Лес

1. Похищение.

Валеру было страшно. Страшно до дрожи в ногах. Он лежал, прижавшись щекой к твердой, шершавой коре дуба, не обращая внимания на кружащих возле лица комаров, и трясся. В его голове промелькнула мысль. Что, если его подельники увидят или почувствуют этот страх? Тогда его засмеют, а потом, чего доброго, выгонят взашей из банды. А куда ему теперь дорога? На виселицу? Поворачивать назад поздно. Поворачивать надо было до того, как он дал своё согласие участвовать во всём этом. Валеру за прошедшую неделю уже сто раз успел пожалеть, что тогда повелся и пожал руку Безелю. Эх, если бы неделю назад он отказался!

Валеру чуть сместил взгляд. За поваленной березой была видна спина лежащего ничком Кудряша. Хорошо залёг, с дороги его точно не видно, зато сам Кудряш до телеги за пару ударов сердца добежит. У Кудряша дубина железом обитая. Такой, если по голове дать, можно человека к богам отправить с одного удара. Чуть подальше, за кустом бузины, должен с луком сидеть Хромка. Безель достал ему хороший лук. Хромка из них всех единственный, кто с луком обращаться умеет. Дядька у него в гвардии служил, всё пытался парня научить. Хромка очень дядькой гордился, тоже о службе мечтал, да только куда ему с такими ногами. А потом дядька сгинул, и Хромка прибился к банде: по-другому он бы не выжил.

Комар залез в ухо. Валеру дернулся и принялся пальцем выковыривать надоедливое насекомое.

Еще Лука. Этот должен будет, когда телега остановится, сзади подбежать. Его с позиции Валеру не было видно. Лука – высокий и здоровый парень. В его руках рогатина смотрелась обычной тростинкой. Валеру всегда завидовал тому, как на Луку девки вешаются. Сам Валеру еще ни с одной не был: противоположный пол не жаловал его. Ребята постоянно рассказывали о своих похождениях, только Валеру подозревал, что по большей части они выдумывают. Все, кроме Луки, ну и конечно, Безеля.

Юноша закончил наконец ковыряться в ухе и посмотрел на свои пальцы. Маленький темный комочек, бывший минуту назад жужжащим насекомым, покоился на грязной подушке мизинца. Валеру стряхнул то, что осталось от комара, чуть отполз и посмотрел на дорогу с другой стороны своего дерева.

Дарна. Иногда Валеру снились сны, где он занимался с девушками тем, о чем с жаром рассказывали его знакомые и друзья. Последнее время в этих снах ему являлась Дарна. Сейчас она лежала посреди дороги. Красивое лицо было обращено к солнцу, куртка с глубоким вырезом, казалось, была на пару размеров меньше чем нужно. Сдавленная грудь того и гляди выскочит из тесной для нее одежды. Валеру сглотнул слюну. Дарна – девушка Безеля. Валеру поспешно отвернулся и пополз на старое место: лучше не пялиться на Дарну, если не нужны проблемы. Где-то год назад один из университетских учителей подкатил к Дарне. Не богач какой, но человек с достатком, образованный. Понравилась ему Дарна, сильно, видать, в душу запала. Учитель тот узнал, где она живёт, и пришёл свататься. Безель тогда вышел и спустил жениха с лестницы. Учитель хоть и ученый, а не понял. Снова пошёл. Только дождался, когда дома Дарна одна будет. Безель, когда узнал, в ярости был. В общем, нашли учителя следующей ночью под мостом. Люди рассказывали, что лежал учитель в своей крови и руками отрубленные ноги все пытался на место приставить, да и мычал словно корова. Язык то ему тоже отхватили. Чудом выжил. Теперь на том же мосту милостыню просит. С тех пор на Дарну мужики стараются не смотреть: побаиваются.

Слева закричала кукушка. Один, два, три… Все! Это Лука! Телега близко! Справа дважды ухнул филином Безель! Ноги Валеру начали трястись сильнее. Хорошо, что он лежал, а то бы точно свалился. Сердце, казалось, сейчас выскочит. Спина Кудряша чуть пошевелилась. Это он подбирался, готовился выскочить и бежать к телеге. Всё, как договаривались. На дороге показалась упряжка из двух лошадей, через несколько мгновений стало видно и телегу. Нет, не телегу! Карету! На козлах восседал кучер и длинным хлыстом не спеша погонял животных. Валеру застыл, внутри стало холодно, словно проглотил кусок льда, и одновременно с этим на лбу выступила испарина. За каретой ехал вооруженный всадник. Медные пуговицы его мундира отливали на солнце. Это уже было не по плану! Безель говорил, что будет простая телега с одним человеком. А здесь кучер и целый гвардеец! Да еще и в карете может быть кто угодно. Карета приближалась к лежащей на дороге Дарне. Объехать её было нельзя. Слева была небольшая яма, а справа Безель руками Валеру и Кудряша заботливо положил огромное бревно, найденное здесь же, в лесу. У кучера было два варианта: или проезжать прямо по девушке или остановиться. Карета остановилась. Всё вокруг, казалось, застыло.

Валеру вдруг понял, что наступила полная тишина. Даже комары перестали звенеть! Кучер не двигался. Всадник медленно, не торопясь, подъехал к Дарне. Валеру отчетливо слышал, как лошадь переставляет ноги. Каждый раз, когда копыто касалось утоптанной земли, в голове парня словно били молотом по наковальне. Гвардеец наконец приблизился к девушке. Он со своей высоты внимательно посмотрел на Дарну. Затем ловким движением спрыгнул с лошади и наклонился к девушке. Снова ухнул филин.

Дарна с молниеносной скоростью привстала и невесть откуда взявшимся ножном полоснула гвардейца по горлу. Ей на лицо словно вылили ведро крови. Мужчина умер мгновенно. Он начал заваливаться прямо на девушку. Та чудом успела выскочить. Лошадь всадника явно была привыкшей к крови, и вместо того, чтобы испугаться, она дернула гривой и сделала шаг в сторону. А вот лошади, запряженные в упряжку, испугались не на шутку. Они пронзительно заржали и одновременно встали на дыбы. Кучер, привстав, натянул поводья, пытаясь их успокоить. Это его спасло. Стрела пропела совсем рядом с его головой. Из-за дерева уже бежал Кудряш, размахивая дубиной. Сзади, держа в руках рогатину, несся Лука. Безель показался спереди. Он шёл не спеша, улыбаясь и поигрывая мечом в руках. Валеру понял, что уже не дрожит: поздно бояться. Он выбежал из-за своего укрытия и помчался к карете, твердо сжимая в руке большой тяжелый тесак. Кучер пытался развернуть упряжку – спереди проезд загородила лошадь гвардейца, да и его тело не дало бы проехать карете прямо. Лошади бесновались. Следующая стрела попала в цель: не зря дядька занимался с Кудряшом. Кучер повалился на землю с пронзенной шеей.

Безель подошел к стоящей Дарне. Девушка выглядела так, словно побывала в преисподней. Он обнял её и поцеловал прямо в кровавые губы. Из-за куста бузины показался Хромка. Вид у него был так себе. Подбежавшие парни схватили лошадей за поводья и успокаивали их, гладя по мордам. Валеру подбежал к карете и дернул дверь. Закрыто!

– Эй погоди, – крикнул Безель, – негоже так с гостями.

– Какие гости? – Валеру насупился, – должна была быть телега!

Безель посмотрел на Валеру так, что у того пропала вся охота что-либо спрашивать.

Он вытер губы, размазывая кровь гвардейца по своему лицу, улыбнулся, обнажая красные зубы. Валеру передернуло от вида предводителя. Безель, продолжая поигрывать мечом, подошел к двери кареты и, не переставая улыбаться, постучался.

– Господа, будьте добры, откройте двери! Если мы начнем их рубить, то, возможно, заденем и вас. Вы же не хотите, чтобы мы кого-нибудь покалечили?

– А вы нас не убьете? – из кареты раздался детский голос.

– Ну конечно нет! Просто отправим вашему отцу письмо с просьбой о выкупе, всего то. Нет, конечно, если хотите, мы сами вас достанем!

– Не надо! Открываю! – снова сказал тот же голос. Раздался щелчок, и дверь медленно отворилась.

Внутри были богато одетые мальчик лет десяти и девушка лет шестнадцати, ровесница Валеру. Они, держась за руки, медленно вышли из кареты. Безель очень внимательно оглядел девушку. Она, гордо задрав подбородок, стойко выдержала его взгляд. Валеру мельком заметил, как скривилась Дарна.

-– Прекрасно! Брат и сестра Дассан! Дети самого богатого купца города. Причем оба! Вот что значит везение! Лука, давай обратно, смотри на дорогу, – скомандовал Безель. – Валеру и Кудряш, обыщите карету. Все, что представляет ценность, надо забрать. Ну а вы, молодые господа, прошу проследовать за мной.

Безель, продолжая веселиться, сделал широкий жест в сторону леса, приглашая пленников. Сам он, не оборачиваясь, пошел вперед. Дарна достаточно сильно толкнула девушку в сторону уходящего предводителя, та не удержалась и упала на колени. Затем моментально вскочила на ноги и горящими глазами впилась в Дарну.

– Будешь так пялиться, с одним глазом к папочке вернешься. Ясно? – зло процедила Дарна.

Мальчик подошел, взял сестру за руку и молча потянул ее вслед удаляющемуся Безелю. Дарна, ухмыльнувшись, пошла следом. Замыкал эту процессию Хромка, смешно припадая на одну ногу.

Валеру и Кудряш, воровато оглядываясь, полезли в карету и начали там копаться. Лука поспешил на свою позицию.

***

Вечером у большого костра было тихо. Хромка, вместо того чтобы шутить, как обычно, угрюмо ковырял палочкой угольки. Кудряш был в дозоре. Валеру с Лукой тихо переглядывались. Дарна ушла спать. Только Безель выглядел довольным.

– Ну что притихли-то? Большое дело сделали ведь! Когда папаша Дассан заплатит, денег хватит до конца жизни!

– Ты не говорил, что придется убивать, – тихо сказал Лука. Он был самым старшим в банде после Безеля. – Ты говорил, что будет фермерская телега после ярмарки. Говорил, пугнем фермера чуток и монет заработаем! А тут эти! Теперь виселица всем грозит. Ежели законники поймают, то всё! Прощай, белый свет!

– Не говорил, – согласно кивнул Безель. – А вы пошли бы, если бы знали? Я так скажу: обделались бы! А так, дело уже сделано! Двойной куш! Мой человек говорил только про пацана, а тут еще и девка попалась! И монет нам теперь хватит на жизнь нормальную. Что мы до этого делали? Кур воровали по деревням да изредка прохожего могли в подворотне раздеть? Ну и к чему такая жизнь?

– Зато жизнь! – ответил Лука. – Еще монеты эти надо как-то забрать. Да, и что потом? Получим монеты, и что дальше? В город нам дорога закрыта. Где мы их будем тратить? Купец этот на нас всех собак теперь натравит. Денег он может и даст, чтобы деток своих уберечь, но потом на нас охота начнется.

– Я уже подумал об этом. К морю-океяну поедем, – Сказал Безель. – Далеко, где нас никто не знает. Купим дом большой. Дарна у нас вместо мамки будет, я, так и быть, вместо папки. Хромка вон охотиться будет. Лодку сторгуем. Будем по морю ходить.

Лука и Валеру задумались: Безель дело говорил. Новая жизнь на новом месте – это было лучше, чем ютиться в лесу и ночевать в землянках. Намного лучше, тем более что в город им теперь точно нельзя, потому и оставалось, что или в лесу жить, или согласиться на план Безеля.

– Я человека убил, – тихо, в полной тишине сказал Хромка, не отрываясь от своей палки.

– С почином, – ответил Безель. – Дарна тоже.

Хромка как-то дико глянул на предводителя, не мигая посмотрел на Безеля несколько секунд и отвернулся, продолжая ковырять угли.

Про Дарну не говорили. Она и раньше странная была, диковатая что ли. То, что она убила гвардейца, ни у кого не вызвало удивления, как будто произошло то, что должно было произойти. А теперь она спала без каких-либо угрызений совести. Валеру передернуло. Он вспомнил её лицо, залитое кровью. Вряд ли она снова придет к нему во сне, только если в кошмаре.

– Ну, а с этими что теперь? – спросил Лука, кивнув на пленных, тихо лежащих прямо на земле, недалеко от костра. Брат с сестрой спали, изредка шевеля связанными руками и ногами.

– Завтра я встречусь со своим человеком и передам вещи, которые вы сегодня в карете нашли. Это будет доказательством для папаши Дассана. Человек этот потребует выкуп и потом передаст монеты нам, ну а мы уж тогда отпустим деток восвояси.

– Звучит просто, – сказал Валеру.

– Не надо придумывать сложностей там, где их нет, – философски изрек Безель. – Всё, пора ложиться, я утром в город, на встречу. Кто следующий в дозор? Пора Кудряша сменить.

Хромка мотнул головой, бросил свой прутик в костёр и встал.

– Я пойду поменяю, все равно не усну.

Безель уснул моментально. Валеру позавидовал ему. Железные нервы у человека. Как вот так можно? Секунду назад он сидел, а как только лёг, сразу же уснул. Валеру тоже откинулся назад. Видимо, события дня настолько вымотали его, что пришёл он в себя от того, что его трясли за плечо.

2. Погоня.

Валеру открыл глаза: его тормошили. Над ним склонился Лука. Валеру показалось, что он закрыл глаза секунду назад, но уже начинало светать. Лука беззвучно махнул ему в сторону наблюдательного пункта, лег здесь же на землю и уже через секунду заснул. Валеру поднялся. Костер давно догорел. Еще осталось немного тлеющих углей, но земля вокруг уже остыла. Валеру зевнул и побрел на пост. Утреннее солнце с трудом пробивалось сквозь лесные кроны, но, несмотря на это, с каждой минутой становилось все светлее. С того места, где сел Валеру, было хорошо видно окружающий лес. Небольшое возвышение позволяло обнаружить приближающуюся опасность задолго до того, как можно будет заметить тщательно скрытый пост наблюдения. Утренний туман словно одеялом укутывал землю. Дневные птицы просыпались сами, и пением будили мир вокруг себя. Лес вокруг Валеру начинал оживать, наполняясь звуками. Парень зевнул и потянулся. События вчерашнего дня были словно в тумане, как будто это всё приснилось. Валеру подумал было, что и правда это был сон, затем вспомнил лицо Дарны, залитое кровью, и то, с каким блеском в глазах она вспорола горло гвардейцу. Нет, это не было сном. Теперь их жизнь изменится. И не факт, что в лучшую сторону.

Внезапно что-то привлекло его внимание, какой-то блеск. Юноша начал всматриваться до боли в глазах. Вот снова! Что-то сверкнуло. Внизу, в получасе ходьбы от поста, на небольшую полянку вышел человек, за ним еще один. На мундире одного из них в лучах солнца блеснула медная пуговица. Валеру замер не дыша. Чуть левее он увидел еще одного человека. Это гвардейцы! Они ищут детей! Что же еще им здесь делать? Они идут по их следу. Не теряя больше времени, он кинулся бежать. Спотыкаясь и падая, через несколько минут он домчался до стоянки и, упав на колени, начал тормошить Безеля.

– Они идут! Вставай! Надо уходить!

– Кто идёт? – Безель хлопал спросонья глазами.

– Гвардейцы! Они ищут нас! Скоро будут здесь! Много! – Валеру по инерции продолжал тормошить Безеля за плечо.

Теперь проснулись и остальные. Лука подскочил и начал бешено озираться вокруг. Хромка подтянул к себе лук. Кудряш запустил руку в свою шевелюру, из-за которой и получил прозвище. Сзади подошла Дарна.

– Что случилось? – коротко спросила она.

– Уходим! – спохватился Безель. Он вскочил на ноги.

– С этими что? – глядя на проснувшихся пленников, спросил Лука. – С ними далеко не уйдем.

– Что предлагаешь? Кончить их? – жестко глядя в глаза Луке, спросил Безель.

– Ну, – Лука замялся, – отпустить же можно.

Связанные перевели взгляд, полный надежды, с Луки на думающего Безеля.

– Нельзя отпускать, – раздался тихий голос Хромки. Все удивлённо уставились на него. – Пока живы они, есть шанс выжить кому-нибудь из нас. Заберем их с собой. Если их отпустить, – он сделал паузу, – или убить, гвардейцы не отстанут от нас. Один или двое поведут детей обратно, остальные пойдут дальше, за нами. А у нас не будет заложников.

Безель хмыкнул.

– Уходим, – он подошел к пленникам, достал из сапога нож, секунду постоял, словно изучая то, что увидел в глазах юных Дасаннов, затем нагнулся и разрезал веревки на их ногах. – Если попытаетесь убежать, я все равно догоню, разрежу одному из вас брюхо и буду долго-долго наматывать кишки на руку, пока этот кто-то не умрет. А другой будет на это смотреть. Ясно?

***

Когда гвардейцы вышли на стоянку, на ней уже никого не было. Человек пятнадцать в мундирах и двое в штатском. Первый, разодетый как франт, в костюме с высоким воротником и черном котелке, другой, в кожаной безрукавке грубой выделки, сразу видно, – из мужиков. Один из мундиров, тот, что шел первым, нагнулся, потрогал костровище и резко отдернул руку.

– Капитан! Они были здесь! И совсем недавно. Угли еще теплые.

Высокий гвардеец с капитанскими шевронами подошел к мужичку с неряшливой бородой.

– Ну что скажешь, егерь? Куда они пошли? Главное, дети, дети с ними?

– Ваше высокбродие! – ответил егерь, внимательным взглядом изучая всё вокруг. – Дайте мне поглядеть сперва, чтобы зазря языком не молоть.

– Ну давай, давай. Погляди. Три минуты у тебя, – сказал капитан и скомандовал своим: – Р-р-р-азойтись! Искать следы детей!

Егерь внимательно обошел всю стоянку и наконец подошел к капитану. Тот, запрокинув голову, жадно припал к фляжке.

– Здеся они были, – начал егерь, – прямо вот туточки лежали. Живы-здоровы, Слава Богу. Видите, веревки срезанные лежат? Вот ими и были детки то связаны. Собирались впопыхах, вон добра сколько оставили. Видать, заметили нас и давай драпать.

– Давно? – спросил невесть откуда подошедший гражданский в котелке.

– Дык с полчаса как, – пожал плечами егерь.

– Капитан, отправляйтесь в погоню немедленно! – приказным тоном, повернувшись к главному гвардейцу, сказал франт.

– Вы, господин Раунд, извольте не командовать! – сделав кислую мину, произнес капитан. – Люди устали, всем нужен небольшой привал: мы уже несколько часов прочесываем лес.

– Я отвечаю за жизнь этих детей! – повысил голос Раунд, – и я не позволю прохлаждаться, пока их жизням грозит опасность!

– Ну так и идите за ними сами, – все так же кисло ответил капитан, – теперь мы знаем, что дети живы. Было бы намного хуже, если бы их тела были здесь, а преступники убегали налегке. Догнать их теперь, когда мы нашли след, это вопрос времени. Верно, егерь?

– Верно говорите, ваше высокбродие, – отозвался мужичок, – уж наследили-то как пить дать, словно стадо кабанов напролом прошло. Догоним, никуда им не деться.

– Если с детьми что-нибудь случится, вы мне ответите капитан! – Раунд сверкнул глазами и отошел в сторону.

– Отвечу, отвечу, – кивнул гвардеец, прикрепляя флягу к поясу. – Всем привал десять минут. Егерь, подойди-ка любезный. Есть вопрос к тебе.

Лохматый мужичок подошел ближе.

– Скажи-ка мне, милейший, тут, кроме тебя, по лесу никто ходить не умеет, следов не видит. Сколько нам времени понадобится, чтобы их догнать?

– Смотря как идти, ваше высокбродие, и смотря куда они направят. Сейчас они путь к холмам держат, это вверх. Идут, поди, медленно. Но и мы так же пойдем. – Егерь задумчиво почесал заросшую бороду. – А аккурат после холмов у них два пути. Или по берегу озера, или…

– Ну, что застыл? Говори, какой второй путь! – рявкнул капитан, видя, что егерь замешкался.

– А второй путь, ваше высокбродие, им лучше не выбирать! Я так скажу. Им лучше пойти мимо озера. Мы их там как раз нагнать должны.

– Ну а если все же по-другому пойдут?

– По-другому всем тогда плохо будет, – егерь взглянул в глаза капитану. Гвардейцу даже показалось, что мужичок стал выше ростом и шире в плечах. – Второй путь через болота лежит. Места там гиблые. Еще ни один человек оттуда не вернулся.

– Ну, ну, мил человек, – усмехнулся капитан, – будет тебе жути то нагонять. Нет такой преграды, которую бы полтора десятка бравых гвардейцев не одолели! Ты давай-ка сделай так, чтобы я больше суеверий этих не слышал. А коли будешь сеять в отряде упаднические настроения, так я тебя собственной рукой высеку. Понял меня?

– Как не понять-то, ваше высокбродие. На одном языке говорим. Только попомните слова мои: лучше им пойти мимо озера.

Капитан скривился и махнув ладонью, дал понять егерю, что разговор окончен. Мужичок кивнул, поклонился, и сделав задом несколько шагов, отошел. Капитан снова припал к фляжке. Егерь достал нож, несколькими ударами срубил у кустарника ветку в человеческий рост длиной и в три пальца толщиной, затем сел здесь же, на землю, и начал удалять с неё сучки.

***

С холмов открывался красивый вид. Валеру застыл, заворожённый красотой природы. Ниже, чуть правее, серебрилась водная гладь озера. Слева, холмы перерастали в непроходимые отвесные скалы. Прямо, зеленел лес. Валеру долго смотрел на замершие от полного безветрия верхушки деревьев. Лес ему не нравился. Он не мог понять, чем именно. Вроде ничего необычного, но что-то неуловимо было не так. Мимо проходила банда, а он продолжал стоять и глядеть на лес. Вот Лука начал спуск с холма, за ним – Кудряш. Затем – Дассаны. Было видно, как они устали, но механически продолжали шагать и не жаловались. Валеру мысленно поаплодировал их выдержке. Кто бы мог подумать, что девчонка и мелкий пацан будут идти наравне с со всеми. За детьми шла Дарна. Безель, проходящий мимо Валеру, легонько толкнул его в плечо.

– Давай не отставай.

Валеру кивнул и оглянулся: последним шел Хромка. Ему дорога давалась тяжелее всех. Устали все, но по Хромке было видно, что он шел из последних сил. Он и в обычное время не выделялся прытью, а тут, убегая по лесу от преследователей, переходя с шага на бег и обратно, парень совершенно вымотался. Валеру дождался, когда Хромка поравняется с ним, и ободряюще улыбнулся.

– Эй, догоняйте! Не тормозите! – раздался спереди голос Безеля.

Хромка чертыхнулся и поплелся вниз. Валеру глянул на солнце, которое неумолимо опускалось за странным лесом. Оно с каждой минутой наливалось красным цветом все больше и больше. До заката оставалось совсем немного. Валеру еще раз оглянулся. С обратной стороны холма, по всей высоте до его подножия, росли редкие деревья, внизу же, стояла стена леса, из которого они недавно вышли. Этот лес, Валеру нравился, в отличии от того, что был впереди. Преследователей не было видно. Пока не было видно. Парень посмотрел вперед и начал спускаться к своим. Банда была уже далеко.

Через полчаса они достигли озера. Идеально ровная гладь уже не отражала низко сидящее солнце. Начинало темнеть. Справа от озера прохода не было: обрушившаяся часть скалы надежно закупорила узкую тропинку, уходящую вверх по отвесной скале. Пройти здесь было невозможно. Все как один припали к воде утоляя жажду.

– Может, здесь остановимся? – с мольбой в голосе спросил Кудряш. – Может, за нами уже никто не идет. Может, они потеряли след?

– Нельзя здесь, – как обычно тихо сказал Хромка. – Здесь место открытое, нас сверху сразу будет видно. Здесь, – он кивнул на скалу, одним краем уходящую в озеро. – Только вплавь, но сил у нас сейчас не хватит. Да и половина из нас плавать не умеет. Был бы плот, тогда да, можно было попробовать. Но сейчас нет ни времени чтобы его сделать, ни инструментов. Надо туда, – Хромка рукой указал на пугающий Валеру лес. – Там нас не будет видно. Завтра по лесу попробуем обойти озеро с другой стороны. А пока спрячемся на опушке. Если гвардейцы выйдут, мы их увидим, а они нас нет. Получим преимущество.

Все снова удивленно уставились на Хромку. Безель хмыкнул и кивнул.

– Решено. Двигаем к лесу! – он сам, показывая пример, зашагал в сторону деревьев.

Когда они дошли до опушки, Валеру остановился и задрал голову. Могучие вековые кроны стояли над ним, указывая человеку, что его жизнь – это всего лишь миг для природы. Остальные члены банды уже зашли в лес, и когда предводитель скомандовал: «Привал!», люди попадали на землю там, где стояли. Валеру оглянулся: солнце последними лучами освещало вершину холма. Скоро станет совсем темно. Внезапно он выругался и поднял руку.

– Смотрите, – сказал Валеру.

Остальные повернули головы в указанном направлении. На вершине холма в огненных лучах заходящего светила показались человеческие силуэты. Вся банда медленно поднялась и молча пошла вглубь леса. Валеру наконец понял, что ему не нравится в этом лесу. На поляне, где он стоял, трава чуть колыхалась под легким дуновением ветра. Когда он сделал шаг и темное небо скрылось за кронами, Валеру словно преодолел невидимый барьер. Здесь, ветра не было.

***

– По лесу нельзя ходить ночью, – угрюмо повторил егерь. Он стоял, понурив голову и тиская шапку в руках. – Ваше высокбродие, как же в потёмках там идти, ежели не видно ни зги? Все ноги переломаем, да и следов заметно не будет. Устанем токмо, а пройдем совсем немного. Да и затаиться они смогут.

– Ты, олух, мне тут не юли! – кричал на мужичка Раунд. – Что значит нельзя?

– Никак нельзя, места тут гиб… – егерь глянул на капитана и снова уставился в землю, – места тут незнакомые, не хоженные. Только когда рассветёт, можно будет дальше двигать.

– Вот болван! – воскликнул Раунд. – Да я тебя, сволочь… Как вернемся, под суд отдам…

– Вы господин, ежели вам угодно, отдавайте, конечно, – мрачно ответил мужичок, – токмо ночью в этот лес я не пойду. Никак нельзя по лесу ночью ходить.

Раунд раздосадовано плюнул на землю, почти попав в сапог егеря, махнул на него рукой и подошёл к капитану гвардейцев.

– Что скажете, капитан Сажё? Эта образина отказывается мне подчиняться. Я этого немытого мужика отдам под суд, – обратился гражданский к гвардейцу.

Капитан стоял на вершине холма и смотрел в непроглядную черноту, разлившуюся у подножия. Солнце уже скрылось. Еще немного света оставалось в верхних слоях неба, но и он должен был скоро исчезнуть. Тяжелые облака закрыли землю, и ночь обещала быть непроглядной.

– Я думаю, он прав, – капитан посмотрел на опешившего Раунда. – Ночью по лесу не ходят. Да и не найдем мы их в темноте.

– Можно же факелы зажечь, – начал было франт.

– Мы с факелами дальше десяти шагов перед собой ничего не увидим, – перебил его Сажё, – а они нас издалека заметят. Нет, господин Раунд. Егерь прав.

Капитан повернулся и скомандовал отряду встать на ночевку. Раунду только осталось сжать кулаки, и бормоча проклятия, отойти в сторону от начавших выполнять приказ капитана гвардейцев. Уже через пять минут все, кроме часовых, грелись вокруг потрескивающего костра. Люди тянули руки к оранжевым языкам пламени, пытаясь получить как можно больше тепла. Вокруг опустилась ночь. Казалось, что жизнь в этом мире есть только здесь, возле костра. А там, куда не проникал свет от огня, нет ничего. Вообще ничего. Пустота. Черная, мертвая пустота. Капитан Сажё сидел чуть поодаль от всех. Он не слышал похабных анекдотов, которые бойцы рассказывали друг другу, не слышал их смех. Разговоры расслабившихся после долгой погони гвардейцев не долетали до ушей капитана. Все его мысли были там, внизу. Он смотрел в ту сторону, где должны были находиться дети Дассан. Он должен был найти их во что бы то ни стало. Он должен был выполнить задание.

3. Светлячки.

Ночью по лесу не ходят. Это стало ясно с первых же шагов. В полной темноте передвигаться было невозможно: везде торчали узловатые корни деревьев, которые, словно по волшебству, оказывались именно там, где они мешали больше всего. Безелю достаточно было два раза упасть, чтобы скомандовать остановку.

– Стойте, – прошептал он. – Дальше идти нельзя.

– И что делать? – жалобно спросил Кудряш. – Они же нас догонят.

– Не догонят. Во всяком случае, пока не догонят, – раздался голос Хромки. – Смотрите, они на ночевку встали.

Все оглянулись. Банда зашла в лес еще не очень глубоко, и сквозь черные силуэты стволов деревьев можно было увидеть чуть заметный огонек костра: преследователи разожгли огонь прямо на вершине холма. Сестра Дассан дернулась и, набрав полную грудь воздуха, собралась закричать. Дарна, находившаяся рядом, словно почувствовала это. Она наотмашь ударила девушку по лицу тыльной стороной ладони.

– Ласси! Нет! – Воскликнул мальчик, пытаясь встать между сестрой и Дарной.

– Еще раз ты попробуешь сделать что-то подобное – твой брат лишится пальца. Я доступно сказала? – голос похитительницы излучал ярость.

– Доступно, – ответила пленница через слёзы. Она обняла прильнувшего брата: – Все хорошо, Низим.

– Все хорошо будет, когда мы от вас избавимся и получим свои монеты, – сказал Безель. – Значит, так! Кудряш на стреме! Меняемся каждые два часа. Как только можно будет хоть что-нибудь увидеть, сразу уходим. Обходим озеро и выходим к людям. Там сдаем этих двоих и хоронимся в горах: есть там одно местечко. Ждем, пока все не утихнет, забираем свои деньги и валим к морю. Теперь всем спать.

– Огонь бы развести! Ночью в лесу без огня боязно и холодно, – сказал Лука.

– Нет, – ответил Безель, – нельзя. Мы их видим, значит, и они нас увидят. Тогда смогут ночью прямиком к нам припереться. Спим на сырой земле и молимся, чтобы никакой зверь к нам не подошел.

Валеру подумал, что зря предводитель сказал про зверей. Ох зря! Если несколько мгновений назад он был готов моментально провалиться в сон, то теперь везде слышались шорохи. Лес ожил. Воображение рисовало ужасных чудовищ, рыскающих вокруг в поисках человечины. Пару раз он проваливался в сон, но ненадолго. Лесные звуки будили его и заставляли беззвучно молиться всем известным богам. Когда Хромка тронул его за плечо, Валеру даже обрадовался. Он на ощупь отполз на пару десятков метров от кучи сопящих на земле тел и взглядом нашёл тусклую точку костра. Там, наверное, хорошо! Не страшно! Тепло! Там, на вершине холма, свободное пространство вокруг костра, мало деревьев. Никто не подкрадется незамеченным. Там много людей. Взрослых людей, и все они с оружием.

Очередной шорох заставил Валеру вздрогнуть. Он оглянулся вокруг, но даже привыкшими к темноте глазами он не видел дальше ближайших силуэтов деревьев. Внезапно вокруг их лагеря начали загораться крохотные огоньки. Они постепенно образовывали круг, словно опоясывали спящих, почтительно отступив от них на десяток метров. Огоньки были разноцветными. Желтые, зеленые, несколько красных. Больше всего было белых. Стало светлее. Теперь Валеру хорошо видел спящих на земле людей. Валеру никогда не видел светлячков. Он слышал о них, но своими глазами никогда не видел. Насекомые издавали негромкий, успокаивающий гул. Они начали кружиться, словно магический разноцветный хоровод. Валеру сидел вне этого круга. Мерное жужжание успокаивало, дарило ощущение безопасности. Да и что может произойти в этом лесу? Вон, даже Дарна успокоилась. До этого она всю ночь кряхтела и ворочалась. Теперь же черты ее лица разгладились, и она тихонько засопела, казалось, даже улыбнулась. Валеру зевнул. Веки стали тяжелыми. Он вдруг понял, насколько сильно устал прошлым днем. Они всё шли и шли, убегали неведомо куда и неизвестно зачем. Валеру снова зевнул, да так, что из глаз брызнули слёзы. Круг насекомых сузился. Теперь светлячки обступили спящих людей вплотную. Валеру не успел заметить, когда это произошло. Казалось, он всего лишь пару раз моргнул. Насекомые словно искали кого-то. Из их круга по несколько светлячков спускалось ниже. Они словно принюхивались к спящим и резко возвращались обратно, при этом постоянно сужая область своих поисков. Валеру завороженно смотрел на кружащих насекомых, слившихся в единую полосу света. Когда только насекомые набрали такую скорость? Неужели их маленькие крылья имеют такую мощь? Волосы на голове Валеру начали шевелиться под действием ветерка, который возник из-за кружащих в неистовом вихре светлячков. Круг стал еще уже. Теперь он больше напоминал воронку. Её острие указывало на Низима, лежащего в центре. Жужжание усилилось. Валеру сидел, глядя на этот чудной танец, открыв рот.

Внезапно произошел взрыв! Одно из насекомых поднялось чуть выше остальных. Светлячок завис над центром воронки и через мгновение с огромной скоростью бросился вниз, ударив мальчика по животу так, что у Низима, который лежал на спине, на секунду поднялись в воздух верхняя и нижняя части тела, соединившись в верхней точке, руки и ноги мальчика рухнули обратно на землю. Насекомое в момент удара с негромким хлопком рассыпалось небольшим облачком светящихся блесток. Затем еще один светлячок. И еще. Один за другим насекомые замирали в центре и, словно получая ускорение от вращающегося круга, с огромной скоростью падали на Низима.

Валеру не знал, что ему делать. Никто из лежащих не просыпался. Даже Низим, после каждого удара сгибающийся от боли, снова и снова принимал начальное положение и продолжал спать до следующего нападения.

Каждый хлопок словно барабанным боем отзывался в ушах Валеру. Он подскочил к лежащему ближе всех Безелю и начал его тормошить – предводитель не реагировал. Это было странно: обычно у него был очень чуткий сон. Сейчас же голова Безеля от тряски ходила ходуном, но он продолжал спать. Валеру бросился к Дарне, лежащей неподалеку – то же самое. Девушку словно опоили, и она продолжала мерно посапывать. Валеру стало страшно. Он схватил дубину Кудряша и, громко крича, размахнулся и что есть силы ударил по светящемуся кругу насекомых. Оружие прошло сквозь жужжащих тварей, практически не встретив сопротивления. На излете, дубина по инерции развернула Валеру. Он, разжав пальцы, потерял равновесие и завалился на землю, упав на спящего Луку. Дубина отлетела на несколько метров и, с глухим стуком ударившись о дерево, упала на землю.

Светлячки прекратили свой танец и начали на глазах таять, словно поднимающиеся искры от костра. Валеру встал на ноги и, вновь завороженный небывалым зрелищем, смотрел на исчезающих прямо в воздухе насекомых. Люди вокруг начали просыпаться.

– Что? Что случилось? – Лука спросонья не мог понять, что произошло.

– Тут это… Жуки танцевали сначала… В живот ему бабахать стали… Спите, разбудить не мог, – Валеру внезапно понял, что не может объяснить глазеющей на него банде, что именно он только что наблюдал. Он замялся. Только сейчас он осознал, что прекрасно видит всех вокруг и без исчезнувших светляков. А это означало…

– Тихо! – прошипел Хромка. Все в единый миг замолчали и повернули к нему головы. Парень вглядывался в сторону холма. – Они уже идут.

– Вот фетюк! – Безель зло глянул на Валеру. – Ты чего ждал, олух! Раньше надо было будить. Дай только выбраться, уж я с тобой поговорю. Уходим! Быстро и тихо! Лука, давай вперед.

Валеру хотел их остановить и сказать, что он не виноват. Он не спал! Он пытался их разбудить! Это все светляки, будь они неладны! Но его никто не слушал. Лука скользнул дальше в лес. Слава богам, теперь можно было видеть, куда ставить ноги. Дарна подгоняла Дассанов. Ласси, гордо выпрямив спину, взяла брата за руку и пошла вслед за Лукой. Низим, зевая, кулаком свободной руки тер заспанные глаза. Кудряш с Хромкой пошли следом. За ними отправился Безель. Валеру постоял несколько секунд, глядя вслед удаляющейся банде, и оглянулся, пытаясь заметить кого-либо. В паре десятков метров с дерева на землю спрыгнула белка. Раздавшийся шорох спугнул парня, и он, так и не увидев гвардейцев, бросился вдогонку за своими.

***

Когда спустились с холма, сразу стало ясно, что путь у беглецов был один. Вряд ли они после долгого перехода решились бы вплавь пересечь водную преграду. Сажё, не теряя времени, скомандовал отряду двигать в сторону леса. Егерь шел первым, опережая всех на десяток шагов. Дойдя до конца опушки, он остановился, внимательно глядя в черноту леса. Капитан подошел и встал рядом.

– Что-то не так?

– Плохое здесь место, ваше высокбродие, очень плохое, – так тихо, чтобы слышал только капитан, произнес егерь.

– Ты, егерь, не дрейфь! – видя, что следопыт не решается пойти дальше, Сажё решил поддержать мужика. – С нами не пропадешь! У меня лучший отряд на побережье!

– Да я не за себя боюсь, – глядя вперед, загадочно отозвался егерь. – Я человек лесной, сдюжу как-нибудь. Это вам, ваше выскобродие, надо быть внимательнее, за людьми приглядывать. Плохое здесь место.

Страх был неведом капитану Сажё. За свои тридцать с небольшим лет он успел побывать на нескольких войнах, самый первый шел в атаку. Однажды был взят в плен. Несчетное количество раз участвовал в дуэлях. Его не пугало ничего в этой жизни. Он всегда был образцовым офицером, на которого равнялись подчиненные. Никто и никогда не посмел бы назвать капитана трусом. Сейчас, когда он стоял рядом с егерем и, следуя примеру мужика, вглядывался в плотно стоящие перед ними деревья, впервые в жизни по спине доблестного капитана Сажё пробежала морозная волна, обдав все тело липким, мерзким ужасом.

– Господин капитан! Извольте приказать своим солдафонам следовать вперед. Мы никогда не догоним детей, если будем так медленно идти! – мимо них прошёл Раунд. Когда франт пересек невидимую черту и попал под кроны деревьев, капитану показалось, что вторая часть фразы, произносимая в этот момент Раундом, прозвучала словно из бочки.

Сажё еще раз глянул на егеря, выругался и скомандовал отряду идти дальше. Следы обнаружились буквально через несколько шагов. Следопыт потратил несколько минут на осмотр и доложил.

– Ночевали прямо тут. На земле спали.

– Гаденыши! – воскликнул Раунд. – Ведь почти в руках у нас были! Надо было спуститься и брать их! Брать! Я говорил вам вчера, капитан! Вы будете отвечать лично за это попустительство!

Капитан сделал шаг и резко выбросил руку. Блеснула сталь. Раунд, машинально отступая назад, спиной ударился о толстый ствол древнего дуба. В его шею упирался кончик офицерского ножа Сажё. Капитан чуть повел запястьем, и франт был вынужден встать на мыски. Раунду показалось, что находившиеся здесь гвардейцы словно обступили его со всех сторон и уставились кровожадными взглядами. Он выпучил глаза и быстро-быстро задышал.

– Значит, так, господин Раунд! Слушайте внимательно и уясните себе всё, что сейчас услышите, – отчеканивая каждое слово, сказал Сажё. – Во-первых, не капитан, а господин капитан. Даже если мы в лесу, будьте добры соблюдать приличия. Во-вторых, извольте больше не повышать на меня голос. В-третьих, вы мной не командуете, вас приставили только как наблюдателя. Это значит, что ваша функция – наблюдать за происходящим. Наблюдать, господин Раунд, не вмешиваясь. Теперь посмотрите вон туда, – франт скосил выпученные глаза в указанном направлении. – Видите холм? Прекрасно. Как думаете, если бы мы приблизились сюда ночью, беглецы бы сидели и ждали нас на месте? Я лично так не думаю. Скорее всего, они выставляли на ночь караул и, следовательно, заметили бы нас загодя и попытались затеряться. Возможно, что они по темноте разбежались бы в разные стороны как крысы. И абсолютно не факт, что мы бы нашли детей. Это, господин Раунд, надеюсь последнее объяснение, которое я вам даю. А, да, и самое главное: если вы еще раз поставите под сомнение мои приказы в этом походе, я вас убью. Это ясно?

Раунд боялся даже сглотнуть, лезвие упиралось прямо в кадык. Он очень медленно закрыл глаза и открыл их снова. Капитан удовлетворенно кивнул и, не торопясь, убрал клинок, давая гражданскому свободу. На металлической полированной поверхности оружия блестела красная капля. Капитан снова сделал шаг вперед и, достав белый платок из нагрудного кармана Раунда, вытер лезвие своего оружия, после чего небрежно запихал платок обратно.

– Я рад, что мы друг друга поняли, господин Раунд. – Капитан улыбнулся франту своей самой лучезарной улыбкой и повернулся к следопыту: – Егерь, голубчик, куда они пошли?

– Туда, ваше высокбродие, – егерь махнул рукой на гущу леса, ошалело поглядывая на Раунда. – Вон, видите, травка примята, а вон лапка еловая сломанная висит. Туда они пошли. – Следопыт снял рюкзак и лег на живот, прислонив ухо к почве, затем он зачем-то понюхал землю. Поднявшись, егерь отряхнулся и произнес:

– Совсем недавно были здесь, к полудню мы их догоним.

– Отлично, веди! – сказал Сажё.

4. Болото.

Валеру совсем вымотался. Он уже еле шел, впрочем, как и все остальные. Только Безель, казалось, совершенно не устал. Шагал себе бодрой походкой, словно не убегал второй день от гвардейцев по непролазному лесу. Валеру оглянулся: сзади как обычно плелся Хромка. Вот кому действительно тяжело. Он и по обычной то дороге всегда еле телепался, а здесь и говорить нечего. Хромка, сжав зубы, целеустремленно смотрел вперед, механически передвигая ногами, при этом сильно припадая на одну сторону. Для Валеру было загадкой, почему их еще не догнали. Может быть, дело было в болоте? Наверняка. Когда банда вышла на окраину болота, Безель скомандовал привал. Стоило только им всем прийти в себя, как Кудряш прошептал, что он что-то услышал. Голоса, как будто крик. Безель тут же потащил всех дальше. Лука пошел первым, ища проход по болоту своей рогатиной. Остальные вереницей потянулись за ним. Когда они шли, Валеру казалось, что вот-вот ему в спину вонзится стрела. Но нет, преследователей не было видно: что-то их задержало.

Болото было бесконечным. Оно простиралось во все стороны. Небольшие прогалины виднелись тут и там. Редкие березовые рощицы стояли под серым, тяжелым небом. Невысокие, кривые деревья здесь не могли превратиться в полноценный лес. Словно в какой-то момент они упирались в невидимую преграду и начинали расти куда угодно, только не вверх. Таких странных деревьев Валеру не встречал больше нигде. От вида этих причудливых переплетений по телу парня бегали мурашки страха. Казалось бы, обычные деревья, чего их бояться? Но Валеру точно знал, что если они остановятся здесь на ночлег, то он не сомкнет глаз, даже несмотря на дикую усталость и недосып за последние несколько дней. По глазам бредущих с ним товарищей он понимал, что не одинок в своих мыслях. Даже Дассаны, мрачно поглядывая вокруг, молча продолжали передвигать ноги. Валеру посмотрел на небо. Полдень давно прошел, скоро начнет темнеть. Еще оставалось несколько часов светлого времени. Валеру сглотнул. Во рту было сухо: вода закончилась утром. Еще эти розовые кусты! Невысокие, сплошь усыпанные розовыми, сочными, круглыми ягодами. Они были везде. Кусты стояли небольшими группами через каждые несколько сотен шагов, и банда старательно их обходила.

Там несколько столетий назад, когда они только подошли к болоту и сделали привал, тоже росло несколько таких кустов. Безель подошел к одному из них и уже протянул руку, но мальчишка Низим крикнул, останавливая его. Он сперва зашелся в кашле. Затем изо рта мелкого Дассана словно вылетел небольшой желтый комочек и взорвался золотой пыльцой, после этого он заорал:

– Не трогай!

Безель остановил руку и оторопело уставился на мальца, словно волк на муравья.

– Они отравлены! Даже трогать нельзя! – в глазах Низима горели золотые огоньки.

Безель остановил руку, поднял бровь, кивнул на соседний такой же куст и показал пальцем на сойку, которая явно не слышала Низима и с огромным удовольствием клевала сочные ягоды.

– Думаешь лесная птица стала бы есть отравленные ягоды? – спросил Безель, задумчиво глядя на мальчика.

– Верно! – сказал Кудряш. Он подошел к кусту и осторожно принюхался к ягодам. – Животные и птицы такое чувствуют. Ты, малой, не болтай попусту. Воды-то нет, а из болота точно пить нельзя.

– Я точно знаю! Поверьте! Не ешьте их! – на глазах мальчика появились слёзы.

– Пахнет вроде ничего, – Кудряш выпрямился, сорвал ягоду и поднес её ко рту собираясь съесть.

В тот самый момент, когда ягода уже практически полетела в рот, руку Кудряша перехватил Безель. Кудряш насупился:

– Ты чего?

Вместо ответа Безель хмуро кивнул на соседний куст. Сойка, дергая крыльями, корчилась на земле. Кудряш на пару ударов сердца застыл, затем начал плевать на пальцы, которыми трогал ягоду, и вытирать их об штаны.

– Чёрт! Чёрт! Чёрт!

– Откуда ты знаешь? – удивленно спросила Ласси.

– Не знаю, – брат посмотрел сестре в глаза, – просто я точно уверен, что они несут смерть.

Валеру удивленно оглядывал всех, кто сидел вокруг. Похоже, никто, кроме него, не видел ни взрыва золотой пыльцы, ни золотых отблесков в глазах Низима. Даже сестра, сидящая рядом, ничего этого не заметила. А потом Кудряш услышал чужие голоса, и они вынуждены были подняться, чтобы идти дальше.

– Смотрите! – спереди раздался голос Луки, вырывая Валеру из воспоминаний.

Вся цепочка остановилась и начала всматриваться вперед.

– Там лес! – снова крикнул радостный Лука. – Там выход!

Валеру улыбнулся и прошептал коротенькую молитву, единственную, которую помнил. Знание того, что они скоро выберутся из этого мрачного места, добавило людям сил.

Выйдя на край болота, Валеру понял, что они ошиблись. Ошиблись, что убегали от гвардейцев. Ошиблись, что зашли в эту глушь. Ошиблись, что похитили этих детей. А самое главное, что он, Валеру, ошибся ранее, когда вообще связался с Безелем и бандой.

Топкое болото было позади. Впереди же был лес. Он, словно в увеличенном размере, повторял те ужасные и отвратительные березовые рощицы, что встречались им ранее. Словно ужасающая магия заставила мутировать все вокруг под этим небом. Солнце, как бы подбадривая людей, на минуту показалось из-за серых облаков. Его лучи в редких местах смогли пробить зелено-коричневую массу, которую образовали переплетенные между собой кроны деревьев. В коре причудливо изогнутых стволов Валеру показались человеческие лики. Он мотнул головой и тоскливо оглянулся назад, в сторону болота. Там явно было лучше, просторнее, светлее.

– Нам точно надо туда? – спросила Дарна. Она, словно затравленный зверь, покосилась на Безеля.

– Путь у нас один, – предводитель пожал плечами, – назад точно нельзя.

– Может, тогда здесь переночуем? Погони-то вроде не слышно. Может, оторвались все же? – с надеждой спросил Кудряш.

Безель хмыкнул, ничего не отвечая. Он посмотрел назад: погони не было видно. А шли они с каждой минутой все медленнее и медленнее. Преследователи должны были их настигнуть уже давно, но тем не менее никого не было видно. Скорее всего, они действительно оторвались. Безель не меньше, чем все остальные члены банды хотел в это верить.

– Скоро дождь будет, надо бы укрытие найти, – сказал подошедший последним Хромка, глядя на темнеющее небо, за которым уже спряталось солнце. Он перевел взгляд на деревья и уже тише добавил:

– Только давайте глубоко в эту мерзость не будем заходить.

Когда через десять минут они вышли к деревне, удивлению банды не было предела. Лука вывалился на опушку и застыл в полном недоумении. Шедший следующим Безель наткнулся на него и, грязно выругавшись, толкнул Луку в спину. И только через несколько ударов сердца, поняв, что именно видит перед собой, резко дернул руку вверх, останавливая идущих следом людей.

Лес заметно поредел – здесь уже было намного светлее. В этом месте не было того гнетущего ощущения, которое все они испытывали выбравшись из болота. На небольшой полянке стояло несколько покосившихся одноэтажных домов, плотно покрытых зеленым мхом. Хотя домами это было сложно назвать: эти постройки, скорее, следовало именовать лачугами. Безель и Лука стояли, прислушиваясь. Деревня была безжизненна. Несмотря на приближение вечера, в окнах хижин не было ни намека на какой-либо свет. Тропы между домами давно заросли травой. Не было слышно ни лая собак, ни звуков другой домашней скотины, которая всегда присутствует в быту. Над когда-то покинутой деревней стояла звонкая, давящая тишина. Безель махнул рукой, подзывая остальных выйти из леса.

– Дарна! Веди наших друзей вон в тот дом, – Безель указал рукой на самую большую хибару. – Валеру, ты с ней. В дом первым заходишь. Лука, Кудряш! Проверьте остальные: может, чего пожрать найдете. Хромка, ты со мной, осмотримся.

Лука с Кудряшом переглянулись. Кудряш мотнул головой в сторону ближайшего жилища, Лука кивнул. Он крепче сжал длинную рогатину и, не торопясь, двинул вперед. Безель с Хромкой пошли по краю леса вокруг брошенной деревни. Предводитель не торопился, позволяя напарнику идти с ним наравне. Дарна, подняв бровь, глянула на Ласси. Девушка закусила губу, выпрямила спину, затем перехватила руку брата и медленно зашагала к нужному дому. Валеру на секунду задумался: почему Безель приказал ему идти первым? Через несколько секунд размышлений он решил, что предводитель дал ему шанс искупить вину за утреннее происшествие в лесу, и, хоть Валеру не считал себя в этом виноватым, он все равно обрадовался. С Безелем надо было дружить, тем более сейчас, когда у них, кроме друг друга, никого не осталось.

– Эй! Чего замерз, олух? – крикнула Дарна. Ее голос не сулил ничего хорошего.

Валеру запоздало бросился вперед. Он обогнал идущих и первым вбежал на крыльцо. Доски угрожающе заскрипели, немного прогнулись, но выдержали вес парня. Валеру попытался заглянуть в маленькое окошко. Он чуть согнулся и уперся лбом в мутное, заляпанное стекло. Видно было плохо, но ничего опасного парень внутри дома не заметил. Он отлип от окна и подошел к двери, навалился плечом и всем весом толкнул её. Дверь неожиданно легко распахнулась. Валеру потерял равновесие и полетел вперед, отчаянно размахивая руками и пытаясь выровняться. Его падение остановила стена. Больно ударившись головой, он, сидя на коленях, заскулил и, обхватив ушибленное место двумя руками, начал раскачиваться, пытаясь унять боль. Дарна заглянула в открытый дверной проем, быстро осмотрела внутреннее пространство хижины и наградила презрительным взглядом скорчившегося от боли Валеру. Она сделала шаг в сторону и пропустила внутрь Дассанов. Первым зашел Низим, следующей высокий порог переступила Ласси. Она, сморщив нос, оглядела бедное убранство дома и неожиданно чихнула. Последней зашла Дарна.

– Что с ним? Может, ему помочь? – Низим рукой указал на уже переставшего выть Валеру. Пострадавший, теперь аккуратно, через грязные волосы ощупывал шишку на голове.

– Обойдется, – резко сказала Дарна и, обернувшись в сторону Валеру, добавила: – Эй, придурок! Сделай хоть что-то полезное! Найди, что можно сжечь.

Валеру проследил за взглядом девушки и увидел закопчённую, всю перемазанную сажей печку. Вот это подарок! Сегодня будет возможность поспать в тепле! Не возле костра, а в нормальном доме. Ну как в нормальном? Крыша и стены есть, и то хорошо. Он начал оглядываться. Ниша для дров возле печки была почти пустая – два тощих поленца уныло ожидали своей участи. Валеру закинул их в печку. Сухие! Такие должны моментом разгореться. Здесь же лежало огниво. Несколько ударов – и искры посыпались на паклю. Парень поместил тлеющий клубок в печь, положил сверху здесь же найденные тонкие щепки и осторожно начал дуть. Через пару минут, убедившись, что поленья зашлись огнем, он поднялся, снова оглядывая помещение. Нужны дрова. Можно, конечно, разобрать и сжечь мебель, но это в худшем случае. Валеру подошел к двери, вышел наружу и уперся носом в грудь Луки. Кудряш, стоящий позади него, тащил в корзине что-то похожее на фасоль и зеленые помидоры. Сам же Лука держал в руке кадку с водой. Валеру, жадно глядя на воду, отступил внутрь, пропуская ребят.

Когда деревянная кадка оказалась на столе, Валеру потянул руку к ковшу, который Лука предусмотрительно захватил с собой. Дарна подскочила первая. Она пила долго, наслаждаясь каждым глотком. Валеру думал, что он сойдёт с ума, пока дождется. Даже мелькнула мысль оттолкнуть девушку, но перед лицом встало залитое кровью гвардейца лицо Дарны, и Валеру решил не испытывать судьбу. Наконец, когда Дарна напилась и, рыгнув, отошла от стола, ковш под пронзительным взглядом Низима и Ласси взял Валеру. Он зачерпнул воды и начал пить. Было ощущение, что вода впитывалась организмом, не доходя до желудка. Спустя три полных ковша он напился и уступил место пленникам. В животе потяжелело. Жидкость принесла облегчение и свежесть, но вместе с этим проснулся голод. Валеру плотоядно заглянул в корзину.

– Нет, – перехватив его взгляд, твердо сказал Лука. – Вода есть еще, всем хватит: там целый колодец, а вот еды мало. Это всё, что мы смогли найти. Подождем остальных.

Кудряш подошел к печи и вытянул руки, пытаясь уловить ими как можно больше тепла.

– Там, у соседнего дома, вроде как дровник видел, – сказал он. – Надо бы дров принести.

Валеру под яростным взглядом Дарны выскочил во двор. Дрова были его заботой.

Несмотря на то, что на улице уже стемнело, поленница отыскалась быстро. Заботливо сложенные дрова ждали своего часа. Валеру, воровато оглядываясь, одной рукой придерживая снизу, начал накладывать себе на грудь поленья. Вдруг какой-то звук, совсем на грани слышимости насторожил его. Из-за стука укладываемых друг на друга дров, Валеру не был уверен, что звук действительно был. Он замер. Попробовал оглядеться – ничего. Было уже темно. Может, это Безель с Хромкой? Валеру, набрав целую гору поленьев, медленно, бочком пошел к дому. Зайдя и бросив возле печи поленья, он под одобрительные возгласы Луки и Кудряша закидал полную печку. После глянул на то, что осталось, и понял, что придется делать еще ходку, если не хочет идти за дровами ночью. На улице его не покидало стойкое ощущение, что за ним наблюдают. Когда Валеру снова зашел в дом со своей ношей, Безель и Хромка уже были здесь. У предводителя было ранено плечо – кровь уже остановилась, но было видно, что ему больно. Хромка бросил какой-то предмет на стол перед собой. Вся банда, включая пленников, сгрудилась вокруг и начала с интересом это разглядывать. Освободившись от груза, Валеру подошел к ребятам и втиснулся между Низимом и Хромкой.

На грубых досках стола лежал заяц. Вероятно, Хромка его подстрелил, когда они с Безелем осматривали территорию. Обычная серая шёрстка, обычные для зайца уши и хвостик пупкой. Видно место, где в тельце зашла стрела. Кровавое пятно размером с женскую ладонь расползлось по шерсти.

– Горячего наконец-то поедим! – радостно воскликнул Кудряш.

– Точно, – улыбнувшись, кивнул Лука.

– Мы можем его съесть? – тихо спросил Низим, глядя голодными глазами на мертвое животное.

Безель и Хромка угрюмо переглянулись.

– Да что с вами? Что не так? – удивлённо спросил Кудряш. – Чего вы здесь столпились? Обычный же заяц. Ободрать и в котелок его.

– Дело не в нас. Есть два момента, которые мы не можем понять, – ответил Хромка. – Это первый: он протянул руку и оттянул губу животного. По телу Валеру побежали мурашки. Затылок обдало морозом. Это животное было кем угодно, только не тем зайцем, за которого его сначала принял Валеру. Вместо привычных заячьих резцов из пасти маленького животного торчали весьма внушительные клыки. Валеру охнул от неожиданности.

– И второй момент, – Хромка сделал паузу и, оглядев всех присутствующих, продолжил. – Это он напал на нас!

5. Сон Валеру.

Кто-то слегка бил его по лицу.

Слегка.

Ритмично.

Словно отсчитывая такт к засевшей в голове мелодии.

Тук.

Тук.

Тук.

В одно и то же место под левым глазом.

Тук.

Два удара сердца - ничего не происходит.

Тук.

Опять пауза.

Тук.

Как будто слегка ударили пальцем. Мягко, но чувствительно.

Валеру все не мог открыть глаза, он словно был между сном и явью. Еще не проснулся, но уже и не спал.

Тук.

Тук.

Тук.

А еще Валеру показалось, что по щекам текут слёзы. Странно. С чего бы это?

Он вдруг вспомнил как плакал последний раз. В тот день он приболел, и мама сказала ему никуда не ходить и лежать в кровати, сил набираться. Неожиданно в дверь постучали, и мама пошла открывать дверь, там она ойкнула и прижав руки к груди, начала пятиться назад. Валеру почуяв неладное, вскочил с кровати подбежал к маме и повис на ее руке, большими глазами глядя на вошедшего в дом мужчину. Валеру знал его.

Это был друг отца, с которым тот ушел на промысел несколько дней назад. Сейчас этот здоровый мужик, которому Валеру едва доставал головой до толстого кожаного ремня, стоял угрюмо глядя в пол и мял в руках шапку. Мама начала причитать и заламывать руки. Валеру не мог тогда понять, что именно произошло. Он переводил взгляд с матери на внезапного гостя и обратно. Он понял, что случилось что-то ужасное, но окончательно осознал лишь тогда, когда услышал, что его отца разорвал медведь. Вот тогда он заплакал. В голос, по-настоящему. Не хныкал, а именно рыдал, ощущая невосполнимую потерю, слезами пытаясь вывести из себя боль и горечь. Плакал он и после этого, когда стал чуть постарше, но это были все больше слезы обиды или злости. И вот сейчас почему-то вспомнился именно этот момент. Больно уже не было. Было может, немного обидно, что жизнь отняла у него отца, но Валеру с этим давно уже смирился.

Тук.

Снова ударили в то же место.

Валеру открыл глаза. Никого. С потолка отделился крохотный блестящий шарик и упал Валеру на щеку. Капля дождевой воды взорвалась множеством мельчайших брызг - которых невозможно было ощутить человеческой кожей - и медленно скатилась вниз тем, что от нее осталось. Видимо ночью прошел дождь, и вода нашла путь вниз, через прохудившуюся крышу.

Валеру сел и огляделся. Все спали. Дассаны, обнявшись лежали на деревянном подобии кровати, если так можно было назвать несколько сколоченных вместе грубых досок. Здесь же, на полу спала Дарна. Она легла так, что пленники не смогли выбраться, не задев её. Лука вытянулся на полу возле двери. Кудряш развалился на деревянной лавке под окном. Его голова неудобно свесилась вниз, наверняка утром будет болеть шея. Хромка тихо посапывал под столом, на котором они все вместе разглядывали зайца. А вот и Безель, занял лучшее место, прямо рядом с печкой.

Валеру поёжился ощущая, что вокруг резко похолодало. Он привстал и аккуратно, чтобы никого не разбудить заглянул в печку. Там была небольшая кучка углей, жить которым оставалось несколько минут. Парень хотел было подкинуть дров, но с удивлением обнаружил, что от той кучи, которую он наносил в дом вечером, не осталось и следа. Надо принести ещё. Валеру вздохнул и начал пробираться к двери осторожно перешагивая через спящих. Медленно отворив скрипучую дверь, парень выскользнул наружу.

Было холодно. Валеру подул на моментально замерзшие пальцы, изо рта валил белый пар. На удивление яркая луна освещала деревню призрачным белым светом. Было видно всё вокруг до мельчайших деталей, Валеру и представить себе не мог, что ночью может быть так светло. Он посмотрел на небо. Огромная луна, вся в темных подпалинах занимала половину неба. Валеру сделал охранный знак левой рукой и пробормотал формулу, отгоняющую нечисть. Луна никуда не делась.

Валеру вздохнул и озираясь по сторонам пошел к дровнику. Как и вчера вечером, набрав полную охапку он потащил свою ношу обратно. Обогнув угол дома, Валеру на что-то наткнулся, и чтобы не выронить поленья резко остановился. Из-за высокой стопки дров парень ничего перед собой не видел, он повернулся корпусом чтобы рассмотреть, что встало у него на пути и остолбенел.

Глаза Валеру выкатились из орбит, он открыл рот чтобы закричать, но из горла раздался только сиплый, еле слышный хрип. Перед ним стоял гвардеец. Сзади раздался шорох, Валеру резко оглянулся. Еще один. Они стояли и без движения, просто наблюдали. Парень смотрел на них и не знал, что ему делать. Он вдруг понял, что с гвардейцами что-то не так. Что-то неуловимое, но такое понятное! Еще миг и Валеру поймёт, что именно.

- Эй малой! - раздался окрик.

Валеру повернулся на голос. Прямо перед домом, в котором он спал несколько минут назад, сейчас горел костер, в рыжих отблесках которого ярко отблескивали пуговицы мундира окликнувшего его человека. Перед костром, на пеньке сидел еще один гвардеец. Этот явно был офицером и еще он неуловимо отличался от тех двоих, что сейчас стояли рядом с Валеру.

- Давай сюда, и дрова принеси. Зря ходил, что ли, - снова сказал офицер.

Валеру повиновался. Ноги словно превратились в два негнущихся ствола, руки отказывались держать свою ношу, но парень побоялся ослушаться. Он медленно подошел к костру и во все глаза уставился на военного.

- Давай, бросай, - по-отечески кивнул ему офицер, - и присаживайся. Посидим, поговорим.

Валеру попробовал сбросить дрова, но руки отказались слушаться. Они словно тоже стали деревянными и не могли разогнуться.

В следующую секунду произошло то, из-за чего Валеру чуть не лишился чувств. Из тени отбрасываемой хибарой, в которой Валеру до этого ничего не увидел, несмотря на льющийся сверху белый яркий свет, вышел волк. Волк в холке был ростом с Валеру. Парень взвизгнул от неожиданности и инстинктивно пытаясь защититься от угрозы бросил дрова в сторону и отпрыгнул так, чтобы оказаться с противоположной стороны костра от животного. Часть поленьев упала в костер, взметнув вверх облако искр. Волк сделал ещё несколько мягких шагов и встал рядом с сидящим у костра человеком. Гвардеец не глядя поднял руку, и запустил её в косматую шерсть хищника. В искаженном мареве костра, смешанном с вихрящимися искрами, волчья морда выглядела особенно зловеще. Черные глаза злобно смотрели на Валеру а огромные желтые клыки заставляли работать фантазию парня, представляя свою смерть, найденную в этих зубах. Тем более что волку такого размера будет достаточно легко перекусить ему шею. Валеру перевёл взгляд на офицера, и только сейчас осознал, что боится не того. Волк был животным. Большим, сильным, страшным, но животным. В глазах же гвардейца был разум. Его лицо не выражало никаких эмоций. Но этот взгляд, которым человек смотрел на парня, обещал много неприятностей. Валеру много раз раньше слышал, что человек, это самое опасное существо в мире. Он никак не мог понять почему. Сейчас понял. Валеру понял, что боятся надо не волка, не тех двух странных гвардейцев. Боятся надо офицера, который сейчас сидел с другой стороны костра от Валеру. Именно его, потому что у него есть разум и власть над себе подобными.

- Мне нужен ответ на один единственный вопрос, - офицер встал и медленно начал обходить костер слева. Валеру было дернулся в другую сторону, но волк, не моргая глядя на парня, начал движение ему навстречу. Валеру замер. Он застыл каменной статуей, закрыл глаза и начал беззвучно молиться. Военный подошел и остановился в шаге от парня. В этот момент ухо Валеру что-то пощекотало. Волк медленно прошёл мимо парня, задев его своей шерстью. От животного пахло гнилью и лесом. Волк прошел чуть вперед, обогнул офицера и не переставая смотреть на Валеру, сел на задние лапы справа от военного.

- Что вам нужно? - еле выдавил из себя Валеру. Скорее даже прохрипел, чем сказал.

- Где дети Дассан? - спросил офицер.

Валеру только сейчас понял, что мог бы и догадаться, ведь гвардейцы здесь именно из-за Дассанов. И это, пожалуй, самый главный вопрос, который мог задать военный. Но не это удивило парня. За спиной офицера стояла та самая хижина, из которой несколько минут назад Валеру вышел за дровами. Дверь была открыта, она висела на одной петле. Внутри дома было темно и безжизненно. Мысли в голове Валеру заметались словно птицы, пойманные в силки. В доме никого не было, это было очевидно. Хижина вообще выглядела словно в нее уже много лет никто не заходил. Но это же невозможно! Всего несколько минут назад все спали. Валеру был в этом уверен. Может быть за то короткое время пока он ходил за дровами, банда с пленниками успела проснуться, почуять приближение преследователей, собраться и уйти? А гвардейцы в свою очередь успели разжечь этот огромный костёр. Валеру снова посмотрел на небо. Теперь луна занимала собой уже всё свободное пространство. У Валеру закружилась голова. Он не понимал, что происходит.

- Я не люблю повторять свои вопросы малой, - голос офицера вывел Валеру из ступора. - Я надеюсь ты услышал о чем я тебя сейчас спросил?

Валеру медленно кивнул. Он посмотрел военному в глаза и понял, что расскажет сейчас всё, что знает. А даже если и попытается что-то утаить, то этот человек всё равно узнает всё, что ему нужно. Валеру медленно поднял руку и указал пальцем на хижину за спиной офицера.

- Там, - из-за пересохшего горла голос больше был похож на шуршание песка.

Военный нахмурился, обернулся и несколько мгновений изучал дом позади себя. Когда он повернулся обратно, Валеру ясно прочёл на его лице злость.

- Ты явно не хочешь со мной договориться, - меланхолично констатировал офицер, как бы подтверждая свои мысли. Волк рядом с ним поднялся и всё так же глядя на парня оскалился. - Решил погеройствовать?

Сердце в груди начало стучать так, что грудь Валеру стала ходить ходуном. Уши словно заложило ватой, остальные звуки с каждым мгновением становились тише. Теперь Валеру слышал только своё сердце, удар за ударом продолжающее выполнять свою работу. Офицер снова нахмурился и что-то сказал и вопросительно подняв бровь внимательно смотрел на парня. Валеру не слышал ничего кроме своего сердца.

- Там они! В доме! Все там были! - Валеру с ужасом понял, что не слышит и себя. Тогда он закричал в голос. - Я правду говорю! В доме позади вас! Они спать должны!

Офицер явно ожидал не этого. На его лице отразилась ярость. Он начал кричать.

Валеру ничего не слышал. Только ритмичный стук сердца.

Тук.

Военный выхватил кинжал.

Тук.

Волк наклонил голову и зарычал.

Тук.

Валеру было дёрнулся, но сзади его схватили гвардейцы, те первые.

Тук.

Волк опустил голову ещё ниже, и приготовился к прыжку.

Тук.

Валеру поднял руки пытаясь защититься.

Тук.

Луна практически касалась головы.

Тук.

Офицер махнул кинжалом.

Тук.

Валеру оторопело смотрел на четыре пальца левой руки падающие на землю ему под ноги.

Тук.

Тук.

Тук.

- Один, - звуки снова начали появляться, военный кричал в голос. - Ты здесь один! Никого больше здесь нет. Даже следов! Ты один в этой деревне. Где чёртовы Дассаны? Где остальные твои подельники?

По щекам Валеру текли слёзы. Он открыв рот смотрел на свои пальцы лежащие в траве. То есть как это, никого нет? Это невозможно! Они же вместе сюда пришли! Он дрова в дом носил. Лука с Кудряшом едова нашли. Хромка и Безель подстрелили того странного зайца, а Дарна затащила Дассанов в дом. В этот самый дом, дверь которого, сейчас безжизненно висела на одной петле. Куда все они пропали? Не могли же они его так бросить?

Офицер видимо решил, что пора по-другому воздействовать на парня. Он посмотрел на волка и кивнул ему. Хищник словно только этого и ждал. Он несколькими мягкими движениями прошел вперед и порывшись носом в траве нашёл человеческие пальцы и начал их есть.

Валеру заорал. Сердцу давно пора было выпрыгнуть из груди, чтобы закончить это безумие, но оно усердно отбивало свой такт. Волк закончил с пальцами и сделав шаг приблизил окровавленную морду к лицу парня. Валеру замолчал. Он уже не боялся. Ему было всё равно что будет с Дассанами, всё равно что будет с бандой и всё равно что будет с ним самим. Он хотел только, чтобы все это закончилось. Чтобы не было волка, не было офицера, не было тех странных гвардейцев. Валеру наконец понял, что было с ними было не так. Они были мертвы. Такие синюшно-бледные лица не могли принадлежать живым людям. Валеру даже не задумался как это возможно. Сейчас он смотрел в волчьи глаза прямо перед собой. Он смотрел на луну, которая отражалась в этих глаза. Он смотрел на луну и слушал удары своего сердца. Волк открыл пасть и пришла долгожданная тьма.

***

Тук.

Боли нет…

Тук.

Только темнота… Вращающаяся вокруг темнота…

«Так выглядит смерть? Я умер?»

Тук.

Темнота и холод…

Валеру поёжился.

Тук.

Только сейчас пришло осознание, что он может шевелиться. Валеру пошевелил руками. Пальцы поскреблись о что-то шершавое. Валеру вспомнил, что это называется доской. Поняв, что тело ему полностью подчиняется, он открыл глаза. Маленький блестящий шарик медленно отделился от потолка и стремительно полетел вниз. Он ударил Валеру прямо в переносицу, точно между глазами. Парень моментально вскочил на ноги и ощупал себя. Весь мокрый от пота, напуганный, замерзший. Но целый и живой!

Сон. Это был сон! Валеру счастливо улыбаясь разглядывал комнату. Вот они все! Не бросили его! Не пропали! Дассаны так же, как и во сне, в обнимку спали на кровати. Вот Дарна, лежит чуть по-другому, но суть та же. Мимо нее не пройдешь, не зацепив девушку. Лука у двери. Голова Кудряша еще ниже чем во сне, струйка тягучей слюны из его рта почти касается дощатого пола. Безель у печки, как и во сне. И еще очень холодно. Так холодно, что Валеру уже не чувствовал своих пальцев. Он с надеждой посмотрел на печку и тихо чертыхнулся. Дров не было. Неужели придется идти? Как во сне. Валеру несколько ударов сердца стоял не зная, как поступить, но в конце концов решил схитрить. Можно было лечь на пол и притвориться спящим, потом проснуться со всеми вместе. Валеру очень не хотел идти на улицу. Он предпочел лечь и продолжить мерзнуть, чем выйти туда.

Безель зашевелился, он начал переворачиваться на другой бок. Всё таки на земле спать было мягче чем на досках. Безель закряхтел и открыл глаза. Валеру замер стоя в нескольких шагах от проснувшегося предводителя. Безель присел, поежился и потянувшись открыл дверцу печки. Он взял кочергу, пошуровал ею и не найдя чего закинуть внутрь сонным взглядом оглядел помещение.

- О! Проснулся? Сгоняй за дровами, а то дубак как в могильнике, - сказал Безель застывшему Валеру, - будешь ответственным за тепло в доме, если проснусь и будет холодно - ответишь. - Через мгновение предводитель уже спал.

Валеру хотел было ответить, что-нибудь, но не нашел слов. Да и что ему ответишь? Не пойду? А как объяснить почему? Сказать сон плохой приснился? Вообще на смех поднимут. И так положение в банде у него сейчас не очень. Нет. Надо идти. Валеру медленно приблизился к двери, резко дернул её. Раздался пронзительный скрип. Валеру с надеждой посмотрел на спящих. Ноль реакции, только Лука не просыпаясь потер нос и всё.

Снаружи стояла ночь, но не обычная. Луна висела слишком низко, жёлтая и плоская, как медный пятак. Тени лежали на земле, будто вырезанные из чёрного войлока, и не шевелились даже от ветра. Валеру сделал шаг за порог - и тут же услышал хруст. Не под ногой. Где-то сбоку. Будто кто-то наступил на сухую ветку. Он резко обернулся, сердце подскочило к горлу, но в темноте никого не было.

- Эй… - хрипло позвал он, и собственный голос прозвучал жалко, как у мальчишки, который боится темноты. - Кто тут?

Тишина не ответила. Она просто стала ещё гуще, ещё плотнее.

И тогда он увидел его.

Капитан стоял в нескольких шагах от крыльца. Не двигался. Просто стоял и смотрел. Но что-то в нём было не так. В том, как ровно, без дрожи, держалась его спина. В том, как неподвижно висели руки. В том, что на лице не было ни усталости, ни напряжения - только эта странная, неживая пустота, будто маску надели. Капитан чуть наклонил голову. Совсем немного. Но этого хватило, чтобы Валеру понял: это не человек. Не настоящий.

- Пойдём, - сказал гвардеец. Голос был знакомый, но будто пропущенный через воду - глухой, размытый, чужой. - Тут недалеко. Ты должен кое-что увидеть.

Валеру попятился, спиной нащупывая дверь, чтобы юркнуть обратно, запереться, спрятаться среди своих. Но рука никак не могла нащупать шершавую, зарсшую мхом дверь. Вместо неё была гладкая, холодная стена, будто дом просто стёрли.

- Нет, - прошептал он, и голос сорвался. - Я не пойду.

- Ты должен, - спокойно сказал капитан, и шагнул ближе.

Валера зажмурился, будто если не видеть, то всё исчезнет. Но страх только стал громче, заполнил всю грудь, не давая дышать.