Лето патриарха (НС-3)

Пролог

Лето патриарха

Макс прилетел на Землю через почти 10 лет после того, как свалил отсюда. Пока вдвоем с сыном Александром. Залетел на свой остров. Там все проверил. Посмотрел счета и деятельность. Все замерло. Так осколки идут, но это не серьёзно. Другого он и не ожидал. Курс его электронного кредита вырос раз в 15. Это тоже радовало. Посмотрев новости, он хмыкнул – все одно и то же. Никак не могут угомониться – сейчас устроят еще пандемию – помяни мое слово. Чтобы скрыть свои косяки в управлении. Мелкие личности на теле Большой планеты. Их погубит жажда прибыли. Она их и похоронит.

Америка отстраивается и опять точит зубы на весь мир. Бритиши поутихли. Они свили гнездо в Китае. На их острове им ничего уже было не нужно. Там нет ресурсов, а Китай вот он. Они как тогда его травили опиумом, так и сейчас травят уже местами на образование не в Китае для их детей. Пока выбрали Австралию. Там народу мало и понятная им подмандатная территория.

Европа зачахла. Нет ничего, что могло бы ее воссоздать – ни ресурсов, ни желания. Ближний Восток утонул в своих местных разборках. Индия почти закуклилась и работала на экспорт в Европу и Америку с Россией. Россия так и не избавилась от западных эмиссаров в правительстве и экспортировала ресурсы в Китай и Индию. Европа обеднела, но так и не решилась перевести свои производства в Россию. Слили в Китай и США под обещания скидок по налогам. Япония вообще не отсвечивала.

- Вот смотри Саня как можно испоганить прекрасную планету всякими дрязгами власть имущих. А говорили про демократию, свободу слова и так далее. А на деле все под себя гребут. Хорошо, что у нас мало земли и мало народу, а то и нам такое было бы прилетело. – сказал Макс Александру.

- Пап ты мне много рассказывал про устройство общества. Но то, что здесь сейчас это паноптикум. Никто не хочет никого слушать. Все живут, как будто им не писаны законы природы. Они же все умрут и там ничего нет. Они все временщики. Не думают о потомках. – дополнил Александр.

- А зачем им думать о них? У них нет детей. У большинства правителей нет детей. Они думают о себе. И только. По мне так пусть они все вымрут, как мамонты когда-то и освободят планету от себя. Я столько дал моей родине технологий и вариантов развития, что сейчас бы Россия просто парила бы над всеми и задавала бы стандарты жизни другим. Тогда бы можно было бы переформатировать планету. Очистить ее от грязи и пустить развитие на космос. Перенести производства в пустоту и не загрязнять свою колыбель какашками. Дать дешевую энергию людям. А это дешевая еда и вода. Но они упорно хотят прибыли и более ничего. Пустые людишки.

- И что нам тут нужно? У нас там и так все есть. – спросил сын.

- Пока ресурсы и люди. Немного, но нужны. С властями не будем общаться – предадут. Я сколько раз обманывался. Все они предадут не за деньги, так за понюшку табаку, думая, что им это выгодно. – вздохнул Макс. – я тебе же рассказывал всю опупею с антигравами и иже с ними. И что вышло? Сразу появились те, кто захотел все под себя подмять путем отъема бизнеса и приватизации прибыли в свои руки. Монополия. Их любимое слово. Когда ты диктуешь цены и купаешься в золотой ванне. А все остальные пашут на тебя за еду.

_ И что-же не будем вмешиваться? Так все и оставим? Жалко планету. Такая красивая и такие уроды тут живут. – спросил Александр.

- Наверное точечно. Нам только нормальные люди нужны и ресурсы, а потом они сами себя съедят. Или войнушку затеют или пандемию какую пустят. Ум человечий вёрток и находчив. Много им чего может прийти в голову. Ты и сам это знаешь. Вот нам такие мозги и нужны в первую очередь. – припечатал Макс.

Глава 1

- Ну чего Сань? Начинаем чёс. - Спросил Макс сына.

- Давай с Москвы начнем. Я ее помню и мне как-то она ближе, ответил Александр.

- Как скажешь, - подмигнул ему отец.

Многие вещи в этом мире можно было сделать свалив все на контрагентов. Так они и поступили. Наняли фирму по найму персонала на работы в дальних странах с авансом и хорошей зарплатой. Аванс выплачивался почти немедленно. Требования были все те же. Рабочие специальности и отсутствие семьи и детей. Открыли шесть пунктов найма в России, Европе, США, Индии, Китае и Аргентине. Потом присоединили Кубу и ряд африканских государств. Жилой модуль они оставили не Луне, чтобы не светить его на орбите.

В Москве они сняли помещение под принятие кандидатов. Оснастили его почти как в романах по теме ЕВЕ. Дали через агентов объявления. Исполнители работали за заданным алгоритмам. Люди проходили физическую проверку. Им сканировали поля и подполя мозга и потом они спокойно уезжали домой и ждали сообщений. Сообщения всегда отправлялись. Это была их политика, чтобы потом не было проблем. Первым делом они нашли всех выпускников школы Юсупова раннего приема. Им всем ушли приглашения на собеседования. Их интересовали программисты, инженеры, технологи, рабочие высоких квалификаций, педагоги, повара, геологи, океанографы, физики, химики, летчики, моряки, рыболовы, механики, врачи. Небольшое пространство суши среди огромного океана диктовало свои правила. Много народу там было не нужно. Нужен был только качественный генный и мозговой материал. Конечно, возможности мозга не передаются по наследству. Но условия выживания способствуют его развитию и попытками решать ранее нерешаемые вопросы. А для этого нужны чистые возможности мозга, которые могут включиться при условии выживания. Авантюристов тоже приглашали, но к ним были более тщательные тесты.

В жилом модуле у них было под пятьсот мест. Так что работа не заняла много времени. Через месяц отобранные улетели на планету Макса, или по документам его открывшим – Алея. Через полгода он будет ждать новый прилет.

Пункты найма также работали. Деньги на это были. И тем более они привезли пару тонн платины и рения-рутения. Что было продано и куплены всякие кобальт, цирконий, торий, индий, германий и другие редметы. Искать из на астероидах можно, но пока не было на это времени. У них была своя программа. Потом купили много хлопка и льна. Краски для тканей, олово, естественные красители как индиго и многое другое. Пока на Алее было слишком мало людей для промышленного производства. По территории суши там было немного побольше Австралии с Новой Гвинеей. Так что по расчетам там было бы привольно жить чуть более 25 миллионам жителей или чуть больше. С учетом роста населения через лет 50 они бы уже подобрались к такой цифре. На планете уже женились и имели по трое детей минимум. Медицина была на уровне. Детская смертность минимальна. Лечили не химией. Жизнь была дешева как нигде в их мире. Жилье стоило копейки. Потому женщина и рожали с удовольствием. Дети помогали родителям во всех делах, а родители не привыкли ждать подачек от власти сами строили себе жизнь. Поселки всегда имели своего выборного Главу, который пользовался всеобщим авторитетом. Свобода веры была в рамках классических религий Земли. Сектантство осуждалось. Выборный судья чинил правосудие на основе Кодекса планеты. Местные налоги устанавливали сами жители. Общий налог был на регистрацию сделок, недвижимость и налог на продажи. Ну и сборы по выдаче документов или регистрации рождения или смерти. Все поселки были подключены к порталу с цифровым обслуживанием. Наличные были, но никто ими не пользовался. Для больших сделок брали флэшки и с их помощью все проводили.

Макс же пока отдыхал и мотался по Земле. Нашел себе работу в виде сканирования ледяного щита Антарктиды. Просканировал ее и составил карту. Потом внимательно просмотрел масс-спектрометром пространства Сибири и Канады. Отметил все аномалии.

Постепенно все адепты школы Юсупова откликались и были готовы встретиться. Макс соорудил семинар на островах Фиджи для них. Оплатил им билеты и собрал всех, кто откликнулся. Прилетело 46 человек. Он всех практически помнил. В отеле он не стал проводить семинар, а снял для этого зал, где он смог проверить системы прослушки. Макс вышел в зал в своей обычной одежде того периода. Все ахнули.

- Добрый день, молодые люди! Надеюсь, вы вспомнили меня. – поздоровался Макс и широко улыбнулся. – У меня для вас есть предложение, которое может изменить все в вашей жизни. Никто никого неволить не будет. Не примете – вас обратно доставят публичные авиакомпании, по прежней схеме после пяти дней отдыха за мой счет. Если кто-то против, прямо сейчас прошу выйти из зала. И вас никто никогда не побеспокоит, но одновременно вам более никто и ничего не предложит. У вас три минуты.

Зал зашевелился и пятеро выскочили из зала.

- Ну а теперь я не буду разливаться мыслью по древу. Вы все сейчас получите сообщение. которое самоуничтожится через пять минут на те планшеты, которые вам выдали при входе. Там будет короткая информация и предложение вам всем лично. Если вы его не примете, то просто кладите планшеты на стол и выходите из зала. И мы более не увидимся. Надеюсь, никогда. Гаджетов на вас нет и вы не сможете ничем доказать нашу встречу. Для всех меня просто нет. Так что доказывать придется. Время пошло.

Через пять минут в зале осталось семь человек. Макс спокойно глядел зал и сказал, что ждет всех оставшихся завтра в 8 утра на пирсе марины острова. Подробности будут потом. И вышел из зала.

Наутро во всех газетах, медиаплатформах и соцсетях мира было напечатано сенсационное сообщение, что дважды нобелевский лауреат нашел свою планету для жизни и ищет себе сторонников для её развития. И вообще он живет уже там и сюда прилетел по случаю набора персонала.

В то же утро семь оставшихся сели в лодку и отойдя на примерно 12 миль от острова были подхвачены антигравом и растворились в океане. Лодку направили обратно к острову.

Так как подтвердить сказанное заявившим было нечем, журналисты засыпали вопросами тех, кто вышел из зала. И техперсонал отеля и зала для конференций. Никто никого не видел. Зал сняла местная компания для проведения конференции по заказу какой-то крупной иностранной компании. Юсупова никто не видел. Так что как эти заявления воспринимать никто так и не смог понять. Все бывшие ученики сели в лужу. И когда они это поняли было уже поздно. Второго приглашения уже не будет. Они то знали цену слов своего шефа. И вечером они собрались на террасе отеля для разбора полетов. Быстро выяснив, кто был зачинщиком обструкции шефа выгнали данного персонажа с собрания. И тогда взял слово один из лучших учеников школы Конрад Столяров.

- Коллеги! Нам сейчас наглядно показали, что мы идиоты и ничему так и научились. Наш учитель прилетел к нам и выдал нам предложение. Мы все получили положение в обществе и миллионные зарплаты благодаря ему и его системе обучения. Мы все получили выходное пособие от него для обустройства в жизни. И это были для нас всех не копейки. Он нам не обещал золотые горы, а только много работы. Нас сюда привезли за его счет и мы обосрались все тут сидящие. Мы его выдали и его планы. Мы повелись на какие-то слухи и не включили голову. Это не то чему нас учили. Шеф всегда нам повторял включать голову и думать. И подумать мы уже бы могли после такого щедрого предложения, как полет на Фиджи. И он нам предложил развивать новую планету. Не район или регион – планету, где сегодня живет под 250 человек всего. И мы отказались. Это пиз..ец. Я сам не понимаю, что меня отвергло от такого предложения. Мне моя работа нравится, но такого мне никто и никогда не предложит.

Народ подавлено молчал так как понимал, что он прав. И они понимали, что второго раза не будет. И все разошлись на подумать и назначили встречу через два дня на той же террасе.

В Администрации Президента России было суетно. Все носились с бумагами. Работали копировальные машины, гудели компы, сотрудники мельтешили по своим делам, кто-то в столовую, кто в буфет или в кафе неподалеку от Старой площади. А у главы Администрации был черный день. Объявился Юсупов, которого они пытались задавить еще десять лет назад, но он исчез. Тогда его так и не нашли. И счета его не нашли …ничего. Патентами владели крутые фонды. Производства в России закрылись. Китай продолжал делать доски по лицензии. Сормово загнулось. Запчасти перестали производить и не было поставки. Над Россией стали смеяться. Её все поносили, что не сумели сохранить одного ученого, который давал под тридцать процентов ВВП страны. Реакторы, которыми все гордились перестали производить. Космос так и остался на стадии МКС. Туда даже электростанцию на смогли поставить, как на МИРе. Армия разваливалась. На новые разработки денег не давали. ЦБ и Минфин совсем загнали бизнес под шконку. Все планы на новое президентство у старого главы администрации полетели в сортир. А какие были планы нагнуть Юсупова и получить все его наработки, кинув кость в виде процентов от прибыли. Ему бы хватило.

Новый Президент начал задавать неудобные вопросы. Отбиваться стало тяжелее. Его заначки в зарубежных банках висели на волоске. Сам он не мог управлять этими средствами и пришлось отдавать на откуп управляющим, а он никому не верил. Но он верил во власть бюрократии и знал, как все у него работает. И мог похоронить любой проект под кучей бумаг или экспертных оценок и выводов комиссий. Но задавить информацию в интернете он не мог. И когда высветилось появление Юсупова на горизонте он тут же позвонил в ФСБ и попросил отследить его следы, на что, к его удивлению получил отрицательный ответ или наличие распоряжение Президента. Ему вдруг стало нехорошо. Обычно ему не отказывали. Его аппаратный вес был весьма высок. С его узкой грудной клеткой и худым телосложением н всегда страдал в присутствии мощных мужчин. И он старался всегда брать умом и изворотливостью. Так он и смог залезть на олимп главы Администрации Президента. Другой его страстью стали собаки. Он их лелеял и вывозил на выставки, иной раз пользуясь своим положением за государственный счет. Одновременно покрывая шалости ФСБшников, которые покрывали его шалости. Но он панически боялся Юсупова, который его просто подавлял своим интеллектом и видением всех его схем. Он просто над ним смеялся и этого он не мог ему простить. Он хотел его просто похоронить, но это было затруднительно. Все кого он смог найти категорически отказывались от заказа. Они просто сказали, что хотят жить. А сам он был просто трусом, стараясь скрыть это за значимой мордой лица.

Он просто почувствовал, что подули другие ветры. Матерые бюрократы всегда чуют перемены. Но что с этим делать он просто не знал. Его знания бюрократического механизма тут не мог помочь. И он растерялся. Ведь тут же не написать отчет или бумажку в секретариат. Тут что-то надо было делать. А сам он что-то делать не умел. Только через аппарат. Но аппарат не умел думать.

Новый Президент получил с утра свою папку с выдержкой из новостей, развединформацией и аналитикой по многим статьям. Позавтракав в своем особняке в Барвихе, он принялся за информацию. У него час перед выездом в Кремль. Все по часам. Сначала разведка – он сразу обратил внимание, что был доклад по появлению Юсупова на линии горизонта. Он проявился на островах Фиджи на конференции топ менеджеров. Там он предложил топ менеджерам присоединится к проекту освоению новой планеты и потом бесследно исчез, а с ним 7 топ менеджеров. Остальные отказались давать комментарии и улетели оттуда немедленно после встречи. Никаких подтверждений не было представлено, кроме показаний пары топов, которые сразу отказались участвовать в таком эксперименте. Остальные не смогли подтвердить, что это был именно Юсупов. Был похож, но они не поверили. И все. Ни фото, ни еще чего не было предоставлено. Аналитику он обычно просматривал в машине и взял дайджест из прессы. Так были просто кричащие заголовки всех газет, что наконец-то Юсупов открылся и вышел в свет. Но тоже ни фото – ничего. Он распорядился подготовить ему папку с делом Юсупова по его приезду в Кремль. И приступил к кофе.

Макс же спокойно готовил второй состав переселенцев. Всех разместив и опросив еще раз он удостоверился в работе программы и дал добро на старт. Старт был как обычно с другой стороны Луны, чтобы не напрягать местных астрономов. Потом он опять вылетел на остров, благо, что сейчас там ночь. Он подумал, что ему предстоит еще пару рейсов и все. Потом он долго тут не появится. Да и все что он уже увидел ему не понравилось.

- Сань, а чего ты Лилу притащил-то? – спросил отец. Мы и так тут справляемся. Да и светиться нам не надо Я вон чуть не светанулся со своими выкормышами из школы.

- Да ей там пока скучно. Все сделала. Да ты и сам говорил, что мы социальные животные. Нам нужно общество. – ответил Александр.

- Ладно походим по ресторанам. Только в ночной клуб ни шагу. Там вообще труба. – согласился отец. – И не в Москве. Сингапур самое место.

Лилу потусовалась в Сингапуре. Потом отец поехал в Гонконг. Она ему упала на хвост, пока брат разбирался с контингентом из Австралии. Она попросила его показать ей ночной Гонконг. Макс был не против и они поехали на Лан Квай Фонг. Европейское место в Гонконге. Они прошли в одну из башен во вьетнамский ресторан. Это единственная азиатская кухня, которая была адаптирована к вину. Все-таки френчи там долго правили. Приспособили свои вкусы к азиатской кухне. А Лилу нравилось вино еще с Чили. Утка под апельсиновым соусом была просто великолепна, как и королевские креветки в кляре под устричным соусом. Им открыли Бургонь 2001 года. Оно как раз и легла на пищу. После ужина они поехали в Джей-Джей клаб в Гранд-Хайяте. Там была живая музыка и приличная публика. Но перед этим они сели в лобби отеля, а в Азии лобби определяло уровень отеля. В Гранд Хайяте лобби было очень крутое, аж на три уровне вверх. Пока не началось представление, они могли выпить по легкому коктейлю. Или попробовать мороженное. Лилу нравилось фисташковое. Но Макс предпочел красный юннаньский чай, а Лилу Маргариту. Они говорили на ее родном языке, чтобы его не забыть. Так Макс ей сказал, что надо иметь практику и не следует забывать свой язык предков. Она всегда знала, что отец ее поддержит и что он ее любит, как и мама. И совершенно не переживала по этому поводу.

Тут неожиданно подошли трое японцев к их столику и пригласили их к столу их босса. Они говорили на плохом английском. Макс поднял бровь. Лилу похолодела. Отец им объяснил, что никто никуда не пойдет. И если их боссу так нужно он может и сам к ним подсесть. На кантонском наречии. Добавив, что может им перевести и на тибетский, или английский, или еще на пять языков, если у них есть такие знания. Трое быков его явно не поняли. Тут Лилу сказала, что ей надо в туалет. Она встала и пошла в сторону сервисов. Макс вздохнул и пошел за ней. Все равно чай уже остыл.

Макс зашел в туалет, сделал свои мелкие дела и подошел к раковине вымыть руки. Тут к нему подошел большой японец и что-то сказал по-японски. Макс выгнулся против своей оси и пальцем ударил его в точку под ухом. Тот сразу упал. Макс вытер руки полотенцем, которое сразу выкинул в корзину под раковиной. В хороших местах они одноразовые. Взяв лимонную салфетку, опять вытер руки и вышел вон. У выхода он подождал Лилу и они вместе ушли из лобби в клуб. Там они посидели, послушав живую музыку и потом двинули в свой отель. Там же на острове. Идти было минут пять и они не стали брать такси. Вечер в Гонконге был нежарким и ветер с залива нес запахи йода и морской воды. Они дошли до отеля и Макс предупредил охрану, что за ними шли какие-то японцы, которых он не знает. И попросил, чтобы они приглядели за ними. Зная отношение китайцев к японцам, он был уверен, что за ними точно приглядят. Ночью их никто не беспокоил.

Утром он позавтракал с дочкой и отправился на встречу в Чайна-клаб в старом здании Бэнк оф Чайна. Это было знаковое место. Вообще-то в Гонконге было два клуба для избранных – это Гонконг-Клаб и Чайна-Клаб. Там совершались большие сделки и договаривались о совместных операциях большие боссы. Но Гонконг-Клаб был вотчиной англичан и туда Макс точно бы не пошел. Чайна-Клаб находился на верхних этажах старого серого здания Бэнк оф Чайна и туда люди Ротшильдов и Барухов особо не ходили. Тут была вотчина китайских олигархов. Они терпеть не могли всех этих клиентов HSBC и Standard Chartered. Памятуя о том, как они им совали палки в колеса, чтобы не дать им стать третьим банком, имеющим право печатать гонконгский доллар.

Макс поднялся на лифте и передал свою карточку подскочившему мэтру.

- Меня должны ожидать, - тихо сказал он на кантонском.

Мэтр тут же куда-то махнул рукой и тут же выскочил молодой китаец, который вежливо поклонился.

- Господни Ю Сон может проследовать за этим юношей, - раскланялся мэтр, - он вал проведет к месту встречи.

Макс проследовал за ним и тот привел его в кабинет, оформленный в чисто китайском стиле. Стандартный круглый стол с вращающимися кругами, только выделанный из какого-то ценного дерева и диван обитый шелком со всякими сценка из китайской жизни вышитые какой-то специальной нитью отдающей в платину и золото с красным. Стол был пуст и за ним сидело трое китайцев средних лет и один пожилой и совершенно седой, по все видимости, главный. Макс поклонился ровно столько сколько положено по этикету. И молчаливо взглянул на главного. Тот молча показал ему его место рукой. Макс сел за стол. Вообще-то китайцы решали свои дела за столом так же часто, как русские в бане. Если русские пригласили тебя париться – это знак того, что с тобой готовы говорить. У китайцев баня менялась на ресторан. Если они с тобой готовы разделить ужин, то это знак доверия и желания договориться. Но никак не знак того, что готовы идти на уступки.

- Мы заказали на свой вкус, но если хотите что-то добавить, я попрошу принести меню, - начал главный.

- Не стоит. Я знаком с кантонской кухней и найду себе что-нибудь по вкусу, - откликнулся Макс.

Не стоит начинать с просьб. Это была обычная проверка. Просить что-то он не собирался.

- Ну что же, тогда подождем, - кивнул головой главный.

Вслед за этим тут же появились подавальщицы и распорядитель. В китайской традиции было, что подают женщины, а распоряжается за столом мужчина. Они быстро раскидали все по столу и незаметно удалились. Максу это действо напомнило старый фильм, где горбатый главбандюк за столом начал говорить – «Садись мил человек поговорим, выпьем, о делах наших скорбных покалякаем». Поневоле чуть не фыркнул, но сдержался и сохранил лицо. Все приступили к трапезе. Вертели внутренний столик и брали рис, соусы, креветки, шанхайскую капусту в устричном соусе, чой-сам в чесночном. Копченая утка и свинина в кисло-сладком соусе, креветки в сычуаньском, гарупа под черным бобовым соусом на пару и еще многое, что могло бы сломить истинного гурмана китайской кухни. Макс поел супчика со сладкой кукурузой и мясом краба. Попробовал лапшу по-сингапурски и рис жаренный с яйцом и овощами. Оттенял все зеленый чай и потом пиво Тайгер.

Наевшись все откинулись на подушки дивана. Тут же все было убрано и сменена скатерть. Старая традиция заляпать всю скатерть означала, что еда была вкусной. Тогда ресторатор знал, что гостям еда понравилась. Восток.

Потом Макс себе заказал пу-эр юньнаньский трехлетний и двойной односолодовый виски 17-летнней выдержки с островов.

- Мы рады что вы согласились поужинать с нами господин Ю Сон. Или вас лучше называть вашим европейским именем? – произнес главный.

- Как вам удобно. Мне одно имя дали родители, а второе - моя профессия, - пожал плечами Макс. – Имя у меня действительно европейское, но фамилия тюркская. Так что выбирайте сами.

- Тогда господин Ю Сон у нас к вам два вопроса. Первый – мы начали массовое строительство судов на наших верфях и нам нужны двигатели такие же или лучше, как у корейцев. Они себя стали вести не совсем правильно, говоря, что у них есть приоритет по закупке вашей продукции. Мы им долгое время помогали нашими поставками, но сейчас мы уже готовы сами строить такие суда. Но строить старые версии мы не хотим. Там большие расходы на топливо. Но наши корейские друзья отказывают нам в поставке ваших реакторов. Нам это не очень нравится.

Главный сделал паузу, прямо как по Станиславскому. И продолжил.

- Мы бы хотели сами покупать ваши реакторы и ЗИПы к ним. Наши техники уже могут сами их монтировать и подключать. Мы заметили, что потребление нефти упало в судоходстве на 30 процентов. Упала стоимость фрахта, но выросла его прибыльность. И все из-за ваших реакторов. Их пока никто не может повторить. Насколько мы знаем, вы не продаете патент и лицензии. Не поясните почему.

- Отвечу на последний вопрос – я не продаю свои технологии. Открыть патент это значит открыть технологии. На вопрос о покупке реакторов - ответ положительный. Дайте контакты ваших людей и мои с ними свяжутся и согласуют цены, сроки и номенклатуру. Осталось услышать второй вопрос. – улыбнулся Макс. – Наши корейские партнеры немного покривили душой.

- Что же это радует. Нам тоже показалось, что они стали чувствовать себя хозяевами мира. Но пока они даже не хозяева страны Чосон. Это недальновидно. Люди вообще слабы.

- Согласен с вами, - кивнул головой Макс.

Главный глотнул чай и продолжил.

- Второй вопрос касается ваших умений целителя. Он для нас не простой, но мы уже получили все возможные заключения от наших людей. Они не в состоянии справиться с болезнью моей внучки. Да они и не знают, что это за зараза. Они предполагают, что все дело в иммунной системе. Но, как у вас говорят человек предполагает, а бог располагает. Я прошу вас посмотреть мою внучку и вынести ваше заключение. Мне это важно. Она моя единственная внучка, оставшаяся после смерти ее родителей, - вздохнул он.

Макс увидел, что ему было нелегко просить незнакомого целителя посмотреть его внучку. Он привык повелевать, а тут надо просить.

- Конечно я ее посмотрю, но рак я лечить не умею и генетические заболевания тоже – прошу это учесть. Я ее посмотрю и вынесу своё заключение. После этого можно будет о чем-то говорить. – обозначил границы Макс.

- Конечно, - согласился главный. – Сколько будет стоить ваша работа?

- Я с детей денег не беру. Это мой старый принцип. Если хотите, то можете внести деньги на счет моей школы для особо одаренных детей. Она для них бесплатная. Я ее возродил, так как в Москве из нее сделали пансион для богатеньких деток без мозгов. – подчеркнул Макс.

- Да, я слышал о вашей школе. Но после некрасивой истории с вашим бывшим президентом, вы исчезли из публичного пространства. Мы это не одобряем. Нельзя мешать бизнес и политику. Не дело политиков вмешиваться в бизнес и наоборот. У каждого своя стезя.

- Согласен с вами, - К сожалению многие правители забывают, что они просто люди. И им свойственны простые людские искушения и заблуждения и потом может настать, как говорил один наш правитель, «головокружение от успехов» - закончил Макс.

- Я помню слова Сталина, - кивнул головой главный. - Он выиграл ужасную войну, а его тело выбросили из усыпальницы как бродягу. Это было недостойно.

- А я рад, что китайский народ не забыл деяния Председателя Мао, хоть многим они и не нраву. Но судьи кто? – поднял брови Макс.

- Китай древняя цивилизация и мы наделали много ошибок. Но не ошибается тот, кто ничего не делает. – закончил свою мысль главный. – Завтра в люксе отеля Пенинсула (Peninsula) вас будут ждать все документы, а потом к 18.00 ее привезут вертолетом. Там же построили башню с площадкой. Ну вы знаете.

- Я буду, - коротко сказал Макс.

Макс вернулся в номер и потянулся. Официоз закончился на сегодня и можно поужинать европейской кухней. Или даже русской. Он тут же набрал консьержа и спросил есть ли в Гонконге русские рестораны. Тот тут же ответил, что есть знаменитый Кремлин-клаб (Kremlin-Club), который открыли русские бизнесмены и который пользуется хорошей репутацией и кухней. Он попросил заказать им столик на вечер и пошел в душ, чтобы потом сменить одежду на менее официальную.

Лилу прошвырнулась по Каулуну (Kowloon), с его магазинами и зазывалами из Пакистана и Индии, мелкими лавками по продаже поделок из дешевого нефрита, пообедала в дешевой китайской забегаловке и потом вышла к ферри. Купив билет на верхнюю деку она села на скамейку. Паром чухнул дизельным выхлопом и медленно двинулся в сторону острова. Она была неприметно одета с большими темными очками и в бейсболке. Наверное, ее можно было принять за американку. Ну она там училась, потому это было не трудно. Отца она не беспокоила – мама ее приучила не дергать отца, когда он на переговорах.

Выпорхнул из парома она опять увидела трех японцев, которые увязались за ней. Тут уже она набрала отца и сообщила ему об этом. Он посоветовал взять такси и никого не убивать. Она спокойно взяла такси и поехала в отель. Там в лобби ее встретил отец уже не в официальной одежде, что навевало на хороший вечер.

- Пап, что это за японцы? Что им нужно то от нас? – спросила Лилу.

- Знал бы – сказал бы, - ответил Макс. – Что хотели не понять. Забей. Сегодня мы идем на русскую кухню в Кремлин-Клаб. Консьерж хвалил. Говорит, что все тут от него в восторге. Наши ребята вложились вроде.

- Мне в вечернее переодеваться? – спросила дочь.

- Наверное, там все-таки не ресторан, а клуб. Посмотрим, чем потчуют. – улыбнулся Макс.

К назначенному времени они прибыли и их усадили за столик с видом на залив Виктория и небоскребы Каулуна. Вообще-то это пролив, но и фиг с ним, спорить с местными никто и не пытался. Они заказали типично русские блюда и болтали ни о чем. Лилу рассказывала о своих похождениях в дебрях Натан-роуд. Смеялась над зазывалами на покупку костюмов и фотоаппаратов, камер и аксессуаров к ним. Макс же ей коротко рассказал о встрече и о просьбе посмотреть внучку босса. Лилу совершенно серьёзно сказала, что поедет с ним.

- Ты чего это подорвалась то посмотреть? – спросил ее отец. – я и сам не знаю, что там за болячка. Завтра только привезут всю историю болезни. И ее. Или ты что-то сможешь там увидеть?

- Помнишь ты мне рассказывал, как не смог посмотреть внучку старейшины какого-то города? – спросила Лилу.

- Да, давно это было. Но я тогда не смог. Я был зависим от генерала, а он не умел просить. И ты сама знаешь, что мне приказывать нельзя.

– Ну да - ты хаким – я помню.

- Я вот, сколько лет прошло, так и не знаю выжила та девчонка или нет. – горестно произнес Макс.

- Ты тогда не смог. А я тут. А вдруг я помогу? – Возьми меня с собой, - попросила Лилу.

- Ну ладно, если дед не будет против, то возьму, - пробурчал Макс.

И тут им начали подавать закуски.

Глава 2

Ужин прошел великолепно. Они от души наелись и не стали оставаться на программу варьете и живой музыки. Все-таки завтра рабочий день. У них двуспальный номер и они разошлись по комнатам. Проснувшись поздно они заказали завтрак в номер и после водных процедур принялись есть. Когда решали куда пойти Лилу спросила про статую Будды на горе, куда местные проложили канатную дорогу. Макс скривился – он терпеть не мог туристические места, созданные специально для туристов. Вот в Лхасу он бы сгонял или в Непал в монастыри. Но пока было не до этого. Тогда он предложил подняться на пик Виктория и оттуда спуститься по хитрой тропинке пешком, тем более под горку было идти легко и потом сразу на паром. Так и сделали. Добравшись до парома, пересекли пролив и оказались прямо у Пенинсулы. Это было старое здание в колониальном стиле к заднему фасаду, которого прилепили громадную башню в 60 или 70 этажей с вертолетной площадкой на крыше. Злые языки поговаривали, что хозяин любил сюда прилетать на вертолете с другого конца острова.

Здесь они решили пообедать и потом уже подниматься смотреть документы. Легкий европейский ланч закончился кофе и они выдвинулись к лифтам. Им нужен был 18 этаж, с комнатой 1818. Стандартные китайские заморочки – по их нумерологии такой номер стоил как минимум раза в три дороже остальных. Цифры означали много денег. Также тут не было 13 этажа и 4-го. И то и другое было не продать. 13 номер означал неудачу, а 4 – смерть.

Макс позвонил и дверь тут же открылась. Их проводили в кабинет и выдали документы в бумаге и на флэшке. Он отдал Лилу бумаги, а сам углубился в изучение истории болезни на ноуте. Он просмотрел все, но так и не понял, что это такое. Непонятное онемение конечностей. Неспособность управлять своим телом. Девочке 7 лет. Началось все два года назад, а до этого она нормально развивалась. Начала ходить вовремя. Ходила в туалет нормально. Начала учить иероглифы, говорить, осознавала себя. И он сбросил все Доку на свой атмосферник для анализа. Врачи ей поставили предварительный диагноз болезнь Филдс, по имени заболевших близнецов, которые проходили как неизлечимые, но исследования так ничего и не показали. Как ее лечить они не знали. Все анализы и исследования он просмотрел, но ничего не нашел. Все показывало норму или небольшие отклонения. Док тут же выдал, что у низ был такой аналог, но с ним справлялись на уровне генной инженерии в детстве. Тоже редко встречалась. И лечить ее нельзя, надо чистить ДНК. И только в капсуле у них на острове. Или надо запускать режим регенерации организма, чтобы он могла более или менее нормально жить, до чистки. Но все равно нужно было провести экспресс-анализ крови и плазмы и прогнать ее через диагностическую камеру.

Макс задумался. Забрать ее с собой он не мог. Остров секретный, а ее не отпустят без сопровождения. С другой стороны, нельзя отказывать в помощи, если она возможна. Лилу вопросительно взглянула на него. Макс ей кивнул и сказал на ее родном, что есть идея. Но осмотреть девочку все-таки нужно. Они выпили кофе с булочкой и как раз подоспели гости.

Девочку выкатили в коляске. Она оказалась удивительно милой с огромными для китаянки глазами и вторым веком, что для монголоидов редкость. Буквально мраморная кожа и очень субтильное телосложение. Одели ее в традиционный для маленьких китаянок наряд из верхней курточки со стоячим воротником и брюками в тон. На ногах были что-то типа тапочек с глухим носком и пяткой. Лилу спокойно раскрыла ширму и предложила ей раздеться самой, без помощи извне. Та спокойно стала раздеваться, а Макс внимательно смотрел на моторику движений. С трудом раздевшись она легла на кушетку лицом вверх. Макс вынул свой диагност из сумки и стал рассматривать ее потоки в теле и в конечностях. Посмотреть мозг он мог только в диагносте.

Макс ей сказал, что поставит ей иглы и это ей поможет перенести легче проверку в диагносте. В отеле был диагност и его им предоставили тут же. Макс сам залез в настройки и включил полное сканирование организма. На это нужно было часа три. Обычные программы он просто обошел. Пока шло сканирование они пошли поужинать в соседнюю забегаловку, где взяли обычный хот-пот со всякими наполнителями, рис и овощи на пару.

Когда капсула диагноста раскрылась, Макс снял иглы и разбудил пациентку. Она уже более уверенно оделась и внимательно посмотрела на него. Макс просматривал еще раз телеметрию исследования. Потом опять залез в настройки и удалил с диагноста материалы исследования. Они остались только на его флэшке. Док параллельно уже все получил. Как Макс и ожидал все подтвердилось. Ей нужна коррекция ДНК и не одноразовая, а как сказал Док – компенсаторное воздействие в течении примерно трех-четырех месяцев. И заодно можно ей подключить регенерацию.

- Ну-с молодая принцесса, при правильном лечении вам ничего не грозит, - улыбнулся Макс. - Он намеренно это сказал по-русски.

Лилу тут же перевела.

- Вашему дедушке я все напишу и ваш диагноз и методы лечения и сроки, - так что нет повода для волнения, - успокоил ее Макс.

- Дед сейчас приедет – он обещал, - сдерживая слезы сказала китаянка.

- Может быть, - пожал плечами Макс, но нам уже надо идти. Мы и так тут много времени потратили.

- Вам не за это деньги платят! – выкрикнула она, - что вам прикажут, то и будете делать.

- Тебя плохо воспитали. Нам никто не платит за то, что мы тебя осмотрели. И мы тебя лечить не будем ни за какие деньги. – отрезал Макс и развернувшись вышел, увлекая за собой Лилу.

В лифте он попросил Лилу сделать выписку из последнего исследования и выслать все на адрес референта главного, который даже не представился. Они доехали до отеля, собрали вещи и уехали предварительно вызвав атмосферник условленному месту.

В антиграве Лилу спросила отца, не круто ли он поступил. На что Макс ответил ей прямо и резко, - Мы себя не в капусте нашли. Нас попросили осмотреть – мы это сделали, но приказывать хакиму никто не может. Так что пусть сам занимается своей внучкой, если не сумел ее воспитать правильно. Отец всегда так говорил, что ему никто не может приказывать. Попросить – да. Он никому не подчинен. Он хаким.

В офисе старика стола мертвая тишина. Его референт получил полный расклад по болезни его внучки с планом лечения и сроками выздоровления. И самое главное – причина болезни, а не диагноз. Это была очень редкая аномалия ДНК, которая возникла, скорее всего от смешанного зачатия китайца с европейской женщиной – возможно англичанкой. У них больше всего замечено таких аномалий. Если не лечить, то девочка умрет, входя в стадию пубертатного периода. Тогда это будет точно летальный исход. На сломе организма и гормонального шторма её ДНК просто поведет и она не выдержит гормонального слома на фоне полового созревания. Если и выживет, то будет инвалидом и вряд ли долго проживет. В письме также было указано, что речь шла только об осмотре пациента. Лечить ДНК аномалии он не может и сожалеет, что не может ничем помочь.

Его слуги рассказали совсем другую историю. Макс осмотрел ее и сказал, что вылечить ее можно и он об этом напишет ее деду, но молодая госпожа стала настаивать, что они должны ее лечить, а не уходить и им за это платят деньги. На что доктор сказал что за эту работу им никто не платит и что она плохо воспитана и лечить он ее не будет ни за какие деньги. И он зашел к внучке.

Та сидела и плакала в подушку. Ей было так себя жаль. Она не сдержалась и дала волю своим эмоциям. Он понимал, что ругать ее бессмысленно. Она еще слишком мала, чтобы понимать все то, что ему пришлось испытать. Тогда он ее успокоил и поехал к тому человеку, который его вывел на него. Его старый врач и друг с молодости.

Тот его выслушал и лишь покачал головой.

- Ты меня попросил вывести тебя на Юсупова по коммерческой надобности. Он слишком большой человек, чтобы просто так что-то делать. Я за тебя поручился и он принял мое поручительство. Потом ты идешь к нему на встречу, не представляешься по имени, получаешь свою привилегию и просишь его об услуге, за которую даже не платишь. Ты что совсем с ума сошел на старости лет?

- Он меня попросил перевести деньги на его школу.

- А дословно как он сказал?

- Можете перевести деньги на мою школу.

- Теперь понял разницу? Он не просил. Он тебе разрешил – дурак ты старый. Ты мне не сказал об этом и он не ожидал твоей просьбы. А я бы тебе не разрешил. Потому как знаю твою внучку и тебя. Тебе все отказали и один человек тебе сказал, что это можно вылечить. И твоя неугомонная внучка приняла его за простого врача. Ты что ей не сказал кто будет ее смотреть?

- Я посчитал это лишним.

- Ты совсем идиот. Он дважды лауреат Нобелевской премии. Он один такой на всей Земле, а ты даже не представился. Его расположения ищут богатейшие люди на Земле, а я тебе по старой дружбе с ним устроил встречу в обход всех протоколов. Ты понимаешь как ты меня подставил?

Старику стало стыдно перед другом. Это все его заносчивость в последние годы. И он отчетливо вспомнил, что тот его ни о чем не попросил. И вел он себя как в столовой ничуть не впечатлившись антуражем Чайна-Клаба.

- И что мне теперь делать? Как мне его искать? – спросил старик.

- Никак ты его не найдешь. Если он сам этого не захочет. – ответил ему врач. Только работай по тем контрактам, что ты оговорил и не подведи его. Он не прощает. И второго шанса у тебя не будет. Передай через его людей ему сообщение с извинениями за поведение внучки.

- Может ему денег дать? – спросил старик.

Врач рассмеялся. Потом просто расхохотался.

- Ему и денег? Да ты хоть понимаешь сколько у него денег? Дурак ты старый – ты хоть бы заказал аналитику своим дурачкам. Один его патент на антигравы оценивают в триста миллиардов долларов. А него их куча и маленькая тележка. Ты нищий по сравнению с ним.

Старик понял, что попал по крупному. Но делать было нечего и надо будет исправлять свои же ошибки.

В тот же день на стол Нового президента России легла записка о том, что Юсупов проводил время в Гонконге, где его видел наш резидент, имеющий ориентировку. Но на следующий день он выехал в неизвестном направлении. Все его старые связи прослушивались и просматривались, но он с ними не общался. Ему докладывали, что у него вообще была своя система связи, недоступная другим. И спутники, и ретрансляторы тоже были свои. Публичными системами он не пользовался, кроме телефона в офисе и филиалах. Он предлагал приобрести у него криптоустойчивую связь со спутниками и коммутатором, но ему отказали. Там шел распил другой системы, которую так и не ввели в строй. Когда звезда Юсупова взошла Новый президент был всего лишь полковником и потому многое ему не было известно. Сейчас же он читал его дело как детективный роман. Многих уже и не спросишь – ушли в мир иной. А многие молчат. Их всех турнули с должностей и они сидят по дачам и не дают интервью никому и не колются ни о чем. Сколько человек сделал, а все только и хотели его кинуть и отнять у него бизнес. Неудивительно, что он всех их послал и исчез из публичного поля. И его друг и доверенный адвокат тоже как в воду канул. Но реакторы он где-то производит и продает корабелам из Кореи и Китая, так как срок их контракта не вышел. Это многое о нем говорило. Из России у него не было твердых заказов, или они были не оплачены. Неудивительно, что он просто на них болт забил. Гравилеты тоже встали из-за неоплаты ему поставок антигравитационных модулей. Космос тоже задыхался без энергии. Чипы его фабрика делала только загрубленные и новые купить можно было только по большому блату и на черном рынке. И только за границей. Спутники его зарабатывали деньги работая непрерывно уже лет так 15. России он каналы не продавал, а когда обратились, то получили ответ, что технически невозможно – все сдано. Программу по подлодкам Россия провалила по неоплате комплектующих на них от Юсупова. Лодки построили и продали, а с ним не рассчитались. Тогда он просто перестал поставлять свои изделия. А потом и закрыл производство в России. А более заказывать стало не у кого. Конечно полетели звезды с погон и адмиралы вылетели на пенсию с заводчанами вместе, но производство то встало намертво. То есть его предшественники выбили производство подлодок, гравилетов, реакторов на обедненном уране и ОЯТ, гравидосок для публики, утилизаторов всех типов, компьютерных чипов, самих вычислительных станций, космических электростанций, реакторов для спутников дальней связи и геостационаров, военных гравилетов, систем криптосвязи и еще много чего. Да за это расстрела мало будет давать. Они уже и забыли, что такое северный завоз по нефтепродуктам. Только продовольствие идет и строй материалы. Расходы бюджета по этим статьям упали в разы. На всем Севморпути зимой полно огней. Еще и теплицы там построили. Электричество почти даром – не надо самолетами гонять овощи с фруктами. Зелень своя у всех появилась. Все его наработки по новым лодкам пущены в утиль из-за отсутствия производства реакторов. Построили недолодку на основе реактора ритм-200 так до сих пор кашляют. На эти деньги можно было пять лодок построить по его проекту.

Президент вызвал референта и продиктовал ему депешу для руководства ФСБ и СВР на предмет устройства ему встречи с Юсуповым на нейтральной территории. Гриф - ССОВ.

Макс закончил формирование нового состава поселенцев и ждал транспорт. За это время он уже оформил аренду нового острова в Микронезии под свою школу и стал заниматься поиском умов на Земле. Арендовала остров сама школа и платила аренду тоже она. Никаких корреляций по названию она с ним не имела. Попечителями вы ступали пять крупных фондов и инвесткомпаний. Это был частный проект и никого не касался. Детей отбирали в том же возрасте на стыке окончания созревания коры головного мозга – 16-17 лет и вели их до 19-20 лет. Потом им предлагались места в университетах или в колледжах, которые уже стояли в очереди за потенциальными студентами. Но у школы был приоритет на предложение им места учебы или работы. По его расчетам ев обучение могло претендовать примерно тридцать учеников со всего мира. Но тут уж он решил брать быка за рога. Только моноязычие на русском. Мнемотехники по изучению наук и баз данных по специальности. Языки по выбору специальности – потом можно было подучить и еще но за свой счет. Название у нее прижилось Central PacificIntellectualSchool (Центрально тихоокеанская интеллектуальная школа). Был небольшой корпус охраны, в том числе на антигравах. Пару самолетов с увеличенный радиусом работы и катера. Электроснабжение и утилизатор работали непрерывно, а также все выходы на спутниковую связь, вплоть до геоцентрической. На острове было телевидение и интернет. Также бассейн и все необходимые удобства. Опреснители обеспечивали резервное питание водой, хотя там были природные источники воды. Раз в неделю туда приходило судно снабжения. Ну, а дарами моря воспитанники сами могли побаловаться, под руководством опытных наставников. Макс держал пункты приема на всех континентах. В России два, как и в Китае. В Индии, Европе, Южной Америке и Центральной и США в Коста-Рике. Африку он пока не смотрел. Поселенцы пока не привыкли к таким выкрутасам. В Европе он выбрал Словакию, в Южной Америке – Парагвай, потом подумав все-таки включил арабский мир. И открыл пункт в Дубае. Иранцы тоже могли туда спокойно приехать. Это не было дорого, но суннитскую часть арабов это очень устроило. Аэропорта там не было намеренно. Попасть на остров можно было только морем или на антигравах. ЧВК, которая была открыта с разрешения правительства Микронезии охраняла остров. Небольшие инвестиции в эту страну, устроили ее правительство. Была даже подлодка. Макс выкупил старую лоханку у Вьетнама и полностью ее переделал. Он не верил в ракетную атаку на остров – все-таки дети учатся. Но дальнюю разведку дронами сумел наладить. Причем круглосуточно.

Воспитанникам был предоставлен пляж метров восемьсот, с учебным корпусом и коттеджами преподавателей. Сами они жили в жилом корпусе в комнатах по двое. Без смешения полов. В их распоряжении был тропический парк, зал для занятий, бассейн, учебные классы, мастерские и зал развлечений. Отдельно был медицинский корпус, так как многие хотели и могли посвятить себя медицине. Тем более основам овладению энергиями их тут учили.

Сайт школы был открыт и Макс начал прием претендентов. Все было централизовано. Проверка не стоила заявителям ни копейки. Это был принцип – потому как в любой семье мог родиться гений. Это не угадаешь.

Родители могли привезти своего ребенка от 16 до 18 лет и проверить его на соответствие требованиям абсолютно бесплатно. По окончании исследования родителям вручались его результаты в бумажной и цифровой форме. С заключением, к какому роду деятельности ребенок мог быть предрасположен. Все материалы ложились в память и становились материалом для статистики. На сайте и в пунктах сканирования висели предупреждения, что школе может подойти только примерно один из 100 тысяч человек, а то и меньше. Но все равно все получали свои заключения. Разрешения минимальное нужно было в один восксель, то есть микрон-на микрон-на микрон. Но сканы давали еще более четкие срезы. Он нанял лабораторию из Института мозга, для обработки исследований. Они там сидели на полном подсосе и не дать им профильную работу за деньги было бы не правильно. Ребята хоть подзаработали на квартиры и машины. Он понимал, что это работа вдолгую, но ему предстояла долгая жизнь. Так, что он не торопился. Лилу тоже помогала как могла. Саня тоже суетился. Им надо было сделать свою легальную базу на Земле.

По сумме вырастить специалиста выходило очень дорого. Но деньги были пыль. Средство расчетов не более того. Он хотел вырастить элиту будущего своей планеты. Поэтому все студенты падали на кровати и засыпали на ходу. Им полагались спецпрепараты, для улучшения деятельности коры. Техника мнемоники была распространена. Объем знаний у них рос не по дням , а по часам. Всем были показаны физические упражнения и самооборона. Макс нашел наконец Лаврова и уговорил его стать их наставником, за большую зарплату. Он то и отслеживал их моторику и реакцию. А включение регенерации проводил сам Макс. Также на основе плавания он ввел предмет преодоления барьера боязни потери кислорода, для возбуждения собственных резервов организма. Его он попросил курировать своего однокурсника по Универу. Тот мог еще тогда просто проплыть без дыхания сто метров кролем. Правда не на результат. Но он понял основы анаэробного обмена.

В общем учеба закипела. Достойная зарплата, отличные условия для жизни и прекрасный климат стимулировал учителей по полной программе.

Макс сидел у себя в каюте и думал. Еще пару рейсов и все. Пока им хватит. Надо будет еще все пространство проверить. Но его больше интересовали местные эндемики. И он подумал, что можно будет смотаться к деду Ивану в тайгу. Там как раз Николай его обитает и учится премудростям леса. Он не хотел лететь на новую планету и с удовольствием исследовал свою. В заказнике, где дед Иван был главным охранителем было полно эндемиков. И он решил слетать туда, пока есть время. И Лилу взять с собой. Хоть брата увидит. Да и там места дивные - на сотни километров тайга.

В группе по определения места нахождения Юсупова была почти что паника. Докладывать начальству было нечего. Он опять просто исчез. Но тут пришел запрос в школу Юсупова на то, чтобы лишить ее статуса имени Юсупова, за подписью основателя. Он не считал более ее своей школой и снимает с нее свое имя. Финансирование ее он прекращает, а здания и все имущество продает. Ученикам он лично ничего не обещал и не считает себя обязанным им чем-либо. Денег с них он не брал, так что все по-честному. Школу он считает закрытой. Соответствующее объявление будет в прессе завтра после обеда. И по всем мировым СМИ. Гоголь отдыхает – такая была реакция всего отдела. Всемирно известная школа закрылась волею своего создателя.

Новому президенту тут же доложили о закрытии школы. Он был законник и терпеть не мог операции вне существующих законов. Юсупов действовал в рамках законов. Предъявить ему было нечего. И этим самым он бил по престижу России. Также ему доложили о пропаже семи подростков с территории России. Правда они выехали совершенно легально, но потом пропали. Их выезд обеспечивала какая-то школа в центральной части Тихого океана - Central Pacific Intellectual School. Они там выиграли типа гранта, но все документы были в порядке. Разрешение родителей тоже были. Им была выплачена небольшая сумма. Совершенно официально. Они были на связи и по интернету, и по телефону, только через коммутатор. Прислали родным свои фото с острова. Это точно почерк Юсупова. И самое главное его имя нигде не упоминалось.

Максу в принципе ресурсы Земли не особенно были и нужны. Под рукой астероиды – готовые ресурсы металлов. Пока его интересы не распространялись далеко. На Алее он создал два десятка роботизированных предприятий. Они начали производить каботажные суда для ближних орбит и спутников для мониторинга пространства. По всем параметрам Алея подходила под определение курортной планеты и недалеко от Земли. Прекрасный климат, огромный океан, острова с песчаными пляжами, насыщенный водный мир. У него в команде уже работали четверо зоологов по классификации рыб и животных нового мира, а также ботаники по адаптации земных растений к новым условиям. В местной флоре пока ничего выдающегося они не нашли. Кроме специальных эндемиков. Но земные эндемики ему тоже были интересны. И поэтому они вылетели на Урал.

С дедом Иваном все было оговорено заранее и они приземлились точно на отведенной им площадке. Макс только сообщил о прилёте, но встречу назначили на утро. Он с Лилу завалились поспать. Наутро проснулись и сварганили костер. На Лилу это всегда производило магическое воздействие – живой огонь. Вскипятив воду в котелке, он сделал из части кашу, а остальное пустил на чай. После завтрака они пошли проверить умения Лилу на предмет овладением энергиями. Недалеко – в пещеры, чтобы с орбиты было не видно. Она уже достаточно уверенно пользовала свою энергию и могла ее заместить заёмной. Макс уже мог спокойно двигать тяжелые предметы, вызывать огонь, вымораживать небольшие участки, давать энергию росткам, строить силовой щит или бить воздушным кулаком или просто сдувать препятствие. Лилу же спокойно видела течение энергии в растениях и определяла их влияние на организм человека и животных. Она вполне уже овладела моторикой Лавровских техник и могла отправить в мир иной любого нормального мужчину. Отточенный удар по коленному суставу она зала уже давно. Сейчас она могла уже просто убить человека с метров пятидесяти отточенным ударом в сердце или в основание мозга. Там нет костной защиты. Это как ткнуть шилом в основание мозга. Это был урок выживания – звери обычно им не мешали, но чтобы снять жаление, их приходилось убивать, чтобы выжить. В лесу нет хлеба и консервов. Наука выживать – это Лилу понимала. Тем более отец научил ее отличать промысловых животных и бесполезных. Дед Иван тоже учил ее выживать в лесу и это умение ей было понятно. Мало ли что в жизни может произойти. Она уже знала очень много растений полезных и ядовитых. Понимала, как себя вести в лесу. На ее планете не было лесов, а тут она в лесу просто отдыхала. Она его чувствовала, как свой дом.

У Макса пискнул телефон и он открыл сообщение. Деде Иван их предупреждал, что кто-то тут кого-то ищет и это федералы. К ним он не полетит, чтобы не выдать место. Посоветовал сваливать немедленно. Ему подставляться было не с руки. Макс ответил, что они пропадают, включил питание атмосферника, потом установку холодной плазмы и они взлетели, но пошли на север от территории заказника в сторону северного Урала. Макс тут же отправил ему сообщение, чтобы он сховал спутниковый терминал в лесу. Их видимо вычислили по сигналу со спутника. Макс полетел на Плато Путорана. Там их фиг найдут.

- Доча за нами опять федералы охотятся, - спокойно сказал Макс, - мы тут пересидим немного и потом двинемся. Нам уже пора улетать. Потусовались и хватит. Суетно тут.

- Да ну их, - вскинула волосы Лилу, - потом прилетим.

Новый президент сидел у себя в кабинете и слушал доклады своих силовиков. Потом он спросил, как так дела с Юсуповым. Председатель ФСБ доложил, что везде выставлены засады на него и его друзья взяты в заложники до его появления. Президент спросил, а что он сам будет делать если его семья будет взята в заложники. Тут раздался звук взрыва. Влетел дежурный секретарь и доложил, что здание ФСБ было уничтожено направленным взрывом. На месте взрыва воронка метров пятьдесят в диаметре. Была почти ночь и вроде гражданские не пострадали.

Президент вопросительно посмотрел на Председателя ФСБ.

- Заложники, говорите, - протянул он. – Вы знаете стоимость здания ФСБ по коммерческой цене? Не знаете. Вот вам и выплачивать его стоимость всю вашу никчемную жизнь. На лесосеке. И всей вашей семье. Прачками – подштанники стирать солдатам. До полного опупения.

- Так не по закону же, - промямлил генерал.

- А вы генерал по закону взяли заложников? И по какому? Может дадите ссылку? – сварливо спросил Президент.

- Так я же выполнял ваше поручение, - осмелел генерал.

Президент нажал кнопку. Появился его референт с папкой в руках.

- Миша, озвучь пожалуйста мое поручение ФСБ и СВР на предмет установления связи с Юсуповым.

Референт открыл папку и продиктовал казенным голосом, - Поручить руководителям ФСБ и СВР провести мероприятия по установлению прямого контакта с Юсуповым М.И., для встречи его с Президентом России минуя посредников.

- И где-же тут взятие заложников? – тихо спросил Президент.

Генерал просто побелел.

- Миша передай охране мой приказ арестовать генерала и подвергнуть его военно-полевому суду за неисполнение приказа вышестоящего начальника. Семью выселить из служебной квартиры. Лишить регистрации в Москве и наложить арест на все их имущество, включая дальних родственников, их вклады, счета и права на акции и другие ценные бумаги в наших банках. Уведомить зарубежные банки о том же. Если не будут соглашаться расскажите, что всю информацию об их деятельности, полученную от нашего визави будет опубликована в открытой печати. По мере ее получения. Исполняй.

Тут же вошла охрана и генерала арестовали, сняли с него все то , что снимают с арестованных, включая шнурки от ботинок, ремни и другие опасные вещи и увезли на гауптвахту Московского гарнизона.

В кабинете установилась тишина.

- Давайте заслушаем начальника СВР по данному поручению, - продолжил Президент. – И вызовите заместители арестованного. Он нам понадобится и очень скоро.

Макс когда узнал, что деда Ивана, его сына и Яну взяли в заложники, чуть было не погасил всю Москву. Такого он вообще не ожидал, тем более, что предъявить им было нечего. Они просто были заложниками, для того, чтобы он сам вышел на связь. Типичная фсбшная игра на живца – суки. Тогда он просто-напросто запустил заряд прямо в здание ФСБ на Лубянке ночью, чтобы не убить невиновных. Но жертвы будут – там дежурная смена. Макс даже не подумал об этом. Они начали игру по-взрослому – так и получите по такому же разряду, чтобы потом не думали, что тебе все сойдет с рук. Через день по запасному каналу связи он получил сообщение, что всех отпустили и что Главу ФСБ арестовали. И он сидит на гауптвахте Московского гарнизона.

Он тогда спросил Лилу хочет она покарать того, кто покусился на его брата и названную сестру и на деда Ивана. Лилу спокойно ответила, что рада была бы его убить, но он может много знать. Но она умеет выпытывать информацию. А потом он и так умрет. Это не человек, а мусор человеческий. Макс хмыкнул, но принял посыл и предложил подготовиться к визиту к фигуранту.

Ночью они незаметно пробрались на территорию бывших Крутицких казарм, где все еще располагалась гарнизонная гауптвахта. Небольшие посылы сна от Лилу вогнала всех сторожей в сон. Макс посмотрел журналы приема и определили номер камеры. Они прошли вместе и Макс открыл двери камеры – генерал спал. Так подействовал посыл Лилу. Он закрыл двери камеры и разбудил генерала. Тот не понимая открыл глаза.

- Ну привет генерал, - поприветствовал его Макс. – принимай гостей, но не кричи – все спят.

- Вы кто? – дрожа спросил он.

- Мы смерть твоя, - сказала Лилу.

- Не тяни - у нас мало времени, - сказал Макс.

Лилу тут же взяла его голову и сжала у висков. Потом подержав минуты три и бросила. Клиент просто упал на шконку.

- Жить будет? - спросил Макс.

- Ну пару дней да, а потом всё, - ответила Лилу.

- Нда. Собаке – собачья смерть. – заметил Макс. – пошли отсюда.

Гарнизонное начальство скрыло происшествие ото всех Тем более никто не убежал и не пострадал. А на третий день сошел с ума генерал, бывший шеф ФСБ. Он стал биться головой об стены и кричать, что он ни в чем не виноват. А через день умер от инсульта.

Утром следующего дня на сайт ФСБ пришли данные по счетам бывшего Главы ФСБ с уведомлением, что аналогичная информация сброшена на сайты администрации Президента. И если это не будет опубликовано, то всё это уйдет в сторону нашей и западной прессы.

Камеральная проверка показала, что дом деда Ивана пуст. Никакой техники там нет. Вещей тоже. Собаки пропали. Даже кота нет. Олени, которые кормились у внучки деда Ивана тоже ушли в тайгу. Реактор, который питал всю систему был демонтирован. После обследования дома прозвучала тревога и через тридцать минут дом и постройки взлетели на воздух.

Глава 3

Президент сидел у себя в кабинете и ломал пальцами карандаши, собирая перед собой горку обломков. Он решительно не понимал, как можно быть таким тупым и ограниченным уродом, чтобы не понимать обычных вещей, который бы понял любой здравомыслящий человек. Власть что-ли их так ломает. Он думал, с кем можно поговорить об этой проблеме. С кем Юсупов сработался до него. Листая страницы папки, с его личным делом он читал отчеты, рапорты, доклады, доносы, аналитические записки, но все равно целостной картины у него не выходило. Единственно, что он заметил, что его родственница, которая сейчас была хранителем Юсуповского Дворца на Мойке была единственной кто не дал никаких показаний на него, со словами, что они все и ногтя его не стоят. Не уточнив кто. Как оперативник он стал выстраивать картинку или, скорее мозаику, которая могла дать ответ на вопрос, что это за человек. Еще он заметил рапорт одного сотрудника КГБ СССР, которому поручили собрать сведения о связи Александра Лаврова, бывшего на тот момент капитаном КГБ с Юсуповым на тот момент бывшим студентом выпускного курса. Тот категорически отрицал свои близкие отношения с Юсуповым, отделавшись упоминанием, что они виделись в Университете на кафедре биомеханики. Ни о каких совместных занятиях или передачи навыков речи не было. А потом Лавров совсем уехал из Грозного. Хотя другие доклады и рапорты говорили о другом. Лавров сегодня в отставке - говорить ни о чем не хочет и ссылается на то, что прошло много времени. Васина нет в мире живых, Трошева тоже, Примаков почил в бозе, Белоусов категорически отказался общаться на эту тему. Его главный инженер был убит бриттами, а главный юрист пропал. Это были те, с кем он общался очень плотно и делал заказы для государства, армии и космоса. Конструкторы из Роскосмоса тоже неохотно шли на контакт и явно что-то скрывали. Нашли даже бывшего капитана Белоконева, с которым он бил бармалеев в Чечне. Процентов 90 отзывались о нем превосходно. Остальные просто писали на него доносы, указывая на неправомерные доходы и указывали на его связи с криминалом. Эти сведения тоже проверили и они показали, что Юсупов с криминалом не общался. Но пользовался у них уважением, за то что лечил кое-кого из воров в законе. И за это он не брал с них деньги. Но они его не признавали своим. Когда прижали пару воров на предмет Юсупова, они просто указали на то, что в Бутырской тюрьме он действительно лечил вора в законе Бугримова Юрия Тимофеевича, по кличке Бугрим, от сердечной недостаточности и после его смерти даже приехал на похороны бросить пару горстей земли на могилку покойного, что братва уважала. Он не отказался от своего пациента, несмотря на его криминальное прошлое. Его личный тренер был убит боевиками в Грозном. Остальные тренеры сборной его плохо знали или не общались, считая его выскочкой и снобом.

Президент усмехнулся – ну да выскочка и сноб взял и порвал Америку на Олимпиаде в Атланте – законодательницу мод в плавании на протяжении многих десятилетий. Он сам был спортсменом и понимал, что это значит.

Вся его жизнь проходила на глазах у сотен людей. Она была абсолютно понятна и прозрачна. Никаких темных или белых пятен. Жена – терская казачка, родила ему четырех детей. Два сына и две дочки. Старшие отучились в Массачусетском технологическом институте, младший сейчас учится на биофаке МГУ, а самая младшая пока не вошла в школьный возраст. Очень дружны с семьей Кожиных, дед которых был генерал-полковником КГБ. Второй дед был старшим инспектором в заказнике на Урале, где и жил с внучкой, а Иван Кожин был компьютерным гением и имел свою компанию, никак не пересекаясь с Юсуповым, но сначала работал под его крышей. Он потом он нащупал свой путь и вышел из-под его опеки и работает сам. На бирже его акции котируются высоко. Вот его сестру и его деда и сына Юсупова тот мудак и взял в заложники. Кожин об этом узнал от Юсупова, но они тоже пропали. Итак получается, что осталось всего трое с кем можно было бы поговорить и так сказать пощупать почву. Это Геращенко, Глазьев и Кожин. И он решил начать с Геращенко. Все-таки патриарх банковского дела в России.

Виктор Владимирович сидел у себя на даче за ноутом и просматривал сайты с информацией. Зрение уже прилично подсело, но он пока держался. Звонок его мобильного вдруг прозвучал очень резко. Он не держал смартфон. Ему привычна была простая трубка. Стоила она недорого и заряд держала долго. Он снял трубку и услышал голос нового президента. Тот поздоровался и попросил его принять у себя, так как дело было срочное. Геращенко удивился, но согласился. Отказывать президенту ему бы и в голову не пришло.

Президент приехал через полчаса. Виктор Владимирович не стал предлагать ему тапочки и сразу провел в гостиную и попросил прислугу приготовить чаю. Он знал, что он кофе не сильно уважал. Президент сел в кресло и спросил знает ли он о происшествии на Лубянке?

Геращенко приподнял очки и внимательно посмотрел на президента. – Я знаю только то, что было сказано в СМИ, - произнес он. Не более.

- Там воронка метров пятьдесят в диаметре. – проговорил президент. – что-то прилетело прямо в здание ФСБ. Кинетика. Взрыва не было. Почти вся смена погибла. Старое здание уничтожено под корень. Завалило входы в метро.

- Теракт? – спросил Геращенко.

- Скорее ответка, - ответил президент.

- Ничего себе. Это за что же нам такое? – приподнял брови бывший глава ЦБ.

- У нас один неумный товарищ взял в заложники сына Юсупова, чтобы тот со мной мог связаться, - вздохнул президент.

- Он что с ума сошел? Это же подсудное дело, - удивился Геращенко, - если это военный, то ему трибунал же грозит.

- Он и сошел с ума, но после этого – на гарнизонной гауптвахте. – усмехнулся президент.

- Хорошенькое дело. Надеюсь, юношу отпустили?

- В тот же вечер. Но ответка была ночью. Кто ее зарядил просто этого не знал.

- Да уж. Ну вы и наворотили дел. – вздохнул Геращенко. – и что теперь?

- Понимаете, в чем дело. Вы его знали лично и можете мне помочь понять этого человека. Таких как вы осталось только трое, включая вас. Он вышел давно из публичного поля, а когда он активно работал с Правительством я еще полковником был. Белоусов отказывается вообще о нем говорить. Он замкнулся и не выходит со своей дачи. С Глазьевым у меня не совсем ровные отношения. А вы все-таки творец цифрового рубля и у вас авторитет во всем мире и опыт.

Геращенко захыкал и стал смеяться. Потом он вытер глаза от слез и со смехом сказал, что все это полная чушь.

- А еще говорят, что президенты самые информированные люди, - просмеявшись сказал он, - запомните молодой человек творец цифрового рубля - Максимилиан Юсупов, а я всего лишь его идею воплотил в жизнь, под его же руководством. Также как и электронного кредита и сети дата-центров по всему миру. Кроме России. У нас они принадлежать ЦБ или Правительству, за исключением частных, которые принадлежат телефонным компаниям и интернет сервисам.

- То есть как? – впал в ступор президент.

- То есть так, - рассмеялся Геращенко. – ваши люди попросту вас обманули. ЦБ принял решение строить дата-центры под влиянием доклада Юсупова в ЦБ. ЦБ не связан с бюджетом страны и сам смог построить такие центры на свои деньги, а потом сдать в аренду мощности минфину и пенсионному фонду. Вся работы была сделана фирмой Юсупова и они справились в срок, хотя этого я не ожидал. Вся энергетическая обвязка тоже была предоставлена ими. Как и запуск в эксплуатацию. Вся затея окупилась за три года для ЦБ. Потом мы еще построили три, то есть нам построил их Юсупов. Таким образом мы охватили почти все сферы хозяйственной деятельности в экономике, кроме отдаленных населенных пунктов. И тогда стали вводить цифровой рубль и мы видели все трансакции всех участников рынка. Таким образом были отрезаны деньги, которые могли пойти на спекулятивные операции с валютой и выводом их за границу. А также рубль стал инвестиционной валютой внутри страны. А после астероида это нам помогло закрыть почти все долги в долларах перед внешними кредиторами. Как и большинство крупных компаний с госучастием. И акции которых вращались на бирже.

Потрясенный президент не мог все сразу осознать. Получается байка, что Геращенко был отцом цифрового рубля это простая утка. Это был продуманный план внедрения цифровых технологий. Для него это было потрясением основ.

- Тогда Белоусова назначили на пост Минобороны и он начал хорошо, хотя бы тем, что сделал ревизию всего того, что имеет армия. Так ему посоветовал Юсупов. У него отец был интендантом и он знал, что принимать хозяйство без ревизии это самоубийство. Тогда много голов полетело. Такие оказались в недрах нашей армии ценности, что никто даже не подозревал. Только в одной Москве выявили под сотню объектов, которые принадлежали ей, но о них никто не знал. Ведь так же удобно было воровать. – хихикнул Геращенко.

- А потом Белоусова просто поимели армейские и флотские и похерили все новые вооружения в угоду проверенным своим поставщикам. Так мы получили недолодки с реакторами Ритм-200 от КБ Африкантова, когда уже вовсю строились обычные лодки с реакторами Юсупова. Страна потратила кучу денег на говно, а адмиралы были в связке со строителями и проектировщиками лодок и пилили бюджет. Уж не знаю имел с этого что-то Белоусов или нет, но он своим распоряжением отдал предпочтение лодкам с реактором от КБ Африкантова. А Юсупов просто перестал поставлять свои реакторы верфям в Питере, потому как они всегда платили после сдачи лодок заказчику и он не мог получить деньги за шесть реакторов, которые уже бегали по морям других стран. Ну а потом его просто кинули на деньги с гравилетами и он перестал поставлять свои модули на Сормово. Они опять не платили ему, ссылаясь на задержки в платежах от контрагентов. Тогда он принес всем копии платежей им, из которых было видно, что все было оплачено. Ему опять не заплатили и он перестал поставлять свои модули заводу. Те сорвали контракты, а деньги Юсупова распилили. С ним расторгли контракт и оставили его без денег, завод без работы и страну без авторитета. А руководил всем этим ваш руководитель Администрации – большой любитель собак и возить их на выставки за госсчет, - закончил Геращенко.

- Но зачем ему это? У него и так денег полно. Он же столько не потратит. – удивился президент.

- Просто деньги и власть. он хотел отжать патенты у Юсупова и его нагнуть. А потом в позе раком его поиметь. И получить еще большую власть, - пожал плечами бывший глава ЦБ. Все просто.

Президент просто такого не ожидал. Он вспомнил, как Белоусов его предупреждал о теплой ванне, в которую его окунут. Выходит, его так окунули, что он сам ушел. Не смог им сопротивляться и поэтому не идет на контакт. Ему просто стыдно – понял он. Его выдвинули, а он просто не выдержал давления коррупционеров во власти. И потом он вспомнил, как Белоусов под конец правления категорически отказался строить новые фрегаты без нового вооружения. Тогда у флотских был траур.

- Виктор Владимирович! А что за человек Юсупов? Я то с ним не встречался никогда. – спросил президент.

- Он гений. Просто гений. Которому надо поставить памятник из чистого золота еще при жизни. – серьёзно ответил Геращенко.

- И что бы он мне посоветовал сейчас делать? Я то с ним никак не могу поговорить, - спросил президент.

- Я уверен, что он бы вам посоветовал вернуть Глазьева на ЦБ. Я уже стар и не потяну. И забрать у минфина формирование бюджета, отдав его парламентской комиссии, оставив минфину только исполнение. Это по моей вотчине. А в остальном у него много мыслей и вариантов решений. Он гений – поэтому просчитать его ходы очень сложно. Практически невозможно.

Президент поблагодарил его за чай и отбыл в раздумиях.

У него возникло еще больше вопросов на которые у него не было ответов.

А в это самое время руководитель Администрации президента рыдал над трупами своих собачек в элитной квартире стоимостью под 5 миллионов старых долларов, залитой водяным потоком от прорвавшейся трубы отопления у соседей сверху. Наборный паркет украденный в одной из усадеб вспух и не подлежал восстановлению, а новодел он не принимал. Мебель тоже пострадала. Его дача вдруг загорелась и сгорела – которую он ласково называл усадьбой. И открыв свои счета через особый сервер с криподоступом он увидел нули. Посмотрев трансакции он увидел, что его деньги, честно украденные из бюджета вернулись опять в Россию. В виде грантов на научные исследования, стипендии малоимущим студентам, вкладам в соцпрограммы помощи инвалидам и малоимущим детям и сиротам. Тогда он встал с пола, залитого кипятком из системы отопления. Подошел к сейфу. Открыл его и вынув револьвер поднес его к виску. И тогда прозвучал небольшой взрыв.

Эта квартира будет выморочная. Так как родственников, детей и жен фигурант не имел. А собаки тоже были мертвы. Да и не могли они наследовать собственность умершего, ввиду отсутствия законов. Похоронили тело за госсчет на участке для самоубийц, так как счета его были пусты.

Новый президент опять сидел в своем кабинете. Его пресс-секретарь ничего умного выдать так и не смог. Территория Лубянки была отсечена от репортеров и версию обещали озвучить с часу на час. Там вовсю шли спасательные работы. Были повреждены коммуникации и метро. Выхода он пока не видел. Тут ожил коммуникатор и его референт доложил, что ему прислали телефон. Его проверили и там не было следов взрывчатки. Обычный кнопочный телефон. Симка была на несуществующее лицо.

Он взял телефон и тут же раздался звонок. Президент снял трубку и там он услышал механический голос передавший, что с ним свяжется Максимилиан Юсупов по наземной связи и предупредил, чтобы он дал команду его соединить. После чего телефон сгорел. От него пахнуло жженой пластмассой и он умер. Тут же раздался звонок от референта, который доложил, что звонит Юсупов по наземной линии. Он дал разрешение на соединение.

Это Юсупов. – раздалось в трубке. Вас слушают так, что пусть знают, что я им не прощу похищнее сына. Теперь поздно рассуждать – пусть свои жопы спасают. Они все умоются кровью. Все до единого. Не я начал войну, У них шанс выжить – это забиться в самую жопу мира, чтобы я из сразу не нашел. Но я их найду везде. Рано или поздно. А те, кто не хочет умереть страшной смертью, придите к президенту и покайтесь, пока я вас не аннигилировал.

Спасибо Иван Иваныч, что разрешили пообщаться с коллегами.

- Так я же…

- Я знаю как вас зовут, но в отношении со мной вы будете Иваном Ивановичем, а я Максимом Александровичем.

- Хорошо.

Аппарат пискнул и связь прервалась. Президент подумал какими же возможностями обладает Юсупов, чтобы вот так вести разговор.

В своей резиденции в Жуковке президент погулял вечером, поиграл с собаками и сняв куртку в прихожей, увидел на ней стрекозу. Удивившись, он внимательно ее рассмотрел и понял, что это никак не стрекоза. К ее брюшку был прилеплен чип в точности как для телефона. Но золоченого цвета. Он вызвал начальника охраны и попросил связаться с ним системного интегратора его сети. Через пять минут вошел молодой парень лет 25-ти и взял чип. Рассмотрев его под лупой, он вынул свой телефон и вставил чип в него. У него был слот на 2 симкарты. На экране появилась надпись – «прижмите указательный палец правой руки для идентификации к экрану». Он прижал. Экран отозвался: «идентификация не пройдена». Потом экран мигнул и появилась надпись «у вас еще одна попытка». Он посмотрел на президента и предположил, что требуется его отпечаток.

- Скорее всего это лично для вас, - сказал он президенту, - если я еще раз не пройду идентификацию связь может быть разорвана.

- Давай я попробую, - сказал президент, - не взорвется же.

Он прижал свой указательный палец к экрану. Через секунд 10 появилась надпись «идентификация пройдена». Экран засветился и на нем появилась надпись «ваше средство коммуникации находится на стволе третьей березы справа от выхода на восточную дорожку».

- Тебя как зовут? – спросил он админа.

- Павел, господин президент, - ответил тот.

- Теперь ты в курсе этого и поэтому тебе придется подписать еще одну бумагу.

- Я и так уже столько всего подписал, что не страшно, - улыбнулся админ.

- Тогда сбегай принеси гаджет, - сказал президент и показал ему текст на экране.

- Ох ни фига ж себе, - выдохнул админ и побежал на поиски.

Через пять минут он вернулся с пластиной цвета березовой коры.

- Открывай, - дал команду президент.

Тот взял пластину и она раскрылась книжкой прямо в руках. На одной части был темный экран, а на другой небольшая клавиатура. Экран засветился и опять появилось требование идентификации. Админ показал текст президенту и тот опять приложил палец к экрану. Он погас и потом опять засветился надпись, что идентификация пройдена успешно. Потом появилась надпись «отпустите стрекозу – она вам принесет наушник через час». Президент показал надпись и протянул стрекозу админу и показал ему головой на дверь. Тот кивнул головой и побежал выпускать дрон на улицу. Через час админ ему принес наушник и сказал, что стрекоза улетела.

Президент вставил наушник в ухо и тут же засветился экран, на котором он увидел Юсупова, который сидел в кресле на террасе, за которой был виден океан или море.

- Добрый день, Иван Иванович! - сухо произнес он, - вы хотели со мной поговорить?

- Не скрою – хотел, - ответил он, - а зачем такой антураж? Нельзя было просто позвонить?

- Звонить вам - это как позвонить всем. У вас там стукачей куча и все подглядывают и подслушивают. А так пока что только вы и я. Эта связь не фиксируется вашей аппаратурой. Она на других принципах. – пожал плечами Юсупов. – Так о чем речь? Вы же не просто так захотели поболтать за жизнь.

- Вы просто пропали и с вами было невозможно связаться. У нас тут образовался должок перед вами. Вот хотел подбить балансы. Предыдущие товарищи нехорошо поступили, – осторожно начал президент.

- Фигня это все. Просто переведите на мою школу, что были должны и все. Пеню я считать не буду и штрафы тоже. Перебьюсь как-нибудь, - махнул рукой Юсупов. – Если это все, то зря я вам свой гаджет прислал. Делов то на копейку.

- Не все. Вы разрушили здание ФСБ на Лубянке. Нехорошо это. Люди погибли, - добавил президент.

- Понятия не имею о чем вы. Зачем мне ваше ФСБ. Я и без него прекрасно живу. И жил, пока ваш чинуша не взял моего сына в заложники с моими друзьями. – так что мимо, господин президент.

- Зря вы так, Максим Александрович! Иногда надо признавать свои ошибки, – холодно сказал президент.

- Вам не идет такое выражение лица. Доказательства предъявите или идите в жопу со своими домыслами. Ваш служака был предатель и я вам предоставил все доказательства. Вы же сыпете голыми обвинениями. При вашем то опыте. Или вы решили меня взять на понт как мутного фраера? – ухмыльнулся Юсупов и улыбнулся.

- Больше просто некому. Так что мои домыслы или не мои, но они имеют право на жизнь, - заметил президент.

- Так и пусть себе живут. Кто им не дает? На то они и домыслы. А так нет доказательств – идите в жопу. Если все, то конец связи. Гаджет сохраните и не рекомендую его разбирать - он просто выгорит. Если что просто напишите вопрос и я может быть отвечу при наличии времени, - закончил Юсупов.

Экран погас. Вот и поговорили – подумал президент. С гениями всегда трудно. Они думают не так как все и у них другие приоритеты. Он вспомнил профессора, который его консультировал на предмет общения с гениями. Так тот его учил ни в коем случае не навязывать им ничего своего. Их можно купить только интересом. Если им интересно, то они станут общаться. В других случаях они посчитают это потерей времени. И если им неинтересно, то они просто не замечают людей и события. Он приводил много примеров и президент понял, что не так построил разговор. Юсупову было интересно, что от него хотят, а когда услышал обвинения просто прервал разговор. Доказательств действительно не было и на понты он не повелся. Тогда президент дал команду запускать утку о взрыве здания ФСБ забытой взрывчаткой еще с времен войны, когда немцы подходили к Москве. Более рациональной версии они так и не придумали. Не говорить же, что здание было уничтожено кинетическим ударом болванки, летевшей на гиперзвуке. Не надо волновать народ. Пусть спит спокойно.

Макс прочитав в новостях о взрыве заложенной с войны взрывчатке только хмыкнул. Значит тему сняли – подумал он. Далее он занялся связями ближайшего окружения нового президента и их счетами. Его не интересовали контракты. Только остатки на счетах, а так как они, как правило не понимали в финансах ничего, то практически не размещали свои средства, украденные у своей страны в другие инструменты. Как правило средства были размещены в Швейцарии или Лихтенштейне. Ключи к серверам он подобрал с помощью Шефа и начал вывод средств на спецсчета и потом транзитом закапывал их в фондах из которых выводил активы, которые потом продавались по частям. Потом был создан новый фонд .в который сливались средства, которые сразу размещались в надежные на полгода-год активы, чтобы их можно было превратить в деньги без особых усилий и потерь. Общее количество украденных денег превысило триллион старых долларов.

Увидев в новостях, что новый президент вернул Глазьева на ЦБ он позвонил Сергею Юрьевичу. Он представился и скинул ему ссылку на визуальный доступ к информации о счетах. Без допуска к их распоряжению. На всякий случай. Он не стал объяснять источник средств, но посоветовал доложить президенту о количестве денег и что это его подушка безопасности. А также скинул имена чиновников, которые потеряли украденные деньги. Зачем мертвым деньги? И посоветовал, чтобы президент в самое короткое время избавился от них, если не боится. Деньги они уже потеряли. При потери власти восполнить свое влияние деньгами они уже не смогут. Потом в течении трех недель с фигурантами стали происходить странные вещи. У кого машина сгорит, у другого дача, у третьего батарею пробьет и так далее. Приостановив месть он добрал в свою школу учеников и улетел на Алею, оставив за себя Александра. Он забрал деда Ивана с собой и Яну с Николаем. Рисковать ими он не собирался. Все ресурсы он раскидал по электронным счетам и часть из них перевел в сырье, необходимое России и с которым у страны могут быть проблемы. В основном это были редкоземы. И частично платиноиды. В качестве своей комиссии он забрал часть сырья с собой.

Глазьев встретился с президентом и передал информацию от Юсупова безо всяких комментариев. Намекая, что он знает о том, что у него есть связь с ним и так.

Президент попробовал последовать совету Геращенко и свои указом перевел функции составления бюджета вновь созданной межведомственной комиссии с участием депутатов Госдумы и оставил Минфину только исполнение. Поднялся такой шум в прессе и посыпались обвинения в узурпации власти и диктаторских замашках. Он выступил по ТВ и объяснил, что наоборот комиссия будет более объективна, чем один Минфин. Враги заткнулись, потому как народ и так все понял и депутаты всю голову сгрызли Минфину за многие статьи бюджета.

Александр подкинул оружие туарегам, чтобы они беспокоили французские войска в Мали и Нигере. С Кубой он договорился об участке с экстерриториальностью в обмен на поставки своих реакторов. Там началась стройка века отелей для иностранцев. Варадеро уже было занято, но подыскали примерный аналог. Там построили аэропорт. Теперь Макс мог туда спокойно приезжать и жить там. Зону охраняли кубинские коммандос. Теперь энергии было валом и она была дешевая. Куба не наживалась на свих гражданах. Полную цену платили иностранцы. По его совету Куба предложила США убрать их базу из Гуантанамо в обмен на деньги или ресурсы, которые были необходимы Америке для восстановления страны. США согласились и Александр получил свой порт на Кубе с базой и аэродромом. До этого он получил власть большинства в Микронезии и от ее имени подписал договор аренды двух участков на Кубе. Теперь они все стали гражданами Микронезии и сразу приняли законы, ограничивающие получение местного гражданства. Теперь все острова были связаны рейсами гравилетов и страна стала зарабатывать деньги на туризме. Макс до этого заказал три корпуса ПЛ для Микронезии и потом начинку установил сам, но на верфях Китая. Экипажи набрал из русских моряков, предоставив им жилье и работу по месту. Пришлось даже объявлять конкурс на вакантны места подводников. Одна из лодок постоянно пасла воды перед Гуантанамо. У Кубы он взял в концессию никелевые рудники и дал работу кубинцам. Сам никель оставлял себе и частично продавал тем же амерам. Ну Кубе постепенно стала выравниваться экономика. Кубинцы уже не побирались по всему миру, а стали экспортировать фрукты и табак. Кооперативы организованные на госземлях давали хорошую выручку и аренду земли тоже платили они же. Бюджет стал наполняться. Куба практически перестала покупать нефть – только нефтепродукты для транспорта и рыбаков. И битум для дорог. В своей зоне Александр открыл казино и туристы просто повалили на остров оставляя деньги там. Гуантанамо стала промплощадкой со свои портом. Все производство зарыли в землю. Через год прилетел Макс и Александр улетел к семье. Все говорило о начале пандемии. Могильники на Аляске эмиссары Сороса и Гейтса уже раскопали и передали штаммы в Китай, в исследовательский комплекс провинции Хубей. Осталось только потерять посылку со штаммами, которые доработали в лабораториях США в Африке и Восточной Европе. И они выстрелили.

Глава 4

Макс еще раз перепроверил доклады его агентов на местах и набрал президента на его гаджет. Он набрал текст с просьбой связаться как только он сможет. Потом он отправил справку его людей в центр имени Гамалея в Москве, с просьбой ознакомить всех, кто имеет отношение к вакцинам. А также отправил экспресс-почтой все образцы старой испанки, которые он сумел достать. Также он вспомнил многое, что успел прочитать до переноса. В частности. он вспомнил почти дословно статьи из Ланцета и Нэйчур опубликованных после пандемии, где даже были указаны кладбища на Аляске, откуда эти деятели вырыли трупы.

Ведущие газеты и другие медиа платформы стали публиковать заметки и статьи коррупции в России и публиковать выписки из счетов в разных банках.

В Москве разразился неимоверный скандал. Грязь на Белусова и его тогдашних премьеров и его замов лилась бурными потоками. В результате чего многие подали в отставку, а те, кто сохранился затихарились под кустиком, боясь высунуть нос. Народ никак не связал отставки бывших с личностью президента. Он опять поднял нос и постепенно перестал ощущать почву под ногами. Глазьев ему доложил о письме Юсупова, но на президента это не произвело впечатление. Сергей Юрьевич качая головой удалился. Макс купил трех журналистов, которые согласились опубликовать статьи про будущую пандемию на Земле. опираясь на факты, но эти статьи высмеяли и через пару недель обсуждения забыли. Макс набрал еще два десятка детей и определил их в школу. Пока ему хватит. И через месяц разразилась пандемия в границах провинции Хубэй.

Макс сидел у Хандамировых на территории бодеги и пил вино с Зеликовичем. Он еще вел для него кое-какие контракты, но в режиме инспектора. Его вино после селекции стало востребованным и он получал приличные деньги за него у оптовиков. Какой-то специальный сыр ему выкатил Зеликович на закуску. Они смотрели на закат и болтали.

- Слава ты все понял по пандемии? Она в Китае уже идет и будет как ураган расходиться по миру. На маски наплюй – они не помогут, а вакцину я вам оставил, - повторил Макс.

- Так в чем там опасность то? Хоть просвети немного, - попросил Зеликович.

- Понимаешь какую фишку эти соросовцы придумали. То есть их биологи. Они взяли штаммы старой испанки, на которую сейчас нет вакцины и замутили на генном уровне преодоление гематоэнцефалического барьера. Так вот мозг это забарьерный орган, как и часть половых органов. И у них получилось как в аутоимунных заболеваниях чем более у организма крепкий иммунный комплекс, тем более он будет подвержен заболеванию. То есть иммунная система будет бороться сама с собой. У кого иммунная система слабая просто поболеет и все, а вот у кого мощная – то все. Умирать будут в основном молодые и крепкие люди, а младенцев это вообще никак не затронет. Старики имеют шанс выжить гораздо больше молодых. Но это предварительная информация. Как хубейский штамм получим и проверим будет яснее.

- Да, не сидится им, - протянул Слава.- Я кстати проверил твою информацию о вакцинировании африканцев, после которого они не могли зачать детей – все так, как ты и говорил. Только еще хуже. И это только во франкоязычной Африке. Просто я французский знаю и мне легче с ним оперировать.

- Это их старая программа, которую они еще в семидесятых годах начали, чтобы уменьшать население планеты. И эта пандемия как раз вписывается в тот же процесс. А вот когда она разгорится, тогда они продадут всем вакцину, которая убьёт еще больше народу, чем сама пандемия. Такая вот многоходовка. И денег поднять и купить политиков и народ проредить, - ответил Макс.- И обязательно привей своих. Это наша вакцина – она работает, в отличии он их образцов. Но учти, что эта зараза может мутировать. Ну мы все равно будем руку на пульсе держать.

- А что президент то наш совсем мышей не ловит? – спросил Макса Слава.

- Неа. По моему, люди как попадают на эту должность у них или крыша едет или начинается административный восторг. Вспомни Примакова – ведь умный мужик был, а повелся на туфту комитетчиков как пацан. Белоусов тоже вроде неплохо начал, а потом его свои же и вломили. Нынешний тоже недалеко ушел – вроде все сделал правильно и сейчас на коне, а дальше своего носа не видит. Он почему-то думает, что у бриттов все плохо, а у них как раз все хорошо. Они в агентурной разведке собаку съели и их эмиссары уже давно сидят в Китае. И рисуют красивые картинки партийным функционерам среднего звена. Австралию себе приготовили уже. В Британии же сейчас уже индусов с пакистанцами побольше чем самих англичан. Плюс туда сирийцы понабежали с ливанцами после цунами. Темы, которые мы еще лет десять назад начинали так и лежат втуне. Новое оружие не делают, хотя наработки у них есть. Но кто кому доктор? – заключил Макс.

Постепенно пандемия развивалась и пока на нее не обращали внимания, отчасти оттого, что китайцы закрыли всю информацию о внутренней пандемии. Они практически перекрыли саму провинцию. Мотивировка была простая - небольшой карантин до выяснения природы заболевания. Но постепенно информация проникала наружу и когда в интернете появились кадры из переполненных больниц провинции народ забил тревогу и китайские власти вынуждены были признать что не могут контролировать течение пандемии, а после окончания китайского нового года всю заразу разнесли по всему Китаю, так как это время отпусков и все старались уехать и навестить своих родных в разных местах Китая. После того как Гонконг свалился от болезни тревогу забила уже вся Азия с Австралией, после них и уже и весь мир. Европа тоже свалилась – больницы были переполнены. Пациенты мерли тысячами, потому что как и чем лечить этот вирус не знал никто. В общем пока все шло как в том мире Макса, но ему показалось, что все-таки смертей было больше.

Он выбросил на рынок большую партию ПЦР-тестов для определения заболевания и его стадии. Основа таких тестов была заложена давно – еще в 60-х годах предыдущего столетия и для биохимиков не была сюрпризом. Просто Макс уже был к этому готов и тут же продал лицензии всем желающим ее производить. Все равно сам бы он не потянул такой объем. Просто не было мощностей. Институту Гамалея лицензию на тесты он просто подарил и предложил купить у него лицензию на вакцину. Но они пока думали и пользуясь своими мощностями проверяли полученные ранее штаммы, пытаясь разработать свою вакцину. Макс пожал плечами и предложил ее другим фарм компаниям. Отозвался только Новартис – все-таки швейцарские корни этой компании дали себя знать и пока они еще не слились с кем-то еще из США и держали более менее независимую политику. Их исследовательский центр быстро проверил вакцину и они выразили готовность ее купить с формулой и технологией. Но таких денег у них самих не было, тога они обратились к своему акционеру - Банку Кредит Свисс. Тот быстро провернул заказ подтвержденный Евросоюзом и под гарантии приобретения Евросоюзом вакцины выдал кредит Новартису, на который он купил патент на вакцину с технологией, реактивами и формулой производства.

У Макса также была в загажнике двухкомпонентная вакцина, на случай совсем плохой. Ведь пока не была понятна корреляция с вирусом из того мира. Так что она могла и подождать.

Но пандемия стала не на шутку злее. Вводились карантинные меры по всему миру. Переставали летать самолеты. Турфирмы банкротились одна за другой. Отели опустели. Народ загнали по домам и без цифрового пропуска нельзя было выйти на улицу. Работали в основном только аварийные службы и сервисы типа развоза продуктов. Вакцина только начала разворачиваться и Новартис в первую очередь снабдил ею своих граждан. Остальная Европа просто умирала тысячами. Больницы не справлялись и люди просто умирали дома, что обнаруживалось уже после смерти, когда соседей стал доставать запах. Были созданы бригады труповозок, которые собирали тела по квартирам и домам. Экономика просто рухнула. Евросоюз и США стали просто печатать деньги их раздавать, чтобы народ не помер без еды. Ведь на удаленке сталь не сваришь и удобрения не произведешь.

Макс это предвидел – почти полная калька с его миром, но тут все оказалось еще хуже. Поэтому пришлось ему парковать деньги, полученные за вакцину в другие активы, которые потом можно будет реализовать в деньги без особых потерь. В основном в сырье. На медь и никель инфляция не так действовала. Как и на редкоземельные металлы.

Институт Гамалея все-таки запросил методическую помощь в разработке вакцины, так как его подгоняли власти. В России народ тоже умирал, правда не в таких количествах как в Европе. Все-таки скученность населения в Европе была гораздо больше и она не так пострадала от цунами как США. Самое тяжелое положение было в Японии и Китае. Еще в Южной Корее, но там населения было не так много. Про Индию было тоже мало что известно. Но там была своя развитая фарма и наверное что-то придумали.

С Гамалеевцами все-таки остановились на двухкомпонентной вакцине и они стали ее производить. Тут она работала почти на все 100 и положение стало выправляться. Медленно, но верно. Европейцы ее не покупали как и американцы, пользуя своё. Но все было не так просто и тут на Европу рухнул мутировавший вирус, что Макс и предполагал и пошли рецидивы от который уже смертность стала чуть ли не 90 процентов. Европа вздрогнула.

Новый президент России сидел у себя в кабинете и читал сводки по пандемии. Количество умерших ужасало, но было значительно ниже Европы и Японии с Китаем. Но с Китаем не все просто. Они тупо снижали свою смертность. Их публикациям верить было себе дороже. До совещания оставалось еще минут десять и он пытался сложить в кучу хотя бы основные данные отчетов. Его президентство началось немного сумбурно, но потом ситуация выправилась и даже показался экономический рост. Но потом эта пандемия подкосила весь мир. Все его советники не мычали не телились. Тупо повторяли какие-то мантры из кальки Европы. Но в России это не работало. Нельзя было посадить всю страну на карантин дома. При ее расстояниях, это было физически невозможно. Посоветоваться было не с кем. Его опять погрузили в теплую ванну и там держали, лишая инициативы. Тут он вспомнил, что не ответил на вызов Юсупова. Он физически его ненавидел за его всезнайство и полную уверенность в себе. И тут же вспомнил слова Геращенко, что гении все сделают не так, как обычные люди и прогнозировать их реакцию никто не может. Они думают иначе. Тут же на кону были жизни людей. Они гибли и пандемию никак не могли прикрыть. Только купировать. И он плюнул на своё «Я» и набрал на гаджете Юсупова.

Тот ответил почти сразу. На экране был океан и пальмы, и сам Юсупов в панаме и в шезлонге с бокалом в руках.

- Чем обязан Иван Иваныч? – спросил он. – Кстати добрый день!

- Вспомнил про ваше сообщение и вот решил ответить, - соврал президент.

- Кажется месяца два прошло или больше. Соболезную. Вам надо больше отдыхать и передавать полномочия исполнителям. Так не долго и кони двинуть - пардон за мой французский, - ответил Юсупов.

- Не смешно.

- Так я и не смеюсь. Соболезную. – улыбнулся он.

- Как вы так можете говорить!? – люди гибнут, а вы насмехаетесь, - вскипел президент.

- Люди всегда гибнут – ибо смертны, - возразил собеседник.

- Пустой трёп. У нас народ мрёт как не в себя. Надо что-то делать. А наш Минздрав мышей не ловит. У вас есть идеи?

- Нет. Все идеи я отдал институту Гамалея. Как и формулу с патентом на вакцину. Так что все в их руках. Действовать надо было раньше, но у вас же не было времени поговорить со мной. Так что нет. Идей нет. Пандемия уже охватила весь мир. Вы только можете поднять мощности производств и обеспечить вакциной своих граждан. Не делясь с другими. Они мне вообще не интересны, особенно европейцы. Хотя и англо-саксов тоже в ту же степь. – хихикнул Юсупов.

- А как же помощь ближнему?

- Мне они не ближние. Они враги и всегда ими были и останутся. Так что пусть мрут. Мир будет чище. – пожав плечами сказал Юсупов. – И вообще спасайте своих. О чужих пусть их правители думают. Они же их выбрали на демократических выборах. А то, что они все мудаки – то не наше дело.

- Жестко вы.

- Я вообще не мягкий и не пушистый. Мир жесток. Так что всем сестрам по серьгам. – лениво протянул он.

- Ладно согласен. То есть наращивать производство?

- Да. У вас только один путь и это облегчает решение задачи. Вирус уже мутировал и в Европе мрут уже как мухи от дихлофоса. Только двухкомпонентная вакцина спасет. Западники отказались ее покупать. Так что не вздумайте ее продавать до полной вакцинации своих. Потом – да. Но не сейчас. И еще не вакцинируйте не граждан России. Пусть вакцинируются у себя дома. Это не халява. Государство заботится только о своих гражданах. Забота о чужих не входит в функции государства. Тем более они не платят налогов. Так что пусть идут лесом.

- А как же наши люди за границей, те же посольства?

- Ой нашли проблему. Пошлите самолеты туда и вывозите заболевших и вакцинируйте наших здоровых. Вам любой тупой логист решит проблему в полчаса. И вообще у вас есть целый МЧС чтобы решить этот вопрос. И закройте же границы наконец. А то такой бардак у вас там, что просто стыдно.

- Так а что мы Европе скажем?

- А Европу просто шлите на три буквы русского алфавита, первая буква этого слова, соответствует второй букве слова УХО - далее вы и сами знаете. Вы же ПРЕЗИДЕНТ РОССИИ, а не хрен собачий. Так что вперед и прямо. Правое плечо вперед шагом марш.

- Налево то есть.

- Вот, чувствую военную жилку. – хохотнул Юсупов. – Если бы вы не мяли сиськи, то давно бы уже договорились обо всем. Если хотите могу стать вашим начальником генштаба – временно.

- А давайте! Хоть сейчас подпишу указ.

- Не-не нам торопиться вредно. Там у вас такой гадюшник, что не дай Аллах. Мы потихоньку. Нас подслушать не смогут, так что обращайтесь. Я пока еще тут. Подожду как вы справитесь. А потом уже порешаем как и что. Людей берегите наших. – сказал Юсупов и отключился.

Президент не совсем понял, что он имел ввиду под словами «пока еще тут», но зарубку себе оставил. На совещание он уже вышел полный сил и идей. Подчиненные сразу почувствовали силу власти и начали пахать, спасая своих граждан. И просто своих людей. Они сразу оценили посыл президента и не собирались делать добро чужим, в ущерб своим.

Макс суть да дело организовал группу паники и свалил все на Сороса и его группу с Гейтсом во главе. В интернете стали строчить всякие блогеры. Основные медиаплатформы заполнились деталями преступления. Всплыли фотки могил на Аляске, которые раскопали бравые биологи и тут же раскрыты были источники их финансирования. Мир просто ополчился против США, хотя федеральное правительство не имело к этому никакого отношения. Но вопросы то задавали им. Гейтс просто исчез из поля зрения – поговаривали, что он свалил в Новую Зеландию и сделал пластику лица. Офис Сороса и его фонда просто разгромили и сожгли разгневанные граждане. Полиция сделала вид, что ничего не происходит. Фарм компании наживались на правительственных поставках. Но народ мёр и мёр. И тут оказалось, что в России народ перестал умирать и там отменили карантинные меры. Стала работать промышленность и сфера услуг. Заработал транспорт. Полетели самолеты, пока внутри страны. Поехали поезда и весь мир стал покупать то что им не хватало именно у России. Особенно продовольствие. Основными статьями дохода стали пшеница, рапс, соя, подсолнечное масло, жмых для скота, ягоды, бахчевые, лён, кедровое и конопляное масло, а также удобрения.

Рубль стал укрепляться и его потихоньку Глазьев стал приспускать, чтобы не было ажиотажа. Рисовые чеки возродили на Кубани и в Крыму. Курс рубля почти окончательно привязали к стоимости корзины сырья и электричества. Доллар почти никого уже не интересовал. Он остался для внутреннего потребления. Но США никто за доллары никто ничего не продавал. Потому как купить за него было почти нечего. Им самим не хватало ресурсов для восстановления страны. Они и так уже вскрыли все свои месторождения.

Но пандемия не заканчивалась. Уже год как она началась и полгода как мутировала. Европа стала пустеть. Япония тоже. Никто никого не считал, но количество захоронений просто зашкаливало. Правительствам пока было не до этого. Они обратились к России с просьбой продать им их вакцину. Но президент жестко ответил. Что пока все граждане России не будут вакцинированы никто ничего не получит. Мощностей производства и так не хватает. Вся их газетная шумиха проехала мимо. И народ оценил усилия президента и его рейтинг просто взмыл в небеса. Люди поверили и стали работать не в меру лучше. Все таки речь шла просто о выживании.

Постепенно вакциной всех обеспечили и стали ее продавать «на вынос».

Наши потребовали, чтобы было обеспечено методическое сопровождение заказа, чтобы потом не было упреков в качестве вакцины. Или мы поставляем и никаких претензий потом не принимаем. На выбор. Когда зашла речь об оплате президент набрал Юсупова по поводу приема оплаты. Макс предложил или электронные кредиты или сырье в виде металлов. Так и порешили. Руду принимали по весу конечного продукта, как и глинозем. В результате у России появился избыток дешевого сырья. Буквально в отвалах. Акциями предприятий оплату не принимали, так как их легко было обнулить или обанкротить предприятие. Месторождения принимали только на условиях экстерриториальности. Потом Макс выложил средство восстановления после вируса и тоже по отдельной цене. Там была настолько зубодробительная формула, что повторить ее было невозможно. Ну а что? Здоровье стоит дорого. Не хотите - не платите.

Потом какие-то отморозки взорвали баржу напротив здания МИ-6 на Темзе. Здание просто сдуло и еще пару кварталов вокруг него. Остались подвалы но они были неглубокие так как воды подступали прямо к зданию. Европу затрясло не по-детски.

Макс же пока возил ресурсы к себе. Это было дешевле, пока не начались разработки астероидов. Для этого надо было поднимать промышленность, но просто было мало людей, особенно образованных. И он все-таки решил вывозить преподавателей, чтобы у себя организовывать школы и университеты. Начали в тех же открытых пунктах тестировать уже взрослых людей и сканировать им мозг. Конечно, выбор был небольшой, но что-то стало получаться. Потихоньку ручеёк стал ручьем, но он никогда не станет рекой – это он и сам понимал. Земные дела его не сильно волновали. Там так или иначе будет большой бардак, но сил на захват власти на планете просто не было. Да и не нужно это. Там такой клубок интересов, что разгрести его не было ни ресурсов ни сил. Как и кадров, которые, как известно, решают всё. Тогда он сообщил президенту, что будет недоступен и попросил обращаться к его представителю и подставил клона его Шефа, который они сумели создать. Он крутился на средней орбите сканируя информационное поле для анализа и выводов. Оставив связистам президента ключи и пароли он улетел на Алею.

На Алее Макса интересовали разработки так называемых пищевых картриджей. Одноразовые рационы у него уже имелись и их производство было открытой информацией. Проработав многие источники он все-таки вышел на вариант решения создания таковых, где при наличии воды можно было бы создавать блюда. Хотя пока не видел их развития из-за ограниченности дальности полетов на атомных движках. Но то дело будущего. Пока главное технология. Да и не Земле это может пригодиться. Основная проблема, это сложная система ферментации из белково-углеводного сырья и формирование липидов. Как известно из жира жир не происходит. Он происходит от синтеза углеводов. Кто изучал биохимию поймет. Аэробно-анаэробные превращения и лежат в основе такого синтеза. Остальное уже идет на добавки, отдушки, цветовые красители и вкусовые добавки, ну и всякие гадости типа глутамата натрия, без которого, к сожалению, еда будет безвкусной. Но китайцы его добавляют везде и ничего. Как-то живут. Тем более это не рационы, приготовленные по более-менее традиционной технологии сублимирования и последующей добавки воды. Рекламируемые в фантастических романах всякие стазис-камеры, это натуральная фантастика. Как останавливать время в отдельно взятом боксе или камере? Тайна сия великая есть. А так процессы понятны и более того из можно описать формулами. Осталось найти таких людей, кто бы мог довести идею до конечного продукта.

Что касается иноземных технологий, то они стали более-менее понятны. И потом головастые ребята отобранные Максом вовсю грызли новые основы физики, химии, электроники и материаловедения. Мнемопрограммы вовсю использовались для обучения и потом их стали дорабатывать и наполнять новыми знаниями. Лечебные и обучающие капсулы стали обыденностью. Отращивать конечности пока не умели, но организм готовили неплохо. Тем более все по мозгам были отобраны. А это был основной фактор. Умение заставить работать свой мозг работать было чрезвычайно трудно, но отобранные это умели. Причем не заставлять его работать, а приходилось его обманывать, так как мозг категорически не хотел работать на полную, когда автоматически включались предохранительные механизмы для экономии энергии. Ведь он потреблял четверть всей энергии организма при сравнительно небольшом весе. А работа на полную вызывало колоссальную задолженность и потом нужно было просто давать ему отдыхать. Так как его метаболизм просто не успевал за процессами осознания или накопления знаний в виде новых синаптических связей. Частично это можно было снимать медикаментозно, но это давало кратковременный эффект и все раздо ускорять метаболизм ускорять бесконечно нельзя – тогда просто мозг погибнет от своих же какашек, которые не успеют вывести из организма основные физиологические процессы обмена. И потом скорость таких процессов конечна, так как основана на электроохимических процессах и завязано на синтезе необходимых ферментов и гормонов для работы клеточных медиаторов, коих только в одном аксоне более 20.

Заодно протестировали новый штамм вируса короны, которая почти точь-в-точь повторяла вирус испанки, но был более коварен. Он просто с ходу прошибал гематоэнцефалический барьер и человек просто умирал, если ему не отключать иммунитет. А отключая его, к человеку могло прилипнуть всякая гадость и обычно люди помирали от элементарных болезней, которые в обычном состоянии не могли ему нанести какой-то вред. Причем он точно был создан в лаборатории, но создатели не боги и не могли учесть всего. И любая мутация грозила непредсказуемыми последствиями. В вакцине был применен принцип раковой клетки, которая встраивается в организм и иммунная система воспринимает ее как свою и не пытается сразу ее уничтожить. Так и тут ослабленный вирус в вакцине давал возможность организму встроить его в себя и уже новый штамм воспринимался как чуждый и подлежал атаке иммунной системы. Такая вот хитрая сволочь это придумала. Но ребята горько просчитались и сейчас их же вирус их и убивает. Причем он не делит людей по расовому или половому признаку. Цепочку ДНК вирус не задевает и теломеры не губит. Для синтеза такого вируса просто современная медицина не дошла – и слава Аллаху. А то они бы вообще всех сжили с поверхности планеты. Осталось бы, конечно сколько то самых приспособленных, но не самых умных и человечество бы откатилось обратно в средние века. По расчетам шефа на Земле может остаться от 7 миллиардов человек миллиарда три или даже меньше. Причем россиян будет примерно 120 миллионов или чуть больше. Африка почти вся вымрет. Европа остановится на цифре миллионов 200-220, США вообще не понятно – у них и так много ушло после цунами. С китайцами тоже будет печально. У них огромная скученность в городах ближе к побережью и там могут вообще остаться мертвые города. Шеф-2 мониторил информацию и ежедневно ее сбрасывал инфопакетами.

Алею все расчертили и определили промзоны и курортные заказники. Причем Макс настоял, чтобы заказниками стал руководить дед Иван. Промзонами пока занимался сам. Ископаемыми занимались по минимуму. Основные производства прятали в горах и делали из роботизированными. Домашних животных расселили среди колонистов. Рыбу они и так уже добывали. Да и не нужно пока было много. Поля тоже роздали фермерам и излишек Макс скупал у них в переработку в пищевые рационы или картриджи. Они могли снимать по три урожая в год, но снимали только один. Народу было мало.

Тревожный сигнал Макс получил месяца через три после прилета. Новый президент с ним хотел связаться, но Шеф-2 сигнал то принял, но прямую связь на такое расстояние обеспечить не мог. Пришлось собираться и лететь. С ним увязалась Лилу и Нина. Сашка остался на хозяйстве. Вообще они выглядели как сестры. Нина ничуть не постарела. Загорелая и тонкая она вообще выглядела как девчонка, несмотря на трое родов. А Лилу просто расцвела и была просто неотразима на взгляд простого обывателя. Она входила уже в свой детородный возраст и как-то раз начала разговор с матерью по поводу замужества. Ей уже тоже хотелось детей, но пока она себе никого не нашла. Поэтому-то и увязалась. На Земле найти парня было много легче – все-таки выбор намного больше. Макс все понимал и просто кивнул на ее немой вопрос. Они опять залетели к Хандамировым. Его сын с семьей так и практиковал в Сантьяго. Они так прикупили дом и иногда приезжали к родителям, чтобы дети играли на свежем воздухе и ели чистую пищу. Слава стал уважаемым виноделом, Раздобрел и светился здоровьем. Его жена тоже не отставала. Лилу с Ниной пили двадцатилетнее вино жмурясь на заходящее солнце. Великолепный букет.

Они выжили и теперь скупили за копейки соседние виноградники, владельцы которых умерли в пандемию. Макс с Лилу прошлись по окрестностям и заложили камни, напитанные силой по периметру их уделов, что и давало чудесный вкус этого вина. Слава заложил венгерский сорт Токай для выделки такого вина. Хотел еще взять Айсвайн немецкий, но тут не было морозов и поэтому отложил пока решение этого дела. Народу существенно убавилось. Многие переходили на более простые принципы хозяйствования. Энергетика Чили в основном опиралась на гидростанции и поэтому не сильно пострадала. Что творилось в мире до них конечно долетало, но как отрывочно. Полной картины не было. И слетав на свой остров со школой чета Юсуповых остановилась там на пару недель, чтобы понять, что с обучением.

Микронезию пандемия почти не затронула, да и Макс передал им вакцину вовремя. Острова сами по себе были далеко друг от друга. Что было надежной защитой от вируса. А школа работала и вс программы были выполнены. Осталось им полгода и все вперед работать и получать новые знания и опыт. После этого он решил набрать президента.

Президент ответил почти сразу – все-таки шел рабочий день в отличии от острова Макса, где уже был вечер.

На экране появился президент в кабинете.

- Доброго вам дня! - поприветствовал его Макси поднял бокал с вином.

- Долго же ты откликался, - нервозно заметил он.

- Да ладно вам. Я когда работаю над проектом никогда не отвлекаюсь – результата не будет, - лениво сказал Макс. – Вот сейчас закончил и отдыхаю. Могу вам привезти чудное вино. Сам пью и другим советую. Чем порадуете?

- Пандемия у нас почти ушла. Европа еще болеет, Америка тоже. Китай тоже болеет с Индией. Остальные так на так.

- Ну и какие планы у вас? Пора брать под себя Европу или путь там сами помирают? Но там же ресурсов нет ни фига и народ разбалованный.

- Нам надо все обсудить. Встречаться нужно.

- Хорошо давайте где-нибудь н Камчатке или Чукотке. В центр я к вам не сунусь. Мне оно не надо. Да и лететь, что вам, что мне примерно одинаково. И ваш гадюшник останется в Москве. Или Сахалин – тоже пойдет.

- Тогда Сахалин. Там я могу совещание провести по связям с Японией.

- Согласен. Дайте знать за двое суток, чтобы я мог распланировать полет и свои дела. Надеюсь, у вас ваш антиграв работает?

- Работает и еще как.

- Ну и отлично. Тогда жду от вас весточку, - и Макс отключился.

Нина подошла и спросила: - Что опять поверишь властям?

- Им верить – себя не уважать, - махнул рукой Макс. – Посмотрим о чем пойдет речь. Нам от них почти ничего не нужно. А вот им от нас – другое дело.

Глава 5

Макс прилетел на Сахалин с северной стороны. Договорились встретиться в аэропорту Ноглики. Такой маленький, мугамный аэропорт на восточном побережье Сахалина. Крупные самолеты он не принимал, но для встречи был самое оно. Президент прилетел на своих антигравах, или как они из прозвали – гравилетов. Макс выпустил рой своих дронов, чтобы отследить окружающее пространство. И пока не получил добро его антиграв не показался. Он сел на площадку и Лилу выскочила с ним на пару для переговоров. Её чувствительности можно было доверять. Благодаря её возможностям он мог спокойно вести беседу, не отвлекаясь на отслеживание пространства вокруг. А и ментальный удар для нее был просто шуткой. В боевом режиме он бы не позавидовал никому с ней схлестнуться.

В здании им выделили большую комнату для переговоров. В центе комнаты стоял кофейный столик и два кресла. Они остались один на один.

Макс молчал. Он не был инициатором встречи и ждал реакции просящей стороны. Он закурил свою сигариллу и удивленно посмотрел на стол в поисках пепельницы. Её там не было. Тогда он вынул свою карманную пепельницу – ну не гадить же тут на пол, в конце концов. Президент вошел и сняв свое кашемировое пальто заметил, что курить вредно.

- Жить вообще вредно – каждый день приближает нас к смерти, - ответил Макс, - такова жизнь и мы все не вечны, но я все равно проживу дольше вас.

- Это с чего это вы взяли? – Мое здоровье в порядке и ни на что не жалуюсь, - заметил президент.

- Это пока. По моим расчетам вам жить осталось лет десять. Потом начнутся проблемы. После чего вы вряд ли протянете год. У вас рак поджелудочной железы и если вы сейчас не начнете его лечить, то шансов вообще нет и на пару лет. – спокойно протянул Макс. – У вас уже идут процессы непереваривания пищи, иногда поносы и депрессии. Вдобавок диабет. Это все от поджелудочной. Скоро инсулинчик будете колоть раз в день как минимум. Болеете. Стресс. Понимаю. – Макс спокойно кивнул головой.

- Разберемся. – процедил президент.

- Разбирайтесь, - ответил Макс.

Он понимал, что просить что-то президенту не в масть и ждал, что же он придумает, чтобы начать конструктивный разговор. Но не дождался. Лететь почти шесть тысяч километров, чтобы просто помолчать было для него расточительством и он решил взять инициативу на себя

- Вы меня хотели видеть и о чем-то поговорить, - напомнил ему Макс. – Я вас слушаю.

Тут в комнату влетели темные шарики гранат и грохнули взрывы совместно с ослепительными вспышками. Макс вовремя упал на пол и зажал уши руками и зажурив глаза. Рефлекторно. Потом он отполз метра на три в сторону и огляделся. В комнату ввалились спецназовцы с криками - «Всем лежать – работает спецназ» и Макс понял, что придется всех валить невзирая на личности. Иначе завалят его и Лилу. Их тупо больше. И с этими быками разговаривать не о чем. Боевой режим у него включился, как предсказывал Лавров автоматически, при опасности. Его тело спружинило и он сбив с ног двух спецов с ног выхватил у них автоматы открыл огонь на поражение. Второй автомат ему мешал и он его бросил, отцепив боекомплект и магазин. Бил он по ногам – там нет брони. Со стоном народ повалился на пол и Макс отбросив пустой магазин, прицепил второй с таким же успехом продолжил отстрел. Потом он просто добил одиночными всех раненных и взяв за шкирку президента, сунул ему в анус ствол автомата спустил курок. Прихватив еще четыре магазина он открыл двери комнаты и увидел, что остальная охрана просто лежала в немыслимых позах. Посреди них стояла Лилу в горящими глазами и ножом в руке.

- Всех положила? – спросил Макс.

Она просто кивнула головой. Потом деловито бросила нож, предварительно оттерев свои отпечатки и сняла автомат с тела одного из охранников. Потом содрала рацию с тела другого и ринулась к выходу. Макс её прикрывал. На улице никого не было. Он получил отчет с дронов, что никто не прилетал и не улетал и указали здание куда согнали персонал аэропорта. Макс тут же вызвал свой антиграв и по его прибытию сели в него и поднявшись просто расстреляли здание аэропорта и кортеж президента из гауссовой пушки, как пару вертолетов на окраине поля. Персонал трогать не стали – им и так не сладко, да и они тут не причем. Взлетел на 12 километров он получил отчет, что к аэродрому летит пара грузовых самолетов. На всякий случай он и их расстрелял. Мало что там внутри. Рисковать не имел смысла. Война все спишет. Потом поднявшись на 20 километров он понял, что все. Враги закончились. И развернувшись полетел обратно на остров.

Включив автопилот он вздохнул и спросил дочку.

- Вот что им всем надо? Вакцину им сделал. Народу спас много. Денег у них как у дурака фантиков. Зачем все это было делать? Вроде мой же вид, а понять их не могу. Как дети, лишенные игрушек, себя ведут.

- Им твои патенты не дают спать спокойно, тем более ты их не продаешь. Жадность и глупость, - дернула плечом Лилу. У нас также было. Оттого родители и улетели оттуда. Они хотели нормальной жизни. Я только недавно вспомнила их разговоры. А сейчас у меня вроде как инициация прошла. Я просто всех положила ментальным ударом. И они сломались как куклы прямо на месте. Я даже не ожидала, но такая злость взяла, что нес смогла себя сдержать.

- А нож то зачем схватила?

- На автомате. Одному горло вскрыла – он не умер сразу, но ты всегда говорил, что нельзя оставлять недобитков в тылу.

- Правильно сделала. Живее будешь. Никто в спину не ударит.

- А ты что там учудил? Тоже всех положил?

- Пришлось. Или я или они. Выхода не было.

- А президент? Тоже умер?

- Ага. Ему в жопу очередь влетела. Не думаю, что выживет. А выживет, так свои же и замочат, как пить дать.

- Бедный Йорик! – усмехнулась Лилу.

- У тебя видны успехи в овладении земной литературой, - улыбнулся Макс.

- Как у вас говорят – жить захочешь и не так раскорячишься, - отзеркалила Лилу.

- Это точно, - потянулся Макс в кресле пилота. – Скоро прибудем. Ты маме не свисти особо – волновать ее не надо. Просто слетали без результата.

- Есть товарищ папа! – улыбнулась Лилу. Буду молчать как рыба об лёд.

- Ну и слава Аллаху, - перекрестился Макс. – Иншалла!

Прошло три дня. Неожиданно включился Максов гаджет, который он назвал про себя – коммуникатор. Аналог был только у президента. Он включил связь и ответил. На связи был незнакомый ему человек с незапоминающейся внешностью. Макс отпил вино из бокала и спросил, чем обязан. Видео он не включал. Ограничившись аудио связью. Оттуда посыпались угрозы и Макс нажал набор кнопок уничтожил гаджет дистанционно. Теперь никто не мог до него дозвониться и он общался через чаты. И вообще у него что-то развилась мизантропия и его перестало волновать человечество. Сами виноваты, что тут у вас все рухнуло. Он допил свой бокал и выдвинулся к пляжу. Сегодня им предстояла охота на марлина.

В Москве был объявлен траур по усопшему президенту. Опубликовали его бюллетень, где значилось, что он умер от рака поджелудочной железы и открывшемуся внутреннему кровотечению. На Сахалине не успели его довезти до больницы в Южно-Сахалинске. По дороге он скончался. Народ его жалел, но насторожено ждал продолжения. Премьер-министр должен был его заместить до выборов. Но его не любили и он был из команды бывших либерастов, так что власть предержащие были в раздумьях что делать. Народ точно премьера пошлет. А готового кандидата нет в наличии. Не к коммунистам же идти за кандидатом. Тогда один из выпускников школы Юсупова предложил поговорить с Юсуповым. О том, с кем встречался президент никто не знал, кроме десятка посвященных. Из которых выжило только трое. А они вообще предпочли не отсвечивать. И так засветились по полной со своей самоубийственной идее арестовать Юсупова и уже в клетке его загнобить до состоянии гроги и получить все его наработки и секреты. Мол защитить его некому и он без крыши никто. Но практика показала, что они вообще не понимали с кем имеют дело. Вся группа спецназа была просто ликвидирована с самим президентом и его референтом. Президентские гравилеты были уничтожены, как и здание аэровокзала. Сам же фигурант исчез. Они точно знали, что он будет на встрече с дочерью, но деталей не знали и не могли понять кто мог ему помочь на Сахалине. Строились разные версии, во всяком случае радарные станции не отметили никаких вылетов из аэропорта, а это означало, что он ушел по земле и кто-то его поджидал на берегу. Скорее всего это была подлодка. Наступил правительственный кризис. Никто в здравом уме не соглашался баллотироваться на пост президента. Действующая властная группировка просто должна была контролировать президента, но никто из нормальных кандидатов на это не соглашался. Сами же теневые бюрократы ника. к не хотели расшифровываться. Они боялись и помнили о судьбе собачника.

Один из русских олигархов прохаживался по дорожкам своей вотчины. Его дела касались стали и металлоконструкций. Слябы они давно уже не продавали. География его заводов была сосредоточена на северо-востоке России и в районе Курска. На земли Новороссии он пока не лез, но и там были подвижки. Его интересовал Никопольский комбинат бывшей империи Ахметова. Азовсталь свернули, так как там и так все было изгажено и пока вопрос по площадке решался. Тем более потребление стали в мире упало, но это ненадолго. Строительство всегда будет и потом он наверстает свои потери. Ему не нравилось, что творилось в стране под пятой нового президента. Сейчас он умер и все напряглись, потому, что никто не мог назвать преемника. Премьер выборы точно провалит, а вместо него никого из значимых лиц не было. Правительственный кризис мог вынести какого-нибудь горлопана, что было уже не раз и власть просто упадет к его ногам. А бизнес не любит революций. Они дорого обходятся. Он подумал и решил, что под лежачий камень вода не течет. Не зря же он был одним из самых крепких олигархов и никогда не думал о продаже бизнеса иностранцам с отъездом в Монако или Абу-Даби. Там сидела много бывших алюминиевых королей, медных властителей и царей удобрений. Они к нему иногда приезжали и жаловались, что в этом Монако делать было нечего и кто-то стал пить горькую, кто-то купил яхту и плавал по океанам, а кто-то покупал себе футбольные клубы, которые приносили одни убытки. В местную элиту они так и не попали. Да и элита эта была мелкотравчатая вся. Он вспомнил, как его познакомили с хранителем Юсуповского дворца в Петербурге. Ксения Николаевна Шереметева была самая, что ни на есть аристократка с кровью императоров и князей. Плоть от плоти элита старой России. И она совершенно спокойно жила на два дома. Её вилла в Греции и квартира в самом Юсуповском дворце. Она, конечно не маленькая, но к её статусу не совсем подходила. Но она правила там своей железной рукой и на концерты в домашнем театре дворца собирались сливки старой аристократии Европы, куда достать билет было невозможно ни за какие деньги. Там не деньги ценились, а связи и отношения. Он порылся в своем ноуте и нашел файл, который составила его СБ перед тем, как попасть на такой концерт. Ему это стоило довольно много денег, но не самой Шереметевой, а тем домам призрения, как она их называла и которые она курировала. То есть домам сирот или детским домам и домам ребенка в нынешней ипостаси. Его аналитики довольно точно определили ее состояние и оно было совсем небольшим. Но то, что он увидел на спектакле прямо противоречило их выводам. Доверенные лица и члены семей Бурбонов, Габсбургов, Сфорцы, Медичи и так далее просто приехали к ней по ее приглашению на спектакль в домашнем театре дворца Юсуповых, на котором выступали все звезды балета Мариинского, Михайловского и Большого театров. Ректор Академии балета имени Вагановой тоже был приглашен, как и ректор Московской Академии хореографии. Там он себя чувствовал, как мальчик среди взрослых. С его состоянием в 17 миллиардов старых долларов это было необычно. Но утешало то, что из всех русских олигархов он там был один. А он точно знал, что получить такое приглашение дорого стоит и не в деньгах. Многие об этом мечтали, но их как бы и не замечали.

Ксения Николаевна была сама любезность, но без заискивания и чванства. Простой открытый взгляд и дорогая, но скромная одежда с минимумом драгоценностей. Он был представлен как стальной король России со всеми вытекающими последствиями. Шереметева-Юсупова патронировала Академию русского балета имени Вагановой и выпускные экзамены проводили в ее домашнем театре, где собирались покупатели со всего мира. Антураж экзамена впечатлял. Детям тоже это нравилось. Столько новых впечатлений. Они там и получали ангажементы и определяли свои судьбы на годы вперед. Ему тогда уже казалось, что культурная составляющая государства идет далеко впереди политической и экономической и только потому, что ею управляют знающие и ответственные люди. Индустриальным развитием страны занимались чиновники министерства экономического развития, которые ничем таким не занимались. Ему это стало интересно и он не думая заказал исследование тройке продвинутых аналитических контор такое исследование и его результаты его поразили. Бюрократия стала основным тормозом развития страны, так как она как раз и не была заинтересована в ее развитии. Им и так все было хорошо. А развитие означало изменения, которые бюрократия терпеть не могла. Потому как это их лишало почвы под ногами и было непонятно кто и где осядет в новых структурах после изменений.

А Ксения Николаевна все делала в обход Минкульта, потому, что Минкульт не мог обеспечить рабочими местами выпускников балетных академий ввиду закрытия театров в регионах. И куда же им было идти в таком случае работать? При этом дипломы Вагановской Академии и Академии Московской хореографии не требовали подтверждения нигде в мире, как и дипломы Московской и Петербургской консерваторий. Получалось, что это образование было эталонным. И он уже знал, что дипломы всяких там школ искусств из Европы в России не признаются и требуют подтверждения на месте. И тут он вспомнил, что выпускникам Юсуповской школы нигде не требовались подтверждения. Их просто гребли руками и ногами к себе. Как только видели свидетельство Юсуповской школы – тут же получали место с хорошей зарплатой и приличным соцпакетом. И это в 18 лет. Они еще даже не стали студентами. Получалось, что и это образование стало эталонным для всего мира.

Стальной олигарх задумался. И продолжил чтение файла. И чем дальше он читал, тем более у него вставали волосы дыбом. Получалось, что ее племянник или просто родственник был как раз при делах при назначении её на место хранителя музея. Максимилиан Юсупов. Чемпион мира, Европы и Олимпийских игр по плаванию, рекорды которого до сих пор стоят, был тем медиатором, который и назначил свою тетушку хранителем. Причем для себя ничего не взял. Дважды лауреат Нобелевской премии. Обладатель несметного состояния, размер которого никто не знал. Владелец зонтичных патентов на антигравитацию и искусственную гравитацию в космосе. Основной производитель реакторов на обедненном уране. Создатель утилизаторов для очищения мусора на планете. Бывший советник президента Примакова. И прочая, прочая.

Вот это и будет наш президент, подумал стальной магнат. Надо немедленно с ним навести мосты. И коллеги его поддержат – он просто был в этом уверен. Таких кандидатов просто нельзя просто так сбрасывать со счетов. И он понял, кому он мешал. Бюрократия вечна, но не всесильна. Он поднял контакты Ксении Николаевны и набрал ее номер уверенно, чувствуя, что она его точно запомнила.

Макс получил сообщение от тетушки, что с ним хочет поговорить стальной король России. Он знал, что тот вложил немало денег в ее предприятия по выводу сиротских домов из нищеты. И он был нормальным мужиком, который и не думал продавать свой бизнес и смотаться из страны. На нем висела хоккейная команда и еще масса социальных проектов. Он входил в десятку богатейших людей новой России и был этническим русским. Правда был немного суетлив на публике, но это Макс не считал недостатком. Ему показалось, что совесть он не потерял в погоне за золотым тельцом. Да и в свете не особо светился и на тусовках не отсвечивал. Он пересмотрел его основные интервью, которых было совсем немного и решил позвонить. Тетушка оставила ему его мобильный и Макс его и набрал. Тот ответил, хотя в отбивке он точно не смог бы определить номер абонента, так как Макс набирал его через свой спутник.

- Андрей Алексеевич. Добрый день! – поздоровался Макс, - Тетушка попросила меня вас набрать, правда она не знает по какому поводу. Это Юсупов.

- Неожиданно, - ответили в трубке, - Добрый день! Спасибо, что набрали. Найти вас еще та задача.

- Если я не хочу, то меня невозможно найти, - специфика такая, - ответил Макс. – Я вас слушаю.

- Это плохая идея - говорить по открытой линии. Надо бы увидеться и поговорить о серьезных вещах. Можно у меня или как скажете, где-то еще. Неважно где. Тут вопрос конфиденциальный. И речь не будет идти о ценах на стальной прокат. Надо брать выше.

- Не проблема. Прилетайте ко мне на остров. Геолокацию я вам скину. Завтра к вам приедет курьер и передаст вам посылку от меня. И не берите с собой свой телефон. Он отслеживается спецслужбами. В посылке будут инструкции и вы все сами поймете. До свидания!

- До свидания! – ответил стальной король.

На следующий день к нему приехал парень на мотоцикле с посылкой и послав охрану запросил встречу с ним очно. Он вышел к нему и тот внимательно осмотрев его тушку отдал пакет под его подпись и пожелав удачи умотал немедленно, растворившись в пространстве. Начальник его охраны потом нашел куртку, шлем и мотоцикл в овраге километров в пяти от его поместья сожженными термитом. Юсупов не оставлял следов. Это о многом ему говорило.

В пакете был телефон, инструкция к нему и письмо. Первым делом он ознакомился с письмом. В нем говорилось о том, что их встреча не должна быть засвечена перед спецслужбами и давалась точная инструкция как этого избежать. Причем было особо отмечено, что ВСЕМИ спецслужбами, а не только нашими. Ему было нужно проявить чудеса адаптации и полететь на Филиппины чтобы понырять в чистой лагуне и освоить акваланг. Отель его уже ждал. Там его подхватит его человек и привезет к нему на остров. Геолокации там не было и слова о ней были сказаны для отвода глаз. Ложная геолокация уже пришла на его обычный номер. Это был его отель и все люди там были его. И работал он как самый обычный отель и принимал туристов со всего мира. Телефон не мог быть прослушан и в память его были вбиты три номера. Лично Юсупова, его референта и зам.начальника СБ. Работал он напрямую со спутником, который тоже принадлежал Юсупову. Пользоваться им было необходимо только в крайнем случае, а свой публичный телефон надо было оставить в отеле в номере.

Он в точности все сделал и улетел на Филиппины понырять в лагуне, освоить акваланг, заодно проветриться. В Маниле он пересел на местный рейс. Который его доставил туда, где стоял четырехэтажный отель на берегу прекрасной лагуны с чистейшей водой. Ему выделили прекрасный люкс с четырьмя комнатами и отличным видом. Его стаффу тоже нашли номера, но рангом пониже. Он спустился поужинать и потом мечтал завалиться спать. Все так почти двадцать часов перелет давал себя знать. Ресторан оказался просто высшей марки. Такого он просто не ожидал. После ужина ему официант оставил записку на русском. Что утром его будут ждать на причале номер 8. Имя встречающего – Хорхе. Надо ему сказать, что он Эндрю и едет на остров. Записку он тут же сжег.

Утром все так и было сделано. После завтрака он направился к причалам, осматривая катера и на восьмом причале увидел кубинца по виду, который и оказался Хорхе. Назвав ему пароль, он сел в катер и Хорхе его повез за пределы лагуны. Телефон у него был с собой. Через час езды они остановились у берега небольшой бухты. Хорхе кинул что-то в воду и оттуда раздался небольшой хлопок. Тут же всплыла подлодка и открыла люк в рубке. Оттуда вышел типичный славянин в форме капитана торгового флота. Причалив к катеру, он пригласил пассажира на борт. Пришлось перебираться на борт подлодки. После чего лодка погрузилась и ушла в глубину. Его же пригласили в каюту и предложили отдохнуть, так как к месту идти придется часов пять или шесть в зависимости от погоды. Примерно через час лодка выпрыгнула из воды и полетела набирая скорость, при этом окутавшись маревом ломающим очертания океана. Через три часа лодка опять нырнула и пошла под водой. Еще через полчаса она вынырнула и подошла к острову. К рубке сразу прилетел катер и снял его с борта лодки. На пирсе он увидел фигуру Юсупова. Которого сразу узнал по габаритам и росту. Тот был в шортах и майке с темными очками на носу. С ним рядом была невероятно красивая девушка с волосами цвета белого песка, загорелой кожей и огромными зелеными глазами. Фигурка была прямо из журнала мод.

Юсупов спокойно поздоровался и предложил ему отдохнуть до завтра в бунгало на берегу. Мальчишка полинезиец его проводил до бунгало, отдал ключ и сказал на английском, что если понадобится помощь звонить по телефонной книжке в номере. На этом он остался один и смог, наконец расслабиться и выспаться. Он уже стал привыкать к новому времени.

Утром он встал и приняв душ и посмотрев телефонную книжку позвонил и заказал завтрак. Через полчаса его завтрак был готов и доставлен горничной прямо в его бунгало. После завтрака прибежал тот же мальчишка и пригласил его в офис. Выйдя из бунгало он увидел электрокар, на котором его мальчик и доставил в офис. Девушка на ресепшн его провела в кабинет. Где никого не было. Он сел в кресло и стал ждать. Юсупов появился через пять минут, сел в кресло и посмотрел на него с ожиданием прогресса. Не он был инициатором встречи. Стальной король растерялся и не смог произнести ни слова.

Юсупов усмехнулся и спросил, что его привело в нему.

Тут он очнулся и стал говорить. Он говорил об ответственности перед страной м людьми. Про долг перед Родиной. И еще много благоглупостей. На что Макс поднял руку и остановил его полет мысли.

- Андрей Александрович! Помилуйте. Мы же не на митинге. Избавьте меня от этого говна на уши. Вы зачем прилетели? Чтобы мне рассказать о любви к Родине. Тогда вы не туда попали. Вам бы в лигу сексуальных реформ. Там точно оценят ваш спич. Давайте ближе к делу. У меня не так много времени. Тогда он выпалил сразу. Что, по его мнению и его коллег он самый главный кандидат в президенты. И что они все его поддержат на выборах всеми ресурсами, чтобы к власти пришел адекватный руководитель. А то либерасты выдвинут своего и потом будут его продвигать и контролировать.

Макс покачал головой. – Не всплывет ваша формула, - сказал он. Вы забыли обо мне. А мне зачем это нужно? Мне и так хорошо. Школа моя работает. Производства тоже. Зачем мне лишние проблемы? У меня лично все и так хорошо и брать на себя ответственность за еще 150 миллионов человек я не готов. Совершенно. Все мои потуги помочь стране и поднять ее на другой уровень оказались фикцией и попыткой отнять у меня патенты на мои изобретения. Убить меня пытались, арестовать и потом пытать. Зачем мне все это? Я не герой. Я инженер. И мне совершенно по фигу по какому пути пойдет Россия. Пусть хоть опять коммунизм начнёт строить. Плевать. Пусть строит. Без меня. Меня уже три президента пытались кинуть. Но у них не срослось, а у меня срослось. Я теперь не верю правителям. У меня свое государство. И оно хорошо жиает и процветает. В пределах ее компетенций конечно. Так что давайте закончим бессмысленный разговор.

Юсупов закурил свою сигариллу и откинувшись на спинку кресла потянулся и шумно выдохнул воздух из лёгких.

- Мой тебе совет – соберитесь там вместе и найдите нового президента, который вменяемый и сможет разогнать всю эту шоблу ФСБшников, которые уже давно мышей не ловят, а тупо разводят всех на деньги, потому как сами заработать не умеют. Как в старом анекдоте – они умеют только отнимать и делить, а складывать и умножать из не учили. И вот когда такой человек появится, то можно и поговорить. – хлопнул по столу Юсупов.

- Но почему? У вас такие разработки и все это не работает. Те же гравилеты уже давно не производят. Только доски продаются. Утилизаторы тоже исчезли, реакторы пропали. Где все это?

- Ну по реакторам все производится согласно контрактам, как и утилизаторы. А гравилеты, как вы из называете, производство умерло. Красное Сормово обанкротили и они остались мне должны кучу денег. Возобновлять его я не намерен. Мне это не нужно. России тоже, а иностранцам я такое продавать не буду. Мне и так денег хватает. Насильно в рай не затащишь. Летайте на вертолетах, как все. И скажите спасибо президенту, который и инициировал неплатежи и банкротство. А также нет электростанции на орбите – старую присобачили к МКС и все. Нет рабочих ионных движков и атомных двигателей для полетов по системе. Нет новых сверхчипов и твердотельной памяти. Нет нового оружия на новых принципах. Новых диагностических капсул с функциями лечения. И многого другого. То есть все это есть у меня, но производить и передавать я это никому не буду. Ни за какие деньги. Их у меня и так слишком много. Почти половина международных расчетов идет в моих кредитах, а базу данных найти и дотянуться туда – пупок развяжется. Её просто не найдут. И с каждой транзакции я имею небольшую копеечку, а так как их миллионы в день, то сам понимаешь сколько выходит в год.

- А тот аппарат, что меня к вам привез? Он какой-то новый принцип имеет. Ведь он и под водой плывет и летает и на нем нет винтов или реактивной тяги.

- Это новая модель. Она работает немного на других принципах, - сказал Юсупов. - Я такие вообще не продаю. Вы же из нее тут же оружие сделаете. А у вас и так оружия накоплено немерено. Так что обойдетесь. Не все коту масленица.

- Но что-то же вам нужно. И мы бы могли помочь это получить.

Макс насмешливо взглянул на стального короля и не стал продолжать. А просто сказал, что нужны люди и только. Остальные вопросы он решит сам.

Аудиенция была закончена и ему сказали, что он может пару дней отдохнуть тут на острове. К его услугам акваланг, водные лыжи, пляж и ресторан школы и поселка. Бунгало в его распоряжении. Больше Юсупова он не увидел. Интернет был в наличии и он сел за стол и стал работать. Вообще такой бизнес нельзя было оставлять без внимания. Работать пришлось с местного терминала на основе Юсуповской ОС. И он поразился скоростью и четкости исполнения команд. И потом покопавшись он нашел кучу софта, что ему был неизвестен и он тщательно его прошерудил, чтобы понять с чем он имеет дело. Особенно ему понравилась станция проектирования, типа Автокада, но с гораздо большими возможностями, в том числе построения трехмерных моделей и их тестирования по заданным параметрам. Он сбросил своим айтишникам названия программ и попросил их купить, как и ОС со странным названием Алейя 2.0. Судя по всему они открыто продавались, но были довольно дороги для простого обывателя. Но для него цена не имела значения. Если можно было поднять производительность труда и сократить издержки. Интересно, почему ему не предложили такую ОС его айти отдел раньше. Но отбросив лишние мысли он продолжил работу. Потом искупался на пляже и пошел ужинать в ресторан поселка.

Поселок был небольшой. Тут было школа Юсупова и сам поселок, где жили преподаватели и обслуга. Еще были ребята явно из ЧВК в форме без погон и панамах по типу афганок. Оружия при них не было, за исключением небольших пистолетов в кобуре на поясе. Он вспомнил, что Юсупов служил в Афгане, но не долго и посчитал это прихотью олигарха. Сев за столик он взял меню и заказал через планшет себе ужин. Через минут десять все стояло на столе, кроме горячего. Оно будет позже. В основном это была полинезийская и китайская кухня, была и русская, но заказывать себе русскую кухню на острове в Тихом океане он счел неуместным. Плотно поужинав, он вышел на террасу, которая имела свой выход у океану и заказал кофе-гляссе и коньяк. Великолепный вид на залив умиротворял. Добив десерт он отправился в бунгало, где разобрав постель лег и тут же уснул.

Лилу стояла у кранцев катера, готовясь их сбросить по команде отца. Катер приближался к пирсу острова и тут движки вспенили воду реверсом и Макс отдал команду на сброс. Лилу тут же отдала кранцы и чавкнув ими катер притерся к причалу. Закрепив концы, они оставили катер и пошли пешком к маленькому портовому бару. Взяв по свежевыжатому соку манго, папайя и кофе они сели в тенечке террасы. Макс бы сейчас предпочел берберечос (особые ракушки, которые популярны в Испании и продающиеся консервированными в банках), но таких ракушек тут не было, а мидии просто днем не шли.

- Как тебе гость? - спросила отца Лилу.

- Нормальный парень, но пока чересчур доверчивый. Не политик. Фальши в нем не уловил. Но бизнесмен крепкий. И дело свое знает.

- Ты тоже был доверчивый. Даже совсем недавно. – усмехнулась дочь.

- Я хоть и доверчивый, но очень опасный, - важно сказал Макс.

- Это да. Президенту жопу прострелить - это уметь надо.

- Говно это, а не президент. Купить меня решил на мякине. Вот и умер внезапно. Почему так России не везет на правителей? Может там воздух какой-то не такой? – сам себя спросил Макс.

- Это всегда так. Вид у вас такой.

- Ну вот я-то нормальный. И этот стальной король тоже нормальный и мой адвокат и еще куча людей. А правители – одно говно. До получения власти вроде нормальный, а потом. Хоть святых выноси.

- Это что за идиома? – спросила Лилу.

- Это когда все плохо в доме, раньше выносили иконы из дому и обходили дом с ними и читали молитву, чтобы снять тяжесть греха с дома и его жителей, - уточнил Макс.

- Вспомнила. Читала о таком, просто там этой идиомы не было. Вашт язык богат идиомами.

- А тебе же понравился парень-то, - хитро взглянув на дочь, заметил Макс.

- Пап ты и сам знаешь нашу физиологию. Мне скоро надо рожать и от кого, далеко не последняя тема.

- Выбирай сама. Если не срастется, то сами вырастим дитё. Ты и сама знаешь. А срастется – живите вместе. Он тоже парень не последний и еще умный. – отреагировал Макс.

- Разберусь пап. Если что спрошу тебя или маму.

- Давай разбирайся.

Макс обнял дочку и поцеловал в макушку. Жалко Яна на Алее. Им бы тут вместе было бы веселее.

Стального короля через день отвезли по тому же маршруту назад и потом он вылетел в Москву. Он пока не решил, что делать, но наметки появились.