Легион новой эры часть 1

глава 1

Шестеро искателей приключений, пробираясь сквозь сумрачный лес, все глубже погружались в его чащу. Впереди шел их опытный командир — мужчина с резкими чертами лица, испещренного шрамами прошлых сражений. Его шаг был твердым, взгляд — внимательным. За ним следовали верные соратники: могучий маг, чье присутствие ощущалось, словно приглушенный жар пламени, и умелый целитель, чьи пальцы, казалось, не знали усталости. Молодой воин, сжимая рукоять меча, настороженно осматривался, а двое других бойцов держались чуть позади, обмениваясь взглядами, полными напряжения.

Вдруг тропа вывела их на участок выжженной земли — обугленные деревья чернели на фоне мрачного неба, словно сломанные кости древнего зверя. Среди пепла и тлеющих веток они заметили неподвижную фигуру. Мужчина. Худой, с иссеченной шрамами кожей, он казался скорее тенью, чем человеком. Слабый пульс был единственным свидетельством его жизни.

— Очнись, — раздался строгий голос командира.

Глаза незнакомца медленно открылись, но в них не было осознанности — только пустота, в которой таилась неведомая глубина.

— Кто ты? — снова спросил командир, но в ответ услышал лишь бессвязное бормотание.

— Может, хватит его мучить? — вмешалась целительница, молодая женщина с пышными русыми волосами. Она нахмурилась, оглядывая незнакомца. — Странно, что такой слабый человек оказался здесь. Он не мог пережить пожар или бой без серьезных ран. Значит, либо кто-то его оставил… либо он появился здесь не случайно.

Маг окинул незнакомца пристальным взглядом и, едва заметно кивнув, поддержал целительницу:

— В нем что-то есть. Магия? Проклятие? Не уверен, но от него исходит… тишина.

Командир сжал челюсти. Его не покидало странное ощущение — не страх, но какое-то первобытное беспокойство. Как будто этот человек не просто потерял память. Как будто он что-то спрятал.

Костер потрескивал, отбрасывая дрожащие отблески света на кору древних деревьев. Дым тонкими струйками поднимался в воздух, смешиваясь с запахами влажной земли и горелой древесины. Искатели расположились вокруг огня, их силуэты таяли в танцующих тенях.

Но чувство безопасности было обманчивым.

Командир сидел чуть в стороне, вглядываясь в темноту. Ветер, прорываясь сквозь кроны, нес едва слышные шорохи. Лес будто жил своей жизнью, шепча на неведомом языке.

И тогда это началось.

Протяжный вой разорвал ночную тишину.

Звук был глубоким, гулким, словно шел из самого сердца леса. Он перекатывался по верхушкам деревьев, сливался с шумом листвы, проникая под кожу. Искатели вздрогнули, инстинктивно хватаясь за оружие.

Командир поднялся на ноги, взгляд его стал острым, как лезвие. Он почувствовал, как воздух в лагере изменился — стал тяжелее, насыщеннее напряжением.

Тени в лесу зашевелились.

Из темноты выступил волк.

Его шерсть отливала сталью, а янтарные глаза мерцали, отражая свет костра. Он не рычал, не оскаливал зубы — просто стоял, словно наблюдатель, словно судья. Затем за ним появились другие.

Они двигались беззвучно, их лапы скользили по мягкой земле, не издавая ни звука. Один, два, три, десять… Они окружали лагерь медленно, почти лениво, но в их движениях сквозила неестественная слаженность.

Молодой воин сглотнул, его пальцы крепче сжали рукоять меча.

— Это… — начал он, но целительница уже прикрыла рот рукой.

Маг стиснул посох, и в его глазах вспыхнул огонь.

Командир не спешил отдавать приказ.

Волки не нападали. Они ждали. Но чего?

Их было больше двадцати. Огромные, с голодными взглядами и клыками, уже успевшими впиться в чужую плоть. Вожак — Белый волк — вышел вперед, его мех отливал серебром в свете луны, а окровавленные зубы скалились в беззвучном предупреждении.

Секунда напряженной тишины, и звери рванулись вперед.

Командир и его заместитель бросились в бой, мечи вспыхнули смертоносным серебром. Маг поднял руки — пламя вспыхнуло, заливая все вокруг жаром, но волки, казалось, не боялись огня. Целительница металась среди бойцов, заживляя раны, но с каждым мгновением становилось ясно — силы людей на исходе. Кольцо сжималось. Тогда он шагнул вперед.

Высокий, худой, с изможденным лицом, он оголил свою костлявую руку, обнажая шрамы, похожие на древние письмена. Волки завыли, отступая, а затем…

Из бойцов начала вытягиваться жизнь. Их тела высыхали, кожа становилась пепельной. Они падали на землю один за другим. Старик же менялся. Его тело крепло, лицо молодело, седина исчезала, а одежда превратилась в темный командирский плащ. Он сделал шаг вперед… и исчез, оставив после себя выжженную землю и странные символы, начерченные на пепле.

Легион не мог оставить это без ответа. На следующий день в Острове "Обитель"

Юный войн Алек, глубоко вдохнул, стоя перед массивными дверями главного зала. Отсюда доносился гул голосов — внутри уже собрались советники, командиры и опытные бойцы. В груди неприятно сжималось от тревоги, но он заставил себя сделать шаг вперед и толкнул тяжелые створки.

Зал был огромным. Высокие каменные стены, массивные колонны, поддерживающие сводчатый потолок, факелы, горящие ровным пламенем. В центре — длинный деревянный стол, за которым сидели лучшие стратеги и воины Легиона.

Он сразу заметил Ханса — грозного, но мудрого командира, который одним своим присутствием внушал уважение. Рядом с ним Томас, скрестивший руки на груди и внимательно слушающий. Войн сидел неподалеку, его взгляд был строгим, но в нем читался интерес. Макс, молчаливый мастер меча, с непроницаемым выражением лица, стоял чуть в стороне.

Но не только командиры были здесь. Советники острова — мужчины и женщины в длинных накидках, с глубокомысленными взглядами. Опытные легионеры — ветераны битв, которые видели слишком много крови и боли.

Алек сглотнул.

Все эти люди… Они были сильнее, опытнее, мудрее его. Их взгляды скользнули по нему, оценивая, взвешивая. Несколько бойцов переглянулись, и он уловил в их глазах сомнение.

"Я для них просто мальчишка."

На мгновение тревога сдавила грудь. Захотелось развернуться и уйти. Но…

Он глубоко вдохнул и поднял голову.

Нет. Он – командир. И он должен доказать, что достоин этого звания.

Ровным, уверенным шагом Алек двинулся вперед, пока не оказался перед столом.

— Вызывали? — его голос прозвучал твердо, без дрожи.

Ханс кивнул. — Алек. Добро пожаловать, нам нужно поговорить о твоем первом задании.

В зале совета царила напряженная тишина. Офицеры Легиона, командиры и советники острова обсуждали последние тревожные события. Среди них был Ханс — один из главных командиров региона. В свои 47 лет он снискал славу не только выдающегося военачальника, но и оружейника, чьи работы почитались наравне с артефактами древних мастеров. Он руководил военной полицией и академией магов, в которой, среди прочих, обучались Алек и Томас.

Ханс стоял у карты, разложенной на длинном деревянном столе. Его серый плащ слегка колыхался от движения воздуха. Перчатки, темная сорочка и черные штаны подчеркивали его строгий и аскетичный стиль.

— Разведка сообщила о сущности, уничтожающей людей и скот, — говорил один из советников. — Деревня на юге острова опустела за несколько дней. Жители либо убиты, либо исчезли.

— Следы некромантии, — пробасил пожилой маг в углу зала. — И если это правда, то враг, возможно, использует жертв для подпитки своей силы.

— Нужно больше информации, — хмуро сказал Ханс. — Нельзя отправлять бойцов вслепую.

— Для этого и будет выслан отряд, — вступил другой офицер. — Задача: выследить врага, оценить угрозу и, если будет возможность, уничтожить его.

В этот момент Ханс повернулся к молодому воину, стоявшему чуть в стороне.

— Алек, ты возьмешь командование на себя.

В зале повисло молчание. Несколько старших воинов переглянулись.

— Слишком молод, — вполголоса бросил один из них.

— Нужно отправить кого-то опытнее, — кивнул другой.

Ханс поднял руку, призывая к тишине.

— Я знаю, что он молод, — твердо сказал командир. — Но он прошел подготовку, показал себя в боях, и самое главное — он способен брать на себя ответственность. Если вы сомневаетесь, можете сказать это мне в лицо.

Никто не решился спорить.

— Ты готов, Алек? — спросил Ханс, внимательно вглядываясь в него.

Алек сжал кулаки, чувствуя, как на него давит груз ответственности. Он глубоко вдохнул и кивнул.

— Готов. — Хорошо, тогда вступаешь завтра.

Алек кивнул, повернулся и, не оглядываясь, вышел из зала. Где за спиной продолжалось обсуждение.

Первый шаг в неизвестность

Алек провел несколько часов, подбирая бойцов для задания. Ему нужно было собрать пятнадцать человек, которые смогут выдержать все испытания этой миссии.

Он выбрал мечников, магов, целителей и разведчиков — людей, на которых можно положиться в любой ситуации. В отряде оказались как опытные ветераны, так и несколько молодых, но перспективных бойцов.

Когда все были собраны, солнце только начинало подниматься над горизонтом, окрашивая небо в розово-золотые тона. Воздух был прохладным, свежим, в нем чувствовалось предвкушение долгого пути.

Алек оглядел своих людей. Он видел на их лицах разные эмоции: кто-то был спокоен и собран, кто-то нервничал, но пытался скрыть это.

— Все здесь? — спросил он, стараясь говорить уверенно.

— Да, пятнадцать человек в сборе, командир, — ответил один из мечников, крепкий мужчина с шрамом на щеке.

— Честно говоря, мне не нравится это задание, — проворчал другой воин, проверяя заточенность своего клинка. — Нам дали слишком мало информации. Кого или что мы вообще ищем?

— Если бы мы знали, то нас бы не отправили, — вмешался маг, облаченный в темный плащ. — Очевидно, мы идем туда, куда никто больше не хочет идти.

Алек чувствовал напряжение среди бойцов, но понимал, что нельзя дать им усомниться в нем. Он глубоко вдохнул, обвел всех взглядом и твердо сказал:

— Наша задача — разобраться с угрозой и вернуться живыми. Мы должны действовать слаженно и хладнокровно. Неважно, что нас ждет впереди — мы Легион, и мы справимся.

После этих слов отряд двинулся в путь. Они не знали, что их ждет, но были готовы встретить опасность лицом к лицу.

Перед отправлением их остановил человек в сером плаще.

— Агент Легиона, — представился он. — Вот вся информация о цели.

Он передал Алеку свиток с отчетами.

— Мы не знаем его истинную природу, — продолжил агент. — Но он оставляет после себя обгорелую землю и., высушенные тела. Люди умирают так, будто из них вытягивают жизнь.

— Некромант, — тихо сказал один из магов. — Или что-то хуже, — добавил агент. — Нам нужно просто убить его? — спросил один из воинов. — Главное — выяснить уровень угрозы, — твердо сказал агент. — Если сможете — устраните, но не рискуйте зря. Это приказ.

Алек кивнул, принимая документ. — В путь.

Путь к острову

Через час они оказались в небольшом порту. Вдоль причала стояли корабли. Грузчики таскали ящики, дети кормили чаек, торговцы переговаривались, обсуждая цену на рыбу.

Алек и его отряд нашли капитана корабля, на котором должны были плыть.

— Вы легионеры? — спросил седовласый мужчина, оглядывая их.

— Так точно. — Ну что ж, добро пожаловать на борт. Выдвигаемся через час. У вас есть время перекусить и подготовиться.

На борту корабля бойцы немного расслабились. Они расселись в каюте, и Алек решил, что время познакомиться.

— Давайте представимся, — сказал он. — Я — Алек Зэшин, 18 лет. Недавно вступил в Легион. Надеюсь, что мы сможем справиться с этим заданием вместе.

— Вилмер, — сказал юноша рядом с ним. — 17 лет, начинающий маг. Родился на этом острове, участвовал в нескольких стычках, но в крупные битвы не попадал.

— Фант, — представился другой воин. — 21 год. Моя мечта — стать личным мечником при короле Борны.

Дальше представились Кальмин и Дарьель — войн и целительница. Так отряд узнал друг друга.

Однако один человек не представился.

Он сидел в углу, опершись на стену, и молча чистил клинок. Ему было около 30-40 лет. Лицо покрывали шрамы, один глаз был слепым. Одежда напоминала броню.

— А ты кто? — спросил Фант. Молчание. Тюремщик рядом с ним усмехнулся.

— Он заключенный. Идёт с нами не по доброй воле.

Алек лишь кивнул. Это могло быть проблемой, но пока он решил не заострять внимание.

Прибытие на остров

Через три часа корабль достиг острова. Высадившись, они собрали припасы и двинулись к деревне.

Дорога была пуста. Ни зверей, ни людей.

— Тишина мне не нравится, — пробормотал один из разведчиков.

Некоторые бойцы начали нервничать. Через 15 минут они достигли деревни.

То, что они увидели, повергло их в ужас. Сожженные дома. Разрушенные постройки. Изувеченные тела. Один из трупов был настолько высушен, что, казалось, весил не более 15 килограммов.

— Это работа некроманта, — тихо сказал маг. В этот момент из руин полетели стрелы. — Барьер! — закричал один из магов. Но он не успел.

Одна стрела вонзилась в горло легионера. Вторая — в глаз. Он упал замертво.

Из развалин поднялись мертвецы.

— К бою! — громко крикнул Алек, вскидывая меч.

Едва его голос разнесся по полю битвы, молчаливый воин, тот самый заключенный, метнулся вперед, как разъяренный зверь. Его огромный меч вспорол воздух и с глухим хрустом вонзился в первого попавшегося мертвеца, разрубая его пополам. Гнилые конечности разлетелись в стороны, но он не остановился — мощным рывком шагнул к следующему врагу, нанося удары с ужасающей точностью.

Маги Легиона уже начали колдовать. Из их рук полетели сверкающие молнии, столбы пламени и водяные копья. Маг воды Боров взмахом ладони создал смертоносный поток, буквально смывая нежить с ног. Дарьель же сосредоточилась на защите бойцов, её золотистая магия исцеления покрывала раненых теплым сиянием.

Алек, не колеблясь, выхватил меч и бросился в битву.

На него с воем набросились два мертвеца. Один, облачённый в полуразложившуюся броню, размахнулся палашом. Алек в последний момент вскинул меч, отбив удар, и, сделав шаг вперёд, резко рубанул по противнику. Лезвие прошло через сгнившую плоть, отсекло руку мертвеца, и тот пошатнулся. В следующий миг заклинание молнии пронзило его тело, испепеляя остатки, — маги действовали слаженно.

Но второй враг уже занес ржавый кинжал, пытаясь ударить со спины.

Алек, уловив движение боковым зрением, резко присел, уходя от атаки. Мертвец пронесся мимо, не ожидая такой реакции, и в этот момент меч Легиона взвился в воздух. Лезвие с жутким скрежетом вошло в шею нежити, и голова с мерзким хлюпающим звуком скатилась на землю.

После чего они быстро добили остальных. Когда враги были повержены, отряд сел отдохнуть. Заключенный сидел в стороне, вытирая окровавленный меч. Некромантов редко встречали в таких местах... Значит, этот был не обычным. Алек чувствовал, что их испытания только начинались...

Мечник отряда Алека — бывший заключённый и наёмник Алмос Сауль.

Информация о его прошлом окутана тайной. Единственное, что было известно наверняка — его осудили за убийство десяти человек. Ему 27 лет, рост 181 см. На его теле можно было разглядеть старые шрамы, а в глазах читалась настороженность человека, привыкшего жить в тени.

На утро, когда я проснулся, мне сообщили, что некоторые бойцы из отряда ушли обратно, не выдержав испытания. Двое разведчиков, отправившиеся вчера вглубь леса, пропали. Их искали, но не нашли ни следов, ни признаков их присутствия. Будто их просто стерли с лица земли. В итоге решили не углубляться дальше и вернулись. Теперь нас осталось всего шестеро: я, Дарьель, Кальмин, Сауль и ещё двое магов.

Дарьель, опустившись на колени возле небольшого костра, размешивала в котелке похлёбку. Один из магов был ранен — его лицо побледнело, а дыхание стало тяжелым. Второй сосредоточенно читал заклинания исцеления, касаясь его плеча. Сауль сидел снаружи, держа меч на коленях, и смотрел в лес. Его глаза неустанно сканировали темноту между деревьями. Я вышел из дома, и он тут же обернулся.

— Думаешь, я кровный убийца? — горько усмехнулся он. — Нет. Судьба так меня сделала. Мне предложили сделку: защита тебя и выполнение задания — в обмен на снятие смертного приговора и пожизненного заключения. Но не думай, что я останусь в твоём отряде надолго. Как только задание будет выполнено, я сразу уйду на континент. Что ты будешь делать дальше, меня не касается.

Я сжал кулаки. — Я не хотел этого, — тихо ответил я. — Думал, мы просто разведаем местность, найдём цель и быстро с ней разберёмся. Но я не ожидал потерь. Говорят, кто-то ещё ушёл из отряда…

Сауль кивнул. — Да. Они ушли. Один из них сказал, что ты слишком мал для таких заданий. Они изначально собирались сбежать, прихватив припасы. Я им сказал: «Если хотите умереть — оставьте вещи». Мы чуть не подрались, но в итоге они отступили. Правда, вместо того чтобы уйти к порту, они направились вглубь леса. Думаю, они надеются убить некроманта и забрать награду. Но его не стоит недооценивать. Я изучил архивы. Он классифицирован как угроза уровня B+.

Примечание об уровнях опасности людей:

C — обычные воры, кражи, мародёры.

D — потенциальная угроза небольшим группам (до 10 жертв).

B — угроза деревне или небольшому городу.

A — угроза целому региону или стране.

S — сильнейшие враги, способные уничтожить континент.

Сауль задумчиво провёл пальцем по лезвию своего меча.

— Если некромант действительно настолько силён, те двое не выживут.

Мы просидели около получаса, обдумывая ситуацию. Затем вернулись в дом, разбудили Кальмина и предупредили остальных, чтобы собирались.

Когда мы вышли из дома, неподалёку заметили чёрные следы выжженной земли. Двигаясь по ним, мы видели изуродованные тела животных и людей. Однако они не превращались в нежить. Странно. Обычный некромант уже бы поднял себе армию из трупов…

Следы привели нас к берегу. Там они обрывались у самого моря. — Значит, он направляется на остров, — пробормотала Дарьель. — Но у нас нет корабля, — добавил Кальмин.

Пришлось вернуться в лес. Тьма сгущалась. Деревья становились выше и плотнее, сплетаясь ветвями так, что сквозь них не проходил свет. Воздух словно пропитался тревогой. Голова начала раскалываться, в ушах раздался тонкий звон. Я сделал шаг вперёд — и вдруг ноги подкосились.

— Что… это?.. — прохрипел я, пытаясь удержаться.

Остальные переглянулись, страх мелькнул в их глазах. Ощущение было такое, будто сама природа вознамерилась нас поглотить. И вдруг… лес исчез. Перед нами возникла гора. Дарьель нахмурилась.

— На этих островах нет гор. Но эта… она похожа на шахту у Обители.

Я почувствовал тревогу. — Это действительно Обитель, — пробормотал я.

Кальмин побледнел. — Но как? Мы были на острове… Как мы оказались здесь?!

Сауль сжал рукоять меча. — Это аномалия. Что-то вроде телепортации…

Его слова повисли в воздухе, когда мы заметили следы выжженной земли, ведущие к подножию горы

Мы осторожно двинулись к шахте. Внутри всё было пусто — ни шахтёров, ни охраны. Внезапно с вершины раздался взрыв, и сверху полетели каменные глыбы.

— Назад! — крикнул я. Мы прижались к склону. Из дыма вылетел человек в доспехах Легиона.

— Томас Рудд. Битва Томаса и некроманта

Томас первым бросился в атаку. Его меч описал широкую дугу, рассекая воздух. Некромант в последний момент отклонился назад, а затем вскинул руку. Из-под земли вырвались костяные шипы, направленные прямо в легионера. Томас отскочил в сторону, однако один из шипов прошёл по касательной, оставляя порез на его доспехе.

Некромант ухмыльнулся, выставляя вперёд ладонь, покрытую тёмными рунами. Внезапно воздух вокруг сгустился, и из пустоты появились несколько скелетов с ржавыми клинками. Они бросились на Томаса с разных сторон, пытаясь окружить.

— Жалкое колдовство, — тихо пробормотал Томас, резко развернувшись.

Его меч описал смертоносную дугу, раскалывая череп одного из скелетов, затем вторым движением он снёс голову другому. Последний попытался нанести удар сзади, но Томас, словно почувствовав это, опустился на одно колено и пронзил скелета клинком снизу вверх, разбивая рёбра.

Некромант хмыкнул, а затем выбросил вперёд обе руки. В его глазах вспыхнул зловещий красный свет. — Восстаньте! — произнёс он.

Мёртвые воины начали собираться обратно, сломанные кости сращивались, а отрубленные головы снова становились на свои места. Томас вздохнул.

— Как же это раздражает.

С силой вонзив меч в землю, он сжал рукоять обеими руками. Вокруг него прокатилась волна энергии, и внезапно почва под скелетами взорвалась, отбрасывая их в стороны. Осколки костей разлетелись по всей площадке. Некромант зарычал, отступая назад. Он протянул руки вперёд, и его пальцы начали вытягиваться, превращаясь в длинные тёмные когти. Он бросился вперёд с нечеловеческой скоростью. Томас едва успел вскинуть меч, когда враг оказался прямо перед ним, стремительно нанося удары когтями. Каждое движение некроманта было быстрым и точным. Томас уклонялся, парировал мечом, но на его броне всё же появлялись царапины. Один из ударов прошёл сквозь защиту и полоснул его по щеке, оставляя кровавый след. Томас не стал медлить. В следующий миг он сделал шаг вперёд, сокращая дистанцию, и с силой ударил некроманта кулаком в живот. Удар был настолько мощным, что противника отбросило на несколько метров. Но некромант приземлился на ноги и, не теряя времени, снова атаковал. Его руки теперь превратились в тёмные щупальца, извивающиеся в воздухе. Они стремительно метнулись к Томасу, пытаясь обвить его. Томас резко развернулся и совершил круговой удар мечом. Клинок, окружённый золотистым светом, с лёгкостью рассёк щупальца. Некромант взвыл от боли.

— Ты… жалкий смертный!

Он отступил назад, а затем внезапно поднял руку к небу. Тёмные облака начали сгущаться над горой, гром разрывал тишину. В следующее мгновение молнии рванули вниз, нацеливаясь прямо на Томаса. Но он был быстрее. В мгновение ока Томас исчез и оказался за спиной некроманта. Его хватка на горле противника была железной.

— Ты слишком много болтаешь, — холодно сказал он.

С диким рыком он поднял некроманта в воздух, а затем с силой швырнул вниз. Земля содрогнулась от удара. Некромант попытался встать, но Томас уже стоял рядом. Он занёс меч.

— Прощай.

Одним мощным ударом он вонзил клинок в грудь некроманта, пригвоздив его к земле. Противник захрипел, его глаза потускнели, а после он вовсе замер.

Бой был окончен. Тело некроманта рухнуло рядом с нами. Томас спустился.

— Почему вы не на архипелаге?

Мы объяснили ситуацию. Он задумался, затем еще раз возил меч в некроманта и приказал доставить тело в крематорий штаба.

— Я останусь изучать аномалию. Вы найдёте дорогу к городу?

Мы кивнули. По дороге к городу. Тропа вела через густые заросли. Вокруг нас возвышались развалины древних зданий, заросших мхом. Когда-то здесь был город, но теперь остались лишь руины. Мы молча двигались по северной дороге уже несколько часов. Узкий деревянный плот, больше напоминавший корыто, с трудом выдерживал наш вес. Он был рассчитан всего на двух человек, но нас было шестеро, да ещё и зловонный труп некроманта занимал место. Его тело начало разлагаться, а чёрная, густая, липкая кровь успела пропитать половину судёнышка. Запах скверны резал ноздри, вызывая тошноту. Вокруг нас тянулись поросшие высокой травой равнины, вдалеке виднелась шахтёрская гора, которую мы старались обходить стороной. По ту сторону, на востоке, поблёскивала гладь небольшого озера, отражая алое солнце, склонившееся к закату. Кальмин нахмурился, несколько раз оглядел нас и, поразмыслив, предложил:

— А может, искупаемся в озере? И корыто почистим, и сами приведём себя в порядок. Хоть запах этой дряни смоем.

Дарьель, единственная девушка в отряде, сначала колебалась, но перспектива избавиться от вони привлекала её куда больше, чем смущение перед мужчинами. Вздохнув, она кивнула, но добавила строго:

— Я буду купаться отдельно.

Остальные лишь понимающе кивнули. Мы остановились у реки. Кто-то сразу принялся умываться, кто-то, не стесняясь, скинул верхнюю одежду и вошёл в воду. Лёгкий туман стелился над поверхностью, разрезаемый движением.

Сауль сидел у костра, опустив голову. Его широкие плечи казались ещё массивнее под тяжестью пережитого. Он молча смотрел на языки пламени, будто пытался найти в их треске ответы на терзающие его вопросы. Вскоре он без слов ушёл к берегу, опустился на одно колено и начал очищать от засохшей крови меч и элементы своей брони. Дарьель же, не желая раздеваться, решила воспользоваться магией очищения. Она закрыла глаза, сосредоточилась, и вскоре её одежда засияла мягким голубым светом. Она провела остаток вечера у костра, накладывая заклинания на вещи, пока остальные завершали купание.

Я первым делом попытался очистить труп некроманта от сгустков крови, но заметил, что его плоть стала размягчаться, будто разъедаемая изнутри. Чёрные пятна на коже расползались, покрывая тело.

— Оставьте его, — сказал я. — Лучше не трогать.

Кивнув, мы вернулись к костру. В воздухе витал аромат свежей травы, слышался плеск воды, крики чаек, да редкие потрескивания догорающих веток. Спустя некоторое время Сауль нарушил молчание:

— И что будем делать дальше, командир? Когда доставим тело легиону, ты распустишь отряд или продолжишь выполнять задания?

Он взял бутылку воды, сделал несколько глотков и, словно не задумываясь, швырнул её в озеро. Я задумался.

— Думаю, не буду распускать отряд. Посмотрим, какие задания предложит Ханс. Хотя, если ты решишь уйти, Сауль, мне, возможно, придётся закрыть отряд. Тогда, скорее всего, я просто начну бродить по миру… или отправлюсь на Альдор. Кальмин удивлённо поднял брови:

— Альдор? Разве он уже вышел из зоны карантина? Я слышал, его закрыли из-за гражданской войны в Борне. Хотя, если остров снова открыт, я бы поехал туда. Там ведь лучшие кузнецы, а моя мать родом оттуда. Сауль усмехнулся:

— Никакой войны там не было. Это слухи, чтобы ограничить доступ. На самом деле, там странные законы. Например, полный запрет магии и дискриминация магов.

Дарьель нахмурилась:

— Власти острова открыто заявляют, что магия — это зло. Они боятся её, потому что не имеют контакта с внешним миром.

Кальмин попытался пошутить:

— Да уж, мечтающий остров!

Никто не засмеялся. Напряжённая тишина повисла над лагерем. Вскоре Кальмин извинился и ушёл спать. Я последовал его примеру, лёжа у берега и слушая равномерные приливы.

Только Сауль остался сидеть у костра, глядя в огонь, словно загипнотизированный.

Меня разбудил резкий толчок в плечо. Я резко открыл глаза и увидел перед собой Сауля. Его лицо было напряжённым.

— Тело некроманта пропало.

Я вскочил на ноги и побежал к корыту. Остальные уже были там. Вместо тела — лишь зловонный чёрный след, уходящий в темноту леса.

Мы молча переглянулись. Час прошёл в тревожном ожидании нападения, но ничего не случилось. Решив не терять времени, мы отправились в город, чтобы доложить Хансу.

Через час мы прибыли. Город встретил нас гулом людей, запахами свежего хлеба и переговорами торговцев. У входа в ратушу стоял молодой человек в легионерском мундире. Высокий, около 190 сантиметров, с уверенной, но слегка напряжённой позой.

— Здравствуйте. Меня зовут Боров. Я представитель Легиона и ваш проводник. Прошу следовать за мной.

Он провёл нас внутрь, где нас встретил часовой.

— Кто вы и зачем прибыли?

Я представился, и нас пропустили. Меня сразу же направили в зал совета, а остальных — в зал ожидания.

Внутри кипели споры. В центре сидел Ханс. Завидев меня, он громко произнёс:

— Вот и наш герой вернулся!

Разговоры стихли. Ханс жестом подозвал меня.

— Итак, рассказывай. Вы разобрались с причиной смертности?

Я вздохнул:

— Мы потеряли девятерых. Некромант оказался невероятно силён, нам помог Томас Рудд, но враг сбежал. Его тело исчезло. Кроме того, мы обнаружили портал в шахтёрской горе. Вероятно, он ведёт на остров — источник скверны.

Ханс слушал молча, затем кивнул.

— Я разберусь. Отдохни.

Он дал понять, что разговор окончен. На выходе меня остановил человек в маске, сунул письмо и исчез.

Я развернул послание:

"Приветствую, Алек. Задание строго конфиденциальное. Вам нужно отправиться на Альдор. Томас уже там. Под видом прогулки отправляйтесь к штабу. Боров доставит вас на корабль. Отплытие в 10:00. Удачи. (Эмблема Ханса)."

— Четыре часа на сборы… — пробормотал я.

Когда я вернулся к остальным, они сразу поняли, что произошло что-то важное. Кальмин, разминая плечи, первым нарушил тишину:

— Ну, что там? Выглядишь так, будто снова встретил того некроманта.

Я вздохнул, оглядел каждого и выложил:

— У нас новое задание. Конфиденциальное. Отправляемся на Альдор.

— Альдор? — переспросил Сауль, нахмурившись. — Ты же говорил, что он в изоляции.

— Видимо, не совсем. Ханс хочет, чтобы мы туда добрались. Томас уже на месте и ждёт нас в штабе.

— Что за спешка? — спросила Дарьель, переглядываясь с Кальмином. — Это приказ или просьба?

— Судя по всему, приказ, — ответил я, скрестив руки. — Нам нужно выйти в течение часа. Боров уже ждёт, он доставит нас к кораблю.

Кальмин вздохнул:

— Отлично. Даже поспать не дадут.

— Лучше объясни, что именно мы должны делать на Альдоре, — спокойно произнёс Сауль. — Просто разведка или что-то серьёзнее?

Я задумался, вспоминая текст письма, которое сгорело в моих руках.

— В письме не было подробностей. Только то, что нас ждёт Томас и что за нами следят.

— Так и знал, что дело нечисто, — пробормотал Сауль. — Нам даже не дали права выбора.

— Тебе хотелось бы отказаться? — спросил я, глядя ему в глаза.

Он усмехнулся.

— Я просто хотел знать, во что ввязываюсь на этот раз.

— Мы и так не в лучшем положении, — добавил Кальмин. — Половина легионеров уходит на континент, там война. Если слухи верны, нас могут воспринять как врагов.

— Тогда не теряем время, — заключил Сауль, поднимаясь. — Если нас уже ждут, не будем их разочаровывать.

Мы быстро собрали вещи и направились к назначенному месту.

— Если слухи о континенте верны, нас могут убить при первой возможности, — пробормотал Сауль.

— Именно поэтому я с вами, — раздался голос.

Мы обернулись. Боров, теперь одетый в простую одежду, усмехнулся.

— Теперь я ваш союзник.

Мы двинулись дальше. Впереди нас ждал Альдор.

– Боров? Ты выглядишь совсем иначе!

– На заданиях и в работе я – два разных человека, – ответил он с лёгкой улыбкой. – Теперь я ваш союзник и часть команды.

Взяв его с собой, я понял, что магическая поддержка

будет не лишней. Мы двинулись к назначенному месту, где уже ждал корабль.

Учитывая только изученные или же полные виды магии, их насчитывается 18. Пять из них являются базовыми.

От базовых видов магии происходят другие, так называемые дополнительные. Всего их 18.

* Магия воздуха: воздух

* Магия воды: кровь, луна, лед, вода

* Магия огня: свет, солнце, огонь

* Магия земли: лава, земля

* Магия некро: некромантия, руны, демонология, друидизм, шаманство, колдовство

Существует также гибридная магия. Например, молнии создаются комбинацией воздуха и огня, а лава — комбинацией земли и огня.

Элементалы — это маги, обладающие абсолютным контролем над одним из пяти основных элементов. Их может быть только один на каждый элемент.

Новый член отряда: Боров, 24 года, маг воды. Одет в униформу легиона под командованием Ханса. Является новым членом отряда Алека и проводником в секретные и особо запрещенные зоны. Носит на поясе кинжал. В отличие от примитивного наряда крестьян, работающих на службе, маги носят классическую одежду с небольшими отличительными знаками проводников. Боров имеет довольно высокое телосложение (189 см) и ухоженные волосы.

Количество маны: среднее

Мана: Сверхъестественная сила, дарующая энергию живым существам (людям, животным) и некоторым предметам. Выносливость маны зависит от силы персонажа. Она является воплощением силы и энергии самой вселенной. Мана накапливается самостоятельно, а скорость ее накопления зависит от силы воли и количества опыта. Чем больше битв и опыта, тем быстрее и больше накапливается мана.

При нуле маны обладатель погибает и отправляется в небытие, отдельное место, где проводят свои последние дни перед полным исчезновением. При огромном количестве маны маги могут передавать ее и даже останавливать старение. При правильном использовании маны можно восстанавливать конечности и лечить раны. Однако этой силой обладают лишь единицы. Официально только шестеро достигли бессмертия благодаря мане.

Жизнь таких магов полностью зависит от маны. Они не чувствуют боли, но со временем привыкают к этому и даже забывают о ней. Их долгое время считали проклятыми из-за вечных мук.

К сожалению, силой маны могут обладать не все люди. Ей могут овладеть только те, кто проходит мучительные тренировки или же являются потомками вымерших рас или гибридов. Поэтому большинство людей не знают о магии и не обучаются ей. По приказу основателя легиона о магии не упоминается ни в школах, ни в книгах.

Время было раннее утро, мы уже двигались по пустым переулкам, но у меня все же не покидала мысль: раз мы отправляемся в Альдор и скрываемся от всех, то не нужна ли нам проводница, которая знает дорогу? Я помнил, что до места назначения максимум три, а то и два дня пути. К тому же, мы с тобой не взяли провизии, поэтому я спросил об этом свой отряд:

– Может быть, стоит заглянуть в какой-нибудь ларек или бар и взять провизии хотя бы на день?

Сауль посмотрел на меня с непониманием:

– И откуда у нашего командира возьмутся деньги? Как я помню, в нашем отряде мы все нищие.

Мы все посмотрели на Борова. Да, Боров – аж целый агент, работающий в городе, у него точно должны быть хотя бы небольшие деньги, чтобы купить что-нибудь поесть. Вот только он озадаченно смотрел на нас, будто бы не понимал, о чем идет речь. Вытащив руки из карманов и выворачивая их наизнанку, он жестом показал, что у него тоже нет денег. Неужели никто не взял с собой ни монетки? Ну ладно, что-нибудь придумаем. Скорее всего, в порту найдется что-нибудь, либо на корабле будет еда.

Мы продолжали идти и не заметили, как прошли уже полчаса. На улице виднелись редкие обозы, перевозящие грузы на рынки. Готовясь к открытию, Сауль ловким движением забрал несколько штук хлеба у проходящего мимо обоза. Я не стал придавать этому особого значения, ведь понимал, что он делает это ради группы, ради нашего задания.

Другие разговаривали между собой, но я шел в тишине. Меня не переставала беспокоить судьба тела некроманта. Неужели он не умер? Я же своими руками почувствовал, как он разлагается. Разве что их было несколько? Нет, не может быть. Всегда упоминался один и тот же некромант, и следы также указывали на одного человека. Но куда же он пропал? Хотя я в детстве слышал от отца, что некроманты, кроме как оживлять мертвецов, умеют создавать карманные измерения. Неужели, пока мы все были заняты другими делами и спали, он решил убежать? Но как тогда объяснить разложение его тела? Видимо, он тогда был при смерти и при почти нулевой мане, ведь когда мана заканчивается, тело носителя превращается в прах. Верно, он, скорее всего, отправился в свое карманное измерение и сейчас сидит там, либо уже восстановился и идет по нашим следам. Значит, скоро будет битва. И вправду, это подтвердилось: я почувствовал злобный взгляд. Я посмотрел на окна, но там были лишь проснувшиеся люди: кто-то любовался видами, кто-то с кем-то разговаривал, кто-то только просыпался. Но все же это чувство взгляда меня пугало. Сауль и Боров тоже это заметили. Они обменялись взглядами, но ничего не сказали. Мы втроем затихли. Мы огляделись по сторонам, будто бы понимали друг друга и сделали одно и то же: резко забежали внутрь первого же попавшегося здания, попутно забрав с собой этих двоих. Они, конечно же, сначала не поняли, но Сауль быстро объяснил, что за нами следят. Хозяин здания, только открывший его, посмотрел на нас, будто мы какие-то сумасшедшие. Ну и как обычный, добродушный бармен, он предложил нам выпить. Мы отказались, закрыв дверь табуреткой и отошли от него. Потолок начал гнить. Внезапно у окна возникла темная фигура. Даже из помещения было видно, что за окном стоит некромант. Он пришел по наши души и, видимо, уже знает, где мы. Дверной проем также начал гнить, но уже быстрее, так что дверь разложилась и выпала перед нами. Перед нами стояла темная фигура, от которой исходила аура скверны. На его лице, скрытом черной кровью, не было видно глаз, но будто бы его взгляд проникал прямо в мою душу. Хозяин бара упал в обморок от страха, а мы выбежали из здания через черный ход. Мы бежали прямо к порту. Наш корабль был буквально в двухстах метрах от нас – наше спасение. Но было поздно. Некромант был сильнее нас, и наша единственная задача была только бежать. Но что-то было не так. Нас было четверо, а не хватало одного.

Дарьель! Мы все в страхе обернулись назад. Он держал одной рукой за шею Дарьель. Она была без сознания и сильно бледнела.

Кальмин пустила в дрожь:

– Дарьель! – закричал он и побежал к нему, но Боров остановил ее. Он понимал, что не справится с ним, и мы все понимали, что бежать уже было бессмысленно. Он был слишком силен. Некромант молчал. Он стал посередине переулка, распахнув руки, будто бы ожидая битвы, словно призывая нас: «Ну же, берите свое оружие, используйте свою магию, нападайте хоть все вместе». Мы все решили, что так и должно быть. Я с Саульем вышли на передовую. Боров встал сразу же за нами, готовый поддержать нас. Некромант бросил тело Дарьель за собой, но она еле дышала, тихо выхаркивая свою кровь. Дело было плохим. Член отряда был в критическом состоянии, а она еще и хиллер нашего отряда. Нас было четверо, а его один. Переулок был пустым, потому что жители, увидев некроманта, сразу же бежали в свои дома или прочь отсюда. Страх охватывал нас всех. Мои руки дрожали. Я пытался успокоиться и быть готовым к бою в любой момент. Я обнажил свой клинок. Сауль последовал за мной. Боров из ближайшего ведра своей магией достал воду и создал из нее ледяной хлыст. А вот некромант не двигался, будто бы он уже был готов.

Начало боя: Сауль с невероятной скоростью бросился на него, замахиваясь мечом. Я побежал за ним. Боров атаковал его со стороны льдом. Некромант левой рукой заблокировал атаку Борова, а правой нацелился в Сауля. Только Сауль успел отпрыгнуть. Он кастанул свою магию, и под его ногами образовалась тьма, из которой вырвались щупальца, чуть ли не схватив его за ногу, но он успел отойти. Боров начал создавать следующую магию, но некромант быстро метнул в его сторону свою порчу. Боров защитился водой. Магия некроманта отскочила и врезалась в ближайшее здание, которое начало гнить до основания и на глазах распалось вместе с его обитателями. Что это за сила такая, что одним ударом смогла уничтожить целое здание? Переживем ли мы его атаку?

Тьма исчезла. Кальмин уже успел взять слабое тело Дарьель и побежал в сторону порта. Увидев это, мы уже потихоньку отступали. Некромант, словно тень, оказался за моей спиной. Я почувствовал его опасность. Я обернулся, попутно замахиваясь мечом, но его рука стояла перед моим лицом, готовая использовать свою магию. Тут же Сауль подоспел и рубанул своим мечом его руку. Он не успел использовать свою магию, и я с ужасом понял, что, если бы он не успел за долю секунды, меня бы уже не было. Рука отлетела на десятки метров и упала у крыльца здания, где она начала гнить. Поистине отвратительная магия. На его груди виднелся старый шрам, оставленный Томасом. Не теряя ни секунды, я нацелился своим мечом в его сердце.

Но во время удара его тело испарилось. Я был в шоке. И меня парализовало от страха. Но он исчез, он сбежал опять. Мне надо было действовать срочно. Я посмотрел на Сауля и прокричал, что нужно бежать. Оказывается, мы потеряли немало времени. Я успокоился и бросился к порту. Остальные тоже бежали за мной. Мы догнали свой отряд и заметили, что наш корабль уже готовят к отплытию. Грузчики погружали последние грузы, отдавали команды. Мы еле успели запрыгнуть на борт в последний момент, как корабль уже тронулся. Чтобы не привлекать лишнее внимание, мы решили усесться в грузовом отсеке.

Кальмин посмотрел на меня усталым взглядом и сказал, что ранение Дарьель в критическом состоянии. Ей нужна срочная медицинская помощь, иначе она не выживет. Мы чудом спаслись от некроманта, ведь такая же участь могла бы ждать каждого из нас.

Мы все были измотаны. Немного отдохнув, Боров ответил

– У меня есть карта острова Альдора, и, взглянув на нее, можно понять, что медицинская часть находится недалеко. Но, видите ли, жители острова ненавидят магов, а она как раз и маг. Так что это не вариант.

Мы все задумались. И тут Сауль вспомнил, что родня Кальмин живет на этом острове, и предположил, что если мы туда отправимся, то ее семья сможет нам помочь.

Кальмин опустил голову и тихо сказал, что после того, как обнаружили, что в ее матери есть магические способности, ее выгнали еще до ее рождения. Ведь она тогда была беременна, и ее застукали за тем, что она исцеляла свою боль в животе лечебной магией. Я молчал, размышляя о том, что бы было, если бы Дарьель погибла. Я уже потерял многих людей в своем отряде и не хотел терять еще кого-то. Я решил, что после этого задания оставлю Кальмин и Дарьель. Они еще слишком слабы для опасных заданий. Это будет лучше для них.

И с такими мыслями я погрузился в сон.

В то же время, на острове Альдора, Ханс стоял напротив нескольких человек. Их было четверо, и они были настроены враждебно. Ханс усмехнулся и сказал:

– Господа, вы же не хотите, чтобы я размазал ваши тела по всему острову, не так ли?

– Ханс, ублюдок! – произнес один из советников. – Быстро же ты нас нашел. Не зря тебя прозвали достойным членом легиона.

Примечание: Членство в легионе – это высшая честь. В легион могут вступить только сильнейшие и те, кто сделали многое для блага человечества, отбросив свою жизнь на второй план.

Ханс начал смеяться:

– Ха-ха-ха! Не смешите меня, мои дорогие друзья. Вы что, считаете меня за тупого или что? Я защищу этот остров любой ценой, даже если придется уничтожить целое войско, стоящее за этим, то есть вас всех.

Указав на них пальцами.

Время уже перевалило за ночь, небо затянуло тучами, и с минуты на минуту должен был начаться дождь. На улице стояли четверо человек. Напротив них, выпрямив спину и слегка улыбаясь, стоял Ханс. Он занял уверенную позу, готовый к действию, и крепко сжимал оружие – свои руки.

Капли дождя начали падать на землю, постепенно покрывая весь остров. Ханс усмехнулся и начал диалог:

– Хе, даю последний шанс: либо убираетесь с этого острова со всей своей шайкой дебилов, либо я лично истреблю каждого.

Советник ответил:

– Думаешь, справишься с нами? Не глупи, Ханс. Нас четверо, а ты один. Мы ждали момента, когда ты отправишь своих людей по миру, так что будь добр, сдохни.

Второй мужчина, стоявший рядом с советником, продолжил:

– Мы знаем, что ты силен, даже сильнейший в обители, но не думай, что справишься с нами в одиночку. Пожалуйста, нам нужно забрать его, и тогда мы оставим остров и тебя в покое.

Ханс как обычно усмехнулся, но на этот раз его настроение было серьезным. Его взгляд остановился на одном из противников. Капли дождя, словно слезы небес, стекали по лицу Ханса, смешиваясь с каплями пота. Гром грянул, озаряя мрачное небо вспышкой молнии. В этот миг, словно в замедленной съемке, Ханс бросился на противников. Его движения были четкими и смертоносными, как удары молнии.

Первый удар пришелся по виску, раздавив череп, как спелый арбуз. Кровь фонтаном вырвалась наружу, окрашивая мостовую в багряный цвет. Второй противник попытался увернуться, но Ханс был быстрее. Его кулак, словно молот Тора, врезался в солнечное сплетение, выбив воздух из легких. Тело противника безвольно обмякло, рухнув на землю.

Третий противник, охваченный ужасом, попытался выхватить меч, но Ханс был уже рядом. Одним движением он выбил оружие из руки противника и с силой ударил его локтем в горло. Хруст переломанных хрящей разнесся в ночной тишине.

Советник, оцепенев от ужаса, наблюдал за этой кровавой бойней. Его глаза расширились от страха. Но Ханс был неумолим. Он подошел к советнику вплотную и, заглянув в его испуганные глаза, Затем, одним резким движением, он вырвал горло советнику.

Тела убитых лежали на земле, словно куклы, разбросанные по игровой площадке. Дождь продолжал лить, смывая следы кровавой бойни. Ханс стоял посреди этого кровавого месива, словно владыка смерти. Его глаза сверкали холодным светом, отражая мерцание далеких звезд.– Раз вы хотите его, то получите после того, как я умру.

Что же это такое, ради чего они пошли на верную смерть? Артефакт или какая-то сила, наделяющая магией?

Ханс продолжал очищать остров от нежелательных гостей. Во время одной из таких зачисток к нему подошли его сотрудники, агенты, такие же боеспособные, как и он сам. Ханс стоял с непроницаемым выражением лица, его окровавленные руки лежали на телах врагов.

– Вы когда-нибудь задумывались, почему на эмблеме легиона изображена сова? – спросил он.

Агенты стояли в недоумении, не зная, что ответить.

Ханс понял, что ответа не дождется, и продолжил:

– Сова – символ мудрости и бдительности. Многие предполагают, что основатели легиона хотели именно это выразить в эмблеме как символ знания и целеустремленности, но мало кто знает правду. На самом деле совы в нашем мире были проводниками в другие миры или измерения. Сейчас, конечно, их уже не существует, но в те времена, когда только зарождался легион, совы были почти у каждого, ведь они доставляли письма с очень ценной информацией, перемещаясь между мирами за считанные минуты. Некоторые маги позаимствовали эту силу и создали…

– Порталы, – ответила одна из агентов. – Да, я слышала, что существовало множество магий, утерянных в прошлом, и одной из них было создание порталов между мирами, позволяющих перемещаться почти куда угодно, при условии, что там уже кто-то был.

Ханс удовлетворенно кивнул.

– Неужели вы знаете хотя бы это? Ха-ха, ну что ж, ладно. Уберите тела и сожгите их.

Агенты немедленно приступили к выполнению приказа.

– А я пойду по своим делам, – пробормотал Ханс.

Дождь уже прекратился, кровь была смыта с мокрой одежды воина. К нему подошел другой легионер, Макс, один из самых преданных людей Ханса.

– Вызывали?

– Да, я отправил Алека к Томасу, и они начнут свое дело. А ты, друг мой, отправляйся к Кхарн-Атулу. В северном порту тебя будет ждать наш информатор, он сам тебя найдет. От него ты получишь информацию о неким Альтаире. Расспроси о нем все, что он знает. Если я не ошибаюсь, сейчас он находится на острове, так что будь осторожен, он не из слабых.

– Есть.

Макс без лишних слов отправился в северный порт, откуда должен был отплыть на горный остров, чтобы выполнить задание.

Ханс родился в небольшой деревне Обители, к северу от города. В те времена в Обители существовала жесткая дискриминация магов, из-за чего был введен запрет на выезд с острова. Родители Ханса были самыми обычными людьми, работали на плантациях и ухаживали за скотом богатых людей.

Через четыре года после рождения Ханса, в один из обычных дней, отец семейства оказался втянут в крупную неприятность. На него свалили вину за потерю двух коров, хотя он в тот день был не на работе. Другой скотовод был виновен, но он убедил хозяина, что это был именно отец Ханса. В тот же день к ним домой ворвались стражники острова по приказу об аресте двух магов.

Хозяин скота начал кричать:

— Капитан, это они! Я своими глазами видел, как они использовали магию огня и после этого заставили меня замолчать. Это они украли моих коров!

Мать была в недоумении:

— Но мы не маги! Мы даже не крали коров, мы ничего не сделали!

Капитан усмехнулся:

— Тогда вы оба отправляетесь на сожжение. Там и посмотрим. Говорят, если человек не маг, он сгорит, а если маг, то на нем и ожога не будет.

На лицах родителей был неописуемый ужас. Отец хотел встать на защиту:

— Вы не можете так поступить без доказательств! У меня есть сын, и я бы ни за что не стал бы так рисковать!

— Умолкни! — начал возмущаться хозяин. — Тогда что это?

Он показал обожженную руку.

— Но это же неправда!

Капитан остался непреклонен. Несмотря на мольбы жителей, он приказал сжечь женщину на костре, а мужчину отправить в колонию.

Отцу не оставалось ничего, как защищаться. Он выхватил кочергу и набросился на одного из стражников, но другой отсек мужчине кисть и вонзил меч в сердце, убив его на месте. Бездыханное тело отца упало на пол. Мать пронзительно закричала и подбежала к уже мертвому мужу. Капитан приказал схватить ее.

— Есть!

Стражники избили ее до потери сознания, после чего схватили за волосы и унесли прочь от дома. Только в соседней комнате проснулся четырехлетний ребенок. Он проснулся от шума и тихо открыв дверь, увидел лежавшее перед ним мертвое тело отца. Перед его глазами забирали его мать.

Внезапно дверь широко распахнулась, и перед ним появился командир. Он смотрел прямо на мальчика с явным отвращением, но затем забрал дитя к себе. За остальными завязали глаза и унесли прочь от дома.

Мальчик не понимал всей жути происходящего, но знал одно: родителей он больше не увидит. От этого он тихо плакал.

Через некоторое время он услышал ликующую толпу. Они кричали:

— Прочь этих ублюдков! — Долой магов! — Фууу!

Недоброжелательные слова со всех сторон охватили его. Ему развязали глаза, и первое, что он увидел, была площадь, а по центру каменные столбы со смертниками, охваченные пламенем. Они горели так ярко и горячо, что было невыносимо стоять рядом, но мальчика это беспокоило меньше всего. Ведь в одном из столбов он узнал свою мать.

Его мать горела перед ним. В нее кидали камни и испорченные продукты. Уши мальчика заложило от криков боли людей вокруг, но мать он уже не слышал. Она была мертва. Он простоял так перед ними, пока толпа не ушла, а огонь не оставил за собой только обугленные тела жертв. От них исходил едкий запах, охвативший всю площадь. Командир подошел к мальчику, присел и, посмотрев в глаза, сказал:

— Ты ведь не маг, и они не маги. Мы оба это очень хорошо понимаем, верно? Поэтому молчи, если хочешь сдохни где-то за переулком. Мне без разницы. Но знай одно: самое ужасное, что может быть, — это быть сожженным заживо на огромном костре, заполненном дровами, своими же соседями.

Мальчик тихо кивнул головой. В его глазах не было ни капли воли к жизни. Командир ушел, ничего не сказав, оставил мальчика на произвол судьбы и исчез на ближайшем переулке.

Мальчик разрыдался. Он плакал изо всех сил. Его крики разносились по всей площади. Жители, выкрикивая ругательства, закрыли окна и двери. Улица опустела за мгновение. Но один человек подошел к нему и сказал:

— Хватит плакать. Мужчины не плачут по пустякам. Если хочешь жить, иди за мной. Если нет — оставайся.

Ханс перестал плакать. Перед ним стоял мечник со странным мечом. На гарде меча были вырезаны странные символы, которые иногда светились.

— Что интересно? Тогда идём.

Мальчик без слов пошел за ним, и они скрылись за домами. После чего ни мальчика, ни мечника не видели долгие годы.

Жители думали, что скорее всего он умер где-то и гниет на земле, принося пользу только червям, но никто и не подозревал, что этот мальчик через долгие годы станет правителем этого острова и принесет свободу этим краям.

13 лет спустя

Двое воинов сражались со странными чудовищами. Они были окутаны в серую шерсть, стояли на четвереньках. Их лапы были мускулистыми и с острыми когтями, клыки выпирали наружу. Ростом они были с кабана, но некоторые особи достигали пяти метров. Все дело было в их хвостах. Они были окутаны небольшими шипами и кружились над телом, являясь удобным оружием для среднего боя.

Но хвостов было два. Это позволяло держать противника на дистанции и внезапно контратаковать задними лапами, сильно прыгая вперед и делая быстрые рывки передними лапами. Они убивали жертву, но на этот раз перед ними стояли воины Легиона.

Двое людей стояли напротив монстров, которых было уже десятки. Мужчины были одеты в плащи с изображением символа Легиона на плечах. Один из них был с мечом, а второй обнажил кулаки, защищенные перчатками. Они приняли боевую стойку, их боевой дух был на пределе, они были готовы сражаться до последнего вздоха.

Бой начался с того, что монстры первыми бросили в ход свои хвосты. Четырнадцать острых концов стремительно приближались к людям. Мечник обнажил свой клинок, знаки на мече засветились ярким синим светом. Последовала яркая вспышка: он одним движением провел мечом, создав электрический заряд, охвативший клинок. Резкими выпадами, словно молниями, он отрубал хвосты, издавая звуки, сравнимые с громом.

Второй мужчина, с невероятной скоростью пробиваясь сквозь толпу монстров, вступал в ближний бой. Его удары кулаком достигали скорости звука, гарантируя смертельный исход противникам. Одной левой он пробил череп одному из монстров. Двое других прыгнули на него, но он был быстрее: разворотом он ударил кулаком одного из них, сломав ему передние лапы. Следующим разворотом он увернулся от атаки передних лап, оказавшись под монстром. Правой рукой он нанес удар прямо по корпусу, отправив монстра в горизонтальный полет, попутно снося деревья. Затем он развернулся и пнул ногой прямо по переднему лицу монстра, нанося смертельный удар. Все трое были мертвы. Обернувшись, он увидел, как мечник уже расправился с остальными и убирал меч.

Он посмотрел на ударника и с гордостью сказал:

— Молодец, уже справился с тремя одновременно! Намного лучше, чем в прошлый раз. Я уверен, что ты готов постоять за себя. Можешь отдохнуть, Ханс. По лицу воина пробежала улыбка.

— Спасибо, учитель. Я никогда не подведу ваши ожидания.

— Ты готов? — Мечник задал один вопрос, но он уже поверг молодого человека в ступор. Тот был полон сил и решительности, но на этот вопрос ответил с грустью.

— Так точно.

— Выше нос! Мастера боевых искусств должны быть настойчивы. Раз думаешь, что готов, так говори уверенно. Если нет — говори уверенно, что не готов. А если не знаешь — говори уверенно, что не определился.

— Да, понимаю, но это сложнее, чем кажется.

— Что сложного заглянуть в свое прошлое? У каждого человека есть свои скелеты в шкафу, и чтобы стать умнее и сильнее, он должен встретиться с ними лицом к лицу.

— Хорошо.

— Так ты готов?

— Так точно, я готов отправиться на родную землю и привести ее в порядок, избавиться от нечисти и всех, кто преследует слабых.

— Тогда вступай.

— Сейчас?

— Если не сейчас, то будет поздно. Ты и так задержался, можешь не прощаться. Мы обязательно увидимся. Вступай прямо сейчас, мой дорогой друг.

— Хорошо, думаю, скоро встретимся.

Так и начался путь Ханса к родине — десяти тысячам островов. Половину континента отделяла война от его некогда дома.

Год спустя

Небольшой городок славился своим беззаконием. Частые убийства и работорговля стали обычным делом, чуть ли не единственным источником заработка в городе. Ведь рядом был порт — отличная торговая точка. Четыре года назад в городе свергли правителя, украли всю казну и выставили его обнаженное тело у ворот его же замка. После этого проституция, наркоторговля, работорговля, убийства и многое другое стали обычным делом, плотно вцепившись в жизнь всех жителей.

В один из обычных дней мужчина прогуливался по улицам города. Наемник, зарабатывающий на заказах по уничтожению монстров и прочих поручениях, заглянул в один из шатров с рабами. Перед ним предстала картина: хозяин шатра избивал одного из своих рабов. Наемник обернулся, и злость на его лице мгновенно исчезла. Он подошел к наемнику и с улыбкой поприветствовал его.

— Здравствуйте, господин, не желаете ли вы прикупить товар? У нас есть много разных выборов, более 40 ассортиментов на любой вкус: для личных утех, грубой работы, слуг...

Наемник перебил его:

— Мне нужен боеспособный.

— Конечно, конечно, их тут полно, — хозяин шатра указал на несколько клеток с людьми.

Наемник без слов подошел к клеткам с воинами. Он осмотрел их: все они были готовы драться, полны решимости, и их глаза горели огнем свободы. Он выбрал двух мальчиков лет десяти-тринадцати. Указывая пальцем, обнажив плечи, на плечах была нашивка очень знакомая эмблема. Ужасно знакомая эмблема. Неужели Легион объявился в здешних краях? Владелец шатра вздрогнул, но продолжил:

— Они стоят по 30 000 астр.

— Беру обоих.

— С вас 60 000.

— Я беру бесплатно.

— Нет, так не пойдет. Либо плати, либо...

Не успел он договорить, как его горло было сжато сильным кулаком. Его тело зависло в воздухе. Наемник поднял его над землей.

— Ты либо даешь их бесплатно и живешь, либо я убью тебя.

Решимости в его словах было достаточно, чтобы хозяин шатра согласился.

— К-к-к, конечно.

Наемник отпустил его. Тот упал, выхаркивая кровь и отдуваясь. Он протянул наемнику ключи, а тот в ответ поблагодарил его. Он открыл клетки и приказал мальчикам выйти. Они не спеша вышли и посмотрели на своего бывшего хозяина. Один из них резко магией воздуха толкнул хозяина к ящикам, стоявшим рядом с шатром. Тот, ударившись о них, потерял сознание. Из его карманов посыпались монеты и деньги. Рядом стоящие прохожие сразу же подбежали и началась драка за деньги.

Наемник забрал юнцов с собой. Они шли по дороге, и он спросил их:

— Как вас зовут?

— Томас Рудд.

— Макс Рудд.

— Семейство Руддов? Хорошие гены унаследовали. Сильный клан магов, только в прошлом их разбросало по всему миру. Повезло, что я наткнулся на вас.

— А как вас зовут?

— Ханс. Фамилии я своей не знаю. Меня ребенком сделали сиротой, и я ушел странствовать по миру с первым встречным. Сейчас иду к родине, освобождать всех магов.

— Вы тоже маг?

— Скорее предпочитаю боевое искусство, а так умею использовать силу оружейника. А вот вы ведь маги воздуха?

— Только я, — ответил Томас. А Макс хорошо владел ножами, его научили другие рабы. А Томас был гением и самоучкой магом. Что и привлекло внимание Ханса.

И он усмехнулся, хлопая их по плечам. Мальчики ожидали, что их будут использовать как рабов, но Ханс был доволен ими как помощниками с одним правилом — быть преданным.

Они шли по окраине города, и перед ними встали фигуры с очень выраженным физиономией гнева. Двое человек спереди, одним из которых был работорговец. У него была разбита голова и шло небольшое кровотечение, но его это не остановило.

Ханса приняли в ряды Легиона 6 лет назад, когда он прибыл на основную базу со своим учителем Коулом, ветераном множества войн и последователем магии электричества. Коул, в свою очередь, был учеником Андерсона Кана, некогда прозванного народом сильнейшим магом прошлого. Андерсон Кан, Маверик из династии Кан, возглавлявшей некогда могущественную группировку самураев, контролировавшую почти десятую часть планеты. Однако, после войны с первой армией нежити "Хель", династия Кан была разгромлена, и число чистокровных наследников значительно сократилось.

Время показывало без пяти минут двенадцать. На пустынном переулке стояли два мужчины. Один из них, мужчина средних лет около сорока, был ранен в голову. Кровь стекала по его лицу. В руке он сжимал нож. Рядом с ним стоял мужчина лет тридцати, стройный и высокий, облаченный в легкую броню. В его руках была алебарда, и его спокойная уверенность говорила о том, что он профессиональный убийца.

В двадцати шагах от них стоял Ханс, на плече которого красовалась нашивка Легиона. Рядом с ним были два мальчика, братья, которым было около десяти и тринадцати лет. Недавно они сбежали от своего хозяина и теперь искали убежища.

-Если не отдашь детей и все свои деньги, мы просто убьем тебя! – прокричал наемник, обращаясь к Хансу.

Ханс глубоко вдохнул, снял плащ и принял боевую стойку. Как только часы на соседней башне пробили двенадцать, все бросились в бой.

Алебарда охотника с оглушительным свистом обрушилась на Ханса. Тот, предвидя атаку, скрестил руки, образуя надежный блок. Металл скрежетнул о металл, искры разлетелись в стороны. Хансу удалось парировать удар, и тяжелое оружие вонзилось в мостовую, выбив из нее кусок камня.

Не давая противнику перевести дух, Ханс шагнул в сторону, одновременно нанося мощный удар правой рукой в корпус наемника. Тот, обладая невероятной реакцией, успел блокировать удар левой рукой, но не смог предотвратить последующий атакующий прием. Ханса словно подбросило вверх, когда наемник нанес ему мощный удар коленом в челюсть. Кровь хлынула из разбитой губы, застилая глаза. Гнев затмил разум Ханса. Он отшатнулся, вытирая кровь и ощущая, как по его венам пульсирует магическая энергия.

С диким криком, Ханс бросился на противника. Его кулак, заряженный электричеством, сверкнул синим светом. Удар пришелся точно в солнечное сплетение наемника. Тот отлетел назад, сгибаясь пополам. Перелом ребер раздался с отчетливым хрустом. Оглушенный и раненный, наемник врезался в стену старого здания, пробив ее и скрывшись во мраке.

Макс и Томас, сердцебиение, отбивающее дробь в висках, бросились на своего бывшего хозяина. Тот, размахивая ножом, встретил их диким криком. Хозяин: ну, ну, так вот вы куда делись, беглецы! Сейчас я вас научу хорошим манерам!

Память Макса пронзила вспышка: холодная земля под спиной, голод, изнурительная работа на плантации. Каждый день – борьба за выживание, страх перед побоями. Но в его сердце всегда теплилась надежда, что однажды они с Томасом сбегут.

Томас, сосредоточившись, создал мощный воздушный поток, который подхватил Макса и подбросил его прямо к ногам их мучителя.

Макс кричит в полете

- Томас, прикрой!

Картинка перед глазами Томаса сменилась: он, маленький и худенький, прячется за бочкой, наблюдая, как хозяин избивает его брата. Слезы катились по щекам, но он знал, что должен быть сильным.

Макс, приземлившись на ноги, словно тигр, прыгнул на хозяина. Тот попытался отмахнуться от него ножом, но мальчик был слишком быстр. Его кулаки, закаленные тренировками, обрушились на лицо противника. Раздался хруст костей, и хозяин отшатнулся, зажимая рукой разбитый нос. Хозяин сквозь зубы

-Маленькие твари, я вас всех убью!

Вспомнилось, как их пытали, лишали еды и воды, заставляли работать до изнеможения. Но они не сдавались, поддерживали друг друга, мечтая о свободе.

Томас, воспользовавшись моментом, создал еще один воздушный поток, который опрокинул стоящую рядом бочку с фруктами. Бочка с грохотом рухнула на мужчину, оглушив его и ненадолго отбросив назад. Макс улыбается сквозь кровь

-Ну как тебе, старый козел?

Макс выхватил нож, лежащий на земле, и с криком бросился к упавшему врагу. Он вонзил нож в глаз хозяина, а затем, не колеблясь, нанес второй удар, довершив начатое. Томас подбегая к брату

- Макс! Мы сделали это!

Они стояли, тяжело дыша, глядя на безжизненное тело своего мучителя. В их глазах отражалась смесь облегчения и гнева. Макс: Мы свободны, Томас. Мы больше никогда не вернемся в рабство. Томас ответил

-Да, брат. И никто больше не посмеет обидеть нас.

Братья обнялись, чувствуя крепкую связь, которая только укрепилась в этот тяжелый момент. Они выжили, они победили. Впереди их ждала неизвестность, но они были вместе, и это было самое главное.

После победы Ханс предложил мальчикам присоединиться к нему. Они согласились, и так началось их совместное путешествие. Ханс, опытный воин и маг, стал для Макса и Томаса не только наставником, но и отцом. Мальчики быстро осваивали боевые искусства и магию, и вскоре стали настоящими воинами.

Лет двадцать спустя они стали известны как "Тройка островных повелителей". Макс, проворный и бесстрашный разведчик, Томас, могущественный маг воздуха, и Ханс, опытный боец и лидер – вместе они совершали подвиги, защищая слабых и борясь со злом.

Их слава разнеслась далеко за пределы их родного острова. Их боялись враги и уважали союзники. Но самое главное – они были свободны. Свободны от страха, от рабства, от несправедливости.

И вот теперь они стояли у порога своей самой опасной миссии. Им предстояло свергнуть тирана, который правил их родным островом уже тридцать лет. Это был тот самый человек, который убил родителей Ханса.

Ханс знал, что это будет самая трудная битва в их жизни. Но он также знал, что они не сдадутся. Ведь они были тройкой, и вместе они могли преодолеть любые препятствия.

Утро встретило их тишиной и легким предчувствием. Макс первым вышел из комнаты и, прислушавшись, понял, что их никто не преследует. Он вернулся к Томасу и Хансу, разбудил их и предложил начать действовать.

Первым делом они отправились на рынок. Здесь, среди торговцев и простолюдинов, они начали распространять листовки с призывом к восстанию. Слоган был прост и понятен: "Долой тиранию! Да здравствует свобода!". Листовки быстро разошлись, вызывая оживленные споры и тайные согласия.

Параллельно они начали налаживать контакты с недовольными солдатами. Хансу, как войну, было проще проникнуть в их среду. Он рассказывал о бесправии, о том, как их используют как пушечное мясо, и призывал к объединению.

Вскоре вокруг них стала формироваться ячейка сопротивления. Люди, готовые рискнуть всем ради лучшего будущего. Они встречались тайно, в подвалах, на чердаках, передавая друг другу информацию и оружие.

Однажды, во время такой встречи, Ханс решил, что нужно действовать решительнее. Они разработали план нападения на городской арсенал. Оружие, которое они могли там добыть, позволило бы им значительно усилить свои ряды.

Ночь перед нападением была наполнена напряжением. Каждый понимал, что от успеха этой операции зависит многое. На рассвете они атаковали арсенал. Битва была жестокой, но повстанцам удалось победить. Они захватили оружие и боеприпасы, а также освободили нескольких заключенных.

С этого момента ситуация в городе резко изменилась. Повстанцы, вооруженные и вдохновленные победой, начали открыто действовать. Они устраивали засады на патрули, освобождали арестованных соратников, и постепенно захватывали все новые районы города. Осталось только мэрия.

Ханс гордо стоял перед мэрией. За ним расположились его сторонники и ликующая толпа повстанцев. Еще никогда за одно утро не удавалось свергнуть правительство, и это событие могло стать первым в мировой истории. Сотни человек, вооруженные вилами, мечами и луками, стояли наготове, ожидая лишь одного приказа, чтобы штурмовать мэрию. Они ждали сигнала, а сам Ханс выжидал наиболее подходящий момент.

Он предоставил мэру шанс добровольно передать власть городу, в противном случае дело дошло бы до крайних мер.

Тем временем, в основной базе за пределами города, командир вместе со своим советником пытались разработать план по спасению мэрии.

- Командор, я все же считаю, что штурм города — слишком рискованная затея. Потери будут огромными, как среди наших солдат, так и среди мирного населения.

-Громко) Советник, а что вы предлагаете? Сдаться на милость мятежников? Никогда! Мы покажем им, кто здесь хозяин!

- Я не предлагаю сдаваться. Но, возможно, стоит рассмотреть другие варианты. Например, усилить блокаду, перекрыть все пути снабжения повстанцев. Голод и усталость рано или поздно заставят их сдаться.

-Блокада? Это займет слишком много времени. А город тем временем будет гнить. Нет, нам нужна быстрая победа!

- Но быстрая победа может обернуться для нас катастрофой. Повстанцы знают город лучше нас, они сражаются на своей земле. Мы рискуем попасть в засаду.

-(С презрением) Засады? Давайте не будем преувеличивать их способности. Наши солдаты — профессионалы. Они легко справятся с этой шайкой бандитов.

-Командор, я понимаю вашу решимость, но прошу вас, подумайте о последствиях. Если мы разрушим город, то надолго посеем в сердцах людей ненависть. Это будет наша общая потеря.

-(Решительно) Хватит спорить! Приказ отдан. Если ты не хочешь отдавать солдат, то я сам разберусь с этим лично прямо сейчас.

-Дело не в этом. Вы можете эксплуатировать моих солдат, но нужен четкий план прорыва. Вам не справиться. Мне доложили, что там находятся два мага.

-Маги? Ах вы суки! Как маги оказались на острове? Или ваши солдаты забыли следить за портом?

-От моих солдат с порта нет никаких вестей. Видимо, они убили всех там. Это очень плохо.

-Хватит ныть! Я иду туда один, а ты готовься со своими слабаками эвакуировать элиту из мэрии и готовь корабли.

-Но куда?

-На Альдор. Пока я не разберусь здесь со всеми.

- Как прикажете, командор.

Так и решили начать спасение, но Командор через 10 минут уже был в городе. Он пробирался незаметно через повстанцев, не показываясь ни одному из них на глаза, что и доказывало его недюжинные способности. Позже, через еще несколько минут, вам нужно оказаться рядом с мэрией, где за зданием уже стоял Ханс со своей армией. Он сразу же понял, кто есть кто, и выбрал себе жертву. Не спеша, он вышел из небольшого укрытия, притягивая к себе всеобщее внимание. Убив нескольких повстанцев, Ханс дал понять, кто перед ним стоит: тот самый Командор, который разрушил его детство. Именно он лично вышел поприветствовать его таким образом. За эти годы Ханс никак не изменился, лишь немного постарел, видимо, он был одним из долгожителей. Они оба неподвижно стояли и смотрели друг на друга, демонстрируя свою уверенность и мысленно готовясь к схватке.

Командор стал перед главным входом и начал:

-Так-так-так, кто же это перед нами? Кучка отбросов, не умеющих ни считать, ни драться, и два мага, каким-то образом пробравшихся через порт. Вы возомнили себя здесь властью и пытаетесь доказать это такими резкими движениями? Не прошло и трех часов, как ты стал занозой в моей заднице, - указал он пальцем на Ханса.

У Ханса ярость чуть ли не вырывалась наружу.

-Я так понял, ты не знаешь меня, Командор? Из-за тебя я лишился матери, из-за тебя я лишился детства, дома и благополучия жизни. Я страдал все это время, пока ты здесь прохлаждался. Я обошел чуть ли не весь мир, чтобы стать сильнее и свергнуть тебя, ублюдка!

-Так ты тот самый мальчишка из прошлого? Неудивительно. А ты похож на своего отца. И, судя по нашивке на твоем плече, ты теперь в легионе, в ассоциации трусов, которые только и говорят о спасении мира от невидимой угрозы и зарабатывают на этом. Они, что ли, тебе мозги промыли? Ты что, думаешь, что справишься со мной, тем, кто чуть ли не сотни лет живет войной?

Ханс не стал ждать так долго. Он приказал всем отступить и сам вышел из толпы на десять шагов от Командора. Сняв плащ и перчатки, оголив свои руки, он встал в стойку воина, демонстрируя готовность к бою без лишних слов. Перед ним стоял Командор – высокий мужчина ростом около двух метров, крупного телосложения. На нем была национальная военная форма и тяжелые доспехи. Он также снял меч, показывая, что будет драться на кулаках. Но у него остались стальные перчатки с небольшими шипами, напоминающими когти. Вытянув левую руку, он показал Хансу средний палец.

- Я убью тебя на глазах всей твоей оравы,

- Может быть, ты ляжешь на землю первым?

После этого обмена репликами они оба напряглись и были готовы начать бой в любой момент.

Начало схватки

Воздух сгустился, напряжение витало в каждом вздохе. Первый удар нанес Ханс. Он был быстрее, его движения были молниеносны. Кулак врезался в челюсть Командора, отбрасывая его на несколько шагов назад. Командор, ошарашенный неожиданной силой противника, выругался сквозь зубы. Он попытался контратаковать, но Ханс уже был рядом, нанося серию быстрых ударов по корпусу.

Командор, однако, не был простым противником. Он использовал свою силу и опыт, чтобы парировать атаки Ханса. Его стальные перчатки оставляли глубокие царапины на теле противника. Битва превратилась в яростный танец смерти, где каждый удар мог стать последним.

Ханс, чувствуя, что силы его начинают иссякать, решил рискнуть. Он совершил резкий прыжок, пытаясь нанести сокрушительный удар сверху. Командор, предвидя этот маневр, подставил левое плечо. Ханс приземлился на него всей своей тяжестью, но Командор даже не пошатнулся. Он схватил Ханса за руку и с силой швырнул его об стену здания мэрии.

Ханс тяжело рухнул на землю, кашляя кровью. Казалось, он был близок к поражению. Но в его глазах все еще горел огонек борьбы. Он медленно поднялся на ноги, вытирая кровь с губ.

С новой силой Ханс бросился в атаку. Он знал, что это его последний шанс. Он использовал все свои навыки, всю свою ярость, чтобы одолеть врага. Командор, видя решимость противника, тоже собрался с силами. Их кулаки сошлись в ожесточенной схватке.

Ханс, внезапно делая выпад, концентрируя всю свою силу в кулаке, прикрикивая наносит смертельный удар по командору. Его удар впечатывает оппонента в землю, разбрызгивая комья грязи. Командор лежит неподвижно, его глаза устремлены в бездонное небо. Тишина охватывает площадь перед мэрией, нарушаемая лишь тяжелым дыханием Ханса

После чего он оборачивается, но слышит, как командор не умер. Обернувшись обратно, видит, как командор наносит мощный удар по его корпусу, от чего он отлетает в сторону своих союзников. Командор встает, ухмыляясь. Оказывается, все это время он притворялся мертвым, ожидая подходящего момента для контратаки. Он знал, что Ханс ослаблен и не сможет долго сопротивляться.

-Ты поверил, что я так легко сломлюсь

прорычал Командор, его голос эхом прокатился по площади.

-Я был готов к этому с самого начала!

Ханс, ошеломленный предательством, пытается подняться, но раны жгут его тело. Его союзники, охваченные паникой, пытаются окружить Командора, но тот с легкостью отбивает их атаки. Его движения стали еще более быстрыми и точными, словно он полностью овладел своим телом.

-Ты никогда не победишь меня, Ханс!

кричит Командор, бросаясь на противника. Он наносит серию молниеносных ударов, от которых Ханс едва успевает уворачиваться. Казалось, все было кончено. Но в глубине души Ханса теплилась надежда. Он вспомнил все те тренировки, все те испытания, которые ему пришлось пройти. Он не мог сдаться сейчас.

С последним усилием воли, Ханс бросается навстречу Командору. Их кулаки сталкиваются с такой силой, что земля под ногами содрогается. Начинается яростная схватка, в которой каждый удар может стать последним.

Ханс, стиснув зубы, бросается навстречу Командору. Их кулаки сходятся в ожесточенной схватке, воздух наполняется треском костей и разрывающейся плоти. Командор, ощущая невероятную силу противника, отступает на шаг. Ханс, закаленный в тысячах сражений, ловко парирует все его атаки.

В очередной схватке их кулаков, перчатки Командора, не выдерживают и разлетаются на острые осколки. Ханс, воспользовавшись моментом, наносит мощный удар второй рукой прямо в сердце Командора. Тот издает хриплый стон и медленно оседает на землю, жизнь уходит из его глаз.

Тишина повисла в воздухе, нарушаемая лишь тяжелым дыханием Ханса и стонами раненых. Победа досталась ему дорогой ценой, но он сделал это. Командор, этот монстр, который столько лет терроризировал их город, наконец-то повержен.

Ханс опускается на колени рядом с телом врага, его взгляд устремлен вдаль. Он чувствует опустошение и усталость, но вместе с тем и облегчение. Он выполнил свой долг, отомстил за всех погибших.

Ханс, тяжело дыша, оглядывается на разгромленную площадь. Ликование толпы достигает своего пика, люди кричат от радости, бросая в воздух шляпы и платки. Победа одержана, но цена ее оказалась слишком высока. Город лежит в руинах, многие ранены, а некоторые навсегда остались лежать на холодной земле.

Тем временем, в тайном убежище, советник отдает последние приказы. Элита, облаченная в боевую экипировку, готова к отступлению.

-Альдор станет нашей новой крепостью.

говорит советник, его голос полон решимости.

беглецы достигают порта. Готовый к отплытию корабль, окруженный остатками солдат, становится их последней надеждой. В предрассветной дымке они отчаливают от причала, оставляя за собой город.

Новости Белого света

После смерти командора и освобождения острова от тирании правительства, местные жители решили передать власть в руки Ханса. Однако для восстановления цивилизации, налаживания торговых отношений с другими странами и островами, укрепления армии и финансирования образования в академиях магии и искусствах требовались значительные средства. Элита, бежавшая с острова, нашла поддержку у Альдора, используя их давние связи. Распространяя пропаганду о захвате острова магами, они изолировали Альдор, создавая видимость гражданской войны.

Два года спустя после того, как Ханса избрали правителем, его повысили до капитана третьего ранга. Вскоре адмирал Барбатосса возглавил северный флот, флагманом которого стал линкор "Судный день", что вызвало опасения новой войны. Между тем, тридцатилетняя война на центральном и южном континентах была приостановлена из-за угрозы со стороны некромантов, все чаще появляющихся по всему миру.

В том же году Томас и Макс окончили пятилетнее обучение в академии, а Алек поступил на второй курс. В главном штабе Легиона объявили чрезвычайную ситуацию: военачальник отряда Кеттера, Тамиель, был объявлен в розыск в связи с исчезновением нескольких городов и регионов, потерявших связь с остальным миром. Для его пойсков был отправлен Альтаир, один из одиннадцати главных советников Легиона.

На острове Альдор

В наше время, на острове Альдор, команда Алека везла тяжело раненую Дарьель в медицинской корете. Врачи делали все возможное, но состояние Дарьель ухудшалось. Сауль постоянно оглядывался, ожидая засады.

Через два часа они прибыли в небольшую лесную чашу, а еще через час достигли храма монахов.

Их водитель предупредил:

"Знайте, они тесно связаны с духами. Главное, не проявляйте враждебности к ним и природе".

Доктор сообщил, что они на месте. Монахи, одетые в белые халаты, встретили их. Кальмин и Боров перенесли носилки с Дарьель в храм, а корета доктора уехала. Старейшина монахов, Тен, приветствовал их:

Полагаю, вас зовут Алек?

- Да, здравствуйте, и извините, что мы вас потревожили. Мы просто не могли иначе.

- Ничего страшного. Мы монахи, поклявшиеся исцелять каждого больного, насыщать каждого голодного и давать приют каждому бездомному. Это наша обязанность, и мы выполняем её по своей воле.

- Спасибо за гостеприимство. Мы очень благодарны за помощь.

- Меня зовут Тен. Я старейшина местных монахов.

- А я Сауль. Приятно познакомиться.

- Тен, я не знаю, как выразить нашу благодарность. Вы спасли нам жизнь.

- Не стоит благодарности. Мы просто делаем то, что должны. Расскажи мне, что случилось с вашей спутницей.

- Дарьель... она получила тяжёлое ранение в бою. Врачи по дороге сделали всё возможное, но...

- Не отчаивайтесь. Наши целители обладают древними знаниями и умениями. Мы сделаем всё, что в наших силах. Но помните, исцеление — это не только физический процесс, но и духовный.

- Что вы имеете в виду?

- Раны на теле могут зажить, но раны на душе требуют особого внимания. Дарьель должна поверить в исцеление.

- Она сильная женщина. Я уверен, она справится.

- Я тоже надеюсь. А теперь пойдёмте со мной. Я покажу вам место, где вы сможете отдохнуть.

Алек и Сауль следуют за Теном. Они проходят через тихие коридоры храма, украшенные фресками и статуями. Воздух наполнен ароматом трав и благовоний.

- Тен, а вы давно живёте здесь?

- Всю свою жизнь. Этот храм — наш дом, а лес вокруг — наша семья. Мы живём в гармонии с природой и духами этого места.

- Духи?

- Да, духи. Они обитают в каждом дереве, в каждой травинке. Они охраняют этот лес и помогают нам в наших делах.

Они останавливаются перед небольшой комнатой. Тен открывает дверь.

- Здесь вы сможете отдохнуть. Если вам что-нибудь понадобится, не стесняйтесь звать.

- Спасибо, Тен.

Алек и Сауль входят в комнату и оглядываются вокруг. Комната обставлена простой мебелью из дерева. В углу стоит небольшой алтарь, украшенный свечами и статуэтками.

- Какое странное место...

- Тише, Сауль. Здесь нам помогут.

Алек ложится на кровать и закрывает глаза. Он пытается успокоиться и сосредоточиться на своём дыхании. Сауль садится на стул и смотрит в окно. За окном виднеются высокие деревья и густая листва.

- Я надеюсь, Дарьель поправится.

Внезапно Сауль чувствует, как по его спине пробегает холодок. Он оборачивается, но никого не видит.

- Алек, ты чувствуешь?

- Что?

- Я... я не знаю. Просто какое-то странное ощущение...

Алек открывает глаза и смотрит на Сауля.

- Спокойно, Сауль. Всё будет хорошо.

Монахиня, излучая спокойствие, поставила поднос на столик.

-Травяной чай поможет вам расслабиться.

Алек и Сауль поблагодарили ее.

После чая, они решили выйти из комнаты и прогуляться по храму. Тишина и умиротворение царили в этом месте. Стены были украшены фресками, изображающими сцены из жизни монахов и их взаимодействия с природой.

Вскоре они встретили Тена, который направлялся в сторону лазарета.

-Как вы себя чувствуете?

спросил Тен.

-Гораздо лучше, спасибо.

ответил Алек.

– Мы уже успели немного освоиться.

-Я чувствую в ране Дарьель нечто зловещее. Это не просто рана, это проклятие. Расскажи мне, что произошло?

-Мы сражались с некромантом. Он был полон ненависти и жажды смерти. Его атаки были настолько сильны, что я думал, мы потеряем ее.

- Алек, рана Дарьель несет в себе темную энергию. Мы можем попробовать очистить ее с помощью древнего ритуала. Это долгий и сложный процесс, но я верю, что мы сможем помочь ей.

Алек кивнул.

-Я готов. Что нам нужно делать?

- А вдруг этот ритуал еще больше навредит ей?

-Я понимаю твои сомнения, Сауль. Но это наш единственный шанс. Я буду проводить ритуал.

Кальмин молча кивнул, его глаза были полны решимости.

Дарьель, слабо улыбнувшись, сказала

-Я верю в вас.

В тот же вечер, в главном зале храма, начался ритуал. Тэн, окруженный свечами, произносил древние заклинания. Темная энергия, заключенная в ране Дарьель, начала пульсировать, создавая в зале зловещую атмосферу.

Тэн, глядя на бледное лицо Дарьель, вздохнул.

-Я знал, что ритуал будет тяжелым, но не думал, что она ослабнет настолько. Ей нужна полная реабилитация.

Алек с беспокойством посмотрел на Дарьель.

-Что это значит, Тэн? Как мы можем ей помочь?

Тэн посмотрел на остальных членов группы.

-Дарьель потеряла много жизненной силы. Ей нужно время, чтобы восстановиться. Я думаю, нам стоит выйти и поговорить на свежем воздухе,

предложил Тэн, глядя на обеспокоенные лица своих спутников.

-Пока монахини займутся Дарьель, мы сможем обсудить наши дальнейшие действия.

Его слова прозвучали как мудрый совет. Отдохнув от тяжелых дум, группа вышла из храма и направилась в тенистый сад.

Алек начал разговор

-Что мы будем делать? Просто сидеть и ждать, пока Дарьель поправится?

Двор храма, ранний вечер. Солнце садится, отбрасывая длинные тени.

Тэн, оглядывая своих спутников, вздыхает. -Я понимаю ваше беспокойство, Сауль, Боров. Но Дарьель сейчас крайне уязвима. Ей необходимо время, чтобы восстановить силы.

Сауль, скрестив руки на груди, смотрит на Тэна.

-Я понимаю твою заботу, но у нас нет роскоши ждать. Томас – человек слова, но если мы его подведем, последствия могут быть самыми непредсказуемыми.

В его голосе слышится тревога, но и решимость.

Боров, добавляет

-Сауль прав. Мы не можем рисковать успехом всей миссии из-за одного человека. Мы выполним задание и вернемся как можно скорее.

Кальмин, неловко переминается с ноги на ногу.

-Я... Я не знаю, что сказать. Я чувствую себя бесполезным. Если бы я был сильнее...

Тэн кладет руку на плечо Кальмина.

-Не говори так. Твое присутствие здесь очень важно для Дарьель. Она нуждается в поддержке и заботе.

Алек, глядя на закат, произносит

-Хорошо, ребята. Решено. Сауль, Боров, готовьтесь к выходу. Кальмин, оставайся с Дарьель.

-Мы выдвигаемся следующим утром.

сказал Алек, чувствуя тяжесть в сердце. Оставлять Дарьель было сложно, но они не могли вечно ждать.

-Сауль, Боров, будьте осторожны. И помните, ваша главная задача – вернуться живыми и здоровыми.

Сауль кивнул, но в его глазах читалась тревога.

-Я постараюсь, Алек. Но обещаю, мы не подведем ни тебя, ни Дарьель.

Боров молча кивнул в знак согласия.

Кальмин подошел к окну и посмотрел на закат.

-я буду ждать.

Пройзнес шепотом.

Примечание: Последствия воздействия темной магии:

* Длительное восстановление: Даже после извлечения темной энергии, организм жертва может долгое время восстанавливаться, испытывая слабость и утомляемость.

* Потеря контроля над магией: Из-за поврежденных энергетических каналов жертва может испытывать трудности с управлением своей магией.

* Эмоциональные травмы: Пережитый опыт может оставить глубокие эмоциональные шрамы, влияющие на ее физическое состояние и способность к восстановлению.

Дарьель уже почти готова к встрече с вами. Но помните, ей нужен покой.

-Мы будем осторожны.

заверил Сауль.

Тен повел их к лазарету.

Они подошли к двери лазарета. Тен постучал и открыл дверь. Комната была погружена в полумрак. На кровати лежала Дарьель. Ее лицо было бледным, но она уже открыла глаза.

-Дарьель! –

воскликнул Кальмин.

Она смотрела, и легонько улыбалась видя нас.

Оставшиеся вечер Алек, Сауль и Боров провели в храме. Они помогали по хозяйству, общались с монахами.

Чуть позже

Тен пригласил их всех на небольшую церемонию. Они собрались в главном зале храма. Монахи стояли вокруг костра, держа в руках зажженные свечи. Тен поднял руки и начал говорить.

-Сегодня мы празднуем исцеление Дарьель. Это не просто физическое выздоровление, это победа духа над болезнью.

После церемонии, они все вместе сели за стол. На столе стояли блюда с различными травами и кореньями.

- Это пища, которую готовят наши целители.

сказал Тен.

- Она помогает восстановить силы и укрепляет здоровье.

Алек, Сауль и Дарьель с благодарностью приняли угощение. Они чувствовали себя частью этой большой семьи.

Алек, Боров и Сауль входят в просторную спальню. Она обставлена скромно: несколько деревянных кроватей, небольшой столик и шкаф. Луна проникает сквозь узкое окно, отбрасывая длинные тени на стены.

Алек

-Ну что, ребята, давайте отдохнем. Завтра нас ждет долгий путь.

Он аккуратно разложил свой спальный мешок.

Сауль Снимая доспехи

-Да, день был долгим. Надеюсь, там, куда мы направляемся, будет поспокойнее.

Боров Ложась на кровать

-Я тоже. Но, честно говоря, я немного беспокоюсь за Дарьель. Как она там одна?

Алек

-Кальмин будет с ней. Он парень надежный. Да и монахини за ней присмотрят.

Пауза. Каждый из них погружается в свои мысли.

Сауль: Сев на край кровати

-А вы не думаете, что мы могли бы найти какой-нибудь способ ускорить ее выздоровление? Может, есть какие-то древние заклинания или травы?

Алек

-Хорошая мысль, Сауль. Но сейчас мы можем только ждать. Когда вернемся, мы обязательно займемся этим вопросом.

Боров

-А что, если... Что если мы не успеем? Что если с Дарьель что-то случится?

Алек положил руку на плечо Борова.

-Не думай так. Все будет хорошо. Мы сделаем все, что в наших силах.

Они лежат в темноте, слушая ночные звуки храма: шорох ветра, далекий лай собаки. Каждый из них думает о своем, о предстоящем путешествии, о Дарьель, оставшейся позади.

Ночью

Алек резко вздрогнул, просыпаясь в холодном поту. Сердце колотилось в груди, как бешеная птица. В памяти всплывали обрывки кошмара: он стоял на краю глубокой пропасти, над древними руинами королевства Борна. Небо было багровым, а земля содрогалась от мощных толчков. Внезапно, огромная глыба камня откололась от скалы и с грохотом обрушилась на него.

Нет!- выдохнул Алек, садясь на кровати. Его тело дрожало от пережитого ужаса. Он оглянулся на своих спутников. Боров и Сауль спали спокойно, ни о чем не подозревая.

Алек попытался успокоиться, но тревожное чувство не покидало его. Этот сон казался слишком реальным, слишком живым. Может быть, это было предупреждение? Или просто плод его бурной фантазии?

Он встал и подошел к окну. Ночь была тихая, звезды мерцали на небе. Ничто не предвещало беды. Но Алек все равно чувствовал какую-то неотвратимость грядущих событий.

Алек лег в постель, сердце его все еще бешено колотилось. Он пытался отвлечься от пугающих видений, но образ рушащихся руин и падающей глыбы не хотел исчезать из его сознания.

Просто сон, - прошептал он себе, закрывая глаза.

-Плохой сон.

Он попытался представить себе что-нибудь приятное: теплый летний день, шум прибоя, запах соленого морского воздуха. Но все эти образы быстро растворялись в мраке его кошмара.

Наконец, изнемогая от бессонницы, Алек решил сдаться и попытаться заснуть. Он свернулся калачиком под одеялом, закрыл глаза и начал медленно считать овец.

После недолгого пребывания в сознании он уснул.

Ранним утром

Алек просыпается с решимостью в глазах.

Несмотря на то, что он пытался отмахнуться от кошмара как от пустого страха, сон оставил глубокий след в его сознании. Образы рушащихся руин и падающей глыбы не давали ему покоя.

-Это было слишком реалистично.

Думал Алек, потягиваясь.

-Может быть, это не просто сон, а предупреждение?

Он встал с кровати и подошел к окну, глядя на рассвет. Решимость сверкала в его глазах. Он понимал, что должен сделать все возможное, чтобы предотвратить катастрофу, которую предвидел во сне.

После кошмара Алек решает, что медлить нельзя. Он будит своих товарищей и сообщает о своем видении. Все понимают серьезность ситуации и принимают решение немедленно отправиться в путь.

Подготовка: Они быстро собирают необходимые вещи, проверяют оружие и снаряжение. Возможно, они возьмут с собой какие-то артефакты или карты, которые могут помочь им в поисках.

Прощание: Они прощаются с Дарьель и монахами, обещая вернуться как можно скорее. Дарьель выражает свою обеспокоенность, но поддерживает их решение.

Через несколько часов они были готовы покинуть храм. Тен проводил их до ворот.

-Спасибо вам за все.

сказал Алек.

-И от нас спасибо.

добавил Сауль.

Чуть позже

Алек

-И так мы теперь одни в враждебной стране, и надеемся на то, что Томас найдет нас быстрее, чем другие.

В его голосе звучала решимость. Солнечные лучи пробивались сквозь листву, создавая в лесу игру света и тени. Друзья шли рядом, плечом к плечу.

Мы брели пешком по едва заметным тропинкам, уходящим все глубже в дикую природу. Далекие горы, словно гигантские зубцы, закрывали половину южного горизонта. Низкорослые деревья, скрученные ветром, то и дело мелькали перед глазами. Иногда нам встречались местные жители, провожая нас недоуменными взглядами. В их глазах читалось: Куда они, бог знает, идут? Почему одни? Не заблудились ли?

Иногда они предлагали нам помощь: поделиться провизией, показать дорогу. Но мы вежливо отказывались. Не хотелось привлекать лишнее внимание. Приближаясь к патрулям, мы прятались за деревьями, стараясь слиться с окружающей средой.

Сауль, окинув нас мрачным взглядом, предложил.

-Ребята, давайте снимем нашивки легиона и спрячем лица. А то еще хуже привлечем внимание.

Боров, не колеблясь, сорвал нашивку и бросил ее под ноги. Я последовал его примеру.

Спустя несколько изнурительных часов на горизонте показались первые признаки цивилизации: дымки костров, крыши домов. Приближаясь к поселку, мы старались не смотреть по сторонам, чтобы не вызывать подозрений.

Сауль Оглядывая город, который уже виднеется на горизонте.

-Что скажете, если перед тем как войти в город, мы обновим наше снаряжение? Вид у нас сейчас не самый презентабельный, а в городе, судя по всему, полно кузнецов. Новое оружие и доспехи нам точно не помешают.

Боров Почесывая затылок.

-Ну, насчет внешнего вида ты прав. Да и оружие наше уже порядком поизносилось. Но у нас ведь и так почти не осталось денег.

Я Соглашаясь.

- Да, Боров прав. Новое снаряжение было бы неплохо, но нужно подумать, как мы за него расплатимся.

Сауль Уверенно.

-Не переживайте. Я думаю, мы найдем выход. Может, продадим часть старого снаряжения или возьмем небольшую работу. Главное, чтобы мы были готовы к любым неожиданностям. А в новом снаряжении нам будет гораздо спокойнее.

Боров С энтузиазмом.

-Давай попробуем! Я уже представляю, как буду рассекать в новых доспехах!

Я Улыбаясь.

-Ну, что ж, тогда вперед! Посмотрим, что нам смогут предложить местные кузнецы.

Мы, наконец, достигли города. Его воздух был насыщен запахом раскаленного металла и кожи. Молотков звон стоял непрерывным гулом, перебивая даже шум ветра. Каждая улица была усыпана мастерскими, где кузнецы, словно муравьи, ковали оружие и доспехи.

Сауль, словно опытный проводник, уверенно вел нас по лабиринту узких улочек. Боров, не выдержав, потянул меня за рукав.

- Посмотри на это! Все, кто здесь живет, похоже, кузнецы. Даже дети!

Я кивнул, пораженный масштабом кузнечного производства. В каждой лавке были выставлены на продажу мечи, топоры, кинжалы, доспехи. Глаза разбегались от обилия железа.

Мы остановились перед одной из самых больших лавок. Над дверью висела вывеска с изображением молота и наковальни. Сауль постучал в тяжелую деревянную дверь. Через мгновение она отворилась, и на пороге появился коренастый мужчина с загорелым лицом и руками, покрытыми мозолями.

- Добро пожаловать, странники, - произнес он глубоким голосом. - Чем могу быть полезен?

Сауль улыбнулся.

- Мастер, нам нужны новые доспехи и оружие. Путешествуем мы уже долго, и наше снаряжение изрядно износилось.

Кузнец внимательно оглядел нас.

- Проходите, - пригласил он. - Посмотрим, что у меня найдется для вас.

Мы вошли внутрь лавки. Огромный горн пылал в центре помещения, освещая ряды готового оружия. Кузнец начал подбирать для нас доспехи и оружие, подходящие по размеру и весу.

Пока он был занят, я невольно обратил внимание на странные рисунки, покрывающие стены лавки. Это были сцены сражений, где люди в необычных доспехах сражались с чудовищами. Некоторые из этих существ были мне незнакомы.

-Мастер, - спросил я, - а что это за существа на ваших рисунках?

Кузнец улыбнулся загадочно.

-Это старые легенды. Говорят, что в этих землях когда-то обитали чудовища. Но это было давно, очень давно.

Я хотел расспросить его подробнее, но Сауль прервал меня, рассматривая новое оружие и доспехи.

-Мастер, все это выглядит превосходно! Но, признаться, наши карманы не так уж и полны. Можем ли мы предложить вам что-то взамен? У нас есть несколько старых монет, да и наше нынешнее снаряжение, хотя и изношено, но все еще может быть полезно.

Кузнец Осматривает их снаряжение.

-Хм, ну, старые доспехи можно переплавить, а из монет... хватит разве что на материалы. Но вы правы, новое снаряжение вам необходимо. Я могу предложить вам следующее: два клинка, хорошо сбалансированных и острых, и облегченные доспехи. Они будут более подвижными, чем ваши старые, и не будут сковывать движения.

Сауль Задумывается.

-Два клинка и облегченные доспехи... это звучит неплохо. Мы согласны на ваше предложение.

Чуть позже

Одев новые доспехи и вооружившись клинками, мы вышли из кузницы.

Сауль, перебил небольшую тишину.

- Пойдемте, Боров, уже все готово.

Мы отблагодарили кузнеца и вышли из лавки. На улице уже смеркалось.

Как только мы вышли, перед нами уже оказались десятки городских стражников. Они стояли в боевой стойке, указывая на нас копьями и мечами. В их глазах сверкали гневные взгляды.

Капитан стражников, стоявший посередине, крикнул:

- Устранить врагов наших любой ценой! Не оставлять ни одного в живых!

Сауль оглянулся и выкрикнул:

- Твою мать, дело плохо! Сваливаем срочно!

Как только мы хотели зайти, нас остановил Боров

-Не получится, они окружили нас.

И вправду, они уже пробрались с заднего входа и окружили нас. Выхода нет, нужно биться. Три человека против шестнадцати, нет, больше двадцати... Плохо дело. Где же Томас, когда он так нужен?

Я с Саулем стояли спереди, Боров прикрывал наши спины сзади, готовый обороняться от стражников. Внутри здания он быстро магией воды притянул воду из бочек. Мы обнажили клинки.

Капитан отряда крикнул:

- Убить их!

Они все мигом маршем начали бежать на нас.

Бой начался. Мы с Саулом вышли на них прямо, парируя их копья. Мы подошли вплотную и новыми клинками устраняли врагов одного за другим.

Клинки сталкивались с металлическими наконечниками копий, издавая оглушительный звон. Саул, сквозь завесу летящих стрел, видел, как Боров, словно танцуя смертельный танец, кружился среди врагов, его руки излучали голубое сияние. Вода, подчиняясь его воле, превращалась в ледяные шипы, пронзающие тела противников. Но их было слишком много. С каждой минутой круг вокруг них сжимался.

Саул, задыхаясь от напряжения, отбивал яростные удары. Его сердце колотилось в груди, как бешеная птица. Он чувствовал, как пот стекает по лицу, смешиваясь с соленой кровью. Вдруг, оглушительный рев ветра разнесся по воздуху. Все стихло. Перед ними возникла фигура, окутанная вихрем летящих листьев и обломков. Его глаза сверкали нечеловеческим блеском.

Мощным взмахом руки он рассеял врагов, словно осенние листья. Ветряной поток вздымал их в воздух, кружил и швырял о каменные стены. Саул и Боров, ошеломленные, смотрели на происходящее. Он словно бог ветра, господствовал над стихией. Создав под ногами воздушную подушку, он подхватил их и унес вдаль, прочь от опасности.

И скрылся в дыму, пепле и пыли, что создал перед собой.

Мы, отхаркивая пыль и кашляя, посмотрели на него. Это был Томас. Томас, мать его, Рудд спас нас от смерти почти два раза.

- Вы вообще головой думаете? Вы хоть не задумывались, что кузнецы здесь до единого грёбаные патриоты и при первой же возможности ГОТОВЫ СДАТЬ МАГОВ?

Перед нами стоял наш спаситель и по совместительству тот, кто начал разговор.

Томас Рудд, спасающий нас от засады, мы стояли в небольшом помещении с парой стульев и 1 тумбочкой между ними. Компактность на все 100%.

Я посмотрел на распахнутое окно, откуда мы и прилетели.

Боров ответил ему:

- Извините, при походе у нас случилось ЧП: члена нашей команды смертельно ранили, и нам пришлось идти за помощью к монахам. Там мы немного задержались, к тому же нам пришлось скры...

Не успев он закончить, его перебил Томас. Он смотрел на нас как на идиотов.

- Вы что, совсем? Или Ханс не сказал вам, чтобы вы торопились и ждали в порту? Там я и ждал вас дополнительно 2 дня под часовой, ожидая вашего корабля, пока вы прохлаждались в храме? И как вам удалось уйти оттуда незамеченными?

Гневные вопросы сыпались на нас тяжелым грузом, уничтожая нашу самооценку окончательно.

Я не успел сказать:

- Нам помогли медики...

Как Томас бросил на меня свой дикий взгляд. Он смотрел мне прямо в глаза, отчетливо говоря глазами: "Какого хрена?"

Но он успокоился так, что аура в комнате стала легкой, и тяжелые атмосферные грузы его слов упали с наших плеч.

- Раз уж вы смогли удрать от меня, это ли значит, что я вас недооценивал. Раз уж так, то я не буду медлить и сразу к делу. Мы и так потеряли слишком много времени.

Нашей первостепенной задачей будет устранение максимального количества поставок оружия с Альдора на Королевство Борна. По данным наших информаторов, 87% поставок нелегального оружия за весь год были произведены отсюда, и 40% из них - это в Королевство Борна, так как они расположены близко, и по каким-то причинам они платят чуть ли не за даром за каждое оружие. Зачем Альдор согласился на такую сделку - неясно.

И наш капитан приказал, чтобы мы минимизировали жертвы среди гражданских и кузнецов, так как они в дальнейшем понадобятся, а вот если будут сопротивляться - убивать на месте без предупреждения. Вам ясно?

За миг его спокойный голос превратился в тревожный с гневом.

Сауль хладнокровно ответил:

- Так точно.

За ним и мы последовали.

Томас оглядел нас каждого и продолжил:

- К тому же сюда скоро прибудет и сам Ханс со своей армией и небольшой поддержкой от других легионеров. Война приходит в эти края, и нам нужно его остановить как можно скорее. Ханс уже успел перенаправить сюда небольшой отряд под моим командованием и стал второй партией. Только вот вас всего трое?

Мы переглянулись. Я ответил:

- На самом деле нас 5, но 2 находятся в храме на лечении.

Томас на миг задумался и удивленно ответил:

- 5? Всего-то пятеро. В первой группе насчитывается больше 50 опытных воинов и 10-ки магов, а против нас их чуть ли не тысячи. И как вы втроем, то есть пятером, сможете противостоять им всем?

Наши глаза не смогли подняться. Из их отряда, что было 15, нас осталось всего 5, при том что Боров присоединился недавно, и к тому же 2 не боеспособны. Мы были беспомощными тремя мешками дерьма.

Томас глубоко выдохнул:

- Так уж быть, молитесь, чтобы Ханс не ошибся в вас, иначе погибните в первый же день. Идемте, я познакомлю вас с остальными.

Он вышел с комнаты, и мы не отставая последовали за ним. Мы проходили по узким коридорам, ощущения будто мы в жилом доме. Рядом с лестницей на второй этаж был спуск в подвал. Мы пошли за ним туда. Подвал был как никакой кобылятник, ничего особенного, но дальняя стена была фальшивая. Он развеял ее, и перед нами оказался длинный тоннель. Мы были слегка удивлены, проходя небольшие самостоятельные тоннели, проходя множество перекрестков, вышли на огромную сеть тоннелей, обставленных самодельными светильниками и небольшими столами, что были заполнены множеством бумажек. Там были чьи-то данные и карты разных местностей, и на стенках рядом были развешаны планы, начерченные разными символами и ключевыми точками и путями торговых точек.

Подвалы были заселены работающими горожанами и некоторыми легионерами.

Томас начал разговор, пока мы шли по тоннелям, проходя мимо людей:

- Да, конечно, база не совсем удобная, но рабочая. Все эти люди либо наши воины, либо наемники с разных островов. Есть и те, кто с этого острова. Через несколько часов мы отправимся на перехват нескольких партий орудий, и лишние руки нам не помешают.

После того, как Томас представил свою базу, Боров, казалось бы, случайно, задал вопрос.

- Томас, а почему именно мы? Почему ты выбрал нас для такой опасной миссии? У нас ведь нет опыта в таких делах.

Томас посмотрел на Борова с интересом и ответил.

- Интуиция. И не только. Ханс говорил, что вы трое – пережили многое, и в ваших глазах я вижу решимость. А решимость – это то, что нам сейчас нужно больше всего. К тому же, вы молоды и сильны, а значит, быстрее адаптируетесь к новым условиям.

Сауль, нахмурившись, добавил:

- Но мы же не знаем местности, не знаем обычаев. Как мы сможем противостоять опытным воинам и магам?

Томас улыбнулся криво:

- Выживаемость – это не только о силе и навыках. Это еще и о смекалке и умении адаптироваться. А вы, я уверен, справитесь. У вас есть я, и есть ваша дружба. Этого вполне достаточно.

Во время обсуждения плана, один из опытных воинов, обращаясь к Томасу, заметил.

- Томас, а ты уверен, что Ханс знает обо всем? Может быть, он сам замешан в этой торговле оружием?

Томас нахмурился:

- Ханс? Нет, это исключено. Он ненавидит все, что связано с войной. Он хочет мира.

- Но почему тогда он отправляет нас сюда? Почему не остановит все это сам?

Томас надолго замолчал, глядя вдаль. Затем тихо произнес:

- Есть вещи, которые мы не можем контролировать. Иногда, чтобы остановить войну, нужно сначала разжечь ее. Это жестоко, но необходимо.

Мы продолжили идти и наткнулись на отряд в темных плащах. Они обсуждали какой-то план.

Томас подошел к группе, словно заводила.

-Ребята, внимание! Позвольте представить вам новичков, которые будут нас разбавлять. Это Сауль – наш ближник, Боров – маг воды, и Алек – тот, кто всегда знает, где найти еду. Шутка! Или не совсем. В общем, ребята, принимайте их в команду, будем вместе творить историю!

После этих слов, раздался дружный смех, и атмосфера стала более расслабленной.

Томас, глядя на карту, разглаживает ее ладонью.

- Итак, как я понимаю, основная масса оружия перевозится по этим двум путям,- он указывает на две извилистые линии на карте. - Первый путь короче, но более охраняемый. Второй длиннее, но менее патрулируется. Предлагаю разделиться на две группы. Одна группа, более опытная, отправится по первому пути и попытается перехватить караван в узком горном ущелье. Вторая группа, в которую войдете вы, новички, возьмет на себя второй путь. Там у нас будет больше времени на подготовку засады.

Сауль, внимательно изучая карту, кивает:

- План понятен. Но как мы справимся с превосходящими силами противника?

Томас усмехается.

- У нас есть преимущество неожиданности. Кроме того, мы знаем их маршруты и можем выбрать наиболее выгодную позицию для атаки. А еще у нас есть вы, новички. Ваша энергия и решительность могут стать решающим фактором.

Боров, почесывая затылок, добавляет:

- А что если они изменят маршрут? Или у них будет подкрепление?

- Мы предусмотрели все возможные варианты, - отвечает Томас. - У нас есть разведчики, которые будут следить за перемещениями противника. Если что-то пойдет не так, мы всегда сможем скорректировать наши планы.

Остальные члены команды согласно кивают. Они понимают, что миссия опасна, но верят в своего командира.

- Итак, все согласны?- спрашивает Томас.

Раздается дружный ответ:

- Да!

Атмосфера в группе становится напряженной, но одновременно и воодушевленной. Каждый понимает, что предстоящая битва станет испытанием их силы и выдержки.

Я поддержал его план, и мы не медля отправились на торговые пути, выходя у пещеры у дерева за городом.

Я, Сауль, Боров и несколько других людей вышли на охоту под командованием Томаса.

Мы шли по тропе.

Боров, начал разговор.

-Знаете, ребята, я вот думаю... А что если после этого задания мы купим себе небольшой домик где-нибудь на берегу моря? Представляете, сидим мы на веранде, рыбачим, жизнь прекрасна...

Сауль подшучивая Да ты мечтатель, Боров. Сначала нам нужно выжить после этого задания. А там, глядишь, и до домика доберемся.

Другой член команды присоеденился к разговору

-А я вот думаю о своей семье. Как они там? Не скучают ли по мне?

Томас подбадривая

- Я понимаю ваши чувства. Но сейчас нам нужно сфокусироваться на задании. После его выполнения мы сможем позволить себе немного отдохнуть и заняться своими делами.

Боров отвечая Томасу

-Ты прав, Томас. Но мечтать ведь не вредно?

Сауль ответил

-Мечтать не вредно, а вот отвлекаться от цели - вредно. Так что давайте лучше обсудим наш план действий на завтра.

Второй член команды продолжил.

-Слушайте, а вы помните, своё детство? играли ли вы во что нибуть?

Сауль поддержал его.

-Да, помню. Мы строили шалаши, придумывали свои правила. Было весело.

Боров.

А я тогда мечтал стать пиратом и найти затерянный клад.

Томас.

Детство - прекрасная пора. Но сейчас мы взрослые люди, и у нас настоящие проблемы. Хотя, в нашей работе тоже есть место для приключений.

Так и прошло разговорно, пол нашего пути. Время уже близилось к вечеру, солнце уже падало за горизонтом прячать за горы.

Через 15 минут мы оказались на месте и приготовились к засаде. Согласно плану, здесь должен был проходить караван с оружием для королевства Борна. Нас было шестеро: я, Сауль, два мага, Боров, Томас и его заместитель.

Мы заняли свои позиции, сливаясь с окружающим ландшафтом. Я с Саулем прикрывали магов, а Боров и еще один маг должны были перехватить оружие. Томас и его заместитель выдвинулись вперед, чтобы отвлечь основную часть противников.

Вечер подходил к концу – идеальное время для засады. Вскоре на горизонте показался караван. Огромные лошади несли тяжелые контейнеры с оружием. Мы затаили дыхание, сливаясь с природой.

Когда караван приблизился, Томас подал сигнал. Мы выскочили из укрытия. Маг земли создал каменные глыбы, перекрыв путь подкреплению. Томас и его напарник атаковали врагов. Томас, используя силу ветра, сбивал противников с ног, а его напарник ловко расправлялся с ними мечом. Маги поддерживали их, создавая защитные барьеры.

Неожиданность сыграла нам на руку. Мы быстро одолели первую половину каравана и перешли ко второй. Вскоре вся операция была завершена.

Мы подошли к одному из обозов и вскрыли замки. Перед нами предстало огромное количество оружия, магических артефактов и луков. Томас широко улыбнулся, оглядев разграбленный караван и своих товарищей, поднял руку, требуя тишины. Его голос, хотя и был немного хриплым от напряжения, звучал властно:

- Мы сделали это! Благодаря нашей слаженной работе и смелости, мы сорвали планы врага. Это оружие больше не попадет в руки тех, кто хочет погубить наш мир. Но наша работа еще не закончена. Нам нужно найти безопасное место, чтобы спрятать все это и разработать новый план. Кто знает, какие еще сюрпризы приготовили нам наши враги?

Я кивнул в ответ Томасу.

- Ты прав. Нам нужно быть бдительными. Но сейчас, думаю, мы заслужили небольшой отдых. Давайте отпразднуем нашу победу, а потом уже будем думать о будущем.

После короткого обсуждения плана дальнейших действий, Томас закрыл глаза и сконцентрировался. Его сознание погрузилось в глубокий транс, позволяющий ему установить ментальную связь с другим отрядом.

Томас начал визуализировать образ лидера второго отряда, Адама, представляя его стоящим перед собой. Затем он мысленно произнес:

- Адам, это Томас. Выполнили ли вы свою задачу?

Через мгновение в сознании Томаса возник ясный образ Адама, окруженного своими людьми, стоящего среди груды оружия.

Да, Томас, - прозвучал в его голове голос Адама, наполненный удовлетворением.

Мы справились. Все оружие у нас."

Отлично, - ответил Томас.

- Теперь нам нужно объединить наши силы. Соберите свой отряд и двигайтесь к нашему укрытию. Координаты я отправлю вам мысленно. На месте обсудим дальнейшие планы.

Адам подтвердил получение сообщения. Томас, удовлетворенный результатом, разорвал ментальную связь.

Отряд, во главе с Томасом, начал методично собирать разбросанное оружие. Мечи, луки, арбалеты – все тщательно складывалось в подготовленные контейнеры. Маги помогали с более крупными грузами, используя свои способности для облегчения переноски.

- Этого добра хватит на целую армию, - заметил Боров, осматривая горы оружия.

Томас кивнул.

-Да, но наша задача не только перевезти его, но и спрятать так, чтобы враги никогда его не нашли.

Собрав все трофеи, отряд двинулся к заранее подготовленной базе. Путь был неблизкий, и им пришлось идти по безлюдным тропам, чтобы избежать обнаружения. Маги создавали иллюзии, скрывая отряд от возможных наблюдателей.

На базе их ждал заранее подготовленный склад, вырытый глубоко под землей. Огромные каменные стены и мощные магические барьеры делали его практически неприступным.

После того, как все оружие было спрятано, отряд собрался в главном зале базы. Томас обратился к своим товарищам:

- Мы выполнили первую часть нашей миссии. Но это только начало. Впереди нас ждет еще много испытаний. Враги не сдадутся просто так. Они будут искать нас, и мы должны быть готовы к любым неожиданностям. Нам нужно разработать новый план, как использовать это оружие, чтобы окончательно разгромить наших врагов.

Сауль кивнул.

- Мы должны быть бдительны. И не забывать о наших людях. Они ждут от нас помощи.

После успешной операции и доставки оружия на базу, не прошло и нескольких часов, как на горизонте показался второй отряд во главе с Адамом. Они двигались скрытно, используя те же навыки маскировки, что и первый отряд.

Добравшись до базы, Адам и его люди принялись разгружать оружие. Они работали слаженно и быстро, словно хорошо отлаженный механизм. Когда все грузы были перенесены в подземный склад, Адам направился к Томасу.

Оба командира встретились в главном зале базы. Адам, лицо которого было покрыто легкой усталостью, но глаза горели решимостью, подошел к Томасу.

- Томас, мы выполнили свою часть задания. Все оружие в безопасности.

Отличная работа, Адам, ответил Томас. *Мы можем быть спокойны за эту партию. Но наша задача еще далеко не завершена.

Они перешли к обсуждению дальнейших действий. Томас поделился своими планами относительно использования захваченного оружия.

- Я думаю, что пришло время перейти в наступление. Мы должны объединить наши силы с отрядом Ханса. Он уже должен быть на подходе с подкреплением.

Согласен, кивнул Адам.

- С таким количеством оружия и объединенными силами мы сможем нанести серьезный удар по врагу.

Да, подтвердил Томас.

- Мы начнем полномасштабный марш на вражеские позиции. Осадим их город и покажем им, что с нами шутки плохи.

Оба командира понимали, что их ждет непростая задача. Впереди их ждали ожесточенные сражения, но они были готовы к ним. Сплоченные одной целью, они были уверены в своей победе.

Томас посмотрел на нас усталым взглядом. *Нам нужно тщательно продумать наши дальнейшие действия. Враг наверняка уже начал нас искать. Давай составим детальный план наступления. Где будем атаковать, как будем координировать наши действия с Хансом? Нужно все предусмотреть.

Я немного потерев виски, согласился.

- Да, ты прав. Необходимо действовать быстро и слаженно. После чего, мы разошлись по разным сторонам.

Спустившись все глубже в сырую и холодную пещеру, мы наконец дошел до небольшого, но удивительно ровного зала. Стены были покрыты влажным мхом, а потолок усыпан сталактитами, создавая причудливые узоры. В центре зала, вокруг большого костра, были разложены грубые деревянные нары.

Ну вот, наконец-то, выдохнул Сауль, бросаясь на ближайшую настил.

- Отдохнем немного, а там видно будет.

Боров кивнул и снял с плеч тяжелый рюкзак. Он подошел к костру и подбросил в огонь несколько сухих веток. Пламя вспыхнуло ярче, отбрасывая длинные тени на стены пещеры.Я уселся рядом с Алеком

И вески уже не держали мой глаза, после чего я словно вырубился

Сауль, держа в руках факел, осторожно пробирался между спящими воинами. Достигнув нас, где мы спали видимо он уже успел проснутся.Он легонько толкнул в плечо.

- Подъем, ребята! Ханс прибыл и ждет нас у главного входа.

Я мгновенно проснулся и сел, потирая глаза. Боров же еще некоторое время лежал неподвижно, явно не желая покидать теплые объятия сна.

- Давай, Боров, хватит валяться! Нам нужно обсудить важные дела, поторопил его Сауль. Боров с неохотой поднялся и, зевая, потянулся.

- Ну, хорошо, хорошо... Только дайте мне минуту, чтобы прийти в себя.

Я, уже полностью проснувшись, посмотрел на Сауля.

- Что-то случилось? Почему такая спешка?

Сауль, с серьезным выражением лица, кивнул.

- Ханс пришел, и принес новые сведения о враге. Кажется, они готовят что-то серьезное. Нам нужно быть готовыми ко всему.

Боров, наконец, полностью проснулся и, натянув на себя одежду, спросил:

- И что же нам делать? Просто сидеть здесь и ждать, пока они на нас нападут? Сауль покачал головой.

- Нет, конечно. Ханс уже разработал план. Нам нужно идти к нему и обсудить все детали.

Трое друзей вышли из казармы и направились к главному входу. Холодный ночной воздух бодрил и прогонял остатки сна. Вдали виднелись очертания людей, где их ждал Ханс. По пути они обменивались короткими фразами, обсуждая сложившуюся ситуацию.

- Интересно, что это за новые сведения?

задумчиво произнес Боров

Ханс поднял глаза от карты, его взгляд был тяжел. Здравствуйте парни

- К сожалению, у меня плохие новости, начал он, его голос звучал хрипло.

- Отряд, который должен был присоединиться к нам, пропал. Связь с ними оборвалась несколько часов назад. Я боюсь, что их перехватили враги."

Я нахмурился.

- Как такое могло произойти?

Сауль посмотрел на Ханса с беспокойством.

- Что будем делать теперь? Мы не можем просто так оставить их.

Ханс вздохнул.

- Я понимаю ваше беспокойство. Но сейчас нам нужно думать о своей безопасности. Враг явно готовит что-то крупное. Возможно, они хотят заманить нас в ловушку. Он указал на карту.

- Я предлагаю изменить наш маршрут и направиться к горному перевалу. Там мы сможем укрепиться и ждать подкрепления.

Я кивнул.

- Это разумно. Но мы не можем просто так бросить наших товарищей. Мы должны найти их и отомстить за них.Боров поддержал его. *Да, мы найдем их, даже если придется прочесать каждый дюйм этой земли."

Ханс посмотрел на своих друзей с уважением.

- Я знаю, что вам трудно это принять, но сейчас наша главная задача - выжить и продолжить борьбу. Мы не можем позволить врагу победить. Мы найдем способ спасти наших товарищей, но позже. Сейчас нам нужно действовать сообща.

Не прошло и нескольких часов после тяжелого разговора, как к их укрытию прибыл разведчик. Его лицо было покрыто пылью, а глаза горели от усталости.

Командир, начал он, тяжело дыша,

- у меня срочные новости.

Все трое повернулись к разведчику, чувствуя, что предстоящие новости будут не из приятных.

- Королевство Борна уже начало отправлять свои войска и оружие на континент,

произнес разведчик, его голос дрожал.

- Они маскируют свои корабли под торговые суда, чтобы избежать обнаружения. Кажется, они готовятся к полномасштабной войне.

Томас нахмурился.

- Этого я и опасался. Они решили не ждать и ускорили свои планы.

Сауль сжал кулаки.

- Значит, все наши опасения подтвердились. Они готовят что-то крупное.

Боров посмотрел на карту, его взгляд был сосредоточен.

- Если они отправляют войска морем, значит, их основной удар будет нанесен на западном побережье.

Ханс кивнул.

- Ты прав, Боров. Мы должны перехватить их флот, прежде чем он достигнет цели.

Но как? - спросил Сауль.

- Наши силы слишком малы, чтобы противостоять флоту Борна.

Томас задумчиво почесал подбородок.

- У нас есть два варианта. Первый - попытаться уничтожить их корабли в открытом море. Но это очень рискованно. Второй - попытаться проникнуть на один из кораблей и саботировать его.

- Второй вариант кажется более реалистичным, сказал Боров.

Но как нам это сделать?

Мы можем использовать магию.

Предложил Ханс.

- Один из наших магов может создать иллюзию, которая позволит нам незаметно проникнуть на корабль.

А что насчет охраны? - спросил Сауль. *Корабли Борна наверняка будут хорошо охраняться.

- Мы можем использовать отвлекающий маневр, предложил Томас.

- Отправим небольшой отряд, чтобы атаковать один из кораблей. В это время основная группа проникнет на другой корабль.

Ханс задумался, после чего предложил новый план

- Ситуация требует от нас нестандартных решений. Простая атака на флот, скорее всего, приведет к большим потерям. Я предлагаю другой план. Мы можем создать видимость серьезной угрозы на суше, чтобы отвлечь их внимание от моря. Отправим небольшой отряд для имитации полномасштабной атаки на южные границы Борна. Это заставит их перебросить туда войска и ослабит оборону флота.

Я предлагаю следующий план. Я один отправлюсь в тылы врага. Моя задача - создать как можно больше шума и отвлечь на себя как можно больше вражеских солдат. В это время вы тайно проникнете в крепость и захватите ее с тыла. Это будет рискованно, но я уверен, что мы сможем справиться.

Группа стоит в полумраке, освещенные лишь мерцанием костра. Тень от пламени пляшет по стенам пещеры, искажая их очертания. Ветер завывает снаружи, усиливая чувство тревоги.

Ханс

- Итак, мы решили. Это самый рискованный план, но, возможно, и единственно верный. Каждый из вас должен понимать, что это может быть последняя ночь нашей жизни.

Один боец

- Я готов. Ради нашей свободы, мы сделаем все.

Другой боец Нервно теребит подол одежды

- А если что-то пойдет не так? Если нас обнаружат?

Ханс

- Тогда мы будем сражаться до последнего вздоха. Но я верю, что мы победим. Мы сильнее их.

Тяжелая тишина опускается на группу. Каждый погружается в свои мысли, представляя худшие сценарии. Шум ветра снаружи кажется все громче, усиливая ощущение изоляции и опасности. Искры от костра танцуют в глазах, отражая внутреннее напряжение.

Некоторое время спустя

Глубокая ночь. Луна, словно бледный глаз, проглядывает сквозь тучи, отбрасывая длинные тени на извилистый путь, по которому движется отряд. Море шумит где-то вдали, его ритмичный гул сливается с ударами сердец бойцов.

Ханс Оглядываясь на отряд

- Мы готовы? - Готовы, как никогда.

Сауль Напряженно всматриваясь в темноту

- А что, если их там гораздо больше, чем мы думали?

Ханс

- Помните, наша цель - не открытый бой, а саботаж. Мы должны быть быстрыми и точными.

И так план начинается

Отряд осторожно спускается по крутой тропе, ведущей к берегу. Каждый шаг отзывается эхом в тишине ночи.

Достигнув береговой линии, бойцы замирают. Перед ними раскинулся безбрежный океан, сверкающий под лунным светом. На горизонте видны очертания кораблей - громады, освещенные десятками огней.

Используя заранее изученные тайные тропы, отряд пробирается вдоль берега, стараясь оставаться незамеченным.

Ханс

- Итак, друзья, последний рывок. Мы почти на месте. Действуйте четко по плану. Каждый знает свою задачу. Удачи нам всем.

Сауль Поглаживая рукоять мечя Пусть море станет нашей могилой, но корабли врага будут гореть ярче тысячи солнц!

Я Немного дрожащим голосом Я всегда мечтал о таком приключении. Пусть история запомнит наши имена.

Один из молодых бойцов

- А моя мать всегда говорила, что я вырасту и стану героем. Сегодня я докажу ей, что она была права.

Ханс улыбнувшись - Я всегда знал, что вы не подведете. Давайте покажем им, на что мы способны!

Отряд двигался по ночным тропам. Они вышли к другому берегу и, пересадившись на специально подготовленные лодки, начали плыть к острову, который был самим королевством.

Весь остров был одной большой крепостью, и нескольким десяткам воинов предстояло справиться с городской армией в то время, как Ханс должен был отвлекать весь флот с армией перед замком. Он стоял, дожидаясь команды, его дыхание было спокойным, но мысли скакали по сторонам. Он понимал, что это серьезная битва. В случае чего, он сам мог сбежать, но он заботился об отряде, поэтому и нервничал. Он больше переживал не за свою жизнь, а за жизнь всего отряда.

В это время отряд Томаса уже прибыл к острову и расположился вдоль стены, проходя мимо глаз стражей. Они были готовы. Томас дал команду Адаму, а тот, в свою очередь, начал посылать телепатический сигнал Хансу:

Мы готовы, начинайте.

Ханс, закрыв глаза, глубоко вдохнул:

Хорошо.

После этого он создал копьё, применив силу оружейника. Длинное золотистое копьё было одним из творений оружейника Гальяфа, одного из основателей Острова Альдор и по совместительству легионера прошлого. Гальяф создал семь орудий для защиты человечества от внешних угроз извне нашего мира. Одним из обладателей этих орудий был Ханс, копьеносец свободы, миротворец чистой воды.

Он выдохнул весь воздух и, внезапно тяжело выкрикнув, метнул копьё в сторону, по заранее подготовленной взрывчатке. Копье, подобно огненной стреле, стремилось к цели, разрезая воздух. В момент столкновения с взрывчаткой небо озарилось багровым светом. Огромный огненный шар взметнулся вверх, рассыпаясь на тысячи искр, словно фейерверк. Звук взрыва был оглушительным, но не причинил вреда никому из воинов. Остров содрогнулся, но здания остались невредимы. Казалось, сам бог грома решил устроить представление в их честь. взрыв был слышен даже со стороны другого острова.

Солдаты, как со стороны флота, так и со стороны стен, были в замешательстве. Хаос начался в их рядах. Наш отряд, воспользовавшись моментом, выбил стены магией земли и прорвался внутрь. Теперь им предстояла дорога к главному замку, расположенному в центре.

На месте взрыва солдаты заметили одинокого человека, стоявшего напротив огромного факела, который освещал их всех. Он стоял один, создав в руке еще одно копьё. Его взгляд был полон решимости и гнева.

Примечание: 7 оружий оружейника по имени Гальяф

Гальяф создал семь легендарных оружий для защиты человечества, каждое из которых олицетворяет одно из семи желаний:

1. Посох “Тан” — символизирует ценность жизни и помощь всем, кто в ней нуждается. Посох никогда не отрекается от тех, кто ищет поддержки.

Владелец: нет. Принадлежит Легиону.

2. Копьё “Миротворец” — символизирует свободу и готовность сражаться за неё любой ценой, даже ценой горьких поражений.

Владелец: Ханс. Принадлежит Легиону.

3. Щит “Кхарн” — назван в честь правителя гигантов Йондов. Этот щит прославился своей стойкостью в бою и верностью своему народу.

Владелец: Солт. Принадлежит Легиону.

4. Меч “Фарлокс” — назван в честь империи, первой принявшей на себя удар нежити и защитившей остальной мир. Олицетворяет влияние, решимость и лидерство.

Владелец: Таумиэль. Принадлежит Ордену Семерых Мечей.

5. Двуручный меч “Дювэр” — символизирует мощь и силу. По легендам, этот меч способен уничтожить гору одним ударом.

Владелец: Джек. Принадлежит Легиону.

6. Лук “Тетьэ” — по преданиям, может пробивать любую защиту, будь то физическая или магическая.

Владелец: Ракхефадэль. Принадлежит эльфам.

7. Утерянное оружие огненной силы — последнее творение Гальяфа, в которое он вложил всю свою мощь.

Владелец: нет. Никому не принадлежит.

Легенда о седьмом оружии:

Согласно древним записям, Гальяф создал шесть оружий, а затем объединил их качества в седьмом, уникальном артефакте. Легион пытается воссоздать это оружие, собрав все шесть артефактов и изучив чертежи. Седьмое оружие обладает всеми качествами предыдущих и способно изменить судьбу человечества — в зависимости от того, в чьи руки оно попадёт.

Другие артефакты:

В мире также существует множество других уникальных орудий, созданных из древних артефактов, например:

Катализатор, способный использовать силу всех пяти магий и их комбинаций.

Меч, рассекающий небеса. Меч, бьющий точно по атомам. Булава, вызывающая землетрясения.

Продолжение истории:

Все взгляды флотилии устремились на одного человека. В центре поля боя стоял Ханс с позолоченным копьём. Он гордо поднял своё оружие и направил его на один из кораблей.

— Даруй мне свободу воли! Пронзи же преграды, что стоят передо мной! Пронзи небеса! — прокричал он, прежде чем метнуть копьё.

С невероятной скоростью копьё пронзило металл одного из фрегатов Борна, словно нож сквозь масло. Пробоина, через которую хлынула вода, вызвала панику среди вражеского войска. Один человек был способен потопить целый корабль — такова мощь командиров Легиона.

Один из адмиралов флота скомандовал:

-Быстрее идите в ремонтный отсек, нужно как можно скорее залатать пробоины! Живее! Матросы, не теряя ни минуты, спустились вниз. На улице понемногу начало светать. Ханс методично расстреливал корабли, оставляя новые пробоины. Иногда ударные волны от отдачи отбрасывали его назад, пробивая каюты и другие части судна.

Тем временем мы пробирались по узким улочкам, уничтожая всех стражей, встречавшихся на пути. Пройдя несколько кварталов, мы оказались у ворот главного замка. Двигаясь между домами, стараясь остаться незамеченными, мы заметили, что весь город окутан дымом, царит паника. Стражи и жители суетились повсюду.

Добравшись до ворот, мы увидели, что они распахнулись настежь, словно специально для нас. У меня возникло странное предчувствие, но мы все равно вошли внутрь. Я с Томасом шли впереди, Саул и Боров – по бокам, остальные – сзади.

Как только мы оказались внутри, огромные каменные глыбы обрушились на нас с обеих сторон. Многих отбросило назад, я врезался в стену и услышал хруст сломанной кости. Боль была невыносимой, в ушах звенело так сильно, что я не мог разобрать свои крики. Остальные успели увернуться. Перед ними возникла трехметровая фигура – маг земли, создавший остров рядом с Альдором и основавший там королевство. Это был Борн, король, захвативший Альдор и заручившийся поддержкой многих союзников, в том числе и поставщиками оружия.

Саул бросился ко мне на помощь, но Борн одним взмахом руки создал под его ногами трещину. Саул упал, и его оглушила обрушившаяся на него глыба земли. Борн методично закапывал остальных в землю, создавая трещины и закрывая их, когда они падали. Томас был единственным, кто уворачивался от всех его атак.

Борн обратился к Томасу:

- Томас, верно? Я слышал о тебе. Ты тот, кто сеет смуту в Альдоре, а твой учитель – Ханс из Легиона. У тебя сильные союзники, но ты выбрал не ту сторону в этой войне. Тебе еще многое предстоит узнать о Легионе.

- О чем ты говоришь? Раз ты мой враг, то я должен устранить тебя! Из-за твоих действий полконтинента объято пламенем войны! – ответил Томас.

- Раз так думаешь, то прими это! – Борн швырнул в Томаса огромную глыбу. Томас с трудом остановил ее потоком ветра, но не успел оглянуться, как вторая глыба сбила его с ног. Он встал и принял боевую стойку. Томас отчаянно сопротивлялся, но Борн был сильнее и в конце концов нокаутировал его ударом о стену.

- Раз Ханс ваш лидер, его смерть вас огорчит, верно? – произнес Борн, глядя на лежащего без сознания Томаса.

Один человек за несколько минут победил множество солдат.

быстрым рывком направился в сторону Топящего корабли Ханса. Один из главных в флоте приказал вести огонь по нему. Солдаты заряжали пушки моментально и выстреливали, но ни одно пушечное ядро не попадало по нему. Ханс бегал по сторонам, ведя попутно ответные атаки. Уже несколько кораблей шли ко дну, и у нескольких были серьезные пробоины.

Десятки фрегатов, что создавали серьезные проблемы на береговых линиях континента, ломались перед одним человеком.

— Адмирал, его высочество Борн направляется сюда, — сказал один из наводчиков пушек, заметив Борна.

— Ханс, не так ли? — Ханс обернулся и увидел позади мужчину.

— Борн, не ожидал увидеть в королях людей Левиафана.

— Так ты наслышан о моей расе?

— Я многое знаю о расах нашего мира и огорчается, что многие даже не знают, что существуют другие расы, кроме людей, эльфов и дворфов. Так скажи мне одно, его величество Борн. Сам то магом являешься и упрекаешь других магов, не из-за того ли, что тебе хочется быть единственным магом? Я наслышан о твоих силах и о том, что ты самолично создал свой же остров. Так вот оно теперь принадлежит Легиону, либо убью всех.

Борн стоял, не произнося ни слова. В его глазах читался гнев, но внезапно он прокричал:

— Убью! — Встал в стойку, говоря о том, что он будет атаковать. Ханс встал в ответку, после чего они вцепились кулаками как зубастые клыки зверей, намертво хватая друг друга. Они наносили удары, от чего земля потрескивала под их ногами.

Борн лидировал и в момент отравил в полет Ханса, где последний остановился, врезавшись об холм, оставив за собой небольшой кратер. Он привстал, помогая копьем, что создал. Борн создал множество глыб и словно боксируя руками отправлял в полет глыбы. Хансу не оставалось ничего, кроме как отбегать от его атак. Борн, понимая, что так не зацепит, созжавал из-под земли шипы, чудом не зацепив Ханса. Он набросился в его сторону, уворачиваясь разворотами и приседами от глыб. Создав копьё, он наносил удары по камням, разламывая их. От его места создался сильное задымление, закрывая взор от его местоположения.

Незапно к нему влетело из дыма копьё. Борн сел, положив руки, моментально создал несколько каменных стен. Копьё пробило на половину, где уже наконечник виднелся Борну прямо перед ним. Посмотрев выше, он успел заметить руку Ханса над стеной, после чего он сам явился, заряжая рукой прямо по нему. Борн успел отброситься от него, создав трамплин под ногой. Ханс прыгнул по земле, где стоял Борн, создавая разрушительной атакой кратер. Он посмотрел на Борна, тот в ответ, летяя назад с небольшого камня, создал острый шип, метнув в Ханса. И последний метнул в ответ копьё, пронзая насквозь каменный шип на скорости, попадая по левому плечу Борна.

— Аххгъ, твою же мать! — Борн остановил себя, создав стену за собой. Сев на одну ногу, он вытащил копьё, но в это время Ханс на скорости влител прямо в него, создав еще одно копьё. Боком копья он ударил силой по его груди, отламывая стену позади него. Встав, метнул в него еще копьё, пронзив его левую кисть, впечатал на землю.

Борн в ответ пытался метнуть еще один каменный шип, но Ханс отбил его и с руки метнул вторую, пронзив другой кисть.

Подойдя к стонущему Борну, острием копья он остановил его у шеи.

— Что ты там хотел сделать? Убить? Прикажи капитулировать своих солдат и отдай нам все оружие и данные о скупщиках.

— Не дождешься.

— Так уж быть. — Ханс не медля отпустил немного ниже и пронзил свое копьё в него прямо в сердце.

Убив его без пощады, посмотрел в лево. Стояла картина рассвета над океаном, а на фоне тонут корабли.

Рассвет встретил Ханса, он шел по одиноким тропам параллельно к берегу. Там же тонули корабли, уцелевшие войска спасались на пляже, но никто не напал на мимо проходящего Ханса. Разница между их силами была целая пропасть, к тому же он убил их Короля. Немного потрепанный, но уставший по глазам, он вошел в открытые ворота и направился по пустующему городу. Жители редко выглядывали в окна, боялись чего-то, хотя Ханс спас их, но что-то подрывало его уверенность, захватывая сомнением его деяние.

По пути он размышлял, правильно ли он сделал или же все-таки не стоило его убивать. Вот он уже перед главными воротами, а перед ним стояла картина, как они, еле живые, пытались помочь друг другу. Боров был запечатан в землю, и остальные выкапывали его магией земли. Я не мог пошевелиться, все тело болело и к тому же я не чувствовал одну руку, видимо, нерв защемило. Сауль уже пришел в себя и помогал остальным встать. Томас давно проснулся от отключки, у него в голове шла кровь, но его это беспокоило меньше, он раскладывал тела убитых союзников. Некоторые были задушены под землей, но некоторым повезло больше, голова осталась на поверхности. Их всех солдат осталось в живых около 20-ти. Ханс не сказал ни слова, он сел на одном из глыб прямо по середине улицы. Полуразрушенная стена и чудом уцелевшие дома. Странно, что Борн не жалел себя и был аккуратен в городе, а уже за городом вел себя как слон в посудомойке. Томас подошел к нему и сказал что-то, но я ничего не расслышал. Лицо Ханса со спокойного изменилось до печали. Конечно, он не смог спасти солдат от смерти, но он сделал все, что мог в одиночку: потопил вражеский флот и даже одолел короля Борна.

Через время мы пришли в себя. Сауль подошел ко мне:

– Тело не болит? Я вроде слышал, как ты кричал от боли.

– Нет, ничего. Руку сломал.

Но что-то было странным. Я не слышал себя, и мимика Сауля была в замешательстве. Он посмотрел на меня с настороженностью. Только он хотел поднять меня, он понял, что я потерял много крови, и я начал терять сознание. Последнее, что я видел, как он пытался привести меня в чувство, но я перестал его слышать. Мои веки закрывались, и в миг я заметил, как Ханс бежал ко мне, и наконец наступила тьма. Ханс прибежал к Алеку. Холодный пот покрыл его тело. Сауль пытался привести в чувство командира. Томас, не теряя ни секунды, осмотрел тело и с облегчением сказал, что он будет жить и то, что он измотался сильно и потерял много крови. Не теряя ни времени, они унесли его и других выживших к лекарям. Через время я открыл глаза. Я чувствовал слабость и небольшое головокружение. Мне было даже трудно подняться, и я решил пока лежать. Голова трещала. Надо мной был железный потолок. И вот я уже открыл глаза шире и разглядел, что я был в темной комнате, обустроенной металлическими и деревянными стенами, потолками и полами. Я лежал на кровати. Рядом была тумбочка и другие кровати, только они заправлены. Видимо, я тут единственный, кто еще не пробудился.

– Стоп, что? В каком смысле единственный? Что произошло? Черт, мне в голову не приходит ничего, что я помню.

Я напрягся и пытался вспомнить хоть что-то.

– Я Алек, 11 командир Легиона, и у меня есть сокомандники.

Хорошо, я хоть что-то помню. Через время я вспомнил последние события: захват королевства и сон, то как на меня упало обломок здания. Я думал, что это будет в королевстве, но этого не случилось. Видимо, был всего-то сон. Я принял сидячее положение и не спеша встал. На этот раз все было легче, только я чувствую себя слабее и легче. Посмотрел на свои ноги и руки. Я увидел свое худощавое тело. Черт, я что долго спал, что аж истощался? Твоюж, что делать? Я пошел вперед. Ноги еле слушались, но я изо всех сил шел вперед. С трудом открыв дверь, я заметил, что вдоль себя идет длинный коридор. Только голова кругом. Видимо, я еще не освоился и не стоило вставать. Потеряв последние силы, я упал. Видимо, опять потерял сознание. Так же проснулся, но уже в окружении людей. Они что-то обсуждали. Свет в комнате был ярче. В комнате, помимо меня, было 8 человек. Приоткрыв глаза, они заметили мое пробуждение и утихли. Они все смотрели на меня с ожиданием. Вот я уже начал узнавать их. На моей кровати сидел Ханс. Напротив стоял Томас с Боровом. Чуть по дальше стояли Кальмин, Дарьель и Сауль. Даже монах Тен был здесь. Он стоял рядом с женщиной, очень похожей на целительницу. Она слегка улыбнулась:

– Раз уж он проснулся, моя работа окончена.

Не медляя, она покинула комнату.

– Алек, ты живой! Наконец проснулся! – меня приобняла Дарьель.

– Дарьель, стой, не делай так, хуже сделаешь, – приостановил его Кальмин.

– Я возвращением, – с улыбкой меня поприветствовал Ханс.

Томас тоже был рад.

Я был в замешательстве:

– Что случилось? Где я?

– 2 месяца прошло, как ты упал в кому. Мы на корабле, пока ждем отплытия.

Я взбодрился, панически говоря:

– В каком смысле 2 месяца? Какой еще корабль? Где мы?

– Не стоит торопиться, – Ханс как всегда оптимист.

Томас поддержал его и дополнил:

– Сейчас неспеша мы тебе все скажем. Мы все переживали и даже позвали верхушек легиона, чтобы спасли тебя.

– Та женщина?

– Да, Элис, одна из элит в Легионе, целительница главного отряда. Одна из 11 членов совета и прямая наследница основателей легиона. Короче говоря, она самая настоящая Легенда.

– Вот что… кхе… только я чувствую себя невыспавшимся, голова болит. Можно я сначала немного отдохну и приду в себя?

– Конечно.

Финал 1 тома

глава 2

И так, прошло 2 месяца с тех пор, как я попал в кому, получив сильное ранение. Меня спасла Элис из расы Друидов, одна из главных в Легионе. Она, конечно, спасла и остальных, кто не погиб. Повезло, что она была на соседних островах по неизвестным нам причинам, да и знать нам это было не нужно.

И так, по рассказам Сауля, после битвы они все отправились обратно на Обитель, где и месяц не было вестей от Ханса. Затем получил приглашение от Борова на корабль, где и были остальные. Оказывается, в это время Макс, один из подчиненных Ханса, был в Кхарн-Атулу — горном острове, в поисках одного человека.

Им оказался также один из Главных в Легионе, Альтаир, унаследовавший волю оружейника Гальяфа. Если верить словам Макса, то он тот, кто сможет управлять 7 Оружием, что может положить конец войне. У Легиона в руках есть несколько из них, и по прибытии Макса он доложил Хансу, что нужно идти в земли дворфов, на остров "Йоктун". Там должен находиться орден 7 мечей и одно из оружий как раз там. А так же, когда учился в академии, читал, что 800 лет назад там была битва между Элементалем Земли и Воды. Как их звали, история умалчивает, но последствия видны все еще на глаз: половина острова была потоплена и была превращена в непроходимые горы, но гномов это не остановило, и они превратили эти места в самые крупные в истории шахты.

К тому же нам надо будет плыть несколько месяцев, так что наш корабль был в порту небольшого острова, чтобы запастись припасами. И так нам надо будет делать весь путь.

Прошла неделя, и мой организм почти восстановился. Я уже был в силах ходить сам и не боялся, что упаду в обморок. Я приоделся в свой обычный прикид, вышел из каюты и направился по коридорам корабля. Через несколько десятков метров я был у огромного зала. По краям сидели люди, некоторые отдыхали, некоторые обедали. Где-то по середине была расположена карта. Взглянув, я понял, что это была предположительная карта нашего мира. Она была нанесена на огромный серый холст. Там были указаны наши острова и другие острова и континенты, хотя я даже не знаю, как выглядит наш мир. Ну зато хотя бы я примерно знаю, как он выглядит, что уже неплохо.

– Интересно? К сожалению, карта не полная, это всего половина мира.

Внезапно со спины донесся голос. Обернувшись, понял, что это была женщина в синей накидке, закрывающей почти все тело свободным тканевым стилем, открытой часть живота в районе пупка и на икрах ног. Руки были в перчатках черного цвета, оголяя пальцы рук. К тому же обувь с средними подошвами напоминала туфли. Черные волосы прямые, достигали до груди, а вот глаза были синего цвета, как океан, утопающими способностями, умело затягивающими второго в мысли.

– Так ты вроде не немой, говорить можешь, или...?

– Да, все в порядке, извините, задумался.

– Не надо фамильярности. Я помладше тебя буду.

Точно, не смотря на вид, она выглядела как девчонка лет 15 максимум, может и постарше будет.

– Меня зовут Алек, я 11 командир Легиона.

– Рада знакомству.

– Да, я наслышана о тебе, Алек. Я Джайна из рода Карлайт.

– Карлайты, хе, кровные наследники магии воды. Значит, ты должна быть сильна в своей стихии.

– Не особо, я даже не владею маной, но пользуюсь магией с помощью артефакта, что и помогает мне в трудных ситуациях.

– Артефакт?

– Ты что, не знаешь, что это?

– Нет, знаю, просто удивило, что я увидел обладателей артефактов, и мне теперь интересно, насколько она сильна. У меня в команде есть маг воды, Боров. Может, уже знакома, но все же в бою показывает себя сильно, но он чуть ли не единственный маг, и мне нужна поддержка ему. Не занята?

– Нет, откажусь.

– Почему?

– У меня есть команда. Я в отряде Ханса и с Боровым я служила вместе и знаю его с детства.

– Аа, ну тогда хорошо.

– Та карта сзади тебя хочешь?

– Нуу…

– Я просто увидела, как ты засматривался на него. У меня есть небольшая копия, вот возьми.

И она, вытащив из кармана небольшой сверток, кинула в мою сторону. Я удачно поймал, и на наружной стороне была написана: «Пробная версия карты мира».

– Спасибо, Джайна.

– Не за что.

Молодая девушка слегка улыбаясь ушла в сторону столовой. Я лишь помахал рукой и двинулся в глубь зала, в одинокий коридор по середине. Я погружался в мысли, думал о будущем, что будет потом и так далее. Я шел по коридору, как случайно не заметив врезался в стенку. Осмотревшись, понял, что тут развилка, и один мужчина смотрел на меня с вопросами. Осознав свою глупость, я ушел как можно быстрыми шагами, направляясь в сторону главного зала. Вышел к Саулю, он сидел на лавочке, читая книги.

Ого, так Сауль умеет читать! Так еще и философскую книгу. К сожалению, не рассмотрел автора, но фамилия была Алексадров. Я подошел к нему, уселся рядом. Он обернулся.

– Здравствуй, Алек, вижу, идешь на поправку.

– Привет, не думал, что ты умеешь читать.

– Аа, ну Боров решил научить. Самому интересно стало, хотя кажется, что смысла будет не так много. Умение читать для война не самая большая привилегия.

– Ну что ж, а где он сам, кстати?

– В библиотеке.

– Библиотека в корабле?

– Да, на этаж выше. Он только ушел туда.

– А ну, пойду осмотрюсь.

– Ну давай.

Я привстал и не спеша пошел к лестнице впереди. Только Сауль остановил меня.

– Стой, я с тобой, а то уже умираю тут со скуки. Хотя бы пройдусь.

Я слегка улыбнулся, и мы пошли по пути. Он объяснил остальные новости.

Мы уже оказались у библиотеки. Она была довольно большой: стеллажи, защищенные ограждениями, чтобы книги не попадали под дождь во время шторма. Коридоры были довольно длинными и разделены в алфавитном порядке и по жанрам.

Сауль сказал, что отнесет книгу и вернется. По пути он постарается найти Борова, а я пока что посмотрю книги. Я шел по коридорам между стеллажами, проходя мимо разных книг. На глаза попадались такие, как сборник путешествий героев, биографии разных мастеров, история, боевые стили, зоология и так далее.

Но особенно привлекла мое внимание одна старинная книга. Она была довольно толстой, с зеленой обложкой, а автор был неизвестен. Название звучало интригующе: «Энциклопедия мира». Книга была на тысячу страниц или даже больше. Открыв ее в начале, я понял, что она в основном посвящена флоре и фауне.

Я провел жизнь, скользя по краю света, пробираясь сквозь джунгли, где листья шепчут древние тайны, и погружаясь в глубины океана, где свет мерцает, как драгоценные камни в короне морского царя. Мои глаза видели то, что не снилось даже самым смелым мечтателям, мои уши слышали голоса, которые не поддаются описанию.

Открыв по середине, наткнулся на историю о каннибалах Автакха.

Они были обычной семьей. Жили в небольшом городке, у них был дом, машина, двое детей. Отец работал на местной фабрике, мать была домохозяйкой. Но за фасадом благополучия скрывалась темная тайна.

Все началось с несчастного случая. Отец, во время охоты, заблудился в лесу и несколько дней питался сырым мясом дикого животного. По возвращении домой, он почувствовал странное пристрастие к этому вкусу. Сначала он пробовал добавлять немного дикого мяса в обычные блюда, затем стал готовить из него основные блюда. Семья ничего не замечала.

Тайна раскрывается

Со временем, пристрастие отца переросло во что-то большее. Он начал охотиться на людей. Сначала это были бездомные, затем случайные прохожие. Мать, узнав о его тайне, сначала была в ужасе, но потом смирилась. Она даже начала помогать ему, участвуя в приготовлении "блюд". Дети, ничего не подозревая, продолжали жить своей обычной жизнью.

Конец

Все закончилось трагически. Один из сыновей, случайно узнав о тайне родителей, сбежал из дома. Он обратился в полицию. Когда полицейские пришли обыскивать дом, семья пыталась сопротивляться. Завязалась перестрелка, в результате которой все члены семьи были убиты.

-Странно, энциклопедия пишет и такое?

Но я продолжал, открывая следующие страницы книги в разных местах.

Тут история о духах например Лесовик: лесной дух. Его описывают как старика с длинной бородой, одетого в мох и листья. Лесовик – хозяин леса, который может быть как добрым, так и злым по отношению к людям. Он может заблудить путника, но может и помочь найти дорогу.

В одном маленьком поселке у самого края густого леса жила девочка по имени Аня. Ей было всего восемь лет, но она была смелой и очень любила гулять на природе. Однажды, в теплый летний вечер, Аня решила отправиться в лес за ягодами.

Она шла всё глубже и глубже, не замечая, как солнце медленно клонилось к горизонту. Когда она наконец собрала полную корзину ягод, то поняла, что совсем не знает, в какой стороне её дом. Лес вдруг стал тёмным и пугающим, а знакомые тропинки исчезли. Аня испугалась и начала звать на помощь, но никто не откликался.

Когда девочка уже была на грани слёз, перед ней появилась странная, но совсем не пугающая фигура. Это был лесной дух — высокий, прозрачный, с зелёным светом вокруг. Его глаза сияли, как звёзды, а голос был мягким, как шелест листвы.

— Не бойся, маленькая, — сказал дух. — Я видел, как ты заботливо собирала ягоды, не ломая кустов и не нарушая покой леса. Я помогу тебе найти дорогу домой.

Аня сначала испугалась, но затем вспомнила рассказы бабушки о добрых лесных духах, которые помогают тем, кто уважает природу. Девочка поблагодарила духа и последовала за ним. Он шагал легко, почти не касаясь земли, и освещал дорогу мягким светом.

На пути дух рассказывал ей о лесных обитателях: о птицах, которые поют на рассвете, о зверях, прячущихся в тени, и о древних деревьях, которые помнят времена, когда людей здесь ещё не было. Аня слушала с восхищением, забыв про свой страх.

Наконец, они вышли на знакомую тропинку, ведущую к дому. Перед тем как исчезнуть, дух остановился и сказал:

— Помни, лес — это живое существо. Заботься о нём, и он всегда будет твоим другом.

Девочка кивнула, и дух растворился в ночной тишине. Аня побежала домой, где её уже искали родители. Она рассказала им о своём приключении, но не все поверили в её историю. Однако Аня знала, что это было на самом деле, и с тех пор она всегда с особым уважением относилась к лесу и его обитателям.

-интересно, что дальше?

Эльфы – древнейшая из разумных рас, что населяют наш мир. Они появились задолго до людей, когда мир еще был молод и дик, и несли в себе искру божественного света. Считается, что эльфы были сотворены непосредственно богами, чтобы присматривать за лесами и озерами, за всеми живыми существами, что населяли этот мир.

Внешний вид: Эльфы славятся своей неземной красотой. У них тонкие черты лица, большие яркие глаза, часто необычного цвета – голубые, фиолетовые или золотистые. Волосы у эльфов шелковистые, обычно светлых оттенков: от платинового до золотистого. Ростом они выше людей, стройные и гибкие, словно стволы молодых деревьев.

Способности: Эльфы обладают множеством уникальных способностей. Они тесно связаны с природой, способны общаться с животными, чувствовать течение магической энергии. Многие эльфы – искусные лучники и фехтовальщики, а также обладают талантом к музыке и поэзии.

Образ жизни: Эльфы живут в гармонии с природой. Они строят свои дома в лесах, высекая их в стволах древних деревьев или создавая из гибких ветвей и листьев. Эльфы – искусные ремесленники, создающие прекрасные изделия из дерева, камня и металла. Они ценят красоту, знания и мудрость.

Характер: Эльфы – гордый и независимый народ. Они ценят свободу и не терпят рабства. Эльфы обладают долгой жизнью и мудрыми сердцами. Они склонны к меланхолии и созерцанию, но в то же время могут быть страстными и решительными защитниками своих родных земель.

Отношения с другими расами: Отношения эльфов с другими расами всегда были сложными. Люди часто завидовали эльфам за их красоту, долголетие и магические способности. Орки и Дворфы, напротив, видели в эльфах своих заклятых врагов.

-понятно а здесь что написано?

Некроманты – таинственные и часто опасаемые маги, чья сила черпается из самой глубины бытия – из мира мертвых. Они обладают знаниями о жизни и смерти, способны манипулировать некротической энергией, оживлять мертвых и контролировать их.

Истоки некромантии

Корни некромантии уходят в древние времена, когда люди пытались понять тайны жизни и смерти. Некроманты верили, что смерть – не конец, а лишь переход в другое состояние бытия. Они искали способы общаться с умершими, получать от них знания и силу.

Силы и способности

Некроманты обладают широким спектром способностей:

* Оживление мертвых: Самая известная способность некромантов – воскрешение мертвых существ и превращение их в послушных слуг. Это могут быть как простые скелеты, так и более сложные создания, такие как зомби или личи.

* Контроль над нежитью: Некроманты могут управлять созданной ими нежитью, отдавая ей приказы и используя ее в своих целях.

* Некротическая магия: Некроманты могут использовать некротическую энергию для различных целей: накладывать проклятия, истощать жизненные силы противников, создавать защитные барьеры из темной энергии.

* Видение в потустороннем мире: Некроманты способны видеть то, что скрыто от глаз обычных людей, например, души умерших или сущности из других измерений.

Внезапно, читая это, я вспомнил некроманта в Обители. Как он ранил Дарьель, убил нескольких солдат и причинил столько вреда. Интересно, мы еще встретимся с ним? И как сейчас обстоят дела в Обители? Говорят, он укрылся в своем мире и его больше не видели. Интересно, как выглядит его мир?

Когда я читал дальше, ко мне уже подошли двое мужчин: Сауль и Боров.

- Вижу, ты идешь на поправку?

- Ты даже не навещал меня 4 дня. Что за предательство?

- Извини, в корабле полно дел, не было времени заскочить. И то идти по всему кораблю туда и обратно муторно, а он не такой уж маленький, думаю, ты заметил.

- Нууу… Хорошо.

- Что за книгу читаешь?

- Энциклопедия о разных существах.

Боров кивнул, выражая согласие со мной: Книга хороша, реально. Помогает при активном образе жизни и путешествиях.

- Кстати, Алек, слышал слухи о странных событиях в тюрьме на нижней палубе? Говорят, там видели тень, которая двигается сама по себе.

- Да, и еще пару раз пропадали припасы. Может, у нас на корабле незваный гость?

- Интересно... А может, это просто слухи, чтобы нагнать страху?

Алек задумчиво почесывает затылок: Я вот что думаю может, кто-то просто хочет посеять панику среди команды. Или, может быть, это просто игра воображения моряков, которым нечем заняться в долгом плавании?

- Ну, не знаю... Эти пропажи припасов, это уже серьезно.

Все трое молчат некоторое время, размышляя над загадкой.

- Ну что, может, сходим вместе в трюм и проверим, что там на самом деле?

- Отличная идея! Может, там мы найдем какие-нибудь улики.

- нет спасибо откажусь, думаю, что это просто чья-то шутка.

Мне еще нельзя много ходить, привыкать надо

Остальные двое кивают молча понимая сложность капитана

И направились развести слухи. И доказать, что это не больше чем слухи.

Алек сидел у библиотеки, размышляя о книге. Снова открыв страницы, он обратил внимание на слова "перестрелка", "машина", "фабрика" – слова, которые он видел впервые.

Он прошел в кафетерий и там же пером записал эти слова на обратной стороне карты, которую недавно дала Джайна. А также он хотел забрать книгу с собой, но для этого нужно было уведомить библиотекаря. Он подошел к кабинету, стоявшему перед ним, и постучался в железную дверь. Послышался голос:

– Входите.

Дверь оказалась удивительно легкой. Перед ним был офис с несколькими стеллажами книг, стопками листов и несколькими разбросанными по столу документами. За столом сидела библиотекарь, женщина лет шестидесяти, может, и старше. Она могла бы быть ему даже бабушкой, хотя... ладно, это неважно.

-Извините, я хотел бы взять эту книгу.

Библиотекарь оторвалась от бумаг и посмотрела на книгу. Ее губы изогнулись в едва заметной улыбке.

-О, это экземплярчик! Очень старая, редкое издание.

Она пролистала несколько страниц, пожелтевших от времени.

- Видите, какие иллюстрации? Ручная работа. Современным изданиям и не снилось такое качество. Но, к сожалению, эта книга… она на любителя. Очень специфическая тематика.

Библиотекарь задумчиво посмотрела на молодого человека.

-Если честно, за все годы работы здесь, никто, кроме меня, не интересовался этой книгой.

Она протянула ему том.

-Но если вам действительно интересно, можете взять ее. Только будьте очень осторожны.

Библиотекарь улыбнулась ему на прощание.

-Не забывайте о ней

напомнила она мягко. Молодой человек кивнул и вышел из библиотеки вверх по лестнице.

Оказавшись на палубе, он глубоко вдохнул свежий морской воздух. Корабль медленно качался на волнах, и где-то вдали виднелась полоска горизонта. С книгой под мышкой он направился в свою каюту. Комната была небольшая, но уютная. Аккуратно положив книгу на тумбочку, он сел на кровать и снова открыл ее.

В свете настольной лампы пожелтевшие страницы казались еще более таинственными. Он погрузился в чтение, забыв обо всем на свете.

Так и уснув с книгой в руках.

Внезапно Алек проснулся от оглушительного шума. Кажется, весь корабль сошел с ума. Грохот шагов, крики и топот ног разносились по коридорам. Сердце у него заколотилось быстрее. Вспомнив о загадочной книге, он быстро поднялся с кровати и сунул ее в рюкзак, лежавший в углу каюты.

Одевшись на ходу, Алекс выбежал из комнаты и направился к источнику шума. По коридорам метались встревоженные матросы. Кто-то кричал, что они попали в шторм, кто-то – что на корабле пожар. Алек протиснулся сквозь толпу, пытаясь понять, что же на самом деле происходит.

Выйдя на палубу, он увидел бушующее море. Высокие волны бились о борта корабля, ветер свистел в ушах, а небо было затянуто темными тучами. Команда суетилась, пытаясь удержать корабль на плаву.

Алек прислонился к поручням и посмотрел на бушующее море.

Внезапно, из глубины, словно из бездны, вырвались огромные, покрытые слизью щупальца. Они обвились вокруг мачты, с силой встряхивая корабль. Паника среди матросов усилилась.

"Кракен!" – прошептал кто-то из моряков.

Алек застыл от ужаса. Он никогда не думал, что столкнется с таким чудовищем. Корабль кренился из стороны в сторону, мачты трещали, а волны захлестывали палубу. Казалось, еще немного и корабль пойдет ко дну.

Одно из них, словно змея, вырвалось из воды и обвили тело Алека.Он инстинктивно вцепился в дверную ручку, пытаясь удержаться.

В этот критический момент, из толпы моряков выступил Сауль. В его руке сверкал меч. Не колеблясь, он бросился на помощь Алека. С одним точным ударом Сауль разрубил щупальце, освобождая Алека.

Алек, потрясенный спасением, отшатнулся от опасности. Он посмотрел на Сауля с благодарностью.

Сауль, не раздумывая, протягивает Алеку свой второй меч.

-Держись крепче и руби вместе со мной! – кричит он, указывая на приближающееся щупальце. Алек, сжав в руках холодное оружие, чувствует прилив адреналина. Они сражаются бок о бок, отбиваясь от яростных атак кракена.

Каждый удар мечом по плоти чудовища приносит облегчение, но кракен не сдается. Его щупальца извиваются, словно змеи, пытаясь схватить моряков. Алек и Сауль ловко уворачиваются, нанося точные удары. Они становятся единым целым, защищая друг друга и своих товарищей.

Моряки, отброшенные волной страха, укрылись внутри корабля. Алек и Сауль остались на палубе, став последней линией обороны. Щупальца кракена обвили корабль со всех сторон, словно гигантские змеи. Море закипело от ярости чудовища. Каждый новый удар сотрясал корабль до основания. Алек и Сауль отбивались изо всех сил, но сил было все меньше. В этот момент на палубу выходят Ханс со своим позолоченным копьем и Боров, создавая магические водяные струи, чтобы противостоять кракену.

После того, как Ханс и Боров отбросили щупальце, кракен, словно разъяренный гигант, решил перейти в наступление. С ревом, сотрясающим воздух, он выбросил из воды огромное щупальце, которое обвилось вокруг мачты. С невероятной силой чудовище потянуло, и мачта с треском рухнула на палубу.

Не останавливаясь на достигнутом, кракен продолжал тянуть. Огромное тело начало подниматься из воды, и вскоре часть его туловища оказалась на палубе. Корабль заскрипел под тяжестью монстра, и казалось, что он вот-вот развалится на части.

Боров направил струю воды прямо в одно из щупалец, пытавшееся схватить Саула. Мощный поток отбросил щупальце в сторону, но кракен, словно не замечая боли, продолжал свое наступление. Ханс, воспользовавшись моментом, бросился к краю палубы и, размахнувшись изо всех сил, метнул свое копье. Острие с точностью хирурга вонзилось в пасть чудовища, когда оно широко раскрыло рот для нового рева.

Кракен зарычал от боли, его огромные глаза налились кровью. Он попытался вырвать копье. В этот момент корабль сильно кренился, грозя опрокинуться. Боров, понимая опасность, поднял руки и направил всю свою магию на то, чтобы стабилизировать судно. Вода вокруг корабля закипела, и на мгновение показалось, что время замедлилось.

Ханс, воспользовавшись моментом, с силой выдернул копье из пасти кракена. Рана зияла, из нее хлестала темная кровь. Чудовище взревело в последний раз и, не удержавшись на скользкой палубе, рухнуло обратно в море, подняв огромную волну.

Команда, измученная, но живая, смотрела, как гигантское тело скрывается под водой. Они одержали победу, ценой огромных усилий.

Боров удивленно воскликнул:

- Твою мать, что это было?

Ханс, посмотрев на него, ответил:

- Кракен. Мы совсем забыли, что они водятся в этих местах. Повезло, что это была еще не самая крупная особь или другая тварь из океана.

Сауль, выхаркнув мокроту, проговорил:

- Ханс, что делать? У нас есть потери. Кракен перед смертью утащил с собой нескольких человек.

Буря не думала стихать. Дождь лил как из ведра, не собираясь прекращаться. Вокруг уже стемнело. Ханс задумчиво смотрел на воду, где тонущего кракена провожала его же кровь. Приглядываясь, он почувствовал, что кракен здесь был не один. Но вдруг тело резко начало тонуть, будто его что-то огромное схватило и утаскивало вниз. Алек тоже заметил это и, охваченный страхом, спросил:

-Что это такое?

Ханс, посмотрев на него, ответил:

-Водоворот, огромный водоворот, что-то тянет нас Вниз.

Корабль, словно игрушечный кораблик, бешено вращался в водовороте, затягиваемом вниз. Палуба накренилась под таким углом, что казалось, вот-вот все скатятся в бездонную пропасть. Ханс, прижавшись к мачте, крикнул:

— Боров, последний шанс! Создай ледяную стену!

Боров, весь промокший и замерзший, кивнул. Сосредоточив всю свою магию, он взмахнул руками, и вокруг них начала образовываться ледяная оболочка. Корабль, заключенный в ледяной панцирь, словно огромная сосулька, начал медленно подниматься из центра. Водоворот бушевал вокруг, но не мог пробить ледяную защиту.

Когда корабль наконец вырвался из смертоносной воронки, все облегченно вздохнули. Но опасность еще не миновала. Буря бушевала с новой силой, и корабль, поврежденный битвой с кракеном, начал крениться.

Из воды начали выходить огромные шипы,

Пробивая ледяной щит. Но корабль не успев отплыть,послышался громкий рев.

На горизонте, сквозь туман и шторм, показался силуэт огромного судна. Сначала моряки приняли его за мираж, но по мере того как линкор приближался, становилось ясно, что это реальность. Громадные орудия, направленные в небо, и металлический корпус, внушали страх и трепет. Ханс, прищурившись, проговорил

- Не может быть... Это же линкор.

Сауль с ужасом на глазах

-чей? Противник или союзник?

Ханс удивленно прикрикивая

-Встречайте линкор. Перед нами “боевой пёс”

За ним вышли, еще несколько таких же кораблей, и посередине был он.

Огромных размеров с Горами корабль сотни пушек были нацелены на водоворот

Ханс Удивленно но уверенно крича

-А вот это мой друзья, Линкор севера,который уничтожал сотни чудовищ, и даже города. Такого в мире только один.

Под командованием лично Адмирала Барбатосса “Линкор судного дня”

В это время, огромных размером мужчина в военной форме, стоял смотря на них свысока. Прикуривая сигарету, низкого тона голос.

-огонь!

И в миг,все корабли начали залпом стрелять, в морского чудовище что скрывалось под водой. Тихий рев пронзился в наши мозги.

Звон в ушах и ударные волны, от выстрелов не давали нам стоять ровно.

Монстр начал уплывать, но огромная пушка зарядившись маной, выстрелил. мощнейшим, снарядом точно попав, по цели, перед нами стояла картина. Огромнейшего взрыва, оглушительный звук, ударная волна достигала облаков, создавая огромные волны что шли прямо на нас

Ханс крича

-держитесь

Мы все словно смола, прижались к деревянным доскам и мачтам. Волна достала нас, корабль опасно повернулся боком,но упёрся в один из линкоров, корабль остался на ходу.

Вдруг из Самого огромного, на наш корабль упали огромные железные лестницы. Словно говорили лезьте на корабль.

Адмирал Барбатосс принадлежит к расе Левиафанов. Он является адмиралом Северной Империи, чьи владения охватывают три океана, включая Северный. Под его командованием находятся 116 фрегатов, 18 линкоров типа «Сторожевой пёс» и один линкор типа «Судный день».

Линкор «Судный день» — личный корабль адмирала.

Длина: 8,6 км

Ширина: 800 м

Высота: 600 м

Общая мощь орудий: 8600 пушек

Боевая мощь: континент+

О личности адмирала:

Барбатосс — это псевдоним, настоящее имя засекречено. Он служит Императору Севера и народу своей империи. Вспыльчивый, но дисциплинированный мужчина ростом 4,78 м и весом 1,016 тонны. Обладает накачанным телосложением и обычно носит классическую военную форму.

Дождь прекратился, и за облаками показался лунный свет, который идеально освещал корабль. Ханс повернулся к Томасу:

– Зови Макса и остальных. Мы переходим на другой корабль.

– Хорошо! – ответил Томас и поспешил выполнить приказ.

Через несколько минут с лестницы спустились стражи. Их броня казалась вылитой из чёрной стали, а мощный свет, исходящий от них, ослеплял глаза. Ханс стоял спокойно, словно уже видел нечто подобное.

– Хорошо, проходите, – коротко сказал один из стражей.

Они встали по обе стороны лестницы, параллельно друг другу. Безоружные, они, скорее всего, были магами. Мы начали подниматься на огромный корабль, который по размеру превосходил многие острова. Оглядевшись, я заметил бескрайний свет, освещающий спокойное море. Этот свет исходил от корабля, словно от гигантского белого факела.

За мной шёл Сауль, удивлённый масштабами судна, но его спокойное выражение лица не менялось. Впереди шёл Ханс вместе с несколькими стражами, которые о чём-то переговаривались.

Мы поднялись на палубу, где нас окружили стражи в такой же чёрной броне. Когда все оказались наверху, из тени вышла огромная фигура. Улыбка появилась на лице Ханса:

– Рад вас видеть, Адмирал.

Барбатосс прикурил сигарету, бросил её в сторону, где её тут же подхватил и потушил один из стражей. Сигарета была размером с локоть стража. Адмирал подошёл ближе, и его размеры стали очевидны – почти пять метров роста.

Он обвёл нас взглядом и произнёс:

– Ха! Интересные вы личности. Третий командир Легиона Ханс, одиннадцатый командир Алек, а также ваша команда.

Я удивился тому, что он знает наши имена, но решил проявить вежливость:

– Приветствую вас, адмирал.

Барбатосс ухмыльнулся.

– Что ж, пройдёмте. Негоже стоять на палубе.

Мы направились внутрь. Пока мы шли, мимо нас проходили матросы и стражи, перенося снаряды и ящики. Спустя некоторое время мы оказались в просторной столовой, освещённой белыми огнями. Все уселись за стол, и адмирал с довольной улыбкой сказал:

– Ну что ж, вы не едите? Всё для вас.

Кальмин с энтузиазмом ответил:

– Раз вы сами угощаете, то приятного аппетита!

Обстановка за столом казалась дружелюбной. Ханс начал разговор:

– Адмирал, как вам уже, вероятно, доложили, мы ищем пользователей силы Оружейника для создания Седьмого Орудия.

Барбатосс кивнул.

– Ну раз ищете, почему бы не начать с эльфов? Они ведь ближе всех.

Ханс пояснил:

– Так и есть, но мне приказали сначала договориться с орденом «Семь Мечей».

Адмирал усмехнулся:

– Эти головорезы не станут торговаться. У вас даже нет бойцов, способных справиться с кем-то из их лидеров.

Ханс:

– Именно поэтому начальство приказало объединиться с Первым и Вторым командирами Легиона.

Я задумался: раз Ханс является Третьим командиром, то Первый и Второй командиры должны быть гораздо сильнее. Если они станут нашими союзниками, это увеличит наши шансы.

Барбатосс скрестил руки на груди и спросил:

– И как ты собираешься их найти?

Ханс ответил:

– На острове Харн-Атул мой подчинённый нашёл одного легионера — Альтайра, который унаследовал волю Гальяфа. У него есть информация о местонахождении Первого командира Легиона. Найдя его, мы сможем найти и Второго — они работают в паре.

Я не удержался от вопроса:

– А кто эти Первый и Второй командиры?

Барбатосс усмехнулся:

– Сильнейшие мечники. Первый — мастер огня, Второй — мастер молнии. Второй командир, кстати, является приёмным сыном одного из главных лидеров Легиона.

Я решил уточнить:

– Адмирал, а вы сами состоите в Легионе?

– Служу? Ха! Нет, я солдат Севера, а вы воины Легиона, чей основной ареал влияния — центральный континент и западные острова. Вас там полно.

Ханс поддержал разговор:

– Помимо Легиона существует множество фракций. Например, Великий Флот, которым командуют четыре адмирала по всему миру. Мы сейчас в гостях у одного из них — Северного Адмирала.

Барбатосс добавил:

– Есть ещё орден «Семь Мечей» — это больше наёмники. И, конечно, фракция Марталы, которая занимает половину мира.

Я удивился:

– Кто такие Марталы?

Адмирал ответил:

– Это фракция, преследующая схожие с Легионом цели, но идущая другим путём. Если говорить проще, ваши конкуренты. И знаете что? Люди всё чаще доверяют Марталам. Легион теряет позиции и терпит огромные потери в заданиях, а люди уходят под их влияние.

Сауль кивнул, слушая адмирала, но сохранял невозмутимое выражение лица.

Барбатосс продолжил:

– Их главный лидер — Элементаль Воды. Недавно к ним присоединился Элементаль Земли, что усилило их влияние. Но не обольщайтесь, они те ещё ублюдки. Алек, ты ведь не был на континенте, да?

Я отрицательно покачал головой.

– Тогда скажу сразу: технологии тех мест гораздо выше, чем на западных островах. Там правит не магия, а наука. Тебе придётся привыкнуть к странным вещам. В вашей военной академии об этом не учат. На самом деле, магии существует сотни видов, и магия — далеко не единственная сила в этом мире. Понял?

– Понял, – ответил я.

Адмирал неожиданно задал вопрос:

– А как вам мой корабль?

Сауль усмехнулся:

– Ну, более-менее уютненько.

Ханс ответил серьёзно:

– Захватывающее зрелище.

Я решил уточнить:

– К чему вопрос?

Барбатосс объяснил:

– Просто представь. Ты поднимаешься по крутой металлической лестнице, ощущая под ногами прочную сталь. Вокруг запах машин и соли. Перед тобой открывается огромное пространство: сложные механизмы, пушки, радары. Каждый здесь выполняет свою задачу.

Он замолчал на мгновение, а затем спросил прямо:

– Алек, не хочешь стать частью этого механизма?

Атмосфера за столом накалилась. Я почувствовал, как по спине побежал холодный пот. Барбатосс смотрел на меня пристально, с жадным интересом.

Ханс слегка привстал, заступаясь:

– Простите, но Алек дал клятву Легиону. Он уже часть нашего механизма.

Барбатосс ухмыльнулся и ответил:

– Ничего страшного. Но знайте: Северный флот на стороне Легиона. Если начнётся война, в водах у вас будет спокойствие. И если понадобится, мы готовы транспортировать ваши силы в любую точку мира.

Я спросил осторожно:

– А в чём выгода для вас?

Ханс пояснил:

– В прошлом Легион спас Северную Империю от нежити и гражданской войны, предоставив огневую поддержку.

Барбатосс добавил:

– И не только. Они создали мой корабль. Ученик Голиафа, Тайвек, постарался. Мне понадобились годы, чтобы официально стать его владельцем. Мы в долгу перед Легионом.

Я спросил:

– Тайвек? Кто он?

Сауль ответил вместо адмирала:

– Тайвек – один из учеников Оружейника, первый владелец меча. Он же создал орден «Семь Мечей». 120 лет назад его видели на южном континенте в битве с гигантом. После этого он пропал. Тайвек — полукровка, наполовину эльф, наполовину человек.

Я задумался, жив ли он ещё спустя столько лет.

В этот момент к нам подошёл матрос и доложил:

– Сэр, мы вошли в континентальный залив. Через 15 минут будем в порту.

Барбатосс отдал приказ:

– Скажи остальным, чтобы после высадки готовились к отплытию в сторону Ракша. Свободен.

– Есть, сэр, – ответил матрос и ушёл быстрым шагом.

Я посмотрел на адмирала и подумал: вот это я понимаю — настоящая армия.

Когда матрос ушёл, адмирал Барбатосс потянулся и встал. Его массивная фигура снова наполнила комнату ощущением могущества. Он посмотрел на нас с лёгкой усмешкой.

– Скоро вы прибудете к своему пункту назначения. Помните, что Северный флот на вашей стороне. Но у меня есть один совет: не доверяйте никому, даже своим союзникам. Мир меняется, и не все остаются верны своим клятвам.

Его слова прозвучали зловеще. Я почувствовал, как внутреннее напряжение охватывает меня. Однако Ханс, казалось, воспринял это спокойно.

– Спасибо за предупреждение, адмирал. Мы будем осторожны.

Барбатосс слегка кивнул и, повернувшись к своим стражам, сказал:

– Готовьте шлюпку для их высадки.

Затем он посмотрел на меня:

– Алек, ты ещё молод, но у тебя есть потенциал. Не позволяй другим решать за тебя. Помни, что даже самые прочные цепи можно разорвать.

Эти слова прозвучали как скрытая угроза или, возможно, как предупреждение. Я не мог понять, что он имел в виду, но голова вновь наполнилась мыслями о том, что ждёт нас дальше.

Мы покинули столовую и последовали за стражами к спуску. Огромный корабль, на котором мы находились, оказался ещё больше, чем я думал. Проходя по его палубе, я увидел, как моряки выполняют свои обязанности с точностью и слаженностью, присущей только лучшим военным экипажам.

Когда мы подошли к шлюпке, Ханс остановился и повернулся к адмиралу:

– Барбатосс, спасибо за гостеприимство. Мы будем держать вас в курсе событий.

– Удачи вам, легионеры, – ответил адмирал, скрестив руки на груди. – Пусть ваши враги трепещут.

Шлюпка начала спускаться на воду, и мы медленно отплыли от гигантского линкора «Судный день». Я не мог оторвать взгляд от этого величественного корабля, который, казалось, был больше, чем сама жизнь.

Сауль, который всё это время хранил молчание, вдруг сказал:

– Адмирал может быть нашим союзником, но его слова... Они тревожат.

Ханс кивнул:

– Барбатосс играет по своим правилам. Он не человек Легиона, но пока у нас есть общая цель, он будет на нашей стороне.

Я задумался: что, если в какой-то момент наши интересы разойдутся? Что тогда?

Через некоторое время мы достигли порта. Нас встретил маленький отряд местных солдат, явно ожидавших нашего прибытия. Они были одеты в униформу с эмблемами северной империи, но выглядели менее внушительно, чем стражи Барбатосса.

Командир отряда, высокий худощавый мужчина с усталым взглядом, подошёл к Хансу:

– Добро пожаловать. Вы — легионеры, так?

Я стою на краю деревянного причала, и мои ботинки скрипят по выжженным солнцем доскам. Передо мной раскинулась бухта, где солёный ветер с моря слегка треплет волосы. Вода прозрачная у берега, ближе к горизонту она переливается глубоким синим. На волнах лениво покачиваются рыбацкие лодки, их паруса из грубой ткани порой хлопают под ветром.

Слева, на берегу, шумит рынок. Купцы громко зазывают к своим лоткам, предлагая сушёные инжир и финики, специи, блестящую рыбью чешую и глиняные кувшины, заполненные оливковым маслом. Лица людей обветрены, одежда простая, льняная, выцветшая от солнца. В воздухе перемешаны запахи: свежей рыбы, копчёного мяса, пыли и соли.

Чуть дальше виднеются каменные склады с узкими окнами. К одному из них подгоняют телегу, нагруженную мешками. Люди выгружают тюки, и их голоса звучат резко, словно подчеркивая суету вокруг.

Сзади, на возвышении, я вижу небольшую часовню из светлого песчаника. Её стены отблёскивают в лучах палящего солнца, а изнутри доносится приглушённое пение.

Справа – сушатся сети. Рыбаки сидят на земле и чинят их, медленно, неторопливо, перебрасываясь фразами. Рядом мальчишка босиком перебирает выловленные морские ракушки.

На горизонте, в море, замечаю торговый корабль с тёмными парусами. Он идёт медленно, подгоняемый слабым ветром. Я представляю, какие сокровища он может везти – ткани, специи, возможно, золото.

А за ним, уже отплывающие Линкоры что везли нас, она двигались довольно быстро.

Взгляды зевак провожали их до самого горизонта.

Рядом с причалом рабочий поливает большие амфоры водой, чтобы они не потрескались под палящим солнцем. Его лицо покрыто пылью, но он улыбается, бросая мне быстрый взгляд.

Я ощущаю жар солнца, которое припекает плечи, чувствую солёный привкус на губах и слышу гул этого маленького, но живого мира, где каждая деталь дышит историей.

Время было уже ближе к обеду. Я и не думал, что мы столько времени просидели просто за столом. Но не суть. Перед нами стоял отряд – они явно пришли к нам зачем-то: сопроводить или передать информацию.

Страж: Капитан Ханс, добро пожаловать на континент Контдас. Мы рады вас видеть, – с улыбкой поприветствовал страж. По его лицу было видно, что он опытный воин, за 40.

Ханс в ответ с улыбкой обнял его.

Ханс: Давно не виделись, дружище! Ха-ха!

Они продолжили общение и направились в сторону. Томас, стоявший за Хансом, обернулся:

Томас: Так, готовим вещи. Берём необходимое, а остальные сортируем и оставляем здесь. Чуть позже их заберут на телегах.

Мы все хором ответили:

- Есть!

Томас подошёл к Максу, и вместе они начали перетаскивать ящики. Боров решил помочь им. Я занялся провизией, а Джайна и Дарьель начали мне помогать. Сауль с Кальмином и несколькими другими занялись сортировкой остальных вещей.

В это время Ханс достал из плаща карту и вместе с солдатом начал обсуждать дальнейшие планы.

Ханс: Так, смотри. Если не ошибаюсь, мы находимся в прибрежном порту Гонкхтара. Как нам добраться до города?

Страж: Двигаясь по северо-западной дороге, через полдня пути вы доберётесь до города.

Ханс: Спасибо. Только нам после этого нужно двигаться дальше.

Страж: А куда вы собираетесь?

Ханс: В идеале – прямо к Йоктуну.

Страж удивлённо сглотнул.

Страж: Путь неблизкий и далеко не безопасный. Я не могу гарантировать вам безопасность до конца, но могу сопроводить прямо к святилищу. А там – 3-4 недели, и, думаю, доберётесь до Хёлмовых островов, а через море уже будет Йоктун.

Ханс был серьёзен. Его глаза выдавали уверенность.

Страж: Ну, если не секрет, то зачем вам туда?

Ханс: Мы заберём одну вещь и, если понадобится, уничтожим каждого, кто встанет на нашем пути. Но для этого нужна поддержка 1-го и 2-го командиров Легиона. Кстати, не знаешь, где они?

Страж: Они были на заданиях, но скоро должны вернуться в столицу. А путь туда займёт время.

Ханс: Покажи дорогу.

Страж: Хорошо, вот. Как доберёмся до города, надо будет идти прямо на запад. Дорога займёт 2 недели. Оттуда до святилища – ещё неделю-полторы.

Ханс: Ничего страшного. Времени предостаточно.

Страж: А если они откажутся помогать?

Ханс: Не откажутся. У меня ордер на эту вещь от самого Легиона. И они сами сказали объединиться с ними. Скорее всего, их уже предупредили.

Страж: Ну… Тогда выдвигаемся?

Ханс обернулся и посмотрел на отряд. В это время они не теряли времени: почти завершили подготовку. Провизия собрана, доспехи и оружие пересобраны, остальные вещи загружены.

Ханс: Выдвигаемся через 10 минут. Готовьтесь.

В это время Алек уже сидел на ящике и пил воду из фляги. К нему подошёл Боров, немного уставший, но с позитивным настроем.

Боров: Как самочувствие?

Алек: Более-менее нормально. Ты сам-то как?

Боров: Устал немного. Не люблю мореплавание и долгие поездки.

Алек: Ну, похоже, целый месяц будем в дороге.

Боров устало вздохнул.

Алек: Слушай, а кто эти стражи?

Боров: Подчинённые Ханса с континента. Их тут довольно много. Ханс – из тех командиров, кто имеет большое влияние. Вот, например, в твоей команде нас всего пятеро человек. А в команде Ханса личный состав насчитывает двадцать человек. В полном масштабе – больше пяти тысяч. Ты полноценный командир и член Легиона, так что, Алек, тебе стоит собрать больше людей, и как можно сильнее. Таким составом мы далеко не уйдём.

Алек: Да, конечно, просто…

Погрузившись в мысли, Алек смотрел вниз, не зная, что ответить.

Боров: Ну, время ещё есть. Успеем собрать отряд. Я пойду к Кальмину – он, видимо, не справляется.

Посмотрев в его сторону, он увидел, как Кальмин пытается поднять что-то, но у него получается не очень.

Алек! – кто-то позвал.

Обернувшись, Алек увидел Ханса. Тот, взяв из руки стража листки бумаги, сказал:

Ханс: Слушай, тут такое дело насчёт Алмоса Сауля. Он ведь был бывшим наёмником. И по досье написано, что он убивал людей. Поэтому тут возникла проблема.

Алек: И какая же?

Ханс: Сауль – разыскиваемый преступник в этих землях. Так что скажи ему, чтобы лишний раз не показывался другим, понял? Нам повезло, что мы прибыли в район моих стражей, иначе тут некоторых наших повязали бы на месте.

Алек: Понял.

Обернувшись, он посмотрел на свой отряд: Боров помогает Кальмину, Дарьель разбирает вещи, а Сауль сидит с несколькими людьми и общается.

Время подошло, и отряд начал собираться. Караван был готов: кареты и обозы прибыли, а основной транспорт состоял из верблюдов.

Отряд медленно двинулся в путь, оставляя позади шумный порт. Солнце уже начинало клониться к горизонту, отбрасывая длинные тени от каравана. Степь раскинулась перед ними бесконечным ковром желтеющей травы, изредка прерываемым небольшими оазисами с пальмами.

Первые дни путешествия были наполнены однообразием: однотонный пейзаж, монотонный стук копыт и скрип колес. Ночами вокруг костра раздавались рассказы о дальних землях, о битвах и приключениях. Алек, прислушиваясь к этим историям, мечтал о том дне, когда и он сможет рассказать своим потомкам о своих подвигах.

Однажды утром, когда караван пересекал небольшую долину, вдали показалась стая странных животных. Они были похожи на огромных птиц с длинными шеями и ногами, но при этом передвигались на четырех конечностях. Их перья отливали металлическим блеском, а глаза светились неестественным светом.

Драконы! - воскликнул кто-то из путников.

Стражи немедленно заняли оборонительную позицию. Ханс приказал всем держаться вместе и не отставать. Животные не спешили нападать, но их любопытные взгляды не сулили ничего хорошего.

Это не драконы, - заметил один из опытных стражей. - Это грифоны. Они обычно не нападают на людей, если их не провоцировать.

Грифоны кружили над караваном некоторое время, а затем, словно наигравшись, улетели вдаль. Путники облегченно вздохнули и продолжили путь.

Чем дальше они углублялись в степь, тем чаще встречались следы других цивилизаций: руины древних городов, загадочные каменные круги и наскальные рисунки. Однажды они наткнулись на небольшой оазис, где обнаружили источник с необычной водой, обладающей целебными свойствами. Местные жители верили, что эта вода может исцелить от любых болезней.

Постепенно, по мере приближения к святилищу, напряжение в караване нарастало. Ханс чувствовал, что их миссия становится все опаснее. Он понимал, что в святилище их ждут не только союзники, но и враги.

Я в это время сидел в карете, и читал энциклопедию которую дала мне библиотекарша, полезная вещь и через несколько минут я нашел их, гриффоны рядом был страж и от любопытства спросил.

"Грифоны, говорите?" - переспросил, с любопытством.

-никогда раньше не видел таких существ.

"Да, грифоны," подтвердил страж, пожилой мужчина с седой бородой и мудрыми глазами. "Опасные создания B класса, но если их не провоцировать, то они обычно не нападают первыми. Говорят, что они охраняют какие-то древние сокровища, но никто точно не знает, какие."

"А что, если они решат, что мы представляем для них опасность?" - поинтересовался Боров, настороженно оглядываясь по сторонам.

"Тогда нам придется защищаться," ответил Ханс твердым голосом. "Но я надеюсь, что до этого не дойдет. Главное - сохранять спокойствие и не совершать резких движений."

После встречи с грифонами, караван продолжил свой путь.

Я же продолжил читать про них, открыв нужную страницу, начал читать.

Грифоны – величественные существа, соединяющие силу льва и величие орла. Передо мной стоит грифон, внушающий благоговение своей внушительной фигурой. Его мускулистое тело льва покрыто короткой золотисто-коричневой шерстью, которая блестит под светом, словно полированная броня. Мощные лапы с острыми когтями уверенно стоят на земле, а хвост напоминает плавное движение тигра.

Грифон передо мной — массивное и внушительное создание. Его телосложение одновременно изящное и мощное. Высота в холке достигает примерно 2,5–3 метров, что делает его величественным даже рядом с человеком. Если подняться на задние лапы, он превзойдет большинство существ, достигая около 4 метров.

Его длина от кончика клюва до кончика хвоста около 5 метров, из которых мощное тело льва занимает большую часть. Лапы крупные, с широкими подушечками, на которых выделяются огромные когти длиной до 15–20 см. Мускулатура видна под короткой шерстью, особенно на плечах и бедрах, придавая ему впечатление невероятной силы.

Размах крыльев поражает — около 10–12 метров. Эти крылья огромны, но при этом не выглядят громоздкими. Каждое перо большого размера, длиной до метра, что обеспечивает идеальный баланс для полета.

Голова, увенчанная острым орлиным клювом, пропорциональна телу. Шея длинная и гибкая, что позволяет грифону легко озираться и выслеживать добычу. Его хвост, хотя и львиный по форме, длинный и мощный, способен как поддерживать равновесие, так и служить оружием. Общая масса этого создания, вероятно, превышает 500–600 килограммов, но его движения остаются грациозными и плавными, как у хищника.

Голова и крылья – воплощение орлиной грации. Острые, как бритва, клюв сверкает, словно он выкован из стали, а зоркие глаза золотистого цвета сверкают разумом и величием. Перья на голове переливаются оттенками бронзы и меди, а огромные крылья, размах которых кажется бесконечным, готовы взметнуться в небо. Каждое перо идеально очерчено, словно выточено из драгоценных металлов.

Его дыхание слышится мощным и глубоким, а каждая мелочь – от изгиба ушей до движения хвоста – говорит о его готовности защитить свою территорию или вступить в полет. Вокруг грифона чувствуется аура могущества и благородства, словно передо мной стоит страж древнего мира.

Пустынная местность сменилась холмистой местностью, покрытой редкой растительностью. Воздух стал более сухим и жарким. Путешественники страдали от жажды и усталости, но никто не жаловался. Они понимали, что их ждет трудное испытание, и были готовы к нему.

Однажды вечером, разбив лагерь у подножия небольших гор, они услышали странные звуки. Это было какое-то мелодичное пение, напоминающее звуки флейты. Звуки доносились из глубины пещеры, которая находилась неподалеку.

"Может быть, это сирены?" - предположил кто-то из молодых воинов.

"Сирены здесь не водятся," отмахнулся Ханс. "Скорее всего, это просто какой-то ночной зверь."

Несмотря на предостережения командира, несколько любопытных воинов решили отправиться к пещере и посмотреть, что там происходит. Однако, едва они приблизились к пещере, как из нее вылетела стая летучих мышей. Воины бросились наутек, преследуемые разъяренными животными.

Хансу пришлось вмешаться, чтобы спасти своих людей. Он отбил атаку летучих мышей и приказал всем вернуться в лагерь.

Вечером, у костра, путешественники устроили небольшой пир. Местные жители, встретившиеся им на пути, угостили их необычными плодами, похожими на маленькие тыквы, но невероятно сладкими. Запеченные на углях, они стали прекрасным дополнением к жареному мясу.

Вокруг костра завязался оживленный разговор. Местные жители рассказывали о древних легендах, связанных с этими местами. Они поведали о могущественных существах, обитавших в этих землях в давние времена, о сокровищах, спрятанных в глубинах пещер, и о проклятиях, наложенных на определенные места.

- Говорят, что в этих горах обитает снежный человек, - поделился один из старейшин. - Он очень высокий и сильный, и обладает невероятной силой.

- А еще есть легенда о драконе, который охраняет золото в пещере, - добавил другой.

- И о ведьмах, которые превращают людей в камень, - подхватила третья.

Алек слушал эти рассказы с неподдельным интересом. Ему нравилось окунаться в атмосферу древних легенд и мифов.

-А что вы знаете о святилище, к которому мы направляемся? - спросил он у старейшин.

- О святилище? - переспросил старейшин. - Это очень древнее место. Говорят, там покоятся останки великих героев. Но туда опасно ходить. Там обитают злые духи, которые не любят чужаков.

- Мы знаем об опасностях, - ответил Ханс. - Но мы должны туда попасть.

После ужина, путешественники собрались у костра, чтобы обсудить дальнейший план действий. Ханс достал карту и положил ее на колено.

- Как вы видите, до святилища осталось совсем немного. Но путь будет непростым. Нам предстоит пересечь горы, где нас могут поджидать различные опасности.

- Мы готовы, - ответил Алек. - Мы справимся со всем.

-Я тоже так думаю, - согласился Боров. - Но нам нужно быть осторожными.

Ханс задумчиво употреблял тыкву, словно погрузился в транс, думая о чем то важном.

Ближе к ночи,солдаты потихоньку начали распологаться по своим местам.

Я же сидел у затухающего костра, смотря как искры от бревен танцевали над костром.

Ко мне подошел Сауль усевшись он выдохнул.

-Алек, знаешь я думал что после первого нашего задания ты распустишь отряд и закончишь дело.

Я же удивленно спросил

-И почему же я должен распускать отряд, если они того не желают?

-Ну ты тут прав, я и не задумывался что мы пройдемся так долго 3 месяца уже мы в одной команде.

-Ну да, все мы пятеро Я, Ты, Боров, Кальмин, Дарьель прошли через нелегкий путь и дай бог пройдем еще лет 10.

Но беспокоюсь о том что мы не можем всё время полагаться на Ханса мы должны быть более самостоятельными.

-Угу боров говорил, что пятеро мало для отряда и нужно найти хотябы ещё двух людей, желательно магов.

Мы в двоем войны, Дарьель целительница, Кальмин на поддержке, Боров маг воды. Не хватает сильного война и хорошего мага и самым полезным будет маг огня. Их в мире больше всех а вот магов воды как раз меньше всех.

-мда, ну я что нибудь решу, после этого задания отправимся в пойсках хороших дел у Легиона и новых членов отряда там же, недавно изучая дорогу я заметил что по пути к Йоктуну есть Штаб Легиона, скорее всего Ханс заглянет, там и найдём новых членов отряда. Если нет то после задания вернемся.

-хорошо

После чего Сауль тихо встал, похлопал в плечи и ушел к себе. Я же направился к своей карете, Боров уже спал так что не стал беспокойть. Просто улегся и медленно но уверенно начал погружаться в сон.

Утро меня встретила не самым лучшим вариантом, проснулся от того что кто-то вдали кричал об опасности, голос Ханса звал Бака главного из стражей. Выйдя наружу я увидел как весь отряд уже готовился к чему-то они брали за оружие и была небольшая паника в группах передо мной пробежал один из стражей и заметив меня не понимающего что происходит предупредил что на нас напали монстры,

Я тут же выскочил из кареты быстро попутно взяв свой меч рядом был небольшой песчаный холм откуда и доносились звуки монстра, как внезапно за холмом выбежало огромная тварь ящероподобного вида, один из стражей крикнул “Саламандра!” оно было просто гигантским. И вдруг я вспомнил что в энциклопедий был такой.

В воспоминаниях я вспомнил что сидел вечером у костра читая энциклопедию и в классе ящером была она Саламандра.

Массивное тело покрыто чешуей цвета обугленного камня, испещренной глубокими трещинами, из которых сочится едва заметное оранжевое свечение, будто внутри него течёт раскалённая лава. Чудовищные лапы, шириной с поваленное дерево, заканчиваются когтями, которые с лёгкостью могут распороть камень.

Голова саламандры огромна, её пасть усеяна зубами, кривыми и острыми, как клинки. Каждый выдох этого существа сопровождается густым облаком едкого дыма, а из глубины глотки доносится зловещее рычание, больше похожее на грохот вулкана. Её глаза — два огненных озера, лишённых эмоций, полных только голода и ярости.

Хвост, длинный и мощный, как гигантский хлыст, с треском обрушивается на землю, оставляя за собой оплавленные следы. Каждое её движение тяжёлое и сокрушительное: земля дрожит, скалы ломаются, воздух наполняется жаром и запахом горящей земли. Перед тобой стоит не просто зверь — это разрушение, обретшее форму.

Пятиметровый ящер, его массивное тело возвышается над землёй, как движущаяся скала. Длина от морды до кончика хвоста впечатляет — его хвост, толщиной с крупное дерево, тянется за ним, оставляя глубокие борозды на земле.

Его лапы, каждая шириной почти в метр, выглядят невероятно сильными, будто способны смять валун. Высота ящера доходит до двух метров в плечах, а его мощная, низко опущенная шея делает его похожим на затаившегося хищника. Голова, размером с большую бочку, уставлена острыми зубами, каждый длиной с кинжал.

Этот зверь не столь огромен, чтобы казаться неудержимым, но достаточно велик, чтобы внушать первобытный страх каждому, кто осмелится стоять у него на пути.

Алек, несмотря на потрясение, быстро собрался. Он понимал, что паника только усугубит ситуацию. Саламандра, выскочившая из-за холма, издавала зловещий рёв, который отдавался в ушах каждого, словно грохот далёкой бури. Земля дрожала под её тяжёлыми шагами, а из пасти существа клубился дым, свидетельствующий о его смертельной опасности.

"Рассредоточиться! Не подходите слишком близко!" — закричал Ханс, создавая копьё. Его голос был чётким, полным опыта.

Солдаты быстро заняли позиции, окружая чудовище на расстоянии. Дарьель, стоявшая за спинами воинов, начала читать заклинание защиты, создавая барьер, который мог бы спасти от возможного пламени.Саламандра резко бросилась вперёд. Её массивный хвост с треском обрушился на землю, выбив столб песка и камней. Один из верблюдов, привязанных неподалёку, не успел убежать и оказался под ударом. Бедное животное испустило крик, который тут же оборвался, когда чудовище вцепилось в него своими мощными челюстями.

"Эта тварь не остановится!" выкрикнул Сауль, подбегая к Алеку. — "Надо отвлечь её внимание!"

"Боров, используй свою магию воды, чтобы охладить её!" приказал Алек, не отрывая глаз от монстра.Боров встал в позицию, его руки засветились голубым светом. Через секунду он выпустил поток воды прямо в морду Саламандры. Существо зашипело от неожиданности, задрав голову. Пар поднялся в воздух, наполняя пространство вокруг густым туманом.

"Попали! Ещё раз!" — подбодрил его Кальмин, заряжая стрелу в лук.

Но Саламандра, кажется, только разозлилась. Она внезапно прыгнула вперёд с поразительной для своего размера скоростью. Один из стражей оказался слишком близко. Гигантская лапа чудовища с силой ударила его, сбив с ног. Когти вырвали кожу с ноги, оставив кровавую рану. Страж закричал от боли, падая на песок."Дарьель, сюда!" — выкрикнул Алек, отбивая удар хвоста своим мечом. "Нужна помощь!"

Дарьель тут же побежала к раненому, активировав целительное заклинание. Её руки засветились мягким зелёным светом, рана начала постепенно затягиваться, но страж уже был не в состоянии сражаться.

"Мы должны уничтожить эту тварь, пока она не напала на остальных!" — крикнул Ханс, сделав выпад вперёд. Его копьё с треском вошёл в бок Саламандры, но плотная чешуя поглотила удар, оставив лишь глубокую царапину.

Алек заметил, что шея существа была менее защищена. Он быстро придумал план."Кальмин, Сауль, отвлеките её с флангов! Боров, ещё воды! Я попробую зайти со спины!"

Сауль и Кальмин разделились, выпуская стрелы и атакуя с разных сторон. Саламандра замерла на мгновение, пытаясь определить, кто представляет для неё большую угрозу. Этот момент позволил Алеку обойти её. Он заметил трещины на шее и, сосредоточившись, сделал мощный удар своим мечом.

Клинок вошёл глубже, чем ожидалось. Саламандра взревела от боли, начав биться в агонии. Её хвост ударил ещё раз, но мимо. Существо дико шипело, из пасти начал вырываться дым, а из ран сочилась густая, горячая жидкость, похожая на лаву.Наконец, под совместными усилиями отряда, чудовище начало ослабевать. Последний удар Ханса в основание черепа положил конец её сопротивлению. Огромное тело рухнуло на землю, подняв облако песка.

Алек стоял, тяжело дыша, обводя взглядом своих спутников. Раненый страж был перевязан, но потерял много крови. Караван потерял одного верблюда, но остался целым.

"Мы справились," опустив меч. сказал Сауль, "Но это было слишком близко.”

Но вдруг, сзади выскочила еще одна, такая же Саламандра.

Ханс и Бак приняли на себя первый урон, саламандра повернув шеей будто хотел прокусить Ханса, но он поймал руками его острые зубы, Саламандра словно не ощутив сопротивление начал идти вперед. ноги Ханса уже закатывались в песок, но в глазах была лишь ярость, перекрикивая он воткнул его голову в песок, от чего она зашипела. Бак же сзади сдерживал его за хвост и подобрав ближайший меч воткнул в хвост пробив насквозь. Саламандра откинул обеих лапой начал заряжать огненное дыхание но Боров подоспев выстрелил ему в рот магией воды от чего она затухла,его глаза закатились гневом, монстр не на шутку разозлившись, начал издавать громкий рев и рывком открыв во всю пасть устремился к борову. Но в тот же момент к его пасти вместо человечины прилетело позолоченное копьё Ханса, попав в его гортань до основания, и пробив насквозь из задней части шеи легла замертво, прямо перед Боровым.

После победы над второй саламандрой, тишина на мгновение повисла над караваном. Лишь тихий ветер играл с песком, который всё ещё оседал после битвы. Алек тяжело выдохнул и оглядел поле сражения. Все его спутники выглядели измотанными, но стояли на ногах.

"Это уже переходит все границы," — пробормотал Страж, опираясь на свой меч. "Две таких твари за один день? Это же просто проклятие какое-то."

"Или предупреждение," — заметил Дарьель, прижимая к груди свои руки, которые всё ещё слегка светились от исцеления раненого стража.

Страж

"Мы в их территории. Саламандры редко нападают просто так."

"Предупреждение?" — резко переспросил Ханс, вытирая кровь с лица. Его позолоченное копьё, всё ещё торчащее из второго монстра, казалось, блестело на солнце. "Эти твари едва не уничтожили нас. Это не предупреждение, а прямое нападение."

"Ханс прав," — поддержал его Бак, отступая к центру каравана. "Нужно понять, почему они здесь. Обычно саламандры держатся ближе к горным районам. Это... странно."

"Может, их что-то выгнало оттуда?" — задумчиво предложил Кальмин, протирая свой лук. Он выглядел спокойным, но его глаза постоянно сканировали горизонт, словно ожидая ещё одной атаки.

"Может быть. Или кто-то заставил их напасть," — сказал Бак. Его голос был тихим, но каждый уловил в нём беспокойство. Он поднял голову, вглядываясь в даль. "Я чувствую, что это не конец. Что-то более тёмное управляет ими."

"Эти предположения ничего нам не дадут, пока мы не поймём, что за причина. Сауль, сколько раненых?" — спросил Алек.

"Один из стражей серьёзно пострадал, но Дарьель стабилизировала его. Однако он не сможет сражаться ближайшие дни," — ответил Сауль, отводя взгляд к лежащему на носилках воину. "Ещё несколько царапин у других, но это не смертельно."

"Верблюда не вернуть," — тихо добавил Боров, глядя на останки животного. "И у нас меньше провизии."

"А с водой что?" — спросил Алек, повернувшись к Борову.

"Я использовал часть запасов для боя, но это не критично. Ещё на пару дней хватит," — ответил маг, пожав плечами.

"Тогда ясно," — подвёл итог Ханс. Его голос прозвучал чётко, как у лидера, который не терпит возражений. "Мы должны двигаться дальше. Дарьель, проверь раненого. Сауль и Ханс, соберите людей и восстановите строй. Боров, Кальмин — осмотрите ближайшую местность, чтобы убедиться, что больше никого нет."

Все коротко кивнули и разошлись выполнять приказы. Лишь Главный Страж задержался на месте, его взгляд был прикован к Хансу.

"Слушайте," — начал он, убирая меч за спину. "Ты знаете, что эти твари просто так не появляются? Мы идём прямо к тому, что их сюда привело. Ты уверен, что нам стоит продолжать?"

Ханс выдержал его взгляд. Его глаза были полны усталости, но в них читалась решимость.

"Я не уверен. Но я знаю одно: если мы сейчас повернём назад, всё, ради чего мы пришли сюда, будет напрасным. Ты готов с этим смириться Бак?"

Бак нахмурился, но, кажется, нашёл ответ в словах командира. "Ладно. Но если нас ждёт ещё одно такое нападение, мы должны быть готовы."

"На этот раз мы будем готовы," — пообещал Ханс, сжимая рукоять меча.

Когда всё было собрано и караван снова двинулся вперёд, напряжение не отпускало никого. Все понимали: настоящая угроза всё ещё впереди.

Дарьель склонилась над раненым стражем в задней части каравана. Её руки всё ещё светились зелёным светом, а рана на ноге мужчины постепенно затягивалась. Рядом с ними сидели несколько других стражей, пытаясь поддержать товарища.

"Ты справишься, Терен," — мягко сказала Дарьель, прикасаясь к его плечу. "Рана не смертельна, но тебе нужно время на восстановление. Просто дыши глубже."

"Я... я думал, что это конец," — прошептал Терен, его голос дрожал. "Эта тварь... она словно хотела растерзать нас всех."

"Ты выжил, и это главное," — успокоил его другой страж, положив руку ему на плечо. "Алек и Ханс знают, что делают. Мы выберемся."

Дарьель кивнула, но её лицо оставалось напряжённым. Она чувствовала странную тяжесть в воздухе, словно что-то надвигающееся.

В это время, впереди каравана

Ханс будто услышав что-то резко поднял руку, приказывая остановиться. Караван замер, и только ветер шевелил песок вокруг.

"Алек, поднимись со мной на холм," — сказал он, не оборачиваясь.

Они оба выбрались из линии каравана и направились к ближайшему возвышению. Добравшись до вершины, они легли на землю, пытаясь остаться незамеченными, и начали наблюдать.

Перед ними расстилалась пустыня. На первый взгляд всё казалось тихим, но вдали была небольшая песчаная буря.

Ханс не дожидаясь ответа “Это не буря а Императорская Саламандра бушует. Видимо она нашла себе жертву.”

Алек с недопонимаем ответил “Императорская? Это еще что такое?”

Ханс с серьезным голосом “Это искусственно выращенный гибрид Саламандр и песчаных драконов, они получили все лучшие качества своих предков. Эти монстры могут достигать до 40 метров длину.”

Алек не произнес ни слова он с испуганными глазами глядел в бурю. В его мыслях была картина как эта тварь уничтожает весь караван не оставляя и шанса.

Ханс тут же будто прочитав мысли ответил ему “Не волнуйся они следуют строго приказам, так как в неволе их не существует, к тому я однажды со своим учителем убил такую.

Но не суть, нужно обходить таких стороной так что движемся южнее и после вернемся на свой маршрут, если повезет к вечеру придем к небольшому городу, а это то что нужно так как мы решили не идти к портовому городу.”

Алек не произнося ни слова лишь кивнул в ответ и они направились к обеспокоенным стражам объяснили ситуацию и они двинулись дальше по новому маршруту.

Энциклопедия континента

сборник разных путешественников, когда либо вступавших на дикие земли.

Большую часть знаний принес некий (Вандемаль Кан 3) по словам многих историков, он был одним из первых кто вступил в эти земли. Первым кто прошел весь континент и нашел множества уникальных существ по всему миру находились его записи, и дневники о похождениях.

Если верить источникам он прожил около (± 230 лет) хотя он заявлял что не является из расы долгожителей но скрывал свою расу.

Том-1 фауна

Тусклое сияние луны пробивалось сквозь густую крону деревьев, освещая путь в зачарованном лесу. Всё вокруг казалось пропитанным магией: каждая ветка словно дышала, а ветер шептал древние заклинания.

И вдруг, между переплетёнными корнями огромного дерева, я заметил движение. Что-то массивное, с чешуёй, переливающейся ядовито-зелёным светом, медленно выскальзывало из тени. Василиск. Его глаза сияли, как два раскалённых угля, излучая гипнотическую угрозу, от которой мурашки пробегали по спине.

Он двигался с грацией хищника, не издавая ни звука, но каждое его движение напоминало о смертельной опасности. Земля вокруг, куда падал его взгляд, покрывалась трещинами и обугливалась, будто пламя оживало там, где проходил его взор.

Я застыл, стараясь не встретиться с его глазами, зная, что даже мимолётный взгляд может превратить меня в камень. В груди билось сердце, будто пытаясь вырваться из груди, а рука тянулась к амулету на шее — единственной защите от древнего ужаса.

Это был миг, когда природа встречалась с магией, и человек оставался лишь маленькой песчинкой перед лицом древней силы.

////////////////////////////////////////////////////////////

Скалы возвышались вокруг меня, словно острые зубы древнего титана, а ветер свистел, обдавая лицо солёными каплями морского бриза. Я поднимался по узкой тропе, чувствуя, как напряжение охватывает тело. И тогда я услышал их — дикий клекот, от которого кровь стыла в жилах.

Сначала я заметил лишь тени, мелькающие на фоне облаков. Затем из серого небесного покрова вырвались они — гарпии. Полуженщины, полуптицы, их тела были покрыты перьями, а глаза горели жадным блеском. Волосы сплетались в грязные пряди, будто сотканные из бурь и ненависти, а крылья били воздух с такой силой, что камни сыпались с утёса.

Их крики сливались в невыносимую какофонию, словно голос самой смерти. Гарпии кружили надо мной, выискивая момент для атаки. В когтистых лапах они сжимали остатки своих прошлых жертв — лоскуты тканей, сломанные оружия, и... что-то ещё, что я предпочёл не разглядывать.

Одна из них ринулась вниз, её глаза сверлили меня с такой ненавистью, что ноги подкосились сами собой. Я успел выхватить кинжал, но в душе понимал: против такой древней и свирепой магии металл может оказаться бессилен.

////////////////////////////////////////////////////////////

В драконьих владениях

Я стоял на вершине утёса, чувствуя, как земля под ногами слегка вибрирует от громового рыка. Небо над головой потемнело, и всё вокруг пропиталось запахом серы. Он появился, словно тень, заслоняя солнце. Дракон. Его крылья развернулись, как паруса, бросая огромную тень, а каждый взмах порождал бурю, грозящую сбросить меня вниз.

Его чешуя переливалась металлическим блеском, оттенки которой зависели от света — бронзовые, алые и глубокие синие. Огромные когти могли бы без труда расколоть скалу, а глаза — два янтарных шара — горели разумом, древним и непостижимым.

Драконы, которых я встретил

1. Огненные драконы (Вулканические)

Размер: Самые массивные из всех, которых я видел, их длина могла достигать 30 метров, а размах крыльев — до 50 метров.

Особенность: Они извергали пламя такой температуры, что даже камни плавились. Их чешуя была тёмно-красной, будто раскалённой лавой.

2. Ледяные драконы (Северные)

Размер: Немного меньше огненных, около 20-25 метров в длину.

Особенность: Их дыхание замораживало всё вокруг, покрывая ландшафт ледяной коркой. Чешуя была серебристо-белой, переливаясь, как снег на солнце.

3. Штормовые драконы (Грозовые)

Размер: Средние по размеру, около 18-22 метров, с огромными крыльями, покрытыми перьями.

Особенность: Они вызывали грозы, их рев походил на раскаты грома, а молнии плясали вокруг их тела.

4. Теневые драконы (Ночные)

Размер: Наименьшие, около 15 метров, но невероятно быстрые и проворные.

Особенность: Их чёрная чешуя словно поглощала свет, а дыхание напоминало удушливый ядовитый туман. Они могли сливаться с тьмой, исчезая из виду.

5. Зелёные драконы (Лесные)

Размер: Около 20 метров, с тонким, изящным телом.

Особенность: Их дыхание было токсичным, отравляя воздух и землю. Чешуя сияла изумрудным блеском, а глаза горели дикой яростью, словно сами леса оживали в них.

Каждая встреча с ними была испытанием. Перед их величием и силой я чувствовал себя ничтожным, но в то же время их древняя магия притягивала, как неизведанная тайна.

Так же мне приглянулся Песчаный дракон

Среди бескрайней пустыни, где воздух дрожал от жара, я увидел, как песок начал двигаться, словно подчиняясь воле невидимой силы. Из золотистых дюн поднялась массивная фигура, сверкающая, будто вырезанная из древнего янтаря. Песчаный дракон.

Его тело было покрыто чешуёй, напоминающей песчаные камни, каждая пластина идеально сливалась с окружающей средой. Огромные лапы с широкими когтями позволяли ему легко передвигаться по зыбучим пескам, а длинный хвост, похожий на кнут, оставлял за собой глубокие борозды. Его крылья были тонкими, словно пергамент, но они создавали такие мощные потоки воздуха, что песчаные бури возникали за один взмах.

Его глаза, золотисто-оранжевые, горели холодным огнём. Они будто видели всё: и настоящие мысли, и страх, который я старался скрыть. Дракон рычал, и этот звук казался раскатом землетрясения, смешанным с завыванием ветра.

Самый большой дракон, которых встречал когда либо. Горный императорский дракон (Нарваал)

Я стоял на склоне горы, и тени сгущались вокруг, будто сама природа преклонялась перед колоссальным существом. Дракон, чья длина превышала сто метров, вздымался над ландшафтом, как живое воплощение стихии. Его тело было столь огромным, что казалось, будто он сливается с горизонтом.

Его чешуя напоминала гигантские пластины металла, испещрённые трещинами, где мерцала магия. Каждая чешуйка была размером с щит, а свет заката, падающий на них, переливался кроваво-красным и золотым оттенками. Его мышцы под кожей перекатывались, словно волны, наводя ужас одной лишь своей мощью.

Голова дракона была похожа на крепость. Рога, закрученные назад, поднимались, как древние башни, покрытые шрамами времени. Его глаза были бездонными, словно две горящие вселенные, испускающие мудрость и зловещую силу, которые могли сокрушить волю любого смертного.

Крылья... Когда он распахнул их, мир застыл. Размах этих крыльев затмил небо. Они были подобны штормовым облакам, рваные по краям, словно испещрённые тысячами битв. Их взмах создавал такие мощные потоки воздуха, что деревья валились, а земля вздымалась, превращаясь в пыльные вихри.

Его хвост, извивающийся, как гигантская змея, мог одним ударом сокрушить крепость. Он двигался неторопливо, с достоинством того, кто знает: в этом мире ему нет равных. Каждое его движение сопровождалось звуком, похожим на гул землетрясения.

Этот дракон не был просто огромным. Он был воплощением силы, древности и власти, от которой стынет кровь. Казалось, что он — сама природа, готовая развернуться против тех, кто осмелится её бросить вызов.

////////////////////////////////////////////////////////////

Гидра предстала передо мной как огромное, зловещее создание с телом, покрытым чешуёй цвета тёмного изумруда, переливающейся в свете магических факелов. Её массивное тело извивалось, словно река, а из его основы поднималось множество голов — девять змеиных шеек, каждая из которых заканчивалась устрашающей пастью, полной острых, как кинжалы, зубов. Глаза каждой головы горели алым светом, как две раскалённые угольки, изучая меня с разных сторон.

Каждая голова двигалась независимо, как будто гидра видела и слышала всё вокруг одновременно. Её дыхание было горячим и зловонным, как будто оно исходило из самой преисподней. На каждой шее виднелись шрамы и зажившие раны, свидетельствующие о том, что чудовище не раз вступало в смертельные схватки, но всегда выходило победителем.

Её когтистые лапы впивались в землю, оставляя глубокие следы. Из пастей капала ядовитая слюна, растворяющая камни под ней, а из её горла доносился зловещий рык, эхом разносившийся по округе. Гидра выглядела как существо, которое природа создала, чтобы внушать ужас и вызывать восхищение одновременно.

Я замер, осознавая, что каждый неверный шаг может стать последним.

////////////////////////////////////////////////////////////

Пегас появился передо мной словно воплощение чистоты и благородства. Его стройное тело, покрытое сияющей белоснежной шерстью, казалось, светилось изнутри, как утренний рассвет. Грациозные мышцы под тонкой кожей переливались при каждом его движении, словно играли с солнечными лучами.

Его крылья — огромное, величественное творение природы — простирались в стороны, покрытые мягкими перьями, белыми, как первый снег. Каждое перо будто было создано из серебра, отражая свет, когда он слегка взмахивал ими. При каждом взмахе воздух вокруг наполнялся тонким ароматом свежести и свободы.

Его глаза, глубокие и мудрые, сияли тёплым золотым светом, будто в них скрывалась бесконечная доброта и понимание. Гриву и хвост украшали длинные серебристые пряди, развевающиеся на ветру, словно облака, пойманные в движении.

Пегас стоял гордо, излучая уверенность и величие, но в его осанке читалась и лёгкая настороженность, как у дикого, но не злобного существа. Когда он посмотрел на меня, я почувствовал, будто весь мир замер, а его взгляд наполнил меня необъяснимым чувством спокойствия и надежды.

////////////////////////////////////////////////////////////

Сирены на каменных пляжах казались частичкой самого океана, живой частью его тайн и мелодий. Их тела были стройными, изящными, словно выточенными из переливающегося мрамора, а кожа — гладкая, цвета морской пены, с легким жемчужным блеском. Нижняя часть их тела переходила в длинный, гибкий хвост, покрытый чешуёй, которая играла всеми оттенками голубого, зелёного и серебряного, отражая свет луны и звёзд.

Их волосы, будто сотканные из водорослей и морских брызг, ниспадали каскадами на плечи. Они были тёмными, как глубины моря, с вкраплениями сияющих нитей, которые переливались, когда сирены двигались. В их глазах горел мистический свет — глубокий, как океанские бездны, манящий и опасный одновременно.

На каменных пляжах сирены выглядели как часть пейзажа. Они сидели на скользких валунах, окружённые солёной дымкой, а их голоса, сладкие и мелодичные, сливались с шумом волн. Их песни были странными, завораживающими, наполняющими воздух магией. Казалось, что каждая нота притягивала к ним как магнит, обнажая в сердце самые глубокие желания и страхи.

Некоторые сирены украшали себя ракушками, жемчугом и блестящими обломками кораблей, напоминающими о тех, кто не смог устоять перед их чарами. Несмотря на их притягательную красоту, в них ощущалась угроза, как в спокойной морской глади перед бурей. Стоило отвлечься хоть на миг, как их завораживающий взгляд мог стать последним, что ты увидишь.

Прмечание: хоть Вандемаль был из Династий Кан, он не писал о своих похождениях в подземелья и охоты на монстров.

Даже многие источники поговаривают что он был довольно силен что его сила удара была равна силе 300 взрослых человек и мог поднять огромные глыбы.

Описание отсутствует но поговаривают что он был крупным достигшим 3 метров что сравнимо средними размерами Друидами и Левиафанами.

Оттуда и теория о том что он полукровка Друида и Левиафана.

Дойдет к порядку лишь тот кто способен принять хаос.

Но иногда хаос и есть тот порядок к чему стремились всю жизнь.

©А.С.

-К чему эти слова?

Спросил я смотря на Ханса с любопытным взглядом.

Ханс неторопливо принялся за ответ.

-видишь ли многие с ужасом смотрят к беспорядку, и стараются обойти стороной, то чего мы привыкли называть Хаос.

Не многие способны понять что лишь тот кто пережил это бремя, и обретет настоящий порядок и спокойствие.

Так же и с войнами Алек, лишь тот кто убил человека, знает ценность жизни и насколько она хрупка. И лишь тот кто ненавидел осознаёт смысл любви. Как говорят некоторые от ненависти до любви один шаг, верно?

Я неуверенно ответил

-да пожалуй, вроде так.

А еще, чей это инициал А.С?

Ханс спокойно посмеиваясь ответил.

-Один человек, чья история утеряна в потоке магии в нашем мире.

К тому один из тех кто изменил само восприятие нашего мира, он не был ни магом не воином а обычным человеком. Что стоял наравне с многими героями своих времён, он был силен умом, и изобретательностью. Создавал различные методы боя с противником превосходящий своих сил, создав одно из главных ответвлений боевых искусств.

И был тем кто вдохновил Сёгуната (Яхиро) вступить в поддержку в войне с нежитью.

Создав значительную поддержку династий Кан. После чего нежить не смогла поглотить наш мир.

Война тех времён охватило пол планеты и А.С. создал вместе с Гальяфом первый в мире оружие что способно противостоять духовной силе Они(нежить).

Но к сожалению, он погиб в той войне. Своей гибелью он принёс победу в мир но цена была слишком велика. Четверть всего живого было истреблено, как и перестало существовать династия Кан. Гордо приняв победу они распустили своих детей по всему миру. Ты ведь знаком с Джайной?

Я незамедлительно ответил.

-Да конечно, она ведь в вашем отряде.

Ханс услышав что хотел продолжил.

-Так вот думаю ты и знаешь то что она из Кан, и наследница Сёгуната(Яхиро).

Собственно вот к чему, у нас в Легионе есть Самурай. Симей Такихо. К нему мы и идем, он как раз должен ждать нас на святилище.

Сугубо говоря он её Родственник, и согласился нам помочь.

К тому нам очень нужны сильные бойцы, способные драться с монстрами и даже замарать руки. С твоего отряда пойдут трое: Ты, Сауль, Боров

С моего: Я, Томас, Макс, Джайна

Остальные останутся под командованием Бака на святилище, там же и получим подкрепление.

Отряд подкрепление:Симей Такихо,1 командир Легиона и 2 командир Легиона.

Я тут же вспомнил про них первые командиры.

-Ханс можете сказать насколько они сильны? Всегда было интересно узнать на что они способны и какой магией владеют.

Ханс ответил

-Они оба мечники, A+ ранга, владельцы Молний и Огня. К тому каждый из них сильнее нас вместе взятых. Я хорош в бою 1на1 или задержать большие цели, но они привыкли убивать всех на площади поражения. Является долгожителями из расы людей.

И кстати Второй командир ждёт в святилище, а Первый уже по личным обстоятельствам придёт позже сразу на Остров.

Я что-то запутался как он успевает получать информацию не откуда, я и не замечал никаких волшебных сов или Посланников.

-Ханс откуда вы узнаете об этом?

Не замедлительно получил ответ

-Один из Главных Легиона, она сидит в главном Штабе и подаёт задания нам по всему миру, кстати если хочешь повышения в будущем то тебе тоже придётся выполнять ее задания, и самое главное никогда не перечь ей.

Она имеет полномочия выгнать безвозвратно, либо при худшем случае убить, так то каждый из основателей и главных могут это сделать. Так что будь аккуратен и послушным, к тому она не отправляет слабых на битву с сильными, максимум на уровень выше.

Мне в голову тут же прилетело бой с некромантом, а ведь он всего на уровень выше нас, а боров тем более равен ему, но все же мы чуть не потеряли Дарьель. Риски большие но если собрать побольше сильных то и выиграть сможем. К тому же стал ли Я или Сауль (В) ранга? Или хотя бы приблизились? Возможно, в бою с саламандрами я чувствовал себя увереннее а они твари как раз (В) ранга.

Что ж задумался что-то. Я поднял взгляд и окинул вечернюю степь. Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небеса в оттенки золота, оранжевого и пурпурного. Теплый ветер легонько трепал края моего плаща, а впереди медленно двигался наш караван. Верблюды не торопились, их монотонный шаг успокаивал, несмотря на гнетущую тишину вокруг. Колеса карет скрипели, оставляя глубокие борозды в сухой земле.

Сауль ехал чуть сзади, следя за дорогой. Его фигура четко вырисовывалась на фоне закатного света. Боров, как всегда, шутил с кем-то из наших, похоже это Кальмин, они сидели в одной из карет, но я заметил, что он не переставал оглядываться по сторонам, как и я. Нельзя было забывать об опасностях этих мест.

Ханс, ехавший рядом со мной, тоже молчал, видимо, давая мне время переварить все, что он рассказал. Но его спокойствие лишь напоминало мне о той уверенности, которая исходила от таких, как он — людей, что видели и пережили многое.

Я задумался о тех, кто нас ждет. О Симее Такихо, о командирах, о тех, кто может стать нашими союзниками в грядущих битвах. Сможем ли мы справиться? Достаточно ли мы сильны? Ханс говорил, что мы растем, но я все еще чувствовал себя лишь крупицей в этом огромном хаотичном мире.

Прошла неделя. Караван все так же двигался вперед, без происшествий, что было странно для этих мест. Мы пересекли степи, и теперь перед нами открывались холмы с редкими деревьями, которые казались словно одинокие стражи, охраняющие заброшенные земли.

Сауль по-прежнему держался сзади, редко выходя вперед для разведки, с еще одним стражем, внимательно осматривая путь. Боров, к моему удивлению, стал менее болтливым, что говорило о его настороженности. Даже Ханс большую часть времени молчал, лишь иногда бросая короткие указания и уточняя маршрут.

Ночи были холодными, но спокойными. Мы разводили маленькие костры, чтобы не привлекать внимание, и дежурили по очереди. За все это время никто не встретился нам на пути. Ни разбойники, ни монстры, ни даже путники. Такая тишина начинала настораживать.

- Слишком спокойно.

Однажды пробормотал один из стражей, когда мы сидели у очередного костра. Его глаза блестели в свете пламени, но взгляд был мрачным.

-Обычно в этих краях хоть что-то да случается.

-Считай это подарком судьбы,

отозвался Бак, не отрываясь от карты, которую держал в руках.

-Но расслабляться не стоит. Чем ближе мы к цели, тем больше шансов, что нас будут ждать неприятности.

Я кивнул, соглашаясь. Долгий путь без единого столкновения заставлял чувствовать себя не в своей тарелке. На утро следующего дня мы начали спуск с холмов. Ландшафт становился все более лесистым, а воздух - влажным. Мы приближались к точке встречи, и напряжение среди всех членов каравана росло.

На третий день пути через холмы нас окутала тягучая тишина. Лишь ветер шелестел в редких кронах деревьев да скрипели колеса наших карет. Внезапно бак, ехавший впереди, резко поднял руку, останавливая караван.

-Что там?

тихо спросил я, подъезжая ближе.

Он молча указал в сторону горизонта. Вдалеке, в раскалённом мареве степей, что-то двигалось. Сначала я подумал, что это мираж, но фигура становилась всё четче. Ощутимый порыв ветра пронёсся по нашему каравану, поднимая песок и сбивая с ног тех, кто стоял на земле.

И вот мы увидели его. Песчаный дракон. Огромное существо, его крылья разрезали воздух, оставляя за собой облака пыли. Ветер, поднимаемый им, становился всё сильнее. Его чешуя блестела золотом на солнце, сливаясь с окружающим пейзажем, а хвост, извиваясь, словно плуг, оставлял глубокие борозды в земле.

-Великая сила...

Прошептал Ханс, его глаза блестели, но не страхом, а чем-то, напоминающим восхищение.

Дракон пролетел над холмами, даже не замечая нас. Его тень, огромная и грозная, скользнула по каравану, вызывая непроизвольный трепет. Я почувствовал, как холодный пот стекает по моей спине.

- Он не собирается нападать?

-Осторожно спросил я, едва справляясь с дыханием.

- Нет.

Ответил Ханс, всматриваясь в удаляющуюся фигуру дракона.

- Этот слишком стар и мудр для таких мелочей, как мы. Он направляется в горы. Видишь?

И действительно, песчаный дракон, стремительно набирая высоту, направился в сторону далёкого горного хребта. Ещё несколько мгновений и его фигура скрылась в густой дымке горизонта, оставив за собой только завывание ветра.

-Держите оружие под рукой,

добавил Ханс, возвращаясь к спокойной строгости.

-Если здесь обитают драконы, значит, эти места куда опаснее, чем мы думали.

Мы продолжили путь, но атмосфера изменилась. Каждый шаг казался тяжелее, каждый шорох - громче. Ветер, принесший дыхание дракона, словно остался с нами, проникая в душу тревожным предчувствием.

Караван двигался дальше, но разговоры встали на одном — на песчаном драконе. Никто из нас раньше не видел таких существ, и зрелище явно запало каждому в душу. Боров, не выдержав тишины, первым нарушил молчание.

- Видели, как его крылья сияли? Это же целое сокровище, летающее над нами! Думаю, если бы кто-то смог убить его…

Он мечтательно протянул, но его слова оборвал Сауль.

- Боров, ты понимаешь, что говоришь? Это не просто зверь. Это древнее создание, одна из тех сил, которые существуют вне нашего понимания. Даже если бы мы объединили весь наш отряд, не думаю, что у нас был бы хоть малейший шанс.

-Сауль прав.

вступил в разговор Ханс, не оборачиваясь.

-Дракон, который пролетел над нами, не просто могуч. Он, скорее всего, древний дух этих земель. Такие существа живут сотни, а иногда и тысячи лет. Они не вмешиваются в наши дела, если их не трогать. Но если кто-то осмелится нарушить их покой...

Ханс на секунду замолчал, будто вспоминая что-то.

-такие вещи заканчиваются плохо.

-Но почему он здесь?

спросил я, не в силах сдержать любопытство.

- Эти земли заброшены. Разве драконы не избегают пустошей?

- Не все пустоши одинаковы, Алек,

ответил Ханс, наконец повернув голову ко мне.

- Эти холмы когда-то были полны жизни. Легенды говорят, что здесь жили первые мастера ветра и песка. Маги, которые могли управлять погодой, создавая бури и защищая свои земли. Драконы часто селятся там, где была сильная магия, даже если она давно угасла.

-Ты хочешь сказать, что этот дракон был хранителем магии?

уточнил я.

-Возможно,

кивнул Ханс.

- Или он ищет что-то. Такие существа не летают просто так. У каждого их движения есть цель.

-Если он вернётся? —

вдруг спросила Джайна, сидевшая в одной из карет. Её голос звучал тихо, но в нём угадывалась тревога.

- Если вернётся,

сказал Бак, тяжело вздыхая,

- тогда мы будем молиться, чтобы он снова нас проигнорировал.

На мгновение все замолчали, размышляя о его словах.

-Знаете,

начал я, пытаясь разрядить обстановку,

- может, он летел туда, где безопаснее. Кто знает, возможно, где-то впереди нас ждёт что-то куда страшнее.

- Забавное утешение, Алек,

усмехнулся Ханс, но его глаза оставались серьёзными.

-И всё же ты прав. Держите глаза открытыми. Дракон был предупреждением, что мы находимся в месте, где люди лишь песчинки в океане сил, которые нам не подвластны.

С этими словами он пришпорил своего верблюда, увеличив шаг, и караван двинулся дальше, оставляя позади холмы, уже наполненные тайнами и предчувствиями.

Чтобы то не было главные что мы все живы и надеемся что не встретим таких противников.

Караван двигался вперед медленным, но уверенным темпом. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в нежные розовые и золотистые оттенки. После встречи с песчаным драконом атмосфера среди путников оставалась напряженной, но постепенно все начали понемногу расслабляться.

Я решил нарушить тишину, подъехав ближе к Хансу.

— Здесь жили маги ветра и песка, — начал я, стараясь отвлечься от мрачных мыслей. — Расскажи подробнее. Кто они были?

Ханс, не отрывая взгляда от дороги, коротко усмехнулся.

— Древние истории, Алек. Никто точно не знает, насколько они правдивы. Говорят, эти земли когда-то были плодородными, наполненными жизнью. Маги здесь создавали ураганы, чтобы защищаться от врагов, и направляли песчаные бури на целые армии. Но, как это обычно бывает, их сила стала их же проклятием.

— Они уничтожили сами себя? — уточнил я, нахмурившись.

— Именно. Их магия стала настолько разрушительной, что даже сами маги не смогли её контролировать. В итоге эти земли превратились в то, что ты видишь сейчас, — Ханс обвёл рукой окружающий пейзаж. — Бесплодные пустоши, где даже солнце кажется враждебным.

Сауль, ехавший чуть позади, вмешался в разговор.

— А ты думаешь, здесь остались следы их силы? Может, именно поэтому дракон летал над этими местами?

Ханс пожал плечами.

— Возможно. Но даже если что-то осталось, лучше держаться от этого подальше.

Боров, который к этому моменту наконец-то вышел из задумчивости, вдруг рассмеялся.

— А я думаю, это всё байки. Ну, были маги, ну, жили здесь когда-то. А теперь всё, нет их. Зачем нам переживать из-за призраков прошлого?

Сауль бросил на него острый взгляд.

— Если бы это были просто байки, Боров, ты бы сейчас не дрожал от страха после вида дракона.

— Я не дрожал! — огрызнулся Боров, но в его голосе послышалась неуверенность.

Я решил перевести тему, пока спор не разгорелся.

— Ханс, ты упомянул, что Симей Такихо — родственник Джайны. Он тоже из династии Кан?

Ханс кивнул, с удовольствием сменив тему.

— Да, но он вырос далеко от остальных. Симей — особенный. Он предпочитает одиночество, даже среди своих. Его связь с Канами скорее символическая. Он больше похож на странствующего мастера, чем на наследника рода.

Джайна, которая ехала впереди, неожиданно обернулась к нам.

— Симей всегда был немного... странным. Но он невероятный боец. У него своя философия: он верит, что меч должен быть продолжением души. И я думаю, это делает его таким сильным.

— А что насчет командира Легиона? — спросил я, пытаясь выудить больше информации о тех, кого мы собирались встретить. — Ты говорил, что они владеют магией молний и огня. Они тоже люди?

Ханс слегка нахмурился, прежде чем ответить.

— Люди, но не совсем. Они долгожители. У них особый дар, передаваемый из поколения в поколение. Никто не знает, откуда он взялся, но этот дар даёт им невероятную силу и... проклятие.

— Проклятие? — переспросил я, удивленный.

— Долгожительство — не всегда дар, Алек, — тихо сказал Ханс. — Представь, что ты живёшь сотни лет, теряя близких, друзей, наблюдая, как мир меняется вокруг тебя. Это оставляет шрамы на душе.

На какое-то время все замолчали, обдумывая его слова. Тишина каравана снова наполнилась звуками скрипа колес и мягкими шагами верблюдов.

Боров, видимо, решив отвлечь всех от тяжёлых мыслей, вдруг заговорил:

— А как вы думаете, чем мы займёмся после войны?

— После войны? — Сауль усмехнулся. — Ты слишком оптимистичен, Боров. Война не заканчивается, она лишь меняет лица и формы.

— Но если всё-таки, — не сдавался Боров. — Ну, вот представь, Сауль. Ты победил всех врагов, мир воцарился. Что будешь делать?

Сауль задумался на секунду, потом пожал плечами.

— Наверное, вернусь к семье. Если они ещё живы.

— А ты, Алек? — спросил Боров, повернувшись ко мне.

— Даже не знаю, — честно ответил я. — Может, открою школу боевых искусств. Или просто буду путешествовать, как Ханс.

— Я бы не советовал, — усмехнулся Ханс. — Путешествия — это не всегда романтика.

— А ты, Ханс? Что бы ты делал, если бы не было войны?

Ханс задумался, его взгляд устремился куда-то вдаль.

— Думаю, я бы нашёл тихое место, где мог бы провести остаток своих дней в покое. Возможно, у моря.

Разговор постепенно становился всё более лёгким, и караван двигался дальше, уже не чувствуя той гнетущей тяжести, которая была после встречи с драконом.

Караван приближался к святилищу, и напряжение среди всех усиливалось. Холмы сменились густыми лесами с древними деревьями, чьи ветви переплетались высоко над головой, создавая свод изумрудного оттенка. Свет проникал сквозь листву мягкими лучами, окрашивая всё вокруг в тёплые тона. Дорога становилась всё более узкой, и вскоре перед путниками открылась широкая поляна.

На её краю возвышалось святилище. Это было грандиозное сооружение, вырубленное прямо в скале, чьи стены покрывали сложные узоры и древние руны, светившиеся мягким голубоватым светом. У входа стояли две массивные статуи, изображающие воинов с мечами, что смотрели прямо перед собой, словно охраняли тайны внутри. Само святилище казалось неким переходом между миром живых и миром духов.

Ханс остановил караван и, спешившись, подошёл ближе к своим спутникам. Его лицо было серьёзным, а голос твёрдым.

— Прежде чем мы войдём, я должен предупредить всех, — начал он, осматривая собравшихся. — Это место не просто древнее, оно священное. Здесь живут духи, что наблюдают за всеми, кто проходит через их земли. Особенно важно помнить одно: те, кто проливал кровь невинных в этих краях, могут столкнуться с их гневом.

Сауль, который стоял чуть позади, почувствовал, как взгляд Ханса остановился на нём. Он напряжённо сглотнул, но промолчал, не подавая виду.

— Это касается и людей, — продолжил Ханс, сделав шаг вперёд. — Если вы убивали здесь, вы привлекли внимание духов. И чем больше крови было пролито, тем сильнее их ненависть. Они могут пробудиться, если сочтут, что вы не раскаялись.

— Ханс, — негромко сказал Сауль, наконец решившись говорить. — Ты думаешь, они нападут на нас?

Ханс повернул голову к нему, его взгляд был строгим, но не осуждающим.

— Я не знаю, Сауль. Но лучше не провоцировать их. Когда мы войдём, держись ближе к остальным и не вступай в конфликт с кем-либо из местных или с духами. Если они увидят в тебе угрозу, мы не сможем тебе помочь.

Сауль тяжело вздохнул, понимая, что не сможет избежать чужого внимания. В глубине его глаз мелькнуло сожаление, но он лишь кивнул.

— Понял. Я сделаю всё, чтобы не вызывать подозрений.

Ханс продолжил:

— Не только ты, Сауль. Все должны помнить: духи чувствуют наше настроение, наши мысли. Будьте спокойны, сосредоточьтесь на миссии. Мы пришли сюда за союзниками, а не за врагами.

Боров, который до этого молчал, внезапно задал вопрос:

— А что, если они увидят нас как угрозу из-за чего-то другого? Например, если кто-то из нас не проливал кровь, но сделал что-то, что нарушает их законы?

Ханс кивнул, признавая его правоту.

— Именно поэтому я говорю всем быть осторожными. Здесь всё, от ваших слов до ваших мыслей, имеет значение. Духи не просто смотрят, они чувствуют. Если вы чисты сердцем, они не тронут вас. Но если вы их оскорбите... последствия могут быть страшными.

Все замолчали, осознавая серьёзность слов Ханса. Джайна, которая ехала в одной из карет, спустилась на землю и подошла ближе.

— Вы уверены, что нас впустят? — спросила она, её голос звучал тихо, но твёрдо.

— Впустят, — ответил Ханс, устремляя взгляд на вход в святилище. — Нас ждут. Симей Такихо уже сообщил о нашем приближении, и командиры Легиона подтвердили наше право здесь находиться. Но это не значит, что мы можем расслабляться. Каждый шаг здесь — под наблюдением.

Остальные переглянулись, готовясь к тому, что их ждёт внутри. Ханс сделал знак продолжать движение, и караван двинулся вперёд.

---

Подходя ближе, Алек заметил, как руны на стенах святилища начали светиться ярче, словно реагируя на их присутствие. Когда они достигли входа, из глубины святилища появился высокий человек в традиционных одеяниях самурая. Его лицо было серьёзным, а глаза пронизывали каждого, словно пытаясь заглянуть в душу.

— Симей Такихо, — представился он, слегка поклонившись. Его голос был глубоким и спокойным. — Добро пожаловать в святилище Ветров и Песков.

Ханс сделал шаг вперёд, отвечая таким же поклоном.

— Благодарим за гостеприимство, Симей. Мы пришли, как договаривались. Надеюсь, наши усилия принесут пользу всем нам.

— Это зависит от ваших намерений, — ответил Симей, взглядом останавливаясь на Сауле, который, несмотря на предупреждение, старался не привлекать внимания. — Войди, но помни: твои прошлые действия здесь имеют значение. Святилище хранит память. И оно не прощает легко.

“Оаиши Симей Такихо Кан” был человеком, чьё присутствие трудно было не заметить. Его телосложение казалось на первый взгляд средним, но при более внимательном рассмотрении можно было заметить, как каждая часть его тела говорит о многолетней дисциплине. Ухоженная кожа слегка золотилась в лучах заходящего солнца, словно сама природа признала его достоинства. Но больше всего привлекали внимание его предплечья — массивные, покрытые едва заметными жилами, они выглядели так, будто могли легко разорвать цепь или остановить удар, каким бы сильным он ни был.

Симей был облачён в элегантное и простое одеяние: белый верх, украшенный утончённым синим узором, напоминающим волны, покрывающие необъятный океан, и серый низ, который подчёркивал его стойкость и практичность. Его кимоно не выглядело помпезным, но в каждой складке чувствовалась аккуратность и внимание к деталям. Оно было чистым и аккуратно уложенным, будто отражало самого владельца — человека с железной волей и безупречной самодисциплиной.

Его взгляд был сосредоточен, глаза глубокого карего цвета, словно видели больше, чем можно было сказать словами. На поясе висел меч с простой, но изящной гардой, а ножны были украшены лишь лёгкими узорами. Это оружие явно говорило: оно для дела, а не для показухи. Каждый шаг Такихо был размеренным и точным, как будто даже передвижение он воспринимал как часть своего боевого искусства.

Когда Симей Такихо говорил, его голос звучал уверенно и спокойно, но в нём всегда ощущалась скрытая мощь. Вся его фигура олицетворяла гармонию силы и ума, порядка и воли.

Караван наконец остановился у одного из складов святилища, который был выделен для временного размещения гостей. Это место находилось в западной части комплекса — просторное помещение, вырубленное в каменной стене. Его стены покрывали сложные резьбы, изображающие сцены из древних битв и обряды. Вдоль стен тянулись ряды полок с запылившимися ящиками и мешками, хранящими что-то давно забытое, но, судя по печатям на некоторых контейнерах, крайне ценное.

В центре помещения стояли длинные столы и лавки, за которыми уже можно было отдохнуть. Тусклые магические светильники, закрепленные под потолком, мерцали мягким синим светом, создавая полумрак. Пол был усыпан мелким песком, принесённым снаружи, а воздух пахнул камнем и чем-то древним, как будто само время оставило здесь свой след.

Алек и остальные начали разгружать караван, перетаскивая припасы и оборудование внутрь. Каждый был занят своим делом: Сауль и Боров сгружали ящики с оружием, а Джайна, вместе с несколькими стражами, разбирала мешки с провизией. Несмотря на усталость, работа шла слаженно.

Но ощущение чего-то странного не покидало их. Алек не раз замечал тени, скользящие в дальних углах склада. Они не были связаны с движением света — казалось, что тени двигались сами по себе. Каждый раз, когда он пытался сосредоточиться на них, они исчезали, словно растворяясь в воздухе.

Сауль, который был неподалёку, тоже почувствовал неладное. Он прервался, уставившись вглубь склада.

— Ты это видел? — спросил он, обращаясь к Алеку.

— Видел, — коротко ответил тот, стараясь не выдавать своего беспокойства. — Но, может, нам это только кажется?

— Может, — пробормотал Сауль, но его рука инстинктивно потянулась к мечу.

---

В это время, в стороне от общего шума, Ханс и Симей стояли на небольшом балконе, который выходил прямо на лес, окружающий святилище. Небо уже начало темнеть, и вечерние тени делали пейзаж ещё более загадочным. Симей держал руки за спиной, стоя неподвижно, как статуя. Его спокойствие и уверенность чувствовались даже в тишине.

— Они напуганы, — тихо сказал Ханс, глядя на своих спутников внизу. — Духи не дают им покоя.

Симей кивнул, не отрывая взгляда от горизонта.

— Так и должно быть. Святилище защищает себя. Оно не забывает тех, кто нарушал его законы. Но я вижу, что в твоём отряде есть те, кто не осознаёт всей тяжести своих действий.

Ханс нахмурился, его взгляд стал жёстче.

— Если ты про Сауля, то он понимает, что наделал. Но что было, то было. Мы здесь не для того, чтобы копаться в прошлом. Нам нужны союзники, Симей, а не осуждение.

Симей наконец повернул голову к Хансу. Его лицо оставалось спокойным, но в глазах горел холодный огонь.

— Союзники? — повторил он. — Духи не смотрят на союзников или врагов. Для них есть лишь нарушители и те, кто чтит их волю. Сауль — нарушитель. И если он будет продолжать игнорировать знаки, его ждёт наказание. Я лишь предупреждаю.

— Я сделаю всё, чтобы это не произошло, — ответил Ханс, но в его голосе звучала нотка сомнения. — Сауль — хороший боец. Мы не можем его потерять.

Симей кивнул, отворачиваясь обратно к лесу.

— Тогда убедись, что он понимает, где находится. Это место — не просто склад. Это — сердце святилища. Здесь духи наблюдают за каждым из нас. И они ждут.

---

Тем временем, в самом складе напряжение продолжало расти. Боров, который вечно шутил, замолчал и бросал подозрительные взгляды в тёмные углы. Алек начал замечать, как воздух вокруг становится плотнее, словно наполненный невидимой энергией. И тогда он увидел это.

Из дальнего угла склада выплыла фигура. Она была почти прозрачной, как тень, но её контуры дрожали, словно мерцали в такт невидимым волнам. Длинные руки вытягивались вперёд, а глаза — два горящих пятна света — смотрели прямо на него. За первой фигурой появились ещё две, их движения были плавными, но непредсказуемыми, как у хищников, играющих с добычей.

— Духи, — прошептала Джайна, подходя ближе к Алеку. Её лицо было напряжённым, но она не проявляла страха. — Они следят за нами.

— Почему они здесь? — спросил Алек, чувствуя, как холодный пот пробегает по спине.

— Мы нарушили их покой, — тихо ответила она. — Или кто-то из нас уже сделал это раньше.

Духи не двигались ближе, но их присутствие ощущалось, как тяжесть на плечах. Это было не просто зрелище — это был вызов.

Джайна, заметив, что напряжение в группе начало нарастать, спокойно подошла к центру склада. Её движения были плавными, как у человека, который чувствует себя частью этого места. Её глаза мягко блеснули в свете магических ламп, а голос прозвучал тихо, но уверенно, как будто он мог проникать сквозь страх.

— Вы напрасно боитесь их, — сказала она, обращаясь ко всем. — Духи не враги. Они — стражи. Они не причинят вреда, если вы сами не дадите им причины.

Сауль, стоящий у одного из ящиков с мечом наготове, нахмурился. Его взгляд метался между Джайной и духами, которые продолжали наблюдать за ними из теней.

— Как ты можешь быть так уверена? — спросил он. — Они выглядят так, будто готовы броситься на нас в любой момент.

Джайна кивнула, не осуждая его сомнений.

— Потому что я жила среди них, — ответила она. — Я изучала их правила, их волю. Они не терпят тех, кто приносит в эти земли ненависть, страх или желание разрушать. Если вы продолжите бояться их, они будут чувствовать это и воспринимать вас как угрозу. Но если вы научитесь принимать их присутствие, они оставят вас в покое.

Она подошла ближе к Саулю, который всё ещё держал меч в руке. Её голос стал чуть мягче:

— Отложи оружие, Сауль. Оно здесь бесполезно. Покажи им, что ты не враг.

Сауль колебался, но взгляд Джайны был слишком уверенным, чтобы ему противоречить. Он глубоко вздохнул и медленно опустил меч, убирая его в ножны. Другие члены группы начали наблюдать за этим с интересом, некоторые даже последовали его примеру, складывая оружие на ближайшие ящики.

— Хорошо, — продолжила Джайна. — Теперь, слушайте меня. Стоя здесь, закройте глаза. Почувствуйте воздух вокруг себя. Он насыщен их присутствием. Но они не касаются вас, верно? Они просто смотрят. Позвольте этому ощущению быть, не сопротивляйтесь.

Сауль закрыл глаза, хотя это далось ему нелегко. За его спиной стояли духи, их светящиеся глаза всё ещё горели в полумраке. Но он начал замечать, что холодный страх, сжимавший его грудь, постепенно ослабевал. Вместо этого он ощутил странное тепло, исходящее от Ддацны, и лёгкую дрожь в воздухе, похожую на слабое колебание воды.

— Они не враги, — тихо повторила Джайна. — Они просто наблюдают. Если вы не будете бояться их, они перестанут быть тенью за вашей спиной.

После нескольких минут тишины и сосредоточенности напряжение в помещении начало спадать. Духи, словно чувствуя перемену, начали отступать. Их прозрачные тела становились всё менее различимыми, пока они полностью не растворились в воздухе, оставив за собой лишь лёгкий запах влажной земли и слабый ветерок.

Сауль открыл глаза и удивлённо посмотрел на Джайну.

— Они ушли, — прошептал он.

— Они не ушли, — поправила она. — Они просто больше не видят в нас угрозу. Теперь, когда вы знаете, как относиться к ним, они не будут вас тревожить.

Остальные тоже почувствовали облегчение. Даже Боров, всегда готовый к очередной шутке, выглядел расслабленным, хотя и слегка ошарашенным.

— Ты должна была сказать это сразу, — пробурчал он, но в его голосе не было упрёка.

Джайна улыбнулась, едва заметно.

— Некоторые вещи лучше понять самим, чем услышать от другого. Теперь вы знаете, как быть в этих землях. Не приносите с собой страха, и эти земли ответят вам миром.

В этот момент Ханс и Симей вернулись в склад. Увидев спокойствие, воцарившееся среди группы, Ханс поднял бровь.

— Похоже, вы нашли общий язык, — заметил он.

Джайна кивнула.

— Теперь мы готовы двигаться дальше.

Мы неспешно шли по жилому району святилища. Здесь всё было тихо, почти умиротворённо, если не считать ощущение постоянного наблюдения. Узкие улочки, выложенные серым камнем, тянулись между аккуратными домами, выстроенными в строгом, но изящном стиле. Дома были простыми, но каждый имел уникальные детали: расписные ставни, деревянные резные балки, украшающие крыши, и даже небольшие каменные статуи у входов, которые, казалось, были здесь не просто для декора.

Со мной шли Джайна, Сауль, Дарьель, Кальмин и Боров. Каждый, похоже, был погружён в свои мысли. Сауль время от времени оглядывался, словно пытаясь убедиться, что за нами никто не идёт. Его настороженность передавалась всем, хотя сам он старался сохранять спокойный вид.

Джайна шагала рядом со мной, её взгляд то и дело останавливался на мелких деталях вокруг. Она заметила, как дети, играющие в мяч возле одного из домов, замолкли и замерли, когда мы проходили мимо, их любопытные глаза наблюдали за нами из-за угла дома.

– Здесь всегда так тихо? – спросила она, её голос звучал мягко, но с долей беспокойства.

– Не знаю, – ответил я, оглядываясь вокруг. – Это место кажется... слишком спокойным. Как будто что-то или кто-то специально поддерживает здесь такой порядок.

– Тишина пугает больше, чем шум, – буркнул Боров, идя чуть позади. – Никто даже на улице не разговаривает. Это нормально?

Кальмин, шедший рядом с ним, фыркнул.

– Конечно, не нормально, – сказал он. – Но разве мы с вами когда-нибудь бывали в нормальных местах?

Дарьель, которая всё это время молчала, наконец подала голос.

– Это место не просто странное. Оно... старое. Чувствуете? Здесь как будто сама земля говорит с тобой. Это давление, это чувство, что кто-то или что-то смотрит... – она поёжилась. – Я не люблю такие места.

Сауль остановился и посмотрел на неё с лёгкой усмешкой.

– Дарьель, ты маг. Ты должна быть к такому привычна.

– Магия магии рознь, – отрезала она. – Здесь нечто иное. Это... древнее. И, возможно, не особо дружелюбное.

Мы продолжили идти. Люди, которых мы иногда видели, старались не смотреть нам в глаза. Они быстро проходили мимо или скрывались за дверями своих домов. Казалось, каждый здесь знал своё место и не спешил проявлять излишнюю инициативу.

Мы наткнулись на небольшую площадь с фонтаном в центре. Вода в нём была кристально чистой, и мелкие ручейки весело журчали, создавая иллюзию умиротворения. Но даже здесь никого не было. Джайна подошла к фонтану и слегка коснулась воды.

– Как красиво... и странно. Этот фонтан выглядит новым, хотя всему здесь, похоже, сотни лет.

Я присел на край фонтана, чувствуя, как напряжение немного отступает.

– Может, они просто не хотят, чтобы чужаки чувствовали себя здесь как дома? – предположил я, бросая взгляд на дома вокруг. – У них свои правила, и мы, наверное, не очень вписываемся.

– Ты это заметил только сейчас? – съязвил Кальмин. – Нас здесь явно терпят только потому, что мы гости того Самурая.

Боров, вдруг замолчав, наклонился к Джайне и прошептал:

– А ты не думаешь, что за нами кто-то следит?

Джайна посмотрела на него так, словно он сказал что-то совершенно очевидное.

– Конечно, следят. Ты это почувствовал только сейчас?

Дарьель закрыла глаза и провела рукой в воздухе, будто пытаясь что-то уловить.

– Они не просто смотрят, – сказала она тихо. – Они изучают. Проверяют, кто мы и зачем здесь.

Сауль, вдруг резко остановившись, взглянул в сторону одной из улиц.

– Если они хотят знать, зачем мы здесь, пусть подойдут и спросят, – сказал он громко, явно обращаясь к невидимым наблюдателям. Его голос эхом отразился от стен домов, но ответа не последовало.

– Сауль, не зли их, – одёрнула его Джайна. – Мы не знаем, кто здесь хозяин. Лучше не нарываться.

Я встал, стряхивая пыль с плаща.

– Ладно, идём дальше. Не думаю, что стоять на одном месте – хорошая идея.

Мы продолжили прогулку, но ощущение чужого присутствия не покидало нас. Кто бы ни следил за нами, они явно не спешили показываться.

Ханс и Симей находились внутри небольшого каменного здания, с виду напоминавшего казарму. Стены здесь были крепкими, немного потрескавшимися от времени, но всё ещё внушали чувство защиты. В центре комнаты стоял тяжёлый деревянный стол, на котором были разложены карты и документы. Несколько факелов на стенах слабо освещали помещение, отбрасывая длинные тени на пол.

Ханс сидел за столом, склонившись над картой. Его лицо было суровым и сосредоточенным, а пальцы сжимали перо, которым он что-то отмечал на пергаменте. Симей стоял рядом, сложив руки за спиной. Его взгляд был направлен на Ханса, но было видно, что он обдумывает свои слова.

— Орден Семи Мечей не тот, с кем можно вести переговоры, — начал Симей, его голос звучал тихо, но уверенно. — Они не видят никого равными себе. Даже если мы предложим выгодный договор, это лишь вопрос времени, когда они решат нас предать.

Ханс поднял глаза на Симея, выпрямившись. Его взгляд был холодным, словно он уже давно знал ответ на свои внутренние вопросы.

— Ты предлагаешь сразу идти на войну? — спокойно спросил он. — У нас есть шанс урегулировать это мирно. Война потребует слишком много ресурсов, и у нас ещё не все готовы.

Симей слегка кивнул, но его выражение лица не изменилось.

— Я лишь предлагаю быть готовыми к худшему. Если мы пойдём к ним с открытыми руками, это может быть воспринято как слабость. И тогда они ударят первыми. Лучше пусть они думают, что мы готовы дать отпор в любой момент.

Ханс отложил перо и провёл рукой по лицу.

— Хорошо. Если переговоры провалятся, мы начнём действовать. Но я надеюсь, до этого не дойдёт.

В это время в углу комнаты стояли Томас и Макс, два молодых подчинённых Ханса. Они были одеты в простую военную форму, но держались уверенно. Томас, опирался на стену Макс, нервно постукивал пальцами по ножнам своего меча.

— О чём, по-твоему, они сейчас говорят? — тихо спросил Макс, наклоняясь ближе к Томасу.

Тот не сразу ответил, продолжая смотреть на Ханса и Симея.

— О чём-то важном. Планы, стратегии... Возможно, война, — ответил он, не отрывая взгляда от двух командиров. — Знаешь, Макс, нам лучше быть готовыми к чему угодно. Если дойдёт до войны, нас первых пошлют на передовую.

Макс нервно хмыкнул.

Томас усмехнулся.

Орден Семи Мечей, слова не всегда работают. Иногда нужно показать, что ты готов отстаивать своё.

Макс бросил быстрый взгляд на Симея, уверенная поза внушали уважение и лёгкий страх.

— Думаешь, Симей на их стороне? Он выглядит... жёстким. Таким, кто предпочёл бы сразу меч, а не слова.

— Не знаю, — коротко ответил Томас. — Но если он останется с нами, это только на руку.

Разговор между Хансом и Симеем продолжался, становясь всё более напряжённым. Томас и Макс переглянулись, чувствуя, что это лишь начало чего-то гораздо более серьёзного, чем они ожидали.

Симей резко обернулся в сторону Макса, который всё ещё стоял у стены, пытаясь не привлекать внимания. Его голос прозвучал твёрдо, но не грубо, скорее с ноткой безапелляционной уверенности.

— Макс, спустись вниз. Пройди через казарму и найди наших воинов. Скажи им, что Симей Такихо зовёт их. Пусть поднимутся сюда, нам нужно поговорить.

Макс замер на мгновение, но затем кивнул, пытаясь скрыть лёгкое беспокойство.

— Да, господин Такихо, — ответил он, поправив ремень с оружием. Макс быстрым шагом направился к выходу, дверь за ним скрипнула и закрылась.

Симей проводил его взглядом, а затем снова повернулся к Хансу, который уже смотрел на Томаса.

— Томас, у меня для тебя другое задание, — сказал Ханс, его голос звучал спокойнее, но всё ещё властно. — Найди Алека и его группу. Они сейчас должны быть где-то в жилом районе святилища. Сообщи им, что нам нужно срочно поговорить.

Томас выпрямился, его взгляд стал серьёзным.

— Понял, командир Ханс. Я немедленно отправляюсь.

— Будь осторожен, — добавил Ханс, прежде чем Томас направился к выходу.

Макс тем временем шёл по узким коридорам казармы. Стены здесь были украшены древними гербами и флагами, которые напоминали о славных временах прошлого. Пол скрипел под его шагами, а в воздухе витал запах дерева и железа. Спустившись по узкой лестнице, Макс оказался в большом зале. Здесь было прохладно, а тусклый свет факелов создавал причудливую игру теней.

Он огляделся. Воины, о которых говорил Симей, сидели за длинным столом в центре зала. Они обсуждали что-то вполголоса, их голоса эхом разносились по помещению. Один из них, высокий и широкоплечий мужчина с длинной бородой, заметил Макса и поднялся.

— Что тебе нужно, парень? — спросил он, голос был низким и глухим.

Макс сглотнул, но затем решительно произнёс:

— Симей Такихо приказал вам подняться. Он ждёт вас наверху.

Воины переглянулись, затем один из них усмехнулся.

— Симей, говоришь? Что ж, если он зовёт, значит, дело серьёзное. Мы идём.

Они встали, взяли оружие и направились к лестнице, а Макс двинулся вслед за ними, чувствуя, как его напряжение постепенно сменяется уверенностью.

Тем временем Томас, выйдя из казармы, направился в сторону жилого района святилища. Ему предстояло найти отряд Алека среди узких улочек и храмов, укрытых в тени высоких деревьев. С каждым шагом он чувствовал, как растёт напряжение, предвещая что-то важное.

Томас двигался по тихим улицам жилого района святилища. Узкие улочки, окружённые небольшими домами с резными деревянными крышами, казались почти безлюдными. Вечернее солнце освещало фасады, бросая длинные тени на каменную мостовую. Томас шёл уверенно, его взгляд скользил по прохожим, пока он искал знакомые лица.

Наконец, в небольшом саду возле каменной ограды он заметил группу людей. Это был отряд Алека. Они сидели на лавках под старым деревом, будто наслаждаясь редким моментом спокойствия.

Алек стоял чуть в стороне от остальных, рядом с ним была Джайна. Они разговаривали, и Томас, приостановившись за углом, невольно оказался свидетелем их диалога.

— Ты сегодня выглядишь по-другому, — сказал Алек, скрестив руки на груди, его тон был немного смущённым, но глаза выдали неподдельный интерес. — Даже не знаю, может, это солнце так играет, но твои волосы кажутся ещё ярче.

Джайна улыбнулась, её взгляд стал мягче, но она попыталась скрыть лёгкое смущение, склонив голову.

— Солнце, говоришь? Может быть... или, может, ты просто не привык смотреть на людей под правильным углом, Алек.

— Правильный угол, говоришь? — усмехнулся он, чувствуя, как сердце на мгновение забилось быстрее. — Значит, мне стоит научиться?

Джайна посмотрела на него с лукавой улыбкой.

— Это требует времени. И терпения, которого тебе, похоже, иногда не хватает.

Алек засмеялся, пытаясь скрыть, как слова Джайны вызвали у него лёгкое замешательство.

— Ну, если ты готова учить, может, у меня появится шанс.

Джайна не ответила сразу, лишь взглянула на него чуть дольше, чем обычно, прежде чем перевести взгляд на листья дерева над их головами.

— Может быть, — мягко произнесла она.

Томас, стоя в тени, закатил глаза, стараясь не выдать себя смешком. Он решил, что не стоит затягивать. Сделав шаг вперёд, он намеренно громко скрипнул сапогом по мостовой, чтобы обозначить своё присутствие.

— Извините, что мешаю, но у меня для вас сообщение, — сказал он, привлекая внимание всех, кто был в группе.

Алек повернулся, тут же приняв более серьёзный вид.

— Томас? Что случилось?

— Ханс отправил меня найти вас, — ответил Томас. — Он хочет, чтобы вы вернулись. Кажется, у него есть важные новости, которые касаются нас всех.

Алек взглянул на Джайну, которая тоже тут же посерьёзнела.

— Что-то не так? — спросила она.

— Пока ничего конкретного, — уклончиво ответил Томас. — Но я бы не советовал тянуть с возвращением.

Алек кивнул, повернувшись к остальным.

— Ладно, ребята, заканчиваем отдых. Судя по всему, пора снова быть наготове.

Они поднялись с мест, и группа быстро собралась, направляясь вслед за Томасом. Джайна шла рядом с Алеком, и он краем глаза заметил, как она чуть сдвинула локоть, будто случайно коснувшись его. Её лёгкая улыбка всё ещё оставалась загадочной, и он поймал себя на мысли, что хочет узнать, что она скрывает за этой маской спокойствия.

Я стоял в дальнем углу зала, скрестив руки на груди, пытаясь оценить обстановку. Вокруг царила сдержанная тишина: только приглушённые разговоры и звуки шагов нарушали спокойствие. Мои спутники стояли неподалёку — Сауль молча осматривал помещение, Дарьель что-то шептала на ухо Кальмину, а Джайна, чуть в стороне, украдкой наблюдала за мной.

Мои мысли прервал звук открывающейся двери. Вошли Ханс и Симей. Ханс шёл вперёд, его твёрдая походка выдавала человека, привыкшего командовать. Симей двигался за ним, неспешно, словно взвешивая каждый свой шаг. Оба выглядели сосредоточенными.

— Все готовы? — громко спросил Ханс, его голос разнёсся по помещению, заставив разговоры мгновенно затихнуть.

Я посмотрел на него, выпрямляясь.

— Готовы, как всегда, — ответил я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно.

Ханс коротко кивнул, его взгляд остановился на мне чуть дольше, чем на остальных.

— Хорошо. Тогда начнём.

Мы все заняли места вокруг большого деревянного стола, который занимал центральное место в зале. По краям уже стояли несколько воинов, очевидно, те, кого Симей отправил за подкреплением. Макс стоял неподалёку, скрестив руки, а Томас наблюдал за мной из другого угла зала.

Ханс посмотрел на всех присутствующих, его взгляд задержался на каждом, словно он пытался оценить каждого из нас.

— Сегодня нам нужно решить, как мы будем двигаться дальше, — начал он. — Но прежде чем мы перейдём к сути, я хочу сказать несколько слов.

Я внимательно смотрел на него, чувствуя, как напряжение в комнате возрастает. Этот момент казался особенно важным.

Ханс обвёл взглядом всех присутствующих, затем сделал шаг вперёд и поднял руку, призывая к тишине.

— Начинаем собрание, — твёрдо сказал он.

Ханс встал во главе стола, его взгляд был сосредоточенным и строгим. Он обвёл нас всех глазами, задерживаясь на каждом лице, словно проникая в самую суть каждого бойца. Затем он начал говорить:

— Для успеха нашей миссии необходимо чёткое разделение сил. Я определил группы и распределил командиров. Запомните свои команды и слушайте указания своих командиров.

Он взял лист бумаги, развернул его и начал читать:

— боевой отряд:

Мектус, Сцил, Акттул, Джетха, Заткхул, Илун.

Они, сидевшие напротив меня, одновременно выпрямились, их лица выражали преданность и готовность.

— переговоры:

Томас, Макс… и я сам, — продолжил Ханс, делая паузу перед своим именем, чтобы подчеркнуть свою роль.

Томас коротко кивнул, а Макс чуть склонил голову, соглашаясь с решением.

Затем Ханс посмотрел прямо на меня.

— Бойцы прикрытия:

Алек, Боров, Сауль.

Я почувствовал, как напряжение вокруг меня немного ослабло, но одновременно с этим пришло ощущение ответственности. Сауль тихо усмехнулся, а Боров хлопнул меня по плечу, явно довольный нашим составом.

Ханс опустил лист бумаги на стол и оглядел всех присутствующих.

— Ну а теперь начнем же пояснение плана.

Ханс вновь встал во главе стола, сложив руки на груди. Его голос был твёрдым, наполненным уверенностью:

— Наш путь ясен. Мы отправимся в Йоктун, к Ордену Семи Мечей. Но для этого нам нужно добраться до гавани. Путь не близкий, и на нём нас могут поджидать враги.

Я внимательно слушал, скрестив руки, пока Ханс продолжал:

— Мы двинемся небольшими отрядами, чтобы не привлекать лишнего внимания. В гавани нас уже ждёт корабль, но прежде чем туда попасть, нам нужно миновать несколько опасных участков.

— Звучит разумно, — вставил Симей, одобрительно кивая. — Если идти сразу всей группой, мы привлечём слишком много внимания. Разделение — лучший вариант.

Дверь в зал открылась, и в помещение вошёл новый человек. Высокий, крепко сложенный, с короткими каштановыми волосами и тёмно-зелёным плащом. Это был Мор — наш связной и проводник. В руках он держал карту, явно подготовленную заранее.

— Извините за опоздание, — проговорил он хрипловатым голосом, подойдя к столу и развернув перед нами карту.

Мы с интересом склонились над ней. Перед нами раскинулись дороги, реки и обозначенные красными точками лагеря возможных врагов.

— Вот здесь, — Мор указал на северо-западную часть карты, — находится гавань. Нам нужно добраться сюда.

— Какой лучший путь? — спросил я, глядя на карту.

Мор посмотрел на меня и провёл пальцем по бумаге.

— Если идти по главной дороге, будет быстрее, но есть риск засад. Альтернативный путь — через леса и холмы. Он дольше, но безопаснее.

— У нас нет времени на долгие обходные пути, — твёрдо сказал Ханс. — Мы пойдём главным маршрутом, но будем готовы к любым неожиданностям.

Симей кивнул:

— Если что-то пойдёт не так, мы сможем быстро сменить маршрут.

Я взглянул на остальных, оценивая их реакцию. Все были серьёзны, сосредоточены. Никто не возражал против плана.

Ханс оглядел нас, затем резко опустил руку на стол.

— Тогда решено. Готовьтесь к выходу. В путь отправляемся с рассветом.

Мы с Боровом и Саулем вышли из помещения, Макс последовал за нами, закрывая за собой дверь. Внутри ещё продолжались обсуждения, но нам там больше делать было нечего — Ханс и Симей доделают последние приготовления.

Я огляделся. Вечер уже начал окутывать святилище мягкой тьмой, а улицы освещались редкими фонарями. Атмосфера здесь отличалась от того, к чему я привык: тихая, но напряжённая, словно город ждал чего-то.

— Как думаешь, у нас есть шанс? — спросил Макс, поравнявшись со мной.

— Шанс есть всегда, — ответил я, пожав плечами.

— Ханс всё правильно спланировал, — вставил Боров, по привычке проверяя ремни на своих доспехах. — Главное — не дать этим ублюдкам застать нас врасплох.

Сауль молчал, лишь изредка кидая взгляды на проходящих мимо людей. Видимо, он всё ещё переваривал услышанное.

— Завтра будет долгий день, — заметил я, потирая шею. — Стоит хоть немного отдохнуть перед дорогой.

Макс кивнул:

— Верно. Но сначала надо проверить снаряжение. Если будет бой, лучше быть готовыми.

Я взглянул на здание, из которого мы вышли. Там ещё горел свет, и сквозь закрытые окна доносились приглушённые голоса. Видимо, обсуждение затянется.

— Тогда разделяемся, — сказал я. — Проверяем снаряжение и встречаемся у главного выхода перед рассветом.

Остальные согласно кивнули.

Я ещё раз посмотрел на небо, где загорались первые звёзды.

Мы с Максом двинулись по извилистым улочкам святилища, направляясь к месту, где оставили верблюдов. Тем временем Сауль и Боров развернулись и пошли обратно в здание, чтобы передать основной план остальным и подготовить оставшееся снаряжение.

— Надеюсь, они справятся без нас, — пробормотал Макс, поправляя перевязь с мечом.

— Должны, — ответил я, шагая рядом. — У нас нет права на ошибки.

Улицы были почти пустыми, только редкие путники медленно бродили по своим делам. Вдалеке слышался приглушённый шум — видимо, в одной из таверн ещё продолжались вечерние разговоры.

Добравшись до места, мы увидели наших верблюдов. Они мирно стояли, привязанные к деревянным столбам, лениво пережёвывая остатки корма.

— Так, проверим снаряжение, — сказал Макс, подходя к своему животному.

Я сделал то же самое. Осмотрел седло, проверил крепления сумок, убедился, что всё надёжно закреплено. Вода, припасы, оружие — всё должно быть под рукой, если вдруг случится неожиданность.

— Всё в порядке? — спросил я, глядя на Макса.

Он кивнул:

— Да. Завтра они будут готовы к переходу.

Я ещё раз оглядел пустынные улицы святилища. Ночью этот город казался совсем другим. Он словно затаился, наблюдая за каждым нашим шагом.

— Думаешь, всё пройдёт гладко? — спросил Макс, поднимая на меня взгляд.

Я усмехнулся:

— Никогда так не бывает.

Закончив с подготовкой, мы остались стоять рядом с верблюдами, ожидая, когда Сауль и Боров закончат свою часть работы.

Я повернулся к Максу, скрестив руки на груди:

— Слушай, а кто такой Альтаир? И что он делал в Кхарн-Атулу?

Макс на секунду задумался, глядя куда-то в сторону, будто вспоминая что-то важное. Потом вздохнул и пожал плечами:

— Не знаю, что именно он там делал… Но если ты хочешь услышать про него, история будет не маленькой.

Я прищурился.

— У нас есть время, пока ждем остальных. Рассказывай.

Макс усмехнулся, поправил ремень на плече и, облокотившись на седло своего верблюда, начал:

— Альтаир — это имя, которое ты редко услышишь в обычных разговорах. Но среди тех, кто знает историю старых земель, он — легенда. Его следы ведут далеко за границы известных нам карт. Одни говорят, что он был великим полководцем, другие — что безжалостным убийцей, третьи называют его искателем знаний. Но факт остаётся фактом: он был в Кхарн-Атулу, а этот остров — далеко не то место, куда отправляются без причины.

Я молча слушал, чувствуя, как с каждым словом интерес только растёт.

Альтаир — один из главных Легионеров, крайне сильный и скрытный. Он собирает артефакты по всему миру и путешествует по местам, где не ступала нога человека, исследует опасные места и, если нужно, уничтожит там всё. Каким оружием или магией он владеет, никто не знает, кроме других Главных. И о чудо, я его нашёл, даже подрался (скорее, меня просто избили).

В то время как вы были на задание с Томасом на Альдоре, я делал своё дело.

Макс поудобнее перехватил ремень седла верблюда и продолжил:

— Я пытался выйти на него через информатора Ханса. Был один человек в Шад'Рахе, который, как говорили, мог знать его местонахождение. Старая крыса, торговец информацией, который ради пары монет сдаст даже собственную мать.

Он сплюнул в сторону, покачав головой:

— Этот старик подтвердил, что Альтаир действительно был в Кхарн-Атулу. Но что он там искал — загадка. Единственное, что мне удалось узнать — на острове появились странные руины, старше всего, что мы видели раньше. Говорят, там скрыто что-то могущественное, и если Альтаир там появился, значит, это действительно так.

Макс взглянул на меня и усмехнулся:

— Разумеется, я не мог просто так оставить это. Я отправился на Кхарн-Атулу, следуя за его следами… Ну, а дальше — как я и сказал. Нашёл, сразился, получил по шее. Он даже не убил меня, просто ушёл, будто я ему неинтересен.

Он дальше описал свой бой:

Макс стоял, крепко сжимая рукоять своего меча. Перед ним, на фоне далёких гор, возвышался Альтайр высокий, спокойный, безоружный. Ясное небо над равниной казалось безмятежным, но напряжение между ними росло с каждой секундой.

Макс первым сделал шаг вперёд, срываясь в атаку. Его меч мелькнул в солнечном свете, разрезая воздух. Он бил точно рубящий удар сверху вниз, быстрый и мощный. Альтайр сделал лёгкий шаг в сторону, уклоняясь так естественно, будто предвидел атаку заранее.

Макс тут же изменил угол удара, перехватывая меч и нанося боковой рез. Но Альтайр снова увернулся, на этот раз сделав короткий разворот, и в следующую секунду его ладонь резко ударила в запястье Макса.

Чёрт... выдохнул Макс, когда почувствовал, как боль пронзает руку.

Но он не остановился. Вращаясь, он нанёс рубящий удар снизу вверх, стремясь зацепить противника, но Альтайр отступил назад, оставляя меч в воздухе. Затем он резко шагнул вперёд и нанес удар ребром ладони в грудь Макса.

Удар был быстрым, но невероятно сильным. Макс отступил, чувствуя, как воздух выходит из лёгких. Он едва успел поднять меч, но Альтайр уже был рядом.

Серия движений — уклон, шаг, удар локтем. Макс успел поставить меч на пути атаки, но лезвие лишь вскользь задело одежду Альтайра. В следующую секунду его ладонь ударила в плечо Макса, а затем последовал короткий, резкий удар коленом в живот.

Макс рухнул на одно колено, задыхаясь. Он стиснул зубы, с трудом поднимая меч, но руки дрожали. Альтайр стоял перед ним, всё так же спокойно, без единой капли пота, словно бой его не утомил.

Макс собрал последние силы и рванулся вперёд, делая широкий замах. Альтайр легко уклонился, развернулся, и в следующую секунду его кулак ударил Макса в висок.

Мир перед глазами Макса потемнел. Его ноги подкосились, и он рухнул на землю, тяжело дыша. Всё тело горело от усталости, мышцы дрожали, а меч выскользнул из пальцев.

Последнее, что он увидел, прежде чем глаза окончательно закрылись, спокойный взгляд Альтайра, смотрящий на него сверху вниз. Затем всё погрузилось в тьму.

Макс медленно открыл глаза. Веки были тяжёлыми, тело ломило от боли, будто он неделю пробыл без отдыха в бою. Голова гудела, а мышцы отзывались резкой ноющей болью при малейшем движении. Он попытался приподняться, но плечо тут же пронзило резкой судорогой, заставляя его стиснуть зубы.

Он находился на той же равнине, где сражался с Альтайром. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в золотисто-оранжевые оттенки. Ветер легко шевелил сухую траву вокруг, создавая ощущение уюта среди дикого простора.

Макс медленно сел, держась за рёбра. Каждое движение отзывалось ноющей болью, но, к его удивлению, ранен он не был — лишь сильные ушибы и измотанные мышцы. Рядом, на камне, лежала небольшая сумка с припасами: несколько полосок вяленого мяса, бурдюк с водой и кусок хлеба, аккуратно завернутый в ткань.

Но больше всего его внимание привлекло письмо. Оно лежало прямо на бурдюке, сложенное аккуратным, почти идеальным почерком. Макс протянул руку, развернул его и начал читать.

"Ты неплох, но тебе ещё далеко до настоящего мастерства. Этот бой был лишь уроком, а не попыткой убить тебя. У тебя есть потенциал, но тебе не хватает понимания собственных слабостей. Развивайся.

Я знаю про ваш план. Скоро вернусь.

— Альтайр."

Макс нахмурился, перечитывая строчки снова и снова. Он не знал, что тревожило его больше — сам факт, что Альтайр знал их замыслы, или то, что он обещал вернуться.

Макс стиснул зубы, собирая волю в кулак. Боль сковывала каждую мышцу, но оставаться здесь он не мог. С трудом, опираясь на камень, он поднялся на ноги. Мир перед глазами слегка покачнулся, но он выдержал. Глубокий вдох — и первый шаг.

Ноги дрожали, как у пьяного, тело протестовало, требуя покоя, но Макс шёл. Медленно, но уверенно, двигаясь вперёд. Он перекинул сумку с припасами через плечо и, пусть с кривой улыбкой, но всё же оценил щедрость Альтайра.

Ветер ласково пробежался по его лицу, принося с собой запах трав и прохлады вечера. Вдалеке тянулись горы, их вершины покрывались золотым светом уходящего солнца. Облака, будто кистью художника, расплывались по небу мазками нежно-розового и оранжевого.

Макс остановился, опершись на колено. Сердце колотилось, тело горело от усталости. Он поднял голову и задержал взгляд на этом великолепии природы.

— Чёрт… Как же красиво… — прошептал он, тяжело дыша.

На миг он забыл о боли. О том, как его избили. О том, что впереди ждёт долгий путь. Он просто наслаждался этим моментом.

Но тело было непреклонно. Глаза начали закрываться, ноги подкашивались, и он не смог удержаться. Макс рухнул в траву, тяжело дыша, глядя на темнеющее небо.

— Ладно… Пять минут… и пойду дальше… — пробормотал он, прежде чем провалиться в глубокий, измождённый сон.

Макс усмехнулся, потирая шею, будто вспоминая события того дня.

— Проснулся я уже не под открытым небом, а в тёплом доме, — начал он, глядя куда-то в сторону, словно снова переживая тот момент. — На мне были чистые повязки, в воздухе пахло травами и чем-то съедобным.

Я молча слушал, не перебивая.

— Оказалось, что меня нашла старая бабушка. Она сказала, что я валялся у обочины дороги, словно выброшенный на берег кораблекрушенец. Говорит, что сначала подумала, что я мёртвый, но потом услышала дыхание и решила помочь.

Макс фыркнул, покачав головой.

— Её звали Хира, обычная деревенская старушка, но руки у неё… Я даже не заметил, как она так умело перебинтовала меня. И ещё настояла, чтобы я хотя бы пару дней отдохнул.

Я продолжал слушать, понимая, что для него это не просто история. Он рассказывал не только о произошедшем, но и о человеке, который, пусть ненадолго, но стал частью его пути.

Я ухмыльнулся, слушая рассказ Макса.

Значит, тебя вытащила из грязи бабушка? - поддразнил я, скрестив руки на груди. Великий мечник, а валяется на дороге без сознания.

Макс фыркнул, усмехнувшись.

Ну да, конечно. Сначала меня избивает какой-то Легионер, потом таскает по полю пожилая женщина... прямо геройские подвиги, он покачал головой, но и сам слегка улыбнулся.

Я хотел сказать что-то ещё, но вдруг заметил движение на дороге впереди.

Из-за поворота появились солдаты. Они шли плотным строем, их фигуры были внушительными высокие, широкоплечие, явно обученные воины. Их доспехи блестели на солнце, а шаги отдавались глухим эхом по дороге.

Но самое главное впереди. двое, что шли

Первый был одет в синеватые одеяния, его походка была лёгкой, но в то же время собранной. У него на поясе висела катана, а выражение лица было холодным и отстранённым.

Второй полная противоположность. Одет в красное, с массивным двуручным мечом за спиной, он выглядел как человек, привыкший давить врагов грубой силой. Его мышцы перекатывались при каждом шаге, а взгляд был тяжёлым, словно он уже решил, что мы ему помешали.

Мы с Максом переглянулись.

Макс быстро поклонился первым двум командирам Легиона, стараясь не привлекать лишнего внимания. Затем, не говоря больше ни слова, он быстрым шагом направился в здание, где находились остальные.

Я молча наблюдал за происходящим, не отрывая взгляда от двух грозных фигур. Напряжение в воздухе нарастало, но они не предприняли никаких действий — лишь продолжали идти вперёд, осматриваясь вокруг.

Я остался на месте, чувствуя, как напряжение сжимает мышцы. Бойцы, что сопровождали командиров, оказались куда выше, чем я предполагал издалека — настоящие великаны, закованные в тяжелые доспехи. Они стояли, словно статуи, их лица скрывались под массивными шлемами.

Но вот командиры… они были ростом с обычного человека, но их аура давила сильнее, чем всех остальных вместе взятых. Первый — тот, что с катаной и в одежде синеватых оттенков, — двигался плавно, безмятежно, словно волна перед штормом. Второй, облачённый в красные цвета и вооружённый огромным мечом, излучал нечто иное — грубую, сокрушительную силу, как вулкан, готовый взорваться в любой момент.

Они остановились прямо передо мной. Я встретился с ними взглядом, сдерживая желание шагнуть назад. Один момент — и молчание, что повисло в воздухе, стало почти невыносимым.

Командир в синем взглянул на меня пристально, оценивающе. Его глаза были холодными, будто он видел меня насквозь.

— Ты новенький 11-й командир? — спросил он ровным, почти бесстрастным голосом.

Я коротко кивнул и, следуя правилам этикета, склонил голову в знак уважения.

Второй командир, тот, что в красном, усмехнулся, скрестив руки на груди. Его голос был глубже, грубее.

— Если ты командир, то наше звание одинаковое. Поклоняться мне не стоит, — сказал он, усмешка не сходила с его лица.

Я выпрямился, не сводя с них взгляда. Они изучали меня, а я — их. Напряжение в воздухе не спадало.

Из казармы вышли Ханс и Симей. Они сразу узнали этих людей и поприветствовали их по именам.

— Джек, Аргус, — произнёс Ханс с лёгкой улыбкой, кивая им.

Командиры обменялись взглядами, пробормотав что-то между собой. Их отряд стоял позади, выстроившись в чётком порядке.

Ханс повернулся ко мне и, подозвав ближе, сказал:

— Это Джек и Аргус. Первый и второй командиры Легиона. А за ними — их отряд, "Авангард". Состоит из 32 бойцов и 16 магов высшего уровня. Каждый из них имеет ранг не ниже "B".

Я взглянул на бойцов. Их ауры были подавляющими, дисциплина безупречной. А маги... Даже на расстоянии я ощущал их мощь. Это были не просто воины — элита, лучшие из лучших.

Я решил промолчать, лишь кивнул, скрывая своё удивление. Эти люди излучали невероятную силу, но я понимал, что сейчас не время задавать вопросы.

— Пойдёмте внутрь, — сказал Ханс, жестом приглашая нас в казарму. — Нам нужно обсудить план и переговорить как командирам.

Аргус кивнул, а Джек усмехнулся и первым шагнул вперёд. Бойцы "Авангарда" остались снаружи, выжидающе наблюдая за нами.

Я последовал за командирами, ощущая, как напряжение в воздухе постепенно нарастает. Внутри казармы нас ожидал серьёзный разговор.

Ночь за окном становилась всё глубже, а в казарме разговоры о планах продолжались. Тусклый свет фонарей освещал деревянный стол, за которым собрались командиры.

Джек, сидя с привычной уверенностью, скрестил руки на груди и повернулся к Хансу:

— А твои бойцы готовы к бою? Включая команду Алека?

Ханс кивнул без колебаний:

— Конечно. Они прошли через многое, и я не сомневаюсь в их боеспособности.

Джек ухмыльнулся:

— Тогда предлагаю провести дружеский бой на рассвете. Разминка перед дорогой не помешает. Посмотрим, на что вы способны. После этого отдохнём и выдвинемся.

Аргус тихо вздохнул, словно уже знал, что спорить бесполезно. Я почувствовал, как все взгляды в комнате устремились на меня и Ханса, ожидая нашего ответа.

Я посмотрел на Ханса, ожидая его решения, но он лишь усмехнулся и сложил руки на груди.

Думаешь, мы откажемся? OH повернулся ко мне. Что скажешь, Алек?

Я задумался. Дружеский бой это шанс увидеть силу Легиона, но и испытание для нас. Отказать значило бы показать слабость, а я знал, что наша команда должна доказать свою ценность.

Мы примем вызов, твёрдо ответил я, встретившись взглядом с Джеком.

Вот и отлично! — Джек хлопнул по столу, поднявшись. На рассвете во дворе казармы.

Аргус, сидевший рядом, лишь покачал головой, но ничего не сказал. Остальные командиры тоже молчали, обдумывая план, с которого нас только что резко отвлекли.

После собрания я вышел из казармы, чтобы освежить голову. Ночь была тихой, лишь слабый ветер колыхал стяги на стенах. Вдали слышались редкие голоса патрулей, следящих за порядком.

Ко мне подошёл Макс, выглядел он задумчивым.

Ты уверен? — спросил он, прислоняясь к деревянному столбу.

А у нас есть выбор? — усмехнулся я, глядя на звёзды.

Те, кто сражаются под знаменем Легиона, Макс посмотрел мне в глаза, это не обычные бойцы. Они сильны, быстры и обучены годами. Они не будут сдерживаться.

Это хорошо. Значит, мы сможем увидеть их истинную силу, я выдохнул, стараясь не показывать волнения.

Макс хмыкнул и слегка хлопнул меня по плечу.

Ты странный, Алек. Но ладно.

Надеюсь, к утру ты не пожалеешь об этом.

Я только улыбнулся.

Рассвет и подготовка

На рассвете казарма ожила. Бойцы готовились к тренировке, а наш отряд собирался на открытой тренировочной площадке.

Джек и Аргус уже были там, вместе со своими людьми.

Хорошо, что вы не сбежали, ухмыльнулся Джек, размяв плечи.

И не думали, скрестив руки, ответил я.

Ханс выступил вперёд:

Давайте установим правила. Мы не убиваем друг друга, но удары наносим всерьёз. Остановимся, если кто-то будет не в состоянии продолжать.

Все согласно кивнули.

Кто начнёт? спросил Аргус, сканируя наш отряд взглядом.

Боров шагнул вперёд, хрустя костяшками пальцев.

— Думаю, я первый.

Бой начался мгновенно. Боров рванул вперёд, уклоняясь от первого замаха меча, и со всей силы ударил кулаком в грудь противника. Тот лишь пошатнулся, но устоял, затем сделал резкий выпад.

Я наблюдал, как бойцы столкнулись, обмениваясь ударами. Глухие удары кулаков и лязг стали разносились по двору.

Следующим вышел Сауль, затем Кальмин.

С каждым раундом мы понимали, насколько сильны бойцы. Но мы держались. Мы показывали, что не просто случайные солдаты, а те, кто может стать частью чего-то большего.

Когда наконец очередь дошла до меня, я глубоко вдохнул, встречаясь взглядом с Аргусом.

Джек усмехнулся и показал рукой на одного из своих бойцов массивного мужчину с короткими светлыми волосами и огромным мечом.

— Тогда давайте начнём.

Бой с Аргусом

Я сжал рукоять меча, чувствуя, как напряглись мышцы. Передо мной стоял Аргус — спокойный, расслабленный, словно этот бой не значил для него ничего. Его синий плащ слегка колыхался на ветру, а катана покоилась в ножнах на боку, но даже так я ощущал исходящую от него угрозу.

— Можешь атаковать первым, — сказал он, чуть склонив голову набок, изучая меня.

Я не стал медлить. Рывком сократил дистанцию и нанёс первый удар — прямой, но быстрый выпад в грудь.

Аргус легко сместился в сторону, позволяя лезвию пройти мимо, и даже не сделал попытки достать оружие. Я продолжил атаку — рубящий удар сверху, затем быстрый боковой. Он двигался с грацией хищника, избегая каждого удара с точностью, словно предугадывал мои действия.

Я изменил тактику. Сделал резкий шаг в сторону, будто бы собираясь атаковать справа, но вместо этого резко нырнул влево и нанёс горизонтальный удар.

Его рука молниеносно взметнулась вверх, и прежде чем клинок смог достичь цели, я почувствовал, как его ладонь мягко, но твёрдо, прижала лезвие, гася инерцию.

— Интересно, — пробормотал он, чуть подталкивая мой меч вниз, заставляя меня сделать шаг назад.

Я не сдавался. Отпрыгнул, сделал глубокий вдох и вновь бросился вперёд. Теперь я атаковал быстрее — удары следовали один за другим, не давая ему передышки. Я целился в открытые участки тела, сменял углы атаки, сокращал и увеличивал дистанцию, стараясь найти лазейку в его защите.

Но это было бесполезно.

Его движения были плавными и точными. Он уклонялся в последний момент, ловил удары ладонями, слегка подталкивая мой клинок в сторону, словно бы играя со мной.

Я начал уставать. Дыхание стало тяжелее, удары теряли точность, а мышцы горели от напряжения.

И именно в этот момент Аргус перешёл в атаку.

Я не успел даже моргнуть, как он оказался у меня за спиной. В следующее мгновение его локоть врезался мне в бок, выбивая воздух из лёгких. Я попытался развернуться, но резкий толчок в плечо отправил меня спиной в землю.

Я тут же вскочил, но тут же получил сокрушительный удар ладонью в грудь. Тело пронзила боль, и я рухнул обратно, не в силах пошевелиться.

Перед глазами всё поплыло. Где-то вдалеке я слышал голоса, но разобрать слова не мог. Всё исчезло в темноте.

Нокаут

Когда я очнулся, над головой уже было небо, а вокруг слышались приглушённые разговоры. Я моргнул, пытаясь собраться с мыслями, и увидел, что надо мной склонился Макс.

— Очнулся? — хмыкнул он. — Неплохо продержался, но честно — у тебя не было шансов.

Я тяжело вздохнул, прикрывая глаза.

— Как долго я был в отключке?

— Минут пять, не больше. Аргус сразу ушёл, сказал, что ты "неплох". Для него это, кстати, комплимент.

Я сел, потирая грудь. Всё болело, но я не

чувствовал поражения. Наоборот. Теперь я знал, какова разница между нами. И я знал, к чему стремиться.

Бой Ханса и Джека

Толпа бойцов собралась вокруг импровизированной арены, где друг напротив друга стояли Ханс и Джек. Ночь была прохладной, но воздух накалила предстоящая схватка. Ханс размял плечи, ухмыльнувшись:

— Давненько не дрался с тобой. Посмотрим, чему ты научился.

Джек усмехнулся, скрестив руки на груди:

— Или ты посмотришь, насколько я стал лучше.

Раздался негромкий щелчок пальцами — сигнал к началу боя.

Ханс первым рванул вперёд, его кулак рассек воздух, целясь прямо в лицо противника. Но Джек легко увернулся, сделав шаг в сторону. Контратака последовала мгновенно — резкий апперкот в живот, но Ханс успел заблокировать удар, схватил Джека за запястье и дёрнул на себя, собираясь провести бросок.

Джек не растерялся — он резко упал на спину и, используя инерцию, ногами отбросил Ханса назад. Тот перекатился и сразу же встал в стойку.

Зрители наблюдали с напряжением.

Затем бой принял новый темп. Они начали обмениваться ударами — быстрыми, сильными, точными. Каждый удар сопровождался глухими хлопками по мышцам и костям, а иногда и короткими вспышками энергии, когда удары становились особенно мощными.

Ханс поймал момент, когда Джек открывался после атаки, и нанёс удар в бок, заставив его отшатнуться.

— Чёрт, крепко бьёшь, — усмехнулся Джек, потирая ушибленное место.

Затем он взглянул на Симея, стоявшего в стороне.

— Ну что, хочешь присоединиться? — спросил он с ухмылкой.

Симей, до этого наблюдавший молча, кивнул и шагнул вперёд.

— Почему бы и нет.

Ханс и Симей против Джека

Теперь бой стал ещё более зрелищным.

Ханс и Симей атаковали одновременно — один шёл в лобовую, другой заходил с фланга. Джек уверенно отбивал атаки, но даже он не мог справляться с обоими сразу.

Симей молниеносно перемещался, пробивая удары в уязвимые места, а Ханс ставил мощные акценты, заставляя Джека защищаться.

Но даже так Джек был невероятно быстр.

Он поймал момент, когда Ханс замешкался, и ударил его локтем в грудь. Тот отлетел на пару шагов назад. Симей попытался воспользоваться моментом, но Джек развернулся, ударил его в бок, а затем подсек, вбивая в землю.

Глухой удар — и земля под Симеем потрескалась, образовав неглубокий кратер.

В тот же момент Ханс пошёл в атаку, но Джек собрал всю силу в кулак и ударил его прямо в грудь.

Ханс оторвался от земли, взлетел на несколько метров и с грохотом врезался в стену ближайшего дома.

Тишина.

Все посмотрели на Джека. Он тяжело дышал, руки были немного потрясены.

— Уф… — он выдохнул, стряхивая пыль с плеча. — Давно так не разминался.

Симей, всё ещё лежа в кратере, застонал:

— Чёрт… Это было больно.

А Ханс, выбираясь из обломков дома, громко рассмеялся:

— Вот же зверюга!

Толпа взорвалась смехом. Даже Джек усмехнулся, потирая ушибленный бок.

— Ладно, думаю, разминка удалась, — сказал он, протягивая руку Симею, помогая ему встать.

Ханс тоже подошёл, смахивая с себя куски штукатурки.

— Чёрт возьми, Джек, не забывай, что это тренировочный бой, а не война, — сказал он, хлопнув его по плечу.

— Я же говорил, что стал лучше, — ответил Джек, ухмыляясь.

Все засмеялись. Бой завершился, и теперь можно было немного отдохнуть перед дорогой.

Рассвет перед дорогой

Небо окрасилось в мягкие оранжево-розовые тона. Первые лучи солнца пробивались сквозь редкие облака, озаряя лагерь тёплым светом. Воздух был свеж, прохладен, наполнен запахом песка и далёкого моря.

Мы сидели на лавке у каравана, отдыхая после утренней подготовки. Дарьель лениво откинулась на спинку, потягиваясь, а Кальмин покачивал в руке флягу с водой, наблюдая за суетой вокруг.

— Ну и ночь была, — усмехнулся Сауль, проводя рукой по лицу. — Тебя знатно отправили в нокаут, Алек.

Я хмыкнул, вспоминая бой.

— Ага, а вы-то сами как?

Сауль ухмыльнулся.

— Я, конечно, продержался дольше, но итог тот же — в землю впечатали.

Кальмин рассмеялся.

— Меня этот гигант просто швырнул через всю площадку, а потом ещё предложил встать и попробовать снова!

Дарьель покачала головой.

— И хорошо, что меня не пустили. Лекари в бою не участвуют, и уж точно мне не хочется испытать на себе, каково это — летать по воздуху после удара Аргуса или Джека.

— Ну, зато нам всем есть чему учиться, — сказал я, массируя плечо. — Эти «Авангард» — настоящие монстры.

Дарьель кивнула, подбрасывая в воздух мелкий камешек.

— Не зря у них ранг не ниже «B». Видела, как один из них просто голыми руками ломал тренировочные столбы?

Сауль покачал головой.

— Не удивлюсь, если у них какая-то особая подготовка. Но знаешь, меня больше пугает, что это всего лишь «Авангард». Что там за бойцы в основной части Легиона?

Мы задумались.

В этот момент к нам подошёл Томас. Он выглядел собранным, его тёмный плащ слегка колыхался на утреннем ветру.

— Пора двигаться, — коротко сказал он.

Мы переглянулись, допили воду, отряхнулись и поднялись на ноги. Караван был полностью подготовлен: верблюды уже стояли нагруженные, бойцы занимали свои места, а командиры обсуждали последние детали маршрута.

— Ну что, ребята, — вздохнул Кальмин, потягиваясь, — начинается настоящее путешествие.

Сауль ухмыльнулся.

— Главное, чтобы оно не закончилось слишком быстро.

С этими словами мы направились к своим местам, готовые к долгому пути.

Дорога из святилища

Караван медленно двигался по улицам святилища. Колёса тяжёлых повозок поскрипывали, верблюды мерно переставляли ноги, а вокруг нас шла цепь бойцов. Город начинал просыпаться — местные жители выглядывали из окон, кто-то уже открывал лавки, а дети с интересом смотрели на длинную процессию, скрывавшуюся в пыли дорог.

Я сидел в одной из повозок вместе с Саулем, Кальмином и Дарьель. Мы молча наблюдали, как за окнами сменяются улицы, древние здания с резными крышами, каменные мостовые и широкие площади. На перекрёстках мы замечали патрули местной стражи, которые провожали нас внимательными взглядами.

— Всё же странное место, — пробормотал Сауль, поглаживая рукоять своего меча. — Чувствуется, что тут много тайн.

— Но теперь это всё позади, — сказал Кальмин, убирая за ухо выбившуюся прядь волос. — Нам предстоит новый путь.

И действительно, вскоре город остался позади. Мы вышли из массивных ворот, украшенных старыми знаками и изображениями животных, и оказались в открытой долине.

Перед нами раскинулась огромная местность, наполненная жизнью и свободой. Долина простиралась далеко вперёд, исчезая в лёгкой дымке утреннего солнца. Здесь не было плотной застройки — только редкие деревья, холмы и извилистая дорога, ведущая к далёким горам.

Земля под нами была жёлто-коричневой, в некоторых местах покрытой сухими травами. Периодически встречались небольшие ручьи, над которыми кружили птицы. Вдали, ближе к горизонту, виднелись массивные горные цепи, покрытые лёгким туманом.

Караван двигался ровно, сопровождаемый охраной. Мы шли среди холмов, иногда проезжая мимо старых разрушенных построек, поросших мхом. Ветер несёл с собой запахи земли, трав и чего-то ещё — чего-то древнего и неизведанного.

История Джека: Поход через Восточные земли

Караван продолжал свой путь, и, пока солнце клонилось к закату, я с Боровым подошёл к Хансу и Джеку. Они разговаривали с Саулем, и, судя по выражению его лица, речь шла о чём-то важном.

— О чём беседа? — спросил я, присоединяясь к ним.

— Сауль хотел узнать, в каких переделках мы побывали, — ответил Джек, усмехнувшись. — Я как раз вспоминал один случай. Хотите послушать?

Я с Боровым переглянулись и кивнули.

— Ну, тогда слушайте. Это было 15 лет назад, когда я ещё служил в качестве наёмника в Восточных землях. Меня и мою команду наняли для сопровождения важного человека — торговца, который хотел добраться до одного далёкого города, минуя основные дороги.

— Почему он не воспользовался обычным путём? — спросил Боров.

— Потому что этот человек перевозил не просто товары, а кое-что очень ценное. Говорят, это были драгоценные камни, но я так и не узнал правду. В общем, нас было шестеро, и мы отправились в путь.

Джек откинулся на спинку повозки и продолжил:

— Сначала всё шло гладко. Мы пересекли холмы, проехали через деревни, но когда добрались до пустынной равнины, начались проблемы.

— Засада? — предположил Сауль.

— Не сразу. Сначала мы просто заметили, что за нами следят. Один из наших разведчиков видел людей вдалеке, но они всегда держались на границе видимости. Это длилось два дня.

Я нахмурился.

— И что вы сделали?

— Мы решили действовать первыми. В одну из ночей я и ещё двое бойцов ушли в сторону, оставив караван под защитой остальных. Мы устроили ложную стоянку, разожгли костёр, оставили несколько плащей, чтобы создать видимость, что там кто-то есть. И дождались.

— И кто на вас напал?

— Группа разбойников. Их было около десятка, и они явно были хорошо подготовлены. Но мы их перехитрили. Когда они подкрались к нашему ложному лагерю, мы напали первыми. Бой был жёстким, но быстрым. Мы расправились с половиной из них, а остальные сбежали.

Боров хмыкнул.

— Выглядит так, будто всё прошло легко.

Джек покачал головой.

— Совсем нет. Один из моих людей погиб, двое получили ранения. А самое худшее было впереди — разбойники вернулись с подкреплением. Мы были вынуждены бежать.

— Чем всё закончилось? — спросил я.

— Мы добрались до города, но с большими потерями. Торговец был цел, но его груз оказался не таким уж ценным, как он говорил. Нас обманули.

— И как ты поступил?

Джек усмехнулся.

— Взял свою долю и ушёл. Урок был выучен: не стоит верить каждому заказчику.

Мы молча переваривали услышанное. История была суровой, но в ней не было ничего необычного для людей вроде нас.

— Вот такие были времена, — заключил Джек. — А теперь… давайте готовиться к привалу. Завтра нас ждёт долгий путь.

Мы кивнули и разошлись по своим местам, каждый задумавшись о своём.

Я наблюдал, как Аргус, второй командир, подозвал к себе Джека и Ханса, держа в руках карту. Он что-то сказал им вполголоса и кивнул в сторону ближайшего холма. Те переглянулись, коротко ответили и отошли с ним в сторону, оставив нас наедине.

Я повернулся к остальным, кто сидел у костра. Дарьель разливала горячий отвар, а Кальмин насаживал на прут куски мяса, готовые отправиться в огонь. Сауль и Боров уже ели, вполголоса обсуждая пройденный путь.

— Ну что, как вам день? — спросил я, садясь рядом.

— Насыщенный, — усмехнулся Сауль, отрывая кусок хлеба зубами. — Думаю, мне стоит пересмотреть свои взгляды на бой. После сегодняшних спаррингов мне ясно одно — мы ещё далеки от уровня таких, как Джек и Ханс.

— Это точно, — хмыкнул Кальмин, переворачивая мясо над огнём. — Я до сих пор чувствую удары. Но, знаешь, в этом есть смысл. Если хочешь стать сильнее — сражайся с теми, кто тебя превосходит.

Дарьель кивнула и передала мне кружку с горячим отваром.

— Вот только не забывайте, что восстановление тоже важно. Биться без передышки — верный путь к провалу.

— Тебе легко говорить, — Боров ухмыльнулся. — Тебе в бою только стоять в стороне и лечить нас.

— Ах так? — прищурилась Дарьель. — Тогда в следующий раз я просто посмотрю, как ты валяешься на земле, и подожду, пока сам поднимешься.

Все рассмеялись. Боров только фыркнул, но ничего не ответил.

Я сделал глоток отвара и посмотрел в сторону, куда ушли Ханс, Джек и Аргус. Они что-то обсуждали над картой, время от времени показывая в сторону горизонта. Судя по их лицам, разговор был серьёзным.

— Интересно, что они там замышляют, — пробормотал я.

— Завтра узнаем, — пожав плечами, ответил Сауль. — Сейчас лучше отдохнуть.

Я кивнул и откинулся назад, греясь у костра. Ночь была спокойной, но ощущение надвигающихся перемен не покидало меня.

Мы сидели у костра, обсуждая произошедшее, когда голос Ханса прервал наш разговор:

— Алек, Боров, подойдите.

Мы переглянулись, но не стали медлить. Поднявшись, мы направились к месту, где стояли Ханс и Симей. Лица у них были серьёзные.

Когда мы подошли ближе, Ханс заговорил, его голос был тихим, но твёрдым:

— За нами следят.

Я нахмурился, но прежде чем я успел что-то сказать, Симей добавил:

— Пока не знаем, кто именно, но ощущение нехорошее. Мы заметили это ещё днём, но теперь уверены — нас преследуют.

Боров скрестил руки на груди:

— Они близко?

Ханс кивнул:

— Достаточно, чтобы наблюдать за нами, но пока держат дистанцию.

— Может, разведка Орденов? — предположил я.

Симей слегка качнул головой:

— Возможно. Но они не делают попыток выйти на контакт. Это и беспокоит.

— Что нам делать? — спросил Боров.

Ханс посмотрел мне в глаза:

— Ничего. Вести себя так, будто мы ничего не знаем. Не подавать виду.

— Но быть на чеку, — добавил Симей.

Я медленно выдохнул и кивнул.

— Понял.

— Если что-то изменится, я дам знать, — сказал Ханс. — А пока возвращайтесь и ведите себя естественно.

Мы с Боровым молча переглянулись и, стараясь не показывать беспокойства, направились обратно к костру. Теперь каждый взгляд в сторону темноты вызывал у меня напряжение.

Кто бы ни следил за нами… он всё ещё был там.

Я лёг спать неспокойно. Мысли о том, что за нами следят, не давали мне сразу уснуть. Каждый шорох в ночи казался чем-то подозрительным, но в конце концов усталость взяла верх, и я провалился в сон.

Резкий голос прорезал тьму:

— Подъём!

Я дёрнулся, вскочив на ноги, и увидел перед собой Макса. Его лицо было напряжённым, а рука сжимала рукоять меча.

— Что случилось? — спросил я, отбрасывая одеяло.

— Просыпайся быстрее, — коротко бросил Макс. — Что-то не так.

Я огляделся. Большинство уже поднялось. Кто-то проверял оружие, кто-то переговаривался шёпотом. В воздухе чувствовалась тревога.

Боров подошёл ко мне, пристально глядя в сторону темноты:

— Напали?

Макс покачал головой:

— Пока не ясно. Но что-то определённо произошло.

Я заметил, что Симей уже стоял рядом с Хансом, переговариваясь. Недалеко от них Джек и Аргус, держа руки на оружии, напряжённо всматривались в окрестности.

— Кто поднял тревогу? — спросил я.

— Один из ночных дозорных, — ответил Макс. — Говорит, что слышал шаги неподалёку, но когда пошёл проверить — никого не нашёл. А следы… — он замолчал.

— Что со следами? — нахмурился Боров.

— Они обрываются. Будто тот, кто их оставил, просто исчез.

Мои пальцы сами собой сжались в кулак. Это было похоже на работу кого-то, кто знал, как оставаться незамеченным.

— Что будем делать? — спросил я.

Макс тяжело выдохнул:

— Сейчас решают. Скорее всего, выставим двойной дозор. Но будь готов к тому, что сегодня ночью нам не дадут спокойно спать.

Я кивнул. Что-то было не так. Мы чувствовали это все.

Мы сидели у огня, когда небо заволокла огромная тень. Всё стихло. Даже ветер, гулявший по долине, казалось, замер в ожидании.

— Что это?.. — пробормотал Макс, вставая на ноги.

— Это дракон, — спокойно сказал Джек, не отрывая взгляда от летящего силуэта.

— Дракон? — переспросил Сауль, хватаясь за рукоять меча.

— Песчаный, — уточнил Аргус.

Существо парило над нами, широкие крылья раскинулись, загородив часть звёздного неба. В следующий миг оно рвануло вниз, приземляясь в паре сотен метров. От удара лап по земле поднялось облако пыли.

Дракон сложил крылья, его янтарные глаза осматривали нас. Он был массивным: крепкое тело, покрытое грубой чешуёй цвета выжженной земли, длинный хвост медленно двигался из стороны в сторону, оставляя борозды в песке.

— Всем стоять, — приказал Джек, не вынимая меча, но явно готовый к бою.

— Он нас заметил, — тихо сказал Аргус.

— Он явно что-то ищет, — добавил Ханс.

Дракон медленно поднял голову. Затем, к нашему удивлению, заговорил.

— …Кто здесь командует?

Голос был низким, вибрирующим, с эхом, пробирающим до костей.

Джек сделал шаг вперёд.

— Я.

Дракон прищурился.

— А ты, — он перевёл взгляд на меня. — Тоже пахнешь сталью и кровью… но твой дух ещё слаб.

Я напрягся, но промолчал.

— Зачем ты здесь? — прямо спросил Джек.

Дракон чуть наклонил голову.

— Ищу корабль.

Все переглянулись.

— Какой корабль? — спросил Аргус.

— Чёрный парус. Полумесяц и копьё на флаге.

Я почувствовал холодок по спине.

— Мы не встречали такой корабль, — сказал Джек.

Дракон молча смотрел на него, затем его взгляд снова скользнул по мне.

— Если встретите… передайте им: Рагтор их ждёт.

С этими словами он расправил крылья, и ветер от мощного взмаха поднял клубы песка.

— Не бойтесь тьмы, путники… — его голос звучал уже из высоты. — Она давно следит за вами.

Ещё мгновение — и он исчез в ночном небе.

Некоторое время мы стояли молча, наблюдая, как облака медленно расходятся. Затем Боров выдохнул:

— Ну и дерьмо…

Я, как и многие, был в шоке от увиденного. Дракон. Разговаривал. И явно знал больше, чем говорил.

Вокруг слышались тихие перешёптывания. Сауль сжимал рукоять меча, а Боров, нахмурившись, смотрел в небо, будто надеясь снова увидеть силуэт существа.

Но командиры оставались спокойны.

— Значит, не все драконы — звери, — пробормотал Макс, переводя взгляд на Джека и Аргуса.

— Да, — кивнул Джек, скрестив руки на груди. — Многие из них разумны, некоторые даже превосходят нас в знаниях.

— Но не все умеют говорить, — добавил Аргус, глядя на нас. — Разговаривают только самые древние или те, кто жил среди людей.

Я глубоко вздохнул, стараясь осмыслить произошедшее.

— Но почему он искал этот корабль? — спросил Ханс, глядя на Джека.

Тот задумался, затем покачал головой.

— Не знаю. Но раз он пришёл сюда, значит, что-то важное происходит.

— И нас это может коснуться, — хмуро добавил Аргус.

— Думаешь, он не просто так сказал нам передать послание? — спросил Симей.

— Конечно, — ответил Джек. — Драконы не болтают просто так.

Некоторое время мы молчали. В воздухе витяло напряжение.

— Ладно, — наконец сказал Ханс. — Всё равно завтра мы покидаем это место. Нам нужно отдохнуть.

Я кивнул.

— Да… Надо попытаться уснуть.

Но я уже знал — уснуть будет нелегко.

Мы уже заканчивали собирать лагерь, когда вдалеке раздался тревожный крик одного из стражей.

— На горизонте движение!

Я сразу же повернулся в ту сторону. Из-за песчаных дюн появились тёмные фигуры, приближаясь со всех сторон. Их было много — не меньше тридцати. Впереди двигались всадники на огромных хищных существах. Их тела были покрыты плотной песчаной кожей, а длинные когти оставляли глубокие следы в земле.

— Разбойники! — раздался голос Ханса.

Все мгновенно насторожились.

— Они окружают нас... — тихо сказал Боров, сжимая рукоять топора.

Разбойники двигались медленно, словно оценивая нашу силу. Они не атаковали сразу, что означало одно — они уверены в своём преимуществе.

Джек и Аргус вышли вперёд, спокойно наблюдая за ними. Я видел, что командиры насторожены, но сохраняли хладнокровие.

— Что будем делать? — спросил Сауль, не спуская глаз с врагов.

Джек посмотрел на него и спокойно ответил:

— Если нападут — будем драться. Если захотят поговорить — посмотрим, чего они хотят.

Разбойники остановились, держа нас в кольце. Их лидер, мужчина с тёмным платком на лице, выехал вперёд на своём звере. Он окинул нас взглядом, оценивая.

Напряжение росло. Мы стояли в полной готовности. Рукоять меча в моей руке казалась тяжёлой. Любой неверный шаг мог привести к бою.

Примечание:

Описание зверя разбойников

Существа, на которых сидели разбойники, напоминали нечто среднее между гигантскими ящерами и хищными кошками. Их мощные тела достигали пяти метров в длину, а передвигались они на четырёх лапах, каждая из которых заканчивалась длинными загнутыми когтями.

Их кожа была шероховатой, словно покрытой песком и камнем, что делало их почти неотличимыми от окружающей пустыни. Спина была покрыта небольшими костяными пластинами, защищавшими от ударов.

Головы у них были вытянутыми, с массивными челюстями, полными зазубренных клыков. Их глаза светились жёлтым, настороженно изучая нас. Иногда из пасти вырывалось тяжёлое дыхание, и можно было увидеть раздвоенные языки, словно у змей.

Когда они двигались, земля под ними слегка дрожала, а хвосты, длинные и гибкие, время от времени медленно раскачивались из стороны в сторону, как у хищников, выжидающих момент для атаки.

Они не рычали, не издавали лишних звуков — просто молча стояли, готовые к прыжку по первому приказу своих хозяев.

Тишина затянулась.

И тогда их главарь заговорил.

Джек стоял спокойно, скрестив руки на груди, глядя на предводителя разбойников, который ехидно ухмылялся, оценивающе оглядывая нашу группу. Его зверь переступал с лапы на лапу, то ли нервничая, то ли сдерживая свою хищную натуру.

— Ну что, странники, — начал главарь, голос его звучал лениво и почти дружелюбно. — Дороги здесь опасные, а вы явно не местные. Может, скинете нам немного золота, еды, воды? Ну, просто чтобы не случилось... недоразумений.

Он улыбнулся так, словно говорил не о грабежах, а о дружеском обмене. Разбойники вокруг нас захохотали, переглядываясь между собой, а кто-то даже сплюнул в песок, ожидая ответа.

Джек лишь приподнял бровь и усмехнулся:

— Ты забыл добавить, что мы должны сказать тебе спасибо и поклониться.

Главарь издал короткий смешок, его плечи затряслись от смеха. За ним подхватили остальные.

— Ахаха, нравится мне этот парень! Умный, здоровый… Уверен, что хороший боец. — Он прищурился и ткнул пальцем в сторону Джека. — Даже захотелось проверить, на что ты способен.

Он резко спрыгнул с огромного зверя, приземлившись на ноги с лёгкостью, будто не слезал, а просто сделал шаг. Глаза его заблестели азартом.

— Один на один. Только ты и я. Если я выиграю — вы оставляете всё, что у вас есть. Если выиграешь ты… ну, тогда посмотрим.

Толпа разбойников загудела, подстрекая его и подшучивая. Некоторые уже начали делать ставки, перекрикивая друг друга.

Джек посмотрел на него без тени страха, словно перед ним был не опасный боец, а капризный ребёнок. Он потянул шею, разминая её с характерным щелчком, затем тяжело вздохнул:

— Если драка, то насмерть.

Разбойники замерли на мгновение, затем разразились новым смехом, но на этот раз в нём было куда меньше веселья и больше напряжения. Главарь склонил голову, словно прикидывая, блефует Джек или говорит серьёзно.

— О, насмерть? — переспросил он, усмехаясь. — Смело, капитан. Но мне нравится твой настрой.

Он вытянул руки в стороны, демонстрируя, что не держит оружия.

— Меня зовут Салахар. Я не отказываюсь от вызова.

Джек же, не сводя с него взгляда, спокойно добавил:

— И я буду использовать только свою магию огня.

Разбойники удивлённо переглянулись, а кто-то присвистнул. Они явно не ожидали, что противник так уверенно сузит свои возможности.

Салахар покачал головой, ухмыляясь:

— Хех, интересно, интересно. Но ты зря ограничиваешь себя, капитан.

Его зверь за его спиной зарычал, но Салахар взмахнул рукой, и тот тут же утих. Затем он сделал шаг вперёд, его тело напряглось, а взгляд стал жёстким.

— Что ж… Тогда начнём?

Салахар был высоким, поджарым мужчиной с жилистым телосложением, но с мощными, крепкими руками, которые говорили о многолетнем опыте воина. Его загорелая кожа была испещрена старыми шрамами, а на левом предплечье виднелась татуировка в виде стилизованного черепа, вокруг которого извивались змеи.

Он носил лёгкую броню, больше похожую на набор укреплённых кожаных пластин, сшитых между собой металлическими заклёпками. Поверх неё был наброшен длинный красно-коричневый плащ, который слегка трепетал на ветру.

На лице Салахара застыла самоуверенная ухмылка — он был тем, кто привык побеждать, привык видеть страх в глазах противников. Его светло-карие глаза с жёлтым отливом цепко осматривали Джека, оценивая его как противника.

Волосы у Салахара были густые, тёмные, собранные в несколько длинных кос, в которые были вплетены тонкие металлические кольца. На правом ухе он носил несколько серебряных серёг.

В руках он не держал оружия, но на его поясном ремне можно было заметить несколько метательных ножей, а за спиной — рукоять массивного топора, закреплённого в кожаных петлях.

Салахар выглядел как человек, привыкший выживать в пустыне, человек, который не боится битвы, а даже жаждет её.

Начало боя

Джек и Салахар медленно двигались по кругу, внимательно изучая друг друга. Их взгляды были полны решимости, а каждый шаг оставлял лёгкий след на песке. Ветер слегка вздымал пыль, добавляя напряжённости моменту.

Но вдруг, словно по молчаливой команде, оба взорвались с места, устремляясь навстречу друг другу с невероятной скоростью.

Джек первым активировал свою магию — его кулаки вспыхнули пламенем, и он нанёс серию быстрых ударов. Первые удары были пробными, но затем его кулак с хрустом врезался в нагрудную пластину Салахара, оставляя обожжённый след.

Салахар не отступал. Он вытянул руку, и вокруг него взметнулись вихри песка, образовывая подобие щита. Джек продолжил атаковать, но его удары теперь встречались с плотными стенами песка, которые рассыпались от каждого попадания, однако мешали пробить защиту.

Салахар же ловко уворачивался и в ответ наносил контратаки. Внезапно, его рука, покрытая твердеющим песком, резко выбросилась вперёд, целясь в бок Джека. Джек успел частично заблокировать удар, но сила атаки была значительной — его немного отбросило в сторону.

Салахар не дал ему передышки — он развернулся и ударил ногой, направляя поток песка прямо в лицо Джека. Джек быстро среагировал, взрывом огня развеивая песчаное облако, и тут же, пользуясь моментом, нанёс сильный удар в живот противника.

Металлические кольца на косах Салахара зазвенели, когда он отшатнулся назад. Его броня уже начала нагреваться от огня Джека, и это заметно раздражало разбойника.

Салахар резко выхватил кинжал, и песок вокруг него начал закручиваться в смертоносный вихрь. Он сделал стремительный рывок вперёд, метя клинком в сторону Джека, но тот успел уклониться, сместившись вбок. Однако Салахар не планировал останавливаться.

Левой рукой он собрал ещё больше песка, закручивая его в плотный вращающийся сгусток, насыщенный магической энергией. Вихрь становился всё более плотным и грозным, пока, наконец, с резким взмахом руки, Салахар не направил его прямо в Джека.

Джек, не теряя ни секунды, вложил всю силу в кулак, покрытый пламенем, и нанёс удар прямо в летящий вихрь. Вспышка ослепила всех вокруг — песчаный шторм взорвался, выбросив во все стороны осколки, похожие на застывшее стекло.

Джек прокрикивая:

— бушующий дракон, Пламенный залп.

Сделав шаг вперёд, он глубоко вдохнул, а затем, словно сам дракон, из его рта вырвался мощный поток пламени. Огонь заполнил пространство между ним и Салахаром, охватывая противника с невероятной яростью.

Жара была такой сильной, что даже ближайшие разбойники вынуждены были отступить, прикрывая лица руками. Потоки огня клубились, не уступая в мощи дыханию настоящего дракона, сжигая всё на своём пути.

Салахар выставил руки вперёд, пытаясь создать песчаный барьер, но огненный шквал был слишком силён. Его одежда начала тлеть, а песок, который он использовал для защиты, плавился, образуя блестящие капли расплавленного стекла стекла.

Салахар, почувствовав, как жара начинает прожигать его кожу, а песок под ногами превращается в стекло, начал паниковать. Он резко отскочил назад, подняв руки, и вокруг него закружился мощный песчаный вихрь. Песок вздымался всё выше, оборачиваясь плотной стеной, стремясь защитить его от бушующего огня.

— Сука…! — выругался он, чувствуя, как пламя обходит его защиту, пробираясь сквозь мельчайшие зазоры в песчаном барьере.

Джек не останавливался. Он усилил поток пламени, заставляя вихрь дрожать и постепенно рассыпаться. Жар был невыносимым, и даже самые стойкие бойцы разбойников начали пятиться назад, опасаясь попасть под смертельную волну.

Салахар, понимая, что долго так не продержится, попытался резко расширить вихрь, направив песчаную волну прямо в Джека, но тот был готов. Он одним движением руки создал огненный взрыв вокруг себя, моментально испаряя летящий песок.

— Ты боишься, Салахар? — громко спросил Джек, сделав шаг вперёд. — Где твоя уверенность? Ты же хотел драться!

Салахар скрипнул зубами. Его вихрь становился всё слабее, песок уже не подчинялся ему так, как раньше. А перед ним стоял Джек — весь в пламени, похожий на древнего боевого духа, воплощение разрушения и ярости.

Разбойник знал: ещё немного — и он проиграет.

Джек стоял, тяжело дыша, но его тело всё ещё окутывал жар. Он смотрел на Салахара с холодным, пронизывающим взглядом. Тот был на грани – его тело обожжено, броня наполовину расплавлена, а дыхание сбивалось с каждым вздохом.

Разбойники замерли, не зная, что делать. Они ждали приказа своего лидера, но тот лишь молчал, едва удерживаясь на ногах.

Джек сделал шаг вперёд.

— Ты проиграл, — сказал он ровным голосом. — У тебя нет права жить.

Он поднял руку, снова зажигая пламя. Салахар стиснул зубы, но не отступил. Он лишь устало усмехнулся:

— Делай, что должен…

Но прежде чем Джек успел нанести последний удар, между ними возник Аргус, подняв руку в знак остановки.

— Хватит, — твёрдо сказал он.

Джек нахмурился.

— Ты серьёзно? Он – враг. Он хотел нас ограбить.

Аргус спокойно посмотрел на Салахара, который с трудом удерживал равновесие.

— Он ещё может быть полезен, — сказал второй командир. — Знает местные земли, местных бандитов. Знает, кого стоит опасаться.

— И что? Думаешь, он просто так согласится нам помогать? — Джек всё ещё сжимал кулак, готовый разнести Салахара в пепел.

Аргус хмыкнул.

— Смотря, какой выбор ему предложить.

Он повернулся к Салахару.

— Ты можешь умереть здесь, прямо сейчас… или можешь отработать свою жизнь, помогая нам.

Салахар скептически прищурился.

— А если я выберу третий вариант?

Аргус наклонил голову.

— Его нет.

Между ними повисло напряжённое молчание. Салахар опустил голову, потом громко выдохнул.

— Чёрт с вами, — пробормотал он. — По крайней мере, меня не убьют прямо сейчас.

— Это уже прогресс, — усмехнулся Аргус и повернулся к Джеку.

— Он под нашей ответственностью, — добавил он.

Джек недовольно щёлкнул пальцами, и пламя на его руках исчезло.

— Только если он попробует что-то выкинуть – сожгу без вопросов.

— Договорились, — кивнул Аргус.

Так Салахар остался жив и, сам того не зная, оказался в рядах каравана.

Как только Салахар принял предложение, в рядах разбойников началось волнение. Некоторые переглядывались, другие явно не хотели просто так отпускать эту ситуацию.

— Что, вот так просто? — прорычал один из бандитов. — Ты сдался этим чертовым легионерам?

— Мы не подписывались работать на них! — крикнул другой. — Я лучше сдохну, чем буду подчиняться!

— Это твой выбор, — спокойно ответил Салахар, его голос звучал хрипло, но твёрдо. — Но не смей называть меня трусом.

Однако слова не успокоили толпу. Напротив, те, кто не был предан Салахару, начали поднимать оружие.

— Раз так, мы возьмём то, что нам нужно, сами! — крикнул главарь недовольных, и в следующее мгновение десятки разбойников ринулись в атаку.

Джек, стоявший в центре, усмехнулся.

— Дураки, — пробормотал он, прежде чем резко вскинул руки, и его кулаки вспыхнули огнём.

Разбойники даже не успели приблизиться. Волна огня вырвалась из рук Джека и в мгновение охватила всю наступающую группу. Воздух наполнился криками, а пламя поглотило каждого, кто осмелился поднять оружие.

Те, кто остался в стороне, смотрели в ужасе. Никто из них не видел такой мощи раньше.

Когда огонь угас, на земле осталась лишь груда пепла и почерневшие останки.

— Ну, теперь точно никому не придёт в голову нападать, — хмыкнул Джек, стряхивая с рук последние языки пламени.

Салахар стоял молча, опустив взгляд. Те, кто ему предан, двое его ближайших бойцов, тоже не вмешались. Они шагнули ближе к нему, дав понять, что остаются с ним.

— Похоже, ты не всем был так уж дорог, — заметил Аргус, глядя на Салахара.

Тот лишь криво усмехнулся.

— Каждый выбирает свою судьбу. Они сделали свой выбор.

Джек хмыкнул:

— И я его принял.

После этого разбойников больше не осталось. Караван мог двигаться дальше без опасений за очередное нападение.

Салахар сидел на земле, его руки были связаны, но никто из присутствующих не сомневался – если бы он захотел, он бы уже давно сбежал. Однако он не сопротивлялся, лишь тяжело дышал, приходя в себя после схватки.

Перед ним стояли Джек, Аргус, Ханс и Симей. Я, Боров, Сауль и остальные держались чуть поодаль, наблюдая за допросом.

— Говори, кто вас нанял, – резко начал Джек, присев перед пленником.

Салахар усмехнулся, посмотрел в его глаза, но не сказал ни слова.

— Если решишь молчать, – продолжил Джек, поднимая руку, в которой вспыхнуло пламя, – я просто повторю то, что сделал с остальными.

Салахар вздохнул, покачал головой и, наконец, заговорил:

— Это был Таумиэль.

Наступила тишина.

— Таумиэль? – переспросил Аргус. – Имя знакомое…

— Он мне заплатил, чтобы я избавился от вас, – спокойно продолжил Салахар. – А также, чтобы найти кое-какие документы.

— Документы? – нахмурился Ханс.

— Мне не сказали, что именно в них. Просто приказали забрать всё, что покажется важным.

— И ты никому из своих об этом не говорил? – спросил Симей.

Салахар покачал головой.

— Они думали, что это обычное ограбление каравана. Им не нужно было знать больше.

Джек выпрямился, посмотрел на Ханса.

— Значит, этот Таумиэль не просто так выбрал именно этот маршрут. Он знал, что мы здесь.

Джек снова повернулся к Салахару:

— Где ты должен был передать документы?

— В порту. Есть один человек… – Салахар вздохнул. – Но я не знаю, кто он. Мы должны были оставить вещи в указанном месте, а дальше он бы сам их забрал.

— Хм, – Ханс задумался. – Значит, нам нужно поторопиться.

Джек кивнул, а затем снова посмотрел на Салахара.

— Ты не солгал?

— Нет, – уверенно ответил тот.

Джек посмотрел на него несколько секунд, затем развернулся и сказал:

— Хорошо. Пока что он остаётся с нами.

Салахар поднял бровь.

— Значит, вы мне верите?

— Пока ты нам нужен, – усмехнулся Джек. – Если окажется, что ты нас предал… Ну, ты видел, что я сделал с твоими людьми.

Салахар молча кивнул. Он прекрасно понимал, в каком положении находился.

А мы все осознавали, что этот Таумиэль – не просто случайная фигура в этой истории.

Караван вновь пришёл в движение. Колёса телег скрипели, верблюды мерно переступали копытами по песчаной дороге, а солнце постепенно клонилось к горизонту, окрашивая небо в тёплые оттенки.

Мне и моему отряду поручили следить за двумя пленёнными разбойниками. Они оказались довольно молчаливыми, но, как ни странно, не проявляли агрессии. Напротив, когда я задавал им вопросы, они отвечали спокойно и без ненужных эмоций.

— И как вы оказались у Салахара? – спросил я у одного из них, невысокого мужчины с короткими светлыми волосами и шрамом на щеке.

— Да как все, – пожал плечами он. – В этом мире нелегко выжить без силы. Салахар дал нам кров, пищу и цель.

— Плохая у вас была цель, – усмехнулся Боров, идя рядом.

Разбойник лишь слегка улыбнулся.

— А у тебя она лучше?

Я не стал углубляться в этот разговор. Меня сейчас интересовало другое.

Я оставил их и направился к Хансу и другим командирам. Там уже были Джек, Аргус и Симей, собравшиеся возле карты, развернутой на одной из телег.

— Что вы узнали? – спросил я, подходя ближе.

— Не так много, – ответил Ханс, не поднимая взгляда от карты. – Но теперь мы знаем, кто стоит за нападением.

— Этот Таумиэль, я узнал это имя – вставил Аргус, скрестив руки на груди.

— И кто он? – спросил я.

— Главарь Ордена 7 мечей, – ответил Джек с лёгким раздражением.

Я нахмурился.

— То есть… Орден сейчас враждебен нам?

— Из-за него – да, – подтвердил Симей. – Когда-то Орден 7 мечей был нейтральной силой, балансирующей между различными фракциями. Но с тех пор, как Таумиэль возглавил его, всё изменилось.

— Он не просто главарь, – добавил Аргус.

– Он хочет сделать Орден доминирующей силой на континенте.

— И это делает его нашим врагом, – заключил Ханс, наконец подняв на меня взгляд.

Я молча переваривал услышанное. Всё это приобретало куда более серьёзный масштаб, чем просто нападение разбойников.

После разговора с командирами я вернулся к пленникам, решив узнать больше о Салахаре. Тот сидел на краю телеги, связанный, но не выглядевший сломленным. Его взгляд был спокоен, он задумчиво смотрел на пустыню, словно что-то вспоминая.

— Ты вырос в пустыне? – спросил я, садясь рядом.

— Как и многие, – кивнул он. – Рождён среди песков, вырос среди разбойников. Жизнь там жёсткая, но в ней есть своя свобода.

— И твоя магия? Это тоже часть твоего наследия?

— В каком-то смысле, – сказал Салахар, чуть улыбнувшись. – У нас, у детей песков, магия редко проявляется. Но если проявляется – это дар самой пустыни.

Он сделал паузу, прежде чем продолжить:

— Я с детства чувствовал, что песок слушает меня. Я мог ощущать его движение, мог заставлять его двигаться, сгущаться, подниматься в вихри. Но не это было самым странным.

— А что?

— Саламандры, – ответил он.

— Огненные ящерицы?

— Для многих они всего лишь звери, но не для меня, – покачал он головой. – Они никогда не были враждебны ко мне. Даже самые агрессивные позволяли мне приближаться, не считая угрозой. Я часами наблюдал за ними, изучал, как они впитывают жар солнца, как прячутся в песке, как двигаются.

Я нахмурился.

— Ты говоришь, как будто они чему-то тебя научили.

Салахар усмехнулся:

— А если так и есть?

В его глазах сверкнуло что-то загадочное, но он не стал развивать тему.

— Песок и солнце – их стихия. И моя тоже. Может, поэтому они меня приняли.

Путешествие продолжалось уже несколько дней, и за это время караван пересекал самые разные ландшафты: от бескрайних степей до палящей пустыни, от песчаных дюн до зеленых равнин. Каждый день шел почти одинаково – долгий путь, иногда сменяющийся короткими привалами, а по вечерам, у костра, бойцы делились историями, обсуждали прошлые битвы и рассказывали легенды о своих предках.

Именно во время этих разговоров я узнал, что отряд «Авангард» был основан еще отцом Джека – великим воином прошлого, чье имя окружено множеством слухов. Его меч, был передан Джеку по наследству, и теперь этот легендарный клинок находился в руках одного из сильнейших бойцов Легиона.

Симей, которого я привык считать просто хорошим наставником и опытным воином, оказался бывшим 7-м командиром Легиона. Он ушел в отставку, чтобы обучать молодых бойцов и помогать Аргусу. Оказалось, что Аргус намного моложе, чем казался – ему всего 22 года, Симею 35, а Джеку, несмотря на его суровый вид, лишь 28.

Они оба единогласно говорили, что среди капитанов Ханс является самым мудрым стратегом и тактиком, но при этом уступает по возрасту 4-му командиру, Миниру, которому уже 68 лет. Минир оказался отцом соруководителя «Авангарда» – Янгера. Это объясняло, почему Янгер так умело управляет своим отрядом, он рос под наставничеством настоящей легенды.

Еще одной важной деталью стало то, что почти все командиры, обладая немалым влиянием и властью, являются воинами и магами S-класса. На этом фоне мое собственное развитие оценили как В+, что уже считалось весьма высоким уровнем, но все же показывало, что мне еще есть куда расти.

От Салахара я узнал больше об Ордене 7 мечей. Выяснилось, что у этого опасного объединения есть не только свои воины и маги, но и тесные связи с пиратами, а также с Минделом – главарем гильдии охотников за головами. Этот человек считался одной из самых опасных фигур в теневом мире, и его влияние распространялось далеко за пределы обычных городов и поселений.

Понимание того, что мы противостоим столь мощным организациям, заставило меня задуматься. Война, в которую мы оказались втянуты, была гораздо масштабнее, чем казалось вначале. Возможно, ближайшие дни принесут нам новые испытания.

Наш путь привел нас в небольшой городок, укрытый среди холмов и степей. Здесь кипела жизнь, несмотря на близость военных действий. На улицах сновали торговцы, караванщики и наемники, каждый со своей историей. Мы остановились на привал, пополнили запасы и отправились в местную таверну, где узнали последние новости.

По разговорам местных стало ясно: на другой стороне континента ситуация была критической. Города падали под натиском нежити и других угроз. Некоторые утверждали, что появились новые существа, не похожие на обычных мертвецов – более разумные и организованные, способные вести войну.

Ханс, выслушав все это, тяжело вздохнул и сказал:

– До Хёлма осталось всего несколько дней пути. Доберемся туда, а оттуда уже двинемся к Йоктуну.

Йоктун – крупный укрепленный остров, один из главных форпостов на пути к северным территориям. Если информация о наступлении нежити подтвердится, то он окажется под угрозой.

В таверне чувствовалось напряжение. Некоторые бойцы начали спорить, стоит ли вообще вмешиваться в эту войну. Одни говорили, что нежить – это не их проблема, другие утверждали, что если падут дальние города, то рано или поздно враг доберется и до них.

Путь к Хёлму продолжался, и чем дальше мы продвигались, тем больше сплачивалась наша группа. Мы шли через равнины, леса, холмы, а затем вновь врывались в засушливые степи. Вечера проходили у костра в разговорах, а дни – в привычном марше.

Кальмин, Дарьель и Джайна особенно сблизились с двумя бывшими разбойниками, что остались с нами. Их звали Оррик и Вейн.

Оррик был высоким, жилистым парнем с темными волосами и вечно лукавой улыбкой. Несмотря на прошлое разбойника, он оказался довольно дружелюбным и веселым человеком. Дарьель частенько шутила, что он мог бы быть бардом, если бы не выбрал жизнь воровства.

Вейн, наоборот, был более тихим и серьезным. Невысокий, но крепкий, с холодным взглядом, он напоминал человека, прошедшего через многое.

Сначала они держались особняком, но со временем разговорились. Джайна любила задавать вопросы, и именно она первая узнала о прошлом Оррика и Вейна. Оказалось, что оба попали в шайку Салахара не по своей воле. Они просто искали способ выжить в беспощадных песках.

— А ты кем был раньше? – как-то вечером спросил Кальмин у Оррика.

— Купцом, – неожиданно ответил тот. – Ну, почти. Мой отец был торговцем, а я помогал ему в караванах. Но однажды нас ограбили, а меня забрали в плен. Так я и оказался среди разбойников.

— Хочешь вернуться к прежней жизни? – спросила Дарьель.

— Может быть, – усмехнулся он. – Пока не знаю.

Вейн, в отличие от Оррика, не рассказывал ничего о себе, но было видно, что в душе он уже изменился.

Салахар — не просто разбойник

Сама фигура Салахара тоже постепенно раскрывалась. Он оказался вовсе не тем кровожадным лидером банды, каким мы представляли его сначала.

На привале он часто садился рядом с легионерами, внимательно слушал, иногда вставлял свои замечания. Он редко говорил о себе, но с каждым днем становилось очевидно, что он не просто главарь шайки.

— Знаешь, — однажды сказал он мне, когда мы шли бок о бок. — Я не выбирал жизнь разбойника. Я просто родился среди песков. В пустыне не выжить в одиночку, а те, кто там живут, всегда борются за свою долю воды, еды и силы.

Я слушал молча.

— У меня были возможности уйти, но кочевая жизнь... она стала частью меня. Ты, наверное, понимаешь, что такое быть привязанным к чему-то сильнее, чем к самому себе?

Я кивнул.

— Вот и я так же. Но, возможно, пришло время что-то менять, – сказал он, глядя на закат.

Салахар не был простым головорезом. Он был воином. Человеком, который выжил там, где другие не смогли бы.

Теперь он был с нами, и впереди ждало неизвестное.

Ночь опустилась на лагерь, костры тихо потрескивали, освещая лица сидящих бойцов. После долгого дня пути все наслаждались редкими моментами отдыха. В этот вечер разговор зашел о прошлом, и Ханс, который обычно не делился своими историями, вдруг заговорил.

— Вы знаете, – начал он, глядя на пламя, – когда-то я был всего лишь мальчишкой, который не знал, как выжить.

Все притихли, слушая.

— Я родился в небольшой деревне. Родители были хорошими людьми, но однажды на нас напали... Я был совсем ребенком, когда их убили. Остался один. Но тогда меня нашел один человек – мужчина из Обители. Он забрал меня с собой и воспитал как собственного сына.

— Кто он был? – спросил я.

— Его звали Астрейн, – голос Ханса стал чуть тише. – Великий воин. Он научил меня всему, что я знаю. Мы путешествовали по миру, охотились на монстров, помогали тем, кто в этом нуждался. Это были долгие тринадцать лет странствий.

Он сделал паузу, словно вспоминая.

— А потом он исчез. Не умер, не пропал, просто ушел. Сказал, что его время пришло, и что дальше я должен идти сам.

— И ты пошел в Легион? – уточнила Джайна.

Ханс кивнул.

— Да. По его совету. Я быстро поднялся по званиям. Возможно, потому что у меня есть сила Оружейника.

Эти слова вызвали интерес.

— Сила Оружейника? – переспросил один из Авангарда.

Ханс усмехнулся и вытянул перед собой ладонь. В воздухе внезапно засветился голубоватый контур копья, и спустя мгновение в его руке появилось полноценное оружие.

— Я могу создавать оружие, – спокойно пояснил он. – Это копьё – моё любимое. Оно идеально сбалансировано, крепче стали и исчезает, когда мне не нужно.

Он разжал пальцы, и копьё растаяло в воздухе.

— Никто не знает, как у меня появилась эта сила. Даже я сам. Есть предположение, что это связано с Астрейном. Возможно, он передал мне эту способность каким-то образом.

Все молчали, осмысливая услышанное.

— А что было потом? – нарушил тишину Кальмин.

— Я продолжал служить в Легионе, но часто странствовал. Именно во время этих странствий я встретил Макса и Томаса. Они были сиротами, оставленными в одном из городов, их продавали в рабство. Я видел в них себя, поэтому отправил их в Академию.

— А Боров? – уточнил я.

— Боров – другая история. Его отец был хорошим человеком, тоже жили в той деревне что и я, и когда он случайно оказался с нами. Ох хотел помочь нам, я не мог отказать. Так он присоединился к нам.

Наступила короткая пауза.

— И после освобождения Обители ты стал там советником? – спросил Кальмин.

Ханс кивнул.

— Да. И миротворцем. Но мое место всегда было в Легионе, рядом с теми, кто готов защищать этот мир.

Некоторое время все молчали, переваривая услышанное.

— Ты многое пережил, – наконец сказал Салахар.

— Мы все многое пережили, – ответил Ханс, подбрасывая в огонь еще одну ветку.

— А что насчёт Бака? – спросил Кальмин.

— О, Бак – отдельная история, – ухмыльнулся Ханс. – Я встретил его во время одной из операций Легиона. Он был наёмником, но тогда ещё не определился, чего хочет от жизни. Мы с ним несколько раз работали вместе, и он показал себя как невероятно способный боец. В какой-то момент я предложил ему присоединиться к моему отряду.

— И он согласился? – уточнил я.

— Почти, – усмехнулся Ханс. – Сперва он заявил, что его интересуют только деньги, но потом, когда мы сражались бок о бок, он понял, что не всё в этом мире измеряется золотом.

— Так он стал твоим человеком? – спросил Сауль.

— Да. И не просто бойцом. Бак стал одним из моих лучших людей. После освобождения Обители он занял пост главы обороны в Святилище. Это полностью его заслуга – крепкие стены, хорошая защита и готовность встретить любую угрозу.

Я задумался. Получается, многие сильные воины, которые сейчас занимают важные позиции, так или иначе связаны с Хансом. Он не только командир, но и человек, который собирает вокруг себя лучших.

— Выходит, твой отряд – это не просто бойцы, а целая сеть людей, которых ты нашёл в разные моменты жизни – спросил я.

Ханс кивнул.

— Именно так. Я не искал солдат. Я искал тех, кому мог доверять.

Разговор постепенно перешел в более легкое русло, но теперь мы смотрели на Ханса иначе. Он был не просто командиром. Он был воином, который прошел долгий путь, чтобы стать тем, кем является сейчас.

Когда мы наконец прибыли в порт, все с облегчением вышли из каравана, размяли затёкшие мышцы и огляделись. Портовый городок был шумным и оживлённым — кругом сновали торговцы, матросы таскали ящики с грузами, а рыбаки сгружали свой улов. Запах соли и водорослей смешивался с ароматами жареной рыбы и специй.

Пока мы осматривались, к нам направился человек в лёгком кожаном плаще с эмблемой Легиона на груди. Он уверенно подошёл и, поклонившись, поприветствовал нас:

— Командир Ханс, командир Джек, рад вас видеть.

— Ты из нашего отряда? — уточнил Ханс, нахмурившись.

— Нет, меня отправили из штаба. Я должен был встретить вас и передать важные сведения.

Все тут же насторожились. Агент понизил голос, огляделся, словно проверяя, нет ли посторонних, а затем продолжил:

— Несколько дней назад мы потеряли связь с островами на Регионе Обители. Ни один корабль не выходит на контакт, а наши разведчики не вернулись.

Наступило напряжённое молчание. Лица командиров стали серьёзными.

— Это ненормально, — тихо сказал Ханс, скрестив руки на груди. — В порту Обители есть гарнизон Легиона, и они не стали бы игнорировать сигналы.

— Именно. Мы пытались связаться с местными магами, но сигналы просто исчезают. Те, кто направляется к островам, больше не возвращаются.

— Ты хочешь сказать, что острова изолированы? — уточнил Аргус.

— Похоже на то, — кивнул агент.

Джек задумчиво потер подбородок.

— И что об этом говорит начальство?

— Они обеспокоены, но пока не предпринимают активных действий, — признался агент. — Они хотят получить больше информации, прежде чем посылать флот.

— Значит, они не торопятся, — мрачно заметил Сауль.

— Они не хотят терять людей, не зная, с чем столкнутся, — поправил агент.

Настроение у всех заметно изменилось. Даже те, кто сначала не придал значения словам агента, теперь выглядели обеспокоенными.

Ханс тяжело вздохнул и посмотрел на нас.

— Нам нужно узнать больше. Пока неясно, что там происходит, но это не похоже на случайность.

Ханс сжал кулаки, и нахмурился.

— Где остальные командиры Легиона? Почему они не действуют?

Агент слегка опустил голову, словно заранее знал, что это вызовет недовольство.

— 8-й командир Гобар, 9-й командир Ломар и 10-й командир Тэадор находятся на другом конце континента. Они тоже потеряли связь с Обителью и пока не могут выяснить причину.

Ханс тяжело вздохнул.

— А что с Миниром и остальными?

Агент нервно сглотнул, но ответил чётко:

— 4-й командир Минир, 5-й командир Янгер и 6-й командир Мундир со своими отрядами отправились в Земли Эльфов. Они ищут древний артефакт, связанный с Ракхефаэдлем…

При этом имени Аргус и Симей переглянулись, а Ханс кивнул, словно подтверждая что-то про себя. Остальные внимательно слушали, но никто не удивился — все уже знали, кто такой Ракхефаэдль.

— Значит, три командира уже там, Другие три за морем, а мы… — Аргус взглянул на Ханса.

— Мы здесь, — холодно заключил Ханс. — И, похоже, единственные, кто может разобраться с этим хаосом.

Он провёл рукой по волосам, явно обдумывая всё услышанное.

— Значит, мы должны решить, куда двигаться дальше. Если намечается война, Легион должен быть готов.

Я почувствовал, как напряжение вокруг нарастает.

Ханс молча смотрел в сторону моря, обдумывая услышанное. Все остальные нервно переглядывались, ожидая его решения.

Джек, не теряя времени, отступил в сторону и громко провёл перекличку, проверяя, все ли на месте. Голоса бойцов звучали чётко, но в них слышалась напряжённость — ситуация становилась всё более серьёзной.

Ханс, недолго думая, повернулся к агенту.

— Я пойду туда, — спокойно сказал он.

Все замерли.

— Ты уверен? — первым заговорил Аргус. — У нас впереди война на Йоктуне. Нам нужны все силы.

— Ты же наш переговорщик, — добавил Симей, — без тебя всё может пойти не так.

Но Ханс лишь покачал головой.

— Терять острова нельзя, — сказал он твёрдо. — Если с ними что-то случилось, это только вопрос времени, когда последствия дойдут и до материка.

Он перевёл взгляд на Джека.

— Переговоры с Орденом уже решены. Они сами выбрали войну. А это значит, что на Йоктуне вам и так придётся воевать. Моё присутствие там ничего не изменит.

Томас шагнул вперёд.

— Я пойду с тобой, — сказал он без раздумий.

Ханс взглянул на него, задержался на мгновение, но не возразил.

— Тогда пошли.

Агент кивнул, развернулся и направился к кораблю Легиона, пришвартованному в порту. Ханс и Томас последовали за ним.

Мы все проводили их взглядом.

— Удачи вам, — сказал я, и остальные закивали.

Ханс не оглянулся, но я заметил, как его пальцы сжались в кулак. Он всё понимал.

Но он уже сделал свой выбор.

Перекличка закончилась, и Джек уверенно оглядел собравшихся.

— Значит так, — начал он. — Мы разделяемся.

Он посмотрел на меня и Аргуса.

— Вы двое возьмёте своих людей и пойдёте по морю. Возьмёте корабль и доберётесь до цели быстрее.

Я кивнул, принимая приказ. Аргус только слегка усмехнулся и сложил руки на груди, но ничего не сказал.

— А я и Симей поведём Авангард через Хёлм, — продолжил Джек. — Мы пройдём через горы и степи, а вы тем временем будете уже на месте и подготовите всё необходимое.

— Всё ясно, — сказал я.

В этот момент Салахар шагнул вперёд.

— Я пойду с вами, — твёрдо заявил он.

Двое его подчинённых переглянулись, но быстро кивнули, подтверждая своё согласие.

— Добровольно? — уточнил Аргус, прищурившись.

— У нас перед вами долг, — ответил Салахар. — И потом, я знаю море лучше, чем многие. Там могут быть не только штормы, но и куда худшие вещи.

Джек усмехнулся.

— Ладно. Тогда решено.

Он повернулся ко мне.

— Отправляйтесь немедленно. Корабль вас уже ждёт.

Я лишь кивнул и, развернувшись, подал знак своим людям. Нам предстояло новое испытание.

Отряд: Аргус (2-командир легиона)

0. Аргус

Ранг(S) мечник; маг-электро

1. Алек

ранг (В+) мечник

лидер отряда

2. Кальмин

ранг(D) поддержка

3. Дарьель

Ранг(D) целитель

4. Джайна (временно)

Ранг(В) маг-воды

5. Сауль

Ранг(В+) мечник

правая рука

6. Макс (временно)

Ранг(В+) мечник

7. Боров

Ранг(В+) маг-воды;льда

левая рука

8. Салахар

Ранг(А) Маг-Песка

9. Оррик

Ранг(D+) поддержка

10. Вейн

Ранг(B) маг-земли

Отряд: Джека (1-командир легиона)

1. Джек

Ранг(s) мечник; танк; маг-огня

Лидер отряда

2. Симей

Ранг(А+) Мечник

Правая рука

3. Бак(временно)

Ранг(А) мечник; танк

4. Грэгор

Ранг(А) маг-огня

5. Натан

Ранг(А) маг-земли

6. Ральф

Ранг(В+) целитель

7. Эдгар

Ранг(В) поддержка

8. Финн

Ранг(В) поддержка

9. Маркус

Ранг(В) целитель

Другие члены Авангарда.

Глава 3

Пока мы загружали припасы на корабль, Джек подошёл к нам, окинул всех взглядом и с лёгкой улыбкой сказал:

— Ну что ж, теперь это ваш путь. Удачи вам, командиры. Не подведите.

Он сжал моё плечо, кивнул Аргусу, а затем развернулся и уверенно зашагал прочь, его отряд следовал за ним. Симей шёл рядом, что-то негромко обсуждая с Янгером.

Караван, который привёл нас сюда, тоже готовился покинуть порт. Стражники Континента прощались с нами, а некоторые даже пожелали удачи в плавании. Мы наблюдали, как они постепенно скрывались за поворотом улицы, растворяясь среди портовой суеты.

В это время команда уже закончила погрузку, и наш корабль Легиона был готов к отплытию. Я посмотрел на Аргуса, на своих бойцов, на Салахара и его подчинённых, которые теперь шли с нами добровольно. Впереди нас ждало путешествие по морю, и никто не знал, что именно нас там ожидает.

Глубокий гул рога возвестил о начале пути. Корабль Ханса, окутанный утренним туманом, уже отходил от берега, медленно скользя по воде, словно растворяясь в просторах неизвестного. Ветер трепал его паруса, и вскоре их судно превратилось в едва различимый силуэт, уходящий в сторону островов. Мы молча наблюдали, пока последний отблеск его исчезал на горизонте.

Судьба разлучала нас, но не навсегда. Каждый из нас выбрал свой путь, и все же эти дороги, казалось, сплетались в один узел, ведущий к чему-то неизбежному. Война, вопросы, на которые мы искали ответы, долг, что лежал на наших плечах, — всё это было не просто частью нашего пути, но и частью нас самих.

— Пора, — негромко сказал Аргус, глядя на меня.

Я кивнул и отвернулся от горизонта. Наш корабль, чуть меньше судна Ханса, но не менее крепкий, заскрипел под ногами. Паруса наполнились ветром, и мы начали движение в противоположную сторону.

Волны, неспешно разбиваясь о борт, нашёптывали свою бесконечную песню, как будто пытались рассказать о том, что ждёт впереди. Никто не знал, какие бури или какие открытия нас ожидают. Возможно, где-то там, в просторах морей, мы встретим нечто, что изменит не только нас, но и весь ход истории.

Порт медленно скрывался за нами, оставляя позади всё знакомое. Салахар стоял у борта, молча наблюдая за пенящимися водами. Оррик и Вейн переговаривались между собой, а Кальмин, Дарьель и Джайна смотрели на горизонт, каждый погружённый в свои мысли.

Я вдохнул морской воздух. Теперь впереди была только неизвестность.

Море тянулось во все стороны, бескрайнее и равнодушное. Лёгкие волны покачивали корабль, а свежий бриз наполнял паруса. Мы уже давно покинули берег, и постепенно тревога от расставания с Хансом и Джеком сменилась странным спокойствием.

Я стоял у борта, всматриваясь в линию горизонта, когда ко мне подошёл Салахар. Он был спокоен, но в его глазах читалась усталость.

— Давненько я не ходил по морю, — сказал он, скрестив руки. — В песках всё иначе. Ты чувствуешь твёрдую землю под ногами. А здесь… будто всё время балансируешь на грани.

— Может, тебе стоит отдохнуть? — предложил я.

Он усмехнулся.

— Не думаю, что смогу. После боя с Джеком тело до сих пор ноет. А ты? Как тебе наш путь?

Я посмотрел на небо, где парили чайки, следуя за нами.

— Честно? Я не знаю, чего ожидать. Пока это просто дорога. Дорога, которая может привести куда угодно.

— Хм. Хороший ответ. — Салахар кивнул. — Я всю жизнь жил в песках. Для меня дорога — это всегда борьба. Ты либо выживаешь, либо тебя поглощает пустыня. Интересно, насколько сильно отличаются наши пути?

— Думаю, в конце концов все дороги ведут к одному — к цели. Вопрос только в том, какая она.

Салахар молча смотрел на горизонт, а потом сказал:

— Может, стоит сходить вниз, посмотреть, как там остальные?

Я кивнул, и мы направились к каютам.

Внутри корабля

Под палубой царил лёгкий полумрак, освещённый редкими масляными фонарями. В кают-компании сидели Оррик, Вейн и Кальмин. Они разговаривали, лениво перебирая карты. Дарьель же сидела рядом, напевая тихую мелодию, а Джайна, прислонившись к стене, молча наблюдала за ними.

— О, наш капитан пожаловал, — улыбнулся Оррик, подняв голову.

— Как настроение? — спросил я, присаживаясь к ним.

— Да как сказать… — Вейн вздохнул. — Всё спокойно, слишком спокойно. Вот и думаем, не затишье ли перед бурей.

— Как там море? — спросила Кальмин.

— Всё так же бесконечно, — ответил я.

Дарьель улыбнулась.

— Это хорошо. Значит, у нас есть время побыть просто людьми, а не воинами.

— Вот только сколько у нас этого времени? — задумчиво сказал Оррик.

Наступила короткая тишина. Джайна нарушила её, впервые заговорив:

— Мы входим в воды Ордена. Здесь могут быть патрули или пираты. Нам нужно быть готовыми.

— Ты думаешь, нас ждут? — спросил Салахар.

— Если Таумиэль действительно связан с охотниками за головами, он может заранее знать о нашем маршруте, — сказала она.

— Ну, допустим, это так, — сказал Вейн. — Что будем делать?

— Плыть дальше, но быть настороже, — ответил я.

Оррик усмехнулся.

— Ты быстро входишь в роль командира.

Я лишь пожал плечами.

— Приходится.

Мы ещё немного поговорили, обсуждая возможные угрозы, а потом постепенно разговор перешёл на другие темы. Салахар рассказывал о песчаных саламандрах, Кальмин делился историями и шутками, а Оррик с Вейном спорили о том, какая выпивка лучше — континентальный ром или эльфийское вино.

Так прошло несколько часов, пока не наступила ночь.

Ночное дежурство

Я стоял на палубе, глядя на луну, когда ко мне подошла Джайна.

— Ты не спишь?

— Не могу, — ответил я.

— Мы с тобой похожи, — сказала она. — Ты всегда на страже, даже когда можешь позволить себе отдохнуть.

— Это плохо?

Она покачала головой.

— Нет. Это значит, что ты понимаешь ответственность.

Я посмотрел на неё.

— А ты? Ты всегда такая серьёзная?

Джайна усмехнулась.

— Такова моя природа. Меня учили думать наперёд.

Я кивнул.

— Хорошо, что ты с нами.

Она не ответила, просто посмотрела на море.

Ночь была тихой, лишь шелест волн да скрип корабельных досок напоминали о том, что мир вокруг не замер. Я сидел на своей койке, освещённый слабым светом фонаря, и лениво перелистывал страницы энциклопедии, что носил с собой с самого начала путешествия.

Мысли блуждали. Не о войне, не о легионе, даже не о грядущих битвах. Я думал о Джайне.

Не как о воине. Не как о бывшем члене Ордена. Просто как о человеке.

Она была сдержанной, всегда собранной, но я видел моменты, когда её суровость трещала по швам. В том, как она смотрела на закат, как улыбалась редким шуткам Вейна. В её глазах иногда мелькала тоска, будто она всегда думала о чём-то далёком.

Она выросла среди воинов Легиона, обучаясь стратегии, искусству боя и магии. Её наставниками были лучшие из лучших, но главным примером всегда оставался Ханс. Со временем она стала незаменимым членом его отряда, выполняя сложные задания, работая в разведке и участвуя в миротворческих миссиях.

Хотя Джайна могла бы получить высокий ранг в Легионе, она предпочла оставаться в тени, действуя свободно, не привязываясь к званиям и политическим играм. Именно поэтому многие за пределами Легиона мало что о ней знали. Её ценили за верность, расчётливость и боевые навыки, но ещё больше за то, что она всегда следовала своему моральному компасу, не позволяя войне сделать её безразличной к судьбам обычных людей.

Мои пальцы автоматически переворачивали страницы, но я уже не читал. В книге шла речь о морских течениях, о природе приливов и отливов. Столько мелочей, которые определяют движение воды, и никто об этом не задумывается, пока не оказывается в открытом море.

Так же и с людьми. Мы видим их действия, но редко задумываемся о причинах, которые их толкают вперёд.

Я вздохнул, откинув голову на подушку, и позволил мыслям ускользнуть.

Так я и уснул — с книгой в руках, под мерный шум волн, на короткое мгновение позабыв о тревогах завтрашнего дня.

На вторую ночь в море погода изменилась. Волны стали беспокойнее, ветер приносил с собой солёную прохладу, а луна скрылась за облаками. Экипаж работал чётко, но чувствовалось напряжение — возможно, это было предчувствие беды.

Я стоял на палубе, вглядываясь в горизонт, когда рядом появился Сауль. Он выглядел задумчивым, словно что-то его тревожило.

— Ты тоже чувствуешь? — спросил он, скрестив руки на груди.

— Да, что-то не так. Но, может, это просто погода, — ответил я, хотя сам в это не верил.

В этот момент раздался тревожный крик с верхней палубы:

— Паруса на горизонте!

Все замерли. Затем началась суета — матросы бросились к орудиям, воины приготовили оружие. Из темноты приближались несколько кораблей. По их очертаниям и флагам стало ясно: это были пираты.

— Проклятье… — пробормотал Аргус, подойдя ближе.

— Похоже, они пришли за нами, — добавил Оррик, сжимая рукоять меча.

Корабли быстро сокращали дистанцию. Разбойники, вооружённые абордажными крюками и арбалетами, уже готовились к атаке. Когда первый крюк зацепился за наш борт, из толпы пиратов вдруг раздался громкий голос:

— Подождите!

Нападавшие на мгновение остановились. Из их рядов вышел человек с длинными тёмными волосами, испещрённым шрамами лицом и серьёзным выражением глаз. Он смотрел прямо на Сауля.

— Ты… — сказал он, прищурившись.

Сауль побледнел. Он сделал шаг вперёд, словно не веря своим глазам.

— Карн?!

Наступила гробовая тишина. Никто не понимал, что происходит, но было ясно одно — эти двое знали друг друга. И, судя по их лицам, встреча была далеко не радостной.

Пиратский корабль с глухим ударом врезался в наш борт, и сразу же по трапам хлынули люди в рваных одеждах, с обнажёнными клинками и горящими глазами.

— К бою! — раздался чей-то крик, и мгновенно на палубе вспыхнула схватка.

Сауль, Вейн, Оррик и я уже были на передовой, встречая первых врагов. Я отбил атаку кривого ятагана, перехватил меч поудобнее и с силой рубанул, отбрасывая пирата назад. Оррик, словно дикий зверь, двигался рядом, уклоняясь и отвечая мощными ударами.

— Они прут, как бешеные! — выкрикнул он, отбрасывая ещё одного противника.

Сауль уже сошёлся с Карном. Их мечи встретились с гулким звоном, и с этого момента бой словно разделился на две части. Мы сражались с обычными пиратами, а Сауль бился с тем, кто жаждал его смерти.

Вейн ловко поднырнул под саблю одного из разбойников, сделал разворот и ударил в бок. Тот взвыл, но прежде чем упасть, успел выбить Вейна локтем в грудь.

— Твою ж! — закашлялся Вейн, отпрыгивая назад.

Пираты продолжали лезть, но и наши воины не сдавались. Кальмин, размахивая двумя кинжалами, наносил быстрые удары, уклоняясь от атак.

— Не дайте им пройти дальше! — крикнул кто-то из наших.

Салахар, сжав кулаки, взметнул в воздух песчаную бурю, заставляя ближайших пиратов отшатнуться. В этот момент Сауль и Карн обменялись несколькими мощными ударами.

Битва охватила всю палубу. Мы понимали, что проиграть этот бой — значит оказаться на дне. Поэтому никто не отступал.

Сауль и Карн, стояли параллельно друг от друга.

Карн, сжав кулаки, буквально взорвался от ярости:

— УБЬЮ!

Он бросился вперёд с бешеной скоростью, выхватывая две изогнутые сабли. Сауль успел выставить меч, парируя первый удар, но мощь атаки заставила его отступить на несколько шагов.

Я тут же бросился на помощь, блокируя один из его ударов, пока Оррик и Вейн отгоняли пиратов, которые пытались вмешаться.

— Он мой! — рявкнул Сауль, но в голосе не было ненависти, лишь тяжёлая боль.

Карн ударил снова, описывая саблями смертоносный дуэт. Лезвия свистели в воздухе, одно целилось в шею Сауля, другое — в его корпус. Он едва успел пригнуться, а я отбил вторую саблю своим мечом.

— Не мешай! — Карн рванулся ко мне, его лицо было искажено гневом.

Я сделал шаг в сторону, уклоняясь от выпада, и ответил серией быстрых ударов. Карн парировал их с лёгкостью, его движения были отточены, как у опытного бойца.

— Ты правда думаешь, что выживешь?! — бросил он, перекрещивая свои сабли, блокируя мой меч.

Сауль воспользовался моментом, перехватив инициативу. Он ударил Карна в бок, но тот, будто предугадав атаку, ушёл в сторону и контратаковал. Их мечи встретились в воздухе, осыпая палубу искрами.

— Ты мне братом был! — выкрикнул Сауль, его голос дрожал от эмоций.

— Был! — ответил Карн, ударяя сильнее.

Их бой продолжался, каждый удар был точен, каждый шаг просчитан. Они двигались так, будто знали друг друга с детства, словно сотни раз тренировались бок о бок.

Я не мог позволить Саулю сражаться в одиночку. Когда Карн сделал очередной выпад, я перехватил его удар, отвлекая на себя.

— Разберёмся с этим вместе, — сказал я, становясь рядом с Саулем.

Карн лишь усмехнулся и вновь бросился в атаку. Бой продолжался, ни одна из сторон не могла взять верх.

Гром сотряс небо, и корабль озарился яркими вспышками молний. Гроза, казалось, расколола ночь, и в её эпицентре стоял человек, чьё присутствие внушало ужас и восхищение одновременно — второй командир Легиона.

Он двигался молниеносно, его меч буквально рассекал воздух со свистом, а враги падали один за другим. Каждое движение было точным, каждый удар смертельным. Когда пираты пытались дать отпор, молнии, словно дрессированные змеи, ударяли в их оружие, сбивая с ног.

Карн, уже близкий к победе над Саулем, на мгновение отвлёкся, глядя на новую угрозу. Этого мгновения хватило — Сауль, стиснув зубы от усталости, резко ударил клинком. Лезвие вонзилось в бедро Карна, заставляя его вскрикнуть и осесть на палубу.

— Чёрт… — прохрипел он, сжимая рану.

Аргус уже закончил с остальными. Его боевые техники, связанные с грозой, оставили от врагов лишь обугленные тела. Он шагнул к Карну, молния сверкнула в его руке, готовая нанести последний удар.

Карн, задыхаясь, попытался подняться, но Аргус, двинувшись с нечеловеческой скоростью, оказался рядом в мгновение ока. Громыхнуло, и в следующее мгновение Карн уже лежал на палубе, его тело дёргалось от остаточных разрядов.

— Ты больше не встанешь, — голос Аргуса был холоден, как сталь.

Сражение закончилось. Пираты были побеждены, их корабль уже горел, а наши люди, пусть и измождённые, всё ещё стояли. Гроза начинала стихать, и в воздухе остался лишь запах озона и крови.

Я сжал рукоять меча и громко скомандовал:

— Всем быть начеку! Если появятся новые враги, не медлить! Подготовиться к обороне!

Солдаты, хоть и уставшие, быстро выполняли приказ. Раненых оттаскивали вглубь корабля, Дарьель и другие целители уже работали, оказывая помощь. Моряки проверяли повреждения судна, а бойцы, пусть и побитые, заняли боевые позиции, готовые к возможному новому нападению.

В центре палубы Аргус продолжал допрос. Каждое его слово сопровождалось вспышкой молнии. Его меч, напитанный электричеством, дрожал от энергии, а сам Карн корчился от боли, но не молчал.

— Кто вас послал?! — голос Аргуса звучал как раскат грома.

— Бэрн… — прохрипел Карн, тяжело дыша. — Наш капитан… Он сказал, что Орден семи мечей заплатит нам огромные деньги, если мы потопим ваш корабль и не дадим вам добраться до берега…

— А ты? Почему так взъелся на Сауля? — Аргус опустил клинок к его горлу, готовый услышать любую ложь.

Карн лишь ухмыльнулся, несмотря на боль.

— Потому что этот ублюдок когда-то был с нами!

Все, кто стоял рядом, резко перевели взгляд на Сауля. Тот молчал, но не отрицал.

— Так значит, это правда? — спросил, Аргус.

Сауль тяжело вздохнул, его лицо оставалось непроницаемым.

— Да, — наконец ответил он. — Я был пиратом. Но это в прошлом.

— В прошлом или нет, но твои старые друзья готовы были убить нас всех из-за тебя, — Аргус поднял Карна за ворот. — Так что дальше? Нас ждёт ещё одна атака?

Карн усмехнулся, несмотря на боль.

— Бэрн не из тех, кто отступает. Если он сказал, что потопит вас, значит, он не остановится…

Аргус сжал рукоять своего меча, и по его лезвию пробежали разряды. Карн понял, что пощады не будет, и его ухмылка сменилась гримасой ярости.

— Чтоб вас всех… — начал он, но не успел договорить.

Меч Аргуса пронзил его грудь, молнии прошли по телу пирата, заставляя его дёрнуться в конвульсиях. Разряд был таким мощным, что воздух пропитался запахом озона и палёной плоти. Карн закричал, но этот крик был коротким — его тело выгнулось, а затем обмякло. Его глаза остекленели, и он рухнул на палубу, больше не подавая признаков жизни.

Некоторое время стояла тишина, нарушаемая только шумом волн и далёким грохотом грозы. Никто не сожалел о Карне, но все понимали — это ещё не конец.

Аргус убрал меч в ножны и медленно повернулся ко мне и Саулю.

— Нам нужно поговорить, — сказал он спокойно, но в его голосе чувствовалась тяжесть. — Наедине.

Я кивнул, и мы с Саулем отошли в сторону, туда, где нас никто не мог подслушать. Аргус скрестил руки на груди и посмотрел на Сауля так, будто видел его впервые.

— Объяснись, — потребовал он.

Сауль тяжело вздохнул.

— Я был с ними, да. Давно. Когда я был молод. Меня подобрали пираты и сделали одним из своих. Тогда я не понимал, что они творят. Мне казалось, что это просто жизнь — свобода, море, сражения… Но потом я осознал, кем они были на самом деле. В один день я сбежал.

— И они тебя так просто отпустили? — скептически спросил я.

— Нет, — Сауль усмехнулся, но без радости. — Они охотились за мной. Долго. За это преследования я убил 10-терых.

И меня спалили солдаты континента и скрутили, после отправили в тюрьму а там уже к Обители, где мне дали выбор быть свободным но в рядах Легиона. И если выполню одно задание то могу быть свободен. Но я все еще свами.

Аргус молча слушал, его взгляд оставался холодным.

— Теперь они нашли тебя снова. И если их капитан Бэрн всё ещё хочет твоей смерти… значит, он не остановится.

— Я знаю, — кивнул Сауль.

Шторм постепенно утих, и море, бушевавшее всего пару часов назад, стало спокойным, будто и не было той битвы, грома и яростного ветра. В воздухе всё ещё пахло солью и озоном от магии Аргуса. Солдаты занимались ранеными, отмывали палубу от крови и подготавливали корабль к прибытию.

Я стоял у борта, вглядываясь в горизонт. И вот, сквозь утренний туман, показались очертания земли — Йокнун.

— Вот он, — сказал я себе под нос.

Сауль подошёл и встал рядом. Его лицо оставалось напряжённым, но в глазах читалась решимость.

— Ты когда-нибудь был здесь? — спросил я.

— Нет. Но слышал многое, — ответил он. — Йокнун — это ворота в войну. Здесь собираются войска, здесь принимаются решения. После этого пути назад уже нет.

Я кивнул. Мы все понимали, что нас ждёт.

Позади раздался голос Аргуса:

— Всем приготовиться к высадке!

Сауль, глядя на приближающийся берег, нахмурился и спросил:

— В этом же месте когда-то сражались Элементаль Земли и бывший Элементаль Воды, так ведь?

Я посмотрел на него, припоминая истории, которые читал. Да, это место было отмечено великим боем.

— Да, — ответил я. — Давняя битва, один из самых разрушительных дуэлей элементалей. Земля против воды… Они изменили сам ландшафт Йокнуна.

— Говорят, что после этого море в этом месте стало беспокойным навсегда, — продолжил один из солдат, что подошел к нам.

— Легенды, — усмехнулся Аргус, подходя ближе. — Но если они правдивы, это может сыграть нам на руку… Или против нас.

Мы молчали, пока корабль не приблизился к порту.

Когда корабль подходил к берегам Йоктуна, ко мне подошёл Аргус. В его руке блеснул небольшой серебряный перстень с гравировкой в виде волн.

— Это кольцо осталось от того пирата, Карна, — сказал он, протягивая мне артефакт. — Восстанавливает ману. Дай кому-нибудь из своих магов, например, Борову.

Я взял кольцо и покрутил его в пальцах.

— А тебе оно не нужно?

Аргус усмехнулся:

— Мне? Моей маны хватит, чтобы сжечь этот корабль и ещё один рядом. Так что оставь себе или передай тому, кто действительно в этом нуждается.

Я кивнул и убрал кольцо в карман. Это могло пригодиться в будущем.

Туман плотно окутывал берег, скрывая нас от посторонних глаз. Вдалеке, за холмами и лесной чащей, лежала наша настоящая цель — не город, а база, о которой говорил Аргус.

Мы высадились на безлюдном пляже, стараясь не шуметь. Волны мягко качали лодку, пока команда быстро выгружала припасы. Я достал карту и развернул её на ближайшем камне. Линии холмов, извилистые тропы и густая чаща леса — путь был не из лёгких, но скрытный.

— Если пойдём прямо через лес, нас заметят, — сказал Аргус, заглядывая через плечо. — А вот эта тропа у холмов... Пожалуй, лучший вариант. Меньше шансов нарваться на патрули.

Я кивнул и обернулся к остальным:

— Идём через чащу, вдоль холмов. Двигаемся молча, без костров. Если повезёт — доберёмся до базы незамеченными.

Боров накинул капюшон и пробормотал:

— Если не повезёт — лес сам нам подбросит проблем.

С этими словами мы углубились в чащу, каждый шаг был осторожным, чтобы ни одна ветка не треснула под ногами. Впереди клубились сумерки, а где-то вдалеке раздавались глухие крики ночных птиц. База была ещё далеко, но с каждым шагом мы приближались к ней... и, возможно, к опасности.

Пока мы углублялись в чащу, Аргус на мгновение задержался позади и махнул одному из своих людей — худощавому мужчине в кожаном плаще с нашивкой Легиона на плече.

— Свяжись с командой Джека, — приказал Аргус. — Хочу знать, где они и как продвигаются.

Мужчина кивнул, отошёл в сторону и достал из-за пояса кристалл связи — тускло мерцающий камень, используемый Легионом для дальних переговоров. Он крепко сжал его в ладони, и на поверхности засветились едва заметные руны.

— Здесь связной четвёртой группы. Джек, приём, — произнёс он.

Прошло несколько секунд, прежде чем послышался глуховатый голос:

— Это Джек. Мы добрались до региона Хёлм. Продвигаемся успешно, без особых проблем. Патрули пока не попадались. Планируем выйти к северному флангу к утру.

Аргус слушал, нахмурившись, затем коротко ответил:

— Хорошо. Держитесь в тени и избегайте стычек. Мы направляемся к базе. Если что-то изменится — докладывайте немедленно.

— Понял. Конец связи.

Кристалл померк, и связной быстро убрал его в поясную сумку. Аргус догнал нас и, поравнявшись со мной, бросил:

— Джек и его люди уже в Хёлме. Идут без проблем. Если всё пойдёт по плану, встретимся на базе почти одновременно.

Я кивнул, чувствуя, как напряжение в груди немного ослабевает. Чем меньше помех — тем лучше. Но опыт подсказывал: когда всё идёт слишком гладко — стоит ждать неприятностей.

Мы пробирались через густую чащу больше часа. Ветви царапали кожу, влажный мох прилипал к сапогам, а туман стелился низко, скрывая неровности земли. Шёпот листвы и редкие крики лесных птиц создавали ощущение, что лес сам наблюдает за нами.

— Ещё немного, — пробормотал Аргус, оглядываясь. — По карте база должна быть где-то за холмом.

Спустя несколько шагов деревья начали редеть. Мы вышли к поляне. Трава была выжжена местами, как после недавней схватки, а в центре лежало что-то похожее на сломанную повозку. Воздух пах гарью и железом.

Я поднял руку, останавливая отряд.

— Осторожно, — прошептал я. — Это слишком открытое место.

Аргус кивнул и быстро дал знак двоим разведчикам. Те, пригибаясь, скрылись в высокой траве, направляясь к повозке. Напряжение висело в воздухе.

Спустя минуту один из разведчиков вернулся:

— Недавняя засада, — доложил он тихо. — Судя по следам, бой был часа два назад. Видимо, кто-то шёл той же дорогой, что и мы... и нарвался.

— Ордена? — спросил Аргус.

— Похоже на то. Но... — разведчик запнулся. — Там... тела нет. Ни одного. Как будто всех увели или... что-то другое.

Я нахмурился. Исчезновение тел после боя редко сулит что-то хорошее.

— Впереди чисто? — спросил я.

— На вид — да. Но справа, за холмом, что-то странное. Будто... шум. Но не голосовой.

Аргус взглянул на меня:

— Решай. Идём в обход или проверим? Если это засада — лучше знать заранее. Если нет — потеряем время.

Туман на поляне становился гуще. Каждая секунда промедления могла стоить нам слишком дорого.

Вдруг, внезапно нас на мгновение окружили множества людей, очевидно пираты по знакомой одежке. В переди нас стоял уверенно один из них, с выделяющей одеждой капитана. Он и есть тот самый Бэрн. Тот лишь улыбался нам приветствуя жадной ухмылкой.

Твою мать! Нас спалили — выкрикнул Сауль.

— Разберитесь с остальными! — крикнул Аргус, шагнув вперёд к Бэрну, его руки уже потрескивали от накопленной энергии. — Этого оставьте мне!

Пока Аргус встретился взглядом с предводителем пиратов, остальной отряд готовился к бою. Сауль выхватил меч и ринулся на ближайшего врага, его клинок мелькал, отражая свет сквозь листву. Боров поднял руки — с неба обрушился дождь, земля под ногами врагов размокла, мешая их движениям.

— Давай, покажи, чего стоишь, маг! — Бэрн ухмыльнулся, крутанув меч. — Посмотрим, кто быстрее.

Аргус в ответ молча метнул молнию. Бэрн отскочил в сторону, но разряд всё же зацепил его плечо, вызвав короткий вскрик. В ответ пират рванулся вперёд, его меч описал широкую дугу. Аргус едва успел отступить, а земля там, где только что стоял, была рассечена.

Тем временем Сауль вёл бой с двумя пиратами одновременно. Один из них попытался ударить его сзади, но Сауль, почуяв угрозу, резко развернулся и ударом рукояти выбил противнику оружие. Рядом Боров создал водяную стену, защищая стрелков из их отряда от вражеских стрел.

— Держись левее, Сауль! — крикнул Боров, отправляя в сторону врагов водяной хлыст, сбивая сразу троих.

Возле деревьев один из бойцов Легиона прикрывал отряд от фланговой атаки, а другой метким выстрелом снял пирата с лука. Ситуация оставалась напряжённой, но под слаженными действиями команда постепенно брала верх.

Аргус и Бэрн тем временем продолжали их яростный поединок. Каждый удар меча встречался всплесками электрической энергии. Аргус попытался поймать момент для мощного разряда, но Бэрн, несмотря на тяжесть брони, двигался удивительно быстро.

— Неплохо для пирата, — усмехнулся Аргус, отбивая очередной выпад. — Но давай посмотрим, как справишься с этим!

Он сжал кулак, и из него вырвалась сверкающая молния, ударившая в землю рядом с Бэрном. Пират отлетел назад, скатившись по траве, но вскочил на ноги, злобно сплюнув.

— Так просто меня не возьмёшь! — прорычал он, готовясь к новой атаке.

Сражение кипело, исход был ещё неясен, но каждый из бойцов был полон решимости выстоять до конца.

Наш отряд действовал слаженно, несмотря на хаотичность боя. Джайна и Боров, стоя чуть позади линии сражения, направляли мощные водяные потоки, сбивая пиратов с ног и не давая им сомкнуть ряды. Дарьель, сосредоточенно шепча заклинания, исцелял раненых, свет от его рук мягко окутывал бойцов. Кальмин, не отходя от целителя, отбивал стрелы и отбивал нападающих, пытавшихся прорваться к тылу.

Я вместе с Саулем врезался в гущу врагов. Его меч мелькал рядом, отражая удары и нанося свои. Мы действовали почти как одно целое — он прикрывал мои слепые зоны, я — его. Макс, ревя, как дикий зверь, крушил врагов мечами на передовой, не давая им даже поднять оружие.

Салахар, стоя чуть в стороне, поднял руку — из-под ног врагов взметнулись потоки песка, опутывая их и лишая подвижности. В другой руке он вертел небольшой топор, отбивая тех, кто всё же прорывался сквозь его магию. Оррик и Вейн издали поддерживали нас, прикрывая стрелами и метательными ножами.

Тем временем Аргус сошёлся в поединке с Бэрном. Искры разлетались от его рук, освещая поле боя яркими всполохами. Бэрн, не отступая, наносил мощные выпады своим массивным клинком, вызывая взрывы земли под ногами Аргуса. Их бой стал центром сражения — каждый удар отдавался эхом в воздухе.

Несмотря на численное превосходство врага, мы медленно, но уверенно брали верх. Каждый из нас знал своё место и действовал без колебаний. Всё решалось здесь и сейчас.

Сражение вокруг бушевало, но центр внимания сосредоточился на двух противниках. Аргус и Бэрн стояли лицом к лицу, тяжело дыша. Воздух между ними казался натянутой струной, готовой оборваться в любой момент. Их взгляды сцепились — в глазах обоих пылала ненависть, накопленная не одним годом.

— Никогда не думал, что встречу тебя здесь, — прохрипел Бэрн, ухмыляясь сквозь кровь на губах. — Сколько лет прошло? А ты всё такой же самоуверенный ублюдок.

— А ты всё такой же болтун, — холодно ответил Аргус. — Надо было добить тебя тогда.

Бэрн лишь усмехнулся, сжав рукоять меча крепче.

— Можешь попробовать сейчас. Посмотрим, кто кого, молнийщик.

Несколько секунд они стояли в напряжении, словно оба ждали первого движения. Аргус слегка приподнял руку, пальцы засверкали электрическими разрядами. Бэрн рванул вперёд, меч сверкнул в свете молний.

Но Аргус был быстрее. Всё произошло в одно мгновение — вспышка света, раскат грома, и воздух прорезал визг металла. Бэрн вскрикнул, отшатнулся назад, а его меч с глухим стуком упал на землю. Его правая рука, отсечённая чистым разрядом молнии, упала следом.

— Ч-чёрт... — прохрипел Бэрн, опускаясь на колени. Глаза его налились яростью и болью. — Грёбаный ублюдок...

Аргус подошёл вплотную, глядя сверху вниз.

— Я предупреждал. Не стоило переходить нам дорогу.

С неба раскатился глухой гром, будто природа сама откликнулась на исход их дуэли.

Аргус уже занёс руку, готовясь нанести последний удар, молнии змеились вокруг его пальцев, озаряя лицо хищным светом. Бэрн, сжав зубы от боли, смотрел снизу вверх, но в его взгляде не было страха — только упрямство и ненависть.

Но вдруг из леса с криками вырвались пираты, ринувшись на помощь своему предводителю.

— Не мешать! — рявкнул Аргус, выпуская заряд молний в сторону наступающих. Воздух наполнился запахом озона и горелой плоти, когда первая волна нападавших рухнула на землю.

Боров и Джайна, заметив приближение врагов, создали мощный поток воды, сбивая пиратов с ног. Сауль и я в это время прорубались сквозь ряды противников, а Салахар метнул песчаную волну, которая смела несколько человек разом. Дарьель, укрывшись за Кальмином, поспешно исцеляла раненых. Оррик и Вейн поддерживали строй, а Макс, покрытый кровью врагов, неумолимо прорезал передовые ряды пиратов.

— Отступать! — закричал один из пиратов.

Аргус, не обращая внимания на хаос вокруг, метнул молнию в очередного противника, но краем глаза заметил, как Бэрн, воспользовавшись замешательством, перекатился в сторону и вскочил на ноги. Несмотря на потерю руки, он цепко ухватился за помощь товарища и, спотыкаясь, рванул прочь.

— Чёрт! — прорычал Аргус, метнув ещё один заряд молнии, но тот лишь взорвал землю рядом с ускользающим пиратом.

— Ушёл, — сказал я, подбегая к нему. — Стоило добивать быстрее.

— Знаю, — буркнул Аргус, глядя в сторону скрывающегося в лесу врага. В глазах его всё ещё плясали остатки молний. — Но он своё получит. Ещё встретимся.

Поле битвы утихло. Лес наполнился лишь тяжёлым дыханием выживших и стонами раненых.

Главаря пиратов Бэрна унесли на базу Ордена, скрытую глубоко в холмах. Каменные стены зала были освещены факелами, отбрасывая пляшущие тени на лица собравшихся. Воздух пропитался запахом горящих масел и крови. Целитель, сидевший рядом с Бэрном, аккуратно накладывал бинты на обрубок руки, время от времени произнося заклинания для ускорения регенерации тканей.

— Проклятье! — рявкнул Бэрн, отшвырнув пустую чашу с зельем в стену. — Чёртовы легионеры! Как этот молниеносный ублюдок сумел... — Он не договорил, сжав зубы от боли и ярости.

Его взгляд упал на фигуру в темном плаще, стоящую в полумраке зала. Мужчина не шевелился, но в его присутствии чувствовалась тяжесть и власть. Это был Таумиэль. Холодные, бесстрастные глаза главы Ордена смотрели прямо на Бэрна, не выражая ни сочувствия, ни раздражения.

Бэрн, кипя от злости, вскочил на ноги, несмотря на боль.

— Ты! — прорычал он, указывая на Таумиэля оставшейся рукой. — Сидишь тут, как король на троне, пока я и мои люди гибнем! Я потерял руку, сражаясь за твои проклятые цели! Где была твоя помощь?! Где были твои люди, когда нам нужна была поддержка?! Или ты только и умеешь, что строить из себя великого стратега?!

В зале повисла напряжённая тишина. Даже целитель отпрянул в сторону, чтобы не оказаться между ними. Несколько охотников за головами у входа сжали рукояти оружия, опасаясь, что Бэрн переступит границу дозволенного.

Таумиэль медленно сделал шаг вперёд, его плащ чуть задел каменный пол.

— Осторожнее со словами, Бэрн, — его голос был тихим, но в нем чувствовалась сталь. — Ты нанят для выполнения работы, не для того чтобы учить меня стратегии. Твоё задание было задержать их. Ты потерпел поражение... и теперь перекладываешь вину на меня? Не стоит испытывать моё терпение.

Бэрн зарычал, но после паузы сел обратно на каменную скамью, тяжело дыша. — Если бы у нас было больше людей... — пробормотал он.

— У тебя было достаточно, — резко оборвал Таумиэль. — Но они были не готовы к встрече с Легионом... и с Аргусом. — Он на секунду задумался, затем продолжил: — Не волнуйся. Я не оставлю это без ответа. Аргус, Джек и новенький Алек, они думают, что продвигаются незаметно, но они лишь заходят глубже в ловушку. Скоро... очень скоро, они поймут, что значит бросить вызов Ордену.

Бэрн только усмехнулся сквозь боль:

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь... потому что в следующий раз я сам заберу голову этого молниеносного ублюдка.

Таумиэль отвернулся, махнув рукой. — Отдыхай и готовься. Мы ещё не закончили с ними.

Примечание:

Таумиэль — мужчина средних лет с крепким, плотным телосложением, выдающим годы упорных тренировок и множества сражений. Его рост около 185 сантиметров, что вместе с широкой грудью и мощными плечами придаёт ему внушительный вид. Лицо угловатое, с чётко выраженной линией челюсти и прямым, немного искривлённым носом — след старых боёв. На скулах и у виска виднеются два тонких шрама. Кожа слегка загорелая, с грубой текстурой, как у человека, привыкшего к жизни вне удобств.

Его волосы тёмно-каштановые с заметными серебристыми прядями, коротко подстрижены, но достаточно длинны, чтобы слегка растрепаться после боя. Щетина на лице небрежно подстрижена, придавая ему вид воина, которому нет дела до тщательного ухода.

Глаза стального серого цвета, всегда внимательные и пронизывающие, как будто видят человека насквозь. В них читается опыт и холодный расчёт, но иногда в глубине вспыхивает огонёк гнева или сожаления.

Таумиэль носит хорошо подогнанную броню из тёмной стали с усиленными пластинами на груди и плечах. На наплечниках выгравированы едва заметные рунические символы — возможно, древние знаки Ордена. Плащ тёмно-серого цвета, с лёгкими потертостями на краях, застёгнут на серебряную фибулу в форме меча. Перчатки из толстой кожи укреплены металлическими пластинами, а сапоги надёжно защищают голени.

На поясе у него висит меч с потемневшей от времени гардой — оружие, которое явно служило верой и правдой много лет. Движения Таумиэля размеренные и точные, в них нет лишней суеты — всё говорит о его дисциплине и опыте.

Таумиэль стоял в зале базы Ордена, его взгляд был устремлён в сторону, где бушевал огонь в камине. Тени плясали на стенах, отражая в его глазах не только настоящее, но и образы прошлого, от которых он не мог избавиться. В помещении чувствовалась напряжённая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием дров. Но внутри Таумиэля кипела буря.

Прошлое...

Когда-то он был совсем другим человеком — юным воином, одержимым жаждой знаний и стремлением к справедливости. Его учитель, Тайвек, был для него больше, чем наставник. Тайвек учил не только владению мечом и магией, но и тому, что истинная сила в понимании мира и ответственности перед ним.

Таумиэль помнил их первые тренировки, холодные утра, когда он, сдерживая дрожь, повторял удары мечом снова и снова, пока руки не немели. Тайвек тогда только усмехался и говорил:

— Если твоя воля слаба, Таумиэль, меч это почувствует. Ты должен стать сталью, иначе погибнешь, так ничего и не поняв.

С годами Таумиэль вырос в одного из самых талантливых учеников. Он гордился тем, что следует по стопам учителя, пока всё не изменилось. Пропажа Тайвека стала для него ударом. В одночасье он остался без того, кто направлял его всю жизнь. Внутри поселились пустота и вопросы, на которые не находилось ответов. Лишь годы спустя они встретились снова — в Йоктуне.

Таумиэль тогда едва узнал учителя: в его глазах была тьма, которую раньше он не замечал. Разговор в тот день врезался в память:

— Ты знаешь о пророчестве, Таумиэль? — голос Тайвека был усталым, но резким. — Легион принесёт беду всему миру. И если ты действительно верен тому, чему я тебя учил, ты сделаешь то, что должен.

— Но это же те, кого многие считают героями! — тогда возразил он. — Может, есть другой путь?

Тайвек покачал головой:

— Герои? Это слова для простаков. За их действиями — кровь и смерть. Спасение мира требует жертв. И если ты не решишься, всё сгорит в огне, который они же и разожгут.

Эти слова пронзили Таумиэля. С того дня он посвятил себя цели уничтожить Легион, веря в то, что таким образом предотвратит катастрофу. Чем больше он узнал о Легионе и их поступках, тем сильнее становилось убеждение — другого выхода нет. Пусть многие называют это фанатизмом, но он видел шире. Видел то, что другим было недоступно.

Настоящее…

Возвращаясь мыслями в зал, Таумиэль заметил, как рядом кто-то говорил, но слова утонули в его воспоминаниях. Его взгляд стал жёстче. У него была цель, ради которой стоило пожертвовать всем, даже своей совестью.

"Если Легион — искра, что способна воспламенить мир, я стану дождём, который её зальёт", — подумал он, сжав руку на рукояти меча.

Двери зала с грохотом распахнулись, нарушая тишину и прервав поток мыслей Таумиэля. В помещение вошёл один из стражей Ордена — мужчина в лёгких доспехах с запылённым плащом. На лице его читалась тревога.

— Господин Таумиэль, — голос был прерывистым от быстрого бега, — с севера поступили новости. Через регион Хёлма замечены легионеры. Они продвигаются быстро и… без лишней осторожности. Они спешат добраться до Йоктуна.

Таумиэль нахмурился. Он ожидал действий, но не такой спешки. Они преследуют важную цель, и им является меч оружейника.

— Сколько их? — коротко спросил он.

— Точных данных нет, но судя по знамёнам и докладам разведчиков… минимум два отряда. Один из них возглавляет Джек.

Имя вызвало лёгкую искру в памяти. Джек… Воин с магией огня, Оружейник в его руках. Противник, которого нельзя недооценивать. Прежде чем Таумиэль успел отреагировать, в зал вбежал ещё один страж, покрытый потом.

— Новости, господин! — почти выкрикнул он. — Южные регионы… Там замечены неизвестные враги. Они вырезают всех на пути — без пощады. Мы не знаем, кто они такие, но темп их наступления... пугает. Разведчики либо мертвы, либо пропали.

Зал на мгновение наполнился напряжённым молчанием. Таумиэль сжал челюсть, ощущая, как давление вокруг сгущается. Две угрозы с разных сторон — Легион на севере и неизвестная сила на юге. Каждая из них могла привести к катастрофе, если действовать медленно.

— Проклятье... — тихо пробормотал он, отводя взгляд к огню в камине. "Словно сама судьба решила сыграть в злую игру…"

Сбоку раздался знакомый голос — хриплый и наполненный язвительной ноткой:

— Ну, наконец-то что-то интересное начинается! — Бэрн, сидевший на скамье с перевязанной рукой, ухмыльнулся. — Я уж думал, мы тут сгниём, пока вы, великий Таумиэль, будете стоять и философствовать у огня. Давай, командир, покажи, что ты не зря в доспехах ходишь! — он рассмеялся, бросив насмешливый взгляд.

Таумиэль на долю секунды посмотрел на него — взгляд стальной, холодный.

— Придержи язык, Бэрн, — отрезал он без эмоций. — Тебе ещё рано радоваться. Собирай своих людей. Если можешь держать меч — будешь на передовой. Или хочешь остаться здесь и наблюдать, как ваши базы сгорят?

Улыбка на лице пирата чуть дрогнула, но он всё же усмехнулся:

— Ха! Я всегда готов к драке. Просто надеюсь, ты не растеряешься, когда всё начнёт гореть.

— Иди, — коротко приказал Таумиэль, повернувшись к стражам. — Передайте приказ: мобилизовать всех. На севере выставить засадные группы — задержите Легион любой ценой. А разведчиков на юге удвоить. Если неизвестные враги пойдут дальше... мы должны знать их планы. Я сам выйду на поле.

Стражи резко поклонились и выбежали из зала. Бэрн поднялся с места, размял плечо, пробурчал что-то себе под нос и направился к выходу.

Таумиэль остался на мгновение один, его пальцы сжались на рукояти меча, висящего на поясе. В голове звучали слова Тайвека, пророчество и мрачные образы будущего.

"Если это начало конца… то я встречу его на ногах, а не в тени стен."

Он развернулся и направился вслед за остальными — впереди ждала битва, и выбора уже не было.

Холодный утренний воздух наполнился гулом шагов и ржанием лошадей. Двор базы был охвачен суетой: солдаты натягивали ремни доспехов, маги проверяли амулеты и посохи, всадники уже оседлали своих коней. Над лагерем реяли чёрные флаги Ордена, развеваясь на порывистом ветре.

Таумиэль стоял в центре двора — высокий, мощный, с хмурым взглядом и сжатыми губами. Его голос, громкий и властный, прорезал шум вокруг:

— Половина армии — на север! — приказал он. — Задача: перехватить Легион и задержать их любой ценой! Аргус, Джек... Кто бы там ни был — не дайте им пройти.

Солдаты согласно кивнули, не задавая лишних вопросов. Приказ есть приказ — они знали: промедление может стоить им жизней. Колонны начали выстраиваться, лошади нервно переступали копытами по замёрзшей земле.

Таумиэль повернулся к Бэрну, который, несмотря на перевязанную руку, ухмылялся. На плече у него висел массивный топор, взгляд горел боевым азартом.

— Бэрн, — произнёс Таумиэль, — берёшь три отряда магов и группу мечников. Твоя задача — разобраться с южной угрозой. Узнай, кто они и чего хотят. Но если они представляют опасность — уничтожь без колебаний.

— Вот это уже разговор! — Бэрн хлопнул себя по груди здоровой рукой. — Погнали, парни! Если эти ублюдки думают, что могут резать наших, мы покажем им, кто тут хозяин! — он повернулся к своим людям, и те с боевыми кличами двинулись вслед за ним.

Когда колонны тронулись, и шум стал утихать, один из капитанов подошёл к Таумиэлю:

— Господин, а что будете делать вы? Присоединитесь к северной группе? Или с Бэрном?

Таумиэль бросил на него короткий взгляд, в котором читалась непроницаемость.

— Не твоё дело, — отрезал он. — Делай свою работу.

Капитан поклонился и поспешил прочь.

Оставшись почти один на пустеющем дворе, Таумиэль натянул капюшон, скрывая лицо. Он бросил последний взгляд на уходящие отряды и, не сказав больше ни слова, повернулся к юго-западной тропе — узкой, заросшей и почти незаметной. Никто не спрашивал, куда он направляется. И никто не знал.

Тропинка вела через лесную чащу, мимо оврагов и каменистых холмов. С каждым шагом шум лагеря затихал позади, пока не растворился в утренней дымке.

"Слишком много совпадений…" — размышлял он. — "Легион, неизвестные враги... и всё это — именно сейчас."

Он взглянул на массивное кольцо с печатью Ордена на пальце и сжал кулак. Его путь лежал туда, куда никто не решался идти. К месту, о котором знали лишь избранные.

И чем дальше он шёл, тем сильнее сгущалась вокруг него тьма — не только в лесу, но и в сердце.

Глухой топот сапог и треск сухих веток под ногами сопровождали отряд Бэрна, пробирающийся через заросли в южных регионах. Маги шли в центре строя, готовые в любой момент применить защитные заклинания, мечники держались по флангам, внимательно осматривая лесные тени. Бэрн, несмотря на перевязанную руку, шагал впереди, его глаза настороженно следили за каждым движением вокруг.

Внезапно один из его подчинённых — молодой солдат с заросшим лицом и неуверенной походкой — ускорил шаг и догнал капитана.

— Капитан, — начал он, тяжело дыша, — когда мы столкнулись с Легионом... Мне показалось... — он запнулся, словно не решаясь продолжить.

— Говори быстрее, — рявкнул Бэрн, не останавливаясь.

— В их отряде... был один парень. Я не уверен, но он... очень напоминал Сауля. Того самого. — Солдат понизил голос, будто боялся, что лес услышит его слова.

Бэрн резко остановился, и отряд за ним замер. Слегка повернув голову, он бросил на подчинённого хмурый взгляд. Мгновение длилось вечность, в которой только шум ветра и далёкие крики птиц заполняли тишину.

— Сауль, говоришь? — наконец усмехнулся Бэрн, но в глазах у него мелькнула тень сомнения. — Забудь. Просто совпадение. Тот парень уже вне игры. И даже если это он... — голос стал ниже и холоднее, — не наша сейчас забота. У нас другие приказы.

— Понял, капитан, — солдат кивнул, но беспокойство всё ещё читалось на его лице.

— Идём дальше! — скомандовал Бэрн. — Разговаривать будешь у костра, когда всё это кончится. Если доживёшь.

Отряд снова двинулся вперёд. Однако, когда никто не смотрел, Бэрн хмуро взглянул в сторону северных холмов, где, как он знал, шли легионеры. "Сауль... — промелькнуло в голове, — если это правда, значит всё не так просто."

Но тут впереди раздался короткий свист разведчика — сигнал о движении впереди. Мгновенно переключившись на задачу, Бэрн выкинул лишние мысли из головы. Сейчас была важнее неизвестная угроза на юге. Сауль или нет — разберутся потом. Если останется время.

Густая тьма окутывала лес, лишь слабые проблески луны пробивались сквозь сплетённые ветви деревьев. Шаги Таумиэля были почти беззвучными, несмотря на вес брони. Его взгляд был сосредоточен и холоден. Он шёл целенаправленно, не оглядываясь и не сомневаясь в выбранном пути.

Скоро перед ним выросло старое строение — заброшенный храм, стены которого были покрыты мхом и трещинами. Колонны у входа напоминали о величии ушедших эпох, но теперь всё вокруг дышало запустением. Воздух был тяжёлым, пропитанным пылью и временем.

Таумиэль остановился у входа, глубоко вдохнул и начал произносить слова на древнем языке. Его голос эхом отразился в ночи, словно сам лес затаил дыхание. Символы на каменных плитах у ног вспыхнули тусклым светом, дверь храма, казавшаяся неподвижной, медленно открылась, скрипя старыми петлями.

Войдя внутрь, Таумиэль оказался в длинном коридоре, стены которого были украшены фресками, изображающими сцены древних битв. Он не стал на них задерживаться — цель была впереди. Пройдя через несколько залов, где время словно остановилось, он добрался до центрального помещения.

Комната была просторной, с высоким потолком, из которого свисали остатки когда-то величественных тканевых знамен. В самом центре, на поднятом каменном постаменте, покоился меч. Его клинок был чёрным, словно поглощал свет, а из лезвия поднимался едва заметный дымок, источая холод и таинственность. Рукоять была украшена серебряными переплетениями, изображавшими волны и языки пламени, что символизировало баланс между разрушением и защитой.

Таумиэль остановился перед оружием, пристально глядя на него.

— Фарлокс, — тихо произнёс он, словно приветствуя старого знакомого. — Оружие, что видело больше войн, чем вся эта земля вместе взятая... В честь Империи, что первой встала против нежити. — Он провёл пальцами по гравировке на постаменте. — И сегодня твоя сталь снова познает кровь.

Он протянул руку и без колебаний схватил рукоять. Холод, почти осязаемый, пробежал по его коже, но Таумиэль не отдёрнул руку. Дым, струящийся из меча, обвил его броню, будто признавая хозяина. Глаза командира на мгновение блеснули мрачным светом, но он лишь крепче сжал оружие.

Он молча вышел из храма.

Шаги эхом разнеслись по опустевшему залу. Храм вновь погрузился в молчание, оставив лишь дрожащие в воздухе остатки древней магии и тихий, затихающий дымок над пустым постаментом.

Фарлокс — один из семи легендарных мечей, созданных мастером-оружейником Гальяфом. Этот клинок не просто оружие, а артефакт, способный кардинально менять ход сражения. Его магические свойства впечатляют как силой, так и разнообразием.

Способности Фарлокса:

1. Безупречная острота — клинок может разрезать практически любой материал, включая магические барьеры и зачарованную броню. Чем сильнее намерение владельца, тем глубже разрез.

2. Эфемерное воплощение — меч можно призвать в руку из любой точки пространства силой мысли. Аналогично, он может исчезнуть по воле хозяина, что делает невозможным его захват или похищение.

3. Теневое рассечение — во время взмаха клинок создаёт расширяющийся режущий разлом в воздухе, поражая врагов на расстоянии. Энергетическая волна может пересекать десятки метров, оставляя за собой разрушенный ландшафт.

4. Поглощение энергии — Фарлокс способен впитывать магические атаки, перенаправляя их либо в следующий удар, либо временно усиливая владельца.

5. Ритуальное пробуждение — если владелец приносит мечу "кровавую жертву" в бою (побеждая врагов), Фарлокс начинает испускать чёрный дым и усиливает все способности владельца, увеличивая скорость, силу и магическую стойкость.

6. Сокрытие ауры — при желании Таумиэль может подавлять магическую ауру меча, делая его невидимым для магических обнаружений. Это позволяет скрытно подходить к врагам или маскировать наличие артефакта.

7. Призрачные клинки — активируя эту способность, Таумиэль может создавать до трёх копий Фарлокса из тёмной энергии, которые летают вокруг и атакуют по его приказу, либо защищают владельца.

8. Разрушение чар — при прямом контакте с магическими печатями или защитами клинок поглощает их структуру, нейтрализуя магические преграды и ловушки.

9. Отражение воли — если враг колеблется или боится, меч усиливает эти эмоции, заставляя противников терять концентрацию и совершать ошибки.

10. Связь с носителем — Фарлокс "чувствует" состояние владельца. При критической угрозе может активироваться самостоятельно, защитив Таумиэля мгновенной реакцией.

Этот клинок не прощает слабости. Он требует от владельца решимости и силы воли — иначе меч начнёт подчинять себе сознание носителя. Но в руках такого человека, как Таумиэль, Фарлокс становится не просто оружием, а воплощением разрушения и неизбежности.

— Пора действовать, — произнёс он, чувствуя направление, будто нить связывала его с целью. Он шёл туда, где находился Джек.

Джек, стоявший на вершине холма, был покрыт кровью, только что убитых врагов. Резко открыл глаза. Он почувствовал это — знакомая и опасная аура. В груди забурлил азарт: встреча с сильным противником всегда будила в нём боевой дух.

— Таумиэль... — усмехнулся он, кладя руку на спину, где покоился Дювэр. Вспышка огня — и массивный двуручный меч оказался в его руке. Клинок покрыла огненная оболочка, а вокруг ощутимо поднялась температура.

Дювэр был тяжёлым, но для Джека — естественным продолжением руки. Он легко опустил его на землю — почва перед ним раскололась, и от клинка побежала трещина, испускающая жар.

— Похоже, бой будет хорошим... — сказал он себе, позволяя внутренней ярости разгореться. Если Таумиэль шёл к нему — он был готов. Готов призвать огненные барьеры, расколоть землю под ногами врага и выплеснуть испепеляющую волну возмездия.

Где-то вдали лес вспыхнул алыми отблесками — их встреча была близка.

Дювэр — двуручный меч Джека, одно из семи творений Гальяфа, символизирующий мощь и разрушительную силу. По легендам, способен уничтожить гору одним ударом. Связанный с магией огня, меч обладает следующими способностями:

1. Колоссальная ударная волна — при сильном взмахе высвобождает огненную ударную волну, способную сметать всё на своём пути.

2. Призыв меча — Джек может вызвать Дювэр в руку, используя магию огня. Клинок появляется в пламени, даже если был оставлен далеко.

3. Огненное острие — лезвие покрывается пламенем, усиливая режущую способность и нанося ожоги при любом соприкосновении.

4. Раскол земли — удар мечом по земле вызывает сейсмическую волну с огненными трещинами, нарушая равновесие врагов.

5. Барьер из пламени — вокруг владельца поднимается огненная стена, защищая от атак и ослепляя противников.

6. Поглощение жара — меч способен впитывать окружающее тепло или огонь, усиливая следующую атаку.

7. Удар испепеления — концентрирует огненную энергию в клинке для мощного удара, способного прожечь даже магические защиты.

8. Усиление тела владельца — при активной связи с мечом Джек становится сильнее и выносливее, позволяя наносить более сокрушительные удары.

9. Волна возмездия — если Джек получает урон, Дювэр может выпустить в ответ огненную вспышку, обжигая всех рядом.

10. Связь с носителем — меч реагирует на мысли Джека, позволяя действовать быстрее и адаптироваться в бою.

Эти способности в сочетании с мастерством Джека делают его одним из самых опасных противников на поле битвы.

Джек остановился на краю моста. Под его ногами доски скрипнули, но он не обратил на это внимания. Ветер с моря трепал его плащ, а в глазах плясало пламя внутреннего азарта. Он повернулся к своему отряду — Симею:

— Отойдите. Здесь будет слишком жарко, — сказал он с ухмылкой.

— Джек… — начал Симей, но тот лишь поднял руку, прерывая наставника.

— Это между мной и им. — Голос Джека был спокоен, но в нём чувствовалась нарастающая энергия.

Симей хотел что-то добавить, но, видя решимость в глазах Джека, лишь кивнул.

Джек вдохнул глубже и, не теряя времени, рванул вперёд. Его шаги превратились в стремительный бег. Каждый толчок ногой отталкивал его всё быстрее, пламя магии огня пробегало по венам, разгоняя тело до предела. Доски под ногами начали тлеть от жара.

Преодолев мост за считанные секунды, Джек оказался в холмистой местности. Лес, густо укрывавший землю, казался безмолвным наблюдателем этой встречи. Листья шевелились под лёгким ветерком, но всё вокруг будто затаило дыхание.

Он остановился. Пламя вокруг его рук исчезло, но жар остался. Джек посмотрел вперёд.

Между стволами деревьев появилась фигура — шаг за шагом из тени вышел Таумиэль. Его доспехи блестели в пробивающемся сквозь листву свете, седые волосы слегка растрёпаны, но взгляд холоден и спокоен. За спиной у него покоился Фарлокс, словно тень самой смерти.

Некоторое время они просто смотрели друг на друга. В воздухе сгущалось напряжение. Это была не просто встреча — это была стычка двух сил, двух идеологий. Они оба знали, что слова здесь будут излишни.

Тем не менее, Джек ухмыльнулся:

— Давно не чувствовал такого… Тебя не было на поле боя слишком долго. Заскучал?

Таумиэль не ответил сразу. Он слегка склонил голову вбок, разглядывая Джека. В его глазах не было ярости — только холодная решимость.

— Это ты зря пришёл, Джек, — наконец проговорил он глухим голосом. — Всё это закончится не так, как ты надеешься.

Джек хмыкнул:

— Каждый раз одно и то же. Но знаешь, чем мы отличаемся? — он поднял руку, и Дювэр появился в пламени, тяжёлый, но идеально сбалансированный. — Я горю желанием это закончить.

Таумиэль без лишних слов активировал Фарлокс. Меч возник в его руке из тени, окутанный дымком. Земля под ногами обоих начала потрескивать от избытка энергии.

Их взгляды встретились — и всё вокруг будто исчезло. Лишь лес, два воина и пустота между ними, готовая взорваться от первого же движения.

Тишина между двумя воинами казалась почти невыносимой. Лишь лёгкий ветерок трепал листву и приносил с собой запах горящей магии. Дювэр в руке Джека потрескивал огнём, тогда как Фарлокс в руке Таумиэля излучал холодное, тягучее мрачное сияние. Казалось, сама земля дрожала под тяжестью их аур.

— Ты правда не понимаешь, к чему всё идёт? — наконец произнёс Таумиэль, его голос был глубоким, словно звучал из глубин самого леса. — Пророчество предупреждало о вас. Легион — это искра, что разожжёт пожар, способный уничтожить всё. Это не просто война. Это судьба.

Джек не сразу ответил. Он нахмурился, но в глазах его горел всё тот же огонь.

— Пророчества, судьба... — он покачал головой и усмехнулся. — Я воин. Моя работа — сражаться и выполнять приказы. Всё остальное — пустые слова. Ханс меня предупредил об этом, но знаешь что? Иногда прошлое лучше оставить в прошлом.

Таумиэль прищурился:

— Тайвек знал, чем всё закончится. Он был моим учителем… и твоего Легиона наставником. Он пытался предупредить вас... но вас ослепила гордость.

Имя прозвучало словно удар молотом. Джек на мгновение напрягся, уголок губ дёрнулся в нервной ухмылке.

— Тайвек? — он фыркнул. — Не смеши меня. Тайвек исчез сто двадцать лет назад. Никто не знает, что с ним случилось. Может, он мёртв, может, просто сбежал. А может, всё это лишь твои выдумки.

— Он жив, — холодно отрезал Таумиэль. — И он сказал мне правду. То, что грядёт, нельзя остановить... но можно выбрать, кто встанет на пути бедствия. Я сделал свой выбор. А ты?

Джек опустил Дювэр, кончиком вонзив его в землю. Вспыхнула маленькая огненная трещина, пробежавшая по почве.

— Ты говоришь о выборах, а сам взялся за меч и объявил нам войну, — голос Джека стал тише, но в нём звучала сталь. — Ты думаешь, что можешь судить нас? Я видел, что вы сделали с людьми в Йоктуне. Это не правосудие. Это бойня.

Таумиэль нахмурился, но не стал оправдываться. Вместо этого он поднял Фарлокс, клинок которого завибрировал, источая зловещую энергию.

— Разговор окончен, — сказал он тихо. — Слова здесь ничего не решат.

— В этом мы согласны, — ухмыльнулся Джек, вырывая свой меч из земли. — Давай посмотрим, чьи убеждения окажутся крепче.

И в этот момент оба воина сорвались с места. Воздух взорвался от столкновения магии огня и теней, а лес вокруг осветился вспышками пламени и рвущей пространство энергией.

Они кружили друг вокруг друга, шаг за шагом сокращая дистанцию. Дювэр Джека, покрытый лёгким пламенем, излучал тепло, и воздух вокруг него колыхался от жара. Фарлокс в руке Таумиэля мерцал холодной тенью, источая странное чувство тяжести и безмолвия. Их взгляды были прикованы друг к другу, каждый искал слабость в стойке соперника.

Первыми раздались лёгкие удары — не полная сила, скорее пробные выпады. Джек наносил размашистые рубящие удары, сочетаемые с короткими взрывами огня, Таумиэль же уходил в сторону, блокировал удары плоской стороной меча, и время от времени контратаковал быстрыми резкими выпадами.

— Ты молод, Джек, — голос Таумиэля был спокоен, почти отстранён. — Слишком горяч. Пока ты не понимаешь всей сути этой войны. Всё не так просто, как тебе кажется.

Джек, парировав очередной выпад, ухмыльнулся.

— Раз стал долгожителем, так сразу мудрым возомнил? — усмешка в его голосе была полна вызова. — Ты такой же воин, как и я, и в этом мы похожи. Не строй из себя пророка. Если правда на твоей стороне, зачем же меч обнажил?

Таумиэль замер, взглянув на него долгим взглядом, затем резко шагнул вперёд, их клинки столкнулись с оглушительным звоном. Оба отступили на шаг, но напряжение только росло.

— Потому что иногда слова теряют силу, — холодно ответил Таумиэль. — Было время, когда и я думал иначе. Мы все когда-то верили в Легион. Особенно он...

Джек нахмурился.

— О ком ты говоришь?

Таумиэль опустил взгляд на свой меч, словно видел там отражение прошлого.

— О Тайвеке, — произнёс он. — Много лет назад он был легионером... Чистым сердцем и преданным делу. По приказу Совета Легиона ему поручили создать фракцию — особую силу для сдерживания угроз, с которыми Легион не справлялся. Так родился Орден 7 мечей. Это имя выбрали в честь семи великих воинов, отдавших жизнь за мир в разные эпохи. Мы были стражами, тенью, что оберегала свет.

Джек нахмурился ещё сильнее, но не опустил меч.

— Ханс что-то говорил о старых записях... Но нигде об этом открыто не говорилось.

— Потому что потом всё изменилось, — мрачно продолжил Таумиэль. — После гибели старых лидеров к власти в Ордене пришли другие — Марталы. Они верили в жёсткую руку, в то, что мир можно удержать только страхом. Мы стали более замкнутыми... а потом и вовсе отдельной фракцией. Разрыв был неизбежен. Тайвек... он пытался остановить это. Пропал вскоре после этого. Многие считали его мёртвым. Но правда была страшнее.

Джек медленно опустил клинок, пламя на Дювэре ослабло, но не исчезло.

— Ты говоришь, что делаешь всё это ради мира, — тихо сказал он. — Но ты посмотри вокруг. Ты приводишь сюда армию, убиваешь моих людей, говоришь о пророчествах... Сколько крови ты готов пролить ради своих "истин"?

Таумиэль сжал рукоять Фарлокса.

— Сколько потребуется, — отрезал он. — Если это спасёт миллионы в будущем. Я не жду, что ты поймёшь, Джек... Ты — солдат. Тебе приказали — ты сражаешься. Но запомни мои слова: в этом конфликте нет правых и виноватых. Есть только последствия. И когда пламя, которое вы разожгли, поглотит всё — ты вспомнишь этот разговор.

В этот момент напряжение достигло предела. Джек глубоко вдохнул, огонь в его глазах разгорелся ярче.

— Может и так... Но пока я жив — буду защищать своих. И если ты встанешь на пути — я тебя остановлю.

— Тогда попробуй, — прошептал Таумиэль.

И в следующий миг они снова столкнулись. Пламя и тень слились в бушующую бурю, раскалывая землю и сотрясая лес вокруг.

Клинки столкнулись с ужасающим грохотом — Дювэр и Фарлокс высекли искры, разлетевшиеся огненными и теневыми всполохами. Земля под ногами трескалась, а воздух вокруг дрожал от силы двух великих воинов.

Джек первым перешёл в наступление. Он оттолкнул Таумиэля мощным рубящим ударом, подняв волну огня из-под земли — «Раскол земли». Пламя взревело, прорезая почву и устремившись к врагу. Но Таумиэль лишь отступил в сторону, его Фарлокс мерцнул — и он активировал «Теневое рассечение», разрезая огненную волну напополам. Пламя рассеялось в разные стороны, поджигая деревья вокруг.

Таумиэль не дал Джеку опомниться — поднял меч и сжал его рукоять, активируя «Призрачные клинки». Вокруг него из тьмы возникли полупрозрачные мечи — семь лезвий, которые сразу же рванули к Джеку.

— Хм! — Джек зарычал и поднял руку. — «Барьер из пламени!»

Пламенная стена поднялась между ним и мечами, испаряясь от их касаний, но преграда сдержала натиск. Джек не стал ждать — разбежался и прыгнул сквозь пламя, размахивая Дювэром сверху вниз. Лезвие окуталось огнём — «Огненное острие» врезалось в Фарлокс. Удар был настолько силён, что земля под ногами Таумиэля треснула, а вокруг них образовалась краткая взрывная волна жара.

Таумиэль отлетел назад, в воздухе мгновенно развеяв клинки вокруг себя. Приземлившись, он чуть согнулся, чувствую глухую боль в плече. В месте столкновения на его броне появилась глубокая царапина.

— Хорошо, Джек... — пробормотал он, поднимаясь. — Но я не настолько медлителен.

Он поднял меч — Фарлокс исчез из руки, и в следующий момент появился прямо у горла Джека. «Эфемерное воплощение» сработало идеально — Джек едва успел отшатнуться, но кончик лезвия полоснул по его щеке, оставив глубокую рану.

— Чёрт! — Джек отскочил, кровь капала с лица, но взгляд только стал ярче. — Так ты умеешь хитрить... Но не только ты один!

Он сжал Дювэр обеими руками, и меч начал раскаляться докрасна. Воздух загудел от жара.

— «Удар испепеления!» — крикнул Джек.

С яростным рыком он обрушил клинок вниз — из меча вырвался концентрированный луч огня, пробивая землю и устремляясь прямо к Таумиэлю.

Тот нахмурился и активировал «Отражение воли» — Фарлокс вспыхнул тёмным светом, и огненная энергия, ударив в него, с рёвом разлетелась в стороны. Несмотря на отражение, часть энергии всё же ударила по Таумиэлю, отбросив его в сторону и пробив землю под ним.

Из дыма и пыли он медленно поднялся, броня обуглилась, но взгляд оставался холодным.

— Сильно... но это всё, что у тебя есть? — с усмешкой произнёс он.

— Хочешь ещё? — Джек вытер кровь с подбородка, его тело светилось от жара, «Усиление тела владельца» усилило мышцы и выносливость. — Я только начинаю.

Таумиэль глубоко вдохнул и активировал «Поглощение энергии», втягивая остатки огня из воздуха в Фарлокс. Меч покрылся красными трещинами, словно впитал жар. Затем он поднял лезвие и, двинувшись вперёд, произнёс:

— Достаточно. Теперь моя очередь.

Он рванул вперёд с пугающей скоростью. Их клинки снова столкнулись — и каждый удар отзывался ударной волной в лесу. Деревья вокруг с треском падали, трава вспыхивала и сразу же угасала. Джек делал широкие, мощные взмахи, полагаясь на силу Дювэра, а Таумиэль уклонялся, нанося быстрые, точные уколы.

В один момент Таумиэль использовал «Разрушение чар», сбивая с Джека огненное покрытие и нарушая его защитные чары. Джек зарычал, но сразу же активировал «Поглощение жара», усилив следующую атаку.

— Держи! — взревел он.

Дювэр сверкнул, и с короткого замаха выбросил огненную волну — «Волна возмездия», которая пронеслась к Таумиэлю.

Но тот поднял Фарлокс, активируя «Сокрытие ауры». Меч поглотил часть энергии, и Таумиэль нырнул в сторону. Несмотря на это, взрывная волна всё же задела его, пробив броню на боку.

Они оба остановились на мгновение, дыша тяжело. Земля вокруг была искорёжена, воздух полон дыма и пепла.

— Ты всё ещё держишься... — выдохнул Джек. — Мне нравится. Значит, есть с кем сражаться.

— Это ещё не конец, — ответил Таумиэль, сжимая Фарлокс. — Но нам обоим стоит помнить: за этой битвой стоят куда более страшные вещи.

Джек ухмыльнулся:

— Потом поговорим о морали. Сейчас — бой!

И они снова бросились друг на друга.

Бэрн и его отряд медленно подходили к пустынной деревне. Ветер свистел между покосившимися домами, и воздух был пропитан зловещей тишиной. Лошади беспокойно фыркали, а пиратам приходилось постоянно оглядываться через плечо.

— Это место мне не нравится... — пробормотал один из подчинённых, крепче сжимая рукоять меча.

Бэрн нахмурился, оглядываясь. Всё выглядело слишком... чисто. Словно жители исчезли в одно мгновение. Ни крови, ни следов борьбы. Слишком подозрительно.

— Держите оружие наготове, — тихо произнёс Бэрн. — Это... засада. Я чую.

Как только слова слетели с его губ, пронзительный, жуткий крик расколол тишину, эхом пронёсшись по деревне. В ту же секунду из теней, окон домов и из-под земли стали вырываться фигуры — худощавые, с серо-синей кожей, длинными когтями и пастями, полными острых, искривлённых зубов. Их глаза светились зловещим мертвенным светом.

— Вурдалаки! — выкрикнул кто-то из отряда.

Монстры, не теряя ни секунды, рванули к пиратам, издавая пронзительные вопли. Их численность была пугающей — казалось, что сама земля выплёвывает их без конца.

— ОРУЖИЕ! СТРОЙ ДЕРЖИТЬСЯ! — проревел Бэрн, выхватывая свой массивный топор.

Первый вурдалак прыгнул на него, но Бэрн развернулся и разрубил тварь пополам, кровь и черноватая жижа брызнули в стороны. В тот же момент ещё двое вурдалаков навалились на него, когти скребли по его броне, но Бэрн боднул одного плечом, швырнув в сторону, а второму проломил череп топором.

— ОНИ ЧИСЛОМ БЕРУТ! ДЕРЖИТЕСЬ ГРУППАМИ! — крикнул один из магов, и несколько пиратов собрались в круг, отбиваясь от наступающих монстров.

Маги из второго отряда начали творить заклинания — огненные шары и молнии разрывали врагов, но за каждым поверженным появлялись двое новых.

— Они без конца прут! — задыхаясь, выкрикнул один из пиратов, когда вурдалак прокусил ему руку. — ААААА!

Бэрн схватил монстра и отбросил его в сторону, размахивая топором, разрубая сразу троих. Он был весь в крови, но его глаза горели яростью.

— ТРЯПКИ! ЕСЛИ ХОТИТЕ ЖИТЬ — РУБИТЕ ВСЁ, ЧТО ПОЛЗЁТ НА ВАС! — проревел он, подбадривая отряд.

Тем временем маг воды крикнул:

— ЭТО НЕ ПРОСТО НАПАДЕНИЕ! ОНИ... ЧТО-ТО ИЩУТ! ЭТО — ОТВЛЕЧЕНИЕ!

Бэрн, разрубив очередного вурдалака, быстро оглянулся. И тут его взгляд упал на дальнюю сторону деревни — там, в тени разрушенного дома, стояла фигура в чёрном плаще, наблюдая за сражением. Вокруг нее вурдалаки обходили стороной.

— Ага... — Бэрн сплюнул кровь. — Так вот кто главный...

Но как только он шагнул вперёд, фигура растворилась в воздухе. А вурдалаки начали отступать так же внезапно, как и напали.

— ЧТО!? — Бэрн резко вскинул голову. — ЭЙ! СТОЙТЕ, ТВАРИ!

Монстры скрывались во мраке и лесу, оставляя после себя только трупы и запах гнили.

Отряд, тяжело дыша, собрался вокруг Бэрна. Из тридцати человек уцелели едва ли двадцать, и половина была ранена.

— Это... была нежить, — выдохнул один из магов. — И если тут вурдалаки... значит, есть некромант... или что-то похуже.

Бэрн зарычал и сжал топор сильнее.

— Если это нежить... значит, грядёт что-то очень дерьмовое. А Таумиэль... Этот ублюдок что-то знал! — он оглянулся на своих людей. — ВЫПЕЙТЕ ЗЕЛЬЯ, ПЕРЕВЯЖИТЕСЬ! Мы двигаемся дальше. Я хочу знать, кто стоит за этим! И если это очередная тварь из прошлого... мы ей покажем, как пираты ведут бой!

Но в глубине души Бэрна что-то тревожило. Он чувствовал, что эта атака — лишь начало куда большей беды.

Бэрн и его измотанный отряд продолжали путь сквозь мрачный лес, воздух которого был пропитан запахом гнили и разложения. Каждый шаг отзывался болью в ногах и напряжением в мышцах, но пират не собирался останавливаться. Его взгляд был устремлён вперёд, а сердце, несмотря на усталость, горело яростью и жаждой битвы.

Вскоре они вышли на небольшую поляну, где земля была иссушена, а трава выжжена чёрными пятнами. В центре стояла фигура в чёрном плаще, лицо скрыто капюшоном. Вокруг него клубилось чёрное пламя, а из земли поднимались новые вурдалаки, окружая пиратов.

— Так это ты... — Бэрн шагнул вперёд, сжимая окровавленный топор. — Гребаный некромант... Думаешь, меня этим пугаешь?

Фигура медленно подняла руку, и вурдалаки зарычали, готовясь к нападению. Голос некроманта был хриплым, но в нём звучала странная холодная уверенность:

— Ты упрям. Но твоя храбрость... напрасна.

— Да пошёл ты! — Бэрн ринулся вперёд, взревев, будто разъярённый зверь. Его топор сверкнул в тусклом свете, разрубая подбегающих вурдалаков. — ЕСЛИ ХОЧЕШЬ МЕНЯ — ПОЛУЧАЙ!

Вурдалаки наседали со всех сторон, когти рвали броню, но Бэрн, весь в крови и грязи, не останавливался. Он прорвался к некроманту и занёс топор для удара, но чёрная тень метнулась вперёд. Некромант в одно мгновение оказался рядом и, сделав резкий выпад, рукой пронзил Бэрна в живот.

— Хр...а... — Бэрн захрипел, кровь хлынула изо рта, сила начала покидать его.

— Слабость... — холодно произнёс некромант, отбрасывая его прочь.

Бэрн упал на колени, держась за рану, его зрение помутнело. Вокруг его отряд уже был полностью окружён. Пираты бились до конца, но вурдалаки давили числом, и вскоре почти все были повержены. Крики боли и предсмертные стоны сливались в кошмарный хор.

— НЕТ...! — с усилием попытался подняться Бэрн, размахнувшись топором, разрубая одного из вурдалаков, но ноги дрожали, дыхание было сбивчивым.

— Хватит, капитан! — вдруг рядом появился один из его подчинённых, измотанный, с рваным доспехом. Он подхватил Бэрна, забрасывая его на лошадь. — НАДО УХОДИТЬ!

— ПУСТИ, УБЛЮДОК! Я ЕГО ДОБЬЮ! — выругался Бэрн, пытаясь сопротивляться, но тело не слушалось.

— Сдохнешь ты — всё будет зря! — прорычал пират, вонзив шпоры в бока лошади. Та сорвалась с места, умело лавируя между деревьями.

Позади вурдалаки ревели, но не преследовали. Некромант остался стоять на поляне, глядя вслед убегающим.

— Пусть живёт... — холодно пробормотал он. — Страх — куда лучше смерти.

Глаза его сверкнули под капюшоном, а вокруг снова поднялись тени, поглощая остатки поляны.

Тем временем Бэрн, дрожа от боли, задыхался, пока лошадь несла его прочь от этого кошмара. В глазах мелькала злость, смешанная с отчаянием.

— Чёрт... ублюдок... — выдохнул он. — Я... ещё... вернусь…

Лошадь мчалась сквозь лес, ветви царапали Бэрна по лицу, но он почти не ощущал боли. Кровь хлестала из раны, заливая одежду, дыхание становилось всё тяжелее. Подчинённый, державший его в седле, то и дело оглядывался, ожидая погонь, но вурдалаки так и не появились.

— Держись, капитан! — прорычал пират, стараясь удержать Бэрна, чтобы тот не свалился. — Мы выберемся... обязательно выберемся...

Бэрн, задыхаясь, смотрел вперёд мутным взглядом. Сердце стучало в висках, каждое движение отзывалось болью во всём теле.

— Ублюдки... — выдохнул он, кровь выступила на губах. — Я... я их всех... — он закашлялся, пытаясь бороться с тьмой, сгущавшейся перед глазами. — Сожгу... к... к чёрту...

— НЕ ГОВОРИ! — рявкнул пират. — БЕРЕГИ СИЛЫ!

Но Бэрн уже почти не слышал его. Голоса становились глухими и далёкими, словно через толщу воды. Последнее, что он успел ощутить, — это ярость, смешанная с бессилием. Его взгляд дёрнулся к небу, затянутому серыми тучами.

— ...чёртова... нежить... — шепнул он. И в этот момент тело его обмякло, голова опустилась, сознание угасло.

Подчинённый лишь крепче сжал его, сердце стучало в панике.

— Держись... капитан... чёрт бы тебя побрал... — прорычал он сквозь зубы, гоня лошадь всё быстрее.

Лес вокруг казался бесконечным, но сейчас важно было лишь одно — спасти Бэрна.

Алек оглядел пустую базу, его взгляд метался по пустым шатрам и развевающимся флагам Ордена. Воздух был пропитан чем-то тревожным — не было ни малейших признаков сопротивления, как будто враги исчезли в одночасье.

— Это ловушка? — нахмурился Оррик, сжимая рукоять меча.

— Нет... — Аргус присел на одно колено, дотронувшись до земли. — Сюда был собран большой отряд. Следы свежие. Они двинулись на северо-восток. Прямо к Джеку.

— Чёрт, — пробормотал Сауль. — Они идут к ним... Нам нужно торопиться!

Алек выпрямился, его глаза холодно сверкнули. — Не теряем время. Если они столкнутся с Джеком и Таумиэлем одновременно... это может плохо закончиться.

— Макс, Салахар, замыкайте колонну, — скомандовал Аргус. — Боров, Джайна, приготовьтесь поддерживать нас магией, если наткнёмся на сопротивление.

— Поняла, — кивнула Джайна, собирая потоки воды в ладонях.

— Я готов, — Боров выдохнул и положил руку на посох.

Салахар, скользнув взглядом по пустому лагерю, лишь усмехнулся. — Похоже, веселье уже началось. Надеюсь, мы не опоздаем на пир.

Макс проверил лезвия мечей и бросил короткое: — Тогда вперёд.

Отряд двинулся в путь, ускоряя шаг. Вскоре они бежали по тропе, петляющей между деревьев. Шаги отдавались эхом в напряжённой тишине леса.

Алек стиснул кулаки. — Мы должны быть там. Во что бы то ни стало.

Слов больше не было нужно. Они мчались сквозь чащу, воздух сгущался, предчувствие надвигающейся бури становилось всё сильнее.

Поле боя было охвачено хаосом. Грохот стали, вспышки магии и крики смешивались в одну оглушительную какофонию. Отряд Джека сражался с солдатами Ордена, которые наступали волнами, не давая ни секунды передышки.

Симей стоял впереди, его меч свистел в воздухе, перерезая врагов с точностью ветерана. Его движения были выверены — ни одного лишнего взмаха, каждое действие приводило к смертельному результату. Рядом Томас поднимал руки, и воздух вокруг него сгущался. Сильный порыв ветра подхватил нескольких врагов, отбросив их в сторону.

— Держим линию! — рявкнул Симей, отражая очередную атаку.

Позади, маги из их отряда старались поддерживать боевую линию. Один из них поднял огненный барьер, но его тут же прорвали стрелы и вражеская магия. Томас кинул взгляд на Симея:

— Их слишком много!

— Мы не отступим, — отрезал Симей. — Прикрывай магов, они ключ к удержанию позиций!

Солдаты Ордена бросались вперёд с боевыми кличами. Один из них, более рослый, прорвался сквозь ряды и замахнулся на мага, но Томас вовремя поднял вихрь, отшвырнув нападающего.

— Ещё немного! — закричал Томас. — Если прорвут — всем конец!

Сбоку послышался боевой рёв. Один из союзных воинов пал, пронзённый копьём, но тут же Симей рванулся вперёд и с молниеносным ударом расправился с противником. Его меч окрасился кровью, но старый воин не замедлился ни на секунду.

— Группируемся! — командовал Симей. — Не давайте им окружить нас!

Несмотря на численное превосходство врага, отряд стоял стойко. Каждый знал, что позади них — дорога к их союзникам, и отступление означало бы поражение не только для них, но и для всей миссии.

Вдалеке, за пределами их поля зрения, в воздухе время от времени вспыхивали огненные и теневые всплески — напоминая о битве, что шла где-то там между двумя могучими воинами. Но для отряда важнее было выстоять здесь и сейчас.

— Держимся! — рявкнул Симей. — Мы — стена! И они её не прорвут!

Кровь и сталь наполнили поле боя. Отряд Джека, измотанный, но стойкий, прорвал линию солдат Ордена. Последний противник пал под клинком Симея, и наступила короткая, обманчивая тишина.

— Фух… — Томас вытер кровь с лица. — Мы справились?

— Не расслабляйся, — хрипло ответил Симей, опираясь на меч. — Это было слишком просто для основной силы Ордена.

Воин оказался прав. С запада донёсся леденящий душу вой, от которого у всех похолодело в груди. Томас обернулся, и его глаза расширились от ужаса: из леса, над которым висел бледный туман, выдвигались тени — десятки, сотни фигур.

— Это… — прошептал один из солдат. — Это вурдалаки!

Из полумрака показались иссохшие тела с худощавыми конечностями и светящимися глазами. Их рты раскрылись в пронзительном, почти невыносимом крике. Секунду спустя нежить рванулась вперёд.

— ВСЕМ В БОЙ! — заорал Симей, восстанавливая стойку.

Вурдалаки налетели лавиной. Томас вскинул руки, и мощный порыв ветра сбил часть монстров с ног, но остальные продолжили атаку, не зная страха. Один из них прыгнул прямо на Симея, но тот вонзил меч в грудь тварь. Раздался мерзкий треск костей, но вместо крови выплеснулся чёрный дым.

— Они чертовски быстры! — выругался один из солдат, отбиваясь от налетевшей нежити.

— Соберитесь! — рявкнул Симей. — Отступать некуда!

Томас резко развернулся и поднял руку — в небе загремел раскат грома, и молния ударила в толпу вурдалаков, поджаривая несколько десятков. Но их было слишком много, и маг почти почувствовал, как силы покидают его.

— Маги, экономьте ману! — крикнул Симей, отражая очередную атаку. — Нас могут ждать новые враги!

— Да тут их и так как грязи! — прорычал один из солдат.

Солдаты отряда Джека сражались отчаянно, но с каждой минутой кольцо из вурдалаков сжималось всё плотнее. Один воин пал, с криком утянутый в гущу нежити.

— Мы не продержимся долго! — закричал один из оставшихся солдат.

Симей оглянулся на своего солдата:

— Есть хоть какой-то план?

— Попытаюсь вызвать порыв ветра, чтобы расчистить путь! — ответил маг, уже собирая в ладонях вихревую энергию.

Но тут небо почернело ещё сильнее, и вдалеке, на холме, появилась новая фигура — худой человек в чёрном одеянии с посохом в руке. Его глаза горели фиолетовым светом, и вокруг него клубился дым. Это был тот самый некромант.

— Вот дерьмо… — пробормотал маг. — Я знал, что он выжил!

— Тогда врежь ему как следует, пока нас всех не загрызли! — Симей заблокировал удар когтей вурдалака, контратаковал, но их становилось всё больше.

Вурдалаки окружили отряд плотным кольцом, и некромант, взмахнув посохом, заговорил на мёртвом языке. Земля дрогнула, и из-под неё стали вылезать новые мертвецы.

— Слишком много… — маг в панике посмотрел на Симея. — Нужно отступать!

— Если сможешь, сделай проход! — рявкнул воин. — Лучше рискнуть сейчас, чем сдохнуть здесь!

Маг собрал последние силы. Воздух вокруг завибрировал, и мощный ураган вырвался из его рук, сметая десятки вурдалаков и разрывая часть мертвецов на куски.

— ВПЕРЁД! — заорал Симей, вырываясь через образовавшийся проход.

Отряд рванул вперёд, перепрыгивая через мёртвые тела. Позади раздавался вой и заклинания некроманта, но в этот момент важнее было выбраться живыми.

Сражение с Ордом было ужасным. Но появление нежити превратило поле боя в настоящий ад.

Казалось, надежда угасала. Силы отряда Джека иссякали: солдаты падали один за другим, и даже Томас, истощённый магией, едва держался на ногах. Симей, окровавленный и уставший, сжимал меч, готовый драться до последнего вздоха. Вурдалаки не знали усталости, их было слишком много.

И вдруг — небо вспыхнуло ярчайшей вспышкой. Громовой раскат разорвал воздух, и в следующую секунду с неба обрушился разряд молний, сжигая передние ряды нежити в ослепительной вспышке.

— Что…? — Симей прикрыл глаза от света.

Сверху, с холма, раздались крики:

— ЛЕГИОН! ВПЕРЁД!

Из пелены дыма показалась фигура в чёрно-серых доспехах — Аргус. С молниеносной скоростью он ворвался в гущу врагов. Его меч, искрящийся электричеством, с каждым взмахом разрывал вурдалаков пополам, испепеляя их внутренности разрядами. Он двигался так быстро, что лишь голубые следы молний обозначали его путь, а где-то в отдалении всё ещё звучал рокочущий отголосок его магии.

— Аргус... — Симей облегчённо выдохнул. — Они пришли вовремя!

Слева в бой вступила Джайна: с поднятой рукой она создала поток воды, который вихрем пронёсся по полю, сбивая вурдалаков с ног. Сжав другую ладонь, она заморозила их, превращая нежить в ледяные статуи, которые Аргус разбивал в прыжке стремительными ударами.

Дарьель, войдя в безопасную зону за спинами союзников, опустилась на колени. Её руки засветились мягким золотым светом, и раненые солдаты отряда Джека ощутили прилив сил — кровоточащие раны начали затягиваться, боль утихла.

— Держитесь! — крикнула она. — Я прикрою вас исцелением!

Алек, с мрачным лицом, вёл свою часть отряда прямо в сердце сражения. Его меч нёс смерть с холодной решимостью — без лишних движений, чётко и эффективно. Он перехватил взгляд Симея и кивнул:

— Мы прикроем ваш фланг. Маг, береги силы — оставь это нам!

— Никогда не думал, что буду так рад вас видеть... — устало усмехнулся Маг, опираясь на посох.

Отряд Легиона взял инициативу в свои руки. Аргус, двигаясь почти неуловимо, прорубал путь вглубь вражеских рядов, молнии от его клинка разлетались во все стороны, заставляя вурдалаков взрываться чёрными облаками дыма.

— Сзади! — предупредила Джайна, создавая водяной барьер, который поглотил целую волну мертвецов, прежде чем её магия превратила их в куски льда.

— Мы их держим! Не дать окружить! — рявкнул Алек, парируя удар когтистой лапы. Его клинок с шипением разрубил вурдалака пополам.

На холме некромант, наблюдавший за происходящим, нахмурился. Его губы вновь зашевелились в мрачном заклинании, и земля затряслась. Из трещин начали вылезать новые твари — крупные вурдалаки с шипастыми костяными наростами.

— Кажется, он разозлился, — процедил Аргус, окидывая взглядом появившихся монстров.

— Мы их задержим, — твёрдо сказал Алек. — Джайна, Дарьель — держитесь позади. Аргус, со мной!

— С радостью, — ухмыльнулся Аргус, сжимая рукоять меча сильнее.

С новыми силами отряды слились в одну волну атаки. Аргус прыгнул, его меч окутался молниями, и, вонзив клинок в землю, он выпустил круговую волну электричества, поджаривая сразу нескольких крупных вурдалаков. Алек воспользовался моментом и срезал голову одной твари, прежде чем та успела взмахнуть лапами.

— Ещё немного... — Дарьель исцеляла раненых, голос дрожал, но руки не останавливались. Маг прикрыл её, вызывая небольшие воздушные щиты.

Сражение было жестоким, но с появлением отряда Алека исход начал меняться. Крики мертвецов заглушались молниями, водной магией и решимостью живых.

— Не отступать! — проревел Алек, — Сражаемся до конца!

Кровь стучала в висках, удары мечей сливались в один сплошной гул.

— Ещё немного... — пробормотал я, отшвыривая очередного вурдалака. Лезвие меча было всё в чёрной слизи, пахло гнилью и смертью. Вокруг гремели молнии Аргуса, Джайна ледяными потоками расчищала путь, а Дарьель... Дарьель всё ещё держалась, несмотря на усталость, исцеляя каждого, кто мог встать на ноги.

Но тогда я его увидел.

Стоявшая на возвышении фигура — сутулая, облачённая в потрёпанный чёрный плащ. Его лицо скрывала маска из обгоревшей кости, а вокруг тянулся зловонный дым. Его руки — иссохшие, как мёртвое дерево — скользили в воздухе, управляя этим... кошмаром.

И в тот миг сердце провалилось в пропасть.

— Это он... — голос дрогнул. Не может быть.

Рядом оказался Боров. Он заметил моё выражение лица, посмотрел туда же — и побледнел.

— Алек... это... — начал он, но я уже знал. Это он.

Дарьель ахнула:

— Это тот самый...

Сауль сжал рукоять меча сильнее, взгляд стал ледяным.

— Живучая тварь... — процедил он.

Я чувствовал, как что-то холодное поднимается изнутри — смесь ярости и... страха. Страха той беспомощности, которую мы испытали тогда. Той боли, когда мои люди кричали в агонии, когда земля горела под ногами, когда надежда угасала...

Нет.

Глубокий вдох. Нет... не сейчас. Это был тогдашний Алек. А сейчас перед ним стою я — другой. Сильнее. Опытнее. И у меня есть люди, на которых можно положиться.

— Хватит смотреть! — рявкнул я, отгоняя воспоминания. — Мы пришли не умирать! Двигаемся вперёд!

Сауль кивнул, Боров напряг руки, готовясь призвать свою магию воды, Дарьель побледнела, но собрала волю в кулак. Мы это пройдём.

Я поднял меч и, перекрывая крики нежити и грохот боя, закричал:

— НАСТУПЛЕНИЕ!

Мы рванули вперёд. Страх сменился гневом. Боль — решимостью. Если эта тварь решила вернуться — сегодня мы её добьём.

Грохот стали о сталь, взрывы огня и тьмы сотрясали окрестности.

Джек отшвырнул горсть пепла с лица, пламя вокруг него полыхало, оставляя обугленные следы на земле. Его дыхание было сбивчивым — "Дювэр" в руке горел жарче, словно жаждал продолжения.

Таумиэль стоял напротив, опираясь на Фарлокс, из груди вырывалось тяжёлое дыхание. Доспех на плече был рассечён, кровь медленно сочилась из раны. Несмотря на боль, взгляд оставался холодным и сосредоточенным.

— Ты силён... — выдавил Таумиэль, поднимаясь, — но ты всё ещё не понимаешь...

— Я понимаю достаточно! — отозвался Джек, вновь бросаясь вперёд.

Таумиэль взмахнул мечом, активируя "Призрачные клинки". Сразу несколько теневых лезвий устремились к Джеку, но тот, усилив тело магией огня, прорвался сквозь них. "Волна возмездия" вспыхнула из Дювэра, и на месте столкновения взметнулось пламя.

Таумиэль отступил, но Джек не дал ему передышки — "Раскол земли" пробежал трещинами по почве, сбивая противника с ног.

Они сражались в кромешной ярости. Фарлокс свистел в воздухе, нанося рассечения с невообразимой точностью. Джек, несмотря на усталость, отражал удары Дювэром, каждый их замах вызывал удары ветра и огненные всплески.

В какой-то момент оба сделали шаг назад. Кровь стекала по щеке Джека. На боку Таумиэля была глубокая рана — след от "Удара испепеления".

— Молодой и безрассудный... — прохрипел Таумиэль, опираясь на колено. — Но ты меня удивил.

Вдруг их внимание отвлёк отдалённый рёв и грохот. Оба обернулись.

Вдалеке, где сражался отряд Джека, сквозь дым и пламя прорвалась армия нежити. Гнилые тела, пустые глазницы — они давили числом. Магические взрывы мелькали там, где Симей и Томас держали оборону.

Таумиэль тяжело вздохнул, опустив голову.

— Вот оно... настоящее зло... — его голос был слабее, но в нём звучала горечь. — Ты думаешь, что я враг... Но именно нежить заберёт всё, что у тебя есть. Даже силу Оружейника не оставят... Они поглощают всё.

Джек сжал зубы, сердце сжалось. Он посмотрел на пылающее поле боя, где его люди с трудом сдерживали натиск. "Если я останусь тут... они не выдержат."

Таумиэль уже не вставал.

— Если мы оба падём здесь... их некому будет остановить...

Молчание. Джек посмотрел на него. Ещё мгновение назад он готов был добить этого человека. Но сейчас?

— Тебе повезло. — бросил Джек, развернувшись. — Я — воин. Моя задача — защищать своих. Умрёшь — умрёшь. Выживешь — сам решай, что делать дальше.

Подняв Дювэр, Джек активировал "Призыв огненного клинка", окружая себя пламенем, и рванул в сторону своих людей.

Таумиэль остался на коленях, глядя вслед.

— Молодец... Джек... может, у тебя всё-таки получится... — тихо пробормотал он, с трудом прижимая ладонь к ране.

Вокруг не утихал бой. Но исход этой битвы мог решить каждый шаг.

Поле боя было окутано хаосом — клинки сталкивались, магия взрывалась в воздухе, а крики сливались с рёвом нежити. Солдаты Легиона и Ордена изнемогали, сражаясь бок о бок против общего врага, который, казалось, никогда не кончится.

Сквозь этот хаос Аргус, как молниеносная тень, стремился вперёд. Его глаза были прикованы к цели — некромант. Противник стоял на небольшом возвышении, управляя армией мертвецов взмахами костлявых пальцев. Аргус сжал рукоять меча, и молнии затанцевали по его клинку.

— Посмотрим, как долго ты продержишься. — прорычал он.

В следующее мгновение Аргус исчез — лишь вспышка молнии осталась на месте. Некромант резко обернулся, его руки начали плести защитное заклинание, но было слишком поздно. Серия стремительных ударов рассекла воздух — вспышка справа, удар слева, сверху, снизу — меч Аргуса мелькал так быстро, что глазом невозможно было уследить. Некромант попытался контратаковать, его пальцы засветились зловещим фиолетовым светом...

Но Аргус исчез.

— Что?! — подумал некромант, на мгновение потеряв концентрацию.

И в этот момент:

— РАЗВОРОТИСЬ! — раздался яростный крик.

Из огненной вспышки, словно из самого ада, вырвался Джек. Его Дювэр сверкал, покрытый пламенем, и с размахом он нанёс удар. Некромант, опомнившись, поднял барьер, но Дювэр прорубил его с оглушительным грохотом. Волна силы отбросила некроманта на сотни метров, швырнув в сторону холма. Земля треснула, куски камней разлетелись, а некромант врезался в склон, оставив после себя борозду разрушения.

Джек тяжело выдохнул, пламя ещё горело на его мече.

— Слабоват для того, кто возомнил себя повелителем мёртвых... — пробормотал он.

— Не расслабляйся. — послышался голос позади.

Аргус, появившись за его спиной, стоял спокойно, но в глазах горела решимость. Молнии пробегали по его клинку, готовясь к следующему рывку.

— Сделаем это вместе. — Джек ухмыльнулся.

Некромант, пошатываясь, поднялся из-под обломков. Его чёрная мантия была изорвана, из груди вытекала тёмная субстанция, но он лишь усмехнулся.

— Вы думаете... это всё? — раздался хриплый голос.

Но Джек и Аргус не стали слушать.

— Пошёл! — скомандовал Аргус, взлетая вперёд.

Джек, охваченный пламенем, поднял Дювэр и активировал свою магию. Огонь вокруг него закружился, образуя огромного силуэт дракона, который с рыком устремился к цели. Аргус одновременно метнулся сбоку, молнии извивались вокруг него как змеи.

Удар.

Огненный дракон врезался в некроманта, разрывая холм на части. Земля вздрогнула от мощности атаки, вокруг взметнулись пепел и пыль. Сразу после этого Аргус оказался позади противника и, с молниеносным движением, рассёк его руки. Отрубленные конечности отлетели в стороны.

Некромант рухнул на колени. Его дыхание было хриплым, чёрная кровь капала на землю. Но... вместо крика или отчаяния он лишь усмехнулся.

— Интересно... Думал ли я, что встречу таких, как вы... — проговорил он.

Джек нахмурился, держа меч наготове:

— Что ты несёшь? Тебе конец.

Но тут случилось невозможное.

Из плеч некроманта начали прорастать новые руки, покрытые чёрной чешуёй и зловещими рунами. Его тело восстанавливалось с ужасающей скоростью.

Аргус сузил глаза.

— Регенерация? После такого?

Некромант поднял взгляд. Его пустые глазницы, казалось, пронизывали насквозь.

— Вы не понимаете... Я не просто некромант. Я — вестник. А ваша истинная война только начинается.

Джек сжал рукоять меча сильнее.

— Если ты вестник, то где остальные?!

Тот лишь усмехнулся.

— Скоро…

Аргус, не теряя ни секунды после слов некроманта, взорвался молниеносным рывком вперёд. Его меч, охваченный электрическими разрядами, оставлял за собой сверкающие следы в воздухе. Время, казалось, замедлилось — каждая мышца Аргуса была напряжена, каждое его движение идеально точным. Он уже почти достиг цели — всего мгновение, один удар — и всё будет кончено.

Но...

Вжух.

Словно свет, сталкивающийся с поглощающей бездной, тело некроманта растаяло во тьме. Меч Аргуса рассёк лишь воздух, искры молний бесполезно расплескались в пустоте.

— Что?! — прошипел Аргус, моментально оборачиваясь. Его глаза метались в поисках цели, но некроманта уже не было.

Тьма вокруг начала сгущаться, словно ночь опустилась за считанные секунды. Аргус напрягся, чувствуя, как воздух пропитан мрачной магией. По полю боя, где ещё недавно бушевала битва, мертвецы один за другим начали растворяться. Их тела рассыпались в чёрный пепел, который поднимался и втягивался в окружающую тьму. Воины Легиона и солдаты Ордена, измотанные и окровавленные, с изумлением и тревогой наблюдали это странное исчезновение.

Джайна, сжимая посох, оглянулась:

— Что происходит?!

Дарьель, останавливаясь в исцелении раненого, прикусила губу:

— Это... не просто отступление. Это магия переноса...

Алек подошёл рядом, держа меч наготове, глаза полны напряжения:

— Они что, просто исчезают? После всего этого?!

Громкий раскат молнии раздался — Аргус стоял на месте, где только что был некромант, с мечом в руке. Гнев и разочарование были написаны на его лице. Он мрачно процедил:

— Скользкий ублюдок...

В этот момент Джек, подходя к нему, опустил Дювэр на землю. Огонь на клинке постепенно угасал.

— Тьма... забрала их. — сказал он тихо. — Он ушёл. Но не сдался.

Аргус бросил последний взгляд в пустоту, где ещё недавно бушевала битва, и убрал меч в ножны.

— Он что-то замышляет. Это было не просто нападение...

Джек кивнул.

— Это было предупреждение.

Тишина на поле боя была оглушительной. Лишь ветер разносил оставшийся пепел, исчезающий в пустоте. Война, казалось, только начиналась…

Джек, оглядываясь на опустевшее поле боя, нахмурился и тяжело вздохнул. Его взгляд скользнул по остаткам вражеской армии, рассыпавшейся в чёрную пыль, затем он поднял глаза к горизонту, будто пытаясь осознать масштабы происходящего.

— Основная сила нежити должна быть на другом континенте... — заговорил он, голос звучал серьёзно и хрипло после боя. — Там идёт большая война с ними... И то, что они добрались сюда незамеченными... — он сделал паузу, сжав рукоять Дювэра так сильно, что костяшки побелели, — это... ошарашивает.

Отряд замер. Слова Джека повисли в воздухе тяжёлым грузом.

Аргус нахмурился, отводя взгляд в сторону:

— Если они смогли пересечь континенты так незаметно... значит, у них есть что-то, чего мы не знаем.

Джайна, обеспокоенно смотря в пустоту, добавила:

— Либо кто-то помог им... либо это только начало чего-то большего.

Алек шагнул вперёд, меч всё ещё в руке:

— Если война там... и они уже здесь... — он посмотрел на Джека, — значит, они хотят нас отвлечь или пробить брешь с этого фланга.

Молчание. Все взгляды снова обратились к Джеку. Он опустил голову, задумавшись на мгновение.

— Может быть... — произнёс он наконец. — Но что бы это ни было... нам нельзя терять времени. — Джек посмотрел на Аргуса и Алека: — Соберите бойцов. Раненых вылечить, тех, кто ещё держится — подготовить. Мы должны узнать, откуда они пришли.

Аргус, вернувшись к деловитости, кивнул и повернулся к солдатам, отдавая короткие приказы. Джайна уже начала помогать Дарьель с лечением.

Алек, подходя к Джеку, понизил голос:

— Ты думаешь, основная угроза ещё впереди?

Джек посмотрел вдаль, куда исчез некромант и вся армия вурдалаков. Порыв холодного ветра развевал его плащ.

— Я думаю... — медленно произнёс он, — что это только начало шторма.

Джек осмотрел поле боя, хмурясь. Разбитая земля, разбросанные тела врагов и союзников, запах пепла и крови — всё это напоминало ему о более тяжёлых сражениях в прошлом. Внезапно его глаза расширились, будто в голове сложился новый фрагмент мозаики.

— Планы меняются! — громко сказал он, и все сразу замолчали, внимательно слушая. — Алек, бери свой отряд и отправляйся в главный штаб Легиона на континенте Контдас. Симей и отряд Ханса пойдут с тобой. Сообщите там всё, что видели и что здесь произошло. Это не просто нападение — это начало чего-то куда большего.

Алек кивнул, встревоженный, но собранный. Рядом Симей положил руку на плечо Томаса, готовясь к походу.

— Аргус, — Джек перевёл взгляд на него, — бери оставшийся отряд Авангарда и направляйся в штаб в Рантдхасе. Мы должны предупредить их как можно скорее.

Аргус, всё ещё покрытый следами от боя, вытер лезвие меча о землю и, не сказав ни слова, кивнул.

— Где телепат? — резко спросил Джек. Один из солдат сразу вывел худощавого мужчину со странными узорами на висках — связь с телепатией требовала особых рун. — Свяжи меня с Ноараном. Срочно.

Телепат приложил два пальца к виску, закрывая глаза. Через несколько секунд его лицо исказилось напряжением.

— Установил контакт… — прохрипел он.

— Ноаран, это Джек. Ситуация критическая. Нежить пробралась на наши земли, и, судя по всему, их основная сила на другом континенте. Я направляюсь к основателям Легиона. Нужно немедленно готовиться к худшему. Если то, что я думаю, подтвердится — эта война станет самой страшной за всю историю.

Мгновение тишины, затем голос Ноарана отозвался в голове Джека через телепата:

— Принято. Будь осторожен, Джек. Сигналы с других континентов также тревожные. Если враг действительно действует сразу на нескольких фронтах — времени у нас мало.

— Я это понимаю, — коротко бросил Джек и повернулся к своим людям. — Все слышали! Время на сборы — пять минут. После этого мы расходимся по направлениям. Никто не опаздывает.

Отряды быстро начали приводить себя в порядок. Кто-то перевязывал раны, другие помогали раненым подняться, а Алек, взглянув на Джекa, тихо сказал Аргусу:

— Чувствую, это только начало…

Аргус ухмыльнулся:

— Да, и как всегда — мы в самом центре.

Ночь опустилась на землю, скрывая следы сражения. Луна отражалась в лужах крови и пепла, оставленных на поле боя, пока отряды Легиона спешно собирались и направлялись к порту. Воздух был пронизан запахом соли и горящего дерева — часть построек неподалёку всё ещё дымилась после боя.

Алек шагал впереди своего отряда, взгляд устремлён вперёд, мысли — в хаосе. Рядом шли Сауль и Боров, обсуждая последние события, но всё их напряжение было скрыто за привычной сдержанностью. Дарьель шла чуть позади, проверяя бинты на раненных, изредка поглядывая на Алека с беспокойством.

Аргус же шёл в молчании, сверкая холодным взглядом. Молнии всё ещё порой пробегали по его перчаткам, отражая внутреннюю готовность к бою в любой момент.

У порта их уже ждали корабли — большие, прочные суда, украшенные гербом Легиона. Агенты Легиона, заранее предупреждённые Джеком через Ноарана, подготовили всё для их отправления. Корабли мерно покачивались на волнах, готовые к дальнему плаванию.

— Не теряйте времени! — громко сказал Джек, подходя к краю причала. — Алек, Симей, Ханс вас встретит по прибытии. Не расслабляться ни на минуту — неизвестно, что ждёт в Контдасе.

Алек кивнул, быстро взглянул на Аргуса и затем повернулся к своему отряду:

— Вы слышали! Все на борт!

Солдаты поспешно начали подниматься на корабли. Ветер с моря усилился, подгоняя их.

— Аргус, твоя цель — Рантдхас. Оттуда могут прийти самые плохие вести. Узнай, что происходит, и держи связь через Ноарана.

— Понял, — коротко ответил Аргус и без промедления повёл своих людей к другому кораблю.

Джек, стоя на причале, наблюдал, как оба корабля постепенно отдаляются, скрываясь в темноте ночи. Он глубоко вдохнул морской воздух и, достав Дювэр, опёрся на рукоять.

— Теперь моя очередь… — пробормотал он, развернувшись и направившись в другую сторону.

---

В это время...

Где-то в западном океане, на борту другого корабля, Ханс стоял у борта, крепко сжимая перила. Холодный ветер трепал его седые волосы и плащ, а взгляд был устремлён в бескрайние волны. Луна освещала путь впереди, создавая серебристую дорожку на поверхности воды.

Судно тихо скрипело, пересекая волны, и единственными звуками были плеск океана и отдалённые крики чаек. Подчинённые Ханса держались немного в стороне, уважая его молчаливое настроение.

Бак, его верный помощник, подошёл, держа в руках карту.

— Мы идём хорошим темпом, капитан. Если ветер не сменится, через два дня будем в Обители.

Ханс не сразу ответил. Его взгляд был всё так же устремлён в даль. Мысли тяготили его. Если нежить действительно начала действовать на этом континенте… Если слухи о пробуждении старых сил правдивы...

— Бак, — наконец сказал он, голос глубокий и спокойный, — готовь людей. В Обители нас может ждать всё что угодно. Лучше быть готовыми к худшему.

— Есть, капитан.

Ханс остался стоять, пока Бак ушёл. Сердце его было тяжёлым. Где-то там, впереди, возможно, приближалась самая великая угроза за всю историю Легиона. И он, как и всегда, должен был встретить её лицом к лицу.

Ветер усилился, корабль слегка накренился. Ханс поднял голову к небу.

— Сколько ещё испытаний, старый друг? — пробормотал он, словно обращаясь к кому-то невидимому. Но море не дало ответа — лишь безмолвные волны и бескрайняя темнота впереди.

Финал 2-тома

Глава 4

Прошёл месяц после операции на Йоктуне. События, развернувшиеся тогда, до сих пор отзывались эхом в сердцах участников. Несмотря на все усилия, операция по захвату меча Фарлокс окончилась провалом.

Джек стоял в просторном зале главного штаба Легиона на континенте Цокталь. Воздух здесь был тяжёлым, пропитанным строгостью и ожиданием. Напротив него, в тени массивного стола, сидел один из главных в Легионе — его силуэт скрывался в полумраке, только мерцание светильников отражалось на металлических эмблемах, украшавших стены зала.

— Операция увенчалась провалом, — голос Джека звучал чётко, но в нём ощущалась сдерживаемая ярость. — Мы не учли, что появится нежить. Они словно вышли из ниоткуда. И, что хуже, главный в Ордене 7 мечей, Таумиэль, вмешался. Схватка с ним отняла слишком много времени.

Он замолчал, на мгновение вглядываясь в тень напротив, но ответа не последовало. Джек продолжил:

— После боя Таумиэль... исчез. Мы до сих пор не знаем, каким путём он ушёл. И не только он. Наёмник Бэрн вместе со своими людьми и солдатами Ордена растворились, словно их и не было. Мы проверили поблизости все известные маршруты — ничего.

Зал снова наполнился тишиной. Джек сжал кулак, вспоминая ту битву, вспышки мечей и оглушительные удары.

— Что касается Йоктуна, — продолжил он, — остров временно отцепили от внешнего мира. Все пути заблокированы нашими отрядами. Исследователи Легиона обследуют территорию. В лесах нашли старый храм. По предварительным данным, именно там хранился Фарлокс... пока Таумиэль не завладел им.

Слова повисли в воздухе. Где-то вдалеке слышались приглушённые шаги патрулей, а светильники слегка мерцали, создавая вокруг обстановку напряжения.

Джек ждал. Решения, приказа — или хотя бы слова. Но пока в ответ была только тишина и пристальный взгляд из тени, пронизывающий его до глубины души.

Тишина в зале длилась ещё несколько мучительных мгновений, прежде чем из тени раздался глубокий, спокойный голос:

— Джек. Твоя следующая задача — собрать свободных солдат и направиться на восточные границы континента. Там ты возглавишь патрулирование. Держись наготове и жди дальнейших приказов.

Слова прозвучали как приговор, но Джек не дрогнул. Он кивнул, удерживая взгляд на силуэте в тени.

— Понял. Будет сделано, — коротко ответил он.

Развернувшись, Джек шагнул прочь из зала. За дверью воздух показался ему чище, но мысли оставались тяжёлыми. Патрулирование на границе? Это задание показалось ему слишком простым после провала на Йоктуне. Слишком простым... и подозрительным.

"Они что-то скрывают," — подумал он, выходя на плац, где уже кипела жизнь. Солдаты Легиона тренировались, выкрики командиров сливались с лязгом оружия. Всё это было ему знакомо до боли, но теперь казалось лишь фоном к чему-то большему.

Он остановился на мгновение и посмотрел на восток. "Патрулирование — это только прикрытие. Значит, настоящий план либо готовится, либо уже в действии..." — размышлял Джек. Его инстинкты воина и опыт подсказывали: грядёт нечто гораздо серьёзнее, чем обычная разведка.

Не теряя времени, он направился к казармам. Если приказы отдан — нужно действовать. Но Джек был уверен в одном: истинная причина этой миссии вскоре откроется. И когда это случится — он будет готов.

Главный герой и его отряд

Алек — успешно добрался до Главного штаба Легиона в Контдасе и передал всю информацию о событиях на Йоктуне. Сейчас готовится к новым приказам.

Аргус — прибыл в штаб Легиона на континенте Рантдхас вместе с оставшимися солдатами Авангарда. Готовит войска к возможной угрозе на восточных границах.

Сауль — сопровождает Алека в Контдасе, участвуя в разработке оборонительных планов. Его прошлое снова начинает преследовать его в разговорах с местными военными.

Боров — отправился на Контдас, участвует в исследованиях магических аномалий, связанных с нежитью.

Оррик и Вейн — отправились вместе с Салахаром в Контдас.

Салахар — вместе с Боровом помогает укреплять защитные барьеры в Контдасе.

Джайна — вернулась в академию магии для анализа обнаруженных артефактов и помощи в исследованиях.

Макс — был отозван обратно в свою прежнюю часть. Отправился с небольшим отрядом на Обитель находится на пол пути.

Дарьель и Кальмин — остались с отрядом Алека, оказывая медицинскую помощь раненым и готовясь к возможным стычкам.

Отряд Джека

Джек — получил приказ патрулировать восточные границы континента Цокталь, понимая, что это прикрытие для чего-то большего. Сейчас занимается сбором свободных солдат.

Симей — после миссии на Йоктуне присоединился к Алеку в Контдасе, помогая с обучением молодых воинов.

Ханс и его люди

Ханс — добрался до обители, но уже неделю не выходит на связь. точное местонахождение неизвестно.

Бак — находился рядом с Хансом.

Томас — так же был рядом с Хансом до пропажи.

Легионеры и союзники

Альтайр — пропал без вести.

Минир и Янгер — прибыли в центральный штаб Легиона, участвуют в стратегическом совещании по дальнейшим действиям.

Мундир — возглавляет южные отряды Легиона, следя за тем, чтобы другие фракции не вмешались в ситуацию.

Гобар и Ломар — находятся в другой части света, исследуя возможные перемещения нежити и другие угрозы.

Ракхефаэдль — пропал после последних сообщений, предположительно занят поисками других орудий Гальяфа.

Агент Легиона — продолжает собирать разведданные о движении Марталов и деятельности нежити.

Противники и другие силы

Таумиэль — исчез после боя с Джеком, его местонахождение неизвестно. Предположительно, восстанавливается после ранения.

Бэрн — вместе с остатками своих людей и солдатами Марталов ушёл в неизвестном направлении.

Фракция Марталы — осталась в тени, пока не проявляя открытой активности.

Нежить — временно отступила, но её присутствие на других континентах усиливается.

50 лет назад. Начало глобальной войны

Западные земли Контдаса дрожали под натиском неведомой угрозы. Люди ещё не осознавали, что перед ними не просто случайные восстания мёртвых, а первая волна масштабного вторжения. Нежить, прежде скрытая в древних руинах и забытых склепах, начала подниматься целыми легионами. Города гибли за ночь, а армии людей истреблялись, едва встретившись с врагом.

В одном из укреплённых поселений — Тарминэ — стоял на страже Рудольф Хельвард, зрелый, но уже закалённый в боях командир Легиона. Он видел, как города падали один за другим, но не мог понять главного: что стояло за этими атаками? Почему нежить стала настолько организованной?

— Докладывают о новой атаке! — вбежал запыхавшийся солдат. — Они идут с востока! Тысячи!

Рудольф сжал кулаки. Это был уже четвёртый штурм за две недели. Он посмотрел на свои войска — уставшие, измотанные, но всё ещё готовые биться.

— К оружию! Мы не отдадим Тарминэ! — его голос прогремел по укреплениям.

Но в тот день он ещё не знал, что именно здесь появится первая из Повелителей Нежити — фигура, стоявшая за всем этим кошмаром.

Рудольф стоял на холме, глядя вниз на раскинувшийся перед ним город Тарминэ. Этот город был ключевой точкой западного Контдаса, и именно сюда стекались первые волны оживших мертвецов. Их было немного, но их появление уже настораживало. Впереди маячили долгие годы войны, но тогда, 50 лет назад, никто ещё не осознавал истинного масштаба надвигающейся угрозы.

Рудольф обернулся к своим воинам. Восемь человек — все молодые, горящие желанием проявить себя, но ещё не знающие всей тяжести командирской ноши. Они ждали приказов, готовые следовать за ним в самое пекло.

— Запомните, — произнёс он строгим голосом. — Это не обычный бой. Это начало чего-то большего. Если сегодня мы падём, завтра падут все.

Город жил обычной жизнью, люди даже не подозревали, что на горизонте собирается тьма. Но Рудольф знал. Он чувствовал.

— Время идёт, — тихо сказал он себе. — И его у нас слишком мало.

С этого момента начиналась их история.

Примечание: Рудольф Хельвард (Рудд) 5-капитан Легиона в прошлом. В свое время отвечает за оборону, Всей Западной части Контдаса. Характер строгий но честный и учтивый. 50 лет, имеет 6 детей: 2 сына; 4 дочери. Вдовец, на данный момент его дети обучаются в разных технологических и медицинских учереджениях а старшый сын(Алуд) закончил Академию Легиона.

Подчиненные:

1. Гельберт – мечник, дисциплинированный и серьёзный, придерживается строгих тактических принципов.

2. Роан – мечник, самый молодой в отряде, но полон амбиций и желания доказать свою ценность.

3. Драйн – мечник, бывший наёмник, предпочитает агрессивный стиль боя.

4. Седрик – маг-универсал, использует артефакты для владения стихиями огня и ветра, опытный тактик.

5. Элронд – маг земли, может управлять ландшафтом и создавать барьеры.

6. Хаген – лучник, специалист по дальнему бою, может выслеживать противников по следам.

7. Тарвин – лучник, быстрый и меткий, предпочитает работать скрытно.

8. Милос – целитель, имеет широкий спектр знаний по медицине и магии исцеления.

9. Остен – целитель, более консервативный, полагается на традиционные методы лечения.

Рудольф Хельвард, или просто Рудд, вошёл в казарму лёгким, но уверенным шагом. Его телосложение говорило само за себя — широкие плечи, мощные руки, испещрённые старыми шрамами, и крепкая, закалённая годами тело воина. Он выглядел как человек, который провёл большую часть жизни в походах и битвах.

На нём была одежда, больше подходящая страннику, чем командиру Легиона. Тёмный, потёртый плащ, местами прошитый грубыми нитями, скрывал его лёгкую кожаную броню, укреплённую металлическими вставками на груди и плечах. На ногах — простые, но прочные сапоги, покрытые слоем дорожной пыли. На поясе висел надёжный боевой молот, с которым он прошёл не одно сражение.

Рудд не любил парадные доспехи и ненавидел ненужную показуху. В отличие от других командиров, он всегда был ближе к своим солдатам — и в бою, и в быту. Сегодняшний день не был исключением.

Он стоял у двери вглядываясь в толпу, солдаты сидели и обсуждалт разные вести и играли в безделушки по типу карт. Как только солдаты заметили его, сразу без лишних слов выстроились в один ряд, и ждали дальнейших приказов. Рудд прошелся вдоль ряда оглядывая каждого война.

— Смирно — высказался четким приказным тоном Рудд. — Почему еще не готовы?

— Капитан, мы ждали вас и решили отвлечься на время и не заметили как вы пришли. — ответил один из солдатов, им был Гельберд.

Рудд пристально посмотрел на Гельберда, затем перевёл взгляд на остальных. Его лицо оставалось непроницаемым, но в голосе чувствовалась сталь.

— Время ждать закончилось. Мы выходим немедленно.

Он шагнул вперёд, продолжая осматривать воинов.

— Каждый из вас знал, что задание может начаться в любую минуту. Если бы это был не я, а враг, вы все были бы мертвы. В следующий раз — никакого отвлечения. Всё должно быть собрано заранее, ясно?

— Так точно! — хором ответили солдаты.

— Тогда за дело. Снаряжение — проверить. Боеприпасы и провизия — в порядке?

— Так точно! — снова раздался стройный ответ.

Рудд кивнул, удовлетворённый.

— Выходим через пять минут. У нас долгий путь, а времени в обрез.

Солдаты быстро разошлись, поднимая своё оружие и проверяя экипировку. Уже через несколько минут они стояли у выхода, полностью готовые.

Рудд ещё раз оглядел отряд, затем шагнул вперёд, ведущий их в очередное задание.

Рудд осадил коня, оглядывая отряд. Лошади спокойно стояли, ожидая команды, а солдаты, хоть и держались уверенно, чувствовали напряжение грядущего задания. Факелы, зажжённые магией, отбрасывали дрожащий свет на мокрую мостовую, а сумрак придавал улицам города мрачный оттенок.

— Двигаемся в строю, — чётко произнёс он. — Без лишнего шума.

Солдаты кивнули, и вскоре отряд двинулся вперёд, покидая городские стены. Дорога впереди была пуста, только ветер раскачивал голые ветви деревьев по обочинам.

— Капитан, каков наш маршрут? — спросил Гельберд, подравнявшись с Руддом.

— Через перевал к западным рубежам, — ответил Рудд, не отводя взгляда от дороги. — Нам нужно пересечь границу до рассвета.

— Говорят, в тех местах видели подозрительные группы, — негромко заметил один из солдат.

Рудд лишь сжал поводья крепче.

— Это значит, что нам нужно быть ещё осторожнее.

Отряд продолжал путь, лошади мерно шагали по дороге, а магические факелы освещали путь вперёд. Чем дальше они уходили от города, тем гуще становился сумрак. В воздухе витало напряжение — ощущение, что за ними кто-то наблюдает, не покидало Рудда.

— Гельберд, — негромко окликнул он.

— Да, капитан?

— Держи людей в готовности. Если это засада — нам нужно встретить её во всеоружии.

Гельберд кивнул и незаметно передал приказ остальным. Солдаты насторожились, кто-то поправил рукоять меча, кто-то склонился чуть ниже в седле, готовясь к возможному бою.

Впереди дорога сужалась, переходя в узкий проход между холмами. Рудд знал, что это место идеально для засады. Он ещё раз осмотрел окрестности, прислушиваясь к ночной тишине.

Как вдруг…

Из тишины прозвучали сломанные ветки.

Рудд резко поднял руку, подавая отряду знак остановиться. Лошади замерли, солдаты напряжённо всматривались в темноту.

— Гельберд, два человека со мной, остальные держат строй, — приказал Рудд тихим, но твёрдым голосом.

Гельберд кивнул, и вместе с двумя воинами осторожно спешился, двигаясь к источнику звука. Они шли медленно, оружие наготове.

Тишина казалась слишком гнетущей.

Рудд шагнул ближе, раздвигая ветви… и в тот же миг что-то метнулось из кустов.

— Стоять! — громко приказал он, выхватывая меч.

Фигура замерла на грани света факела. Это был дворф — невысокий, крепкого телосложения, с густой рыжей бородой, в которой запутались ветки и листья. Его одежда была разорвана, лицо покрыто ссадинами, а в глазах читался страх.

— Прошу… не убивайте, — прохрипел он, шатаясь от усталости.

Гельберд первым подошёл ближе, держа руку на рукояти меча.

— Кто ты? Что ты здесь делаешь?

Дворф судорожно сглотнул.

— Меня… меня преследуют. Они убили всех… я единственный, кто сбежал…

Рудд пристально посмотрел на него.

— Кто «они»?

Дворф поднял затравленный взгляд.

— Я не знаю… но они появились из ниоткуда. Без звука. Их глаза светились в темноте… и я слышал шёпот.

Отряд обменялся напряжёнными взглядами.

— Капитан, это может быть ловушка, — тихо сказал Гельберд.

Рудд ещё раз взглянул на дворфа.

— Вполне возможно… но если он говорит правду, значит, впереди нас ждёт нечто куда более опасное.

Он повернулся к отряду.

— Берём его с собой. И будьте начеку. Враг может быть ближе, чем мы думаем.

Солдаты кивнули, и отряд снова двинулся вперёд, теперь уже настороженно осматривая каждый уголок мрачной дороги.

Тяжёлый вздох вырвался из моих лёгких, когда я спешился, чувствуя, как усталость, словно ржавые гвозди, впивается в мышцы. Долгий переход через каменистые перевалы и густые леса измотал не только меня, но и моих верных коней. Они храпели, их бока вздымались и опадали в тяжёлом, прерывистом ритме. Солдаты, мои верные спутники, молчаливо наблюдали за пейзажем, развернувшимся перед нами.

Руины.

Они были разбросаны по склону холма, словно кости древнего, давно погибшего зверя. Серые, поросшие мхом камни, остатки стен и башен, сломанные колонны, устремлённые в серое, хмурое небо. Древнее поселение, когда-то, возможно, полное жизни и суеты, теперь превратилось в мрачное, безмолвное напоминание о бренности всего сущего.

— Оставайтесь здесь. Я пойду первым, — сказал я, не оборачиваясь. Голос мой звучал хрипло, но твёрдо.

— Капитан, это неразумно! — попытался возразить Гельберд, мой верный оруженосец. Он был молод, но отважен и предан. — Это может быть ловушка!

— Я знаю, — прервал я его, подняв руку, заставляя замолчать. — Но мы должны знать, что там.

Эти места были слишком тихими. Слишком мёртвыми. Тишина давила на уши, словно тяжёлый, влажный плащ. Не было слышно ни пения птиц, ни шелеста листьев, ни даже жужжания насекомых. Только тяжёлое дыхание лошадей и тихий скрип доспехов моих солдат.

Я спустился вниз, осторожно ступая по влажной, скользкой земле. Под ногами хрустели обломки камней и веток. В воздухе витал запах гнили, но не обычной, болотной, а той, что исходит от вещей, которым не положено разлагаться. Запах смерти, древней и зловещей.

Руины были старые, очень старые. Каменные стены покрылись толстым слоем мха, а трещины и щели заполнились корнями деревьев и кустарников, словно сама природа пыталась стереть память об этом месте. Я прошёл мимо упавших балок, миновал разрушенный колодец, заросший бурьяном, и заметил тело.

Дворф.

Он лежал лицом вниз, рука сжата в кулак. Его широкие плечи были покрыты пластинами тяжёлых, искусно сделанных доспехов, но они были изрезаны глубокими, неровными порезами. Вокруг тела почти не было крови, что было странно.

Я присел на корточки, осторожно переворачивая тело. Лицо дворфа было искажено гримасой ужаса. Его глаза были широко открыты, застыв в безмолвном крике. Он умер не в бою, это было очевидно. Он видел что-то, что лишило его даже возможности защищаться. Что-то, что наполнило его сердце таким первобытным, леденящим кровь страхом, что он умер от него.

Шорох.

Тихий, едва различимый шорох, словно шёпот ветра, пронёсся между развалинами. Я мгновенно поднялся на ноги, рука легла на рукоять меча. Сердце забилось чаще, кровь застучала в висках.

Тьма между развалинами сгустилась, словно живая. Она колыхалась и пульсировала, словно дышала. И из этой тьмы вышли они.

Бледные силуэты. Полупрозрачные, словно сотканные из дыма, они скользили по земле, не касаясь её. Их движения были нереальными – медленные, но с резкими, неестественными рывками, как будто их затормаживало само время. Их лица были размыты, словно отражения в мутной воде, но я чувствовал, как их пустые, холодные взгляды пронзают меня насквозь.

— Что это за… — прошептал я, но слова застряли в горле.

Я сделал шаг назад, затем бросился вперёд, пытаясь атаковать. Меч рассёк воздух… и прошёл сквозь них, не встретив сопротивления.

— Чёрт.

Твари не атаковали меня напрямую. Они просто приближались, и я чувствовал, как что-то холодное, ледяное, проникает в самую мою суть, в мою душу. Это было хуже физической боли, это было ощущение потери, пустоты, словно из меня высасывали саму жизнь. Меня вырвало в сторону, едва успев увернуться от прикосновения одной из тварей.

Это не обычные духи. Они разрывают душу, а не тело.

Я выхватил артефакт, висящий на моей шее – "Замолвленная душа". Древний амулет, подаренный мне старым магом, способный противостоять потусторонним силам. Свет пробежал по древним рунам, выгравированным на амулете, и меч в моей руке задрожал, наполнившись магической энергией. Теперь он мог поражать духов.

Первый удар — и существо отшатнулось, словно от удара молнии. Второй — и оно истекло серым туманом, развеявшись в воздухе.

Остальные набросились, и бой превратился в вихрь движений. Они были быстрее, чем я ожидал, их движения были непредсказуемыми, но я бил точно и расчётливо, используя все свои навыки и опыт. Один. Два. Три. Каждый удар разрывал их призрачную оболочку, пока не осталась только тишина.

Я тяжело выдохнул, оглядываясь вокруг. Руины были пусты. Тени стали длиннее, солнце медленно опускалось за горизонт.

Тело дворфа всё ещё лежало там, где я его оставил. Его глаза, полные ужаса, смотрели в пустоту.

Я знал, что должен предупредить остальных, рассказать им о том, что я видел. Но что-то внутри меня говорило, что эта встреча — лишь начало. Что-то зловещее пробудилось в этих древних руинах, и нам предстояло столкнуться с этим злом.

Я стоял посреди древних руин, тяжело дыша, словно после изнурительного сражения. Воздух здесь был густым и насыщенным, пропитанным запахом гнили и чем-то незримым, едва уловимым — словно призраки, которых я только что сразил, оставили после себя невидимый, леденящий след.

Под ногами хрустели обломки камней, потрескавшиеся от времени и покрытые толстым слоем мха. Я медленно осмотрелся, стараясь рассмотреть каждую деталь. Теперь, когда призрачные тени рассеялись, я мог лучше оценить масштабы произошедшей здесь трагедии. Тела.

Не одно, не два — целая группа дворфов, разбросанных по руинам, словно сломанные игрушки. Их массивные тела лежали в неестественных позах, застывшие в последнем мгновении жизни. Большинство из них были убиты в бою, их доспехи вспороты глубокими, неровными порезами, а оружие — топоры, молоты, мечи — валялось рядом, словно в последний миг они не смогли удержать его в руках.

Но что-то было не так.

Я присел возле ближайшего тела, пытаясь понять, что именно меня настораживает. Глубокая рана рассекала грудь дворфа, но не было крови. Ни единой капли. Это было странно, даже неестественно.

— Что за…

Я вытянул руку и осторожно коснулся холодной, потемневшей от времени брони. И в тот же миг видение обрушилось на меня, как волна ледяной воды, проникая в самую суть моего сознания.

Мир вокруг меня преобразился, словно по взмаху волшебной палочки. Я стоял на том же самом месте, но оно уже не было руинами. Вокруг меня — дворфы, живые, полные сил, кричащие, сражающиеся. Они отчаянно отбивались от тех же самых призраков, что атаковали меня совсем недавно.

— Они нас окружают! — заорал один из дворфов, размахивая огромным боевым топором, пытаясь отбить атаку бесплотного врага.

— Держите строй! — второй, вероятно, их командир, отдал приказ, его голос звучал хрипло, но твердо. Но в следующую секунду призрак скользнул сквозь него, словно сквозь дымку, и его тело рухнуло на землю, как сломанная кукла, лишенная жизни.

Я хотел двинуться, вмешаться, помочь этим отважным воинам, но мое тело не слушалось, словно я был всего лишь бесплотным наблюдателем. Я мог только смотреть, как разворачивается эта трагедия.

Видение продолжалось.

Дворфы отчаянно пытались сражаться, но их оружие не причиняло вреда призрачным врагам. Их удары проходили сквозь бесплотные тела, не нанося ни малейшего урона. Один за другим, они падали, сраженные невидимым, ледяным ужасом, пока не остался только один.

— Проклятье… — он тяжело дышал, сжимая в руках небольшой металлический предмет, странно знакомый мне.

Тот самый артефакт, что сейчас висел у меня на шее — "Замолвленная душа".

Он что-то пробормотал на древнем, гортанном языке дворфов, и в следующий миг его тело рухнуло на землю, а душа, словно тонкая нить дыма, вытянулась из него, растворяясь в воздухе.

Видение исчезло так же внезапно, как и появилось.

Я снова был в настоящем, в окружении мертвых тел и древних руин. Холодный пот стекал по моей спине, несмотря на пронизывающий ветер. Я чувствовал, как сердце колотится в груди, словно пойманная в клетку птица.

Этот дворф… он использовал артефакт, чтобы нанести хоть какой-то урон призракам. И теперь, спустя столько времени, эта сила перешла ко мне. Я чувствовал, как древняя магия пульсирует в моей крови, словно спящий зверь, готовый проснуться.

Я поднялся на ноги, чувствуя себя опустошенным, но в то же время наполненным решимостью.

Пора возвращаться к отряду.

Я двигался быстро, но осторожно, чувствуя, как взгляд невидимых существ следит за мной из глубины развалин. Они не осмеливались напасть снова, но я знал, что это лишь вопрос времени. Они ждут, наблюдают, готовятся к новому нападению.

Когда я поднялся к холму, где оставил свой отряд, солдаты уже были начеку. Они стояли, сжимая в руках оружие, их лица были напряжены, но полны решимости.

— Капитан! — первым заговорил Гельберд, мой верный оруженосец. — Что вы нашли? Что там произошло?

Я посмотрел на него, а затем обвел взглядом весь отряд. Я видел в их глазах страх, но также и готовность следовать за мной, куда бы я ни повел.

Мы шли уже несколько дней. Каменистая дорога давно сменилась дикой землёй, а затем и вовсе исчезла, уступив место грубой тропе, петляющей между высохшими деревьями. Здесь не было признаков жизни — даже птицы обходили это место стороной.

Я чувствовал, как напряжение нарастает среди моих людей. Холодный ветер проносился между деревьями, издавая призрачные стоны, будто сам воздух пытался что-то сказать.

Я натянул поводья, останавливая коня, и огляделся.

— Гельберт, Роан, Драйн — прикрывайте фланги, — приказал я. — Остальные держите строй, не отставать.

— Есть, капитан, — Гельберт кивнул, проверяя ремни на своём снаряжении.

Отряд двигался осторожно, не теряя бдительности. Каждый шаг по этой земле казался неправильным, будто мы пересекли невидимую границу, за которой нас уже ждали.

Заброшенный лагерь

Спустя пару часов мы вышли к заброшенному лагерю. Он выглядел странно. Вещи разбросаны, но нет следов борьбы. Палатки целы, кострище давно погасло, но не рассыпалось в пепел. На столах остались кувшины и миски, но еда в них высохла и покрылась плесенью.

Словно люди просто исчезли, забыв обо всём, что было с ними.

Я слез с коня и медленно двинулся вперёд, всматриваясь в детали.

— Осторожно, — бросил я через плечо.

Седрик присел у одного из камней, его взгляд зацепился за что-то странное.

— Капитан, взгляните… — его голос был напряжённым.

Я подошёл и посмотрел. Камень был испещрён символами, которые слишком ровно высечены, будто вырезаны вчера.

Я провёл пальцами по ним.

Холод. Неестественный, пронзающий до костей.

— Магия?

— Да… но не та, к которой мы привыкли, — ответил Седрик.

Прежде чем я успел что-либо сказать, Тарвин вскрикнул.

Я резко обернулся.

Лучник упал на колени, схватившись за голову, его тело дрожало.

— Голоса… — прохрипел он. — Они зовут… они кричат…

Я метнулся к нему, но в этот момент из темноты развалин вышли фигуры.

Тени.

Они двигались бесшумно, скользя по земле, словно не касаясь её. Их тела были полупрозрачными, а из глазниц сочился бледный свет.

Я сжал рукоять меча.

— Встать в боевой порядок!

Но прежде чем мы успели что-то сделать, они двинулись на нас.

Схватка с неведомым

Я сделал выпад — клинок рассёк воздух… и прошёл сквозь тело врага, не встретив сопротивления.

— Чёрт…

Рядом Гельберт попытался обезглавить одного из них, но меч просто не задел его.

Драйн отступил назад, его лицо было искажено яростью.

— Они неуязвимы!

— Маги, пробуйте заклинания! — крикнул я.

Элронд вскинул руки, вызвав столб земли, но существо лишь на мгновение замедлилось.

— Это не поможет! — бросил он.

Я сжал зубы.

Они приближались.

И тогда я вспомнил.

Выхватил артефакт Замолвленная душа.

В тот же миг он вспыхнул призрачным светом, и мой клинок засиял.

Я нанёс удар по ближайшему существу. На этот раз оно исчезло в вспышке рассеянного света.

— Они уязвимы для этого!

Остальные отступили, дав мне пространство. Я двигался быстро, мой меч оставлял за собой следы тусклого свечения. Один за другим существа исчезали, пока не осталось ни одного.

Предвестник

Тишина.

Я перевёл дыхание и посмотрел на Тарвина.

— Как ты?

Он медленно поднялся, его руки ещё дрожали.

— Я… больше не слышу их.

Я стиснул зубы.

На земле остались символы.

Я прищурился, читая надпись:

«Мы не забыты. Мы ждём. Предвестник уже здесь».

Что-то ужасное пробудилось.

Я стоял над выцветшими символами, пытаясь осознать их смысл. Ветер пронёсся по заброшенному лагерю, поднимая пыль и остатки сгнивших вещей.

«Мы не забыты. Мы ждём. Предвестник уже здесь».

Я нахмурился.

— Безликий… — прошептал я, сжимая кулаки.

Этот культ… эта угроза. Всё, что происходило вокруг, не было случайностью.

— Капитан, — Элронд подошёл ко мне, — что будем делать дальше?

Я обвёл взглядом отряд. После боя все были настороже, но напряжение читалось на лицах.

— Мы не можем оставаться здесь, — сказал я твёрдо. — Мы найдём источник этих проклятых символов и выясним, кто их оставил.

Гельберт кивнул.

— Верно. Если эти существа были призваны, значит, поблизости должен быть тот, кто это сделал.

Я посмотрел на Тарвина.

— Ты говорил, что слышал голоса?

— Да… — он кивнул, избегая моего взгляда. — Они словно шёпот со всех сторон. Звали, обещали… Мне казалось, что если бы я просто шагнул вперёд, то стал бы их частью.

Я напрягся.

— Ты чувствовал направление?

Он кивнул.

— В глубь развалин.

Я обменялся взглядами с остальными.

— Тогда идём туда.

Спуск в неизвестность

Развалины уходили вниз, в подземелье. Вход в него был скрыт обвалом, но мы расчистили проход. Как только воздух изнутри коснулся моего лица, я ощутил запах сырости и разложения.

— Здесь давно никого не было, — сказал Хаген, сжимая лук.

Я кивнул.

— Маги, зажгите факелы.

Седрик и Элронд одновременно подняли руки, выпуская светящиеся шары. Слабое мерцание озарило каменные стены, покрытые старыми надписями.

Я провёл пальцами по одному из знаков. Камень был гладким, будто его вырезали вчера.

Опять этот культ…

— Осторожно, — предупредил я, шагая первым.

Мы двигались осторожно, шагая по полу, усыпанному обломками. Шаги отдавались эхом, словно сами стены слушали нас.

Прошло минут десять, прежде чем мы увидели что-то странное.

Тайна подземелья

Перед нами открылся просторный зал. В центре стоял каменный алтарь, покрытый тёмными пятнами. Вокруг него лежали высохшие тела, облачённые в доспехи.

Я медленно приблизился.

— Боги… — выдохнул Милос.

Я присел, рассматривая останки.

— Это не жертвы, — сказал я. — Они умерли в бою.

— С чем? — спросил Драйн, крепче сжимая рукоять меча.

Я осторожно перевернул один из скелетов… и увидел меч.

На его клинке был выгравирован знакомый символ.

— Это… воины Легиона, — выдавил я.

В зале повисла тишина.

— Здесь был отряд Легиона? — Седрик посмотрел на останки с тревогой. — Тогда почему о них ничего не известно?

— Может, потому что они не вернулись? — мрачно добавил Элронд.

Я сжал зубы.

Этот культ…

Эти символы…

Всё указывало на Безликого.

— Мы должны узнать правду, — сказал я.

В тот же момент тени вокруг зашевелились.

Пробуждение мёртвых

Сначала это был едва заметный шорох. Затем — движение.

Я поднял меч.

Они двигались.

Трупы Легиона, что должны были лежать в вечном покое, медленно поднимались, их пустые глазницы заполнялись зловещим светом.

— Всем назад! — крикнул я.

Они сделали первый шаг. Доспехи звенели, суставы хрустели, но их движения были уверенными.

— Они мертвы! — выдохнул Роан.

— Не совсем, — пробормотал Милос.

Один из мертвецов шагнул вперёд и вскинул меч. Я едва успел парировать удар. Его сила была огромной, неестественной.

— Держите строй! — рявкнул я.

Мечи встретились со сталью, стрелы со свистом пронзали воздух. Но мертвецы не останавливались.

Я разрубил одного, но он лишь пошатнулся.

— Они не падают! — крикнул Драйн.

Тогда я снова выхватил Замолвленную душу.

Как только её свет коснулся мертвецов, они начали исчезать.

— Используйте магию света! — бросил я.

Элронд сотворил огненный шар, но он не подействовал. Тогда Милос шагнул вперёд, его руки засветились белым сиянием.

— ОТСТУПИТЕ!

Я прыгнул назад, и в тот же миг вспышка света заполнила зал.

Когда я открыл глаза, мертвецов больше не было.

Остались только кости и тени на стенах.

Ответы и новые вопросы

Я перевёл дыхание.

— Все целы?

Они кивнули, хотя на лицах читалась усталость.

Я снова посмотрел на алтарь.

Здесь происходило что-то ужасное.

Но самое страшное — не то, что мы нашли.

А то, что это место не было заброшено.

Примечание:

Название: Культ Безликого духа войны (или просто «Культ Безликого»).

Истоки: Древняя организация, ведущая свою историю со времён первых войн. Их истинное происхождение окутано тайной, но есть свидетельства, что они существовали задолго до появления Легиона.

Цель: Восстановление Безликого — существа, известного как Предвестник войны. Последователи верят, что он должен пробудиться, чтобы очистить мир от слабых и создать новую эру, где царит лишь сила.

Учение:

Война — это естественное состояние мира.

Лишь те, кто пережил страдания и смерть, достойны выживания.

Каждый, кто умирает ради Безликого, становится частью его силы.

Покой — это иллюзия, смерть — лишь переход в иной облик.

Методы:

Создание аномальных зон, где ослабевает граница между миром живых и миром теней.

Жертвоприношения, позволяющие связывать души мёртвых с телами.

Использование древних ритуалов, пробуждающих павших воинов и обращающих их в вечных слуг культа.

Внедрение агентов в разные организации, чтобы распространять своё влияние.

Символика:

Их знаки – выцветшие, словно стёртые временем, но всегда возвращающиеся вновь.

Основной символ – перевёрнутая спираль, символизирующая бесконечный цикл войны и перерождения.

Их жрецы носят маски без лиц, чтобы показать, что у каждого есть лишь одна судьба – стать частью воли Безликого.

Опасность:

Культ не просто восхваляет войну – он разжигает её. Их магия позволяет оживлять мертвецов, связывать души павших и создавать армию, которая не знает страха и боли. Но самое страшное – это влияние, которое они могут оказывать на живых. Шёпот в сознании, внушение безумных идей, манипуляции на уровне души… Всё это делает их угрозой не только для отдельных групп, но и для всего мира.

Текущая активность:

Символы культа начинают появляться всё чаще.

Воины прошлого встают из могил.

Некоторые люди слышат голоса, зовущие их в небытие.

Слуга Безликого – Вестник Тьмы

Фигура в капюшоне стояла посреди разрушенного алтаря, окутанная вихрем тёмной энергии. Её присутствие было удушающим, словно сама реальность изгибалась вокруг него. Свет магических факелов дрожал, теряя свою силу, а воздух стал вязким, наполненным холодом и странной пульсацией, словно само пространство дышало вместе с этим существом.

Я медленно поднялся на ноги, ощущая, как что-то в глубине сознания протестует против этого взгляда. Он смотрел на меня. Не глазами — их не было видно, но я знал, что он видит меня.

— Ты… — мой голос был твёрдым, но я чувствовал, как сердце бьётся быстрее.

Он сделал шаг вперёд, и тени вокруг него потекли по земле, как чёрная кровь.

— Рудольф Хельвард…

Я сжал рукоять меча сильнее.

— Ты знаешь моё имя?

— Я знаю твою судьбу.

Голос… Он звучал сразу со всех сторон. Шёпот, гул, отголоски множества голосов. Не голос человека.

Элронд и Седрик замерли. Милос сжал амулет, словно защищаясь от невидимого давления. Лучники отступили, не решаясь стрелять.

Но я шагнул вперёд.

— И какая же у меня судьба?

Слуга Безликого медленно поднял руку, и его рукавая капюшона растеклась в воздухе, словно была соткана из дыма.

— Ты станешь частью его воли. Как и все.

Внезапно мир вокруг содрогнулся. Надписи на стенах вспыхнули, алтарь снова начал вибрировать, издавая гул, похожий на низкий удар колокола.

И тогда я увидел его лицо.

Нет… Это не было лицом.

Под капюшоном зияла пустота.

Не тьма, не тень – именно пустота. Пространство, в котором ничего не существовало. Глядя в неё, я почувствовал, как разум дрожит, как что-то внутри меня хочет сорваться в этот вакуум, исчезнуть, раствориться.

Я заставил себя отвести взгляд.

— Не смотри! — крикнул я остальным.

Но Роан… Он уже смотрел.

— Роан! — Элронд бросился к нему, но было поздно.

Юноша вдруг опустил оружие. Глаза его стали пустыми, безжизненными, а затем он медленно шагнул вперёд.

— Я… вижу… — прошептал он.

Слуга Безликого протянул руку, и тени потянулись к Роану, охватывая его тело, словно обвивая его в кокон.

— Нет! — я бросился вперёд.

Меч сверкнул светом Замолвленной души, и я ударил по теням, разрывая их.

Роан рухнул на землю, задыхаясь.

Я поднял голову и встретился с пустым взором существа.

— Ты… борешься.

Его голос не выражал эмоций.

— Это бесполезно.

Он сделал шаг назад, и тени начали сгущаться вокруг него.

— Вы опоздали.

Алтарь вспыхнул в последний раз, и слуга Безликого исчез, оставляя за собой лишь мёртвую тишину.

Я опустил меч и глубоко вздохнул.

Роан дрожал, глаза его всё ещё были затуманены ужасом.

— Капитан… — прошептал Элронд.

Я взглянул на него, затем на остальных.

Мы победили?

Нет.

Мы только что встретились с чем-то, чего не должны были видеть.

Мы решили уйти как можно быстрее отсюда. Роан уже пришел в себя, но в глазах виднелось страх.

Мы двигались быстрым шагом, но ощущение чужого взгляда не исчезало. Я привык к таким вещам — долгие годы войны научили меня различать паранойю и настоящий след.

— Остановиться, — скомандовал я.

Отряд моментально замер. Гельберт осторожно переместился ближе ко мне, Роан крепче сжал рукоять меча. Остальные заняли оборонительные позиции, не задавая вопросов. Они тоже чувствовали.

— Что-то не так? — негромко спросил Драйн, сжимая рукоять.

— Мы не одни, — ответил Хаген, внимательно всматриваясь в лес.

Темнота была густой, непроглядной. Вдалеке мелькнули тени — бесформенные, но слишком чёткие, чтобы быть игрой света.

— Рассыпная формация, — приказал я.

Мы двинулись дальше, но теперь не просто шли, а ждали удара.

Шорох.

Затем ещё один.

— Слева! — крикнул Тарвин, одновременно выпуская стрелу.

Из кустов вырвались фигуры.

Сущности Пустоты

Чёрные, скользкие силуэты, напоминающие людей, но их движения были неестественными — слишком быстрыми, рваными, как будто кто-то дёргал их за невидимые нити.

— К культу не похожи! — выкрикнул Седрик, выпуская огненный заряд.

Пламя охватило ближайшую тварь. Она взорвалась, рассыпаясь в туман, но не закричала — у них не было голосов.

— Они не из плоти, — хмуро бросил Элронд, призывая каменные пики.

Второе существо скользнуло вбок и бросилось на Милоса, но Остен успел прикрыть его щитом. Удар отбросил целителя назад, но не пробил защиту.

— Эти твари могут убивать! — рявкнул Драйн, разрубая одного из призраков.

Я знал, с чем имеем дело.

— Сущности Пустоты, — произнёс я. — Призрачные охотники.

Гельберт выругался.

Это был плохой знак. Такие создания не бродят просто так.

Кто-то их направил.

— Концентрированный удар! — крикнул я. — Окружить и уничтожить!

Мы бросились в бой.

Атака гаргулий

Мы думали, что это конец, что худшее позади.

Мы ошиблись.

Лес вздрогнул, и в небе что-то зашевелилось.

— Сверху! — вскрикнул Хаген.

Крылья. Каменные когти. Гаргульи.

Они спикировали на нас сверху, их каменные тела двигались неестественно плавно, как будто их вела чужая воля.

Мы попали в ловушку.

Я рубанул одну, и зачарованный меч оставил глубокую трещину в её груди. Существо взревело, но не исчезло — эти твари были куда прочнее призрачных охотников.

Гельберт разрубил другую, но одна из гаргулий схватила Роана.

— Роан! — Элронд метнул каменные копья, но существо увернулось.

Мальчишка закричал, но его голос сорвался в хрип. Гаргулья несла его в небо.

Я не раздумывал.

Рывок. Прыжок. Клинок врезался в её крыло.

Мы рухнули вниз.

Гаргулья ударилась о землю, её тело покрылось трещинами. Я добил её ударом в голову.

Роан не двигался.

— Милос! — рявкнул я.

Целитель бросился к нему.

— Он жив, но… — Милос замер, приложив руки к его груди. — Это не просто раны.

Я взглянул на мальчишку.

Его глаза были пустыми.

Он видел что-то.

— Что с ним? — спросил Элронд, с тревогой в голосе.

— Пустота… — прошептал Роан.

Милос выругался.

— Эти твари не просто убивают. Они оставляют шрамы на разуме.

Я сжал кулаки.

— Отступаем к лагерю. Немедленно.

Мы неслись сквозь лес, едва касаясь земли. Ветви хлестали по лицу, холодный воздух резал лёгкие, но мы не могли остановиться.

Роан умирал.

Милос и Остен, стиснув зубы, чередовали исцеляющие заклинания. Но ничего не помогало.

Его кожа оставалась чёрной, словно пропитанной пеплом. Из его рта срывались тихие стоны, будто он видел что-то нам недоступное.

— Чёрт… — выдохнул Тарвин, помогая нести тело.

— Как он? — бросил я через плечо.

Остен покачал головой.

— Не реагирует. Это не обычное ранение…

— Знаю.

— Кто был тот ублюдок? — рявкнул Драйн.

Я сжал челюсти.

— Слуга Безликого.

Гельберт резко затормозил.

— Ты уверен?

Я лишь взглянул на него. Он понял.

Безликий.

Предвестник войны.

Легенда, которой пугали детей. Существо, имя которого стёрли из истории.

Но его слуги были реальны.

И теперь Роан был их жертвой.

Крушение надежды

Лагерь встретил нас гробовой тишиной.

Мы опустили Роана на подстилку. Милос сразу бросился к сумке, извлекая редкие зелья и травы. Остен начертил магический круг, пробормотав что-то на древнем языке.

— Скоро он не выдержит, — тихо сказал Милос. — Тьма разъедает его изнутри.

— Что нам делать?

— Я… не знаю.

Тишина.

Роан вдруг дёрнулся.

Его руки вжались в землю, тело изогнулось, а из горла вырвался хриплый стон.

А затем он заговорил.

Но это был не его голос.

— Вы… слишком поздно…

Холод пронзил меня.

— Кто ты? — тихо спросил я.

— Тот, кто уже здесь…

И он засмеялся.

Жуткий, леденящий кровь звук.

И тогда всё началось.

Гаргульи

Рёв сорвался с небес.

Гельберт рванул меч.

— В воздухе!

Мы все почувствовали их приближение.

Крылья разрезали ночь, каменные когти светились тёмной магией.

Гаргульи.

— К оружию! — рявкнул я.

Первый удар разнёс шатёр.

Каменная тварь впилась когтями в землю, её глаза сверкнули багровым светом.

— Защищайте Роана! — крикнул Милос.

Вторая гаргулья спикировала, целясь прямо в нас.

Мы приняли бой.

Выбор

Роан кричал.

Тьма бурлила внутри него.

Гельберт отбил когти гаргульи. Драйн разрубил вторую, но она лишь воссоединилась.

— Они не умирают!

Я знал, что делать.

— Седрик, Элронд! Заключите Роана в защитный барьер!

— Но—

— Сделайте!

Двое магов бросились исполнять приказ.

Гаргульи наступали.

Но мне нужно было время.

Я шагнул к Роану.

Его тело дёргалось в судорогах.

Я встал на колени.

— Роан.

Он не слышал.

Я схватил его за плечи.

— Роан, слышишь меня?!

Он открыл глаза.

Чёрные.

И тогда я понял.

Мы либо спасём его сейчас, либо потеряем навсегда.

— Роан, держись!

Я почти кричал, но он не слышал. Его тело продолжало дёргаться, а губы беззвучно шептали что-то незнакомое, чуждое. Магический барьер Седрика и Элронда окутывал его мерцающим светом, но это не мешало тьме сжигать его изнутри.

Гаргульи кружили над нами, их каменные крылья разрезали воздух, создавая пугающий вой. Гельберт и Драйн сражались отчаянно, каждый удар их зачарованных клинков разносился в ночи, но твари были непробиваемыми. Они разлетались на куски, но затем собирались вновь, их расколотые тела сливались в целое, как будто они были не просто камнем, а живой магией.

— Они оттягивают время! — крикнул Тарвин, выпуская стрелу прямо в глаз ближайшей гаргульи.

— Им не нужно нас убивать, — добавил Хаген, прикрываясь магическим щитом. — Им нужно, чтобы мы отвлеклись от Роана!

И тогда я понял.

Слуга Безликого не хотел убивать его быстро. Он хотел захватить его душу.

Если мы не остановим это сейчас — Роан не вернётся.

Цена спасения

— Есть способ! — выкрикнул Милос, почти надрывая голос.

— Какой?!

— Но он опасен!

Я посмотрел на него.

— Говори.

Милос сглотнул, но продолжил:

— Можно изгнать тьму из его тела. Это старый ритуал. Но… — он на мгновение замялся, а затем сжал кулаки. — Но кому-то придётся забрать её на себя.

Тишина.

Мы все поняли, что это значит.

— Что будет с тем, кто её примет? — спросил Остен.

— Либо он выдержит, либо умрёт.

— Никаких "либо", — резко сказал я. — Он не умрёт.

— Ты собираешься это сделать?! — выдохнул Седрик, оборачиваясь ко мне.

— Нет.

Я повернулся к Роану.

— Он выдержит сам.

Все замерли.

— Ты хочешь, чтобы он сам с этим справился?! — недоумённо спросил Элронд.

— Да.

Я посмотрел на Роана.

— Я не позволю ему умереть. Но и не позволю сломаться.

— Это безумие, — прошипел Остен.

— Это единственный способ.

Я опустился на колени перед Роаном, сжал его руку и потянулся разумом в его сознание.

Мир погрузился в темноту.

Я очутился внутри чего-то чужого.

Передо мной раскинулась чёрная равнина, уходящая в бесконечность. В небе не было звёзд, только клубящиеся тени, шепчущие сквозь пространство.

Посреди этой равнины стоял он.

Роан.

Он стоял на коленях, тяжело дыша. Его тело было наполовину поглощено тьмой.

А перед ним возвышалась фигура.

Высокая, закутанная в разорванные одежды. Её лицо терялось в тенях, но два красных глаза светились, как угли.

— Ты слаб, мальчишка.

Голос раздавался из самой тьмы.

— Ты уже принадлежишь мне.

Роан дрожал.

Я шагнул вперёд.

— Нет, не принадлежит.

Фигура подняла голову.

— А, ты…

Тьма вокруг сгустилась.

— Думаешь, сможешь отнять его у меня?

— Не думаю. Я знаю.

Я подошёл к Роану, опустился перед ним и взял его за плечи.

— Слушай меня. Ты сильный. Ты не поддашься.

— Я… не могу… — его голос был еле слышен.

— Ты не один.

Фигура сделала шаг вперёд.

— Поздно.

Тьма бросилась на нас.

Но я не отступил.

— Роан! Вставай!

Он поднял голову.

В его глазах засверкало что-то новое.

Огонь.

В реальности Роан резко вздохнул.

Его тело сотрясалось в конвульсиях.

Затем тьма отступила.

Он открыл глаза.

И был жив.

Но он изменился.

Мы все это почувствовали.

Роан тяжело дышал, лежа на холодной земле. Его руки дрожали, кожа покрылась потом, но главное — его глаза. Они были все те же, иные, но знакомые. Однако в их глубине теперь горел новый огонь, искра чего-то пережитого, но не побежденного.

Я молча наблюдал за ним, стараясь не показывать волнения. Внутренний бой, который он только что провел, был хуже любых ран. Такие сражения оставляют шрамы глубже стали. И мне оставалось лишь надеяться, что он сможет их вынести.

Милос первым нарушил тишину. Он опустился рядом, осторожно проверяя пульс на шее Роана. Его лицо оставалось напряженным, но в голосе послышалось облегчение.

— Он жив. И... стабилен.

— Это хорошо, — выдохнул Остен, опуская щит. — А теперь, может, скажете, что, к черту, только что произошло?

Мы все знали ответ, но никто не спешил его произносить.

Роан заговорил первым.

— Он... был там.

Голос хриплый, слабый, но в нем слышалось стальное напряжение.

Я наклонился ближе.

— Кто?

Его губы слегка приоткрылись, но он замер. Воспоминания о пережитом отражались на его лице, словно тени продолжали терзать его разум. Он лишь закрыл глаза и выдохнул:

— Не знаю. Но... он хотел забрать меня.

Холодок пробежал по спине.

Я обменялся взглядами с Гельбертом, который стоял рядом, держа меч в руке. В его лице читалось то же самое подозрение, что и у меня.

Этот Слуга Безликого.

Он не просто атаковал.

Он пробовал что-то новое.

И это пугало.

Затишье перед бурей

— Нам надо уходить, — резко сказал Хаген, оглядываясь. — Мы слишком долго здесь задержались.

— Согласен, — кивнул Драйн, поднимая с земли свой меч. — Если они пытались нас отвлечь, значит, что-то готовится.

Я снова посмотрел на Роана. Он уже пытался сесть, несмотря на усталость. Его руки были бледными, словно кровь до конца не вернулась в сосуды.

— Ты в состоянии идти? — спросил я.

Он медленно кивнул.

— Да...

— Нет, — отрезал Милос. — Он даже стоять нормально не может.

— Я могу, — настаивал Роан, и, пусть в голосе была слабость, я видел, что он не собирался отступать.

Он изменился.

Его тело еще слабело. Но что-то внутри него стало другим.

Я вздохнул.

— Хорошо. Но если упадешь — кто-то понесет тебя.

— Я не упаду.

Тарвин хмыкнул:

— Уже спорим, сколько он продержится?

Гельберт не усмехнулся, как обычно. Он все еще был напряжен.

— Достаточно разговоров. Уходим.

Мы собрались быстро. Никто больше не хотел оставаться в этом проклятом месте.

И все же, когда я в последний раз посмотрел на равнину позади нас, я не мог избавиться от чувства, что это еще не конец.

На краю кошмара

Ночь почти кончилась.

Мы добрались до лагеря уже под рассвет, усталые, но настороженные.

Гаргульи исчезли. Следов призрачных охотников больше не было. Но чувство чужого взгляда никуда не делось.

Седрик развел огонь, а Милос немедленно принялся обрабатывать раны. Он настоял, чтобы Роан отдохнул первым, но юноша снова отказался.

— Я в порядке.

Я почувствовал, как внутри закипает раздражение.

— Нет, ты не в порядке, — жестко сказал я. — Ты пережил встречу со Слугой. Ты чуть не стал его марионеткой. Ты...

Я замолчал.

Он смотрел на меня твердо, и я понял, что бесполезно пытаться его переубедить.

— Просто не свались снова, — устало бросил я.

Роан ничего не ответил.

Но в его глазах было что-то новое.

Именно это пугало меня больше всего.

Мы не стали терять времени. Роан был ещё жив, но его состояние было критическим. Раны, оставленные Слугой, не поддавались исцелению. Милос и Остен делали всё возможное, но даже они понимали — парню нужно было отступить.

— Ты... не можешь бросить меня, — прохрипел он, когда я опустился перед ним на колено.

— Ты не умираешь, Роан, — спокойно сказал я. — Но ты не можешь продолжать этот путь. Мы отправим тебя обратно.

Глаза юноши наполнились гневом и отчаянием.

— Нет! Я... я смогу...

Я покачал головой.

— Мы все знали, что это за война. Но ты не сможешь сражаться в таком состоянии. Если ты останешься — ты просто умрёшь.

Он не ответил. Лишь закрыл глаза, сжимая кулаки.

Мы отправили его с Остеном, который должен был довести его до ближайшего безопасного места. Оставшиеся члены отряда смотрели мне в спину, когда я встал.

— Мы идём дальше. — Я обвёл их взглядом. — Нам нужно найти Слугу и предотвратить призыв Безликого.

Погоня сквозь тьму

Следующие дни превратились в охоту.

Мы преследовали тень, которая всегда была на шаг впереди. Слуга оставлял за собой след разрушений и жертв — деревни, охваченные тьмой, мёртвых животных с выжженными знаками на коже, искажения в самом воздухе.

На третий день мы столкнулись с гаргульями.

Они обрушились на нас в каньоне, когда мы проходили по узкому каменному мосту. Я успел выхватить меч и встретить первую из них, но вторая набросилась на Милоса, вонзив когти в его грудь. Он вскрикнул, но даже умирая, успел использовать заклинание исцеления на Хагена, которого сбила третья гаргулья.

Хаген был спасён. Милос — нет.

Мы похоронили его у подножия скал, оставив на могиле его посох.

Потеря ударила по нам, но мы не остановились.

Мы двигались дальше, ночь за ночью сражаясь с порождениями тьмы. Они становились умнее, сильнее. Будто кто-то их направлял.

На седьмой день мы вышли к заброшенному храму. Слуга должен был быть внутри.

— Это ловушка, — сказал Гельберт, сжимая рукоять меча.

— Знаю, — ответил я.

Но у нас не было выбора.

Мы шагнули внутрь.

Первым погиб Тарвин.

Тени храма ожили и схватили его. Он стрелял, пытался вырваться, но его тело исчезло во мраке.

Гельберт и Драйн сражались, прикрывая меня, но я чувствовал, что мы проигрываем.

Тогда Слуга Безликого появился передо мной.

— Ты пришёл слишком поздно, Рудд, — сказал он.

Я сжал меч.

Финальная битва началась.

Темнота в зале казалась живой, словно тени обретали собственную волю. Воздух был пропитан древней магией, зловещей и всепоглощающей. Перед нами стоял тот, кого мы так долго искали — слуга Безликого.

Он не двигался, но присутствие его давило, словно невидимая рука сжимала горло. Я держал меч наготове, но знал: просто так убить его не получится.

— Ну что же, наконец-то мы встретились, — голос слуги был спокоен, но в нём слышалась насмешка. — Должен признаться, ваша упорность впечатляет. Столько крови, столько сломанных судеб… и всё ради того, чтобы добраться до меня.

Я почувствовал, как за моей спиной напряжённо сжались кулаки моих товарищей. Они были злы, уставшие, истощённые. И он это знал.

— Тебе нравится играть словами? — спросил Драйн, шагнув вперёд. — Может, тебе просто страшно?

Слуга усмехнулся и сделал медленный шаг навстречу.

— Страшно? Нет, что ты. Я наслаждаюсь этим. Видишь ли, ваш отряд… он был интересным. Смотреть, как они падают один за другим, слышать их крики… Бесценно.

Тарвин сжал лук так, что костяшки побелели. Элронд стиснул зубы, едва сдерживая себя. Ещё немного — и кто-нибудь первым бросится в атаку. Этого он и ждал.

— Успокойтесь, — сказал я, поднимая руку.

Они неохотно подчинились, но гнев в их глазах не угас.

Слуга ухмыльнулся ещё шире.

— Вот оно. Гнев. Это прекрасно. Вы хотите разорвать меня на части, не так ли? Вам хочется отомстить за павших. Это естественно. Это правильно. Но что вы будете делать, если я скажу, что их страдания были напрасны? Что их смерть лишь шаг на пути к пробуждению истинного хозяина этого мира?

Я молчал. Он наслаждался каждой секундой этого разговора.

— Безликий восстанет. Его приход неизбежен. Ваши друзья просто ускорили процесс. Разве это не забавно?

Тарвин шагнул вперёд, но я снова остановил его.

— Не поддавайтесь. Это то, чего он хочет, — сказал я, глядя прямо в глаза нашему врагу.

Слуга склонил голову набок, будто изучая меня.

— Ты… Хм. Ты действительно понимаешь, как это работает. Интересно. Но сможешь ли ты остаться таким же хладнокровным, когда увидишь, как последние из твоих людей падают перед тобой?

Он поднял руку.

Темнота вокруг нас сгустилась, и воздух наполнился угрожающим шёпотом.

Земля вздрогнула. Сначала это был едва заметный толчок, но вскоре гул стал нарастать, словно что-то колоссальное пробиралось сквозь толщу камня и земли. Треск. Хруст ломающихся пластов. А затем — взрыв грязи и камня.

Из-под земли вырвалось нечто чудовищное.

Громадное тело, похожее на останки древней ящерицы, возвышалось над нами. Оно было больше двадцати метров в длину, с покрытой гнилью и трещинами кожей, будто высохшая шкура давно умершего существа. Его позвоночник выступал наружу, изломанные кости торчали, словно исполинские шипы, а клочья высохшей плоти свисали с рёбер, трепеща на ветру.

Голова твари напоминала череп дракона, но с вытянутыми челюстями, полными неровных, раскрошенных клыков. Глаз не было — только тёмные пустые глазницы, в которых, однако, таилось нечто зловещее. Когда оно разинуло пасть, из её глубин вырвался смрадный поток гниения, а с потолка пещеры начали осыпаться камни.

Его когти были длинными, скрюченными, как у зверя, который слишком долго пробыл в могиле, но они всё ещё могли разрывать сталь и плоть. Хвост, покрытый обломками костей и омертвевшей чешуёй, медленно двигался, рассекая воздух с глухим свистом.

Слуга Безликого смотрел на нас с ухмылкой.

— Познакомьтесь, — сказал он. — Это всего лишь первый шаг на пути к пробуждению истинного ужаса.

Чудовище зарычало — низко, глубоко, так, что земля под ногами снова содрогнулась.

Бой начинался.

Я быстро оглядел отряд.

Гельберт, его лицо было испачкано кровью, но в глазах не было страха — только сосредоточенность. Драйн, раненный, но всё ещё держал меч крепко, словно это единственное, что удерживало его в этом мире. Седрик, тяжело дыша, уже формировал заклинание, готовый обрушить на тварь всю оставшуюся магию. Элронд, сжимая зачарованный кинжал, смотрел на монстра с ненавистью.

Я же… Я сделал шаг вперёд, чувствуя взгляд слуги Безликого.

— Вы займётесь чудовищем, — сказал я. — А этот ублюдок — мой.

— Ты уверен? — спросил Гельберт.

— Времени на споры нет.

Он кивнул.

— Тогда не умирай.

Я не ответил. Вперёд, без слов.

---

Отряд рванулся к твари.

Гельберт первым нанёс удар, прыгнув вперёд и вонзив меч в одну из ног чудовища. Клинок вошёл глубоко, но монстр не издал ни звука боли — только развернулся, ударяя когтистой лапой. Гельберт едва успел отпрыгнуть, а в этот момент Драйн разрубил сустав на другой лапе, заставив чудовище пошатнуться.

— Седрик! — крикнул Элронд.

Огненный вихрь вспыхнул прямо под монстром, охватывая его горящими рунами. Пламя вспыхнуло по разложившейся коже, и впервые существо издало низкий, оглушающий рёв.

— Работаем! — рявкнул Гельберт и бросился вперёд.

Элронд прыгнул на спину твари, вонзая кинжал в шею. Драйн продолжал наносить удары по ногам, стараясь ослабить опору. Седрик вложил в заклинание всё, что у него осталось.

Но тварь не умирала.

Она яростно рванулась вперёд, хвостом сметая Элронда и Гельберта. Они отлетели, врезавшись в каменные стены. Драйн увернулся, но не успел остановить следующий удар когтей, который сбил его с ног.

Седрик, задыхаясь, формировал последнее заклинание.

— Седрик, уходи! — крикнул Гельберт, но маг уже решил.

Вспышка ослепительного света.

Огненная буря взорвалась внутри чудовища, заставляя его содрогнуться.

Но этого было недостаточно.

Седрик рухнул на колени, силы покинули его. Тварь, дымясь, медленно повернулась к нему.

Я же в это время шагнул вперёд, глядя на слугу Безликого.

Он ухмылялся.

— Героизм всегда заканчивается одинаково, — сказал он.

Я молча поднял меч.

Он не стал ждать. В следующее мгновение мы столкнулись.

Рудд против Слуги Безликого

Слуга Безликого двинулся первым.

Его скорость была неестественной, движение — резким, как внезапная вспышка молнии. В одно мгновение он был в нескольких шагах, а в следующее — уже рядом, размахивая своим изогнутым клинком.

Я шагнул в сторону, уводя центр тяжести ниже, и поднял меч, направляя его по диагонали. Лезвия столкнулись, породив вспышку искр, но я почувствовал, что проигрываю в силе. Меня отбросило назад, но я намеренно позволил себе упасть, перекатился и встал на одно колено, мгновенно анализируя его стиль.

Он бил жёстко, но расчётливо, будто играл со мной.

— Ты слишком медленный, — усмехнулся он, сделав шаг вперёд.

Я проигнорировал его слова, позволяя себе задержать дыхание на мгновение.

Он нанес новый удар — стремительный горизонтальный разрез, способный разрубить меня пополам. Но я не отвечал прямым блоком. Я позволил мечу скользнуть по своему лезвию, направляя удар в сторону и используя импульс, чтобы контратаковать коротким уколом.

Слуга отклонился назад, но моя цель не была в том, чтобы попасть — я изучал его реакцию.

Он больше полагался на уклонения, чем на блоки. Значит, он ценил мобильность.

Я прикинул, сколько у меня ещё энергии, и принял решение.

Тактика

Я изменил ритм боя. Перестал полностью парировать его удары и начал уводить их под углом, смещая его в нужное мне направление. Он замечал это, но пока позволял мне «играть».

Я использовал обманные движения — начинал атаку, но прерывал её, вынуждая его дёргаться и делать ненужные шаги.

Он хмыкнул.

— Ты всё ещё медленный.

— А ты всё ещё говоришь, — ответил я, взрывая под ним землю ударом сапога.

Грязь взметнулась в воздух, на мгновение закрывая обзор.

Я рванул вперёд.

Смена темпа

Мой меч шёл по широкой дуге, вынуждая его блокировать. Но в последний момент я изменил угол атаки, переключаясь на укол в плечо.

Он уклонился, но не полностью. Лезвие порезало его одежду и слегка задело кожу.

Он нахмурился.

— Интересно.

Я ничего не ответил.

Теперь он двигался иначе. Более осторожно. Значит, он почувствовал, что я могу ударить по его слабым местам.

Я сделал вид, что снова собираюсь атаковать в бок, но в последний момент развернулся, используя подножку.

Он перепрыгнул, но я уже ждал этого.

Вторая нога вонзилась в его бок, отправляя его в воздух.

Он приземлился с лёгкостью кошки, но теперь его улыбка исчезла.

— Ты… — он медленно поднял меч. — Начинаешь раздражать.

Его следующая атака была совершенно иной.

Он больше не играл.

Теперь он убивал.

Смертельный танец

Его клинок двигался с безумной скоростью, чередуя резкие выпады с внезапными сменами направлений.

Я едва успевал отражать удары. Каждый раз, когда наши мечи встречались, я чувствовал, как мои руки немеют от вибрации.

Я допустил маленькую ошибку — и он рассёк моё плечо.

Боль вспыхнула, но я использовал её, чтобы заставить себя двигаться быстрее.

Я начал «ломать» ритм боя.

Вместо привычных движений я вводил хаотичные элементы — делал ложные шаги, внезапные наклоны, даже притворные ошибки.

Он привык сражаться с дисциплинированными бойцами.

А я показывал ему хаос.

Он замешкался — и я ударил.

Лезвие вошло в его бок, пусть и не глубоко.

— Гх… — он отступил. — Ты… ублюдок.

Я не ответил.

Я уже понял, что мой путь к победе — не скорость и не сила.

А нестандартное мышление.

Он сделал шаг назад.

Я шагнул вперёд.

Финальная фаза боя началась.

Битва с порождением тьмы

Гигантская тварь возвышалась над нами, её гниющая кожа шевелилась, словно в ней копошились тени. Из раскрытой пасти сочился ядовитый пар, а когтистые лапы с лёгкостью разрывали каменную почву.

— Элронд, попытайся сковать её движения! — выкрикнул Гельберт, бросаясь в сторону. — Тарвин, бей в глаза!

— Принято! — отозвался маг земли, уже сплетая заклинание.

Гигантская ящерица издала рёв, земля содрогнулась, и от неё во все стороны полетели осколки камня. Элронд резко опустил руки к земле, и внезапно из-под лап чудовища выросли каменные глыбы, сковывая её в тисках.

— Сейчас! — крикнул Тарвин, вскидывая лук.

Его стрела, усиленная магией, со свистом рассекла воздух, целясь прямо в глаз твари. Но в последний момент монстр дёрнулся, и стрела лишь вспорола его гнилую кожу, из-под которой потекла чёрная, дымящаяся кровь.

— Чёрт! — выругался лучник, уже подготавливая следующую стрелу.

Ящерица яростно рванулась, разрывая удерживающие её каменные оковы. Её хвост взметнулся, с силой обрушившись на ближайшую стену. Камни осыпались, едва не зацепив Остена.

— Осторожно! — крикнул Гельберт, бросаясь к нему.

Но тварь уже устремилась вперёд, раскрывая свою пасть. Она выбрала цель.

Элронд.

Маг едва успел отпрыгнуть, когда гигантская пасть клацнула в воздухе в том месте, где он стоял секунду назад. Но его магическая энергия была на исходе, он замешкался на долю секунды…

Долю секунды, которая могла стоить ему жизни.

— Нет! — выкрикнул Гельберт и, не раздумывая, рванулся вперёд.

Он толкнул Элронда в сторону, сам попадая под удар. Ящерица с молниеносной скоростью схватила его челюстями.

Раздался отвратительный хруст.

— ГЕЛЬБЕРТ! — закричал Остен.

Тварь дёрнула головой, и челюсти сомкнулись. Тело Гельберта исчезло в её пасти. Только окровавленная рука, ещё сжимавшая меч, отлетела в сторону, падая рядом с Элрондом.

Тот смотрел на неё в ужасе, а кровь его товарища стекала по камням.

— Нет… — прошептал он, а затем, срываясь на крик, поднял руки, вызвав сразу несколько массивных каменных шипов, которые взметнулись из-под земли и пронзили тело твари.

Ящерица взревела, дёргаясь в агонии, но не падала. Она была слишком огромной, слишком живучей.

— Мы должны добить её! — выкрикнул Тарвин, его стрелы уже вспыхивали магическим светом.

Ошибка, стоившая жизни

Я отражал удар за ударом, чувствуя, как вибрация от столкновений отдаётся в запястье. Этот ублюдок двигался плавно, почти играючи, словно заранее знал, как я атакую.

— Ты всё ещё держишься? — его голос был полон насмешки. — Но как долго?

Я не отвечал. Дышал ровно, анализировал. Он использовал технику, основанную на скорости и обмане зрения, но никто не идеален. Я искал слабое место, выжидал момент.

Но потом услышал крик.

— ГЕЛЬБЕРТ!

Я резко обернулся.

Гельберт, одного из моих последних бойцов, схватили челюсти чудовища. Его глаза расширились, губы раскрылись, будто он хотел что-то сказать, но вместо этого монстр сомкнул пасть.

Хруст.

Кровь хлынула из уголков его рта, а оторванная рука, всё ещё судорожно сжимающая меч, отлетела в сторону, упав рядом со мной.

Я замер.

И в этот момент слуга ударил.

Резкая боль пронзила моё тело. Его клинок вошёл в бок, пробив доспех, разорвав мышцы. Воздух вышел из лёгких рывком.

— Ха… — слуга тихо засмеялся, отступая назад. — Ошибся, да?

Я стиснул зубы, перехватывая клинок покрепче. В глазах потемнело, но я не позволил себе упасть.

— Я убью тебя, — прохрипел я.

Каждое движение давалось с трудом. Боль пульсировала в боку, но я загнал её вглубь сознания. Я не мог позволить себе слабость. Слуга, почуяв моё состояние, улыбался, медленно покачивая клинок.

— Глупо. — Он сделал шаг вперёд, прицеливаясь в мою шею. — Выбор между жалким отрядом и собственной жизнью. Ты сделал его… и заплатил.

Я не ответил. Вместо этого притворился, будто ослабел, слегка согнув колени. Пусть думает, что я на грани.

— Что, слов нет? — Он усмехнулся и бросился вперёд.

Как только он приблизился, я рванул в сторону, несмотря на пронзительную боль, и ударил в подбрюшье. Он блокировал, но это был отвлекающий манёвр. Лезвие едва заметно изменило траекторию и прочертило глубокую линию по его ребрам.

Его улыбка дрогнула.

— Ах… ты ещё что-то можешь?

Я сжал челюсти.

— Я могу многое.

Но времени было мало. Потеря крови начинала сказываться, а бойцы отряда продолжали схватку с чудовищем. Я слышал их крики, видел мелькающие мечи и стрелы, но не мог им помочь. Сейчас моя цель была передо мной.

Слуга вытер кровь с губ и усмехнулся.

— Ладно, поиграем всерьёз.

И тогда он исчез.

Я успел едва заметить движение сбоку, когда его клинок полоснул по моему плечу. Затем снова — удар в спину, затем в бедро. Я повернулся с трудом, пытаясь угадать, откуда придёт следующая атака, но он двигался слишком быстро.

Нужен план.

Я резко развернулся и бросил меч вперёд, не целясь в него, а в землю. В момент, когда лезвие воткнулось в почву, я выпустил всю силу, разрывая землю перед собой. Обломки камня взметнулись в воздух, заставляя слугу замедлиться.

Вот он.

Я рванул вперёд, левой рукой вытащил кинжал и нанёс короткий удар в бок. Лезвие вошло, он резко отшатнулся. Я не дал ему времени — развернулся и нанёс прямой удар кулаком в его лицо.

Кровь брызнула на землю.

— Тебе… — он сплюнул. — …повезло.

Я тяжело дышал.

— Нет. Это опыт.

Но бой ещё не был закончен.

Последняя резня

Я сделал последний шаг вперёд, стиснув зубы от боли, и нанёс удар. Мой меч прошёл через плоть слуги, разрезая его бок и уходя глубже, почти выходя на спину.

Он резко дёрнулся назад, но кровь уже лилась рекой. Ранение было смертельным.

— Чёрт… — Он выдохнул и посмотрел на меня с неожиданной смесью ненависти и… уважения?

Я поднял меч, готовый нанести последний удар, но в тот же миг его тело словно размыли тени. Воздух задрожал, а его силуэт потускнел, как призрачное пламя, прежде чем исчезнуть полностью.

— Чёрт… — выдохнул я, чувствуя, как больно пульсирует рана.

Он ушёл. Но это не конец.

В это время мои люди продолжали бой с чудовищем. Оно уже несло на себе глубокие порезы, стрелы и обожжённую кожу, дымившуюся от магических атак.

— Дожать его! — крикнул Седрик, ведя последнюю атаку.

Седрик выпустил шквал огненных снарядов, а Элронд вызвал каменные пики, пробивающие конечности монстра. Тарвин выстрелил прямо в его глаз, и гигантское существо взревело, поднимаясь в последний раз перед падением.

Глухой удар сотряс землю.

Они победили.

Я уже собирался подойти к ним, как вдруг пространство снова затряслось. Тени вытянулись, и прежде чем кто-то успел среагировать, вспышка серебряного лезвия разорвала воздух.

Голова Тарвина взлетела в небо, его тело рухнуло следом.

— Нет! — закричал Седрик, пытаясь развернуться.

Но он не успел.

Слуга появился среди них, движением, быстрым, как само время, рассекая глотки, пронзая сердца. Один за другим мои бойцы падали, их оружие бесполезно выбивалось из рук.

Седрик успел поднять защитный барьер, но слуга одним ударом расколол его.

Крик. Кровь.

Всё закончилось за мгновение.

Я не мог пошевелиться. Я видел, как они падали. Каждый из них. Те, с кем мы прошли сквозь ад. Те, кто были готовы умереть за дело.

Я встретился взглядом со слугой, стоявшим среди мёртвых тел.

— Ты всё ещё жив, — тихо произнёс он.

Я сжал меч.

— Найду тебя.

Он улыбнулся — и исчез в тенях.

Последний путь

Я стоял среди тел своих бойцов, тяжело дыша. Запах крови пропитал воздух, а ветер медленно шевелил волосы мёртвых, словно прощаясь с ними.

Тишина была оглушающей. Только пепел медленно оседал на землю после магического боя, да где-то вдалеке хрипел умирающий зверь.

Но он ушёл.

Не просто сбежал, а направился куда-то. Я знал это. Чувствовал.

Я закрыл глаза, прислушиваясь к инстинктам, к зову своего искалеченного тела. И увидел.

Видение вспыхнуло передо мной, будто далёкий огонь в тумане. Древние каменные колонны, чёрные, исписанные рунами. Длинный зал, уходящий в темноту. И тени, скользящие между стенами.

Храм.

Он был совсем рядом.

Я развернулся, не оглядываясь назад. Всё, что осталось позади, — воспоминания. Смерть. Потери.

Я двигался быстро, но осторожно. Земля под ногами была твёрдой, но потрескавшейся, как если бы что-то под ней пыталось выбраться наружу.

Деревья становились реже. Впереди возвышалась громада храма. Каменные стены, покрытые мхом и символами, давно забытыми даже учёными. Двери в его чрево были полуоткрыты.

Он ждал меня.

Я сжал рукоять меча и шагнул внутрь.

Я шёл к храму, но каждый шаг давался с трудом. Не из-за ран, не из-за усталости. Боль была глубже. Она сжирала меня изнутри.

Всё кончено. Все мертвы.

Они были не просто бойцами. Они были моей семьёй.

Я вспоминал их лица — тех, кто сражался рядом со мной годами, и тех, кого я знал с юности. Их голоса всё ещё звучали в моей голове.

Гельберт, всегда серьёзный, ругал молодёжь за ошибки. Роан смеялся, вспоминая первую охоту, когда чуть не упал в овраг. Драйн рассказывал о старых битвах, а Седрик делился своими теориями о магии. Милос и Остен спорили, чей метод лечения лучше.

Я видел их снова. Не здесь, не сейчас, а в прошлом.

Наш первый бой, когда они ещё были зелёными новичками. Как мы путешествовали вместе, пробираясь через болота, пустыни, разрушенные города. Как делили последний кусок хлеба и согревались у одного костра.

И ещё один образ.

Мои дети. Маленькие, весёлые. Они бегали вокруг нас, смеялись, когда бойцы неловко присматривали за ними, пока я был в отлучке.

Теперь я остался один.

Гнев захлестнул меня, как волна.

Я не просто страдал — меня разрывало от ярости. Эти твари, этот слуга… Он хотел оставить меня в одиночестве. Сделать так, чтобы я страдал.

Но я не сломаюсь.

Я почувствовал движение во тьме. Потусторонние создания прятались среди деревьев, их силуэты извивались, мерцая в воздухе. Они шептали, пытались проникнуть в разум, пробуждали страх.

Но им было бессмысленно пытаться.

Я шагал прямо через их призрачные тела, не обращая внимания. Они не могли напугать меня.

Я уже потерял всё.

Теперь оставалась только месть.

Храм возвышался передо мной, двери зияли, как пасть древнего чудовища.

Я остановился у входа, сжал рукоять меча и глубоко вдохнул.

— Я иду за тобой, тварь.

И шагнул внутрь.

Спускаясь всё глубже, я ощущал, как сам воздух сгущается, становясь вязким и пропитанным зловещей энергией. Твари выходили из тени, из стен, из самого камня — безымянные уродцы, чудовища, созданные не природой, а чуждой волей. Я не останавливался. Меч вспарывал плоть, рассекая тела, которые тут же обращались в пепел или разлагались на глазах. Магические твари, духи мёртвых, ползающие безликие создания — все они преграждали мне путь, но я двигался вперёд.

Чем глубже я спускался, тем сильнее пульсировала боль в висках. Здесь творилось нечто нечестивое. Стены были покрыты символами, которые шевелились, будто живые, своды дрожали, а где-то далеко, едва слышно, звучал низкий, скрежещущий смех.

И вот я оказался перед залом.

Он был громадным — больше, чем можно было представить. Потолок терялся во мраке, колонны, испещрённые знаками, казались бесконечными, уходя в пустоту. Свет исходил от странных, пульсирующих глаз на стенах — они моргали, следили за мной, а когда я делал шаг, пространство будто слегка смещалось.

Воздух был наполнен шёпотом, но нельзя было разобрать ни слова. Казалось, сама реальность здесь дрожит, сжимается, пытается извергнуть что-то чужеродное.

В центре, на огромном каменном троне, сидел он.

Слуга.

Он был недвижим, руки покоились на подлокотниках, голова чуть склонена вперёд. Будто статуя, застывшая в вечности.

Я крепче сжал меч.

Тварь даже не смотрела на меня.

Она словно погрузилась в транс, полностью игнорируя моё присутствие.

Я уже собирался атаковать, когда услышал его голос.

Но он говорил не со мной.

— Да… Я слышу тебя… О, великий… — голос был тихий, почти благоговейный. — Я ждал… Так долго…

Его глаза оставались закрыты, но лицо исказилось в странной гримасе — то ли блаженства, то ли безумия.

— Время близко… Я исполню волю…

Мурашки пробежали по спине.

Он не просто бормотал.

Он отвечал кому-то.

Кому-то, кто не находился в этом зале.

Или, возможно, находился повсюду.

Слуга продолжал шептать, его голос становился всё громче, но по-прежнему звучал словно обращённый в пустоту. Я стоял, не двигаясь, чувствуя, как напряжение в воздухе сгущается, давит на разум, проникает в кости. Что-то в этом месте было неправильно. Всё вокруг словно дышало.

Но вдруг его тон изменился.

— Безликий… — голос стал настороженным, будто он сам впервые осознал нечто ужасное. — Как ты и приказывал… множество жертв… маги… войны… Все правила ритуала были соблюдены…

Он поднял голову, и в его глазах зажглось безумие. Он не смотрел на меня — он смотрел сквозь меня, куда-то дальше, в пустоту, где, возможно, видел нечто такое, чего я не мог увидеть.

— Но почему?.. — его голос задрожал. — Почему ты не являешься?

Его пальцы сжались в кулаки, ногти впились в ладони, а губы исказились в гримасе ужаса. Он начал дрожать.

— Ты обещал мне… — он выдохнул прерывисто, словно пытался не задохнуться. — Ты обещал мне силу… свободу… жизнь… бессмертие…

Каждое слово, как удар молота, гремело в пустом зале. Шёпот в стенах стих. Глаза на колоннах замерли, перестали моргать. Сам воздух словно остановился, ожидая, что будет дальше.

— ОБЕЩАЛ! — внезапно рявкнул он, и этот крик эхом разнёсся по залу.

Он вскочил с трона, его лицо исказилось в безумной гримасе — смесь ярости, страха и осознания неизбежного.

— Но ты… не дал мне ничего… — его голос теперь дрожал от истерии. — Ничего, кроме страдания и боли!

Он сжал голову руками, словно пытаясь удержать себя от безумия, а затем запрокинул лицо вверх и взревел:

— БЕЗЛИКИЙ! Я К ТЕБЕ ОБРАЩАЮСЬ!

Моё сердце сжалось от этого крика. Он был… не просто громким. Он пробирался прямо в разум, в душу, сотрясая стены внутри меня.

— ПОЧЕМУ Я ДОЛЖЕН СТРАДАТЬ БЕЗ НУЖНОЙ ЦЕНЫ?!

Его тело содрогалось, а из глаз потекла густая чёрная жидкость. Вены на руках и шее вздулись, словно его разрывало изнутри.

Я смотрел на него, сжимая меч, но не двигался.

Потому что в этот момент я видел перед собой не врага.

Я видел обречённого.

Того, кого использовали и бросили.

Но я не позволю ему уйти просто так.

Слуга не унимался. Его крик сотрясал зал, в голосе слышалась истерика, боль, отчаяние. Он шатался, хватался за голову, дрожащими руками царапал своё лицо, оставляя кровавые борозды.

— Где ты… — прорычал он сквозь стиснутые зубы. — Безликий… Ты обещал… Ты дал мне приказ… И я выполнил его…

Я шагнул вперёд, крепче сжимая рукоять меча.

— Ты… — начал было я, но он тут же перебил меня, даже не обратив внимания на мой голос.

— Я ждал! — его голос снова сорвался на крик. — Я искал твой путь! Я побывал в руинах древних храмов! Я изучал свитки, что были сокрыты от мира! Я принёс в жертву магов, воинов, невинных! Я заполнил этот мир кровью ради тебя!

Его дыхание сбилось, он дрожал, как в лихорадке.

— Но ты… — голос осел, превратился в болезненный хрип. — …ты всё равно не приходишь…

Я сделал ещё один шаг.

— Ты не понимаешь, тебя просто использо—

— ЧТО МНЕ НЕ ХВАТАЕТ?!

Его голос взорвался новой волной безумия.

Он рухнул на колени, тяжело дыша, хватая воздух ртом, как утопающий.

— Чего ты ждёшь?.. Чего тебе ещё нужно? — он бормотал, качаясь из стороны в сторону. — Крови мало?.. Страдания мало?.. Воплей?.. Что ещё?! Скажи мне! Я отдам всё!

Его пальцы скребли каменный пол, оставляя следы крови. Глаза, наполненные ужасом, метались по залу, словно в поисках ответа.

Но ответа не было.

Я чувствовал, как что-то внутри меня сжимается. Это было даже хуже, чем сражение. Видеть перед собой человека, сломленного, потерянного, жертву, которая осознала, что её просто выбросили.

— Он не придёт, — сказал я твёрдо.

Слуга замер.

А затем медленно поднял голову.

В его глазах больше не было страха.

Только пустота.

Тишина длилась мгновение.

Слуга сидел на коленях, опустив голову, его плечи вздрагивали, а пальцы вжимались в каменный пол. Я видел, как по его лицу стекали слёзы — медленные, горячие, обжигающие.

А потом он задрожал сильнее.

— Он… не придёт… — прохрипел он, и в его голосе не было уже ни злобы, ни надежды. Только бескрайнее опустошение.

Сначала он беззвучно открывал рот, словно задыхался, как рыба, выброшенная на берег. Потом его дыхание сбилось, грудь судорожно вздымалась, он будто пытался удержать в себе нечто непереносимо страшное.

Но не смог.

Его рот раскрылся, и из него вырвался крик.

Он был настолько жутким, что у меня по спине побежали мурашки. Это был не просто вопль боли, это была агония души, которая только что осознала свою ненужность.

Это был крик того, кто всю жизнь преследовал ложную надежду.

Того, кто предал всё, ради обещания, которое оказалось пустым.

В этом крике были страх и ярость, ненависть и мольба, гнев и бессилие, сожаление и ужас. Казалось, он сотрясал воздух, стены, даже саму реальность.

Мне стало не по себе.

Грудь сдавило от мерзкого, липкого чувства, будто я стал свидетелем чего-то, чего не должен был видеть. Это было неправильно. Противоестественно.

Слуга корчился на полу, его пальцы царапали камень, слёзы текли по лицу, смешиваясь с кровью, но он не прекращал кричать.

И я понял — это был не крик человека.

Это был вопль сломанной марионетки, которая наконец осознала, что её просто выбросили.

Слуга сделал шаг ко мне, его ноги подгибались, дыхание сбивалось, но он продолжал двигаться.

Я видел его взгляд — пустой, разорванный, в нём не осталось ни воли, ни смысла.

А затем он замер, словно его ударило током.

Он задохнулся, споткнулся и упал на колени, хватаясь за горло, из которого вырывались глухие, рваные стоны. Он дрожал, судорожно дёргался, как марионетка с оборванными нитями, а затем…

Его рот медленно раскрылся.

Из глубины горла вылезла тёмно-синяя рука.

Я оцепенел.

Эта рука была безформенной, словно кусок живой тени, и в то же время невероятно реальной. Она дрожала, её длинные, изогнутые пальцы сжимались, искажая воздух вокруг себя.

Слуга захрипел, и тут же вторая рука вырвалась из его рта, разрывая кожу и кости. Его челюсть сломалась с отвратительным хрустом, кровь брызнула в стороны, но он не мог даже закричать — внутри него рождалось нечто иное.

Его голова начала распадаться, как гнилая ткань, а тело сотрясалось в судорогах, кожа разрывалась, мышцы рвались, и сквозь разрывы начало выползать Оно.

Тёмно-синее, безликое существо.

Я чувствовал его присутствие, и в тот же миг меня охватила волна леденящего ужаса.

Не физического страха — нет, нечто иное. Это был страх, пробуждающийся в самой глубине разума. Древний, первобытный, чуждый самому понятию жизни.

Воздух вокруг задрожал. Пространство будто искривилось, а мой разум сдавило чьё-то безжалостное, неизбежное присутствие.

Оно росло.

Тело слуги разрывалось на куски, от него осталась лишь бесформенная масса плоти, а существо, вылезшее из него, продолжало вытягиваться, выпрямляться. Оно не имело лица, но я чувствовал его взгляд.

Оно не имело рта, но я слышал, как оно дышит.

Оно не имело глаз, но я знал — оно видит меня.

Безликий.

Его форма всё ещё менялась, но в этом хаосе тьмы и бесконечных линий угадывался силуэт. Высокий, тонкий, нечеловечески изящный. Сама его суть вызывала отвращение и ужас — он не принадлежал этому миру.

И я осознал: передо мной не просто враг.

Передо мной — нечто, что никогда не должно было существовать.

Оно продолжало расти.

Сначала его тело было размытым, словно сотканным из густой, тёмной дымки. Но затем эта дымка начала сгущаться, приобретать плотность. Мышцы вздулись, раздутые, словно каменные глыбы. Каждая часть его тела искривлялась, становилась массивнее, обретая нечеловеческие пропорции.

Существо возвышалось надо мной, с каждым мгновением становясь всё более чудовищным. Его тело пульсировало, словно изнутри его наполняла нескончаемая, безумная сила. Руки удлинились, пальцы стали когтистыми, рёбра торчали под напряжённой кожей, покрытой тёмными, словно обгоревшими, наростами.

Когда оно наконец обрело форму, мир вокруг содрогнулся.

Аура Безликого хлынула во все стороны, как штормовая волна, и всё живое, что ещё оставалось в этом храме, просто исчезло. Камни покрылись трещинами, факелы потухли, а воздух наполнился зловонной, разлагающейся энергией.

Но самое страшное было даже не это.

Злоба.

Необузданная, яростная, всепоглощающая злоба.

Она давила на меня, разъедала разум, превращала мысли в хаос. Я чувствовал, как ненависть охватывает моё тело, как мои мышцы напрягаются, пальцы сжимаются в кулаки.

Я хотел разорвать его.

Я хотел уничтожить всё, что попадётся мне под руку.

Мой разум трещал под тяжестью этого чувства, словно кто-то пытался вытравить из меня всё человеческое, оставить лишь первобытную ярость.

Безликий медленно поднял голову, и даже без глаз я знал — он смотрит прямо на меня.

Его дыхание вырвалось наружу, тяжёлое, глубокое, звучащее так, словно из самого сердца бездны.

Я даже не успел осознать, что произошло.

В одно мгновение Безликий был передо мной, а в следующее — что-то холодное, словно сама смерть, пронзило мой живот.

Я не почувствовал боли сразу. Только странную пустоту. Как будто меня больше не существовало. Я посмотрел вниз — его рука прошла насквозь, изломанная, словно у существа, не знающего границ своего тела.

Кровь потекла по губам, по подбородку. Я не мог вдохнуть.

Мир исказился.

Все звуки стали далёкими, приглушёнными, как будто я слышал их из-под воды. Пол подо мной пошатнулся, и я понял, что падаю. Моё тело не подчинялось мне.

Но хуже всего была не боль.

Хуже всего был голос.

Не слова. Даже не шёпот.

А бесконечный хор голосов внутри меня.

Они разрывали мой разум, нашёптывая, крича, смеясь, плача. Я слышал тысячу разных жизней, переживал их страдания, видел смерть их родных, их сломленные судьбы. Это были не просто крики. Это были они.

Жертвы Безликого.

Каждое мгновение их страданий впивалось мне в мозг, как ржавые гвозди.

Я видел мальчика, который замерзал в снегу, сжимая в руках обрывок материи — последнее, что осталось от его семьи.

Видел женщину, которая с ужасом смотрела на горящее поле, осознавая, что её дети всё ещё там, а она не может двинуться.

Видел воина, который умирал, сжимая в руках бесполезный, сломанный клинок, проклиная себя за то, что не смог защитить свой отряд.

Их смерть стала частью меня. Их отчаяние пропитало мои кости.

Я тонул в этом.

Безликий выдернул свою руку, и вместе с ней из меня ушло что-то важное. Что-то, что делало меня человеком.

Я рухнул на пол.

Мир вокруг был далёким. Только моё собственное дыхание, судорожное, булькающее в крови, напоминало, что я ещё жив.

Но внутри меня разрасталась тьма.

Она смотрела.

И она ждала.

Я лежал на холодном каменном полу, чувствуя, как жизнь уходит из меня.

Рана в животе пульсировала, но боль не была самой страшной. Нет. Кошмар начался, когда кровь начала застывать, а тело — сворачиваться в спазмах.

Сначала пошли судороги.

Грудь сдавило так, будто невидимые когти разрывали меня изнутри. Я хотел вдохнуть, но лёгкие заполнились чем-то густым, липким. Воздуха не было. Только удушающая, всепоглощающая боль.

Я захрипел, и горячая кровь хлынула изо рта. Она капала на камень, расползаясь чёрными пятнами.

Руки дрожали, пальцы не слушались. Я попытался приподняться, но колени подломились, и я рухнул обратно.

Безликий смотрел на меня.

Его безликая тварь стояла неподвижно, будто изучая агонию, впитывая её.

А я... Я чувствовал его.

Его присутствие проникало в мой разум, разбивая его на куски. Воспоминания вспыхивали, мешались друг с другом, теряли смысл. Я видел лица своих друзей, слышал их крики.

Роан. Гельберт. Драйн. Милос. Элронд. Все они.

Они были рядом... или я просто сходил с ума?

Тело начало ломаться.

Внутри меня что-то сдвинулось. Кости? Внутренности? Я не знал. Но боль была настолько сильной, что я заорал, хотя мой голос был лишь хриплым, рваным звуком.

Кожа начала лопаться.

Словно что-то изнутри разрывалось, пытаясь вырваться наружу.

Я снова захрипел, и куски плоти с кровавыми сгустками вырвались вместе с кашлем.

Всё горело. Всё было неправильным.

Я больше не чувствовал своих ног. Не чувствовал пальцев.

Я умирал.

И самое страшное...

Самое страшное было то, что он всё ещё смотрел.

Безликий не двигался. Он просто наблюдал.

Как будто моё умирание было частью чего-то большего.

Чего-то, что я не мог понять.

Моё зрение угасало. Мир мерцал.

Последний вдох.

Последний глоток боли.

Тьма.

752 год от Рождения Анхы запомнился как второе "сошествие Безликого".

Эта дата, словно глубокая, гноящаяся рана, навсегда осталась в истории, запечатлев в себе жестокую смерть отряда Рудольфа Хельварда и его самого.

Роан, последний из выживших, умер через неделю после гибели своих товарищей. Официальная причина смерти — неизвестна. Его тело, как и останки остальных, исчезло из местного госпиталя спустя сутки после его кончины.

А затем исчезло всё.

Все следы того похода, все улики, все записи. Будто бы ничего и не было.

Этим занялся лично один из основателей Легиона.

Он понимал: мир не должен знать правду. Безликий вернулся.

А спустя два месяца началась одна из самых масштабных войн с нежитью, которая длится по сей день.

Глава 5

Наши дни.

Вальдрас, 803 год от Рождения Анхы

Прошёл год с великих событий в Йоктуне. Мир не остановился, и столица Контдаса продолжала своё развитие.

Вальдрас — огромный мегаполис, стоящий на пересечении главных торговых путей. Река, пересекающая город, остаётся артерией торговли, по которой плывут корабли, нагруженные товарами со всех концов континента. В воздухе над улицами неспешно двигаются магические дирижабли, в переулках гудят паровые машины, а в мастерских маготехники работают над новыми изобретениями.

Год, прошедший с событий в Йоктуне, принёс и процветание, и проблемы:

Власть Альбрехта IV Вальдрасского укрепилась, но ему всё сложнее удерживать баланс между магами, торговцами и преступными группировками.

Гильдии головорезов стали хитрее – они уже не просто устраивают налёты, а проникают во власть, находя среди чиновников тайных союзников.

Технологии шагнули вперёд, но появились магические сбои, нарушающие привычный ритм жизни. Некоторые подозревают, что это не случайность.

Несмотря на всё это, город живёт: шумные рынки, аристократические балы, теневые сделки и магические эксперименты создают уникальную атмосферу Вальдраса – города, где магия и прогресс идут рука об руку.

Будни Вальдраса – Жизнь Обычных Жителей

Вальдрас – город, который никогда не спит. Здесь не бывает тишины: днём улицы наполнены деловыми разговорами, гулом повозок и паровых машин, а ночью – звуками таверн, механических мастерских и теневых сделок.

Раннее утро

Город просыпается с первыми лучами солнца. На берегах реки открываются рынки: торговцы выкладывают фрукты, специи, меха и оружие. Паровые телеги развозят товары, маги-грузчики с помощью левитации перегружают ящики с кораблей на склады.

На городских улицах идут на работу ремесленники, механики, маги-инженеры. В мастерских уже куют клинки, чинят дирижабли и создают маготехнические артефакты. В воздухе пахнет дымом, металлом и свежим хлебом – в булочных пекут горячие лепёшки и пироги.

Аристократия в это время неспешно завтракает в своих особняках. Они пьют чёрный чай из дальних земель, читают магические газеты и обсуждают последние политические слухи.

Дневная суета

В полдень улицы заполнены людьми.

Ученики магических академий торопятся на занятия, изучая формулы заклинаний прямо на ходу.

Купцы ведут торги, пытаясь сбить цену на заморские ткани и зачарованные клинки.

Караваны направляются к главным воротам Вальдраса, провожаемые стражниками.

В преступных районах тёмные личности договариваются о ночных сделках.

В центре города, на главной площади, маги-изобретатели проводят демонстрации новых устройств: паровые генераторы, зачарованные фонари, механические часы. Народ собирается, удивлённо наблюдая за прогрессом.

Вечер и ночь

С заходом солнца Вальдрас не затихает – он преображается. В богатых районах начинаются балы и званые ужины, где магическая элита обсуждает новые законы и исследования. В трущобах зажигаются масляные фонари, а преступные группы выходят на улицы.

Таверны наполняются путешественниками, наёмниками и моряками, обсуждающими последние слухи о дальних землях. В одном углу гремят кости игральных кубиков, в другом музыкант играет на лютне старую балладу.

А в тёмных переулках идёт другая жизнь – контрабандисты договариваются о перевозке артефактов, убийцы получают заказы, а воровские шайки планируют следующий налёт.

Так живёт Вальдрас – город, где торговцы делают состояние, а маги двигают науку вперёд. Где преступники плетут заговоры, а стража следит за порядком. Где ни один день не похож на другой.

История простого человека

Его звали Райнер Хальдман. Ему было всего 25 лет, но жизнь уже успела оставить на нём глубокие шрамы. Он был простым работягой — сыном кузнеца, который когда-то держал небольшую мастерскую в центре Вальдраса. Но год назад его отец умер, и вместе с телом в землю легли неоплаченные долги.

Райнер унаследовал не только фамилию, но и груду долгов, которые немедленно обрушились на него. Его дом, мастерская, все сбережения — ушли на выплату процентов. Ростовщики не знали жалости, и вскоре у Райнера не осталось ничего, кроме крошечной комнаты в трущобах, жены и трёхлетнего сына, которого он любил больше жизни.

Каждый день – борьба за выживание

Райнер работал с рассвета до глубокой ночи. Он сменил несколько занятий: был грузчиком в порту, копал каналы, чинил крыши и даже разбирал старые механизмы на запчасти. Но денег всегда не хватало.

Еда становилась роскошью. Часто он не ел, чтобы накормить сына и жену. Зимой им приходилось спать в одежде, потому что дров не было.

Райнер пытался держаться. Он знал, что если сломается — его семья погибнет.

Но однажды всё стало ещё хуже.

Последний удар судьбы

Однажды вечером, когда Райнер возвращался домой после смены, к нему подошли двое мужчин в чёрных плащах. Это были люди ростовщика, которому он всё ещё был должен.

– Срок вышел, Хальдман.

– Но я заплатил! – Райнер сжал кулаки.

– Ты заплатил часть. А процент идёт.

Они дали ему три дня, иначе… его жена и ребёнок могут исчезнуть.

Райнер шёл по грязным улицам Вальдраса, сжимая в кармане последние три астры. Три дня. Он знал, что этого времени ему не хватит. Долг висел над ним, как петля на шее, а теперь под ударом оказались его жена и сын.

Когда он открыл дверь их крошечного жилища, его встретил голодный взгляд жены.

— Ты что-нибудь принёс? — голос её был тихим, без надежды.

Райнер молча высыпал на стол несколько монет. Этого хватит на хлеб и воду.

Жена кивнула и ушла, ничего не сказав. Она привыкла не задавать вопросов. Страх поселился в её глазах с тех пор, как в их жизни появились люди в чёрных плащах.

Райнер сел на жёсткую кровать, а сын тут же залез к нему на колени.

— Папа, а у нас будет сладкий хлеб?

Райнер сжал зубы. Как объяснить трёхлетнему ребёнку, что даже обычного хлеба может не быть?

— Будет, сынок. Скоро.

На следующий день он пошёл на работу. Таскал мешки с мукой на складе, пока его плечи не начали гореть от боли. За это ему заплатили пять астр.

По пути домой он зашёл к Грегору, владельцу харчевни.

— Мне нужна работа, любая, — сказал Райнер, опираясь на стойку.

Грегор покачал головой.

— Райнер, у меня нет лишних мест. Если хочешь — можешь мыть посуду за еду.

Это означало, что денег он не получит. Только тарелку супа.

Райнеру оставалось два дня.

Когда он вернулся домой, его ждала жена в слезах.

— Они приходили, Райнер. Сказали, что если мы не заплатим, они… они…

Она не договорила. Её руки дрожали.

Райнер сел, уставившись в пустоту.

— У нас нет выбора…

В тот момент он понял: он больше не может жить, просто надеясь, что всё наладится.

Он встал, накинул старый плащ и вышел в ночь.

Теперь он шёл к тем, кто может помочь. Даже если это будет стоить ему души.

Райнер шагал по тёмным улочкам Вальдраса, крепко сжимая плащ на груди. В воздухе пахло гарью и дешёвым спиртом – он шёл туда, куда закон не доходил.

В районе Семи углов правили гильдии головорезов. Здесь можно было найти работу для отчаявшихся – грязную, опасную, но быструю. Райнер не хотел переходить эту черту, но выбор у него был небольшой.

У двери таверны "Сломанный гриф" стояли двое громил, лениво переговариваясь. Райнер остановился, сжав кулаки.

— Мне нужен заработок, — сказал он, пытаясь звучать уверенно.

Один из громил приподнял бровь.

— Работа есть всегда. Вопрос в другом – ты готов?

Райнер кивнул.

Его провели внутрь, где за столом сидел лидер местной банды – Гастон Череп. Шрам на его лице говорил сам за себя.

— Итак, парень, ты хочешь заработать? У нас нет дел для мягкотелых.

Райнер сглотнул.

— Я сделаю всё, что нужно.

Гастон усмехнулся.

— Отлично. Тогда начнём с простого. Один торговец задолжал нам двести астр. Напомни ему, что долг надо возвращать.

Райнер почувствовал, как сжимается горло. Он сам был в такой же ситуации.

Но выбора у него не было.

Райнер взял сложенный пергамент, быстро кивнул Гастону и вышел, не оборачиваясь. Ему было не по себе. Он шёл быстрым шагом, стараясь не думать о том, что собирается сделать.

Как только Райнер ушёл, в таверну вошёл Райнхард.

Он двигался уверенно, без спешки. Высокий, широкоплечий, в тёмном плаще, он окинул помещение холодным взглядом. Его коротко остриженные светлые волосы слегка блеснули в свете ламп.

Гастон Череп оторвал взгляд от кружки и ухмыльнулся.

— Опоздал, Райнхард. Уже нашёл для работы нового мальчишку.

Райнхард сел напротив, скрестив руки на груди.

— Ты снова берёшь на дело непроверенных людей?

— А что? Он голодный, у него долги, он сделает всё, что скажут, — Гастон пожал плечами.

Райнхард недовольно покачал головой.

— Если он облажается, проблем будет больше, чем пользы.

— Да ладно тебе, если что, разберёшься, как обычно, — усмехнулся Гастон. — К тому же, ты ведь мой главный человек.

Райнхард вздохнул.

— Надеюсь, он справится. Но если нет… то разбираться с этим придётся мне.

Райнхард вышел из таверны, оглядел улицу и направился следом за Райнером. Он двигался быстро, но не спеша, словно знал, что догонит его в нужный момент.

Райнер, не подозревая о слежке, продолжал идти по узким улочкам Вальдраса. Он перебирал в голове разные варианты – как говорить с этим торговцем, как не сорваться и не запачкать руки.

Наконец, он вышел на площадь у Старого моста. Река отражала тусклый свет фонарей, а вдоль набережной тянулись лавки и склады.

Он сверился с адресом на пергаменте – магазин тканей и украшений Марло Грейса находился в углу площади.

Внутри ещё горел свет, и Райнер нерешительно замер у двери.

— Ну же, просто поговорить… без насилия… — пробормотал он.

Но когда он поднял руку, чтобы постучать, чья-то сильная рука легла ему на плечо.

Райнер дёрнулся и резко обернулся.

Перед ним стоял Райнхард, его взгляд был холодным и тяжёлым.

— Не здесь, — тихо, но твёрдо сказал он.

— Что?.. — Райнер растерялся.

Райнхард слегка подтолкнул его прочь от двери и повёл в сторону тёмного переулка.

— Гастон дал тебе задание, но не объяснил главного. Здесь всё не так просто.

Райнхард завёл Райнера в узкий переулок между лавками. Вдалеке слышался плеск реки, а где-то дальше на площади гремел смех гуляк.

— Слушай внимательно, — тихо сказал Райнхард, глядя ему прямо в глаза. — Гастон дал тебе задание, но он не сказал всей правды.

Райнер нахмурился.

— Что ты имеешь в виду?

Райнхард скрестил руки.

— Марло Грейс уже пытался заплатить, но Гастон специально тянет время, чтобы долг рос. Он хочет, чтобы у Марло не осталось выбора и он залез в ещё большую яму.

Райнер сжал кулаки.

— Почему он так делает?

Райнхард усмехнулся.

— Потому что Гастон — не просто ростовщик. Он ломает людей, превращает их в тех, кто будет работать на него всю жизнь. Или пока не сдохнут.

Райнер почувствовал, как внутри вскипает гнев.

— Так почему ты вообще здесь? Ты ведь его человек…

Райнхард пристально посмотрел на него.

— Потому что я контролирую ситуацию. Я не позволяю Гастону заигрываться. Но сам я не могу вмешиваться напрямую.

— А я могу? — горько усмехнулся Райнер.

Райнхард кивнул.

— Ты ещё не в деле. Ты можешь просто взять деньги у Марло и сказать, что вопрос закрыт. А можешь помочь ему по-настоящему.

Райнер посмотрел на него с недоверием.

— И как?

Райнхард слегка наклонился к нему.

— Узнать, почему Гастон так интересуется этим человеком. Марло не просто торговец. У него есть что-то ценное.

Райнер напряжённо всматривался в лицо Райнхарда, но тот оставался непроницаемым.

— Если он не просто торговец, тогда кто он? — наконец спросил Райнер.

Райнхард кивнул в сторону магазина.

— Узнаешь сам. Но будь осторожен. Если Гастон узнает, что ты копаешь глубже, чем нужно, — он тебя не оставит в живых.

Райнер невольно сглотнул.

— Ты серьёзно?

— Гастон не любит, когда нарушают его правила, — спокойно ответил Райнхард. — Если хочешь жить — научись играть по своим.

С этими словами он развернулся и скрылся в темноте переулка, оставив Райнера одного.

Парень глубоко вздохнул, снова посмотрел на дверь магазина.

"Что ж, посмотрим, что ты за человек, Марло Грейс…"

Он собрался с духом и постучал в дверь.

Спустя мгновение внутри послышались шаги. Дверь открылась, и на пороге появился мужчина лет сорока. Свет фонаря осветил его уставшее лицо, резкие черты и напряжённый взгляд.

— Вы по делу? — голос его был сух и насторожен.

Райнер сделал шаг вперёд.

— Меня прислал Гастон. Нам нужно поговорить.

Марло нахмурился, оглядел переулок, затем пригласил его внутрь.

Как только дверь закрылась, торговец крепко схватил Райнера за руку.

— Скажи мне сразу: ты пришёл угрожать или слушать?

Райнер замер. Его первое желание было вырвать руку, но он сдержался. Глаза Марло смотрели прямо в него — не с испугом, а с ожиданием.

— Слушать, — наконец ответил Райнер.

Марло внимательно изучал его несколько секунд, затем кивнул и отпустил.

— Хорошо. Тогда садись.

Он провёл Райнера вглубь магазина, где между прилавками с дорогими тканями и украшениями стоял массивный стол. В углу теплился свет масляной лампы.

Марло уселся напротив, скрестив руки.

— Гастон сказал, что мне нужно заплатить. Я заплачу. Но ты ведь не просто передатчик, верно?

Райнер почувствовал, как внутри всё сжимается. Он ещё не знал, на чьей он стороне, но чувствовал, что Гастон что-то скрывает.

— Мне сказали, что ты пытался заплатить раньше, но Гастон отказался, — осторожно сказал он.

Марло горько усмехнулся.

— Да, отказался. Потому что он хочет не деньги.

Райнер нахмурился.

— А что?

Марло какое-то время молчал, затем медленно потянулся под стол. Райнер напрягся, но торговец просто достал потрёпанный старый дневник.

— Гастон охотится за этим.

Райнер нахмурился.

— Это просто книга…

Марло покачал головой.

— Это дневник моего деда. Он был не просто торговцем. Он знал тайны Вальдраса, те, которые многие предпочли бы забыть.

Райнер почувствовал, как внутри вскипает интерес и страх одновременно.

— И что же там написано?

Марло медленно раскрыл дневник и постучал пальцем по старой пожелтевшей странице.

— То, что может уничтожить всё, что построил Гастон.

Марло пристально смотрел на Райнера, ожидая его реакции.

Райнер провёл пальцем по жёлтой странице дневника. Бумага была старая, но буквы чёткие.

— И что именно здесь написано?

Марло на мгновение задумался, затем глубоко вздохнул.

— Здесь говорится о людях, которые управляли этим городом ещё до нынешней монархии. О том, как они пришли к власти.

Райнер напрягся.

— И что же в этом такого, чтобы Гастон хотел это заполучить?

Марло слегка прищурился.

— Дело в том, что Гастон не просто преступник. Он связан с тем, что скрывает этот дневник.

Райнер нахмурился, но прежде чем он успел что-то сказать, послышался громкий стук в дверь.

Марло тут же захлопнул дневник и спрятал его под стол.

— Кто-то ещё должен прийти? — прошептал Райнер.

Марло молча покачал головой.

Стук повторился. Тяжёлый, требовательный.

Марло встал и направился к двери, но прежде чем он успел дойти, дверь распахнулась.

На пороге стоял Райнхард.

Его тёмный взгляд скользнул по комнате, затем остановился на Райнере.

— Кажется, Гастон не предупреждал, что ты будешь таким любопытным, — холодно сказал он.

В комнате повисла напряжённая тишина. Райнер почувствовал, как по спине пробежал холодный пот.

Марло крепко сжал кулаки, но сумел сохранить спокойствие.

— Чем обязан визиту? — осторожно спросил он.

Райнхард закрыл за собой дверь и медленно шагнул вперёд. Его движения были расслабленными, но в них сквозила угроза.

— Гастон прислал меня убедиться, что ты вовремя заплатишь, — ответил он. — И чтобы проверить, нет ли у тебя… ненужных знакомств.

Райнхард взглянул на Райнера, задержавшись на нём чуть дольше, чем следовало.

— Он просто передал мне послание, — быстро сказал Марло. — Всё, как и договаривались.

Райнхард посмотрел на него с лёгкой насмешкой.

— Договоры с Гастоном часто меняются. Ты же знаешь.

Марло стиснул зубы.

— Я заплачу. Но не раньше завтрашнего вечера.

Райнхард молча посмотрел на него, затем медленно кивнул.

— Хорошо. Будем считать, что ты держишь слово.

Он ещё раз скользнул взглядом по Райнеру, затем повернулся к выходу.

— А ты, новичок, — произнёс он, остановившись в дверях, — помни: вопросы — не твоя работа.

После этого он исчез в темноте улицы, оставив после себя ощущение надвигающейся опасности.

Марло выдохнул и тяжело опустился на стул.

— Ты понял, с кем связался? — тихо спросил он у Райнера.

Райнер не ответил. Он смотрел на закрытую дверь и чувствовал, как что-то внутри него подсказывает: назад дороги уже нет.

Райнер тяжело сглотнул, пытаясь унять дрожь в руках. Встреча с Райнхардом оставила после себя давящее ощущение страха, но внутри зарождалось ещё одно чувство — злость.

— Чёрт… — тихо выдохнул он, сжав кулаки.

Марло покачал головой и потёр лицо ладонями.

— Ты только начал работать на Гастона, а уже привлёк его внимание. Это плохо, Райнер.

— Я не делал ничего против него, — резко ответил Райнер.

Марло устало вздохнул.

— Дело не в этом. Он не терпит тех, кто слишком много знает.

Райнер нахмурился, но прежде чем он успел что-то сказать, Марло продолжил:

— Ты спросил, зачем ему этот дневник? Хорошо. Я скажу тебе.

Он вытянул старую книгу из-под стола и раскрыл её на середине.

— Здесь описаны тёмные дела, на которых строился Вальдрас. Гильдии, убийства, исчезновения людей… Гастон — часть этой истории.

Райнер склонился над страницами.

— Это что, хроника преступного мира?

Марло кивнул.

— Можно сказать и так. Но главное здесь — один человек.

Он перевернул страницу, и Райнер увидел старый рисунок — угольный набросок мужчины с резкими чертами лица и пронизывающим взглядом.

— Это… Гастон?

Марло покачал головой.

— Нет. Это тот, кто создал всё, что есть у Гастона сейчас. Человек, которого официально не существует.

Райнер почувствовал, как у него пересохло в горле.

— И что с ним случилось?

Марло мрачно усмехнулся.

— Если бы я знал… Может, он мёртв. Может, он до сих пор где-то там, в тени.

Он резко закрыл дневник.

— Слушай меня внимательно, Райнер. Теперь ты замешан во всём этом. Отступать поздно.

Райнер глубоко вздохнул.

— И что мне теперь делать?

Марло внимательно посмотрел на него.

— Если ты умный — держись подальше от Гастона. И никогда… никогда не задавай вопросов, на которые не готов услышать ответ.

Но Райнер уже понимал, что обратно дороги нет.

Райнер молчал, ощущая, как внутри нарастает тревога. Он уже перешагнул черту, и теперь у него было два пути: либо подчиниться правилам Гастона, либо искать способ выбраться из этой ловушки.

Марло поднялся и тяжело вздохнул.

— Что ты собираешься делать?

Райнер провёл рукой по лицу, обдумывая всё.

— Пока… просто работать. Делать то, что скажут. Но мне нужно разобраться в этом.

Марло покачал головой.

— Ты слишком наивен. В этом мире вопросы не делают тебя умнее. Они делают тебя мертвым.

Райнер стиснул зубы, но ничего не сказал.

— Ладно, — наконец выдохнул Марло. — Если ты собираешься оставаться в этом дерьме, тебе нужно научиться играть по правилам.

Он шагнул к полке, достал небольшой мешочек с монетами и кинул его Райнеру.

— Это твоя первая плата. 50 астров. Завтра тебя вызовут для нового дела. Будь осторожен.

Райнер кивнул, но внутри уже понимал — он не собирается оставаться в этом навсегда.

Следующий день

Город просыпался медленно. Узкие улочки Вальдраса наполнялись запахами утреннего хлеба, дымом из кузниц и голосами торговцев.

Райнер шагал к встречному пункту, который указал ему Марло. Его одежда была неопрятной, а под глазами виднелись следы плохого сна.

У одного из складов уже ждал Райнхард.

— Ты не опоздал. Уже хорошо, — сухо бросил он, разглядывая Райнера. — Гастон поручил тебе простое дело.

Райнежал кулаки.

— Какое?

Райнхард кивнул в сторону ближайшей таверны.

— Долги. Старик задолжал 200 астров, но у него только 100. Твоя задача — взять остальное.

Райнер напрягся.

— Если у него нет денег?

Райнхард ухмыльнулся.

— Тогда возьми что-то ценное.

Райнер почувствовал, как внутри что-то оборвалось.

— И если он откажется?

Райнхард посмотрел на него в упор.

— Тогда сломай ему пару пальцев.

Райнер понял, что выбора у него нет.

Райнер сжал кулаки, чувствуя, как внутри всё переворачивается. С

Райнер тяжело дышал, держась за живот. Удар был поставлен мастерски — не сломал рёбра, но заставил корчиться от боли.

Гастон снова сел, лениво глядя на него.

— Встань, — приказал он, постукивая пальцами по столу.

Райнер медленно поднялся, не глядя ему в глаза.

— Хорошо, раз ты решил пожалеть этого старика, — голос Гастона был мягким, но в нём сквозил яд. — Значит, ты покроешь его долг из своего кармана.

Райнер вздрогнул.

— Но… у меня нет таких денег.

Гастон усмехнулся.

— Ошибаешься. Теперь ты мне должен.

Райнер почувствовал, как земля уходит из-под ног.

— С процентами, — добавил Гастон, пожав плечами. — Скажем, 300 астров.

Райнер внутри похолодел. Это была сумма, которую он не сможет выплатить… никогда.

— Но я…

— Ты можешь отказаться, — Гастон резко наклонился вперёд, его взгляд стал ледяным. — Тогда я пошлю людей к тебе домой. Думаю, твоя жена и ребёнок будут рады расплатиться вместо тебя…

Всё внутри Райнера перевернулось.

— Нет! — выкрикнул он, даже не осознавая.

Гастон ухмыльнулся.

— Тогда работай.

Райнхард, всё это время стоявший в стороне, молча наблюдал.

Гастон снова откинулся в кресле.

— Завтра у тебя будет новое задание. Придёшь к рассвету.

Райнер кивнул, стиснув зубы.

— Свободен.

Райнер развернулся и вышел.

Райнхард задержался на секунду, взглянул на Гастона, затем тоже молча вышел следом.

Ночь. Дом Райнера.

Райнер вошёл в дом тихо, стараясь не разбудить семью.

Но жена не спала.

— Ты поздно… — её голос был тихий, но в нём чувствовалось беспокойство.

Райнер подошёл, сел рядом.

Он не мог сказать правду.

— Работа… задержали.

Жена пристально посмотрела на него.

— Ты не врёшь?

Райнер отвёл взгляд.

— Нет.

Она вздохнула и, кажется, решила не спрашивать.

Райнер тихо обнял её.

Но в груди бушевало отчаяние.

Он попал в западню. И выбраться будет почти невозможно.

Утро. Подземелье Гастона.

Райнер стоял перед массивной дверью, ведущей в логово Гастона. Его руки сжимались в кулаки, внутри всё кипело — страх, гнев, отчаяние.

Райнхард открыл дверь и кивнул ему на вход.

— Живо.

Райнер прошёл внутрь.

Гастон сидел за столом, изучая бумаги. Он даже не поднял голову.

— Сколько принёс?

Райнер осторожно положил на стол мешочек. Гастон лениво развернул его, пересчитал монеты пальцем.

— Маловато…

Райнер побледнел.

— Но я… я отдал всё, что смог.

Гастон наконец взглянул на него. В его глазах не было ни капли сочувствия.

— Тогда отдашь остаток другим способом.

Он щёлкнул пальцами.

Из тени вышли двое — один держал длинный нож, другой играл костяшками пальцев.

— Выбери, — усмехнулся Гастон. — Либо ещё работа, либо мы берём своё прямо сейчас.

Райнер задержал дыхание. Он понял, что выбора у него нет.

— Работа… — прошептал он.

Гастон довольно кивнул.

— Хороший мальчик.

Он бросил ему сложенный клочок бумаги.

— Сегодня ночью. Ты знаешь место.

Райнхард молча наблюдал за этим разговором.

Райнер сжал бумагу, чувствуя, как ещё глубже погружается в бездну.

Ночь. Узкие переулки Вальдраса.

Райнер быстрым шагом двигался по тёмным улочкам. В руках он сжимал клочок бумаги с заданием.

Гастон поручил ему ограбить одного из клиентов, который задолжал деньги. Ирония ситуации вызывала у Райнера горький смех— теперь он сам стал тем, кого недавно ненавидел.

Он дошёл до нужного дома. Небольшое, но богатое здание с коваными решётками на окнах. Внутри горел свет — кто-то ещё не спал.

Райнер выдохнул, достал нож и направился к двери.

— Ты опоздал.

Голос позади заставил его вздрогнуть.

Райнхард стоял в тени, скрестив руки.

— Не делай глупостей, парень. Делай, что сказали, и останешься жив.

Райнер кивнул и медленно вошёл в дом.

Внутри дома.

Тихо, почти беззвучно он пробрался в гостиную. На столе лежала сумка с золотыми астрами.

«Это займёт секунду», — подумал он, протягивая руку.

Но вдруг в дверном проёме появился мужчина в халате.

— Что за…

Райнер не думал — он рванулся вперёд, ударил кулаком в лицо, сбивая мужчину с ног. Тот рухнул, ударившись головой о край стола.

Тишина.

Райнер застыл, грудь сжималась от паники.

Он наклонился, проверил пульс…

И почувствовал холод на шее.

Райнхард стоял за спиной, его клинок был слишком близко.

— Ты облажался.

Райнер замер, чувствуя, как лезвие Райнхарда касается его кожи. Сердце колотилось, словно пытаясь вырваться из груди.

— Я… я не хотел, — прошептал он, всё ещё глядя на неподвижное тело хозяина дома.

Райнхард молча смотрел на него. Его глаза не выражали ничего, кроме холодного расчёта.

— Теперь ты труп.

Райнер вздрогнул.

— Что?

— Гастон не простит ошибки. Ты должен был просто забрать деньги, а теперь оставил за собой труп.

Райнер сжал кулаки.

— Это была самозащита!

Райнхард усмехнулся.

— Гастону плевать. Ты думаешь, он будет разбираться?

Райнер понимал, что тот прав.

Если он вернётся — его убьют.

Если не вернётся — его найдут и убьют.

Вариантов не было.

— Есть только один выход.

Райнхард убрал клинок.

— Беги.

Райнер поднял голову.

— Ч-что?

— Ты не доживёшь до утра, если останешься. Бери семью и исчезни.

Райнхард посмотрел на труп.

— Я задержу их, насколько смогу. Но если ты промедлишь — я сам тебя прикончу.

Райнер почувствовал, как ледяной страх пронизывает его тело.

Он бросился к выходу.

Времени не было.

Глухая ночь. Дом Райнера.

Райнер влетел в дом, захлопнув дверь. Дыхание сбивалось, в голове пульсировала одна мысль — он убил человека.

В углу комнаты его жена, Элли, испуганно смотрела на него.

— Райнер? Что случилось?

Он не мог говорить. В груди всё горело, он опустился на колени, сжав голову руками.

— Я… Я натворил глупость…

Элли подошла, осторожно положила руку на его плечо.

— Что ты сделал?

Райнер поднял голову, полную страха.

— Я убил человека…

Её глаза расширились.

— О, боги…

— Я не хотел! Он увидел меня… если бы я просто смог уйти… но он… он… — Райнер сжал кулаки. — Гастон меня убьёт.

Элли взяла его за руки.

— Мы что-то придумаем…

Но он только горько усмехнулся.

— Не придумаем. Завтра он обо всём узнает.

Наступила тяжёлая тишина.

— Тогда… тогда мы сбежим, — прошептала Элли.

Райнер посмотрел на неё.

— Куда? У нас нет денег. Гастон найдёт нас в любом месте этого города.

Она прижала руки к лицу, дрожа.

— Что же нам делать?..

Райнер сжал зубы.

— Я найду выход.

Он поднялся. В его глазах появился блеск отчаяния.

Завтра он пойдёт к Гастону.

Если получится — он выкрутится.

Если нет…

Он уже знал, чем всё закончится.

Ночь перед безумием

Райнер стоял у окна, глядя на тихие улицы Вальдраса. Где-то вдалеке слышались крики пьяных гуляк, но внутри него было абсолютное молчание.

Каждая секунда тянулась, как вечность. Мысли метались в голове, будто загнанные звери, но выход был только один.

Он знал, что завтра его жизнь изменится навсегда.

— Я не позволю им забрать у меня всё.

Райнер повернулся к кровати, на которой сидела Элли. Она крепко прижимала к себе их сына, словно пыталась защитить его от всей боли этого мира.

— Я придумал план.

Элли встревоженно посмотрела на него. Её руки дрожали, взгляд метался между лицом мужа и спящим ребёнком.

— Что за план?

Райнер сел рядом, взяв её за руку. Его пальцы были холодными, напряжёнными.

— Я ограблю богача.

Элли вскочила, глядя на него с ужасом.

— Что?!

— Это единственный выход.

В комнате повисла тяжёлая тишина.

— Райнер… — её голос дрожал. — Ты только что убил человека! Ты хочешь снова лезть в преступления?

Райнер вздохнул.

— У нас нет выбора. Если я пойду к Гастону ни с чем — он меня убьёт. Если сбегу сейчас — нас найдут. Но если у нас будут деньги…

Элли сжала кулаки. В её глазах плескался страх, но вместе с ним была и злость.

— И кто твоя цель?

Райнер усмехнулся, но в его улыбке не было радости.

— Один из тех, кто пользуется услугами Гастона. Богатейший торговец. У него в особняке целое состояние.

Элли закрыла лицо руками.

— Это самоубийство…

— А жить в страхе – нет?

Райнер поднялся, его глаза вспыхнули решимостью.

— Завтра ночью я сделаю это.

Он посмотрел на неё, на сына, на их маленький, бедный, но всё же родной дом.

— И тогда… мы уедем. Навсегда.

Ограбление

Ночь была тёмной, но тёплой. Вальдрас не спал — богатые устраивали пиры, бедные искали, чем бы заполнить желудки.

Райнер прятался в тени, наблюдая за особняком. Высокий забор, стража у входа, окна на втором этаже приоткрыты — шанс есть.

Он глубоко вдохнул. Назад дороги нет.

Забравшись на стену, он быстро скользнул в сад. Тишина. Два стражника впереди.

Считая секунды, он метнулся в сторону, прижавшись к стене. Один из охранников зевнул, потянулся — и в этот момент Райнер прыгнул в окно.

Тук.

Пол под его ногами чуть скрипнул. Он затаил дыхание.

Никто не услышал.

Перед ним был кабинет, стены которого увешаны картинами. В центре стоял тяжёлый дубовый стол, а за ним — огромный сейф.

Райнер быстро подошёл к нему, достал свёрток с отмычками. Руки дрожали. Он никогда раньше не вскрывал сейфы, но выхода не было.

Каждый поворот ключа отзывался эхом в голове.

Один… два… три…

Щелчок.

Дверца сейфа приоткрылась.

Деньги. Золото. Документы.

Райнер схватил мешок, набивая его купюрами и драгоценностями. Дыхание сбилось — столько богатства в руках за всю жизнь не держал.

Но вдруг…

— Ты ошибся домом, друг.

Холодный голос раздался за спиной.

Райнер резко развернулся.

Перед ним стоял мужчина в дорогом халате, держа в руке пистоль.

Ствол был направлен прямо в его голову.

Райнер замер, чувствуя, как по спине стекает холодный пот.

— Брось мешок. — Голос богача был ровным, но пистоль в руке не дрожал.

Райнер сглотнул. Времени на размышления не было.

Как только богач сделал шаг вперёд, Райнер резко метнулся в сторону, опрокидывая на него тяжёлый подсвечник.

— Чёрт! — богач выстрелил, но пуля ушла в стену.

Райнер бросился вперёд, сбивая мужчину с ног. Тот рухнул на пол, ударившись головой о край стола.

Тишина.

Райнер судорожно дышал. Он не знал, жив ли богач, но проверять было некогда.

Тревога!

Гул гонга разнёсся по особняку, а за ним послышались крики:

— Кто-то в доме! Поднять охрану!

Райнер схватил мешок и бросился к окну.

Он выпрыгнул во двор, приземлившись на клумбу. В ушах шумело, сердце бешено колотилось.

— Там! Хватайте его!

За спиной раздались крики и топот.

Райнер помчался по саду, перепрыгнул через ограду и исчез в переулках.

Но он не знал, что за ним уже ведут охоту.

Через несколько минут на крыши выскользнули тёмные фигуры в масках.

— Он далеко не уйдёт.

Они тихо двинулись в погоню.

Охота в ночи

Райнер мчался по узким переулкам, сжимая мешок с добычей. Ноги несли его вперёд, но страх гнал быстрее.

В ушах стоял звон тревожного гонга, разносившийся по всему району. Люди выглядывали из окон, но никто не пытался остановить беглеца. Каждый понимал: если кто-то бежит ночью — лучше не вмешиваться.

Но Райнер чувствовал — за ним идут.

Шорох на крышах. Быстрые тени. Кто-то опытный и опасный.

— Чёрт!

Он свернул в другой переулок, перескочил через деревянные ящики, но поскользнулся на грязи и рухнул на камни.

Глухой удар.

Боль пронзила бок, но он сразу же перекатился и посмотрел наверх.

Над ним застыла фигура в маске.

— Поймал. — Голос был холодным.

Райнер резко дёрнулся, схватил горсть грязи и метнул в лицо преследователя. Тот вздрогнул, на мгновение потеряв обзор, и этого хватило — Райнер вскочил на ноги и побежал дальше.

Позади раздался свист — сигнал остальным.

Теперь за ним охотились по-настоящему.

Нежданный спаситель

Райнер бежал из последних сил. Лёгкие горели, ноги с каждым шагом становились тяжелее. Тупик!

Он развернулся, но было поздно — из тьмы вышли двое.

Один — высокий мечник, сжимавший рукоять длинного клинка. Его движение было расслабленным, но в глазах читалась уверенность.

Второй — маг воды, молодой, но опасный. В его ладонях закрутились холодные потоки жидкости, готовые превратиться в смертоносное оружие.

Райнер застыл, как загнанный зверь.

— Ты и правда думал, что сможешь уйти? — мечник сделал шаг вперёд.

Маг воды поднял руку, формируя острое, как лезвие, лезвие изо льда.

— Прикончим его быстро.

Райнер сжал кулаки. Неужели это конец?

Внезапно раздался грохот.

Из бокового переулка, пробивая деревянную изгородь, вырвалась массивная фигура.

— Райнер, беги!

Райнхард.

Райнер вскинул голову. Какого чёрта он тут делает?!

Но времени на вопросы не было.

Райнхард схватил свою огромную секиру и с силой ударил о землю, поднимая клубы пыли.

— Ты чего ждёшь?! — рявкнул он.

Райнер вырвался из оцепенения и бросился прочь, пока мечник и маг воды переключились на Райнхарда.

— Кто ты, чёрт возьми? — мечник прищурился, вскидывая клинок.

Маг воды сжал пальцы, выпуская в Райнхарда ледяные стрелы.

Но Райнхард даже не шелохнулся.

— Проблемы не у меня, проблемы у вас.

Он резко шагнул вперёд, и бой начался.

Райнхард не колебался. Он прыгнул вперёд, и его секира с глухим свистом разрезала воздух.

Мечник успел среагировать — его клинок вспыхнул, отражая удар, но сила столкновения была столь велика, что его отшвырнуло на несколько метров.

— Этот ублюдок силён... — процедил мечник, с трудом приземляясь на ноги.

Но маг воды не ждал.

Он вскинул руки, и вокруг Райнхарда поднялись столбы воды, закручиваясь в смертоносные водяные лезвия.

— Попался.

Лезвия рванулись вперёд.

Но Райнхард, вместо того чтобы уклоняться, ударил секирой по земле.

Глухой удар.

Каменная мостовая разлетелась в щепки.

Мощная ударная волна разогнала водяные клинки, разбивая их в брызги.

— Что?! — маг воды не успел увернуться.

Райнхард мгновенно оказался перед ним.

Рука, словно клешня, сомкнулась на его горле.

— Маги слишком самоуверенные... — прорычал Райнхард и с силой метнул мага в ближайшую стену.

Треск кирпичей, глухой удар, пыль взвилась в воздух.

Но мечник не собирался стоять в стороне.

— А ну-ка, подыхай!

Клинок блеснул в темноте.

Но Райнхард успел развернуться и перехватить удар лезвием своей секиры.

Сила столкновения была настолько велика, что почва под ними растрескалась.

Они схлестнулись в схватке, лезвие против лезвия, мышца против мышцы.

— Какого чёрта ты вмешиваешься? — прошипел мечник.

Райнхард злобно усмехнулся.

— Потому что мне плевать на правила.

И, неожиданно, он ослабил натиск.

Мечник пошатнулся, не ожидая такой подлости.

И этого было достаточно.

Райнхард поднырнул под его защиту и нанёс удар локтем в грудь.

Мечник отлетел назад, прокатившись по земле, но тут же вскочил, облизывая кровоточащую губу.

— Ты... силён.

Райнхард вскинул секиру.

— А ты медлишь.

Но в этот момент раздался грохот.

Из разрушенной стены вырвался маг воды, в глазах пылала ярость.

— Я ТЕБЯ СОЖМУ В ВОДЯНОЙ ГРОБ!

Он вытянул руки, и из ближайшего водного резервуара взметнулась огромная водяная сфера.

Она была размером с целый дом.

— Ха, уже интереснее!

Райнхард разбежался и прыгнул вперёд, занося секиру.

Маг воды изогнулся в злобной ухмылке.

— ТЫ НЕ ПРОБЬЁШЬ ЭТО!

Райнхард не собирался пробивать.

Он собирался разнести всё к чертям.

Секира с силой рухнула вниз.

Взрыв.

Водяная сфера лопнула, словно гигантский пузырь, выбрасывая потоки воды во все стороны.

Но главное произошло потом.

Райнхард вложил в удар такую силу, что его секира не просто уничтожила атаку.

Она разнесла здание позади.

Огромные каменные стены осыпались.

Маг воды не успел увернуться.

Его завалило обломками.

Мечник остался один.

Он уже понимал, что битва проиграна.

— Чёрт возьми...

Райнхард поднял секиру, указывая ею на него.

— Сматывайся, пока можешь.

Мечник стиснул зубы, но он не был дураком.

— ты победил, но я не уйду без него.

Райнхард глубоко вздохнул и бросил взгляд в сторону, где скрылся Райнер.

— Теперь твоя очередь бежать…

Громада здания дрожала, трещины расползались по стенам, каменные блоки начинали осыпаться вниз, оставляя в воздухе клубы пыли. Райнхард стоял среди руин, тяжело дыша, держа секиру наперевес.

Ещё мгновение — и весь фасад обрушился.

— Чёрт, переборщил... — пробормотал он, скользя взглядом по развалинам.

Из-под груды камней раздался глухой кашель.

Маг воды был жив.

Он пытался выбраться, но куски кирпича и балки перекрыли ему путь.

Мечник, скрипнув зубами, бросился спасать товарища.

— Держись, сейчас вытащу!

Но Райнхард уже уходил.

Он развернулся, взвалил секиру на плечо и шагнул в темноту ночи.

Ему некогда было добивать их.

Главное — Райнер успел скрыться.

Громкий звон тревожных колоколов разносился по городу, освещённому фонарями и светом факелов.

Люди выбегали на улицы, стража сбегалась к месту происшествия.

Но Райнхард уже исчез.

Тени среди руин

В развалинах, где ещё витала пыль и пахло раскалённым камнем, появились три фигуры.

Они двигались бесшумно, скрытые плащами и масками, их одежда не выделялась среди ночи.

Один из них встал на край обрушенного здания, скрестил руки на груди и пристально осмотрел место разрушения.

— Значит, это он... — голос был низким, хриплым, будто человек долго курил или перенёс ранения в горло.

Второй, выше ростом, скинул капюшон, обнажив седые волосы и острый взгляд.

— Не думал, что он настолько силён.

Третий — коренастый, стоявший чуть поодаль, рассматривал следы битвы.

— Секира. Мощные, рубящие удары. Он бил без лишних движений, всё делал быстро...

Седовласый медленно провёл пальцем по одному из разрубленных деревянных столбов.

— Такой боец Гастону незачем. Слишком опасен.

— Скоро он станет проблемой.

Хриплый повернулся к остальным и глухо приказал:

— Найти его. Выяснить всё.

Затем он бросил последний взгляд на разрушенные улицы и исчез в темноте.

Мечник с усилием отбросил в сторону последний тяжёлый обломок, и маг воды, задыхаясь от поднявшейся пыли, наконец выбрался наружу.

— Живой? — спросил мечник, протягивая руку.

— Да... но чёртов ублюдок хорош. — маг воды поднялся на ноги, потирая плечо.

Они отошли в сторону, скрываясь в переулке, куда не доставал свет факелов городской стражи.

— Пора снимать это. — мечник потянулся к лицу и стянул маску.

В свете луны открылось знакомое лицо — Сауль.

Боров последовал его примеру, вытирая со лба пыль и пот.

— Я не думал, что он окажется таким сильным... — пробормотал он.

Сауль кивнул, оглядываясь на разрушенное здание.

— Райнхард… Чёрт, а я ведь слышал о нём. Говорят, правая рука Гастона, человек, который никогда не подводит.

Боров усмехнулся:

— Ну, теперь мы знаем, почему.

Они переглянулись.

Ветер пронёсся по узкому переулку, заставляя их плащи колыхаться.

— Что будем делать? — спросил Боров, глядя на друга.

Сауль долго молчал, затем спокойно сказал:

— Сначала узнаем, чего он хочет.

Боров задумчиво посмотрел на руины, затем перевёл взгляд на Сауля.

— Знаешь… — начал он, сложив руки на груди. — Такой воин, как он, не должен работать на мерзавцев вроде Гастона.

Сауль молча выслушал.

— Что ты предлагаешь?

Боров хмыкнул.

— Рассказать о нём Алеку. Легиону не помешает кто-то с такими навыками. Он словно ходячая крепость, ему можно доверить передовую.

Сауль задумался, глядя на улицу, по которой уже расходились охранники.

— Ты хочешь затащить в Легион человека, который прямо сейчас убивает и грабит ради Гастона?

— Я хочу дать ему выбор. — Боров склонил голову. — Кто знает, может, он просто оказался не там, где нужно?

Сауль вздохнул, убирая меч в ножны.

— Обсудим потом. Сначала надо понять, кто он на самом деле.

Когда Боров и Сауль уже собирались уйти, из переулка вылетел мужчина в разорванной ночной рубахе. Лицо его было перекошено от ужаса и ярости. За ним шла его жена с маленьким ребёнком на руках.

— Вы! — завопил он, указывая на руины своего дома. — Это вы сделали?!

Боров поднял руки.

— Погоди, мужик, давай без обвинений…

Но тот не слушал.

— Где мне теперь жить?! Это был мой дом, моя лавка! ВСЁ, ЧТО У МЕНЯ БЫЛО!

Он бросился на Сауля, но тот спокойно отступил, избежав удара.

— Чёрт возьми, это даже не мы! — раздражённо бросил Сауль.

— Мне плевать! — мужчина схватился за голову. — Вы дрались здесь! И теперь мой дом — ГРЁБАННЫЕ РАЗВАЛИНЫ!

Рядом раздался плач ребёнка. Женщина попыталась его успокоить, но сама едва сдерживала слёзы.

— Ты хоть представляешь, что ты натворил?! — продолжал кричать мужчина, вцепившись в одежду Сауля. — Мы копили годы, чтобы купить этот дом! И что теперь?! Спать под мостом?!

Боров скривился.

— Ладно… Ладно. Мы решим этот вопрос.

Мужчина тяжело дышал, его руки тряслись.

— РЕШИТЕ?! — он горько рассмеялся. — Да плевать мне, как вы это решите! Я хочу крышу над головой! Немедленно!

Боров и Сауль переглянулись.

— Чёрт… Придётся заплатить. — пробормотал Боров.

Сауль тяжело вздохнул.

— Мы разберёмся. Обещаю.

— Лучше бы так. — мужчина зло посмотрел на них. — Потому что если нет — я сам найду способ, чтобы с вами рассчитаться!

Боров устало провёл рукой по лицу.

— Отлично. Просто отлично…

Они развернулись и скрылись в темноте улиц, оставив позади рыдающую женщину, кричащего от отчаяния мужчину и обломки жизни, разрушенной в одну ночь.

Вальдрас, несколько часов спустя

В переулках столицы витала напряжённость. Люди в масках, недавно вступившие в бой с Райнхардом, скрылись в толпе. Боров и Сауль двигались по улицам, ведя осторожный разговор.

— Мы зря ввязались в это, — проворчал Сауль, бросая взгляд на руины дома, который разрушил Райнхард. — Теперь ещё и платить за это будем.

Владелец здания, уже ждал их, не пройзнося ни слова.

Боров подошёл к мужчине и бросил ему кожаный мешочек с астрами.

— Это покроет твои убытки.

Мужчина жадно схватил мешок, но его лицо было полно ненависти.

— Думаешь, можно просто заплатить и забыть?! Кто мне клиентов вернёт? Где я теперь буду жить?! Чёртовы наёмники!

Боров вздохнул, но ничего не сказал. Сауль лишь покачал головой и потянул его за собой.

— Мы засветились. Нам пора убираться отсюда.

Уже в другом районе, вдали от посторонних ушей, Боров заговорил:

— Этот Райнхард... Слишком силён. Я видел, как он дрался. Он буквально прошёл сквозь нас, как буря.

— Я заметил, — кивнул Сауль. — Он в одиночку держал нас обоих, и даже не выглядел уставшим.

Боров задумался, а затем осторожно предложил:

— Может, нам стоит рассказать о нём Алеку? Такой боец не помешал бы Легиону.

Сауль нахмурился, перекатывая эту мысль в голове.

— Обсудим это позже. Сначала разберёмся с артефактом.

Они исчезли в ночи, оставляя за собой лишь эхо их недавней битвы.

В логове Гастона

Райнхард стоял перед своим начальником, Гастоном, который расхаживал по комнате, выглядя крайне недовольным.

— Так значит, ты позволил ему уйти? — тихо, но с опасной ноткой в голосе произнёс Гастон.

— Он был слишком напуган. Всё равно далеко не убежит, — спокойно ответил Райнхард.

Гастон прищурился.

— Ты слишком мягок, Райнхард. Этот парень мне должен, и я не потерплю беглецов. Найди его и приведи ко мне. Живым. Пока что.

Райнхард молча кивнул, развернулся и ушёл.

В коридоре он остановился, глубоко вдохнул и тихо пробормотал:

— Не уверен, что смогу выполнить этот приказ...

Он сжал кулак, а в его голове мелькнула мысль: "Этот город превращает всех в должников".

Чуть позже.

Побег из ловушки

Райнер лихорадочно складывал вещи в потрёпанный мешок. Его пальцы дрожали, но он заставлял себя сохранять хладнокровие. Он знал, что времени у него немного.

"Гастон не простит мне такой дерзости. Если я не уйду сейчас, то просто исчезну без следа".

На столе лежало несколько монет, нож и пожелтевший от времени медальон. Он быстро сжал его в руке, словно черпая силы, затем спрятал в карман.

— Пора уходить, — прошептал он себе под нос.

Но едва он сделал шаг к двери, как снаружи раздался глухой удар.

Райнер замер.

— Райнер! — раздался низкий, грозный голос. — Время пришло!

Он резко повернулся к окну, но уже знал, что сбежать не успеет.

Дверь с треском распахнулась, ударив о стену. В проёме стоял Райнхард.

Его силуэт казался ещё массивнее в свете луны, а в руках он сжимал огромную секиру.

Смертельная схватка

— Ты думаешь, что можешь просто взять и исчезнуть? — прорычал Райнхард, шагая внутрь.

Райнер молча сжал нож в руке. Он знал, что в открытом бою ему не выстоять.

— Я не собираюсь умирать здесь, — ответил он, пытаясь держать голос ровным.

Райнхард усмехнулся.

— Ты и не будешь выбирать.

Он шагнул вперёд и взмахнул секирой.

Райнер бросился в сторону, перекатываясь по полу. Лезвие с грохотом врезалось в доски, оставляя после себя глубокий след.

Не теряя ни секунды, Райнер схватил ближайший стул и запустил его в громилу.

Райнхард даже не вздрогнул — стул разлетелся в щепки о его грудь.

— Жалкая попытка.

Он рванулся вперёд, но в этот момент Райнер швырнул в него горсть золы из камина.

— Чёрт! — рявкнул Райнхард, зажмурившись.

Этого мгновения было достаточно.

Райнер бросился к окну и, не раздумывая, прыгнул вниз.

Он приземлился на узкую улочку, ударившись плечом о брусчатку, но тут же вскочил.

Сзади раздался яростный рёв Райнхарда.

— Райнер!!!

Но тот уже мчался вперёд, растворяясь в ночи.

Теперь его ждала только дорога и охота, начатая его бывшим союзником.

Он бежал, пытаясь скрыться заходя в разные повороты.

Райнер тяжело дышал, чувствуя, как мышцы ноют от усталости. Его ноги едва держали, но он всё равно продолжал бежать. Впереди был ещё один поворот, ещё один шанс уйти…

Но, свернув за угол, он внезапно понял — они бежали кругом.

Он стоял за своим же домом.

Осознание этого ударило сильнее, чем любая атака. Всё это время он просто носился по улицам, пытаясь спастись, а в итоге оказался в том же месте, откуда всё началось.

Позади раздались тяжёлые шаги.

Райнхард появился в переулке, его массивная фигура заполнила пространство. В лунном свете поблёскивала секира, которая могла расколоть его тело пополам.

— Время пришло, Райнер, — раздался хриплый голос. — Пора платить по счетам.

Райнхард неохотно поднял оружие и медленно приблизился. Напряжение росло, наполняя воздух давящей тяжестью.

Райнер отступил на шаг, но позади была только стена.

Райнхард остановился. Он смотрел на него с тяжёлым выражением, полным сожаления. Даже несмотря на приказ, он не торопился опускать оружие.

Он поднял секиру…

И в этот момент дверь дома медленно открылась.

Из-под угла вылезла маленькая детская рука, а затем и всё тело.

Мальчик.

На вид ему было не больше трёх лет. Он выглядел заспанным, волосы растрёпаны, а в глазах читалась невинность, которой не суждено было понять весь ужас этой сцены.

— Папа… Тебе больно? — прозвучал тоненький голос.

Райнер, прикрывая свои раны рукой, слабо улыбнулся. Он еле сдерживал боль, но не мог позволить сыну это увидеть.

— Нет, солнышко… Всё хорошо.

Но жена, следовавшая за ребёнком, поняла всё сразу.

Она застыла в дверном проёме, прикрывая ладонью рот. Слёзы выступили на её глазах, но она не закричала, не зарыдала. Она лишь смотрела на Райнхарда с мольбой.

Она знала, что просить бесполезно. Но надежда ещё теплилась в её взгляде.

В этой сцене разбитой надежды единственным, кто не понимал всей серьёзности момента, был ребёнок. В его глазах оба родителя страдали.

Райнхард смотрел на него, затем на мать, затем снова на Райнера.

Его рука медленно опустилась.

Он сделал глубокий вдох, закрыл глаза…

И убрал оружие.

— Забери его, — холодно сказал он женщине.

Она послушно взяла сына на руки, и, перед тем как скрыться в доме, в последний раз взглянула на Райнера.

Последний взгляд… Перед тем как навсегда попрощаться.

Тишина окутала двор.

Ветер лениво пробежался по камням, шевеля пыль и принося с собой прохладу ночи.

Райнер тяжело выдохнул, его плечи обмякли. В глазах больше не было страха, только усталость.

— Ирония, да? — глухо произнёс он, слабая улыбка скользнула по его губам. — Всю жизнь пытаешься выбраться из ямы, но чем сильнее рвёшься, тем глубже в ней оказываешься.

Райнхард не ответил. Он просто шёл вперёд, каждый его шаг звучал глухо и весомо.

— Я думал, смогу всё исправить… — продолжал Райнер, чуть опуская взгляд. — Хотел сбежать, хотел дать им другую жизнь… Но всё бесполезно. Этот город не отпускает.

Он прикрыл глаза.

— Жаль, что я понял это так поздно.

Райнхард остановился в паре шагов.

— Ты не первый, кто говорит мне это, — его голос был низким и ровным. — И не последний.

— Да… Наверное.

Райнер вдохнул полной грудью, задержал дыхание, словно пытаясь в последний раз ощутить жизнь.

— Передай ей… — его голос дрогнул, но он не позволил себе заплакать. — Что мне жаль.

Райнхард медленно поднял секиру.

— Я ничего не передаю.

— Понимаю.

Лезвие молниеносно прошло по воздуху.

Тело рухнуло, а голова откатилась в сторону.

Кровь медленно растеклась по холодному камню.

Райнхард убрал оружие и посмотрел на бездыханное тело.

Деньги что были у него при себе, забирать не стал. Он лишь отдал его жене и сказал чтобы они уходили.

Затем он развернулся и, не оглядываясь, пошёл прочь в темноту ночи.

Город спал, но Райнхард — нет.

Он шёл по пустым улицам, пряча лицо в тени капюшона. Каменные дороги были влажными от недавнего дождя, в воздухе ещё витал запах сырости и гари от ночных факелов.

Мысли били по голове тяжелее, чем удары в бою.

"Ты не первый. И не последний."

"Жаль, что я понял это так поздно."

"Передай ей… Что мне жаль."

Райнхард сжал зубы.

Это не его дело. Это не его борьба. Он сделал, что должен был.

Но тогда почему внутри так мерзко?

Сжимая в руках мешок, он продолжал идти к особняку Гастона.

---

Гостевая комната особняка была ярко освещена.

За длинным столом, в облаке сигарного дыма, сидел Гастон — полноватый, с жирными пальцами и самодовольной ухмылкой.

Райнхард вошёл молча и швырнул мешок на стол.

Тяжёлый удар заглушил разговоры в комнате.

Гастон, лениво выдыхая дым, посмотрел на добычу, потянулся и развернул мешок.

Райнер смотрел на него пустыми глазами.

— Хах. — Гастон хмыкнул, склонил голову в сторону. — Ну что, долго он дёргался?

Райнхард ничего не ответил.

— Ладно, не важно. — Гастон лениво махнул рукой. — А где деньги?

— Не нашёл.

Глухая тишина.

Гастон медленно отложил сигару.

— Ты шутишь?

— Нет.

Лицо Гастона исказилось.

— Ты думаешь, это меня устраивает? Я дал тебе задание! Ты не просто выполняешь приказы — ты мне должен, мальчишка!

Райнхард не двигался.

— Я дал тебе крышу над головой, я вытащил тебя из грязи, я сделал тебя тем, кто ты есть! Без меня ты был бы никем!

— Я и есть никто.

Гастон ударил кулаком по столу.

— Ты неблагодарный ублюдок! Ты не понимаешь, как этот мир работает?!

Тишина.

Райнхард спокойно вынул секиру и резко метнул её в стол.

Лезвие вонзилось в дерево в паре сантиметров от лица Гастона.

Все замерли.

Гастон медленно повернул голову, глаза налились яростью.

Райнхард смотрел прямо в него.

— На меня твои силы не действуют.

Затем он развернулся и направился к выходу.

— Эй! ЭЙ! ТЫ МНЕ ЕЩЁ ОТВЕТИШЬ, СЛЫШИШЬ?!

Гастон вскочил на ноги, его лицо покраснело от ярости.

— Ты мне ещё ответишь, ублюдок! Думаешь, можешь просто уйти?!

Райнхард остановился у выхода.

— Я был твоим лучшим бойцом.

Он медленно обернулся, глядя прямо в глаза Гастону.

— Я сильнейший наёмник в этом городе. И ты это знаешь. Никто не осмелится на меня напасть.

Гастон сжал кулаки.

— А если я найду тех, кто осмелится?

Райнхард ухмыльнулся.

— Ты забыл? Я многих здесь и обучал.

Гастон побледнел.

Райнхард развернулся и ушёл в ночь, оставляя позади его крики и злость.

Гастон зло ухмыльнулся, усаживаясь обратно в кресло.

— Ты сам себя загнал в угол, Райнхард. Думаешь, сможешь просто уйти и жить спокойно? Никто тебя не примет. Я об этом позабочусь.

Райнхард остановился у выхода, но даже не обернулся.

— Ты опоздал, Гастон. Легион уже предложил мне место в своих рядах.

Гастон резко замолчал, его лицо исказилось от злобы.

— Легион? Ха! Ты думаешь, они тебе союзники? Они используют тебя и выбросят, как всех остальных!

Райнхард хмыкнул.

— Возможно. Но уж точно лучше, чем гнить здесь под твоей пятой.

Он толкнул дверь и вышел, оставляя Гастона кипеть в ярости.

Когда Райнхард вышел из логова Гастона и растворился в ночных улицах, его мысли были неспокойны.

"Чёрт… Я ведь наврал ему. Легион не звал меня. Но кто знает… Может, стоило бы к ним присмотреться?"

Он знал, что в одиночку выжить будет непросто. Гастон не простит такой выходки и рано или поздно постарается убрать его. Оставаться в городе — самоубийство.

"Легион… Они сильны. Организованы. В отличие от всех этих крыс, они действуют ради чего-то большего."

Райнхард не был человеком, который цепляется за идеалы, но перспектива стать частью чего-то действительно великого его не отталкивала.

"Может, мне стоит действительно поискать их?" — пронеслось у него в голове, пока он шагал по пустынным улицам.

Столица не спала даже глубокой ночью. Узкие улочки были полны теней, заведения шумели, а в тёмных переулках решались вопросы, о которых лучше не знать.

Райнхард шагал по булыжной мостовой, ощущая, как холодный ветер пробирается сквозь его потрёпанный плащ. Он ушёл от Гастона, бросив всё, чем жил последние годы. Теперь он человек без имени, без дома и без будущего.

"Он не оставит меня в покое."

Мысль была очевидной. Гастон не терпел предателей. Он отправит за ним людей. Вопрос был только в том, когда именно они появятся.

Толпа на площади расступилась, пропуская небольшой караван торговцев. Купцы, погруженные в разговоры, вели телеги, гружённые бочками и мешками. Здесь, среди обычных людей, Райнхард мог затеряться, хотя бы на время.

Вдруг его взгляд зацепился за пару фигур, стоявших в тени между лавками. Двое мужчин переговаривались, но, увидев его, замолчали.

"Началось."

Он сделал вид, что не заметил их, и свернул в переулок. Путь вёл в более тёмную часть города, но это был его единственный шанс избежать открытого столкновения.

— Эй, ты! — послышался крик за спиной.

Райнхард ускорил шаг. Головорезы Гастона. Они не позволят ему просто уйти.

Один из них резко выбежал вперёд, преграждая дорогу. Высокий, коренастый, с кинжалом в руке.

— Ты знаешь, зачем мы здесь, — усмехнулся он. — Босс хочет, чтобы ты вернулся… или хотя бы принёс свои извинения.

Сзади послышались шаги ещё двух человек.

"Трое. Ничего нового."

Райнхард не ответил. Он медленно потянулся к рукояти своей секиры, оценивая противников.

— Может, всё же подумаешь? — продолжал говорить главарь. — Нам сказали не убивать тебя сразу. Только убедить.

— Убеждайте, — сухо бросил Райнхард и шагнул вперёд.

Первый удар был быстрым и грубым — удар сапогом в грудь ближайшему противнику. Головорез не ожидал атаки и полетел назад, сбивая товарный ящик.

Второй рванулся с кинжалом, но Райнхард ударил его локтем в лицо, выбив оружие, затем схватил за шею и бросил на землю.

Третий был умнее — отступил и вытащил короткий меч.

— Не делай глупостей, — сказал он, но голос выдавал страх.

Райнхард молча шагнул вперёд, сжимая рукоять секиры.

Следующие секунды были короткими. Звон стали, быстрые движения. Головорезы упали один за другим.

Райнхард тяжело дышал, чувствуя, как ноют рёбра. Один из ударов всё-таки пришёлся удачно.

"Теперь точно нужно уходить."

Он развернулся и скрылся в переулках, оставляя за собой раненых врагов.

Раненый и уставший, он добрался до таверны «Медный олень». Здесь всегда было шумно: наёмники обсуждали заказы, купцы отмечали удачные сделки, а городская стража закрывала глаза на мелкие преступления.

Райнхард вошёл, стряхивая с плаща грязь. За одним из дальних столов он заметил двух мужчин, которых раньше не встречал.

"Не местные."

Один — крупный, с седыми волосами, держал в руках кружку, но пил медленно, будто обдумывал каждый глоток. Второй — моложе, с жёсткими чертами лица и мечом на поясе.

Они разговаривали, но замолчали, когда он приблизился.

— Ты выглядишь так, будто проиграл спор с мечом, — сказал седовласый, ухмыляясь.

Райнхард тяжело сел за соседний стол.

— Просто устал.

— Тогда выпей, — мужчина пододвинул ему кружку. — Имя?

— Райнхард.

— Боров. А это Сауль.

Младший кивнул, не отводя взгляда.

— Легион? — спросил Райнхард.

— А ты догадливый, — улыбнулся Боров.

Сауль скрестил руки.

— Чего ты хочешь?

Райнхард задумался. Вариантов у него не было.

— Слышал, вы берёте сильных бойцов.

— Слышал, — повторил Сауль.

— Я нужен вам.

На мгновение за столом повисла тишина. Боров отпил из кружки и усмехнулся.

— Легион не принимает кого попало, — сказал Сауль. — А мы не верим на слово.

— Тогда проверьте меня.

— Может, и проверим, — Боров хмыкнул. — Но сперва давай поговорим.

Райнхард почувствовал, что первый шаг сделан. Теперь оставалось доказать, что он достоин.

После короткого разговора в таверне Райнхард понял, что Боров ему симпатизирует, но Сауль остаётся настороженным. Легион не принимает кого попало, особенно людей с прошлым, похожим на его.

— Ты хочешь в Легион? — переспросил Сауль, опираясь на стол локтями. — Тогда объясни, зачем.

Райнхард задумался. Он мог бы соврать, но знал — эти люди не глупцы.

— Мне нужен новый путь, — наконец сказал он. — Я устал работать на ублюдков.

— Громкие слова, — Сауль скептически поднял бровь. — Но мы ищем не тех, кто бежит от прошлого, а тех, кто готов сражаться за будущее.

Боров улыбнулся.

— Не придирайся, Сауль. Мы оба видели, как он расправился с тремя ублюдками Гастона. Ты неплох.

— Я лучше, чем неплох, — сухо ответил Райнхард.

Сауль усмехнулся.

— Посмотрим.

— Вам нужен боец, — продолжил Райнхард. — Я умею сражаться. Я обучал людей Гастона, сам выигрывал десятки боёв.

— А теперь он будет охотиться на тебя, — заметил Боров.

— Пусть попробует, — ответил Райнхард, откидываясь на спинку стула.

Сауль смотрел на него внимательно.

— Ты слишком уверен в себе.

— Потому что я лучший.

Боров рассмеялся.

— Мне нравится этот парень.

— Ладно, хватит болтовни, — сказал Сауль. — Если ты серьёзен, пойдёшь с нами. Легион сейчас во дворце монарха. Они не будут тратить на тебя время, если ты не докажешь свою ценность.

— Тогда поведите меня к ним, — сказал Райнхард, вставая.

Сауль посмотрел на него в последний раз, затем кивнул Борову.

— Пошли.

Ночь ещё не закончилась, когда они добрались до главной площади. Здесь не было грязных переулков и сомнительных типов — только охрана и богатые купцы, проезжающие в каретах.

— Дворец охраняется, — сказал Сауль, ведя их к боковому входу. — Легиону разрешено здесь находиться, но чужаков не любят.

— Как нам пройти? — спросил Райнхард.

— Мы знаем людей, — ответил Боров.

Они подошли к массивным воротам, охраняемым двумя солдатами. Один из них, увидев Борова, улыбнулся.

— Опять ты? — спросил он.

— Ага. У нас важные дела.

— Кто этот тип?

— Новый кандидат, — ответил Боров.

Стражник нахмурился, но кивнул.

— Ладно. Но если что, это на вашей совести.

Ворота открылись, и они вошли внутрь.

Внутри дворца царила тишина. В отличие от шумных улиц, здесь всё было строго и упорядочено.

В одном из боковых залов их встретил Алек — молодой, но уже известный командир Легиона.

— Боров, Сауль, — кивнул он им. — Кто это?

— Райнхард, — представился тот.

Алек скользнул по нему взглядом.

— Почему ты здесь?

— Я хочу присоединиться к Легиону.

— Хотеть мало, — ответил Алек.

— Он силён, — вставил Боров.

— Пусть докажет, — раздался новый голос.

Из тени вышел Салахар — массивный, как гора, с боевым топором на плече.

— Танки не бывают лишними, — сказал он. — Я предлагаю спарринг.

Райнхард усмехнулся.

— Я согласен.

Алек взглянул на них обоих.

— В спортзале есть подходящая арена. Пусть маги монарха засвидетельствуют.

Толпа начала собираться — стражники, крепостные, даже несколько слуг. В воздухе повисло напряжение.

Райнхард и Салахар вышли на арену.

— Без магии, — сказал Салахар, разминая плечи. — Только оружие и кулаки.

— Как скажешь, — ответил Райнхард, сжимая рукоять своей секиры.

Поединок начался.

Райнхард крепче сжал рукоять своей секиры, ощущая её привычный вес. Напротив него Салахар проверял баланс топора, делая пару пробных взмахов.

Толпа замерла в ожидании. Даже маги монарха остановились, наблюдая за этим поединком.

— Надеюсь, ты не разочаруешь меня, — произнёс Салахар.

Райнхард лишь усмехнулся.

— Посмотрим, кто кого разочарует.

Алек поднял руку.

— Начинайте!

Салахар двинулся первым — несмотря на массивное телосложение, он оказался быстрым. Его топор прочертил дугу, целясь в плечо Райнхарда.

Но тот уже был в движении. Он сделал шаг в сторону, уходя от удара, и сразу же нанёс ответный рубящий удар.

Салахар заблокировал его топором, и металл со звоном встретился в воздухе. От удара по арене прокатилась вибрация.

— Неплохо, — усмехнулся Салахар.

Райнхард не ответил, вместо этого резко шагнул вперёд и нанёс удар кулаком. Салахар не успел уклониться, и кулак Райнхарда впечатался ему в рёбра.

Гигант лишь слегка пошатнулся.

— Значит, ещё один любитель ближнего боя? Отлично.

Салахар перехватил топор обеими руками и нанёс мощный удар сверху.

Райнхард едва успел поднять секиру, чтобы парировать, но его отбросило на шаг назад.

Толпа взволнованно зашумела.

Они продолжили обмен ударами. Каждая атака Салахара была тяжёлой, рассчитанной на максимальную силу, но Райнхард парировал их с точностью и выносливостью.

На их телах уже появились мелкие порезы и синяки, но никто не сдавался.

— Чёрт, да они действительно танки, — пробормотал один из стражников.

— Кто же победит? — спросил кто-то в толпе.

Внезапно Райнхард изменил тактику. Вместо того чтобы парировать, он пропустил удар Салахара, но сдвинулся так, что топор лишь скользнул по доспеху, оставив вмятину.

А затем, используя момент, он сделал рывок вперёд, оказавшись в опасной близости от соперника.

— Ошибка, — усмехнулся Салахар, замахиваясь кулаком.

Но Райнхард был быстрее.

Он вонзил голову прямо в лицо Салахара, выбив из него воздух и заставив его пошатнуться.

Затем, не давая тому прийти в себя, он толкнул его плечом, сбивая с ног.

Салахар рухнул на землю с грохотом, подняв облако пыли.

Толпа ахнула.

Райнхард приставил лезвие секиры к его шее.

— Думаю, этого достаточно, — произнёс он.

Салахар пару секунд молчал, затем громко рассмеялся.

— Проклятье, ты хорош!

Он поднял руки, признавая поражение.

Райнхард убрал оружие и протянул руку, помогая ему встать.

Алек наблюдал за этим с улыбкой.

— Ты доказал свою силу, — сказал он. — Добро пожаловать в Легион.

Толпа зашумела, а Райнхард почувствовал, как груз прошлого немного ослаб.

Он сделал первый шаг в новую жизнь.

Алек вытер со лба капли пота — бой Райнхарда и Салахара вышел напряжённым, но именно такие моменты показывали, кто чего стоит. Теперь он был уверен: бывший наёмник заслуживал место в Легионе.

Толпа ещё обсуждала поединок, но их разговор прервало появление крепостного. Это был невысокий мужчина в скромной одежде, он поклонился, а затем обратился к нему:

— Господин Алек, Его Величество желает видеть вас.

Все вокруг замерли. Встреча с Монархом не была чем-то частым, и если он лично вызывал, значит, это что-то важное.

Алек посмотрел на Салахара, который уже пришёл в себя.

— Идём со мной, — коротко сказал он.

Салахар, всё ещё потирая ушибленное плечо, кивнул.

— Что ж, давай узнаем, что ему нужно.

Они последовали за крепостным через коридоры замка. По пути им встречались стражники, а вдалеке слышались разговоры придворных.

Вскоре они оказались перед массивными дверьми тронного зала. Стражники у входа молча открыли их, и Алек с Салахаром вошли внутрь.

Зал был огромным, освещённым свечами и магическими кристаллами. В центре стоял высокий трон, на котором восседал Монарх.

Его Величество был мужчиной средних лет, с чёрными волосами, заплетёнными в короткую косу, и строгим взглядом. Он носил тёмно-синий плащ с золотыми узорами, символизирующими его власть.

Рядом с ним стояли два мага — оба одеты в белые мантии с эмблемами королевской академии. Один из них был пожилым мужчиной с длинной бородой, второй — молодой, но с не менее проницательным взглядом.

Алек и Салахар подошли ближе и склонили головы в знак уважения.

Монарх поднял руку, давая знак подняться.

— Командир Легиона, — заговорил он ровным голосом, — рад видеть тебя вновь.

— Честь служить вам, Ваше Величество, — ответил Алек.

Монарх слегка кивнул.

— У нас есть дело, требующее внимания Легиона. Возможно, одно из самых важных за последнее время.

Алек напрягся.

— Мы слушаем.

Монарх переглянулся с магами, и пожилой маг шагнул вперёд.

— Мы узнали, что в столице появился артефакт, который раньше находился под охраной монастыря Святой Лилии. Это реликвия огромной силы.

Молодой маг добавил:

— И теперь она в руках людей, которых нельзя назвать благоразумными.

Алек переглянулся с Салахаром.

— Вы подозреваете Орден 7 мечей?

Монарх на мгновение задумался, затем медленно покачал головой.

— Пока доказательств нет, но есть одна деталь…

Он посмотрел на них серьёзнее.

— Судя по всему, эта реликвия уже была продана на Чёрном Рынке.

Алек сжал кулаки.

— Это усложняет дело.

Салахар кивнул.

— Значит, нам нужно выяснить, кому она попала.

Монарх посмотрел на мага.

— У вас есть наводки?

Пожилой маг достал свиток.

— Последние слухи говорят, что покупатель связан с криминальной сетью столицы. Кто-то, кто предпочитает оставаться в тени.

Молодой маг добавил:

— Мы можем дать вам список возможных мест, где ведутся такие дела.

Алек глубоко вдохнул.

— Легион займётся этим.

Монарх медленно кивнул.

— Найдите реликвию. И если возможно, не поднимайте лишнего шума.

Алек поклонился.

— Мы сделаем всё возможное.

Монарх махнул рукой, давая им знак удалиться.

Алек и Салахар развернулись и вышли из тронного зала.

Как только двери за ними закрылись, Салахар усмехнулся.

— Ну что, командир?

Алек ответил:

— Похоже, у нас появилась новая цель.

Алек и Салахар быстрым шагом шли по коридорам замка. Слова Монарха всё ещё звенели в голове: «Не поднимайте лишнего шума».

Но как это сделать, если реликвия уже в руках теневых преступников?

— Думаешь, это работа Гастона? — спросил Салахар, ломая молчание.

— Возможно, — ответил Алек. — Но скорее всего, это кто-то куда опаснее. Гастон — всего лишь большая рыба в маленьком пруду. А тут речь идёт о Чёрном Рынке.

Они вышли на внутренний двор замка, где их уже ждали Боров, Сауль и Райнхард.

— И? — нетерпеливо спросил Боров.

— У нас новое задание, — ответил Алек.

Он коротко объяснил ситуацию.

Сауль хмыкнул:

— Замечательно. Мы даже не знаем, у кого эта штука.

— У нас есть список мест, где ведутся такие сделки, — сказал Салахар. — Нам нужно туда наведаться.

Райнхард, который до этого молчал, наконец заговорил:

— Это будет непросто. Те, кто работает на Чёрном Рынке, редко болтают с посторонними.

— Поэтому мы сделаем это умно, — ответил Алек. — Сауль, ты знаешь людей в криминальных кругах?

Сауль усмехнулся.

— Ещё бы. Есть один тип, Кардо, он посредник. Если кто-то и знает, куда ушла реликвия, то он.

— Тогда у нас есть зацепка, — сказал Алек. — Двигаемся.

Поздним вечером они добрались до квартала, известного как Серый переулок — место, где заключались сделки, о которых не принято говорить.

Улицы были узкими, фонари еле освещали дорогу, а запахи старых каналов и перегара смешивались в удушливый аромат преступного мира.

Алек с отрядом подошли к таверне «Гнилой гриф». Внутри было шумно: за столами сидели наёмники, торговцы краденым и прочий сброд.

За дальним столом сидел мужчина с тёмной кожей, короткой бородкой и хитрым взглядом — Кардо.

Сауль первым подошёл к нему.

— Здорово, Кардо.

Кардо поднял голову, ухмыльнулся.

— Сауль? Давно не виделись. Что, снова в бегах?

— Мне нужно кое-что узнать.

Кардо откинулся на спинку стула.

— Информация дорого стоит.

Алек бросил перед ним мешочек с золотыми монетами.

— Мы не торгуемся.

Кардо ухмыльнулся, взял мешочек, проверил содержимое.

— Ладно, что вам нужно?

— Недавно через Чёрный Рынок прошла сделка. Некий артефакт из монастыря Святой Лилии. Кто его купил?

При этих словах Кардо нахмурился.

— Вы лезете не туда.

Райнхард наклонился вперёд и тихо, но угрожающе сказал:

— Отвечай.

Кардо вздохнул.

— Хорошо. Артефакт действительно продавался. Но он ушёл не к местным.

— А кому? — спросил Алек.

Кардо посмотрел по сторонам, затем наклонился ближе.

— Людям из Ордена 7 мечей.

Наступила тишина.

Салахар сжал кулаки.

— Значит, всё-таки они.

— Где они теперь? — спросил Боров.

Кардо покачал головой.

— Это всё, что я знаю. Но если они здесь, значит, скоро что-то случится.

Алек глубоко вдохнул.

— Тогда мы должны найти их первыми.

Райнхард усмехнулся.

— Ну что ж… кажется, становится интересно.

Алек с Салахаром переглянулись. Они не ожидали услышать, что след ведёт к Ордену 7 мечей, но прежде чем делать поспешные выводы, нужно было выяснить больше.

— Ты уверен? — спросил Алек, пристально глядя на Кардо.

Тот нервно кивнул.

— Да. Но есть один нюанс…

Он понизил голос и подался вперёд:

— Этот артефакт не ушёл напрямую к Ордену. Его сначала выкупил один человек. Я не знаю его имени, но Гастон точно знает.

— Опять Гастон… — пробормотал Сауль.

— Ты хоть что-то можешь сказать о нём? — спросил Салахар.

Кардо задумался, затем пожал плечами.

— Говорят, он не отсюда. Появился недавно, но Гастон ему доверяет. И он не обычный торговец, а человек, который редко действует в открытую.

— Где его найти? — спросил Райнхард.

Кардо покачал головой.

— Это уже не ко мне. Если хотите узнать больше, вам придётся спросить самого Гастона.

Боров недовольно фыркнул:

— Этот слизень не скажет ничего просто так.

— Возможно, — кивнул Алек. — Но мы сделаем так, чтобы ему стало выгодно говорить.

Он поднялся, бросил Кардо ещё пару монет и жестом велел остальным следовать за ним.

Когда они вышли на улицу, Райнхард остановился.

— Вы понимаете, что если Гастон узнает, что мы копаем под него, он отправит за нами всех своих людей?

— Он уже это сделал, — ответил Сауль. — Вопрос только в том, кто нанесёт первый удар.

Алек задумался.

— Нам нужен план. Просто явиться к нему — самоубийство.

— Я могу пробраться внутрь, — предложил Сауль. — У меня там остались старые связи.

Салахар покачал головой.

— Слишком рискованно. Гастон наверняка уже знает, что мы копаем под него.

— Тогда остаётся вариант с силой, — сказал Райнхард. — Мы вытягиваем его на нашу территорию и заставляем говорить.

Алек кивнул.

— Значит, нужно сделать так, чтобы он сам захотел с нами встретиться.

Боров ухмыльнулся.

— У меня есть идея.

Он наклонился ближе, и в темноте переулка Легионеры начали разрабатывать план.

— Если Гастон не хочет сам с нами говорить, то мы заставим его, — сказал Боров, скрестив руки. — У него есть слабые места, и одно из них — его сделки. Если мы сорвём одну из них, он не сможет игнорировать нас.

— Ты предлагаешь устроить диверсию? — уточнил Сауль.

— Именно, — кивнул Боров. — У Гастона есть тайный склад в восточной части города. Туда свозят ценные товары, а значит, там может быть что-то, что ему особенно важно.

Алек задумался.

— Хорошая идея, но если мы пойдём напролом, он просто спрячется и заставит своих людей за нас разобраться. Нам нужно, чтобы он сам пришёл к нам.

— Есть другой вариант, — подал голос Райнхард. — Гастон не просто так доверяет этому человеку с артефактом. Возможно, между ними есть встреча. Если мы найдём, где они должны пересечься, мы сможем сделать так, чтобы на встрече оказался не Гастон, а мы.

— Интересно… — протянул Сауль. — У него есть несколько мест для таких сделок. Надо выяснить, где будет следующая.

Салахар хмыкнул.

— Если хотите информации, есть один человек, который может помочь. Старый приятель Гастона, торговец по имени Лерман. Он не любит рисковать, но если грамотно на него надавить…

— Где он сейчас? — спросил Алек.

— У него лавка в южном районе, — ответил Салахар. — Если поторопимся, застанем его до закрытия.

— Тогда не теряем времени, — кивнул Алек. — Двигаемся.

***

Южный район столицы сильно отличался от центральных кварталов. Узкие улочки, тёмные закоулки, запахи дешёвых благовоний и приправ, смешанные с запахами гниющей рыбы и перегара. Здесь люди привыкли жить по своим законам, а Гастон чувствовал себя полноправным хозяином.

Лавка Лермана была небольшой, с облупившейся вывеской и зашторенными окнами. Когда Алек и его люди подошли, дверь была закрыта, но изнутри доносились приглушённые голоса.

— Постучим? — ухмыльнулся Райнхард, сжимая кулак.

— Давай сначала попробуем по-хорошему, — сказал Алек и постучал.

Несколько секунд — тишина. Затем голос изнутри:

— Закрыто. Приходите завтра.

— Мы по делу, Лерман, — ответил Салахар. — Открой, или придётся ломать дверь.

Прошла ещё секунда, и замок щёлкнул. Дверь приоткрылась, и в проёме показался худой мужчина средних лет с проницательными глазами.

— Что вам нужно? — спросил он, озираясь по сторонам.

— Поговорить, — ответил Алек, заходя внутрь. Остальные последовали за ним.

Лавка была завалена мешками с зерном, бочками с вином и ящиками с товарами. Лерман нервно облизнул губы.

— У меня нет времени.

— А у нас есть, — сказал Сауль, опираясь на стойку. — Мы знаем, что ты работаешь на Гастона, и нам нужна информация.

— Я не… — начал Лерман, но Салахар перебил его:

— Мы знаем, что скоро должна состояться встреча между ним и таинственным покупателем. Где и когда?

Лерман побледнел.

— Я… Я не знаю…

Райнхард сделал шаг вперёд, и половицы заскрипели под его тяжестью.

— Давай без лишних игр. Мы знаем, что ты в курсе. Так что говори, пока мы доброжелательны.

Лерман сглотнул.

— Хорошо… Хорошо! Встреча должна быть завтра вечером, в старом винном погребе на окраине. Только…

— Только что? — спросил Алек.

— Там будет охрана. Много охраны. Если вы туда сунетесь, вас порежут, как свиней.

Алек усмехнулся.

— Не в первый раз.

Он посмотрел на своих людей.

— Завтра мы наведаемся туда. И тогда Гастон уже не сможет отвертеться.

Лерман окинул взглядом всех, но, задержавшись на Сауле, нахмурился.

— Подожди-ка… Я знаю тебя. Сауль? Это ты?

Сауль лишь скрестил руки на груди, глядя на него без эмоций.

— Не ожидал меня увидеть, Лерман?

— Да уж… — Торговец покачал головой, прислонившись к стойке. — Неужели ты завязал с пиратством? Я слышал, что ты исчез после той истории с Карном. Думал, тебя давно рыбам скормил какой-нибудь из твоих бывших дружков.

— Карн мёртв, — спокойно ответил Сауль.

Лерман тихо присвистнул.

— Кто бы мог подумать… Значит, теперь ты среди наёмников?

— Не совсем, — ответил Сауль, бросая взгляд на Алека.

Лерман проследил за этим взглядом и прищурился.

— Подожди… Легион? Вот оно что. Значит, вы теперь зачищаете Гастона?

— Что-то вроде того, — спокойно сказал Алек. — Мы берём его след.

— А ты, Лерман, можешь нам помочь, — добавил Боров, опираясь на стойку.

Торговец покачал головой и усмехнулся.

— Никогда бы не подумал, что доживу до такого дня… Сауль, бывший пират, теперь бродит с Легионом. Мир окончательно сходит с ума.

Он почесал подбородок и посмотрел на всех ещё раз.

— Ладно… Но знайте, я вам ничего не должен. Если Гастон узнает, что я с вами говорил, мне конец.

— Не узнает, если ты не станешь распространяться, — подал голос Райнхард.

Лерман снова посмотрел на него и хмыкнул.

— А ты кто такой? Не припомню, чтобы видел тебя раньше.

— Просто человек, у которого есть дела к Гастону, — сухо ответил Райнхард.

Лерман задумчиво кивнул.

— Ну что ж, раз уж вы здесь, то слушайте внимательно. Встреча состоится завтра вечером в старом винном погребе на окраине. Туда привезут не только артефакт, но и кое-какие другие вещи, о которых Гастон не хочет распространяться. Охрана будет серьёзная, так что если вы планируете туда сунуться — готовьтесь к бою.

— Мы всегда готовы, — сказал Алек.

— Тогда мне больше нечего вам сказать, — вздохнул Лерман. — А теперь уходите. Если кто-то увидит вас здесь, у меня будут проблемы.

— Как скажешь, — кивнул Алек.

Они развернулись и направились к выходу. Но когда Сауль проходил мимо Лермана, тот тихо сказал ему:

— Будь осторожен, Сауль. Этот город не прощает ошибок.

Сауль лишь кивнул, не оборачиваясь.

Когда они вышли на улицу, Боров тихо усмехнулся.

— Ну что, старые друзья, Сауль?

— Лерман всегда был трусом, — буркнул Сауль. — Но информация у него верная.

Алек взглянул на остальных.

— Значит, завтра у нас будет дело. Готовьтесь.

В богатыx районах столицы ночь была временем, когда город жил по-настоящему. Гостевые дома и таверны сияли огнями, залы наполнялись смехом и музыкой, люди веселились, не зная забот. Купцы, знать, наёмники, даже авантюристы — все искали развлечений.

В одном из таких домов, где остановился Алек, играли музыканты, разливалось дорогое вино, и слышался звон бокалов. Мужчины рассказывали друг другу истории, соревновались в картах, заключали сделки. Женщины, одетые в изысканные наряды, смеялись, вели игры, флиртовали.

Алек стоял на балконе своего номера, наблюдая за этим оживлённым зрелищем. Внизу кипела жизнь, но он чувствовал себя отстранённым от неё. Завтра их ждало опасное дело, и мысли о нём не давали расслабиться.

Внезапно в дверь постучали. Странно. Он не ждал никого.

Алек открыл дверь и увидел троих людей в плащах Легиона. Они стояли спокойно, но в их взглядах читалась напряжённость.

— Командир Алек, — тихо произнёс один из них.

— Вы наблюдали за боем, верно? — догадался он.

— Именно. — Мужчина сделал шаг вперёд. — Нам нужно поговорить.

Алек жестом пригласил их внутрь и закрыл за ними дверь.

— Что скажете?

Один из легионеров, невысокий, но крепкий мужчина с короткими волосами, заговорил первым:

— Мы внимательно следили за Райнхардом. Он боец высшего уровня, это не вызывает сомнений. Но есть вещи, которые вас могут заинтересовать.

— Например?

— Он двигался так, как будто привык сражаться в одиночку. У него стиль не просто наёмника, а человека, который привык выживать. Он не боится быть окружённым, что говорит о его прошлом.

— Опытный, — кивнул Алек. — Но вы считаете, что его нельзя полностью доверять?

Другой легионер, высокий и молчаливый, впервые заговорил:

— Он сказал, что его прошлое не касается нас. Это звучит подозрительно. Такие люди часто скрывают нечто важное.

Алек задумался. Он и сам чувствовал, что Райнхард не просто очередной боец, который ищет работу. Но вопрос был в другом — опасен ли он для Легиона?

— Он нам нужен, — наконец сказал Алек. — По крайней мере, сейчас. Но я учту ваши замечания.

Легионеры переглянулись и кивнули.

— Мы будем следить за ним, командир.

Алек улыбнулся краем губ.

— Отлично. А теперь отдохните. Завтра у нас тяжёлый день.

Легионеры коротко поклонились и вышли, оставив Алека наедине со своими мыслями. Он снова вышел на балкон. Город всё ещё праздновал, но теперь в его взгляде не было простого наблюдения. Он знал, что за этим шумом скрываются интриги, а в темноте прячутся настоящие угрозы.

Алек ещё некоторое время смотрел вниз, наблюдая за весельем. Но в его голове уже складывался новый план. Райнхард — ключевая фигура, но и Сауль с Боровом тоже привлекли внимание. Легион заинтересовался ими, а это значило, что скоро всё могло измениться.

Он закрыл ставни балкона, затушил свечи и лёг на кровать, но сна не было. Завтра их ждал визит к монарху, а значит, политика и тайны. И, возможно, первая серьёзная проверка.

Утро в королевском замке

Первый солнечный свет пробился сквозь массивные витражные окна, заливая коридоры замка тёплым золотистым свечением. В главном зале шла привычная утренняя суета: слуги расставляли блюда для знати, рыцари заканчивали свою смену, а маги обсуждали последние известия.

Во внутреннем дворе уже шли тренировки – стражники отрабатывали удары, маги создавали защитные барьеры, а слуги спешили с поручениями.

В самой высокой башне замка, в просторных покоях, монарх заканчивал завтрак. На его столе лежали несколько пергаментов с докладами о состоянии столицы. Среди них выделялся один – с печатью Легиона.

Дверь в зал приоткрылась, и вошёл один из его личных магов – высокий мужчина в синих одеждах с золотой вышивкой.

— Ваше величество, Легион уже прибыл. Алек и его люди ждут аудиенции.

Монарх отложил кубок и встал, задумчиво глядя в окно.

— Хорошо. Проводи их в зал для переговоров. Пора узнать, на что они способны.

Он повернулся и направился к выходу, пока за окнами столица начинала свой новый день.

Аудиенция с монархом

Алек вместе с отрядом прибыл в главный зал замка. Высокие колонны, украшенные гербами королевства, отражали солнечный свет, пробивающийся через витражи. Здесь чувствовалась мощь и величие монарха, правившего этими землями.

Рядом с троном стояли двое магов – личные стражи короля. Оба в длинных мантиях с узорами, свидетельствующими о их статусе. Один из них, мужчина с седыми волосами и пронзительными глазами, внимательно наблюдал за каждым движением гостей.

Монарх сел на трон и жестом пригласил Алека ближе.

— Алек, командир Легиона. Рад снова видеть представителей вашей организации. Надеюсь, ваша миссия в столице проходит без осложнений?

Алек склонил голову в знак уважения.

— Мы прибыли по вашему приказу, Ваше величество. Но, похоже, ситуация сложнее, чем ожидалось. Украденный артефакт может представлять угрозу не только для столицы, но и для всего королевства.

Монарх внимательно выслушал его, затем перевёл взгляд на Сауля. Как и Маг Крамон.

Алек внимательно смотрел на Крамона, ожидая его реакции. Маг монарха оглядел их с интересом, но остановил взгляд на Сауле.

— Я тебя помню, — сказал Крамон, скрестив руки. — Неужели ты, Сауль, наконец-то завязал с пиратством и наёмничеством?

Сауль лишь усмехнулся, но в его глазах мелькнула тень напряжения.

— Жизнь непредсказуема, Крамон. Мы все ищем своё место.

— И нашёл его в Легионе? — Маг чуть прищурился. — Это интересно.

Монарх, наблюдавший за их разговором, лениво махнул рукой.

— Достаточно. Нам важно другое. Легион здесь по просьбе короны, и нам нужно знать, насколько вы готовы к сотрудничеству.

Алек сделал шаг вперёд.

— Мы готовы. Но для этого нам нужно понять ситуацию.

Монарх обменялся взглядом с Крамоном, затем откинулся на трон.

— Гастон. Он контролирует теневую сторону столицы, а теперь и часть магических артефактов. Один из них пропал. Мы знаем, что он был у него, но теперь в руках человека, о котором знает только он.

Алек нахмурился.

— И вы хотите, чтобы мы…

— Найти артефакт, — перебил монарх. — И если удастся, убрать проблему с Гастоном.

Райнхард, молчавший всё это время, вдруг подал голос:

— Если речь о человеке, которому Гастон мог доверить такую вещь… у меня есть предположения.

Все взгляды обратились к нему. Монарх жестом приказал продолжить.

— В его окружении есть несколько приближённых. Но если речь о чём-то важном, то это может быть только один человек.

Крамон склонил голову:

— Кто же?

Райнхард сделал шаг вперёд, его взгляд был сосредоточен и серьёзен.

— Его правая рука. Человек, который всегда оставался в тени, но держал все связи Гастона под контролем. Его зовут Дерран.

Крамон нахмурился, перебирая в памяти имя.

— Я слышал о нём… но информации почти нет.

Алек задумался.

— Если даже королевский маг не знает о нём многого, значит, он действительно опасен.

Монарх постучал пальцами по подлокотнику трона.

— Опасен или нет, но артефакт у него. Ваша задача — найти Деррана, выяснить, где находится артефакт, и, если возможно, вернуть его в руки короны.

Боров переглянулся с Саулем.

— Если он так близок к Гастону, то просто подобраться к нему не выйдет.

— Поэтому вам потребуется время и хитрость, — добавил Лермон. — Открытая атака будет бессмысленной.

Монарх кивнул.

— У вас есть ресурсы Легиона, и у вас есть контакты в столице. Действуйте, но не привлекайте к себе слишком много внимания.

Алек выпрямился.

— Мы начнём немедленно.

Монарх жестом дал понять, что разговор окончен.

Алек уже собирался выйти из тронного зала, когда массивные двери вновь распахнулись. В зал вошёл мужчина в тёмном плаще с вышитой на груди эмблемой Легиона. Его уверенная, но бесшумная походка говорила о многолетнем опыте, а на лице читалась сдержанность и холодный расчёт.

Монарх сразу обратил на него внимание и с лёгкой улыбкой кивнул.

— Ломар. Рад видеть тебя.

Алек нахмурился. Он знал многих командиров Легиона, но этого человека видел впервые.

— Ломар? — тихо пробормотал Сауль, переглянувшись с Боровом.

Монарх, заметив замешательство, пояснил:

— Это девятый командир Легиона. Он прибыл сюда по моей просьбе. Его навыки боевых искусств могут оказаться полезными в предстоящей миссии.

Ломар наконец заговорил, его голос был низким и ровным:

— Я прибыл, как и обещал. Если артефакт действительно в руках Деррана, вам понадобится кто-то, кто знает, как сражаться с противником, привыкшим к тени.

Алек посмотрел на него с интересом.

— Вы знакомы с Дерраном?

Ломар усмехнулся, но в его глазах не было веселья.

— Можно сказать, что наши пути пересекались. И это не было приятной встречей.

Монарх снова заговорил:

— Я уверен, что твои навыки помогут нашим друзьям из Легиона. Алек, тебе нужно работать с Ломаром. Я хочу, чтобы артефакт был найден как можно скорее.

Алек кивнул.

— Если он командир Легиона, я не имею причин сомневаться в его способностях.

Ломар лишь коротко кивнул.

— Тогда не будем тратить время. Чем быстрее мы начнём, тем лучше.

С этими словами Алек и его отряд вместе с новым союзником покинули тронный зал, отправляясь вглубь столицы, где их ждали улицы, полные тайн и опасностей.

Когда они вышли из тронного зала, Алек шагал рядом с Ломаром, оценивающе поглядывая на него. Он привык работать с другими командирами Легиона, но этот человек был для него загадкой.

— Если честно, я не знал, что девятый командир Легиона всё ещё активен, — заметил Алек, нарушая тишину.

Ломар улыбнулся краем губ, но в его взгляде оставалась холодная сосредоточенность.

— Меня редко вызывают в центральные регионы, — ответил он. — Обычно я действую далеко от столицы. Там, где дела Легиона менее заметны, но не менее важны.

— Значит, ты работаешь в тенях? — спросил Сауль, идя позади них.

Ломар лишь хмыкнул.

— Можно и так сказать.

Боров, который всё это время молчал, наконец заговорил:

— Если ты знаешь Деррана, значит, он действительно опасен. Что можешь о нём рассказать?

Ломар на мгновение задумался, прежде чем ответить:

— Дерран не просто очередной преступник, торгующий артефактами. Он стратег, и его главная сила — это не магия или владение оружием, а умение быть на шаг впереди. Если он узнал, что мы за ним охотимся, то уже готовит ловушку.

Алек кивнул.

— Тогда мы должны быть быстрее. Ты говорил, что ваши пути пересекались. Что именно произошло?

Ломар замедлил шаг, его глаза вспыхнули ледяной решимостью.

— Несколько лет назад он пытался продать могущественный артефакт за пределами королевств. Легион вмешался. Я возглавлял операцию по его задержанию. Тогда он сбежал, но ценой этого бегства стала жизнь многих моих людей.

Сауль свистнул, услышав это.

— Значит, у вас личные счёты?

— Легион не ведёт личных войн, — спокойно ответил Ломар. — Но если у меня будет шанс убрать такого человека, я его использую.

Алек не сводил с него взгляда.

— Нам нужен результат. Если этот артефакт попадёт в чужие руки, последствия будут непредсказуемыми.

— Тогда нам нужно идти в город и начинать поиск, — сказал Ломар. — У меня есть старые контакты в теневых кругах столицы. Возможно, кто-то знает, где именно скрывается Дерран.

— Хорошо, — согласился Алек. — Тогда не будем терять времени.

Отряд ускорил шаг, направляясь в сердце столицы, где их ждали улицы, полные секретов и опасностей.

Узкие улочки гетто окутывал плотный запах сырости, дешёвого алкоголя и человеческой бедности. Каменные здания здесь были старыми и ветхими, а между ними пролегали лабиринты переулков, в которых без труда мог затеряться даже опытный следопыт. Люди смотрели на отряд настороженно — нечасто в таких местах видели бойцов с хорошим оружием.

Алек шагал впереди, напряжённо осматриваясь. Сауль, привыкший к подобной среде, небрежно шёл рядом, иногда переговариваясь с Боровом, который явно чувствовал себя не в своей тарелке.

— Ты уверен, что это место вообще стоит посещать? — пробормотал Боров, морщась от зловония переулков.

— Здесь живут те, кто знает больше, чем говорит, — отозвался Сауль. — Но если не хочешь, можешь остаться здесь и ждать, пока мы вернёмся.

— Нет уж, я с вами, — ответил маг воды, поправляя посох.

Салахар шёл молча, держа наготове свой топор. Он не любил гетто, но знал, что такие места всегда полны информации, пусть и добыть её можно только с помощью силы или золота.

Они направлялись в таверну «Кривой Клык», известную тем, что здесь обитали самые разные личности — от бывших солдат до наёмников, бандитов и беглецов. Здесь же Сауль когда-то встречал людей Гастона, а значит, шанс на зацепку был.

Тем временем Ломар двигался по более скрытому пути. Он направился к своему старому информатору — человеку по имени Винс, который знал столицу, как свои пять пальцев. Винс был хитёр, осторожен и никогда не работал без оплаты, но если уж он давал информацию, то она была точной.

Ломар подошёл к одному из заброшенных зданий в южной части столицы и легко постучал в деревянную дверь три раза, затем сделал паузу и добавил ещё два удара. Спустя несколько мгновений дверь приоткрылась, и на него взглянули внимательные, настороженные глаза.

— Ломар? Чёрт возьми, не думал, что увижу тебя снова, — прошептал Винс, впуская командира внутрь.

— Винс, мне нужна информация, — без лишних слов начал Ломар, садясь за старый, шаткий стол.

— Информация стоит дорого, — хмыкнул Винс, присаживаясь напротив.

— И я заплачу, — кивнул Ломар. — Что ты знаешь про недавние сделки Гастона?

Винс задумчиво постучал пальцами по столу, затем наклонился ближе.

— Ты про артефакт?

Ломар едва заметно сузил глаза.

— Значит, слухи не врут. У Гастона был артефакт, но он уже не у него, верно?

— Верно, — кивнул Винс. — Он передал его человеку, которого мало кто знает. Очень скрытная личность, но я слышал одно имя…

Ломар наклонился вперёд, ожидая ответа.

— …Кардинал.

Ломар пристально смотрел на Винса, обдумывая услышанное. Кардинал. Это имя мало что говорило, но если Винс знает о нём, значит, след уже есть.

— Говори дальше, — холодно сказал Ломар.

— Ты знаешь, как это работает, — ухмыльнулся Винс, потирая пальцы, намекая на оплату.

Ломар не ответил, но движение его руки было стремительным. Внезапно его ладонь сомкнулась на горле Винса, прижимая того к стулу. Глаза информатора расширились от неожиданности, а пальцы инстинктивно попытались разжать стальную хватку.

— Ты забыл, кто я, Винс, — тихо, но угрожающе произнёс Ломар. — Я не торгуюсь. Я беру то, что мне нужно.

Винс захрипел, хватая воздух.

— Ладно! Ладно! — прохрипел он.

Ломар немного ослабил хватку, но не убрал руку.

— Кардинал — это не имя. Это титул. Человек, скрывающийся под ним, ведёт дела в тенях. Он не принадлежит ни одной из фракций открыто, но у него есть связи с аристократами, бандитами и даже храмами. Он покупает и продаёт информацию, артефакты, людей… Всё, что имеет ценность.

Ломар нахмурился.

— Где его найти?

— Это сложнее. Он не держится в одном месте. Но я слышал, что он недавно покинул столицу и направился к восточным землям. Гастон передал ему артефакт, но сделка была тайной.

Ломар задумался. Если Кардинал уже ушёл, догнать его будет непросто. Но это не отменяло того, что в столице могут остаться его люди.

Он отпустил Винса, и тот закашлялся, хватая воздух.

— Не вздумай мне врать, — сказал Ломар. — Если окажется, что ты скрыл что-то важное, я вернусь. И тогда я не стану говорить.

Винс молча кивнул, всё ещё тяжело дыша.

Ломар вышел из здания, его разум работал быстро. Артефакт в руках Кардинала. Восточные земли. Значит, нужен новый план.

Он знал, что Алеку не понравятся его методы. Но он не был Алеком. Он был Ломаром — командиром, который выживал не благодаря благородству, а благодаря своей жестокости. И если кто-то думал, что он станет играть по правилам, они жестоко ошибались.

Сжав кулаки, он направился обратно в замок. Впереди было много работы.

Ломар шёл по улицам столицы быстрым, уверенным шагом. В его голове уже выстраивался следующий шаг плана. Если Кардинал покинул столицу, значит, в городе остались его люди. Они либо помогут выйти на него, либо погибнут, пытаясь скрыть правду.

Он уже знал, к кому идти. В восточной части города, в одном из старых трактиров, часто собирались торговцы черного рынка. Среди них был один человек, с которым Ломару уже приходилось работать в прошлом — по прозвищу Гриф.

Гриф был посредником между влиятельными фигурами тёмного мира. Он не знал всего, но всегда умел находить тех, кто знал. Если Кардинал действительно проворачивал сделку в столице, то Гриф наверняка был в курсе.

— Посмотрим, насколько ты будешь разговорчивым, старый лис.

Тем временем в гетто Алек, Сауль, Боров и Салахар продвигались по узким, грязным улицам. Люди здесь жили впроголодь, прятались в тенях, а на каждом углу можно было увидеть кого-то, кто пытался продать сомнительный товар или завербовать новых наёмников.

— Ненавижу эти места, — пробормотал Сауль, глядя на старые здания с обвалившейся штукатуркой.

— Зато они всегда знают, что происходит в городе, — ответил Боров, осматривая прохожих. — Если Гастон действительно передал артефакт Кардиналу, кто-то из них мог видеть сделку.

Алек кивнул. Он чувствовал напряжение в воздухе. Здесь, в гетто, Легион не вызывал страха. Здесь правили другие законы, и никто не хотел привлекать лишнее внимание.

— Салахар, ты заметил что-нибудь? — спросил Алек, поворачиваясь к бывшему разбойнику.

Тот молча осмотрелся, его взгляд задержался на группе людей, сидящих у костра.

— Они наблюдают за нами, — тихо сказал он. — Думают, что мы пришли за кем-то конкретным.

— И что делать? — спросил Сауль.

Алек задумался. Можно было просто подойти и расспросить, но это означало бы, что они готовы к драке. Либо они могли сыграть хитрее...

— Наблюдаем. Посмотрим, что они сделают.

Группа осталась на месте, но уже через пару минут один из мужчин встал и медленно пошёл вглубь переулка.

— Он пошёл предупреждать кого-то, — заключил Боров.

Алек сжал кулаки. Это значит, что мы на верном пути.

Группа продолжала наблюдать, когда из переулков начали выходить вооружённые люди. Они двигались медленно, словно оценивая добычу, но выражение их лиц не оставляло сомнений — это были наёмники.

— Пять... десять... пятнадцать человек, — тихо подсчитал Сауль, положив руку на рукоять меча.

— И это только те, кого мы видим, — добавил Боров, сжав кулаки.

— Капкан, — пробормотал Алек, обернувшись к Салахару. — Твоя территория. Что посоветуешь?

— Драться, — ухмыльнулся бывший главарь разбойников, перехватывая топор.

Как по сигналу, наёмники бросились в атаку.

Бой вспыхнул мгновенно.

Сауль мгновенно выхватил меч и отбил первый удар, нанося встречный. Боров поднял руки, вызывая потоки воды, которые сбили сразу двоих врагов с ног. Алек увернулся от летящего клинка, сам нанося быстрый удар по ноге противника.

Но наёмников было слишком много.

Из переулков выходили новые бойцы, окружая их, заставляя пятиться. Один из них ударил Сауля в плечо, рана тут же окрасилась кровью. Боров отбивался магией, но количество врагов было подавляющим.

Салахар, несмотря на всю свою силу, уже начал замедляться, дыхание становилось тяжёлым. Он срубил очередного противника топором, но позади уже поднимались двое новых.

— Нас давят! — крикнул Алек, блокируя очередной удар.

И в этот момент из переулка раздался крик ужаса.

В воздухе сверкнула сталь, и чей-то отрубленный торс рухнул на грязную землю.

Ломар ворвался в бой с грацией хищника. Его движения были быстрыми, точными и беспощадными. Он разрывал строй наёмников, не давая им ни секунды на реакцию.

— Убить его! — закричал один из наёмников, бросаясь вперёд.

Ломар развернулся, резко ударил ногой, ломая врагу шею. Затем он схватил другого за руку, вывернул её, заставляя противника закричать, и всадил клинок ему в горло.

Крики сменились паникой. Наёмники пытались отступать, но было поздно.

Ломар двигался как смертоносный вихрь.

Его кулаки ломали рёбра, его мечи разрубали тела, оставляя за собой кровавый след. Он не просто убивал — он расчленял врагов, превращая поле боя в бойню.

Последний оставшийся наёмник, в ужасе отползавший назад, поднял руки:

— По... пощади...

Ломар ничего не сказал.

Он сделал шаг вперёд, взмахнул мечом, вспоров живот несчастного, и тот рухнул, корчась в агонии.

Тишина.

Алек тяжело дышал, сжимая меч.

— Ты... как-то даже переборщил, — хрипло пробормотал Сауль, вытирая кровь с лица.

Ломар убрал меч в ножны и спокойно посмотрел на них.

— Я не оставляю врагов в живых, — холодно ответил он.

Его взгляд встретился с Алеком.

— Теперь твоя очередь. Скажи мне, чего ты хочешь?

Алек глубоко вздохнул, пытаясь подавить тревожное ощущение, которое оставил после себя Ломар. Он знал, что 9-й командир Легиона был жестоким, но видеть его в бою — это совсем другое.

— Я хочу закончить с этим, — наконец ответил он, оглядываясь на окровавленные тела вокруг. — Но сначала нужно разобраться, кто их прислал.

Ломар усмехнулся и, не говоря ни слова, наклонился над трупом одного из наёмников. Он быстро обыскал его, и через пару секунд достал из кармана небольшую металлическую эмблему с выгравированным символом.

— Вот и ответ, — бросил он Алеку.

Алек взял эмблему, но едва взглянув на неё, нахмурился.

— Чёрный Коготь, — пробормотал он, показывая знак остальным.

Сауль выругался:

— Торговцы людьми, убийцы, наёмники... Связи у них везде. Если они здесь, значит, кто-то серьёзный их нанял.

Боров, всё ещё тяжело дыша, нахмурился:

— Это же та организация, с которой работал Гастон, верно?

Алек кивнул.

— Тогда это значит, что он уже знает, что мы ищем артефакт, — задумчиво сказал Сауль.

— Или пытается нас запугать, — добавил Салахар, отряхивая топор от крови.

Ломар фыркнул:

— Запугать? Это я их запугал.

Алек посмотрел на командиров, осознавая, что ситуация становится ещё более опасной. Гастон явно что-то знал, но они ещё не вышли на след артефакта.

— У нас есть две дороги, — сказал он, разглядывая эмблему. — Либо мы идём напрямую к Гастону, либо продолжаем искать артефакт через его людей.

Ломар посмотрел на него, скрестив руки.

— Я бы предпочёл первое.

— Не удивлён, — пробормотал Сауль.

— Я думаю, сначала стоит разобраться с тем, что у нас есть, — вмешался Боров. — Мы знаем, что Чёрный Коготь связан с Гастоном, но, возможно, кто-то ещё стоит за этим.

Алек кивнул.

— Тогда у нас один путь — нам нужно найти логово Чёрного Когтя.

Все переглянулись. Они понимали, что это будет смертельно опасно, но другого выбора не было.

— Тогда не будем терять времени, — сказал Ломар, ухмыляясь. — Я как раз размялся.

Алек, Сауль, Боров и Салахар быстро двигались по улицам столицы, направляясь обратно в богатые районы. После столкновения с наёмниками стало ясно — они не могут больше ждать. Пора было разобраться с Гастоном раз и навсегда.

Ломар шёл немного позади, его лицо не выражало эмоций. Он привык решать проблемы жестоко и быстро, но сейчас наблюдал за тем, как Алек принимает решения.

— Ты уверен, что нам стоит идти прямо к нему? — спросил Сауль, поравнявшись с командиром.

— Если мы будем сидеть и ждать, он ударит первым, — ответил Алек. — Нужно показать, что мы не жертвы.

— Гастон не дурак, — добавил Боров. — Он окружён головорезами, деньгами и связями. Мы не сможем просто войти и убить его.

— Значит, придётся действовать умнее, — сказал Алек.

Они вышли на широкую улицу, ведущую в богатый квартал. Вдалеке виднелись особняки аристократов, ярко освещённые улицы и охрана, патрулирующая территорию.

— Гастон контролирует часть этих кварталов. Если мы просто придём к нему, он может нас не пустить или устроить ловушку, — заметил Сауль.

Алек задумался.

— Нам нужен проводник. Кто-то, кто знает его привычки, его охрану.

Ломар остановился и взглянул на Алека.

— Ты хочешь сказать, что мы идём к Райнхарду?

— Он был его человеком, но отказался. Он знает, как к нему подобраться, — ответил Алек.

Салахар скрестил руки.

— А если он нас предаст?

— Тогда я разрублю его пополам, — спокойно сказал Ломар.

Алек усмехнулся.

— В любом случае, он наш единственный шанс.

Они пересекли главную площадь богатого района и остановились у одного из трактиров, где, по информации Легиона, находился Райнхард.

Алек первым вошёл внутрь. В трактире было шумно — богачи выпивали, звучала музыка, слуги носили подносы с едой.

Райнхард сидел за отдельным столом, лениво потягивая вино. Он сразу заметил приближающийся отряд.

— Ну-ну, что за честь? — усмехнулся он.

Алек сел напротив него.

— Мы идём к Гастону. Ты пойдёшь с нами.

Райнхард удивлённо поднял бровь.

— Вы что, решили просто постучать в его дверь?

— Мы хотим узнать его слабые места, — вмешался Сауль. — А ты нам в этом поможешь.

Райнхард допил вино и поставил бокал.

— Если вы идёте к нему, то вам понадобится больше, чем просто знания. Вам понадобится план. Иначе вы все трупы.

Алек наклонился вперёд.

— Тогда помоги нам составить этот план.

Райнхард посмотрел на каждого из них, затем усмехнулся.

— Ну что ж, раз уж вы такие смелые… ладно. Я в деле.

Ночь перед бурей

Гастон сидел в своём роскошном кабинете, потягивая дорогое вино. Вокруг него находились несколько его людей – вооружённые наёмники, маги и информаторы, которые только что принесли ему тревожную весть.

— Легион идёт ко мне? — Гастон приподнял бровь, ухмыляясь. — Какой неожиданный поворот.

Один из его людей, низкорослый мужчина в кожаных доспехах, кивнул.

— Они привлекли Райнхарда. Алек и его отряд уже в пути.

Гастон нахмурился, затем усмехнулся.

— Думают, что могут просто прийти и получить то, что хотят? Наивные. Раз уж они так рвутся в гости, давайте устроим им тёплый приём.

Он повернулся к троим людям, стоящим чуть поодаль. Они выглядели более внушительно, чем обычные наёмники.

— Морт, Альбус, Рексан – вы трое поведёте основную группу. Соберите лучших магов и воинов. Перекройте им путь ещё в богатом районе. Я хочу, чтобы их уничтожили до того, как они дойдут до моего порога.

Морт, высокий мужчина в красной мантии, являлся магом огня и одним из самых опасных убийц Гастона. Альбус, массивный воин с двуручным мечом, слыл безжалостным головорезом. Рексан – скрытный убийца, владеющий теневой магией.

— Они не дойдут до твоего дома, босс, — хрипло сказал Альбус, хватаясь за рукоять своего меча.

Гастон махнул рукой.

— Тогда вперед. Пусть эта ночь станет их последней.

Путь в ловушку

Алек, Райнхард, Сауль, Боров и Салахар двигались по улицам богатого района. Они старались не привлекать внимания, но понимали, что Гастон не будет просто сидеть и ждать.

— Чувствуете это? — вдруг сказал Ломар, замедлив шаг.

Алек осмотрел улицу. Вокруг было подозрительно тихо. Никаких гуляк, даже стражников не было видно.

— Засада, — процедил Сауль, кладя руку на рукоять меча.

В тот же момент с крыш домов спрыгнули несколько вооружённых людей. Из переулков вышли маги. Спереди на дороге стояли трое – Морт, Альбус и Рексан.

— Ну что ж, Легион, — усмехнулся Морт, огненный маг. — Вы решили прийти в гости, но, похоже, зашли не в тот район.

Альбус положил меч на плечо.

— Босс передаёт вам привет.

— И прощальный поклон, — добавил Рексан, исчезая в тенях.

Начало битвы

— Рассредоточиться! — крикнул Алек.

Первый огненный снаряд полетел в их сторону, но Боров вскинул руки, и перед ними поднялась водяная стена, гасящая атаку.

Альбус с рёвом бросился вперёд, его двуручный меч разрубил мостовую, но Сауль успел отскочить.

Райнхард выхватил своё оружие и бросился в бой, отразив атаку одного из наёмников.

Салахар, стиснув зубы, схватил топор и разрубил первого врага, который попытался подойти слишком близко.

— Их слишком много! — крикнул Боров.

— Слишком? Это просто разминка, — холодно сказал Ломар, двигаясь вперёд.

На него сразу же бросились трое противников. Ломар увернулся от первого удара, развернулся и одним резким движением сломал противнику шею. Второго он ударил в солнечное сплетение, а третьего одним молниеносным движением разрубил пополам.

Кровь хлынула на мостовую.

— Ломар… — пробормотал Сауль, увидев, с какой жестокостью он убивает.

Но на этом битва не заканчивалась. Маги Гастона начали накладывать мощные заклинания.

Алек стиснул зубы.

— Нужно закончить это быстро!

Разделённые в битве

Ломар исчез из поля зрения, растворившись в ночи, пока остальные бойцы схлестнулись со своими противниками.

Боров против мага огня

Морт улыбался, играя огненными шарами в руках.

— Ты не сможешь победить меня, водяной маг, — усмехнулся он. — Я сожгу тебя заживо.

Но Боров был сосредоточен. Он молча вскинул руки, и в воздухе закружились капли воды. Морт метнул в него пылающий снаряд, но Боров взмахнул рукой, и вражеское пламя исчезло, поглощённое влажной завесой.

— Тебе не хватит маны, чтобы вечно блокировать мои атаки! — закричал маг огня и создал огромное огненное копьё, бросая его прямо в Борова.

Но Боров не пытался уклоняться. Он сжал кулаки, и вода вокруг него начала вращаться с неистовой силой.

— Тебе конец.

Вода мгновенно превратилась в лёд. Ледяная волна понеслась вперёд, пробивая воздух. Огненное копьё рассыпалось на куски.

— Ч-что?! — Морт успел только ахнуть, прежде чем острые ледяные шипы пронзили его тело.

Он застыл на месте, его глаза расширились от шока, а затем тело начало покрываться инеем. Через мгновение он рухнул на мостовую, навсегда застыв в ледяной глыбе.

Салахар и Райнхард против Альбуса

Альбус смеялся, размахивая своим огромным мечом.

— Два против одного? Это нечестно!

— Тогда сложи оружие, и мы сделаем по-другому, — усмехнулся Райнхард, уклоняясь от мощного удара.

Салахар, сжимая свой топор, сделал рывок, нанося стремительный удар. Альбус, будучи опытным бойцом, выставил меч, отбивая атаку. Однако Райнхард, используя этот момент, ударил снизу, заставляя двуручника отступить.

— Вы слабы! — прорычал Альбус и с новой силой обрушил на них град мощных атак.

Салахар блокировал удары, но понимал, что один промах – и он лишится головы.

Райнхард же двигался быстрее, пробуя разные углы атаки.

— Работаем вместе! — выкрикнул он.

Салахар кивнул.

Когда Альбус замахнулся для очередного удара, Салахар сделал резкий манёвр, нанося мощный удар по его ноге. Гигант взревел от боли, а в тот же момент Райнхард с силой вонзил меч ему в бок.

Кровь брызнула на камни.

Но даже раненый, Альбус не сдавался.

— Ты ещё не… — но его голос оборвался, когда Салахар разрубил его шею.

Голова покатилась по улице.

Алек и Сауль против Рексана

Рексан, мастер теней, двигался слишком быстро. Его фигура то появлялась, то исчезала.

— Тебе не победить меня, мальчишка, — раздался его голос.

Алек и Сауль стояли спина к спине, следя за движениями противника.

— Он играет с нами, — прошептал Сауль.

Алек кивнул.

Внезапно тень мелькнула сзади, и Рексан нанёс удар. Но Сауль, предугадав движение, заблокировал клинок.

— Ошибся, — усмехнулся он.

Алек мгновенно воспользовался этим моментом, нанося удар прямо в сердце убийцы.

Рексан широко раскрыл глаза, хрипло выдохнул, затем рухнул на землю.

Ломар возвращается

Когда бой был окончен, тень вновь появилась среди тел.

Это был Ломар. Его меч был покрыт кровью.

— Они были жалкими, — тихо произнёс он, глядя на убитых.

Алек кивнул.

— Теперь пора к Гастону.

Гастон сидел в своём поместье, слушая последние отчёты. Перед ним стоял человек в испачканном кровью плаще. Это был один из немногих выживших наёмников, которым удалось убежать. Он тяжело дышал, дрожа от страха.

— В-все мертвы… — прошептал он, опуская голову.

Гастон медленно поднялся с кресла.

— Что ты сказал?

— Они перебили всех, милорд. Их командир… этот чёртов Ломар… он был везде. Он… даже когда мы думали, что дерёмся с другими, он появлялся из ниоткуда и наносил смертельные удары.

Гастон сжал кулаки.

— Ты хочешь сказать, что моя армия наёмников не смогла справиться с горсткой бойцов?!

Наёмник сглотнул.

— Они… не обычные люди, господин. Мы не смогли ничего сделать. Это было… как резня.

Гастон замолчал. Гнев его рос с каждой секундой. Он не просто потерял людей — он потерял контроль над ситуацией.

— Где они сейчас?

— Они идут сюда…

Гастон усмехнулся, но в его глазах не было веселья.

— Тогда пусть приходят. Я их встречу.

Он махнул рукой, и в тёмной комнате за его спиной зашевелились фигуры. Это были его личные телохранители — элитные бойцы, лучшие из лучших.

— Соберите всех, кто остался.

— Да, господин.

Наёмник поклонился и выбежал из комнаты.

Гастон развернулся, глядя в окно.

— Если они хотят войны… я им её устрою.

Путь через тени

Алек, Сауль, Боров, Салахар и Райнхард двигались узкими улочками гетто, скрываясь от патрулей Гастона. Они шли быстро, стараясь не привлекать внимания, но напряжение росло — они были слишком глубоко на вражеской территории.

Сауль резко остановился, подняв руку.

— Тихо… — его взгляд метнулся к ближайшему переулку. — У нас гости.

Едва он успел договорить, как из тьмы вынырнул худощавый парень с кинжалом. Его движение было быстрым, но Сауль был быстрее — резкий взмах руки, и лезвие его собственного ножа вошло парню прямо в горло.

— Вот же дерьмо… — пробормотал Райнхард, оттаскивая тело в тень.

— Мы тут не ради скрытности, — хмыкнул Салахар, сжимая топор. — Если Гастон знает, что мы идём, то пусть трясётся заранее.

— Отличный план, Салахар. Разбудим весь район и получим ещё пару десятков противников в спину, — с сарказмом ответил Боров.

В этот момент над их головами раздались шаги.

— Сверху! — крикнул Алек, вскидывая меч.

Стрелы свистнули в воздухе. Салахар шагнул вперёд, взмахнув рукой, и песчаная волна взметнулась вверх, сбивая часть снарядов.

— Чёрт побери, это не обычные стрелки! — выкрикнул Сауль, прячась за сломанной телегой.

Боров, стоявший рядом, сжал кулаки.

— Держитесь!

Вода хлынула вверх, сбивая лучников с крыш, а затем замёрзла в воздухе, превращаясь в острые сосульки, которые дождём обрушились на врагов.

Где-то позади раздался тяжёлый топот.

— Кого там ещё принесло?! — выругался Райнхард, хватаясь за рукоять меча.

Из переулка вышел массивный воин с гигантской булавой. Он был выше Салахара, а его мышцы казались выточенными из камня.

— Дальше вы не пройдёте, — его голос был низким, как грохот грома.

Салахар ухмыльнулся, покручивая топор в руке.

— А давай проверим, кто кого?

Массивный воин сделал шаг вперёд, поднял булаву и с оглушительным треском опустил её вниз. Брусчатка разлетелась во все стороны, осыпая героев осколками камня.

Салахар отскочил в сторону, едва увернувшись от удара.

— Ты тяжелый, как коровья туша, — бросил он, вращая топор в руке.

Райнхард стоял рядом, держа секиру наперевес, его взгляд был сосредоточенным. Их противник, огромный двуручник, ухмыльнулся и резко рванул вперёд, размахнувшись для нового удара.

Салахар, привыкший к агрессивным противникам, легко ушёл в сторону, но воин оказался быстрее, чем казалось. Второй удар едва не задел его, и он почувствовал, как воздух свистнул у самого лица.

Райнхард не стал ждать. Он сделал шаг вперёд и встретил противника лезвием секиры, но тот ловко парировал, их оружие со звоном столкнулось, и по узкой улочке прокатилось эхо.

— Ты не так уж и медлителен, — признал Райнхард, отступая.

— А ты не так уж и силён, как о тебе болтают, — усмехнулся двуручник и снова рванул вперёд.

Тем временем Боров скользнул в сторону, концентрируя магию. Маг огня, его противник, широко расставил руки, и в воздухе заплясали языки пламени.

— Давай же, испытай меня, маг воды! — выкрикнул он, и пламя устремилось вперёд.

Боров лишь усмехнулся и взмахом руки поднял волну ледяной воды, столкнувшуюся с огнём. Раздался шипящий звук, пар окутал улицу, но Боров уже шагал вперёд.

Сауль и Алек держали оборону против третьего наёмника, ловкого и быстрого мечника. Он двигался так стремительно, что его фигура казалась размытым силуэтом в темноте.

— Не нравится мне этот парень, — бросил Сауль, перекатываясь в сторону, когда тот пронёсся мимо, оставляя после себя быстрый порез на его рукаве.

— Действуем вместе, — коротко сказал Алек, и они разошлись, окружая противника.

Ломар всё это время был незаметен. Тени укрывали его фигуру, и каждый раз, когда один из наёмников терял концентрацию, он наносил молниеносный удар. Клинки сверкали в темноте, и один за другим враги падали.

Гастон, наблюдая за битвой со своего укрытия, сжимал кулаки. Всё шло не так, как он рассчитывал.

Гастон с силой ударил по столу, его лицо исказилось от ярости.

— Проклятье… — прошипел он, глядя на остатки своих бойцов. Те, кто ещё мог двигаться, покидали поле боя, оставляя окровавленные тела товарищей.

Наёмники, которых он отправил, должны были остановить этот чёртов Легион. Но вместо этого…

Гастон медленно выдохнул и повернулся к человеку в тени.

— Думаю, настало время для твоего выхода.

Фигура шагнула вперёд. Лицо скрывал глубокий капюшон, но глаза сверкнули в полумраке.

— Ты слишком долго тянул, Гастон, — голос был хриплым, но спокойным.

— Эти ублюдки всё ещё живы. Ты знаешь, что делать.

Фигура лишь кивнула и исчезла во тьме.

---

Алек и его отряд двигались быстро. Они использовали скрытые пути города, пробираясь через заброшенные дворы и тёмные переулки. Кровь и усталость ещё не успели покинуть их тела после схватки, но останавливаться было нельзя.

— Мы идём в самое логово, — сказал Сауль, осторожно выглядывая за угол.

— Тем лучше, — отозвался Ломар, поправляя рукава плаща.

— Ты чересчур уверен в себе, — буркнул Боров.

— Я просто знаю, на что способен, — Ломар усмехнулся, но глаза его оставались холодными.

Райнхард шёл позади, молча переваривая происходящее. Он знал этот город лучше, чем кто-либо из них. Он знал, каков Гастон, и понимал, что тот не даст им просто так добраться до него.

— Нам нужен план, — произнёс он.

Алек кивнул.

— Уже есть. Мы разделимся. Одни зайдут через главный вход, привлекая внимание, другие проникнут через подземные туннели.

Салахар хмыкнул.

— Интересно, кого ты отправишь в туннели?

Алек улыбнулся.

— Тех, кто умеет убивать в темноте.

Все невольно посмотрели на Ломара. Тот лишь коротко кивнул.

Тень метнулась вперёд с нечеловеческой скоростью. Лезвие блеснуло в воздухе, нацеливаясь прямо в грудь Алека, но он успел парировать удар, отступая назад. Нападавший двигался быстро, с плавностью змеи и силой хищника.

Салахар рванул вперёд, размахивая топором, но едва его лезвие опустилось, враг увернулся и с силой ударил его в бок. Салахар отшатнулся, схватившись за рану — по доспеху пошла трещина.

— Проклятье… — выдохнул он, но прежде чем смог поднять оружие, его тело дёрнулось вперёд само по себе.

— Что?..

Он почувствовал, как невидимая сила сжимает его, лишая движения. Глаза наполнились яростью, когда он понял, что происходит.

— Чёртов артефакт…

Нападавший сжал кулак, и Боров, который хотел было метнуть водяное копьё, вдруг почувствовал, как его ноги потеряли опору. Его резко притянуло к врагу. Он попытался противостоять, но было поздно — клинок рассёк воздух, и вспышка боли пронзила его ногу.

— Ааааргх! — Боров рухнул на одно колено, сжимая рану.

Сауль, увидев это, сделал рывок в сторону, заходя противнику сбоку. Клинок мелькнул в его руке, нацеливаясь на шею врага.

Но тот, словно предугадав атаку, молниеносно развернулся, подняв левую руку. Сильный удар блокировал меч, отбросив Сауля назад.

— Этот ублюдок знает, что делает… — процедил Сауль, вновь вскидывая оружие.

Алек сжал рукоять меча, внимательно наблюдая за врагом. Они столкнулись с опасным противником. И если он владеет артефактом…

То, бой только начинается.

Райнхард, увидев, как из теней выходят ещё двое вооружённых противников, без колебаний шагнул вперёд. Один был массивным, с широкими плечами и огромным двуручным мечом, а второй — худощавым, с короткими клинками в обеих руках.

— Эти мои, — бросил Райнхард, скручивая шею, разминая плечи.

Двуручник первым двинулся вперёд, нанося сокрушительный рубящий удар. Райнхард успел уйти вбок, чувствуя, как воздух разрезало лезвие, и сразу же нанёс встречный удар в бок. Но второй противник уже был рядом — его короткие мечи двигались с молниеносной скоростью, вынуждая Райнхарда отступить, парируя.

Тем временем Алек сосредоточился на своём враге. Он видел, что тот не просто боец, но мастер контроля пространства.

Первый ход: Алек сделал вид, что бросается в атаку, но в последний момент скользнул в сторону, нанося удар снизу. Противник парировал, но не успел заметить, как Алек наступил ему на ногу, не давая маневрировать.

Второй ход: Враг попытался освободиться, но Алек уже использовал его инерцию, захватывая запястье и выкручивая его. Клинок едва не выпал из руки противника, но тот с силой ударил его локтем в грудь, заставляя отпустить хватку.

Третий ход: Алек мгновенно опустился ниже, резко выбивая ногой каменную плиту под ногами врага, заставляя его потерять баланс. На мгновение тот замешкался, и Алек нанёс удар по руке, держащей артефакт.

Однако враг был не из простых. Даже будучи в неудобном положении, он смог активировать силу артефакта, притягивая Алека к себе, и нанёс ему удар кулаком в живот. Алек почувствовал, как его отбрасывает назад, но в последний момент перевернулся в воздухе и приземлился на ноги.

— Умён, — усмехнулся Алек, вытирая уголок губ.

— И ты не так прост, — холодно ответил враг.

Бой только начинался, и Алек знал, что ему придётся использовать не только силу, но и хитрость.

Сауль, отбросив окровавленный клинок в сторону, подхватил Борова под руку и потащил в укрытие.

— Держись, приятель, — прошипел он, опуская мага воды за деревянные ящики. — Нога в порядке?

Боров, скривившись, приложил ладонь к ране и пробормотал:

— Чувствую, как кровь уходит… чёртов артефакт!

Сауль выглянул из-за укрытия. Бой продолжался, и времени на отдых не было.

— Сможешь хоть что-то сделать?

Боров выдавил кривую улыбку.

— Если дашь мне минуту…

Сауль кивнул и вытащил два метательных ножа, готовый прикрыть товарища.

Тем временем Райнхард орудовал клинком, отбивая атаки двух противников. Двуручник наносил мощные удары, ломая плитку под ногами, а мечник с короткими клинками двигался быстро, пытаясь нанести удары в бреши.

Внезапно в воздухе свистнул песок.

Салахар взмахнул руками, создавая вихрь из сотен мелких снарядов, которые полетели в противников.

Двуручник прикрылся, инстинктивно отворачиваясь от потока песка. Это было его ошибкой.

Райнхард моментально воспользовался моментом, шагнул вперёд и с силой разрубил его мечом от плеча до живота.

Кровь хлынула, но второго противника ещё нужно было добить.

Короткомечник, поняв, что остался один, сделал шаг назад. Но Райнхард уже был рядом. Он перехватил свой меч обеими руками и одним молниеносным ударом разрубил врага пополам.

— Благодарю, — бросил он в сторону Салахара.

— В следующий раз предупреждай, когда соберёшься делать грязную работу, — фыркнул маг песка.

Алек тяжело дышал, отводя меч в сторону. Он уже приготовился к очередному удару, но в следующий миг перед глазами что-то мелькнуло, и противник резко дёрнулся. С глухим свистом его рука отлетела в сторону, а через мгновение из груди торчал меч с яркими светящимися рунами.

Воин судорожно хрипнул, его тело дёрнулось в последний раз и рухнуло на каменные плиты.

Алек быстро отпрянул назад, переводя дыхание.

За спиной убитого стоял Ломар — его тёмная одежда была пропитана кровью, а в руках он держал свой меч, сияющий тусклым голубоватым светом.

— Где ты был?! — выпалил Алек, ещё не до конца веря в произошедшее.

Ломар выдернул клинок из тела и, не глядя, отряхнул его от крови.

— В катакомбах, — ответил он спокойно, словно только что не перерезал всех в здании. — Я ожидал найти там Гастона, но он уже ушёл.

Сауль, всё ещё держа окровавленный кинжал, нахмурился.

— Ты хочешь сказать, что перебил всех, кто был в особняке?

Ломар кивнул.

— Именно. Но Гастона не было. Либо он знал о нападении, либо его предупредили.

Салахар, сдерживая боль от раны, поднялся с земли и сплюнул.

— Тогда он где-то рядом. Такие люди не бегут далеко, пока уверены в своих силах.

Алек глубоко вздохнул и убрал меч в ножны.

— Значит, мы не закончили. Нужно найти его, пока он не залёг на дно.

Сауль внимательно осмотрел меч Ломара. Его лезвие слабо светилось голубоватым сиянием, руны на клинке пульсировали, будто дышали.

— Чёрт… Это же "Покровитель". Говорят, он исчез после зачистки древних подземелий. Откуда он у тебя?

Ломар ухмыльнулся, крутанул меч в руке, заставляя руну вспыхнуть ярче.

— Оттуда же, откуда и легенды. Я нашёл его в подземельях троллей. Было весело.

Алек приподнял бровь.

— Весело? Ты хочешь сказать, что прошёл одно из самых смертоносных мест, заполненных тварями, которых даже королевская стража избегает?

Ломар ухмыльнулся.

— Ну, прошёл — это громко сказано. Скорее, пробрался, нашёл, что нужно, и вырезал всех, кто встал на пути.

Боров, который уже слегка пришёл в себя, покачал головой.

— Ты говоришь так, будто это прогулка.

— А что, нет? — Ломар пожал плечами. — Да, тролли были… настойчивыми, а их шаманы пытались меня сжечь заживо. Но у них была одна проблема.

Алек скрестил руки.

— Какая же?

Ломар поднял меч.

— У них не было этого.

Сауль усмехнулся.

— Значит, меч действительно стоит того.

Ломар кивнул.

— "Покровитель" разрезает любые доспехи, если владелец обладает достаточным запасом маны. Чем больше энергии вливаешь — тем меньше его волнуют защиты, магические или физические.

Алек присвистнул.

— Полезная штука.

— Более чем, — подтвердил Ломар. — И сейчас она нам пригодится. Гастон не должен уйти.

Когда отряд вышел на улицы города, прохожие заметно напряглись. Их взгляды то и дело скользили по окровавленным одеждам легионеров, а кто-то просто сразу сворачивал за угол, предпочитая не пересекаться с ними. В богатых районах люди делали вид, что ничего не замечают, но в гетто всё было иначе — некоторые замирали на месте, другие осторожно отходили в стороны, а самые пугливые и вовсе старались исчезнуть с улицы.

Алек вздохнул.

— Отлично. Теперь нас принимают за палачей.

— В каком-то смысле так и есть, — усмехнулся Сауль, отряхивая рукава.

Боров устало вытер лоб.

— Может, найдём место, где можно умыться? А то мы и правда выглядим так, будто только что устроили резню.

Ломар, шагавший чуть впереди, лишь хмыкнул.

— Если кому-то не нравится наш вид — пусть отвернутся.

Алек покачал головой.

— Ты вообще умеешь быть незаметным?

— Когда нужно.

— Ну да, когда не обливаешься кровью с головы до ног, — вставил Сауль.

Ломар лишь ухмыльнулся, но затем перевёл взгляд на меч в руке.

— Кстати, раз уж мы говорили о "Покровителе", есть ещё кое-что, что вы должны знать.

Алек посмотрел на него с любопытством.

— Что именно?

Ломар поднял меч, давая ему немного света от уличных фонарей.

— Этот клинок не подвластен боевому духу. Все эти рыцарские приёмы, усиление тела, концентрация на оружии — на него не действуют. Его создавали для магов, чтобы они могли защищаться в ближнем бою, не уступая опытным мечникам.

Сауль присвистнул.

— То есть, если у кого-то нет магии, меч бесполезен?

— Почти, — кивнул Ломар. — Без маны он остаётся просто хорошим клинком, но не более. Чтобы он проявил себя полностью, его нужно питать энергией.

Боров задумчиво кивнул.

— Это объясняет, почему тролли не смогли его использовать.

Ломар усмехнулся.

— Именно. А теперь давайте поторопимся. Гастон уже знает, что мы идём, и если мы задержимся — он может просто исчезнуть.

Отряд быстро двинулся в сторону реки, не теряя времени. Гастон был умён, и если он действительно собирался сбежать, то лучший способ сделать это — скрыться на одном из кораблей.

— Думаешь, он уже ушёл? — спросил Сауль, оглядываясь по сторонам.

— Возможно, но вряд ли он сделал это без подготовки, — ответил Алек, пристально вглядываясь в темноту улиц.

Ломар шёл чуть впереди, всё так же расслабленный, но его взгляд постоянно скользил по окрестностям.

— Он мог заплатить капитану или даже запугать кого-то, чтобы его вывезли незаметно, — добавил Боров.

— Тогда нам нужно быстрее добраться до пристани, — сказал Салахар, ускоряя шаг.

Когда они достигли набережной, река выглядела спокойной, лишь редкие огни кораблей мерцали в ночи. Отряд двинулся вдоль причалов, внимательно разглядывая каждое судно. Некоторые корабли стояли нагруженными товарами, другие были почти пустыми, ожидая новых грузов.

— Если бы я был на его месте, то выбрал бы судно, которое вот-вот отправится, — рассудил Сауль.

Алек кивнул.

— Значит, ищем такие.

Они двигались дальше, рассматривая матросов, грузчиков и капитанов, ища хоть малейший намёк на присутствие Гастона. Внезапно Ломар остановился и указал на один из кораблей.

— Вон тот. Видите, как команда нервничает?

На палубе корабля несколько матросов что-то ожесточённо обсуждали, а один из них бросил быстрый взгляд в сторону города, словно кого-то ожидал.

— Похоже на наших людей, — заметил Сауль.

— Если он там, то не упустим его, — сказал Алек.

Они двинулись вперёд, сжимая оружие, готовые к бою.

Отряд быстро спрятался за штабелем ящиков, наблюдая за происходящим. Из тёмных улиц один за другим вышли люди в тёмных плащах. Их лица скрывали капюшоны, но по тому, как они двигались, можно было понять — это не простые пассажиры.

— Это точно его люди, — прошептал Сауль.

— Они не просто так идут в одном направлении, — подтвердил Боров, не отрывая взгляда от корабля.

Фигуры быстро поднялись на борт, переговариваясь с кем-то из команды. Через минуту на судне раздались команды, и корабль начал медленно отходить от пристани.

— Чёрт, он уходит, — пробормотал Салахар.

— Тогда нам нужно что-то придумать, — спокойно заметил Ломар.

Алек на секунду задумался, глядя на уходящий корабль. Они не могли позволить Гастону сбежать, но идти напролом на пристань, где могли остаться его люди, было слишком опасно.

— Берём лодку, — решительно сказал он.

— Где ты её возьмёшь? — фыркнул Сауль.

— Вон там, у причала, — указал Алек на несколько небольших рыбацких лодок, привязанных к столбам.

— Ну, это уже что-то, — улыбнулся Боров.

Они быстрым шагом направились к лодкам, внимательно оглядываясь, чтобы не привлечь лишнего внимания. Когда добрались, Алек срезал верёвку, и все быстро запрыгнули внутрь.

— Давай греби, пока не упустили их! — скомандовал Салахар.

Лодка начала двигаться, скользя по воде, преследуя корабль. Теперь всё зависело от скорости и их удачи.

Боров ухмыльнулся, глядя на уходящий корабль, и протянул руку к воде. На его пальце сверкнуло серебряное кольцо с выгравированными рунами.

— Ну что, парни, держитесь крепче, — сказал он с усмешкой.

Едва он вложил в кольцо немного своей маны, вода под лодкой пришла в движение. Казалось, река ожила, подчиняясь воле мага. Лодка резко дёрнулась вперёд, набирая скорость.

— Чёрт, предупреждать надо! — выругался Сауль, едва не потеряв равновесие.

— Да ладно тебе, нас хоть заметить не успеют! — засмеялся Боров, направляя потоки воды так, чтобы лодка шла ровно и быстро.

Ломар молча наблюдал за магией, затем перевёл взгляд на кольцо.

— Так вот оно что… — пробормотал он.

— Что-то не так? — спросил Алек, стараясь держаться за борт.

— Это кольцо… Аргус дал его Борову?

— Год назад, — кивнул Боров, не отрываясь от управления потоками воды.

— Тогда понятно, почему оно работает так эффективно. Это не просто украшение — оно усиливает контроль над стихией.

— Ну, если Аргус мне его дал, значит, знал, что пригодится, — усмехнулся Боров, ещё больше увеличивая скорость.

Лодка шла так быстро, что её даже начало слегка подбрасывать на небольших волнах, созданных магией. Впереди, всего в нескольких сотнях метров, корабль Гастона всё ещё не подозревал о преследователях.

— Мы догоняем, — сказал Алек, прищурившись.

— Тогда готовьтесь, — добавил Салахар. — Как только будем рядом, начинается веселье.

— А откуда ты знаешь, что это Аргус дал мне кольцо? — спросил Боров, не ослабляя контроль над водными потоками.

Ломар усмехнулся.

— Предположил. Он ведь собирает артефакты, а потом раздаёт их тем, кого считает достойными.

Боров фыркнул.

— Ну, если точнее, то это кольцо он снял с одного противника, а потом передал Алеку, чтобы тот передал мне.

Алек кивнул, подтверждая слова.

— Аргус сказал, что тебе оно пригодится больше всего, — добавил он.

— Вот как… — протянул Ломар, задумчиво глядя на кольцо. — Интересно, кто был тот противник.

— Какой-то маг, — пожал плечами Боров. — Не знаю его имени, но, судя по всему, силён был.

— Возможно, артефакт всё ещё хранит часть его магической энергии, — предположил Ломар.

— Ну и пусть хранит, — отмахнулся Боров. — Главное, что он работает.

Сауль усмехнулся.

— Вы вообще понимаете, что сейчас не время для изучения истории кольца? Мы вот-вот догоняем Гастона!

Алек кивнул.

— Верно. Готовьтесь, скоро начнётся настоящая схватка.

Лодка продолжала нестись по реке, создавая бурные волны, а корабль Гастона был уже совсем близко.

Чем ближе лодка подходила к кораблю, тем отчётливее становилось, что их уже заметили. На борту засуетились фигуры, и вскоре на палубе появились вооружённые люди.

— Нас ждут, — хмуро сказал Сауль, проверяя наточенность клинка.

— Конечно, — откликнулся Ломар. — Они не настолько глупы, чтобы не заметить магическую волну у себя за спиной.

Алек прищурился, наблюдая за движением врагов.

— Их около десяти… нет, двенадцать. Видно, что воины опытные.

— Если бы я был Гастоном, то не оставил бы на корабле одних солдат, — заметил Райнхард. — Там наверняка маги.

В этот момент с корабля раздался грохот, и в их сторону полетели огненные шары.

— Подтверждаю, — добавил Райнхард.

Боров тут же поднял стену из воды, гася большую часть атак.

— Надо действовать быстро, — бросил Алек. — Если будем долго возиться, они успеют уйти в открытое море.

— Я первым, — коротко сказал Ломар.

В следующий миг он исчез, растворившись в воздухе.

— Всегда так делает… — пробормотал Сауль.

Алек не стал терять времени.

— Держитесь крепче! — крикнул он.

Боров разогнал лодку до предела, и уже через пару секунд она поравнялась с кораблём. Не дожидаясь, пока их закидают новыми атаками, Алек, Сауль и Райнхард одним прыжком оказались на палубе.

Там их уже встречали. Впереди стоял крупный воин в тяжёлых латах, с двуручным топором в руках. Справа — маг, вокруг которого плясали молнии. Слева — двое вооружённых мечников.

Как только они приземлились на палубу, враги двинулись в атаку.

Впереди стоял крупный воин в тяжёлых латах, с двуручным топором в руках. Справа — маг, вокруг которого плясали молнии. Слева — двое вооружённых мечников.

Сауль без лишних слов вскинул клинок и бросился в сторону мечников. Алек, не теряя времени, двинулся на воина с топором, зная, что против тяжёлой брони ему понадобится скорость и точность.

Маг поднял руку, и в воздухе засверкали молнии, готовясь обрушиться на них. Но прежде чем он успел выпустить заклинание, из тени появился Ломар. Его меч с рунами сверкнул в тусклом свете, и в следующий миг маг осел на колени, не успев даже понять, что произошло.

Райнхард сцепился с оставшимися противниками, а Боров, оставшись на лодке, продолжал контролировать воду, не давая кораблю ускориться.

Как только они пронеслись сквозь врата столицы, их судно с грохотом врезалось в небольшую рыбацкую лодку. Дерево затрещало, рыба разлетелась во все стороны, а старик-рыбак, сидевший в лодке, с проклятиями ухватился за край своей посудины, чтобы не свалиться в воду.

Но у отряда не было времени на извинения. Из глубины корабля вышел массивный воин в тяжёлых доспехах. Его шаги сотрясали палубу, а в руке он сжимал огромную булаву.

— С дороги, мальчишка, — рыкнул он и, не дожидаясь ответа, ударом ноги отправил Алека за борт.

Алек не успел ни сгруппироваться, ни схватиться за что-либо — его тело с громким всплеском ушло в холодную воду.

В этот момент один из противников прыгнул к Борову, который, стиснув зубы, удерживал судно ровно. Волны, созданные его магией, бушевали вокруг, но теперь ему приходилось отбиваться. Нападавший замахнулся коротким мечом, но Боров успел выставить защиту. Их клинки столкнулись, посыпались искры.

— Проклятье! — выругался маг воды, но из-за неустойчивости его судна противник перехватил инициативу. Удар сапогом по борту лодки — и Боров потерял равновесие.

Его судно перевернулось, и он рухнул в реку.

Тем временем на палубе корабля продолжалась битва. Сауль сошёлся в бою с двумя мечниками, а Райнхард заблокировал удар двуручника, отчего деревянные доски под ногами затрещали.

Ломар исчез в тени, выбирая момент для удара.

Боров, несмотря на усталость и промокшую одежду, изо всех сил грёб к Алеку. Тот, потеряв сознание от удара о воду, медленно погружался в глубину.

— Чёрт возьми… — пробормотал маг воды и, сжав кулаки, направил магию, создавая мощное течение. Оно подхватило Алека и вынесло его к поверхности. Боров подхватил товарища и, напрягая каждую мышцу, поплыл к берегу.

Добравшись до травянистого берега, он тяжело дышал, проверяя пульс Алека. Тот был слаб, но устойчив.

— Очнись, командир… — пробормотал Боров, похлопав его по лицу.

Тем временем на корабле ситуация накалялась. Массивный воин, не давая Райнхарду ни секунды передышки, навалился на него всей массой. Их клинки столкнулись, но сила гиганта оказалась подавляющей. Один мощный рывок — и Райнхард потерял равновесие. Противник ударом плеча впечатал его в деревянную стену корабля, а затем с лёгкостью швырнул прямо в сторону Сауля.

— Твою ж! — Сауль едва успел увернуться, но Райнхард всё же задел его, и оба покатились по палубе.

В этот момент неизвестный воин активировал артефакт, и мощная ударная волна разлетелась по кораблю. Доски затрещали, а Райнхард, не успев за что-то ухватиться, полетел за борт.

Ломар, спрятавшийся в тенях, не упустил свой шанс. Пока враг с артефактом наслаждался моментом, он молниеносно выскользнул из укрытия. Меч в его руках сверкнул рунами, игнорируя защиту.

В одно мгновение клинок пробил тело противника. Тот даже не успел осознать, что произошло — кровь брызнула на деревянную палубу, а артефакт выпал из ослабевших рук.

Ломар не собирался оставлять ценную вещь в руках мертвого. Прежде чем покинуть корабль, он выхватил артефакт, который всё ещё мерцал синим сиянием, словно хранил в себе остатки энергии. Его пальцы коснулись холодного металла, и он ощутил вибрацию, проходящую сквозь ладонь.

— Интересная штука, — пробормотал он себе под нос, пряча трофей в складках одежды.

Он бросил быстрый взгляд на поле боя. Корабль превращался в хаос — часть палубы была разрушена ударной волной, обломки летали в разные стороны, а кровь смешивалась с морской водой.

Огромный воин, отбросивший Райнхарда, теперь уверенно шагал к Саулю, который пытался подняться после падения. Его массивные сапоги глухо гремели по доскам.

— Ещё один командир Легиона? — прорычал гигант. — Надеюсь, ты окажешься крепче, чем тот, кого я только что швырнул.

Сауль вытер кровь с губ и ухмыльнулся.

— Нет, но я и не такое переживал, дружище.

Но прежде чем бой продолжился, судно сильно накренилось. Ломар, уже оказавшийся на краю борта, понял, что медлить нельзя. Он метнулся вперёд, делая короткий, но точный разрез в спине врага. Тот взревел от боли, но Ломар даже не посмотрел назад.

Один прыжок — и он скрылся в темноте ночи, оставляя за собой умирающего противника.

В это время Боров на берегу привёл Алека в чувство.

— Очнись, командир, времени мало!

Алек резко вдохнул и кашлянул, выплёвывая воду. Его голова всё ещё кружилась, но он понимал, что должен собраться.

— Ч-что случилось…?

— Нас выбросило за борт. Ломар, Сауль и Райнхард всё ещё на корабле. — Боров поднялся, осматриваясь. — Мы должны двигаться.

Алек тряхнул головой, приходя в себя.

— Где река?

— Вон там. Судно всё ещё в поле зрения.

Алек сжал кулаки.

— Тогда мы его догоним.

Боров с сомнением посмотрел на него.

— Ты только что чуть не утонул. Как ты собираешься…

Алек прервал его, хлопнув по плечу.

— У нас нет выбора. Нам нужно вернуться в бой.

Боров вздохнул, но всё же кивнул.

— Тогда держись крепче, командир.

Он поднял руки, и река под их ногами начала подниматься, создавая поток, который должен был вынести их обратно к кораблю.

Сауль тяжело дышал, сжимая воротник мага, которого он успел схватить перед прыжком. Вода хлестала по лицу, холод пробирал до костей, но он знал — оставаться на корабле было бы верной смертью.

Он разжал руку, отпуская мага, который начал захлёбываться.

— Если хочешь жить, греби к берегу, — буркнул Сауль и поплыл к суше, оставляя пленника позади.

К тому моменту, как он выбрался на берег, Алек, Боров, Ломар и Райнхард уже были там, пытаясь перевести дыхание. Сауль вылез из воды, скидывая промокшую одежду и сплёвывая воду.

— Ты жив, — констатировал Алек.

— Как видишь, — проворчал Сауль, оборачиваясь к реке. — Но тут их маг, конечно уже без сознания, но информацию вытряхнем.

Корабль уже уходил в даль, но даже отсюда было видно, что он серьёзно повреждён. Судя по всему, команда Гастона не ожидала такого ожесточённого боя.

— Мы его упустили, — сказал Райнхард, сжимая кулаки.

— Временно, — ответил Ломар, сжимая в руке артефакт, который успел забрать с корабля. — Но теперь у нас есть кое-что, что может нас к нему привести.

Алек посмотрел на него с интересом.

— Ты знаешь, как использовать это?

Ломар ухмыльнулся.

— Дай мне время, и я узнаю.

Боров сел на траву, вытирая мокрое лицо.

— Отлично. Но сначала давайте обсохнем, а потом решим, куда двигаться дальше.

Отряд остался на берегу, наблюдая за тем, как корабль исчезает в темноте. Охота на Гастона только начиналась.

Ломар вертел артефакт в руках, внимательно его изучая. Это был небольшой металлический диск с выгравированными на нём рунами, которые ещё слегка мерцали после использования.

— Интересная вещь, — сказал он, разглядывая его при свете луны. — Этот артефакт использовали для создания ударной волны. Но что-то мне подсказывает, что его функции куда шире.

— Может, оставишь эксперименты на потом? — подал голос Сауль, выжимая свою промокшую рубаху. — Нам надо решить, что делать дальше.

Алек кивнул.

— Мы потеряли Гастона, но теперь знаем, что он бежал по реке. Он не мог уйти слишком далеко.

— Если только у него не было запасного пути, — вставил Боров, грея ладони магией.

Райнхард поправил перевязь с мечом.

— Не исключено. Гастон не дурак, он понимает, что его будут искать. Если мы начнём прочёсывать берега реки, он может скрыться в другом месте.

Алек задумался, а потом твёрдо сказал:

— Тогда нужно объявить его в розыск.

— Вернуться к монарху? — уточнил Ломар.

— Да, — кивнул Алек. — Мы не можем позволить Гастону скрыться. Королевские силы смогут организовать поиски гораздо быстрее, чем если мы будем бегать по берегу.

Сауль усмехнулся.

— Ты уверен, что монарх вообще захочет слушать нас?

— У него нет выбора, — отрезал Райнхард. — Если он упустит Гастона, это будет выглядеть, как слабость.

Ломар спрятал артефакт за пазуху.

— Тогда не будем терять времени. Вернёмся в столицу.

Отряд переглянулся и двинулся в обратный путь. Райнхард связал и облакотил не себя мага. Их одежда всё ещё была мокрой и грязной, но это уже не имело значения. Впереди их ждал важный разговор с монархом — и, возможно, новая глава в их охоте на Гастона.

Некоторое время спустя на внешних стенах находились стражники в латных бронежилетах, с копьями в руках. Они лениво оглядывали равнины, простирающиеся за пределами города, наблюдая за путниками, которые изредка появлялись на горизонте.

— Скука смертная, — проворчал один, зевая.

— Радуйся, что скука, — ответил второй. — После всех этих слухов о разборках в столице, я бы предпочёл так и дальше глазеть в пустоту.

К ним подошли двое других стражников — их смена.

— Всё спокойно? — спросил один из них, потирая руки.

— Пока да. За исключением того, что я чуть не заснул стоя, — усмехнулся первый стражник, передавая копьё сменщику.

Пока они переговаривались, их внимание привлекло движение у дальних ворот. Там, на границе видимости, стояла небольшая группа людей. Они не торопились приближаться, не подавали никаких сигналов, просто стояли и смотрели в сторону города.

— Видите это? — насторожился один из сменившихся дозорных.

— Вижу… Что-то они не похожи на обычных путников.

— Пожалуй, стоит предупредить дозорного у ворот.

Один из стражников быстрым шагом направился по стене к главным воротам, стараясь не терять из виду загадочную группу.

У ворот столицы

Путники двигались неспешно, но уверенно, а стражник, который их заметил, прибавил шагу, направляясь к своему начальству. Добежав до ворот, он склонился перед командиром стражи — седовласым мужчиной лет пятидесяти, облачённым в чёрные доспехи.

— Господин, у дальних ворот замечена группа неизвестных. Они просто стоят и не подходят.

Начальник стражи хмуро посмотрел на дозорного, затем кивнул:

— Сам разберусь.

Он взял с собой ещё нескольких стражников и, спустившись по винтовой лестнице башни, направился к закрытым воротам.

Снаружи их уже ждали.

Группа из нескольких человек выглядела уставшей и измождённой, но в их позах ощущалась твёрдость. Особенно выделялся один из них — высокий, широкоплечий мужчина, рядом с которым стоял юноша с решительным взглядом. Но больше всего привлекал внимание человек, связанный верёвками, которого они привели с собой.

Начальник стражи шагнул вперёд, сложив руки на груди.

— Что вам нужно в такую рань за городом? И кто это у вас?

Путники переглянулись.

— Нам нужно встретиться с монархом. Дело срочное, — произнёс один из них.

— А человек в верёвках?

— Наш пленник. Его преступления касаются безопасности королевства.

Начальник стражи покачал головой.

— Я не могу вас пропустить. Приказы, такие вот приказы.

В этот момент невидимая сила толкнула его, прижимая к закрытым решётчатым вратам. Стражники схватились за оружие, но путники не двинулись с места, просто наблюдая.

Один из них молча достал нашивку с символом Легиона и продемонстрировал её:

— Мы не просто странники. У нас контракт с монархом.

Глава стражи взглянул на знак на его броне и нахмурился.

— Этот символ… — медленно произнёс он. — Это эмблема военной полиции… Ханса.

Один из путников кивнул.

— Верно. А ещё мы командиры Легиона.

Юноша шагнул вперёд.

— Одиннадцатый командир Легиона, Алек.

— Девятый командир, Ломар, — добавил мужчина.

Глава стражи выдохнул, его напряжение спало. Он сделал знак своим людям опустить оружие.

— Почему вы не сказали сразу?

Ломар усмехнулся.

— Потому что нам хотелось посмотреть, как ты изворачиваешься, когда тебя прижимают к воротам.

Алек закатил глаза:

— Хватит, Ломар. Нам нужно попасть во дворец.

Врата столицы

С громким скрежетом массивные ворота начали открываться. Группа путников спокойно шагнула внутрь города, их шаги гулко отдавались по каменной мостовой.

Стражники, стоявшие у ворот, провожали их удивлёнными взглядами. Они привыкли видеть в городе представителей Легиона, но эти лица были им незнакомы.

— Они знакомы с командиром Хансом? — пробормотал один из стражников.

— А что тут удивительного? Они же тоже из Легиона, — ответил другой, наблюдая, как командиры идут по улице.

Жители города тоже посматривали на них с любопытством, но, заметив их потрёпанные доспехи и усталые лица, предпочитали не задерживать взгляд.

Ломар слегка усмехнулся, бросив взгляд на Алека:

— Похоже, тебя тут не слишком хорошо знают, командир.

Алек вздохнул:

— Я и не стремился к славе.

Они продолжили путь, направляясь к королевскому дворцу.

Аудиенция у Монарха

Прошло несколько часов. В тронном зале шло обсуждение сельскохозяйственных вопросов. Несколько крепких мужчин, простых работяг, с обеспокоенными лицами докладывали Монарху о неурожае, проблемах с ирригацией и нехватке рабочей силы.

Монарх, мужчина средних лет с сединой на висках, сидел на троне, внимательно слушая. Он иногда задавал вопросы, уточнял детали и обещал рассмотреть возможные решения.

В этот момент в зал вошёл стражник, приложив кулак к груди в воинском приветствии.

— Ваше Величество, Легион требует аудиенции.

Монарх мельком взглянул на него, нахмурился и ответил:

— Пусть подождут. Я закончу с делами и тогда их приму.

Стражник коротко кивнул и ушёл.

Работяги переглянулись между собой. Один из них, старик с загрубевшими от труда руками, пробормотал:

— Легионеры? Что они здесь делают?

Но Монарх не обратил внимания. Он вернулся к разговору, словно ничего не случилось.

Минул ещё час. Завершив обсуждение проблем сельского хозяйства, Монарх наконец позволил Легиону войти.

В тронный зал вошли Алек, Ломар, Сауль, Боров и остальные. Райнхард держал на плече пленника. Их одежда была изрядно потрёпана, а некоторые ещё носили следы схватки. Стража у дверей напряжённо следила за ними, но никто не осмелился преградить путь.

Монарх оглядел их и медленно произнёс:

— Одиннадцатый командир Легиона. Девятый командир Легиона. Ваше появление явно неспроста. Говорите.

Алек выступил вперёд, стараясь говорить чётко и уверенно:

— Ваше Величество, мы здесь не просто так. Гастон сбежал. Мы обнаружили его на одном из кораблей, но он ушёл от нас. Мы полагаем, что он направляется за пределы королевства.

Монарх нахмурился, упершись локоть в подлокотник трона.

— Вы уверены?

— Мы следили за его людьми, — вмешался Ломар. — Они взяли курс вниз по реке, а значит, могли отправиться в открытое море.

Монарх молчал, обдумывая услышанное. Затем он поднял руку, подзывая одного из своих советников. Тот склонился к нему, и они коротко переговорили.

— Хорошо, — сказал Монарх, обращаясь снова к Легионерам. — Мы объявим розыск Гастона. Все порты и переправы будут под наблюдением. Но если он и правда покинул страну, это уже выходит за пределы моей юрисдикции.

Алек кивнул.

— Мы понимаем. Но это дело касается не только вашего королевства. Марталы не оставят его без внимания.

Монарх тяжело вздохнул.

— Марталы… Всё хуже, чем мне казалось.

Он взглянул на Легио́неров, и в его глазах появилось нечто похожее на уважение.

— Отдохните. Вас ждали не зря. Завтра утром мы продолжим этот разговор.

Оглядев пленника что держал собой Райнхард он добавил на последок.

— А и пленника можете оставить на стражу, они ими займутся.

После аудиенции у Монарха отряд направился в одно из помещений, выделенных для Легиона. Это была просторная комната с длинным столом, на котором беспорядочно лежали карты, документы и различные артефакты. Свет от свечей создавал тёплую, но напряжённую атмосферу.

весь отряд как и Алек расселись вокруг стола. Каждый был погружён в свои мысли, пока Алек не взял слово:

— Нам нужно обсудить дальнейшие шаги. Гастон скрылся, и теперь мы не знаем, куда он направляется. Но одно ясно — если Орден замешан в этом, то он ещё появится.

— Если он вообще жив, — буркнул Сауль, сложив руки на груди. — Может, его уже прибрали свои же.

— Вряд ли, — возразил Ломар. — Такие, как Гастон, нужны Марталам. Он знает слишком много.

— Тогда вопрос: куда нам двигаться дальше? — спросил Боров, задумчиво изучая карту.

— Порты уже перекрыты, — ответил Алек. — Но если он не покинул страну, то мог спрятаться в одном из тайных убежищ.

Ломар откинулся на спинку стула и усмехнулся:

— Вы слишком зациклились на Гастоне. А что, если он лишь отвлекающий манёвр?

Отряд замолчал, обдумывая его слова.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Сауль.

— Марталы не стали бы так просто отправлять его одного, — пояснил Ломар. — Значит, у них есть ещё одна цель. И пока мы гоняемся за ним, мы теряем из виду главное.

Алек нахмурился, но затем перевёл разговор в другое русло:

— Ладно, на этом остановимся. Нам нужен отдых. Но прежде, Ломар… Расскажи нам о себе.

— О себе? — Ломар усмехнулся. — А что вам интересно?

— К примеру, как ты вообще попал в Легион? — спросил Боров.

Ломар задумался, его взгляд стал отстранённым.

— Давно это было… — начал он. — Я не сразу стал командиром. В юности я был вольным наёмником. Брался за любую работу: охрана караванов, зачистка бандитов, сопровождение торговцев. Всё изменилось, когда я встретил Ханса.

— Значит, Ханс привёл тебя в Легион? — уточнил Сауль.

— Можно сказать и так, — кивнул Ломар. — Тогда Легиону были нужны новые люди, и он увидел во мне что-то… стоящее.

— И ты сразу согласился? — удивился Алек.

Ломар усмехнулся.

— Не сразу. Я был упрям. Думал, что одному мне лучше. Но Легион — это не просто армия. Это братство. И со временем я понял, что без товарищей в этом мире долго не протянешь.

Отряд на мгновение замолчал.

— В любом случае, — продолжил Ломар, — завтра будет тяжёлый день. Нам нужно быть готовыми.

Алек кивнул.

— Тогда отдыхайте. Завтра решим, что делать дальше.

Они разошлись по своим комнатам, а в воздухе ещё долго висело напряжение грядущих событий.

После совещания отряд наконец-то получил возможность отдохнуть. Впервые за несколько дней они находились в относительно безопасном месте, вдали от боёв, преследований и крови. Каждый решил воспользоваться этим временем по-своему.

Городская атмосфера

За окнами комнаты, где только что обсуждали план, шумел ночной город. Узкие улочки, освещённые редкими фонарями, были заполнены поздними прохожими. На центральной площади ещё оставались торговцы, завершающие свой день, а в тавернах звучал смех, звон кружек и переборы лютни.

Алек встал из-за стола, размял плечи и огляделся.

— Думаю, немного прогуляюсь, проветрюсь. Кто-нибудь хочет составить компанию?

— С удовольствием, — откликнулся Боров, потягиваясь. — Заодно найду, где можно купить хорошего вина.

— Я с вами, — добавил Сауль. — Надо развеяться.

Ломар лишь махнул рукой:

— Идите, но не задерживайтесь. Мы всё ещё в столице, и нас могут ждать сюрпризы.

Алек, Боров и Сауль направились к выходу, а Ломар и несколько других легионеров остались в помещении, продолжая изучать документы.

Глава 6

Прогулка по городу

Городские улицы встретили их свежим ночным воздухом. Гул разговоров и запах жареного мяса доносились с ближайших торговых рядов. Несмотря на поздний час, жизнь в столице не замирала.

— Непривычно, да? — сказал Сауль, глядя на толпу. — После всех этих боёв и погони просто прогуливаться среди обычных людей…

— Ага, — согласился Алек. — Словно другой мир.

Боров усмехнулся:

— Потому что он и есть другой. Большинству людей не нужно каждый день сражаться за свою жизнь.

Они свернули к небольшой лавке, где местный торговец предлагал бутылки с вином и фруктовые ликёры. Боров приценился и взял себе одну бутылку, подмигнув Саулю:

— Завтра пригодится.

— Как скажешь, — ответил Сауль, усмехнувшись.

В таверне

Вскоре они зашли в небольшую таверну, где звучала весёлая музыка. Заведение было уютным: деревянные балки, тёплый свет свечей, запах свежего хлеба и тушёного мяса.

— Давайте присядем, — предложил Алек, указывая на свободный стол в углу.

Они заказали ужин: мясной рагу, горячий хлеб и немного пива. Еда была простой, но сытной.

— После всего, что произошло, — сказал Сауль, откинувшись на спинку стула, — этот момент кажется… чем-то особенным.

— Потому что мы не знаем, когда он повторится, — добавил Боров, делая глоток.

Некоторое время они просто молча ели, наслаждаясь тишиной.

Возвращение и отдых

Вернувшись в свои покои, каждый разошёлся по своим делам.

— Я первым в ванну, — заявил Сауль, бросая вещи на стул.

— Только не задерживайся, — напомнил Боров. — Завтра рано вставать.

Алек уселся у окна, наблюдая за ночным городом. В этот момент всё казалось спокойным, но его тревожные чувства не давали ему покоя.

В просторном зале дворца стоял запах старых свитков и чернил. Вдоль стен возвышались массивные книжные шкафы, наполненные магическими трактатами и историческими хрониками. В центре комнаты находился массивный дубовый стол, усыпанный картами, бумагами и печатями.

Алек и Ломар сидели напротив Магистра Хельварда, пожилого, но крепкого мужчины с седыми волосами и цепким взглядом. Он отложил перо, поправил свою длинную мантию и заговорил:

— Думаю, вам стоит знать больше о том, почему столица выбрала союз с Легионом, а не с Марталой или Орденом. История этого решения началась задолго до вашей миссии.

Ломар скрестил руки на груди: — Мы и сами были удивлены. Учитывая влияние Марталы и амбиции Ордена, ожидалось, что они попытаются заполучить столицу в союзники.

Хельвард кивнул: — И они пытались. Альбрехт IV Вальдрасский — человек, знающий цену власти. Когда он взошел на трон, его окружали враги. Двор был пронизан заговорщиками, а внешние фракции старались поставить на престол более покладистого правителя. Орден предлагал военную поддержку в обмен на влияние при дворе, а Мартала хотела ввести своих людей в административный совет. Альбрехт отказался.

Алек задумчиво посмотрел на одну из карт. — Он пошел против двух сильных сторон. Почему?

Хельвард сложил пальцы в замок: — Потому что он понимал: уступка любой из сторон означала бы потерю независимости короны. Он обратился к Легиону за поддержкой. Тогдашний 3-й командир Легиона, Ханс, убедил Совет командиров, что поддержка Альбрехта обеспечит стабильность в регионе и даст нам надежного союзника. Так началось сотрудничество.

Ломар нахмурился: — Это объясняет официальную сторону. Но как столица удержалась под таким давлением?

— Архимаг Лотерн, — ответил Хельвард, его голос стал тише. — Наставник короля, один из самых могущественных магов этого поколения. Он лично разоблачил заговор внутри дворца, а затем помог подавить восстание, организованное ставленниками Ордена. С тех пор Лотерн остается не только хранителем магических знаний, но и теневым щитом Альбрехта.

Алек задумался: — Значит, столица держится на двух столпах: на Альбрехте и на вас с Лотерном.

Хельвард усмехнулся: — Мы лишь помогаем. Но сейчас, когда Легион снова в городе, отношения нужно укреплять. Король не забыл о вашей помощи.

В этот момент слуга постучал в дверь и внес поднос с чаем и хлебом. Хельвард жестом пригласил гостей угощаться. Беседа продолжилась, но теперь уже в более непринужденной обстановке. За окнами слышался шум города: торговцы выкрикивали цены, дети играли на площади, а гвардейцы патрулировали улицы.

Ломар взял чашку чая и посмотрел на мага: — Вы говорите, что Альбрехт не забыл о помощи. Но как он относится к нашему присутствию сейчас? Мы знаем, что он независимый правитель, а значит, он всегда ведет свою игру.

Хельвард кивнул: — Так и есть. Но его игра — это выживание столицы. И на данный момент союз с Легионом — лучший ход на доске.

Пока Алек и Ломар продолжали разговор с Магистром Хельвардом, в другом уголке столичного дворца, Монарх Альбрехт IV рассматривал последние сводки о положении в королевстве. В последние недели его положение на троне укреплялось, но проблемы не исчезали. Марталы не прекращали своих усилий, пытаясь повлиять на решение короля, но отношения с Легионом стали важной частью его стратегии.

Магистр Хельвард, заметив обеспокоенность на лице Алека, решил добавить:

— У Альбрехта есть свои проблемы. Он укрепляет власть, но не может игнорировать давление со стороны других игроков на политической арене. Марталы всё ещё имеет влиятельных людей в советах и при дворе, а Орден продолжает делать попытки влиять на армию. Однако, наш союз с Легионом — это его лучший шанс. Он ценит вашу помощь, командиры.

Алек скрещивал пальцы на столе, обдумывая всё услышанное.

— Но почему тогда вы так скрытно работаете? Если вам нужна наша помощь, почему не вывести это на первый план? Мы не одни в этом мире. Если мы хотим стоять рядом с вами, нужно больше открытости.

Хельвард посмотрел на Алека с лёгким удивлением.

— Это не так просто. Когда Альбрехт пошёл на союз с Легионом, он понял, что приходится идти на компромиссы. Марталы будут преследовать его везде, и если открыто заявить о поддержке Легиона, это только даст врагам козыри. И именно поэтому Легион действует в тени.

Ломар, который до этого молчал, вдруг вмешался:

— Так что же нам делать? Мы пришли сюда не для того, чтобы быть пешками в чужих играх. Если мы остаёмся верными Легиону, а не государству, мы рискуем попасть в ловушку.

Хельвард кивнул, понимая его слова.

— Вы правы, Ломар. Именно поэтому мы стараемся не привлекать к себе внимания. Но я могу вам сказать, что Альбрехт верит в Легион. Когда же наступит момент, и если всё пойдёт по плану, то мы будем стоять рядом с ним. Но ещё не время.

Алек нахмурился.

— Но если мы будем ждать, пока «время» наступит, наши союзники и враги могут сильно поменяться. Легион будет выглядеть слабым, если мы не будем действовать решительно.

Магистр внимательно взглянул на командиров и слегка наклонил голову.

— Я понимаю вашу озабоченность. Но Альбрехт всё равно держит ситуацию под контролем, даже если это кажется затруднительным. Мы с ним работаем, и наша цель — укрепить столицу, прежде чем действовать открыто.

Ломар встал и подошёл к окну, взглянув на город, скрытый в полумраке заката.

— Но что будет, если давление станет слишком сильным? Мы можем потерять не только столицы, но и влияние в королевстве.

Хельвард устало покачал головой.

— Мы подождём, но я уверен, что это не будет так долго. Тень Орденов и Марталы будет побеждена. И если вы помогаете нам, вы поможете не только себе, но и всему Легиону.

Алек, почувствовав, что разговор начинает заходить в тупик, встал и обратился к Хельварду:

— Мы готовы поддержать вас, но условия должны быть ясны. Если вы хотите нас, то нам нужно больше, чем просто обещания. Нам нужно знать, что вы на нашей стороне, а не используете нас как инструмент в чужих играх.

Хельвард не отводил взгляда, понимая, что каждый их шаг важен.

— Это справедливое требование, и Альбрехт также знает о вашем настрое. Мы готовы укрепить союз, если вы готовы продолжить помогать. Но не спешите с выводами. Всё будет решаться в своё время.

После короткой паузы Алек и Ломар обменялись взглядами, осознавая, что их действия могут сильно повлиять на будущее не только Легиона, но и всего королевства.

— Мы понимаем, — сказал Алек, — но будьте уверены: если вы хотите, чтобы Легион оставался вашим союзником, вы должны действовать решительно.

Хельвард кивнул.

— Убедитесь, что всё, что мы делаем, — это подготовка. Подготовка к решающему шагу.

И с этими словами, они оставили магистра, чтобы продолжить свою подготовку.

Алек и Ломар шли по коридорам дворца, наслаждаясь моментами тишины, пока их шаги эхом отдавались по мраморным полам. Всё было в порядке, но напряжение, оставшееся после разговора с Хельвардом, не покидало их. Обсуждение неясных планов и скрытых намерений не могло не оставить в них определённое беспокойство.

— Ты знаешь, Ломар, — сказал Алек, задумчиво разглядывая резные стены замка, — Хельвард… он кажется мне знакомым. Я не могу точно понять почему, но я будто встречал его где-то раньше. Его взгляд, манера говорить… что-то есть в нём, что я не могу забыть.

Ломар повёл взгляд на друга, его лицо было серьёзным, но в его глазах сверкнула искорка интереса.

— Это не удивительно, — ответил он. — Хельвард был знаком многим в Легионе. Но ты прав, я тоже чувствую, что в нём есть нечто знакомое. Хотя… могу предположить, почему тебе он кажется таким.

Алек окинул Ломара взглядом, интересуясь.

— Почему?

— Потому что, — Ломар ухмыльнулся, — он троюродный брат Томаса и Макса. Весь этот род был связан с Рудольфом Хельвардом, также известным как Рудд. Ты должен был его слышать, ведь он был одним из самых известных командиров Легиона.

Алек удивлённо приподнял брови.

— Рудд? Ты хочешь сказать, что этот Хельвард — его родня?

— Да, — подтвердил Ломар, — он родился в семье, которая всегда была связана с военным делом. Рудд был не просто командиром, но и мастером в магии и боевых искусствах. Хотя все помнят его как бойца, его потомки получили не только отличные боевые навыки, но и необыкновенные магические способности.

Алек задумался.

— Но почему же он сам так скрывает свою родословную? Почему не упомянул о том, что он из этого рода? В конце концов, это могло бы быть полезно для установления связи с Легионом.

Ломар улыбнулся в ответ.

— Возможно, он не хотел привлекать внимание. Знаешь, как это бывает. Когда ты из такой семьи, как у Хельвардов, на тебе всегда будет дополнительная нагрузка. Порой лучше оставить свою фамилию в тени, чтобы не быть связанным с более сложными вопросами, чем те, которые он решает. К тому же, у его предков были свои секреты, и эти тайны могли бы сработать против него.

Алек глубоко вздохнул и посмотрел вперёд, где на фоне многочисленных витков лестницы и коридоров замка виднелись витражи, отражающие тени заходящего солнца.

— Странно всё это. Он такой же воин, как и мы, но что-то в его прошлом всегда оставалось скрытым. Может быть, именно из-за этого он и держится подальше от Легиона. Не хочется быть связаны с какими-то более тёмными силами, которые, возможно, его родственники оставили после себя.

— Верно, — ответил Ломар, — Хельвард, как и любой маг, знает, насколько опасны эти тени, и лучше не привлекать к себе лишнего внимания. Но в этом и есть его сила. Он остаётся спокойным, скрытым от всех, но в нужный момент он может быть невероятно полезен.

Алек остановился, задумавшись.

— Я понимаю. Но даже если его потомки обладают магическими способностями, это не значит, что всё будет легко. Я думаю, что нам нужно будет больше узнать о нём. О нём и о тех, с кем он связан.

Ломар немного покачал головой, его взгляд становился более решительным.

— Ты прав, Алек. Нам нужно быть готовыми к тому, что наш союз с Альбрехтом и Легионом будет сложным. Хельвард может сыграть важную роль в этом, но мы должны следить за его действиями и за тем, что он действительно скрывает. Может быть, не всё в его прошлом так прозрачно, как кажется.

Алек кивнул, осознавая важность их разговоров.

— Всё будет сложно, я чувствую это. Но мы должны быть готовы к любой ситуации.

Ломар смотрел на него, и, возможно, что-то в его взгляде говорило о том, что он уже много раз сталкивался с такими сложностями.

— Мы всегда готовы, Алек. В Легионе мы учим своих людей быть готовыми к любому повороту судьбы.

С первыми лучами солнца столица медленно пробуждалась от ночной тишины. В замке первыми начали свою работу слуги — кто-то нес в покои свежие кувшины с водой, кто-то растапливал очаги в больших залах, а повара уже давно хлопотали на кухне, готовя завтрак для знати и стражи.

Во дворе замка слышался глухой стук дерева о дерево — это молодые рыцари тренировались в фехтовании под руководством наставника. Несколько старых воинов, стоя в стороне, наблюдали за ними, время от времени давая наставления.

На рынках внизу, за стенами замка, торговцы уже раскладывали товар. Запах свежеиспеченного хлеба наполнял воздух, смешиваясь с ароматами трав, рыбы и жареного мяса. На одной из улочек уже успела собраться небольшая толпа вокруг сказителя, который нараспев рассказывал старую легенду о великом герое Легиона.

Тем временем, в одной из покоев замка, где остановились Ломар и Алек, тоже началось утро. Алек проснулся от стука в дверь.

— Вставай, командир, день уже начался, — послышался голос Ломара.

Алек потянулся, затем медленно встал с кровати и подошел к умывальнику. Он плеснул холодной воды на лицо, прогоняя остатки сна.

— Вижу, ты не слишком-то спешил вставать, — с усмешкой заметил Ломар, войдя в комнату. — А ведь день обещает быть насыщенным.

— Дай хоть глаза протереть, — проворчал Алек, вытирая лицо полотенцем.

Ломар уселся за стол и налил себе воды из кувшина.

— Сегодня у нас будет встреча с королем. Думаю, он готов дать нам ответ насчет нашего запроса, — сказал он.

— Хорошо, но сперва надо позавтракать, — хмыкнул Алек, запахнув куртку и направившись к выходу.

В коридоре уже сновали слуги, а на кухне слышался звон посуды. Они направились в трапезную, где за длинным деревянным столом уже сидели несколько воинов Легиона, которым удалось разместиться в замке.

Боров уже вовсю уплетал мясной пирог, а Сауль лениво мешал ложкой кашу, зевая.

— Ну что, командиры, как спалось в мягких постелях? — ухмыльнулся Сауль, поднимая на них взгляд.

— Лучше, чем в палатке под дождем, — усмехнулся Ломар, садясь за стол.

Алек только покачал головой, садясь рядом. Завтрак был простым, но сытным — свежий хлеб, мясо, жареные овощи и крепкий чай.

За окном уже полностью рассвело. Город просыпался, и вместе с ним начинался новый день, полный новых вызовов.

Когда солнце только начало подниматься над горизонтом, окрашивая небо золотистыми оттенками, Алек и Ломар вышли из дворца и направились по мощеным улочкам замка. Город только пробуждался: торговцы расставляли товары, пахло свежеиспеченным хлебом, а патрули стражников неспешно обходили улицы.

— Мы не можем терять времени, — заговорил Алек, задумчиво поглядывая на карту, развернутую перед ним. — Гастон уходит с каждым днем все дальше. Если мы не поторопимся, он исчезнет.

Ломар кивнул, разглядывая отметки на карте.

— Если он идет морским путем, догнать его будет сложнее. Но если выбрал сушу, у нас есть шанс перехватить его.

Они свернули на небольшую улочку, где уже начиналась утренняя суета.

— Я думаю, он направляется к побережью, — продолжил Алек. — У него нет причин задерживаться в центральных районах.

— Возможно, — задумчиво ответил Ломар. — Но нам нужны точные сведения. Нужно разузнать у торговцев, не видел ли кто-то его людей.

Они дошли до городской площади, где уже начали собираться первые группы людей. Здесь всегда можно было услышать последние новости.

— Разделимся, — предложил Ломар. — Я проверю северные районы, а ты поговори с купцами у восточных ворот.

Алек кивнул.

— Встретимся в трактире у порта через два часа.

С этим они разошлись, каждый отправившись в свою сторону, зная, что времени у них осталось немного.

Пока Алек и Ломар искали следы Гастона в городе, Сауль и Боров отправились к восточным кварталам, где всегда кипела торговля. Узкие улицы здесь были заполнены купцами, моряками и наемниками, а слухи распространялись быстрее ветра.

— Нам нужен кто-то, кто работает с портами, — тихо сказал Сауль, оглядывая толпу. — Если Гастон идет к побережью, его люди могли засветиться здесь.

Боров кивнул и направился к группе рыбаков, отдыхавших возле небольшой таверны.

— Доброе утро, господа! — сказал он, присаживаясь рядом. — Скажите, не слышали ли вы о странных людях, которые недавно прибыли или пытались найти корабль?

Рыбаки переглянулись, и один из них, пожилой мужчина с густой бородой, хмыкнул.

— Были тут какие-то… темные типы. Говорят, искали судно для быстрой поездки. Один из них был в черном плаще, лицо прятал. Мы не задавали вопросов, но кажется, они не местные.

— Куда направлялись? — спросил Сауль.

— На юг, к маленькой гавани, — ответил рыбак. — Если поторопитесь, сможете их догнать.

Тем временем в замке Салахар и Райнхард проводили допрос пленника, которого они привели после последнего столкновения.

Пленный — мужчина лет сорока, с густой бородой и свежими ранами на лице — сидел в подземной камере, прикованный цепями. Он уже выглядел измотанным, но все еще не терял решимости.

— Долго ты еще будешь молчать? — хмуро спросил Салахар, прислоняясь к стене. — Мы знаем, что ты работал с Гастоном.

Райнхард, скрестив руки, смотрел на пленника холодным взглядом.

— Если расскажешь все сейчас, мы, возможно, оставим тебя в живых.

Мужчина тяжело вздохнул и взглянул на них.

— Он идет на юг… — наконец выдавил он. — Но не просто так. Он ищет кого-то.

— Кого? — насторожился Райнхард.

— Он говорил о встрече с человеком, который знает путь к древнему артефакту. Какому именно — я не знаю.

Салахар нахмурился.

— Значит, он не просто бежит, он что-то ищет…

Райнхард кивнул.

— Нам нужно срочно предупредить Алека и Ломара.

После того как вся информация была собрана, Ломар и Алек направились к Архимагу Лотерну, чтобы доложить о ситуации. Величественный зал с высоким потолком, украшенным магическими светильниками, встретил их тишиной, нарушаемой лишь звуками перелистываемых страниц.

Лотерн, стоя у массивного стола, изучал старый пергамент. Магистр Хельвард был рядом, держа в руках список снабжения.

— Значит, Гастон направляется на юг? — спросил Архимаг, не поднимая глаз от документа.

— Да, и у него может быть информация об артефакте, — подтвердил Ломар. — Нам нужно действовать быстро.

Лотерн наконец поднял голову и посмотрел на них долгим взглядом.

— Если вы планируете преследование, вам понадобятся лучшие ресурсы.

Он кивнул Хельварду, который развернул список и начал давать распоряжения.

— Вы получите лучших лошадей из королевских конюшен, — произнес Магистр. — Они быстры и выносливы, смогут покрыть большое расстояние без отдыха.

— Кроме того, — добавил Лотерн, — вам выдадут качественные припасы: провизию, зелья восстановления и несколько зачарованных предметов для защиты от магических атак.

Алек кивнул, чувствуя, как в нем разгорается боевой дух.

— Мы не подведем, Архимаг.

Лотерн слегка улыбнулся.

— В этом я не сомневаюсь. Удачи вам.

Позже, у королевских конюшен

Группа собралась на рассвете. Лучшие боевые скакуны были оседланы, а припасы аккуратно упакованы в сумки. Сауль проверял крепления седел, Боров осматривал карты, а Салахар и Райнхард обсуждали маршрут.

Ломар подошел к Алеку и слегка похлопал его по плечу.

— Готов?

Алек усмехнулся.

— Всегда.

Он вскочил в седло, оглянулся на своих товарищей и, встретившись с их решительными взглядами, поднял руку, давая сигнал к отправлению.

— В путь!

Их кони рванулись вперед, оставляя за собой утренний туман столицы.

Впереди лежала дорога, тянувшаяся вдоль берега, слегка извиваясь среди прибрежных скал. Время от времени волны ударялись о каменистый берег, создавая ровный ритм, который сопровождал движение отряда.

— Дорога вдоль берега — не самый скрытый маршрут, — заметил Сауль, направляя коня ближе к Алеку.

— Но и самый быстрый, — ответил Ломар. — К тому же, если Гастон действительно выбрал южное направление, он не рискнет углубляться в леса, а значит, мы сможем нагнать его раньше.

Боров ехал чуть позади, погруженный в изучение карты.

— До ближайшего города два дня пути. Если он сделал остановку там, у нас будет шанс перехватить его.

Райнхард кивнул, поправляя ремни доспехов.

— Главное — не дать ему уйти слишком далеко.

Салахар молчал, но внимательно осматривал местность, словно ожидая засады.

Отряд продолжил путь, поддерживая ровный темп. Солнце поднималось выше, освещая их путь, а морской ветер приносил едва уловимый запах грозы где-то далеко в горизонте.

К полудню дорога вдоль берега стала шире и суше — ветер здесь был сильнее, и песок с галькой уступали место плотной, утрамбованной земле. Отряд двигался быстро, но без спешки, сохраняя силы. Каждый всадник внимательно вглядывался в горизонт, иногда меняясь местами, перекрывая тыл и фланги.

— Гастон не дурак, — сказал Райнхард, поравнявшись с Салахаром. — Он мог оставить ложные следы. Нам стоит быть готовыми к ловушке.

Салахар кивнул.

— Именно поэтому я послал ворона вперед. Один из моих людей в том регионе должен быть на месте.

Алек ехал впереди с Ломаром. Их разговор продолжался.

— Мы приближаемся к старой сторожевой башне. Там могут быть следы лагеря, — сказал Ломар. — Гастон использовал это место раньше.

— Надеюсь, он не успел залечь слишком глубоко, — тихо ответил Алек. — Нам нужно не просто догнать его… Нужно понять, что он ищет.

Позади ехали Сауль и Боров. Они обсуждали информацию, которую удалось раздобыть у местных.

— Один из рыбаков видел, как утром три судна отошли от берега в районе полуострова, — сказал Сауль. — Возможно, это отвлекающий манёвр.

— Или транспорт для наёмников, — добавил Боров. — Но если он хотел скрыться, ему нужны не корабли, а убежище на суше.

Тем временем Салахар и Райнхард, используя пленного, оставленного в замке, выведали еще кое-что важное:

— Он говорил об артефакте. Упоминал какую-то древнюю гробницу к югу от старого маяка, — рассказывал Райнхард. — Похоже, Гастон действительно охотится за чем-то серьёзным.

— Тогда мы не можем терять ни дня, — ответил Ломар.

К вечеру отряд всё ещё двигался вдоль прибрежной дороги, не разделяясь. Волны шумели сбоку, ветер приятно обдувал лица, а солнце начинало медленно опускаться за горизонт, окрашивая небо в мягкие оранжевые и пурпурные оттенки. Путь был спокойным, и с каждым шагом обстановка становилась всё более непринуждённой.

— …И всё же я не понимаю, как можно съесть целую копчёную рыбу и ещё требовать добавки, — смеялся Сауль, обращаясь к Борову.

— Это ты ещё не видел, как ест Оррик, — хмыкнул Боров. — У него желудок как бездонный колодец. А вот насчёт добавки — когда магия сжигает твою ману, хочется есть в два раза больше.

— Говори за себя, — вставил Райнхард. — Я когда устаю, просто сплю. Еда — дело вторичное.

Салахар слегка улыбнулся, слушая болтовню. Даже Ломар позволил себе расслабиться, сдержанно ухмыльнувшись, когда кто-то вспомнил, как Джайна однажды перепутала зелье ускорения с зельем сна и вырубилась посреди тренировочного боя.

— А ты, Алек, — повернулся к нему Ломар, — когда в последний раз отдыхал без мыслей о Легионе?

Алек пожал плечами.

— Возможно… когда мы были в Тарминэ, до нападения. Не помню точно. Всё как в тумане.

— Тогда, когда всё закончится, — сказал Сауль, — я построю себе хижину у озера. С рыбой, с вином… и без магов.

— Эй! — возмутился Боров. — Это уже дискриминация!

Раздался общий смех, прерванный только лёгким хлопком крыльев. С неба, будто молнией, опустилась гигантская ворона — чёрная, как сама ночь, с размахом крыльев почти в метр. Она резко снизилась, пролетела над головами и грациозно опустилась перед Салахаром. В когтях она держала свёрнутое письмо, перевязанное кожаным шнуром. Передав его, ворона тут же взмыла в небо и исчезла где-то в предзакатной синеве.

Салахар нахмурился, аккуратно развернул пергамент и пробежал глазами строки. Его брови сдвинулись ближе.

— Что там? — спросил Алек.

— От Оррика и Вейна, — ответил он. — Они остались в тылу… пишут, что видели группу вооружённых людей у городка на юго-западе. Их было немного, но, по описанию… один точно подходит под описание человека из группы Гастона.

Все замолчали. Лёгкий ветер качнул листья у обочины.

— Значит, он не ускользнул, — тихо произнёс Ломар.

— Нет. И, похоже, мы ближе, чем думали, — Салахар спрятал письмо. — Двигаемся. Но ужин никто не отменял.

Отряд пошёл дальше, ускоряясь — но сохраняя ту же живую, полную человеческого тепла атмосферу. Впереди ждал ещё один поворот, ещё один след, и, быть может… первая настоящая встреча.

Когда последние лучи солнца уже скрылись за горизонтом, а над прибрежной дорогой повисла тень наступающей ночи, отряд подошёл к небольшой полуразрушенной хижине, стоящей на склоне холма. Её крыша была частично осыпавшейся, окна — разбитыми, но изнутри всё же виднелся слабый отсвет костра.

— Там кто-то есть, — тихо сказал Сауль, опуская руку на рукоять меча.

Но уже через мгновение из тени выступили двое — знакомые силуэты, усталые, но бодрые. Это были Оррик и Вейн. С ними рядом, как тень, стояла та самая гигантская ворона, которую Салахар недавно видел. Птица молча кивнула клювом, будто приветствуя хозяина.

— Вы быстро добрались, — сказал Алек, слегка расслабляясь.

— Мы не отходили далеко, — ответил Оррик. — Заметили подозрительную группу, решили проверить. Но они ушли в сторону юго-западного городка. Возможно, там укрылись. Отправили вам весточку.

— Видели и Гастона? — уточнил Ломар.

— Уверенности нет, — добавил Вейн, — но один из них двигался, как он. И носил точно такую же перевязь через плечо. Он всё время держался в тени, будто знал, что за ним могут следить.

Салахар молча кивнул, обмениваясь коротким взглядом с Ломаром.

— Хорошо, — сказал Ломар, — вы сделали своё дело. Теперь слушайте: возвращайтесь в столицу. Через неё — в Штаб Легиона. У нас уже накопилось достаточно отчётов: миссия в северных холмах, зачистка лагеря у скал, переговоры с Монархом… Пусть Центр знает, что мы действуем.

— Ага, передадим всё, — усмехнулся Оррик. — И скажем, что некоторые командиры стали слишком суровы.

— Лучше скажите, что стали требовательны, — ответил Ломар, поднимая бровь.

Вейн, уже поднимаясь на коня, слегка хлопнул воронью по спине. Птица тяжело взмахнула крыльями и взвилась в воздух, делая круг над отрядом.

— Берегите себя, — бросил Оррик, уже сидя в седле.

С коротким взмахом поводьев, оба всадника направили лошадей обратно, по дороге, ведущей к столице. Ворона последовала за ними, чернея в небе, как живой знак, что весть уже летит к штабу.

Отряд снова остался в тишине. Костёр в заброшке медленно угасал, и ночь опускалась на землю. Но цель стала ближе — и тени, в которых скрывался Гастон, начали терять свою глубину.

Почти в полночь они добрались до небольшого села, раскинувшегося у самого берега широкого озера. Вода спокойно плескалась у деревянных пристаней, в отражении рябили огоньки от окон и фонарей. По ту сторону озера, за мостом и пологими холмами, уже маячил силуэт города — тёмные башни и приглушённое пламя факелов на стенах.

Село было живым, несмотря на поздний час. Несколько жителей, завернувшихся в тёплые плащи, торопливо шли по своим делам — кто-то нес корзины, кто-то тащил связку дров. Из нескольких домов доносились голоса, лёгкий смех, скрип открывающихся дверей. Пахло хлебом и варёной репой.

Отряд неспешно двигался по центральной улице. Боров разглядывал вывески — одна, полустёртая, принадлежала кузнице, вторая — лавке зелий. Сауль осматривал окна, примечая возможные места для засады. Салахар, как обычно, шёл последним, неспешно, но настороженно.

Алек вёл коня шагом, разговаривая с Ломаром:

— Город совсем рядом… Завтра уже подойдём к воротам. Надеюсь, нам не придётся снова ждать аудиенций и разговоров.

— Надеюсь, что и Гастон не слишком далеко ушёл, — хмыкнул Ломар. — Он всегда был из тех, кто не любит лишних движений. Может затаиться в каком-нибудь трактире.

Тем временем, в переулке у пекарни два человека наблюдали за отрядом.

— Это они? — тихо спросил один. Его голос был молодой, неуверенный.

— Тише, — отрезал второй. Он был одет в тёмный плащ и двигался с той осторожностью, что приходила с опытом. — Смотри, не пялься. Просто слушай. Видишь того, с серебряными прядями? Это Алек, командир. А тот с бородой — Салахар. О нём много говорят.

— А зачем мы за ними следим? Разве они не союзники столицы?

— В этом-то и вопрос, — прошептал старший. — Союзники, но не со всеми. Кто-то хочет знать, что они ищут. Особенно если это связано с Гастоном. А он, парень, не просто беглец. Он знает слишком много.

Юный соглядатай сглотнул. Он чувствовал, что оказался в куда более опасной игре, чем думал.

В это время отряд легионеров остановился у постоялого двора. Над входом болтался старый фонарь, а вывеска с надписью "Дом у Ветров" слегка скрипела под вечерним ветерком.

— Переночуем здесь, — сказал Алек. — Завтра в путь рано. Кто-то из вас, — он оглядел бойцов, — пусть осмотрит окрестности перед сном. Чисто на всякий случай.

И в ту же ночь в тенях села начало разгораться нечто большее — словно чьи-то сети уже начали сжиматься вокруг них.

Скрываясь в темноте под скатной крышей одного из полузаброшенных домов, двое наблюдателей всё ещё вели слежку за отрядом. Младший, не в силах сдержать любопытства, чуть подался вперёд, стараясь уловить больше деталей.

— Слушай, — прошептал он, — ты же знаешь, кто они такие? Это точно легионеры? Они... не похожи на простых солдат.

Старший медленно кивнул, прищурившись.

— Это они. Легион. По крайней мере, почти все из них. Видишь того, с короткой прической и 2 мечами, где один из них кинжал? Это Ломар. Девятый командир. Один из старых вояк Легиона. А вот парень с виду молодой и перспективный — это Алек. Одиннадцатый. Говорят, он был самым молодым, кто получил титул командира.

— И что они здесь делают? Почему не в столице?

Старший нахмурился.

— Это и пытаемся выяснить. Но... есть один момент. Их должно быть больше. Если слухи верны, они ходят отрядом из четырнадцати или пятнадцати. А сейчас я насчитал десять. Не хватает как минимум четырёх.

Он загибал пальцы, перечисляя:

— Первое. Целительница. Она с ними уже давно, чуть ли не с начала — говорили, её зовут Дарьель. Её нет. А она бы точно понадобилась в таком походе.

— А остальные? — шепнул младший.

— Трое мужчин. Один из них, скорее всего, Кальмин — Он больше поддержка и держится рядом с целительницей. Второй и Третий должен быть Оррик и Вейн, бывшие разбойники, но перешли на сторону Легиона. Их тоже не видно.

Он замолчал на секунду, приглядываясь к остальным.

— Но есть кое-что интересное… — он указал подбородком на мужчину, стоявшего ближе к Салахару, молчаливого и внушительного. — Этот с ними… но я его не узнаю. Лица нигде не мелькало. Ни в докладах, ни в списках. Новый, очевидно. Салахар доверяет ему, раз не спускает глаз. Значит, что-то умеет.

Младший нахмурился.

— Так они не все? Может, остальные остались в городе? Или погибли?

— Сомневаюсь, — покачал головой старший. — Если бы кто-то из них погиб, особенно маг или целительница, в их рядах была бы тревога. А пока они двигаются спокойно. Значит, эти люди либо выполняют другие задачи… либо отправлены с отчётами. Такой отряд не может двигаться целиком, если миссия важная.

Он прищурился на замыкающего:

— Этот новый… нужно узнать, кто он. Если он не из Легиона — то откуда? И почему Салахар, один из самых осторожных людей, принял его?

— Может, они доверяют ему? — предположил младший.

— В Легионе доверие — вещь редкая. Особенно сейчас, когда идёт война за умы. Следим дальше. Может, кто-то заговорит в таверне… или, если повезёт, мы услышим, куда они двинутся утром.

С этими словами они затаились, пока в таверне начинал медленно гаснуть свет…

…и вдруг всё будто провалилось в белую тишину.

Боров моргнул. Он стоял в центре той самой улицы села, по которой они проходили вечером. Дома были те же — с тёплым светом в окнах, с лёгким запахом дымка из труб. Но… было слишком тихо. Ни шагов, ни голосов, ни ворона, ни лошади. Ни души.

Он обернулся. Пусто. Даже ветер, казалось, замер.

— Алек? — негромко позвал он, надеясь услышать знакомый голос. — Ломар? Салахар?

Ничего. Словно всё исчезло. Ни звука. Ни тени.

Боров нахмурился, его пальцы машинально потянулись к поясу, но привычной тяжести фляги с маной не было. Он сжал пальцы в кулак. Его окружало что-то... неестественное. Даже его магическое чутьё было заглушено — как будто само пространство отказывалось откликаться.

Он начал идти вперёд, к таверне, надеясь найти хоть кого-нибудь, но двери оказались приоткрыты. Внутри – ни звука, только колыхание штор и недопитая кружка на столе. Всё выглядело так, будто люди просто исчезли в один миг.

— Что за… — он резко развернулся, стараясь вспомнить, как всё было вечером. Они отдыхали, ели, кто-то шутил, Джайна обсуждала план перехода через реку, Райнхард с Ломаром спорили о маршруте. Всё было нормально.

Он вышел на улицу, нарастало неприятное чувство. И тут его осенило — это не реальность.

Он встал, замерев посреди улицы. Мир дрожал, как рябь на воде. Он приложил пальцы ко лбу, закрыв глаза. "Это сон. Это должен быть сон. Но кто его навязал?"

И вдруг за спиной он услышал шаги. Медленные, тяжёлые, будто сапоги, бьющие по мокрой земле.

— Боров… — раздался шепчущий голос, одновременно близкий и далёкий. — Ты ведь знаешь, что их можно потерять… в любой момент.

Он резко обернулся — но никого не было. Только силуэт вдали, туманный и высокий. Он казался… знакомым.

— Кто ты?! — крикнул Боров, и голос его разнёсся по пустым улицам.

Силуэт поднял руку — и улица вдруг начала таять. Камни, деревья, даже дома начали искажаться, словно их уносил воронкообразный водоворот.

Боров закрыл глаза, сосредоточившись. Он знал, что в снах можно управлять — особенно тому, кто владеет магией. Он сосредоточил остаток воли, рванул потоком энергии вверх — и мир взорвался светом.

…

Он резко проснулся, холодный пот стекал по вискам. Вокруг уже светало. Откуда-то снаружи слышались голоса, стук копыт. Он лежал под навесом, рядом дремали Салахар и Сауль. Ломар разговаривал с Алеком, подавая карту. Всё было… на месте.

Но в ушах всё ещё звучал голос из сна.

"Ты ведь знаешь, что их можно потерять..."

Боров тяжело выдохнул, и потянулся за флягой. Сегодня он не скажет никому об этом сне. Но что-то внутри него начало тревожно колебаться — предчувствие.

Боров сделал глоток из фляги и выдохнул. Всё было на месте — тепло, свет, отряд поблизости. Он поднялся, провёл рукой по лицу, отгоняя остатки дурного сна… но вдруг понял: его ладонь липкая. Он опустил глаза — на коже тянулись чёрные прожилки, как сгнившие вены, а пальцы начали медленно разлагаться, будто под коррозией.

Он вскрикнул — и резко огляделся.

Мир вновь изменился. Уже не утро. Не село.

Он стоял на той же улице, только теперь дома были полуразрушенными, окна выбиты, стены покрыты плесенью и чёрной гарью. Воздух стал густым, как гнилой дым. И где-то вдали снова слышались шаги. Тот же тяжёлый, медленный звук.

— Это… снова сон?.. — пробормотал он, но на этот раз сердце колотилось сильнее, чем прежде. Что-то не так.

Он услышал хриплый кашель. Обернулся — и замер.

Алек. Он стоял посреди улицы… но его тело было искажено. Кожа на лице слезала клочьями, глаза побелели. Он медленно тянул руку вперёд:

— Боров… где ты был, когда мы начали умирать?..

— Н-нет… — Боров попятился. — Это… это неправда!

Слева показался Салахар, его тело было обугленным, будто сожжённым в пламени. Он шёл, волоча топор, а по губам текла чёрная жижа.

— Ты покинул нас… — прохрипел он. — Зачем?

Позади появился Райнхард. Его не было видно полностью, лишь силуэт. Но его голос звучал глухо:

— Ты ведь знал… знал, что мы не вернёмся.

— Хватит! — закричал Боров, закрывая уши. — Я здесь! Я с вами был! Это не…!

Внезапно вся улица покрылась чернотой, искажающейся дымкой. Он упал на колени, судорожно дыша. Всё начало рушиться. Фонари взрывались, земля рассыпалась в прах, небо превратилось в гигантскую зияющую бездну. Из неё вытекали руки, длинные, словно корни, тянущиеся к нему.

И среди этого ужаса он услышал:

— Сны, Боров… это не просто мысли. Это воспоминания, страхи… и правды, которые ты не хочешь принять…

Рука схватила его за плечо.

Он рванулся — и проснулся вновь.

Теперь он точно знал, что проснулся. Всё было так, как утром. Дым из труб. Лёгкий гомон с улицы. Солнце ещё не взошло полностью, но лучи уже касались крыш.

Он сидел, весь в холодном поту, дрожащий. На плечо опустилась рука — настоящая.

— Ты в порядке? — это был Салахар, живой, настоящий, с дремотным лицом. — Ты стонал во сне. Звал кого-то.

Боров ничего не ответил. Он лишь кивнул и прошептал:

— Просто… кошмар.

Салахар уселся рядом, протянул ему немного тёплого настоя:

— У всех они бывают. Особенно у тех, кто знает, что может потерять всё за один день.

Боров глянул в небо. Там, в вышине, летела чёрная ворона. На этот раз — настоящая.

Они добирались до города под серым небом, когда солнце уже скрылось за дальними горами. Лёгкий ветерок гнал пыль по булыжникам. У ворот стояли двое охранников в синих накидках с гербом города — скрещённые ключ и змея.

— Странное сочетание, — хмыкнул Салахар, когда они подходили к пункту контроля.

Процедура заняла немного времени: офицер-надзиратель, немного сонный, проверил бумаги Ломара и подозрительно посмотрел на мечи. Но, услышав слово «Легион», почти сразу дал проход.

Когда ворота открылись, и отряд двинулся по улицам, Алек притормозил, обернувшись через плечо. Его взгляд вновь упал на Борова, сидящего на лошади с лицом, будто вырезанным из камня. Он не произнёс ни слова с самого утра. Ни вздоха, ни замечания, ни обычного ехидного комментария.

— Это не просто усталость, — пробормотал Алек себе под нос.

Он подошёл ближе к Ломару, поравнявшись с ним, и, понизив голос, сказал:

— Слушай… Боров. Он какой-то не такой. Словно… как будто снаружи он здесь, а внутри где-то далеко.

Ломар посмотрел на него и прищурился.

— Не замечал. Но ты прав. Если понадобится — я вмешаюсь. Пока просто наблюдай за ним. Порой магов лучше не тревожить сразу. Иногда они сражаются внутри себя.

Алек кивнул. Отряд вошёл глубже в город.

---

К этому часу улицы стали оживлённее: торговцы выносили товары, пара пьяниц заваливались в переулки, дети носились между бочками. Это был город, в котором жизнь не прекращалась ни на миг, пусть и в утомлённом, провинциальном темпе.

На центральной площади Алек и Боров свернули в сторону старой конюшни, чтобы отвести лошадей. Хозяин, грузный мужик с чёрными руками от сена и копоти, лениво махнул им рукой.

— В стойло налево. Воду нальёте сами. А овёс — вот в той бочке.

Алек взял поводья и повёл свою лошадь. Боров, не сказав ни слова, пошёл рядом. Он двигался механически, словно всё происходящее — просто тень, далекий отголосок чего-то другого. Он не смотрел по сторонам, не замечал прохожих, даже когда мимо пронеслась девочка с куском хлеба — его лицо оставалось прежним: застывшим.

— Эй, — осторожно произнёс Алек, поставив лошадь в стойло и обернувшись к нему. — Если хочешь поговорить… просто скажи. Я рядом.

Боров посмотрел на него на долю секунды — и отвернулся.

— Спасибо… но сейчас не время. Просто… не беспокойся.

— Я всё равно буду, — бросил Алек с лёгкой улыбкой, но в голосе звучала тревога.

---

В это время остальная часть отряда уже начала разгрузку. Сауль и Райнхард забросили сумки с припасами на лавку рядом с таверной, где по слухам часто появлялись наёмники. Салахар направился в сторону городской доски объявлений — даже в самых заброшенных местах там можно было выудить крупицу информации.

Узкие улочки города всё больше наполнялись людьми — торговцы расставляли прилавки, сапожники раскрывали навесы, пахло свежеиспечённым хлебом, а где-то вдалеке играла флейта.

Отряд неспешно распределился по задаче.

Алек и Боров, закончив с лошадьми, возвращались к остальным. Всё это время Боров молчал. Его взгляд был тяжёлым, как у человека, пытающегося удержать внутри нечто, что вот-вот прорвётся наружу. Но чуть позже все таки ответил что тревожит.

Алек краем глаза замечал, как его друг невольно сжимает кулаки, словно в ожидании чего-то.

— Может нам нужно будет всё-таки найти для тебя мага-целителя или зельевара, — тихо сказал он. — Может, это проклятие, или остаточное от воздействия. Кто знает, что с нами делает магия, когда мы во сне…

— Это не магия, — отрывисто сказал Боров. — Это нечто хуже. Сон, который кажется реальнее, чем сама жизнь. И когда просыпаешься — ты не уверен, что на самом деле вышел из него.

— Думаешь, это связано с проклятием? — спросил Алек.

— Возможно… — тихо ответил маг воды.

В это время Сауль и Райнхард подошли от небольшой лавки. У Райнхарда в руках была грубая карта, исписанная заметками.

— Мы кое-что узнали, — заговорил Сауль. — Наёмники, прибывшие на днях, направлялись в сторону старой мельницы за городом. Кто-то сказал, что среди них был один раненый, и ещё один с мечом с красной рукоятью.

— Гастон? — спросил Салахар, выходя из переулка, где он до этого опрашивал торговцев.

— Возможно. Но это не точно, — пожал плечами Райнхард. — Нужно проверить.

Ломар, стоявший чуть поодаль, кивнул:

— Сегодня отдохнём. Завтра утром — выдвигаемся туда. Лучше быть свежими.

Вечером, когда город начал засыпать, отряд собрался в снятой комнате таверны. Комната была тесной, с деревянными стенами, затхлым воздухом и одним большим столом в центре. На нём лежали карты, куски хлеба, сушёное мясо и кое-где личные вещи — пара перчаток Салахара, записная книжка Алека, брошенная фляга Борова.

Разговор шёл неспешно, перемежаясь с лёгкими шутками.

— Помнишь, как ты пытался поймать курицу на старой заставе? — усмехнулся Сауль, глядя на Салахара.

— Та курица была быстрее половины ваших ударов, — фыркнул он, наливая себе воды. — Я потом мечом махнул — и почти амбар срезал.

— Это ты теперь меткий, а тогда ты чуть себе ногу не отсёк, — вставил Алек с улыбкой.

Смех раздался по комнате, даже Боров слегка усмехнулся, но быстро снова погрузился в себя.

— Знаешь… — начал Алек, — иногда мне кажется, что всё это… гонка за врагом, противостояние Ордену, тайны столицы… всё это — как огромный клубок. И мы только начали тянуть за первую нить.

— Именно поэтому мы здесь, — хрипло сказал Ломар, откинувшись на спинку стула. — Легион не бегает за славой. Мы вытаскиваем тех, кого никто не собирался спасать. А иногда… просто убиваем тех, кто должен быть мёртвым.

Разговор стих. Вечер незаметно превратился в ночь, и вскоре все по очереди начали расходиться в свои углы. Но у окна всё ещё сидел Боров. Его взгляд был направлен в темноту улиц, а в голове пульсировал один и тот же образ — разрушающийся мир из его сна.

Что если он не сон?

Вечер выдался прохладным, но в комнате было тепло. Старая печь потрескивала в углу, из котелка доносился аромат тушёного мяса, который старательно готовил Салахар. Сауль резал хлеб, а Ломар с Райнхардом спорили насчёт направления завтрашнего маршрута. Боров сидел на подоконнике, погружённый в свои мысли, лишь изредка бросая взгляд на остальных. Алек стоял у карты и что-то записывал на полях.

Всё было мирно. Даже слишком.

Вдруг — стук в дверь. Резкий. Двойной.

Раз — пауза.

Два — снова пауза.

Комната сразу притихла. Все как по команде замерли. Алек осторожно подошёл к двери и, не открывая её, посмотрел в глазок.

— Там никого, — тихо сказал он, оборачиваясь.

— Может, дети шалят, — пожал плечами Сауль, но тут снова — тук-тук. Громче, настойчивее.

Алек нахмурился.

— Кто там? — произнёс он.

Тишина.

— Эй, — повторил он чуть громче.

Ответа не последовало, и тогда он резко дёрнул за щеколду и распахнул дверь.

Перед ним стоял мужчина в чёрной куртке с опущенным капюшоном. Без слов он рванул вперёд, вонзая нож в сторону Алека — но тот сработал на инстинктах. Его рука молниеносно схватила запястье нападавшего, нож заскрипел в напряжённой хватке между двумя силами.

— АЛЕК! — крикнул кто-то из комнаты.

В следующую секунду сзади налетел Сауль — меч рассёк воздух и срубил руку нападавшему, из культи брызнула кровь. Мужчина отшатнулся с хрипом, но не успел и двух шагов сделать, как Сауль вонзил клинок в солнечное сплетение, пригвоздив его к стене.

Мужчина задрожал… и замер.

— Всем к оружию, — жёстко сказал Ломар, уже выдергивая меч. — Это значит, что нас выследили.

— Проверить окна и крышу, — добавил Райнхард.

— Боров, барьер на дверь, — резко сказал Алек.

— Уже, — коротко ответил маг, создавая водяную пломбу.

— Мы выходим. Немедленно, — Салахар уже затягивал ремни, — это ловушка.

Отряд покинул гостиницу через чёрный выход, оставив труп. Тишина улиц больше не казалась мирной — в ней скрывалась смерть.

Как только они вышли за околицу, вдоль заброшенного склада, их уже ждали. Двое мужчин наблюдали со стороны. Один с кинжалом и арбалетом, другой — в чёрной накидке, с таинственным серебряным амулетом на груди.

— Девять командир… И тот парень, — прошептал второй. — Остальные на месте. Только целительницы нет. И троих мужчин.

— Нам хватит этого. Я займусь магом, — его пальцы сжали амулет.

Боров, проходя мимо одного из зданий, внезапно споткнулся… моргнул — и всё вокруг замерло. Он оказался снова один, в той же самой пустой улице, только уже во тьме. Люди вокруг начали исчезать, гнить, рушиться, как старые куклы.

Он застонал — сон. Опять этот сон. Только теперь он ощущал чужое присутствие… кто-то был внутри его головы.

— Боров! — Алек хлопнул его по щеке, маг резко очнулся. Но глаза его оставались стеклянными.

— Он под влиянием артефакта! — крикнул Райнхард, — кто-то контролирует его!

В ту же секунду из переулка вылетела стрела — ударила в землю рядом с ногой Салахара.

— Засада! — Ломар выхватил меч, и бой начался.

Сразу трое врагов выскочили из укрытий — хорошо обученные бойцы, одетые в лёгкие доспехи. Один с двумя клинками вступил в бой с Саулем, другой направился к Райнхарду, третий пытался подобраться к Алеку.

Салахар вгрызался топором в технику врага, отбивая удары.

Тем временем мужчина с артефактом вытягивал из амулета нити сна, продолжая давить на Борову. Но внезапно маг воды прошептал:

— Я… не один…

Сила Легиона, обученность, и собственная воля — дали отпор. Всплеск воды вырвался из рук Борова и ударил по владельцу амулета, сбив его с ног.

— Очнулся! — прокричал Алек.

— Тогда заканчиваем! — ответил Ломар и с силой отбросил врага.

Кровь залила брусчатку. Но отряд был жив. С дыханием, с потом, с ранами… но жив.

Перед ними, из темноты переулка, шаг за шагом вышел человек. Его походка была тяжёлой, но уверенной. На вид — мужчина средних лет, с грубым лицом и глубокими шрамами, пересекающими лоб и щёку. На нём была чёрная накидка, иссечённая временем и грязью.

Отряд встал, готовясь к новой атаке, но незнакомец лишь усмехнулся, окинув их хищным взглядом.

— Хватит. — Его голос был низким, хриплым, с легкой злостью. — Мне уже в край надоело, что вы гонитесь за мной, как собаки. Думаете, я буду вечно от вас бегать?

Алек шагнул вперёд, крепко сжимая рукоять меча.

— Гастон?

Мужчина снял капюшон и на миг воцарилась тишина. Лицо... оно совпадало с описаниями. Это действительно был он.

— Раз вы так хотите закончить всё — я не против. — Он начал стягивать с себя накидку, медленно, будто давая им время осознать.

Когда ткань упала на землю, перед ними предстал изуродованный торс: грудная клетка, покрытая странными тёмными наростами, словно каменные чешуи; руки — искривлённые, мышцы бугрились в ненормальных местах; от плеч до живота — сеть зловещих шрамов и светящихся, пульсирующих жил.

— Уродство? — с иронией произнёс он, замечая взгляды. — Это… цена. За силу. За выживание. За то, чтобы не сдохнуть тогда, в Арамийских болотах, когда мой отряд бросили умирать.

Сауль тихо пробормотал: — Он мутировал…

— Мутировал?.. — Гастон рассмеялся. — Нет, я эволюционировал. То, что вы видите — не проклятие. Это новая форма. Мне дали выбор — умереть… или стать этим. Я выбрал жизнь. Я выбрал силу.

Он вытянул руку, и в воздухе засветился алый символ — резкий, искривлённый. Земля под его ногами начала дрожать, а с его тела начала стекать чёрная субстанция.

— Вы пришли за мной? Отлично. Но теперь — вы не охотники.

Он сделал шаг вперёд, и голос его стал яростным:

— Вы — дичь.

Гастон стоял, тяжело дыша. Его уродливое, изменённое тело едва вмещало силу, что плескалась внутри. Тишина висела над ними, словно сама ночь задержала дыхание.

— Хотите знать, как это произошло? — он усмехнулся криво. — Вы же так любите слушать. Любите копаться в чужой боли, как падальщики на поле боя.

Алек не ответил, сдерживая вспышку гнева. Остальные молчали, напряжённо наблюдая.

— Нас было восемнадцать. Нас послали в чащу Арамийских болот — зачистить лагерь тварей, что, как говорили, глотают разум и плоть. Но правда была в другом… — Гастон чуть приподнял голову, и в его глазах мелькнул мрак. — Нас отправили туда умирать.

— Ни одного мага связи. Ни вестника. Никого. Мы были отрезаны. Туман, холод, мерзость в воде… и что-то в самой земле. Трое умерли на третий день. Один утонул, как камень. Другой — исчез, и мы нашли лишь его позвоночник в корнях дерева. Болото… жрало нас.

Он сделал шаг ближе. Из уродливой кожи на плече капнула густая тёмная жидкость, и зашипела, коснувшись камня.

— Меня ломало изнутри. Кожа лопалась. Пальцы гнили. Я чувствовал, как что-то внутри шевелится, ползёт по жилам. Но я не кричал. Я ждал. И они пришли.

Он замолчал, будто слова застряли. Но затем, чуть тише:

— То были не духи. Не твари. Не демоны. Это было… древнее. Не из этого мира. Они не говорили — но я понял. Хотел выжить? Отдай себя. Я согласился.

Он посмотрел на свою руку, искаженную, покрытую коркой из мрака и боли.

— Когда я очнулся, я слышал болото. Слышал, как оно дышит. Знал, где лежат тела. Я… поедал их. Слепо. От страха. От голода. Я помнил каждого, кого пожрал.

Сауль опустил взгляд. Салахар затаил дыхание. Ломар в это время уже незаметно отступил в тень сбоку, готовясь к внезапному удару. Он ждал сигнала.

— Я вернулся. Полз. Три дня. Без ног. Без надежды. Но когда добрался… никто не встретил меня. Ни один из вас, командиры. Вы не спасли. Вы отвернулись. Признали мёртвым.

Он вытянул руку вперёд.

— Так что теперь? Придёте и прикончите меня? Думаете, вы в праве это сделать?

Молчание. Райнхард нахмурился, но не двигался. Алек сделал шаг вперёд, но взгляд бросил в сторону Ломара — тот замер, будто статуя.

Гастон вздохнул, раздув грудную клетку. Вены на теле начали темнеть.

— Тогда… давайте закончим всё здесь.

Тень за его спиной сгустилась. Из переулков начали выходить искажённые фигуры. Их движения были нечеловеческими. Глаза — багровыми.

Гастон, тяжело дыша, опёрся на изогнутую трость, будто боль сковала всё его тело. Его голос стал тише, но от этого только страшнее.

— Я знал, что долго не протяну. Эти… изменения… они не просто уродуют. Они сжирают изнутри. Каждый день — как пытка. Но я не жаловался. Я искал средства. Лечиться — дорого. Много золота уходило лишь на то, чтобы проснуться утром с мыслью, что я ещё жив.

Он криво улыбнулся, словно в этой боли находил горькую гордость.

— И я нашёл способ. Нет, не исцеление. Я не хочу избавляться от этого… дара. — Он стукнул себя по груди, где кожа, покрытая пепельными узорами, дышала, как будто жила сама по себе. — Это благословение. Моё проклятие… и моё оружие. Я просто хотел жить дольше. Отодвинуть конец. Научиться управлять им. Использовать.

Он посмотрел в глаза Алеку, затем перевёл взгляд на Ломара, которого, казалось, начал замечать.

— Но время шло. А вы, Легион… вы влезли. Преследуете, словно псы, не даёте сделать ни шага. Всё, что я выстроил — разрушено. Мне пришлось идти на край. На сделки, что я бы не принял раньше. На жертвы. Но тело… оно не выдержало.

Он опустил голову, будто на секунду внутри него пробилась капля сожаления. Но затем снова поднял взгляд — в нём больше не было человечности.

— Теперь всё ясно. Вы не оставите меня в покое. Значит, пусть эта ночь будет последней для одного из нас.

Он бросил трость в сторону, и его тело изогнулось, будто вся мутация в нём пришла в движение. Кожа растягивалась, мышцы пульсировали, спина выгибалась.

В этот момент из теней донёсся голос Ломара:

— Сейчас.

И ночь взорвалась движением.

Гастон, ощерившись, бросает короткий приказ, и его приспешники, словно звери, вырываются вперёд, разнося хаос на улицах. Их глаза полны фанатизма, руки — с оружием, а цель — уничтожение.

Из тени, где затаился Ломар, раздался быстрый шорох. Он метнулся вперёд, как хищник, выцелив Гастона. Однако тот резко дёрнул головой — его глаза засветились зловещим светом, и он отразил удар в последний момент. Клинки зазвенели, вспыхнули искры. Ломар атаковал методично, точно, не давая Гастону передышки. Но тот, словно обезумевший, орал, отбивая каждую атаку:

— Ты, девятый, ничтожество! Даже твой отец сражался лучше! Ты думаешь, что честь и ордена что-то значат здесь, в этом гниющем теле?!

Ломар, не отвечая, усиливает натиск, его клинок рассекает воздух и, наконец, вонзается в бок Гастона. Однако тот лишь вскрикнул... и на его лице появилась ухмылка. Рана с треском затянулась, кожа покрылась новыми узорами мутации.

— Видишь?! Это — благословение! Это — вечное восстановление! Боль — это плата за силу!

Он снова бросается вперёд, словно одержимый, и с силой обрушивает удары на Ломара, которому едва удаётся парировать и уходить в сторону.

Тем временем на улицах города — хаос. Люди в панике разбегаются, прячутся в домах, многие гибнут от рук обезумевших приспешников Гастона. Алек, Сауль, Салахар, Райнхард и Боров держат оборону, прикрывая улицу и блокируя проход к центру. Сауль сражается на передовой, его мечи мелькают в полумраке, рассеивая врагов. Салахар создаёт песчаные волны, сбивая целые группы. Боров, несмотря на недавнее истощение, сдерживает напор магией воды, защищая раненых горожан. Алек координирует всё, поддерживает бойцов, сам сражается, ища глазами Ломара.

Из соседнего квартала раздаются звуки приближающейся кавалерии — это патруль, вызванный тревогой. Несколько десятков солдат столицы мчались в сторону сражения, ведомые одним из офицеров магов, который заметил огонь и панику. Они врываются в бой, оказывая поддержку Легиону.

Всё вокруг охвачено паникой, город словно разрывается изнутри, а в эпицентре — мутировавший Гастон, рвущийся к разрушению.

Гастон, разъярённый, но с насмешкой в голосе, отталкивает Ломара и делает шаг назад. Его грудь вздымается от напряжения, но глаза горят леденящим огнём ненависти и боли.

— Ты знаешь, кто я, Ломар?.. — его голос звучит гулко, почти рычаще. — Легион... я знаю его, как свои оставшиеся пальцы. Я был частью этого величественного, гниющего организма. Работал на него, верой и правдой! Делал грязную работу, когда вы еще в тренировочных лагерях мечи роняли!

Он кивает в сторону Ломара, глаза его налиты кровью.

— И знаешь, кто меня оставил? Кто бросил умирать, когда я был ещё человеком, когда всё это... — он проводит рукой по телу, уродливому от мутации, — только начиналось? Не враг. Не убийца. А твой чертов отец, Лаэрт из Отдела! Он был координатором операции. Он знал, что я заражён. И он решил — один солдат не стоит риска для всей группы. Ии..... меня оставили гнить.

Гастон наклоняется вперёд, его мускулы дрожат, будто кожа не в силах сдерживать напор мутации.

— А я не умер. Я выжил. Я превратился. И теперь вы все... — он сжимает кулаки, которые начинают искриться мерзкой, сгустившейся энергией, — будете платить. Один за всех!

Ломар сжал зубы, его лицо остаётся хладнокровным, но внутри всё сжалось от вспышки памяти. Он знал, что отец был жёстким, но то, что тот поступил так... с одним из своих...

— Это не оправдывает, — холодно ответил он, поднимая меч. — И не даёт тебе права убивать невинных.

— Нет. — Гастон скалится. — Это даёт мне цель. Цель и силу, которые вы у меня отняли.

С громким ревом он вновь бросается вперёд, каждый его шаг сотрясает землю. Удары следуют один за другим — быстрые, яростные, с налётом безумия. Ломар с трудом удерживает темп, отступая, блокируя. В это время Алек кричит остальным:

— Мы должны сократить их! Сауль, Салахар — на фланги! Боров, держи центральный проход! Райнхард, со мной — Гастон не должен вырваться!

Отряд перестраивается, готовясь к затяжной и тяжёлой битве. В небе гремит первый гром — словно сама природа откликается на ярость, рожденную предательством.

Грохот копыт перекрыл даже крики и звон металла. Один из командиров кавалерии, молодой, но отважный, сжав копьё обеими руками, мчался напрямик на Гастона. Его доспех сиял в отблесках горящих домов, и каждый его шаг отражал решимость в глазах.

— За Легион! — крикнул он, вонзая копьё в спину мутировавшего чудовища.

Гастон, издав хриплый рык боли, отшатнулся вперёд, отпуская Ломара, но не упал. Он резко обернулся, тело его выгнулось неестественным изгибом. В следующую же секунду он всем весом врезался в кавалериста, таранным ударом сбивая его с лошади. Конь испуганно заржал и упал на бок. Командир, рухнув в пыль, попытался встать, но Гастон был уже рядом — когтистая рука вонзилась в грудь бедняге и вырвала кусок плоти. Мгновение — и сердце перестало биться.

Однако копьё осталось — всё ещё торчащее из тела чудовища. Гастон повернулся к нему, вытащил с хрустом, отбросив оружие в сторону, и с громким выдохом снова навис над полем боя. Кровь стекала с его спины, но мышцы продолжали пульсировать, будто рана только усилила его.

Тем временем Ломар, опираясь на меч, поднялся при помощи другого командира, тот схватил его за плечо:

— Ты в порядке, командир?

Ломар, стиснув зубы, кивнул, отряхивая с плеч пыль и кровь.

— Спасибо. Он не человек. Он... нечто другое. Мы должны действовать быстро. Пока он уязвим.

Он обвёл взглядом поле — Алек и остальные вели бой с приспешниками Гастона, не давая им прорваться дальше в город. Салахар отбрасывал врагов волнами песка, Райнхард сражался спина к спине с Саулем, а Боров, несмотря на усталость, сдерживал натиск заклинаниями.

— Сигнализируй остальным кавалеристам, пусть перекроют выезды из города. Мы не дадим ему уйти. — Ломар выпрямился, глаза его сузились. — И приготовься. Сейчас начнётся настоящая бойня.

Кавалерист тяжело дышал, удерживая меч обеими руками. Его атаки были сдержанны — скорее отвлекающие, чем смертельные. Он знал: один неверный шаг, и Гастон порвёт его на части. Потому каждый выпад был прикрыт, каждый удар продуман. Он ждал, когда Ломар нанесёт основной урон.

Гастон же, будто наслаждаясь превосходством, отражал удары с лёгкой усмешкой, насмехаясь:

— Ты дёргаешься, как раненый зверёк. Думаешь, сможешь хоть на что-то повлиять?

С этими словами он резко обернулся, поймав кавалериста на замахе, и нанёс удар. Клинок мутанта с хрустом врезался в доспех. Кавалерист пошатнулся, отшатнулся назад, но Гастон уже замахнулся вновь.

— Нет! — крикнул Ломар, шагнув вперёд.

Он быстро вытащил из-за пояса продолговатый, украшенный резьбой артефакт — серебристый цилиндр с синим кристаллом в центре. Вложив в него всю свою магическую силу, он резко активировал его.

Вспышка — и из артефакта вырвалась мощная волна энергии. Воздух дрогнул. Ударной волной Гастона отбросило на несколько метров. Он пролетел через два павших фонаря и рухнул в стену здания, пробив её спиной.

Пыль поднялась, повиснув в воздухе, и на мгновение наступила тишина.

— Ты жив? — Ломар схватил кавалериста за предплечье, помогая ему встать.

— Да... но если бы не ты... — тяжело выдохнул тот.

— В бою не бывает «если». Ты справился. — Ломар сжал руку союзника, обернулся. — Идём. Пока он встал — нужно объединиться с остальными.

В развалинах здания послышался хрип. Гастон начал подниматься, его тело трещало, переломы хрустели, как сухие ветки, а лицо было искажено яростью и болью.

— Вы... все... сдохнете...

Ломар резко обернулся к горящей улице, где уже сражались Алек и его отряд:

— Настало время объединиться.

Сражение на улицах города подходило к концу. Отряд Алека, измазанный кровью и пылью, стоял среди тел поверженных приспешников Гастона. Тяжело дыша, они переглядывались, не веря, что всё ещё живы. Каждый из них был изранен, но стоял — усталый, но несломленный.

Сауль, с рассечённой бровью, вытер меч о плащ одного из нападавших.

— Чёртовы фанатики. Их было больше, чем мы думали.

Райнхард, задыхаясь, поправил перевязь с артефактами:

— Некоторые из них даже не чувствовали боли. Что он с ними сделал?..

Салахар держал в руке окровавленный топор, оглядываясь по сторонам.

— Он исказил их разум. Превратил в мясо. И всё ради чего?..

Боров молчал. Лицо его было бледным, как пепел, взгляд всё ещё затуманен.

В это же время по улицам с грохотом неслись кавалеристы. Их лошади, покрытые лёгкими латами, били копытами по камню, проносясь сквозь переулки. Во главе шёл командир, тот самый, кто сражался рядом с Ломаром. Он махал рукой, указывая направления.

— Очистить улицы! Сметать остатки! У нас на это минуты!

Группы приспешников, оставшиеся в закоулках, пытались дать отпор, но мощь конной атаки была сокрушительна. Слаженные наскоки, копья, пики и мечи — всё работало, как единый механизм. Кавалерия, подобно лавине, сносила последних врагов. В течение десяти минут улицы были очищены.

— Живее! — крикнул один из лейтенантов. — Всех жителей на центральную площадь! Город эвакуировать!

Началась срочная эвакуация. Солдаты, местные ополченцы и выжившие жители начали собираться в центре. Плакали дети, женщины собирали пожитки, кто-то искал пропавших. Жгли факелы, устанавливались временные барьеры из повозок и досок.

Алек подошёл к командиру кавалеристов.

— Что теперь?

— Мы уводим их через южный мост, в крепость Сайнтейн. Там безопасно. Вам же — держаться.

Алек кивнул и обернулся к своим.

— Мы всё ещё в бою.

Алек стоял среди дымящихся развалин и крови, его лицо было покрыто сажей и потом. Он бросил взгляд на Борова — тот едва держался на ногах, лицо мертвенно-бледное, губы дрожали. Очевидно, остатки сновидческого яда всё ещё действовали.

— Боров, ты не в состоянии продолжать бой, — твёрдо сказал Алек. — Иди с жителями. Сауль, ты с ним. Держите строй, защищайте их, если будет нужно.

Боров хотел возразить, но Алек уже отвернулся. Сауль коротко кивнул и, не говоря ни слова, подхватил товарища за плечо.

— Пошли, старик. Ты нам ещё нужен живым.

Салахар сжимал в руках топор и стоял молча, словно статуя, наблюдая за происходящим. Райнхард рядом уже проверял свою секиру, лицо его оставалось холодным, собранным.

— Мы готовы, — сказал он.

— Тогда идём, — коротко бросил Алек. — Ломар должен быть где-то впереди.

Они двигались по выжженным улицам, минуя тела, разрушенные строения и следы магических всплесков. Город плакал, но бой ещё не был окончен.

Вскоре они нашли Ломара. Он стоял, опираясь на своё оружие, рядом с телом убитого кавалериста. Командир посмотрел на подошедших и с трудом выпрямился.

— Он ушёл. Прямо под землю, — выдохнул Ломар. — Здесь катакомбы, он ушел прямо туда.

Алек подошёл ближе, осматривая окрестности. Под ногами — круг обугленной земли, искажённая магией почва, а посередине — чёрная трещина, уходящая вниз.

— Мы спускаемся, — сказал он. — нужно заканчивать это.

Трое воинов — Алек, Ломар и Райнхард — в последний раз переглянулись. Их лица были полны решимости. Салахар без слов сделал шаг вперёд, сжимая топор крепче.

Райнхард подошёл медленно, но уверенно, сжимая секиру в обеих руках. Его лицо было холодным, безжалостным, в глазах не было сомнений — лишь презрение и гнев, накопленные годами.

— Помнишь Райнера? — его голос эхом разнёсся по катакомбам. — И остальных? Тех, кого ты предал. Убил. Разрушил. Они умерли по твоему желанию… так же, как сейчас умрёшь ты.

Гастон с трудом поднял голову. Его взгляд не отражал страха — только усталость. Он молча смотрел на Райнхарда, будто понимая, что слова уже ничего не изменят.

— Каким же ты жалким стал, — Райнхард продолжил. — Я знал, что ты монстр… но даже тогда не подозревал, насколько ты был мерзостью с самого начала.

Ни крика, ни мольбы. Только пустое, осознанное молчание. Райнхард не колебался. Секира взвилась в воздух — и одним мощным рубящим ударом вонзилась в шею Гастона. Мутировавшая плоть не сразу поддалась, но вскоре голова отделилась от тела. Кровь, чёрная и густая, растеклась по полу.

Алек, не говоря ни слова, бросил факел в тело. Пламя мгновенно охватило останки, затрещало, поглощая изуродованную плоть. Запах гари и разложения вскоре стал невыносимым.

Они стояли молча, глядя, как чудовище догорает. Несколько минут — и от некогда опасного врага осталась лишь пепельная куча.

— Уходим, — коротко бросил Алек, разворачиваясь.

Запах стал невыносимым, и катакомбы словно начали задыхаться вместе с остатками Гастона. Они покинули это место, не оборачиваясь ни разу.

Они поднимались из катакомб в тишине. Каждого глодали собственные мысли. Воздух наверху был прохладным, но после вони гниющего тела и копоти от сожжённого чудовища даже затхлый запах разрушенного города казался свежим. Небо начинало светлеть — приближался рассвет.

На поверхности их встретил беспокойный Ломар. Он был покрыт сажей, его доспех был поцарапан, а рука перемотана кровавой повязкой.

— Всё? — спросил он, не поднимая глаз.

Алек кивнул.

— Гастона больше нет, — ответил Райнхард, отряхивая секиру от остатков сажи и крови. — Осталась только злоба… и долгий шлейф за ним.

Они не стали задерживаться. Город был в руинах. Кавалеристы продолжали эвакуацию, организовывая жителей и раненых в колонны, направляя их к ближайшему безопасному убежищу. Боров, несмотря на болезненное состояние, помогал детям добраться до фургонов, его лицо оставалось бледным, но он держался. Сауль шёл рядом с ним, не отставая ни на шаг, поглядывая по сторонам.

Когда Алек с остальными вышли на главную улицу, их встретил офицер из кавалерийской группы.

— Мы почти закончили. Большинство ушли, часть раненых осталась под охраной. Отряд готов следовать за вами. Что дальше?

Алек переглянулся с Ломаром.

— Мы двинемся к границе леса, — тихо ответил он. — Возможно, кто-то из приспешников уцелел. Мы добьём их… и узнаем, был ли Гастон единственным связующим звеном.

Райнхард поправил ремень с оружием.

— Нужно узнать о выживших преспешников.

Алек кивнул.

— Да, еще нам нужен отдых.

Их взгляды пересеклись — усталые, но несломленные. Они знали: это лишь один из шагов. Но теперь, без мутанта Гастона, дорога вперёд была чище.

На горизонте вставало солнце.

Прошло несколько часов после того, как бой утих. Улицы города опустели — лишь караулы и работники эвакуации шептались друг с другом у телег и разрушенных зданий. Воздух всё ещё хранил запах гари, крови и земли. На главной площади, в окружении остатков оборонительных баррикад, состоялась встреча с Агентами Легиона.

В серых мантиях, с гербом Легиона на груди, они прибыли в сопровождении нескольких архивистов и магов-картографов. Ломар и Алек вышли к ним.

Один из агентов — мужчина средних лет, с морщинистым лицом и суровым взглядом — первым заговорил:

— Мы уже провели оценку ущерба. Город подлежит восстановлению. Предварительные расчёты показывают: потребуется не менее 12,5 миллиона астр на полное восстановление инфраструктуры, жилья, госпиталей и водоснабжения.

Алек кивнул, коротко бросив взгляд на Ломара.

— Легион покроет все расходы, — продолжил агент. — Кроме того, выделена компенсация в размере 5 миллионов астр на социальные нужды — временное жильё, лечение, поставки еды и лекарств.

Ломар тяжело вздохнул.

— И жертвы?

Агент переглянулся с архивистом, затем достал из-за пояса пергамент и прочёл:

— Потери среди наших — восемнадцать кавалеристов и шесть городских стражей. Среди мирного населения — сто восемьдесят четыре погибших. Каждый из павших будет учтён. Семьям погибших кавалеристов и стражей будет выплачено по 20 000 астр. Семьям гражданских — по 10 000 астр. Архивисты уже начали составление реестра.

Алек сжал кулак.

— Мы позаботимся, чтобы помощь пришла без задержек. Это была наша ошибка — мы не отследили угрозу раньше.

— Угроза была... особенной, — вмешался Ломар. — Она сидела глубоко, среди теней, и знала, как скрываться. Но теперь она мертва. Мы проследим, чтобы подобное не повторилось.

Агент одобрительно кивнул.

— Ваша работа, командиры, будет учтена. Но и время для отдыха вам потребуется. Ваши отряды остаются в городе для стабилизации ситуации. Мы вышлем инженерные отряды через два дня.

Алек повернулся к площади, где начинали разбирать завалы.

— Хорошо. Пока всё не будет восстановлено — мы здесь. Легион отвечает за своих.

С этими словами он ушёл обратно к бойцам, где Салахар и Райнхард уже строили временные заграждения, а Боров и Сауль оказывали помощь раненым.

Прошло несколько дней, и город уже начал восстанавливаться. Алек и его отряд выполнили свою задачу, обеспечив безопасность и помощь жителям. Стражи и кавалеристы, несмотря на потери, продолжали работать над восстановлением порядка, а раненые были отправлены на лечение. Город начал медленно восстанавливаться, но несмотря на это, отряд знал, что впереди их ждёт новое задание.

Ломар, решив связаться с главным штабом Легиона, вызвал мага-телепата. Вскоре в его разуме возник голос, передававший четкое сообщение:

— Командир Ломар, командир Алек, ситуация в городе стабилизирована?

Ломар кивнул, подтверждая:

— Да. Потери среди войск и граждан были, но мы справились с восстановлением и обеспечением безопасности.

— Хорошо, — продолжил голос, — за успешное выполнение задания вы получите полмесяца отдыха. После этого, однако, вам предстоит новое задание. Вам нужно будет направиться в северную часть континента, в Артев. Там вас встретит один из главных командиров Легиона, и он передаст вам важную информацию. Это задание будет для будущего Легиона. После выполнения миссии мы будем решать, как двигаться дальше.

Алек и Ломар обменялись взглядами. Всё, что они могли сделать, — это подготовиться к следующему этапу.

— Понял, — ответил Ломар. — Мы будем готовы к выдвижению.

В этот момент маг продолжил:

— Также, командир Ломар, у вас будет ещё одно дополнительное задание. Вам предстоит отправиться на континент Цокталь, в земли гномов. Там ситуация обострена, и Легион хочет укрепить свои позиции в регионе. Вы получите дополнительные указания на месте.

Ломар кивнул, готовясь к новым задачам. Голос в его разуме произнес последние слова:

— Полмесяца отдыха, затем отправление в Артев и Цокталь. Удачи.

Связь прервалась, и Ломар повернулся к остальным членам отряда.

— Мы получаем полмесяца отдыха, — сказал он. — Но после этого нам предстоит отправиться в Артев, где нас встретит командир Легиона и передаст новые указания. А вот мне предстоит ещё одно дополнительное задание — отправиться в земли гномов, на континент Цокталь.

Все молчали, переваривая услышанное. Их внимание уже было сосредоточено на предстоящем отдыхе, но они знали, что впереди их ждет не только отдых, но и новые испытания. С каждым новым заданием Легион заставлял их быть готовыми к большему.

Полмесяца прошло быстро. Отряд успел восстановиться, и, несмотря на усталость, они знали, что впереди их ждёт ещё одна важная миссия. Готовясь к выдвижению, они собрались, чтобы продолжить свой путь — в Артев, а затем в земли гномов.

Дополнительная глава 3 тома.

Прошло полмесяца с момента нападения. Город постепенно приходил в себя — строились новые дома, улицы убирались, лавки вновь открывались. Алек и его отряд использовали это время с пользой: отдыхали, восстанавливали снаряжение и готовились к следующему пути.

Во дворе рядом с главной площадью лязгали молоты и стучали инструменты. Салахар и Райнхард чинили доспехи, меняли ремни и подгоняли крепления. Сауль помогал грузить обозы — мешки с провизией, свежие одеяла, запасные детали к повозке. Он то и дело ворчал, что всё слишком тяжёлое, и какого хрена он тащит грузы.

На рынке было оживлённо. Боров стоял у лавки местного кузнеца и рассматривал металлический наруч с встроенными магическими каналами — устройство, способное заменить посох и позволить ему лучшее управлять магией с помощью руки.

— Оно регулирует поток маны и усиливает контроль, — объяснил кузнец, протягивая перчатку. — Не такое мощное, как посох, но куда удобнее в ближнем бою.

Боров купил его без долгих раздумий, примерил и испытал на небольшой вспышке воды. Всё работало как надо. Он остался доволен.

Тем временем Алек проверял маршрут, карту и списки снаряжения. Он наблюдал, как кавалеристы готовят лошадей, как Салахар шутит с мальчишками, а Райнхард отгоняет любопытных детей от своих секир. Всё шло спокойно. Почти по-домашнему.

Завтра они должны были отправиться в путь — на север, в земли Артев.

Вечером, когда работа на день была завершена, отряд собрался у костра во дворе казармы, где они временно остановились. Над головой тихо мерцали звёзды, костёр потрескивал, в котелке варилось тушёное мясо с корнеплодами. Боров проверял наруч, Сауль лениво точил меч, а Салахар неспешно разминал плечо, сидя на перевёрнутой бочке. Райнхард, глядя в огонь, вдруг нарушил молчание:

— Алек... я давно хотел спросить. Легион — это всё красиво звучит, командиры, честь, присяга. Но кто нас вообще финансирует? Армия как-никак, а еду, доспехи, жильё — всё это стоит.

Алек перевёл взгляд на него, на секунду задумался, потом кивнул.

— Справедливый вопрос. У Легиона есть не только 11 активных командиров, вроде нас с Ломаром. Существуют ещё пятеро — не боевые, их называют "тихими столпами". Они не участвуют в сражениях напрямую, но именно на них держится тыл.

Он сделал глоток воды и продолжил:

— Один из них курирует строительство — заключает контракты с поселениями, помогает поднимать разрушенные города и получает долю за выполненные работы. Второй ведёт поиски артефактов: редкие, мощные предметы, которые потом направляются в Главный штаб или распределяются между отрядами. Есть и те, кто выполняет работу наёмников — охрана караванов, зачистка территорий, сопровождение знати. Всё официально, через договоры.

— Как торговцы, только с мечами? — приподнял бровь Салахар.

— Вроде того, — усмехнулся Алек. — Каждый из этих пятерых обеспечивает стабильный доход, а всё, что они зарабатывают, частично уходит в казну Легиона. Благодаря им мы можем снабжать гарнизоны, платить жалование, восстанавливать базы и помогать союзникам.

Райнхард кивнул, опираясь локтями на колени:

— Значит, Легион — это не только про войну. Это целая система. Работает как целый народ, только со своей целью.

— Именно, — сказал Алек. — Мы существуем вне политики, но у нас есть своя структура, своя экономика и своя ответственность.

— А кто всем этим управляет? — спросил один из кавалеристов, подтягивая к себе плащ ближе к огню. — Вы, командиры, каждый сам по себе, или есть кто-то выше?

Алек посмотрел на него и ответил спокойно:

— У нас есть Совет Одиннадцати. Семь из них — активные командиры, те, кто, как и мы, воюет на передовой, ведёт отряды, участвует в сражениях. Остальные пятеро — те, кто не участвует в боевых действиях напрямую. Они занимаются другими сферами: финансами, снабжением, обучением, поиском информации и дипломатией.

— Значит, всё держится на них? — удивлённо сказал молодой кавалерист. — Я думал, всё зависит от полевых командиров.

— Мы — руки, — вставил Ломар. — А они — мозг. Мы делаем то, что они планируют. Но иногда и они спускаются на поле. Особенно если дело касается чего-то крупного.

— Алек, — подал голос другой солдат, с шрамом через подбородок, — ты когда-нибудь встречал всех одиннадцать?

— Нет, — покачал головой Алек. — Только одну из них. Остальные редко показываются. Даже в штабе они действуют через артефакты связи или телепатов вроде Ноарана. Их местонахождение и миссии часто засекречены.

— Похоже на тень за спиной, — пробормотал кто-то.

— Возможно, — согласился Салахар. — Но благодаря им мы не разваливаемся. Они следят, чтобы у нас всегда были оружие, пища, новые бойцы и смысл в действиях.

Разговор постепенно сместился к повседневным делам: к грядущему пути, к ремонту брони, к местным ценам на коней. Но тема Совета ещё долго оставалась в головах сидящих у костра.

Когда колонна уже несколько часов двигалась по просёлочной дороге, петляющей вдоль лесного массива, Алек ехал впереди, вместе с Ломаром. Их кони шли шагом, а впереди шелестела тропа, усыпанная хвойными иголками.

Ломар молча наблюдал за ним некоторое время, а потом сказал, почти между делом:

— Тебе бы не помешало освоить боевой дух, Алек.

Алек удивлённо посмотрел на него:

— Боевой дух? Ты имеешь ввиду как… настрой? Мотивация?

Ломар усмехнулся.

— Нет. Я не про настроение. Это реальная сила. У нас в Легионе её зовут "Арнель" — так её нарекли в старые времена. Это древнее понятие, ещё до того, как магия стала повсеместной. Арнель — это источник силы воина, что идёт не из внешней маны, а из самого сердца, духа и тела.

Алек нахмурился, вникнув в слова.

— То есть альтернатива магии?

— Не совсем. Это другое. Арнель не даёт тебе колдовать. Он усиливает твоё тело. С ним ты становишься быстрее, сильнее, выносливее. Ты чувствуешь, как твои мышцы будто наполняются огнём, а страх исчезает. Он даёт тебе шанс выстоять там, где маг бы давно истощился. У каждого, кто живёт мечом, рано или поздно это пробуждается. Но если научиться использовать его осознанно — ты станешь воином в разы опаснее.

— А почему я не слышал об этом раньше, что его можно тренировать?

— Потому что не все командиры умеют его использовать, а те, кто умеют, редко рассказывают об этом. Это как внутренний огонь — его нужно зажечь, а не просто найти. Я могу показать тебе пару приёмов на отдыхе, если хочешь. Только учти — это будет тяжело.

Алек кивнул, с интересом глядя на Ломара.

— Я хочу. Я должен становиться сильнее… для отряда. И для себя.

Ломар слегка улыбнулся.

— Хорошо. Тогда вечером начнём. Добро пожаловать в путь воина, Алек.

Путь продолжался. Их обоз тянулся вдоль извилистых холмов, поросших высокой травой и редкими деревьями. Небо было чистым, только редкие облака лениво ползли по синеве. Дорога стала уже, местами пересекая старые мосты через высохшие ручьи. Иногда вдалеке появлялись стада диких животных — они пугливо разбегались при звуках копыт и скрипа телег.

Ломар шёл впереди с Алеком, временами оглядывая местность, иногда обмениваясь парой слов с кавалеристами. Все шли спокойно, но настороженно — путь хоть и выглядел безопасным, на этих землях нельзя было терять бдительность.

К вечеру они разбили лагерь в небольшой ложбине у ручья. Развели костры, поставили палатки, наварили густой суп из сушёного мяса и корнеплодов. Пока остальные ели или проверяли снаряжение, Ломар махнул Алеку, чтобы тот пошёл за ним к старому дубу на окраине стоянки.

— Готов?

— Всегда, — ответил Алек, вставая и отряхивая куртку.

— Хорошо. Но сначала забудь всё, что знал о тренировках. Боевой дух не приходит просто так.

Он сделал шаг вперёд, встав в боевую стойку.

— Он не появляется только от желания. Это не как магия, которую ты наследуешь по крови. Здесь по-другому.

— Подожди… — Алек нахмурился. — Я думал, боевой дух… ну, он передаётся, как мана. У некоторых же она с рождения.

Ломар покачал головой.

— Частично ты прав. Есть те, кто рождаются с пробуждённым Арнелем — их меньше одного из тысячи. Это как редкий дар. Но большинство, таких как ты и я… мы должны зажечь его в себе. Сквозь бой, усилия, преодоление. Боевой дух — это пламя, которое ты сам поджигаешь, когда тебе больше не на что полагаться. Когда осталась только воля и сталь.

Он подошёл ближе, вложил в руки Алека деревянный тренировочный меч.

— Попробуй сейчас отбросить мысли. Почувствуй, что ты здесь. Что ты дышишь. Что твои руки тяжелеют от усталости, но ты всё равно стоишь. Именно в таких моментах начинается пробуждение. Не из-за злости, не из-за желания быть сильным — а из-за необходимости стать сильнее.

Алек встал, сжав меч. Он закрыл глаза, глубоко вдохнул. Его тело было измотано дорогой, но голос Ломара не отпускал его из этой точки.

И когда они начали тренировочные удары, каждый шаг, каждое движение отзывались жаром в груди, чем-то знакомым… чем-то, что только начинало просыпаться.

Ломар сжал кулак, и от него пошла едва ощутимая вибрация — тепло, плотность, сила. Он активировал Арнель. Воздух вокруг него как будто задрожал, словно сама земля почувствовала смену в настроении воина.

— Ты хочешь пробудить дух? — Ломар вытащил тренировочный клинок. — Придётся заслужить его. И не улыбкой, Алек.

Они схлестнулись. Первые удары были резкими, быстрыми — Алек отражал их, почти вровень, даже временами шёл вперёд. Но Ломар начал менять ритм: внезапные смещения веса, подлые удары коленом, выверенные подсечки. Он бил не как наставник, а как командир, не прощающий ошибок.

— Медленно. Слишком медленно! — рявкнул он, ударив по плечу так, что Алек пошатнулся.

Удар в бок. Потом по ногам. Алек снова встал, и улыбнулся, сдерживая дыхание, но в глазах — ни капли гнева. Он будто принимал всё, как часть тренировки.

Ломар зарычал — не от злости, а от разочарования:

— Думаешь, выдержка — это сила? Нет, мальчишка. Арнель просыпается не в молчаливом терпении, а в борьбе за себя!

Следующие удары стали ещё жестче. Ломар начал унижать его на поле — сбивал с ног, прижал лицом к земле, бил по ребрам.

— Ты хочешь быть командиром? — прошипел он. — С такими движениями ты даже с орком не справишься. Ты слаб. Слишком мягкий. Я видел, как умирают дети, что были сильнее тебя.

Алек стиснул зубы. На лице исчезла ухмылка. Он тяжело дышал, кровь начала проступать на губах. Внутри что-то зашевелилось — будто запекшийся гнев, который он всегда держал внутри, начал пульсировать.

Он резко поднялся. В этот момент в его движениях что-то изменилось — не скорость, не сила, а намерение. Взгляд стал жёстким. Ломар это почувствовал и отступил на шаг, сдержанно усмехаясь.

— Вот так… начинается, — пробормотал он. — Но это может занять часы. Или дни. Иногда — годы.

И всё же в его взгляде читалось удовлетворение. Он толкнул Алека снова в бой, зная — процесс пошёл. И как бы он ни был долгим, пробуждение уже не остановить.

Ломар продолжал давить — не просто ударами, но словами, впивающимися глубже любого клинка.

— Ты командир? — прошипел он, обходя Алека кругом, словно хищник. — Ты просто мальчик, которого жалеют. Думаешь, жалость даст тебе силу? Смотри на себя! Ты ничто! Даже твой отец, кем бы он ни был, плевал бы на тебя, если бы увидел это зрелище!

Он нанес удар в грудь — тупой, сильный, сбивающий дыхание. Алек упал на колено, кашляя, и кровь капнула на землю.

— Ты думаешь, тебе доверили судьбы солдат? — Ломар навис над ним. — Ты даже себя защитить не можешь! Твои друзья умирают за тебя, а ты всё ещё ждёшь, пока кто-то тебя спасёт!

Глаза Алека налились кровью от гнева, но тело уже не слушалось. Он поднялся, но шатался. И вдруг — удар с разворотом. Всё замедлилось.

Ломар с криком вонзил тренировочный клинок — в видении это был не деревянный меч, а реальный. Лезвие вошло в тело Алека, разрубая его по самой середине. На мгновение наступила тишина. Пыль повисла в воздухе. В глазах — лишь белизна и боль. В этом видении он умирал.

Но… что-то взорвалось внутри.

Пульс — сильный. Как удар в грудь. Как гром в голове.

Крик — не человеческий, не звериный. Это был крик самой сути выживания.

Сила вырвалось из груди Алека, когда он очнулся, стоя в той же позиции, в которой его "разрубили".

Его тело охватила горячая волна. Вены налились золотым светом, волосы вздрогнули от силы. Мгновение — и он рванул вперёд, резко, без предупреждения, с новой дикостью.

Удар ногой — мощный, стремительный, точно в центр защиты Ломара.

— ЧЕРТ! — только и успел выдохнуть тот, выставив меч.

Контакт. Глухой звук, и по клинку пошли трещины. Сила Алека отбросила Ломара назад почти на три метра. Он едва удержался на ногах, вонзив каблуки в землю.

Тишина.

Все, кто смотрел, замерли, испуганные и восхищённые одновременно. Боров даже встал с места, напряжённый. Райнхард держал секиру, готовый вмешаться.

Алек тяжело дышал, пот стекает по лицу. Его глаза горели. В груди — будто потухший вулкан вдруг начал дышать. И в этом пламени он чувствовал одно:

Он выжил. Он пробудил Арнель.

— Ты… сделал это, — выдавил Ломар, с трудом отряхиваясь. — Ну, теперь ты… не просто мальчишка. Теперь ты — Мать его истинный легионер.

Глава 7

Город горел.

Здания рушились под натиском нежити, не знающей усталости. Пламя лизало небеса, окрашивая дым кровавым оттенком. Крики женщин и плач детей тонули в рёве монстров. Эльгард, некогда процветающая крепость на западе, стал ареной для кошмара.

На центральной площади, среди горящих обломков и павших тел, стояли двое.

— Джек… — прохрипел Аргус, вытирая меч от слизи нежити. — Это уже не обычная вылазка. Здесь что-то другое. Они… они не умирают как раньше.

Джек стоял, сжимая в руках Дювэр — пылающий меч, что с каждым взмахом разрывал ряды мертвецов. Его глаза, отражающие пламя, не моргали.

— Я это чувствую, — тихо сказал он. — Кто-то ведёт их. Это не хаос… это приказ.

Новая волна мертвецов вырвалась с южной улицы — ожившие рыцари, покрытые чёрной бронёй и рунами смерти.

Аргус, не дожидаясь сигнала, метнулся вперёд. Молнии сорвались с его клинка, рассекая воздух. Словно призрак, он пронёсся сквозь ряды врагов, оставляя после себя только обугленные трупы.

— Формация “Гарпия”! — крикнул Джек, и бойцы Легиона, оставшиеся в живых, начали перестраиваться, прикрывая раненых.

Огромный скелетный голем пробил стену храма и вышел на площадь, в руках — обломки колокола, словно палица.

— Ого… — усмехнулся Аргус. — Похоже, все только начинается.

Джек сжал Дювэр. Пламя вспыхнуло, меч взвыл, будто откликаясь на вызов. Земля задрожала под его ногами.

Пылающий меч Дювэр с рыком сорвался вперёд, и вместе с ним — Джек. Каждый его шаг оставлял на камне горящие следы. Голем из костей и чёрной магии размахнул своей палицей, разрывая воздух. Но Джек увернулся, скользнув вбок, и вонзил меч в колено чудовища.

Огненный взрыв разорвал сустав, кости треснули. Голем зашатался, но не пал. Он издал глухой, мерзкий вой и ударил палицей вслепую. Джек поднял меч над головой.

— Удар испепеления! — крикнул он.

С клинка вырвалось пламя, спиралью закрутившееся в воздухе, прежде чем обрушиться на грудь монстра. Голем взорвался, разлетевшись на обугленные фрагменты. От него осталась лишь куча пепла и расплавленных костей.

В другой части горящего Эльгарда, среди мрака и дыма, стоял мужчина.

Высокий, широкоплечий, с растрёпанными тёмными волосами и щетиной. Его чёрный плащ развевался в горячем воздухе, а глаза — ледяные, полные презрения — глядели на приближающуюся орду. Металл, словно живой, тек по его рукам, будто расплавленное железо подчинялось его воле.

— Жалкие твари, — прошептал он.

Его имя — Хайзенрих.

Сжав кулаки, он вытянул руки вперёд. Из ладоней вырвались струи жидкого металла. Они шипели, будто кипели, расплескиваясь по мостовой. Металл заливал мертвецов, обволакивая их, а затем — сжимался, ломая кости, дробя черепа, расплавляя плоть.

С ближайшей крыши спрыгнули две тени, но Хайзенрих уже знал о них. Металл на его плечах вспыхнул и вытянулся в копья, пронзив нападавших в воздухе.

Он шагнул вперёд, и металл под ногами поднялся, превращаясь в массивный клинок. Он обрушил его на землю, как молот, и волна расплавленного железа хлынула вперёд, сметая всё на своём пути.

И всё же, среди ужаса и смерти… Хайзенрих улыбался.

Хайзенрих резко повернулся, его взгляд стал холодным и настороженным. Запах скверны, словно гнилые останки, пробрал его до костей. Этот зловонный аромат исходил издалека, и он мгновенно почувствовал присутствие.

В его груди, как железный кулак, сжалась неприязнь. Он мгновенно вскочил на ноги, и расплавленный металл, текущий по его рукам, резко вытянулся, словно оружие, готовое к действию. Он рванул вперёд, и через мгновение оказался в том месте, где сражались Джек и Аргус.

— Идите со мной. — Его голос был твёрд и безразличен.

Джек и Аргус не успели даже понять, как этот человек оказался рядом, но приказ был ясен. Без лишних слов они кивнули и развернулись, снова вступая в бой с нежитью.

Джек, ведя, вырезал врагов на своём пути. Каждый его удар — это огненная вспышка, каждый враг сгорал за мгновение. Аргус, быстрее молнии, сражался рядом, не оставляя за собой ни одного живого мертвеца.

Они двигались быстро, слаженно, как один механизм. Вскоре, прорываясь через орды мертвых, они покинули город и оказались на его окраине. Впереди простирались две величественные лесные горы, и Хайзенрих остановился, давая бойцам немного передышки.

Как только они пересекли границу города, земля вдруг дрогнула под их ногами. Сначала это было лёгкое подземное толчко, но потом началась сильная вибрация. Земля под ногами треснула, словно от мощного удара. Скала, стоявшая рядом, зашевелилась, а потом снова пошла трещина.

И вот тогда они поняли: это не было землетрясение. Это были шаги.

Шаги, которые становились всё громче и мощнее. Мрак в лесах перед ними раздвигался, как если бы сама земля готовилась встретить величайшее существо.

Хайзенрих вытянул руку вперёд, как бы ощущая происходящее. Его лицо оставалось непроницаемым, но глаза были полны расчёта.

— Готовьтесь. Мы не одни здесь. — его слова были как приговор.

И тогда из-за гор показалась фигура — гигантская тень, которая поглощала свет.

— А вот и наш гость, Величестванная мразь. — крикнул Хайзенрих, его голос эхом отразился от скал, разрывая тишину.

Шаги становились всё громче, словно сама земля дрожала от их мощи. Гигантская фигура приближалась, и воздух становился всё более напряжённым.

— Вот он, тварь, что первым попал в список опасности всему миру. — продолжил Хайзенрих, его слова звучали как приговор. — По его причине были уничтожены ряды городов и стран.

Он замолчал на мгновение, отчётливо ощущая, как трескаются камни под ногами.

— Из-за него раса драконов и драконидов на грани вымирания. — Хайзенрих бросил взгляд на Джека и Аргуса, прежде чем снова сосредоточиться на темной тени, что приближалась.

И вот, прямо перед ними, возле одной из гор, показалась гигантская лапа. Огромная, с массивными когтями, покрытыми ржавой бронёй. Хайзенрих не отводил взгляда.

— Альфа Черная! — произнёс он с презрением, бросая это имя в воздух, как проклятие.

Гигантская фигура, словно сдёрнув с земли всё живое, появилась во всей своей чудовищной красе. Это был монстр, размером с целую гору, который двигался на четвереньках, как гигантский ящер. Его длина превышала 300 метров, и его тело было покрыто шипами, острыми, как иглы. На его огромных зубах висело что-то. Это был дракон. Почти мёртвый, из последних сил он пытался вырваться, огонь из его горла вырывался, но всё было напрасно. Он кричал, но не мог выбраться из хватки чудовища. С безжалостным грызущим движением Альфа Черная перекусила ему шею, и дракон упал замертво.

Джек и Аргус стояли, как вкопанные, потеряв дар речи. Всё, что они могли сделать, — это смотреть на чудовищную сцену, не зная, как реагировать. Этот монстр был не просто величественным. Он был невообразимо страшным.

Хайзенрих склонился чуть вперёд, его глаза сузились, и в них загорелся огонь решимости.

— Не оставим его в живых. — его голос был холодным и твёрдым. — Это существо должно быть уничтожено, прежде чем оно затопчет этот мир.

Тварь двинулась вперёд, её лапы врезались в землю, оставляя глубокие следы. Хайзенрих стиснул кулаки, металл на его руках заискрился. Он не сомневался — наступил момент решающей битвы.

Монстр двинулся первым. Его пасть раскрылась, обнажая ряды неровных шипастых зубов. Из неё вырвалась струя странной, вязкой жидкости — она была густой, будто смола, и излучала зловонный дым, что мгновенно расползался по полю боя. Форма рта была пугающе похожа на человеческую, только удлинённую и искажённую.

— Берегитесь! — крикнул Джек, и в тот же миг обрушил на врага всю свою огненную мощь. Его меч запылал, пламя закрутилось вокруг клинка, превращая его в настоящее пекло. Он прыгнул вперёд, сократив расстояние за долю секунды, и с мощным криком разрезал летящую жидкость. Раздался взрыв, ударная волна отбросила камни, а небо окутал густой чёрный дым.

Джек завис в воздухе, его глаза всматривались в дымовую завесу.

— Это ещё не всё… — пробормотал он, предчувствуя продолжение.

Он начал сотворять новое заклинание, и пламя вновь собралось вокруг его тела, когда из тьмы вдруг вырвалась гигантская лапа. Она появилась внезапно, словно вынырнувшая из каменной скалы. Джек не успел отреагировать — удар был молниеносным. Его отбросило в сторону, и он с грохотом врезался в гору, оставив на скале огромную трещину и осыпав вниз лавину камней.

— АРГУС! — резко выкрикнул Хайзенрих, его голос пронзал шум разрушения. — Нападай!

И сам, не дожидаясь ответа, рванул вперёд. Металл на его руках закипел, расплавляясь и растекаясь по рукам. Он взмыл в воздух, пересёк облако дыма, и, разглядев тварь, с яростью создал гигантскую стальную конструкцию. Клинок, размером с дом, сформировался у него в руках, и он с силой обрушил его на лицо чудовища.

Раздался глухой гул, но монстр лишь слегка отшатнулся.

Сверху раздался раскат грома — Аргус начал своё заклинание. Разряд за разрядом молнии обрушивались на гиганта, сверкая на его чешуйчатой, чёрной как ночь шкуре. Но... напрасно.

Электричество, будто сливалось с телом чудовища, не причиняя ему ни малейшего вреда.

— Молнии… не берут его! — сдавленно выдохнул Аргус, нахмурив брови. Он понял — против этого врага им придётся выйти за пределы своих пределов.

Хайзенрих не медлил.

Из земли с оглушающим гулом вырвались гигантские металлические шипы, устремляясь к небу, и с ужасающей силой пронзили чёрного монстра снизу, пробив его живот насквозь. Воздух сотряс крик — мёртвый, пронзительный, дикий. Вся долина замерла под этим звуком, будто сама земля содрогнулась от боли и гнева.

Но это создание не собиралось умирать.

С яростным рёвом, извиваясь, оно вырвалось из шипов. Его чёрная плоть шевельнулась, и на глазах начала затягивать рану — в считанные секунды зияющая пробоина исчезла, будто её и не было.

Он рванулся вперёд, когтистая лапа метнулась к Аргусу сбоку. Но тот, обладая нечеловеческой скоростью, исчез из-под удара и появился на вершине одной из скал, ловко увернувшись.

С высоты он увидел, как Джек, окутанный дымом и пылью, медленно поднимается из трещины в скале. Его глаза пылали гневом, но тело ещё не слушалось как прежде. Он держался за плечо, дыхание было тяжёлым — удар монстра дал о себе знать.

Всё ещё парящий в воздухе, Хайзенрих собрал всю свою силу. Из его руки начал формироваться гигант — металлический титан, двуногий монстр с двумя длинными, словно хлысты, хвостами. Его стальное тело засияло от жара, когда он схватил Альфу Чёрного и с силой прижал к земле. Металл начал плавить чешуйчатую броню чудовища, издавая рвущий уши скрежет.

Но Альфа Чёрный зарычал и ответил своей атакой.

Из его пасти снова вырвалась тьма — скверна, едкая и кипящая. Она ударила прямо в металлического титана, и тот начал таять, словно в кислоте. Коррозия ползла по металлическому телу со страшной скоростью, достигая Хайзенриха.

— Сука! — зарычал он, почувствовав, как его правая рука начала разъедаться. Он едва успел вырвать её из тела созданного им монстра и оттолкнуться назад, перекатываясь в воздухе, прежде чем волна скверны добралась до него.

Он приземлился на землю, тяжело дыша, и посмотрел на обугленную, почерневшую от скверны руку.

— Это чудовище... по-настоящему опасно.

Но рука не восстанавливалась — скверна блокировала даже способность к регенерации. Хайзенрих, чувствуя, как гниение расползается по плоти, резко вытянул руку вперёд и крикнул:

— Аргус!

Аргус сразу всё понял. Молнией метнул свой меч, и тот, сверкая электричеством, рассёк обе заражённые руки Хайзенриха. Отсечённые конечности отлетели в сторону, и скверна тут же разъела их до тла. Меч вернулся к своему владельцу.

Хайзенрих, не теряя ни секунды, сформировал новые руки из жидкого металла. Он с яростью посмотрел на монстра. Альфа Чёрный, вырвавшись из металлической хватки, сделал шаг назад — земля задрожала под его тяжестью. Его глаза сверкали яростью, и он издал жуткий рёв, от которого по телу пробежала дрожь.

Хайзенрих стоял уверенно, не отводя взгляда. В следующую секунду он рванулся вперёд, начав новое наступление. Пространство озарилось ослепительным белым светом.

Месяц спустя.

Отряд Алека добрался до пункта назначения. Перед ними раскинулся Город Академий —мегаполис с населением в 1.800.000 миллионов. Большую часть жителей составляли студенты, маги-теоретики и исследователи. Высокие башни, сияющие кристаллы на улицах, шум рынков и лекционные залы создавали удивительный контраст с опустошёнными землями, через которые им пришлось пройти.

По улицам Академии отряд шёл медленно, оглядываясь по сторонам. Высокие здания, вьющиеся магические прожилки на стенах, юные студенты, спешащие по делам, и странные артефакты в витринах лавок — всё это вызывало удивление.

— Никогда не думал, что окажусь в таком месте, — пробормотал Сауль, поправляя меч за спиной.

— Здесь даже воздух пахнет иначе… магией, — добавил Боров, внимательно вглядываясь в улицы.

— Первый раз в Академии? — усмехнулся Оррик.

— Да мы тут все в первый раз, — ответил Алек, глядя вперёд. — Но мы здесь не просто так. Нас должны встретить Кальмин и Дарьель.

— И что же это за место? — спросил Вейн, оглядываясь. — Рай для тех, кто изучает магию?

— И ад для тех, кто не знает, что делать со знаниями, — хмуро добавил Салахар, разглядывая мимо проходящих студентов.

В этот момент над шумом улицы раздался голос:

— Алек!

Он резко обернулся. Слева, в нескольких десятках метров, у перекрёстка, на конях стояли двое — мужчина в легкой броне и женщина в бело-золотом одеянии с посохом в руке. Это были Кальмин и Дарьель.

Отряд сразу направился к ним. Лошади шагали уверенно, не пугаясь ни толп, ни магических фонарей вдоль дороги. Через несколько минут они остановились прямо перед ними.

— Вы пришли вовремя, — сказал Кальмин, спускаясь с лошади. — Академия уже ждёт вас.

— Многое изменилось за год, мы стали сильнее и полезнее — добавила Дарьель, внимательно глядя на каждого из отряда. — Надеюсь, вы готовы ко всему.

Алек кивнул. Он чувствовал — впереди нечто куда более важное, чем просто отдых в стенах города.

Кальмин повёл их по центральной дороге, ведущей к возвышающимся башням Академии. Повсюду слышались звуки заклинаний, смех студентов и стук сапог по выложенной камнем дороге.

— Год, да? — задумчиво сказал Алек, ведя коня рядом с Кальмином.

— Да. За это время многое изменилось, — начал тот. — Академия — это не просто место, где учат магии. Это огромный город знаний. Здесь живут учёные, мастера чар, боевые маги, создатели артефактов, алхимики и даже хронологи.

Дарьель улыбнулась и добавила:

— А ещё тут очень вкусный хлеб. Особенно с пылу с жару у госпожи Бренды.

Боров усмехнулся:

— Сразу видно, кто из нас действительно знает толк в магии.

Кальмин продолжил:

— Здесь живёт почти два миллиона человек. Большинство — студенты или преподаватели. Есть районы, где обучают детей, есть тренировочные полигоны, лаборатории, магические библиотеки, даже арены для боёв.

— Мы здесь впервые… и такое ощущение, будто попали в другой мир, — сказал Оррик, с любопытством поглядывая на витрину с оживлёнными мини-големами.

— Вы не ошиблись. Академия — это не часть мира. Это сердце будущего, — с лёгкой гордостью произнёс Кальмин. — За год мы с Дарьель многому научились. Я тренировался у старшего мастера боя, Дарьель — у Верховной Целительницы. Мы стали сильнее, опытнее. Здесь, в этих стенах, мы не просто солдаты Легиона. Мы — ученики и носители знаний.

— И несмотря на всё это… — мягко добавила Дарьель, — мы всё так же готовы встать рядом с вами, как тогда, год назад.

Алек кивнул:

— Знания знаниями, но впереди — битвы, которые не по книгам. Надеюсь, вы готовы.

— Мы были готовы с той самой ночи, когда вступили в Легион, — ответил Кальмин.

Они прошли мимо группы студентов, репетирующих боевое построение под командованием сурового инструктора. Академия жила своей жизнью.

Люди начали глазеть и узнавать эти эмблемы — эмблему Легиона.

Алек быстро познакомил Райнхарда с Кальмином и Дарьель. В этот момент к ним подошёл Агент Легиона. Поздоровавшись с Алеком, он коротко кивнул остальным и без лишних слов увёл его внутрь Академии.

Пока Алек вместе с Агентом Легиона исчезал в стенах Академии, Кальмин и Дарьель остались с остальными членами отряда. Они взяли на себя инициативу и начали знакомить их с городом.

— Это центр исследований, — указал Кальмин на высокое здание с массивными куполами. — Здесь проводят эксперименты по магии и алхимии. Многие студенты отсюда становятся великими магами.

Дарьель мягко улыбнулась и добавила:

— А вон там — жилой сектор Академии. Здесь живут не только студенты, но и некоторые преподаватели. Город огромен, но почти весь подчинён правилам Академии.

Отряд шёл по улицам, где смешивались запахи трав, пыли, чернил и магии. Повсюду были студенты — кто-то спешил по делам, кто-то спорил у лавок, кто-то практиковался прямо на улицах.

— Идём дальше, — сказал Кальмин, ведя отряд в сторону центральной площади. — Скоро закончится обзор, и Алек вернётся. Уверен, у него будут для нас новости.

В это время Алек вошёл в массивное здание зала совета Академии. Внутри царила тишина и строгость — высокие колонны, окна с витражами и длинный стол в центре. В дальнем конце зала сидел человек, чьё присутствие ощущалось даже без слов. Его волосы были цвета серебра, а взгляд — холодный и точный, как клинок.

Алек немного замедлил шаг. Он не узнал этого человека, но чувствовал в нём силу и авторитет.

— Ты, должно быть, Алек, — заговорил мужчина, не вставая со своего места. — Рад встрече. Моё имя — Хайзенрих.

Алек остановился, слегка кивнув в знак уважения.

— Я не знал, что кто-то из высших командиров прибудет...

Хайзенрих усмехнулся, его голос прозвучал спокойно, но весомо:

— Это потому что раньше меня здесь не было. Я — Хайзенрих, глава 11 командиров Легиона. Главный среди них.

Он встал. Его походка была твёрдой, как земля под ногами, а присутствие заполняло собой весь зал.

— И теперь, Алек, твоё новое задание начинается. Оно связано с этим городом и Академией. Завтра ты узнаешь все детали. Наша цель — вывести отсюда одного кандидата. Он слишком важен, чтобы оставаться здесь дольше.

Алек напрягся, внимательно вслушиваясь в каждое слово.

— Завтра ты приступишь к выполнению. А пока — отдохни. Ты и твой отряд заслужили это.

Хайзенрих вышел из тени зала и остановился перед Алеком, глядя прямо в глаза.

— И ещё кое-что, — произнёс он серьёзно. — 10-й командир Теадор подал в отставку. Он сделал свой выбор, и Легион уважает его решение.

Алек удивлённо вскинул брови, но молчал, ожидая продолжения.

— Поэтому с сегодняшнего дня, Алек, ты назначаешься на его место. Ты — новый 10-й командир Легиона.

Молчание повисло в зале. Алек чуть приоткрыл рот, не сразу веря услышанному.

Хайзенрих подошёл ближе и положил руку ему на плечо.

— Завтра ты узнаешь своё первое задание. Подготовься.

Алек вышел из зала и направился в сторону центра города, где архитектура становилась утончённее, здания выкрашены в светлые тона, украшены флагами академий. Прогуливаясь, он остановился у одного из приятных зданий с широкими окнами и витиеватыми арками. Внутри проходил урок — юные маги сидели в полукруге, сосредоточенно слушая преподавателя.

В центре стояла она — молодая девушка с прямыми, длинными чёрными волосами, которые свободно развевались при каждом её движении. Её яркие, выразительные голубые глаза, казалось, пронзали любого, кто попадал в поле её зрения. На ней был строгий, но элегантный чёрный костюм с жилетом серебристого оттенка, подчёркнутый светло-голубой накидкой, скреплённой у шеи двумя серебряными застёжками. Её осанка была прямой, голос — уверенным, а движения — чёткими и спокойными.

Увидев Алека, она на мгновение замерла, не сразу узнав его.

— Мы, кажется, опоздали, — произнесла она, прищурившись.

Алек лишь тепло улыбнулся в ответ. Девушка присмотрелась внимательнее, и в следующую секунду на её лице отразилось узнавание и удивление.

— Алек?.. — тихо, почти себе под нос, произнесла она. — Через десять минут урок закончится… подожди.

Это была Джайна.

Алек вышел из здания и встал неподалёку от входа, прислонившись к одной из колонн. Тёплый ветер перебирал его волосы, а он задумчиво оглядывался по сторонам, наблюдая за жизнью академии. Через некоторое время двери распахнулись, и студенты начали выходить из зала — кто-то спешил, кто-то оставался болтать у входа.

Последней появилась Джайна. Увидев Алека, она прищурилась, будто не веря своим глазам, а потом уверенно подошла.

— Так это правда ты... — произнесла она с лёгкой улыбкой. — Больше года прошло. А ты… изменился. Взрослеешь.

— А ты совсем не изменилась, — ответил Алек, чуть смутившись.

— Ты здесь впервые, верно? — спросила она, взглянув на него внимательнее.

Он кивнул.

— Тогда пойдём, — Джайна махнула рукой. — Покажу тебе город. Тут много всего интересного.

Они шли по улицам города, и Джайна с энтузиазмом рассказывала обо всём, что попадалось на их пути. Высокие здания академий, узкие переулки, лавки с книгами и магическими принадлежностями, шумные площади, где студенты обсуждали заклинания и спорили о тактиках боя.

— Здесь обучают магов первой ступени, — указывала она на здание с витражами в форме звёзд. — А вон там — боевое крыло. Сама иногда там бываю.

Алек слушал с интересом, иногда задавая вопросы. Город был живым, насыщенным и очень отличался от тех мест, где он бывал раньше. Повсюду царила атмосфера учёбы и открытий.

— А здесь я частенько беру кофе, — с усмешкой сказала Джайна, остановившись у небольшой уютной кофейни.

Они сели за столик на открытой веранде. Люди проходили мимо, иногда оборачивались, замечая эмблему на плаще Алека.

— Странно, — произнесла она, отпивая из чашки. — Видеть тебя здесь, в городе академий. Мы ведь познакомились в совсем других условиях.

— Да, времена были тяжелее, — усмехнулся Алек. — Но приятно вернуться хоть на миг в тишину.

Они продолжили болтать, вспоминая прошлое и делясь новостями. Джайна рассказывала о своих занятиях и преподавании, Алек — о походах, Легионе и изменениях за последнее время. День понемногу клонился к вечеру, и город начинал сиять мягким магическим светом.

Алек отпил из чашки и посмотрел вдаль, будто собираясь с мыслями.

— Сегодня я стал 10-м командиром, — сказал он спокойно. — Назначение получил прямо из рук Хайзенриха.

Джайна замерла, удивлённо глядя на него.

— Хайзенрих?.. Он сам с тобой говорил?

Алек кивнул. Джайна откинулась на спинку стула, чуть прикрыв глаза.

— Это... редкость. Он почти ни с кем не говорит напрямую. Один из одиннадцати главных Легиона... Лидер ударной группы Семерых. Из шести Главных Легионеров и одного Верховного Командира, только он обладает такой властью в военных решениях. А ты с ним лично говорил...

Она замолчала на миг, а затем продолжила с уважением в голосе:

— Но ты должен знать: над всеми нами стоит ещё один. Первый Потомок Основателей Легиона. Один из Трёх Великих Громоверцев. Приёмный отец второго командира Аргуса и основатель нынешнего Легиона. Он — тот, кто изменил всё. Все действия Легиона — войны, спецоперации, дипломатия — проходят только с его одобрения. Его лицо почти никто не видел. Даже имя его было стёрто из всех записей. В живую его видели лишь Главные Легионеры и самые преданные командиры.

Она посмотрела на Алека с лёгкой улыбкой:

— И вот ты, только что назначенный командир, уже стоишь рядом с вершиной.

— Куда мне до них. — пройзнеслись слова Алека подталкиваясь смехом.

Джайна немного смягчила выражение лица, а затем, словно решив отвести разговор в более лёгкую сторону, улыбнулась:

— Кстати… — сказала она с ноткой озорства в голосе, — пошли, покажу кое-что интересное.

Не дожидаясь его ответа, она мягко взяла Алека за руку и, слегка потянув, повела вперёд — в сторону холмов, за которыми раскинулся большой парк. Лёгкий ветер колыхал траву, и впереди виднелись высокие деревья, среди которых прятались мостики, скамейки и цветущие аллеи.

— Ты ведь здесь впервые, — сказала Джайна, — значит, обязан увидеть это место.

Они поднимались по природной лестнице, вымощенной тропинками, между зелёных склонов и тихих деревьев. Джайна, будто заранее готовясь к этому моменту, вдруг резко остановилась, повернулась к Алеку лицом и, шагая теперь спиной вперёд, строго сказала:

— Не смотри по сторонам, Алек. Только вперёд. Иначе интереса не будет.

Она шла перед ним, слегка контролируя его взгляд, и при этом с живостью продолжила рассказ:

— Несколько столетий назад, сам Гальяф передал чертежи… не просто какие-то, а действительно уникальные, — она чуть повысила голос от волнения, — и отдал лучшие из них кузнецам Академий. А вдобавок, представь себе, он выделил просто астрономическую сумму — если не ошибаюсь, около двухсот миллиардов астр!

Джайна с улыбкой наблюдала, как Алек, хоть и пытался не отвлекаться, с трудом сдерживал любопытство.

— Соружение было полностью завершено только десятки лет назад, — продолжила она, — и сейчас над ним ведутся технические работы. Всё проверяют, тестируют, калибруют. Там слишком многое поставлено на карту...

Они шли всё выше. Город с его шумом и зданиями оставался внизу, и все чаще мимо проходили студенты, профессора, исследователи. Некоторые здоровались с Джайной, некоторые просто удивлённо глядели на Алека.

— Когда фракции узнали о существовании этого соружения… — с нажимом произнесла Джайна, — встали на уши. Буквально. Каждый хотел получить хоть кусочек информации. Хоть крошку чертежей.

Их путь продолжался вверх, всё ближе к самой вершине холма. Алек молча кивал, внимательно слушая, чувствуя, как с каждым шагом приближается к чему-то действительно великому.

Когда они наконец достигли вершины холма, Джайна мягко улыбнулась и сказала:

— Теперь можешь повернуться, Алек. Смотри влево.

Алек повернул голову, и то, что он увидел, словно ударило его по нервам, пронзив до глубины души.

На горизонте, в сорока километрах отсюда, в величественной тишине высились гигантские горы. Их пики вздымались в небо на высоту около семи километров, будто касаясь облаков. А между этими исполинами зиял искусственно вырытый каньон. Именно там, укрытое среди скал, возвышалось то самое сооружение — колоссальное металлическое орудие, окрашенное в зеленоватый цвет. Этот оттенок создавался из-за растительности, покрывшей его поверхности, будто сама природа пыталась спрятать его от лишних глаз. Через его массивный ствол пролетали облака, а сам он был направлен высоко в небо, как будто нацелен на саму тишину мира.

Джайна заговорила, глядя в ту же сторону:

— Это… оружие судного дня. Его запуск означает конец света, — произнесла она почти шепотом. — Один выстрел способен уничтожить целую страну. Не просто город, Алек. Страну. Стереть с лица земли любой регион — вне зависимости от расстояния. А ударная волна после выстрела… она сметёт всё вокруг.

Она замолчала на мгновение, глядя на него:

— Именно поэтому его построили между горами — чтобы хоть как-то сдержать разрушение. Но даже это может не помочь. Многие профессора Академии уверены: при первом же выстреле горы рухнут. А повторный выстрел… приведёт к уничтожению самого орудия. Оно одноразовое. Крайне редкий случай, но у него есть второй снаряд — на самый крайний случай…

Алек стоял в немом изумлении. Мысли путались, он не мог понять, как такое возможно. Кто построил его? Как доставили детали? Как это вообще удерживает свой вес? В голове возникали сотни вопросов, и именно в этот момент тишину нарушил голос, донёсшийся снизу, на несколько метров ниже.

— Гальяф построил его… для Легиона, — произнёс мужчина, лежащий, опершись на локти, и также любующийся тем же видом. Это был Хайзенрих.

Он не обернулся, продолжая смотреть вдаль:

— К счастью, никто не знает, кому оно принадлежит. Его чертежами занимался лично я. Только я знаю, как его активировать. Но... не я тот, кто когда-либо приведёт его в действие.

Он повернул голову и встретился взглядом с Алеком:

— Я уважаю Гальяфа. И потому никогда не позволю, чтобы это оружие активировали другие. Особенно представители чуждых фракций.

Алек опустился рядом с Хайзенрихом, ощущая, как ветер с холмов несёт прохладу и запах свежести. Он всё ещё не мог до конца осознать, что видел, но взгляд Хайзенриха был сосредоточен и спокойный. На мгновение оба молчали.

— Ты ведь не просто так здесь оказался, да? — спросил Алек, полуобернувшись к нему.

Хайзенрих тихо хмыкнул.

— Наблюдаю. Думаю. И, возможно, ждал тебя.

Алек поднял бровь, но Хайзенрих уже продолжил:

— Завтра в Академии пройдёт соревнование. Маги, бойцы, стратеги — лучшие из молодых, кто стремится получить шанс войти в Легион. Победителя мы выберем как кандидата на пост одиннадцатого командира.

— Одиннадцатого? — переспросил Алек, удивлённо нахмурившись.

— Да. Ты теперь десятый, и ближе всех к ним. Поэтому именно ты займёшься его подготовкой. На тебе будет обучение, отбор, сопровождение. Всё. Ты станешь его проводником в мир Легиона. Его наставником.

Алек помолчал, осмысливая услышанное.

— А что с остальной подготовкой? С поддержкой?

— Начнёшь с подбора команды. Среди Академиков есть те, кто уже готов вступить в бой, нужно только правильно их сориентировать. Завтра ты увидишь их в деле — наблюдай внимательно. Команду будущего командира должен выбирать ты. Они должны пройти с ним весь путь.

— Ты уверен, что я справлюсь? — спросил Алек, не отводя взгляда.

Хайзенрих посмотрел на него с лёгкой полуулыбкой, в которой таилась ироничная уверенность.

— Уверен. А если и нет — справишься всё равно. Потому что теперь ты — командир. И уже не только за себя отвечаешь.

Хайзенрих встал, стряхнул с плаща траву, посмотрел в сторону гигантского орудия и добавил:

— Готовься, Алек. Завтра начинается новый этап. Не только для тебя, но и для Легиона.

Когда Хайзенрих ушёл, Джайна и Алек остались вдвоём. Она молча смотрела вдаль, затем повернулась к нему.

— Ну, мне уже пора, — сказала она с лёгкой грустью в голосе. — Но перед этим... хочу кое-что тебе рассказать.

Алек удивлённо посмотрел на неё.

— Это касается Ханса. Он же отправился в обитель до Миссий на Йоктуне. Там появился маг, управляющий полярностью. Очень нестабильный тип магии... Из-за него пропала вся связь с тем регионом. Хансу понадобилась неделя, чтобы найти его и устранить. Томас сказал, что это было одно из самых странных столкновений за последнее время.

— Маг, нарушивший связь? — переспросил Алек, нахмурившись. — Насколько сильным он был?

— Сильно искажённый. Но не в этом суть. Там же оказался и Альтаир. Он направлялся в другое место, но из-за потери связи остался. И как оказалось, не зря. Там выявилось нечто... живое. Существо, — она немного понизила голос. — Огромное как слон. Невероятно мощное. Альтаир следил за ним почти неделю.

Алек слушал, не перебивая.

— Он понял, что это существо разумно. Пытался вступить в контакт, понять, что это. Но попытка провалилась. Оно начало буйствовать... и в итоге уничтожило целое озеро. Пришлось устранить. Он сказал, что чувствовал себя отвратительно, как будто уничтожил не врага... а потерянную душу.

На лице Джайны мелькнула тень тревоги.

— Мир меняется, Алек. Слишком быстро. Даже Альтаир это чувствует. И если ты теперь десятый командир… тебе стоит готовиться ко всему. Даже к таким встречам.

Она мягко улыбнулась и добавила:

— Завтра у тебя важный день. Увидимся позже. Удачи, командир.

И, не дожидаясь ответа, развернулась и неспешно пошла прочь по тропинке, оставляя Алека на фоне заката и гигантского силуэта орудия судного дня, мерцающего в лучах уходящего солнца.

Алек поднялся по широким каменным ступеням здания, здание было старым, но ухоженным, стены украшены флагами Легиона. Он подошёл к одной из дверей, что вели в жилой блок командиров. Аленты — помощники штаба — указали ему нужную комнату. Щёлкнув замком, он толкнул дверь.

Комната оказалась просторной — два окна с видом на внутренний двор, несколько койко-мест, оружейный шкаф, небольшой стол и кресла. Внутри было оживлённо: его отряд, те самые, с кем он прошёл десятки испытаний, собрались в комнате. Кто-то точил клинок, кто-то шутил, кто-то рассказывал очередную историю о неудачной миссии, завершившейся погоней по болотам. В воздухе витал запах жареного хлеба и сушёного мяса.

Как только дверь скрипнула, и Алек вошёл, все разом обернулись.

На миг наступила тишина. Пауза.

Затем — дружный, громкий голос в унисон:

— ПОЗДРАВЛЯЕМ, КОМАНДИР!

Алек застыл на пороге, немного смущённый, но всё же улыбнулся.

— Неужели уже слухи дошли? — спросил он с ухмылкой.

— Та-а-акой повод не скроешь, — ответил Боров, наливая воду в кружку. — Мы за тебя, командир, горой!

— Теперь ты будешь не только махать мечом, но ещё и разбираться в бумажках, — вставил Вейн, смеясь.

— Да пусть хоть в бумагах, — махнул рукой Сауль. — Главное, мы снова вместе. И пусть теперь с новым званием, но всё тот же Алек.

Веселье продолжилось. Кто-то принес игральные кости, другие устроили спор о том, кто победил бы в различных схватках. Комната снова наполнилась жизнью и шумом, в которой чувствовалось одно — они действительно рады за него.

Алек сел рядом с Орриком, глядя на свой отряд. И вдруг понял: в этом безумном, меняющемся мире — у него есть нечто постоянное.

Семья.

Алек, устало вздохнув, медленно опустился на один из диванов. Ткань была мягкой, чуть пружинистая, тёплая от вечернего солнца, что просачивалось сквозь шторы. Он закрыл глаза и наконец ощутил — впервые за две недели верхом и бессонных ночей — настоящий покой. Ни холода земли, ни сырости палатки, ни тревожных мыслей… Просто тишина и тепло.

Рядом села Дарьель. Неслышно, мягко, как всегда.

— Я всё это время тренировалась. Магия, лечение, укрепление… А ещё… — она опустила взгляд и немного смущённо улыбнулась. — Я помогала Джайне с её исследованиями. Она доверяет мне. А… пару месяцев назад Кальмин… он сделал первый шаг. Теперь мы вместе.

Алек повернул к ней голову и с лёгкой улыбкой сказал:

— Это здорово. Я рад за вас. Вы оба заслужили что-то тёплое в этом холодном мире.

Он замолчал на мгновение, глядя в потолок. Мысли вернулись назад — в Обитель. Тогда они были никем. Незнакомцы. Молча тренировались, ели в тишине, не зная, кому можно доверять. Каждый — сам по себе.

— А помнишь, — сказал он, — как в первый день никто даже не думал о будущем? Ни слов… Только холод и страх.

Дарьель кивнула, слегка улыбнувшись.

— А теперь… — продолжил он уже громче, привлекая внимание всего отряда. Разговоры постепенно стихли. — Теперь мы семья. Мы прошли вместе больше года. Мы стали больше, сильнее, ближе. Но я думал вот о чём…

Он сел и оглядел всех:

— Я — не просто ваш командир. И это не “отряд Алека”. Это не обо мне. Это обо всех нас. Поэтому… Я хочу, чтобы мы назывались отрядом Аокто.

— Аокто? — переспросил Салахар.

— Это древнее слово. Означает “доверие”. То, чего не было в начале. То, что теперь нас объединяет. Мы — Аокто.

Молчание повисло на мгновение. Затем — кто-то медленно кивнул. Улыбка. Рукопожатие. Согласие. Один за другим — члены отряда приняли новое имя.

— За Аокто, — сказал Райнхард поднимая кружку.

— За доверие, — вторил Сауль.

Комната наполнилась лёгким, тёплым гулом — как у огня в долгом походе. И Алек понял: всё только начинается.

Огонёк веселья постепенно начал стихать. После душевных историй, дружеских подколов и общего смеха, отряд начал убираться. Кто-то собрал остатки еды, кто-то поправил подушки и развешал одеяла сушиться у окна, откуда тянул лёгкий ночной ветер.

Дарьель встала первой, взяв Кальмина за руку:

— Нам пора, — с тёплой улыбкой сказала она, слегка прижавшись к плечу защитника.

Кальмин кивнул Алеку, на секунду задержав взгляд — в нём читалась и благодарность, и преданность.

— Увидимся завтра, командир, — спокойно произнёс он.

Они вместе покинули комнату, оставив за собой тихо закрывшуюся дверь. В помещении повисло уютное, почти домашнее молчание — как в тех редких моментах, когда всё хорошо и можно просто быть рядом.

Алек, наблюдая за этим, лишь мягко улыбнулся, осознавая, как много изменилось за эти полтора года.

Утро выдалось прохладным и тихим — редкий момент тишины в таком живом городе. Кто-то ещё дремал, кто-то только тянулся за тёплой водой, и вдруг — лёгкий стук в дверь.

Боров, уже бодрый и собранный, подошёл и открыл.

— Доброе утро, — вежливо произнёс один из агентов, слегка кивнув.

— И вам доброго, — ответил Боров, крепко пожал руку пришедшему. — Командиру уже можно?

— Мы прибыли заранее, как и было велено. Хотим уточнить детали предстоящего соревнования, — спокойно добавил второй, глядя внутрь комнаты.

— Проходите, он сейчас проснётся, — кивнул Боров и пригласил их внутрь.

Алек всё ещё только начинал просыпаться, но уже слышал знакомые шаги. День начинался.

Алек резко приподнялся с кровати, будто вся усталость мгновенно испарилась. Он провёл рукой по лицу и встал, подтягивая ворот рубашки. В дверь спальни аккуратно постучали, и сразу после разрешения войти — внутрь зашли двое агентов.

— Командир, доброе утро, — коротко произнёс один из них, передавая аккуратно запечатанный конверт. — Здесь документы всех участников завтрашнего соревнования, а также информация о ходе подготовки.

Второй добавил:

— Мы прилагаем отчёты Академии, списки рекомендаций и анкету главного фаворита. Хайзенрих хочет, чтобы вы начали анализ с утра — у вас не так много времени на подготовку кандидата.

Алек молча кивнул, принимая бумаги. Его взгляд стал серьёзным, словно в одно мгновение он вновь вошёл в режим командира.

После короткого совещания и обсуждения полученной информации, Алек и агенты пришли к чётким выводам.

— Хорошо, — уверенно сказал Алек, перекладывая документы на стол. — Тогда делаем так: я и Сауль займёмся отбором воинов. Будем наблюдать за тренировками, вести разговоры, смотреть на дух и поведение.

— Райнхард, — он обернулся к нему, — ты будешь третьей стороной в боях. Следи за схватками, и если будет перебор или что-то пойдёт не так — твоя задача немедленно остановить бой.

— Принято, — коротко кивнул Райнхард.

— Салахар и Боров, — продолжил Алек, — вы работаете с магами. Действуйте отдельно, но совместно с профессорами города. Сделайте упор на практику и способность к командной работе.

— Оррик, Вейн, — обратился он к бывшим разбойникам, — вам поручаю помощь в сфере магии: логистика, артефакты, проверка теории, ресурсы. Не подведите.

Отряд кивнул, каждый приняв своё задание с полной серьёзностью — всё-таки речь шла не просто о подготовке, а о выборе будущего Командира.

Они вышли из здания отеля, переглянувшись напоследок, и, попрощавшись друг с другом, разошлись по своим направлениям.

Салахар и Боров, ведомые чувством ответственности, первыми добрались до территории Академии Магий. Их путь лежал через старинный внутренний двор, где в воздухе витали следы магической энергии, а стены были покрыты живыми рунами. Как только они подошли к главному павильону практики, их уже ждал один из старейших профессоров боевых искусств магии — Ольдерик Шаар.

Старик выглядел сурово и величественно. Седая борода, аккуратно заплетённая в два тонких жгута, спадала до пояса. Глубокие морщины не скрывали его пронзительного взгляда, полного строгости и уверенности. Он стоял, опираясь на массивный посох из чёрного дуба, украшенный мерцающими кристаллами — память о его подвигах в прошлом. На его мантии виднелись медали, знаки уважения и благодарности от разных магических школ. Несмотря на возраст, от него исходила крепость, словно он был выкован из камня и магии одновременно.

— Хм… — пробурчал он, изучающе глядя на Борова и Салахара.

Профессор Ольдерик Шаар стоял перед группой студентов, его строгий взгляд скользил по каждому из них, будто проверяя на прочность. За его спиной на стенах павильона мерцали древние руны, как будто сами стены были живыми. В комнате стояла тишина, наполненная ожиданием, пока все студенты устроятся на своих местах.

Когда они наконец устроились и затихли, Ольдерик встал прямо, его жёсткая осанка подчёркивала его возраст и опыт. Он вынул палочку, смахнул ею по воздуху, и сразу же пространство вокруг них наполнилось светом. Профессор начал:

— Магия, — произнёс он, голос его звучал твёрдо, как старинный металл. — Что такое магия? Для чего она существует? Вы все здесь, потому что вам привили иллюзию, что магия — это средство для улучшения жизни, для бытовых нужд, для удобства. Что магия должна быть «полезной», «удобной», «дружелюбной» и что она предназначена для «помощи людям». О, как это жалко.

Он сделал паузу, взглянув на студентов. Некоторые из них выглядели удивлённо, другие пытались взять слово, но профессор перебил их:

— Магия, если вы думаете, что она нужна для того, чтобы приготовить вкусную пищу, лечить простуды или сделать свет в вашем доме ярче — вы слепы. Слепы и глупы. Вы настолько поглощены собственными утопиями, что не видите главной истины: магия в нашем мире существует только для одной цели — для войны и разрушения.

В аудитории воцарилась тишина. Некоторые студенты переглянулись, а несколько даже попытались возразить, но профессор продолжил:

— Посмотрите на историю. Каждый великий конфликт, каждое нашествие, каждое кровопролитие было подпитано магией. Вы, дети, называете это «средством борьбы», но на самом деле, магия — это орудие уничтожения. Вы так гордитесь волшебными заклинаниями, чудесами, которые создаёте с помощью своих жезлов и книг. Но давайте посмотрим правде в глаза: с помощью магии вы убиваете. Разрушаете жизни, города, целые народы. Вы даже не задумываетесь, что каждый великий маг — это не просто мудрец, а убийца, создатель разрушений.

Салахар и Боров стояли с краю и внимательно слушали. Они были потрясены. В их сердцах, несмотря на то, что они видели множество ужасных последствий войны и магии, звучали сомнения. Однако в какой-то момент их взгляд пересекся, и они поняли — профессор прав. Магия, как бы ни скрывали её повседневные проявления, была частью этого мира не для жизни, а для смерти.

— Вы думаете, что сила магии защищает людей? Нет! Она их уничтожает, — продолжал профессор, его голос становился всё более решительным. — Смотрите на великие маги-сражения прошлого. Гроза, земля, огонь — всё это лишь инструменты массового уничтожения. Что осталось от этих побед? Руины, пепел, и тысячи погибших. И в этом нет ничего благородного.

Он подошёл к одному из студентов, по имени Лион, который, как и многие, был убеждён, что магия должна быть использована на благо. Лион пытался возразить:

— Но магия может и спасать! Она может исцелять болезни, лечить раны. Мастера магии могут защищать города, а не только разрушать…

Профессор вскользь усмехнулся и коротко, почти издевательски ответил:

— Спасение — это временное явление. Вы можете вылечить одного, но если враг использует магию, чтобы уничтожить целую деревню, как вы будете защищать своих людей? Чем вы будете бороться? Простыми заклинаниями?

Он отвернулся и посмотрел на Салахара и Борова, не скрывая лёгкой иронии:

— Даже вы, господа, понимаете, что не всё в этом мире так идеально. Магия была, есть и будет главным орудием в руках тех, кто желает подчинить себе этот мир. Война — это единственное, что оставляет после себя магия. И каждый, кто обучается ей, становится частью этого цикла.

Пауза тянулась, атмосфера стала напряжённой. Некоторые студенты стояли в ступоре, другие начинали осознавать тяжесть слов профессора. Боров и Салахар обменялись взглядами. Салахар слегка кивнул, как будто в знак признания мудрости старого мага. Даже Боров, несмотря на свою тяжёлую и воинственную натуру, почувствовал определённую правду в этих словах.

Профессор взглянул на студентов с холодной решимостью.

— Если вы хотите быть магами, если вы хотите быть воинами, то приготовьтесь к тому, что вам предстоит стоять на поле брани, а не в уютных кабинетах. И ваше будущее будет определяться не тем, как вы научитесь лечить раны, а тем, как вы научитесь уничтожать.

Закончив лекцию, профессор Шаар молча отошёл к своим книгам, оставив студентов в раздумьях.

Профессор Ольдерик Шаар, не сказав ни слова, стоял и наблюдал за происходящим. Его глаза были полны ожидания, его взгляд — остриё, пронизывающее каждого студента, заставляя их задуматься. Когда все уже подготовились, он слегка кивнул и сказал:

— Покажите мне, что вы называете "истинной магией". Пора уже прекратить иллюзии и пустые теории.

Боров, уже подготовленный к этому моменту, шагнул вперёд. Он чувствовал тяжесть нового снаряжения на своей руке, на этот раз необычного — устройство, напоминающее металлический протез. Это был не просто артефакт, а инструмент контроля магии, созданный для усиления её воздействия и точности. Технология, скрытая за этим протезом, была новаторской и могучей.

Боров молча подошёл к профессору, кивнув в знак согласия. В его глазах было спокойствие, а в теле — напряжение, как у зверя, готового к броску. Он сжал протез в руке, и с первого же движения магия потекла по его руке, словно откликнувшись на вызов.

— Разрешите? — Боров посмотрел на профессора, который с лёгким кивком дал своё согласие.

Первым действием Боров сосредоточился на облаке льда. Он поднял руку, и вокруг его ладони начали собираться голубоватые искры магической энергии, медленно образуя сияющий шар. Словно гигантский морозный вихрь, шар раздробился на множество мелких частей, каждая из которых приобретала форму ледяных шипов. Эти шипы, как смертоносные стрелы, ринулись в сторону дерева, вонзаясь в его ствол.

Профессор наблюдал внимательно, и студенты, захваченные действом, не могли оторвать глаз от того, как магия разрывает дерево.

— Лёд, как оружие, — произнёс Боров, комментируя своё действие. — Он пробивает все, что встает на пути. Включая защиту, в том числе ментальные щиты. Проникает в саму структуру.

Шипы пробили ствол дерева насквозь, и оставшийся кусок льда в руках Боров усилился. Он сосредоточил свою магическую силу на одном небольшом фрагменте, и ледяной обломок вырос в мощный ледяной снаряд, который Боров с усилием метнул в дерево. Снаряд вонзился в ствол, разрывая его в нескольких местах, создавая трещины и разрушая внутреннюю структуру дерева.

Но Боров не остановился. Он вдвойне сосредоточился, приказывая силе льда трансформироваться ещё раз. Лёд стал твердой и холодной основой для создания мощной ударной волны. Внезапно из земли поднялись ледяные шипы, образуя кольцо вокруг дерева. Боров направил свою руку и выпустил мощный поток энергии, который вызвал гигантскую ледяную волну, которая с разрывом ударила в дерево. Ствол не выдержал силы удара, и дерево рухнуло, стоящее по-прежнему, как будто замороженное в воздухе.

— Такова сила льда, — добавил Боров, снова подходя к профессору, его голос был хладнокровным, как его магия.

Но он не закончил. Вторая часть его демонстрации пришла, когда он снова сосредоточился. На этот раз его рука начала вращаться, и в воздухе образовалась длинная ледяная нить, превращая его в магический хлыст. Он использовал эту магию, чтобы мощно ударить по оставшемуся обрубку дерева, добивая его.

Хлыст прошёл через дерево, словно нож сквозь масло, разрывая его остатки. Студенты наблюдали, как в воздухе всё ещё висели ледяные осколки, а теперь они разлетались по всему двору, оставляя после себя лишь разрушение.

— Магия не для украшений, — закончил Боров, его глаза оставались спокойными, хотя он знал, что на его руках сейчас запечатлена сила, способная разрушить целые города. — Она для того, чтобы победить и уничтожить.

Профессор Шаар молча смотрел на это, его взгляд стал ещё более проницательным. Он не сказал ни слова, но в его глазах читалась признательность — признавая, что эти демонстрации на самом деле были истинной магией.

Профессор Шаар несколько раз похлопал в ладоши, выражая свою сдержанную одобрительность.

— Хорошо, — проговорил он, его голос был тяжёлым и полным власти. — Это был достойный урок. Но давайте не будем забывать, что магия не всегда нужна для разрушения в одном лишь бою. Впрочем, как вы, наверное, уже поняли, магия — это не только то, что подчиняется законам природы, но и то, что заставляет саму природу изменяться.

Он повернулся к упавшему дереву и поднял свою руку. В его глазах вспыхнуло что-то опасное, и воздух вокруг него, казалось, сжался.

— А вот теперь, — продолжил он, — я покажу вам нечто, что не так очевидно.

Профессор медленно поднял руку в сторону разрушенного дерева, и, казалось, мир вокруг замер. В мгновение ока воздух вокруг дерева стал гуще, словно сжимаемый магической силой. Тёмные облака сгустились, и с деревом началось что-то странное.

Профессор начал извлекать воду из ствола, как будто с помощью невидимой силы вытягивал её из самой ткани дерева. С каждым мгновением его рука двигалась всё быстрее, и ствол постепенно терял свою форму, превращаясь в сухую пустую оболочку. Когда дерево окончательно высохло, оно стало ломким, как старое стекло. Профессор сделал жест, и дерево разрушилось, раскололось на тысячи маленьких осколков, каждый из которых исчез в воздухе.

— Это магия крови, — сказал он холодным голосом, не обращая внимания на удивлённые взгляды студентов. — Я могу использовать любую магию для контроля воды, крови... и даже самой жизни. Вы думаете, что можете победить врага, используя только холод или огонь? Всё это бессмысленно, если вы не научитесь управлять тем, что даёт самой жизни её основу.

Он обвел взглядом студентов, которые, похоже, были ошарашены его действиями. Атмосфера в воздухе стала глухой и напряжённой, как если бы сам мир затаил дыхание.

— Кто не готов столкнуться с этой силой, тот не имеет права оставаться. — Профессор взглянул на своих учеников, его голос стал ещё жёстче. — Если вы не хотите заглянуть в бездну и увидеть, что скрывается за пределами привычного мира, уходите.

Все студенты, кроме двух, начали смотреть в землю, чувствуя, что их слабость не скрыть. Некоторые нервно передёрнули плечами, другие обратились друг к другу с бессильными взглядами, но никто не решился остаться.

Через несколько мгновений, когда тяжёлое молчание повисло в воздухе, двое студентов шагнули вперёд. Первый был маг Огня, с ярко-красными глазами и огненным ореолом, словно сама магия пылала в его венах. Второй — маг Земли, с твёрдостью в глазах, которая напоминала саму землю, и неуклонностью, которая могла бы стоять против бури.

Они не сказали ни слова, но их решимость была очевидна. Они остались.

Профессор Шаар кивнул с лёгким уважением, словно одобряя их выбор.

— Очень хорошо, — произнёс он, — для вас ещё есть надежда. Вы понимаете, что магия не ограничивается элементами, не ограничивается просто силой разрушения. Истинная магия — это способ быть в каждом моменте живым, манипулировать этим миром и собственной судьбой.

Он повернулся к Борову и Салахару.

— Ваша задача, как я понял, — не просто обучить этих юнцов бою. Ваша задача — подготовить их к тому, чтобы они стали частью той самой силы, что вы только что продемонстрировали. И, возможно, научить их, что магия — это не просто наука или искусство, а зеркало самого мира.

Боров и Салахар обменялись взглядами, и хотя оба были удивлены жестокостью профессора, они понимали, что это был лишь первый шаг в долгом и трудном пути подготовки студентов.

Боров, слегка прищурившись, взглянул на профессора Шаара и сказал:

— Мы понимаем, о чём вы говорите. Но давайте не будем забывать, что магия — это не только оружие. Она может быть и защитой, и лечением. Мы должны научить их управлять собой, прежде чем они начнут управлять миром вокруг.

Салахар, стоя рядом с Боровым, добавил:

— Я согласен с Боровым. Но правда в том, что магия может стать тем, что решит исход войны, а не только сражения. Те, кто научится использовать её с уважением и осторожностью, смогут стать настоящими воинами.

Профессор Шаар взглянул на них, его лицо оставалось каменным, но в его глазах мелькнула тень уважения.

— Вы правы, — сказал он спустя паузу. — Магия может быть и благом. Но чтобы быть способным на неё, нужно научиться правильно выбирать момент. Не все способны отложить свою силу ради чего-то более важного, чем моментальная выгода.

Он посмотрел на двух студентов, стоящих перед ним.

— Эти двое смогут понять, что означает быть теми, кто выбирает время. И вы, — он снова посмотрел на Боров и Салахара, — будете теми, кто даст им возможность обучиться этому.

Боров кивнул.

— Мы сделаем это. Мы научим их разбираться в магии, в том, как не потерять себя в этой бездне силы. Но они должны понять, что каждый выбор в бою — это не только сила, но и ответственность.

Салахар посмотрел на студентов, затем снова перевёл взгляд на профессора.

— Мы будем работать с ними. Но я надеюсь, что они не станут как те, кто выбрал путь разрушения. Им нужно понимать, что магия — это не просто средство победы, но и часть того, что нас удерживает от падения.

Профессор Шаар молчал, но затем кивнул.

— И это самое важное. Если они смогут понять это, то вы правы — магия будет служить им не как оружие, а как инструмент. Инструмент, который поможет им увидеть мир в истинных его цветах.

С этими словами профессор повернулся и направился в сторону главного павильона Академии, не говоря больше ни слова.

Боров и Салахар, обменявшись последним взглядом, тоже двинулись в сторону студентов, готовых начать обучение.

Они понимали, что это будет долгий и тяжёлый путь, но именно на этом пути решится будущее тех, кто был готов встретиться с силой магии лицом к лицу, не потеряв при этом человеческого лица.

Боров и Салахар стояли напротив двух оставшихся учеников — мага Огня и мага Земли.

Лёгкий ветер трепал плащи, когда на двор вновь опустилась тяжёлая тишина после демонстрации профессора.

Первым шагнул вперёд юноша с короткими рыжими волосами и серьёзным взглядом. Он слегка склонил голову:

— Меня зовут Кейрон. Маг Огня. — Его голос был твёрдым, без дрожи.

За ним подошла девушка, стройная, с короткими чёрными волосами и спокойными серыми глазами:

— Аурелия. Маг Земли. — Она говорила тихо, но в её голосе ощущалась какая-то основательность, словно сама почва отзывалась в её словах.

Боров внимательно оглядел их, словно оценивая их не силу, а волю.

— Кейрон. Аурелия, — повторил он, будто закрепляя их имена в памяти. — Теперь вы часть особой подготовки. Мы не будем учить вас красивым заклинаниям для ярмарок и балов. Мы научим вас выживать... и убивать.

Салахар усмехнулся своим обычным скептическим тоном:

— Выбор сделан. Назад пути нет. Если боитесь, уходите сейчас. Позже будет слишком поздно.

Кейрон сделал шаг вперёд, его кулаки сжались:

— Я останусь. Я хочу стать сильнее. Не для славы... а чтобы защитить тех, кто не может сам.

Аурелия молча кивнула. В её глазах была непоколебимая решимость.

Боров слегка улыбнулся краем губ:

— Хорошо. — Он сложил руки на груди. — Тогда с этого момента вы — наши ученики. И первый урок будет простым.

Салахар хмыкнул:

— И тяжёлым.

Боров продолжил:

— Мы отправимся в лес за пределами академии. Там нет удобных условий. Только природа... и ваши страхи.

Салахар добавил, ухмыляясь:

— И если вы не научитесь использовать свою магию там, среди сырости, темноты и угроз, то вы не заслуживаете носить даже ученическую мантию.

Кейрон и Аурелия обменялись коротким взглядом. Ни один не отступил.

— Отлично, — сказал Боров. — Сбор через десять минут у северных ворот Академии. Возьмите только то, что сможете унести на себе.

Он бросил им последний испытующий взгляд и вместе с Салахаром направился готовиться к выходу.

Через десять минут у северных ворот Академии собрались Боров, Салахар, Кейрон и Аурелия. Вместе с ними стояли ещё пятеро человек — местные авантюристы, нанятые для сопровождения: крепкие бойцы с потёртыми доспехами, закалённые в мелких стычках и стражах лесных троп.

Они переговаривались между собой вполголоса, проверяя оружие и снаряжение. Видно было, что за подобные задания они брались не впервые — сопровождать молодых магов в опасные места требовало сноровки и осторожности.

Один из авантюристов, невысокий, но жилистый мужчина в кольчуге, подошёл к Борову:

— Нас зовут "Волчья стража". Наша задача — держать фланги и оттягивать угрозы, если появятся. В бой вмешиваемся только по вашему приказу.

Боров коротко кивнул:

— Всё ясно. Главное — не мешать тренировке. Только если будет реальная угроза.

Салахар скользнул взглядом по группе, останавливаясь на каждом.

— Ладно, — буркнул он. — В путь.

Отряд двинулся вглубь леса. Воздух становился влажным и тяжелым, пахло сырой землёй и прелыми листьями. Птицы умолкли, уступив место шорохам ветвей и редкому треску под ногами.

Их путь пролегал через заброшенные охотничьи тропы, поросшие кустарником. Боров время от времени останавливался, осматривая местность. Он чувствовал тонкие струйки магии, пронизывающие лес, словно его ткань была исписана невидимыми рунами.

Кейрон и Аурелия шли рядом, молча. Каждый шаг напоминал им, что началась настоящая проверка. Здесь, вдали от городских стен, от занятий в зале и теоретических упражнений, от них требовалась не только сила — но и выдержка.

Салахар остановился у небольшой поляны.

— Здесь, — произнёс он.

Боров обернулся к ученикам:

— Теперь вы. Найдите, почувствуйте угрозу вокруг. Используйте магию не для атаки — а для поиска.

Кейрон закрыл глаза, сосредотачиваясь. От его рук шла лёгкая дрожь тепла, едва уловимая.

Аурелия опустилась на одно колено, положив ладонь на землю. Волна земли, невидимая глазу, пошла от неё по тропе.

Лес словно ответил. Где-то в стороне раздался тяжёлый скрежет, будто кто-то, огромный и тяжёлый, продирался сквозь чащу.

Авантюристы настороженно сжали оружие.

Боров, сдерживая улыбку, произнёс:

— Итак... урок номер два начинается.

В это же время, на другом краю Академии, Алек и Сауль стояли на тренировочной арене под открытым небом. С ними рядом был тот самый профессор боевых искусств — суровый наставник по имени Мейнар Эстор, седой ветеран, известный умением готовить солдат не для парадов, а для реальных боёв.

Перед ними выстроилась небольшая группа молодых бойцов — шесть человек, отобранных по рекомендациям Академии. Все они были полны рвения, но в их глазах читались разные чувства: у кого-то — уверенность, у кого-то — скрытая тревога.

Профессор Мейнар сделал шаг вперёд:

— Это лучшие из тех, кто прошёл начальные отборы, — сказал он глухим голосом. — Каждый из них проявил талант не только в технике, но и в боевом духе.

Он начал представлять их:

— Гаррет, мечник. Бьётся резко, быстро, агрессивно.

— Лия, копейщица. Сильна в защите, умело держит строй.

— Тарен, двуручник. Ставка на тяжёлые удары и сдерживание противника.

— Мирек, специалист по короткому мечу и кинжалам. Идеален для разведки и скрытых атак.

— Вардо, владеет тяжелым молотом. Медленный, но неудержимый, когда разгонится.

— Эллис, щитоносец. Работает в паре, закрывая союзников от стрел и магии.

Алек внимательно рассматривал каждого. Он быстро отмечал про себя, кто держит спину ровно, кто переминается с ноги на ногу, кто слишком напряжён.

Сауль, стоя рядом, скрестил руки на груди и усмехнулся уголком губ:

— Много шевеления в глазах. Но посмотрим, кто из них умеет держать меч не только на тренировке.

Профессор Мейнар кивнул в сторону Алека:

— Отныне они ваши. Можете строить их, как сочтёте нужным. Но учтите: соревнование на носу. И победа там зависит не от силы — а от того, смогут ли они стать единым отрядом.

Алек шагнул вперёд, его голос прозвучал спокойно, но твёрдо:

— Меня зовут Алек. Я ваш новый командир на время подготовки. Сауль — мой заместитель.

Он сделал паузу, взгляд его стал холодным:

— Забудьте всё, чему вас учили до этого. Здесь и сейчас начинается настоящий путь бойца. И первое, что вы должны понять: один воин — ничто без своих товарищей.

Сауль усмехнулся и добавил:

— А второе — без боли вы ничему не научитесь.

Алек кивнул:

— Тренировка начнётся сразу. Через пять минут — на полигон. В лёгкой экипировке. Без магии, без помощи. Чистая физика. Если не выдержите — лучше сразу уходите.

Бойцы переглянулись. Никто не сдвинулся с места.

Алек позволил себе лёгкую, почти незаметную улыбку:

— Хорошо. Тогда начинаем.

После короткой подготовки Алек, Сауль и их ученики покинули пределы Академии, направляясь за город — туда, где начинались густые, дикие леса. Идеальное место для настоящего испытания: ни ровных дорог, ни охраны, ни привычной защиты стен.

Погода стояла пасмурная. Лёгкий ветер шевелил высокую траву, а над деревьями скапливались тяжёлые серые облака. Земля под ногами была сырой и пружинила при каждом шаге.

Шли молча. Каждый понимал, что это не просто прогулка — и что первое задание будет испытанием их воли и навыков.

Алек, идя впереди, останавливался время от времени, прислушиваясь к лесу. Сауль шёл чуть сзади, окидывая бойцов внимательным взглядом. Гаррет, Лия, Тарен, Мирек, Вардо и Эллис держались близко, внимательно осматривая окрестности.

Вдруг Алек резко остановился. Он вскинул руку, давая знак "стой".

Где-то вдалеке, среди деревьев, раздался глухой звон металла о металл, крики и топот — звуки боя.

Сауль нахмурился:

— Не похоже на охоту.

Алек быстро оценил направление звуков, затем обернулся к бойцам.

— В лесу кто-то дерётся. — Его голос был спокоен, но холоден. — Это может быть угроза. А может быть — проверка для вас.

Он окинул их коротким взглядом:

— Ваше первое задание: разведка и устранение угрозы. Без лишнего шума. Работать в паре. Лия и Эллис — защита. Гаррет и Мирек — разведка. Тарен и Вардо — если будет бой, идёте в лоб.

Сауль добавил жёстко:

— Не геройствуйте. Работайте как отряд. Любая ошибка — и вас здесь похоронит сам лес.

Бойцы быстро перегруппировались, принимая роли без лишних слов.

Алек кивнул:

— Вперёд.

Группа двинулась вперёд, рассредоточившись. Гаррет и Мирек скрылись в зарослях первыми, стараясь идти бесшумно. Остальные держались чуть позади, готовые в любую секунду рвануть в бой.

Лес становился всё гуще. Звуки сражения становились ближе.

И никто не знал, кто именно там сражался... и с кем.

Продвигаясь осторожно через заросли, отряд Алека наконец вышел к небольшой поляне. Там развернулась настоящая битва.

Два мага сражались против стаи диких монстров — огромных волкоподобных тварей с чёрной шерстью и кроваво-красными глазами.

Один из магов держал в руках длинный лук. Каждую секунду он создавал из чистого огня стрелы и выпускал их с сокрушительной силой. Огненные стрелы прожигали воздух, пробивая монстров насквозь, заставляя их взвыть от боли.

Рядом с ним другой маг, он управлял сразу несколькими земляными големами. Грубые, но мощные фигуры, напоминающие людей, сжимали кулаки из камня и крушили чудищ силой земли.

Алек быстро оценил обстановку. Монстров было больше десятка. Несмотря на силу магов, напор зверья рос.

— Помогаем! — коротко скомандовал Алек.

Воины мгновенно бросились в бой.

Гаррет и Тарен ворвались вперёд, отбивая нападения. Мирек и Лия прикрывали фланги, нанося точные удары. Вардо с тяжёлым молотом обрушился на одного из монстров, разбивая его в щепки. Эллис, как и учил Алек, держался чуть сзади, прикрывая от случайных атак.

Вместе они быстро переломили ход боя. Слаженность отряда, неожиданная для магов, позволила им добить оставшихся чудовищ.

Когда последний монстр рухнул, воздух наполнился запахом гари и мокрой земли. Все тяжело дышали, оружие покрыли пятна крови и грязи.

И тут началась перепалка.

— Какого чёрта?! — выкрикнул маг Огня, бросив яростный взгляд на воинов. Его лук всё ещё тлел жаром. — Это была наша добыча! Вы всё испортили!

Маг Земли, сурово сложив руки на груди, поддержала его:

— Мы сами бы справились! Ваше вмешательство было неуместным.

Гаррет шагнул вперёд, стиснув зубы:

— Если бы мы не вмешались, вас бы порвали на части. Мы не обязаны стоять и смотреть, как два гордеца погибают.

— Мы маги, — яростно ответил маг Огня. — Мы сами выбираем, как и с кем сражаться!

Аурелия, шедшая рядом с ними, холодно бросила:

— И мы тоже. В лесу нет "ваших" монстров и "наших". Здесь каждый сам за себя.

Перепалка быстро нарастала. Слова становились резче. Руки воинов и магов сами собой начали скользить к оружию и амулетам.

Сауль, до этого спокойно стоявший в стороне, вдруг сделал шаг вперёд. Его голос был спокоен, но в нём звенела сталь:

— Ещё одно слово — и будете колечить не монстров, а друг друга.

Алек тоже поднял руку, останавливая своих бойцов:

— Мы не сюда пришли драться с союзниками.

Внезапно из-за деревьев начали выходить бойцы у них была эмблема аватюристов. Так же с ними вышли Боров и Салахар.

Салахар начал разговор первым.

— Командир что за дела?

Алек сразу узнав их удивился.

— Вы что здесь делаете? Разве для магов не дали отдельный район?

Боров сразу ответил Алеку

— Да мы решили провести тренировку в реальности, с опытом так сказать.

Алек обернувшись к свойм бойцам познакомил их

—Знакомтесь, члены моего отряда, Боров и Салахар. А те два мага это ваши будущие сокамандники. Раз угрозы сейчас не видно то почему бы нам не познакомится по лучшее?

Но в глубине леса уже зрела новая угроза.

Как только две стороны начали расходиться, внезапно Алек, Сауль, Боров и Салахар одновременно ощутили странное напряжение в воздухе — будто сама земля на миг затаила дыхание. Холод пробежал по позвоночнику. Ветви деревьев зашевелились, но ветра не было.

Из тени леса, ломая кусты и молодые деревья, вышло нечто.

Это было чудовище ростом с боевого слона. Тело — покрытое чёрным, как уголь, хитином, блестело в свете рассеянного солнца. Из спины торчали костяные наросты, как обломки древнего панциря. Его лапы — длинные, изогнутые, с пятернями, каждая когтистая хватка способна была разорвать человека в клочья. Морда — удлинённая, будто у волка, но с тройным рядом зубов и без глаз — только пульсирующие прожилки, светящиеся мертвенно-синим. Из пасти исходило низкое рычание, будто сама бездна заворчала в ответ.

Существо без предупреждения ринулось вперёд, обрушиваясь на новичков отряда с яростью урагана. Огромные лапы взметнулись, неся с собой смерть — но Алек успел выставить меч, с глухим грохотом парируя удар, пошатнув монстра.

Сауль, с нечеловеческой точностью, вонзил свой клинок в сустав лапы, лишая тварь опоры, а Салахар, не теряя ни мгновения, с диким криком занёс свой тяжёлый топор и рубанул в плечо чудовища. Хлынула чёрная вязкая кровь.

Чудище взревело, пытаясь вырваться, но тут в бой вступил Боров — его руки задрожали от напряжения, когда он создал потоки ледяной воды, закручивая их вокруг твари. Из воды тут же начали вырастать острые, как иглы, ледяные шипы — они пронзали чудовище, пробивая его панцирь, сковывая движения.

В последний отчаянный момент существо взвыло и метнуло хвост, острый, как лезвие, пронзая воздух. Он летел прямо к Борову — но прежде чем тот достиг цели, в бой ворвались члены отряда авантюристов. Один ударил в основание хвоста, сбивая его с траектории, другой метнул зачарованный кинжал, пригвоздив хвост к земле. Третий прыгнул сверху, вонзая копьё в позвоночник твари.

С глухим гулом чудовище рухнуло, дёрнулось и замерло.

Ни слова не было сказано. Только тяжёлое дыхание, капающая кровь и дрожащая земля.

А потом, из глубины леса… раздалось ещё одно рычание. Более глухое. И не одно.

Из леса с глухим, зловещим топотом вышло ещё трое чудовищ — таких же, как первое, но каждый по-своему уродлив и устрашающ. Один был массивнее, с четырьмя лапами, усеянными шипами. Второй — с вытянутыми конечностями, перемещался рывками, словно паук. Третий издавал пронзительный визг, от которого у некоторых закружилась голова.

— Это син-терры, — проговорил один из авантюристов, напряжённо следя за чудовищами. — Полумутанты, полудемоны. Мы раньше слышали о них только в докладах.

Второй стиснул меч:

— Каждый из них по силе — ранг "В". Но если рядом их логово, значит, может быть и лидер. А это уже "А" или хуже.

Маг воды из отряда Борова, побледнев, шагнул назад:

— Мы... не были готовы к такому. Это совсем другой уровень.

— Мы знаем, — кивнул третий авантюрист. — Поэтому вы идёте назад. Сейчас же.

Он повернулся к одному из своих товарищей — молодому, но опытному мечнику с алым шарфом на шее:

— Ты пойдёшь с ними. Проводи магов и новичков в город. Если встретите угрозу — не геройствуй, просто отступай.

Тот коротко кивнул, уже подходя к Алеку и его людям:

— Двигаемся. Быстро и тихо. Никто не отстаёт.

А оставшиеся авантюристы уже разворачивались, подготавливаясь к бою. Один активировал зачарованное копьё, другой вызвал духов-защитников. Их лица были сосредоточены, но решительны.

— Мы зачистим логово, — бросил один на прощание. — Если не вернёмся к рассвету — предупредите гильдию. И держитесь подальше от этого леса.

Лес вновь наполнился рёвом. Бой только начинался.

Когда профессор и отряд стражи прибыли на место, лес был напоён тяжёлым запахом крови и магии. Земля была изрыта когтями и магическими взрывами, а повсюду лежали останки чудовищ — чёрная плоть, застывшая кровь, обломки ледяных шипов. Четыре монстра были мертвы, а дальше, следуя по следам крови и разрушений, они наконец вышли на поляну.

Там стояли Алек, Боров, Салахар, Сауль и авантюристы. Их броня была изранена, оружие покрыто чёрной кровью, лица уставшие, но глаза — полны решимости. Перед ними лежал поверженный главный монстр: массивное, чудовищное тело с несколькими головами и панцирем на спине, напоминавшим окаменевший лавовый поток. Его грудь была пробита ледяным копьём, а шея — рассечена до костей.

Профессор, высокий мужчина с седыми висками и строгим взглядом, выдохнул и шагнул вперёд:

— Небеса... Вы справились. Мы шли, готовясь к худшему.

Алек вытер кровь с клинка и спокойно ответил:

— Поздно отступать, когда дело начато. Если бы мы оставили логово нетронутым — завтра они бы вышли к городам.

Боров кивнул:

— Это было не просто логово. Судя по количеству следов и яиц в глубине — это была колония. Нам повезло, что мы среагировали вовремя.

Салахар бросил топор на плечо:

— Повезло и тем, кто не пришёл. Эти твари были быстры, яростны и... разумны. Вожак координировал остальных.

Сауль, всё ещё сжимая меч, добавил:

— Но мы перебили их всех. Осталась только расчистка. И... возможно, ещё один вопрос — откуда они взялись?

Профессор нахмурился:

— Да... Такие существа не появляются просто так. Особенно так близко к цивилизации.

Стражи уже осматривали тела, авантюристы связывались с гильдией с помощью магического кристалла. В воздухе повисло напряжение. Эта победа была только началом чего-то большего.

— Мы доставим тела в академию, — произнёс профессор. — И начнём изучение. Но вы, — он посмотрел на отряд Алека, — заслужили не только отдых. Вы заслужили уважение. Ваши действия спасли десятки жизней.

Он сделал паузу, затем добавил:

— Но я прошу... если вы столкнётесь с подобным снова — сообщайте сразу. Даже самым сильным героям иногда нужна подмога.

Алек кивнул:

— Мы это поняли. В этот раз успели. В следующий — будем быстрее.

Час спустя последнего монстра — громадное, изуродованное тело, источающее слабое зловоние, — аккуратно, под охраной, погрузили в тяжёлый обоз. Под покровом специальных магических печатей его повезли в лабораторию Академии для изучения.

Отряд Алека тем временем принял стремительный душ, смыв с себя кровь, грязь и следы боя. Вода бежала мутной от пота и чёрной крови чудищ. Освежённые, хоть и уставшие, они поспешили к тренировочной площадке Академии, где их ученики продолжали занятия.

На месте их встретил Райхард. Он с серьёзным лицом показывал новичкам основы работы в группе: построение обороны, распределение ролей, быструю смену тактики. Ученики были сосредоточены, но при появлении Алека и его отряда многие оживились, тихо перешёптываясь.

Рядом, опершись на деревянный стол, стоял Агент Легиона — человек в серой мантии с нашивкой орла на груди. Его взгляд был спокойным, но пронзительным. Завидев Алека, он кивнул ему и шагнул ближе.

— Алек, — сказал он твёрдым голосом. — Отличная работа в лесу. Но не расслабляйтесь. Через час начинается турнир среди молодых бойцов. Ты назначен в состав комиссии на стадионе. Твоя задача — наблюдать, оценивать и... при необходимости вмешиваться.

Агент сделал короткую паузу и добавил:

— Этот турнир не только для демонстрации силы. За участниками наблюдают представители нескольких крупных фракций. Некоторым из них нужны новые таланты. А другим... может быть интересен сам факт нестабильности вокруг Академии.

Он протянул Алеку небольшой жетон, инкрустированный знаком Легиона.

— Это даст тебе доступ в зону судей и внутренние сектора стадиона. Командуй своим временем мудро. Турнир будет жёстким. И кто знает, может, сегодняшние события в лесу — это только начало.

Агент посмотрел на учеников и серьёзно добавил:

— Если хочешь, можешь взять несколько из них с собой. Посмотрим, кто готов не только учиться, но и действовать на глазах у всего города.

Все согласились без лишних споров — и вскоре отряд вместе с учениками направился через парк к центру города. Путь лежал через широкие аллеи, где в воздухе витали запахи свежескошенной травы и цветов. Лёгкий ветер шелестел листвой. Однако расслабляться не приходилось: все знали, что сегодня многое может решиться.

Перед ними быстро вырос стадион — монументальное здание из белого камня и стали, венчанное знамёнами с символами Академии и Легиона. Его куполообразная крыша лишь частично прикрывала трибуны, оставляя арену открытой солнечным лучам. Даже издали было видно, как поток людей заполняет внутренние ряды. Смех, разговоры и предвкушение сражений наполняли воздух.

Алек мельком глянул на документы, которые ранее изучал:

25 тысяч мест. И почти все билеты были распроданы. Сегодня здесь собрался весь цвет города — от мастеров меча до магов, от простых горожан до важных представителей фракций.

На входе их уже ожидал Райнхард, который быстро подошёл к ним и с улыбкой бросил:

— Успели как раз вовремя. Все судьи уже собираются. Пошли.

Они вместе прошли вдоль центральной аллеи стадиона, обогнув вход для участников, и поднялись к трибунам, где вид был поистине захватывающим.

Внизу простиралась арена — огромный круглый помост, покрытый укреплённой землёй и особыми магическими печатями для защиты зрителей. В центре арены стояли три огромных постамента: для бойцов, для трофеев турнира и для наград. Уже собирались команды участников: новички, ветераны, авантюристы, юные маги и воины из окрестных поселений.

Под гром аплодисментов Алек, Райнхард и несколько других наставников спустились по отдельной лестнице прямо на арену и заняли свои посты вдоль периметра — места, предназначенные для членов комиссии. Рядом висели флаги их фракций и школы.

Первые сигнальные гонги прогремели в воздухе. Турнир должен был начаться с минуты на минуту.

Как только Алек и остальные наставники заняли свои места вдоль арены, раздался могучий звук гонга — три удара, каждый гулко прокатился по огромному стадиону, заставляя притихнуть даже самых шумных зрителей.

На центральный постамент взошёл мужчина в длинной тёмно-синей мантии с серебряной вышивкой — это был мастер церемоний, один из старших наставников Академии. Его голос, усиленный магическим артефактом, разнёсся по всему стадиону:

— Добро пожаловать на ежегодный Турнир Новых Сил!

Сегодня здесь, на арене, соберутся лучшие юные мечники, маги и авантюристы! Они продемонстрируют своё мастерство, волю и боевой дух!

Их наблюдают не только наставники... но и сами судьбы!

Толпа взревела от восторга, волна звуков прокатилась по трибунам. Алек, стоя рядом с Райнхардом, скрестил руки на груди, наблюдая за происходящим, сканируя глазами участников.

Мастер церемоний продолжил:

— Правила турнира таковы:

Бои проводятся один на один или в малых группах, в зависимости от этапа.

Запрещено смертельное оружие: каждый участник перед боем должен наложить печать "Сдерживания", ослабляющую удары и магию до безопасного уровня.

Победа присуждается, если противник сдается, оказывается не в состоянии продолжать бой или выбывает по решению судей.

Нарушение правил — немедленное исключение!

Потом наставник сделал жест — и с разных сторон арены стали подходить первые участники. Группы новичков, уже готовых к испытаниям, стояли напряжённые и сосредоточенные. Среди них были и ученики Алека.

— А теперь... — голос мастера церемоний взвился выше. — Первыми на арену вызываются ученики групп наставников Алека и Мартона!

Стадион взорвался аплодисментами. Молодые бойцы начали спускаться на арену.

Алек мельком глянул на своих подопечных: Гаррет, Тарен, Мирек, Лия, Эллис... Лица были сосредоточены, руки крепко сжимали рукояти оружия или амулеты.

Райнхард чуть наклонился к Алеку и тихо усмехнулся:

— Посмотрим, кто из них проявит характер.

Алек ответил коротким кивком, не сводя глаз с арены.

Турнир начинался.

И каждый удар меча, каждый заклинание могло стать началом новой судьбы.

ПРАВИЛА ТУРНИРА:

Первый этап: Дуэли 1 на 1

Всего участников: 48 человек.

Проводится 24 боя подряд.

Победители выходят в следующий этап, побеждённые — выбывают.

Оценка: учитывается техника боя, использование магии, выдержка и адаптивность.

Второй этап: Бои отрядов

Оставшиеся 24 участника делятся на 4 отряда по 6 человек.

Бои отрядов проводятся на большей арене.

Схема боя: 2 на 2 (пара отрядов сражаются, побеждённый отряд выбывает).

Победившие два отряда выходят в финал.

Третий этап: Финал отрядов

2 отряда-финалиста сражаются между собой.

Отряд-победитель определяется по общему числу оставшихся в строю бойцов.

Финальный этап: Испытание монстрами

Отряд-победитель проходит через испытание: бой против серии монстров ранга В и выше.

Награды и продвижение зависят от проявленных навыков.

Сейчас идёт ПЕРВЫЙ ЭТАП — Дуэли.

На арену приглашаются первые два бойца.

Мастер церемоний снова объявляет:

— Первый бой!

Рейвин Лорн против Гаррета Рейнса!

Толпа замерла в ожидании.

Гаррет (ученик Алека) вышел на арену, лицо сосредоточено, меч в боевой стойке.

Его противник, Рейвин, был выше ростом, с короткими белыми волосами и кинжалом в каждой руке.

Арена. Первый бой турнира.

Толпа стихла. Два бойца стояли напротив друг друга, разделённые круглой ареной, залитой утренним светом. Песок под ногами чуть вздымался от лёгкого ветерка.

Гаррет Рейнс — мечник, ученик Алека, стоял уверенно. Его меч был в боевой стойке, а взгляд — сфокусирован. Он дышал ровно, без напряжения, точно так, как его учили на тренировках.

Рейвин Лорн — худощавый воин с двумя короткими клинками. Он не атаковал сразу, а начал кружить, словно охотник, поджидающий ошибку.

Гонг!

Рейвин метнулся вперёд с молниеносной скоростью. Его кинжалы сверкнули в воздухе. Гаррет едва успел парировать первый удар, а второй скользнул по его латному наплечнику. И всё же он не дрогнул.

Он сделал шаг вбок, резко ушёл в перекат и провёл горизонтальный замах. Рейвин отпрыгнул, но тот едва не задел его бок.

— Быстро, — пробормотал Алек с трибун, наблюдая за боем вместе с Райнхардом.

Следующая минута боя превратилась в молниеносную череду выпадов, блоков и уклонений. Рейвин пытался использовать скорость и двойные атаки, но Гаррет не позволял себя сбить с толку. Он терпеливо ждал открытие.

И вот, когда Рейвин прыгнул в очередной стремительный наскок — Гаррет поставил финт, резко развернулся и провёл выпад с разворота, ударив тупой стороной меча в бок соперника.

Рейвин рухнул на землю, и его клинки выпали из рук.

— Победа — Гаррет Рейнс! — объявил мастер церемоний, и зрители взорвались аплодисментами.

После боя

Алек вместе с Райнхардом прошёл к специальной панели с магически переливающимся списком. Он провёл рукой по кристаллу, активируя его, и перед ним открылось имя победителя первого боя, а ниже — полный список дуэлей первого этапа:

ТУРНИРНЫЙ ЛИСТ — ЭТАП 1

(победители выделяются после боёв)

1. Гаррет Рейнс vs Рейвин Лорн — Победитель: Гаррет

2. Лия Сторн vs Тассер Мельвин

3. Эллис Ронар vs Кирл Освин

4. Мирек Сайр vs Хоран Блейд

5. Тарен Хальд vs Зэн Таррос

6. Вардо Гримм vs Феликс Морн

7. Юна Велл vs Дрейк Тау

8. Кайл Даррен vs Хельра Касс

9. Эйлин Фарн vs Норис Фейр

10. Маркус Винн vs Олден Стейл

11. Сейла Норм vs Гайред Ро

12. Арен Тельнор vs Мира Дорен

13. Кенри Лоус vs Жарек Сар

14. Тария Соль vs Ларн Брей

15. Денрик Солвар vs Хана Мейт

16. Финн Ред vs Тиваль Грон

17. Арриан Лин vs Кенард Фо

18. Джем Ванель vs Хисса Мот

19. Эстель Вира vs Ролан Кроу

20. Крос Эндир vs Мелин Арис

21. Хиро Тарен vs Селли Лан

22. Жоан Фарг vs Кардо Винт

23. Энна Кардель vs Ямир Кес

24. Рорин Сельвар vs Винс Хатт

Алек внимательно прочитал список, мысленно прикинув, кто из них был под его наблюдением. Турнир только начинался, а напряжение уже витало в воздухе.

Администратор турнира, мужчина в алом мантии с гербом Федерации на груди, вышел на арену и громко объявил:

— Уважаемые зрители и участники! Объявляется десятиминутный перерыв и рекламные паузы! Победители могут отдохнуть, перевязать раны и — самое главное — найти союзников для следующего этапа. Напоминаем, вас ждут сражения между отрядами!

Арена наполнилась лёгким шумом — магические экраны включили рекламу артефактов, боевых школ, зелий, а в специальных зонах появились заклинатели-лекари.

Пока большинство победителей переговаривались, прикидывая силу друг друга, началась яркая вербовка. Некоторые бросали взгляды с вызовом, другие — наоборот, с уважением.

— Мне нужен кто-то с магией поддержки! — кричал Маркус, держа руку в перевязке.

— А мне не нужны слабые! — отрезала Тария, оглядывая толпу.

— Погнали со мной! Я знаю, как побеждать, — нахмурился Зэн, — огненная магия и сила — всё, что нужно.

В это время шестеро бойцов уже собрались отдельно. Это был отряд, в котором находился Алек, хоть сам он и не участвовал — он был координатором и тактиком, принявший решение наблюдать со стороны. Все шестеро бойцов, которых он выбрал ещё до турнира, прошли в следующий этап:

Гаррет Рейнс — клинки и металл;

Лия Сторн — ветер и маневренность;

Тарен Хальд — холод и расчётливость;

Кайл Даррен — огненный штурм;

Эйлин Фарн — астральная магия и разведка;

Рорин Сельвар — воздушная ярость.

Они уже стояли вместе в тени трибун, переговариваясь слаженно. Алек держал в руках карту арены и схемы боёв.

— Мы не будем искать других. Наш отряд уже готов. Мы разные, но дополняем друг друга. Главное — держаться плана, — сказал он уверенно.

Они были собраны, молчаливы и уже выглядели как команда. Остальные группы всё ещё спорили, переговаривались, пытались перетянуть сильнейших. Но отряд Алека уже знал: время начинать настоящую игру — близится бой между командами.

Сигнал гонга возвестил о скором начале второго этапа турнира. Толпа загудела, зрители с нетерпением начали собираться ближе к аренам. Над стадионом активировались магические барьеры — зрелище должно было стать по-настоящему опасным.

Но не все смотрели на поле боя.

Трое незнакомцев стояли высоко на одной из закрытых трибун, лица скрыты под тенью капюшонов. Их аура ощущалась даже на расстоянии — плотная, чуждая, давящая. Они не говорили, лишь наблюдали за ареной, как будто искали кого-то.

Хайзенрих, один из старших судей турнира и агент Легиона, сидел у судейского стола, когда почувствовал их. Он повернул голову медленно, взгляд сузился. Он узнал этот тип присутствия.

— Я на минуту, — спокойно сказал он другим судьям и, не дожидаясь ответа, двинулся прочь.

Он прошёл вдоль верхней галереи, уверенно, но без лишней резкости. Когда он подошёл ближе, один из незнакомцев повернулся к нему. Они переглянулись — и без слов поняли, что знают друг друга. Хайзенрих кивнул и жестом указал на узкий проход в сторону тенистого холла за пределами трибун.

— Здесь не место для таких разговоров, — сказал он, сдерживая напряжение в голосе. — Пойдёмте.

Трое последовали за ним без лишних слов. Как только они скрылись из виду толпы, Хайзенрих активировал простую иллюзию, скрыв их от наблюдателей.

В глубине перехода тень стала плотнее. Один из незнакомцев заговорил первым — голос был низкий, глухой:

— Мы не пришли вмешиваться… пока. Но твой турнир — слишком шумный. Кто-то может начать задавать вопросы. А нам этого не нужно.

— Тогда скажите, зачем вы здесь, — холодно ответил Хайзенрих.

Второй из них чуть склонил голову:

— Один из участников… особенный. Нас интересует его рост. И его будущее.

— Имя?

— Пока нет. Мы лишь наблюдаем.

Хайзенрих сжал кулак, но сдержался. Он понимал — эти люди не обычные агенты. Их приход не случайность, и значит, тайна турнира станет глубже, чем казалось ранее.

— Но если вы попробуете что-то на арене, — сказал он угрожающе, — я вас остановлю. Лично.

— Это и делает тебя хорошим псом Легиона, Хайзенрих, — усмехнулся третий. — Но ты не будешь готов, когда он проснётся.

Хайзенрих ничего не ответил. Только посмотрел им в глаза. В этих тенях заворачивалась новая угроза.

В это же время арена уже бурлила — начался второй этап турнира, и команды стали выходить на поле.

На арене установилось напряжённое затишье — бой вот-вот должен был начаться. Вышли два отряда. Один из них — отряд Алека: Гаррет, Лия, Эллис, Мирек, Тарен и Юна. Все прошли через жёсткие поединки, но теперь им предстояло действовать как единое целое.

Сигнал прозвучал — бой начался.

Соперники сразу же пошли в наступление слаженно, используя продуманную тактику. Маг огня сдерживал переднюю линию отряда Алека, а два мечника обошли фланги. Гаррет и Мирек пытались отбить натиск, но без согласованности действия выглядели разрозненными. Лия и Эллис использовали магию слишком импульсивно, накладывая заклинания одно на другое, мешая друг другу. Юна едва не попала под удар, который должен был прикрыть Тарен, но он отвлёкся, ожидая команды, которую никто не дал.

Прошёл первый раунд — поражение. Алек, наблюдая с трибун, сжал губы, но остался молчалив. Он смотрел внимательно, но не вмешивался.

Во время перерыва между раундами напряжение повисло в воздухе.

— Ты зачем использовал магию, когда я уже готовила свою?! — выкрикнула Лия на Эллис.

— А ты почему не прикрыла спину Гаррету?! — парировал тот.

— Да потому что Тарен стоял как статуя! — встряла Юна.

Гаррет схватился за голову:

— Мы не против друг друга! Мы — отряд! Если будем ссориться — проиграем и всё.

Несколько мгновений тишины. Все перевели дух. Мирек, до этого молчаливый, вдруг сказал:

— Нам не нужно быть идеальными. Нам нужно просто слышать друг друга. Каждое движение, каждый шаг. Слушайте и думайте, не спешите.

Их взгляды пересеклись. Алек наблюдал за этим с лёгкой улыбкой. Он видел: момент истины произошёл. Они начали понимать друг друга.

Второй раунд начался слаженно. Гаррет принял удар на себя, Лия поддержала его щитом ветра, Эллис усилил его клинок магией. Тарен фланговал быстро, Юна прикрывала из тыла. Координация — с каждой секундой всё чётче. Соперники начали терять темп. К концу третьего раунда противники были повержены.

Отряд Алека прошёл дальше, раунд за раундом показывая всё лучшую слаженность. Они победили в полуфинале — трудный бой, но без паники, без ошибок. Спокойно. Силой духа и командной работы.

Финал был обеспечен.

Второй полуфинальный бой оказался ошеломляюще коротким. На арену вышли два отряда, но один из них буквально смял другого молниеносной атакой.

Победивший отряд состоял из:

Кросс Эндир — маг-телепортатор, мгновенно перемещался по полю, сбивая врагов с толку.

Рорин Сельвар — глухой танк с боевым молотом, сдерживал сразу троих соперников.

Хиро Тарен — маг молний, каждый заряд сносил с ног.

Тария Соль — мастер ближнего боя, ловкая и смертоносная.

Феликс Морн — маг иллюзий, сбивающий с толку даже судей.

Сейла Норм — маг щитов, их защита была непробиваема.

Их атака была подобна урагану. Соперники не продержались и двух минут.

Толпа на трибунах взорвалась:

— "Эн-дир! Эн-дир!"

— "Тария! Тария! Тария!"

— "Сейла лучшая!"

Отряд Алека стоял в стороне, и каждый участник чувствовал нарастающее давление. Гаррет опустил глаза, Юна крепче сжала посох. Мирек тяжело вздохнул, а Лия мрачно смотрела на арену.

— "Как нам победить таких?" — выдохнула Эллис, не отрывая взгляда от трибун.

И в этот момент рядом с ними оказался Алек. Он подошёл спокойно, с лёгкой улыбкой.

— Не бойтесь проигрыша, — сказал он. — Турнир — это испытание. Но в Легион берут не тех, кто всегда побеждает. А тех, кто умеет вставать. Тех, кто не бросает своих. Тех, кто сражается вместе — как вы.

Он посмотрел каждому в глаза.