Легенды Мелизоры-3. Пробудить бога

Глава 1. Призрак с пустыря

ЛЕГЕНДЫ МЕЛИЗОРЫ

Книга 3. ПРОБУДИТЬ БОГА

(Первая книга здесь: https://author.today/reader/126171/1007095 )

Глава 1. Призрак с пустыря

В подземелье было темно и душно. Раскаленный воздух скреб гортань, а вонь, словно от смеси свежего мяса и тухлятины, заставляла задерживать дыхание. Я шел, стараясь не наступать на валяющиеся под ногами камни. Мне нужно, очень нужно было дойти до большого зала незамеченным. И потому пробирался я тихо, осторожно.

Как бы узнать, где этот главный зал? В такой темноте даже слепой может дать мне фору со своим обостренным восприятием. Пошарив на ощупь, я наткнулся на шершавую стену. Значит, пока коридор. Сделал еще несколько шагов, снова поводил рукой и на этот раз никакой преграды не обнаружил.

Вспыхнувший свет застал меня врасплох, я вздрогнул и остановился. Даже не свет – мерцающее красно-багровое марево разлилось вокруг. В его сиянии я увидел Утреса, точно такого, каким он отлит в статуе темного храма: высокий, широкоплечий полудемон, с крыльями за спиной и косой смерти на плече. На сей раз на нем не было мантии с капюшоном, скрывающим лицо, и я смог рассмотреть покатый, нависающий над глазами лоб с блестящими, словно отполированными рогами и растянутый в подобии улыбки рот с парой торчащих клыков. А вот носа не было. На его месте зияли две уродливые дырки-ноздри. Длинные черные волосы были откинуты назад и заплетены в толстую косу, которую придерживала пряжка в виде черепа. В багровом свете кожа темного бога казалась огненно-красной. Я смотрел на него, затаив дыхание: какое же отвратительное и жуткое существо!

Украдкой оглядевшись, я понял, что нахожусь в огромном помещении, стены которого даже не угадывались. Везде мерцало красное марево, а вот рядом с Крехом оно сгущалось, становясь бордово-черным, словно он поглощал свет. Впрочем, возможно, так оно и было.

Бог Тьмы пристально смотрел на меня, но в его глазах я не различал ни зрачков, ни белков, просто два черных провала.

– Ты избранный, – наконец прогудел он, – ибо тебе дарована честь созерцать мой лик.

Сглотнув подступающий к горлу комок, я усмехнулся.

– Мне следует умереть от счастья?

Может, он и не ожидал такой наглости, но ничем этого не выдал. На его лице, если эту жуткую рожу можно так назвать, не дрогнул ни один мускул, низкий голос почти не изменился, в нем лишь появились требовательные нотки.

– Тебе следует помочь Марселю.

Опять завел свою песню. Скоро будет повторять ее, как мантру. Но и я не устану отказываться.

– Нет!

Уголок его губ дрогнул в саркастической ухмылке.

– Твоего согласия никто не спрашивает, глупый смертный. Тебе придется это сделать – таково желание самой праматери Мелизоры.

Склонив голову набок, я задумчиво (хотя и не без внутренней дрожи) разглядывал Утреса. В самом деле, чего это я заладил – нет да нет? Почему бы не узнать, что ему от меня надо?

– И в чем же должна заключаться моя помощь?

И снова его лицо осталось неизменным: похоже, он не сомневался, что я соглашусь.

– Сейчас – сдашь Треглав моим сторонникам.

Бипер тут же сообщил:

Получено задание: Открыть городские ворота.

Как говорится, скромненько, но со вкусом. Еле сдерживая злость, я молча повернулся и двинулся к коридору, которым сюда пришел.

– Стой!

Я не выдержал. Обернулся и бросил ему в лицо:

– Из-за тебя погибли миллионы людей! Ты убил моих родителей, заразил сестру! И теперь хочешь, чтобы я помогал?!Да ни в жизнь! Гори в аду, урод!

Нельзя так с богами, ох, нельзя. Утрес дернулся, словно от пощечины, мгновенно расправил крылья и ринулся на меня. Я рванул прочь, в коридор, окутанный багровым туманом. Споткнулся о камень, упал, вскочил, чувствуя за спиной горячее дыхание Креха.

– Ха! – выкрикнул он.

Воздух дрогнул и вокруг что-то неуловимо изменилось. То же марево, те же стены – так в чем дело?

В очередной раз оступившись, я грохнулся на пол, и меня охватил леденящий ужас: вместо камней вокруг лежали живые человеческие сердца. «Тук-тук, тук-тук», – бились они в унисон. В животе все скрутилось в тугой клубок, я прижал ладонь ко рту, боясь, что меня стошнит. А наверху уже хлопали адские крылья.

Опустившись на землю, бог склонился надо мной, и я приготовился к смерти.

– Вставай!

Но сил пошевелиться не было. Получилось только зажмуриться, чтобы не видеть кошмарных сердец.

«Тук-тук, тук-тук...»

– Вставай!

Он положил руку мне на спину, и по телу пробежал обжигающий холод…

– Вставай! – снова раздалось над ухом. – Ну вставай же!

Я открыл глаза и резко отшатнулся: рядом сидела девочка и с любопытством рассматривала меня. Туго стянутые косички топорщились в стороны, а из-под легкого розового платья выглядывали ободранные коленки. Вроде совсем обычная девчонка-сорванец лет десяти, только... полупрозрачная. Чтобы избавиться от наваждения, я махнул рукой и едва не треснулся о дымоход, потому что ладонь свободно прошла сквозь ее тело.

– Ты кто?!

– Фрося, – просто ответила она.

Переведя дыхание, я внимательно посмотрел на нее. В руках сшитая из лоскутов тряпичная кукла с торчащими из швов соломинками. Причем не призрачная, а вполне настоящая. Опасности от девчонки не чувствовалось, и я понемногу успокоился.

– Та-ак... И что ты здесь делаешь?

– Живу.

Хм... Я огляделся – лежу на своей собственной печи, укрытый привычной рогожкой.

– С каких пор?

– Давно, – тряхнула она прозрачными косичками, – много лет.

– А где, по-твоему, живу я?

Не оценив сарказма, Фрося беспечно улыбнулась.

– Не знаю, мне все равно. Главное, уходи отсюда поскорее.

Я почувствовал, что начинаю терять терпение. Рывком сел, чуть не стукнувшись головой о потолочную балку, и пристально посмотрел ей в глаза.

– Давай, рассказывай подробно. Откуда ты взялась, почему такая... эмм... необычная, и что тебе вообще от меня надо.

– Ты глупый, да? – участливо спросила она. – Говорю же – я Фрося, живу здесь давным-давно. А прозрачная... Эка невидаль, обыкновенный призрак.

Об этом я и сам догадался. Вообще, если посмотреть со стороны – сижу на печи в избушке на курьих ножках, беседую с привидением... Пипец. Какие еще сюрпризы припасет мне Мелизора?

Получено достижение – Говорящий с призраками. Вероятность счастливого события: +0.1%.

– Ясно, – вздохнул я и полез вниз по приставной лестнице. – Пойдем завтракать, что ли.

Пока я умывался, Фрося проплыла сквозь беленый дымоход и уселась на лавку.

– Ты что, не знаешь, что призракам еда не нужна?

– Видишь ли, – усмехнулся я, – у меня не очень много знакомых призраков. Так что не обессудь, буду иногда говорить глупости. А если тебе это не нравится, то катись, откуда пришла.

– Я не приходила! – взорвалась вдруг она и сразу стала куда менее прозрачной. Мне даже удалось разглядеть румянец на ее щеках. – Это ты пришел, так что сам и катись!

Н-да, ничего себе утро начинается. Мало того, что мы полночи через орды нежити прорывались в Треглав, а потом мне приснился этот жуткий сон, так еще и истеричное привидение на мою голову свалилось.

– Слушай, ты мне надоела. Сделай так, чтоб я тебя долго искал.

– Ах ты нахал! – завопила Фрося, и в этот момент избу тряхнуло.

– Хватит орать! – рявкнула Василиса. – Чай, не дома. Сказал тебе хозяин уходить, значит, выметайся! А ты, милок, забирай кашу-то, готова.

Я невозмутимо достал из печи чугунок и сел за стол. Девчонка, растерянно похлопав глазами, наклонилась ко мне и шепотом спросила:

– У тебя изба, что ль, говорящая?

– Угу, – буркнул я с полным ртом.

– Здо-орово, – по-детски восторженно протянула она. – Мне б такую.

– Значит, ты все-таки согласна, что это мой дом?

– Да твой, твой, – глаза ее сердито блеснули. – Но ты поставил его на тот кустик, в котором я живу. А на нем, между прочим, цветочки растут!

Ах вот оно что! Принято считать, что призраки обычно живут в старых замках, но Фрося, видимо, проигнорировала традицию. А Василиса, получается, водрузилась прямо на ее жилище. М-да, нехорошо получилось.

Тем не менее, я вздохнул с облегчением: теперь хотя бы понятно, почему здесь появилась эта пигалица. Надо просто сообразить, как ее отсюда выпереть.

– Что ж, не проблема, – бросив недоеденную кашу, я встал и направился к двери. – Сейчас все осмотрю, Василиса немного отойдет, и твое место освободится.

Но Фрося вдруг взмыла ввысь и зависла над столом.

– Ну уж нет! – надрывно вскрикнула она. – Мне здесь нравится, так что я остаюсь.

– Ты совсем обалдела с голодухи? – возмутилась изба. – Ну-ка убирайся отсюда!

В тот же миг пол пошел ходуном, стены заскрипели: Василиса, не на шутку рассердившись, затопала ногами. Я ухватился за столешницу, краем глаза пытаясь углядеть, не свалился ли филин. Где он, кстати?

Девчонка, вися в воздухе, звонко рассмеялась.

– Ха-ха, забавная избушка! Ты меня не выгонишь, и не мечтай.

– Василиса, и правда, завязывай, – заорал я. – Призраку от твоего топанья никакого ущерба, а вот потолок может рухнуть.

Она неохотно остановилась и долго еще недовольно бормотала себе под нос. Впрочем, о чем это я, откуда у избы нос?

Я повернулся к Фросе, намереваясь продолжить выяснение отношений, но в этот момент в окно влетел Диоген.

– Где тебя носило?

– На рынок слетал, ознакомился с местными предложениями, – важно ответил он. – Шмот у нас, скажу я тебе, никакой по сравнению с тем, что продают здесь. Кладенец, кольчуга и плащ, конечно, хороши, но остальное надо менять.

Нормально так? «У нас»! Давно подозревал, что он все мое своим считает. Как, впрочем, и Василиса.

Тут филин заметил призрака и испуганно попятился, едва не свалившись с подоконника. Пришлось в двух словах объяснить, что к чему. Он пару раз хлопнул глазами-блюдцами и, нахохлившись, спросил:

– Это что ж, она теперь с нами жить будет?

Я развел руками – подозреваю, от Фроси без ее на то желания нам не избавиться. И снова направился к двери.Но тут она открылась, и в избу ввалился запыхавшийся Серега.

–Димыч, что случилось?! – рявкнул он с порога.

– Да вроде ничего. Здорово, Серый.

– Блин, напугал. Прива. Чего молчишь, раз все путем? Я тебе на бипер пять сообщений скинул.

Покрутив браслет, я и правда нашел с полдюжины взволнованных месседжей.

– Сорян, спал, не видел.

– Еле тебя нашел, – усмехнулся Серега. – Нехило ты забрался. Хорошо, Диогешу встретил, он показал дорогу. Пожрать есть чего? А то на постоялом дворе дали какую-то бурду.

Пока я вываливал остатки каши из чугунка в плошку, к нам подплыла Фрося.

– А со мной почему не здороваешься? – едко спросила она у Серого.

Тот застыл, похлопал глазами, как недавно филин, и с усилием откашлялся.

– Димон, ты нового питомца завел? – покосился он на меня.

– Сам завелся.

– Ага, как таракан, – буркнул Диоген.

Фрося не на шутку обиделась и заверещала так, что у нас заложило уши. Серега попытался приложить ее дубиной, но та прошла сквозь бесплотную негодяйку, не причинив ни малейшего вреда.

– Не ори! – рявкнул он и повернулся ко мне. – Я че хотел-то, Димыч... Тут, оказывается, данж есть, где-то на востоке города. Все наши туда нацелились. Пойдешь?

–Лады, но сначала мне надо сбегать в ратушу, позвонить другану на Большую землю. А ты пока займись кашей.

– О, каша это тема! Маякни на бипер, как освободишься.

Взяв суму и Кладенец, я открыл дверь и, игнорируя лестницу, спрыгнул вниз. Отошел на несколько шагов и огляделся. Ага, вот и куст с яркими цветами, про который говорила Фрося. Огромная куриная лапа наполовину придавила его к земле.

– Василис, сделай пару шагов вправо, только осторожнее. Во, норм, теперь Фрося может вернуться в свой любимый куст.

Вокруг расстилался заросший бурьяном пустырь. Рядом ни одного самого захудалого домика, даже будки. Он располагался на возвышении, с которого прекрасно просматривался город. Теснившиеся друг к другу красные и синие черепичные крыши в лучах утреннего солнца сливались в единое лоскутное одеяло, простроченное серыми узорами улиц и переулков. Над пестрым полотном кварталов нависали знаменитые башни Треглава, украшенные разноцветными мозаиками, резными окнами, каменными барельефами. А навершия башен напоминали плод фантазии безумных шляпников.

Интересный городок, прикольный. И Утрес требовал, чтобы я сдал его силам Тьмы? Обломись, урод.

Осмотревшись, я повернулся к избе.

–И нафига ты тут встала? Получше места не могла найти?

– А то не видишь? – обиженно поинтересовалась Василиса. – Глянь, как тесно здесь дома стоят, не протиснешься. Если где и нашелся бы клочок земли, так все равно сделаешь шаг в сторону и все бока обобьешь. А без движения, сам понимаешь, нельзя, так и отек ног получить можно. Али ты хочешь, чтобы мои изящные ножки превратились в слоновьи?

Я только крякнул. Ладно, пусть стоит тут, а мне пора бежать в ратушу, звонить Михе. Но едва сделал пару шагов, как из окна вылетел Диоген.

– Я с тобой.

Ага, как будто я не помню, что в прошлый раз он мне не дал с Аринкой поговорить.

– Не, дружище, для тебя есть важное дело. Сначала слетай на постоялый двор, найди Марусю, и передай ей вот эту розу.

Я сорвал с Фросиного куста цветок (а что, имею полное право, она вон что творит в моем доме).

– Это шиповник, а не роза, – филин обреченно вздохнул и покачал головой, сетуя на мою безграмотность.

– Да пофиг. Передай, короче. Потом возвращайся в избу, пригляди за Фросей, чтобы она не мешала Серому завтракать. Ну, и чтобы с Василисой не ссорилась, а то та сгоряча побьет посуду. Никому, кроме тебя, доверить это не могу. Справишься?

Диоген напыжился и важно кивнул.

– Естественно.

Получено достижение – Лжец 1 ур. Вероятность счастливого события: -0.1%.

Чтоб тебя...

Глава 2. За Поганым каналом

Идя по пустырю, я задумался, и вдруг слева мелькнуло что-то черное. Повернулся – вдалеке шел человек и явно спешил. Сердце на миг сбилось с ритма: Марсель! Дьявол, откуда он взялся?! Как прошел через кольцо антимагии?

Ну, уж в этот раз я его не упущу! Вот только прежде, чем вступить в бой, неплохо бы узнать, куда он направляется. К тому же, не факт, что я справлюсь с ним. Позвать Серого? С одной стороны, двое на одного совсем не айс, с другой, никак нельзя позволить Максу уйти. Блин, что делать-то? Ладно, сначала прослежу за ним, а там видно будет.

Шагнув за ближайший куст, я затаился. Марсель быстро шел в сторону жилого квартала. Но не того, что я видел, выйдя из избы. Этот находился с противоположной стороны возвышенности и совсем не походил на другие. Он был застроен черными, покосившимися, местами полуразвалившимися домами. То ли там случился пожар, то ли все прогнило от старости. Странно, что не сносят и не ремонтируют. Походу, я поторопился назвать этот район жилым.

Дождавшись, когда Макс спустится к подножью холма, я вылез из своего укрытия и осторожно направился следом. Некоторое время его спина маячила передо мной, но вот он свернул за разросшийся ракитник и исчез из виду. Прошла минута, другая – Марсель не появлялся. Аккуратно приблизившись, я немного подождал, а потом решил рискнуть. Обошел кустарник, и... в спину мне уперлось твердое острие.

– Меня ищешь?

Я медленно повернулся. Макс насмешливо улыбался, держа в руке фламберг.

– Ох, и надоел ты мне, Рокот, – закатив глаза, фыркнул он.

И немедленно бросился в атаку. Я едва успел увернуться и выхватить Кладенец, как он сделал выпад. Потом еще и еще один. Причем, как мне показалось, довольно неумело. Но вглядываться времени не было. Отбившись от нескольких настойчивых ударов, я сам перешел в наступление. Раз – мой клинок впился Максу в плечо. Два – пропорол ему бедро. Он застонал и стал пятиться. Да что происходит?! Выглядит так, словно Марсель за пару дней растерял все свои навыки. Или он меня просто заманивает?

В этот момент Макс перекинул фламберг в левую руку, а правую направил в мою сторону. Я не успел подскочить, как с его пальцев сорвалась молния и долбанула мне в грудь. Внутри горячей волной разлилась боль, я закашлялся и отступил. И тут же меня догнал крутящийся золотистый шар, от которого полыхнуло в глазах. Кладенец выпал из ослабевших рук, ноги подкосились, а бипер начал печальную трель. Я упал навзничь, в помутившемся сознании мелькнула мысль – проиграл. Теперь Марсель сможет безнаказанно творить свои черные дела.

Он наклонился надо мной, занес меч и... воткнул клинок в землю рядом с моей головой.

– Живи, призыватель... пока. Еще не время, сейчас мне нужно получить ее раньше тебя.

С силой выдернув фламберг из земли, Макс ногой отшвырнул мою суму и ушел. Приподнявшись на локте, я посмотрел ему вслед. Он уверенно двигал в направлении почерневших домов.

Елки-палки, что это было?! Когда Марсель умудрился обучиться магии, да еще такой силы? Я даже приблизиться к нему не успел, два каста, и все – я почти труп.

Ладно, не время себя жалеть. С трудом дотянувшись до сумы, я достал сразу три зелья здоровья и залпом выпил. Браслет наконец стих, мышцы налились силой, рука нащупала рукоять Кладенца. Странно, кстати, что Макс его не забрал. Впрочем, возможно, он знает, что для других мой меч неподъемен.

Я вскочил и побежал следом за Марселем. Его уже не было видно, но примятая трава указала направление. Мне не составило труда идти по его следу. Теперь уже не было смысла скрываться, пусть знает, что за ним погоня. Сразимся снова. Только в этот раз буду осторожнее и не дам закидывать себя заклинаниями.

Приблизившись к полуразрушенному сараю, я завернул за угол и нос к носу столкнулся с двумя стражами. За их спиной виднелся бородатый монах лет пятидесяти в голубой рясе.

– Стоять! – рявкнул один из стражников, дородный и красноносый. – Куда прешь? В Сырые подвалы захотел?

– Никуда я не захотел! Гонюсь за одним негодяем. Не видели случайно? Молодой парень во всем черном.

Красноносый в недоумении посмотрел на напарника. Тот фыркнул и сказал, обращаясь к нему:

– Не слушай его, Корень. Небось, специально выдумывает, чтобы оправдаться.

– Да вот же, смотрите, он здесь шел! – я ткнул в дорожку примятой травы.

Увы, в трех метрах от нас шла широкая земляная тропа. Видимо, по ней Макс и усвистал, потому что на другой стороне его следов не было.

– Так ты сам ее вытоптал, – возмутился красноносый и схватил меня за локоть. – Пошли!

Но тут вперед шагнул монах. Он внимательно посмотрел мне в глаза и спросил:

– Ты, часом, не один из тех, кто ночью прорвался через нежить в город?

– Ну да, а что?

– Ясно. Мы здесь уже больше часа, и никого не видели, – он повернулся к стражам: – Отпустите его. Видимо, доблестный воин повредил в бою голову, вот ему и мерещится всякое.

Я скептически усмехнулся, но промолчал. Конечно, никаких глюков у меня не было, но пусть себе думают, что хотят.

– Тебе вообще куда надо? – спросил тем временем красноносый, отпустив мой локоть.

– В ратушу.

– Эва ты забрел! Обойди вот этот холм, – он ткнул в сторону возвышенности, где стояла Василиса, – там перейдешь через Поганый канал, потом прямо по улице до третьего перекрестка.

– Ладно, иди, – хмуро сказал второй страж. – Но еще раз попадешься здесь – пеняй на себя.

Расставшись с ними, я побрел в указанном направлении. Сложно представить, что все трое покрывают Макса, значит, действительно его не видели.

Так, спокойно. В первую очередь надо предупредить наших, что морок в городе. Я на ходу отбил сообщение Элмеру, и вскоре получил ответ:

Ерунда. Нахожусь на стене и вижу Марселя за кольцом антимагии.

Что за чушь? Помедлив, я уточнил:

Вот прямо сейчас? В эту минуту?

Бипер тут же пискнул:

Да!

Охренеть! Сколько времени прошло с нашей битвы, минут пятнадцать? Как Макс успел за это время выбраться из города? Нет, все это не лезет ни в какие ворота: проникновение Марселя в Треглав, его внезапно открывшиеся магические способности, мгновенные перемещения из точки в точку...

Ответ на все вопросы пришел разом. Маскировка! Ну, конечно! Со мной дрался не Макс, а кто-то другой. Причем маг, и весьма мощный. Похоже, у меня появился еще один враг, хитрый и сильный. И он знает, что я люмен.

Я обошел холм, и путь мне преградил широкий ров с мутной застойной жижей. Благоухал он так, что перепрыгивать пришлось, зажав нос.

Пройдя еще немного, я очутился на маленькой улочке. Отсюда город не казался столь нарядным, как с высоты пустыря. Наоборот, скорее напоминал поселение эпохи темного средневековья, какими их обычно изображают в фильмах. Улица была настолько узкой, что, как говорится, на ней вряд ли разъехались бы два всадника. Булыжники мостовой лоснились жиром, а промежутки между ними заросли серым от грязи мхом. Вдоль дороги, почти у самых домов, по выдолбленной канаве протекал мутный ручей, видимо, один из тех, что наполнял ров нечистотами.

Улица пустовала, только двое чумазых мальчишек топтались у канавы и что-то обсуждали. Поравнявшись с ними, я увидел, как они с азартом подталкивают по мутному ручью кусок коры с соломинкой, на которой трепетал пожелтевший лист подорожника. А под этим импровизированным парусом сидела крыса и смотрела вперед умными глазами-бусинками. Ясно, будущие мореходы.

Я задумчиво двинулся дальше. Из головы не выходила драка с Марселем. Вернее, с неизвестным, маскирующимся под него. Интересно, кто же этот гад, и почему он меня не убил.

Справа скрипнула дверь, и мелькнуло черное одеяние. Опять он?! Но нет: из обшарпанной лавчонки вышел невысокий мужчина лет сорока с худым лицом и орлиным носом. На его плечах красовался темный плащ с серебряной вышивкой в виде пикирующей птицы.

– Спасибо, Ронда, – тихо прозвучал хрипловатый голос. – На днях пришлю к тебе человека за следующей партией.

Ответа я не расслышал. Мужчина закрыл скрипучую дверь, засунул за пазуху внушительный сверток и огляделся. Посмотрел на меня, недовольно нахмурился. В этот момент один из мальчишек, тыча пальцем в мою сторону, заорал:

– Мама, мама! Он с пустыря пришел!

На крик вышла грузная женщина с ведром, наполненным мыльной водой. Свободной рукой она поправила фартук и устало посмотрела на меня. Видимо, не почувствовав никакой опасности для своих отпрысков, выплеснула содержимое ведра прямо на мостовую и вернулась в дом. Я еле успел отскочить и чуть не сбил мужика в темном плаще.

– Полегче, ненормальный, – проворчал он, но вдруг его лицо удивленно вытянулось. – Постой, ты же Рокот?

– И что?

– Видел, как вы ночью прорывались. Отличная работа! Меня зовут Гор, как египетского бога, – он доброжелательно улыбнулся и поднял согнутую в локте руку, демонстрируя татуировку. Возле ника светились цифры два и пять. – Но ты можешь называть меня Егором.

Я пожал протянутую ладонь. Двадцать пятый уровень, не кисло. Мне до такого еще качаться и качаться.

– А ты, смотрю, отчаянный, – продолжал мой новый знакомый. – Только появился в городе, и сразу решил поживиться в Гиблом квартале? Не советую туда ходить. Странно, что тебя не сцапали охранники. Кого там засекут, на месяц запихивают в темницу, мэр Стефаний приказал.

Похоже, он имеет в виду развалины у пустыря.

– Не понял. Чем поживиться?

– Говорят, там припрятано золотишко. Деталей не знаю, но нечисти в тех местах море. Один из наших, Колька Самурай, решил попытать счастья в Гиблом квартале, но не вернулся, сгинул. А он, между прочим, был одним из лучших бойцов... – глаза Егора вдруг округлились, и он воскликнул: – Ох, ни фига себе! Все-таки какая-то гадость к тебе прицепилась!

За моей спиной послышались вопли мальчишек и шлепанье убегающих ног. Я обернулся. Мать твою, Фрося! Этого еще не хватало. С одной стороны, конечно, хорошо, что Серый сможет спокойно поесть, но…

– Это ты меня гадостью назвал? Запомни, Фрося я, Фрося! – завопила девчонка и вихрем кинулась на обидчика.

Я прекрасно понимал, что призрак никак не сможет ему навредить, но Егору, похоже, это было неизвестно. Выхватив кинжал, он попятился, споткнулся о стоящий у дома ящик и растянулся на мостовой. Из-за пазухи вывалился увесистый кисет, из которого со звоном высыпалась куча монет: медных, серебряных, золотых. Такую гору денег мне еще не приходилось видеть на Мелизоре.

– Фрося, что же ты творишь?! Вот выгоню тебя! – рявкнул я.

Само собой, прогнать ее мне не под силу, но как-то нужно отреагировать.

– А чего он? – потупившись, как обыкновенный нашкодивший ребенок, прогнусавила она.

Чувствуя себя виноватым, я бросился помогать Гору, который в это время ползал на четвереньках и собирал рассыпавшиеся монеты. Засунув последнюю в кошель, он кинул на меня благодарный взгляд и сказал:

– Извини, не думал, что это твой пет. Слушай, Рокот, а давай отметим наше знакомство? Угощаю. У меня к тебе есть одно предложение. – Он помялся и добавил: – Только не говори никому, что видел эти деньги, ладно?

– Лады, – кивнул я.

– Через пару домов есть маленькая харчевня. Предлагаю там и приземлиться. Лучше бы, конечно, поближе к центру города, там поцивильнее, но со свободным временем у меня не очень.

Согласился я без раздумий – позавтракать толком так и не удалось, о чем активно намекало бурление в животе и надпись на татушке:

Сытость: 83/180

А за едой, глядишь, узнаю что-нибудь интересное. Все равно с Фросей на хвосте с другими фиг побеседуешь, эта зараза любого напугает. А информация мне нужна позарез, я ведь даже дороги до ратуши толком не знаю. И мы направились в харчевню.

Ночью, едва войдя в город, я настоял на немедленной отправке Фиолов. Лохматый здоровяк, похожий на Хагрида, тот, что первым приветствовал нас при входе, оказался мэром Треглава Стефанием. По просьбе старосты он лично проводил меня в ратушу, отомкнул ее и помог сделать все, что нужно. Пока я, обалдев от радости, отдыхал в мягком кресле, он о чем-то шептался в соседней комнате с Элмером. Чую, речь шла обо мне. Скоро каждый встречный будет знать, кто в Мелизоре люмен.

– Вроде здесь, – отвлек меня от размышлений голос Гора.

Название на вывеске вполне аппетитное – «Хрустящая корочка». Звучит. А вот внешний вид заведения не вдохновлял. Даже трактир Пантии по сравнению с этой забегаловкой казалась дворцом. Стены облуплены, дверь перекошена, прямо возле входа гора отходов. Санэпидемнадзор прикрыл бы эту лавочку, даже не заглядывая внутрь.

Гор по-хозяйски распахнул дверь и вошел в харчевню. Ее внутренне убранство тоже не вызывало благостных чувств: покрытый копотью потолок белым был, наверное, лет сто назад, в углах свисала паутина, а сквозь давно не мытые окна с трудом пробивался дневной свет. В крошечном обеденном зале еле помещались два грубо сколоченных массивных стола. И никого, кроме нас, не наблюдалось.

Мы уселись на шершавую скамью. Гор придвинул к себе деревянную плашку, на которой были вырезаны названия блюд с ценами, и забубнил под нос, бегая по ней взглядом:

– Пиво трех сортов, сваренное на воде из Кристального источника, что у Северного холма…Кабаньи ножки, обжаренные на углях до золотистой кожицы…Капуста, томленая с потрохами свинощетина в глиняном горшочке… Бараньи колбаски, шкворчащие на маленькой чугунной сковородке…

От таких аппетитных названий рот наполнился слюной. Ладно, фиг с ним, с антуражем, лишь бы накормили быстро и вкусно.

– Где этого трактирщика носит? – недовольно пробурчал Егор и громко крикнул, ударив ладонью по столешнице: – Эй, хозяин, неси сюда самое лучшее!

Из-за хлипкой двери позади стойки показалась сонная небритая морда:

– Че горланишь? Нету ничего, пуст…

Морда, проглотив незаконченную фразу, вдруг вытянулась и замерла с открытым ртом. Я с недоумением обернулся. Понятно, чего еще ожидать: Фрося просочилась сквозь уличную стену и пристроилась рядом со мной на скамье.

– С нечистью нельзя, – выдавил пришедший в себя трактирщик.

– А ты попробуй, выгони, – игриво ответила девочка. – Пока их не накормишь, не уйду.

Он поморщился, скрипнув зубами, и поменял цвет лица с бледного на красный.

– Говорю же, нету ничего. Как началась осада, так запасники и опустели. Вы готовы прорваться через нежить в лес и принести дичи? А может, сходите к плантациям у Северного холма за овощами и фруктами? А? То-то же.

Сказав это, он исчез за дверью, и Фрося тут же метнулась следом.

– Куда это она? – удивился Егор.

– На разведку, наверное.

И в самом деле, через минуту девчонка материализовалась возле нас и гордо сообщила:

– Врет он, и кладовка, и погреб битком набиты.

– Вот ведь хапуга, – прошипел Егор. – Специально придерживает, ждет, пока цены подскочат, спекулянт проклятый. Ну ничего, сейчас я ему устрою спектакль. – И заорал дурным голосом: – Эй, хозяин!

В зал тут же вкатился трактирщик. Реально вкатился! Когда он выглядывал из-за двери, его габаритов не было видно, а сейчас он предстал во всей красе. Голова оказалась непропорционально маленькой по сравнению с необъятным телом. Даже через одежду читались свисающие складки жира, которые колыхались при каждом шаге, словно наполненный водой надувной шарик. Это был не просто толстяк, а три толстяка в одной шкуре. И как только под такой тушей не подламываются короткие ножки?

– Что еще?

Гор бросил на стол кошель, несколько монет высыпалось на столешницу. В глазах толстяка сверкнула неприкрытая алчность. А Егор взял из кучки один золотой и принялся подкидывать его в воздух. Трактирщик, словно загипнотизированный, смотрел на сверкающую монету, следя за ней взглядом. Вверх-вниз, вверх-вниз.

– Я слышал, в вашем заведении отменные угощения, – нарушил гипнотическую паузу мой новый знакомый и, кивнув на меня, добавил: – Сегодня мой друг вступает в клан, и мы хотели бы устроить маленький праздник по этому поводу. Готов заплатить тройную цену.

Глава 3. «Хрустящая корочка»

Толстяк моргнул, не отрывая взгляда от монеты, и провел языком по пересохшим губам. Затем поднял дрожащую руку и прошептал:

– Милостивые господа, что же вы сразу не сказали, что вы… что вы… Я-то подумал, очередные бродяги. Сейчас, сейчас… – С резвостью, совсем не свойственной для такой комплекции, он поскакал в подсобку.

– Наши деньги встанут ему поперек горла, – ухмыльнулся Гор. – А насчет клана я сказал не просто так, это и есть мое предложение. Я замглавы «Серых ястребов», отвечаю за финансы и кадры. Согласишься – не пожалеешь, будешь набирать уровни как на дрожжах. В одиночку все гораздо сложнее. Во-первых, когда кто-то вырастает из оружия или шмота, он сбрасывает ненужное на клановый склад. Там все можно брать по дешевке, без наценки посредника, а то и вовсе бесплатно. Во-вторых, у кланов есть доступ к специальному аукциону, где продаются рарные артефакты. Ну, и еще целый вагон плюшек, не считая взаимовыручки и поддержки товарищей. К тому же, наш клан один из самых сильных в Треглаве, и мы приглашаем к себе далеко не каждого.

То, что здесь были кланы, меня нисколько не удивило, они во всех играх есть. И то, что в одиночку бегать менее выгодно, я тоже понимал. Но идти вот так, в первый попавшийся, ни в чем не разобравшись...

– Подумаю. Дай осмотреться.

– Подумай, подумай. Хорошие подъемные и должность гарантирую. И друзей своих зови, всех возьмем. Нам такие люди ох как нужны. Никогда не забуду ваш прорыв в город. Я вчера как раз на стене дежурил.

И тут у меня возникла шальная мысль: а вдруг Марсель каким-то чудом проник в город вместе с нами? Бред, конечно, но мало ли. Поэтому я спросил:

– Не помнишь, среди нас не было парня в черных доспехах?

– Это как те, что вечно снуют верхом вдоль кольца антимагии? Не-а, не было.

– А вообще в город как-то пробраться можно? Ну, чтобы незаметно.

– Шутишь? – засмеялся Егор. – Тогда бы вся нежить уже здесь обитала. Нет, попасть сюда можно только вашим способом. Но вы орлы, конечно. Я думал, все, конец вам, столько нежити вокруг. Мы хотели ринуться на помощь, да мэр запретил, сказал, типа очень сожалеет, но город из-за вас терять не готов, – Гор говорил отрывисто, глаза горели, видно, битва его здорово зацепила. – И тут эти огромные обезьяны…

– Горные Великаны, – поправил я.

– Пусть так. Шикарная операция! Когда вы вошли в ворота, а их оставили, я решил, что эти волосатые переростки – так, расходный материал. И что нежить не даст им уйти. Но вы, оказывается, и это продумали. У меня чуть глаза не вылезли, когда из земли стали выкапываться змеи, и у каждой в пасти по свитку телепорта. Минута – и все, нет Великанов. Просто блеск!

Фрося слушала рассказ, глядя на меня с восхищением.

– Так ты герой? – с детской непосредственностью воскликнула она.

– Даже больше! – хмыкнул Егор.

Он еще что-то восторженно говорил, но я не слушал, погрузившись в мысли об этом безрассудном прорыве. Вспомнилось сосредоточенное лицо Маруси, целящейся в черного всадника, окровавленный Серега, прикрывающий меня, улыбающийся Гаррах… Как я мог поступить столь опрометчиво? Подставил под удар кучу народу, а Светку и вовсе угробил.

От мысли о ней защемило сердце. Как ни старались лекари ее откачать, ничего не получилось. Она погибла, приняв удар, предназначенный мне. Ее смерть на моей совести, от этого уже не отмотаться. Хорошо хоть Великаны остались живы. Спасибо, Вуивра, королева змей!

– Как надумаешь, свяжись со мной через Наруч Отражения, – прервал мои размышления Гор.

Ответить я не успел – в обеденном зале появился трактирщик со здоровенным подносом, заставленным дымящимися тарелками. На лице заискивающая улыбка, вместо засаленной рубахи – белоснежный фартук, голову украшает высокий накрахмаленный колпак. Но самое потрясающее – за ним вылетела стайка маленьких птичек. Пичужки рядком уселись на полке и разом затянули:

Отбросив меч и щит блестящий,

Где зверский голод утолить?

Где пива аромат пьянящий

Заставит горести забыть?

Трактирщик, тряся телесами, пританцовывал; казалось, даже посуда на подносе позвякивала в такт песне.

Лишь в ко-, лишь в ко-, лишь в «Корочке хрустящей»!

Там го-, там го-, там голод утолить!

Лишь в ко-, лишь в ко-, лишь в «Корочке хрустящей»!

Несча-, несча-, несчастье утопить.

Дурдом на выезде!

– Вот это преображение! – восхитился Егор. – Прямо элитный сказочный ресторан, а не забегаловка в нищем переулке.

Фрося взлетела со скамейки и подплыла к птичкам, с интересом рассматривая их.

– Это ведь моранская пудра, да? – спросила она и, не дождавшись ответа, добавила: – Фи! Так себе трюк. Я видела, как после этого порошка бобры кадриль танцуют, вот это настоящий фокус. Куда забавней.

Не обращая внимания на ее слова, толстяк поставил на стол угощения.

– Кушайте, гости дорогие. Это мое фирменное блюдо, пальчики оближете, – причмокнул он и покосился на кошель.

Егор высыпал на поднос горсть монет, трактирщик тут же их сгреб и с поклонами попятился прочь. Следом, закончив песню, ретировался весь его импровизированный хор.

– За знакомство, – поднял кружку Гор.

– За знакомство, – я чокнулся с ним и сделал глоток.

Пиво было просто восхитительно: холодное, плотное, с густой пеной. Живем!

– Надеюсь, теперь наши встречи станут частыми.

– Все возможно, – я неопределенно кивнул и принялся за еду.

Не знаю, то ли голод был тому виной, то ли блюда и в самом деле оказалось невероятно вкусными, но после первой же пробы я отложил в сторону нож и вилку, схватил свиную ножку и впился в нее зубами. Пропитанная ароматными травами и специями кожица действительно хрустела, а поджаренные, с дымком, куски мяса сочились кровью и жиром.

Пискнул бипер, и я невольно покосился на запястье. Но оказалось, что проснулся не мой браслет, а Егора. Тот взглянул на него и тут же поднялся.

– Извини, я на минуту, – пробормотал он и двинул к выходу.

– Правильно, что не соглашаешься, – тут же послышался шепот. – Этот Гор плохой человек, очень плохой. Держись от него подальше.

Я скосил глаза – рядом парила Фрося, наклонившись к моему уху. На щеках призрачный румянец, полупрозрачные глазенки блестят. Неслабо ее плющит.

– С чего ты взяла? – поспешно проглотив очередной кусок, тихо спросил я.

– Все его деньги фальшивые. Видишь, на башне молот? Так-то незаметно, но если наложить Ясный взор, то сразу поймешь.

Я внимательно посмотрел на монеты, все еще лежавшие на столе, но так и смог взять в толк, о чем она говорит. Небольшие кругляшки с отчеканенными на них тремя главными башнями города. Что там на них сверху – не разобрать.

– Если честно, нет.

– Ох, у вас, у людей, такое слабое зрение, – недовольно прошептала она. – Вот здесь, на здании Гильдии ремесленников, должна быть пика, понимаешь? А тут молот. То есть следы от него. Деньги поддельные. Давно, когда я еще была обычной девочкой, с моим дядей Силантием рассчитались такими же монетами, и его за это в Сырые подвалы бросили. Этих мошенников потом поймали, даже калоши у них нашли.

Я почти услышал, как скрипнула моя съезжающая крыша. Какие нафиг калоши?!

– Ну, это формочки специальные, с магической меткой мэрии, – заметив мой недоумевающий взгляд, пояснила Фрося. – Папа говорил, что без такой метки любой специалист сразу заметит фальшивку.

А, ясно, речь о клише. Интересно они защищают свою валюту.

– Когда все выяснилось, дядю Силантия хотели выпустить, но он умер.

– Почему?

– Ну, он еще до ареста ходил на болота за лунными лотосами. А там его красавка ужалила. И яйца ему под кожу отложила. Дядя об этом не говорил, не хотел никого огорчать, характер у него такой. Так мама сказала. Хоть он и был отличным травником, но как в тюрьме собрать травы для противоядия? Жалко его. Хороший он был, рассказывал мне на ночь сказки и угощал сладкими леденцами.

Фрося всхлипнула, опустилась на скамейку и прижала к себе куклу.

Между тем вернулся Гор и с удивлением покосился на девочку.

– Чего она ревет?

– Дядю покойного вспомнила.

– А-а, – неопределенно протянул он и принялся за мясо.

Решив разузнать про фальшивые монеты подробнее, я начал с наивного вопроса:

– Почему у города такое странное название?

Гор с удивлением посмотрел на меня.

– Из-за трех башен, конечно.

– А нафига их выстроили такими высокими?

– Тут сыграло соперничество, а правильнее сказать, дурость, – ответил он, приступая к десерту – политой сиропом малине размером с абрикос. – Это все здания гильдий. Башня, что со сферой – Гильдия магов. Сфера символизирует хрустальный шар. Вторая, та, которая напоминает воткнутый в землю клинок с гардой наверху – Гильдия воинов. Ну, а башня с пикой принадлежит торговцам и ремесленникам.

– Не понял. Как связаны крафтеры и пика?

– Так и думал, что спросишь, – ухмыльнулся Гор. – Сейчас расскажу. Это старая история, очень старая. Раньше все эти башни были вполне обычными постройками, пока одному из чародеев вдруг не втемяшилось в голову, что ритуалы и заклинания более эффективны на высоте. Ну и надстроили. А другие гильдии восприняли это как вызов, решили, что маги возгордились и мнят себя выше других. И понеслось – одни строят, другие наверстывают, потом наоборот. Не знаю, до каких пор длилась бы эта гонка, если бы не ремесленники. Они захотели на самой верхотуре башни установить молот, символ своего сообщества, но что-то не рассчитали. Простояла эта конструкция где-то с месяц и однажды ночью грохнулась прямо на жилой квартал.

– Охренеть! – покачал я головой. – Много жертв?

– Угу. С десяток домов, мастерских и лавок раздавило всмятку, несколько человек погибло. Тогдашний мэр заставил виновных выплатить компенсацию пострадавшим и выпустил указ, запрещающий продолжать высотное строительство. Пока утрясали все формальности, проштрафившаяся гильдия в спешке успела сваять только эту пику. Вот так и закончилась эта безумная гонка за высоту. Зато теперь в городе есть отличные ориентиры и структура. Все члены гильдий стремятся поселиться поближе к своим башням. Около пики сейчас огромный рынок и мастерские, у гарды – тренировочные арены и конюшни, у шара – куча магических лавок, ну а в самом центре, точно посередине, выстроили главную площадь с ратушей.

Знание мира: +1. Текущее значение: 51.

Так, теперь надо свести эту информацию со словами Фроси. Получается, за тот месяц, пока стояла башня с молотом, мэрия утвердила новые монеты и изготовила клише, но после обрушения отказалась от них. Похоже, какой-то делец их стянул и начал чеканить деньги, хоть и с неправильным изображением, но с защитной магической меткой. А сейчас, уже после изъятия, о котором рассказывала Фрося, формы снова выплыли на свет божий. Клише, видимо, попытались подправить, чтобы фальшивки меньше отличались от настоящих денег, но с бафом на зрение подмена все-таки видна. Девочка права, нужно держать ухо востро с этими Серыми ястребами. Я в Питере от подобных дел всегда отказывался, а здесь и подавно нет смысла увязать в криминале.

Знание мира: +2. Текущее значение: 53.

Наевшись от пуза, мы покинули таверну. Я добродушно покосился на Фросю: интересно, откуда привидения черпают силы, если ничего не едят? Из потустороннего мира? При этой мысли что-то неприятное, похожее на догадку, шевельнулось в моей душе, но я не смог уловить, что именно.

Послышался писк бипера. Гор вскинул руку, быстро пробежал глазами сообщение и, недовольно поморщившись, посмотрел на меня.

– Ты сейчас в ратушу? – спросил он. – Найдешь без меня дорогу?

– Само собой.

– Вот и хорошо, а то срочно надо в одно место заскочить. До встречи, надеюсь, до скорой.

– В этом можешь не сомневаться. Даже если не пойду в твой клан, то с меня все равно ответное угощение. Не люблю ходить в должниках.

Мы пожали друг другу руки, и он пошел в обратном направлении, на ходу крикнув:

– Бывай! И помни, мы для вас всегда открыты!

Похоже, забыл что-то у своей таинственной Ронды.

– Ты не беспокойся, – прозвучал у меня над плечом голос Фроси. – Если что, подскажу, как добраться, я тут все ходы-выходы знаю.

Вот только этого не хватало – заявиться с призраком в центр города. Чего доброго, еще в ратушу не пустят. Как бы от нее избавиться, а? Как назло, в голову ничего дельного не приходило.

Я пристально посмотрел на девчонку и как мог серьезно спросил:

– Фрося, у меня тут одна проблема нарисовалась, поможешь?

– Какая? – с любопытством спросила она.

– Сгоняй, пожалуйста, в избу и попроси Серого… – надо что-то придумать, – …пару зелий бодрости мне к ратуше принести. Забыл, а они мне очень нужны.

Получено достижение – Лжец 2 ур. Вероятность счастливого события: -0.2%.

– Нет уж, – она ехидно улыбнулась. – Девочкой на побегушках меня считаешь, да?

Я сдвинул брови, изображая обиду.

– Послушай, дорогая, хочешь поселиться в моем доме, а сама отказываешь в такой мелочи. Мы так с тобой не уживемся.

Фроська на секунду задумалась.

– Ладно уж, если у тебя такая дырявая память, помогу.

Она со вздохом развернулась и полетела вслед за Егором. Я улыбнулся, глядя на нее. Прости, Серый, теперь твоя очередь немного помучиться.

Вскоре я вышел на широкую улицу, в которую упирался переулок. Яркие солнечные лучи ослепили, неожиданное обилие красок казалось нереальным.

Самый настоящий европейский пряничный городок, какие я видел в детстве во время туристических поездок с родителями. По обе стороны дороги высятся аккуратные, уютные дома. Оштукатуренные стены выкрашены яркими красками: изумрудными, точно трава в ясный день, оранжевыми, розовыми. Фасады пронизаны продольными, поперечными и диагональными деревянными балками. Под окнами, кое-где прикрытыми от солнца резными ставнями, в ящиках заботливо высажены россыпи цветов. И, как изюминки, крохотные балконы самых причудливых форм.

До ратуши оказалось неблизко. Но я не торопился, шел не спеша, знакомясь с городом, в котором мне отныне предстояло жить. Со всех сторон зазывно красовались кованые вывески: мясник, пекарь, кузнец, цирюльник, башмачник, алхимик. Глаза разбегались, хотелось заглянуть в каждую дверь и ознакомиться с товаром. Однако сделать это было непросто, везде стояли очереди.

Могло сложиться впечатление, что город готовится к празднику, если бы не мрачные лица и беспокойство, сквозившее во взглядах жителей. Тревога так и витала в воздухе. Туда-сюда сновали горожане, не поймешь, то ли неписи, то ли странники, часто встречались стражи.

Мимо процокали всадники. Маленькая закрытая повозка, похожая на карету, которую тянул ослик в цветной попоне, чуть не сбила зазевавшегося выпивоху. Прямо у меня перед носом с грохотом хлопнула дверь, и из-за нее выскочил детина с раскрасневшейся мордой.

– Совсем сдурели! – возмущенно выкрикнул он, размахивая руками. – Приличного топора уже и за десятку не купишь!

Я поднял взгляд на вывеску. Она имитировала бронзовый щит с двумя перекрещенными мечами.

– Ладно топор, – подхватила женщина в вязаном чепце, – а вот то, что еда в цене так подскочила... Как детишек прикажете кормить? К мэру надо идти, чтобы приструнил этих спекулянтов!

Да, похоже, не только толстый прощелыга из «Хрустящей корочки» решил подзаработать на чужом горе.

Город отличался от Черного Камня, как орел от воробья. И загадки здесь другие. Кто этот таинственный «Марсель»? Что он там болтал про «пока не время»? Кого ему нужно найти раньше, чем это сделаю я? Вообще такая фраза сама по себе алогична. Если мы соревнуемся в поисках, то правильнее было бы грохнуть меня, чтобы избавиться от конкурента. Значит, моя смерть ему по каким-то причинам не выгодна, пока он не добрался до находки. Или, возможно, неизвестный враг ждет, пока я сам что-то отыщу? Но что?

Глава 4. Привет из Питера

Я миновал таверну, конный двор и, наконец, вышел на главную площадь. Ночью я ее не рассматривал, зато сейчас, при свете дня, она предстала во всей красе. Огромная, чистая, выложенная разноцветными камнями, которые лучами расходились от фонтана, расположенного в самом центре. Немного в стороне на земле поблескивал синий портальный круг - увы, сейчас не действовавший из-за кольца антимагии. Бросив на него беглый взгляд, я направился к ратуше, выкрашенной в кипенно-белый цвет.

По витой лестнице туда-сюда сновал народ, многие недовольно ворчали, ругались: всех напрягала ситуация в городе.

Заплатив двадцать медяков, я получил волшебный «мобильник» и набрал Михин номер. Через минуту на дне тарелки появилась его помятая физиономия.

– Димыч...

Он выглядел озабоченным и печальным. Ничего, сейчас мы его обрадуем.

– Здорово, Миха! – гаркнул я. – Три пузатых фиолетовых флакона уже на пути в Питер, так что встречай дорогих гостей!

– Уже... – упавшим голосом произнес Мишка.

– В смысле «уже»? Что-то ты путаешь, брат, они только ночью ушли. Ты никак не мог получить их так быстро.

– Но получил же. Хз, может, эта твоя Мелизора их не отправляет, а просто сигнал дает, кому вручить. А сами они хранятся здесь, в каком-то бункере. Короче, утром принесли, три штуки, и...

На лице его отразилась такая боль, что сердце у меня ухнуло вниз. Господи, я не успел...

– Аринка?!

– Не-не, не пугайся, с ней все норм. Тут это... такое дело.

– Да говори же, блин, не томи! – взорвался я.

– Те Фиолы, что ты отправил... В общем, забрали их.

– Так, стоп, погоди. Кто забрал? Когда?

– Утром. Их принесли, а тут Синий, ну и... Димыч, я ничего не мог сделать. Блин, если б знал, заховался бы куда-нибудь.

Ну как тут разобрать, что он городит?

– Мих, соберись. И давай по порядку.

Мишка сделал пару глубоких вздохов и продолжил:

– Ну, как Фиолы принесли, я в хоспис сразу побежал. А тут Синий с братвой. Передай, говорят, Рокоту, что он опоздал, типа обещал десять дней назад прислать, счетчик тикает. Теперь с него двойная доза, восемь штук. И забрали Фиолы.

В груди у меня похолодело.

– Все?!

– Ага, ну, кроме одного.

– И что ты... – мой голос предательски дрогнул, – с ним сделал?

– Димон, я ж объясняю, прибежал к Аринке, отдал ей пузырек. Она при мне и выпила, под присмотром Леонтьича. Вышел от нее, а они меня уже поджидают.

Я закрыл глаза и с минуту сидел молча. Облегчение накрыло волной, лишив возможности не только говорить, но даже дышать.

– А матери теперь все, хана, – послышался поникший голос друга. – Я к ней в больницу потом пошел, доктор говорит, если в самое ближайшее время Фиолов не будет, то кирдык. Ты же знаешь, она и так вся больная – астма, диабет. Очень тяжело переносит синдром, тает на глазах.

– Мих, потерпи еще чуток. Даю слово, я их добуду. Прямо сейчас пойду качаться. У меня уже пятнадцатый уровень, так что недолго осталось. Скажи маме, пусть держится. Сдохну, а через несколько дней вышлю.

– Спасибо, – он слегка улыбнулся. – Но все равно из следующей партии Синий два пузыря заберет. И еще четыре с тебя требовать будет.

Я стиснул зубы злости.

– Он думает, у меня здесь источник, что ли?

– Да дебил он, Дим, – печально сообщил Мишка. – Охренел от вседозволенности. Но что делать, нам против него не рыпнуться.

– Ладно. На днях пришлю три штуки, одну матери твоей, другими пусть Синий подавится. А дальше... В общем, что-нибудь придумаю. Мих, ты, главное, не кисни. Помни, я тут за эти Фиолы задницу рву, так что все будет нормально. Ни Аринке, ни тете Рае умереть не дам, обещаю.

Из ратуши я вышел расстроенный и злой. Легко сказать – обещаю. Взять за несколько дней пять уровней… Как?! Это и в обычной ситуации крайне сложно, а сейчас, когда из города не выйти, и вовсе нереально. Где экспу брать?

Я до боли сжал кулаки, чтобы не взорваться от негодования на козлов, готовых убить за пару склянок, на себя, вернее, на свою беспомощность и невозможность наказать этих уродов.

Дерьмо! Дерьмо! Дерьмо!

Так, эмоции в сторону, они не помогут. Соберись, Димон, думай, думай.

Во-первых, нужно разузнать о квестах, которые тут есть. У меня осталось еще несколько невыполненных, но все пока невыполнимые. И плюс тот, что Утрес дал во сне. Интересно, он рабочий?

Я покопался в браслете и нашел задание темного бога. Офигеть, значит, сны здесь – не плод моего подсознания, как на Большой земле, а продолжение яви.

Отказаться от квеста нельзя. Ладно, будет висеть. За его выполнение, конечно, дали бы уйму опыта, но чем я буду отличаться от гороховцев, если пожертвую чужими жизнями ради своих интересов?

Что еще, кроме заданий? Естественно, банальный кач. Серый рассказывал о данже. В Треглаве море высокоуровневых игроков, следовательно, и монстры тут нехилые, то есть опыт должен рекой литься. Что ж, значит, мне прямая дорога в этот данж, буду в нем дневать и ночевать, пока не вырасту до двадцатки.

А дальше? Допустим, как-нибудь исхитрюсь и вышлю следующую партию вовремя, но все равно из посылки Синий заберет два пузыря. И будет требовать еще четыре. А на каком левеле дадут новые Фиолы, на тридцатом? Бог знает, сколько до него расти.

– Димыч! – послышался голос. – Еле тебя нашел.

Я обернулся – Серый с парящей за спиной Фросей подошел ко мне и протянул зелья.

– Не знаю, зачем они тебе вдруг понадобились, но вот, держи.

Поблагодарив, я засунул пузырьки в суму. Следовало бы, конечно, разыграть какую-нибудь сцену, чтобы девчонка убедилась, что мне они жизненно важны, но сейчас было не до этого. Меня интересовало, где взять экспу.

Серега хотел что-то сказать, но в этот момент на плечо мне плюхнулся Диоген.

– Как ты тут оказался? – удивился я.

– Чтоб я своего питомца не нашел? – фыркнул филин.

Серый расхохотался, ткнув меня локтем в бок.

– Слышь, Димон, походу питомец – это ты.

За утро я уже утомился возмущаться, потому лишь сурово посмотрел на Диогена и промолчал. Поймав мой взгляд, тот живо заинтересовался плывущими по небу облаками.

– Погубят тебя твои петы, Димыч, – Серега, ухмыльнувшись, покачал головой.

Я пожал плечами и строго спросил:

– У Маруси был?

– Был, – Диоген сердито нахохлился. – Нет ее на постоялом дворе, ушла куда-то.

– Ясно, – я повернулся к другу: – Ну что, в данж?

Серый на мгновение замялся, потом кивнул.

– И я с вами, – пискнула Фрося.

Диоген ничего говорить не стал, подразумевая, очевидно, что без него я в принципе качаться не могу.

По дороге Серега задумчиво хмурился, но спрашивать о чем-либо я поостерегся: и ушей лишних много, и лезть не в свое дело не хотелось.

До подземелий мы добирались полчаса, уверенно ведомые Фросей. Но не прошли и половины пути, как заметили впереди Марусю. Она шла в том же направлении, что и мы, явно тоже нацелилась на данж.

Диоген, вспорхнув с моего плеча, метнулся к ней. Она обернулась, а Серега радостно прогудел:

– Амазо-онка!

Я же просто подошел и обнял ее. Вчера в ночном сумбуре мы расстались как-то бестолково: я звал Марусю к себе, но она предпочла остановиться на постоялом дворе. Меня это слегка задело, но не ругаться же из-за такой мелочи.

– Привет, милая.

– Привет, Дим.

– Фи-и... – раздалось за спиной.

Фрося пренебрежительно поджала губы и с явным недовольством отплыла в сторону. Маруся с изумлением воззрилась на нее, потом перевела на меня вопросительный взгляд. А что тут скажешь? Что между делом обзавелся личным привидением? Я лишь усмехнулся и пожал плечами.

– Знакомьтесь, это Фрося, это Маруся.

– Больно надо, – пискнула малявка и демонстративно отвернулась.

– Один бардак от твоих питомцев, Димыч, – засмеялся Серый, а Диоген в ответ на его слова возмущенно заухал.

– Долго мы будем здесь топтаться? – взвизгнула Фрося.

Мне она порядком надоела, и я открыл было рот, чтобы высказать все, что наболело, но Маруся неожиданно шагнула к ней.

– Ты кто такая, а? – грозно произнесла Ама. – Прекращай истерить, иначе угощу специальной стрелой для убийства призраков. Как раз утром прикупила, словно чувствовала.

Серега хмыкнул, а я поспешно отвернулся, безуспешно пытаясь скрыть улыбку. Но Фрося восприняла угрозу всерьез, скуксилась и отплыла за стоявшую у дороги телегу, откуда смотрела на Марусю со смесью испуга и уважения. Та, смеясь, подошла ко мне и демонстративно поцеловала в щеку. Филин в ее руках недовольно завозился и потребовал:

– А меня?

Она чмокнула его в клюв и погладила по голове. Прибить его, что ли, чтобы не отбивал у меня возлюбленную?

– Ладно, пошли, – сказал я. Получилось несколько раздраженно.

По дороге Маруся, державшаяся рядом со мной, тихо сказала:

– Дим, очень прошу, если у тебя снова возникнет идея куда-нибудь смыться, бери меня с собой.

Я посмотрел на нее и покачал головой:

– Нет. Не стану рисковать тобой без необходимости. Одно дело рейд, и совсем другое – голая авантюра.

Она усмехнулась, но промолчала.

Тупиковая улочка, куда привела нас Фрося, была сплошь утыкана мастерскими, оружейными и магическими лавками. И упиралась в высоченную ступенчатую пирамиду, выложенную из увесистых металлических брусков черного цвета. У основания зияла полукруглая арка, через которую сновали группы странников.

– Вот ваша качалка! – гордо провозгласила Фрося

– Спасибо, – улыбнулся ей Серега. – С такой провожатой и карта не нужна.

– Был я тут уже, – не преминул встрять Диоген. – Знал бы, что нам сюда, быстрее бы вас провел.

Девчонка набрала в грудь воздуха, явно намереваясь заорать, но от одного Марусиного взгляда сдулась.

– Ну что, испытаем силы? – Я подмигнул друзьям и, двинув вперед, добавил: – Фрося, держись рядом. Чего доброго, кто-нибудь примет тебя за монстра.

Она хмыкнула, но послушалась и молча поплыла за мной.

– Ого, какие здоровые! – протянула Маруся.

Она смотрела на трехметровые статуи рыцарей. Воины стояли на колене, в поднятой руке – меч, а перед ними треугольные щиты, воткнутые острым краем в землю.

Серега решительно вошел в арку, и мы двинулись за ним.

После яркой, солнечной улицы в полумраке длинного коридора было мало что видно. Все вокруг из грубого камня, кое-где вдоль стен воткнуты чадящие факелы, наполняющие пространство неверным светом и едким сизым дымом. Мрачно, сыро. Что ж, примерно так я себе и представлял приличный данж.

Узкий коридор вывел нас к винтовой лестнице, довольно крутой, да еще и со скользкими ступенями. Спускаясь, я держал Марусю под локоть, чтобы не поскользнулась.

Вскоре мы оказались в большом зале, выстроенном в виде двенадцатиконечной звезды, в каждой вершине которой виднелись совершенно одинаковые входы.

– И куда теперь? – растерянно спросила Маруся.

– Давайте сюда, – предложила Фрося, подлетев к одному из входов.

– Это еще почему? – спросил Диоген.

– Там чувствуется дружественная вам энергия.

– Значит, туда и пойдем, – сказал я. – Женская интуиция – великая штука.

Малявка победоносно взглянула на Марусю и поплыла вперед.

Вслед за Фросей мы прошли еще один коридор и оказались в зале, где кипела настоящая битва. Четверо странников гонялись за зеленокожими существами, пытаясь подстрелить их магическим огнем или разрубить мечами. Но те ловко уворачивались, быстро перебирая щуплыми кривыми ножками, и прятались за толстыми колоннами. Морды монстров украшали длиннющие носы, а на вытянутых приплюснутых головах торчали рваной формы уши, которые они то и дело прижимали к лысым макушкам. Роста мобы были небольшого, метра полтора, зато их насчитывалось два десятка. Из каждого угла слышалось их верещание.

Пока странники пытались зажать в углу группу из пяти чудиков, я увидел, как из-за колонны за их спинами выглянули две зеленые рожи. Одно из существ натянуло рогатку и выстрелило. Вдоль высунувшей руки (или лапы?) блеснула татуировка:

Гретчин

Выпущенный из рогатки камень угодил в латы мечника и взорвался, накрыв странников облаком угольного цвета. Тот обернулся и, вытирая сажу с лица, зло прошипел:

– Ах ты мелкий ублюдок.

Гретчины, выглядывая из-за столба, принялись корчить рожи и показывать неприличные жесты.

– Вот я...

Не успел он договорить, как на него кинулись зажатые в углу монстры. Их крохотные глазки злобно вспыхивали. Одни пытались рубить латы тесаком с ржавым лезвием-пилой, другие впились в них челюстями с острыми клыками.

– Вперед! – скомандовал Серега.

– Эй, не вздумайте! – заорал мечник, на миг отвлекаясь от монстра, от татуировки которого осталась одна буква «Г». – Это наша комната!

– Давайте поищем свободную, – предложила Маруся, и мы двинулись дальше.

Но едва прошли несколько шагов, как из-за ближайшей колонны показался невысокий и жутко худой парень с изогнутым кинжалом в руке. Он молнией метнулся к полудохлому гретчину, нанес последний удар и тотчас скрылся в инвизе.

– Мать твою! – заорал мечник. – Иди сюда, сволочь, поговорим!

Из пустоты послышался язвительный смех, и в ту же секунду зелье, оставшееся на полу после смерти монстра, исчезло: нахальный ассасин не удовольствовался только кражей опыта, предпочтя спереть и дроп тоже.

– Урод, крыса! – взвился мечник. – Я тебя найду, падла, клянусь! Слабо на арене схлестнуться?!

Посочувствовав незадачливому вояке, мы пошли дальше. Следующий зал был как две капли воды похож на предыдущий, только вместо гретчинов здесь сновали псы, на боку которых светилась надпись:

Баргест

Черная как смоль длинная шерсть, огромные когти на толстых лапах и жуткая морда. Глаза сверкали красным огнем, а из мощных челюстей торчали острые клыки. В общем, собачки впечатляли. Их было не больше полудюжины, но били их аж три отряда воинов.

Едва мы вошли, как несколько человек сразу заорали:

– Занято! Проходите, не отвлекайте!

В следующей комнате шла нешуточная рубка: две группы странников сражались между собой за монстров. Сверкали мечи и топоры, летали огненные шары и ледяные стрелы. Пара человек уже отдыхала под куполами.

– Придурки, – Маруся неодобрительно поджала губы. – Под стенами полчища нежити, а они друг друга Меток лишают.

Задерживаться здесь мы не стали. Пошли дальше и наткнулись на небольшой тупик, который упирался в комнату, отделенную зыбким поблескивающим маревом. Я попробовал пройти, но завяз в нем, как в болоте. Теплое сверкающие облако облепило меня и вытолкнуло обратно.

– Не понял...

– Это специальные залы, – пояснил отдыхающий рядом лучник. – Не пустит, если ты не в клане.

Мне сразу вспомнилось предложение Гора, а Маруся с усмешкой сказала:

– Похоже, пора вступать.

– А может, создадим свой? – предложил я. – Если вся наша банда из Черного Камня соберется, чем не клан?

– Тяжеловато. Верховой уже прорабатывал этот вариант. Там взнос за регистрацию просто зашкаливает. Не понимаю, каким местом разрабы думали, когда его устанавливали.

– Жаль. Ладно, потопали дальше.

Но все было занято. Войдя в очередную комнату, шестую или седьмую по счету, мы снова увидели странников и уже собирались пройти мимо, как знакомый голос окликнул:

– Рокот, Серый, ау! Ама! Давайте к нам!

Ха – Володька, Стас, Катюша и еще пара человек, чьи лица были мне смутно знакомы по Черному Камню. Вот она, дружественная энергия! Все-таки толк от Фроси есть: зайди мы в другой ход, так бы и мыкались без дела. Я обрадованно кинулся к друзьям. После взаимных приветствий Верховой обошел нас, принимая в группу.

– Кто это с вами? – шепотом спросил он, покосившись на девочку.

– Питомец, – усмехнулся я.

– Лечит?

– Хрен ее знает. Сомневаюсь.

В этот момент из-за колонны вылез огромный, метра в два длиной, скорпион. Видимо, только что реснулся. Тело монстра покрывали толстые металлические пластины, а с выгнутого дугой хвоста шипела змеиная морда.

Володька сразу подобрался и скомандовал:

– К бою!

Глава 5. По следам Борея

По каменному полу прошуршали восемь лап, монстр приблизился. Мы с Серегой шагнули вперед, скорпион качнул хвостом, и из змеиной пасти вылетел ядовитый плевок. На рукаве кольчуги, когда-то принадлежавшей Хвату, появились зеленые пузыри, металлические кольца под ними одно за другим растворились. Рука ослабла, но Диоген, упорхнувший на плечо Маруси, среагировал оперативно.

– Ой, больно, да? – вынырнула из-под моего локтя Фрося.

Серый опустил шестопер на бронированную спину скорпиона, но панцирь даже не треснул. Следом и мы с Володькой бросились на врага.

– Правее бей, правее. Ну, куда?! – заверещала девчонка.

– Отстань! – огрызнулся я. – Огрести хочешь?

– Ха-ха, что ты мне сделаешь своей железякой? – засмеялась она, но все же отплыла подальше.

Монстр щелкнул огромной клешней в сантиметре от моей руки, пришлось немного отступить. Стас, Серега и Верховой одновременно опустили оружие на его спину, а я жахнул Кладенцом. Одна за другой прилетели три стрелы от Маруси, кто-то из ребят кинул молнию, Катюша скастовала защиту. Но все без толку.

– Не так нужно! – закричала Фрося.

Она подскочила к твари сбоку, привлекая ее внимание. Змея плюнула в девочку, скорпион, изогнув тело, щелкнул клешней, но разве это могло повредить призраку? Фрося взмыла вверх и приземлилась на спине монстра.

– Сюда, сюда бейте! – завопила она. – Цельтесь прямо в меня!

Только сейчас я заметил, что при изгибе тела скорпиона между пластинами появилась щель, в которой виднелась трепещущая розовая плоть. На уязвимое место обрушился град ударов, но было поздно, пластины уже сомкнулись.

– Вот неуклюжие, – фыркнула Фроська. – Ладно, давайте снова.

Она опять начала дразнить монстра. В этот раз все было разыграно, как по нотам. Мы успели ударить в разрез между пластинами, и скорпион, дернув всеми конечностями, плюхнулся на пол.

Верховой с восхищением посмотрел на Фросю и, покачав головой, произнес:

– Вот это стратег!

Девочка взмыла над поверженным монстром и, улыбаясь, раскланялась во все стороны, точно актриса после спектакля.

Я посмотрел на пискнувший бипер и разочарованно повернулся к Серому.

– Плюс пять опыта.

– А ты что хотел? – усмехнулся Стас. – Нас восемь человек.

Конечно, он прав, но с такими темпами я до двадцатого год буду качаться.

– Всем отдыхать! – скомандовал Верховой. – Восстанавливайте бодрость, скоро новый отреспится.

Я отошел в сторону и, опустившись на пол, привалился к стене. Настроение упало ниже плинтуса. Вот тебе и данж, вот тебе и последняя надежда.

Рядом подсел Серега.

– Да не парься ты, Димыч, – сказал он. – Да, опыта мало, зато все вместе, весело. Куда торопиться? Фиолы ты только ночью отправил, так что у тебя целый месяц в запасе.

– Если бы. Мудаки, которым я задолжал, их отняли. Хорошо хоть Миха успел один Аринке отдать. А мать его уже загибается. Я обещал прислать новую партию. Времени в обрез, пара-тройка дней – и кранты.

– Ох, – выдохнула Маруся. Услышав наш разговор, она села напротив и поджала под себя ноги. – Если бы я знала... Только утром свои отправила.

Интересно, кому? Я вдруг поймал себя на мысли, что ничего о ней толком не знаю. Есть ли у нее родители, братья-сестры, даже откуда она – ничего. Впрочем, и я ей о себе не особо рассказывал.

Серега покачал головой.

– Мы думаем, что воюем здесь с нечистью, а настоящая нечисть там, на Большой земле. Те самые уроды, объединившиеся в банды, грабящие и убивающие своих же... Ладно, Дим, не кисни. Вечером сходим в ратушу и все сделаем.

Я обомлел.

– То есть... Погоди, ты хочешь отдать мне свои Фиолы?!

– Угу. И не делай такие глаза. Ты же знаешь, у меня там близких не осталось. Думал в детдом какой-нибудь отослать, больше некуда. Но раз такое дело, пусть твой Миха для матушки забирает.

– Серега, друг... – клянусь, в этот момент глаза реально защипало. – Мне и отблагодарить-то тебя нечем.

– Забей, мы же команда.

– Это какие Фиолы? – высунулась из-за моего плеча Фрося. – Те, что с Риалона?

Мы с Серым переглянулись, и я кивнул.

– Ну да. А тебе что об этом известно?

– Да немного. Их вроде Вернувшиеся делают.

Я сделал Сереге знак, чтобы молчал, и спросил с нарочитой небрежностью:

– Это еще кто такие?

– О, самый сильный клан Мелизоры, – она неожиданно перешла на шепот. – Они на Риалоне командуют, у них там вроде даже замок свой есть.

Не сумев скрыть удивления, я снова покосился на Серого. Тот недоуменно пожал плечами. Похоже, ему тоже не приходило в голову, что Вернувшиеся – обыкновенный клан. Нам обоим казалось, что это некие нейтралы, стоящие между светлыми и темными, третья сила. И Хват так говорил. Странно. Впрочем, моя призрачная гостья может и ошибаться, лет-то ей сколько.

Дальше говорить на тему Фиолов Фрося отказалась. Похоже, она всерьез боялась этих ребят. Хотя чем они могут быть страшны для призрака?

– Так может, прямо сейчас и пойдем? – спросил Серега. – Отправим сразу, чтобы потом не дергаться, а то мало ли... В любой момент может начаться штурм.

Я обрадованно вскочил.

– Погнали. Марусь, ты как?

– Не, я, пожалуй, покачаюсь еще. От меня в ратуше вам никакой пользы.

– Хорошо, – согласился я.

Фрося тоже выразила желание остаться в данже. После битвы со скорпионом она, похоже, чувствовала себя настоящей звездой. А что может быть круче для девчонки ее возраста?

К ратуше мы двинули втроем: я, Серый и, конечно же, Диоген. Куда без него? Мои попытки поблагодарить Серега пресек на корню.

– Хорош, а? Еще раз скажешь об этом – чесслово, врежу. Я же говорил, мне эти флаконы как Василисе велосипед.

Дальше мы шли молча, лишь Диоген время от времени вставлял свои фразы:

– Ну куда вы? Направо, направо. На другое право, которое еще правее! Да уж, топографический кретинизм у странников в крови.

Отвечать мне было в лом, я думал о том, что еще могут выкинуть гороховцы. Но вдруг Серый замер на месте, уставившись на спешащего мимо странника. И через секунду кинулся за ним с криком:

– Стой, стой! Да погоди ты! Это же я!

Странник остановился и окинул его непонимающим взглядом.

– Это ты мне?

Серега пару мгновений растерянно смотрел на него, затем поморщился и сказал:

– Прости, обознался.

– Бывает, – усмехнулся тот и поспешил дальше.

Серый, вздохнув, медленно пошел в мою сторону.

– Что случилось? Кто это? – поинтересовался я.

– Показалось, что Борька. Ну брат мой, помнишь? Мне сегодня приснился пророческий сон. Валяется он на земле в какой-то пещере, и так ему плохо, просто жесть. Уж не знаю, что с ним там происходит, но он мучается, кричит. Меня зовет. Теперь, похоже, он мне будет мерещиться в каждом прохожем.

– Да с чего ты взял, что сон пророческий? Может, так, приснилась какая-то хрень.

– Знаю, Димыч. Чувствую.

Пока Серый отправлял эликсиры, я попытался найти Элмера.

– Он дежурит на стене, – отрапортовал на удивление толстый анлор, сидевший за стойкой у двери. – Завтра приходи.

Ладно, допустим, рассказать старосте о лже-Марселе можно и позже. Но поторопить его с поисками информации о вызове Нариэля все-таки надо. Поэтому я отбил ему сообщение и вскоре получил ответ:

– Ищем, Рокот. Не сомневайся, в ближайшее время узнаем.

Удовлетворенно кивнув, я покосился на дверь, за которой скрылся Серый. Мне казалось, что в последний момент обязательно что-нибудь помешает. Наконец он вышел и, увидев мой вопросительный взгляд, поднял большой палец.

– Все путем, Димыч, Фиолы ушли.

Фу-ух.

– Спасибо, бро, я твой должник.

– Димыч, завязывай, а?

– Молчу. Слушай, Серый, давай попробуем твоего Борьку найти. Прямо сейчас. Он наверняка должен быть в Треглаве. Или, по крайней мере, жил здесь раньше.

– Думаешь, я не пытался? Еще ночью и Стефания спрашивал, и стражников.

– Ну, они могут и не знать. А мы прочешем весь город, кто-нибудь его вспомнит, уверен. Раз ты мне так помог с Фиолами, то в лепешку на каче разбиваться без надобности, так что время есть.

– Но как же… – Он явно растерялся, но тут же махнул рукой. – А погнали. Вдвоем мы здесь горы свернем.

Наши биперы услужливо пискнули:

Получено задание: Разыскать Борея

– Вам обязательно нужен помощник в поисках, – вклинился Диоген, – сообразительный, быстрый, пернатый.

Скромняга, нечего сказать.

– Принимается, – улыбнулся Серый.

Мы договорились, что пойдем в разные стороны и будем спрашивать всех про Борея. В результате я отправился по одной улице, Серега – по другой, а филин полетел на третью.

Едва я вошел в первую лавку, как продавец, невысокий бородатый мужик, замахал руками.

– Ничего нет! Мясо кончилось!

Похоже, осажденные жители начинают паниковать и скупать все подряд.

– Я не покупатель. Хотел поинтересоваться у вас, уважаемый, не знаете ли вы странника по имени Борей.

В первый момент бородач растерялся, потом уверенно покачал головой. Ладно, нет так нет, двинули дальше.

Я переходил из лавки в лавку, и везде получал одинаковый ответ: товар кончился, про Борея не слышали. И лишь в пятой или шестой мне повезло. Там продавались аппетитно пахнущие кренделя, и, естественно, стояла немаленькая очередь. Торговка, здоровенная тетка в цветастой косынке, услышав вопрос, развопилась:

– Ты что, не видишь, сколько людей ждет? Некогда мне болтать! Не знаю я никого.

Пожав плечами, я направился к выходу, но вдруг меня окликнул женский голос:

– Эй, парень, Борея ищешь?

Я обернулся – передо мной стояла высокая темноволосая дама средних лет в зеленой мантии и песочного цвета шляпе. Сквозь рукав просвечивала татуировка:

Сакура, 19 уровень

– А вы его знаете?

– Что ж сразу на «вы»? – рассмеялась она. – Знаю, одно время вместе качались. Я тогда только перебралась из деревни в Треглав, он меня взял под свое крыло. У него еще артефакт классный был, сапоги-скороходы. Благодаря им мы вдвоем смогли Старого Мельника завалить.

– Кого? – не понял я.

– Моб такой, босс. Недалеко от города, вниз по реке.

– А, ясно. А где он сейчас?

– Мельник? – удивилась дамочка.

– Да нет, Борька. Борей.

Она развела руками.

– А вот этого не скажу, не видела его уже, наверное, с месяц. Мы с ним частенько переписывались, а потом он вдруг перестал отвечать... Постой, – Сакура вдруг напряглась, – а ты, часом, не соглядатай капитана Крива из Сырых Подвалов? Борей натворил что-то?

Ответить я не успел. Стоявший рядом парень в легкой броне и кожаной бандане с нарисованным черепом, громко расхохотался:

– Какой соглядатай? Ты посмотри, он же нуб нубом.

Народ в очереди с любопытством прислушивался к нашему разговору.

– По вашим меркам, может, и нуб, но пятнашку уже набил, – сказал я, оглядывая окружающих. – А то, что в городе новичок, это верно, только сегодня ночью прибыл из Черного Камня.

Сакура восхищенно подняла брови.

– Ого, так ты из тех, кто пробился сквозь осаду? Круто! Извини, просто эти церберы из Подвалов за что угодно могут упечь за решетку.

– Какой у твоего приятеля уровень? – спросил парень в бандане.

Я покачал головой.

– Без понятия, но, думаю, не меньше тридцатого.

– Когда мы виделись последний раз, был двадцать девятый, – подтвердила Сакура.

– Значит, исчез. На тридцатом все исчезают.

– Или на Риалон подался, – вмешалась девушка лет двадцати и добавила, понизив голос: – Чтобы не испариться.

Я покосился на ее руку:

Камилла, 22 уровень.

– Вы о чем вообще? Что значит «исчезают»? В каком смысле – «испариться»?

– Да ты действительно совсем нулевый, – посочувствовал парень. – Хотя я, когда сюда прибыл, тоже этого не знал, – он перешел на шепот: – В общем, здесь никого нет старше двадцать девятого. На тридцатом все странники пропадают неизвестно куда или, как у нас говорят, испаряются.

Знание мира: +1, текущее значение: 54

Я вопросительно посмотрел на Сакуру – дама взрослая, врать не будет, – и она утвердительно качнула головой.

– Это правда.

– И куда они деваются?

– Никто не знает, – развела руками Камилла. – Говорят, забирает Тьма.

– А я слышал, – вклинился стоявший неподалеку гном, – что их съедают джинны-каннибалы.

– Обалдел? – удивился парень. – Джиннов-каннибалов не бывает.

– Как знать, – пробормотал гном себе под нос.

– Давай-ка выйдем, – предложила Сакура и обернулась к Камилле:

– Я перед тобой стою.

Она взяла меня под руку и уверенно двинулась к выходу. Осанка у нее была при этом поистине королевская. Выйдя на улицу, Сакура начала объяснять:

– Они все правильно тебе сказали, но я считаю, что болтать о таком у всех на виду не дело. Вижу, ты нормальный мужик, как и Борей, а его друзья – мои друзья. Поэтому мой тебе совет: не хочешь точно так же испариться, качайся. Не только уровень, но и скиллы подтягивай.

– Какие скиллы?

– В городских гильдиях работают учителя, за деньги обучают специальным навыкам. Правда, стоят они немерено, но зато у тебя будет шанс отличиться на арене. К этому все стремятся.

– Зачем? Призы крутые?

– Более чем. Награда – жизнь.

Она сказала это столь зловеще, что у меня по спине пробежал нехороший холодок.

– Хочешь сказать, что тех, кто проигрывает, убивают?

– Тебе же объяснили – они исчезают. Совсем. Поэтому выход один – уехать на Риалон. Вот там действительно классно. Как в раю. Но абы кого туда не берут, только лучших. А лучшие определяются где? Правильно, на арене.

Сакура замолчала, выжидающе глядя на меня. А я переваривал услышанное. Да уж, впечатляет. Либо ты становишься крутым и живешь на главном острове в полном кайфе, либо тебя забирает то ли Тьма, то ли джинны-каннибалы. Странно все это.

– Хорошо, а если я, допустим, вообще перестану качаться после двадцать пятого?

– Все равно исчезнешь. Пройдет время, которое примерно нужно для прокачки еще пяти уровней, и ты испаришься.

– То есть дело не в левеле? На Синеусе просто нельзя находиться дольше определенного срока?

– Нет, – она покачала головой, и полы ее шляпы колыхнулись. – Те, кто быстрее качаются, и уходят быстрее. Тридцатка – это предел, никого старше здесь нет.

Знание мира: +1, текущее значение: 55

– Ладно, спасибо. Ты мне вот что скажи: где Борис жил?

– На постоялом дворе возле западных ворот, – Сакура потупилась, разглядывая обтянутые тканью башмачки. – Поверь, искать его бесполезно. Уверена, он давно исчез.

– Почему обязательно исчез? Вполне мог победить на арене и уехать на Риалон. Надо будет узнать, наверняка есть списки победителей

– Списки-то есть, но вряд ли ты его в них увидишь. Я же говорю, как-то слишком неожиданно он пропал.

– Ясно. Но попробовать все-таки надо.

Мы распрощались, и я направился назад к площади, где должен был встретиться с Серегой. Он уже ждал меня у фонтана, а на его плече важно восседал Диоген.

– Приземляйся, – Серый кивком указал на место рядом с собой.

Я устроился на парапете, бросив беглый взгляд на ратушу.

– Узнал что-нибудь дельное? – спросил Серега.

Судя по его мрачному виду, ничего хорошего он от горожан не услышал.

– Кое-что есть, – я во всех подробностях передал разговор с Сакурой, и Серега сжал губы.

– Да, мне сказали то же самое. Это значит, что Борька исчез, как и все высоколевельные странники.

– Не спеши унывать, Серый. Может, он где-нибудь спрятался.

– Мне тут стражник по секрету поведал одну историю: парень тридцатого уровня специально что-то натворил, и его отправили в Сырые Подвалы, так называют местную тюрьму. Так вот, он пропал прямо оттуда.

– Не пойму, как это происходит? – нахмурился я. – Человек на глазах у всех просто растворяется в воздухе?

– Нет. Типа сегодня он есть, завтра – нет. К примеру, этот странник, который сидел... В общем, вечером его заперли, а утром пришли – камера пустая.

– Он в ней один был?

– В том-то и дело, что да.

– Чудеса...

Глава 6. Предсказание

Я повернулся к филину.

– Ну, а ты что узнал, мой мудрый друг?

Тот вспорхнул с Серегиного плеча на парапет рядом со мной, приосанился и важно сообщил:

– Послушал я местных и понял, что в городе без клана никак. Ну, и полетел в ратушу. Познакомился там с одной красоткой из архива, узнать хотел, был ли Борей в каком-нибудь клане. Так ведь его проще найти будет.

– Молодец! – я потрепал его по перьям. – Будь тут Гаррах, сказал бы, что ты – большая голова.

Филин гордо задрал клюв.

– С этим не поспоришь, иногда и Великаны могут говорить умные вещи. Правда, мне пришлось включить все свое обаяние и… – Он покосился на меня и снова перелетел на Серегино плечо. – Понимаешь, свойство одно у обаяния есть: если его хорошенько монетами приправить, то оно на новый уровень поднимается. Ну, я немного из сундука и взял.

– Вот ловкач, – рассмеялся я. – Ладно, оно того стоит.

– Ну, – с нетерпением спросил Серега, – что она сказала, был он в клане?

– Был. Даже название удалось узнать: Серые…

– Ястребы? – перебил я.

– Точно.

– А ты откуда знаешь? – удивился Серега.

– Да познакомился тут с одним из их руководителей.

– Во даешь, мы же только первый день в городе.

– Сейчас все выясним, – сказал я и отбил сообщение Гору.

Тут же пришел ответ:

Рокот? Неужели созрел?

– Чего, чего он говорит? – Серега дернул меня за рукав. – Где Борька?

– Сейчас, – сказал я, продолжая переписку.

Бипер снова пропищал:

Знаю такого, но он уже месяц как от нас ушел. Говорил, одиночкой хочет стать. С тех пор я о нем не слышал.

Мутный какой-то клан. Деньги фальшивые, с людьми не пойми что творится.

– Вот ведь непруха! – прорычал Серега.

– Ну, что делать. Тогда предлагаю двинуть на постоялый двор, где жил Борька.

– Да, остальное все мимо, – согласился Серый, и мы отправились к Западным воротам.

По всему было видно, что ситуация в городе ухудшается. Тут и там взволнованно переговаривались жители, большинство лавок было закрыто, а у тех, кто еще торговал, стояли длинные очереди. То и дело попадались стражники, по одному или парами. Вряд ли в мирное время они здесь слоняются в таком количестве. Бородатые гномы, синекожие анлоры, разномастные странники сновали туда-сюда, на всех лицах была написана тревога. На моих глазах два здоровяка погрузили в повозку целую груду купленных у оружейника доспехов, рыжеволосый мужик толкал перед собой тележку, доверху заполненную едой и зельями. В общем, затаривался народ не по-детски, похоже, все ждали голода и тотального дефицита. Мы прошли с десяток улиц и везде видели одно и то же.

Постоялый двор назывался по-пушкински – «Золотой петушок». Внизу размещался трактир, туда мы и направились. Я вошел первым, огляделся – похож на тот, что был у нас в деревне, только совершенно пустой – и в удивлении притормозил: за стойкой стояла Пантия. Как она сюда попала, вроде в нашем отряде ее не было?

Серега, ухмыльнулся и направился к хозяйке.

– Привет!

– Здравствуйте, господа, – она дежурно улыбнулась.

– Неужели не узнаешь? – удивился Серый.

– Простите? – Пантия, смешавшись, обвела нас взглядом. – Впервые вижу.

Мы с недоумением переглянулись, а Диоген, вспорхнув с моего плеча, плюхнулся перед ней на стойку.

– Что ж вы, дорогуша, своих не признаете? Или забыли, как я у вас мышей в Черном Камне заказывал?

На лице хозяйки появилось нетерпеливое выражение.

– Перестаньте, я никогда не была в Черном Камне! Хотите что-то заказать? Собственно, у нас еще утром все кончилось.

Я наклонился к Сереге и прошептал:

– Походу, разрабы сэкономили и сделали одинаковых трактирщиц.

Он в ответ рассмеялся и, подмигнув, ткнул меня локтем в бок.

– Прикинь, если они встретятся.

– Как ваше имя, уважаемая? – Я шагнул к стойке.

– Сантия, господин.

Хм, «господин». Не припомню, чтобы в деревне неписи были такие же вежливые.

– Прекрасно. Сантия, не припомните, бывал ли здесь странник по имени Борей? Он жил на вашем постоялом дворе.

– Ну как же, – разулыбалась она, но тут же в ее взгляде мелькнула настороженность. – А зачем он вам?

Серый вышел вперед, оттеснив меня плечом.

– Я его брат.

Трактирщица, склонив голову набок, с полминуты изучала Серегу. Белки ее глаз сверкали на фоне темного лица.

– А что, похож, – наконец заключила она. – И волосы такие же, и нос.

– Где он сейчас? – тихо спросил Серый, и мне показалось, что голос его дрогнул.

– Съехал, и довольно давно. Но к нам частенько заходил, видимо, жил где-то рядом.

– Когда вы его видели?

Сантия сложила губы трубочкой и на мгновение задумалась.

– Да уж с месяц назад, не меньше.

Больше хозяйка ничего сказать не смогла. Поблагодарив ее, мы вышли на улицу.

– Все сходится, – озабоченно резюмировал Серый. – Именно тогда он и пропал. Перестал звонить домой, заходить в трактир, качаться.

– Давай еще немного походим по округе, поспрашиваем, – предложил я. – Сантия сказала, что он жил неподалеку.

Мы снова отправились прочесывать улицы, на этот раз, для разнообразия, вместе. Переходили из лавки в лавку, расспрашивали.

– Вы идите, а я с этим пообщаюсь, – сказал Диоген, когда мы снова оказались на улице.

Он кивнул на крупного петуха, что топтался у ног старой уличной торговки. Привалившись спиной к стене дома, она сидела на коврике, расстеленном прямо на булыжной мостовой.

– Попробуй, – кивнул я, и филин полетел к пернатому собрату.

Когда мы вышли из очередного магазинчика, пропахшего пылью и травами, я увидел Диогена. Сидя на покосившейся вывеске, он энергично махнул крылом и позвал:

– Давайте сюда!

На город уже опустились сумерки, поэтому рядом со старухой стоял слюдяной фонарь с колышущимся внутри огоньком свечи. На шершавой стене дома тень петуха, то и дело собирающего с земли крошки, в обманчивом свете фонаря была просто огромной. Со стороны казалось, что гигантский черный монстр клюет старуху прямо в темя.

– Здравствуйте, вы что-то знаете о Борее? – спросил я, подойдя к торговке.

– Это белобрысый такой? – ответила она вопросом на вопрос. Прищурившись, посмотрела на Серого и добавила: – На этого здоровяка чем-то похожий?

– Да, да! – воскликнул Серега. – Где он?

– Экие вы скорые. Я уже старенькая, в голове все перемешалось. Вы бы пока печенинку у меня купили, а я бы повспоминала. Они не простые, в каждом ответы есть, – она хитро усмехнулась и кивнула на плетеную корзину у ног.

Так она гадалка? Чего только люди не придумают, чтобы лишнюю копейку срубить.

Серега нетерпеливо сунул ей пару медяков.

– Держи!

Петух тут же взбодрился, взлетел на край корзины и, вытянув обгорелый кругляк, кинул его в ладонь Серому.

– Что там? – я с любопытством придвинулся к другу.

Он разломил зачерствевшее печенье, вытащил свернутую записку и выбросил остатки раскрошившегося кулинарного «шедевра» на мостовую. Правильно, не жрать же такую гадость. Беспокойный петух сразу же бросился уничтожать крошки. Похоже, старуха своего питомца держит впроголодь, раз он с таким удовольствием их трескает.

Развернув пожелтевшую записку, Серый прочел:

Не верь друзьям, что за тебя горой.

Не все, как кажется, на этом свете.

И даже милые цветы порой

Пленяют сладким ароматом смерти.

Он вытаращился на гадалку.

– Что за бред, бабка? Как это «не верь друзьям»? Поссорить нас вздумала? И где тут про Борея?

– А я почем знаю? – развела она руками. – Это для тебя писано, вот и думай.

– Ты что, старая, издеваешься? – Серый сжал кулаки, сдвинул брови и стал к ней медленно приближаться. – Сейчас ты у меня всю эту дрянь из своей корзины самолично сожрешь!

– Тихо, тихо, – она съежилась и замахала руками. – У меня как раз озарение, вспомнила кое-что о вашем Борее.

Серега остановился.

– Говори!

– К Лизке он подался, ага. Вроде как любовь у них.

– К какой Лизке?

– А вон там, через дом, живет. Ох, и взбалмошная девка эта Лизавета. Волосы в разные цвета раскрасила, ее теперича все Радугой кличут.

Да уж, неплохо у Сереги получается лечить старческое слабоумие. Я улыбнулся и подмигнул сжавшейся в комок гадалке.

– Спасибо, бабуля!

Мы припустились к аккуратному розовому домишке с белыми ставнями, светлыми пятнами выделявшимися в наступающей темноте. В окнах горел свет, над крыльцом тоже, и через минуту Серега уже стучался в дверь.

Нам открыла миниатюрная девушка с длинными волосами, и правда окрашенными в разные цвета. Глаза ее лучились теплотой, и в целом она казалась на редкость обаятельной. Но сейчас, похоже, была напугана.

– Здрасьте. Что-то случилось? Эвакуация?

Мы с Серым переглянулись, и он осторожно уточнил:

– Какая эвакуация?

– Ну, я не знаю, – она неопределенно помахала руками, – осада ведь. Штурм не начался?

– Пока вроде нет.

– А что тогда?

– Ничего, – пожал плечами Серега.

Меня этот разговор двух глухих начал утомлять, и я вмешался.

– Вы Лиза? Мы хотели бы поговорить об одном знакомом.

– А, ну проходите.

Она распахнула пошире дверь, и мы вошли в аккуратную, уютную комнату, служившую то ли кухней, то ли складом. Стены обшиты деревянными рейками, стол, буфет и даже лавки заставлены всевозможного размера корзинами с морковью, репой, яблоками, перцем.

– Не обращайте внимания, – смутилась Лиза и потерла ладонью нос, – я фрукты-овощи в соседнюю лавку поставляю. Сама выращиваю, у меня и огородик есть.

– Здорово, – тепло улыбнулся Серый, пристраиваясь на край скамьи. – Я хотел спросить про твоего друга, Борея.

– Кого? – Радуга удивленно подняла брови. – Не знаю такого.

– Да ладно тебе. Вы же жили вместе.

Она внимательно посмотрела на каждого из нас и покачала головой.

– Ребят, вы что-то путаете. Я слыхом не слыхивала ни про какого Ворея.

– Борея, – машинально поправил Серега.

Девушка выглядела совершенно искренней, но он не желал сдаваться.

– Ты не могла забыть, у тебя с ним роман был совсем недавно, буквально месяц назад.

Чуть не плача, Лиза всплеснула руками.

– Ну как мне вас убедить? Честно-пречестно, я понятия не имею, о ком вы говорите.

Серый покосился на меня, я лишь в недоумении пожал плечами. Не было сомнений в том, что девушка говорит правду.

– А какой-нибудь бесхозной вещи ты дома не находила? Сапог, например. У Борьки сапоги артефактные были.

– Да нет же. Все, что здесь есть, мое, чужого мне не надо.

Мы еще немного попрепирались, но в конечном счете пришлось уйти восвояси. Выйдя на улицу, Серега раздраженно плюнул.

– Вот старая карга, перепутала все.

– Ты про гадалку?

– Ага. Слушай, а может, бабка специально нас по ложному пути направила? Или Лиза – хорошая актриса?

– Чушь, – фыркнул Диоген. – На ней заклятие.

– Что?! – разом воскликнули мы.

– На девушке этой чары беспамятства, вот она и не помнит ничего про твоего братца. Видели, как у нее мочки ушей дрожали? Это верная примета.

– А ты откуда знаешь? – усомнился Серый.

– Я квестовый филин, понял?

Блин, вечная отговорка. Впрочем, надо отдать Диогену должное, если он что-то утверждает, значит, так оно и есть. Странно. Если Борис сам подался на Риалон, то какой ему смысл девушку заколдовывать? Никакого. Получается, кому-то очень хотелось, чтобы о Борее никто ничего не узнал. И исчез он явно не по своей воле.

Видимо, Серега сделал те же выводы, потому что, мельком взглянув на меня, мрачно кивнул.

– Надо сходить на арену, посмотреть списки. Остается шанс, что он победил и уехал на Риалон.

– Завтра узнаем, – согласился я.

По темным улицам, лишь кое-где освещенным укрепленными в стенах факелами, мы направились в разные стороны. Я пошел домой, а он – на постоялый двор.

Едва проснувшись, я написал Марусе. Накануне она с ребятами допоздна качалась, чтобы не потерять место в данже, и пошла ночевать на постоялый двор. Мы успели обменяться парой сообщений и договорились, что утром я ее разбужу.

Пора вставать, любимая

Над браслетом образовалось легкое облачко: я не сразу понял, что это Фросина голова. Девчонка вылезла из стены и теперь выглядывала из-под моей руки.

– Ты в нее влюблен, да? – спросила она.

– Не твое дело.

– Подумаешь, – фыркнула нахалка. – В меня, между прочим, тоже один мальчик влюблен был. Нет, даже два.

Я промолчал, и она, помедлив, осведомилась:

– Куда сегодня пойдем?

Брать ее с собой не хотелось. Но и помешать ей шататься с нами я не мог.

– Почему бы тебе не пойти с Верховым в данж? У тебя здорово получалось рулить боем.

Она мотнула головой.

– Не-а. Хочу с тобой.

Вот ведь привязалась! Ну ладно.

В двух словах я написал Марусе о наших с Серегой вчерашних приключениях. Пискнул браслет – она пожелала пойти вместе с нами. Настроение сразу поднялось, и я, подмигнув Фроське, отправился завтракать.

Глава 7. Пьедестал Победителей

Через час мы впятером – я, Серый, Маруся, Диоген и Фрося – подошли к Гильдии воинов. Огромное здание в классическом стиле, выложенное из крупных серых камней, производило фундаментальное впечатление. Толстые стены, по углам – мощные башни, а в широченные двери мог бы проехать КамАЗ.

Но больше всего притягивала взгляд центральная башня. Она напоминала пизанскую: не тем, что была кривая и вот-вот могла рухнуть, а архитектурой – круглая, с рядами поддерживающих арки колонн по всей длине и бесконечным количеством стрельчатых окон. А на самой ее макушке громоздилась огромная чаша, которую Гор назвал гардой. Ну да, издалека, наверное, чем-то похожа.

Внутри все было по-деловому: сновали неписи и странники, кто-то тащил ворох амуниции, кто-то волок длиннющие мечи, с противоположного конца коридора раздавался звон оружия, а из-за мощной дубовой двери с табличкой «Арсенал» доносился забористый мат.

Я схватил за рукав пробегающего мимо лучника.

– Друг, не подскажешь, где тут можно список отправленных на Риалон полистать?

Тот окинул меня непонимающим взглядом.

– В смысле «полистать»? Все имена выбиты на Пьедестале Победителей на Небесной арене.

– А где это?

– Вы что, с луны свалились? А, прикалываетесь. Шутники, блин, нашли время, – Лучник недовольно нахмурился и поспешил дальше.

– Небесная арена – это штуковина на башне, – сказала Фрося.

– Та здоровенная чаша? – недоверчиво переспросила Маруся, ткнув пальцем в потолок.

– Ничего себе у них развлечения – биться на такой высоте, – хмыкнул я. – Значит, нам куда-то к центру здания.

Поплутав по просторным коридорам, мы оказались в большом круглом зале. На одной из скамеек, стоявших вдоль стен, сидели несколько странников. В полной боевой амуниции, с кровоподтеками на лицах, они что-то бурно обсуждали. А в самом центре зала красовалась винтовая лестница, верх которой терялся в башне. Туда мы и направились.

Долгий подъем отнял у нас кучу времени и сил. Серега шел сам, Диоген сидел на руках у Маруси, а ее, в свою очередь, поддерживал я. Фрося же носилась вдоль лестницы, то поднималась выше всех, то пристраивалась в хвосте группы. И, постоянно посмеиваясь, строила нам рожи.

– Ой, ну какие же вы медленные.

Посередине пути я заметил в стене приоткрытую дверь, ведущую на широкий балкон, который, видимо, опоясывал всю центральную башню. По нему с веревками в руках сновали мужики, но что они делали, я так и не понял.

Когда мы, пыхтя, как паровозы, одолели последние ступени, то оказались внутри помещения, круглого и весьма необычного. Оно было заставлено шкафами, столами с зельями, амуницией, какими-то памятными камнями. Серега в растерянности покрутил головой, пытаясь понять, куда нас занесло.

– Мне одному кажется, что парень внизу пошутил насчет Небесной арены?

– Сюда, – послышался сбоку Фросин голос. – Здесь еще лесенка.

Я оглянулся: девчонка болталась возле стенного проема, в котором виднелись ступени. Тяжело вздохнув, Маруся первой направилась к нему.

Наконец последняя лестница осталась позади, и мы оказались внутри той самой чаши, на самом краю. Перед нами расстилалась здоровенная площадка, засыпанная песком. Примерно три четверти ее периметра окружали трибуны, на которых сейчас сидело не больше дюжины зрителей, а вот оставшаяся часть не ограждалась ничем. От слова совсем. Край арены просто висел в воздухе, дальше зияла пустота, и я невольно поморщился, представив, с какой высоты падают неудачники. Что за странная прихоть? Ведь там, внизу, улицы, лавки, жилые дома. А если у проигравшего нет Метки? Похоже, у любителей аренных боев весьма суровые нравы.

Посередине неогороженной части поля, на самом краю, возвышалась цилиндрическая тумба. Даже с того места, где мы стояли, было видно, что она сплошь покрыта золотыми буквами.

– Простите, это и есть Пьедестал Победителей? – послышался Марусин голос.

Направлявшийся к лестнице коренастый мужик остановился рядом с ней.

– Именно так. А вы что, новенькие?

– Да.

Он с видимым удовольствием окинул Марусю взглядом (убил бы, честное слово!) и сказал:

– Это было прекрасное зрелище. Каждую неделю лучшим десяти бойцам арены вручали жетоны Вернувшихся. Они становились на эту тумбу, держа их на ладони, и падали вниз. В этот момент у них срабатывал телепорт на Риалон.

– А почему в прошедшем времени? – проворчал я.

Мужик искоса посмотрел на меня. Его словоохотливость как рукой сняло.

– Мешает кольцо антимагии, – скупо пояснил он и шагнул к лестнице.

– Пошли, – прошептал Серый. – Попробуем отыскать Борькино имя, пока на арене никого нет.

Проход между трибунами упирался в высокую готическую арку, ведущую непосредственно на поле сражений. С вершины арки свисал массивный колокол, украшенный скульптурой горгульи. Точно живая, она обвивала когтистыми лапами свой постамент и пустым взглядом смотрела на арену.

Возле арки кучковалось шестеро странников. Я обратил внимание, что у каждого из них на амуниции присутствовал цветок: у одного в виде фибулы, у другого – вышивки на плаще, у третьего – герба на щите. Похоже, символ их клана.

Мы подошли к арке и уже хотели двинуться на песчаное поле, как раздался оклик:

– Эй, вы на какое время договаривались?

Я обернулся – за спиной стоял высокий, крепко сложенный бородач в начищенных до блеска доспехах и шлеме с поднятым забралом. Он поманил нас закованной в броню рукой, на миг ослепив сверкнувшим на металле солнечным бликом.

– Не договаривались мы, нам нужно... – начал Серый.

– Новенькие? И сразу к нам? Правильно, надо испытать свои силы. Но без записи никак, желающих много. Можете через меня записаться. Я Прокопий, смотритель арены.

– Очень приятно, – вежливо сказала Маруся. – Мы хотели узнать...

Но и она не успела договорить: глаза мужика блеснули, и он радостно затрубил:

– Погодите, а это не вы давеча в город с Великанами прорывались?

– Мы, – гордо ответил за всех Диоген.

Он, конечно, у нас главный прорывальщик.

– Ай, молодцы! Лично видел, как вы сражались с нежитью. Хороши, ничего не скажешь. С вами, небось, в бою сладу нет. Вот сейчас и проверим. А ну-ка, ждите тут, сейчас что-нибудь придумаю.

Тяжелым шагом он направился к «цветочной» группе.

– Эй, Борис! Давай сюда, дело есть.

Мы с Серым быстро переглянулись, он вытянул шею, глаза его загорелись, но тут же потухли.

– Не, не он, – вздохнул Серега и перевел взгляд на меня: – Сейчас нас в битву затащит. А оно нам надо?

– Надо, – решительно заявила Маруся, явно имея в виду мой рассказ о наших вчерашних изысканиях. – Неплохо бы знать, ждет нас в будущем исчезновение или дорога на прекрасный Риалон.

Между тем смотритель подошел к странникам, и один из парней шагнул ему навстречу.

– Чего, Прокопий? Видишь же, в бой идем, блин.

Наш новый знакомый приблизился к нему вплотную и что-то прошептал. Борис с интересом посмотрел на меня, почесал подбородок и одобрительно кивнул.

Он был высоким и странно сложенным: короткое, плотное туловище сидело на неестественно длинных ногах, словно взятых от другого человека. Лицо бледное, светло-серые, почти бесцветные глаза смотрели на нас слегка настороженно. Сквозь броню просвечивала татуировка:

Борис Годунов, 15 уровень

Интересно, его на самом деле так зовут или у парня мания величия?

Подойдя, он протянул нам по очереди руку.

– Здорово. Вы те самые герои из деревни?

Прозвучало это как-то двусмысленно.

– Здоровей видали, – немного резко ответил я. – Мы из Черного Камня.

Парень посмотрел на меня с некоторым ехидством. От него так и веяло чувством собственного превосходства.

– Ладно, пойдем глянем, на что вы способны. Вас трое?

– Ты слепой? – влезла Фрося. – Четверо!

– Пятеро! – возмутился Диоген.

Мельком взглянув на них, Годунов усмехнулся.

– Бой без петов, это арена.

– Верно, – кивнул Прокопий, – такое у нас запрещено.

Повернувшись к своим, Борис скомандовал:

– Тит, Кнопка, ко мне.

От отряда отделились худой носатый парень с крашенной в зеленый цвет прядью волос и рыжая кругленькая девчонка, настолько маленькая, что и до груди мне не доставала. Она мило улыбнулась, глядя на нас, в глазах сверкнули озорные искорки.

– Что ж, повоюем, – подмигнув, пропела Кнопка.

Оба – тринадцатый уровень. Я в недоумении нахмурился – тоже мне вояки. Да мы их сделаем шутя.

– Пойдемте, я все объясню, – засуетился Прокопий, – Борис, поскольку они новенькие, вы будете у провала.

– Окей, – кивнул тот.

Серега притормозил и, не разжимая зубов, бросил:

– У главного топор. Девчонка явно маг. Кто третий, пока не понял.

– Похоже, рога, – прошептала Маруся.

Смотритель подвел нас к арке и начал объяснять:

– Ваш сектор тот, что ближе к центру трибун. Стройтесь, как считаете нужным. Петов, я это уже говорил, в бой брать запрещено, – Прокопий перевел взгляд с Диогена на Фросю, – так что вы отойдите.

Мои питомцы с недовольным ворчанием отлетели и угнездились на ближайшей к арке скамье трибуны, а смотритель продолжил:

– Разрешено использовать любые приемы, любые подручные средства. А вот зелья пить нельзя. Сумки сложите здесь. Можете не беспокоиться, их никто не тронет.

– Нет уж, – послышался голос Диогена, – лучше рядом со мной на скамье.

– Пусть так, – согласился смотритель. – Бой начинается после третьего удара колокола. Видите бортик, отделяющий арену от трибун? Если кого-то через него перекинут, он выбывает из боя. Умереть здесь нельзя, когда останется один хит, браслет выведет вас из битвы. Слишком больно не будет: у нас работает магия, поглощающая ощущения от урона. Все понятно? Вопросы есть?

– Жалко Катюшу с собой не взяли, бафф не помешал бы, – вздохнула Маруся.

– Это бесполезно. Врата Очищения, – Прокопий мотнул головой в сторону арки, – обнуляют любой бафф. Кастовать его можно только в бою.

Он полез в суму, достал из нее что-то и показал нам. На закованной в железную перчатку ладони сверкнула желто-красным металлом шестиугольная безделушка, на которой была выгравирована буква «Р».

– Если будете часто побеждать, то войдете в число лучших и получите вот такие жетоны. С их помощью счастливчики телепортируются на прекрасный Риалон. А теперь вперед!

Знание мира: +1, текущее значение: 56

Мы вышли на песчаную площадку. Тройка Годунова уже заняла позиции и ждала, пока смотритель закончит давать нам разъяснения. Позади нас оказалась трибуна, а за спиной соперников – та сторона арены, за которой зияла пугающая пустота. Ее-то, как я понял, Прокопий и называл провалом.

Маруся юркнула за наши спины, Серый вытащил шестопер, а я приготовил Кладенец, шепнув:

– Первым бьем рогу.

За спиной громыхнул колокол. Обернувшись, я посмотрел на него и замер от удивления: его раскачивала горгулья, та самая, которая показалась мне красивым декором. Так она живая?

За первым ударом последовал второй, а за ним и третий. Я бросился вперед, Серега – за мной. Над головой пролетела стрела, направленная в Тита. Увы, Маруся не успела, кинжальщик уже ушел в инвиз. А за секунду до этого Кнопка кинула на него какой-то баф. Мы с Серым на миг притормозили: наша цель стала невидимой. И тут же, не сговариваясь, побежали к рыжей.

Но на пути вырос Годунов. Размахнувшись огромным топором, он попытался рубануть меня, однако я, увернувшись, ткнул Кладенцом, Серега вдогонку приложил шестопером. Парень пошатнулся, но не упал, в него тут же прилетел живительный сгусток. В это мгновение сзади раздался пронзительный крик. Я обернулся – Маруся лежала на песке. Мелькнул зеленый чуб, и Тит снова растворился в воздухе.

– Вперед! – крикнул я Серому и, поднырнув под локтем Бориса, рванул к бафферше.

Воздух свистел в ушах, дыхание прерывалось. До Кнопки оставалось метров пять, когда она сделала пасс рукой, и мои доспехи моментально отяжелели, словно весили тонну. По инерции сделав еще пару шагов, я плюхнулся на землю, придавленный их массой. Обернулся, стараясь не обращать внимания на возмущенные вопли бипера:

Перевес!

Оказалось, Серега мимо Годунова прорваться не смог и сейчас рубился с ним один на один. Я же валялся, отплевываясь от набившегося в рот песка, и не мог подняться. Какое-то время они бились на равных, но вдруг Борис сделал немыслимый разворот, его топор описал дугу и вонзился в бок Серому. Тот отмахнулся дубиной, лишь чуть-чуть не попав противнику в лицо.

Боковым зрением я увидел, как над полем боя пролетела горгулья. Подняв Марусю в воздух, она вынесла ее с поля боя и опустила в проходе за аркой.

В этот момент заклинание, лежавшее на мне, спало, я снова почувствовал легкость и быстро ринулся к Кнопке. Убежать она не успела, смогла лишь скастовать какое-то невидимое препятствие, вязкое и липкое, но Кладенец легко прошел сквозь него. Два удара – и девчонка без звука повалилась на землю, напоследок кинув живительный сгусток в Годунова.

Я рванул назад. Над головой хлопнули крылья горгульи, летящей за Кнопкой. Серега, стоя на одном колене, из последних сил отмахивался от Бориса. Мне не хватило нескольких шагов, чтобы помочь другу: из ниоткуда вывалился рога и, описав в воздухе умопомрачительный кульбит, взмахом кинжала добил Серого.

Теперь я остался один против двоих. Они медленно пошли на меня, топорщик и рога, который даже не потрудился уйти в инвиз, настолько, видимо, был уверен в своих силах. Что ж, он и станет моей первой целью. Притворившись, что отступаю, я сделал резкий выпад и проткнул Тита Кладенцом. Целился в грудь, но он успел дернуться в сторону, и меч распорол ему плечо.

Рога зажал рукой рану и со стоном упал. Увернувшись от просвистевшего над моей головой топора, я прыгнул к нему и наклонился, чтобы добить. Разок промахнулся и тут же ослеп: хитрый парень мгновенно зачерпнул в ладонь песка и кинул мне в лицо. Мотая головой, каждую секунду ожидая удара, я сдал назад и уперся спиной в борт. Он едва доходил мне до пояса, один удар – и мы проиграем бой.

Пока я пытался проморгаться, они снова насели на меня. Сквозь туман в глазах я увидел сверкнувший на солнце клинок и, пригнувшись, сделал кувырок. Опять свист – заскользил вдоль борта, пытаясь увернуться. Выставил вперед меч, и лезвие топора со звоном ударилось о Кладенец. Сердце колотилось, дыхание толчками вырывалось из груди. Хрен вам, не возьмете!

То, что роги нет рядом, я понял за миг до удара, распоровшего мне бедро. Схватился за бортик, чтобы не упасть, и тут же получил по плечу топором. Кровь хлынула рекой, бипер жалобно всхлипнул, боль, несмотря на защитную магию арены, затопила меня от макушки до пят. В глазах потемнело, вблизи блеснул металл, я, спасаясь от занесенного оружия, сделал шаг назад. И потерял опору под ногами, слишком поздно сообразив, что противники специально оттеснили меня к провалу.

Чудом успев уцепиться за край арены, я болтался над бездной. Подо мной, у казавшихся игрушечными домов, сновали люди-букашки. Если не залезу обратно, мне конец. Вложив последние силы в рывок, я подтянулся. Перед глазами мелькнул сапог Годунова, опускающийся на мои пальцы.

Сердце остановилось, когда я, сорвавшись, ухнул вниз. Где-то наверху раздался пронзительный крик Маруси.

Если книга Вам нравится, написать комментарий, поставить лайк или подписаться на авторов можно здесь: https://author.today/work/133426

Глава 8. Путь Длинного Меча

Шлеп! Мое тело бухнулось во что-то вязкое, мягкое. Кровь бросилась в голову, когда я, чуть отдышавшись, огляделся и понял: вишу в воздухе. Просто парю над городом без какой-либо опоры! Рядом плавал Кладенец, тоже ничем не поддерживаемый.

Метрах в десяти от меня темнела главная башня Гильдии воинов. А далеко внизу все так же сновали люди, проехала повозка, на горизонте, за крепостной стеной, поблескивала доспехами армия Тьмы. До меня никому не было никакого дела.

Получено достижение – Первый блин комом. Вероятность счастливого события: -0.3%.

Естественно, за столь отвратительный, вчистую слитый бой ничего хорошего дать не могли.

Я замер, боясь лишиться невидимой поддержки. И тут заметил, что раны затягиваются прямо на глазах. От таинственной перины, державшей меня на весу, исходила прохлада, даже холод, и вскоре я порядком замерз. Осторожно закутался в плащ, завязав его узлом на животе, но теплее не стало. Брр... Взглянул на татуировку – хиты прибавлялись с необычайной быстротой. Боль ушла, слабость тоже – выходит, этот странный морозец лечит?

Н-да, вляпался я нехило. Ясно, что Тит с Борисом специально отжимали меня к краю арены. Сначала к борту прижали, и вдоль него, вдоль него...

– Эй, парень, ты как там?

Голос шел со стороны башни. Стараясь не шевелиться, я скосил глаза – немного ниже был тот самый балкон, который мы видели, поднимаясь по лестнице. На нем стоял мужик с веревкой в руке и радостно скалился.

– Нормально, – сглотнув ком в горле, ответил я.

Получилось не очень, что-то среднее между хрипом и шипением. Плевать, пусть смеется, если хочет. Сам-то когда-нибудь падал с такой высоты? Да, я испугался, и не стесняюсь в этом признаться. Только дурак ничего не боится, а смелый просто умеет бороться со своим страхом.

– Лови!

Мужик размахнулся и кинул мне конец веревки. Если бы я не опасался провалиться сквозь вязкую опору, то поймал бы его с первого раза, а так пришлось сделать три попытки. Наконец мне удалось уцепиться одной рукой, а другой подтянуть Кладенец. Стоявший на балконе дернул веревку на себя, и я прямо по воздуху съехал к его ногам.

– Вставай, – он наклонился и помог мне подняться.

Но на ногах я пока держался не очень твердо.

– Фу-ух... Что это было?

– Новенький, что ли? – хохотнул мужик. – Это защита для неумех. А как ты думал, сорвавшиеся лепешками на мостовую падают? Прямо на головы горожанам?

Его браслет пискнул, он взглянул на дисплей и спросил:

– Ты Рокот?

– Да.

– Тебя ждут в зале под башней. Отдышался? Дуй к своим.

Я вышел на лестницу и потопал вниз. Ноги наконец окрепли, и спустился я без приключений, лишь пару раз проводил сочувственными взглядами тех, кто поднимался навстречу.

На кованой лавке у подножья винтовой лестницы сидела вся компания. Едва я дошел до последних ступеней, как Маруся бросилась ко мне.

– Дима! Господи, как я испугалась!

Глаза ее говорили лучше любых слов. Хотя, надо признаться, такое выражение в них мелькало нечасто.

– Ну что ты? – Я прижал девушку к себе. – Все нормально.

Диоген, вспорхнув на плечо, радостно клюнул меня в ухо.

– Старик, ты охренел? Больно же.

– Да, Димыч, вот это ты дал! – Серега неторопливо приблизился и протянул мою сумку. – Но бился знатно, молоток.

И только Фрося молча висела в стороне.

– А вы видели?

– Ага. Когда горгулья выносит за пределы площадки, сразу приходишь в себя.

– Про Борьку узнал?

– Никто его здесь не помнит, – помрачнел Серый. – Среди имен на пьедестале тоже нет. Походу, он и не заглядывал на арену.

– Фигово.

Я опустился на лавку и обвел друзей взглядом.

– Народ, почему мы слились? Они ведь ниже по уровню. Что с нами не так?

– Да уж, продули в пух и прах, – хмыкнула Фрося.

Интересно, как все-таки замочить призрака? Ей-Богу, руки чешутся.

– Мы все разузнали, Дим, – Маруся села рядом. – Помнишь, ты рассказывал о специальных умениях? У соперников они были, а у нас – нет.

– Видел, какие кульбиты выделывал Тит? – перебил Серый. – И Годунов тоже. Офигительные просто. Блин, будь я в строю, когда ты с ними бился, хоть маскировку бы кинул.

– И Прокопий, и Эдельвейсы... – начала Маруся.

– Так наши противники называются, – встрял Диоген.

«Наши». «Наши», Карл!

– В общем, все в один голос говорят, что дело в умениях. Годунов даже посмеялся, типа вы четырнадцатые-пятнадцатые уровни, а самого нужного не освоили. Нубы мы, короче.

– Здесь, в Гильдии, есть учителя, их еще называют мастерами Пути. Они обучают скиллам, – подхватил Серый.

Знание мира: +1, текущее значение: 57

– Так чего же мы сидим? Пошли их искать.

– Погнали, – кивнул Серега, и мы направились на поиски тренеров.

Наткнувшись на комнату с табличкой «Тренировочный зал», я заглянул и спросил у бледного, остроносого парня, самозабвенно кромсавшего кинжалом соломенное чучело:

– У кого можно скиллам научиться?

Он мельком взглянул на меня и махнул рукой вдоль коридора.

– Туда идите.

Мы двинулись в указанном направлении и скоро увидели дверь с надписью:

Путь Лука. Мастер Мусаси.

– Может, сначала Марусю осчастливим? – прошептал мне на ухо Серый.

– Сам хотел предложить.

Мы ввалились внутрь и, прикрыв за собой дверь, оказались в узком, длинном помещении. Спиной к нам трое странников целились в казавшиеся крошечными мишени у противоположной стены, а вокруг стрелков, что-то подсказывая, расхаживал худощавый мужик с повязанной на лоб алой лентой. У него были раскосые глаза и длинные прямые волосы. Вдоль стрелковых дорожек справа и слева стояли скамейки, на которых располагались несколько зрителей.

Неожиданно раздался свист, и три стрелы вонзились в дверное полотно прямо над нашими головами. Я схватился за меч, мгновенно приняв боевую стойку, рядом Серый вскинул шестопер. Диоген тоже среагировал моментально: буквально свалился с плеча и спрятался за моей спиной.

– Совсем озверели, – возмущенно забубнил он, вцепившись когтями в плащ. – Кто так делает? Я же редкий, такого даже в Красной книге не найдешь.

Среди зрителей раздались приглушенные смешки. Похоже, здесь это популярный прикол – обстрелять новичков. Покосившись на все еще дрожавшие древки с белым опереньем, я попытался найти шутника. Обзор закрывала оружейная стойка с самострелами, а за ней восседал толстый мужик в кожаной безрукавке на голое тело, державший на коленях арбалет. Рядом стоял стол, заваленный книгами, при взгляде на которые сразу приходил в голову термин «бухучет». Вроде серьезный дядька, а ведет себя...

Толстяк посмотрел исподлобья и поманил нас к себе.

– Мама не рассказывала, что стучаться нужно? – сурово спросил он, когда мы приблизились. – Не видите, мастер урок проводит?

– Мы тоже учиться пришли, – с вызовом ответил Диоген.

– И деньги есть? Тогда вы по адресу. Я помощник мастера Мусаси. Оплата через меня, – на его лице отразилась радость от осознания этого факта. – Чему хошь научим. Есть пассивные умения, повышающие силу или точность выстрела, есть активные – будешь лупить, как раньше и не снилось.

– Круто-о, – уважительно протянула Маруся и, показав на дверь, спросила: – А такому залпу, ну, чтоб сразу тремя стрелами, обучите?

– Хоть пятью. Нет проблем, главное, деньги платите. Первый уровень скилла – двести золотых, – осклабился он, вытирая капельки пота на лысой голове.

– Сколько?! – вскричали мы одновременно.

– А вы думали? Одно умение поднимет мощь стрелка раза в полтора.

Поджав губы, я покосился на Серого.

– Что скажешь?

– А ничего, – он развел руками. – У нас на троих и двадцатки не будет, думаю.

Толстяк залился веселым смехом.

– Двадцать? Да за такие деньги вас даже из игрушечного лука стрелять никто не научит.

– Пойдем отсюда, – фыркнула Маруся, и мы следом за ней потянулись в коридор.

– Ну и цены, – выдохнул Серый.

– Похоже, этот парень просто хапуга. Пошли у других узнаем, – предложил я и направился к ближайшей двери, над которой красовалась табличка с надписью:

Путь Длинного Меча. Мастер Вальтер.

Чтобы не нарваться на очередную идиотскую шутку, я постучался, но никто не ответил. Пришлось заходить, не дожидаясь приглашения.

Помещение представляло собой довольно большой квадратный зал. Здесь царила совсем другая атмосфера. Народу было больше – и тренирующихся, и зрителей. Беспрестанно звенело оружие, слышались гортанные крики на выдохе и топот ног по деревянному настилу.

Парень с засученными по локоть рукавами отрабатывал колющие удары на чучеле, хотя это был, скорее, мешок, набитый соломой, с нарисованной мордой зомби. В кукле виднелись прорехи, из которых торчали пучки пожухшей травы. А при каждом выпаде парня из-под острия меча, уткнувшегося в «монстра», поднималось пыльное облачко.

Рядом с потолка свисала странная цилиндрическая конструкция. Будь мы на Большой земле, я бы решил, что это стопка старых автомобильных покрышек, подвешенных наподобие боксерской груши. Двое учеников, устроившихся друг напротив друга, ловко передвигались вокруг нее и со всей дури лупили мечами.

Обойдя стойки с оружием, я увидел несколько пар, попеременно проводящих то удар, то защиту. А сразу за ними долговязый странник танцевал с мечом. Реально танцевал. Движения были настолько четкие и отточенные, что любой джедай, увидев его, сдох бы от зависти.

– Дыхание! О дыхании не забывай! – низким, раскатистым голосом покрикивал здоровенный мужик с ежиком седеющих волос. – Расслабь кисти! Жесткая рука – мертвая рука. Жизнь только в подвижности.

Похоже, это и есть мастер Вальтер.

– Эй! – послышалось за спиной. – Отойди, мешаешь же.

Я обернулся – со скамьи у стены на меня смотрел парень со смеющимися глазами.

– Да на здоровье, – я сделал шаг в сторону.

– А ты поглазеть пришел или как? – спросил он.

– Или как.

– О, значит, будущий коллега! – парень вскочил и протянул мне руку. – Я Фиори.

– Рокот.

– Хороший выбор, Рокот. Правда, не каждому под силу. Как говорит учитель: «Путь Длинного Меча – это путь смерти. И ничего более. Истинным мастером станет лишь способный шагнуть навстречу своей гибели». Подходящая философия?

– А на Мелизоре есть другие варианты?

– Это ты точно подметил, других не встречал, – хмыкнул Фиори. – Ладно, пока учитель занят, советую посмотреть тренировку скилла «Павлиний хвост», тебе должно понравиться, – он показал рукой в конец зала, где двое странников натягивали кольчужную сетку.

Мои друзья уже были там и с любопытством смотрели на подготовку к действу. Пятеро арбалетчиков выстроились в линию и прицелились в одиноко стоящего у противоположной стены воина.

– Вот так у нас поступают с провинившимися, – послышался шутливый комментарий Фиори за моей спиной.

Тем временем воин поднял свое оружие и начал вращать им перед собой. Сначала медленно, потом все быстрее и быстрее. Казалось, в руках у него не один, а сотня мечей. Клинок с бешенной скоростью летал по кругу, пока не превратился в большой сверкающий щит. Арбалетчики разом выстрели, вылетевшие болты разлетелись в щепу, а наконечники с глухим стуком ударились о стену. Новый залп. И еще, еще…

– Охрене-еть, – протянул Серега. – Теперь ясно, почему длинные мечи ходят без щитов.

Да уж, действительно, полезный скилл. Интересно, сколько такой стоит?

– Эй, Рокот, – Фиори дернул меня за рукав и мотнул головой в сторону учителя. – Давай шустрее, а то уйдет.

Мы подошли к Вальтеру, когда он, прощаясь с долговязым, давал тому последние наставления:

– Не забывай смотреть тренировки других классов. Трудно познать себя, если не имеешь представления о соперниках. Каждая дорога полна буераками и кочками. Не изучив их, не сможешь пройти дальше, когда ваши Пути пересекутся.

Как только Вальтер произнес последнее слово, к нему подбежал Фиори.

– Мастер, к вам новичок.

Учитель окинул меня взглядом, в котором явно читалось сомнение. После лечебной паутины до сих пор чувствовался озноб, я невольно ежился и кутался в плащ. В общем, выглядел не героически.

– Что ты хотел, Рокот? – спросил он.

– Обучиться, – ответил я. – Сколько стоит самый простой скилл для мечника?

Вальтер задумчиво скрестил руки на груди. Кольчуга на нем, очень похожая на мою, затрещала от напрягшихся бицепсов. Казалось, еще чуть-чуть, и разорвавшиеся металлические кольца разлетятся по всему залу. Вот, действительно, моща так моща. Даже здоровяк Серега выглядел рядом с этим богатырем довольно скромно.

– Пожалуй, тебе подойдет «Разящее перо». Запомни, меч должен быть легок для тебя, но страшен для противника. Этому тебя и научит «Разящее перо». Простое и очень полезное умение. Первый уровень обойдется всего в семьдесят золотых.

Знал бы он, сколько мой Кладенец для других весит. Нет, этот скилл для меня не столь важен, тем более за такие бабки. Вот если найду такой, чтобы на расстоянии бил, тогда легче будет сражаться с магами, и у лже-Марселя не останется против меня шансов. Но где взять столько бабок?

– Уважаемый, – встрял с умным видом Диоген, – а какие у вас скидки в период осады?

– Скидки? – Вальтер удивленно вскинул брови. – Не предусмотрены. Если для вас это дорого, обратитесь за помощью к своему клану.

Пришлось уходить не солоно хлебавши. Расстроенные, мы с Марусей сели на лавку в одном из закутков, а Серега пристроился на корточках перед нами.

– Итак, – начал я, – очень может быть, что мы исчезнем, если не победим на арене. Совершенно точно не победим, если не выучим хотя бы пары скиллов. Не выучим, если не добудем золота. Вывод очевиден: нужны бабки.

– Могу скинуть торговцам ненужное, – предложила Маруся. – У меня много разной ерунды скопилось, все не было времени избавиться.

– Фросю бы продать, – мечтательно закатив глаза, промурлыкал филин.

– Ну, знаешь... – завопила девчонка, но я прикрикнул:

– Тише ты, не дома. И вообще, оставь свою манеру истерить по каждому поводу. В конце концов, ты среди серьезных, взрослых людей.

Она притихла и отплыла в сторону, а Маруся прикрыла рот ладонью, чтобы не рассмеяться.

– Я с десятку наскребу, – почесав бровь, заявил Серый. – Если втроем скинуться, может, на одно умение кому-нибудь из нас хватит. Лучше Димону, конечно – у него Кладенец, профита больше.

– Не вариант, один скилл нас не спасет. Да и барахла на столько голды мы не наберем.

– Пойдем, покажу классное место, – послышался шепот, и рядом с моим лицом материализовалась Фрося. – Там стена из чистого золота.

– Призрак-абориген знает злачное место? – недоверчиво усмехнулся Серега.

– Чего обзываешься? – обиделась девочка. – Сам ты этот... бориген. А место такое и вправду есть. В Проклятых катакомбах, рядом с нашим домом.

«С нашим домом»! И эта туда же...

Пока Маруся с Серым недоверчиво смотрели на нее, я махнул рукой:

– Веди.

Получено задание: Найти Золотую пещеру

Наши браслеты пискнули одновременно – мы получили одинаковый квест. Значит, Фроська права, и сокровища действительно существуют! Что ж, поищем...

Глава 9. Гиблый квартал

– Мило-ок, ты куда? – завопила изба, когда мы проходили мимо. – Зайдите, я борща наварила.

– Некогда, Василис. Вечером поедим.

Она тяжело вздохнула, кажется, даже труба слегка поникла от огорчения.

– Вот он, Гиблый квартал, – прошептала Фрося, показывая на почерневшие дома позади пустыря. – Пойдемте, только осторожней, там охрана.

Спустившись с холма, мы залегли в кустах. Отсюда можно было рассмотреть Гиблый квартал во всех деталях.

От домов веяло мрачной тайной. Сплошь покрытые странной гнилью, они зловеще чернели на фоне ярко-синего неба. Вокруг не было слышно ни шорохов, ни голосов. Абсолютная тишина. Не наблюдалось никаких следов пожаров, битв или любых других катаклизмов. Многие дома выглядели совершенно нормальными, но мертвыми. Создавалось впечатление, что жители покинули их разом, в один момент, без какой-либо видимой причины. Все это напоминало фотки Припяти после Чернобыльской аварии, только здесь были не пустующие коробки советских времен, а средневековые дома.

Именно тут исчез вчера лже-Марсель. Я настороженно огляделся, словно он мог выскочить из-под земли.

– Не самое приятное место, – нахмурился Серый.

– А когда-то здесь жили люди, – грустно сказала Фрося. – Но потом начались всякие ужасы, завелись жуткие потусторонние монстры. А как появился морок, они вообще разгулялись, не только внутри воют, но и наружу по ночам выходят.

– А тебе-то что, ты же сама привидение? – удивился Серега.

Девчонка совсем приуныла и начала всхлипывать.

– Угу, стала им после того, как убили. Сейчас они мне ничего не могут сделать, но я все равно их не люблю, вот и переселилась под кустик на пустыре.

– Что же тут произошло? – мягко спросила Маруся

– Не знаю. Никто не знает, потому и боятся. А чтобы эта гадость не расползалась по городу, мэр запретил жителям сюда ходить. И даже рядом появляться. Вот по этой тропе, – Фрося показала на протоптанную дорожку, огибающую квартал, – постоянно бродят стражники, а вдоль нее маги установили невидимый барьер. Теперь внутрь можно пройти только с помощью свитков.

– Угу, охранников видел, – кивнул я.

– И нафига ты нас сюда притащила? – возмутился Серый. – Или свитки припасла?

– Я знаю тайный ход, ведь тут был мой дом. Мама с папой торговали в лавке, а я в детстве всю округу излазила вдоль и поперек. А потом они появились...

Я с усмешкой покосился на Фросю. Надо же, в детстве. А сейчас она кто, почтенная дама? Впрочем, если умерла давно... Призраки вообще стареют?

– ... эти монстры нас всех и убили, – печально закончила она.

Мы сочувственно помолчали. Через полминуты Серый нарушил тишину.

– Ладно, показывай свой тайный ход, – сказал он. – Пойдем мстить.

– Нам во-он в тот домик нужно.

Прозрачной рукой Фрося показала на покосившийся деревянный сарай с дырявой крышей. Он и еще несколько почти развалившихся построек находились на этой стороне тропы стражей. Странно, почему они не внутри барьера.

Увидев недоумение на моем лице, девочка объяснила:

– В самом центре квартала, давно еще, обнаружили старые катакомбы, их теперь называют Проклятыми. Тогда в них устроили винные погреба, из них монстры и пошли. А до этих домиков, – Фрося кивнула на сарай, – никому дела нет.

– Ну, раз так, вперед, – сказал я.

– Не выйдет.

Маруся показала в сторону, и я увидел двух стражников, расположившихся на траве. Они устроились на расстеленной тряпке с разложенной на ней едой. Сидевший к нам лицом красномордый охранник то и дело впивался зубами в большой кусок мяса и закатывал глаза от удовольствия. Да, этот гурман, похоже, здесь надолго приземлился. Вот непруха!

– Я сейчас, – шепнула мне Фрося.

Она нырнула в траву, не потревожив ни один стебелек, и через минуту сбоку послышалось громкое детское всхлипывание, переходящее в плач. Стражники растерянно переглянулись и вытянули шеи в попытке понять, что происходит. Перекинувшись парой фраз, они поднялись и двинулись на звук. Но по мере того, как они шли, плач удалялся, пока охранники не скрылись за поворотом.

Ну, Фрося, ну, актриса! Все-таки кое-какой толк от нее определенно есть.

– Чего разлеглись? – послышался за спиной требовательный шепот девочки. – Давайте быстрее.

Преисполненная чувством собственной значимости, Фрося выдвинулась вперед и гордо поплыла перед нами. Мы разом вскочили и рванули за ней к сараю.

Войдя внутрь, я огляделся. В углу навалены старые ящики, к стене прислонен хомут, по полу разбросаны какие-то тряпки, кухонная утварь, бутылочки из-под эликсиров. И где здесь тайный ход?

Плывущая впереди Фрося вдруг наклонилась и исчезла. Я остановился, в недоумении покосившись на друзей.

– Куда она делась?

– Тут я, – раздалось снизу, и голова призрака показалась над полом. – Уберите тряпье, здесь крышка.

Движением ноги я разгреб мусор и обнаружил под ним квадратный дощатый люк. Приподнял его – снизу пахнуло холодом и сыростью.

– Факел нужен, – отрывисто бросил Серый, и Маруся тут же полезла в суму.

– Ныряйте ко мне, что же вы такие медленные.

Нащупав ступени, я осторожно спустился. Теперь под ногами был земляной пол, неровный и слегка пружинящий.

Дождавшись Серегу и Аму, я двинулся следом за Фросей. Мы долго петляли по коридорам, спускаясь все ниже и ниже. Девчонка болтала без умолку; после просьб говорить тише она понижала голос, но ненадолго.

– Уф-ф, – утомленно проворчал Диоген. – Когда будем возвращаться, давайте ее здесь забудем.

– Ах та-ак?! – завопила Фрося, щеки ее налились краской, как у живого человека. – Да я тогда вас...

Что именно нам угрожало, мы узнать не успели, так как в этот момент из стены вышел человек. Вернее, с первого взгляда стало понятно, что это призрак. Невысокий, широкоплечий, в чем-то похожем на сюртук, прозрачный, отливающий зеленым, он медленно шагал поперек коридора. Подбородок опущен, губы шевелятся, руки безвольно висят вдоль тела, ноги тихо шаркают по земляному полу. И где-то в груди мерцает надпись:

Коридорный Шепот

Я подскочил к нему, рубанул Кладенцом – никакого эффекта. Ударил Серега – тоже без толку. И стрела Маруси пролетела насквозь, не причинив монстру никакого беспокойства. Призрак даже не поднял голову.

– Неуязвим для физатаки, – пробормотал Серый.

– Да, походу, лоханулись мы, не взяв мага.

Маруся деловито убрала лук за спину и улыбнулась.

– Тогда пошли дальше.

– В смысле – пошли? – с недоумением переспросил я и кивнул на монстра: – А этот?

– Ну, мы ж все равно ему ничего не можем сделать. Он не агрессивный, просто пройдем мимо.

Мы с Серегой переглянулись, и в это мгновение впереди показался еще один Коридорный Шепот. Точно так же, как первый, он шел в нашем направлении, опустив глаза в пол и шаркая ногами. Я машинально сделал шаг назад, хотя до него было метров десять.

– Дима, Сергей, да что с вами? – звонко спросила Маруся и двинулась прямо на призрака.

– Стой!

Но она, не слушая, бесстрашно приблизилась и прошла сквозь него. Признаюсь, сердце у меня на секунду замерло. Маруся, совершенно невредимая, обернулась и махнула нам рукой:

– Идемте же.

Пришлось взять себя в руки и последовать за ней. Рядом со мной плыла Фрося, не сказавшая ни слова с момента появления призрачных мужиков.

– Ох, стремно оставлять врага в тылу, – поморщился Серый, но все же пошел.

Проходя сквозь привидение, я почувствовал легкий озноб. И больше ничего, никакого препятствия. Зато услышал тихий шепот. Слов не разобрал, но хотя бы понял, почему монстр носит такое странное имя.

– Ну, ты отчаянная, – восхитился я, оказавшись рядом с Марусей.

Она с улыбкой пожала плечами, а Диоген горделиво фыркнул.

Следующий коридор привел нас в проходную комнату, где пахло плесенью и старой древесиной. Вдоль стен друг на друге лежали винные бочки.

Серый подскочил к одной из них, постучал – звук получился глухой, значит, полная.

– Ого, да здесь жить можно, – радостно заголосил он. – Мы же потом поднимем эти богатства наверх?

Его голос эхом прокатился по подвалу, отразился от стен и вернулся непонятным шипением. Нас обдало волной холода. Я настороженно огляделся: казалось, из каждой бочки доносится тихий шорох. Диоген, сидевший на моем плече, испуганно сжался. Маруся среагировала тут же – сделала шаг назад и сдернула с плеча лук.

– Внимание! – тихо сказал я, поднимая меч.

Все ощетинились оружием, в любую секунду ожидая нападения. Но прошла минута, другая – ничего не происходило. Наоборот, постепенно шорохи затихли, и стало немного теплее. Я напряженно вглядывался в бочки, которые мерцающий свет факела выхватывал из темноты, но не замечал никакого движения.

– Походу, ложный шухер, – резюмировал Серый. – Опять пойдем дальше и оставим врагов в тылу?

Ответить я не успел, из соседней комнаты послышался тихий кашель.

– О, тут кто-то есть, – прошептала Маруся.

Держа наготове Кладенец, я на цыпочках приблизился к дверному проему и выглянул. Следом подошел Серега с факелом в руке.

Передо мной был внушительных размеров зал, совершенно без мебели, если не считать терявшегося во тьме небольшого навеса в углу, под которым стояло что-то типа кухонной плиты. По всему пространству медленно ходили женщины с медно-рыжими волосами, облаченные в черные платья до пят и белые передники. В руках каждая из них держала короткую толстую палку, выглядевшую довольно безобидно.

– Ну, хоть этих мы сможем убить? – нетерпеливо спросил Серый.

Он укрепил факел в держателе на стене (похоже, владельцы погребов были людьми предусмотрительными) и двинулся на ближайшую дамочку, стоявшую лицом к навесу. Я, не теряя времени, последовал за ним.

Видимо, Серега не смог сходу ударить женщину со спины. Подойдя поближе, он свистнул, но тетка не отреагировала. Ничего не оставалось, пришлось ему бить сзади. После первого же удара она повернулась, и мы разом попятились: ее щеки, лоб, подбородок были испещрены мелкими оспинками. Не успел я опомниться, как она надрывно закашлялась прямо в лицо Серому, стоявшему ближе всех, и тот застонал. И только сейчас я заметил татуировку на ее запястье:

Тифозная Мэри

Серега в секунды стал похож на одну из этих гадин, всю его кожу усыпали отвратительные прыщи. Он кашлянул, и у меня зачесался лоб. Получается, эти тетки заражают одного из врагов, а те потом – друг друга? Спасибо, разрабы!

– Отойдите, ее надо бить на дистанции! – крикнула Маруся, и мимо меня просвистела стрела.

Ага, не тут-то было. Рыжая размахнулась и бросила в нее палку. Что удивительно, в руках тетки тут же появилась другая, непонятно откуда взявшаяся.

К счастью, Маруся сумела увернуться. Странное оружие покатилось по полу, и я понял, что это обыкновенная кухонная скалка.

Но тут проснулся Диоген. Он кинул по паре сгустков в нас с Серым, стало легче. Мы двинулись на мерзкую бабу, а она опять закашлялась. Попыталась снова метнуть скалку, но на этот раз я был начеку, взмахнул мечом и выбил деревяшку из ее руки. Серега же с размаху саданул тетку шестопером по голове. Она вскрикнула, отшатнулась, и вдруг из глаз ее полились слезы.

И я, и Серый в растерянности опустили оружие: казалось, перед нами стоит обычная живая баба, а мы, как последние козлы, лупим ее. Однако женщине легко обмануть мужчину, а вот другую женщину... Маруся не поддалась на этот трюк и послала стрелу прямо ей в лоб. Мэри с тихим всхлипом опустилась на землю, оставив после себя два зелья здоровья.

Я подобрал их, и мы двинулись дальше. Вскоре выкрутасы рыжих дам стали привычны, и мы вошли в ритм: удар-кашель-живительный сгусток, удар-скалка, удар-слезы, удар-смерть. Минут за сорок мы зачистили всю комнату (в процессе Маруся взяла уровень), забрали факел и только двинулись дальше, как Фрося крикнула:

– Эй, подождите!

Она подплыла к стоящей под навесом плите, покрутилась возле нее и махнула мне рукой:

– Забирай.

Подойдя к ней, я с удивлением обнаружил, что в духовке лежит целая россыпь разнообразных зелий.

– Как ты догадалась?

Фрося улыбнулась с крайне довольным видом.

– Кухарки любят делать запасы. По крайней мере, у моей мамы они всегда были.

Я сгреб эликсиры в суму и поспешил к друзьям. Дверь привела нас в следующий коридор. Пока мы шли по нему, я спросил девочку:

– Твои родители тоже стали призраками?

– Нет, – она пригорюнилась. – Просто умерли.

– А почему же ты превратилась в привидение?

Тяжело вздохнув, Фрося продемонстрировала тряпичную куклу.

– Вот из-за нее. Мне ее подарил дядя Силантий, сказал – это оберег. Помнишь, я рассказывала, как он ходил собирать лунные лотосы? Вот как раз для нее. Кукла меня защитила, не дала Тьме забрать. Только сил у нее оказалось недостаточно, чтоб оставить меня живой. Дядя не успел в нее вложить еще какую-то травку, поэтому я призрак.

Я впервые посмотрел на Фросю не как на истеричного и надоедливого непися, а как на ребенка, столкнувшегося с огромной несправедливостью. Пожалуй, я был бы не менее странным на ее месте.

– Ничего, малышка, – ласково сказала Маруся и попыталась погладить Фроську по голове. – Все будет хорошо, вот увидишь.

Та печально кивнула и стала еще более прозрачной.

– Эй, бориген, – позвал ее Серый, – ты уверена, что здесь есть золотая стена? Откуда вообще ей взяться в подвале?

– Дурак, – обиделась девочка и, помедлив, выпалила: – От Хрустального города осталась.

– Факт, – важно пробухтел Диоген.

Серега перевел на меня вопросительный взгляд, и я кивнул: о чем-то подобном рассказывал старейшина Ормин.

Наш разговор прервал хриплый стон. Я поднял глаза и увидел в глубине коридора, у самого входа в следующий зал, полуголого человека. В первое мгновение мне ничего не показалось странным, но потом...

Его живот был распорот и грубо, кое-как, зашит. Когда он делал вдох, шов расходился, нити натягивались, и между ними виднелись кишки. Да уж, зрелище не для слабонервных.

Едва мы приблизились, он глухо зарычал и бросился на нас. Я выставил Кладенец, но монстр вдруг сделал ловкий кувырок и, словно какой-нибудь геккон, повис на стене. Быстро перебирая руками и ногами, он переместился на потолок и оттуда прыгнул на меня. Цепкие руки обвили шею, сдавили тисками. Из моего горла вырвался сдавленный хрип, воздух в легких разом закончился, перед глазами встала кровавая пелена.

Словно в замедленной съемке я видел, как на голову зашитого опускается Серегин шестопер, как одна за другой в него влетают стрелы и как, расцепив объятия, окровавленный монстр отлетает в сторону. Он пару раз дернулся в агонии и затих.

Жадными глотками хватая воздух, я опустился на колени.

– Какой ужас, – тихо прошептала Ама.

– Эт… это точно… – прохрипел я, пытаясь восстановить дыхание.

– Ведь это человек. Был им когда-то. Странник.

– С чего ты взяла? – быстро спросил Серый.

Маруся наклонилась над телом и повернула его руку внешней стороной к нам. Я глазам своим не поверил – на предплечье светилась татуировка:

Самурай, 29 уровень

Тот самый Колька Самурай, пропавший боец из клана Ястребов?! Но...

– Охренеть... – выдохнул Серега. – Выходит, любой из нас может превратиться в монстра?! Твою ж...

Взгляд его затуманился, и я понял, о чем он думает: такая же участь могла постигнуть и пропавшего Борея.

Сделанное открытие потрясло не только Серого, но и меня. Пока мы молча таращились друг на друга, Маруся деловито осматривала труп. Перевернула его, ощупала и сказала, поднимаясь:

– Рана на животе и есть причина смерти.

– Откуда ты знаешь?

Она посмотрела с легким удивлением.

– Я училась на врача.

Походу, сегодня у меня день открытий. В который раз я подумал, как же мало знаю о ней.

Глава 10. Мертвые монахи

Мы немного восстановились и направились к комнате. Я вошел и слегка обалдел: внутри бродило не меньше двух десятков таких же мужиков. Единственное, что отличало их друг от друга – раны. У двоих-троих были заштопаны животы, у остальных зияли огромные, наскоро зашитые порезы в левой части груди. Ну и, конечно, на руках светились разные ники.

По спине пробежал холодок. В памяти моментально всплыл вчерашний сон, в голове эхом отдалось – тук-тук, тук-тук. Мать твою, неужели этих странников принесли в жертву Утресу? Неужели именно их сердцами окружена статуя темного бога в подземном храме? Кулаки невольно сжались: Марсель, сука, сука!

Видимо, догадка озарила не только меня, потому что Серый, бросив взгляд на татушки противников, тихо сказал:

– Я не буду их аттачить.

Поздно. Ближайшие два существа, бывшие когда-то странниками, а ныне ставшие монстрами, заметили нас и со злобным рыком ринулись навстречу. Я едва успел поднять Кладенец, как первый набросился на меня. Он был без оружия, но кулаком лупил, словно молотом. Увернуться я не успел, и на голову обрушился тяжеленный удар. Сразу же прилетел живительный сгусток, я отвел руку и воткнул меч прямо в живот бедолаге. Но этого оказалось мало, он, снова размахнувшись, заехал мне позади уха. Краем глаза я видел, что Серега бьется со вторым зашитым, значит, помощи от него ждать не приходится. Едва я подумал об этом, как последовал еще один удар – прямо в лицо. Перед глазами все поплыло, я словил мощный апперкот и упал на пол.

Но добить меня он не успел: раздался свист, и Марусина стрела залетела ему прямо в глаз. Бывший странник гулко взвыл и рухнул. Диоген подлечил меня, и я, перепрыгнув через тело поверженного врага, бросился помогать Серому. Вовремя: противник теснил его не по-детски. Вдвоем, да еще при помощи Маруси, мы быстро его смяли.

Однако вой первого зашитого привлек внимание других, и через минуту пришлось биться с целой толпой агрессивных монстров. Нас быстро окружили, со всех сторон на меня посыпались тяжелые удары. Я махал Кладенцом, Серый – шестопером, однако вдвоем мы явно не справлялись. Маруся попробовала помочь, но после первого же выстрела несколько тварей прыгнули на стены и двинулись к ней. Блин, этого нельзя допустить, в ближнем бою она не выдержит и полуминуты!

Я попытался прорваться к ней, но лишь подставился под удары. Ноги подкосились, и я упал на одно колено. Монстры с радостным воем набросились на меня, щедро угощая тумаками. Сквозь их вопли послышался женский крик. Да такой надрывный, что я сумел отбросить сразу двух врагов и приподняться. И увидел, как зашитые один за другим падают с потолка на Марусю.

Дьявол, мою девчонку убивают, а я тут... Ну, сейчас...

Но злость плохой союзник в бою. Потеряв бдительность, я позволил одной из тварей схватить меня за шею и начать душить. Запас воздуха быстро кончился, легкие обожгло огнем, и здоровье тут же пошло вниз. В тон моему надрывавшемуся биперу взвыл Марусин, а потом и Серегин. Ситуация стала критической.

Вдруг по комнате прокатилась волна холода. Зашитые выпрямились, в недоумении покрутили головами, и началось что-то непонятное. Они отступили, замахали руками, словно отбиваясь от невидимых врагов, и совершенно забыли про нас. Серый с трудом поднялся и потряс головой.

– Что это с ними?

– Я наслала на них галлюцинации, – гордо ответила Фрося.

Признаюсь, у меня челюсть отвисла. Ничего себе умения у моего домашнего призрака!

– Я просто испугалась, – поспешно пояснила девочка. – Но это только на минутку, скоро они вернутся.

Ясно, значит, надо готовиться. Не успел я подумать об этом, как бывшие странники снова двинулись на нас. Сообразив, что нам опять угрожает окружение, я заорал:

– Назад! Отходим в коридор!

Наш маленький отряд поспешно отступил, монстры двинулись следом. Но на этот раз бой пошел совсем по-другому. В дверной проем не могли протиснуться больше двух вражин одновременно, и нам было гораздо легче. Между комнатой и коридором располагалось что-то типа невысокой арки, и к Марусе твари прорваться не могли. Мы с Серегой били каждый по монстру, а Ама стреляла попеременно то в первого, то во второго. Диоген тоже не сидел без дела, исправно лечил нас обоих, и убийства зашитых встали на поток.

Бой длился долго: противников было несколько десятков. Но вот последний из них упал, и Маруся улыбнулась мне.

– Поздравляю!

– С чем?

Она удивленно подняла брови и глазами показала на мой браслет. Не понимая, в чем дело, я сел на землю, прислонился к стене и глянул на него.

Достигнут уровень: 16

Нераспределенных параметров: 3

В пылу боя апа я не заметил и теперь с радостью смотрел на бипер. Серега с Марусей, наблюдая мою реакцию, расхохотались.

Прекрасно, если так пойдет, то за несколько дней можно будет добраться и до двадцатого. Лишь бы нежить не торопилась со штурмом.

Отдышавшись, я повернулся к Фросе.

– Ну, и где твоя золотая стена? Мы уже, походу, весь подвал зачистили.

– Размечтался, – фыркнула она. – Знаешь, какой он большой? Но уже недалеко, нам вот туда.

Полупрозрачная рука поднялась, указывая направление. Я вошел в комнату, очищенную от монстров, огляделся и повернул к левому выходу.

– Погоди, Димыч!

Я обернулся: Серега, склонившись над телами монстров, одну за другой проверял татуировки. Маруся, сообразив, что он ищет Борея, бросилась ему помогать.

– Нету, – облегченно вздохнул Серый, закончив поиски.

Дальше начался спуск, пологий, но непрерывный. Пол упорно уходил все ниже и ниже. По мере того, как мы осторожно продвигались, обстановка менялась. В каменных стенах и потолке все чаще попадались земляные заплатки, и через сотню метров подвал превратился в настоящую галерею подземных пещер, соединенных короткими переходами.

Постепенно становилось холоднее, Диоген сжался в комок, и я прикрыл его плащом. Серега и Маруся тоже закутались поплотнее.

Лишь Фросю температура совершенно не волновала. Она развернула вокруг нас бурную деятельность, время от времени то проходя сквозь стены, то возвращаясь, и непрерывно треща.

– Да, все правильно. Верно идем. Сюда, сюда, поворачивайте. Уже почти пришли.

Однако зловещая обстановка, видимо, оказывала воздействие и на нее, вскоре Фроська примолкла, теперь слышалось лишь потрескивание факела.

Внезапно тишину разорвал тихий вой, унылый и столь пронзительный, что кровь стыла в жилах. Я невольно остановился, Серега с Марусей сходу уткнулись в мою спину.

– Что это? – поежился филин.

– Спокойно, Диогеныч! – выдохнул Серый. – Монстров и так давно не было, должны же они были появиться. Потопали.

Короткий коридор вывел нас в просторную пещеру. Едва оказавшись в ней, Фрося прошептала:

– Пришли. Вон там.

Она показала на дыру в стене, то ли пролом, то ли обвал. Тут же браслеты пискнули:

Выполнено задание: Найти Золотую пещеру

Получено опыта: 500

Видение +5

– О, плюс пять к маскировке, круто, – воскликнул Серый.

Его окутала золотистая дымка, и я молча склонил голову, поздравляя его с апом.

– А мне к скорости бега, – удивленно сообщила Маруся.

– Странно, как система выбирает, кому что дать?

– Чувствует, – засмеялся я.

И вдруг периферийным зрением заметил, как сбоку мелькнуло что-то белое. Мелькнуло и исчезло.

– Димон, ты видел? – вполголоса спросил Серега.

– Ага. Кажется, кто-то пробежал.

Я оглядел подозрительное место: гладкая стена, стеллажи с винными бочками, в общем, нечего необычного. Но толком изучить тот угол не успел – из пролома, на который указала Фрося, послышался приглушенный стон. Мы метнулись к нему. Звук повторился – он явно шел изнутри.

Серый хотел просунуть в дыру факел, но внезапно его рука отлетела, как от удара. Нахмурившись, Маруся попыталась залезть в пролом, и тоже наткнулась на невидимую преграду. Даже Фрося не смогла ее преодолеть, хотя сквозь стены обычно ходила без проблем.

– Гребаная магия, – проворчал Серый, потирая ушибленные пальцы. – Какой-то умник поставил барьер.

– Здесь-то с какой стати? – удивился я и потянулся к невидимой преграде.

Моя рука без помех проникла в пролом. В недоумении оглянувшись на друзей, я забрал факел и попробовал влезть в дыру. Послышался удар, хлопанье крыльев и возмущенный вопль Диогена:

– Что ж ты творишь?

Я не сразу понял, что произошло. А потом сообразил: филина, сидевшего на моем плече, тоже не пропустила магическая преграда, и он едва не свалился на земляной пол. Но меня это странное заклятие почему-то удержать не сумело. Наоборот, какая-то непреодолимая сила тянула в провал, манила к себе. И я, сделав шаг, пересек невидимую границу.

Получено достижение – Дорога к дому 2 ур. Вероятность счастливого события: +0.2%.

Едва я ступил за барьер, как в голове зашумело, в ушах зазвучал тихий вой, исходивший, кажется, от стен пещеры, а перед глазами встала пелена. Отчетливо пахнуло кровью – запах, к которому я привык в Аришкином хосписе. Руки и ноги ослабели, к горлу подступила тошнота. Какое странное, дурное место...

Стиснув зубы, я выпрямился в полный рост и поднял факел над головой. Передо мной лежала небольшая, больше похожая на нору пещера с осыпающимися земляными стенами, в одной из которых вились толстые корни дерева. Они спускались сверху, сплетаясь бесформенными клубками.

Боковым зрением я заметил, как в свете факела что-то блеснуло. Повернулся и обомлел: прямо из земляной стены торчала другая, золотая. Она была сложена из небольших кирпичиков, на каждом из которых виднелось клеймо. Мама мия, сколько же здесь голды?!

Позабыв обо всем, я шагнул навстречу богатству, и тут под ногой что-то хлюпнуло. Наклонился, и меня едва не стошнило: я наступил на сердце, точно такое же, какие окружали статую Утреса в темном храме. Но оно было не одно, с десяток пульсирующих комочков валялись на полу пещеры. А среди них лежали три человека в рясах, похожие на монахов. Твою мать, что здесь происходит?!

Аккуратно, стараясь не задеть сердца, я подошел к ближайшему телу. Это был довольно молодой парень, в одной руке он держал золотой кирпич, другая безвольно откинута. Я потрогал запястье – холодное, пульса нет. Прислушался, насколько позволял вой в ушах – не дышит. Труп.

Поколебавшись, я выдернул слиток из сжимавших его пальцев, и тут сзади раздался стон. На этот раз было ясно, что это не галлюцинации, звук совершенно отчетливый. Обернулся и понял: один из монахов – среднего возраста, полный, с залысинами – хоть и слабо, но дышит. Что-то в нем показалось мне знакомым.

Я бросился к нему, осторожно взял за руку – не очень теплая, но пульс есть. Видимо, он почувствовал прикосновение, потому что снова застонал и приоткрыл глаза. У меня сбилось дыхание: белков у монаха не было. Вернее, были, но абсолютно черные.

Решив, что передо мной монстр, я попятился.

– Димон, что там? – громким шепотом спросил Серый. – Кого нашел?

Звук его голоса словно вырвал меня из вязкого дурного сна, и я развел руками – фиг его знает, кто это. В этот момент толстяк с видимым трудом повернул голову, посмотрел на меня и прошептал:

– Помоги...

Ага, нашел дурака. В этом дивном мире каждый монстр норовит прикинуться невинной овечкой, а то и плачущей девочкой. Но все-таки меня не оставляли сомнения, поэтому я приблизился к друзьям и осведомился:

– Народ, бывают здесь говорящие мобы?

– Вроде нет, – пожала плечами Маруся.

– Ох, и повезло же мне с хозяином, – проворчал Диоген. – Самых элементарных вещей не знает. Человек это, естественно. Тащи его сюда.

Я задумчиво поскреб в затылке, прикидывая, что сделать в первую очередь. Ладно, дать филину в лоб за его наглость всегда успею, а сейчас и правда надо несчастного монаха спасать. И тут я его вспомнил – тот самый мужик, что вместе со стражниками встретился мне после встречи с лже-Марселем. Значит, точно не монстр.

Отдав Марусе факел, я сунул золотой слиток в карман, практически на ощупь схватил толстяка под мышки и, напрягая все силы, потащил к пролому. Волочащееся тело давило сердца, но мне уже было наплевать. Я кое-как пропихнул его в дыру, проверил остальных монахов и, убедившись, что они мертвы, вылез сам. И тут же почувствовал, что головокружение, тошнота и слабость прошли, как не бывало.

Получено достижение – Защитник 10 ур. Вероятность счастливого события: +1%.

Едва Серый, принявший монаха, положил его на землю, Диоген начал кидать живительные сгустки. Один, другой, третий – никакого толка. Филин бросил еще пару светящихся комочков и, не дождавшись эффекта, проворчал:

– Заколдован этот маг.

– В смысле? – не понял я. – Не сможешь его отхилить?

Фигню сказал. Чтобы Диогеша признал, что он чего-то не может? Да ни в жизнь. Вместо этого он молча перелетел с Серегиного плеча в руки Маруси и сердито отвернулся.

– Что будем делать? – нахмурился Серый.

– Надо нести наверх, – решил я. – Здесь ему точно не выжить.

– Что ж, погнали.

Я снова взял монаха под мышки, Серега – за ноги, и мы двинулись в обратный путь. Ворча и матерясь (мужичок был не из легких), мы тащили его через все комнаты, пока не умотались вконец.

– Привал, – прохрипел Серый.

Мы положили дядю на землю, а сами опустились рядом.

– Откуда ты узнала про золото? – повернулся я к Фросе.

– О нем в нашем квартале все слышали. Его нашел Михей Щербатый, наш сосед. Он пьяницей был, работал в нижних винных погребах. Как раз перед самым появлением монстров он там перекатывал бочки и одной из них зацепил стенку, случайно. Она осыпалась, тут золото и вскрылось. Михей, помню, несколько кирпичиков себе отковырял.

– Как же он вошел через магическую преграду в пролом? – поинтересовалась Маруся.

– Не знаю, может, в те времена золотая стена была больше, высовывалась за барьер, – девочка пожала прозрачными плечами. – Михей тогда на радостях каждого встречного угощал бесплатной выпивкой, всем растрепал о своей находке. Потом взял Татына и дядьку Федота и пошел с ними за золотом. Они первыми и пропали.

– Первыми? – удивился я. Мелькнула шальная мысль, что рассказанное Фросей может быть связано с исчезновением странников.

– Угу, – она печально вздохнула. – Сразу после этого в погребах завелись монстры и всех истребили. Одних убивали, других утаскивали...

– Эти монстры – хранители богатств, – с умным видом перебил Диоген. – Слышал я о таких.

Нет, похоже, эта история со странниками не связана.

Знание мира: +1, текущее значение: 58

– Ясно, – кивнул я. – Серый, отдохнул? Погнали дальше.

С тремя привалами мы дотащили монаха до лестницы в сарай. Маруся все это время шла впереди, освещая путь, а я дергался – а ну как наткнемся на мобов, что же ей, первый удар на себя принимать? К счастью, монстры здесь респились долго, и в бой нам вступать не пришлось.

Вытащив бесчувственное тело из-под земли, мы покинули сарай. На улице уже вечерело.

– Блин, куда его девать-то? – раздраженно буркнул Серый.

Разглядев вдалеке Василису, я ответил:

– Ко мне, наверное. Попытаемся реанимировать.

– Глупости, – неожиданно встряла в разговор Фрося. – В Гильдию магов его отнести надо, там разберутся, что делать. А в избе ты его не вылечишь.

– Но...

– И не возражай, – истерично завопила она. – Не хочу, чтобы он с нами жил!

Пипец. Просто пи-пец.

Маруся, покосившись на меня, ехидно хихикнула.

– Эх, грамотеи, – махнул крылом Диоген, вспорхнул с ее рук и скрылся в подступающей темноте.

Мы с Серегой обреченно переглянулись и потащили тело к холму. Меня не покидало ощущение, что с каждым шагом бездыханный маг становится все тяжелее. Странно, что он до сих пор не пришел в себя, хотя еще в Золотой пещере открывал глаза. Может, ему просто лень шевелить ногами?

Глава 11. Жезл Единения

Не успели мы дойти до Василисы, как послышался окрик:

– А ну стоять!

Это были те самые стражники, которых Фрося ловко отвела от сарая. Над их головами вился филин.

– Что с ним? – суровым тоном спросил красномордый охранник, кивая на монаха.

– Не знаем, – пожал плечами Серый. – Мы его нашли в таком виде.

– В Гиблый квартал ходили? – нахмурился второй.

– Да что вы, любезнейший? – Диоген плюхнулся мне на плечо и запел соловьем: – Стал бы я вас звать, если бы мы там были? Живем мы здесь, вот наша изба. А этот служитель культа рядом, на пустыре, отдыхал. Может, после мессы перебрал немного.

Стражники переглянулись, с подозрением покосились на Фросю, и красномордый, ткнув пальцем в монаха, произнес:

– Ладно, давайте его нам. Пусть капитан Крив решает, что с ним делать.

Похоже, крылатый прохвост уже обо всем договорился. Я перевалил ношу на руки стражам и облегченно вздохнул.

– Фух, ну и поход, – посетовал Серега, когда доблестные вояки отчалили. – Полдня насмарку, а золота так и не нашли. Хорошо хоть мужика спасли да по левелу взяли.

– А я думаю, девчонка нас туда специально потащила, – проворчал филин, – чтобы монстры всех поубивали. Василису, наверное, хотела для себя освободить.

– И опять одной остаться, да? – в глазах Фроси блеснули слезы. – Я же как лучше… Я ведь с вами пошла… Я помогала...

– Успокойся, – кинулась к ней Маруся. – Он просто пошутил.

Она повернулась к филину и укоризненно покачала головой.

– Да, тут он не прав, – согласился Серый. – Но суть дела не меняется, бабок мы так и не раздобыли.

– Ошибаешься, – я ухмыльнулся и достал из сумы кирпичик. – Взгляни-ка.

– Ничесе, – присвистнул он. – Откуда дровишки?

– Из пещеры, вестимо. Там реально золотая стена, только из-за этого монаха не до нее стало. Да пофиг, завтра сходим и еще наберем. Так что мы теперь богачи!

Я оглядел друзей и добавил:

– Благодаря Фросе.

Та зарделась столь ярко, что стала почти непрозрачной.

– Подумаешь, – привычно фыркнул филин, и мне в очередной раз захотелось его прибить.

– Интересное тут клеймо, – пробормотал Серый, разглядывая золотой брусок. – Раскрытая ладонь с лучами вокруг.

– Да без разницы, – отмахнулся я. – Главное, теперь не будет болеть голова по поводу денег. Один этот слиток потянет на две-три сотни. А там целая стена.

– Это длань Светодара, – вздернув клюв, произнес Диоген.

Похоже, он прав. А значит, легенда о Хрустальном городе вовсе не легенда, а реальность, история.

– Ну что, ко мне? Отдохнем немного, поужинаем, – предложил я и направился к Василисе.

Через четверть часа мы уже были дома.

Минувший день заставлял о многом задуматься. Проигрыш на арене, странники с вырезанными сердцами, превращенные в монстров... Но больше всего меня потрясла пещера, при входе в которую ощущаешь себя больным. Я чувствовал: это не просто место для ритуала или жертвоприношения, за ним кроется что-то серьезное и очень важное.

Не мог я не думать и о странном достижении «Дорога к дому», которым система наградила меня, едва я пересек магический барьер. Помнится, такое же мне дали, когда я вошел в храм, расположенный под Черным Камнем. Может, это намек на то, что Нариэля нужно вызывать из-под земли? Да ну, бред какой-то.

– Ого! – радостно заголосил вдруг Серый.

Я отвлекся от дум и посмотрел на него. Оказалось, в ожидании жратвы они с Марусей занялись разбором дропа. Серега держал в руках здоровенную дубину, переливающуюся синим.

– Ну-ка?

Он передал оружие мне.

Булава богатыря.

Класс предмета: уникальный.

Тип: дробящее оружие.

Физатака: +17.

Прочность: 38/50.

Минимальный уровень: 12.

Свойства: Уклонение +15.

– Заберу, ребят? – нетерпеливо спросил Серый, я и Маруся разом кивнули.

Мы отложили еще пару вещиц, остальное решено было продать.

Поужинав Василисиным борщом, они благополучно отбыли. Я не стал удерживать Марусю: в компании Фроськи, Диогена и говорящей избы все равно не пообщаешься. Вместо этого, повернувшись к филину, спросил:

– Ты все знаешь, подскажи, как расколдовать Радугу, чтобы она вспомнила Серегиного брата?

Послышался сдавленный смешок Василисы: она явно сомневалась в диогеновом кругозоре. Птица возмущенно нахохлилась, пару раз хлопнула глазами-блюдцами и отвернулась клювом к стене. Все понятно, идей нет.

Что же, теперь самое время пообщаться с Элмером. Написав ему, я тут же получил ответ:

Да, кое-какие новости есть, жду в ратуше.

О, уже что-то! Я торопливо попрощался с петами и вышел из дома.

Как ни странно, на улицах народу было не меньше, чем днем. Увеличилось количество стражников, воинов в полном доспехе, а вот ремесленники, наоборот, попрятались. Лавки были закрыты, у постоялого двора собралась целая толпа. Все возбужденно что-то обсуждали. Я приблизился, послушал – речь, как и следовало ожидать, шла об осаде.

– Эй, служивый, началось наступление? – я ухватил за руку стражника из отряда, проходившего мимо.

Тот внимательно посмотрел на меня:

– Ты о нежити? Нет, она так и сидит за кольцом антимагии. Но от этих тварей чего угодно ожидать можно. Так что надо держать ухо востро.

Стражник высвободил руку и потопал дальше.

В ратуше меня встретили Элмер и Раная. Лицо у анлорки было довольное, как у кота, добравшегося до сметаны.

– Рокот, мы кое-что разузнали, – сходу начала она, едва я вошел. – Пошли.

Они привели меня в небольшую комнату, вдоль стен которой стояли заваленные свитками стеллажи. В центре красовалось несколько больших, уютно выглядящих кресел.

– Библиотека? – спросил я, обводя вокруг рукой.

– Что? – не понял староста. – А, нет, это архив, здесь хранятся записи о событиях на Синеусе.

– А про странников есть?

– Не знаю, – пожал он плечами. – Вообще-то, должно быть. А что?

Я начал рассказывать о наших сегодняшних приключениях, но едва упомянул Гиблый квартал, как староста меня перебил.

– Вы с ума сошли? – рявкнул он. – Зачем вы туда поперлись? По-твоему, мэр Стефаний зря эти подвалы опечатал? Там жуть, что творится, а у тебя ни одной Метки!

В висках вдруг застучало, в груди скрутился тугой горячий комок. Сволочь, сидит тут в тепле и счастье, морали мне читает, а там, за куполом, люди тысячами гибнут! Я метнулся к Элмеру, схватил за горло и начал душить. Глаза застлала серая пелена, руки затряслись, дыхание сбилось.

Староста оторвал меня от себя огромными лапищами и отбросил в кресло.

– С ума сошел?! Что ты творишь?!

Снова вскочив, я заорал:

– Я простой парень, ясно тебе? Вел нормальную жизнь, в которой не было магии! Волшебства, нежити и прочей ерунды в глаза не видел! И сюда приехал, чтобы спасти сестру, которую ваш долбаный Утрес заразил какой-то хренью! А вы Фиолы зажали, и начхать вам на всех, лишь бы ваши гребаные игровые правила соблюдались! Но как прикажешь их исполнять, если город обложен скелетами и упырями? Где уровни брать? Вот я и пытаюсь, как могу, и нехрен мне указывать!

– Не забывай, ты ответственен не только за сестру, но и за всех жителей Мелизоры! Все мы сейчас зависим от того, выживет люмен или нет!

– Да плевать! – гаркнул я вне себя. – Мои родители уже умерли из-за ваших приколов! Аринку погубить не дам! Я должен ее вылечить, а до остальных мне дела нет!

Силы меня внезапно покинули, и я повалился в кресло. Злость улетучилась так же неожиданно, как и появилась.

Получено достижение – Безумец 1 ур. Вероятность счастливого события: -0.1%.

Раная с открытым ртом таращилась на меня, а Элмер вдруг наклонился и внимательно посмотрел мне в глаза.

– Что?

– Нет, ничего. Показалось.

Он в задумчивости отошел к стеллажу, машинально взял какой-то свиток и стал теребить его в руках.

Блин, что это на меня нашло? Что за ерунду я им наговорил? Мне нет дела до Маруси, Серого, Лехи? Разве Элмер или кто-то другой виноват, что Крех заразил мир? Чушь! Какая странная вспышка...

– Простите. Не знаю, что на меня нашло.

– Ты просто устал, – Раная не без робости подошла и осторожно погладила меня по руке. – Шутка ли, такой груз на душе, такая ответственность.

Элмер наконец отлепился от стеллажа и сел напротив меня. В его глазах сквозила настороженность, но голос звучал спокойно:

– Рокот, поверь, мы понимаем твои трудности. Но что делать, если волей судьбы люменом стал именно ты. Теперь без тебя может погибнуть не только Мелизора, но и весь мир. Поэтому нужно беречься, не подставляться по пустякам.

– Ну, так выдайте мне достаточно Фиолов, тогда обещаю сидеть дома и не рыпаться.

Староста вздохнул.

– К сожалению, это невозможно. Изготовлением и отправкой эликсиров занимаются только Вернувшиеся. Они никого к этому не подпускают.

Раная с любопытством посмотрела на Элмера.

– Что-то их частенько вспоминают в последнее время, – она повернулась ко мне. – Помнишь, про них еще Хват рассказывал? Дескать, его Командор послал? Видимо, это их глава.

– Кто ими руководит – держится в строжайшей тайне, – покачал головой староста. – Мне известно лишь, что они – самый сильный клан в Мелизоре. И единственный базирующийся на Риалоне. Других они не пускают.

– Как это? – удивился я. – Разве странников, победивших на арене, не забирают туда?

– Я имел в виду, что другим кланам не разрешено действовать на главном острове. Впрочем, никто точно не знает, что там вообще происходит.

– Неужели никто из местных туда не ездил?

– Нет. Раньше Риалон был открыт, но после Великой Битвы появились Вернувшиеся. Они заключили договора с местными, чтобы там никто не появлялся. Гильдия воинов лишь организует телепорт для странников, которые отправляются туда.

Хм... После Великой Битвы? Значит, это клан неписей, людей в Мелизоре тогда еще не было. Хотя, если честно, Хват мне неписем не показался. Но кто теперь разберет, все перемешалось в этом мире.

– Так что там в Гиблом квартале?– прервал мои размышления Элмер.

Я коротко рассказал о спасенном монахе и дурной пещере, о Самурае и других монстрах с разрезанными животами и вырезанными сердцами. Зеленое лицо старосты помрачнело.

– Неужели Марсель приносит в жертву странников, чтобы дать энергию темному богу?

– Похоже на то, – кивнула Раная.

– Надо его найти, Рокот. Иначе он тут пол-острова перережет.

Криво усмехнувшись, я ответил:

– Уже.

И в подробностях рассказал о вчерашней встрече с лже-Максом. По мере того, как я говорил, лицо Элмера становилось все мрачнее.

– Во-от оно что, – протянул он, когда я закончил. – А я-то, дурак, решил вчера, что тебе привиделось.

– Да какое привиделось, раны самые настоящие.

– Значит, ты думаешь, это был не он? Тогда кто?

– Откуда же мне знать? Выглядел точь-в-точь как Марсель, но...

– Но в то же самое время я видел его со стены. Однако, похоже, ты прав, и это действительно была маскировка. Слушай, Рокот, тебе надо быть очень – очень! – осторожным. Непонятно, почему он тебя не убил, хотя мог бы.

Мне стало жаль Элмера: страшно подумать, как он мечется в душе. То требует не лезть на рожон, то разыскать Марселя. Хочет во что бы то ни стало спасти Мелизору от тьмы, но не знает толком, как действовать. С одной стороны, пытается меня защитить, с другой, прекрасно понимает, что без активности люмена в нынешней ситуации никуда.

Словно в подтверждение моих мыслей Элмер вытащил из-за пазухи сверток, бережно развернул его и протянул мне странную палку. Я покрутил ее в руках – деревянная дубинка сантиметров в тридцать длиной. Довольно старая, потрескавшаяся, но с красивой резьбой. Навершие было сделано в виде распустившегося цветка, а рукоять состояла из вращающихся узорных колец.

– Смотри, Жезл Единения, семейная реликвия. Досталась мне от предков, они были шаманами племени флогеронов. Несколько веков выполняли эту роль, пока… пока из-за одного нелепого случая наш народ почти полностью не погиб. Сейчас, кроме меня и моего младшего брата Константа, по всей Мелизоре вряд ли найдется больше дюжины флогеронов.

За то время, что староста говорил, лицо его стало мрачнее тучи. Толстые пальцы теребили ворот камзола, будто зеленому гиганту не хватало воздуха. Закончив, он надолго замолчал.

– Сочувствую, – прервал я затянувшуюся паузу. – Это что же должно было произойти, чтобы целый народ сгинул?

– Неважно, сейчас не об этом, – Элмер поморщился. – Артефакт управляет силами природы, в нем собрана вся мощь моих предков. Его выстругал сам Кадис Древорукий, первый шаман флогеронов. Если совместишь кольца на рукояти в единый рисунок, мы сразу окажемся рядом с тобой.

Я покрутил резные кольца на жезле – интересная штуковина. У основания виднелась надпись:

Жезл Единения

Класс предмета: единичный.

Свойство: призыв.

Неповреждаемый.

Покачав головой, я протянул артефакт старосте.

– Нет, я не могу принять такой подарок.

– Бери! Ты должен его взять. А когда все закончится, вернешь мне. Или кому-нибудь из нашего племени, если меня уже не будет, – произнес он не терпящим возражения тоном. – Ну, а что касается Марселя, я постараюсь выяснить, что за этим может скрываться.

– У кого?

Элмер сразу оживился и потер ручищи, словно предвкушал что-то хорошее.

– А вот это и есть наша новость. Ты же сам просил поспрашивать о вызове Нариэля? Так вот, один из самых сильных магов на Синеусе – глава здешней Гильдии магов, чародей по имени Шериус.

– И он на нашей стороне, – расплылась в улыбке Раная. – Мы задали ему вопросы о тебе...

Она сделала театральную паузу, но староста ее перебил и испортил эффект:

– В общем, выяснилось, что для пробуждения Нариэля необходим старинный магический фолиант, Книга Призыва.

Раная покосилась на него с неудовольствием, а я спросил:

– Круто. И где она?

– А вот это пока никому неведомо. Но Шериус обещал найти информацию в самое ближайшее время. Завтра же расскажу ему и про твою стычку с Марселем. Вернее, с тем, кто выдает себя за него.

Вот это действительно ценная информация. Хоть что-то прояснилось. Осталось найти Книгу и призвать Нариэля. Тогда этот бардак наконец-то закончится.

Пока я переваривал новость, дверь приоткрылась, и в комнату заглянул страж. Он вопросительно посмотрел на Элмера, тот кивнул и повернулся ко мне:

– Рокот, есть еще дельце. Ты теперь вроде как за главного, по крайней мере среди тех, кто из Черного Камня прибыл. Поэтому надо составить расписание, по которому мы будем дежурить по ночам на стенах города. От нас нужно двоих ежедневно. Одного я сегодня уже послал, второго определи сам. Ну, и график на ближайшие дни нужно составить.

– Э, нет, – я покачал головой и для убедительности выставил вперед ладони. – Лучше пусть нашими по-прежнему верховодит... эмм... Верховой. А меня от этого счастья избавь. Просто сходить подежурить сегодня могу, а завтра с Володькой все остальное согласовывайте.

– Ладно, как скажешь. Дуй тогда к Северным воротам, через которые мы вчера прорывались, найдешь там Боэля, он покажет твой пост.

– Хорошо. Последний вопрос: когда хоронят Лучика? И где? Я хотел бы присутствовать.

Элмер огорченно развел ручищами.

– Прости, Рокот, не получится. Есть опасения, что колдовство Марселя распространяется на всех умерших. Мы же не хотим, чтобы она стала нежитью? В общем, ее тело еще вчера развеяли маги.

Я опустил голову и молча вышел.

Глава 12. Его чародейство Шериус

До Северных ворот я добрался без приключений и легко нашел Боэля. Это был здоровенный воин в латах и шлеме с опускающимся забралом. Когда он поднял его, я увидел, что пол-лица занимают огромные топорщащиеся усы.

Он поставил меня на стену слева от ворот, прямо напротив лагеря кряжинцев. Внизу, метрах в ста от города, белели шатры, горело несколько костров, ходили лошади и люди. На другую сторону, где беззвучными рядами стояла нежить, даже смотреть не хотелось. Но все-таки я внимательно оглядел врагов в надежде разглядеть Марселя. Тщетно.

– Что, урод, угробил Лучика? – послышался тихий, усталый голос.

Это был Эрик. Он стоял в нескольких шагах от меня, почти незаметный в темноте, и задумчиво смотрел на осадный лагерь. Даже головы не повернул, точно его слова были адресованы не мне.

Обсуждать эту тему не хотелось. Я и так с момента Светкиной смерти боролся с чувством вины. А потому сказал как можно равнодушнее:

– Шел бы ты, а?

Эрик не стал вступать в перепалку. Долго молчал, глядя на костры кряжинцев, потом лениво поинтересовался:

– Это правда, что ты люмен?

– Правда, – не стал отпираться я.

– Странно.

– Почему?

Он, наконец, повернулся ко мне и без всякой вражды заговорил:

– Светка всю последнюю неделю талдычила, что ей снится сон, она считала его пророческим. Типа какое-то существо ей говорило – спаси Рокота, отдай за него свою жизнь. И это был не светлый ангел, а тварь с клыками, с перепончатыми крыльями, в общем, по виду с той стороны, – он кивнул на ряды нежити. – С чего бы Тьме о тебе беспокоиться, а?

Я прислонился к каменному зубцу стены и задумался. Действительно, странно. Может ли Утрес быть заинтересован в том, чтобы люмен не погиб? Логика подсказывает, что наоборот, мы же враги. С другой стороны, вдруг жизни обоих призывателей как-то связаны, и если умру я, исчезнет и морок? Ведь он появился только после того, как Лаврентий отдал мне амулет. Одного из нас не может быть без другого? Или все это бред, и Светка просто сочинила пророческий сон?

– Ты – Рокот? – послышалось за моей спиной.

Обернувшись, я увидел небольшой – человек шесть – отряд стражников в черных латах. Странно, что они смогли подойти так тихо, не топая и не лязгая оружием.

– Допустим, – я красноречиво положил ладонь на рукоять меча.

Из-за спин гвардов выскочил толстенный мужик в бархатном кафтане и ткнул в меня пальцем.

– Это он, он! Я хорошо его запомнил! Он мне фальшивки всучил, он! У, гад! А имя второго не успел рассмотреть, он специально татуировку прятал. Говорю вам, их там целая банда!

Из-за его богатой одежды я не сразу сообразил, что передо мной трактирщик из «Хрустящей корочки». Так вот что имел в виду Гор, говоря, что устроит этому жмоту спектакль! Подсунул ему фальшивые деньги, а мне теперь отдуваться.

– Разберемся, – один из стражей, очень высокий, с черной окладистой бородой и мясистым носом, отодвинул толстяка и шагнул вперед.

– У меня распоряжение арестовать тебя за нарушение законов Треглава и препроводить в Сырые Подвалы. Вот приказ, подписанный капитаном Кривом, – он развернул пергаментный свиток и, вытянув руку, показал мне. – Сдай оружие и следуй за нами.

Отправляться в Сырые Подвалы совершенно не хотелось. Хрен знает, на сколько там можно застрять, а время у меня не резиновое. Я выхватил Кладенец и встал в оборонительную стойку – ничего умнее в голову не пришло.

Внезапный толчок в спину лишил меня равновесия, я лицом рухнул на каменный пол, а меч со звоном отлетел в сторону.

– Теперь не отвертишься, – послышался сзади самодовольный голос Эрика.

Ну, гад! Я попытался дотянуться до Кладенца, но стражники всем скопом навалились сверху. Сил противостоять такому натиску не хватило, нападавшие скрутили меня и быстро связали руки толстой веревкой.

Здание передо мной не предвещало ничего хорошего: стены из грубого камня мрачно-серого цвета, окна, зарешеченные толстыми железными прутьями, да и сама конструкция этой постройки выглядела тяжеловесной, приземистой, будто главной ее целью была попытка раздавить последнюю надежду входящего сюда.

– Чего встал? Шагай! – один из стражников ударом кулака толкнул меня в спину.

Другой принялся колотить сапогом в мощные металлические ворота, громко выкрикивая:

– Открывай, новому постояльцу не терпится полюбоваться здешними хоромами!

Низенькая дверь сбоку скрипнула, и из нее, пригнувшись, вышел охранник. Он с подозрением посмотрел на меня и спросил:

– Этот парень случаем не Рокот?

– Он самый, – подтвердил командир моих провожатых. – А что?

– С ним кое-кто жаждет пообщаться.

В голове промелькнула догадка: Элмер узнал о случившемся и пришел меня выручать. Быстро же до него инфа доходит! Но из-за спины охранника вышел незнакомый мне молодой парень в колпаке и мантии до пят.

– Я забираю арестанта, – твердо сказал он.

– Не хватало, чтобы в наши дела маги лезли, – командир смерил парня презрительным взглядом и взялся за рукоять меча. – Шел бы ты, мил человек, своей дорогой, пока мой клинок сам тебе ее не показал.

Такая реакция совсем не смутила молодого мага, он достал из складок мантии свиток и протянул стражнику:

– Прошу ознакомиться с этой грамотой.

Командир поправил бороду, впился глазами в текст и с удивлением пробубнил:

– Надо же, подпись самого Стефания...

– Убедились? – спросил маг. – А теперь немедленно передайте мне этого человека.

Бородач поморщился и неохотно подтолкнул меня к парню.

– Бери, раз так надо.

– Развяжите и верните ему оружие, – требовательно произнес тот.

Командир кивнул, и красномордый приблизился ко мне, доставая нож.

– Ох, не повезло тебе, дружище, – с сочувствием пробурчал он, разрезая веревку на моих руках. – У нас бы ты месяц-другой посидел и вышел, если за это время нежить бы город не захватила, конечно. А от этих непонятно, чего ждать.

Двое стражников принесли мой Кладенец, который всю дорогу тащили, плетясь в хвосте отряда. Передавая его мне, они взглянули с уважением. Еще бы, им-то невдомек, что для хозяина меч совсем не тяжел.

Я растер онемевшие запястья и с подозрением взглянул на юношу.

– Что тебе нужно?

– Я Копус, посланец Шериуса, главы Гильдии магов. Он желает с тобой побеседовать. Иди за мной.

Секунду поколебавшись, я кивнул. Радость затопила душу теплой волной. Ведь о Шериусе говорил Элмер, и если чародей прислал за мной, значит, узнал, где раздобыть Книгу Призыва. Неужели скоро можно будет разбудить светлого бога, и все в нашем мире встанет на свои места?!

Я бросил хмурый взгляд на стражей и последовал за магом к экипажу, стоявшему возле ворот.

Всю дорогу Копус молчал, а я сидел, едва сдерживая ликование. Если удастся вызвать Нариэля, то можно в благодарность попросить излечения для Аринки. Или для всего мира – не будет это чересчур? Жизни всех заболевших за жизнь одного бога – по-моему, справедливо.

Вскоре экипаж подъехал к большому зданию, похожему на собор. В детстве мне довелось побывать с родителями в Нотр-Дам-де-Пари, давно, еще до пожара девятнадцатого года, и тогда гид объяснил, что такой стиль называется «пламенеющая готика». Стены и сужающиеся кверху боковые башни потемнели от времени, а центральная, увенчанная шаром, терялась высоко в небе. Из проемов и эркеров невидящими глазами смотрели каменные скульптуры.

Едва мы покинули повозку, как массивная, с металлическими накладками, деревянная дверь распахнулась, и нас поприветствовал невысокий мужик в мантии. Кивнув ему, Копус повел меня внутрь. Среди магов, попадавшихся нам на встречу, я заметил пару человек в рясах, один в один, как у монахов в Золотой пещере. Интересно...

Мы прошли через роскошный холл, библиотеку, заставленную множеством шкафов с книгами, и остановились перед крутой винтовой лестницей. Блин, неужели придется опять взбираться, как на арену?

К счастью, обошлось, подъем был недолгим. Миновав пару десятков ступеней, я вслед за парнем вошел в широкий коридор. Маг откинул шелковый полог и, жестом пригласив меня войти, испарился.

Через секунду я оказался в кабинете, большую часть которого занимал стол – огромный, заваленный старинными фолиантами, заставленный колбами и мензурками с разноцветным содержимым. За ним сидел седой бородатый старик в бархатной шляпе и роскошной небесно-голубой мантии.

– Садись.

Он указал на широкое плюшевое кресло. В голосе, глубоком и мягком, звучала непоколебимая уверенность в том, что любой его приказ немедленно будет выполнен. Я не стал возражать, устроился поудобнее и выжидательно взглянул на старика.

Теперь я смог рассмотреть его получше: с худого, чуть смуглого лица на меня смотрели не по-стариковски ясные глаза, лучившиеся теплом. Морщинки вокруг свидетельствовали о том, что их обладатель часто смеется. Взгляд доброжелательный, но пристальный. Немудрено: старик не знает, что представляет собой парень, которому выпало сомнительное счастье стать люменом, и пытается его – то есть меня – оценить.

Шериус сложил ладони домиком и, не отводя от меня внимательных глаз, произнес:

– Значит, ты и есть призыватель.

– Да, – просто ответил я.

Но он вдруг покачал головой.

– Нам нужна полная уверенность. Я бы хотел это проверить.

Его голос показался мне смутно знакомым. Видимо, маг был одним из тех, кто приветствовал нас прошлой ночью у ворот.

– Зачем? У меня есть доказательство.

Я снял с шеи амулет и протянул старикану. Он взял побрякушку в руки, посмотрел, во взгляде мелькнуло удивление.

– Да, действительно, ты прав, – кивнул он, возвращая мне кулон.

– Послушайте, уважаемый Шериус, – начал было я, но он перебил:

– Зови меня «ваше чародейство».

Выдумщик, блин.

– Хорошо, ваше чародейство. Вы сказали Элмеру, что для пробуждения Нариэля нужна Книга Призыва. Я бы очень хотел ее найти и поскорее покончить со всем этим.

– С чем конкретно? – его спокойный тон резко контрастировал с моей горячностью.

– Ну как... Мертвецы восстают из могил, осаждают город, в деревнях Черный Хрусталь зомбирует жителей.

Шериус снова внимательно посмотрел на меня.

– Верно. Но чувствуешь ли ты в себе достаточно сил, чтобы вступить в смертельную борьбу со злом? Готов, если придется, пожертвовать жизнью?

Я едва сдержал улыбку.

– Мне уже приходилось сражаться с тьмой. И даже удалось освободить Черный Камень.

На этот раз он не сумел скрыть удивления.

– Так это ты тот самый герой, обладатель легендарного меча Синеуса?

– Ну, герой не герой...

– И ты смог победить морока?

– Вы тоже считаете, что это Марсель?

– Не сомневаюсь в этом. Жаль, что тебе не удалось обезвредить его. Ну ничего, рано или поздно он за все ответит. А сейчас главное – заполучить Книгу.

– Вы знаете, где ее искать, уваж... то есть ваше чародейство?

Старик прищурился и задумчиво посмотрел на меня.

– Она в руках очень сильного темного колдуна.

Я даже привстал от возбуждения.

– Какого? Где он живет? Скажите, и я отправлюсь за ней прямо сейчас!

Шериус мягко улыбнулся.

– Успокойся, храбрый юноша. Никуда бежать не надо.

Он откинулся на высокую спинку деревянного, обитого кожей кресла, положил ладони на подлокотники, увенчанные головами львов, и замер. Долго молчал. А я, хоть и изнывал от нетерпения, старался держать себя в руках и не торопил старика.

Наконец он шумно выдохнул, словно на что-то решившись, и начал:

– В одном из укромных уголков Синеуса есть место, где можно обратиться к этому колдуну. Ты проберешься туда и попробуешь поговорить с ним. Не скрою, это опасно, рискнувшего потревожить покой Ворожена может поглотить Тьма.

– Ворожена?! – в удивлении воскликнул я. – Это тот, что пытался одолеть царя Светодара?

– О, ты слышал о нем? Да, тот самый. Волшебник Ворожен, разрушитель Хрустального города, прародитель проклятых колдунов.

– Но почему Книгой призыва светлого бога владеет темный маг?

– Видишь ли, в ней собрана вся магия Мелизоры, в том числе и ритуал Призыва. Это очень, очень древняя книга, созданная еще до того, как между богами вспыхнула вражда. В незапамятные времена Утрес-Крех отравил Ворожена черным ядом властолюбия и передал ему Книгу, чтобы тот смог справиться с силой Света.

– Понял. Что я должен сказать Ворожену?

– Уговори его отдать Книгу. Уверен, амулет защитит тебя от Тьмы, и разговор с ним будет относительно безопасен.

– Нет проблем. А если откажется, я его просто убью.

– Не вздумай, – старик предостерегающе поднял руку, словно пытался меня удержать. – Вступать с ним в бой тебе пока не по силам. Да и как можно убить глас?

– Что?!

– Сам Ворожен не явится. С тобой из небытия будет говорить его дух.

Дурдом какой-то. Ладно, пусть так, сыграю по их правилам.

– Куда и когда надо идти, ваше чародейство? Я готов. Надеюсь, вы поможете мне пробраться через нежить вокруг города?

Шериус тяжело поднялся и подошел к массивному резному шкафу в углу. Достал оттуда большой пергамент и, развернув на столе, показал мне.

– Выходить за стены города не понадобится. Вот, смотри, это карта Треглава. А здесь, – Шериус ткнул в серое пятно на бумаге, – находится усыпальница Ворожена. Тебе уже приходилось в ней бывать.

Присмотревшись, я понял, что палец чародея указывает на Гиблый квартал.

– Катакомбы? Золотая пещера?

– Она самая. И то, что ты смог в нее проникнуть, спасти моего человека, и при этом не погиб сам, лишний раз доказывает, что передо мной сидит призыватель.

– С чего вдруг Светодар решил похоронить этого гада внутри Хрустального?

– Не Светодар, и не внутри. В те времена город был гораздо меньше, и золотая стена проходила как раз через нынешний Гиблый квартал. Когда Ворожен со своими сторонниками начал осаду, именно напротив этого участка они насыпали высокий холм, с которого проклятые колдуны кидали свои заклинания. Ну, а после смерти Ворожена темные воины похоронили его снаружи, у самой стены, посчитав, видимо, золото достойным украшением усыпальницы. С ним же погребли и Книгу, чтобы она не досталась победителям.

– Хм, мне таких подробностей не рассказывали.

– Кто их сейчас помнит? – невесело усмехнулся Шериус. – На развалинах Хрустального города вырос новый, названный позднее Треглавом. Он быстро расширялся, так что со временем и золотая стена, и холм оказались внутри него.

– Кстати, о холме. Это не тот, что сейчас у Гиблого квартала? Пустынный такой.

– Он самый. Когда на нем попытались выстроить дома, откопали столько костей, что никто не решился там поселиться.

Нехилое местечко судьба мне подкинула для проживания...

– Так вот, – продолжал старик, – новый город рос так быстро за счет золота от разрушенной стены. Но однажды власти города добрались до того участка, где был похоронен Ворожен. Вот тогда впервые и появились монстры. В те времена во главе Гильдии магов стоял Элфиус, очень сильный чародей. Он запечатал могилу, ее засыпали и со временем забыли даже место, где она находилась. Но ничто не вечно, даже такая мощная магия. С годами печать Элфиуса ослабела, а запретное место отыскал какой-то пьянчуга и вновь потревожил захоронение. Впрочем, это к лучшему, теперь мы знаем, где находится могила, а значит, и Книга. Несколько раз мои люди пытались добыть ее, проводили ритуалы, но все без толку, это под силу только призывателю.

Знание мира: +2, текущее значение: 60

Я вскочил с кресла.

– Ритуалы?! Так сердца в пещере – дело рук ваших монахов?!

– Как ты мог такое подумать? – ужаснулся Шериус. – Жертвоприношения и вырезанные сердца – черная магия. Мы никогда ее не используем! Не забывай о Марселе, его не раз видели выходящим из катакомб. Негодяй наверняка пытается заполучить Книгу Призыва.

Ну конечно! Так вот что лже-Макс хотел найти раньше меня! Книгу!

Глава 13. Проклятые катакомбы

– Кто еще, кроме Марселя, ищет этот артефакт? – спросил я.

– Что ты имеешь в виду? – в глазах Шериуса читалось явное непонимание.

Усевшись поудобнее, я подробно рассказал ему о стычке на пустыре, о внезапном исчезновении нападавшего и о том, что именно в это время Элмер видел Макса со стены среди осаждающих.

– В общем, это маскировка, – закончил я. – Но зачем кому-то выдавать себя за Марселя?

Чародей задумчиво погладил бороду.

– Насчет маскировки ты прав. Вот только, думаю, пользовался ей тот, кто был за стеной.

Я удивленно привстал: такая простая мысль не приходила мне в голову. Хотя... Нет, ерунда, со мной явно дрался маг.

– Вы ошибаетесь, ваше чародейство. Макс не владеет колдовством.

Шериус улыбнулся, в глазах его появилось выражение, какое бывает у доброго учителя, жалеющего бестолкового ученика.

– Поверь мне, Крех и не таким одаривал своих последователей. Ему ничего не стоит научить Марселя магии. С тобой дрался именно он, не сомневаюсь. Мои люди несколько раз видели его около Гиблого квартала.

– Но почему он меня не убил?

Старик ласково посмотрел на меня и огорченно покачал головой.

– А вот этого я пока не понимаю. Придется немного потерпеть. Обещаю, мы с помощниками перетрясем все магические фолианты, но найдем ответ.

Он перевел дыхание и, видя, что я молчу, продолжил:

– Марсель пытается пробудить Утреса, и ты обязан этому помешать, призвать Нариэля раньше. Если мы не поторопимся, случится непоправимое. Чтобы пройти через монстров, я дам тебе сопровождающего, завтра в полдень он будет ждать здесь, – чародей ткнул пальцем в пустырь на карте. – Тебе необходимо отправиться с ним в катакомбы, забрать у Ворожена Книгу и принести сюда.

Получено задание: Завладеть Книгой Призыва

Я задумался. Может ли Марсель быть белой тенью, мелькнувшей вчера в глубине пещеры? Вряд ли, он сросся со своей черной одеждой. Походу, есть и другие охотники за Книгой. Вернувшиеся? Нет, тут одним помощником не обойтись.

– Я могу взять с собой друзей?

Чародей на секунду задумался.

– Хорошо, человека два-три, больше не надо. И помни, в усыпальницу можешь войти только ты, для других это смертельно опасно.

Я кивнул и поднялся.

– Все ясно. В полдень жду посланца на пустыре.

У двери меня настигло предупреждение Шериуса:

– Прошу тебя, будь осторожен! С духом Ворожена нельзя ссориться, нельзя оскорблять его. И никаких угроз. Ты должен быть тверд, но корректен.

В эту ночь мне снова приснился Утрес-Крех. Сон был не таким ярким, как прошлый, силуэт темного бога лишь едва очерчивался в туманной дымке. Он сидел на огромной куче камней и внушал мне:

– Ты получил золото и получишь еще! Теперь ты богат и станешь самым сильным воином в Мелизоре. Властелином мира!

Мне не нравились его слова, но возражать почему-то не хотелось.

– Я научу тебя самому сильному колдовству. Поделюсь с тобой своей властью.

Присмотревшись, я понял, что сидит он не на камнях, как мне сначала показалось – большая груда под ним сложена из человеческих черепов. Один из них подкатился к моим ногам, поводил единственным глазным яблоком, которое еле держалось на остатках сгнивших мышечных волокон, противно скрипнул челюстями и перекусил выползшего из пасти жирного червя. И тут я заметил, что такие же черви облепили все черепа, сотней маленьких острых зубов они вгрызались в островки засохшей плоти, полируя кости до белизны.

Что-то склизкое проползло по моей ноге. Опустил взгляд – стою босиком по щиколотку в кишащей массе. Черви один за другим впиваются в тело, темными бугорками перекатываются под кожей, пытаясь сожрать меня изнутри. Господи, мерзость какая!

Я проснулся от собственного крика. Филин, разбуженный моим воплем, шарахнулся к потолку, а приземлившись, проворчал:

– Что ты орешь? Лучше бы делом занялся.

– Каким? – ядовито поинтересовался я, пытаясь отдышаться.

– Девушку расколдовать надо.

Я покосился на Фросю, маячившую у стола, и с недоумением воззрился на Диогена.

– Ты головкой ударился? Какую девушку?

Птица сердито фыркнула и пробубнила:

– Надо с Радуги чары снять, чтобы к ней вернулась память.

Не припомню, чтобы Диоген так о ком-нибудь пекся. Если только о Марусе. Иногда. Но это не точно.

– Я же вчера об этом спрашивал, а ты сказал, что не знаешь.

– Ничего я не говорил! – возмущенно опроверг филин.

А ведь и верно, не говорил. Уткнулся носом... то есть клювом в стену, и я сам за него додумал ответ.

– И что изменилось за ночь?

– Думаешь, пророческие сны только к тебе приходят? – ответил он вопросом на вопрос. – Если узнаем историю Радуги, то и Серому поможем, и как тебе не «испариться», поймем.

– Так что приснилось-то? Как ее расколдовать?

Филин потоптался на буфете и отвернулся. Понятно, придется шустрить самому.

Получено задание: Раздобыть лекарство для Радуги

Дверь избы распахнулась, и вошли Серый с Марусей. Еще вчера, после разговора с Шериусом, я написал им о новом походе в катакомбы.

– Здорово, Димон, – Серега крепко сжал мою ладонь. – Ну что, вперед, на штурм Эльдорадо?

– Нет! – послышалось возмущенное восклицание Василисы. – Сначала завтрак, иначе не выпущу!

Спорить никто не стал. Мы быстро опустошили миски с ее варевом и выдвинулись в поход. Посланец чародея ждал буквально в полусотне метров от избы. Им оказался Копус, тот самый маг, что вчера отвоевал меня у стражников. Поприветствовав нас, он с подозрением покосился на Фросю и сказал:

– Пойдемте. Здесь недалеко вход в Проклятые катакомбы.

– Тоже мне, провожатый нашелся, – язвительно вставила девчонка и гордо произнесла: – Этот район лучше меня никто не знает.

Если так пойдет, она и о тайном ходе через сарай может брякнуть. Я сердито посмотрел на нее и поспешил вмешаться.

– Знать-то она знает, но через магическую преграду все равно не пройти.

У Фроси хватило ума не спорить.

– Не беспокойтесь, – сказал Копус, – я все сделаю.

Мы спустились с холма, миновали сарай, через который пробирались вчера, и оказались на тропе, вытоптанной вдоль Гиблого квартала. К нам тут же поспешили двое стражников с угрожающими физиономиями.

– Подождите, – маг поднял ладонь, призывая нас не вмешиваться, и двинулся им навстречу.

Они о чем-то тихо переговорили, Копус показал какой-то манускрипт, и вопрос был решен – охранники дружно кивнули и позволили нам пройти. Пытаясь срезать путь, я сошел с тропы. Маг сделал предостерегающий жест, но опоздал – мой лоб врезался в невидимый барьер, тело словно током прошило, и неведомая сила отбросила меня на несколько метров.

Получено достижение – Стену лбом не прошибешь. Вероятность счастливого события: -0.1%.

Что ж в последнее время одни минусы к удаче!

– Осторожнее, – укоризненно покачал головой подоспевший Копус. – Сейчас сниму защиту, тогда пройдете.

Он достал из сумы свиток, пробормотал заклинание и сделал приглашающий жест рукой.

– Теперь можно, прошу.

Я с опаской двинулся вперед, но преграда и в самом деле исчезла. Где бы такими закляшками на будущее запастись?

Безжизненные, пустые дома Гиблого квартала напоминали заброшенные декорации фильма-катастрофы. Ни людей, ни домашних животных, ни птиц – казалось, здесь даже насекомые вымерли. Мы молча двигались сквозь жуткую тишину, и нарушать ее почему-то совсем не хотелось. Только Фрося время от времени тяжело вздыхала и по-детски всхлипывала, глядя на родные улицы.

– Нам сюда, – тихо произнес Копус и, пройдя по валявшимся на земле створкам ворот, свернул во двор.

В прежние времена здесь, видимо, рос то ли вишневый, то ли яблоневый сад. Но теперь деревья высохли и почернели, превратившись в уродливых многоруких чудищ, которые своими крючковатыми пальцами то и дело цеплялись за одежду.

Сразу за садом стоял двухэтажный дом с верандой, в котором сразу угадывалась таверна. Справа от входа я заметил пару давилок, от них несло застоявшимся запахом то ли уксуса, то ли аммиака. Рядом валялись большие плетеные корзины с остатками давно высохшего и превратившегося в грязные комки винограда. Похоже, когда-то для привлечения гостей хозяева давили сок и молодое вино прямо на улице.

Копус поднялся на крыльцо таверны и махнул нам. Я последовал за ним, но, увидев, что Серега замер на месте, остановился. Он стоял, приоткрыв рот, и таращился на длинную деревянную вывеску над входом. Похоже, раньше на ней было написано:

Хочешь отдохнуть в саду? Милости просим!

Вроде обычное приглашение для клиентов, но сейчас правую часть буквы О и целиком букву Тв начале слова «отдохнуть» покрывала черная плесень. А потоки дождя из водостока, висевшего прямо над словом «сад», напрочь смыли в нем первую букву. Да уж, символично получилось, есть от чего тормознуть.

– Не бойтесь, пойдемте, – поторопил Копус.

– А кто боится? – огрызнулся Серый.

Вслед за магом мы вошли в обеденный зал. Столы в нем покрывал толстый слой пыли, несколько скамеек было перевернуто, кое-где валялись осколки керамической посуды, на полу тут и там встречались темные пятна.

Копус провел нас дальше, в подсобное помещение. Я огляделся. Здесь, похоже, случилась нешуточная бойня: стеллажи раскрошены в щепки, на стенах и потолке глубокие выбоины, даже массивный жбан сплющило, будто он был сделан из пластилина, а не из бронзы. Мы осторожно вошли в арочный проем у противоположной стены и оказались в тесном каменном помещении, чем-то напоминавшем склеп из Диабло. Тут не было ничего, кроме лестницы вниз.

Серега вооружился факелом и первым шагнул к ней. Я последовал за ним, остальные потопали следом. Любопытная Фрося тут же исчезла в стене, но через несколько секунд появилась и разочарованно пробормотала:

– Ничего нет, только земля.

Спуск по холодным каменным ступеням продолжался довольно долго. Наконец лестница кончилась, и мы очутились в коротком коридоре. Он вывел нас в зал, где в свете факела я увидел старых знакомых – рыжеволосых женщин в черных платьях и передниках. Похоже, мы пробрались к Тифозным Мэри с другой стороны. Что ж, прекрасно, значит, с Коридорными Шепотами встречаться не придется. Они хоть и безобидные, но реально жуть навевают.

– Опять будут рыдать, – поморщился Серый.

С дамочками мы покончили меньше, чем за полчаса. В этом немало помог Копус, оказавшийся магом непонятной мне стихии. Он кастовал странные корни, похожие на длинных толстых змей, которые мгновенно вырастали под ногами рыжих теток и вгрызались в их тела. Те мастерски отбивались скалками и почти не обращали на нас внимания, за что и поплатились.

Оглядев очищенный от монстров зал, я подошел к плите и заглянул внутрь. На этот раз запаса зелий там почему-то не нашлось. А жаль.

Следующими оказались бывшие странники. Как и в прошлый раз, первым появился Самурай с распоротым и грубо зашитым животом. Я кинулся на него с поднятым Кладенцом, но, обогнав меня, в грудь монстра вонзилась Марусина стрела. И тут же подключились корни Копуса. Как только с врагом было покончено, я негромко скомандовал:

– Из коридора не выходим, агрим их сюда.

– Я смотрю, вы тут уже все изучили, – покосился на меня Копус.

Мы дружно проигнорировали его реплику и занялись монстрами. С ними пришлось повозиться дольше, чем с дамочками, но час спустя и эта битва завершилась. Опыта насыпалось немерено, каждый из нас апнулся по разу – ну, кроме Копуса, естественно. Маруся к тому же разжилась неплохим композитным луком: среди «зашитых» сегодня оказались не только бойцы-кулачники, но и лучники.

Когда с монстрами было покончено, маг махнул рукой, указывая дорогу через зал к противоположному коридору.

Чем ближе мы подходили к Золотой пещере, тем настойчивее меня посещала мысль: и маги, и городские власти уже знают, зачем мы сюда повадились, не прикроют ли они эту лавочку? Отказываться от найденного богатства совсем не хотелось. Надеюсь, Копус не нарушит приказ Шериуса и не полезет в пещеру.

Поплутав по коридорам, неуклонно уходящим вниз, мы, наконец, остановились у знакомого пролома в стене.

– Пришли, – шепотом сказал маг.

– Ты с ним? – поинтересовался Серый.

– Нет, – резко ответил Копус.

Он красноречиво передернул плечами и сделал шаг назад. Отлично, мне это только на руку. Неудивительно, что ему не хочется соваться в эту дыру, как минимум два его собрата там уже полегли.

Взяв у Сереги факел, я подошел к проему и втянул носом воздух. Изнутри шел странный, неприятный запах. Что-то новенькое, вчера такого не было.

– Отойдите! На ту сторону, а еще лучше – в коридор, – прикрикнул Копус на моих друзей, которые уже стояли рядом. – Здесь опасно.

– Ну и вонь, – Серега поморщился и ушел в дальний угол, потянув за собой Марусю.

Я оглянулся – три их фигуры едва виднелись в темной глубине пещеры. Филин, которого Маруся держала на руках, и вовсе не был заметен. Только Фрося плавала неподалеку, с трудом сдерживая любопытство.

– Сумку здесь оставь! – громким шепотом потребовал Копус. – И меч.

– Это еще зачем?

– Он может подумать, что ты вор или агрессор.

Я скинул вещи на пол и полез в дыру. В нос ударил запах гнили. И, как вчера, тут же загудела голова, ослабели руки, к горлу подступил ком. Я поднял факел повыше и, взглянув под ноги, интуитивно отпрянул: вместо бьющихся сердец на земле валялись гнилые комки плоти, в которых копошились черви. Точно такие же, как в сегодняшнем сне! От отвращения меня передернуло.

Трупы монахов лежали там же, где и вчера, с ними никаких изменений не произошло. Стараясь ни на что не наступить, я вышел на середину пещеры и огляделся. Блин, стою тут как... Как кто? Игрушка в руках богов, которую загнали в подземную коробку. Тьфу.

Ладно, все это лирика. Сейчас надо решить главную задачу, а о судьбе-злодейке можно и позже подумать. Собрав волю в кулак, я со всей возможной твердостью выкрикнул:

– Ворожен!

Тишина. Лишь в углу, как мне показалось, мелькнула неясная тень. Мелькнула и исчезла.

– Ворожен! Приказываю тебе отдать Книгу!

Воздух в комнате задрожал, и заметно потемнело, факел вдруг зачадил. Стало трудно дышать, на тело навалилась странная тяжесть, но не сверху, а сразу со всех сторон. Казалось, каждая клеточка организма вдавливается вглубь, стремясь уйти от неизвестной опасности.

Справа послышалось шипение. Я повернулся, и рука невольно сжалась в кулак. У стены колыхалось лицо, будто созданное из дыма или теней. Даже не лицо, а висящий в воздухе полупрозрачный череп с разинутым ртом и провалами вместо глаз. Мгновение – и он испарился, словно и не было. В ту же секунду раздался голос – глухой, скрипучий:

– Кто ты и как посмел сюда явиться?

Он шел не из конкретного места, а сразу отовсюду. Окружал, обволакивал, пронизывал. Спокойно, спокойно. Все это дешевые фокусы Тьмы, мне на них наплевать.

– Я – призыватель!

– Призыватель? – обладатель загробного голоса явно заинтересовался. – Значит, ты можешь пробудить великого Утреса-Креха, чтобы он меня воскресил?

Ага, спешу и падаю. С такими вопросами к Марселю, пожалуйста. Но если я ему откажу...

– Да, могу. Но для этого мне нужна Книга.

Со стороны проема послышался приглушенный шум, я резко повернулся, но ничего не увидел. Кто-то вскрикнул, и я потряс головой, пытаясь понять, реален этот звук или родился в моем затуманенном воображении.

Жуткое лицо материализовалось снова, на этот раз прямо передо мной. Появилось и замерло. Глаз у него не было, но я не сомневался, что оно внимательно меня разглядывает. По спине пробежал холодок, дышать стало еще труднее.

– Ты больше похож на охотника за золотом, – прошипел голос, губы морды при этом не шевелились. – Докажи, что ты призыватель!

Доказать-то могу, достаточно лишь предъявить амулет, но вряд ли дух Ворожена ему обрадуется.

– Говори, что нужно делать! – твердо ответил я.

– Принеси сердца тех, кто пришел с тобой. Даруй их спящему богу!

Совсем охренел!

– И не подумаю! – я от души надеялся, мой смех звучит достаточно уверенно. – Эти люди – мои помощники. Без них я не смогу пробудить Утреса.

– Что ж... – последовала пауза. – А как тебе такое?

Жуткая морда исчезла. Меня окутала туманная дымка, и в тот же миг в тело что-то проникло, прямо сквозь броню. То ли сущности, то ли иглы, то ли ножи. Не прошло и мгновения, как начался настоящий ад.