ЛЕКС. Книга IV

Глава 1. Театр одного актёра. Часть 1.

– Штайнбах.

Знакомое название прозвучало ровно тогда, когда я уже собирался поблагодарить собравшихся за сведения и предпринять первую попытку покинуть кабинет. Штайнбах. Город, в котором должен был жить Игорь, не имел ни малейшего отношения ни к моим сёстрам, ни к делам Лазарей, но легче от этого не стало.

Вот вообще нет.

– А для обычных жителей? – уточнил я, глядя прямо на Марха. – Насколько опасно сейчас находиться в этих городах?

– Активность, господин Лазарь, – мужчина посмотрел на меня терпеливо, – не равна прямой угрозе всем там живущим. Если конкретно и без подробностей, то оснований утверждать обратное у нас нет.

– Благодарю, – кивок стал последним, что я себе позволил в этой ситуации. Выделять семью простолюдинов, привлекая к ней внимание Имперской Безопасности, было бы верхом глупости с моей стороны.

Пока Ковалёвы остаются обычной семьёй, навредить им может разве что случайность. А если к ним хотя бы раз заглянет офицер ИБ, или они будут скомпрометированы иным способом, – например, через утечку внутренних документов, – то это автоматически переведёт их в разряд мишеней, по которым можно ударить просто на всякий случай.

– По поводу вашего участия в операции, – Корвин выждал несколько секунд, убедился в том, что вопросов с моей стороны более не последует, после чего вернул разговор к делам насущным. – Мы рассчитываем на сегодняшний вечер. Подробности получите вместе с доступом к закрытому каналу. Коммуникатор на руках?

– На руках, – я сунул руку за пазуху, выудив оттуда ставшее бесполезным, казалось бы, устройство. – Охрана будет знать, что нас с Кризенфортом не обязательно спасать друг от друга?

– Все задействованные люди будут проинформированы, – уточнил офицер.

– Это радует. Остальные?

Тонкий намёк на толстые обстоятельства Корвин уловил безукоризненно:

– Предупредить ваш ближний круг без объяснения целей и подробностей допустимо, Лазарь. Но не более.

– Тогда у меня вопросов больше нет, – честно признался я, про себя отметив, что Рихт хоть и выдохнул облегчённо, но перед этим посмотрел на меня настолько настороженно, словно я каждые полчаса только и делал, что приносил с собой новые проблемы.

Тем временем Александр поправил прямоугольные очки, поднявшись из-за стола и повернувшись к Марху, начавшему о чём-то говорить вполголоса. Принц слушал, сосредоточенно кивая и не обращая внимания ни на что больше. Я мазнул взглядом по остальным собравшимся – и тоже поднялся, решив не задерживаться сверх необходимого.

Дверь закрылась за моей спиной спустя пару минут поклонов, прощаний и взаимных расшаркиваний. Позади остались люди, которым предстояло ещё неизвестно сколько обсуждать неизвестно что, а уже ставшую привычной неизвестность в моей голове слегка разбавила какая-никакая, а информация о том, что же происходило вокруг на самом деле.

И ситуация, откровенно говоря, оптимистичной не выглядела.

Не потому, что Марх с Корвиным поведали мне нечто совершенно немыслимое. Всё обстояло ровным счётом наоборот: большие государства тем и отличались от маленьких, что враги у них образовывались пропорционально территориям, аппетитам и амбициям.

Удручало то, что эта конкретная, с позволения сказать, неприятность, уже не влезала в условные границы Академии.

Лишь удалившись от «секретного» кабинета я поднял руку с браслетом, набрав по короткому сообщению Диме, Эльзе и Белль. Ничего серьёзного в текст не попало – лишь просьба о встрече в холле центрального крыла. Объяснения были излишни, потому что все и так всё наверняка понимали, не дураки, чай.

Никуда по дороге я не заходил, на место прибыл первым, облюбовал подходящее окно в более-менее изолированном закутке – и уже туда подозвал друзей, появившихся скопом.

– Выпустили, значит, – спокойно констатировал Дима, поравнявшись со мной первым. Короткие тёмные волосы, прямая спина, лёгкая полуулыбка и размеренность движений демонстрировали окружающим, что для Громова в этот день не изменилось ровным счётом ничего.

И если бы я не знал его достаточно хорошо, то тоже вполне мог бы купиться на эту уловку.

За брюнетом показались Эльза и Белль. Шталь, вопреки сдержанному фасону формы, – самому сдержанному из женских вариантов, насколько мне было известно, – ярким рыжим пятном выбивалась из общей серовато-синей массы студентов, притягивая взгляды и затмевая даже как обычно безупречную Белль, внешний вид которой оставался ненавязчивым и безукоризненным.

– Сам удивлён, – я кивнул Диме. – Предполагалось, что я задержусь на срок куда больший. Но в этот раз я своему заблуждению даже рад…

– Лекс? – Эльза вклинилась в так и не начавшийся разговор, подойдя ближе и под строгим взглядом Сориар остановившись на минимально допустимой дистанции. Глаза, сейчас отливающие тёмно-зелёным, рассматривали меня с придирчивостью дознавателя и с явным намерением телепатически вытянуть из меня ответы, если я продолжу изображать из себя безмолвную, завороженную статую.

– Всё в порядке, Эльза. Я жив, здоров и в меру раздражён, – я развёл руками. – То есть чувствую себя почти как обычно.

– А если без «почти»? – девушка чуть нахмурилась.

– Тогда я просто раздражён.

Эльза вздохнула, но при этом на её лице промелькнуло нечто, похожее на тщательно сдерживаемую улыбку. И тревожное при том.

Иными словами, я не мог однозначно сказать, что она сейчас чувствует и о чём думает.

– Могу сказать, что разговор был полезным, – озвучил я уже всем троим. – Имперскую Безопасность всей широтой моей юной души я не возлюбил, но кое-что для себя всё же прояснил. Расследование продолжается. Угрозы шире, чем казалось ранее. Наши прежние договорённости лучше сохранить и возобновить, а то мы подозрительно расслабились в последние дни. Полагаю, Виктора, Мариэллу и Элизабет никто не предупредил?

Дима напрягся и невольно потянулся к браслету. Эльза нахмурилась и тоже дёрнулась было, но, видно, раньше всех остальных поняла, что я бы не стал говорить о промашке вот так просто, ничего по этому поводу не предприняв.

– Лиза собиралась встретиться с нами во время ужина, – пальцы брюнета легли на клавиши браслета, начавшего загружать интерфейс внутренней сети академии. – Что именно изменилось в наших правилах?

Я выдержал драматическую паузу в лучших традициях Шталя, прежде чем успокоить Громова, который, казалось, примерил на себя корону вины. Основательно так примерил, потому что он не предупредил не просто друзей, а родную сестру.

– Оставь, Дима. Я им написал перед тем, как уйти по делам. А сейчас озвучил это сам понимаешь, почему, – я качнул головой. – И Лиза, и Виктор с леди Озмунд уведомлены. Но суть вы уловили. Расслабляться ещё рано, даже если безопасность потихоньку снимает ограничения.

– Пугаешь, Лекс, – Дима на секунду опустил веки, выдохнул и расслабил плечи. – И… спасибо. Прививка от неосмотрительности нам была необходима, судя по всему.

– Я и сам нет-нет, да начал игнорировать наши же договорённости. Так что не мне вас в чём-то обвинять. Но бдительность сохранять всё же стоит.

– Всенепременно, – кивнула в свою очередь Белль, поджав губы и отведя взгляд в сторону в тщетной надежде спрятать обуявшую её досаду. Юная леди Сориар не любила ошибки, а уж если те были настолько детскими...

Но я должен был ткнуть их в это носом, чтобы не расслаблялись.

Иначе никак.

– А теперь кое-что новое, – я тихонько похлопал в ладоши, привлекая внимание друзей. – Сегодня у нас с Яном Кризенфортом состоится неприятный разговор перед обеденным залом. С согласия и по просьбе Имперской Безопасности. Вмешиваться не нужно, охрана предупреждена.

Эльза открыла было рот, подняла брови – но сходу не нашлась с тем, что сказать.

– Это шутка?

– Отнюдь. Так нужно для дела, а подробности я пока вынужден оставить при себе. Но до смертоубийства дойти не должно. Сам Кризенфорт тоже будет в курсе, я надеюсь.

– Надеешься? – Громов приподнял бровь.

«Наивная душа, всё ещё верящая в непогрешимость спецслужб».

– Надеюсь, – подтвердил я. – Всегда может статься так, что посыльному по дороге на голову упадёт кирпич, а сервера академии засбоят, и сообщение не дойдёт до адресата…

– Это крайне маловероятно, Лекс, – Эльза качнула головой, скрестив руки под грудью.

– Но вероятность не равна нулю. Да, Белль? – я перевёл взгляд на блондинку, которая уже несколько секунд как смотрела на меня, дожидаясь, пока я наконец-то замолчу.

– Ещё один вопрос, пока ты не сбежал. Что с нашим следующим занятием? Мне уже не единожды успели задать вопрос о том, не получится ли так, что его придётся переносить из-за твоего индивидуального плана…

– Белль, – Эльза посмотрела на подругу с осуждением, которое как эмоция было доступно лишь слабому полу. – Именно сейчас?

– Одно другому не мешает, – ничуть не изменившись в лице ответила Сориар. Впрочем, спустя секунду она всё же позволила себе мягкую улыбку. – Зная Лександра, он предпочтёт пару лишних фраз сейчас валу проблем и не по его вине сорвавшимся планам в будущем. Верно?

– Абсолютно, – я неглубоко поклонился, или глубоко кивнул – тут уж как посмотреть. – Я посмотрю что к чему ближе к вечеру, Белль. И напишу, или по факту, как оно теперь, или предложу время для встречи, чтобы всё обсудить.

– Скорее второе, потому что нам нужно согласовать ещё целый ряд моментов, связанных с… – Белль демонстративно замолчала, подбирая слова, – твоей популярностью среди студентов. Но это после.

– Сейчас мне действительно пора бежать, – я кивнул Белль, после чего повернулся к Эльзе. Убедился, что особо большого количества студентов в непосредственной близости нет, наклонился и аккуратно поцеловал тут же прильнувшую ко мне девушку. – Увидимся за ужином.

– Увидимся, – бросила рыжеволосая аристократка, с неохотой меня отпустив.

Мы с Громовым обменялись взглядами, после чего я двинулся по своим делам.

По дороге я разослал Виктору, Мариэлле и Лизе короткое сообщение, предупреждающее их о всё том же – разговор с Кризенфортом согласован, вмешиваться не нужно.

Даже если их предупредят остальные, в нашем деле лучше перебдеть.

До общежития добрался не без приключений – среди охраны нашлись те, кому не сообщили о праздно шатающемся по академии в учебное время студенте, а их заслуживающая всякого одобрения бдительность не позволила молча проигнорировать моё присутствие. Иными словами, меня успели остановить дважды, прежде чем оказавшийся поблизости сотрудник Имперской Безопасности повторно разослал информацию среди служивых, подтвердив мои опасения на предмет возможных проблем.

По этой причине я, едва оказавшись в своей комнате, полез в сеть, написал Белль, дождался, пока она пришлёт мне контакт Яна Кризенфорта, – ни на миг я не усомнился в том, что он у неё есть, – и написал ему, удостоверившись, что сеть пометила соединение как защищённое. Не панацея, но уже кое-что.

Ответ не заставил себя долго ждать:

«Меня известили. Наше соглашение остаётся в силе независимо от того, что будет сказано сегодня. Во избежание недоразумений отдельно замечу, что в рамках суток и вне текущей переписки это касается всего, Лазарь».

Сообщение казалось настолько сухим и выверенным, что было очевидно – перед отправкой Ян прочитал его не единожды, и, предположительно, вымарал весь никуда не пропавший благодаря перемирию негатив, получив в итоге нечто стерильное и воспринимающееся с трудом. Сделал он это не от доброты душевной, а потому, что аристократ такого ранга, даже молодой и горячий, понимал, когда стоит отделить от дела всё личное.

«Разумеется. Перейдём к согласованию сценария?» – набрал я, с комфортом расположившись в кровати. Выглядеть впоследствии помятым я не боялся, посчитав, что это будет работать на образ вздорного аристократа, которого так легко подтолкнуть к скандалу.

«Один момент. Астрид во время «ссоры» мы не упоминаем ни в каком виде. Ни прямо, ни косвенно, ни импровизации ради».

«Договорились. Со своей стороны хочу предложить не выходить за рамки устного конфликта. Дуэли, техники или драка будут чрезмерными».

«Если бы я узнал, что ты действительно пытался отравить мою сестру, Лазарь, это не было бы даже малой толикой возможных последствий. Но на текущий момент я соглашусь с тем, что для «шоу» такие варианты излишни» – ответ Яна поражал своей дипломатичностью настолько, что в какой-то момент я даже позволил себе в голос усмехнуться.

«Славно. Полагаю, изобразить неприязнь ко мне тебе будет несложно?».

«Изобразить?».

Пикировку мы дальше развивать не стали, закончив обозначать свои позиции и попутно соревноваться в остроумии. Сам сценарий согласовали быстро: Ян максимально расплывчато и безо всякой конкретики потребует не вмешиваться в дела его семьи, а я демонстративно, насмешливо и громко откажусь считать его пожелания обязательными. Дальше мы решили просто обменяться нелицеприятными эпитетами, и на этом закончить, ведь тем, кто ждал возобновления вражды и шума в стенах академии, этого будет достаточно.

И даже Корвин, которому мы переслали на согласование описанный в общих чертах план, возражений так и не предоставил.

«Согласование со спецслужбами ссоры посреди престижного учебного заведения… пожил спокойно, называется. Остаётся лишь надеяться, что всё со временем успокоится. В государстве, окружённом врагами и наводнённом ими же… да. Определённо, всё успокоится. Однажды. Лет так через двадцать».

Напоследок тяжело вздохнув, я ещё раз проверил коммуникатор и браслет, по-быстрому привёл себя в относительный порядок и вышел из комнаты.

Время близилось к ужину, а заставлять Кризенфорта ждать даже для меня было бы слишком.