Локки 5. Потомок бога

Глава 1

Часть XIV. Интриги

Мысли с бешеной скоростью носились внутри моей черепной коробки, а прорыв в пространстве никуда не делся. Он так и сыпал искрами, зависнув над мраморным полом зала академии. И физиономия Александра Громова по ту сторону разрыва всё больше наливалась багряным цветом, а его пальцы бессильно соскальзывали с рук того, кто его душил.

В глазах же Громова горела неукротимая ярость, направленная на меня, а не на душителя.

А я, блин, торопливо соображал… Следует ли мне помогать этому странному Громову, утверждающему, что он — это я? Или всё же нет? Вдруг это какая-то ловушка, чудовищно правдоподобная иллюзия или прочая хрень?

В любом случае решать нужно было быстро, потому пришлось положиться на удачу. Будь что будет.

Я швырнул в дыру «взрыв энергии». И тот угодил точно в руку душителя. Сразу же раздался болезненный рёв, и человек отпустил шею Громова. Он пропал «из кадра». А затем и прорыв исчез, оставив после себя лёгкий запах озона.

— И что это было? Явно же не иллюзия, — взволнованно пробормотал я, оттянув пальцем воротник рубашки.

Сидящий внутри меня Громов-младший задавался тем же вопросом, адресуя его мне. Придётся пораскинуть мозгами.

Я медленно пошёл по академии, задумчиво хмуря лоб.

Был ли тот Громов в разрыве действительно мной? Очень на то похоже. Но откуда он тогда взялся?

Я был знаком с теорией мультивселенной, но никогда и нигде не находил доказательств её правдивости, посему решил отбросить в сторону эту версию. И также я не буду рассматривать варианты с тем, что это был какой-то прорыв из прошлого. Меня никогда никто не душил в «комнате смеха», даже когда я находился в своём настоящем теле и не платил за вход.

Что же остаётся? Прорыв из будущего? Этот вариант кажется наиболее правдивым, но ни один бог не способен на такое. Хм-м-м…

Весь остаток пути до аудитории я размышлял над случившимся, но так и не пришёл ни к какому однозначному ответу. Однако на будущее запомнил, что со мной может случиться нечто подобное.

Пока же я постучал в дверь, открыл её и глянул на Фроста. Тот замер с мелком возле доски, исписанной такими сложными формулами, где букв оказалось гораздо больше, чем цифр, из-за чего можно было подумать, что в этой аудитории проходит занятие по латыни.

— Можно войти? — спросил я, попутно мельком глянув на затихших кадетов.

Граф Жаров выделялся среди них, как горящая лампочка среди потухших. Он кусал нижнюю губу, стараясь не показывать охватившего его эмоционального возбуждения, но это у него выходило из рук вон плохо. Его глаза светились торжеством, а лицо кривила предвкушающая гримаса. Он уже мысленно представлял, как будет снисходительно глядеть на меня, когда я примусь просить у него прощения.

— Проходи, Громов, — между тем разрешил мне Пётр Ильич, махнув рукой. — И быстрее, быстрее. Не отнимай у нас время. Оно, знаешь ли, неумолимо и течёт только вперёд. Ни вбок, ни назад его не повернуть. Ну, это мы ещё на «физике» рассмотрим.

— Извините, но я всё-таки вынужден отнять у вас ещё чуть-чуть времени. У меня есть небольшое объявление, — мрачно проговорил я, подойдя к доске.

— Что у вас, Громов? — скривился Фрост, словно у него зуб заболел.

Жаров же, наоборот, расцвёл, как ребёнок в ожидании долгожданного подарка. Он даже бросил многозначительный взгляд на сидящих рядом с ним кадетов. А те покивали: дескать, да, сейчас начнётся. Кажется, он уже успел нашептать им, что Громов будет перед ним извиняться.

— Знаете, — обратился я к аудитории, вонзившей в меня десятки взглядов, — я в вашей академии всего несколько часов, но она мне уже безумно нравится. Чудесное место!

— Всё? — спустя пару секунд моего молчания бросил преподаватель и следом фыркнул: — Громов, ты бы мог это сказать и в перерыве.

— Душа требовала сказать это прямо сейчас, — скромно улыбнулся я и двинулся к своему месту.

— Как — все?! — ошеломлённо выдохнул граф Жаров, будто ему обещали безумно интересный кинофильм на два часа, а он закончился через минуту, да и концовка у него была просто ужасной.

— А вы хотели что-то ещё? — насмешливо спросил я, не замедляя своего шага.

Рыжий захлопнул рот и нахмурился, поймав на себе взгляды кадетов. Он поиграл желваками и молча уткнулся в тетрадь, зло схватив ручку, словно хотел сломать её.

А я мысленно довольно потёр руки. Шалость удалась.

— Продолжаем, продолжаем лекцию! — громко сказал Фрост и с неудовольствием посмотрел на солнечные лучи, внезапно залившие доску.

Преподаватель махнул рукой, выпустив бледно-голубую магию. Та вцепилась в шторы и заставила их закрыть окно, перекрыв поток солнечного света.

Фрост удовлетворённо кивнул и продолжил орудовать мелком, покрывая доску затейливыми формулами, попутно объясняя, как их решать. И зачем это стражам?

— Как прошёл разговор с ректором? Он жив? — тихонько спросила Белова, когда я уселся на лавку.

— Пока да, но, думаю, это ненадолго.

— Громов, ты же не планируешь его убить? — нахмурилась Огнева.

— Я? Нет. А вот ожирение — да, — усмехнулся я.

— Так зачем он тебя вызывал? Из-за Жарова? — продолжила расспросы любопытная графиня, склонив голову так, чтобы преподаватель не видел, как шевелятся её сочные, чувственные губы. — Жаров, когда вернулся в аудиторию, сиял так, что глазам больно было. Ещё и дружкам что-то своим нашептал, победно улыбаясь.

— Не знаю, почему он себя так вёл. Может, на ком-то отвёл душу? Кошку какую-нибудь пнул и хвастался геройством?

Блондинка недовольно запыхтела, попутно поправив локоны, касающиеся парты. Её явно не устроил мой ироничный ответ.

— Ничего он не расскажет. Это же Громов, — буркнула Огнева и отвернулась.

Белова сокрушённо покачала головой и прекратила задавать мне вопросы.

Вот и хорошо.

Остаток лекции прошёл вполне спокойно. А когда она закончилась, мы все отправились на «историю». И я по пути заметил раздражённые взгляды графа Жарова, которые он бросал на меня, попутно хмуря брови.

Меня искренне позабавило его поведение. А ведь игра только началась… Паренёк ещё не понял, что его ябедничество ничего не дало.

Жаров всю лекцию по истории нервно вертелся на учебной скамье, будто у него резко образовался геморрой. Оно и понятно. Графа сгубил собственный длинный язык, создав такую щекотливую ситуацию. Он же рассказал своим друзьям-товарищам, что Громов будет извиняться, а я и не собирался этого делать. Вот аристократики и начали подтрунивать над Жаровым, обливая его насмешливыми взорами. А тот злился всё больше, даже во время лекции получил пару замечаний от седовласого лектора, что он постоянно крутится, как неусидчивое малое дитя.

А когда занятие подошло к концу, графенок рассерженной пулей выскочил из аудитории. Гор его знает, куда он помчался, но вот все остальные кадеты отправились домой. Учёба на сегодня была окончена.

— Как-то расслабленно они тут учатся, — удивлённо заметила баронесса Огнева, когда мы втроём вышли из аудитории.

— Можно сказать, что нас отправили на каникулы, — приподнято выдала Белова, не забывая улыбаться кадетам, восторженно смотрящим на неё. — Никто не хочет прогуляться сегодня вечером по городу? У нас теперь полно свободного времени.

Обе девицы посмотрели на меня. А я проронил:

— У меня не получится. Надо много всего успеть сделать.

— Жаль, — огорчилась графиня и следом спросила: — А где ты остановился?

— Да так… В «Божественном замке», — скупо произнёс я, будто говорил о каком-то бараке.

— Ого! — удивлённо взметнула брови мулатка.

— Думаешь, слишком мелко для меня? Надо было сразу в императорский дворец заезжать?

— А ты бы мог туда заехать? — вроде бы весело спросила Белова, но в её бездонных голубых глазах застыло напряжение. Может, я и вправду сын императора?

Однако ответ на её вопрос девушке не суждено было услышать. Внезапно к нам деловито подошла женщина из числа местных сотрудниц.

— Добрый день, молодые люди, вы же из Стражграда? — спросила она, и после наших кивков продолжила: — Ректор принял решение, что с завтрашнего дня вам надлежит приходить в академию в ваших прежних кителях, которые вы носили в родной академии. Или же закажите себе форму, похожую на ту, что носят здесь. Хорошего дня.

Она ушла, виляя бёдрами.

— Кто-то уже успел нажаловаться на вас, — усмехнулся я, пройдясь многозначительным взглядом по их платьям, резко выделяющимся на фоне однотипной формы девушек-кадетов.

— Ничего страшного, — пожала плечами мулатка, продолжив путь.

— Сборище доносчиц и завистниц, — в противовес ей зло прошипела Белова, одарив парочку девиц рассерженным взглядом. Те аж отшатнулись и наверняка бы перекрестились, если бы были христианками.

А я отреагировал на известие так же, как Огнева. Оно меня совсем не зацепило. Мне плевать, в чём приходить на учёбу. Могу и голым прийти. Я же Локки.

Но пока мы покинули академию и вышли за ворота. Там Белову подхватил автомобиль с гербами её рода, а Огнева уехала на люксовом такси. И ни одна не предложила мне поехать с ней. Удивительно даже. Неужто они заключили какое-то соглашение? Что-то вроде перемирия. Чудеса прям какие-то.

Потрясённо покрутив головой, я поймал такси и отправился в центр города, где намеревался купить одежду, соответствующую сезону. Я же попал из лета в осень.

Такси быстро домчало меня до пункта назначения, и я оказался в окружении дорогих магазинов, расположившихся на первых этажах старинных зданий. Куда ни плюнь, везде здесь жили исторические личности, чуть ли не в каждой квартире или особняке.

Да что там говорить, каждый булыжник мостовой, каждый кованый фонарь, каждый бортик на мосту дышал историей. Понятное дело, что многочисленные гости города крутили головами, осматривая достопримечательности.

Я тоже глазел по сторонам, хотя и видел здания куда более древние и красивые. В том же Асгарде их вагон и маленькая тележка.

Попутно я заходил в магазины, покупая одежду и обувь: роскошное пальто по фигуре, дорогой чёрный костюм-тройку, кожаную куртку, джинсы, кроссовки, ботинки… Перечень моих покупок был велик, и я бы просто не унёс их все, но дорогие магазины имели одну замечательную опцию — они могли отвезти покупки по указанному клиентом адресу, чем я и воспользовался, отправив обновки в отель.

Да и самому мне уже пора было возвращаться в «Божественный замок». Есть охота, да и серые облака прохудились. Начал накрапывать дождь. И я, стоя на тротуаре, уже поднял руку, желая остановить такси, как в меня вдруг врезалась высокая девушка лет двадцати пяти.

— Ой, простите, — пролепетала она, виновато вытаращив большие зелёные глаза, сверкающие на утончённом породистом лице с бледной кожей и аккуратным носиком.

— Да ничего страшного. Я вроде жив. Хотя мне и хочется упасть в обморок, но это скорее из-за вашей несравненной красоты. Она точно разит наповал, просто я очень крепкий, потому пока и стою на ногах, — вмиг соорудил я простенький комплимент.

Девица мило дёрнула пухлыми губами и придержала мужскую шляпу, едва не сброшенную с её длинных каштановых волос лёгким порывом ветра.

— Ещё раз простите меня, — мягко проговорила незнакомка, всё ещё взволнованно дыша, из-за чего её пышная грудь буквально загипнотизировала меня, выглядывая из декольте белой блузки.

Конечно, она не в одной блузке щеголяла в такую погоду. На ней красовался длинный коричневый плащ, чей пояс подчёркивал тонкую талию смертной.

— Уже простил, — заверил я её, обратив внимание на тонкие музыкальные пальцы. На них не блестел дворянский перстень. Неужели простолюдинка?

— Может, я могу угостить вас кофе в качестве извинений? Я как раз торопилась скрыться от начинающегося дождя в каком-нибудь кафе. Не хотите составить мне компанию? Вместе всегда веселее. Меня, кстати, зовут Ангелина. Я художница и, помимо всего прочего, люблю рисовать лица незнакомых людей. Ну, только интересные лица, а у вас оно очень интересное. Вы довольно молодой человек, но будто бы уже повидали очень многое. Ой, простите, я от волнения что-то разговорилась.

Она расплылась в смущённой улыбке, показав ровные жемчужные зубы.

А я почувствовал подвох. Нет, в жизни бывают всякие повороты. Даже говорят, что палки стреляют, пусть и раз в год. Но эта внезапная встреча напрягает меня, как назначение вчерашней модели показа нижнего белья на должность министра здравоохранения. Может, эта встреча совсем не случайна? Надо бы проверить, насколько далеко зайдёт девушка.

— Извините, Ангелина, может, как-нибудь в другой раз, — проронил я и махнул рукой, останавливая такси.

Если она сейчас будет навязываться, то явно неслучайно врезалась в меня.

— Ничего страшно. До свидания, — улыбнулась девица и дробно застучала каблучками.

Несколько секунд — и она уже скрылась в ближайшем кафе. Через панорамное окно я увидел, как девушка сняла шляпу и плащ, передав их официанту. И фигурка у неё была что надо: широкие бёдра, стройные ножки…

— Едем? — бросил мне таксист из открытого окна автомобиля.

— Нет, — проронил я и пошёл к кафе под усиливающимся дождём.

Ну, любопытно же узнать, чем всё это дело кончится. Тут бы и Локи не устоял. Он вообще похож на кота, иногда наводит суету просто потому, что ему скучно.

Войдя в кафе, я самостоятельно повесил свою верхнюю одежду на напольную вешалку и двинулся к Ангелине, лавируя между многочисленными посетителями, устроившимися в плетёных креслах за круглыми столами из кедра.

— Вы передумали? — удивлённо вздёрнула бровь Ангелина, оторвавшись от меню, лежащего перед ней.

— Ага, таксист убедил меня остаться, — улыбнулся я и уселся за стол напротив неё.

— И как же?

— Он сказал, что в дождь у них тарифы поднимаются, и назвал такую цену за поездку, что у меня чуть сердце не остановилось, — весело сказал я.

Девушка засмеялась в ладошку.

— Да, у меня тоже такое порой бывает, — иронично заметила она, когда отсмеялась.

Неплохо, неплохо. Чувство юмора у неё есть. И в следующие полчаса она подтвердила это, посмеявшись ещё над несколькими моими шутками, пока мы вели лёгкий диалог. Я рассказал немного о себе, а она поведала о своей жизни художницы, приехавшей в Петроград из маленького города на Волге.

Попутно Ангелина вытащила карандаш с блокнотом и принялась рисовать моё лицо под шум дождя за окном и голоса посетителей.

И всё было бы хорошо, если б не моя подозрительность… Я не мог отделаться от ощущения, что девушка совсем не случайно столкнулась со мной. Жирный намёк на это дал сидящий в углу кафе небритый неприметный мужчина. Он мелкими глотками пил кофе и читал какую-то книгу, порой бросая короткие взгляды на Ангелину. Незнакомец будто проверял, всё ли у неё идёт хорошо. А та один раз с серьёзным видом посмотрела на него, когда я сделал вид, что отвернулся.

— Так говоришь, ты сейчас учишься в академии стражей? — в какой-то миг спросила девушка, сделав пару глотков чая из фарфоровой чашечки.

— Именно, — кивнул я, параллельно откусив от эклера с жирной сливочной начинкой. — Сегодня был первый день.

— И как он прошёл? Мне жутко интересно узнать про учёбу в таком заведении.

— Да как обычно, — пожал я плечами.

— И совсем ничего не произошло? — недоверчиво проговорила она и чуток склонилась над столом, подавшись ко мне. — Ты можешь мне доверять. Я никому ничего не скажу. Ну же, Александр…

На её губах расцвела обворожительная улыбка.

Хм, пойти у неё на поводу? Кажется, она провоцирует меня. Но зачем? Ничего секретного я об академии не знаю.

— Ладно, слушай, — нехотя вздохнул я и выложил ей правду о графе Жарове и ректоре.

Девушка внезапно остро отреагировала на несправедливость, случившуюся со мной в академии.

Она нахмурилась, отложила в сторону блокнот с карандашом и мрачно проговорила:

— М-да, у тебя точно будут проблемы. Ректор позаботится об этом. Да и граф Жаров из довольно известной семьи. Даже мне доводилось слышать о них. Тут тебе без могучих заступников не обойтись. Ты знаешь таких?

— Знаю парочку.

— Они живут в Стражграде? А нужны из столицы. Ладно, ты мне понравился, так что я попробую тебе помочь, но ничего не обещаю, — задумчиво проговорила Ангелина, сцепив длинные пальцы в замок, а локти поставив на стол.

— Мне не нужна помощь.

— Всем иногда нужна помощь, даже уверенным в себе симпатичным дворянам, — снова улыбнулась она своей чарующей улыбкой. — Чувствую, ректор так и будет строить тебе козни. Лучше сразу с ним разобраться.

— Ангелина, — прямо посмотрел я на девушку и решил выбить её из колеи неожиданным вопросом. — Ты вербуешь меня?

Глава 2

Глаза Ангелины на миг распахнулись, и в них мелькнул страх. Всего на долю мгновения. А затем она расплылась в улыбке и засмеялась, запрокинув голову.

— Александр, ну ты и выдумщик, — сквозь смех выдавила она, смахнув невидимую слезинку, выкатившуюся из уголка глаза. — Куда я тебя вербую? В секту художников?

— Да если честно, пока не знаю, куда конкретно вербуешь, — тоже весело улыбнулся я. — То ли в хаоситы, то ли в услужение какой-нибудь титулованной семье. А может, и в какую-то правительственную службу.

— А ты хорошего о себе мнения, — проговорила она, обмахивая ладошкой раскрасневшееся от хохота лицо.

— Как и твои работодатели. Они тоже хорошего обо мне мнения. Так на кого ты работаешь?

— Саша, ты серьёзно? — сделала она бровки домиком.

— Ага, — откинулся я на спинку кресла. — Давай так, у тебя в любом случае есть какой-никакой мой психологический портрет, и ты наверняка знаешь, что я крепко держу своё слово. Так вот, даю тебе слово, что не буду разговаривать с твоими нанимателями, ежели ты сию же секунду не расскажешь мне, на кого работаешь, и что этим людям от меня надо.

— Перестань, это уже не смешно, — нахмурилась она.

— Вон тому мужчине с книгой тоже не смешно. А знаешь, почему? Потому что он страхует тебя.

— Кажется, тебе надо показаться врачу. У тебя какая-то мания преследования, или как это называется? — шумно сглотнула красотка и жалобно посмотрела на меня.

— Наблюдательность — так это называется, — назидательно поднял я палец и встал с кресла. — Что ж, приятно было познакомиться. Можешь передать своим нанимателям, что я с ними сотрудничать не буду. Хорошего дня.

Я подмигнул девушке и не спеша пошёл к вешалке со своей верхней одеждой.

Ангелина быстро взвесила все «за» и «против», после чего умоляюще бросила мне в спину:

— Вернись, давай поговорим!

Я довольно улыбнулся и развернулся, заметив завистливый взгляд официанта. Кажется, он подумал, что мы с Ангелиной парочка, и я сейчас хотел бросить её, а она пытается спасти отношения.

— Жить без меня не может, — шёпотом бросил я парню, проходя мимо него. — А уж что она в постели вытворяет… Ух-х-х!

Официант чуть поднос не выронил, и ещё несколько секунд, сгорая от зависти, пристально смотрел, как я иду к столу красавицы.

— Твоя взяла, — хмуро сказала посерьёзневшая Ангелина, перестав улыбаться. — Но я не могу рассказать всего.

— Начни хоть с чего-нибудь, — усмехнулся я, вернув свой зад в кресло. — Можешь для начала представиться, или мне продолжать называть тебя выдуманным именем?

— Мне всегда нравилось имя Ангелина, — ровным голосом проговорила она, сложив руки на выдающейся груди. — Поклянись Живой, что наш разговор останется между нами.

— Живой? С удовольствием. Могу поклясться даже её головой и здоровьем, — охотно согласился я и произнёс слова клятвы.

Девушка кивнула и по-деловому проговорила без всякого кокетства:

— Я работаю на государство. И государству нужны такие, как ты, Громов.

— А поконкретнее? Какие именно мои таланты понадобились государству? Магия? Чувство юмора?

Ангелина тяжело посмотрела на меня, вздохнула и проронила:

— Все, кроме легкомысленного поведения в серьёзный момент.

— Блин, государство отметает мой главный козырь.

Девушка на миг закатила глаза и продолжила:

— Наша служба занимается выявлением и уничтожением хаоситов, подрывающих мощь империи изнутри. И ты бы нам пригодился. Моего начальника впечатлило, как ты спас Стражград.

— Да-а, славное было время, — с ностальгией вздохнул я.

— Если ты будешь помогать нам, мы поможем тебе. Никакие ректоры больше не будут тебе докучать. А твоя карьера быстро пойдёт в гору. Что скажешь?

Она пристально посмотрела на меня своими зелёными озёрами, в которых хотелось раствориться.

А ведь есть в ней что-то и от Беловой, и от Огневой. Да и характер у неё явно несгибаемый. Она наверняка и на язык весьма остра, просто сейчас сдерживает себя.

Девица однозначно в моём вкусе, не богиня, конечно, но тоже ничего. И тот, кто послал её, не прогадал. Вот только поначалу она вела себя иначе, но оно и понятно. Ей сперва нужно было познакомиться со мной.

— А кто будет моим куратором? — спросил я, криво усмехнувшись.

— Пока я, а там посмотрим, — сказал она именно то, что я и рассчитывал услышать. — Ты можешь послужить на благо империи, спасти тысячи жизней и десятки городов.

Я задумался. Ни меня, ни Громова-младшего не прельщала перспектива работать на государство. У меня и своих забот хватает. А Громов-младший банально трусил. Он понимал, что ему придёт кирдык на госслужбе, когда я оставлю ему это тело, а сам уйду. Вчерашние коллеги тут же начнут подозрительно смотреть на человека, чьё поведение и магия изменятся. И они с большой тщательностью примутся выяснять, что же с Громовым случилось. Его наверняка выведут на чистую воду, а что будет потом… да шут его знает!

Казалось бы, ответ очевиден. Надо отказываться. Но подобные государственные службы так просто не примут отказ. Они начнут исподтишка давить на меня. Может, и отвратительное поведение ректора — их работа? Они же вполне могут за моей спиной создать проблему, чтобы потом прийти и с улыбкой сказать, что с радостью помогут мне её решить, если я окажу им ответную услугу. Классика. Я сам так делал ещё с пелёнок.

Нет, надо вести себя аккуратно. Хотя бы потянуть время.

— У меня же есть время подумать? — забарабанил я пальцами по столу.

— Да, пока я допиваю чай, — усмехнулась красотка и элегантно взяла чашечку.

— Тебе придётся пить его как минимум до конца недели. Подобные дела так просто не решаются. Продиктуй свой номер, я позвоню, как только приму решение.

Девица пару мгновений сверлила меня взглядом, а затем нехотя написала карандашом номер телефона прямо на листе блокнота, где вполне достоверно нарисовала моё лицо.

— Вот, — вырвала она листок и передала его мне. — Порой смотри на этот рисунок и вспоминай меня.

Ангелина позволила себе бледную улыбку. А её выдающаяся грудь из-за движения руки хозяйки покачнулась в декольте. И клянусь задницей Фрейи, ещё мгновение назад блузка была расстёгнута всего на одну пуговицу, а сейчас уже на три, обнажив верх кружевного лифчика. Магия какая-то… Особая, женская.

— Непременно, — иронично проронил я и сунул листок в карман. — Пока.

— До скорой встречи, — с намёком проговорила она, тряхнув водопадом волос.

****

Как только Громов покинул кафе, за стол к Ангелине присел тот самый мужчина, читавший книгу.

— Ну как всё прошло? Кажется, не очень, — простуженным голосом просипел смертный, почесав щеку, покрытую жёсткой седой щетиной.

— Он раскрыл и тебя, и меня. Пришлось сразу перейти к плану «Г», минуя все остальные, — невесело усмехнулась девица.

— Да ты что?! — изумился мужчина, округлив колючие серые глаза, довольно близко посаженные к длинному носу, испещрённому мелкими шрамами, похожими на лунные кратеры. — Какой ушлый юнец. Прям как я в молодости.

— Нет, думаю, он получше тебя.

— То-то я и гляжу, у тебя уже сиськи наружу, — осклабился мужчина, показав зубы со сточенными годами кромками. — Что, понравился тебе паренёк?

— Ты меня знаешь, Ульян, я не из таких, — холодно проронила девушка и застегнула пуговицы блузки.

— Ладно, давай выкладывай, о чём вы говорили. Надо наверх доложить, — проговорил мужчина, с сожалением посмотрев на скрывшуюся грудь собеседницы. Даже облизал шелушащиеся губы.

Ангелина же вздохнула и коротко поведала ему о разговоре с Громовым.

— Негусто, — нахмурился Ульян, проведя рукой по коротко стриженным седым волосам. — А как он сам? Какое впечатление произвёл?

— Странное. Лицо юное, ведёт себя порой как ребёнок, а иногда смотрит, словно древний мудрец, повидавший на своём веку столько, что другим и не снилось. Аж дрожь пробегает, — передёрнула плечами девушка.

— По каким местам дрожь пробегает? — похабно осклабился Ульян.

— Ты вроде взрослый, а шутки у тебя как у подростка с круглосуточным стояком. Но тебе-то уже на пенсию пора.

— Да, на пенсию, — мигом приуныл мужчина и в сердцах пробурчал: — Аж злость берёт, как представлю, сколько мне будут платить. Я не заслуживаю таких копеек.

— Согласна. Но это меньшее, что тебе могут заплатить, — иронично улыбнулась Ангелина, весело посмотрев на надувшегося коллегу.

— Ха-ха, очень смешно, — проворчал Ульян и тут же прихлопнул одинокую муху, нагло усевшуюся на стол. — Что же до странностей Громова, в его деле есть упоминание о некой проверке на наличие в нём хаоситской сущности. Проверку-то он прошёл, но как это было… Один из проверяющих его жрецов Перуна был испепелён Рарогом. Да, да, настоящим Рарогом. А вызвал его другой жрец Перуна. Рарог потом ещё пару раз отзывался на его призыв. Но это ещё не всё. Тот, кто обвинял Громова в наличии в нём хаоситской сущности, был его братом по отцу. И этот брат вместе со своим близнецом пропали однажды ночью, когда на особняк его семьи напали хаоситы. Они убили их родителей. Тела этих двоих нашли и опознали, а трупы самих близнецов отыскать не удалось.

— Ты думаешь, что в Громове всё-таки кто-то сидит?

— Не знаю. Но с тех пор его никто не проверял. Все подозрения с него резко сняли, а жрецы будто забыли о нём, словно кто-то надавил на них.

— Но кто мог надавить на жрецов? Боги? Ха-ха, — сухо посмеялась Ангелина, показывая, что её предположение — сущий бред. Ну какое дело богам до какого-то юнца, пусть и одарённого?

— В общем, история мутная, как и сам Громов. Он же буквально несколько месяцев назад был чуть ли не всеобщим посмешищем. Молодые да ранние дворяне пинали его будь здоров. А теперь он вон чего творит. Подозрительно, не находишь?

— Я читала об этом. Но его вроде бы дед тренировал и заставлял сдерживать свою силу, чтобы не показывать её раньше времени.

— Да что-то не верится мне, — дёрнул щекой Ульян и глубоко вздохнул. — Ладно, надо работать дальше. Надеюсь, потом будет попроще, а то сегодня какой-то тяжёлый денёк.

— У мухи он был тяжелее, — слабо улыбнулась девушка, кивнув на раздавленное насекомое.

****

Когда я вышел из кафе, дождь всё ещё шёл, но превратился в мелкую противную морось, прогнавшую с улиц и горожан, и туристов. Небо заволокли свинцовые тучи, а сумрак затянул покрытые лужами брусчатые улицы. Да ещё и таксисты пропали. Видимо, их расхватали люди, спешившие домой.

Пришлось накинуть капюшон и вызвать такси по телефону. Благо оно приехало довольно быстро, словно пряталось за углом.

До «Божественного замка» ехать оказалось всего ничего. Буквально десять минут. Однако таксист содрал с меня приличную сумму, прежде чем я покинул его пропахшую выхлопными газами машину.

— Вот где золотая жила, — пробормотал я, с усмешкой на губах проводив взглядом такси, скрывшееся за поворотом.

Повернул физиономию к фасаду отеля и двинулся к главному крыльцу, где под крышей зябко ёжился швейцар в тонких белых перчатках.

— Молодой человек, — внезапно раздался голос сбоку.

Я недружелюбно глянул на его хозяина, неторопливо выбравшегося из припаркованного чёрного внедорожника с блестящими дисками. Через лобовое стекло сквозь потеки дождя на меня смотрели трое крепких мужчин средних лет. Один толстыми пальцами сжимал руль, а пара других наблюдала за мной с заднего сиденья.

Четвёртый же вразвалочку шёл ко мне. Полы его кожаного плаща практически касались тротуара, а грубая рожа с несколькими шрамами скрывалась в тени кожаной шляпы с широкими полями.

Он подошёл ко мне, оказавшись на целую голову выше. И веса в нём было килограммов на сорок больше. Причём он не казался жирным.

— Вы что-то хотели спросить? Или просто констатировали факт, что я молодой человек? — холодно проговорил я.

Тот усмехнулся, продемонстрировав среди грязно-жёлтых зубов один золотой.

— А вы дерзкий юноша, — прогудел амбал, потревожив массивный подбородок с рябой кожей.

— Вы скажете что-то новое для меня или так и будете сыпать банальностями?

— Думаю, всё же продолжу банальностями, — криво улыбнулся незнакомец, отчего вокруг его спокойных серых глаз образовались резкие морщины. — Вы сегодня дурно себя вели, оскорбили одного уважаемого человека. Надо бы извиниться перед ним. И раз уж вы его оскорбили при всех, то и извиниться придётся перед всеми. Так будет справедливо.

— Не думал, что граф Жаров настолько жалок. Прислал ко мне своих слуг, чтобы запугать меня.

— Я не служу ему, — резко ответил мужчина. — Просто решил помочь.

— И, конечно, не бесплатно? — понимающе оскалился я. — Только вы зря взяли у него деньги. Или вы берёте оплату даже за невыполненный заказ?

— Я всегда довожу до конца то, что начинаю, — по-волчьи ухмыльнулся смертный, излучая волны уверенности.

— Но не в этот раз. Однако вы не расстраивайтесь. Всё когда-то бывает впервые. А ежели потом вашими услугами никто не будет пользоваться, то вы всегда можете стать таксистом. Я сейчас выяснил, что они наверняка хорошо зарабатывают. Вы сможете пополнить вашу коллекцию кожаных вещей.

— Громов, я не малолетний идиот. И не буду пытаться физической или магической силой заставить вас извиниться перед нашим общим другом. У меня есть другие способы… — многозначительно проговорил амбал, посмотрев на меня холодными глазами.

— Какие же? Вы будете умолять меня? Льстить? Попытаетесь подкупить? Вряд ли у вас что-то получится, но попытаться можете.

— Вы сильно недооцениваете меня.

— А вы, видимо, совсем не знаете меня. Неужели не навели справки?

— Навёл, — кивнул тот и снисходительно добавил, придержав шляпу: — Но не нашёл ничего, что могло бы помешать мне всё сделать в лучшем виде.

— Хреново искали.

— Вряд ли, — усмехнулся тот.

— Как минимум вы прозевали два момента: первый — я не люблю, когда мне угрожают, пусть даже вежливо; а второй — уже завтра граф Жаров получит ответку.

— Не советую вам этого де…

Он не договорил, поскольку удивлённо округлил рот, когда увидел, как я швырнул в его внедорожник «взрыв энергии» третьего уровня. Он угодил прямо в решётку радиатора, заставив капот выгнуться горбом, а мотор густо задымить.

Трое смертных как ошпаренные выскочили из машины, тараща глаза и переглядываясь друг с другом, будто не знали, как поступить.

— И зуб, — хищно проговорил я, уставившись на рот амбала. — Мне понравился ваш золотой зуб. Пожалуй, я заберу его, если вы и дальше будете играть в крутого типа.

— Я не играю! — угрожающе прорычал он, быстро прогнав ошеломление.

— Ну, если хотите по-взрослому, то вот вам предупреждение… Если не отступите, я убью вас, — спокойно проговорил я, сложив руки на груди.

Мужик заиграл крыльями носа, впившись в моё лицо изучающим взглядом. Он пытался понять — блефую я или нет? Готов ли я настолько обострить ситуацию или просто беру его на понт?

— Ты зарываешься, малец! — выхаркнул он, загоревшись гневом.

Возможно, этому в немалой степени поспособствовало то, что из-под выгнутого капота внедорожника показались языки пламени. Правда, смертные быстро потушили огонь. Один мужик воспользовался извлечённым из машины огнетушителем, а другой применил магию воды. К слову, довольно слабенькую. Ну, оно и понятно. Откуда у простолюдинов сильная магия?

— Это ты уже берега потерял, ублюдок, — процедил я. — Привык нагибать каких-то малолеток по приказу уродов вроде Жарова? А я тебя, сука, сам нагну, да так, что переломишься. Лучше бери самоотвод и беги в ту нору, из которой вылез. Ты не на того нарвался!

Мои слова явно долетели до троицы смертных, и те посмотрели на своего босса. А тот, кажется, окончательно рассвирепел.

Глава 3

Амбал зарычал как дикий зверь и начал увеличиваться в размерах. Его лицо покрылось жёлтыми роговыми пластинами, а кожаный плащ с хрустом треснул на плечах. Шляпа слетела с головы, обнажив все те же костяные пластины, покрывающие даже пальцы здоровяка.

Смертный стал ещё мощнее, больше и злее. Навис надо мной как скала, бомбардируемая мелкими каплями холодного дождя, изливающегося из серых туч, закрывших небо.

— Лучше беги! — насмешливо крикнул один из троицы мужчин, застывших около внедорожника.

— Хороший совет, но ваш дружок слишком тупой, чтобы воспользоваться им, — усмехнулся я и резко пригнулся, пропустив над головой кулак амбала, оказавшегося владельцем атрибута «костяной великан» максимального уровня.

Довольно редкое магическое умение, и полезное. К тому же амбал уже поднаторел в его использовании. Он двигался очень быстро. Его кулак просвистел над моей головой, как пущенный из пращи булыжник.

Да ещё он тут же попытался пнуть меня ногой в колено, но я вовремя телепортировался к небольшой оградке, за которой возвышалась бронзовая статуя мужчины на коне.

— Ры-ры! — зарычал объятый яростью здоровяк, кинувшись на меня.

Он настолько разозлился, что его даже не смущало место нашей драки. А это ведь центр города. Конечно, прохожих на улице не было, но мелькали редкие машины, да и из окон кто-то наверняка уже наблюдал за нами.

Дворецкий же испуганно вытащил сотовый телефон и куда-то звонил. Хотя понятно куда… В полицию. Вряд ли он заказывал попкорн, чтобы в полной мере насладиться дракой.

— Тебе бы сделать парочку уколов от бешенства! — весело бросил я амбалу, чей подбородок украсила ниточка слюны, вылетевшая изо рта.

Безумец, как есть безумец!

Я бы, наверное, мог его убить за нападение на дворянина, но потом придётся много бумажек подписывать и всё объяснять полиции. Кучу времени потеряю! Посему я решил поступить иначе. Выдернул из ограды толстый железный прут и попутно один за другим молниеносно швырнул в противника два «взрыва энергии».

Троица смертных ахнула, изумлённая скоростью, с которой я призывал магию. Далеко не все опытные маги на такое способны. Вот они и раззявили рты, а затем и глаза выпучили, когда «взрывы энергии» сорвали со здоровяка атрибут «костяной великан». Амбал снова превратился в себя прежнего. Только теперь на нём висели побитые магией лохмотья кожаного плаща.

А ещё через миг он получил железным прутом по затылку, когда я с помощью телепортации появился за его спиной.

Амбал как подрубленный рухнул к моим ногам, но успел немного развернуться и схватиться за мой рукав, из-за чего порвал его в районе плеча.

— Охренеть! — шокированно выдохнул один из трио смертных.

— Клянусь жопой, кажись, слухи об этом парне не врут! — добавил второй.

— Валим! — выдохнул самый умный, перекрыв вой приближающихся полицейских сирен.

Все трое рванули прочь. Да так быстро, словно всю жизнь готовились на стометровке обогнать гепарда. Они мигом скрылись в арке дома-колодца. Я даже не стал их преследовать. Тем более, ко мне подбежал бледный швейцар.

— С вами всё в порядке, господин? — выдохнул он, тревожно сверкая зенками.

— Нет, похоже, всё плохо, — промычал я. — Гляди, что с одеждой сделал этот гад. Рукав почти оторвал, сволочь. Может, его добить, пока полиция едет?

Смертный сглотнул и попятился, не понимая, шучу я или нет. Впрочем, он мигом приободрился, стоило около нас с визгом тормозов остановиться полицейской машине. Из неё тут же выскочили мужчина и женщина. Оба в форме, с оружием, амулетами на шеях и гербами империи.

— Что тут произошло? — сразу же требовательно рявкнула женщина, оказавшаяся старше по званию, чем мужчина, хотя ей было-то всего лет тридцать.

При этом выглядела она так, что ей больше подошла бы работа фитнес-тренером. Фигура такая, что ого-го! Да и сама она — смазливенькая шатенка с большими глазами и пухлыми губами. Такое ощущение, что она стриптизерша, ехавшая на вызов в полицейском костюме, а не настоящая служительница закона. В Стражграде я таких законниц не видел, да и в целом там в полиции не было женщин. А в столице, видимо, нравы более либеральные.

— Живой, — подал голос мужчина-полицейский, склонившись над амбалом. — Голова, конечно, в крови, но били умеючи, чтобы просто лишить сознания.

— Моя работа, — с гордостью кивнул я на распластанную тушку смертного.

— Так что произошло? — повторила женщина, на сей раз с нетерпением в голосе.

— Ты первый рассказывай, — приказал я швейцару.

Тот вздрогнул, почесал затылок под смешной шапочкой и коротко поведал, что видел с крыльца. Он нигде не соврал и не покривил душой.

— А вы что скажете? — перевела на меня взор полицейская, пока её коллега надевал на здоровяка антимагические наручники. — О чём вы разговаривали с этим человеком, прежде чем он напал на вас? Вы его знаете? Хоть кого-то из этой четвёрки людей знаете? Догадываетесь, почему один из них атаковал вас? Да, и как ваше имя? Кто вы такой?

— Сколько вопросов, — ужаснулся я, поправив мокрый капюшон.

Мне не составило труда честно рассказать о себе, то и дело поглядывая, как мужчина-полицейский с пыхтением и произнесёнными шёпотом проклятиями трамбует в машину тяжеленного здоровяка, ещё не пришедшего в сознание.

— …Что же касается причины нападения, то шут их знает, чего именно они хотели, — пожал я плечами.

— Вы не будете выдвигать никаких обвинений? — приподняла бровь женщина.

— Верно.

— И даже не расскажете, о чем говорили? Поймите, совершено преступление. А вы, можно сказать, защищаете преступника.

— О чём говорили? Да он просто подошёл, конфетку предложил и пригласил за гаражи сходить, дескать, там у него ещё конфеты лежат. Но я уже большой мальчик. Отказался. Он же явный извращенец. И в коже он не просто так ходит.

— Значит, не хотите сотрудничать? — скривилась красотка, будто хлебнув уксуса. — Ладно, запишите мой номер телефона. Возможно, вы передумаете. Да и у меня к вам могут возникнуть кое-какие вопросы.

— Вопросы? Так, если что, я свободен практически каждый день после трёх. Люблю простую русскую еду. Имейте это в виду, прежде чем куда-то меня пригласить.

— Я вас расстрою. У нас в отделении не подают никакую еду, а именно туда я вас, наверное, и приглашу, — язвительно улыбнулась та и продиктовала мне свой номер телефона.

Я записал его и скрылся с глаз долой, оставив полицейских разбираться с машиной идиотов, решивших прогнуть меня. Наверняка служивые куда-нибудь эвакуируют её. К примеру, на штрафстоянку.

Я проскользнул в холл отеля, не забыв дать швейцару пару банкнот, чтобы простимулировать его молчание. Мне не нужно, чтобы он на каждом углу рассказывал о том, что видел, а то здешние постояльцы будут косо смотреть на меня. Сейчас-то они просто с любопытством поглядывают, как я вхожу в лифт.

Лифт домчал меня до нужного этажа и бесшумно распахнул винтажные двери.

Ну а добравшись до своих апартаментов, я увидел в гостиной пакеты с покупками. Да ещё кто-то свежие цветы поставил в вазе на столе. Их сладкий запах проникал в ноздри, а уши ловили шум дождя за окном.

Внезапно я услышал подозрительный скрип, донёсшийся из кабинета. Мои нервы тут же взвелись подобно тугой пружине. В кабинете кто-то есть?

Я телепортировался к кабинету и сквозь носки почувствовал ветерок, идущий из-под двери. Кажется, там окно открыто. Неизвестный пробрался через него? Кто же это может быть? Просто какой-то вор? Да вот хренушки, скорее мой очередной враг.

Медленно повернув дверную ручку, я приоткрыл дверь и увидел широкую спину на фоне окна.

— Да ты заходи, заходи, не стесняйся, — раздался весёлый голос Семаргла, глянувшего на меня через плечо.

— Да я и не стесняюсь.

— А ты хорошо тут устроился. Душновато, правда, здесь было, но я проветрил. Присаживайся. Чего стоишь? Разговор есть.

Бог в своё излюбленном обличье чернобородого мужчины с золотой серьгой уселся в кресло, забросив на рабочий стол ноги в ботинках.

— Поосторожнее, винтажная вещь, — кивнул я на стол и плюхнулся на небольшую софу с изогнутыми ножками.

— Да этой винтажной вещи и в помине не было, когда я появился на свет. Даже не выросло дерево, из которого её сделали, — отмахнулся посланец богов, мановением руки с помощью волшебства закрыв распахнутое окно.

Шум дождя сразу же стих, а ветерок перестал трепать мои волосы.

— И о чём ты хотел поговорить? Давай ближе к делу, — произнёс я, закинув ногу на ногу.

— Война! — выдохнул бог, многозначительно подняв к потолку палец. — Мы же оба знаем, что ты будешь в ней участвовать. Ты не сможешь пройти мимо этого грандиозного и интересного события, обязательно попробуешь что-нибудь урвать. Так что, давай обговорим условия…

— Да пока она начнётся, я уже покину этот мир тем или иным способом. Полгода быстро пролетят.

— Ты меня недооцениваешь, — недовольно скривился Семаргл, запустив пятерню в бороду и расчесав её. — Война начнётся со дня на день. Я втайне давно готовился к ней. Почему, думаешь, империя испытывает острую потребность в солдатах, хотя номинально у этого государства крупная армия? А я тебе отвечу. Солдаты есть, но они проходят подготовку на секретных полигонах. И такие бойцы есть во всех странах, окружающих Пустоши. Война будет мировой.

Бородач посмотрел на меня блестящими от возбуждения глазами. Он выглядел как человек, давно и упорно идущий к своей цели и уже подобравшийся крайне близко к ней. Остался буквально один рывок.

— Удобно, когда весь мир поклоняется одним и тем же богам, — усмехнулся я, прекрасно зная, что славянский пантеон выгнал с этой Земли других богов.

— Очень, — кивнул Семаргл и посмотрел куда-то вдаль, словно устремив взор в прошлое. — Но когда-то нам пришлось немало повоевать за него. Ладно, к делу. Что ты хочешь за участие в войне на моей стороне?

— Но ты же понимаешь, что я могу не справиться со своими проблемами, и тогда мне придётся бегать по всей Вселенной от Одина?

— До этого славного момента у тебя есть как минимум пять месяцев и два с половиной десятка дней. Ты можешь успеть помочь мне. А если ты разберёшься с Одином, то со спокойной душой можешь остаться в нашем мире и воевать с Хаосом. Поможешь мне с войной, получишь щедрую награду. Какую? Обговорим позже. А дальше, после окончания нашего сотрудничества, ты уже сам будешь решать, что тебе делать.

— Надо подумать, — дипломатично ответил я.

— Думай, но недолго, — согласился Семаргл и поднялся с кресла. — Кстати, Рарог говорил, что видел двух человек, обыскивающих твой номер.

— Дай угадаю: это была зеленоглазая красотка и мужчина с седой щетиной на лице?

— Именно. Они заходили утром, пока ты был в академии.

— Они нашли мои артефакты? — напрягся я, зная, что особо их и не прятал.

— Нет.

— Да ты что?! — искренне удивился я. — Неужто они не додумались проверить мои чемоданы? Чему же их учат в академиях тайных служб?

— Додумались, даже сливной бачок проверили. Просто Рарог спрятал твои артефакты.

— Ой какой молодец, дай боги ему здоровья!

— Сейчас твои артефакты под кроватью, — усмехнулся бог и подошёл к двери кабинета. — Мужчина всё приговаривал, обыскивая номер: «Чтоб я так жил…» А потом спросил у женщины, где ты раздобыл столько денег. А она ему ответила: «Он продал трофейные артефакты, снятые со жрецов хаоса, они же не с бантиками на шее ходили».

— И это всё? Рарог больше ничего не услышал?

— Мужчина ещё сказал женщине, что им стоит проверить продажу тех артефактов. Может, ты не заплатил положенный налог. Дескать, будет ещё один рычаг давления, — продолжил Семаргл, покрутив рукой, а потом со вздохом добавил: — Прекращал бы ты баловаться этими играми со смертными. Я могу сделать так, чтобы тобой больше никто никогда не интересовался: ни жрецы, ни государство.

— Ага, чтобы я потом был должен тебе? Нет уж, спасибо. А может, ты и натравил на меня эту парочку? — подозрительно спросил я.

— Я такой ерундой не занимаюсь, — вроде бы правдиво ответил бог, и покинул кабинет.

Я же посидел немного, подумал, а затем пошёл в спальню, где отыскал под кроватью свои артефакты. Клянусь душой Локи, повезло, что Рарог решил мне помочь, иначе бы у Ангелины возникли вопросы. Взять тот же кубок-портал — это же охренеть какой редкий артефакт! Не уверен, что такой имеется даже в сокровищнице императора, а он у меня чуть ли не на полу валяется. Впредь надо получше его прятать.

Пока же я посмотрел на сияющий камнями-артефактами кубок и задумался над словами Семаргла. А ведь он прав. Я вряд ли смогу остаться в стороне от войны. А ежели так, надо бы проверить свой актив, то бишь клан Сломанного рога. Что там вообще с ним происходит после поражения Маммоны?

К несчастью, у меня не было ни кожаной, ни какой-то иной брони, посему пришлось надеть спортивные штаны, кроссовки и футболку. Ещё я прихватил поясную сумку и верную саблю с камнями-артефактами, а затем активировал кубок-портал. Он перенёс меня сразу в Гар-Ног-Тон, на одну из кривых улиц.

Мигом навалилась местная жара и духота. Небо всё так же застилала красноватая дымка, а вот на земле кое-что изменилось. Блестели лужи крови, кое-где валялись изрубленные топорами люди и зверолюди. Причём два трупа лежали в жарких боевых объятиях. Зверолюд успел прокусить волчьими клыками шею мужчине, а тот перед смертью вогнал нож между его рёбрами, пронзив сердце.

Двери некоторых домов-халуп оказались выломаны, откуда-то неслись стоны, а издалека долетали грубые вопли, звон клинков и яростное рычание.

— Кто-то штурмует город? Междоусобица? — прошептал я себе под нос, оглядев безлюдную улицу. — И как тут найти Рысь или Сломанного рога? Придётся вызывать воздушную разведку.

Я сконцентрировался и мысленно позвал Апофиса. Тот вскоре вылетел из окна ближайшего дома, где, видимо, имелось пятно мрака, которое и позволило дракончику перенестись сюда.

— Если ты и дальше так быстро будешь расти, тебе станет сложнее пользоваться путями мрака, — сказал я ему с усмешкой.

Тот гордо помахал крыльями: мол, смотри, какой я большой. А потом Апофис немного приуныл, сообразив, что пути мрака для него действительно станут уже не такими доступными.

— Матушка говорила, что пути мрака нужны только маленьким дракончикам, чтобы они могли скрыться от опасности. А когда драконы вырастают, уже опасность должна скрываться от них, — проговорил он и хищно клацнул зубами, которым любая собака позавидует.

— Но ты всё же не будь слишком самоуверенным, — серьёзно сказал я Апофису, а затем добавил: — Я чего тебя, собственно, позвал… Сумеешь найти Рысь или Сломанного рога?

Я отправил ему мыслеобраз обоих, после чего дракончик с азартом сказал, что попробует.

— Бери на себя южную часть города, а я возьму северную.

На том и порешили.

Апофис взмыл над домами и исчез за крышами. А я накинул на себя иллюзию человека-хаосита и пошёл строго в противоположную сторону.

Первую улицу мне удалось миновать без проблем, а уже на второй я увидел двух здоровенных лохматых зверолюдов с головами практически как у волков. Их кожаные доспехи оказались покрытыми кровью, в руках блестели топоры, а глаза переполняла жажда чужой крови и боли.

— Ещё один… — почти нечленораздельно прохрипел один из волков, увидев меня. — Клянусь Сваргом, вот это удача!

— Чур, я убью его! — взревел другой и побежал в мою сторону.

— А я тогда сожру его сердце! — завыл первый, облизав морду широким языком.

— Может, поговорим? — предложил я. — Или мне сперва придётся сломать ваши ноги, а уже потом поговорим?

— Ха-ха, а он весельчак! — загоготал любитель сердец. — Его кровь будет вкусной.

— Ваш ответ предельно ясен, — пожал я плечами. — Значит, будем сражаться, а потом говорить с тем, что от вас останется.

Глава 4

Оба воина Хаоса мчались на меня, сжимая топоры волосатыми пальцами с жёлтыми когтями. И если первый просто кровожадно усмехался волчьей пастью, то второй весело хохотал. Однако он не пугал даже Громова-младшего. Паренёк уже понял, что эти двое мне на один зуб.

Я активировал телепортацию, возник рядом с первым зверочеловеком и со всей силы рубанул саблей по его ничем не защищённому колену. Точнее, на нём не было брони. Всё же клинок ощутил сопротивление во время удара по колену. Видать, сработал какой-то защитный артефакт. Но он не сумел остановить мою расчудесную саблю. Она глубоко вошла в колено завывшего от боли воина Хаоса. Его нога подломилась, и он покатился по земле, украшенной гниющими отбросами и мусором.

Второй зверолюд удивлённо распахнул мелкие звериные глаза. А я уже активировал «взрыв энергии», направив его в ноги воина Хаоса.

Моя магия полыхнула зелёным цветом, угодив в противника, но часть её мощи поглотил вспыхнувший на груди зверолюда амулет. Оставшейся у моего атрибута силы хватило лишь на то, чтобы шерсть на ногах воина Хаоса задымилась, а кожа пошла волдырями.

Зверочеловек даже не упал, а яростно завыл, роняя жёлтую слюну:

— Убью-ю-ю!

— Это вряд ли, — усмехнулся я и, ради разнообразия, использовал «холод».

Из моих рук ударил гудящий белый поток обжигающе холодного воздуха. Он ударил в ноги бегущего ублюдка. Его артефакт мигнул и перегорел, оставив хозяина без магической защиты, чем и воспользовался «холод». Он тут же проморозил конечности воина Хаоса так, что тот перестал чувствовать их и упал, отчаянно завывая.

— Что, уже не так весело? — мрачно проронил я.

— Сдохни! — разъярённо выхаркнул хаосит и швырнул в меня топор.

Тот вспорол воздух, как лопасть пропеллера. Мне едва удалось уклониться. Он пролетел мимо и с хрустом глубоко вошёл в деревянную дверь халупы, на чьей стене была распята обнажённая женщина без признаков мутации.

— Я приколочу тебя, как эту суку! — прорычал обезумивший урод, скаля жёлтые клыки.

— Кажись, с тобой мы каши не сварим, — мудро решил я и воспользовался телекинезом.

Атрибут «вцепился» в топор зверочеловека и швырнул его в хозяина. В отличие от меня, объятый яростью хаосит среагировать не успел. Лезвие вошло точно между его глаз, развалив башку на две половинки.

— Как-то так, — пробормотал я и пошёл ко второму гаду.

Тот выл от боли, катаясь по земле и зажимая руками страшную рану.

Кажись, у него не было артефакта с функциями регенерации. Повезло. Ну, мне повезло, а ему-то нет.

— Дружище, сразу хочу извиниться, — начал я, встав в паре метров от воина Хаоса. — Я же обещал вам сломать ноги, а оно видишь, как вышло. Другу твоему я их заморозил, а тебе почти отрубил. Обманул, значится.

— Чего… Что тебе нужно? — прорычал зверочеловек, мельком глянув на свой топор.

Он лежал на расстоянии вытянутой руки от воина Хаоса. И я с помощью телекинеза откинул его подальше.

— Да, собственно, ничего криминального. Просто расскажи, что происходит в городе. Революция? Или какое-то пятничное развлечение?

— И всё? — тупо посмотрел он на меня, даже перестав морщиться из-за боли. — Ты разве сам не знаешь?

— Да я турист, на экскурсии.

— А-а-а, — протянул хаосит, вряд ли поняв смысл моих слов.

Однако ему всё-таки хватило ума, чтобы начать сотрудничать со мной.

Он рассказал, что в городе на фоне падения богини Маммоны идёт передел власти. Всеобщая грызня за власть в Пустоши захватила и Гар-Ног-Тон, хотя тут и поклоняются Сваргу. Некоторые кланы, состоящие исключительно из зверолюдей, решили подмять город под себя. К ним, понятное дело, присоединились и многие другие зверолюди, когда им сказали, что обычные люди на самом деле хреновые хаоситы, надо бы их лишить любой власти, да и вообще, можно и рабов из них сделать.

Жрецы бога Сварга не стали вмешиваться в разборки, а заперлись в своих храмах.

— Весело тут у вас, — заметил я, задумчиво поглядывая на воина Хаоса.

Тот уже перестал кривиться, окончательно переборов боль.

Громов предлагал добить его, ведь он посмел раззявить пасть на нас. Именно на нас, а не на меня.

— Что ты сделаешь со мной? Я тебе всё рассказал, отпусти.

— Да иди куда хочешь, только больше не попадайся мне на пути. А-а, подожди, вот ещё что… Ты знаешь Рысь из клана Сломанного рога? Где она? И где сам Сломанный рог?

— Его теперь называют Безрогим. Его клан обитает на востоке города. Наверное, он и сейчас там, — прорычал хаосит, настороженно поглядывающий на меня. Он явно до конца не верил в то, что я отпускаю его.

— А его клан на чьей стороне?

— Не знаю.

— Ну, ладно, пока, — проронил я и пошёл прочь, чувствуя спиной напряжённый взгляд зверочеловека.

Кажется, он расслабится лишь тогда, когда я скроюсь с глаз долой. Может, всё-таки стоило грохнуть его? Да пофиг, одним меньше, одним больше.

Я свернул за угол и пошёл на восток.

Практически сразу мне стало ясно, что эта часть Гар-Ног-Тона захвачена зверолюдьми. Только они встречались мне по пути на восток. И все эти твари считали своим долгом убить меня.

Пока я шел по улицам, меня пытались испепелить магией, зарубить топором, пронзить мечом, застрелить из пневматической винтовки… Но все желающие лишить меня жизни остались валяться на земле окровавленными трупами. Никто не сумел оказать мне достойного сопротивления. Ну, кроме мага. И то, лишь потому что он был увешан амулетами, как новогодняя ёлка игрушками. После моей победы над ним, я все их собрал и отправил в поясную сумку. Потом продам.

К слову, у меня появилась идея сменить иллюзию человека на зверолюда, чтобы шерстяные твари принимали меня за своего. Так бы я избежал многочисленных битв и сэкономил время.

Однако я всё-таки отказался от этой мысли, решив, пока есть возможность, сократить численность зверолюдей, поскольку посчитал нужным встать на сторону людей-хаоситов. Думаю, потом я смогу найти им применение, даже если они потерпят поражение в этом городе.

Пока же я добрался до восточной части Гар-Ног-Тона. Тут улицы оказались пустынными, хотя и здесь валялись трупы, как людей, так и нелюдей. А некоторые дома даже были объяты огнём. Языки пламени лизали красную туманную дымку, а чёрные облака дыма смешивались с ней.

— Фух-х, — выдохнул Апофис, появившись из какого-то подвала. — Нашёл я Рысь. Она с другими людьми укрылась вон в том большом здании, чей купол выглядывает из-за крыш.

— Спасибо, — поблагодарил я дракончика за помощь.

— Я могу лететь домой?

— Ага.

— Но ты зови меня, ежели чего, — сказал Апофис и скрылся в том же подвале.

А я отправился к указанному дракончиком строению. Дорогу к нему преграждали баррикады из всего, что воинам Хаоса попадалось под руку. Но каждая баррикада уже была разрушена. Кругом валялись трупы и краснели подёрнутые коркой лужи крови. Воздух же полнился вонью гниющего под жарким солнцем мусора и безумием гражданской войны.

К счастью, по пути к приютившему Рысь строению мне так никто и не повстречался. Я спокойно добрался до небольшой площади, в центре которой и возвышалось покрытое трещинами жёлтое здание с куполом. Вероятно, раньше это был какой-то людской храм. Ну, ещё в те времена, когда эти места принадлежали обычным людям, а о Хаосе знали лишь боги.

— Эй! — вылетел из окна храма чей-то грубый вопль. — Беги сюда! Скорее! Мы тебя защитим!

— Громкое заявление, — пробормотал я себе под нос и пошёл к зданию, переступая тела зверолюдов. Кто-то из них ещё был жив и тяжело хрипел, обагряя кровью землю.

Несомненно, недавно зверолюди штурмовали храм, но успеха не достигли. Будут ли они снова пробовать захватить его? Конечно.

А храм кажется довольно крепким орешком. Окна узкие, небольшие. В них не так-то просто пролезть здоровенным воинам Хаоса. Двери же сделаны из морёного дуба. Правда, обе створки уже носили следы от топоров и мечей, а ещё на них чернели пятна от огня и торчали стрелы.

— Ты из какого клана? — спросил всё тот же голос, чей обладатель не спешил показываться мне на глаза.

— Да я неместный. Пришёл по торговым делам, а тут у вас такое творится, — проговорил я, двинувшись к окну.

Наверняка мне придётся именно через него проникать внутрь. Двери-то явно изнутри забаррикадированы.

— Из какого ты города? — подозрительно спросил хаосит.

Я заметил блеснувшие в окнах второго этажа наконечники стрел и услышал щелчки взводимых арбалетов. Эти товарищи шутить не будут. Потому я пораскинул мозгами и выудил из памяти название поселения, расположенного в пустыне. Того, где мне пришлось на несколько часов оставить Рысь, когда мы шли к Чёрному городу. Она ещё сказала, что там живут союзники её клана.

Назвав это поселение в качестве своей малой родины, я добавил:

— Рысь меня знает.

— Ладно, лезь в окно, но держи руки на виду, — приказал голос.

Я согнулся и протиснулся внутрь храма. На меня тут же уставились десятки уставших людей, сидящих на плитах главного зала храма. Кто-то был ранен и тихонько стонал, а кто-то уже бездыханной тушкой лежал у стены.

Несколько женщин бродили среди раненых и помогали им восстановиться с помощью целебных артефактов. Но тут был и настоящий маг-лекарь. Правда, слабенький. Он тоже выхаживал раненых, несмотря на то что уже сам находился на грани обморока из-за магического истощения.

— А где Рысь? — спросил я, держа руки на виду, как мне и приказали эти «добрые» люди.

А вот Громов нашёптывал мне, что надо бы сразу показать им, кто здесь самый сильный.

— А ты откуда вообще знаешь, что она тут? — подозрительно спросил лысый мужчина. Его-то голос я прежде и слышал.

— Она мне сказала, что пойдет сюда, — соврал я.

— Мельник, осторожнее с ним… — прохрипел маг-лекарь, глядя на меня запавшими глазами. — Я чувствую в нём магическую силу.

— Ты же не засланец зверолюдей? — процедил названный Мельником лысый мужчина, держа в руках арбалет, направленный на меня. — Они же тебя всё равно убьют, не сдержат своего слова. Тебе лучше быть с нами.

— Да я свой в доску. Уже видел, как зверьё убивает нашего брата. Никакой я не засланец.

— А ну, поклянись именем Сварга!

— Пфф, да без проблем.

Я поклялся, и народ немного успокоился, насколько это вообще было возможно в такой ситуации.

— Ладно, пойдем я тебя провожу к Рыси. Она на втором этаже, — проговорил Мельник и приглашающе махнул рукой.

Он двинулся к истёртым каменным ступеням, ведущим наверх. А я пошёл за ним, поглядывая по сторонам и оценивая боеспособность людей. Вывод вышел не слишком радужный. Боеспособных смертных оказалось не так уж много, и половину из них составляли женщины и девушки. Правда, все они были вооружены и, наверное, не сильно уступали мужчинам.

А на втором этаже ещё и дети обнаружились. Мрачные, уставшие, с угрюмо блестевшими глазами. Они жались друг к другу в одной из комнат. Но никто из них не плакал, даже самая маленькая девочка.

Вот вам и отличие от детей империи. Эти уже с детства знают, почём фунт лиха.

— Рысь, — прохрипел лысый, войдя в соседнюю комнату.

Там на изорванных матрасах спали пять человек. И только двое из них имели признаки мутации: собственно, сама Рысь, и ещё одна девушка. Больше никто из тех, кого я видел в храме, не были даже частично зверолюдьми.

— Чего? — просипела Рысь, с трудом разлепив глаза.

Она выглядела измученной и до предела уставшей. Её кожаную броню покрывала запёкшаяся кровь, а волосы больше напоминали грязную тускло-рыжую паклю. Но все же её осунувшееся лицо оставалось довольно миловидным.

— Этот человек утверждает, что знает тебя, — показал на меня Мельник. — Так ли это?

— Конечно, так, — сказал я лишь для того, чтобы Рысь услышала мой голос, а то ведь из-за иллюзии она не видела моего истинного облика.

— Знаю! — взволнованно выдохнула девушка, резко приняв сидячее положение.

В её глазах забрезжила надежда, а на потрескавшихся губах появилось подобие улыбки.

— Вижу, что знакомы, — промычал мужчина, поскрёб обгрызенными ногтями затылок и пробурчал: — Через пару минут жду вас обоих внизу. Есть разговор.

Хаосит ушёл. А я покосился на спящих и молча поманил Рысь за собой. Вышел из комнаты в коридор и подошёл к окну, выходящему на площадь.

Девушка последовала за мной, стараясь не покачиваться из-за слабости.

— Где Сломанный рог и его клан? — спросил я, прислонившись плечом к стене.

— Они должны быть около восточного базара. Там наша территория. Я пыталась пробиться к ним, но не смогла. Хорошо хоть Мельник позволил мне укрыться тут. Мы с ним давно знакомы, — проговорила Рысь, тоже прижавшись плечом к стене.

Нас разделяла только ширина окна.

— А за кого твой клан? За людей или зверолюдей? Я так понял, что город нынче разделился именно на эти две партии войны.

— Не знаю, — угрюмо проронила Рысь. — В нашем клане больше зверолюдей, чем людей. Но нас точно не было среди тех, кто ночью начал эту бойню. Там были другие, а вёл их клан, который прежде возглавлял Жёлтый глаз. Помнишь такого?

— Ага, — кивнул я, прекрасно помня убитого мной зверолюда.

Он возглавлял местный Совет и мешал Сломанному рогу. Вот последний и пожелал, чтобы я лишил его жизни.

— Надеюсь, мой клан не передрался между собой, — вздохнула девушка. — А то Мельник рассказывал, что в городе уже есть кланы, чьи члены вырезали друг друга. Всё-таки вражда между зверолюдьми и людьми тлела столько лет, а теперь вспыхнула во всю мощь. Не понимаю, почему Сварг не остановит бойню, мы же все служим ему.

Рысь вопросительно посмотрела мне в глаза, явно продолжая считать меня жрецом своего бога.

— Пути божьи неисповедимы, — ответил я, использовав универсальную отговорку.

— А зачем ты прибыл в Гар-Ног-Тон? — продолжила девушка, взволнованно глядя на меня.

Кажется, она всё же не потеряла надежду на то, что я как-то разберусь с этой кровавой вакханалией.

Кстати, Вакху, то бишь Дионису, вряд ли бы понравился царящий в городе бедлам. Он всё-таки имел в виду нечто иное, когда призывал своих последователей выпустить тёмные стороны натуры на свободу, освободить дух для слияния с природой, разорвать оковы порядка и привычного уклада жизни, чтобы достичь мистического транса.

— Есть у меня одна идея, — туманно ответил я на вопрос девушки. — Но надо бы добраться до Сломанного рога. Он же продолжает входить в Совет?

— Да. Более того, его позиции упрочились после того, как мы взяли богатую добычу на землях почитателей Маммоны. Ему вот эта бойня точно ни к чему, — проговорила Рысь, откинула со лба прядь волос и внезапно резко посмотрела в окно, словно услышала что-то подозрительное.

А вот я лишь спустя несколько секунд расслышал позвякивание металла, а уже затем увидел вышедшего на площадь гиганта в толстых стальных доспехах, забрызганных кровью. Даже его башка была скрыта шлемом, отражающим солнечный свет, а руки защищали латные рукавицы.

Я только по его тяжёлой походке и громадным размерам понял, что это зверолюд, а не обычный человек. Он был метра три ростом, а весил за двести килограммов. И притом это был не какой-то пузатый хрен, а настоящий атлет, иначе бы он не мог с такой лёгкостью носить подобный доспех. Он же весил вдвое больше меня, а то и втрое.

Да и оружие у зверочеловека было под стать его габаритам. Он сжимал гигантский молот, перемазанный мозгами и ошмётками плоти.

Нет, всё-таки слишком много на нём веса. Тут дело явно не обошлось без амулетов, увеличивающих выносливость, силу и прочие физические параметры.

— И что это за чудо-юдо хрен стальной? — спросил я у Рыси, чьё лицо побледнело под разводами грязи.

— Это Крушитель. Он лучший воин клана Кровавой лапы. На его счету сотни побед, и он никогда не проигрывал, даже сильным магам. Говорят, у него есть несколько артефактов, благословлённых самим Сваргом. Они защищают его от любой магии, — практически со священным трепетом прошептала девушка и громко сглотнула.

— И я так полагаю, он сюда пришёл не с целью помочь нам? Да ещё и дружков своих привёл, — проговорил я, заметив пару десятков зверолюдей, выбравшихся на площадь из узких переулков.

Они встали возле домов, окружающих площадь, и принялись потрясать оружием, выкрикивая грязные оскорбления в адрес тех, кто засел в храме.

Крушитель же, громыхая как танк, пошёл прямо в нашу сторону.

Глава 5

Внутри храма начали раздаваться горестные вздохи, вторящие жарким молитвам и сочной брани. Люди прекрасно понимали, что им не справиться с Крушителем. Он же, вашу мать, был как киборг среди школьников!

А ещё есть два десятка его дружков, глумливо вопящих с противоположной части площади:

— Вам конец, ублюдки! Мы всех вас поимеем, а потом отрежем головы!

— Распорем животы и насадим жопы на колья!

— Давно было пора показать ваше место, ссыкуны и слабаки!

— Сучьи дети!

— Хм, — хмыкнул я и педантично добавил: — Ну, в данном случае как раз они сучьи дети, учитывая их происхождение. Без обид, Рысь, ты нормальная, даже где-то красивая.

Девушка никак не отреагировала на мой комплимент. Она будто не слышала его, полностью сосредоточившись на фигуре Крушителя.

А тот вдруг остановился метрах в десяти от храма, закинул на плечо чудовищный молот и приподнял забрало шлема, украшенного рогами с наколотыми на них свежими человеческими сердцами. Кажется, сегодня это последний писк моды в городе. Хотя некоторые используют и вырванные глаза.

Крушитель смачно плюнул себе под ноги и прогудел спокойным объёмным голосом, похожим на раскаты грома:

— Есть ли среди вас, ничтожные твари, тот, кто не побоится выйти со мной на честный бой? Клянусь именем Сварга, если я проиграю эту схватку, мои слуги уйдут, не тронув вас.

Сперва ответом ему была лишь тишина. Потом раздался голос Мельника, пытающегося не выказывать страх:

— А точно ли бой будет честным? Ты снимешь свои доспехи и артефакты? У нас ведь ничего такого нет, а значит, любой из нас будет заведомо гораздо слабее тебя.

— Трусы! — сразу же принялась вопить группа поддержки великана. — Зассанцы! Выходите и бейтесь, а не ищите отмазки!

Однако зверолюды сразу заткнулись, стоило Крушителю открыть свою камнедробилку, которую по незнанию кто-то мог бы назвать ртом:

— То ваши проблемы, есть у вас доспехи или артефакты, или нет. Я бросил любому из вас вызов: воину или магу. Мне всё едино. Выходи и сразись со мной любым оружием: хоть клинком, хоть арбалетом, хоть магией.

— Что-то он уже повторяется. Можно было остановиться на «воину или магу», — иронично усмехнулся я, заметив, как к нам подошла девушка-зверочеловек, прежде спавшая в комнате.

Она была похожа на Рысь с той лишь разницей, что её можно было бы назвать Волчицей. Глаза тоже жёлтые, но волосы снежно-белые, как и лёгкий пушок на руках и слегка заострённых ушах. Фигурка ладная, спортивная, с крепкой грудью второго размера и каменной задницей, обтянутой короткими кожаными штанами.

— Никому из нас не одолеть Крушителя, — мягким грудным голосом печально выдала Волчища, поправляя длинную грязную рубаху под порванной в нескольких местах кольчугой, перехваченной кожаным поясом на тонкой талии.

— Может, кто-то и одолеет, — умоляюще посмотрела на меня Рысь.

Волчица заметила её взгляд и скользнула по мне скептическим взором, как по рыбе, продающейся в магазине с девяностопроцентной скидкой.

— Ладно, пойду вломлю ему по первое число, — спокойно проговорил я, протиснулся в окно и спрыгнул на площадь. — Эй, Крушитель, я с тобой сражусь, окажу тебе милость.

Позади меня из храма донеслись удивлённые восклицания.

Зверолюды даже загоготали, тыча в меня пальцами и перебрасываясь шутками.

— Ты? — презрительно прогудел великан. — Я надеялся на противника посерьёзнее. От тебя я и мокрого места не оставлю. Ты же чуть больше кучи дерьма, что я оставляю после себя. Ха-ха-ха…

Он загоготал, да так громко и басовито, что, казалось, даже храм задрожал.

Зверолюды охотно подхватили его смех. И только среди людей царило похоронное молчание.

— Ладно, иди сюда, червь, — снисходительно пророкотал Крушитель, опустив забрало, из-за чего следующие его слова прозвучали глухо: — Это будет быстро и легко.

— Да нет, думаю, пару минут мне придётся провозиться. Уж больно примечательные у тебя доспехи, — ехидно сказал я и прогулочным шагом пошёл к великану, взявшему молот обеими руками.

— А твой друг дерзкий, Рысь, — донёсся до меня приглушённый расстоянием голос Волчицы, в котором прозвучали нотки восхищения. — Даже на пороге смерти умудряется острить.

Возможно, Рысь что-то ей и ответила, но я уже не расслышал её слов. Расстояние стало слишком большим. Да и Крушитель, казалось бы, стоящий в расслабленной позе, вдруг рванул на меня с необыкновенной прытью.

Он за сущие мгновения преодолел разделяющую нас дистанцию и с протяжным хеканьем опустил свой молот, стремясь размозжить мою голову. Люди в храме ахнули, приникнув к окнам. А парочка зверолюдов восторженно завыла. Но они рано радовались…

За миг до удара молота я перекатом ушёл в сторону, из-за чего оружие великана обрушилось на вытоптанную до состояния камня землю. По ней пошли глубокие трещины, а в воздух взметнулись мелкие камешки и облака пыли. Сам молот, — точнее, его боевое навершие — сантиметров на двадцать ушло в землю.

— Неплохо, человечек, — прогудел Крушитель, чьи звериные глаза сверкнули в обзорной щели шлема. — Может, ты и не так плох. Но тебе всё равно ничего не поможет. Я раздроблю твой череп так же, как и черепа сотен других людей, бившихся со мной или убегавших от меня. Ты всего лишь лысая крыса, а я истинный воин, благословлённый Сваргом.

— Сколько пафоса, а действия-то будут? Или ты побеждал всех своих противников, просто заговаривая их до смерти? — презрительно усмехнулся я, даже не став доставать саблю. Чувствую, сейчас она бесполезна.

Крушитель так сильно скрежетнул зубами, что даже я услышал, хотя был метрах в трёх от него. А потом он взревел дурным голосом и принялся гоняться за мной по всей площади.

Его совершенно точно усиливали артефакты. Он двигался проворно, как кошка, будто его доспехи ничего не весили и абсолютно не мешали ему.

Признаться, мне с трудом удавалось уклоняться от его ударов, оставляющих на земле глубокие вмятины. Но я всё же справлялся, даже не задействуя магию. Хотелось понять, на что способен этот великан.

— Дерись со мной, трус, а не убегай, как облезлый шакал! — прорычал он в какой-то момент, остановившись посреди площади, ставшей похожей на поверхность луны.

Его приспешники поддержали великана аналогичными выкриками, называя меня трусом, ублюдком и ссыклом, и призывая честно сразиться с их лидером.

— Уже устал? — ухмыльнулся я. — Быстро ты. Даже размяться не успели.

— Я никогда не устану убивать таких, как ты, жалкий кусок дерьма! — прогудел тот.

— Что ж, пора тебе ответить за твои преступления. И в первую очередь, конечно, за самое тяжкое — за то, что оскорблял меня. А затем уже за преступления поменьше: убийства, грабежи, людоедство…

— Ха-ха! — загоготал он и вдруг резко оборвал смех, попутно взмахнув молотом. Его навершие уставилось на меня, и оттуда вылетел поток гнилостно-зелёной магии, шипящей, как сотни рассерженных змей.

Тут уж мне пришлось врубить магию. Я телепортацией перенёсся за спину Крушителю и всадил в него «взрыв энергии» максимального уровня. Но атрибут безвредно растёкся по доспехам великана, повернувшегося ко мне и попутно вырубившего магию молота.

— А ты действительно не так прост, — прорычал он в тишине, воцарившейся над площадью.

И люди, и зверолюды были удивлены тем, что я продемонстрировал.

— О, это ещё не все мои сюрпризы, — подмигнул я противнику.

— Ничто не поможет тебе одолеть меня! — убеждённо выпалил он и снова активировал магию молота.

Она вспорола воздух, но я опять с помощью «телепортации» избежал встречи с ней и попытался «схватить» доспехи Крушителя «телекинезом». Однако моя магия не сумела зацепиться за них. Кажись, ей помешали какие-то артефакты. Не могла же она посчитать сталь доспеха за живую плоть? Ведь только плоть «телекинез» и не мог «схватить».

К несчастью, мой атрибут и молот не захотел сцапать.

Да, наверное, обычному магу действительно пришлось бы туго в битве с Крушителем. Но я-то не обычный маг…

— Ты сдохнешь! — прорычал великан, снова бросившись на меня.

— Когда-нибудь точно помру, но не сейчас, — ехидно ответил я и выпустил из рук «холод».

Поток магии быстро покрыл льдом землю перед великаном, из-за чего тот поскользнулся и с оглушительным грохотом упал на спину. Удар был такой силы, что, казалось, вздрогнула вся площадь, а с окружающих её домом посыпалась пыль.

Крушитель даже не сумел удержать в руках молот. Тот грохнулся рядом, чем я и воспользовался. Телепортировался к нему и схватился за рукоять. Она оказалась горячей и шероховатой, а сам молот по ощущениям весил столько, что я просто не смог бы его поднять. Потому мне пришлось волоком оттащить молот от Крушителя метра на два.

— Убью! — прогудел великан, уже начавший поворачивать голову в мою сторону.

Он как-то очень быстро пришёл в себя от такого падения.

— Не в этой жизни! — выдохнул я и крутанул лежащий на земле молот так, чтобы его навершие смотрело прямо в забрало Крушителю.

— Ха-ха-ха! — загоготал тот, переворачиваясь набок. — У тебя ничего не получится. Мой молот служит только тем, на ком лежит божественное благословение.

— Как удачно совпало, что я немного бог. Должно получиться, — на одном дыхании негромко отбарабанил я и пожелал, чтобы чудовищное оружие выпустило на волю свою силу.

И оно не подвело меня. Выхаркнуло в голову мощный заряд гнилостно-зелёной магии. Крушитель лишь успел изумлённо хрюкнуть, после чего в его шлем ударил магический поток. К сожалению, магия не пробила доспех, но каким-то образом раскалила шлем докрасна.

— Ар-р-р! — завопил от боли великан и, вскочив на ноги, сорвал с башки шлем и отшвырнул его.

Заскорузлая, покрытая волдырями кожа на лысой шишкообразной голове Крушителя покраснела и дымилась. А на его узком выпирающем лбу истекали гноем язвы. Плоский нос с вывернутыми наизнанку ноздрями с шумом выпускал воздух, маленькие глаза блестели, а огромный рот со здоровенными клыками оказался открыт, демонстрируя раздвоенный язык.

— Даже не знаю, с какими зверями ты в родстве, — дёрнул я головой, выпрямившись во весь рост.

Крушитель зарычал и обвёл площадь диким взглядом, в котором боль смешалась со страхом. Возможно, впервые в жизни он испугался, почувствовав приближение поражения.

Зверолюды почувствовали это и начали взволнованно переглядываться. Один самый умный метнулся в проулок и рванул прочь.

— Кто ты? — прохрипел Крушитель, косясь на молот.

— Наверное, будет честно, если я покажу свой истинный лик, — проговорил я и снял иллюзию, которую всё это время поддерживал. — Я Человек из-за Стены.

Зверолюды ужаснулись, а люди ахнули.

— Я слышал о тебе, — прогудел великан, хмуря обезображенный лоб, словно силился выкрутиться из ситуации, но у него явно не хватало мозгов придумать что-то эдакое.

Всё же он понимал, что без молота и шлема я быстро лишу его башки.

— Можешь помолиться Сваргу перед смертью, — разрешил я, решив поиграть на публику.

Крушитель облизал раздвоенным языком тонкие губы в нарывах, и вдруг бухнулся на одно колено.

— Я предлагаю тебе свою верность. Я буду служить тебе. Говорят, что ты жрец Сварга, и я сам видел, на что ты способен. Тебе подчинился молот, благословлённый им.

Люди ахнули ещё сильнее, буквально в едином порыве. А группа поддержки великана не знала, что им делать. Они просто застыли, тараща зенки.

Я же прикинул, что мне в хозяйстве пригодится такой танк.

— Слово в слово повторяй следом за мной слова клятвы, — начал я и продиктовал ему зубодробительно сложную клятву, от которой невозможно избавиться, не нарушив её.

Конечно, я призвал в свидетели даже богов. И Крушитель всё повторил за мной.

— Отлично, а теперь вставай. Бери своё оружие. Отныне ты служишь мне и выполняешь мои приказы.

— Да, господин, — прогудел тот и принял вертикальное положение.

— Помни о своей клятве.

— Что мне делать с ними? — кивнул великан на зверолюдов и добавил, следуя какой-то своей логике: — Убить? Они оскорбляли тебя.

— Мы тоже будем служить тебе, господин! — заголосили наперебой хаоситы, упав на колени.

А почему, собственно, и нет? Конечно, хотелось наказать их за то, что они обзывали меня. Но, с другой стороны, я же не юнец какой-то вроде Громова. Это он всех хочет наказать за малейший кривой взгляд. Понятное дело, что хочет наказать, находясь под моей защитой. А вот как только он останется один, так сразу же потеряет свою любовь к нагибанию других. Так вот, если рационально рассуждать, то зверолюдов стоит простить и взять себе в услужение.

— Ладно, идите сюда, заблудшие рожи, — махнул я им рукой.

Они подбежали ко мне, виновато отводя глаза, как нашкодившие псы. А я снова произнёс слова клятвы. Они повторили их и сразу же воспрянули духом, посчитав, что теперь-то я точно не буду им мстить.

— Ждите здесь, я сейчас, — приказал я своим новым слугам и пошёл в сторону храма.

Всеобщее внимание людей я почувствовал ещё за несколько метров до храма, но не стал входить в главный зал, а телепортировался через окно на второй этаж. Тут уже толпились и дети, и взрослые. А чуть в стороне шептались Волчица и Рысь.

— …А как он в постели, этот Человек из-за Стены? — услышал я шёпот Волчицы. — Так же хорош, как и в бою?

— Не знаю, мы с ним не спали, — буркнула девица, попутно заметив моё появление.

Волчица тоже увидела меня, но всё-таки сказала, вроде бы продолжая беседовать с Рысью, но глядя при этом в мою сторону, да ещё и широко улыбаясь:

— Большое упущение с твоей стороны. Уж я бы показала ему огонь в постели, если бы он обратил на меня внимание.

— Помолчи, а? Трещишь и трещишь, — огрызнулась Рысь и пошла ко мне.

— Кхем-кхем, — прочистил я горло, чувствуя на себе многочисленные взгляды, пропитанные чуть ли не священным трепетом. — Итак, дамы и господа, нужно решать, что делать дальше.

Никто мне не ответил, даже Рысь. Все просто молчали и смотрели на меня, словно ждали, что именно я решу, что им всем делать и как быть дальше.

— Тогда слушайте мою команду. Собирайте вещички, и идём на территорию клана Сломанного рога! — проговорил я.

Ясен хрен, что никто мне перечить не стал. Хаоситы мигом рассосались, принявшись собираться в путь.

****

Петроградский осенний вечер освещали кованые фонари, окна домов и фары проезжающих машин. Ангелина и Ульян сидели в неприметном сером автомобиле, припаркованном напротив отеля «Божественный замок».

По радио опять выступал какой-то жрец, призывающий императора отправить войска в Пустошь.

— Что думаешь? — кивнула девушка на радио.

— Один из старых друзей шепнул, что полки уже собираются возле Стены, — ответил мужчина, почесав крепкими ногтями подбородок, покрытый седой щетиной. — Война будет жестокой. Думаю, нас тоже могут туда отправить, чтобы мы выискивали предателей среди бойцов. Опасное предстоит времечко.

— Неужели ты трусишь? — удивилась красотка, округлив зелёные глаза.

— Нет, просто переживаю, что тебя там могут убить, и тогда мир лишится таких выдающихся округлостей, — усмехнулся Ульян, стрельнув сальным взглядом по девичьей груди, обтянутой шерстяным свитером.

— Опять ты за свои тупые шуточки, — скривилась та. — Давай лучше поговорим о деле. Ректор академии недоволен, говорит, что может и сорваться, если Громов доведёт его.

— Да и хрен с ним, с этим ректором. Он всегда бурчит. Я уже третий раз с ним работаю. В предыдущий раз мы среди его кадетов нашли хаосопоклонника. Это был сынок очень уважаемых людей. Пришлось устроить «несчастный случай», но предварительно мы, конечно, вытянули из него всё, что он знал.

— Потом расскажешь подробнее. А сейчас надо придумать, как поступить с Громовым. Чувствую, он откажется работать с нами.

— Может, устроим ему проблемы, а затем поможем их решить? — предложил Ульян.

— Нет, его такими приёмами не прогнуть. Надо действовать по-другому, более мягко. Надо заставить его работать с нами по доброй воле.

— И что ты сделаешь? Прыгнешь к нему в постель? Ты только предупреди меня, чтобы я хоть из шкафа посмотрел на ваши забавы.

Девушка криво посмотрела на скалящегося мужчину и задумчиво произнесла, хищно усмехнувшись:

— Есть у меня одна мыслишка…