Лекарь

Пролог

12.10.30

Я умер, а это моя дата смерти. Это должно было произойти рано или поздно, так подумает каждый, но в моем случае это было ужасной неожиданностью, а теперь я здесь, а собственно, где? Когда я открыл глаза, то оказался в этой комнате, где был лишь этот жалкий блокнот и ничего более. Лишь темнота. Может божества прокляли меня? Или же заставили исповедаться? Я не знаю, даже не могу почувствовать и увидеть собственное тело! Я стараюсь собраться с мыслями, ведь блокнот здесь не просто так, верно?

13.10.30

Не знаю, прошел ли день или лишь несколько часов. Здесь лишь тьма, непроглядная тьма. Но чтобы сохранить свой разум я буду вести этот блокнот и каждый раз писать новую дату, так смогу подсчитать сколько я здесь провел.

Вчера я обдумал идею исповеди, если это правда так, то начнем с начала. Меня зовут Хайз Ванс, и я был одним из немногочисленного числа лекарей людей. Если в семье рождался ребенок с талантом к лечению, то родители могли надеяться на безбедную старость, ведь таких детей сразу же направляли в Ноцбург, где находился академический городок, в котором изучали разные науки, но большое внимание уделялось лекарскому направлению. Собственно, я был одним из тех детей, которым повезло. Не буду таить, в юношестве я был тем еще придурком. Считал себя избранным, раз родился в семье аристократов, так еще и с таким редким даром, но война поставила на место… да, я убивал. Хотя сколько помню себя, нам всегда говорили, что нам не позволено такое, что это нас погубит. Что же, вероятно они были правы. Но на кону были жизни людей моей страны! Я не мог просто смотреть, как убивают, как и многие другие лекари. В один день, кто-то придумал технику поглощения жизненных сил и, конечно, мы стали их использовать. Я лично убил парня, что изобрел эту технику… меня до сих пор мучают кошмары, но я хотел, как лучше! Он не понимал всей опасности! Ведь это значит, что теперь лекари не хуже убийц, но было уже поздно. После появлялись все более и более ужасные техники, печати, проклятия. Проклятия были самыми гнусными, ведь они заставляли человека мучатся, как до смерти, так и во время нее, поэтому они и были запрещены нашим правителем, когда настали мирные времена, ведь никто не знал, как их лечить, как с ними бороться и как не умереть самим, многие были такими заразными... на моих глазах потеряли свою жизнь больше сотни человек и я ничем не мог помочь. Никто не мог. Так я утешал себя последние сорок лет, но я мог попытаться, тогда бы не сидел здесь в одиночестве, хотя кто его знает? Только божества, они-то и видели, как люди убивали друг друга и не вмешивались, точнее не позволяли это делать апостолам, но у всего есть начало и конец, так и здесь. Война закончилась, спустя шесть лет, и мы наконец смогли вернуться по домам радуясь победе и долгожданному отдыху.

Дальше все шло своим чередом, я встретил прекрасную девушку, которую и взял в жены спустя несколько лет и прожил с ней счастливую жизнь, пока не откинул коньки хаха. надеюсь это поможет.

14.10.30

Я все еще здесь... сегодня постараюсь найти кого-нибудь или может выход.

15.10.30

Я нашел кота или его душу, не могу сказать точно. От него идет тусклое свечение, такое теплое и именно благодаря ему я задумался, чувствую ли я что-то еще? Кот, кстати, очень милый и зовет меня куда-то. Надеюсь, это выход…

Глава 1. Мир улыбается мне

Последнее, что я увидел, как Миранда толкает меня в начерченную печать с улыбкой.

- Из нас двоих, жить должен ты- проговорила девушка со слезами на глазах, а после я увидел, как ее тело пронзает кинжал, а мое жгучая боль в районе груди.

***

Я очнулся в кровати тяжело дыша... нет... нет, нет, нет! Все не должно было быть так! Зачем она... Из нас двоих, Миранде нужно было жить! Радоваться свободе… по моим щекам текли слезы, пока я все больше погружался в воспоминания. Из-за чересчур сильных переживаний я уснул, даже не заметил, как и когда.

Проснувшись, мне понадобилось несколько часов, чтобы прийти в себя и осознать все произошедшие, а также новые воспоминания, их отрывки. Теперь меня зовут Артур Баранье, и я в теле маленького пацана, и это все, что я понял из них! Даже не знал сколько мне лет, где я, какой у меня социальный статус и многие другие вопросы. Я стал прогонять воспоминания этого мальчика снова и снова, чтобы достать из них хоть что-нибудь больше, но, увы, все было тщетно. С тяжелым вздохом я, наконец, присел осматривая комнату, окутанную мраком. В этот момент в мою голову ударила ужасная мысль – я не чувствую ног… Да твою ж мать! Как же мне «повезло»! Спустя несколько десятков минут я смог взять себя в руки и успокоиться, перестав бранить всех возможных богов за столь прекрасную судьбу. Если здесь есть лекари, как я или мой младший брат, то это не страшно, такое повреждение можно восстановить, сложно, но можно. Я лично вылечил несколько десятков пациентов с отказом нижних конечностей. Эта мысль позволила мне успокоить разум окончательно. Тяжелый вздох сорвался с моих губ. К этому сложно привыкнуть и смирится, даже сейчас, но даже так, я смогу это излечить, когда наберу достаточно сил и навыков. Отвлекаясь от размышлений, я осмотрелся. Белые стены и потолок, рядом капельница. Больница. Очередной тяжелый вздох и устроился поудобнее в постели, я снова засопел.

Разбудили меня прикосновения, и я увидел перед собой женщину. Она почему-то посмотрела на меня расширившимися глазами и что-то прокричала. Вскоре пришел врач, осматривал меня и спрашивал о здоровье, я отвечал.

Через несколько часов появились мои «родители».

- мой славный мальчик! – воскликнула женщина с восторгом и облечение в голосе, подбежав ко мне и судорожно осматривая, будто ища повреждения. Ее каштановые волосы небрежно падали на лицо прикрывая ярко-голубые глаза, в которых блеснула надежда. Сзади же стоял мой отец, у него было не менее облегченное лицо, но пару мгновений спустя он начал разговор с врачом.

- как ты себя чувствуешь, солнце моё? Ничего не болит? – начала расспросы женщина, судорожно поглаживая моё лицо.

- Софья, наш сын, только очнулся- сказал мужчина, потерев устало переносицу и возвращаясь к разговору с врачом.

- Когда мы сможем его забрать? - спросил она у врача.

— Мальчик только почувствовал себя хорошо, госпожа. Мы проведем анализы, посмотрим динамику, и, думаю, через неделю станет ясно. Ещё месяц-два займет реабилитация. В ответ мои родители кивнули, и провели со мной еще несколько часов, после уезжая, оставив меня под присмотром врачей.

***

Реабилитация, как и обещал доктор, заняла пару месяцев. И провел я, их восстанавливая мысли, все же у меня получилось принять факт перерождения. Среди местных тоже были маги. Не такие, как у нас. Они использовали другой принцип. Главный врач считался целителем. Он два раза в день приходил ко мне и помогал восстанавливаться, я же наблюдал и изучал. Внешне отличалось мало чем, но при этом я чувствовал четкое отличие линий жизни, но я старался отдыхать и не думать о таком.

еще спустя пару дней родители заехали за мной. Оглянувшись, я увидел инвалидную коляску, что стояла около прикроватной тумбы. Приложив усилие, я сумел, пусть и не с первой попытки, но достать до столь необходимой вещи. Еще больше усилий и вот я в ней. В своем мире я часто ломал конечности, по причине моей «удачи» на нахождение приключений, поэтому мне было вполне привычно такое сидячие положение, но отсутствие чувствительности в ногах… тяжелый вздох сорвался с моих губ. Вот к этому сложно привыкнуть и смирится, даже спустя месяц, но даже так, я смогу это излечить, когда наберу достаточно сил и навыков.

Дорога до дома заняла час. Как узнал позже, семья, в которую я попал, жила за городом. Машину, кстати, вёл личный шофер, по совместительству охранник. Когда он вышел, чтобы открыть моей матери дверь и помочь мне, я заметил у него кобуру под одеждой. Охрана, дорогой автомобиль... А о том, что он дорогой, я догадался, сравнив с тем потоком машин, которые встречались на дороге. Охрана, изящная одежда, большой дом, который выглядел роскошно, значит я все-таки попал к аристократам. Это не могло не радовать, ведь такой социальный статус открывает уйму возможностей! Как оказалось в доме помимо слуг были и другие родственники семьи, а именно бабушки и дедушки, так же сестра моего отца, что встречали меня холодными взглядами. К их сожалению, мои родители из прошлого выработали у меня к этому иммунитет.

Последующие недели шли своим чередом, но в один день мама сказала, что мне наняли учителя - учителя, но зачем? - спросил я, продолжая играть роль милого мальчика

- потому, что ты достаточно отстал от сверстников- кивнула с милой улыбкой мама и погладила меня по голове. Это было приятно, к сожалению, в свое время я не чувствовал достаточно родительской любви, поэтому сейчас, готов на все ради того, чтобы снова почувствовать это тепло.

- а когда он приедет?

- через несколько дней- сказала она со слабым смешком наблюдая заинтересованность в моих глазах. Память моя работала странно. Как и самоидентификация. Я помнил часть «своего» детства. Скупые отрывки, но их хватало, чтобы сложить впечатление о себе же. Я рос забитым мальчишкой. Пугливым, робким и необщительным, что было, понятно учитывая мой недуг. Мне такой образ только на руку. Чтобы лишний раз себя не выдавать, я изображал природную скромность. Судя по тому, что никто не кричал: «Нашего ребенка захватил демон!» — моя игра прокатывала. Единственное, что выбивалось из образа — тяга к любви, но и ее при желании можно легко объяснить.

***

Прошло три месяца усиленного обучения и сегодня я наконец осмелился проделать манипуляции над своим телом. Если все удастся – я смогу восстановить здоровье, если нет… а собственно, я не имею понятия. Глубоко вздохнув, я погружаюсь в свои мысли сканируя тело, постепенно направляя энергию в нужное мне направление. Я буквально ощущал, как мне становится легче. Но в моей голове появился новый вопрос: если я так легко справился с этим, так почему родовой лекарь не смог сделать то же самое? Кажется, это один из тех вопросов, ответ на который придется искать достаточно долго. Когда закончил процедуру, просто развалился в кресле. Беру слова назад, это было до ужаса сложно. Из-за слабости каналов мне пришлось сдерживать энергию лично на протяжение достаточного долгого периода времени. Но это я, ограниченный своей искрой, а наш родовой целитель посильнее меня будет, но сейчас мне не хотелось думать не о чем другом, кроме как о сне. Когда я лег, то стал обдумывать полученные знания.

В этом мире, есть такое понятие, как элементали – люди, у которых была сила определенной стихии, самыми основными были лед, огонь и молния. Их использовали для военных действий или конфликтов. Были так же и целители, в книге было сказано, что их достаточно мало и они очень ценны. В этом вопросе мало что отличалось от моего мира. Но так же был отдельный вид людей, у которых была «душа зверя», как мне удалось понять это относится к родам со многовековой историей, связанно это было с наличием зверей у которых был осколок, вместо души и некоторые тогдашние колдуны стали проводить обряды по излечению души, тем самым помещая осколок в человека, скрещивая его с человеческой душой. Меня это заинтересовало. Ведь такой феномен сам по себе необычен, но почти сразу появились вопросы. К примеру, как это происходит? Как реагирует тело человека? Меняется ли устройство его внутренних органов? К сожалению, моё любопытство осталось без ответов, я готов дать голову на отсечение, что каждый аристократ, имеющий такие знания сделал это великим секретом и засунул записи в архив, находящийся в жопе этой страны! А жаль, я бы хотел взглянуть на эту информацию, но работаем с тем, что есть. Собственно, есть еще запрещенные импульсы, те, которые связаны с некромантией, проклятьями, порчами и т.д. меня это обрадовало. Значит, что здесь правительство контролирует проявления черной магии, в отличие от правительства в моем мире. Да, официально, она была запрещена, но при этом не было никакого контроля за данным вопросом, а если и был, то так для публики. Так же меня радовала и жизнь в любящей семье. Мать не могла нарадоваться и каждый день меня хвалила. А ещё охотно отвечала на все вопросы, которые я рисковал задавать. В положении вышедшего из комы были свои плюсы. Я мог позволить себе многого не знать, но в этом так же помогал и учитель, который был очень хорошим дядькой, разбирающимся во многих вопросах. Кажется, что моя инвалидность не такая и проблема, когда рядом столь прекрасные люди.

В начале октября я впервые застал ссору родителей, когда ехал в кабинет отца.

- так не может продолжаться! - кричал отец - Васильевы совсем обнаглели! Хотят выкупить у нас земли! — Но как же... — сказала матушка. Её голос звучал растерянно и немного подавленно. — А вот так! Хотят воспользоваться нашей слабостью, в данный момент! И пользуются! Они прекрасно понимают, что мы не сможем им ответить! - его голос был раздражен

- милый... - хотела успокоить его мама, но в ответ получила лишь фразу, что отец не желает ее видеть. Услышав копошение, мне пришлось отъехать и спрятаться. Ладно бы с этой ссорой, но вот ситуация... то, что у рода есть враги пугало, к тому же я уже собирался жить спокойно и размеренно, а не участвовать в родовых конфликтах. Хватит с меня крови и войн. С этого момента я стал чаще подслушивать разговоры родителей.

Вскоре я узнал, что конфликт гораздо серьезнее. Мой род, как оказалась, когда-то был сильным и могучим. Настолько, что заимел в полное владение обширный кусок земель. Здесь мы сейчас и жили. Здесь же находились фабрики и мануфактуры. Род занимался мебелью и поставками ее как за границу, так и по всему государству. Не самое выдающееся дело, но это смотря какой масштаб. Денег хватало, чтобы содержать поместье, ни в чем не нуждаться, держать охрану, оплачивать обучение детей в элитных заведениях и.… всё. Этого было достаточно мало и это понимал не только я. Васильевы же были достаточно сильными, чтобы отец их опасался. Гордость не позволяла ему это признать, но я все видел вполне отчетливо, как и моя матушка.

Собственно, поэтому я решил начать развивать свой целительский талант, стараясь изучить, как можно больше. На самом деле, это дало свои плоды, и я мог использовать простые печати, к примеру одна из них позволяла мне ощущать биение сердец в радиусе нескольких метров, а другая ускоряла восстановление и укрепление каналов, что сами по себе делали сильнее, как меня, так и мою искру.

МОИ приготовления помогли лишь косвенно.

Неожиданная встреча

Звон будильника слышался по всей комнате, с ужасно раздражающим звуком. Моя рука привычно легла на кнопки, чтобы выключить этот адский звук. Нет, серьезно! Он раздражал не хуже полуденного звона колокольни рядом с моим старым домом!

Я вздыхаю, открывая глаза. Меня встречает потолок с наклеенными на нем светящимися в темноте звездами, что вызывают невольную улыбку, счастливую улыбку. Но я не уверен, точно ли это моя реакция на них, как и многие другие. Это странное ощущение, будто делаешь привычное движение и резко ощущаешь его неправильность, и оно меня продолжает настигать, к сожалению, достаточно часто. Даже это действие с будильником было привычно Артуру, но не мне, однако тело продолжало его выполнять, больше, на автомате. Зато я привык, если так можно сказать, к отсутствию чувствительности в ногах. Хотя скорее приспособился, на время, пока я не восстановлю все свои силы и тогда исправить такую проблему будет намного легче. Я снова слабо улыбнулся своим мыслям, продолжая смотреть на потолок со звездами. Пролежав так еще пару минут, я все же решил встать или хотя бы присесть.

Напрягая руки, я заставил свое тело принять сидячее положение и снова осмотрел свою комнату, к которой уже успел немного привыкнуть. Вот телевизор, стоящий прямо напротив кровати, за которым находилось окно, а рядом, до начала правой стены стоит огромный стеллаж книг, которые я сначала с интересом изучал. Однако, у прошлого владельца этого тела был не самый лучший вкус в книгах, если честно. Большая часть – фантастические или детские романы, даже ни одной энциклопедии… Если повернуть взгляд чуть правее можно увидеть дверь ведущую в ванную комнату, а рядом большой и массивный шкаф, но уже с игрушками и одеждой. Сам шкаф был обклеен «наклейками». Именно это слово приходит в голову, когда я смотрю на эти картинки, что были приклеены к его поверхности. Они были достаточно интересными, должен признать.

Я помотал головой отгоняя эти мысли и опустил взгляд на тумбу у кровати, где уже лежали таблетки и вода, так любезно оставленные нашим дворецким. Так же на тумбе был уже надоевший своими утренними звуками будильник, «телефон» и книга под ним. Если честно, я все ее плохо понимал, как работает именно это устройство. Нет, не в том плане, что я не понимал или скорее не помнил, как им пользоваться, а именно его работу, его устройство. Ведь в моем прошлом мире тоже был телефон и один из моих младших братьев подробно рассказывал о его работе, но он выглядел совсем не так! Телефоны висели в домах и были больше похожи на большую коробку с проводами и алхимическими схемами. Невольное упоминание младшего брата в голове заставило меня чувствовать горькую печаль, что разрывала мою душу и сердце. Ведь я любил их… Любил свою семью, жену…

Очередной вздох сорвался с губ, когда я схватился за пижаму стараясь так успокоить себя, если бы это только помогало, ах, если бы… если бы я только мог вернуться, назад, ко всем ним. Мои губы задрожали, как и руки, а в глазах поплыло. Ох, нет, нельзя начинать так утро. Нельзя. Аккуратными движениями я смахнул наступившие слезы и пару раз глубоко вздохнул, стараясь скрыть эти воспоминания где-то в глубине себя, это поможет, но лишь на время.

Мой взгляд повернулся к двери как раз неподалеку стоял рабочий стол с компьютером и очередным набором книг, учебными материалами. Я подвинул ближе свою коляску. Сначала я сел на край кровати, глубоко вздохнул и взявшись за края инвалидной коляски пересел в нее. Дальше положил на опору ноги и кивнул сам себе. Я искренне считаю это своим личным ежедневным достижением. Легкий смешок от этих мыслей немного прогнал мою печаль, но она опять продержится со мной целый день, опять. С этим ничего не поделать. Тоска она такая.

Дальше день шел обычно. Я сделал утреннюю рутину с умыванием, переодеванием, пусть и только на половину. Что не говори, но я все еще не научился переодевать свою нижнюю часть тела. Каждое утро это делает наш дворецкий. Каждый день… странно, что он еще не стучался. Поистине, странно.

Только сейчас я заметил одну странность, темнота за окном. Пусть сейчас конец августа, но это точно не то время, когда в 10 утра на улице непроглядная темень. Я подъехал к нему поближе и присмотрелся. Луны было не видно, сплошная тьма, поглотившая в себе все, даже очертания. Казалось, будто на улице одна пустота. Черная и бесконечная… Все это вызвало мурашки по телу. Липкий страх поднялся с самого низа сознания, заставляя меня в очередной раз осмотреть уже ставшей темной комнату. Из освещения была только настольная лампа, стоявшая над открытой книгой. Я вздрогнул. Чёрт, да когда все успело так потемнеть! Только же все было светлее некуда, будто за окном стоял день! Что за чертовщина! Нет, нужно взять себя в руки, нужно успокоиться!

Я дал себе пару не сильных пощёчин и снова мотнул головой. Думай, это ведь может быть и заклинание иллюзии. А, я-то больше никаких и не знаю! Только те из которых реально выбраться, но я совершенно не помню, как… Единственное, что ясно, мне в любом случае придется выходить из комнаты, кто бы со мной не игрался, он точно желал именно этого. Дрожь всё ещё покрывала все моё тело, да, я всегда был тем ещё трусом, а сейчас в детском теле и подавно! Мои руки напряглись, снова начиная крутить колеса прямиком к двери. При чем крутить предательски медленно, но вот я смотрю прямо на дверь и собираю остатки мужества, которое растерял давним давно на войне.

- Ну же! – процедил я сквозь зубы, пока моя рука держала ручку двери, не решаясь провернуть ее. Ну же! У меня все равно нет другого выхода!

Случайно надавив больше нужного, я открыл дверь. Она противно скрипнула, приоткрыв мне выход на коридор. Темный, безжизненный коридор. Я судорожно сглотнул и аккуратно приоткрыл дверь полностью впадая в ступор.

- Здравствуй, Хайз.