Лилия

Глава 1

Лилия

Глава 1

Есть что-то мягкое и таинственное в русских деревнях. Подобно старому священному таинству, поля, дышащие зноем в течение летнего дня – к вечеру становятся окутаны влажной дымкой. Пыльная тоска оседает на букетиках высохших полевых цветов, стоящих в ажурной хрустальной вазе со сколами, заметными даже невооруженным глазом. Пылятся вещи, которые для городского жителя кажутся обычным хламом, а для деревенского - это предметы постоянного пользования, близкие и родные сердцу. Даже рука не поднимется выкинуть расшитые салфетки, укрывающие телевизор, граненые стаканы, выставленные в серванте, рюмки из разных комплектов, цветастые покрывала и ковры, которые некогда были свидетельством роскоши, а теперь выцветают.

Когда солнце стремится к закату, окрашивая землю в цвета нежной охры, становится не так жарко, и деревня словно преображается. Стены деревянных домов еще пылают теплом, вдалеке пылит дорогу редкий проносящийся автомобиль: из него доносится музыка – это, наверно, молодежь возвращается с реки. Люди лениво выходят в огород, магазин или на крыльцо. Мужики с голыми торсами смолят крепкими сигаретами, иногда махая рукой знакомым за забором, отдыхают от тяжелой работы, кто-то только вернулся с фермы, полей или работал на своем участке. Женщины, по пути в магазин, встречают других женщин, и, остановившись на обочине, смакуя, обсуждают последние сплетни: кого и с кем видели, чей муж ушел в запой, когда приедут дети и внуки и как ведет себя потенциальный урожай, все заканчивается разговорами о погоде – лето обещало быть сухим и жарким.

В один из таких вечеров на высоком крыльце деревянного дома одиноко стояла пожилая женщина, и, прищурившись, вглядывалась вдаль. По морщинам на ее смуглом лице, возле глаз и уголках рта, можно было понять, что она привыкла заливаться грудным звонким смехом, и производила впечатление крайне приятное. Ее левая рука сдержанно лежала на искусно вырезанном заборчике, а правая нетерпеливо стискивала белое кухонное полотенце. Руки ее были привыкшие к труду, такие руки любят землю, качают детей, пекут пироги. По всему ее образу не сложно было догадаться, что она не обременена существованием, а живет в свое удовольствие, для радости своей и окружающих. Упругие смуглые щеки и румянец на них были тому подтверждением. Звали эту женщину Фадеева Анна Ивановна.

Дорога вдалеке запылила, и Анна Ивановна вся вытянулась, выглядывая приближающуюся машину. Звук мотора приближался, и с этим звуком нарастала в этой женщине радость, похожая на радость ребенка, все в ней трепетало, прыгало от восторга. Спустя мгновение машина остановилась у крыльца.

- Мама! – из приоткрытой двери поспешно выбежала молодая женщина.

- Ну, здравствуйте, мои дорогие! Как же я вас ждала!

Женщины обнялись, и к ним подбежал мальчик лет шести с криками «бабушка!». Анна Ивановна и вправду очень ждала внуков, наготовила всяких яств, вкусностей, напекла пирогов, сварила компот, затопила баню.

- Феденька, как ты вырос! – воскликнула бабушка – А Лилю и вовсе не узнать!

Из машины вышла девочка, которой незадолго до поездки исполнилось шестнадцать лет. Лилия не видела бабушку очень давно, хотя часто созванивалась с ней по телефону. Родители едва уговорили девочку отправиться сюда на целых два месяца, ведь в городе у нее остались друзья. Лиля раньше часто отдыхала летом у бабушки в деревне с братом Федей, но, как это часто бывает, в подростковом возрасте у нас меняются интересы, и нам уже не нужна глухомань, но, по прошествии нескольких лет, мы заново влюбляемся в родные просторы, свежий воздух, натуральные продукты, и нет для нас места ближе, чем деревня.

- Такая красавица! – продолжала бабушка, обнимая Лилю – Волосы не вздумай обрезать, а то взяли моду.

У Лилии волосы были до поясницы: длинные, прямые и русые. Когда на нее опускалось смущение, она убирала передние пряди за ухо, часто смотря в пол. Вот и теперь от слов бабушки она смутилась, не привыкшая к комплиментам.

- Не буду – тихо ответила она.

- Только худющая такая, но мы это исправим!

- Не ест почти ничего – вмешалась мама – такая вот Дюймовочка, ползернышка в день.

Отец Лили и Феди все это время осматривал капот.

- Здравствуйте, мама! – наконец, проговорил он, не отрываясь от капота – камень по дороге прилетел, немного оцарапал кузов.

- Да, – подтвердила мама – так что он не в настроении, ворчал всю оставшуюся дорогу.

Бабушка повела всех в дом, держа за руку, не отлипающего от нее, внука. Он любил бывать у Анны Ивановны, с удовольствием ездил каждое лето. Дети любят дачи и деревни, быстро находят, чем себя занять, а еще быстрее заводят новые знакомства с другими детьми. У Феди здесь уже были свои друзья, полюбившиеся места и велосипед. Он ерзал на табуретке, расспрашивая у бабушки кто из соседских мальчишек и девчонок уже приехал. Бабушка отвечала на его вопросы, параллельно накрывая на стол.

- А мой велосипед? – он жевал пирожок, оголодавший с дороги.

- Стоит в гараже – отвечала Анна Ивановна.

- Ты его никому не давала?

- А кому он нужен? Попроси папу накачать колеса, а то спущены поди.

Папа в это время вошел в дом с двумя сумками: большая принадлежала Феде – львиную долю занимали игрушки, остальное – одежда; вторая сумка была Лили: она взяла с собой немного самой необходимой одежды, из косметики только тюбик с тушью, так, на всякий случай. Косметикой она не пользовалась, точнее она была и не нужна: темные аккуратные брови, длинные ресницы, бархатистая нежная кожа. Сверстницы завидовали ее коже, спрашивая, чем она пользуется, какими средствами, но Лилия не использовала ничего, кроме детского мыла и прохладной воды.

- Мама, куда отнести вещи детей?

- Федя всегда со мной в одной комнате спит, на кровати деда, у окошка.

Деда не стало давно, больше пяти лет назад, Федя его, конечно же, не помнил, но любил его спальное место с перьевым матрацем, хотя, когда был помладше спал на диване, рядом с бабушкой.

- Лилечка, а ты где расположишься?

- Не знаю, а веранда свободна? – ответила внучка, скромно присев на один из стульев, которые, по обыкновению, были из разных комплектов.

- Да, конечно.

- Я пойду, посмотрю.

Лиля прошла через арку в зал, где стоял диванчик, односпальная кровать у окна, сервант, комод, на котором красовался телевизор, небольшой стол со стулом, делившие скатерть с разбросанными газетами и журналами о садоводстве. В серванте хранился сервиз с маленькими чашками, во главе стоял пузатый чайник, подобно петуху, оберегающему своих куриц. Так же там стояли фотографии мамы, где она маленькая, а так же свадебная фотография самой Анны Ивановны.

Лилия заглянула в комнатку за шторкой, там стояла двуспальная кровать, накрытая покрывалом, было видно, что она очень давно не использовалась.

Из зала показался выход на веранду, которую Лиля помнила еще с детства за ее прохладу. Веранда была застеклена, казалось, что находишься в аквариуме, а вокруг безграничный зеленый океан и синее небо. Лилия раскрыла ставни и вечерний воздух ворвался в комнату, вместе с запахами цветов. Зеленый океан проникал в комнату, и в сердце.

У стены стояла пружинистая простая кровать, в углу – столик, стул, полка с кое-какими книгами. Акация от ветра слегка колыхалась, задевая ветвями стекла и отбрасывая тень на кровать. Комнатка была совсем крошечная, но имела все необходимое, и, буквально, каждая мелочь возвращала Лили в детство. Еще недавно она играла здесь в куклы, валялась на кровати, воображая себя капитаном судна. Даже стоящие в углу куклы теперь казались ей скучными – она выросла. Под окнами росли цветы, вишня и яблоня - это был садик, а огород располагался за домом. Садик обрамлялся заборчиком с резной калиткой, которая, словно заколдованные врата выводила путника из благоухающей чащи на пыльную дорогу, ведущую к другим домам и лесу.

Во дворике дома напротив Лиля заметила девочку ее возраста. Лиля узнала девочку, они гуляли когда-то все лето напролет. Девочка тоже узнала Лилию, это было заметно по ее заинтересованному взгляду, но помахать друг другу они не решились.

- Лиличка, пошли кушать – позвала ее мама.

Федя уже ел ароматный куриный суп, заедая бутербродом с колбасой. На столе стояли пироги, кувшин с компотом, салаты из свежих овощей, соленья.

- Тебе суп налить? – спросила бабушка, когда Лиля вошла на кухню.

- Нет, я не голодная. А в доме напротив, это не Аня приехала тоже на лето?

- Как это не голодная? Ты мне эти игры прекрати.

Внучка пожала плечами, грустно посмотрев на стол.

- Да, ее тоже привезли родители около двух недель назад, вместе с братом – бабушка налила ей суп в тарелку, не желая слышать отговорки.

Лилия отломила длинными худыми пальчиками кусочек разборника и потянула горячий чай из чашки, которая еще несколько минут назад терпеливо стояла в серванте.

В дверь аккуратно постучали.

- Открыто! – крикнула Анна Ивановна.

В дом осторожно заглянуло девчачье лицо. Совсем юное, немного мелковатое, и слегка болезненное. Огромные глаза испуганно озирались вокруг, не ожидая увидеть такое скопление людей.

- Ах, Анечка, это ты? Проходи скорее, садись, будешь чай?

- Здравствуйте – она зашла и скромно встала на коврике у двери – мне показалось, что я увидела в окне Лилю, думала, не обозналась ли.

- Мам, можно я во двор выйду поболтать?

- Не поела же ничего, поешьте хоть, девочки.

- Я не долго – Лиля взяла Аню за руку и вывела во двор с душной кухни.

Девочки обнялись.

- Я думала, что мы больше и не увидимся, в следующем году экзамены, а потом взрослая жизнь – усмехнулась Аня.

- Я не ожидала, что ты тоже приедешь. Была готова умереть здесь от скуки.

- Теперь не дам тебе умереть от скуки.

Девочки присели на грубо сколоченную скамью, рассматривая с улыбкой лицо друг друга. Как старые добрые друзья встречаются спустя много лет, так и они молча наслаждались этой встречей, мгновенно почувствовав друг в друге родственную душу.

- Федя очень вырос. Ты тоже повзрослела.

- А твой брат?

- Он тоже тут. Все время влипает в какие-то истории. Но это не потому, что он плохой, не подумай, компания такая – Аня с грустью взглянула в окна своего домика – Ему уже девятнадцать, а все еще многого не понимает. Вчера фару на своей машине разбил – она указала куда-то в сторону гаража – гоняют пьяные. По ночам его и вовсе нет – днем отсыпается.

- Я совсем его не помню. Знаешь, воспоминания как обрывки, вот, вроде бы улавливаю что-то, а оно снова ускользает.

- Упомнишь его, если он все время со своими пацанами где-то гуляет, хоть бы немного с бабушкой и дедушкой посидел – она вздохнула – Как у тебя в школе?

- На пятерки закончила, химию еле-еле вытянула – Лиля задумалась – мама говорит, нужно на золотую медаль тянуть. Не знаю, справлюсь ли. Тяжелый предстоящий учебный год, еще и экзамены, поступление. У тебя как?

- Папа говорит, что не будет за учебу платить, на бюджет нужно поступать, не иначе. А так с четырьмя четверками закончила. Алгебра, геометрия, физика, химия – трудно у меня с этим. На медаль точно уж не вытяну, и не мечтаю, экзамены бы хорошо сдать. Ну, не будем об учебе, впереди целое лето. Я так рада, что ты здесь, ведь больше почти ни с кем тут не общаюсь.

- А я и вовсе никого, кроме тебя не знаю, да и ехать не очень хотела. Дома, знаешь, друзья, кинотеатры, кафе…

- И парень, наверно? – перебила Аня.

Лиля обернулась на окна дома, не подслушивает ли их кто.

- Нет, что ты – тихо ответила она – есть друг, просто друг, хотя у подружек уже есть. А у тебя?

- Есть один мальчик со двора, нравится мне, и я, вроде как, ему тоже. Но пока не знаю, пока что это все шепотом, мелом по бумаге. В кино ходили один раз, гуляли.

- А сейчас? Он звонит?

- Связь здесь очень плохая, общаемся через смс. Вот, смотри что написал утром – она достала телефон, и, немного порывшись в нем протянула его Лилии – «доброе утро, солнце» - пишет.

Лилия понимающе кивнула, улыбнувшись.

- Здорово, он романтик?

- Ну, это как посмотреть, но он старается.

Из гаража возле Аниного дома донеслась музыка, девочки одновременно повернули головы в ту сторону. Ворота отворились и оттуда выкатилась черная четырнадцая. Дверь машины открылась и шагнул белый кроссовок, а затем выплыл торс Аниного брата, он закрыл ворота гаража и, махнув Ане, сел обратно в машину. Поднялась пыль и машины простыл след.

- Жители засыпают – просыпается мафия – пошутила Аня – вечно укатывает с наступлением вечера.

- Ладно, пойду домой, мама, наверно, потеряет сейчас – сказала Лиля – солнце почти село, прохладно становится. Заходи завтра, еще поболтаем.

- Хорошо. До завтра!

Лиля вошла в сад, прикрыв за собой калитку и проконтролировала, что подруга тоже зашла в свой дворик.

Несмотря на потопляющую скромность в глазах Лилии прыгали искорки, море романтики было взращено из книг Толстого, Тургенева, Гончарова, Пушкина и Есенина. Разговор с Аней о любви, новое непривычное место, будили в ней приятно-тревожные мысли, предвкушение летних каникул, самого юного, приятного, нежного возраста. Лиля еще долго лежала, устремив взгляд на приоткрытые ставни, зафиксированные крючком, чтоб не распахивались. Лежала, прислушиваясь к звукам музыки с соседних участков, к проезжающим машинам, иногда слышались голоса людей, проходящих мимо дома, но разобрать слов было невозможно. Лилия мечтала, чтоб в окне появился ее собственный Райский или Онегин, она бы отворила ему крючок, чтоб он вошел в ее комнату, в ее жизнь, а он, естественно, подарил бы ей охапку самых диковинных цветов, и это было бы навсегда. Навсегда.

Она проснулась по утру, когда солнце только начинало подниматься, от звука мотора машины. Лиля выглянула в окно, там родители собирались домой: мама прощалась с бабушкой, а папа вновь осматривал автомобиль. Стало грустно прощаться, были мысли выбежать, уехать с ними в город, но тогда пришлось бы прощаться с бабушкой, а это разбило бы ей сердце. Мама заметила Лилию в окне и послала несколько горячих воздушных поцелуев, а потом родители сели в машину и уехали, посигналив несколько раз на прощание, завтра им нужно было на работу.

Бабушка поднялась по крыльцу, бережно проводя рукой по перилам, и спустя время запахло блинами. Лилия переодела ночнушку по типу сарафана на легкую футболку и повседневные шорты.

- Уехали твои – сказала Анна Ивановна негромко, когда Лили вышла на кухню, Федя еще спал.

- Да – вздохнула Лили, прошмыгнув в огород, там стоял умывальник, и ей хотелось умыться на природе.

Утро. Как прекрасно утро, когда все просыпается, и ты, вместе с огромным жизненным потоком вливаешься в солнечное небо. Было еще свежо, и от этого легко и прекрасно, остывшая за ночь вода лилась из умывальника точно серебряные капельки, уносящие все плохое, грусть от разлуки с родителями, переживания. И уже чувствовалось, что буквально через час станет снова жарко, но это будет только через час.

В огород выплыл сонный Федя, зевая и потягиваясь. Шлепая сланцами, он тоже подошел к умывальнику.

- Как спал? – спросила Лиля, пропуская его к воде.

- Хорошо, пока бабушка не начала греметь посудой. Родители уехали?

- Да, рано утром. Не будешь скучать?

- Буду, немного. Ну, а что сильно скучать? Они же вернутся, и бабушка тут, и ты, и друзья у меня. Сейчас поем и пойду на велике гонять.

- Только не выезжайте на основную дорогу.

- Да мы тут, но если в лес или на пруд поедем, то предупрежу. А ты что будешь делать?

- Я не знаю, совсем – она задумчиво присела на лавочку – Ладно, что Аня здесь, а так была бы совсем тоска.

- Это потому что у тебя велика нет.

Дети поели и Федор убежал с друзьями гулять, а Лиля вышла с бабушкой во огород, полить овощи.

- Бабушка, тебе не скучно тут? – Лиля набрала неполную лейку, чтоб не таскать тяжесть.

- Некогда скучать, хозяйство.

- А как же живое общение?

Анна Ивановна бросила взгляд на соседний огород.

- Знаешь, Лилечка, много ли человеку нужно? Если отбросить все пустые разговоры, порой и одного взгляда доброго хватит, чтоб еще несколько дней испытывать счастье.

- В школе говорят, что человек существо социальное.

- Сейчас в школе много что говорят, раньше доброте учили, а сейчас все об обществе. Ну да, социальное существо, но ведь и независимое. Человек должен не из вне энергию брать, а изнутри, и человеку должно быть интересно, в первую очередь, с самим собой, наедине. А то все общество, общество, навязывают себя другим, я считаю, это неправильно.

- Но ведь люди, бабушка, находят как то друг друга, родственные души, половинки.

- Тьфу ты! Половинки! Целыми мы рождаемся, Лилечка, оттого и интересно людям друг с другом, потому что они целые вселенные, каждый со своей физикой, химией, биологией.

- Я не понимаю, веришь ли ты в любовь? – Лиля поставила пустую лейку на землю.

- Конечно.

- Анна Ивановна! – раздался мужской бархатистый голос за забором, куда еще недавно глядела бабушка – дождались внуков, я погляжу?

- Никак вы не ошиблись Михайло Сергеевич – бабушка обернулась и вся расцвела.

Михайло Сергеевич стоял, радушно улыбаясь, и выглядывал из под яблони своего соседского огорода,, опустив широкую ладонь на добрый общий забор. Он был чуть старше Анны Ивановны, но выглядел моложаво, всегда чисто выбрит, причесан, в брюках и белой широкой рубашке с коротким рукавом, аккуратно заправленной в брюки. Это был воспитанный, умный и интеллигентный мужчина.

- Моя внучка, Лиля – Анна Ивановна повела рукой в сторону Лилии.

- Здравствуйте – девочка кивнула.

- Лилечка, а это Михайло Сергеевич, наш сосед, широкой души человек, переехал сюда в прошлом году, золотые руки, участок привел в порядок, вот какой заборчик красивый сколотил.

С каждым словом похвалы он расцветал и смущался, словно молодой парень.

- Здравствуй, Лиля, как тебе у бабушки?

- Пока что скучаю по дому.

- Ничего, подружишься здесь с кем-нибудь, еще уезжать не захочешь, а пока приходите с бабушкой и братом ко мне в гости чай пить.

- Придем, Михайло Сергеевич! – пообещала Бабушка, и он, раскланявшись, ушел.

- Бабушка, а пруд у леса еще есть?

- Рыбаки говорят, что есть, да и молодежь там иногда собирается, хотя купаться бегают на речку. Берег на пруду коварный.

- Мы сходим с Аней посмотрим?

- Обождите уж жару. Я морс наварила, в яму поставила, чтоб охладился, посидите с Федей в тени, попейте.

- Хорошо.

Лиля покричала Федю, и он приехал. Его лоб был влажный от пота, даже темная челочка прилипла к коже, а в велосипедную цепь зажевало траву, но вид у мальчика был довольный.

- Чего? – улыбаясь, спросил он.

- Будешь морсик?

- Буду.

Но в тени его удержать не удалось, он с жадностью выпил два стакана и убежал дальше.

Вечером Лиля заглянула в огород Ани через забор, но на улице никого не было, тогда она постучалась в дверь дома.

- Ну, открыто же! – отозвался мужской голос.

Она толкнула дверь и увидела брата Ани, он ел ложкой жареную картошку прямо из сковородки.

- Добрый вечер – Лиля не знала, что сказать «здравствуйте» или «привет», поэтому выбрала нейтральное «добрый вечер».

Он будто тоже немного смутившись, отодвинул сковородку.

- Привет. Ты Лиля, да?

- Да, я к Ане, а ты ведь…

- Кент. Меня так называют – перебил он ее, опустившись на спинку стула, чтоб выглядеть увереннее.

- На самом деле его зовут Иннокентий – из комнаты выглянула Аня.

- Красивое имя – ответила Лиля – но если хочешь, я буду звать тебя Кент.

- Ты бы хоть познакомила ее со всеми – обратился он к сестре.

- Дай человеку освоиться, а приматов она и в зоопарке видала.

- Это ты про кого?

- Про некоторых твоих друзей, которые не знакомы с рамками приличия!

- Не правда.

Аня не дослушала его и вышла из дома, Лиля взглянула на Кента и последовала за подругой.

- Хотела попросить тебя, сходить со мной на пруд – Лиля догнала Аню на дороге.

- Пошли, а то я весь день дома, помогала бабушке прибираться. Потом готовить, Кеша ест как бык.

- У него есть тут друзья? Вы говорили о них.

- У него в друзьях вся деревня, да что уж там, и из соседних деревень тоже. А так близко он тут общается с некоторыми, и мальчики и девочки есть, но мне не особо с ними интересно. А что? Хочешь познакомиться?

- Не знаю.

- Я же знаю, что хочешь, так бы не начала этот разговор. Можем завтра, если надумаешь. Кеша возьмет нас с собой, я попрошу, он так-то не плохой, мы так шутим.

- Да, я поняла. Помню его немного с детства. Сколько ему теперь?

- Девятнадцать

Они дошли до пруда и сели на траву.

- Приходи завтра днем – Аня повернулась к Лиле – много развлечений не обещаю, но можем поиграть в карты и посмотреть телевизор.

- Хорошо, приду. Спокойно здесь, нет городской суеты, воздух чистый.

- Конечно, полезно для здоровья.

Солнце заходило за макушки елей. Над водой начинал подниматься пар, но земля оставалась теплой, на горизонте зажигалась первая звезда, воздух был приторным от запаха цветов и заряженным уральским вечером. Девочки сидели на берегу до наступления темноты, а потом, не торопясь, шли домой, обдумывая свои мысли. Они обе молчали, но молчание это не было удручающим, им было комфортно от присутствия друг друга, иногда слова не нужны, главное – касание плеча приятного сердцу человека.

Лиля, надышавшись этим воздухом, крепко спала. Весь дом мирно погружался во сны, где-то в зале сопел Федя, накатавшись с друзьями на велосипедах, спал Михайло Сергеевич в своем доме, только не спал Кент: он протягивал руку парню, который спрыгнул с капота своего красного седана.

Глава 2

Глава 2

Утром Лиля вышла к завтраку, где уже хлопотала Анна Ивановна над Федей, предлагая ему свеженарезанный салат.

- Лилечка, как спала? Не мешали тебе машины?

- Нет – Лиля села на табурет – а должны были?

- На веранде обычно хорошо слышно, как молодежь рассекают на своих машинах под громкую музыку.

- Нет, я крепко спала.

Федя зачерпнул ложкой салат и отправил себе в рот, шумно чавкая. Бабушка поставила перед ним тарелку супа, но он, кривя лицо, отвернулся от тарелки.

- Ну-ка ешь, и не чавкай! – бабушка дала ему в руки кусок черного хлеба, натертый чесноком, и ребенок принялся за суп.

Лиле тоже был предложен суп, и она немного поела, чтоб не обижать старушку. Ближе к полудню Аня показывала Лиле фотографии семьи, друзей, одноклассников, которые были сохранены на телефоне, эмоционально рассказывая обо всем, потом они немного посмотрели телевизор, посидели во дворе на лавочке, кушая ягоды, которые только что собрали сами.

После обеда проснулся Кент.

- Что делаете? – спросил он, потирая глаза.

- Сидим и болтаем – ответила Аня.

- На речку купаться поедем?

- Я бы хотела – сразу ответила Лиля.

- А кто там будет? – Аня не была настолько поспешна.

- Да все как обычно, собирайтесь, я пока перекушу.

- Мне нужно отпроситься у бабушки – Лиля прошла к выходу, Аня направилась за ней.

Анна Ивановна осматривала ростки в огороде, увидев девочек, она заулыбалась, прикрывая глаза от солнца рукой.

- Бабушка, можно мы съездим на речку? Нас свозит Анин брат.

- Иннокентий? Ну что ж, мальчик он хороший.

- Это почему? – Аня усмехнулась.

- А я с вашей бабушкой дружбу вожу, она о вас только хорошее всегда говорит.

Кент вышел из дома с пирожком во рту, зашел в гараж, и, спустя время, подъехал к заборчику Анны Ивановны.

- Ты мне девок в целости и сохранности к закату доставь!

- Отвечаю за них своей головой – ответил Кент – в обиду не дам.

- Ну, ступайте тогда. Лилечка, будь осторожна, далеко не заплывай.

Они сели в машину, и бабушка осталась позади.

- Была бы у тебя еще голова – пробубнела Аня – куда мы едем? Речка за тем поворотом.

- Собираемся на площадке у клуба.

Клуб этот уже давно не работал, но не переставал быть излюбленным местом молодежи. Кто-то приезжал на машине, кто-то приходил пешком, играла музыка, люди собирались в свои компании, стояли и общались.

Еще издалека Лиля увидела красный седан и людей вокруг него. Когда Кент подъехал, многие разошлись, пожав ему руку. Лиля и Аня тоже вышли из машины.

- Ребята – Кент повернулся к девочкам – мою сестру Аню вы давно знаете, но сегодня у нас гостья – ее подруга Лиля.

- Ты же не Лиля – послышался голос – ты Лали.

Лиля бросила взгляд на парня, который сказал ей это.

- Лали – повторил он, кивнув.

- Да, миленькая – сказала девушка, стоящая рядом с другим парнем, который держал ее руку.

- Это Зои – Кент указал на девушку – и ее парень Макс.

Макс слегка приподнял руку в знак приветствия.

- А это – Кент переключился на парня, который назвал Лилию «Лали» – Артем Кёрт, мы зовем его по фамилии Кёрт.

- Поедешь у меня на коленях, Лали? – он улыбался, прищурившись от солнца.

- Вряд ли, даже в твоих снах – ответила она, не стерпев этой грубости.

- Все в сборе? – спросил Кент, чтоб предотвратить разгоравшийся конфликт – никого больше не ждем?

- Все в сборе – ответила Зои.

- Тогда по машинам.

Кортеж из двух машин тронулся. Красный седан, за рулем которого был Керт, ехал впереди, и из него звучала музыка, он гнал, резво объезжая ямы. Кент немного отставал, но и не торопился, спокойно смотря по сторонам.

- Кент – обратилась Лиля.

- М?

- А что значит «Лали»?

- Типа «малышка», ничего плохого, не обращай на него внимания, он же понтуется.

- Этот Кёртис полный придурок – пояснила Аня – лучше держаться от него подальше, но и спуску не давать. Здорово ты его отшила.

Кент рассмеялся в голос, охотно согласившись с сестрой.

Лилия увидела, как остановилась машина Керта, он выбежал, и, разбежавшись по пирсу, нырнул в воду. Кент тоже остановил машину рядом и побежал по пирсу, параллельно скидывая футболку.

- Бежим – крикнула Аня, схватив за руку Лилию и потянув ее за собой. Лали бежала по пристани, мягко стуча по доскам плоской подошвой босоножек на ремешках. Несколько быстрых, стремительных шагов, толчок, и Лали нырнула в прохладную воду, чувствуя, как она охлаждает кожу, пропитывает шорты с футболкой, волосы. Она вынырнула к сверкающему солнцу, нащупывая руку подруги, которую отпустила, когда они коснулись воды. Какая-то рука схватила ее и потянула к себе, она вытерла воду с глаз и увидела Керта.

- Привет, Лали, не утонешь?

- Нет – ответила Лиля, отдернув руку.

- Здесь так здорово! – воскликнула Аня, прервав их диалог.

– Просто кайф – подтвердил Кент.

Он лежал на спине и глядел в голубое небо. Зои и Макс плавали поодаль.

Аня прыгнула на брата, и Лиля, поддавшись этому хорошему настроению, прыгнула на них. Позже парни подкидывали девочек в воздух, и они ныряли, а потом вчетвером прыгали с пирса, держась за руки.

Стало вечереть, мальчики развели костер, большой компанией усевшись вокруг. Керт не сводил с Лилии взгляд, она запала ему в сердце. Больше всего на свете он хотел проводить эту девочку домой.

Лилия смотрела на Кертиса, когда он отводил от нее взгляд. Она весь вечер улыбалась его шуткам. Несмотря на его дерзость, что-то мягкое было в нем. Керт нравился Лилии, и она краснела то ли от мысли об этом, то ли на нее так падала тень костра.

- Девчонки, солнце село, давайте я отвезу вас домой – Кент похлопал по плечу Лали, которая задумчиво перебирала маленькие речные камушки у костра.

- Только помою руки ­– Лали встала, стряхнув камушки в песок, и направилась к реке.

Река была тихой, загадочно поблескивала гладью, отражая голубое небо и последние отблески, зашедшего за горизонт, солнца.

- Ты тут на все лето? – послышался голос.

Она обернулась и увидела Керта.

-На ближайший месяц точно.

Он присел на корточки рядом с ней.

- Значит, у нас ещё будет время познакомиться поближе?

- Мне советовали держаться от тебя подальше.

- А ты как сама чувствуешь, стоит?

Лали смотрела ему в глаза, пыталась найти ответ в них, а он улыбнулся.

- Маленькая Лали, до завтра – он поднялся и подал ей руку, Лилия ухватилась за нее, он притянул девчонку к себе и обнял.

Она остолбенела и краска прилипла к её щекам.

- До скорого, Кертис – ответила она и быстрыми шагами побежала к машине. Ее сердце колотилось. Что с ней не так? Что не так с этим парнем? Почему виды вокруг поменяли свой облик, и ей больше не хочется уехать обратно в город?

Перед сном она долго стояла у открытых окон веранды и вглядывалась на дорогу, ожидая увидеть заветную красную машину.

Она и не поверила, когда красный седан завернул на их улицу и остановился у дома напротив. Из водительской двери вышел Керт и махнул Лали рукой, она в ответ неуверенно подняла свою. Он показал ей сердечко из пальцев у своей груди. На улицу вышел Кент, и они уехали.

Кент и Кертис ехали на площадку у клуба, чтоб, как всегда, выпить, пообщаться, но Керт был как-то серьезен.

- Ты чего? – спросил Кент, сделав музыку потише.

- Кто эта Лали? – поинтересовался он.

- Подружка моей Ани, приезжает иногда к бабушке в деревню, живет в доме напротив.

- Давно ты её знаешь?

- Мелкой ещё помню.

- Какая она?

- Хорошая, а что? – Кент внимательно посмотрел на Кертиса, уже предугадывая, к чему он клонит.

- Я не знаю, что-то странное чувствую, когда смотрю на нее.

- Ты мне это прекращай, брат. А Кэти? Она же скоро приедет.

- Мы с Катей не вместе.

- Вы всегда не вместе, а потом сходитесь. Не морочь Лилии голову, ей всего шестнадцать. Если ты ее обидишь, я разобью тебе лицо.

Кертис рассмеялся.

- Договорились. Но я и не хочу ее обижать, наоборот, это что-то другое, будто до этого все было не по-настоящему.

- Я тебя предупредил, ведь за неё поручился головой.

Лилия не спала почти всю ночь: то ей казалось, что у ее дома красный седан, то она хваталась за руку Керта в воде, но это был лишь сон. И даже наступление утра не принесло ей спокойствия. Лилия, устав от собственного беспокойства, вышла во двор, там уже сидел Михайло Сергеевич.

- Доброе утро, Лилечка – он снял соломенную шляпу с головы и положил на коленки.

- Здравствуйте.

- А мы вот с Анной Ивановной собирались на почту, да машина не заводится. Сижу, жду Иннокентия, он парень рукастый.

- Он, наверно, ещё спит – Лиля присела рядом на лавочку.

- Пришлось разбудить молодого человека, обещал выйти.

Через дорогу хлопнула калитка и Кент, махнув мужчине, направился к его гаражу, Лали поспешила за ними.

- Мертвое дело, нужно за деталями в город ехать – сделал заключение Кеша, осмотрев автомобиль.

- Какая досада! – воскликнул Михайло Сергеевич – как же на почту добраться?

В этот момент в гараж заглянула бабушка.

- Бабушка, а что тебе нужно на почте? – поинтересовалась Лилия.

- Почтальон заболел, хотела забрать журналы, на которые подписана.

- Мы можем с Кешей съездить за ними – предложила девочка.

Лилия почувствовала, как Кент резко и недовольно взглянул на нее, поездка ранним утром на почту явно не входила в его планы, но, когда бабушка с внучки перевела взгляд на него, он сказал: «Да, конечно».

- Вы меня здорово выручите, а потом приходите завтракать!

- Извини, тебе не до этого, наверно? – спросила Лиля, когда они сели к Кенту в машину.

- Все в порядке, Лилия.

- Долго вчера еще гуляли?

- Не особо, я даже почти выспался.

- А я вот плохо спала.

- Что так?

- Не знаю.

Кент хотел спросить что-то еще, но их на дороге подрезал красный седан. Кент остановил машину.

- Куда едите? – спросил Керт, высунувшись из машины.

Сердце Лали заколотилось.

- На почту – спокойно ответил Кент – а вы?

- На пляж, подкатывайте – Кертис был навеселе – покупаемся, Лали?

- Сначала дела – серьезно ответил Кент, и, не дождавшись ответа, поехал дальше.

Кертис догнал их по обочине.

- Как спала, Лали? – прокричал в ее открытое окно из своего окна – скучала по мне?

- Это вряд ли – прокричала Лали, немного высунувшись.

- Я слишком плох для тебя? Тебе нравятся хорошие парни?

- Да – рассмеялась она.

Кент резко нажал на тормоза, и свернул к почте, а Кертис пролетел дальше.

- Добрый день! – Лилия зашла на почту – мне корреспонденцию на Фадееву Анну Ивановну.

– Ой, Лилечка, ты что ли? Как выросла девочка! – за прилавком стояла женщина с ярко-розовыми губами и убранными черными кудрявыми волосами.

– Вы меня знаете?

Кент стоял на пороге, подпирая плечом косяк двери, он улыбнулся, когда Лили задала вопрос. Он-то уже давно привык, что в деревне все друг друга знают.

– Конечно, ещё с пеленок, а потом ты маленькая приходила к нам на почту с бабушкой за раскрасками и шариками.

Лилия улыбнулась и забрала журналы, поблагодарив женщину.

- Передавай привет бабушке!

Ребята вернулись обратно в, нагретую от солнца, машину.

- Скажи, а какой Кертис?

- Я думаю, ты сама скоро все узнаешь – довольно сухо ответил Кент.

- Мне стоит быть осторожной?

- Всегда нужно быть осторожной.

- А кому тогда можно доверять?

- А никому, Лили. Я бы вот ни за кого не поручился.

- Даже за себя?

­- Мы привыкли себя оправдывать, но я могу честно сказать, что поступал не по совести. В отличие от некоторых, могу в этом признаться.

- Это ты про Керта? В отличие от Кертиса?

Кент промолчал, остановив машину у дома Лили, где на крыльце уже сидела Анна Ивановна и Михайло Сергеевич.

- Вот, бабушка – Лили отдала журналы – оказывается на почте работает твоя знакомая, она меня узнала.

- А, да, да. Пойдемте, дети, пить чай.

Мимо проехал Федор с друзьями на велосипеде.

- Тили – тили – тесто, жених и невеста! Кеша с Лили!

- Да хватит вам болтать ерунды! Федор, айда чай пить! – бабушка пригрозила внуку пальцем.

Федор бросил велосипед у забора и забежал в избу, следом зашла бабушка и Михайло Сергеевич. Кент пропустил Лили вперед, указав рукой, она кивнула.

За столом Лилия разлила по кружкам душистую заварку из фарфорового маленького чайника. Кент болтал с Михайло Сергеевичем о машинах, запчастях, Федор иногда вступал в разговор. Попив чай, они так и ушли втроем к Михайло Сергеевичу в гараж.

Лилия помогла бабушке убрать со стола и ушла на веранду. Там она немного посидела на кровати, взяла в руки книгу и тут же положила на место, потом, немного посидев, снова взяла ее в руки, полистала и кинула на кровать. Внутри у нее было непонятно и хорошо одновременно. Ее влюбленное сердце то замирало, то ускорялось, ей казалось, что она может спасти весь мир, каждую травинку, букашку, ей хотелось сделать что-нибудь хорошее.

За окном послышались смех и крики.

- А ну пошли отсюда! – кричала Анна Ивановна.

Лиля выглянула и увидела, как несколько ребят хватали малину с кустов, а бабушка била их по рукам метелкой.

- Ой, браконьеры!

Лилия рассмеялась, в этот момент, взобравшись на забор, перед ней появился Кертис.

- Я стану для тебя хорошим, Лали – сказал он и получил щеткой по уху.

-А ну пошли отсюда, разбойники! Тунеядцы! – ругалась бабушка, размахивая черенком метелки.

Кертис пошатнулся и спрыгнул с забора. Парни кинулись в разброс, когда из гаража показался Михайло Сергеевич.

- Я влюблен в тебя! – прокричал Керт, убегая и смотря прямо на Лили.

- Любилка еще не выросла! Любит он, Варвар!

Лилия, смеясь, смотрела ему в след.

- Он влюблен в меня – шептала она, пряча лицо в открытую книгу, которую быстро взяла с кровати – он для меня станет хорошим.

Керт шел, покачиваясь по деревенской дороге, смеясь со своими друзьями, и внутри у него все улыбалось его молодости, беспечности, мыслям о его Лали.

- Такая красотка эта Лали – говорили ему парни.

- Это моя Лали – улыбаясь, задумчиво отвечал он.

Вечером к Лилии зашла Аня, но последняя никак не могла взять в толк, отчего Лили такая растерянная: то сядет на кровать рядом, то метнется к окну, абсолютно не слушая, о чем ей рассказывает подруга.

- Да что с тобой такое? – не выдержав, спросила Аня.

- Разве со мной что-то не так?

- Ты же меня совсем не слушаешь! О чем я сейчас говорила?

- Прости меня, Аня, я сама не своя.

- Это, часом, никак не связанно, что вы ездили с Кешей на почту? Не влюбилась ли ты в него? – Аня посмеялась, но было что-то напряженное в ее смехе.

- Нет, нет, это никак не связанно с Кешей – поторопилась ответить Лилия – о чем ты сейчас говорила?

- Завтра деревенские собираются на пруд, мы пойдем?

- А кто нас пригласил?

- Кеша, кто же ещё? – Аня рассмеялась – кому мы ещё нужны?

Лилия немножко подумала, что там, наверно, будет Кертис, они смогут увидеться. Тогда, он, возможно, кинет ей пару слов, они, обязательно, пересекутся взглядами, и она, конечно же, оставит свой взгляд на нем подольше, а потом отвернется, чтоб он гадал, что же это значит. Да, все непременно, будет именно так.

- Я устала от твоей растерянности – сердилась Аня – мы идем, или нет?

- Да, мы пойдем – ответила Лиля, сжав руку подруге.

– Хорошо, так и скажу Кеше.

Аня начала собираться домой.

– Пойду я, поздно уже, да и от тебя сегодня толку мало. Надеюсь, завтра ты будешь более сосредоточенной.

Лилия помахала подруге в окно и осталась стоять, вдыхая сладкий от цветов, теплый, вечерний воздух. Михайло Сергеевич сидел у своего дома с Анной Ивановной, и они о чем-то негромко беседовали. Все было так уютно, по-домашнему, будто она тут родилась, и никогда не покидала это место.

На повороте показался знакомый красный седан и моргнул Лили фарами, она приподняла руку, водительское стекло опустилось и Кертис снова показал сердечко. Лали, сама от себя не ожидая, показала ему тоже. Он, улыбаясь покачал головой, будто не веря своему счастью, и, посигналив, уехал.

- Паразит! – крикнула ему в след Анна Ивановна.

Лилия рассмеялась и прикрыла окно.

Глава 3

Глава 3

С утра день не особо заладился: бабушка попросила их с Федором помочь по огороду, из-за чего они с Аней не пошли на пруд со всеми, обещав подойти позже. Еще волосы не слушались, загнулись на подушке и никак не хотели выпрямляться, ни водой, ни расческой, пришлось заплести в свободную косу. И подводила погода – стало очень душно, а это предвещало грозу. Ну и какой пруд в дождь? Лилия нервничала, что не увидится с Кертисом, не будет долгих взглядов, которые она тренировала перед маленьким зеркальцем все утро.

Нетерпение плавно перерастало в злость, но последняя грядка была прополота, и, после обеда, они с Аней отправились на прудик в лесу. Керт увидел ее издалека, ему понравилось то, как она выглядела: шорты, белая футболка, нетугая коса, из которой выбились передние пряди и свисали чуть ниже подбородка. Она вся благоухала свежестью, молодостью и чистотой.

Ребята играли в мафию, сидя кругом на поляне. Все пошло не по плану Лили, она хотела бы сидеть напротив Керта, но Аня села рядом с Кешей и Лили пришлось сесть между Аней и Кертисом. Она смотрела вперед, но он смотрел прямо на нее, наконец, Лали, не выдержав, взглянула на него вопросительно и прямо, с твердым решением не отводить взгляд, но он смотрел ей в душу, и, не выдержав, она все же отвернулась, расстроившись, что ничего не вышло. Его забавила эта игра в кошки-мышки.

- Я думал, ты уже не придешь – сказал он ей негромко на ухо.

- Ты ждал? – спросила Лили.

- Да – честно ответил он.

- Повторяю правила для новеньких! – какой-то рыжий парень привстал – кому выпадает «пиковая дама» – он показал всем игральную карту с изображением пиковой дамы и вложил ее в середину колоды, перемешивая – тот мафия. После слов «просыпается мафия» он должен указать ведущему на того, кого хочет «убрать». Начинаем! Город засыпает!

Лилия закрыла глаза и ей на колени опустилась карта, она накрыла её ладонью.

- Город просыпается! Смотрим на свои карты.

Лилии достался мирный житель, они с Аней улыбнулись друг другу, она поняла, что у Ани тоже карта мирного жителя.

- Ну что ж, первая ночь! – командовал все тот же рыжий парень, который оказался ведущим – Город засыпает – он выдержал паузу, чтоб все успели закрыть глаза – просыпается мафия.

Руки Лилии коснулась рука, и она рефлекторно открыла глаза. Это рука Керта коснулась ее руки, их пальцы переплелись, он смотрел на нее, а потом подняв переплетенные руки указал на Макса, который сидел рядом со своей Зои.

- Мафия сделала свой выбор! Мафия засыпает!

Кертис улыбнулся Лилии и закрыл глаза, сильнее сжав ее уку, она тоже закрыла глаза.

- Город просыпается! Просыпаются все, коме Макса! Дружище, тебя убрали этой ночью.

- Черт возьми! Я хочу высказаться!

- Ты мертв, Макс – перебил ведущий – остальных прошу на обсуждение.

- Зачем ты это сделал? – прошептала Лали ему на ухо.

Он наклонился к ее уху, и его губы коснулись ее волос.

- Мы как Бони и Клайд: убиваем и умираем вместе.

- Ребята, вы что думаете? – Аня обратилась к ним.

Лилия растерялась, потому что не слушала обсуждение.

- Это Полярник – ответил Керт, указав на какого-то парня в очках.

- Почему? – спросил ведущий.

- Всем известно, ему уже давно нравится Зои.

Все рассмеялись, а Зои вспыхнула.

«Как же он хорош в мафии, и в целом» ­– подумала Лилия.

- Полярник! Вскрывайся! – приказал ведущий.

- Мирный – парень с разочарованием кинул карту мирного жителя на траву.

Прокатилась волна подозрения.

- Город засыпает! Просыпается Мафия!

Лилия открыла глаза, когда Керт сильнее сжал ее руку. Они смотрели друг другу в глаза, и все кипело внутри у обоих.

- Мафия будет делать свой выбор? – мягко спрашивал ведущий.

Керт коснулся свободной рукой ее щеки, и она прикрыла глаза.

- Мафия никак не может определиться – подыгрывал ведущий.

- Ну что там? – спросил Кеша.

Лали открыла глаза и указала на него.

- Мафия сделала выбор! Мафия засыпает!

Лали и Керт сели как прежде.

- Город просыпается, но не просыпается Кент, он был самым громким, а теперь самый мертвый!

- Догадываюсь, кто меня убил.

- Свои догадки ты заберешь с собой на тот свет. Обсуждение! – прервал его ведущий.

Где-то над головой загремело, и Аня вскочила с места.

- Ребята, сейчас польет! Промокнем!

- Зои подскочила, схватила Макса за руку, и они побежали обратно в деревню.

- Всем пока! – крикнули они.

- Лили, пошли! – крикнула Аня, убегая вместе с Кентом, но потом, увидев сцепленные руки Лали и Кертиса, улыбнулась – я зайду к тебе вечером – добавила она, послав воздушный поцелуй, наконец, поняв причину рассеянности подруги.

Лили проводила ее взглядом, и посмотрела на Керта.

- Не волнуйся, пошли со мной.

Они прошли перед лесом, и Керт пролез через дырку в заборе, которая вела на чужой участок, Лилия последовала за ним, дом был заброшен, а во дворе стояла беседка, и в этот момент полил дождь. Ребята добежали до беседки, укрывшись там. Сильнейший ветер гнул деревья. Керт обнял Лали, закрыв ее от ветра.

- Ты мне нравишься чертовски – он взглянул на нее – а я тебе?

Лилия кивнула. Сверкнула молния, на долю секунды осветив их лица, на которых отражалось волнение. С раскатом грома, девочка вздрогнула. Кертис поцеловал ее в уголок губ.

- Я хочу, чтоб ты мне верила, это для меня очень важно. Я для тебя стану кем угодно, со мной это впервые. Ты мне веришь?

- Да – тихо ответила Лиля, и уткнулась ему в плечо. Он покрепче прижал ее к себе от ветра.

Как и все июльские ливни, этот закончился очень быстро, сменившись на радугу и солнце. Они не торопясь шли по мокрой дороге, в воздухе пахло сыростью и озоном, цветы распустились, отдавая свой пьянящий аромат, все высыхало на глазах. У дома уже играл Федя, стреляя из палки по другу, который прятался в кустах и кидал игрушечные гранаты.

- Тебе дальше лучше не ходить пока что, бабушка тебя недолюбливает, не хочу, чтоб она меня наказала.

- Я тоже этого не хочу. Все в порядке – он прижал ее к себе.

– Сможешь сбежать вечером?

- Я постараюсь

- Заеду. Точнее, буду ждать тебя на повороте.

- Хорошо, до встречи!

Лилия вошла в дом. Анна Ивановна пекла пироги в печи, за столом сидел Михайло Сергеевич, читал ей из потрепанного томика стихи.

- А я переживала, уже хотела идти тебя искать. Не промокла?

- Нет, я переждала дождь в лесу.

- Дело молодое – вставил свои пять копеек Михайло Сергеевич.

- Вон Михайло Сергеевич меня стихами успокаивает, говорит взрослая девка, разберется.

- Бабушка, можно я вечером пойду гулять?

- Конечно.

- С Артемом Керт.

- Конечно, нет. Он последний проказник, Лали.

- Я старалась быть честной – возразила Лали.

- Нечего тебе иметь дело с этим преступником. Я против этих отношений. А если так хочется гулять, обрати внимание на Кешу, такой надежный парень!

- Анна Ивановна – встрял Михайло Сергеевич – Ну, пригласил ее молодой человек, пусть сходит. Если он такой оборванец, разочаруется и больше не пойдет. Девка-то, умная.

- Как бы не обидел.

- Я ненадолго – вступилась Лали – он не обидит.

- Пусть зайдет – я с ним поговорю.

Вечером Лали ждала у окна Керта. Когда он остановился у поворота, Лилия подозвала его рукой, и он подъехал к дому.

- Ты в порядке? – спросил обеспокоенный Керт, выходя из машины.

- Бабушка хочет тебя видеть.

- Не переживай, Лали, я все улажу.

Когда Лилия зашла на кухню, он уже стоял перед Михайло Сергеевичем и Анной Ивановной.

- Сядь хлопец – обратился к нему Михайло Сергеевич, выдвигая табурет из-под стола – в ногах правды нет.

- Знаю, чем это кончается – сказала бабушка – обидишь девку.

- Никогда – ответил Керт, смотря ей в глаза.

- Значит так, хлопец – продолжил Михайло Сергеевич – тебе восемнадцать, а ей шестнадцать, тронешь ее и…- он погрозил пальцем.

- Я никогда не сделаю Лилии ничего плохого, вы можете быть во мне уверены. Я понимаю, что мне придется доказать, что я человек – слово, но мне нужно, чтоб вы дали мне шанс. Если бы я желал ей зла, то не пришел бы сюда.

- Я даю вам один час – приведешь ее позже – еще один шанс тебе даже не приснится – жестко сказала бабушка.

- Я вас не подведу, обещаю.

Они сели в машину.

- Знаешь, Лали, я никогда никого так не отпрашивал – он улыбнулся и сжал ее руку, неторопясь объезжая кочки.

- А куда мы едем?

- Есть одно место, тут недалеко.

Спустя пару минут они свернули с главной дороги, Керт развернул машину и Лали открылся вид на дорогу, по которой они ехали, и на всю деревню, речку, пруд и лес.

- Красиво, очень.

- Недавно это место присмотрел, когда с предками ездили на кладбище, оно там, дальше по дороге.

- Ты романтик – Лилия рассмеялась.

- Макс Зои нарвал букет из лютика, она потом сыпью покрылась и чесалась, он ядовитый. Но, ничего, главное внимание.

Лилия осмотрела машину.

- А что это за модель?

- Это Volvo 940, еще отцовская, он привез ее сюда в 2000-е, теперь я гоняю, дед иногда. В городе у нас другая машина.

- Я не особо разбираюсь – Лали улыбнулась и провела рукой по панели.

Керт взял ее руку в свою.

- Мы вроде как теперь вместе? – тихо спросил он.

- А ты хотел бы этого?

- Да, но только, если ты этого хочешь.

- Значит, да, вместе.

- Я счастлив. Наверно, впервые так искренне и сильно. Так, наверно, было только в детстве, но это другое.

Лилии было хорошо, от того, что хорошо было Кертису. Он снова показал ей сердечко у груди и она прикоснулась к его футболке в области сердца. Оно билось очень быстро. Керт не врал, что был счастлив, ему хотелось не просто быть с Лали, а заботиться, оберегать ее, стать плечом. Лиля ему безоговорочно верила и готова была пойти за ним хоть куда. Ей казалось, что ради нее-то он изменится, станет другим, хорошим.

Керт наклонился к ней и коснулся губами ее губ. Это был ее первый поцелуй, она растерялась и замерла. Он слегка усмехнулся.

- Ты такая милая, Лали. Я влюблен.

Она вся залилась краской и отвернулась к окну, взглянуть на лес.

- Пусть это будет наше место – прошептала она – я здесь так счастлива, хочу пронести этот момент через всю жизнь.

- Все, что угодно для тебя. Нам пора возвращаться, время летит так быстро, но я пообещал, хоть и не хочу прощаться.

- Хорошо – она опустила глаза на свои колени.

Кертис довез ее до дома и вышел из машины, чтобы открыть ей дверь.

- Передаю внучку лично в руки – отрапортовал он Анне Ивановне.

- Ну, молодец, вовремя. Хорошо провели время?

- Да, вполне – ответила Лали – я провожу Артема до калитки.

Солнце зашло, окрасив небо в розовый и красные цвета, от дневного дождя не осталось и следа.

- До завтра, Лали, спасибо тебе за этот вечер и день.

- Тебе спасибо.

Он приобнял ее и направился к машине.

-До завтра!

Лилия махнула рукой и вернулась в дом.

Она ждала этого «завтра», но Керт не пришел, его красный седан даже не маячил на горизонте. Лилия никуда не выходила, сидя на стуле у окна, иногда кладя голову на стол, но потом снова приподнималась, боясь пропустить его машину. К калитке подошла Аня.

- Все глаза уже проела! – сказала она, прикрывая калитку.

- Проходи, ответила Лиля, но Аня уже скрылась за углом дома, чтоб войти.

- Все ждешь своего Керта? – Аня села на заправленную кровать.

- Ты, наверно, осуждаешь меня?

- Нет, я ведь ничего не знаю о нем. Какой он?

- Он не такой плохой, каким хочет казаться.

- А что между вами?

- Я не знаю, но хотела бы что-то значить для него.

- Он нравится тебе?

- Да, очень.

- Ох – вздохнула Аня – чувствую, это закончится драмой.

- Почему?

- Такие истории не могут заканчиваться иначе.

Во дворе загудел двигатель, Лилия подскочила. Это Кент куда-то уехал.

- Куда он? – воскликнула Лали.

- Гулять наверно. Успокойся – Аня взяла руки Лилии – пусть все идет своим чередом. Хоть это и трудно, но возьми себя в руки, не теряй голову.

Они еще долго говорили обо всем, но с наступлением темноты Аня ушла.

Лилия плохо спала и проснулась на рассвете. С земли поднималась дымка, подсвечивающаяся солнечными слабыми лучами. Цветы раскрывали свои бутоны, умывались росой. Лилия тоже умылась во дворе и села на лавочку у дома. С дороги заворачивала машина, Лилия устремила взгляд, но это Кент возвращался домой.

- Ты чего здесь? – спросил он, поставив машину в гараж – я присяду?

- Да – она подвинулась и обняла себя руками.

- Не спится? – он был удивлен, увидев ее так рано.

- Типа того.

Повисло молчание. Они оба прислушивались к звукам просыпающейся деревни.

- Ты видел Керта? – спросила Лали.

- Да.

- Он говорил обо мне?

- Нет, Лили. А должен был?

- Я думала, он приедет вчера.

- Мне кажется ты сама скоро все поймешь. Не строй на него особых планов. Ладно?

- Почему?

- Он, наверно, не заслуживает этого.

- Дай мне подсказки, прошу – Лилия вцепилась в его руку.

- Зачем тебе это? Не хочу, что тебе было неприятно.

- Кент, пожалуйста.

- Хочешь сегодня поехать со мной на площадку?

- Хочу! – Лилия поняла, что там она узнает что-то.

- Хорошо. Поспи еще немного, я зайду за тобой, обещаю.

- Не забудешь обо мне?

- Нет, Лили, но мне нужно немного поспать.

Но разве могла Лилия уснуть? Едва ли. Она нервно ходила по веранде, и смотреть на нее было мучением. Ожидание убивало ее. Ей хотелось идти к его дому, но она не знала адреса. Почему он не пришел вчера? Что он скрывает? Дверь на веранду приоткрылась, и просунулась голова Ани.

- Я увидела в окно, как ты ходишь туда – сюда.

- Кент сказал, что Кертис что-то скрывает, я все узнаю, когда мы поедем на площадку. Ты поедешь?

- Да, если ты хочешь, чтоб я была рядом.

- Спасибо.

- Ты не спала?

- Немного. Что он может скрывать? – не унималась девочка.

- Не знаю, Лили. Не томи себя.

- Легко сказать.

- Все узнается.

Лилия опустила голову на подушку.

- Ожидание всегда так тревожно. Неизвестность так изматывает – говорила она, прикрыв глаза.

- Все узнается, не тревожься. Все будет хорошо.

Лилия и не заметила, как провалилась в сон, ей снился красный седан, и она даже болезненно дернулась пару раз.

- Лилия! – кто-то звал ее со двора, она привстала и выглянула в окно.

Кент стоял возле заведенной машины, а из дома напротив вышла Аня. Лилия выбежала из дома.

- Все-таки поспала? – спросил Кент.

- Ты так быстро уснула – вмешалась Аня.

- Ты не стала меня будить?

- Нет, зачем?

Они сели в машину, и направились к площадке. Красного седана там не было. Кент ушел болтать к другим ребятам. Девочки пересели вперед и откинули сидения, что бы улечься. Из открытых дверей дул ветерок, тихонько играло радио.

Раздался звук подъезжающей машины. Это был тот, знакомый Лилии, седан. Открылась водительская дверь, из которой вышел ее Керт, и она, уже забыв, хотела кинуться к нему, но открылась пассажирская дверь, и из машины вышла девушка с черным «каре». Лали замерла, ей казалось, что сидения машины превратились в холодное вязкое болото, которое затягивало ее, подобно грязи.

Она посмотрела, глазами полными слез, на Кента, который с волнением смотрел на нее, и увидев ее взгляд сразу подбежал.

- Хочешь уехать?

Аня взяла ее за руку.

Лилия ждала, и вот они с Кертом встретились взглядами. Он ненадолго замер, но потом, видимо, захотел подойти.

- Да, поехали.

Аня освободила место, Кент прыгнул в машину и они пронеслись мимо Керта, пока Лилия сверлила его глазами полными слез.

- Кто это? – выдавила она, по дороге домой.

- Ее зовут Кэти. Они встречались прошлым летом, и вот она приехала вчера – ответил Кеша.

У Кертиса было пусто внутри, он понимал, что чем-то расстроил Лали, стал угрюмым. На все вопросы Кэти отмахивался от нее грубо и бестактно, в итоге она отстала от него. Ему хотелось одного – поговорить с Лали. Он думал о ней весь прошлый день, но приехать не мог, нужно было помочь деду с машиной, потом стало уже поздно, да и приехала Кэти, он провел время с ней, и остальными друзьями.

- И они вместе? – спрашивала Лали?

- Не знаю – отвечал Кент.

- Мне нужно многое обдумать – заключила она.

Лилия не верила, что он мог врать. Зачем он тогда так издевался над ней? Кент отвез девочек и вернулся обратно на площадку. К нему тут же подошел Кертис.

- Что это было? – он указал жестом на дорогу.

- А это? – Кент указал на Кэти, которая стояла вдалеке с другими девочками – что у тебя с ней, и зачем ты морочишь голову Лили?

- Все не так, между нами с Кэти ничего.

- Лили ждала тебя вчера, пока ты пил с этой Кэти.

- И ты там был, и другие, не выставляй меня полной скотиной. Кому, как не тебе знать, что за весь вечер мы обменялись с Кэти лишь парой слов.

- Однако из машины ты вышел не со мной, и не с ребятами.

- Я лишь забрал ее у дома и привез сюда. И я не должен перед тобой оправдываться.

- Конечно, нет, но этим ты разбиваешь сердце человеку, который в тебя поверил.

- Она сама себе придумала проблему, а ты поддержал ее в этом.

- Пусть будет по-твоему – равнодушно ответил Кент – но помогать я тебе больше не буду.

- Но и не топи меня!

- Ты сам себя топишь, Керт!

- Ты мне не веришь – Кертис махнул рукой и развернулся.

- Главное, чтоб ты сам себе верил.

Кертис обернулся, чтоб взглянуть на Кента, но тот уже сел в машину. Как много он мог бы сказать этим взглядом. Возможно, что после этого взгляда Кент поверил бы ему, и Кертису стало на душе легче, но Кент не позволил ему этого, отвернувшись, и Керт задумался. Верил ли он сам себе? Он задавал себе вопросы. В том, что у него были чувства к Лали, не было сомнений, но все ли кончено с Кэти?

Глава 4

Кертис смотрел на Кэти, как она взмахивает головой, и черным кружевом рассыпается ее каре. Она старше его на год, и это чувствуется: она уверенно ведет плечами, жесты ее лаконичны и легки, при разговоре подвижно жестикулирует сильными тонкими пальцами, качает округлившимися бедрами. Девятнадцать лет – это не шестнадцать. Его привлекала в Кэти уверенность, она комфортно чувствовала себя с ним, и без него. Независимая и, отчасти, резкая, полная противоположность Лали. Но его Лали ­­– белый, нежный цветок садовой лилии, и если от мысли о Кэти у него щемило внизу живота, то при мыслях о Лали щемило в груди. Ему до боли стало тоскливо, что она сейчас где-то расстроена, и, наверно, из-за него. Захотелось просто увидеть ее у окна веранды, а больше-то и не надо, просто увидеть ее издалека. Возможно, она наградит его своим взглядом, и он станет самым счастливым. Наверное, впервые в жизни кто-то принял его таким, какой он есть, и он стал кому-то по-настоящему нужен.

Он поехал к ее дому, и долго стоял на дороге, но в ее окнах было пусто.

- Ну, где же ты? – шептал он, облокотившись на руль – все будет хорошо, Лали – пообещал Керт, перед тем, как уехать.

Лали выглянула в окно, но на дороге лишь стояла пыль. Она не могла принять, что ему нравилась другая.

- Да, она красивая – размышляла Лали – но почему он врал? Нет, разве могут так врать глаза? Все обязательно прояснится, и я приму любую правду, если это, действительно, будет правдой.

Впервые Керт не поехал гулять, а вернулся домой еще засветло, он был задумчив, и утром долго сидел перед пузатым телевизором, бездумно переключая спутниковые каналы.

В комнату вошла мама.

- Тема, а ты что, дома?

- Дома – печально ответил он.

- Почему? Катя приехала в деревню, виделись?

- Виделись – ответил он сухо – мам, я провинился, наверно, перед одной девочкой, обидел ее.

- Тебе нужно извиниться – она присела рядом с сыном.

- Это так странно, но мне, правда, не все равно, что она обо мне думает.

Они встретились глазами, и он грустно усмехнулся.

- Это, должно быть, особенная девочка.

- Она и вправду особенная. Очень красивая, умная и хрупкая, что ли, как цветок.

- Как какой цветок? – мама нагнулась, чтоб посмотреть в его опущенные глаза.

- Как лилии, наверно.

- Пойдем со мной – она потянула его за руку и они вышли в огород к клумбам.

- Вот твои лилии, подари этой девочке, хочешь их срежу?

Кертис нагнулся к нежным белым цветам и прикоснулся к лепесткам, мягким и гладким, как ее щеки.

Утром Лили разбудил стук в окно, она подскочила, это Кент стучал веткой в стекло.

- Спишь еще, что ли? – спросил он, смеясь – а обычно сама меня будишь.

- А сколько время? – она сонно зевнула.

- Уже больше полудня, поедешь на пруд в мафию играть?

- Аня поедет?

- Да.

- Хорошо, дай мне немного времени.

Лилия умылась и вышла на кухню, где Федя доедал суп, а бабушка шила дырку на его шортах.

- Ты у нас спящая красавица! – воскликнула бабушка – как ни загляну, все спишь, не заболела?

- Нет, все хорошо, немного сбила режим, долго не могу уснуть ночью.

- Нужно больше времени проводить на улице.

- Мы сейчас поедем на пруд.

- С кем?

- С Аней и Иннокентием.

- Мне нравится Иннокентий, хороший мальчик, и Михайло Сергеевич о нем высоко отзывается.

Лилия немного поковыряла суп и вышла во двор, где ее уже ждали Аня и Кент. Они ехали почти молча, а на поляне уже собрался народ. Под деревом сидела Кэти, смеясь со своими подругами, и, увидев Кента, приветливо махнула ему.

Лилия спустилась к воде.

- Почему я так злюсь на нее? – думала она про себя – ведь она ни в чем не виновата, она, наверно, даже ничего не знает обо мне.

Послышался звук мотора, Лилия оглянулась и увидела Кертиса, он осмотрел всю поляну и остановил взгляд на ней, проигнорировав Кэти. Лилия отвернулась, смотря вдаль водной глади, пытаясь собраться мыслями.

- Привет – послышался знакомый голос за спиной.

Керт опустился рядом и протянул букет из лилий и других маленьких цветов – Лали, прости меня, если я тебя обидел. Мне не нужны другие, я думал о тебе все это время. Ты мне нужна.

У нее на глазах навернулись слезы, она улыбнулась и отвернулась, чтоб он не увидел, как она растрогана.

- Иди ко мне – он подал ей руку, и она прижалась к нему, уткнувшись в букет цветов, который потрясающе пах.

- Я так скучал, Лали.

- Я тоже – прошептала она – я ждала тебя вчера.

- Я приезжал, стоял под твоими окнами. Не отдаляйся больше, верь мне, говори со мной, ладно?

- Хорошо.

Они вернулись и вместе сели в круге, никто и не заметил этого, кроме двух людей: Кент недоверчиво смотрел на них, а Кэти лишь удивленно подняла бровь, но тут же отвела взгляд, девочки рядом с ней зашептались.

Кертис взял за руку Лилию, но она испытала смущение. Это было совсем не то смущение, что раньше: ей стало неловко. «Что же такое? Я преступница какая-то или воровка? Почему мне так неприятно быть с Кертом у нее на глазах?»

Он словно почувствовал ее замешательство.

- Я люблю тебя, Лали – он нагнулся к ее уху и заправил прядь волос за ухо – верь мне. Ты мне веришь?

Она кивнула.

Мы можем уехать от сюда?

- Как скажешь, моя принцесса.

Они поднялись, Лили провела рукой по плечу Ани, и та махнула ей, улыбнувшись.

Кертис посадил Лили в машину, и они уехали.

- Скажи, что между вами было? Мне неприятно говорить об этом, но я должна поднять эту тему, чтобы все понять для себя, и больше не возвращаться к этому вопросу.

- Мы встречались прошлым летом.

- А как вы расстались?

- Лето закончилось, и мы разъехались.

- То есть между вами осталась какая-то недосказанность? Расстались ли вы вообще?

- Да, и это не требовало обсуждений.

- А что между вами сейчас?

- Мы общаемся в общем кругу. Тогда я просто подвез ее по пути. Не переживай об этом, ладно? – Кертис остановился на их месте в тени леса.

- Прости, что не приехал, Лали – он взял ее за руку – просто не думал, что ты меня ждала.

- Теперь знаешь – она сжала его руку в ответ.

- Теперь я буду каждый день с тобой.

Он наклонился и поцеловал ее в уголок губ.

- Хочешь пройтись? – Лали кивнула – Да? Пойдем.

Они шли по колее вдоль леса, держась за руки.

Кертис шутил, рассказывал истории про друзей. Она смеялась. Иногда они останавливались, чтобы обняться.

Лилия вернулась вечером домой, поставила букет в воду, и еще долго смотрела на него, улыбаясь.

Кент вытряхивал резиновые коврики в гараже, когда к нему подошел Кертис и протянул руку. Кент обтер руку об шорты и дал рукопожатие.

- Мир? – спросил Керт.

- Будь всегда, в первую очередь, человеком – ответил Кент, улыбнувшись.

Дни полетели. Иногда Лили с Кертисом гуляли в полях, катались, иногда они вчетвером, с Аней и Кентом, ездили купаться на пруд, в компании играли в мафию на пруду, где Кертис «убивал» кого-то рукой Лали, слушали музыку на площадке по вечерам.

Так и в один из дней они вчетвером купались в реке, Лали обнимала Керта, а он закрывал ее от брызг, когда Кент прыгал с пирса.

К вечеру Лили стало плохо, ребята отвели ее домой.

- Солнечный удар – заметила женщина-доктор, которая была хорошей бабушкиной подругой и прилетела по первому вызову. У Лали кружилась голова и тошнило.

- Постельный режим.

Она оставила на столе какие-то таблетки, и они вышли с Анной Ивановной, чтобы договориться, когда, и в каких количествах их давать.

Аня, которая все это время тихо стояла в стороне, подошла к Лилии.

- Отдыхай, забегу к тебе завтра.

Лилия ослабленно махнула рукой, и Аня на цыпочках вышла с веранды.

- У нее солнечный удар – сказала Аня, подбегая к двум мальчишкам – я думаю, скоро уже поправится.

Вечером деревенские ребята собрались на пруду. Кент и Кертис выпивали, как и все остальные, но в итоге изрядно перебрали, сидя у воды.

- Я люблю ее, Кент – говорил Кертис, опустив руку на плечо другу – мне даже не нужно от нее какой-либо близости, мне просто приятно, что она рядом, что она просто есть. Она так звонко смеется.

Кент просто кивал.

- Уважаю – наконец ответил он, потрепав Керта по плечу.

К пруду пришла Аня.

- Кеша, пошли домой, бабушка ругается – она взяла его под руки и повела домой.

К Кертису подсела Кэти.

- Ну как ты? Совсем напился.

- Не переживай, я в норме – он улыбнулся.

- Домой пойдем? – спросила она.

- Раньше я тебя провожал, а теперь ты меня?

- А кто тебя еще дотащит? Все разошлись.

Кертис обернулся на поляну, все расходились, кто-то еще пил и говорил по душам, кого-то уже уносили.

- А я могу тебе довериться? – он скептически поднял бровь, а потом рассмеялся.

Кэти потянула его за руку резким сильным движением, и он вскочил перед ней как щенок, а она распрямилась, как кобра перед прыжком. Несмотря на то, что девушка была ниже – сейчас ниже был Керт, который снова попал в магию ее глаз.

- Как в первую нашу встречу – прошептала она – ты тоже был пьян.

- Я поцеловал тебя, даже не зная твоего имени – почти протрезвев ответил Керт.

- Ты и сейчас этого хочешь.

Это не был вопрос, она знала, и не нуждалась в удовлетворительном ответе.

Он промолчал, потому что солгал бы, ответив: «Нет».

- Ну пошли – она рассмеялась своим взрослым, холодным смехом, потому что победила.

Она вновь покрыла коркой льда его сердце. Замерзало все, что поросло прекрасными большими лилиями. Он пошел за ней, словно на поводке, смотрел на ее короткие шорты и, отливающее в сталь, черное каре. Он плелся за ней, как в самый первый раз, пристально следя за ее качающимися бедрами, подобно магическому маятнику. Она иногда оборачивалась на него, окуная в ледяную воду своим холодным серым взглядом. Они дошли до ее дома, Керт даже и не заметил, что в итоге это он ее провожал. Ее глаза блестели в темноте, подобно змеиной чешуе. Кэти схватила его за руку, впиваясь до боли длинными ногтями. Внутри у него был кошмар, так горят сибирские леса, в которых гибнут животные, и синим пламенем, в диких криках, горели его лилии. Он взял ее лицо ладонью и поцеловал. Она не ответила на поцелуй, потому что добилась того, чего хотела. Ей нужна была лишь власть над ним, знание, что он всегда приползет, чтоб сидеть на цепи возле ее ног.

Кэти рассмеялась, и по телу Керта пошла дрожь.

- Спокойной ночи, малыши – она приподнялась на носочки, и поцеловала его в щеку.

Поцелуй этот был как поцелуй покойницы, холодный, влажный и болезненный.

«Ведьма» - думал он, идя домой по темноте, абсолютно опустошенный. Как он мог повестись на ее колдовство, как смотреть Лали в глаза? Он ругал себя, клялся сам себе, что больше не пойдет у нее на поводу, и вновь повелся, как дурак.

На следующий день Лали уже стало лучше, и она вышла на скамейку у забора под вечер. Спустя какое-то время на горизонте показался красный седан.

Кертис обнял ее при встрече и задержался в объятиях дольше, чем в этом была необходимость. Он выглядел замученным и уставшим.

- Ты не заболел? – спросила Лали, почувствовав неладное.

- Я в норме – отрезал Керт – ты как? Главное, как ты.

- Мне лучше, только еще слабость.

- Тебе нужно больше лежать.

- Да у меня скоро пролежни будут – Лали расмеялась, но Керт даже не улыбнулся.

Она взяла его за руку.

- Пожалуйста, скажи мне, что случилось?

- Лали, сколько нужно времени, что бы промерзшее поле покрылось цветами?

- Нужно, что бы было тепло, Кертис – она взяла его за вторую руку – тогда очень быстро.

- Мне с тобой тепло – он убрал прядь с ее лица – поправляйся скорее.

Керт обнял ее, и внутри у него треснула корка льда, он даже нахмурился от боли. Он ничего не сказал Лали, не хотел делать ей больно, и ему от этого стало гораздо хуже. Но пусть уж лучше он умрет, чем сделает ей хоть немного больно. Он понимал, что ее не достоин, но она делала его лучше. Он уехал от ее дома уже с наступлением темноты, и от грусти не было и следа, он забыл инцидент, который был прошлой ночью. И эта ситуация больше не пугала его. Лали ничего не узнала, и хорошо. Он вообще никому не рассказал о Кэти. Лили поправилась, и они снова стали проводить время все вместе. Только однажды он завел разговор с Кентом. Они стояли на холме, наблюдая, как девочки собирали цветы внизу луга.

- Ты знаешь, надоело мне – начал Керт.

- Я понял это, ты сам не свой последнее время.

- Обниматься, гулять, целоваться – я устал. Не в Лали дело, я ее очень люблю. Она невероятная, во мне дело. Просто по-детски это как-то.

- А чего ты хотел? Ей шестнадцать. Это Кэти тебя старше, но ты знал на что идешь.

- Опять эта Кэти. Ведьма она!

Кент рассмеялся.

- Я никогда с Лили не переступлю черту – Керт смотрел на нее, как она робким движением поправляла волосы, как бы причесывая их. Абсолютная противоположность Кэти, и хорошо даже, и сразу тепло на душе. Лили взглянула на него, улыбнувшись, и он оттаял, почти до слез. По нему прокатилась солнечная волна, и он был счастлив от одного ее взгляда, сразу забыв обо всем, даже кто он. Если Кэти нужно было вилять бедрами, чтоб привлечь внимание, то Лили достаточно было поднять на него глаза – и он сразу пропал.

Лилия подошла к нему близко–близко, между их лицами только светились лепестки ромашек. Он смотрел в ее голубые глаза и готов был погибнуть за них, кануть в лету, исчезнуть, сгинуть, лишь бы были эти глаза.

Вечером они стояли все вместе на площадке, он обнимал свою Лали.

- Это там Макс с Зои? – спросил Кент.

Ребята шли и махали им, Макс подпрыгнул, чтоб оборвать пару листов с дерева и подкинуть их, как конфетти. Когда они подошли ближе, уже можно было разглядеть свеженабитую розу на шее Макса.

- Набил все-таки? – спросил Кент, пожимая руку.

- Здорова, бандиты – Макс пожал руку Керту – нравится татуировка?

- Мне больше по душе лилии – ответил Кертис, прижимая к себе Лали.

- Проводишь меня домой? – прошептала она.

- Ребята, я скоро вернусь – Керт взял Лили за руку.

Они еще долго стояли у дома.

- Я люблю тебя, Лали.

- Сильно?

- Как никогда раньше. А ты меня любишь?

- Люблю – тихо отвечала Лили – Ты ведь это чувствуешь?

- Всегда, и днем и ночью. Думаю о тебе постоянно.

- Пусть это будет навсегда.

- Так и будет, Лали.

Но следующим утром Лили ждала его напрасно. Он не приехал. Она сходила с бабушкой в магазин, помогла по огороду, все время поглядывая за забор.

- Вскружил голову он тебе – сетовала бабушка.

- Бабушка, не ворчи, пожалуйста, и так я вся в раздумьях.

- Мечется сердечко-то – продолжала она – уши бы ему надрать.

- Я верю ему.

Уже вечером она вернулась на веранду и рухнула на кровать. Без него у нее не было сил, и время тянулось бесконечно долго, тоска превращалась в черную всепоглощающую дыру. В окно постучалась ветка, Лили выглянула.

- Ты знаешь – под окнами стоял Кент – тут у забора уже стоит эта веточка, специально для этих целей – он положил ее в другую руку – мы даже сдружились с ней.

Лилия рассмеялась.

- А кто-то ломает заборы, чтобы заглянуть ко мне в окно.

- Я не такой отчаянный, да и заборчик жалко, красивый, добротный – он аккуратно поставил веточку у забора – хочешь пройтись до площадки со мной?

- Да, конечно, у тебя что-то случилось?

- Да нет, все в порядке.

Они шли какое-то время молча.

- Ты хотел о чем-то поговорить?

- Просто одному как-то не хотелось идти, еще хотел спросить, сможем ли мы остаться друзьями после того, как ты уедешь?

- Да, я думаю, мы все будем общаться, как сейчас.

- Нет – перебил он – так не бывает. Лето кончается, все разъезжаются, забывают друг друга, становятся чужими. И если кто-то возвращается сюда снова, история не повторяется больше, а продолжается, ведь ты становишься старше, и никогда не знаешь, прощаешься на год, или навсегда.

- Я бы не хотела ни с кем прощаться, ни на год, ни, тем более, навсегда.

- Но ты уедешь, и я уеду.

- Я оставлю тебе свой номер, запиши прямо сейчас.

Лилия только сейчас поняла, что не знает номеров ни Ани, ни Керта. Она диктовала свои цифры, а Кент бережно и внимательно вбивал их в свой телефон.

- Ты всегда можешь мне написать, и я всегда отвечу – заключила она.

Кент улыбнулся ей.

На площадке Кертиса тоже не было, но на лавочке сидела Кэти в компании девочек и парней.

Не то, чтобы Лилия в чем-то подозревала Керта, но ей стало спокойней, поняв, что они не вместе. Лиля слушала разговоры парней, сидя рядом с Кентом, когда на площадку завернул красный седан.

Керт подошел, поздоровался со всеми и обнял Лили.

- Где ты был? – она заметила на его шее пластырь – что это?

Он снял пластырь, и она увидела, что он набил на шею лилию. Она закрыла рот рукой и неспешно протянула руку к нарисованной лилии, и несколько раз отдернула, не решившись прикоснуться.

- Больно?

- Сейчас будет заживать. Тебе нравится?

- Очень, но это ведь навсегда.

- Давай навсегда? Я все равно уже тебя никогда не забуду.

- Ты видела, он лилию набил? – шептались подружки Кэти, которая старалась не смотреть в их сторону, наполняясь горечью.

Она не любила Кертиса больше, хотя часто вспоминала лето, что они провели вместе. Кэти думала, что так будет и этим летом. Рядом с ним были ее мысли. Это она должна была быть в центре, весело проводить время. Это о ней Керт должен был заботиться, дарить цветы ей, и в итоге набить ее имя, но вместо этого она сидит на лавке среди таких же одиноких девушек. Кэти начала тихую холодную войну, и начала ее с принятия того, что сегодняшнюю битву она проиграла. Сегодня они были бесконечно счастливы, а внутри нее рыдала маленькая девочка.

Керт отвез Лили домой, как всегда еще засветло, но они еще долго сидели на лавочке у дома, обсуждая все на свете. Кертис рассказывал о своем городе, университете, друзьях, о сдаче экзаменов в школе, Лилия внимательно слушала, иногда смеясь. Столько еще было не рассказано, но время незаметно летело, пошел дождь. Они попрощались. Лили махала ему в окно со своей веранды. Керт ехал домой по проселочной дороге, которую дождь размыл в грязь и глину.

На обочине он заприметил знакомые шорты. Это Кэти шла откуда-то домой под дождем, обхватив себя руками. Кертис остановился.

- Ты чего идешь под дождем? – он открыл пассажирскую дверь и Кэти села.

Она вся тряслась, с волос капала вода, и синие губы дрожали.

- Да засиделись на пруду, домой иду, не думала, что дождь пойдет.

- Ну, ты даешь – Керт включил печку – под дождем идет ночью по дороге.

- А как? Мне повезло, что ты мимо ехал – она подставила сырые пальцы к печке.

- Сильно замерзла?

- Ну, да – она взглянула на него, из-под влажных ресниц.

- Приедешь – сразу переоденься и чай пей, а то простудишься.

- Спасибо – она немного помолчала и добавила – ты хороший – но Керт ничего не ответил – я ведь тоже не плохая, не хочу, чтоб ты думал обо мне так.

- Нет, это не правда – он случайно провел рукой по своим волосам, немного смутившись – я никогда так не думал.

Девушка заметила это, и усмехнулась.

Они подъехали к дому Кэти, но она не торопилась выходить, а он ее не прогонял. По стеклу барабанил дождь, и в кромешной темноте светились только окна ее дома, отбрасывая свет на их лица.

- Мы ведь друзья? – спросила она, выждав самый лучший момент, чтоб получить именно тот ответ, который хочет услышать.

- Да, кончено, ты всегда можешь на меня рассчитывать.

- Просто вы своей компанией всегда вместе, а я одна, чувствую себя совсем чужой – Кэти отвернулась к окну, снова выждав паузу.

- Многое изменилось за этот год.

- Разве? Ты был не рад, когда я приехала?

- Дело в Лали.

- Мы бы могли подружиться с ней. Я хочу остаться твоим другом. Мы с тобой ведь не чужие, Керт – она назвала его по имени, и у него внутри от этого что-то защемило.

Холод этой ночи, словно из приоткрытого окна сквозняком прокрадывался в его душу.

- Кто тебя знает еще так же хорошо, как я? – продолжала она – это не преступление, если мы будем просто дружить, верно?

- Наверно, да.

Она говорила так, что он, не подозревая, велся на ее магию. Она умело подбирала тон, знала, куда надавить, когда промолчать.

- А ты помнишь, как было круто, когда мы ночевали в этой машине? Пили шампанское из горла на речке, ездили в клуб – она рассмеялась – мне пришлось тогда тащить тебя домой, а ты кричал пацанам, стоящим у входа, что всех побьешь, если они только посмотрят на меня.

Керт рассмеялся тоже, и начал вспоминать другие истории. Кэти слушала, улыбалась, таинственно сверкая глазами.

- Видишь, как много воспоминаний нас связывает, ты хотел это все забыть?

- Нет, не хотел, было, действительно круто.

- Я, кажется, знаю как нам поступить – она придвинулась к нему поближе, он интуитивно наклонился тоже – давай это будет нашим секретом. Никто не узнает, а мы иногда снова сможем выпить шампанское у реки. Убьем двух зайцев, и твоя Лилия не будет переживать, и мы сможем повторить неповторяемые вещи – ее глаза блеснули.

- Как друзья? – неуверенно спросил он.

- Ну, конечно – оскорбившись, ответила она – больно ты мне нужен. Просто скучно, тебе ведь, порой, тоже надоедает в десять вечера ехать домой. Я буду твоим другом и сохраню это между нами, клянусь.

Керт задумался.

- Верь мне. Ты мне веришь? – сказала она его словами.

Кэти подвинула руку, как бы случайно задев его бедро кончиками пальцев. По его телу прошла дрожь.

- Да – ответил он, как мальчишка.

- Супер – она положила руку на руль – дашь мне порулить завтра?

- Завтра?

- Ну да, вечером.

- Только если вечером.

- Я не против, как тебе удобно.

- Я заеду за тобой.

Она вся расцвела, и он вспомнил, как было здорово прошлым летом с ней. Какая она сильная, взрослая, он восхищался ее женственностью.

- Я буду с нетерпением ждать – сказала она с тонкой хрипотой, и это было так естественно в ее исполнении, что у него снова пробежали по коже мурашки.

Глава 5

Днем Кэти не было ни на пруду со всеми, ни на площадке с девочками. Керт засветло проводил Лили домой, быстро с ней попрощавшись, свалив все на то, что ему нужно помочь семье. Наврал.

Он приехал к дому Кэти, пару раз посигналив, как прошлым летом. Она вышла в коротком сарафане и ловко села к Кертису в машину.

- Тебя не было нигде весь день – сказал он.

- А ты ждал меня? – она таинственно улыбнулась, потому что знала – я не думала, что ты так рано сегодня приедешь.

- Пораньше освободился.

Он был рад, что она не задавала лишних вопросов, не спрашивала про Лили, словно это была параллельная вселенная, где ее вовсе не существует. В эту вселенную можно было окунуться, а на следующий день вернуться обратно, как ни в чем не бывало.

Кэти вела себя весело и непринужденно, он сразу расслабился. Эта девчонка стала для него прохладой в жаркий день, которой он наслаждался, как уставший путник. Кертис заряжался ее уверенностью, раскрепощенностью. Парням нравится такие бандитки. Он засмеялся, когда она села за руль и тут же заглохла, грязно выругавшись.

Парень смотрел на ее колени, совсем не такие тонкие, как у Лили, но от этого более женственные. Они доехали до реки, она выбежала из машины, схватив его за руку, и они вместе оказались в воде. Ее каре намокло, она убрала его назад, обнажая тяжелые серьги. Кэти смотрела ему прямо в глаза, но не приближалась, и он сходил с ума.

Потом они пили шампанское на берегу, уже стемнело, но их лица освещали фары машины.

- Ты продуманно захватила с собой алкоголь.

- Я же знаю, что ты любишь. Только много не пей, ты за рулем.

- Не беспокойся – он растянулся на песке, взглянув в небо – впервые за лето лежу вот так, смотря на звезды. Невероятно.

Кэти легла рядом.

- Говорят, нужно каждый день проживать, как последний.

- Значит, я готов умереть, потому что это был именно такой день.

Кертис проспал до обеда на следующий день, а потом сразу поехал на площадку.

- Я думала ты заедешь за мной! – Лили обвинила его при встрече.

- А я не заехал, и что? - он был раздражен вечными ее придирками: «опоздал» «не приехал», какие-то обиды.

- Что с тобой? Ты не в настроении?

- Есть немного, не бери в голову – он положил руку ей на плечо и оглядел площадку в поисках Кэти. Она сидела на лавочке с девочками и смотрела на него.

- Лали, почему ты со мной?

- Почему ты спрашиваешь? Я люблю тебя. А ты меня?

- Я запутался. Мне нужно подумать – он сел в машину и уехал.

Лили и Кэти встретились взглядами, и, несмотря на их абсолютную разницу, на лицах было одинаковое выражение недоумения. Кэти быстро взяла себя в руки, но Лили так и не могла совладать с эмоциями.

- Кент, отвези меня к Кертису, пожалуйста – девочка подбежала к Кеше, который стоял возле своей машины.

- Что-то случилось? – он сел за руль, и Лилия опустилась рядом.

- Что-то не так с Кертом.

- Может, ему нужно побыть одному?

- Нет, чувствую, я нужна ему сейчас.

Кертис сидел в машине у своего дома. Он уже жалел, что уехал вот так, что не сказал ей, что любит. Ведь это его любимая маленькая девочка. Зачем он с ней так жестоко, ведь она не сделала ему ничего плохого.

Он издалека еще увидел машину Кента и на пассажирском Лили. Как только машина остановилась, они побежали друг к другу.

- Лали, прости меня. Я тебя люблю больше жизни, больше всего на свете.

Она молча сжимала футболку на его спине.

- Спасибо – Кертис махнул Кенту.

- Лили? – Кент позвал ее.

- Все хорошо, Кент, я останусь – ответила она – поезжай, мы тоже скоро приедем.

Кент медля сел в машину и уехал.

- Что это было? – лицо Лилии было серьезным и по-особенному взрослым.

- В какой-то момент я просто выгорел, но как представил, что могу потерять тебя, понял, что не допущу этого.

- Ты же сам просил чуть что – сразу говорить с тобой, почему ты не поговорил со мной об этом?

- Прости, Лали. Я исправлюсь, обещаю. Со мной это все, наверно, впервые, я просто не знаю, как правильно. Но обещаю стараться, чтобы сделать тебя счастливее.

- Я счастлива, когда ты рядом, но ты напугал меня.

Он снова ничего не рассказал ей, весь вечер они шутили, и он снова забыл о своих душевных переживаниях.

Керт, действительно, любил ее, и когда они были вместе, он не думал ни о чем другом. Но, как только он оказывался один, перед глазами всплывали качающиеся бедра и черное каре.

Из его машины по радио засыпал синий Зурбаган. Лилия смотрела на машину, прижимаясь плечом к плечу Кертиса, и уже понимая, что, скорее всего, больше никогда не увидит этот красный седан. Об этом и говорил Кент, этот момент больше не повторится никогда. Она уедет, и эта история останется лишь историей. От этого так грустно на душе. Лили ждала, что Кертис, возьмет ее номер, но он молчал.

- Что с нами будет дальше? – не выдержав, обреченно спросила она.

Керт лишь прижал ее сильнее, он не мог ничего ответить. А что ответить? Он не поедет в ее город, чтоб быть с ней, и не может предложить ждать до следующего лета. Он понимал, что Лили не та, кому можно предложить отношения на лето. Он не думал, что с ними будет, когда говорил ей о своих чувствах, а теперь он испытывал сожаление.

- Не думай об этом – наконец сказал он не очень убедительно – я не хочу прощаться, и что-нибудь придумаю, время еще есть. Верь мне, ты мне … – он остановился, вспомнив Кэти, и как оказался в ее щупальцах, а теперь и сам обрекает на погибель эту маленькую девочку – у нас еще есть время, давай проведем его вместе.

Пока он размышлял, внушительно ли звучала его речь, Лили ее даже не слушала. Она все понимала для себя.

- Отвезешь меня домой?

- Так рано?

- Мне нужно помочь бабушке – она соврала, не нужно было никому помогать, это ей самой нужна была помощь.

Керт не заметил подвоха, и молча отвез ее домой. Перед ее уходом, он взял ее за руку.

- Что бы ты ни думала обо мне, Лали – я тебя люблю. Ты для меня значишь слишком много, и я не готов тебя потерять.

- Я скажу тебе только то, что я никогда, и ни к кому до этого подобного не испытывала.

- Я тоже, Лали – он погладил ее за руку, но она отняла ее и вышла из машины.

Кертис устало откинулся на кресло, озадаченно всматриваясь вдаль некоторое время. Он злился на нее, сам не зная от чего. Пытался открыть душу, а она отняла руку. И тут же злился на себя за то, что не смог ей ничего сказать. Внутренний голос шептал «А вот Кэти ничего не нужно было объяснять». Он прикрывал глаза, устав от противоречий. Конечно, было бы правильно наговорить Лиле ерунды в три короба, что он переедет в ее город, бросит универ, лишь бы смотреть в ее закрытые окна, но это не было правдой. Конечно, она бы поверила, все было бы в порядке, но он так глупо подобрал слова, что эта шестнадцатилетняя девочка повела себя гораздо старше, чем он. Керт понял это и потер лоб рукой. На ее окне стояли сорванные им лилии, он улыбнулся этому.

- Я люблю тебя, Лали – крикнул он, зная, что она услышит через открытое окно.

- Я люблю тебя, Кертис – прошептала она, лежа на кровати, лицом в подушку, и слушая звук мотора.

Он уехал, и она осталась одна во всепоглощающем одиночестве. Конечно, хотелось выкрикнуть в окно его имя, и он бы вернулся. Возможно, они бы снова провели время вместе. Но что дальше? Быть подругой на одно лето, которую он забудет? И эта история с татуировкой, думал ли он, когда ее делал, или это просто очередная картинка на теле?

Нет. Это не было очередной картинкой на теле, он думал о ней каждую минуту, злился, метался. Он сделал татуировку, чтоб наоборот никогда не забывать о ней, о времени, что они провели вместе, доказать, что она навсегда в его памяти и сердце.

Кент приехал к дому с закатом, у гаража уже стояла Лили.

- Меня ждешь?

- Да, можно тебя на пару слов?

- Всегда – он закрыл машину на ключ.

Они присели на лавочку у дома Лилии. Это был прекрасный вечер, солнце зашло за леса, но еще окрашивало небо в розово-бордовый цвет.

Кент внимательно смотрел на Лили, и что-то ему показалось не знакомой в ней, она по-взрослому уже хмурила брови, сжимала нервные пальцы. На ее лице не было отчаяния, но что-то тревожило ее.

- Почему ты взял мой номер? – она посмотрела ему в глаза, и он даже смутился.

- Я не хотел просто потерять тебя – он задумался, не звучат ли его слова двусмысленно – то есть, контакт с тобой – поправился он.

- А если бы я не дала свой номер?

- Обязательно попросил сам, просто в какой-то момент посмотрел на тебя, и вдруг понял, что ты уедешь, и мы потеряемся.

Лилия не понимала, почему Керт не взял ее номер, может, он надеялся, что у них еще много времени.

- Но я ведь не завтра уезжаю.

- Ты знаешь, всегда кажется, что времени очень много, а потом понимаешь, что его нет совсем, а ты еще столько не успел сказать и сделать.

Лилия задумалась над его словами.

- Спасибо тебе за этот разговор – она поднялась, чтоб пойти домой, но потом остановилась – могу я тебя кое о чем попросить?

- Да, можешь.

- Не давай Кертису мой номер.

- Хорошо, Лили, спокойной ночи – он тоже поднялся и пошел домой.

Девочка долго лежала, отвернувшись к стене, рассматривая бревна веранды. Кто-то постучал в окно. «Кент» – радостно подумала она, подбежав и распахнув окно. На заборе стоял Керт.

- Я все понял, Лали – шептал он.

- Ты что здесь делаешь? А если бабушка увидит?

- Это действительно важно, Лили.

Она положила руки ему на плечи, уже все позабыв.

- Я так рада тебя видеть, Керт.

- Я тебя люблю, и всегда буду любить, неважно, где ты, я готов ждать тебя сколько угодно. Если ты не захочешь со мной общаться в своем городе, то я все равно буду ждать тебя здесь. Каждое лето, и если ты захочешь, даже через годы, увидеть меня, я буду здесь.

- Ты думал, что я не захочу с тобой общаться, по возвращении домой?

- Я не знаю, что будет после.

- Кертис! – Она обнимала его и плакала – я хотела бы, очень хотела и приеду следующим летом, а потом мы что-нибудь придумаем, да?

- Да, я могу приезжать в твой город, только будь со мной.

- Я с тобой, я с тобой – повторяла Лали, целуя его щеки и лоб.

- Мне пора – он еще раз крепко обнял ее и прыгнул с забора вниз.

- Спокойной ночи.

- Я люблю тебя, Лали – крикнул он на прощание.

- Ой, дурак какой – проворчала бабушка из зала.

Лилия махала рукой ему в след.

Она не знала, что у судьбы порой бывают совсем другие планы. Порой мало только нашего желания, все меняется в одночасье.

Утром волшебство этой ночной встречи растаяло с рассветом. И если в ночи он весь искрился, то теперь он без эмоций ждал в машине, когда она выйдет из дома.

- Привет – она прыгнула на переднее сиденье.

- Ты долго – он лениво зевнул.

- Бабушка задержала, мне нужно будет уйти днем, помочь ей.

- Окей.

На реке их уже ждали остальные ребята. Многие купались, прыгали с пирса, обсуждали машины друг друга, последние новости.

- Мне нравится твоя татуировка – она провела пальцами по его шее – больно было?

- Ну, неприятно, но мне тоже нравится.

- Эй, выпить хотите? – поднялся Макс с пластиковой бутылкой.

- Нет – ответила Лали.

- Я буду – Керт взял бутылку и пошел за Максом к другим парням.

Рядом с Лили осталась Зои.

- Поговорим? – предложила она.

- Давай.

Они присели на песок в тени. Зои смотрела на реку, а Лили на Керта – он смеялся, прикладываясь к пластиковой бутылке и кивая под музыку.

- Как ты? – вдруг спросила Зои.

- Я в порядке – ответила Лали.

- Знаешь, парни иногда такие дураки – она взглянула Лили в глаза и усмехнулась – такие недальновидные. Это женщинам всегда нужно знать, а что же потом, мы так устроены, и все наши отношения подсознательно настроены на построение семьи, даже в далеком будущем. А они – она кивнула в сторону парней – для них нет ни прошлого, ни будущего, они же думают максимум на несколько дней вперед. В этом наша вечная проблема – мы сложные, а они простые. Они думают, что мы такие же простые, и ничего не понимаем. Может и так, но мы всегда чувствуем.

Лили молчала, вдумываясь в слова Зои.

- Я хотела тебя предупредить – продолжала она – иногда такие истории заканчиваются ничем, поэтому не расстраивайся, если что-то не так, как ты планировала. Мы с Максом через очень многие вещи прошли, это же только со стороны кажется, что все легко. За любой красивой картинкой – испытания и слезы. Ты такая хорошенькая, все у тебя в жизни будет хорошо, и я желаю, чтобы было меньше разочарований.

Лилия впервые посмотрела на Зои другими глазами.

Эта грустная, часто молчаливая девочка пряталась за своим Максом, который просто придурок. Она посмотрела на своего Кертиса, он смеялся с другими над пошлостями, которыми сыпал Макс. Пыльная жара, серая речка, даже обожаемый, так жданный ей всегда, красный седан – просто старая битая машина.

- Пусть у тебя тоже все будет хорошо, Зои – Лили положила свою руку ей на колено – не стоит он тебя, даже не думай.

- Спасибо, Лили – Зои хотела дать совет Лили, но получилось наоборот.

Лилия ушла, ничего не сказав Керту. Он заметил это не сразу, но даже когда заметил – не забеспокоился, должно быть она ушла, как и говорила, помогать бабушке.

На речку приехала Кэти, своя девчонка, и он снова упал в эти будни прошлого лета.

Анна Ивановна с Лили пропалывали грядки, прикрываясь панамками от палящего солнца.

- Что пригорюнилась? – спросила бабушка.

- Ты не обидишься, если я раньше на пару недель уеду домой?

- Соскучилась по дому?

- Да, не просто мне.

- Не обижусь, если обещаешь звонить почаще.

- Хорошо, пусть Михайло Сергеевич о тебе заботится, он хороший.

- Знаешь, Лилечка, только с возрастом начинаешь ценить человеческие отношения, к сожалению, а вот времени уже совсем мало.

- Не говори так, ведь время еще есть – она почему-то вспомнила Керта, который тоже думал, что еще много времени, а потом слова Кеши, что так лишь кажется.

- Время пролетит, оглянуться не успеешь. Жизнь прожить – не поле перейти.

Тем временем, своя девчонка Кэти прыгала в воду с пирса, схватив Керта за руку перед самым прыжком своими холодными пальцами. Вынырнув из воды, она пальцами зачесала волосы назад, обнажив острые скулы.

- Красивая? – спросила она, оборачиваясь к Керту, который завороженно смотрел на нее.

- Да.

Кэти смеялась своим глубоким грудным смехом. Для нее он был мальчиком, которого она легко забудет в конце лета, и с легкостью вспомнит в начале следующего.

Вечерело, ребята перебрались на площадку, и она, конечно же, ехала в машине Керта, невзначай задев пальцами его руку, когда он переключал передачи.

А Лилия с грустью поглядывала за забор, задумчиво дергая траву у самого корня. Кто-то окрикнул ее через забор.

- Эй, Золушка, а когда на бал? – это был Кент.

- Когда ее отпустит Фея – пошутила бабушка – Ну что ж, достаточно на сегодня, беги, Лилечка, гуляй.

Лиля вышла за забор, Кент стоял напротив, сложив руки на груди.

- Я хотел ехать на площадку, потом тебя увидел, почему-то думал, что ты уже там.

- Я помогала бабушке.

- Поедешь?

- Не знаю, Кеша, хочу ли я.

- Ты в порядке?

- Мне по-началу все казалось таким ярким, а теперь я не могу понять, почему мне так не приятно.

- Я в любом случае рядом. Если тебе будет нужна какая-нибудь помощь.

Она кивнула, он хотел неловко приобнять ее, но решил лишь слегка потрепать по плечу.

- Поедешь?

- Наверно, да, дома мне еще хуже. Очень хочется в город.

- На меня тоже иногда находит тоска, но уже потом я вспоминаю о проведённом здесь времени, и понимаю, что все-таки, оно было лучшим.

Темнело. Глаза Кэти сверкали от света фар, она стреляла взглядом, как из ружья, нажимая на курок своими тонкими пальцами. Она шутила так, что все вокруг смеялись, если говорила о серьезном, все слушали.

Кертис смотрел на эту удивительную женщину, и ему хотелось, чтоб она по-прежнему была с ним, хоть и не мог ее ничем удержать.

Кэти заметила его взгляд и отвела Керта в сторону.

- Хочешь, уедем от сюда?

- Куда? Я не могу – он сделал шаг назад – Лали должна прийти.

- Никто не узнает, помнишь, мы договаривались? – она сделала шаг на него – мне нужно с тобой поговорить, мы быстро вернемся. Верь мне – она потянула его за руку, а он не стал сопротивлялся.

Керт не знал, что в этот момент Лилия смотрела, как они сели в машину и уехали. Что-то дрогнула в ней. Они подошли с Кентом к Максу, Зои не было.

- Куда они? – спросил Кент.

- Да это – Макс растерялся – в магазин за пивом, щас вернутся.

Лилия опустила голову, а потом взглянула на Кента.

- Поехали, Лили, посмотрим у магазина, не переживай только.

Они доехали до магазина, где ни Кэти, ни Керта, ни машины не было. Не было и у дома Керта.

- Я знаю одно место, Кент – сказала Лили, вспомнив о «их» месте с Кертом.

На высоком пригорке в тени деревьев, наполовину в изгибах сирени, стоял красный седан. Лилия узнала эти включенные фары, которые ночами высматривала в окно, вдыхая запах цветов, когда любовь душила ее. Теперь ее душили слезы.

- Останови тут – сказала она и вышла из машины.

Девочка подошла и встала метрах в 20, освещенная фарами. Из-за ослепляющего света невозможно было увидеть, что происходит внутри, но Лилию было прекрасно видно из салона. Она ждала, что он выйдет, но он не вышел. Все, что в тот момент происходило между ним и Кэти, останется навсегда на его совести.

Лилия не могла подойти ближе, не могла дернуть ручку двери. Он больше не был ее Кертом, и влезать в чужие жизни она не могла. Больше не было их мира на двоих.

- Отвези меня, пожалуйста, домой – сказала она, сев в машину Кента.

Лили разрыдалась уже у дома, закывая лицо руками. Кент просто смотрел в пол на резиновые коврики, деля ее боль.

- Ты знал? – кричала она.

- Нет, Лили, я не знал. Я говорил с ним об этом, но он клялся, что любит тебя – Кент не лгал, и это чувствовалось.

- Это не со мной происходит – говорила Лили – я так ему верила.

Кент молчал, понимая, что слова бессмысленны.

Только когда она успокоилась и была готова идти домой, он помог ей выйти из машины, и сам себе удивившись обнял ее, по-детски, неловко, но от души.

- Я зайду за тобой утром, ладно?

- Да, спасибо.

Керт ехал домой, высадив Кэти у ее дома.

Он ощущал себя мерзко, ощущал себя обманутым, ведь ничего нового он не почувствовал, она все такая же холодная, такая же, как и прошлым летом.

Она больше не была ему интересна, а даже не приятна, как и он ей, ведь она победила. Он хотел увидеть Лили, но на душе было слишком гадко. Руки уже на автомате вели машину к дому Лили, хотя он и не знал, что не увидит ее.

В ее окнах было темно. Он приедет за ней завтра, и она, как всегда, улыбнется, спросит, куда он пропал, он в ответ что-нибудь, обязательно, придумает, загладит вину, забудет это, как страшный сон и не отпустит свою Лали, а еще, обязательно, будет приезжать в ее город, вот так просто, наберет ее номер и она спустится, увидит его, и они будут счастливы. И только в тот момент, Керт понял, что у него нет номера Лили. Что-то оборвалось в нем, и как бы он не пытался отогнать от себя дурные мысли, внутри него выло чувство, что все кануло в лету, и это была его фатальная ошибка.

Лили беззвучно плакала, смотря на окошки, подсвеченные светом фар. Ее рвало изнутри, ее сердце было разбито. Она знала, что это конец, хотя любовь не прошла, но от этого лишь больнее.

Ранним утром, она уже набирала родителей, с просьбой забрать ее.

- Что случилось, Лиля? – спросила мама, почувствовав неладное – мы сможем приехать только завтра.

- Заберите меня – повторяла она.

- Хорошо, мы выедем сегодня вечером, утром будем у тебя.

Лилия вышла во двор, остановившись у забора, там уже с раннего утра гулял Федя, Лилия подозвала его рукой.

- Я не знаю, поймешь ты или нет, но нам нужно уехать.

На лице у Лилии не было ничего, кроме боли, красных глаз и опухшего от слез лица.

Ребенок почувствовал неладное, и лишь спросил тихо «когда?»

- Завтра утром – ее голос дернулся.

Федя кивнул, словно взрослый, все понимал и чувствовал.

Лиля закусила губу, вспоминая то место, свет фар, красный седан, ее глаза наполнились слезами снова.

- Лиля! – Кент окрикнул ее, махнув рукой.

Они присели у ее дома на лавочку.

- Ну, как ты? Не спала? – спросил он.

- Нет – выдавила она, сдерживая слезы и кусая губу.

- Я тоже не спал, не поверишь, пару раз даже вставал, чтоб посмотреть в твои окна.

- Я уеду завтра утром. Дурацкая была идея приезжать сюда – ее голос дрогнул, она подняла сырые глаза к небу.

Кент хотел взять ее за руку, но на повороте посигналил красный седан.

Лилию затрясло, Кент поднялся с лавочки.

Кертис вышел из машины, но, увидев Лили, в миг все понял.

- Даже не подходи – зарычал Кент, встав между ним и Лили.

- А то что? – огрызнулся Керт, сделав шаг вперед.

Кент толкнул его в грудь. Кертис снова сделал шаг вперед, и парни сцепились.

- Хватит! – Лили влезла их разнимать, вышла Аня и Михайло Сергеевич.

- Ты ведь любишь меня, Лали! – кричал Кертис, когда его держал Михайло Сергеевич.

Аня положила руку на грудь Кенту.

- Не приближайся сюда – повторил Кент, тыкая пальцем в сторону Керта.

- Я уезжаю, Кертис, и больше не помешаю вам. Это конец – Лили поспешно вытирала слезы рукавом толстовки.

- Нет, не уезжай, Лали, пожалуйста! – он почти рыдал.

- Уходи, парень, успокойся – говорил Михайло Сергеевич, толкая его к машине.

- Идите домой – сказал Кент девочкам.

Лилия и Аня ушли, позже в дом вошел Кент.

- Он уехал? – Лилия кинулась к Кеше, а он с грустью посмотрел в ее влажные глаза.

- Да, я сказал, что вы сможете поговорить завтра вечером, когда он успокоится.

- Завтра вечером меня здесь не будет.

- Я знаю, спокойно уедешь, без истерик.

- Я не хотела этого, до сих пор не верю, что это произошло. Спасибо вам большое. Вы – самая лучшая часть этого лета, которое я никогда не забуду.

- Спасибо, что приехала – сказала Аня – не жалей ни о чем, так бывает.

- Ты ни в чем не виновата – подтвердил Кент.

- Все будет хорошо.

Вечером Аня помогала собирать Лилии ее вещи. На столе стоял высохший букетик лилий, напоминавший о самых счастливых днях ее жизни.

Бабушка причитала, какой он подонок.

- Бабушка, хватит, и так тошно. Ничего он не обещал, и я ничего ему не обещала. Никто не виноват. Я не хочу это обсуждать.

- Сволочь! Сволочь он!

- Никто не сволочь, бабушка.

Но та ходила от стены к стене.

- А я говорила! Говорила! Чувствовало сердечко!

Лилия выглянула в окно, на повороте подобно подстреленному волку, ходил Кертис, не решаясь подойти. Под окнами стоял Кент.

Они по-прежнему делили боль на двоих. Ну и где теперь его Кэти? Смеется, наверно, где то, а они должны проходить через это. Да, он виноват, но от этого никому не легче.

Они встретились глазами, и он, отвернувшись, закрылся рукой.

- Почему так больно то? – вздохнула Лили, сев на край кровати – я не смогу остаться, не смогу простить.

- Хочешь сегодня переночевать у меня? – спросила Аня, гладя Лилию по волосам.

- Можно, бабушка?

- Куда уж теперь деваться, не оставит тебя в покое, ночами будет ходить, коршун, только не получит он светлой головушки.

Вечером они втроем, Аня, Лиля и Кент сидели на диване и болтали, пытаясь отвлечься, только Лилии было не до шуток.

- А помнишь, как ты водку с водой перепутала? – спрашивал Кент Аню, и она засмеялась.

- Простите, что вам приходится это проходить вместе со мной – тихо произнесла Лили, даже не улыбнувшись.

- Для этого и есть друзья, Лили - отвечала Аня.

- Жалеешь, что тогда поехала со мной на площадку? Ведь я в тот день познакомил тебя с ним.

- Я ни о чем не жалею. Я была счастлива, но за счастье цена всегда слишком высока, и чем больше счастье – тем выше цена.

- Увидимся ли мы еще когда-нибудь? – спросила Аня в воздух, ведь это был риторический вопрос, и никто из ребят не решился ответить на него. Поздней ночью, когда Аня и Кент уже спали, Лилия подошла к окну. На повороте в темноте с выключенными фарами стоял красный седан. Керт был готов к разговору, он не спал, и, если бы она только сделала шаг навстречу, чтобы все решить, он бы нашел слова, что бы она простила. Лилия не видела его в темноте, и он не мог ее видеть, но они оба смотрели друг на друга. Лилия в тот момент все сжимала в себе, чтобы не сделать того самого шага.

- Прости меня, Лали, прости меня. Я ведь знаю, что ты тоже там не спишь – шептал он, растирая лицо руками, чтобы хоть немного прийти в себя.

Она помотала головой в разные стороны «Нет, Кертис» и вернулась на диван, бесшумно опустившись с краю, рядом с Аней.

Они думали о том времени, что провели вместе, как он целовал ее руку «на удачу», когда они были мафией, его букет лилий, как они за руки прыгали с пирса и первый поцелуй в грозу. Он не лгал о чувствах, не могут люди так лгать. Наверно, они встретились не в то время, не в том месте, но судьбе виднее. Одно Лилии было известно: ей больше не хотелось видеть красный седан, лилии на шее Керта, и его самого.

Ранним утром приехали родители, зайдя ненадолго к бабушке. Через какое-то время они вышли на крыльцо, и папа стал укладывать вещи Феди в багажник. Бабушка что-то тревожно рассказывала маме, а та печально кивала. У Лилии не было сомнений, речь идет о ней.

- Они собираются – сказал Кент, войдя в комнату.

- Я вижу – ответила Лили, смотря в окно сквозь слезы.

- Пойдем?

- Он там?

- Да, стоит на повороте, но я рядом.

- Дай мне минуту – она присела, несколько раз тяжело вздохнув.

Аня уже стояла на улице, разговаривала с Анной Ивановной и мамой Лилии.

- Кент, могу я тебя кое о чем попросить? – спросила Лилия.

- Да, всегда, ты же знаешь.

- Несмотря ни на что, приглядывай за ним, прошу.

- Обязательно, не беспокойся ни о чем. Поезжай спокойно.

- Мой номер по-прежнему у тебя?

- Под сердцем – он приложил руку к сердцу и рассмеялся.

Лилия улыбнулась.

- Там будет истерика, и я снова разрыдаюсь.

- Да, но сейчас ты улыбнулась, и столько у тебя впереди еще хорошего.

- Хочу ли я еще раз проходить через это?

- Это жизнь.

- Без счастья не было бы боли.

- Но и без боли не было бы счастья.

- Попрощаемся тут?

- Да – он распахнул руки, и они обнялись.

- Спасибо тебе за все, Кент.

- Спасибо тебе за то, что ты такая светлая.

Они вышли на улицу, и Кент успел лишь кинуть в багажник сумки Лили, как подъехал красный седан.

Лилия сделала пару шагов назад, и, выбежавший Кертис, влетел в аккурат в плечо Кенту.

- Лилия, я прошу у тебя лишь несколько минут, не уезжай, не выслушав меня.

- Что ж ты делаешь? – шипел ему на ухо Кент – при всей ее семье.

- Да мне все равно, я готов стоять на коленях – Кертис упал на колени, нервно проводя рукой по коротким волосам.

- Нет, Кертис – прошептала Лили, он прочитал это по губам.

Кент поднял с колен его тело.

На ее глаза навернулись слезы, и он отвел взгляд, не выдержав их.

- Не плачь, Лали, пожалуйста – от отвернулся от всех – прости меня! Прости меня, Лали! – кричал он, закрывая лицо руками.

Папа сел за руль, Аня быстро обняла Лили и ушла к Кенту, который тихонько уводил Кертиса в сторону, что-то тихо ему говоря.

- Бабушка – Лиля обняла Анну Ивановну – прости, что все так сумбурно, что так уезжаю – Лиля разрыдалась у нее на груди.

- Ничего, Лилечка, все проходит, и это пройдет. Обязательно приезжай ко мне на следующий год.

- Я приеду, но сейчас я не могу остаться.

- Я все понимаю, поезжай.

Лилия и Федя уселись на заднем сидении. Машина тронулась. Лилия в последний раз взглянула на Кертиса, который сидел на обочине дороги на корточках и его плечи тряслись. На плече у него была рука Кента, который молча смотрел в след уезжающей машины. Одна Аня махала, в знак светлого будущего, которое обязательно ждет Лилию впереди.

Выпал снег, засыпав дороги и накрыв деревья белым одеялом. Казалось, будто от лета не осталось и следа. Лилия стояла посреди огромного зала, вокруг нее ходили люди, немного толкались и негромко говорили. Она, вместе с классом, приехала на экскурсию в университет. Ее пальто и подол школьного платья немного промокли от растаявших снежинок, но, не обращая на это внимание, она спокойным и умным взглядом следила за экскурсоводом. Одноклассники иногда бросали смешки, заглядывая в аудитории. Лиля представляла, как успешно сдаст экзамены, и, обязательно, будет учиться здесь, сидеть в этих аудиториях, носить учебники в руках. Ее телефон подал негромкий сигнал, и она полезла в сумку, чтобы посмотреть, что там такое. На экране появился конвертик, который означал, что пришло новое сообщение, она машинально открыла его, и застыла.

- Привет, Лилия! Как ты там? Надеюсь, что у тебя все хорошо, обязательно напиши мне, как у тебя дела, это Кент!

Лилия улыбнулась, прижав к груди телефон, а потом принялась что-то с жаром печатать. За сообщениями посыпались звонки, которые длились часами, и всегда так нежно заканчивались. Не было людей счастливей их, потому что им удалось забрать друг друга из того лета, о котором оба больше даже не обмолвились. Кент подарил ее душе покой, а она бережно поместила его образ в свое горячее сердце.