Лиатрис Корали, или Новая любовь Алана

Глава 1 Где-то далеко от нас.

Вы замечали, как одно маленькое событие меняет всё течение жизни? Один шаг в сторону от намеченного; один взгляд, брошенный на незнакомца; одно слово, сказанное кем-то, казалось бы, невпопад. А дальше? А дальше мы идём к добру или к злу. Изменяем мир, и меняемся сами. Ну что, хорошие мои? Зажжём! И так. Алан остервенело бил кулаками по двери. Она казалась хлипкой, ненадёжной, эта дверь. даже какой-то простецкой. Петли жалобно клацали, извиняясь перед мужчиной, но не поддаваясь. В ответ он заскрипел зубами с первобытной злостью, ударил ещё несколько раз по деревянной преграде, отделяющей его от Листьи. Стало больно. Настолько больно, что он заплакал, сполз по двери, обнимая её, цепляясь из последних сил. Осознание потери самой любимой, самой желанной, той самой, единственной, пришло, убивая разум. Алан надавал сам себе пощёчин. В какой-то немыслимый момент просветления он почувствовал, что слёз не стало, как и жалости к себе. Его захватила боль, отрезвляющая и острая. Щёки горели ссадинами. Он заметил под ногтями кровь. За спиной кто-то дышал. - Ох!- только и успел сказать Алан. Он почувствовал кинжалы зубов дикого зверя, одним движением затянувшего не сопротивляющуюся жертву в капкан цепких лап сквозь листья неведомого леса.

Алан открыл глаза. Мягкая постелька сладко баюкала, покачиваясь на крепких тросах. Он пошевелил пальцами рук. Живой! А что с ногами? Домотканое покрывало заботливо скрывало их. Алан затаил дыхание и одним резким рывком скинул цветистую теплоту с ног. Подвигался. Норм. Он сел, поправляя подушки за спиной. « Колыбелька» закачалась сильнее. - Ишь ты, егозка какой!- раздался звонкий девичий голос у него за спиной. От неожиданности Алан неловко повернулся, чтобы посмотреть на разговорчивую особу и неминуемо кубарем скатился на пол, покрытый травяными циновками. - Эй, паря, не для того я тебя стоко дён выхаживала, чтобы изувечился в моём доме!- Алан услышал торопливый топот деревянных сабо. Расшитый нитками подол прыгал перед глазами.- Ты ж на пустом месте дыру вертишь, горе луковое! Алан застонал, поворачиваясь лицом к причитающей. - За что коришь…- наконец-то он увидел её,- красавица? Девушка и вправду была хороша. Чем-то неуловимо напоминая Листью, а чем-то, к счастью, отличаясь. Русые длинные волосы. Гордый, но ласковый взгляд карих глаз. « Дивное сочетание»- отметил про себя Алан. Ровные зубы белели за розовыми губками, приятный носик. Не упрямо вздёрнутый, как у Листьи, а именно приятный взгляду. Ушки приплюснутые к голове. Алан беззастенчиво рассматривал незнакомку. А она ровно так же рассматривала зеленоглазого блондина. - Ишь ты, даже не покраснела!- усмехнулся он,- Люблю таких! - И много их?- глядя ему прямо в глаза, спросила девушка. Алан взял её за руку и провёл пальцами по своим губам, всё также не разрывая цепочку взглядов. - Каких, «таких»?- поинтересовался он. - Да тех, кого любишь?- она спокойно и равнодушно позволила целовать её пальцы, а после провела ладонью по его лбу.- Приличная шишка будет, али не чуешь? - Так вот от чего голова гудит? А я подумал, звёздочки перед глазами пляшут от твоих очей, красавица! - Ах, горазд ты цветасто выражаться, паря! Часом не менестрель будешь?- Девушка убрала прохладную ладонь и Алан почувствовал, что шишка- не шишка, а синяк вылазит знатный. Он попробовал встать, но пол ускользал и ухватиться было не за что- кровать всё так же качалась недалече. - Руку давай, егоза,- предложила девушка. Он опёрся на её хрупкие плечи и сделал первый шаг, почти рухнув на хрупкую девушку. - А ну не лапай! Просто доверься мне и всё. - Впервые мне предлагают такое! Эй, красотуля, обычно это моя фраза,- неловко передвинул он ноги. - Да…- девушка упорно продолжала тащить Алана на себе,- что с тобой не так?! Она остановилась и уверенно приказала: - Падай здесь. Алан так и сделал. И почувствовал мягкий мех под собой. - Ну вот,- услышал он довольный голос девушки,- послушный мальчик. Алан поднял руки, в попытке поймать бесстыдницу, но провалился в сон. Девушка тяжело дышала. Неловко села рядом, любуясь на красавчика. Его плотно сжатые губы скривились в попытке возразить. - Когда молчишь- мне нравишься!- улыбнулась она.

В его странном сне шуршали листья и нежный голос шептал: - Терпи, паря, терпи! Недалеко я живу. Слышишь, и не таких выхаживала Лиатрис. Он чувствовал вкус металла во рту. И видел радугу. А сквозь неё девушка в платье- вышиванке тащила его на пальмовом возке, наспех сделанном и оттого грозящем разорваться в любой момент. Алан открыл рот, чтобы предупредить спасительницу. Ведь рысь снова нападала. Теперь уже на неё. Разрывая боль, он бросился с возка. И проснулся. Темнота окружала его, лишь в камине нервно билось пламя.

Глава 2. Разговоры по душам.

Он прислушался к ночным звукам. По крыше домика прошуршало, вдали заухал филин, в окна за плотными тростниковыми жалюзи мерно -размеренно отстукивал свой ритм ветер. Алан почувствовал под головой подушку, заботливо подложенную хозяйкой и принялся рассматривать комнату. Встать он не рискнул, да и шишка на лбу давала о себе знать. Он прикоснулся к раскалывающимся вискам и обнаружил повязку, скрывавшую болючее место.

С пушистого меха отчётливо заметил пару кресел, оттого, что были совсем рядом, чуть дальше стол и диван. И всё. Алан улыбнулся, подумав, что аскетичная девушка должно быть не захламляет пространство, периодически избавляясь от мебели.

Ветер всё также выводил на тростниковых клавишах витиеватую мелодию. Где-то вдали пронзительно и режуще уши взвыл дикий зверь. Алан шумно выдохнул страх.

- Пить хочешь?- спросила из темноты девушка.

Алан кивнул.

- Ишь ты, знаками изъясняться начал! А ещё вечером так-то резво лопотал!- Девушка говорила без умолку, из чего Алан сделал вывод, что она явно не отшельница, и он бы с превеликим удовольствием поболтал с красавицей, если бы не чёртовы слабость и боль.

В отличии от давешних шумных сабо, сейчас она двигалась настолько бесшумно, что Алан несказанно удивился, обнаружив девушку, стоящую над ним, да ещё и протягивающую ему глиняную кружку. Он жадно отпил добрую половину, когда осознал, что жидкость странного вкуса. Сладковатая, с нотками каких-то трав.

- Что это?

- Взварок. Странный ты, паря, али чужеземец?- она присела напротив.

Алан кивнул и отпил ещё, но теперь повёл себя подобно заправскому сомелье в шикарном ресторане. Покатал глоток по нёбу, прочувствовав его всеми язычковыми рецепторами, и только после этого отправил взварок в горло.

- Таволгу чувствую. Да, её ни с чем не спутать! И что-то ещё.

- Тавилга и медвяница. Обычный взварок. В аккурат от нервов помогает.

- И вовсе я не нервный! Или забыла, как я раскромсан был рысью?

- Вот же выдумщик! На моём острове отродясь рысей не водилось. Поди, сам её с собой приволок, да и забыл накормить. Вот она тебя, нерадивого хозяина, и отблагодарила.

Алан подавился последним жадным глотком взварока.

- Да ты хоть раз дикого зверя видала?- произнёс он, откашливаясь.

- А то как же. Конечно, видала. Ведмежатко, волчека. Кого ещё? А, вспомнила. Лисоньку видела. От чумички лечила её.

- А кошек ты знаешь, добрая душа?- стараясь не расхохотаться, Алан всё же не сдержал улыбку.

- Конечно, знаю. Они теряют дом и дичают, бродяжками ко мне приходят. Потом их стаю покажу.

- Ну так вот… Прости, а как твоё имя? Неловко же получается, правда? Я вроде как гость, а хозяйке и не представлен. Я- Алан, а ты?

- Лиатрис,- девушка стрельнула глазками, как показалось Алану, прямо в его несчастное сердце.

- Красивое имя, цветочное,- он брякнул настолько очевидный комплимент, что сам себе показался жалким соплюносым подростком.

- Да, маминка любила цветы.

- Любила. В прошедшем времени,- мягко добавил Алан, пытаясь поймать её взгляд.

- Смерть- это всегда прошедшее,- Лиатрис смотрела на стену , точно там вереницей мелькали памятные события.

- Так выходит, ты тоже одна?- Алан решил отвлечь её от листания невидимого фотоальбома.

- Ну почему же,- Лиатрис наконец-то обратила на него внимание.- у меня жених есть.

- Жених?- Алан от неожиданного факта даже пересел поудобнее, пристраивая подушку за спиной.

- Ну да. А чему ты удивляешься?- подмигнула ему девушка.

- А я?

- А что ты? Выздоровеешь, да и пойдёшь дальше. Или ты на придумывал себе чего-то этакого, а паря? Так зря, ой, зря!- погрозила она пальчиком наконец-то посмотрев ему прямо в глаза.

Только Алан был не рад грозному взгляду Лиатрис. Он попытался прочитать её мысли. И не смог. Подумал, от слабости, что ли? А вслух решил всё же уточнить:

- Лиатрис, а ты часом не ворожейка?

- Нет. Я- знахарка и кудесница.

- О Небо, за что?- Алан поднял руки, сдаваясь.

- Да не расстраивайся ты так, паря. Считай, я пошутила. А ты ишь какой чувствительный оказался,- она явно играла с ним, и Алан не понимал, куда заведёт эта странная игра.

- Ну лечить ты умеешь.

- Умею,- согласилась она, забирая из его рук пустую кружку и встала с пола,- послушай, раз моё лекарство помогло, может и ты пособишь мне?

- Всё, что угодно, Ваше Великолепие,- Алан вскочил на ноги и попытался отвесить спасительнице поклон. Получилось скверно. Он покачнулся, и если бы Лиатрис не подхватила его, то перспектива схлопотать ещё пару синяков и шишек, была бы необратима. Девушка сверкнула глазами и легонько встряхнула парня за плечи.

- Никогда не смей меня так называть!

- Ладно, прости, если что не так,- Алан пошёл за ней следом,- Скажи, а ты- потомственная кудесница или самоучка?

- А откель в тебе антерес? Почём знать, зачем вопрос?- Лиатрис прошуршала босиком по циновкам и отодвинув шторку, пошла на кухню. Алан неотступно последовал за ней.

- Кажись, я тебя не звала?

- А я это… темноты боюсь.

- Ну-ну. Врать не обучен, хоть так порадовал.

Лиатрис сполоснула под краном кружку и поставила её на деревянную полочку. Алан удивился и обрадовался наличию водопровода. Принюхался к своим пальцам, подумал о ванне или хотя бы душе. Надо будет спросить- сделал он себе заметку.

- С тобой светло даже ночью,- сказал он и тут же заметил странное свечение вокруг девушки.

- Так я- светлячок!- без улыбки ответила она.

- Всё страньше и страньше, как сказала бы Алиса.

- Какая Алиса?- при этих словах свет Лиатрис стал ещё ярче.

- Да так, знакомая одна.

- А-а-а,- протянула она.

- Что «а-а-а»? Заревновала?

Лиатрис засветилась ещё ярче.

- Паря! Как не стыдно?

- Чего ж стыдного-то? Ты- девушка, я- парень. И кажется, мы друг другу нравимся,- заулыбался Алан.

Не сдержавшись, он провёл руками по её ореолу вокруг волос.

- Теплота. Ну надо же!- удивился он.

- Будет тебе развлекаться-то,- Лиатрис покачала головой и свет потух.

- Ну вот зачем вы, женщины, вечно всё портите?- возмутился Алан, вглядываясь в темноту.- Как теперь обратно вернёмся?

Лиатрис хихикнула и вновь легонько засветилась.

- Доволен? А теперь топаем до кроватки и баиньки.

- Ух ты, какое ускорение!- обрадовался Алан.

- Вот не поняла, о чём ты, а уже знаю, что пакость какая-то!- свет её завибрировал, приводя нашего героя в чистый восто

Глава 3. Совсем немного волшебства.

Алан открыл глаза, заслышав рассветные птичьи голоса. Вместо плотных тростниковых жалюзи на окнах шуршали лёгкие прозрачные занавески. Комната раскачивалась. Мерно- размеренно. Молодой человек попытался захватить взглядом хоть что-то, и не смог. Ведь это его кровать качалась, а комната…

- Эй, Лиатрис! А когда ты успела мебель поменять?- вырвалось у Алана.

И действительно, вместо мягкой мебели он увидел лёгкую плетёную. Лиатрис фыркнула, и как ни в чём не бывало, продолжила наводить порядок, протирая столик.

- Добрый ранок, Алан!- подмигнула девушка и притоптывая сабо, зашуршала длинным платьем на кухню.

- Доброе утро, Цветочек!- Алан со стоном встал с кровати, разминая затёкшие конечности.

Сделал несколько взмахов руками, по приседал, прыгнул и выставив вперёд руки начал отжиматься от пола. Он знал, что играющие в движении бицепсы понравятся девушке. И для пущего эффекта торопливо скинул рубаху через голову, попутно оторвав пару пуговиц. Он красиво отжимался. Но напрасно. Красивая хозяйка так и не вернулась из кухни. Дыхание сбивалось, сердце билось, да и руки устали. Алан решил проверить, чем же она там увлеклась настолько, что забыла об уборке.

Когда он отвёл в сторону занавеску, заметил на столе крынку молока, рядом пустую кружку и добрый ломоть хлеба с приличным куском сливочного масла.

- Завтрак! Она оставила мне завтрак, а сама куда-то ушла?- Алан жадно откусил от краюхи, налил молока и прихватив нехитрую снедь, вышел из дома.

Открытая веранда сплошь увитая цветущими лианами и большими горшками с незнакомыми растениями, ласкалась пальмовыми листьями, растущих рядом тропических деревьев.

- Ну здравствуй, новый дивный мир!- улыбнулся Алан.

На веранде он увидел пару кресел-качалок и присел на одно из них. Ну как присел, развалился и с наслаждением продолжил утреннюю трапезу. Насытившись, сходил на кухню, прибрал за собой и умылся под краном. Побродил по дому. Кроме большой комнаты, в которой он обитал, обнаружил спальню с удобной кроватью и жутким огромным пауком на потолке, цепко держащего паутину в своих высохших лапищах.

- Жуть какая!- Парень с отвращением покинул странную комнату. Снова вышел к пальмам. Меж ними травка была явно скошена и имела вид тропки. По ней-то Алан и отправился на поиски Лиатрис.

Звенящей мелодией бежала вдаль каменистая речка. Стайки рыбок мигрировали, сталкиваясь при встрече и продолжая только им ведомые маршруты.

- Помочь пришёл?- долетел знакомый голос с другого берега.

Алан присмотрелся. Лиатрис стояла по колено в воде, подоткнув юбку за пояс, шаря руками под водой.

- Спасибо за завтрак! А что ты там делаешь?- Алан пошёл по берегу, разглядывая брод.

- Доброго здравия, Алан!- улыбнулась она и тут же посерьёзнела, сосредоточившись на движении воды,- А ну-ка подсоби!

Девушка подняла руки с закатанными вышитыми рукавами и парень увидел здоровенного лосося. Алан, не ища больше проход, побежал через реку.

- Эх, хороша добыча!- он с восторгом рассматривал жирнобокую рыбу, извивающуюся в руках Лиатрис.

Бережно приняв лосося, Алан и не заметил изумлённый взгляд девушки. Он совсем позабыл, что после утренней разминки так и не одел рубашку. Лиатрис смущённо покраснела и быстро отвела взгляд с капелек, бегущих по атлету на взволнованную речку.

- Ты глянь, как ричку Костку взволновал! Ай- ай-ай,- зацокала девушка языком, покачивая головой,- и брюки мокрые. Уж еже ли почал раздеваться, так что ж на полпути забросил?

Алан удивлённо открыл рот и чуть не выронил добычу.

- Косорукий, ступай-ка ты домой, переоболокись!- Лиатрис успела подхватить выскользнувшую рыбу и выбравшись на берег, ловко завернула её в широкие листья, растущие между камышей.- Чего стоишь-то, Амурчик?

Лиатрис торопливо обулась в мягкие ботиночки, выпустив юбку из-за пояса и нахмурила брови, строго искоса глянув на парня, переминающегося с ноги на ногу.

- А во что прикажешь переодеться? В вышиванку или простыню?

Девушка посмотрела на Алана. Знаете, иногда взгляд бывает долгим- предолгим, точно и не будет ему завершения? В нём столько чувств, сколько слов и не найти, как не пытайся. Музыкант назовёт их гаммой, живописец- взрывом красок на полотне, поэт – душевным порывом, а Лиатрис не сдержавшись, представив парня в своём платье, звонко рассмеялась.

- Ой, не могу, да из тебя бы знатная кралечка вышла!

Алан полюбовался ей, и вдруг пробормотал под нос:

- И отбил бы твоего женишка!

Лиатрис услышав его, перестала смеяться, и боль промелькнула в её глазах.

- Идём домой, Алан.

- А хватит нам одной-то рыбки? Давай ещё половим.

- На тарабицу в аккурат. А боле и не надо. Авушный ты больно, как я погляжу.

- Жадным, что ли меня обозвала? Так то зря. Ты ж ещё не знаешь, какой я щедрый и добрый,- Алан тем временем хоть и оглядывался на речку, однако ж послушно брёл за Лиатрис.

- И хваста ты тоже знатный,- добавила девушка, обернувшись.

Алан от неожиданности налетел на неё и почувствовал, как Лиатрис легонько оттолкнула его. Но перед тем он заметил дрожь её руки, инстинктивно прикоснувшейся к его груди. Его ласковая улыбка и нежность во взгляде, пробегающем от глаз девушки к губам и обратно, Алан неминуемо бы завершил поцелуем, если бы не её слова.

- Небаттерфляйкай со мной, паря!

- Ого, какие мы словечки выдаём!

Лиатрис воспользовалась его удивлением и продолжила путь к дому.

Глава 4. Тарабица.

Алан вошёл в дом и не обнаружил там Лиатрис.- Что за дела? Опять пропала,- он проверил на кухне, приметил пальмовые листья на столе, но Лиатрис там не нашёл, как и в гостиной, он даже мельком заглянул в спальню, так, одним глазком, с порога.Хозяйки не видно, не слышно. Жуткий скелет паука охранял свой страшный склеп среди пыльной паутины. - Любопытство мышку сгубило,- услышал он за спиной голос Лиатрис. От неожиданности Алан подпрыгнул и икнул, обернувшись. - В поговорке, вроде как про кошку речь была,- уточнил он и только тут заметил в девичьих руках охапку одежды. - Правда? Ну может, я чё и попутала. Вот, держи,- нервно теребя расшитый ворот серой косоворотки в руках. - Мужская одежда? А говорила, только твои платья и есть,- улыбнулся Алан, принимая дар. - Иди вон туда,- Лиатрис показала на маленькую дверцу рядом с камином. - А что там?- прошептал Алан. Девушка засмеялась: - Вот войдёшь и узнаешь! Да не боись ты! Купальня у меня там. Парень поспешил в указанном направлении.

Лиатрис назвала комнату купальней, а Алан обнаружил за дверью бассейн, обложенный отполированными камнями, водопад, гардеробную хозяйки и туалетную комнатку в закутке. - Ай да островитянка!- присвистнул он и скинув мокрые штаны прыгнул в воду. Наплававшись вволю, Алан огляделся по сторонам и заметил стопку пушистых банных полотенец на деревянной скамеечке. Вытерся до приятно покрасневшей кожи и рассмотрел «приданое». Несколько расшитых рубашек да тёмных штанов из грубой ткани. По разглядывал себя в отражении водопадных тягучих струй, ставших внезапно течь медленнее, точно от желания угодить гостю и дать ему зеркало. - Занятно!- Алан пропустил серебристые нити воды между пальцами. Разбивая отражение на осколки, водопад вновь собирал их обратно перед тем, как упасть в бассейн. Алан выбрал серую косоворотку. Ту самую, которую Лиатрис нервно теребила в руках и чёрные штаны. Подпоясался своим ремнём и обулся в сабо-стукалки, найденные им в гардеробной. Его-то сапожки, он только сейчас приметил, каши просят. Выдохнул, подмигнул отражению в водопаде и пошёл показаться хозяйке.

А Лиатрис, оказывается, время зря не теряла. Алан нашёл её сразу. Шумела она на кухне, колдуя над уже подошедшим тестом. - Ого, какая ты у меня рукомесная хозяюшка!- похвалил он, сделав неловкую попытку приобнять девушку. - А ну не балуй!- прикрикнула она, и Алан от удивления отступил назад, к занавеске. - Скажи хоть, чем помочь? - А не мешайся под руками- вот и вся с тебя помощь,- подмигнула ему девушка, продолжая ловко раскатывать тесто. - А ты знаешь, я умею разделывать рыбу? Доверься мне,- он молитвенно сложил ладони, касаясь пальцами губ. - Алан, зря. Твои ужимки на меня не действуют. Но так и быть, покажь своё умение,- она кивнула в сторону лосося, мирно ждущего своей участи в раковине. Молодой человек и правда уверенно владея острым ножом, распластал рыбину на ровные и аккуратные кусочки. - Ишь ты, не соврал,- Лиатрис отвлеклась от раскатки, наблюдая за ловким кружением ножа в умелых руках парня. - А то! Скажи, подруга, чья одёжка? Батина? А не-не, не объясняй, понял я- жениховская. Девушка упрямо сжала губы и молча надавила на скалку, оставив приличную прореху в тесте. - А чтоб тебя!- она смяла неудачу в комок и принялась раскатывать по новой. - Видать крепкой занозой парень был,- прошептал Алан, с грустью и нежностью смотря девушке в глаза. - Ты и не представляешь, насколько,- в её карих глазах блеснули слёзы и тут же пропали, точно и не было. - Давай договоримся на берегу. Я не говорю о нём, ты не спрашиваешь меня о прошлом. Уговор? Вместо ответа она кивнула и указала на мелкие спелые помидорки: - Порежь пока меленько их для заливки, да поперчи, будь ласков. - Конечно, милая, буду,- улыбнулся Алан. Лиатрис поняла, что чужестранец вновь её неверно понял, но допытываться не стала, сосредоточившись на тесте.

Пока пирог сидел в печке, Лиатрис предложила Алану сходить с ней к домашней живности. - И когда ты всё успеваешь?- удивился он, помогая девушке собирать яйца, отманивая непослушных несушек к кадке с зерном. - А это ты ещё Малю не видел,- Лиатрис улыбнулась, заметив, как петушок Питер ревниво наблюдал за парнем с конька курятника. - А кто у нас Маля? - Коровка. - И где она? Доить сейчас пойдём? - Нет, она ещё не нагулялась. Вечером придёт с пастбища. - А она что, одна у тебя ходит? - Ну зачем одна. С Дариком. - А Дарик кто такой? - Пес. - Под охраной, значит твоя красавица? - Ты и не представляешь под какой. - Вечером все перезнакомимся. - Да,- Лиатрис погрозила пальцем Питеру, готовящемуся к нападению на парня. Алан оглянулся, но петушок замер на месте, точно хамелеон. Парень пожал плечами. - Ну что, пошли в дом?- предложил он,- Или ещё кого навестим? - А остальных я уже утром проведала,- Лиатрис подхватила корзинку с яйцами. - И много у тебя живности? - Проще сказать, кого нету. - Понятно, ты- местная душа общества зелёных. - А кто такие эти твои зелёные? - Чудаки, верящие в идеальный мир, в котором люди и животные мирно живут, как добрые соседи. - Ну тогда, да, можешь считать меня зелёной. - Поверь мне, Лиатрис, ты лучше их всех вместе взятых,- Алан говорил искренне, сам себе удивляясь. - Ой да ладно тебе, выдумывать!- махнула она ему рукой,- Пошли обедать. Тарабица уж испеклась. - У тебя что, таймер с собой? - Какой ещё тамер, коли я и так знаю, что спёкся пирог!

И она была абсолютно права. - Так вот ты какая, та рыбица!- Алан восхищённо сглотнул слюну, разглядывая пирог на рушнике посреди кухонного стола. - Да-да, Алан, та самая рыбица. - Да не, я про название. - Тарабица. - Ну да, стоило нам торопиться. Лиатрис засмеялась. - Паря, скажи-ко ещё разок! Уж так забавно! - Нашла забаву,- проворчал парень,- а по мне так пытка какая-то. - Ой, да разве ж то пытка? Рассказывала мне бабичка, что её маминку пытали огнём да водой. Вот то была пытка. - И не говори, Лиатрис! Средневековье- оно такое. - Что ещё за средневековье?- наморщила лоб девушка. Алан хитро улыбнулся и щёлкнул её по носу: - Не хмурься, а то морщины появятся. Лиатрис ойкнула и потёрла лоб, но заметив ухмылку парня, погрозила ему пальцем. - Ай-ай-ай! Врать пробует! - Ну ты же не гнушаешься пытать меня тары биться своей! - Ладно, не буду насмехатствовать! Повторяй смело: Та! - Та,- уверенно сказал Алан. - Ра,- поиграла темными бровями Лиатрис, глядя ему прямо в глаза. - Ра,- точно так же игранул светлыми бровями Алан. - Би,- одними губами вывела звук девушка. - Би,- смело ответил парень. - Цяа,- чётко выговорила Лиатрис. - Цяа,- не задумываясь повторил Алан. - Так, топере собери буковки вместе. Алан беззвучно пошевелил губами. - Ну чего ты, неловкой какой! Не боись!- подбадривала его Лиатрис. - Тарабацяа,- выдохнул парень,- получилось? - Да! Получилось.- улыбнулась Лиатрис,- Оказывается, ты способный ученик! - Ты даже не представляешь, насколько,- алан так посмотрел ей в глаза, что Лиатрис почувствовала жар румянца. - Ух, а вкуснотища-то какая!- Алан от удовольствия прикрыл глаза, откусив от куска рыбного пирога. - Ещё зуркай, да под стол!- засмеялась Лиатрис. - Ну что ты, я ж не кот! Но мурлыкать умею, муррр,- завёл серенаду Алан, радуясь улыбкам и смеху новой знакомой.

Глава 5. Вечерний разговор.

Алан полюбовался подгорающими закатными облаками и сделал глубокий вдох. Завтра. Завтра он попросит Лиатрис сводить его на то самое место, где она нашла его. Возможно, он сможет уйти обратно, в мир за закрытой дверью? А сегодня попытается добиться взаимности от прекрасной островитянки. Лиатрис стояла на пороге и наблюдала за незваным гостем. Да, он нравился ей, но было в нём что-то такое… непривычное, вызывающее разноликие чувства, недоверие, что ли. А так, да смазливый, неглупый, добрый… Она нашла бы ещё множество редких душевных качеств в Алане, если бы он не обернулся. - Любуешься мной?- подмигнул он. - Вот ещё! Любопытствуешь, о чём думаю?- она вздёрнула подбородок чуть выше. - Изволь, поделись. - Ну лады. Я думаю, а вдруг ты разбойник беглый. - Ага, Робин Гуд!- заулыбался Алан и сделал напрасную попытку сгрести её в охапку. - Ручки-то при себе попридержи, паря! Али забыл?- она прошла мимо и торопливо пошла по тропке. - О чём?- Алан широко шагая, пошёл за девушкой. - А память у тебя, как у рыбки! Зря лососем кормила!- чуть обернулась Лиатрис и пошла дальше к хозяйственным постройкам. - А-а-а, ты снова про жениха? Ой, а тебе не надоело врать?- Алан нагнал её у изгороди и прикоснулся губами к шее. - Да что тебе за дело до моей жизни?- она обернулась и легко прикоснулась к его губам прохладной рукой. Алан почувствовал, как тонкий вьюнок резво пробежал по нему, опутывая крепкой лианой ноги, тело, руки. В довершении, точно насмешка, ярко красный бутон нагло распустился, заглядывая в глаза пленнику. - А ты умелая!- восхитился Алан, напрасно отдувая пахущий цветок в сторону. - А то, чай, не чета тоби!- Лиатрис тем временем открыла калитку и ушла в коровник.

А Алан так и остался стоять, прислушиваясь к её голосу: - Маля, милушка моя! Ну как погуляла? - Мууу! - Ах вот как? Дарик, ты значит, полдня продрых? - Тяф-тяф!- возмущённо ответил собачий голосок. Алан попытался применить магию, но напрасно. - Да что то такое? Или то Листья на шаманила, лишила меня сил в отместку за игры мои?- пробормотал парень, ворочая пальцами среди стягивающих их стеблей. Он сделал пару движений ногами, но то были даже не шаги, а так, шажочки. - Да твою налево!- начал злиться волшебник. Он уже не прислушивался к разговору хозяйки с её болтливыми животинками, сосредоточившись на безмолвной борьбе с тропическим вьюнком. Вот показалось, что появился шанс освободиться, призрачная надежда на спасение, ветвь чуть ослабла, и Алан потянулся к ней в попытке порвать хрупкую нить, но в следующий миг вьюнок игриво натянулся пуще прежнего, впиваясь крепче верёвки между пальцами, отчего парень потерял последнюю возможность обрести свободу. Лиана выпустила ещё парочку бутонов на уровне его глаз и совершенно скрыла обзор. - О! Да вы тут дружите вовсю!- услышал он насмешливый голос Лиатрис. - Листья, брось шутить!- зло крикнул Алан. - А кто такая Листья?- спросила девушка, отводя цветы с его лица. - Да я про листья говорю. Видишь ведь, как вьюнок твой меня обездвижил? Лиатрис, отпусти меня. А то неровён час, корни тут пущу!- проскрипел он сквозь зубы, хаотично глотая воздух, точно от удушья. - Ну хорошо,- небрежно повела рукой девушка над ним,- свободен. Но помни, не липни ко мне боле! - Спасибо за науку,- прошептал, тяжело дыша Алан, поводя плечами и несмело делая первый шаг вслед за хозяйкой уходящей к дому. - Дай вёдра-то.- Он заметил полные вёдра парного молока в её руках. - Сама управлюсь. Невпервой. Среди пальм прошуршал ветер. Сумерки резко перешли в ускоряющуюся темноту. И со стороны горной речки послышался громкий крик совы. - Поспешай!- крикнула Лиатрис, повернувшись к нему. Она остановилась, ожидая Алана. Птички стайками всполошились, низко пролетая над землёй. Разные по размеру, они спешили, ища укрытие. - А что за переполох в курятнике?- усмехнулся парень. - Потом скажу, поспешай, горе ты луковое!- Лиатрис протянула ему ведро, а затем цепко хватая за запястье свободной рукой. - А говорила, не касаться! Сама ж первая нарушаешь правила игры. - Да пойми ты, не до игр,- она почти втолкнула парня в дом, шустро запирая дверь на несколько засовов. - А говорила, что нет на острове диких зверей!- Алан удивлённо наблюдал, как хозяйка перебегает от окна к окну, запирая внутренние ставни, которых гость прежде не замечал. Она подхватила вёдра и унесла их на кухню. - Говорила. Да ведь Матица-то не меж небом да Землёй обитает. Думаешь, боле никого и нет?- Лиатрис подошла к камину и прикрыла дымоход заслонкой. И только она это сделала, как по крыше кто-то резво пробежал. - А купальня как же?- вдруг вспомнил гость. Девушка отмахнулась от его слов. - Так там я уж всё закрыла. - Когда успела?- Алан пошёл к маленькой двери. - Не смей,- Лиатрис бросилась и прикрыла собой, не допуская его. - Что, так серьёзно всё?- Алан удивлённо замер перед ней. - Меньше знаешь- крепче спать будешь,- девушка кивнула в сторону его кровати, раскачивающейся недалече. - Хочешь сказать, что пора баиньки? А не рано? - В аккурат. Завтра дел много. А тебе сказку на ночь баять, али так уснёшь? - Да если знаешь какую, я бы послушал,- заулыбался Алан. - Может, и расскажу, если не передумаю,- Лиатрис подмигнула ему, проведя рукой над столиком между креслами. Секундами потрескивая, зажглись свечи в канделябре. - Никак не привыкну к твоим перестановкам. Кучеряво живёшь, красотка!- Алан посмотрел по сторонам. Комната вновь преобразилась. И выглядела почти по-современному. Лакированные завитушки на мягких диване и креслах манили провести по ним пальцами, повторяя каждый изгиб. Что Алан и сделал. А потом оглянулся к хозяйке. - Мне показалось, так уютнее для тебя,- Лиатрис отвернулась от его пытливого взгляда, надеясь, что он не заметил её румянец. А он заметил. Но побоялся сделать даже шаг к ней. Лишь сказал: - А я ведь так и не поблагодарил тебя за всё то хорошее, что ты сделала для меня. - Да ладно тебе виниться-то. Помнишь, я сказала, что мне тоже нужна помощь?- Лиатрис ушла за ширму. - Что, с корсетом помочь справиться?- Алан поторопился к ней. - Ишь чего удумал, наглец!- услышал он её голос за спиной. Лиатрис в ночной рубашке до пят погрозила ему пальцем. Он открыл рот, чтобы вновь поинтересоваться, как она опередила его, как дом весь задвигался. Алан инстинктивно бросился к Лиатрис и обнял её, прижимая к себе. - И часто у вас тут землетрясения случаются? - А всполошился-то чаво? И отпусти меня, ишь прилип! Не земля то трясётся. Иди да спать ложись,- она сделала попытку высвободиться, но Алан не отпускал. - Не понимаешь? Мне и правда страшно. - А ты ляг, да глаза покрепче зажмурь. - Уговорила, я лягу. И глаза закрою. А ты меня за руку подержи, пока не усну. - И не стыдно тебе притворяться маленьким?- улыбнулась Лиатрис. - Ни капельки не стыдно,- серьёзно и искренне ответил Алан. - Ну что с тобой делать-то? - Жалеть и не обижать,- выдохнул Алан, чувствуя незнакомое ранее умиротворение от доверия к Лиатрис.

Глава 6. Скатертью дорожка?

А он ведь так и уснул, вцепившись в её светящуюся руку. Лиатрис и вправду рассказывала сказку или Алану это причудилось? По утру открыв глаза, чувствуя заспихи, парень неловко попытался от них избавиться, но быстро забросил бесполезное занятие. Потянулся на мягкой перине, откинул покрывало, встал, снова потянулся и зевнул. Да так и остался стоять с открытым от изумления ртом. Ну конечно, неутомимая кудесница снова начудила с мебелью. И более того, успела возвести дополнительные стены!- Чего?- Алан понял, что вокруг его новая комната, а точнее, полноценная спальня.Вместо ставшего уже привычным гамака, прочно стоящая на своих четырёх массивных коричневых лапах, кровать- черепаха. Подушки упирались в дубовую шею и голову с чёрными зрачками. Алан прикоснулся к точёным зубам. Крепкие. В ногах «черепахи» расположился выход с закрытой дверью, а сбоку неизменное окно с бамбуковыми жалюзи. Неизменные спутники утра- птичьи голоса раздавались сквозь шуршанье листвы. Алан заправил постель и с наслаждением прошёлся босыми ногами по пушистому ковру к двери. В гостиной, что странно, всё осталось по- старому. Точнее, по- вчерашнему. Те же диван и кресло в колониальном стиле. Видать, хозяйка немало сил потратила на устройство его спальни, утомилась. И сейчас отдыхает. Где? А действительно, где же спит Лиатрис? Неужели в том жутком склепе с засохшим пауком? И почему, раз такая умелица по части дизайна, ничего не меняет в спальне? Или ей нравятся членистоногие? Алан почувствовал, как руки покрываются «гусиной» кожей. Сделал шаг в сторону паучьей спальни. Замер. Покачал головой, прислушался к сердцу, напуганному непонятной чужой магией. И поспешил в купальню.

Вдоволь наплававшись в приятной прохладе водопадного бассейна, побрился, найденным на полочке брадобрейским набором, вглядываясь в застывшие струи. Насухо растёрся полотенцем, аккуратно развесил его на сушилке из бамбуковых палок и вошёл в гардеробную. Не сдержавшись, провёл пальцами по аккуратно разложенным на полочках вышиванкам Лиатрис. Нашёл напротив стеллаж с мужской одеждой. Покусал губы. Безотчётно и нестерпимо захотелось разорвать рубахи в клочья, по швам и как придётся, но перспектива ходить в грязной, пропахшей вчерашним потом, одежде, его не радовала. Алан сам себе удивлялся. С одной стороны уютный, но пугающий по ночам, мир вызывал отторжение и желание бежать из него без оглядки, а с другой… тот же уютный мир, пусть и вызвавший потерю его магии, с каждым днём всё больше манил остаться, точно та паутина опутывала невидимыми нитками и всё сильнее привязывала Алана к прекрасной островитянке. Он вновь задержался у водопада, любуясь на собственное отражение. На сегодня он выбрал такую же точно рубаху. Только с другим узором по вороту. Вчерашнюю же положил в корзину для грязного белья, заметив лежащее в ней платье Лиатрис. Обулся в удобные сабо из кожи и пошёл на кухню.

Вместо ожидаемого завтрака на столе оказалась пара сырых яиц и крюха пшеничного каравая. Алан добыл огонь и взбил яйца, щедро добавив мелко измельчённых травок, пахнущих перцем и чем-то ещё, вызывающим желание прочихаться. Налил молочка из крынки и отпил, чувствуя белые «усы» над губами. Яичница тем временем на промасленной чугунной сковороде зашкворчала, требуя внимания. Она пузырилась, увеличиваясь в размере, становясь вначале больше сковороды, а потом и вовсе вровень со столом. - Прикольно!- Алан попытался завернуть глазунью обратно на сковороду, но напрасно. Яичница продолжала расти, грозя заполнить собой не только кухню, но и продолжить свой крестовый поход в сторону гостиной, толкаясь в занавеску. Алан представил себе, как его кулинарное чудо поглотит окрестности, курятник с разгневанным петухом и так недолюбливающим незваного конкурента за сердца его милых несушек. - Неудачник!- заругался на себя Алан, прижатый глазуньей к шкафу,- Что скажет Лиатрис? - Поругает тебя, что же ещё?- услышал он голос за окном. - Милая Лиатрис, спаси меня! Я всего-то и хотел, что приготовить завтрак. Девушка ловко запрыгнула в окно, держа в руках корзинку с овощами. Иронично посмотрев на раздутую глазунью, Лиатрис скрестила руки перед собой и яичница послушно вздулась, вернувшись в стандартные границы сковороды. - Ну что, сам готовил- сам и ешь!- Девушка подвинула яичницу к Алану. - Вот уж нет!- он с ужасом уставился на глазунью. - А что, боися?- Лиатрис принялась выкладывать овощи в мойку. - Конечно, боюсь. Вдруг и меня раздует до неприличных размеров? - Ага, а потом ты лопнешь!- с хитрецой посмотрела на него Лиатрис. Алан усмехнулся, взял нож и вилку, деловито сел за стол, и придвинув яичницу, прямо на сковороде отрезал ножом кусочек, не отрывая взгляда от глаз Лиатрис, нарочито-медленно поднёс аппетитный кусочек к губам. - Думаешь, слабо?- он уже открыл рот, но хозяйка перехватила из его руки вилку и отбросила в сторону. - Шальной ты, что ли?- гневно крикнула Лиатрис. - Что правда, мог лопнуть?- истерично засмеялся Алан,- А ты зачем такую гадость на кухне держишь? - А с того, паря, что кухня-то моя!- глаза Лиатрис зло сверкнули. Алан поднял руки вверх: - Сдаюсь! - Неудивительно, что она тебя бросила или выбросила из своего мира?- сузила глаза девушка. Парень почувствовал, как его рука сжимает и разжимает нож. Лиатрис растерянно наблюдала за ним. - Вот ты и кажешь себя настоящим,- прошептала она. - Извини,- пробормотал Алан, отбрасывая звенящий по деревянной столешнице нож. Лиатрис молча пожала плечами. И отошла к раковине, перебирая овощи и травы под струёй воды. Её пальцы дрожали. Но не от студёной воды. Из глаз капнули слезинки. Девушка склонилась к овощам, ловким движением посушила глаза рукавом. Алан тем временем встал из-за стола и пошёл к выходу. - Сначала салат поедим, а потом я тебя провожу,- Лиатрис обернулась к нему, заметила молочные усы и улыбнулась,- вишь, какой ты самостоятельный! Молоко на губах ещё не обсохло, а за магию берёшься! - Да, Лиатрис, видать я и правда идиот и неуч,- Алан кивнул ей и вышел из кухни, бросив на ходу,- буду на веранде. Щёки Лиатрис покраснели, а из глаз неостановимо закапали слёзы. Дав себе волю выплакать боль, девушка несколько раз судорожно вдохнула и шумно выдохнула, открыла кран и умылась.

Алан пил молоко и улыбался. - Да, так будет лучше. Я вернусь к Листье и отобью её у этого жалкого слизняка. Как там его? Нейтон?- он скривил губы, точно откусил сердцевину лимона. Он сел в кресло-качалку, поставил кружку на столик и прикрыл глаза. Но перед его мечтательным взглядом возникла кудесница Лиатрис. Кареглазая средневековая ведьма. Должно быть, совсем скоро её сожгут на костре? Алан представил себе, как начинает тлеть её чудное платье, как рассыпаются на нитки лепестки узоров, как она зовёт его на помощь: - Алан! Алан, просыпайся! Парень открыл глаза. Лиатрис поставила перед ним тарелку с горкой салата,- Приятного! - Спасибо,- Алан откашлялся, виновато поглядывая на сидящую рядом хозяйку,- вкусно! С аппетитом поглощая салат, он заметил среди овощей и трав кусочки варёного яйца и невольно улыбнулся. - Так вот для чего… - А ты думал, для тебя оставила? Алан засмеялся и услышал её смех в ответ. После завтрака Лиатрис унесла тарелки и почти сразу же вернулась. - Ну что, в путь?- спросила она и указала в сторону реки. А Алан уже успел забыть о возвращении в более обжитое местечко.

Он шёл, разглядывая шею Лиатрис, её затылок, всю фигурку в платье фиолетового цвета, расшитого диковинными цветами. Деревянные сабо выстукивали ведомую только им мелодию. Алан не замечал, куда они идут, не запоминал дорогу, не думал ни о чём. Он видел лишь её- девушку, спасшую ему жизнь; девушку, полную загадок и противоречий. И когда она внезапно остановилась перед огромным камнем, он чуть не сбил её с ног. - Прости, я шалый. - Не шалый, а шальной,- поправила Лиатрис, невольно улыбнувшись,- и потом, еже ли бы ты был шалым, хлопот с тобой было бы ещё боле. Он кивнул и принялся помогать Лиатрис, освобождая глыбу от мха и цветущих лиан. Вскоре он заметил знакомую ручку и потянул её на себя. Дверь не тронулась с места. - Вот же торопыжка-то!- Лиатрис повела ладонями, рисуя вспыхивающие странные узоры, похожие на буквы. Кудесница что-то зашептала, наклонившись к ручке. И дверь сама собой распахнулась перед ними. - Ну всё. Можешь идти. Скатерть тебе дорожкой. Алан шагнул на порог и обернулся. Лиатрис грустно улыбнулась. - Не медли. Уходи. Но он не спешил. Сердце застучало гулко, точно кто-то невидимый внутри него бил в бубен и кружил в ритуальном камлании. Алан отчётливо слышал женский голос, поющий на незнакомом языке. Он чувствовал, как возвращаются его волшебные силы и наслаждался этим мигом, наполняясь магией, точно кувшин, поставленный под бурный дождь после засухи. - Алан, дружбан, наконец-то я тебя нашёл!- услышали стоящие друг против друга маг и кудесница. Оранжевый мышонок прошмыгнул из тёмного туннеля и дверь с жалобным скрипом захлопнулась, больно приложившись Алану по спине. - Персихвостик, но как?- только и успел промолвить Алан, прежде чем оранжевый приятель запрыгнул к нему на руки и доверчиво обхватил за шею, умильно запищав непонятные словечки, от волнения перебивая сам себя.

Глава 7. Персихвостик.

- Яка мазнава мышь!- Лиатрис протянула руку, чтобы погладить Персихвостика по оранжевой головке.- Но-но-но, никакая я не мазюка! Руки держи при себе, а то покусаю!- замахал он кулачками, надувая щёчки и обернулся к Алану,- Кто эта тётя?- Позвольте вас друг другу представить: Лиатрис- Персихвостик,- Алан вспомнил о правилах приличия и этикета. Любопыство островитянки и её умиление с одной стороны, и глазёнки, смотрящие исподлобья с другой. - Тебя нельзя упускать из виду,- проворчал Персихвостик,- опять какую-то девицу подцепил. - Будет тебе, Перси, не ревнуй,- добродушно улыбаясь, погладил его по носику Алан. - О, так вы- пара?- удивилась Лиатрис. - Что? Да как ты вообще можешь такое думать? Я не зоофил. Я- гетеро,- принялся оправдываться Алан. - Надеюсь, это не заразно. А то, простите, робятки, гуляйте по дорожке скатертью,- она кивнула в сторону камня. - Но он ведь закрылся?- Алан пощупал застывший портал, но не то что дверь, даже ручку так и не нашёл. - Да,- Лиатрис изобразила печаль и выдохнула затаённую радость. - Главное, что я тебя нашёл,- повторил Персихвостик, преданно вглядываясь в глаза друга. - Это конечно очень хорошо, что ты здесь, Перси, но только у меня одна проблемка…- Алан перешёл на шёпот, но Лиатрис его перебила. - Опосля договорите, некогда мне задерживаться тута. Персик, я рада знакомству. - Ну и иди своей дорогой!- помахал ей лапкой пушистик, и тут же заметил, что Алан пошёл за девушкой,- Эй, зачем? Алан, ты слышал, как она меня назвала? - Ну да, Персик!- Парень сосредоточенно наблюдал за Лиатрис, старательно идя по её следам. - Алан, она меня считает фруктом. Она меня съест,- прошептал ему на ухо Персихвостик. - Что?- Алан приостановился, но тут же прибавил шаг,- Так, знаешь что, параноик, если мы заблудимся, обещаю, я сам тебя съем! Персихвостик открыл от изумления ротик, приглядываясь к Алану, и поспешно юркнул к нему за пазуху и затаился, молитвенно сложив лапки, крепко зажмурившись и беззвучно шевеля губками. А Алан, кажется, этого и не заметил, сосредоточенно следуя за кудесницей. Он старался, как мог, запомнить дорогу от камня. Колючки диковинных пальм, искривлённые, точно в дикой необузданной пляске стволы незнакомых деревьев. А в одном месте он запомнил чистый подарок судьбы для любого следопыта- цветущую арку из лиан. И только в этот миг до Алана наконец-то дошло: да ведь весь их путь и есть знаки, отметины по прямой дороге! Лиатрис торопилась. Она уже поняла, что зло кружит в ритуальном танце вокруг её острова. И где оно затаилось сейчас, не понятно. Быть может, вон там, в тени свисающих лиан, или высоко на пальме, дремлет тенью, чтобы ночью попытаться настигнуть их врасплох и не давая опомниться, напасть диковинной рысью или кем-то старинным, вроде дракона. Тёмный тропический лес никогда прежде не пугал её, но с появлением чужеземца многое изменилось. Она до мурашек чувствовала его взгляд, блуждающий, щекочущий, нежный. Наконец-то они вышли из леса. Бисер росы отражал солнце в огромных папоротниках у реки. На берегу реки Лиатрис остановилась. Алан глянул на Персихвостика. Малыш мирно посапывал носиком, причмокивая во сне. - Какой он миленький, когда спит,- ласково улыбнулась Лиатрис. - Когда спят- все хорошенькие, даже негодники,- подмигнул ей Алан. - Ты про себя?- усмехнулась Лиатрис. Он кивнул: - И про хулиганок тоже. - Не знаю таковских. Никогда не встречала,- она гордо вздёрнула нос выше и сняв сабо, приподняла платье до колен. Алан во второй раз за день полюбовался её ножками и закатал штанины, снял обувь и зашагал след в след по плоским камням, пунктиром создающим переправу.

Пристроив Персихвостика в кресле у камина, Алан пошёл за Лиатрис на кухню. - Ну дома-то можно ж не вместе быть,- она налила взварок в свою кружку, он молча подставил другую. - А что ж поделать, когда ниточка всегда следом за иголочкой?- он отодвинул стул сначала для неё, потом другой для себя. - Ты не ушёл,- она смотрела ему прямо в глаза. - Не ушёл,- согласился он, не отводя первым взгляд. - Отчего не любопытствуешь, когда можно в другой раз открыть дверь? - А я не любопытный. - Да не уж-то? - Ну да. - Я могу долго не мигать. - Я тоже. - Алан? - Да, Лиатрис. - Помнишь, про рысь спрашивал? - Помню. - Скажи, а как она выглядит? - Большая кошка. Здоровая такая. Любит спать на деревьях, а что? - Да ни чё. Простой антерес, не боле. - Погоди, красотка, а что это мы тут сидим? - Отдыхаем, а чаво, ты против? - Ага, отдыхаем, значит. А кто говорил про кучу дел? - Не знаю, кто,- Лиатрис задумалась,- ты, наверно. - Ну какая может быть куча дел у гостя?- улыбнулся Алан. - Так ты ж это… Ну как ево? А, вспомнила. Ты ж несвежий гость. - Псс-псс, Алан,- пропищал Персихвостик. - О, смотрите, кто проснулся после сиесты! Как спалось на новом месте? Невесты не снились?- Алан подхватил оранжевого друга на руки. - Что? Да у тебя одни девчонки на уме! Ты хоть слышишь,- Персихвостик вскарабкался к его уху и зашептал, жестикулируя лапками,- она, эта твоя, Лира, сказала, что ты несвежий гость. - Ну сказала, и что?- Алан наблюдал, как Лиатрис принялась что-то готовить из фруктов. - А то, что с несвежим разговор короткий: бац! И на съеденье диким зверям отправит! - Ага, или кошкам,- дополнила Лиатрис. - Ой, она всё слышала!- испугался Персихвостик. - Будет тоби напраслину-то на меня возводить,- девушка подошла к ним и протянула Персихвостику раскрытую ладонь,- мир? Оранжевый пухлик недоверчиво рассматривал лицо кудесницы, сосредоточенно перебегая взглядом от глаз к губам, а затем к предложенной руке. - Мир.- он вложил свою малышковую лапку и впервые улыбнулся,- Ой, Алан, а она почти как Листья. Только ещё добрее. Принюхался, поводя носиком по воздуху: - А что ты готовишь? - Фрутозо печиво. - А из чего это? - Из фруктов, масла, муки. И, внимай, Алан, одного яйца! Парень улыбнулся. - Интересно, как скоро ты забудешь мой казус? - На память я ещё не жалуюсь, так что не забуду,- Лиатрис ловко смешивала ингредиенты, а Персихвостик, вызвавшийся ей помогать, больше мешал, копошась у рук, пытаясь быть полезным. И Алан впервые за долгое время ощутил душевный покой и даже какое-то умиротворение. « Такой и должна быть моя жизнь. Ничего лишнего. А магия? Да ну и её к псу! Главное, они рядом, а остальное и не важно!»

Глава 8. Задушевные разговоры.

Алан с улыбкой наблюдал за Лиатрис и её су-шефом Персихвостиком.- Тесто сейчас убежит, Лира!- пискляво завопил пушистик.- Спакуньки, Персик! Стой на страже, я ща подмогну,- Лиатрис закончила взбивать масляный крем и поспешила на выручку Персихвостику, из последних сил сдерживающему полотенце на рыхлой шапке будущего пирога. Девичьи руки ловко свернули тесто несколько раз вовнутрь и су-шеф выдохнул, вытирая лапкой испарину на лбу. - Уф! Успели. - Отчего ж не успеть? Персик, скажи, а Алан часто готовит?- Лиатрис подмигнула парню и принялась раскатывать тонкий пласт. - Редко,- Персихвостик наморщил лобик и зашевелил ушками,- очень редко. В основном перепоручает готовку Дуняше. - Это его невеста?- Лиатрис посильнее надавила на скалку и тут же катнула пару раз помягче. - Дуняша- это такая коробочка, которая помогает по дому,- пояснил Персихвостик. - Кстати, как дела дома?- вспомнил Алан,- Как там ребята? - Да хорошо всё. Меня вот на поиски твои отправили. Переживают, волнуются они,- Персихвостик вдруг посерьёзнел. Он хотел ещё что-то сказать, но передумал, лишь многозначительно молча перевёл взгляд на Лиатрис. - Алан, а что ж ты магию не применил, когда дверь открылась?- спросил малышок. - Магию?- скалка из рук Лиатрис покатилась по столу, грозя упасть, но су-шеф резво обежал раскатанный круг и поймал уже зависшую над столом скалку. - Так значит, ты- маг?- пытливый взгляд кудесницы точно насквозь сканировал Алана. - Был,- выдохнул парень,- но стоило мне прийти сюда, как все силы опали и остались на пороге. - Значит, мне не показалось… - Показалось, что? - А, топере уж и не важно. Ты мне не помощник,- Лиатрис грустно отвела взгляд. - Погодите, ну есть же разные способы вернуть магию? Заговоры там, предметы, места заговорённые,- Персихвостик побежал по столу к Алану, оставляя мучные следы. - Есть,- тем временем хозяйка промаслила противень и выложила тесто,- Персик, помогай выкладывать фрукты, пока я косичку для окаёмки плету. - Есть, шеф!- с довольным видом козырнул пушистик, чувствуя себя участником кулинарного шоу. - В нашей Муравии есть несколько магических мест.- Лиатрис задумчиво посмотрела, как Персихвостик от усердия высунув язычок, аккуратно выкладывает фрукты.- Пустыня Залежа, капище деревни Небаска и мельница Нейко. - А ещё та дверь в твоём лесу,- напомнил Алан. - Та дверь…- Лиатрис выложила деревянной ложкой загустевший крем поверх фруктов,- … та дверь топере не откроется до самого сбора винограда. - Ух ты, виноград!- облизнулся Персихвостик,- Я люблю виноград. - Обязательно первую корзину отдам тоби, Персик!- Лиатрис потрепала его между ушками. Персихвостик запищал от удовольствия. - Алан, наконец-то тебе встретилась достойная женщина. Смотри, не упусти!- Малышок погрозил другу лапкой, сложенной в кулачок. Щёки Лиатрис покраснели, и она, чувствуя это резво схватила противень и засунула его в печку. - А когда бывает этот сбор винограда?- спросил Алан. - Так осенью же,- Лиатрис старалась избегать его взгляда. - А разве в тропиках бывает осень?- удивился парень. Но Лиатрис и Персихвостик намывали посуду в раковине и не услышали его сквозь шум льющейся воды. Алан увидел льняное полотенце на деревянном крючке возле печки и принялся помогать домочадцам. Да, он так их мысленно и окрестил. А как же иначе? Домохозяйка и чадо! - Ну что, робятки, вы молодцы оба! Топере можем пойти до поля. - А у тебя ещё и поля есть?- удивился Алан. - Аж несколько: пшеничка, рожь, овсяница да гречиха. - Алан, какая хозяйка!- восхищённый Персихвостик захлопал лапками. А Лиатрис провела вокруг пушистика ладонью и лёгкое облачко спустилось на Персихвостика, обернувшись точной копией рубашки Алана, только уменьшенной до размеров пушистика. - Спасиб, Лира, спасиб,- никогда ещё малышок не был настолько довольным.

Солнце на улице было неярким, лёгкий ветерок в такт их шагам поигрывал по листьям пальм. Перебирая в мыслях дни, точно бусины, Алан сбился со счёта. - Лиатрис, а сколько дней я у тебя живу? Девушка остановилась. Перестук сабо прекратился. - Да поди десятка три дён наберётся. - Выходит, до того, как я очнулся, прошёл почти месяц? Лиатрис пожала плечами и пошла дальше. Алан с Персихвостиком, пристроившимся на плече и с дозором обозревавшим окрестности, шли привычно чуть позади провожатой. Молодой маг вновь, в который уж раз, поразился нескорой смене пальм и лиан на более привычные его взгляду берёзки да осинки с рябинками, выстроившиеся рядами вокруг поля. Пшеничные колосья ещё не напряглись от спелости, но уже светлым золотом пробегали волнами по полю. - Как же ты одна-то с таким хозяйством управляешься? - А кто сказал, что я одна?- Лиатрис нагнулась и вырвала с корнем пастушью сумку. - Ах, да! Жених,- Алан ощутил вкус лимона во рту от неприятного слова. - Жених? Какой ещё жених?- Персихвостик упёр передние лапки в бока,- Лира! Мы так не дружим! Немедленно бросай жениха и выбирай Алана. Лиатрис засмеялась и покачала головой. - Персик, ох мил дружок! Жись, она знашь, сложнее сказки. И опосля слов: « Жили и добра наживали» бывает путь-дорога вдаль, а потом возвернётся он и кажет:» Верно меня ждала, невестушка, али нашла кого?» - Так значит, то правда?- Алан почувствовал, точно ему не хватает воздуха.- И женишок вправду есть? - Есть,- кивнула Лиатрис.

Обратный путь шли молча. Кудесница с грустинкой, Алан со злостью, отрывая головки всем встреченным цветам, какие попадались под руку, а Персихвостик всё также сидя на плече друга, то надувал щёчки, то с шумом выпускал воздух и пощёлкивал зубками, распугивая птичек, пролетающих над диковинными чудиками и их кудесницей. На небе набежали облака, но стоило Лиатрис улыбнуться, и ветерок раздул их на все четыре стороны. А дома их ждал… с пылу с жару… фруктовый пирог, или как его назвала Лиатрис фрутозо печиво! И знаете, правду говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. А в нашем случае были аж два молодых парня. Да ещё и хорошенечко нагулявших аппетит! - Вкуснотища-то какая!- радовался Персихвостик, уминая второй кусок печива,- Лира, а твой этот жених, он каков сам? - Высокий, темноволосый, с добрыми глазами. А что? - Да я не про внешность.- махнул лапкой пушистик,- Он как ты, хозяйственный? - Ага. - Алан, прости,- Персихвостик прижал лапки к груди,- Я выбираю их. - Предатель! За кусок пирога продался, Иуда!- Алан заметил смешинку в глазках проказника и решил поддержать игру. - За два куска,- важно поднял коготок Персихвостик. Лиатрис засмеялась, глядя на чудиков. Да, мысленно она назвала их так. Она слишком хорошо знала значение слов: ложь, обман и предательство. И ярмарочное веселье, пришедшее в её жизнь вместе с чужеземцами, радовало девушку до того, что хотелось пуститься в ляс или накудесить хорошую погоду и бесконечное лето. Да, она всё это могла легко сотворить. Но зачем? Пусть сменяют друг друга времена года на острове, который Лиатрис создала под себя.

Глава 9. Вечерние посиделки.

Персихвостик в восхищении разглядывал Малю. Круторогая рыжая корова стояла низеньких крепких ногах во дворе и молоко тонкими струйками выплёскивалось на сено под её ногами.- Так вот откуда молоко в пакетах!Лиатрис в недоумении пожала плечами и покрепче перевязала съехавший платок вокруг волос, села на скамеечку и принялась доить Малю в блестящее ведро. Алан тем временем вылил размоченные зёрна вперемежку с морковью и свеклой, которые хозяйка заранее подготовила в бытовке за стенкой. Он сам вызвался помогать и поймал не один благодарный взгляд Мали. Лиатрис же сосредоточенно продолжала доить корову. Дарик вилял хвостом и терпеливо ожидал дежурную миску парного молочка. - Алан, будь ласков, сходи до колодца,- сказала девушка, заметив, что добровольный помощник притащил заготовленную ранее воду в кадку. Парень с улыбкой кивнул головой и поспешил к выходу, но тут же обернулся к Лиатрис. - А где колодец? - Ах, ты ж передых! Ну погодь, я покажу чуток попозжае.

Бревенчатый колодец с бочонком вместо колеса и с деревянным ведром на кручёной верёвке Алану самостоятельно пришлось искать бы долго среди стен из лиан, сплетающихся позади дома в дивный дворик. Маг заметил у стены бывший его гамак с домотканым пледом и симпатичной подушкой-думкой. Лиатрис перехватила его взгляд: - Для послеобеденного сна лежанка. Алан начерпал воды в два здоровенных ведра. - Можно?- спросил он девушку, кивнув в сторону гамака. - Отчего ждёшь запрет?- удивилась она. - А вдруг не позволишь?- Алан направил свой взгляд точно в её зрачки и почувствовал, как кареглазка затягивает его, маня парящим коршуном в мир, где взгляды решают всё. А Персихвостик тем временем и безо всякого разрешения уже валялся в гамаке: - Чур, я тут спать буду! - А вот и не будешь!- строгим дуэтом ответили Алан и Лиатрис и переглянулись. - Дело к вечору, а там, глядишь, и ночь близко,- лиатрис подошла и села с ним рядом. - И чё? Комары заедят?- усмехнулся Персихвостик. - Да не. Тут, дружок, кое-кто посерьёзней будет,- вздохнул Алан и подхватив вёдра, резво потащил их в бытовку. Персихвостик аж привстал и прикоснулся к платью кудесницы: - Лира, скажи хоть ты, а то Алан всегда был горазд наводить тень на плетень, скажи, дикие звери повадились шастать? Лиатрис бережно погладила его по макушке между ушками: - Персик, ты на удивление смекалист, аж странно, как вы с Аланом можете быть роднёй? - Да какая мы родня?- фыркнул Персихвостик,- Так, знакомые. - И даже не друзья?- удивился Алан, вернувшийся из бытовки. - Нет, друзья,- Персихвостик похлопал по гамаку с другой стороны. Алан улыбнулся и сел. Ласковые солнечные лучи дарили тепло перед закатом. На смену дневным пичуждау прилетели соловьи. - Это я придумал, что соловьи вечерами поют,- вдруг сказал Алан. - Ой, врёшь!- Лиатрис погрозила ему пальцем. - Не, Лира, правда!- Персихвостик лежал довольный меж ими и прикрыл глазки, благодарный за каждую мелочь. Он задремал и Алану пришлось вновь нести его в дом.

После волнительного дня уснули они быстро, а проснулись и того быстрее от привычного уже для Алана и Лиатрис перетопота по крыше. - Ого, у вас тут что, слоны по ночам бегают?- услышал Алан голос Персихвостика с его кроватки в гостиной. Пушистик оккупировал кресло у камина и теперь с любопытством прислушивался к звукам за стенами и у интересом наблюдал за хозяйкой, появившейся из спальни в льняной рубашке до пяток. - Алан, не притворяйся, ты не спишь!- крикнул Персихвостик. И когда его закадычный приятель появился в гостиной, оранжевый пухлик сказал ему: - А ты видишь? Она- светится!- и показал лапкой на хозяйку. - Ну да, я знаю! Феноменально, правда? - Не то слово! Шедеврально! Лиатрис засмущалась и её свет стал розоватым, точно платьице Барби. Топот усилился. - А вы пытались с ним поговорить? - Нет. - Эх вы, взрослые! А ещё волшебники!- Персихвостик откинул покрывальце и резво засеменил лапками по ковру к выходу. И прежде, чем Лиатрис подбежала к дверям, пушистик ловко снял цепочки и отодвинул шпингалет. Алан преуспел больше: он выбежал на улицу вслед за приятелем. Прямо на мраморных ступеньках стояла чёрная, точно тень, рысь. Её продолговатые глаза смотрели с надеждой и упрёком. Этот взгляд невозможно было не узнать. Бывает так, что вместо тысячи слов говорят глаза. - Дуняша?- спросил Персихвостик. Рысь кивнула молча и мгновенно преобразилась, став рыжей кошкой. - Эх, жаль твой словарный запас!- Алан протянул к ней руку и острые когти мощных лап сжали его до опасного хруста костей.

Глава 10. Вечерок.

Алан в кресле -качалке на веранде среди цветов недоверчиво поглядывал на рысь, восседающую в соседнем кресле.- Дуняша, как же так? У меня просто в голове не укладывается.Но голосовая помощница молчала. - Топере понятно, почему ты ночами вкруг нас шастала,- Лиатрис вышла из дома с нехилой миской молока поставила её на столик. Дуняша -рысь благодарно кивнула, облизнулась и принялась интеллигентно лакать, высунув ярко- розовый язык. Девушка потрепала её между ушек, рысь довольно замурлыкала. И Алан с удивлением узнал:"Пусть всегда будет солнце." Лиатрис тем временем ушла обратно в дом. - Да, а днём дрыхла на пальмах, под заряжалась от солнышка, хитрюга!- Персихвостик ревниво посмотрел, как Дуняша -рысь уничтожает молочные запасы. Лиатрис вернулась не с пустыми руками и поставила перед пушистиком тоже миску, только размером поменьше. - Ну что, одной загадкой меньше?- Алан поднялся с кресла и подошёл к Лиатрис,- Глядя на деточек, мне и самому захотелось покушать. "Деточки" дружно ухмыльнулись и продолжили трапезу. -Так пошли на кухню,- предложила Лиатрис.

Как вспомню - так и вздрогну,- Алан наблюдал, как кудесница выставила на стол из печки горшок с тушёным луком. - Неужели? Целый горшок лука? Чтобы жизнь мёдом не казалась?- скривился Алан. Хозяйка рассмеялась: - А глико, чё под ним- то,- она приподняла ложкой горку и Алан увидел куски говядины. Лиатрис умело вмешала в тушёнку две ложки густого сливового повидло из стоящего на полочке сиреневого глиняного горшочка. -Это похоже на рагу жены крестьянина. Наконец -то знакомое блюдо. Пусть и шведское,- обрадовался Алан. Лиатрис добавила сок лимона, щепоть тмина и немного паприки. Хорошенько перемешала и достала холщёвый мешочек. - Секретный ингредиент?- прошептал Алан. Лиатрис таинственно улыбнулась: - Вряд ли у твоей жены крестьянина есть такое! - И вовсе она не моя, а совсем незнакомая тётя!- развеселился Алан и принюхался к таинственному аромату из мешочка,- Имбирь? - Ага, крошка от пряничков. - А я думал, пыльца фей! - Слишком жирно будет в гуляш со швестками ещё и магию добавлять,- хозяйка поставила горшок обратно в печь,- пускай пока по томится, а мы на огород сходим. - А у нас ещё и огород есть?- Алану вовсе не хотелось покидать уютную, пахнущую по- домашнему кухню. - Много чего есть,- хозяйка прихватила корзинку. - Звучит интригующе,- поиграл бровями парень. Лиатрис не удержалась и показала ему язык. - За что?- нахмурился Алан. - А за то, чё не понимаешь, умник-неразумник!

Ровные рядки овощей и духмяных травок с деловито снующими пчёлками над цветущими растениями и аккуратными облачками, заботливо поливающими грядки. - А вот и магия!- обрадовался Алан. Лиатрис указала на сиреневые цветочки: - Знаешь их? Парень присмотрелся: - Так и тебя зовут. Понимаю, память о маме, да? - Угадал. Завтра салатик из капустки сделаем. А травы тебе доверяю выбрать. Алан прошёлся вдоль грядок. Нарвал петрушки, укропа, руколы, луковой зелени. - Ай, молодца!- похвалила его Лиатрис.

Обратно возвращались улыбаясь и пряча те улыбки друг от друга. - Поберегись!- услышали они голос Персихвостика, восседающего на Дуняше-рыси, с топотом пронёсшейся мимо их. - Эй, детки, вы куда?- крикнул вдогонку Алан. - Да чё ты баттерфляйкаешь- то ? Пускай гуляют!- Лиатрис уверенно открыла перед ним дверь и впервые за несколько дней почувствовала, как страх за будущее отступает в тень.

Глава 11. Кошачье царство.

В ушах гудел ветер, пальмы пролетали мимо. Персихвостик визжал от восторга, а Дуняша-рысь с улыбкой неслась сквозь тропический лес. Казалось, даже солнцу было весело, и оно не спешило на покой. Персихвостик заметил вокруг деревьев туман. Скоро лес закончился, на горизонте показались горы. По крайней мере, для него эти камни были горами. Дуняша-рысь в несколько прыжков забралась на вершину. Малыш пригляделся. Заметил арки среди клочьев развесистых папоротников. Капли росы светились зелёным.- Хочешь сказать, приехали?- пушистик удивлённо озирался по сторонам. Дуняша-рысь кивнула головой и мяукнула. Среди камней началось шевеленье и Персихвостик испытал тихий ужас: роса оказалась глазами. И их хозяйки-кошки, разномастные, большие и маленькие, окружили их со всех сторон. Пухлик почувствовал дрожь каждой шерстинки на своей оранжевой шубке. Зеленоглазки облизывались, разглядывая Персихвостика. Их мягкие лапки переступали, приближаясь к добыче. - Дуняша, скажи им, что я невкусный!- голос пушистика дрожал. Дуняша-рысь хихикнула: - Спакуньки, малыш! - Так ты врунья? А в инструкции к колонке, я сам читал, ну вместе с Аланом, да не важно, как. Ну я же помню, ты не врёшь. - Добрый вечер, подружки! Этот парень- мой друг,- Дуняша-рысь обвела кошечек царственным взглядом,- его имя- Персихвостик. Кошки замяукали на разные голоса, приветствуя малыша. Он улыбнулся, встал повыше между ушами Дуняши-рыси и помахал лапками, изображая сердце. - Привет вам, девочки! Дуняша-рысь улыбнулась: - Ну что, кто самый смелый с нами гулять по острову? Кошки ответили дружно: - Мяу! - Персихвостик, спустись пониже, а то свалишься!- посоветовала другу Дуняша-рысь. - Хорошо!- малышок спрыгнул пониже, цепко хватаясь за шерсть на спине рыси. И вновь звенящий ветер в ушах, а на небе луна другого мира и незнакомые звёзды. Ночные птицы испуганно прятались среди пальм, а неугомонные кошки неслись шурша лапками. Брызги горной речки пролетели освежая мордочку Персихвостика, а Дуняша-рысь неслась дальше.

Алан дождался, когда за дверью стихли её шаги и сел на кровати, приказывая себе не спать. Он знал, что в эту ночь кошмаров не предвидится, так что можно просто немного подождать и пойти выяснять тайну опочивальни Лиатрис. Да, он знал, что девушка может спать чутко и неминуемо накажет его за любопытство, но незнание и неизвестность крутили своё неумолчное колесо мозговых шестерёнок, не давая ему спать. За окном лёгкий ветерок донёс мяуканье множества кошек. Алан улыбнулся. Значит, Дуняша и Персихвостик где-то рядом. Он ещё подумал, а может стоит тоже выйти из дома и попытаться найти потешную парочку, но тут же покачал головой. В другой раз. Алан подождал ещё и осторожно ступая босиком по коврику, открыл дверь в гостиную. Его встретила темнота. Ну конечно. Детей ведь в доме нет. Придётся двигаться ощупью, ведя руками по каждому предмету. Только бы ничего не разбить! И самому не упасть! Алан крадучись дошёл до двери, но вместо ручки нащупал занавеску. В темноте он повернул не в ту сторону и оказался на пороге кухни. И тут ему пришла в голову гениальная по простоте идея. Сходить на кухню, взять что-нибудь перекусить, а на обратном пути «случайно» зайти в спальню хозяйки.

На столе еды не оказалось, но в миске у печки лежали овощи. Ну и пусть немытые! Алан был уверен в чистоте местных продуктов и взял наугад, не разглядывая, какой-то первый попавшийся овощ и пошёл в гостиную. Глаза уже попривыкли к темноте и он заметил белеющую дверь спальни. Выставив руки вперёд, точно лунатик из старого фильма, Алан уверенно пошёл вперёд.

Когда он захватил пальцами ручку и осторожно оттолкнул от себя вовнутрь, мысленно помолился: « Господи, только не скрипи!». И задержал дыхание. Сердце застучало в горле, нажимая на язык и зубы. Он чувствовал, как ещё шаг, и упадёт, теряя сознание. Щёки заболели от напряжения, а руки и ноги онемели, точно ватные. Алан почувствовал себя пригвождённой к полу марионеткой. Он заглянул в спальню и поискал взглядом Лиатрис. Засохший паук всё так же висел, опустив страшные щупальца с кусками паутины над кроватью. - Заблудився?- услышал он голос девушки за спиной. Алан закашлялся и почувствовал, как из пальцев что-то выскользнуло и покатилось по полу. - Да… да вот… на кухню… кухню за перекусом ходил,- он нагнулся, неловко шаря руками в поисках неизвестно чего. - Посветить?- Лиатрис включилась в поиски в прямом и переносном смысле. Парень заметил вышитую ночнушку до босых пят и засмущался. Её свечение лучиком пробежало по полу и Алан увидел луковицу. - О, вот она где!- всё ещё дрожащими руками он схватился за корнеплод. - Мне казалось, ты тот ешшо сладкоежка?- удивилась хозяйка. - Так-то да, только иногда люблю луковку заточить! Под её пристальным взглядом Алан принялся поедать лук. Из глаз брызнули слёзы, но он ел, боясь расколоться при нежелании отведать овощ. Мысленно он поколотил себя по щекам, попытался представить себе, что во рту сладко- сладко. И на удивление, самовнушение подействовало! - Спокойной ночи, Алан!- девушка кивнула в сторону его спальни. - Доброй ночи, Лиатрис!- он с трудом сложил губы в жалкое подобие улыбки и тяжело дыша, скрылся у себя, прислонившись спиной к двери. - Идиот!- он отвесил себе крепкую пощёчину,- хорошо, что не горький перец выбрал!

А Лиатрис вышла из дома, предварительно заперев спальню на крепкий замок и вернулась на задний дворик и запрыгнула в гамак. Она улыбнулась, глядя на тихие подмигивающие звёзды. - Хорошо, не горький перец выбрал!- закрыла глаза. Мяуканье множества кошек пронеслось недалече. - Дуняша, а слабо прыгнуть через водопад?- кричал бесстрашный Персихвостик. И Лиатрис услышала плеск и радостный визг пушистика. Она улыбнулась и уснула, чувствуя, как на её свет слетаются все светлячки острова.

Глава 12. Горошинки дня.

Жить просто. Если жить без особых претензий, не ждать чудес да подарков от судьбы, богов или ближних. Так решил Алан.- Горька робота, да хлеб сладок,- так сказала Лиатрис, когда он предложил ей помощь.- Ты спасла меня. Я помогу тебе. Лёгкий завтрак из салата и лепёшек ждал его на столике террасы. Всё просто. Кроме одного нюанса. Почему Дуняша-рысь напала на него? Алан задал вопрос, но умница похлопала глазками и не ответила, завалившись после завтрака спать в кресле. - Кажется, она потеряла дар речи,- понял Алан, а Персихвостик увлечённо разглядывал узор на тарелке, не выдав секрет подружки. После бессонной ночи малыш откровенно зевал и также уклался на соседнем кресле. Лиатрис укутала его своей шалью. - Алан, а может сходим за рыбой на ричку? - У меня есть идея сделать удочку,- парень показал на бамбуковую палку,- если у тебя найдётся старая булавка и немного теста для прикорма. Она быстро сообразила, что он делает. - Раз так, сам лови, а я до полей пройдусь,- Лиатрис в соломенной шляпе выглядела дачницей, а не кудесницей. - Лиатрис,- окликнул её он,- мне многие вопросы не дают покоя. Но может, хоть на один ты ответишь? Зачем тратить время на труд, когда тебе дано волшебство? Солнечные лучи пробежали по её улыбке. - Кому много дано- с того и спрос боле. А сил ведь много-то не бывает. Тратить на мелочи- легко. Разменять по монетке- ещё прошше. А ты попробуй- впрок накопи, да потом сменяй по-крупному! Алан кивнул: - Понял. Я всё понял. Жил неправильно, других обижал. Вот и счёт получил. Дуняша-рысь приоткрыла глаз и тут же закрыла. Персихвостик захрапел по-взрослому.

Лиатрис ушла по тропинке, а Алан уже по знакомой дорожке с ведёрком и удочкой спустился к горной речке. Он закатал штаны до подколенок и насадил кусочек теста на крючок и закинул нить на средину реки. Алан сел на берегу. Мир показался ему гигантским стручком, наполненным горошинками радости, простыми и понятными. Он запел песенку о рыбалке. И то ли в этот раз не фальшивил, и оттого целый косяк приплыл послушать, но он быстро натаскал целое ведро форели и решил прогуляться в лес. Освежить, так сказать, в памяти пут до двери. Сбегал домой и оставил ведёрко с уловом на столике у печки, а сам пошёл по заметкам среди пальм. Говорят, если идти по прямой- не заблудишься. « Ну-ну, сейчас проверим,»- пробормотал Алан и уверенно пошёл, раздвигая выросшие за сутки лианы. Шорохи незнакомого леса, птичьи голоса, прыгающие по веткам ускользающие от глаз животные-невидимки. В прошлый раз он не заметил никого или дички только сегодня заприметили чужака.

Парень нашёл дверь, нащупал ручку и подёргал на себя. Даже не скрипнула. Заперта изнутри ли снаружи? Алан обошёл мшистый камень вокруг, шаря руками сверху до низу и обнаружил здоровенный ключ. Попытался вставить в замочную скважину. Странно, не подходит. Повертел кованую штуковину в руках. Увесистый, точно гиря. Пожалуй, для самозащиты подойдёт. Попытался снова открыть с его помощью дверь. Нет, бесполезно. Решил взять с собой и показать Лиатрис. Где нашёл? Да так, шёл-шёл и нашёл. На дороге, в реке, на дереве. Раньше врать было легче, а сейчас как-будто кто-то поиздевался над магом, лишив его всех умений разом. А лес шуршал, перешёптывался, глядя на чужака. Сверкнули с пальмы чьи-то глаза, оскалились зубы. У Алана мороз пробежал по коже, холодя до пота. Какое-то беспокойство переполнило стручок горошин. Точно кто толкал в спину, прогоняя его прочь из тишайшей обители. Дорога в обратную сторону была уже знакома и даже привычна. Алан остановился, перехватывая кованую находку поудобней, и здоровенная шишка прилетела с пальмы точнёхонько ему в лоб! - Эй, что за дела?- возмущённо крикнул он и подбросил сувенир обратно. В следующие несколько секунд великое множество шишек посыпалось на него. Точно невидимые партизаны открыли бомбардировку по бедолаге-чужеземцу, за каким-то неведомым делом забрёдшим в их заповедный лес. Лавина еловых шишек очень быстро скрыла Алана, вынудив его присесть на корточки, и превратив в здоровенную кучу под пальмой. - Вот блин,- послышалось из её глубин. Напрасной была попытка выбраться, даже просто шевелиться получалось с трудом. - Эй вы! Не шутите со мной,- крикнул он и почувствовал приторный запах хвойной смолы, стекающий по твердеющим плотным шишкам.

Глава 13. Смоляное чудо.

Лиатрис вернулась домой и обнаружила Персихвостика и Дуняшу-рысь на кухне. Неугомонная парочка сосредоточенно разделывала утренний улов Алана, ловко орудуя когтями и ножами.- Лира!- обрадовался пушистик, бросаясь девушке на шею,- А мы уж решили, вы нас бросили!- Да разве ж можно содеять зло над такими милыми робятками7- удивилась Лиатрис и сморщила нос ( от Персихвостика невыносимо пахло рыбой). - А мы вот с Дуняшей помогаем тебе,- гордо выпятив грудь, пухлик вернулся к ведёрку. Аккуратно почищенные рыбины лежали на промасленном противне. - Молодцы! Осталось токо укропчиком присыпать да лимончик добавить!- похвалила их хозяйка,- А где же сам рыбак? Лиатрис посмотрела на Персихвостика. Тот пожал плечами. - Не знаю. Мы проснулись и пошли на кухню. А его только утром видели. Подумали, к тебе ушёл или спит где. - Лады. Сечас рыбку поставим в печку, а сами пойдём его искать. Только вот что, вы бы сначала в купальню сходили. - Зачем это?- удивлённый Персихвостик выпучил глазёнки. - А чтобы другие рыбы запах не учуяли,- пояснила хозяйка. Малыш и его подружка спорить не стали, а безропотно отправились куда велено.

Чуть позже вся честна компания отправилась на поиски Алана. - Персик, что скажешь? Где он?- спросила Лиатрис, когда не обнаружила парня у реки.- Трава смята. А где ж рыбачок? - Если бы я был Аланом,- Персихвостик, восседая на спине Дуняши-рыси, глубокомысленно потёр подбородок,- я бы в лес пошёл. Да, точно, к той двери. - Но зачем? Говорено ж, что не откроется она счас!- Лиатрис перешла по камням и Дуняша-рысь последовала за ней. - Ты плохо знаешь Алана. Он недоверчивый упрямец. Лиатрис покачала головой: - Ой, характерок-то у ево, ой! - И не говори!- вздохнул Персихвостик,- Нам ли не знать!

Шорохи пронеслись по пальмам, точно несколько ветров разом торопились улететь подальше. Лиатрис повела руками по стволам, задумчиво разглядывая каждое встречное дерево. - Алан!- закричал Персихвостик и прислушался, поводя ушками. Но увы, ответа не было. Кудесница присмотрелась к следам. - Туда он проходил здеся. А обратно не был. Они двинулись вперёд. - Алан!- снова позвал Персихвостик и слабый стон сдавленно отозвался издали,- Бежим! Он где-то здесь! Пухлик вглядывался в просветы среди пальм и подгонял Дуняшу-рысь,- Ну же, подруга, он где-то тут, ищи! Но вот уж и знакомый камень, а Алана они так и не нашли! - Да что ж это такое?- возмущённо топнул Персихвостик,- Алан! Ты зачем с нами в прятки играешь? Позади они снова услышали стон, обернулись.

Перед ними лежала огромная куча мусора из еловых шишек и пальмовых листьев. И она стонала. - Кто ты такое? И куда подевала нашего Алана? Ты его слопала?- Персихвостик спрыгнул на землю и теперь носился вокруг, порываясь напасть, вооружившись ножиком, выхваченным из-за пояса. - Персик, не суйся туды. Я чую запашину смоляную,- подхватила его на руки Лиатрис. - Я! Это я!- послышалось из глубин кучи. - Я! Послушай, если ты хороший, так скажи, не видал ли ты симпатявого блондина с глазами цвета болотины?- спросил Персихвостик. Дуняша- рысь тем временем принюхивалась, осторожно отрывая зубами верхние листья с кучи. - Персихвостик, это я- Алан! Вызволи меня, прошу, позови Лиатрис, она поможет. Тьфу! Апчхи! - Приятственно, ковда верят в тоби!- улыбнулась Лиатрис и закатав рукава вышиванки, покрутила вокруг руками. Поднялся вихрь из листьев и шишек, этакий мини-ураган. И вот, когда мусор опал на землю, они увидели Алана, неудобно сидящего на корточках. - Чисто лесовик!- Всплеснула руками кудесница. - На бомжа больше похож,- надул щёчки Персихвостик. - Пойдём домой, горе луковое,- предложила Лиатрис.

Когда Алан в тёплом пушистом халате вышел из купальни, друзей он нашёл на террасе. Там на жёлтой скатерти стола, сервированного оранжевой посудой, красовалась форель с зеленью и лимоном под диковинным соусом. - Сначала кушай- потом сказку слушай,- улыбнулась девушка, заметив, как он облизнулся. От Алана всё ещё исходил смоляной амбре, но уже с приятными нотками мыла. - Вкусно! А что за соус? - Сливочный, с чесночком. А готовили рыбку робятки, пока кое-кто прохлаждавсе в лесу,- едко скривив губы, сказала Лиатрис. Алан обвёл друзей взглядом. - Простите меня. Я больше не буду в самоволку сбегать,- шмыгнул носом парень. В глазах его блеснули слёзы. - Да ладно, братуха, проехали,- Персихвостик хлопнул его лапкой по спине. Алан закашлялся. Лиатрис подала ему кружку морса. - Видать, ты кого-то шибко разозлил, чё оне этак над тоби пошутковали? Сам-то подумай: ну откель шишки еловые на пальмах?

Алан скорбно сложил бровки домиками. И тут он вспомнил! Вскочил со стула и убежал в дом. Но вернулся быстрей, чем по нему успели соскучиться. В его руках был увесистый кованый ключ. - Не знаешь, отчего он может быть? Лиатрис ахнула в волнении приняв находку из рук в руки.

Глава 14. Ядвижка.

От Алана не ускользнула реакция кудесницы на ключ. Грубая ковка, по изгибам которой она провела пальцами, точно пожимая руку старинному другу, вернувшемуся из дальних странствий.- И?- не выдержал Алан.- Спасибо,- девушка деловито спрятала ключ в карман юбки. - А отчего он? Она внимательно посмотрела ему в глаза и молча покачала головой. - Лиатрис, что за тайны?- насупил он брови. - Эти тайнички не твои. От удивления он открыл рот. - Согласен. Не вопрос,- поднял руки вверх,- прошу прощения. Проехали. « Слишком быстро сдался. Не похоже на него,»- мысленно заметил Персихвостик. Однако Алан быстро переключил внимание на другие проблемы. - А как там твои поля? - Колосятся, пахнут скорым урожаем,- улыбнулась девушка. - Чудесные новости!- Весело сказал он,- А может, завтра и меня с собой возьмёшь? - Можно,- согласно кивнула хозяйка. Он хлопнул в ладоши: - Что ж, дело к вечеру. Пойду-ка я снова на речку. - Зачем?- удивились Персихвостик и Лиатрис, а Дуняша-рысь показала непонимание глазами. Алан засмеялся. - Видели бы вы себя! Чего всполошились-то? Не бойтесь, я в лес больше ни ногой. Извини, Лиатрс, но я уверен, это какие-то зверюшки-проказники. Кто знает, что они ещё учудить могут? Я пережил бомбардировку шишками, но запасливые партизаны на многое способны, уверен. Так что, дальше реки я сегодня не пойду. Вот так-то. - На всякий случай я с тобой,- предложил Персихвостик. Алан задумчиво посмотрел на пушистика. Когда-то давно он спас пухлика, а теперь, видимо его черёд настал. Дуняша-рысь осталась в кресле, а Лиатрис пошла навестить Малю и Дарика.

Солнце неспешно скользило по камышам. - Люблю лето! Белые ночи, красивые закаты, уютные дни!- Алан подмигнул Персихвостику, закатал штанины и ступил в воду. - Только за буйки не заплывай!- молитвенно сложил лапки малыш. - Разве у неё тут есть буйки? Шутник! - А что, нет?- Персихвостик приставил лапку козырьком над глазками, озираясь по сторонам,- Нет. Ну тогда просто не плавай. Кто знает, какие тут крокодилы водятся? - Ещё змей вспомни,- Алан пристально всмотрелся в каменистое дно и нагнулся, цепко выхватив кого-то из воды. Брызги бисером полетели вокруг и Персихвостик утёрся лапкой. Алан вышел на берег, таща извивающуюся русалку. Зелёные волосы разметались по плечам, дельфиний хвост шлёпал Алана куда попало, девушка пыталась отбиться, молотя его кулачками и рыча глубоким, неряшливым голосом разбитной алкоголички. - А ну, верни меня на место, где взял! Якорь те в зад, пиратко сабля в нос! - Буйная!- рассмеялся Алан,- Ух, люблю таких! Девушка надула пухлые щёчки и рыбьи губки мощно плюнули белой пеной прямо ему в лицо. - А вот это ты зря!- парень ловко скрутил буйствующей руки за спиной. - Прокляну! Ух, как я тебя прокляну!- сузила она зелёные очи свои, обрамлённые длиннющими ресницами. - Да успокойся ты, рыбка моя!- ласково подмигнул ей блондин. - Ишь ты, какой донжуанистый парнишка!- русалка, видимо выбилась из сил и решила сменить тактику, начав старательно ластиться к поймавшему её парню. - Сирена ты муравская! - Ох, красиво сказал. А ну ещё похвали меня,- русалка, подавшись вперёд попыталась его поцеловать, но промазала мимо губ и уткнулась в плечо. Алан тем временем свободной рукой вытащил лёску из удочки, оставленной им ещё по утру и связал добычу, не забыв прикрутить к шаловливым ручкам ещё и хвост. - Что-то я раньше тебя в наших краях не встречала. Ты чьих будешь?- она всё ещё тяжело дышала. - Чужак я, мимо проходил,- Алан тоже запыхался и тяжело упал рядом с ней. - Вот и шёл бы дальше мимо! Зачем девушку после вечеринки побеспокоил? Я тут, понимаешь, в тишине сплю, а ты хватаешь, куда-то тащишь! Компенсируй беспокойство немедля! - И чем же?- усмехнулся Алан. - Ну,- она оценивающе скользнула по нему взглядом,- судя по одёжке… ты бедняк, но не альфонс, по манерам не привык к отказам, значит, не так уж и прост. И одёжка на тебе с чужого плеча. - Гадалка ты знатная, но будет лапшу-то развешивать. Мне помощь твоя русалочья нужна. - Ишь ты,- взвизгнула русалка,- Ишь ты, мой золотой, Ядвижка за просто так малознакомым парнишкам, да ещё в компании с зубастиком,- она зыркнула в сторону Персихвостика,- не помогает. - Так в чём же дело, Ядвижка, давай знакомиться? Меня Алан зовут, и я магом был, притом сильным магом, пока в этот мир не попал. Заглянул, так сказать, по ошибке, да и застрял. - Ах, бедолага,- жалостливо, со слезами на глазах посмотрела на него русалка. - И не говори. Тяжко быть простым человеком. Чувствую себя меньше муравья. Всяк обидеть может. - Чем смогу- помогу. - Уж помоги, сделай милость, красавица! - Ядвижка,- услышали они знакомый голос из-за пальм, и в следующий миг увидели приближающихся Лиатрис и Дуняшу-рысь. - Лиатрис,- русалка задрожала и сделала попытку скатиться в речку. - Так вы знакомы? Хотя, чему я удивляюсь,- Алан подвинул Ядвижку обратно. - Хамовитая пропойца,- скривив губы, улыбнулась Лиатрис. - Наша противная скромница,- парировала Ядвижка. - Алан, не верь ни единому её слову,- посоветовала хозяйка острова. - Алан, малыш, она мне завидует. Эта сушёная вобла упустила жениха и теперь зла на весь белый свет!- засмеялась русалка,- Да и этого тоже упустишь. Вся в мать. - Ядвижка, я запрещаю тоби говорить про мою семью и не смей здеся появляться. Проваливай!- Лиатрис махнула рукой, лёска опала и русалка, точно кто её подтолкнул, скатилась обратно в речку. Она пыталась что-то кричать, держаться у берега, хватаясь за камыши, водоросли, даже камни, но горная речка Костка вдруг пошла волнами и легко подкинув Ядвижку, унесла её вдаль.

- Ну и зачем?- спросил Алан Лиатрис. - А затем. Ты эту змеюку первый раз увидел и тут же поверил. А она ведь с пиратами якшается, корабли торговые топит. И много такого творит, об чём лучше и не знай. Понял?- Лиатрис гневно махала руками, наступая на него до тех пор, пока не прижала отступающего под её натиском Алана к пальме. - Ух ты!- Он поднял руки,- сдаюсь! И впредь всегда у тебя разрешения о девушках спрашивать буду. Его ироничный тон вывел Лиатрис из себя. И прежде, чем она осознала, что делает, её ладонь коснулась его щеки, оставив красные отпечатки каждого пальца. От удивления парень открыл рот и попытался поймать обидчицу, но тщетно. Девушка исчезла, оставив после себя лёгкий ветерок с ароматом свежеиспечённого пирога. - Вот это да!- Персихвостик покачал головой, подавая другу смотанный клубок лёски,- Тебе бы поучиться пикапу, что ли. Алан хмуро принялся ремонтировать удочку, глядя то на лёску, то на успокаивающуюся речку. - Дуняша, а поедем гулять?- предложил Персихвостик, и получив утвердительный кивок, ловко взобрался на спину подруги,- Да ты не грусти, корефан! Пушистик обернулся к Алану, тщетно пытаясь поймать его взгляд. - Разве не понял? Лира любит тебя. Они ещё чуток помедлили, но Алан никак не отреагировал на психологические измышления друга, и неразлучная парочка умчала в вечереющую росу между пальмами. Алан замер с лёской в реках. - Как это? Да ну, ты шутишь. Он обернулся. По пальмам кто-то прошуршал и прицельно запустил в него еловые шишки, точно снаряды. - Эй, слышишь! Кто бы ты ни был, прекращай!- Алан бросил удочку и побежал по тропинке, прикрывая голову руками. Невидимки попали ему по ягодицам. - Ай! Да ты что? В самом деле! Среди листьев кто-то пискляво захихикал.

Глава 15. Облака.

Вышитый подол оранжевого платья волной пробежал по пушистому облаку. Лиатрис поправила волосы и огляделась по сторонам. В её верном убежище всё было по-прежнему. Лишь ветер напевал в тишине мелодию, услышав которую какой-нибудь музыкант запоминал мотив и наигрывал на улицах столицы Муравии Велоградицы.Лиатрис нарисовала вокруг себя тайные руны. Мягкие, тонкие кружева укутали её, опускаясь на плечи шалью. - Мама называла это релаксом,- произнесла кудесница вслух и удивилась дрожи в голосе. Прозрачные капли с шипением упали на шаль и облачки пара возникли на месте белых узоров. Девушка посмотрела наверх. Но вопреки ожиданиям выше её синело безоблачное небо с зелёными лучами заходящего солнца. По щеке скатилась очередная холодная капля. Слёзы. Её слёзы. Лиатрис встала и закружила по облаку, бойко играя пальцами по воздуху. И вновь вокруг её поднялся спасительный кружевной кокон. Желание стать частью беспечных равнодушных к человеческим бедам и печалям облаков, проплыть над жестокими и злыми эгоистами. А после, когда надоест кружить над ними, стать дождём. Пролиться вниз, каждой капелькой касаясь его, проникая под кожу и наконец-то, пусть совсем ненадолго, но стать частью его. - И тогда он почувствует, как я скучаю, как мне больно,- она прикрыла глаза, раскачиваясь из стороны в сторону,- он побежит прочь из дворца, полетит на конюшню и ловко запрыгнув в седло первого попавшегося коника, пришпорит так, что сметёт все изгороди на пути, не замечая бегущей следом королевы… Он не станет ждать паром, пересядет в лодку и напрягая руки, сам… сам станет грести и грести, ломая лёсла. Они ведь не выдержат и треснут пополам! И он бросится в ричку, торопясь доплыть до меня. А меня нет! Слышишь? Я растворилась в том дожде, в каждой капле его, упавшей на твои щёки! Лиатрис упала на пушистое белое облако и зарыдала в голос. - Я знаю! Знаю, что желать этого неправильно, но Алан… О боги! При чём тут этот блажной?- рыдания перешли в смех,- Да, он веселит меня каждой проделкой, ошибкой, непонятными словечками. А мне так давно одиноко. Кудесница насухо вытерла глаза подолом. - Он точно ребёнок без пригляду. Вот зря я сбежала, оставила его одного. Незнамо чё натворит топере! Она погладила облако вокруг себя, чувствуя, как почти невесомая шаль опадает, тая, а сам «ковёр», на котором Лиатрис парила на приличной высоте над землёй, опустился заметно пониже. - Где он тама?- Она приставила руку козырьком. И точно капитан корабля повела белокрылый парусник к речке Костка, где оставила бедолагу. Но не нашла! Лиатрис прислушалась. Вдали мукала стая кошек и громко визжал Персихвостик: - Девочки!- послышалось басовитое мяуканье,- И мальчики тоже! Вперёд, навстречу приключениям! Ух, Дуняша, вспомни, как незаметно управлять миром, не привлекая внимания санитаров! Лиатрис хихикнула: - Чё? Кажись бунт затеять собравсе?

Её воздушное судно тем временем летело к дому. Алан полулежал в кресле на террасе, укутавшись старой шалью Лиатрис. Кудесница спрыгнула с облака и повелительным взмахом руки отправила его в небо. Подошла ближе и заметила, что парень спит. Она улыбнулась и пошла в дом. - Снова бросишь меня? Лиатрис вздрогнула от его голоса и обернулась. Алан отбросил плед в сторону и подошёл к стоящей на пороге Лиатрис. - Отчего ж. Али не видишь? Я токо- токо вернулась! - Я никогда не летал на облаках. - Ой ли?- сверкнули её глаза. - Да. И потом, воон там,- он указал в сторону солнца,- я видел зелёный луч. Говорят, если его заметишь- успевай загадать желание. - И ты загадал? - Да. Я загадал. - И какое? - Не скажу, пока не сбудется,- он легонько щёлкнул её по переносице. - Эй, ты чё дерёшься?- удивилась Лиатрис. - Не дерусь, заигрываю!- засмеялся Алан и легко подхватил девушку на руки. - Ишь ты, какие мы прыткие! - Да, я такой! Так что? - Что? - Позовёшь облако обратно? Или я тебя не отпущу! Так и буду кружить! - Устанут ручки-то!- усмехнулась она. - Не тревожься, не устанут,- он подмигнул девушке. Лиатрис подмигнула в ответ и исчезла! - Эй, куда?- закричал Алан, хватая руками воздух. А она уже смеялась, сидя на облаке, услужливо подлетевшем к террасе. - А ты попробуй, споймай!- кудесница показала ему язык. - Хулиганка!- Алан бросился следом за облаком. - Покажь, как бегать в запуски умеешь!- смеялась Лиатрис, подманивая парня, летя близко, но не позволяя достать даже до края пушистого судна, удаляясь от дома к заливному лугу у речки. - А ты, оказывается, та ещё шутница! - Не ждал? Алан запыхался от бега и остановился. Тяжело дыша, посреди цветов и трав. - Со мной. Никто. Никогда. Не шутил. - Да ладно? Ищё кажи, и в детстве тоже? Алан грустно улыбнулся в ответ. - Ну вот токо не плачь, взрослый кажись мальчик! Иди сюды. Не боись. - Обманешь ведь?- недоверие сквозило в словах и глазах. - Нет. Она протянула к нему руку. И вожделенное облако стало ближе. Алан с лёгкостью запрыгнул на белую перину. - Ну как?- с гордостью спросила Лиатрис. - Нравится,- улыбнулся он,- мне всё нравится.

Глава 16. А лето летит!

Говорят, у счастливых людей не бывает историй. Но абсолютно и бесповоротно счастливы бывают увлечённые каким-то общим делом парочки, либо круглые идиоты. Поскольку добровольно причислить себя к последним, решится не каждый, остаётся первое. Счастье людей, верящих в бессмертный афоризм Антуана де Сент- Экзюпери: « Любить- это значит вместе смотреть в одном направлении, а не друг на друга». Да, и тогда не останется времени на ссоры, недопонимание и растерянность от иной точки зрения. И уже не важно, что лето летит, лаская прикосновением ветерка, в чужом мире. А главное, рядом та, кто поможет, если ты не прав; подскажет, что за растение среди целебных трав ты по незнанию сорвал; и посоветует не попадать в силки, расставленные каким-то охотником.- Погоди, Лиатрис, мне казалось, мы на острове одни. И разве он- не твоя частная собственность?- удивился Алан, когда девушка молча указала на странные петли среди кустов бузины, в которые парень залез в попытке срезать уже ставший привычным путь на поля.- Хитрован Котуван шныряет по островам. И закон энтому пирату не указ!- Лиатрис дунула в сторону ловушки и та растворилась в воздухе.- Круто!- улыбнулся Алан,- А как думаешь, тут одна такая ловушка?- Да, прав ты!- вздохнула кудесница, грустно взмахнув руками,- Надоть упредить Дуняшу да Персика, чтоб аккуратно шастали ночами, а то неровён час, попадут в плен пиратский. - Эх, как жаль, что я потерял свои силы! Быстро бы поймал разбойника и…- Алан выразительно покрутил пальцами, точно невидимки шею свернул! - А ты смог бы?- удивилась Лиатрис. Блондин грустно вздохнул, быстро отводя взгляд от девушки. - Ясно. Ты кого-то убивал,- она покраснела и ускорив шаг, пошла вперёд. Алан сплюнул на землю: - Да что опять не так-то?- он побежал за ней следом,- Ну вот я такой, какой есть! Лиатрис, пойми, послушай, ангелочком я никогда не был. У всех свои изъяны, ошибки. Жизнь, говорят, не поле перейти. При этих его словах, девушка остановилась и обернулась. - Жизнь прожить, что поле перейти. Так верно. Мир жизни- поле, мир смерти,- она показала вдаль,- вон тот лес. Опушка там- граница меж миров. Там я Волчицу встретила, ковда малышкой была… Лиатрис замолчала, кусая губы. На глазах блеснули слёзы. Алану вдруг до боли в сердце захотелось её обнять. И он не стал сдерживаться. Прижав девушку к груди, наш герой впервые в жизни почувствовал чужую боль острее, чем свою. Биение её сердца слилось воедино с его ударами грудной клетки. Вокруг щебетали птички. Они кружили, касаясь перьями их волос, ласково и нежно. Алану стало весело. Да и Лиатрис захихикала: - Ай, я щёкотки-то боюсь! А ну, пичужки, хватит смешить! Алан хитро прищурился: - А! Так вот ты чего боишься?- он ловко перехватил инициативу у птичек, принявшись щекотать девушку в подмышках. Птички ещё больше запричитали, подбивая друг друга крыльями, явно веселясь над парочкой. - И ты туда ж? Ай хулиган! Ужо я тоби шас в птичку оберну!- она хихикала, пытаясь вырваться. - А вот угрожать мне не надо!- Алан вдруг враз посерьёзнел и отпустил девушку,- Поиграли и хватит! Работа сама себя не сделает. И он деловито пошагал по тропинке. Лиатрис удивилась резкой перемене в парне. Дальнейший путь он даже не обернулся ни разу.

Он работал, точно заведенный. Сосредоточенно, методично собирая травы целебные в мешковатые торбы. - Ой, паря, да ты обидчивый-то какой!- крикнула Лиатрис за спиной. Алан хмуро посмотрел на неё исподлобья и молча продолжил сбор клеверных шишек. Медовый аромат лип к рукам и обволакивал воздух вокруг. - На сердитых воду возят!- сказала Лиатрис. - А я вовсе и не сердит. Просто занят работой. - Робота- для рабов. А мы с тоби сами на соби роботаем, а ли ты соби калымщиком признал? - Я,- он остановился и вытер пот тыльной стороной левой руки, правой ловко придерживая мешок,- хочу быть помощником, а не обузой. Только и всего. Лиатрис открыла рот, намереваясь явно возразить, но в этот миг хлынул с неба ливень из быстро и незаметно набежавших тёмных туч. - Чёрт! Спасаем травы, Лиатрис!- Алан бросился в сторону к деревьям. Спрятавшись под раскидистыми пальмами, Алан проверил не намок ли мешок. - Цел! Как странно! - Ой не пойму, чему ты дивишься-то?- улыбнулась девушка. Она выжала волосы, скрутив их в жгут. Тонкой струйкой вода побежала ей под ноги. Алан почувствовал, что рубашка прилипла к телу, да и на Лиатрис платье очертило всё, что скрыто под ним. Он до боли закусил верхнюю губу. Над ними громыхнуло и ярко сверкнула молния, расколов небо напополам. Лиатрис вздрогнула, распуская жгут волос. Алан обнял её со спины. - Не бойся, птичка моя! Я рядом. - А тоби разе не страшно?- она заметно дрожала. - Страшно. А ты знаешь, мои предки считали, гром и молнии гневом старых богов. - У нас поди-ко одинаковые предки-то были. А знаешь, они иногда воскресают. - Кто? Предки? - Боги. Наши старые боги. - Даже если кто-то из них появится здесь и сейчас, ему придётся закрыть глаза или отвернуться. - Почему это?- Лиатрис развернулась в его сторону, всё ещё стоя близко. - А вот почему,- Алан поцеловал её. Губы островитянки, как и его собственные, тоже были мокрыми, но их холод очень быстро отступил под жарким поцелуем чужеземца.

Глава 17. Яблоки.

Лиатрис с укоризной посмотрела на Алана. И почти сразу мокрая пальмовая ветка отвесила ему приличную пощёчину. Он схватился за болючее место.- Согласен. Заслужил,- и ему прилетело вновь, но уже от другой ветки, по второй щеке,- ну я же извинился.Лиатрис улыбнулась: - Это не я. - Ну да, ну да,- Алан потёр покрасневшие щёки. Пальмовые ветки угрожающе двинулись в его сторону, рассыпая дождинки. Парень поднял вверх руки и зажмурился. - Сдаюсь сразу,- но ветки неожиданно ласково погладили там, где ударили. - А вот это я,- Алан открыл глаза, но Лиатрис не оказалось рядом с ним. - Опять сбежала!

Дождь тем временем прекратился. Пронзая лучами редкие облака выглянуло заплаканное солнце. - Лиатрис!- Закричал Алан, обходя пальму по кругу. - Испужавсе?- от её голоса за спиной, Алан аж присел. - Разве ж можно так пугать? И потом, кто говорил: « Я магией пользуюсь только по великой нужде?!» - Не знаю, кто говорил. Я так не говорила. Ой, а ты часом, по великой нужде не сбегал?- хитро ухмыльнулась кудесница. - Фи, Лиатрис, как грубо! - Ой да ладно те, манерничать-то,- махнула она рукой,- чё естественно, то не стыдно! - Нет, стыдно,- он принялся шарить руками по траве. - Чё-то потерял? - А где ж торбы наши? - Дак дома оне. Сушатся уж скоко-то время. Я потому и отлучалась на чуток. Алан согласно кивнул: - И что теперь? - А чё? Трава сухая дома, остальная сырая вся пока. Робить неча. Ай да обратно. - Да ну? И что, целый день теперь от безделья маяться? - А это уж как сам захошь. Я-то соби завсегда занятие найду,- Лиатрис вышла на тропинку и Алан последовал за ней. - Найди и мне,- попросил парень и тут же спохватился,- но только не фасоль от пшена отделять! - Ох, а я токо предложить хотела!- с хитрецой улыбнулась девушка, но заметив раскрытый в недоумении рот парня, засмеялась, замедлив ход,- Спакуньки, паря, я не золушкина мачеха! - Да я заметил. Ты- сама доброта!- он со всей серьёзностью кивнул головой, поглядывая на девушку с боку. - Ковда хвалят- завсегда приятно,- Алан почувствовал после этих её слов тяжесть в руке. Огромное яблоко. Спелое, сочное.

И вокруг их уже не пальмы, а яблоневый сад. -Вот. Сбирай, скоко хошь,- Лиатрис повела широкими рукавами белой вышиванки, и парень заметил, что и на нём в пару ей рубашка на нём заметно побелела, а ещё он увидел пару здоровенных новеньких ивовых корзин у их ног. А вокруг невысокие яблони с яркими, просвечивающими до самых косточек, пульсирующими яблоками. - Ну и силища в тебе!- Алан удивлённо смотрел на кудесницу. - А чё, в твоём мире нет таких волшебников?- Лиатрис потрясла дерево и положила несколько яблок в корзину. Алан принялся ей помогать. - Нет. Точнее, я не встречал. - Творить магию легко. Главное, верить. И товда старые боги будут на твоей стороне. - Любопытно. Вот бы попробовать. Лиатрис подставила ладонь с пульсирующим яблоком, растущим на глазах: - Примай! Алан протянул руку навстречу. Яблоко всё также пульсируя послушно и легко перекатилось на его ладонь. - Получается. Я чувствую, получается,- от волнения Алан перешёл на шёпот. - Потихоньку, не кипешуй. Алан попытался перекатить яблоко на другую ладонь, но оно став просто гигантским, вспыхнуло сверхновой звездой и рассыпалось на осколки и семечки. - Эх ты ж, твою мышь!- разочарованно надул губы Алан. - Попробуй ещё! - Давай! Но повторить они не успели.

По тропинке бежала кошка. Рыжая, пушистая, с изумительными ореховыми глазками. А верхом на ней трясся, цепко ухватившись за рыжий мех, Персихвостик. - Ах вот вы где! Спасибо, Брунгильда, за помощь!- пушистик потрепал кошечку между ушек и та зажмурившись, замурчала. - Миляга, правда?- похвалил её Персихвостик. - Правда,- согласился Алан,- а где Дуняша? Или ты, казанова пухленький, изменил старой подружке? - Что? Да как ты подумать так мог?- насупился Персихвостик, угрожающе наступая на друга,- У нас беда стряслась, а ты шутишь. - Что-то с Дуняшей?- спросила Лиатрис, подавая пушистику спелое яблоко. - Спасибо, Лира! Вот, Алан, учись!- он откусил приличный кусок и запихав его за обе щёчки стал удивительно похож на хомяка. Далее малыш что-то бормотал, пережёвывая вкусняшку. Алан и Лиатрис терпеливо ждали, поглядывая на нервно жующего пушистика, а Брунгильда прилегла отдохнуть под одной из яблонь. - Дуняша упала в яму!- вдруг завопил Персихвостик и большие слёзы торопливым ручьём побежали из его глаз. - Ах, это точно ловушка пирата!- лиатрис расстроено бросила яблоко в корзину, но оно от рикошетило и попало Алану точно в лоб,- Ох, прости, я нечаянно! - За нечаянно бьют отчаянно,- Алан потёр место ушиба,- Пора бы мне уже привыкнуть, что все, абсолютно все шишки твоего мира сыплются только на меня! - Не все,- встрял Персихвостик,- Дуняша! И вновь он самозабвенно зарыдал, причитая, что-то вроде: « А это я виноват! Давай ещё там попрыгаем, да туда залезем!» - Ну-ну, малыш!- Лиатрис говорила ласково, потирая лоб Алана. И уже не понятно было, к кому из чужеземцев она обращается. - Спасибо, мне уже лучше,- грустно улыбнулся ей парень. - И мне тоже,- вытер глазки Персихвостик, доедая яблоко. - ну и отлично. Значит, бежим спасать Дуняшу,- предложил Алан, с грустью посматривая на корзины, полные яблок. - Да ты не переживай, паря!- поняла его взгляд Лиатрис,- Сейчас домой с Брунгильдой отправим. Киса- кисонька! Рыжуля открыла глазоньки, лениво потягиваясь и вопросительно глянула на девушку. - Дорогая Брунгильдушка! Возьми эти корзиночки и отнеси их ко мне домой. Кошка послушно подошла к огромным корзинищам и они тотчас стали размером с два напёрстка. Аккуратно взяв их за ручки в зубки, Брунгильда поспешила по тропинке. - Оставь на террасе!- крикнула ей вслед Лиатрис,- Всё. Доволен? Алан кивнул: - Идём спасать Дуняшу. - Персик, дорогу показывай!- девушка протянула к малышу руку и тот послушно запрыгнул на ладонь. Алан ревниво глянул на них. - А почему не ко мне? - А ты нам тоже скоро понадобишься, ковда с Хитрованом сражаться надоть будет. Так чё силёнки подкопи пока,- чуть обернувшись, сказала Лиатрис. И Алан почувствовал, как сердце ухнуло куда-то вниз. Возможно, что и в пятки! Драться без магии он не любил. Да и не особо умел. Идя следом за кудесницей, он мысленно молился о каком-нибудь чуде, изо всех сил надеясь на то, что пресловутый пират Котуван был в единственном числе( уж от одного-то я как-нибудь отбрыкаюсь!), а ещё лучше, чтобы он уже покинул зачарованный остров Лиатрис ( мало ли, дела какие-то разбойничьи позовут!). И конечно, Алан был рад, что девушка не слышит его малодушных мыслей и не замечает наглого взгляда, беззастенчиво блуждающего по ней от волнистых локонов до мелькающих при каждом шаге стройных ножек. Ему было слегка стыдно, но только слегка. Лиатрис действительно не владела этим даром, но у неё был другой. Сверхчувствительный дар взглядов других людей. И оттого ей было обжигающе-жарко и почему-то радостно от щекочущего нежной кисточкой взгляда самоуверенного блондинчика. А Персихвостик ничего не замечал. Он волновался за Дуняшу-рысь и надеялся на Лиатрис больше, чем на Алана.

Глава 18. Хитрован Котуван.

- Что за пират этот Котуван? И почему у него имя двойное?- спросил Алан, догоняя кудесницу.- Хитрован Котуван,- поправила его Лиатрис,- Потому что их два в одном.- Сиамские близнецы, что ли? Любопытно. Никогда таких не встречал. - Никакие ОН не близнюки! Их просто два в одном. Один- добрый-добрый, ну токо поспевай, пользуйся ево добротой, а второй- злющий, как настоящий пиратко. - Ух ты! Раздвоение личности. Занятная история. И давно он такой? - С самово дитства. Лет с пяти, а може таким уродивсе,- Лиатрис пожала плечами. - Лет с пяти, задумчиво пробормотал Алан, теперь уже идущий с ней рядом. Тропинка точно подстроилась под них, послушно расширившись. - Выходит, ты его ещё мальцом знала? Лиатрис грустно улыбнулась воспоминаниям.

Кучерявый парнишка протянул к ней пухлую грязную ручонку, приглашая на прогулку по лианам, свисающим с пальм родного острова. Им было так весело вдвоём! Задорные мартышки и лемуры с пронзительными голосами проносились гурьбой рядом. Вместе они сплавлялись на хлипком плотике по горной речке, рискую ухнуть в водопад. Лакомились финиками да бананами, добывали кокос, деля его на три части…

- Хитко завсегда смешлив был, сколь ево помню,- девушка покачала головой, отгоняя памятные дни прочь. - Вы дружили? Она кивнула, грустно улыбнулась. - А потом парнишка пошёл по кривой дорожке, с пиратами связался?- выдвинул гипотезу Алан. - Хуже. Сам других подбил на грабёж. - Ах! И сколько же ему тогда было? - Лет десять. - Да ладно! Лиатрис, ребёнок не может стать главарём банды! - Хитрован всё может,- грустно всматриваясь вдаль, сказала девушка. - Неужели, отец ему не всыпал по первое число, когда малец отбился от рук? - Так он отца ж и ограбил. Алан присвистнул. - Отморозок какой! - Хуже. - Мы пришли,- громко прошептал Персихвостик, показывая лапкой направо от тропинки, и Алан почувствовал, как сгустилась вокруг их тишина. Птичьи голоса затихли, даже ветер затаился среди пальм, лианы зашевелились, прикрывая наших героев от невидимого пока что злодея.

- Ты готов?- Лиатрис посмотрела на Алана. - Да, да, нет, да,- спешащим шёпотом проговорил он. - Интересная мантра,- нервно улыбнулась она,- надо будет спробовать. - Я научу,- пошутил парень. - Тсс,- приложил лапку к ротику Персихвостик. Алан сглотнул. Получилось неожиданно громко. - Ой. Лиатрис прикрыла рот ладонью, чтобы не рассмеяться, заметив испуг в глазах молодого человека. - Мы уже почти целый век тут стоим, а Дуняша в заточении томится,- Персихвостик нервно перебирая лапками, затеребил ворот вышиванки Лиатрис. - Дай подумать,- прошептал Алан. Но пухлик точно его и не слышал, выжидая реакцию кудесницы. - Ни витеринки,- прошептала она. - Будет чистым безумием обозначить своё присутствие неосторожным шагом,- пробормотал Алан. - Я на разведку сбегаю,- предложил пушистик. - Токо острожно,- прошелестел голос девушки и лёгкий ветерок позаигрывал листьями пальм. Под ногой Алана хрустнула сухая шишка. - Что за бред?- громко спросил он и град прицельных еловых снарядов полетел в него с пальмы. Алан успел заметить Персихвостика, спешащего к закадычной подруженции и Лиатрис, гневно грозящую кулачками на кого-то невидимого среди листьев, прежде чем одна из шишек попала ему в затылок и он потерял сознание.

Глава 19. Пиратское племя.

« Какой занятный сон! Много-много Персихвостиков!»- Алан засмеялся, открывая глаза.- Эй, паря! А ты часом умом-то не повредивсе?- Лиатрис склонилась над ним.Её обеспокоенное лицо тоже выглядело презабавно. Алан улыбнулся и тут же почувствовал боль на затылке. - Ой! Лиатрис, прикажи Персихвостику не размножаться больше! Пухлики озадаченно запереглядывались, кудесница пожала плечами. - Пажики, Алан, они ж сами плодятся-то. Парень аккуратно приподнялся и сел, опираясь спиной о пальму. - Пажики?- он протёр глаза. Вокруг его пытливые глазки оранжевых пушистиков, а с пальмы свисают ещё несколько, причём вниз головой! - А зачем вы на меня напали?- Алан обвинительно выставил на них указательный палец. Одна из племени, одетая в кружевное платьице, выступила вперёд, сделала кивок головкой: - Да, нападали. Меня зовут Феличка. Я- атаманка племени пажиков. А почто ты, Аланко, похитил нашего братика? - Какого ещё братика?- не понял Алан. - Она про Персика бает,- пояснила Лиатрис. - Так вот из-за кого весь сыр-бор!- парень провёл рукой по волосам, пытаясь скрыть улыбку. - Он ишшо и лыбится!- злобно, глядя исподлобья, положил лапку на эфес крошечной шпаги, выступил вперёд Фелички один из пажиков. - Пора начистить ему рожицу,- предложил второй пухлик. И его поддержали прочие, подняв невообразимый ор. - Эй, стоп! Что тут происходит?- это Персихвостик вернулся. Соплеменники дружно пропустили его, послушно расступившись в стороны. Малец пробежал мимо их и встал перед Аланом. И только в этот миг он заметил, что перед ним точные копии его. Отличаются они лишь одеждой. - Вы?- удивлённо рассматривал Персихвостик пажиков. - Мы!- дружно ответили они. - Не стыда у вас нет и не совести!- малыш отвернулся от них к Алану. - О чём он?- пухлики перешёптывались, переглядываясь. - А так вот где мои пираты!- услышали они голос и застыли, точно игрушечные фигурки. - Хитко!- произнесла Лиатрис и обернулась. Алан тоже заметил пирата.

Усатый темноволосый молодой мужчина в камзоле, бриджах, рубашке с кружевами и высоких ботфортах подошёл вальяжно и неспешно. Уверенные в себе люди никогда и никуда не спешат. Они проживают жизнь, точно зная, что их повсюду ждут. Даже опаздывая на экспресс, трансатлантический лайнер или собственную яхту, они знаю, что всё самое интересное начинается лишь при их появлении и непосредственном участии. Так поступают настоящие герои, аристократы или лентяи. Согласитесь, странные категории граждан? Но что поделать, если так было, есть и по-видимому, будет и дальше. Так вот. Хитрован Котуван никогда и никуда не спешил. Лениво улыбнулся, потягиваясь, точно после долгого сна. - И ничего-то без меня решить не можете! Феличка! Доложи по форме, как я учил! Атаманка козырнула в его сторону и завопила: - Господин Хитрован Котуван! Докладываю! За время вашего опочивания на нас напал заклятый враг Аланко. Был повержен. А так же к нам вернулся наш братик Персихвостик! Хитрован Котуван по мере её повествования переводил взгляд с сидящего под пальмой Алана на стоящего перед ним нового пажика. И тут он заметил кудесницу. - Лиатрис! Ведьмочка, а ты тут какими судьбами? - Так остров-то мой, али ты запамятовал, Хитко? Пират поморщился. - Я же просил не называть меня так. И не говори, что забыла. - Отчего ж, помню. И дитство наше помню. И то, каким ты был раньше… Пират остановил её протестующим жестом. - Хватит, Лири! Чего ты хочешь? - Уходи с острова. - Так запросто! Как решу парочку проблем, так мы вместе с пажиками и покинем твой гостеприимный мирок! - А что за проблемы?- вдруг подал голос Алан, уже вставший и уверенно стоящий, но для верности всё ещё опирающийся спиной о пальму. - Голосок прорезался?- ухмыльнулся пират. - Что за проблемы?- напомнил ему Алан. - Ах, да. Ну во-первых, ты. - Я? И когда же я успел стать вашей проблемой? - Да сразу, как пришёл, так и стал. - Вы не поверите, но тут я с вами солидарен. - Да не уж-то?- удивился пират. - Жду-не дождусь, когда смогу покинуть благословенный приют кудесницы. Поверьте, я чувствую себя обузой для неё,- Алан молитвенно сложил ладони. - Вот это поворот!- подмигнул Хитрован Котуван удивлённой Лиатрис,- Парень, а ты мне нравишься. А давай я помогу тебе покинуть остров? - Честно? - Честнее некуда. А в замен попрошу о чистой малости. - И какой же? - Да вот малютку своего верни пажикам и будем в расчёте. Алан посмотрел на Персихвостика. - Что скажешь, друг? Глазки пухлика наполнились слезами. - Нет. Алан, я от них сбежал не для того, что бы вернуться.

Глава 20. А разве обязательно драться?

Феличка в задумчивости покусала ус. И привычно перевела взгляд на Хитрована Котувана, как и всегда в непонятной ситуации.- Ну что ты на меня смотришь?- громко спросил он и Феличка почувствовала на щёчках пунцовый румянец.Взгляды всех, абсолютно всех были обращены на неё. Атаманка показала пирату розовый язычок и скомандовала племени: - Ай да домой! - А как же Персихвостик?- спросил Хамиборик, самый боевой парнишка среди пажиков. Феличка величественно приподняла платьице и гордо подняв голову и ушки проплыла мимо его, даже не удостоив взглядом. - Я не понятно сказала?- смотря прямо перед собой сказала Феличка. - От чего ж не понять. Яснее ясного, что день был пасмурный,- забубнили пажики, переглядываясь. Племя побрело за атаманкой. - Эй, банда, а куда вы?- преградил им дорогу Хитрован Котуван. - Феличка сказала домой,- пропищал Тапик, самый малорослик среди пажиков. - Ах вот значит как? Бунт на корабле?- засмеялся пират. - Он что, больной?- удивился Персихвостик,- Где корабль? - Это такая фигура речи,- пояснил Алан. - У меня есть предложение,- понизил голос пухлик, прицельно запрыгивая другу на плечо, он зашептал ему на ухо,- пока они спорят, а если нам повезёт, то и махаться начнут, мы с тобой освободим Дуняшу. - Здравые мысли умного парня,- одобрил Алан. И пока их никто не заметил, наши предприимчивые ребята крадучись скрылись среди густых зарослей спутанных лиан, которые Лиатрис заботливо приподняла перед ними и также аккуратно расправила за их спинами, сама оставшись и с любопытством слушая перепалку банды.

Дуняша провела когтистой лапой по земле и посмотрела наверх. Мелкая сетка из игольчатых шиповатых растений не выпускала её из своего плена. - Только осторожнее, Алан, не поранься,- услышала она голос Персихвостика. - Ах он негодяй!- возмутился парень, поняв в чём тут дело. Он несколько секунд рассматривал сетку, а затем одним рывком отбросил преграду в сторону. Дуняша попятилась к стенке, затем прижалась к земле всем телом и резко напрягши тело ловко подпрыгнула вверх. - Подружка моя дорогая!- бросился к ней Персихвостик, расставив лапки для объятий.

А банда под предводительством Фелички и вправду набросилась на пирата. Облепив его со всех сторон пушистики от души молотили, кусали и шлёпали Хитрована Котувана. Но и он не сдавался. Хоть силы, сказать вправду, численно и были не на его стороне. Пушистый кокон ворошил его, трепал и через некоторое время, сломив сопротивление противника, уронил пирата на землю. - Лири!- прохрипел Хитрован Котуван,- Спаси меня! - А кто ты есть?- сложив руки восьмёрочкой перед собой, спросила кудесница. - Хитко! Меня зовут Хитко. Лиатрис развела руки в разные стороны и пушистый ворох пажиков разметало среди пальм. Пират тяжело дышал, конвульсивно сжавшись в позу эмбриона. Согласитесь, быть поверженным на глазах у женщины, будь она хоть трижды ведьмой, неприятно? Хитко прикрыл глаза. Пажики тем временем по приказу Фелички запрыгнули на пальмы и судя по волнующему ветерку, благополучно убежали восвояси. - Больше нет твоей банды,- уверенно сказала Лиатрис. - Будь проклят этот твой Аланко!- не сказал, а с неприязнью выплюнул Хитко. - О, не што Хитрован вернувсе?- усмехнулась кудесница. - А я никуда и не уходил,- смеясь поднялся пират и гордо, как будто и не пережил только что моральное унижение. Лианы зашевелились и на поляну вошли Алан, Дуняша-рысь и радостно улыбающийся Персихвостик, стоящий между её ушами. - Что, разгром по всем фронтам?- иронично заметил Алан. - Хороший махач ещё никому не повредил!- обрадовался пират и махнул рукой в его сторону,- Подерёмся? - Слышь ты, джедай недоделанный, или как там тебя? Хиткован?- рассмеялся парень. - Очень смешно! А давай сейчас проверим, кто кого смешливее?- пират погрозил ему пальцем. - А смысл? Вот объясни ты мне, а разве обязательно драться? - А то как же. Мы ж враги. - А почему враги? - Так природой же заложено, что мужчины должны воевать. - Может, кто-то где-то там и воюет, только вот зачем? - Ах, я понял! Понял! Ты трус!- рассмеялся Хитрован Котуван. - Если бы ты только знал меня раньше, точно бы уже бежал так, что сверкали бы не одни лишь пятки, а и затылок,- уверенно и зло сказал Алан. Пират невольно провёл рукой по затылку. - Да-да, у меня в коллекции был бы уже твой скальп!- парень сказал это так спокойно, что Хитрован Котуван попятился. Но почти сразу же пришёл в себя. - Эй ты, зубоскал, хорош болтать! А ну поборемся!- и он первым кинулся на Алана, сразу же сбив того с ног. Лиатрис некоторое время понаблюдала за их боем без правил и всё же решила вмешаться. Алан почувствовал непривычную силу в руках. Поймав взгляд кудесницы, он ей благодарно подмигнул и от всей души ударил пирата сразу с двух сторон! Не давая врагу отдышаться, Алан ловко вскинул ногу и отбросил пирата на землю. - Что это за приёмчики?- прохрипел пират. - Карате и айкидо, неуч!- рассмеялся Алан. - А, так ты тоже колдун? А ну-ка, если я так же скажу? Карате и айкидо!- Хитрован Котуван с видимым усилием поднялся и неловко замахал руками, пытаясь достать врага. Алан засмеялся. - Я что, на клоуна похож?- зло спросил пират. - Если честно, да,- просто ответил Алан и подмигнул Лиатрис. И она поняла. Смеялись все. Даже Дуняша-рысь не смогла сдержаться. А уж как заливался колокольчиками Персихвостик! Ведь перед ними стоял не грозный пират, а настоящий клоун!

Когда страшно. По-настоящему страшно, стоит только рассмеяться страху в лицо и он станет тем, кем и был. Ничтожным, жалким и трусливым, а не корчащим из себя воинственного бодрячка! Ведь его даже пажики не боятся! Давайте будем брать пример с маленького, но очень шустрого племени, не пасующего ни перед какими пиратами, сколько бы их там ни было: два в одном, или три!

Глава 21. Клоун.

Хитрован Котуван скосил глаза к переносице и заметил красный шарик. Поморщил нос. Шарик пошевелился. Он схватился руками за него.- А! Что ты сделала? Ведьма, верни мне мой нос,- он злобно сверкнул глазами в сторону кудесницы.- Да ты остальное ещё не видел! Лиатрис, как бы ему организовать зеркало? Пусть глянет, а вдруг ему понравится?- веселился Алан. Лиатрис пристально посмотрела в капельку воды, послушно падающую с пальмового листа. Капля начала расти, становясь выпуклой линзой, зависающей в аккурат перед пиратом. Он увидел себя в полный рост. Оранжевые волосы под красным колпаком с белым помпоном, на лице грим слезливых глаз и развесёлый рот с пресловутым красным носом. Белый воротник многослойный, повторялся манжетами красной курточки с жёлтыми помпонами пуговиц. Красные штанишки и жёлтые ботиночки со шнурками им в тон. - Красавчик?- поинтересовался у него Алан. - Всяко лучше этих твоих обносков пиратских!- улыбнулась Лиатрис, разглядывая творение своей магии. - Оч смешно!- давился словами Хитрован Котуван,- А ну вертай всё, как было! - Как токо ты покинешь мой остров. Но стоит шаг ступить сызнову здесь- опять таким же станешь,- кудесница говорила серьёзно. - Да ладно? А я думал он теперь всегда весёлым будет!- расстроился Алан. - Наказание довжно иметь границы, запомни,- Лиатрис щёлкнула пальцами и зеркало разлетелось брызгами, опав на траву. - Ты думаешь, победила?- злобно прищурившись, сказал клоун. В ответ она покачала головой. - Вот тот и оно!- злорадно ухмыльнулся Хитрован Котуван,- Ты знаешь, за кем будет победа. Знаешь! Знаешь! Он истерически засмеялся и покатился колесом меж пальм. - Куда это он?- заволновался Персихвостик. - Не бери в голову, Персик,- Лиатрис подошла к нему и погладила меж ушками,- главное, Дуняша снова с нами. Ай да домой!

Они шли по тропинке. Дуняша-рысь и Персихвостик впереди. Лиатрис и Алан чуть по отстали. - И всё- таки, куда он отправился?- не выдержал Алан. - Сказать правду?- Лиатрис улыбнулась. - Да, скажи. - За подмогой. - Ну и что? Ты же сможешь всех злобных пиратов, явившихся незваными, обернуть в шутовской балаган? Лиатрис засмеялась. - Что? Она лишь покачала головой, продолжая заливисто смеяться. - Ну скажи, я тоже хочу знать. - Да я представила соби, как это будет! Токо и всего. Алан улыбнулся: - Буду рад увидеть этот цирк. Он протянул к ней руку. Лиатрис пожала в ответ. И Алан понял, что дальше его ждёт только хорошее.

А Хитрован Котуван колесом докатился до берега, запрыгнул в шлюпку и злобно хихикая, шумно принялся грести в сторону корабля, сиротливо качающегося на волнах залива. Каменистый берег давно остался позади, клоун развернул « Карамельку» на север, но всё ещё чувствовал шутовской наряд на плечах, тяжесть жёлтых ботинок и слышал насмешливые крики чаек. Над ним смеялись все. Море, брызгами волн блестело, изгибаясь в хитрых ухмылках, пищали рыбы за кормой, передавая о его позорном бегстве с Матицы, и солнце, даже солнце задорно подмигивая пробегало золотистыми лучами по его красной курточке. Но больше всех насмешничал ветер! Бродяга- ветер, старинный собрат Хитко во всех его вояжах. Он поигрывал белым помпоном, задиристо поднимая его над красным колпачком, раздувал рыжие волосы, свистел в уши, напевая задорную песенку из детства. В какой-то миг, Хитко почувствовал, что сходит с ума от всей этой чехарды звуков. Лиатрис знала! Она знала, что клоуны были его детским страхом. Их идиотский смех, эти слёзы ручейками, дурацкие ужимки, от которых смеялись все, абсолютно все на деревенской ярмарке. Все, кроме его. Вот тогда Хитко и обрёл Хитрована Котувана. Он примерил сразу две маски: добрую и злую. И они обе подошли. Срослись с ним, стали защитной кожей, двойной бронёй. Доспехами, которые Лиатрис так легко отбросила в сторону, обрядив его в ненавистную одёжку шута. Солёные брызги попали на губы. Пират облизал их. И заметил, что красный нос исчез. - Не обманула, ведьма!- ухмыльнулся он, гордо вскинув голову к небу,- Видишь меня? Я вернулся! И я отомщу, слышишь? Ветер подхватил его слова, куражась над ними, коверкая эхом: - Ишь! Ищу! Ишь! - Ишь!- рассмеялся пират,- И на тебя, негодница, есть управа! Я ещё вернусь. И вернусь с подмогой! Птицы замолчали, заметив его возвращение в прежний облик. Рыбы скрылись, уйдя на глубину. Солнце, загрустив, спряталось за тучки. «Карамелька», золотясь в скудных лучах, продолжила свой бег в сторону столицы Муравии. Волны больше не веселились, опав пеной, они бежали от корабля, спеша назад, к берегам фантазийного острова Лиатрис, чтобы рассказать кудеснице о задумке пирата.

Глава 22. Всё самое интересное всегда происходит вечером!

Летящий ветер ластился к Персихвостику. От восторга пухлик зажмурил глазки. Он гордо восседал на спине рыси. Дуняша улыбнулась. Её лапы легко касались тропы. Сумерки шёлком падали на землю. От реки шёл туман. Просыпались ночные звуки. Дуняша-рысь привыкла к этому новому миру быстро. Освоилась в нём, нашла друзей среди диких кошек.Краем глаза она приметила движение за пальмой. Качнула головой, решив не обращать внимание. Но нет. Кто-то очень маленький, по её меркам, маленький, шустро перебегал от одного дерева к другому. Дуняша, не останавливаясь совсем, всё же замедлилась. И тот, кто прятался, тоже замер. Рысь улыбнулась и прошептала Персихвостику:- Дружок, а у нас гость!- и сделала резкий и быстрый выпад меж стволов дикой вишни. Прямо перед ними, выставив лапки щитом, стояла оранжевая мышка в платьице. - Феличка?- удивлённый Персихвостик буравил взглядом атаманку. - А что ты удивляешься? Вот только попробуй запретить мне и моему народу ходить по родному острову!- Феличка гордо вскинула головку, выставив подбородок и нервно задёргала усиками. - Я… Да, если честно, мне плевать и на тебя и на всё ВАШЕ племя!- Персихвостик поморщил носик и обратился к подруге,- Дуняша, ай да к НАШИМ! А ты, Феличка, иди куда шла. И прекращай следить за мной. - А я вовсе и не за тобой следила!- завопила ему в след атаманка, зло топая лапками,- Ух! Как я зла, как я зла! - А на кого?- свесилась с ветки мышиная мордочка самого боевого среди пажиков Хамиборика, обрамлённая спелыми вишенками. - А ты что тут забыл?- удивилась Феличка. - Ну так-то мы все здесь,- вместо Хамиборика ответил Тапик, и всё племя пажиков осыпалось вперемешку с ягодами вокруг атаманки. - Следите за мной?- гневно завопила на них Феличка. - Нет, что ты. Мы это…- Тапик задумался, оглядываясь по сторонам,- а вот, мы ягоды собираем. Пажики дружно принялись за сбор вишни, изображая самую бурную деятельность. - Не надо врать,- вздохнула атаманка,- скажите честно, вы выслеживали Персихвостика. - Ну вообще-то да,- надул щёчки Хамиборик,- а то, что ты тоже тут, мы потом заметили. - И каков наш план?- спросила Малинка, самая хитрая среди пажиков. Феличка обвела взглядом племя. Доверчивые глазки с надеждой ждали её решения. Она повела хрупкими плечиками. Со времён смерти отца, все чаяния пажиков обернулись к ней. Приходилось соответствовать. - Ну во-первых,- она улыбнулась, - во-первых, вы соберёте ягоды и сварите варенье. - А во-вторых?- Хамиборик загнул один пальчик и приготовился, разглядывая второй. - А во-вторых,- Феличка обвела племя взглядом, вглядываясь в глазки каждому, дипломатично растягивая время и придумывая что бы такое сказать,- во-вторых, драгоценные мои соплеменники, мы поклянёмся друг другу, что не будем больше преследовать Персихвостика. - Но почему? Ведь он- предатель. Так говорил Хитрован Котуван,- напомнил Тапик. Пажики дружно закивали головками и затопали по тропинке с такой силой, что вишенки запрыгали меж ними. - А потому, что ваша атаманка-я, а пират от нас сбежал. Вы что, забыли? Он же бросил нас. Не поманил вместе с собой, а сбежал. А перед тем вообще вёл себя крайне недостойно, обижая нас. Он вёл себя, как тиран и сатрап. - Кто?- спросила Нетка. - Книжки читать надо, Неточка, а не грызть их,- пояснила Феличка. - А я думала грызть гранит науки- это сгрызть всю книгу, и сразу умной будешь,- проворчала в ответ покрасневшая Нетка. - Мы научимся выживать сами. Больше никаких пиратов, никаких злодеев. Хватит, слышите? - Да, Феличка, слышим,- нестройным хором ответили пажики. - Ну чего стоим, кого ждём?- уперев лапки в боки атаманка сурово обвела их взглядом. Пажики принялись собирать ягоды в пальмовые листья, а затем бодро потащили их в своё логово в лесу.

Феличка проводила их взглядом. Запрыгнула на ветку и прыгая с одной пальмы на другую, резво побежала догонять Персихвостика. Её сердечко забилось сильно-сильно, она прижала к груди лапки. Малыш сидел на спине рыси, а вокруг их собиралась толпа диких кошек. - А ну брысь!- Феличка пулей бросилась перед пухликом, бросаясь в неравный бой с дикарями. - Нет!- услышала она крик Персихвостика и потеряла сознание.

Сквозь туман и брызги воды Феличка слышала чьи-то голоса. Далёкие, странные. - Ты слышишь меня?- пробился сквозь шум голосок Персихвостика. - Зачем кричишь?- зажала ушки лапками атаманка. - Жива! Она жива!- завопил Персихвостик и рядом замурлыкали кошки. - Предатель!- прошептала Феличка, силясь подняться и падая вновь на спину. - Нет, Феличка, ты всё не так поняла,- улыбнулся Персихвостик. Кошки затихли и молча наблюдали за забавной атаманкой. - Они- мои друзья. И меня никто не обижает. А почему ты бросилась защищать блудного Персихвостика?- по-доброму посмотрел ей в глазки пухлик. - Ну ты же был когда-то одним из пажиков. Или ты забыл?- Феличка сумела наконец-то встать и оправила платьице с царственной небрежностью, точно смахивая невидимые пылинки. - Ключевое слово: «был»,- грустно произнёс Персихвостик. Феличка молча посмотрела ему в глазки и медленно отвернулась. - Ну раз всё прекрасно, я пойду? - Иди. И заботься о них, как добрая мамочка,- усмехнулся пухлик. - Прости меня, Персихвостик. Я была не права. Я ошиблась,- Феличка всё так же стояла, отвернувшись от Персихвостика. - Феличка, я почти забыл. Но тебе лучше уйти,- малыш сжал губки в одну тонкую линию, говоря сквозь неё. Атаманка обернулась. В её глазках блеснули слёзки. - Научи нас быть снова добрыми,- сказала она. Персихвостик улыбнулся. - У меня есть идея. Дуняша, включи музыку! - Какую?- прозвучал голос голосового помощника. - Мелодичную, танцевальную. - Самба подойдёт? - Вполне. Среди сумерек заиграла гитара. - Феличка, позволь пригласить тебя на танец!- предложил Персихвостик.

И вот, как вы видите, они танцуют на фоне водопада. Звучит самба. Кошки мурлыкают, Дуняша улыбается, птички пытаются подпевать незнакомой мелодии, а среди пальмовых листьев племя пажиков с удивлением наблюдает за танцем Фелички и Персихвостика.

Глава 23. Забавная.

Лиатрис в который уж раз за утро переодевалась.- Да что ж такое-то? Никак не к лицу!Отражение в водопаде изумлённо гневалось. - Может, просто пора стиль поменять?- Кудесница вздрогнула и обернувшись на голос, поскользнулась и упала в бассейн. - Прости, Лиатрис, я не хотел тебя напугать!- Алан искренне огорчился и молитвенно сложил ладони перед собой. Мокрая и злая девушка ударила по воде руками: - А стучаться тоби тоже не обучали? - Ну откуда ж я знал, что ты так припозднилась,- он протянул ей для помощи руку, но Лиатрис вновь ударила по воде и парень отошёл от греха подальше,- я лучше потом, как-нибудь сюда загляну. В другой день.

Лиатрис дождалась, когда он закрыл дверь и легкокрыло выпорхнула из бассейна. Тёплый ветерок тотчас высушил её. Девушка обернулась к водопаду. - Да не. Какая там смена платья под настроение! Нековда!- и побежала из купальни. На самом деле всевозможные дела уже были сделаны, просто ей отчего-то захотелось переодеться.

А что же Алан? Ну он же у нас мальчик городской, привык к комфорту. Душ по утрам- дело святое. А если единственная купальня занята хозяйкой? Ну так тепло же на улице. Тропический остров, есть дивная речка. И она недалечко! А там, Алан это точно помнил, есть водопад. Чем не естественный душ? И так вооружившись мягким полотенцем и прихватив кусок хозяйственного мыла из кухни( « а чего, чай, не королевич, походную жизнь знаю не понаслышке!» ), наш неунывающий герой резвым шагом побежал на речку. Вода скользила меж пальцев, серебрясь одной струйкой, а другой неожиданно золотясь. Алан попробовал соединить их меж собой. Но струи упорно разбивались на две и стекали в речку в ладони, оставляя после себя два следа. - Занятная игра!- Алан вновь поймал две струи. На этот раз ему достались розовая и жёлтая. И вновь повторилась та же история. Струи сбежали в воду. Алан нырнул с головой в речку и поплыл к водопаду. Намылил голову и подставил её под бурный поток. На память пришёл другой водопад. Дом за ним. Мир, который он доверчиво построил для Листьи. - Листья,- хрипло произнёс он и стараясь смыть даже это слабое воспоминание, вновь нырнул в водопад. Множество красок побежало вокруг, стекая в реку. В глазах защипало. - Эй, паря!- крик кудесницы волной пробежал до Алана и заставил его вынырнуть из водопада. - О, ты пришла сообщить мне, что купальня свободна?- иронично и игриво повёл он плечами. Лиатрис гневно блеснула глазами. - Ну что опять?- парень в недоумении поплыл к берегу разрезая струи разноцветных радуг. - Ты откель мыло-то взял, убогий?- спросила Лиатрис, покусывая губы. - Где взял? А там уж нет!- гордо поднял он подбородок повыше, оплёвываясь от разномастных струй. - А я и сама знаю. С кухни. Так?- не сумев сдержаться, кудесница улыбнулась. - Ну допустим. - Не допустим. Мне кажется, тоби так туды и тянет. - Куда туда? - Да на мою кухню. Ну хоть замок вешай. - Замучаешься отпирать. А я отмычку сделаю,- улыбнулся Алан, протягивая руку за полотенцем,- подай, будь добра. - А вот не буду. Там сиди топере,- кудесница наоборот спрятала полотенце от него за спину. - Да ты никак заигрываешь? А я ведь сейчас выйду, как есть. - Нет, Алан. Не надо тоби выходить,- покачала она головой. - Да ты что? Я ж замёрзну. Или того хуже в русала превращусь,- притворно загрустил Алан. - Тоби там пока быть надоть. А я счас чё-то придумаю. - Звучит заманчиво,- подмигнул ей Алан. - Ох, паря,- вздохнула Лиатрис,- ну и задачки ты мне задаёшь. День ото дня всё сложнее. - Да что ж я натворил-то? - А ты сам себя видел и что с речкой Косткой натворил? Алан обернулся вокруг и только теперь заметил, что вода разноцветная стала тягучей и вязкой, точно болото. И она затягивает его в себя, плотными лентами, скручиваясь по его туловищу, спускаясь по бёдрам. Руки тоже вскоре оказались спелёнутыми тугими путами нитеобразных узорчатых лент. А на голове красовалась живописная буря всевозможных оттенков. - Это что такое?- гневно закричал он, силясь порвать ласковые оковы. - А это мыло моё, что ты без спросу взял,- Лиатрис заметила булькающий обмылок перед виновато рассматривающим его Аланом. - Вот дела! - Да не то слово!- Лиатрис дунула в сторону речки и лёгкие волны ответили ей. - Освободи меня, Лиатрис!- взмолился несчастный. - Так и быть. Но в последний раз я тоби спасаю, негодник!- погрозила Лиатрис ему пальцем,- токо стой смирно. Алан кивнул головой. А кудесница повела перед собой неспешный чародейский узор из воздушных крошечных облачков. Но по мере её ускоряющихся движений, облака принялись расти, точно рисовые чипсы в растительном масле на раскалённой сковородке. Алан слышал треск облаков и заметил, как они повинуясь рукам, сотворившим их, послушно приподнялись над рекой и водопадом. Сверкнула вспышкой молния, гром разорвал пару пушистых облаков и пролился дождь, смывая всё разноцветье с воды, освобождая Алана. Лиатрис молча подала ему полотенце. - С лёгким паром! - Спасибо! Второй душ был очень бодрящим. - Рада за тоби,- Лиатрис непонимающе уставилась на него,- Чаво? Ну что переживаешь, с ноги на ногу переминаешься? - Да мне бы одеться. - А! Я отвернусь. Но не уйду. Предложить тоби кой-чаво хотела. - Ты сегодня не устаёшь меня удивлять!- Алан наскоро обтёрся и так же резво оделся,- Ну вот, весь я твой! Лиатрис обернулась: - Ну чаво, хулиган, продолжим магии учиться?- она протянула к незадачливому ученику ладони и крошечные светлячки дрожа полетели к его протянутым навстречу кудеснице рукам.

Глава 24. Наброски будущих событий.

Облака выплакали и растаяли, оставив после себя кристальную хрупкость водопада и звонкую прохладу речки.- И так ричка Костка снова стала собой,- устало выдохнула Лиатрис, рассматривая дело рук своих.- И я тоже,- Алан встал перед ней, активно жестикулируя. - Да и ты тоже. Вот токо не знаю, чем ещё тоби помочь? Магия, вишь, никак к тебе не идёт. Светлячки токо зря творила. - Да может так тому и быть. Возможно, так меня Листья наказала. - А кто такая Листья?- Лиатрис всмотрелась в его глаза, ища ответ. - Чародейка Листья. Это она меня изгнала в этот мир. - Чё ж ты таково натворил? Обидел её чем? - Да, обидел,- Алан сел на берегу, свесив ноги к речке. Он сорвал травинку и в задумчивости принялся её жевать. - Уж траву жвечит!- всплеснула руками Лиатрис,- Ты бы, паря, с этим делом осторожней! А то не ровён час козлёночком станешь! - Так то в сказке было,- рассмеялся парень. - Знамо дело, чё в сказке деется, то и на моём острове быть может. - Да ладно страшилки-то мне рассказывать!- Алан всё же отбросил травинку подальше. - Ага поверил, поверил!- засмеялась Лиатрис. - Да я тебя саму сейчас в Алёнушку превращу!- Алан вскочил и попытался поймать кудесницу. Но на то она и волшебница! В последний миг он поймал… воздух. - Вот трусиха! Опять исчезла,- Алан обнял себя за плечи и услышал её голос за спиной. - А может, я в прятки играю! Парень обернулся. Лиатрис в наряде индианки поправляла сари на плече. - Ух ты! А я думал, у тебя только вышиванки одни в шкафах! - Негоже молодцу по девичьей гардеробной наряды рассматривать!- погрозила она пальцем. - Извини, я случайно. - Это мамин наряд,- голос девушки дрогнул. - Так она из Индии? - Нет. Но любила так рядиться. - А ты отчего его вдруг одела? - Ковда мне её особливо не хватает- наряжаюсь. - Тебе идёт. - Спасибо,- она вдруг покраснела, заметив его взгляд, скользящий по бёдрам и талии,- но хватит… Она не договорила и вновь исчезла. - Переодеваться полетела,- вздохнул Алан.

Он ощутил странное покалывание в ладони. - Ай!- принялся рассматривать пальцы. Свет очертил каждый ноготь и продолжил свой путь сначала по пальцам, а затем поднялся выше, задержавшись на запястьях, пульсируя по венам, вошёл сквозь кожу. Он понял сразу. Это магия. Попытался сотворить для начала что-то простое. Совсем простое. Опустил пальцы в речку и покрутил на ладони, силясь взглядом завести ну хотя бы… хотя бы маленький- премаленький водопадик. Но напрасно. Капля так и осталась каплей. - Видать не все плюшки сразу, Алан!- сказал он сам себе,- Потом попрактикуюсь. Или у Лиатрис спрошу. Но когда Лиатрис вернулась, времени на чудеса у неё не было. - Ты не поверишь, что случилось!- глаза кудесницы светились смехом. - Что случилось?- спросил Алан, стыдливо пряча руки за спиной. - Да там Персик и Дуняша гостей привели. - Гостей? Каких ещё гостей? - Пошли скорей,- она протянула к нему руку и Алан вложил свою. Они побежали, Лиатрис на ходу успела сказать только: - Ты не поверишь, это надо видеть.

Племя пажиков в полном составе чинно-благородно выстроилось возле террасы, точно на параде. Девочки справа, а мальчики слева. - Равнение налево! Ать два!- скомандовал Алан. Пажики от испуга бросились врассыпную. - Алан! Ну вот что ты натворил?- покачала головой хозяйка. - Извини, не сдержался. И потом, они же с пиратом бандюгантствовали, вот я и подумал, к командам приучены. - Приучены-то мы, приучены. Это правда,- послышался голос Фелички с террасы и громко свистнула, вставив пальчики в ротик,- Пацанва, слышь команду! Отставить вертайтесь на прежние позиции! Пажики резво вынырнули из кустов и травы. Через пару-тройку секунд порядок был восстановлен. Парень скромненько потупил глазки, стараясь не замечать осуждающие взгляды пажиков. - С чем пожаловали, гости дорогие?- вежливо поинтересовалась хозяйка. - У вас купец, у нас- товар!- гордо выступил из строя Хамиборик. - Сватовство!- пояснила Лиатрис недоумённо рассматривающему пушистика Алану,- Токо не смейся! - Я- сама серьёзность,- нахмурил брови парень, чем не просто удивил пажиков, но и даже напугал их. Лиатрис спрятала улыбку в уголках губ: - А кто у нас купец? - Так это ж я!- не выдержал Персихвостик,- Мы с Феличкой женимся. И, Алан, благослови! Удивленно раскрытый рот и такой же взгляд, обращённый в пространство, был ему ответом.

Глава 25. Свадебные хлопоты.

- Ты уверен?- со всей серьёзностью спросил друга Алан.- Больше чем уверен,- уверенно ответил Персихвостик.- Ну тогда, не перекладывай свою ответственность на меня. Но помни, пухлик, жена не лапоть, с ноги не сбросишь. - Великая народная мудрость?- поинтересовалась Лиатрис. - Да, а ещё жизненные наблюдения. Так о чём я?- обвёл взглядом племя парень. - О лаптях?- наморщил лобик Хамиборик. - Ах да, вспомнил. Как говорил Пушкин: « Жена не рукавица- за пояс не заткнёшь, с белой ручки не стряхнёшь.» Вот так-то, Персихвостик! Ты хорошо подумал? - Да, братан,- Персихвостик выжидательно уставился на Алан. - Я что-то забыл?- громким шёпотом спросил он. - Если честно, то да. Попроси у племени выдать Феличку за меня. Алан обернулся к пажикам, пробежал по ним взглядом и остановился на Хамиборике. - У вас товар, у нас- купец? - Да. Верно. Феличка, любишь Персихвостика? - Да, люблю,- атаманка покраснела. - Тогда не вижу препятствий!- Хамиборик взял её за лапку и подвёл к Персихвостику,- Отныне вы- жених и невеста! - Ура!!!- завопили пажики, аплодируя и топая лапками по дорожке. - А сейчас начинаем подготовку к венчанию,- Хамиборик потащил Феличку за собой с такой силой, что она испугалась и отпустила лапку. Персихвостик упал носиком вперёд. Но пажики этого даже не заметили. Они уже убежали. - Шустрые!- Лиатрис поспешила помочь жениху подняться, попутно проверяя нет ли увечий,- Целы ли сани? - Норм!- повёл ушками Персихвостик. - И что теперь?- спросил Алан. - А то ты не знаешь?- удивилась Лиатрис. - Представь себе, нет. - Пироги печь буду. - А мы? Что полагается делать жениху? - Устраивать вечерину, вести задушевные разговоры, пропивать свободу. - Пропивать это как? - Могу предложить сливовицу. - Отличная идея!- обрадовался Алан. - Ну так вы тут на троих соображайте, а я за угощение примусь,- Лиатрис поспешила в дом.

Кувшинчик со сливовицей, фруктовая тарелка и задремавшая Дуняша. - Ты гляди, она уже спит,- возмутился Персихвостик. - Устала бедолага. Если честно, пухлик, я был уверен, что между вами любовь. - Между кем?- недоумённо уставился Персихвостик на Алана. - Дуняша и ты. - Дружба. И ничего больше. Вот как мы дальше жить будем?- вдруг вздохнул пушистик. - В племя вернёшься,- уверенно сказал Алан. - Придётся. Феличка знаешь какая? Кремень, а не девчонка! - Подкаблучник,- Алан с улыбкой поднял кружку со сливовицей. - Да это-то ладно. С Дуняшей как быть? - Бери с собой. Ик! Ой!- удивился Алан и отставил недопитое. Он попытался встать и не смог, тяжело упав обратно в плетёное кресло. - Ну как вы тут, жонихи?- весело поинтересовалась бойко выпорхнувшая из дома хозяйка,- Эй, да вы совсем уж осоловелые! А ну-ка, быстренько трезвейте! Она взмахнула легко над ними руками, точно птичка. И Алан почувствовал непривычную лёгкость в движениях и мыслях. - Опять колдуешь?- спросил он с улыбкой. - Приходится. Голова без ума- чё фонарь без свечи,- щёлкнула пальцами и вокруг зажглись фонарики. - Красиво!- зааплодировал Персихвостик,- Вот, Алан, учись! Вечеринка! От его крика проснулась Дуняша и сладко потянувшись включила музыку. Весёлое регги. Персихвостик заплясал от радости. - Поехали к кошечкам! На свадьбу их звать, наверное, завтра не стоит. А то мало ли что. Сегодня повеселимся. И Алан не успел возразить, а жених с подружкой уже исчезли среди пальм. Лишь травинки да папоротники задёргались в затихающем вдали ритме регги. - И про тоби забыли,- грустно улыбнулась Лиатрис,- кому жониться, тому и ночь не спиться. - Да если честно, я и не могу себя представить там, среди их новых друзей. Но спасибо, а то что-то и правда голова была лёгкой, а вот ноги уж и не повиновались. - А то вперёд тоби наука. Пьяное дело шатовато, а похмельное тошновато. - Вот тут ты права,- парень встал и принюхался,- пироги? - Пироги,- подтвердила кудесница. - А попробовать уже можно? - Голодный что ли?- хозяйка обвела взглядом стол на террасе. На тарелке горемычно скукожились одинокий кусочек яблока да долька лимончика. - Да и то правда. А на кухне мясной пирог токо токо из печки выпрыгнул. - Прямо вот так? Выпрыгнул?- искренне удивился Алан. - Эх ты, паря, голова садовая!- рассмеялась девушка. - Ну чё ты прикалываешься на до мной?- обиженно надулся он. - Алан, а на сердитых воду возят! - Да я не в обиде. Только,- он остановился в дверях. - Чё такое? - Ты ж запретила на кухню ходить. - Со мной можно. При мне не поспеешь напортачить-то! - Уверена?- неожиданно серьёзно сказал он, всматриваясь в её глаза. - А вот в таковские игры ты со мной не заигрывай,- также серьёзно ответила она, входя в дом. « Хитрая»,- подумал Алан и поспешил вслед за хозяйкой.

Кухня вся была заставлена пирогами. И в печке стояла ещё парочка ароматных румяных открытых добрых хлебов. - Ух ты!- восхитился Алан, остановившись у буфета. - Ну чё стоишь-то, садись, пробуй. Наварила, напекла Окулина для Петра. - Для кого?- недоумённо начал озираться по сторонам парень. - Присказка така, али не знаешь?- улыбнулась хозяйка. - Ну разве ж можно всё на свете знать?- Алан осторожно присел на резной стул. - А Персик вон гуторил, чё Дуняша знает. - Так то ж Дуняша. Алан откусил от щедрого ломтя и закатил глаза от восторга. - Уму не постижимо! Вкуснотища! Лиатрис улыбнулась и тоже присела покушать. - Евши пироги, вспомни и сухую корочку. А я ишо печиво с утра затею. - Могу помочь. - Сама управлюсь,- гордо вскинула подбородок хозяйка. - Ах да, прости, забыл,- Алан постарался неловкость молчания заполнить поеданием пирога.

Чуть позже парень решил предложить прогуляться. - Вечер дивный. Пройдёмся? - Так я уж была на улице. Малю подоила, у курочек была, да и у других животинок обрядилась. - Тем более, пойдём, пройдёмся. Лиатрис посмотрела на печку. - Ну ладно. Вот дождусь пирогов и выйду. - Понял,- Алан поднял ладони, сдаваясь,- тактично выпроваживаешь? - Ага. Он улыбнулся. И встретил похожий взгляд у девушки.

На террасе он заметил позабытые остатки вечеринки. Налил себе сливовицы, закусил долькой лимона. Попытался двинуть тарелку по столу. Не вышло. Подхватил её и решил отнести на кухню. Навстречу дверь открылась сама собой. Вначале он подумал, что это хозяйка идёт, но на пороге никого не оказалось. « Вот оно! Спонтанный выброс магии. Ох, надо быть осторожнее, пока я ещё не научился её контролировать.»

Сумерки опускались размеренно, точно кто-то их намеренно сдерживал. Алан украдкой глянул на идущую рядом кудесницу. - Не гляди на меня комом, гляди россыпью,- её взгляд остановил парня. - Ты ж сама запретила играть,- напомнил он. - Понимашь, у меня ведь уж была одна печаль. - Аналогично,- Алан заметил, как девушка сдерживает дыхание, пытаясь справиться с волнением. - Всему виной вся вот эта суета,- произнесла она, ускоряя шаг. - Напоминает?- он так же заспешил следом. Она резко остановилась. А он не успел. Инстинктивно обнял её за плечи. Лиатрис закрыла глаза. - Может, ты перестанешь сопротивляться сама себе?- прошептал он ей на ухо. - А може ты руки при соби держать будешь?- она исчезла. - Сбегаешь? Почему ты всегда сбегаешь?- закричал он, но она не ответила,- А если я заблужусь? Тропинка в обратную сторону засветилась. - Премного благодарен за заботу,- проворчал парень и неспешно пошёл в обратный путь.

Свадьба пела и плясала. Подружки невесты исполнили старинный танец, заведя хоровод вокруг нарядной Фелички и напевая « Красна девка до замужества.» Алан растерялся. - А я? Мне-то как водить вокруг тебя хороводы? - Не боись, паря, от тоби тако и не требуется. А вот то чё ты Персика домовником к жинке отправляешь- не добавляет ему весу. - Да ладно вам волноваться-то попусту! Мы с Дуняшей уже дом построили,- улыбнулся жених. - Когда успели?- удивились дуэтом Лиатрис и Алан. - А потому что мы рукастые ребята!- Персихвостик обнял подружку за шею. Феличка строго посмотрела на них. - Ревнует!- улыбнулся Алан. Персихвостик отошёл от Дуняши. - А топерь я прошу молодожёнов подойти ко мне,- вдруг сказала Лиатрис. - Ты?- удивился Алан. Но кудесница была слишком занята обрядом и даже не удостоила парня взглядом. Наоборот, она постоянно отводила взгляд от него целый день. И постоянно находила дела поважнее, чем разговоры с ним. Лиатрис свела лапки Персихвостика и Фелички. - Вы искренне и честно признались в чувствах. Душа одна нашла другую. Пусть ваша любовь хранит вас от бед и непогоды. Пусть согласие ваше буде крепче каменных стен. Кто любит свет- тот любит правду. Молвя правду- правду и чини. Клятва умному не страшна. Клянётесь быть опорой и защитой друг для дружки? - Клянёмся!- ответили они. - Други мои! Объявляю вам, вот нова семья! Всеобщее ликование пажиков вызывало смех, но Алан сдержался. А тут ещё и осуждающий взгляд кудесницы заметил. Попытался смять улыбку. Да, вышло скверно. Надо как-то её на танец пригласить. Хорошо, что конкурентов нет. Но только парень собрался подойти к Лиатрис, как его опередил Хамиборик. Чинно- благородно со всевозможными расшаркиваниями и подметанием крошечной треуголкой тропинки, этот шустрик повёл девушку на вальс. Алан только рот раскрыл, да так и застыл, разведя руки в стороны.

Солнце улыбалось над островом. Облака неспешно кружили в вальсе, повторяя движения молодожён. - А кто такие молодые жёны?- поинтересовался Тапик у Фостика. - Не знаю,- пожал тот плечиками в парадной расшитой жилеточке,- наверное, это Феличка.

Глава 26. Королева Заряна.

Малиновый бархат проскользил по алому пушистому ковру. Взмах руки женской руки повелел статуэткам и золотым весам зависнуть в воздухе над грубым каменным алтарём. Она провела пальцами танцуя по выпуклой вмятине в средине стола и почувствовала схожее движение внутри себя.- Ах!- вибрации закружились в ней, но королева силой воли приостановила их.Взяла чёрную свечу из бархатного тёмного мешочка, висящего на поясе расшитого золотом платья. Улыбнулась и с нежностью вонзила угольную твердыню в камень. Вспышка огня застыла и повторилась в ней. Чувствуя жар, королева успела схватиться за алтарь прежде, чем огонь пошёл по её телу, сотрясая всё тело толчками. Горло наполнилось светом. Заряна увидела лицо Лиатрис. Её победную улыбку. И плюнула огнём прицельно в глаза. Но видение пропало, растворяясь дымом. Светлые локоны запылали огнём, облизывая корону. Заряна чувствовала боль во всех клеточках, в каждой жилке, отдаваясь огню целиком. Она знала, что ещё немного и от неё останется горсть пепла и с предпоследним выдохом немеющими пальцами сбила чёрную свечу. - Довольно,- прошептали чёрные губы, наполняясь кровью. Пепел волос вновь обретал золото, тело наполнялось жизнью, кожа светилась изнутри, пульсируя внутри воскресшей королевы-феникса. - Хотел бы я быть твоим огнём!- восхищённо произнёс Хитрован Котуван, скользя взглядом по обнажённой королеве. Она ласково улыбнулась и тут же бархат платья обнял её с ног до плеч. - Хорошенького понемножку! Не забывайся, Хитко! Тебя кто сюда впустил? Пират припал к ногам монархини, целуя край подола. - Никто. Сама знаешь, я вне законов. - Какими судьбами?- царственный голос прозвенел меж возвращающихся на алтарь фигурок. Камешки из огарка перелетели в сияние чаш весов, поигрывая меж собой и вызывая улыбку королевы. - Я с жалобой, моя королева. Совсем распоясалась окаянная ведьма Лиатрис,- голос пирата дрожал от обиды. - Как же ты снова набрёл на её захудалую Матицу!- Заряна взяла в руку уголёк и поманила пирата к себе,- Ближе! Ну что ты, боишься? - С чего взяла?- он поднялся с колен и подошёл к Заряне. Королева повела уголёк по его лицу. Обрисовала глаза, чётким контуром обошла рот и усы. - Молчишь отчего?- она разрисовала его щёки знаками вопросов. Он со страхом скосил глаза на движение уголька в её длинных ногтях. - Боюсь отвлечь твоё величество,- пропуская слова меж вдохов, прошептал он. - И вовсе ты не отвлекаешь. Вовсе нет. Говори, а то заставлю съесть его!- улыбнулась королева. - Почту за честь,- он покорно открыл рот. - Не говори ерунды, Хитко!- Заряна отошла от чумазого пирата и вернула огарок в чашу весов. Вытерла пальцы о льняную салфетку, лежащую на алтаре. - И брось пресмыкаться, а то в ящерку превращу! - Вот спасибо! А тв… Лиатрис уже меня превращала в клоуна. Королева удивлённо посмотрела на Хитрована Котувана, комкая салфетку. - Да, Заряна! Она снова стала смелой. И кстати, у неё новый жених. - Вот как? Недолго же она одна куковала! Утешилась уже!- Королева бросила смятый комок пирату.- Утрись, смотреть смешно. Хитрован Котуван послушно потёр щёки. - И пажиков, моих коварных пажиков переманила на свою сторону,- плаксиво пробормотал он, вытирая слёзы. - А вот это совсем уж скверно,- поморщила Заряна. Она знала, что эта ужимка не портит её. А совсем наоборот, лишь добавляет милоты.

В фонтане послышался плеск. Как-будто прачка со всей силой отколачивает бельё. Хитрован Котуван обернулся в изумлении, Заряна улыбнулась. - Ядвижка?- пират поспешил навстречу русалке. Зелёноволосая пышечка щёлкнула хвостом. - Хитко! А я уж пару дней гощу у Зарянки. Тебя-то каким ураганом в Велоградицу занесло?- Ядвижка обняла пирата и щёлкнула его по носу,- Что? Старая любовь не заканчивается никогда? Заряна полюбовалась на парочку и сказала: - А давайте устроим бал? Позовём местную знать. Покуражимся над ними! - Звучит завлекательно!- хлопнула хвостиком Ядвижка. - А потом повеселимся на Матице,- подмигнула Заряна Хитровану Котувану. - Что? Э нет, туда без меня!- протестующее подняла руки в танцующих браслетах русалка. - Ха! И тебя Лиатрис запугала?- засмеялся пират. - С чего ты взял?- поправила ракушки в волосах Ядвижка, рассматривая себя в струях фонтана,- Я просто устала от бродяжничества и решила на время осесть в столице. Стану светской львицей! Зарянка мне обещала. - Обещала.- подтвердила королева и щёлкнула пальцами. И вот уже Ядвижка в более чем нескромном платьице встала перед пиратом. Её волосы за змеились, шипя и сплетаясь в высокую причёску. На шее и в ушах жемчуга. - Ну как? Нравится?- спросила Заряна и вручила подруге зеркало в золочёной оправе. - Как бы сказать, чтобы тебя не обидеть?- капризно надула губки Ядвижка. - Слишком откровенное?- Заряна повела рукой и платье покрылось флёром прозрачной ткани, скрывая декольте и открытые руки. - Да нет. Верни, что было!- Ядвижка выждала и вновь всмотрелась в зеркало,- Чуть откровеннее, ещё чуток! - Ну куда уж дальше-то? Поборники морали линчуют тебя на дворцовой площади, Ядвижка!- Заряна сделала ей вырез поскромнее. - Ты совсем закисла в своей столице, Зарянка! А помнишь, как мы веселились в прежние времена?- взгляд негодницы скользнул по пирату. - Тогда я ещё не была королевой,- строго ответила Заряна. - Ах, какие мы праведные стали! Я за эти дни за тобой наблюдала. И заметила, что с тех пор как Радомир сбежал, моя подруга тоже куда-то ушла. Осталась статуэтка на алтаре свободы,- она кивнула в сторону каменных святынь,- а сама Заряна исчезла. И никакие ритуалы не возвращают тебя прежнюю. Ту, какую мы помним. Так ведь, Хитко? Пират кивнул. Заряна сверкнула глазами: - Это не правда. - Нет, подруга, это правда. Ведь по этому я искала твоего ненаглядного принца, а увидела нелепого чудаковатого чужеземца,- Ядвижка облизнулась,- а мальчишка-то хорош! Тебе бы глянуть на него? И потом Лиатрис не заслуживает даже капельку счастья. Сама знаешь, почему. Боль в сердце поднялась огнём и глаза Заряны полыхнули. - К чёрту бал! Ты права. Я еду на Матицу! - Молодчага!- хлопнул её по спине пират,- Наша девочка вступает в бой!

Глава 27. Игра двух сердец.

Она снова играла в прятки. И её было… весело? Да, именно так. Ей было весело! Вот он аки горный козёл продрался сквозь колючий шиповник мимо. Лиатрис зажала ладошкой рот, чтобы не рассмеяться. Так. Развернулся. Остановился в двух кустах от неё. Девушка задержала дыхание. И услышала стук сердца. Чужого сердца за спиной. Его руки обняли её и крепко припечатали к себе.

- Пусти,- прошелестела она и попыталась лягнуть его по ноге.

- Эй! А ты зачем от меня сбежала? Бросила среди леса,- он поморщился от боли, но девушку из рук не выпустил.

Кудесница попыталась исчезнуть, и не смогла. Да как так-то?

- Погодь, паря! А ты случаем сызнову не научивсе волховать?- она попыталась хотя бы развернуться.

Тоже не вышло. Алан знал, что проколется и девушка догадается, но всё же попробовал выкрутиться.

- Да не, если бы так, я бы уж давно сбежал с твоего жуткого островка!

Лучшая защита- нападение? Молодец, Алан, отвлёк хозяйку.

- Так давай я отправлю тоби к кузнецу,- предложила Лиатрис.

- А зачем нам кузнец? Нам кузнец не нужен!- на автомате чётко проговорил Алан, чем сильно удивил кудесницу.

- Вот не знаю, об чём ты там подумал, а токо я про то, что Нейко тоби поможет домой вернуться.

- Хозяин мельницы?- спросил Алан, отпуская девушку.

Лиатрис оправила платье, и покачала головой:

- Вот хулиган! Ты ж порвал его!

- Где?- парень присмотрелся к наряду.

Да, правда порвал.

- Вот тут, вишь с боку. Прям по шву.

- Прости,- покаянно сложил он ладони,- дай нитку с иголкой, заштопаю.

- Ну вот ишшо того не хватало, чтобы ты меня уколол да к телу пришил наживую!

- Боже мой, какие страсти- мордасти тебе в голову приходят!- Лиатрис провела ладонью по прорехе и её сразу как не бывало.

- Ловкая ты!- похвалил её парень.

Кудесница фыркнула и отвернувшись пошла на тропинку.

- А ты куда?- Алан привычно заспешил за ней.

- Так сейчас же тоби к кузнецу и отправлю. Чё откладывать-то?

Алан схватил её за руку.

- Прости меня, милая девушка! Я не хочу никуда уезжать. На самом деле мне очень нравится быть здесь. А ещё мне нравишься ты.

Лиатрис осторожно высвободила руку.

- Ишь чё удумал! Врун ты, Алан. Тоби просто надоть женщину найти и всё. А я здеся и вовсе не при чём.

- При чём, Лиатрис. Ведь я люблю тебя.

Он сказал ей эти слова, глядя прямо в глаза и почувствовал, что мир вокруг затих. Затаились птицы, ветер притормозил на ближайшей ветке шипастого красного шиповника. Вязкий воздух плотным пузырём окружил их с кудесницей.

- Да чё седни за день-то такой странный?- услышал он её голос.

Эхо поодаль очнулось первым и повторило:

- …анны… анны… анны…

Лиатрис вздрогнула и Алан это заметил сразу, её кожа покрылась мурашками.

- Замёрзла?- он сделал движение вперёд и уже в следующий миг почувствовал, что обнимает её.

Удивился сам, не понимая, как же так вышло? Но обнял девушку и услышал два выдоха. Её и свой. Так они и стояли долго-долго.

- Дружить дружи, а за полу не держи,- упрекнула она, отодвигаясь от него.

- О! Ожила?- он иронично пощипал её за предплечье.

- Ай, ты чё делаешь?- возмутилась Лиатрис,- Щипал Фрол горох, да заболел поперёк!

- А вот угрожать не надо! Я, если что, понятливый!- он поднял руки вверх,- Сдаюсь.

- Ой ли понятливый?- вскинула брови девушка,- Сколь раз я тоби про жониха говорила?

- А где он, кстати?- невинно поинтересовался Алан, положив руки на свои бёдра.

Лиатрис как будто и не слышала его вопроса, отвернулась и пошла по тропе среди шиповника.

- Лиатрис, я ведь не отстану. Расскажи о нём.

- В мой огород камушки не бросай. Глико лучше на ягодки. До того спелы, аж исти захотелось! Ай да до дому, и будет тоби супец наваристый с капусткой!- облизнулась хозяйка.

Алан улыбнулся:

- Щи что ли?

- Щи да каша…

- … Пища наша,- парень опередил её не только в словах, но и обогнал, встав перед ней.

- Погодь, ты как это?- успела спросить Лиатрис и он её поцеловал.

Чуть отодвинув губы, прошептал:

- Я не перестану… и не надейся…

- Не баттерфляйкай мне тут,- прошептала она и поцеловала в ответ.

- Ух ты!- хрипло ловя губами воздух, пробормотал Алан.

- А тож!- улыбнулась она и вновь припала к его губам.

« Ну вот и всё! Моя взяла, моя!»,- ликовало его сердце.

« Рохля доверчивый!»,- подумала Лиатрис, игриво подмигивая парню.

- А топере домой?- спросила она.

- Что?- он всё ещё не пришёл в себя. Потряс головой.

- Обед без нас никто не съест?- улыбнулась она.

- А да,- произнёс он, точно в школе у доски, когда учительница дала подсказку, а потом поставила «трояк» из жалости.

- А где щи- там и нас ищи!- она протянула ему руку.

« Пусть верит. Ему так легче будет жить. Какое-то время. А когда падать больно? Что ж, все мы падали. И ему не впервой. Сам напросивсе.»

Алан улыбнулся и пожал предложенную руку, бережно сжав её, погладил ласково. « Это случится сегодня. Да, уже вечером ты будешь моей!».

Глава 28. Своя рубашка ближе.

- Коснись земли,- Лиатрис присела и платье окружило её магическим хороводом.Она кивнула влево. И Алан присел рядом, пряча улыбку. С тех пор, как он почувствовал пробуждение магических сил, ирония и некоторая степень превосходства над деревенской кудесницей порывались выйти на волю. Но он старался держать эти чувства в узде. Ведь вчера она так и не стала его. Он слышал стук её сердца даже на расстоянии в несколько метров меж ними. Видел её сомнения, но доверчивые пальцы расплелись и девушка исчезла, оставив его на пороге дома. Он обошёл весь дом, но так и не нашёл её. А утром, заметив его на террасе, хозяйка позвала на кухню и спокойно предложила завтрак. Свежесть салата из огурчиков с дайконом порадовала его. И вот они вновь вдвоём среди душистых полевых цветов. Медвяные ароматы вскружили голову. Он положил руку рядом с её ладонями. Пальчики кудесницы засветились ровным, опаловым сиянием. Он чувствовал! - Не может быть!- прошептал Алан. - Чуешь?- искоса взглянув на него, спросила Лиатрис. - Да,- толчки дышащей земли поразили его,- она что- живая? - Любая планета живая. Любо это людям али нет. Вы её топчете, рвёте на куски, ненавидите друг друга, даже дерётесь, а она лишь плачет, страдает, но любит. Она всех нас любит. Не понятно токо одно: на скоко силёнок у неё хватит терпеть вас,- её голос дрогнул. - О чём ты? - Да так, мамины сказки вспомнила. - А мне расскажешь?- он незаметно прошёл пальцами по траве и накрыл загорелой ладонью её свечение. Лиатрис не убрала руку и не оттолкнула его. Алан осмелел и скользнул другой рукой по её волосам. - Ты ведь знаешь, что красивая? Лиатрис высвободила руку и повторила его жест, играя пальцами по светлым волосам парня. - А ты? Ты ведь знаешь, что красавчик? Он ответил улыбкой и поцелуем. Земля закружилась под ногами. Или это облака побежали, стыдливо желая спрятаться от страсти двух влюблённых? Трава сплела перину под ними. Алан засмеялся. И заметил её улыбку. - Ты чего?- спросил он, ощущая безотчётный страх. « Откуда тут быть страху? Ведь не вампирша же она? А вдруг, что похуже? Отчего вдруг такие мысли? Или она всё же читает внутри его слова?» Раньше он слышал мысли Листьи и совершенно не стыдился ворошить их, а тут ворох трав среди острова, в её русых волосах застряла гвоздика. А она и не заметила. Застенчиво покраснела. Это так мило! Но в её глазах что-то ещё. Да что же это с ним такое? - Я теряю слова.- Проговорил он, сглотнув и упал на спину. - А ты не думай,- её лицо над ним закрыло солнце,- слушай, что говорит земля. И он послушно закрыл глаза.

Летящий ветер кружил над ним. Или эта девушка стала ветром? Сквозь ресницы совсем рядом её глаза. Кожей почувствовал её тепло. Её дыхание в нём. И себя в ней. - Ох!- трава ласкала их, обнимая, впуская в себя, в каждый цветок, в сердцевину, в пыльцу, в тончайшие шёлковые лепестки. - Стань частью острова мово. Матица примет тебя, как и меня примает. Мы вдвоём для её радости. Она дарит силы тоби, паря. Ты- сын её, как и я дочь. Ты- её слава, я- её честь. Добро того учить, кто слушает. Алан, ты слышишь меня? Он открыл глаза: - Да, слышу. - Пообещай, что волшебство твоё отныне лишь во благо будет,- её глаза светились солнцем. - Обещаю,- легко сказал он и попытался вновь обнять её, но Лиатрис не позволила. - Хорошенького понемножку, а то наскучу тоби. Он улыбнулся и повернулся на бок, наблюдая, как она одевается. - Своя рубашка ближе к телу?- кудесница глянула на него и тут же отвела глаза. И только тут Алан заметил, что одет в старые свои одежды. Те самые брюки и рубашку, в которых был, когда попал в мир Лиатрис. - А как это?- медленно произнёс он. - Сам. Это ты сам так решил,- её губы сжались в тонкую линию. Алан вскочил на ноги, серым сеном стала та трава, что была под ними лишь недавно. Да и оно прямо на глазах обернулось пылью, тающей на глазах. Он подхватил охапку сухих цветов. Лепестки ромашек и незабудок вперемежку с гвоздиками и медуницей пролетели меж пальцев, оставив после себя аромат. - Но почему?- разочарованно спросил он. - Так всегда с травами здесь. Новой место надоть, не понял разе?

И действительно, вот они растут, цветы точь-в-точь такие же, как и те, что осыпались им под ноги. - Мы оживили их, понимаешь?- улыбнулась она. И тут же удивилась, заметив, как парень отряхивает рубаху,- Ты чаво? Брезгливый что ли? Не боись, нет здеся заразы никакой, токо травы! - Мне бы переодеться,- он выжидательно развёл руки в стороны,- привык я к тем нарядам. - А сам?- она сложила руки на груди. - А думаешь, получится?- он прикрыл глаза и представил себе льняную светлую рубашку с вышивкой и серые штаны. - Так я не поняла?- услышал он голос кудесницы и открыл глаза. Лиатрис пыталась стянуть с себя светлую рубашку и серые брюки, а сам Алан стоял в её платье. - Упс! Косячок!- он надул щёки и принялся снимать вышиванку,- Честное слово, я не специально. - Ну конечно, находчив ты, паря. Нарядивсе, как Маланья на свадьбу! - Не понятно, то ли шутишь, то ли злишься?- он вручил ей платье, скользнув горящим взглядом по обнажённым плечам девушки. - Накинь на глазки платок- будет тоби стыдить-то меня! Алан улыбнулся: - Да я ведь любя смотрю. - А разе я про любовь говорила?- Лиатрис строго посмотрела ему в глаза. - Нет,- покачал он головой,- я говорю. И на сердце твоё пока не претендую. Но только пока. Лиатрис отвернулась: - Дела сами соби не сделают. Домой дорогу сам найдёшь. Сказала и исчезла. Алан обернулся вокруг: - Да как ты это делаешь-то? Но она не ответила, насмешливо глядя с высоко летящего облака.

Глава 29. Девичья краса.

Алан взмахнул серпом и колосья густой волной легли на поле. Он повёл руками, точно дирижёр, и пшеница зашевелилась, затанцевала послушно склоняясь перед волшебником. Парень повёл ладонью, убирая волосы со лба. Гордо улыбнулся, представляя себе лицо Лиатрис. « Как? Так быстро?»- Нет,- покачал он головой,- я спешить не буду. Сделаю, а покажу ей позже.Солнце не жгло губы, но он решил сходить к реке, освежиться. Золотое поле расступалось перед ним. Лёгкий ветерок наполнился незнакомыми ароматами. Алан оглянулся и заметил открытую коляску, запряжённую белой лошадью. Он глянул из-под руки: - Какого…- он побежал навстречу, размахивая руками,- Эй! Ты что творишь? Умом тронутый, что ли? Или не видишь, ведь тут хлеб!? А ещё больше он удивился, когда разглядел возницу. Светловолосая женщина в средневековом платье уверенно вела экипаж точно на него.

До дома Лиатрис оставалось проехаться по её паршивому полю. Совсем рядом. Королева улыбнулась, представляя гнев кудесницы за испорченные, смятые безжалостно колёсами колосья. Сбор урожая! Ах эта её любовь к естественным работам! Занятно развлекается дурочка. Нет чтобы не заморачиваться, а наколдовать себе всё, чего только душа пожелает! Ведь может же? Может! Смешная чудачка! Так её! Посевная, покос, сбор урожая! Какие странные слова. Право слово, не потомственная волшебница, а деревенская островитянка! Стало жарко. Нестерпимо жарко, небо резко позеленело от злости. - Наколдовала! Защиту поставила, ведьма!- прохрипела королева. Заряна почувствовала, как огонь острыми колкими язычками порывается на свободу из неё. Остановившись на меже, бросив вожжи, спрыгнула в колючие колосья. Она присела на землю, спиной ища опору. Шершавый ствол царапал кожу сквозь шёлк нарядного платья, кружева оплавились сразу, но королева искала спасение и не ощущала ничего, кроме обжигающего дыхания внутри себя. Пальцами зарылась в траву, кромсая её, не заботясь о хрупкости и ломкости ногтей, ища спасительную землю. Выдохнула пар, закашлялась до слёз. Мир разбился на цветочную мозаику. В каждой светловолосый парень бежал к ней. Заряна потерялась среди яви и колдовства островитянки.

По стенам побежали огненные символы. Они подмигивали, дразнили Лиатрис. - Нет!- она бросилась стирать их, размазывая угольную пыль обжигающимися руками. Круги таяли и проступали вновь и вновь. Пузырились насмешливыми буквами, сменяясь под её властью ромбами и звёздами. Они тоже осыпались пеплом. Лиатрис выдохнула, в недоумении разглядывая вымазанные в саже руки. Если бы не это- точно и не было ничего! Кудесница покончила с наваждением и побежала, всё ещё ведя руками по стенам, не сразу найдя выход из дома, вырвалась на террасу, судорожно хватая ртом прохладный утренний ветер. Она повела носом, вдыхая тонкий дымок. - Как же ты не вовремя!- прошептала она, оглядываясь по сторонам, точно в поисках врага.

Алан осторожно прикоснулся к шее девушки. Жилка билась под белой кожей. Светлые волосы, сплетённые в шикарную причёску, увенчанную, пусть и хрупкой, но настоящей короной! Он присвистнул: - Ух ты, королева!- он осторожно похлопал её по щекам,- Эй, спящая красавица, проснись! Длинные ресницы задрожали, меж бровей проскочила морщинка и тут же пропала. Осторожно королева открыла глаза. - Добро пожаловать, беглянка!- улыбнулся ей симпатичный блондин. « Ого, и впрямь, красавчик! Не обманула Ядвижка!»- заметила Заряна. А вслух сказала строго: - А с чего ты, батрак, взял, что я- беглянка? - Да какой я тебе батрак? « А он заносчивый! Ишь дикарь какой!» - А ты гонор-то поубавь, парень!- королева оттолкнула его предложенную руку и покачиваясь, встала, хватаясь за колесо. - Прошу прощения, Ваше величество,- Алан отвесил церемонный поклон. - Опомнился?- гордо сказала королева. - Так как же Вы сюда попали? Да ещё и без свиты?- Алан кивнул в сторону коляски и одиночного эскорта в виде лошади и простоватой на вид коляски. Заряна меж тем приводила в порядок повреждённое огнём платье. Завела новый узор на остатках кружев, восстановила потрёпанный подол. - Ты что-то спросил или это комарики пищали?- улыбнулась Заряна, зная, что выглядит впечатляюще. « Ну ещё бы! На фоне замухрышки- Лиатрис любая может блеснуть девичьей красой!». - Да, спросил,- Алан почувствовал раздражение от высокомерности гостьи. « Все вы, цари, одинаковы, видимо!». Он выдержал паузу. Королева заинтересовалась. - Так. И о чём же ты спросил? - Почему Вы здесь одна? - У себя дома я имею право быть, когда пожелаю и как захочу. А вот кто ты таков?- было что-то в её словах странно-знакомое, но пока Алан размышлял, что именно, королева спросила вновь,- Что молчишь? Отвечай, когда королева спрашивает? - Ну, мы сами не местные. Так, мимо проходили,- с улыбкой ответил наглец. - Кто это- «мы»? Вас что тут целая банда? Говорила я Лиатрис, что этим всё кончится, но она же у нас самая умная, самая сильная. - Да был тут один пират, но мы от него избавились. - « Мы». Снова это слово. Вот прикажу страже почистить остров от чужеземцев, будешь знать, как без спросу шастать тут… - А вот хозяйничать, Зарянка, я тебе дозволения, вроде бы не давала,- услышали они голос кудесницы откуда-то сверху. Зелень облаков расступилась лесенкой и кудесница чинно спустилась, приближаясь к Алану и Заряне. Платье-вышиванка составляла пару рубахе парня. Заряну аж передёрнуло от их дурацкого гардеробчика! - Умеешь эффектно появиться!- улыбнулась королева. - Ты тоже, сестра,- строго глянула в ответ кудесница. Алан удивлённо переводил взгляд с одной на другую.

Глава 30. Подарёнок.

- Зачем пожаловала?- уперев руки в боки, строго спросила Лиатрис. - А что ж так грубо-то?- улыбнулась королева. Алан почувствовал себя лишним и отступил в тень пальм. Девушки и не заметили. Глаза в глаза, ведя безмолвную дуэль, сёстры стояли друг против друга. - Дом-то наполовину мой,- напомнила Заряна. - А, так тоби королевства мало?- усмехнулась кудесница. - Да вот подумываю, а не заявить ли о наследстве? - Зря, ой зря, Зарянка! Королева хлопнула в ладоши и протянула сестре свёрнутый в трубку холст. - Глянь лучше мой подарёнок-то! И успокойся, пошутила я. Живи, как жила. Алан заметил, как рукой прикрыла рот Лиатрис и тихо ойкнула. - Довольна? Вижу, что довольна! Дома над камином повесь. И что застыла-то? В гости сестричку пригласишь, али забыла про гостеприимство?- Заряна подхватила кудесницу под ручку и потащила по тропке, та не упрямилась, всё ещё разглядывая картину.- А что за паренёк? Куда пропал, или он ненастоящий? Королева огляделась по сторонам, но Алан предусмотрительно затаился за пальмой. Она пожала плечами и снова обернулась к сестре. - Ну ладно. Не хочешь делиться секретиками- оставайся еретичкой, сестричка!- вполне довольная собой, королева на ходу преобразилась, позолотив платье и сотворив причёску, схожую с сестрёнкиной.

Вскоре их голоса стихли вдали и наш предприимчивый парень обошёл пальму в поисках коляски и лошадки, оставленной королевой без присмотра. И не нашёл. - Вот дела!- почесал он затылок. - Что, дурная голова ногам покою не даёт?- задал хриплый голос над ним. Алан посмотрел на ветки. Мокрый хвост шлёпнул его по щеке. Зелёные локоны змеились вокруг лица. - Ядвижка?- удивился парень. - Как приятно! Ты меня узнал!- обрадовалась русалка. - Погоди, ведь Лиатрис тебе запретила ступать на её остров, или это мне приснилось?- сузил глаза недоверчивый блондин. Ядвижка облизнулась: - Ай, красавчик! Не забивай себе голову этой ханжой! Алан заметил в её руках хлыст и часто заморгал. Ядвижка приоткрыла рот, проследив за его взглядом и спрятала хлыст за спину. - Я понял,- устало сказал Алан, отступая на тропу,- ты была лошадкой королевы. - А вот и нет, а вот и нет!- захихикал потешный голос за его спиной. Алан успел обернуться и заметить красный нос и оранжевые всклокоченные волосы, в следующее мгновение Ядвижка спрыгнула на него, а клоун ловко перебежал, топая здоровенными башмаками, чтобы помочь пленить нерасторопного парня. - Лошадкой был я!- Голос пирата изменился до неузнаваемости, став прерывистым и звонким. Он не мог больше контролировать сдавленный смех, кривляясь в глупых ужимках. Русалка надула губки, пытаясь не поддаться истерическому смеху. - Ядвижка, а ну-ка, ну-ка, пособи!- хихикал клоун, связывая Алана сыромятной кожей. Вдвоём они его не сразу, но всё же одолели и отдуваясь, рухнули с двух сторон. Ядвижка, обретя вполне приличные ножки, мелькающие в разрезе изумрудной парчи, а клоун так и остался в своём образе. Алан тяжело дышал и пытался выкрутиться из плена. Но напрасно. И тут он догадался, что заговорённая верёвочка-то просто так не порвётся. Тут хитрость нужна.

А пока наш герой думает, мы переместимся в усадьбу Лиатрис. Посмотрим, что творит Заряна. А ничего. Сёстры, как ни странно вполне себе мирно рассуждают на кухне, вспоминая детство. - А ты помнишь, с чего всё началось?- подмигнув, спросила Заряна и кивнула в сторону печки. - « Ты помнишь, как всё начиналось?»,- запела Лиатрис и сестра подхватила мотив, искусно ведя вторым голосом. - Всё было впервые и вновь…

И память услужливо подбросила кудеснице весёлые воспоминания двух проказниц. Кораблики из газет, бегущие на перегонки по каменистой реке. Первые пирожки, уложенные в корзинку, нарядный красный плащик, сотворённый Зарянкой для сестры. Их игра в Красную Шапочку и Волка… - А потом я встретила её…- со слезами на глазах Лиатрис посмотрела на сестру. - И ты выбрала иную сторону,- строго сказала Заряна, вскинув голову, блеснув слезами. - Ты веришь в то, что хочешь, сестра. Я же помню иное. Вы с мамой бросили меня. А Соня спасла. - Твоя Сонька была бенанданти! Она враждовала с мамой всю жизнь, пока… пока не победила её. - У кажной из нас своя правда. Может, перестанем говорить об этом? Али ты приехала поссорится ишшо разок?- Лиатрис встала из-за стола. - Да что ты вскипела-то сразу?- Заряна тоже встала,- Я привезла тебе ваш с мамой портрет, как напоминание. Не во вред, не со зла. Лиатрис выдохнула, глядя в упор на сестру: - Ну хорош. Раз так, пошли повесим ево над камином. А потом ишшо погуторим, систрича! Заряна, выходя из кухни, пытливо глянула на окно. Над полем чернел дымок. Королева криво улыбнулась и тут же изобразила ласку во взгляде для сестры.

Глава 31. Золото добра и зла.

Со стонами, осыпаясь угольками падали спелые колосья. Искрились светлячками, разбиваясь друг о друга. Алан напряг руки, скрипнул зубами. Кнут врезался в запястья. Капли пота сбежали со лба по переносице к губам. Соль слёз вгрызлась в кожу щёк.Клоун носился колесом по полю. С визгом и хохотом, кувыркаясь, жонглируя, разбрасывая наполненные огнём шарики. Ядвижка, щурясь от солнца, сидела у костра. Это она создавала пузыри, выдувая их из воздуха, сосредоточенно наполняя их диким огнём.Алан закрыл глаза от бессилия и выдохнул отчаянье рычанием. И тут поле застонало ещё громче. - Уф, утомилась я. Эй, малыш, не желаешь помочь?- она сделала паузу. Никто не ответил,- Эй, как там тебя? Лалан? Алан открыл глаза: - Да хоть горшком назови, только в печку не сади. - Что ж я, бабка Ёжка что ли? Алан улыбнулся через силу, как можно ласковее: - Красивая ты, чертовка! - Так что, поможешь?- она оставила пузырь висеть над костром и с оханьем поднялась с земли и подошла к пленнику. - Обещаю попытаться, если научишь. Он не без удовольствия наблюдал её пышнотелые груди на уровне глаз, когда русалка освобождала запястья от сыромятной кожи. - Благодарствую, Ядвижка,- он растёр болючие следы. - Хей, ты что наделала?- закричал клоун, прытко подкатывая к костру и пытаясь дотянуться до Алана, но Ядвижка успела заслонить парня собой и протянула Хитко новые огненные пузыри. - Не ухитяхай, Хитко! Лучше давай отпразднуем победу!- она показала клоуну глиняную фляжку. - А ты как это?- удивился Хитко, отбросив подальше в поле пузыри и хлопая себя по карманам,- Вот же щипачка! Ух, шельма! Он погрозил ей пальцем и ухватил воздух перед собой. Русалка со смехом подняла фляжку повыше. Клоун потешно подпрыгнул, но опять напрасно, Ядвижка спрятала вожделенную фляжку в декольте.

За этой дружеской вознёй они совсем упустили из виду Алана. А он тем временем подхватил пару пузырей, прыгающих над костром, ловко наполнил их огнём и бросил клоуну: - Лови! Хитко, только что совладавший с пронырливой русалкой и с жадностью пьющий из фляжки, от неожиданности вылил бухло на себя. Лопнувшие пузыри высвободили приличные факела, и клоун, не успев увернуться, заверещал, упал на землю и покатился по полю, в надежде сбить пламя. А на деле загораясь ещё сильнее. Алан решил воспользоваться замешательством русалки и попытался поджечь и её. Но напрасно. Чешуя её наряда оказалась жаропрочной, лишь чуток опалились зелёные волосы, растрепав шикарную шевелюру. - Парниша! Да ты обманщик!- Ядвижка набросилась на него с кулаками. Алану ничего не оставалось, как отступать. Прямо в костёр. Язычки склонились к земле, превращаясь в лепестки диковинной ромашки. - Ах нет! Огня! Дай мне ещё огня!- русалка молитвенно сложила ладони, собирая перед собой новое кострище. Алан полюбовался на бутон, в центр которого попал и насмешливо посмотрел на Ядвижку. Он напряг силы, призывая облака. Лёгкий пух белыми перьями собрался над ним, становясь всё темнее, синея, багровея, затягивая фиолетовыми, яркими красками. Ядвижка бросила попытки раздуть костёр, закашлявшись до слёз. Она насупила брови, глядя на Алана, а он показал ей язык и рассмеялся. Русалка выставила ему фигу и заметила его взгляд, смотрящий куда-то за её спину. - Хитко!- закричала она и бросилась помогать приятелю. Вот в этом она преуспела больше. Пёстрая парча с кружевными вставками висела лохмотьями. Рыжие волосы покрылись пеплом, унылый рот и нелепый пунцовый нос выглядели гротескно и дико смешно. Клоун отплёвывался и махал руками в сторону Алана, потешно грозя кулаками и топая башмаками, просящими каши. Подошвы крошились, высвобождая полосатые чёрно-белые носки. В конце концов, он не выдержал и заплакал, брызгая струями из глаз: - Уа! Уа! - Ну поикай, поикай!- участливо обняла его русалка, прижимая к груди. Клоун пошарил по карманам штанов и вытянул метровый носовой платок и шумно высморкался.

Первые капли из туч с шипением закипели, прыгая по уголькам. Алан понимал, что не в его силах вернуть урожай, но спасти поле, деревья и остров он сможет. Сыромятный кнут догорал, распадаясь на лопающие с треском нитки.

Ядвижка прикоснулась ногтями к мокрой щеке и растерянно нашла на Алана. А он не стоял на месте. Двигаясь по кругу, ведя за собой тучки, парень, кажется улыбался. Но не гордой улыбкой победителя, а злой, мстительной, посылающей в сторону Хитко и Ядвижки не лучики добра и сострадания, а гром и молнии. А поле тоже не дремало. Из угольной пыли взлетали розовые птички, и сделав прощальный круг над погибшими колосьями, мстительно устремлялись вперёд. А впереди… Клоун, с болью ковыляющий по жаркому полю, опирался на руку подруги. Острые клювики щипали их, буравили глазками, похожими на зёрна пшеницы, звонко пищали в уши и ранили крылышками. Ливневые струи смывали копоть с земли и усмиряли боль саднящих запястий Алана. Угасали вдали голоса негодяев, но наш герой даже не обернулся, поглощённый дождём и новым чудом. Поле оживало. Будоражили, бурлили новые чувства: сострадание и ответственность. Меж оконцами облаков пробежали робкие солнечные лучи. Теплота их ладошками приласкала Алана. Он улыбнулся, не замечая бегущих по щекам слёз. Ростки проклюнулись сквозь рваные раны и побежали вверх, вверх! Зелень торопливо наполнилась позолотой спелости. А волшебник всё никак не мог угомониться, возрождая поле. Он не знал, что дым с поля окутал усадьбу, что Лиатрис побежала, оставив сестру далеко позади. Заряна что-то кричала, но напрасно. К кудеснице слетелись розовые птички и наперебой загалдели новости. Заряна остановилась, с любопытством разглядывая поле. - Ты! И твои приспешнички!- хозяйка острова обернулась к сестре. - И что? Тебе ли печалиться, сестричка!- рассмеялась королева. Золото её наряда не уступало пшеничному великолепию. - Так вот зачем ты пожаловала!- сузив глаза прокричала Лиатрис и взмахнула руками в сторону Заряны. Птички полетели в атаку и упали замертво, сражённые огненным взглядом муравской королевы.

Глава 32. Иная битва.

- Птичек жалко,- шмыгнул носом Алан.Заряна наклонилась, брезгливо двумя пальцами подняла одну за крыло. Подула на опалённые пёрышки. Птичка золой просочилась меж пальцами королевы.Лиатрис подошла ближе, сестра попятилась. Кудесница нагнулась, бережно погладила крылышки у одной, клювик у другой. Прошептала что-то одними губами. И стайка очнулась! Благодарно покружив вокруг девушки, розовые птички исчезли среди играющих с ласковым ветром колосьев. - Как это мило!- поджала губки Заряна,- совершенствуешься, сестричка. Оживляешь, аки святая! Может… может, и маму тоже вернёшь? Глаза Лиатрис из карих стали земли темнее. - Так вот зачем ты примчала? Подул иной ветер, вихрем обнял королеву, приподнял над землёй и помчал её вдаль. - Нет!- Заряна отбивалась руками, отбрыкивалась ногами в высоко зашнурованных сапожках, но всё было напрасно. - Сбросишь её со скал?- удивился Алан. - Якие скалы?- Лиатрис без видимых эмоций посмотрела на исчезающую за пальмами сестру,- На кораблик притулим её и отправим восвояси. Погостила- пора и честь знать. Хозяйка смотрела перед собой, не замечая ничего. Алан взял кудесницу за руку. И она наконец-то очнулась. Обвела взглядом поле. Сорвала колос, растёрла меж ладонями, пожевала зёрнышко. - Нездешняя магия у тоби, паря! - Со мной многое сегодня случилось впервые.

Алан вдруг почувствовал себя необычайно усталым. Разноцветные круги завращались перед глазами, опадая с неба, наполняясь то розовой птичкой, то ужимками клоуна, то бьющей хвостом русалкой, но чаще всего мелькали лица Заряны и Лиатрис. Он видел себя со стороны. Вот он прыгнул через огромный, раздуваемый ветром костёр. А вот зачем-то разделся до наготы и пропустил огонь из ладони Заряны сквозь свою, с другой стороны Лиатрис налила из кувшина воду в сложенную им ладонь и эта влага стала озером среди камышей, где-то далеко-далеко отсюда… Голоса перебивали друг друга, перешёптывались с разных сторон. Он думал, как остановить эту вакханалию, а руки снова связаны кнутом за спиной. Но потом они рвутся на нитки, оплавляясь, раздирая кожу запястий. А кто-то невидимый гладил его по голове и шептал: «Угомон через гомон. Перешёпот через слово. Без прозваний и имён, Я тоби любить готова…» Он зацепился за эти слова, спасительным кругом протянутые ему. И вот уже он барахтается среди ниспадающих бархатных платьев Заряны. Королева манит к себе, призывно улыбаясь среди альковных занавесей, прозрачных настолько, что он увидел каждый изгиб её тела: « Иди ко мне!.. Три власти во мне. Моя власть, власть с помощью меня и власть над кем-то…» Но другой голос также шептал, да ещё и расцеловывал в лоб, лаская волосы: « Я- сама любовь, сама печаль… ласка…». И он вновь зацепился за этот шёпот, ухватился обеими руками, подтягиваясь на арке, увитой алыми розами, стоящей посреди спальни королевы. И полетел вверх, выше черепичных крыш, выше ратуши и донжона, выше высоченных дубов и неспешных облаков над бухтой с покачивающими на волнах кораблями, зад ароматами садов, над закатом. Он почувствовал дождь, летевший прямо в глаза. За спиной Заряна кричала: « Найди меня, когда поймёшь какая она…». А он лишь покачал головой и полетел прямо к солнцу. Он поймал его улыбку, или это кто-то из древних богов благословил его. Алан закрыл глаз, чувствуя покой и уснул во сне.

Лиатрис выдохнула усталость. Алан перестал бредить. Гамак с улицы вновь перекочевал в гостиную перед камином. Хозяйка вспомнила о портрете. Над камином её детское личико в алом наряде и нежная улыбка матери. Лиатрис подошла ближе. Светловолосая девочка с короной на голове гордо и уверенно разглядывала её с портрета, сидя рядом с мамой. Кудесница протянула руку, чтобы сбросить подарёнок сестры, но того уже как и не бывало. - Вот же шутница!- рассмеялась девушка и вернулась к Алану, чтобы успеть подхватить падающее на пол одеяло. Парень снова воевал во сне. На этот раз с какими-то неизвестными Лиатрис демонами.

Глава 33. Старгородок.

Звонкий задорный девичий голосок: - Молодейко, купи соби баранок! Меньше бублика, боле сушки! - Держи монетку, красавица!- услышал Алан над ухом ломающийся голос веснушчатого долговязого парнишки с пушком над губой и длинной чёлкой рыжих кудрей, одетого в простецкую рубаху и подвязанных верёвкой вместо ремешка однотонных блеклых штанах. - Ой, так много, много!- удивилась добротелая девушка. - А поцелуй, что ли меня?- нагло ухмыльнулся парень. - На сдачу?- щёчки продавщицы заалели. - Ну да, и будем в расчёте,- парень уточкой вытянул губы. - А вот я тя ща, губошлёп, поколочу!- замахнулась рушником сухонькая старушка, вынырнув из-за девичьей спины. - Так ведь я не со зла!- Оправдывался парень, заслоняясь руками с баранками. - Ишь ты, не со зла он! Ишь ты! Вот будешь знать, как девку мою сманивать на малинку-то!- разоралась старушка, но заметив, народ смеётся, остановилась, глазки быстро- быстро забегали,- Вот, на-ко, держи сдачу-то! Она отсыпала парню три монетки из кожаного кошелька, висящего на плетёном поясе. Алан улыбнулся, глядя на парня и пошёл дальше.

- Клюква,- квакнул низенький плешивый старикашка гномьего вида. - Что, простите?- Алан аж остановился. - Клюкву продаю, грю, вишь?- морщинистые трясущиеся ручки приподняли сомнительной чистоты тряпицу над туеском. Старик сидел на странном возвышении, похожем на трон, прикрытый дырявым куском красного бархата с когда-то жёлтой, а ныне грязной бахромой. - Жаравликой он торгует,- пояснила Лиатрис. Она только что догнала Алана. - Да я понял, что за товар у него. Купила, что хотела? - купила!- девушка довольно улыбнулась, аккуратно похлопав по холщёвой торбе. - Ты прости, что не стал дожидаться. Но сил моих не было больше ждать, когда твой шопинг закончится. - Да, чё-то я увлеклась,- надула щёчки девушка. - Скупить все нитки для вышивки- не просто увлечение, моя дорогая, а спонсирование собственной слабости. - Ишь, как муж-то отчитыват!- похвалил его старик,- Правильно, паря, правильно. Домострой в семье нужон и традиции чтить надоть!- Он погрозил кривым грязным пальцем перед собой. Алан с подозрением вгляделся в продавца: - А ты из каких мест будешь, дядя? Тот тут же сделал вид, что задремал, при этом сопя под нос: - Не покупаешь- проваливай! - Каков нахал!- возмутилась дородная тётка, разглядывающая товары гончара у соседнего торговца. - Чисти-ко место, дед,- крикнул на ухо старику, торгующий ягодами молодой мужик, но в отличии от деда, спелыми и чистыми. Он ютился с лотком рядом с грязнулей. И ему определённо не хватало места. - Да оставьте вы его в покое,- неожиданно заступился за диковинного деда рыжеволосый купец,- вот я сейчас скуплю все его ягодки, а потом за твои примусь. Старикан обрадовано вручил ему туесок и вскочив с молодецким проворством, побежал по ярмарочному проходу, крепко прижимая к груди несколько десятков серебряных монет. - Странный тип,- задумчиво проговорил Алан. - Да так, какая-то чухонь белобрысая,- проворчал парень, деловито разворачивая свою торговлю на освободившемся месте,- А нагадил-то старичок! Ой же, ой! Не поможешь? Обратился он к Алану. - От чего бы и нет?- он поломал гнилые фанерные, в жёлтых подтёках, ящики, имповизированного трона. - Ну вот,- довольно потёр руки парень,- как и не было вонючки! Алан предложил Лиатрис: - Купим у парня ягодок? Смотри, какие чистые! Видно, что руки лёгкие и сердца добрые у его родных! - Отчего ж не поддержать хороших людей?!- кудесница опередила рыжего купца, пока он торговался с парнем и обменяла монеты на товар. - Благо тоби, Лиатрис!- кивнул с улыбкой продавец. Подошли к нему ещё покупатели. - Ну что, идём дале?- спросила девушка, с улыбкой нагружая Алана увесистой корзинкой.

-Эх, повернулось решето, Да повисло над рекой! - веселил народ скоморох, тренькая на балалайке, -А вступай в хоровод, Веселись, честной народ! И повёл он людей по часовой стрелке, напевая: - Чтобы в мире жили мы, Чтоб не чуяли войны! Эх, повернулось решето! Ишь ты! Ишь ты! Вон како! Хоровод развернулся и дружно поклонился солнцу. - Порадуемся, братья и сёстры, и обнимемся! А ну-ка, дружнее, веселее! Весело живётся- так весело и прядётся! Одна из женщин громко вздохнула, поправляя чёрную шаль на плечах. - Да не печалься ты, баба! Давай дружить: то я к тоби, то ты меня- к соби!- Женщина стыдливо спрятала лицо за шалью.- А ты не прячь красу-то, тётя! Али я худ в чём? Я ж давно тоби приметил: баба добрая, а я весел. Вот, кажите, люди, чем не пара? - Ожонитесь да и живите!- крикнул продавец ягод. - Вишь, народ сватает!- Скоморох подошёл к женщине,- Настёна! Али не признала? - Павлуша?- голос вдовы дрожал. - Да,- серьёзность завладела скоморохом,- первый поцелуй мой был, помнишь? Женщина позволила ему себя обнять. - Жонитесь уж!- крикнула старушка с баранками. - Любо-дорого глядеть!- улыбнулась Лиатрис. - А может и мы…- начал Алан говорить и затих. - Чаво мы?- посмотрела на него девушка. - Пож… Пожалуй, пойдём дальше,- сказал Алан,- А то… вот корзинка что-то тяжела. - Ну раз корзинка тяжела- товда её убавим! Она глянула пристально на ягодки и уменьшилась поклажа, став не больше напёрстка. - Как бы не потерять,- засуетился Алан, перекатывая корзинку по ладони. - Да уж постарайся, сохрани покупку-то!- подмигнула девушка,- Ой, да дай-ко сюды, горе луковое! И спрятала лукошечко в торбу. - Добрая ярмарка!- похвалил рыжий купец, остановившись рядом,- А всё благодаря кому? - Кому?- спросил Алан. - Мне! Кому же ещё!- он надул щёки, выпятив нижнюю губу и грудь колесом, уперев руки в боки и гордо пошёл дальше. - Хвалилась синица море зажечь!- махнула в его сторону кудесница. Алан не сдержался и фыркнул. - Чё за звук?- обернулась к нему Лиатрис. - Так нервы,- закашлялся он. - Хреново. А пойдём чайку с мятой попьём? - Да я бы не только чайку пивнул, а и поел чего-то.

- Хлеб мягок и нож востёр.- подмигнул пекарь, подавая им по краюхе от свежего пышного каравая. - Благо тоби, Лазарик,- кивнула Лиатрис.- доброе дело само соби хвалит. - Так добро не лихо- бродит тихо!- Лазарик перевёл с девушки ласковый взгляд на Алана, хмурясь,- Порозно не думай. - Не буду,- Алан не отвёл взгляд. - Выдержал! Гли-ко, Лиатрис!- пекарь богатырской пятернёй припечатал парню по плечу,- Уважаю! - А маслица-то, маслица с колбасками домашними отведайте!- Позвала хозяйка соседнего лотка,- Это те не волчьи объедки- батерброды заморские будуть!

Весёлая ярмарка с шутками скоморохов и хлебосольным угощением продолжалась и после заката. Селяне развели костры и заплясали под скрипки да балалайки, отстукивая ритм деревянными ложками. Алан чувствовал, как подпитывается доброй энергией и благодарно улыбнулся Лиатрис. Поехать на соседний остров в Старгородок- была её идея. - Оставили вот мы на хозяйстве молодожёнов Феличку и Персихвостика под неусыпным взглядом Дуняши, а что-то я волнуюсь,- сказал Алан. Лиатрис задумчиво посмотрела вдаль: - Да оне управятсе, чую! - Хорошо, будем доверять твоей чуйке!- Алан обнял её за плечи,- Не замёрзла? - Ну чуток токо. Дома-то теплее. - Значит, мне не показалось. - И тут тепло, да токо лето не то,- она доверчиво прильнула к парню, и через мгновение отодвинулась,- Ой! - Что такое? - Обычай же скоро! - Что за обычай?

Оказалось, венки девушки на воду спускать уже начали. Лиатрис провела рукой по волосам и сняла ягоды алые переплетенные с цветами и душистыми травами. Она пошла к реке. - А не жалко красоту такую в воду бросать?- огорчился Алан. - Самодива примерит и сама выберет, чей краше. А остальные вернёт девчатам. Алан только хотел полюбопытствовать, кто такая Самодива, как тут же и увидел: из воды появилась среди кружения водорослей и рыбок молодая русоволосая девушка. В длинной белой расшитой рубахе, и венки завели хоровод вокруг её. Девушка царственно кивнув поприветствовала народ. Те поклонились в ответ. Она улыбнулась и повела руками по воде. Венки закружились быстрее. Самодива запела: - Калины цвет мне боле люб, Чем золото, хрусталь и розы… И девушки подпели: - Дарю венок и нежность губ, Улыбку, а не девьи слёзы… Алан заметил, как блеснули глаза Лиатрис, но не решился обнять. Самодива же остановила свой выбор на венке из васильков и анютиных глазок. Девушка, подарившая его, обрадовалась, завизжав от восторга. А все вокруг начали её поздравлять. - Чего она радуется?- спросил Алан. - Суженый вернётся к ней из далёкого края,- Лиатрис запрокинула голову, не выпуская слёзы из глаз. Алан бросился в речку и венок кудесницы сам подплыл к нему. - Диво-то какое!- зашептали люди. А парень стряхнул капли в речку, улыбнулся Самодиве и понёс венок Лиатрис. Хранительница реки нырнула и исчезла, оставив после себя лишь венки да перестук камышей. - Он выбрал тоби,- прошептала она. Алан наклонил голову, принимая девичий дар. - А чаво распавсе хоровод?- крикнул скоморох Павлушка. - Так пора на ручеек!- ответила ему Настёна. И радостный народ продолжил пляски, увлекая в танец всех, кто знал толк в веселье.

Глава 34. Хранитель магии.

Светлячки кружили долго. Ещё дольше не засыпала Лиатрис. Алан устал ждать. Ну как устал? Целоваться ему очень даже нравилось. Да и всё остальное тоже.С некоторых пор кудесница перестала чудить с мебелью, лишь изредка переставляя столик в гостиной от камина ко входу, да гамак по улице кочевал с заднего двора на террасу и обратно.Вот и сейчас девушка спала, обняв подушку, которую заботливый парень подложил вместо себя. Колыбелькой раскачивалось на крепких тросах их ложе на террасе. Алан улыбнулся и пошёл в дом. Где-то вдали мяукали кошки. Это Дуняша с бандой гуляли по острову. Вслушался, ловя шёпот ветра в листве. « - Интересно, а здесь осень бывает? Или вечное лето? - Наверное, смена времён года всё же есть. Иначе соседние островитяне, да из того же Старгородка, давным-давно бы сюда перебрались. А зачем злить людей, меняя климат настолько кардинально? - Да, точно тёплая осень и внешняя видимость зимы. Наверное, так.» Ведя внутренний диалог с самим собой, Алан дошёл до спальни. Провёл рукой по ручке. Холодная. Точно липкий лёд, пробирающий до мурашек. До стука зубовного. Лоб покрылся холодной испариной. Сердце царапнул страх. - Ого! Это что-то новенькое,- прошептал он и потряс головой, отгоняя морок. И почувствовал, как тепло поднялось, начиная с ногтей на голых ступнях и согревая опоясывающей змеёй, забираясь под штанины. Стук в висках загулял по лбу, сгоняя пот. И блаженное спокойствие в купе с уверенностью на выдохе передалось движением толчка двери внутрь комнаты.

Бесшумно и темно. Алан ощупал стену, ища выключатель. - Да откуда ему тут быть? Опомнись,- сложил губы в гримасе самоиронии и пошёл по пушистому ковру, приятно ласкающему, дерзко пританцовывая пружинящим шагом. - Мы не мыши, мы не птахи, Мы ночные ахи-страхи!..Ай! Наткнулся на кровать. На потолке засветилась тусклая лампочка. Алан, решив, что сработал какой-то датчик на движение, решил сделать свет поярче и хлопнул в ладоши. Лампочек стало две. Всё таких же несмелых. Хлопнул ещё разок, а потом ещё, и ещё. И тут почувствовал перебирающиеся по спине и волосам чьи-то пальцы. - Лиатрис?- произнёс он неуверенно. Шуршание затаилось. - Играешь?- Алан выгнул брови домиками и резко обернулся. Чёрные мохнатые лапы с хрустом вцепились в его спину, вжимая голову в плечи. - Ай! Ай, пусти, чертяка недоделанный!- закричал парень и замахал руками, пытаясь скинуть обидчика, тот не остался в долгу и набросился на Алана всем своим паучьим телом. Сухость конечностей наполнялась жизнью, высасывая из нашего героя не кровь, а жизненную силу, несомненно пытаясь завладеть живописными узорами мозга. Алан понял это сразу и прикрыл глаза, копя силы для отражения атаки. Он представил себе, как отбирает через те же щупальца не только собственную магию, но и то, чем богат жуткий паук.

- Что ты делаешь?- услышал он голос, знакомый до боли, и обрадовался. - Лиатрис! Видишь, какая неприятность приключилась!- Алан открыл глаза и первое, что заметил был гнев в её взгляде, а потом она бросилась к поверженному чудовищу, дёргающему жуткими конечностями и вызывающими у Алана омерзение и желание додавить гада прямо тут, втоптать его в ковёр, и получить удовлетворение от того, как он распадётся на запчасти, и его скрюченные лапёшки никогда не задвигаются, а погасшие глаза не обретут снова даже малую крупицу зрения. И Алан бы так и сделал, если бы не Лиатрис. Она намеренно заслонила монстра собой, баюкая его на коленях, шепча непонятные звуки и даже, кажется, судорожно дышала, точно ушла в рыдание. - Зачем ты возишься с ним? Лиатрис, послушай, я случайно забрёл сюда, поверь, честно. Я ничего не сделал, просто искал выход, а он напал на меня. Я мог умереть. - Врёшь. Хранитель никовда не нападает первым. Верно, ты ево растревожил чем. Вот он и разобидевсе. А может, ты с ним дразнивсе? Что молчишь, каку каверзу ишшо замыслил? - Я… Да ты сама мебель вечно переставляешь, столик этот дурацкий. Вот я и забрёл не туда. - Ах, топере я виновата?- она зло сверкнула глазами. - Я… Мне, наверное, надо уйти? - Ну да. Иди. Парень–то ты золотой, да токо руки из глины! Иди от греха подальше. - Так я. Пошёл?- он ждал её взгляда и слов других. - Да, иди,- даже не обернулась.

А вот Алан бросил на кудесницу прощальный взгляд. По сути, у него теперь есть всё, что нужно. Он не пропадёт. Силёнок прибавилось. Как бы узнать, что он отобрал у Паука? Может, летать и метать паутину научился? А что, супергеройство всегда его привлекало больше, чем сомнительная слава второй скрипочки при ворожейке! Тот Листья удивиться! « Для начала подойдёт и лодка, да и грести не так уж далеко. Наверное. А когда устану, поставлю автопилот какой-нибудь, самый примитивный, и завалюсь спать.» Он оглянулся на остров. Где-то там счастливые пажики обустраивают домики, готовясь к зиме. Запасливые оказались и домовитые. А Дуняша-рысь стала вожаком кошачьей стаи. Лиатрис… Он вдруг вспомнил все искорки, что пробежали меж ими. Каждый денёк, а в последнее время и ночки. Но он почувствовал, что девушка всё ещё любит другого, а он… Да просто подвернулся под руку, вот и всё. Забавно получилось! Алан улыбнулся, посмотрел на пальмы, точно это они уплывали от него среди пышных трав и сделал полный разворот лодки, оставив остров позади. Да, так на много лучше. И совесть почти не мучает. Её как-будто снова нет. Что-то звенькнуло в кармане куртки. Алан поставил на автопилот и пошарил рукой в объёмном кармане, выудил ключ. « А это ж тот самый, за которым пажики охотились! Да так и забыли о нём за разными хлопотами.»

Лиатрис погладила мохнатую лапку, а та благодарно поводила по её ладони с тыльной стороны. Пыльным серебром блеснула паутина и Хранитель вернулся на потолок. Кудесница устало улыбнулась и вышла из комнаты. - Алан,- позвала она, заглянув на кухню, но проказника там не оказалось. Не было его в купальне, и на террасе. - В прятки играем?- рассмеялась она и создала облако. Умом она понимала- он не мог уйти далеко. Если только не воспользовался магией. Светлячки разлетелись в разные стороны. Два их них вернулись раньше.

Лунная дорожка бежала по волнам. И сохраняя доверие к ней, лодка плыла вопреки течениям, намеренно разбивая встречные волны. - Потерянного не воротишь. А посулы твои как же? Где они?- крикнула она с берега, зная наверняка, что напрасно, ведь он не слышит,- А да вон, вижу, на воде веслом написаны! Лиатрис махнула рукой: - Эх, видать завсегда ты таким был. Что вор- схватил крюшку и дал дёру! А что пирог-то здеся оставсе- тоби и невдомёк. Эх, паря, совсем немного бы подождал- все тайны открыла бы, а так…- Она покачала головой. - Токо надкусил яблочко-то. А уж надувсе-то как! Аки павлин с хвостом разрисованным! Что ж, спробуй, чужак, где что не так. Одинокая слеза побежала по её щеке и кудесница смахнула её в море.

Глава 35. Новые места.

Туман укутал реку пушистым одеялом.- Брр,- потряс волосами Алан и повёл плечами.Намокшая куртка вовсе не согревала, наоборот хотелось скинуть эту серость и найти что-то потеплее. Алан задумался. Одеяло? Пальто? Покачал головой. Тратить на такую ерунду силы он не желал.

Обутые в камни набережные, меж которых скользила его лодка, казались нереальными. Сонный городок со спящими на постах караульными вызывал зевоту.

Что он и сделал и тут же получил зуботычину и в добавок ещё и удар по затылку от низенького мостика. Появление которого прозевал, засмотревшись на высокую башню вдали, показавшуюся странно знакомой.

- Да твою мышь!- искры и птички запрыгали перед глазами.

- Мышь?- услышал он голосок из какого-то странного мешочка, лежащего на дне лодки. Почти у самой пятки. Странно, что не заметил его раньше.

- Эй, кто там?- стараясь не думать о боли, Алан опустил вёсла и пнул холщёвый мешочек.

- Ты чего дерёшься? Это я Персихвостик,- произнёс смятый голос и пошуршав недолго пухлик выглянул, потирая ушибленный бочок.

- Откуда ты взялся?

- Оттуда же, откуда и ты,- недовольно проворчал Персихвостик.

- Подался в бега от жены?- ухмыльнулся парень.

Ещё один горбатый мостик, правда чуток повыше, горделиво проплыл над ними.

- Да ничего я не подался!- расстроенный голос малютки с осуждающим взглядом вызвал улыбку у Алана,- Это ты меня похитил!

- Когда это я успел? Во сне, что ли?

- А кто куртку из гардеробной прихватил?- напомнил Персихвостик, выставив обличающий указующий коготок в сторону парня,- Рыцарь без страха и упрёка или трусливый обманщик?

Щёки волшебника покраснели.

- А вот я тебя сейчас закину на…- Алан обвёл взглядом окрестности,- да воон на ту крышу! Будешь знать, как обзываться!

- Ой-ой-ой, напугал!- Персихвостик встал во весь рост, уперев передние лапки в бока,- А я тогда… я тогда… Феличке на тебя пожалуюсь, вот!

Он надул щёчки и выразительно смерил Алана недовольным взглядом. Тот лишь улыбнулся:

- Значит, ты проник в гардеробную Лиатрис, а когда услышал шаги, забрался в карман моей куртки?

Персихвостик деловито увлёкся поиском чего-то в мешочке, не обращая на разговаривающего с ним Алана.

- Пухлик, а пухлик! Ты чего молчишь-то?

Персихвостик обернулся, почесал подбородочек и полез в мешочек:

- Так. Я почти готов к броску. Алан, ты только слишком плотно не завязывай верёвочку, а то я задохнусь.

- да ты что? Обиделся?

Сопение было ответом.

- В самом деле обиделся?

- Да,- Персихвостик высунул из мешочка голову.

- Кажется, я знаю, зачем ты, прохиндей этакий, залез в гардеробную,- Алан покопался в кармане куртки и покрутил меж пальцами ключ.

Глазки Персихвостика нервно мигнули и пушистик в волнении заперебирал лапками ткань.

- Ненаглядной своей жёнушке подарочек хотел сделать, так? Не выйдет!- ухмыльнулся парень.

- Ты ведь даже не знаешь, отчего этот ключ.- проворчал Персихвостик и поджал губки.

- А ты знаешь?

- Знаю. Но не скажу,- Персихвостик отвёл взгляд от вожделенного ключа и улыбнулся глядя на что-то за спиной Алана.- кажется, кто-то сейчас попадёт в ловушку!

- Что? Какую ещё ловушку?- Алан за смотрел по сторонам.

Пухлик же не стал тратить время и прыгнул на него, цепко ухватившись за ключ, расчётливо раскрыв ротик, прокусив пальцы волшебника.

- Ай!- Алан выпустил ключ и схватился за руку.

Остренькие отпечатки прокомпостировали пальцы в кровь.

- Ну ты и жук!

- Ошибаешься, я – пажик! И вот так вот! Знай наших! И не дави на жалость!- Персихвостик попятился к корме, цепко держа в лапоточках добычу.

- И что ты станешь с ним делать? Один, в чужом городе. Да что я говорю? Один, в чужой стране!- Алан морщился от боли и незаметно переводя здоровой рукой весло над Персихвостиком.

Он почувствовал за спиной шорох, но не обернулся. Слишком был увлечён рокировкой весла над разудалой головушкой храброго пажика.

Персихвостик же всё видел. Он раскрыл ротик, чтобы предупредить Алана, но заметил подлость, затеянную парнем и решил молча понаблюдать за тем, как бестолковый волшебник цепляется петелькой на воротнике куртки за здоровенный крюк, торчащий из мостового горба и поднимается выше и выше, бесполезно перебирая ногами в воздухе.

- Эй, что за дела? Отпустите, вам-то я что сделал?

Весло с грохотом упало рядом с Персихвостиком. Лодка закачалась, заходила по волнам, и оставив бывшего владельца висеть под мостом, отчалила дальше по реке, унося на своём борту одинокого маленького пассажира, крепко сжимающего в лапках ключ.

- А это, Алан, было последнее самурайское предупреждение! Не рой другому яму- сам попадёшь!

Услышал парень за спиной звонкий голосок Персихвостика. Под ногами скользнула одинокая волна. И всё стихло.

Сонная столица Муравии ещё только ворочалась под одеялом туманного утра.

Глава 36. Чертоги странные.

Солнце несмело выглянуло на столицу. Подмигнуло золоту листвы. Вот над пекарнями поплыл дымок. Молочники повезли глиняные кувшины по заказчикам. А стражники освежились колодезной водицей, умываясь и фыркая от холодянки. На королевской конюшне заржали коники.- Весело вам?- усмехнулся Алан, висящий на крюке,- Афф, ты!Он отдул нависшую прядь волос с глаз. И всё-таки он тяжёленький. В спину раздалось: - Трр-трр. - Вот блин! А-а-а,- и плюхнулся в неспешную реку. Илистое, скользкое дно, о которое он больно ударился спиной, тотчас с радостью опутало нечаянную добычу водорослями. Острые камни разорвали одежду, стоило Алану воспротивиться речному плену. Теряя силы, сбиваясь с сердечного ритма, с усилием поднял руки вверх и оттолкнулся навстречу сонному солнцу. Мокрая куртка, казалось не просто была набита булыжниками, а вся стала камнем, тянущим вниз. Алан сразился с врагом в лице его незаменимой помощницы в путешествиях, да ещё нахлебался воды. Он попытался вспомнить хоть одно заклинание, способное ему помочь. И не смог. Но и сдаваться, вот так по-глупому гибнуть среди захудалых мест, где не понятно зачем под мостами ставят крюки, он тоже не желал. С берега кто-то кричал. Но может это галлюцинация перед переходом в мир иной? Алан попытался разглядеть хоть что-то или кого-то, но противная рвань никак не поддавалась и он снова опускался на дно. Рак щёлкнул клешнями в нескольких миллиметрах от его носа. Алан испуганно дёрнулся и…

И чихнул. Кто-то настойчиво повернул его на бок. Вода вылилась вместе с кашлем. - Да, юноша, маладэц!- услышал он мужской голос над собой. - Камаль, а может перенесём его в шатёр?- спросил женский мелодичный голосок. - Да, Маришида, ты права. Так, эй, Павлуша, а ну-ка помоги. Подхвати его за ноги. - Раз, да два!- весёлый голос видимо Павлуши раздражал Алана своим оптимизмом неимоверно, но сопротивляться спасателям он не стал, понимая, что пока что беспомощен до крайности. И он прикрыл глаза.

Заурчало в животе. Но не просто заурчало. Организм явно собрался бунтовать от голода. Да ещё ароматные запахи с кухни. Явно Лиатрис что-то вкусненькое накашеварила с утра. Алан открыл глаза. Полосатый круг вместо привычных стен. На полу замысловатый узор ковров. Отгороженный занавесками угол. А сам он лежит на меховой шубе. Мягонькой. Незнакомой. Болела спина. А ещё Алан осознал, что одежды на нём нет. И тут он вспомнил, как упал в реку, а потом всё то, что успел натворить. Ему стало стыдно. Как сейчас всё объяснить кудеснице? А потом с облегчением понял, что Лиатрис осталась на острове, а сам он в столице Муравии. И ему надо идти дальше. Да, сначала сказать спасибо за спасение. Так, а кому? Или может, незаметно выскользнуть из щекотливой ситуации и из этого странного места? Одежда. Он огляделся в поисках хотя бы накидки, плаща. Да хоть чего-нибудь. Даже женское платье подойдёт. Лишь бы не пришлось рассказывать, выдумывать. Говорить никому ничего он не хотел. Пока рассматривал непонятное жилище, занавеска у входа приподнялась. - О, Камаль, он проснулся,- улыбнулась женщина и взмахнув длинными чёрными косами, исчезла, оставив после себя тонкий аромат жасмина. Радостные голоса и смех снаружи. Алан поморщился. И чего они такие позитивные-то? Может, секта? Разве люди в здравом уме бывают настолько весёлыми? У них, что вообще проблем нет? Пока он так рассуждал, занавеска снова пришла в движение. И в шатёр забежал молодой плотный мужчина в тюрбане и расшитой цветными нитями восточной одежде. В руках он держал какое-то тряпьё. - Привет тебе, гость! Вот одежда. Надэемся, подойдёт. И ждём тебя у костра. Сэгодня готовила моя жена. А она лучше всех варит Самбар. Алан молча кивнул, мужчина сложил ладони, немного поклонился и сразу же ушёл. - Кочевники,- пробормотал Алан и принялся одеваться.

Глава 37. Кочевники.

Алан подпоясал шаровары кушаком и нырнул головой в рубаху с разрезами по бокам. Под кучкой одежды, оставленной для него добрым человеком, оказались остроносые шлёпки.- Не хватает только на голове тюрбана и змеи в кувшине- и буду я заклинатель и маг,- пробормотал он и вышел из шатра. Недалече вокруг костра сидела пёстрая компания мужчин и женщин, а чуть поодаль расположены ещё несколько полосатых шатров. На огороженном забором из досок гуляли кони. - Доброе утро всем,- обнаружил своё присутствие Алан, изобразив улыбку. - И тебе доброе,- широко, как старинному другу, заулыбались кочевники, говоря в разнобой и одновременно вместе. - Присаживайся, раздели с нами обед,- указал на свободное место рядом с собой хозяин. - Обед?- удивился Алан и сел на предложенный плетёный из разноцветных тканей круглый коврик. Как он успел заметить, на похожих сидели по-турецки остальные участники трапезы. Видимо, жёны разделили с мужьями кочевье. Одна из женщин, та самая темноволосая красавица в индийском наряде, положила несколько ложек риса в глубокую тарелку. Алан поблагодарил. Женщина улыбнулась и добавила к рису из котла, всё ещё кипящего на малом огне костра ароматную похлёбку. Парень удивился и поймал весёлый взгляд рыжеволосого кудряша напротив: - Маришида готовит пальчики оближешь!- и поймав ревнивый взгляд жены- русовласки , добавил,- А моя Настёна так, что аж язык проглотишь. Та сразу подобрела: - Завтра мой черёд готовить. Алан стрельнул глазами по кочевникам, но расспрашивать ни о чём не стал. И сосредоточился на супчике.

Чечевица и рис. Никогда он такого не ел. Нет, он конечно бывал в ресторанах. Да в путешествиях чем только не питался. И самым простецким ужином, состоящим из «Завтрака туриста», и даже щекотливым лагманом. Он улыбнулся, вспоминая девчонку, которая неправильно запомнила рецепты и умудрилась смешать кислое молоко, кусочки омлета, лапшу и мясо вместе. Удивить жениха хотела! Что ж, ей это вполне удалось. Получился дичайший микс из кухонь разных стран, а он морщил нос, пытаясь не чихнуть от обилия перцев и нахваливал суп, думая, как бы успеть добежать до туалета, чувствуя в животе щекотку начинающегося бурления. Хорошенько прочистив организм и дрожа от холодного пота, он умылся и бросив прощальный взгляд зеркалу над раковиной из чёрного фаянса, храбро сбежал через окно её ванной. Благо этаж был первым. Где же это было? Кажется, в Москве. Как же её имя? Он усмехнулся. Ну конечно, Настя! Ещё раз глянул на тёзку щупленькой девчонки из его юности. Нет, не она. Но тётку эту он точно где-то видел. И причём недавно… - Погоди-ка!- он произнёс это так громко, что кочевники дружно выронили ложки, стукнув ими по тарелкам. - Ты чего?- удивился Павлуша. - А не вы ли были на ярмарке в… Старом городе? - Старгородок!- поправил его Павлуша,- Ишь ты, приметливый какой! Гляди, Настёна, он нас запомнил! - Так вы поженились?- удивился Алан. - Да уж… Скоко, Павлушенька, вместе-то мы?- обратилась к мужу Настёна, помогая Маришиде собирать пустые тарелки. - Ну годков двенадцать будет,- ответил скоморох. - Как, двенадцать?- не понял Алан,- А ведь говорили, что давно расстались и нечаянно встретились. Обманули, выходит вы нас, деревенщин? - Отчего ж обман?- строго спросил Павлуша и поднял указательный палец вверх,- Драматургия. Спектакль ради праздника. Ведь пустое веселье- пропащая тема. А тут- трагизм и комедия сошлись на глазах почтеннейшей публики. Когда и где ишшо оне увидят театр? Чай, не богачи, не купцы, что по заграницам шастают, а чистая соль земли муравской. Да что я говорю? Не соль, кость! Основа! И грех не порадовать их хоть одним вечерком! - А там, глядишь, кто и вправду тоже решит, что бобылями токо кощеи бессмертные в чертогах подземных обитают, а мы тут все живые. Из плоти и крови. И грех страдать да каяться незнамо в чём,- сказала Настёна, вручая Алану тарелку с салатом. - Что? Снова есть?- удивился он. - А ты не брезгуй, сначала отвэдай,- сказал муж Маришиды и ласково глянул на жену.- Салатик из её благословенных ручек тебя на ум наставит. - Точно, Камаль, а то ишь чё удумал- в ричке Мураве утопнуть! Да ишшо посреди столицы!- Павлуша осуждающе сжал в ниточку и без того тонкие губы. - Вы серьёзно? Никак не пойму, с чего вы взяли, что я сам туда забрался?- Алан держал в руке ложку с салатом, так и не донеся её до рта. - А разе нет? Али тоби туды ящчурки закинули?- усмехнулся скоморох. - Какие. Ещё. Ящерки? - Обыкновенные. Те, что о кладах ведают,- пояснил Павлуша и хрустнул огурцом. - Меньше всего меня ваши клады волнуют,- Алан заметил осуждающий взгляд хозяйки и послушно отправил первую ложку в рот,- Ого! А это что ещё за пища богов? Маришида улыбнулась: - Я сама салат придумала мяту добавляю, а ещё цветную капусту. Зову его Лиатрис. Правда, красиво звучит? Алан поперхнулся, закашлявшись: - Не в то горло попало, простите. Очень, очень красиво. Ему почудилось, что где-то рядом захихикали над ним птички и взмахнув розовыми крылышками, суетливой стайкой унеслись, перешёптываясь о нём.

Глава 38. Потеряшка.

Обретения и потери. + и -. Две стороны батарейки. Знаете, это то чувство, когда пустота рядом становится чем-то привычным. Как пустое соседнее кресло на террасе, как смятая подушка, всё ещё хранящая отпечаток его головы. И только что ставшее привычным «мы», распалось на тягучий столбик пыли, сияющий при солнечном луче, бегущем от окна к камину.Пообещав себе чудесный день, Лиатрис вышла из дома с корзинкой в руках. Крынка молока да пара пирожков. С тех пор, как она вновь осталась одна, разготавливать причин не было, но наметив на сегодня жатву, встала пораньше, по- быстренькому испекла десяток добрых пирожков с капустой. Она шла по узкой тропке, намеренно сделав её труднопроходимой, но память, злюка какая, так и подсовывала воспоминания, один одного красочнее. Девушка закусила губу. Не думать. Не вспоминать. Работать. Поле, волнуясь тянулось к её рукам. Та самая пшеничка, спасённая Аланом. Дождинка упала и с5катилась по её пальцам к колосу. Лиатрис в волнении посмотрела на небо. Ни облачка. Пожала плечами и нагнулась к пшеничке. Ещё одна капелька, и ещё одна. - Да откуда дождю-то быть?- возмутилась она и тут же поняла, почувствовав слезинку, бегущую по правому крылу носа. - А ну отставить слякоть разводить!- тоненький голосок шуршал среди колосьев. - Это кто тут приказчик?- смахнула слёзы девушка. - Я!- гордо вскинув голову, перед ней предстала Феличка,- И прекрати плакать! От твоей сырости у меня вся голова мокрая! Она поскребла шёрстку между ушками. - Извини,- Лиатрис, нахмурилась, пряча нечаянную улыбку, отвернулась от атаманки и повела серпом у основания взятых другой рукой колосьев. - Ты вообще-то тут не одна!- обида в голосе за спиной вынудила её оставить работу и переключиться на Феличку. Та стояла, гордо расставив лапки в крошечных сабо, одетая в вышитое платьице, уперев «руки в боки» и со взглядом непримиримого полководца. - Помощь нужна?- зло гаркнула она на Лиатрис. Та молча кивнула. Феличка зажала пальчики в ротик и пронзительно свистнула. И со всех сторон к ним вынырнули пажики. Подбежали и встали перед атаманкой в длиннющую шеренгу. - Слушать всем! Бойцы!- Феличка закашлялась,- Братцы и сестрицы! Пришла пора нам помочь Лиатрис. Зубки вострые и коготки готовьсь! Ать-два! Ать-два! Как истинный командир, Феличка резво водила лапками, дирижируя племенем. Она дождалась, когда пажики вошли в единый ритм и обернулась к кудеснице. - Вот я никак не пойму, чё ты маешься-то? Да при твоих силёнках пшеничка вся бы себя сжала и к помолу подготовила! И чё убиваться-то? Ну ушёл, и ушёл! - Он не ушёл, уехал…- в глазах Лиатрис блеснули слёзы. - Уехал,- выдохнула Феличка,- А ты знаешь, Лирочка, а мой-то тоже того. - Чего того? - Ну того. Фьють!- атаманка махнула лапкой вдаль. - Поди-ко сговорились оне,- Лиатрис сжала серп в руке и принялась за работу. - Ты знаешь, я тоже так подумала. Ведь оба двое разом, фьють,- опять махнула лапкой атаманка.

- Мяу, мяу и мур-мур,- услышали рядом. Кошачье племя во главе с Дуняшей-рысью топталось на тропке. - Пажики! К бою готовсь!- крикнула Феличка и засвистела. Пажики побросали колосья и бросились на кошек. Те забили хвостиками и зафыркали, шёрстки на загривках вздыбились, обнажились молочно-белые зубки. Но в последний момент, когда до столкновения остались метра два, не больше, меж двух племён вышла Душяша. - Не надо биться! Мы пришли с миром, хотим помочь Лири,- проговорила Дуняша дребезжащим голосом, звук шёл с какими-то помехами, теряя часть букв в пути. - Ты умеешь говорить?- удивилась Лиатрис. Пажики меж тем заперешёптывались, разглядывая кошек. Те же с улыбками смотрели на них, подмигивая. - Да. Я экономлю речь,- с трудом сказала Дуняша. - Понятно. Ну что ж, давайте вместе робить. И никто, чур, не дерётся,- предложила кудесница,- ведь разно думать- вместе не идти.

Так дружная компания уверенно жала колосья. Пажики острыми зубками ловко срезали пшеницу, а кошки складывали их в снопы. Феличка всё старалась вровень с Лиатрис работать. Поглядывала молча, а потом не выдержала и сказала: - Лирочка, все мужики одинаковы. Дело сделал и в путь! Дальше поплыл. - А ты знаешь, согласна. Еже ли бы любили, так ни в жись не сбегли бы,- кудесница обернулась на тропку, прищурившись, но потом решила, что показалось, что ещё кто-то бежит. И только она успела вновь приняться за работу, как за спинами их послышался шум-гам, шорохи, шуршание и топот маленьких лапок. - Феличка, любовь моя!- Вопил Персихвостик, несясь по полю и размахивал в цепких лапках чем-то блестящим. - Пропащий хвостик!- побежала к нему Феличка, выплёвывая остатки пшеничного стебля по пути. Розовые птички весело закружили над обнимашками атаманки и её мужа.

Глава 39. Способный парень.

Алан обвёл взглядом кочевников.- Спасибо вам за спасение и заботу. Но пора мне, верно, и честь знать,- он приложил руку к груди.- Погодь прощаться-то, Алан,- Павлуша переглянулся с Камалем и тот согласно кивнул. - Да у меня ж дела. А они, как известно, сами себя не сделают,- он повернулся к выходу, а потом обратно,- прошу прощения, дамы и господа, но, Камаль, верно?- Мужчина в тюрбане кивнул,- Камаль, мне жаль, но я вынужден позаимствовать у тебя одежду. Моя, как я понимаю, пришла в негодность. Но при случае я не забуду и, думаю, в скорости всё компенсирую. - А ты не торопись уходить,- услышал он голос Камаля и обернулся. - Как ты думаешь, кто мы?- улыбнулся Павлуша. Алан повёл плечами: - Добрые люди. Кочевники. Хозяева заулыбались друг другу. - Может и так!- рассмеялся Павлуша,- Токо не простые. Мы народ веселим на ярмарках. Да ты и сам видел нас с Настёной. А Камаль с Маришидой- птички заморские. - Моя жена танцует и поёт, а я фокусы показываю.- Добавил пояснение Камаль,- Хочешь, покажу? - А почему бы и нет?- Алан заметил недалече тюк сена и сел на него, подготовившись к представлению. Камаль похлопал себя руками по штанам, озадаченно пожал плечами, а потом подошёл к Алану. - Забыл я кое-что в этих штанах,- он указал на шаровары гостя. Алан встал, начал выворачивать карманы и из одного вытянул платочек. А следом непрерывным потоком посыпались квадратные кусочки ткани. - Ловко!- усмехнулся Алан, садясь обратно,- А ну-ка, я сам чего поищу. Он потёр руки и прикрыл глаза. Увидел два бутона алых роз на длинных стеблях. Махнул их в разные стороны и услышал хохот. Удивился и открыл глаза. Камаль озадаченно разглядывал белую розу у себя в руке, а Павлуша вообще смеялся до слёз, также держа похожий цветок. - Парни, простите ради богов, это я не вам!- беспомощно развёл руки незадачливый волшебник,- Чё-то магия сбоит! Я нечаянно. - За нечаянно знаешь чё бывает?- отсмеявшись, Павлуша вручил розу жене. Та улыбнулась. - Знаю,- кивнул Алан. - О! так ты тоже маг?- заинтересованно разглядывал его Камаль. - Был…- Алан выдохнул грусть. - Бывших волшебников не бывает. Бывшего джинна одного вот знаю,- он указал на себя.

Маришида и Настёна собрали грязную посуду и куда-то пошли. А Павлуша подошёл к Алану. - А ну-ка, паря, отдай сено-то. Лошадкам травка эта полезна, а ты расселся! - Ох, прости, друг,- Алан вскочил на ноги. - А ты ещё покажешь, что умеешь?- спросил его Камаль. - Раньше я много чего умел, а теперь… Да вы и сами видели… - Не печаль, а попробуй. Я вот думаю, магия есть в каждом из нас. Это ж, как крылья у птенца. Обрубили если- не взлетит птичка, сколько не пыжится. - А если пингвин она от рождения?- улыбнулся Алан. - А с теми ещё не пробовали, не учили их. Может, они скрывают умения свои,- Камаль взял в руки пустоту и провернул её, пристально всматриваясь в блестящую струю звёздочек,- попробуй так же сделать. Алан наблюдал с интересом, но тут покачал головой: - Ой, да что ты. Я не смогу. - Разожги огонь в себе. Прикрой глаза-то. Может, так легче будет. Лови сигнал. Видишь, звёздочки разбрызгались? - Да,- Алан с закрытыми глазами позволил Камалю развести руки и создать струю кристальных звёзд, бурлящим потоком несущихся вокруг его. - А теперь смотри,- прошептал джинн. Алан открыл глаза.

Летящая молния опоясала его, выходя из пальцев рук, сведённых вместе. Он сделал короткий выдох и такой же вдох. Несмело улыбнулся и шёпотом спросил: - И что теперь? - А теперь твори, что хочешь,- Камаль стоял перед нечаянным учеником и ждал. Алан задумался. Ему хотелось много чего сотворить. Он вспомнил о желании покинуть этот мир. Покачал головой. Пожалуй нет. Наверное, сил не хватит. А что же сделать? Может, кувшин, вода из которого фонтанчиком пускает струи вверх и становится… Чем же она становится? И вот уже перед ними огромный кувшин с бурлящим гейзером пенистой воды. Поднимаясь, струи опадают вокруг кувшина, оборачиваясь в полёте нежными цветочками... синих колосков. - Да что же это такое?! Опять лиатрис!- возмущённо Алан хлопнул в ладоши, остановив молнию. Кувшин покрылся сеткой трещин, вода набирая силу бурным потоком побежала к костру. Угли протестующее зашипели, отдаваясь паром влаге. А неисчерпаемый кувшин продолжал всё течь и течь. И вот уже он приблизился к ближайшему шатру. - Довольно!- Камаль остановил поток и всё, что от него в скором времени осталось, это осколки битого кувшина. - Камаль, что тут случилось?- Маришида и Настёна как раз вернулись с реки и увидели потухший костёр. - Да ничего, любовь моя!- джинн махнул рукой над очагом и горьковатый дым весело затрещал песенку новым, пока ещё слабым, но огоньком,- Видать, воли в магии тебе давать не стоит. Он строго глянул на Алана, поцокав языком. - А может, он в другом сгодится,- предложила Настёна. - Что?- Алан протестующее замахал руками,- Скоморохом не стану! - Да я не про это!- засмеялась Настёна, посмотрела на Маришиду,- А что, если он танцевать будет? - Час от часу не легче!- прикрыл ладонями уши Алан и обернулся напольными часами. - Это как он?- округлила глаза Настёна. Камаль пожал плечами. - Магия его услышала. - И что теперь делать?- Настёна несмело ткнула пальчиком в стеклянный циферблат. - Расколдовывать парня буду,- устало вздохнул Камаль.

- О, а вы откель таку бандуру притащили, девочки?- вернулся Павлуша и подойдя к часам, похлопал по стенке. Часы жалобно звенькнули. - Ой!- подпрыгнул скоморох. - Осторожнее, это ж Алан,- схватила его за руку Настёна. - Где? Внутрь залез?- Павлуша попытался открыть дверцу.- Эй, факир, а ну вылазь! Будет в прятки-то играть! Часовой механизм пришёл в движение и стрелки пустились в бешеный бег, распадаясь на части. - Ой, чаво это с ними?- удивился Павлуша. - Видимо, тот самый час, который не легче,- Камаль закружил вокруг часов ураганом.

Глава 40. Баловство до добра не доводит!

Он видел вихрь, ураганом кружащий вокруг.А внутри… Лиатрис завязала пояс на его талии узлом.Алан задорно подмигнул: - Хочешь, чтобы вернулся? - Ах ты, горе луковое!- выдохнула она и исчезла, оставив улыбку. Камаль озабоченно глянул сквозь неё и губы тоже растаяли. - Сколько пальцев видишь? - Ни сколько,- язык не слушался. - Живой!- бросился обнимать его Павлуша. Маришида с молчаливой улыбкой вручила Алану кружку с водой. - Сспассиббо!- отчего-то зубы стучали и он никак не мог сделать глоток. Павлуша взял его пальцы в свои, согревая и помог поднести кружку ко рту. Настёна накинула Алану на плечи одеяло. - А-а-а… что случилось?- проговорил он, с трудом поворачивая голову. Боль разрывала мысли, не давала сосредоточиться, слова никак не желали складываться в буквы. - Да ничего особенного. За языком следи, когда магия в руках,- Камаль всё ещё рассматривал гостя, с опаской поглядывая на его руки. - Опять я чего-то натворил,- Алан чётко выговорил эту фразу и накинув одеяло на голову, спрятал лицо,- всё, я в домике.

Вот так, уйдя в себя, наш герой вернулся в шатёр и завалился спать. В снах без сновидений, точно тяжёлая шерсть одеяла накрыла его не только с головой, но и спрятала в неизвестности серого облака. Проснулся он от шума. То ли дождь, то ли буря? А потом раздались крики: - Браво! А давай ещё! Смех накатывал волнами. - Да что там происходит? Уж ночь на дворе, а им не спиться!- заворчал Алан и откинув одеяло, поспешил на улицу. У костра никого не оказалось. Он прислушался. Тишина. Звёзды молча подмигнули. И вдруг новый взрыв хохота. Аплодисменты. За шатрами он заметил их. Целая толпа у костра. Камаль и Маришида на сцене, сколоченной из грубо струганных досок. Алан улыбнулся и пошёл к ним. Камаль тем временем накинул на столик кусок непрозрачной ткани. Та медленно начала подниматься, принимая форму пирамиды. - Что там может быть?- прошептала женщина, стоящая рядом с Аланом. Из-за маленького роста ей было почти ничего не видно, и она взвизгнула, когда незнакомый парень, а это был Алан, легко подхватил её за подмышки и приподнял. - Не волнуйтесь, тётя, дядя на работе!- пропел он и почувствовал, что тётя, не смотря на маленькие габариты имеет всё же некоторый вес!- А ну-ка, пропустите беременную! - Ай паря, что ты делаешь? Я счас рожууу!- запищала тётя и толпа послушно расступилась, пропуская их к сцене. Там Алан наконец-то смог её поставить. Он порядком запыхался и был неимоверно рад избавиться от груза. Камаль улыбнулся ему, кивнул: - А поучаствовать в представлении не желаешь? Алан испуганно замахал руками: - Сам себя боюсь! Камаль рассмеялся: - А если простым помощником?- он указал на столик с пирамидкой. - А почему бы и нет?- Алан поднялся на сцену и спросил джинна,- Что мне делать? - Угадай, что там? Алан протянул руку, но Камаль погрозил пальцем: - Угадай. Алан пристально всмотрелся в очертания предмета. - Маленькая гробница маленького фараона? Камаль улыбнулся: - Ага, и управлял он совсем крошечным Египтом! Народ неудержимо расхохотался. Алан пожал плечами. - Сдаёшься?- с иронией спросил Камаль. - Не сдавайся, паря, я в тоби верю!- крикнула тётя, подмигивая Алану. - Спасибо, тётя!- улыбнулся парень, краснея. Он понимал, что самое простое, что он может сделать: с помощью магии отбросить платок, но тут в нём проснулся азарт! Азарт мага! Он снова вгляделся в прикрытый предмет. Ткань пришла в движение и приподнялась, взлетела и хлопнув крыльями стала белокрылой чайкой, держащей в клюве кусочек той самой накидки, что была на столе. Зрители ахнули. - Ещё,- прошептал кто-то за его спиной. Алан обернулся. Камаль по-доброму кивнул в сторону импровизированного зала.

Сумерки уже во всю целовались с костром, рассыпаясь искорками, а народ затих, разглядывая нового мага, явившегося из ниоткуда. Среди невинных превращений книжного Кролика в живого и целой охапки роз, бывших прежде рваными бумажками, а теперь ароматно разлетевшейся по женским рукам, Алан решил испробовать что-то необычное. Он взял в руки колоду карт, ловко и красиво перетасовал её и наугад вытащил две. Дама червей и валет трефовый. Задумался лишь на секунду! А потом… дунул на выбранные карты и почувствовал их дрожь. Бросил на сцену перед собой. Зал затаил дыхание. И в этой тишине кто-то чихнул. Раз, потом ещё и ещё. Зрители запереглядывались. Послышался шорох рвущейся бумаги и вот уже на сцене рядом с Аланом не карты, а два живых человека. - Да ведь это королева!- крикнула изумлённо маленькая тётка.

И действительно. В светлом домашнем платье, больше похожем на сорочку, стояла королева Заряна. Рядом с ней, припав к её подолу стоял на коленях Хитрован Котуван. Заряна обвела всех тяжёлым, не обещающим наград, взглядом. И остановилась на Алане. - Ты! Как ты посмел, гадёныш, после всего, что было на острове, вытворять ещё и такое? Забрался в королевскую опочивальню и опозорил меня перед подданными!- Заряна набросилась на Алана с кулаками. Получить тумаки от разгневанной женщины, будь она хоть трижды королева, согласитесь, неприятно!? И он сделал первое, что пришло в голову. Поцеловал её, успев перехватить сжатые пальцы, привлекая разгневанную женщину к себе. - Хм! Вот это, скажу я вам, крутой вираж!- Хохотнул пират, поправляя усы. Приоткрыв глаза, Алан только глянул на него, и Хитко тотчас обернулся красноносым рыжим клоуном. - Что?- он подёргал нос, пребольно ударившись шариком на резинке,- Издеваешься? Да я тебя на куски порублю. С голосом, в его представлении похожим на рёв льва, а на деле пищащим скрипом, клоун под смех толпы бросился на обидчика, вытягивая из-за пояса вместо шпаги розовую атласную ленту. - Тьфу ты! Якорь те в зад! И барабан на шею!- Хитко пошарил портупею и обнаружил два пистолета. Обрадовался и открыл огонь сразу из обоих. Но стреляли они водой. И единственное, чего он добился, был смех развесёлых зрителей. Алан перестал целовать Заряну и теперь королева разглядывала наглеца, решая, что же с ним сделать: казнить, четвертовать, посадить на кол или сжечь на костре и в каком порядке всё это сделать. А пока она думала, Алан бережно одел её в изумительное золотое платье, воистину достойное королевы.

Глава 41. Королевские прихоти.

Заряна недовольно повела бровями и сложила руки на груди. Толпа затихла. Подул холодящий ветер. Народ зябко поёжился. Королевский гнев. Что может быть страшнее? Только бунт. Но если нет причин, то и восстания не будет. Любому народу нравится спокойная жизнь, когда властелины не лезут к ним под исподнее, бесстыже разглядывая наготу и давая непрошеные советы. Заряна была хитрой и расчётливой. Она не трогала подданных, не затевала бессмысленных войн с соседями. Она жила в своём уютном мире и за это народ её любил. А кто бы не полюбил такую красавицу? А то, что вокруг её трона менялись фавориты никого особо не трогало. Кем был прошлогодний симпатяга, белозубо улыбающийся рыночным торговкам, выбирая самые сочные фрукты для любимой королевы? Почему однажды он исчез? Издали подданные наблюдали, как Заряна грустила. Какие ещё чувства она могла прятать под густой вуалью, гуляя по улицам столицы в сопровождении знатного пирата? Только грусть. Возможно, даже слёзы. И добросердечные кумушки не сплетничали о королеве, а от всех своих сердец сочувствовали ей. Наивные! Знали бы они, что Заряна забавлялась, видя их слёзки! Она подпитывалась их жалостью, вбирая в себя доброту и незаметно высасывая жизненные силы из ничего не подозревающих горожанок!Но вот сейчас они смеялись над ней. Да, она поняла, что на самом деле не над ней, а над Хитко, но позволять подобное в отношении уважаемого, осыпанного благосклонностью короны мужественного корсара было воистину недопустимо! Заряна поджала губки, глядя, как несчастный пыжится, изо всех сил пытаясь выглядеть грозно в пёстром наряде уличного шута. И не выдержала. Рассмеялась! Народ ахнул и в едином порыве с обожание посмотрел на свою королеву. Казалось, вечер озарился их добрыми улыбками и нежностью. Заряна потихоньку вобрала в себя жизненных сил от каждого зрителя. - Хитрован Котуван знатно повеселил нас, не так ли?- Заряна обвела взглядом толпу и обернулась к Алану,- Благодарю за дивное платье. Непременно компенсирую расходы,- и чуть тише,- а теперь живо вертай пирату его обличие. Алан покачал головой: - Нет. Он же меня на куски порвёт. - Так раньше надо было думать,- она постучала пальчиками себя по виску. Алан кивнул: - Согласен. Ладно, сейчас всё исправлю. Он повёл рукой, подхватывая холодный вихрь вокруг клоуна. Тот как раз рвал на себе рыжие волосы и по-девчачьи плакал. Вихрь приподнял его над дощатой сценой и закружил с такой силой, что скоро весь аляповатый облик стал сплошной цветочной волной. А чуть позже, точнее через пяток секунд, а может и меньше, клоун опустился к ногам королевы прямоугольным листиком бумаги. Она нагнулась, чтобы поднять: - Джокер?- перевела взгляд на волшебника,- А что, мне нравится! Зал зааплодировал, королева коварно улыбнулась никому и всем. Заряна повертела карту в руках и с растекающейся в гротескную гримасу улыбкой спрятала её в декольте. - В платье есть карманы,- подсказал Алан. - Я знаю. Но так целее будет. Бедолага не заслужил помятую физиономию. Но будет о нём. Полагаю, представление пора завершать. Позволь, я тоже поучаствую? - Ради богов!- Алан махнул рукой. - Ну и то добре!- Заряна этими словами напомнила нашему парню её сестру, но то, что она сделала дальше, моментально вернуло его в действительность. Каждый зритель вдруг, как показалось, загрустил и зевая, упал на землю, закрыв глаза. - Что ты с ними сделала?- Алан спрыгнул со сцены и побежал, проверяя пульс у ещё недавно таких бодрых зрителей. - Ишь как распереживался!- усмехнулась королева,- Ой, да что с ними станется? Поспят ночку на улице, на рассвете встанут и разбредутся по домам. Зато будут знать, как веселиться за полночь. Она строго посмотрела на Камаля: - Я думаю, вашей труппе пора покинуть столицу. Не стоит более завтрашнего… да что я говорю? Уже сегодняшнего утра не стоит злоупотреблять моим гостеприимством. Джинн приложил руку к сердцу: - Позвольте благодарить Вас, Ваше Величейство, и дать представление во дворце. Я желаю сгладить оплошность моего помощника,- он кивнул в сторону всё ещё бестолково бегающего среди спящих Алана,- он нечаянно обидел Вас. Королева кивнула: - Позволяю. А сегодня… меня следует сопроводить во дворец. Эй, парень, как там тебя? - Алан, а что? Казнить нельзя помиловать? - Занятная формулировка,- пробормотала королева,- надо будет запомнить. - Вся соль в том, где желаешь поставить запятую,- Алан вернулся к сцене и подал Заряне руку,- пойдём пешком? - Зачем?- Павлуша махнул рукой в сторону конюшни,- Я сей момент вам жеребца приведу. - А Вы знаете, Камаль, я передумала. Можете оставаться в столице. - Спасибо, королева. - Но чур, никаких ночных концертов. Только вечерние. До… ну скажем… строго до одиннадцати вечера. Камаль отвесил ей поклон. - И да, я буду рада вашим артистам во дворце. Обещайте повеселить нас? - Всенепременно, Ваше Величейство! Тем временем Павлуша привёл к ним доброго коника. Настёна и Маришида присели в прощальном реверансе. А Алан подсадил королеву, сам запрыгнул позади её и их конь скоро исчез в тумане.

- Неблагодарный! Даже не попрощался,- развёл руками скоморох. - Ещё узнает, какая она, милость государыни,- обняла его Настёна. - Нам бы лучше уехать. И как можно скорее,- предложила Маришида. - Твоя жена дело говорит,- поддержал её Павлуша. Камаль задумчиво обвёл кочевников взглядом. - И вы знаете, а я ведь кожей чую, что подлянка нас ждёт во дворце,- добавил Павлуша. - Но как уехать?- в сомнении спросил джинн. - Молча, как будто и не было нас тут никогда,- улыбнулась мужу Маришида.

Её волнистые волосы приятно щекотали подбородок и не совсем приятно нос. В конце концов Алан не выдержал и чихнул. - Ох, простите! Я нечаянно. Знаю, знаю, мне уже поясняли, что за это бывает. Заряна хихикнула. - Да не баттерфляйкай ты передо мной! Сегодня я сама доброта. - То есть казнить не будешь? - Ты меня позабавил. Зачем же сразу казнить? Нужными людьми разбрасываются только глупцы. А я себя к таким не причисляю. - Кстати, а что значит «не баттерфляйкай»? - Неужели не знаешь? Алан покачал головой: - Нет. - Так то ж совсем просто. Значит, не строй из себя фон барона, не важничай, а то похож на бабочку. - Какую ещё бабочку? - Да вот эту,- и Заряна подняла ладонь с сидящей на ней бабочкой. Размером та была во всю длину пальцев до самого основания запястья и медленно- медленно, точно раскрывался бутон ночного цветка, разводились в стороны тёмные, но с тонким свечением по окантовке, большие крылья. - Ну что, насмотрелся?- спросила королева. - Да. Бабочка исчезла без следа. Сумерки и туман осторожно прятали дома и мосты над рекой. - Теперь поверни направо. - Как направо? Дворец ведь вот он, рукой подать! - Никакие руки подавать не нужно. А тем более беспокоить стражников. Ты желаешь скомпрометировать королеву? Хороший план. Но нет. Так, теперь ещё направо. Видишь калитку? - Да. - Вот направь к ней. Это тоже мой дом. Старый дом,- сказала Заряна с такой нежностью, что Алан удивился, случайно коснулся её руки, лежащей рядом с его. Пальцы королевы были обжигающе-горячи. Но никто из их двоих не сказал больше ни слова. Алан подъехал к калитке и спешился. Помог королеве спуститься. Она ловко нажала на тайный механизм в планках и дверца без скрипа гостеприимно впустила их. - Добро пожаловать домой, Алан!- улыбнулась Заряна, шагнула на выложенную мелким камнем дорожку и не оборачиваясь, пошла к дому. - Не может быть!- удивлённо воскликнул Алан, заметив открытую террасу. Он стоял перед домом Лиатрис.

Глава 42. Милый дом.

- Ну и что ты, там забыл? Или сестры моей боишься?- Заряна стояла на пороге дома.А Алан так и остановился на каменистой дорожке. Он разглядывал окна, ожидая увидеть знакомое лицо. Но занавески даже шелохнулись.- А где?- начал он и затих. - Как где? Дома, конечно же,- королева улыбнулась, любовно поглаживая дверную ручку,- у себя дома, на острове. - Копия,- выдохнул Алан и поспешил подняться по ступенькам террасы.

И вот когда он вошёл в дом, тут-то и понял, что это совершенно другой дом. Мебель в знакомом ему стиле «под-старину». Вычурная позолота с вензелями на белом мраморе столов и буфета, каменный с грубоватой шлифовкой камин, мягкая мебель под белотканными чехлами, которые Заряна торопливо скинула кое-как свернув и закинув их на столик в прихожей, воздушно- белые занавески с золотыми подхватами. Алан провёл по ним рукой. Услышал птичий шёпот. Вспомнил о странной спальне с пауком и обернулся в ту сторону. Но нет. В этом доме даже межкомнатные двери располагались в иных местах. - Заблужусь ведь!- пошутил Алан. - А ты у меня спрашивай почаще,- предложила Заряна, расставляя кофейник и чашки на столе меж безешного вида надуто-напыщенных кресел. - Знаешь, королева, а я бы чего-то посущественней поел, чем крепкий кофе на ночь!- сморщил нос гость. - Ну я как бы не планировала сегодня сюда приходить,- Заряна задумалась, и тут же щёлкнула пальцами. В ответ загорелся камин, а со стороны кухни звякнула микроволновка. Алан аж подпрыгнул. - Да ладно?- он поспешил удостовериться, что звук не был галлюцинацией его голодного сознания.

Кухня. Он вошёл и электрический свет почти ослепил. - Ого!- самые новые помощники в домашнем хозяйстве старались, готовя что-то. Роботизированная кухня в средневековом городе. Заряна вошла с улыбкой. - Что? Не чаял у нас такие штучки увидеть? - Честно? Нет, - он в волнении провёл по волосам,- как же я по ним соскучился! Спасибо, точно дома побывал! Заряна усмехнулась: - Рада, что тебе нравится. Можешь гостить сколько захочется. - Ну нет. Знаешь, я не хочу стать несвежим гостем. Мне же дальше скоро двигать пора придёт. - И куда же ты направляешься, странник? - Мельница Нейко. Знаешь, где это? Роботы расшумелись не на шутку и Заряна кивнула в сторону гостиной: - Конечно, знаю. А ты парень не промах. Да не нашего поля ягодка. Алан прошёлся по комнате: - О! А вот ягодкой меня ещё никто не называл. Надеюсь, ты меня не скушаешь?- подмигнул он королеве. - Ну конечно, нет. Так только, по надкусываю!- подмигнула она в ответ. - Такая красотка и в одиночестве! - Мерси за комплимент! Алан подошёл к ней. Лицом к лицу и осмелев провёл рукой по венценосным волосам блондинки. - Быстро ты сестру мою забыл,- Заряна неожиданно взмахнув рукой поставила меж ими ширму. Алан рассмеялся: - Да ведь я так просто пошутил! - Что, весельчак?- королева выглянула с одной стороны в тот самый миг, когда парень заглянул с другой. Оба рассмеялись. - В самом деле, что за шуточки?- Алан обнял блондинку, притягивая её к себе. Заряна затаилась, ожидая поцелуя. Но в тот самый миг, когда Алан нагнулся к её шее, с намерением пойти дальше, нарушая не только границы приличий, но и все мыслимые законы, со стороны кухни раздался звук, сходный с пожарной тревогой. - Да что там такое?- парень поспешил на звук. Заряна тяжело дышала. В следующий раз она может забыть о безопасности. Нужно как можно скорее отправить отсюда этого человека.

Глава 43. По страницам книг.

Алан как-то и не заметил, когда заснул. Вот вроде бы только что разговаривал с королевой на кухне, с аппетитом похрустывая ароматными вафлями, а через мгновение проснулся в кресле у ещё тёплого камина в крайне неудобной позе, поджав ноги.Наш герой потянулся, ойкнул и задумался, рассеянно скользя взглядом по раздувающейся от гордости мебели. Солнце неуверенно запустило зайчика в просвет меж занавесок.Алан улыбнулся и позвал: - Ваше Величество! Тишина. - Может, она на кухне?- не веря сам себе, парень поспешил туда. Ну конечно нет. Сам бы подумал, разве королева умеет кашеварить? Ладно! Значит, играет в прятки?! Алан вернулся в гостиную. Как мы узнали ещё вчера, дом Заряны хоть и был внешне копией виллы её сестры Лиатрис, но на этом, видимо, сходство и заканчивалось. Никакой спальни с пауком. Да и вообще, где тут спальня? Алан обходил комнату, шаря по стенам. У камина стоял стеллаж с книгами. Все по магии. Старинные. Объёмные фолианты. Разных веков и даже миров. Вот учебник Паралиуса, по которому когда-то совсем ещё мальчонкой учился Алан. В далёкой отсюда стране под названием Страличек. Парень улыбнулся. Его привёл туда отец, когда расстался с мамой. Да, волшебники тоже бывают не в силах сохранить семью. Что значат все их умения рядом с идущей наперекор всему женщиной? Как говорится, если мама что-то задумала… А чего хочет женщина, того хочет Бог. Чушь собачья! Большинство женщин сами не знают, чего они хотят. Всего и сразу. И побольше. Красивых нарядов и украшений, и желательно таких, чтобы у других не было даже копий. На зависть подругам. Ещё они хотят путешествий. И это не соседний город. В лучшем случае, столица, в прочих соседняя страна. А в магии избалованные дамы с лёгкостью перебегают страницы вот этих самых книг, стоящих на полках, в поисках неизведанных миров. У них планочка задрана ещё повыше. Поиск артефактов с годами перерождается в одержимость. - Я совсем о ней забыл,- с грустью сказал Алан, проводя рукой по медным застёжкам на заклёпках кованной окантовки, и раскрыл « Энциклопедию потерянных знаний». Его мать когда-то вычитала в точно такой же книге о мине, где люди постоянно счастливы. - « Таинственное место,- прочитал он вслух,- именуемое Небеско-град. Там растёт чудесная трава Нечуй-потерь. Жители сей дивной страны вкушают чай из неё и забывают о печалях. Потерях. Они постоянно счастливы. Верят в лучшее и постоянно улыбаются.» Вот же чудаки! Так, что тут ещё? « Поклоняются они Роднице. Местной богине Радуги…»

Алан вспомнил, как отчаянно отец пытался уговорить мать покинуть Небеско-град, но она улыбалась и манила их за собой. Её волосы искрились радугой, разноцветной и странно-живой. Отец крикнул: - Сектантка!- и услышал в ответ смех. Неестественно радостный. Алан вырвался из рук отца и побежал к матери, цепляясь за её юбку. А она в ответ: - Кто ты, мальчик? Смотрите, какой чудесный малыш! Явно потеряшка! - Мама, ведь это я- твой Алан. - Алан? Сын?- она удивилась так искренне, при этом не переставая улыбаться. Вот эта её беспричинная радость и стала последней каплей. Отец подхватил сына на руки и рванул на себя. Пальчики разжались, скользя по голубому шёлковому платью. Её взгляд равнодушно пробежал по сыну, точно он был частью пейзажа, и женщина, давшая ему жизнь, переплела пальцы с незнакомцами: мужчинами и женщинами, и с любовью глядя на них, беззаботно ушла, даже не обернувшись…

Алан помнил, что там, на 20 странице, он сделал пометку детским корявым почерком : « Мама, я тебя люблю!». Неосознанно листая страницы, беззвучно шевеля губами: - 10, 13, 16, 19, 20…- взгляд перешёл вниз под номер страницы,- Не может быть! Графитовый карандаш всё так же ярок. И это его почерк! Алан с громким стуком захлопнул фолиант. Застёжки кованной окантовки охнули устало и печально. Внутри книги что-то жалобно прохрипело и затихло. Алан не плакал давно. Он уже и позабыл, что такое слёзы. Иногда, теряя Листью, а потом находя её вновь и вновь, он чувствовал, как предательски дрожат губы и пощипывает в глазах. Но потом приступ эйфории « моя, моя!» снова и вновь накрывал его с головой. И он забывал расплакаться. А тут. - Да что со мной? Слёзы. Они предательски набросились на него. - Вот же засада! Он побежал на кухню. Открыл кран, подставив лицо под струю холодной воды. За спиной запищала микроволновка. Алан обернулся. Дверца гостеприимно раскрылась. Разогретый воздушный омлет. Только руку протяни. В духовке тоже что-то подогрелось. Да нет же, испёкся хлеб! Пышный нарезной батон. - Не хватает масла и кофе,- пробормотал Алан, вытирая мокрое лицо свежим, пахнущим лавандой полотенцем. И тут же заметил чашку кофе на столе, а рядом маслёнку да ещё и сыр, ровными пластинами в виде веера на изысканной фарфоровой тарелочке. - Спасибо,- пробормотал Алан и сел на табурет, перед этим окружив себя заботливо приготовленными омлетом и хлебом. Он поел, помыл посуду за собой и задумался. Как мы помним, он у нас мальчик городской и редкостный чистюля, а тут несколько дней без душа. Если конечно не считать уж чересчур бодрящего купания в столичной реке. - Где же здесь купальня или хоть какой-то душ?- Алан вернулся в гостиную. Избегая даже случайного взгляда на книги, дабы снова не увлечься досадными воспоминаниями, он подошёл к камину с левой стороны. - А вот и дверь! и как я сразу не заметил?- он пожал плечами и поискал ручку. И не нашёл. Но дверь сама открылась. Отошла в сторону, точно шкаф-купе.

Он не поверил собственным глазам. Ванная. Комфортная, удобная. Огромная чаша в виде лилии на массивных ножках- лапах. В пару её такая же раковина. Только поменьше. И везде позолота: краны, ручки, полотенцедержатели. И как на троне чуть поодаль: золотой унитаз. Алан засмеялся: - Ну конечно! Открыл кран и добавил в ванну пену из гранёной бутыли. С наслаждением погрузился в дивно пахнущую воду, заполнявшую белыми волнами «лилию». Пузыри надувались и взлетали над ним, Алан сдувал их и просто наслаждался покоем. Если есть возможность отдохнуть- никогда не следует от неё отказываться. « И пусть мир подождёт!» Он вспомнил о Заряне. - Убежала по своим королевским делам. Попытался вспомнить о чём-то очень важном. Что-то было вчера. Напряг память. И не вспомнил. Что-то связанное с кочевниками. Наморщил лоб. Не помогло.

В приподнятом настроении вышел Алан из ванной. Облачённый, иного слова не подобрать, в шикарный белый, расшитый золотыми вензелями З.К, халат и в пушистых таких же тапочках на босу ногу. Он почувствовал улыбку солнца на губах. Подошёл к книжным полкам. Постоял, поскользил по ним взглядом. Заметил « Историю Муравии» и вытянул на себя внушительный фолиант. Чёрная скромная кожаная обложка с оттиском белых букв этих двух слов. Он сел в пухлое зефирковое кресло и раскрыл книгу на содержании. Его интересовали определённые места. Те, где магия раскроет свои потаённые двери и выпустит его, не чиня препятствий в дальнейшем путешествии. И он вновь встретит Листью. Но на этот раз у него есть план. Надёжный, как швейцарские часы. Он заманит свою любимую в Небеско-град. И вот оттуда она уже не сможет сбежать никуда. Ну и пусть она его забудет! Пусть! Он тоже не вспомнит, кто эта девушка. Но больше не будет боли, разочарований и обид. Других женщин. Перед глазами промелькнуло лицо Лиатрис. Алан нервно сглотнул. И в этот миг входная дверь распахнулась. И вошла она. - Лиатрис?- Алан не верил собственным глазам.

Глава 44. Девушка в гостях.

Лиатрис с ведром молока в руках буднично вошла в дом и тотчас выронила ведро. Молоко потекло по пушистому ковру от порога по гостиной. Белое на белом. Алан молча наблюдал за Лиатрис. А она побежала на кухню и остановилась на пороге.- Погодь!- Кудесница ухватилась за косяки, разглядывая обстановку.- Твои шуточки?Лиатрис обернулась к Алану. - Ты о чём?- он встал с кресла и положил книгу на столик. - Шутковай, да оглядывайсе! - Никак не пойму, о чём ты?- он скрестил руки на груди. - Заявивсе к вичору, да ишшо и внутря дому всё вверх дном перевернул!- возмутилась девушка, уперев руки в боки. - Ах это!- Алан рассмеялся, чем естественно ещё больше разозлил Лиатрис. - Смиёшьсе? Смех без причины- признак дурачины. А ты прав не имел без меня хозяйствовать тута. - Ты действительно думаешь, что сейчас дома?- усмехнулся парень. - А где ж ишшо-то?- Лиатрис прошлась по гостиной и остановилась у стены, где в её доме дверь в спальню с Хранителем,- Замуровал? Ох и рукоместный ты! Где не надо! - Лиатрис, как бы тебе помягче пояснить?- Алан с грустной улыбкой рассматривал её лицо. - Млезиво, вишь всё растеклось,- Лиатрис всё равно пошла на кухню и вернулась оттуда с несколькими полотенцами,- помогай давай, горе луковое, ковёр-то спасать надоть! Алан хмыкнул и опустился на колени рядом с кудесницей, принялся водить полотенце кругами. - Вот же руки- крюки! Да не так, не так. Ты ж втираешь в ево, токо хуже делаешь. Портной Данило что ни шьёт, то гнило. - Как скажешь,- Алан в раздражении бросил мокрое полотенце на ковёр и вернулся в кресло. Закинул ногу на ногу. И принялся с шумом перелистывать «Историю Муравии». - Ну нидать ни взять- барчук середь гостиной!- возмутилась Лиатрис, продолжая убирать желтеющие на глазах молочные подтёки. - Да брось ты это гиблое дело,- Алан захлопнул книгу и присел на корточки перед Лиатрис. Девушка только глянула на него и тут же покраснела: - Фу, срамник какой! Алан проследил за её взглядом и запахнул разошедшие полы халата. - Прости,- пробурчал он. - Бог простит, а я припомню,- она выдохнула, побросала влажные полотенца в ведро, отвела мокрой рукой вспотевшие волосы со лба,- ладно. Вот ты вернувсе. Зачем? - Лиатрис, ты не дома. - Да будет те заливать-то,- засмеялась девушка и пошла на кухню с ведром. Алан последовал за ней. Она ловко промыла полотенца под краном и замочила их в том же ведре, добавив моющее из здоровенной бутыли, стоящей на раковине. - Так. Пущай отмокают,- девушка вновь обвела взглядом кухню,- не ну так-то мне нравитсе. Но токо как ты провёл электричество? Алан фыркнул и закащлялся, поймав её укоризненный взгляд: - Прости. - Шут ты гороховый! А ишшо магии учивсе у мене. - Будет тебе обзываться-то. Лиатрис, послушай. Это не я у тебя дома. Это ты у Заряны. - А при чём тут она? Ладно, наши с ней тёрки, но сюды её не приплетай, косы всё одно не сделаешь, ручки коротки. - Хорошо, пусть так. Я не стану спорить. Но послушай. Не знаю, как ты здесь очутилась. Мы в столице, понимаешь? Да ты хоть вот…- он задумался,- в окно глянь. Лиатрис улыбнулась и подошла к широкому подоконнику, отдёрнула занавеску.

А там не пальмы, а плетёная изгородь. А за ней явственно видна башня ратуши и голосистый колокол возвещал горожан о вечернем богослужении. Лиатрис открыла рот и выпустила из рук занавеску. Покачала головой. Вновь отдёрнула ткань с окна. Лиатрис тяжело дышала, возвращаясь в гостиную. Осознание истины вспыхнуло ярко и заполнило собой всё вокруг. Она почувствовала грязь на белом убранстве. И то были не молочные пятна. Насквозь фальшивая нелепая позолота хрустальной люстры, «дорого-бохатые» вещицы на каминной полке, и старая фотография, на которой две девочки обнимают красавицу-мать. - Алан!- она в волнении обернулась. - Что? Убедилась?- усмехнулся он. - Да. Я ишшо раз убедилась, что ты недалёкий простачок! - Ну вот опять обзывается! Лиатрис, ты прости меня, я глупость тогда сотворил несусветную. - Ишшо не поняв? Поторопивсе ты товда. И вот ишшо что,- она порылась в кармане платья,- вот как знала. Утром ишшо с собой взяла. Думаю, зачем? А вот значит, кому. Держи, растяпа. Она протянула ему ключ. - Спасибо. Скажи хоть, от какой он двери? - Сам поймёшь,- подмигнула девушка и открыла дверь, но вернулась, обняла его и прошептала,- Зарянке не верь. Она- ведьма чистая. И заманит в саму топь да пески зыбучие. Говорит, что рыхлым помелом пусто метёт. Радомир-то тоже поверил ей и сгинул… Лиатрис затихла, пряча лицо на его груди. - времени у тоби мало. Уходи скорее, не жди её. - А ты куда? - Да домой я, домой, мил сердешный друг,- сказала она ласково, точно поясняя неразумному дитяте. - А можно мне с тобой?- Алан сам удивился своим словам. Кудесница покачала головой: - Нет,- и вновь открыла дверь. Он поймал её руку и обнял, притягивая к себе. - Я никогда- никогда не буду больше глупым. Только не оставляй меня, Лиатрис. - Поздновато ты спохвативсе…- договорить она не успела. Алан поцеловал её. Жадно, точно пил воду с тёплого ручья на солнечной стороне холмистой дороге, и вот он, нечаянный привал! - Не уходи…- прошептал он между поцелуями,- не оставляй меня. - эх ты, щеголь, ишь хвост веретеном закрутил!- она подёргала пояс халата за узел,- Лакомка медовая! Отведаешь ты много чаво сыропустного, увидишь разномастного, а токо потянет тоби ко мне, и с тово свету прискачешь, аки кузнечик- попрыгун! - Размечталась!- усмехнулся Алан и не сдержавшись, вновь начал её целовать: «Да что со мной такое?» Лиатрис улыбнулась: - Влюбивсе. Ох и сильно. Точно манкой ягодки поел! Не забудь, что говорено было! И она ушла, захлопнув дверь. Алан тут же открыл, но пуста была каменистая дорожка. Лишь розовая птичка промелькнула у него над головой, звонко пискнув.

Алан вздохнул и вернулся в дом. В нос резко ударил кислый тухлый запах от пожелтевшего ковра. - Бе! Какой кошмар!- он зажал нос и побежал на кухню, а там свежевыстиранные полотенца, висящие на верёвке, протянутой поперёк комнаты, отвесили ему мокрых оплеух. - За что?- возмутился Алан, срывая их вместе с верёвкой. - Эй, парень! Ты чем это мой любимый ковёр таким вонючим увозекать успел?- услышал он из гостиной голос Заряны. Алан бросил полусухие полотенца в мусорное ведро под раковиной. Бежать? А куда? В окно или спрятаться в холодильник? Алан устало выдохнул: - Я сейчас тебе всё объясню!- и вышел из кухни, на ходу натягивая улыбочку, которой надеялся откупиться и придумывая историю, о которой не возможно молчать.

Глава 45. Соглашение.

Алан на ходу приоделся в элегантный костюмчик и сделав глубокий вдох вышел к королеве.Заряна, изящно зажав носик двумя пальчиками, брезгливо рассматривала серое расплывчатое пятно посреди белого ковра гостиной.- Так, и что за эксперимент ты тут ставил?- она другой рукой щёлкнула зажимчиком сумочки на тонкой цепочке и достала театральный лорнет на десятисантиметровой ручке. - Молоко разлил, честно, чисто случайно,- покаянно выдохнул Алан и по-щенячьи преданно замигал глазками. - Честность- лучшая политика,- милостиво кивнула королева, и он сделал шумный вдох,- тащи из буфета уксус и набери в ведёрко металлическое, что стоит на холодильнике, воду. Отмывать будем. - Зачем такие трудности, Заряна?- он щёлкнул пальцами и искомые предметы вылетели из кухни. Невидимки- помощники с ловкой силой отдраили ковёр и совсем скоро он засиял белее белого! Королева покачала головой: - Ловко! Ну что ж,- она хлопнула в ладоши,- как тебе мой дом, исполняющий желания? А ж покидать не хочется, верно? Нежно провела по подлокотнику пухлого белого кресла. И посмотрела на портрет над камином, а потом её взгляд переместился на книгу, лежащую на столике. - О! Интересуешься историей? Ну и как тебе? - Увлекательно!- он сделал гримасу, похожую на улыбку,- А если серьёзно, то всё то же самое, что и везде. Королями становились сильные и мужественные, а потом век от века мельчали и развращались, тратя силы на развлечения и утехи. - Ты забыл про охоту,- напомнила Заряна с улыбкой. - Ах да, верно. И как я посмел?!- улыбнулся он,- но некоторые всё же меня впечатлили. - Ого! Поведай!- Королева изящно уселась в кресло, которое с видимым удовольствием её обняло. - Изволь,- Алан сел в соседнее,- может быть, по бокальчику чего-то яркого? - Мохито. Он махнул рукой и невидимые слуги легко смешали по два коктейля в высоких стаканах. Заряна сделала глоток: - Без алкоголя? - А что не так?- удивился Алан. - да ничего, просто день был суматошным, суетливым… Хотелось бы расслабиться,- Заряна поставила стакан на столик. - Как скажешь,- Алан пожал плечами и в его руках появились толстогранный стакан и бутылка виски,- подойдёт? - Вполне,- королева улыбнулась,- и так. Продолжаем разговор. Алан поставил скотч на столик. - А о чём? - Ты собирался хвалить моих предков,- напомнила Заряна. - Ах да!- Алан задумчиво полистал книгу,- Ну вот хотя бы…хотя бы вот она. Он показал королеве картинку женщины, внешне напоминающей саму Заряну. - Моя пра-пра-прабабушка Раффлезия-Пышна. Говорят, мы похожи?- она кокетливо приставила книгу к своему лицу и скосила глазки точь-в-точь, как героиня портрета. - Да, практически одно лицо,- согласился Алан,- мне понравилось, что она заслужила любовь народную, защищая их от набегов кочевых племён. Храбрая тётенька! Так и вижу, как она вышла одна вот в этом самом платье за замковую ограду и строго посмотрела на вождя иноземного! А он смягчился сердцем и присягнул ей на верность. И его головорезам ничего не оставалось, как вслед за ним встать на колени перед женщиной! Но вроде бы кто-то из них воспротивился? - Да, паршивая овца часто стадо портит. А особенно, если она по сути своей осталась волком,- глаза Заряны вспыхнули огнём, но стоило Алану это заметить, как тут же он решил, что показалось. Ведь в камине тоже появился огонёк. - И тогда королева Пышка… - Пышна,- поправила его Заряна. - Совершенно верно, так вот, королева Пышна превратила мятежников в безобидных черепах, неповоротливых и долгоживущих. - Наказание. - В чём оно? - Возможно, они и до сих пор живы, те черепахи. Бродят неприкаянные по Муравии, слёзы льют по жизни пропащей своей. - А собратья их давным-давно отошли в мир иной. Королева Раффлезия Пышна рассудила на перспективу, в даль. Они видели, как славно зажили их бывшие соплеменники, обзавелись семьями, почётом и почестями, а их потомки стали равны досточтимым вельможам, вождь женился на королеве и пусть он не стал королём, но его бесценные советы не раз выручали Муравию из бед. Он никогда больше не воевал, но зная слабости и силы бывших врагов и друзей, научил Пышну брать племена без боли и крови. - И что, все соглашались? - Ты не внимательно читал, мой друг,- Заряна показала на раскрытую книгу, лежащую меж ними на столике. - Скажем так, я листал, ища ответы, потому и не вдавался в подробности,- Алан перелистнул несколько страниц. - И что же тебя интересует? - Мне нужно домой. Как бы ни было хорошо здесь у вас, но дом есть дом. - Понимаю. Дом, милый дом,- задумчиво проговорила королева,- а ты знаешь, я тебе помогу. - Замечательно,- обрадовался Алан. - Но взамен… Ведь ты же не думаешь, что это будет бесплатно?- подмигнула ему Заряна. «Ух ты, шельма!»,- подумал наш герой, но спрятал свои мысли за словами:- Всё, что угодно, моя королева! Заряна допила виски, и Алан вновь наполнил стакан. - Споить решил?- улыбнулась королева. - А ты догадлива!- Алан вернул ей улыбку. - Значит, ты согласен? - На что? - Ну здрасьте, приплыли! Я помогаю тебе уйти домой, но перед этим ты находишь моего жениха. - Вот только сватом я ещё и не был!- Алан засмеялся,- А ты знаешь, я согласен! Устроим кастинг, смотрины то есть, турнир рыцарский и викторину по истории, да ещё можно, чтобы сотворили что-то самое невероятное! - Удивительно!- покачала головой Заряна. - Что? - Такой талант организатора! - Да, знаю, я многогранная личность. Могу устроить праздник или казнь, или всё сразу! - Я подумаю. Насчёт праздника, разумеется. Казни меня не привлекают. Скучно, и не современно. А жених у меня уже есть. Вернее был. Радомир. - Знакомое имечко. - Встречал где-то?- Заряна вцепилась ногтями в подлокотники.

Алан заметил это, но перевёл взгляд на её лицо: - У вас с сестрой неприлично много общего. - да, но выбрал он меня, меня!- На её глазах появились слёзы. « Ах, как играет! Ух, ну и ведьма же ты, Заряна!» - Знаешь, без разницы кто в вашем треугольнике кого выбрал. Вот честно, не моё дело. Но поскольку я обещал найти, так почему бы и нет! Заряна улыбнулась: - Будет трудно. - Люблю трудности. Расскажи, что знаешь. Куда он отправился? Враги? Друзья? Другая женщина? А может, вы поссорились? - Ты не сыщик часом? Точно нет?- она дождалась. Когда парень отрицательно покачал головой,- Он просто исчез. Вот был, и нет. Его же все любили. Знаешь, бывают такие люди, которых все обожают? Когда он входил в комнату, в тронный зал или просто шёл по улице, мир улыбался, солнце светило ярче, а звёзды… Я ревновала к ним. Да-да, ревновала. Ведь они подмигивали ему. А луна с ним откровенно кокетничала! Радомир радовал мир, и купался в ответной любви. Ну какие могут быть враги? Он выбрал меня, а не эту зануду- Лиатрис. Так что других женщин точно не было. - А откуда он родом? Заряна пожала плечами. - Не знаешь? Как же так? - Лиатрис нашла его на берегу. И он ничего не помнил. - А имя откуда? - Так она придумала. - Понятно. Значит, он вспомнил о чём-то, вот и ушёл. Заряна, зачем искать того, кто уходит? - Накануне свадьбы? - Тем более. Я понимаю, звучит грубо, но его уход… Её взгляд, ярче огня, остановил красноречие Алана. - Хорошо. Я найду его. Но что, если он осознанно покинул тебя? Что тогда? - Ах, ты о себе беспокоишься?- усмехнулась королева. - Конечно. - Я помогу тебе в любом случае. - Что ж, прекрасно. И вот за это, думаю, не грех и выпить,- он звенькнул, чокаясь мохито с её виски.

- А ещё есть вопросик такой: почему? Ну вот не верю я, что ты сидела и ждала кого-бы отправить на поиски ненаглядного Радомира? - А ты догадлив! Разумеется, я искала. Сначала сама, потом этим занимались военные. Даже Хитрован Котуван подключился. - А Ядвижка? - И она тоже,- кивнула Заряна. Алан развёл руками: - Ну не знаю. Вы же все местные, а я. - А может, это и нужно. Свежий взгляд. - Может быть,- Алан задумался и подошёл к полкам с книгами,- но откуда такое доверие к незнакомцу в столь щекотливом деле? - У Лиатрис чуйка на особенных людей. - Которых ты благополучно переманиваешь к себе?- улыбнулся Алан. - Дааа!- рассмеялась Заряна,- Думаю, мы с тобой поладим. - А что, если и я где-то потеряюсь? - Это вряд ли, ведь я еду с тобой!

И вот тут Алан понял, что он влип. Основательно и железобетонно. С тоской глянул на книги. Прощай, Небеско-град! Планы снова меняются. И главное, сам виноват, сам! А ведь Лиатрис предупреждала. Но ты же у меня самый умный, доверчивый негодник!

Глава 46. Докажи, что ты смел!

По вековым пастушьим тропам небольшой поисковый отряд во главе с хитреньким пронырой- проводником так же на лошадке поднимался по холмам. Всё выше, всё дальше от столицы. Мимо деревушек и речек. Алан замечал настороженные взгляды местных. Их желание спрятаться от пришлых людей.Заряна в удобном хлопковом платье свободного покроя старалась особо не выделяться, но пытливые умы крестьян нет-нет да и догадывались, кто перед ними. Вот и опять кто-то бесстыже тычет на неё пальцем, а потом показывает на монету с профилем.Алан решил подшутить. Отстал от отряда и подкрался незаметно к перешёптывающимся мужичкам. - Она? Да не! Ну откель ей тута взяться? Чай, сейчас сидит на златом троне да указы раздаёт. - Скорей уж на золотом унитазе!- Алан с ухмылкой вставил свою реплику. Мужички от испуга охнули и присели. - А ты кто таков?- осмелел тот, что про трон вещал. - Да я, дядя, пришлый иноземец. - А раз чужак, так откель тоби знать, где сейчас королева? - А она- моя знакомка. - Близкая, надо полагать?- зазубоскалил один из мужиков и остальные дружно расхохотались. Алану стало весело. Но тут за ним прискакали двое дюжих молодцов. - Ваше-вашество, что ж Вы отстали-то? Её величество волнуется. - Да вот с мужичками поговорил малость. Ну ладно, ребята, прощевайте- не зевайте, а то в ротики вороны залетят!

Мужики почесали затылки, глядя ему вслед. - Ты гляди, а не соврал, пришлый-то! - Ишь ты, сама королева! - А как её жовут-то?- прошамкал беззубый старик, скрючившийся к палке, на которую опирался. Он только что подошёл к толпе. - Кого? - Да королеву-то! - Заряна, отец. Али ты забыл? - Так ведь вроде недавно Пышна была! - Ну ты вспомнил! Та ж давно в земле, сколь без неё-то всяких бывало на муравском троне! - Да как же? Я ведь помню…- растерянно заморгал глазами старик, потерянно разглядывая народ,- тоби вот Власом зовут. - Дед мой был с таким именем, а я всю жись Петро. - А я?- спросил старик. - А ты…- Петро задумался,- мудрый ты дед, вроде давно тута живёшь. А скоко лет тоби, и не вспомнить уж. А как звать? Дед, да и всё. - Я помню Пышну,- твёрдо заявил старик, втягивая лысую голову в щуплые плечи. - Так мы ж и не спорим, токо вот туды,- Петро указал в сторону гор,- уехала Заряна. И она у нас сейчас королева. И вот на этой монете тоже она!

Алан понял, что потерял доверие Заряны, раз к нему приставили аж двух неразлучников. Парни настороженно следили за каждым шагом, жестом и даже чихом подопечного. Но вот отряд остановился на прервавшейся землистой тропе. А дальше начинались горы. - Полезем туда?- удивился Алан. Заряна обернулась: - А что, боишься высоты? - Если честно, то да. Проводник фыркнул и тут же закашлялся. - У нас план иной, Алан. Горы, конечно, живописны и сильны, но только мы тут не к ним на поклон пришли. Дитяче Веселе,- Заряна достала карту из холщёвой торбы, висящей у неё на плече, развернула её и ткнула пальцем куда-то посредине. Проводник покусал длинный ус: - Так-с, мы сейчас делаем привал. Набираем воду, а чуть попозжае обогнём вон ту гору. Валнаха она называется,- он махнул рукой вправо,- и попадём ровнёхонько в ущелье Домное, а оттуда прямой проход в пещеру Дитяче Веселе. Королева согласно кивнула, и Алану подумалось, что не будь она женщиной, из неё вышел бы замечательный полководец! А эти горы, ну чем не Альпы! Погодите-ка! Он снова всмотрелся в холмы, потом перевёл взгляд на горы. Ну точно! Альпы! Занятная метаморфоза или творец шутки ради создал похожие места? Но его пристальное разглядывание ландшафтов не ускользнуло от взглядов рослых опекунов, помогающих ему спуститься с седла. Один из парней ловко заслонил собой горы, а второй так же споро перекрыл уже пройденную тропу. - Заряна!- Алан подошёл к королеве, ловко перепрыгнув подставленную подножку плечистого охранника. - Да, мой друг? - А, так я всё ж таки друг? Тогда почему ж чувство такое, что меня под конвоем водят? Заряна обвела задумчивым взглядом их маленький отряд из четырёх парней и проводника, и сфокусировалась на нашем герое: - Алан, ты сам виноват. От отряда отстал, с местными о чём-то заговорил. Вот о чём можно с ними говорить? - А вдруг они Радомира видели? - Не видели они его. Алан, это быдло видит только грязь под своими ногами да краюху хлеба. А больше им и не надо. - Зря ты так, Заряна! Твои предки были ровно такими же крестьянами. - Алан, мои предки не пахали, не сеяли. Они брали всё, что хотели от жизни, от других. Потому и почёт, все их боялись. - И ты так хочешь? - Да. Я улыбаюсь им, когда это нужно. Даже руки жму в ответ. Это игра такая. Нудная, но необходимая. Алан заметил, как один из его охранников подмигнул другому и только успел подумать: «Неспроста», как весь отряд, включая проводника, направил на королеву шпаги, арбалеты и ружья. - Ловко!- усмехнулась Заряна. И её взгляд ярко вспыхнул пламенем. Все, как один, мятежники тут же упали, объятые огнём. Их вопли не скоро перешли в стоны. Алан в ужасе прикрыл глаза руками. А Заряна равнодушно разглядывала мучения людей, предавших её. Напуганные лошади убежали по тропе назад в деревню.

- Алан!- позвала она сидящего на земле парня,- Очнись! Всё закончилось. Ах, какой же ты неженка! Королева хрипло рассмеялась. Алан посмотрел меж пальцев, потом отвёл их. Угли ещё дымились. - Сходи до рички,- Заряна кивнула на пустые кожаные мешки. - Не боишься, вдруг сбегу?- с издёвкой сузил глаза Алан. - А ты не боишься сбежать?- скривила губы королева. Алан непроизвольно выдохнул. - Вот то-то и оно,- Заряна ловко взобралась на валун, и не цепляясь, балансировала руками в воздухе, разведя их в стороны,- Докажи, что ты смел. И получишь достойную награду!

Руки дрожали, вода расплёскивалась из бурдюков. В конце концов он не выдержал, бросил их на берегу, а сам вернулся к реке и закатав кое-как штаны до колен, забрёл в воду. Опустил руки по локти, бессильно наблюдая, как любопытные рыбёшки разглядывают его растопыренные пальцы. Он почувствовал, что от этого стало даже как-то весело! Да ладно! Алан, ты же понял, что это истерика? Умылся, с брызгами, с фырканьем, не стесняясь, что возможно, Заряна наблюдает за ним. А и пусть смотрит. Что с того? Не убудет же от него с её взглядов? Он ещё жив. - Я ещё жив. А почему? Потому что нужен этой вражине! А мятежники? Так они сами и виноваты. Знали, на что шли. Отчаянные парни. Глупые, но отчаянные. Алан отдышался, разглядывая своё лицо в расколотом отражении реки. - Я что-нибудь придумаю. Обязательно придумаю. Он вернулся на берег, раскатал штанины обратно и завязал мешки верёвками, одним движением поднял их, закидывая на оба плеча.

- Надо бы сюда мула хотя бы одного. Может, я схожу до деревни или хоть одну лошадку верну?- проворчал он, неловко роняя бурдюки перед королевой. - Воля твоя!- она щёлкнула пальцами и за спиной Алана кто-то сказал: - И-а! С любопытством на нашего героя уставился длинномордый ослик. - Но учти, любезный Аланко, ухаживать за ним тебе!- с презрением в голосе сказала Заряна.

Глава 47. Дитяче Веселе.

Острые сталактиты повисли на каменных выступах в круглом рту огромной пещеры. - Точно зубы драконьи!- пошутил Алан. Заряна даже не улыбнулась. Приподняла подол платья и осторожно обходя наросты, прошла в красно-каменное пространство. Шершавый гранит, по которому Алан шёл за королевой, начался сразу, как она отвела в сторону нависшие ветви кустов, непонятно как цепляющихся за жизнь в трещинах пещеры на входе. Алан вёл за уздечку ослика. Водичка побулькивала в бурдюках, навьюченных на боязливо посматривающего по сторонам Чужака. Алан глянул на него. « Оба мы с тобой, брат, тут пришлые, хоть и званые, но всё ж таки, гости.»

Заряна уверенной рукой подняла с гранитного пола палку и та тут же вспыхнула факелом. - Набери хворосту,- сказала она, даже не обернулась. - Хорошо, сейчас только Чужака к чему-нибудь привяжу,- он смотрел вокруг. - Чужака? Ты уж и имя ему дал?- усмехнулась королева,- Я облегчу тебе задачу! Она махнула рукой в сторону ослика и волна искр охватила беднягу. Алан увидел испуг в его глазках и в следующий миг Чужак исчез. Кожаные мешки упали к ногам нашего парня. - Заряна, зачем? - Он выполнил своё предназначение. Помог тебе с доставкой воды. И всё. Не вижу более в нём необходимости. И потом, можешь не благодарить, но ведь я освободила тебя от заботы. А теперь иди за хворостом,- королевским жестом она повелительно повела в сторону выхода. Алан хмыкнул: - Премного благодарен. А что до хвороста, так сама и иди. Поясни для начала какого рожна мы сюда припёрлись на ночь глядя? Заряна подошла к нему, держа меж ими факел. - Ах да, я и забыла, что ты мне не слуга,- она задумчиво посмотрела ему в глаза,- ну что ж, изволь, поясню. Тут в пещере есть некий портал, открывающийся по ночам. Я надеюсь по нему попасть в мир, где возможно сейчас находится Радомир. Ну или, хотя бы задать кое-кому вопрос о нём. Я понятно изложила план? - Вполне.- кивнул Алан,- Значит, нас ждёт бессонная ночь. Что ж, с меня, так и быть, хворост, а с тебя ужин. Заряна улыбнулась: - Кухарка из меня так себе. - И из меня тоже. Что же делать?- он пошёл к выходу,- А не надо было испепелять бедолаг-бунтовщиков. Заряна пошла следом: - Вы посмотрите на него! Так вот какая у тебя жалость? О себе, значит, беспокоишься? Поголодать, милый друг. Иногда полезно для здоровья, чтоб ты знал! - Я не нуждаюсь в Ваших советах, как и в помощи. Ладно,- он вздохнул, отвесив шутовской поклон,- сам всё сделаю. С тебя самая малость: продукты какие-нибудь раздобудь, волшебница.

Заряна топнула ногой. В глазах её сверкнули огоньки. - Да кем он себя считает? Командует тут. Но Алан хоть и ушёл уже на приличное расстояние, услышал эти её слова и улыбнулся: - Что, красотка, не по-твоему всё пока что? Добро пожаловать в мой мир! Он конечно понимал, Заряна привыкла повелевать безропотным народом, но он-то не из них. Хворост наломал он быстро. Сложил в приличных объёмов охапки и в несколько заходов натаскал в пещеру недельный запас дров. Королева, как оказалось, тоже не сидела сложа руки. У её ног Алан заметил мешочки с крупами и овощами, а также куски мяса и даже бекон. - Ого! А ты запасливая девушка!- пошутил наш герой, но улыбаться перестал сразу же, ведь в ответ он получил неласковый взгляд высокородной дамы. Алан сложил ветки в виде невысокой башенки, а королева небрежным жестом поделилась с ним огнём от факела и сразу же отошла в глубь пещеры. И только тут парень заметил размеры гранитного «мешка». То место, где был он, имело форму почти идеального круга, а туда, где сейчас находилась Заряна, вёл проход. Такой же круглый, и повторяющийся, кажется множество раз даже за её спиной. Алан аж присвистнул: - Ничего себе местечко! Пещера, говоришь? Да ведь это ж целый туннель. Наверно, через всю гору тянется? - Так да. Когда-то давно, века и века назад эта гора взаправду была драконом. - Даже так? И что с ним случилось? - Помер он. - Небось, местный смельчак какой-нибудь замочил дракошу? - Не угадал. Это ж только в сказках богатыри побеждают. А народ мой в те времена был боязлив, даже труслив. - За то сейчас вон какие на тебя взгляды бросали бедолаги-то, которых ты без суда и следствия того, фьють!- Алан разговаривал и подвешивал над огнём заботливо предложенный королевой котелок, наполняя его водой из бурдюка. - Долго мне их ещё припоминать будешь?- злобно сказала Заряна. - Долго. - А что, если я скажу тебе, что специально спровоцировала бунтовщиков? А на самом деле я народ люблю. - Ну конечно! Ещё скажи, что день и ночь о них думаешь? - И скажу! Я знаешь, какая добрая! - Да ты чудовище! Заряна сузила глаза и уже занесла над сидящим у костра Аланом факел, но лишь перехватила палку покрепче да шумно выдохнула, скрипнув зубами. Алан весь сжался внутренне, но внешне страх не показал. « А вдруг у неё нюх звериный?» Он отломал палочку, чтобы помешать кашу в котелке, но Заряна успела подать ему деревянную ложку с длинной ручкой. - Спасибо,- буркнул он сквозь зубы. - Всегда пожалуйста, Аланко. Королева обошла костёр и присела напротив кашевара. Она знала, что чудо как хороша при дыхании огня. И Алан невольно залюбовался девушкой.

Оставим пока их там. Трещат ветки, искорки вспыхивают, взлетают и гаснут, но разговор пока не клеится. Оно и понятно. На голодный желудок немало ссор да скандалов случается. А наш герой, кажется, только начинает постигать эту нехитрую формулу. И взрослеет, пусть и не мудреет прямо на наших глазах, но всё же, вот он игриво изогнул бровь, глядя на Заряну. А она повела носиком, чувствуя аппетитный запах от котелка. Алан готовит обычную кашу из гречи с мясом да беконом. В мире, где он задерживается на неопределённое время, где-то далеко за зелёной листвой, в ветреном море на острове Матица Лиатрис Корали видит их в пещере и проводит ладонью по волосам Алана. И видение разлетается на капли водопада. А сам Алан чувствует лишь лёгкий ветерок, ласково щекочущий его светлые локоны.

Глава 48. Шанс.

Заряна молча всматривалась в рисунки костра. Алан же видел лишь горящий хворост.- Раньше, когда дракон был ещё жив, ему оставляли жертв прямо тут.- Откупались так? Заряна кивнула: - Да. Год за годом, век за веком. - А потом пришёл храбрец и отрубил голову доисторическому ящеру? - А вот и не угадал!- рассмеялась королева,- Как-то раз привели к нему очередного бедного человечка на съедение, а дракон-то помер. От старости. - Ну это тоже можно считать победой,- Алан поворошил палкой догорающий костёр, встал, чтобы ещё подкинуть дров. Заряна тоже встала, но пошла вглубь пещеры. - А откуда название-то такое чудное?- парень аккуратно положил несколько веток в середину костра. Огонь милостиво облизал одну и перешёл к следующей. - А разве ты не понял? Поверженный враг не вызывает больше страх. Даже дети не боятся его,- Заряна вернулась обратно и подняла горящую ветку,- Аланко, пора нам. Следуй за мной. - Как прикажешь, Величество!- улыбнулся Алан и неспешно пошёл за королевой. Он невольно залюбовался её танцующими при каждом шаге золотистыми локонами. Длинный подол скользил змейкой по гранитному полу пещеры. Округлое жерло и впрямь напоминало длинную шею доисторического гиганта. - Должно быть, он был динозавром,- прошептал Алан. - Что?- Заряна вздрогнула и полуобернулась в его сторону. Заскользили её сапожки по полу и она потеряла равновесие. Факел упал и погас. Алан почувствовал слепоту на ощупь. По бокам всё также скала, он сделал осторожный шаг вперёд. - Заряна!- проговорил он, выставив руки перед собой. Но ответа не было. Глаза в темноте не находили ничего, уши не слышали ни звука. Он выдохнул страх и развернулся в обратную сторону. Против такой тьмы он был бессилен. Попытался нафантазировать хотя бы карманный фонарик. Но видимо магия гасла в пределах пещеры. Ведя пальцами по ребристой стене Алан осторожно передвигался в обратную сторону. Вот замигал костёр. Парень сделал вдох и выдох. Уверенно подошёл к импровизированному очагу, поднял едва начавшую гореть ветку и повернулся вглубь пещеры.

Задумался. А ведь можно уйти. Просто уйти. Где там Заряна, что с ней? Какая разница! Он пошёл прочь из пещеры. Отвёл занавесь зелёных листьев. В его глаза зло заглянула темнота осенней ночи. От злости плюнул и повернул обратно. И вот он вновь внутри «горла дракона». Поднял факел повыше, впереди пустой гранитный ход. Опустил пониже. Всё тот же гранит. - Так, а это что такое?- эхо послушно повторило,- ое-ое-ое! Почти у самых ног здоровенная лужа. Да нет же! Целое озеро! И недалече от берега беспомощно и неподвижно кто-то лежит. Алан пригляделся, прицельно осветив то место. - Заряна!- крикнул он. Королева не пошевелилась. Алан огляделся по сторонам, осторожно ведя свет. Погасший факел валялся у самой кромки воды. Алан нагнулся и зацепился за него ногтями, подкатывая к себе палку. Перехватил свой факел покрепке и изловчился, потыкав второй палкой Заряну по спине. Прислушался. Ни звука. Покачал головой и медленно развернулся, чтобы покинуть королеву. За спиной он услышал слабый кашель. - Не сегодня,- покачал Алан головой и поспешил к озеру.

Не с первой попытки, но всё же он сумел зацепиться палкой за ей платье. Ткань затрещала, оставляя клочья на острой сучковатой палке и рваные куски на королеве. Ему ничего не оставалось, как и самому опуститься в озеро. Тяжёлая стоячая вода мгновенно остудила его ноги, сводя их судорогой беспомощности. Заряна развернулась к нему, давясь кашлем и стекающей изо рта мутной жидкостью. Она инстинктивно потянула к Алану руки, ища спасения. Он выронил факел, тот с шипением ушёл под воду, поднимая вокруг себя горьковатое облако дыма. Алан подал королеве руку и потянул её на себя, не имея представления, как её спасти. Заряна умоляюще смотрела ему прямо в глаза. Он повёл плечами, удивляясь, что всё ещё чувствует их. И вдруг понял. От её рук шло тепло. Попытался коснуться хотя бы запястья Заряны. И у него получилось! Лёгкое покалывание пробежало сначала по кончикам пальцев, затем по запястью, и дальше выше до плеча, перемещаясь к другой руке. Он сделал глубокий выдох и легко притянул к себе королеву. А дальше было совсем не трудно. Всего-то доплыть с ней до берега. Алан выбрался на грубый оскал ребристой кромки и вытащил девушку за собой. Упал рядом с ней, тяжело дыша. Закрыл глаза. - Спасибо,- услышал он её шёпот. - Не стоит благодарить. Я тебе потом должок припомню,- попробовал он пошутить, с трудом ворочая слова в остывающем горле. - Я запомню,- прошелестел голос и Алан услышал тяжелеющее сбивчивое дыхание. Открыл глаза и попытался если не встать, то хотя бы сесть. Потряс головой, разбрызгивая мокрый холод с волос. Тепло ещё не полностью оставило его, наш герой повернулся со спины на бок. Заряна лежала тихо и неподвижно. - Эй, Величка-королевишна! А как же трон Муравии без тебя? И тишина в ответ. Алан закряхтел, вставая: - Эх, спину-то как скрутило! Нагнулся к королеве. Проверил пульс, дыхание нечёткое, но всё ж заметил. Подхватил Заряну на руки и потащил в обратный путь, по спасительному «коридору». Он нёс её и чувствовал, как темнота за спиной облепляет его, а весь свет что был, сосредоточился в королеве. Она и впрямь светилась. Но не как Лиатрис, свет Заряны был иным. Обжигающим пальцы, оставляя после себя колкий след, проникающий под кожу. Терпимый, но неприятный. Одним словом, Алан был рад положить Заряну у костра. Он было подумал, что надо бы скинуть мокрую одежду, да и её раздеть, но потом заметил, что лёгкий ветерок опоясал его, обнимая, легко и бережно высушивая рубашку и штаны. Он удивился. А ветерок легонько, но вполне ощутимо щёлкнул его по носу! - Эй, кто так шутит?- возмутился парень, а ветер перелетел к Заряне, обвевая её, немилосердно потягивая за локоны. Алан подбросил ещё хвороста в костёр и оглянулся к королеве. Её заботливо укрыл незнамо откуда взявшийся плащ. Да и сама она лежала не там, где Алан её оставил, а на похожем на гранит ложа. - Чудеса, да и только!- повёл бровью наш герой. Однако, постелька была одна. Что же делать? Рядом прилечь или соблюсти субординацию и приличия? И стоило ему только задуматься над неразрешимой дилеммой, как рядом с ложем появился узкий топчан. - Жёстко!- возмутился Алан, но выбора у него не было. Придётся довольствоваться тем, что дали. Он вздохнул и растянулся на шконке. Глаза как-то сами собой закрылись. Должно быть, от пережитых волнений этого долгого дня, и наш мальчик заснул. Без снов переходя сразу в ту самую глубину сна, где не бывает тяжёлых снов, напоминающих о прожитом.

Глава 49. Стекло и золото.

Неудобная кровать оказалась жалким подобием раскладушки. Ведь стоило Алану раскинуться на ней «звёздочкой», как его сложило в позу эмбриона.- Эй, что за шутки?- возмутился он, беспомощно размахивая руками-ногами.Раскладушка резко развернулась. Алан, тяжело дыша, свалился с неё на пол, стукнувшись головой о шершавые камни. - Да что ж за день-то сегодня такой?! Из глаз сыпались искры, разлетаясь молниями. Парень лёг на спину, прикрыл глаза. Неровное дыхание перекликалось с нервными ударами сердца. Свистящий кашель мешал неимоверно, и Алан кое-как, цепляясь за пол, затем за стены, встал и покачиваясь побрёл к костру. Нашёл бурдюк и отпил воду прямо из мешка, глотая и неловко обливаясь. Тыльной стороной руки обтёр губы, неловко сел у огня. И задумался.

Заряна не пояснила, зачем они тут, в странном теле давно почившего дракона. А вдруг она решила принести жертву, и тем самым оживить древнего ящура? Не зря же Лиатрис советовала не верить сестре. « Но я же такой доверчивый! Смазливая девица глазками хлоп-хлоп, да слезливенькую историю плаксивым голоском рассказала- и всё! Поверил! Лопух я, ох и лопух! Так, а что, если самому найти то, зачем она сюда пришла?» Алан не стал более раздумывать, схватил палку потолще и опустил её одним концом в костёр. Прихватив с собой факел и немного мысленной отваги, наш герой крадучись покинул пещеру и не спеша, аккуратно осматривая «коридор», пошёл навстречу новым приключениям.

Он придирчиво посмотрел на неподвижное озеро. И тут что-то привлекло внимание в этой стоящей на одном месте воде. Не отдавая себе отчёт, зачем, он провёл рукой по… стеклу. - Да ладно?- он поцарапал мутное «окно». В гранитном обрамлении стеклянное озеро не вызывало того ужаса, что некоторое время назад, когда немилосердно засасывало нашего героя вслед за попавшей в ловушку королевой. Алан понял, что стоит на пороге какой-то тайны. Он обвёл факелом над озером и заметил, как что-то или кто-то подмигнуло впереди. Понятно, что он решил идти напрямик. Осторожно ступил на мутное отражение. Проверил твёрдость ногами, аккуратно, мелко переступая. Сначала у берега, а затем, осмелев и уверенно шагая по озеру, прошёл его, стараясь не задумываться, почему он идёт. - Лёд, как лёд,- шептал наш парень и смотрел только вперёд, туда, где заметил сияние. И вот он уже рядом. И ступил на другой берег странного озера.

Резной сундук, разумеется, закрытый на массивный замок. Алан вытащил ключ из кармана. - Эх, маловат!- разочарованно пробормотал он и огляделся по сторонам. Сундук стоял у самой сталактитовой стены скруглённой пещеры. Огромный паук сплёл жуткую паутину толще каната вокруг висящего поблескивающего в углу ключа. У нашего героя громче забилось сердце. Взгляд сонных глаз и перебирающиеся лапки «ткача», уверенно создающего узорчатое пыльное полотно. Алан не стал размышлять долго, а направил огонь факела точно на жуткую тварь. Запахло палёным и крик раненого животного перекрыл Алану слух. Он помотал головой. Не помогло. Увидел горящего паука, распадающегося на части. Мохнатые лапы, потеряв хозяина, всё ещё двигались, рефлексируя. Крепкие канаты горели, распадаясь на отдельные нитки. Алан дождался, когда ключ упадёт со звенящей дробью по граниту и подошёл к добыче. За спиной послышалось сопение. Он обернулся. Чёрная головёшка со вспышками огня двигалась в его сторону. Она тянула оборвыши-культяпки и слабо хрипела. Алан выставил вперёд единственное доступное ему на тот момент оружие- факел, и вновь поджёг паука. Он прикрылся ладонью, чтобы не видеть агонию бедняги, но меж растопыренных пальцев видел больше, чем хотел. Догорающие останки Алан отшвырнул другим концом факела подальше от себя. Они откатились к самому краю стеклянного озера. Сжимая в руке добычу, наш парень поспешил открыть вожделенный сундук. И так, любители сокровищ пусть нервно курят в сторонке! Герой фэнтези нашёл клад! Золотые монеты старинной чеканки вперемешку с золотыми слитками. - Ух ты!- обрадовался Алан и тут же загрустил, бросив взгляд на озеро. Стекло как раз покрылось паутинкой трещин. Видно, опалинки лап Хранителя ключа всё же упали на озеро, нагрев его поверхность. Алан огляделся по сторонам. Ему приятно было найти клад, но он был готов расстаться с ним в любой, даже самый неподходящий момент.

Но неужели никак нельзя обойти озеро?- спросите вы. Узкий обход вокруг озера действительно был, но только для одного человека и без поклажи. Алан подвигал сундук. - Неподъёмный! Ух, зараза. Аж до поту!- Он с сожалением захлопнул крышку сундука и пошёл по гранитному «колечку» в сторону пещеры, где оставил Заряну. Как вдруг краем глаза заметил совсем рядом деревья и выход из пещеры. - Чудеса, да и только!- обрадовался парень и вернулся к сундуку. Потянул его за ручку и почувствовал, как получилось сдвинуть его с места. Что-то заскрежетало, забрякало. И вот уже чеканный сундук у него в руках. Правда, без дна! И без монет. Алан аж плюнул от досады, а потом расхохотался так, что даже Заряна проснулась и прихватив факел, прибежала из пещеры. - Как ты туда попал?- крикнула она всё ещё веселящемуся парню. - Прошёл по озеру.- он провёл рукой по глазам,- А ты проснулась? - Сложно спать под такие раскаты смеха. - Прости, но уж очень забавно получилось,- он с улыбкой посмотрел на её через дырявый сундук. - И вправду, забавно,- улыбнулась Заряна,- а ты, значит, пытался разбогатеть? - Если честно,- он отбросил бесполезный сундук в сторону и тот загрохотал по тропе, скатываясь в озеро,- так вот, если честно, меньше всего меня интересуют деньги. - Да неужели?- Заряна пошла к нему в обход озера. - Ужели,- посерьёзнел Алан, повернувшись к куче золота. Он поворошил монеты и слитки,- признавайся, что тут может быть ценнее презренного металла? Он посмотрел на королеву, сидя на корточках. Заряна почти подошла к нему, и от двух факелов стало ещё светлее. - Найди необычную монету,- дала она совет, подходя ещё ближе. - Что же в ней может быть необычного? Белое золото? Или иная чеканка? - Не торопись. - Так помогай! Я готов поделиться добычей!- Алан навис над сокровищами, точно Кощей. - Очень смешно!- изобразила улыбку королева. - А что? У тебя способности царя Мидаса? - Алан, это твой клад и лишь ты теперь волен распоряжаться им. - Поясни. - Ты можешь обменивать это золото на товары, можешь положить под проценты и тебя ждёт прибыль. - А можно раздать людям! - Самый глупый вариант, но опять же, воля твоя. Так что, нашёл монету? Алан перебирал клад, попутно увлечённо считая получающиеся стопки монет: - Десять сотен, двадцать, тридцать… ах, был бы я скупым, уже сошёл бы с ума от радости! - Извини, дорогой, но ещё немного и это я сойду с ума,- нетерпеливо потрясла факелом Заряна. - Нервные клетки, Ваше Величество, не восстанавливаются,- Алан сосредоточился на поиске, забыв о подсчёте,- а вот, глянь-ка, кажется, она? Он протянул королеве дырявую монету. Ребристый ободок с остатками чеканки сверкнул в глазах Заряны, и она с улыбкой протянула за ним руку.

Глава 50. Кулинарный шедевр.

Заряна бережно приняла монету и посмотрела через неё на Алана.- И что?- успел сказать он и тонкий луч липко зацепился за одежду и куда как больнее за кожу, втягивая его в себя.В глаза бросились громкие звуки, кружащие калейдоскопом круги. Лопались зелёные куски гигантских листьев, царапая запястья и пальцы, прикрывающие лицо. Москитной сеткой бежали тени и голоса. Казалось, он летит уже вечность. Капли секунд перестали течь, и время зависло, теряясь в пустоте. А потом резко побежало, перепрыгивая через буквы, обгоняя слова, набрасываясь новой реальностью.

Белая пена. Воздушная, сладкая. Алан выплюнул взбитые сливки. Под ногами теплота и вокруг пахнет пирогом. Алан повёл взглядом и носом вокруг себя: - Это что- пирог? - Да нет же, это- торт!- возразил ему басовитый голосина,- И ты, гад, мне его испортил! Рыхлые пальцы схватили нашего парня за ухо и потянули вверх. - Ай-ай-ай, простите, дяденька!- и смешно, и страшно,- Я нечаянно! Это всё Заряна, Заряна! Ай-у! - Ты ещё пореви мне! Заряну какую-то приплёл. Набедокурил ты. Тебе и ответ держать! Ну-ка, вылезай отсюда. Э-эх, всё испортил! Я три, три дня, не спавши, не евши горбатился над свадебным тортом для короля Кедрика, а ты влез тут, да ещё и уснул! И когда успел?- не переставая распекать Алана пекарь помог ему выбраться. - Понимаете, простите не знаю, как Вас звать по имени и батюшке? - Светом меня зовут. А до бати моего тебе дела не долно быть,- посерьёзнел мужик. Алан наконец-то смог рассмотреть его. Коренастый, точно необхватный пень, не шибко высокий, чуток только пониже нашего парня, но рыхлый, неповоротливый. Одет в заляпанный жирными пятнами комбинезон с рукавами чёрного цвета и удобные кожаные сабо. На голове соломенного цвета волосы, непокорно выглядывающие из-под косынки. - Чё уставился?- насупил брови мужик и потёр нос-пуговку. Его круглые навыкате глаза напоминали кукольные. Алан улыбнулся. - Ещё и лыбится? Вот чё ты улыбаешься? Али влюбился? Так я из тебя эту дурь живо выбью!- он хрустнул пальцами и смял их в кулак, готовясь к удару. - Давай помогу с тортом-то? Я правда, редко что-то готовлю, но ради спасения жизни. Твоей, разумеется, мне-то чего бояться? Я случайный тут прохожий. - Не смеши помидоры! Ты разве пекарь? И где учился? Я вот в Несбертаге курсы закончил, а потом в кулинарной школе шефа Раденчика, а после ещё у его конкурента. Да, а чего? И ерунда, что Раденчик меня после этого проклял, зато Макузик- благословил! - Я рад, что ты такой умелый рукомес. Но пока хвастаешься время-то идёт. - Ох да, что сказать? По тебе плачет тресканица. - Не знаю, что это такое. - Я скажу…- начал Свет, но Алан махнул рукой и полотенце со спинки деревянного стула, заткнуло ему рот. Наш герой выдохнул и похлопал в ладоши: - А для начала мы тут приберёмся!- и помесил руками, создавая ветерок над огромным столом, посреди старинной, по виду и впрямь, замковой кухни и вот уже испорченного торта с проломом посередине, как не было! Лишь остатки крема, да несколько крошек. - Так ты колдун?- изумлённый Свет сделал перекрестье пальцев перед собой. - Можешь звать меня Мерлином,- подмигнул ему Алан,- так давай, смертный, рассказывай, что печь будем? - Торт свадебный, двенадцать ярусов с кремом белковым да взбитыми сливками по верху. - И всего-то?- присвистнул Алан,- А лебеди да новобрачные? - Какие ещё лебеди? Какие новобрачные? Говорю тебе, король Кедрик женится! - Так дело, Свет, ясное, что дело тёмное. Давай тащи ингредиенты. - Ингвариденты?- удивился пекарь. - Продукты неси, из которых печь будем. - Так мы ж не успеем! - Ты не спорь, а тащи! И поживее!

Скоро стол почти весь был заставлен корзинками с яйцами, маслёнками, сахарницами, а у ножки стола вальяжно притулился мешок с мукой. - Чё-то не хватает?- Алан обвёл взглядом стол. - Да вроде всё…- задумался Свет,- а, вспомнил! И он на удивление резво для своих габаритов побежал в кладовку. - Вот!- он торжественно принёс и положил на стол перед Аланом мешочек,- Ваниль! - Так, а теперь говори, какие продукты и сколько надо на коржи? Алан не стал изобретать велосипед, мудрить или разводить бодягу с тестом. Но зная пропорции, он в точности повторил в воображении рецепт и вскоре тонкие пропеченные коржи делали сальто над столом, опускаясь ровными горками в ожидании кремовых прослоек, которые взбились сами собой. И пекарю оставалось лишь наблюдать, как аккуратно и точно создавался торт. Свет потихоньку вернул оставшиеся продукты в кладовку, и вернулся оттуда улыбаясь, неся в руках в начале стайку голубей, а после и наряженную в свадебное белое платье невесту из теста и белого зефира на блюде, рядом с пухлым марципановым улыбчивым королём, судя по короне из карамели. - А ты жук! Заныкал фигурки-то!- рассмеялся Алан, погрозив ему пальцем. - Да, Мерлин! Есть такой грех. Вру я часто. И врать умею. - Освободить тебя от сего порока?- свысока спросил наш герой, изображая снисходительный взгляд. - Ой нет, что ты! Ни в коем случае. Оставь со мной сей грех. В назидание и наказание,- пекарь молитвенно сложил ручки перед собой. - Будь по-твоему, свет. Ну что, доволен ты, я вижу?- алан облизал пересохшие губы,- угости меня чаем, если не трудно! - Конечно, конечно, колдун, сей момент,- засуетился пекарь, наливая в две глиняные кружки душистый аромат из начищенного до медного блеска, чайника, стоящего на плите каменного очага, занимающего добрую половину кухни. - Отведай, путник, моих вафель. Я сам придумал добавлять в крем барбарисковый ликёр!- Свет с гордостью поставил перед Аланом конфетницу, полную вафельных трубочек. Наш герой с превеликим удовольствием занялся дегустацией сладостей. - Чудесно! Необычно, терпко, не женственно. Свет, дам ими не потчуй, сбегут. - А-а-а, так вот почему Манятка покраснела, точно дикая ежевика, да и убежала. Она десять ступенек только пробежала по чёрной лестнице, а остальные так кубарем скатилась!- расхохотался пекарь, похлопывая себя по коленкам. - Разве ж можно так с девушками? - Да не мастак я говорить-то, не компанейский. - За то масак по мастике и зефиркам!- Алан кивнул в сторону торта с голубями вокруг новобрачных. - Не я их делал!- вдруг загрустил Свет. - А кто же?- парень запил откушенный кусочек вафли. - Парень пришлый, умелый такой, Радо…сть его звать. - Радомир?- Алан закашлялся, подавившись чаем. - Да. - Отведи меня к нему! - Так пропал он. Налепил красоту эту и исчез. А ты что ли знакомец его? - Попадос,- огорчился Алан. - Да, про-пал-дос! И они оба в унисон печально выдохнули.

Глава 51. Ромовые советы.

Вздыхать по кому-то можно долго. Некоторые носятся со своими вздохами годами. Находят причины и оправдания поступкам других людей. А ещё мы любим заниматься самоедством, самокопанием.« Что со мной не так? Ведь это же я виноват(а), что он(а), ушёл(ушла)?»Один мудрый человек объяснил мне как-то, что если кто-то исчезает, причина в нём. Это у него проблемы. Не у меня. Ну что же, вздохнём в самый распоследний раз о всех тех гадких эгоистах, что ушли, и вернёмся к нашим… рука так и тянется к букве «б», но нет, я не стану оскорблять милейших баранчиков! Мы возвращаемся на замковую кухню.

И что же там новенького? Ну торт уже успели забрать. А значит, свадьба пухленького коротышки-короля по имени Кедрик и его красавицы-невесты в самом разгаре. А два наших работяги? Чем же заняты пекарь Свет и его нечаянный гость( человек-косяк) Алан? Свет рассказывает занимательную историю. Послушаем? - И вот значится,- он почесал подбородок,- стою я на кухне, тесто на пироги творю. Король Кедрик, надо сказать, очень уважает пироги. Всякие! С мясом, с капустой, с творогом. А тесто в тот раз знатное вышло! Пышной шапкой каак поднялось, враз, представляешь? Алан понимающе кивнул, пряча зевок за глубокомысленным подпиранием нижней челюсти. Бессонная ночь давала о себе маячки, а ещё дико ломило затылок. Он кожей чувствовал, как растёт шишка среди волос. Глаза закрылись против воли. - Ну так вот. Я тесто-то поставил, на начинку кочанчик резать токо принялся и тут он!- Свет хлопнул по столешнице, Алан вздрогнул, открыл глаза.- Вот как ты! Явился-запылился. Ха, прямо посреди горящего очага! Плащ сбросил на пол и ну его натаптывать! - А зачем?- удивлённый Алан посмотрел в сторону очага. - Так подпалил он его,- пояснил пекарь. - А-а-а. А дальше? - А дальше он вежливо так поздоровкался. Сразу видно, что из благородных, этикету обучен, не чета нам с тобой! Алан хотел было поспорить, но благоразумно смолчал. И Свет продолжил рассказ: - Спросил: где я? Ну я сказал, что королевство наше называется Грегоржица. Он удивился, говорил что-то про Муравию, да рядом с ним страну…- в камине что-то треснуло. Алан метнул взгляд, Свет закашлялся,- Запамятовал я. Эх, пустоголов такое в памяти держать!- Он постучал у виска. - За то ты в своём деле мастер,- вежливо напомнил Алан. - Да, что есть- то есть. Он вот, Радостьмир-то, тоже меня всё хвалил. - Долго он у тебя гостевал? - Да я ж говорю, дня три назад голубей испёк, короля с невестой слепил и вышел не надолго. Так сказать, до ветру. И не вернулся. - Может, загулял?- Алан уже практически лежал лицом на столе и говорил, засыпая. - Да какой из него гуляка? Он и до девок не охоч. Отдыхал как-будто у нас тут. Забавлялся, шутки- прибаутки всякие сказывал. - И никуда не собирался? - Нет. - Не рассказывал о семье? О дев… - Я же говорю… Э, парень, да ты спишь? Алан действительно спал. Сладко, положив руку под щёку. Свет подошёл к очагу: - Выходи, он спит. Камни зашевелились, открывая потайную дверь и появился молодой, подтянутый красавчик. Коротко подстрижен, в обычной рубашке навыпуск поверх домотканых штанов. - Значит, она меня ищет? - Ну да. Я ему зубы на заговаривал. Да и умаявшись он знатно. Вишь, шишкарь какой? Радомир чуть постукивая сабо приблизился к Алану. - Вижу. Должно быть, упал на спину, ударился обо что-то наёмничек Зарянки. Ты вот что, Свет, его наружу подольше не выпускай. А я пойду. И спасибо тебе, ты настоящий друг, а не поросячий хвостик! Радомир обнял пекаря, похлопал его по спине и достал из кармана монетку. Точь-в-точь такую же нашёл совсем недавно наш герой. Радомир направил её в сторону очага и пристально всмотрелся в круг. Тонкой нитью его втянуло внутрь и через краткий миг он стал лишь воспоминанием Света.

Когда Алан открыл глаза, то не сразу понял, где лежит. Шкура дикого зверя была мягка и напоминала о домике Лиатрис, или доме Заряны. « Может, всё то было сном и я никуда не уезжал с острова?» Но вот затылок напомнил о себе и Алан потрогал его. Здоровенная шишка. Он прикрыл глаза. Теплота очага баюкала, приглашая ещё немного отдохнуть. Он бы так и сделал, если бы не громыхание вёдер и не плеск воды, выливаемой в здоровенный чан. - Доброе утречко, Мерлин!- Свет улыбнулся и вышел, также раскачивая вёдрами. Алан встал и медленно, покачиваясь, подошёл к стене справа у входа. Там на столике он заметил глиняный кувшинчик и медный таз. На гвозде висело полотенце. Когда Свет вернулся, Алан уже вытирал лицо. - Находчив ты, парень! Сразу сообразил что для чего.- пекарь убрал льняную салфетку с тарелки, что стояла на столе,- Позавтракай. Алан увидел вчерашний торт. - Ничего себе! Кусман размером во всю тарелку.- Присел, подхватил надломленный кусочек вилкой. Отправил в рот.- А ведь и вправду вкусный! Свет сел напротив: - Он ещё и удивляется! Король похвалил ещё вчера. Хочешь, оставайся тут. Гости, скоко душа пожелает. - Если бы моя душа могла желать!- грустно посмотрел ему в глаза Алан. - Ты говоришь, как подневольный,- удивился Свет. - Я говорю, как раб. - Тогда беги!- с искренним сочувствием сказал Свет. - Ох, если бы всё было так просто!- Алан отпил из чашки и закашлялся.- Ты что сделал? - А что? - Это ж не чай! - Подарунок с королевской руки- чистый ром!- Свет приподнял свою кружки и отпил внушительно. - Можно ром-бабу поделать. - Какую бабу? Э нет, вот с никакой бабой я делиться не буду,- пекарь надул щёки. - Свет,- Алан покачал головой, похохатывая.- это пирожок такой. - Да иди ты!- удивился Свет. - Там изюм в тесте дрожжевом, да ещё сахар, ну и ром или коньяк. А сверху глазурь из воды с сахаром да соком лимона. Тесто масляное. Но вот если ты сейчас готовить начнёшь, так только ближе к вечеру отстоятся ромовки. И их можно будет пропитать тем самым ромом, но сахара побольше добавь, а то король окосеет. - Так то ж ему токо на пользу будет!- ухмыльнулся пекарь. - Косой?- улыбнулся Алан. - Ага, совсем,- хмыкнул Свет. - Бедная новобрачная!- посочувствовал Алан. - Отчего ж? Она приданое великое принесла. Враз дела в королевстве наладятся. И потом, он- косой, она- улыбашка. Душа в душу жить будут. - И то хорошо. А я пойду, наверное, поищу потеряшку нашего,- Алан встал и направился к двери. - Вот я одно не пойму,- растягивая слова, пекарь также встал и направился к Алану,- ты ж колдун? - Ну да. - Так если ты колдун, то отчего ж не скажешь там слова какие… ну эти… ик… запретные, мол, хочу видеть такого-растакого? - А ведь и правда!- Алан вернулся на средину комнаты и топнул ногой.- Покажись, Радомир, где бы ты ни был! И в ответ тишина. - Видать, ты не так силён, Мерлин, чтобы он вернулся по твоему приказу?- прошептал Свет. - Ну так я пошёл?- и не дожидаясь ответа, Алан поспешил к двери.

А за распахнутой дверью лишь тропка вела к колодцу и всё. Туман густым молоком заполнял городскую улицу или целую планету? - Что это такое?- Алан повернулся к Свету.- Где твой город? - Какой город? - Столица, где косой король женился. - Ах, это!- пекарь засмеялся, запирая дверь, впустив Алана обратно на кухню,- Так я ж говорил тебе, что врать умею. Говорил? - Говорил,- кивнул Алан. - Ну вот, а ты уши развесил! Как тебе в Дитяче Веселе? Нравится? Скоро дракон насытится тортом и придёт сюда сам. Принимайся-ка за работу. Будем печь! Повезло, что он- знатный сладкоежка! Как ты сказал, рому-бабу делать-то? - Тесто делаешь с изюмом и ставишь, пусть стоит часа два. А потом разложи по формам, да ещё оставь на час вроде бы. Ведь я только так, по памяти помню, как Дуняша делала, а сам-то я никаким местом не кондитер. Так вот, как испечёшь ещё часов на восемь оставь, и помадку да сироп сахарный с ромом вари. - Эй, нет. Это слишком долго. Давай покороче рецепт подружки своей вспомни… Алан увидел, как кухня начала дрожать перед глазами.

Кто-то тряс его за плечо. - Алан, проснись! Нам пора уходить,- знакомый девичий голос был взволнован. Он снова обвёл взглядом кухню. Хотя, нет. Какую кухню? Он лежал на плаще, рядом валялись золотые монеты, а Заряна будила его, растирая поочерёдно то пальцы, то виски. - Хвала богам, очнулся. - Ты ж меня отправила туда,- прохрипел он. - Ты спал. Всё, что было, то было сном. - Не уверен,- покачал головой Алан и начал подниматься,- Свет сказал, дракон скоро проснётся. - Свет сказал?- растерянно проговорила Заряна, также вставая с плаща. - Да, пекарь. Он спросил, нравится ли мне в Дитяче Веселе. И там туман, ничего нет, совсем пусто. Только кухня,- он посмотрел на разбитое стекло озера. Заряна подошла к Алану: - Ты видел Хранителя пещеры. И нам взаправду пора. - Но как же те люди в долине? Дракон их съест. Надо же что-то делать? Ввести войска, применить магию. - Алан, это было видение. Дракон не оживёт. Тебя обманули. - Свет. - Свет охраняет это место. И он дал совет. Только и всего. - Тогда пошли.- он потянулся за плащом и заметил клад,- А как быть с сокровищами? - Оставим здесь. - Ты говоришь об этом так легко. Ты никогда в жизни не знала нужды. У тебя золотой унитаз. А что. Если собрать всё в этот плащ? - Воля твоя. И Алан торопливо принялся сгребать сокровища на средину плотной ткани.

Глава 52. Покидая Дитяче Веселе.

Алан скрутил в узел плащ, набитый сокровищами. Приподнял и покачав головой, поставил обратно.- Что? Неподъёмно, да?- скривив губки, спросила королева.- А ты сама попробуй,- парень встал и скрестил руки на груди,- а я умываю руки. - Сдаёшься? Ну ладно,- вздохнула Заряна и небрежно махнула рукой над узлом,- держи свой «мешочек». Баул, сжавшись до размеров дамского клатча, определённо понравился нашему мальчику. Алан радостно его подхватил, пробормотав: - Спасиб. Королева наставительно погрозила указательным пальчиком: - Но помни… - Да, дорогая крёстная,- нетерпеливо перебил он её,- я помню. Как только часы пробьют двенадцать карета превратиться в тыкву. - Какую ещё тыкву?- недовольно рявкнула нервная Заряна,- Тоже мне, Синдерелла! Нашёл время в Золушку играть! С минуты на минуту тут начнётся светопреставление, а он шутит! Побежали отсюда! И она, подхватив Алана под руку, потянула его к тому самому выходу, что он приметил недалече.

Можно сказать, им повезло. Ну как сказать, повезло? Вот, к примеру, вы помните тот момент, когда двери автобуса почти закрылись, но вы каким-то чудом успели проскочить внутрь. И не беда, если сумка застряла меж створками! Подумаешь. На следующей остановке двери откроются, и вы вновь воссоединитесь со своими ненаглядными: барсеткой, ранцем, патронташем, портфельчиком или клатчем. А ещё большее везение, если денег на проезд нет, а вы говорите кондуктору, что они в сумке и выпархиваете из салона уже на следующей остановке!( Привет, 90-е!) Ну вот и у Алана случилось примерно так. Стоило им с Заряной выбежать из пещеры, как начался камнепад. Колобками летящие осколки бросались под ноги, дробили в спину, грозились накрыть лавиной камней побольше и шумели, шипели, кричали вслед. - Не стой, не оглядывайся!- нервно крикнула Заряна, тянущая нашего нерасторопного товарища. Вы же помните, в былые времена он целыми днями зависал в архиве? Да и когда было заниматься спортом? Погружённый в поиски старинных артефактов, магических даров, Алан упустил из виду физподготовку. А зарядку нужно делать. Желательно ежедневно, ведь движение- это жизнь. давайте взглянем на Заряну. Явно спортсменка, отличница. Не комсомолка, но адептка какого-то там сверхсекретного культа, а у них, знаете ли, главное, это быстрая реакция, силовые упражнения, медитация, дзен, нирвана. Да вы же поняли! Широкий шаг, размеренность дыхания и равномерные движения рук. Такие сдают «на отлично» зачёт, их ставят в пример не только одному курсу, а и будущим. Алан в другое время полюбовался бы приятным взгляду движением вздымающегося декольте, но стоило ему случайно заметить волнительное движение красавицы, как он запнулся и умудрившись выпустить руку Заряны, полетел вперёд. Камни, обогнавшие бегунов совсем недавно, создавали между двух деревьев своего рода финишную заградку. И вот через это-то препятствие наш незадачливый друг и пролетел. «Клатч» зацепился меж двух камней. Попав в тиски, и моментально отяжелел, превратившись обратно в плащ, набитый золотом. - А я предупреждала!- зло прошипела королева, беспомощно топнув ногой. - Да, это я виноват,- Алан дёргал добротную ткань на себя, но, разумеется, безрезультатно.

Как я уже рассказывала, двери на следующей остановке обычно возвращают нам зажатый, сплющенный, прилично помятый, но относительно целый аксессуар. Но «сумка» Алана зажалась цепкими камнями. Заряна остановилась перед этой преградой и захихикала, наблюдая за безуспешными попытками парня. Он пыхтел, пытался раздвинуть камни. Аж до испарины на лбу! Потом чуток попятился. Шага на два, а может, полтора, и погрозил камням пальцем. Те начали расползаться в разные стороны, точно ёжики по поляне. Довольный, Алан осмелел на столько, что просто пристально посмотрел на узел из плаща и тот уменьшившись в размерах, подпрыгнул к нему на ручки, став снова небольшим мешочком. - Ловко!- похвалила Заряна, грациозно приподняв платье, перешагнула через подвижные камни и благородно кивнув, приняла предложенную руку кавалера. - Эй, поберегись!- вдруг закричал Алан и дёрнул королеву на себя. Он ничего такого не планировал, просто заметил за её спиной шевеление нескольких камней. Видимо, планирующих напасть с тыла. Не стояв на ногах, наши герои упали на землю. Приоткрытые губки девушки манили к поцелуям. Алан потянулся к ней, но краем глаза заметил, что в их сторону летят сразу несколько камней, а между ими треща скользит с шипением, гулом белая пена, краснеющая на глазах. Королева тревожно нахмурила брови и тоже обернулась. Рывком схватила она парня за плечи и подняла над землёй, успев за несколько звонких секунд, после которых лава огнедышащей пещеры метнула вверх горящую струю. - Успели!- выдохнул Алан, и только тут заметил её губы, касающиеся его рта. Парящий поцелуй, лёгкий, почти невесомый в начале, ускорился, становясь всё жарче, ярче, весомее. Но вот Заряна перешагнула в воздухе, отводя нашего блондинчика в безопасную сторону от взбунтовавшейся Дитяче Веселе. Отлипнув друг от друга, тяжело дыша и с интересом вглядываясь в тёмные зрачки, наши герои молчали.

- Так и будем висеть?- не выдержал этой игры в гляделки Алан и первым отвёл взгляд. - Ты прав. Пора подобрать подходящее транспортное средство,- Заряна побарабанила пальцами по плечам Алана, и тот почувствовал некоторый дискомфорт. - Что ты делаешь?- он успел задать вопрос, а в следующий миг обернулся ковром-самолётом. Заряна ловко уселась посредине узорчатого ковра и пощекотала ворс пальцами. «Волна» пробежала и затаилась по углам. Королева оглянулась назад и повела ковёр обратно, кружа над волшебным местом. Пещера снова стала прежней. Как и не было извержения. Лишь несколько камней ещё не успели вернуться обратно. - Дитяче Веселе покуражилась и затихла? Свет, надеюсь, ты меня слышишь. Если снова спрячешь Радомира, я ведь и камней тебе не оставлю. Ты понял меня, старый дракон? В ответ тонкая струйка огня прицельно взлетела меж обугленными камнями на вершине пещеры, но Заряна благоразумно отвела ковёр в сторону и улыбнулась. - Ну что ж, мой неверный друг, я напала на твой след. И где бы ты ни спрятался, к каким бы друзьям ни направился, я найду тебя, Радичек! Забавляйся, играй в прятки, становись на четвереньки, прикидываясь кем-то незаметным, я всё равно найду тебя. Ибо негоже обманывать девушку!- Она пощекотала ковёр.- Алан! Наивный незлобивый человечек! Такой красивый и чуток недалёкий. Ты прости, малыш, что я управляю тобой. Клянусь, это в последний раз,- она рассмеялась,- ах нет, вряд ли. Но я обещаю тебе… И тут она заметила мешок с деньгами, встала, подошла к нему и аккуратно подвинула к самому краю. Мешок свалился вниз. Заряна поцокала язычком: - Ай-ай-ай, как некрасиво! Нет, нельзя обижать мальчика! И мешок, не успевший долететь до земли, вернулся обратно. - Да, так будет лучше,- Заряна потёрла ладони и села, сберегая мешок перед собой.

Птицы летали вокруг, удивляясь заморскому чудо-ковру. Они переговаривались, пожимая крыльями. Блондинка улыбалась им, уверенно управляя магией ковра. Вот разбросанные по Муравии хутора сменились причёсанными с аккуратно разграниченными тропами, с дикими любопытными животными, не ждущими охотников с неба. Впереди показалась столица Велоградица. Сердце Заряны обдало огнём радости. Она шаловливой рукой поласкала ворс и направила ковёр в сторону дворца. Среди парка была площадка для подвижных игр. Внушительных размеров зелёный газон. Ровные ниточки травинок даже не примялись, когда ковёр мягко опустился. Королева сошла на землю и щёлкнула пальчиками. Алан заметил, что деревья как-то уменьшились. «Ай, да ведь это трава!». Он вскочил на ноги. - Забирай своё приданое,- королева пихнула ножкой в атласной туфельке в его сторону мешок с сокровищами.

Глава 53. Открытое сердце.

Прошуршало море волнами, и Алан нырнул вниз головой, соскользнув с шёлковой простыни на пол.- Ох, да что же со мной такое?- в попытках встать, он запутался в одеяле и снова упал, пленённый шёлком.Он что-то там ещё ворчит, но нам это вряд ли понравится. Давайте лучше посмотрим обзорной экскурсией комнату, в которой ночевал наш герой. И так. Поистине королевских, если не сказать великанских, размеров кровать. Дубовая, массивная. Как мы уже знаем, постельное бельё у нашего мальчика из чистейшего белого шёлка. Одеялко, в котором он всё ещё продолжает барахтаться в безуспешных попытках выбраться, мягче самого мягкого, каким он когда-либо укутывался. Под стать ему пять(!) подушек в виде сердца. Ковёр на полу, белее белого, начинается от самой кровати и до входа-выхода. Двери крепкие от пола до почти самого высокого потолка, с гербовыми рисунками разных королевств и герцогств, видимо прежних владельцев Муравии. Камин белый с неизменной полочкой, заставленной подсвечником и несколькими премилыми статуэтками феечек. Перед ним разбросаны пяток меховых подушек на пёстром домотканом половичке. Напротив камина два высоких окна. Одно с дверями, видимо на балкон. На окнах плотные фиолетовые шторы. И именно их Алан заметил первыми, как только обрёл свободу, наконец-то победив пухлое одеялко. - Уф!- он почувствовал пот на лбу. Оглядел комнату. Смутно припомнился вчерашний день.

Дворец. Королева Заряна предложила ему руку и чинно взошли они по ступенькам. Слуги открывали двери, торжественные залы сменялись, точно стёклышки в старом калейдоскопе, сверкая разноцветьем обстановок, и Алан почувствовал, как вновь закружилась голова. Или это люстра, падая всеми хрустальными висюльками, пролетела над ним? Дрожало пламя, залы бежали вокруг, и всё мимо, мимо. Обеденный стол, вокруг его извивались стулья вместе с пиратом, злобно сверкающим глазами, рука Хтрована Котувана на эфесе шпаги угрожающе дрожала, а вот и зелёновласка-русалка Ядвижка послала воздушный поцелуй. Королева шла где-то сбоку, то справа, то слева. Она явно встревожена, по пути отдавала приказания. Алан слышал их как-то странно из далёкого далека, точно через рожок охотника. И вокруг то ли топот ног, то ли это гон на дикого зверя. Глаза закрылись и он провалился в глубину пещер, встал на крыло над стеклянным озером и ощутил жар на лбу и пятках. Или то были всамделишные крылья? Он пожелал вернуться к Лиатрис. Но что-то всё время мешало. То ветер, относящий его в сторону, сбивающий с пути. То солнце, ярче нескольких светил разом, ударило в затылок, затем в лоб, сбивая взмокшие волосы на бок. Потом была вода. Мягкая, ласковая, шепчущая что-то доброе, старое, как самая любимая сказка детства. Её рассказывала мама…

И вот он проснулся. Неласково обвитый шелками, в пижаме из нелепой атласной ткани цвета спелой вишни. Алан неуверенной, дрожащей походкой подошёл к окну. Отдёрнул занавеску, зацепившись за неё пальцами правой руки, а левой ухватившись за подоконник. Золото листвы на деревьях, выстроившихся в две шеренги по сторонам дорожки, взбунтовавшиеся всеми цветами радуги бутоны на клумбе перед фонтаном. Алан постоял ещё немного, привыкая к новому месту и медленно развернулся, обводя долгим взглядом комнату. Он кое-что заметил, а мы с вами упустили из виду. Рядом с кроватью стояла тумбочка с медным колокольчиком. Наш герой взял в руки сиё древнее средство коммуникации с миром слуг и позвонил, не надеясь на успех. Звук-то был еле слышен. Однако, не прошло и минуты, как в дверь поскреблись. Вряд ли это мышь, решил Алан и произнёс: - Войдите! В комнату проскользнул угреватого вида парень. Гладко прилизанные волосы, костюмчик в обтяжку, точно продолжение безукоризненных белых перчаток на его тощих ручках, такие же штиблеты, начищенные до вырвиглазного блеска! Огромные глазищи, тонкий и длинный нос. Тип Алану не понравился сразу, но не отправлять же расторопного парнишку восвояси? Он ведь ещё и обидеться может. - Приветствую Вас, сударик! Меня звать Пачетко, а Вас Алан,- затараторил слуга препротивнейшим гнусавым голоском. Нашего парня аж передёрнуло от раздражения. Но он сделал выдох, затем вдох и… просто кивнул в ответ. - Вы в столице славного королевства Муравии. Велоградица- самый красивый город в нашей стране! Королева Заряна ждёт Вас у себя вечером, а сейчас время уже обед. И всенепременно доставят Вам его. Алан лишь снова кивнул, дождавшись спасительного момента, когда Пачетко затих, чтобы перевести дух. Обед и правда доставили почти сразу после оповещения гостя о сём событии. Двое слуг вкатили тележку, заставленную закрытой фарфоровой супницей, курицей с овощами, да чайничком с тортом на отдельном хрустальном подносе. - А где же хлеб?- отважился спросить Алан. - Не положено!- рявкнул Пачетко. Наш хороший мальчик аж подпрыгнул на стульчике и удивлённо раскрыл рот. Правда почти сразу же он понял, что слуга возмутился не его вопросу, а отсутствию хлеба. В скорости эту досадную оплошность, однако, исправили. И обед прошёл безукоризненно, если не считать нездорового любопытства Пачетко, буквально заглядывающего в рот Алану. - Прости, не мог бы ты оставить меня в некотором одиночестве?- не выдержал наш парень, неосмотрительно отложив ложку на салфетку. - Обед унести?- Пачетко потянул на себя тарелку с супом. - Нет, оставить,- Алан так же вцепился в фарфоровое ароматно пахнущее украшенное виноградной вязью блюдо,- а ты выйди. Пачетко фыркнул, вздёрнул нос и вылетел из комнаты, хлопнув дверью. Алан рассмеялся. Он ещё некоторое время не решался продолжить трапезу. Смеялся.

- Вечером, значит?- Алан отпил из чашки мятного чайку. Он потянулся к колокольчику. Но позвонить не успел. Пачетко открыл дверь раньше. Опасливо заглянул внутрь. - Звали?- спросил он нагло. - Да, можно сказать, звал. Я желаю прогуляться по городу. И скажи-ка мне любезный… Пакетко… - Пачетко,- поправил слуга. - Па-чет-ко,- по слогам произнёс Алан,- скажи, а где мой мешочек? Пачетко обвёл взглядом комнату, видимо, припоминая: - Так вот же он! Мешочком, правда, назвать его можно было с большой натяжкой. Здоровых размеров узел едва помещался меж окнами. И как мы не приметили его раньше? А, так ведь занавески были опущены, а теперь стараниями слуг, заботливо подхвачены белыми атласными бантами. - Отлично!- обрадовался Алан, потирая руки,- А нет ли здесь какого мешочка поменьше, чтобы я мог пересыпать в него часть монет? Он не сомневался, что проныра уже полюбопытствовал и знает о содержимом узла. Так и оказалось. Слуга ничуть не удивился и на удивление быстро принёс требуемый мешочек. Наш герой пересыпал невеликую часть золота, затянул верёвкой туго набитый мешочек и прошёл к ширме, совсем недавно принесённой слугами. На ней висели несколько подготовленных для разных случаев костюмов. Алан заметил расшитое золотыми нитями подобие чёрного фрака, но с национальным колоритом в виде рубашки-вышиванки. Затем был ещё костюм попроще, очевидно для верховой езды или, в его случае, для путешествий. Не сдержавшись, усмехнулся над предусмотрительностью Заряны. Но свой выбор он остановил на простой, но из хорошей плотной ткани рыжеватой безрукавке расшитой тесьмой по полам и проймам. Льняная рубашка тоже пришлась в пору, как и чёрные штаны из той же ткани, что и безрукавка. Обулся в мягкие кожаные сапоги и прихватив мешочек, направился к выходу. - Гулять с такими сокровищами по городу опасно,- скосил глазищи Пачетко, наблюдая за сборами Алана. - А кто сказал, что я гулять собираюсь? - Так Вы же и сказали!- удивлённый слуга скользнул за ним следом. - Я раздам им эти монеты!- Алан резво бежал по залам, спеша к ступенькам дворца. Слуга застыл на миг, а затем припустил за ним следом. - Нет! Не оценят они этот жест,- надул он щёки и замотал головой. - Идём со мной! Ты поймёшь, что иногда чужая радость воспринимается нами, как своя, если дарить искренне и от чистого сердца. - Добрые сердца бывают лишь у дураков,- выпалил Пачетко, а затем захлопал себя по губам,- простите, ох простите! - Да ничего! Мне не в первой!- рассмеялся Алан, развязывая верёвочку на мешке и начиная одаривать монетами встреченных перед дворцовым парком людей. Одетые опрятно, они с улыбками и благодарными словами приняли дары Алана. У Пачетко так и чесались руки в белых перчатках отнять золото у этих негодяев и вернуть его обратно в мешочек. Но он не посмел. И не потому, что опасался гнева Алана, а оттого, что боялся испачкаться, а ещё того страшнее, что эти люди могли быть больны какой-то заразой. Он с нескрываемой брезгливостью смотрел на Алана, пожимающего руки грязным мужикам и дурно воспитанным бабам. А тот ещё и оглянулся: - А ну-ка, подсоби мне! Передай монетки воон тем людям! Да ты не робей, тут все люди добрые! И он вручил пару монеток слуге, подталкивая его плечом в гущу нищих. Пачетко осторожно отдал монету грязноволосой девчонке и такому же патлатому пацанёнку, видимо её брату. - Спасибо, сударик!- прошептала девочка, а мальчишка, хоть и не сказал ни словечка, но так посмотрел на Пачетко, что у того отчего-то на глаза набежали слёзы. А дальше он сам протянул руки к мешочку. - Ты понял? Скажи, что понял?- глаза Алана также блестели от слёз, зрачки вздрагивали, капельки сбегали по ресницам. - Да! Я понял,- улыбнулся Пачетко и передал сразу несколько монет в протянутые к нему смуглые руки.

Глава 54. План королевы.

Над свечами порхали бабочки. Уютная комната, выбранная королевой для ужинов с близкими людьми, затихла в ожидании. Тёмно-малиновые шторы перекликались с ковром в тон им, а скатерть сияла белизной. Неярких красок гобелены напоминали о славном прошлом предков королевы. Вот королевич, её прадед, пленяет, наверное мимоходом, какого-то грозного царя. А вот его дочь, бабушка Заряны, встречает среди улицы молодого принца, её будущего супруга. А вот и Анна, идёт рука об руку с супругом Семёном по ступенькам дворца. Было ли всё это правдой, или лишь сказочной выдумкой, знали лишь участники тех событий, да тот, кто вышивал или творил гобелены. Стежок за стежком, ловко меняя цвета ниток. Королева за сегодня изучила их досконально. Она вздохнула и бросила уже и не ведомо ей который взгляд на часы. Витые украшения змеились и кружили паучками по кругу. Стрелки неумолимо приближались к семёрке. Ужин стыл, покрываясь корочкой ожидания. Она постучала вилочкой по соусу:- М-да! И где он изволит шляться?В ответ за спиной тактично покашлял Пачетко: - Через пару минут гость предстанет пред Ваши светлые очи, Ваше Величество! Королева кивнула, даже не оглянувшись. Алан и вправду прибыл в установленный слугой срок.Радостный, с румянцем на щеках. - Прошу прощения за опоздание. Неотложные дела. Заряна хмыкнула и молча приступила к трапезе. Алан невольно залюбовался её музыкальными пальчиками, так и порхающими над тарелкой с чем-то, к сожалению остывшим. - Заряна, а что если попросить подогреть? Королева удивлённо приподняла бровку домиком: - Что сделать? - Скажи слугам, пусть разогреют остывшие блюда. Заряна посмотрела на него внимательно, точно только что заметила его присутствие, а затем вдруг рассмеялась. Неожиданно ей вторили часы, перешагнув наконец-то семь. Алан озадаченно взглянул на неё: - Что смешного? - Милый мой друг, если бы я хотела получить горячий ужин я бы не стала, как это говорила моя мать? А, вспомнила! Так вот, я бы не стала напрягать слуг, я бы сделала вот так,- и она легонечко накрыла тарелку ладошками, а когда отвела их, ароматный парок кружил над куропаткой и овощами, щедро политыми томатным соусом. Алан перевёл взгляд на свою тарелку. Однако его ужин так и остался холодным. - А я? Заряна улыбнулась: - А ты справляйся сам! - А, я понял! Это наказание такое!- он вздохнул и водрузил на вилочку липкий соус, тянущий за собой спиральку перчика. Заряна кивнула и спокойно продолжила ужин.

Дверь без предупреждающего стука распахнулась и в комнату впорхнула, иначе не скажешь, наша старая знакомая русалка Ядвижка. - Зарянка! Вот ты где, чертовка! А мы с Хитко тебя обыскались. Погодь, я сейчас за ним сбегаю,- и она уже практически закрыла за собой дверь, когда услышала за спиной голос подруги. - Ядвижка, вернись немедленно. Раз уж пришла, раздели с нами ужин. Русалка послушно присела на придвинутый подчеркнуто-вежливым Пачетко, стул и внимательно посмотрела на Заряну. - А как же пират?- Не сдержалась она всё же от вопроса. - А он пока что нам не особо и надобен,- строго ответила королева, выразительно переводя взгляд с русалки на Алана и обратно. - Как скажешь,- кивнула зеленоволосая нимфа. - Алана ты знаешь?- уточнила зачем-то Заряна. - Ну да, встречались как-то пару-тройку раз,- рассмеялась русалка, подмигнув нашему мальчику, и тот тоже улыбнулся. - Прекрасно, значит вы поладите,- сложила над тарелкой пальцы домиком королева. - В каком смысле?- в дуэт воскликнули русалка и парень. Королева выдержала поистине мхатовскую паузу и спокойно произнесла: - На поиски моего ненаглядного жениха отправлю вас вместе,- и улыбнулась,- или у вас есть иные планы. - Какие ещё планы?- процедила сквозь зубки Ядвижка. - Ну мало ли. Кто вас знает? Поженится, к примеру, решили или там ещё что-то за моей спиной содеете. Не спорь, подружка, я прекрасно знаю о твоих шурах-мурах. О всех знаю. Ядвижка от удивления открыла рот, а потом сжала губки, но озадаченное выражение бегающих глазок выдавало её с головой и хвостиком, так некстати нервно забившимся под столом. Заряна полюбовалась на неловкость подруги и улыбнулась: - Ой, да отвянь ты, не баттерфляйкай! Пошутила я, пошутила. - А, так ты нас никуда не отправишь вместе?- спросил Алан. - А вот это не шутка, милые мои,- королева отложила вилку и предупредительный Пачетко поменял перед ней блюдо на десерт. Заряна пробежала взглядом по ежевике и малине, стыдливо выглядывающих из-под белой пены взбитых сливок. - И куда же мы поедем?- нетерпение Алана передалось и русалке. Она наконец-то утихомирила хвостик, обретя вновь парочку ножек, но нервно барабанила по скатерти. - Я не пойму, вам что не нравится ужин?- перевела разговор королева. - Зарянка, не увиливай от ответа! Не смешно,- Ядвижка посмотрела ей прямо в глаза. Зелень схлестнулась в поединке с глубиной небес. - А что, заинтриговала я вас?- блондинка не спеша выбрала ягодки и отправила их в ротик. - Да не то слово! Мы -само любопытство и нетерпение!- Алан протянул было свою ложечку к креманке королевы, но получил от неё по рукам: - Вот наглец! А попросить сменить блюдо ты не догадался? - Прошу прощения,- пробормотал он и получил суровый взгляд от слуги. Пачетко был видимо на особом доверии королевы, раз присутствовал при столь интимном ужине. Алан задумчиво кружил ложкой теперь уже по своей креманке и чуть не пропустил мимо ушей слова королевы. - Так вот. Мои любезные, вы не поедете. Поплывёте. Мельница Нейко. И вот тут Алан не сдержался. Наконец-то появился шанс сбежать! О да, пьянящий запах свободы уже дышал ему в затылок. А нет, это был слуга, следящий за его движениями. - Пачетко, ты отправляешься с ними,- вдруг сказала королева. Сердце Алана обернулось трусливым зайчиком.

Глава 55. Твори осторожней.

Пушистым облаком обняла мужские плечи ночь. Густой туман просочился сквозь паутинки на частых перилах изворотливого балкона. Внизу чинно прошлёпала пара стражников в облегчённых доспехах. Алан глянул на них и присел на дощатый коричневый пол. Крепкие мужички напомнили о белых грибах, даже шляпки были похожи!кто-то навязчиво забубнил прям под ним. Парень прислушался. Слов было не разобрать. Только:"бу-бу-бу" да "ла-бу-бу".А потом потянуло дымком. Тонкими колечками, нанизываясь один на другой, дым опускался на Алана сверху. - Не дворец, а коммуналка какая-то,- возмущённо прошептал Алан встал с пола, чтобы рассмотреть, кто это портит воздух. Ну мы-то с вами уже догадались, кем был тот курильщик? Ну конечно! Кожаные ботфорты, широченные, должно быть, очень удобные штаны и камзол. Всё в тёмных тонах. Пресловутый дымок змейкой вился из трубки, которую пират с умением и изяществом, свойственным только ему держал в руке, поглаживая её меж пальцами. Алан не имел никакого желания вести с Хитрованом Котуваном задушевные или, в их случае, скорей всего, удушающие беседы. Парень покачал головой. А внизу кто-то всё не унимался: "бу-бу-ду", да "лап-ду-ду". Заунывно, до дрожи кожи. Алан решил вернуться в свою комнату и плотно закрыл сначала стеклянную дверь, а затем опустил и шторы. - Полюбовался ночью, называется!- он гневно распинал в разные стороны подушки по полу. Одна, ну конечно же, закон подлости, перелетела через решётку и попала точнёхонько в камин. Атлас вспыхнул яркой звездой, разлетаясь на шипящие искорки. Алан поначалу бросился спасать королевское имущество, но после пары безуспешных попыток, оставил эту затею, дуя на покрасневшие пальцы. В дверь поскреблись. Алан крадучись подошёл и резко распахнул её. Никого. Снова постучали. Тут только он догадался, что в балконную. Наш парень вернулся к окну, раздвинул шторы. За стеклом стояла Заряна. - Ваше Величество, ты кажется перепутала дверь?- иронично отвесил поклон Алан, впуская её. - Да вот пришла проведать, как ты тут поживаешь,- королева в лёгком домашнем платье накрутила светлый локон Алана на палец,- прости, не удержалась. - Да ничего, мне даже приятно,- он улыбнулся, разглядывая девушку. Осмелев, подмигнул ей. - Я ведь не просто проведать тебя пришла,- улыбка покинула королевские губы, теряясь где-то в ямочках на щёчках. - И отчего я не удивлён твоим поздним визитом? Вот прям ждал! Даже на балкон выходил. - А, так это ты шуршал да подслушивал?- улыбнулась Заряна, прогуливаясь по комнате. - И ничего я не подслушивал,- капризно произнёс Алан, старательно перекрывая ей обзор на догорающую в камине подушку. Девушка повела носиком, принюхиваясь: - Чем-то тебе тут камин топят странным. - Так ты об этом пришла побеседовать?- напомнил Алан. - Ах, нет. Я советы пришла дать,- она развернулась к окну, недовольно разглядывая шторы,- неровно висят. Повела хозяйской рукой, поправляя. Алан подошёл и встал у неё за спиной, так что когда она обернулась, то попала в плен его рук. - Ого, какой шустрый!- рассмеялась королева. - Да, я такой...

И тут ему вспомнился горячечный бредовый сон, эта же комната и Заряна манит к себе... - У тебя такой странный взгляд,- задумчиво вглядываясь в его зрачки, королева побежала пальцами по лицу парня. - Ты... что-то говорила про советы,- прошептал он. - Что? Ах да. Завтра вы отправляетесь в путь. Рекой получится быстрее. И знаешь, я передумала отправлять с вами слугу. Плавать Пачетко всё равно не умеет. Будет вам в пути не помощником, а чистой обузой. - Воля твоя,- Алан отвёл её ласкающие пальцы с лица и схватил королеву за запястья,- признавайся, зачем я тебе сдался? Я- неловкий, нелепый, иногда глупый, а чаще магией и вовсе не способен пользоваться. Ты сама так много можешь! Зачем я тебе? Заряна стиснув зубы, выкручивала из его плена палец за пальцем, но почти безрезультатно. Так, лишь мизинцы смогла спасти. - Отпусти,- наконец не выдержав, прошипела она. Алан ответил удивлённым взглядом. - Хорошо, чего ты хочешь?- гордо вскинув голову, Заряна затихла в плену его рук. - Правды. Ответь, почему я? Неужели Ядвижка не может сплавать одна? Королева кивнула: - Может, конечно может. Да я тебе и больше того скажу: она уже там была. Но мельница Нейко- место особое. Секреты таит в себе и не каждому спешит их открыть. - Отчего,- Алан отпустил её, но королева осталась рядом,- ты решила, что мне этот твой мельник откроет какие-то тайны? - Не мельник. Мельница,- поправила его Заряна. - Час от часу не легче! Она что, живая? - Кто? - Мельница эта. Заряна заулыбалась: - Ох уж эти языковые противоречия! Алан, мельница- это не место, это женщина. Парень задумчиво провёл пальцами по волосам и сел на кровать. - А я думал... - Ну вот теперь ты знаешь правду. Доволен? - Нет. Лиатрис,- он произнёс имя и заметил, как Заряна раздражённо скривила губки,- твоя сестра говорила, что мельница Нейко- это портал между мирами. Мне не понятно, как женщина может быть порталом? - Увидишь- поймёшь. - Загадочность- твоё второе имя,- жутким шёпотом прошелестел Алан и сделал вид, что на его пальцах длинные когти. Неожиданно, так и стало. Он и сам не понял, как так вышло. - Прости, я не хотел,- попытался убрать их, но Заряна остановила. - Оставь, мне нравится. Научись ими управляться и только потом спрячь,- предложила она,- оружие, Алан, никогда не бывает лишним. А особенно, когда путешествуешь в компании разбитной девчонкм. - Так ты тоже едешь с нами? - С чего ты так решил? - Ну вот же. Ты только что сама сказала. Королева рассмеялась: - Ты такой забавный! Я говорила про Ядвижку. Неужели, я произвожу такое странное впечатление?- она говорила и попутно показывала, как прятать ножи. Алан кивнул, повторяя движения. Сжимая и вновь разжимая кулаки. - Если честно, то ты вызываешь во мне двоякие чувства. - Мне нравится. Так, хорошо. Вот теперь я за тебя спокойна. И запомни. Не доверяй Ядвижке. - Вы все так говорите,- не сдержался Алан. - А кто ещё тебе о том говорил?- зацепилась королева за слова. - Да так, кто-то,- пролепетал Алан, понимая, что явно сболтнул лишнего. Заряна зло сверкнула огнями глаз: - Лиатрис. Я не пойму, почему ты её не забыл? Ведь я так старалась. - Выходит, плохо старалась,- подмигнул ей Алан,- и знаешь, пожалуй, тебе пора к себе. - Поверить не могу! Ты меня прогоняешь? - Ваше Величество! Стоит ли напоминать, что сейчас время ночь и ты в комнате постороннего мужчины. Мы никто друг другу. Что ещё сказать? Ты мне всё сказала, а я тебя услышал. И как ни странно, даже что-то понял. Завтра у меня трудный день. И хотелось бы выспаться. Или тебе не нужен жених? А вдруг мельница Нейко знает, где его искать? Или того больше, вдруг мне повезёт и я вернусь с твоим ненаглядным Радомиром? - Шах и мат!- хлопнула в ладоши Заряна и исчезла. Алан улыбнулся: - Оказывается, мы с ней в шахматы играли? Что ж, хорошо, что не на раздевание! Он подошёл к камину. Подушка почти догорела. Поворошил кочергой, скрывая следы своего невольного преступления. - Что ж, сегодня я выиграл. Но что будет завтра? А завтра мы с вами отправляемся по реке Мураве к загадочной мельнице Нейко, и путь к ней не так близок, как думает наш герой, укладываясь в тёплую постельку и грустно улыбаясь только одному ему ведомым мыслям. Оставим эти тайны ему, не станем их ворошить. Угли на то и становятся золой, чтобы скрывать в себе то, что никто не должен знать.

Глава 56. Когда дорога в радость.

Путь по реке Мураве напомнил Алану о его бегстве и Персихвостике. Королева снабдила их лодкой и предусмотрительно распорядилась о съестных припасах.

- Так что не похудеем,- вяло пошутил Алан, забираясь в плавсредство.

Ядвижка чмокнула подружку в щёчку, демонстративно избегая её осуждающего взгляда и чинно прошествовала сначала по берегу, а затем менее эстетично, разбрызгивая водицу, плюхнулась в речку. Да с таким апломбом, что судёнышко Алана закачалось на волнах!

- Ой, а кто это у нас туточки завибрировал?- захихикала русалка, но получив от королевы гневливый взгляд, закашлялась, давясь эмоциями.

Алан тем временем освоился с управлением лодкой. Взялся за вёсла, присаживаясь на скамью. Посмотрел на берег. Величественный замок свысока снисходительно спустил пару мраморных лестниц к реке. Прямые дорожки, по которым сновали дворники, золотились опавшей листвой. Утренний туман ещё не успел затаиться среди тополиных ветвей. В воздухе пахло осенью и свежеиспечённым хлебом. Несколько краюх заботливо завёрнуты в льняное расшитое цветочками полотенце и также отправятся в путь. Заряна в малиновом платье, накинутом на плечи платке с длинными белыми кистями, удлиняющем её светлые волосы, нервно барабанила ноготками по трости зонтика. Дождя не было, но густой туман исправно окроплял парк, создавая осенний антураж.

Алану всегда было грустно в начале листопада. А тут ещё к сыскной работе припахали. Поднимают ни свет- ни заря... Хотя, утро и не было самым ранним, но грусти это ну никак не убавляло. Скорей, наоборот. Он помахал рукой в ответ и почувствовал, как лодка скользнула по зеркальной реке, не дождавшись движения вёсел.

- Ядвижка, ты у меня вместо мотора?- оглянулся он через плечо.

- Ага, но и ты не ленись, шуруй вёслами. Не спи, застынешь истуканом!- хихикнула русалка, выпустив изо рта парок, долетевший до нашего парня он принёс с собой винный перегар.

Алан чихнул.

- Будь здоров, не кашляй.

И он тут же закашлялся.

Туман осыпался крупными каплями, так похожими на дождь, стекающий по плечам утеплённой жилетки. Мурава, извиваясь, увлекала их за собой, неспешно, тягучей рябью тяжёлых волн идя под каменными арками мостов. На набережной спешащий по делам люд останавливался, замечая лодку в сопровождении русалки.

- Эй, Ядвижка, а ты куды намылилась?- крикнул парень в косоворотке и серых штанах, разухабисто заламывая околышек кепки.

Русалка подмигнула ему:

- А тебе что за антерес? А ли жениться надумал?

- Может и надумал, да не на тебе!- махнул юноша рукой, отгоняя большую наглую муху так и лезущую ему в глаза.

- Да она уже, кажись, жониха- то отхватила, Митро!- заметила весёлая тётка с корзиной, полной свежей рыбы.

Ядвижка поджала губки и отвернулась от них.

- Глико, она ишшо и нос воротит! А ты ей вчерась в любви клялся!- засмеялся другой парень, подталкивая Митро локтем под бок.

- Когда это? Да и не было этого. Приснилось тебе всё. Мы ж с ней под сливовицу по кругу пляс учинили и токо,- покраснел, оправдываясь, Митро.

Алан заметил меж гребками, как Ядвижка пряча глазки за длинными ресницами, кусает губки, силясь не рассмеяться. И он ускорил движения рук, чтобы скорей миновать мост. Первые лучи солнца шлёпнулись на зеркальное отражение Муравы. И вот к ним приблизилась ещё одна арка.

- Дядька, а ты куды?- крикнул с берега мальчишка.

- Куда Макар гусей не гонял!- улыбнулся Алан.

- Да ты чё мне тут бабушку лохматишь?!- топнул ножкой пацан,- Не ту у Марка гусей, токо утки!

- Так то ж у Марка, а я тебе про Макара!- развеселился Алан.

- Не знаю я никакого Макара! И имя ты придумал. А когда опять деньги раздавать станешь?

- Да вот как к Макару за гусями сплаваю, так и приду к вам.

- Хорошо, мы с сестрой ждать будем!

Миновав и эту арку, кстати, ту самую, где наш нерасторопный друг попал в переделку, повиснув на крюку, они спокойно продолжили путь из столицы.

Велоградица осталась позади, шумно прощаясь с нашими героями, отправляющимися в речное путешествие. Тростник в перемежку с камышами, рогоз и папоротник, ивняки и нависающие низко над водой рябиновые спелые кисти. Алан поймал ртом одну и потянул на себя. Оторвавшиеся ягоды кисло- сладкой влажностью наполнили ему рот. Пока он жевал, ни о чём не размышляя, Ядвижка бестактно перебила его отдых:

- Ну что, схватила Зарянка тебя за жабры?

Алан закашлялся. Слёзы противно брызнули из глаз.

- А тебя?.. Тебе она тоже хвост защипила чем-то?- Алан выплюнул ягоды прямо в воду.

Русалка по наблюдала, как они с бульканьем тонут и подплыв поближе, заглянула ему в глаза.

- Она- моя подруга. Любимая подруга,- выдавила Ядвижка слова, кисло скривив губы.

- Оно и видно, что любимая,-усмехнулся Алан, сделал ловкое движение веслом и стукнул им русалку по голове.

Раз, и ещё раз.

- Да, вот так тебя.

Он понаблюдал, как русалка пошла ко дну и ускорился, отгребая от того места, где расправился с соглядательницей королевы.

Мурава набрала глубину и теперь постепенно расширялась, маня Алана к морю. Но он направил судёнышко в правый рукав, игнорируя левый, и скоро речка снова омелела. Приходилось следить, чтобы не сесть на мель. Увлекшись этим, наш парень не заметил зеленоватый хвост, промелькнувший совсем рядом с левым бортом. И когда русалка схватилась за борт, он вздрогнул и чуть не выронил вёсла.

- Напугался? А чего ты нападаешь? Или я зло какое сотворила супротив тебя?

- Напомнить?- сверкнул глазами Алан, играя бровями.

- А это! Ты чё, такой злопамятный?- русалка наклонила лодку в свою сторону.

- Да, злопамятный,- кивнул он и попытался пнуть её по подбородку, но неудачно.

Перелетев через Ядвижку, Алан сделал кувырок и плюхнулся в реку, чувствуя, как глаза заливаются водой и рот наполняется горечью и обидой. Не вышло.

Ядвижка нырнула за ним следом, освобождая парня от пудовой гири, тянущей его вниз- тёплой жилетки. Узорчатые вензеля блеснули на последок и полетели в глубокую коварную яму, которой чудом избежал наш Алан.

- Дальше только вплавь,- проворчала русалка, заметив несколько пробоин в днище севшей на мель лодки.

Алан очнулся, бросился к судёнышку, но увидев щепки крошащихся досок, лишь махнул рукой.

- И ведь сам виноват!- отпустила комментарий Ядвижка.

Алан от злости лишь хлопнул руками по воде, поднимая брызги и обдав волной себя и русалку.

Глава 57. Беды с головой.

Ядвижка с головной болью после вчерашнего и Ядвижка с головной болью после ударов веслом по голове это две разных русалки. Согласитесь, в одном случае даже при болевых симптомах приятное послевкусие и даже проблески воспоминаний, а в другом ощущение дискомфорта и злость на оппонента. В данном случае, странного чужеземца, умудрившегося просрать лодку с провизией!

Русалка изподлобья глянула на него. Бултыхается недалече и беспомощно машет ручками, пытаясь вызвать магию и починить судёнышко.

- Да что с ней такое?- завопил он и эхо меж холмов отозвалось"ойе!".

Ядвижка нервно хихикнула:

- Она утонула!

Парень как-то вот совсем по не доброму посмотрел на неё и Ядвижка отплыла на безопасное расстояние. То бишь, на средину Муравы.

Алан никак не мог понять, почему и отчего магия нестабильна и приходится подстраиваться под алгоритмы спонтанности и ловить в буквальном смысле капельки, когда раньше переизбыток сил отзывался дрожью пальцев и вполне себе ощутимым кипением крови.

- Ничего не понимаю. Ведь что может быть проще, чем бытовая магия. Починить да заштопать, преобразить одно в другое,- пробурчал он себе под нос.

- Мы теряем время,- русалка рискнула подплыть поближе.

Парень глянул на небо. Солнце и впрямь стояло в зените, тёплый ветерок подслушивал его рубашку и волосы.

- Дальше только вплавь, ведь так?- спросил у неё Алан.

- Так я уже говорила! Или у тебя ум девичий?- язвительно заметила Ядвижка.

- Ох, прости, что есть, то есть. И спасибо, вытащила из ямки, а я и не поблагодарил,- виновато замигал глазами Алан.

- Да чего уж там! Ты это токо сам теперь следи за собой. Впереди есть парочка водоворотов, а ещё небольшой, но всё же водопадик,- рассказывая, скрутила зелёные волосы в жгут русалка.

Алан наблюдал, как тонкой струйкой стекала вода, возвращаясь в реку.

- А за погляд так- то платят!- подмигнула ему Ядвижка.

- Так я и сам могу кое-что показать.

- О как! Ну давай, хвастайся!- русалка отважилась подплыть ещё ближе.

Парень хихикнул. Нервно и неуверенно. Русалка уперла руки в крутые бёдра и и ожиданием шоу воззрилась на блондина. Но он не спешил.

- И?

- Да вот я думаю...- начал он и затих, задумчиво шаря взглядом по берегам,- думаю, нам надо сделать привал. Отдохнуть, то сё.

- Насчёт отдохнуть - согласна, - выдохнула Ядвижка,- а вот что ты имел ввиду под загадочными то да сё?

- Подрастёшь- узнаешь!- щёлкнул её по носу парень и поплыл к берегу.

- Ох, ты! - русалка обогнала его и вильнув хвостом, обрызгала водой.

Алан сделал пару мощных рывков и схватил хулиганку за прозрачный хвост. Она начала отбрыкиваться, развернулась к обидчику, но напрасно.

- Разве ж можно так?- возмутилась Ядвижка.

- Согласен!- Он притянул её к себе и посадил на колени.- Никак нельзя.

Русалка удивлённо приоткрыла рот и ухватилась за его обнаженные плечи.

- Погодь, парень, а ты когда разделся-то?

Алан посмотрел на руки, перевёл взгляд на голый торс:

- И в самом деле? Вот ничего себе. Я ведь просто подумал, что без мокрой одежды плыть было бы легче, а ты гляди, как славно получилось!

Ядвижка пошевелила хвостиком. Улыбнулась:

- Ну что, к берегу двинем, или тут помилуемся?

Алан одним движением ловко сбросил девицу в реку.

- Не люблю наглых,- он сморщил нос, точно унюхал что-то едкое, неприятное, и поплыл к берегу, не оглядываясь.

- Ах, какие мы нежные!- возмущённо шептала русалка, плывя следом.

Она беззастенчиво разглядывала загорелые плечи, рельеф лопаток и руки, делающие мощные гребки и поднимающие сотни брызг, долетающих до неё, неспешно плывущей следом.

Земля, на которую он ступил на берегу, оказалась неласково холодной. Сообразив, что по собственному неразумному велению остался и вовсе без одежды, Алан представил себе самый уютный и удобный костюм, который когда - либо носил. И вот он уже в той самой коричневой рубашке -вышиванке и тёмных штанах, подпоясанный ремешком с серебряной бляхой.

- ...-муха,- ругнулась зеленовласка у него за спиной,- откель ты надыбал такое приданое, женишок?

Алан неспешно нагнулся и принялся взглядом собирать сухие ветки, сгребая их в кучку.

Ядвижка посмотрела на него, постояла чуток в ожидании ответа,а потом вздохнула и принялась помогать. И конечно, умудрилась напороться обнажённой ногой на колючку репейника, затерявшуюся среди сушняка.

- Ой! Больно, как же мне больно! Ах, бедные мои ножки!- села она в блестящем платье прямо в высокую траву,- Я только недавно их получила в обмен на... на ... на мои чудесные локоны! Ах, придётся снова идти к злой ведьме!

Алан иронично посмотрел на русалку:

- А из тебя артистка никудышная. Ядвижка, нужно срочно придумать что-то новенькое.

- А что?- русалка вытащила из пятки пару острых колючек и теперь дула на неё, совершенно не замечая, чем занимается наш герой.

А он уже развёл костёр и теперь наполнял котелок речной водой.

- Ты- совершенно бессердечный!- с попыткой выдавить из себя слёзы, Ядвижка покрепче зажмурилась.

- Вот, лови лайфхак, то бишь, выдумку, ври парню, что злая колдунья забрала твоё трепетное сердечко, а в замен подарила пару чудных ножек!- Алан подул на закипающий бульончик и в нём уверенно заплавали кусочки морковок и свеклы, гоняясь по кругу с кусочками мяса.

- Всенепременно воспользуюсь!- пообещала русалка и подбежала к костру,- Ого, а ты что, готовить умеешь?

- Ну я бы так не сказал,- скромно потупил глазки наш лукавый друг и сразу же нагло уставился в декольте русалки,- но если надо. Если очень хочется, то почему бы и нет?

- Как много можно ты сказал! Я ничего не поняла,- искренне округлила глазки русалка.

И тут Алан понял, что самое главное, не рассмеяться. Нехорошо обижать девушку, которую и так успели обидеть боги, подарив шикарную фигурку, милое личико и полное отсутствие мозгов.

Глава 58. Ночёвка у реки.

Алан невольно вспомнил, как совсем недавно в пещере Дитяче Веселе он так же сидел у костра. Но ощутимой разницей было то, что рядом не хитрая блондинка, а зеленоволосая русалка. Заряна лежала на необычной постели и спала. Ядвижка, будь она неладна, сидела на траве напротив и без умолку трещала.- А как ты думаешь, Аланко, почему Заряна отправила нас вместе? Может, это намёк на её желание нас сосватать? Или ты не в курсе? А вдруг, там, у мельнички Нейко мы найдём Радомира? Не знаешь, почему он сбежал? Может, ревность? А ты откуда вообще взялся у Лиатрис?В висках появилась ноющая боль. Алан устало посмотрел на русалку. - Тебя устроит ответ: « не знаю» на все вопросы? - А почему?- русалка удивлённо захлопала ресницами. - Ядвижка,- Алан вздохнул,- я правда ничего не знаю. И пора бы устраиваться нам на ночлег. - А где?- покрутила головой русалка. Алан устало махнул рукой вокруг костра. Стены решетчатого шалаша встали за их спинами, окружая импровизированный очаг, дымок выходил через отверстие вверху. - Ничего себе!- присвистнула Ядвижка, резво вскочив на ножки и побежала смотреть постельку, укрытую мешковиной,- Ой, а чё скромно-то так? - А ты привыкла к шелкам да бархату?- усмехнулся Алан. - Ну положим, я по всякому привыкла,- обиженно произнесла русалка, расчёсывая локоны пальцами. Алан тут же пульнул ей в руку черепаховый гребень. - Ух ты, красотишша кака!- русалка с восторгом принялась рассматривать вещицу. - Дарю,- спокойно сказал Алан и встал с намерением собрать грязную посуду. Он решил сходить к речке и помыть её там. - А ты куда это собрался?- Ядвижка бросила гребень на кровать и поспешила загородить парню выход. - Так помыть же надо…- Алан показал ей миски. Русалка выхватила их и выбросила наружу, приоткрыв тяжёлое полотнище жилища. Послышался звон бьющейся посуды. - Всё,- довольно потирая руки, Ядвижка развернула нашего парня обратно,- больше не надо. Не благодари. - Не буду,- Алан сузил глаза,- Заряна велела приглядывать за мной? - Ты удивительно догадлив, Аланко,- улыбнулась русалка, как бы невзначай проведя пальцами по его щеке. Он хотел ещё что-то сказать, но не успел. Она его поцеловала. « Шустрая девица»,- подумалось нашему мальчику. - Ведь это намёк?- прошептала она, пропуская воздух ему в рот. - Какой намёк?- так же прошептал он. - Кровать не только для меня,- не глядя, махнула она рукой в сторону. - Я себе гамак поставлю,- Алан отстранился сетчатым лежаком от напористой девушки. - А-а-а,- протянула она и попыталась порвать гамак. - А ну не порти казённое имущество!- он поспешил подвесить кроватку на вытянутые крюки в стенках жилища. - Какое-какое имущество?- округлила глазки Ядвижка. - Казённое,- пояснил Алан,- возьми словарь, стыдно быть невеждой. - Стыдно накидывать странные слова бедной рыбке, не умеющей читать,- шмыгнула носиком русалка. - Так ты безграмотная?- удивился Алан. - Да! И не поверишь, я горжусь этим!- с вызовом бросила она, недовольно наблюдая за его стараниями по установке гамака,- Не понимаю, зачем ты это делаешь? - Есть слово такое старое. Честь называется. Береги честь с молоду,- он запрыгнул в раскачивающийся гамак и накрылся одеялком, появившимся лишь стоило ему протянуть руки. - Чудной ты, парень. Ох, чудной!- русалка вернулась к своей постели и прыгнула в неё, точно в морскую волну, с головой. Алан мог бы поклясться, что слышал шёпот водорослей и движения рыбьих плавников. Ядвижка подмигнула ему, заметив удивление. - Еже ли зябко станет, милости прошу. - Спасибо, я уж как-нибудь сам, один,- спокойно ответил он, прикрывая глаза. - И давно?- услышал он её голос. - Что давно?- спросил он, не открывая глаз. - Один давно? - Ядвижка,- он нехотя приоткрыл один глаз,- а может, это тебя не касается? И потом, пора спать. Завтра с утра пораньше пойдём дальше. - Не пойдём, поплывём,- поправила его русалка. - Ну хорошо, поплывём,- согласился он, закрывая глаз,- какая в сущности, разница, как мы передвигаемся? Мельница ведь стоит на берегу. - Ха! Вот сразу понятно, что ты никогда не бывал у Нейко в гостях,- хрипло рассмеялась Ядвижка. Но Алан не стал продолжать разговор. Голова дико болела. Да ещё стало нестерпимо жарко. Идея с жилищем вокруг очага показалась ему не самым лучшим его магическим созданием. Он мысленно убавил огонёк костра и попытался представить себе, как было бы славно сейчас поплавать. Голос русалки, всё ещё щебетавший о каких-то глупостях, да столичных сплетнях, кажется, о Хитко и Заряне, затихал вдали. Так далеко-далеко, эхом улетая в горы или в овраги. Алан мог бы поклясться, что видел их явственно и сам бежал по ним, едва касаясь троп, перепрыгивая через камни, кочки, тростники, шумящие у реки, перестукивающиеся в мелодичном ритме старых сказок. Когда-то давно он слышал их, да вот позабыл. А сейчас они шли к нему на встречу, вереницей синичек, летящих суетливой стайкой, с удивлением рассматривающих странного путника. Он бежал к реке, без оглядки, дрожа от внезапного холода и предвкушения дрожи тела, соприкоснувшегося с рекой.

Струи прохладные побежали по телу, лаская и даря частичку своего сердца. Добрая река Мурава приняла его и теперь неспешно открывала тайну мельницы Нейко, стоящую посреди её волнующего ночного солнца на рубеже двух миров. Алан заметил рыжеволосую женщину в малиновом сарафане поверх белой рубашки. Мельничиха стояла к нему спиной на тропке. Её рукава поспешно закатаны, а взгляд устремлён на тёмное колесо каменного двухэтажного дома, покрытого щербатой черепицей. Плеск водицы да спешащее журчание по огромным валунам посреди реки манили Алана к себе. Но он упорно старался их не замечать, идя к Нейко. Вокруг ветерок гулял в зелени деревьев и высокой траве на противоположном берегу. Пузырчатые облака пролетали по дневному небу. Солнце снова из тёмного стало обычным, летним. - Добрый вечер, Нейко!- вежливо произнёс он. - Ну здравствуй, раз пришёл,- весёлый тон курносой рыжули, обернувшейся на голос воодушевил его. - Возможно, я не вовремя…- начал он и затих, заметив насмешливый взгляд хозяйки. - Домой попасть хочешь?- спросила она. Непрошенные слёзы навернулись на глаза нашему бедному волшебнику: - Но как, откуда? - Так я провожаю да встречаю вас туточки. А иначе, зачем тебе ещё быть у меня? И скажи имечко, будь ласков, а ли ты инкогнито?- добрый взгляд карих глаз, смотрящих ласково, по-матерински, воодушевил Алана. Ещё секунда, и он расскажет этой тётеньке всё. Остановимся пока и встретимся через день. Наш мальчик вне времени, в чудесном портале. Как знать, а вдруг и вправду, он уйдёт к Листье?

Глава 59. Куда и почему.

Алан с волнением и доверием смотрел на Нейко. Малиновое платье с вышивкой напомнило ему о Лиатрис.

Мельничиха набросила на молодого человека сети нескольких взглядов. Пронзительных, проникновенных до самых тайных уголков его души, сердца и неизвестно чего ещё. По крайней мере, так показалось нашему герою.

Нейко развернулась и пошла в сторону моста. Парень пожал плечами.

- А тебе что, особое приглашение высылать надо?- бросила она, не оглядываясь,- Так ты адресок подскажи, я вышлю.

Алан поспешил догнать женщину. Сабо постукивали по узкой тропинке. А ему слышалось:"Домой, домой! Пора домой!"

Улыбка сделала пробежку по его губам. Старая песня красной ниточкой, путеводным лучиком манила за собой.

Он выдохнул накопившуюся за долгое время усталость. И с радостью провёл рукой по перилам моста. Ступил на его доски. Дощатый, крепкий. Гвоздей на нём Алан не заметил. И заценил мастерство того, кто сработал такую надёжную вещь.

Шум воды крутящегося колеса заглушил светлые мысли. Алан заметил в реке пену. Пузыри разрастались до размеров с хорошее блюдце и беззвучно лопались. Неожиданно Нейко приостановилась. Алан тоже. Он был готов сделать всё, что она скажет, выполнить любой каприз, даже самую тяжёлую работу. Но нет, приказов или желаний озвучено не было. И вот уже мельничиха толкнула потемневшую от времени дверь и шагнула внутрь мельницы. Алан последовал за ней. Внутри кипела работа. И эта обстановка так живо напомнила ему Листью с её хобби. Зерно перетиралось меж жерновами, билось и мололось.

- Настоящая мельница?- не скрыл он удивления.

- А то как же? Или ты думал тут картонные муляжи стоят?- улыбнулась хозяйка.

Белая пыль, по которой он прошёлся не могла быть фальшивой. Следы тоже. Множество разных следов. Большелапых, звериных и поменьше, человечьих.

- Так, Аланко, ты домой прихотел?- подмигнула гостю Нейко.

Он нервно сглотнул, выдав себя с потрохами.

- А что от Лиатрис- то сбежал?- спокойно спросила мельничиха.

- К чему это допрос? И можно ли как-то проскочить вопросник? Я могу предложить...

Нейко покачала головой:

- Она тебя выпроводила, а ты обратно рвёшься?

- Ну хорошо, я не к ней хочу. Просто домой. В мой мир. Привычный, современный, такой уютный.

- А чем тебе Зарянка не угодила?- вдруг перепрыгнула мельничиха с одной темы на другую.

- Никак не пойму. Нейко, Вы мысли читаете, или прошлое?

- Я вижу то,что было. И знаю, ты сейчас думаешь:" Глупая баба! Ведь я- волшебник. А ты кто? Кормчий меж миров? Навела тут тень на плетень."

Алан открыл от удивления рот.

- Когда-то и я так умел.

- И она сбежала.

- Да,- он явно загрустил, предчувствуя отказ.

- А чего головушку - то опустил? Зеленоглазик, нос ты рано повесил,- по- доброму, ласково улыбнулась Нейко, - подай мне ключ и я укажу дверь.

Алан дрожащими от волнения пальцами не с первой попытки поймал ключ в кармане брюк. Протянул его хозяйке.

Та приняла, повертела в руках, улыбнулась.

- Не тот.

- Как не тот? Да ты что, шутки шутишь со мной, кошёлка старая?- невзначай вырвалось у парня.

Он прикрыл рот рукой, точно хотел вернуть слова обратно.

- Поздновато ты спохватился, Аланко! Я ведь обиды не прощаю,- брови грозно встали насупленной стеной над её глазами.

Она вернула парню ключ.

- Ступай, откуда пришёл.

- Простите, Нейко, я право слово, не знаю, что на меня нашло. Я болван, идиот и расстрига среди волшебников. Я предавал друзей и обижал любимых,- он мотнул головой,- поправочка: любящих меня. Я случайно сказал неправильные слова, прошу прощения.

Он опустил голову к полу и заметил маленькие следочки. Множество тонколапых следочков лёгкой паутинкой пробежавших совсем недавно.

- Здесь были пажики?- спросил он, подняв голову и ища ответ в глазах Нейко.

- Отвечаю по порядку. Да, прощаю. Ибо я не злыдня. Пажики не твоё дело, они бегают, где пожелают. Вольница их. А насчёт ключа. Найди ту дверь, от которой он. А теперь ступай обратно,- она указала на выход.

Алан постоял ещё немного, всматриваясь в её серые глаза, точно ища ответ. Но больше мельничиха ничего не добавила и он сделав лёгкий поклон в её сторону, повернулся, чтобы выйти.

- Да, и вот ещё что, парень,- остановил его голос хозяйки,- Скажи Зарянке, пусть не ищет Радомира. Придёт он сам. А что дальше будет, её не порадует. Вот так и передай. Слово в слово.

- Спасибо, Нейко,- Алан приложил руку к груди,- ну так я пошёл?

- Да.

- А куда я пошёл?

Нейко фыркнула и рассмеялась:

- Смешной ты парень! Иди по камням, что у самого колеса, так быстрее получится.

Он кивнул:

- Прощай, хозяюшка!- и вышел.

Алан посмотрел вниз. Резкий срез берега и опасная близость колеса. А вот и камни. Совсем рядом. Зелёные от мха. Он снял сапоги и опустил ноги в холодную воду. Скользя на первом плоском камне парень потоптался и сделал неуверенный шаг, пытаясь дотянуться до следующего и плюхнулся в реку. Бурлящая пена закрутилась вокруг, затягивая его в воронку водоворота. Он почувствовал, как вода забивается в нос, рот, уши. В глазах промелькнули серые глаза Нейко, а её губы прошептали:

- Ну ты и копуша!

Алан понял, что зря поверил её совету, но было уже слишком поздно. Летя беспомощно по реке, по началу он сопротивлялся, грёб против течения, но скоро сдался и шум в ушах нарастающей волной поднял его почему-то вверх, а вскоре также непонятно зачем, сбросил вниз.

- Водопад,- пробулькал парень и потерял сознание.

Глава 60. Немного музыки.

И так. Мы остановились на том, что наш незадачливый герой упал в водопад. Да, именно так, мои милые читатели, но Алан-то не остановился. Падая ниже и ниже, он не к месту подумал:- О Боги, как же низко я пал!- и засмеялся.- Эй, увалень, ты чем там занимаешься?- недовольный голос Ядвижки проворчал откуда-то сбоку. Алан открыл глаза. Круг шатра, созданного им, догорающий костёр. И сам он, лежащий подле обложенного камнями очага. - Я что, спал?- прошептал он. - Да мне-то откуда знать? Ты глаза прикрыл, а потом бухнулся на бок. Я смотрела-смотрела, да и махнула рукой, спать пошла,- русалка действительно лежала на тюфячке,- а вот ты вроде как в гамак ложился? Алан сел, провёл рукой по волосам. Мокрые. А в руке-то что? Ключ. Тот самый, что дала Лиатрис. Бесполезный ключ. Ядвижка снова принялась ворчать о чём-то. Но парень уже не вслушивался. Пропуская мимо ушей болтовню русалки, он вспоминал детали путешествия к Нейко. А ещё это означало, что утром они возвращаются в Велоградицу. Он выдохнул. - Ядвижка, утром мы едем к Заряне,- лучше сказать сразу, а то речная красотка затеет ещё с утра что- нибудь. - А как же мельница? Мы ведь до неё так и не добрались. - Я видел Нейко. И у меня есть послание от Радомира.

Заряна задумчиво провела пальчиками по струнам гитары. - Бу-бу-бу, да ла-бу-бу!- пробормотала она. Алан фыркнул, услышав её «пение». Так вот что за бормотание он слышал тогда с балкона! Королева сидела кресле. Неумело извлекая терзающие слух звуки, она поправила гитару, сползающую по парчовому алому платью. Царственные локоны украшала нынче не корона, а витиеватые бисеринки. Алан небрежным взмахом руки переодел себя в малиновую безрукавку поверх простецкой рубашки. - Ты вернулся?- удивлённо посмотрела на него Заряна,- Так скоро? - Да, Ваше Великолепие. И у меня есть новости о Радомире. Заряна в волнении выпустила инструмент из рук. Гитара жалобно простонала какую-то грустную мелодию. Алан подошёл, бережно поднял семиструнку. - Как давно не брал тебя я в руки,- проговорил он задумчиво и с ноткой грусти и не обращая никакого внимания на королеву, принялся настраивать гитару. - Ну?- вопросительно полыхнули огнём её глаза. - А ты что, запрягла меня, что ли?- дерзко ответил Алан. Он как ни в чём не бывало проверял струны друг за другом. - Что сказала Нейко? Если хочешь, забери её себе. - Кого? - Гитару эту дурацкую! А ты что подумал? Алан с улыбкой пожал плечами: - Знаешь, у вас такой странный мир. И подумать можно много чего. - Например? - Да мне вот прямо сейчас приходит на мой светлый ум несколько самых очевидных вариантов. Ты мне могла бы предложить в подарок: свою сестру или русалку эту потрёпанную, да а ещё корону. - Обойдёшься!- нервно рассмеялась Заряна. - Жадина!- он наиграл шаловливую мелодию. - Ух ты! А у тебя получается!- похлопала в ладоши королева. - Музыкалку не зря почти закончил,- Алан небрежно наиграл грусть. - А почему почти?- королева указала на соседнее кресло, но Алан решил по-своему и присел на диванчик напротив Заряны. - Потому что усидчивости ноль, как мудро заметил мой педагог. Королева пересела к нему поближе. - Так что сказала Нейко? - Да дай тебя помучить!- улыбнулся наш герой. - А я ведь могу послать тебя в застенку. - А это что ещё такое? Звучит очень даже интригующе!- подмигнул ей Алан, и тут же заметил опасный огонёк в её глазах,- Да ладно, я всё понял. Здоровенные стены, из которых не выбраться, так? - Ну почти. - Нейко просила передать, чтобы ты не искала Радомира. Сам придёт,- чётко повторил он слова мельничихи. Заряна встала с диванчика. Её лицо исказилось гротескной гримасой и потирая пальцы, точно они начали ныть, она принялась ходить по комнате. Алан заметил, что краски ковра точно померкли на глазах, гобелены разом потускнели, а огонь в камине запылал ярче. Языки бешено затанцевали в древнем танце. Их руки тянулись к королеве, а она не замечала этого и продолжала в задумчивости ходить по комнате. Алан не знал, о чём она думает. Какое новое задание даст ему. Он опустил голову к гитаре. Обнял её так, что струны жалобно ойкнули. И тут он заиграл. Самую свою любимую песню. Ту, что всегда дарила покой, творила тихую гавань среди бушующего моря его беспокойной волшебной жизни. -love hurts, Love scars, Love wounds and marks, Any heart not tough or strong enough To take a lot of pain, Take a lot of pain… (Алан поёт песню группы Nazareth «Love Hurts». О любви, что ранит больно, оставляя после себя на сердце шрамы и боль.) Заряна слушала и из глаз её бежали слёзы. А когда он спел об огне, что обжигает нас, она обернулась и оставив дурную привычку бесполезного хождения по комнате, подошла и села рядом с гитаристом. Как вы думаете, заметил ли наш мальчик её слёзы? Не поверите, но нет! Он был настолько погружён в собственные переживания, печаль и внутреннее содрогание о судьбе, что не видел ничего. До тех пор, пока чужая слеза не упала на его руку и не скатилась на гитарный гриф, внеся диссонансную ноту в его безупречную балладу. Алан в изумлении поднял свой взор к её величественным глазам. И вот их губы встретились, даря утешение двум таким разным и таким чужим людям.

Глава 61. Речи и разговоры.

Заряна открыла глаза. Рядом кто-то был. Кто-то лежал на соседней подушке. Чья-то рука небрежно притянула её к себе. И памятные моменты пробежали дрожью по коже. Вчерашнее пение чужеземца не должно было так вскружить ей голову! Безотчетное желание и тоска по Радомиру. Да, это Алан во всём виноват. Он один, а она вечно не причём и вообще ничего не помнит.На самом деле, она всё помнила. И первый их поцелуй, и как обнимались перед сном. Шёлк шуршал при каждом движении. Заряна ненавидела это жуткое постельное бельё, но рука не поднималась наказать служанок день за днём сменяющих его. Надо бы самой сбросить эти насмешливые тряпки, сжечь в камине. Воспоминания до дрожи. Радомир обожал шёлк. Ну ещё бы, королевская кровь! А Заряна любила тепло льна. Но раз за разом, день за днём эта липкая ткань ! Брр! Мурашки устроили забег на скорость. И тут же Алан обнял её, согревая: - Замёрзла? - И давно ты не спишь?- девушка повернулась к нему и жаркое дыхание накрыло её губы поцелуем. - Я почувствовал, что ты проснулась,- подмигнул он, чуть отодвинувшись. - Бедняга, так чутко спишь?- Заряна напротив приблизилась. Парень ещё немного отскользил назад. - Ты что же, боишься меня?- улыбнулась девушка. - Я боюсь упасть вместе с тобой. - Знаешь, возможно, ты позабыл. Но мы вчера уже падали,- она потёрла затылок, ища шишку. - Правда? Всё возможно.- Он осторожно придвинулся к королеве,- какие планы на сегодня? - Ну вчера ты был героем. Принёс мне добрые вести, так что несколько дней можешь отдыхать. - А потом снова искать его?- Алан пристально всмотрелся в её глаза. - Угадал!- Заряна легла на спину, закинув руки за голову, мечтательно разглядывая лепнину на потолке. - Зачем тебе тот, кто ушёл? - Я понимаю, о чём ты. Думаешь, если мы вчера стали ближе, то мне уже не нужен Радомир? Ошибаешься. Алан сжал зубы и молча прижал её к себе. - А ты ласковый,- засмеялась она, чувствуя жалкие слёзы, обжигающие глаза. - Да, а ещё я крестиком вышивать умею!- промурлыкал он, играя одному ему ведомую мелодию на её груди. - Серьёзно?- искреннее удивление Заряны позабавило его. - Шут гороховый!- возмутилась королева и оттолкнула Алана от себя. В этот раз, мои хорошие, он не скатился с кровати. Успел зацепиться ногтями за тюфяк. - Ну погоди, королева!- прорычал Алан, набрасываясь на Заряну,- Серенький волчок укусит за бочок! Та завизжала от ужаса, теряя голос и спряталась под простыню. Алан остановился в недоумении: - И что я такого сделал, напугалась, как...- он хотел добавить "свинка", но передумал,- вылазь давай, пошутил я. Заряна несмело выглянула и осторожно спустила простыню с лица. - Никогда, ты слышишь, никогда, не становись волком,- зубы девушки выстукивали пугающую дробь. - За кого ты меня принимаешь? Я не оборотень. Я- растлитель невоспитанных королев! Заряна нервно хихикнула. - Да-да, именно так! И я тебя сейчас проучу, негодница!- его пальчики резво побежали по шёлковой простыне, вызвав нервный смех Заряны.

Вспоминая утренние забавы Заряна забыла, что обязанности королевы - сидеть чинно- благородно и с чопорным видом благосклонно кивать, выслушивая доклады министров. Под монотонный заунывный голос тощего очкарика Фердинанда Самочиты- министра финансов дремал весь кабинет. Особенно отличился бравый генерал Ярмилко. Когда - то он служил при родителях Заряны, собственного сына не пожалел, под пули подставил ради королевы Анны Корали. А теперь вот сидел в обитом парчой креслице и откровенно клевал носом под причитания: - Ожидаемый осенний рост экономики не заставил себя ждать. Ваше Величество, а далее нас ожидает череда ярмарок и приток беженцев с юга... - Беженцев?- выкрикнул Хитрован Котуван. И разбудил генерала. Ярмилко выронил трубку, которую беспрестанно дымил. Даже на заседаниях. Разумеется, с разрешения королевы. Остальные вельможи тоже пробудились и пристальней всмотрелись в пирата. Бодрого, подтянутого. Заряна позавидовала ему. Хитко бегло посмотрел на неё и подмигнул. Этого ещё не хватало, заметил, гад! - Мы с интересом выслушаем Вас, Хитрован Котуван!- промолвила, а точнее сказать, пискнула Заряна. - Голос пропал?- ухмыльнулся Хитко,- Может, чаю или что покрепче? - Моё здоровье не должно Вас беспокоить...- королева закашлялась, на глазах появились слёзы,- так что там с беглецами? - Беженцами,- поправил её пират,- и по правде сказать, Заряна, мне и самому интересно, о чём толкует министр экономики! - С вашего общего позволения я продолжу,- пошуршал объемным талмудом Самочита,- и так, беженцы. Да, люди сбегают с не уютных мест, от нерадивых правителей. Королева наша мудра и справедлива, оттого и переходят границы тайными тропами чужеземцы. Дополнительная рабочая сила, но и проблемы тоже. Языковая, религиозная, иное понимание законов. - Дикие племена,- дополнил Хитрован Котуван. - Совершенно верно,- согласился министр. - И что Вы предлагаете?- Заряна отпила из бокала, заботливо предложенного пиратом и теперь голос к ней вернулся. - Создавать отдельные поселения на островах. Например, на Матице, - министр с присвистом захлопнул папку. Заряна и Хитко переглянулись. Пират пожал плечами. - А что насчёт пустыни Святы пяски? Там же много места,- королева пристально смотрела на Самочита. - Но то пустыня, а то ли дело целый остров. Оазис райского места, а не холодные ночи и жар днём,- невозмутимо возразил министр, поправляя съехавшие на переносицу очки. - У меня есть предложение. Наш друг пират отправится с инспекцией в Святы Пяски. И на этом заседание завершено,- королева привстала с кресла в знак почтения, и тут же села обратно. - Моряка в пустыню!- завопил Хитко, лишь за вельможами закрылась дверь,- Ты серьёзно? Заряна неспешно встала и пошла пройтись по залу. Торжественность и тишина огромного кабинета, заставленного стеллажами с книгами и массивным отполированным до зеркального блеска столом, цепко стоящем огромными лапами деревянного зверя на ковре посреди зала. Она подняла голову к потолку. Хрусталь люстры сверкал и пускал лучики радуги во все стороны. - Зарянка!- нетерпеливо притопнул ногой пират,- За какие прегрешения ты выпроваживаешь меня в пустыню? - Доверие,- прошептала она,- я тебе доверяю. Официально ты поедешь с инспекцией, а на самом деле будешь сопровождать Алана. - А почему бы и не отдать им Матицу? Лиатрис чуток потесниться. А то ишь, королевишна! Целый остров! Да и веселее среди людей - то, а то скоро одичает под пальмами! Заряна покачала головой: - Нет, Хитко. - Ну ты же всё равно хотела отобрать у неё Матицу! Или передумала?- он приблизился к королеве и попытался обнять её, но та лишь развела его руки в стороны. - Не передумала. Остров мой по праву, но пусть пока по наслаждается. А потом. Ты знаешь, а ведь министр финансов прав. Так что, как только вернёшься из пустыни, поплывёшь к Лиатрис и выдашь ей мой вердикт. - Какой вердикт?- насторожился Хитко. - А чтобы собирала скарб свой и проваливала на все четыре стороны! - Зарянка, ты что?- пират удивлённо смотрел на королеву. - А что? Или ты переметнулся на светлую сторону? - Знаешь,- он почесал пальцами одной руки подбородок, а второй поправил бант ордена на груди,- одно дело проказничать, используя её остров в тёмную для своих дел, и совсем другое лишать бедняжку крыши над головой. - Ишь ты, бедняжку! Я и не знала, что ты самаритянские слова знаешь!? - Ведь я- человек. И тоже терял близких, и друзей. - Да ты не тревожься, я верну тебе пажиков. Обещаю. Так что, поедешь в пустыню? - Напомни, зачем чужеземца со мной отправляешь? - Он ищет Радомира,- спокойно сказала королева, избегая его взглядов. - Заряна, мне просто интересно, когда ты успела спятить? Ты что, гарем собираешь? Королева покачала головой: - Тебе не понять. - Ну конечно, куда уж мне, убогому, до твоих светлых локонов! - он протянул руку, чтобы поймать хотя бы прядь её волос, выбившуюся из причёски, но Заряна вновь увернулась,- Слушай сюда, ведьмочка, я- пират, птичка вольная! Кажется, ты забыла об этом? Ну так я напомню. И никакой нянькой при твоём новом фаворите я не буду!- крикнул пират, притопнул ногой и выбежал из кабинета. Заряна усмехнулась: - Капризуля!- и тут же позвонила в колокольчик,- Позовите ко мне Пачетко.

Глава 62. Саранча.

Две лошадки уверенной рысью шли по дороге. Дорогой её можно было назвать с большой натяжкой. Алан сжал ноги и легонько натянул поводья, приостанавливая скакуна:- Пачетко, а от чего королева тебе так доверяет?Слуга почти в таком же безупречном костюмчике, но предусмотренном для дорог, и белейших перчатках, повторил его движения , при этом поглаживая лошадь и произнёс успокаивающее: - Ш-ш-ш,- тормозя рядом,- она знает, я не подведу. - Правда? А я? Что ты скажешь обо мне? Могу я подвести твою хозяйку?- Алан старался выглядеть этаким простачком, рубахой - парнем. Пачетко приподнял уголки губ, изобразив подобие улыбки: - Ну если только случайно, вряд ли намеренно. Алан открыл рот от удивления: - Ух ты, а ты оказывается тонкий психолог! Пачетко настороженно глянул на него: - Надеюсь, это была похвала. - Она самая,- Алан хотел было добавить, что намеренно он тоже может, но передумал, понимая, что излишняя откровенность - глупость несусветная. Вместо этого он пустил лошадь в галоп. Пачетко, подал плечами и поспешил догнать подопечного. Он называл его так мысленно и не упуская из виду узкую спину парня, одетого слишком просто для его статуса, ловил себя на мысли, что вновь и вновь воображает себя его отцом. Разница в возрасте была подходящей, да и комплекция тоже. Когда - то давно он был вот таким же парнем. Смешным, открытым, симпатичным. И был наивно- влюблённым. Пачетко тряхнул головой, разгоняя беспечные годы и ворох календарных листов, потраченных на жалкие чувства.

Спешащие всадники не замечали разноречивые города и небольшие деревеньки, проскальзывающие по дороге, точно масло на сковородке и тающие позади. А как же отдых?- спросите вы. И будете абсолютно правы. День-деньской в седле. Лишь небольшая остановка была в какой -то деревеньке. Да невзрачный, безвкусный обед. И вот дело уж приблизилось к вечеру. А это значит... - Кажется, нам пора устроить привал?- крикнул Алан, но его слова растаяли в вечернем тумане, так и не долетев до Пачетко. Парень передёрнул плечами, чувствуя прохладу. Он уверенно приостановился недалече от простой избы с привязанными на шесте жалким клочком сена и колесом от телеги. Пачетко заметил, что парнишка направился к коновязи. Кивнул и повернул коника за ним. - Тихо -то как,- невольно перешёл на шёпот Алан. Пачетко молча кивнул и показал на настежь открытую дверь постоялого двора. - Что-то мне тут всё меньше и меньше нравится,- Алан остановился в нерешительности,- может, ну его этот ночлег в тёплых постельках? В поле где-нибудь, у реки притулимся? Пачетко был того же мнения. Но только он открыл рот, как боковым зрением заметил гнетущее, нависающее над землёй чёрное облако. Летело оно из самой деревни. - А это что за тучка?- закричал Алан и принялся нервно вздрагивающими руками отвязывать лошадку. Пачетко запрыгнул на свою, не дожидаясь парня и погоняя понёсся навстречу облаку. - Эй, стой! Початок, или как там тебя? Ты что творишь?- Алан рванул следом. Треск вокруг стоял невообразимый, точно барабанщики и трещёточники устроили слёт и теперь соревновались на глазах изумлённых зрителей. - Саранча,- проговорил наш парень одними губами. Он так удивился, что не смог это слово не то что прошептать, даже выговорить. И перевёл взгляд на Пачетко. Точно искал поддержки у местного жителя. Ведь не с ума же он сошёл, рванув навстречу саранче?

Да, старый слуга знал, что делал. Пригибаясь к лошади, закрыв глаза, он продвигался в этой черноте. Алан послушно следовал след в след. А саранча точно и не замечала всадников и их коней, пролетала мимо, треща, пугающе дико и невообразимо- странно. Изредка Алан чувствовал, как цепкие лапки сжимают рукава, штаны и волосы, но через пару секунд непонятная тяжесть отпускала, а ещё через две всё повторялось вновь. Он приподнял веки: облако сходило на нет. Лишь несколько особей цапанули напоследок и вскочив, перепрыгнули на голые ветки придорожного дерева. - Странные,- прошептал Алан. - И не говори,- усмехнулся Пачетко, осторожно ощупывая коня. - Глянь, они слопал сёдла и поводья!- удивлённо заметил Алан. - Ну да,- кивнул слуга,- но великодушно оставили нам коней. И это ли не радость? Алан рассмеялся и оглянулся на тёмное облако саранчи: - Значит, они милосердные воры! Как считаешь, повезло? - Несомненно,- улыбнулся Пачетко и ударил пятками по бокам коня, разворачивая его на дорогу, в обход погибшей деревни с покосившимся указателем на столбе "Залежа".

Глава 63. Какая встреча!

Хитко старался не замечать потешности своего одеяния. Если бы не торчащий перед глазами шариком красный нос и не ирония во взгляде Лиатрис, он и позабыл бы о противном обличии.- Лири, чёрт бы побрал это твоё заклятье!- не выдержал пират.Кудесница смяла улыбку, поджав губы. Но клоун продолжал смешить её ужимками и нечаянным кривлянием. - В кои-то веки я прибыл к тебе с уважением и советами, а ты смеёшься!- в отчаянии он топнул ногами, обутыми в туфельки с гипюровыми бантами. Лиатрис покачала головой и прикрыла лицо руками. Клоун погрозил ей пальцем: - Я вот сейчас уйду. И помогать не стану. Сама с Зарянкой бейся потом. - Ой, да чё ты баешь? Знаю я свою систричу. Она же токо страшшат, а так-то девка добрая. - Да? Добрая? Ты сама себя слышишь?- он сел на огромный камень у дороги, надул щёки,- Я тоже думал, что знаю её. И все её проказы - чисто блажь, королевская придурь. Ну с жиру девка бесится, но нет... И он заплакал. Навзрыд, струйками, описывающими неровные дуги и падающие на противоположную сторону тропинки. Лиатрис нервно фыркнула и тут же устыдилась этого. Подошла к Хитко и обняла его за плечи, присев рядышком. - Не сиди на холодном, застудишься,- проворчал клоун, сморкаясь в предложенный подружкой детства носовой платок,- спасибо. - Да ладно тоби беспокоиться - то. И прекращай, Хитко, разводить тут болото, ишшо подтопишь остров, вставай. Пошли до дому. У меня чай смородиновый с печивом. Клоун послушно встал: - А я не люблю смородиновый, мне больше малиновый нравится. - Ну раз нравится, то будет малиновый,- Лиатрис взяла его за руку,- Идём. Вокруг летали птички, напевая весёлые словечки, на все лады шутя над незадачливым пиратом. Но он не замечал этого. По дороге Хитко продолжал жаловаться на Заряну: - А ещё она хотела меня со своим новым фаворитом отправить в пустыню. - С каким ещё новым фаворитом?- удивлённо глянула на него хозяйка острова. - Ой!- прикрыл рот ладошкой пират,- Неудобно получилось. - Понятно,- прищурив глаза Лиатрис, всмотрелась вдаль. Хитко проследил за её взглядом: - Не хотел говорить. Само вырвалось. А всё костюм этот дурацкий! Он со злостью принялся отрывать помпоны с курточки. Бросил их в пыль и со злорадством растоптал. - А мы вот так вас! Но потом заметил, что новые помпончики выросли на тех же местах. Только ещё больше старых. - Да ёбсель- мопсель!- затопал он ногами. На дереве кто-то захихикал. Клоун вытащил из кармана маленькую, тотчас ставшей огромной подзорную трубу и направил прямо меж листьев. - А-а-а, старый знакомый!- заверещал рыжеволосый пират. И тут же ощутил удар по корпусу трубы. - Драчун,- погрозил он пальцем. - С кем ты воюешь?- спросила Лиатрис, разглядывая начинающие желтеть листочки. - Со мной!- опередил клоуна наш стариннейший приятель, Персихвостик. Да, это был он. Ловко пробежав по трубе, добрался до лица Хитко и болюче щёлкнул его по красному носу. И быстрее быстрого заперебирал лапками, спрыгнул на землю.

Персихвостик храбро встал перед заклятым врагом, глядя прямо ему в глаза. Пират нарочито - медленно сложил трубу, спрятал обратно в карман курточки. Пухлик показал ему язычок. - А вот я тебе сейчас устрою шурум- бурум, хомячишко несчастный!- клоун порылся на этот раз в карманах штанов. Здоровенная шпага блеснула лезвием в его руках. - Ты гляди, Лира, а он вооружён и очень опасен!- Персихвостик показал пирату нос, сложив лапоточки. - Да будет вам враждовать - то!- кудесница торопливо встала меж ними. - Нет, не будет, - в складный дуэт проговорили они и набросились друг на друга. Пират в клоунской наряде носился за пробегающим у него между ног пухликом, а тот в азарте погони то манил его к себе поближе, то вновь отпрыгивал в сторону. Лиатрис махнула рукой на них и даже призвала пушистое облако, запрыгнула на него и теперь с комфортом сидела и наблюдала за потешным боем. - Да в самом деле!- раздался голосок среди травы и на тропинку выкатилась вся в еловых иголках и паутинке, Феличка,- Персихвостик, тебя ни на минуту нельзя одного оставить! Опять ввязался в драку. А ну, сейчас же прекратить! То ли её командный тон подействовал, то ли пират не сумевший справиться со всё растущей шпагой и всадивший клинок на приличную длину в землю, в нескольких сантиметрах от мелкого пакостника, но только вскорости дуэлянты бросили свою затею и порядком запыхавшиеся выжидающе посмотрели на атаманку.

Глава 64. У самовара.

Феличка обвела взглядом честну компанию. Лиатрис нарочито - медленно расправляла платье. Узорчатый подол вышит мелким крестиком - оберегом. Прячет улыбку. Атаманку и сама с трудом сдерживалась, чтобы не расхохотаться. Пират всё также в образине клоуна пытался сдёрнуть красный шарообразный нос, он потешно косил глаза к переносице и что-то ворчат себе под нос. Шпага подрагивала, раскачиваясь эфесом в метре над землёй, а её длиннющее лезвие вспоров почву кажется врастало, становясь растением.Персихвостик испуганно глянул на жену и опустил голову.- Ха! Подкаблучник!- заржал пират и тут же болюче ударил себя по лицу в ещё одной безрезультатной попытке оторвать клоунский нос. Пухлик надул щёчки и приготовился нанести врагу удар, метясь прыгнуть между глаз, но заметив качающую головой жену в отчаянии махнул лапками. - В моём мире подкаблучники города берут!- он поднял носик повыше. Феличка внутренне возликовала, но виду не подала. Лишь глазки её блестели от гордости за мужа.

Неожиданно Лиатрис хлопнула в ладоши. Полянка у дороги преобразилась, став аккуратной беседкой. Плетеные кресла и такой же стол. А на нём начищенный до зеркального блеска пузатый самовар с заварочным чайником, венчающем его, точно короной и ваккурат четыре чашки, столько же блюдец и ложечек. Ровно нарезанные куски яблочного пирога и полная сахарница фруктового сахара. Хозяйка острова показала в её сторону: - Прошу, друзья, присядем поудобнее и погуторим. Тихо- мирно, без скандала. Клоун подал ей руку. Персихвостик подошёл к Феличке и протянул лапку: - Очаровашка, идём? Та сделала реверанс и приняла предложенную лапку. И вот там, в беседке, сидя за чашками чая, который кудесница разливала из пузатого самовара, они начали говорить. - Так ты сказал, Хитко, что сисрича моя выгнать мене хочет с Матицы? - Да, Лири,- он отпил из чашки, манерно оттопырив мизинчик,- м-м-м, малиновый! - Ой, как я рада, что ты заценил!- улыбнулась девушка. - Так на чём мы остановились, когда вот этот мальчишка посмел напасть на меня?- пират потешно насупил брови. - И вовсе я не нападал!- вскочил с плетеного кресла Персихвостик. Он бы и сейчас бросился в бой, если бы не успокаивающее легонькое похлопывание по плечу да поясняющий взгляд его жены понятное только им двоим. Наблюдательный пират ухмыльнулся напомаженным ртом и продолжил, переводя взгляд на Лиатрис: - Так вот, Лири, твоя сестричка и взаправду решила выгнать тебя из дома. Смекаешь, что это значит? Лиатрис усмехнулась: - Смекаю, что свинка в золотом ошейнике всё одно свинка! Её гость, только что хлебнувший чаю, фыркнул, пустив нечаянные брызги во все стороны. - Слышала бы она!- Хитко рассмеялся до слёз. - Не хорошо сплетничать,- вдруг буркнул Персихвостик, осторожно отряхиваясь от брызг, дабы не попали они ненароком на Феличку. - Я согласна с тобой, Персик!- Лиатрис подала им кружевные платочки. - Что ж, выходит я в меньшинстве и опять что-то не понимаю?- удивился пират, с аппетитом жуя пирог. Персихвостик не сдержался и скорчил ему рожицу в блестящем отражении самовара. - А ты знаешь, Хитко, пожалуй я могла бы уступить беженцам часть острова или даже на время уехать отсюда,- спокойно сказала Лиатрис. - Лира, ты что говоришь?- изумлённый пухлик там и замер с надкушенным кусочком сахара. - Погоди, Персихвостик, переживать. У неё ведь наверняка есть план. Так, Лиатрис?- пытливый взгляд атаманки всмотрелся в зрачки кудесницы. Но девушка вместо ответа лишь загадочно улыбнулась. - Лира! Ты прям Джоконда!- молитвенно сложил лапки Персихвостик и даже не заметил ревнивого взгляда жены. Зато его приметил Хитко и тут же решил воспользоваться замешательством атаманки пажиков. - Феличка, а должно быть нелегко даётся жизнь добропорядочных граждан, а? - Да не жалуюсь,- недружелюбно обронила Феличка. - Ты чё пристал, дядя?- Персихвостик показал ему кулачки. - Упаси боги! Какие приставания!- заискивающе захихикал пират. Лиатрис заметила, что конфликт вроде бы так осторожно потушенный, может разгореться с новой силой. - Лих ты, Хитко, а коли хошь с ими дружбу водить, так не иди супротив их норову,- Лиатрис придвинула к ему ещё один кусок пирога, а последний отдала пажикам. Один на двоих. Посмотрела, поумилялась, как они все уплетают яблочное печиво, да и добавила: - Не печалься, Хитко, сделал добро- надейся. Сделал зло- жди. Так моя мать говаривала, а ей эти слова в наследство от бабушки Ванги достались. - Родственница?- спросил пират. - Все мы друг другу братья, а некоторые даже и сёстры!- улыбнулась девушка.

Глава 65. Другая дорога.

А что же с нашим Аланом и его «нянькой» Пачетко? Вы знаете, хорошие мои, ночлег они так и не нашли. Саранча порядком подъела всё, до чего добралась в нескольких деревнях в округе, да и леса меж ними нехило так пострадали.Наши герои огляделись по сторонам. Алан аж привстал, а Пачетко покачал головой.- Придётся в объезд, огибая пустыню. - Долго ехать?- Алан обернулся к слуге. Пачетко кивнул. - За два дня управимся. - А ночевать мы тоже через два дня будем?- невесело рассмеялся Алан. - Ну отчего же. Воон там, видите, ваша милость?- мужчина указал рукой в сторону холмов, утопающих в вечернем густом тумане. - Вижу. И что там? Город или деревня? - Нет. Лучше. Деревня Мержовка там во времена моего детства была, а сейчас руины от неё остались. А рядышком приток Муравы ричка Кульмица. В самый раз для нас. - Ну раз в самый раз, тогда ладно, проводник,- согласился Алан и повернул лошадь вслед за коником Пачетко.

Всё было ровно таким, как обещал старый слуга. Меж поросших мхом деревьев вилась робкая тропка, мелкие цветочки росли на выпирающих корнях. А впереди почерневшие руины, да чистая прохладная водица мелкой речки. Развели костёр, натаскав сухих веток, Алан пристально посмотрел на самодельную треногу. - Однако, наши нечаянные прохожие спёрли все запасы. - Сейчас по округе пошарю, может хоть какой котелок или горшок найду,- пообещал Пачетко, но парень его остановил. - Да что ты. Или позабыл, с тобой волшебник,- улыбнулся Алан. И вот уже над костерком висит котелок. А в нём аппетитно булькает ушица. Рыбку, правда, наловил Пачетко. А вот приправок на придумывал наш парень. Лошадок тоже не забыли. Травы нарвали да волшебник наполнил новенький бурдюк водой. Привязали коней меж деревьев. - И платить за постой не пришлось,- по весел Пачетко, с благодарностью принимая миску с наваристым ужином. - Да, есть свои плюсы. Скажи-ка, любезный, а тебе нравится служить у королевы?- Алан помешал ложкой в миске, выискивая кусочек пожирнее. - А отчего ж не нравится-то? Платит она во время, не обижает меня. А вам? - А что мне? - Вам нравится? Алан удивлённо посмотрел на слугу: - Так ведь я не служу у неё. У меня выхода нет. - А вот это неправда, ваша милость. Выход есть всегда. - Поверь, опыт мне подсказывает, что нет. - Опыт? Да какие ваши годы!- рассмеялся Пачетко. - Ага, ещё добавь: молодо- зелено,- погрустнел Алан. Но слуга благоразумно не добавил ничего. Ужин завершили в тишине. Ну как в тишине. Вокруг ведь уже почти ночь. Облака выплюнули жалкое подобие луны. Алану стало ещё горше. И холоднее. Он сложил шалаш из набежавших под его властным взглядом веток. Внутри добавил пару спальных мешков, устроив их не на сырой земле, а на матрасиках из непромокаемой ткани. Слуга от неожиданности даже присвистнул. - Ой, простите, ваша милость. Я нечаянно. А что это за мешки?- он повертел в руках один из них. - Спальники. - Что, и мне в таком спать можно? - Ну, Пачетко, ты ж не думаешь, что оба для меня? - Так я у костерка прикорнул бы. - Давай без излишней субординации в сложившихся обстоятельствах! - Вот ничего не понял. - Ну не понял, так тем более заваливайся спать,- Алан показал ему на собственном примере, как упаковаться в спальник. - А костерок наш как же?- не унимался слуга. Алан заворчал что-то, как говорится, непереводимую игру слов, а потом хлопнул в ладоши и треск костерка прекратился. Пачетко выглянул из шалаша. Ночь сделала холодный выдох ему прямо в лицо. - А лошадки?- не унимался он. - Так в округе же вроде как ни души? - Верно,- согласился слуга,- А мы не замёрзнем? Осень ведь уже. Алан задумался. И почти сразу же парочка тёплых одеял упала на путников. - Спасибочки,- слуга повеселел и залез в спальник,- доброй ночи, ваша милость. Совсем скоро Алан услышал его храп. Вроде бы, можно бежать? Но элементарная жалость не позволила нашему парню бросить ни в чём не повинного пожилого человека посреди лютых мест. Заряна неспроста выбрала именно этого слугу. И Алан почувствовал к королеве ненависть. Чувство неосознанной злости обняло его, пронзая сердце. Спать вовсе не хотелось. И он решил прогуляться, проведать коней. Зола костра ещё не остыла. Наш парень подул на угольки, слабый язычок одиноким ростком проклюнулся ему навстречу. Алан махнул рукой над ним и вот уже снова костёр отвоевал кусочек мира вокруг его. Недалече лошадки на привязи меж деревьев доедали охапку травы. Алан сходил до речки, набрал в опустевший бурдюк и поставил меж конями кадку с водой. - Пейте. Они благодарно заржали. Ну вот и всё. Вроде бы можно спать? Но Алан решил посидеть у огня. Смотрел на змеящиеся языки, танцующие перед ним и думал. О чём? О странном мире, в который попал. О том, что попал в крутой переплёт чужих любовных историй. О магии, которая не помогает вернуться домой. О доброй девушке, давшей ему бесполезный ключ. О королеве, ловко играющей на струнах сердец невинных людей. О добрых кочевниках, которых он так и не отблагодарил. - А ведь я обещал!- прошептал он. Позади хрустнула ветка. Алан обернулся и увидел старую женщину. По виду нищенка. Она вышла из леса и не замечая нашего парня неспешно проковыляла к реке. Совсем скоро послышался плеск. Алан вскочил и поспешил на помощь. Он подбежал и скинув сапоги, не раздеваясь бросился следом за уходящей под воду женщиной. Она ускользала от спасателя, отбивалась, уходя в холодную воду вновь и вновь. Но упорный парень оказался шустрее. Совсем скоро он вытащил её на берег. Тяжело дыша, повернул женщину на бок. Она закашлялась. Вода вытекла изо рта. Алан на всякий случай похлопал её по спине. - Покашляй ещё, бабушка. Легче будет. - Какая я тебе бабушка?- услышал он слабый голос спасённой. Алан подхватил её на руки и понёс к костру. И вот там, при свете, он и увидел, что перед ним Настёна.

Глава 66. Мустангов рваные следы.

Настёна укуталась в накинутое Аланом одеяло. Молча и безучастно приняла предложенную нашим парнем кружку с горячим чаем из наспех заваренных им трав. Она смотрела не мигая на пляску огня в костре. Алан ждал, когда знакомая ему пусть и совсем недолго, но такая подвижная, радостная, а сейчас точно застывшая от невысказанного горя, Настёна очнётся и расскажет. Хоть что-то. Но время шло. Темнота осенней ночи обнимала их туманной шалью.Он смирился с её молчанием и задремал.- Заряна убила Павлушу, Маришиду и Камаля…- донеслось до него. И сна не стало. Он распахнул глаза. Удивлённо посмотрел на женщину. Та кивнула. - Как?- голос его ушёл в шёпот,- Ты видела… сама? Настёна кусала губы и слёзы бежали по её щекам.

Утром они не успели далеко уйти от города. Кибитки качались неспешно. А следом мчала погоня, поднимая огненные всполохи пыли из- под колёс. Огромный огненно-гривый конь обогнав, встал перед ними, преграждая дорогу. И больше Настёна ничего не помнила. Она очнулась среди чужих незнакомых мест. Рядом никого.

Алан выслушал этот краткий рассказ и задал самый очевидный вопрос: - Настёна, а почему ты решила, что они мертвы? Да, Заряна не ангел, но зачем ей их убивать? - Но где же они тогда? И где я? - Настёна, скажи, а ты давно вот так шла?- вместо ответа спросил Алан. - Не помню,- она потёрла виски,- ничего не помню. Только дорогу и ночь вот эту. - Странно это,- задумчиво произнёс парень. - Вокруг был лишь туман. Густой такой. - И всё? - Всё. Да, ещё город какой-то, разноцветные волосы у людей. - Небескоград…- выдохнул Алан,- А кого ты или что ещё помнишь о тех краях? Сердце его забилось птицей. Он почувствовал, как бьются беспокойные крылья его волшебного сердца. Но Настёна лишь покачала головой: - Нет, Алан, я не помню ничего больше. - А дорогу… дорогу туда покажешь? - Может быть,- неуверенно ответила она, потирая лоб. - Так, ладно. Ты знаешь что. Мы вот с Пачетко,- Алан кивнул в сторону шалаша и оттуда послышался громкий храп,- ищем Радомира, жениха Заряны… - Ты стал её слугой?- Настёна вскочила, попыталась сделать шаг в сторону от костра, но покачнулась и если бы не Алан упала в центр горящих веток. Наш славный мальчик подхватил её: - Тихо-тихо. Да, королева заставила меня искать Радомира. В обмен на помощь в возвращении в мой мир. Он помог ей присесть обратно и бережно укутал в одеяло. - Думаешь, она сдержит слово?- слабо улыбнулась Настёна. - Так у меня выбора-то всё равно нет,- такой же улыбкой ответил Алан,- но хватит о грустном. Утро вечера мудренее. И он грустно улыбнулся, вспомнив Лиатрис. Эту странную копилку народных пословиц и преданий.

Он так и остался у костра. Хотел было отправить Настёну в шалаш, но увидел, что она спит. Подошёл и сел рядом, дав ей возможность притулиться к его плечу. Алан сидел, укутавшись во второе тёплое одеяло, смотрел на затихающий огонь и дремал. Ему снился город. И мама, уходящая в даль, обнявшись с весёлыми людьми. Их радужные волосы развевались по ветру, маня за собой… И там были все, кого он знал и потерял когда-либо. Звучала музыка регги. И Алан думал, что он наконец-то обрёл дом… Там, у костра, их и увидел Пачетко, когда по утру выбрался из шалаша. Мы упустим представление их друг другу, нехитрый завтрак и перейдём сразу к тому моменту, когда наши герои продолжили путь в пустыню. Настёна дальновидно не рассказала Пачетко о своём муже, а Алан лишь сказал, что спас женщину, когда она тонула, услышав её крики о помощи.

И так. Настёна села впереди Алана, а Пачетко поехал на своём конике в качестве проводника. Несколько деревень миновали они, перешли вброд пару речек и вот когда солнце уже спешило к закату, впереди показалась стена сосновых деревьев. Пачетко обернулся к ним: - Пустыня Святы Пяски. Алан удивился: - Ты уверен? Я вижу одни деревья. - За ними.- Махнул рукой вдаль слуга. Да, хорошие мои, именно так. За хвойными ветками и дурманящим ароматом текущей по стволам смолы, маячил песок. Много песка. А на нём глубокие следы лошадей. Рваные цепочки извивались меж редких кочек травы и колючек. - Мустанги,- сказал Пачетко важно и уверенно.

А что это были за кони, мы узнаем завтра.

Глава 67. Святы Пяски.

По песку шли два коника. По началу они испуганно шарахались от летящих колючек перекати поля, но постепенно привыкли и лишь нервно вздрагивали и уворачивались, когда на них летели комковатые шары полыни. Да и всадники их успокаивали, похлопывая по шеям. Закат окунулся в пески, ставшие моментально красными.- Пустыня росла бы и дале, если бы не королева Анна.- рассказывал Пачетко,- Видели, сосны вкруг делят границу меж песком и холмами да лесом?- Видели. Получилась нехилая такая песочница!- улыбнулся Алан. - Её идея!- мужчина сказал с гордостью. Настёна попыталась перевязать платок на голове, но он выскользнул из рук и упал, зарывшись в песок. - А где ж платок -то мой?- всплеснула она руками, и если бы не Алан, успевший поймать её, неминуемо свалилась бы следом за цветастой бахромой. - Зыбучие пески,- пояснил наш герой. - А если так, то почему лошади не угрузают?- Настёна всё ещё разглядывала песок, ожидая возвращения платка. Но напрасно. Извержения не происходило. Алан пожал плечами и вопросительно посмотрел на Пачетко. И вновь поразился его безукоризненному внешнему виду. Сюртук без заломов и пыли, белейшие перчатки и натянутые без морщинок бриджи в начищенных блестящих сапогах. Не хватало лишь галстука- бабочки да золотого подноса вместо самодельного повода. Алан почти сразу, как обнаружилась пропажа сёдел, попытался сотворить подобные им, но увы получились мешковатые попоны, и не более. Песок тем временем закружил вертлявой воронкой и выплюнул обратно платок Настёны. Взлетев над всадниками, он точнёхонько приземлился на голову хозяйки. Настёна взвизгнула: - Тепло, аж горячо! Алан подул на платок: - А цветочки где ж? И действительно. Где бутоны среди листвы? Отчего бахрома сиреневая стала почти прозрачной? На все вопросы ответил Пачетко: - А вы вспомните, как пустыня-то называется? - Погоди, Пачетко, ты что же хочешь сказать? Что платок стал святым?- удивлённо посмотрел в сторону слуги Алан. - Свят- значит бел,- вместо него ответила Настёна.

Дикие мустанги, вслед за которыми наши герои направляли своих коней, заржали недалече. - Зовут нас, что ли?- усмехнулся Алан. - А то как же. Ваша милость, или Вы не поняли, что они провожатые наши?- сказав это, Пачетко направил своего коника мелкой рысью по тропке, едва заметной среди прыгающих перекати поле,- Быстрей, пока мы не сбились с пути! Поднялся ветер и воронки песка взметнулись меж их конями. Настёна первой догадалась и повязала платок на лицо, оставив узкую полоску для глаз. Алан же как ни пытался, заслоняясь рукавом сюртука, так и не смог спастись от шершавых пригоршней налетающих на него враждебных песчинок. Ресницы не справлялись, а на зубах скрипели крупинки. Наш парень тёр глаза, пытаясь увидеть хоть что-то, но видел лишь удаляющуюся тень. - Пачетко!- крикнул он. Слуга обернулся и почти сразу же пропал из виду, попав в самое сердце дикого вихря. Вокруг лошади Алана пролетали сплошной стеной жёлтые, красные всполохи. Он видел лишь Настёну, крепко держащуюся за шею лошади. Она то наклонялась вперёд, то отклонялась назад, оборачиваясь к Алану. В её глазах он заметил застывший ужас. Сколько так продолжалось? Не минуты. Часы? Вряд ли. Или это время остановилось и они попали внутрь гигантских песочных часов? А может, всё это сон? И вокруг белеют сугробы снега. - Пора лепить снежную бабу,- сказал Алан. - Что он сказал?- послышался незнакомый голос где-то над ним. - Или ангелов поделаем,- предложил ему Алан. Кто-то фыркнул, с трудом сдерживая смех. - Бредит,- мрачно произнёс всё тот же небесный голос. - Скажите, а Рождество уже отпраздновали?- не унимался Алан. - Ага, и Масленицу тоже,- поддержал его кто-то другой. - Так, вот что. Будет над ним насмехаться,- сурово произнёс мужской голос. И разом стихли все.

Алан открыл глаза. Белый шатёр вокруг. Он приподнялся на белом ложе и почувствовал головокружение. Мир неестественно бел. Воздушен, даже. Похож на палату в хорошей клинике. - А ведь так не бывает,- прошептал он. На зубах скрипнул песок. Алан подставил ладонь и выплюнул жёлтый сгусток. Посмотрел на него. Огляделся по сторонам, раздумывая, куда бы его деть. У выхода приметил что-то вроде прозрачного кувшина. Встал, покачиваясь добрёл до него и бросил песок внутрь. Постоял, в нерешительности, раздумывая, стоит ли покидать гостеприимный приют и выходить в противоречивый мир чуждого места. Покачал головой, повернул обратно, а потом заставил себя сделать первый шаг и одним, резким движением, отвёл ткань в сторону.

Вокруг чуть в отдалении Алан заметил несколько таких же однояйцовых близнецов-шатров. Под ногами шуршал, поскрипывал снег. Ой нет. Песок. Лёгкий ветерок перегонял его, стелясь позёмкой. Над головой ночное небо. Тёмное, синее. Серебристые звёзды блуждают в своём безмолвии. Огромный диск полной луны царственно наблюдает за всем вокруг. Алану показалось, что свечение от неё стало чуть ярче, стоило ему появиться из шатра. - О! Очнулся?- весело сказал смутно знакомый голос за спиной. Алан обернулся. Однако, он знал, что видит этого человека впервые. Небритые щёки, тёмные локоны до плеч. Белая туника ниже колен, на плечах такой же плащ с капюшоном. Загорелые босые ноги. Наш парень хотел отпустить едкий комментарий, по поводу, тепло ли тебе, девица? Но передумал. Ссориться не хотелось. И он лишь молча кивнул в ответ. - Мне сказали, ты меня искал?- улыбнулся мужчина. - Вряд ли,- пожал плечами Алан. - Меня зовут Радомир,- спокойно сказал мужчина. - Алан,- наш герой протянул страннику руку.

Глава 68. Пустынник.

Радомир задумчиво всматривался в подмигивающие огоньки костра. Алан сидел напротив. Сидел и терпеливо ждал. Чего? Рассказа. Правды или лжи.Вы замечали, как легко иной раз сказать правду? Сказать и выдохнуть. Точно сброшен груз тягучей змеиной кожи, ещё совсем недавно сдавливающий рёбра. И вот сидим мы, и выдыхаем остатки боли, жалости к себе. Назвать всё своими именами. Быть честным легко. Но не со всеми и не всегда.И так, хорошие мои, Алан был честен и сказал всё, как есть. А что же Радомир? Вот он поправил капюшон туники. Улыбнулся. Никому, просто в пространство. - Я знаю, как никто, что Заряна умеет убеждать людей. Говоришь, ждёт меня? Алан почувствовал, как щёки краснеют и инстинктивно придвинулся к костру, чтобы скрыть предательский румянец. - Да, исстрадалась вся. - Исстрадалась,- повторил вслед за ним Радомир,- исстрадалась, это хорошо. У Алана аж челюсть упала. Радомир же невозмутимо подмигнул ему: - Ты, я вижу, чужеземец? Всей правды не знаешь. Алан молча кивнул. - Так вот, Алан, я ушёл не для того, чтобы вернуться. - Но как же? - Да брось ты выдумывать! Знаешь, я не верю в вечную любовь. Нет её, понимаешь, нет,- Радомир нервно покусал губы, и в глазах его Алан заметил настороженную печаль. Такая бывает у доверчивых людей, обманутых близкими. И земля уходит из-под ног, и жить не хочется. Он видел такой взгляд у Листьи. Нервно глотнул. А ведь это он был причиной её страданий. - Дурак!- сказал он вслух. - Ты это мне?- удивился Радомир. - Да при чём тут ты! Это я дурак. А ты!- Алан вскочил и спешно миновал то невеликое расстояние между ними.- А ты, вместо того, чтобы прятаться тут вернулся бы к ней и сказал всю правду-матку в лицо. Знаешь, Радомир, это подло. Вот так казнить девушку. Что она такого сделала? - Ты понятия не имеешь, о чём говоришь!- Радомир также встал. И посмотрел на парня с высоты своего роста. - Что ж, допустим, ты прав. - Допустим?- иронично улыбнулся Радомир, шурша сучковатой веткой в костре, разворошив затихающий огонь. - Не удивляйся, не притворяйся. Я всего лишь прохожий, случайно заглянувший в ваш мир. Заряна не ангел, но Лиатрис-то ты зачем обидел? Радомир закрыл глаза, точно Алан невзначай дунул остывшим пеплом ему в лицо. Резко бросив ветку, Радомир тяжело посмотрел парню в глаза. - А вот о ней не надо было говорить,- и он сжал кулаки. Алан попятился, испуганно озираясь по сторонам. Темнота почти полностью поглотила мир вокруг. Из звуков остался лишь танец огня. Его неспешные шаги, шёпот. Радомир не сделал в его сторону ни единого движения. Почесал кулаки друг о друга, уничтожающим взглядом обрисовал соперника. Алан решил перевести разговор в более мирное русло. - А где Настёна? Удивление Радомира не порадовало Алана. - Кто? - Девушка, что была со мной. - Так мы тебя одного из песков-то достали,- грустно ответил Радомир, потупив взгляд. Алан понял, что он не шутит. Молча отступил. Развернулся и побежал. Куда? Вы думаете, он знал, куда бежать? Ну конечно, нет. Твёрдая почва вскоре закончилась и он почувствовал, как его затягивает зыбучий песок пустыни. Огромной пустыни. Даже не враждебной, равнодушной. Кричи, не кричи. Бесполезно. И не к месту вспомнилось, как он иронично назвал её песочницей. Глаза противно защипало.

Радомир и предположить не мог, что этот чужак так беспокоится о девушке, бессердечно бросившей его посреди песчаной бури. Он вспомнил, как та развернула лошадь, стоило Алану упасть в тягучие пески и не оглядываясь покинула пустыню. Позади её бежал ещё и другой конь. Но без седока. А это значит, был ещё кто-то. Но отчего же парень не беспокоится о друге, а спрашивает о девушке? Почему он не обмолвился о её некрасивом поступке? А отомстить за напоминание о Лиатрис? Радомир просто не смог удержаться.

Алан развернулся в обратный путь. Белеющие маячки шатров манили к себе. Меж ими костёр. - Нагулялся?- спокойно поприветствовал его Радомир, сидящий у вновь разгоревшегося очага. Алан молча прошёл мимо и ушёл в шатёр. Хотелось спрятаться от бессилия, отчаянья, обиды, ревности. Он зарылся с головой в уютное одеяло на ложе. Он приподнял простынь. Его кровать была из песка. Белого песка. - Зачем тебе та, кто бросила в трудную минуту?- услышал он голос. Открыл глаза. Радомир спокойно смотрел на него. - Если она ушла- значит на то были причины,- проговорил Алан. Радомир вздохнул: - Ну хорошо. Мы поищем твоих друзей. Утром, как рассветёт, запряжём верблюдов и пойдём. Алан так обрадовался, что и не заметил слов о друзьях. Оговорился пустынник, с кем не бывает.

Глава 69. Поворот.

Неспешно шёл верблюд по своему царству. Неровные ямки с отпечатками подошв вились позади. Рядом, оставляя тропинку неглубоких следов, вышагивал Радомир, опираясь на здоровенную дубину. Ветер шалил с его туникой, игриво дёргая за капюшон и слегка приподнимая подол.Алан восседал на спине "корабля пустыни" меж двух горбов. Он изо всех старался не показаться слабаком и цепко впился ногтями в широкую узду. Нашего парня нарядили в светлую накидку. Утром он познакомился с удивительным народом. Про себя он окрестил их сектой. Ведь все от мала до велика щеголяли в белых одеждах. К Радомиру они относились с уважением и почтением. Позавтракали фруктами у костра, согревающего ещё сонную компанию.И так чуть позднее рассвета парни собрались в путь и покинули гостеприимный оазис мира и спокойствия. Поначалу никакого разговора не было. Радомир инстинктивно чувствовал враждебность, исходящую от Алана и благоразумно молчал. А наш мальчик думал сразу о двух девушках. Лиатрис и Настёна. Он не мог уразуметь, что было в словах Радомира правдой, а что сказано намеренно и априори является обманом.

Наконец, когда солнце коснулось робкими горячими лучами его волос, Алан решился. - Скажи, ты уверен, что та девушка сама развернула лошадь? Ей точно никто не помогал? Радомир приостановился и задумчиво посмотрел на парня: - Мы не видели никого. Девушка в белом платке и цветастом платье равнодушно смотрела, как ты упал с лошади и увяз в песках. Знаешь, мне даже показалось, что она ждала этого момента. Да нет же! Что я говорю? Она оттолкнула тебя и отвела лошадь, чтобы ты не смог дотянуться до поводьев. Алан молчал, пытаясь осознать услышанное: - Ты! Ты намеренно оговариваешь невинную женщину, возможно, вдову. Радомир, как ты можешь? Я думал, ты святой! Радомир засмеялся: - Я? Святой? Ну ты даёшь! Вот чего никак о себе сказать не могу! - Выходит, ты- обманщик? И все те милые люди, они ведь так верят в тебя! А ты жулик! Радомир улыбнулся, вложив в эту эмоцию столько света и доброты, что Алан даже зажмурился. - Последнее слово я не понял. Ну да это и не важно. Алан, с чего ты решил, что в пустыне видел святых людей? - Но как же иначе? Белые одежды… - Наши белые наряды нам дала сама пустыня. Святы пяски сами выбирают, кто достоин остаться, а кто погибнуть. - Настёна… - Я думаю, она знала, что её пустыня не примет, потому и сбежала. - Погоди, а Пачетко? - Что? Прихвостень Заряны приехал с тобой?- Радомир невольно начал оглядываться вокруг, точно среди жалких кустов и бегущих перекати поле вот прямо сейчас выпрыгнет безукоризненный хранитель ценностей короны. Но пустыня жила своей обычной жизнью, абсолютно не замечая волнения пустынника. Радомир нервно выдохнул. И от Алана не скрылось это. - Ты его знаешь. - Ну конечно знаю. - Я не спрашивал. Радомир кивнул, смотря куда-то вдаль. Песчаные холмы впереди взлетали вверх. - Алан, так с тобой были два человека? Не более? - Да. - Мы возвращаемся. Я не собираюсь тратить время на поиски старого мерзопакостного стукача,- Радомир развернулся и пошёл обратно. Алан покачал головой и принудил верблюда также повернуть. - Но ты же не можешь бросить Пачетко в беде? - Могу. - Да ладно? Он что-то сделал и ты мстишь? - Нет. Я не мщу. По крайней мере пока. Но у тебя теперь есть верблюд. Диви вывезёт тебя из пустыни. Он и без меня знает тайную тропу. Не забудь только отпустить его, оказавшись вблизи сосен. - Нет!- Алан набросил на плечи сеть и ловко пленил Радомира. - Что за шутки?- мужчина попытался сбросить ярмо, но напрасно. Сеть ещё сильнее сжала его, змеясь побежала по белой тунике, превращаясь в плотный, тесный кокон. Алан попытался затянуть пленника на верблюда перед собой. Но очень скоро осознал всю тщетность этой попытки. Покачал головой. - Прости, Радомир, но придётся немного потерпеть. Он спрыгнул на зыбкую почву и вытянул из сетки пару крепких канатов. Привязал несколькими узлами её к попоне позади верблюда. Проверил прочность и остался почти доволен результатом. - Я понимаю, это всё не правильно. Но и ты пойми меня. Я у твоей королевы на крючке. На крепком таком крючке. Она пообещала вернуть меня домой. Радомир что-то протестующее замычал. - Согласен. Возможно, она лжёт. И у меня есть несколько запасных планов. Ты спросишь меня: Алан, какие твои планы?- он выждал несколько секунд, но вопроса не последовало. Не было ни звука. И Алан продолжил: - Так вот. Во-первых, где-то здесь должен быть портал в мой мир. Радомир, я- хороший парень. И я предлагаю тебе сделку. Поверь, это очень хорошая сделка. Ведь ты смотри, какой расклад. Все. Ну или почти все козыри у меня на руках. Транспортное средство, ты в силках, да и королева тебе обрадуется. А у тебя лишь одно. Скажи мне, где портал. И если ты не соврёшь, я клянусь всем святым, что знаю, я отпущу тебя. И иди ты, куда захочешь. Так что скажешь? Радомир вновь проворчал что-то неразборчивое, давясь сетью и закашлялся. - Ой, прости, похоже, слишком сильно затянуто,- и Алан ловким движением распустил часть сеток у рта пленника. - Вот я не пойму, как Зарянка додумалась отпустить тебя на поиски меня? Ты же просто идиот. Алан, зачем надо было обматывать меня этой гадостью? Кстати, из чего она? - Из ткани твоей туники, частично. А ещё из песка. - Понятно, тяп-ляп. Из того, что нашлось под рукой. Ну ладно,- Радомир сделал вдох,- так и быть, я помогу тебе. - Значит, проводишь меня до портала? - Провожу. - Отлично,- Алан помог пленнику встать и привязал его сбоку у верблюда, ловко перетянув канаты,- теперь ты сможешь идти. Радомир рассмеялся: - Беру свои слова обратно. Ты не идиот. Ты- подлец! Алан запрыгнул обратно на верблюда и дёрнул поводья, принуждая Диви идти в обратную сторону. Радомир также поневоле сделал несколько шагов. - Видишь, я не так глуп, как ты решил!- похвалился Алан. - Да, ты определённо не глуп. Что-то в тебе всё же есть. Кстати, мы идём не в ту сторону. - А в какую нужно?- приостановил верблюда Алан. Радомир посмотрел направо. - Проводишь?- спросил Алан. - А что, у меня есть выбор?- скривил губы Радомир. Алан молча развернул Диви направо.

Глава 70. Находка и пропажа.

Горьковатый привкус соли на губах. Алан облизнулся и принялся рыться в мешке, привязанном к попоне. Достал горсть фиников. По-братски поделил её с Радомиром.Алан невзначай глянул на свои руки. Он так и не понял, откуда взялась сеть. Что-то липкое было на пальцах. Кусочки каких-то ниток. Он потянул за одну. Оборвал. Почувствовал головокружение и тошноту.« Пауки всё-таки мне отомстили. Я становлюсь одним из них,»- ужаснулся он. И вновь посмотрел на подушечки пальцев. Ниток как не бывало. И сети на Радомире тоже. - Свободу даёшь?- поднял бровь бывший пленник. Алан попытался воззвать к своей паучьей сущности, но тщетно. - Чертовщина какая-то,- пробормотал он. Сделал ещё одну попытку, мысленно воображая сеть на Радомире. Даже глаза прикрыл. А когда открыл… Радомир сидел на верблюде. Разумеется, не на Диви. - Откуда тут взялся ещё один?- возмутился Алан,- Ты что, прятал его в рукаве? - Очень смешно!- Радомир рассмеялся,- Из нас двоих волшебник ты! Хотя, судя по твоим сверхъестественным умениям, я готов поверить, что это Диви наколдовал себе друга. Или подругу? Он шутливо повернулся к уху верблюда. - Признавайся, приятель, ты у нас джинн?- спросил он у Диви. Но тот лишь скосил удивлённые глаза в сторону нового верблюда. А наш Алан всё это время пытался вернуть сеть. Даже ногтями поскрёб ладони. Да что толку-то? Даже намёка на паучковую сеть не было. В конце концов Алан вспомнил о Радомире и запаниковал. Ведь того не оказалось рядом. Пришлось догонять его, пустив галопом Диви.

- Что? Соскучился?- спросил Радомир, даже не обернувшись. - Почему мы продолжаем путь к порталу? - А что, ты передумал возвращаться домой?- удостоил-таки его взглядом Радомир. - Нет, не передумал. Но у тебя был шанс сбежать. Ты же знаешь, я в незнакомом месте. Найти тебя бы не смог. В ответ Радомир лишь пожал плечами. И молча продолжил путь. Но наш Алан молчать не мог. - И всё-таки, ответь. Почему? - Любопытство кошку сгубило,- процедил сквозь зубы Радомир. - Не хочешь отвечать? Ладно. Я и сам догадаюсь. Ты хочешь избавиться от меня побыстрее. Он сказал это и замолчал, ожидая реакции. Но молчание было вновь ему ответом. Алан уж было решил, что Радомир не слышал его, погружённый в собственные мысли. Но когда Алан открыл было рот, чтобы добавить новую догадку, бывший пленник высказался. - Да, просто мечтаю об этом.- согласился Радомир. - И ты вернёшься к Лиатрис. Радомир вздрогнул при упоминании кудесницы, но промолчал. - Ты всё ещё любишь её,- испытующе разглядывая соперника, произнёс Алан. - Нет, Алан, это ты любишь её,- спокойно ответил Радомир, прямо посмотрев ему в глаза. - Нет, я ведь предал её. И потом. Я любил всегда и люблю, как прежде Листью. - Хорошо, ты её любил. А она-то тебя тоже? Алан прикрыл глаза и тут же открыл их вновь: - Я вернусь и она меня простит. - Не простит. Лиатрис простит. - Откуда тебе знать? Ты что- знаток женской психологии? - Нет, но я знаю Лиатрис. Она тебя простит. - Но предательство? Я её предал. - Как и я,- мрачно сказал Радомир. - Ну значит ты вернёшься к Заряне,- не унимался Алан. - Да тебе-то какое дело?!- не выдержал Радомир, хлопнув по шее верблюда. Тот решил, что ему приказывают бежать и припустил по песку, поднимая за собой пыльный столп. Радомир попытался успокоить животное, но напрасно. Все его слова и движения лишь ускоряли бег верблюда.

Алан испугался не на шутку. Верблюд, уносящий Радомира всё дальше и дальше не был настоящим. Какими инстинктами обладает странный аватар, созданный ошибкой его мысли, Алан не мог и предположить. Он поторапливал Диви, ускоряя его бег и мысленно молясь всем богам всех миров, чтобы Радомир не пострадал. Пески вокруг точно ожили. Они закружили, как тогда во время песчаной бури. Алан понял, что у него лишь несколько мгновений. Солнце стало цвета желтка и светило через туман. По лицу застучали капли. Да нет же! Ведь это не дождь. Крупинки песка царапали кожу щёк и Алан инстинктивно прикрыл глаза. Сопротивление бесполезно. Он проиграл.

Глава 71. Никогда не знаешь, где.

Алан открыл глаза и тут же зажмурился покрепче. Голубые облака резанули болью. Точно небо над ним рисовал малыш, впервые взявшийся за кисть. Алан живо представил себе двухлетку, дотянувшегося цепкими ручонками до взрослого мольберта. Вот он окунул беличий хвостик в потрескавшуюся на солнце гуашь и повозил по грунтовке чистого холста на мольберте, размазывая синий цвет мятежными облаками. А потом услышал шаги отца и засмеявшись, проказник успел поставить жирную кляксу в виде солнца.Алан чувствовал жар сквозь прикрытые веки. И распахнулся навстречу миру. Месту из детства. Небескоград. Он поднялся с земли, неуверенно покачиваясь. Изумрудами сияла росная трава. Внизу, если бы ему вздумалось спуститься по тропинке, сапфирами и аметистами звенела речка. Трава, которую он нечаянно примял, расправилась тут же. Алан посмотрел вдаль, противоположную реке. Разноцветная россыпь домиков. И он даже тут слышал доносящиеся весёлые голоса и задорный смех. Он судорожно сглотнул. Он ведь так жаждал попасть сюда. Ещё раз увидеть мать. Да и Настёна говорила о кочевниках, попавших сюда не по своей воле. Так что причин для гостевания более чем достаточно. И всё же. - Почему я здесь? И где Радомир?- проговорил он вслух. Мимо пролетела стайка мелких разноцветных птичек, размером с бабочек, но с опереньем. Они что-то там пищали, с видимым удивлением разглядывая Алана. Крутанули над парнем и полетели к речке.

И он решился. Дорога к городу оказалась на удивление недолгой и даже приятной. Ведь стоило нашему мальчику захотеть попить, как тут же он заметил бьющий среди валунов, увитых дикими лианами ключ. Вода в нём была чиста и вкусна. Она скоро утолила его жажду и прибавила сил для дальнейшего пути. Мелкая травка на тропке скоро сменилась каменистой дорожкой, ровной и удобной. Он только лишь подумал, что неплохо бы подкрепиться. И вот уже на обочине заметил яблоню. Щедрая, она тянула к нему ветви и ласково подбросила в протянутую ладонь спелое, истекающее соком яблоко. Алан надкусил и почувствовал ласкающее гортань ароматное пение вкуса. Он чуть не замурлыкал от удовольствия. И тут ему вспомнилось, как в детстве он гулял здесь с мамой. Она смеясь протянула ему точно такое же яблоко. Но когда малыш уже был готов впиться молочными зубками в манящую мякоть, отец выхватил плод из его рук. Бедный мальчик заревел и затопал ножками. Мать нахмурилась, гневно глядя на мужа. А папа подхватил сына на руки, принялся его успокаивать, покачивая. - Ну что ты, сынок, не плачь. Ты лучше посмотри, что ты хотел съесть,- он обратил внимание мальчика на яблоко, валяющееся на земле. Кожура лопалась прямо на глазах, высвобождая разноцветных червей, разгрызающих его плоть, они извивались, подобно змеёнышам, покидающим гнездо… Алан выплюнул не проглоченный кусок на землю. И бросил плод. Мелкие черви проклюнулись не сразу. А когда они всё же появились, всей компанией, которую невозможно было сосчитать, гневно посмотрели на Алана и зашипели, высовывая длиннющие, сантиметров двадцать, языки. Каждая мордочка имела вид дикого зверя, мохнатого, рычащего жутким голосом. Разумеется, дотянуться до обидчика они всё равно бы не смогли. Но Алан заметил в их раскрытых ртах острые зубки, и ему стало жутко. Он вспомнил, что пару знатных кусков он всё же проглотил. Осторожно отошёл на несколько безопасных шагов от яблочных червей. И попытался вызвать рвоту. Но ничего не вышло. - Интересно, что со мной теперь будет?- спросил он сам себя. Оглянулся на червивое яблоко. За несколько секунд оно покрылось гнилью, а его жуткие обитатели валялись рядом, подавая слабые признаки жизни. Они всё ещё с ненавистью подслеповато смотрели на нашего героя. Что-то шипели ему вслед, когда он уходил дальше в сторону Небескограда. Алан не видел, как яблоня погибла, извиваясь под гнётом ползающих по ней дикобразов, покидающих её спелые плоды. А когда они расправились с яблоней, то резво перепрыгнули на растущие рядом груши, сливы, персики и вишни. Но наш парень ничего этого не замечал. Впрочем, что-то странное он всё же почувствовал и обернулся, бросив прощальный взгляд на дивный сад. - Что ты вообще такое? И кто тебя создал? Ой,- он прикрыл рот ладонью,- надеюсь, это не влияние плода и я не схожу с ума, разговаривая сам с собой? Надо завязывать с этой странной привычкой. А то не ровён час ещё ответит кто-нибудь. И привет. Он присвистнул. Стайка шаловливых птичек тотчас налетела к нему, ласкаясь к рукам. - Ишь ты, доверчивые какие! - Ишь! Ишь! Ишь мы какие!- запричитали птички на разные голоса. - Так вы что же, говорящие? - Так! Так! Так, говорящие! - Попугайчики?- уточнил Алан. - Хм?- дружно вопросили пичужки, переглядываясь. - Значит, вы другие, раз слова не все повторяете.- Алан погладил нескольких по маленьким головкам,- А вы знаете, когда я был маленьким, я был в ваших краях и видел маленьких птичек. Может, это были ваши родные? - Может! Может! Может, родные!- Согласились птички. - Я их даже как-то называл. Но как?- Алан задумался. - Ты звал их малигули,- женский голос послышался среди дикого шиповника. - Мама?- Алан увидел перед собой такое знакомое, такое родное лицо,- Ты совсем не изменилась. - А ты стал старше. Женщина кокетливо поправила волосы цвета радуги. И сын бросился её обнимать.

Глава 72. Откуда ты, Небескоград?

Алан подумал, что неплохо бы присесть и тут же заметил недалече раскачивающуюся увитую цветами скамейку. И как раз для двоих. Женщина улыбнулась:- Ты всегда был предусмотрительным. И вправду, чего мы стоим-то? В ногах правды нет.Алан последовал за матерью.

- А в чём правда?- неожиданно для себя задал он вопрос.

И удивился сам себе. Почему не спросил сразу? Ведь это же так важно!

- Правда, сынок, у каждого своя,- радуга её волос блестела и радовала взгляд.

- У тебя какая?

- Моя в том, что я нашла это благословенное место, где безмерно и безусловно счастлива!- она безмятежно улыбнулась.

- Ты бросила нас с отцом,- напомнил сын.

- Да.- Кивнула она.- Так уж вышло. Но ты вырос хорошим человеком.

- Да откуда тебе знать, каким я вырос!- вдруг вскочил он со скамейки и принялся вышагивать перед матерью, нервно и неуверенно.

Розы на верёвках скамейки задрожали и принялись сворачиваться в бутоны, покрываясь каплями росы или слёз.

- Ну ты нашёл хорошую девушку?

- Тебе правда интересно?

- Раз спрашиваю, то да. Ты же не живёшь один. Такой красавчик! Я ни за что не поверю, даже не пытайся меня обмануть! Так что, нашёл?

- Нашёл и потерял. Не замечаешь аналогии? Я повторил вашу с отцом судьбу. Один в один.

- Мне жаль,- погрустнела она.

- И мне тоже. Но знаешь, что? Я нашёл способ вернуть Листью…

- Чудесное имя,- восторженно перебила она его.

- Спасибо, я передам ей, что ты в восторге. А впрочем, ты и сама совсем скоро сможешь сказать ей всё, что пожелаешь.

- Прекрасные новости!- зааплодировала она.

- Ну пока нет. Но я работаю над этим… Кстати, мам, как так вышло, что ты помнишь меня? В последний раз ты не узнавала ни меня, ни отца.

- Ну,- она с улыбкой рассеянно принялась накручивать одну из разноцветных прядей на палец,- я играла.

- Ты притворялась? Но зачем?

- Понимаешь, мне ничего больше не оставалось. Отец стал жестоким, он следил за мной, буквально шагу не давал ступить без его одобрения.

- И ты нашла это, как ты сказала, благословенное место и решила бросить нас?

- Что значит, нашла?- она грустно улыбнулась,- Сынок, это была твоя идея.

- Ничего не понимаю,- Алан вернулся и сел рядом с матерью.

Розовые лепестки медленно задвигались и один за другим легко оставляли бутон, опадая в изумрудную траву.

- Однажды твой отец купил на аукционе мольберт какого-то старого художника. Не знаю почему, но он был уверен, что научится рисовать. Бездарный негодяй! Но прежде, чем он прикоснулся к священной вещи, ты подполз и приподнялся на ручках. Уронил мольберт и разбил его. Краски обрызгали тебя с ног до головы.

- Я помню, отец так кричал нам меня.

- Кричал? Да он был просто в ярости, Алан!- она рассмеялась, ласково проведя ладонью по его волосам.- Выгнал тебя из гостиной и ты ушёл к себе.

- А потом он взял и выбросил оставшиеся щепки в камин. Он ведь сжёг мольберт?

- Не успел. Кто-то отвлёк его. Я успела спрятать вещь, что так понравилась тебе. Замотала в плед и унесла к тебе в комнату. Помню, как вошла. Ты сидел на полу и вытирал слёзы. Мы с тобой починили мольберт. И ты взял в руки кисть. Ты рисовал, как одержимый. Я даже решила, что в тебя вселился дух кого-то из великих! Но то, что появилось на грунтованном холсте вдруг ожило. И мы с тобой попали в этот мир!

- Погоди. Ты хочешь сказать, что это я создал Небескоград?

- Да. Ты, не могу понять, почему ты забыл всё. Ведь тебе так нравилось здесь играть. Ты забавлялся. Точно дитя. Хотя, что я говорю? Ты и был ребёнком!- она улыбнулась ласково.

- У меня с трудом это укладывается в голове. Я должен понять, вспомнить,- Алан в задумчивости провёл рукой по опадающим розам.

Листва покрывалась пятнами, стекающими по стебелькам оплывающим разноцветьем красок. Совсем скоро мать и сын сидели на поблёкшей скамейке, держащейся на колючих серых ветках.

- Как странно,- произнесла женщина, заметив эту метаморфозу.

Но наш герой был слишком погружён в собственные переживания, чтобы видеть происходящее вокруг. Подул ветер, синие облака обернулись тучами, а белое небо заплакало дождём.

- Пойдём в город,- позвала Алана мать, потянув его за рукав и сын послушно пошёл за ней.

Глава 73. Создатель.

Башенки разноцветных крыш, весело переглядывающихся домиков по обеим сторонам извилистой речки напомнили Алану картинку из мультфильма. Над ними синие облака становились привычными белыми, а небо синело, пропуская по себе развесёлую радугу. Он улыбнулся и выдохнул:- Как же здесь красиво!- Да. Мы с тобой проводили много времени, создавая этот мир. Вдохновителем, богом его был ты. А я так, на подхвате,- улыбнулась мама. - Послушай, я почти готов тебе поверить. Но вот совсем недавно читал одну книгу. Старую книгу,- Алан внимательно посмотрел ей в глаза,- и там говорилось о месте, где люди забывают свои горести, обиды. И беды обходят стороной место под названием Небескоград. Она лишь развела руки в стороны, и подняла в них маленькую радугу: - Ну что я могу сказать? Кто-то здорово постарался, раз целую книгу написал…- она замолчала на пару секунд и продолжила,- хотя ты знаешь, сын, вряд ли та книга была целой. Возможно, лишь несколько листов. Алан попытался вызвать воспоминание о книге найденной на полке в странном доме Заряны, и не смог. Но мать ждала ответа, а он лишь пожал плечами.

Ровные тропки были чисты от засохшей травы. Точно умытый малыш, Небескоград улыбался отцу. Кажется, ещё немного и он попросится на ручки, громко агукая! Алан улыбался, сознавая беспричинность веселья и ничего не мог с собой поделать. Он вспоминал… Вначале кисть была непослушной юному художнику, но чем больше он рисовал, делая размашистые полосы на холсте, тем явственней становился мир, тем податливей становился беличий хвостик, окунаемый в бесконечные краски старинного мольберта… - Я помню, как мы с тобой гуляли вон там,- он показал в сторону башенок замка. Мама кивнула ему: - Наш дом. Ты придумал его таким. И там живу я. Среди домиков появились люди. В разной одежде. Не белой, как помнил Алан. Но у всех их волосы сияли радугой. - А их тоже придумал я? - Нет, сынок, они пришли сами. Из разных мест, из других миров. Они нашли здесь приют, убежище от горя, непонимания и угроз злых родичей и чужих. - Так же, как и ты,- задумчиво проговорил он. - Да, как и я. Но что же мы стоим? Скорей идём в дом. Я покажу, как там славно. - Погоди,- Алан медлил, забывая на ходу слова,- я что-то должен у тебя спросить. Но забыл. - А может, и не надо. - Что не надо? - Помнить,- её вежливая улыбка была на грани доброты и нетерпения. Алан почувствовал, что ещё недолго и она сорвётся на крик. - Я не могу не помнить. Понимаешь, мама. Я обещал… - Кому? - Лис…Заряне. Я обещал. Скажи, у вас тут недавно не было ли новый людей… пришедших недавно. Да, верно. Я всё правильно сказал. - У нас все тут пришли недавно и живут давно,- опять эта её вежливая улыбочка. - Брось говорить загадками! Скажи прямо!- Алан не выдержал и повысил голос. Жители Небескограда, разглядывающие его со всех сторон, испуганно переглянулись. А потом засмеялись: - Ты такой весёлый! - А пойдём на речку, там хорошо! - И что за странный цвет волос? Это не модно! Пшеничный оттенок! - Фи! Тебе надо срочно что-то сделать с этими патлами! - Идём с нами! Идём! Они звали, манили его, показывая на речку. Небо скрыло в бело-синих облаках радугу и закапал мелкий дождик. Он смывал краску с домов, с волос небескоградцев, с травы, и даже реки, превращая только что такой красочный мир в грифельные наброски на белом холсте. - Алан!- мать испуганно посмотрела на сына,- Ты! Ты что творишь? - А что я творю?- искренне удивился он. - Ты создал этот мир. А теперь разрушаешь! - Да, ладно, мам! Разве я могу? Вспомни, как я его люблю. - Уходи!- она оттолкнула сына,- И никогда не возвращайся. Ты стал таким же, как твой отец. Я думала… думала, что ты лишь внешне похож на него. Но ты и внутри стал, как он. Разрушителем, вечным изгоем, неприкаянным странником. И ты знаешь, я думаю, она всё правильно сделала. - Кто сделала?- Алан увидел, как её волосы теряют цвета, стекая жалкими ручейками по голубому платью. - Та девушка. Скажи мне, сын, ты хотел привести её сюда, чтобы наказать? - Что за чушь?- усмехнулся он. - Признайся, если не себе, то хотя бы мне. Ты задумал лишить её памяти? Она ушла. И ты всё никак не можешь догнать. - Откуда ты?.. И вовсе не так,- Алан попытался спрятать взгляд от внимательных глаз, но напрасно. Она взяла его лицо в свои ладони, перепачканные краской: - Не вздумай ей вредить, сын! Ты слышишь? Его глаза переполнились слезами: - Не могу. Как она посмела? - Задай вопрос себе: как смею я желать зла, любя? Или я её и не люблю, а лишь желаю обладать? - Мама! Прости меня! Я больше так не буду. Я не буду…- и он зарыдал. Он упал на траву, серую, рвущуюся на куски при его прикосновении. Он прикрыл глаза, чтобы не видеть, как мир превращается в пустоту. И вдруг, когда уже не осталось сил на слезы и рыдания потеряли всякий смысл, он почувствовал, как легко пробежали её пальцы по мокрым от дождя волосам. - И ты меня прости, сынок. Тучи, гонимые ветром, разлетелись в разные стороны. Солнце несмело выглянуло из-за голубых тучек на белом небе. Изумрудная трава блестела каплями, отражаясь множеством радуг. На небе появились разноцветные дорожки дугой, изогнутой грустной ухмылкой. Волосы матери вновь стали сиять множеством цветов из старой поговорки об охотнике. Цвета вернулись в мир Небескограда. Весёлые люди водили хороводы вокруг Алана и его мамы, но те не замечали их, застыв в объятиях друг друга.

Глава 74. Найдёныш.

Бывают моменты, когда слова не нужны. Но мы с вами внутри истории. Я рассказываю, а вы читаете. Может быть, каждый из нас видит то, что он хочет видеть? Сказка или правда, просачивающаяся через каждую клеточку моих героев, каждую букву, вложенных в их слова. Каждый из нас рисует перед глазами разных героев. Кто-то похож на наших знакомых, кого-то мы впервые встретили на страницах этой сказки.Мир Небескограда, созданный Аланом и его мамой- волшебницей, вновь обрёл цветовую палитру. Изумрудные берега сапфировой речки. Башенки домиков и замок, к которому пошли Алан и его мама. Он всё же решил погостить у родной. Солнечные зайчики играли в чехарду, заглядывая сквозь мозаичные окна в зал. А посмотреть было на что! Мама Алана устроила праздник и созвала всех жителей весёлого города. Музыка регги на барабанах и гитарах удивила нашего героя. - А я и не помню, чтобы ты любила эти мелодии! Она улыбнулась: - Раньше я была грустной, даже можно сказать, унылой. Но попала сюда и душа моя оттаяла. Сын, оставайся. Мы тебе девушку хорошую найдём. Регги- самая весёлая музыка в мире. К нам её растоманы с собой принесли,- она показала на группу музыкантов в разноцветных шапочках и пижамках. Алан рассмеялся: - Мама, ты неподражаема! И я тебя обожаю! Пойдём танцевать? Вначале все танцевали парочками, но потом мелодии сменялись на более подвижные, и общий хоровод закружил небескоградцев, неся веселье по залу. Алан всё ждал, когда же кто-то скажет, что пора заканчивать, за окном ночь, но праздник продолжался. Уж и поужинать фруктами да овощами успели. На столах не было ни мяса, ни рыбы. « Вегетарианцы,»- догадался Алан. Он-то, в отличии от жителей этого мира не был сыроедом. И вскоре начал запинаться, с извинениями наступая на ноги весёлых людей. Ему было крайне неловко, а они лишь смеялись, дружески похлопывая его по плечам. Да, и девушки уже улыбались ему, водя в круг парня хоровод. Мама подмигнула сыну: « Выбирай!» Но он лишь застенчиво пожал плечами и поднырнув под поднятые рукава девичьих платьев, сбежал на балкон.

Звёзды самоцветами рассыпались по бархату чёрного неба. Алан заметил речку. Она всё также сияла, маня искупаться. Он оглянулся. В зале его отсутствие, кажется, никого и не озаботило. Даже мама смеясь танцевала с каким-то парнем. - Погодите-ка!- Алан распахнул дверь и ворвался обратно в зал,- Радомир? Да, в паре с его мамой был именно он! Белую накидку Радомир сменил на местную одежду в стиле бохо. Цветастая гавайская рубашка, поверх её вязаная жилетка и широченные штаны, подвязанные ремнём из сплетённых вместе ниток. Алан пристально вгляделся в лицо молодого мужчины. Заметил бегающие зрачки. - И что?- нахально спросил он у нашего героя, по-хозяйски небрежно положив руку на плечо женщины. - Да ничего,- Алан явно не был готов к такому ответу и отвёл глаза в сторону матери, внезапно покраснев. - Вы знакомы?- удивилась мама. - Ещё как!- в дуэт ответили парни. - Поговорим?- махнул рукой в сторону балкона Алан. Радомир нервно сглотнул, пару секунд замешкавшись: - А да, конечно. Оказавшись на балконе, Алан криво улыбнулся: - Ну привет, найдёныш! - И тебе не хворать, гадёныш!- услышал он в ответ,- Я не чал тебя тут встретить. - Отчего же?- но вопрос остался без ответа, и Алан продолжил,- А, так ты надеялся, что пески окончательно поглотят меня? И ты меня заманил туда, откуда выхода не было? - А ты догадлив!- рассмеялся Радомир. - Весь в папу,- Алан вздёрнул подбородок, прищурив глаза. - А кто у нас папа? - Поверь, малыш, тебе лучше не знать,- усмехнулся Алан и заметил замешательство в глазах соперника. - Ты блефуешь,- справившись с волнением, прошептал Радомир. - Можешь у моей мамы спросить.- Алан кивнул в сторону зала. - Да ладно? Дарина- твоя мама? - Ага. - Скажи, а есть во множестве вселенных кто-то, с кем ты не в родстве или отношениях? - Эй, парень, ты о чём? - Да вот там, откуда я родом, ты влюбил в себя аж двух. - Ты про сестёр, что ли? - Ну я ж говорю, догадливый гадёныш. И нигде от тебя не укрыться,- Радомир тяжело опустил руки на витиеватые перила. И балкончик протестующее завибрировал под ними. - Кто про что, а вшивый про баню!- рассмеялся Алан,- Ох, Радомир, я же говорил, что не люблю ни которую. Выбор за тобой. - Уговорил.- мужчина с ангельской улыбкой обернулся к Алану,- Я выбираю Лиатрис. Алану не понравились его слова, да и взгляд тоже. Но что же делать? Ведь он сам спросил.

Глава 75. Лунная дорожка.

Звёзды равнодушно подмигивали, а он не знал, что делать. Хотя нет. Знал. Алан глянул вниз. Высота вроде приличная. Взять бы да и заманить обманом Радомира. И тут же развернувшись он поймал хитрый взгляд соперника.- Даже не думай!- Шутка!- Алан изобразил улыбку пошире. Радомир погрозил ему пальцем и вернулся в зал. Алан почувствовал, как щёки покраснели, а сердце забилось взволнованной птичкой. - Надо успокоиться,- он заметил, как дрожат пальцы, постукивая по перилам балкончика. Он подумал, что звёзды слишком ярко светят и те послушно потухли. Луна вопросительно глянула на создателя, точно спрашивая: « А мне что прикажешь делать?» Алан устало махнул рукой: - Что хочешь. И ночная спутница поэтов и влюблённых пустила дорожку по реке. И только тут Алан заметил, что серебро этого пути указывает куда-то вдаль. Он всмотрелся и увидел мельницу. - Да быть того не может? Мельница Нейко? Алан обернулся, бросив прощальный взгляд на мать. Она плясала на столе. В обнимку с патлатым юнцом-гитаристом. Радомира в зале не было видно. Но вот наш парень заметил, как кто-то крадучись выбрался из замка, аккуратно приоткрыв входную скрипучую дверь. выходящий чертыхнулся. И Алан узнал голос беглеца. Радомир затаился и прислушался, а Алан вжался в перила, спрятавшись за них. Он видел, как его соперник торопясь побежал в сторону речки. - Вот беда! Проворонил! Растяпа, пролупоглазил на луну со звёздочками!- Алан поманил к себе облако, проплывающее над замком и когда то послушно приблизилось, перемахнул через перила и запрыгнул на покачивающееся белое пухлое создание. Он пытался вспомнить, как Лиатрис управляла таким же транспортным средством. Но в голову непрошено лезли мысли из детской песенки про белогривые лошадки и Алан вскоре с удивлением заметил, что его облако и впрямь стало белогривой лошадкой, резво бегущей по небу вслед за Радомиром.

Радомир спешил. Он понимал, что до мельницы Нейко путь не близок. Да ещё строптивые звёзды куда-то запропали! Обильная роса на траве быстро промочила его матерчатые кроссовки. По спине побежал холодный пот. - Не хватало ещё простуду подхватить!- расстроено запричитал он. - Ну и как тебе прохладный душик?- услышал он голос над головой. Радомир озадаченно приостановился и глянул вверх. Над ним зависла белая лошадка и она определённо справляла малую нужду прямо на голову Радомира, а управлял странным облаком Алан! - Да ты что в самом деле? Совсем больной!- закричал на него Радомир. - Ты почему сбегаешь, а Радомир?- вместо ответа спросил Алан. - Тебя забыл спросить!- Радомир попытался спастись от струи, но Алан ловко перевёл лошадку вслед за ним. Рассмеялся: - Неужели не нравится? - Послушай, парень, когда я тебя видел в Дитяче Веселе, ты мне показался вполне себе рассудительным и даже не глупым. А сейчас…- он выплюнул попавшую в рот воду,- буль-буль… да перестань! Давай поговорим, как два взрослых человека! - Из нас двоих вполне мог бы выйти один половозрелый парень. - Согласен!- Радомир тяжело дышал, приседая всё ниже и ниже. - Эй, ты что сдулся? Радомир поднял вверх обе руки: - Сдаюсь. - Ну вот так бы сразу!- Алан ловко спрыгнул с облачной лошадки и встал перед соперником. Облачко вильнуло на прощанье пушистым хвостом и ускакало ввысь. Алан помахал ему вслед рукой: - Дуй к своему табуну!- и перевёл взгляд на Радомира,- А ты знаешь, что Нейко потребует плату за переход? - Конечно, знаю! А ещё я знаю, что ты зря отпустил своего скакуна. - Почему это? - Да потому, что к мельничихе я пойду один. - Хочешь сказать, Боливар не выдержит двоих?- сквозь зубы проговорил Алан. - Не знаю, о чём ты, странный парень, но дальше я иду один,- и не успел Алан возразить, как Радомир запрыгнул на лунную дорожку и побежал по речке в сторону мельницы. Алан удивлённо захлопал ресницами и развёл руки в стороны, прыгая следом. Разумеется, он промахнулся и попал мимо дорожки точнёхонько в воду. Брызги сапфировые разлетелись, звонкой мелодией. Радомир на бегу обернулся и не удержавшись также рухнул с дорожки в воду. Луна равнодушно побежала мимо его дальше.

Глава 76. Разговор на кулаках.

Радомир бежал за дорожкой. Ноги скользили по илистому дну речки. Как сказала бы Лиатрис:" Да разве ж то ричка? Курича в лёгкую перебредёт!" Но кудесницы там не было, и Радомир стиснув зубы, падая и поднимаясь, делая неказистые взмахи руками, догонял лунную дорожку. И вы знаете, хорошие мои, он был близок к цели и уже внутренне подготовился к прыжку, но кто-то дёрнул его назад и Радомир упал на спину. Дорожка распалась вдали на мелкие капли. И последнее, что заметил Радомир, была махнувшая на прощание рукой Нейко, уходящая к исчезающей в предрассветном тумане мельнице.- Какого?- отплёвываясь от воды, срываясь на крик, произнёс Радомир.Алан не дал ему договорить и вновь окунул в воду. - Да что на тебя нашло?- Радомир схватил его за пояс и увлёк за собой. Алан выскользнул и отплыл от соперника, сделав несколько гребков. Радомир поплыл к противоположному берегу. Взобрался, цепляясь за траву, на холмик и принялся раздеваться. Алан молча также вылез на берег напротив его. Но в отличии от соперника, ему не нужно было снимать одежду. Он прикрыл глаза и увидел себя в рубашке -вышиванке и тёмных штанах, подпоясанных алым ремешком. - Погоди, что-то нарядился ты в моё?- услышал он возмущение и открыл глаза. Его губы не сдержали улыбку. Радомир прикрывался мокрыми одеждами. - Смешно тебе, да?! Алан посмотрел на несчастного ещё раз, вздохнул и махнул рукой в его сторону, возвращая парню белые одежды. - Вот спасибочки! - Радомир отбросил мокрый наряд в сторону и пошёл вниз по течению реки. Алан шёл по другой стороне, наблюдая за соперником. - И куда ты теперь?- крикнул волшебник страннику. - Подальше от тебя,- не оборачиваясь ответил тот. - Ах, какая банальность! Ну и я туда же. - От себя уйти не получится, Алан. Поверь, я пробовал. Разговор явно не клеился.

Солнце меж тем лениво вставало, потягиваясь лучиками, рисуя радугу. Луна подмигнула ему на прощание и спряталась за пушистым облаком, укутавшись в него, точно в перьевое боа. В голове Алана зазвучал гарлемский ноктюрн. Саксофон плаксиво выводил грустную мелодию. - Прекрати!- услышал он с противоположного берега. Радомир остановился и крайне недовольно рассматривал нашего парня. - Я ничего не делаю,- удивлённо сказал Алан. - Ты напеваешь. И при том фальшивить!- обвиняющие погрозил ему указательным пальцем Радомир. - Тоже мне ценитель музыки!- рассмеялся Алан. - Ну да! Представь себе! У меня во дворце...- начал объяснять Радомир и замялся,- ...ну там. - У Заряны что ли? - У неё,- кивнул Радомир, покраснев. - Послушай, ты же взрослый мужчина, а ведёшь себя, точно ещё не вышел из пубертата,- усмехнулся Алан. - Ну я волнуюсь. Мало ли что ты мог подумать о нас с принцессой! - Да я тут у вас мимо проходил. Заглянул не по своей воле, - грустно вздохнул Алан и остановился, разглядывая сиреневые кусты,- мне вот что интересно: а куда мы идём? - Секрет!- улыбнулся Радомир и свернул за камышово- тростниковые заросли. -Эй, друг, ты куда?- крикнул Алан ему в спину. Речка между ними на глазах сузилась и наш герой легко перепрыгнул на другой берег. Посмотрел назад. Русло вновь увеличилось. - Хм, забавно,- он криво улыбнулся и поспешил к покачивающимся травам.

Алан пытался вспомнить, что за травами, но напрасно. Но куда теперь он без Радомира? Тот определённо знал какие-то тайные тропы меж мирами. Шёл уверенно, белая туника мелькала впереди. Наш парень выдохнул и поторопился нагнать беглеца. - Ну ты и топаешь!- сморщил нос Радомир. Он даже не обернулся. - Как ты узнал, что это я?- Алан сравнялся с ним и дорожка стала шире. - А кому тут ещё вздумается шастать в такую рань? - Согласен. Весёлый народ, должно быть, ещё дрыхнет без задних ног. Радомир засмеялся, подтолкнув Алана локтем: - А ведь ты приревновал её ко мне! - Лиатрис? - Да при чём тут она? Я про матушку твою говорю. - Ну как сказать?- Алан сделал вид, что задумался, надеясь, что соперник не заметил его оговорку. - Да так и скажи, что испугался, вдруг этот парень станет твоим отчимом!?- Радомир подмигнул. - А вот это тебя никак не должно волновать!- Алан поднял руку в попытке ударить Радомира ребром ладони по спине, но тот увернулся,- Ловкач ты, парнишка! - Знаю! Мне вот другое интересно, как ты мирок этот построил, не заметив этакие разломы?- Радомир кивнул в сторону скал, поразительно похожих на пещеру Дитяче Веселе. - Мы снова там? Но как?- Алан нервно провёл пальцами по волосам, намеренно делая себе больно, чтобы очнуться, если это сон или видение. Однако скалы никуда не исчезли. Они стали ещё ярче, чёткие контуры их наступали на парней, грозя раздавить своей мощью. Алан зажмурился, мысленно прощаясь с жизнью. - А ты пугливый!- весёлый голос рядом побудил его распахнуть ресницы. Хрустальный замок сверкал чистотой вокруг парней. Снаружи прозрачных стен шуршали листья, опадающие вместе с дождём. - Где мы?- спросил Алан, обернувшись к Радомиру. - Домой. Тут начинается твой путь домой,- с неожиданно доброй улыбкой ответил ему соперник.

Глава 77. Хрусталь и слёзы.

Алан прикоснулся к прозрачной стене. Или то было окно? Радомир всё также улыбался ему.- В чём подвох?- неожиданно даже для самого себя спросил Алан.Радомир удивлённо оглянулся. Он только успел отойти к противоположной стене. - Недоверчивый, да?- мужчина поцарапал ногтем по хрустальной двери, по виду межкомнатной и та легко поддалась, раскрывшись внутрь,- Идёшь? Или вернёшься к мамочке? Что-то внутри подсказывало: « Не верь ему », но Алан прогнал прочь предчувствие. Наверное, где-то на небесах грустный ангелочек смахнул слезу сожаления. Но мы-то с вами знаем, что иногда у нас просто нет выбора и приходится идти в ту дверь, которую предложил почти незнакомый человек.

И так, хорошие мои, вошли наши парни в следующую комнату, а точнее в длинный с виду прозрачный коридор со множеством хрустальных дверей. - А дальше?- нетерпеливо спросил Алан. Но Радомир приложил палец к губам, прислушиваясь. Алан по его примеру тоже затаился. Не поверите, он даже дышал через раз. И услышал. Кто-то плакал. Да не просто плакал. Рыдал. Алан не дожидаясь Радомира поспешил найти страдающего человека. Он бежал и вглядывался в прозрачную дымку за каждой дверью. Различал движение и приостанавливался, прислушиваясь. Но плач всё время был где-то впереди, а за очередной дверью тишина. В какой-то миг он почувствовал, как на плечо опустилась рука и вздрогнув, оглянулся. Перед ним стоял Радомир. - Тебе зачем это надо? - Так ведь плачет. - Ну и пусть. Идём,- он кивнул в обратный путь и повернулся, бросив взгляд на Алана. - Знаешь, я так не могу. Давай поможем, а? Радомир выдохнул: - Да ты прямо как Лиатрис. Та тоже вечно всех жалеет. Знаешь, ей даже сестру жаль. Хотя сколько раз та уже успела её обидеть, и не сосчитать. Он огляделся по сторонам. И показал на ближнюю к ним неровность на стене. Алан подбежал и постучал по прозрачной, внезапно раскрывшейся двери.

Они оказались в темнице. Алан в ужасе повернул обратно, но наткнулся на Радомира. - А я предлагал тебе пойти домой. Предлагал или нет? - Ну да,- кивнул Алан, пытаясь открыть дверь. - Да ты не пыжися. Напрасно всё. Эта магия обратной силы не имеет. Лучше пойдём, оглядим владения наши новые! - Очень смешно. Обхохочешься прямо,- нервно хихикнул Алан и прошёл мимо Радомира, рассматривая темницу. - Алан?- услышал он женский голос. - Да,- наш парень попытался разглядеть среди тьмы узнавшую его. - Как ты тут оказался?- из-под какого-то вороха непонятного тряпья показалось чумазое лицо. - Настёна?- Алан протянул к ней руку, помогая выбраться,- Но как ты тут оказалась? Там, в пустыне… - Где?- не поняла его Настёна.- Ты о чём? Я тут уже вторую неделю, наверное, или даже больше. Сбилась со счёта дней. Всё время ночь. Скоро как крот слепая буду. - Но как же? Ведь ты нашла меня. Забыла, что ли? А потом мы поехали искать Радомира. Вот, кстати, и он. Ты уехала, оставила меня. Ну да я не в обиде. Должно быть, ты здорово испугалась? - Алан, я давно тут,- упрямо повторила Настёна,- с того утра, как мы выехали из столицы. Не знаю, что был за ураган, но нас разметало в разные стороны. А потом я очнулась здесь. И с тех пор не знаю, где мой муж, где Маришида и Камаль. Я плачу всё время. И зову их, но не слышу ответа. И она вновь зарыдала. Алан обнял её, прижав к груди. Темница дрогнула и покачнулась. - Интересно, где мы?- спросил Радомир. В темницу хлынул свет откуда-то сверху. - Эй, девка, жрать будешь?- крикнул грубый мужской голос. - Буду,- пискляво ответил Алан. - Ну так вот, лови!- сбросил злой невидимка какой-то свёрток, упавший прямо в руки Радомира. - Пасиб,- пропищал Алан. Дверца захлопнулась. - Интересно, что там?- Радомир принялся разматывать пальмовые листья. - Рис,- мрачно произнесла Настёна прежде чем парень и впрямь достал кусок каши размером с его ладонь. - Значит, в интересах похитителей, чтобы ты не померла от голода,- улыбнулся Алан. - Ага, и так каждый день,- с отвращением посмотрела Настёна на дарёную еду. - Мне кажется, и остальные тоже где-то тут,- Радомир тем временем отдал рис Алану и повёл рукой по стенам темницы,- кстати, друг-волшебник, прибавь-ка свету. - Сейчас попробую,- Алан подул на ладонь и подсветил рис, сделав из него свечу и пошёл рядом с Радомиром, помогая искать хоть какие-то намёки на неровности. Настёна лишь покачала головой: - Да я тут уж всё обшарила не знаю скоко раз. Но Радомир не слушал её. Покончив со стенами, он перешёл к полу. Пыльные половицы, покрытые множеством хлама и тряпок вызывали у него рвотные рефлексы, но он сделав несколько судорожных вздохов- выдохов поборол их. Темница вновь покачнулась. На потолке дверца вновь пришла в движение. - Прибыли, красавица! Щас я скину тебе верёвку, завяжи её вокруг талии,- крикнул грубоватый голос. И действительно сразу же к ним прилетел канат. Алан с Радомиром переглянулись и не говоря ни слова, последний повязал верёвку вокруг себя. Резво оттолкнулся от пола и вознёсся вверх. - Эй, а ты откуда?- услышали Настёна и Алан. А после были лишь какие-то шорохи и через несколько секунд плеск и верёвка вновь полетела вниз. Алан повязал её на талии Настёны. А ещё через некоторое время транспортное средство вернулось и за ним. Покидая негостеприимную темницу Алан задул свечу, созданную им в рисе и бросил её на пол. Вскоре тёмные стены остались позади и наш герой с изумлением увидел, что они находятся на корабле. И недалече гостеприимно машет пальмовыми листьями остров. - Где это мы?- спросила Настёна, вдыхая свежесть ветра. - На Матице,- грустно улыбнулся Радомир.

Глава 78. Попутчики.

Алан знал, что медлить нельзя.- Нужно поскорей уплывать отсюда,- он оглянулся к Настёне и Радомиру.Но Настёна не спешила. - А что, если мои друзья и Павлуша тоже где-то тут, на корабле? - Она права,- вдруг согласился с ней Радомир,- Алан, иди один. Тут плыть всего ничего. - У меня такое чувство, что ты не спешишь к Лиатрис,- наш герой покачал головой. - Да если честно, мне плевать на твои чувства!- Радомир нервно провёл рукой по волосам и подал руку Настёне,- Идём? И не дожидаясь ухода Алана, они побежали по палубе, прячась за какие-то сундуки, хаотично разбросанные между мачтами. Алан не стал дожидаться, пока его найдут и прыгнул за борт.

Берег приблизился быстрей, чем он ожидал. Цепляясь за каменистые выступы и подтягиваясь на руках, Алан залез на берег и упал на спину, тяжело дыша. Прикрыл глаза. И вырубился. Бессонная ночь догнала его и навалилась глубоким сном.

Радомир шёл впереди. Адреналин радовал его жажду приключений. Он прекрасно знал этот корабль. И то, что другой темницы на нём нет, не было для него секретом. Корабль любимого пирата королевы Заряны. Радомир шёл прямиком в каюту капитана. - Мне кажется, мы свернули не туда,- прошептала Настёна у него за спиной. - Девушка, ты не переживай. Я не дам тебя в обиду,- сказал Радомир, не оборачиваясь. Он прислушался. За дверью ни звука. Потянул её на себя. Скрипнули противные петли и он поморщился, а Настёна испуганно прикрыла рот ладонью и зажмурила глаза. Радомир шагнул внутрь и сразу же заметил спящего пирата. Укутавшись с головой тот лежал на кровати. Мужчина не стал медлить и резким движением вытащив из-под его головы подушку, надавил ею на голову спящему. - Так вот ты какой, фрукт заморский?- услышал они голос из шкафа, прикрытого цветастой ширмой. Вот она отлетела в сторону и рыжеволосый клоун эффектно закрутил перед ними сальто. - А где Хитрован Котуван?- Радомир отбросил на пол подушку вместе с глиняным кувшином, откатившимся к стене. - Радомир, или ты не признал заклятого друга?- смеясь спросил клоун. Мужчина обернулся к нему. Настёна схватилась за сердце и медленно сползла на пол. Радомир хотел что-то ответить клоуну, но заметил, что девушке стало плохо и подбежал к ней. - Идиот!- прошипел он, гневно и хаотично рассматривая каюту,- Вода у тебя тут есть или только пустоголовые кувшины? - Обижаешь, друг, у меня вина запасы!- клоун прошаркал ногами по дощатому полу к сундуку под круглым окном. Он вытащил кувшинчик поменьше того, что перекатывался под их ногами и протянул его Радомиру. Пробку парень вытянул зубами и ловко отбросив её в сторону, влил небольшую порцию в приоткрытый рот Настёны. Та закашлялась и приоткрыла глаза. Радомир поставил кувшинчик на пол, забыв его прикрыть. - Что вы делаете?- она приподнялась, высвобождаясь из рук Радомира. - Ну и манеры, девушка! Вообще-то он спасает тебе жизнь!- красноносый клоун надул пухлые губы. - Хитко! Вот чья бы корова мычала! Вначале ты ответь,- Радомир помог Настёне подняться и сесть на кровать,- где её муж и друзья? - А эти!- пират нервно захихикал. - Что смешного я спросил? - Дело такое…- клоун замолчал и задумчиво посмотрел в окно. - Ну, договаривай,- поторопил его Радомир. - Так я не знаю… - Ты не знаешь, где они?- предположил Радомир. Под клоунской личиной внезапно проступила неприкрытая боль. И мужчина всё понял. Он погладил Настёну по плечу. - Крепись, сестра. Настёна перевела взгляд с клоунского лица на мужское. - Нет… Нет! Он лжёт. Они где-то тут. Пойдём, поищем!- она вскочила и потянула Радомира за руку,- Что же ты сидишь? Обещал ведь помочь! Радомир заметил на её щеках царапины, а в глазах недоверие. - Пойми, девушка, я знаю этот корабль. Мне жаль. Тут всего одно тёмное место. И там ты была одна. И я не знаю, что делать. Могу только посочувствовать. - Да зачем мне твоё сочувствие? Если оно не вернёт их!- Настёна выбежала из каюты, хлопнув скрипучей дверью так, что одна из петель не выдержала и соскочила. - Угомони эту девку! Она сейчас мой корабль на щепки разберёт!- завизжал клоун и затопал ножками в башмаках, украшенных помпонами. - А! Испугался?- улыбнулся Радомир и поспешил за девушкой. - Испугаешься тут! Ещё не так испугаешься!- прошипел ему вслед пират, нервно барабаня пальцами по губам,- Брр-бам-бам! Страшнее бабьего гнева ничего на свете нет!

Настёна бежала по палубе, не замечая ничего. Слёзы туманили взгляд. Споткнулась о сундук, упала, больно ударившись до боли рук и ног. Кто-то обнял её, посадив себе на колени и ласково погладил по голове. - А ты поплачь. Горе в себе не держи. Я знаю, о чём говорю. Я терял больше, чем находил. Слышишь, все мы теряем. И самое главное, выплакаться в чьё-то плечо. - Я не хочу…- прошептала прерывисто она,- жить. - Поверь, он не хотел бы чтобы ты умерла. Да ведь ты и сама это знаешь. Она дала волю слезам. Радомир ждал. Рассеянно перебирая её спутанные волосы, он знал, что девичьи слёзы не бесконечны. - Я отомщу ей. Ведь это она, да?- услышав эти слова, Радомир улыбнулся. - А ты догадливая, Настёна! И нам с тобой по пути.

Глава 79. Встреча старых друзей.

Открывая глаза, Алан пытался вспомнить, где он. Проплыло облако. Белое. По голубому небу. Вокруг росная трава, зелёная, ласковая. Сел, разминая затёкшие конечности. Рубашка на спине мокрая. Море взволнованно гонялось за чайками. Островные пальмы приветствуют нашего парня. Он вновь оглянулся на море. Корабля не было.- Он что, обманул меня?- Эй, Алан!- услышал он голос над головой.

Среди листьев тёмные глазёнки и знакомый голосок малыша- Персихвостика.

- Ты как сюда попал?- мелкий пухлик недовольно надув губки.

Раньше Алана раздражала эта его манера, а сегодня он был рад хотя бы тому, что старинный приятель не прошмыгнул мимо.

- Приплыл,- Алан развёл руки в разные стороны, суша на ветру одежду,- вот, видишь?

- Вижу,- Персихвостик спрыгнул с пальмы и ловко приземлился на задние лапки.

Алан невольно залюбовался его рубашечкой в мелких цветочках и себя переодел в такую же.

- А ты возмужал!- спокойно сказал он, улыбаясь.

- Брось шутить! - Персихвостик закатал рукавчики и нервно заходил по тропинке меж пальм.

- Что-то случилось?

- Ну да. У нас много всего случилось.

- А я нашёл Радомира,- вдруг сказал Алан, удивляясь сам себе.

- И где он?- Персихвостик посмотрел по сторонам, разводя лапки в разные стороны, - Ты спрятал его в карман?

Алан засмеялся:

- И как я не додумался до такого? Глупость несусветная. Сам отпустил.

- Погоди, я что-то не понимаю. Ты его нашёл?

- Нашёл. И потерял.

- Вот растяпа!- хлопнул в ладошки Персихвостик.

- И не говори. Как я посмотрю в глаза Лиатрис?

- Никак.

- Ты как всегда прав, приятель. Лучше я снова его найду и вернусь с ним,- Алан развернулся и пошёл на берег.

- Ты конечно можешь его найти,- задумчиво проговорил Персихвостик, обгоняя его,- вот только Лире от этого ни жарко, ни холодно.

- Она его разлюбила?

- Друг мой! Я не знаю, где она.

Алану показалось,что земля под ним покачнулась.

- Что? Как это? Она уехала?

- Если бы. Её просто нет,- растерянность друга удивила Алана.

- Ничего не понимаю. Что за дела?

- Я же битый час тебе говорю. У нас перемен, хоть ложкой ешь!

- Какие? Я тот же битый час спрашиваю, а ты темнишь.

- И вовсе я не темню. Пытаюсь вникнуть и понять.

- Так вот, кореш, тебе лучше присесть,- предложил пухлик.

Алан вздохнул и плюхнулся в кресло -качалку из ротанга. Повел рукой и подул на воображаемый парок над невидимой чашкой чая.

- Хорош паясничать,- хмуро глянул исподлобья Персихвостик.

- Ладно, прости, малыш. Это защитная реакция,- Алан отхлебнул чаю из настоящей чашки и поставил её на зависшее в воздухе фарфоровое блюдце.

- Что ж,- Персихвостик укоризненно покачал головой,- начнём с конца. Лира пропала. Хитко предлагал опередить Заряну и взять столицу штурмом, объединив недовольных, но она отказалась. А потом приехали люди. Много. Какие-то беженцы. И завели на острове свои порядки. Мы с ребятами убежали к Нейко.

При этих его словах Алан кивнул.

- А потом,- продолжил Персихвостик,- когда вернулись, Лиру и Дуняшу не нашли.

В его глазёнках проступили слёзки. И Алану стало совестно за неуместный сарказм. Он спрыгнул с кресла и наклонился к Персихвостику.

- Идём.

- Куда?

- Лиатрис искать.

- Вот чудак! Да мы весь остров обшарили. Нет её.

- Или она не хочет, чтобы её нашли.

- Тем более, не пойду,- Персихвостик вывернулся из его рук и отпрыгнул на тропинку, - Тебе надо- ты и броди.

- И пойду,- Алан упрямо поднял подбородок и тряхнул головой так, что самому стало больно от самоуверенного жеста отчаянного храбреца.

Глава 80. Ведьмина лестница.

Хитко встал к штурвалу. Красный шарик носа то и дело сбивал его с курса, отвлекая на себя внимание от волнистого пути. Бубня о несправедливости и дружбе, которую некоторые предают, он и не заметил, как вновь обрёл неповторимый образ пират. Клоунское наваждение растаяло, оставив после себя странный запах. Хитко принюхался:- Гарью пахнет. Странно,- он повёл плечами и крикнул,- Эй, Радомир, ты что там на камбузе костёр развёл?- Что?- услышал он в ответ удивлённое, смешанное с замешательством. Хитко сверился с курсом и закрепив штурвал ремнями, сдерживающими вращение, поспешил на камбуз.

Настёна только что нарезала овощную смесь из картошки и морковки. А Радомир, помешивая в чугунке пузырящуюся воду, снимал шум с кипящего мясного бульона. В походной печке плясал огонёк, облизывая угольки. - Так,- Хитрован Котуван повёл носом,- у вас тут всё тихо и мирно. Откуда ж дымком- то опахнуло? И не дожидаясь ответа, он побежал по палубе. Благо, кают было мало: всего три. Его капитанская, другая, побольше для экипажа да ещё одна - столовая - она же кают- компания. Но во всех их было тихо, а дым валил уж по коридору, туманными клубами скрывая лестницу, ведущую в трюм. - Да твою...- заматерился Хитко и бросился к незакрытой недавней темнице Настёны. Да, мои хорошие, упавшая свеча, сотворённая Аланом, не потухла, а начав тлеть, захватила сначала малую часть корабля, а теперь, просочившись сквозь щели, начинала властвовать над всем кораблём. Хитко почувствовал слёзы и повернул обратно. Он ворвался на камбуз и закричал: - Мы горим! Экипаж, слушай команду: всем покинуть корабль! Растерянные взгляды были ему ответом. А потом, понимая, что пират не шутит, Радомир подхватил булькающий чугунок и посмотрел на Настёну. - Картошку- моркошку ай-да сюда!- он показал взглядом на чугунок,- И бегом в шлюпку!

Хитко бежал впереди, стараясь не оглядываться и не думать о потере. Он дал работу рукам, ловко отцепляя лодку, висящую за бортом. Помог сначала Настёне, а потом и Радомиру спуститься по канату. Можно сказать, эвакуация прошла успешно и никто не пострадал. Даже суп, продолжающий по инерции булькать на дощатом полу лодки.

Позже, на песчаном берегу, Радомир деловито развёл костёр и продолжил кашеварить, приговаривая: - Вот шикарный суп наварили! Настёна улыбнулась, а вот капитану догорающего посреди моря корабля было не до смеха. Хитко накрыло с головой. Вспомнились дни, весёлые, разудалые, когда он был юн, ещё безусый пацан, и как угнал новенькое судно у бывалых, просоленных ветрами и волнами дальних странствий, забулдыги- Шкета и его вечно пьяной команды. Корабль тогда носил странное название "Пустомеля". И первое, что сделал пират, это сбросил в море дурацкую табличку. Он лично выдолбил новое имя. " Храбрец". У молодого капитана не было даже команды и первое время он кое-как справлялся один. Это потом встретились ему пажики. Банда промышляла мелким воровством и даже жульством. На них охотились недовольные и обиженные жители нескольких стран, а королева Заряна выпустила указ, по которому Феличке грозила смертная казнь. Но Хитко опередил всех. Взяв под крыло пажиков, он уговорил подружку - королеву, что банда может быть полезна, если их гладить не против шёрстки. Пират невольно улыбнулся. Вспомнил, как пажики обживали корабль. Вначале неумело, неуклюже, а затем всё смелее, перепрыгивая с грот- мачты на бизань, поднимая паруса, пажики осваивали новую науку.

Он почувствовал, как задрожали пальцы и спрятал кулаки в карманы куртки. В одном из них что-то брякнуло. Машинально достал. Сплетённый из трав браслет, украшенный бусинами, ракушками и пёрышками . Ведьмина лестница -подарок Ядвижки. Он вспомнил, как даря его, русалка шептала на ушко, стоя на палубе: - Как худо будет - позови меня, постучи в него и я приду. Он так и сделал. Ветер подхватил звоночек и повторил эхом, волны морские тоже, едва услышав звон, запели песенку журча среди камней. Прошло совсем немного времени и зеленоволосая девица вынырнула и спросила: - Совсем худая жизнь настала, да, Хитко? И он вместо ответа заплакал. Автор делает паузу на пару дней.

Глава 81. Грустная история.

Утешая пирата, Ядвижка с подозрением глянула на его попутчиков. Узнала Радомира, но не девушку.Грязное, оборванное платье на русоволоске вызвало ухмылку. Русалка свила пару локонов вместе и улыбнулась. Пахнуло водорослями.Незнакомка отвернулась, лишь заметила взгляд Ядвижки, сидящей на ветке густого ивняка, свисающего над морем.

А Радомир подмигнул девушке и вручил ложку супа, или что они там варили, на пробу. - Да что ты, Хитко, плачешься? Вот Зарянка дел натворила недавно, так натворила,- русалка сделала внушительную паузу и заметив, что все её слушают, продолжила,- ведь она принесла жертвоприношения во славу ведьмы Раганы. Настёна побледнела и ложка, выскользнув из её рук, упала на землю. Радомир молчаливо и пристально посмотрел на русалку. А та, польщенная общим вниманием, замолчала. - Она что, совсем свихнулась?- пират покрутил пальцем у виска. - Конечно. И теперь спит и ждёт, когда ведьма на стрекозе прилетит исполнять её желания. - Я... - начала Настёна и затихла. Губы её дрожали, не давали складывать слова. Радомир поднял ложку и покрутил её меж пальцами: - А что значит, жертвоприношения? Ядвижка перевела взгляд с Хитко на него: - Силу колдовскую от волшебника наследовала она, а его в костёр. И следом за ним бросилась женщина, вроде как жена. А ещё там был шутливый парень. Всё о жене своей вспоминал. Заряну умолял её пощадить. А королева наша смеялась. Знаешь, мне так противно стало видеть её. Отвернулась я и убежала. Бросилась в омут речной. Костёр через воду видела. Ну как, через воду? Плакала я. Впервые за последние годы. Вот такая житуха наступила в Муравии, Радек. Радомир лишь повёл плечами в ответ. И побежал следом за уходящей по песку Настёной.

Он поймал её у самой воды. - Топиться удумала?- он обнял её и прижал к своей груди. Рыдания сотрясли её плечи. - Да что вы плачете оба с Хитко?- возмутилась Ядвижка, разглядывая Настёну,- Ну-ка, отвянь. Утешитель, е- моё. Она оттолкнула Радомира. И прошептала на ухо Настёне: - Есть на свете трава занятная. Зовут её: трава- нечуйпотерь. Растет она в Небеско- граде. И есть у меня с собой мешочек с той травкой. Пойдём, милая, заварим её в чай и беды отступят, притупятся точно ножичек, в кору дубовую вогнанный. Ядвижка ловко спрыгнула на землю. Её хвостик сразу же стал парой ножек, обутых в чешуйчатые сапожки, поблёскивающие в прорехах атласного платьица. - А мне что не предлагаешь?- удивился пират, заслышав голосок Ядвижки. - Перебьешься. И потом, Хитко, ты мужик или сопля зелёная? Пират только развёл руками. - Да ну вас!- махнул он рукой и завалился спать у костра. Ядвижка заварила чай и подув на него, пустила парок в сторону Хитко. - Угомон тебя возьми,- а потом посмотрела на Настёну,- вот, сестрица, выпей чаю и горя будет меньше. У Настёны стучали зубы о чашку, грубо слепленную из глины. Расплескала она почти до половины, но и того, что выпила, хватило, усыпило её. Русалка подхватила чашку из ослабевших рук. - А ты сметливая,- Радомир подошёл и сел рядом с Настёной. - Благо дарю,- кивнула ему Ядвижка. - Только Радеком меня боле не величай. Был принц, да весь вышел. - Как прикажет, ясновельможный пан,- чётко проговорила русалка и сразу же затихла, точно камешек в тихую стоячую воду упал. Костёр беззвучно облизывал ветки и Ядвижке почудилось в нём лицо Заряны. Она плеснула заваркой, попав точнёхонько в глаз королеве. Та беззвучно скривила рот и пропала. - Ты это видела?- спросил Радомир. Ядвижка лишь пожала плечами.

Глава 82. Малыш.

Алан шёл по тропинке к дому Лиатрис. Персихвостик сказал, что хозяйка пропала, но наш парень отчего-то не поверил этому. Помните, как говаривал президент Рейган: « Доверяй, но проверяй!».И так. Он нервно провёл по волосам, и пальцы почувствовали ветерок. Алан улыбнулся и посмотрел вверх. Над ним зависло пушистое облако.- Лиатрис!- позвал он. Но в ответ тишина и облако растаяло без следа. Просто исчезло, и всё. Алан прошёл по ступенькам террасы. По пути заметил упавшее кресло. Поднял его, вернул на прежнее место. Дверь оказалась заперта. И тут он вспомнил про ключ. Тот ключ, что дала ему Лиатрис. Вставил его в замочную скважину. Идеально. Розовые птички за переговаривались между собой. Алан вгляделся в пальмовые листья, танцующие у него над головой. - Лиатрис! Снова тишина. И птички улетели. Алан открыл дверь и вошёл в дом. Неуютный запах пыли и холод. Алан пошёл из гостиной на кухню. Ему так остро вспомнились все те смешные события! Большая яичница, чуть не задавившая его. Печиво. Знакомство Персихвостика и кудесницы. Её смех. Ему почудилось, что она смеётся за спиной. Но увы. Лишь почудилось. Холод обнял его плечи вместо её рук. Он прикрыл глаза, силясь вызвать её. Ища среди тишины ту самую нежность, но он нашёл лишь грусть. Капля упала на его руку. Он открыл глаза. И понял, что позорно плачет. Поспешил вытереть глаза. И пошёл в купальню. Спешно разделся и окунулся в живой поток воды.

Зеркальные струны рассказывали ему старые истории. Он увидел малышку в красной накидке и серую волчицу. Их необычная дружба, ставшая причиной разлада в семье. Светловолосая девочка в блестящем платьице погрозила пальцем в сторону русоволосой Красной Шапочки. Красивая женщина в сари манила девочек за собой. Но пошла лишь блондинка. Красная Шапочка подбежала к волчице… Алан вынырнул из воды. Теперь он видел тайну двух сестёр. И знал причину ненависти. - Эх, где же ты, моя кудесница? Но вода прожурчала что-то невнятное и затихла.

После купания стало как-то полегче. Выбрал рубашку покрасивее. Светлую, с вышивкой. Вернулся в гостиную. Провёл рукой по столику меж кресел. Нарисовал древний символ 88. И чихнул. - Ну так не годится. Он сходил на кухню за тряпкой и миской воды. Неловко ведя влажной тканью по каминной полке, случайно сдвинул портрет девочки в красной накидке и женщины в сари. На лету поймал его и выдохнул испуганно: - Страшно представить, что было бы, если бы ты разбился! - Казнила бы, не помиловала!- услышал он за спиной голос Лиатрис. Обернулся. Но не нашёл её. - Лиатрис!- позвал он,- Я вернулся. Я не могу без тебя. Опять тишина. - Да, согласен. Ты скажешь, что жил же как-то раньше. Жил!- он усмехнулся,- Нет. Не жил, существовал. Как существо, а не человек. Не мужчина. Нет, не ответила. Он вздохнул. - Мне непривычно быть здесь одному. Знаешь, я пожалуй уйду. Он бросил тряпку в миску и вытирая руки на ходу, подошёл к двери. Она была приоткрыта, но стоило Алану прикоснуться к дверной ручке, хлопнув перед ним со звонким скрипом, закрылась на замок. - Ах вот как?- он обернулся, не зная, где она, но чувствуя наверняка, что где-то рядом,- А ты знаешь, хорошо. Я останусь. Но не жди, что буду паинькой. И не дожидаясь ответа, побежал в спальню, где старый паук соткал древний палантин под потолком. Дверь не была заперта. И ему никто не помешал проникнуть внутрь. Но внутри Алана ждал сюрприз. Опавшая, свисающая рваными хлопьями с потолка до самого пола, паутина. А на потолке сухая мумия паука. Хрупкие щупальца безжизненно повисли, глаза чудища прикрыты. Но Алан и так понял, что ждать опасности не откуда. Паук был мёртв. - Это моя вина. Всё, к чему я прикасаюсь, гибнет, засыхает. Я виноват. Там, в пещере один, и тут другой. Простите меня, я снова облажался. Он встал на кровать, пытаясь снять паука с потолка. - Надо тебя убрать. Похоронить, что ли,- пробормотал он. Но у него ничего не получилось. Цепкие лапы мёртвой хваткой вцепились в собственную же паутину. Внезапно в руки Алана из чрева паука выпало яйцо. Оно было поздоровей куриного и наш герой сумел удержать его меж пальцами. Спрыгнул с кровати и с удивлением рассмотрел находку. - И что теперь делать? Давить иль не давить? Вот в чём вопрос. Сказал, и сам расхохотался. Пошёл в гостиную, бережно держа странное создание, аккуратно прижимая его к себе. Подумал немного. Положил яйцо в кресло. И затопил камин. Ну как затопил? Долго чиркал огнивом над поленьями. Но упрямец ведь всегда получает награду за упорство или упрямство ( знаете, это с какой стороны посмотреть, смотря на то, каковы мы сами!). И так. Наш упрямый Алан укутал яйцо в мягкое полотенце и побаюкал его, напевая: - Волей небес ограждаюсь от зла, Светом зари или блеском луны, Громом из туч пусть сверкает гроза, Над глубиной тёмно-синей волны. Среди границ твёрдолобия скал, Снова святого спасения жду, Я пред тобой ничтожен и мал, Не береди в моём сердце беду…

Послышался треск. Скорлупа раскололась и осыпалась по его коленям и попадала на пол, точно на пушистый ковёр. Из разломов яйца показались розовые щупальца. Алан испуганно покачнулся и чуть не выронил яйцо. Впрочем, если бы он даже и уронил его, паучок бы уже не пострадал. Ведь он выбрался, растерянно озираясь по сторонам, неспешно водя в воздухе лапками. Наконец, он сфокусировал свой взгляд круглых глазёнок на Алане и произнёс: - Папа! Алан открыл от удивления рот, а потом закрыл его и прошептал: - Да ладно. Паучок бросился его обнимать, бережно сжимая шею. Алан прикрыл глаза, предчувствуя последние мгновения жизни, но паучок лишь порывисто обнял его, как родного и замурчал, прижимаясь пухлой щёчкой к его щеке.

Глава 83. Решительный Алан.

- Это что за ёпсель- мопсель?- услышал Алан и обернулся. На пороге кухни стоял Персихвостик. Его глазёнки грозили заполнить собой всю мордашку. Паучок на руках Алана грозно зашипел на незнакомца. - Парни! Хм… надеюсь, не ошибся, и вы оба парни?- с сомнением проговорил Алан, переводя взгляд с одного на другого. - Вот мне, если честно, до фонаря!- проворчал Персихвостик,- Но откуда ты взял это чудовище, а приятель? На острове всего- ничего, а уж успел яйцо снести? Он обвиняющее ткнул лапкой в сторону расколотой скорлупы. Алан не выдержал и расхохотался. До слёз, до безудержной радости. - Ну ты даёшь!- возмутился пухлик, наматывая нервно круги по гостиной, гневно бросая взгляды в сторону друга,- Он ещё и смеётся. А остров тем временем в опасности. Алан выдохнул, сделав над собой видимое усилие, приходя в себя. - Персихвостик, хорош нагнетать печаль! Расскажи, в чём дело,- Алан поудобнее устроился в кресле, укачивая младенца- паучка. Тот блаженно засопел носиком ему в ушко, зевая и закрывая глазки. - Видимо, не голодный,- задумчиво проговорил Алан,- знать бы, чем они питаются? - Понятия не имею. Надеюсь, не пажиками,- прошипел Персихвостик, складывая лапки калачиком на груди. Алан недовольно приподнял брови и пушистик затих, нервно покусывая усик. Но наш герой всё ещё ждал ответа, и Персихвостик решил не медлить с ответом. - Так вот. Вначале нас посетил пират. Рассказал о плане Заряны завоевать остров Лиры без единого выстрела. Так сказать, взять сестру измором. То бишь, отправить к ней целую кучу пришлого народу, чтобы эти бедолаги оккупировали остров. И чтобы кудесница не смогла с ними ужиться. - Я с трудом представляю, как это Лиатрис не сумела найти подход к добрым людям?- недоверчиво спросил Алан. - А кто сказал, что они добрые? - Ладно, я верю тебе на слово. Но ответь, как так вышло, что Лиатрис с ними не справилась? Или ваше племя бросило её? - Что значит, бросило?- недовольно отвернулся Персихвостик,- Мы и отлучились-то всего ничего. На пару дней. Да и потом, она ж сама нас и отправила… Он вдруг замолчал и зажал лапкой ротик. - Куда отправила? - Да это тебя вовсе не касается. Да, вот так-то. Именно, совсем не касается,- зачастил скороговоркой Персихвостик,- и не спрашивай. Во всяком случае, сейчас это уже не имеет никакого значения. - Ладно,- неожиданно согласился Алан, покачивая младенца, заворчавшего во сне. Персихвостик вдруг улыбнулся: - А тебе идёт быть отцом. - Спасибо. Так что случилось с Лиатрис? - Если бы мы только знали,- пожал плечиками Персихвостик. За окном послышался жуткий вопль сразу нескольких голосов, перебиваемых разноречивыми голосами. Разобрать, что конкретно они кричали, было нереально. Персихвостик побежал к выходу, а Алан вскочил, забыв о спящем малыше. Тот проснулся и тут же укусил его, завизжав и перекрывая неизвестные голоса. - Ай!- Алан чуть не выронил паучка, но кто-то невидимый в светящихся одеждах подхватил малютку. Подмигивающие светлячки заполнили комнату и Алан улыбнулся: - Лиатрис! Я знаю, это ты. Скажи, что это ты. Но в ответ светлячки лишь успокаивающе покачивали паучка и через некоторое время посреди комнаты появилась колыбелька, качающаяся сама собой. В неё и упал засыпающий малыш. И стоило ему закрыть глазки, как светлячки исчезли, оставив после себя тонкий след ускользающего свечения. - Ай да Лире помогать,- прошептал Персихвостик, стоящий перед открытой дверью. Алан бросил ещё один взгляд на паучка. Тот мирно спал, покусывая собственную лапку.

Уже на веранде Алан вспомнил и спросил Персихвостика: - А как ты открыл дверь? - Алан, я слышал, что мамочки становятся рассеянными, но чтобы то же самое происходило и с названными отцами, наблюдаю впервые! Я просто повернул ручку и вышел. - Странно,- сказал Алан и обернулся, прикоснувшись к двери,- заперта. - Нам некогда разбираться с твоими бзиками. Ай да за мной!- прошипел Персихвостик, ловко взбираясь по его штанине и привычно ныряя за пазуху. Алан кивнул и побежал по тропинке на крики, доносящиеся со стороны реки.

Туманный берег заполнили сонные плохо одетые люди. Заплатки неряшливой бахромой повисли на грязных ветхих одеждах. Они держали в руках факела. У некоторых блестели кривые лезвия ножей. Он сгрудились кучей вокруг женщин и детей. Все кричали. Никто никого не понимал и не мог расслышать. Светящиеся точки над ними то и дело нападали, больно обжигая руки, глаза, плечи обороняющихся людей. Птичьи стаи летали меж светлячками, разрезая крылышками руки пришельцев. Паника разбила их на несколько групп поменьше. Кто-то не выдержав, побежал по скользким камням, в сторону водопада. Те, кто были с оружием, пытались нападать. Размахивая ножами, они резали воздух, пытаясь разрубить светлячков. Алан провёл рукой, раздвигая листья пальмы. - Каков наш план?- спросил Персихвостик. Но вместо ответа наш герой просто вышел из укрытия и двинулся в сторону пришельцев. - Алан! Ты что делаешь?- возмутился Персихвостик и попытался кулачками побарабанить по другу, в попытке остановить его. Но было поздно. Его заметили. - Здравствуйте, гости дорогие! Простите, что каравай вам не выкатили! Я – Алан. И я друг королевы Заряны. При имени венценосной особы, беженцы затихли и с недоверием уставились на новоявленного хозяина острова. - С чего моя должен тебе верить?- спросил грозного вида двухметровый мужик. - Да, докажи, что ты её человечек!- маленькая вертлявая девчонка выглянула из-за спины этого дядьки. Алан задумался. Чтобы такое им показать? Может, фокус какой? Нет, не пойдёт. Или отправить их обратно в столицу? А смысл? Ведь не просто так Заряна отправила их сюда. Должен быть иной выход. И тут он вспомнил. - Всемилостивая королева Заряна нашла для вас чудесное место. Дамы и господа! Дети! А слышал ли кто-нибудь из вас о Небеско-граде?- Алан сделал внушительную паузу и заметил, как затихли беженцы и затаились светлячки,- Видимо, никто не в курсе. Что ж, предлагаю вам сей же момент отправиться в дивный благословенный край. Когда-то я провёл там детство и был… был очень счастлив. Он взмахнул руками, умоляя всех богов о помощи и мысленно прося Лиатрис: « Помоги мне, девочка». И послушные светлячки закружили вокруг, создавая туннель в конце которого сияла радуга и светило улыбчивое солнце. Алан сам себе не верил, но молился про себя и провожал пришельцев в туннель. Они ушли все. Недоверчивые улыбки их растаяли вдали. Светлячки закрыли проход за последними из них. - Алан, не знаю как. Но ты справился!- услышал он голосок Персихвостика. - Ах, друг, я забыл!- вдруг опомнился Алан. - Что такое?- встревожился пухлик, разглядывая берег,- Мы что, кого-то забыли отправить? - Я забыл. Забыл мамочке привет передать,- устало сказал наш незадачливый герой. - Так ты её всё-таки нашёл?- спросил Персихвостик. Но Алан не успел ответить. За спиной зашуршали листья и он обернулся, уже зная кого увидит. - Лиатрис! Как же я соскучился!- бросился Алан к кудеснице с намерением её обнять.

Глава 84. Разбитые сердца тоже умеют любить.

Заряна почувствовала, как огонь проходит по её телу, проникая сквозь кожу и растекаясь кипящей лавой внутри.- Старые ведьмы сгорали на кострах инквизиции, но мы, их потомки, научились проходить сквозь огонь, не просто оставаясь живыми, но и становясь обновлёнными, точно птицы феникс, рождаясь вновь, становясь цельными, теряя боль и скорбь, точно шершавую змеиную кожу, в этом очищающем огне,- колдунья Рогана кружила вокруг костра, с наслаждением наблюдая, как огонь охватывает её ученицу.У ведьмы был свой план. Ещё немного и это молодое тело станет её. Губы королевы почернели. Заряна повела обнажёнными плечами, почувствовала холод. Она поймала через костёр взгляд Роганы. Но радость в глазах ведьмы отчего-то померкла. Заряна удивилась. А в следующий миг она увидела, как длинная стрела вонзилась в горло её гуру. Изумление в глазах и руки, пытающиеся вытащить серебряное остриё. - Зарянка! Ты совсем разум потеряла?- услышала она голос, заставивший её сердце вновь стучать жизнью. А его руки ловко выдернули королеву из волшебного костра.

- Радомир?- девушка качнулась обратно, но парень не позволил упасть в танцующий дикий ритуальный огонь. Заряна облачилась в красное с золотом платье и гордо взглянула на Радомира. - И зачем?- спросил он, отпуская её, поправляя колчан со стрелами. Заряна махнула рукой в сторону костра и тот начал затухать. - Да мне стало как-то грустно,- улыбнулась королева. - И ты ничего лучше не придумала, как позвать в гости ведьму?- скривил губы Радомир. - А может, то была моя голубая мечта?- Заряна с вызовом посмотрела на него. И только тут заметила, что он пришёл не один. Девушка в скромном, потрёпанном платье стояла у него за спиной и зло смотрела на королеву. - Нищим подаём по четвергам,- сказала ей королева. Радомир сразу же обернулся и протянул к нищенке руку. Та лишь покачала головой. - Настёна,- позвал он спутницу,- ты скажи ей всё, что думаешь. Не бойся. - И вовсе я не боюсь,- она бесстрашно сделала шаг вперёд. - И что?- усмехнулась королева, разглядывая её. - Ты- змея в обличье женщины,- показала Настёна на неё. - Оригинально, однако!- рассмеялась Заряна. - Ты убила моего мужа,- крикнула Настёна. Королева засмеялась ещё громче. - Ах вот что? Ну и зачем ты явилась? Неужели, мстить? Чудачка! Она безудержно расхохоталась, глядя вдове прямо в глаза. Приближаясь, наступая на неё. Настёна не ожидала этого и невольно отступала назад, шаг за шагом, к двери. И когда отступать было уже некуда, Заряна подняла руку, сжимая её в кулак. Настёна схватилась за шею, чувствуя удушье. Радомир бросился меж ими. - Прекрати, Заряна! Оставь её. - Нет, мой милый. Это пусть она перестанет. - Что перестанет? Безумная, она ведь ничего не делает! Заряна чуть-чуть разжала кулак: - Дышать перестанет,- прошептала она с намерением завершить начатое, но Радомир укусил её за второе запястье и королева по инерции разжала кулак взвыв от боли. Радомир посмотрел на Настёну, в глазах его блеснули слёзы: - Уходи, пока цела! Настёна тяжело дышала, но отрицательно покачала головой: - Нет,- прохрипела она. - Видишь, она не хочет жить,- злорадно улыбнулась Заряна. - Оставь её. Ты не видишь, я вернулся! Где праздник? Торт? Свечи? Радость во взгляде?- Радомир взял королеву за запястья и повёл от двери,- Где поцелуи? Где всё, чего я так жду? Он не отрываясь смотрел Заряне в глаза. Настёна видела, что королева совсем позабыла о ней и вышла из комнаты.

На ладони покачивался маленький парусник. - Буль-буль-буль,- бормотал пират. - Балуется он!- рассмеялась русалка. - Сама ж подарила!- растерянно проговорил Хитко. - Да ты так ничего и не понял!- всё ещё смеясь, Ядвижка поманила его за собой в сторону реки,- Брось его сюда. - Шутишь? Он же потонет! - А ты спробуй!- русалка вошла в воду,- Не боись, я подстрахую. Никуда не денется от… Договорить она не успела. Кораблик прикоснулся к воде и вырос рядом с ней до размеров настоящего парусника. - Но как?- развёл руки в стороны пират. - А вот так!- улыбнулась Ядвижка,- Он конечно поменьше твоего, но зато настоящий. Хитко побежал по реке к ней, обнимая и расцеловывая русалку. - Спасибо… - Погоди,- засмущалась Ядвижка,- а ты наперёд его глянь. Хитко поспешил, падая и ныряя в реку, поднимая брызги вокруг. На носу парусника он увидел деревянную статую, бесстрашно смотрящую вдаль точную копию самой Ядвижки.

Настёна шла по дороге. Она не знала, сколько прошла и куда идёт. Она просто шла. Оставив позади не только дворец, но и свою любовь, погибшую и живую. Звёзды разбрызгались над Велоградицей и одинокая Луна равнодушно посмотрела на одинокую женщину, покидающую столицу. Каменные мостики над рекой Муравой, тихие домики в вечернем тумане. Осенние листья летели вслед, обгоняя, шаловливо играя с женщиной в прятки её спутанных волос. Она закусила губу, силясь не расплакаться. По дороге мчался всадник. Он спешил, покидая замок королевы. Настёна уступила ему дорогу. Но топот затих и всадник спрыгнул на землю, ведя коня рядом. - Я не мог иначе, пойми,- услышала женщина и обернулась. Перед ней стоял Радомир. - Я не мог допустить, чтобы она убила тебя,- сказал он, цедя каждое слово сквозь зубы. - Почему? Разве тебе не всё равно?- спросила она и отвернувшись пошла дальше. - Ты так ничего и не поняла,- Радомир сравнялся с ней,- я люблю тебя. Он несмело прикоснулся к её руке. И её пальцы ответили раньше губ: - И я тоже.

Глава 85. Когда никто не мешает.

Лиатрис сложила руки перед собой на груди. И Алан понял: лучше не лезть к ней с восторгом и поцелуями. Он приветственно помахал рукой:- Ты вернулась.- Да ты чё? Так никуда и не уходила вроде. - Я тебе помог, - решил напомнить Алан. - Смелость города берёт,- Лиатрис отвела взгляд и притронулась рукой шумного листа над головой. Алан растерялся. Благодарности, похоже, не дождаться. Лиатрис тем временем, видимо решила, что разговор окончен и пошла домой. Даже не обернулась ни разу. Её платье ровно светилось меж пальм.

А что же Алан? Он пошёл следом. Не замечая темноты, доверившись её платью, как маяку. Взбегая по ступенькам, наш парень подбирал слова, собирал их по росинкам, падающим с цветущих в горшках бутонов роз. Он так увлёкся своим странным занятием, что и не заметил, когда Лиатрис исчезла. Закрывающаяся дверь припечатала Алана прямо в лоб. Зубы пребольно царапнули язык, а перед глазами запрыгали светлячки. Алан потряс головой, разгоняя их во все стороны сразу. Как только взгляд более или менее сфокусировался, он взялся за дверную ручку. Заперто. - Вот досада!- расстроился он, и тут же обрадовался, пошарив в кармане брюк,- У меня же есть ключ! Пошуршав совсем не долго, наш герой пробрался в дом. Огляделся по сторонам. Заметил догорающие огоньки в камине. Прислушался. Кроме сонного причмокивания паучка за приоткрытой в купальню дверью слышался плеск. Значит, кудесница там. Алан на цыпочках прошелестел до уютного кресла перед камином. Прикрылся пледом, стянув его с подлокотников пухлого кресла и закрыл глаза.

Проснулся он от внезапно навалившейся тяжести. А поскольку уснул сразу и провалился в глубины не просто сна, а летящего тихого водопада, то тягучая вязкость ловко припечатала Алана между сном и реальностью чьей-то теплотой. А через миг, уже услышав женский крик и собственный голос, он догадался, что Лиатрис присела к нему на колени. И он не придумал ничего лучше, чем обнять её за талию и поцеловать бегущей дорожкой поцелуйчиков от затылка и шеи до её губ. Сначала сопротивляющихся, а через недолгую борьбу, отвечающих взаимностью.

Её глаза напротив. Его улыбка на её губах. Лёгкое дыхание- одно на двоих. И писк проснувшегося паучка. - О боги, что это?- испуганно дрожа спросила она. Алан и сам вздрогнул, а потом засмеялся. - Лиатрис, прости, но нам придётся встать к малышу. Она стала светиться поярче и первой подошла к паучку. - Ах, да! И как я умудрилась забыть? Знаешь, Алан, а вот за него тебе спасибо,- кудесница наклонилась к малютке,- не плачь, малыш. Сейчас дядя Алан сходит на кухню и принесёт тебе молока. Алан хмыкнул: - Хм! Интересно, откуда я его возьму? Лиатрис лишь махнула рукой в сторону кухни: - Молоко у коровы на языке, а крынка на столе. - Понял,- Алан удивился, но всё же пошёл. На столе и вправду стояла полный кувшин парного ещё тёплого молока. - Ну надо же!- Алан пожал плечами и поискал чашку поменьше. В неё-то он и перелил из крынки.

Паучок жадно пил, опустив хоботок в чашку. - Диво какое!- Алан присел рядом с креслом и наблюдал, как Лиатрис кормит малютку. Кудесница глянула парню в глаза и покраснел. - Да, знаю. Я виновен в гибели его мамы. - Не всякая вина виновата. - Ох и горазда ты тень на плетень наводить!- встал на ноги Алан и погрозил девушке пальцем. - Дала бы тоби ума, да у самой недохват. Алан, ты виновен токо в том, чё сам себе придумал! А хранительница магии померла в свой срок. Так что не казнись, не кайся боле! Паучок на её коленях икнул и забулькал, играясь с молоком. Алан подбежал к ним и с нежностью погладил малютку меж глазками. А тот в ответ причмокнул хоботком, сложив его в улыбку. - Ты видела? Видела? Он мне улыбнулся! Мне!- Алан улыбнулся в ответ, а Лиатрис рассмеялась. - Дитятко что тесто- как замесил, так и выросло!