Личный враг богини смерти

Глава 1

— Ну же! Нападай! — выкрикнула высокая брюнетка, подпрыгнув на месте и изобразив молниеносный удар кулаком. — Что ты как овечка? Неужели не хочешь проучить любовницу своего мужа?

Её соперница, высокая худощавая красотка с длинными белыми волосами, из-под которых выглядывали заострённые ушки, как-то беззащитно улыбнулась и произнесла:

— Рита! Я просто не хочу сделать тебе больно. Я же тебя очень люблю! Только чуточку меньше, чем Алекса.

Ну обалдеть просто! Я только проснулся и вышел во внутренний двор нашего особняка с чашечкой кофе, чтобы в полной мере насладиться всеми прелестями жизни средневекового главы рода, пусть и не знатного, а просто рыцарского, но со всеми признаками процветания — дружное семейство, слуги, лошади… дом в городе, больше похожий на замок… оружие, припасы и уважение соседей… А тут такое! Рита как-то подбила Шилу на спарринг, но дальше дело застопорилось.

Тем временем полуэльфийка бросила на меня влюблённый взгляд, и не заметив в ответ даже капельки неодобрения за излишнее проявление нежности, вдруг кинулась вперёд. За секунду достигла соперницы, не обратив никакого внимания на парочку очень грамотных ударов, обхватила её, прижав руки к корпусу, и приподняла.

— Да чёрт побери! — возмущённо завопила брюнетка. — Ну как так! Ты как медведь! Понаделал Алекс вам усиленных мускулов! Я же хочу чтобы ты научилась драться, а ты просто хватаешь меня и не даёшь ничего сделать.

Из дверей вышла ещё одна девушка, и прошептала:

— Доброе утро, Алекс!

— Привет, сестрёнка! — улыбнулся в ответ я, как обычно проигнорировав еле заметное недовольство от такого обращения.

— Кстати, подруги, насчёт спарринга, — тем временем произнесла Шила, ставя Риту на землю. — У меня есть шикарное предложение. А давайте мы втроём выступим против Алекса.

Она показала на меня пальцем и пояснила:

— Мы все трое против него. А чтобы Алекс не стал нас излишне беречь, и в итоге не проиграл, то бой будет на ставку.

— Интересно, — хмыкнула Рита, — что такое невероятное ты хочешь получить с мужа, который и так с тебя пылинки готов сдувать, чтобы он дрался в полную силу?

— Если мы выиграем, то Алекс возьмёт второй женой Зю, — выпалила Шила, покраснела и уставилась в землю. — Если ты, Рита, всё так же не хочешь быть его второй женой. Но тогда Зю он возьмёт третьей.

И я от удивления чуть челюсть не отвесил. Утро сразу перестало быть томным. Мозги включились на полную. Что происходит?

Окинул уже внимательным взглядом двор и всех присутствующих. А присутствовали все члены нашей, можно сказать, банды, и почти все среагировали примерно одинаково.

Рита удивлённо приподняла брови. Зю, стоящая рядом со мной, аж рот приоткрыла от неожиданности. Сидящие на ветке дерева две тридцатисантиметровые феи, Джи и Лин, тоже крайне удивились. Один крылатый кот Шонашул никак не выразил своего отношения к прозвучавшему, но уши навострил.

— А что такого? — пожала плечами полуэльфийка. — Меня все соседи спрашивают, почему я единственная жена Алекса. И уже начинают предлагать своих дочек. А нам они зачем? А если жён будет две, а ещё лучше, три, то все лишние и отвалят.

В общем, всё, что я услышал, никакого удивления не вызвало. В этом мире у людей на одного родившегося мальчика приходится две девочки, а ближе к среднему возрасту соотношение ещё ухудшается из-за постоянных войн с агрессивными соседями, да и друг с другом, так что многожёнство процветает. А я ещё и сильный воин, дворянин, да и вообще не задохлик какой-то, так что можно хоть десять жён завести. Но… А мне это надо? И ответ известен. Нет!

Но сейчас я пытался понять главное. Что произошло в последний месяц? Шила очень добрая и любит всех нас, но раньше она никогда не пыталась так нагло сосватать мне и Зю, которую я демонстративно называю сестрёнкой, чтобы никаких лишних мыслей ни у кого не возникало.

Итак… Что произошло в этом чёртовом поместье за время моего с Ритой отсутствия, что Шила решила устроить хоть и тренировочный, но жёсткий бой на серьёзную ставку? А ведь мне придётся непросто, если соглашусь. Итак… Три потенциальных соперницы…

Рита обычная девушка, но это по силе мускулов, хоть и хорошо тренированных. А вот рукопашным боем она владеет на очень высоком уровне. Когда-то давно, ещё в прошлой жизни, даже зарабатывала на хлеб с икрой участием в боях без правил. Ещё она сильный маг огня, и в случае схватки на магии, уложит всех нас, даже не вспотев. Но это только теоретически. Рита никогда не станет поливать нас огнешарами, ведь это смертельно опасно.

Шила… Я сам, когда был сверхмагом, даровал ей очень крепкие мускулы и усилил магию. Но умений бойца у неё нет, а магия целительская. Она на половину эльфийка, а эта человеческая подраса с боевыми заклинаниями очень не дружит.

Зю… Отлично владеет холодным оружием, и также получила от меня усиленные мышцы и владение магией. Но серьёзных заклинаний ещё не изучила, хотя сейчас это и не важно. Главное то, что и в рукопашной схватке она тоже не последний боец.

Вроде бы, три мои красотки сила немалая, но я тоже не мимо проходил. Усиленные мускулы и тренировки под улучшающими запоминание заклинаниями сделали из меня отличного бойца. И на оружии, и на кулаках. Наверное, не ошибусь, если скажу, что вхожу в сотню лучших человеческих бойцов этого мира. Другое дело, что я своих способностей для окружающих не афиширую, хотя мои девчонки, конечно, в курсе. И должны понимать, что в рукопашной схватке со мной им ничего не светит. Но помечтать-то можно…

А значит Шила, которая очень рада быть моей единственной законной женой, вроде как и сделала реверанс в сторону Зю, но… без последствий для себя лично. Вот такая она интриганка. Совсем не опытная, да и недостаточно умная. Но всё-таки, зачем? Чем ей так услужила моя названная сестрёнка?

Глава 2

Раздумья прервала служанка, выскочив во двор и прощебетав, насколько это вообще возможно для гномки:

— Сэр Алекс! К вам посетитель.

Я вопросительно приподнял бровь, и девушка добавила:

— Он полугном. Представился Генрихом. Сказал, что вы воевали вместе. И он с сопровождающими.

Все девушки прекрасно знали по моим рассказам, кто такой Генрих, так что во дворе возникла короткая суета. Шила и Зю умчались одеваться, и только Рита наплевав на любые условности, просто подошла ко мне, явно желая отправиться на встречу с гостями в тренировочном костюме.

Я вошёл в главный холл нашего владения и с размаху хлопнул ладонью по несмело подставленной клешне невысокого пожилого типа с шикарной бородой и умными глазами, сверкающими из-под кустистых бровей.

Генрих просиял, и я сразу догадался почему. Больше года назад я пришёл в безымянный гномий посёлок, раскинувшийся на склоне горы за границей защищенных земель человеческих рас, не умея даже разговаривать на общем местном языке. Некоторое время работал в кузнице этого отставного вояки даже не подмастерьем, а полировщиком выкованных им клинков. Затем занялся магической практикой, вылечив уйму окрестных жителей. Но тогда я всё равно оставался одним из них.

Теперь же я дворянин и владелец немалого поместья в лучшем городе человеческих земель. Вот и опасался Генрих, захочу ли я принять его хоть не как равного, но как уважаемого гостя. А равным человеку гном не может быть просто по всем местным обычаям.

Эти мысли пронеслись в моей голове за долю секунды, а затем я вежливо кивнул красивой девушке, хоть и с несколько крупноватыми кистями рук.

— Знакомьтесь, — проворчал я, решив представлять присутствующих с гостей, выказывая особое уважение. — Генрих. Я когда-то у него работал на подхвате, а потом мы воевали вместе. И насколько я понимаю, Генрих теперь военный вождь посёлка.

Рита вежливо кивнула.

— Мирина, — показал на единственную среди гостей девушку я. — Дочь главного… главной вождя гномьего посёлка. Несмотря на молодость, очень умная и деятельная.

Тут уже Рита удивлённо приподняла брови, сразу сопоставив услышанные факты. Но хорошо хоть промолчала, а то могли быть варианты.

Мирина уставилась на меня как-то очень странно, причём поклясться готов, что еле сдерживая разочарование, которое так и стремилось проявиться на лице.

Ситуацию спас Генрих, басистым голосом пророкотав:

— А ещё Мирина невероятно удачлива. Она недавно нашла богатейшую жилу изумрудов, и можно без преувеличения сказать, что теперь входит в сотню самых состоятельных гномов всего нашего мира. А это, — он показал ладонью на двоих неизвестных мне молодых гномов с пока ещё довольно короткими бородами, — её мужья. Оба из очень уважаемых родов.

Да уж! Мирина отожгла с момента нашего расставания! И безумно разбогатела, и двумя ценными по меркам гномок мужьями обзавелась. Я с трудом удержался от смеха, обмениваясь вежливыми полупоклонами с плечистыми коротышками, и решил представить присутствующих хозяев, начав с себя:

— Алекс де Шинго, рыцарь и маг, — затем показал на Риту и продолжил. — Ритана фон Гравс, архимаг огня и моя подруга. Хотя про то, что мы маги, распространяться не стоит. Все маги на строгом учёте у инквизиции, а мы патентов в Новограде не имеем и внутри стен города колдовать не имеем права.

— А ещё я официальная любовница Алекса, — с изрядным цинизмом в голосе добавила подруга.

Да, Рита иногда называет себя так — моей официальной любовницей, объяснив как-то, что исправлять реалии этого примитивного мира не желает, местных мужчин презирает за пренебрежение гигиеной, высокомерное отношение к женщинам и тупость. Быть одной из моих жён не желает и предпочитает наставлять рога Шиле, а не выращивать свои.

А ещё ей нравится шокировать таким заявлением собеседников. Дело в том, что статус официальной любовницы в этом мире реально существует, но вот иметь их могут только знатные владетели. Бароны, графы, герцоги, князья и короли. Как ни странно, именно самые сливки общества обходятся единственной женой, дабы не плодить слишком много полноправных наследников. Но моногамией эти типы не увлекаются, так что остальных по сути жён именуют официальными любовницами. Вроде бы слишком сложно, но происходят те обычно из знатных родов и просто менять их как перчатки никакой возможности нет.

Я же простой рыцарь, никакого феода, который могу передать по наследству, не имею, и мне официальная любовница не положена. Вот и недоумевают собеседники моей умной и хитрой подруги, что она имела в виду. Некоторые даже могут подозревать, не барон ли я какой-нибудь, а это потенциально может привлечь к нам всем лишнее внимание властей. Поэтому мне любимая шутка подруги не нравится, но так… Не сильно. Пусть развлекается.

Вот и сейчас Рита чуть не сияла от счастья, сообщив о своём необычном статусе, а ещё сделала еле заметный жест, предназначенный для служанки, замершей в коридоре.

На лице же Мирины промелькнуло уже несдерживаемое разочарование, но это оказалось ещё начало. К Рите подбежала гномка-горничная и быстро произнесла:

— Леди! — затем повернулась ко мне. — Лорд! Вас просила срочно подойти леди Шила.

— Извините, — очаровательно улыбнулась гостям Рита. — Супруга Алекса опять не может правильно выбрать наряд для встречи высоких гостей. Простите нас за то что мы вас на минуту покинем. Пока располагайтесь за столом, а слуги подадут завтрак и напитки.

Я вышел в коридор и обернулся к чуть не лопающейся от смеха Рите. Идти дальше нам не требовалось. Девушка просто хотела задать мне несколько вопросов наедине, потому и применила давно отработанный нами приём, подав специальный сигнал служанке.

— Мирина гномка, — начала Рита, — но ты переделал ей и лицо, и всё тело, так что она стала красавицей. У тебя с ней что-то было?

— Ты же знаешь, — вздохнул я, — что я на такие темы разговоров не люблю. Что было, то было. Но успокою тебя. С Мириной я окончательно расстался, потому что она наглая и беспардонная девица, считающаяся только со своими интересами. Такой ответ тебя устроит?

— Да более чем, — усмехнулась подруга. — Я же не о себе беспокоюсь, а о Шиле. Но давай уж я доскажу остальное. Сейчас эта гномка невероятно разбогатела, завела себе двоих мужей и явилась сюда, чтобы предложить тебе стать третьим. Так? Но не учла, что ты тоже последний год ерундой не страдал. Ты уже дворянин и уважаемый человек в Новограде. Так какого фига она припёрлась сюда, зная что ты не хрен с горы? На что надеялась, идя в очень немаленькое поместье внутри стен города. Твоё, между прочим, поместье. Рассчитывала на то, что ты захочешь стать её третьим мужем? Бред!

— Ну поместье наше общее, — постарался чуть сгладить ситуацию я.

— Мы не гномы, у которых главой семейства может быть как мужчина, так и женщина. У людей, пока жив мужчина, это поместье для всех именно твоё, — даже как-то наигранно тяжело вздохнула Рита. — Я же не тебя вывести на чистую воду хочу. Мне пофиг, что там у тебя было с Мириной. Но я хочу понять, зачем она пришла, да ещё и с Генрихом, который по твоим словам, уже давно является военным вождём посёлка. И ему на матримониальные планы этой дуры должно быть начхать.

— Чёрт! — проворчал я. — А ведь действительно. Ко мне пришла, можно сказать, официальная делегация гномов, хоть и их изгоев, а я и не сообразил. Спасибо, что ткнула мордой.

— Всегда пожалуйста, — усмехнулась Рита.

— Но я думаю, что они сами нам сейчас и расскажут, — развёл руками я. — Из них интриганы, как из меня фея. Так что всё нормально.

Мы дождались в коридоре Шилу и Зю, и через десять минут все сидели за столом. Повторное представление гостей и хозяев заняло пару минут, и его последствием стало просто каменное лицо Мирины. Уж не знаю, что она хотела сегодня увидеть, но то что у меня есть красавица жена, не менее красивая любовница и очаровательная сестра, она явно не ожидала. Вот и замкнулась в какую-то раковину, чтобы не позориться.

Для поддержания разговора, и ожидая, что гости хотят послушать про мои подвиги, я решил выдать самую безобидную информацию. Просто последние события, нисколько не секретные и для меня даже немного скучные.

— Вы вовремя зашли, — начал я. — Мы с Ритой только вчера вернулись из похода в поддержку Легиона около Наробелунга. Ничего интересного. Неделя пути туда, неделя обратно. Две недели там. Тоже обычная рутина… Временно были прикомандированы к когортам Легиона, как полноправные граждане Новограда. Мы как маги поучаствовали в уничтожении строящейся крепости порканов. Эти восьмиконечные твари совсем оборзели и решили не просто тревожить человеческие границы на севере, а основать крепость, вот ею мы и занимались. Нет, конечно, у Легиона и своих магов хватает, но, должен сказать, что архимаг огня, — я кивнул Рите, — оказалась более чем полезна. Сколько когорт этих паукообразных ты разогнала?

— Не важно, — усмехнулась девушка. — Сходили и сходили. Ты правильно сказал — рутина. Но, хочу отметить, что нам с Алексом требуется хорошенько отдохнуть после этого похода.

Не знаю, зачем Рита сказала про отдых, скорее всего из-за подозрений, что гости к нам пришли не просто так.

Дальше беседа превратилась в обсуждение несущественных мелочей, а вот после того как завтрак был съеден, служанки принесли мне и девчонкам кофе, а гостям пиво, Генрих решил перейти к тому, зачем они ко мне собственно и явились. Причём к этой теме он перешёл, подгадав момент, когда служанок рядом не было:

— Алекс! Мы же к тебе пришли по очень важному вопросу. У нас, гномов, есть древнее пророчество, что явится Спаситель, который выручит нашу расу из рабства. Но… Дальнейший разговор должен быть только в кругу доверенных лиц.

— У меня ни от кого здесь тайн нет, — проворчал в ответ я.

— Ну и отлично! — пробасил Генрих. — Мы здесь тоже все в курсе пророчества, из-за которого и пришли к тебе. Да! Алекс, ты Спаситель!

— Интересный поворот, — хмыкнула Рита.

— Да! — не унимался полугном. — Ты Спаситель, который избавит расу гномов от рабства и сделает равными людям.

— Да вы вроде бы и так вольно живёте, — пожал плечами я.

— Мы-то да, но мы изгои, основавшие посёлки за границами человеческих земель. И есть даже гномьи государства, но всё равно, гномы не равны людям, а где-то живут на положении рабов. Спаситель же должен это исправить.

— Люди воины и правители, — вмешалась Шила, озвучивая популярную у эльфов и грамотных людей теорию. — Именно поэтому у них на одного мужчину рождается две женщины, чтобы они могли быстро восстанавливать численность после битв. Гномы — рабочие, и у них на одну женщину приходится двое мужчин, чтобы было больше рабочих рук. Эльфы учёные и деятели искусства. У них мужчин и женщин поровну, но они очень плохие воины и не лезут в политику. И эльфов намного меньше, чем людей и гномов. Так говорится в древних книгах, написанных во времена сразу после переселения в этот мир человеческих рас.

— Но уже много столетий назад всё смешалось, — проворчал Генрих.

— И в этом источник всех бед! — сверкнула глазами моя любимая, но не особо сообразительная жена. — Все напортачили. Воины-люди перестали уважать гномов, которые куют им оружие и обеспечивают припасами, гномы не хотят признавать людей защитниками, эльфы погрязли в великом искусстве, которое даже сами понять не в состоянии. Но вот ответь мне, почему гномы не должны признать, что именно люди защищают наши земли от нашествий вражеских рас, которые никого не пощадят, если смогут уничтожить наши войска, состоящие в основном именно из людей?

— Так в том-то и дело, прекрасная леди! — аж вскочил со стула Генрих. — В том и дело! Спаситель должен вернуть всё на свои места. Люди будут защищать, гномы их обеспечивать, а эльфы давать всем науки и развлечения! Но с нашей, гномьей, точки зрения, Спаситель нас сделает равными людям. Мы не воины, но мы и не рабы! Что тут непонятного?

— Так! Стоп! — решил прервать ненужную дискуссию я. — Что должен сделать Спаситель, мне в общих чертах понятно. Вопрос в другом. С чего вы решили, что этот хрен именно я?

— В пророчестве сказано! — важно надувшись проронил Генрих, но тут же умолк, а ещё и бросил непонятный взгляд на Мирину, и я догадался, что полугном точный текст позабыл. А вот Мирина, похоже, помнила, но сейчас была не в настроении, так что кузнец прокашлялся и продолжил. — Ну там сказано, что он придёт непонятно откуда и будет как перст. А затем станет прекрасной дланью.

— Поясни простыми словами, — весело сверкнув глазами, попросила Рита. — Для тупых.

— Ну так это… Алекс пришёл в наш посёлок из безлюдных земель, и даже языка нашего не знал. И он один был — перст, палец… Без спутников, стало быть. А теперь у него три красотки. Да и он сам тоже, на взгляд наших девок, очень даже ничего.

Генрих посмотрел на вновь покрасневшую от злости Мирину, а Рита уточнила:

— Ну допустим, соглашусь, что мы все прекрасные. Но длань, если я ничего не путаю, — девушка показала ладонь с растопыренными пальцами. — Это пятеро, а нас четверо.

— У нас, гномов, есть свои понятия. Прекрасная длань, по-нашему, это как раз четыре.

Кузнец показал свою натруженную пятерню, и продолжил:

— Мастер часто теряет один палец… ну… во время работы… И как раз считается, что у хорошего мастера должно быть именно четыре пальца. У меня раньше столько и было, но Алекс мне вырастил потерянный в молодости.

— А почему не три? Или не два? — рассмеялась магичка. — Почему мастер лишается именно одного пальца?

— Ну так… это… — пожал плечами Генрих. — Когда все пальцы на месте, рисковать не страшно. А как одного мы лишимся, так уже думаем, куда бить молотом. Осторожнее, значит, становимся.

— С этим понятно, — решил вмешаться я, видя, что Рита готовится нелицеприятно пройтись по умственным способностям коротышек. — Дальше! Что ещё пророчество говорит?

— Ещё спаситель враг смерти! — торжественно заявил гном. — И ты это доказал, когда убил дракона. Ты, Алекс, не стал брать себе его клыки, а это довольно ценные артефакты. Но ты Спаситель, и для тебя было невозможно взять себе часть убитого разумного. Я о таком раньше вообще не слышал. Драконьи клыки, чешуя, шкуры, кости… Все за ними охотятся! Ты же не захотел брать себе ничего! Смерть, она имеет смысл только для разумных. А ты ничего из тел мертвецов брать не желаешь. Это очень важно!

Я поймал поражённый взгляд Шилы и вспомнил, что когда убил и второго дракона, не брал с него трофеев, про что моя жена помнит очень хорошо. А там я мог взять всё, и на огромную сумму золотых. Но я просто проигнорировал труп твари, когда спасал мою ушастую красотку.

И остальные девчонки про тот бой знали, так что и Зю поражённо замерла, и даже Рита вдруг растеряла весь сарказм и цинизм.

Генрих не пропустил наших эмоций и довольно надулся. Я же просто проворчал:

— Ну ладно, попал я под условия пророчества… Но что вы хотите именно сейчас?

— Алекс! — гном даже вскочил со стула. — Мы просто считаем, что обязаны были донести это до тебя. Как Спаситель будет действовать — не нашего ума дело. Мы не имеем права указывать тебе! Только молиться на тебя! Мирина решила основать тайный орден гномов, у которого единственной задачей будет помогать Спасителю. Быть готовыми выступить по первому твоему приказу! И я помогу ей с военной точки зрения. Но командование за тобой! Только ты скажешь, когда мы должны будем выступить. И первые хирды будут готовы уже через год.

— Охренеть! — рявкнул я, тоже вскочив из-за стола. — Вы сдурели? Я не собираюсь начинать очередную войну гномов против людей или наоборот. А если вы соберёте хирды, то об этом рано или поздно узнают.

— Давайте так! — с улыбкой произнесла Рита. — Вы основывайте ваш орден, но пока не боевой. Просто соберите несколько десятков последователей и ждите. Тихо и мирно. Я уверена, что Спаситель не должен вести вас в битву. Он куда тоньше действует.

Генрих низко поклонился мне и Рите, после чего вдруг произнёс:

— А это… Стал быть… Может Спаситель уже сейчас действовать начнёт? А мы всеми силами поспособствуем.

— Что вам нужно? — слегка прищурившись спросила Рита.

— Ну… — замялся кузнец, но я ободряюще кивнул, и тот продолжил. — Всего в двадцати милях от наших мест собирается армия чир-чигеров. И они же снесут наш посёлок, как только пойдут на штурм человеческих земель. А мы же только отстроили его после прошлогоднего нашествия ящеров, когда ты очень помог нам, Алекс.

Глава 3

— Так! — хлопнул ладонью по столу я. — Про это нашествие мы очень даже в курсе. Чир-чигеры ходят на человеческие земли раз лет в двадцать-тридцать. Твари неприятные. В одежде и с закрытыми мордами чем-то похожи на людей, хотя произошли от насекомых. Кстати, конечностей у них четыре. Неплохо владеют холодным оружием, хотя и уступают человеческим рыцарям. А вот с магией у них всё очень сложно. Ударных заклинаний почти не используют, но их маги умеют ставить сильную магическую защиту, так что и наши маги в битвах с ними почти бесполезны. Ещё чир-чигеры хорошо делают големов, и иногда даже летающих. Ну и напоследок, среди них немало некромантов, так что в первых рядах их когорт обычно идёт нежить.

Генрих и Мирина удивлённо покивали, поражённые моими знаниями, а я что? Не зря же сижу в центре цивилизации уже полгода. Было время вникнуть в местные реалии, и изучить основных врагов человечества. Так что кивнул гостям и перешёл к конкретике, так сказать, сегодняшнего дня:

— Обычно эти насекомые просто штурмуют крепость Волчья Пасть, запирающую проход в наши земли с запада. Они неплохо лазают даже по отвесным стенам, но не быстро. Наши воины вполне справляются. Ещё у чир-чигеров есть одно свойство, которое не позволяет им напасть неожиданно. Они при дыхании посвистывают, а при ходьбе щёлкают суставами. В общем, их набеги отражать не так уж и сложно, хотя иной раз битвы бывают жестокие. В этот же раз они разбили лагерь в тридцати милях от крепости и, соответственно, в двадцати от вашего посёлка. Сидят там уже месяц и строят осадные машины, чего за ними раньше не замечалось. Кажется, какие-то твари из другой расы занялась их обучением наукам войны.

— Интересно бы знать, кто нам гадит, — проворчал Генрих.

— А какая разница, — пожал плечами я. — У людей нет возможности извести всех недругов. Так и живём уже тысячу лет. Но вернёмся к сегодняшней ситуации… Итак. За чир-чигерами наблюдают наши колдуны-разведчики с помощью магически подчиненных орлов, и командование точно знает, что тем готовиться ещё месяц. Но и наши готовятся. В крепости уже запасли кучу снарядов для катапульт, начиненных немагическими огненными смесями, так что все их военные машины будут сожжены по мере ввода их в бой. И осада закончится обычным штурмом, когда эти насекомые лезут по стене, а их встречают наверху и рубят. Но самое главное, ни мне, ни Рите там делать нечего. Мы куда хуже в рукопашной, чем закованные в сталь рыцари, а наша магия будет почти бесполезна.

Насчет того, что я хуже рыцаря в рукопашной, пришлось соврать. Но только частично. Я средний маг и отличный одиночный боец. А вот стоять в общем строю, да под командованием полуграмотного командира, не рвусь. Там и без меня желающих достаточно, а от меня больше пользы в… хм… в специальных операциях.

Я переглянулся с девчонками. Рита серьёзно кивнула, Шила одарила меня влюблённым взглядом, а Зю пожала плечами. То, что я в раскладах не упомянул двоих последних девушек, им более чем понятно. Обе ещё совсем молодые, и боевыми заклинаниями не владеют. Шила вообще целитель, специализирующийся на косметической магии, а Зю только закончила первый курс местного университета. Через несколько лет она несомненно вырастет в архимага, но пока ещё в начале пути.

— Так что у жителей вашего посёлка есть только один выход, — закончил я, серьёзно глянув на Генриха. — Уходить в пещеры, и лучше заранее. Замуровать проходы, чтобы враги не пролезли, и ждать пока их разобьют и изгонят. Впрочем, как и всегда. Главное не геройствовать, пытаясь оборонять посёлок. Только потеряете часть людей… гномов. А я ничем вам помочь не смогу, каким бы Спасителем вы меня не считали.

— Да мы понимаем, — проворчал Генрих. А затем вдруг подмигнул мне и добавил. — Но попытаться-то надо было. Вдруг ты что-то особенное придумал бы. Но сейчас мы откланяемся. Мы же сюда по торговым делам приехали. Ещё пару дней, и будем возвращаться. И я последую твоему совету. Никаких попыток обороны, а сразу в пещеры. И скажу нашим, что так приказал сам Спаситель, чтобы не бурчали.

Когда гости ушли, Рита попросила меня подняться с ней в кабинет в главной башне, по пути проворчав:

— Не нравится мне эта история со Спасителем…

— А мне всё ещё не понятно про «прекрасную длань», — задумчиво протянул я. — И это, кстати, говорит о том, что пророчество на меня просто-напросто натянули. Судя по реакции гостей, они не ждали, что увидят нашу банду. А ведь в их понимании, длань — это очень близкий круг. Семья и совсем близкие друзья. И это в пророчестве, между прочим, одна из ключевых точек.

— Длань, в понимании гномов, и если речь не идёт именно о руке, это те, с кем ты можешь достаточно крепко обняться, — рассмеялась Рита. — А с друзьями коротышки себя так не ведут. Да… обняться… Но есть и исключение. Супруги входят в длань просто по определению, даже если терпеть друг друга не могут.

— Ну тогда нас трое. На прекрасную не тянет.

— Ну-ну… — пожала плечами подруга. — Ты как-то так уверенно Зю из раскладов выкинул…

Я посмотрел в смешливые наглые глаза подруги и решил действовать доводами разума:

— Логику примени, любовница моя официальная! На данный момент Зю моя сестрёнка. И будет ей всегда! И обнять я её могу разве что очень осторожно и максимум за плечи. Ты можешь гадать и предполагать сколько угодно, но гномы-то пришли именно сейчас со своим пророчеством.

— О! Какой ты логичный. Ну прям подавил интеллектом дурочку! — рассмеялась Рита, а затем вдруг умолкла, секунду подумала и уже чуть серьёзнее добавила. — И ключевое слово, касательно Зю — «сейчас». Нет! Ты, конечно, можешь сказать что-то про то, что все пророчества — полнейшая ерунда, ведь заглянуть в будущее нельзя, как и повлиять на прошлое. И я соглашусь, что большая часть пророчеств такие и есть — просто сказки. Но вот про все утверждать не стала бы. Мы в магическом мире, и если не слышали про то, что кто-то может разворачивать временной поток, то это не значит, что это никому не доступно. Люди, знаешь ли, нижняя часть пирамиды разумных тварей здесь.

Я пожал плечами, вроде как соглашаясь с доводами подруги, но не совсем. Это вопрос очень сложный, и с наскока его не понять. Если вообще хватит на такое мозгов.

А Рита хихикнула и добавила:

— Впрочем, в данном случае я вижу ситуацию с прекрасной дланью проще. Алекс, дорогой! Наши гости и не знали про нас всех. Более того, они были уверены, что ты как был перстом, так и остался. И как раз шли, чтобы сделать тебя этой самой прекрасной дланью. Мирина уже завела себе двоих мужей, так что посчитала, что ты станешь третьим, и нужная по пророчеству четвёрка соберётся.

-… — только и нашёл в себе сил на крепкое словцо я, вдруг поняв, что подруга права.

А та ещё и добила:

— И Генрих пятой точкой чувствовал, что это как-то неправильно. Искусственно натянуть пророчество на одно из условий. Скорее всего, он был главным скептиком в их компании. Но когда увидел всех нас, то в одно мгновение стал главным и самым горячим твоим сторонником. Он просто понял, что это условие сбылось без интриг Мирины. Как и должно быть в пророчестве.

Мне оставалось только пожать плечами. Я действительно дурень! А Рита молодец, сразу вникла в проблему. Подруга же вдруг нахмурилась и произнесла, возвращаясь из высоких сфер к суровой действительности:

— Так что мне вся эта история со Спасителем действительно не нравится… Как бы эти дурни не привлекли внимание инквизиции.

— Да уж… — согласился я. — А из нас всех, только к Шиле не может быть вопросов. Девчонка из посёлка эльфов, в чём легко убедиться. Моя же легенда не выдержит никакой серьёзной проверки. Нет никаких записей в храмовых книгах о рыцарских потомках Алексе и Зю де Шинго.

— А на западном континенте не найдут и семьи славного рыцаря, чьей дочерью является Ритана фон Гравс, — усмехнулась девушка. — Но будем надеяться на обычный средневековый бардак. Нам хватило ума не назваться знатными, так что и интерес к нам пока невелик. А насчет Спасителя… Я надеюсь, что орден твоей Мирины имя Спасителя будет держать в тайне. И даже думаю, что у гномов таких орденов за тысячу лет возникало и тихо вымирало немало. Обычные легенды притесняемой подрасы людей.

Я кивнул, а Рита достала из сейфа, в котором мы хранили основные запасы наших денег и сокровищ, толстую тетрадь, раскрыла на последней заполненной странице и произнесла:

— Пока ты вчера уединялся с Шилой, я решила вписать наши гонорары за поход и обратила внимание на одну странность. Вот записи за время нашего отсутствия. На первый взгляд, ничего необычного. Шила, которая взяла на себя хозяйство, вносила доходы от своей клиники по увеличению сисек и записывала расходы на поместье.

Я усмехнулся. В принципе Шила и помогающая ей Зю улучшали всё тело желающим дамам, и даже иногда за символические суммы помогали бедным людям, которые имели заметные дефекты внешности. Но основной доход шёл, конечно, от увеличения груди.

— Но… я всё-таки обнаружила очень странные записи, — тем временем продолжила Рита. — Шила брала немалые суммы на «личные расходы себе и Зю». А обе они в мотовстве ранее замечены не были. Так вот, Алекс, я бы сказала, что твоя супруга при поддержке твоей же сестрёнки, наставляет тебе рога.

Я с интересом приподнял бровь, догадываясь, что Рита просто прикалывается, а та сразу и добавила:

— Если бы не видела, что Шила влюблена в тебя по самые свои длинные уши. Да и Зю поклялась тебе в вечной лояльности и никогда ничего против тебя не предпримет. Так вот, вопрос в том, что это за расходы?

— Сейчас и узнаем, — хмыкнул я, подёргав за специальный шнурок для вызова служанки. — Шила может упираться, но вот Зю, когда она мне клялась, никто за язык не тянул.

Служанка прибежала быстро, получила распоряжение, и через несколько минут в кабинет вошла моя названная сестрёнка, и сразу села в кресло, потому что я не люблю, когда я сижу, а передо мной стоят. Я молча показал ей подозрительные записи и вопросительно приподнял бровь.

— Алекс! Рита! — вскочила из кресла и встала по стойке «смирно» девушка. — Это… это очень опасное знание. Опасное для вас. Мы с Шилой хотели уберечь вас.

И мы с Ритой сразу поняли о чём речь. Переглянулись, и подруга произнесла:

— Надо сказать, что сегодня гости не ошиблись, назвав тебя врагом смерти. По крайней мере, богиня Смерти имеет на нас огромный зуб. И не думали же мы, что она отвяжется? Итак, Зю, пока нас не было, принесли пластины смерти? Или Снелжа что-то другое придумала?

— Пластины, — вздохнула Зю и подёргала вызывающий служанку шнурок. — Но раз уж вы догадались, давайте и Шилу пригласим. Вместе будем думать, как вам помочь.

Через несколько минут моя любимая жена вбежала в кабинет, сразу всё поняла, так что прыгнула мне на колени, и я в свою очередь понял, что спихнуть её не получится. Да и не хочется. Я только вчера вернулся из похода, а теперь вот. Нам с Ритой предстоит очередной раунд противостояния богине. А это очень непросто. И если в прошлый раз мы вернулись через три месяца, то как получится в этот раз, никому не известно. Богиня — противник очень серьёзный.

А Зю принялась рассказывать:

— Две недели назад сюда явился какой-то человек в балахоне жреца и спросил вас. Его встретили мы обе и сразу заподозрили, что это жрец богини Смерти. Мы очень испугались, но виду постарались не показать, а предложили ему подождать. А так как по его морде было видно, что он большой любитель заложить за воротник, то выставили ему несколько бутылок лучших бренди. Он упился очень быстро, и мы обыскали его. И нашли знак жреца, а также шкатулку, в которой были две призрачные пластины. Мы трогать их побоялись, как и отдалять… относить всю шкатулку от жреца.

— Правильно, — кивнула Рита. — Если пластины в шкатулке удалятся от ауры временного носителя… курьера, то исчезнут и появятся у Снелжи, и она их снова отправит в свой храм здесь, привязав к другому жрецу. А вот пытаться трогать пластины вы могли. Это нисколько не опасно, но и бесполезно. Они вам в руки не дадутся.

— И в этот раз Снелжа не смогла спереть ещё и артефакт для поиска по ауре, потому что жрец не знал, что нас вообще нет в Новограде, а просто пришёл в наш дом, — добавил я. — Но рассказывайте дальше.

— Мы подумали… — развела руками Зю. — Подумали и решили, что надо сделать всё возможное, чтобы пластины не оказались недалеко от вас, ведь тогда они активируются и каждая через сутки убьёт десять тысяч человек.

— Через сутки? — удивилась Рита. — В прошлый раз эта тварь дала нам всего час.

— Да, сутки. Мы прочитали записку, — пояснила Шила. — Там было написано, что вы должны прийти в любую Чёртову пещеру и активировать портал как и в прошлый раз. Приложив проколотые пальцы на камень с тремя белыми и тремя зелёными точками. Тогда пластины деактивируются. Но да, у вас будет больше времени. Вероятно, эта тварь сумела украсть только такие. Эти пластины смерти, попав вам в руки, будут ждать сутки, а потом каждую минуту из каждой будут вылетать по сто смертей. Всего по десять тысяч.

— И Шила предложила, - улыбнулась Зю, — снять дом подальше от нас, и там держать жреца. Как только он просыпается, наш слуга, первый муж старшей служанки, поит его, и тот опять отрубается.

Я улыбнулся. Неплохо придумано. Гномы и сами не дураки выпить, а уж напоить собутыльника им раз плюнуть. Вот только… Впрочем, Шила тут же ответила на незаданный вопрос:

— Мы лечим его постоянно, но… боюсь, рано или поздно этот жрец всё равно сдохнет. Но что делать дальше мы не придумали. И простите нас, за то, что сразу вам не сказали… просто надеялись что-то ещё придумать, чтобы не говорить вам. Вы же рисковать двадцатью тысячами жизней не станете… А так не хочется чтобы вы опять пропали надолго.

Рита побарабанила пальцами по подлокотнику и задумчиво произнесла:

— Итак, что мы знаем про богов вообще, про Снелжу и про эти пластины?..

Я с улыбкой посмотрел на брюнетку. Большую часть из того, что нам известно, мы разузнали только благодаря ей. У Риты в голове записана куча информации по культуре энифели — изначальной расы этой планеты. Стихи, песни, танцы. Девушка даже начала писать диссертацию на эту тему, но потом передумала и распорядилась этими сведениями с куда большей пользой, поделившись с профессорами-филологами лучшего в мире Новоградского Университета. Теперь те готовы пылинки с неё сдувать, и рады отдать всё на свете за несколько часов беседы.

Так Рита получила доступ к самым закрытым и секретным архивам университетской библиотеки. И по богам там было немало сведений. Больше только в храмах найти можно или в инквизиции. Но нам ни туда, ни туда ходу нет и не предвидится.

— Богов всего шестьдесят, — начала девушка. — Они делятся на пять доменов. И домены конкурируют. В каждом домене четыре семьи по три члена. Это примерно. В каком-то домене больше богов, в другом меньше, как и в семьях. Но это не так важно.

— По сведениям трёхсотлетней давности, в семье Снелжи четыре члена, — добавил я. — Родители, сама Снелжа и старший брат. Этой трёхметровой девчонке лет триста или четыреста. И вот вопрос — какого хрена она такая тупая? За столько лет можно уж было и поумнеть.

— Некоторые учёные считают, — усмехнулась Рита, — что у богов есть какой-то ограничитель. Но никакой конкретики. Так что просто примем как данность — Снелжа подросток, и мозги у неё подростковые. Она может знать уйму всего, но вот мыслит как двенадцатилетняя девочка. И кстати, о специализации этой дуры — богиня Смерти. Всё не так страшно. Она не убивает, а работает с уже умершими. Так, по крайней мере, должно быть. Именно бог Смерти отвечал за переселение в этот мир всех пришлых рас. И всегда после смерти каждого индивидуума в родном мире.

— Здесь просто загробный мир, — усмехнулся я.

— Мне всё нравится в тебе, Алекс! — шепнула Шила. — Всё, кроме этой твоей любимой шутки.

Рита улыбнулась и продолжила:

— Боги хоть и живут очень долго, но не бессмертны. Минимум несколько этих типов сменились за время жизни здесь человеческих рас. Жрецы не любят это упоминать, но иногда в храмах меняется имя их бога. И точно известно, что бог Смерти раньше был суровым мужиком, но пропал лет восемьсот назад. И тогда же закончилось переселение в этот мир чужих рас.

— Вывод такой — подхватил я. — Именно бог Смерти отвечал за массовые переселения. Когда же кто-то решил, что хватит, его убрали. А через пятьсот лет появилась Снелжа. Новая богиня Смерти. Но она ещё не набралась сил, и не может работать с целыми расами. Массово, так сказать. И возможно, её взросление сдерживают. Кто и как — неизвестно.

— Да уж… Не наш уровень, — пожала плечами Рита. — Нам бы с одной божественной девчонкой разобраться. Она считает, что мы её обманули, и полна решимости мстить. Хотя… мы её и вправду обманули. Думаю, Алекс правильно предположил, что она дала нам задания на уничтожение двух подрас человечества — гномов и эльфов. Уж с чего она решила, что это нам по силам, не знаю. Не говоря уж о «зачем».

— Просто молодая дура, — тихо произнесла Шила, не касаясь тонкого вопроса, что богине в разы больше лет, чем нам всем вместе взятым.

Глава 4

— Ещё мы достоверно знаем, — продолжила Рита, — что боги никогда не покидают места своего обитания. Горы, названной ещё первыми людьми-переселенцами Олимпом. Да и вообще, в жизнь всех рас этого мира, кроме изначальной, боги вмешиваются очень редко. Обычно через жрецов, являясь тем в виде иллюзий, а чаще во сне. Но если люди не хотят слушать их распоряжений, то боги безжалостно устраивают массовые убийства, хотя маскируют их под прорывы некой зловредной магии, которую не смогли сдержать из-за того, что их не послушали.

— Есть ещё сто шестьдесят портальных пещер, разбросанные по двум обитаемым континентам, — добавил я, — которыми пользуется как раз Снелжа. Скорее всего просто потому, что никому из других богов они не нужны. Боги на самом деле и не боги, строго говоря… просто очень сильные маги из расы энифели, которые невероятно изменили себе тела и нашли способ жить очень долго. И скорее всего им всё в мире уже осточертело, а Снелжа наделена пытливым сознанием подростка и ещё не плюнула на всё вокруг.

— Если они обладают силой, которую обычно приписывают именно богам, — возразила брюнетка, — то богами этого мира и являются. Не надо строить иллюзий, что с ними можно тягаться. Кстати, я недавно выяснила, что судя по сведениям от нейтральных людям рас и по допросам пленных из враждебных, эти боги и у них ведут себя так же. И что интересно, инорассовым жрецам они являются в виде, похожем на их собственный, хотя и в два раза большего размера. Но это в случае, если у этих рас вид гуманоидов вызывает неприязнь. Людям, хелесе и гоблинам боги показываются в своём истинном виде.

Рита окинула взглядом Шилу и Зю, но молодые девчонки только покивали, не имея ничего, что могли бы добавить. Всё это мы уже не раз обсуждали, но и повторить именно сейчас лишним не будет.

— Ладно, — кивнул я. — Теперь о пластинах. Их делают боги-артефакторы, а Снелжа их ворует. И работают эти пластины, судя по древним записям… А в библиотеке нашлось немало упоминаний, когда боги наказывали человечество за ослушание, и маги много раз анализировали их действие. Итак… При активации пластина как-то помечает своего носителя, и он в безопасности. Затем вылетает первая сотня заклинаний. Они сначала прилипают к сотне любых разумных и помечают их как счастливчиков. Им повезло, они выживут. Затем заклинания находят вторую сотню разумных и убивают их, после чего развеиваются. Следующая сотня заклинаний ищет не задействованных ранее, помечает первую сотню и убивает вторую. И так до конца. В итоге получается, что убиты десять тысяч разумных, оказавшихся ближе всего к носителю пластины смерти, но не сплошным ковром, а через одного. Вот так…

— Жестоко, — вздохнула Зю. — Боги те ещё твари. Не извинить, но объяснить их поведение может только то, что вы выяснили, что все переселённые в этот мир заключали контракты с богами на вечное служение. И для них мы не люди, не личности, а просто очередное воплощение их слуг. Умрёт это воплощение, родится следующее.

— Ну не слуг, — проворчал я, — а контрагентов. Я слугой себя не считаю. Даже по договору. Но в остальном ты права. А так-то это тема отдельной дискуссии, и именно сейчас она не важна. Слушайте, что я придумал.

Все девушки разом встрепенулись и уставились на меня. Рита удивлённо, Зю тоже. А вот Шила с какой-то надеждой.

— Завтра Зю купит фургон и погрузит в него жреца с пластинами. Возьмёт с собой гнома и запас спиртного, и с отрядом подкрепления Легиона отправится в крепость Волчья Пасть. Там ждёт нас с Ритой. Мы выедем попозже, чтобы даже случайно не приблизиться к смертоносным пластинам и не активировать их.

— Сразу возражение, — вздохнула Шила. — Зю красотка, и как бы не было ненужных инцидентов. Там же будут рыцари и солдаты.

— Ерунда, — отмахнулась моя сестрёнка. — Алекс даровал мне очень крепкие мускулы, и я смогу так умять несдержанного рыцаря в его доспехах, что потом без кузнеца не выберется.

Я усмехнулся, но говорить про то, что даже усиленных мышц девушки не хватит, чтобы такое провернуть, не стал. А Зю добавила:

— Ещё я возьму с собой Джи. А у неё запаса пыльцы хватит, чтобы на недельку превратить в свиней человек десять. Так что всё нормально. Я справлюсь. И выедем мы уже сегодня, лучше там лишний день подождём.

Да, фея — это сила. А Джи лучшая подруга моей сестрёнки, и за эту парочку можно не беспокоиться.

— Гном согласится на путешествие? — снова забеспокоилась Шила.

— Не бери в голову, — отмахнулась Зю. — Ты выкупила эту семейку из пожилой гномки, двоих её мужей, троих дочерей-подростков и сына, из рабства. Они на тебя молиться готовы, и ничего лучше работы на нас не представляют. А поильщик жреца вообще считает, что ещё при жизни попал в рай. Он же и сам пьёт дорогие горючие напитки, когда ещё такой случай представится.

— Итак, — перешёл к следующему пункту я. — Мы с Ритой приезжаем в крепость, забираем пластины, и у нас будут сутки, чтобы дойти до лагеря чир-чигеров. Успеем. А дальше… мы убьём двадцать тысяч этих насекомых. И ни к какой Снелже не пойдём, а вернёмся домой. Не думаю, что богиня придумает что-то другое быстро. И ещё раз отмечу! Вы, Шила и Зю, просто молодцы! Если бы жрец застал нас здесь, то пластины активировались бы, и нам пришлось идти в ближайшую пещеру. А там… Опять играть на поле Снелжи, пытаясь выкрутиться… За сутки ничего лучше придумать не получилось бы, а быть хотя бы косвенно виновными в двадцати тысячах смертей мы не хотим.

Я обвел нашу компанию взглядом и строгим тоном закончил:

— А теперь именно благодаря вам, Шила и Зю, мы с Ритой выкрутимся с огромной пользой для людей. Насекомых там около пятидесяти тысяч, мы убьём двадцать. От штурма крепости они не откажутся, но с половинной численностью врагов, для людей это будет самая простая оборона от нашествия. И с минимальными потерями.

Так и порешили. В этот же день Зю с Джи увезли жреца, а мы с Ритой пока остались. Нам доехать до Волчьей Пасти надо дня три, а там торчать не стоит. Очень не хочется, чтобы нас связали с массовым уничтожением чир-чигеров, так что надо быстро приехать, глаза никому не мозолить и провернуть операцию максимально секретно.

Единственное, частично в курсе будут гномы, а именно Генрих и Мирина с её мужьями. Я разыскал их в трактире, где они остановились, и договорился, что те незаметно проведут нас к лагерю насекомых, потому что просто подойти по дороге было бы тупо, посты те выставлять не забывают. Сами же мы в этих горах могли бы плутать неделю, а времени-то будет всего сутки.

И гномы, хоть я их и не посвятил во все детали, клятвенно пообещали мне, что про этот поход их долгожданного Спасителя будут молчать «как о своих кузнечных секретах». Ну и отлично.

Через неделю мы с Ритой прибыли в пограничную крепость, которая сейчас бурлила от наплыва народа. Тысяч тридцать солдат и рыцарей ожидали нашествия, а с ними прибыли слуги, торговцы и шлюхи. В общем, и внутри было не протолкнуться, и лагерь перед крепостью больше походил на большой и бестолковый город. Мы разыскали Зю и вскоре смотрели в трактирной комнате на счастливо храпящего жреца, стараясь дышать ртом. Несло от немолодого мужика мощно, потому что никто его мыть не собирался.

Ну ладно, на войне к вони не привыкать. Я решительно вытащил из сумки жреца шкатулку, раскрыл и схватил одну из пластинок. Та далась мне в руки, но я на всякий случай проверил и вторую, которая прошла сквозь мои пальцы. Её тут же схватила Рита. Всё! Теперь пошёл отсчёт времени. Точнее, он пошёл ещё когда мы оказались от жреца на расстоянии в пару метров, но пока по периметру обеих пластин матово сияли по двадцать четыре точки. Через час по одной пропадёт, чтобы мы не забывали, что у нас всего сутки на то, чтобы явиться к богине.

Мы прошли крепость насквозь и встретились с Генрихом, Мириной и её мужьями, которые ждали нас около наёмного фургона.

Сами здешние гномы лошадей не держат. Да даже и ослов. Единственным верховым транспортом, используемым гномами-изгнанниками, были горные козлы, но те мелковаты, и на них гоняют только подростки. Сейчас же гномы везли закупленные припасы, так что воспользовались наёмным фургоном, запряженным четвёркой крепких лошадей.

Мы с Ритой в воротах назвались магами-лекарями, приглашёнными к якобы тяжело больной главе посёлка. Единственная легенда, которая хоть как-то могла сойти за правду. Торговцами нам называться никак нельзя, потому что почти любой маг может видеть ауру другого мага, а сейчас здесь военное положение, и хоть ездить через крепость ещё не запрещено, но всех проверяют.

За воротами стимулированный парой лишних монет возница погнал лошадей рысью, так что уже через полтора часа мы достигли посёлка. Здесь фургон принялись разгружать набежавшие гномы, чтобы дальше поднять товар на стометровую высоту, к самому городку, а я, Рита, Мирина и её мужья, свернули в заросли кустов, и дальше по каменистой тропе пошагали в горы.

Я и подруга были облачены в доспехи из магически укреплённой кожи, которые не мешают колдовать. Более того, даже основное оружие у нас было не стальное. У меня из рога измененного чёрной магией горного козла, а у Риты из особо выращенного эльфами дуба. Такое оружие заметно уступает стальному, но мы же маги, и наше главное оружие — заклинания.

Мирине, кстати, за время нашего короткого романа я пробудил магию, но девица её почти не тренировала, так что так и оставалась в первую очередь стрелком из маленького, но очень мощного стального арбалета.

Через пару часов мы добрались до неприметного ущелья, в котором я не рассмотрел ничего особенного, а вот Мирина взобралась на пару метров по отвесной стене, кивнула на совершенно незаметную щель и пояснила:

— Здесь начинается очень плохая пещера. В ней много нежити, поэтому идём таким порядком. Сначала он, — она кивнула на первого своего мужа, — потом я, дальше Рита, Алекс, и замыкает снова гном. Нежить сталь прокусывает плохо, и пройдём нормально.

Я достал из кармана огурец, откусил небольшой кусок, и мир вокруг изменился. Я всё так же мог смотреть глазами, но добавилось ещё и магическое зрение, подкрасившее обычные предметы в синеватый цвет. И это видение распространялось не только вперёд, а вообще вокруг. Сосредоточившись, я даже мог как бы смотреть за спину. Но это требует кучу внимания, так что проще как обычно вертеть головой.

Рита тоже на секунду замерла, произнося про себя неприличное слово, которое у неё активирует магию, и проворчала:

— Вижу кучу в основном застарелых следов нежити. Свежие фиг распознаешь.

— Нежить в этой пещере прячется от солнца, — подхватил я. — Ну что ж… Идёмте. Никаких причин для настоящего беспокойства не вижу.

Мы и пошли. Уже очень скоро в узком и низком проходе сформировался оговоренный походный порядок, хоть и с небольшими поправками, касающимися способа передвижения, обусловленными расовыми различиями. Первый гном шагал на своих коротких ногах, низко наклонившись, за ним на четвереньках ползла Мирина, гремя доспехами и по старой памяти ругая меня за то что я сделал ей длинные ноги. Среди нашей колонны плыли созданные нами магические светлячки, и в их свете Рита пару раз оглянулась и подмигнула мне, ещё и прошептала одними губами что-то язвительное, показывая, что окончательно поняла причину моих угасших отношений с гномкой.

Вот такая Рита циничная и неделикатная. Я даже не удержался и один раз шлёпнул ползущую передо мной на четвереньках девушку по попе. Просто из хулиганства. Мы несли чудовищно опасные пластины смерти, ползли в недрах горы неизвестно куда, но я контролировал ситуацию, и настроение было отличное.

Шлепок мне чуть не обошёлся в хороший пинок по башке, потому что Рита терпеть такого нахальства не собиралась, но это так… Игры взрослых людей.

В какой-то момент я заметил магическим зрением в боковом ответвлении яркую ауру нежити, и не долго думая залепил туда молнией. В ответ донёсся яростный рык. Но я долбанул моим любимым электрическим разрядом ещё пару раз, затем выпустил в ответвление ещё одного светляка, и кивнул идущему за мной гному. Тот наконец разглядел уже еле шевелящуюся тварь, похожую на побитого жизнью волка, и с яростным воплем ринулся в бой. За полминуты нарубил ту на вонючие куски, затем вернулся в ждущий его строй и рявкнул мне:

— Благодарю, Алекс! Ты дал мне возможность проявить себя! И я сожалею, что ты не захотел стать третьим мужем нашей обожаемой жены.

— …! … …! — исключительно в нецензурных выражениях прокомментировала этот выплеск эмоций Рита.

По пещерам мы пробирались часов пять и ещё четыре раза встретили нежитей, затаившихся в боковых ответвлениях. Двух тварей спалила Рита своими огнешарами архимага огня, но затем обратила внимание, как печально кряхтели гномы и возмущённо сопела Мирина, так что остальных врагов просто немножко поджаривала, широким жестом отправляя спутников на добивание.

В целом подземный поход получился лёгким. Нам даже ни разу не пришлось воспользоваться артефактами «меч феи», испускающими смертельный для нежити ультрафиолет. Смертельный-то смертельный, но действующий не мгновенно, так что простой магией будет понадёжнее. А вот гномам-воинам эти артефакты здорово помогут, когда те будут возвращаться без нас. Нет, гномы и на оружии вполне справятся, защищённые хорошими доспехами. Но с «мечом феи» куда проще.

В общем, долгим походом по пещере в итоге все оказались довольны. Вышли на воздух мы близко к вершине горы уже в начале вечера. Ещё пару часов пробирались среди заснеженных даже летом скал и наконец перед нами открылся вид на огромный лагерь в широкой долине.

— Вот они, твари, — прокомментировала Мирина. — Вырубают лес на склонах и строят свои машины.

— Благодарю! — гаркнул я.

Тайком глянул на свою смертоносную пластину и отметил, что уже двенадцать меток, отмеряющих часы, погасли. Заодно отметил, что в небе парят три точки. Кажется это орлы-наблюдатели, отправленные человеческими магами, как не раз упоминалось ещё в Новограде.

Но ладно… Наблюдатели и наблюдатели. Главное, что не разумные и не будут убиты нами. Так что я вернулся с небес на грешную землю и принялся отдавать распоряжения проводникам:

— А теперь вы идёте обратно, и к рассвету должны быть в вашем посёлке.

— Но, Алекс! — взвилась дочка вождя гномьего посёлка. — Мы хотим и дальше помогать тебе! Такой подвиг…

— Стоп! — прервал я. — Вы что обещали? Слушаться беспрекословно! Так что сейчас ваша задача — вернуться!

— Иначе один или двое из вас умрут, — многообещающе рыкнула Рита. — И если вам на это наплевать, то учтите, что каждая ваша смерть спасёт одного из воинов чир-чигеров. Мы будем убивать всех окружающих, и отделить своих от чужих не сможем. В общем… Благодарим вас за то что провели нас сюда, но теперь… Пошли вон!

А через пару минут мы сидели с Ритой на скалах, смотрели на уже совсем тёмный, сияющий тысячами костров лагерь насекомых, и просто отдыхали.

Так и отдыхали до утра, поспав по очереди. Затем напряжённо ждали, пока на наших пластинах смерти не погаснут последние точки. Мы оба находились в магическом состоянии, поэтому заметили, как из каждой пластины вылетел рой призрачных сгустков и на огромной скорости ринулся вниз, в долину, где уже кипела работа. Разумные насекомые увлеченно строили осадные машины.

Несколько секунд ничего не происходило, а вот затем в лагере вспыхнула суета как в потревоженном муравейнике, и донёсся тяжёлый тягучий рёв боевых труб, поднимающих тревогу.

Через минуту следующие двести зарядов, несущих смерть, унеслись вниз, затем ещё и ещё. Над атакуемым чудовищным подарком богов лагерем взмыл рой летающих големов в виде деревянных стрекоз метров так пяти длиной. Магические машины бешено махали полупрозрачными крыльями, так что те под солнечными лучами походили на радужно мерцающее облако, а в голове каждой было оборудовано место для наездника, заодно и стрелка из арбалета.

Гигантские стрекозы принялись разлетаться в стороны, выискивая врага, и по тому, что половина из тех, которые ринулись в нашу сторону, вскоре лишились пилотов и рухнули, чир-чигеры наконец догадались, где мы засели. Хотя бы смогли прикинуть направление. Рассмотреть стремительно летящие сгустки смерти было крайне сложно, но вот… нас всё-таки раскрыли простым наблюдением за последствиями атаки.

В нашу сторону рванула толпа воинов, среди которых кто-то то и дело падал дохлым, но те, которые уже были помечен как выжившие, упрямо пёрли вперёд.

— Чёрт, — выругалась Рита, аккуратно высунувшись подальше из-за скрывавших нас скал. — Пластинам стрелять ещё почти час, а мы уже раскрыты.

— Извини, — проворчал я. — Что-то я не подумал о таком.

— Ничего! — задорно выкрикнула воительница. — Мы уже убили больше тысячи этих гадов. Да я и сама должна была подумать о том, как нас можно будет раскрыть. Но теперь самое время убегать. В пещеру, и там мы займём оборону, а как пластины отстреляются, то и отступим.

— Вперёд! — скомандовал я. — Я за тобой.

Рита согласно кивнула. Она куда более сильный маг, чем я, так что именно мне прикрывать отступление, давая ей время залепить мощным огнешаром по настигающим преследователям.

Плохо было то, что до входа в пещеру нам добираться почти час даже бегом, а уже очень скоро за спиной зажужжало, над скалой поднялись аж два голема-стрекозы, и слитно щёлкнули арбалеты. Я развернулся и выпустил огненный шарик, который ударил в одного из пилотов, тот не удержался в седле и с трескучим воплем полетел на землю. Рита швырнула во второго куда более мощный шар, и деревянная машина окуталась облаком пламени.

— Куда такими сильными! — рявкнул я. — Экономь энергию! Нам ещё долго воевать.

— Ладно! — согласно выкрикнула девушка. — Просто не удержалась. Мы же, маги огня, с башкой плохо дружим в бою.

Глава 5

Через несколько минут нас догнали ещё несколько стрекоз, атаковав из зенита, что для них оказалось роковой ошибкой. Рита как в тире расстреляла пикирующих големов, тратя на каждого не более двух огненных шаров средней силы. Можно было бы и совсем мелкими пулять, но у тех был меньший радиус действия. А вот средние перебили атакующих пока мы были недосягаемы для арбалетов наездников.

К сожалению, эти чёртовы насекомые учились прямо на ходу, и все следующие преследователи летели строго над землёй, маневрируя между скал и показываясь нам на глаза всего в нескольких десятках метров.

И отступать стало куда сложнее. Один чёртов стрелок попал мне сзади в бедро, и нам пришлось ненадолго остановиться. Хорошо, что Рита очередью из мелких пылающих шариков посбивала всех атакующих, затем кинула мне на ногу обезболивание, вспорола ножом ткань обоих штанов, и кожаных, и обычных, а вторым движением глубоко разрезала мышцы, чтобы вытащить арбалетный болт с очень неприятным зазубренным наконечником.

Затем зубами сжала края раны, и одной рукой кинула среднее исцеление, а второй, выставив её в сторону, сбила ещё двоих преследователей, подлетевших пока мы тут копались. Вот так! Архимаг — это круто! Опасная красотка может кастовать два заклинания одновременно.

— Повезло, что не в зад попали! — весело выкрикнула воительница, оскалившись улыбкой с залитого моей кровью лица.

— Да ничего такого и не было бы, — ответил я, вставая и пытаясь сделать неуверенный шаг. — В бою нет позорных ран.

— Тебе да! — хохотнула Рита. — А мне бы пришлось целовать тебя в зад!

Пользуясь минутой вынужденного перерыва, пока мы ждали, чтобы моя рана окончательно закрылась, я присел на камень и спросил:

— Рита, а почему мы вообще так хорошо пробиваем их магией? Где хвалёная защита чир-чигеров?

Магичка на несколько секунд задумалась, а затем язвительно произнесла:

— Сразу видно, что тебе некогда думать. То я тебя отвлекаю, то Шила, то подвиги… вот мозги и скукожились. А ведь ответ на поверхности. У чир-чигеров нет никакого природного сопротивления магии. Именно их маги накладывают заклинания сопротивления. И наверняка, чтобы кинуть даже слабое, им требуется несколько минут. А на сильное может и полчаса уйти. Когда мы атаковали лагерь, этого времени у них не было. На нас сейчас нападают те, кто вылетел сразу.

— Плюс, — кивнул я, — когда их колдуны увидели мор вокруг, первым делом стали накладывать сопротивление на себя. Хотя, больше чем уверен, это им не помогло. От божественных заклинаний нужна божественная защита.

— Точно! — Рита поцеловала меня испачканными в моей же крови губами. — Зря я наехала на твои мозги. Да и сама, признаюсь, не сразу догадалась… Просто долблю огнешарами, и лишнего не думаю.

— Да, наехала зря, — продолжил шуточную пикировку я, но тут же и закончил нечестным приёмом.

Незамысловато, но сильно шлёпнул подругу по попе, чуть не отбив ладонь о крепкую кожу верхних штанов, и поднялся на ноги. Сделал пробный шаг и кивнул, приглашая продолжить бегство.

Уже через несколько минут я почти не хромал и мог бежать как и прежде. Пещера была всё ещё далеко, да и смертоносным пластинам стрелять ещё довольно долго. Я в очередной раз отследил как рой убийственных сгустков, заметных пока они все в куче и ещё не набрали скорости, ринулся на врагов, и тут отметил, что несколько улетели влево, а десяток вообще вперёд, по ходу нашего движения.

— Рита! — заорал я уверенно бегущей в нескольких шагах впереди магичке. — Сворачивай направо! Впереди враги! Как-то обошли нас!

— Чёрт! — сразу поняла всю глубину проблемы девушка. — Чёрт! И куда нам теперь?

— Направо! В долину! — рявкнул я, припоминая карту, которую мне рисовала Мирина. — Там Чёртова пещера. Первая из моих. И единственный шанс смыться.

— К Снелже? — обернулась ко мне взмыленная окровавленная амазонка. — Хочешь обнять её большие сиськи?

— Не хочу, — со смехом парировал я. — И у неё они ещё не большие. Она же только подросток. Мы просто укроемся в портальной комнате. Другого варианта не вижу. Раз от сквозной пещеры нас оттесняют насекомые, то рано или поздно догонят. Их же тысячи.

— Да я согласна! — крикнула Рита, устремляясь направо вниз по склону. — Выбирая между армией чир-чигеров, из которых мы убили двадцать тысяч, и богиней Смерти, я выберу эту дуру. Да и вообще. Я в целом уже приняла твою философию, что мы не враги ей. Она наша спасительница, и я ей зла не желаю. Нет, зад надрать было бы неплохо, но в меру.

Через полчаса пластины наконец отстрелялись, так что у нас осталась одна задача — бежать со всех ног. За это время мы ещё дважды отражали атаки летающих големов, но кажется их стало куда меньше. Часть наездников убили пластины смерти, часть мы. Но тут нас настигла первая нежить.

Огромная тварь, отдалённо напоминающая богомола, и явно слепленная некромантами насекомых из нескольких трупов их соплеменников, выскочила из-за скал сбоку, и на трёх ногах, подволакивая сломанную во время погони четвёртую, ринулась наперерез, щёлкая огромными клешнями, которыми заканчивались её как бы руки.

Рита яростно завопила и выпустила мощный огнешар, который облепил магическим напалмом голову твари.

— Всё! — крикнула подруга. — Я пустая!

— Чёрт! — подхватил я. — У меня на пару молний только осталось. Но мы уже близко!

К сожалению, некро-богомол, даже потеряв голову, всё ещё определял направление на нас каким-то особым чутьём нежити, и налетел на Риту, опрокинув девушку на землю. Хорошо что чудовищные клешни щёлкали вхолостую. Глаз у твари уже не было, а магичка проявила чудеса ловкости и гибкости, вертясь под навалившейся на неё тушей.

Я выхватил меч и принялся рубить тварь. Всего пара ударов потребовалась, чтобы отрубить первую клешню, и ещё три на вторую. Затем прошёлся по ногам и пинком столкнул подёргивающуюся тушу с Риты.

К счастью, подруга сильно не пострадала и тут же вскочила на ноги, первым делом прошептав:

— Боже! Ну и навалился! И надо сказать, что под тобой мне нравится больше. А такой грязной я не была никогда в жизни. Нет, мне как-то ещё на Земле предлагали борьбу в грязи, но я отказалась. Там же от боя только название.

Я кивнул, не обратив внимание на лёгкую пошлость в монологе воительницы. Мы оба сейчас по уши налиты адреналином боя, и девушка ещё сдерживается. А что насчёт грязи, то тут ни убавить, ни прибавить. Рита была вся залиты чудовищно вонючей жижей, вытекшей из нежити, да и на меня попало очень не мало. Чёрт! Надо завести главное правило — нежить убивать только магией и на расстоянии. Но сейчас уже поздно метаться, да и уничтожать тварь магией всё-таки дольше, чем накромсать клинком.

Пришлось немного подождать, потому что у Риты ещё оставался резерв водной магии, и она наложила на себя прилив сил и лечение. Похоже, богомол её всё-таки хоть не ранил, но неслабо помял.

— Вперёд! — через пару минут я показал направление мечом, с которого стекали тягучие чёрно-зелёные капли. — Уже совсем немного! Потом отмоемся и там уже обсудим, под кем тебе приятнее.

И вправду, через полсотни шагов перед нами открылась пасторальная долина, и мы по почти отвесному склону сбежали, а на последнем участке и скатились в неё.

— За кустами пещера! — заорал я. — Быстрее!

И причина спешить была очень даже весомая. На вершине обрыва показались четверо воинов чир-чигеров в доспехах и с клинками в руках. Первый раз я видел этих насекомых без забрал на мордах так близко и мимоходом отметил, что на человеческий взгляд те совсем не красавцы. Особенно меня поразили щёлкающие от ярости жвалы.

Мы ринулись к пещере, а преследователи покатились со склона, свистя дыхалами и мерзко щёлкая суставами. Один сломал ногу, но трое налетели на меня. Я одну за другой выпустил две молнии, отметив, что всё. И моя боевая магия закончилась. Последнего принял на клинок, обменявшись ударами. Мои усиленные мускулы помогли, я срубил голову врага, но тот даже уже без головы, мало того, что стальным мечом перерубил мой костяной клинок посередине, так ещё и нанёс небольшую рану в районе нижних рёбер, прорубив прочную кожу моей полу-кирасы полу-куртки.

Я потратил пару секунд, чтобы добить оглушённых молниями двоих последних преследователей, а затем обернулся на яростный рык Риты. На девушку выскочила ещё одна нежить. Даже не из армии насекомых, а обычная, обитающая в этих горах. Тварь, похожая на уродливую собаку, прыгнула, широко разинув пасть, а магичка всё что успела, это сунуть между распахнутыми усеянными кривыми зубами челюстями левую руку. И очень правильно! Тварь не смогла прокусить прочный наруч, а Рита уже полосовала её выхваченным деревянным клинком. Но размахнуться нормально не могла, потому что враг яростно мотал её, намертво вцепившись в руку.

Я налетел на тварь, держа в левой руке «меч феи», а в правой обломок моего меча. Сиреневый луч быстро утихомирил монстра, побочным эффектом чего явилось то, что нежить ужасно завоняла.

В два удара я отрубил ей башку и подтолкнул Риту ко входу в пещеру, потому что на склоне появился отряд уже из десятка преследователей. Девушка со всё ещё висящей головой нежити на левой руке ворвалась в спасительную темноту и замерла перед камнем на стене, матово мерцающим двумя белыми точками. Я заскочил следом и приложил окровавленный палец к одной из точек. Кусок стены перед нами просто исчез, открыв маленькую комнатку стационарного грузового портала, в которой так и валялась в углу моя одежда с Земли.

Я уже положил руку на лопатки Риты, чтобы закинуть её внутрь, а затем и самому прыгнуть, но тут вокруг нас возникло облачко, и в следующее мгновенье мы понеслись по уже виденному мною тоннелю разового портала.

Что ж… Снелжа оказалась не совсем дурой, и поставила ловушку на любое действие в портальных пещерах. И хорошо, что мы не совались в них после спасения Риты. Но теперь всё. Попались. Хотя и выбора-то у нас не было никакого.

Через несколько секунд мы рухнули на твёрдый пол, я проморгался от яркого солнечного света и услышал возглас девушки:

— Слезь с меня! Где мы?

Я откатился в сторону, осмотрелся и от души выматерился. Вроде и не позволяю себе такого при дамах, но… Сейчас простительно.

Рита подхватила мой выплеск эмоций ещё более крепким словом и закончила краткой характеристикой глубины проблемы:

— Клетка! Алекс, мы в клетке, как звери какие-то!

Я кивнул. Да уж… Попали, так попали. Клетка метра так по четыре во всех трёх измерениях. Прутья толщиной в палец и незамысловато перекрещенные, так что разогнуть не получится. Пол каменный, так что и подкопать не вариант, да и я просто уверен, что здесь все такие варианты побега предусмотрены. Половина крыши накрыта тентом, но мы сейчас сидим на солнцепёке, так что с меня сразу потёк пот.

В одном углу лежит тряпичный матрас, в другом стоит короб метр на метр с песком, а в третьем бадья с водой. И всё. А нет! На одной стене закреплено огромное колесо с беговой дорожкой внутри. Как для белки или хомяка, но размером с человека.

Клетка стоит на поляне, окружённой деревьями и высокими кустами, так что разглядеть что-то за зелёной стеной не получается. Но клеток на поляне аж четыре, считая нашу. Две пустые, а в третьей лежит свернувшийся в два оборота скелет. Громадный скелет дракона.

Рита охнула, и проворчала, показав на костяного соседа:

— Чёрт! Кажется один питомец богини уже сдох. И не удивительно. Если она Шонашула не кормила, то и эту хрень наверняка забывала.

Ничего отвечать я пока не стал, а молча взял из руки девушки её меч, и используя его и обломок своего, с трудом раскрыл пасть башки нежити на её левой руке. Рита поморщилась. Кажется адреналин боя у неё схлынул, а тварь ей повредила руку. Прокусить наруч не смогла, но продавила и сломала кости.

Я достал из сумки на ремне лечебный амулет, но Рита остановила меня взмахом правой руки, пояснив:

— Не трать. Потерплю, а через полчаса подкоплю ману и кину лечилку. Мало ли… Может потом пригодятся запасы. Мы же в доме богов?

Я прикинул высоту солнца и кивнул, пояснив:

— Думаю, что или в их саду, или рядом. И теперь Снелжа настроила портал на клетку. В прошлый раз мы разгромили ей лабораторию, и она сделала выводы.

Мы принялись снимать с себя доспехи, потому что, во-первых, было очень жарко под лучами встающего солнца, во-вторых, теперь нам никакая броня не поможет, а в-третьих, наши доспехи, как и одежда под ними, были чудовищно грязными. Пыль со скал, по которым мы бежали больше часа, смешанная с нашей кровью, и с немалой добавкой жижи, вытекшей из нежити.

— Хочется ополоснуться, — усмехнулась Рита, показав на бадью с водой, — но не буду. Может нам ещё пить отсюда придётся.

— Брось, — проворчал я, окинув взглядом бадью, литров так на пятьдесят, сейчас наполовину заполненную. — Этой воде сто лет в обед, и совсем не пересохла она только потому, что пополняется во время дождей. Снелжа не заморачивается снабжением питомцев. А мы оба легко создадим… точнее, соберём воду из окружающего воздуха. Здесь довольно влажно, плюс в доме богов очень сильный магический фон, так что наши резервы будут пополняться очень быстро. Не за шесть часов, как обычно требуется на полную зарядку, а за час или два.

Я вытащил из кармана кусок огурца, но тот был испачкан в вонючей крови нежити, так что швырнул его в ящик с песком. Потянулся к сумке, где у меня лежит запас сухих огурцов, но Рита остановила меня решительным жестом, чуть ли не промурлыкав:

— Береги огурцы. Не знаю сколько времени нам придётся выбираться отсюда. А у меня запас маны на порядок больше твоего, так что снабжение водой на мне. И должна отметить, что ты куда быстрее соображаешь. Я что-то совсем забыла, что могу заполнить эту бадью с четверти своего запаса энергии.

Девушка на секунду замерла, переходя в магическое состояние, а затем создала у себя над ладонью шарик из воды, литра так два объёмом, и проворчала:

— Пока столько смогла на половину имеющейся энергии. Но я и копила её считанные минуты.

Рита вспомнила, что у нас есть задачи поважнее, так что выкинула воду в бадью и принялась читать лечебное заклинание над своей левой рукой. Через минуту облегчённо выдохнула и пошевелила кистью. Заживление шло просто ударными темпами. Девушка, всё ещё находящаяся в магическом состоянии, кинула рассеянный взгляд на соседнюю клетку, тут же собралась, прищурилась, всмотрелась уже внимательнее и вдруг завопила:

— Алекс! Этот скелет рядом! Он не совсем дохлый! Это нежить! Чёрт!

И тут на черепе скелета засияла ближняя к нам глазница. Да, именно засияла неживым зеленоватым светом, а из пасти донеслось шипящим голосом на языке людей этого мира.

— Да, мартышка, я не дохлый. Я любимый питомец Её Высочайшего Достоинства Богини Смерти Снелжи Великой. И я попрошу её отдать вас мне, когда вы ей надоедите.

Рита сформировала на пальцах правой руки маленький экономный огненный шарик, после чего метнула его в полудохлого соседа. Но, увы, долетев до промежутка между прутьями нашей клетки, тот рассыпался быстро погасшими искрами.

— Тупая мартышка, — тихо рыкнул дракон. — Эти клетки гасят всю активную магию изнутри. А я и сам могу колдовать, и не хуже тебя.

Из его пасти вылетел зелёный сгусток и также рассеялся на границах его клетки.

— Это же скелет дракона ящеров-гермафродитов, — с усмешкой произнёс я. — Я уже двоих таких убил. Убью и третьего, хотя он уже один раз сдох.

— Мелкий урод, — шепеляво рыкнул сосед, приподняв башку. — Тебя я проглочу живьём, чтобы последние минуты ты провёл в моём желудке. И не беспокойся, он у меня есть, хоть и невидимый.

— А почему ты шепчешь? — рассмеялась Рита. — Все говорят, драконы очень громкие. Боишься шуметь? Трус!

— Я не боюсь! — возмущённо прошипел тот. — Просто Её Высочайшее Достоинство Богиня Смерти Снелжа Великая лишила меня голоса, чтобы я не мешал её родителям.

— Жалкий ублюдок, — прокомментировал я, а затем обратился к Рите. — Не обращай на него внимание. Долечи себя, а потом и меня.

Глава 6

Девушка опомнилась, и первым делом подскочила ко мне, положила ладонь на мои пострадавшие рёбра и прошептала заклинание. Боль, которую я уже почти прекратил замечать, сразу ушла, и я благодарно кивнул. А Рита уже по второму кругу лечила свою руку.

Через пару минут магичка окончательно израсходовала энергию и вернулась в обычное состояние, ведь пополнять запас маны можно только так. После чего прошлась по клетке и проворчала:

— Итак, что мы имеем? Мы рядом с домом богов… Что делать, пока неясно… Просто ждать развития ситуации. И что это значит?

Девушка на секунду умолкла, а затем широко улыбнулась и принялась быстро скидывать с себя одежду, завопив:

— А значит! Мыться!

— Ты первая, — махнул рукой я. — Я после тебя. Сначала смоем самую грязь, сменим воду, и тогда уже начисто.

Через минуту Рита повизгивая от удовольствия стояла в бадье, а я поливал её из кружки. У нас даже мыло есть в походных запасах, так что процесс пошёл.

После того как я тоже на первый раз ополоснулся, то опрокинул бадью, вылив противно воняющую мертвечиной воду за решётку, и Рита быстро наполнила её заново. После второго раза я решил, что мне достаточно, и сел ждать, потому что подруга нацелилась на третий заход, шутливо ворча, что мне-то хорошо, а ей волосы промыть куда сложнее.

Я натянул трусы, которые единственными из всей одежды остались хоть сколько-то чистыми, и сел любоваться на подругу. И вроде бы, чего я там не видел, но всё равно, каждый раз как первый. Нет зрелища для мужчины приятнее.

Закончить мытьё красавица не успела, потому что кусты напротив нас зашуршали, раздвинулись, и перед нами предстала сама богиня-подросток. В широких штанах и безразмерном свитере, который смотрелся огромным даже при её трёхметровом росте. На белом как мел лице, покрытом сплошным узором чуть более тёмного цвета, сияли зелёные глаза. Причём зелёными были не радужки, а белки. Радужки же были золотого цвета, и расчерчены восьмиконечными звездами зрачков.

В общем, что-то очень похожее на человека, но не совсем.

Рита в два движения смыла с себя остатки мыла, выскочила из бадьи, натянула трусики, но на остальную одежду только кинула печальный взгляд. И стоять перед богиней в почти голом виде ей не хотелось, но и надевать на только что отмытое тело грязную и вонючую одежду, хотелось ещё меньше.

Я встал рядом с подругой и отметил, что та сначала хотела прикрыть грудь хотя бы руками, но затем овладела собой и предпочла принять гордый и независимый вид.

Богиня с хрустом откусила половину яблока и радостно произнесла:

— Это вы! Ну наконец-то! Я же послала вам пластины смерти уже три недели назад. И хотела бы знать, где вы шлялись это время.

— Я тоже рад видеть тебя, — протянул я и подпустил шпильку. — А ты всё румянее и круглее, как посмотрю.

Богиня, которая выглядела довольно упитанной, погрозила мне пальцем и чуть ли не пропела:

— А ты нахал, каким всегда и был! Чем мне и нравишься. В первый раз такого встречаю. И ведь это же здорово! Вот скажи мне, какое удовольствие укротить такого? — она показала на дракона. — Он сразу готов ботинки лизать. А ты борешься! Постоянно что-то придумываешь. Меня же мамочка уже трижды порола из-за тебя.

— Четырежды, - поправила огромную девчонку Рита. — И ещё не раз выпорет.

— Нет! — улыбнулась богиня, достала из кармана ещё одно яблоко и добавила. — Я теперь поселила вас в моём зверинце, и первое время буду кормить очень мало. Это в наказание, как я и обещала. Но у вас тут все условия. Лежанка, вода, колесо для тренировок. Привыкайте, вам здесь долго жить.

— Туалета нет. И душа, — проворчала Рита.

— Как нет туалета? — Снелжа ткнула пальцем в лоток с песком. — А это что? Вы же мои котики, так что в самый раз. А друга попросишь отвернуться. Когда наполнится, и закапывать будет негде, я пришлю служебного голема, и он сменит песочек.

— Мда… — Рита покачала головой. — А я уж думала, что ты не такая и тварь.

— Ой! Брось! — богиня отшвырнула огрызок и чуть ли не промурлыкала. — Ты меня вообще мало интересуешь. Только как приложение к твоему другу. Он тебя спасал, прям аж изобрёл способ обмануть порталы. А ты… Ты мне нужна именно как просто приложение к нему. Чтобы более покладистым был.

— Тварь! — уже чуть ли не прошипела брюнетка.

— Нет уж! — подбоченилась богиня-подросток. — Не ври даже себе! Я правила соблюдаю. Я же знаю, что у Алекса есть дом и жена в Новограде. И как ты думаешь? Могла я дать задание своим жрецам убить её? Но я так не делаю и делать не буду. Именно вы обязаны мне. Ты так… просто не справилась с заданием. А вот Алекс! О! Он настоящий враг! Достойный! И ты не представляешь, какое это удовольствие, поймать врага и… сделать с ним что захочешь.

Я всмотрелся в лицо богини и решил лучше помолчать. Романтический подросток, черти бы её побрали.

— Убить? — пожала плечами Снелжа. — Это слишком примитивно, и удовольствия на минуту. Да и забудется через год максимум. А вот держать в клетке и всегда иметь возможность увидеть как твой личный враг, не смирившийся, отмечу, враг, не может ничего сделать — это настоящий восторг!

— Тварь! — рявкнула Рита. — Ты обманула нас! Дала невыполнимые задания. А теперь ещё и…

— Что «и»?.. — склонила голову на бок богиня. — Ладно, соглашусь, что задания я вам дала слишком сложные. Но вы в любом случае мне должны. Так что я в своём праве требовать с вас всё, что пожелаю. И кстати, хочешь откровение, о котором может и слышала, но достоверно не знала? Ты, девочка — дура, но не совсем, и сможешь оценить откровение богини. Вы, люди, впрочем как и остальные расы, — Снелжа кивнула на дракона в соседней клетке, — здесь были поселены после вашей смерти в ваших родных мирах. И не только ты и Алекс, а вообще все. Вы перерождаетесь раз за разом, так что… Вот ты думаешь, что я дала вам пластины с двадцатью тысячами смертей не по-праву? А нет! Это для вас смерть, а для меня это просто очередное перерождение слуг. Умерли одни, родятся другие.

— Мы не слуги, — не выдержал я. — Может обязаны чем-то, но не слуги.

— И за это ты мне и нравишься, мой личный враг, — мурлыкнула богиня. — Ты не смирился, тем и интересен.

— Знаешь, — рассмеялся я, — половина людей и почти все гномы сказали бы тебе то же самое.

— Вполне допускаю, — Снелжа провела ногтем по прутьям клетки, выдав короткую мелодию. — Но именно ты заставил меня потрудиться, чтобы заполучить тебя в эту клетку. Да и то аж через год. Ты противостоял мне год! Я в восторге! И я буду получать удовольствие от моей мести тебе. Ну и твоей подруге тоже. И не примитивной мести вроде пыток… Нет! О! Подождите минуту!

Богиня кинулась к кустам, но прежде чем покинуть нас, обернулась и язвительно произнесла:

— Никуда только не уходите. Я недолго, через час вернусь. Надо из тайника кое-что взять.

Я было выдохнул, лихорадочно размышляя, что можно успеть за час, но явно поторопился. Кусты снова раздвинулись, и из них выглянуло счастливое лицо богини:

— Кстати, забыла сказать — вы такие красивые оба. Да… Так что полюбуйтесь друг на друга, чтобы хорошенько запомнить. Больше вы такими не будете. Хотя… не переживайте, вы станете ещё красивее.

— Чёрт! — печально вздохнула Рита, когда Снелжа вроде бы окончательно удалилась. — Эта тварь хочет превратить нас в каких-то зверей.

Плечи магички опустились, и я понял, что какой бы сильный характер не был у воительницы, но она всё-таки девушка, и как бы нервы не сдали. День сегодня выдался трудный.

Но и времени успокаивать красавицу у меня совсем нет. Я кинулся к нашим вещам, так и валяющимся вонючей кучей в дальнем углу клетки, и вытащил из поясной сумки маленький напильник.

И уже через несколько секунд яростно водил инструментом по пруту клетки, с удовлетворением отметив, что тот хоть не быстро, но поддаётся лучшей гномьей, обработанной магией, стали.

Краем глаза только отметил, как воспрянула девушка, поняв, что я делаю. И тоже просто стоять не стала, а крикнула:

— Отлично! А я пока постираю наши вещи. Лучше будет, если от нас не будет нести, да и просто в чистом ходить приятнее.

— Я помогу чуть попозже, — проворчал я.

— Брось! — рассмеялась подруга. — У нас честное распределение обязанностей. Мужчина работает с железом, а женщина с тряпками.

Я только порадовался, что Рита опять в боевом настроении, и продолжил увлечённо пилить. А девушка развила невиданную деятельность. Сначала достала из своей аптечки бинт и в несколько оборотов обернула себе грудь, получив очень оригинальный топик. Ну ладно, если ей неуютно ходить топлес даже перед нежитью, которая лениво наблюдала за нами из своей клетки, то она придумала отличный выход. Хотя, на мой взгляд, сейчас красавица стала выглядеть даже заманчивее, чем полностью голой.

Затем Рита покидала в бадью наши доспехи, не забыв вытряхнуть из внутренних карманов моей куртки запасы сушёных огурцов. Впрочем с кожаными вещами особых проблем не было. Достаточно просто смыть самую сильную грязь. Да и вообще, вряд ли они нам скоро понадобятся.

Девушка отнесла частично отмытые доспехи в угол, и покидала в бадью уже одежду. Принялась перемешивать её ножнами от меча, а я на минуту прервался, и закопал большую часть походных мелочей, а главное, запас моих огурцов, в лоток с песком. Чёрт знает! Может Снелжа заберёт у нас все вещи, а я без огурцов не смогу переходить в магическое состояние. Я же совершенно уникальный маг — огуречный.

Рита сменила воду, опрокинув бадью и наполнив заново, да ещё и подогрела. После чего картинно вздохнула и принялась стирать уже по-нормальному, намыливая и оттирая вещи.

— Ты похожа на енота, — не удержался от шутки я.

— Может ими скоро и станем, — парировала красавица. — Так что ты пили, не отвлекайся.

Ну я и продолжил своё занятие. Но ещё через четверть часа вдруг обратил внимание, что дело как-то застопорилось. Я перепилил только один прут, а второй наполовину, но последние минуты двигал напильником уже без особого эффекта. Осмотрел зубчики инструмента и тихо выругался. А затем пояснил Рите:

— Кажется эти прутья как-то магически обработаны. Даже этот супернапильник затупился. Так что… увы…

Девушка бросила стирку и села рядом со мной, а затем и легла на горячий каменный пол, подложив руки под голову и уставившись в небо.

— Не волнуйся, — со вздохом произнёс я. — Я что-нибудь ещё придумаю.

— Нам обоим стоит подумать, — проворчала амазонка. А затем улыбнулась мне и добавила. — Всё хорошо, Алекс. Мы оба что-нибудь обязательно придумаем.

Я тоже сел отдыхать, и заодно обратил внимание, что мы оба мокрые от пота. Ну да. Активный физический труд, да под горячими лучами солнца. И не знаю как я, но Рита выглядела просто потрясающе, даже какие-то мысли неправильные в данной ситуации появились.

— Даже не думай! — прошептала одними губами красавица, перехватив мой взгляд. — На глазах у нежити — это будет уже явным перебором.

Я согласно кивнул, а тут и не до таких мыслей стало. Кусты затрещали, и на поляну с клетками выскочила Снелжа. А ведь прошло всего полчаса. Кажется ей очень не терпелось вернуться к нам.

Мы оба лениво встали, а богиня швырнула на траву небольшую сумку, оглядела нас и удивлённо произнесла:

— А чего это вы такие уставшие?

Показала пальцем на матрас и продолжила заговорщицким шёпотом, вдобавок как-то подозрительно сверкнув глазами:

— Вы занимались этим самым? — воровато оглянулась и совсем уж тихо добавила. — А… А можете мне показать? Ни разу не видела такого. А я вам за это вкусный обед дам.

— Девочка созревает, и её потянуло на порнушку? — даже как-то картинно рассмеялась Рита. — Но фиг тебе!

Для доходчивости ещё и кукиш показала начавшей краснеть богине Смерти. На пару минут повисла напряжённая тишина, затем Снелжа успокоилась, сделала вид, что ничего и не просила, нарочито спокойным жестом достала из кармана три конфеты Римской фабрики, одну кинула в рот, развернула языком и выплюнула фантик.

А две оставшиеся конфеты просунула в пальцах между прутьев клетки и слишком добрым голосом произнесла:

— Попробуйте! Очень вкусные.

— Засунь эти конфеты себе в зад! — рявкнула Рита.

И тут богиня Смерти зло прищурилась и рыкнула в ответ:

— Ты это образно сказала, девочка. А вот я могу тебе их туда по-настоящему засунуть. И ещё яблоком придавить. На всю жизнь запомнишь!

Рита бросила на меня настороженный взгляд, а я только пожал плечами. С одной стороны — подруга перебарщивает. А с другой — нас же сейчас во что-то превращать хотят, так что её эмоции мне понятны. Но и смысла в простом хамстве я не вижу. Противостоять надо… как-то поумнее, что ли.

Богиня бросила конфеты на пол клетки, убрала руку и рассмеялась. Как-то ненатурально и даже картинно. После чего примирительно произнесла:

— Ладно, я прощаю тебя, девочка. Котики бывают когтистыми и могут поцарапать хозяйку. Ну не убивать же их за это! Хотя хочу отметить, что вы отличная парочка. Алекс умный и достойный личный враг для богини Смерти. Не хамит, но как выкинет что-нибудь, я и подумать о таком не могла. А ты, Рита, его противоположность. Резкая и несдержанная. Но тупая. В общем, вы идеально дополняете друг друга. Но отметь, девочка, что мой личный враг не ты, а твой друг.

Опять настало несколько минут тишины, в которые богиня наслаждалась своим триумфом, а Рита смущённо гипнотизировала взглядом пол под ногами.

Идиллию прервал шипящий голос некродракона из соседней клетки:

— Госпожа, Ваше Высочайшее Достоинство Богиня Смерти Снелжа Великая! Они пилят решётку. Этот ваш враг даже смог перепилить один прут. Но потом его напильник затупился.

— Ого! — широко улыбнулась богиня. — Я в восторге! Мой любимый личный враг не сдаётся. Впрочем, я тоже не дура. Даже если вы как-то сумеете вскрыть решётку, то далеко не уйдёте. Здесь куча големов-слуг, и они кроме работы занимаются ещё и охраной. У каждого встречного смотрят ауру, и если нет разрешения болтаться здесь, то оглушают магией и относят в специальную тюрьму. А там уже кто надо разбирается. У нас здесь почти нет живых слуг, так что големы даже с их тупыми мозгами вполне справляются и знают всех, кому разрешено быть в нашем божественном месте.

Снелжа показала пальцем на блестящий металлический шарик, один из четырёх, намертво приваренных к прутьям в верхних углах клетки, и добавила:

— Эти артефакты дают големам сигнал, что тех, кто рядом с ними, проверять не надо. Вы мои питомцы и можете находиться только здесь. А даже как-то выбравшись наружу, далеко не уйдёте. И с горы богов смыться тоже очень сложно. Здесь по периметру охранная магическая стена стоит. Мы не любим гостей, но ещё больше не любим когда гости хотят уйти без разрешения.

Снова настала минута тишины, которую опять прервал некродракон, и опять с раболепного обращения:

— Госпожа, Ваше Высочайшее Достоинство Богиня Смерти Снелжа Великая! А вы отдадите мне этих ваших питомцев, когда они вам надоедят? Вы же не кормили меня уже два года, а они плохие. Что-то от вас скрывают и даже закопали в песок…

Договорить монстр не успел, потому что богиня поморщилась и рыкнула на него:

— Заткнись! Слышать не хочу, что котики могли закопать в песок! И ещё… — палец гигантской девчонки указал на сжавшийся в ужасе костяк. -Ты! Ты всегда был продажной тварью, так что получи награду за своё доносительство!

Богиня вскинула руки, на несколько секунд замерла, а затем от её ладоней в клетку с драконом ринулся поток молний, ярких даже под солнечными лучами. И те проникли внутрь, даже не заметив рассеивающую заклинания защиту. Скелет, попав под удар, задёргался, с грохотом ударяясь о прутья решётки, и через полминуты затих. Но вроде бы живой, точнее не окончательно сдохший.

— Не смей вмешиваться в мою священную вражду с моим любимым личным врагом! — рявкнула богиня. Затем поморщилась и проворчала. — Но ладно… Вечером прикажу слугам принести тебе пару вёдер объедков.

Глава 7

Затем Снелжа уставилась на нас и веско произнесла:

— А вы не злите меня, если хотите получать нормальную еду, а не помои. И кстати… Инструменты я у вас заберу, конечно. Да и вообще всё лишнее.

Богиня достала из кармана серебристый шарик и сжала его. Раздался короткий негромкий свист, и через минуту сквозь кусты пробралась человекоподобная фигура, но двигавшаяся как-то неестественно. Точнее что-то сказать о внешности слуги было сложно, потому что на нём был надет балахон. Белый с остроконечным капюшоном. Точнее не так. Это была цельная тряпка, закрывающая слугу полностью, только с прорезями на месте глаз. Хотя нет, нашлось ещё кое-что, хоть немного выделяющееся. Из широких рукавов торчали кисти рук в белых перчатках.

Фигура молча поклонилась Снелже, но та никакого внимания не обратила. Вместо этого богиня на несколько секунд замерла, выставив ладонь в нашу сторону. Но колдовала она не на нас, чего я опасался, а вот наши доспехи, сложенные в углу, вдруг исчезли и появились рядом с клеткой. Затем так же была телепортирована отмокавшая в бадье одежда.

— Блин… — прокомментировала Рита. — Зря только со стиркой возилась…

— Вычистить, починить, отнести в мою лабораторию, — сухо распорядилась Снелжа, не обратив на слова девушки никакого внимания.

Слуга как стоял, так и продолжил. Богиня поморщилась, кинула взгляд на колпак балахона слуги и произнесла несколько цифр. И я наконец заметил, что там записан номер из шести цифр. Ещё отметил, что Снелжа произнесла цифры на каком-то странном языке, но я хоть не сразу, но сообразил, что это диалект языка богов и энифели, отличающийся только произношением.

Пробубнив номер, богиня повторила распоряжение, после чего слуга быстро собрал вещи, не обращая внимание на то, что те мокрые, а доспехи вдобавок всё ещё пованивают нежитью, поэтому сразу испачкали его белоснежное одеяние, после чего быстро ушёл.

Богиня минуту рассматривала нас, затем подняла сумку и достала из неё что-то отдаленно похожее на огромный пистолет. Рукоять и ствол, правда без отверстия там, где должно быть дуло. Но спусковой крючок был, добавляя сходства с оружием. Любовно осмотрела предмет и даже нежно погладила. После чего вытащила из той же сумки ярко раскрашенную книжку и показала нам, пояснив:

— Я тут недавно в ваш мир ходила. Одного парнишку спасла. И у него была эта книжка. Такая интересная!

Она раскрыла томик в мягкой обложке, быстро полистала и предъявила нам разворот. И мы сразу поняли, что это такое, хотя никогда ни я, ни Рита таким не увлекались. Буквы корейского алфавита и яркие картинки. Очень характерные картинки. В руках богини были какие-то комиксы про фурри — человекоподобных зверей или звероподобных людей.

Рита сообразила быстрее меня и тихо простонала:

— Демоны! Только не в это!

— Почему не в это? — удивлённо приподняла бровь Снелжа. — Ты считаешь, что стать девочкой-кошкой хуже, чем просто кошкой?

— Чёрт! — быстро взяла себя в руки магичка. — Обычная кошка ещё хуже, конечно.

— Ну и отлично, — рассмеялась гигантская девчонка. — Я рада, что ты будешь превращаться добровольно.

Затем напряглась, выставив ладонь в сторону, и вскоре там сформировалась иллюзия, изображающая упомянутую девочку-кошку. С ушами, хвостом, когтями на руках, полукошачьим лицом, удлинёнными ступнями, так что выглядело это так, будто на ногах на один сустав больше. Ещё покрытую короткой шерстью и с огромной грудью. Окраска меха сначала была белая, но затем, повинуясь командам Снелжи, сменилась на чёрную, с неярко выраженными рыжими пятнами. Кажется такая масть называется «черепаховая».

— Ну как, нравится? — полюбовалась на своё творчество богиня.

— Нет, — проворчала Рита. — Но если грудь уменьшить, то не нравиться будет меньше. Да и шерсть лучше совсем убрать. Хотя бы с тела.

— Согласна, — кивнула Снелжа. — Как-то слишком гротескно.

Она снова поколдовала, и грудь иллюзии уменьшилась почти до нормального размера.

— А шерсть? — проворчала магичка.

— А вот шерсть оставим, — не согласилась богиня. — если лицо будет кошачьим, а тело голым, то будет… как-то не сочетаться.

Рита вздохнула и бросила на меня отчаянный взгляд. А я что? Я не знал, что могу сделать прямо сейчас, но размышлял изо всех сил. Хотя и безрезультатно.

— А вот таким станет Алекс! — довольно произнесла Снелжа, и рядом с первой создала иллюзию, изображающую уже лису в том же стиле.

-… — непечатно прокомментировал я.

А Рита аж закричала:

— Но это же тоже девочка!

— Ну да, — улыбнулась подлая трёхметровая тварь. — Я пробовала придумать мужской вариант…, но какая-то ерунда получилась. А что вам не нравится?

— Да всё не нравится! У тебя получилась какая-то хрень! — завопила Рита.

— Ой, брось! — отмахнулась богиня. — Художника обидеть всякий стремится. Ты и такого не придумаешь. И ещё… Я надеюсь, что вы так и будете любить друг друга в ваших новых улучшенных образах.

Она направила на Риту свой артефакт и скомандовала:

— Разойдитесь!

Подруга наоборот прижалась ко мне, на что Снелжа усмехнулась и добавила:

— А то может так получится, что срастётесь в одно существо.

Девушка тут же отскочила от меня и замерла, гордо вскинув голову и сжав губы в ниточку.

— Начнём с ушей, — задумчиво протянула богиня, нажав на курок.

Артефакт принялся попискивать, сначала редко, а затем всё быстрее и быстрее. Но процесс шёл довольно медленно — минуты две. Наконец, когда попискивания слились в сплошной гул, от среза ствола вылетело облачко бордовых искр и на мгновение окутало мою подругу.

Искры рассеялись, а затем началась метаморфоза. Уши девушки удлиннились, расширились, заострились и покрылись короткой чёрной шёрсткой с рыжеватыми пятнами. Внизу они начинались там же где и раньше, но вверху дошли почти до затылка, раздвинув тёмные волосы.

Рита пощупала задорно торчащее сантиметров так на двадцать в стороны приобретение и тихо застонала. А Снелжа ещё и создала висящее перед подопытной воздушное зеркало, чтобы та могла полюбоваться на себя.

— А это надолго? — спросил я торжествующую богиню, пытаясь спровоцировать на информацию. — И вообще, какая-то ты неумеха. Феи за раз превращают, и куда быстрее.

— Магию фей делал очень сильный бог, — пожала плечами та. — Да и феи обращают только в существующих в мире животных и всего на несколько дней. А ваша метаморфоза продержится куда дольше.

— Не навсегда, значит? А на сколько именно? — с надеждой спросила Рита.

— Хм… — задумалась трёхметровая дура. — Надолго… Точно в годах не скажу, но ты столько не проживёшь. Ладно… продолжим… Итак… теперь хвост.

Артефакт снова запищал, и я краем глаза поймал какой-то обречённый взгляд подруги, так что когда звук почти слился в одну ноту, резко сделал пару шагов вперёд и в сторону, и загородил собой девушку. Подумаешь, хвост… Фигня какая.

Искры окутали меня, и через секунду я сообразил что никакого хвоста у меня не выросло, но вот мои ногти превратились в полуторасантиметровые изогнутые когти. Кошачьи и даже по виду очень острые. И, кстати, не только на руках, но и на ногах.

Первая мысль, которая у меня возникла, это отрицание. Одно дело знать, что произойдёт, а другое — видеть как превращаешься в какую-то химеру. И повинуясь моему желанию, когти тут же сменились ногтями. Я кажется начал догадываться, в чём дело. Для проверки пожелал видеть когти, и те вернулись.

— Хм… Что-то я напутала, — задумчиво пробормотала богиня, постучав пальцем по артефакту. — Ну да ладно… Порядок не важен. И я не смогла красиво сделать так, чтобы когти убирались как у кошек, поэтому предпочла магическое убирание, мысленной командой. Но… Алекс, демоны тебя побери! Ты что натворил! Нет, я даже восхищена, что ты закрыл собой эту дуру, но больше так не делай. Заряд у артефакта не бесконечный, и на тебя может не хватить.

Богиня зло помахала артефактом и скомандовала:

— А ну разошлись в разные стороны!

Я пожал плечами и проворчал:

— Мы имеем право сопротивляться.

— До определённого предела, — рявкнула Снелжа, потрясла книжкой и язвительно добавила. — Здесь же кроме лисы есть и люди-овцы, и даже свиньи. Не бесите меня.

Рита за моей спиной вздохнула и отошла к стене клетки, где и застыла.

Богиня удовлетворённо направила на неё артефакт, и снова раздался ускоряющийся писк. Но когда тот слился в сплошной гул, Рита вдруг прыгнула в сторону, так что заряд искр пролетел мимо и бессильно рассыпался о решётку.

Девушка развела руками и усмехнулась, а Снелжа рыкнула, направила ладонь в угол клетки и через несколько секунд там возникли две смыкающиеся почти прозрачные воздушные стены, отделив от клетки закуток примерно полметра на полметра. Трёхметровая девочка ещё поколдовала, и Рита вдруг исчезла там где стояла, и появилась в закутке.

И снова пара минут ускоряющегося писка, но перед самым выстрелом моя красавица подпрыгнула и по решётке ловко взлетела под потолок, ещё и вжавшись в него, цепляясь за крышу руками и ногами. В общем, и этот заряд пропал впустую.

Снелжа смотрела на всё это аж выпучив глаза от удивления, а потом вдруг расхохоталась и сквозь слёзы произнесла:

— Нет! Ты молодец! Зря я тебя недооценивала. Но теперь всё. Спускайся.

Девушка спрыгнула, а богиня создала ещё одну стену, уже горизонтальную, на высоте в два метра, так что теперь прыгать стало совершенно некуда.

В этот раз заряд магии попал в девушку, и через секунду у неё из копчика вырос кошачий хвост. Длинный, пушистый, толщиной в руку, красивого черепахового цвета.

Рита помахала приобретением, но чисто рефлективно, пока не привыкла к обновке. А затем хвост свесился до пола и даже лёг на него полупетлёй.

— Так… что там дальше… — задумчиво протянула Снелжа. — Мордочку тебе сделать или ступни изменить… Нет! Сейчас, пожалуй, шерсть.

Тут откуда-то издалека донёсся мощный вопль:

— Снелжа! Ты где шляешься? У тебя же явление!

Кричали на языке энифели, или божественном, и хоть мы оба его знали, постарались не подать виду, что поняли смысл. Раскрывать карты раньше времени не стоит.

Богиня покрутила головой, быстро сунула артефакт и книжку в сумку, повесила ту на плечо и двинулась к огораживающим полянку кустам. Но прежде чем уйти, обернулась к нам и со вздохом произнесла:

— Мамуля зовёт. А я и забыла, что сегодня в моём храме чествование. Собралась паства по случаю праздника. В мою, между прочим, честь. И с жертвоприношениями.

— Желаю тебе подавиться тем несчастным, — рыкнула Рита.

— Я разумных не ем, — фыркнула трёхметровая девчонка. — А жертвуют мне деликатесы. Даже торт будет. И не беспокойся, не подавлюсь. А к обеду вернусь и закончу с вами.

Богиня ушла, а через минуту и загородка из стен воздуха исчезла, Рита подошла ко мне, пошевелила ушами и помахала хвостом. В её глазах застыл вопрос, и я нарочито оптимистично произнёс:

— Неплохо… Даже более того, ты выглядишь замечательно, — заметил как глаза брюнетки зло прищурились и быстро добавил. — Но в нормальном виде, конечно, намного лучше. И не переживай. Вернёмся домой, и наши феи уберут всё это.

Рита опустила плечи и проворчала:

— Хватило бы у них пыльцы… Они уже полгода копят, конечно, но как бы не пришлось копить ещё лет десять. Это же божественная магия.

Девушка потеребила в руке хвост, а затем кинулась мне на шею, прошептав:

— Прости, Алекс! Сама не знаю с чего разозлилась на тебя. А ведь тебя эта дура вообще хочет превратить в девочку-лису. И что делать, мы не знаем.

— Придумаем что-нибудь, — погладил я красавицу по спине. — Не переживай.

— Ага! — усмехнулась Рита. — Держи хвост пистолетом.

Успокоившаяся магичка вдруг сверкнула глазами, кинулась к лотку с песком и откопала свой нож. Затем сосредоточилась, переходя в магическое состояние, положила ладонь на основание хвоста, колдуя кажется обезболивание, закрыла глаза, а затем в одно движение отрезала хвост, точно попав на стык кожи и шерсти.

И такая экспресс-операция у меня удивления не вызвала. Подруга смотрела на мир магическим зрением и могла хорошо видеть собственное тело даже сзади.

Рита отшвырнула хвост, и принялась читать исцеление на рану, всё также не открывая глаз, а затем задумчиво протянула:

— Мда… шрам останется… Придётся татуировку сделать. Алекс, как ты относишься к бабочке на заднице?

Я еле удержался от неуместной улыбки, а девушка вдруг завопила:

— Чёрт! Надо было трусы снять. Все кровью залила.

Кинулась к бадье, стянула трусики и принялась отстирывать. Я смотреть на красавицу не стал, и чтобы не смущать, и потому что мне кое-что пришло в голову. Задумчиво поднял хвост, заодно краем глаза посмотрел на костяного дракона, и заметил, что тот почти задремал. По крайней мере свечение в черепе на месте глаз почти погасло. Но я уверен, что этот гад внимательно наблюдает за нами. Похоже, у него серьёзные проблемы с энергией. Хозяйка не кормит, и тот почти всё время дремлет, стараясь не шевелиться.

Я незаметно сунул в рот кусочек сушёного огурца, и делая вид, что перебираю пушистый хвост в руках, принялся колдовать.

Через пять минут Рита закончила стирку, натянула мокрые трусики, и обернулась ко мне как раз тогда, когда я подошёл к краю клетки, просунул руку и швырнул хвост в клетку дракона. Тот ударился о прутья и упал на землю. Но тут нежить высунул один палец наружу, подцепил добычу кривым когтем и втянул в клетку. Затем резко подтащил к башке и всосал в пасть, как длинную макаронину. Ещё и прошипел:

— Благодарю. Но потом всё равно сожру вас обоих.

— Алекс! — возмущённо завопила Рита. — Ты зачем скормил ему часть меня? Нелюбимую, но всё равно, это же часть моего тела!

— Куда-то его деть надо было, — пожал плечами я.

— Я бы сожгла! — не унималась девушка. — А ты! Ты!

Рита подскочила ко мне, но тут заметила что-то в моём взгляде и замерла:

— Продолжай скандалить, — одними губами прошептал я. — А то ещё заподозрит и отрыгнёт. Я положил на хвост заклинание «меч феи». И очень сильное. Эта тварь защищена от ультрафиолета снаружи, иначе на солнце давно бы сдохла. А вот изнутри… Но надо ещё пару минут. Я отложил срабатывание на три минуты, потому что не знал как быстро он его сожрёт.

Рита согласно моргнула обоими глазами и продолжила ругать меня, явно не только играя на единственного зрителя, но и сбрасывая напряжение.

А через минуту и настоящая причина для злости появилась. Из копчика девушки мгновенно вырос новый хвост, точная копия отрезанного.

— Похоже, это божественное заклинание операцией не исправить… — догадался о глубине проблемы я.

А ведь и точно. Сильный маг жизни, каким я был полгода назад, и в какого может через пару-тройку лет вырасти хотя бы Шила, наверняка смог бы убрать все изменения, отличающие кошкодевочку от нормальной девушки. А фиг-то там… Разработчик этого артефакта предусмотрел такое простое решение.

Рита азартно материлась, но вдруг мы оба оглохли от яростного, полного боли вопля. Некродракон принялся бешено биться о прутья клетки, и даже преодолел заклинание потери голоса. Мда… Нежить перед упокоением может быть очень активной.

А через несколько минут тварь замерла и осыпалась на пол клетки кучей костей, которые начали быстро чернеть. А ещё и чудовищная вонь донеслась. Вроде кости, а так воняют… Хотя у него же было какое-то тело, но похоже не в нашем измерении. Я заметил среди обломков краешек хвоста, который всё ещё сиял сиреневым цветом, и скомандовал подруге:

— Не смотри! Там ультрафиолета вагон! Я его зарядил по максимуму. Можно ослепнуть. Да и вообще, как бы нам не сгореть.

— Ерунда, — отвернулась от соседней клетки девушка. — Залечим мы солнечные ожоги.

— Загар останется. И может выдать нас, — проворчал я.

Затем схватил матрас, поставил его вертикально, и следующие десять минут мы стояли за ним. Я не задавал «мечу феи» время работы, так что пришлось ждать пока заряд заклинания закончится.

И всё время, что мы стояли, Рита обнимала меня, и непрерывно шептала, как я здорово разобрался с некродраконом. И что придумаю что-то и со зловредной богиней.

Мне было очень приятно, но с другой стороны, я догадался, что Рита так прощается со мной в моём нормальном виде. Просто не хочет показывать этого прямо.

Глава 8

Через час из-за деревьев и кустов, окружающих поляну, стали доноситься странные звуки. Яростные вопли, хэканья, и звуки ударов, как будто гигантский дровосек рубил не меньше чем секвойю.

— Битва какая-то, что ли? — нахмурилась Рита.

— Похоже, — насторожился и я.

Но долго гадать нам не пришлось. На поляну явилась Снелжа, заметила наши настороженные взгляды в сторону шума, и крикнула:

— Ерунда! Не бойтесь, мои питомцы. Это мамуля тренируется.

Затем она повела носом, сморщилась, и уставилась на клетку с останками дракона. Зажала нос и поражённо прогундосила:

— Что вы с ним сделали?

— Как ты ушла, он задёргался, — не моргнув глазом соврал я. — Прошипел что-то про то, что безумно хочет жрать, а затем вот… сдох.

Трёхметровая дура покачала головой, затем достала артефакт, призывающий слуг, и через минуту рядом с ней застыла фигура в белом балахоне.

Снелжа прочитала вслух номер на колпаке голема и распорядилась, показав на клетку:

— Убрать! Отчистить! И позови ещё побольше слуг, а то провозишься до завтра.

Голем замер, похоже как-то связываясь с другими, и вскоре набежала целая толпа его товарищей. Они облепили клетку из-под дракона и принялись сквозь прутья доставать обломки костей и вычерпывать вонючую жижу прямо руками.

— Идиоты! — рявкнула богиня. Затем выставила ладонь, на минуту замерла, колдуя, и телепортировала кусок решётки в сторону.

Слуги бросились внутрь и принялись набирать уже охапки останков.

— Снимите свои балахоны и в них складывайте! — покачав головой приказала трёхметровая девчонка.

И тут мы увидели, что скрывается под белыми тряпками. Вполне человекоподобные тела из потрескавшегося от времени дерева, даже со следами белой краски.

— Чем-то похожи на энифели, — прошептал я подруге. — Даже были покрашены под них.

— А ты видел этих энифели? — удивилась Рита.

— Нет, но у меня в голове знания как их лечить, — усмехнулся я. — Так что как они выглядят я знаю.

Минут через десять вереница слуг унесла свои балахоны, набитые вонючими останками, а я отметил, что и хвост утащили. А Снелжа и не вглядывалась, стоя на дальнем краю поляны и зажав нос.

Другие слуги принялись оттирать пол клетки, но богиня рыкнула на них, чтобы уходили прочь, после чего сосредоточилась и создала пламя на весь пол.

Ещё несколько минут, и на поляне стало вполне комфортно в смысле запаха. Снелжа довольно потёрла руки, и достала свой артефакт.

Звуки тренировки мамаши стали совсем редкими, и я шепнул обнимающей меня Рите:

— Постарайся посильнее шуметь.

Девушка моргнула, поняв мою задумку, а богиня уже сделала закуток из стен воздуха в углу клетки и телепортировала туда магичку.

Наставила на неё артефакт, и тот начал пищать. Но в этот раз очень редко, что означало, что готовится особо сильная пакость.

Рита принялась метаться по тесному закутку и пронзительно визжать. Я даже поразился как она умеет. Я всегда знал подругу как уверенную в себе, даже циничную девушку. А тут вот…

— Не бойся, — хмыкнула Снелжа. — Это не больно. Раз… и ты уже покрыта шёрсткой.

Артефакт уже пищал чуть чаще, но пока до развязки было ещё несколько минут. Тут кусты раздвинулись, и на поляну явилась богиня-мамаша собственной персоной. Рита мигом успокоилась и уставилась на новое действующее лицо. Я, надо сказать, тоже поражённо замер. Эту четырёхметровую тётку мы уже видели, но тогда она была в нормально одежде, а вот сейчас…

На богине был только минималистичный топ из золотой кольчуги, хоть как-то прикрывающий огромную грудь, и очень короткая юбка из золотых пластинок, поддерживаемая широким ремнём. На ногах покрытые золотыми чешуйками сапоги до колен, волосы прихвачены украшенным драгоценными камнями обручем. И всё… больше ни единой тряпочки. Для средневековья весьма смелый наряд. Хотя, как можно догадаться, это или что-то церемониальное, или просто оригинальная спортивная форма.

И судя по виду, богиня только что закончила тяжёлую тренировку. Дышала тяжело, да и всё её тело, белого как мел цвета, с еле заметными чуть более тёмными разводами, лоснилось от пота. Довольно короткие волосы растрёпаны, а кисть руки, сжимающая оружие, вся покрыта каменной пылью. Она что? Камни рубила? Ну тогда усталость понятна. Ещё бросились в глаза набухшие мускулы и кубики пресса. В общем… Этакая машина смерти гигантского роста.

Осматривал чудовище я недолго, а затем мой взгляд прикипел к оружию в её руке. И нет, я не фанат смертоносной стали. Но этот меч… Он просто притягивал взгляд. Совсем небольшой для богини, в её руке он смотрелся скорее как длинный кинжал. Клинок обоюдоострый, слегка расширяющийся в последней трети, прежде чем резко перейти в остриё.

Но форма ладно. Видеть такую на картинках мне приходилось. А вот сталь клинка… Какая-то голубоватая, и с переливающимися искристыми бликами, заметными даже без магического зрения. Более того, он похоже ещё и как-то гипнотически воздействовал на человека, в данном случае на меня. В общем, именно так и должен выглядеть настоящий божественный меч.

Кстати, он и для моих рук подошёл бы, но как полуторник. Я всё-таки оторвал взгляд от невероятного оружия и с трудом вернулся в реальный мир.

Снелжа, как только увидела мамашу, тут же убрала попискивающий артефакт за спину, второй рукой машинально достала из кармана яблоко, и откусила половину.

— Что, доча, — добродушно спросила старшая богиня, кинув на меня и Риту короткий взгляд, — с питомцами занимаешься?

— Ну это… да… — быстр прожевав яблоко, пробормотала трёхметровая дура, ещё и потупив взор. — Вот… дрессирую… Они такие… интересные.

Говорили богини на своём языке, а мы с Ритой всеми силами пытались не показать, что понимаем его.

— Дело хорошее, — одобрительно кивнула мамаша, а затем вдруг показала пальцем на Риту. — И посмотри какая она стройная. Прям красотка. И на меня не смотри, такой как я, тебе быть не надо. Я же богиня Поединков. А вот такой, как эта девочка, стоило бы.

Снелжа кинула на нас испуганный взгляд, а старшая богиня вдруг рявкнула:

— А ты слишком много жрёшь!

Тут она обратила внимание на неестественную позу богини Смерти, схватила ту за локоть руки, прячущей за спиной уже часто пищащий артефакт, и через мгновение сжимала эту пародию на пистолет в своей руке.

Полсекунды размышляла, а затем заорала:

— Что это? Ты где это спёрла?

Снелжа как-то сжалась, одной рукой машинально достав ещё одно яблоко и откусив, а второй прикрыв зад в защитном жесте. Старшая же дура не придумала ничего умнее, чем уставиться на переднюю часть артефакта.

— Мамуля, нет! Не направляй на се… — завопила дочка, подавившись яблоком.

Писк слился в одну ноту, и в голову богини Поединков ударило облако искр. Несколько секунд ничего не происходило, а затем тело мамаши начало обрастать шерстью. Красивой чёрной шерстью с рыжим рисунком, который полностью повторял узор на коже.

— Что? — взревела пострадавшая. — Модификатор золотого уровня? Они у кого-то из наших ещё сохранились? Ты что творишь?

Огромная ладонь погладила себя по шерсти, затем против, и мамаша схватилась одной рукой за ремень на юбке. Ладонь второй руки она направила на себя и рявкнула какое-то заклинание. Шерсть осыпалась на траву, а за ней упала и юбка, потому что поддерживающий её ремень уже взлетел в воздух. Упавшая нижняя часть одежды открыла невероятный вид на мускулистый зад, который надетые под юбку стринги почти не скрывали.

Снелжа завизжала, прикрыв лицо, но старшая богиня совладала с первой волной гнева и не удалила ей по лицу. А схватила, перекинула на локте и в одно движение стянула широкие штаны. Схватилась за трусы, но тут злобные глаза уставились на нас, и рука замерла на середине движения.

Кажется, мамаша неплохо владела собой. Она подняла артефакт, затем взяла за ухо дочку и оторвав воющую богиню Смерти от земли, понесла её к кустам. На траве остались только юбка из золотых пластин, невероятный меч, брошенный в горячке разборки, и куча шерсти.

— Да уж… — медленно произнесла Рита. — Ты снова в раю, Алекс. Сначала я с кошачьими ушами и хвостом… Затем стриптиз богини Поединков. И Снелжу при тебе чуть не раздели.

— Скажешь тоже, — рассмеялся я. — Я не маньяк, чтобы западать на четырёхметрового монстра и несовершеннолетнюю девицу.

— Нет, конечно, — фыркнула магичка. — Но согласись, ты наверное единственный мужчина, видевший такое. Ну ладно, ты не маньяк… Ты…

Воздушная преграда исчезла, и Рита кинулась мне на шею, вереща:

— Ты самый лучший и умный! Подсказал шуметь, благодаря этому мамаша заберёт артефакт и мы останемся какими и были. А уши и хвост… Чёрт с ними! Главное, что ты не станешь девочкой-лисой!

Из-за зелёной преграды донеслись резкий свист, шлепок, а затем басовитый рёв.

— А Снелжу опять порют, — хихикнула Рита. — Как мы и обещали.

Я же с трудом оторвал от себя руки подруги и кинулся к лотку с песком. Откопал верёвку и походный крючок-кошку, и уже через минуту занимался чем-то похожим на рыбалку.

Ещё через пару минут взял в руки меч богини, который подтащил к клетке, и вдруг понял, что моя рука совсем не желает разжиматься на рукояти. Это оружие — что-то невероятное!

— Не боишься, что хозяйка за ним вернётся, — опустила меня на грешную землю подруга.

— Вернётся, скорее всего, — кивнул я, приходя в себя. — Но… пара минут у нас есть.

Я подошёл к пруту, который недопилил несколько часов назад, размахнулся и с одного удара перерубил его кончиком чудо-меча. Дальше работал половину минуты, вырубив в клетке лаз, а затем поднялся по прутьям и также вырубил два артефакта, которые защищают нас от внимания слуг-големов.

— Бежим? — улыбнулась Рита.

— Нет, — покачал головой я, пристраивая прутья на место. — Подай мне чёрную нитку. Привяжу и будет не очень заметно. А бежать мы будем позже, когда боги или спать лягут, или по своим делам разойдутся. Даже не так… Мы поживём здесь немного… Разведаем, как отсюда можно убежать. Не забывай про защитный периметр. И ещё… Пользуясь случаем, надо поискать здесь что-нибудь, что поможешь нам утихомирить Снелжу. А то она так и будет доставать нас.

— Действительно, — задумчиво протянула магичка. — Надо уж как-то закрыть этот вопрос… И ты молодец, что так всё обдумал! А я… Я согласна с тобой от кончика ушей до кончика хвоста.

Я посмотрел на девушку, и догадался, что она уже вполне приняла небольшую модернизацию своего тела. А красавица улыбнулась и добавила:

— Ну а что? Будет тебе некоторое разнообразие в моей внешности. Кошкодевочка, если временно — это не так уж и плохо.

Тем временем расправа за кустами всё ещё продолжалась, так что Рита поёжилась и прошептала:

— Что-то мамаша совсем разошлась. Лупит дочурку смертным боем. Мне даже жалко стало нашу дуру… Как бы не убила.

— Не бери в голову, — отмахнулся я. — Мои знания физиологии энифели и богов подсказывают, что у богов очень крепкие тела, ты же видела как она несла Снелжу за ухо, а то и не оторвалось. И болевой порог у них очень высокий. Потому мамаша и старается изо всех сил, чтобы дочурка хоть что-то прочувствовала.

Рита кивнула, а затем вдруг насторожила свои огромные уши и произнесла:

— О! У меня теперь очень чуткий слух, и я слышу их разговор.

И действительно, порка прекратилась, и я теперь слышал разве что шелест листвы под лёгким ветерком. Рита сделала мне знак молчать и принялась тихо говорить:

— Мамаша требует убрать ей шерсть, которая снова отросла после магической депиляции… Сама она артефактом пользоваться не умеет… Дала его Снелже… Та что-то бормочет… Так… Слышу писк… Тот ускоряется…

Пару минут, похоже, ничего не происходило, а затем донёсся отдалённый рык, а Рита тихо рассмеялась:

— Мамаша орёт… Снелжа что-то накосячила и… шерсть не исчезла. А у старшей дуры вырос ещё и хвост…

— Вероятно попытка отменить заклинание не удалась, — еле сдерживая смех прокомментировал я. — Вместо этого запустили повтор предыдущей метаморфозы.

И снова раздался свист ремня, который слышал даже я, и вопли Снелжи. Через пару минут стихли, и Рита продолжила пересказывать мне, что расслышала своими огромными ушами:

— Так… Ещё одна попытка… В этот раз изменилось лицо мамаши. Она вроде как совсем стала кошкотёткой… И… У артефакта, похоже, закончился заряд… Вероятно на богиню требуется куда больше, чем на меня. Мамаша орёт, что запрёт дочурку в чулане на неделю… На хлеб и воду… Точнее, только на воду… А вместо хлеба будут ежедневные порки… Всё, они уходят.

— Ну что ж, — кивнул я. — У нас есть неделя, которую мы можем посвятить разведке. Вряд ли кто-то другой будет проверять, сидим ли мы в этой клетке.

Смысла тянуть я не видел, поэтому начал разматывать нитки, чтобы открыть прорубленный лаз в решётке. И уже почти закончил, как Рита вдруг настороженно повела ушами и крикнула:

— Алекс! Возвращай всё обратно! Сюда идёт богиня-мамаша!

Я чертыхаясь выкинул наружу божественный меч и принялся возвращать вырубленный кусок решётки на место, но не успел. Когда деревья качнулись, раздвинутые нетерпеливой рукой гигантской амазонки, а кусты затрещали, я вскочил, решив хоть собой загородить косо-криво закреплённую дверцу.

Богиня Поединков в этот раз явилась в накинутом халате, и что-то жующей. Наполовину кошачье лицо и открытые части тела были покрыты чёрной с рыжими разводами шерстью, а по сапогам нервно бил огромный хвост. Гигантская дама скользнула по нам равнодушным взглядом, закинула в рот очередную горсть конфет и принялась жевать их прямо с фантиками. Подобрала меч и золотую юбку, после чего удалилась.

— Конфеты она явно у Снелжи отобрала. Ту же заперли на одну воду, — усмехнулась Рита. — Впрочем, похудеть той и вправду будет полезно. А вот нам стоит посуетиться, чтобы найти себе еду.

— Не волнуйся, — пожал плечами я, отвязывая дверцу в решётке, — если найдём способ пошнырять здесь, то еду уж точно раздобудем.

Через несколько минут мы пробрались через заросли, окружающие поляну с клетками, и замерли, поражённые открывшимся видом. Мы оказались на заросшей идеально зелёной травой поляне, шириной в пару сотен метров, а длиной почти в километр. С двух сторон она была ограничена ровными посадками огромных деревьев с густыми кронами, с третьей стороны виднелась высоченная стена из ослепительно белого камня, а вот с четвёртой громоздился комплекс каменных строений, здорово напоминающий какие-то храмы.

За величественными строениями возвышалась почти цилиндрическая скала, высотой метров пятьсот и диаметром в километр, на вершине которой сверкали золотыми куполами циклопические строения. И над всеми ними впивалась в небо тонкая башня, высотой в полкилометра. Очень впечатляюще, и туда нам точно надо будет сходить. Но сначала неплохо бы приодеться, так что я пока сосредоточился на ближайших окрестностях, то есть на поляне перед нами.

Тут и там виднелись несколько невысоких белокаменных колонн, а всего в полусотне метров от нас возвышался сильно изрубленный столб из чёрного гранита, вокруг которого суетились несколько слуг-големов в белых балахонах. Часть собирали обломки, а другие явно магией выращивали траву на месте вытоптанной и смешанной с землёй.

— Ого! — присвистнула Рита. — Этот столбик, похоже, мамаша рубила для тренировки. Сильна! Аж завидно.

— Скажешь тоже, — усмехнулся я. — Завидно… Лучше быть нормальным человеком, а не это всё.

— Вопрос риторический, — пожала плечами брюнетка. — Нам и не предлагают ничего такого. Да нам вообще ничего не предлагают, так что всё придётся делать самим. И неплохо бы начать с одежды. А то мы тут как дикари, сразу в глаза бросаться будем.

Глава 9

Я ничего отвечать не стал, потому что заметил одну из колонн под деревьями всего в десятке шагов от нас. И ещё кое-что заметил. Эта постройка была полой внутри, и из ниши на нас пялился слуга в белом одеянии. Но просто стоял молча, агрессии не проявляя. Хотя, я же не зря вырубал шары, которые этим големам подают сигнал, что разумных рядом с ними проверять на правомерность нахождения на горе богов не надо.

Подошёл к слуге, вслух прочитал номер на балахоне и распорядился:

— Отдай мне свой балахон!

Тот даже не пошевелился. Со спины ко мне подошла Рита, и после третей попытки прошептала:

— Похоже, он не воспринимает тебя как имеющего право командовать.

— Логично… — проворчал я. — Они же видят ауру, и моя нисколько не похожа на божественную.

— О! — улыбнулась девушка. — Есть одна мысль!

После чего убежала и вскоре вернулась, сжимая в руке пучок шерсти, оставленный богиней. Сунула её под нос слуге-голему, произнесла номер и скомандовала:

— А ну быстро отдал мне свою одежду!

А через секунду стояла, смущённо комкая в руках обрывки балахона. Я хмыкнул и прокомментировал:

— Слово «быстро» в команде этому тупорезу было явно лишним. Но по крайней мере мы знаем, что силы у голема немало.

И действительно, деревянный слуга так торопился снять с себя наряд, что изорвал его. Так и вручил прямо в руки Рите.

— Мда… — вздохнула девушка. — Не подумала. Права была эта трёхметровая дура, я какая-то несдержанная и несообразительная.

— Ты молодец! — не согласился я. — Придумала как отдавать команды слугам.

Затем спросил замершего напротив деревянного истукана, покрытого теперь только наполовину облупившейся белой краской:

— Ты кому-то сообщаешь о полученных приказах и выполненных действиях?

Но увы, меня слуга полностью проигнорировал. Тогда я прочитал номер с обрывков балахона и повторил вопрос. И снова ноль внимания. И только когда я забрал у подруги пучок божественной шерсти, сунул его под нос голему и произнёс номер, тот принялся отвечать:

— Сообщаю распорядителю.

— Кто он? — продолжил допрос я.

— Один из нас.

— Он сообщает это кому-то ещё?

— Он ведёт записи, и их может посмотреть любой из богов.

— Часто смотрят?

— Мне неизвестно.

— Что ты сообщил распорядителю после того, как отдал балахон?

— Позже сообщу, что Её Небесность Богиня Поединков Ролла Великая потребовала от меня отдать балахон.

— А ещё? Наш разговор?

— Сообщать требуется только о действиях, которые мы совершили.

— С подробностями? Если ты убирал в туалете, сообщаешь, что именно делал?

— Без подробностей. Только что делал уборку.

— Ладно! Свободен! — распорядился я. — Можешь идти за новым балахоном. Но позови сюда другого слугу. Даже двух.

Голем удалился, а я взглянул на погрустневшую подругу, сурово поджавшую губы, и догадался, что она расстроена тем, что сама не сообразила, как надо допрашивать безмозглого слугу. Что ж… Планов принижать ум девушки мне и в голову не приходило, так что буду просто почаще хвалить. Надо просто понимать… Это я уже закалён противостоянием богине Смерти, да и стараюсь в первую очередь рассматривать все события вокруг нас с точки зрения разума, а Рита более эмоциональна. Чем мне и нравится. Главное, не забывать почаще хвалить подругу.

Пока я размышлял, явились новые слуги-големы, и дело пошло. Через четверть часа мы обзавелись балахонами, собрали остатки шерсти на поляне, часть спрятали на дереве, а с двумя пучками двинулись исследовать тесный мирок богов. Гору Олимп.

Хотя нет… Тут же вернулись, Рита вызвала ещё големов и мы обзавелись ещё одним комплектом однообразной одежды. И теперь уже красавица придумала отличный апгрейд. Мы отрезали от двух верхние части, до шеи, напротыкали дырок и продели тряпичные шнурки так, чтобы одежда держалась на плечах, оставляя голову открытой. А от двух других балахонов отрезали верх уже до середины груди, так чтобы надевать как колпак на голову. Получился костюм их верхней и средне-нижней части. Но теперь мы хоть могли снимать накидку с головы, потому что это големам было всё равно в чём ходить, а нам хоть иногда хотелось открыть лица, чтобы и побеседовать можно было нормально, да и просто подышать вволю.

— Ты здорово придумала! — похвалил я подругу, накинув на голову верхнюю часть. — Теперь чтобы открыть голову нам не надо снимать с себя всю одежду.

— Да ерунда какая-то, — проворчала девушка, пытаясь пригладить ладонью нижний край верхней накидки. — Сразу видно, что наши балахоны из двух частей.

— Вблизи да, — настаивал я. — А издалека только если очень сильно присматриваться. Ну а нам к богам приближаться всё равно нельзя. Наверняка многие из них могут почувствовать присутствие человека рядом. Так что вся надежда на тебя.

— И в чём же?

— Просто внимательно слушай! У тебя теперь очень чуткие уши, а боги здорово топают при ходьбе. Да и дышат как паровозы. Шутка ли — махины в тонну весом.

— Ну не как паровозы, — рассмеялась магичка, — но согласна. Их дыхание я теперь слышу. Хоть какая-то польза от этих чёртовых ушей. Ещё бы для хвоста какое-то оправдание придумать…

— И для когтей, — я создал и убрал опасное оружие на концах пальцев.

— Ну ты можешь по деревьям здорово лазить. А вот хвост…

— Я тебе вечером, когда разведку закончим, покажу, как хвост может пригодиться, — многозначительно понизил голос я.

— Ах ты!.. — возмутилась красавица.

Но возмутилась как-то так… не натурально. Да и вообще, настроение подруги вернулось в норму. Боевое, циничное и в нужные моменты сосредоточенное. В общем, всё отлично! Мы противостоим богам, и у нас пока получается.

Так, болтая «ни о чём», почти дошли до внушительного комплекса строений, который, насколько можно было догадаться, был домом семьи Снелжи.

Я собрался, хорошенько подумал, допросил ещё парочку слуг, которые прятались в нишах стоявших тут и там колонн, и подвёл итог своим исследованиям:

— С големами надо быть осторожными. Сейчас они видят нас как живых разумных, которым не место на горе богов, но у нас артефакты, которые сообщают им, что нас проверять не надо. Это раз. А два — это то, что когда мы отдаём им команды, то они любого из нас воспринимают как Роллу, мамашу Снелжи. Всё благодаря твоей придумке с шерстью.

— Скорее всего, — задумалась Рита, — големы настроены воспринимать здешних хозяев по ауре, ведь насколько я понимаю, внешний вид боги могут менять. Да хотя бы натянув на себя побольше одежды и маску, скрывающую лицо.

— Именно так. И нам уже известно, что слуги протоколируют существенные действия. Но без подробностей. Такой-то бог приказал сделать то-то и то-то. А вот что именно, не записывается.

— Логично, чёрт побери! Ведь богам не нужны шпионы. Кто-то из этих чёртовых богов создал големов, и наверняка он может потребовать доклад от старших слуг, чем занимались соседи. И не думаю, что здесь царит мир и всеобщее братство. Как минимум, Шонашул рассказывал нам, что его изначально сделали для шпионажа.

— И выводы такие. Если боги хотят сделать что-то важное, то големов к этому не привлекают. Свои тайны надо беречь.

— Никто не мешает им иметь собственных слуг для деликатных поручений.

— Именно так, — кивнул я. — Но нас те пока не интересуют, а вот насчёт общих големов можно сделать важный вывод. Нам ими пользоваться надо очень осторожно. Ведь если у их старших наберётся много подозрительных команд, то как бы не подняли тревогу. Я бы на месте того бога, который их программировал…

— Программировал? — усмехнулась Рита.

— Ну а как это назвать? Разума у этих деревяшек нет, так что последовательность команд можно и так именовать. Так вот, я бы что-то такое и заложил в код… хм… в наборы команд. Если происходит что-то подозрительное — сообщать кому надо.

— А ведь верно, — покачала головой девушка. — Алекс! Ты такой умный!

— Да и ты… — попытался вернуть комплимент я.

— Красивая! — перебила брюнетка, рассмеявшись. — Я красивая, а ты умный. Идеальный комплект.

— Ты ещё и сильная магичка.

— Ну это мне дала Снелжа. И как ты понимаешь, гордиться тут нечем. Да и вообще, она как дала, так и отнять может. Ей не долго.

Я был не согласен, что богиня Смерти может легко отнять свои дары. С такими сложными вещами она работать не умеет. Только с помощью артефактов. Что удалось спереть у других богов, то и применяет. Ещё в день нашего спасения, Рите она дала сильную магию огня, а мне вообще невероятные способности к магии, похоже или не разобравшись, или в спешке. И всё с помощью специальных артефактов. Но мои способности она позже забрала, и опять же с помощью артефакта.

Затем мы спёрли… э-э-э… взяли у неё трофеями другие артефакты, но с очень оригинальными свойствами. Теперь подруга великий специалист в культуре энифели, а я знаю как лечить представителей изначальной расы, да и богов, которые из них и были созданы. Хотя богов лечить не требуется. Очень уж они живучие.

И может так статься, что теперь, когда у нас есть возможность пошариться по обиталищу богов, мы и ещё что-нибудь полезное найдём. В идеале что-то такое, что позволит нам как-то приструнить Снелжу, чтобы та больше нас не доставала.

Пока же мы дошли до семейного комплекса родителей богини Смерти, Рита послушала своими огромными ушами и пожав плечами произнесла:

— Никого не слышу, а значит можно и прокрасться. Надеюсь, ловушки или сигнальные артефакты не стоят.

— Шонашул рассказывал, что когда он работал здесь котом, ничего такого не было. Не думаю, что за прошедшие годы что-то изменилось.

Мы прокрались в богато отделанный холл главного строения, осмотрелись и осторожно двинулись по широкому, ярко освещённому магическими светильниками коридору. Через некоторое время Рита прислушалась и сказала:

— Слышу размеренное дыхание. Кажется это мамаша спит. Устала после тренировки и разборок с дочуркой.

А ещё через сотню метров добавила:

— А теперь слышу скулёж. И это точно Снелжа в чулане жалуется на судьбу.

— Только папаша и старший сын где-то шляются, — подвёл итог я. — А значит дом в нашем распоряжении.

Мы вволю побродили по коридорам, заглядывая в комнаты, благо большинство дверей оказались не заперты. И первое, на что обратили внимание — это запустение. Дворец был огромен, но прямо чувствовалось, что во многие комнаты не заглядывали годами, если не столетиями.

Из интересного мы нашли портальный зал, который я много раз видел, но вот именно туда мы соваться поостереглись. После моей операции по спасению Риты уж там-то точно могли поставить сторожевые заклинания.

А затем мы нашли лабораторию Снелжи, в которой пару раз были. И на полу обнаружились наши вещи. Но не все.

— Снелжа приказала всё вычистить, починить и принести к ней в лабораторию, — попинал свои ещё влажные доспехи я. — Вот слуги и выполняют. Что уже успели отчистить, то уже здесь. А одежда наверняка ещё не высохла.

Рита нацелилась было на свой деревянный меч, но я остановил подругу, пояснив:

— Не стоит ничего трогать. Не знаю, сколько нам придётся жить в рассаднике богов, пока не найдём способ смыться, и не надо показывать, что мы можем покидать клетку.

— Согласна, — кивнула девушка. — Правильнее будет забрать когда уже соберёмся сматываться.

Но я всё-таки пошарился в одной очень интересной коробке, в которой богиня Смерти хранила свои главные ценности. И мне повезло найти артефакт… А может и не очень повезло.

— Не хочешь применить на себя? — спросил я подругу.

Та всмотрелась в цилиндр, размером в половину карандаша, на котором была нарисована человеческая фигурка, стрелка в сторону, и та же фигурка, но размером вдвое меньше.

— Знаешь, Алекс, — покачала головой брюнетка. — Мы сами применяли на себя два артефакта, не зная, что они делают. В результате ты выучил лечение энифели, а я их культуру. А в этот раз я прям одним место чувствую, что этот нам на себе испытывать не стоит. А ну как уменьшит размер? Представляешь себя вдвое меньшего роста? И не факт, что удастся потом вернуть всё как было.

— Раньше подобные артефакты что-то писали в мозги… — задумчиво возразил я.

— Ну допустим, я не правильно поняла рисунок, и ты не в размере уменьшишься, а станешь вдвое тупее. Так что положи на место. И вообще, нам надо сначала выучить божественные пиктограммы, а потом уже применять артефакты на себя.

Я согласно кивнул, вернул добычу на место, похвалил и поцеловал подругу за грамотный совет, и мы продолжили разведку. Вскоре вышли из комплекса строений с другой стороны и двинулись к отвесной стене центральной скалы, собираясь как-то подняться наверх, где ранее заметили несколько очень величественных зданий.

И повезло почти сразу. Мы обнаружили натоптанную тропу, которая привела нас к двери в скале, а когда мы проникли внутрь и прошли по короткому коридору, то аж замерли на минуту.

— Так вот ты какой, скрытый мир Олимпа! — даже с некоторым восхищением произнёс я.

Рита просто молчала, осматриваясь. А посмотреть действительно было на что. И ещё понюхать. Мы стояли на краю внушительного зала, выдолбленного в скале. Пол, стены и потолок были тщательно обработаны и даже отполированы. И мимо нас шныряли десятки слуг в своих белоснежных балахонах. Часть просто куда-то шли, а большинство несли на золотых подносах блюда с различными деликатесами. Тут были и салаты, и супы в огромных бадьях, и жаренные всевозможными способами мясо и рыба. Даже груда каких-то насекомых в окружении бутылочек с соусами попалась на глаза.

— Охренеть! — наконец прошептала подруга. — Кажется, именно сейчас боги изволят жрать. И надо сказать, я бы тоже не отказалась что-нибудь бросить в рот, но… Что-то мне подсказывает, что нам отбирать себе ничего не стоит. Даже кусочек.

— Пожалуй, — секунду подумав согласился я. — А то вдруг кто-то из богов ждёт именно это блюдо. Мы же не знаем, просто для заполнения стола его несут или по особому заказу. Спросит божок слугу, а тот ответит, что часть забрала богиня Поединков. Так и до провала недалеко.

В общем, мы сглотнули слюну, но затем заметили цепочку слуг, которые несли блюда на золотых подносах обратно. Часть со следами отрезанных кусков, а часть нетронутые.

Я кивнул подруге, и мы встроились во вторую цепочку. Прошли пару сотен метров по коридорам, затем попали в зал с широкой вертикальной шахтой, по которой двигались каменные диски. Поднимались из глубины, с них сходило несколько слуг с заполненными подносами, затем вставали големы с объедками, хотя большинство возвращаемых блюд были даже не тронутыми. И диски отправлялись вниз.

Так мы и опустились куда-то совсем вглубь горы. Но дальше нас ждало немалое разочарование. Мы-то посчитали было, что попадём на некую кухню, где всё это готовят, и оттуда будет несложно смыться во внешний мир. Но нет. Мы попали в огромный зал, по периметру которого были расположены кабинки грузовых порталов, очень похожие на те, которыми мы связывались со Снелжей.

Но эти кабинки были заставлены стеллажами, с которых големы сначала снимали готовые блюда, а затем ставили возвращаемые. И мы сразу сообразили, что нам в эти кабинки соваться не стоит. Они не пропускают живых, даже более того, мы заметили, что порталы срабатывают только после того как из них выходили даже не живые рабочие-големы.

— Мир этого распределителя, и внешний мир соприкасаются минимально, — сделал вывод я. — Где-то готовят кучу еды и отправляют богам, а то, что те не сожрали, возвращают обратно.

— Жрецам тоже хочется жрать, — улыбнулась подруга, сглотнула, явно нанюхавшись обалденных запахов, а затем показала на стеллаж в дальнем конце комнаты.

Часть возвращённых блюд ставили туда, но с какой целью, неясно. Хотя, если подумать… Туда ставили именно что нетронутые тарелки, подносы и бадейки. Причём по виду самое лучшее. Нет, у богов плохого и не было, но там скапливалось лучшее в том смысле, что не гарниры какие-нибудь, а именно что основные блюда.

— Похоже для высших жрецов собирают, — сделал вывод я. — Всякой низовой шушере пойдёт что угодно, а вот для кого-то стараются.

Минуту понаблюдав, я обратил внимание, что за заполнением стеллажей никто не следит, а пересчитывают тарелки только перед загрузкой в порталы. Ну и отлично! Мы с Ритой подошли и несмотря на голод, привередливо выбрали по паре тарелок, чего нам и хватит с огромным запасом, ведь для гигантов-богов и порции готовились соответствующие.

И внимательно выбирали мы тоже не спроста. Часть блюд выглядели очень подозрительно. Какие-то склизкие моллюски, или что-то похожее на личинки насекомых. Может это вполне вкусные и безопасные продукты, но… Есть их можно только с закрытыми глазами. Так что мы выбрали только точно опознанное знакомое мясо и с узнаваемыми гарнирами. Ну их нафиг — неизвестные деликатесы.

Глава 10

— Отлично! — откинулась спиной на стену Рита, когда мы закончили с едой в какой-то кладовке. — С одеждой кое-как разобрались, с едой получилось куда лучше, с гигиеной мы и сами в силах справиться. Что ж… Ничего не мешает приступить к серьёзной разведке.

Я согласно кивнул, но сначала сделал армейский жест «отдых». Рита согласно кивнула, тут же положила голову мне на колени и уснула. Мда… А я что-то не подумал, что у красавицы выносливости куда меньше, чем у меня. День идёт к концу, и насыщен событиями он был по самую макушку.

Пользуясь тем, что подруга уже крепко спит, я погладил её кошачьи уши и хвост, и подумал, что если не навсегда, то приобретение ничего так… Интересное. Выпустил и убрал свои когти, и решил, что таким апгрейдом можно и всю жизнь великолепно пользоваться.

В общем, противостояние богам пока идёт нормально!

Через несколько часов мы продолжили исследования, и первым делом разыскали магические лифты, которые вели на вершину полукилометровой башни, возвышающуюся над всем Олимпом. К счастью, никого из богов мы там не застали и смогли вволю налюбоваться всей горой и окружающим миром энифели.

Солнце клонилось к закату, и в его скользящих над поверхностью лучах вид оказался совсем каким-то волшебным. Можно даже сказать, сказочным.

Итак… Олимп представлял из себя плоскую вершину горы. Близкую по форме к кругу и диаметром километра так три. Примерно в средине возвышалась почти цилиндрическая скала километрового диаметра. На ней находились величественные строения, в том числе и башня, на вершине которой мы сейчас стояли.

— Я думаю, что это некие общие для всех богов строения, — показала пальцем вниз подруга, и я рассмотрел несколько фигур, которые шли между строениями. — Вот они, боги, какие они есть в естественной среде обитания. До сих пор мы видели только Снелжу с её мамашей, но чувствую, что скоро насмотримся.

— Только издалека, — возразил я. — Нам к ним приближаться не стоит. А ну как почувствуют. Так что вся надежда на твой слух.

— Комплимент засчитан, — улыбнулась подруга, пошевелив ушками. Затем приподняла балахон, чтобы высвободить хвост, которым меня шутливо и стукнула по заду. — Ладно, окончательно приму, что некоторая модернизация тела меня не испортила. Да! Это далеко не самое худшее, что можно было ожидать в рассаднике богов в магическом мире. Загробном, как ты его называешь.

Я рассеянно покивал, потому что как раз занялся осмотром нижнего уровня горы, и по итогам удивлённо произнёс:

— Здесь, на самой верхотуре, находятся общие строения, а ниже расположены личные дома богов. На первый взгляд кажется, что они просто напиханы вокруг центральной скалы, но вот на второй… Итак… Комплексов строений здесь шестьдесят, а это равно общему количеству богов. Но мы точно знаем, что часть богов живут семьями, а значит часть домов пустует.

— И к каждому дому прилагается участок, который тянется до внешней границы, — подхватила Рита, всмотревшись в даль. — Разделены они узкими посадками высоких деревьев. Достаточно ровными, чтобы с высоты общая структура отлично просматривалась.

Я кивнул, а девушка со смешком добавила:

— Знаешь, мне это напомнило какие-то дачные посёлки. У каждого что-то своё, но в целом участки мало отличаются.

— И есть общее пространство на вершине центральной скалы. И вот вопрос — какого хрена боги так себя ограничили? Вроде как и не теснятся, но они же не пенсионеры. Наверняка кто-то хотел бы просторное ранчо, а тут вот… Всем нарезали примерно одинаковые участки.

— Да, для владык мира всё это выглядит по меньшей мере странно, — нахмурилась брюнетка. — Даже в человеческих землях всякие графы, не говоря уж о королях, имеют парки куда обширнее.

Дискуссия о тяжёлой доле богов как-то увяла, а тут я ещё и рассмотрел внизу подозрительную фигурку в яркой одежде, маленькую с такой высоты, но главное, меньше других богов, которых мы уже заметили почти десяток.

— Похоже на человека, — показал я пальцем. — Ну или на энифели, или на кого-то из другой расы, но не четырёхметрового гиганта.

Рита всмотрелась и выкрикнула:

— Бежим вниз! Наверняка это кто-то из слуг. И он, кстати, идёт в сторону дома семьи Снелжи. А она же говорила про какого-то парня, которого недавно спасла.

— Это который увлекается комиксами о фурри? — улыбнулся я. — Да, человек с Земли — это может быть интересно. Вдруг он знает что-то, что нам пока неизвестно. Снелжа вроде бы была довольна им. И я надеюсь, что парнишка поделится с нами.

— Как минимум я надеру ему задница! Да! Надеру! За это! — Рита грозно повела ушами и звучно стукнула кончиком хвостом по каменному полу, после чего, уже разворачиваясь к магическому лифту, добавила. — Нефиг было давать тупые книжки дурной богине!

Я еле удержался от строгого окрика. Чёрт! Подруга всё-таки очень взрывная красавица. И если в кровати это однозначно плюс, то во время тайной операции на вражеской территории может быть просто опасно. Но ладно! Познакомиться с очередным спасённым, кем бы он ни был, может оказаться очень полезно. Нет, сначала мы понаблюдаем, конечно, а то как бы не сдал он нас. Но это уже по месту смотреть надо.

Еле догнав подругу, я прыгнул на как раз подъехавшую лифтовую платформу, и уже через несколько минут мы выскочили у подножия башни. А дальше по кустам кинулись в нужную нам сторону. Там где дом Снелжи.

На краю скалы нашёлся спуск со ступенями под размер ног богов, то и платформа-лифт рядом ждала, а как только мы ступили на неё, то быстро понеслась вниз.

А ещё через пять минут мы стояли в коридоре недалеко от чулана, где была заперта богиня Смерти, и Рита, насторожив чуткие кошачьи уши, рассказывала, что услышала. И комментировать не забывала.

— Алекс! Чёрт! Это не слуга, а ещё один бог! Судя по голосу, совсем мальчишка. Так… Тот принёс Снелже угощение… Пирожок… Девчонка ругает его и издевается над его умом… Тупостью… Она же за запертой дверью…

Я улыбнулся, а подруга кинула на меня хитрый взгляд и пояснила:

— Что я поняла… Похоже, у этих детишек сложные отношения. Этот мальчишка — жених Снелжи, как считают все боги. Когда-нибудь… через пару-тройку столетий, они вроде как должны пожениться. И наша богиня совсем не в восторге от такого жениха. Ну это и понятно… Она выглядит лет так на двенадцать, а этот дурик от силы на десять. Она его ни во что не ставит, а вот парень не знает как услужить невесте. Пытался передать пирожок, но не смог, а заранее не подумал.

Рита умолкла, вслушиваясь, но через минуту продолжила:

— Снелжа неплохо прошлась по умственным способностям парня… Орёт, что от запаха пирожка ещё больше жрать захотела.

Снова прислушалась и шикнула:

— Подожди! Они быстро говорят, но много лишних слов… Робкие оправдания с одной стороны и упражнения в сарказме с другой… Но проскальзывает и интересное… Потом тебе расскажу суть.

Рита выгнулась как большая кошка, насторожила ушки, и… Вид у неё стал… Просто ух! Кажется, метаморфоза коснулась не только внешности, но и как-то повлияла на то, что называется «язык тела». Я залюбовался подругой и подумал, что сегодня нас ждёт совершенно незабываемая ночь. Пожалуй, я лично готов простить богине её неудачную попытку превратить нас в чёрт знает кого.

Точнее, не простить, а засчитать этот раунд нашего противостояния в мою пользу. Ну надо же искать хорошее даже там, где ты вроде как проиграл.

От посторонних мыслей меня отвлёк быстрый шёпот подруги:

— Снелжа немного успокоилась и принялась говорить этому дурню, что он должен ей помочь. Так… Помочь снять с них обоих некое сверхзаклинание, которое не даёт им вырасти. Да… Они оба уже давно должны были стать взрослыми и очень сильными богами… Так… И помочь надо именно сейчас, потому что сама Снелжа заперта, а ей надо что-то сделать. Что-то очень важное именно сейчас. Парнишка хнычет и упирается. Говорит, что боится. Снелжа его ругает и уговаривает… А этот парень, между прочим, знаешь кто? Он бог Мудрости! Да, зовут его Колан. Так… Похоже, Снелжа уговорила женишка. Тот гундел, что она его не любит, но наша дура применила подлый приёмчик. Сказала, что если он повзрослеет, то она подумает об их отношениях.

Девушка бросила на меня озорной взгляд и добавила:

— Соврала. Это я тебе точно говорю. Там всё на это указывало… и интонации, и формулировки фраз. Но ей надо было зачем-то уговорить дурика, и она своего добилась.

Я кивнул, пока уловив главное. Снелжа замутила какую-то невероятную интригу. По её результатам богиня-подросток может стать сильнее, и как бы нам не прилетела от этого куча неприятностей. А значит, и мне стоит половить рыбку в мутной воде. Вдруг удастся как-то не просто помешать богине, а вообще отбить всякое желание вмешиваться в нашу с Ритой жизнь в этом мире. В идеале просто дать нам дожить отмеренный природой век. Чего-то большего нечего и желать.

Самый напрашивающийся вариант — раскрыть её интригу кому-то, кому богиня Смерти и бог Мудрости нужны в виде немощных подростков. Немощных для богов, конечно. Но и тут надо действовать с оглядкой. Как бы хуже не сделать. Ни нам, ни даже Снелже. Я и вправду её враг, но…, но в меру. Она нас спасла, как-никак.

Пока я размышлял, Рита продолжала слушать, но молчала, а значит ничего существенного не подслушала. Но вдруг девушка встрепенулась и быстро прошептала:

— Прячемся!

Кинулась за поворот коридора, я следом, а затем оба выглянули и заметили как на стыке коридоров прошёл двухметровый божок. Точно пацан какой-то в ярких шортах и рубашке.

Подруга проводила его взглядом и принялась рассказывать:

— Заговоры заговорами, но жрачка по расписанию. Снелжа послала женишка за нарезкой окорока, чтобы тот ей под дверь подсунул. И ещё сказала, чтобы он ей слугу прислал к чулану.

Через несколько минут мимо нашего коридора прошагала фигура в белом балахоне, подруга послушала и еле сдерживая смех произнесла:

— Ну пришёл к ней слуга. Стоит под дверью, а эта трёхметровая дура хочет отдать ему приказ, но не может. Номера не видит.

— А что за приказ?

— Так… вот… ещё пытается. Говорит, чтобы тот отнёс хлеба и травяного отвара её питомцам. Нам, похоже. Но можем не бояться. Без озвученного номера слуга исполнять не будет. Тупые они.

— Чёрт! — покачал головой я. — Похоже, нам пора в клетку. Сейчас вернётся женишок и скажет номер. Очень скоро слуга притащит хлеб, а нас там нет.

— Подожди, — отмахнулась подруга. — Слуга потёрся у двери, но так как ему никакого приказа так и не прозвучало, уходит. Снелжа орёт как резаная. Поняла, что сама натупила.

— Хорошо, — кивнул я. — Слушай дальше. Сейчас Колан вернётся, и может Снелжа что-то расскажет интересное.

Действительно, двухметровый мальчишка вскоре прошагал к чулану, обеими руками держа огромную тарелку, нагруженную целой горой мясных нарезок.

— Он подсовывает еду под дверь, — через пару минут хихикнула Рита. — Снелжа орёт, что надо было хоть салфетку захватить, чтобы не по полу пропихивать. Но ничего, жрёт… Так… Начала говорить… Ого! Ого! Ого!

И поражалась Рита неспроста, потому что услышала нечто очень важное. Девушка выдавала мне сведения отрывками, когда Снелжа пережёвывала очередной кусок, а дальше снова и снова слушала. А когда инструктаж бога-мальчишки был закончен, и тот снова отправился за слугой-големом, я быстро подвёл итог, просто для того, чтобы подруга поправила, если я что-то не так понял, или она не успела что-то рассказать в спешке:

— Снелжа как-то раскопала, что её, как богиню Смерти, и этого парнишку, как бога Мудрости, кто-то, чьё имя сейчас упомянуто не было, остановил во взрослении. И цель противника вроде бы понятна. Эти два бога должны быть немощными. Но вот зачем именно, пока не очень понятно, хотя у меня лично есть подозрения.

— И какие же? — нахмурилась подруга.

— Да ты тоже в общем в курсе. Мы же обсуждали уже, что прежний бог Смерти склеил ласты восемьсот лет назад. И тогда же прекратилось массовое переселение в этот мир людей и других рас. Нетрудно предположить, что кто-то посчитал, что уже переселённых хватит, и для надёжности просто убрал главного исполнителя. Эту же ситуацию можно легко перенести и на бога Мудрости. Мы про него ничего не знаем, но… если и тот помер примерно тогда же…

— Ты может и не помнишь, а я кое-что читала про богов, — покачала головой магичка. — И рассказывала тебе и девчонкам. Но вскользь, потому как тогда нам это не казалось важным. Так вот, в университетских записях про бога Мудрости вообще почти не было упоминаний, кроме того, что сейчас есть такой. И это говорит о том, что прежний бог Мудрости был убит очень давно, и я даже могу предположить по какой причине.

— По причине того, что изначальная раса этого мира, энифели, более тысячи лет назад была отброшена в развитии из века первых самолётов и броненосцев в средневековье. И скорее всего за довольно короткий период. У них была техномагическая цивилизация уровня начала двадцатого века на нашей Земле, но её стёрли так, что не сохранилось никаких воспоминаний или записей, — подхватил я. — Вот тогда бог Мудрости, который наверняка отвечал за науки и прогресс, и был уничтожен.

— И энифели наверняка жили по всему миру, а теперь у них очень ограниченная территория в окружении вражеских рас, — добавила Рита. — И всем известно только про три материка, а ведь мы видели глобус, на котором их аж пять.

— Скорее, про два континента известно, — поправил подругу я. — Третий в представлении местных какой-то полумифический. Вроде кто-то к нему плавал, но не точно.

— Ага, — усмехнулась магичка. — Его даже на картах размещают по разному. Этакая неуловимая Атлантида. Но чёрт с ним, с этим континентом. Продолжай систематизировать, что я успела подслушать. Мне нравится как ты это делаешь. Снелжа выдавала сведения отрывками, так что я сама немного запуталась.

— Снелжа как раз на третий континент несколько дней назад отправила парня с Земли, которого недавно спасла, — с улыбкой продолжил систематизировать подслушанное я. — Вероятно, того корейца, который заразил её своим увлечением комиксами о фурри.

— Уши ему за такое оборвать! — эмоционально перебила меня Рита.

— Ну не скажи, — возразил я. — Снелжа хотела превратить нас в зверей, и даже артефакт припасла. Так что звероподобные люди ещё не так плохо. Но ладно, не отвлекаемся. Итак. Она послала парнишку с заданием на третий континент, и вчера тот связывался с ней через портал, который открывала сама богиня. Он сказал, что у него трудности, и просил вытащить его. Но Снелжа приказала кое-что сделать, кажется взять что-то, и обещала завтра на рассвете открыть портал и эвакуировать этого типа, которого прямо называет слугой. А так как она в чулане, то попросила помочь ей женишка, и объяснила как это сделать. Открыть в нужное время портал из её лаборатории, после чего привести нового слугу сюда для отчёта. И ещё сказала, что это важно не откладывать, потому что слуга боится, что его схватят.

В конце речи я пожал плечами, как бы показывая, что пока это всё. С одной стороны явно что-то интересное, а с другой пока понятно очень мало. Но надо будет просто подслушать отчёт любителя фурри завтра, и может что-то прояснится.

А Рита вдруг неожиданно произнесла:

— Знаешь, о том, что это очень важно для чёртовой богини, говорит то, что она сама руководит операцией. Вспомни как она выдала задания нам. Иди и сделай. А с этим корейцем всё по другому.

— Согласен, — кивнул я. — От нас она хотела то, что ей не особо и надо было. Так… Игры тупого подростка. А вот сейчас она влезла в какую-то очень важную и опасную интригу. Может статься так, что на кону жизни Снелжи и Колана, ведь тот, кто сдерживает их взросление, сумел убить их предшественников, а те были боги в полном расцвете сил.

— Даже более того, — покачала головой подруга. — Этот неизвестный сумел уничтожить достаточно развитую цивилизацию энифели. И богов держит на этой горе, не позволяя им покидать её.

— Чёрт! А ведь и точно! Ты молодец! — я реально восхитился выводами подруги, заметив, как довольно улыбнулась красавица. — Ведь и вправду трудно ожидать, что они сами никогда не покидают Олимп по своей воле. А я как-то и не обратил на это внимание.

Нет, про себя подумал, что может это и некие разные силы всё провернули, но пока для простоты будем считать, что есть какой-то сверхбог, у которого четырёхметровые типы, обитающие на этой горе, по сути «на побегушках». И первой о нём догадалась Рита.

Я собирался ещё похвалить подругу, ибо мне не сложно, а ей приятно, но тут мимо нашего коридора быстро прошагал Колан, за которым чуть ли не бежал голем-слуга.

И в этот раз мы подслушивали совсем недолго. Бог-мальчишка сказал номер, богиня-подросток быстро выдала распоряжения, после чего мы быстро пошагали к зверинцу чёртовой девчонки. Хотелось бежать, но вроде бы все големы, которых мы видели, ходят только шагом, а нам не стоило привлекать к себе внимание.

Глава 11

Мы забрались в клетку, я закрепил вырубленный кусок решётки, затем мы стянули с себя балахоны и спрятали их под матрас, после чего легли рядышком, не зная про что может спросить слугу Снелжа. А значит, надо изображать естественное поведение.

Уже через пять минут явился голем, просунул сквозь прутья два куска хлеба, положив прямо на пол, а дальше завис. У него был ещё кувшин, от которого заманчиво пахло каким-то травяным отваром, но тот сквозь прутья не пролезал.

В итоге слуга поставил кувшин с той стороны решётки, на что Рита, хихикнув, не удержалась от комментария:

— Ну хоть не попытался просто налить на пол внутрь.

Я кивнул, а голем вдруг произнёс на языке людей этого мира:

— Госпожа приказала принести вам хлеб и отвар. И приказала спросить, не надо ли вам что-то ещё. Она сказала, что не хочет, чтобы вы сдохли.

— А чего-то повкуснее не нашёл? — показал на хлеб я.

— Госпожа приказала принести именно хлеб, — равнодушно ответил голем.

— Тогда нам надо одеяла, — я демонстративно поёжился под свежим ветерком.

Хотя и на самом деле было уже прохладно. Уже полночь миновала, а мы же были без одежды, кроме трусов. Все наши вещи, кроме закопанных в песок мелочей, забрала Снелжа, и нам не стоит показывать, что мы уже успели кое-чем разжиться.

Слуга ушёл, но через полчаса вернулся, принеся одеяло. Одно, но огромное, под размер четырёхметровых богов.

Мы понадеялись, что больше никто не припрётся, и наконец смогли уделить время друг другу. Всё вроде идёт хорошо, вся ночь у нас впереди, и можно позволить себе приятные вольности. Тем более, что Рита уже полностью освоилась с огромными пушистыми ушами и хвостом, и выглядела просто бомбически!

После рассвета мы первым делом соорудили из веток конструкцию, которая должна походить на двух спящих людей, и накрыли её одеялом. А то мало ли, вдруг Снелжа от скуки пришлёт нам очередного слугу. Пусть тот увидит не пустую клетку.

Затем мы явились в дом родителей Снелжи и сели в засаду в коридоре, из которого можно было подслушивать, что говорят около чулана. А через час явился и бог Мудрости. Но один. Долго стучал в дверь чулана, пока не разбудил потенциальную невесту, которая первым делом обругала мальчишку. Затем потребовала завтрак, заодно обругала дружка второй раз, за то что не догадался сам что-нибудь захватить.

Наконец дело дошло до доклада о порученном деле, и тот оказался очень коротким. Колан открыл портал и полчаса ждал, но посланный с заданием человек так и не явился.

Снелжа явно загрустила, и даже сказала, что похоже её слуга попался. И хорошо если его просто убили. Если же допросят, то могут быть и неприятные последствия. Но не особо опасные.

— Похоже, она уверена, что сведения от слуги, что бы тот не рассказал, — прошептала подруга, — не попадут к тому неизвестному сверхсильному типу, против которого она играет.

— Похоже, — согласился я.

Рита ещё немного послушала, а затем зло проворчала:

— Эта тварь сказала, что она попозже отправит записку слуге, но если тот так и не вернётся, то у неё есть отличный враг. Умный. И он наверняка справится с заданием. А чтобы был покладистым, у неё есть его подружка, и если держать ту в заложницах, то враг сделает всё как надо.

Я кивнул. Мда… Неприятно о таком услышать. А я-то дурак… Только вчера размышлял, что не желаю зла этой трёхметровой дуре. А тут вон что. Вражда — это серьёзно, как бы не улыбалась нам Снелжа. Да, впрочем, что я мог ожидать? Мы для богини никто. Или зверушки в клетке, или просто очередное воплощение её слуг, как она думает. И нам надо сделать всё возможное, чтобы изменить такую фиговую ситуацию.

Больше ничего интересного не прозвучало, да и Колан ушёл. Рита сказала, что проснулись родители Снелжи, и нам в этом доме больше делать нечего. Так что мы сходили посмотрели на тайник богини Смерти, месторасположение которого она описывала Колану. Находился тот под кроватью в одной из дальних комнат, но ничего особо неожиданного мы там не нашли. Несколько артефактов, в значках которых ещё попробуй разберись. Нам было только понятно, то один из них открывает портал на третий континент, но какой именно и как — тёмный лес. Так что пока ничего брать не стали. Снелжу скоро выпустят из чулана, и так палиться нам не стоит. До тех пор, пока не удастся разжиться полезными сведениями, как смыться с горы богов, и как утихомирить божественную девчонку.

Значит нам надо вплотную заняться разведкой, чем мы и занялись, но сначала сходили в особо примечательный подземный зал, куда доставлялись продукты, и добыли себе завтрак, прихватив побольше с собой, чтобы не терять время на лишние походы в раздаточную, а затем принялись исследовать вершину огромной скалы, на которой располагались общие для всех богов строения.

Сделали кружок, но в те места, где замечали богов, соваться не рискнули, опасаясь разоблачения. А просто любоваться архитектурой конечно интересно, но и пользы в смысле разведки от этого мало.

Но нам всё-таки повезло найти интересное строение. Огромное, почти без окон, а главное, около него не было заметно никого из хозяев Олимпа. Что интересно, вход в здание был только один, но в огромных даже не дверях, а полноценных воротах была врезана незаметная дверца, в которую при нас прошмыгнул голем с инвентарём для уборки.

Мы ещё немного понаблюдали, да вошли следом. Немного побродили по богато, но строго отделанным коридорам, и набрели на обширный зал, освещавшийся как дневным светом через узкие окошки в куполе, так и вездесущими магическими светильниками.

Середина зала пустовала, а по периметру были расставлены письменные столы и стулья с подлокотниками. Всё под размер четырёхметровых богов, но за одним исключением.

Почти напротив нас стоял стол под размер человека, за которым сидел и что-то увлечённо писал в толстой тетради какой-то старикан. С длинными, аккуратно расчёсанными седыми волосами, без следов бороды, и с белой как снег кожей, покрытой еле заметным тёмным узором. По виду — уменьшенная копия богов. И наряжен он был в балахон слуги-голема, но с отрезанным колпаком.

— Энифели, — тихо шепнул я. — Первый энифели, которого мы встретили. Думаю, нам стоит с ним поговорить.

— Как бы не сдал хозяевам, — проворчала Рита. — И вообще, он сидит тихо, как мышка. Настолько, что я его не услышала. Идеальный страж в засаде.

Я пока не нашёлся, что ответить на такое разумное возражение, так что принялся уже очень внимательно осматривать потенциального языка и его рабочее место.

Стол был завален кучей книг и свитков, свободным от которых оставался только один угол, где стоял самовар, явно греющий воду на магическом артефакте, потому что трубы не заметно. Там же примостилась здоровенная кружка с горячим чаем, судя по поднимающимся над ней парком.

Рядом со столом прямо на полу возвышались стопки книг, и целые поленницы свёрнутых свитков. За спиной старичка расположилась аккуратно прибранная кровать и рядом с ней комод, скорее всего с личными вещами. Последней я осмотрел распахнутую огромную дверь рядом с кроватью, за которой виднелась обширный зал с уходящими вдаль стеллажами, забитыми книгами, свитками и просто стопками листов.

— Старикан живёт прямо здесь, — сделал вывод я, — и плотно подсел на работу с библиотекой. Вряд ли он на короткой ноге со своим хозяином, неизвестным нам богом. Обрати внимание, как плохо он выглядит, а ведь для любого бога полечить слугу — проще простого.

— И одежду он себе сделал сам из балахона голема, — подхватила Рита. — И кстати! В зал выходят три двери, и все явно ведут в разные залы библиотеки. Но он имеет доступ только в один.

— Почему ты решила, что две остальные двери в запретные залы? — не понял я.

— По рисункам над дверями, — хихикнула подруга. — Они все примерно одного стиля, с кучей изображений свитков. И обрати внимание на пыль на полу. Убирают здесь не часто. Перед открытой дверью пыли нет, перед другой редкие следы и не под рост этого хрена. А перед третьей пыль нетронутая.

Я с восхищением посмотрел на красотку и пробормотал:

— Ты настоящий разведчик. А я что-то и не обратил внимание.

Девушка задорно улыбнулась и подмигнула мне, а я продолжил:

— Думаю, нам надо плотно пообщаться с этим типом. Самим рыться в библиотеке можно годами. Не уверен что там есть хотя бы картотека. Если же старикан будет упираться, то у меня есть что предложить взамен, а именно лечение. Зря что ли я таскаю в голове умение лечить энифели. Да и у тебя записана в голове куча их фольклора, и не факт, что всё это есть в библиотеке.

Рита кивнула, после чего мы не скрываясь двинулись к столу непонятного библиотекаря или учёного. Тот в какой-то момент поднял голову, но кажется рассмотрел нас плохо, да и вообще просто скользнул рассеянным взглядом и дальше уткнулся в свои записи.

— Слепой крот, — шепнула подруга. — Принял нас за големов, а того, что у нас балахоны нестандартные, не заметил.

Мы подошли вплотную и разом стянули колпаки, что наконец вызвало в старикане горячую эмоцию. Тот откинулся на спинку стула, выпучил глаза и протянул на языке людей этого мира:

— Человеки! Видеть невероятно это. Но делать вы что здесь?

Мда… Говорил он на нашем языке очень плохо, так что я произнёс на божественном:

— Приветствую! А мы тут… в гостях. И нам не запрещали осмотреться.

— В гостях? — на том же языке ответил старичок. — И вправду говорят, что некоторые люди не любят называть себя слугами. Мало в вас благодарности к спасителям.

Рита уже раскрыла рот, чтобы выразить свою «благодарность» в крайне непарламентских выражениях, но я крепко сжал её руку и быстро произнёс:

— А вы можете рассказать нам про энифели… про этот мир… про богов, в конце концов? Вы же много знаете.

Я кивнул на распахнутую дверь книгохранилища, но кажется поспешил с просьбами.

— А почему я должен вам что-то рассказывать? — прищурился старый хрен. — Эти знания секретные!

— Но вы же для кого-то делаете выписки.

— Я пишу собственный труд по истории нашего мира! — надулся старикан, а затем вдруг скис и добавил. — Но не уверен, что хоть кто-то сможет с ним ознакомиться.

— Ну вот мы готовы, — улыбнулся я.

— Вы не энифели!

— Ну и что? Знание, если оно важное, найдёт способ просочиться через любые преграды! — пафосно заявил я, заметив краем глаза, что Рита еле удержалась от смешка. Я же секунду подумал и добавил. — Насколько я знаю, люди с энифели не воюют, и даже иногда бывают контакты наших рас. Так что я могу пообещать, что постараюсь найти способ донести знания до ваших.

— Хотел бы я знать, откуда у вас уверенность, что вы сможете покинуть город богов, — скептически произнёс старик. — Знаете ли, отсюда нет выхода для смертных, кроме как на кладбище.

Я покачал головой и решил сменить тактику. Достал из сумки спёртую утром еду, положил свёрток на край стола и развернул, краем глаза заметив как сверкнули глаза старикана, когда он рассмотрел и унюхал представшее великолепие.

Но тут же и скис и пробубнил:

— Ваш хозяин балует вас, как посмотрю. А я-то хожу в столовую для слуг, но там подают только каши и овощи. Но… Боюсь, мой желудок уже не примет такую пищу.

Я кивнул, сообразив про возрастные гастриты-колиты, после чего наколдовал на собеседника сначала общее укрепление организма энифели, а затем уже посмотрел диагностическим заклинанием и хоть частично привёл в порядок пищеварительную систему старикана. Тот сразу сообразил, что я делаю, но спрашивать пока ничего не стал, а просто смотрел на меня выпучив от удивления глаза.

Ну что ж… Вроде бы контакт наладился. Но когда мы все приступили к обеду, сразу на тему богов я сворачивать не стал, а спросил для начала про самого библиотекаря.

И уже через час мы знали про этого типа всё. Зовут его Мастер Лаян, и полсотни лет назад он был жрецом бога Искусств. Заодно очень увлекался науками, и как-то набрался храбрости и попросил аж само божество поделиться с ним мудростью. Тот был в хорошем настроении, и забрал Лаяна сюда, позволив рыться в библиотеке. Но сразу предупредил, что обратного пути не будет.

С тех пор и живёт этот тип здесь, не видя соплеменников, кроме десятка слуг, которых держат некоторые боги. Да, некоторые боги держат живых слуг. Как мы поняли, по причине того, что големы не годятся для многих задач. А именно тех, о которых другие боги узнать не должны. Големы же протоколируют все свои действия, и при достаточном желании к этим записям можно получить доступ.

Но и со слугами у учёного общение было крайне эпизодическим. Только в специальной столовой на одном из подземных этажей. А туда кроме Лаяна почти никто и не ходил, потому что кормили там хоть качественно, но невкусно, так что слуги предпочитали доедать за хозяевами.

Хотя бывали периоды, когда кто-то и наведывался. Но только когда хозяин слуги впадал в спячку. У богов такое иногда практиковалось — залечь в анабиоз на пару-тройку лет. Без какой-либо веской причины, а просто от скуки. О слугах они в такие периоды не думали, и тем оставалось или договариваться с другими, чтобы те и им приносили какие-то остатки со столов хозяев, или уж в столовую переться.

Но божественная пища, конечно же давала огромную фору столовской. Боги завтракали и ужинали обычно у себя дома, и только на обед почти все собирались в общем пиршественном зале. Эти обеды были заодно и собраниями для обсуждения любых вопросов. Хотя и туда ходили далеко не все. Кажется богам уже до крайности осточертел тесный круг общения в их мире, а покинуть его они не могли.

Последний факт очень сильно меня заинтересовал, но пока мы с Ритой сосредоточились на личности Мастера Лаяна. Тот буквально расцветал, когда мы спрашивали его о нём самом или о истории его расы. Ещё бы! Фанатичный учёный впервые за много лет встретил таких заинтересованных собеседников. Но вот когда мы пытались свернуть разговор на богов, сразу замыкался в себе, явно вспоминая, что большинство его знаний запретные. Может даже не запретные, но не одобряемые к распространению.

В какой-то момент Рита не удержалась и произнесла, подгадав момент:

— А я же знаю кое-что из вашей поэзии.

Я заметил как жадно и яростно сверкнули глаза старикана, и быстро перебил подругу:

— Рита знает парочку поэм энифели.

А дальше подруга минут двадцать с выражением читала, точнее произносила записанный в её голове стих, а Мастер Лаян чуть не прыгал на стуле, слушая. Так мало того, затем ещё час девушке пришлось медленно произносить строки, чтобы старый хрен смог записать всё до последней запятой.

Когда же бездарная для нас потеря времени закончилась, то этот гад потребовал рассказать следующее произведение. Подруга кинула на меня виноватый взгляд, но ловко вывернулась, прочитав совсем короткое стихотворение, как она мне позже пояснила, из относительно недавнего прошлого энифели. И это произведение Лаян даже записывать не стал, потому что знал его. Но потребовал ещё что-нибудь, на что Рита отрезала:

— Всё! Сказали же — «парочку», и это было точное число. Два стиха я и знаю.

Уже приближался вечер, так что мы распрощались с языком, который пока, правда, ничего совсем уж интересного не рассказал, зашли в раздаточную за продуктами, и вернулись в клетку, в которой лежали два куска хлеба, здорово расклёванные птичками. А снаружи стоял кувшин с относительно свежим травяным отваром, в котором плавали несколько неудачливых насекомых.

Мы сначала обсудили ставшие известными нам сведения, а затем уделили время друг другу. Хотя в какой-то момент припёрся очередной голем и передал вопрос от Снелжи, не заболели ли её любимые питомцы. Проспали весь день, да ещё и к хлебу с отваром даже не притронулись. Пришлось ответить, что мы уделяем внимание друг другу, а затем отдыхаем. Что-то же соврать надо было.

— Дура решила проявить заботу, — с усмешкой проворчала Рита, когда голем утопал. — Видимо скучает в чулане. Но вот о том, что мы не можем выпить отвар из-за решётки, в её башку мысль так и не пришла.

Я согласно покивал, затем выкинул хлеб в окружающие полянку кусты, на прокорм зверушкам, а отвар вылил. Незачем плодить лишние вопросы.

Глава 12

Следующий день оказался куда плодотворнее с точки зрения сбора информации. Мы принесли в библиотеку кучу деликатесов, затем я полечил Мастера Лаяна, и тот нас считал уже почти друзьями.

И первое, что мы узнали — это то, что библиотека богов действительно состоит из трёх залов. Первый в общем не запретный, и в него дали доступ этому учёному. Второй предназначается только для богов, но… Никто в него не ходит. Только в последние пару лет именно Снелжа наведывалась туда время от времени.

А вот третий зал оказался самым интересным. Туда даже богам ходу не было. Точнее был, но они сами развели секретность. В дверь были вставлены двенадцать замков, ключи от которых хранились у наиболее авторитетных богов. И открыть дверь они могли только собравшись все вместе.

Понятно, что мы с Ритой просто возмечтали попасть туда, но увы. Мастер Лаян точно знал, что кроме замков второй и третий залы защищены очень мощными заклинаниями. И любого смертного те сразу оглушат. То есть, в оба зала могли попасть только боги, причём в третий только собравшись толпой и по очень веской причине.

Следующим мы узнали как расшифровывать знаки на различных божественных артефактах, и как теми пользоваться. У учёного даже нашлась книга, в которой всё это было описано. Эту книгу забыла Снелжа, когда пару лет назад принесла её из второго зала, долго изучала прямо здесь, в читальном зале, даже что-то выписывала, а в итоге поленилась вернуть откуда взяла, вот Мастер Лаян её и присвоил.

Правда, нам он показывать по-настоящему запретный том не пожелал, несмотря на всю нашу дружбу, но… Мало ли что он не пожелал!

После вкусного и обильного обеда, сильно окрепший благодаря моим лечениям старикан устроился на кровати на послеобеденный сон, а я пользуясь моментом не только тщательно изучил божественную книгу, но и сделал нужное количество выписок. А так как боги использовали вполне разумную систему записей своего творчества, то я справился за два часа. Нет, не переписал всю книгу, конечно, но сохранил для себя главные выводы, так что был уверен, что теперь смогу воспользоваться почти любым божественным артефактом.

И пока я корпел над записями, Рита сбегала в раздаточную и принесла кроме очередного мешка деликатесов, парочку кувшинов с безалкогольными напитками и бутылку какой-то убойной спиртной хрени. Приготовила коктейль, и когда Мастер Лаян проснулся, то с удовольствием выпил угощение.

А затем его неплохо так развезло, а главное, мы для него стали ну совсем уж лучшими друзьями.

— Этот старый хрен уже лет пятьдесят не пил, — шепнула мне подруга, смотря на раскрасневшегося старичка. — Так что теперь запоёт как соловей!

И вправду, сведения посыпались на нас как из рога изобилия. Да такие, что мы еле сдерживались, чтобы прямо тут не начать прыгать от радости. Хотя… Радоваться-то было, по хорошему, нечему. Печальная и даже жестокая история падения расы энифели.

Причём Мастер Лаян не прочитал это в каких-то древних источниках, потому что те, насколько мы поняли, хранились во втором, недоступном для смертных, зале библиотеки. Но старый учёный разыскал очень многое «между строк» в упоминаниях более незначительных событий из книг первого зала. Как мы поняли, все древние источники были уничтожены или хранились в запретных залах, но… Все, да не все. Цензоры подошли к задаче спустя рукава, и то в одной, то в другой книге встречались упоминания о событиях, из которых умный старикан сумел составить хоть сколько-то цельную картину.

Уже вечером мы вышли из библиотеки, и я первым делом рассыпался в совершенно искренних комплиментах уму подруги. Именно она догадалась как развязать язык старому хрену.

Рита просто засияла и на секунду прильнув ко мне прошептала в ухо:

— Сегодняшний день дал нам больше, в смысле понимания богов и всего этого мира, чем весь прошлый год. Я просто счастлива! Мы молодцы! И уверена, что теперь ты что-нибудь придумаешь, как нам усмирить Снелжу, чтобы она не лезла в нашу жизнь. И ещё, Алекс… Сегодня я тебе забабахаю такой невероятный стриптиз, который ты до смерти не забудешь!

Я только и смог что кивнуть. У Риты в голове записаны не только литература, песни и невинные танцы. А такими… особенными, она радовала только меня, да и то очень редко. Как объясняла, чтобы не приелось, но на самом деле я догадываюсь, что моя красотка просто далеко не всегда желает изображать из себя сверсексуальную штучку. Только под настроение, а именно такое у сильной, воинственной и циничной девушки бывало нечасто.

Но пока мы медленно брели под шатром ярко сияющих звёзд к нашему временному пристанищу, надо бы систематизировать то, что мы сегодня узнали. А то как бы за яркими радостями жизни, ждущими нас, не стёрлось из памяти что-нибудь важное.

— Итак, — начал я. — Этот мир из пяти континентов, населённый только энифели, вполне себе прогрессировал, используя тесно переплетённые технику и магию. Дошёл до века пара и первых двигателей внутреннего сгорания.

— Ты так рассказываешь, — хихикнула Рита, — как будто поэму о любви.

— Ну… — слегка смутился я, и решил дальше быть чуть сдержаннее. Действительно, этот мир нам чужой, и не стоит воспринимать все события слишком близко к сердцу, как говорится. Очень уж картина вырисовывается фиговая. — Ладно. От тысячи пятисот до тысячи двухсот лет назад произошёл катаклизм, в результате чего два континента были полностью потеряны, третий стал не пойми чем, а активная жизнь сохранилась только на двух.

— Не совсем верно именно насчёт изначальной расы, — покачала головой подруга. — Энифели остались не на двух континентах, а только здесь. На относительно небольшой территории, окружённой горами.

— Точно! И их цивилизация скатилась в убогое средневековье. Никаких лишних знаний, никакой хоть сколько-то заметной техники, никаких наук. Только примитивное сельское хозяйство и ручные ремёсла. Нет, какие-то университеты сохранились, но те готовят с тех времён только магов, и преимущественно боевых, потому что… Потому что за следующие несколько столетий, примерно до восьмисот лет назад, этот мир был населён несколькими очень враждебными энифели расами. Ящерами-гермафродитами, насекомыми чир-чигерами, пушистыми восьминогими…

— Ну нет же! — перебила подруга. — Давай уж чуть яснее! Я зря тебе пообещала лишнее прямо сейчас. Ты думаешь не тем местом, Алекс!

— Точно! — согласился я, помотав головой и волевым усилием отодвинув предвкушение прекрасной ночи с красавицей. — Первыми сюда подселили волосатых гигантов хелесе, но их роль так и не ясна. Кажется, они не оправдали ожиданий тех, кто их сюда перетащил. Затем стали подселять враждебные расы, а около тысячи лет назад дошло дело и до людей, причём нас… наших предков разделили на три подрасы — воинов-людей, рабочих-гномов, и эльфов, отвечающих за науки и искусства.

— Причём отметь, именно с людьми так заморочились. У других рас никаких разделений на подрасы неизвестно. А значит люди играли особую роль.

— Непонятно, — пожал плечами я. — Об этом мы пока ничего дельного не узнали, но согласен, что тут что-то не так.

— Ещё подселили, именно из внешне близких энифели рас, мелких серых тощих карликов, которых мы называем гоблинами. И обрати внимание, что люди могут иметь потомство с энифели, хоть и с помощью магии. И о чём это говорит?

— О том что энифели очень дальние наши родичи, — вздохнул я. — Тысяч сто лет назад у нас были общие предки. Другого в голову не приходит.

— Может и миллион лет назад, — пожала плечами магичка. — Но я так думаю, что энифели были сделаны из людей куда ближе по времени. Просто их магически изменили. Этот мир вообще очень подозрительный. Мы… мы по моей дурости умерли на Земле, и нас спасла и поселила здесь Снелжа. И да… мир странный…

— Загробный мир, — усмехнулся я.

— Ага! Мир непонятных богов, куда переселили кучу рас, стравив их друг с другом. И всех держат в средневековье, чтобы науки не помогли разобраться во всём этом дерьме.

Я посмотрел на подругу, которая о романтике совсем забыла, и сейчас просто фонтанировала негодованием. Чёрт! Дела делами, но и лишаться обещанного стриптиза я не желал, так что поспешил перевести тему разговора:

— Кстати, о богах. О них, благодаря твоей хитрости со спиртным в компоте, мы тоже узнали немало полезного. Итак… Все боги, которые сейчас живут на Олимпе, родились, а точнее набрали силу, примерно полторы тысячи лет назад. И примерно через три столетия цивилизация энифели благополучно схлопнулась. Очень подозрительное совпадение.

— И главным у них был именно бог Смерти, улыбнулась Рита, которая мой комплимент её хитрости не пропустила и воспрянула духом. — Причём настолько, что один стоил всех остальных богов. И снова возвращаемся к твоей шутке про загробный мир. Здесь правил именно бог Смерти. Всесильный, и единолично решающий все важные вопросы.

— И он отвечал не за смерть, — кивнул я. — А именно за жизнь после смерти. Может быть его даже правильнее называть богом загробного мира.

— Неважно. Вторым по влиянию был бог Мудрости, который отвечал, кто бы мог подумать, за прогресс. И он первым был убит тысячу двести лет назад, вскоре после того, как энифели потеряли цивилизацию.

— Вторым был убит бог Смерти, — подхватил я, — и случилось это восемьсот лет назад, когда как раз и закончилось подселение в этот мир чужих рас. И что-то мне подсказывает, что смерть бога и прекратила эту практику.

— Парень не понял, когда надо было остановиться, вот его и убрали, — рассмеялась Рита. — Ведь именно бог Смерти и отвечал за подселение новых рас.

— Точно! — кивнул я. — Третьим был убит бог Поэзии примерно лет четыреста назад. И этот парень сильно выбивается из общей картины. Всего за время жизни этой толпишки богов, умерли трое.

— Не умерли, — покачала головой Рита, — а все были убиты. И это очень важно, потому что боги вообще-то бессмертны. Сами ласты не склеят, если кто-то не поможет.

— Согласен. Но если первые двое были убиты кем-то, пока нам неизвестным, по вроде как понятным причинам, то третий выбивается из логичного ряда. Это если не знать, что парень сочинял похабные стишки про товарищей, и…

— И терпение у жертв лопнуло, — усмехнулась Рита.

— Точно! Двое были убиты не пойми кем, а третьего прикопали благодарные поклонники. И… Вот тут началось некое движение. Сначала, буквально через год, в семье богини Поединков и бога Ремёсел рождается новый бог Поэзии. Старший брат Снелжи, между прочим. Тот благополучно взрослеет лет так за тридцать, ну может за сорок. Боги взрослеют не очень быстро. Сейчас он живёт отдельно, за четыре столетия три раза был женат на второстепенных богинях… Танца, Музыки, и почему-то Подводного плавания. В общем, ничем не примечательный бог. А вот через несколько десятков лет в той же семье рождается новая богиня Смерти по имени Снелжа.

— Кучно пошли, — хихикнула Рита. — Но почему в одной семье богов? У них же за полторы тысячи лет всего три ребёнка и родилось. Так почему двое в одной семье?

— Да потому что эти хреновы боги безумно осточертели друг другу за предыдущую тысячу лет. Нет, есть семьи, но так… формально. Почти все боги живут по отдельности. Каждый в своём дворце. И дворцов этих ровно шестьдесят. Но несколько действительно пустуют. И одна из очень устойчивых семей — это родители Снелжи. Вот у них и родились аж два бога. Третий появился через полсотни лет в другой семье.

— И вот тут начинается самое интересное… — покивала Рита.

— Точно! Если никому не нужный бог Поэзии вырос в свой срок, то и Снелжа, и Колан застряли в детстве. Два самых влиятельных бога — Смерти и Мудрости — кому-то совершенно не нужны в полной своей силе.

— Ну так и не рождались бы…

— Ну… — я обвёл окружающее пространство рукой. — Они и не рождались. Но похоже этому всемогущему «кому-то» требовалось соблюдать некое правило… Богов должно быть шестьдесят. И пока их было на два меньше, это укладывалось в погрешность. А как прибили третьего, то пришлось восстанавливать популяцию. И этот «кто-то» здорово выкрутился, просто оставив главных… главных потенциальных создателей проблем вечными детьми. Уже более трёхсот лет те не взрослеют. И если Колан по тупости… тупости бога Мудрости, прекрасный каламбур, не находишь?

— Нахожу! — звонко поцеловала меня в щёку подруга. — Но продолжай.

— Да, Колан пока ничего не понял, а вот Снелжа всё-таки решила бороться. И в библиотеку она хоть изредка шастает, и что-то ворует у других богов. Вот нас вытащила сюда и неявно поручила нам уничтожить человеческие подрасы гномов и эльфов. В общем она суетится. Недавно притащила корейца и отправила его на третий континент с очень важной миссией.

— Кстати, о миссиях…

— Да! Боги ничего серьёзного не могут сделать вне своего мирка, горы Олимп.

— Точно?

— Ну… Могут влезть в головы жрецам и что-то им поручить… Вот у Снелжи, как у наследницы прежнего бога Смерти, есть сеть из ста шестидесяти портальных пещер на двух континентах. Но в остальном возможности богов вне Олипа очень скудны. Вот и выкручивается наша богиня с помощью помощников.

— Ага… Зверушек в личном зверинце…

— Ну… Она же просто подросток. В какой-то миг у неё просветление, и она мутит интриги, через час ей ударила моча в голову, и дура просто развлекается. Ну не философ она.

— И гормон давит, — согласно кивнула подруга.

— Точно! Здесь у богов огромные возможности, но вне Олимпа они даже портал создать в произвольном месте не могут. Ну или могут, но с огромными трудностями. И вообще… Эта защита, — я показал на уже недалёкую стену, огораживающую нижнюю часть горы, — в первую очередь не против смертных гостей, а против самих богов. И каменная стена просто обозначает её. Да, именно так! На самом нижнем ярусе горы, где отвесный склон переходит в окружающую равнину, расположены шестьдесят наполовину утопленных в скальное основание главных храмов, по одному для каждого бога. И в тех есть залы, где божества могут являться своим поклонникам, так сказать, «во плоти». Но все эти части залов уже в глубине горы, и внутри охранного периметра. Так что верные почитатели всемогущих четырёхметровых уродов даже не догадываются, что просто навещают своих богов в тюрьме. Только разделяющую решётку они не видят, но преодолеть её не может никто из разумных. Боги и не пытаются, а если у кого-то из молельцев срывает крышу, и тот кидается вперёд с целью поцеловать стопы кумира, то его оглушает на невидимой границе. Таких вытаскивают, накидывая верёвки, и вроде откачивают. Всех, кроме самых старых, чей организм уже не выдерживает удара. В общем, чудовищная преграда окружает Олимп скорее всего невидимой сферой, и абсолютно непреодолима ни для кого разумного, ни в воздухе, ни под землёй, так что нам не стоит и пытаться прорваться через неё.

— Ты придумал серебряные доспехи, которые позволили тебе пройти через транспортные порталы, — мурлыкнула Рита, прижавшись ко мне и даже слегка укусив за ухо. А ещё и шлёпнув меня пониже спины пушистым хвостом, ради чего красавица не поленилась задрать повыше свой балахон. — Ты умнее всей этой кодлы!

Я аж растаял, а ещё воодушевился, сразу уловив настроение подруги, и поняв, что зажигательный стриптиз сегодня не отменяется. И всё, что было запланировано далее.

Когда мы уже почти дошли до зверинца, Рита раздела парочку слуг, забрав себе их балахоны, а на мою вопросительно приподнятую бровь только прошептала:

— Так надо! Ничего не спрашивай!

Мы забрались в клетку, я тщательно завязал лаз, а дальше Рита показала мне на матрас и проворковала:

— Садись и жди! И не смотри!

Я кивнул, спихнул на пол изображающие нас травяные чучела, сел и уставился в темноту. Красота… Тёмные силуэты деревьев, мохнатые звёзды… И шуршание сзади. Рита, похоже резала ножом ткань, и действо заняло у неё не менее получаса. Наконец подруга произнесла низким вкрадчивым голосом:

— Всё! Смотри, и запомни на всю жизнь! Не уверена, что ещё когда-нибудь сподоблюсь на такое.

Я с готовностью развернулся, а подруга быстро развесила несколько светляков, которые выгодно подчеркнули её фигуру, крайне заманчиво выглядящую в обрезках белых балахонов, которые все вместе создавали невероятный костюм. Костюм варварской воительницы, открывающий участки тела в самых неожиданных местах.

А затем начался танец. Танец, какого, я просто уверен, никто не видел в этом мире. Нет, были когда-то древние красотки-энифели, которые его и придумали, ведь откуда-то он взялся в голове моей красавицы. Но… Рита была куда эффектнее! Черноволосая, крепкая и более фигуристая, чем тонкие энифели. А ещё и с пушистым хвостом, который то обвивался вокруг тела танцовщицы, то жил своей жизнью. И всё это многократно усиливало эффект. Я даже не обратил внимание, что нет музыки, потому что всё моё сознание заняли зрительные образы.

Затем обрывки варварского одеяния полетели в стороны, и даже это выглядело невероятно завораживающе, не говоря уж о самой исполнительнице. Тряпочек оставалось всё меньше…

И вдруг в одно мгновение Рита замерла, насторожила мохнатые ушки, и зло протянула:

— У нас появился лишний зритель… зрительница.