Лола, Лора и драконье логово

Глава 1

По привычке потянулась за сигаретами. Вынула серебристую пачку из вязаной причудливой сумки через плечо, достала одну… Даже в рот сунула. Полезла в карман за зажигалкой, но адвокат остановил. Придвинул ей пепельницу, сам помог подкурить. Да еще как пафосно. Огонь появился аккурат из фаланги пальца.

Лола бы глаза закатила, да место было неподходящим.

Конторка-то оказалась ого-го. Она такие только по телеку видела. Ну и, ясно дело, мимо проходила. Но чтобы вот оказаться внутри, да еще и чтобы услуги ей тут свои предоставляли… Не-е-ет. Такого и не снилось. Да и, по правде говоря, уж кого-кого, а именно адвокатов она в своих снах хотела видеть меньше всего. Ничего хорошего от этих холеных прилизанных дракош ждать не стоило. Конечно, адвокаты бывали и среди других рас. Но и другие расы Лола не переносила на дух.

Она бы и сейчас слушать этого дракона зализанного не стала, если бы не количество нулей в завещании дальней родственницы.

— Что скажете, Мисс Треччер? — он присел на край стола. Лола сделал вид, что перепутала стороны, и струсила пепел на его брюки вместо пепельницы. Дракон сдержанно шикнул, отряхнул штанину, но с края стола все-таки убрался.

Ты смотри, не глупый. Намек понял.

Лола вглядывалась в белые странички.

И хотелось, и кололось…

Во-первых, почившая бабуля, родственница настолько дальняя, что Лола о ней узнала только войдя в кабинет, во-вторых, откуда вообще этой самой бабуле стало известно ее имя? Что за дела? И сумма-то кругленькая. Пятьсот тысяч драконьих ассигнаций. Можно домик на окраине прикупить! И еще на пару месяцев экономной жизни останется!

Условия получения вознаграждения — довести до ума квартирное здание, разобраться с арендаторами и через год передать его прилизанным и хорошеньким в управление Лоре Треччер, родной внучке почившей бабули. Лору Лола знала. И они друг друга недолюбливали. Разные взгляды на жизнь. Лола вкалывала, едва сводила концы с концами, а Лора жила одним днем, в котором ее неизменными спутниками были неприятности.

— Видите ли, моя покойная клиентка была крайне обеспокоена легкомыслием своей внучки. Поэтому отписать ей ветхое здание и круглую сумму денег вот так просто не решилась.

— А я тут каким боком? Пусть эта семейка сама разбирается, — Лола фыркнула и снова затянулась сигаретой.

— Считайте это наймом на работу. Должность управляющей на год, максимум два. Расходы на восстановление будут вычитывать из средств покойной и выплат арендаторов. Как только Мисс Лора Треччер достигнет двадцатитрехлетия, здание перейдет в ее собственность. Как и прочее наследство. Ваше сотрудничество с моей покойной клиенткой будет окончено. Вы получите свое вознаграждение, в дополнение к ежемесячной зарплате размером пять тысяч драконьих ассигнаций. Не подскажете, какая у вас нынче зарплата?

Лола злобно зыркнула на дракошу. Она получала десять драконьих ассигнаций в час. И если впахивать по двести пятьдесят часов в месяц, все равно выйдет в два раза меньше, чем предлагала ей эта протухшая дальняя родственница. Половина зарплаты, конечно, уходила на оплату жилья.

— Подумайте еще раз, Мисс Треччер, — продолжал наседать змей. Его елейным голосом можно было умаслить хоть самого владыку ада! — Вы получите жилье, ежемесячную зарплату, в конце еще и вознаграждение. И с вашей работы увольняться не придется.

С последним он, конечно, промазал. Уволиться Лола была не против.

— Так, а что мне грозит, если завалю задачу? Не выполню условия? — она покрутила ручку. Уже в принципе всё для себя решила.

— Я от имени моей почившей клиентки подам на вас в суд, — Лола начала подписывать договор. Дракон замолчал.

— Продолжайте, — она ставила простенькую подпись уже на третьем листке.

— И я… — адвокат аж завис. — Ну… Я подам на вас в суд за невыполнение условий договора и буду требовать компенсации, которая, конечно же, перейдет внучке моей клиентки Лоре Треччер.

— Отлично, вот, — Лола пододвинула к дракону папку с подписанным договором. Сверху на бумаги положила ручку с логотипом его опупенно крутой адвокатской фирмы.

Дракон придирчиво рассматривал ее закорючки. Лола затушила сигарету и стала нервно постукивать короткими ногтями по коленке. Ей так-то нужно было бежать. Выгул собак не ждет.

— Вот, — Дракон достал из стола связку ключей и визитку. — Это от здания. Ключи подписаны. А это бухгалтер. По вопросам финансового обеспечения переговорить вам нужно с ней. Также ежемесячно отчитываться вы будете ей.

— Всё? Я могу идти? У меня вообще-то тоже работа, — она встала, одернула свитер, обмоталась стареньким серым шарфом и стала натягивать парку.

— Ваш экземпляр договора, — он сложил несколько листов в оранжевый конверт и положил перед ней на стол. Лола застегнула куртку, накинула капюшон, повесила сумку через плечо и только тогда взяла конверт. Небрежно сунула его в карман, согнув пополам. — Переехать вам нужно до конца этой недели. Я загляну в следующий вторник…

— Да-да, поняла, до свидания.

Лола выскочила из кабинета и поспешила к лифту.

Где в этом светлом, охереть каком богатом здании лестница, она ума приложить не могла. Ей даже уборщицей в подобных местах работать не приходилось.

Лифт ехал утомительно долго. Лола продолжала нервно поглядывать на дисплей мобильника и топать ногой. Собравшаяся у лифта очередь уже начинала на нее косо поглядывать. Ну пусть смотрят. Ей так-то фиолетово. Привыкла.

Да и, по правде, не вписывалась она в это место. Все в костюмах. Дорогих, судя по всему. Она в старых джинсах, купленных в секонд-хенде еще прошлой зимой, в ботинках, которые за полцены выцепила на уличной распродаже… Даже куртка до нее уже была кем-то ношена.

Лифт звякнул. Толпа клерков двинулась в кабину. Лола оказалась зажата между мужчиной лет пятидесяти, кажется, просто человеком, и женщиной лет тридцати — тридцати пяти. Она была драконицей. Вне всяких сомнений. Еще и замужней. Об этом свидетельствовала руна на шее.

Лола отвернулась. Другие расы, кроме человеческой, страшно раздражали ее. Эльфы, драконы, демоны, оборотни… Ее передергивало от одной только мысли о них. Как хорошо, что все они были в большинстве своем разделены мировой завесой. Эльфы жили себе в своем мире, оборотни и демоны в своем, был даже мирок, принадлежащий только людям. Там-то всей этой живности было по минимуму.

А Лола родилась в измерении, где доминировали драконы. Они были лояльны к другим расам. Поэтому на улицах можно было встретить… Да кого только не встречала Лола… К ней как-то подкатывал гном… Вот настолько дружелюбными были драконы. Только вот… Они доминировали в своем измерении.

Все высокие должности — драконы. Правительство — драконы. Везде драконы, драконы, драконы. Их было вроде не так уж и много, но как они держались…

В общем, дискриминация налицо, но кого это волновало? Измерение принадлежало им.

Она бы хотела махнуть туда, где правят люди… Но порталы между мирами доступны были только элите. Лола в своих драных джинсах и старенькой парке была элитной недостаточно для таких путешествий.

Проездной пикнул. Свободных мест был целый салон. Лола выбрала самое чистое у задней двери и села.

Автобус ехал через неблагополучные районы. Поэтому под сиденьями всегда что-то валялось. Подростки и отморозки не стеснялись бросать мусор себе под ноги. Лола тоже. На подростка она не была похожа, а значит, была отморозком. Ну, а как по-другому жить? Она не знала.

Лола вынула желтый новенький хрустящий конверт и стала читать, что она там подписала.

Заказчик, исполнитель… какое-то там лицо, обязанности, права… От обилия непонятных слов голова начинала гудеть.

Лола небрежно сунула документы в сумку. К черту, потом разберется. Попросит кого-нибудь из знакомых посмотреть. В баре, куда она захаживала после работы, кажется, был кто-то… Роб? Боб? Он там вроде несколько лет на юриста учился… Во всяком случае, именно об этом он каждый раз заливал девочкам, которых пытался снять.

Лола вышла у метро. Еще раз пикнула проездным и поехала на другой конец города.

Собаки путались в поводках. Ничего более утомительного, чем их выгул, в ее расписании никогда не было.

У Лолы была и специальная лопатка для фекалий, потому что в благополучных районах за собачье дерьмо ответственность несут хозяева. Хотя, признаться, лучше бы своим душевным… состоянием обеспокоились, чем экологически чистыми, судя по составу первоклассного и космически дорогого корма, фекалиями. Иногда Лола ловила себя на мысли, что будет здоровее, если вместо сосисок по утрам будет закидываться спрессованными сухими гранулами из зеленых упаковок.

Через три часа страданий на собачьей площадке она собрала всех своих подопечных и стала разводить их по домам.

Собак она любила. А их хозяев нет. Чем меньше был пес, тем больше гонора было у его владельца. Что это за такая странная закономерность? Да черт его разбери. С другой стороны, у ее соседки был чихуахуа… Тоже вроде мелкий пес, а хозяйка у него потрясающая женщина. Так что, возможно, дело было и не в породе собак вовсе.

Лола побрела на следующую подработку.

Она шла по богатенькому райончику и заглядывала за белые заборы. Ненавязчиво, конечно. Просто задирала подбородок чуть выше.

Лола видела, как во дворах дети именитых магов осваивали боевые заклинания, отпрыски драконов играли огненными мячами, на лужайках загорали драконицы на лежанках, на крыльце одного из светлых двухэтажных домов, в саду которого росли умопомрачительные розы, эльфийская семья устроила чаепитие.

Кто тут только не жил. Лола не знала, какую расу здесь могла встретить, но точно знала, какую не встретит никогда — простых людей.

Такие, как она, не жили в подобных местах.

Лола добрела до метро.

В вагоне свободных мест не было. Она встала подальше в пустой угол у поручня и снова достала договор. Но уже через полстраницы начала засыпать. Сунула бесполезные бумажки в сумку и достала наушники. Девчонка лет шестнадцати посмотрела на нее и хихикнула. Лола показала ей средний палец и со спокойной душой стала дальше распутывать белые провода. Девчонка фыркнула и отвернулась, сунув в уши свои беспроводные наушники.

Один наушник не работал, так что Лола заткнула его за шарф. Заиграла музыка, и она закрыла глаза, подремать полчасика, пока едет.

По вечерам она убирала в музыкальной школе. Мыла полы. Получала копейки, но даже эти копейки шли в дело.

Охранник пропустил ее без слов. А у нее даже пропуска не было. Настолько работа была незначительной. Хватало и того, что ее и так знали в лицо.

Лола зашла в служебное помещение, где хранился инвентарь для уборки. Быстро скинула куртку, шарф, завязала волосы в небрежный пучок и натянула бледно-голубую робу уборщицы прямо поверх своей одежды.

За пару часов она вымыла пять музыкальных классов на первом этаже и коридор. Стянула робу, отметилась в журнале у охранника и побежала дальше.

На улицах уже начинало темнеть.

Лола заскочила в автобус. Пикнула проездным и стала у поручня. Мест свободных не было.

Минут через пять кто-то неприятно пихнул ее в бедро. Мужчина извинился. Меньше чем через минуту ситуация повторилась. Лола недовольно закатила глаза, но промолчала. Отошла себе. Незнакомец, будто бы потеряв равновесие на повороте, завалился в ее сторону. Да так, что умудрился облапать грудь.

Лола хотела наехать на извращенца, но автобус правда качнуло, и извращенец был тут же идентифицирован как нерадивый карманник.

— Высунь руку, или, богом клянусь, я отгрызу ее тебе, хер полоумный, — и Лола очень выразительно на него посмотрела. Не на ту напал.

— Прошу прощения, — незнакомец вытащил руку из ее кармана и отошел, насколько позволял час пик в транспорте.

— Новенький, что ли? — фыркнула она.

По этому маршруту частенько сновали карманники. Ее и саму пару раз обчищали. Вытаскивали бумажник с кучей скидочных карт, документами и парой драконьих ассигнаций. Мелочь, в общем-то. Но все равно обидно. За восстановление идентификационной карты приходилось нехило так отваливать. А у нее свободных денег не водилось.

Лола выскочила из автобуса и угодила прямиком в слякоть.

— Черт, — шикнула, заскакивая на тротуар. Старенькие ботинки в секунду начали хлюпать.

Лола быстро потопала в бар с красной неоновый вывеской «Пьяные саламандры».

В раздевалке уже шуршало несколько ночных официанток.

— Кинь загаром! — крикнула темненькая Бри, и Кира, девушка с выцветшим розовым каре, швырнула в нее пузырек автозагара.

— Привет, — Лола открыла свой шкафчик и сунула туда сумку, начала раздеваться.

— О, Белоснежка, — Кира потрясла баллончиком. — Давай и тебя чуть затемним?

— Да не, ты че? — рассмеялась Кира. — Ей только блестки. Знаешь, как мужики торчат от ее бледного пупка?

Она подошла к Лоле и шлепнула ее по животу.

— Отвалите, — усмехнулась и натянула на черный лифчик белый узкий короткий топ. — И дайте сюда блестки.

Она, надев короткие джинсовые шорты, поворачивалась то одним боком, то другим, пока Кира со знанием дела обрызгивала ее липким лаком.

— Что с ботинками? — Бри кивнула на коричневую обувку у старенькой батареи.

— Выпрыгивала из автобуса и в слякоть вляпалась. Городские службы в отпуске, что ли? — она сменила мокрые носки на чистые беленькие. Надела рабочие кеды. — Там карманник на пятом маршруте. Новенький. Попалился как придурок.

— О, тоже его сегодня видела. Вытаскивал кошелек у какой-то неместной красотки, — Кира для верности прыснула блесток Лоле еще и на плечи. — Ты бы видела ее пальто… Соваться в таком в общественный транспорт…

Она покривилась и вытащила из пупка сережку. Лола удивленно посмотрела на нее.

— Что? В прошлый раз какой-то хрен моржовый, пьяный в стелину, меня за нее потянул. Я чуть десять кружек пива не разбила к херам. Больно.

Лола отвернулась. Понимала. Ее подлавливали за пояс шорт, а чаевые раз на раз докладывали совсем не в руки. Конечно, все ночные официантки старались пресекать такое, ругаться, угрожать охраной, но всё это было бессмысленно. Контингент в Пьяных Саламандрах был такой.

Зато хозяева бара были нормальными. Если что, могли и выходной дать, и отпустить пораньше. Не свирепствовали особо. Лоле подходило. У нее не спрашивали ни аттестатов, ни страховки, никакой информации, только идентификационная карта и номер телефона, чтобы, если что, можно было связаться. Чаевые ни с кем делить не надо было. Охрана вмешивалась, когда пьяные мужчины и женщины совсем расходились. С остальным девочки могли справиться и сами. Сами были теми еще ангелами из преисподней.

По выходным в баре водились танцовщицы, по будням живая музыка. Играли все кому не лень. Такая себе площадка проверить песни. Иногда откровенное дерьмо, иногда очень даже неплохо.

Лола вышла в зал. До четырех утра она разносила напитки, терпела приставания и собирала чаевые.

Работала в баре только четыре дня в неделю. В самые сочные дни выходили другие официантки, поматерее, чем она.

Утром, как смена закончилась, Лола помогла навести порядок, протереть столы, поднять стулья, в раздевалке наспех стерла с себя блестки, переоделась и побежала дальше.

Заскочила в круглосуточный, купила хлеба, молока, черничный джем, набрала полуфабрикатов. Расплатилась на кассе частью чаевых, которые побывали у нее за поясом шорт, между грудей и за лямкой лифчика. Куда только мужчины и женщины не протягивали свои руки, пользуясь тем, что ее заняты. Лола все проглатывала. Ей работа была нужна, она хваталась почти за любую.

Домой добралась к семи утра. Пошарила в сумке в поисках ключей, умудрилась извалять у металлической калитки договор, чуть по тротуару не рассыпала покупки. Еще пять минут провозилась со стареньким замком и наконец толкнула дверь. Она тяжело скрипнула.

Лола поставила пакет на обувную полку, повесила сумку, шапку и шарф. Прихожая была такой маленькой, что она едва могла в ней развернуться. А на вешалке с трудом находился хоть один свободный крючок.

В гостиной работал телек. Прямо перед ним на просиженном до вмятин диване сидя спал старичок. Дедуля Мэт. Отец отчима Лолы. Флегматичный ворчливый старик. Никуда почти не ходил, чаще всего сидел себе перед телеком, прогуливался максимум до магазина за углом или до кухни.

Лола щелкнула кнопку.

Старик вздрогнул и открыл глаза.

— Че творишь? Охренела?

— Я сто раз говорила: вырубать телек и не спать тут! — Лола забрала пульт с журнального столика. — Электричество за этот день ты намотал ночью. Прогуляйся сегодня, Мэт.

— Положи на место, пигалица! — захрипел он.

— Хер тебе, Мэт! — Лола сунула пульт в пакет с покупками и пошла на кухню.

Она начала думать, что кнопка на телевизоре сломалась по ее молитвам. Выключить можно, а включить только пультом.

— И никто уже давно не ругается словом пигалица! — крикнула она с кухни, раскладывая покупки.

Лола профессионально варганила быстрые завтраки. Совала куски хлеба в тостер, варила кофе в старой серой кофеварке с жирными каплями на ручке, на сковороде жарила яйца.

Первым к завтраку спустился Люк. Брат сонно почесал светлую кудрявую голову и сел за стол. Еще даже не оделся. В майке и трусах увалился на стул с таким видом, будто делал одолжение всему живому своим существованием. Что взять с подростка?

— Доброе утро, — она поставила перед ним тарелку с яичницей и тостами с джемом.

Люк скривился при виде фиолетовой жижи на поджаристом хлебе.

— Фу! — он сгрузил тост на стол. — Черника…

— На прошлой неделе мы ели малиновый. Лиз от него не в восторге, — Лола поставила рядом еще две тарелки. Посмотрела на брата и улыбнулась. — Сейчас твоя неделя страданий. Всё по графику.

— Почему мы не можем, как все нормальные люди, покупать два вида джема?

— Потому что из семерых людей в этом доме только у меня постоянный заработок? — Лола налила в кружку с обломанной ручкой кофе. — Где Лиз?

— Наверное, лобзается с остроухим, — бросил Люк, подходя к холодильнику. — Ты и сок не купила?

— С кем лобзается? — она даже кофе свой оставила. Возмущение взбодрило ее получше кофеина. — Черт!

Лола обогнула брата и взмыла вверх по лестнице. Она ретивой кобылой перескакивала разбросанные вещи, коробки, книги, пустые бутылки… В общем, срач преодолевала не хуже участников бега с препятствиями.

— Какого хера?! — Лола резко распахнула дверь. Замок вырезала из нее еще прошлым летом, когда сестра, переживая расставание, не хотела никого пускать в комнату. А Лоле надо было переодеться и бежать на работу.

Лиз сидела на ком-то верхом в одном лифчике. Прикроватная тумбочка удачно скрыла лицо предположительно остроухого. Лола до конца отказывалась верить в слова Люка.

— Твою мать! — Лиз тут же прикрылась краем одеяла. Посмотрела на Лолу и расслабилась. Предположительно остроухий даже приподняться не удосужился. — Черт! Закрой дверь с той стороны!

— А вот хрен тебе! — Лола оперлась плечом на дверной косяк, скрестив руки на груди. — Это и моя комната.

Лиз недовольно закатила глаза. Наклонилась, судя по звуку, засосала своего дружка покруче, чем их старенький пылесос засасывает мусор, и соскочила с постели со словами:

— Я быстро. Это сестра. Она норм, расслабься, — Лиз неохотно подошла к дверному проему. Из одежды на ней был только простой бежевый лифчик и причудливые пижамные шорты с пухлозадыми щенками. — Ну чего?

— Презики?

— Есть, — она снова закатила глаза.

Лола выдохнула.

— Спускайтесь завтракать, — заглянула за спину младшей сестры и театрально громко добавила: — Надеюсь, твой дружок ест нищебродские яичницы и дешевый джем из круглосуточного. И Лейлу разбуди. А то опять опоздает в свой НИЩЕБРОДСКИЙ садик.

Лола, довольно усмехнувшись, оттолкнулась от дверного косяка и почапала на первый этаж. Приготовит еще одну порцию яичницы. Черт с ними! Остроухий так остроухий, главное, чтобы без залетов.

Глава 2

Дружок Лиз спустился к завтраку почти сразу. Лола со вздохом отметила его косы, сплетенные с боков и завязанные в хвост, и острые уши. Юнец был на вид ровесником сестры, но у них-то фиг пойми, кто там сколько лет отжил, поэтому насчет возраста Лола не обольщалась. Решила присмотреться к поведению.

Одет был с иголочки. Рубаха, заправленная в черные брюки, блестящие туфли.

Эльф сел за стол. Лола поставила перед ним тарелку с тостами, со сковороды сгрузила на нее яйца.

— Приятного аппетита, — она улыбнулась и вернулась к плите. Эльф в ответ ей только кивнул. — Кофе будешь?

Юнец отрицательно покачал головой.

— Ну, может, молока? — снова покачал головой. — Чай? Воду? Слушай, или ты разговаривай, или выметайся. Что за херня?

— П-прошу прощения, — бледные щеки эльфа заалели.

— Черт с тобой, — отмахнулась Лола, взяла свою тарелку и села за стол напротив юнца. Протянула ему руку, — Лола Треччер. Сестра твоей подружки.

Эльф растерянно посмотрел на ее ладонь, потом в глаза, и снова на ладонь.

— Ну? — терпением Лола в это утро похвастаться не могла.

— М-мы… — он отвел взгляд. — Мы не здороваемся с женщинами за руку.

Лола цокнула языком и схватилась за вилку. Эльфы, черт их побери.

Они встречались в драконьем измерении редко. Очень редко. Чешуйчатые с остроухими не ладили. А значит, этот эльф был сыном кого-то зажиточного и, возможно, имеющего отношение к политике. Простых и приземленных эльфов, насколько эти понятия вообще приемлемы для остроухой расы, тут днем с огнем не сыщешь.

— А имена тоже женщинам не говорите? — она приподняла брови, откусывая кусок от тоста.

— Н-нет! — раздался скрежет, юнец подскочил с отъехавшего стула, отошел от стола и поклонился. — П-прошу прощения! Я… Я… Меня зовут Эннан.

— Да сядь ты, боже… — Лола от неожиданности чуть яйцом не подавилась. — Слишком много торжественности для парня, которого я застукала под своей сестрой.

Эннан в секунду, как хамелеон, сменил несколько красок. Позеленел, побледнел и снова покраснел.

— Прошу прощения, — он снова поклонился. — Это отвратительное происшествие больше не повторится!

— Матерь божья, — протянул Люк, во все глаза пялясь на ушастое чудо.

— Забей, Эн, — Лола небрежно махнула вилкой, сообразив, к чему все идет. А шло все к обмороку от перенапряжения. Ей тут только бессознательного эльфа не хватало еще. — Просто позавтракай с нами нормально. Мы типа это… Ну… Если ты не выпендриваешься, то и мы тоже.

Эннан сглотнул и сел обратно за стол.

По ступенькам загремели тяжелые шаги. Лиз, что примечательно, полностью одетая, спустилась к завтраку. На руках держала сонную Лейлу. Она усадила четырехлетку за стол, сама устроилась рядом с Эннаном, предварительно налив кофе в еще одну кружку без ручки.

— Та-а-ак, — протянула Лола, прищурившись. — Где ты его подцепила? Надеюсь, не похитила? Я в тюрягу передачки носить не буду. И адвоката оплачивать тебе придется из своих сбережений… Хотя погоди, у тебя нет сбережений.

— Очень смешно, — она поморщилась и показала Лоле язык.

Нет, ну как эта мелкая гадина могла подцепить пацана, который теряет сознание от мысли, что был застукан с девчонкой за прелюдиями?

— Он просто заблудился. Так и познакомились.

— Эльф заблудился? Это ж как надо блудить, чтоб из их райончика попасть в наш? Ты в карту давно заглядывала? Ты давай мне в уши не лей.

— Да какая к черту разница? Проблем не будет, обещаю, — Лиз недовольно закатила глаза и принялась с двойным усердием лопать.

— Люк, отнеси Мэту пожрать, — Лола сменила объект внимания.

Люк, до этого старающийся не отсвечивать, с очень недовольной мордой лица поплелся в гостиную, взяв со стола одну из трех еще полных тарелок.

— Завтра суббота. У меня родительское собрание в школе, — он вернулся и плюхнулся на стул, поставил ногу на край сидушки.

— И? — Лола, доев, вышла из-за стола, бросила тарелку в раковину и стала наливать еще одну кружку кофе.

— В смысле, и? Я не могу сам на него сходить. Мне четырнадцать. Поговори с Бенни.

— Ладно, поговорю. Вы, кстати, ее разбудили? Ей на работу. И, Пол?

Лола вышла из кухни, подошла к лестнице и громко позвала маму и отчима несколько раз. Ответом ей была звенящая тишина.

— Зря пыжишься, — Лиз загремела тарелками, и Лола вернулась на кухню.

— В смысле? — она бросила недовольный взгляд на самую младшую из сестер. — Лейла, наворачивай быстрее! Опоздаешь!

— Бенни не ночевала дома. Пол тоже, — Лиз любезно скинула в мойку посуду своего остроухого парня.

— Какого… — Лола задумалась. Ее вдруг осенило. — Че-е-ерт!

Она, рухнув на стул, обессиленно уронила голову на руки, потерла лицо.

Секунду висела тишина.

— Вот же херня, — Лиз швырнула вилку в раковину с особым остервенением.

— М-да-а, — протянул Люк, вставая из-за стола. Обычно после завтрака он сразу шел одеваться. — Мы прозевали ее зарплату.

У Лолы в голове зашуршали вычисления. Вода, отопление, электричество, еда, на обеды, проезд и ежемесячный платеж… В банке они были не на хорошем счету. А в залоге был дом. Чуть что — его заберут. И, по правде, Лоле было плевать, где окажется Пол, Мэт и Бенни, а вот где будут в таком случае жить Лейла, Люк и Лиз — очень даже волновало.

Лола выдохнула, чувствуя, как к горлу подкатывает ком.

— Ладно, — она выпрямилась, взмахнула небрежно руками. — Хер с ней. Плевать, что Бенни оставила свою зарплату в каком-нибудь дерьмовом баре. Разберемся. Выплывем.

— Как? — Лиз встала за спиной своего эльфа. Тот сидел молча, ни жив ни мертв. — Слушай, давай я подработку возьму.

— Нет. Все вы, — Лола поочередно указала пальцем на сестер и в самом конце на лестницу, подразумевая под этим жестом переодевающегося в комнате Люка, — ходите в школу, делаете домашку, проекты и прочую ерунду, я — вкалываю. Не в первый раз мы остались без зарплаты Бенни. Может, в банке дадут отсрочку? Я поговорю. Просто… Слушайте, идите уже в школу!

— Выспись, — Лиз вытащила мелкую из-за стола, обращаясь к Лоле, — мы отведем ее в сад.

— Да мне не до сна… — она вздохнула. — А, да, точно. Забыла сказать. Мне работка подвернулась. Но придется переехать на время. Вы же без меня справитесь? Может… Если все выгорит, то я быстро закрою кредит, и дом будет свободен от залога.

— Что за работа такая? — спустился Люк уже в штанах и толстовке.

— Ну, там…

Лола не знала, как объяснить сомнительную авантюру, в которую ее втянула покойница.

— Управляющая? — она неловко улыбнулась.

И Лиз, и Люк посмотрели на нее с явным недоверием.

— Что?

— Тебе никогда не предлагали должности выше официантки. Ты кого-то трахнула за работу? — брат поморщился. Выражение лица у него было на грани между брезгливостью и оскорбительным сомнением.

— Если я когда-нибудь решу упасть настолько низко, то предпочту сразу брать деньгами, — Лола взяла со стола кухонное полотенце и швырнула в токсичных родственников. — Валите уже!

Малышня посыпалась из дома, наперебой бросаясь прощаниями. Лола отмахивалась привычными «ага», «да», «до скорого», «надень шапку», «возьми на проезд и обед в сумке».

Она смотрела на толкающихся брата и сестер с теплой улыбкой на лице, облокотившись плечом на проем прихожей. Они раздирали ее чаевые за ночь, кому сколько надо. В кошельке в итоге осталась всего пара купюр.

Дверь хлопнула. Лола вернулась на кухню, взяла пульт и швырнула его завтракающему на диване Мэту. Он от неожиданности чуть тостом не подавился.

— Пигалица!

— Жри молча, — она недовольно покачала головой.

Лола устало потерла лицо рукой, чувствуя, как начинает накатывать сонливость. Она налила себе еще кофе, взяла договор, пачку дешевых сигарет, накинула на плечи старую куртку, которую бросали у задней двери, как раз для покурить, и вышла. Села на ступеньках, поставила рядом чашку и сунула сигарету в рот. Вдыхала едкий дым, и ей казалось, что тиски, сдавливающие грудь, становились чуть слабее.

Сигарета не решала ее проблем, но хотя бы снимала напряжение. Лола могла с таким же успехом снимать напряжение спортом, например, но проще и быстрее было выйти покурить, чем начинать приседать как сумасшедшая каждый раз, как Бенни подставляла ее.

Она принялась вчитываться в бумаги. Смысл договора все никак не становился яснее. Только еще больше хотелось спать от длинных формулировок, сплошь состоящих из сложных незнакомых слов.

Лола отложила бумажки и уставилась на не меняющуюся с годами улицу перед собой. Все те же маленькие облупившиеся дома, тесно прижатые друг к другу, мусор на обочинах, перевернутые баки, бродячие животные и пьяницы.

Садов тут почти ни у кого не было. Откуда взять время на уход за фиалками и газоном, когда всем приходилось впахивать на двух работах? Чаще во дворах была разруха: мусор, старая мебель, тотальная заброшенность.

И так выглядели все районы для обычных людей. Был, конечно, маленький процент тех, что сумели приблизиться по значимости к драконам и прочим сильным расам, но их было очень мало. И, как правило, они не были чистокровными людьми.

Жили такие семьи, конечно, не в элитных районах, но хоть приличных: ближе к центру Манхорты, столицы одного из многочисленных драконьих государств, драконьего мира.

Лоле не так повезло. Она на сто процентов была человеком. Бенни, конечно, старалась убедить ее, что в ней текла кровь драконов, но это звучало как несусветная глупость. Лола ни капли ей не верила.

Калитка скрипнула. Лола чуть наклонилась, чтобы видеть дорожку. К дому шел невысокий мужчина сбитого телосложения, небритый, помятый, в старой распахнутой подранной куртке, джинсах и ботинках.

— Доброе утро, Пол!

Лола затушила окурок и бросила его через перила на промерзшую землю.

Мужчина пошатнулся, оборачиваясь на голос.

— О, крошка Эл, — он расплылся в пьяной улыбке.

— Где Бенни?

Она спустилась со ступенек. Пол подался ей навстречу. В нос Лоле ударил едкий запах перегара и кислый запах рвоты.

— Твоя мать…

Он покривился, сдерживая то ли икоту, то ли очередной рвотный позыв.

— Она… Без понятия. Встретил ее с работы, мы зашли в бар и пуф… — он взмахнул руками, имитируя взрыв. — Ничего не помню.

— Ублюдок ты, Пол, — выдохнула Лола. Пьянчуга только усмехнулся.

— Нехорошо так про отчима, — он потянулся рукой к ее волосам. Лола отпрянула.

— Руки убрал. Ты мне не отчим. Ты вообще никто, — прошипела злобно. Она ненавидела его. — Если Бенни не вернется к вечеру, пеняй на себя.

— И что ты мне сделаешь?

— Закопаю так глубоко, что дьявол в аду раньше встретится с твоим протухшим телом, чем с душой.

Они сверлили друг друга взглядами. Он — пьяным, расфокусированным, она — сонным и уставшим…

Но они смотрели, не желая уступать.

Лола ненавидела его всем сердцем. И выставить не могла. Дом принадлежал Бенни. И сколько бы она ни вызывала полицию, чтобы выставить этого гада, мама отсылала патрульных обратно восвояси. Они только разводили руками. Мол, ничего нельзя сделать. Быть пьяницей и мудаком — это не преступление.

Приходилось терпеть. Терпеть запои, попойки в их доме с какими-то незнакомцами, беспорядок, хамское отношение, ругань… Да Пол же банально забывал смыть за собой в унитазе. Однажды Лола застукала его за тем, что он чистил зубы щеткой Люка. Скандал чуть до драки не дошел.

Но последней каплей стал залог. Пол как-то умудрился заложить дом, к которому даже никакого отношения не имел, и профукать на какой-то афере кучу денег. И теперь эту кучу выплачивала Лола. Потому что только ее и волновала перспектива оказаться в картонной коробке под теплотрассой.

— Да приползет твоя мать, как обычно, — сдался Пол, фыркнув. Обошел Лолу, толкнув в плечо, и лениво поплелся в дом.

Она достала из кармана пачку, вынула еще одну сигарету и прикурила.

Чертов Пол! Когда же он сдохнет под чьим-нибудь забором в глубоком сугробе?

Не сказать, что Бенни до его появления была ангелом во плоти и примерной матерью, нет, но с Полом она вообще слетела с катушек.

Лола докурила и вернулась в дом. Стала собирать вещи на первое время. Скинула в дорожную тканевую сумку два свитера, любимую толстовку, две пары джинсов, в коробку закинула что-то из косметики. Большую часть, конечно, оставила Лиз. Ей там всякая подводка была не нужна, а сестра с красавчиком-остроухим-юнцом мутила. По-любому ведь марафетилась со страшной силой перед их свиданками.

Лола обычно мелочно прятала их с сестрами шампуни, мочалки и прочую лабуду в комнате, чтобы загребущие руки смердящего Пола до них не добрались. Вот и в этот раз она открыла ящичек и убедилась, что баночки на месте. Подумала немного и оставила все как есть. По дороге купит себе что-нибудь в супермаркете.

Много времени на сборы не понадобилось. Да она и не думала переезжать полностью и насовсем. Так и будет по утрам бегать готовить завтраки, проверять Лейлу, оставлять на обеды и проезд Лиз и Люку. Она ни в коем случае не собиралась бросать мелких один на один с двумя безответственными взрослыми и одним ворчливым асоциальным стариком.

Лола прошлась по дому, прикидывая, что еще ей может пригодиться в новой квартире, которую она и не видела-то ни разу.

Подумала еще немного и скрутила одеяло с подушкой, прихватила комплект постельного белья, с кухни забрала одну чашку, тарелку, ложку, вилку, маленькую кастрюльку. Хватит на первое время. Тем более, может, что-то осталось от прежних жильцов.

Лола поковырялась в кладовке, нашла замок и провозилась полчаса, вставляя его обратно в дверь. На всякий случай. Если вдруг на новой работе она не сможет вырваться по первому же кличу домой, пусть дети будут хоть замком на спальне защищены.

Лола, может, и преувеличивала самую малость, но она привыкла защищать мелких от Пола.

В заднем кармане штанов завибрировал мобильный.

— Привет, — ответила, не глядя на дисплей.

— Привет, как ты?

Лола сразу узнала мужской голос — Майк. Они уже пару месяцев как встречались. Он был простым парнем, стопроцентным человеком, как и она сама, работал в неотложке врачом. Лола находила его вполне себе приятным. Он ей даже нравился. С ним было весело. В выходные, которые случались крайне редко, можно было заночевать у него дома. Они обычно смотрели кино, пили пиво. Все просто и как-то без напряга. Очень удобно.

— Нормально. Вещи собираю, — честно призналась Лола, придерживая плечом мобильник и складывая инструменты.

— Все-таки решилась ко мне переехать? — послышался смешок.

— Нет, я…

Лоле было неловко от таких разговоров. Она сразу терялась и не знала, как объяснить свое нежелание съезжаться. Сколько еще Майк будет терпеть оправдания типа «у меня тут младшенькие», прежде чем учует неладное? Прежде чем поймет, что она просто не хочет жить с ним? Ну, или возможно, вообще ни с кем не хочет жить…

— Мне работа подвернулась. Место приличное, в договоре оговорено где жить, так что переезжаю туда, — протараторила на одном дыхании, чтобы у него не было и мысли хоть слово вставить в ее сумбурные пояснения. — Буду управляющей. Представляешь? И зарплата хорошая. Может, получится быстрее выплатить долг. А ты как? На работу едешь или с работы?

— С работы. Слушай, кто тебя нанял-то?

— А, ну, дальняя родня, — она нервно расхаживала по коридору.

Неловко было это обсуждать. Просто неловко. Казалось, Лола сделала что-то не так, допустила ошибку, и Майк на это укажет. Не то чтобы она боялась его. Нет, Майк был славным парнем, очень, но он всегда так странно смотрел на нее, когда она говорила о своей жизни… Его взгляд иголками под кожу залазил.

Со временем Лола поняла, что именно ее смущало. Непонимание. Он не понимал, как можно столько вкалывать на чужих детей, как можно по первому звонку нестись выручать кого-то, как можно несмотря на все оставаться в этом доме.

Майк точно питал к ней вполне романтические чувства, но он был единственным ребенком в семье, а она… Она в своей семье была единственным вменяемым взрослым и просто не могла бросить сестер и брата. Черт, да она и Бенни бросить не могла! Хотя ее не то что бросить, ее бы вообще вышвырнуть из дома.

— Та самая родня, которую ты ненавидишь?

— Ну да.

— Они же бросили Бенни на произвол судьбы? — в голосе Майка как всегда слышалось недоумение.

— Бенни сама себя туда выкинула, — фыркнула Лола. — Ладно, не важно. Можешь, эм, помочь мне?

— Господи! — Майкл деланно удивился. — Сама Лола Треччер просит меня о помощи! Небеса сегодня рухнут?

— Очень смешно. Так что? Поможешь вещи перевезти? У меня немного, но все равно.

— Скоро буду.

— Жду.

Лола повесила трубку и снова осмотрела коридор.

В доме было три тесных спальни и комнатушка Мэта под лестницей. Разбились по парам. Люк спал с Лейлой. Каждую ночь они запирались на замок. Лиз и Лола на ночь подпирали свою дверь комодом. Ну, Лиз подпирала, если ночевала одна.

В третьей спальне обосновались Пол и Бенни. Туда Лола предпочитала заглядывать в исключительных и очень редких случаях.

Лестница заскрипела. Отчим поднимался все так же пошатываясь. Лола вжалась в дверной проем. Коридор был очень узким, а она не желала прикасаться к нему даже краешком своей одежды.

Пол проковылял мимо, зашел в свою спальню и уже оттуда выкрикнул:

— Завтрак отпад. Жаль, без бекона.

Лолу закоротило от омерзения. Все мысли из головы вылетели. Остались только даже для нее очень неприличные ругательства. Пол был ей так противен, что от этого заявления она просто заледенела.

Мало того, что он нахлебничал, так еще и был недоволен рационом!

Лола постояла с минуту, делая глубокие вдохи, и потащила вещи вниз.

Она ждала Майка у дороги и курила. Пальцы на холоде краснели.

Чертов, чертов, чертов мерзкий Пол! Что же он никак не оставит их семью в покое? Что еще ему нужно? Что? Он и так обобрал их! Больше нечего было закладывать.

Лола так злилась, что не заметила, как подъехал Майк на своем стареньком сером пикапе. В больнице для людей на машину получше не заработать. Точно не в мире драконов.

— Лола, — укоризненно протянул он. — Пахнет отвратительно!

Майк скривился и показательно не стал приближаться.

— Прости, — она бросила окурок под ноги и виновато улыбнулась, растирая бычок ботинком по тротуару. — Знаю, что тебе не нравится… Прости, правда. Пол просто так выбесил с самого утра. И Бенни…

— Говоришь так, будто это все в первый раз, — Майк усмехнулся, и Лола умолкла.

Она, кажется, смирилась с тем, что он ее совсем не понимает. Может, именно поэтому она никак не хотела съезжаться с этим почти идеальным парнем?

— Давай помогу.

Майк живенько закинул в багажник коробку, сумку и перемотанный скотчем черный мусорный мешок с одеялом, подушками и комплектом постельного белья. Он галантно открыл для Лолы дверь. Она залезла в машину и неловко поерзала на сиденье, проверила достаточно ли сухие и чистые ее ботинки для стерильного автомобиля Майкла.

— Какой адрес?

— Адрес? — она непонимающе нахмурилась. Спохватилась и полезла в сумку. — Секунду, сейчас посмотрю.

Нашла в договоре название улицы, номер дома и показала Майку.

— Это в этом же районе, — он бросил на Лолу скептический взгляд. — В какую авантюру ты ввязалась, Лола?

— Да почему сразу авантюру? Это просто работа, просто квартирное здание.

— Квартирное здание в этой ж…

Лола недовольно цокнула языком, и Майк поспешил исправиться.

— Существование этого района — одна большая авантюра. И ты собираешься управлять тут зданием? Хотя к чему это я… Не обижайся, но сам факт, что тебя наняли управляющей, уже о многом говорит.

Майк вывернул на дорогу. Машина медленно поплелась мимо стареньких обшарпанных домов.

— Да-да. Я в курсе, что таких, как я, только официантками берут. Хватит об этом.

Лола даже внимание не стала заострять на его словах. Во-первых, он говорил по делу: район и правда неблагополучный. Во-вторых, она закончила только старшую школу. Кто стал бы доверять необразованной девчонке целое здание? Ну разве что покойница.

— Я предлагал тебе закончить курсы медсестры. Всего пару лет, и ты могла бы работать в больнице.

— Майк, я уже говорила. Мне негде взять столько денег. И дети, и дом…

— Ладно, ладно. Я понял. Кстати, — он протянул руку за сиденье Лолы и достал оттуда стакан с кофе в картонном подстаканнике. — Это тебе.

Лола открыла пластиковую крышечку, принюхалась. Ванильный латте. Как любил Майк. Но не она.

— Спасибо.

— Пей быстрее. Мы уже подъезжаем.

— Ага.

Машина свернула на перекрестке. Лола с замиранием сердца приготовилась увидеть здание.

Она не могла сказать, что знала каждый угол в районе, ей некогда было бесцельно разгуливать по улицам. Лола бежала с одной подработки на другую и по сторонам особо не смотрела. Поэтому даже и представить не могла, что ждет ее на новом месте.

Глава 3

Машина остановилась напротив обшарпанного двухэтажного серого здания. Придомовая территория была ограждена обычной металлической сеткой. Во дворе скопилась гора мусора. Фасад здания пестрил нецензурщиной. Пара окон была заколочена.

— Приехали, — Майк повернул ключ в зажигании. — М-да… Так себе место. Чем тут управлять? Разве что сносом…

Лола бросила на него скептический взгляд.

— Как-нибудь справлюсь.

Она открыла дверь и вышла из машины. Кинула пустой стаканчик из-под кофе в кучу мусора во дворе. Снаружи все казалось не так чтобы очень критично. Да и в целом тихо.

Лола придирчиво осмотрела улицу.

Напротив была старая детская площадка. Пустующая. Ни одного ребенка. Зато валялись пустые банки из-под пива. Здание Лолы располагалось между двух точно таких же зданий. То, что слева, было поприличней. Посветлее, посвежее. То, что справа — заколочено. Рядом с забором была воткнута табличка «продается». Судя по всему, покупать его никто не спешил.

Никакой калитки не было. Просто проход и сразу дорожка к двери. Лола чуть помялась во дворе и потопала ко входу.

— Подожди меня здесь. Я узнаю, что да как, и спущусь за вещами, — крикнула она, стоя у входной черной деревянной двери, которую уже стоило бы заменить.

В вестибюле было мрачно. Ремонт явно старый. Обои грязного синего цвета с безвкусными узорами, красный ковер на разветвленной лестнице, ведущей на второй этаж. Темные перила, перекинувшись через которые можно было плюхнуться прям в вестибюль, и никакие ступеньки были бы уже ни к чему. Коридорчики были узкими. Так что толкни кого случайно — и правда головой вниз полетит. Интересно, случались ли тут хоть когда-нибудь подобные происшествия?

На первом этаже Лола насчитала четыре двери. На втором — три с одной стороны лестницы, три — с другой. В итоге под её руководством оказалось десять квартир.

Лола порылась в сумке и достала связку ключей. Стала просматривать их. На каждом висела бирка с номером квартиры. А на одном к номеру была дописана буква У. Управляющий — догадалась Лола. И стала подниматься на второй этаж.

Кто-то хлопнул дверью. Лола обернулась и увидела мужчину на другой стороне. Он повернул ключ в замочной скважине, накинул на плечо рюкзак и только тогда заметил её. Приветливо махнул рукой. Лола ответила таким же небрежным жестом и вернулась к своей двери.

Замок чуть заедал. Пришлось повозиться с ним. Она покрутила ключом, и дверь наконец поддалась.

Прихожая была заставлена коробками и старыми вещами. В конце коридора справа оказалась маленькая спальня, слева кухня, а прямо перед Лолой была дверь в ванную. Вещи от прежнего жильца бросались в глаза.

Лола прошлась по обжитому дому. На стенах висели картины, украшения, на кухонном столе лежала открытка для Анны-Марии Треччер. Так звали дальнюю почившую родственницу.

Значит вот, где она жила в последнее время.

Лола подперла входную дверь тяжелой коробкой и спустилась вниз.

Майк ждал ее, прислонившись спиной к машине. Он увлеченно строчил кому-то и не сразу заметил подошедшую Лолу. Она обошла его, достала сумку из багажника. Майк отвлекся от телефона, кивнул ей и принялся дописывать сообщение.

— Квартира два точка десять, отнеси оставшееся, как договоришь, — она указала взглядом на телефон.

Майк еле слышно угукнул.

Он ухал почти сразу. Только занес вещи — раздался звонок. Он нахмурился и умчал. Лола подумала, что опять, наверное, его родители, и ничего говорить не стала. Майк на прощание клюнул её в щеку и сбежал.

Лола ещё немного побродила по квартире, прикидывая фронт работ, закрыла дверь и вернулась к себе. Нужно было поспать пару часов перед вечерней подработкой в музыкальной школе.

До дома идти было не меньше тридцати минут. Она успела дважды покурить по дороге. Надеялась, что сигарета облегчит её сонливость, но спать хотелось все так же.

Лола повесила куртку на крючок и молча поплелась мимо Мэта к лестнице. Старик, как всегда, пялил в телек.

— Там на кухне что-то рухнуло, — бросил он, не отводя взгляда от зомбо-ящика.

— И ты не посмотрел? — Лола так и замерла на первой ступеньке.

— Передача интересная, не хочу отвлекаться, — Мэт рассмеялся.

Лола, слыша скрип собственных нервов, решила отложить сон ещё на пару минут. Вышла в кухню и обомлела. На полу распласталась рыженькая женщина. Светло-русые корни волос поблескивали немытостью. На ней была розовенькая форма официантки. Она лежала, обнявшись со своим старым красным пуховиком.

Женщина застонала, перевернулась на другой бок, и её стошнило.

— Черт, Бенни, — Лола сонно потерла уже побаливающие глаза. Взяла с холодильника чистое полотенце и подошла к матери.

Она не сильно церемонилась с Бенни. Даже тащить на второй этаж не стала. Убрала рвоту, накрыла её пледом и поплелась досыпать своё.

Бенни была до бессовестного пьяна, и возиться с ней не было никакого желания. Не замерзнет, и ладно.

А когда Лола проснулась и спустилась на кухню, матери уже не было. Может быть, сама поднялась к себе в спальню, а может, ушла куда-то похмеляться.

Лола постояла с минуту, пялясь на пустой пол кухни. Её вдруг прострелила догадка. Она кинулась к сумке, которую вешала на крючок в прихожей.

Выпотрошенная сумка валялась на полу. В кошельке не было ни монетки. Вот так и стало понятно, что случилось с Бенни. Пошла похмеляться.

Лола вернулась в спальню и взяла несколько купюр из отложенных на экстренный случай денег. Лиз придумала прятать заначки от Бенни и Пола в мягкой игрушке мелкой сестры. Лейла всегда спала со своей дурацкой игрушечной мухой, поэтому никто не рисковал её трогать, совершенно не догадываясь, что в этой мухе хранится НЗ.

После подработки в музыкальной школе Лола сразу пошла в квартиру. Во-первых, она оказалась ближе, во-вторых, нужно было начать наводить порядок.

Лола перебирала вещи прежней хозяйки без особого энтузиазма. Собиралась все вышвырнуть на помойку, кроме посуды и парочки забавных вещичек для декора.

Она полночи носила барахло на улицу. В конце концов маленькая квартирка опустела.

Лола распахнула окно пошире, забралась на подоконник и снова закурила.

Лиз написала сообщение, что присматривает за Лейлой. Пол и Бенни опять пропали. Старик Мэт уснул на диване. Люк безмерно счастлив жить один.

Лола улыбнулась и струсила пепел.

Своих мелких она любила больше жизни. Как-то так вышло, что она довольно рано решила, что не бросит их, что будет вкалывать, пока они не встанут на ноги, а там дальше уже и со своей жизнью разберется.

И вот Лиз была уже в выпускном классе, готовилась поступать в университет. Лейла вот-вот должна была пойти в младшую школу. Ну не вот-вот… Через пару лет… Но и Люк через пару лет тоже уже будет почти полностью самостоятельным, начнет готовиться к своему поступлению.

В целом, Лола была уверена, что справляется хорошо. У них, конечно, случались проблемы. Но у кого их не случается?

Она выкурила ещё одну сигарету и стала наводить порядок. Уснула только к рассвету, но зато в чистой почти пустой квартире. И ни следа покойницы.

Проснулась резко. Телефон противно вибрировал у уха.

Лола не сразу сообразила, где находится. И голова жутко раскалывалась. Недосып и хреновый подъем обеспечили её мигренью на день.

В спальне была только кровать, тумбочка и вешалка с накинутыми на неё скромными пожитками Лолы. Мебели всего ничего, а места в спальне уже не оставалось.

Совсем на её с Лейлой спальню не похоже. Та тоже была небольшой, но заваленной кучей вещей.

Лола, едва разлепив глаза и осознав себя в пространстве и времени, морщась, посмотрела на телефон.

— Да, Люк, — она встала с постели, поправила задравшуюся футболку и стала оглядываться в поисках шорт. А потом вспомнила, что живет одна, и поплелась в ванну в трусах. Никакого слизняка Пола!

— Собрание, Лола! А Бенни в собственной блевоте посреди гостиной! Она до толчка не в состоянии добраться, как она пойдет в школу?!

На той стороне брат, очевидно, очень нервничал.

— Успокойся, я схожу вместо нее. Во сколько нужно быть на месте? — Лола, придерживая телефон плечом, выдавила зубную пасту на щетку и сунула ее в рот.

— В одиннадцать, — выдохнул Люк.

Лола посмотрела на время. Её глаза расширились. Она сплюнула пасту в раковину.

— Сейчас десять тридцать! — теперь уже нервничала и она.

— Постарайся не опаздывать! — и Люк отключился.

Лола так спешила, что ботинки застегивала, прыгая на одной ноге по лестнице. Кто-то пожелал ей доброго утра, а она, даже не посмотрев на жильца, бросила только скорое «доброго» и понеслась на автобусную остановку.

В класс влетела в десять минут двенадцатого. Родители одноклассников Люка все как один смерили её неодобрительными взглядами.

Родительское собрание было, как всегда, ни о чем и обо всем сразу. Лола под размеренный голос классного руководителя начинала засыпать. Она даже посочувствовала Люку. Как он держится вообще на её уроках?

Лола ещё из школы не успела выйти, как ей уже звонил адвокат покойницы. Пришлось сломя голову нестись в квартиру. От бешеной гонки с самого утра у Лолы сердце начинало заходиться.

Адвокат ждал у входа в здание. Сунул Лоле в руки коробку, доверху заваленную бумагами, сверху положил визитку бухгалтера и велел в ближайшее время с ней связаться. Удалился сразу же. Даже и вопроса не дал задать. Бросил деловое «нет времени» и умчал на дорогой спортивной тачке в лучшую жизнь.

Весь остаток выходных Лола провела за изучением бумажек. Счета, информация о жильцах, организациях… Благо, хоть в этом она разбиралась.

В воскресенье до поздней ночи Лола составляла новые анкеты, старые оказались совсем неактуальными. А в понедельник перед работой запихивала их под двери квартир. К вечеру её ждал сюрприз. Никто не спешил ничего заполнять.

Ещё через неделю Лола поняла, что её просто игнорируют. Не воспринимают управляющей. Ни жильцы, ни компании, ни даже адвокат! Ещё через одну неделю терпение Лолы иссякло.

Одним прекрасным утром субботы она взяла пластиковый планшет, прикрепила к нему листок с собственноручно разработанной табличкой и пошла осуществлять поквартирный обход.

Стучалась в каждую дверь. Кто-то открывал сразу, кто-то нет. Но к обеду Лола уже знала, кто где живет. На первом этаже мать-одиночка с четырьмя детьми, парочка художников бомжеватого вида, тату-мастер, студент, на втором… На втором этаже был рай для одиноких женщин. Каждый новый жилец был круче предыдущего.

То ей открывал мужчина в одном полотенце на бедрах, прямо вот из душа она его вытащила, другого отвлекла от усиленных тренировок, судя по потной футболке, третьего вообще вытащила из постели, где он явно был не один.

И все они были очень подозрительными. Лола добавила в анкету новый пункт — указать расу. Она сильно сомневалась, что в этой дыре могли оказаться драконы, но хотела знать наверняка, с ужасом представляя, сколько будут стоить системы безопасности, если весь ее второй этаж и правда заселен драконами.

О нет-нет-нет. Нет. Ей не могло так повезти.

Прошла ещё пара дней. Но оплаты от некоторых арендаторов с первого этажа было так и не видать.

Лола вооружилась скотчем, уведомлениями на красной бумаге, которые распечатала в магазинчике рядом со школой Люка, и спустилась к неплательщикам.

Первый месяц её работы подходил к концу, но она ровным счетом ничего не сделала, поэтому начинала немного нервничать.

Входная дверь хлопнула, но Лола внимания не стала обращать. Подумала: какой-то жилец.

— Мелкая дрянь! — взвыл женский голос. Тут-то и захотелось обернуться.

— Чего, прости? — Лола приклеила бумажку на дверь многодетной матери-одиночки и посмотрела на истеричку.

Несколько секунд она щурилась, присматриваясь к девушке. Что-то такое неуловимо знакомое в ней было. Светлые волосы, распахнутый бежевый пуховик, под ним короткий свитер, джинсы, ботинки. Такая же, как и другие незнакомки, но все равно что-то в ней было.

Лола открыла рот в изумлении.

— Лора?! — она чуть бумаги не выронила.

Они пару лет не виделись, и вот в кого вымахала эта, как говорил Мэт, пигалица?!

— Ты красишься, как шлюха, — не смогла удержаться Лола. Хмыкнула и добавила: — Хотя… Внешний вид в целом содержанию соответствует.

Лора задохнулась возмущением.

— Какого хрена ты делаешь здесь?! — не унималась она.

— Работаю, — Лола сменила дверь. Ещё одно уведомление прилепила на вход в квартиру парочки художников.

— Это МОЁ здание! Как ты умудрилась подмазаться к моей прабабке и оказаться в завещании?!

Лола хотела было честно ответить, но Лора страшно бесила её с самой их первой встречи, поэтому язык сработал быстрее мозга.

— Подсуетилась в нужный момент, и вместо Лоры Треччер в завещании появилась Лола Треччер. Бабуля твоя на смертном одре плохо видела, а там всего какая-то одна буква.

Лора взревела разъяренным бизоном и кинулась на Лолу. Планшет с бумажками взлетел в воздух. Лола завалилась на пол, а уголок пластикового прямоугольника стукнул взбесившуюся родственницу, сидевшую на ней, по голове. На секунду повисла тишина. А потом на щеку Лоле капнула кровь.

— Сумасшедшая стерва! — прошипела Лора, потрогав голову и обнаружив на руке кровь.

У Лолы и секунды на оправдания не было. Лора сразу же вцепилась ей в волосы и попыталась приложить головой о каменный пол. Естественно, никто так просто даваться не собирался. Лола пихнула Лору и перекатилась.

— Чертова идиотка! Совсем свихнулась?! — Лола попыталась встать, но рев недобитого бизона повторился, и на неё снова налетели.

Они пихались, царапались, хватали друг друга за волосы. Лоле даже удалось вытолкать Лору на улицу. Не приведи Бог ещё в доме что-то повредят, потом оплачивать ремонт…

Лора скатилась со ступенек. Лола вальяжно спустилась.

— Было ваше, стало наше, — она показала язык краснеющей от ярости Лоре, и та ожидаемо кинулась на неё в третий раз.

— Убью тебя, — рычала она между попытками ударить. — И здание будет снова мое!

— Попробуй! Тупая шлюха!

— Конченая неудачница!

— Чтоб ты сдохла!

— Только после тебя!

Они перекатывались по земле, бесцельно махая руками, хватаясь за одежду, царапая друг друга ногтями.

Внезапно Лору оттащили. На волне адреналина Лола кинулась на нее, но цели не достигла. Лолу, обхватив руками за живот, потянули назад. Она ещё с полминуты брыкалась, как рыба в сетке, и в конце концов устала.

А вот Лора все вырывалась и вырывалась. Энергичная какая! Сразу видно — безработная!

— Я тебя засужу! Мошенница! — она молотила держащего её мужчину по рукам, а он даже не морщился. — Убери руки, ублюдок! Ты ещё пожалеешь, что свои грязные клешни к моему добру протянула!

— Поговори с юристом своей бабули, дура! Теперь мне ясно, почему тебе не отдали это здание! У тебя мозгов ни на грамм!

— Сдохни! Сдохни! Сдохни!

— Не в этот раз! — Лола сплюнула вязкую соленую чуть розоватую слюну. Губу щипало, на шее чувствовались царапины, и голова ужасно ныла. Сколько ж волос эта идиотка из неё выдрала? Ещё и бок подозрительно покалывал. Кажется, туда прилетело ногой.

— Пусти-и-и! — пропищала Лора, и мужчина выпустил ей. Она с достоинством поправила свой пуховик, смахнула волосы с лица и бросила: — Поговорю! И засужу тебя! Кто тебя вообще пустил к прабабке?!

Лола пожала плечами.

Да она эту бабку в глаза не видела! И вообще для Лоры же эту развалюху собиралась вылизать! Но гордость, не добитая, едва живая, но все-таки гордость, не давала ей просто так взять и признаться, что Лола тут просто наемный работник.

Лора родилась с серебряной ложкой во врут. Была избалованной и страшно раздражала этим Лолу. Они познакомились десяток лет назад и сразу не поладили. И теперь, когда нарисовалась возможность потрепать ей нервы, выставить дурой, Лола со злобным торжеством воспользовалась этим шансом.

Пусть думает, что у нее из-под носа увели недвижимость, пусть думает, что Лола обвела всю их богатенькую семейку вокруг пальца. У неё внутри все теплело, а кожа шла приятными мурашками от мысли, что она, воспользовавшись глупостью Лоры, стала причиной её истерики.

Лора перекинулась парой слов с мужчиной, который стащил её с Лолы, и, задрав голову, ушла. Села в припаркованную у тротуара машину и умчала. Лола надеялась, что к юристу, а не на поиски наемного убийцы.

— Спасибо, — она неловко поправила волосы и посмотрела на своего спасителя.

Хотя почему это спасителя? Скорее уж вредителя. Ей же помешали надрать зад мелкой соске!

— Не за что, — мужчина пожал плечами.

Лола присмотрелась. Высокий, широкоплечий, в кожаной распахнутой куртке, черной футболке, темных джинсах и ботинках. На лице была легкая небритость. Волосы собраны в небрежный пучок на затылке.

Она вдруг вспомнила и усмехнулась.

Мужчина вопросительно посмотрел на нее.

— В одежде не узнала, — поспешила пояснить Лола, посмеиваясь. Это его она совсем недавно видела в полотенце.

Он сунул руки в карманы джинсов и тоже улыбнулся.

— Подруга? — мужчина неопределенно мотнул головой в сторону дороги.

Как же его звали? Лола никак не могла вспомнить. Вместо имени в памяти всплывала только его голая накаченная грудь.

— Владелец здания, — не раздумывая выпалила. Не Лоре же признавалась.

— А ты… — он недоверчиво прищурился.

— О, я просто наемный сотрудник, — она отмахнулась. — Прости… Эм, как тебя зовут?

Мужчина тихо рассмеялся.

— Ноак Тригвел, можешь звать просто Ноа.

— Да, хорошо, — она говорила отрывисто, чувствуя неловкость из-за того, что забыла имя. — Я Лола. Управляющая.

— Я помню.

Ноа смерил ее насмешливым, но вполне себе дружелюбным взглядом. Он был хорош собой и обаятелен. Лола залипла. Через секунду покачала головой, прогоняя похабные мыслишки об обнаженной груди. Пора, что ли, у Майка заночевать?

— Лола, это Хельм Матс, он живет в восьмой квартире, — Ноа представил и подошедшего мужчину.

— Так мы вроде знакомы, — он нахмурился. — Это же новая владелица здания.

— Вообще-то, я просто управляющая. А здание принадлежит Лоре.

— Это вон той эмоциональной дамочке?

Лола усмехнулась и согласно кивнула.

Эмоциональной… Надо же как красиво завернул. Истеричке принадлежит это здание. Истеричке!

Лоле даже внезапно стало немного жаль жильцов. Она через год забудет об этом месте, а вот местным придется как-то уживаться с Лорой.

— Ты, кстати, как? У тебя тут кровь, — Ноа указал куда-то на лоб.

Лола потрогала липкую кожу. На пальцах остался красный след, а ранку стало щипать.

— Черт, — шикнула она. — Лора… Что б ее…

— Может, в больницу? — предложил Хельм.

— А, нет. Нормально. Это просто царапина.

— Точно в порядке?

— Да. Точно. Забейте.

Мужчины переглянулись.

— Полицию вызвать? Вдруг вернется и прибьет тебя?

Хельм усмехнулся, Ноа толкнул его локтем в бок.

— Пусть попробует. Сама прибью тупицу.

— Что, разнимать вас не стоило, да? — Ноа тихо рассмеялся.

— Видишь, я тебе говорил: давай просто посмотрим, — Хельм прыснул. Смеялся недолго, у него зазвонил телефон, он махнул рукой и зашел в дом.

— Если нужна будет помощь, обращайся, — Ноа хлопнул Лолу по плечу.

— Да что тут сделаешь? Это же её здание. Забей.

В конце концов, это все просто недоразумение. Лора перетрет с юристом покойницы, и все станет понятно. Будет неудивительно, если она решит поглумиться и начнет сама лично проверять успехи Лолы на поприще работы управляющей.

В кармане завибрировал мобильник.

И как он в такой суматохе не вывалился к чертям собачьим?

Лола посмотрела на дисплей. К сожалению, телефон из передряги вылез потрепанным, как и сама хозяйка.

— Да? — она махнула Ноа рукой. Он ответил ей улыбкой. Тихо произнес «до скорого» и пошел в дом.

— Лола? Это Роза, администратор, — Лола зажала телефон плечом, вбегая по ступенькам на крыльцо.

Из кармана у неё выпали ключи. Она подняла их и вошла в вестибюль. Стала собирать бумаги. Что-то помялось, что-то порвалось. Были, конечно, и выжившие листочки, но в меньшинстве.

— У вас дома все нормально?

— Да, ну, — Лола призадумалась. — В целом да. Как обычно, а что?

— Твоя мать на работу уже как вторую неделю не ходит. Я ей звонила. Ничего.

— Черт…

Лола присела на ступеньку. Взлохматила волосы. Зацепила ранку на лбу и поморщилась.

— Слушай, я все понимаю, — на той стороне Роза вздохнула. — Но это не на день пропала. Я вторую неделю вызваниваю ее. Мне, конечно, очень жаль, Лола. Я знаю, в какой вы ситуации, но так нельзя.

— Прости, я понимаю. Давай поговорю с Бенни. Обещаю, завтра она как штык будет в кафе.

— Да это бесполезно. Я уже давала ей шанс два месяца назад. И вот снова. Ты же понимаешь, что у Бенни проблемы?

Лола промолчала. Все она понимала. А толку?

Бенни отказывалась лечиться, отказывалась разрывать отношения с Полом, отказывалась нормально жить! Лола умоляла, угрожала, искала способ провернуть все насильно, чтобы Бенни ничего поделать не могла… Бесполезно.

— Мне жаль, Лола, но передай матери, чтобы она вернула форму. Или деньги за нее. И пусть больше не приходит.

— Хорошо. Спасибо, Роза, что позвонила.

— Эл, — и снова вздох. — Не обижайся, я Бенни столько раз прикрывала, по старой дружбе. Но тут уже без вариантов. Что происходит? Может, Пол её прибил все-таки?

— Да нет. Просто… Я забегалась и забыла про день зарплаты. Вот они и…

— Ясно. Сорвались. И как? Ты справишься? Если хочешь, могу тебя на полдня взять на кухню.

— Спасибо, Роза, не нужно, — Лола нервно рассмеялась. Она бы, конечно, пошла. Да только уже некуда было всовывать ещё одну работу. Хоть на день, хоть на пол.

— Как знаешь.

— Пришлю к тебе Бенни завтра. Или сама зайду отдать форму.

— Лучше сама. У нас тут бар через дорогу, боюсь, Бенни заведения перепутает.

Лола рассмеялась.

— Да, это на неё похоже. Окей, зайду сама. До скорого.

Лола сунула телефон в карман, тяжело вздохнула и стала подниматься к себе. Перед работой теперь нужно было обязательно заскочить домой.

Глава 4

Бенни сидела на кухне. Волосы мокрые, одежда чистая. Она пила кофе, пялясь в стену. Лола видела темные круги под её глазами, видела обломанные ногти, на ключице зрел синяк.

Она не хотела знать, какие приключения сопровождали её в эти две загульные недели.

— Привет, мам, — Лола села напротив.

Бенни перевела на нее затуманенный взгляд. Видимо, ещё не до конца пришла в себя после затянувшейся гулянки.

— Эл, — она попыталась взять её за руку. Лола убрала ладони под стол. — Мне так жаль… Я просто…

— Ничего, мам, — Лола закусила щеку, чтобы не заплакать. Не взвыть от безысходности.

Она не хотела слушать отговорки. Все они уже по сто раз были пережеваны. Лола просто старалась выжить, выгрести. Вот с такой матерью, вот с такой жизнью. У нее не было другого выбора. Что бы ни происходило, нельзя было сдаваться.

Лола всегда повторяла себе, что однажды станет лучше. Все наладится.

Иногда она не верила в это, иногда казалось, что вот-вот мысль материализуется, и они заживут…

Иногда бывали хорошие дни, иногда не очень, иногда совсем отвратительные.

У Бенни вот нынче были плохие.

Лола ничего не почувствовала, увидев грусть и сожаление на лице матери. Ничего. Она пришла решить проблему. Ту часть, которую решить было в её силах. Заберет форму, поговорит с Розой… А остальное…

Ну, не в первый раз. И даже не в десятый.

Поначалу ещё как-то верилось, казалось, Лола была обязана вытащить Бенни из дерьма, всегда поддерживать, спасти её. А потом поняла: Бенни в этом дерьме было самое место. Она всегда оказывалась там, где хотела. Ей не нужна была помощь.

— Мы только по пиву зашли выпить. Это же совсем ничего, — она неловко улыбнулась. — Ну же, Эл, скажи хоть что-нибудь.

Лола поджала губы. Если откроет рот, то только чтобы накричать. Все равно что, без толку. Зато хоть полегчает.

— Что сказать? — она встала из-за стола. Прошла туда-обратно. Достала из сумки пачку сигарет, распахнула окно и закурила. — Что ты меня обокрала?

Бенни посмотрела на неё глазами, полными слез.

— О, только не надо этого! Что ты ревешь?! Это я! Я реветь должна!!! — Лола одернула себя, сделала долгую затяжку. Переборщила и закашлялась.

Бенни тут же подскочила к ней и принялась шлепать по спине. Лола отмахнулась. Ее физически тошнило от прикосновений матери, все внутри сжималось от отвращения. Она сумбурно махала руками, пытаясь оттолкнуть Бенни. Но та, как назло, ещё больше старалась добраться до неё. Неприятно. Мерзко.

— Хватит! Не трогай!

Бенни отошла на шаг. И снова бросила на Лолу жалостливый взгляд.

— У тебя остались деньги? Нужно внести платеж.

Мать промолчала. Отвела глаза.

Лола выбросила окурок в окно и вытащила ещё одну сигарету из пачки.

Ну, она в целом ни на что и не надеялась. Спросила просто так. А вдруг? Ну, чисто повезет. Как выигрыш в лотерею. Знаешь, что шансов почти нет, но все равно глупо ждешь, когда объявят победную комбинацию.

— Ясно. Форма где? Завтра отнесу Розе.

— Я сама. Поговорю с ней. Она…

— Даже приближаться не смей к этому месту, — прорычала Лола. Снова одернула себя и затянулась дымом. Кровь чуть поостыла. — Роза тебя уволила. Принеси форму, Бенни.

И вот в очередной раз мать опустила глаза.

— Не знаю… так вышло… проснулась… — Бенни что-то бурчала себе под нос. До слуха Лолы долетали только обрывки фраз.

— Черт, Бенни, что ж ты такая косячная?

— Мне жаль.

— Ни хрена тебе не жаль, — сухо констатировала факт.

Бенни могла говорить что угодно. Но поступки её кричали громче. Кричали, что она сраная эгоистка, которой плевать на всех, кроме себя.

Лола выкинула в окно второй окурок.

Ещё полсотни ассигнаций придется отвалить за форму.

Закурила в третий раз.

— Нет, я правда… Я найду работу…

Лола злобно низко рассмеялась. Конечно, найдет она!

Роза взяла её, потому что Лола умоляла, потому что денег не было, потому что дом могли забрать. Сама Бенни ни на что не была способна.

— Эл, прошу, дай мне шанс! — она подступила, снова попыталась схватить Лолу за руки.

Бенни вжимала голову в плечи, горбилась, заискивала. Лола скривилась и отскочила в другой конец кухни.

Её воротило от одного только разговора с этой скользкой противной женщиной. А прикосновения… Слишком! Настолько слишком, что она была готова отбиваться! Просто не могла, не могла позволить ей притронуться к себе. Будто с нее кожу сняли, и каждое касание делало ей больно физически.

— Стой там, Бенни, — выставила перед собой руки, в одной из которых между пальцами была зажата тлеющая сигарета. — Простой, стой там, черт тебя побери!

— Эл…

— Выстави Пола, — она брезгливо хмыкнула, подошла к стулу, взяла сумку. Не видать ей формы, а значит, и задерживаться незачем. — Это лучшее, что ты можешь сделать.

— Эл…

— Черт, заткнись! — Лола развернулась в дверном проеме. — Эл, Эл, Эл. Да подавись ты, Бенни! Ты вытащила у меня деньги на еду и пошла со своим дружком нажираться в каком-то захолустье! Две сраные недели! Ты хоть на секунду задумалась, что Лейла не может позаботиться о себе сама?! Что кто-то должен за ней смотреть, пока ты отрываешься с Полом?! Я дерьмо собачье убираю, чтобы накормить нас всех! В баре скачу полуголая! А ты…

Лола замолчала. Посмотрела на Бенни со всем честным отвращением, которое испытывала к ней в этот момент.

А Бенни…

Бенни бедная овечка вся скривилась лицом и зарыдала. Она обессиленно опустилась на стул, зарылась руками в волосы.

Лола не чувствовала ничего, кроме отвращения.

— Пока, Бенни, — бросила она небрежно и вышла в гостиную.

Мэт спохватился и сделал погромче. Лола хмыкнула. Старику, видимо, телека было мало. Он и домашнюю драму подслушивал.

— Зря ты так с ней, — произнес куда-то в сторону. — Она старается.

— Не лезь, старик, — у Лолы не было настроения. Она сразу же огрызнулась. — Что она старается? Просрать свою жизнь и наши? А не пойти ли вам всем к черту?

Лола вышла в прихожую и стала одеваться. Поплелась по сугробам на работу.

В баре все было как обычно. В начале недели всегда относительно спокойно. Проблема была в чаевых. Лола пересчитала. Семьдесят драконьих ассигнаций. Чертовски мало. Все было бы не так печально, если бы не нужно было отдавать Розе за форму.

Закусочная только-только открылась. Колокольчик на двери звякнул. В нос ударил приятный запах кофе.

Место было приличным. Совсем отличалось от того, где работала Лола. Но и платили тут меньше, и условия были жестче. В общем, ей не подходило. И Бенни тоже не подходило. Но она работала всего пару часов в день. Получала гроши. Хоть что-то, и вроде занята была. Только вот… Опять все просрала.

Роза, приятная женщина с седыми волосами, вышла из-за стойки. Улыбнулась Лоле. Увидела, что в руках у нее не было формы, и грустно вздохнула, покачав головой.

— Доброе утро, Роза, — Лола ответила ей приветливой широкой улыбкой.

Она не плакалась. Не жаловалась на Бенни. Вот уж лет как пять. Лоле не нужна была жалость. Она справлялась, черт побери! Жалеть надо бездомных, больных раком, а она выгребала. Обойдется.

— Эл, привет! Хочешь кофе?

— Нет, спасибо, — она покачала головой и полезла в карман куртки. — Мне домой надо. Так что, сколько там Бенни за форму должна?

— Шестьдесят ассигнаций.

Лола виду не подала, что отдавала едва ли не все свое состояние. Чертов конец месяца. Радовало, что вот-вот ей должны были упасть деньги со здания, подработки в школе, зарплата в баре… С выгулом собак, конечно, сложнее. Лола не успевала и решила уволиться. Собачники платили наперед, так что ловить у них было нечего.

Она протянула Розе сложенные пополам купюры. Верхняя блестела. Её один наглец сунул под пояс шорт, смазав дешевые блестки на животе.

— Ты все там же работаешь?

— Да, — Лола пожала плечами.

— Может, к нам лучше?

— Там платят больше. И время на другие подработки остается.

Роза тяжело вздохнула.

— Как знаешь. Погоди, — она зашла за стойку и достала коричневый большой конверт. — Документы. Выписка для налоговой, для страховой и банка. Бенни работала официально.

— Что мне с этим делать? — Лола непонимающе посмотрела на документы.

— Ничего. Может, для следующего места работы пригодится.

Лола скептически посмотрела на Розу. Она хмыкнула. Обе знали, что Бенни и работа, тем более нормальная, вещи несовместимые.

— Я пойду.

— Удачи, Эл. Звони, если что.

— Да все окей. Пока, — она махнула рукой Розе и вышла. Закурила по дороге до автобусной остановки.

Всего десять ассигнаций в кармане. Придется сэкономить на проезде. Лола зажала сигарету зубами, подмышкой — конверт с бумажками Бенни и стала рыться в сумке. Искала мобильник.

Написала Лиз сообщение, что не успеет приготовить им завтрак, так что ребяткам самим придется справится. И Лейлу обязательно нужно забросить в садик.

На подъездной дорожке у дома стоял Ноа. Лола махнула жильцу рукой. Пилить от бара до здания чертовски устала. Сил на словесные приветствия вообще не осталось.

Ноа посмотрел на неё удивленно, но тоже кивнул.

Лола прошла к дому и села на ступеньки у входа. Достала сигареты и прикурила. Она устала так, что аж слезы наворачивались. А день только начинался. Лола шмыгнула носом и выдохнула дым.

Ноа сел рядом на ступеньку.

— Привет, — бросил он, не глядя на нее. Лола затянулась ещё раз.

Не дракон. Совершенно точно не дракон.

Чешуйчатые страсть как нетерпимы к запаху сигарет из-за своего чувствительного нюха. Ноа не то что не ушел от нее на другую сторону улицы, он даже сел рядом, не поморщившись.

Лола охотно поверила в правдивость написанного в его анкете жильца.

— Привет, — она поежилась. Утренний мороз забирался под старенькую куртку.

— Поганая ночь?

— Поганая жизнь, — хмыкнула она. — Что хотел? Проблемы с квартирой?

— Посмотри на этот дом, — он рассмеялся, садясь в пол-оборота. Кинул взгляд на развалюху за их спинами. — Чтобы тут не случалось проблем, его надо снести.

— А вот этого как раз нельзя допустить, — Лола докурила и бросила окурок под ноги, усмехаясь. Закурила снова. — Так что? В чем проблема?

— Утром прихлопнул таракана. Как ты знаешь, где один…

— Че-е-ерт, — со вкусом протянула Лола. — Теперь день стал ещё хуже.

Ноа снова рассмеялся. А ей вот вообще не до смеха было. Травить тараканов во всем доме… О, жуть какая. Что уж говорить о деньгах.

Лола вспомнила, что вообще-то вычитаться деньги будут не из её кармана, и сразу как-то повеселела.

— А хотя… — она призадумалась. Сейчас все равно идти к этому бухгалтеру покойницы, сдавать чеки, отчитываться… Вот и выпросит на непредвиденные расходы.

— Что, есть надежда не делить жилплощадь с насекомыми?

— Я надеюсь утрясти этот вопрос.

— Что ж, — он встал со ступеньки. Поправил куртку, отряхнул штаны, — желаю удачи.

Входная дверь открылась и оттуда показался Хельм. Завидев Лолу с сигаретой, он скривился.

— Какой мерзкий запах!

— Да ты прям как дракон, — Лола гоготнула и выбросила окурок. Нет, драконом он быть не может.

— Просто запах сигарет не переношу. Тем более дешевых.

— На другие не заработала, — Лола встала, отряхнула задницу. — У тебя в квартире тоже тараканы?

— Да, — Хельм пожал плечами, будто букашки его вообще не беспокоили. — Они периодически появляются. Прибегают из квартиры подо мной.

— А кто под тобой?

— Мамочка эта нервная.

Лола прищурилась. Та самая мамочка, которая вот уже за третий месяц должна арендную плату?

— Ясно, разберусь. До скорого, парни, — махнула мужчинам рукой и вошла в дом.

В ответ послышалось приглушенное «До скорого» и «Свидимся».

Нужно было разбираться. А Лола просто не знала, за что хвататься. Крыша протекала, окна продувало, тараканы, фасад… Только обнять и плакать.

Подходило время проверки водопровода и газопровода. Периодически случались перебои в подаче горячей воды. Благо, хоть здесь можно было расслабиться. Управляющая компания обещала прислать человека. А там уже видно будет, что делать.

Ещё и лестница скрипела. Полы в вестибюле прогнили.

Лола зашла в квартиру и стала собираться. Запихнула в сумку кучу бумажек, переодела толстовку на приличный свитер, смыла вечерний макияж, почистила зубы и вышла из дома. Свернула за угол в сторону жилища Треччеров.

Мэт, как обычно, просиживал диван в гостиной. Лола, не разуваясь, кинулась на второй этаж. Поднималась, переступая через ступеньку. Опаздывала. Ехать аж в центр.

В комнате Бенни и Пола что-то загремело. Лола забила и вошла в девчачью. Усмехнулась.

Появились мужские вещи. Рубашка, пижамные штаны и забавные своей строгостью тапочки, совсем не вписывающиеся в комнату, где жили одни девочки. И все постели были идеально заправлены. Лола точно могла сказать, что это не дело рук её домашних. Значит, эльф.

Милашка.

Она покачала головой, улыбаясь.

Ну что взять с молодежи?

На одной из кроватей лежала муха. Кислотно-зеленая, с неотстирывающимися пятнами от еды. Лола залезла ей в брюхо. Пошарила.

Пусто.

Кровь отлила от лица. Лола несколько раз вдохнула и выдохнула. Села на кровать теперь уже Лейлы и стала осматривать комнату. Просто пробегалась глазами по предметам.

Она не могла поверить.

Пусто.

В мухе ничего не было. Ни одной купюры.

Лола одной рукой зажала муху, другой пошарила в кармане куртки. Набрала Лиз. Сестра скинула. Лола набрала ещё раз.

— У меня уроки! — возмутилась она вместо приветствия.

— Муха пустая, — Лола тоже не стала церемониться.

В трубке повисла тишина.

Тяжелый вздох.

— Я спрошу у Люка. Перезвоню.

Лола и не думала обвинять мелких в воровстве. Они знали про муху. И знали, что оттуда можно взять деньги в случае экстренной необходимости.

Суммы там обычно бывали от двух тысяч, в лучшие дни и пять. В последний раз, когда Лола докладывала туда пару сотен, драконьих ассигнаций было три тысячи восемьсот. Если вдруг больница, если с Лолой что-то случится, если не будет зарплаты, если… Если… Это были деньги на тот самый случай «если». Оказывается, у них не было ни копейки. Ничего. Десятка в её кармане и мелочь на руках у малышни — это все, что оставалось.

Ни Лиз, ни Люк не могли взять такую сумму. Да и на что? Может, Лейла? Просто нашла и забросила куда-то?

Телефон в руке завибрировал.

Лола прикусила подрагивающую губу и ответила.

— Он не брал. Ты только не нервничай, хорошо? Мы справимся.

— Иди на уроки, Лиз. Не думай об этом.

— Только не лезь к Полу, ок? Он утром бешеный был.

— Что-то сделал?

— Нет, но метался по дому, как будто ему перца в трусы насыпали и яйца полыхают.

Лола прыснула. Вытерла проступившие слезы.

— Иди на уроки.

— Я работу нашла.

Лола вздохнула.

— Давай позже об этом, хорошо? Я приготовлю ужин сегодня.

— А у нас есть деньги на еду? — в голосе послышалась усмешка.

— Я найду. Забей. Иди на уроки. Окей? — никакого ответа. — Лиз, окей?

— Окей, — неохотно бросила она. — До вечера.

— Люблю тебя.

— Иди в зад, — слова Лиз сопровождались смешком.

Лола рассмеялась и положила трубку.

Лейла, Лейла, Лейла… Хоть бы это была Лейла.

Лола стала шарить по комнате. Двигала кровать, шкафы, заглядывала в каждый угол, в каждую дырку… Нашла нычку с презиками, сигареты, стухший огурец… Ну вот и еда к ужину, на худой конец…

Никаких денег.

— Меня удивляет, — от неожиданности Лола вздрогнула. Молниеносно вылезла из-под кровати. Стукнулась головой. В дверном проеме стоял Пол, — откуда у вас у деток столько денег? Ты продаешься? Или Лиз подрабатывает?

Пазл в голове сложился. Вот значит, кто добрался до мухи.

Лола ни на секунду не усомнилась, что это правда. Что именно Пол выпотрошил муху.

Он усмехнулся и развернулся, чтобы уйти.

— Где деньги? — Лола встала с пола. Зря только время потратила на поиски пропажи.

— Не твое дело.

— Это наши деньги, не твои. Устройся на работу!

Пол развернулся, резко и опасно. Подступил к Лоле и замахнулся. Она даже не зажмурилась.

— Давай, — злобно прошипела. — Ударь меня. И вылетишь отсюда. Ты же знаешь.

— Бенни не выгонит меня, — но руку все-таки опустил. Хотя видно было, что не успокоился. Сжал кулаки.

— Это мы ещё посмотрим.

Выглядела она уверенно, голос дрожал разве что от гнева, но на деле…

На деле Лола знала, что Пол прав. Даже если бы он избил её до полусмерти, Бенни все равно встала бы на его сторону.

Вот такая была Бенни…

Ухватилась за этого неудачника и терпела все. Но почему? Лола никогда не могла её понять. Она правда старалась. Спрашивала мать, но та отвечала что-то навроде «Он любит меня». Что за слепота? Разве это любовь?

— Ты неудачник, Пол. Обворовываешь детей.

— Заткнись, нагулянная сука! — лицо Пола покраснело. Но он все ещё не мог ударить её. Видно, что хотел. Но боялся.

Да. А таким вот был Пол. Трусом. Жалким слизняком, который только и мог, что исподтишка гадить в её жизнь.

— Зато я хоть не проспиртованный овощ. Ещё раз спрашиваю, где деньги? Мне нечем платить за дом!

— Я вложил их в дело.

— В какое, к черту, дело?! — Лола отступила на шаг. Прошлась туда-обратно по маленькой комнатушке, потерла лицо, нервно заправила волосы за уши. — Ты, ублюдок бессовестный! Верни деньги!

— Забери, — усмехнулся он.

Тут уже и Лола взбесилась. Часто задышала. Сжала кулаки.

О, она бы бросилась на него. Ещё как. Пришила бы собственными руками. Но боялась. Боялась правда прибить его и загреметь за решетку. Тюрьмы не боялась. Но на кого тогда останется Люк и Лейла. Лиз ладно. Взрослая, выгребет. А совсем уж мелкие? Вот чего на самом деле боялась Лола и что всегда её останавливало от драк с Полом.

— Что стоишь, маленькая дрянь? Ссышь? — он злобно улыбался.

Лола презрительно покачала головой. В секунду остыла.

— Ты все равно скоро сдохнешь где-нибудь, — Лола, выплевывая ему это в лицо, просмаковала каждое слово, представив, как им и правда сообщают, что нашли его труп. — Чего об тебя руки марать? С дороги свали. Мне на работу надо.

— С каких пор ты работаешь при свете дня? — он хмыкнул, но в сторону отошел. Проходя мимо, Лола учуяла привычный перегар. Пол снова был пьян.

Отвечать не стала. Выскочила на улицу и закурила. Прошлась вдоль их старого металлического заборчика, раздумывая.

Где достать денег? Хоть пару сотен. Зарплата вот-вот должна была капнуть. Но сейчас… Ей нужны были деньги сейчас! А не вот-вот.

Бенни свою зарплату, к несчастью, уже просрала. А Пол не вовремя нашел заначку. Точно в комнатах, мудила, ковырялся.

Лола выкурила и вторую сигарету. Последнюю. Швырнула пустую пачку за забор.

Может, банк грабануть? Или какие там у них нынче есть нелегальные способы достать денег? Перевозка незаконных артефактов и веществ?

Лола положила руки на металлическую балку, наклонилась. Стояла, согнувшись и опустив голову. Хотелось кричать.

Она вскинула голову и заорала на всю улицу. Выдохнула, ударила ногой по сетке забора. Собралась и вышла на тротуар.

Лола побрела вниз по улице. Никакой паники. Говнюку Полу ни за что не забраться ей в голову.

План был прост. Прогуляться в другой квартала и одолжить денег у знакомой. Элис, соседка, жила от Лолы через дом. Держала хиленькую парикмахерскую, которая досталась ей от матери. У неё можно было занять пару сотен. Она уже не раз помогала. Лола возвращала деньги подруге сразу же, как получала зарплату. Не привыкла ходить в должниках. Тем более у хороших друзей. Так что какой-никакой, а кредит доверия у нее был. Подруга точно не откажет.

Элис помогла без вопросов. Одолжила три сотни. Но головой все-таки покачала. Укор был конечно не в сторону Лолы. Элис скорее осуждала Пола и Бенни.

До центра города добралась к обеду. И ещё минут сорок искала нужное здание.

Лола бесстыдно крутила головой, рассматривая контору. Витражные окна, лепнина, ресепшен, мебель в винтажном стиле. Дорого, богато. Кем была эта прабабка? Не драконицей, часом? Почему все, кто на неё даже дохлую работают, из таких шикарных мест?

Её проводили в кабинет.

Женщина лет сорока пяти с идеально гладкой прической приспустила очки на нос и посмотрела на Лолу исподлобья.

— Не я этим занимаюсь, — ответила она на просьбу выделить денег на травлю тараканов.

— Адвокат сказал — вы, — глаза Лолы забегали. Какая-то давящая аура у этой дамочки была. Неприятно.

Женщина вернулась к изучению бумаг и чеков, которые принесла Лола.

— Нет. Не я отвечаю за финансы мисс Треччер.

— Может, миссис?

— Лора Треччер — мисс, — и снова этот пронзительно-презрительный взгляд исподлобья.

— Ла-а-адно, — Лола вжалась в кресло, не особо понимая, чем и кто там распоряжается или не распоряжается.

— Послушайте, у вас, в рамках заключенного договора, есть возможность пользоваться счетом, на который поступают деньги арендаторов. Только так.

И снова вернулась к изучению чеков и каким-то записям. Лола ещё минуту посидела, не шевелясь, в кресле.

— И чего мы тут сидим?

— Мне нужны деньги с этого счета на ремонт здания. Как мне их получить?

— Никак. На счету пусто.

Лола непонимающе захлопала глазами. По договору, который она подписала, ей должны были подкинуть денег на ремонтные работы с какого-то там счета протухшей родственницы. А на этом самом счету, выходит, было пусто?

— И?

— Что вы так смотрите на меня, мисс? — она развела руками.

— Мне что делать? Связаться с адвокатом? Он меня к вам отсылает! — Лола от непонимания так разнервничалась, что даже прикрикнула на бухгалтершу.

Та лицом в секунду потемнела, над ней сгустилась аура, прищур глаз стал опасный, хищный. Она чуть привстала со своего места и почти нависла над Лолой.

— Будете повышать голос на своей кухне, мисс, — ровным холодным голосом отчеканила женщина. Лола сглотнула, голову вжала в плечи, а тело в кресло. Вцепилась в подлокотники. Это ж надо какая чертовски пугающая тетка.

— Прошу прощения.

Цифирная гарпия села обратно на место.

— Счет пополняется за счет арендной платы. С учетом покрытия всех задолженностей… — она на минуту зависла, чуть закатив глаза в раздумьях. Лола снова сглотнула. Господи, какая жуткая женщина. — В этом месяце на счету будет девять тысяч девяносто одна драконья ассигнация. Пять тысяч уходят на оплату вашего труда, и четыре тысячи девяносто одна ассигнация останутся доступными. Вы можете их использовать. Естественно, чеки нужно предоставить мне.

— А если не получится? Ну, не все чеки принесу?

— Заявлю в полицию.

Она не сводила с Лолы своего пристального хищного немигающего взгляда. Нагоняла страху просто жуть. У Лолы аж во рту пересохло.

— Все понятно.

— Вот, — она протянула Лоле чек. — Оплата ваших услуг. Обналичить можно будет завтра после обеда. Там же в банке покажите вот эту доверенность.

Следом была ещё бумага, и ещё, и ещё…

— Вам будет предоставлена чековая книжка и доступ к счету. Собирайте чеки. На все. Материалы, рабочая сила, штрафы, что угодно. На каждую монетку. Все мне в конце месяца. Если чего-то не досчитаюсь — придется вам возмещать из своего кармана.

У Лолы по спине потек холодный пот. Умела эта дамочка нагнетать.

— Название банка на документах. Увидимся в конце месяца. Мисс Лора Треччер.

— Я Лола, — машинально поправила. Бухгалтерша так выразительно и зло глянула на нее, что Лола подумала сменить имя, если уж так надо. — Прошу прощения. Могу идти?

Гарпия кивнула на дверь, и Лола выскочила из её кабинета как ошпаренная утка. Окончательно она в себя пришла только в метро.

Лола не была трусихой или скромницей. С такой жизнью, как у нее, быть размазней непозволительная роскошь. Но эта цифирная гарпия… Мама дорогая…

Лола с содроганием вспомнила, как были в пучок стянуты ее волосы на голове. И ни одной морщинки на лице. Блузка на все пуговицы застегнута, и очки с цепочкой и острыми уголками. И взгляд. Острый. Жалящий. Б-р-р-р! Кошмар какой!

Она передернула плечами. И когда наконец ужасающая тень гарпии перестала нависать над Лолой, она поняла, что попала в небольшую переделку.

У неё не было денег… В целом, не сказать, что ситуация ей незнакомая, просто она вдруг ясно ощутила, что попахивает разводиловом. Разводиловом, которое она не сразу просекла. Отвлеклась на роскошь в кабинете адвоката.

И все-таки Лола знала, что должна предъявить этому дракону за что-то, но за что? Где? Где её надули?

Она сглотнула.

Влипла.

Как Пол… Взяла и влипла… Повелась на какие-то призрачные легкие деньги. Ну точно, как Пол и Бенни.

Лола дала себе мысленную затрещину.

Нет. Нельзя раньше времени впадать в отчаяние. Может, она просто не поняла эту гарпию? Или адвоката? Точно-точно. Тем более, гарпия же сказала, что нужно погасить задолженности… Может, проблема только в этом? И в следующем месяце будет лучше? В конце концов, с девяти квартир в месяц получается десять с лишним тысяч драконьих ассигнаций… Пять из которых платят Лоле.

О боже…

По спине побежал холодный пот… Сможет ли она сделать то, на что подписалась?

Даже со всей её смекалистостью — вряд ли.

В этот раз ей повезло. Она принесла чеки за три месяца. И после погашения каких-то задолженностей, может, коммуналки, на счету ещё остались деньги, а что если в следующий раз ей не повезет?

Нет, не паниковать.

Лола вышла из метро. На автобусной остановке в ларьке купила дешевые сигареты и закурила.

Она собралась с мыслями.

Да, может и лоханулась, но это не значит, что она не справится. Для начала переговорит с адвокатом покойницы, а потом уже решит, что делать. Да, так и поступит.

Она затоптала окурок и запрыгнула в подъехавший автобус. Поспит, накормит малышню и подумает. И точно что-нибудь да придумает. Всегда так было. И в этот раз так будет.

Лола спала дома на кровати Лейлы. Проснулась от легких прикосновений к щеке. Открыла глаза. Проморгалась. Лейла гладила её лицо. Улыбнулась ярко-ярко. Да-а-а… Ради этого Лола и впахивала на износ. Все ради улыбок малышни.

— Привет, — она поздоровалась. — Кто тебя привел?

— Эннан, — подала писклявый детский голос Лейла. Лола тут же подскочила.

— А Лиз?

Лейла пожала плечами.

Лола соскочила с кровати, сунула ноги в ботинки, подхватила мелкую на руки и понеслась на первый этаж.

Мэт в гостиной ржал как лошадь над каким-то тупым ситкомом.

В кухне нашелся остроухий. Разбирал пакеты. Лола застыла в дверном проеме. Лейла заерзала на руках. Пришлось отпустить.

— Что это? — тихо спросила она. То ли ошарашенная, то ли немного злая.

Парнишка продолжил невозмутимо разбирать пакеты из магазина.

— Лиза сказала, что у вас трудности, и я подумал… — он замялся, растерянно опустил глаза.

— Подумал, что вот он, твой звездный час бросить нам кость? — Лола скрестила руки на груди, готовая броситься на этого остроухого богатея и вышвырнуть его вон.

Эннан вскинулся, покраснел. Стал интенсивно качать головой.

— У меня и в мыслях такого умысла не было! — бедняга чуть банку консервированного гороха не выронил. — Я… Я…

— Ну? Рожай давай! Ты что?

Он сглотнул. Лола закатила глаза. Что за неженка, господи боже?

— Помнишь правило? Или разговаривай, или вали на хер.

— Я… я…

— Ты Эннан! — выпалила Лейла, подсовывая ему в руки вторую банку горошка.

Эннан стоял ни жив ни мертв, рот то открывал, то закрывал, силясь хоть что-то сказать.

Лола прыснула. Все её негодование поутихло. Она одернула себя и сменила тактику. Решила не смущать пацана. Пусть с мыслями соберется. А то сейчас сознание потеряет от её давления.

— Тебя даже ребенок подкалывает, — она тихо посмеялась, подошла к столу и заглянула в пакеты, параллельно одобрительно потрепав сестренку по волосам. — Молодец, Эл-младшая. Так что тут у нас? Ну, ты договоришь уже или нет?

— Да! — он вытянулся по струнке. Лола покачала головой. Может, ему выпить дать? Ну, чтобы малыш расслабился?

Она подошла к нему и забрала из рук банки горошка.

— Консервы сюда, — присела напротив шкафчика, открыла и составила туда горох.

— Понял! — резко кивнул остроухий.

— Итак, — Лола указала на пакеты, — с чего щедрость?

— Лиза сказала, что у вас проблемы. И я подумал, что могу помочь. Без задней мысли, просто помочь. У меня есть возможность, и Лиза мне дорога, а у её семьи проблемы… В общем, я подумал… — он снова опустил глаза, неловко помял пальцы. — Но Лиза сказала, что вам подачки не нужны.

Он очаровательно влюбленно улыбнулся. Так мечтательно.

Лола покачала головой.

Ах, любовь-любовь… Какая милота. Ну пусть. Если Лиз все нравится. В её возрасте самое время для этих крышесносных влюбленностей… У Лолы такого периода не было. Пусть хоть у Лиз будет.

— Да, нам подачки не нужны.

— Но я здесь часто бываю. Ем вместе с вами, использую воду и электричество. Может быть, вам не нужны деньги, но я бы мог внесли лепту в быт, хотя бы ужином сегодня. Я не пытался так унизить вас или показать свое превосходство. Мне жаль, если это так выглядит.

Умилительный остроух виновато опустил голову.

Лола вздохнула, выпрямилась. Подошла к парнишке, подняла руку, привстав на носочки, и… потрепала его по голове, как Лейлу до этого. Эннан заледенел.

— Забей. Ты молодец. Это я вспылила. День не очень. Добро пожаловать в семью Элов, Эн.

Эльф непонимающе нахмурился. Лола вернулась к пакетам и, продолжая помогать разбирать покупки, пояснила.

— Ну, Лола, Лиз, Лейла, Люк?.. Смекаешь?

Он покачал головой, так и замерев у открытого холодильника.

— Все наши имена на начинаются на «Л». Ну и мы сокращенно зовем друг друга Эл. Семейка Элов. А ты сокращенно Эн. Ну, посмейся же! Это каламбур! — Лола любовно толкнула его локтем, закладывая в морозилку запечатанные куриные ножки.

— Хах, да… Смешно, — неуверенно произнес Эннан. Его губы дрогнули в неловкой улыбке. Ему было совсем не смешно, но он честно старался влиться.

Лола рассмеялась.

— Так что на ужин? — подперла бедром разделочный стол.

— Я… я…

— Ты?

— Ты Эннан! — выкрикнула Лейла, бегая туда-обратно между кухней и гостиной.

На этот раз эльф улыбнулся. Искренне. Ему было смешно. Но и, судя по румянцу, немного неловко.

— Я не силен в готовке.

— Тогда брысь с кухни. Займи младшую Эл.

— Да!

И его сдуло в сторону Лейлы.

Первым домой вернулся Люк. Последней к ужину явилась Лиз. Бенни и Пола как обычно не было. Но их, честно говоря, никто и не ждал.

— Я только вещи брошу и сразу к вам, — Лиз чмокнула своего парня в щеку и побежала на второй этаж.

Эннан умилительно зарделся и опасливо огляделся по сторонам. Но всем было абсолютно все равно, так что он быстро вернулся к тарелке.

Люк плюхнулся на стул. Посмотрел на эльфа. Вздохнул.

— Пол залез в муху, да? — Люк ковырнул макароны вилкой. — Давай убьем его, а труп скинем в реку? Никто не станет расследовать это дело, потому что в каждом полицейском участке знают, что он мудак. Нам ещё спасибо скажут.

Эннан подавился кусочком курицы из пасты. Лола спохватилась, плеснула сока в его стакан и протянула ему. Он выпил все залпом.

— Люк, — Лола выразительно посмотрела на него. Брат пожал плечами, мол, чего такого-то?

Лиз вернулась через минуту в пижаме, села между Лейлой и Эннаном.

— Где ты работаешь? — тут же накинулась на неё Лола. Люк облегченно выдохнул. От него отстали.

— У Розы, — Лола налила сок в стакан эльфа. Сделала несколько глотков.

Эннан смотрел на это большими глазами. Но ещё больше его, кажется, удивляло то, что всем было все равно. Никаких манер, никакого этикета. По правде говоря, Лола уже начала с этого прикалываться. Захотелось подколоть беднягу и самой присосаться к его стакану.

— Лиз, ты в выпускном классе!

— Мне нужно собирать на колледж! И у нас нет денег! Ты не вывозишь, Эл! Спишь по пять-шесть часов, торчишь в этом баре, полы моешь, ещё эта твоя новая работа… А Пол и Бенни тырят наши бабки! — Лиз наполнила маленький стаканчик Лейлы и со злостью стала накручивать макароны на вилку. — Я понимаю твои чаяния, ты заботишь о нас и так далее, но извини, я буду работать!

— Черт, — Лола отодвинула тарелку. Аппетит пропал.

Она вдруг ощутила себя виноватой и растерянной. Старается-старается, а в итоге что? В итоге выходит, она все равно не справилась? Все равно не дала им хоть какое-то подобие приличной жизни?

— Да успокойся, — Лиз подтолкнула к ней тарелку. — Ешь давай. А то сдохнешь такими темпами, кто пахать на нас будет?

Лола усмехнулась. Все-таки взяла вилку.

— Все нормально. Правда. Я буду работать пять часов после школы и в выходные. Нужно составить график присмотра за Лейлой. Вместе с работой Люка получится, что мы можем и прозевать, когда там в садике конец дня.

Лиз вещала весьма самозабвенно. А когда поняла, что сдала брата, то замерла, так и не сунув вилку в рот.

— Черт, — Лиз все-таки донесла макароны до рта и нервно зажевала.

— Шестерка, — буркнул Люк, уставившись в тарелку.

— Какая, мать твою, работа?! Мы же договаривались! Только на каникулах!

— Я не прогуливаю! — Люк взвинтился моментально. — Осточертело смотреть, как ты полуживая домой доползаешь, а мы просто что? После уроков идем домой и не делаем ни хрена! Но у меня есть руки, ноги и башка варит! Я даже извиняться, как Эл, не стану. Мне нужны деньги, нам нужны деньги. Я тоже внесу свою лепту. И плевать мне, что ты по этому поводу думаешь.

Над столом повисла тишина. Лола осознавала ситуацию. Лиз чувствовала себя виноватой, что сболтнула лишнего. Люк злился. Эннан, естественно, опять сидел ни жив ни мертв. Только Лейла самозабвенно скребла вилкой по тарелке.

— Где ты работаешь? — наконец спросила Лола. Спокойно. Без претензий и обиняков.

Растерялась и в то же время знала, что не может что-то запрещать Люку и Лиз. Может дать совет или что-то вроде того, но все остальное…

Она привыкла разговаривать с ними, а не давить. Давить было глупо. По себе знала, что это совсем бессмысленно. А ещё она просто верила своей малышне.

— На мойке у Кита. Почасовая оплата. Пятерка в час. Работаю после уроков пару раз в неделю. Больше нельзя. Ему по шапке могут дать за малолетнего. Чисто по доброте взял.

— Ладно. Если в школе нет проблем — окей, — Лола подняла руки, мол, сдается. А затем взяла вилку и угрожающе ткнула ею в сторону Люка. — Если хоть одна жалоба, что ты прогулял, и я узнаю, что из-за работы… Надеру зад и тебе и Киту. Ты меня знаешь. Я вздерну вас обоих, и мне не будет за это стыдно.

— Идет, — Люк протянул ей руку. Лола с достоинством ее пожала. — Кит тоже тебя боится. Он под дулом пистолета не согласится пустить меня работать в школьные часы.

— Я не могу быть страшнее пистолета, — она фыркнула и закинула в рот пару последних макаронин.

— Можешь, — усмехнулся Люк.

— Ещё как можешь, — поддакнула Лиз.

— Вы предвзяты! — Лола встала из-за стола и убрала тарелку в раковину. — Давай спросим у Эннана! Ты меня боишься, мальчик?

Она бросила вопросительный взгляд на остроухого парня. Он явно и шумно сглотнул под взглядами сразу трех «Элов».

— Гхм, — мальчишка прочистил горло и добавил в голос побольше важности. — Эльфы храбры сердцем, отважны и ничего не боятся. Но все же, думаю…

Он чуть замялся, немного ссутулился.

— Думаю, неподготовленные эльфы все же дрогнут под давлением авторитета мисс, подобных вам, м-мисс Треччер.

Тишина затянулась на пару секунд. Видимо, мозгам всех Треччеров за столом понадобилось чуть больше времени на обработку информации, чем обычно. Эльф говорил очень… Очень по-эльфийски. Их простые и не обремененные высокой моралью головы не были готовы к такой внезапной атаке высокопарными словами.

Раздался оглушительный смех. Такой громкий, что явно напугал Мэта в гостиной. Тот громко чертыхнулся, и Треччеры рассмеялись снова.

— Что я такого сказал? — неловко спрашивал Эн у Лиз, пока та утирала выступившие слезы.

— Ничего, ты супер! — она показала ему большой палец вверх. Эльф непонимающе смотрел то на Лолу, то на Лиз… Но никто пояснять ему ничего не спешил. Все только хохотали.

Лола вышла через заднюю дверь. Села на ступеньки и закурила. Через минуту рядом сел Люк.

— Прости, что не сказал.

— Забей. Нормально все. Только школу не пропускай. Ты должен учиться, — она потрепала Люка по волосам. — Как давно работаешь?

— Первый месяц.

— Молодец, — Лола приобняла брата за плечи.

— Бесишься, да?

— Первые пять минут, сейчас уже норм.

— Пол — козлина. А ты лучшая.

— У-у-у, какая милота, — Лола прижала брата покрепче. Он обнял её одной рукой за талию в ответ.

— Ладно, все. Отодвинься. Только сопляки и эльфы так нежничают, — уже через полминуты заерничал Люк.

Лола рассмеялась и все же отодвинулась. Пубертат, такой пубертат. Сейчас ещё психи пойдут, характер скаканет пропорционально росту. Но все равно, она чертовски любила свою малышню.

Домой засобиралась поздно. На улице уже давно стемнело. И даже стихло.

— Я пошла, — крикнула Лола на второй этаж.

Сверху донеслось:

— Люк, забери к себе Лейлу!

— Опять?! Снимите номер!

— Завались!

Ей никто не ответил. Но этого было и не нужно. Лола была просто рада знать, что у них все в целом хорошо, раз они вот так перекрикиваются перед сном. Она улыбнулась домашнему привычному уюту и пошла в свое одинокое логово.

Фонари на улицах работали через один. Лола остановилась у того, что светил ярко, перед тем как пройти через темный участок. Достала из сумки пачку сигарет. Снова закурила. Прислушалась.

Где-то в отдалении послышались подозрительные хлопки. Затем вой сирен. Мимом нее по улице промчала патрульная машины. Лола даже не дернулась. Это было что-то привычное.

На другой стороне улицы смеялись молодые люди, разбилось что-то стеклянное. Лола включила фонарик на телефоне и пошагала дальше. Парни крикнули ей вслед нецензурщину, но она забила и продолжила себе идти. Плевать ей на них было. А им стало бы плевать на неё, если бы они подошли поближе и разглядели, кому кричали свои пацанские комплименты.

В вестибюле горел тусклый свет. Трещала лампа. Лола поднялась на второй этаж и замерла.

День был чертовски долгим и, видимо, не собирался заканчиваться.

Перед её дверью, опершись спиной на перила и поджав под себя ноги, сидела Лора. Она смотрела какое-то видео на телефоне, так что Лолу заметила где-то через секунду-другую.

— Ну, привет, Эл, — она спрятала телефон в карман и тяжело поднялась с пола. Потянулась. — Как дела?

Глава 5

Лола вздохнула. Она устала. Просто устала. И хотела лечь поспать.

— Если будем драться, давай лучше внизу. Тут расшибиться можно, — кивнула на перила и стала рыться в сумке в поисках ключей.

— Нет, сегодня давай без дополнительной физкультуры.

Лора, зевая, отошла чуть в сторону, пропуская Лолу к двери.

— Класс. Тогда чего надо?

— Поговорить, — Лора пожала плечами. — Ты видела этого дракона? Он же разводила!

— Да получишь ты свое здание. Пока, — о каком драконе идет речь, поняла сразу. Дорогая родственница побывала у адвоката.

Лола толкнула дверь и вошла в квартиру, собиралась закрыть, но Лора придержала.

— А вот не факт. Впусти, и давай поговорим.

Лола покачала головой. Хотела ли она налаживать мосты с Лорой? Точно нет, но родственница дело говорила. Сама Лола уже успела понять, что все не так радужно, как ей изначально показалось.

Она все же распахнула дверь, и Лора, улыбнувшись широко, но явно не искренне, вошла в прихожую.

— Вот это помойка… — протянула она, разуваясь. — Чего тут так тесно? Господи боже, как тут жить можно! У нашего шпица будка больше!

Лола сделала над собой страшное усилие, промолчав. Повесила куртку и сумку на крючок. Лора по-хозяйски прошмыгнула дальше на кухню, сразу же загремела шкафчиками.

— У тебя только растворимый? А кофеварка? — хлопнула дверца холодильника. — Фу, ты хоть знаешь, что в этом сыре от сыра одно название?

Лола переодевалась в пижаму и слушала развеселые заключения Лоры о её бедняцком образе жизни. И откуда в ней вдруг прорезалось столько терпения? По-хорошему вытолкать бы эту сильно умную дамочку за дверь. Нет, идеально было бы вообще её не впускать.

Но она впустила. Задницей чувствовала, что случайно во что-то вляпалась. И, возможно, Лора все-таки окажется полезной. Пусть только попробует после всех своих слов оказаться бесполезной или вообще обузой. Лола решила, что в таком случае точно переломает ей ноги.

— Говори, что хотела, и проваливай. Я отдохнуть хочу, а ты шумная, — бросила, заходя на кухню.

Лора уже сидела за стареньким маленьким кухонным столом, на огне грелся чайник. Она тупо пялилась на него, поставив согнутую ногу на соседний стул и положив подбородок на коленку.

— Тут тараканы.

— И ты не завизжала? — Лола разыграла удивление, сделав глаза побольше.

Лора фыркнула.

— Я что, по-твоему, тараканов только на картинках видела? — и снова уставилась на чайник. — Есть покурить?

Лола вышла в прихожую, достала сигареты из сумки, вернулась и кинула пачку на стол.

Лора скривилась.

— Фу, как ты эту дрянь куришь?

— Не нравится, могу забрать, — она положила руку поверх пачки и потянула на себя. Лора остановила её, схватив за запястье.

— Не вредничай, Эл, — она обворожительно улыбнулась. В ее благие намерения, чистое сердце и все виды невинности не верилось от слова совсем.

— Проваливай, Эл, — Лола улыбнулась приторно сладко, утрированно пародируя интонации Лоры.

Они смотрели друг на друга, улыбаясь до маньячного наигранно. Наконец Лола сдалась и убрала руку. Лора тут же взяла пачку и вытащила сигарету. Открыла окно и прикурила. Зажигалка, как выяснилось, ей была ни к чему. На ладошке вспыхнул маленький огонек.

Лола хмыкнула. Полукровка-выпендрежница.

— Что? — Лора пожала плечами. — Подарок от предков-драконов, затесавшихся где-то в роду. Огнем не дышу, но подкурить вот могу.

— Ближе к делу. Говори, чего приперлась?

Чайник вскипел, и Лола стала заваривать кофе. Она так устала, что он уже перестал её бодрить, и от каждой кружки только больше хотелось спать.

— Как ты сказала, я сходила к тому адвокату… — она поджала губы и цокнула языком. Лола пристроилась рядом к окошку, протянула кружку с кофе внезапной компании и тоже достала сигарету. Лора любезно протянула ей ладонь помощи, на которой горел маленький огонь.

Лола в очередной раз закатила глаза, но все же чуть склонила голову.

Они синхронно выдохнули дым.

— Слушай, покажи, что подписала? Ну, договор там, контракт?

— Тебе не хватило мозгов перед тем, как лезть драться, разобраться с адвокатом. Хочешь сказать, ты сильна в этих мудреных формулировках?

— Я эмоциональная, а не тупая.

— Ну, знаешь. Одно другому не мешает. Может, у тебя комплект из недостатка мозгов и вспыльчивости.

Лора цокнула языком.

— Слушай, тот адвокат кажется мне на рожу знакомым. Но я не могу вспомнить, где его видела. Но это ещё, может быть, я себе придумываю. А вот что я знаю точно. Анна-Мария была сумасшедшей и в лучшие годы своей жизни, а перед смертью её вообще с трудом можно было выносить. Она была чокнутой, злобной, одинокой, жадной старухой. И она отписала бы мне вот эту развалюху? Я идиотка, но даже мне очевидно, что тут что-то нечисто.

— И что, по-твоему?

— Пришла бы я к тебе, если бы знала? Дай посмотреть бумажки, которые ты подписала.

— Ты только что признала, что идиотка. С моей стороны было бы крайне неосмотрительно давать тебе важные документы. Вдруг вместо того, чтобы читать, ты их сожрешь, — Лола скрыла злую усмешку за краем кружки.

— Не переживай, я не голодная, — Лора ни капли не растерялась. И, кажется, даже не обиделась.

— Ну, кто вас, идиоток, знает.

Лола хмыкнула, пожав плечами.

Может быть, Лора и не была такой уж плохой. Может быть, ей можно было бы дать шанс. Ну, типа попытаться подружиться. Она хоть и любезно засрала весь её жизненный уклад, но все равно стояла рядом и курила вонючие дешевые сигареты, дожидаясь, когда Лола все же решит принести ей договор.

С другой стороны, может, Лора была такой любезной только потому, что у них был общий интерес — здание. Они обе хотели с этой авантюры поиметь денег. И Лола, как никто другой, знала, что ради кругленькой суммы можно и улыбнуться тем, кто тебя страшно бесит.

Она докурила, бросила окурок в окно и ушла в спальню, оставив пустую чашку из-под кофе на подоконнике. Порылась в комнате, нашла злосчастный коричневый конверт и вернулась в кухню.

На подоконнике её кружка стояла снова наполненная кофе. Лора подкуривала вторую сигарету.

— Держи, — протянула ей конверт.

Лора зажала зубами сигарету и стала просматривать бумажки. Глаза так и бегали по строчкам. Лола в тишине попивала кофе.

Лора закончила и сложила все обратно в конверт.

— Ни хрена не понятно, — она поджала губы.

Лола прыснула и выплюнула кофе обратно в чашку. Он ей поперек горла от смеха встал. Она хохотала, вытирая губы.

— Ну, я хоть его жрать не стала, как ты предполагала, — фыркнула Лора и все-таки тоже рассмеялась. — Но кое-что меня настораживает. Я не уверена, что у старухи были такие деньги. Что тебе дракон сказал?

— Что тебе там какое-то наследство отписали. Но ты слишком шальная, чтобы ещё и здание тебе передавать. Вот и все.

— Я получила от нее только двадцать тысяч ассигнаций, — она задумчиво нахмурилась. — Мелочь.

— Мелочь? Это четыре моих зарплаты! Да даже на счету этого здания только четыре тысячи!

Лора хмыкнула, но промолчала. Хотя могла и не утруждаться, у неё на лице очень четко было написано все, что она думала по этому поводу.

— Тебе по контракту обещают пятьсот тысяч ассигнаций… Это странно. Как ты могла повестись на такое?

— Да откуда мне было знать!

Лола резко схватила пачку сигарет, вытащила ещё одну и сунула её в рот.

Она не могла так лохануться! Не могла! Не могла влезть в какое-то катастрофическое дерьмище! Лола не такая, она не из тех, кто влипает в неприятности. Не в такие, по крайней мере.

И что выходит? Она именно такая? Такая, как Пол? Как Бенни?

— Я просто… Я просто знаю, что у вас денег куры не клюют. И думала… Ну, что бабке что-то там стукнуло, — она щелкала и щелкала старенькой зажигалкой, но появлялись только искры. — Черт!

Лола отшвырнула зажигалку.

— Успокойся, — Лора снова раскрыла ладонь и появился огонь. Лола сделал затяжку и попыталась выдохнуть. — Ничего ещё не ясно. Ну, даже если у бабки этих денег не было. Плевать. Можно продать здание. Ты все равно получаешь ежемесячную зарплату.

— Он сказал, что если не справлюсь, то он подаст в суд. Типа нарушение условий контракта. А сегодня я узнала, что денег нет. С арендаторов наскрести можно только, как ты сказала, мелочь.

— Черт! Не тупи! Высели парочку жильцов, прилижи квартиры и сдай подороже, — Лора повернулась к ней лицом, вцепилась в её плечи и встряхнула. Лола от неожиданности опешила, вжав голову в плечи. — Я постараюсь узнать, что намутила бабка, а ты просто, ну, протяни немного. Не влипни по этому договору по самые помидоры.

— Л-ладно, — согласилась чисто по инерции под напором Лоры.

— Слушай, тут такое дело… — она неловко почесала голову. — Можно у тебя переночую?

Лола выкинула окурок в окно. Состроила как можно более суровое выражение лица и произнесла:

— Кровать маленькая. У твоей собаки побольше будет. У нее и ночуй.

— Ой, да брось! Ты что, обиделась? Постой.

Лора поплелась за ней в комнату, жужжа над ухом как назойливая муха.

— Ну ты чего? Да потеснимся ночку, подумаешь!

— Господи! — Лола не выдержала и резко развернулась у самой двери в спальню. Чуть не столкнулась с Лорой носами. Та была на пару сантиметров выше Лоры. — Оставайся! Спи! Только заткнись бога ради!

— Бога ради не заткнусь, но ради тебя — могила.

У Лолы чуть дернулось нижнее веко в нервном тике.

Она ничего против шумного соседства не имела. У них дома никогда не бывало тихо. Но шумели её любимые Лиз, Люк и Лейла. Лору и ее треп терпеть и уж тем более находить забавным она не нанималась.

Но Лора, как и сказала, молчала. Пока Лола вручала ей одежду — молчала, пока раздевалась — молчала. Но стоило ей открыть воду в ванной, как она завыла голодным волком какие-то песенки прошлого десятка лет, да ещё и так фальшиво, что даже у Лолы, наслушавшейся всякого дерьма в баре, чуть не началась мигрень.

Лора довыла третью песню и в темноте наощупь добралась до кровати. Забралась под одеяло и прижалась мокрая к отвернувшейся к стенке Лоле, ещё и обняла ее за талию. Лола скинула руку. Лора снова закинула на нее свою конечность. Пришлось сдаться.

— Слушай, — тихо выдохнула Лора ей в затылок. — А можно я заберу твой договор и покажу его другому адвокату?

— Бери. Только засни уже! — шикнула Лола. Лора, по ощущениям, усмехнулась.

— Ты такая гостеприимная и милая!

— Я сейчас выкину тебя из окна.

— Сладких снов, — Лора покрепче обняла её.

— Да подавись ты, — буркнула Лола, наконец начиная засыпать.

К её удивлению, просыпалась Лора рано. Будильник прозвенел чуть ли не на рассвете. Она старалась тихо выползти из кровати, но сначала пихнула Лолу локтем, потом спотыкалась и запиналась на каждом углу дома. А напоследок и вовсе хлопнула дверью так, что старенькие окна квартирки жалобно задрожали.

Лола перевернулась на спину и уставилась в пожелтевший от времени потолок. Снова ей было не уснуть. Она валялась в постели и пыталась собраться с мыслями. Что ей сегодня делать? За что схватиться?

Обычно она шла готовить завтрак для Люка, Лиз и Лейлы. За едой как-то так выходило, что и план на день склеивался.

Но сегодня готовить завтраки было не нужно. Сегодня этим занималась Лиз.

Лола встала в шесть сорок. Ровно по звонку уже своего будильника. Прошла на кухню и поставила чайник на огонь. Как раз закипит, пока она умывается.

Синяки под глазами уже можно было считать её повседневным макияжем.

Лола зевнула, сплюнула пасту в раковину. Чайник на кухне противно засвистел.

Растворимый горький кофе без молока и сигарета — вот и весь завтрак, который она себе сообразила.

По правде, Лола терялась, когда оставалась в квартире. Ей больше нравилось быть дома со своими сестрами и братом. Там всегда было чем заняться, и просто лежать и смотреть в полок времени не было. Завтраки, уборка, стирка, работа, ужин… Нужно было позаботиться обо всем для всех. А здесь… Здесь она была совсем одна. Ей, казалось, завтрак был и не нужен, кофе вполне достаточно, стирать нечего и внезапно оказалось некуда спешить.

По подоконнику пробежал одинокий тараканчик. Лола с философским видом проследила за ним. Он быстро прополз по стене и скрылся за трещиной в плинтусе.

Точно, нужно вызвать службу и потравить их. Вот чем она может занять утро.

Лола листала в браузере телефона ссылки. Открывала все подряд. Цены были такие, что она едва кофе не подавилась. Никогда не думала, что жизни тараканов могут быть такими дорогими!

— Вы что, из красной книги, что ли?! — вопросила она, глядя на плинтус, за который забежало утреннее насекомое. Посмотрела ещё пару секунд, будто ждала, что оттуда сейчас высунется мелкая усатая морда и ответит, и вернулась к телефону.

Наконец удалось найти приемлемое предложение. Дорого, но уже хотя бы ей по карману. Лола пролистнула ещё парочку объявлений и выбрала подходящее. Записала на обратной чистой стороне одной из анкет жильцов номер телефона и отложила листок. Уже можно было собираться в банк.

Было приятно увидеть знакомый контингент. Хотя бы банк, в котором обслуживалась покойница при жизни, был под стать Лоле.

Очередь длиннющая, персонал сдержанно нервный, клиенты такие же недобитые жизнью, как сама Лола.

Стоять в очереди пришлось дольше, чем разбираться с делами. Лоле довольно быстро обналичили чек, выдали банковскую карту, чековую книжку.

Не обошлось без подвоха. Ушлый адвокат и тут не договорил. Лола не получила пять тысяч ассигнаций. Оказывается, дракон назвал ей зарплату без вычета налога. С неё списали шестнадцать процентов в пользу государства, и на руках осталось четыре двести драконьих ассигнаций.

Лола заодно проверила и свой собственный счет. Ещё две тысячи ассигнаций. Тысяча триста капнула с бара, и семьсот — за мытье полов в школе.

Лола почувствовала себя богачкой, когда сложила все свои зарплаты. Она улыбалась банкомату, на экране которого высветилось шесть тысяч двести драконьих ассигнаций.

— Ты там пин-код, что ли, забыла?! Шевели булками, красотка! Это не твой личный банкомат! Тут очередь!

— Да пошел ты! — кинула через плечо нервному толстяку за спиной. Он быстро развеял дымку приличной жизни, о которой она уже успела размечтаться.

Лола сняла две тысячи и понесла к одному из окошек. Отстояла ещё одну очередь и внесла платёж. Кассирша озвучила оставшуюся сумму долга. С прошлого месяца она уменьшилась ненамного. Не на те положенные две тысячи. Лола не оканчивала университетов, но не была глупой. Она могла посчитать.

— Вы, наверное, ошиблись. Такого не может быть.

Кассирша недовольно посмотрела на неё исподлобья. Видимо Лола не первая за эти полдня, кто задавал ей такой вопрос.

— Прошу прощения, — она неловко улыбнулась. — Можете сказать, когда сумма выросла так сильно? Почему?

— Ничего она не выросла, дамочка, — женщина щелкнула пару раз мышкой. — Вы просто не платили в прошлом месяце.

Она смерила Лолу брезгливым взглядом и махнула головой в сторону. Лола вышла из очереди.

Естественно, кассирша подумала, что она из тех, кто забывает заплатить и потом буянит в банке. Однако Лола была исправным плательщиком. Но в прошлом месяце платить должна была Бенни. А Бенни ни плательщиком, ни человеком надежным не была.

Лола точно отправила её совершенно трезвую и без Пола. Она должна была донести деньги в банк.

— Блять, Бенни…

Лола вышла на улицу и закурила, ничего ровным счетом не чувствуя по этому поводу. В целом, произошло то, чего можно было ожидать. Бенни не донесла свою зарплату. И куда она её дела? А Лола ещё целый месяц, как дура, кормила её со спокойной душой.

Разочарование не разъедало. Оно было уже столь велико, что просто стало частью жизни, не жгло, не кололо, было перманентным. Солнце вставало по утрам, ночью светила луна, а Бенни косячила и не стоила доверия — вот такие вот законы мироздания.

Но в тот день Лейла температурила. Градусник показывал сорок. У Лолы сердце заходилось. Температура не сбивалась. Она отменила все свои работы, ни в школе не появилась, ни собак не выгуливала и в бар не пошла. Сидела с Лейлой и пыталась справиться.

Она не могла уйти в банк. Нельзя было оставлять малышку на Бенни, которая предложила позвать гадалку с соседней улицы. Мол, эта магичка быстро исцелит Лейлу. Да, такое практиковалось. И маг правда мог даровать исцеление. Но это было дорого и энергозатратно. А гадалка была просто шарлатанкой.

Пришлось вести Лейлу в больницу, поэтому проследить, чтобы Бенни выполнила поручение, не успела. Ну и вот результат.

Лола вытащила мобильный и быстро настрочила Лиз сообщение. Вместо ответа сестра перезвонила.

— Я на работу переодеваюсь. Давай быстрее, — в телефоне раздалось шуршание.

— Ух ты, какая деловая, — Лола хихикнула. — Как смотришь на то, чтобы закатить вечеринку? Мне не помешает оторваться. Нам всем не помешает.

— Окей, — Лиз, судя по звуку, хлопнула дверцей металлического шкафчика. — Я напишу Люку. У его друга есть музыкальный центр.

— Зови Эннона.

Лола бросила под ноги бычок.

— Ага! Он тебе понравился! — победно воскликнула Лиз. — Просто невероятно! Ты же ненавидишь их всех.

— Эннон заслужил доверие. И он терпит мои шуточки. Все, давай пиши Люку!

— Окей, до скорого.

Телефон пикнул и затих.

Лола не стала рассказывать о том, что Бенни снова всех подставила. Она в состоянии разобраться с этим сама. Малыши даже не знали, какую сумму на самом деле Лоле нужно было выплатить. Но и без этого они стали устраиваться на работы и пытаться самостоятельно заработать себе хоть монетку.

Лола чувствовала, что провалилась. Она должна была их обеспечить детством, обеспечить материально, чтобы они могли спокойно учиться, поступить в университеты. Чтобы они не были такими, как она. Лола отчаянно не желала малышам той жизни, что была у нее. Она все время настаивала, что им не нужно работать пока что. Пока они в школе. Она справится! Сделает, что сможет. Выходит, могла она не так уж и много.

Лола вернулась в квартиру и до вечера разбиралась с дезинсекцией дома. Обзванивала компании, обсуждала цену, договаривалась. В итоге сумела сторговаться до двух с половиной тысяч на весь дом. Они обговорили дату, и Лола занялась оповещением жильцов. Подготовила листовки на тот случай, если кого-то не будет дома.

Никто на втором этаже ей не открыл. Пришлось пропихивать бумажки под дверь. Внизу была приписка, чтобы ей отправили сообщение на мобильный, когда ознакомятся с инструкциями и уведомлением.

Она подошла к двери одной из квартир на первом этаже. Постучала. Никто не спешил открывать. Только вот Лола могла поклясться, что за дверью мамочки слышала детский плач.

— Эй! Это управляющая! Покажитесь, а?

Конкретно этот жилец уже начинал бесить Лолу. Задержанная квартплата, тараканы, ещё и игнор.

Она разозлилась и пнула дверь ногой. Раздался лай. Лола отпрыгнула.

— Какого…

Она точно помнила, что в договоре написано: никаких домашних животных для жильцов. Но на неё из-за двери лаяла собака.

— Открывайте! — Лола стала стучать кулаком. Собака неистово лаяла на нее.

Соседняя дверь открылась. Заспанный молодой человек зевнул, почесывая голову.

— Она никому не открывает. Боится, что вы из службы по защите детей.

Лола закатила глаза. Пес за дверью все продолжал драть глотку.

— Черт с ней, — отмахнулась и протянула парню распечатку. — Вот. В следующий понедельник травим тараканов.

Парнишка взял листок.

— А, да, — он снова зевнул. — Мы это… С девушкой съезжать собрались.

— Вы за два месяца не заплатили.

— Ага, в курсе. Заплатим.

— Хорошо, когда съезжаете?

— Ну, посмотрим. Мы это, позвоним.

Лола ни капли не поверила, что эти бедные художники расплатятся с ней. Она сделала себе мысленную пометку следить за ними в оба. Цифирная гарпия очень живо воскресла в её памяти, а любезное воображение дорисовало, как она будет снимать с Лолы три шкуры за нехватку пары тысяч ассигнаций.

О, нет. Если надо, она свяжет этих жильцов и будет пытать шокером, пока не вытрусит из них все до последней монетки. Бесить гарпию недостачей страшно не хотелось.

Парнишка попрощался и щелкнул замком. Лола понадеялась, что пытать все же никого не придется.

Мыть полы закончила раньше обычного. Переоделась и позвонила Майку. Они не виделись недели две. Иногда созванивались и переписывались. Но и только. На большее как-то времени особо не было.

— Привет, — Лола подхватила телефон со стула, как только услышала глухое приветствие.

— Привет, — она улыбнулась голосу. Соскучилась даже немного. — Как дела?

— Супер, ты как?

— Нормально. Ну, знаешь, как обычно. Есть проблемы, но я не сдаюсь.

— Угу…

Повисла привычная тишина. Майк никогда не комментировал её нездоровый оптимизм. Он, как и она, просто смирялся с некоторыми недостатками партнера.

— Слушай, — Лола решила прервать тишину первой. Ей было проще начинать разговоры после таких многозначительных пауз. — Мы вечеринку затеяли. Парень Лиз придет, Люк, Лейла, я и ты, если хочешь. Такие домашние посиделки.

— Лиз?

— Ну да. Моя сестра. Я же знакомила вас.

И снова в трубке затихло.

— А, да. Вспомнил, — он нервно посмеялся. — Прости, Лола. Не смогу. Первый выходной за две недели. Не очень хочу проводить его у тебя с твой специфической семейкой.

Лола села на старенький складной стул. Он жалостливо скрипнул под ней.

— Понятно, — она неловко поправила волосы. Не знала, что сказать.

Ну да. Семейка специфическая. У них вон эльф дома ночует. И Мэт уже, кажется, сросся с диваном в гостиной. Про Бенни и Пола и говорить не стоило.

Не нужно было его приглашать. После тяжелой работы в неотложке тащиться к ней… Она бы на его месте, наверное, тоже отказала. Да она и отказывала. Не встречалась с его семьей, не знакомилась с его друзьями… И все-таки, наверное, ей самую малость хотелось, чтобы сегодня он пришел.

— Слушай, может, ты ко мне?

— А, не знаю, — Лола поджала губы. Она уже сказала Лиз, да и они давно не проводили время семьей. — Знаешь, отдыхай. Ничего. Потом свидимся.

— Как хочешь, — Майк вообще не расстроился. — Ты знаешь, где ключ от двери. Буду рад тебе даже ночью.

— Спасибо.

— Угу.

И снова молчание.

— Ну, до скорого?

— Да, до скорого, — ответила Лола и сбросила.

Она сидела на стуле в маленькой кладовке в окружении швабр и ведер, задумавшись. Все ли в их отношениях нормально? Ну, типа у всех так? А если и не так, то что именно? Лола не понимала.

С одной стороны, Майк был однозначно лучше всех тех мужчин, что попадались на её жизненном пути. С другой, она все равно расстраивалась, но почему — понять не могла.

Майк был не обязан видеться с её семьей, он не обязан был проводить с ней все свое свободное время. И она не была ему что-то там должна. Они были свободны в рамках разумного, но как будто это была совсем неправильная свобода. А может, и не свобода вовсе.

Лола выдохнула, придушила в себе неприятное зудящее чувство обиды. Ей не на что было обижаться. Не хочет, и не надо. Он ведь не обязан. Не обязан. Не обязан.

Но слезы все равно щипали глаза. Лола встрепенулась, шмыгнула носом и сама себе рассмеялась.

Ерундой страдает. Майку она нравится, он принимает её вот такой, какая она есть, что ещё ей надо? Но что-то, судя по всему, было надо. Потому что сомнения заглушать становилось все труднее.

Что, если он не принимает её? Что, если она ошибается, как всегда ошибается Бенни, и просто не видит этого? Что, если на самом деле Майк должен относиться к её семье иначе? Что, если это все просто безразличие, пренебрежение…

А она? Она точно была нормальной? Или нет?

Лола по новой завязала нелепый пучок на затылке.

Позже. Она разберется позже, если само все это не уляжется, если Майк все ещё будет в её жизни. Хорошие парни обычно надолго с Лолой не задерживались.

Глава 6

Первым делом Лола закупилась в супермаркете. Обязательно взяла два вида джема, пиво, свежее мясо, сосиски, сыр подороже, хлопья, которые обычно они не покупали. Лола тащила домой огромные пакеты и чувствовала себя счастливейшей из людей: она сможет сегодня побаловать своих домашних.

Пиццерия приманила её своей неоновой вывеской. Доставки в их часть района не было. Не закажешь.

Лола быстро посчитала.

Триста ассигнаций она оставила в супермаркете и если купит ещё пиццу, то потратит ещё по меньшей мере сто ассигнаций.

Лола едва могла удержать тяжелые пакеты и три больших коробки с пиццей. Поездка на автобусе стала худшим квестом в её жизни. Ещё и выйти пришлось на самой дальней остановке.

Лола положила покупки на лавочку и размяла спину. Подумала немного и решила надеть перчатки, чтобы ручки пакетов не так сильно впивались в кожу.

С Майком все это было бы намного проще. У него была машина. Подвез бы, помог донести и шутил бы забавно все это время.

Но он не захотел в свой единственный выходной проводить время с ее чокнутой семейкой. А она не захотела жертвовать родней ради него. Да и, по правде говоря, шутки у Майка были так себе.

— Лола!

Она поставила пакеты на холодный тротуар и обернулась, почти раздраженно. Ей так хотелось поскорее попасть домой, и вдруг кто-то решил задержать её.

— Привет, — мужчина улыбнулся ей.

— Привет, Ноа.

Подоспел и второй.

— Управляющая, как жизнь? — Хельм помахал ей рукой.

— Тяжело, как видишь, — она чуть приподняла покупки.

— Помочь? — Ноа потянулся к пакету. Лола отпрянула.

— Нет, я не в квартиру, я… Ну, в общем, в другое место.

— И? Это же все в одном районе, разве нет?

— Ну, да, — она неловко помялась.

Ноа и Хельм не вызывали у Лолы доверия. Интуиция подсказывала, что что-то не так, но головой она понимала, что причин остерегаться этих вполне себе милых парней, которые вовремя оплачивали аренды своих квартир, у нее и не было особо.

— Ладно, — она нерешительно отпустила ручки пакетов. — Спасибо.

Лола неловко улыбнулась.

— Пустяк. Хельм, че встал? Держи и тебе один, — Ноа пихнул другу в руки пакет, сам взял два других.

Лола вздохнула. Она чуть не надорвалась, пока тащила их, а эти двое даже не напряглись особо.

Компания пошла дальше по улице. Лола поудобнее перехватила коробки с пиццей.

— Для кого столько тащишь? — поинтересовался Ноа.

— У меня семья большая.

— Понимаю. У самого три старших брата.

Лола вспомнила, сколько ест один Люк, и ужаснулась.

— Как твои родители смогли вас прокормить?!

Хельм и Ноа рассмеялись, переглянувшись, будто её слова натолкнули их на какую-то свою старую шутку.

— С большим трудом, — отсмеявшись, ответил Ноа. — Но твои, судя по всему, тоже немало едят.

— Да нет, — Лола неловко улыбнулась, заправила волосы за ухо. — Обычно я столько не ношу. У нас принято закупаться не больше, чем на пару дней. Это я разошлась что-то просто.

— Кстати, — вклинился в разговор Хельм. Ноа недовольно посмотрел на друга, но тот лишь покачал головой. — Видел уведомление. Мамочку с первого этажа уже выкурила?

Лола прикрыла глаза на секунду, делая глубокий вдох успокоения.

— У нее там собака! — пожаловалась она. — И она торчит мне за три месяца!

— Может, тебе стоит вызвать полицию? — предложил Хельм.

— И что они сделают? Постучатся и попросят выйти? — Лола смерила мужчину скептическим взглядом. — В крайнем случае я выбью эту чертову дверь и вытащу её оттуда за волосы.

— Ух ты… А ты не чураешься жестких методов, — Ноа хмыкнул.

— Именно, — Лола гордо усмехнулась. — Я и тебя свяжу и буду пытать, если просрочишь квартплату.

— Звучит как предложение не платить тебе в следующем месяце.

— Что, испытываешь слабость к пыткам?

— Смотря к каким, — Ноа улыбнулся, чуть склонив голову. Лола прикусила губу.

Это определенно походило на старый добрый флирт, и она на него велась, совершенно точно осознавая, что делает.

Хельм деланно кашлянул и выразительно посмотрел на Ноа. Тот закатил глаза. Атмосфера, располагающая к заигрываниям, развеялась, и Лола посмеялась. Забавные парни.

— Слушайте, — начала она, поняв, что они уже почти подошли к её дому. — Мы маленькую семейную вечеринку затеваем. Не хотите присоединиться? Думаю, вы заслужили пиццу за свою неоценимую помощь.

Хельм снова выразительно посмотрел на Ноа, но тот даже не удосужился обратить на это внимание.

— Да, почему нет?

— Класс. Тогда добро пожаловать!

Лола толкнула бедром калитку.

Только в своей маленькой прихожей она до конца осознала, насколько широкими оказались её гости.

— Люк! — громко позвала Лола.

Через пару секунд со стороны ступенек раздался громкий топот. Люк и Лейла подскочили к прихожей.

— Привет, — брат забрал коробки с пиццей. — Ничего себе как сегодня шикуем. Ты грабанула банк?

— Если бы грабанула, принесла бы мешок денег. А тут только пицца.

— Грабанула пиццерию?

Лола скептически глянула на брата и, прежде чем начать снимать с себя верхнюю одежду, потрепала Люка по голове.

— Не болтай херни. Неси лучше коробки на кухню.

— Ладно, — он развернулся и уже в гостиной крикнул: — Чарли, у нас сегодня пицца!

Лола чуть наклонилась, чтобы посмотреть.

В гостиной на кресле сидел ещё один пацан. Хороший друг Люка. И владелец музыкального центра.

Чарли был неплохим парнем, и Лола относилась к нему хорошо. Мальчишка курил, иногда попадал в передряги, но ничего такого, что она могла бы считать ужасным, он не делал. Лола молчаливо одобряла эту компанию брата.

Она повернулась к гостям и забрала пакеты.

— Куртки тут оставьте. Если, конечно, найдете свободный крючок.

Ответов дожидаться не стала и, ковыляя, потащила пакеты на кухню.

Люк, Чарли и Лейла тут же налетели на продукты.

— Эй! Термиты! Ну-ка в сторону от жрачки! — скомандовала она, и малыши с недовольными, а может и с голодными, стонами сделали пару шагов от стола.

— Ты притащила её, чтобы мы на неё смотрели?

— У нас там гости, если ты не заметил. И Лиз с Эннаном надо подождать. Ещё готовка! — Лола подошла к столу и стала раскладывать продукты.

Малышня синхронно закатила глаза, развернулась и удалилась. Лола умилилась тому, как точно Лейла подражала старшим.

Ещё больше умилилась тому факту, что Люк, несмотря на свой пубертат и вечное недовольство всем, чем только можно, все равно таскался с сестрой. Она хорошо понимала его. Потому что в его возрасте была такой же. Он брал на себя ответственность и старался помочь, чем мог.

Лола гордилась им. Несмотря на все, что было не так с их семейкой, она сумела вырастить отличных ребят.

— Помочь? — Ноа остановился в дверном проеме.

— Хорош в готовке? — насмешливо улыбнулась Лола.

— Никто пока не жаловался, — хмыкнул он.

— Ну тогда чувствуй себя как дома.

Она кивнула на разделочный стол. Ноа оттолкнулся от косяка и прошел в кухню.

— Вот, — Лола поставила перед ним пакет, в котором остались только вкусности для вечеринки. — Там сосиски. Брось в духовку. Остальное надо по тарелкам рассыпать.

— Будет сделано, шеф, — он приложил руку ко лбу и откозырнул ей на военный манер.

Лола не сдержалась и прыснула.

Ноа был чертовски обаятельным засранцем, и она как-то по инерции велась на него. Это ведь ничего такого: просто шутки, улыбки, смех. Ей ведь хотелось расслабиться, ну, вот… С Майком, наверное, ей было бы веселее…

Лола погрустнела.

Она не хотела себя обманывать. С Майком было бы все совсем по-другому.

Он не заставлял бы ее смеяться. Он не стал бы помогать. Предпочел бы найти тихий угол и отсидеться. Лиз бы недовольно закатывала глаза, глядя на него, а Люк бы игнорировал. Они почему-то невзлюбили друг друга, и из-за этого Лола часто оказывалась меж двух огней. С одной стороны хороший парень, с другой — семья. Она не хотела выбирать. Она хотела получить все.

— Где тарелки? — Ноа отвлек её вопросом. Лола несколько раз недоуменно моргнула.

— А, там, — она указала на шкафчик на стене, сообразив, о чем он спрашивает. — Только осторожнее, дверца… сломана.

Но было поздно, единственная петля, на которой держалась створка, жалобно скрипнула. Дверца осталась у Ноа в руке.

Он смотрел на нее неверяще, удивленно. Будто какой-то темный артефакт обнаружил на обычной среднестатистической бедняцкой кухне. Ноа перевел опасливый взгляд на Лолу.

Она не сдержалась и, прыснув, громко рассмеялась. Хохотала так, что окна дрожали.

В кухню тут же посыпались все, кто был дома. Хельм смерил друга удивленным взглядом. Тот пожал плечами, мол, оно само как-то.

Лола все смеялась. Её веселье подхватил и Люк, а за ним и Чарли.

— Да почините вы эту дверь! Вам смешно, а она мне чуть башку не отбила, когда я в первый раз открыл ее! — Чарли покачал головой и вернулся в гостиную. Потянул за собой Люка.

— Веселитесь? — Хельм сел за стол, откинулся на спинку стула. — А меня, значит, бросили с детками.

— Прости, — Лола выдохнула, унимая рвущийся наружу хохот. — Позвала вас, но у нас тут все только готовится…

— Все нормально. Мы не спешим, — Ноа улыбнулся, рассматривая дверь.

— Оставь. Потом прикручу. Или Люк, — она забрала деревяшку из его рук и отставила в сторону.

Ноа снова смерил её насмешливым взглядом. Только теперь он не был добрым. Нет, он демонстрировал, что Лола была ему приятна и интересна как девушка. Она точно улавливала все его сигнальчики. Понимала, что приглянулась ему. Но говорить, что у нее был Майк, не хотела. Просто не хотела. Должна была. Ведь у них вроде отношения. Но Майка с ней не было сегодня. А этот парень был. И он был ей приятен.

Да и, в конце концов, это только улыбки, шутки и безобидный флирт.

— Где ваши родители? — вклинился Хельм.

— Не знаю, — Лола пожала плечами и стала рвать пленку, скрепляющую несколько жестяных банок пива. Ноа взял одну и покрутил.

— Безалкогольное?

— Да, я не пью спиртное, а все остальные еще мелковаты, обойдутся. Не нравится такое? — она кивнула на пиво.

— Нет, без разницы.

— Что значит — не знаешь? — Хельм снова вернул к себе внимание.

— То и значит. Отец свинтил, когда мама была беременна мной. Все. А где сейчас отчим и мама, я без понятия. У них своя тусовка. Мне плевать, где их носит. У меня на шее и так три ребенка. Ещё я о здоровых лбах не беспокоилась!

В гостиной раздались громкие голоса. Вдруг заиграла музыка. В кухню пританцовывая зашла Лиз. Она замерла на секунду, заметив незнакомцев. Оценила их. Довольно кивнула и снова затанцевала, зазывая и Лолу подергать телесами под пошленькую песенку.

Следом в кухню прошел и Эннан. Он не скрывал культурного шока от текста песни. Ему было неловко просто слушать её.

Эльф замер. Уставился на Ноа. Его лицо вытянулось. Ноа усмехнулся.

Лола не могла не заметить заминку.

— Вы знакомы? — она повысила голос, чтобы перекричать музыку. Лиз вообще ни на что внимание не обратила, просто начала утаскивать тарелки в гостиную, виляя задницей под песню.

— Нет, — Ноа покачал головой.

— Нет, — помедлив, ответил Эннан. — Просто показалось.

— Бывает, — Ноа все также продолжал усмехаться.

Лола только собиралась заметить, что как-то странно они среагировали друг на друга, как Хельм снова отвлек её.

— Так ты заботишься о младшеньких? С Люком и Лейлой познакомился. А что насчет той малышки? — Хельм на секунду перевел взгляд с Лолы на Эннана. Всего на секунду. И тут же снова ей улыбнулся.

— Это Лиз.

— Все на «л»? — он вскинул брови.

— У мамы пунктик был. Имя моего отца на «л» начиналось. Мама типа так ему дань уважения отдала. Аж четыре раза. А вы, парни, как давно в этом районе живете?

— Пару месяцев, — быстро ответил Ноа. Лола перевела на него взгляд. Он снова обворожительно улыбнулся ей. И она ответила ему тем же. Такой же однозначной улыбкой. — У нас тут работа.

— Да, вы разнорабочие, я читала в анкете.

— Кстати, для чего в анкете пункт про расу? — Лола неохотно посмотрела на Хельма. Он будто бы пытался помешать заигрываниям, раз за разом развеивая нужную атмосферу.

— У дома нет системы магической защиты. Если в квартире обитает дракон-оборотень, нужно подавать прошение на дополнительную систему безопасности в городское управление. Не хочу, чтобы в один прекрасный день нам снесло крышу из-за какого-то крылатого жильца.

— Она просто ненавидит драконов, — вмешалась Лиз. Духовка щелкнула, и она, взяв полотенце, вытащила противень. — У Лолы пунктик.

— Если бы кто-то из нас был драконом, ты бы его выселила? — Ноа приподнял брови.

— Нет, но стала бы осторожнее, — Лола бросила на сестру убийственный взгляд.

— Стала бы избегать дракона, — поправила Лиз.

— Неси уже эти сосиски в гостиную! — взбесилась Лола.

Лиз в вопросе рас была абсолютной её противоположностью. Она даже эльфа в дом притащила! Верила в какие-то там сказки о благородстве, защите слабых… Бред сивой кобылы! Не были они все такими.

Лола выдохнула.

Нет, Лиз ни в чем не была виновата. И срывать на неё свою злость или в чем-то там убеждать она её не собиралась.

— Пойдем? — Лола профессионально сгребла банки с пивом в руки и кивнула на гостиную.

Хельм лениво поднялся со стула и поплелся следом за Ноа и Лолой.

Сначала случились сумасшедшие пляски. Лиз и Хельм сошлись на импровизированном танцполе и, кажется, получали искреннее удовольствие от своего шуточного батла. Эннан их веселья не разделял.

Лола честно старалась не смеяться, наблюдая за ним. Ноа, кажется, тоже заметил, как супится остроухий, и стал нашептывать Лоле на ухо смешные замечания касательно эльфийской ревности. В конце концов она не сдержалась и начала хохотать.

Смешные танцы перетекли в не менее смешные соревнования. Ноа сделал Люка в отжиманиях. Лиз в попытках помочь брату забралась на спину Ноа и пыталась всеми возможными способами отяготить ему путь к победе. Но даже так он все равно выиграл.

Лейла захотела поучаствовать в аттракционе, и умирающему Люку пришлось ещё пару раз отжаться, но уже с сестрой на спине. Он задыхался от натуги и сыпал проклятиями, пока остальные покатывались со смеху.

Музыка стихла. Посыпались забавные истории. Хельм заделался душой компании. Больше всех веселилась Лиз. Эннан просто не мог этого стерпеть и старался не отставать от Хельма. Выходило у него это так себе. Но от этого общего веселья становилось только больше. И Лола, как бы ни относилась к другим расам, не могла не отметить — ради Лиз этот эльф был готов стараться, что добавляло ему баллов в ее глазах.

Мэт слинял в свою каморку сразу, как заиграла музыка, и выполз, только когда её стало почти не слышно за смехом.

— Кто это? — спросил Ноа, чуть склонившись к Лоле.

Она сидела в кресле, а он умостился на мягкий подлокотник, положив свою руку на спинку. Ноа окружал её. Она чувствовала запах его геля для душа, даже, казалось, чувствовала тепло тела. От этой близости на грани ей позволенного что-то там внутри колыхалось.

Майк, Майк, Майк.

Она все повторяла себе, что не должна. Она же не Бенни или не шлюха какая-то. У неё был парень, и отношения у них были обычными, серьезными.

Лола убеждала себя, что не должна. Но Ноа смешил её, флиртовал, и она сдавалась. Совесть немного мучала. И все-таки. Это ведь ничего. Ничего же?

— Мэт, — ответила Лола ему на ухо, приблизившись ещё. Она намеренно, но ненавязчиво сокращала между ними расстояние. Ей просто хотелось почувствовать чуть больше его тепла. Просто так. Просто потому что могла, и потому что он сам пытался стать ближе. — Отец отчима. Обычный ворчливый старик.

Мэт быстро оправдал слова Лолы. Стал буянить, сгоняя Чарли со своего места на диване. Подросток подколол старика пару раз, но все-таки встал.

Лола тоже поднялась. Ноа выпрямился.

Она с удовольствием отметила, что притяжение и желание сократить дистанцию у них были взаимны. Ноа старался ненавязчиво втиснуться в её личное пространство. Так что, как только Лола встала, ему уже и незачем было так вальяжно держать руку на спинке кресла.

— Садись сюда, — Лола подмигнула Чарли, взяла со стола пустую миску из-под чипсов, несколько пустых банок из-под пива и понесла на кухню.

Ноа ожидаемо пошел за ней.

Лола бросила тарелку в раковину и посмотрела ему за спину.

— Что? — Ноа бросил непонимающий взгляд через плечо, но ничего такого не увидел.

В гостиной раздался смех. Забурчал Мэт.

— Жду, когда появится Хельм, — Лола подперла бедром стол, скрестила руки на груди. — Он как твоя ревнивая женушка. Только ты начинаешь со мной флиртовать, Хельм тут как тут.

Ноа тихо рассмеялся, подошел ближе. Очень близко. Лола напряглась, чуть подобралась, вжалась в стол.

Она совсем не испугалась или вдруг перестала чувствовать притяжение, и это даже не была внезапно проснувшаяся совесть.

Лола напряглась в нетерпении.

Что он сделает? Что скажет? Что она почувствует? Пощекочет ли он ей нервишки?

— Флиртую? — Ноа хмыкнул, уперся ладонями в столешницу по обе стороны от Лолы. Обездвижил её. Отрезал пути для побега. Она должна была бы взбунтоваться. Но не стала. Потому что, по правде говоря, была совсем не против. — Быть не может.

Ноа усмехнулся, совсем не скрывая игривости в своей интонации.

— Точно тебе говорю, ты флиртовал со мной.

Он был выше, и Лола позволила себе один пошлый, заигрывающий взгляд из-под ресниц, даже губу прикусила.

Ноа оценил. Тихо рассмеялся. С чувством, с удовольствием.

Он прижимал её к столу, а там, в гостиной, была целая мини-вечеринка.

Адреналин в крови чуть подскочил. Ей казалось, что она делала что-то предосудительное. Однако ведь именно этого и хотелось: нарушить какое-то правило, пусть и свое собственное, но нарушить. С ним нарушить.

— А мне показалось, что флиртовала ты, — тихо произнес Ноа, добавляя секретности, интимности их разговору.

— Да? — ответила в тон. Тоже тихо, почти шепотом.

— Ещё как.

— Ну может, самую малость, — она изобразила жест пальцами. — А что, не могу? Ты что, правда с Хельмом…

Лола поиграла бровями. Ноа скривился.

— Отвратительно! Хельм такой сноб! Кто угодно, но не он!

Лола рассмеялась, чуть опустив голову. Получилось, что лбом уперлась в его широкую горячую грудь. Во всех смыслах горячую.

Тут же перестала смеяться.

— Так, — и снова тот же пошлый взгляд из-под ресниц, — значит, мы флиртуем друг с другом?

— Определенно, — Ноа снова усмехнулся.

— И что дальше? Ну, после флирта?

— Свидание? — Лола скривилась, наморщив нос, покачала головой. — Нет?

— У меня нет времени на свидания. Даю тебе вторую попытку.

Он не стал отвечать. Просто наклонился и поцеловал.

Лола приоткрыла рот, ни секунды не раздумывая. Ноа ухватил её за бедра, усадил на стол, продолжая целовать и гладить руками спину. Лола обхватила его шею.

Ноа был напорист, горяч. Он не церемонился. Кусал её губы, жадно целовал, даже немного грубо.

Шум в гостиной, вероятность быть пойманными, неправильность происходящего — делали поцелуй только острее. Острее для Лолы. Ноа ведь не знал, что у неё был парень. А Лола упивалась этой мыслью до дурноты.

Она зарывалась пальцами в волосы, засовывала руку под футболку, чтобы коснуться живота, такого твердого и напряженного.

Майк, Майк, Майк… Она изводила себя его именем, но вместо совести в ней просыпалось что-то другое.

Ноа сжимал её бедра, языком проникал в рот, настойчиво мял губы. Лола прижималась теснее, обхватила его ногами и как остервенелая отвечала на поцелуй, как будто ни разу не трахавшийся подросток, которому в голову гормоны ударили.

Майк, Майк, Майк… Целовались ли они когда-нибудь так же? Был ли Майк хоть раз так горяч, чтобы и её обжигало?

Да какая разница?

Но Лола снова и снова сталкивала эти два имени в своей голове. Все равно.

Она хотела Ноа, хотела изменить Майку. Хотела быть плохой девочкой. Хотела эмоций. Лола не хотела расставаться с одним и начинать встречаться с другим. Она хотела интрижку. Мимолетный всполох, который мог бы сжечь её дотла. Хотела обмануть обоих и выйти сухой из воды.

Она хотела Ноа, пока будет встречаться с Майком. Хотела так, что готова была прямо на этой кухне срывать с него одежду, пока там, в соседней комнате, были люди.

Плохо, неправильно, отвратительно, но Лола понимала, что её заводит все это в таком виде, в каком есть. Быть может, если бы Майк был тут, она бы не сорвалась. Но его не было. А у неё была пара чертовски плохих дней. Она не могла их запить, затереть, но она могла выпустить пар в объятиях этого едва знакомого обаятельного парня.

— Прости, — Лиз кашлянула.

Ноа собирался отстраниться, но Лола придержала его за ворот футболки.

Ещё секунда, ещё одно движение языка во рту, ещё мгновение напряжения. Пусть малышня проваливает!

— Мать твою, Лола! Там Майк! — зло шикнула Лиз.

Лола шокированно распахнула глаза. Моментально пришла в чувство, оттолкнула Ноа, соскочила со стола и стала поправлять сбившуюся одежду.

— Что он тут делает? — она зло глянула на Лиз. Не на сестру злилась. На дурацкое стечение обстоятельств.

Когда она хотела его видеть, он не пришел, а когда она уже не хотела — явился, только фанфар не хватало.

— Я откуда знаю? — Лиз фыркнула. Окинула Лолу оценивающим взглядом и неудовлетворенно покачала головой. — У тебя губы краснючие. Я, блин, не знаю, как ты это объяснишь. Придержу его ровно две минуты, будешь должна. Майк!

Лиз натянула широченную улыбку на лицо и шагнула в гостиную.

— Кто такой Майк? — прищурился Ноа. Уже никакой игривости не было. Он быстро поправил одежду и ждал от неё ответа.

А Лола отвечать не хотела. Она сделала шаг в сторону проема. Ноа схватил её за руку.

— Кто. Такой. Майк? — настойчиво повторил он. Взгляд у него был испытующий. Неприятный. Словно она что-то ему была должна. Как минимум объяснения. Но все ее чувства, все желания в две минуты, которые могла выиграть Лиз, не уложишь.

Лола выдернула руку. Усмехнулась.

— Мой парень, — она пожала плечами.

Ноа спал с лица.

Лола была зла до холода, до внутреннего онемения. Все чувства атрофировались. И до взгрустнувшего Ноа ей дела не было. Она злилась. Злилась из-за такого облома. Из-за того, что все так усложнилось. Лола не хотела сталкивать их лбами, не хотела, чтобы они друг о друге знали. И вот как все вышло. Черт! Она думала, это будет просто. Вот такой пшик, скользкий скабрезный эпизод.

— Что? — бессовестно безразлично поинтересовалась она.

Ноа ничего не отвечал. Но смотрел на неё уже совсем по-другому. Лола не могла понять, что переменилось, что поселилось в его взгляде. Она не чувствовала ничего, ничего не воспринимала. Только злилась.

Глава 7

Майк сидел на диване и болтал с Лиз. По его лицу было понятно, что не слишком-то он жаловал компанию в виде сестры своей девушки.

Лола улыбнулась уголками губ. Майк вздохнул, посмотрев на неё, и тут же вернулся к собеседнице.

Лиз заболтала его на славу. Лола не слышала, о чем они говорили, но Майк не стал надолго отвлекаться и слишком уж её разглядывать, а значит, сестра заняла его каким-то вполне себе интересным трепом.

Лола ещё раз убедилась, что выглядит прилично, и подошла к Майку. Поцеловала его в щеку, присаживаясь на подлокотник дивана.

Её как будто швырнуло из одного мира в другой.

Майк был холоден. Даже не попытался взять за руку или поцеловать в ответ. Он, собственно, и слова приветственного ей не сказал. Ничего.

Но те места на её теле, к которым только что прикасался Ноа, все ещё горели. Губы все ещё немного немели от горячих поцелуев. И вот она уже сидела рядом с другим парнем. Обнимала его, целовала… И, наверное, если бы в этот момент Майк спросил, любит ли она его, Лола, пусть и не без натуги, но все равно ответила бы: да, любит, сама до конца не понимая, солгала ли или все-таки сказала правду.

— Почему передумал? — тихо спросила Лола, перебирая пряди его волос. Майк чуть отстранился. Он не любил, когда она так делала.

Лола выпрямилась, сунула руки в карманы джинсов. Лиз подмигнула и переключила свое внимание на Эннана.

— Подумал, что мы давно не виделись, — он улыбнулся ей, глядя снизу вверх, положил руку на её коленку. — И решил, что выходным можно ради тебя и пожертвовать.

Лола сглотнула. Пару минут назад эту коленку сжимал Ноа. И не просто в дружеском жесте, а очень однозначно покусывая кожу на её шее.

Ноа вышел из кухни. На Лолу старался не смотреть. Подошел к Хельму и сказал что-то на ухо. Тот выпрямился, хмыкнул и согласно кивнул.

— Кто эти парни? — Майк кивнул в сторону новых знакомых Лолы. Хельм жал руку Люку.

Они собирались уходить, поняла Лола.

— Арендаторы квартир. Они мне сегодня помогли, и я предложила им зайти.

— Пока, — Лиз подмигнула им и помахала рукой.

И Ноа и Хельм кивнули ей в ответ.

— До скорого, управляющая, — Хельм протянул ей руку. Лола пожала.

— Вас проводить?

— Нет, — тут же отрезал Ноа. Слишком уж резко и отрывисто по сравнению с его обычной небрежной и веселой манерой общаться. — Увидимся.

Он, все так же не встречаясь с Лолой взглядом, кивнул и вышел в прихожую. Входная дверь хлопнула.

Лола облегченно выдохнула. Она совершенно точно не хотела превращать эту вечеринку в разборку. Хорошо, что Ноа оказался нормальным парнем и не стал закатывать истерику.

Вечеринка продлилась ещё пару часов. Лейла начала клевать носом, и Лола взялась разгонять тусовку. Люк решил проводить друга и заодно помог ему утащить музыкальный центр. Лиз помогала убрать тарелки, мусор, сдвинуть мебель.

— Тебя подвезти? — Майк одевался в прихожей.

— Нет, я останусь, — Лола обхватила себя руками и растирала плечи. Ей было зябко, но совсем не от холода. Она просто не хотела в этот вечер, после того, что было между ней и Ноа, встречаться с Майком. Не хотела ложиться с ним в одну постель. Борясь с отвращением к самой себе, Лола добавила: — Может, поспишь сегодня тут?

Майк хмыкнул.

— Где? У тебя тут ещё эльф остается. Как твоя буйная сестра вообще смогла его подцепить?

Лола пожала плечами.

— Не знаю. Но она правда очень нравится остроухому. У него это на лице написано.

— Ну, пусть так, — Майк поправил куртку, взял её за руку и притянул к себе. Лола сделала усилие и подступила к нему на шаг. — Я соскучился.

— Угу, я тоже.

Майк наклонился и коснулся её губ своими. Очень буднично. А потом ещё раз. И ещё. Приоткрыл рот и углубил поцелуй. Лола обхватила его шею руками и прижалась к нему. Но ничего не почувствовала. Не было между ними и капли того огня, которые был у неё с Ноа. От одного поцелуя на Майке не хотелось рвать одежду, ноги не подкашивались.

Он отстранился, улыбнулся ей. Лола улыбнулась в ответ.

— Спокойной ночи, — прошептала она, желая выставить Майка как можно скорее. А он вроде бы и не замечал её отстраненности. Вел себя как обычно.

— Спокойной ночи.

Лола смотрела в окно, чуть сдвинув шторку. Майк помахал ей рукой и сел в машину. Автомобиль отъехал от тротуара и медленно пополз по дороге. Лола подождала, пока он скроется за поворотом, и отошла от окна, устало плюхнулась в кресло, помассировала виски. Но долго ей не сиделось. Она взяла оставшиеся тарелки и понесла их на кухню. Лиз как раз мыла посуду.

— Где Лейла?

— Эннан укладывает её спать. Они удивительно поладили.

— Он хороший парень, — Лола усмехнулась, подсовывая сестре ещё немытой посуды.

— Что, отобьёшь его у меня? — Лиз поиграла бровями.

— Оставь себе, — Лола любовно ткнула сестру локтем в бок. — Я посплю на диване. Можешь любиться со своим эльфом.

Лиз хихикнула. Но через мгновение посерьезнела.

— Что на тебя нашло, Эл? Тот парень… Ты же его едва знаешь! И перед Майком чуть не попалась!

— Пара сложных недель. Я просто сорвалась, — честно призналась Лола.

— Порви с Майком, — решительно произнесла Лиз, закрутив кран. — Порви с ним и трахайся, с кем хочешь. Зачем ты все усложняешь?

Лола собиралась открыть рот и начать оправдываться, но сестра перебила.

— Если ты собираешься сказать, что любишь этого душнилу, клянусь, я тебя тресну.

Лола показательно закрыла рот. Пару секунд она держалась, но все-таки прыснула и рассмеялась.

— Нет, я просто… — она осеклась. Просто что? Почему до сих пор не рассталась с ним? — Знаешь, Майк хороший парень.

— Да, но только страстное соитие у тебя на этой кухне чуть не случилось с каким-то Ноа, арендатором с работы, а не в кровати с хорошим парнем Майком. Подумай об этом, пока будешь убирать посуду. Я пошла.

Лиз вытерла руки о кухонное полотенце. Проходя мимо Лолы, она коснулась её плеча и на короткий миг ободряюще его сжала.

— Я заправлю для тебя диван, — произнесла напоследок она и скрылась в гостиной.

Лола вздохнула и встала к столу у раковины, стала вытирать и расставлять посуду.

И правда, почему она не расставалась с ним? Лола всегда знала, что не любит его. Не было в ней того чувства, которое разрывало сердце. Она едва ли могла сказать, что сильно по нему скучает. Не больше, чем по любому другому своему другу. Она искренне полагала, что именно дружба делает их отношения удачными и комфортными.

Но что, если все не так? Что, если она совсем к нему безразлична как к мужчине и поэтому так легко набросилась на Ноа, который был очень даже в её вкусе?

Лола вспомнила, как переменилось его лицо, когда она сказала про парня.

Тогда она не поняла, а теперь вот осознала…

Ноа было вовсе не плевать, свободна она или нет. Он, видимо, был одним из тех, у кого на этот счет водился пунктик. А у Лолы никаких таких заморочек не было. Она, конечно, и не бросалась на каждого мужика, но иногда случались интрижки, которым придавать значения не хотелось. Хотя с тех пор, как она начала встречаться с Майком, это была первая скабрезная ситуация.

Она весь вечер трусилась над тем, узнает ли Майк, поймет ли, что сделает, что почувствует… Но что насчет Ноа?

Лола стащила ботинки, штаны и залезла под одеяло, расстеленное на диване. Погасила торшер.

Дома было тихо-тихо. Из каморки под лестницей слышался храп Мэта. Он был ворчливым стариком. Но не плохим. Нервы не трепал, не отсвечивал. Иногда даже казался Лоле забавным. Мэт и за Лейлой мог присмотреть, если совсем уж поджимало. В общем, не так уж он был и плох. Может, она бы могла заботиться о нем, даже если Пол исчезнет из их жизней. Старик под лестницей почти что и не мешал, не борзел.

Лола повернулась на бок, вытащила из-под подушки телефон и разблокировала. Над иконкой сообщений высветилась цифра один. Майк отчитался, что вернулся домой.

Лола снова начала вертеться. На один бок, на другой. Перекатилась на спину и уставилась в темноту.

Почему же она накинулась на Ноа как оголодавшая кошка? Зачем велась на его флирт? Почему не сказала, что у неё есть парень?

Она должна была. И вместе с тем не хотела.

Лола правда пыталась разобраться в себе. Она все представляла на месте Ноа другого мужчину. Похожего, но не его, и понимала, что дело было только в ней. Её не слишком волновало, с кем. С любым, хоть немного симпатичным, веселым… Она правда в этот вечер могла бы переспать с любым.

И чего с Майком было не так? Милый, добрый, надежный. Даже сегодня, не хотел, но ведь приехал! Так что не так? Чего ей не хватало? Это ведь то самое, что ей так было нужно! То, что так ей подходило!

Лола снова перевернулась на бок.

А точно ли ей подходил Майк? Точно ли она подходила Майку?

Лола уснула ещё прежде, чем успела хоть до чего-то додуматься, а проснулась от шорохов и хлопка входной двери. Она не собиралась открывать глаза. Решила до последнего прикидываться дохлым сусликом. Но над её головой зажегся торшер.

Лола поморщилась. Неохотно разлепила веки. Голову прострелило болью. Она совершенно не выспалась. Перед глазами замелькали пятна.

Кто-то тихо захихикал. Лола привстала и уставилась на лестницу. Наверх поднимались Бенни и Пол. Они целовались, прижимались друг к другу и определенно были пьяны и не в себе.

Лола подавила приступ тошноты. Как можно было целовать Пола? Как Бенни могла позволить ему шарить в ее рту своим языком? Он же был отвратительным алкоголиком… Но вообще-то и Бенни тоже была так себе дамочкой…

— Эй, завалитесь! — шикнула Лола. — Все спят!

— Эл, — протянул Пол с чувством. От сладости его голоса захотелось блевануть. — Сегодня наша малышка ночует дома?

Лола даже не стала сдерживаться. Скривилась от души. Лицо аж свело судорогой.

— Ты обдолбался, Пол? — она бросила на него вопросительный взгляд, щедро приправленный отвращением. Бенни жалась к Полу, смотрела на него не менее влюбленно, чем остроухий на Лиз. — Ясно. Вы оба обдолбались. Класс. Валите спать.

— Маленькая сука, — начал злобно рычать Пол, внезапно сорвавшись.

Она подозревала, что он страшно бесится из-за её поучений, но все равно даже не пыталась сдерживаться.

Лола проигнорировала ругательство Пола и завалилась на подушку, выключив торшер. Ещё она на этого психа драгоценные часы сна не тратила.

— Не надо, хватит. Ты же знаешь, Эл всегда такая, — улещивала его мать. Лола слышала шорохи, но старалась их игнорировать.

— Отпусти! Отвали, сказал!

Раздался писк и сильный грохот. Лола снова вскочила и включила торшер.

Пол стоял на лестнице один. Лола глянула за спинку дивана. Бенни лежала на полу и еле слышно постанывала.

Лола легла обратно. Достала из-под головы подушку, накрыла ею лицо и заорала что есть мочи.

Она, черт побери, хотела спать! Выспаться, мать их!

Лола откинула одело, перепрыгнула через спинку дивана и подскочила к матери.

— Ты как?

Бенни в ответ захрипела. Пол вальяжно спустился по ступенькам. Присел рядом и ткнул её в плечо.

Лола закатила глаза.

Она вообще не переживала за мать. Во-первых, это был уже не первый случай. И если поначалу Лола в панике бросалась ей на помощь, то теперь уже нет. Сколько бы она ни пыталась спасти Бенни, та напрочь отказывалась избавляться от Пола. Во-вторых, Бенни все было нипочем. Чего с ней только не случалось. Как-то её сбил пацан на мопеде, так она даже не поцарапалась.

Вот и в этот раз Лола подумала: максимум, что грозит матери — пара синяков.

Бенни покряхтела еще несколько мгновений и начала неуверенно шевелиться.

— Эй! Поднимайся давай, детка! — Пол потянул её за предплечье, а затем, потеряв терпение, рявкнул: — Быстрее!

— Отвали от неё, мудила! — Лола толкнула его, и, надо же, здоровый мужик взял да и завалился назад. — Мам, вставай.

Лола злилась, ненавидела, презирала, но все равно помогала Бенни подняться, осторожно придерживая за плечи.

— Ты как?

— Спасибо, милая, — Бенни улыбнулась, выдохнув. Лола поморщилась. Мать снова была пьяна. — Пойдем, дорогой. Пора спать.

Бенни легко отстранилась от Лолы, подошла к Полу и протянула ему руку. Он шлепнул её по ладошке, отмахиваясь от помощи. Ещё раз толкнул, проходя к лестнице.

— Ты злишься? Пол? Дорогой? Ну прости меня! И Эл тоже прости, ты же знаешь, какая она у нас.

Бенни семенила за ним следом и унижалась в извинениях, хотя ни в чем не была виновата.

Лола прикрыла глаза, делая вдохи и выдохи. Она старалась успокоиться и абстрагироваться от чужих проблем. Её вообще не касались отношения Пола и Бенни. Она уже сделала все, что могла. Но её помощь не пригодилась. Вот и все. Лучше было озаботиться своими делами.

Лола обошла диван и взяла телефон с журнального столика.

Пять тридцать.

У нее ещё был по меньшей мере час на отдых.

Лола легла на диван, но сон как рукой сняло. Она пару минут поворочалась, не выдержала и встала. Как есть, в трусах и футболке, пошла на кухню заваривать себе утренний кофе. Полноценный здоровый сон, как всегда, обломался.

На лестнице зашуршали тихие шаги. Лола достала и вторую чашку. Она ни капли не сомневалась, что Пол и Бенни своими игрищами умудрились кого-то разбудить.

Люк спустился в одних трусах. Сел за стол и уставился перед собой. Лола подождала, пока кофеварка забулькает, налила ему кофе, плеснула в кружку молока и поставила на стол.

— Он когда-нибудь свалит от нас? — Люк взял кружку и сделал глоток.

— Не знаю.

Ей было нечего сказать. Пол был самой скользкой пиявкой из всех, что когда-либо присасывались к Бенни.

— Он ведь не заберет Лейлу, когда решит свалить?

— Ну, по документам он ей никто. А на ДНК-тест ни простой, ни тем более магический Пол денег не наскребет. Так что… — Лола села за стол и пожала плечами. Отпила кофе. — Хочешь тост?

— Нет, спасибо, — Люк, положив руку рядом с чашкой, постукивал пальцами по столу. Он вдруг повернул голову к Лоле и пристально посмотрел ей в глаза. — Мы правда не можем его убить?

Лола поперхнулась кофе. Голос у брата был вкрадчивым, тихим и, что самое пугающее, до чертиков серьезным.

Она опешила. Никак не могла собраться и ответить. «Нет, мы не можем убить Пола», — как-то слишком уж просто для разговора про убийство.

Лола покачала головой и снова отпила кофе, отворачиваясь от брата. Она все это время думала, что Пол доканывал только её, но, оказывается, и малышне было не по себе. С другой стороны, как тут будет по себе, если на ночь приходится запираться в комнате в собственном доме для спокойствия.

— Не делай глупостей, Люк, — наконец нашлась Лола. Положила свою руку поверх руки брата и чуть сжала. Она помнила эту ладошку маленькой. А теперь это была рука высокого парня с длинными пальцами. Наверное, следующей осенью он уже будет выше её. — Пол не стоит твоей жизни. Не ломай ее из-за него.

— Если…

Она покачала головой, не дав ему договорить.

— Не надо, — Лола сжала его ладонь сильнее. — Мы справимся. Окей?

Люк ничего не ответил. Сверлил взглядом их сцепленные пальцы.

— Окей? — настойчивее повторила она. Брат неохотно кивнул. Помедлил и во второй раз кивнул уже более уверенно.

Лола не хотела думать, что Люк был способен на такой поступок. Нет, он не был идеальным пацаном. Скорее уж такой же подросток, как и все: покуривал иногда, дрался, домашку не делал… Но в школе он учился хорошо. У него был шанс вырваться, пойти в колледж, найти хорошую работу.

— Люк, ты же знаешь, что всегда можешь со мной поговорить? — Он кивнул. Поднял голову и улыбнулся Лоле. — Хорошо. Это хорошо.

Она надеялась, что Пол ещё не довел его до отчаяния. Ведь не довел же? Лола держалась. А Пол к ней и поприставать спьяну мог. Но Люк с ним почти не пересекался, так что, наверное… Нет, абсолютно точно, Пол не мог забраться ему в голову и выскрести мозг чайной ложечкой.

— Все нормально, расслабься, я просто размечтался, — Люк хмыкнул, отодвинув от себя чашку. — У тебя лицо такое, будто я его уже убил.

— Ты пугаешь меня до усрачки! Я же переживаю! — Лола стукнула его по колену. Люк потер ушибленное место, рассмеявшись.

— Пойду попробую ещё поспать. Спокойной, Эл.

— Вали давай, — не глядя на брата, бросила она, покручивая чашку в руках.

Он просто шутил. Ляпнул от балды. Лола не хотела даже думать, что её маленький брат мог бы и вправду убить кого-то. Пусть и такого мудилу, как Пола.

Лола завернулась в одеяло, которое стащила с дивана в гостиной, открыла окно на кухне и закурила.

Если Люк проснулся, то и Лейла, должно быть, тоже. И Лиз со своим остроухим.

Лола забралась на разделочный стол у форточки, обхватила колени свободной рукой. Докурила одну сигарету и сразу же схватилась за другую.

Пол не чурался распускать руки. Он пытался воспитывать и Лолу. Быстро только понял, что у него ничего не выйдет. В тот же день, как он дал ей оплеуху, начал ходить со сломанным носом. Лола взяла старую сувенирную копилку и вмазала ему. Била до тех пор, пока не выпустила весь гнев.

Пол был мертвецки пьян. Сопротивлялся очень вяло. Жалобно стонал. А Лола снова и снова замахивалась этим чертовым керамическим бульдогом. Она кричала, что не такая, как Бенни, не позволит ему и пальцем к себе прикоснуться, не позволит тронуть её сестер и брата.

Лиз и Люк с трудом оттащили беснующуюся Лолу от отчима. У того после побоища был сломан нос, набит фингал, остались синяки и ссадины. И он ведь не раз ещё пытался устроить Лоле темную.

Ей всегда везло. Иногда Пол просто трусил. Иногда она оказывалась в компании друзей, и он ничего не мог сделать. Иногда и полиция могла его напугать. Пару раз Бенни сама утихомиривала его. Конечно, если он не мог отлупить Лолу, то бил Бенни.

Почему мать оставалась с ним? Почему терпела все это? Разве Пол был хоть чем-то полезен? Он же даже не богач какой-нибудь. Обычный бесхребетный пьянчуга, который нашел себе в пару инфантильную слабачку. Да только вот Лола и трое мелких какого черта всегда оказывались втянуты в это безумие?

Лола докурила, соскочила со стола и пошла одеваться.

Она приготовила малышне завтрак, но есть с ними не осталась. Сразу пошла в квартиру, предвкушая очередной долгий рабочий день.

Лола толкнула входную дверь и вошла в старенький вестибюль. Полы под ногами противно заскрипели. Их давно уже пора было сменить.

Она поднялась по ступенькам на второй этаж. И замерла у одной из дверей, так и не дойдя до своей квартиры.

Ноа.

Лола чувствовала себя виноватой. Она должна была сказать ему, что у нее есть парень и что ему не на что рассчитывать, кроме разового перепихона, который позже не будет стоить и упоминания.

Лола чуть помялась у его двери и все-таки постучалась.

Вряд ли он ещё спит в восемь утра в понедельник. Скорее уж охотнее верилось, что Ноа уже свинтил на работу.

Никто не спешил открывать. Лола постучалась ещё раз. За дверью зашуршали шаги.

Ноа в одних пижамных штанах стоял на пороге. Чтобы не зависнуть на его подкаченной груди, нужно было быть слепым.

— Доброе утро, управляющая.

О, да… Лола мигом признала это утро одним из самых добрых в её жизни за последнее время. Подкаченный торс Ноа мог задобрить любое начало даже самого мерзкого дня. И вот это вот атлетичное тело с обложки она имела честь вчера лапать…

Лола встрепенулась.

— Доброе утро, — она подняла глаза от груди и посмотрела Ноа в лицо. Он не улыбался ей, как обычно. Смотрел безразлично и отстраненно. — Я… Вчера у нас случилось недоразумение…

Лола неловко подбирала слова, запинаясь. У неё, конечно, с одной стороны, было время все обдумать, а с другой, она же так ни до чего и не додумалась. В голове не укладывалось, что так уж могло задеть Ноа? Это ведь не ему она изменяла, а с ним.

— Недоразумение? — Ноа хмыкнул. — У тебя есть парень, который чуть нас не застукал. И ты о нем мне не сказала. Это не недоразумение.

— О, да брось. Я не знала, что ты идеалист, не западающий на девушек, у которых есть парень! — Лола тут же встала в позу. Хотя вообще-то изначально планировала извиниться.

— У всех есть свои принципы. Мои вот — не спать с потаскушками.

Шокированная, Лола открыла рот. Не сразу нашла, что ему ответить. Он назвал её потаскушкой?.. Потаскушкой?! Просто из-за того, что она целовалась с ним? Да такое сплошь и рядом!

— Ах, ну прости, что я не невинна как ребенок!

— Не невинна и потаскушка — это разные вещи, Лола. Конкретно ты — потаскушка, — Ноа злорадно усмехнулся, глядя, как она беспомощно хватает ртом воздух.

— Я не… Черт, — Лола растерянно и нервно хохотнула. — Я собиралась извиниться, но это, кажется, явно лишнее. Если я потаскушка, то ты — кретин! Бывай.

Она развернулась и пошла к своей двери. Хлопка за спиной не послышалось. Лола, прищурившись, обернулась. Ноа опирался на дверной косяк, скрестив руки на груди, и глядел ей вслед.

— Что ещё? — резко выкрикнула она.

Взгляд у него был пробирающий до костей. Неприятный. Он как будто намеревался залезть ей глубоко в душу, туда, куда она и сама заглядывать не хотела.

— Почему про парня не сказала? — просто бросил Ноа, смягчившись лицом.

— Я шлюха и попираю твои принципы, не разговаривай со мной, — ощетинилась Лола.

«Потаскушка» — в сущности не так уж и оскорбительно звучало. Что-то типа «сучка» от подруги, но все равно. Она к нему с белым флагом, а этот мужчина!..

— Неприятно, да? Поставь себя на мое место, парень флиртует с тобой, ты на что-то надеешься, и вот он дает тебе зеленый свет и… Вдруг заваливается его жена.

— Парень-мудила, — тут же браво и уверенно подтвердила Лола. Ноа усмехнулся, и до нее вдруг дошло. — А, парень — это я…

Ноа пожал плечами.

— Обидно, не правда ли?

Лола неохотно подняла руку к лицу и, морщась, показала указательным и большим пальцами однозначный жест.

— Немного, — промямлила она, вздохнула и уверенно добавила: — Это все так не просто. Но мне жаль, что так получилось.

Лола обернулась к двери. На полу лежала посылка для Л. Треччер, без имени отправителя, и несколько конвертов, по виду с документами. Лола подняла коробку и снова посмотрела на Ноа.

— Ну так? Я все ещё потаскушка?

— Ты изменяешь своему парню, — он наигранно нахмурился, сделав вид, что задумался, уверенно кивнул и произнес: — Да, ты все ещё потаскушка.

Лола, цокнув языком, закатила глаза и стала распаковывать посылку.

— Я не изменяла Майку. До вчерашнего дня, — начала оправдываться она. Лола обычно никогда не утруждала себя подобным, ей, как правило, было абсолютно плевать, кто и что о ней думает, но перед Ноа начала обелять себя как-то по инерции.

— Слабо верится, — Ноа со скучающим видом подпирал своим привлекательным телом непривлекательный косяк.

— Да какая вообще разница? — Лола резко дернула упаковочный картон. — Это просто… Нет, это Майк должен был закатить мне истерику. Но ты… Тебе какая разница? Ты хотел девчонку, девчонка была готова раздвинуть ноги. В чем теперь-то проблема?

Внутри коричневой картонной коробки лежала розовая коробка поменьше.

— Ну, где-то между нашими пылкими переглядками ты могла урвать минутку и сказать что-то типа «знаешь, у меня есть парень, с которым я играю в любовь, тебя не смущает быть третьим в наших отношениях?». По-моему, я заслужил услышать что-то такое…

Он бы, наверное, ещё долго читал Лоле лекцию, если бы она все-таки не открыла коробку. Внутри была розовая бумажная мишура. Лола сунула руку вовнутрь и стала шарить в поисках записки или того, что туда могли положить. Ей казалось, на такой милый жест мог расщедриться только Майк. Это было весьма в его духе.

— Черт! — засунув руку поглубже, выругалась Лола. Что-то впилось острыми краями в ладонь, в пальцы, даже под ноготь это самое нечто забралось.

Лола отдернула руку, выронив коробку. В ладони и под ногтем оказались тонкие острые лезвия. Лола пару секунд не могла понять, что за черт.

По руке к запястью текла кровь, пачкая рукава куртки. Лола опустила взгляд. Бумажная мишура вывалилась из коробки, в дно которой были воткнуты тонкие лезвия, в мелких розовых полосках матовой бумаги поблескивали острые углы.

— Черт! — Лола дернула рукой. Лезвие шевельнулось в ладони, но не выпало.

— Стой! — Ноа схватил ее за запястье. Он как есть босой выскочил из прихожей квартиры. — Подожди. Только хуже сделаешь. У тебя есть аптечка?

Лола покачала головой, морщась от боли. Она слабачкой не была, но ощущения становились все острее, и в глазах начали собираться слезы.

— Пойдем, — он чуть потянул Лолу за собой, и она покорно пошла. На темно-синий ковер капала её кровь. Она недовольно подметила, что ни за что своими руками не вычистит его. Придется раскошелиться на химчистку.

Ноа ввел её в свою квартиру. Дверь на общую площадку захлопывать не стал. Его жилище планировкой от её никак не отличалось. Такая же однушка.

Ноа усадил Лолу на стул на кухне, а сам ушел в спальню. Вернулся с пластиковым контейнером в руках. Поставил его рядом на стол и открыл.

Лола, продолжая держать руку на весу и капать на его чистый пол своей постакушьей кровью, заглянула вовнутрь.

— Да с твоей аптечкой можно аппендицит вырезать, и в больницу ехать не понадобится, — как-то и боль сразу забылась. — Признавайся, ты из-под полы штопаешь бандюганов?

Ноа тихо рассмеялся, но отвечать не стал. Распечатал какой-то одноразовый набор. Выложил на пластиковый судочек пинцет, бинт, откупоренные баночки и вату. Лола облегченно выдохнула, не обнаружив ничего, чем можно было накладывать швы. Вот уж чего бы ей точно не хотелось.

Он взял её за руку. Лола напряглась всем телом.

— Самое время снова извиниться передо мной, маленькая потаскушка, — в его голосе слышалось веселье.

Лола собиралась снова возмутиться, но Ноа вытащил из руки лезвие. Из груди вырвался позорный писк. Лола с силой сжала зубы. Хитрец, отвлек её, чтобы она чуть расслабилась.

— Можешь кричать и плакать, — предложил он, выложив лезвие в посудину. — Ты девчонка, вам можно и не светить мужеством.

— Уже просто девчонка? Не потаскушка?

— Согласись, ты заслужила легкой выволочки, — он вытащил лезвие из-под ногтя. Тут уж Лола не сдержалась. Из глаз брызнули слезы. Она позорно вскрикнула.

— Зараза! Какая падла мне это подсунула?! Придушу, — шипела она, сжимая целую руку в кулак.

Лола не умела просто реветь. Лучше уж было злиться. Злиться, но не жалеть себя. Вот и сейчас она предпочла представлять, как выдергивает ноги тому, кто подложил ей эту посылку под дверь.

— Зашивать вроде не надо, — Ноа внимательно осматривал ее руку. Касался бережно. Хотя Лола предпочла бы, чтобы он с ней не церемонился. — Обработаю и перевяжу. А потом вызовем полицию. Ладно?

Лола хмыкнула. Забавный.

— Полицию? Шутишь? Из-за такой ерунды? Да они и пальцем не пошевелят. Ты как будто не из этого мира, — она покачала головой. — Полиции тут и без меня есть чем заняться.

Ноа цокнул языком и потянулся к баночкам, которые предварительно открыл.

— Слушай, — Лола решила сама себя отвлечь разговором, ну и, когда уже пыл поутих, вправду нормально выяснить отношения. — Мне действительно жаль за вчера. Наверное, ты прав, и я должна была сказать про парня. На твоем месте мне бы тоже было неприятно. Но… там так все запутано. И в последнее время столько дерьма случилось. Я хотела расслабиться.

— Извиняешься ты просто отвратительно, — он хмыкнул и продолжил обрабатывать ранки прозрачной жидкостью. Все ещё очень аккуратно. Даже дул на её ладошку время от времени.

— Прости, — Лола потупилась. Она правда хотела как лучше.

— Так что там с парнем. Успокой меня и скажи, что вы вот-вот расстанетесь. Потому что я страшно не люблю чувствовать себя использованным.

Лола прыснула.

— Будто сам никогда девчонками не пользовался.

— Нет, — Ноа оторвал взгляд от ее руки и посмотрел в глаза.

Улыбка сползла с лица Лолы. Он не усмехался, и не было в выражении его лица привычной шутливости. Нет, Ноа был абсолютно серьезен. Он не играл девчонками.

— Быть не может. Ты же не девственник, — Лола нервно посмеялась. Она не привыкла иметь дело со слишком хорошими парнями. С Майком одним сколько было проблем.

— Нет, — теперь-то он усмехнулся. — Уж точно нет.

— И сексом занимался только будучи в светлых отношениях?

Ноа поджал губы и пожал плечом.

— Можно и так сказать.

— Интрижки на одну ночь?

— Это не по мне.

— Ты святой? Импотент? Святой импотент?

Ноа рассмеялся. Взял со стола бинт и стал перевязывать руку.

— Просто предпочитаю постоянных свободных партнеров случайным.

— Но я случайная.

— Я давно положил на тебя глаз и был настроен серьезно.

— Прости, — Лола отвела взгляд. Ноа успел перебинтовать не только ладонь, но и палец. — Я не думала… Знаешь, если посмотришь повнимательнее, класть глаз тут не на что.

Она попыталась отшутиться.

— Ты не права.

Ноа мягко улыбнулся. Лола неловко прикусила губу. Она не привыкла к таким словам. Майк, да и другие парни, обычно всегда поддерживали её шутку. Да-да, она глупая, хамка-беднячка с не заканчивающимися проблемами.

Но Ноа смотрел ей в глаза и говорил, что она не такая. Говорил убедительно и спокойно. Не нервничал, не робел, не сомневался. Как будто констатировал, что солнце светит днем, будто заявлял какую-то очевидную истину.

— Ноа, я… — ей ещё больше захотелось оправдаться. — Я не люблю его. И я не хотела тобой пользоваться. Ты правда мне понравился. Было весело, и ты такой горячий. Я просто… Я не прыгаю на каждого встречного, я правда…

— Забей, — он встал и начал убирать окровавленную вату и прочие инструменты. — Я разозлился и ляпнул про потаскушку, не подумав. Ты вообще-то ничего не была мне должна. Даже во лжи тебя не обвинить, ведь я напрямую ничего не спрашивал.

Он задвинул мусорник под раковину, закрыл пузырьки с лекарствами и сложил все обратно в аптечку.

Лолу мучала, казалось, давно безвозвратно придушенная совесть. Она вознамерилась дать ему совет держаться от нее подальше. Незачем такой душке такой балласт, как она. Лола иллюзий на свой счет не питала. И никому не хотела портить жизнь своим обществом.

— Ноа, я…

— Какого хера тут случилось? — удивленный возглас у входа отвлек её. — Это что, кровь?

— Он точно твоя женушка, — прыснула Лола, узнав знакомый голос.

— Поверь, Хельм будет похуже любой женушки, — Ноа выдохнул и громко добавил: — Да, это кровь! Ничего не трогай!

Глава 8

Хельм не стал разуваться, прошел сразу на кухню. Бегло поздоровался с Лолой и тут же вопросительно уставился на Ноа.

— Без понятия, — ответил тот на немой вопрос.

Лола нахмурилась. Они же люди? Просто люди, в анкете именно так и было написано.

Подозревать их в чем-либо из-за простых переглядок было глупо. Но Лола никак не могла отделаться от мысли, что в этих их взглядах, в поведении Хельма было что-то не так.

Может быть, маги? Или оборотни?

Лола не могла с них требовать правдивой информации. Разглашение расы считалось делом добровольным, если ты не человек, конечно. Так что будь Хельм и Ноа магами или кем бы то ни было ещё, они были вправе об этом не распространяться.

— Я пойду, — Лола встала со стула и, чуть пихнув Хельма, чтобы сдвинуть, вышла из квартиры.

— Подожди! — Ноа пошел за ней.

Лола не оборачивалась. Её кольнуло смущение. Пока Ноа был просто приятным парнем для интрижки, ей было все равно, но, когда он легко признался, что запал на нее, стало не по себе. Она-то заинтересовалась им как временным увлечением, а он, выходит, был серьезен.

Надуть какого-то козла было для Лолы раз плюнуть. Никакая совесть её после такого бы не мучила. Сперла что-то из магазина? Ну подумаешь. Его хозяин, мерзкий старикашка, лапает девчонок! И то, что она что-то сперла, можно считать кармическим воздаянием. Переспать с мудаком и забыть? Ещё проще, ему можно пользоваться девушками, а им, что ли, никто воспользоваться не может?

Вот так всё это воспринимала Лола. Но приличных, «хороших» людей — это не касалось. Тут уж она была совестливей некуда. И это же относилось к Ноа. Она бы ни за что не смогла признаться ему, что просто хотела переспать с кем-нибудь. И будь на его месте какой-то другой понравившийся ей мужчина, она бы легко легла в койку уже с ним.

Но даже несмотря на зудящую совесть, Лола понимала, что будь у нее шанс, не заявись к ней Майк, она бы переспала с Ноа. Даже зная то, что узнала сегодня. Даже зная, что Ноа надеялся на то, что она давать ему не собиралась.

— Давай помогу, осторожнее, — он присел на корточки рядом и стал помогать Лоле собирать лезвия с пола. — Тебе нужно позвонить в полицию. Этот недоброжелатель может угрожать твоей жизни.

— Все нормально, — она улыбнулась. — Я сама угроза любому своему недоброжелателю. Спасибо.

— Что вечером делаешь? — вдруг спросил он, посмотрев ей в глаза. Взгляд был серьезный, но открытый, такой честный и прямолинейный, что у Лолы сердце забилось быстрее.

— Я… — она растерялась.

Если это попытка позвать ее на свидание, то…

Разве он только что не говорил, что не обхаживает занятых девушек, разве не назвал её потаскушкой, потому что она собиралась изменить своему парню с ним? Но в таком случае зачем бы ему звать её на свидание? Но… Точно ли это приглашение? Ведь это может быть и просто вопрос, ничего особенного не подразумевающий.

В голове у Лолы все никак не складывался пазл.

— Смотри, — Ноа разворошил бумажное розовое конфетти. В руках у него оказался белый картонный прямоугольник. Он всмотрелся в написанное, нахмурился, а потом бросил на Лолу недовольный, даже немного брезгливый, взгляд. Зло усмехнулся, протянув ей карточку.

Лола непонимающе посмотрела на него, осторожно забирая из его рук картонный прямоугольник, и опустила глаза.

«Нехер трахать чужих драконов, сучка-Треччер».

Лола прищурилась. Поморгала. Ну а вдруг поможет, и буквы сложатся в какие-то другие слова, имеющие хоть каплю смысла. Она было собиралась рассмеяться, но посмотрела на Ноа.

Улыбка сползла с её губ.

По его помрачневшему, даже немного злому лицу, Лола поняла, что он верит этой абсолютно глупой записке.

— Ноа! — как всегда не вовремя позвал Хельм. В руке он держал телефон. — Нам нужно идти.

— Понял, — Ноа быстро сложил оставшиеся лезвия в коробку и сунул ее ошарашенной Лоле в руки. — Постарайся не порезаться во второй раз.

Дверь его квартиры хлопнула. Она и Хельм остались в коридоре одни.

— Что это у тебя? — спросил он, когда Лола поднялась и вознамерилась зайти к себе.

— Посылка счастья, — она усмехнулась.

Вынюхает отправителя, если понадобится, и заставить сожрать все эти лезвия и закусить своей драной запиской.

Хельм пристально посмотрел на коробку. Хмыкнул.

— А что на бумажке?

— Не твое дело, — огрызнулась Лола и хлопнула своей входной дверью.

Хельм, конечно, начинал раздражать, но не настолько, чтобы быть с ним грубой. И все-таки она была.

Не мог он прийти на минуту позже, когда она уже объяснится с Ноа? Или окликнуть его чуть раньше, чем тот найдет абсурдную, совершенно глупую записку? Записку, которая никоим образом не могла быть адресована Лоле. Она совершенно точно не могла завести интрижку ни с чьим драконом, просто потому что Лола их ненавидела. И спать бы ни с кем из них не стала. Уж лучше изваляться в навозной яме! Или провалиться в уличный унитаз! Но трахаться с драконом? Нет!

Она бросила коробку на обувную полку в прихожей, разулась и прошла в квартиру.

До вечерней подработки нужно было успеть сделать кучу дел, и Лола, чтобы не отвлекаться, запретила себе даже думать о Ноа и о том его отвратительном брезгливом взгляде. Да с чего бы это вообще должно было ее задевать?

Лола повесила ещё одно кричащее уведомление на квартиру злостной неплательщицы. Дала себе зарок, что вот это последнее. В следующий раз Лола вынесет ей дверь! Затем она долго названивала в городское управление. Весна на носу. А весной мигрируют редкие и ужасно охраняемые дикие драконы.

Они приравнивались к животным, но драконы-оборотни относились к ним с особым трепетом. Это ж их предки! У людей вот предки обезьяны, но они что-то не спешили поклоняться приматам в зоопарке! В общем, Лолу бесили все виды крылатых ящериц: и священные, и двуногие прямоходящие.

Мигрирующие драконы угрожали целостности городских построек. В связи с этим горожане обзаводились специальными артефактами, отпугивающими отставших от косяка чешуйчатых, и артефактами защиты.

В частных компаниях можно было купить получше, подороже и сразу в руки. Но, естественно, ни у кого с района Лолы таких денег на одноразовый артефакт просто не могло быть. Пользовались тем, что выделяло государство.

Для частных домов был свой отдел, туда нужно было пройти с документами на дом и получить свой артефакт. А вот для квартирных зданий, магазинов и прочего защиту получить было сложнее. Сначала надо было долго дозваниваться в службу, ответственную за обеспечение безопасной миграции диких драконов, затем записываться на прием в ведомство в районе, где находится строение, которое нужно защитить от пролетающих зверюг. В этом ведомстве заполнить бумаги и ждать одобрения. А после маг придет и установит все необходимые артефакты. В общем-то, если не хочешь, чтобы приблудившийся молодой дракон своим крылом снес тебе крышу, будь добр, озаботься всем необходимым заранее.

Вот Лола и озаботилась.

Записалась кое-как на прием, проклиная всех и вся, скурив полпачки сигарет, и заварила кофе. После непрерывных звонков в течение полутора часов и длинных разговоров ей страшно нужен был перерыв.

Лола налила кофе, положила на хлеб кусочек сыра, в котором от сыра было одно только название, и уселась за стол, наслаждаясь тишиной. Какофония приглушенных звуков, доносившихся из приоткрытого окна, походила на музыку для медитации. Лола слышала привычные уху сирены, хлопки, крики и успокаивалась, расслаблялась. Но прежде, чем она успела допить кофе и доесть свой бутерброд, хлопнула входная дверь.

— Лола? — в прихожей зашуршала одежда.

Лола стукнулась затылком о стену, вздыхая. Она сегодня больше не собиралась курить, но что-то вдруг снова захотелось.

Она достала из кармана домашних штанов пачку сигарет и взяла с подоконника пустую банку из-под консервов, которую использовала вместо пепельницы.

Лора, напевая песенку, разделась в прихожей, потом, судя по шагам, пошла в спальню и только после этого сунула свой нос на кухню.

Лола сжала сигарету губами и приготовилась прикурить.

— Составлю тебе копанию, — Лора, перегнувшись через стол всем телом, выхватила у Лолы изо рта сигарету, сунула её в свой рот и подожгла огоньком с ладони.

Лола шумно выдохнула, сама не понимая, отчего терпит родственницу вместо того, чтобы в свойственной себе грубой манере не вышвырнуть её.

— Что с рукой? Пыталась вскрыться? — Лора пододвинула к себе и импровизированную пепельницу.

— Нет. Вскрыть пытались меня, — Лола достала другую сигарету из пачки. — А у тебя что нового?

Не то чтобы ей было дело до жизни Лоры, спросила просто так, беседу поддержать.

Хотя зачем ей вообще это было нужно?

Но взять да и выставить Лору она не могла. Хотела бы, да все-таки рука не поднималась.

Лора шумела, бесила, уже просто по инерции, была до ужаса наглой, но и только. Ничего по-настоящему плохого она Лоле не сделала. И, по правде говоря, драка между ними была так себе. Всего-то пара царапин. Не сказать, что кулаками они махали всерьез. Скорее уж просто обменялись приветствиями, как полагалось двум родственницам, недолюбливающим друг друга.

Лола уже точно не могла вспомнить, с каких пор между ними пробежала кошка, только помнила общее впечатление без всякой там конкретики. Выходит, и неприязнь её была размытой? Выходит, она агрилась на Лору просто потому, что привыкла?

— Да ничего, — она выдохнула дым. — Я виделась со своим знакомым. Он тоже адвокат. Показала ему твой контракт. Все чисто. Если адвокат бабули не будет удовлетворен состоянием строения, то может подать в суд. И ещё… Ты в курсе, сколько у тебя времени на всё это?

— До твоего двадцатитрехлетия, — как речь зашла о делах, Лола быстро подобралась и перестала витать в облаках.

— Мне исполняется двадцать три в конце этого лета, — Лола на секунду замерла, осознавая, а потом глубоко затянулась. — И в договоре все сроки обговорены. Твоя подпись стоит рядом с этими числами. Ты что, не глядя подписывала документы?

Лола прикусила губу.

Именно так она и подписывала — не глядя. Но произнести это вслух ей не позволила бы гордость, поэтому она смолчала.

— Четких инструкций, что считать выполненной работой, в договоре нет. То есть, что дракон, как доверенное лицо Анны-Марии сочтет выполненной работой, то ей и будет считаться. Как ты могла на такое согласиться?

— Я не…

Лола нечасто бывала растеряна настолько, что отнимался язык. Прискорбно, что в последнее время растерянность на грани шока случалась с ней все чаще.

И в самом деле, как она могла согласиться? Как она могла подписать такую спорную бумагу? Лола презирала и ненавидела Пола за такие выходки, а сама взяла да и влипла в похожую переделку.

Лора как-то особенно тяжело вздохнула, вырвав Лолу из недр самобичевания, и закинула окурок в жестяную банку.

— Нужно поторапливаться и отремонтировать все что можно. А там посмотрим. Может, получится повлиять на того дракошу, когда стану владелицей здания. Что у тебя там с неплательщиками?

— Почему? — Лола перестала рассматривать тлеющую сигарету в руках и подняла глаза на Лору.

— Что почему? — она несколько раз глупо и непонимающе моргнула.

— Почему помогаешь мне?

— Выгода.

— Какая? — Лола прищурилась.

— Здание. Мне нужно его продать. Как можно скорее. А суды и любая тягомотина усложнят этот процесс. Так что предлагаю объединиться, — Лора через стол протянула ей раскрытую ладонь.

Лола опасливо глядела на руку. Остерегалась так легко довериться Лоре. И где это ее остережение было в кабинете того драконишки?

Она все же пожала руку.

— Тогда попытайся сегодня достучаться до неплательщицы, — тут же схватила быка за рога Лола. Если хочет помочь — пусть помогает. Вот хотя бы выкурит ту дамочку из квартиры. — И изучи бумажки в коробке под кроватью в спальне. А мне нужно на работу.

Лола вскочила с места и быстро пошагала переодеваться.

— Эй, постой! — крикнула вдогонку удивленная Лора. — У меня вообще-то тоже дела есть!

— Да? Ужас какой, — Лола быстро одевалась, ничуть не проникнувшись сочувствием к невероятно занятой родственнице. — Ключ оставлю на тумбочке. Если соберешься уходить, запри дверь и спрячь его под коврик.

— Постой же ты! — Лора поймала её за локоть. — Я правда не могу.

Лола вздохнула. Когда пожимала руку, подумала, что, может, и правда от нее будет толк, но выходило, что слова о помощи — пустой треп.

Лора видимо все же разглядела разочарование во взгляде Лолы, поэтому поспешила добавить:

— У меня есть время до вечера. Но потом уйду. Где ты работаешь? Я занесу ключи.

Лола усмехнулась и назвала адрес бара «Пьяные саламандры».

Лора не обманула. Примерно в десять принесла ключи. Оставила их у бармена и тут же ушла. Переговорить с ней не получилось. Лола была занята разносом напитков.

Утром она сразу пошла в квартиру, домой заходить не стала. Лиз написала, что сама отведет Лейлу в сад и приготовит завтрак.

Лола остановилась на дорожке у входа в здание, закурила. Сжимая зубами сигарету, нащупала в кармане куртки телефон и стала набирать ответ сестре.

«Ужин на мне» — быстро настрочила и сунула мобильник обратно.

Входная дверь отворилась, и двое вышли. Тоже жильцы. Лола им кивнула, они кивнули в ответ. За ними следом показались Хельм и Ноа. Лола собралась поздороваться со всем радушием, но Ноа и глянуть на нее не соизволил. Хельм даже удивился, судя по тому, как виновато посмотрел на Лолу, неоднозначно пожимая плечами.

Она тяжело и шумно выдохнула, чувствуя, как внутри все начинало холодеть от абсолютно бессмысленной злости.

Ей должно быть плевать на него! Плевать! Ничье мнение ее особо не волновало, тем более каких-то малознакомых мужиков! Так с чего бы ей злиться из-за того, что Ноа кинул ее в игнор?

Но она злилась. Бесилась, как разъяренная, сошедшая с ума драконица.

Гнев разрастался постепенно, беря свое начало из простой мысли. Лола всего-то подумала, что он кретин, не иначе. Но обжигающая эмоция все увеличивалась и увеличивалась.

Ноа не дал ей и слова сказать! Увидел эту записку и что? Да в их семье каждая вторая женщина сучка-Треччер! Это необязательно должна была быть Лола. Не трахалась она с драконом! Одно только это оскорбляло ее и выводило из себя. Она бы ни за что не сделала этого!

Но Ноа не стал слушать. Сделал сам себе какие-то выводы, как будто самый умный, и все.

Лола должна была забить. Да какое вообще дело, что он там себе придумал? Кто этот Ноа такой? Просто её не сложившаяся интрижка!

Лола сплюнула под ноги и как фурия ворвалась в вестибюль. Ей хотелось хоть куда-то выплеснуть все свое негодование.

Она спустила ему с рук «потаскушку», потому что тогда Ноа отчасти был прав. Измены никого не красят.

Но сейчас… Сейчас это долбаное недоразумение! Она невиновна!

Лола осмотрела первый этаж. Нужно было пнуть хоть что-то! Лучше бы Ноа, но раз он ушел, то хоть бы мусорное ведро!

Она шарила глазами. Но ничего под горячую руку не попадалось. И вдруг взгляд остановился на двери. На той самой двери, на которой должно было быть яркое красное уведомление. Его не было. Только прилепленные скотчем надорванные уголки.

Лола очень быстро сублимировала свою злость, собрала в кулаки всю скопившуюся ярость и стала неистово тарабанить в дверь злостной неплательщицы.

Собака тут же среагировала. Вестибюль наполнился сумасшедшим лаем. За дверью раздался плач, ругательства и крики.

— Открывай! Или я выбью эту дверь! — Лола продолжала стучать и угрожать по меньшей мере минуту. Психанула и достала связку ключей, нашла тот, на котором было написано два точка три, и сунула его в замочную скважину.

Ключ не поворачивался.

— Вот же сука… — прошипела она.

Собака продолжала разрываться лаем. Лола — дергать ключ в замке.

Она четко осознала, что эта мадам не собиралась платить ей, что зря она сюсюкалась с ней. Лола могла уже месяц как чествовать добросовестного арендатора, не разводящего тараканов, если бы сразу выставила её.

Лола отошла на несколько шагов и ударила по замку. От грохота пес залаял так, что даже поперхнулся.

— Проваливай! — крикнули из-за двери.

— Это мое здание, ты, кусок дерьма!

Она ударила ещё несколько раз. Бесновалась от души, совсем позабыв, что не на эту дамочку злилась изначально, что всему виной этот слишком хороший парень Ноа, дурацкая посылка и ее говенная жизнь сраной неудачницы!

Лола стала судорожно осматривать вестибюль ещё раз. Теперь-то искала не чего бы пнуть, а что-то тяжелое, такое, чем она смогла бы снести эту дверь, представляя на её месте все свои проблемы разом.

В углу висел огнетушитель. Лола решительно двинулась к нему, сорвала со стены и вернулась к двери.

О, вот сегодня она совсем не шутила, что выбьет дверь.

Лола замахнулась и собралась ударить по ручке.

Женская рука схватила её за локоть.

— Ты че делаешь?! — воскликнула Лора. Лола злобно зыркнула и замахнулась снова, дернув рукой.

Конечно же, Лора не выпускала её.

— Она не платит! Пусть катится отсюда сейчас же! — рявкнула Лола.

— Она обещала заплатить сегодня!

— Тогда почему не открывает дверь?

Лора поджала губы, задумавшись.

— Хочешь кормить какую-то левую тетку? — Лора покачала головой. — Тогда убери руки.

И она, подняв ладони в примирительном жесте, и правда сделала шаг в сторону.

— Давай, детка. Вмажь от души, — кивнула Лора, усмехаясь.

И Лола и правда вложила в удар всю свою душу. В следующий — тоже. И в ещё один. Ручка оторвалась и повисла. Раскуроченный замок едва держал дверь закрытой. Лола отошла на шаг и ударила по нему ногой. Дверь распахнулась.

Она ожидала, что на неё выскочит собака, но ничего подобного. В прихожей, на руках с пацаном на вид лет двух, стояла коротко остриженная женщина, в шмотках на порядок хуже, чем у самой Лолы. Квартира была завалена мусором, и вместо собаки за порог выскочил таракан. Ещё четыре грязных ребенка до десяти лет жались к ногам чумазой матери, которая зло и расфокусировано смотрела на дверной проём.

— О боже, — изумленно уронила Лора, прикрывая рот рукой. Смрад стоял страшный.

Лола застыла. Она ожидала увидеть… Увидеть что угодно, но не такое.

За закрытой дверью квартиры образовалась свалка. Это даже беспорядком сложно было назвать. По обе стороны от прохода под стенами до самого потолка был сложен банальный мусор: бумажные пакеты, пластиковые банки, старая мелкая техника, одежда.

— Звони в полицию, — тихо произнесла Лола, заметив красные странные пятна на шее одного из детей.

Мальчик сильно чесал голову. Когда он поднял руку, Лола увидела большую дырку на его футболке под мышкой. И там, на голой коже, виднелись такие же пятна.

Внезапно в этой ужасающей немой сцене прозвучал животный рев. Женщина, прижимая к себе ребенка, закричала так, что её лицо покраснело. Собака снова стала драть глотку откуда из недр дома. Неплательщица выскочила, пихнула Лолу и что есть мочи припустила к выходу. Босая, раздетая, с полуголым ребенком на руках, в холод.

— Звони в полицию немедленно! — крикнула Лола Лоре, хлопнула входной дверью в помойку и бросилась за женщиной, по пути стаскивая с себя куртку.

Она неслась по улице с космической скоростью, холодный воздух резал горло при каждом вздохе. Но Лола не сбавляла скорости и быстро настигла сумасшедшую, накинула на ребенка куртку и приготовилась силой отнимать мальчика, однако неожиданно женщина просто отпихнула ее вместе с малышом и побежала дальше, оглядываясь с диким ужасом, словно за ней гнался сам сатана.

Лора догнала их через несколько секунд. Запыхалась как старуха.

— Держи, — Лола сунула ей в руки сверток с ребенком. Лора даже вопросов задавать не стала, так была шокирована и взволнована.

Лола снова пустилась в погоню. На перекрестке женщина не остановилась, выбежала на красный.

Визга колес не было. Никакого последнего вскрика. Только глухой удар — и тело сломанной куклой отлетело. Другая машина завизжала тормозами.

Лола остановилась, так и не добежав до перекрестка. Обернулась.

Лора одной рукой держала перепуганного ребенка, а другой прикрывала рот рукой, напуганная не меньше мальчишки на руках.

Из машин посыпались люди, кто-то стал звонить, кто-то подступил к женщине.

— Мертва! — крикнул водитель машины, которая затормозила с визгом.

Лола замерла. Растерянно потрепала волосы. Она ничего не чувствовала к этой женщине, не знала ее, но все равно такая смерть ужасала. Кто угодно ужаснулся бы. А Лола ещё и бежала за ней. И видела в её глазах тот жуткий страх. Казалось, будто именно Лола была тем самым чудовищем, от которого бежала та женщина. Но она просто хотела остановить ее. Задержать до прихода полиции. Может быть, если бы она не погналась за неплательщицей, то та бы осталась жива?

Лола сглотнула. Она, выходит, убила человека?

Глава 9

Лампа над головой жужжала и время от времени мигала. Лола нетерпеливо кусала губы, придерживая левой рукой трясущуюся правую.

Она как-то читала в журнале, что зеленый цвет призван успокаивать. Но её он только больше нервировал.

Блеклые стены допросной давили, а полицейский не спешил с визитом. Завел ее в комнату и велел жать. Она ждала. И трусилась так, будто и правда сама толкнула ту женщину под колеса.

Лола обернулась.

Темно-коричневая дверь с окном. Еще одно было на стене. За ним виднелись силуэты. Полицейские сновали туда-суда. Лола знала, что за дверью сейчас шумно. Но в допросную не проникало ни звука.

Было удручающе тихо.

Лола отпустила свою руку и тут же снова за нее схватилась. Дрожь никак не унималась.

Она взглянула перед собой. В большом зеркале отразилось ее бледное лицо, и Лола поспешила опустить глаза.

В ушах повторялся звук удара. Бам. Бам. Бам. Снова и снова. Снова и снова. Как сводящее с ума тиканье часов. Только вместо тик-так это дурацкое «бам», знаменующее приход смерти.

Дверь скрипнула, и Лола нервно обернулась. Мужчина в сером свитере улыбнулся ей, в руках у него была коричневая папка и пластиковый стакан воды.

Лола сглотнула. Она все никак не могла отделаться от навязчивой мысли, что убила человека. Умом понимала, что в случившемся не виновата…

Не виновата же, так?

— Добрый день, Мисс Треччер, — полицейский сел напротив, открыл папку, пододвинул к ней стакан. — Меня зовут Кевин Скотт. Я веду это дело. Вы знали погибшую?

Лола покачала головой и сделала глоток. Вода грозилась расплескаться из-за дрожи в руках.

— Ответьте.

— Нет. Я, кажется, и не видела ее ни разу. Она никогда мне не открывала.

— А в этот раз почему открыла?

— Она не открывала. Я выбила дверь, — детектив приподнял брови. — Она не платила три месяца, я…

Лола посмотрела на полицейского. По ее щекам покатились слезы. Она смахнула их трясущимися руками.

— Это я убила ее? — тихо спросила, чуть пригнувшись.

— Вы скажите. Что произошло? — он продолжал мягко улыбаться.

— Она почти голышом выскочила, клянусь! Я погналась, потому что и ребенок тоже был раздетым, и она точно была не в себе, клянусь! Я выхватила ребенка, отдала Лоре и побежала за этой сумасшедшей, но тут… Я даже приблизиться особо не успела. Я ни в чем не виновата, — Лола проглотила всхлип.

Она не виновна! Не виновата! Ни в чем! Она никого не убивала!

Детектив вздохнул пододвинул к ней папку. Лола трясущимися руками открыла ее.

— Запишите ваши показания, как все было. И подпишите документ, обязующий вас оставаться в городе до завершения выяснения обстоятельств дела.

Руки на секунду перестали дрожать.

— Так я… Я не задержана?

Мужчина устало кивнул. Губы Лолы дернулись в улыбке.

Она не виновна! Точно же не виновата!

Лола написала дату в конце листа и поставила подпись. Закрыла папку и пододвинула к детективу. Он пробежал по строчкам глазами, кивнул и встал из-за стола.

— Я провожу вас.

Детектив отвел Лолу к дежурному офицеру.

— Лора Треччер, — бросил Скотт.

— Я Лола. Лора — девушка, которая приехала со мной.

Детектив смерил её взглядом.

— Так Лора или Лола? — нетерпеливо спросила женщина дежурный-офицер.

Скотт открыл папку и внимательно вчитался в документы.

— Вот черт! — рыкнул он совсем не по-человечески.

Лола вздрогнула. Она так переволновалась, что столь обычное для полицейского участка явление испугало ее.

Стопроцентных людей среди полиции было крайне мало. В основном брали полукровок, потому что они, как правило, были сильнее простых смертных. Звериные рыки для полицейского участка являлись нормой.

— Подожди тут! — скомандовал он. Лола кивнула, и мужчина куда-то быстро побежал.

Вернулся уже с Лорой и ещё одним детективом. Они обменялись несколькими листками из своих папок и велели дежурному офицеру отдать девушкам вещи.

— Они нас перепутали, — шепнула Лора, распихивая по карманам куртки телефон, ключи и кошелек.

— Угу, — Лола не стала расшаркиваться на сложные ответы.

Ей было все ещё не по себе. Хотя стало очевидно, что вряд ли уж ее посадят за решетку, но она все никак не могла отделаться от ужасающей картинки. Стоило хоть на миг прикрыть глаза, как в голове тотчас оживала эта чертова сумасшедшая, несущаяся под колеса автомобиля.

— Эй! Э-э-эй! — Лора помахала перед её лицом рукой. Видимо, Лола и правда зависла надолго. — Ты в норме? Может, тебе в больницу нужно?

— Нет, все хорошо. Пойдем, — она кивнула на выход.

Лола надеялась никогда не оказываться в центре подобной истории. Смотреть из окошка, как к соседнему дому припарковывается полиция и скорая, это одно, а слышать сирены и знать, что они за тобой — совсем другое. И это «другое» Лоле не нравилось.

Детей быстро увезли в больницу. А затем уже и Лолу с Лорой забрали в участок. Что случилось в здании дальше, ни одна из них не знала.

Лола кинула взгляд на окно, проходя мимо. Уже стемнело. Она вдруг вспомнила, что обещала Лиз приготовить ужин. Но уже явно не успевала. Что сегодня ели ее ребятишки?

— Эл! — стройный хор голосов заставил ее вздрогнуть.

В вестибюле полицейского участка собрались все Треччеры.

— Боже, ты как? — первой подскочила Лиз и крепко сжала Лолу в объятиях.

— Все хорошо, — прохрипела она. — Прости, ужин не смогла приготовить.

— Да к черту ужин! Главное, ты в порядке! — Люк подошел с Лейлой. Малышка потянула руки к Лоле, и та, присев, прижала к себе сестру. Вдохнула запах и, кажется, немного успокоилась.

Все хорошо. Все закончилось, теперь она со своей семьей.

— Я рад, что ты в порядке.

Лола отлипла от Лейлы и подняла взгляд.

Куртка была накинута поверх формы. Он пришел прямиком с работы.

Лола, тронутая до глубины, поднялась и кинулась Майку на шею. Он крепко сжал ее и поцеловал в щеку.

— Спасибо, что пришел, — прошептала на ухо, шмыгая носом. Размякла, как дурочка. Что за сомнения ее терзали последние несколько дней? Откуда они вообще взялись? Вот же он! Явился! Со всеми явился!

— Как я мог не прийти? Не каждый день у меня девушку из тюрьмы выпускают. Ай! — Лола отстранилась и шлепнула его по плечу. Майк рассмеялся.

— Гхм, — Лора за спиной кашлянула, привлекая внимание к себе. — Тебя ждать?

— А, нет… — Лола помялась. — Я… Я, наверное, дома останусь.

Она порылась в кармане и протянула ключи Лоре.

— Что это?

— От квартиры. Можешь там остаться сегодня. Я приду рано утром.

Лора хмыкнула, но ключи все-таки взяла.

— До завтра.

— Ага.

Лора ушла, махнув рукой и забренчав связкой ключей. Лола хмуро подметила, что никто не пришел встретить ее. Но эта мысль быстро забылась.

— Кто это? — Лиз нахмурилась, смерив недобрым взглядом Майка, обнимавшего Лолу одной рукой за плечи.

— Лора.

— Лора? — она задумалась. Ее лицо вдруг неожиданно переменилось, и Лиз воскликнула: — Лора?! Та самая Лора, которая тебе волосы повыдергивала, когда мы пришли знакомиться с маминой родней?

— Да, — Лола усмехнулась.

В день знакомства они тоже подрались. Правда, уже и забылось почему. Но зато хорошо запомнилось, что Лора вела себя, как зазнавшаяся богачка, а Лола таких в свои семнадцать терпеть не могла.

— Что она тут делает?

— Здание, в котором я работаю, принадлежит ей.

— Ты что, связалась с зализанными Треччерами? — Лиз даже лицом покривилась.

Лола пожала плечами, выпутавшись из объятий Майка.

— Платят хорошо.

Лиз закатила глаза.

— Давайте убираться отсюда, — Лола осмотрелась. Было неприятно находиться в полицейском участке.

В толпе снующих туда-суда полицейских вдруг мелькнула знакомая фигура. Лола могла поклясться, что заметила Ноа. Но это была всего секунда. И больше никого, даже немного похожего на него, не видела.

Лола тряхнула головой. Ей срочно нужно было на воздух и покурить… Перенервничала, видимо, вот и мерещилось всякое.

Перекур обломался. Лолу быстро усадили в машину к Майку, а он в своей драгоценной тачке курить не позволял никому, даже в виде исключения.

Майк надолго задерживаться в гостях не стал. Проводил Лолу, расспросил про перевязанную руку, сменил бинты, убедился, что с ней все хорошо, и сразу уехал. У нее дома было слишком шумно для такого любителя спокойствия, как он. И дело даже было не в большом семействе, а в том, что Пол и Бенни решили в кои-то веки повеселиться с семьей и напились прямо на кухне.

Навязчивая идея провести время с детьми не давала им собраться и как обычно свалить навстречу приключениям. Самм дети предпочли уйти в свои комнаты, проводив Майка.

Лола развлекала Лейлу, Лиз зубрила уроки, Люк оккупировал ванную.

Ночью все дружно пару раз просыпались из-за грохота, выглядывали из спален и, удостоверившись, что, к несчастью, все оказались живы, ложились обратно по кроватям.

Утром Лола встала еще до будильника. Укрыла Лейлу, сопящую рядом, поднялась с кровати и начала натягивать одежу: джинсы и толстовку. Заплела волосы в короткий хвостик и пошла умываться.

Запах стаял мерзкий. Лола отодвинула шторку. В ванне в перепачканной рвотой одежде лежал Пол.

Она закатила глаза, задвинула шторку обратно, взяла свою щетку, пасту и стала чистить зубы, стараясь игнорировать мерзкий храп по правую сторону от себя. Лола бы могла попытаться разбудить его и отправить восвояси, но прикасаться к заблеванному грязному Полу не хотелось от слова совсем. Уж лучше было потерпеть пару минут, быстро умыться и свалить.

На первом этаже в дверном проеме между гостиной и кухней лежала Бенни. Лола переступила через нее и пошла наводить порядок. Возиться со взрослой теткой тоже не было никакого желания.

Все утро Лола звенела бутылками, оттирала какую-то гарь от сковороды, проветривала пропахшую дешевыми увеселениями кухню.

Первой к завтраку выползла Лейла. Лола усадила ее за стол и положила ей каши в маленькую детскую тарелочку.

— Вы завтракаете? — наконец проснулась Бенни. Она улыбалась как ни в чем не бывало, даже не удосужившись встать с пола, только приподнялась на локтях, сонно щуря опухшие глаза.

— Да, — холодно бросила Лола, продолжая делать бутерброды с сыром и ветчиной. Удивительно, как Бенни и Пол не сожрали все во время своей вечеринки на двоих.

— Разбужу Люка и Лиз, — она встала с пола, чуть пошатнулась.

— Не приближайся к ним в таком виде, — резко прорычала Лола, опасно направив нож на Бенни.

— Эл, — она испуганно отпрянула и вжалась в дверной косяк. — Я же их мать…

— Да? — Лола делано нахмурилась. — Тогда какого черта завтраки каждый день готовлю я или Лиз? Какого хрена на родительские собрания Люка хожу я? Мать же у нас ты, не так ли?

Лола надеялась, что произнесенные слова резали Бенни больнее, чем мог бы нож в ее руках. Она очень хотела, чтобы мама ощутила физически, как сильно презираема своей дочерью, как сильно та ее ненавидит, хотела сделать Бенни так же больно, как было больно ей самой.

Будить никого не пришлось. Лиз и Люк спустились сами. Застали, как Лола направила нож на вжимающуюся в проем Бенни. Застыли на пару секунд и со скучающими выражениями лиц стали наливать себе кофе, чаи, накладывать кашу.

— Доброе утро, — Лиз стащила с разделочной доски бутерброд. — Сегодня ужин точно на тебе. Мне нужно на работу. И Лейлу забери из садика.

— Хорошо, — ответила Лола, не сводя с матери взгляда, полного ненависти. Она ещё полминуты боролась со злостью внутри себя и наконец вернулась к нарезке бутербродов.

— Пол заблевал ванну, — Люк скривился.

— Я… Я… Я уберу, — Бенни просияла.

Иногда Лола отчетливо видела, что мать старалась влиться в их сумасшедшую семейную рутину, занять в ней свое место, но никто ее там видеть не желал. И Бенни страшно это расстраивало. Детская печаль тут же бросала тень на ее лицо. В редкие случаи, когда Лола не была в бешенстве, она испытывала к ней презрительную жалость, ведь мать выглядела так, словно очень желала попасть в компанию элитных ребят, которым была безразлична.

Вот и сейчас Бенни радовалась, что ей выпал шанс поучаствовать в жизни семьи. Шанс, который ничем не отличался от брошенной кости голодной собаке. И все равно Бенни была несказанно счастлива пойти убрать за Полом, потому что так она могла создать в голове иллюзию, что здесь ее держали за члена семьи, что хоть кто-то сознательный в этом доме не думал о ней, как о балласте, который хотелось бы сдать в реабилитационный центр на лечение.

Лола скривилась от отвращения. Бенни почему-то всегда выбирала быть униженной. И это бесило. Лола не могла уважать того, кто не уважал себя сам, не могла она любить кучку нечистот, которую из себя представляла ее мать.

К восьми все разбрелись. Только на втором этаже слышались ругательства, шаги, что-то громыхало. Лола поставила тарелку с кашей на журнальный столик перед телевизором. Мэт как раз удачно выполз из своей берлоги под лестницей. Он медленно, тяжело переставляя ноги подошел к своему излюбленному месту и со старческим хрипом опустился на диван.

Лола спешно собиралась и не обращала внимание на старика. Ходила себе по гостиной туда-сюда, то собирая сумку, то ища, чем бы причесаться, то обматываясь шарфом. Она уже было собиралась распрощаться с Мэтом и выйти, как совершенно случайно бросила на него взгляд. Лола так и застыла, не до конца натянув шапку, секунду она рассматривала лицо старика, а потом отбросила головной убор на кресло и села на диван рядом с Мэтом.

— Боже, — обронила она, чуть нагибаясь, чтобы получше рассмотреть. — Это…

— Все нормально, — Мэт потянулся к пульту и включил телик. Когда он безразлично уставился перед собой, Лола смогла четко рассмотреть, что синяк с глаза переходил на висок и даже задевал верхнюю часть уха.

— Мэт, может, лучше в больницу? Это правда ужасно, — Лола хотела коснуться лица, но старик наклонил голову, избегая контакта. Он потянулся за кашей.

— Не волнуйся. Это просто царапина.

— Ни хрена! У тебя половина лица синяя и распухла! Давай я скорую выз…

Мэт с грохотом и силой поставил тарелку на стол. Лола даже вздрогнула. Старик вздохнул, повернулся к ней и совершенно искренне мягко улыбнулся, так широко, что морщины на его лице стали совсем глубокими.

— Не может не льстить, когда красивая девчонка тебя жалеет, но я, знаешь ли, уже не в том возрасте, чтобы как следует отблагодарить красотку за заботу, так что не нужно, Эл. Со мной все нормально. Даже голова не болит.

Губы Лолы скривились то ли в улыбке, то ли в печальной гримасе. Она собралась и заставила себя хохотнуть, польстив чувству юмора Мэта.

— Это Пол вчера тебя так? — спросила, сверля тарелку с кашей взглядом, чтобы не смущать старика жалостью, плескающейся в ее глазах.

Лола и правда чувствовала, как в носу начинало неприятно щипать.

Молчание Мэта было самым четким ответом, который только можно было дать. Пол не побрезговал поднять руку и на собственного отца, который вряд ли мог хоть немного постоять за себя.

— Твой сын ублюдок, — Лола все же посмотрела на старика, горько хмыкнув. А он в ответ вместо обвинений снова улыбнулся. Так виновато и трогательно, что у Лолы дрогнуло затвердевшее от тысячи проблем сердце.

— Я знаю.

Мэт коснулся ладошки Лолы своей сморщенной дрожащей рукой и сжал ее пальцы. Так сильно, как только ему позволяла его старость. А позволяла она ему явно совсем немногое.

Как Пол мог его ударить? Лола просто не понимала. Как бы сильно она ни ненавидела Бенни, никогда бы не смогла избить ее. Никогда. Даже сложно было представить, что ещё такого могла выкинуть мать, чтобы Лола вдруг решила оставить ей такой же синяк, какой Пол оставил своему отцу.

— Мне жаль, что я воспитал такого сына, — он посмотрел ей в глаза и честно, от всего сердца вкрадчиво произнес: — Прости меня, Лола. Прости.

Она поняла, что он извинялся именно перед ней. Извинялся за то, что ей приходилось тянуть этого проклятого пьяницу. В бледных глазах старика было столько раскаяния, сколько Лола, казалось, в жизни не видела. Мэт правда сожалел. Сожалел до боли, и эта боль тенью отражалась на его лице.

Лола шмыгнула носом и отвернулась. Смахнула выступившую слезу.

Бенни сотни раз просила у нее прощения, но и тысячной доли той искренности, что была в словах Мэта, в извинениях матери не было никогда.

— Ты все ещё ого-го, Мэт, — Лола усмехнулась. — До сих пор можешь как следует отблагодарить красотку за заботу.

Старик хрипло рассмеялся и закашлялся.

— Иди. Опоздаешь на работу, — ответил он, отмахиваясь от рук Лолы, которая пыталась заботливо похлопать его по спине.

Она встала и натянула шапку.

— Звони, если самочувствие ухудшится.

— Обойдусь, пигалица, — в привычной манере забурчал Мэт. — У тебя есть три спиногрыза. Пусть они вызванивают сестренку, когда влипают. Я сам о себе позаботиться могу.

Он уткнулся в телик, продолжая бурчать что-то, демонстративно игнорируя Лолу. Она и не подумала обижаться. Было бы на что. Понятно же, что засмущала старика.

— Бывай, Мэт.

— И тебе не хворать.

Лола оставила его и пошла к Лоре, которая должна была дожидаться в квартире. По дороге скурила пару сигарет.

Переход, где вчера сбили женщину, пробегала с закрытыми глазами. На асфальте ещё осталась кровь, и Лола просто не могла заставить себя взглянуть. Она быстро прошла по улице, заскочила в здание и прижалась к двери спиной, захлопнув ее с такой силой, что громкое эхо разлетелось по вестибюлю.

Сердце колотилось. Лола глубоко вдыхала и выдыхала, чтобы хоть как-то успокоить расшалившиеся нервишки.

— О, привет, — из квартиры выглянула Лора и помахала ей рукой. На ней были голубые резиновые перчатки.

Лола вопросительно подняла брови.

— Я помогаю тебе, — она пожала плечами. — Присоединяйся. Нужно сегодня все убрать. Завтра приедет дезинсекция.

— М-м-м, — Лола немного зависла, не до конца соображая, что происходит, и какое место во всем этом она сама должна занять. — Да. Да, хорошо. Сейчас. Только вещи положу.

— Окей, лови!

Лора отстегнула от петельки на поясе джинсов ключи и кинула Лоле. Она неловко поймала связку и удивленно посмотрела на родственницу. Как-то Лора сильно вжилась в роль управляющей и, судя по всему, начала проникаться к этому делу. Вон уже в перчаточках щеголяла, ключи к поясу цепляла.

— Да… И у нас новый сосед.

— Кто?

Ответа не последовало, так что Лола просто пожала плечами и поднялась в квартиру. Открыла дверь и сразу смекнула про соседа. Навстречу ей выскочил рыженький шпиц. Не лаял. Обнюхал Лолу и сбежал под кровать.

— Ну класс… — цокнула она языком. Собаки им ещё не хватало. Может, Лора к ней уже и зубную щетку перенесла?

Лола заглянула в ванную. Ярко-зеленая щетка красовалась в стаканчике. Лола, вдоволь наворчавшись, оставила свои вещи и спустилась на первый этаж.

— Лора? — позвала она, заглядывая в квартиру. Все было намного хуже, чем казалось на первый взгляд. — Откуда собака?

На голову Лоле упал тараканчик.

— Твою ж!.. — она смахнула его с волос. — Черт!

— О, будь осторожнее! — донеслось из глубины дома. Лола пошла на голос. — Собаку должен был забрать отлов, но он такой милый; я подумала, что Гренка может стать чем-то вроде символа…

— Гренка? Символ? Ты головой вчера ударилась?

Лола пробиралась сквозь составленные коробки, доверху заполненные пластиковыми банками, стеклянными бутылками и прочим мусором. Переступала откровенные черные мусорные мешки и даже запнулась о подгузник.

— Ну пес же милашка! Рука не поднялась отдать его отлову! Я отмыла Гренку, вычесала блох! Не куксись и прими всю ту любовь, которую он тебе подарит!

По детской старой одежде, разбросанной по комнате, Лола определила, что именно в этом помещении и жили дети. Лора стояла посередине с большим черным плотным мешком и растерянно оглядывалась по сторонам.

— Жесть, да? — она нервно улыбнулась.

— Да, — Лола усмехнулась в ответ. — Есть ещё перчатки?

Лора осмотрела вокруг, нашла прозрачный пакет и кинула его Лоле.

— Сама будешь за псом смотреть. У меня нет времени, — она разорвала хрустящую упаковку и натянула перчатки на руки. — Может, лучше начать с выхода и постепенно продвигаться вперед?

— Может быть. Я, если честно, не знаю даже, с чего начать, — Лора неловко почесала макушку у самого пучка. На голову ей упал таракан. Она небрежно смахнула его, злясь. — Достали!

— Давай все же со входа начнем.

— Да, давай.

Лора осматривала себя на предмет таракашек и, когда убедилась, что ничего на ней не решило прокатиться, подняла с пола несколько черных рулонов и ведерко с тряпками. Лола в который раз вопросительно уставилась на Лору.

— Утром купила, — небрежно пояснила она.

— Сейчас только девять. А ты уже развела бурную деятельность.

— Я рано встаю, — Лора нервно заправила волосы за ухо, хотя ничего такого и не требовалось. У нее все было волосок к волоску. Лола всмотрелась в ее лицо.

— Ты не спала? Гуляла?

— Нет, я… — она странно хихикнула, помялась. — Это не важно. Забей. Просто не спалось.

Они выбрались из завалов и стали собирать мусор, начиная с прихожей. Лола убирала то, что скопилось с правой стороны, Лора — то, что с левой.

— Ты вчера из участка одна ушла.

— Угу, — отозвалась Лора.

— Некому встретить?

— Да не то чтобы… Просто не хотела, чтобы мои знали. Не важно. Слушай. Нужно сдавать эту квартиру подороже, и соседнюю тоже. Пора заняться ремонтом. Я пошарила в интернете и нашла магазинчик с хорошей поддержанной мебелью, можно отремонтировать и сдать в два раза дороже.

— Стой, стой, стой, — Лола даже выпрямилась и посмотрела на Лору, которая все так же собирала мусор в мешок. — Ты куда так разогналась?

— Ну нам же нужно привести это место в порядок, — Лора растерянно захлопала глазами. Поджала губы и вздохнула. — Ладно, на самом деле я просто чувствую вину за то, что ты встряла. Это вроде как больше моя родня, чем твоя. И там мое имя везде натыкано… Короче, мне стремно быть впутанной в эти темные делишки. Давай вместе выгребем и разбежимся. Окей?

Лола недоверчиво прищурилась, но быстро вспомнила слова Лоры про то, что ей нужны деньги.

— Хорошо, — протянула она опасливо.

Лезть в ее дела совсем не хотелось. Нужны и нужны. И если для этого она готова впрячься и помочь привести тут все в порядок — Лола возражать не станет.

— И это… — Лора снова нагнулась над стопкой чего-то непонятного, — я там коробку в прихожей видела. С лезвиями.

— А, да, — Лола тоже вернулась к уборке своей части мусора, — найду падлу и заставлю сожрать их вместе с коробкой.

— Ну, я догадываюсь, кто подбросил их тебе.

Лола даже выпрямилась. Уставила на Лору, но та все продолжала убирать. Говорила делано спокойным голосом. Будто ничего страшно, и Лола от ее спокойствия бесилась. Это чертовы, мать их, лезвия!

— В общем, не открывай посылки для Л. Треччер, если не уверена, от кого они. Мне могут такое подкинуть еще не раз.

Лола зло прищурилась, пялясь на Лору. И вдруг вспомнила… Записка!

— Черт, Лора, — протянула она, закатывая глаза. — Из-за тебя кое-кто думает, что это я «шлюха, трахающая чужих драконов»!

— Эй! Я не знала, что у него есть психованная невеста! — тут уж Лора резко выпрямилась, всплеснула руками и посмотрела на Лолу с самым что ни на есть неприкрытым возмущением. — И хватит звать меня шлюхой!

Они смотрели друг на друга, полыхая гневом. Лола уже и не могла вспомнить, почему стала ее так звать, почему считала ее такой. Она ведь ничего толком про Лору не знала, ничего не спрашивала. Только помнила, что когда-то, очень давно сцепилась с ней, да и все.

— Для чего тебе деньги? — резко бросила Лола.

— Не твое дело, — в тон ей ответила Лора.

— Ладно, — она всплеснула руками и отвернулась.

Да пошла эта Лора!

Все благие порывы смело в секунду. Она попыталась дать ей шанс, попыталась сблизиться. Не срослось. Бывает. Разберутся с этим зданием и все, к черту. Не общались сто лет, и еще столько же общаться не будут!

Какое-то время они молча шуршали мусорными мешками, игнорируя друг друга. Неожиданно Лора вздохнула и заговорила.

— Прости, что моя посылка тебе попала. Нас, наверное, опять перепутали.

— Забей, — отмахнулась Лола, заметно подостыв.

— У тебя есть то, о чем ты не любишь ни с кем говорить?

— А то как же, — фыркнула Лола. — Ты мать мою видела?

Лора понимающе рассмеялась. Бенни везде успела отличиться. Да и в целом была паршивой овцой Треччеров, а вместе с ней и дети, конечно же. Прямо стадо паршивых овец в загоне идеальной семейки.

— Вот и я не хочу говорить, зачем мне деньги. Окей?

— Да пожалуйста, — Лола пожала плечами.

Хрупкое равновесие вернулось в их отношения. Ненадолго, правда. Они умудрились поспорить несколько раз о том, какой сделать ремонт. У Лолы дыхание перехватило, когда она услышала, сколько стоит дешевая, по мнению Лоры, мебель, которую та присмотрела. Они ругались по меньшей мере час. Но под выкрики негодования работа спорилась в руках. И к четырем часам дня они умудрились вдвоем вынести весь мусор.

— Когда там дезинсекция? — Лора отряхнула руки, бросив рядом с мусоркой перевязанные грязной веревкой сложенные картонные коробки. — Может, можно будет перенести? Мы не успеем. Там еще столько мебели… Все матрасы нужно сжечь!

— Я позвоню им, — Лола потянулась, чуть размяла спину.

— Может, попросить бугаев со второго этажа помочь вытащить тяжелые шкафы?

— Можешь попросить. А мне нужно забрать Лейлу из садика и приготовить ужин.

Лора закатила глаза, цокнув языком.

— Ладно, дуй отсюда.

— Я не приду сегодня. Буду в баре. Если соберешься свалить — занеси ключи.

— Заметано.

Лола быстро приняла душ. Натянула шапку на мокрые нерасчесанные волосы и побежала в садик.

Она чувствовала, что начинала уставать. Спину ломило от физической работы, но Лола не позволила себе и секунды передохнуть, чтобы не размякнуть в самый разгар тяжелого дня.

С Лейлой под руку заскочила в магазин и купила сыра. Под жалостливым взглядом сдалась и попросила кассира пробить еще и шоколадку. Лейла просияла, до самого дома молча и послушно плелась за сестрой, пока та вызванивала службу дезинсекции.

Уже в прихожей, когда Лола стаскивала куртку с мелкой, ей ответили. Она отослала Лейлу к Мэту и, придерживая плечом телефон, принялась за ужин.

Лола умудрилась и дезинсекцию на день перенести, и почти закончить готовить ужин. Ну просто тысячерукая баба из какой-то восточной людской легенды! Почти супергерой! Она не могла не посмеяться украдкой над собственными мыслям.

Никакой Лола не герой. Просто девушка, отрастившая себе яйца под гнетом сложившихся обстоятельств. Таких, как она, полным-полно.

— Да где же эта банка, черт! — Лола отшвырнула телефон и продолжила хлопать шкафчиками.

— Привет, — Лиз, пышущая энергией, впорхнула в кухню. Лола ей даже позавидовала. Она-то чувствовала себя выжатым лимоном. А у нее еще смена в Пьяных Саламандрах. — Помочь?

— Да. Посмотри за макаронами. Я схожу в магазин за томатной пастой.

— Окей.

— Спасибо, — Лола хлопнула сестру по плечу и выскочила в гостиную.

— Привет, Эл, — Люк махнул ей свободной рукой, не глядя. Другую его ладонь на листке сосредоточенно обводила Лейла.

— Обожаю тебя, — она послала брату воздушный поцелуй. Он закатил глаза, только заслышав слюнявый чмок.

В магазине Лола нетерпеливо притоптывала у кассы. Домой практически бежала. Боялась, что, если задержится, макарошки с томатной пастой и сыром получатся невкусными.

Лола, даже не разуваясь, сразу понеслась на кухню, с которой доносился громкий смех. Привычная ситуация. Разве могло у них дома быть тихо? Смех — это ещё вполне себе «хороший» шум.

— Лиз, я принесла, быстрее…

Лола замерла в дверном проеме.

За столом сидел молодой мужчина. Она помнила его еще совсем пацаном с вьющимися светлыми патлами, которые тот отказывался обрезать. А теперь он был короткостриженным, предплечья пестрили татуировками.

Лиз стояла рядом с ним и сияла. Это ее смех услышала Лола. Люк с недоумением рассматривал мужчину, а Лейла — с интересом. Она-то его раньше никогда не видела.

— Привет, Эл, — он приветливо помахал ей рукой. — Как жизнь?

Лола застыла. Она не ожидала его увидеть. Нет. Она больше никогда не хотела видеть его. Лола вычеркнула старшего брата из своей жизни. Выкинула к чертовой матери!

— Мы сто лет о тебе ничего не слышали, Айзек! Где твоя шевелюра, Рапунцель? — Лиз потрепала его по коротким волосам. Айзек рассмеялся.

— Да ты, знаешь, тоже изменилась. Была плоской как доска, когда мы в последний раз виделись.

Они оба рассмеялись.

А Лола продолжала стоять в дверном проеме, не находя в себе сил ни присоединиться к веселью, ни уйти. Она сжимала в руке жестяную банку томатной пасты и уговаривала себя не швырнуть ее в Айзека.

— Что на ужин, Эл? — спросил он как ни в чем не бывало. Будто не вернулся домой спустя пять долгих, мать их, лет!

— Макароны, — начала перечислять Лиз, но быстро замолкла, стоило Лоле истерично рассмеяться.

— Простите, — она поставила банку на разделочный стол. Облизала губы. Потерла лицо. — Правда, простите, я… Мне…

Она не могла собраться. Хотелось хохотать. Хотелось просто истерично смеяться от усталости, от злости, от ненависти. Смеяться так долго, чтобы слезы в глазах высохли и не смогли пролиться. Лола хотела хохотать только потому, что не могла позволить себе разреветься.

Айзек вернулся! Надо же! Вот он сидит и спрашивает, что она приготовила на ужин. Будто и не было этих пяти лет ада без него! Будто он ни в чем не виноват!

— Я…

Ее взгляд заметался по кухне и замер на дорожной сумке цвета хаки. Она лежала на стуле рядом с Айзеком.

— Ужинайте, — холодным, спокойным, загробным голосом произнесла Лола, развернулась и выбежала из кухни.

Она не могла смотреть на старшего брата. Просто не могла. Хотела придушить его. Кинуться на него с кулаками и бить его до тех пор, пока он не сдохнет, пока не испустит последний хрип!

Лола хлопнула входной дверью, быстро сбежала с лестницы, вынула пачку сигарет и зажигалку. Дурацкое колесико нагревалось, искрило, но огня не давало. И от этого Лола психовала ещё больше.

Она шла вперед по улице и щелкала неработающей зажигалкой, удаляясь от дома все дальше.

Вот так взяла и бросила Лейлу! Да чем она лучше Бенни, если так поступает?

Но Лола вспоминала Айзека, сидящего вразвалочку на их кухне, вспоминала ту самую сумку, с которой он ушел пять лет назад, и не могла заставить себя повернуть обратно. Ей нужно было время, чтобы принять, обдумать, смириться. Ей нужно было выдохнуть. Ей нужно было перекурить.

Да, перекур — и все несомненно образумится. Она успокоится и просто примет его появление. Не станет сходить с ума от злости. Перестанет его ненавидеть.

Всего один перекур, и Лола смогла бы пожелать Айзеку приятного аппетита.

Но дурацкая зажигалка искрила, не давая огня. По пути не попадалось ни одного магазина, чтобы купить новую. Огня не было.

Лола не могла прикурить сигарету и Айзека простить не могла. Просто не могла.

Глава 10

На руках осталась только пара ассигнаций. Ни карточки, ничего… Лола брела по улице с одним только телефоном, вибрирующим в кармане. Жужжание мобильника не давало ей окончательно провалиться под лед жгучей ненависти. Она шла и прокручивала в голове смех, стоявший на кухне.

Они так горячо приветствовали его, будто ничего не было. Будто не было этих ужасных пяти лет. Будто… Будто Айзек ни в чем не виноват.

Но Лола знала: он бросил их! Бросил! Как они могли радоваться? Как могли просто принять его? Как?!

Лола хотела, чтобы Лиз и Люк ненавидели его так же сильно, как ненавидела она. Но они смеялись с ним. А Айзек… Он даже не извинился! Первое, что он сказал ей, — это «Что на ужин?».

«Твоя снесенная башка, мелкий ты ублюдок!» — хотелось закричать в ответ.

На первом этаже из квартиры два точка три доносился смех. Лола помедлила, прежде чем войти. Если уж ее и там поджидал похожий сюрприз, она за себя не отвечать не станет.

— О, привет, — Лора удивленно приподняла брови, выглядывая из-за широкой спины мужчины.

Лола чуть в голос не простонала. Какого черта, спрашивается, она узнала эту спину? Ни до этой спины, ни до ее обладателя ей не должно было быть никакого дела. Все. Ноа — та страничка в ее жизни, которую она уже перевернула. Пусть этот помпезный фрегат проплывает мимо ее порта!

— Привет, — Лола натянула нервную улыбку на лицо. Лора нахмурилась.

Ноа помедлил и обернулся. Усмехнулся подозрительно неловко. Лола сделала то, что посчитала для себя самым верным, — проигнорировала его так, как он игнорировал ее до этого.

— Лора, одолжи двадцатку. Я дома кошелек забыла, до работы не доехать.

— Наличку?

— Издеваешься? — Лола скрестила руки на груди, прищурившись. Конечно, наличку, как будто эта мажорка не могла догадаться.

— Нет, нет, — Лора стала стягивать с рук перчатки. — Я сейчас. Погоди. Сбегаю наверх.

Она быстро пробежала мимо Лолы, оставив ее и Ноа совсем одних в квартире.

— Мы можем поговорить? — тихо спросил он.

Лола хмыкнула. Усмешка переросла в тихий смех, который становился все громче и громче, пока наконец не превратился в злой истеричный хохот. В эту секунду она подумала, что, наверное, ненавидела всех мужчин на планете, начиная от отца, заканчивая Ноа, который вдруг решил с ней поговорить.

Столкнувшись с его удивленным и растерянным взглядом, Лола резко перестала смеяться. Она тяжело выдохнула.

Внутри все окаменело, выяснять отношения вовсе не хотелось.

— А кто ты мне такой, чтобы слушать тебя? — она обворожительно злобно улыбнулась. — Мне не о чем разговаривать с незнакомцем.

На лестнице загремели шаги. Лола повернулась к Ноа спиной и вышла в вестибюль.

Лора сбежала по ступенькам и сунула ей в руки несколько купюр.

— Вот. Тут, кажется, полсотни. Это вся наличка, что у меня есть, — она поправила волосы, чуть помялась и все-таки тихо спросила: — У тебя все нормально?

— Помнишь, есть такие вещи, о которых не хочется говорить.

Лора нахмурилась, почесала голову.

— Ладно, как хочешь, — она пожала плечами. — Мы там мебель выносим и…

— Я опаздываю, — отрезала Лола, запихивая деньги в задний карман джинсов.

— Э, ну… Ну хорошо.

Лора насторожилась еще больше. Она немного помялась, решаясь что-то сказать, но все-таки просто прикусила губу и помахала рукой, натянуто улыбнувшись. Лола ответила ей тем же жестом, развернулась и просто ушла. Распыляться на разговоры — вот уж чего хотелось меньше всего.

В Пьяных Саламандрах первое время все было, как всегда, пьяницы, алкоголь, закуски и немного чаевых. А потом в бар завалился Пол и Бенни со своей компашкой. Лола разносила напитки, когда ее окликнули.

Она старалась игнорировать и маму, и отчима, но вот они ее игнорировать ни в коем случае не собирались. Окликали несколько раз, пихали своих знакомых: «Эй! Посмотрите! Это наша девочка!»

Лола закатывала глаза, делала вдох и продолжала с вежливой улыбкой обслуживать посетителей, старательно пропуская мимо ушей это их «наша девочка», от которого так и тянуло немедленно вытошнить весь свой желудок. К счастью, Бенни и Пол свалили через час-другой.

Лола всегда удивлялась, как они умудрялись находить деньги на выпивку? Ни работы, ни мозгов… Один только вечно следующий за ними запах перегара.

Забрав чаевые, Лола худо-бедно салфетками стерла со своего живота блестки, переоделась и вышла на улицу.

Снег постепенно начинал таять. Наступала весна. Лола посмотрела на небо. В сумерках все казалось таким мрачным: асфальт сливался со зданиями, а здания с серой высью, в которую упирались. Через пару недель над городом полетят огромные драконы. То еще будет зрелище.

Лола достала сигарету из пачки и закурила, раздумывая, куда бы податься. Дома ее бы поджидал Айзек, в квартире Лора. Ни с кем из них она бы не хотела сейчас иметь дел. Лола раздумывала, докуривая. Было еще одно место, куда она могла пойти.

Майк жил в хорошем, безопасном районе. На площадках были новые качели, мусор убирали два раза в день, и полицейские в случае чего приезжали по первому зову, не задавая кучу бессмысленных вопросов. Лола ненавидела по утрам курить на балконе Майка. Она опускала взгляд и видела раскинувшийся красивый ухоженный парк. Видела и страшно завидовала. Потому что из окна ее дома можно было разглядеть только грязную улицу.

Лола вошла в подъезд, поздоровалась с консьержем и поднялась к лифту. Квартира Майка находилась на седьмом этаже.

Запасной ключ он для нее оставлял под одним из горшков с цветами, украшавшими вход. Лола нашла его, всунула в замочную скважину и легко повернула.

Дома оказалось тихо и пусто. Слышно было только громкое жужжание холодильника на кухне.

Квартира Майка всегда была чистой, минималистичной. В ней была только самая необходимая мебель, на которой ничего не стояло. Лола как-то пыталась принести цветы или какие-то милые вещи, но Майк всегда все убирал. Говорил, что не любит бардака. Он тщательно складывал тарелки, книги на полке расставлял строго по росту. Всегда просушивал посуду, вытирая ее исключительно бумажными полотенцами. Если он ел или пил что-то у Лолы дома, то предварительно старался сам помыть себе тарелку или чашку, даже если она уже и так хрустела от чистоты.

Лиз тысячу раз говорила, как ее бесит педантичность Майка. А Лола только отшучивалась. Она толком и не понимала, как относиться к этой его любви к идеальной чистоте. Чаще думала об этом как о черте, присущей состоятельному человеку из хорошей семьи.

Лола приняла душ, воспользовалась чистым полотенцем, заварила себе кофе, накинула куртку и вышла на балкон покурить.

И снова ей открылся настолько идеальный вид, что даже раздражал. Она не могла понять, откуда столько неприязни к простому пейзажу. Хотя, наверное, дело было в том, что она понимала, что это не ее пейзаж. Что вид с балкона Майка никогда не станет их видом. Лола знала, хотя и старалась отрицать, что рано или поздно они разбегутся. Ведь она никогда не думала об их отношениях как о чем-то серьезном.

Но подходящего шанса расстаться все не подворачивалось, и она тянула, выжидая того самого знака небес, который заставил бы ее бросить Майка. Знака все не было, и Лола продолжала терзать себя ненавистным пейзажем из квартиры и жизнью, полноценной частью которой она никогда не станет.

Лола докурила, сложила окурок в пепельницу, которую чистоплотный Майк держал только ради нее, и вернулась в гостиную. Она завалилась на диван, укрылась пледом и постаралась уснуть.

Телефон зазвонил ровно в тот момент, когда Лола начала проваливаться в сон. Она посмотрела на дисплей, морщась. Большими белыми буквами светилось «Лиз». Лола скинула звонок, отключила телефон и легла обратно на подушки.

Она знала, чего хочет от нее Лиз — объяснений. Но Лоле было нечего сказать сестре. Лиз охотно приняла Айзека. Она была рада его видеть. Она помнила его старшим братом. А Лола помнила его предателем. И тратить силы на то, чтобы объясниться с кем-то, она попросту не хотела.

Лола закрыла глаза и решила просто поспать.

Ее разбудил включенный телевизор. Ведущая вещала о внесенном драконами новом законе, что-то там про улучшение условий для людей.

Лола потерла глаза и посмотрела на Майка. Он на минимум убавлял звук.

— Просыпайся. Будем готовить ужин.

Майк улыбнулся ей и ушел в спальню. Лола потянулась, хмурясь. Вот же дура. Прозевала его приход. Надо было чего-нибудь приготовить. У него же пунктик на этот счет.

Она всегда готовила к его приходу. А если не успевала, то они обязательно готовили вместе. За несколько месяцев отношений Майк самостоятельно ей даже макароны не сварил ни разу. Он объяснял это тем, что Лола вроде как его женщина, и что-то там еще гладко стелил об обязанностях в отношениях. Она вроде и не дурой была, но аргументы все принимала, соглашалась. В конце концов, ей ведь не сложно приготовить им ужин? Майк ведь не просил у нее кулинарных шедевров.

— Я не ожидал тебя тут увидеть, — он смерил ее взглядом и хмыкнул. — Тебе идет моя футболка.

Лола надела ее после душа. Свои вещи бросила постирать. Они, казалось, пропахли сигаретами. Майку это не нравилось.

— Да, дома кое-что случилось, — она неловко почесала голову и осмотрелась. — Что готовим?

— Говяжьи отбивные. С тебя салат.

— Ладно, — Лола открыла холодильник и стала доставать овощи.

— У тебя дома хоть иногда бывает спокойно? — заладил он, снова хмыкнув.

— Иногда да, — она пожала плечами и бедром толкнула дверцу холодильника. Видимо, переусердствовала. Звук был громкий.

Майк недовольно цокнул языком, повернувшись к ней.

— Лола! Боже! Я же просил быть осторожнее!

— Прости, прости, — она виновато улыбнулась.

И правда, надо было быть чуть внимательнее. Да и она могла положить овощи на стол, а потом уже закрывать холодильник или попросить о помощи. В общем, вариантов проявить осторожность было много, но она ни одним из них не воспользовалась.

Майк недовольно покачал головой, и Лола не нашла ничего лучше, чем улыбнуться и пожать плечами.

— Что там у тебя дома? — он вздохнул и отвернулся. На сковороде шкварчало мясо. Майк завел таймер, чтобы вовремя, минута в минуту, перевернуть отбивные.

— Я… Я никогда не говорила, — Лола достала пластиковую миску, — у меня есть старший брат.

— Не удивлен, — он хмыкнул.

— В смысле? — Лола съела кусочек огурчика с разделочной доски. Майк недовольно поморщился.

Точно.

Он и это не любил. Они так давно не виделись, что Лола стала забывать.

— У тебя всегда что-то происходит. Такая уж ты.

— Это хорошо или плохо?

— Это поправимо, — просто ответил Майк, не оборачиваясь к ней. Лола рассмеялась забавной шутке.

Он ведь пошутил? Ведь это просто шутка, и на самом деле ничего в ней поправлять не надо? Ее жизнь такая, какая она есть, и Лола привыкла радоваться хорошим дням и справляться с плохими. Так что тут поправлять?

— В общем, эм, — она постаралась вернуться к теме. — Брат. Айзек. Он внезапно вернулся.

— И? — Майк выразительно посмотрел на нее. Лола непонимающе нахмурилась. — Как это связано с тем, что ты пришла ко мне?

— Ты не рад моему визиту? С чего вдруг… С чего вдруг вопросы в таком тоне?

— Обычный тон, — таймер зазвенел, и Майк тут же отвлекся. — Почти готово. Накрой в гостиной. Посмотрим фильм.

— Хорошо.

Лола молча и быстро дорезала овощи для салата и отнесла миску в гостиную.

Они смотрели фильм, поедая отбивные. Кино было про драконов-роботов. Не особо интересное. Лола половину фильма зевала и даже, казалось, задремала на середине. Она откровенно скучала, но Майк был сильно увлечен. Шикал, если Лола вдруг отвлекала его от фильма просьбой что-то пояснить. После третьего вопроса она замолчала совсем. Убрала и вымыла посуду, включила телефон, проверила звонки.

Лиз больше десятка раз пыталась с ней связаться. Решимость Лолы дрогнула. А что, если что-то случилось?

Она силой задавила сомнения, снова выключила телефон и уставилась на белую стену перед собой. Через пару часов ей снова бежать на работу. А до этого что? Чем она обычно занималась, когда не пряталась от целого мира рядом с идеальным парнем?

Телевизор в гостиной стих, и через пару секунд в спальню вошел Майк. Закрыл за собой дверь. Лола улыбнулась. Она догадывалась, зачем он пришел. Нет, знала, что они будут делать, если она явиться на его территорию. Легкое предвкушение укололо ее.

Лола схватилась за края футболки и стянула ее через голову. Осталась в одних трусах.

Майк хмыкнул, подошел к постели и наклонился. Он нежно коснулся ее губ своими. Медленный, осторожный поцелуй расслаблял, но… Это было не то, и Лола, схватив за рубашку, потащила его на себя.

Она хотела пламени. Чтобы вспыхнувшая между ними страсть сожгла все мысли в ее голове. Она хотела, чтобы было как в тот раз с Ноа.

Лола стала спешно расстегивать пуговицы на рубашке, неистово кусать его губы.

— Эй-эй-эй! — Майк отстранился, приподнявшись на локтях. — Полегче. Что с тобой?

Лола, тяжело дыша от приятного волнения, непонимающе посмотрела на него.

— Ничего… Просто хочу тебя, — она сглотнула. Внутри стало неприятно, как будто созналась в чем-то постыдном. — Ну, знаешь… Хочу горячего секса.

— Расслабься. Окей? — он заправил ей волосы за ухо и коснулся губами щеки.

— Да, хорошо, — Лола выдавила улыбку, немного помявшись. Но Майк никакой натянутости не заметил.

Она поддалась и согласилась, потому что вроде как должна была. Они ведь встречаются. Она ведь сама распалила его, и теперь давать вот так заднюю только потому, что Майк не сделал так, как хотела она?

Он продолжал гладить ее тело, плавно, нежно… А Лола больше не чувствовала ничего. Отвечала на ласки, потому что знала, что надо делать, а не потому, что в ее теле играло желание. Каждое его прикосновение превратилось во что-то смущающее до тошноты. Но Лола заставляла себя лежать и делать вид, что она довольна. Это же Майк… Ведь это ее парень. Она должна ему… Должна ему свое желание. Она обязана была хотеть его. Ведь так?

В положенный момент она задышала чуть чаще. Даже, кажется, что-то промычала. И все закончилось. Майк откинулся на соседнюю подушку, закрыв глаза, а она растерянно смотрела в потолок.

Она ведь хотела, была согласна, не сопротивлялась… Так откуда же начало пробиваться это какое-то странное мерзкое чувство, будто произошедшее глубоко ранило ее? Будто обычный нежный секс забрался ей под кожу и терзал, терзал саму ее душу. Она ведь дала согласие! И Майк был обходителен. Все было правильно, все было как у всех…

Лола встала с постели, натянула белье и футболку.

— Мне пора на работу, — она даже не стала оборачиваться. Просто не могла заставить себя посмотреть на него.

Майк вдруг из хорошего парня стал для нее омерзительным.

— Угу, — ответил он. — До скорого.

— Да. До скорого.

Лола умылась, вытащила одежду из сушилки и быстро оделась. Ей хотелось разреветься. Разреветься от непонимания, что, черт возьми, не так? Почему ей было так плохо? Откуда взялось удушающее чувство омерзения?

Она вышла в подъезд, сложила ключ под цветочный горшок и вышла на улицу. Сразу же закурила.

Лола ясно ощутила, что хотела бы стереть все его прикосновения со своей кожи, вырезать из памяти этот секс. Вырезать из памяти этот день.

Она плелась на работу и неустанно терзала себя мыслями, что, черт побери, это было?

Осознание вдруг кольнуло ее так четко и больно, что Лола не сдержалась и все же шмыгнула носом. Даже несмотря на то, что она уже успела добраться до музыкальной школы и запереться в служебном помещении, плакать себе не позволила. Смаргивала слезы и терла нос. Никакой влаги и соплей!

Это же бред! Это недоразумение! Он ведь не хотел делать ей так больно! Наоборот! Накормил ужином, был нежен…

Лола отчаянно не желала признавать, что произошло, потому что если бы признала, то стала бы такой, как Бенни. А этого Лола боялась больше всего в жизни. Уж лучше сдохнуть, чем оказаться такой же жалкой, как мать.

Но она, выходит, именно такой и была. Зачем она пришла к Майку? Чтобы найти укрытия? Но нашла ли?

Она хотела поделиться с ним, рассказать про Айзека, бессовестно нажаловаться, потому что это тяготило ее сердце так сильно, что впору было бы удавиться. Но он отмахнулся. Майк отмахивался от нее всегда. От нее настоящей. От той, которой она была.

Лола домыла полы, отнесла инвентарь на место и уселась на старенький стул в служебном помещении. Она смотрела на швабры и чувствовала себя тряпкой, которой сегодня воспользовались.

Ее живьем съедала мысль «Он даже ничего не понял».

Майк не понял ее страсти, просто задушил в ней желание, не понял, что ей нужна была поддержка. Он только взял свое, а Лола в этот день не получила ничего.

Мерзко и несправедливо.

Она вытащила телефон из кармана и написала Майку короткое сообщение. Только сказала, что останется у себя и все. Он ответил смайликом. Лола делано бодро улыбнулась мобильнику и стала переодеваться.

Майка она сейчас хотела видеть еще меньше, чем Айзека.

Перед тем, как зайти в дом, Лола остановилась на тротуаре и выкурила несколько сигарет, решаясь наконец встретиться с братом. Она знала, что рано или поздно ей придется поговорить с ним. Но очень хотела, чтобы «поздно» наступило как можно позже. Или не наступило вовсе. Втайне Лола надеялась, что Айзек побыл дома сутки, понял, что ловить нечего, и сбежал.

Она открывала дверь тихо, медленно, но та все равно скрипнула. Звук потонул в смехе.

Лола не стала раздеваться. Из прихожей стразу вошла в гостиную. Стоило ей только показаться, как веселье улетучилось.

Первой ее заметила Лиз. Она зло нахмурилась. Эннан тут же взял ее за руку. Затем замолк Люк. И в самом конце, сообразив, что что-то не так, обернулся Айзек. Он сидел на кресле спиной к выходу. На его руках была Лейла. Она тут же соскочила с колен и кинулась к Лоле.

— Эл! — девочка вцепилась в ее ногу.

— Привет, Эл-младшая, — Лола потрепала сестру по голове, усмехнувшись. — Как дела?

— Хорошо! — она задрала голову и широко улыбнулась.

— Я рада.

— Почему ты отключила телефон? — Лиз не на шутку злилась и ни капли это не скрывала. Даже от Эннана отмахнулась, когда тот попытался ее успокоить. — А если бы что-то случилось?

Лола пожала плечами.

— С вами был Айзек, — она хмыкнула и едко добавила: — Вы же так рады были его видеть.

— Ты серьезно? — Лиз зло потупилась. Всмотрелась в не менее злое выражение лица Лолы и констатировала: — Ты серьезно. Блеск.

— Лола, это на тебя не похоже, так все бросить… — влез Айзек.

— Ой, да заткнись ты! Тебе откуда знать, что на меня похоже, а что нет?! — она не сдержалась и повысила голос. В тишине ее злобный возглас прозвучал слишком угрожающе. Лола закрыла глаза и попыталась успокоиться. — Пожалуйста, оставьте нас с Айзеком одних ненадолго.

Никто даже не подумал дернуться. Полминуты все только выжидательно глядели друг на друга. Напряжение и неловкость, витавшие в воздухе, были почти осязаемы и, казалось, придавливали всех к своим местам.

Мэт, пробурчав что-то старческое, встал с дивана и медленно пошел в сторону своей каморки под лестницей.

— Ты просто… — Лиз разочарованно покачала головой, но тоже встала, потащив за собой Эннана.

— Что? Сука? Безответственная? Давай договаривай! — Лола всплеснула руками. Сестра подошла к ней, глядела прямо в глаза.

— Даже Лейла сейчас ведет себя как взрослая, а вот ты — нет, — Лиз наклонилась и подняла младшую на руки.

Лола зло хмыкнула. Ну, конечно, она как ребенок, а Айзек, который их всех бросил, был молодцом, с ним можно хохотать.

— Берегись, когда психует, она реально пугающая, — Люк с издевательской усмешкой оставил, как ему, судя по всему, казалось, очень остроумный совет старшему.

Наконец все ушли, шаги и суета стихли.

Лола села на диван, стянула сумку через плечо, бросила ее под ноги и стала разматывать шарф. Она не тянула время, не боялась, только злилась. Хотела так много сказать, но не знала, откуда лучше начать. Заговорить о том, что он мудак? Или сразу выгнать?

— Дерьмово живете, — усмехнулся Айзек.

У Лолы дернулся глаз. Она перестала бороться со злостью и начала бороться с желанием начать разговор с покушения на убийство, которое безоговорочно побеждало здравый смысл и родственные связи.

— Супер. Так, когда ты свалишь? — Лола натянуто, но не без издевки улыбнулась. — У нас свободных коек нет.

— А я другое слышал. Ты, оказывается, тут больше не живешь.

— Сраный ты утырок, — тихо зашипела Лола сквозь зубы. — Я отсюда никуда не денусь и буду присматривать за ними, пока не сдохну. А ты проваливай в ту задницу, из которой выполз!

— А что, если я решил остаться с семьей? — он расслабленно подпер голову кулаком. — Вернулся в отчий дом и так далее.

Лолу до дрожи в руках взбесило его безразличие. Он. Их. Бросил. Предателей Лола не прощала. Айзек был для нее ничуть не лучше матери.

— Тебя тут никто не ждет, — от злости голос дрожал и звучал тихо, хотя, видит Бог, ей хотелось орать на него так, чтобы горло к утру разрывалось от боли.

— Лиз, Люк, Лейла, мама… — перечислял он с задумчивым выражением лица. На последнем человеке Лола не сдержалась и громко рассмеялась.

— Лейла тебя в первый раз увидела. А Лиз и Люк просто пока что не знают…

— Не знают что? — теперь уже рассмеялся Айзек. — Они знают, что пять лет назад я ушел. А теперь вернулся. И им плевать. Не плевать только тебе. Но ты всегда была такой, всегда мнила себя правильной, хотя на деле ты просто заносчивая гадина. Ты ничем не лучше меня.

Он говорил с чувством, забираясь ей глубоко в душу, чтобы снова туда плюнуть. Так же, как сделал это пять лет назад. Тогда ей было очень больно и страшно. А теперь уже осталась только лютая ненависть.

— Я заносчивая гадина, но не бросаю своих. А ты трус, которому вместо вагины по ошибке яйца достались. Сбежал, как только понял, какое у нас тут назревает дерьмо.

Теперь уже посерело лицо Айзека. Его расслабленность мигом как ветром сдуло. Лола удовлетворенно хмыкнула. Он, видимо, не ожидал, что она не станет с ним сюсюкаться.

— Я выбрал прожить свою жизнь нормально. А ты сама выбрала это, — он развел руками, указывая на побитую жизнью гостиную. — Так что в зад себе засунь свое осуждение. Я не обязан был оставаться.

— Не обязан? — Лола рассмеялась. Искренне и от души.

Айзек попал не в бровь, а в глаз. Он не был обязан, и Лола просто растерялась, не зная, что ответить. Но ей было больно. Больно за себя, больно за малышню, которая увидела старшего брата и понадеялась, что он, как лесная фея, решит всех их проблемы взмахом волшебной палочки. Но Лола знала Айзека лучше, чем они. Даже будь у него та самая волшебная палочка, он взмахнул бы ей только ради себя самого.

Глава 11

Айзек всего на мгновение изменил выражение лица с насмешливо-расслабленного на мрачное, и только когда дело коснулось его самого.

— Ты просто бессердечная скотина, — Лола хмыкнула. — И когда Лиз и Люк поймут это, я куплю им большую пиццу, чтобы заесть осознание того, какой говнюк их старший брат.

— Я хотя бы не душил их все это время своей заботой, — хмыкнул он. Лола тяжело выдохнула.

Если бы была уверена, что справится с этим бугаем, то немедленно бросилась бы на него с кулаками. Айзек каждым своим умозаключением выводил ее из себя.

— Да ты хоть знаешь, чего мне это стоило? — прошипела она, прищурившись и чуть подавшись вперед.

— Чего? Пары свободных вечеров? — Айзек рассмеялся. — Эл, не строй из себя мученицу и героиню. Оставь в покое и меня, и младших.

Лола откинулась на спинку дивана, запрокинула голову. Она смотрела в их старый обшарпанный потолок, пока до нее медленно доходило: Айзек понятия не имел, что им пришлось пережить, пока его не было. Он, кажется, даже не предполагал, что все может быть намного хуже, чем пара вечеров, которыми Лоле нужно было пожертвовать.

— Айзек, помнишь, я готовилась к экзаменам?

— Да, как универ, кстати? — он охотно сменил тему. Как ему показалось, сменил.

— А я не знаю, — Лола выпрямилась и посмотрела на брата.

В глазах стояли слезы. Она никогда не позволяла себе думать, что сожалеет хоть о чем-то, но, наверное, по правде говоря, втайне ото всех, Лола скорбела по той девушке, которой могла быть и которой никогда уже не станет.

— Завалила вступительный экзамен? — он хмыкнул.

— Я не смогла на него пойти, — Лола сглотнула слезы.

Тот год был самым ужасным. Она не понимала, что ей делать, осталась совсем одна, а все, кто должен был служить ей поддержкой, жизненным маяком, все они оказались так себе людьми, так себе примерами.

— На автобус опоздала?

— Ты, Айзек, за пять лет стал еще большим тупицей, чем был, — он собирался что-то возразить, но Лола заткнула его, продолжив просвещать: — Вместо экзамена я поехала в больницу. Потому что Бенни нажралась и у нее начались роды. Представляешь? Лейла чуть не умерла. А у нас ни гроша не было. Я продала все ценное, что нашла дома, чтобы наскрести денег на оплату больничных расходов. А тебя не было. Прикинь? Ты сделал ВЫБОР! А я осталась по уши в дерьме! С ребенком на руках! А ты просто выбрал лучшую жизнь!

Лола все-таки вскочила с места. Она нависла над удивленным Айзеком тенью. Ее разрывало от ненависти и зависти. Она завидовала тому, что у ее брата не оказалось совести и он смог просто развернуться и уйти, а Лола не смогла. Она хотела, но не могла. Стоило представить, что случится с Лиз и Люком, представить, что некому будет позаботиться о Лейле, как сердце начинало заходиться. Лола не могла оставить их и завидовала Айзеку, который смог.

— Да! Я, черт побери, героиня и мученица! Потому что наша мать притащила какого-то ублюдка домой и заделала с ним ребенка! Она напивалась до блевоты! Лиз и Люк даже завтрак себе нормальный сделать не могли! И я, блядь, делала все! Я вывозила как могла! И они были сыты и одеты! И мне нужно было, чтобы ты прикрывал тыл! Единственный, кто был хоть немного нормальным! Но ты ВЫБРАЛ!

Лола помедлила. Вдохнула и выдохнула, чувствуя, как губы начинают дрожать. Она не собиралась плакать. Не перед Айзеком. Но каждый раз вспоминать все это было так больно. Ведь тогда она надеялась на него. Лола тогда думала, что на Айзека можно положиться, ведь они семья, он не бросит и поможет, он не предаст. Может быть, если бы он не ушел, то она смогла бы поехать на экзамен, поступила бы в университет. Может быть… Но что толку мечтать о том, как бы все сложилось, если бы Айзек не оказался предателем?

— И я выбрала. Забила на себя хер и спасала жизнь Лейлы! Забила хер и делала все, чтобы Лиз однажды не пришлось решать сесть на чертов автобус в другой город, чтобы сдать экзамен, или идти на работу, потому что есть нечего! Я, мать твою, герой! А ты скользкий подлый тупой говнюк без яиц!

Лола наклонилась и с чувством выплюнула ему в лицо, давя истерику:

— Вали из моего дома, Айзек, — Лола выпрямилась, скрестила руки на груди и продолжила: — Все, что здесь есть, это все моя работа. Вся эта дерьмовая жизнь создана мной. Я пахала на двух работах и смотрела за маленьким ребенком. Я, не ты, не Бенни, не Пол. Это все мое! Моя семья! Убирайся.

Айзек молчал, и ей показалось, что она сделала его, победила, что он свалит из их жизней.

— И что ты сделаешь, если я не уйду? — теперь уже он подался вперед. — Выкинешь мои шмотки из дома? Сменишь замки?

Айзек встал с кресла и подошел к Лоле. Он возмужал, вырос, изменился. Она бы не рискнула думать, что знает его. Это уже был совсем не тот парень, что пять лет назад. Поэтому Лола отшатнулась от него, чтобы сохранить между ними расстояние.

— Ты уйдешь, Айзек… — Лола хмыкнула. — Ты ушел, когда было намного лучше. А сейчас тем более уйдешь. Тут нечего ловить. Я тебя тянуть не стану.

— Вот и славно. А теперь свали с дороги, пойду в душ схожу, — Айзек едко улыбнулся.

— За воду заплати для начала, — Лола вытянула руку.

— Я подумаю, — он подмигнул и пихнул ее, так сильно, что она завалилась на диван.

Лола не шелохнулась. Дождалась, когда звук шагов на лестнице станет совсем приглушенным, растворится в коридоре второго этажа, и наконец откинулась на спинку дивана, запрокинув голову назад. Она так хотела, чтобы идиотские слезы затекли обратно. Но они все равно щекотали виски и скатывались в уши. Лола потерла глаза, шмыгнув носом, и встала с дивана.

Перекур…

Ей нужно было выйти и покурить, успокоиться, найти решение. Еще бы знать наверняка, решение чего она искала? Как изгнать Айзека? Или как сделать свою собственную жизнь хоть немного более сносной?

Нет. С ее жизнью все было прекрасно. Просто супер. Лола запрещала себе думать иначе.

Она вытащила из сумки пачку сигарет и пошла на кухню заваривать кофе. Бенни сидела за столом и нервно мяла кухонное полотенце. Лола проигнорировала присутствие матери и подошла к кофеварке.

— Я думаю… — тихо начала Бенни. Желание Лолы покурить резко увеличилось. — Мне кажется, что тебе стоит быть немного добрее к Айзеку. Он все-таки наша семья.

Лоле было абсолютно насрать на то, что Бенни подслушивала, и еще больше насрать на то, что она там думала.

— Это не твое дело, — привычно огрызнулась Лола и налила кофе в чашку без ручки.

— Но вы же оба мои дети, мы одна семья…

— Ой, да заткнись ты, — Лолу едва не передернуло от этого «мои дети» и «одна семья».

— Лола! — Бенни взвизгнула так, что у нее едва уши не заложило.

С каждой секундой мать выглядела более и более жалкой, чем вызывала у Лолы отвращение такой силы, что казалось, ее стошнит. Она взяла чашку кофе и, игнорируя Бенни, направилась к задней двери дома.

— Ты не можешь так себя вести! Не можешь грубить матери! — она не понизила голос. Продолжала кричать.

Лола даже прыснула. Это с какой такой стати Бенни решила поиграть в строгую мамочку?

Она развернулась и с удивлением обнаружила, что Бенни вскочила со стула и даже драматично швырнула полотенце на центр стола.

— Ух ты! Правда, что ли? Ну тогда повлияй на меня своим родительским авторитетом. А хотя… — Лола поджала губы, изображая саркастичную задумчивость. Только идиот не понял бы, что она глумилась от души. — Точно. У тебя же его нет.

Лола злобно рассмеялась и хлопнула задней дверью.

Нет, ну, Бенни была права. Она не могла грубить матери. Вот только и за мать она Бенни не держала.

Лола села на самую нижнюю ступеньку и закурила. Она повторяла про себя как молитву: «Нужно решить проблему. Нужно решить проблему». Но что это была за проблема? Вышвырнуть Айзека? Да нет же. Он сам уйдет. Просто нужно подождать. Тогда что?

Где-то в воздухе висела дельная мысль, но у Лолы не получалось за нее ухватиться.

Входная дверь скрипнула и тихо закрылась. Легкие шаги послышались за спиной. Лола напряглась, вспоминая, кто из домашних так ходит. Кажется, никто. Оборачиваться и смотреть она не стала.

Шаги становились все ближе, и наконец рядом с ней сел Эннан. Лола вопросительно подняла брови, он улыбнулся ей в ответ и просто уставился на их убогий задний двор. Так они и сидели молча.

Лола докурила сигарету, выкинула окурок и сжала обеими руками чуть теплую чашку. Эннан так и не говорил ни слова. Первую минуту Лоле было некомфортно. Пришел и молча сидит рядом. Ох уж эти эльфы. Но на второй минуте она наконец поняла, он решил ее поддержать. Единственный из всех.

— Спасибо, — она улыбнулась. На душе стало даже немного теплее.

— У меня нет никакого права вмешиваться в ваши семейные дела, но все же твой старший брат не вызывает доверия, — Эннан нахмурился.

— Ух ты… И как ты понял, что Айзек мудила?

— Эльфийский слух почти не уступает драконьему, — пояснил он. — И эльфы чувствуют души других рас. Мы чувствуем ваши эмоции.

Лола удивленно вскинула брови.

— Что, правда? Прям всегда-всегда?

Эннан неловко поежился и даже, кажется, немного покраснел.

— Нет, это…

— Я тебя смутила? Это у вас, ушастых, что-то личное?

— Не зови нас ушастыми! Мы не псы какие-нибудь! — взбеленился эльф. Он так резко вскинулся и так зло посмотрел на Лолу, что она даже слегка отпрянула, выставив перед собой чашку, будто защищаясь от него. Эннан вмиг остыл. Его бледные щеки снова заалели. — Прощу прощения.

— А ты темпераментный, — опасливо протянула Лола. Эннан виновато опустил голову.

— Я не…

— Да ладно, я поняла, это ваши эльфийские загоны. Не переживай, — она взяла чашку в одну руку, а другой потрепала Эннана по его светлым волосам.

— Так… Так лучше тоже не делать с другими эльфами, — он тепло улыбнулся ей. Ни головы не отстранил, ни руку ее не попытался убрать. И Лола не могла не улыбнуться ему в ответ.

— Эльфы случайно не умеют внушать эмоции? А то мне как-то внезапно стало приятно на душе.

— Нет, этого мы не умеем.

— Значит, все из-за тебя. Спасибо. Ну, все, хватит милашничать. Лиз еще подумает, что я отбиваю у нее парня, — Лола встала и поправила куртку. Эннан, хмурясь, посмотрел на нее. Догадаться, что его привело в непонимание, было несложно. — Это шутка! Шут-ка!

Эннан как по команде натянуто улыбнулся. Лола не сдержалась и прыснула. С каждой их беседой остроухий нравился ей все больше и больше. Даже несмотря на то, что совсем не понимал ее юмора, но он ведь старался и от души давил улыбку!

Лола вместе с эльфом вернулась в дом. В кухне Лиз возилась с ужином. Эннан, конечно, сразу же расцвел широкой улыбкой при виде ее, а она ответила ему смущенной. Но стоило только посмотреть на Лолу, как лицо Лиз заледенело, а взгляд стал жестче. Она открыто демонстрировала свое негодование поведением старшей сестры.

Отвечать на ее нападки не хотелось. Лола понимала, что пройдет немного времени, и Лиз ее поймет, поймет ее ненависть к Айзеку.

Лола попрощалась с Лейлой и Мэтом — единственными, кто в этом доме не объявлял ей войны, и ушла, предварительно попросив Эннана присматривать за всеми. Она вернулась в свою пустующую квартиру. Лора любезно оставила ей ключ под ковриком. Лола сменила одежду и ушла на работу.

Пьяные саламандры радовали постоянством: нетрезвый люд, драки, споры, смех и чаевые десятками за поясом коротких шорт.

После смены Лола по привычке взялась за телефон и собиралась отчитаться Лиз, мол, завтрак, все дела, но вспомнила, что они же вроде бы в ссоре. Она смотрела на дисплей. Строка для ввода сообщений так и осталась пустой. Лола заблокировала телефон и положила его в сумку.

В квартире снова никого не было. Тихо и пусто. И снова непривычно.

Первые пять минут именно так и было. А потом на нее из ванны выскочил рыжий лающий шерстяной ком. Лола впала в секундный ступор, совсем позабыла, кто притащил в дом это недоразумение.

— Черт, — буркнула она, присаживаясь на корточки рядом с псом. — Я же говорила ей самой за ним следить!

Пес начал тыкаться Лоле в руку влажным носом. Пришлось сдаться.

Она осмотрела прихожую, на крючке висел поводок. Ну, хоть об этом Лора позаботилась. Лола прицепила собаку к поводку и взяла на руки. Пес был такой маленький, что на их крутых ступеньках точно покатился бы кубарем. Еще тратиться на его лечение, если вывихнет себе чего! Ну уж нет. Лучше донести его до газончика, оставить, чтобы сделал делишки, и занести обратно.

Лола, сидя на ступеньках перед входом, смотрела, как песик принюхивался к земле. И чего она не позвонила Лоре и не велела ей забрать свою Гренку немедленно?

Дверь за спиной хлопнула. Лола сдвинулась чуть вбок, чтобы не загораживать всю лестницу, и достала из кармана пачку сигарет. Жилец спустился со ступенек и встал перед ней. Лола неохотно подняла глаза.

Ноа.

Лола достала сигарету и закурила. Разговор определенно должен был быть не из приятных.

— Привет, — начал он. Взгляд у Ноа был виноватый, так что Лола даже немного заинтересовалась их предстоящей беседой.

— Ну, привет, — она щелкнула зажигалкой и прикурила сигарету.

— Могу присесть? — Ноа кивнул на ступеньку. Лола пожала плечами. — В твоих глазах я, наверное, тем еще кретином выгляжу.

Он тяжело вздохнул, садясь рядом.

— Есть немного, а что?

— Познакомился с Лорой.

— И? — Лола начинала догадываться, что пытался ей сказать Ноа, но облегчать ему извинения даже и не думала.

— Она очень… — он замялся, подбирая слова. — Очень открытая девушка. Рассказала мне про посылку.

— И что сказала?

— Чтобы был осторожнее.

— Ну, тогда она права, будь осторожнее, — Лола пожала плечами и отвернулась от Ноа. Гренка как раз закончил все свои дела, так что она решила красиво уйти, подхватив пса на руки.

— Не хочешь выпить кофе? — Ноя поднялся вместе с ней и прихватил ее за локоть. Гренка зарычал, и он тут же одернул руку.

Полезность пса была мигом оценена. Лола даже решила раскошелиться на собачье лакомство.

— Назови хоть одну причину, почему я должна дать тебе второй шанс после того, как ты бросил меня в игнор? — она настороженно прищурилась, ногой размазывая по крыльцу тлеющий окурок.

— У меня симпатичная мордашка? — неуверенно предложил Ноа, неловко улыбнувшись.

— Мимо, — цокнув языком, ответила Лола и развернулась, давая понять, что уходит.

Лола не собиралась до конца дней лелеять обиду на Ноа. Тем более, он, кажется, извинялся вполне искренне. Но и просто так, с ходу и легко прощать его она тоже не собиралась. Ей было неприятно. Ноа заслужил ее маленькую месть.

— Что мне сделать, чтобы ты простила мне мою грубость? — бросил он ей вслед.

Прежде, чем повернуться, Лола задавила победную улыбку. От усилий даже щеки свело.

— Очень хочешь, чтобы я простила тебя?

Она стояла у двери, а Ноа — на последней ступеньке. Выходило, что Лола смотрела на него немного сверху. Для лучшего эффекта она попыталась добавить взгляду надменности.

Ноа кивнул.

— Тогда снимай футболку.

Повисло молчание. Ноа вперил в нее удивленный взгляд. Лола продолжала глядеть надменно. Даже Гренка на руках приобрел внезапно королевскую осанку, гордо задрав нос и чуть менее гордо, но все равно с достоинством, свесив язык набок.

— Что? — спросил Ноа.

— Снимай футболку. Или я ухожу.

— Здесь? — Ноа оглядел улицу. По тротуару за железной сеткой шла парочка прохожих.

— Да, — просто ответила Лола. — Здесь. Сейчас.

— А если не сниму, ты меня не простишь?

— И выселю. Так что?

Ноа тихо рассмеялся, неловко провел рукой по волосам и все-таки взялся за молнию своей кожанки.

Лола покусывала губы, чтобы не улыбаться слишком широко. Он действительно раздевался посреди улицы, потому что она выставила такое условие.

Ноа снял куртку и зажал ее между колен. Лола на секунду засомневалась. Подумала, что он не станет снимать все, что она сказала. Возьмет да и передумает. Но он стащил еще и футболку. Остался полуголым. Лола не сдержалась и все-таки улыбнулась. Бессовестно широко и до ужаса довольно улыбнулась.

— Ну так что? — он сжимал одежду в руках. Кажется, даже неловко. Лола не могла сказать точно, потому что на лицо вообще не смотрела.

— Что? — переспросила она, залипнув на его подкаченное очень-очень аппетитное тело.

— Я прощен?

— Ну, сначала кофе, — Лола все-таки посмотрела ему в глаза. Ноа, конечно, не краснел. Но и не сказать, что ему было так уж комфортно посреди улицы стоять полуголым. Особенно с учетом того, что на другой стороне пара девчонок заулюлюкали.

— Идет, — он улыбнулся и приготовился одеваться.

— Ты что это делаешь? — Лола резво подскочила к нему, перепрыгнув разом пару ступенек, и схватила край футболки. У Ноа глаза раза в два увеличились от удивления. — Куртку можешь надеть, а футболку пихай в задний карман джинсов.

— Не поня-я-ял, — опасливо протянул он.

— Такова цена прощения, — Лола пожала плечами. — Кофе. И ты, полуголый, несешь мне его, пока все пялятся на тебя. Ну как?

— Ты не шутишь? — он прищурился.

— Нет.

— Дай хоть футболку дома брошу.

— Не-а, в задний карман.

— Я же выгляжу как идиот.

— Именно.

— Я настолько сильно тебя обидел? — Ноа виновато поморщился.

— Разбил сердце. До сих пор болит. Гренка подтвердит, — она кивнула на часто дышащего пса.

Ноа вздохнул, но футболку в задний карман все же засунул, накинул куртку и показательно покрутился вокруг своей оси.

— Ну как?

— Как будто сбежал из влажной фантазии девственницы, — Лола рассмеялась, показав большой палец вверх.

Ноа скептически посмотрел на нее, покачав головой. Но ни упрекать, ни осуждать не стал. Наоборот, даже улыбнулся.

— Ой да брось, ты секси!

Лола совсем расслабилась и по-дружески шлепнула его тыльной стороной ладони по животу. Шлепок получился звучный и пошлый, так что она даже растерялась. Ноа приподнял брови, в который раз изрядно удивившись.

— Прости, — Лола виновато улыбнулась.

— Только не вздумай за пояс мне десятки пихать, — Ноа наконец расслабился и тоже чуть слышно рассмеялся. — Идем?

— Гренка с нами?

— Он не загадит мне машину?

— Без понятия, с виду парень приличный.

— Тогда бери его с собой.

Лола сразу стушевалась. Улыбка на губах померкла. Она вспомнила, что вроде бы мужчины к своим тачкам очень нежно относятся. Майк вот ни за что не позволил бы ей сесть в свой автомобиль с собакой.

— Нет, я лучше оставлю его дома. Знаешь, я не уверена…

— Да брось, — он пожал плечами. — Бери его уже.

— А если пса стошнит на твой коврик?

— Ну тогда полуголым я побываю не только в кофейне, но и на мойке.

— Я не… Все же не стоит… — Лола отступила на шаг. Пусть пес останется дома. Так будет лучше, и никаких неловких ситуаций.

— Что с тобой? Это же просто собака, — Ноа протянул руку и почесал Гренку за ухом. — Но решать тебе. Я подожду тут, если хочешь занести его домой. Хотя как по мне этому парню не помешает прогулка.

— Ты точно не против, что я сяду в твою машину с псом? — Лола опасливо прищурилась. Она, казалось, не могла поверить, что все вот так просто, что можно взять и сесть к нему в машину, держа на руках собаку, и в этом не будет никакой проблемы.

— Я же сказал, что ничего страшного, — Ноа натянуто улыбнулся, немного хмурясь. — Лола, что-то не так?

Она растерялась от внезапного вопроса. Захотелось сказать, что да, все не так. Нельзя так просто садиться в чужую машину с псом, которого может стошнить на повороте! Нельзя! Так… Так всегда ей говорил Майк. Но Лола не могла сказать это, а потому сделала над собой усилие и ответила:

— Все хорошо, пойдем.

— Отлично, я паркуюсь чуть ниже по улице.

Марку машины Лола не знала. Черная. Большая. На вид вроде бы дорогая. Вот и все. Ноа попросил ее подождать минуту и стал выкидывать из салона пустые стаканчики из-под кофе, бумажные пакеты из общепита и фантики от шоколадных конфет.

— Ого, — протянула Лола. — Не боишься зубы испортить?

Он удивленно приподнял брови, пропуская ее в салон. Лола села в машину и, как только Ноа опустился на водительское сиденье, продолжила мысль:

— Ну, столько сладостей…

— Во-первых, сладости не так уж и сильно портят зубы, во-вторых, какая к черту разница, если это вкусно! — задорно ответил Ноа и потянулся к бардачку. Дверка опустилась, и Лола увидела целый склад шоколадных конфет. — Бери. Угощаю.

Он подмигнул ей и сам взял конфетку. Лола сначала опешила, а потом все же рассмеялась и угостилась парочкой.

В машине с Майком она никогда не позволяла себе вольностей. Даже не вертелась лишний раз, но пока они с Ноа ехали на другой конец города, он успел попросить ее поковыряться в двери и достать оттуда тряпочку, он без умолку забавно ворчал, что что-то ему мешает на стекле, ругал неумелых, по его мнению, водителей. Майк тоже так делал. Но его ворчания заставляли Лолу притихнуть, а Ноа заставлял хохотать. Он не злился и был до ужаса забавным. Так что к тому моменту, как они добрались до кофейни, Лола утирала слезы от смеха.

Ноа держал слово, демонстрируя, как сильно ему нужно ее прощение, и не надевал футболку. Так и щеголял с курткой на голый торс. Лола смеялась от души, глядя, как молоденькие девчонки сворачивали шеи, глядя на хорошо сложенного Ноа. А этот гад, пообвыкшись со своим видом, еще и умудрялся им пошло и бесстыдно подмигивать или махать рукой. Лола аж за живот хваталась.

Он выглядел несуразно, но был в этом органичен и забавен, ловко обыгрывал свое дурацкое положение и все обращал себе на пользу. Лола подумала, что это наверное от уверенности в себе. Ноа не казался нарциссом или что-то вроде того, но точно знал себе цену, и именно это притягивало Лолу, как мотылька притягивало пламя.

Лола осталась ждать на террасе. Заняла столик так, чтобы было видно реку, разделяющую город на две части, и большой мост. Гренка все это время послушно сидел на руках и часто дышал, высунув язык, как и полагалось собаке. Лола хотела бы полюбоваться видом, но, если честно, ничего красивого ни в реке, ни в мосте не видела. Она, казалось, вообще разучилась видеть красоту в городе. Но ее это нисколечко не беспокоило. Все равно на любования миром у нее никогда не было времени. А если время и находилось, то не было уже сил.

— Держи, — Ноа поставил перед ней красивый пластиковый стакан с эмблемой кофейни и бумажный пакет. — Почему американо со льдом?

— Я привыкла пить кофе без молока, — Лола пожала плечами и взяла трубочку в рот. Судя по стакану Ноа, он выбрал горячий напиток. Лола рискнула предположить, что это было что-то до ужаса сладкое.

— Попробуй это, — он кивнул на ее пакет и открыл свой. Достал большой круглый пончик с розовой глазурью и откусил. Лола с трудом подавила удивление, глядя на то, сколько в этой выпечке было крема.

Ноа смаковал свой десерт с невозмутимым видом. И даже никак не пытался прикрыть свой голый живот. Лола снова прыснула, заметив заинтересованные взгляды двух девушек за соседним столиком. Она задорно им подмигнула и принялась разворачивать пакет.

— Я подумал, ты и сладкое не очень, так что выбрал эклер с черным шоколадом. Вроде бы не слишком приторно.

— Да, спасибо, — Лола неловко улыбнулась и откусила здоровенный кусок от эклера. Она, кажется, проголодалась.

— В общем, я хотел извиниться. Прости, что вел себя, как идиот. На самом деле я не отношусь к женщинам как-то по свински или что-то типа того…

— Забей, — Лола прожевала и запила кусок. — Нормально все. По правде говоря, за последние пару дней козел-Ноа — не самое дерьмовое, что со мной случилось.

— Поделишься? — он подался вперед и положил локти на стол.

— Это… Не хочу плакаться, — она отмахнулась. Майк ненавидел ее жалобы, всегда переводил тему. Да и вообще, кому нравится слушать чье-то нытье?

— Да брось, я готов подставить тебе свое плечо на поплакаться, — он оперся локтем на стол, приспустил куртку, оголяя руку до самого локтя, и призывно поиграл бровями.

У Лолы кофе носом пошел.

— Хорошо! Хорошо! — она скорее замахала рукой и принялась вытирать нос салфеткой. — Только не делай так! Ты же… Ты как придурок!

— Я честно несу крест раскаяния, — он пожал плечами и отпил кофе из своего стакана, расслабленно откинувшись на спинку стула. — Так что у тебя?

— Ну, знаешь, — Лола перевела взгляд на мост. Выходило, что она смотрела чуть вбок, а не на Ноа. — А, секунду.

В кармане завибрировал телефон. Лола достала мобильник и посмотрела на дисплей. Лиз.

— Важный звонок?

— А? — Лола сбросила и поставила телефон на беззвучный. — Нет, просто сестра.

— Думал, для тебя семья это супер важно. Ответь. Вдруг что-то случилось. Я подожду.

— Нет, правда, все нормально. Мы просто поругались недавно. Наверное, ищет меня, чтобы снова высказать, как по-детски я себя веду.

— По-детски?

— Да, — Лола хмыкнула. Она немного помялась, явно переступая через себя, но, вздохнув, все же продолжила: — Это вообще-то долгая история.

— Ну так я никуда не спешу. А ты?

— Ладно. Я уже говорила, моя мать алкоголичка, а отчим, он, ну, еще хуже… И Пол, и Бенни начали жить вместе, когда оказалось, что мать беременна Лейлой. Я тогда была в выпускном классе. Всё… — Лола покачала головой. Она бы очень хотела подобрать приличное слово, но на ум приходили только ругательства. — Всё начало скатываться в полную задницу. У меня есть старший брат. Айзек. Он, знаешь, всегда был немного… Ну, придурком. А я училась. И собиралась в университет. Черт, прости.

Лола снова отвлеклась на мобильный. Дисплей постоянно мигал, раздражал и отвлекал. Лиз не переставала названивать. Лола перевернула телефон.

— Я ему говорила об этом. Ну, Айзеку. И он обещал помочь. Знаешь, приглядывать за малыми, когда я буду на занятиях. Я же могла поступить в драконий университет. Типа это круто. В общем, он подбадривал меня, обещал прикрыть. Мы оба как-то сошлись во мнении, что нельзя оставлять Лиз и Люка на Бенни. И в общем…

Лола замялась снова. Было неприятно раз за разом вспоминать те, самые трудные, пару дней в ее жизни. Тогда она была всего лишь подростком с мечтами, собиралась влюбиться, выйти замуж, родить своего собственного ребенка. А теперь…

— За день до экзаменов Бенни так напилась, что у нее начали преждевременные роды. Я всю ночь провела в больнице. Утром пришла домой и стала искать Айзека. Нужны были деньги на лечение Лейлы, и нельзя было оставлять Лиз и Люка без присмотра, детская служба должна была прийти, проверить нас, а кроме меня только он был совершеннолетним. В общем… Я его не нашла. Я звонила еще сотню раз из больницы, но он не брал трубку. А потом отключил телефон. И я не поехала на экзамен.

Лола умолчала, как тогда ей было стыдно обыскивать дом и предлагать скупить у нее барахло, как искала хоть какую-то работу, но в приличные места ее, конечно же, не брали, а она не знала, что делать, едва сводила концы с концами. Бенни была в больнице, а как вышла, сразу бросилась пить. И Лола металась между дерьмовыми подработками и больницей. Ее сестра была такой крошечной, истыканной иголками, а матери не было. Лола даже не знала, как держать такую крошку на руках.

— Я пошла сдавать ценные вещи в ломбард, чтобы помочь Лейле. И вот Айзек недавно вернулся. Спустя пять лет. Господи, — она зарылась руками в свои волосы, опустив голову, и чуть потянула. — Я так его ненавижу.

Лола посмотрела на Ноа. Она ждала, что он закатит глаза или скажет, что это пустяки. Что-нибудь из того, что она привыкла слышать от хорошего парня Майка, что-то из того, что она сама привыкла думать о себе и своих проблемах.

— Так этот гад теперь живет с вами? — он хмурился.

— В доме, за который плачу я, жрет еду, которую покупаю я, и воркует с детьми, которых я пять лет тащила сама! И он даже не извинился за то, что бросил меня! — Лола шлепнула рукой по столу в гневе. И тут же шикнула от боли. Не рассчитала.

— Ты в порядке? Осторожнее! — Ноа тут же подался вперед и схватил ее за запястье гудящей руки.

— Ты что, доктор? — Лола рассмеялась.

— Нет, но кое-что смыслю в оказании первой помощи, — он осторожно коснулся ее ладони. Провел горячими пальцами по коже. У Лолы перехватило дыхание. Боль забылась.

Ноа, в своем дурацком и все равно сексуальном наряде, касался ее так бережно и мягко, будто она была чем-то очень хрупким и важным. Лола совсем не понимала подобного. Она не привыкла, чтобы к ней так относились, да и, наверное, не хотела бы привыкать. Ведь потом, когда все это закончится, когда Ноа, пусть и с тараканами в голове, но все равно такой комфортный, исчезнет из ее жизни, ей снова придется становиться собой, самой себе зализывать раны, снова учиться сдерживать слезы…

Конечно, преждевременно было думать о чем-то таком, ведь они только выпили кофе, ну и целовались… Но все равно. Лола еще до начала всего запрещала себе привыкать прятаться за кем-то и искать поддержки, запрещала себе привыкать к плечам, на которых можно было бы плакаться.

— Я схожу попрошу льда, — Ноа резво вскочил из-за стола.

— Все нормально. Забей.

— Я схожу за льдом, Лола. Холод облегчит неприятные ощущения.

— Ладно, окей, — она отмахнулась.

Только бы скорее оставил ее хоть на минуту. Лола начала краснеть. Глупость какая-то… Как ее могло смутить его поведение? Как ее могло смутить простое «схожу за льдом». Всему виной точно его придурковатый вид. Вот вернется он, и заставит его обратно надеть футболку. Все, прощен.

Лола вздохнула и взяла телефон. Перевернула его дисплеем наверх. Двадцать четыре пропущенных от Лиз. Она, видимо, ужасно хотела что-то высказать Лоле, раз так усердно названивала.

Под иконкой с пропущенными горела еще одна. Сообщение. Лола разблокировала телефон и нажала на облачко внизу экрана, открыла диалог с Лиз.

Лола вмиг спала с лица.

«Я не могу найти Лейлу. Лейлы нигде нет», — гласило сообщение.

Глава 12

Лола перечитала сообщение. А затем еще раз. И еще. Она перечитывала сообщение до тех пор, пока не вернулся Ноа с бумажным стаканом, доверху заполненным льдом.

— Ты в порядке?

Он не стал садиться за стол напротив. Ноа присел на корточки рядом с ее стулом и бережно взял Лолу за руку, приложил стакан к ладошке.

Она отрывисто вздохнула, пытаясь подавить нарастающую жуткую панику. Сейчас его касания едва ли волновали ее.

— Мне… Мне… Мне… — Лола заикалась, не в силах выдавить из себя хоть слово. От переживаний даже во рту все пересохло. — Мне нужно домой.

— Что случилось, Лола? — тень беспокойства легла на его лицо. Ноа не хмурился, но из глаз пропал задорный блеск. — Ты бледная.

Лола не нашла в себе сил озвучить слова Лиз. Она просто протянула Ноа телефон. Ее руки так дрожали, что ему пришлось придержать запястье, чтобы прочитать, что написано на дисплее.

— Это… — Ноа всмотрелся в телефон еще раз и вздохнул. — Не переживай. Может быть, она просто вышла погулять? Или ушла с кем-то из твоих. У вас же большая семья.

— Нет, — Лола покачала головой. Она точно знала, что это не просто так. Если Лиз так усердно ей названивала, значит, она проверила все. И Лейлы действительно нигде не было. — Ноа, это точно. Никто у нас по пустякам не обрывает телефоны.

— Ладно, — он выдохнул, поднялся, хлопнув себя по коленям, и произнес: — Давай отвезу тебя домой, идет? А там посмотрим.

— Нет, спасибо. Я… Я сама доберусь. Правда. Это не твоя проблема.

— Нет, не моя. Проблема твоя. И я хочу тебе помочь, чем смогу. Даже если все мое «могу» уложится в «подбросить тебя до дома».

Лола сомневалась с минуту. Не привыкла к тому, что чужаки могут быть искренними в своей помощи. Она могла бы предположить, что Ноа просто хотел залезть к ней в штаны, но ведь они уже проходили это. Ничего подобного он от нее не хотел. Во всяком случае, не просто затащить в постель на разок.

— Ладно. Хорошо, — Лола вскочила со стула. Гренка спрыгнул с ее рук. Она тут же подхватила пса на руки. — Спасибо. Да, спасибо.

Шпиц недовольно вертелся на руках. То ли ему передавалась ее нервозность, то ли скверный характер лез наружу.

— Знаешь, дай-ка мне его. А ты возьми кофе, — Ноа потянул руки к собаке, кивнув на стол.

Лола, загипнотизированная собственным волнением, выполняла все, что говорил Ноа. Отдала ему Гренку, собрала со стола напитки и бумажные пакеты.

По дороге к машине Ноа старался развеселить ее. Говорил какие-то забавные вещи, но Лола не была способна ни на малейшую улыбку. Она уже рисовала в голове картинки самого худшего развития событий. Ей было не до шуток.

Но Ноа не раздражал, был тактичен, и чувствовалось, что он просто пытался отвлечь ее.

— Давай сначала отвезем твоего друга, а потом искать Лейлу, хорошо?

— Да… Да…

Лола набирала сообщение. Она несколько раз ошибалась в простых словах. Не могла попасть по маленьким кнопкам на экране. Лола отправила сообщение и повертела телефон в руках. На заднем сиденье Гренка громко дышал, Ноа рядом постукивал пальцами по рулю. Каждый звук вокруг нее стал острее. Лола открыла окно. Глотнула воздуха и снова закрыла. Она должна была занять чем-то руки.

Майк. Да. Нужно позвонить ему. Он сможет помочь. Точно сможет.

Лола снова уставилась в телефон. Она принялась названивать ему. Звонила и звонила. Но все время натыкалась на гудки и дурацкое «возможно абонент занят…».

— Черт, — Лола нервно стукнула по панели машины и тут же опасливо посмотрела на Ноа, ожидая, что ей как минимум велят держать себя в руках, машина все-таки дорогая.

— Эй, ты как? — Ноа бросил на нее короткий обеспокоенный взгляд, но затем быстро сосредоточился на дороге. — Не больно хоть?

Лола непонимающе на него посмотрела. При чем тут больно? Она в его тачке ведет себя как вандал! А он…

Это нормально вообще?

Лола не могла понять, отчего он так добр к ней. В то, что виной всему было всего-то раскаяние, верилось с большим трудом.

Она помедлила секунду и решила испытать его терпение, открыла окно и закурила. Ноа и на это не сказал ни слова.

За поворотом показался их дом. Лола издалека в любом состоянии могла бы узнать его по яркой огромной надписи «Я трахнул твоего дракона в зад». Она все порывалась купить краску и замазать ее, но пока руки не доходили.

Лола снова взялась за мобильный и стала набирать Майка. Она понадеялась, что, быть может, он все-таки возьмет трубку. Конечно, в прошлый раз они расстались не очень хорошо. Точнее, она просто сбежала, но Майк был нужен ей.

И дело тут, наверное, было даже и не в поддержке в трудную минуту, нет. С трудными минутами Лола могла справиться и сама. Но чем больше людей искало бы Лейлу, тем больше шансов у них было бы найти ее.

— Я отнесу пса, а ты звони, — шепотом произнес Ноа, забирая Гренку с заднего сиденья. Лола согласно кивнула, покусывая костяшки пальцев от волнения.

Майк по-прежнему не брал трубку.

Последний звонок Лола сбросила сама, не стала дожидаться, когда автоответчик опять заговорит с ней, и решила все-таки набрать Лиз.

После долгих гудков сестра взяла трубку.

— Да, — замогильным голосом произнесла Лиз.

— Лейла… — Лола замолчала, не зная, как спросить так, чтобы не напугать сестру еще больше.

— Я не могу ее найти. Всех обзвонила. Ты же… Ты приедешь?

— Минут через десять буду.

— Хорошо, — Лиз шмыгнула носом. — Прости, я должна была быть внимательнее.

— Не-е-ет, — Лола даже подобралась на сиденье. Могла бы вскочить с места — вскочила бы. — Не-е-ет, дорогая, это не твоя вина! Ты не виновата, Лиз.

— Но ты оставила ее со мной…

— Послушай, я вот-вот буду дома. Не смей думать, что это твоя вина. Не смей.

Лиз ничего не отвечала. Одно только это молчание давило на Лолу ничуть не меньше самой ситуации, в которой они оказались.

— Мы ждем тебя. Приезжай скорее.

Ноа сел в машину как раз в тот момент, когда Лиз отключилась. Лола, на секунду замерев, поглядела на него, а потом наконец сообразила.

— Куда ты дел собаку? Я же даже ключей от квартиры тебе не дала.

— Хельма попросил присмотреть, — Ноа завел машину.

Он уже надел футболку. Лола даже не успела понять когда. Пока относил пса? Или раньше? Для нее все было как в тумане, все в голове смешивалось в какую-то кашу. Она пыталась не паниковать, пыталась держать себя в руках, но все равно была как будто в прострации. Думала обо всем, о чем только можно, и ни о чем одновременно.

От волнения Лола запнулась на лестнице. Ноа придержал ее за локоть. Он не стал отшучиваться или что-то спрашивать, просто молча помог ей подняться по ступенькам и открыл перед ней дверь.

В прихожей, как всегда, не было места.

Но теперь это не выглядело мило. Не отдавало теплотой, их Треччеровским уютом. Лола увидела несколько чужих курток на вешалках. Она и так не сомневалась, что все серьезно, а теперь увидела.

Лола сняла куртку, положила ее на обувную полку и прошла в гостиную.

На диване рядом с Люком сидел его друг, Лиз расхаживала туда-обратно и кому-то названивала. Судя по ее лицу, этот кто-то не брал трубку. Из кухни доносился смех. Лола чуть пригнулась, чтобы в квадратной арке рассмотреть, кому это в таких обстоятельствах было так весело.

Айзек над чем-то смеялся с парой дружков.

А, так вот что это были за куртки незнакомцев в прихожей. Это вовсе не помощь.

— Привет, — Лола неловко помахала рукой. Лиз тут же выключила телефон и метнулась к сестре.

— Я не знаю, как так вышло! Клянусь! Это правда. Лейла спала на соседней кровати. Я проснулась — ее уже не было. Я в садик позвонила, округу обошла. Лейлы нет! — Лиз тараторила, периодически переходя на визг и шмыгая носом. — Я… Я… Я все проверила. Я в полицию позвонила. Но они сказали подождать, потому что… потому что…

— Потому что мать могла увести ребенка, и у нее на это есть полное право? — закончила за нее Лола. Им уже не в первый раз так отвечали.

У Бенни было право впустить Пола в дом, у Бенни было право заложить их жилье и отдать все деньги своему любовничку. У Бенни все еще было право взять Лейлу, скажем, на прогулку. И не важно, что эта прогулка могла плачевно закончиться. У них уже такое бывало. Они поднимали шум по поводу Люка, а он вернулся через день. Бенни утащила его гулять. Панику тогда Треччеры развели нешуточную.

— Так, эм, ладно… — Лола села в кресло. — Мы можем сами ее поискать. Нужно составить список мест, где обычно бывает Бенни, куда могла пойти Лейла, и разделиться. Все будет хорошо. Если она с Бенни, мы ее найдем. Если нет… Все равно найдем.

Она открыла ящичек журнального столика и поковырялась в барахле, которое они там хранили. Нашла ручку, листок и стала записывать.

Пара баров, бывший Бенни, который жил в квартале от них, женатые наркоши на той же улице, парк через пару автобусных остановок…

Лола перечислила с десяток мест, включая те, до которых Лейла могла добраться сама. Но очевидно, что четырехлетка не могла уйти далеко одна. Будь сестра поблизости, Лиз нашла бы ее.

Лола быстро соображала и концентрировалась на том, чтобы найти Лейлу, а не на мрачных мыслях о том, что они могли больше никогда не увидеться или что с ней уже могло что-то случиться.

— Так, разделитесь, кто что обыщет. И напишите мне, какие будут результаты. А я пока позвоню в больницы и полицейские участки.

— Давай я съезжу в эти три места. Они далековато, а я на машине, — Ноа наклонился и через ее плечо посмотрел на список. Если бы не ситуация, в которой они оказались, Лола бы точно приметила, как он близко и все такое.

— Ты не обязан, мы можем…

— Я поеду в эти три места. Напишу тебе, как поброжу там.

— Точно узнаешь Лейлу? — Лола решила, что если услышит хоть каплю сомнения в его голосе, то уж лучше отправит его домой.

— На память не жалуюсь. Я пошел, — Ноа подмигнул ей и тут же виновато потупился. Видимо, игривость добавил по привычке.

— Спасибо, — Лола улыбнулась. Напряженно, скованно, натянуто, но она точно дала понять своей улыбкой, что на его подмигивание не в обиде.

Лиз, Люк и его друг разделили между собой оставшиеся места.

Лола обзванивала все больницы и полицейские участки. Она звонила и звонила. В некоторые даже по нескольку раз. Но ни о Бенни, ни о Лейле они были ни сном ни духом.

Ноа написал, что никого не нашел. Лиз вернулась самой последней, и тоже ничего.

— Все будет хорошо, — Ноа похлопал ее по плечу.

Он остался отужинать у них. И как-то так получилось, что еще и оказался втянут в готовку.

— Она пропала утром. Уже вечер.

— Вдруг она с матерью.

— У нее больше шансов выжить, если она останется на улице одна, — Лола фыркнула и тут же помрачнела.

Она не верила в бога, но весь этот день взывала в пустоту, молила некую всемогущую сущность. Все это время бог не обращал на них внимания, так с чего бы сейчас? Но она все равно взывала про себя. Потому что это была хоть какая-то надежда. Надежда на чудо, которое, впрочем, вряд ли могло случиться. С такими, как Лола, тех самых чудес не бывает.

Удивительно, но после ужина все-таки приехала полиция. Лолу и Лиз расспросили о Лейле, взяли фото и обещали что-то там предпринять. Ноа внимательно слушал и говорил. А Лола просто хлопала глазами, совсем расклеившись.

Ужин проходил в гнетущей тишине. Ноа пару раз предпринял попытку заговорить, пошутить, но никто не среагировал, и он стих.

Лола с трудом умудрилась выпроводить его. Он согласился вернуться к себе только после того, как она едва ли не на крови поклялась, что утром позвонит ему и расскажет новости.

Лола закрыла за Ноа дверь, прошла в гостиную и села на диван к Лиз. Сестра смотрела в выключенный телевизор. Она поджала под себя ноги и нервно покусывала костяшки пальцев.

— Эй, все будет в порядке, — Лола приобняла ее и стала растирать ей плечи, стараясь приободрить.

— Мне нужно было лучше смотреть за ней, — Лиз сильнее подтянула к себе ноги. Будто пыталась сжаться в крохотный комок и совсем раствориться в воздухе. — С тобой такого никогда не было. А у тебя несколько работ. И куча дел. Но ты…

— Но я забывала коляску в магазине, теряла Люка в толпе, забывала про твой день рождения, — Лола перечисляла все свои самые злостные проступки. И Лиз в конечном счете слабо улыбнулась. — Я уверена, Лейла не могла уйти сама. Значит, она с Полом или Бенни. Все будет хорошо.

Лола посидела с сестрой еще пару минут и, когда та стала совсем клевать носом, ушла на кухню убирать. Уснуть у нее бы не вышло. Так что она, закончив с посудой, забралась с ногами в кресло в гостиной и стала смотреть телевизор. Мэт, к вечеру выбравшийся из своей каморки, бесцельно щелкал каналы.

— Волнуешься? — спросил он, так и не отрывая взгляд от мелькающих картинок.

— Есть немного.

— Лейла умная девчонка. Не пропадет.

— Ей четыре, Мэт! — возмутилась Лола.

Что значит не пропадет? Да с ней все что угодно могло случиться. За целый-то день! А впереди была еще ночь… У Лолы сердце забилось быстрее. Господи, как это вообще могло произойти?

Задняя дверь неожиданно скрипнула. Лола даже подскочила. Она ожидала, что сейчас через кухню в гостиную забежит Лейла и все. И это будет значить, что кошмар закончился. Но вместо любимой сестры дома появился как обычно пьяный Пол.

Лола недовольно цокнула и опустилась в кресло.

Ну почему потеряться не мог он?! Почему вместо Лейлы не пропал без вести этот проспиртованный хрен?!

— Не вижу радости в глазах, — Пол облокотился на дверной косяк. — Как же поприветствовать папочку?

Лола не постеснялась от души скривиться.

— Блевануть захотелось, — она приставила два пальца ко рту, имитируя приступ рвоты.

— Ремня бы тебе, мелкая сучка, — он покачал головой, цокая языком.

— А тебе бы крысиного яду, — выплюнула Лола и, разводя руками, добавила: — Но ни тому, ни другому не дано случиться. Где Бенни?

— А, — Пол задумчиво прищурился. — С этой вашей мелкой… Как там ее… Лейлой, вот! С Лейлой устраивает день матери и дочери. Гуляют типа…

Он икнул, и у Лолы случился уже отнюдь не шуточный рвотный позыв.

— Сейчас ночь, — она вскинула брови. Какой родитель потащит четырехлетку гулять с утра до поздней, черт подери, ночи.

Пол поджал губы и безразлично пожал плечами, всем своим видом однозначно выражая, как ему безразлична судьба маленькой девочки. И ведь это была его дочь! А он даже умудрялся забыть, как ее зовут!

Лола проводила Пола презрительным взглядом. Она его ненавидела. Ненавидела с каждым днем все больше. Ненавидела настолько сильно, что желала ему смерти. Но он, как будто в насмешку, даже несмотря на свой отвратительный образ жизни, не то что не собирался умирать, он был здоровее всех здоровых.

Лола так и уснула в кресле. А когда на рассвете дверь хлопнула, она вздрогнула и резко проснулась. Лиз и Люк через минуту сбежали на первый этаж и так и замерли на лестнице.

Даже Мэт проснулся и чуть ли не подпрыгнул на диване.

Они все ожидали увидеть Бенни. В кои-то веки они ждали свою мать. Они хотели, чтобы она пришла с Лейлой, чтобы вернулась в целости и чтобы с их сестрой все было хорошо.

— Че? Ждали меня, что ли? — Айзек стягивал куртку, неприятно усмехаясь. — Лестно. Очень лестно.

— Мы ждали Лейлу, — холодно отозвалась Лиз. А ведь еще два дня назад она улыбалась ему, была так рада видеть его.

— Да вернется ваша Лейла. Она же с мамой, — он недовольно закатил глаза, как будто они его пустячным делом побеспокоили.

Айзек снял куртку и прошел к лестнице. Он грубо пихнул Люка, чтобы самому пройти наверх.

— Ты мог бы помочь нам искать их! — крикнул ему вдогонку Люк.

— Вы херней страдаете. С чего это я должен тратить свое время на ваши игры? Не мелите чепухи.

И он в полной тишине поднялся наверх.

Лола, видя лица своих младших, с трудом удержалась от желания произнести: «Я же говорила». Да, вот такой их Айзек. Старший брат, которого они так рады были видеть.

— Идите спать, — вздохнула Лола. — Завтра утром вам в школу.

На следующий день Бенни не появилась. И еще через один — тоже.

Лола поменялась сменами на работе, попросила Лору самой присматривать за своим Гренкой, позвонила Ноа. Она пыталась дозвониться и до Майка, но он не отвечал, а потом и вовсе выключил телефон, отправив только короткое сообщение о том, что у него дополнительные смены на работе.

Айзек продолжал являть младшим свое истинное лицо. Каждый раз он напоминал, что они занимаются ерундой, что все их волнение бессмысленно. Лиз не сдержалась и сорвалась. Наорала на него, а он дал ей легкого подзатыльника.

— Ты совсем из ума выжил?! — подскочила из-за стола Лола.

— Пусть следит за языком, — скривился Айзек.

Лола схватила со стола чашку и швырнула ее в Айзека. Он пригнулся, кружка ударилась о дверной косяк и разлетелась на осколки.

— Психованная сука, — изумленно прошипел он.

— Ты абсолютно прав, — Лола не сводила с него глаз. Смотрела совершенно бесстрашно. Она знала, таким типам нельзя показывать слабость.

Лола не ожидала, что Айзек поднимет руку. Она удивилась так сильно, что не сразу среагировала. Да что там среагировала, Лола не сразу начала злиться.

— Еще раз хоть кого-то из нас тронешь, и я в месиво твое лицо превращу. Спроси у Пола, он знает, что я правда способна на это.

— Ты всегда была бешеной, — Айзек покачал головой, поправил куртку и вышел через заднюю дверь.

— Ты в порядке? — Лола тут же кинулась к Лиз.

— Да… Да… Он просто идиот. Ничего страшного.

— Не ничего страшного. Я скажу Эннану, и он вздернет этого Айзека! — пригрозила она, прижимая Лиз к себе.

— Эннан… — сестра тут же помрачнела, стоило упомянуть эльфа.

— Что? Расстались? Вы же оторваться друг от друга не могли? — Лола в самом деле удивилась. Эльф ведь так сох по Лиз.

— Нет, но… — она немного помялась. — Мне нужен совет.

— От меня? — Лола удивленно приподняла брови.

— Ну, больше спрашивать не у кого.

— А, ну тогда понятно, — фыркнула Лола, садясь напротив сестры за кухонный стол. С осколками кружки решила разобраться потом.

— Он… — Лиз стала постукивать ногтем по краю грязной тарелки, которая осталась после обеда. — Он не отвечает на звонки.

— Просто так? У вас ничего не случилось?

Лиз покачала головой и грустно уставилась на немытую тарелку.

— Просто так… Это совсем не похоже на него. Я волнуюсь… Очень сильно.

— Все будет хорошо, — Лола перегнулась через стол и потрепала Лиз по волосам. Та недовольно цокнула языком и отстранила ладонь. — А Эннан разрешает мне трогать его голову!

— Он просто стесняется дать тебе по рукам! — возмутилась Лиз с грозным видом. Но уже через секунду ее лицо разгладилось, на губах появилась добрая улыбка.

Они играли в гляделки еще несколько секунд. А потом из гостиной донесся голос Ноа.

— Эй! Есть кто? Давай живей!

— Да хватит! — второй голос принадлежал Люку.

— Что хватит? Сестра увидит тебя и еще добавит!

Лола привстала из-за стола и чуть нагнулась вбок, чтобы рассмотреть в арочном проеме, что там происходит. Ноа подталкивал вперед Люка. А Люк…

— Господи! — пискнула Лола. И, видимо, ее так перекосило, что даже безразличная Лиз обернулась.

— Ни хера ж себе, — протянула она удивленно.

— Люк, черт побери!

Лола выскочила в гостиную и стала осматривать брата. У него был разбит нос, рассечена губа, и зрел синяк на скуле. Она схватила его за запястье и приподняла руку. Костяшки были сбиты.

— Ты дрался, паршивец! — она толкнула его в плечо, и он поморщился.

— А я говорил, что она добавит, — хмыкнул Ноа.

— А ты-то какими судьбами? — крикнула из кухни Лиз.

— Проходил мимо, смотрю подростки сцепились. А там Люк. Ну, вытянул его оттуда.

— Зря влез, — буркнул Люк и скривился. Видимо, говорить ему было не слишком-то приятно.

— Как у вас дела? Лейлу нашли?

— Нет, но мы знаем, что она с Бенни. Точно с Бенни, — быстро протараторила Лола и снова пихнула брата. — Из ума выжил?! Какая драка?

— Как будто в первый раз, — Люк утер кровь из-под носа. Вышло так себе. Больше размазал. — Пропусти. Пойду умоюсь.

Он оттолкнул Лолу и пошел к лестнице, придерживаясь за бок.

— Эй! Может, к врачу? — крикнула она ему вслед.

— Обойдусь!

— У него ничего серьезного. Не переживай, — Ноа положил ей руку на плечо, и Лола неловко улыбнулась.

За последние пару дней, пока не было Лейлы, именно он, а не Майк, поддерживал ее и предлагал свою помощь. Хотелось верить, что делал он это не из чувства раскаяния за то, что когда-то там, кажется, уже так давно, что и вспоминать глупо, обидел ее, а действительно потому, что Лола ему нравилась.

— Он иногда ввязывается в потасовки. Но чтобы так, — она покачала головой.

Люк был обычным мальчишкой. Конечно, он дрался. Однако как правило все заканчивалось парой синяков, но никак не кровью на все лицо.

— Тебе звонили из полиции?

— Ты все о Бенни? — Лола поморщилась. — Не-а. Ничего. Они обе как сквозь землю провалились.

— Откуда ты знаешь, что она с матерью?

— Пол сказал.

— И ты ему веришь? Он же мудила, насколько я помню.

— Но ему настолько безразлична Лейла, что он не стал бы врать.

Лола и правда верила в байку Пола. Спонтанно схватить своего ребенка и потащить его куда-то — было вполне в духе Бенни. Да и Лола вспомнила, что накануне у нее уже случался внезапный приступ материнства, когда она принялась поучать свою непутевую старшую дочь. И все-таки это не уменьшало ее волнения.

— Хочешь чаю? — предложила Лола. — Мы только пообедали… Или ты голодный? У нас что-то осталось, я разогрею…

— Да, спасибо, — он очаровательно улыбнулся.

Сердце пропустило удар и стукнуло в груди так сильно, что Лола даже растерялась.

Это еще что такое?

Может, он и правда маг? И улыбочки это какой-то способ ее заколдовать?

— Чего застыла? Передумала меня кормить? Я могу заплатить, если что, — Ноа призывно поиграл бровями. Лола прыснула и легко шлепнула его по плечу.

Он был чертовски забавным и до ужаса простым. Куда проще Майка. Рядом с ним Лола ни о чем не задумывалась и могла быть собой. Правда, за годы трудностей и месяцы странных, ни к чему не ведущих отношений она успела подзабыть, какая она, когда бывает самой собой. Где в том потоке всего, что с ней случается, всех улыбок, ругательств и бесконечной борьбы за кусок хлеба на завтрак она настоящая?

Лола суетилась на кухне, разогревала остатки обеда. Лазанья пахла на всю кухню и Ноа, очевидно не в меру голодный, уже исходил слюнями.

Телефон, который Лола положила на подоконник, зазвонил. Из-за вибрации он чуть не завалился за газовую плиту, съехав.

— Алло? — она не посмотрела на дисплей. Просто схватила, нажала зеленую кнопку и приложила мобильник к уху.

— Добрый день! — раздался бодрый незнакомый женский голос. — Вас беспокоит банк «Драконья ставка». Я говорю с Лолой Треччер?

— Да, — она насторожилась, вытянулась. Микроволновка пикнула, но Лола не стала спешить доставать еду. У нее вдруг возникло очень дурное предчувствие. Ей часто звонили из банка. Из другого банка.

— Вам знаком Пол Дэвисон?

— Да, — у Лолы случилось чувство дежавю. Почти такой же диалог у нее уже был два года назад.

— Пол Дэвисон указал вас как контактное лицо…

И дальше девушка бодро рассказала Лоле, что Пол заложил их дом и вот уже какое-то время не гасит задолженность. Если проценты не будут погашены в ближайшее время, банк будет вынужден изъять дом. От названной суммы у Лолы волосы на теле зашевелились.

— О господи, — растерянно прошептала она. — Этого не может быть… Дом… Дом… Это, наверное, какая-то ошибка… Дом уже в залоге в другом банке…

— Простите? — бодренький голос сотрудницы банка стал настороженным. — Вы хотите сказать, что дом заложен в другом банке?

— Да, — ответила Лола, так до конца и не понимая, что происходит.

— Банк уточнит состояние залога. Однако вы должны внести хотя бы проценты от общего долга в ближайшее время.

Лола не стала дослушивать и разговаривать дальше. Она просто выключила телефон, оборвав девушку на полуслове.

— Лола? — Ноа настороженно прищурился.

— Пол заложил дом. Один долг я выплачиваю. Но…

— Тебе из банка позвонили?

— Да. Из другого. Он… Он… Он как-то заложил дом в двух банках. О боже…

Лола дрожащими руками открыла форточку и стала лазить по выдвижным ящикам в поисках сигарет. Наконец она нашла одну пачку.

— О боже… О боже… О боже… — руки не переставали дрожать, и она с трудом умудрилась прикурить сигарету. — У нас отнимут дом. Пол… Из-за него отнимут дом. У меня нет столько денег. О боже…

— Что ты сказала? — Лола обернулась. В проеме стоял Люк. Лицо у него было распухшее и отекшее. Но без следов крови.

— Люк, это… — она выкинула недокуренную сигарету в форточку и в два шага подскочила к брату. — Все не важно. Я придумаю что-то. Наверное, в банке какая-то ошибка.

— Что с домом? Что тебе сказали? — сквозь зубы злобно прошипел Люк.

— Пол заложил дом в двух банках. Я не знаю, как так вышло. Но это не важно. Правда, не волнуйся, — Лола давила из себя улыбку, хотя в глазах стояли слезы. Дрожь в руках никак не прекращалась. Но она знала, что не может просто дать слабину. Только не перед Люком. Он всегда был слишком чувствительным ко всему, что делал Пол. Не раз порывался с ним чуть ли не подраться. Лоле с трудом удавалось уберечь его от худшего.

— Да, эм, слушай, — вмешался Ноа. Его голос сочился куда большей уверенностью. — Это же незаконно. Дом заложить можно только в одном банке. Так что, наверное, случилась какая-то ошибка.

— Я не с тобой говорил, — Люк не сводил с Лолы злющего взгляда. — Нас вышвырнут на улицу? Мы будем бездомными?

— Нет, нет! Что ты! Я не допущу этого! — Лола собиралась было обнять Люка, но он вывернулся из ее рук и стремительно бросился к двери.

Она не пошла за ним. Не пошла, потому что знала, что не сможет его успокоить. Ей бы и самой не помешал бы кто-то, кто сейчас бы уверил ее, что все будет хорошо, она бы конечно не поверила, но, может быть, хотя бы выплеснула эмоции, как это сделал Люк.

Брат хлопнул дверью. Так громко, что окна задрожали. Даже Лиз спустилась со второго этажа. Она увидела Лолу и обеспокоенно произнесла:

— Что-то произошло, — констатировала Лиз. — Эл?

— Пол заложил дом в двух банках.

— Это незаконно, — опасливо протянуло она. — Настолько незаконно, что дом могут забрать. Просто забрать. О боже.

Лола все-таки достала лазанью из микроволновки. Но Ноа так к ней и не притронулся. Упивался чаем вместе с Лолой и Лиз.

— Люк услышал, — Лола закусила губу. — Черт…

Она закурила. Даже к форточке в этот раз подходить не стала. Курила прямо за столом, а пепел струшивала в грязную тарелку.

— Переживет. Лучше скажи… — Лиз помахала перед носом рукой, демонстрируя, как ей не по душе дурная привычка сестры. — Что там за сумма?

— Большая, Лиз… Даже больше, чем та, что я уже выплачиваю…

Лола не собиралась говорить. Не говорила до этого, не скажет и сейчас.

— Можно уже собирать вещи? — Лиз горько усмехнулась.

— Видимо, да, — Лола затянулась сигаретой.

По крайней мере, они предупреждены, знают, какая ситуация, есть время подыскать место для жизни или… Лола даже не знала, что делать. В голове была пустота. Нужно было, как всегда, решать проблему, но в этой ситуации, казалось, решения не было.

— У меня есть знакомый, он в таких делах разбирается. Я могу спросить у него. Уверен, выход есть. Пол вам никто, как он может заложить ваш дом? — Ноа ободряюще посмотрел на нее. Лола улыбнулась. Она знала как. Прекрасно понимала.

— Бенни. Скорее всего, она ему помогала.

Повисла тишина. В этой тиши отчетливо скрипнула лестница, ведущая наверх. Очень тихо, но Лола тут же вскочила с места и кинулась к ней.

О, она бы сейчас была рада увидеть кого угодно. Пола, чтобы все-таки разбить об его голову копилку в форме бульдога, Бенни, чтобы выдрать ей все волосы, Айзека, чтобы посмотреть, как перекосится его лицо, когда он поймет, что с халявным жильем пролетел, Люка, чтобы заверить, что они справятся, или Лейлу, чтобы обнять ее и уверить себя, что у нее нет права опускать руки, хотя бы ради этой малышки.

Бенни замерла на ступеньках. Она улыбнулась, когда всклоченная нервная Лола влетела в гостиную.

— Где Лейла? — Лола тяжело дышала. За ней в проеме кучковались Ноа и Лиз. Оба, кажется, были готовы чуть что держать ее, чтобы она не совершила еще и преступление. Им же тут только убийства ко всему прочему не хватало.

Бенни потупилась. Стала неловко мять пальцы.

— Я тебя спрашиваю, где моя сестра, дрянная ты подстилка алкоголика!!! — взревела Лола и кинулась вперед.

Ноа схватил ее за плечи и придержал. Хватка у него была крепкая. Лола вырывалась, но он не отпускал. А она как озверела. Брыкалась безостановочно. Словно вцепись она в волосы матери, и все сразу придет в норму: и Лейла, и дом. И даже Пол исчезнет из их жизней…

— Эл, так будет лучше, — Бенни сделала слезливое лицо. Ее глаза увлажнились. Но Лола не прониклась сочувствием. Она только ощутила, как и без того горячая кровь закипает.

— Что лучше?! Где Лейла?! Отвечай! Или, богом клянусь, я выдеру голыми руками твой язык, раз ты им пользоваться по-нормальному не собираешься!

Лола вырывалась, брыкалась что было сил, но Ноа, обхватив ее за живот, не давал ей кинуться и в самом деле придушить мать. А Бенни даже на шаг не отступила. Так и стояла на лестнице, роняя крокодильи слезы.

— Сука! Ты не мать! Никому из нас! Конченая тварь! Да чтоб ты сдохла! Сестра! Где моя сестра?!

— Лола, так лучше для всех нас. Тебе же… — она все продолжала мять пальцы и сутулиться.

И чем более жалостливый вид принимала Бенни, тем сильнее Лола хотела ее раздавить, разорвать голыми руками, убить, уничтожить, стереть с полотна мира. Чтобы никакой Бенни никогда не существовало. Чтобы никогда у этой мерзкой отвратительной женщины не рождались дети! Лола хотела стереть сам факт того, что такое никчемное создание может быть матерью, даже если бы это означало стереть и свое существование.

— Эл, пойми! Ты же так страдала! А теперь можешь заботиться только о себе! Ты можешь пойти в университет! Ты же так хотела! — Бенни кинулась было к Лоле. Но все-таки отступила на шаг, когда та закричала не своим голосом.

— Я убью тебя! Убью! Что ты с ней сделала?! — Ноа что-то говорил. Он точно как-то пытался успокоить ее, но Лола не разбирала слов. Она была сконцентрирована на Бенни. На желании вцепиться ей в горло и драть его, чтобы нерадивая мать корчилась от боли, умирала в муках, в таких же страшных, в которых заставляла жить своих детей. Лола ненавидела ее. Яростно. Самой чистой ненавистью.

— Служба! Я отдала ее в детскую службу! — зажмурившись, выпалила Бенни. — Она больше не наша! Ее удочерят! В хорошую семью! Всем так лучше! Тебе! Лиз! Айзеку! Люку! Я всем сделала хорошо!

Лола замерла. Перестала вырываться. Она медленно, неохотно начинала соображать. Служба… Детская служба. Лейла больше не их…

Приют.

Бенни отказалась от Лейлы. Вышвырнула ее. Как собачонку! Сдала в приют, как котенка, которого не получалось прокормить.

— Ты сошла с ума, — Лола вытаращила глаза на свою мать. Она перестала вырываться, но Ноа все еще держал ее. — Ты просто из ума выжила.

Из груди вырвался смех. Не здоровый. Безумный. Болезненный смех.

Это все не могло быть по-настоящему. Не могло. Даже Бенни не могла просто взять и отдать свою дочь. Она не могла. Не могла!

Да Бенни же никакого отношения к Лейле не имела! Она даже с трудом могла вспомнить, когда у малышки Эл день рождения! Так какое право она имела? КАКОЕ?!

Это Лола была матерью для Лейлы! Это она всем сердцем любила эту девочку! Это она меняла ей подгузники! Она не спала ночами! Она вкалывала, чтобы купить лекарства, чтобы обратиться к магу-целителю! Это она поставила на ноги Лейлу! Так какое право имела какая-то сраная посторонняя алкоголичка распоряжаться жизнью этой крошки?!

— Эл! Ты не понимаешь! Так лучше! Ей найдут хороший дом! Ее будут любить! Она будет сыта и одета. И ты можешь быть свободна. Ты же говорила, что только ради Лейлы… А теперь вот… Теперь все! Эл, пойми! Я же ваша мать, я знаю, как лучше!

Лола подумала, что даже убить Бенни будет мало.

Как она могла прийти к такому выводу? Как? Насколько же пусто должно быть в голове, чтобы думать так!

— Ты же сама говорила… — Бенни улыбнулась. Искренне и честно. Она правда верила, что сделала доброе дело.

И Лола разревелась. Громко. Не стесняясь своего хриплого срывающегося голоса. Она просто разревелась. От безысходности, от непрошибаемости Бенни, от ее глупости. Их мать правда верила, что сделала всем хорошо.

Лола плакала, повиснув на руках Ноа тряпичной куклой. У нее как будто сердце вырвали и вместо него сунули комок колючей проволоки. Она любила Лейлу. Любила едва ли не больше Лиз и Люка. Она учила ее ходить, говорить, держать ложку…

Лейла была ей как дочь. Пусть они и сестры, но все равно…

Слезы никак не прекращали течь из глаз. А Бенни стояла на лестнице. На ее лице застыла растерянность. И Лола даже толком снова разозлиться не могла.

— Ай, — тихий голос сзади и болезненное шипение заставили Лолу вмиг прийти в чувство. Что-то опять случилось. Опять. Чертов день никак не заканчивался. И дрянная жизнь продолжала становиться все хуже и хуже. — Черт! Больно-то как!

— Пусти! Пусти! — Лола завертелась ужом. Лиз было больно. Она должна была помочь! Сделать хоть что-то! Хоть какую-то проблему решить! Вот хотя бы эту. Просто не сидеть. Не думать о том, что им не вернуть сестру, потому что Господь, просто невероятный шутник, не сделал Бенни бесплодной!

В этот раз Ноа выпустил Лолу почти сразу.

Лиз держалась за живот, прислонившись к стене. Ее лицо посерело, а взгляд стал расфокусированным.

— Живот… — прошипела она сдавленно. — Скорую вызови. Помру сейчас…

— О, боже… — Лола стала судорожно щупать карманы, — присесть ей помоги! Что ты застыл!

Ноа кинулся к Лиз, подхватил ее на руки и уложил на диван.

— Где болит? Справа? Слева? Аппендицит? Почки? Что? — она судорожно набирала номер службы спасения, краем глаза наблюдая за Бенни. Та так и замерла на лестнице, прижав в испуге ладонь ко рту.

Почему какой-то внезапной смертельной болезни не могло случиться с этой идиоткой? ПОЧЕМУ? Почему сейчас стонала от боли ее сестра, а не это… Лола даже в мыслях не желала называть ее матерью. Она просто желала Бенни сдохнуть. От всей души.

— Лиз, скажи, что болит!

— Это не аппендицит, — она застонала и свернулась калачиком. И только тогда Лола заметила красное пятно на джинсах.

— Нет, нет, нет, нет, — Лола даже телефон от уха убрала. Ноа перехватил мобильник и чуть отошел в сторону.

Она кинулась к сестре. Упала рядом с диваном на колени и посмотрела ей в глаза. Лиз грустно улыбнулась и тут же поморщилась.

— Умоляю, скажи, что у тебя просто месячные.

— Хранительница лесного народа благословила нас, — расплывчато и тихо ответила Лиз.

У Лолы в голове заскрипели шестеренки. Хранительница? Это же эльфийское божество… Благословила нас — значит… Когда она благословляет пару…

— О господи, — Лола стала гладить сестру по влажному от испарины лбу. — Какая, черт тебя подери, Хранительница?! Мы католики, Лиз!

Лиз тихо рассмеялась, но тут же поморщилась от боли. В уголках глаз собрались слезы.

— Отойди, — скомандовал Ноа.

— Что? Почему? Скорая?

— Они будут ехать долго. Я сам вас отвезу. Давай же.

Лола встала с пола и отошла в сторону. Ноа быстро и ловко подхватил Лиз на руки и понес к двери. Лола бросила на мать короткий взгляд, полный ненависти. Это все из-за нее. Чертова Бенни была во всем виновата.

— Не попадайся нам на глаза, — прошипела Лола. — Я правда тебя прикончу. Чем дольше ты живешь, тем больше от тебя проблем.

Губы Бенни задрожали. Она разревелась. Но Лоле было абсолютно насрать. Она натянула куртку и выскочила на улицу вслед за Ноа. Нужно было позаботиться о Лиз.

Глава 13

Лола не расхаживала по больничным коридорам. Не вздрагивала от запаха лекарств. Она была привычной ко всему этому. Только мигающий холодный свет от ламп раздражал. Лола сидела на жестком стуле, скрепленном с другими такими же стульями металлической балкой под сиденьями, и сжимала в руках телефон.

Она ждала звонка.

Хоть от кого-то.

Надеялась, что Люк позвонит и спросит, что происходит. Надеялась, что позвонит Ноа и скажет, что он каким-то волшебным способом разузнал по Лейлу. Надеялась, что позвонит Бенни и скажет, что никуда она не отдавала их сестру. Надеялась, что позвонят из банка и скажут, что второй залог это ошибка. В конце концов, она надеялась, что позвонит Майк. Просто спросит, как у нее дела, и она расскажет все, облегчит душу.

Время шло. По коридору проходили медсестры, больные, санитары… У всех были разные шаги. Кто-то шаркал бахилами, кто-то громко шлепал шлепками. Иногда по коридору проносился тихий смех.

Время шло, но ни звонков, ни доктора с новостями о Лиз не было.

Лола была в полном одиночестве. А оно как ничто другое способствовало самокопанию.

Что, если это ее вина? Она не досмотрела. Лола должна была каждый день быть дома. Айзек там или нет, дуются на нее или нет. Лейла была ее ответственностью. И выходит, это она виновата, что Бенни…

А Лиз? Как можно было не доглядеть?

Она же находила презервативы дома. Она ведь спрашивала. Лола была уверена, что Лиз не станет рисковать, не залетит!

И Люк не брал трубку. Господи… Она не должна была позволить ему узнать.

Почему все валилось из рук? Почему?

Врач в синей форме и забавной шапочке вышел в коридор из той части больницы, в которую Лолу не пустили.

— Как она? — Лола сильнее сжала в руках телефон. Тот едва не захрустел.

— Кем вы приходитесь пациентке?

— Старшая сестра.

— Хм, — доктор раздосадовано цокнул языком. — Лучше вести разговоры с ее родителями…

— Секунду, — Лола вскинула руки. — Наши родители… Знаете, у нас не очень благополучная семья. А я ее единственный вменяемый совершеннолетний член семьи. Считайте, что мать это я.

Доктор замялся. С минуту он молча раздумывал, присматриваясь к Лоле.

— Треччер значит… А Лейла…

У Лолы больно кольнуло в груди.

— Лейла наша самая младшая…

Мужчина прищурился.

— Черт с вами. Лиза Треччер беременна. И судя по всем показателям и ее собственным словам, ребенок — эльфийский полукровка.

— Да-да, я знаю этого… — Лола подавила в себе приступ гнева. Эннан! Нужно было с него брать обещание надевать презерватив! А лучше два! — Эльфа…

— Так вот… Матери человеческой расы очень сложно выносить эльфийский плод. Происходит конфликт, и человеческое тело отторгает эмбрион как инородное тело. — Доктор почесал переносицу. Он определенно увидел искреннее непонимание на лице Лолы. — У нее может случиться выкидыш, если мисс Треччер не согласится на аборт. Или вам нужно связаться с тем эльфом. Обычно остроухие забирают беременных к себе в измерение, и там их беременность нормализуется. Это их эльфийский секрет. Тут мы можем только абортировать ребенка.

— Или?

— Плод провоцирует кровотечение и еще ряд проблем. Ваша сестра умрет с вероятностью в девяносто девять процентов, если не избавится от ребенка.

Лола замерла.

Лиз умрет…

Этот ушастый хер не просто обрюхатил ее сестру, нет, он обрюхатил ее своей токсичной эльфийской спермой, и теперь она может умереть?!

Лола металась между желанием пойти вынюхивать Эннана, чтобы прибить его, и желанием кинуться в палату к Лиз, чтобы уговорить абортировать это нечто, убивающее ее.

— Без паники. Срок пока очень маленький. Поэтому и угроза минимальная. Но с каждым днем опасность растет. Только эльфы знают, как из этой почти что раковой опухоли, убивающей вашу сестру, сделать обычного ребенка в утробе матери.

— О боже…

Лола потерла лицо руками, отступая на несколько шагов от доктора. Она врезалась в сиденье и опустилась на него. Смотрела на забавные кроксы доктора и пыталась осознать себя в этом мире.

Могло ли случиться что-то еще более ужасное, чем это? Будет ли в ее жизни еще один настолько же ужасный день?

— Я могу с ней поговорить? — вскинула голову Лола. Нужно было как можно быстрее решить эту проблему.

— Ее перевели в общую палату, — доктор кивнул. — Состояние стабильно, и мисс Треччер в сознании. Сестра вас проводит.

Он подозвал девушку в розовом халатике, и та повела Лолу больничными коридорами. Они проходили одну дверь за другой. За одними слышался смех, за другими громкие разговоры, за третьими — тишина.

Медсестра в очередной раз свернула и указала на дверь в самом конце коридора. Перед тем, как войти, Лола тихо постучала. Она собиралась переступить порог, но, открыв дверь, так и замерла.

В палате Лиз была одна. Еще три койки пустовали. У кровати сестры стояла капельница, тоненькая трубка вела к бледной руке.

— Привет, — Лиз заговорила первой, и Лола бросилась к ней. Она села на скрипучую металлическую табуретку, стоявшую у кровати, и схватила сестру за руку.

Лола правда старалась держаться, но все-таки расплакалась. Она не всхлипывала и не билась в истерике, но слезы против воли катились по щекам.

Она столько всего испытывала в этот момент. И облегчение, ведь Лиз жива, и тревогу, ведь она могла умереть, и огромную, размером с море, боль из-за того, что Бенни сделала с Лейлой.

И Лола просто расплакалась. Потому что больше не могла все это удерживать в себе.

— Да брось, — тихим бессильным голосом произнесла Лиз. Лола вытерла лицо ладошкой и посмотрела на сестру. Она улыбалась. Дурочка. — Все со мной хорошо. Так бывает. Энанн рассказывал.

— А, так вы запланировали. Ну, это все меняет, — саркастично фыркнула Лола. — Ты в выпускном классе! Лиз, высего лишь выпускной класс!

— Но так вышло. И раз вышло…

— Заладишь про эльфийское божество, и я не посмотрю, что ты тут пациент под капельницей — тресну тебя, — Лола угрожающе выставила указательный палец.

— Мы ничего не планировали. Но так получилось. И я рада, — Лиз высвободила руку и дотронулась до своего живота, мечтательно улыбнувшись.

— Лиз, — Лола неловко заламывала пальцы. Видеть, как сестра тепло относится к этой опухоли, и знать, что должна сказать, было так невероятно мучительно… — оно убивает тебя…

— Это временно, — она продолжала улыбаться как блаженная. — Эннан знает, что делать.

— Но его нет, Лиз. А ты умираешь. Прошу, давай… Доктор сказал, это безболезненно, и срок маленький…

— Оу, — улыбка на ее губах потухла. — Ты пришла сказать про аборт.

— Лиз, это… — Лола пыталась найти подходящие слова. Слова, которые может быть и ранили бы Лиз, но убедили отказаться от этого… Этого… Этой раковой опухоли в ее животе. — Понимаешь, ты даже школу ещё не закончила! Ты же хотела поступить в университет. А ребенок — это трудно! И ты сама знаешь, что с домом. Да и посмотри на нас… Как в нашей семье можно вырастить нормального ребенка? И оно тебя убивает, Лиз! Эта штука убивает тебя!

— Он не штука! Это малыш! Ребенок! Мой! — голос все еще был слабым, но Лиз говорила грозно и зло. Будь в ней больше сил,она бы точно разразилась страшным криком. — Эннан не бросит нас.

— Но его нет! Он не связывался с тобой несколько дней!

— И что?! Что такого? Он бы не исчез просто так! Если бы хотел расстаться, если бы я была ему не нужна, он бы все прояснил! У него просто, наверное, что-то случилось!

Лиз внезапно поморщилась, хватаясь за живот.

— О боже… Врач… Сейчас я…

— Нормально все, — Лиз продолжала морщиться. — Сказали, что слабые спазмы еще будут.

Лола устало потерла лицо руками, вздохнула.

Как быть? Она раздумывала не больше минуты. Да и о чем тут было думать? Очевидно, что Лиз не собиралась так просто отказываться от ребенка, даже если это смертельно угрожало здоровью.

— Знаешь, где он живет?

— Что?

— Где Эннан живет, знаешь? — Лиз продолжала удивленно смотреть на Лолу. Она закатила глаза и пояснила: — Ну, схожу к нему. Узнаю, что с ним случилось, и притащу к тебе за уши. Пусть делает что-то с этим вашим… ребенком…

Сухие бледные губы Лиз растянулись в широкой улыбке.

— Спасибо.

— Вот как притащу его, тогда и поблагодаришь.

Лола застегивала куртку уже на улице. В зубах была сигарета, в кармане ни копейки. Она выскочила из дома, ничего с собой не взяв, и теперь мялась у входа, не зная, что делать.

Где-то в этой же больнице работал и Майк, но идти искать его, после того как он столько дней игнорировал ее…

— Эй! — Лола обернулась. С парковки к ней бежал Ноа. — Как Лиз?

— У нее эльфийский ребенок, — выдохнула Лола.

— Оу, — Ноа стушевался, неловко почесывая затылок. — Эм, так, ну… У меня есть новости.

— Что? — Лола выдохнула дым. Ноа даже не поморщился.

— По поводу Лейлы. Я тут пару звонков сделал. В общем, она пока что в центре распределения. С ней все хорошо. Я договорился, так что тебя завтра утром ждут. С сестрой, скорее всего, увидеться не дадут, но ты сможешь поговорить с работниками и узнать, что нужно, чтобы вернуть ее.

Лола облегченно выдохнула. Все еще можно было исправить. Она еще могла вернуть Лейлу. Лола отбросила окурок и кинулась к Ноа. Всего шаг, и она смогла обхватить его за талию и прижаться к нему в самых крепких объятиях, на которые только была способна.

— Спасибо тебе, — прошептала она с чувством. Он осторожно положил ей руки на плечи и слегка похлопал. — Правда спасибо.

— Пустяки. Всего пара звонков, — Ноа чуть отстранил ее от себя. — Куда тебя подбросить?

— Домой, — Лола неловко улыбнулась.

В последние дни Ноа постоянно был рядом, помогал и поддерживал, так что ей, совершенно не привыкшей к подобному отношению, было немного неудобно. В конце концов, Лола не любила ходить в должниках, а чем отплатить ему — она не знала.

— Возьму вещи и поеду к эльфу. Лиз нужна помощь. Потом в банк. И на работу. Чертовски много дел, — пока они шли к машине, Лола делилась планами. Она не собиралась просить о помощи или что-то типа того. Просто трепалась, чтобы не пришлось терпеть неловкое молчание.

— И ты позволишь эльфам забрать ее?

— Ну, вряд ли они решат принести ее в жертву своей богине или кто у них там, так что, если хочет, — Лола пыталась быть разумной и выглядеть безразличной, но все же чертовски волновалась.

Она думала, что умненькая Лиз пойдет учиться, найдет крутую работу и только после этого заведет ребенка, мужа и все вот это. Но в итоге она едва ли не по стопам Бенни пошла. Та тоже забеременела еще в старшей школе, правда, уверяла, что от дракона. А Лиз вот — от эльфа.

— Хочешь, подброшу тебя к эльфам? — как бы между делом бросил Ноа.

— Да не, — Лола стала копаться в карманах куртки в поисках сигарет. Открыла окно и закурила. Ноа ни слова не сказал против. — Ты и так много помогал. У тебя у самого, наверно, куча дел, не надо со мной таскаться.

— Мне не трудно, — он улыбнулся, кинув на нее короткий взгляд. Долго не смотрел, быстро вернул внимание на дорогу.

— Слушай, я даже не знаю, как отблагодарить тебя, — Лола выдохнула дым в окно.

— Ну, можешь сходить со мной на еще одно свидание, — он снова на мгновение повернулся к ней. В этот раз к обворожительной улыбке добавилось еще и поигрывание бровями.

— То было не свидание, — пробурчала Лола, отворачиваясь к окну. Просто не хотела, чтобы Ноа видел, как она улыбается. — У меня, вообще-то, все еще есть парень.

Она украдкой посмотрела на него. Что он скажет? Опять заладит про потаскушку? Или начнет читать мораль?

Ноа молчал не меньше минуты, потом нахмурился и в конце концов, тяжело вздохнув, заговорил:

— Слушай, это, может, не мое дело, — он неловко стучал пальцами по рулю, пока на светофоре горел красный, — но я ни разу за это время не видел этого твоего парня. У тебя такие проблемы, а он где? Я не хочу сказать, что ты про него заливаешь, просто… Дерьмовый он парень, раз бросил тебя в такой ситуации.

Лола выкинула недокуренную сигарету, закрыла окно и уставилась на дорогу. Она не хотела признаваться, что, кажется, была приятно удивлена выводами Ноа.

— Я… — Лола растерялась. — Я не знаю… Может быть. Но он… Знаешь, Майк не плохой человек. Правда. Просто…

— А он вообще в курсе, какая чертовщина у тебя творится?

— Нет. Я не успела сказать, — она заговорила быстрее, теперь все выглядело так, будто Лола старалась оправдать и Майка, и себя. — Ну, знаешь, все так закрутилось. И он был занят. Так что не было времени сказать. Да это и не важно. Чем бы он мог мне помочь?

— Серьезно? — Ноа недобро хмыкнул. — Отвезти тебя к эльфам, например. Да хоть за руку подержать, пока ты с ума сходишь от беспокойства. Лола, есть много способов помочь. И он ни одним не воспользовался!

Ноа ударил рукой по рулю.

— Эй! Полегче! Дерьмовый парень, кажется, у меня. Ты-то чего психуешь?

— Потому что… — он поджал губы. — Потому что на его месте мог бы быть кто-то получше, а ты цепляешь за этого… Майка.

Имя Ноа выплюнул почти брезгливо.

— Получше? — Лола хмыкнула. Да кому она нужна? С ней прицепом ворох проблем! — Кто, например?

Ноа припарковал машину у ее дома. Он пару секунд нервно отбивал дробь пальцами по рулю, а потом все-таки очень серьезно произнес:

— Например, я. На его месте мог бы быть я.

Лола прикусила губу.

— Давай… — она неловко почесала затылок. — Давай оставим этот разговор на другой раз. Прости, мне сейчас… Ну, знаешь, немного не до отношений.

— Ты права, прости. Я не вовремя затеял этот разговор, — Ноа помрачнел. Облокотился подбородком на руль и уставился перед собой на серый город. Выглядел он так печально, что у Лолы что-то сжалось в сердце. Видимо, не до конца атрофированное чувство жалости заныло.

— Ноа, — позвала Лола. Он повернулся к ней. — Я обещаю подумать над тем, что ты сказал.

Он обворожительно улыбнулся ей. Но в глазах все еще оставалась тень грусти.

Глупо это. Зачем она ему? Именно она. Зачем ему таскаться так за ней? Да что успело-то произойти? Ничего. Так, пара бесед, одна прогулка и неправильный, но до ужаса горячий поцелуй. Но разве этого достаточно, чтобы потерять голову? Чтобы смотреть на нее с такой тоской?

Лола вышла из машины и приготовилась захлопнуть дверь.

— Ты так и не сказала, подбросить тебя или нет.

— Эм, — она нагнулась, чтобы заглянуть в салон. — Тебе точно никуда не нужно, и ты готов таскаться со мной?

— Ну, к эльфам подброшу точно, а потом на работу, — он пожал плечами.

— Ладно. То есть, да. Хорошо. Спасибо, — Лола улыбнулась и неловко заправила тонкие волоски за ухо. — Я только вещи возьму, хорошо?

— Жду.

Лола хлопнула дверью. Ей показалось, слишком уж резко. Она виновато насупилась. Но Ноа не выскочил из машины, чтобы высказать ей претензии.

Она забрала вещи, проверила, чтобы в кошельке точно были деньги, и вернулась к машине. Ноа никак ее громкий хлопок не откомментировал, и Лола уже как будто по привычке тут же сравнила его с Майком. Последний уже бы сто раз отчитал ее.

Лола назвала адрес, и Ноа завел машину. Ехали в тишине. Даже радио никто не стал включать.

Она старалась не думать о том, что он сказал. Пыталась заставить себя переключить внимание на грядущий разговор с Эннаном.

Ноа стал мычать себе под нос какую-то песенку. И Лола сдалась. Она прикрыла рот рукой, облокотившись на окно, чтобы скрыть свою улыбку.

Черт бы его побрал! Ноа был обаятелен, добр, заботился о ней, хотя не должен был, и был просто невозможно сексуальным. Лола держалась изо всех сил, но все-таки слегка подтаивала от его присутствия рядом. И мычал он себе под нос невыносимо очаровательно. Так беззаботно, но в то же время… Разве не был Ноа одним из самых надежных людей в ее окружении? Этот контраст сводил с ума.

Лола попросила высадить ее чуть поодаль. Она знала этот район. Раньше у нее тут была подработка. Лола помахала машине, отъезжающей от обочины, рукой, поправила куртку, пригладила волосы и пошла по улице. Она всматривалась в номера на домах. Эннан жил в самом конце, у самого леса. Окна его дома выходили в сторону водоема. Очень красивое место. Под стать эльфу.

Лола стояла у забора и не решалась открыть калитку. Она не подумала о вероятности нарваться на его родителей. Знают ли они, с какой девушкой связался их сын?

Лиз была хорошей и красивой девчонкой вне всяких сомнений! Она хорошо училась, не влипала в неприятности и собиралась поступить в университет. Мечта, а не подросток. Лола знала, что в случае чего может положиться на Лиз, может даже Лейлу ей доверить. Но… Эльфам ведь она не подходила. Не потому, что была какой-то не такой, а просто потому, что не была эльфийкой. И ребенок, который убивал ее, только подтверждал это.

Лола неловко поправила шарф и куртку, почесала голову. Ну, в первый раз ей, что ли, встревать в неудобные ситуации? Даже если встретит родителей Эннана, что с того? Лиз уже беременна, так что рано или поздно, но им пришлось бы узнать о существовании семейки Треччер.

Калитка открывалась беззвучно, садик был ухоженным, газон идеальным, дорожка убранной. Совсем не похоже на жилище Треччеров. Неудивительно, что Лиз потянулась к чему-то такому. Наверняка и в доме было чисто и уютно. Спокойно. Наверное, там царила любящая атмосфера, а не…

Лола тряхнула головой. Нет! У них тоже была потрясающая атмосфера. Не без проблем, но ведь они все были вместе, поддерживали и помогали друг другу. Да, неделя случилась дерьмовая. Но… Но ведь все наладится? Наладится ведь… Обязательно.

Лола нажала на кнопку дверного звонка. Послышалась короткая мелодия. Ей открыли меньше, чем через минуту.

Высокий остроухий мужчина со светлыми длинными распущенными волосами. На нем была льняная рубаха и коричневые брюки. Все по виду очень дорогое и такое опрятное… Вне всяких сомнений, Эннан точно был сыном этого эльфа. Кроме того, и лицами они были похожи. Разрез глаз, ширина бровей, пухлость губ.

Эльф молча смотрел на нее. Ждал, что она заговорит. А Лола вот и не знала, что сказать. Как воды в рот набрала.

Во-первых, это был всего второй эльф в ее жизни, с которым ей предстоял разговор. Драконов Лола встречала чаще. Во-вторых, как начать разговор, суть которого сводилась к тому, что его сын обрюхатил ее сестру?

— Эм, здравствуйте? — Лола больше спрашивала, чем утверждала. Эльф вопросительно приподнял брови.

— Здравствуйте, — спокойно ответил он.

— Меня зовут Лола, — она заметно посмелела, после того как поняла, что, судя по всему, отец Эннана как минимум не избегал общения с другими расами и, кажется, был еще и весьма сносен. — Я ищу Эннана. Он дома?

— Эннана? — эльф прищурился. — Для чего вы ищете моего сына?

Сердце забилось чуть быстрее. Сейчас сказать про беременность или позже? Может, лучше рассказать про Лиз для начала?

Лола была не слишком-то готова к тому, чтобы вести такие разговоры. Да что уж там. Она никогда даже не думала, что Лиз влипнет в такую историю.

— Я… — Лола стала неловко заламывать пальцы. Из-за высокого роста эльф смотрел на нее как будто свысока. Но тот факт, что это был отец Эннана, давил куда сильнее. Лола вдруг вспомнила про возраст. Сколько лет ему было? Насколько он старшее ее? — Я…

— Кто там? — дверь отворилась по шире. Молодая девушка улыбнулась Лоле. Ее волосы были собраны с боков и открывали острые уши. — Добрый день.

Эннан никогда не говорил, что у него есть сестра. А эта эльфийка выглядела почти как его ровесница.

— Она ищет нашего сына, — хмуро пояснил отец. — Но вот для чего, отвечать не желает.

Нашего… Лола от удивления даже рот раскрыла. Это его мать?! Господи боже! Красавица какая! И молодая на вид! Да как же он умудрился втюхаться в Лиз, если его такая красота окружает ежедневно?

— Я… — Лола пыталась справиться с онемевшим языком. — Я сестра его девушки.

— Девушки? — неверяще переспросил эльф-отец. Тут-то Лола и поняла, они совсем ничего не знали.

— Да, — уверенно кивнула Лола и уже приготовилась сказать, что Лиз беременна, но что-то внутри нее екнуло. Она решила заговорить о другом. — Да. Лиз Треччер. Удивительно, что вы о ней не слышали. Они довольно долго встречались. Эннан даже ночевал у нас.

Мама-эльфийка почти испуганно прикусила губу. Будто что-то оскорбительное услышала.

— В общем, Эннан не отвечает на звонки. Лиз, — вот сейчас. Сейчас она должна была сказать о беременности. — Лиз так переживала, что попала в больницу.

Лола не смогла. Не захотела. Она уловила в этом какую-то слабую надежду. Надежду на то, что сможет уговорить Лиз поступить правильно.

— Он… — отец-эльф прочистил горло. — Эннан отбыл домой. В академию. С ним не получится связаться. И… Теперь он вряд ли вернется.

— О, вот как…

— Вам пора. Надеюсь, ваша сестра поправится, — эльфийка отступила, а мужчина поспешил закрыть дверь.

Лола испуганно придержала дверь. Она точно знала, что Лиз не поверит ее словам, заупрямится. Она будет ждать своего Эннана и медленно умирать. Лола не могла этого допустить.

— Она будет ждать его. И ей станет хуже.

— Мы ничем помочь не можем, — голос эльфа похолодел, хотя он сам и оставался предельно вежливым. — Уходите.

— Да отправьте вы с его телефона хоть сообщение! — взорвалась Лола. Лиз, черт побери, могла умереть, а они ничем помочь не могли? Что за херня?! — Одно сообщение. Она поверит.

— Я напишу, — раздался тихий нежный голос из-за двери.

— Лея! — возмутился эльф.

— Все хорошо.

Дверь снова широко открылась. Эльфийка сдержанно и виновато улыбалась.

— Я напишу письмо. У нас с сыном очень похож почерк. Это… Это поможет девочке?

— Да, — Лола несколько раз отрывисто кивнула, испытав облегчение. Это точно поможет. А если Лиз просечет, что письмо не от Эннана… Тогда Лола придет сюда еще раз и уж точно расскажет про беременность. — Да, спасибо.

— Подождите в саду, будьте так любезны, — эльфийка указала на столик и стулья под высоким деревом.

— Хорошо.

Письмо жгло карман. Лола долго не решалась зайти в палату. Если не поверит? А если вот сейчас этот Эннан сидит там с ней? Если даже это не убедит ее сделать аборт? Если даже это не убедит ее не ломать себе жизнь?

Родители Эннана сказали, что он больше не вернется и с ним не связаться… Это поддельная записка — единственное, что ей от него останется.

Лола была готова к тому, что Лиз будет плакать, приготовилась утешать ее, после того как сердце будет разбито. Она точно приготовилась ко всему. Единственное, о чем даже думать не хотелось: что делать, если Лиз все равно не даст согласия выкорчевать это нечто из ее тела.

Лиз тихо хихикала над чем-то в телефоне. Увидела Лолу и попыталась привстать. Она немного поморщилась, осторожно перекладывая руку, в которую была воткнута иголка. Лиз все еще лежала под капельницей.

— Привет, — она улыбнулась.

— Как ты тут? — Лола стянула шарф. В животе неприятно щекотало. Она собиралась обманом заставить Лиз согласиться на аборт. По этому поводу Лола угрызений совести не испытывала. Она волновалось только о том, чтобы ее не поймали на лжи, чтобы все прошло хорошо и Лиз как можно скорее поправилась.

— Нормально. Узнала про Эннана? С ним что-то случилось? — Лиз с волнением посмотрела на нее. Лола вздохнула.

Быстрее. Нужно быстрее с этим покончить. Не тянуть.

— Лиз, он… Он уехал. К себе на родину. Что-то типа того.

— А, — она облегченно улыбнулась. — Вот почему ему не дозвониться. Да-да. Он говорил, что ему может понадобиться уехать. Когда он вернется?

— Лиз… — Лола вытащила руку, в которой всю дорогу сжимала конверт, из кармана куртки. — Вот. Это передали его родители. От него. Эннан уехал навсегда. Ну, к тому времени, как он сможет вернуться, мы с тобой уже будем старухами.

— Не может быть, — растерянно прошептала Лиз и выхватила у нее конверт.

Она вскрыла старомодную печать, развернула красивую дорогую плотную бумагу и стала бегать глазами по строчкам. И чем ближе она становилась к концу, тем печальнее было выражение ее лица.

Лиз дочитала. Отложила письмо. Она с минуту, не шевелясь и почти не моргая, смотрела в пустоту перед собой.

— Можешь доктора позвать? — Лиз шмыгнула носом. Она повернулась к Лоле. Глаза у нее были на мокром месте. — И… И оставь меня ненадолго, хорошо?

— Лиз, что там?

Лола слегка разволновалась. Она даже не спросила у матери Эннана, что та собиралась написать.

— Это не важно. Суть в том, что он уехал, больше не вернется и со мной видеться больше не сможет. Он меня… — она запнулась, ее губы задрожали. — Он меня не любит. Что-то там про невесту, и что… Господи, какая дешевая драма. Мог бы написать, что просто наигрался со мной и отправился строить свою эльфийскую жизнь. — Лиз сжала кулаки. По ней было видно, как сильно она старалась сдержать слезы. — Позови доктора. Или просто выйди и оставь меня одну, Эл. Я… Уйди… Хоть куда-то уйди, прошу…

— Да, я… — Лола отступила от ее койки и неловко врезалась в другую. — Я за доктором схожу… Может, тебе что-то нужно? Ты только дай знать.

— Уходи…

— Да, да… Хорошо.

Лола попросила медсестру позвать доктора и вышла на крыльцо больницы. Она встала у мусорника, достала из кармана пачку сигарет и закурила.

Это к лучшему. Лиз всего семнадцать, подепрессирует немного, послушает грустные песни и забудет. Сдаст экзамены, поступит в университет. У нее все сложится. Все будет лучше, чем было у Лолы. Теперь точно будет.

Она выкурила одну сигарету и достала вторую. Пока курила, позвонил Ноа. Лола сказала ему, что она в больнице, и он пообещал приехать.

Она стояла у мусорника и курила. Закончилась и вторая сигарета. Нужно было вернуться в больницу, найти доктора и узнать, что к чему. Нужно было… Но Лола не могла. Она просто не могла. Ноги будто бы свинцом налились.

Но… Она же все сделала правильно. Эннан и правда уехал или что-то типа того. А значит, Лиз никто не помог бы. Родители Эннана бы не стали вмешиваться. Точно не стали бы. Если бы Лола рассказала им правду, ничего бы не изменилось. Никто не стал бы спасать Лиз и куда-то там увозить. Все было бы точно так же. Так откуда это сосущее противное чувство в груди?

Лола закурила в третий раз.

Ко входу со включенными мигалками подъехала скорая. Двери распахнулись, медики выгрузили носилки. Доктора и медсестры выскочили на помощь. Посыпались какие-то медицинский термины. Последней из скорой вышла женщина.

Лола узнала рыжую макушку.

— Бенни! — окликнула она. — Бенни, какого черта?

Мать растерянно обернулась. На ее светлой куртке и руках были красные следы. Лола замерла.

Что, черт побери, могло случится еще? Что?! Их семейку кто-то проклял, что ли? Какого черта все становилось только хуже?

— Эл… — губы Бенни задрожали. Она растерянно посмотрела на дверь и заревела. — Эл… Эл…

Лола выкинула только начатую сигарету и подскочила к матери. Она схватила Бенни за плечи и встряхнула ее. Лола не сомневалась, на руках и одежде была кровь. Только чья? Чья это, господи боже, кровь?!

— Что произошло?! Что? — кричала она в лицо матери, но та внятно ничего не могла сказать. — Да приди ты в себя! Чья это кровь?!

— П-пол… — Бенни заикалась.

Лола выдохнула. Напряжение мигом отпустило.

Ну может, и не прокляли, а благословили, и Пол наконец сдохнет.

— Всего лишь… Всего лишь Пол, — Лола отступила от Бенни на шаг и потерла лицо.

— Т-ты не понимаешь… Т-ты… — Бенни стерла слезы, и на щеках остались красные разводы. — Это Люк. У Люка был пистолет. Он выстрелил в Пола. Это…

Лола открыла рот. Шок парализовал ее. Она на несколько мгновений перестала дышать. Изо рта вырвался короткий нервный смешок.

Люк подстрелил Пола.

Лола хохотнула еще раз. Уже более истерично. Она присела на корточки и зарылась руками в волосы. Пучок за день порядком растрепался, а теперь и вовсе распустился. Резинка завалилась куда-то за ворот куртки, но Лола даже не обратила на нее внимания.

Она встала, сделала несколько резких шагов в сторону, а потом молниеносно подскочила к Бенни.

— Где Люк? — она снова встряхнула хныкающую мать.

— Что значит где? В полиции! Он подстрелил Пола!

Лола сжала кулаки. Она резко поднесла их к лицу и одернула вниз. Внутри нее было так холодно, так… Лола думала, что ненавидеть сильнее невозможно, но оказывается, у ненависти нет предела, и она всегда может стать еще больше, еще шире, еще жестче.

— Твой сын в полиции, а ты махнула в больницу с любовником? Ты… Ты хоть представляешь, каково Люку? Он же… Он, наверное, напуган! — Лола всплеснула руками. Она готова была разорваться. В больнице Лиз, в полиции Люк, в приюте Лейла. Это было похоже на кошмар. На затянувшийся дурной сон. Сон длинною в жизнь. Сон, от которого — Лола знала — ей никогда не проснуться.

— Он заслужил! — взбеленилась Бенни. Она взвизгнула так громко, что эхо от ее голоса прокатилось по пустой парковке.

— Что? — следом за криком матери по парковке эхом прокатился и сумасшедший смех Лолы. Она вцепилась в ворот куртки Бенни и притянула ту к себе. Лола злобно шипела ей в лицо. — Люк твой сын, мерзкая ты сука! Ты его родила! Но какой-то там трахаль оказался важнее?! Что ты за мать такая конченая?!

Лола со всей силы отпихнула Бенни. Мать почти завалилась на землю. Лейла, теперь Люк. Кого еще эта женщина собиралась предать?!

— Он подстрелил человека! — продолжала верещать Бенни. И от ее свинячего визга Лола злилась только сильнее. Господи, скольких проблем с ними не случилось бы, будь Бенни хоть немного адекватнее. — Он подстрелил Пола! Он подстрелил вашего отца!

— Этот ублюдок не отец нам! — не своим голосом закричала Лола. — И пусть сдохнет уже наконец!

— Тогда пусть твой брат сидит в тюрьме до конца дней! Пусть не приближается к нашему дому!

У Лолы что-то щелкнуло внутри. Надорвалось терпение. Ее просто захлестнула волна.

Она взревела и кинулась на Бенни. В этот раз не было рядом Ноа, чтобы удержать ее. Лола повалила мать на землю и занесла руку.

Она и не думала, что выбьет дурь из Бенни, нет, она хотела обрушить на нее всю свою ненависть, всю боль. Она хотела, чтобы лицо матери превратилось в кровавое месиво. Лола хотела, чтобы эта сука сдохла вместе со своим трахалем. Чтобы они просто исчезли, чтобы забрали с собой все те беды, которые натворили.