Личный аптекарь императора. Том 9

Глава 1

Я смотрел на то, как платформу с Ваней подняли наверх, и он благополучно добрался до своей команды. Сейчас бы выдохнуть и пойти к нему навстречу с поздравлениями, ведь они прошли это испытание и допущены до следующих этапов, но я не мог этого сделать.

Внутри меня что-то происходило. Будто мана взбесилась и принялась метаться по телу, наполняя энергией отдельные части тела. Но особо сильно меня беспокоили руки. По венам разливался жгучий жар, а в центре ладоней появились ярко-красные пульсирующие пятна.

— Эй, Филатов, ты чего? — ко мне подошёл Хранитель библиотеки.

Он выглядел обеспокоенным и заглядывал мне в глаза, будто пытался понять, слышу я его или нет.

— Со мной всё хорошо, — вымученно улыбнувшись, ответил я, хотя это было не так.

Горгоново безумие! Что со мной творится? Почему взбунтовалась энергия?

— А выглядишь ты неважно, — он взял меня под руку и отвёл в сторону, а в это время толпа хлынула из зала.

Я сделал несколько шагов и прислонился к стене, чувствуя, как буйство внутри меня понемногу утихает.

— У тебя где-то болит? — продолжал допытываться он. — Ты же весь взмок. Может, жар?

Он приложил ладонь к моему лбу.

— Нет, жара нет, но вид у тебя болезненный. Если хочешь, могу отвести к лекарям.

— Нет, не надо. Со мной всё хорошо, — я выдохнул, ведь руки больше не горели, а мана уже успокоилась.

— Ну смотри, — он всё ещё с сомнением смотрел на меня. — Я бы на твоём месте пошёл домой и отлежался. Со здоровьем шутки плохи.

— Спасибо за совет. Именно так и сделаю.

В это время к нам подошёл Ваня. Хранитель ещё раз сказал, что мне надо показаться лекарю, и ушёл.

— Зачем тебе к лекарю? — напрягся друг, который до этого сиял как утреннее солнце.

— А-а, ерунда, — отмахнулся я. — Говорит, что у меня вид болезненный.

— Вообще-то он прав. Ты бледный, а виски мокрые. Жара нет? — он тоже приложил ладонь к моему лбу.

Что это за практика такая? Можно подумать, они таким образом могут определить мою температуру?

— Со мной всё хорошо, — отодвинулся от него. — Поедем отмечать твою победу?

— Конечно! — расплылся он в улыбке. — А ты видел, как я чуть не грохнулся на пол. Я даже сгруппировался, чтобы при падении не переломать ноги, но мои молодцы, успели вовремя подхватить.

— Да, видел. Даже успел испугаться за тебя.

И тут я вспомнил, что этот необычный приступ случился со мной как раз когда Ваня полетел вниз вместе с платформой. Но что же это такое? Раньше такого никогда не было, хотя я не раз бывал в стрессовой ситуации. Странные дела творятся.

К нам подошла Лена и похвасталась, что её команда тоже прошла на следующий этап, ведь они поразили своих птиц задолго до того как закончилось выделенное время.

— Я даже знаю, что значат ваши птицы, — прошептал Ваня, когда мы вышли из полигона и двинулись в сторону академии.

— И что же? — приподняла бровь Лена.

— Будете перехватывать вражеские снаряды на границе. Для этого и нужна ловкость и прицельность удара по маленьким объектам. Мы тоже упражнялись в подобном испытании, но нам оно не попалось.

— Ясно, — кивнула она. и от хорошего настроения не осталось и следа. Она прижалась ко мне и затихла. Мысли о надвигающемся противостоянии пугали.

Я тоже никак не мог переключиться с обдумывания того, что со мной случилось. Что это за реакция организма? И, главное — на что среагировало моё тело?

Я посмотрел на свою ладонь: краснота почти прошла. Осталось лишь пятнышко в самом центре. Как только со мной это случилось, я первым делом обследовал свой организм. Вдруг в меня попал ядовитый эфир или ещё что-нибудь чужеродное, но нет — я был совершенно здоров. Единственное, что было не в порядке — это моя магическая энергия.

Ваня предложил поехать с ним и его командой в один ресторан, где они забронировали несколько столов и заказали деликатесов. Но Лена отказалась и попросила отвезти её домой, да и у меня особого желания не было. Тем более хотел съездить в лечебницу и навестить Ярослава.

Первым делом отвёз Лену. Сергей, её отец, был дома, поэтому я не мог отказаться от приглашения на ужин.

— Как дела на границе? — спросил я, когда мы приступили к запеченным цыплятам с овощным гарниром.

— Пока спокойно, но мы наготове. Никогда не знаешь, когда грянет, поэтому бдим, — ответил он. — И, что примечательно, нарушителей на границе теперь нет. За последний месяц не поймали ни один караван, ни одного перебежчика. Может знают, что мы усилили охрану и не рискуют? А, может, опасаются, что попадут под горячую руку своих же, когда те нагрянут со своими пушками

— Что вообще говорят? Что император планирует? — продолжал допытываться я.

— Никто не знает. Пока всё держат в секрете, но, как говорит один мой знакомый из военного министерства, заказы на оружие и продовольствия увеличили. Сейчас умные люди хорошо наживутся.

— На чем? — заинтересовалась графиня Орлова.

— На всём. Армии нужна одежда, еда, лекарства и военное снаряжение.

— А как получить заказ на лекарства? — теперь уж пришла моя очередь навострить уши.

— Нужно подать заявку. Перечислить всё, что вы можете предложить и в каком количестве. Правда, я думаю, что у них уже всё налажено. Всегда есть тот, кто принимает решение, и тот, кто спонсирует это решение.

Ага, намекает на взяточничество. Ну ничего, у меня тоже есть связи. Хотя, можно ли считать связями самого императора? Хотя что такого? После того как я два раза спас ему жизнь, думаю, он не откажется принять меня и выполнить просьбу.

Кстати, вознаграждения я так и не получил, если не считать те часы. Он либо забыл о моих заслугах, что вряд ли, либо ждёт подходящего случая.

— Слава Савельев, то есть Владислав Андреевич, — быстро исправился он, — сказал, что по анобластям тоже большие заказы пошли. Еле успевают добывать. По два рейда в день делают.

— Что конкретно у них заказывают?

— Всё: шкуры, мясо, лечебные манаросы. Производства мощности увеличивают, поэтому сырьё закупают.

— Почему они так реагируют, если, как ты говоришь, пока ничего не известно? — задала резонный вопрос Лена.

— Наверняка ничего не известно, и официальных заявлений нет, но разговоры-то уже ходят. Все понимают — если султан добровольно не выдаст предателя Бориса, то император заберёт его силой, а заодно накажет османов за пособничество. Ведь до сих пор от Османской империи нет никаких объяснений или извинений… Да и не дождёмся мы извинений. Их султан Мехмет никогда добрососедством не отличался. Чего только не было за время его правления на границе.

— Расскажи! — оживилась Лена. В её глазах вспыхнули огоньки азарта.

— А вот это не могу — государственная тайна, — улыбнулся он дочери.

После ужина я поблагодарил Орловых и поспешил к выходу. У меня сегодня ещё уйма дел, которые я хотел успеть, ведь завтра испытание аптекарей и неизвестно сколько времени оно займёт.

Когда выехал от дома Орловых и направился в сторону лечебницы, позвонил Коган.

— Господин Саша, мне кажется, будет правильно, если я вас оповещу, — послышался его голос.

— В чём дело? Что-то с Ярославом? — насторожился я, прижимая плечом телефон к уху и ловко лавируя между машинами. Нога будто сама давила на газ, чтобы быстрей добраться до лечебницы.

— Нет-нет, не извольте беспокоиться. С ним всё хорошо. Я бы даже сказал — отлично! Зрение полностью восстановилось, поэтому мы его выписываем.

Я с облегчением выдохнул. С этого надо было начинать.

— Понял. Я скоро буду. Пусть дождётся меня.

— Хорошо. Передам.

Ярослав сидел в фойе лечебницы и с улыбкой на лице пролистывал журнал с засаленными страницами.

— Ну как ты? — я подошёл к нему и опустился на соседнее сиденье.

— Всё хорошо. Я вижу! — радостно воскликнул он. — Какое же это счастье! — он обвёл взглядом помещение, людей, рассмотрел цветы на подоконнике. — Эта встряска пошла мне на пользу. Я не ценил то что имел. Теперь мне страшно представить, что я могу чего-то лишиться.

— Это радует. Поехали? Отвезу тебя в гостиницу, — тут мне пришло в голову, что я вообще не учитываю его желаний. — А, может, ты хочешь вернуться в Казань?

— Нет, не хочу, — быстро ответил он и даже как-то поник. — Там меня ждёт лишь прежняя жизнь, а я хочу начать новую. Первым делом помогу вам найти этого… — он плотно сжал губы, будто хотел сдержать какое-то слово, затем выдохнул и продолжил, — артефактора, а потом подыщу работу, чтобы не сидеть на вашей шее. Мне здесь понравилось. Хочу жить в этом прекрасном городе.

— Хорошо. А насчёт Грачёва — я пойму, если ты больше не захочешь искать его. Он опасен. Да ты и сам уже в этом убедился. Хорошо, что ловушкой была Чернильная сфера, а могло быть всё гораздо хуже.

— Я его не боюсь, — решительно заявил он и даже выпрямился и расправил плечи. — Наоборот, теперь я ещё сильнее хочу его найти.

— У тебя уже есть задумки, как это можно сделать? — заинтересовался я.

Мне понравился его настрой. Пожалуй, то, что с ним произошло, пошло только на пользу. Он не только ощутил радость жизни, будучи здоровым человеком, но и сам загорелся. У него появилась цель.

— Да. Я снова использую мой компас. Он приведёт меня к его следу, а потом…

— А потом ты позвонишь мне и больше не лезешь куда тебя не просят, — строго оборвал его я. — Я тебе запретил подходить к дому, а ты не послушался. Если бы Грачёв был там, то тебя бы уже не было в живых.

Ярослав сдержанно кивнул и опустил взгляд, став походить на ребенка, которого поругали за плохое поведение. Ничего, пусть привыкает, если хочет и дальше работать на меня. Я своеволия и неповиновения не допущу.

Я подвёз Ярослава до гостиницы и вместе с ним поднялся в его номер. Мне нужна была вещь артефактора, чтобы закончить зелье «Призрачный охотник».

— Тебе что-нибудь из этого пригодится? — спросил я и кивнул на две записки и кусок медного артефакта.

— Да. Оставьте мне один лист. Мне придётся перенастроить компас.

— Покажи мне его, — заинтересовался я.

Ярослав вытащил из выдвижного ящика деревянной тумбочки тот самый компас с кристаллом и рунами и положил на стол рядом с включенным светильником.

Кристалл острым концом был направлен в сторону окна. Я чуть повернул компас, но стрелка осталась на месте. Тогда я переложил компас на тумбочку, но острие кристалла показывало в том же направлении.

— То есть, если идти в ту сторону, то можно найти Грачёва? — воодушевился я.

— Да. Но кристалл указывает только направление, а не след.

— Какая разница! Я ведь могу пойти по нему, следуя указаниям, пока он не повернётся в другую сторону. Это будет значить, что я прошёл мимо Грачёва, и он где-то рядом!

— Так не получится, — покачал головой Ярослав. — Компас не реагирует так быстро. Он «поймал» Грачёва и завис. Он не будет реагировать на каждое его движение. Даже если он сейчас сюда зайдёт, компас всё равно будет указывать на окно. Поэтому он показал на тот дом, в котором Грачёва уже нет. Мне нужно заново чертить руны.

— Ясно, — разочарованно выдохнул я. — А откуда ты всё это знаешь?

— Тайган объясняет, — он мягко улыбнулся, будто вспомнил о родном и дорогом сердцу человеке.

— Как он это делает? Является к тебе?

— Он приходит во сне. Но, как я уже говорил, однажды он обратился ко мне наяву.

— Ты не испугался? Дух всё-таки? — уточнил я, зная, с каким страхом простолюдины относятся к призракам.

— Нет, ведь он мой дед, — Ярослав снова улыбнулся.

Понимаю. Даже мне иногда хочется услышать голос своих родных, снова увидеть их.

Я забрал одну записку и кусок артефакта и поехал к особняку. Там, в лаборатории лежала моя заготовка для зелья «Призрачный охотник», которое должно достать Грачёва, где бы он ни был.

Сначала не хотел заходить домой и сразу пойти в лабораторию, но Лида увидела меня из окна и радостно помахала рукой. Ну как теперь не зайти и не поздороваться?

— Саша, сынок, ты не хочешь вернуться домой? — с надеждой спросила Лида, обнимая меня. — Я даже не знаю, как ты живёшь, чем питаешься, как одеваешься.

— И не надо тебе такое знать! — вмешался дед, появившись на лестнице со второго этажа. — Он уже мужчина, а не ребёнок. Сам со всем разберётся. Ты чему могла научила, а дальше жизнь научит.

Он спустился и протянул мне руку.

— Как жизнь?

— Нормально, — ответил и пожал его сухую ладонь.

— Вот и хорошо. Меня такой ответ устраивает, — усмехнулся он и обратился к Лиде. — Нам бы чаю горячего с чем-нибудь сытным.

— Мясной рулет есть. Семгу слабосоленую привезли. Вчерашние булки с маком, — принялась перечислять она.

— Пусть всё принесут, — махнул рукой дед.

Мы с ним прошли в просторную столовую с длинным столом и с сервантом с красивой посудой.

— Ты по делу или как? — понизив голос, спросил он.

— По делу.

— Так и знал. Тебя сейчас к нам даже пряником не заманишь, — усмехнулся он. — Что за дела?

— Хочу наказать одного негодяя, — не стал вдаваться в подробности, ведь в это самое время служанки принялись накрывать на стол.

— Будь осторожен. Если помощь понадобится — всегда на меня можешь рассчитывать.

— Спасибо, дед, — усмехнулся я и тут вспомнил о разговоре с Орловым. — А что если нам попытаться получить имперский заказ на лекарства? Говорят, войска к войне готовятся, поэтому заказов много.

— Хорошая идея! — одобрил дед и даже сам оживился. — У нас пока одна лаборатория работает, но ведь мы можем и другие открыть. Лишь бы деньги были, — затем немного подумал и добавил. — Только хрен мы такой заказ получим. Там рука руку моет. Нам не залезть.

Старик недовольно скривил губы.

— Ну это мы ещё посмотрим, — еле слышно ответил я.

Нам принесли свежезаваренный ароматный чай и различные кушанья. Такое ощущение, что я сегодня целый день ем. Не успел выйти из-за стола, как снова за ним очутился.

Позже к нам присоединился Дима, который приехал из лаборатории. Он выглядел уставшим, но довольным.

— К Новому году все аптеки откроем. Запаса достаточно, — сказал он и поблагодарил Лиду, которая налила ему чай.

— Погоди аптеки открывать, — оборвал его дед. — Шурик предлагает попытаться взять имперский заказ на лекарства для армии. Что думаешь?

— Я только за! — воодушевился Дима. — Если понадобится, мы можем пока не снабжать наших вассалов, а…

— Да ничего у нас не получится! Ещё один мечтатель на мою голову. Ты забыл, как у них во дворце все друг с другом повязаны? Кто больше тележку с деньгами подвезёт, тот заказ и получит. Даже не мечтайте.

— Может ты и прав, — вздохнул Дима.

Я же допил свой чай и пошёл в лабораторию. Мне стало понятно, что получить имперский заказ — моё дело. Я должен приложить к этому руку, ведь остальные Филатовы привыкли плыть по течению.

Запершись, чтобы никто мне не помешал в самый ответственный момент, я выложил из кармана записку Грачёва и медный кусок артефакта. Затем приложив ладонь, активировал остатки эфира Грачёва и заглушил наши с Ярославом, чтобы зелье не навредило нам. Теперь надо придумать, как помочь «Призрачному охотнику» найти адресата.

Если бы я смог раздобыть волос, то просто опустил бы его в колбу с зельем. Но как быть с листом бумаги и металлом?

Я посмотрел на мутно-зелёное зелье с крошечными светящимися частицами. Оно двигалось как живое, образуя тени на стекле. Явно жаждало найти негодяя и наказать его.

— Как же мне вас связать? — задумчиво проговорил я, но вдруг мой взгляд упал на небольшую эмалированную тарелку.

Я сложил на дно тарелки записку и кусок артефакта, затем облил зельем. Оно зашипело, окутывая предметы.

Подождав минут десять, перелил обратно в колбу, вышел из лаборатории и пошёл вглубь сада. Теперь нужно вылить зелье на землю, чтобы оно сработало. Однако быстрее всего оно подействует, если попадёт в огонь.

Выбрав открытое место за кустами, откупорил пробирку «Пирсиды» и вылил буквально одну каплю. Пламя вспыхнуло.

— А теперь твоя очередь, — проговорил я, тонкой струйкой выливая мутную зеленую жидкость прямо в огонь. — Найди Грачёва и накажи его.

Невидимые глазу эфирный частицы зелья поднялись в воздух и устремились к цели. Держись, Грачёв, тебе будет несладко!

Глава 2

Утром я в первый раз за долгое время проснулся от того, что выспался. Сквозь сон слышал, как под утро Ваня вернулся из ресторана. Теперь на всю квартиру разносился его заливистый пьяный храп.

Настроение у меня было превосходное, и дело не только в том, что я выспался. Во-первых, к Ярославу вернулось зрение. Во-вторых, я доделал «Призрачного охотника» и очень наделся, что эфиры этого уникального зелья достигли Грачёва, и теперь он мучается либо от лихорадки, либо лежит в неестественно изогнутой позе из-за паралича. А, может, просто умер.

В-третьих, в окно светило яркое зимнее солнце и освещало покрытую снегом и инеем Москву.

Я принял горячий душ, надел академическую форму с эмблемой ММА на груди и, насвистывая весёленькую незамысловатую мелодию, вышел из комнаты.

Ко мне навстречу поспешил дворецкий. В отличие от меня, он был угрюм. Наверняка не спал из-за Вани — он любит поболтать на пьяную голову. Я слышал, как он заглядывал в мою комнату, но будить не стал. Знал, что я это не оценю, поэтому предпочёл не рисковать.

— Завтракать будете? — спросил он, подавив зевоту.

— Буду, — кивнул я и, прежде чем Тимофей побежал на кухню, протянул пробирку с «Золотым нектаром». — Дай выпить Ване, когда проснётся. Это поможет ему восстановиться.

— Хорошо, — он убрал пробирку в нагрудный карман и уже хотел уйти, но чуть помедлили и несмело спросил. — Простите за наглость, но не найдётся ли для меня какое-нибудь чудодейственное средство?

— У тебя тоже похмелье? — приподнял бровь и лукаво улыбнулся.

— Нет, что вы! — испуганно выкрикнул он. — Я не пью. Просто не выспался. Опять.

— Всё ясно. Дай сюда руку, — велел я.

Дворецкий несмело протянул руку. Я чуть задрал рукав его ливреи и приложил пальцы к запястью. Хотел с помощью его собственных эфиров привнести бодрость, ведь наверняка он уже выпил чашку кофе и съел чего-то сладкого, но вдруг со мной случилось то же самое, что было в полигоне.

Пульсирующими волнами энергия заметалась по телу, затем потекла по рукам, наполняя их жаром. Я отшатнулся и сжал зубы, чтобы не застонать.

— Что с вами? — Дворецкий схватил меня за руку. — Голова кружится?

Я чуть пожал плечами, пытаясь силой воли подавить разбушевавшуюся ману.

— Может, лекарей позвать? — Тимофей всё больше нервничал.

Наверняка это он из-за того случая, когда я упал и отключился от боли после зелья, увеличивающего магический источник.

— Не надо лекарей. Сейчас пройдёт, — я шумно выдохнул и взглянул на трясущиеся руки.

Снова красные пятна в центре ладони. Что же это такое?

Привалившись спиной к стене, начал глубоко и размеренно дышать, чтобы унять внутреннюю дрожь и попытаться совладать с собственной энергией. Может зря я увеличил источник? Может, это из-за него энергия так ведёт себя? Возможно, тело Саши не подготовлено к такому объему маны, и она просто ищет способ выйти наружу?

Потребовалось гораздо больше времени, чем вчера, чтобы окончательно прийти в себя и утихомирить энергию.

На ватных ногах и придерживаемый дворецким, я прошёл в гостиную и грузно опустился за стол.

— Я сейчас завтрак принесу. Вы, наверное, голодны, поэтому вас так и трясёт. Вам нужно набраться сил, — скороговоркой произнёс он и торопливо двинулся в сторону кухни.

Я остался один и уже в более спокойном состоянии окунулся вглубь себя. Нужно найти причину происходящего. Первым делом исследовал магический источник, думая, что проблема в нём. Но оказалось, что источник в норме и наполнен до краёв маной. Тогда «пробежался» по всему организму и удостоверился, что здоров. Ничего не понимаю.

Тем временем Тимофей с кухаркой накрыли на стол. Передо мной стояли блюдо с блинами, рядом глубокая пиала с красной икрой, целая гора сырников, политых сгущённым молоком, и тарелка жареного хрустящего бекона.

От моего превосходного настроения не осталось и следа. Я еле осилил два сырника и запил горячим чаем. Неизвестность не пугала, а выводила из себя. Я был зол и прежде всего на себя. Что я за Великий алхимик, если не могу определить, что происходит со мной?

Я сел в машину, завёл двигатель и, пока он разогревался, ещё раз проверил состояние своего организма. Всё работает идеально. Может, Чернильная сфера на меня тоже повлияла? Горгоново безумие! Попадись мне этот Грачёв, собственными руками шею сверну гаду!

Сегодня был последний этап командного соревнования. Из восьми команд останутся только четыре, члены которого будут продолжать состязаться дальше.

Федя Размыслов и Алексей стояли у входа в академию.

— Саша, здорова! Иди сюда! — крикнул мне Федя и махнул рукой, привлекая моё внимание.

— Приветствую, — мы обменялись рукопожатиями. — Удалось выяснить через Алису, что за испытание нам приготовили на этот раз?

— Нет, — буркнул он. — Алиса на что-то обиделась и трубку не берёт.

В это время к нам подошел Святослав, и мы вчетвером зашли в фойе академии, где нам велели собраться.

— Наверняка испытание будет в лаборатории, раз сюда всех пригнали, — шепнул мне Прохор, появившись внезапно за спиной.

— Не обязательно, — ответил Федя. — Могут отправить на стадион. Я видел, как вчера вечером там кто-то с фонарями ходил. Готовились к испытанию.

— Не хочу на стадион, — протянул Алексей. — Там холодно.

— Нас никто не спросит.

Вскоре все команды выстроились под знаменами своих академий, висящих на стене. Зрители и репортёры встали по другую сторону фойе, а ведущий вышел в центр.

— Дорогие аптекари! Вы — мастера лечебных порошков и хранители древних знаний о целебных свойствах растений! Сегодня здесь, в стенах Московской магической академии, вы покажете, на что способны истинные творцы лекарств! Вашему мастерству предстоит пройти через очередные испытания. На этот раз, как и в предыдущие, важны не только знания, но и командный дух. Но готовы ли вы к новому вызову? — он повернул в нашу сторону микрофон, требуя ответа.

Послышались одиночные несмелые «Да».

— Нет, так не годится, — ведущий недовольно поджал губы и помотал головой, глядя на нас испепеляющим взглядом. Явно ожидал другой реакции. — Ещё раз спрашиваю: готовы ли вы к новому вызову?!

— Да! — хором ответили студенты.

— Вот так-то лучше, — расплылся он в улыбке. — Внимание! Следующим испытанием станет квест под названием «Потерянная рецептура»!

— Что ещё за квест? — недовольно прошептал Прохор. — Мы такое не проходили.

Остальные студенты тоже зашумели, ведь в перечне испытаний за прошлые года и в тех заданиях, которые появились недавно, не было никаких квестов. Что это за испытание такое?

— Легенда следующая: из библиотеки пропал древний свиток с рецептом уникального лекарства, — голос ведущего стал тихим и таинственным. — Его похитил загадочный вредитель и оставил за собой цепочку подсказок и ловушек. Вам предстоит вернуть рецепт, чтобы спасти империю от надвигающейся тьмы.

Он замолчал. В фойе царила полная тишина. Все ждали, что он скажет дальше.

— Стартовая точка — лаборатория под номером один. Вам нужно найти записку с загадкой. Каждая отгадка — один из ингредиентов, который забираете с собой. После этого вы идёте в лабораторию под номером два, — он поднял руку, выставив два пальца. — На столе с эмблемой вашей академии стоят флаконы. Вам нужно определить флакон с ядом. Внутри записка, в которой написан ещё один ингредиент уникального лекарства…

Он продиктовал нам весь путь, который мы должны пройти, чтобы воссоздать рецепт лекарства. Ни одно из заданий этого квеста не показалось мне хоть чуточку сложным. Нам давали целый час на то чтобы пройти испытание, но я был уверен, что мы справимся быстрее.

— Помните, вам надо не только пройти весь путь и узнать все ингредиенты рецепта, но и изготовить его. Не мешкайте. Учитываться будет не только созданное лекарство, но и время прохождения. Все готовы? — он снова вытянул руку с микрофоном в нашу сторону.

На этот раз все дружно выкрикнули: «Да!».

— Ну тогда… ВПЕ-Р-РЁД!

Команды ломанулись по коридору в сторону лестницы, ведущей к лабораториям. Я старался не отставать от своих, но и толпиться в проходе не хотел, поэтому немного отстал и неторопливо двинулся последним

— Мне нравится ваше спокойствие, — послышался сзади женский голос.

Обернулся и увидел жгучую брюнетку в облегающем красном костюме. Я её и раньше замечал среди студентов-аптекарей, только не знал, к какой из команд она относится. Девушка улыбнулась, с интересом рассматривая меня с ног до головы, и протянула руку.

— Жанна Исакова, студентка третьего курса Волгоградской академии.

— Александр Филатов, первокурсник ММА, — я легонько пожал её изящную, мягкую руку.

— А я знаю. Много слышала о вас, — лукаво улыбнулась она.

— Надеюсь, хорошее?

— Всякое. Тем интереснее познакомиться поближе. Надеюсь, наши команды победят, и мы с вами встретимся один на один, — по её томному взгляду и чуть приоткрытому рту, я понял, что она хочет меня зацепить. Красотка привыкла добиваться своего. Возможно, с желторотыми студентами у неё это выходит, но не со мной.

— Предлагаю присоединиться к командам, чтобы помочь им победить, — ответил я и решительно двинулся по коридору.

Она поспешила следом, цокая каблучками.

— Можно обращаться к вам просто Саша? — спросил она, когда мы начали спускаться.

Она заметно запыхалась, но не отставала.

— Конечно, можно, Жанна, — улыбнулся я, рывком открыл дверь лаборатории и пропустил её вперёд.

— Мерси, — стрельнула она глазками. — Вы ещё и настоящий джентльмен. Это радует.

Я не стал отвечать, а нашёл свою команду, которая задумчиво вглядывалась в лист бумаги.

— Где ты ходишь? — возмутился Федя, увидев меня. — Загадки мы нашли, только хрен поймёшь, что всё это значит.

Он протянул мне лист с загадками.

— Вообще-то я уже отгадал первую, — прошептал Влад, чтобы остальные команды не услышали. — Похоже на лунорожник. Сам посмотри, — он ткнул пальцем в первую загадку. — «Лепестки синие, стебель колючий… Сверкает росой при лунном свете». Если я правильно помню, именно лунорожник выпускает капли своего сока, когда светит луна. Эти капли часто принимают за росу, но это не так.

— Ты прав, молодец, — кивнул я, пробежавшись взглядом по загадке. — Я тоже так думаю.

Остальные две загадки тоже намекали на какое-то растение. Я пожалел, что с нами нет Сени. Уж он-то наверняка разгадал бы их в два счёта.

— Так, давайте рассуждать логически. Во-первых, я думаю, что всё это манаросы.

— Согласен, — кивнул Прохор. — Слишком заковыристые описания. «У этого цветка нет ни запаха, ни шипов, но светится он, словно тысяча светляков». Что это может быть? Я никогда в анобласти не был и видел манаросы только на картинках.

— Думаю, надо делать упор не на описание, а на свойства, — вставил Влад. — Дальше написано: «Его сок даёт силу зрения далёкого». Давайте вспоминать, какой манарос добавляют в лекарства для улучшения зрения?

У меня был готов ответ на эту загадку. Я прекрасно знал, о чём речь, ведь не раз видел это растение в тверской анобласти, но не хотел снова тянуть одеяло на себя. Всё-таки работа командная, пусть думают.

— Может, Светоцвет? — предположил после минутного обдумывания Святослав. — Правда, я не знаю, как он выглядит, но его точно добавляют в капли для глаз.

— Я тоже думаю, что это Светоцвет, — кивнул я.

Совсем неплохо. Думать умеют, и знания есть.

— Осталась третья загадка. Сашка, прочитай, а то я уже забыл, — попросил Федя.

— «На болоте цвету и не увядаю. Листья — как лапы, корни — как сваи. В лекарства от паразитов меня добавляют. Змеи меня стороною обходят».

— Если от паразитов, то это какое-то ядовитое растение, — задумчиво проговорил Прохор.

— Ядовитых растений в анобласти пруд пруди, — буркнул Федя. — Нужно было более конкретные характеристики написать.

— И так конкретно, — возразил Влад и перечислил. — Растёт на болоте. Ядовит. Добавляют в лекарства от паразитов.

— И? Ты уже знаешь ответ? — с надеждой спросил Прохор.

— Нет, — выдохнул Влад.

Я понимал, что время идёт, и надо продвигаться дальше, поэтому сам ответил на эту загадку:

— Это трясинница. Берите бутыльки с настойками и побежали дальше.

Влад и Святослав под любопытные взгляды остальных команд принялись бегать по лаборатории и заглядывать в шкафы и коробки.

— Вы уже определили все три ингредиента? — подошла ко мне Жанна.

— Да. А вы?

— Пока только одно. Никак не сообразим, что это за растение, которое светится как тысяча светлячков. Может, подскажешь?

Я уже хотел ответить отказом, но в разговор вмешался Федя.

— Это запрещено правилами. Мадам, идите к своей команде. Здесь везде камеры, поэтому вас могут наказать за такое.

— Фу, какой грубиян, — она окинула его презрительным взглядом и отошла.

В это время к нам вернулись Влад и Святослав, сжимая в руках бутыльки из темно-зеленого стекла.

— Всё нашли. Побежали дальше.

Мы первыми вышли из лаборатории. В коридоре толпились репортёры, которые закидали нас вопросами, но мы просто прошли мимо. Только Федя поднял вверх кулак и выкрикнул, что ММА лучшие, и нас не победить.

Зашли в соседнюю лабораторию, которая встретила нас запахом чистоты и свежести. Наблюдатели, которые следили за порядком и выполнением заданий, заметно оживились и с интересом посмотрели на нас.

Как и говорил ведущий, в ярко-освещенном помещении стояли восемь столов с эмблемами академий. Мы подошли к нашему столу, где в ряд стояли двадцать флаконов из темно-зеленого стекла.

— Так, нам нужно определить, в каком из флаконов яд, — задумчиво проговорил Федя. — Как это сделать?

Он склонился над флаконами, пытаясь разглядеть, что внутри.

— Пробовать нельзя! — тут же подал голос один из наблюдателей — пожилой мужчина в белом халате и с проплешиной на голове.

— Это и так ясно. Можно было не говорить, — Федя бросил на него испепеляющий взгляд. — Только как можно определить, если не прикасаться?

— В лаборатории есть всё необходимое для этого. Возьмите пипеткой несколько капель каждого средства и исследуйте, — подсказала женщина-наблюдатель. На лицо, испещрённое морщинами, ей было лет пятьдесят, но она небольшого роста и такая хрупкая, что больше походила на девочку.

Все посмотрели на меня, ожидая указаний.

— Делайте, как сказали, — кивнул я, а сам вплотную подошёл к столу и втянул носом.

Ага, а вот и яд. Третий флакон слева. Дам команде пять минут, если сами не разберутся, тогда подскажу.

В это время друг за другом начали заходить остальные команды. Жанна перехватила мой взгляд и подмигнула. Я усмехнулся. Ещё никто в этом мире так откровенно меня не клеил. На мгновение в голове промелькнула крамольная мысль встретиться с ней как-нибудь вечерком и…, но я тут же отмёл её. Нет, это может быть фатальной ошибкой.

Тем временем моя команда с помощью лабораторных приборов пыталась определить состав каждого вещества. Они разделили флаконы между собой и разбрелись по огромному помещению.

— Сашка, в последних трех флаконах находится вода, — прошептал мне на ухо Влад. — Обычная дистиллированная вода.

— Ты прав. Я тоже так думаю, — кивнул я.

Он расплылся в улыбке и приступил к изучению жидкости из следующего бутылька.

Вскоре вернулись Федя и Прохор.

— В моих флаконах сладкий сироп от кашля и лимонная кислота, — сказал Федя и указал на флаконы, из которых брал пробу.

— Я нашёл эмульсию от изжоги, мыльный раствор и что-то такое вязкое, будто мазь от ожогов, — с сомнением произнёс Прохор.

— Мазь? В котором? — заинтересовался я, ведь никакой мази от ожогов не учуял.

Он ткнул пальцем в бутылек, который стоял слева от нужного. Я наклонился над ним, махнул рукой и принюхался.

— Нет, ты ошибся. Это не мазь от ожогов, а гель-абсорбент.

— Ты это по запаху определил? — удивился он.

— Не только, — уклончиво ответил я и взглянул на часы.

Пять минут прошло. Пора вмешаться мне.

— Яд в этом флаконе, — указал я и велел. — Принесите какую-нибудь емкость и пинцет.

В это время к нам подошёл тот плешивый мужчина.

— Вы можете опустошить только один флакон, — предупредил он.

— Мы знаем, — исподлобья зыркнул на него Федя.

Наблюдатель явно ему не понравился.

Влад поставил стеклянную чашку на стол, а Федя вылил содержимое. Как я и думал, внутри лежала свернутая бумажка. Аккуратно, старясь не прикасаться к яду, Влад расправил бумажку пинцетом и прочёл:

— Змеиный корень.

— Я знаю, где он лежит, — Прохор рванул в сторону шкафов и скоро вернулся с бутыльком с нужным ингредиентом.

— Куда нам сейчас? — спросил он, когда мы направились к выходу.

— В оранжерею, — напомнил я.

Мы вышли из лаборатории, поднялись на первый этаж и двинулись по заполненному людьми коридору. Все флаконы с нужными ингредиентами лежали у меня в карманах и звякали при каждом шаге.

— Сколько же здесь народу. Почему нельзя всех выставить на улицу, — пожаловался Влад, когда нам пришлось в фойе пробираться сквозь толпу, буквально орудуя локтями.

— Я… — хотел ответить, но вдруг почувствовал, как мне в бок воткнулась игла, и место укола тут же начало жечь.

Я резко повернулся, но не разглядел того, кто это сделал. Что в меня вкололи? Остановившись, окунулся вглубь себя, чувствуя, как немеет и набухает язык, а сердце разгоняется.

Глава 3

Мне кто-то вколол яд. Я быстро определил, что это экстракт белладонны. Наивный дурак, думал убить меня с помощью яда! Попадись ты мне!

Я ещё раз оглянулся в надежде найти того, кто это сделал, но вокруг были лишь репортёры, которые пытались спросить у меня, как идёт квест, и сможем ли мы с ним справиться и перейти на следующий этап.

— Конечно сможем! — выпалил я в микрофон. — Трепещите, соперники, у вас нет ни единого шанса нас одолеть!

Эти слова скорее были направлены на того олуха, который воткнул в меня иглу с белладонной. Не знаю, зачем он это сделал, но у него ничего не вышло и я продолжу участи в турнире.

— Сашка! Ты чего?! Не отставай! — крикнул мне издали Федя, перекрикивая гул толпы.

Команда уже добралась до двери и ждала меня.

— Иду! — махнул я рукой и, окончательно заблокировав ядовитый эфир, поспешил к ним.

Говорить команде о том, что случилось, я не стал. Не хотел их пугать. Они могут подумать, что им тоже могут навредить. Но я почему-то уверен, что турнир здесь ни при чём. К тому же вспомнился случай с Владом в лабиринте. Возможно, это звенья одной цепи, и кто-то пытался избавиться от меня.

От такого количества концентрированного экстракта белладонны, который впрыснули в меня, обычный человек пострадал бы достаточно сильно, возможно даже умер. Это значит, что меня хотели убить. Слабо верится, что всё это затеяли участники турнира, но и их со счётов не стоит сбрасывать, поэтому теперь стоит очень внимательно следить за всем, что творится вокруг меня.

Мы добрались до оранжереи, где нас встречали два лаборанта. Они провели краткий инструктаж, как вести себя в оранжерее, будто мы были здесь впервые, и только после этого пропустили внутрь.

Наскоро накинув халаты, надев перчатки и маски, мы двинулись по проходу в поисках следующего ингредиента. Нам нужно найти манарос Кровоцвет и сорвать всего три листочка.

Мы медленно шли по узкому проходу. Пока остальные постоянно осматривались и заглядывали в густые заросли других растений, я лишь принюхивался, но пока даже следа от его эфира не учуял.

— Это сложное задание, — упавшим голосом сказал Федя. — Как мы найдём один кустик Кровоцвета среди сотен тысяч растений?

— М-да-а, ты прав, — выдохнул Прохор. — Если бы он сильно отличался от других, то возможно, а так… Он же похож на обычную крапиву. Подобных растений здесь пруд пруди.

— Вы что, забыли, как можно его определить? — улыбнулся Влад и, обмакнув палец в ёмкость с водой, провёл по листу ближайшего растения. — Если протереть его листья, то остаётся красный след.

— Ага, а если кто-то увидит, что мы трём литься манаросов, то нас выкинут из оранжереи. Нас же предупредили. Забыл? — усмехнулся Алексей.

— А мы будем делать это незаметно, — Влад снова обмакнул палец, но тут Федя указал ему на камеры, которые висели со всех сторон.

— Мы под прицелом. Не смей больше этого делать. Лучше давайте вспоминать ещё отличительные особенности Кровоцвета.

Пока моя команда обсуждала, как найти манарос, я уже почуял знакомый эфир. Кровоцвет я использовал в некоторых зельях, которые готовил для лечения людей после травм и потери крови, поэтому его эфир мне был хорошо знаком. Однако я не хотел выдавать себя, поэтому делал вид, что тоже ищу манарос, потихоньку подбираясь к нему. Решил снова дать команде возможность самостоятельно выполнить задание.

Тем временем в оранжерее стало многолюдно. Один за другим команды прибывали. Теперь нужно не только сорвать три листа, но и сделать это незаметно, чтобы не выдать расположение куста для других участников.

— Надо расходиться, а не ходить друг за другом, — сказал я. — Мы с Федей и Прохором останемся здесь, остальные — перейдите на соседнюю дорожку и ищите там.

Все беспрекословно выполнили моё распоряжение. Мы дальше двинулись по дорожке. Вскоре я шепнул Феде.

— Пройди немного вперёд и сделай вид, что роешься во-о-он в тех кустах, — указал я.

— Зачем?

— Я нашёл Кровоцвет, но не хочу, чтобы наши соперники увидели, как я срываю листы.

— Понял, — он торопливо двинулся к кустам и принялся активно там шебуршать.

Точно такое же задание я дал Прохору, но отправил его назад. Теперь я находился между членами своей команды, которые делали вид, что нашли манарос и теперь срывают его листья.

Наклонившись, будто завязываю шнурки, отодвинул лист лопуха-великанника и увидел молодые листочки Кровоцвета. Сорвал ровно три листочка, спрятал их в карман и выпрямился.

Федя, который украдкой наблюдал за мной, вылез из кустов и с довольным видом двинулся навстречу.

Мы забрали Прохора, который для правдоподобности срывал листья какого-то растения и запихивал в карман, и пошли за остальными членами команды. Нам предстояло выполнить последнее задание на стадионе, прежде чем создать нужное лекарство.

— Всё? Нашли? — с облегчением выдохнул Влад.

— Да, уходим, — кивнул я.

Мы двинулись в сторону выхода, обходя команды, которые также, как и мы, решали, как определить Кровоцвет, или заглядывали под каждый кустик. Кто-то просто читал надписи на табличках с названиями.

— Погодите пару минут. Я хочу кое-что проверить, — сказал Федя и убежал.

Мы же сняли халаты и перчатки и сдали их лаборантам, выбросили в мусорное вердо маски и вышли на улицу. После душной влажной оранжереи свежий морозный воздух казался сладким и бодрящим.

Однако насладиться в полной мере нам не дали. Снова окружила плотная толпа зрителей, среди которых большинство были студентами нашей академии.

— Ну и где Федя? У нас каждая минута на счету, — ворчливо проговорил Влад, взглянув на наручные часы.

В это самое мгновение дверь оранжереи распахнулась, и выбежал Федя, сияя от радости.

— Прикиньте, они роются там, где мы с Прохором! Следили за нами, недоучки! А-ха-ха, какие же олухи! — рассмеялся он.

— Не понимаю, чему ты радуешься? До финала ещё далеко, сейчас просто идёт отсев бездарей, у которых нет элементарных знаний, — пожал плечами Влад и первым двинулся в сторону стадиона.

Не стал напоминать, что у них этих знаний тоже нет, и если бы не я, они до сих пор искали бы Кровоцвет, ведь он был очень хорошо спрятан под большими листьями лопуха-великанника.

Испытание на стадионе показалось мне очень странным для аптекарей. Оно скорее подошло бы для боевых магов, но организаторы решили испытать нас в этом деле.

Ведущий говорил, что на стадионе нужно будет раздобыть последний ингредиент, но не говорил, как именно мы это будем делать.

Испытание было следующим: над стадионом были протянуты множество веревок, с которых на тонких нитях свисали пластиковые шары. Наша задача состояла в том, чтобы с помощью пистолета спустить шары вниз и найти ингредиент.

— Стрелять? Но я в жизни никогда пистолет в руках не держал, — возмутился Алексей. — Да я даже не знаю, как правильно целиться!

— Говорят у пистолета отдача сильная. Может руку отбить, — настороженно проговорил Прохор.

— Как бы то ни было, но сдаваться мы не будем, — решительно заявил Федя, подошёл к столу, на котором лежали пистолеты и, прицелившись, выстрелил.

Пуля со свистом улетела в небо. Он выпустил ещё две пули, но и они не задели ни верёвок, ни шаров.

Похоже, аптекарей готовят даже к тому, чтобы они умели стрелять. Неплохо, в жизни пригодится. Меня раздражало только одно: надо было об этом испытании рассказать ещё две недели назад, чтобы мы смогли подготовиться.

На каждого участника выделялось по пять пуль, поэтому мы решили тратить их с умом и в первую очередь определить, кто лучше стреляет. Все выстрелили по очереди, но никто не попал ни по веревке, ни по шару. Пришла моя очередь. Я в себе не сомневался, только была большая вероятность, что пули закончатся, а я так и не смогу найти нужный ингредиент, ведь над стадионом висела по меньшей мере сотня шаров.

Я прострелил пять шаров, которые разлетались на куски, но в них ничего не было, и понял, что надо действовать по-другому.

— Саша, стреляй! Питерские уже здесь, — взволнованно проговорил Влад.

— У нас мало пуль осталось. Поэтому я буду стрелять не в шары, а в веревки. Таким образом вероятность найти нужный ингредиент будет выше, — пояснил я, развернулся и хотел выстрелить в веревку, что была натянута прямо над нами, но тут рядом со мной, буквально в десяти сантиметрах от головы, просвистела пуля. И, судя по звуку и скорости, это была не та болванка, которой стрелял я.

Горгоново безумие! Это ещё что такое?! Резко развернувшись, вгляделся вдаль, туда, где находились кресла для болельщиков, но никого не увидел.

— Саша, что ты медлишь? Стреляй! — выкрикнул Федя.

К нам присоединились ещё две команды, которые начали лупить по шарам. Правда, редко попадали, но даже одного выстрела может хватить, чтобы найти ингредиент.

Я ещё раз взглянул в сторону трибун, поднял руку вверх и, прицелившись, выстрелил в верёвку. Попал. Шары полетели вниз, разбиваясь от удара о твёрдое покрытие.

— Я вижу! Вон там что-то красное! — закричал Прохор.

Прогудел сигнальный звонок.

— Прекратить стрелять! — громогласно прокричал смотритель — здоровенный амбал с квадратной челюстью.

Все недовольно загудели, но гигант не удостоил их даже взглядом и кивнул Прохору. Тот выбежал за ограждающую стойку, забрал красный сверток и вернулся к нам. Только после этого гигант дал отмашку, и студенты продолжили стрелять.

— Посмотрим, вдруг это ловушка, и там ничего нет, — Влад отобрал сверток, быстро его развязал и продемонстрировал какой-то продолговатый стручок.

— Кто-нибудь знает, что это такое? — Федя подошёл вплотную к Владу, склонился над стручком и внимательно рассмотрел. — Похож на горошник, но я не уверен.

— Нет, это — пепельная фасоль, — ответил я, после того как втянул носом. — Надо возвращаться в лабораторию и сделать лекарство. Осталось двенадцать минут.

Мы выбежали со стадиона и со всех ног рванули в сторону академии. Всю дорогу я спиной чувствовал чей-то тяжёлый взгляд. Взгляд врага. Однако среди огромного количества снующих туда-сюда людей так и не смог его разглядеть.

Спустившись в лабораторию, я тут же раздал указания, поэтому за две минут до окончания времени мы уже сдали наше средство на суд жюри.

После нас прибежала питерская команда, за ней краснодарская и ростовская. Мы же вышли из лаборатории и встретились с Клавдием Тихомировичем, который пригласил на с в свой кабинет.

— Результаты будут известны не раньше чем через час, — сказал он, разливая нам чай. — Что за лекарство вы изготовили?

Все уставились на меня, ожидая ответа. Мы это даже не обсуждали., а они лишь делали то, что я говорил.

— Это не лекарство, — ответил я, принял чашку и отпил ароматный напиток с нотками бергамота.

— Как это? А что же тогда? — напрягся Федя.

Остальные тоже недоумевающе посмотрели на меня. Видимо подумали, что я ошибся и теперь мы вылетим из турнира.

— Из тех ингредиентов, что мы нашли, можно приготовить лишь одно средство — общеукрепляющий витаминный настой, — ответил я и засунул в рот небольшую зефирку с клубничным вкусом.

— Настой? Это слишком легко! — возмущённо выпалил Федя и ударил ладонями по коленам. — Всё! Мы проиграли! Я-то думал, что ты снова какое-то сложное лекарство придумываешь, а ты… Эх, жаль, что опять до финала вылетели.

— Мы не проиграли, вот увидишь, — спокойно ответил я.

— Не уверен, — недовольно проговорил он.

— Погодите горевать раньше времени, — осадил его декан. — Лучше перечислите, что именно вы нашли за время испытания.

Когда Федя рассказал о всех ингредиентах, Клавдий Тихомирович на время задумался, затем похлопал меня по-отечески по плечу и ответил:

— Александр, вы всё правильно сделали. Некоторые травы можно использовать в лекарственных препаратах, но большая часть отличается лишь повышенным содержанием витаминов и микроэлементов.

Мы допили чай и вернулись в фойе, ожидая результатов испытания. Ко мне подошли Лена с Ваней и Сеня.

— Волнуешься? — спросила Лена, прижавшись ко мне.

— Нет.

— И правильно. Я уверена, что ты снова победишь, — она встала на цыпочки и поцеловала меня.

Приятно, когда в тебя верят. Но и я в себе никогда не сомневаюсь.

Вдруг я поймал себя на том, что постоянно настороженно оглядываюсь. Тот, кто воткнул иглу мне в бок, до сих пор может быть рядом. К тому же не выходила из головы пуля, что пролетела совсем рядом со мной. Кто-то снова покушается на мою жизнь.

Вскоре организаторы велели командам выстроиться под эмблемами своих академий и появился ведущий.

— Внимание, уважаемые аптекари и гости ежегодного академического турнира! — прокричал он. — Испытание завершено, и результаты уже известны! Настал волнующий момент истины! Скоро вы узнаете, кто продолжит бороться за кубок турнира, а кто вернётся на учёбу в родную академию! Сегодня мы все были свидетелями того, как участники турнира проявляли упорство, знания и командный дух, преодолевая преграды на пути к заветному ингредиенту. И вот, после пристального наблюдения и справедливого подсчёта баллов, я объявляю результаты этого испытания… — он выдержал паузу, вглядываясь в лица студентов. Дольше всех задержал взгляд на мне и продолжил:

— На следующий этап переходят команды Московской академии, Санкт-Петербургской академии, Красноярской академии и Волгоградской академии! Поздравляю победителей! Пусть удача сопутствует вам в следующих испытаниях турнира!

Зал взорвался криками радости, досады, а также аплодисментами и неистовым «Ура!».

— Как приятно побеждать. Правда? — ко мне подошла Жанна.

— Да, ты права.

— Завтра у нас свободный день. Может, сходим куда-нибудь сегодня вечером? — она вплотную подошла ко мне и томно взглянула из-под густых длинных ресниц.

— Я согласен, — улыбнулся я. — Только со мной будет моя команда и любимая девушка.

Я уже заметил, как к нам приближалась Лена. По её решительным двежениям и поджатым губам стало ясно, что Жанне не поздоровится.

— У тебя есть девушка? — разочарованно протянула Жанна.

— Есть. А ты кто такая? — Лена встала рядом со мной и просто испепелила её взглядом. Настоящая огненная магиня.

Жанна не стала отвечать. Лишь фыркнула, развернулась и исчезла в толпе.

— Не успела я отойти, как на тебя всякие драные кошки вешаются, — она обхватила меня руками.

— Какая ты ревнивица, — улыбнулся я и поцеловал в кончик носа.

— Вовсе нет, — пожала она плечами и сделал равнодушный вид. — Просто терпеть не могу этих потаскух. Вечно вешаются на чужих мужчин.

Я рассмеялся, прижал её к себе, и мы, обнявшись, двинулись к двери. На крыльце меня ждала моя команда. Федя извинился за то, что поставил под сомнение моё решение. Мы пожали друг другу руки и поехали отмечать победу.

***

Поздно вечером, когда развёз всех по домам и подъехал к своему временному жилищу, не стал торопиться подниматься в квартиру и немного посидел в машине. Ни усталости, ни опьянения не чувствовал, но на сердце было тяжело. Неизвестный враг всегда напрягает. Ты не знаешь, откуда ждать нападения и кому можно верить.

Я вышел из машины, но не успел пройти и пары метров как заметил, что из темного угла дома справа отделилась фигура и направилась ко мне. Первая мысль — колдун Лука. Однако, приглядевшись, понял, что это не так.

Вдруг слева тоже мелькнула чья-то тень, и сзади послышались осторожные шаги. Рука метнулась к карману, где лежала пробирка с «Оковами».

— На этот раз ты живым не уйдёшь, — послышался грубый незнакомый голос, а следом звук затвора и череда оглушительных хлопков, отдающихся эхом в ночи.

Глава 4

Череда оглушительных хлопков. Я мысленно попрощался с жизнью, зажмурился и весь съёжился, ожидая, что сейчас меня прошьют насквозь несколько десятков пуль. Единственное, о чём я сожалел в этот момент — что прожил в этом мире так мало. Мне здесь понравилось, я полюбил родных Саши, друзей и Лену.

Грохот выстрелов продолжался, но… боли и толчков все еще нет. Что происходит? Неужели это всё розыгрыш?

Приоткрыл глаза и осмотрелся. Вокруг меня мерцал зеленоватым сиянием защитный кокон. Не понял. Меня кто-то защищает?

Осмотрелся, но кроме троих сволочей, что с остервенением стреляли в меня, никого не увидел. Пули застревали в плотной энергетической оболочке и просто падали на землю. Кто-то создал очень хороший кокон, но и он может пропасть, когда мана закончится, поэтому я откупорил пробирку с «Оковами» и рванул к ближайшему бандиту. Тот испуганно отпрянул, не понимая, почему его пули не убивают меня.

— Не убивай! — испуганно выкрикнул он, выронил автомат и прикрыл лицо руками, когда я плеснул на него зельем.

— Не убивать? — насмешливо спросил я, когда он так и замер, с вытаращенными глазами и перекошенным ртом. — Только что ты хотел меня убить, а теперь просишь не убивать? Ну ты и мразь.

В это время один из тех, кто выпустил весь магазин, но так и не смог убить меня, перехватил автомат и помчался во дворы. Но от меня не уйдёшь. Рванул за ним и плеснул остатки «Оков» вслед. Пару капель попали на затылок. Он успел скрыться за угол дома, где свалился и гулко ударился головой о железную трубу.

Третий нападавший сменил магазин и с каким-то остервенением и лютой ненавистью продолжал стрелять в меня. Его лицо показалось мне смутно знакомым, но сейчас раздумывать некогда.

Я сорвался с места и побежал на него.

— А-А-А-А! — заорал он, продолжая нажимать на курок. — Умри, тварь! Сдохни, Филатов!

Пули свистели вокруг меня, бились об стены домов, но я был уверен, что ни одна из них не пробьёт защиту. Кто-то, кто находится неподалёку, защищает меня. Его я найду, но сначала расправлюсь с этим.

Я подбежал к мужчине, ударом ноги выбил автомат из его рук. Хотел нажать на болевую точку, но ему удалось увернуться. В свете уличных фонарей свернуло лезвие клинка. А-а-а, так он явно готовился к моему убийству.

— Кто ты такой? — я увернулся от рубящего удара.

— Не твоё дело, Филатов, — отрывисто проговорил он, продолжая нападать на меня. — Ты сдохнешь и всем станет лучше. Я стану героем.

— Ты станешь убийцей, которого казнят, — ответил я и, пригнувшись, поднырнул под его руку и ударил двумя пальцами в область солнечного сплетения.

Мужчина охнул, сложился пополам и со стоном рухнул на колени. Его рука до сих пор крепко сжимала оружие, но воспользоваться им он больше не мог. Я достал до одной из болевых точек, которая блокирует возможность двигаться.

Пинком вышиб кортик из его руки. Оружие, подпрыгивая, отлетело на несколько метров и упало на мостовую, отбрасывая яркие блики.

Я подошёл и подобрал его. Дорогая и надёжная вещь. Идеально сбалансирован, и лезвие хорошо заточено. На клинке заметил гравировку. Поднёс к глазам и прочитал: «Василию Денисовичу Распутину».

А-а-а, так вот почему мне показалось знакомым лицо мужчины. Он из рода Распутиных, а они все похожи друг на друга.

— Пришёл мстить за деда? — я присел рядом с ним на корточки.

— Да, — хрипло выдохнул он и бросил на меня взгляд полный ненависти. — Ты не жилец, Филатов. Понял? Не жилец.

— Ну это мы ещё посмотрим, — улыбнулся я и вдруг заметил, что защитный кокон пропал.

Поднялся на ноги и осмотрелся. Кто же спас меня?

— Эй! Кто ты? Выходи! — прокричал я, пристально всматриваясь в припаркованные машины и темные подворотни. — Я хочу поблагодарить тебя за помощь!

В это время вдали послышались звуки сирен. Наверняка кто-то из местных вызвал полицию. Что не удивительно, ведь пару минут назад здесь творился настоящий ад.

Надо бы позвонить Демидову и рассказать ему о случившемся. Пусть он берёт это дело под контроль или сам расследует. Я-то думал, что с Распутиными покончено, но, похоже, ещё придётся попотеть, чтобы расчистить осиной гнездо их рода.

Я вытащил телефон и хотел набрать номер главы тайной канцелярии, как вдруг увидел в центре ладони то самое красное пятно. Оно не пульсировало и не жгло, как раньше, а медленно затухало. Точно такое же пятно было на второй руке. Что всё это значит?

Ладно, потом разберусь. Позвонил Демидову и рассказал, что произошло. Тот пообещал отправить кого-нибудь из своих людей. Я же прошёл к одинокой скамье, припорошенной снегом, и опустился на ней. Дождусь полицейских и расскажу, что случилось.

Решил на всякий случай проверить, всё ли в порядке с моим организмом, ведь в пылу драки мог не заметить легкого ранения. Окунулся в свой внутренний мир. Ага, всё отлично. Единственное, что мне не совсем понятно — почему мой источник наполовину пуст? Я же почти не использовал ману.

Хм, непонятно. Для того, чтобы потратить столько энергии мне нужно было приготовить сотню зелий. Куда же… Стоп!

Я взглянул на свои ладони, на которых остались красные точки, и сердце забилось быстрее. Неужели этот кокон сделал я? Но как? Аптекари такого не могу. Я пробовал, и не раз. В этом мире я могу создать защиту только с помощью определённого зелья, но никак не с помощью маны.

Раздумывать дальше мне не позволили полицейские. С включенными маячками они заехали во двор и остановились неподалёку от моей машины. Пока я рассказывал им о том, как на меня напали, подъехали люди Демидова. Один из магов подозвал к себе капитана, показал свои документы и объяснил, что это дело берёт в свои руки тайная канцелярия. За это я им был очень благодарен. Я же не мог объяснить, каким образом мне удалось задержать мужчин с автоматами и не пострадать от их пуль. О своих зельях я старался не распространяться.

— Ну давай, рассказывай, — велел Демидов, когда я, постучавшись, зашёл в его кабинет.

— Это было в руках одного из нападавших. Он из рода Распутиных, — я отдал ему кортик.

— М-м-м, знакомая вещица. Я видел её на стене у Распутина, когда был у него в гостях, — ответил он, внимательно рассматривая рукоятку.

Перехватив мой настороженный взгляд, Роман Дмитриевич улыбнулся и похлопал меня по плечу.

— Не напрягайся ты так. Были времена, когда приходилось ходить на балы и ужины разных людей. Отказ воспринимался как неуважение и личная обида, — пояснил он, засунул кортик в ножны и, вздохнув, опустился в кресло. —Эх-х, придётся весь их род перетряхнуть опять, чтобы больше не смели такими делами заниматься. Но сначала поговорю с этими гавриками.

— Можно мне присутствовать при допросе?

— Зачем? И так понятно, почему они на тебя напали, — пожал он плечами. — Месть. Император сурово наказал их род. Их ждет бедность, и в этом они винят тебя.

— Я знаю об этом. Но были ещё два случая, которые хотел бы прояснить.

— Что за случаи? — его брови сошлись на переносице.

— На первом этапе турнира напали на студента из моей команды, который был в куртке с моим именем. А сегодня днём, прямо во время испытания, меня хотели отравить экстрактом белладонны.

— Всё ясно, — задумчиво проговорил он и кивнул одному из своих бойцов, навалившемуся плечом на дверной косяк. — Сейчас они нам всё расскажут.

Вскоре мы уже сидели в кабинете для допросов. Те двое, которых я обездвижил с помощью «Оков», оказались наёмниками, а вот третий был старшим внуком Распутина. Он учился в Петербургской магической академии на последнем курсе.

— Это ты воткнул иглу мне в бок? — спросил я спокойным голосом, стараясь не выдавать своих настоящих чувств. В это время во мне бушевала настоящая буря. Как же я их всех ненавидел. Готов был голыми руками на клочки разорвать.

— Нет, — буркнул Распутин. И это была правда, ведь перед допросом его угостили моей сывороткой.

Теперь, когда он понял, что его месть не удалась и, более того, он сам себя подставил, всю спесь и высокомерие словно ветром сдуло. Перед нами, понурив голову и рассматривая деревянный пол, сидел парень двадцати двух лет. После моего удара по его болевой точке он до сих пор не мог нормально выпрямиться и сидел сгорбившись.

— Ты знаешь, кто это сделал?

— Н… н… н… — силился сказать он, но ложь никак не хотела вылетать из его рта.

— Зря стараешься. Здесь ты можешь говорить только правду, — сухо сказал Демидов и бросил на него скучающий взгляд.

— Только правду? — переспросил он, сглотнул и, приподняв голову, внимательно посмотрел на каждого. — Почему? Это ментальные штучки?

— Не важно. Отвечай, иначе ответы из тебя выбьют, — Демидов кивнул на двух магов, стоящих у двери.

— Да, я знаю, кто это сделал.

— И кто же?

Вместо ответа он усмехнулся, вывалил язык изо рта и с силой его прокусил. Изо рта хлынула кровь, а он заорал так, что даже уши заложило.

— Уведите его отсюда и вызовите лекаря, — с раздражением махнул рукой Демидов.

Когда орущего и плюющегося кровью Распутина взяли под руки и вывели из кабинета, глава тайной канцелярии откинулся на спинку кресла и, закрыв глаза, потёр виски.

— Не будет же он каждый раз кусать себе язык, — после паузы сказал он. — Когда сможет говорить, продолжим допрос. А ты пока езжай домой. Мои люди тебя проводят. Зря ты ходишь без охраны. Ещё не скоро успокоятся твои враги.

— Да, я уже думал об этом. Позвоню Кириллу, пусть отправит кого-нибудь из бойцов к дому.

— Это правильно.

Я уже встал и двинулся к двери, но когда взялся за ручку двери, решил спросить то, что меня беспокоило:

— Роман Дмитриевич, вам что-нибудь известно?

— О чём? — устало спросил он.

— Будет ли война с османами?

— Этого никто не знает, — пожал он плечами. — Но, как говорят, хочешь мира — готовься к войне. Предполагаю, что возможен любой исход событий, но всё же надеюсь, что всё образуется. Никто не хочет войны.

— Понял. До встречи, — я открыл дверь и вышел на улицу.

По ночному городу гулял холодный ветер, поднимая с земли мелкий сухой снег и скручивая его в вихри. Мне стало не по себе. Я будто снова ждал нападения, даже с опаской посматривал на мимо проходящих людей и проезжающие машины. Мне казалось, что снова послышатся выстрелы, и пули с огромной скоростью устремятся в моё тело, но рядом не будет того, кто закроет меня защитным коконом. С этим надо что-то делать.

Я вернулся домой. Оказывается, дворецкий всё видел, и именно он позвонил в полицию. Чуть позже вернулся Ваня. Узнав о случившемся, он заметно напрягся.

— Ты уже позвонил Попову? Если не хочешь в это дело вмешивать своих, то я могу отца попросить. Он вышлет сюда…

— Не надо никого просить, — твёрдо проговорил я и, облокотившись о стол, наклонился в его сторону. — Не хочу, чтобы знали родители. Завтра утром позвоню Кириллу, и мы с ним всё обсудим. Зачем людей ночью тревожить?

— А если твои убийцы сейчас сюда заявятся, а? Нет, лично я их не боюсь. И мы ещё посмотрим, кто кого, но всё-таки…

— Успокойся, — усмехнулся я. — Моих «убийц», как ты говоришь, уже допросили. Это всего лишь внук Распутина, который хотел отомстить за деда. Нанял каких-то криворуких идиотов, которые даже не знали меня в лицо.

— И много у Распутина ещё внуков?

— Не знаю. Но надеюсь, что не все такие безмозглые. Я бы на их месте сделал всё совсем по-другому.

— И как же? — заинтересовался Ваня.

— Не важно. Но мои враги от меня не уходили живыми.

Конечно, я имел в виду свою прошлую жизнь. Тогда я не надеялся на имперские службы, а своими руками осуществлял казнь над врагами.

Был случай, когда столкнулся с племенем людоедов. Они посчитали меня легкой добычей и погнались за моим носорогом со своими копьями. Бедный носорог так испугался, что я еле остановил его в густых зарослях колючего кустарника. Это меня так разозлило, что племя навсегда зареклось нападать на чужестранцев. Но перед этим они похоронили почти всех сильных молодых мужчин, которых поразило моё ядовитое зелье под названием «Укус гадюки».

— Завтра начнутся дуэли, — тяжело вздохнул друг, когда мы расселись в гостиной у камина с чашками кофе. — Чем ближе к окончанию турнира, тем волнительнее… Ты придёшь за меня поболеть?

— Приду. Не хочу пропускать такое. Наверняка будет впечатляющее зрелище.

— Не знаю, посмотрим. Будем сражаться три на три. Если победим, и я хорошо проявлю себя, то меня выдвинут участвовать в полуфинале… Как же я хочу победить, — он мечтательно закатил глаза. — Уже представляю, как вернусь в свою академию с кубком в руках. Моя фотография появится на доске почёта. Моё имя запишут в книгу выдающихся студентов.

— Хороший план. Осталось сделать одну незначительную вещь — победить, — усмехнулся я.

— Ты сомневаешься, что мне удастся? — он сделал недовольное лицо.

— Нисколько не сомневаюсь. Уверен, что ты победишь.

— То-то же, — он расплылся в мечтательной улыбке и откинулся на спинку дивана.

Завтра Лена тоже участвует в дуэли. Надеюсь, соревнования будут проходить не в одно и то же время. Хочется посмотреть на них обоих.

Перед сном написал Лене сообщение, хотя терпеть их не могу, в котором пожелал удачи на завтрашнем испытании, и лёг спать. Едва окунулся в дрёму, как в ушах снова забили мотолочки от звука выстрелов. Мне снилось сегодняшнее нападение.

Вдруг я резко сел и посмотрел на ладони. Пятен не было.

Я пересел в кресло и, закрыв глаза, принялся буквально по секундам вспоминать то, что происходило. Вот я услышал мужской голос, затем звук затвора, а потом грохот выстрелов. Думая, что моё тело сейчас прошьют пули, я весь напрягся, готовясь к боли. Но боли не было, а меня окутал защитный кокон. Прочный кокон, который выдержал нападение. А потом я обнаружил, что мой источник наполовину пуст. Совпадение? Не думаю.

Похоже, этот кокон создал я. Но каким образом? Эти изменения произошли из-за увеличившегося источника?

Я поднёс ладонь к лицу и отправил в руку ману. Она потекла спокойно, тёплой волной. Так и должно быть. Однако почему у меня ещё вчера жгло руки и появились красные пятна? Такое ощущение, что это не просто энергия, а… Нет-нет, это невозможно. В этом мире магия передаётся по наследству. Род Филатовых и род Огневых аптекари, другой магии неоткуда взяться.

Я хотел вернуться в кровать, но решил провести эксперимент. Вновь обратился к ладони и принялся вливать в неё ману. Сначала было приятное тепло, затем ладонь начало покалывать. Потом появилось то жгучее чувство, и оно нарастало. Казалось, что вся рука объята огнём. На ладони начал появляться красный кружок, который прямо на глазах увеличился, занимая всю площадь ладони.

Я уже хотел остановить свой эксперимент, но тут обратил внимание на то, что в центре ладони что-то появилось. Пригляделся и…

— Не может быть, — изумлённо выдохнул я.

Глава 5

Я вскочил с кресла, подбежал к тумбочке и включил лампу. Да, так и есть, я не ошибся. Прямо из центра ладони вырос небольшой росток. Я легонько дотронулся до двух острых листиков и те скрутились, защищаясь.

Невероятно, но похоже я стал магом растений. Как это возможно?! Горгоново безумие! Ущипните меня!

Я плюхнулся на кровать, держа открытой ладонь с растением. Это походило на сон, но было реальностью. Что со мной произошло? Неужели, увеличив источник, я одновременно с этим приобрёл новую способность? Если это так, то почему именно такую?

Мне нужно с кем-то поговорить об этом, и как можно скорее. Кажется, Клавдий Тихомирович предлагал мне пообщаться с магом растений, когда предположил, что я потомок жреца-флорисанта. Именно от них пошло разделение на лекарей, аптекарей и магов растений. Получается, что он был прав. Или это я что-то сделал не так при создании зелья?

Гадать можно бесконечно, но главное — научиться управлять этой способностью. Думаю, мне не помешает поговорить с магом растений.

Я потянулся к телефону, чтобы позвонить декану, но увидев, сколько сейчас времени, решил отложить разговор до завтра. Вернувшись в кровать, я ещё долго не мог уснуть. Вместе с тем, как «остывала» рука, пропадало и красное пятно. М-да уж, такого со мной не было даже в прошлом мире. Я-то думал, что меня невозможно чем-то удивить, но ошибся.

Лишь под утро я смог успокоиться и погрузиться в поверхностный, беспокойный сон.

Разбудил меня Ваня.

— Сашка, вставай! — выкрикнул он, распахнув дверь. — Скоро ехать. Ты обещал присутствовать на моём испытании.

— Позже подъеду, — пробубнил я из-под подушки.

Так хотелось спать, что тяжело было голову поднять. Я даже глаза не мог открыть. Это явно последствия траты маны.

— Вставай! Мы первыми выступаем, ты всё пропустишь.

По тяжелым решительным шагам я понял, что он намерен делать, поэтому лишь сильнее закутался в одеяло. С тихим шуршанием разъехались шторы и с еле различимым скрипом открылась форточка.

— Ну и духота здесь у тебя. Ты чем ночью занимался?

И тут я вспомнил о ростке, который вырос прямо из ладони. Резко сел и посмотрел на руку. Не осталось ни следа.

— Ты чего всполошился? Случилось что? — Ваня подошёл к кровати и озадачено смотрел на то, как я что-то пытаюсь разглядеть в центре ладони.

— Нет, ничего, — выдохнул я. — Сейчас умоюсь и поедем, — скинул одеяло и поднялся на ноги.

— Сначала завтрак. Без сытного вкусного завтрака я из дома не выхожу. Уже всё на столе, — сказал он мне вслед, когда я исчез за дверью в ванную.

Первым делом я разделся и осмотрел своё тело. А вдруг ещё где-то что-то выросло? Покрутился возле зеркала, заглянул во все укромные места, но растений больше не обнаружил. Фух-х-х, всё-таки лучше научиться управлять этой способностью раньше, чем произойдёт оказия, и у меня неожиданно откуда-то что-то полезет. Например, лоза из штанов. Или зелёные усики из ушей.

Приняв горячий душ, закутался в махровый халат, вышел из теплой ванной в прохладную комнату и зябко поёжился. Из форточки в комнату залетали снежинки, которые таяли на полу. На улице был морозец. В окна светило зимнее солнце, подёрнутое мутной дымкой.

— Сашка, торопись, а то опоздаем! — послышался голос Вани из гостиной.

Сегодня мы не выступали, поэтому надел не академическую форму, а темно-серый шерстяной костюм, и вышел из комнаты.

На столе стоял глиняный горшок с молочной рисовой кашей, бутерброды с сыром и ветчиной и обжаренный хлеб с гусиной печенью.

— Через десять минут мы должны выехать, — сказал Ваня набитым ртом. — Я тут подумал, — он жадно отпил горячий чай и поморщился. Наверняка язык обжёг. — Пока к тебе не приставили телохранителей, я буду тебя охранять.

— Не надо меня охранять, я сам себя…

— Это не обсуждается! — повысил он голос. — Я не допущу, чтобы моего лучшего друга убили.

— Ладно, прямо сейчас позвоню Кириллу. Пусть отправит кого-нибудь, — выдохнул я и полез в карман за телефоном.

— Вот это правильно, — Ваня намазал хлеб толстым слоем печени и откусил. — Я понимаю, что ты не хочешь няньку, но, когда грозит опасность — лучше перестраховаться.

Я не стал говорить, что привык к опасности. Она сопровождает меня всю жизнь. Вернее, уже вторую жизнь, но в прошлой я был намного сильнее, а здесь только в начале пути своего развития.

Кирилл ответил на звонок после трёх гудков. Его голос напряжен. Понимает, что в такую рань я могу звонить лишь по делу. Я рассказал о том, что вчера произошло, и попросил охрану. Он был только рад и ответил, что сейчас же отправит ко мне своих бойцов.

Когда услышал про бойцов, то напрягся. Нет, мне одного надсмотрщика вполне хватит. Не хватало ещё ходить в окружении бойцов, которые будут зыркать на всех, кто стоит на моём пути. Есть у нас в академии несколько студентов, которых охраняют подобным образом. Когда они идут по коридору, остальные вынуждены прижиматься к стене, иначе их просто выкинут с дороги, как котят.

Мы договорились, что сопровождать меня будет один лишь маг. Однако ни в аудитории, ни на испытаниях рядом со мной его быть не должно. Пусть стоит поодаль и наблюдает за происходящим.

После завтрака Ваня поехал в академию, а я остался ждать мага. За это время мне позвонила Лена и предупредила, что их поставили сражаться после магов воды, а это только в обед, поэтому мы с ней можем вместе поехать поболеть за Ваню. Я пообещал заехать за ней.

Я вышел на улицу и двинулся к машине, на ходу застёгивая пальто. Морозно, аж дух захватывает. Облако пара вырывается из ноздрей, а ресницы покрываются инеем.

Решил прогреть машину, чтобы Лену не заморозить. Только завёл двигатель, как подъехал сам Кирилл Попов, а вместе с ним мой телохранитель. Это был молодой, но крепкий маг воды. Я был с ним знаком. До этого он отвечал за охрану особняка и следил за магическим куполом, которые закрывал всю территорию.

— Здорова, Саша, — добродушно улыбнулся он и, сняв перчатку, протянул мне руку.

— Приветствую, Глеб. Значит, тебя назначили моим нянькой? — усмехнулся я, пожимая большую ладонь.

Глеб был выше меня и значительно шире в плечах. Настоящий великан.

— А то! — расхохотался он. — Но я бы назвал себя соратником, ну или на крайний случай — компаньоном. Теперь мы с тобой, Саша, будем неразлучны, как те попугаи.

— Попугаем меня ещё никто не называл, — прыснул я.

Вообще я был рад, что Кирилл приставил ко мне Глеба. Мы почти одного возраста, поэтому легче найти общий язык. К тому же Глеб весёлый, компанейский и без закидонов. К тому же с ним можно договориться.

— Ну что, поехали, — Глеб подошёл к моей машине. — Если стесняешься ходить с охраной, то разрешаю называть меня двоюродным братцем из глубинки. Типа я боюсь по Москве один ходить, поэтому за тобой таскаюсь.

— Ничего я не стесняюсь, — отмахнулся я, сел за руль и, повернувшись к магу, предупредил. — Но ты всё равно держись поодаль.

— Мог бы и не говорить. Не в первый раз телохранителем работаю, ко всему привык. Правда, когда меня поставили приглядывать за твоей сестрой, я выдержал всего неделю.

— Почему? — мы тронулись с места.

— Её подружки вешались на меня, как ёлочные игрушки. Даже телефон мой откуда-то достали и написывали по ночам. До чего же настырный народ, эти девчонки, — он снова рассмеялся.

Мы забрали Лену и поехали в академию. Она одобрила моё решение насчёт телохранителя. Поздоровавшись с Глебом, Лена попросила очень внимательно следить за мной и не подпускать никого, особенно девицу по имени Жанна. Ревнивица моя.

Дуэли между магами проходили на полигоне. На этом этапе осталось всего четыре команды. Из каждой команды выдвинули трёх магов, которые и должны соревноваться.

Мы сначала подошли к первому залу, но там готовились команды из Московской и Краснодарской академий.

— Вот они! — Лена указала на трех студентов, которые заходили в третий зал полигона. Среди них был Ваня. Лицо серьёзное, брови сдвинуты к переносице, движения резкие и решительные. Он явно нацелен на победу.

— Добро пожаловать, дамы и господа, юные и опытные маги! — разнёсся голос ведущего, отражаясь от каменных сводов полигона. — Сегодня здесь, в стенах легендарного полигона, на котором тренировались сильнейшие маги, продолжается состязание магов воздуха! Их ждут невиданные доселе испытания, где столкнутся не только сила и мастерство, но и воля, отвага и сплоченность! — он замолчал, давая время присутствующим выразить восторг криками и аплодисментами. — Внимание, маги ветра! Помните: магия ветра коварна и непредсказуема! А победа достанется тому, что сумеет укротить хаос и сразит соперника! Итак, команды, ваша задача — дойти до противоположной стены и поднять над головой знамя вашей академии, а также помешать сопернику сделать то же самое. Из двух противоборствующих команд победит та, которая первая поднимет знамя. Приготовьтесь! Три… два… Старт!

Мы с Леной уже добрались до входа в третий зал и после сигнала подались вперёд, наблюдая за происходящим. Ваня вместе с двумя магами из своей команды побежал навстречу соперникам, одновременно сшибая их с ног с помощью мощных порывов ветра. Те не оставались в долгу и тоже пытались помешать Владимирской команде.

Команда Вани была ближе к знамени, им оставалось не больше пятнадцати метров, когда один из соперников вместо порыва создал молот, и тот с огромной скоростью полетел в студентов.

— Ваня! — испуганно выкрикнула Лена и прижала руку ко рту.

Друг то ли услышал Лену, то ли что-то почувствовал, резко обернулся и в последний момент «поставил» навстречу молоту воздушный щит.

Бах! — мощный удар, и до зрителей долетели остатки воздушного заклинания, взъерошив волосы и приподняв подолы юбок.

Прозвучал гудок и состязание остановили.

— Нарушение правил! — прокричал ведущий. — Студент Омской академии использовал запрещенное заклинание, которое могло нанести серьезные травмы! За это нарушение объявляется дисквалификация. Омская академия выбывает из этого испытания! Владимирская академия признана победившей!

Кто-то в толпе недовольно загудел, кто-то радостно закричал: «Ура! Наши победили!».

Один из студентов омской академии подошёл к тому, кто отправил молот, и дал звонкую затрещину. Второй осыпал его ругательствами, которые я раньше даже не слышал.

К нам подошёл Ваня. Он был явно недоволен тем, что произошло.

— Ты чего такой смурной? — спросила Лена. — Вы же победили.

— Это не победа, — махнул он рукой. — Никакого удовольствия от соревнования. Могли бы его заменить или ещё как-то наказать, а так… Эх, — он махнул рукой и двинулся дальше, присоединившись к своей команде.

Вскоре состязание в первом зале тоже закончилось, и объявили следующие две пары соревнующихся. На этот раз команда Вани будет состязаться с краснодарской академией в первом зале.

— Внимание, команды! — раздался голос ведущего. Его самого я не видел. Как и в прошлые дни, здесь было много народу.

Глеб постоянно следовал за мной, но держался чуть в отдалении. Сейчас он стоял, прислонившись к стене в двух метрах от меня и буквально сканировал каждого, кто проходил мимо нас с Леной.

— На этом испытании вы станете настоящими воздухоплавателями! Ваша задача: собрать как можно больше красных флажков за десять минут. На подготовку даю две минуты!

Команды забежали в залы. Мы с Леной протиснулись между студентами к проходу в первый зал и увидели те самые деревянные платформы, из которых маги воздуха делали мост. Только на этот раз на них были приделаны настоящие паруса.

Прямо под потолком висели сотни красных флажков, которые нужно собрать.

Команды быстро заняли платформы и с помощью ветра подняли их в воздух.

— Время для подготовки прошло! — прокричал ведущий. — Испытание начнётся через: три… два… Старт!

Маги ветра помчались вверх на своих импровизированных кораблях. Испытание было сложное. Нужно было не только держать платформу на весу, но и направлять, а также успевать собирать флажки.

Я видел, как раскраснелся и взмок Ваня. Он беспрестанно махал руками и выкрикивал заклинаниям для управления ветром. Зря он не попросил у меня зелье «Скорости». Его бы это здорово выручило, но я уважал его желание победить по-честному.

Прозвучал гудок.

— Испытание завершено! Победителя объявим после подсчёта флажков.

«Корабли» спустились. Организаторы собрали флажки и принялись подсчитывать.

К нам подошёл Ваня. С него градом стекал пот, дыхание учащено, руки мелко дрожат.

— Не думал, что будет так тяжело, — признался он. — Много маны потратил, а впереди ещё одно испытание.

— Как думаешь, вы больше флажков собрали? — спросила Лена и протянула ему салфетку.

— Не знаю. Я не считал. Не до этого было, — мотнул он головой и протер лицо, лоб и виски. — Пить хочется. У вас нет воды?

— Не-а. Сейчас объявят о результатах, и схожу до ближайшей лавки, — ответил я и мельком взглянул на Глеба. Можно было попросить его купить воды, но ему это вряд ли понравится. Всё-таки он телохранитель, а не посыльный.

Через две минуты ведущий объявил победителями команду Вани и студентов ММА. Осталось третье испытание, в котором столкнутся команда Вани и команда нашей московской академии.

— Ты за кого будешь болеть? — спросила Лена, когда я сбегал на улицу и принёс бутылку холодной воды для Вани.

— За друга, конечно. А ты?

— Не знаю, — покачал она головой. — После этого этапа будет награждение команд. Если ММА победит, то им присудят первое место, а это уже почётно.

— Погоди, я не понял. Будет два награждения? — я озадаченно посмотрел на неё. — Сначала команды, затем студентов?

— Да. Но, кроме кубка, никаких наград, не то, что после одиночных состязаний.

— Ясно. Но я всё равно за Ваню.

Вскоре ведущий объявил о третьем испытании. На этот раз командам нужно было загнать легкий, наполненный воздухом, шар в соседние ворота, не прикасаясь к нему руками или ногами. Только магия. Побеждает та команда, которая забьёт больше всего голов.

Азарт игры передался всем болельщикам. Зрители кричали, свистели и подсказывали, радуясь каждому забитому голу.

Сначала команды шли вровень, затем ММА взяла верх, забив подряд три гола. Я видел, как вымотан Ваня, как трудно ему даются заклинания, и как не слушаются отяжелевшие руки, но он даже не думал сдаваться и, сжав зубы, продолжал бить по шару, пытаясь перехватить его.

К концу отведённого на испытание времени счёт сравнялся.

— Я так хочу, чтобы Ваня победил, — Лена сжав кулачки, неотрывно следила за сражением.

— Ты же была за ММА, — напомнил я.

— Передумала. Надо поддерживать друзей.

Прозвучал гудок и в это самое время студенту из ММА удалось забросить шар в ворота владимирской команды. Команда Вани проиграла.

Глядя себе под ноги, он устало подошёл к нам.

— Отличная игра! Вы почти победили, — Лена чуть приобняла его.

— Вот именно — почти, — разочарованно выдохнул он.

— Не расстраивайся. Вы заняли второе место. Это очень хорошо. А золото ты возьмёшь лично, когда победишь соперников, — Лена пыталась приободрить его.

— Постараюсь, — он улыбнулся ей.

Я же видел, что Ваня еле стоит на ногах от усталости и опустевшего магического источника, поэтому взял его руку и принялся обследовать эфиры. Он не сопротивлялся, а лишь привалился спиной о каменную стену и пытался восстановить сбившееся дыхание.

— Тебе надо поесть и отдохнуть, — сказал я, когда сделал всё, что мог. — Отвезти тебя домой?

— Да, отвези. Я даже не хочу дожидаться вручения кубка. Без меня заберут.

Лена осталась на полигоне, а мы втроем вышли на улицу и двинулись к парковке.

— Саша, привет! — из толпы студентов показалась Жанна и быстро подошла ко мне.

— Привет, Жанна.

— У меня есть к тебе срочное дело, — шепнула она и взглядом указала на Ваню и Глеба. — Отойдем?

Я пожал плечами и пошёл за ней. Мы остановились у входа во второй корпус академии. Глеб с Ваней встали неподалёку, прямо у тех елей, на вершине которых мы искали стеклянные сферы во время посвящения в студенты.

— Что ты хотела? — спросил я и убрал руки в карманы. Казалось, что ещё сильнее похолодало.

— Дело в том, что я знаю о твоих способностях, — вполголоса проговорила она. — И мне нужна твоя помощь.

— Не понимаю, о чём ты? — я двинулся к друзьям, но она встала у меня на пути.

— Если ты не поможешь — он умрёт.

— Кто?

— Семён Афанасьев, Сеня, — она растянула губы в улыбке. В недоброй улыбке хищницы.

Глава 6

Я смотрел на Жанну, но никак не мог понять, всерьёз она говорит или нет.

— Повтори, что ты сказала, — сурово сказал я, сделав шаг навстречу.

Жанна, до этого улыбающаяся, испуганно отпрянула и торопливо ответила.

— Ты чего? Я же просто пошутила. Шутка такая, понимаешь?

— Нет, не понимаю я таких шуток. Что ты имела в виду, когда сказала, что Сеня умрёт? — я продолжал наступать, а она пятилась.

От спеси и нахального взгляда не осталось и следа. Передо мной была обычная пугливая девчонка.

— Да я пошутила! Говорю же! — сорвалась она на крик.

К нам подошли Глеб и Ваня. Маг, на лице которого застыла решимость, встал рядом со мной и еле слышно спросил:

— Что произошло?

Я бросил на Жанну холодный взгляд и ответил:

— Эта девушка сказал, что знает о моих способностях, и я должен ей помочь, иначе умрёт мой друг Семён Афанасьев.

Теперь мы уже втроём прожигали её взглядом.

— Честное слово, я пошутила, — слезливо ответила она.

— О каких способностях Александра вы знаетеговорили? — уперев руки в бока, спросил Глеб.

— Ничего я не знаю. Просто слышала, как шепчутся, будто у Саши есть какие-то особые способности, поэтому он так легко проходит испытания, — она бросила на меня жалобный взгляд.

Но я был холоден. После всего, что произошло со мной и моими близкими, я таких шуток не понимаю и не прощаю.

— А о какой помощи идёт речь? — вмешался Ваня. — Что вы хотели от Саши?

— Мы хотим дойти до финала, поэтому хотела, чтобы Саша подсказывал мне на испытаниях, — из глаз Жанны выкатились две слезинки. — Я ничего плохого не имела в виду.

Глеб вопросительно посмотрел на меня, ожидая решения. Жанна врала. Когда она поняла, что я не из пугливых, и на меня так просто не надавить, то пошла на попятную, а до этого она была холодна и расчётлива.

В это время вокруг нас начали скапливаться люди. Жанна уже в голос ревела и умоляла её простить.

— Пойдёмте отсюда, — сказал я и двинулся по дороге.

Глеб и Ваня последовали за мной.

— Может, и вправду пошутила? — подал голос Ваня, когда мы прошли через академию и вышли на высокое крыльцо.

— Не знаю. Но надо предупредить Сеню, чтобы был осторожен.

— Если хочешь, могу проверить её. — предложил Глеб. — Соберу всю подноготную.

— Хочу, — кивнул я и внимательно посмотрел в серые глаза своего телохранителя. — Только об этом никому ни слова. Сами разберёмся. Если дойдёт до родителей, снова будут переживать и нервничать. Не хочу их зря беспокоить.

— Понял.

Мы сели в машину и поехали в сторону дома. Ваня отказался пить зелье «Исцеления», повторив, что это не по-спортивному. Пообедав, он лёг спать, чтобы восполнить запас маны. Мы с Глебом вернулись в академию.

Я меня из головы не выходили слова Жанны. Чего она добивалась, угрожая мне? Сначала хотела обольстить, а когда поняла, что я не ведусь на её ловки, захотела припугнуть? Но зачем? Зачем?!

Когда подъехали к академии, позвонила Лена.

— Сашка, ну ты где? Скоро начнётся наше испытание, — она явно нервничала.

— Успокойся. Скоро буду. Я совсем рядом, — заверил я и двинулся к полигонам.

Глеб шёл следом за мной. По нашей договорённости он старался держаться подальше и не привлекать внимание, но так, чтобы успеть среагировать на опасность. Он с любопытством смотрел по сторонам и выглядел как обычный зритель, пришедший поглазеть на состязания магов. Простолюдины обожали такие мероприятия, поэтому заполнили всю территорию академии, хотя на улице было градусов пятнадцать мороза.

Вместе с облаком пара я зашёл в здание полигона. Лена поспешила мне навстречу.

— Начнётся через пять минут. Я так волнуюсь, — шёпотом призналась она мне и прижалась к моей груди.

— Почему? Раньше ты так не волновалась?

— После того случая с вихрем я… — она запнулась. Затем оглянулась, чтобы убедиться, что никто не подслушивает, и продолжила. — Я не уверена в себе. Мне кажется, что даже с огненным шаром не справлюсь, не говоря уж о вихре, дожде или копье. Боюсь сильных заклинаний. Понимаешь?

— Понимаю, — я крепко обнял её. — Милая, у тебя всё получится. Знала бы ты, сколько раз я терял веру в себя после очередного неудачного зелья. Но я через страх и неуверенность заставлял себя двигаться в нужном направлении.

— Да? Ты мне об этом не рассказывал? — она подняла на меня заинтересованный взгляд.

Я понял, что проговорился. С Леной я будто становлюсь сам собой, поэтому забываю, что нужно держать язык за зубами.

— Как-нибудь в следующий раз расскажу, — мотнул головой. — В каком зале у тебя испытание?

— В первом, — махнула она рукой.

Возле прохода в первый зал уже толпились студенты, а также важно прохаживался декан факультета стихийников ММА. Это был высокий тучный мужчина с внимательными глазами и вечно поджатыми губами. Казалось, будто он постоянно чем-то недоволен.

— Пошли, сейчас начнётся, — я взял её маленькую, мягкую руку с острыми ноготками, поцеловал и потянул за собой.

Зашуршали динамики, и послышался уже знакомый голос ведущего. Он стоял у входа с микрофоном в руках и лучезарно улыбался.

— Дорогие гости и доблестные участники турнира! Сейчас наш полигон превратится в Арену Огня! — он поднял вверх руки и потряс ими. Зрители поддержали его бурными аплодисментами. — На сегодняшних испытаниях студенты проявят не только силу своей магии, но и продемонстрируют искусство работать вместе, как единое пылающее сердце! Первое испытание получило название «Сияние чистого разума»! Участникам предстоит зажечь как можно больше факелов с эмблемой своей академии за десять минут. Руками к факелам прикасаться нельзя — только огненная магия и ваша фантазия! — предупредил он, повернувшись к студентам. — Команды, к старту — приготовиться! Испытание начинается по моему сигналу. Итак, три… два… Вперёд!

Студенты рванули в полутьму зала. Начали вспыхивать огоньки. Я силился разглядеть, что там происходит, но света пока было слишком мало, студентам пока удалось поджечь всего два факела. Я пожалел, что у меня нет зелья «Ночного зрения». Если его выпить, то не страшна никакая тьма.

Небольшие огоньки мелькали в разных концах зала. Командам надо было поджечь правильные факелы, то есть те, на которых есть эмблема их академии.

Вскоре один за другим факелы начали вспыхивать. Одни находились почти у самого пола, другие висели так высоко, что дотянуться до них можно было с огромным трудом. Третьи парили в воздухе на высоте трёх метров. Чтобы поджечь их, требовалось не только магия, но и сноровка.

По истечению десяти минут прогудел сигнал о завершении испытания. В зале включили свет, и стало понятно, что большая часть факелов не горит. Либо просто не нашли, либо не хватило времени.

— Пока наши помощники подсчитывают количество горящих факелов у каждой академии. У меня есть предложение командам, — загадочно произнёс ведущий. — Я засчитаю плюс пять баллов, если подожжёте Главный факел.

В это время в центр зала вынесли огромный факел. Такие горели на стенах приграничной башни, которую я защищал однажды.

— Я дам три попытки каждой команде. Те, кто сможет поджечь факел, получат по пять очков к своему результату. Согласны?

— Да!!! — выкрикнули студенты.

— Да! — поддержали зрители.

— Мне нравится ваш настрой! — щёлкнул пальцами довольный ведущий. — Но хочу предупредить, что факел не так просто зажечь. Вам потребуется командная работа. Итак… три… два… Старт!

Подбежала первая команда. Студенты засыпали факел искрами и закидал огненными шарами, но он никак не хотел зажигаться.

— Три попытки! Повторяю, у вас всего три попытки!.. Всё, стоп! Дорогие Новгородцы — вы не справились. Приготовиться, следующая команда! Итак… Три… два… Вперёд!

Это была команда Лены. Сначала они, как и новгородцы, пытались действовать проверенными заклинаниями, но необычный факел не реагировал. Я так хотел, чтобы Лена победила, поэтому не спускал с нее взгляда. Кажется, я понял, каким образом нужно поджечь факел. Нужно действовать одновременно. Мощности одного заклинания явно не хватало.

Со второй попытки у них тоже ничего не получилось, но я заметил, что Лена договорилась со вторым студентом их команды, и они вдвоём создали довольно мощное заклинание, и фитиль вспыхнул на мгновение, но тут же погас.

— Ещё одна попытка, и станет ясно: получит ММА дополнительные баллы или нет! — выкрикнул ведущий.

Мне так хотелось подсказать Лене, как действовать, но не мог этого сделать.

— Ну же, ММА, не тяните время! — поторопил Ведущий.

Тогда мне пришло в голову подсказать Лене с помощью Шустрика. Он умеет передавать не только вещи, но и слова. Я отошёл от прохода, спрятался за автоматом с напитками и мысленно позвал зверька, но предупредил, что он должен остаться незамеченным.

Откуда-то сверху послышалось щебетание. Поднял голову и увидел, что Шустрик сидит у меня над головой. Я невольно сглотнул, заметив, что зверёк ещё сильнее раздался вширь. Вот она — забота Насти. Небось только вкусностями его кормит.

Я прошептал Шустрику послание и отправил к Лене. Затем вернулся к проходу. Лена как-то неестественно дёрнулась, будто кто-то толкнул.

В следующее мгновение она подозвала студентов и быстро им что-то прошептала.

— Считаю до трёх, и ход переходит следующей команде, — пригрозил ведущий. — Итак! Три… Два… Оп!

В это время пламя факела устремилось ввысь. Студенты встали с трех сторон от него и одновременно отправили магические потоки, образуя слияние. Факел вспыхнул величественным пламенем, осыпая округу искрами.

— Справились! Молодцы! Я не зря каждый раз напоминаю о командной работе, — ведущий расплылся в довольной улыбке.

Факел пытались поджечь ещё две команды, и даже повторили трюк команды Лены, но, кроме одиночной вспышки, больше ничего не добились. Не хватило слаженности и силы магии.

Пока подсчитывали результаты, Лена подошла ко мне.

— Сначала я не поняла, почему твой голос слышится сзади, а сам ты передо мной, — рассмеялась она. — Но потом Шустрик пару раз ударил меня хвостом, и я всё поняла.

— Ударил? Сильно?

Не ожидал такого от зверька. Уже подумывал о наказании, когда она ответила:

— Нет, просто неожиданно.

В это время снова зашуршал микрофон, и ведущий объявил о результатах. Команда ММА заняла второе место. Лена не расстроилась, ведь впереди ещё два испытания.

— Не теряя времени даром, мы объявляем о следующем испытании! — проговорил ведущий. — Команды, прошу пройти во второй зал. Для вас там уже всё приготовлено. На этот раз нашим доблестным магам нужно проявить смекалку и не только собрать пазл, состоящий из ста пятидесяти частей, но и скрепить их между собой, превратив в одну большую картину. На испытание даётся один час. Время пошло!

Я подошёл к проходу во второй зал и увидел, что студенты собирают картины прямо на полу из больших кусков металла. Получается, что им нужно соединить части между собой, расплавив края. Для этого потребуется много энергии, ведь расплавить металл не так легко.

Похоже, после испытаний Лену тоже придётся везти домой. Она явно опустошит свой источник. Не думал, что такие сложные задания могут быть на каком-то академическом турнире. Студентов и в самом деле готовят к чему-то серьезному. Например, плавить металл может понадобиться при боевых действиях, чтобы обезвреживать орудия врагов.

Час подходил к концу. Картины были собраны, и теперь маги с помощью своей энергии скрепляли части. Я видел, что Лена обессилела. Она тяжело дышала, глаза налиты краснотой, уголки губ опущены и чуть подрагивают от усталости. Она стояла на колеях и выпускала из трясущейся ладони искрящийся поток огня. Горгоново безумие! Она же чуть не валится от усталости!

Мне захотелось вмешаться и прекратить испытание, которое так пагубно влияет на мою любимую, но тут прогудел сигнал. Испытание окончено.

— Команды, прошу покинуть зал! — прокричал ведущий. — Жюри осмотрит ваши картины и примет решение, кто как справился.

Я не обращал внимания ни на кого, кроме Лены, которая с трудом поднялась на ноги и, пошатываясь, направилась к выходу.

Не дожидаясь, когда она выйдет, я пошёл ей навстречу.

— Сашка, ты здесь, — слабо улыбнулась она. — Я так устала, сил нет.

Она буквально повисла на меня, когда я обнял её.

— Потерпи немного, сейчас станет лучше, — я подхватил её на руки, вынес из зала и двинулся к гардеробной. Только там можно уединиться, спрятавшись за длинными пальто и роскошными шубами.

Посадил Лену в углу на табурет и приложил пальцы к её шее. Судя по эфиру, у неё магическое истощение, однако мне не нравилось, что она так вымотана. Боевые маги не тратят физические силы на заклинания, а Лена явно потратила. Собирать пазл не такая уж большая физическая нагрузка, чтобы так выглядеть.

— Саша, мне плохо, — пожаловалась Лена.

Она побледнела и прижимала руку к груди.

— Где болит? Сердце? — встревожился я.

Горгоново безумие, а ведь я не смог определить никаких нарушений! Лучше бы у меня появились лекарские способности!

— Нет, не сердце. Меня сейчас вырвет.

Я осмотрелся и увидел ведро уборщицы со шваброй. Выбросив швабру с тряпкой, поставил ведро перед Леной.

— Сиди здесь. Я тебе сейчас воды принесу.

— Нет. Не уходи. Пожалуйста, — после каждого слова она делала паузы, будто ей требовалось отдышаться.

— Тогда выпей это, — я откупорил пробирку с «Исцелением» и поднёс к её губам.

— Не хочу. Тогда меня точно вырвет, — она отодвинула мою руку и поморщилась.

— Что с тобой происходит? — встревожился я. — Пошли к лекарям, пусть просканируют.

— Просто устала, — ответила она, слабо улыбнулась. — Мне просто нужно отдохнуть. Но не сейчас. Ещё третье испытание.

— Никуда ты не пойдешь, — строго сказал я. — На сегодня твои испытания закончились.

— Я не могу подвести свою команду, — мотнула она головой, поднялась на ноги, но успела сделать лишь два шага. Прерывисто вздохнув, закатив глаза и… упала на пол.

Я на мгновение застыл. Сердце будто сжала ледяная рука, в голове вспыхнула паника. Всё внимание сузилось до одной точки — её безжизненно обмякшей фигуры.

— Лена! — выкрикнул я, метнулся к ней, поднял на руки и выбежал из Гардеробной. — Лекари! Здесь есть лекари?!

Мои руки тряслись, глаза метались по помещению в поисках помощи, но к нам никто не подходил.

— Где эти чёртовы лекари, когда так нужны?! — взревел я, вглядываясь в лица присутствующих. Но те лишь мотали головами и пожимали плечами. Лекарей среди них не было.

Втянув носом эфир Лены, я быстро разложил всё по полочкам и понял, что нет ни воспаления, ни других заболеваний, но сердце стучит еле-еле, а дыхание почти не ощущается.

— Хотя бы позвоните в лечебницу! Быстро! — взревел я, буравя взглядом присутствующих.

Тут увидел, как сквозь толпу к нам пробираются две девушки.

— Что с ней случилось? — выкрикнула, веснушчатая в красном чепце и цветастом жилете. Затем заработала локтями, пытаясь прорваться сквозь плотное кольцо глазеющих. — Да дайте же пройти, чёрт побери!

— Я не знаю. Ей стало плохо после испытания. А вы кто? Лекари?

— Учимся на четвёртом курсе лекарского факультета, — ответила вторая — пухлая милашка с толстой русой косой и здоровым румянцем на руках. — Положите её вон на то сиденье. Нам нужно просканировать, чтобы понять, что с ней.

Я сделал, как она велела и, согнав со скамьи с мягкой сидушкой двух первокурсников, аккуратно уложил Лену.

Девушки склонились над моей любимой и принялись водить над ней руками, от которых исходил мягкий голубоватый свет.

— Ну? Что с ней? — встревожился я, когда увидел, как девушки переглянулись.

Они явно что-то обнаружили. И, судя по их лица, что-то очень плохое.

— Вызывайте скорую! Срочно! Её надо отвезти в лечебницу! — запаниковала веснушчатая и упавшим голосом добавила. — Здесь мы не сможем ей помочь.

Глава 7

Несколько человек одновременно начали звонить в лечебницу.

— Что с ней? Что вы увидели? — я уставился на студенток-лекарей, требуя ответа.

Они вновь переглянулись. Пухлая блондинка с косой, подошла ко мне вплотную и еле слышно ответила:

— Точно не знаем, но симптомы плохие. Именно поэтому её нужно как можно быстрее отправить в лечебницу.

— Какие симптомы? О чём речь? — недоуменно спросил я, ведь ничего особенного не почувствовал в эфире Лены.

— Дело в её источнике. Он просто не функционирует.

— Как это возможно?

— Не знаю. Но в нём вообще нет маны.

— Нет маны, потому что она всё потратила на этих чёртовых испытаниях, — сухо проговорил я. — Но это не объясняет её состояния. Почему она без сознания?

— Магический источник точно такой же орган, как и остальные. Он страдает от недостатка маны и пытается выжать энергию из тела. Это может плохо кончится. Нужно срочно везти в лечебницу. У них есть артефакты, которые на время заглушат источник, чтобы тот самостоятельно наполнился маной, а не вредил организму хозяина.

Я смотрел на бледное лицо Лены и никак не мог собраться с мыслями. Нужно действовать. Когда дело касается чужих людей, я холоден и рассудителен, но сейчас я будто потерян.

Глубоко вздохнув и выдохнув, чтобы снизить ритм сердца и взять себя в руки, я опустился на колени рядом с Леной. Надо напоить её зельем «Исцеления». Оно поможет… Надеюсь, что поможет.

Приподняв голову своей любимой девушки, приоткрыл ей рот и буквально по капле начал поить её «Исцелением». Я понимал, что зелье никак не влияет на магический источник, но не мог ничего не делать.

Студентки пытались выяснить, чем я её пою, но я игнорировал их вопросы. Всё равно не поймут, а так хотя бы другие органы будут в безопасности — зелье не позволит источнику навредить им. По крайней мере я на это надеялся.

— Саша, я могу чем-то помочь? — спросил Глеб.

Он не стал идти за нами в гардеробную, но когда увидел меня с Леной на руках, то заметно забеспокоился. Я махнул ему рукой, чтобы не вмешивался. Всё равно в этом деле толку от него никакого.

— Нет, не можешь, — сокрушённо ответил я и помотал головой.

Вскоре прибежали лекари турнира. Они подтвердили, что проблема с источником. С собой у них не было нужных артефактов. Обычно на турнире получали физические травмы: ожоги, переломы, вывихи и ушибы.

— Как это у вас нет артефактов для источника, если здесь проходит состязание между магами?! — взорвался я.

— Молодой человек, вы очень эмоциональны, — произнёс худощавый лекарь и поправил очки на носу. — Проблемы с источником очень редки. Обычно после его опустошения маги чувствуют сильную усталость, но чтобы такое… Вообще-то я ни разу не сталкивался с таким.

— А я сталкивался однажды, — вставил второй лекарь. Он только что закончил сканирование и подтвердил то, что сказали студентки. — К нам в лечебницу попал охотник с подобными симптомами.

— И? Вы смогли ему помочь? — с надеждой спросил я.

— Да. Но… Сейчас не стоит об этом говорить.

— Говорите! — рявкнул я.

— Хм, может, вам дать успокоительного? У меня есть, — обратился ко мне худощавый, но я не удостоил его ответом, уставившись на коротышку.

— Его источник разрушился, — прискорбным голосом ответил лекарь.

В толпе, которая до сих пор окружала нас плотным кольцом, послышались сочувствующие вздохи и слова сожаления.

— С Леной такого не случится, — тоном, не терпящим возражения, ответил я, а у самого неприятный холодок побежал по спине.

Для мага лишиться магии всё равно, что обычному человеку потерять руку или ногу. Жить можно, но ощущение собственной неполноценности будет преследовать до последних дней.

Организаторам доложили о том, что студентка выбыла из состязаний, поэтому они дали час ММА на то, чтобы найти ей замену. Студенты из команды Лены подходили ко мне и предлагали свою помощь. Говорили много хороших слов о ней, но я лишь сильнее сердился. Она не осталась в прошлом! Она выздоровеет и вернётся в строй! Возможно даже победит в этом грёбанном турнире!

Лекари подъехали прямо к полигону. Лену переложили на носилки. Я успел накрыть её своим пальто, прежде чем девушку вынесли на улицу и переложили в машину. Хотел ехать с ней, но лекари запретили. У них так, видите ли, не положено.

— Скажите хотя бы, куда вы её отвезёте?! — выкрикнул я.

Я стоял у машины и заглядывал в окно, с тревогой рассматривая бледное, будто восковое, лицо Лены. Черты лица были расслаблены, веки неплотно прикрыты, но губы сжаты в тонкую линию. Она будто пыталась бороться с этим состоянием, но внезапная болезнь была сильнее.

— Везём в лечебницу Захаровых на улице Свободы, — ответил молодой лекарь и открыл дверь с пассажирской стороны машины.

— А почему не к Коганам? — возмутился я.

— Мы не на Коганов работаем, — сухо ответил он, сел в машину и с силой захлопнул дверь.

Машина медленно двинулись по дорожке, сигналя с требованием, чтобы её пропустили.

Я побежал к парковке, не обращая внимания на мороз. Мне вслед что-то кричали, но я ни на кого не обращал внимания. В голове крутилось лишь одно: Захаровы на улице Свободы.

Глеб бежал рядом и даже пытался отдать мне свой полушубок, но я отказался. Даже если замёрзну, то не заболею. С самого раннего детства я не болел простудными заболеваниями. Знал, как справиться с такой ерундой.

Я знал, что род Захаровых работал на Распутиных. Они были их вассалами и всячески поддерживали. Однако в деле с наследником они не были замешаны, поэтому избежали наказания.

Машина лекарей выехала с территории академии и, включив сигнальные маячки, быстро исчезла из виду. Мы добежали до моей машины.

— Ты знаешь, где лечебница Захаровых? — спросил я, проворачивая ключ.

— Да, знаю. Поехали, — Глеб опустился рядом со мной и махнул рукой.

Я вырулил с парковки и, надавив на педаль газа, влился в оживленный автомобильный поток. Меня в первый раз раздражали светофоры, неповоротливые тугодумы-водители и прочие препятствия на дороге.

Перед глазами так и стояло бледное лицо Лены. Если она лишится источника — это будет катастрофой для неё. Лена из рода боевых магов, которые из поколения в поколении стояли на страже границы. Она тоже мечтала встать плечом к плечу с отцом.

Горгоново безумие! А что если лекари не смогут ей помочь? Что, если… Нет-нет, нельзя даже думать об этом! Лекари обязательно помогут, хотя я совсем не доверяю этим Захаровым. Возможно, они не хуже Коганов, а, может, даже лучше, но из-за их связи с Распутиным я изначально настороженно к ним отношусь.

Уже второй человек в моём окружении страдает из-за проблем с магическим источником, а я никак не могу помочь. Дима с разрушенным источником занимается в своей лаборатории только бумажной волокитой и контролем, а сам ничего изготовить не может. Разве только выполняет работу, которая сгодится для простолюдина. Я так и не придумал, как восстановить его источник.

Сейчас что-то непонятное творится с источником Лены, и я не знаю, чем это закончится.

Путь до лечебницы Захаровых занял больше сорока минут. М-да уж, кто тот олух, что вызвал этих лекарей, если Коганы находились в разы ближе к академии?

Мы с Глебом забежали в лечебницу. Людей было много. Кто-то кашлял так, что чуть не выворачивал лёгкие. Кто-то подволакивал ногу, неспеша двигаясь к кабинету. Кто-то сидел на деревянной скамье и, схватившись за живот, со стоном покачивался взад-вперёд.

Я подбежал к стойке регистратуры и, буквально ввалившись в окошко, вывалил:

— Где Лена Орлова? Её только что привезли сюда!

— Мне-то откуда знать, кого и куда только что привезли? — дёрнула плечом девица, со скучающим видом перебирающая бумажки. — Нас оповещают только после того как все документы оформлены.

— Узнайте! — велел я и хлопнул ладонью по деревянной стойке.

— Мне некогда бегать по этажам и искать вашу Орлову, — она неприязненно покосилась на меня. — К тому же мы информацию о пациентах даём только близким людям. Вы ей кто?

— Жених!

— Вот когда будете мужем — тогда приходите! — рявкнула она, потянулась к окошку и захлопнула дверцу прямо перед моим носом.

Я даже опешил от такого обращения.

— Надо ждать, — сказал Глеб.

— Нет, ожидание в этом случае может быть губительным, — я решительно двинулся по коридору, читая надписи на дверях кабинетов.

Несколько дверей открыл и заглянул внутрь, но Лены не было. Взбежал вверх по лестнице на второй этаж, где находились палаты с больными.

Прошёл почти пол этажа, когда наткнулся на выходящего из палаты лекаря, того самого, который забирал Лену.

— Где она? — тяжело дыша от быстрого бега, спросил я.

— Здесь. С ней наши лекари. Пытаются помочь, но пока нет результата.

— У вас есть все необходимые артефакты? — спросил Глеб.

— Да, конечно. У нас хорошо оборудованная лечебница, — кивнул и хотел уйти, но я остановил его, вцепившись в рукав.

— Вы сможете восстановить её источник?

— С чего вы взяли, что у неё проблемы с источником? — вопросительно посмотрел на меня. — Это не так. Похоже, на сердечный приступ. Сейчас к ней прикрепляют сердечные артефакты.

Я не мог поверить в то, что он говорит.

— Наши лекари сказали, что у неё опустошён источник, и поэтому…

— Ваши лекари — это студенты? — усмехнулся он и приподнял бровь.

— Не только. Также подходили дежурные лекари на турнире.

— Послушайте…э-э. как вас там? Хотя неважно, — махнул он рукой и сложив пальцы в щепотку, начал трясти рукой у меня перед носом. — Ваша студентка в опытных руках лекарей. Мы её просканировали, но не нашли никаких проблем. Источник пуст, но это не болезнь, после отдыха всё восстановится. По другим симптомам у неё явно сердечные проблемы.

— Но эфир не показал проблем с сердцем! — возмутился я.

— Что вы несёте? Какой ещё эфир? — всплеснул он руками. — Знаете что, идите-ка вы отсюда, пока я охрану не вызвал! Вообще-то вам нельзя сюда подниматься. Приёмные часы начинаются в четыре вечера….

Не говоря больше ни слова, я оттолкнул его от двери и зашёл в палату. Глеб остался у входа, чтобы больше никого не пропустить в палату, и мне даже не пришлось просить его об этом. Мы без слов поняли друг друга.

Два пожилых лекаря прикладывали к груди Лены тяжелые артефакты.

— Что с моей невестой? — спросил я и быстро подошёл к ним.

Лекари удивленно посмотрели на меня.

— Вам сюда нельзя… — начал было один из них, но я прервал.

— Поздно. Я уже здесь. Говорите!

Второй тихонько откашлялся и, продолжая нажимать на кнопки на рукояти артефакта, ответил:

— Мы предполагаем, что случился сердечный приступ. Частое явление при магическом истощении.

— То есть вы знаете, что её источник пуст? — уточнил я.

— Конечно. Это же видно невооруженным взглядом. Источник еле теплится, маны в нём нет.

— Мне сказали, что из-за недостатка маны источник пытается восполнить за счёт энергии тела. Разве это не так? — продолжал допытываться я.

— Вы лекарь? — сдержанно спросил первый.

— Нет. Я — аптекарь, но это не важно…

— Это очень важно! — с нажимом произнёс тот, что прикладывал артефакт к груди Лены. — Аптекарям лучше заниматься своими делами и не лезть в дела лекарей.

Я понял, что спорить с ними бессмысленно, поэтому наклонился к Лене и вновь глубоко втянул носом, чтобы понять: у неё сердечный приступ, или студентки правы и дело в источнике.

Разложив эфир на составные части, удостоверился, что приступа нет. Уж его-то я бы не пропустил, ведь происходят серьёзные химические изменения в теле: накапливается молочная кислота, нарушается баланс микроэлементов, происходит выброс гормонов и тому подобное.

— Я забираю Лену, — бросил через плечо, обращаясь к Глебу, который в это время появился в дверях. Тот сдержанно кивнул и пошире распахнул дверь.

Я отцепил артефакты и поднял девушку на руки.

— Вы что себе позволяете?! Мы несём ответственность за неё! А-ну прекратите безобразие! — принялся возмущаться один из лекарей и даже преградил мне дорогу.

— Уйдите, пока мой телохранитель не выбросил вас в окно, — пригрозил я и кивнул на Глеба.

Лекарь испуганно покосился на великана Глеба и посторонился.

— Прихвати одеяло, чтобы закутать Лену. Не знаю, куда они подевали моё пальто, — вполголоса сказал Глебу, проходя мимо него.

Тот забрал одеяло под молчаливое согласие настороженных лекарей и последовал за мной.

— Ты уверен, что правильно поступаешь? — уточнил он, когда мы остановились на первом этаже возле регистратуры, чтобы аккуратно закутать девушку в одеяло.

Оно было тонким, но всё же лучше, чем ничего. На Лене был только тонкий облегающий спортивный костюм, в котором она выступала.

— Уверен. Здесь ей не помогут.

— Почему? Лекари вроде опытные.

— Это не всегда хорошо, — я аккуратно придержал голову Лене, пока Глеб закутывал её в одеяло, как ребенка в пелёнку. — Многие опытные мастера с недоверием относятся к новым подходам. Чаще отвергают их, даже не поняв и не попробовав. К лекарям это тоже относится. Бывает, авторитет мешает им признавать собственные ошибки, чтобы не упасть в глазах других. А ещё старые лекари относятся к работе как к рутине, поэтому могут упустить симптомы, которые не вписываются в поставленный ими диагноз и всегда думают, что знают лучше благодаря опыту.

— Ясно, — коротко кивнул Глеб. — Тебе виднее, я к вашей братии не имею никакого отношения, поэтому не знаю таких нюансов.

— Лекари — не моя братия, — сухо ответил я, вновь подхватил девушку и вышел на улицу.

Глеб сел за руль, а я аккуратно уложил Лену на заднее сиденье, положил её голову к себе на колени и позвонил Когану.

— Авраам Давидович, мне нужна ваша помощь. Мы сейчас приедем, — сказал я, едва услышал его голос.

— К чему готовиться, господин Саша? — деловито поинтересовался он.

— Проблемы с магическим источником. Девушка без сознания, — отчеканил я.

— Я таки понял вас. Жду. Буду готов.

Добирались мы к лечебнице Коганов почти целый час. Я сто раз пожалел, что сам не вызвал лекарей, а доверил другим. Теперь столько времени упущено. А вдруг из-за этого Лене станет ещё хуже? А вдруг моя ошибка будет стоить ей разрушенного источника? Нет-нет, не надо думать о плохом. Мы ещё поборемся.

Авраам Давидович ждал нас на крыльце вместе с двумя широкоплечими медбратьями. Мы с Глебом осторожно вытащили Лену из машины, но я сам понёс её в лечебницу.

— Позвольте вам помочь, — поспешил навстречу лекарь и махнул на медбратьев.

— Не надо. Я сам, — упрямо заявил я.

Мы зашли в лечебницу и все вместе поднялись на второй этаж в большом грузовом лифте.

Лекарь указал палату, которую подготовили для Лены. Когда я уложил её на кровать и развернул одеяло, Авраам Давидович положил руку мне на плечо и доверительно произнес:

— Идите в буфет и выпейте чаю с творожными кексами.

— Вы хотите, чтобы я ушёл?

— Ви можете остаться, но это никак не поможет. Ви же знаете, я сделаю всё что возможно. Тем более я знаю, кто эта девушка, — он с сочувствием посмотрел на бледную Лену.

— У неё проблемы с источником, а не с сердцем, — предупредил я.

— Я во всём разберусь. Идите, — он подтолкнул меня к выходу, подошёл к кровати и, склонившись над Леной, приступил к сканированию.

Я тяжело вздохнул, немного понаблюдал за ним и вышел. Коган прав — теперь от меня ничего не зависит. Осталось только довериться лекарю, с которым мы не раз выручали друг друга.

Мы с Глебом посетили буфет. Выпили по чашке кофе и снова вернулись к палате. Лекарь уже закончить обследование и стоял у деревянной коробки с артефактом и читал инструкцию.

— Авраам Давидович, что удалось выяснить? — я плотно закрыл за собой дверь и подошёл к нему.

— Ви были правы — проблемы с источником. Он опустошён и черпает энергию из внутреннего жизненного резервуара. У меня есть отличный артефакт, но мне потребуется время, чтобы его настроить. Подождите меня в коридоре. Нам предстоит серьёзный разговор.

— Только не говорите, что Лена лишится источника! — не сдержался я.

— Нет-нет, всё будет хорошо. С этим недугом мы справимся. Я хочу поговорить о другом, — он поднял голову, оторвавшись от инструкции, и серьёзно добавил. — Не просто так она в таком состоянии.

— Это всё турнир. Она там истратила всю ману.

— Нет, — мотнул он головой. — Дело не турнире. Ей намеренно навредили.

Глава 8

Я вышел в коридор и прислонился спиной к стене. Только что Коган сказал, что Лене намерено навредили. Я не стал донимать вопросами. Сначала нужно помочь моей любимой, а потом разбираться, по какой причине это произошло.

— Нужно позвонить её родным, — сказал Глеб.

— Ты прав. Но сначала дождёмся лекаря.

Авраам Давидович появился из палаты только через двадцать минут. Однако вместо того, чтобы объяснить мне, что он имел в виду, махнул мимо проходящей медсестре.

— Зульфия, девушку нужно переодеть и в больничный халат. Когда она придётся в себя — накормите наваристым куриным бульоном, и обязательно сладкий компот. До завтрашнего дня мы её оставим под присмотр.

— Поняла, Авраам Давидович, — кивнула она и зашла в палату.

Лекарь плотно закрыл за ней дверь и подошёл ко мне.

— Что с Леной? Она пришла в себя? — я вопросительно уставился на него.

— Нет, но ей лучше. Источник наполняется энергией. Будить её не следует. Сама придёт в себя.

— Вы не против, если я её навещу?

— Не против. Да и как я могу быть против, если вы-таки её жених? — добродушно улыбнулся он, но улыбка продержалась лишь пару секунд. Помрачнев, он бросил на Глеба настороженный взгляд.

— Всё хорошо, это мой телохранитель. При нём можете говорить всё что хотели, — торопливо ответил я.

— Хорошо, если так, — он замолчал и потер кончик носа. Тянул время, будто ему требовалось обдумать то, что он хотел сказать. — Проблемы с источником довольно редки. Вернее, раньше с ними почти не было никаких проблем, поэтому и лечения никакого не требовалось. Но лет десять, может пятнадцать тому назад маги, пытаясь навредить друг другу или помешать выиграть на состязаниях, научились создавать скрытые магические ловушки. Они подавляют и истощают силы.

— То есть кто-то создал ловушку, в которую попала Лена? — уточнил я.

— Возможно, это произошло случайно. А, может, кто-то хотел лишить сил именно вашу возлюбленную, — Коган многозначительно посмотрел на меня.

У меня пересохло во рту. А что если Лена пострадала из-за меня? Кто-то намеренно вредит моим близким?

— Но вы уверены, что она поправится? — хрипло спросил я.

— Да-да, можете-таки не волноваться по этому поводу. Хорошо, что вы вовремя её привезли. Если бы она осталась в лечебнице Захаровых, то ей становилось бы всё хуже и хуже, — он опустил голову, но тут же взял себя в руки и добавил. — Но не будем о плохом. Ваша Леночка выспится, отдохнёт и придёт в себя. Артефакт работает исправно, кристалл свежий. Её источник уже наполняется.

— Почему эти Захаровы не смогли определить, что произошло с Еленой Орловой? — уточнил Глеб.

— Если честно, я бы тоже не сразу понял. Но пару лет назад наша лечебница от имени рода Мичуриных осуществляла лечебное сопровождение иностранных магов, которые приехали на соревнования в честь юбилея императора. Вот тогда мы в первый раз столкнулись с этими ловушками, а до этого просто слышали о них. Первый маг, который попал в нашу лечебницу, к большому сожалению умер. Мы тоже лечили его сердце, затем печень и лёгкие и никак не могли понять, что именно происходит, а когда поняли — было поздно, — лекарь снял очки и опустил взгляд на пол. — Никогда не забуду глаза вдовы. Она так посмотрела на меня… и я понял — это моя вина.

Авраам Давидович подошёл к сиденьям, стоящим у окна, и с кряхтением опустился. Я сел рядом, а Глеб остался стоять за ним.

— Мой глубокоуважаемый отец обратился к Мичурину, и тот выкупил у Распутиных пару артефактов для источника. Распутины, как всегда, были укомплектованы в разы лучше, чем остальные лекарские рода.

— Авраам Давидович, а что если попробовать восстановить источник моего отца с помощью ваших артефактов? — загорелся я.

— К моему большому сожалению, это не тот случай. У Димы источник разрушен. Можно сказать, что его просто нет, — развёл руками лекарь. — Никакой артефакт не может вновь создать энергетический сгусток, который мы называем источником.

— Жаль, — выдохнул я.

В это время дверь палаты открылась, и торопливо вышла медсестра.

— Зульфия, милочка, вы чего так торопитесь? — бросил ей вслед Коган.

Женщина, не сбавляя шага, на ходу прокричала:

— Она пришла в себя! Бегу за бульоном и компотом.

Пришла в себя!

Вскочил на ноги и ринулся к палате, рывком открыл дверь и забежал внутрь.

Лена полулежала на двух высоких подушках и безучастно смотрела в потолок. Увидев меня в дверях, она улыбнулась и протянула руку.

— Саша, ты здесь, — слабым голосом сказала она.

— Конечно. Я тебя никогда не оставлю, — подошёл к ней, взял за руку и первым делом провёл своё «сканирование» — глубоко втянул носом.

Всё хорошо. Она здорова.

— Почему я здесь? Что со мной случилось?

— Ты упала в обморок из-за истощения источника. Но теперь всё хорошо, — я поцеловал её руку.

Она кивнул, но вдруг поднялась с подушек и испуганно уставилась на меня.

— Турнир! Мне надо на турнир!

— Всё в порядке — тебя заменили, — попытался успокоить, но она уже скинула одеяло, чтобы встать с кровати.

— Кем заменили? Когда? Испытания уже закончились? Какое место мы заняли? — засыпала она меня вопросами.

— Я ничего не знаю.

— Телефон! Где мой телефон? — она оглядела больничный халат, в который её переодела медсестра.

Спортивный костюм в сложенном виде лежал на стуле. На тумбочке также аккуратно были разложены её вещи: ключи, телефон и кошелек.

Лена потянулась к телефону, схватила его и набрала чей-то номер.

— Алло, Федя, кого вместо меня поставили? А-а-а, Веронику. Отлично. Молодцы — она сильный маг. Испытания ещё идут? Нет? … Какое место мы заняли? Третье! Бронза наша! Горжусь вами! Вы — большие молодцы! — радостно воскликнула она и посмотрела на меня горящими от восторга глазами. — Уже решили, кого выставите на одиночные состязания?.. Нет? Ну ладно, потом созвонимся… Со мной уже всё хорошо, скоро вернусь в строй. Пока.

Она сбросила звонок и, счастливо улыбаясь, откинулась на подушки.

— Третье место. Какие молодцы.

— Лена, мне нужно у тебя кое-что спросить, — осторожно начал я.

— Спрашивай всё, что хочешь, любимый, — она вновь приподнялась и потянулась ко мне, вытянув губки. — Но сначала поцелуй меня.

Какая же она у меня… В общем мы еле остановились, да и то потому, что в палату заглянул Глеб, но тут же исчез обратно.

— Ты хотел о чём-то спросить? — напомнила она мне, когда медсестра принесла поднос с тарелкой горячего наваристого бульона и стакан компота, оставила на тумбочке и удалилась.

— Авраам Давидович сказал, что ты попала в магическую ловушку. Ты что-то почувствовала? Может, что-то заметила?

— Хм, — она задумалась, размешивая бульон, чтобы побыстрее остыл. — Не припомню ничего необычного…. Хотя, где-то в середине испытания я ощутила толчок. Будто меня кто-то задел плечом, но рядом никого не было… Да-да, именно после того толчка я стала быстро терять силы.

Она бросила на меня встревоженный взгляд.

— Наши соперники постарались? Хотели помешать нам?

— Скорее всего. Кто-то очень грязно играет, — кивнул я и грозно добавил. — Хотелось бы выяснить, кто это был.

Коган посоветовал Лене полежать в лечебнице и не торопиться с возвращением домой. Он хотел понаблюдать за ней и, если возникнет необходимость, снова активировать артефакт.

Лена сказала, что сама оповестит родных, поэтому я попрощался с ней и вышел из лечебницы. Я не намерен оставлять произошедшее безнаказанным.

— Домой? — спросил Глеб, когда мы вышли из лечебницы и двинулись к одиноко стоящей машине.

— Нет, в академию. Нужно найти того, из-за кого пострадала Лена, — ответил я и стиснул челюсти.

Ярость не давала покоя. Мой разум зациклился на мести, подогревая желание отплатить обидчику тем же. Или даже сделать ему ещё хуже. Ведь я ещё в детстве решил, что никому не позволю вредить моим близким.

Мы подъехали к академии.

— Что ты намерен делать? — уточнил Глеб, размашистыми шагами следующего за мной к парадному входу в академию.

— Сначала схожу на полигон и посмотрю, как расположены камеры. Лена рассказала, в какой момент ощутила ловушку и где находилась. Затем подойду к организаторам и потребую запись с камер. Наверняка та мразь, что сделала ловушку, засветилась.

— Тебе не дадут посмотреть записи.

— Почему ты так думаешь? — я остановился и, озадаченно сдвинув брови, повернулся к нему. — Я объясню ситуацию. Скажу, что Лена в больнице.

— Ты — обычный студент, — пояснил Глеб — Надо идти к кому-то из руководства твоей академии и решать этот вопрос через них.

— Хм, возможно, ты прав.

Прошли через опустевшую академию и двинулись к полигону. Все лавки и шатры были закрыты, огни потушены, но возле оранжерей велась какая-то подготовка. Завтра выступаем мы, аптекари, а следом за нами лекари. Интересно, кто из нас будет на испытании в оранжерее?

Мы зашли на полигон, где слонялись только уборщики. Они не обратили на нас никакого внимания, продолжая выгребать мусор: упаковки из-под закусок, пластиковую посуду, прожженные куски манекенов и тому подобное.

Я прошёл в зал, где проходило второе испытание магов огня. Камер уже не было. Вероятно их убрали сразу после того, как этап закончился. Ну что ж, придётся обратиться сразу к ректору. Вряд ли Клавдий Тихомирович сможет помочь мне с этим.

Ректор был на месте. Как только секретарь доложила обо мне, он велел пригласить.

Я открыл дверь и первым делом почувствовал густой, уютный аромат растопленного камина. Эфиры смолы и свежей древесины защекотали нос. Судя по терпкому аромату с нотками сладости, дрова были хвойные.

Мне сразу вспомнился камин в кабинете моего отца. Я будто вновь очутился в детстве, где камин символизировал тепло, спокойствие и безопасность.

Встряхнув головой, будто хотел отогнать нахлынувшие чувства, я решительно зашёл в кабинет и плотно прикрыл за собой дверь.

— Добрый вечер, Мирон Андреевич. У меня к вам серьёзное дело.

— Добрый вечер, Александр. Присаживайтесь и рассказывайте, — он взглянул на меня поверх очков и указал на стул с высокой спинкой напротив его стола.

— Сегодня после испытания Елене Орловой стало плохо…

— Я знаю об этом. Мне доложили. Как её самочувствие? — уточнил он.

— Теперь всё хорошо. В лечебнице ей помогли. Но я бы хотел узнать, по чьей вине это произошло. Думаю, камеры зафиксировали того, кто поставил магическую ловушку. Мне нужно просмотреть эти записи, и тогда….

— Не так быстро, — вновь прервал он меня. — Давайте по порядку. С чего вы взяли, что ей стало плохо из-за какой-то ловушки?

— Авраам Давидович Коган сказал, что сталкивался с таким раньше. Именно благодаря ему Лена очнулась и теперь идёт на поправку.

— Коган? Вы доверяете Коганам? — брови ректора удивленно поползли вверх. Он снял очки и с интересом посмотрел на меня.

— Доверяю, — твёрдо произнёс я.

Ректор задумчиво постучал пальцем по столу, на его губах появилась заинтересованная улыбка.

— А вы знаете, что они были вассалами Мичуриных и, более того, их патриарх, Давид, близкий друг Василия Игнатьевича Мичурина, которого осудили за покушение на жизнь и здоровье наследника?

— Мирон Андреевич, Коганы не раз нам помогали, — сухо произнёс я. — Я им всецело доверяю. Неважно, какие отношения их связывали с Мичуриными.

Мне стало не по себе от того, что ректор откровенно пытается настроить меня против Коганов. Я знаю, что они ушлые и расчётливые люди, но мы уже поняли, что можем хорошо взаимодействовать и выручать в сложных ситуациях.

— Я пришёл к вам с просьбой, — продолжил я, стараясь не показать враждебности, которая внезапно зародилась во мне. — Возможно, камеры репортёров или организаторов турнира засняли того, кто приложил руку к созданию ловушки. Я бы хотел просмотреть и…

— Нет, вам никто не будет показывать записи. Я дам задание своему начальнику службы безопасности, и он со своими людьми сам всё просмотрит.

Это никак не входило в мои планы. Я больше всех заинтересован в том, чтобы найти обидчика моей Лены.

— Я бы хотел сам это сделать. Или хотя бы присутствовать при просмотре записей, — настойчиво произнёс я и подался вперёд, не сводя пристального взгляда с престарелого ректора.

— Это невозможно. Искать злоумышленников — дело службы безопасности, — холодно произнёс он.

М-да уж, с ним не поспоришь. Ну ладно, пусть смотрит служба безопасности. Это тоже в их интересах. Хотя реакция ректора показалась мне странной. Почему бы не разрешить мне просто поприсутствовать при просмотре?

Пользуясь случаем, я решил уточнить по Влада.

— Мирон Андреевич, что известно о нападении на Влада в лабиринте? Полиция что-нибудь выяснила?

— Единственное, что я знаю — никого поймать не удалось, — он вдруг снял маску строго ректора и, опустив плечи, превратился в уставшего старика, которому впору хлебать чай ложкой из глиняной кружки и рассказывать внукам о своей жизни, а не занимать такую ответственную должность. — Каждый год на турнире происходит что-то из ряда вон выходящее. Нельзя всего предусмотреть, но такого не припомню. Кто-то в открытую вредит студентам.

— Вы думаете, что Влад и Лена — это звенья одной цепи? — ухватился я.

— Я ничего не знаю, — твёрдо заявил он, вновь превратившись в руководителя самой престижной академии империи. — Вам пора идти готовиться к завтрашнему испытанию. Если я правильно помню, завтра выступают аптекари и лекари?

— Всё верно, — я поднялся и двинулся к двери.

Прежде чем попрощаться и выйти, я ещё раз взглянул на ректора. Тот задумчиво смотрел на огонь, пляшущий в камине.

Интуиция подсказывает: он что-то знает или подозревает, но не хочет говорить об этом. Боится, или… соучастник? Как бы то ни было, рано или поздно правда всплывёт.

— До свидания, Мирон Андреевич. Надеюсь, вы знаете, что делаете, — сказал и вышел.

Глеб ждал меня в коридоре и, увидев, пошёл навстречу.

— Ну что, удалось договорится?

— Нет, ректор не хочет подпускать меня к записям. Даст задание проверить своему начальнику службы безопасности.

— Это было ожидаемо, — кивнул он. — Неизвестно, что может выясниться. Чем меньше народу будет знать, тем лучше.

Мы спустились на первый этаж, но прежде чем выйти из академии, я набрал номер Сени. После того неприятного разговора с Жанной я его не видел и не разговаривал. Он долго не брал трубку. Я даже напрягся, продумывая, что буду делать дальше и как припру Жанну к стенке.

— Алло, Сашка, что-то случилось? — наконец-то послышался его сонный голос.

— Ты спишь, что ли? — с облегчением выдохнул я.

— Да. Отсыпаюсь. А что?

— Ничего. Просто решил пообщаться. Кстати, в поместье ездил? Оранжереи проверил?

— Пока нет. Завтра после вашего выступления поеду и с ночёвкой останусь. Ты со мной?

— Посмотрим. Спи дальше.

Сеня не спросил про Лену. Значит, о том, что случилось, по телевизору не говорили. Это хорошо. Она бы расстроилась, если бы все только и говорил о том, что она потеряла сознание после испытания.

Мы с Глебом договорились, что каждый будет ночевать в своём доме, поэтому он проводил меня до подъезда и уехал.

Ваня ждал меня в гостиной.

— Ужин тебе оставили, — сказал он и отпил малиновую настойку. — Где ты ходишь целый день?

— Потом расскажу, — махнул я рукой, увидев, что мне звонит Ярослав.

— Алло, — настороженно ответил я. В это время он бы не стал тревожить меня по пустякам.

— Господин Филатов, я снова вышел на след Грачёва. Что мне делать? — голос был возбужденный.

Я уже хотел ответить, чтобы оставался на месте и ждал меня, но понял, что не могу больше рисковать чужой жизнью, да и своей тоже.

— Говори, где ты? Я приеду вместе с магами. Будем брать Грачёва живым.

Глава 9

Ярослав объяснил, где находится. Я велел ждать меня, и сразу набрал номер нашего начальника службы безопасности.

— Говори! — хрипло ответил Кирилл Попов, но голос был напряжен.

Он явно спал. Я взглянул на часы. Почти полночь.

— Следопыт вышел на след Грачёва. Мне нужна помощь. Хочу взять его живым.

— Хорошо, — он откашлялся и деловито уточнил. — Где ты сейчас?

— Пока дома.

— Оставайся там. Сейчас подниму людей и приеду, — он сбросил звонок, а я направился в лабораторию.

Ваня увязался следом.

— Возьми меня с собой, — попросил он, как только мы зашли в ванную, и я начал просматривать свои зелья, решая, какие из них возьму с собой.

— Нет. Это опасно.

— Я сумею себя защитить, и тебя заодно.

— Ваня, — я поднял голову и смерил его строгим взглядом. — Грачёв с лёгкостью убивает любого. Он безжалостен и хладнокровен. Он ни на секунду не задумается, прежде чем убить. Я не хочу рисковать твоей жизнью. Твои родители мне этого не простят.

— При чем здесь родители? — вспыхнул он. — Я уже совершеннолетний, и сам несу ответственность за свою жизнь. В конце концов я — боевой маг, и могу быть полезен.

— Нет! Ты со мной не поедешь! — пришлось повысить голос.

— Ну и ладно. Друг называется, — буркнул он и вышел из ванной, с силой захлопнув дверь.

Я глубоко вздохнул, глядя ему вслед. Не хотел его обижать, но так будет лучше.

Разложив зелья по карманам, проверил пули в револьвере и перешёл в свою спальню. Надел темный костюм из дорогой шерстяной ткани, высокие ботинки на тот случай, если придётся идти по снегу, и черную вязанную шапку.

Осталось ждать Попова с его людьми. Я ещё раз хотел позвонить Ярославу, но тут он позвонил сам.

— След оборвался! — прокричал он в телефон.

— Что это значит? — не понял я.

— След просто оборвался. Я ничего не понимаю. Вот он, я его вижу, а потом вдруг нет следа. Будто Грачёв просто пропал. Ерунда какая-то.

— Хм, а ты уверен, что через пару метров он снова не начинается? — уточнил я, не совсем понимая, как «работает» способность следопыта.

— Уверен. Я вижу след за десятки метров вперёд. Он светится и похож на широкую яркую ленту. Так вот эта лента просто пропала! Я уже всё здесь обошёл… Ничего не понимаю.

— Поищи, пока я жду своего начальника службы безопасности. Позже я тебе сам позвоню.

— Хорошо, но надежды мало. Проклятье! Как так-то! Как это возможно! — продолжал возмущаться он и сбросил звонок.

В это время ко мне подошёл Ваня, который стоял у приоткрытой двери своей комнаты и всё слышал.

— Что там у тебя? — буркнул он. Явно обиделся, что я отказался брать его с собой.

— Следопыт след потерял, — выдохнул я с раздражением.

— Звучит как каламбур, — хмыкнул он. — Может, поедем и сами поищем?

— Что ты искать собрался?

— Ну следы. Может, Грачёв что-нибудь обронил или…

— Грачёв очень осторожный и умный человек. Если он что-то обронил, то только нарочно. Не-е-ет, мы ничего не найдём. Тем более вон как снег валит, — я кивнул на окно, в котором виделась густая пелена снега.

— Что делать собираешься?

— Подожду. Может, Ярослав найдёт след. Хотелось бы уже покончить с Грачёвым и больше не думать о нём. А то он, как черная тень, будто всегда где-то рядом.

— Почему тайная канцелярия его до сих пор не нашла? — Ваня опустился на подлокотник дивана и вопросительно посмотрел на меня. — Демидов собрал вокруг себя самых лучших магов империи. Но, похоже, толку от них немного.

— Ты не прав, — мотнул головой. — Кроме Грачёва, у Демидова полно более сложных и ответственных дел. Тем более теперь, когда у нас непонятки с османами. Сейчас тайной канцелярии точно не до беглого артефактора.

— Поэтому ты решил взяться за него?

— Грачёв мой личный враг.

Ваня бросил на меня долгий внимательный взгляд и понимающе кивнул.

Вскоре подъехал Попов со своими людьми. Я вышел к ним навстречу.

— Куда едем? — спросил он, когда вышел из машины и пожал мою руку.

— Пока никуда не едем. Ярослав потерял след. Ищет.

— Кто такой этот Ярослав? — насторожился Кирилл.

— Следопыт. Я нанял его для того, чтобы найти Грачёва. Но он недавно перезвонил и сказал, что след оборвался.

— След оборвался? — брови Кирилла в напряжении стянулись к переносице. — Хм… А как он его вообще ищет, этот след?

— Не знаю. Он из рода следопытов. У них свои фишки, — вспомнил я слово, которое не раз слышал от Сени.

— М-м-м, ясно. Ну ладно, подождём.

Из машин вышли пятеро магов и подошли к нам. Кирилл сказал, что нужно подождать, а я снова набрал номер Ярослава.

— Господин Филатов, простите, что взбаламутил, — послышался его извиняющийся голос. — Я честно пытался найти, но этот ваш Грачёв будто испарился. Надеюсь, Тайган придёт ко мне во сне, я у него спрошу, как такое возможно. Ещё раз прошу простить меня.

— Не переживай. Я верю, что ты сможешь его найти. Возвращайся в гостиницу. Я с утра приеду и оплачу твой номер ещё на неделю вперед.

— Хорошо, тогда — до завтра! Прошу простить меня. Может это я что-то не так сделал и просто сам перестал видеть его след, — в его голосе слышалось искреннее раскаяние.

Ярослав явно очень хотел найти артефактора и прикладывал к этому много сил, но ещё совсем недавно он даже не знал, что так может, а сейчас уже находит след нужного человека. Ему просто нужно поднатореть в этом деле.

— До завтра. Если к тебе явится Тайган, передай ему от меня Привет.

— Обязательно передам, — заверил он и завершил разговор.

Ко мне подошёл Кирилл.

— Ну что?

— По домам, — махнул я рукой. — Грачёву снова повезло. Но ничего, придёт время, и Фортуна повернётся в мою сторону.

— Не лез бы ты в это дело, — вполголоса предупредил Кирилл. — Много всякого о нём говорят.

— Пусть говорят, — махнул я рукой и усмехнулся. — Как у вас говорят: волка бояться — в лес не ходить. Так вот: я волка не боюсь.

Кирилл как-то странно посмотрел на меня, будто видит впервые. Затем сглотнул, быстро заморгал, будто пытался стряхнуть наваждение, и повернулся к ожидающим магам.

— По машинам! На сегодня отбой!

Те поворчали для приличия, что их подняли из теплых постелей только для того чтобы прокатиться по заснеженной Москве, и, попрощавшись со мной, забрались в машины.

— Ладно, поехали мы. Хорошо, что ты позвонил. Правильно сделал. Если твой следопыт снова выйдет на Грачёва — звони в любое время. Один не смей к нему соваться, понял?

— Ты прав, одному к нему лучше не лезть.

Я проводил взглядом отъезжающие машины и вернулся в квартиру. Ваня стоял у окна и наблюдал за нами.

— Ну вот, только зря людей дёрнул. Поехали бы вдвоём и сами всё проверили.

— Забудь. Со мной к Грачёву ты никогда не поедешь, — строго сказал я.

— Ты чего такой вредный? — возмутился он. — Я между прочим боевой маг. Кстати, меня выдвинули на одиночное состязание, — хвастливо добавил он.

— Поздравляю, — улыбнулся я. — Лучше докажи на турнире, какой ты крутой маг, а с Грачёвым я сам как-нибудь справлюсь.

— Слушай, насчёт турнира, — понизил он голос. — Помнится, ты мне предлагал какое-то зелье для увеличения силы и скорости. Может сделаешь мне его?

— Нет, — мотнул я головой. — Если ты сам добрался до таких высот, то и дальше справишься.

— Я же говорю: ты вредный, — буркнул он, но тут же добавил. — Пошли на кухню. Есть хочется, а на голодный желудок мне плохо спится.

— Пошли, — кивнул я.

Пока Ваня лазил по шкафам в поисках съестного, я убрал пробирки с зельями в лабораторию и переоделся в домашний костюм.

Вскоре мы уже сидели у теплого камина и ели бутерброды со шпротами и запивали смородиновым компотом.

***

Утром проснулся от звонка Феди Размыслова.

— Сашка, подъём! У меня есть информация! — прокричал он в трубку.

— Что за информация? — спросил я, но даже не думал вылезать из-под теплого пухового одеяла.

— Мы с Алисой помирились, и она дала подсказку, что за испытание у нас сегодня будет.

Я вмиг проснулся и сел в кровати.

— Что за испытание?

— Слушай…

Он рассказал обо всём, что узнал. Для меня не было ничего сложного, но не могу то же самое сказать про остальных. На сегодняшнем этапе будут выступать только три человека из команды. Мы уже определились, что это буду я, Федя Размыслов и Влад. Остальные, конечно, сильно возмущались, ведь никто не хотел признавать, что он слабее, но последнее слово было за мной. Из всей команды я больше всех доверял этим двоим и знал, что у них больше знаний, чем у остальных.

Я умылся, надел почищенный дворецким костюм и вышел из комнаты. На всю квартиру разносился заливисты храп Вани. Не буду его будить. Пусть отсыпается и восстанавливает силы. Вчера ему тоже досталось на испытании. Он, как и Лена, потратил много маны, но, к счастью, без последствия для своего организма.

После завтрака я вышел на улицу и с наслаждением вдохнул полной грудью прозрачно чистый воздух. Вернее, хотел вдохнуть полной грудью, но дыхание спёрло от мороза.

Прищурившись от яркого света солнца, который отражался от миллиардов снежинок и слепил глаза, я дошел до машины и сел за руль.

Завёл двигатель и пока машина прогревалась, позвонил Лене.

— Ну как ты, милая? Как самочувствие? — спросил, как только услышал её сонное «Алло, любимый».

— Со мной всё хорошо. Давно так крепко и сладко не спала. Вчера вечером Авраам Давидович дал мне какое-то успокоительное лекарство. Кстати, я обратила внимание, что на упаковке было написано «Сделано по рецепту рода Филатовых».

— Ну тогда это действительно, хорошее средство. Такая надпись уже гарантия качества.

Это точно! У тебя сегодня испытание?

— Да. Уже сижу в машине.

— Черт! Я тоже хочу поддержать тебя, — судя по звукам, она вскочила с кровати и, шаркая тапочками, куда-то направилась. — Найду лекаря. Пусть выписывает. Не хочу здесь больше лежать.

— Погоди, а когда тебя должны выписать?

— Только после обеда, — с грустью в голосе ответила она, и в это время послышался скрип открываемой двери.

— Возвращайся в палату и ложись в постель, — строго сказал я. — Понаблюдаешь за мной через телевизор. После испытания я приеду к тебе.

— Но…

— Никаких «но»! Предписания лекарей надо выполнять. Авраам Давидович лучше знает, когда тебя выписывать.

Послышался вздох разочарования и снова шаркающие шаги, но уже гораздо медленнее.

— Ну ладно, если ты так хочешь, останусь. Но ты обещал, что сразу приедешь. Я буду ждать. Желаю тебе победить всех и занять первое место в командной борьбе! — она чмокнула в телефон. — А ещё я тебя очень сильно люблю. Ты лучший!

— Спасибо, — губы сами собой растянулись в улыбке.

Ну до чего же она милая!

Дождавшись, когда «отойдут» запотевшие окна, я выехал со двора и двинулся в сторону академии. Пока ехал, обдумывал сегодняшнее испытание. Если Алиса права, то мы с Федей и Владом будем действовать в разных местах, и у нас не будет возможности помогать друг другу. Вот это меня больше всего напрягало. Я не был уверен, что они сделают всё правильно. Осталась одна надежда, что меня поставят на заключительный этап, и я смогу исправить их ошибки.

Когда подъехал к парковке, увидел Глеба. С утра мы созвонились и договорились встретиться у академии.

— Здорова! — он протянул мне руку. — Слышал, ночью вы куда-то с Поповым собирались?

— Да, хотели Грачёва взять, но в последний момент всё сорвалось, — я пожал его большую теплую руку.

— В следующий раз мне тоже звони. Я бы не хотел пропустить такое событие. Всё-таки Грачёв — большая фигура. О нём столько всего говорят, что даже не веришь, что это не выдумки, а реальный человек.

— Он реален, можешь мне поверить. Мы встречались пару раз.

— Встречались? Как же ты его тогда упустил?

— Так вышло, — пожал плечами. — Он оказался довольно сильным противником. Я даже не ожидал.

— Вместе мы его возьмём. Можешь не сомневаться, — заверил он.

Участников турнира собирали в фойе академии. Когда я зашёл в здание, увидел, что почти все собрались. Как и прежде, вокруг сновали репортёры, зрители и студенты ММА.

Я подошёл к Феде с Владом, которые стояли под флагом с эмблемой ММА. Глеб от меня не отставал и встал сразу за мной, пристально следя за всем, что творится вокруг. Мимо такого стража незамеченной даже муха не пролетит.

— Я всем рассказал, что нас ждёт, — шепнул мне на ухо Федя. — Вроде ничего сложного — справимся.

— Ты так думаешь? — приподнял я бровь.

— Конечно. Изготовить противоядие может кто угодно. Главное выбрать правильные ингредиенты.

— Мы сами сможем распределиться, кто куда встанет? — уточнил я.

— Не знаю, — пожал он плечами.

Я увидел в толпе Клавдия Тихомировича, который заметно волновался и махал нам рукой. Оно и понятно: после сегодняшнего испытания будет распределение мест в командных играх. Как я знаю, в последние годы даже в командной схватке аптекари ММА не занимали никаких мест. Ну что ж, придётся постараться, чтобы порадовать старика.

Вскоре явился ведущий. Поприветствовав собравшихся, он начал объяснять, как будет проходить испытание:

— На этот раз всё будет по-настоящему, — в его голосе слышалось напряжение. — Командам предстоит изготовить противоядие, а для того, чтобы проверить его эффективность, наш доброволец выпьет яд! — из толпы послышались встревоженные вздохи. Признаться честно, мне это тоже не понравилось.

— Не надо так переживать, — поторопился успокоить ведущий. — Все предусмотрено. Добровольцы будут щедро вознаграждены. Вдобавок рядом всегда будут опытные аптекари и лекари, которые в случае опасности придут на помощь. Итак, на этом этапе каждая команда состоит из трёх самых сильных магов. Мы их поделим на три локации. Первый маг определит, что за яд мы дадим добровольцу, и придумает противоядие. Второй маг должен будет найти и подготовить все ингредиенты для этого противоядия. А третий изготовит его и даст добровольцу. Всем все понятно? — он повернулся к командам обвёл всех взглядом. Вопросов ни у кого не было.

— Вот и хорошо. Не будем терять время и приступим к испытанию. Сейчас я перечислю имена участников и локации, в которых они будут работать…

— Погодите-ка! — закричал парень из красноярской академии. — А если мы сами хотим распределиться?

— Нет. По условиям испытания вы идёте на локацию, которую выбрали мы, — строго посмотрел на него ведущий. Он явно был недоволен, что его прервали.

— Это нечестно! — продолжал возмущаться студент. — Мы лучше знаем наши сильные и слабые стороны!

— Если вас что-то не устраивает, то можете просто уйти, — предложил ведущий и улыбнулся.

Вернее хотел улыбнуться, но это был оскал. Ему явно хотелось придушить студента, ведь всё, что здесь происходило, тотчас показывали по телевизору.

— Никуда я не уйду! Даже не надейтесь! Вы мне ещё кубок будете вручать! — студент совсем распалился, но тут его собственные напарники уволокли куда-то.

Ведущий с облегчением выдохнул и продолжил свою речь. Меня определили на первый этап, проходящий в лаборатории. Я должен определить яд и придумать противоядие. Это легко. Я всё же хотел бы попасть на последний этап, чтобы выиграть наверняка. Однако Федя и Влад сделают ровно то, что я напишу, поэтому мы всё равно победим… По крайней мере я на это надеялся.

Вскоре прогудел сигнал, и участники, выбранные для первого этапа, побежали к лабораториям. Там нас ждали коробки, на которых были написаны наши имена. Внутри находился бутылёк с ядом. Пока остальные пытались с помощью лабораторных приборов определить, что внутри, я только откупорил крышку и понюхал. Ага, чистейший яд гадюки. Как и думал, ничего сложного.

Я написал подробный рецепт на листе и отдельно выделил в список все ингредиенты, которые понадобятся, и даже сделал пометки, где их можно найти и как выглядят. Короче, как мог упростил задачу Феде и Владу.

Запечатав лист в конверт, я подписал его и отдал одному из волонтёров — молодому парню лет семнадцати. Тот выбежал из лаборатории и рванул к оранжереям, где ждал Федя. Теперь вся надежда на них.

Пока Федя и Влад трудились, у меня освободилось время, поэтому я позвонил Лене, поинтересовался о её самочувствии и рассказал, как идёт испытание. Затем выпил в столовой крепкий кофе с лимонным кексом и вновь вернулся к лаборатории. Именно там Влад готовил противоядие. Меня внутрь не пустили, поэтому направился в один из шатров с экранами.

Камер показывали всех по очереди. Я обратил внимание, что Влад спокоен и, заглядывая в листок, что-то отмеряет и добавляет в широкий стеклянный сосуд. Вроде всё идёт хорошо и спокойно. Даже странно.

Вскоре прогудел сигнал, и послышался голос ведущего.

— Противоядия готовы! Осталось испытать их! Прошу, добровольцы, выпейте яду!

Показали четырех крупных здоровых мужчин. Их раздали по пробирке с ядом, а участники подготовились отпаивать противоядием.

— Итак, три… два… один. Пейте!

Мужчины одновременно опустошили пробирки. Кто-то весь сморщился, кто-то с довольным видом поцокал языком. Я увидел, как Влад помог выпить противоядие мужчине, который резко побледнел.

Камера крупным планом показывала добровольцев. Один покраснел, как рак, даже глаза налились. Второй побледнел и испуганно смотрел перед собой. Третий схватился за живот и скрючился от боли. Это был тот самый мужчина, которого напоил противоядием Влад.

— Подождём пять минут. Если противоядия не сработают, то подключатся лекари, а команды не заработают ни одного очка, — предупредил ведущий.

Камеры продолжали крупным планом показывать мужчин. Один с облегчением выдохнул и сказал, что ему стало легче. Тот, красный, начал светлеть. Ещё один вообще потанцевал вприсядку. И только нашему «больному» становилось всё хуже. Что такое? Неужели Феди или Влад что-то напутали?

Вдруг наш доброволец упал на пол и начал хрипеть. Из его рта показалась зеленоватая пена.

— Лекари! Скорее! — выкрикнул встревоженный ведущий.

Я больше не мог усидеть на месте, поэтому выскочил из шатра и рванул в сторону академии. Уже на входе услышал из динамиков голос ведущего.

— Он умер! Умер!

Глава 10

Я забежал в академию и рванул в сторону лабораторий. В это время со всех сторон из динамиков разносился голос ведущего. Перепуганные студенты и зрители замерли, прислушиваясь к тому, что он говорит.

— … сейчас наши лекари пытаются привести его в чувство, но он не дышит. У меня просто нет слов. Пожалуй, пора прекращать трансляцию. Думаю, организаторы турнира со мной согласятся.

Я скатился вниз, отодвинул зевак от двери, которые с любопытством заглядывали в щель, и рванул дверь на себя.

— Посторонитесь! — взревел я и, протиснувшись сквозь толпу телевизионщиков, подбежал к мужчине. Тот больше не хрипел. С его рта неспешно стекала пена.

Лекари прикладывали к мужчине артефакты, что-то капали в приоткрытый рот, но он никак не реагировал.

Я рухнул перед ним на колени, наклонился и втянул носом. Что это? Не может быть!

— Это не яд гадюки! Это белладонна! Его отравили белладонной, а противоядие от яда гадюки! — прокричал я.

Все загудели, лекари принялись рыться в своих чемоданах, а я быстро двинулся по лаборатории, выхватывая из шкафов и с полок то, что пригодится для приготовления противоядия от белладонны. Что же это происходит? Сначала мне вкололи этот яд, теперь подменили жидкость во флаконе. Кому понадобилось творить такое? Ничего не понимаю.

Собрав всё необходимое, я уединился в самом дальнем углу лаборатории и приступил к изготовлению противоядия.

Пока я был занят тем, что пытался сделать противоядие из того, что здесь нашёл, один из репортёров с камерой подкрался к мне и, выглядывая из-за спины, принялся снимать.

Я заметил его только когда из стеклянного лабораторного стакана ринулся густой пар.

— Вы можете прокомментировать, что конкретно вы сейчас делаете? — спросил щуплый мужичок и перевёл камеру на меня.

Я был так зол, что еле сдержался, чтобы не выкинуть его отсюда вместе с камерой.

— Иди к чёрту, — процедил сквозь зубы, грубо отодвинул его в сторону и побежал обратно.

Меня не было всего минут пять, но за это время мужчина сильно изменился. Под глазами пролегли темные тени, кожа начала покрываться синюшными пятнами. Он ещё не умер, но был в шаге от этого. Манарос белладонны был в стократ сильнее обычной белладонны, которая по-научному называлась здесь красавка обыкновенная. Именно манаросом пытались отравить меня и этого горемычного добровольца.

— Отойдите, у меня есть противоядие, — велел я и плавно опустился рядом с неподвижным телом.

Лекари начали возмущаться. Организаторы что-то завопили, но я никого не слышал и ни на кого не реагировал. Вытер подвернувшейся салфеткой пену с губ больного, приподнял его голову и открыл рот.

— Сашка, я помогу. Помогу, — шмыгая носом, сказал Влад, подошел ко мне и положил голову мужчины себе на колени.

Я же взял из открытого чемодана лекаря шприц и принялся поить добровольца. С трудом, но он делал глотательные движения. Хватило бы капель десять, чтобы побороть чертовку-белладонну, но я решил перестраховаться и увеличил дозу в пять раз. Хуже не будет. Кроме нейтрализации действия яда, моё зелье восстанавливало внутренние повреждения и нормализовало работу сердца.

— Что это всё значит? Потрудитесь объясниться! — послышался гневный голос ректора.

Он появился рядом с нами в сопровождении своих помощников и охраны.

Мы с Владом переглянулись. Он явно был напуган, ведь думал, что это по его вине чуть не умер человек. Добровольцу стало лучше. Он глубоко и ровно задышал.

— Произошла ошибка, — я поднялся на ноги. — В задании, которое мы получили, было указано, что нужно изготовить противоядие от яда гадюки. Но во флаконе, который выпил этот мужчина, оказалась белладонна. Я прошу официального разбирательства!

Ректор побледнел и, расстегнув верхнюю пуговицу рубашки, подошёл к мужчине, который уже открыл глаза и силился подняться, но не мог.

— Лежите, лежите, — вполголоса проговорил, склонившись над ним. — Вам нужен отдыха. Скорая помощь уже подъезжает. Вас отправят в лечебницу. Все расходы мы возьмём на себя, а ещё выплатим вам двойной гонорар.

Мужчина надрывно закашлял, приподнялся на локтях и хрипло проговорил:

— Я уж думал всё, конец мне пришёл. Как же страшно умирать.

— Понимаю, — доверительным тоном произнёс ректор и, повернувшись к организаторам и охранникам, которые присутствовали на всех испытаниях, еле слышно велел, чеканя каждое слово и прожигая их взглядом. — В мой кабинет. Все. Сейчас же.

В это время сквозь толпу протолкались лекари с носилками. Это были те же лекари, что приезжали за Леной — из лечебницы Захаровых.

После беглого осмотра лекари погрузили мужчину на носилки и вынесли из лаборатории. Ректор и все, кого он пригласил в свой кабинет, ушли. Остались только участники турнира, несколько болельщиков из числа студентов и профессор Щавелев, который прибежал совсем недавно, когда поднимали носилки с мужчиной по лестнице.

— Я всё видел. Какой ужас, — он сокрушенно покачал головой. — Счастье, что бедолага выжил. Саша, как вы смогли определить, что он отравился не ядом гадюки, а белладонной?

— Эфир выдал, — пожал я плечами и повернулся к Владу, который сидел на стуле, опустив плечи, и безучастно смотрел перед собой. — Как ты? Успокоился?

— Как же они могли так перепутать? — спросил он.

— Кто?

— Организаторы турнира. Неужели они не понимали, что из-за них мог умереть человек?

— Они здесь ни при чём, — твёрдо произнёс я. — Кто-то намеренно вредит.

— Ты думаешь, к этому приложили руку наши соперники? — он поднял голову и взглянул на меня красными от слез глазами.

— Пока не знаю. Но надеюсь, что в этот раз ректор примет все меры и найдёт того, кто подменил бутылек.

Все замолчали. Вокруг витало что-то тревожное и гнетущее.

— Погодите-ка, а кто выиграл? — подал голос парень из волгоградской академии.

— Жюри решит, — ответил Щавель. — Предлагаю подняться наверх и дождаться результатов в фойе. Вам предстоит пройти ещё два испытания.

Мы вышли из лаборатории и увидели Федю Размыслова, который бежал к нам навстречу. Он, как и многие другие, наблюдал за происходящим в лаборатории через экраны телевизоров. Я объяснил ему, что произошло, чтобы он тоже не винил себя в произошедшем.

— Вот же гады какие! Если я только узнаю, кто это сделал. Я… я… шею ему сверну! — выкрикнул он и потряс крепко сжатыми кулаками.

— Я всё равно думаю на организаторов, — признался Влад. — Может, они взятку получили, чтобы победила определённая академия? Вот поэтому они другим вредят.

Щавель принялся отрицать и говорить, что это невозможно. Но каждый остался при своём. У меня же не было вообще никаких предположений.

Только через полчаса результаты объявили. Как оказалось, все команды справились с испытанием.

— Фух-х, — с облегчением выдохнул Федя и помотал головой. — Я уж думал, что во всём обвинят нас и вытурят из турнира.

— Пусть бы только попробовали нас обвинять, — Влад осмелел и в его глазах сверкала жажда мести. — Мой отец всех бы на уши поставил.

Ведущий подождал, пока все порадуются и перестанут галдеть и объявил, что испытание продолжится завтра с утра. А также сказал, что сейчас приедет полиция и начнутся разбирательства. Всем, кто находился в лаборатории рекомендовали остаться в академии и ждать приезда имперцев, чтобы дать показания.

Полиция приехала только через час. Охрана академия никого не выпускала, поэтому было много недовольных. Мы же с Владом и Федей просто просидели в столовой. Поварих уже не было, как и еды, зато работали автоматы со сладкими напитками и фруктово-ореховыми батончиками.

Когда очередь дошла до нас, наступил вечер. Мы рассказали всё, что знали, и продиктовали номера телефонов на тот случай, если у полицейских снова возникнут вопросы.

— Как думаете, они смогут найти виновных? — спросил Влад, когда мы вышли на улицу.

— Надеюсь, что это так, — проговорил я. — Всё-таки столько людей было в академии. Наверняка кто-нибудь что-нибудь видел. Надо их только найти.

Мы попрощались и разошлись. Завтра с восьми утра испытания продолжатся, поэтому я сразу поехал домой и лёг спать.

***

Утром мы снова собрались в фойе академии. Ведущий объявил о следующем испытании. Суть была та же, только вместо яда давали название болезни. Я, как и в прошлый раз, всё очень подробно расписал и отправил с курьером в оранжерею, где ждал от меня информацию Федя.

На этот раз всё прошло хорошо и без драмы. У двух команд выявили серьёзные ошибки в готовых лекарствах, поэтому победили мы и волгоградская академия, в составе которой была Жанна. После того случая она предпочитала держаться на расстоянии. И правильно делала.

Осталось третье испытание этого этапа. Пока мы шли вровень с волгоградской академией. После третьего испытания будет ясно, кто станет золотым призёром командного испытания. Если раньше я по этому поводу совсем не волновался и был уверен, что у нас всё получится, то теперь, когда я знаю, что рядом вертится недоброжелатель, такой уверенности не было.

— Нам надо всё проверять и перепроверять по несколько раз, — сказал я Феде и Владу, когда в перерыве мы встретились в столовой.

— Ты думаешь, это кто-то из наших соперников подложил другой яд? — шёпотом спросил Влад и настороженно огляделся.

— А кто ещё? — ответил за меня Федя. — Кто-то очень хочет выиграть и видит в нас сильных соперников.

Я не был уверен, что это так. Возможно, кто-то намерено вредит мне, и турнир здесь совсем ни при чём.

Мы плотно пообедали и вернулись в фойе, ожидая, когда ведущий объявит о третьем испытании.

— Как думаете, что это будет? — спросил Влад.

— Наверняка снова какая-то болезнь, — махнул рукой Федя. — Всё-таки мы аптекари, и должны лучше всего разбираться в создании лекарств для различных болезней.

Я увидел, как из толпы зрителей помахал рукой Сеня. Рядом с ним стояли Ваня и Аурика. Сеня говорил, что сегодня после испытания поедет в поместье заниматься манаросами. Может, съездить с ним? Заодно проведаю Зоркого. Интересно, как он там? Надеюсь, не сильно замёрз, ведь в нашей анобласти намного меньше энергии, чем в тверской, поэтому климат под куполом не сильно отличается от того, что снаружи.

Вскоре появился ведущий.

— Дорогие друзья! Мы продолжаем! — прокричал он и зрители податливо откликнулись радостным улюлюканьем и аплодисментами. — Пришла пора провести последнее на сегодня испытание. Внимание, команды! Представьте следующую ситуацию: В городе вспыхнула эпидемия неизвестного заболевания. Вы, команды, выступаете в роли «экстренного аптекарского штаба». Ваша задача за полчаса выработать план реагирования на эпидемию, используя знания и ресурсы, информацию о которых вы получите, когда зайдёте в аудиторию под номером два. Выигрывает та команда, которая наиболее подробно и правильно опишет свои действия и составит план. Итак, три… два… один — Старт!

Команды ринулись вправо, туда, где находилась аудитория под номером два. Мы зашли последними. В центре аудитории стояли четыре стола, на которых стояли коробки с эмблемой академии.

Влад первым подошел к нашей коробке и открыл крышку.

— Та-а-ак-с, что тут у нас?

Он вытащил скрепленные листы бумаги и карточки с названиями лекарств.

— Ага, а вот и наше задание, — он раскрыл листы.

— Читай вслух, — попросил Федя.

— Хорошо, кха-кха, — откашлявшись, он принялся чётко и выразительно читать. — «В городе началась вспышка „Гриппоподобного вируса Зед“. Симптомы: высокая температура, сильная слабость, кашель, ломота в теле, сыпь в области, а суставов. Передаётся воздушно-капельным путем. Особо тяжелое течение болезни наблюдается у пожилых, детей и людей с хроническими заболеваниями».

— По-моему, ничего сложного, — пожал плечами Федя. — Уж с гриппом мы справимся.

— Погоди, это ещё не всё, — осадил его Влад и продолжил читать. — «Особенности ситуации: население пятьдесят тысяч человек. Маски и перчатки в дефиците. Большинство жаропонижающих ограничено в запасах. Есть небольшой запас противовирусных средств. В аптеках ажиотаж и очереди. Есть волонтёры, готовые помочь с доставкой лекарств».

— Вот это напрягает, — недовольно сморщился Федя.

— Что именно? — уточнил я, забрал листы и Влада и ещё раз пробежался взглядом.

— Во всем дефицит: в масках, в жаропонижающих, в противовирусных.

— Ерунда, — отмахнулся Влад. — Если страдают дети и пожилые, то они в первую очередь должны получить помощь. Остальные по остаточному принципу.

— Надо как-то разрулить очереди в аптеках, — добавил он. — Не зря это прописано в особенностях.

— Мы просто их закроем, — ответил я.

— Что это за решение такое? — недоверчиво покосился Влад. — Это может ли усугубить ситуацию. А если сердечнику понадобятся капли или ребенку противорвотное?

— Вот для этих случаев у нас есть «волонтёры, готовые помочь с доставкой лекарств», — я прочёл и ткнул пальцем в последний пункт. — Также мы можем составить список первоочередных лекарств. Например, сердечник получит в ближайшее время своё лекарство, а вот мадам, заказавшая витаминный комплекс, может подождать.

— Да, верно, — одобрил Федя. — Таким образом мы ещё уберём тех, кто покупает лекарства на будущее, на «всякий случай». По заданию у нас мало лекарств, поэтому их получат лишь те, кому они нужны прямо сейчас.

— Так и запишем, — Влад вытащил из коробки ручку, чистые листы и принялся писать нашу стратегию.

Федя забрал у меня листы и тоже пробежался взглядом по заданию.

— Смотрите, здесь ещё указано, что маски и перчатки в дефиците. Думаю, нам надо проработать каждый пункт. Что с этим делаем?

— Раздаём только тем, кто взаимодействует с больными, чтобы дальше не распространять инфекцию: лекарям, аптекарям и волонтёрам, — задумавшись на мгновение, ответил я.

Тут Влад прислушался к обсуждению соседней команды и шепнул нам.

— У них другая ситуация. Какой-то ротавирус и плохая вода.

— Хорошо, что нам попался грипп. Легкотня, — с довольным видом ответил Федя.

Когда мы определились с первоочередными проблемами, то для большего объёма ответа решили составить инструкцию для населения во время эпидемии. Для этого расписали профилактические меры для того, чтобы укрепить иммунитет и не подцепить болезнь. Прописали правила посещения многолюдных мест, особенности общения с больными родными, а также перечислили, как облегчить состояние больного в домашних условиях.

Затем мы прописали даже каким образом должно осуществляться взаимодействие больных с лекарями и волонтёрами. Также я предложил составить перечень лекарств, которые помогут при лечении этого заболевания. Влад под диктовку всё записал. Короче, исписали все выданные листы и остались очень довольны своей работой.

Мы не заметили, как прошли полчаса. Когда Влад дописал последнее лекарство, изобретённое Филатовыми, но продающееся в аптеках вассалов, прозвучал гудок. Время закончилось.

Мы сложили всё в свои коробки и прошли в фойе. Там у стены со стендами за длинным столом, накрытым красной бархатной скатертью, сидели члены жюри.

— Пришло время презентации своей стратегии и плана! — прокричал ведущий. — Я нарочно не сказал вам об этом с самого начала. Хотел сделать сюрприз. Своего рода вишенка на торте.

Он расплылся в довольной улыбке и стал похож на злодея, сделавшего какую-то гадость и получающего от этого невероятное удовольствие.

— Что это значит? — спросил студент с длинной челкой. По-моему, он из петербургской академии.

— Каждый по очереди должен выступить перед членами жюри, а также перед зрителями и телезрителями. На вас будет любоваться вся империя.

— Я не пойду, — прошептал Влад. — Я боюсь выступать. Начну заикаться и путаться в словах. Только опозорюсь.

— А я считаю, что пойти должен Саша, — Федя многозначительно посмотрел на меня. — Ты ведущий маг нашей команды. Тебе и отдуваться.

— Ну ладно. Я не против, — пожал плечами.

Не понимаю, что в этом такого сложного? Лично я не боялся выступлений. Тем более это совсем лёгкое задание, в котором не потребовалось использовать мои способности, а только знания, полученные во время обучения.

— Приглашаем выступить команду красноярской магический академии! — прокричал ведущий.

Послышались одиночные хлопки.

Вперёд вышел высокий худощавый парень с большим горбатым носом. Сгорбившись, будто на него повесили тяжелый груз, он начал говорить:

— Нам попалась осенняя волна икроскопии. Мы решили, что нужно ввести карантин…

Он уткнулся в записи и принялся читать. Иногда он говорил так тихо, что вмешивался ведущий и просил повторить. Вскоре он просто сунул ему свой микрофон и велел говорить в него. Жюри молча выслушали, делая пометки в своих блокнотах.

Следом за парнем вышла Жанна. Их команде попался гастроэнтерит с сыпью.

— Как хорошо, что у нас грипп, — прошептал Влад и потёр руки. — Похоже, мы займём первое место.

После Жанны вышел представитель красноярской академии с эпидемией необычного герпеса, который поражал глаза и передавался воздушно-капельным путём.

У меня возникли сомнения. Как-будто наше задание выбивалось и было слишком лёгким.

— Осталась последняя команда! — прокричал ведущий. — Прошу, ММА!

Федя похлопал меня по плечу. Я вышел вперёд и повернулся к жюри.

— Нам попалось заболевание «Гриппоподобный вирус Зед»…

— Какой ещё Зед? — прервал меня один из жюри — пожилой плешивый мужчина с пигментными пятнами на макушке. — У меня записано, что для ММА подготовили вспышку контагиозных бородавок.

Остальные члены жюри закивали.

Я обернулся к своей команде. На них лица не было. Похоже, нам опять подложили ловушку. Кислота раствори того, кто это сделал! Что же мне теперь делать?

Глава 11

Так, без паники. С бородавками справиться — раз плюнуть. Главная сложность заключалась в том, что я не знал особенностей развития болезни. Возможно, там не всё так просто, как может показаться. Но выбора нет. Теперь главное правильно изложить стратегию поведения и ни о чём не забыть.

— Я так понимаю, вы не готовы к ответу? — уточнил ведущий.

— Почему же? Готов, — кивнул я и убрал подготовленные листы в карман. — При вспышке контагиозных бородавок возможна нехватка специальных препаратов, называемых кератолитиками. Именно поэтому аптекам их следует отпускать только по рекомендации лекарей и обязательно при наличии рецептов. Приоритетными группами будут являться дети и люди с множественными болезненными бородавками. Также мы предлагаем вести учёт остатков препаратов для быстрого информирования фармацевтических лабораторий.

Я говорил и говорил, прямо на ходу составляя план действия при подобной эпидемии. Рассказал всё что только знаю о бородавках и о методах борьбы с ними. Даже поделился действенными «народными» методами избавления.

— … напоследок хочу дать рекомендации родителям, чтобы обезопасить детей от этой болезни. Во-первых, нужно объяснить детям, что нельзя расчёсывать и сдирать бородавки. Это может вызвать осложнения: загноение, боль или быстро увеличение количества…

— На этом, пожалуй, хватит, — поднял руку мужчина из жюри с постным лицом и цепким взглядом. — Нам нужно время, чтобы принять решение.

Я вернулся к команде, а члены жюри начали оживленно перешептываться.

— Ну ты молодец! — Влад схватил мою руку, крепко сжал и принялся её трясти, восторженно глядя на меня. — Я даже не ожидал. Ты просто на ходу всё по полочкам разложил. А я уж думал, что мы проиграли.

— Да, Сашка, ты просто лучший аптекарь, — Федя меня даже приобнял.

— Вы бы тоже справились с бородавками, — отмахнулся я.

Через десять минут ожидания из-за стола встал тот плешивый пожилой мужчина и обратился к нам.

— Я правильно понимаю, что у вас было другое задание?

— Да! — выкрикнул Влад. — У нас был грипп.

— Как же это так?

— Кто-то хотел нас подставить! — тут же ответил Федя.

— Ясно… Мы готовы огласить, кто победил в этом испытании, — он посмотрел в свой листок, затем обвел взглядом напряжённых студентов. — Первое место с наилучшим результатом заняла команда… Московской магической академии!

— А-А-А-А! — одновременно заорали Федя с Владом и принялись скакать как дети.

— Ура! Победа! Мы это сделали! — подняв вверх сжатые кулаки, радостно выкрикнул Влад.

Нас поддержали зрители, ведь среди них большинство были студенты и преподаватели ММА.

Второе место заняли петербуржцы. Третье — волгоградцы, а последнее — студенты красноярской академии.

После награждения, после которого декан прижал к себе позолоченный кубок и даже всплакнул, мы решили отметить победу в академгородке в доме Феди. К нам присоединились все члены нашей команды, Сеня с Аурикой, Ваня и Лена.

Сеня, который хотел поехать сегодня в поместье, сказал, что манаросы ещё денёк без него проживут, и остался с нами до позднего вечера. Я не был против. Все заслужили немного выдохнуть и повеселиться.

Только в полночь Глеб привёз меня домой. Я вывел из организма алкоголь и был чист как стёклышко, но он настоял на том, чтобы сесть за руль.

Когда отпустил Глеба домой и зашёл в квартиру, в кармане зазвонил телефон. Это был Ярослав.

— Чего тебе не спится? — подавив зевоту, спросил я.

— Господин Филатов, я его нашёл, — встревоженно прошептал он. — Он здесь, совсем близко. Вы запретили к нему приближаться, поэтому звоню.

— Ты нашёл Грачёва? — от усталости и сонливости не осталось и следа.

— Да. След чёткий и ведёт к дому. Он точно там.

— Не подходи к нему! Слышишь? Где ты сейчас?

Ярослав объяснил, как к нему приехать. Он был совсем недалеко от того места, где в прошлый раз потерял след.

Сбросив звонок, я тут же позвонил Кириллу Попову и Глебу. Кирилл ответил, что будет через полчаса, и велел дождаться его. Глеб жил неподалёку, да и далеко уехать не успел, поэтому приехал уже через несколько минут.

Через двадцать минут я снова набрал номер Ярослава. Я боялся, что он рискнет и сам пойдёт к Грачёву.

— Ты на прежнем месте? — спросил я, услышав его голос.

— Да. Замёрз уже, — пожаловался он. — Ветер ледяной.

— Ты уверен, что на этот раз Грачёв не ушёл?

— Уверен. След такой свежий, будто только что прошёл.

— Один или кто-то с ним был?

— Не знаю. Я настроился только на Грачёва, поэтому следы других людей не вижу. Бр-р-р, ну и ветер. Надо было теплее одеться.

— Потерпи. Скоро будем, — я завершил разговор и набрал Попова.

— Ну, где вы там? — с нетерпением спросил я.

— Едем, Саша, — ответил Кирилл. На заднем фоне слышались голоса и гул машины. — Можешь выходить. Через пару минут будем.

Я прошёл на кухню, набрал в термос горячий сладкий чай, надел дубленку, которую Лида купила недавно и отправила ко мне с курьером, и вместе с Глебом мы вышли на улицу.

Две машины с магами как раз остановились у моего дома.

— Ты хоть примерно скажешь, куда мы едем? — попросил Попов, когда мы обменялись рукопожатиями.

— В пригород. По словам Ярослава, это недалеко от того места, куда Грачёв спрятался после того как сбежал от меня.

— Что? — нахмурился он. — Я об этом ничего не знаю.

— Потом расскажу, — махнул рукой. — Поехали.

Я отказался ехать с магами и поехал на своей машине вместе с Глебом, показывая остальным дорогу. Была большая вероятность, что Грачёва там уже нет, и я зря потревожил Кирилла с его людьми, но лучше перестраховаться. Если бы я сделал так в прошлый раз, то… Даже не знаю, что было бы. Возможно, тогда маги просто бы не увидели скит, ведь для этого требовалось провести ритуал.

Я выехал из города и двинулся по устланной свежим снегом дороге в сторону небольших домиков. Их здесь называли дачами. В таких домах обычно жили только в теплое время года, зимой же переселялись в город, поэтому света было мало. Лишь в редких домах горел свет, и несколько тусклых уличных фонарей освещали округу.

Медленно поехал по заснеженной дороге, высматривая Ярослава. Вскоре он показался и пошёл навстречу, махая руками.

Я остановился возле него и приоткрыл окно.

— Садись в машину, — велел я Ярославу.

Тот торопило закивал, забрался на пассажирское сиденье и, сняв мохнатые варежки, потёр руки.

— С обеда за Грачёвым хожу. Ну и напетлял он, — следопыт покачал головой. — Сначала след был еле различим. Теперь же горит, аж глазам больно смотреть.

— На, пей. Грейся, — я протянул ему термос. — Покажешь, где он, и останешься в машине.

— Я и сам не хочу к нему подходить. Неизвестно, что можно ждать от этого психа. Я до сих пор не верю, что зрение вернулось, — он налил себе в крышку термоса горячий чай и принялся пить мелкими глотками.

В это время к нам в машину на заднее сиденье забрался Попов. Поздоровавшись с Ярославом, он принялся задавать вопросы:

— Где Грачёв?

— Здесь, в деревне.

— Ты знаешь, в каком доме?

— Примерно знаю. Там, на второй улице. След туда ведёт. Дальше пройти я не осмелился, да и господин Филатов запретил приближаться к артефактору, — он снова отпил.

Кирилл положил руку мне на плечо и предложил:

— Может, оставим машины здесь и пойдём пешком? Не хочу раньше времени привлекать внимание. Лучше окружить его и действовать наверняка.

— Согласен. Только предупреди своих, чтобы сразу приняли все меры защиты, — предупредил я.

— Они уже в курсе, против кого идём. Григорий Афанасьевич рассказал о том артефакте, из-за которого в Торжке погибли маги Савельевых. Его же Грачёв изобрёл?

— Да. Он, — сухо ответил я. Тогда моё внимание привлёк Шустрик, который в окне увидел отпрыска Распутина со смертельным артефактом в руках. Тогда погиб ещё один человек, про которого быстро все забыли. Именно он спас меня ценой собственной жизни. Бродяга Эдик, который любил носить вязаные шапки.

Мы похоронили его на кладбище в Торжке. Надо бы как-нибудь наведаться к нему на могилку.

— Пошли, не будем терять время, — смахнув воспоминания, сказал я и вышел из машины.

Я, Попов, Ярослав и пятеро магов двинулись по дороге в сторону домов с небольшими участками. В первых трех домах не горел свет. На дорожках от калитки до дома лежал слой снега, который явно давно не чистили.

Ярослав продвигался всё дальше. Он будто впал в какой-то транс, двигаясь машинально и глядя перед собой странным, отстранённым взглядом. Скорее всего, именно так он может видеть энергетический след человека, на которого он настроился. Эта способность делала его куда более эффективным следопытом, чем меня. Я же одновременно чувствовал все эфиры, что летают в округе.

— Вон тот дом, — Ярослав поднял руку и указал на единственный дом на этой улице, в окнах которого приветливо горел свет. Он находился через два дома от нас.

— Хорошо. Иди в машину и жди нашего возвращения, — велел я.

— Будьте осторожны. Удачи, — сказал он, развернулся и неспеша пошёл обратно, то и дело оборачиваясь и наблюдая за нами.

— Надо окружить дом и создать вокруг него магические путы. Если захочет сбежать — ничего не получится, — вполголоса проговорил Попов и обвёл взглядом своих магов.

Те сдержанно кивнули, сошли с дороги у ближайшего дома и, утопая по полено в снегу, друг за другом двинулись к нужному дому.

— Оставайся здесь, — велел мне Кирилл и, создав вокруг себя защитный кокон, чуть присел и двинулся по дороге к дому.

Конечно, я не собирался оставаться в стороне, когда остальные рискуют жизнью. Я уже понял, что могу создать крепкий защитный кокон, но всё равно больше надеялся на свои зелья.

Откупорив пробку, я выпил одно из своих зелий. Приятное тепло разлилось по телу, и вокруг меня появилась золотистая аура. Она не походила на магические коконы, но была не слабее. Правда, я не знал, насколько будет эффективна против артефактов Грачёва, но надеялся, что нам удастся застать его врасплох, и он не успеет ничего предпринять.

Я видел, как притаился за забором Кирилл и с помощью жестов даёт указания своим людям, которые уже окружили дом.

По примеру начальника службы безопасности я решил раньше времени не светиться перед окнами, поэтому спустился с дороги и подошёл к Кириллу.

— Ты что здесь делаешь? Уходи, — шикнул он на меня и бросил взгляд из-под насупленных бровей.

— Вам может понадобиться помощь. Я не буду мешать, — заверил я, а сам уже приготовил «Оковы».

Жаль, что зельестрел до сих пор не готов. Яков сказал, что все артефакторы зашиваются от огромного количества заказов, поэтому быстрее никак не получится.

Тут я заметил, как маги окружили дом, и между ними начали пролегать еле видимые нити магических пут. Они походили на нити паутины, на которых сверкала застывшая роса или мельчайшие капли дождя.

Вдруг дверь дома со скрипом открылась, и на пороге появился Грачёв собственной персоной. В руках у него были какие-то приборы.

Я пригляделся через жерди забора и понял, что это артефакты. На каждом из них поблёскивал кристалл.

— Филатов, я знаю, что ты здесь! — насмешливо прокричал он. — Выходи, раз пришёл!

Кирилл настороженно посмотрел на меня и еле слышно произнёс:

— Не смей этого делать. Сиди здесь и не высовывайся.

— Но…

— Делай как я сказал, — сквозь зубы процедил он, приподнялся и махнул своим людям.

Магический путы начали стягиваться, приближаясь к дому.

— Хэх, ну и глупцы, — он вгляделся во тьму, пытаясь разглядеть магов. — И чего вам дома не сиделось? Видят боги, я не хотел больше возиться с трупами, но, кажется, придётся.

— Атакуем! — выкрикнул Кирилл, вскакивая на ноги.

В то же мгновение Грачёв вытянул руку и нажал на один из артефактов. Послышался резкий звук, и Кирилла буквально отбросило метров на пять.

То же самое произошло с остальными магами. Магические путы пропали, а охранники со стоном пытались подняться, но не могли, будто их что-то удерживало.

Я видел, как корчится от боли Кирилл, как дергает ногами и упирается голыми руками о снежную дорогу, но не может подняться.

Хотел броситься к нему на помощь, но он вперился на меня почти безумными глазами и прошептал:

— Беги, Сашка. Беги.

Артефактор будто услышал его слова. Он сошел с крыльца и, повернувшись в мою сторону, предупредил:

— Филатов, выходи. Ты же не хочешь, чтобы они прямо сейчас все умерли. Ты же знаешь, что я не шучу.

Фух-х, вот ведь гад. Ну ладно. Разберёмся.

Я убрал руку с пробиркой в карман и выпрямился.

Наши взгляды встретились.

В этом мире именно Грачёв был моим злейшим врагом. Я ненавидел его и одновременно восхищался.

Мы смотрели друг на друга, будто пытались докопаться до сути. Его взгляд был как ледяной укол — острый, лишенный всякого сочувствия. На мгновение мне показалось, что я смотрю в глаза хищника, такая в нём была мрачная решимость и звериная злоба.

— Я знал, что ты придёшь ко мне, — проговорил он, но тон был лишён всяческих эмоций. Наверняка в этом он весь — бесчувственный, расчётливый и прозорливый. — Знал, ждал и готовился. Пока не понимаю, как именно ты меня находишь, но в этот раз я серьёзно постарался, следуя каждый день по одному и тому же маршруту, чтобы оставить свой след.

— Если ты так хотел встретиться со мной, то почему прятался, а не пришёл сам? — я сделал шаг ему навстречу.

Мне нужно подобраться к нему поближе, чтобы плеснуть зельем.

— Для того, чтобы встреча была продуктивна, мне нужно было хорошенько подготовиться. К тому же я потратил значительную часть времени для того чтобы подлечить свои раны.

Он поднял руку с артефактом и показал, что вместо нескольких пальцев у него теперь механизированные протезы, сделанные из черного металла. Они крепко сжимали рукоять прибора.

— Кстати, средство просто отменное. Мне очень понравилось. Признаться, я попробовал повторить его, но у меня получалась лишь растительная жижа. Это ещё сильнее подогрело мой интерес к тебе.

Пока он чесал языком, я осмотрелся. Кирилл, Глеб и другие маги продолжали стонать, корчась от неведомой боли, но на меня действие артефакта не распространялось. Почему?

Можно было задать этот вопрос Грачёву, но видя, как мучаются от боли мои товарищи, не мог думать ни о чём другом.

— Отпусти их, — с нажимом проговорил я. — Они тебе ничего не сделали.

— Не сделали, — кивнул он и еле заметно улыбнулся. — Но хотели. Ты со своими…м-м-м…, а кто вообще это такие? Полиция? Военные? А может, тайная канцелярия? — он зажал артефакт под мышкой и, приняв задумчивый вид, принялся мять подбородок. — Я думал, что у нас противостояние один на один. Думал, что мы ведём игру под названием «Поймай меня, если сможешь»! Или ты меня испугался, поэтому позвал с собой боевых магов?

— Я не боюсь тебя, Платон Грачёв, — сухо проговорил я, хотя еле сдерживался, чтобы не броситься к нему и не свернуть шею. — Давай останемся один на один. Отпусти остальных.

— Я их отпущу. Обязательно отпущу, но пока не решил, куда именно: домой к семьям или в мир иной к предкам, — он растянул губы в улыбке, но глаза оставались холодными и безжалостными.

— Отпусти их домой. Они здесь ни при чём. Ты прав — это наше противостояние, и было моей ошибкой приходить сюда с магами.

— За ошибки надо платить, — он нравоучительно поднял вверх указательный палец и зябко поёжился. — Холодно здесь. Пошли в дом?

— Сначала ты отпустишь этих людей, — я решил не отступать.

Сердце сжималось от стонов здоровенных магов, которые выгибались дугой и ошалелым невидящим взглядом смотрели перед собой.

— Давай заключим соглашение, — оживился Грачёв после минутной паузы. — Ты добровольно присоединишься ко мне. Мы заключим магический контракт, по условиям которого ты обязуешься подчиняться мне и выполнять все мои приказы.

Горгоново безумие! У него совсем от гордыни мозги набекрень?! Чтобы я — Великий Валериан подчинялся кому-то? Никогда!

Я продолжительно выдохнул, чтобы не показать своих эмоций. Мне всего лишь нужно подойти на пару метров ближе, и тогда «Оковы» превратят его в истукана, с которым смогу сделать всё что захочу. Он будет в моей власти.

— Хорошо, давай заключим, — я решительно двинулся к нему, вытаскивая руку с пробиркой из кармана.

— Стой! Я тебе не верю! — выкрикнул он и с еле различимым щелчком нажал на кнопку на другом артефакте.

Скорее всего меня выдала решимость, с которой я бросился к нему. Как только Грачёв нажал на кнопку, я резко остановился и вытянулся, плотно прижав руки и ноги. Моё тело напоминало струну, звенящую от внутреннего напряжения.

— Так и быть, я подарю им успокоение, раз тебе так невыносимо слышать их стоны, — Грачёв нажал на кнопку на первом артефакте, и все затихли.

Наступила звенящая тишина, от которой стало страшно. Неужели он их всех просто убил? Только не это! Я слышал, как гулко забилось мое сердце, когда переводил взгляд с одного знакомого лица на другое. Повернуться в Кириллу я не мог — тело застыло. Это напоминало гипноз, когда головой понимаешь, что творится, но тело тебе не повинуется.

— Вот теперь мы с тобой можем без свидетелей спокойно поговорить. Заходи, у меня тепло, и заварен вкусный чай. Купил в одной из филатовских лавок, — он усмехнулся, махнул мне рукой и исчез за дверью.

Я, словно солдатик, с прямыми ногами промаршировал до его крыльца, поднялся и зашёл в дом.

Внутри было тепло и уютно. Явно здесь жила женщина: ажурные салфетки на столах и полках, на полу разноцветные ковры, на окнах занавески с голубыми цветами. На подоконниках цветочные горшки с высохшими растениям. Наверняка он убил и хозяйку этого дома. Изверг.

Грачев разложил артефакты на столе, налил себе чай и, вальяжно опустившись в кресло, с улыбкой спросил:

— Первым делом я хотел бы побольше узнать о тебе, Александр Филатов. Я сразу понял, что ты не простой аптекарь. Но не могу понять, что же в тебе таится. Рассказывай.

Вытянувшись перед ним, я заговорил:

— Меня зовут не Александр Филатов, а Валериан, — я не узнавал собственный голос и просто не мог поверить, что прямо сейчас выдаю себя. — Меня убили в моём мире, но с помощью зелья «Ликвор Двойственности» я переселился в этот мир, в тело Александра Филатова…