

— Шурик. Нам. Нужен. Мех!

Глава 8

— Мех? — заторможенно моргаю я, не сразу сообразив, в чём дело.

— Мех! — с улыбкой кивает Геля.

— Ну, мех так мех, — со вздохом поднимаюсь я из-за стола.

— Так ты согласен? — удивлённо моргает моя супруга.

— А почему я должен быть против? — усмехаюсь я в ответ.

— Но как же… шубы там, дубленки… — бормочет она себе под нос.

— Не вижу ничего предосудительного, — качаю я головой и покидаю помещение.

Геля сразу же следует за мной.

— Так у тебя есть план? — интересуется она, изучая моё выражение лица.

— Пара идей присутствует, — соглашаюсь я, напустив на себя загадочность.

Говоря начистоту, я уже задавался вопросом касательно добычи меха. Зима близко, как говорится.

А потому и гардероб всём нашим игрокам потребуется менять в срочном порядке.

В льняных рубашках да штанах много не побегаешь по снегу. Да и тонкие плащи не особо спасут солдат и моряков от доходящей до самых костей мерзлоты.

Нет, Спарте и всему Союзу, в целом, необходим мех, и причём в очень… Нет, даже не так. В ОЧЕНЬ больших количествах.

А монстры, как на зло, сейчас вовсю прячутся по углам, словно предчувствуя неладное. Я-то ожидал их нашествия, учитывая увеличенное количество. Но себя пока проявили только нарвалы. А с них меха… Сами понимаете.

Обычными мерами нам сейчас не обойтись. Одних охотников точно не хватит, чтобы к сроку обеспечить большую часть населения нужной одеждой.

Не говоря уже о том, что придётся увеличить число кожевников у Патрика и швей у Гели, чтобы ускорить производство зимней одежды.

Проблема с провиантом уже не кажется столь серьёзной. Рейдеры-мониторы строятся, команды китобоев увеличиваются, так что недалеко и до расширения фабрики тушенки.

А раз уж с этим вопросом мы покончили, то самое время определиться со следующей ключевой задачей для нашей фракции.

И раз даже Геля подняла столь острый вопрос, то почему не обратить свой взор на добычу меха, в самом деле?

Как его можно добыть?

Или охотой на монстров, или же разведением своих каких-то животных. С последним у нас всё ещё очень туго.

Люси и Рыжий прикладывают все усилия, наводят мосты людей и братьев наших меньших, вот только чем умнее и большим уровнем обладает тварь, тем хуже она идёт на контакт.

Это уже наши кабанчики и тушканчики, прокачавшись в домашних условиях, стали нашими верными боевыми товарищами.

А те же вараны, точнее, их остатки, до сих пор не желают вставать под знамена «двуногих». Разве что нападения от них практически прекратились, Люси-таки сумела договориться платить ящерам мясом монстров, а взамен те пообещали патрулировать территорию, на которую кроме них до сих пор и пролезть то никто не способен.

Хрупкий баланс, который в будущем может перерасти во что-то большее. Но на то уйдёт ещё много времени.

Так или иначе, но у Союза сейчас толком и нет животных, что смогут обеспечить шерстью или мехом в нужном количестве.

Ну нет у нас английских овец или тех же перуанских лам!

Значит, остаётся только путь охоты…

Вот только как заставить игроков самих отправиться в леса и устроить монстрам полную аннигиляцию?

Одних авантюристов недостаточно, в их рядах не так чтобы и много народу.

Да и всей армии Союза не хватит, чтобы добыть необходимое количество материала. Не говоря уже о том, что у них есть и свои задачи: поиск новичков, охрана поселений и границы с Техасом, а также «постоянное совершенствование боевой подготовки». Цитата из общения с Майором.

Как быть? Как быть?

И тут мне приходит в голову любопытная идея.

Я возвращаю свой взгляд к Геле, что наблюдает за мной.

— Ты сказала, что всё женщины в Спарте хотят по шубке? — с ухмылкой уточняю я.

— Именно это я и сказала, — кивает моя жена.

— Думаю, мы можем это использовать!

***

— Квест для всего Союза? — охает Ромашка.

— В точку, — киваю я, закинув ногу на ногу.

Беседу мы ведём в кабинете главы Гильдии авантюристов.

Процесс переезда штаб-квартиры — это дело не быстрое. А потому, пока не налажена до конца работа отделений Гильдии в таких полисах как Москва, Милан и Киото, Ромашка решает задержаться на некоторое время в Спарте.

Совсем молодая девушка, которая пришла к нам из Сладкой Жизни, теперь держится совсем иначе.

Не как та простодушная пигалица «с деревни», а серьёзная и деловая леди, для которой уже привычно командовать сотнями игроков.

Вот что власть животворящая делает с людьми!

— Полагаю, это потребует дополнительных кадров для Гильдии, — хмурит бровки Ромашка. — Если со Спартой и Вавилоном проблем не будет, там сейчас и находятся наши сотрудники, то вот во фракции Союза потребуется выслать больше людей. Иначе оперирование таким количеством авантюристов станет для нас сущим ужасом.

— О пополнении можешь договориться с Луной, — спокойно замечаю я. — У нас сейчас сотни новичков в Спарте и прибудет ещё больше. Сомневаюсь, что она будет против скинуть часть из них в твои руки.

— Чудненько! — хлопает в ладошки Ромашка. — В таком случае, что конкретно от меня требуется?

— О, всего ничего, — смеюсь я. — Приписать небольшое дополнение к описанию квеста.

— И что же это будет? — наклоняется ко мне Ромашка, едва сдерживая любопытство.

Я спокойно рассказываю свою идею.

После чего на кабинет опускается тягучая тишина.

А Ромашка же смотрит на меня, словно на какого-то пришельца или очередное чудо от Системы.

— Мой Лорд, — сглатывает нервно она, — Вы же понимаете, ЧТО произойдёт после вашей просьбы?

— Имею некоторое представление, — хмыкаю я.

— И почему мне кажется, что это не самая лучшая идея… — вздыхает Ромашка.

— Но ты всё равно выполнишь мой приказ? — спрашиваю я, давая понять, что выбора у главы Гильдии авантюристов всё равно нет.

Ромашка разводит руками и откидывается на спинку кресла.

— Кто я такая, чтобы говорить «нет»! В любом случае — это будет весело!

— И это ещё мягко сказано…

***

— И потом, представляешь, к ней в кабинет ворвался Михалыч! — воскликнула Лазурь, отпив из кружки горячий латте.

— Да быть того не может, — покачала головой Мэри.

— Я тебе зуб даю! — фыркнула Лазурь. — К нашей главе кадров Луне уже вторую неделю захаживают то Михалыч, то Майор! И ведь не стыдно ей!

— Может, она просто не определилась. А ты что думаешь, Пирра? — покачала головой Мэри, подав рыжей валькирии её кофе.

— М-м-м? Простите, о чём вы? — захлопала ресницами сильнейшая валькирия.

— Ой, её даже можешь не спрашивать! — махнула ладошкой Лазурь. — Наша рыжая уже вовсю планирует свою семейную жизнь. Ей не до наших девичьих сплетен и слухов!

— Во-о-о-от оно как, — промурлыкала Мэри, опёршись локтями на барную стойку и прямо посмотрев на Пирру. — У вас всё так серьёзно?

— Вроде как, — смущённо отвела взгляд Пирра, спрятав полуулыбку в кружке с кофе.

— Вот! Я же говорила! — воскликнула Лазурь, ткнув в свою начальницу. — Мы тут сидим, грустим, значит, без парней, а она даже не то что в облаках, уже на другой планете вовсю витает!

— Ну-ну, дорогуша, — похлопала девушку по ладони Мэри. — И ты встретишь рыцаря на белоснежном кабане. Рано или поздно.

Лазурь подозрительно сощурила глазки, осмотрела умиротворенную и довольную Мэри сверху донизу, а потом раздражённо цыкнула.

— И ты, Брут?

— Не понимаю, о чём ты, Лазурька, — прыснула бариста. — Ещё латте?

— Не откажусь, — с непроницаемым лицом ответила Лазурь. — Так кто этот счастливчик?

— Секрет.

— О как…

Как раз, когда юная валькирия размышляла, как бы ей пробиться через эту завесы тайну в кофейню ворвалась запыхавшаяся Ирма.

Раскрасневшаяся, она прошла к барной стойке и рухнула на неё всём телом.

— Девочки, там такое! — выдохнула она, поприветствовав Мэри. — Мне просто чёрный, пожалуйста. Мне нужен бафф к Ловкости.

— Что это с тобой? Какая пчела тебя укусила? — сморщила носик Лазурь, наблюдая за тем, как Ирма пыталась вовсю отдышаться.

Пирра также недоуменно моргнула, непривыкшая к тому, что Ирма оказалась чём-то НАСТОЛЬКО заряжена.

— А ты, что, не знаешь про квест, что ль? — охнула Ирма.

— Квест? — поджала губки Лазурь.

По непонимающим личиками Мэри и Пирры Ирма поняла, что и они не в курсе.

— Вот дурехи! Вы, что, полдня в кофейне проторчали?! Там сейчас такое творится у Гильдии авантюристов! Просто не верится! — воскликнула Ирма и без долгих расшаркиваний достала из сумки, перекинутой через плечо, листок.

Троица тут же склонила над ним головы с немалым интересом.

Квест: Добудь шубу себе и подруге!

Рекомендуемый уровень: 10 и выше

Описание: Зима близко! Самое время перейти на зимнюю коллекцию от модного дома «Коко Геля» и швейного кооператива «ООО Патрички». В связи с чем появился запрос на шкуры и мех монстров со всего региона. Добудьте как можно больше необходимых материалов и получите шубу или дублёнку для себя и подруги!

Особое внимание! Чем больше меха вы доставите в Гильдию авантюристов, тем выше ваше место будет в списке на получение дефицитных шуб редкого ранга и выше!

Самое особое внимание! Добывший мех, уровень которого выше уникального, получает право на индивидуальный пошив из материала заказчика!

На целую минуту кофейня замолчала, пока шестерёнки крутились в головах у девушек.

И ровно через шестьдесят секунд Лазурь первой сорвалась со своего места.

— Так, девочки, мне пора! Было приятно пообщаться!

— Стоять! Куда вперёд начальства! — рявкнула неожиданно бойко Пирра и двинулась сразу за ней.

Ирма смотрела им вслед с ухмылкой на губах.

— Вот же торопыги, да, Мэри? — вздохнула девушка, посмотрев на хозяйку кофейни.

Но там никого она не нашла. Только табличку с надписью «Обед».

— Вот сучки! — пискнула Ирма, наплевав на всё, и сама побежала в сторону выхода.

И подобных сцен происходило по всей Спарте десятки, если не сотни.

В этот день прекрасный пол объявил войну всему живому, что породила Система!

***

— Не дай уйти гаду!

— Лови его!

— Куда он побежал?!

— Сюда, сюда, быстрее!

Клён и Баобаб с ужасом смотрели на то, как мимо них пронеслась группа из четырёх девушек.

Какие-то новички, у которых и снаряжения толком-то и не было. У одной — ростовой щит, у второй — деревянное копьё, у третьей — праща, а у четвёртой и последней… так вообще кухонный нож!

Однако, несмотря на всё это, двое опытных авантюристов имели удовольствие наблюдать, как эти четыре хрупких фигурки разорвали на части группу из трёх снежных барсов.

Просто на куски порвали, как тузик — грелку!

И даже не почесались. Так, ладно бы, они победили в одной битве. Бывает. Как говорится, новичкам везёт.

Так эти красавицы с кровожадными улыбками двинулись дальше! Им было мало достигнутого!

Всё, что Клён и Баобаб от них слышали это сплошные «курточка с меховым воротником» и «шубка дефицитная».

Жуть. Самая настоящая жуть.

— Зима близко, — рассеянно заметил Клён, вскинув голову к белоснежному небосводу. В последнее время частая облачность уже не казалась чём-то непривычным.

Наоборот, повезёт ещё, если солнышко появится из-за облаков и грозовых туч.

— Зима близко, — вздохнул Баобаб, наблюдая за тем, как мимо них пронеслась Пирра, одна из сильнейших валькирий, а сразу за ней и ещё два десятка воительниц.

Похоже, даже их не обошла эта лихорадка.

— Думаешь, для нас они хоть что-то оставят? — совсем уж поник Клён, видя, как смазанный алый силуэт уже скрылся из виду и начал наводить суету в горной долине.

— Тебе честно или оптимистично? — вздохнул Баобаб.

— Давай уж честно.

— Нам и крошки не достанется с барского стола, — поморщился авантюрист, — Эти бестии… сомневаюсь, что они оставят после себя даже самый крохотный клочок меха. Что уж говорить, о монстрах.

— Идём в другую локацию?

— Идём в другую локацию. Если и её уже не наполнили женщины.

***

— Малой, ты должен мне помочь! — заявил Михалыч.

— Ты сейчас надо мной издеваешься, старик?! — возразил начальник разведки.

— Я совершенно серьёзен, парень! — продолжил мэр Спарты. — Мне нужны твои разведчики! Все! До последнего! Ну же, будь другом! Помнишь, каким ты пришёл к нам в контору? Руки из жопы, спина сутулая, взгляд голодный и дикий. Я взял тебя под своё крыло, чтобы сделать из тебя человека! А теперь посмотри на себя сейчас! Возмужал, вырос, обрёл статус и жену! Красота же!

— Да на кой-чёрт мои парни тебе понадобились? — вздохнул Малой. — С чего вдруг тебе потребовались десятки вооружённых и обученных бойцов. Ты что, военный переворот задумал, старый?

Неожиданно, парень замолк, переведя взгляд серых глаз на своего давнего учителя и коллегу с Земли.

— Михалыч, нет…

— Михалыч, да! — возразил бородач. — Мне нужны они, Малой! Как ты не поймёшь?

— Чтобы достать шубу получше? — воскликнул Малой. — Тебя же никогда не интересовали эти вопросы. Так с чего бы тебе… о. О-о-о-о!

Судя по взгляду начальник разведки, тот всё понял без лишних слов.

У мэра Спарты появилась поклонница. Или дама сердца.

— И кто это счастливица? — улыбнулся парень.

— Луна, из кадровиков, — смутился Михалыч, почесав свою бороду. Но тут же взял себя в руки. — Но что куда важнее, гадкий вояка тоже положил на неё глаз!

— Майор? — охнул Малой и тут же приложил ладонь ко лбу. — Вы опять за старое?!

— А я что виноват, что у нас схожие вкусы?! — уже пришла очередь возмущаться Михалыча. — Мне нужна твоя помощь, Малой! Сам подумай, нам выпала столь редкая возможность! Чем лучше шубу ты подаришь своей даме сердца, тем лучше ты себя проявишь! Это не просто квест, мой юный друг, это самая настоящая война! И те, кто не сможет добыть дефицит, останется на обочине! Не говоря уже о том, что девушки нам же самим потом мозг выедят ложечкой!

Малой застыл, как вкопанный. Его взгляд потерял какой-либо фокус, а рот раскрылся, точно готовясь издать вой ужаса.

— Михалыч, а я же сам… ещё не подарил жене шубу, — пролепетал Малой.

— Тогда у тебя большие проблемы, парень, — вздохнул Михалыч.

— Вот же гадство!

***

— В атаку, зерги мои! — рявкнула Люси. Тушканчики налетели на лису, подобно настоящей штормовой волне.

Монстр рычал, бил лапами, рвал клыками зверьков, но последних было слишком много.

Они, точно чума, атаковали порождение Системы, не щадя его и не давая и шанса на победу.

Ещё пятёрку монстров ловили Дженни и Омари. Поддержку им оказывали жрицы Чёрти-что.

Покончив с группой монстров, бывшая воровка утёрла пот со лба рукавом.

— Если честно, то я удивлена, что вы вообще приняли участие в квесте, — произнесла Дженни. — Мне казалось, что все жрицы проповедуют полный аскетизм и минимум роскоши.

— Минимум не равнозначно нулю, — улыбнулась ей Омари. — Нам не чужды простые женские удовольствия. Да и ко всему прочему наша богиня также запросила для себя шубку, достойную её.

— Сама богиня-покровительница? — ахнула Дженни.

А затем заметила, как над жрицами мелькнул матово-чёрный огонёк, давая понять, что на них наложили ещё один бафф.

— Эй, это же читерство! — возмутилась Дженни. — Ходить под бафами от богини — это жульничество!

— На войне все средства хороши, — мило улыбнулась ей Омари, как неразумному дитя.

Дженни же ничего не оставалось, кроме как играть желваками.

Как раз пока они общались мимо них на дозвуковой скорости пронеслась седая тень. Да так быстро, что жрицы ничего толком и не поняли, что только что произошло.

А сразу за ней мелькнула и чёрная молния, которая смазанным движением преодолела их поляну.

Быстрее даже первого неизвестного.

— Девоньки…, а что это было? — сглотнула Люси, смотря вслед развороченной рощице.

— Кажется, это был Майор и… Малой? — вздохнула Дженни.

Эти-то какого чёрта здесь делают?!

***

— Малой, тебя меня не остановить! Я не дам Михалычу выиграть! — ревел Майор, лишив жизни ещё одного монстра.

— Да плевать мне на ваше противостояние! — воскликнул Малой. — Мне для жены самому надо, старый ты пень! Если я вернусь домой без дефицита, то Мышь мне голову отгрызет!

— Прими смерть мужчиной! Не будь каблуком! — возразил старый вояка.

— Да чья бы корова мычала, Ромео ты хренов!

***

— И помните! Предстоящая линейка зимней одежды должна стать венцом нашего модного дома! Вы слышали меня?! — сурово восклицает Геля.

— Мэм, да, мэм! — отвечают ей швеи.

— Если к нам стучатся девушки, желая получить шубу раньше прочих, что мы говорим?! — проходит мимо стройных рядов Геля.

— Пшли прочь! Очередь для всех! — ревут девушки.

— Если они потребуют показать макет новой линейки, что мы говорим?! — вскидывает руки моя жена.

— Не сегодня! — звучит слаженный ответ.

— Если же они затребуют осеннюю линейку, что мы ответим?! — восклицает Геля.

— Зима близко!

— Чудно! А теперь — по местам! Работа не ждёт!

— Мэм, да, мэм!

Швеи расходятся по позициям, незамедлительно приступая к работе.

Я с улыбкой смотрю на всё это действо. Геля встаёт ко мне плечо к плечу.

— Суровые у тебя тут порядки, — произношу я.

Супруга довольно улыбается, соглашаясь с моими словами.

— Иначе нельзя, — заявляет она. — Проявишь слабину в мире моды, и тебя тут же сожрут конкуренты, не оставив и шанса на возвращение былого.

— Говоря о конкурентах… ваша война с мастерской Патрика не слишком жестока? — уточняю я.

— Это ещё мы даже не вошли в острую фазу…

Как я и предполагал, квест по добыче меха обратился в целую лихорадку.

Практически все женщины в Спарте ринулись вглубь лесных чащ, горных долин и холмов, да буквально они проникали в любое укромное место для монстров.

Не просто авантюристы, но даже самые простые игроки теперь рыщут в поисках порождений Системы — всё для того, чтобы получить заветную шубу.

А самое забавное во всём этом — то, что те девушки, что не могли принять участие в квесте, сослали своих мужей, парней и просто знакомых принять участие в квесте.

В полисах Союза ситуация отличается не так чтобы сильно от того, что сейчас происходит в Спарте.

Лорды и Леди уже отправляют мне письма о том, что было бы не лишним предупредить их заранее о столь серьёзном квесте. Особенно своё негодование выражает Леди Москвы Актриса, которой не удалось заполучить самые лучшие шкуры для своей царской шубы.

«Чтоб и с капюшоном и чтоб во весь рост…»

Игроки и авантюристы вовсю носятся теперь по горным кряжам вокруг Киото, проносятся по всей долине Москвы и её окраинам в поисках монстров, даже жители Милана и змееглазые подходят к делу со всей серьёзностью.

Женщины, да ещё и учёные, неизвестно как, но им удаётся достучаться до самого Лорда Данте и не просто попросить, а принудить того использовать изменённых «горилл» и «быков» в охоте на монстров.

Вот вам и слабый и прекрасный пол…

Так или иначе, весь Союз сейчас добывает шкуры и мясо монстров. Чего я так-то и добиваюсь.

Теперь о голоде можно будет и вовсе забыть, не говоря уже о том, что жители наши не будут мёрзнуть в предстоящую зиму.

Ведь ради производства зимней одежды оказываются распределены целые группы новичков вне очереди.

Теперь у Гели и Патрика число работник увеличивается в несколько раз. Их два предприятия сталкиваются лбами между собой, желая занять первое место в столь важном событии, как первая зимняя линейка одежды.

Что у мастерских Патрика, что у модного дома Гели имеются свои самые настоящие фанаты и поклонники.

Теперь гонка за шубами перерастает во что-то большее. Теперь это не просто желание среди первых получить дефицитный товар, но и противостояние идей, если не школ мысли!

По моим сведениям, в каждом полисе также зарождаются собственные дома моды, не желая во всём полагаться на одну лишь Спарту.

Ничего против подобного я не имею и даже, более того, поддерживаю расширение ассортимента.

Пирога хватит на всех и каждого, так что какой толк грызться за каждую крошку на обеденном столе?

— В любом случае, я надеюсь, что ты и твой дом моды будете готовы, — произношу я с улыбкой.

— Готовы к чему? — удивляется моя супруга.

— А я разве не сказал? — смеюсь я. — Так как в каждом полисе уже выросло по своему модному дому, то будет просто кощунством… не выбрать из них самого лучшего?

В глазах Гели мелькает хищный блеск. Она понимает меня с полуслова.

— Выходит, будет самый настоящий смотр линеек одежды для зимы, — задумчиво мурлычит она.

— Именно так, — киваю я. — А потому через несколько недель в Вавилоне будет проведён первый показ моды для всего Союза.

— И мой модный дом должен стать первым, — смело заявляет Геля.

— И я уверен, что твой дом будет первым, — приободряю я девушку. — Если тебя, конечно, не обставит Патрик и его ребята.

— О, Шурик, ты увидишь, как мои девочки разорвут его в клочья, — смеётся Геля. — И это я сейчас не в переносном смысле.

Я ничего ей не отвечаю, лишь сохранив нейтральную улыбку.

Кажется, показ мод в Вавилоне станет настоящей бойней.

Глава 9

Зима близко…

Небо покрыто плотными серо-белыми облаками. Не видно ни клочка синего небосвода. Дует промерзлый ветер, стелется по бескрайней степи, добивает последние остатки растительности.

Осень пришла. Во всей своей красе и ужасе. А уже совсем скоро за ней наступит и зима.

Уже сейчас голая степь напоминает тень себя прежней. Сочная зелёная трава желтеет и припадает к земле. Тут и там наблюдаются огромные лужи после недавних дождей.

Дороги раскисают, кругом слякоть, непроходимая трясина и грязь.

Передвигаться уже сейчас настолько непросто, что тот же Лорд О предпочитает доплыть морем до Солнечного Берега, а уже только оттуда выдвинуться в Вавилон.

Ведь пока в торговый город проложенная дорога из камня идет только из Спарты.

Остальные полисы довольствуются грунтовками…

— Как думаете, Лорд Шурик, ваши работяги сдюжат с нашими горными ущельями? — интересуется Сегун.

— Почему нет? Справятся, куда они денутся, — смеюсь я. — Я давно присматривал для себя подходящую гору. Организую горнолыжный курорт. Лыжи сделаем, сноуборды. Уж намазать куски древесины салом — не такое уж и невыполнимое задание! Красота же!

— А ведь точно, — хлопает себя по лбу Лорд О. — И как я до этого сам не догадался! Горнолыжка! На этом деле столько же можно заработать!

— Угу, ваш Киото в этом плане — прямо как Чехия и Австрия в одном флаконе. Свои Альпы же на месте. Осталось только всё благоустроить, — смеюсь я.

— В таком случае, я первым же вас приглашу на открытие нового курорта, — обещает мне собеседник.

— Ловлю на слове…

Ни о какой горнолыжке и думать не думал до недавнего времени. Но как только зима перестала восприниматься как приближающаяся смерть для сотен людей, то она сразу приобрела некоторый праздничный окрас.

Уже мало кто беспокоится о возможном голоде среди новичков и ветеранов. Понижение температуры на фоне настоящего исхода женщин в леса, горы и долины ради шубки подороже уже не кажется чем-то страшным.

Приготовления Союза позволяют простым игрокам видеть приближающуюся зиму как некий праздник, а не неминуемую катастрофу.

Всё же сразу после зимы следует весна, новое начало для всего живого. По этой же причине в Поместье Лорда и среди министров уже вовсю ходят разговоры о том, чтобы провести первый Новый Год в мире Системы.

Поначалу в этом празднике не было никакого смысла.

В мире Системы не было времен года. Не было снега. Да и на фоне войн, интриг и попыток пережить очередной удар от добродушной Системы как-то было не до праздников.

Но сейчас… люди уже привыкают к новому миру, к новым обычаям, к новым условиям.

Человек легко приспосабливается ко всему в этом мире. К плохому так особенно.

Именно поэтому, почему бы и не начать строить новую жизнь вместо того, чтобы грезить об ушедшем и том, что мы утратили?

Вот и показ мод в Вавилоне станет первой такой попыткой начать всё заново.

Мы появились здесь, чтобы жить и строить новое будущее, а не просто выживать!

В то же время торговый город встречает нас невероятным оживлением.

За всего-то месяц с небольшим руины уходят в прошлое. Пустые и безлюдные улицы сменяются толпами игроков со всего Союза.

В город спешат десятки караванов из Москвы, Милана, Спарты и Киото. В кои-то веки в город прибывают и жители из Афин и Рима. Впервые среди простого люда гуляют викинги из Винланда.

Наши с Лордом О делегации вливаются в хаотичный и людный поток, неспешно и неторопливо преодолевая центральную улицу.

Игроки смотрят на нас с обожанием, с благоговением, тычут пальцами, кланяются, кричат слова благодарности, машут руками, смеются и вскидывают кулаки.

Нам навстречу спешат стражники, которые формируют для нас живой коридор и позволяют продолжить движение по городу куда быстрее.

Вавилон восстановлен. Он снова живёт своей собственной жизнью.

И теперь он действительно является сердцем всего Союза. По улочкам носятся взбудораженные группки авантюристов, орут во всю мощь своих глоток торговцы, лавируют между лавок, магазинчиков и кафешек жители из полисов и Спарты в том числе.

Мелькают тут и кочевники, что сопровождают голодранцев-новичков в распределительные центры.

Шум, людской гвалт, мычание буйволов и фырканье кабанов. Эхо шагов «быков», лепет валькирий, грозное молчание обновлённой «Черной Стражи», шепотки самураев и громогласный рокот паладинов.

Сегодня весь Союз собирается в Вавилоне!

И всё ради предстоящего праздника!

***

Показ мод в Вавилоне приводит к тому, что весь город погружается в атмосферу праздника.

Да так, что теперь демонстрация зимней линейки одежды становится лишь одним из множества достойных внимания публики событий.

Так, уже в первый день празднеств на площадях организовывается демонстрация новых продуктов.

Зима и холода сказываются на стратегии запасания провианта, а потому то тут, то там появляются всё новые и новые способы, как сохранить «продукт».

Киото выделяется на этом поприще своей морской тематикой.

Вяленая и сушёная рыба, рыбные консервы в масле, чем-то похожие на нашу тушенку. Здесь же гордые самураи демонстрируют сушеного кальмара, осьминога, которых они изрядно посыпают перцем и делают аналог этаких острых чипсов.

Ещё больший фурор, хотя у некоторых и самую настоящую истерику, вызывает сюрстреминг.

Я, конечно, догадывался, что азиаты горазды на очередную странность, но это… это уже выше даже меня самого.

Каким-то образом в Киото затесался самый настоящий швед, который и предложил воплотить этот шедевр в жизнь.

И, чёрт возьми, этот пищевой кошмар зашёл киотовцам и Лорду О лично «на ура»!

Из-за чего теперь рыбный сектор Киото большая часть игроков Союза обходит за тридевять земель.

И лишь самураи счастливо жуют рыбку и пожимают плечами, называя всех прочих «глупцами и трусами».

Впрочем, хотя бы прочие фракции не выкидывают ничего столь же радикального.

Москва демонстрирует Союзу свой «московский пряник». Аналог тульского. Сладкий, твёрдый, как кирпич, зато может храниться без потери вкуса и своих качеств целый год!

А это, в условиях мира Системы, очень даже достойно уважения!

Так, я уже посылаю Малого связаться с Леди Актрисой и обсудить заказ пряников для диверсантов, разведчиков и кочевников. Тех групп солдат, что вынуждены находиться продолжительное время вдали от поселений и обозов.

Помимо пряников, Москва выкатывает и другие виды выпечки: кренделя с ручкой, галеты, сухари и коржи.

Даже появляются первые разновидности кексов с ягодной начинкой.

В то же время демонстрирует и свой товар Винданд. Викинги, обойдя всю Спарту вдоль и поперёк, да и не только её находят немало интересных вещей и новинок для себя.

Так, на улицах Вавилона впервые появляется ягодный эль. По сути, что-то среднее между классическим пивом и сидром.

Что-то такое я даже пил в прошлом мире. В целом, вполне себе приятный аналог сидра, куда менее сладкий и более хмельной.

Но всё это мелочи. Ведь настоящая битва разразилась между двумя фракциями на этой ярмарке.

А конкретно между Спартой и её тушёнкой, которая сразу же привлекает внимание всего Союза, а также Миланским…

— Уля-ля! Да это же сыр! — восклицает Хрюша, — Самый настоящий сыр!

— Да, госпожа. Это первый миланский. Особый сорт! — важно кивает торговец, пододвигая к девушке поднос с образцами. — Не желаете продегустировать?

— Шурик! Шурик, дуй сюда! — с жадным блеском в глазах подзывает меня моя первая жена.

— Иду-иду, — смеюсь я и встаю по её правое плечо.

— Да ладно вам, это же всего лишь сыр, — закатывает глаза Алиса.

— Тебя не смущает, что мы пришли на продуктовую ярмарку? — вскидывает брови Мэнфи. — Мне казалось или из всех нас именно ты — карманный гений?

— Не называй меня так! Никакой я не карманный гений! Я — самый настоящий надмозг! — возмущается Алиса.

— Может, мегамозг? — качает головой зеленоглазка.

— Ничего ты не понимаешь, — хмыкает Алиса. — Деревня!

— Это кто ещё у нас деревня?! — вскидывается Мэнфи и бросается в атаку на блондинку.

— А сыр действительно вкусный, — пока я и Хрюша наблюдаем за начавшейся было возней двух девушек, Геля совершенно спокойно берет первый образец.

Торговец на её комплимент аж спину выпрямляет.

— А то ж! Милан фигни не производит!

— О, о, дайте и мне! — тут же возвращает своё внимание к «халяве» Хрюша.

Я также со вздохом отвожу взгляд от двух бестий, схвативших друг друга за волосы и шипящих, точно самые настоящие гадюки.

Одна из которых ни много ни мало, леди этого города и окрестностей?

Кто я такой, чтобы вмешиваться в честный и справедливый женский махач?

Подцепив деревянную спицу с квадратиком сыра и съев его без каких-либо прелюдий, я довольно киваю головой.

— И вправду вкусно.

Милан представляет сыр. Да не один какой-то, а сразу несколько сортов. Оказывается, их ученые-змееглазые не только на эксперименты с душами горазды.

Уже сейчас Милан представляет пять сортов сыра, в производстве которых они ориентируются на самые популярные сыры с Земли, а именно: гауда, чеддер, маасдам, пармезан и рокфор.

Последний, с плесенью, в отличие от своих счастливых жен, я не решаюсь попробовать.

Кто их этих змееглазых знает, с какой плесенью они работают. Той, что нужно, или чёрт его знает какой…

Мне и экспериментов в студенческие годы хватило!

В любом случае прогулка с моими женами получается весёлой, насыщенной впечатлениями и расслабляющей.

То, чего мне так недоставало.

Я толком и не успеваю осознать, как напряжение последних месяцев мерно меня покидает.

Испытание города 2-го уровня, поход в подземелье, противостояние в Винданде с Соколом, захват Афин, битва за Спарту, война с Альянсом…

Один конфликт за другим не давали мне и продохнуть. А затем и новость о наступлении зимы, холодов и возможного голода.

Только сейчас я смог в кои-то веки расслабиться, посмеяться от души над подначками Алисы и Мэнфи.

Было так непривычно видеть вечно собранную Леди Вавилона и вечно погружённую в свои проекты Алису, грызущимися по каждому мелкому поводу.

Но даже мне понятно, что девушкам нравится то, что они делают. Они не опускаются до оскорблений, угроз, не переходят на личности…

Просто пилят друг другу мозги со всем чувством и тактом!

А я же, Хрюша и Геля просто сидим и наблюдаем за этим шоу, счастливо пожёвывая сыр и запивая ягодным элем.

Благодать! Чего ещё можно желать?

***

— Итоги собрания торгово-промышленная палаты уже огласили? — интересуется Лорд О.

— Да, от каждой фракции будет выбран торговый агент, что займётся экспортом и импортом новых продуктов питания, — кивает Лорд Данте. — Но остаётся проблема раскисших дорог и вообще не самой благоприятной погоды. Что сейчас, что в ближайшие месяцы. Более того, нельзя забывать и о том, что скоро десятки, сотни километров накроет снегом. И как нам быть тогда?

— Я уже передал запрос на строительство дорог в Совет Союза, — улыбаюсь я, кивнув мужчине. — Спарта приложит все усилия, чтобы связать наши столицы каменной дорогой.

— Это серьёзно облегчит сообщение членов Союза, да и ускорит работу торговцев, — довольно кивает Актриса. — Вот только зимой всё равно их заметёт снег.

— Думаю, и здесь мы что-то придумаем, — приободряю я присутствующих Лордов и Леди. — Уже сейчас Нора работает над первым прототипом паровоза. Пока ни шатко, ни валко, но это лишь вопрос времени. Уверен, благодаря полученным результатам мы сможем сразу же приступить к производству бульдозеров, что расчистят нам дороги от снега. Или, на худой конец, создадим специальные команды для расчистки дорог. Те же кочевники зимой лишатся своей работы.

— Да и, если что, изменённые также примут участие в этом занятии, — заверяет меня правитель Милана.

Так или иначе рабочие моменты мы проговариваем без особых запинок или осечек.

Всё складывается просто прекрасно. Голода удается избежать ещё в самом его зародыше. Не только Спарта вовсю искала способы прокормить себя и Союз.

И теперь, благодаря нашим общим усилиям, продуктовая корзина игроков едва ли не взрывается от нового разнообразия.

Сыры, выпечка, рыба любого толка, тушёнка и овощи.

Пожалуй, мы уже окончательно уходим от тех времен, когда на улицах бродили голодающие, осунувшиеся и грязные игроки.

Теперь мы снова обрастаем налётом цивилизованности. Девушки всё больше используют косметику, мужчины принаряжаются согласно своему статусу, покупают предметы роскоши и всевозможные редкости.

Нередко на улицах поселений покупают артефакты не потому, что он даёт наиболее ценную прибавку к характеристикам, а потому что он «прикольный» или «красивый».

Как, однако, скачет время.

Ещё полтора года назад каждый из нас боролся за собственное выживание, буквально выгрызал свою жизнь и место под Солнцем у Системы, её порождений и прочих точно таких же голодранцев.

А сейчас об этом остаётся напоминание лишь на границах Союза и в небольших форпостах, где просто пока нельзя развернуться.

Сердце же Союза — Спарта и Вавилон так и вовсе уже напоминают цивилизацию верхнего средневековья. А местами и того круче!

Вот и сейчас мы с Лордами и Леди сидим на верхней ложе Вавилонской арены.

Когда-то здесь проводились кровавые бои должников свободного города, здесь, на радость зрителей, бросали мужчин и женщин против ящеров и других монстров.

Хлеба и зрелищ, как говорится.

И Вавилон всячески старался предоставить последнее за неимением первого.

Теперь же там, где когда-то лилась кровь, сейчас возвышается подиум, звучит музыка сразу нескольких оркестров.

Как-никак, а для показа мод каждая из фракций притащила вслед за собой собственную музыкальную группу.

Поэтому одна мелодия за другой разносятся над всей ареной.

Вместо варварских битв насмерть у нас теперь идёт вовсю война брендов.

Сегодня первый день показа мод, а потому и товар демонстрируется, так сказать, для массового пользования.

Молодые модные дома Москвы, Милана и Киото впервые заявляют о себе здесь же.

Это и сочетание строгой классики и новизны в виде всевозможных кимоно с меховыми воротниками и восточных платьев от самураев.

На что сразу же следуют комментарии членов жюри.

— Оригинально!

— Броско!

— На голое тело самое то… То есть близко к природе!

И вычурные наряды с кучей лоска, аристократичности и изысков от москвичан, среди которых мелькают барские шубы, сверкающие кафтаны и камзолы.

— Дорого-богато!

— Как в старину!

— По-буржуйски!

И практически полный аскетизм и унитарность от Милана, где во главе всего ставится сам фасон, удобство и насыщенность цвета. Внешне костюмы змееглазых выглядят как самые настоящие пуховики.

— Унисекс!

— Модно-молодёжно!

— Секси!

Но особое волнение вызывают, естественно, мастодонты модной индустрии мира Системы.

А конкретно модный дом Гели и кооператив Патрика.

Шубы и женские пальто первой вызывают настоящий ажиотаж. В меру строгие они притягивают взор каждой девушки.

А фраза «натуральный мех» так и вовсе едва ли не провоцирует обильное слюноотделение у зрителей.

И это при том, что искусственного меха ещё нет и помине!

— Изысканно!

— Восхитительно!

— Хочу! Ой, то есть глаз не оторвать!

Патрик также не уходит далеко от своей главной конкурентки, он демонстрирует народу новые дубленки и пальто.

— Ну, недурно…

— По-мужски?

— Сорвать бы её с того красавчика… Ой, ну то есть, эм. Хорошо?

И если у женщин они лишь вызывают куцый интерес, то вот мужчины поддерживают своего представителя бурными овациями.

Когда жюри, избранные со всего Союза, уже ведут жаркие дебаты кому же отдать победу, появляется он… хитрый и коварный Мустафа.

Как-никак, а на показ мод явиться мог каждый, кому есть что предложить.

Да были и совсем уж дураки, что намеревались показать трусы с «откидным клапаном», так сказать, для удобства ношения. Но таких кадров шустренько разворачивали. Нечего публику до инфаркта пугать.

Но мелькают и вполне себе интересные предложения. Так, от Милана ещё выходит змееглазая, прошедшая по подиуму в самых настоящих коньках.

Да, это не совсем в тематику, но выступление и сама изобретательница, определённо, вызывают интерес у всех присутствующих без исключения. Особенно у Лорда Данте. Оказывается, он и не подозревает о таком фортеле в своем огороде.

Вернёмся же к Мустафе.

Поскольку ресурсов у хитрого турка было изначально немного, да и сам он не был вхож в модную индустрию Спарты, ушлый делец берёт и… демонстрирует самые настоящие валенки, вязаные варежки с верёвкой, соединяющей их, и шапку-ушанку!

Вот кто бы мог только догадаться!

Пока все гонятся за шубами, новыми штанами и пальто, этот турок решает зайти с неожиданной стороны! С элементов одежды, без которых не обойтись, но и которых все просто позабыли!

А потому не удивительно, что по итогу первого дня именно «Шатёр Мустафы», так представляется турок, получает первое место в соревнованиях.

А вместе с наградой и заказом на тысячу комплектов шапок-ушанок, варежек и валенок для всего Союза.

Это так, для начала.

В момент награждения мною победителя на Мустафу даже смотреть жалко. Вроде и улыбается, но как в кривом зеркале.

Я ободряюще хлопаю его по плечу и громогласно заявляю.

— Поздравляю и надеюсь на дальнейшие результаты, — сдерживаю я свой рвущийся наружу хохот.

— Служу Союзу, — понуро опускает голову турок.

Угу, как говорится, жадность фраера сгубила, так и Мустафа полез вперёд паровоза, посчитав, что наградой будет, ну, максимум, пара тысяч Е-баллов. Или какой-то рядовой артефакт, который потом можно будет выгодно продать или себе оставить. На память.

Ан-нет, теперь, помимо управления Вратами, на его плечи ляжет и забота по возведению полноценного обувного предприятия в полисе, которое обязано насытить валенками не только Союз, но и Спарту в том числе.

В первую очередь нашу армию!

Сам полез в эту петлю, сам и будет расхлебывать.

В общем, первый день показа моды проходит с огоньком! И это ещё мягко сказано!

***

К началу второго дня показа мод напряжение уже можно едва ли не ложкой черпать в воздухе.

Ведь, если ещё первый день был так, разогревом. Здесь демонстрировали наряды для массового производства.

То вот сегодня… на подиуме должны показать самый что ни на есть штучный товар.

Стоит ли говорить о том, какая мясорубка началась среди девушек за первые зрительские места?

Если ещё билет на первый день показа можно было купить без особых осложнений. То вот на второй… нами были пойманы коммерсанты, что перепродавали билеты с наценкой в десять раз.

И самое удивительное, что у них их скупали даже с такой конской ценой!

Весь Союз жаждал увидеть самых красивых женщин в самых дорогостоящих нарядах. Тут уже нет места каким-либо ограничениям, рамкам и прочему.

Дикий лоск, смелые дизайнерские решения и самый редкий мех.

В общем, показ мод каким-то образом превращается из битвы брендов в сражение девушек, носящих каждый из нарядов.

Теперь это не просто противостояние модных домов, это самая настоящая личная война кандидатур!

— Страшное зрелище это, показ мод, — вздыхает Лорд Данте, потягивая ягодный эль из своего бокала и довольно качая головой.

Мужчине новый вид алкоголя приходится очень даже по душе.

— И это ещё мягко сказано, — соглашается Сегун О, закинув одну ногу на вторую и проткнув зубочисткой кубик сыра на столешницею — Не выход на подиум, а поле битвы, в самом деле.

— У меня в Поместье так вообще последнюю неделю дурдом был сущий, — смеюсь я. — Хрюша и Геля по всей Спарте носились, только чтобы занять первое место.

— Ну, а как иначе? — фыркает Лорд О. — У них в конкурентках сама Леди Москвы.

Мы сидим теперь в ложе чисто мужской компанией, потягивая алкоголь и беседуя обо всём и ни о чём.

Впервые такое, пожалуй, происходит. И мы всячески пользуемся моментом, шутя, как нам вздумается, и общаемся так, чисто по-мужски.

Особенно я смеюсь над тем, как Лорд О и Данте вдогонку комментируют не роскошные наряды, а самих конкурсанток.

Дай им волю, так они бы слюной всю ложу затопили!

Уже сейчас Актриса является одной из претенденток на победу, и только Геля с её модным домом могут бросить ей вызов за первенство на конкурсе.

Как раз в момент разговора к нам врывается обеспокоенная Геля, взбудораженная и растрёпанная.

— Что-то случилось, Гель? — спрашиваю я у нее.

— Караван с шубами всё еще не прибыл, — нервно отвечает она. — Они должны быть в Вавилоне ещё с самого утра. Уже время обеда, а их всё нет и нет.

— Не волнуйся, я уверен, они просто задержались в пути, — успокаиваю я супругу. — Что с караваном может случиться в самом сердце Союза, в самом-то деле?

— Да, пожалуй, ты пра…

— Лорд Шурик, беда! — хлопает дверью ложа Вихор. — На наш караван напали!

Я замираю на месте, как вкопанный. А затем ярость налетает на меня, подобно ледоколу, разбивающему многолетние льдины.

Кто это сделал?!