Лестница бога. Ступень 6 Призвать богиню_часть 2
Глава 1
Глава 1
Тиара – столица древнего герцогства Занадан, единственного государственного образования, уцелевшего после случившегося много веков назад глобального континентального катаклизма – располагалась на претендующей то ли на крупный холм, то ли на небольшую пологую горку протяжённой возвышенности, и выглядела вполне величественно и современно для крупного, по здешним меркам, города. Столицу сплошным кольцом окружала высокая, массивная, прочная на вид даже при взгляде издалека городская стена, которую через равные промежутки разрезали встроенные в неё круглые, увенчанные зубцами и сужающиеся к вершинам башни, возвышающиеся над стенами на добрый десяток метров. На вершине каждой башни располагалась смотровая площадка, на которой находилось по стражнику, выглядевшему с большого расстояния как маленькая чёрная точка на серой каменной поверхности. И стена, и башни были выложены из громадных многотонных гранитных блоков, столь тщательно отесанных и подогнанных друг к другу, что зазоры между ними можно было разглядеть, только подойдя практически вплотную. Над стеной возвышались устремившихся прямо в небо разноцветные крыши высоких многоэтажных городских домов.
Неподалёку от города, можно даже сказать – у самой его стены, омывая холм полукругом и своим руслом повторяя все его изгибы, протекала достаточно широкая для судоходства, глубокая, спокойная река, над которой нависал массивный старинный арочный каменный мост, претендующий на звание истинного произведения древнего строительного искусства. Через мост, упираясь в городские ворота, широкой лентой вилась дорога, мощёная плотно пригнанными друг к другу крупными прямоугольными плитами, тёсаными из массивных гранитных плах. И это величественное зрелище предстало перед путниками, стоило им взобраться на пригорок и остановиться в восхищении на обочине дороги, по которой они шли пешком. Однако насладиться красотами местной архитектуры более подробно с выбранного для обзора места путешественники не смогли – расстояние от них до городских ворот составляло никак не менее трёх километров, а, возможно, и всех четырёх.
От пограничной заставы до столицы герцогства Лиссиан с Даей добирались три недели, и подошли к ней уже ближе к обеду. Свои роскошные волосы вместе с задорно торчащими небольшими рожками демоница традиционно прятала под цветастой банданой, а хвост пропускала в одну из штанин, обматывая вокруг ноги, поэтому путники не привлекали к себе повышенного внимания местных жителей, внешне от них ничем не отличаясь. Разумеется, замаскировать нечеловеческие багровые глаза с вертикальным зрачком девушка никак не могла, но, если держать веки полуприкрытыми, а взгляд постоянно опущенным, то, как оказалось, этого её отличия никто так и не заметил. Впрочем, несмотря на ладную, точёную фигурку, демоницу редко кто из встреченных путниками аборигенов пристально рассматривал, чему, как подозревал принц, однозначно способствовала гора навешанного на девушку явно побывавшего в боях, а не декоративного оружия.
Последний отрезок пути они шли пешком, оставив наёмный экипаж на последнем постоялом дворе. Причина подобного решения была вполне объяснима – несмотря на ширину проезжей части и, вне всякого сомнения, высокое качество её покрытия, движение по ведущей в столицу герцогства транспортной артерии оказалось настолько плотным, что быстрее было добираться именно пешком – густонаселённому городу оказалось далеко не чуждо такое понятие, как дорожные пробки. Совет отправиться в столицу пешком дал путешественникам хозяин постоялого двора. Путники прислушались к совету и, как оказалось, не прогадали, к тому же идти пешком оказалось вовсе не в тягость – неожиданно тёплый осенний денёк радовал нежарким солнышком, лёгким освежающим ветерком и красивым, в лёгких кучевых облаках, светло-голубым небом.
Неспешно перебравшись через мост, путники оказались в тени городских стен и вскоре подошли к настежь распахнутым въездным воротам, в которые вливалась полноводная гомонящая людская река. Ворота обнажали вход в пронизывающий одну из башен широкий тёмный тоннель, уводящий людской поток в город. На воротах стояла вооружённая и закованная в броню с ног до головы стража, тщательно досматривающая входящих в столицу людей и берущая с них плату за проезд. Возможно даже, что помимо платы за проезд бралась и мзда за некоторые послабления при досмотре – некоторые грузы осматривались явно значительно быстрее и небрежнее остальных, однако утверждать это с уверенностью было нельзя. Впрочем, деньги у принца и его спутницы имелись и на то, и на другое, поэтому уплатить дорожные сборы и даже немного сверх того во избежание слишком тщательного досмотра для них практически ничего не стоило – крайне маловероятно, что эти суммы окажутся для гостей столицы неподъёмными.
Оживлённое и на первый взгляд хаотичное движение между тем имело свои внутренние законы, которые путники без труда вычислили, влившись в нужном месте в полноводную людскую реку. В ней сразу Лиссиану же бросилось в глаза явное разделение на пеших и конных – последние занимали основную, центральную часть дороги, вытеснив остальных к обочинам. Поток чётко делился на две полосы – тех, кто двигались в город, и тех, кто столицу покидал. Первые перемещались по правой стороне дороги, вторые – по левой, и эти потоки не смешивались, как будто подобный способ передвижения являлся для аборигенов привычным и само собой разумеющимся.
- Как хорошо тут всё организовано, - поделился со спутницей своими восторгами принц после того, как вместе с ней влился в движущуюся к воротам колонну.
- Нормальное правостороннее движение, - не разделила оптимизма напарника демоница. – Ты что, никогда не сталкивался с регулированием транспортных потоков?
- Никогда, - признался юноша. – У нас в Асуре каждый идёт туда, куда хочет, и так, как хочет, и это естественно. Зачем кого-то принуждать к тому, что для него неудобно?
- А если естественные желания различных людей совпадут, войдя в конфликт друг с другом? Что тогда будешь делать?
- Это как? – не понял юноша.
- Возьмём, к примеру, узкую улочку, - начала пояснять свою мысль Дая. – Я хочу пройти по более чистой правой стороне, и ты хочешь пройти там же. Мы движемся навстречу друг другу, и пройти может только один из нас, второму придётся уступить. Кто пройдёт? Ты или я?
- Разумеется, я, - не задумываясь, ответил Лиссиан. – Я же принц, одно из первых лиц в государстве, поэтому все остальные должны уступать мне дорогу.
- А если тебе навстречу едет твой отец?
- Тогда уступлю я – правителю должны уступать дорогу все, даже его наследники.
- То есть у кого больше власти, тот и прав? – скептически выгнула бровь демоница.
- А разве может быть иначе? – в недоумении переспросил принц.
- Тогда как ты определишь, кто из этого потока главнее? – и девушка махнула рукой в сторону движущейся в столицу вереницы путников.
- Ну, они могут сами определить, кто из них пройдёт первым, - в словах юноши впервые прорезалось сомнение.
- Каким же это образом? – хмыкнула Дая. – Начнут перечислять всех своих предков вплоть до седьмого колена, припоминая их должности и богатства? И сколько времени займёт этот спор, как ты думаешь? До утра управятся? И самое главное – кто выступит судьёй, выносящим окончательное решение – кто из них главнее? – окончательно добила юношу демоница.
- А так, значит, лучше? – теперь уже принц, в свою очередь, махнул рукой в сторону людского потока.
- Так, по крайней мере, значительно быстрее, - поддержала решение местных властей Дая. – Все посетители равны, ни у кого нет преимущества. Соответственно, отсутствуют споры по поводу очерёдности прохода.
- Тогда что скажешь по этому поводу? – и юноша указал в сторону отходящего от полноводного людского потока жиденького ручейка хорошо одетых и явно небедных людей, направляющихся в отдельный огороженный проход, расположенный невдалеке от главных ворот. Среди них попадались и пешие, и конные, и что примечательно – охрана у этого прохода состояла всего из двух безоружных мужчин, экипированных в ладно подогнанные по фигуре костюмы из явно недешёвой ткани спокойных серо-коричневых оттенков.
Дая и сама уже обратила внимание на то, что перед самыми воротами входящие в Тиару люди делятся на две неравные группы – самая многочисленная спокойно занимает очередь, длинной многоголосой змеёй протянувшуюся на несколько сотен метров, а вторая, значительно более малочисленная, спокойно проходит через отдельный проход без очереди и, что не менее подозрительно – без досмотра. По крайней мере, без видимого досмотра.
- Скажу, что все жители Занадана равны, но некоторые, по-видимому, равнее, - высказала очевидную мысль демоница.
- Быть может, и нам попытаться пройти через ту же дверь? – высказал интересную мысль Лиссиан, явно не прельщённый перспективой длительного ожидания в общей очереди.
- Не советую, молодой человек, - неожиданно густым басом высказался стоящий рядом с принцем крупный коренастый мужчина, держащий под уздцы нагруженную тюками смирную лохматую лошадку и спокойно движущийся в общем потоке. – Да и вам, девушка, следовало бы не столь громко выражать своё мнение касательно одарённых.
- Так значит, отдельный проход устроен специально для одарённых? – переспросил соседа Лиссиан.
- Вы, вероятно, нездешние, - догадался мужчина, - и не знаете местных порядков. Занадан – государство одарённых, и негоже им опускаться до стояния в очереди наряду с простыми бездарями.
- Даже так? – оживился принц. – То есть любой одарённый может пройти через этот проход?
- Разумеется, любой! – как ребёнку, пояснил простую истину мужчина.
- А что нужно для того, чтобы доказать, что ты одарённый? – не унимался Лиссиан.
- Да ничего не нужно, - буркнул мужчина, уже пожалевший о том, что ввязался в разговор с непонятным незнакомцем. – На входе дежурят два мага из академии, они сразу же определят наличие дара у входящего.
- А если у входящего дара не окажется?
- Тогда не завидую этому самозванцу – участь его окажется незавидной. Попытка незаконно воспользоваться правами одарённых – одно из самых страшных преступлений в Занадане.
- Спасибо, уважаемый, вы очень нам помогли, - поблагодарил попутчика Лиссиан и, обратившись к Дае, предложил:
- Ну что, пошли через другую дверь? Зачем зря терять время, стоя на жаре? С такой скоростью досмотра мы попадём в Тиару в лучшем случае ближе к вечеру, а ведь нам ещё место для ночлега искать.
- Мысль, в принципе, не лишена здравого смысла, но в этом случае нам придётся разделиться. Ты, пожалуй, захвати все наши вещи и иди через проход для одарённых, а я зайду в город с общей очередью, - охладила энтузиазм принца демоница. – Встретимся с той стороны. Ты как раз успеешь присмотреть для нас подходящую гостиницу.
- Но почему? – удивился юноша. – Ты же не бездарь! Тебя обязательно пропустят!
- Ты так в этом уверен? – хмыкнула девушка. – А если моего дара не увидят и потребуют доказательств? Хотя бы простой демонстрации… Что я им предоставлю? Расскажу сказку, что мой дар спит и пока не проявился? И мне сразу же поверят? К тому же я не слишком доверяю местному правосудию, особенно если людей здесь наказывают всего лишь за попытку пройти не в ту дверь. Лисс, мы спокойно и без всяких проблем пересекли половину Занадана и без проблем добрались до Тиары, и всё это лишь потому, что не выделялись из общей людской массы. Поэтому просто поверь – лучше уж вместе со всеми, в общей очереди, по старинке. А ты иди… Заодно и часть моих вещей захватишь – пронести поклажу без досмотра уже дорогого стоит.
И Дая под заинтересованными взглядами окружающих передала Лиссиану рюкзак с вещами и весь запас наличности, оставив себе только кинжал, несколько вытащенных из кошеля наугад золотых монет, да неразлучные парные клинки за спиной. Избавившись от поклажи, девушка крепко обняла принца, чмокнула его в щёку и, слегка шлёпнув ладонью по заднице, с улыбкой сказала:
- Иди и жди меня с той стороны. Вещей у меня не осталось, так что досмотр, полагаю, пройдёт быстро.
- Я буду ждать! – подтвердил, выходя из очереди, Лиссиан и быстрым шагом под прицелом оставшейся дожидаться результата своего поступка толпы направился к проходу для одарённых, к этому моменту практически полностью освободившемуся. Задержавшись на входе буквально на минуту и перекинувшись с дежурившими магами парой фраз, юноша беспрепятственно скрылся в темноте прохода, оставив напарницу дожидаться своей очереди. Толпа разочарованно вздохнула – развлечение отменялось, рискнувший пройти через проход для одарённых юноша, оказывается, имел на это полное право.
Очередь тем временем двигалась крайне медленно – охранники на входе тщательно досматривали входящих, залезая им чуть ли не во все потаённые части тела.
- Почему столь жестокий досмотр? – тихо переспросила соседа демоница, с интересом наблюдая за процессом, явно доставлявшим охране некое извращённое удовольствие.
- От стоимости провозимого имущества зависит величина уплачиваемого налога, - охотно пояснил тот же самый коренастый незнакомец, что несколькими минутами ранее предупредил путников об опасности незаконного использования бездарями прохода для одарённых. – Чем больше провозишь – тем больше платишь за въезд. И это правильно – в конце концов, большинство из идущих в Тиару людей направляется на рынок, чтобы продать произведённый ими товар.
На этот раз мужчина был значительно более дружелюбным и более многословным – статус незнакомки, у которой в друзьях оказался полноценный маг, в его глазах значительно повысился и претендовал, как минимум, на откровенность с его стороны.
- Понятно, - протянула Дая. – Налоговая система не упустит возможности стрясти со своих налогоплательщиков то, от чего они физически не смогут отказаться.
- Мудрёные ваши слова, госпожа, - почтительно и даже несколько подобострастно обратился к демонице мужчина.
- Обычная констатация факта. И не зови меня госпожой, меня Дая зовут.
- А меня Фёдор, госпожа… Дая, - подобострастность в ответе мужчины исчезла, но почтительности не убавилось – абориген не собирался сокращать между собой и незнакомкой дистанцию и опускаться до фамильярности.
- А скажи мне, Фёдор, сколько народа проживает в Тиаре?
- В столице – то? Много…
- Хотя бы приблизительную цифру можешь назвать?
- До таких чисел я считать не обучен. Да и зачем вам? Зайдёте – сами увидите.
- Ты говорил про налоги, - продолжала пытать аборигена демоница. – Скажи – большие они?
- Справедливые у нас налоги, гос… Дая. Небольшие, я бы сказал. Четверть всего заработанного отдаём мы в казну. Но лучше отдавать треть…
- Вы что, сами выбираете величину налогов?
- Да, это наше законное право! – с гордостью ответил Фёдор. – Я всегда плачу третью часть заработанного!
- А вообще не платить можно?
- Можно! – с не меньшей гордостью сказал мужчина, добавив при этом негромко, так, что только чуткий нечеловеческий слух демоницы смог разобрать этот шёпот:
- Если ты одарённый…
- А плата за вход в город входит в стоимость налоговых платежей? – не унималась девушка.
- Налоги – отдельно, плата за проход – отдельно, - как для маленькой, пояснил Фёдор, удивившийся тем, что собеседница не знает таких простых вещей. – В конце концов, никто нас насильно в столицу не тащит, сами решили отправиться в дорогу и продать свой товар именно здесь, когда можно было бы сдать всё местному учётчику. Да и дороги в столице содержатся в идеальном состоянии – регулярно убираются и ремонтируются, а это, что ни говори, весьма накладно…
- Понятно… Минимальная налоговая ставка, без учёта иных разовых сборов… - вслух рассуждала демоница. - А скажи-ка мне, Фёдор, где продажная цена товара выше – здесь, в столице, или при сдаче учётчику?
- Вестимо, в Тиаре выше, - подтвердил догадку девушки торговец. – Зачем бы мне тогда в столицу товар везти?
И мужчина, нащупав любимый конёк, пустился в пространные рассуждения о ценах на товары в провинции и столице, о налогах, таможенных и дорожных сборах, законных и не очень поборах вездесущих мытарей, а также о выгоде, которую он получит после распродажи товара.
- Дороже продали – больше налогов заплатили…. – сделала логичный вывод из рассуждений аборигена девушка. – Только одного не пойму – какой смысл платить треть, если достаточно четверти?
- Так права же! – воскликнул мужчина.
- Не поняла – какие права?
- Ну, права… Замялся Фёдор. – Право беспошлинного проезда по дорогам, право торговать на любом рынке герцогства, другие права… Разве их все упомнишь! У нас много прав!
Последнюю фразу Фёдор произнёс с такой гордостью, что можно было подумать – все эти права он выстрадал собственным потом и кровью.
- Гениально! – воскликнула девушка, по достоинству оценив продуманную до мелочей налоговую систему Занадана. – Хочешь иметь хоть какое-то право жить, а не существовать – плати! Чем больше заплатишь – тем свободнее сможешь дышать и, возможно, даже говорить. Надо запомнить и взять на вооружение…
- За оружие, кстати, тоже надо платить, - пробормотал абориген, осторожно покосившись на торчащие из-за спины демоницы клинки.
- И много? – поинтересовалась Дая.
- Не знаю, - признался Фёдор. – Никогда не имел.
- Офигеть у вас тут порядочки! За что ни возьмись – кругом одни поборы! – воскликнула девушка, обозрев окружающую её толпу и убедившись, что мнение её собеседника единодушно разделяют все остальные аборигены – в уходящей на многие сотни метров от ворот веренице бездарей, желающих попасть в Тиару, вооружена оказалась лишь она одна.
- Мы всем довольны, госпожа! – совсем уже растерялся Фёдор, не зная, как ему обращаться со странной незнакомкой, явно ни в грош не ставившей ни самих одарённых, ни установленные ими порядки. – Да и зачем нам оружие? От кого защищаться?
- А что, в Занадане совсем нет преступности? – удивилась Дая. Несмотря на то, что за все три недели путешествия ни одного уголовного элемента девушка так и не увидела, насчёт криминогенной обстановки герцогства у неё было немного другое мнение. Возможно, демоница просто не туда смотрела и не там искала, что косвенно подтверждала слишком уж слащавая речь местного аборигена.
- Конечно, нет! – восторженно заголосил Фёдор, испуганно заозиравшись по сторонам, как будто испугавшись, что его кто-то может подслушать. – От преступников нас надёжно защищают одарённые.
- А от преступников из числа одарённых? – коварно вопросила демоница, чем заставила мужчину испуганно втянуть голову в плечи и прошептать:
- Как можно, госпожа! Среди одарённых не может быть преступников!
- Это ещё почему? Разве одарённые – не люди?
- Всё, что совершают одарённые – законно, госпожа…
- Даже если один из одарённых решит тебя ограбить или того хуже – убить?
- Раз решил – значит, так нужно. Значит, есть за что, - без особой уверенности в голосе ответил Фёдор и, замкнувшись в себе, окончательно замолчал, не желая поддерживать скользкую для себя тему.
Тем временем очередь медленно, но уверенно подошла к воротам, и перекрывшие проход в город рослые стражники повышенной полноты с пышущими здоровьем и лоснящимися от жира лицами, тщательно осмотрев шедшего перед демоницей Фёдора, получив от него щедрую плату и, после долгих препирательств пропустив, скрестили свои колючие взгляды на девушке, сверху донизу осмотрев её ладную фигурку и особое внимание остановив на торчащих из-за спины рукоятках парных мечей.
- Цель посещения? – грубо спросил демоницу один из стражников, незадолго до этого опустивший в свой оттопыривающийся от собранной мзды карман полученное от торговца дополнительное денежное вознаграждение и теперь рассматривающий выданную на имя девушки подорожную. К огорчению служивого, документ оказался в полном порядке – печать коменданта пограничной заставы, заверенная магическим оттиском армейского боевого чародея, была подлинной.
- Сопровождаю подопечного в академию, - стараясь не нарываться, ровным спокойным голосом ответила девушка, скромно опустив глаза и пятой точкой предчувствуя грядущие неприятности от ошалевших от вседозволенности и безнаказанности вымогателей, беззастенчиво прикрывающихся служебным положением. Однако лебезить, пресмыкаясь перед закованными в броню ничтожествами, и уж тем более давать им на лапу, чтобы не слишком придирались, Дая не собиралась – гордость не позволяла. Да и как потом смотреть самой себе в глаза? Потеряв достоинство один раз, потом его уже не вернёшь – практически идеальная память всегда напомнит о проявленной когда-то слабости и малодушии.
- Деньги, имущество, товары на продажу имеются? – допытывался между тем находящийся при исполнении мздоимец.
- Продавать ничего не собираюсь. Деньги и вещи у подопечного, с собой у меня только плата за вход. Из имущества только то, что видите на мне. Одежда и оружие.
- Чьё оружие?
- Моё, - односложно отвечала демоница.
- Откуда взяла? – не унимался мужчина.
- Подарок.
- Что ещё?
- Больше ничего.
- Таксу за проход знаешь?
- Знаю. С пешего – один медный лу[1], с конного – серебряный ли[2]. Дополнительный налог идёт на товары для продажи, однако у меня их нет. Так что с меня, как с пешей, один лу. Вот деньги – отсчитывай сдачу…
И девушка протянула мужчине увесистую золотую монету достоинством в десять нол[3] - целое состояние по меркам простого жителя Занадана.
При виде золота глаза стражника алчно вспыхнули, а разом вспотевшие ладони задрожали в предвкушении предстоящей наживы. Сдачу он, сразу же решил не отдавать, и теперь лихорадочно пытался придумать способ сделать это относительно законно. Наконец, найдя, как ему показалось, идеальный вариант, он решился, воскликнув:
- Так не бывает – без вещей в Тиару никто не заходит! Значит, ты что-то скрываешь! Лучше признайся сразу, а то найдём – тебе же хуже будет, – повысил голос мздоимец, начиная ощупывать девушку, словно разыскивая не её теле спрятанные контрабандные товары. Не пропускал он ни карманов, ни перетянутой ножнами спины, ни стройных мускулистых ножек, плотно обтянутых пыльными кожаными походными штанами и мало что скрывающими. Заставил даже поднять руки, ощупывая подмышки и грубо пройдясь ладонями по выпирающим из-под куртки грудям. Нашёл и вытащил из кармана оставшиеся три золотые монеты, демонстративно переложив их в свой карман. Действия товарища вызвали довольные ухмылки остальных стражников, сразу же догадавшихся о реальной подоплёке неожиданной бдительности, проявленной служивым и вполне разделявших его служебное рвение – дополнительный заработок в конце смены честно делился на всех, включая и командира смены, частенько покрывавшего чересчур распоясавшихся мздоимцев.
- Всю осмотрел? – ровным голосом переспросила демоница, стараясь сохранять спокойствие и не поднимая взгляда от земли. Однако отголоски бушевавших в её душе эмоций периодически проскальзывали на лице девушки – так её в жизни ещё никто не унижал.
- Надо будет – осмотрю всю, - буркнул мужчина, начинающий подозревать, что что-то здесь нечисто – не может простая, скромно одетая, да ещё и передвигающаяся пешком безродная девица-бездарь таскать в карманах целое сокровище, но вернуть всё обратно уже не мог – его бы не поняли свои же товарищи, оставшиеся без неожиданно богатой добычи.
- Не боишься без яиц остаться? – Дая язвительно прокомментировала заявление стражника, чем вызвала обидные смешки его коллег.
- Разрешение на оружие есть? – не зная, к чему ещё придраться, зло спросил раздосадованный мужчина, всей своей алчной душонкой ощущая, как несметное богатство, которое он уже считал своим, уплывает из его карманов.
- Есть, - ответила Дая, обоснованно считая, что эмир, лично вручивший ей клинки, является легитимным гарантом законности его владения и ношения.
- Покажи! – протянул к девушке закованную в железо руку стражник, подразумевая наличие у неё какого-нибудь документа, о котором сам он, впрочем, ни разу не слышал.
- Тебе моего слова разве недостаточно, болезный? – помня, что, говоря о плате, ни о каком разрешении Фёдор не упоминал, снисходительно усмехнулась демоница, глядя стражнику прямо в глаза, после чего окончательно вывела мужчину из себя, язвительнодобавив:
- Я, кстати, помню и про сдачу, и про вытащенные из моего кармана монеты, которые тебе придётся вернуть.
- Да как ты смеешь так разговаривать со стражей, тварь! – завизжал мужчина и, не зная, чем ещё припугнуть абсолютно чистую с точки зрения контрабанды, но слишком, по его мнению, дерзкую и совсем не уважающую столичную стражу незнакомку, отвесил ей тяжёлую звонкую пощёчину, даже не удосужившись снять стальную латную рукавицу. Возможно, стражник рассчитывал, что страх заставит девушку промолчать об ограблении, однако своими действиями достиг прямо противоположного результата.
Мужчина ещё продолжал что-то орать, пытаясь в глазах окружающих оправдать творимое им беззаконие, а вздрогнувшая после удара девушка, обведя остекленевшим взглядом окруживших её вооружённых людей, медленно подняла руку к лицу и, приложив ладонь к носу, развернула и поднесла к глазам красные от крови пальцы.
- Ты ударил меня… Оскорбление… Кровь… - тихо прошептали разбитые губы демоницы.
- Я конфисковываю твоё оружие и контрабандное золото! – продолжал бесноваться стражник, не замечая происходящих с незнакомкой перемен. – Я…
- Наказание за совершённое - смерть… – вновь прошептала Дая, поднимая голову и сбрасывая с себя оцепенение. Глаза демоницы встретились с глазами осмелившегося поднять на неё руку мужчины. Вертикальные прорези её нечеловеческих ярко-красных зрачков расширились, затопив багровым светом широко распахнувшиеся миндалевидные глаза и придав совершенному лицу девушки хищные демонические черты.
- Я при исполнении… - резко сбавив тон, прохрипел севшим голосом неожиданно испугавшийся происходящих с незнакомкой перемен стражник, и потянулся за висящим на поясе клинком, однако выхватить его не успел – стоящая перед ним незнакомка оказалась быстрее. Значительно быстрее…
Стремительное движение руки демоницы и серебристый отблеск её клинка почти никто из стоящих на входе стражников не увидел, зато все они услышали дикий визг своего товарища, отрубленная по локоть конечность которого упала на мостовую, заливая тёсаный гранит брусчатки алой горячей кровью. Не спасли стражника и доспехи – клинок мечницы разрезал их вместе с рукой, словно масло.
На мгновение в округе установилась гробовая тишина, разрываемая лишь всхлипами упавшего на колени и зажавшего здоровой рукой кровоточащий обрубок мужчины. Однако оцепенение стражников длилось недолго – вскоре воздух столицы наполнился шелестом извлекаемых из ножен мечей и стуком упирающихся в мостовую копий. А демоница плавным движением вытянула из заспинных ножен второй клинок, заняв хищную стойку, сразу же выдавшую в ней опытную воительницу, и лёгким движением кисти оборвала мучения стонущего калеки, перерезав ему горло. Брызги горячей крови окропили мостовую, подействовав на стражников эффективнее ушата ледяной воды.
- Ты… Убила… Проську убила… - просипел, глотая вязкую слюну, один из стражников, взяв наизготовку копьё и пытаясь зайти демонице за спину, однако девушка разгадала его попытку, коротким подшагом и последующим быстрым рывком сократив дистанцию. Копьё мужчине больше не понадобилось – он просто не успел им воспользоваться. Голова ему, впрочем, тоже не понадобилась, после двойного взмаха клинков, на миг превративших воительницу в парящую над мостовой раскинувшую крылья птицу, с глухим стуком она упала на шлифованный гранит мостовой и медленно покатилась, разбрызгивая кровавые капли, в сторону побледневших от столь быстрой расправы и едва сдерживающих рвотные позывы товарищей. Обезглавленное тело ещё пару ударов сердца сопротивлялось силе земного притяжения, но вскоре всё равно упало, стукнув напоследок по мостовой копьём и обдав окружающих тяжёлым смрадом испражнений.
- Осталось восемь, - ровным сухим голосом сказала демоница, обращаясь в пустоту.
- Беги к начальству, доложи, что у нас прорыв! – скомандовал кому-то за своей спиной быстро сориентировавшийся командир стражников, и один из его людей, гремя железом, резво припустил вдоль по улице. Скорость его перемещения лучше всяких слов говорила о том, что больше всего на свете убегающий мужчина желал оказаться как можно дальше от ставшего смертельно опасным места несения службы.
- Зря убежал, - тем же мертвенным ледяным голосом прокомментировала приказ командира демоница. – Умрёт уставшим.
- Нападение на стражу при исполнении карается смертью! – пафосно провозгласил офицер, однако Дая на его заявление холодно прошипела, глядя мужчине прямо в глаза:
- А ты попробуй, убей!
И тут же бросилась вперёд, прямо под дрогнувшие клинки стражи. Её идеально рассчитанные движения отличались необыкновенной стремительностью и непередаваемой словами грацией, что привело к закономерному итогу – десяти мгновений воительнице хватило, чтобы уполовинить отряд более чем наполовину. Трое оставшихся в живых служивых уже не казались столь уверенными в себе и медленно отступали, копьями сдерживая натиск незнакомки. А демоница, уже немного успокоившись после нанесённого ей оскорбления, непринуждённо помахивала клинками, вкрадчиво приговаривая:
- Ну что же вы, мальчики, где же ваша удаль, где гонор? Потеряли? Или только беззащитных девиц умеете лапать, да по лицу их бить? Ошалели совсем, поди, от безнаказанности? Так я научу вас вежливости – не в этой, так в другой жизни... Куда же вы? Не убегайте! Постойте!
Ласковый тон, с которым мечница обращалась к оставшимся в живых стражникам, и залитые кровью клинки оказались для них страшнее любых криков, любой ругани или угроз, доходчивее любых слов говоря о том, что щадить своих обидчиков девушка однозначно не собирается – они уже приговорены к смерти. Поэтому впечатлённые необычайно быстрой расправой над своими товарищами мужчины приняли единственно правильное, на их взгляд, решение – побросали оружие и со всех ног пустились наутёк, периодически посылая за спины испуганные взгляды.
Дая бежать не стала – в отличие от струсившей стражи, она, не убирая в ножны окровавленные клинки, спокойно шла по мгновенно опустевшей улице вдогонку за беглецами. Правда, далеко девушка уйти не смогла – убежавшая троица явилась вновь, на этот раз уже с подмогой, которую привёл четвёртый, убежавший первым стражник.
Подмогой оказались пятеро одетых в светло-серые строгие костюмы молодых мужчин явно армейской выправки, двигающихся во главе отряда, состоящего из двух полных рот солдат с алебардами, однако, в отличие от алебардистов, полностью безоружных.
- Она! Вот она всех убила! – истерично визжа, стал показывать в демоницу пальцем один из выживших стражников.
- Именем закона! – громко, так, что было слышно даже в дальнем конце улицы, обратился к девушке одетый в штатский костюм гражданского вида мужчина. – Вы арестованы за неподчинение законной власти Занадана и убийство находящихся при исполнении людей! Сложите оружие и подчинитесь!
- Да щас! – ухмыльнулась, сплюнув разбитыми губами на мостовую сгусток крови, огрызнулась демоница, взмахнув для усиления эффекта клинками. – Ваши так называемые служители закона первыми нарушили закон, напав на безоружную меня! За нанесение мне телесных повреждений и оскорбление моей личности словом и делом я приговариваю их к смерти! Не мешайте совершиться правосудию и выдайте мне оставшихся преступников!
- И где эти преступники? – спросил у девушки штатский, начиная понимать, что он что-то не понимает.
- Да вот же они – вырядились стражниками и за вашими спинами прячутся! – указав на стоящую невдалеке четвёрку отчаянно трусивших людей одним из клинков, ответила Дая.
- Это не преступники, а столичная стража, - возразил мужчина, сбитый с толку уверенными ответами демоницы, явно не вписывающимися в стандартный поведенческий шаблон обычного бездаря.
- Это вы, уважаемый, так считаете, а у меня другие сведения. Повторяю – они преступники, напавшие на меня.
- И кто может подтвердить ваши слова?
- Вы что, издеваетесь? – воскликнула демоница. – Проверьте карманы этих мздоимцев – они полны незаконно награбленного. А в кармане одного из прирезанных мною бандитов – того, что без руки, лежат мои сорок нол золотом. Идите, и проверьте – тут недалеко, за пару минут успеете. Впрочем, я согласна доказать правоту своих слов вот этими мечами!
И девушка ловким движением кистей крутанула клинки вокруг себя, на мгновение окутавшись в блестящую стальную рубашку.
- И всё же я настаиваю – сдайте оружие. Мы пройдём в комендатуру и там спокойно во всём разберёмся. Опросим свидетелей, установим истину, и если вы говорите правду…
- Я всегда говорю правду, - перебила мужчину демоница. - А оружие я вам не отдам, так как не слишком доверяю вашему правосудию.
- Стражники утверждают одно, вы, девушка – другое. Один ваш голос против четырёх представителей власти…
- Я сразу сказала, что не верю в ваше правосудие, и вы только что это подтвердили, - хмыкнула Дая.
- В то же время вы утверждаете, что правоту ваших слов способны подтвердить ваши мечи, - мужчина попытался поймать демоницу на противоречии.
- Утверждаю, - подтвердила девушка. – Вам хорошо заметно, что у меня разбито лицо? Разве это не доказательство нанесённых стражниками побоев?
- Почему я должен подозревать в ваших побоях именно служителей закона? – возразил мужчина.
- Потому что только прикрывающийся личиной служителя закона бандит мог безнаказанно меня ударить, любой другой расстался бы с жизнью ещё до того, как его рука коснулась моего лица. Поэтому сталь – лучшее доказательство преступной деятельности четвёрки спрятавшихся за вашими спинами уголовников.
- Послушайте, девушка, не стоит обвинять… - попытался успокоить демоницу мужчина.
- А я вас и не обвиняю, - перебила мужчину Дая. – Вы меня не трогали, и претензий к вам я не имею. Можете спокойно идти по своим делам туда, куда хотите. Мне же оставьте этих четверых смертников.
И демоница вновь указала клинком на трясущихся от страха стражников.
- Вы не имеете ко мне претензий? – неожиданно развеселился мужчина. – Откуда же вы взялись такая смелая и безрассудная, незнакомка, что посмели указывать мне, куда идти? Смотрю я на вас – вроде бы полный бездарь, но гонору – на десяток архимагов хватит.
- Вам-то что за дело до моего дара? – недовольно возразила Дая.
- А то, что я одарённый, - пояснил мужчина. – Нападение бездаря на одарённого приравнивается к убийству, поэтому тронуть меня вы не сможете.
- Ой, да ладно, - кривая хищная улыбка прорезала окровавленное лицо демоницы, - с каких это пор одарённые стали неуязвимыми? Как по мне, так у них такая же красная кровь, что и у бездарей. И они так же хорошо умирают.
- Ты уже убивала одарённых? – весёлое настроение мигом покинуло мужчину, да и его спутники напряглись и подобрались, явно готовясь к бою.
- Предположим, - хмыкнула демоница. – Это что-то меняет?
- Это многое меняет, раз ты до сих пор жива, - задумчиво пробормотал мужчина и тихо отдал своим спутникам приказ:
- Работаем по жёсткому варианту – девица может оказаться из числа необученных магов. Но если получится – пытаемся взять живой…
Впрочем, чуткий слух демоницы уловил каждое прозвучавшее слово, и девушка, догадавшись, что время разговоров закончилось и схватки не избежать, не вступая более в словесные перепалки, опустила клинки и прикрыла глаза, внешне расслабившись. Однако расслабленная поза незнакомки не смогла ввести в заблуждение стоящих перед ней людей – они хорошо знали, на что способны опытные мастера-мечники и, понимая, как быстро они способны перейти от внешней расслабленности к мгновенной атаке, соблюдали предельную осторожность. Поэтому в первых рядах солдаты не пошли – их заменили маги. Окутавшись щитами, едва заметными, но выдаваемыми пристальному взору демоницы радужными переливами колышущихся вокруг них силовых сфер, они почти одновременно взмахнули руками, и в девушку полетели пять спрессованных воздушных ядер, от которых та с большим трудом уклонилась, продемонстрировав изумлённым зрителям чудеса акробатики и, в завершение, проехавшись пузом по мостовой. Убегать смысла не было – маги ожидали от незнакомки именно такого хода, готовясь расстрелять её в спину, поэтому девушка, напротив, стремительно сократила дистанцию, петляя и сбивая прицел, стараясь при этом всё же держаться середины улицы и лишь раз пробежавшись по вертикальной стене здания, чтобы разминуться с перекрывшим дорогу воздушным снарядом. Обладающие дальнобойными техниками и рассчитывающие на лёгкую победу чародеи не знали, что у мечницы перед ними было одно небольшое преимущество, которое она планировала превратить в победу – она, выглядя внешне абсолютным бездарем, тем не менее отлично видела создаваемые магами плетения – их силу, время активации и точку приложения, поэтому могла достаточно легко от них увернуться.
Чиркнув острием меча по ближайшему силовому куполу и заставив ближайшего к ней чародея испуганно отшатнуться от летящего в лицо клинка, девушка, не сумев пробить сталью профессионально поставленную силовую защиту, неожиданно отпрыгнула в сторону и, взбежав по стене здания, изогнулась под немыслимым углом и рыбкой перелетела через собравшихся в кучку одарённых, оказавшись за их спинами и кувырком погасив инерцию от падения на мостовую. Летящие ей вдогонку воздушные ядра благополучно ушли в небо, растворившись в вечерней синеве. Мужчины тут же развернулись, однако стрелять больше не стали, впервые с начала скоротечного боя растерявшись – мечница успела подняться на ноги и прикрыться их собственными людьми, неожиданно оказавшимися на линии огня.
Получив тактическое преимущество – обстрел со стороны магов временно прекратился, - демоница поспешила его развить, бросившись на ощетинившийся лезвиями алебард людской строй. Перепрыгнуть его, как это только что проделала с магами, девушка даже не пыталась – солдаты выстроились в несколько рядов, причём если передний ряд направил алебарды прямо на мечницу, то задние ряды подняли древки вверх, обезопасив и себя, и своих товарищей от атаки сверху. Мечи слабо пригодны для боя с длинным древковым оружием, и девушка, на первый взгляд, оказалась в безвыходном положении – с одной стороны дорогу загораживала пятёрка готовых к бою магов, с другой – ощетинившийся острым металлом строй солдат.
Воительница вполне ожидаемо атаковала первый ряд, бросившись, казалось бы, открытой грудью на острия алебард. Послышался звон металла и громкие ругательства занаданцев – бешено вращающиеся клинки демоницы расталкивали лезвия алебард, нанося глубокие зарубки на выполненных из прочнейшей древесины морёных древках. Однако силы оказались явно неравными – мгновения замешательства прошли, и к битве присоединилась пятёрка магов, принявшаяся осыпать мечницу градом ослабленных, неспособных не то, что убить, но даже покалечить воздушных ядер. Слабые конструкты, между тем, свою задачу выполнили – попадая чаще по своим, они всё же сбили демоницу с ног, и подняться ей не дали уже алебардисты, от злости чуть было не наколовшие девушку на острия своих алебард.
Спасло мечницу разве что чудо, да ещё феноменальная, нечеловеческая ловкость и быстрота реакции. Отделавшись несколькими глубокими кровоточащими порезами, девушка не только вырвалась из окружения, но и нанесла как минимум полутора десяткам бойцов серьёзные калечащие раны, целясь в уязвимые точки и, в первую очередь, атакуя конечности. К сожалению, на этом её успехи закончились – вновь оказавшись на ногах, но потеряв при этом темп, мечница ожидаемо стала лёгкой добычей для ждущих возможности вмешаться в схватку магов, которые сменили лёгкие воздушные заклинания на более смертоносные из арсенала стихии воды. Возможно, выбранная воительницей тактика была бы хороша против таких же воинов, как и она сама, и в противостоянии стали со сталью мечница имела неплохие шансы на успех, однако от пущенного веером и спрессованного огромным давлением до прочности стали роя водяных дисков едва поднявшаяся на ноги девушка уклониться уже не смогла, получив длинный, глубокий, рассекающий левое предплечье до кости разрез. Не помогло даже демоническое зрение, заранее указавшее своей обладательнице траекторию полёта сотворённых магией снарядов. На мостовую, быстро намочив рукав куртки, хлынули струйки крови из рассечённой артерии.
Зашипев от нахлынувшей боли и выронив покрытый кровавыми разводами смертоносный клинок из повисшей плетью и переставшей подчиняться руки, демоница неожиданно распрямилась и неподвижно замерла, устремив немигающий взгляд багровых глаз в самодовольное лицо нанёсшего ей ранение мага. А тот, с удовлетворением хмыкнув, уже готовил новое плетение. Обозлённый яростным сопротивлением и потерями среди подчинённых, маг, похоже, уже отказался от попытки взять мечницу живой, нацелив на девушку только что сплетённый и напитанный энергией под завязку сложный смертельный конструкт. Однако устремившееся к цели плетение, вопреки ожиданиям сотворившего его чародея, неожиданно исчезло перед самым лицом мечницы, словно растворившись в пространстве. Плетение не нанесло девушке урона, однако сам факт нападения не прошёл для неё незамеченным – мечница стремительно развернулась лицом к напавшему на неё магу, и зацепившийся за её взгляд мужчина, так и не успев сплести следующего конструкта, как подкошенный, рухнул на мостовую, забившись в конвульсиях. Однако мучился он недолго – прошло всего несколько мгновений, и от ещё недавно здорового, полного жизненных сил человека осталась лишь бесформенная куча тряпья, из которой сиротливо торчал скрытый коротким ёжиком волос затылок…
Проследив за падением и последующей кончиной занаданского мага, девушка перевела взгляд на четвёрку всё ещё остававшихся на ногах чародеев. Во взгляде мечницы больше не осталось ничего человеческого – широко распахнутые глаза излучали зловещий багровый свет, а прекрасное до совершенства юное лицо изменилось, оставаясь столь же красивым, но приобретя при этом хищные демонические черты. Медленно подняв перед собой травмированную руку, которая вновь стала ей подчиняться, девушка протянула её к ближайшему магу и, направив в мужчину указательный палец, неестественным шелестящим замогильным голосом прошептала:
- Убийца… Ненавижу…
Не ожидавший подвоха чародей, поймав зловещий завораживающий взгляд демоницы, неожиданно захрипел и свалился на мостовую, как и его коллега несколькими мгновениями ранее – постоянно поддерживаемый универсальный щит, под которым он чувствовал себя в абсолютной безопасности, оказался бессилен против похитившей его жизнь неведомой силы. А мечница уже протягивала руку к следующему магу, растерявшемуся, забывшему от испуга все выученные плетения и медленно пятившемуся прочь, подальше от страшной незнакомки. Возможно, тут бы и пришёл конец троице самоуверенных занаданских чародеев, но спас их один из храбрецов из числа оставшихся в живых алебардистов, осторожно подкравшийся к воительнице сзади и, дождавшись удачного момента, ударивший её алебардой по голове. Хотел он убить мечницу или всего лишь оглушить – осталось неизвестным, однако направленное дрогнувшей рукой солдата лезвие алебарды попало девушке по затылку плашмя, сохранив ей жизнь, но напрочь вырубив сознание. Над местом побоища разлилась тяжёлая, вязкая, гнетущая тишина – победившие незнакомку бойцы застыли в тревожном ожидании, так до конца и не поверив в свой успех.
Затянувшуюся паузу разорвал один из четвёрки выживших стражников, имевший, видимо, к сражённой девушке особые счёты. Обогнув строй алебардистов, мужчина подскочил к лежащей на земле мечнице и, грязно ругаясь, принялся исступлённо пинать её изрезанное алебардами тело носками окованных сталью сапог. Стражника никто не останавливал – людям, потрясённым результатами устроенной воительницей кровавой бойни, меньше всего в этот момент хотелось думать о сохранении жизни незнакомки. Алебардисты устало усаживались прямо на мостовую, отходя от горячки кровавого боя, а маги избавлялись от защитных конструктов, на поддержание которых расходовались их далеко не безграничные силы.
- Остановись, боец, - тихо пробурчал один из выживших магов, когда ему надоело смотреть на то, как избивают не подающую признаков жизни беззащитную девушку. Однако остановил стражника вовсе не приказ – уже занёсшего ногу мужчину неожиданно передёрнуло, подкинуло вверх, и его голова раскололась на затылке, явив зрителям пробивший крепкий череп острый костяной наконечник. Само же истекающее кровью и агонизирующее тело стражника оказалось насажено на взметнувшийся вверх хвост демоницы, словно на шест. Вошедший точно в глазницу, он пробил голову мужчины насквозь, даруя ему незаслуженно лёгкую смерть. Однако на этом происходящие с трупом метаморфозы не закончились – он стал стремительно ужиматься, иссыхать, словно неведомая сила выпивала из него энергию.
Лицезревшие ужасную смерть товарища стражники в ужасе попятились от демоницы, подхватив свои алебарды, а маги вздрогнули, вновь окутавшись защитными плетениями. Тем временем раненая, избитая, находящаяся, на первый взгляд, в шаге от смерти мечница пошевелилась, открыла глаза, медленно подняла голову и стряхнула иссохший мумифицированный труп со своего хвоста. Глухой стук упавшего на мостовую высохшего до состояния мумии тела был воспринят занаданцами как приказ к возобновлению схватки, и маги стали плести новые убийственные конструкты, искоса наблюдая за выстроившимися в ощетинившийся алебардами строй солдатами.
Помощь девушке пришла неожиданно – тылы алебардистов разорвали крики боли, и мгновение назад сплочённый строй солдат распался, явив магам несущегося к месту схватки со всех ног подростка, щедро разбрасывающего направо и налево примитивные атакующие плетения. Конструкты по своей простоте скорее подходили только что поступившему в академию ученику, зато скорости их плетения мог бы позавидовать даже опытный чародей. Подросток, или, скорее, уже юноша, за несколько мгновений в корне переломил картину схватки, уничтожив добрую половину ещё остававшихся в строю солдат и заставив отступить и перегруппироваться другую половину. Прорвавшись сквозь строй алебардистов и оказавшись в одиночестве против тройки изготовившихся к бою чародеев, загородивший мечницу своим телом юноша и тут не растерялся – от его окутанной бледной, едва заметной плёнкой защитного плетения фигуры в сторону сгрудившихся в одну кучу занаданских магов, словно рой рассерженных ос, полетели десятки боевых конструктов. Каждое взятое по отдельности элементарное плетение было само по себе не особенно опасно для опытного мага, способного с лёгкостью его заблокировать, однако слаженный удар из десятков разноплановых конструктов оказался настолько силён, что заставил магов перейти к глухой обороне. Их щиты трещали, но держали, а перейти к нападению магам мешали слепившие их разряды молний и изредка пробивавшие защитные плетения остатки огненных сгустков. Хаоса в рисунок боя добавляли и ледяные копья, медленно, но уверенно продавливающие защиту магов. Универсальные щиты занаданцев на поверку оказались не слишком универсальны – летящие в магов десятки плазмоидов и ледяных копий, чередуемые высоковольтными электрическими разрядами, сильно перегружали защитные конструкты. Большого вреда, впрочем, прорвавшиеся сквозь защиту ослабленные плазмоиды и ледяные копья не наносили, нанося занаданцам, скорее, моральный ущерб от пришедшей в негодность, изъеденной подпалинами некогда дорогой щегольской одежды, да от срыва атакующих плетений, которые находящиеся под непрерывным атакующим прессом занаданцы всё же пытались кастовать. Однако свою роль они сыграли – получившая небольшую передышку мечница стала постепенно приходить в себя.
Ситуация для занаданцев осложнялась ещё и тем, что пришедший на выручку воительнице подросток не забывал и про угрозу, которую продолжал представлять из себя сильно поредевший отряд алебардистов. Не прерывая атаки на магов, юный чародей время от времени бросал в продолжавших пятиться солдат атакующие плетения, тем самым не только сдерживая их, но и постепенно сокращая численность.
Не переломил хода яростной схватки и подошедший на выручку алебардистам отряд мечников численностью в три сотни клинков – паренёк, заметивший новую угрозу ещё на подходе, не стал дожидаться, пока новый отряд сольётся со старым. Он на пару мгновений ослабил яростный натиск на обороняющихся и, закусив от напряжения губу, быстро скастовал особо сложное, неизвестное занаданским магам плетение, влив в него просто прорву энергии. Раздавшийся после его активации оглушительный взрыв разметал, размазав по стенам близлежащих домов, большую часть прибывшего на помощь отряда, повалив взрывной волной на землю половину ещё остававшихся на ногах алебардистов, превратив в руины несколько домов и полностью обнулив щиты у троицы пока ещё живых занаданских чародеев.
Неизвестно, чем бы окончился бой – добил бы подросток всех противников, спасая тем самым мечницу от неминуемой гибели, или маги, отойдя от вызванного множеством смертей шока, всё же смогли бы собраться с силами и дать дерзкому незнакомцу достойный отпор, однако в схватку неожиданно вмешалось очередное действующее лицо…
- А ну прекратить! Немедленно!! – разнёсся над местом побоища громовой, усиленный магией рык появившегося словно бы ниоткуда пожилого мужчины.
Исполнить приказ согласились не все – схватка продлилась ещё несколько мгновений и прекратилась лишь после того, как в продолжающего разбрасываться боевыми конструктами подростка от вновь прибывшего мужчины прилетело какое-то явно нелетальное, однако особо сложное и заковыристое плетение, заставившее его потерять сознание и рухнуть на залитые кровью гранитные плиты мостовой. Девушке тоже изрядно перепало отголосками заклинания – только пришедшая в себя мечница вновь оказалась на мостовой лицом вниз и больше уже не двигалась.
- Что тут у вас происходит? – обратился к вздохнувшим облегчённо магам мужчина.
- Попытка ликвидации прорыва, лэр ректор, - почтительно ответил склонившийся в низком поклоне маг, видимо, хорошо знавший прибывшего в лицо, после чего, немного подумав, добавил:
- Как нам сообщили, в город, убив дежуривших на входе стражников, прорвался вооружённый холодным оружием бездарь.
- Это он вас так разукрасил? – ректор указал рукой на многочисленные дыры и подпалины на некогда новых, а теперь больше всего похожих на рваные замызганные тряпки костюмах своих бывших студентов, лица которых показались ему смутно знакомыми.
- Нет, это тот самый мальчишка, будь он неладен! – в сердцах воскликнул один из магов, указав на лежащего на мостовой рядом с мечницей юношу.
- Какой-то мелкий шкет, лица которого я даже не видел среди своих учащихся, смог противостоять сразу трём дипломированным выпускникам академии? – удивился ректор.
– А вы когда-нибудь видели, чтобы один одарённый за несколько мгновений создал сразу несколько десятков боевых конструктов, причём из абсолютно разных школ? – вяло огрызнулся на несправедливое, по его мнению, обвинение чародей. - Огонь, вода, молния… Пришлось от атаки перейти к глухой обороне, дабы не оказаться убитыми – этот паршивец с нами не церемонился, бил на поражение. Нас вообще спасло только то, что конструкты оказались начального уровня, иначе, боюсь, даже универсальные щиты не выдержали бы давления и разрушились.
- Вы, случайно, не ошибаетесь, молодые люди? – недоверчиво переспросил магов ректор. – Даже я, неплохо владея магической наукой, после сотен лет тренировок не смогу показать подобной скорости, о которой вы только что упомянули. А этому подростку, судя по внешнему виду, вообще бы ещё в школе учиться. Кстати, на мой взгляд – самое время для поступления в академию…
- Именно туда я и направлялся, - прохрипел неожиданно очнувшийся Лиссиан, с трудом оторвав голову от мостовой, - но ваши люди напали на мою спутницу и, судя по увиденной мною картине боя, намеревались её убить. Я едва успел прийти на помощь…
- Есть информация, что всё происходило с точностью до наоборот - именно ваша спутница напала на стоящую в воротах стражу, - возразил один из магов, с плохо скрываемым сожалением ощупывая оставшиеся от своей одежды лохмотья.
- Ложь! – уверенно возразил юноша, с трудом поднимаясь на ноги, для чего ему сначала пришлось, опираясь на ладони, встать на колени, и уже потом занять вертикальное положение. – Дая ни на кого не нападает первой – это её жизненный принцип. Она всегда только защищается.
- Что, совсем никогда? – переспросил мужчина.
- Совсем, - подтвердил Лиссиан, подходя к лежащей на камнях лицом вниз, словно сломанная кукла, демонице. Присев на корточки, юноша осторожно взял голову девушки в свои ладони, отбросив в сторону спутавшиеся окровавленные волосы, обнажив шею и проверив пульс. Убедившись, что его напарница жива, принц добавил, обращаясь к внимательно наблюдавшему за его действиями ректору:
- Даже когда Дая в одиночку вырезала весь отряд пустынников – даже тогда она лишь защищала мою жизнь и жизни моих товарищей...
И, увидев скептически изогнувшуюся бровь мужчины, добавил:
- Пустынники преследовали нас, посчитав лёгкой добычей.
- Значит, вы приехали издалека, чтобы поступить в академию? – уточнил ректор.
- Я наследный принц Ривии, - гордо ответил юноша, снимая с пояса флягу с водой и бережно отмывая лицо демоницы от крови. – Мой отец обучался в академии, мой дед обучался в академии. Теперь настала моя очередь.
- Похвальное рвение к знаниям, молодой человек, - прокомментировал слова принца ректор. – Но почему вы, попав в Тиару, сразу же ввязались в бой?
- То есть вопрос о том, почему ваши люди на моих глазах убивали мою подругу, у вас даже не возник? – саркастически переспросил принц.
- Кстати, а действительно – почему? – повернулся к одному из своих учеников ректор.
- Мутная, на мой взгляд, история, - немного подумав, ответил мужчине маг и, подойдя к одному из павших товарищей, перевернул тело на спину. На него пустыми провалами глазниц уставился обтянутый иссохшей кожей череп, всего несколько минут назад бывший пышущим здоровьем боевым магом.
Вздрогнув, словно от порыва ледяного ветра, мужчина подошёл к телу второго мага, но убедился лишь в том, что и того настигла аналогичная смерть. Как будто тела одарённых высушили, выпив из них саму жизнь.
- Это то, о чём я думаю? – спросил мага тихо подошедший к трупу ректор.
- Не знаю, о чём вы сейчас думаете, лэр ректор, - осторожно ответил чародей, - но мои товарищи умерли после того, как заглянули в горящие багровым огнём глаза мечницы, которую мы должны были задержать. Мне неведомо, что за плетение их убило, но стандартные универсальные щиты против него оказались бессильны. И смерть им принесла именно она, а не явившийся ей на подмогу молодой маг.
- Быть может, это был артефакт? – с сомнением возразил ректор.
- Маловероятно, лэр ректор – никаких артефактов я на ней не заметил. До того, как мои друзья начали умирать, девушка магию не применяла, используя лишь холодное оружие. А потом, после тяжёлого ранения, её глаза заполнил огонь…
- Но я не вижу на девушке тяжёлых ран! – бросил на мечницу внимательный взгляд мужчина.
- Она сражалась, как настоящий мастер меча, господин, - вклинился в беседу магов подошедший к ректору командир алебардистов, сопровождающий группу своих подчинённых, занятых перетаскиванием трупов. – Я много прожил и много повидал, но ещё никогда в жизни не видел такой скорости и такого мастерского владения парными клинками – женщина явно профессионал в своём деле и училась этому искусству не один десяток лет. Полагаю, что мечница лишь внешне выглядит как молодая девушка – на самом деле она значительно старше. Возможно даже, что она эльфийка. Кстати, неплохо бы взглянуть на её уши…
Дальнейший рассказ алебардиста прервался по причине сотрясшего его продолжительного кашля. Откашлявшись и сплюнув на мостовую сгустки крови, мужчина попытался продолжить рассказ, но его вновь скрутил очередной приступ.
- Что с вами? – участливо спросил офицера ректор, но ответил ему другой солдат, сказавший:
- Наш командир недавно немного простудился. Видно, болезнь оказалась значительно серьёзней, чем он предполагал.
- Ещё больные в отряде есть? – поинтересовался ректор.
- Никак нет, лэр, - чётко отрапортовал боец, после чего, немного помявшись, сообщил:
- Вот только моему товарищу сердечко что-то прихватило неожиданно… Я и подошёл, чтобы доложить…
- А раньше у него сердце болело?
- У него с рождения слабое сердце, но таких приступов, как сейчас, отродясь не припомню.
- Тебе задание, боец, - быстро сориентировавшись, произнёс ректор. – Сейчас пробегись по всем выжившим и поинтересуйся их здоровьем - не чувствуют ли они внезапного ухудшения, не открылись ли внезапно давно забытые и залеченные болячки…
После того, как алебердист, чётко, по-военному козырнув, убежал исполнять приказ, к ректору вновь подошёл один из магов и тихо спросил:
- Полагаете, это божественное проклятие?
- А ты считаешь по-другому? – переспросил мужчина. – Бездарь не способен выпить из человека саму жизнь, оставив лишь иссушенные трупы.
- Значит, мечница – одарённая, - пробормотал маг.
- Вижу, что ты не слишком-то удивлён этим известием, - хмыкнул невесело ректор.
- Мутная какая-то история, лэр ректор – буркнул мужчина. - Мы получили приказ о задержании вооружённого и очень опасного преступника из числа бездарей, силой прорвавшегося в город и убившего множество стражников. Соответственно, вели себя согласно поставленной задаче. В то же время сама мечница, которую сейчас выхаживает мальчишка, утверждала, что её ограбили и избили стражники. Кому мы должны были верить? Страже при исполнении, или вооружённой незнакомке, являющейся обычным бездарем?
- А проверить её на наличие дара до начала боевых действий тяжело было? Убиты сотни стражников, разрушено несколько домов, среди жителей которых тоже наверняка есть жертвы – кто теперь за всё это ответит?
- Был бы дар – она пошла бы через проход для одарённых, как это сделал её товарищ, - и мужчина покосился на юношу, который успел привести напарницу в чувство и сейчас поил её остатками воды из фляги, осторожно поддерживая на своих коленях отмытую от крови голову. Бандана с головы девушки слетела, потерявшись где-то во время схватки, и её роскошные тёмно-красные волосы густым ковром рассыпались по мостовой, обнажив маленькие аккуратные рожки. Украшенный окровавленным костяным наконечником хвост мечницы змеёй обвивался вокруг её бедра и покоился на коленях принца, совсем не удивлённого появлением на свет дополнительной конечности своей спутницы. Раны девушки, на первый взгляд тяжёлые, судя по потерянной ею крови, оказались вовсе не такими уж и страшными – по крайней мере, ни сама мечница, ни обхаживающий её парень не выказывали признаков тревоги и не стремились срочно перевязать их, остановив кровотечение. Да и кровотечения тоже больше не наблюдалось, лишь старая, уже пролитая кровь, потихоньку чернела, засыхая.
- А ведь она – не человек, лэр, - задумчиво произнёс, обратившись к ректору, маг.
- Наличие рогов и хвоста ещё не делает девушку нелюдью, - возразил ректор, и тут же задал встречный вопрос:
- Как, в свете открывшейся новой информации, ты оцениваешь произошедшее? С учётом того, что перед нами, похоже, не бездарь и маг, а двое одарённых подростков?
- Они пришли в Занадан вместе, - начал рассуждать маг. – И вместе подошли к воротам Тиары. Затем почему-то разделились… Парень пошёл через проход для магов, а девушка – через ворота для бездарей. Возможно, по какой-то причине она считала, что магическую проверку не пройдёт – тогда в поступках девушки есть логика. С парнем проблем не возникло, а у девушки… Она утверждала, что если обшарить карманы убитого ею стражника, то в них можно найти похищенное у неё золото. Даже одной золотой монеты стражникам не заработать и за месяц дежурства, так что, скорее всего, выживший и прибежавший за подмогой стражник солгал – они действительно ограбили мечницу. А чтобы заставить её молчать, попытались запугать… Её лицо было разбито в кровь…
- Нет ничего лучше для запугивания бездарей, чем побои, - догадливо продолжил мысль своего ученика ректор.
- Скорее всего, так на самом деле и произошло, - согласился маг. – Но истины мы теперь уже никогда не узнаем…
- Почему же не узнаем – вот эта самая мечница нам всё и расскажет. Жаль, конечно, что всё сложилось так, а не иначе, однако боюсь, что ничего уже не поправить. Скорее всего, шанарский гарнизон вскоре лишится как минимум двух сотен первоклассных, хорошо обученных воинов – с высокой долей вероятности выживут лишь те, кто не успел принять непосредственного участия в схватке. Да и стоящий сегодня на воротах караул тоже придётся списывать со счетов…
- Лэр, по неизвестным причинам умерло ещё трое солдат, - доложил подбежавший алебардист, испуганно косясь на завернутые в обгорелые лохмотья скелеты, бывшие ранее боевыми магами.
- Что и требовалось доказать, - сообщил собеседнику ректор, отпустив предварительно принёсшего нерадостные известия бойца. – Проклятье работает, следовательно, мечница тоже является одарённой.
- И что нам теперь делать? – потерянно спросил у ректора маг.
- Вам – ничего. Продолжайте нести службу, потихоньку восполняйте потери в гарнизоне – от этих рот, полагаю, скоро почти никого не останется. А одарённых я забираю в академию…
- И вы спустите им с рук убийство обоих магов? Кстати, ваших бывших учеников.
- Ребята были в своём праве – они всего лишь защищались. Просто так неудачно сложились обстоятельства.
- Погибшие были моими друзьями, лэр…
- Так почему же вы не отказались от этого, по твоему же выражению, мутного задания?
- Мы выполняли приказ, лэр. Нас подставили…
- Выскажи свои претензии тому, кто вас подставил, отдав приказ. Вызови его на дуэль. Убей, в конце концов…
- Отдавший приказ тоже мой друг… Он не желал нам смерти, он просто ошибся, поверив нечистым на руку стражникам.
- Тогда чего вы хотите от меня? Вмешаться в конфликт между одарёнными? По закону именно вы виноваты в случившемся, первыми напав на таких же, как вы сами, одарённых вместо того, чтобы решить возникшие между вами разногласия на совете старейшин. Но ты ещё можешь вызвать их на дуэль и попытаться отомстить. Разумеется, после того, как дети закончат академию – негоже выпускать неучей против дипломированного мага.
- Этот неуч в одиночку, за пару мгновений, неизвестным мне, выпускнику Тиарской академии, плетением уничтожил больше роты солдат, походя разогнав отряд алебардистов, после чего чуть не отправил на тот свет сразу трёх дипломированных магов, в то время как другая неуч просто выпила досуха ещё двоих и зарезала неизвестно сколько простых воинов. В каких монстров они превратятся после обучения?
- В обычных сильных магов, судя по всему, - пожал плечами ректор, и тут, что-то вспомнив, задал встречный вопрос:
- Кстати, ученик, ты так и не ответил мне на один простой вопрос – почему вы, дипломированные маги, выпускники моей академии, впятером напали на девушку, не проверив её на наличие магических способностей? Ни один из вас не проверил! А ведь тогда многих проблем удалось бы избежать!
- Хм… - засмущался мужчина, тут же вспомнив фразу мечницы про то, что претензий к ним она не имеет и предлагает разойтись миром, оставив на расправу лишь оскорбивших её стражников. – Лично мне всегда тяжело давались прикладные разделы магии, а девушка не только не использовала ни одного плетения, но и выглядела на первый взгляд как самый настоящий бездарь! Примени она хотя бы один конструкт…
- То есть ни ты, ни твои товарищи не смогут при необходимости отличить мага от бездаря, если он решит не использовать магию? – уточнил у мужчины ректор.
- При необходимости – сможем… - не слишком уверенно возразил маг. – Очень уж сложный состав у плетения для выявления ауры у одарённых, некоторые его компоненты уже подзабылись за ненадобностью… Да и зачем нам оно? Для выявления потенциальных магов есть специально обученные службы…
- Всё с тобой ясно, лодырь, - буркнул ректор. – Уйди с глаз моих долой!
И, глядя в спину быстро удаляющегося мужчины, пробормотал себе под нос:
- Надо бы курс по прикладным плетениям перевести в категорию полноценного предмета и растянуть на несколько семестров, со сдачей экзамена, а не зачётов. А то совсем студенты помешались на боёвке, игнорируя бытовые разделы магии. А оно вон как выходит…
- Лэр ректор, к вам можно обратиться? – прервал размышления мужчины хриплый юношеский голос. Обернувшись, ректор получил возможность лицезреть слегка помятого, шатающегося, но вполне адекватного ривийского принца, делающего вид, что придерживает за поясницу твёрдо стоящую на ногах, однако выглядевшую значительно более непрезентабельной мечницу, упорно рассматривающую носки своих залитых кровью сапог и продолжавшую сжимать в правой руке клинок. Второй клинок, о наличии которого свидетельствовали торчащие из-за спины парные ножны, она, видимо, где-то успела потерять.
- Обращайтесь, молодой человек, - слегка снисходительно разрешил мужчина, - ведь именно для этого вы и посетили столицу нашего государства.
- Я хочу обучаться в вашей академии, лэр ректор! – с наконец-то прорезавшимся энтузиазмом воскликнул принц.
- Что ж, похвальное желание… Вот только вы немного опоздали на вступительные экзамены. Вам следовало приезжать в Тиару значительно раньше – сейчас приём в моё учебное заведение уже давно закончен, и студенты уже прошли несколько вводных курсов. Повторно читать для вас лекции никто не будет.
- В опоздании нет моей вины – выехал я вовремя, и даже с большим запасом во времени. Однако по независящим от меня причинам пришлось задержаться.
- Всё это, конечно, очень печально, но приём уже окончен. Лекции уже идут. Быть может, на следующий год…
- А могут пойти в счёт пропущенных мною лекций плетения, которые я уже знаю? – с надеждой спросил юноша.
- Сколько рун и плетений на их основе вы успели изучить? – бровь ректора скептически поползла вверх.
- Немного – чуть более десятка базовых рун и несколько плетений первого порядка на их основе. Плюс одно плетение второго порядка… Зато я умею очень быстро их применять!
- Насколько быстро? Можете продемонстрировать? – задавая вопрос, мужчина неожиданно вспомнил слова одного из своих выпускников, рискнувшего утверждать, что скорость плетения принцем конструктов якобы выше, чем у него самого.
- Энергии у меня осталось мало, - признался юноша, - но на пару десятков элементарных плетений хватит.
- Плетение, развалившее до состояния руин несколько домов – это ваша работа?
- Вакуумный взрыв, - подтвердил принц. – Ресурсов организма жрёт немерено, зато результат – выше всяких похвал.
- Откуда вы знаете этот конструкт? – подозрительно спросил юношу ректор. В обязательной программе для студентов его академии такого плетения не было. Не было его и в факультативной программе, несмотря на то, что сам конструкт ректору был отлично знаком – рисунок плетения ему когда-то по секрету передал один путешествующий маг из другого мира во время их совместного распития спиртных напитков непосредственно в стенах Тарийской академии, случившегося по причине очередного выпускного экзамена, на котором ректор числился председателем комиссии, а залётный маг – приглашённым со стороны независимым экспертом. Могучим чародеем тот чужестранный маг оказался впоследствии – ему бы не по мирам скитаться, а осесть в каком-нибудь престижном учебном заведении на должности преподавателя прикладных разделов боевой магии …
- Дая показала, - похвастался юноша, продолжая прижимать к себе уткнувшую в землю взгляд мечницу. – Она вообще меня всему, что знаю, научила.
- Продемонстрируй мне всё, что знаешь, и на что хватит энергии, - дал задание юноше ректор. – И постарайся сделать это как можно лучше – возможно, от результатов демонстрации будет зависеть, станешь ты в этом году студентом или придётся ждать следующих вступительных экзаменов.
- Мне в качестве мишеней использовать оставшихся солдат, или стоит выбрать иной способ демонстрации? – задал вопрос принц таким нейтрально-спокойным тоном, что сразу же становилось ясно – жизни находящихся рядом занаданцев он ни во что не ставит. И тут же добавил, видимо, всё же уловив что-то во взгляде мужчины:
- По живым объектам плетения отработают эффективнее. Особенно молния…
- Пусть они и бездари, но убивать солдат без причины всё же не стоит, на их обучение немалые деньги плачены, - немного покоробившись столь явно выраженным равнодушием к чужой жизни, ответил ректор. – Используй в качестве мишени забор между домами…
И мужчина рукой указал на высокий, выложенный из красного обожжённого кирпича капитальный забор в нескольких десятках метров от него.
- Хорошо, лэр ректор, - согласился с выбором принц и на одном дыхании, без подготовки выпустил в сторону забора более десятка боевых конструктов. Всего за два удара сердца все плетения поразили забор, попав точно в его центр и выбив в крепкой обожженной глине глубокую воронку. Ещё немного – и забор оказался бы пробитым насквозь. Но самое главное – ни одно плетение не повторялось. Конструкты чередовались, поражая каменную стену одно за другим. Но что более важно – юноша атаковал забор, окутавшись едва заметной плёнкой защитного плетения.
- Плетение молнии, плетение огненного шара, плетение ледяного шипа, выполняемые одновременно с наложенным на себя плетением базового элементарного энергетического щита… - пробормотал ректор. – Что ж, юноша, вы меня приятно удивили. Особенно скорость создания конструктов… В особенности скорость… Так, говорите, всему этому вас научила ваша напарница? Она, кстати, умеет говорить?
И ректор с интересом посмотрел на разглядывающую свои сапоги демоницу. Видимо, почувствовав чужой взгляд, девушка оторвала взгляд от земли, устремив вертикальные зрачки своих миндалевидных глаз, в которых больше не плескалось багровое пламя, прямо в лицо ректора, и хриплым, однако не лишённым мелодичности голосом ответила:
- Я умею говорить, лэр ректор. Кстати, вы случайно не слышали о ректоре Тиарской академии магии по имени Орив?
- Откуда вы знаете моё имя, лэри? – подобрался мужчина, своей пятой точкой почувствовав, что находится на пороге то ли большой тайны, то ли не менее большой неприятности.
- Это долгая история… - задумалась мечница.
- Предлагаю рассказать её в более спокойной обстановке, - предложил девушке ректор. – Считайте, что я пригласил вас и вашего спутника к себе на чашечку чаю. Заодно и вопрос поступления согласуем. Кстати, не можете объяснить, почему я совершенно не ощущаю в вас наличия дара, однако сами плетения вы не только сумели каким-то образом изучить, но и, судя по всему, способны передать свои знания посторонним?
- Всё просто, лэр Орив, - ответила девушка, беря принца под руку и следуя рядом с неспешно направившимся по дороге в направлении центра города ректором. - Несмотря на то, что мой дар пока ещё не активирован, сами плетения я отлично вижу, как вижу и любые энергетические потоки вокруг себя, в том числе и в недоступных большинству людей диапазонах, - призналась девушка. – Это всего лишь особенность моего зрения, лэр – самостоятельно, без специально предназначенных для этого артефактов сплести и активировать энергетические конструкты я действительно пока не способна, однако вижу, как их плетут другие, и, соответственно, используя подручные средства, могу обучить других тому, что знаю сама.
- А как же гибель моих учеников? – устремил на мечницу подозрительный взгляд мужчина. – Ведь их, если не ошибаюсь, убила магия, которой, по вашему же утверждению, вы пока не владеете. Артефактов я у вас тоже не наблюдаю. Или гибель магов – не ваших рук дело?
- Моих, - призналась девушка. – Но это, как бы поточнее объяснить, не совсем магия… Я бы вообще сказала, что это не магия, а врождённое свойство моего организма, однако абсолютно точно в этом не уверена, поэтому и категорически утверждать не стану. Подробнее смогла бы объяснить моя мама – она в подобных вопросах большой специалист, но её здесь нет.
- Возможно, я мог бы с ней пообщаться?
- Не думаю, что общение с моей мамой пойдёт вам на пользу, лэр Орив.
- Этому есть причины?
- Самые непосредственные, лэр… Как правило, обычные люди общаются с ней при не слишком приятных для себя обстоятельствах. Более того – я бы вообще рекомендовала простым смертным постараться не встречаться с моей мамой как можно дольше, хотя это не всем удаётся…
- Хммм… - задумался мужчина, сразу же воспринявший слова незнакомки всерьёз, не делая скидку на её неестественно юное, если вспомнить продемонстрированные недавно боевые навыки, лицо. – Ваши откровения, лэри, становятся всё интереснее и интереснее. Судя по вашей экзотической внешности, которая, судя по моторике движений, является для вас абсолютно естественной, вы прибыли издалека?
- Я действительно попала к вам из другого мира, хотя у себя дома не особо сильно отличалась обликом от любого среднестатистического представителя человечества. А столь экзотическую, как вы соизволили отметить, внешность я приобрела уже здесь, причём исключительно благодаря непродуманным экспериментам парочки безответственных, хотя и талантливых, выпускников вашей же академии, которые не далее как полгода назад ещё занимали должности придворных магов эмира Ривии. Там же, кстати, мною был заключен контракт на сопровождение наследного принца Лиссиана в Тиарскую академию магии. Учить своего подопечного пришлось по дороге – к началу нашей экспедиции он практически ничего не знал и не умел. Свободного времени для обучения, как вы сами должны понимать, было крайне мало, поэтому учить приходилось не только урывками, но и практически бессистемно. Основной упор был сделан на боевую составляющую обучения в ущерб теории, которую, как я планировала, юноша подтянет до необходимого уровня в спокойной обстановке. Здесь, в академии.
- Как я понимаю, высокая скорость создания плетений вашим подопечным – исключительно ваша заслуга, лэри? – с плохо скрываемым интересом в голосе спросил ректор.
- Верно, лэр Орив, - подтвердила демоница.
- Какая-то секретная семейная методика?
- Никаких секретов, лэр. Методика достаточно хорошо известна в некоторых кланах и заключается в том, что конструкт не надо плести с нуля. Его следует сразу же представлять в своей голове полностью готовым, словно вспоминаешь увиденную когда-то ранее картинку. Разумеется, времени на освоение плетения по такой методике уходит значительно больше – ведь любая погрешность в появившемся в мыслях изображении недопустима, зато скорость и эффективность его применения возрастает в разы, если не на порядки.
- То есть ваш подопечный не рисует в своей голове нужный конструкт, а видит его уже готовым, вызывая из глубин памяти? Фактически, вспоминает рисунок?
- Вы правильно уловили суть методики, лэр Орив. Разумеется, она подходит не всем, есть и исключения – методика требует от адепта очень хорошей, практически фотографической памяти и отличается от классической тем, что затраты времени на каст не зависят от сложности конструкта – только от способности адепта вспомнить рисунок правильно и до мельчайших подробностей. Более того – со временем адепт, освоивший подобный способ активации плетений, будет способен применять их даже не вызывая в голове нужный образ, а просто подумав о результате. Именно таким образом используют…
- Я знаю, кто работает с энергией мироздания подобным образом, лэри, - вежливо перебил рассказчицу мужчина. – Однако я даже не предполагал, что подобную методику способны освоить простые смертные. И мне крайне интересно, откуда её знаете вы.
- Если пообещаете, что не станете распространяться о полученной от меня информации хотя бы в течение ближайших нескольких лет, то охотно отвечу на любые ваши вопросы. Ну, или почти любые – некоторые семейные дайны разглашать я, пожалуй, всё же не стану. Не потому, что нельзя, а исключительно по моральным соображениям или из-за опасности владения ими носителем, не входящим в наш закрытый семейный клан.
- Такой скрытности есть причина?
- Лишь желание побыть инкогнито рядом со своим подопечным, - и девушка кивнула в сторону внимательно прислушивающегося к разговору принца. – После окончания принцем академии моё пожелание утратит актуальность.
Тем временем в сгущающихся сумерках путники, пройдя по широким тротуарам мощёных тёсаным камнем улиц Тиары километра три и достигнув центра города, пересекли по диагонали огромную, идеально круглую площадь шагов в триста диаметром и высокой каменной стелой в самой её середине. Полюбовавшись на ходу величественной красотой выходящих на площадь фасадов высотных административных зданий, они вновь углубились в лабиринт столичных улиц, однако шли уже недолго. Свернув на очередном перекрёстке в проход, оформленный в виде широкой, украшенной мраморными колоннами арки, ректор подвёл демоницу и её подопечного к богато инкрустированным резьбой и позолотой массивным деревянным воротам академии, остановившись возле закрытой калитки пропускного пункта. Разговор вынужденно прервался на то время, пока мужчина оформлял на входе в учебное заведение пропуски для будущих студентов и решал вопросы по их заселению в общежитие. И лишь после того, как все формальные процедуры были улажены, жетоны учеников получены и новоиспечённые аколиты, наскоро ознакомившись с планировкой академии, узнали адрес общежития и комнаты, в которые им предстояло заселиться, ректор, критически осмотрев спутников с ног до головы, предложил им выбор – либо сначала привести себя в порядок, отмыться, отдохнуть и поправить, при необходимости, здоровье, а потом поговорить, либо, не откладывая решение проблем в долгий ящик, сразу же расставить все точки над «И», так как и выписанные пропуски, и звания студентов выданы им, по сути, авансом, и этот статус, в зависимости от результатов беседы, вполне может измениться.
- Если вас не смущает наш внешний вид, то лучше бы определиться сразу, - без долгих раздумий высказала своё пожелание демоница, намекая на грязную, разорванную, вымазанную в крови и годную лишь на тряпки одежду. – Поправить своё здоровье нам бы, разумеется, не помешало, однако пару часов беседы, полагаю, и я, и Лиссиан спокойно переживём. Зато разговор, что называется, «по душам» даст нам возможность проделать всё вышесказанное спокойно, чётко зная, что ждёт нас в будущем. Неопределённость, знаете ли, нередко переносится более тяжело, чем наскоро залеченные раны и усталость после тяжёлого боя.
- Поддерживаю, - лаконично высказался принц.
- Ваши ранения действительно не опасны? – уточнил ректор.
- Нашей жизни абсолютно ничто не угрожает, лэр Орив, - заверила мужчину демоница, бросив предупреждающий взгляд на своего товарища.
- Тогда идёмте за мной, - отдал команду ректор и путники, под удивлёнными взглядами редких припозднившихся студентов, проследовали за мужчиной в главный учебный корпус, где по широкой, украшенной скульптурами центральной лестнице поднялись на самый последний, административный этаж и по застеленной ковровой дорожкой коридору зашли сначала в приёмную, а потом, под удивлённым взглядом едва промолчавшей молоденькой симпатичной секретарши в идеально выглаженном строгом брючном костюме цвета топлёного молока и в ректорский кабинет.
Ректор, заведя посетителей к себе в кабинет и усадив за стоящий в углу, под кадкой с высокой, в потолок, раскидистой пальмой небольшой журнальный столик, ненадолго отлучился в приёмную, где отдал секретарше несколько указаний, после чего присоединился к гостям, усевшись в одно из стоящих у того же столика свободных кресел. Устроившись поудобнее, мужчина устремил в сторону студентов предвкушающий взгляд и сказал:
- Добро пожаловать в мою скромную обитель, лэры и лэри, снимайте с себя оружие, расслабляйтесь и отдыхайте. Мог бы добавить, чтобы чувствовали себя, как дома, но, боюсь, это невозможно – полностью отдохнуть и расслабиться вам удастся лишь в общежитии, а сейчас, как и договаривались, настало время для беседы. Сейчас моя секретарша принесёт нам чай, и можно будет начинать.
- Разговор, как я понимаю, предстоит долгий? – поинтересовалась демоница.
- К моему великому сожалению, лэри, - ответил мужчина, кивком головы подтвердив неизбежность предстоящего мероприятия. – Я взял на себя большую ответственность, приняв на обучение без экзаменов двух новых студентов, один из которых обладает непонятными, полученными неизвестно где и отсутствующими в стандартной программе обучения знаниями, а другой, если говорить непредвзято с точки зрения магической науки нашего мира, абсолютно не имеет дара – ведь именно к такому выводу придёт любая проверочная комиссия, и моим мнением по этому вопросу, поверьте, станут интересоваться в самую последнюю очередь. Плюс незакрытое дело о незаконном вооружённом проникновении в столицу и нескольких сотнях убитых при задержании нарушителя стражников, которое мне ещё предстоит замять, за счёт академии решив вопрос выплаты погибшим компенсации. Поэтому я должен знать о вас если не всё, то, как минимум, достаточно для того, чтобы обосновать перед проверяющими принятое мною решение, плюс закрыть дело о вооружённом проникновении. Вопрос первый – как вы попали в Занадан?
- Ровно три недели назад мы с Лиссианом, обойдя внутреннее море по южному побережью, пересекли границу Занадана, - начала неспешный рассказ демоница, лёгким кивком головы поблагодарив вошедшую секретаршу за чай и сделав из изящной кружки снежно-белого королевского фарфора первый осторожный глоток ароматного, отдающего целебными горными травами напитка…
[1] Самая мелкая денежная единица (см. Ступень 1 Обретение магии)
[2] Основная денежная единица, примерный заработок среднестатистического работника за 1 день. 1 Ли равен 1000 Лу
[3] Крупная монета, 1 Нол равен 1000 Ли
Глава 2
Глава 2
Тремя неделями ранее…
Ставший невольным участником международного пограничного инцидента занаданский командир скрупулёзно обследовал окружающую отряд местность на предмет наличия посторонних лиц, внимательно наблюдая, как шанарские головорезы забирают погибших и раненых товарищей и в полном составе покидают поле боя, растворяясь в лесной чаще. Недолго выждав и не обнаружив в округе ни людей, ни каких-либо иных угроз, успокоившийся и несколько расслабившийся офицер разбил своих людей на две половины, поместив путников в середину, и повёл увеличившийся на две нештатные единицы отряд по едва заметной тропке на север. Запланированное время обхода ещё не истекло, однако изменившиеся обстоятельства вынудили его сойти с намеченного маршрута и прервать патрулирование, нарушив тем самым регламент несения службы. Досрочное возвращение на заставу сулило в лучшем случае заполнение кипы бумаг и написание такого же количества объяснительных записок, а в худшем... Мужчина даже загадывать опасался, какими неприятностями могло обернуться для него появление в этом доселе спокойном захолустье преследуемого регулярной шанарской армией наследного ривийского принца, однако и бросить венценосного найдёныша в лесу одного, спровоцировав возможно тем самым международный скандал, он тоже не мог. Стоило ли упоминать, что настроение у офицера, принявшего тяжёлое, без сомнения – оправданное, однако идущее в противоречие с инструкциями и уставом вынужденное решение, и без того было не слишком хорошее, а в предчувствии грядущих проблем оно и вовсе стремительно ползло вниз.
До границы герцогства, отчётливо обозначенной тянущейся с запада на восток широкой засекой из поваленных в хаотичном порядке и практически непреодолимых без пилы и топора древесных стволов, в которых был оборудован узкий, максимум для прохода одного человека скрытный коридор, отряд добирался недолго – от силы минут тридцать-сорок. Немного отдышавшийся за время достаточно неспешного пути Лиссиан даже начал жалеть, что будь он хотя бы чуточку быстрее и выносливее, его сил хватило бы на последний, оказавшийся на поверку совсем коротким рывок. Не пришлось бы вступать с шанарцами в безнадёжную схватку, находясь в нескольких шагах от спасительной финишной черты…
От размышлений о превратностях судьбы принца вскоре оторвал идущий во главе колонны офицер, скупо сообщивший путникам:
- Вы пересекаете границу герцогства Занадан, молодые люди. С этого момента вы подчиняетесь законам герцогства, о чём по прибытии на заставу должны будете дать письменное подтверждение и заполнить соответствующие анкеты. Там же вам выдадут документы и подорожные, которые вы должны будете хранить у себя и по первому же требованию предъявлять для досмотра.
- А сами законы нам кто-нибудь озвучит? – саркастически поинтересовалась Дая, ещё не отошедшая от горячки смертельного боя.
- Неужели так сложно выучить их до того, как отправиться в чужую страну? – вопросом на вопрос ответил девушке офицер. Сарказма в его голосе плескалось никак не меньше.
- Мой наниматель, являющийся по совместительству эмиром и легитимным правителем Ривии, как-то не озаботился данным аспектом возложенной на меня миссии, - огрызнулась демоница. – Видимо, посчитал, что на меня законы Занадана не распространяются. Поэтому в ваших же интересах изложить их хотя бы вкратце, с учётом того, что заниматься предпринимательской деятельностью, а уж тем более разбоем или грабежами ни я, ни мой подопечный не планируем. В противном случае я снимаю с себя и своего подопечного всякую ответственность, а свои претензии, если они возникнут, можете направлять лично ривийскому эмиру.
- Вы не боитесь, что с таким настроением вас просто не пустят в страну?
- Не имеют права, - встрял в разговор молчавший доселе Лиссиан. – Занадан открыт для любого одарённого.
- Если на территории герцогства вы не планируете заниматься предпринимательством, то законы Занадана практически ничем не отличаются от законов Ривийского эмирата, - поспешил ответить на вопросы дерзкой незнакомки офицер, многозначительно покосившись на торчащие из-за спины девушки рукояти парных клинков. – Как, впрочем, и везде, у нас запрещены убийства, похищения, грабёж, вымогательство… Да и вообще – любое проявление агрессии в отношении местных жителей запрещено.
- Разумеется, случаи защиты от упомянутых вами преступных посягательств под запрет не попадают? – уточнила девушка таким тоном, что её вопрос скорее походил на утверждение. – Или преступность в Занадане искоренили полностью?
- Теоретически вы отчасти правы, - замялся офицер, не зная, как изложить буквы закона таким образом, чтобы и смысл не исказить, и не вызвать очередного всплеска недовольства ни в грош не ставившей человеческие жизни, судя по щедро забрызганной пятнами крови одежде, мечницы. – Вынужден признать, что преступность у нас действительно пока есть, однако до летального исхода кого бы то ни было защиту своего подопечного лучше всё же не доводить.
- А это уж как получится, - усмехнулась демоница. – Первой я ни на кого нападать не стану – уж это-то я могу вам смело обещать. Я, конечно, благодарна вам и вашим людям за оказанную в сражении помощь, но если правоохранительные органы вашей страны не смогут обеспечить мне, как законопослушному гостю, необходимого уровня безопасности, то этим вопросом мне придётся заняться лично, причём всеми доступными мне способами.
- Я рекомендовал бы вам поубавить гонору – как-никак, вы не у себя дома находитесь… - наконец-то набрался смелости для отпора занаданец, однако его тут же не слишком вежливо перебила Дая, буркнув:
- Я что-то не пойму, офицер, - вы сейчас официально пытаетесь меня убедить, что в вашей стране можно безнаказанно нападать на приезжих, и им при этом запрещено защищаться?
- Защищаться, разумеется, не запрещено…
- Вот это я и хотела от вас услышать, офицер, - вновь перебила мужчину демоница. – Защищаться нам, значит, можно и нужно. А первыми мы всё равно никогда не нападаем.
- И всё же не стоит быть настолько подозрительными – законопослушным гостям в нашей стране бояться нечего. И лучше всего вашу приверженность закону докажет отсутствие ваших имён в криминальных сводках, даже если в них вы, как сами говорите, всего лишь защищались. В конце концов, оказавшись в случае нападения потерпевшей стороной, вы всегда можете обратиться с заявлением к ближайшему стражнику. Ни одному преступнику в нашей стране не удастся спрятаться от справедливого возмездия!
- Уважаю патриотов, но всё же позвольте усомниться в ваших словах, офицер, - хмыкнула девушка. – Я понимаю, что ваша задача – создать у приезжих благоприятное впечатление о своей родине, однако, в отличие от вас, я не зациклена на маленьком клочке подконтрольных вам земель, смотрю на данную проблему глобально и вижу, что весь приобретённый мною за последние месяцы опыт свидетельствует как раз об обратном. Да и ваша попытка сделать акцент на недопустимости проявления агрессии в отношении местных жителей, даже если это всего лишь самозащита, как-то, знаете ли, настораживает и заставляет чаще смотреть по сторонам и держать оружие поблизости…
Дальнейший путь до заставы прошёл в полной тишине. Впрочем, и идти до неё оставалось всего ничего – вскоре постепенно расширившаяся тропа вывела отряд на узкую извилистую дорогу, мощёную побитым временем и погодой камнем, окончившуюся перед массивными бревенчатыми воротами вольготно, с размахом расположившегося прямо в лесу небольшого поселения из нескольких десятков окружённых каменной крепостной стеной добротно срубленных деревянных двух- и трёхэтажных домов.
- Пограничная застава герцогства Занадан. Прибыли, - озвучил очевидное, явно обращаясь к путникам, офицер, и под бдительным взором часовых провёл отряд через открывшуюся в воротах калитку вовнутрь.
Собственно застава, как оказалось, была представлена в посёлке лишь несколькими домами – казармой, комендатурой, складами, таможней и ещё парой строений непонятного назначения, располагающимися ближе к центру поселения. Всю остальную огороженную поселковую территорию, весьма, кстати, немалую, заполняли строения явно гражданского назначения – жилые дома, склады и совмещённая с гостиницей таверна, из которой через распахнутую настежь и прижатую деревянным колышком двустворчатую дверь по всей округе разносились аппетитные запахи хорошо приготовленной еды. Центральное место посёлка было свободно от застройки и представляло собой небольшую, прямоугольной формы площадь, мощёную тёсаным камнем. Тем же камнем были выложены все улицы и тротуары, причём на их ширине явно не экономили, заботясь в первую очередь о комфорте и всадников, и пешеходов. Ни верхового, ни гужевого транспорта, правда, в непосредственной близости от ведомых офицером путников не наблюдалось, зато людей оказалось до неприличия много, причём большинство из них составляли явно гражданские. Жизнь в посёлке кипела…
- Это наша комендатура, - пояснил офицер, открывая перед принцем дверь и заводя путников в большое, классической прямоугольной формы трёхэтажное здание с пристроенной к торцу караульной башней. – Здесь вам выдадут документы и подорожные, а также объяснят правила поведения в нашей стране.
Затем, пройдя по коридору почти до самого конца, занаданец завёл принца с неотрывно следующей за ним телохранительницей в просторное помещение, оказавшееся на поверку приёмной для посетителей и гостей погранзаставы, и, передав их на попечение дежурившего за стойкой солдата, приказал ждать вызова, скрывшись за следующей дверью – той, в которую путникам ещё предстояло зайти.
За закрытой дверью офицер пробыл достаточно долго – видимо, подробно излагал все нюансы своего досрочно прерванного дежурства и обстоятельства, при которых на заставе появился наследный ривийский принц. Сам юноша всё это время скромно переминался с ноги на ногу рядом со сбросившей рюкзаки на пол и прислонившейся к стене напарницей, терпеливо дожидаясь аудиенции в приёмной. Сесть посетителям было не на что, ибо стул в помещении имелся только один, и восседал на нём, облокотившись локтями о небольшой журнальный столик, исполняющий, по-видимому, роль обычного дежурного секретаря занаданский солдат, вспомнивший при виде начальства о службе и даже нацепивший на себя по этому поводу нелепо выглядевший бравый вид. Служивый подозрительно зыркал на посетителей из-под надвинутой на глаза форменной фуражки и всем своим видом пытался донести до незнакомцев мысль о том, что граница славного герцогства Занадан находится на замке и враг не пройдёт.
Стоять, дожидаясь аудиенции, после продолжительного забега по лесу Лиссиану было откровенно тяжело – каждая клеточка его уставшего тела болела и желала отдыха, однако качать права и требовать к себе особого, соответствующего венценосному статусу отношения, юноша благоразумно не рискнул. Да и статус тот ещё требовалось доказать…
Наконец, проводивший путников до погранзаставы офицер вышел из-за закрытой двери, с облегчением вытер ладонью потный лоб и, обратившись вначале к Лиссиану, предложил юноше заходить.
- Вы заходите после того, как ваш товарищ выйдет, - сказал Дае напоследок сопроводивший её офицер после того, как дверь за принцем закрылась, и, небрежно попрощавшись, вышел из комнаты, оставив девушку наедине с безмолвным дежурным.
За закрытыми дверями Лиссиан задержался ещё дольше, чем зашедший в кабинет до него офицер-пограничник. Прошло больше часа скучного ожидания, когда в проёме слегка скрипнувшей двери показалась голова принца, и юноша, обращаясь к напарнице, устало пробормотал:
- Дая, теперь ты заходи. А я тебя здесь пока подожду…
И, зажав в ладони несколько исписанных мелким почерком листков со сразу же бросающимся в глаза ярко-красным оттиском печати в углу, проследовал к сваленным у стены рюкзакам, а демоница, подарив подопечному ободряющую улыбку, неторопливым, наполненным грацией и уверенностью шагом прошла в только что покинутое им помещение.
Кабинет, в который зашла Дая, оказался ещё больше приёмной, хотя и та могла считаться весьма просторной – в него, ужавшись, могло набиться человек пятьдесят, если не больше. Кабинет был разделён, словно перегородкой, массивным столом на две неравные части. Та, что поменьше, оставалась пустой, за исключением одного-единственного простого и даже на неискушённый взгляд крайне неудобного деревянного стула. Скорее даже, табуретки со спинкой – такие стулья в простонародье называли колченогими. А ту, что побольше, занимал заваленный бумагами огромный письменный стол с сидящим за ним высоким тучным мужчиной в тщательно отутюженном форменном мундире с вышитыми золотой нитью погонами. Мундир сидел на своём обладателе словно вторая кожа, несмотря на явно избыточную полноту своего хозяина. Вид мужчина имел усталый, с отёчными мешками под покрасневшими глазами. Судя по комплекции, вёл он преимущественно сидячий образ жизни, и всё своё рабочее время проводил за столом, разгребая ворохи бумаг, а, судя по мешкам под глазами, это время было к тому же явно ненормированным, начиналось рано утром и заканчивалось глубоко за полночь. Если быть более кратким – перед Даей сейчас восседал типичный кабинетный офицер-служака далеко не нижних чинов, давно забросивший регулярные физические нагрузки, но продолжавший следить за своим внешним видом и со всей ответственностью относящийся к порученному ему делу. Возможно даже, мужчина являлся одним из старших офицеров этой заставы, однако интересоваться его должностью Дая посчитала неразумным – если потребуется, сам расскажет.
За спиной служивого, бывшего, как подозревала девушка, начальником сопроводившего её до заставы офицера, во всю стену расположился высокий шкаф с резными, украшенными прозрачными стеклянными вставками дверцами, сквозь которые проглядывали доверху забитые бумагами полки. В правом углу, у самого окна, притулился ещё один небольшой столик, за которым восседала личность неопределённого возраста и такой же неопределённой внешности, тоже одетая в форменный офицерский мундир, однако, в противовес коллеге, давно не глаженый и висевший на своём обладателе, словно мешок на пугале. Вид эта личность имела невыспавшийся и несколько помятый – возможно, по причине недавних обильных возлияний, а возможно – по причине общей непредрасположенности к жёстко регламентированному уставом распорядку армейской жизни. Из орудий труда перед вторым мужчиной находился лишь огрызок карандаша и одинокий мятый листок бумаги, которым тот явно не собирался пользоваться, а положил перед собой исключительно ради проформы.
Зайдя в комнату и закрыв за собой дверь, Дая сделала пару уверенных шагов, после чего остановилась и стала спокойно ждать, бросив лишь один мимолётный взгляд на стоящий в центре пустого пространства и явно предназначавшийся для неё колченогий стул. Ждать девушка умела, и, замерев в неподвижности, молча буравила взглядом потёртую ручку на дверце шкафа, находящуюся строго над макушкой страдающего полнотой офицера. Так, в тишине прошла сначала одна минута, потом другая. Упитанный офицер сосредоточенно копался в бумагах, что-то выискивая и, найдя, переписывая на отдельный листок а его худой коллега внимательно рассматривал зажатый в ладони карандашный огрызок – видимо, планировал всё же использовать его по назначению. Если не сейчас, то когда-нибудь в будущем.
- Проходи, садись, - предложил Дае наконец-то оторвавшийся от бумаг офицер после того, как до неприличия затянувшееся молчание лучше всяких слов поведало ему, что посетительница готова простоять так хоть до ночи.
- Спасибо, я постою, - отказалась девушка.
- А я не прошу, - в голосе мужчины прорезались властные стальные нотки. – Я говорю – ты делаешь.
- Как скажете, офицер, - ровным тоном нейтрально ответила Дая, не обращая внимания на откровенную грубость, и, подойдя к стулу, одним изящным плавным движением умостилась на него, однако облокачиваться не стала, продолжая держать спину прямой. Да и облокотиться нормально у неё всё равно бы не получилось – мешали закреплённые за спиной мечи, которые у неё никто даже не попытался изъять. И девушка даже догадывалась, почему – над головой сидевшего за маленьким столиком худосочного мужчины светилось видное только особым зрением целое звёздное скопление готовых к активации защитных и атакующих плетений, не оставляющих мечнице ни единого шанса продемонстрировать в этом помещении своё мастерство владения клинками. Становилась понятна и цель нахождения в комнате второго офицера – он, без сомнения, являлся опытным боевым магом и был готов в любой момент купировать любую исходящую от посетительницы угрозу, и его внешний вид – мужчина не являлся кадровым офицером, получив армейские погоны лишь по причине боевой специализации своего дара. Типичный гражданский маг, после окончания академии вместо мирной профессии выбравший военную службу.
- Документы твоему подопечному я выдал, теперь твоя очередь, - отложив бумаги в сторону и пододвинув к себе одинокий листок, сказал мужчина, устремив на демоницу тяжёлый взгляд. – Для начала следует заполнить анкету, поэтому я спрашиваю – ты отвечаешь. Чётко, лаконично, правдиво, без комментариев.
И офицер, достав перо, приготовился записывать.
Продолжение следует.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге