Легенда о Белом Тигре 4: Храм Крови

Глава 1. В пути

Следующие два дня прошли на удивление спокойно.

После ночного боя с волками все восстановились довольно быстро. Чжао Ю больше не прихрамывал, хотя я замечал, как он иногда морщился, когда слишком резко поворачивался, а Лин Шу, разминаясь утром с копьём, была почти так же быстра, как и до сражения.

Мэй Сюэ проделала отличную работу, залечив самые глубокие раны, но полное восстановление требовало времени. Тао вновь острил и хохотал, будто той битвы вообще не было. Старик обладал завидным жизнелюбием. Сяо Лань, как всегда, держалась отстранённо.

Караван размеренно двигался, оставляя за собой ли пути. Телеги скрипели, волы фыркали, а купцы переговаривались между собой о ценах и товарах. Обычные звуки торгового пути. Только мы, наёмники, постоянно следили за дорогой и окружающими рощами.

Вечером следующего дня после нападения Чжень Вэй, увидев, что я полирую свой меч, используя ци, попросил меня осмотреть оружие нашей группы.

— Ты же кузнец, оцени, насколько клинки пострадали. Нам надо быть готовыми к следующему бою.

Я кивнул и с готовностью принял его копьё, саблю и кинжалы Сяо Лань. Знаменитое оружие командира выглядело неплохо, но ему нужна была помощь. Я как-то не подумал взять железа с собой. У меня был звёздный металл, но… я не был уверен, что стоит его показывать остальным. Эх, были бы у меня хотя бы пара слитков железа! Последнюю фразу я сказал вслух.

Старик Хуан подозвал меня своей телеге:

— Ли Инфэн, у нас с собой есть кое-что, что может пригодиться. На всякий случай возим, понимаешь?

Он поднял ткань и показал мне отдельный ящик со всякими расходниками и инструментами для починки: там были гвозди, скобы, кольца, и даже железный лом, хорошего качества. Для торговца иметь такое при себе было разумно, в дороге мало ли что случится.

— Выкуплю, — сказал я, доставая свой кошелёк. — Сколько?

Старик Хуан замахал руками:

— Да что ты, что ты! Это же для нашей собственной безопасности! Возьми просто так, как… — он на мгновение запнулся, подбирая слова, — …как благодарность за охрану.

Я покачал головой:

— Работа кузнеца — это отдельно, уважаемый Хуан. Металл стоит денег, и я не могу просто так взять чужое добро. Это неправильно.

Чэнь Бо, нервный торговец, наблюдавший за нашим разговором, кивнул с видимым облегчением. У Фэн, молодой купец, просто пожал плечами.

В итоге мы сошлись на справедливой цене. Я выкупил лом и несколько гвоздей и принялся за работу.

Металлическая ци потекла из даньтяня по меридианам к рукам. Я научился контролировать её, не показывая серебристое свечение слишком явно. Не нужно было привлекать лишнее внимание купцов вопросами о моём уровне культивации. Третья звезда была уже впечатляющим уровнем для наёмника моего возраста.

Клинки, которые разъело скверной волков, местами были в плачевном состоянии. Металл будто сгнил изнутри, покрывшись ржавчиной. Я влил ци в лезвие, чувствуя структуру металла.

Процесс требовал концентрации и точности. Я работал медленно, методично. Каждый клинок был уникален: у одного скверна попортила только кончик, у другого глубокие борозды шли по всей длине лезвия.

Увидев, что я делаю, к нам подошёл Юэ Ган. Его глаза округлились, но он не стал ничего спрашивать о моём уровне, лишь вежливо попросил взглянуть на свой меч, копьё Лин Шу и наконечники для стрел Чжао Ю.

Я назвал им стандартную цену кузнеца и попросил заплатить командиру. «Клыки» не стали торговаться и сразу согласились.

Я привёл громадный меч в порядок, и восстановил режущую кромку копья. Наконечники стрел тоже требовали внимания. Некоторые из них совсем никуда не годились и рассыпались прямо в руках. Я вытянул из них металла сколько мог, чтобы создать новые.

Вся работа заняла несколько часов, и оба командира решили, что я не буду стоять на страже этой ночью вообще, ведь мне придётся восстановиться после укрепления и починки оружия.

Несколько клинков остались неидеальными, но достаточно хорошими, чтобы служить в бою. По крайней мере, я точно знал, что лезвие не треснет и не посыпется. Наконечники стрел сияли новым металлом.

Юэ Ган осмотрел результаты моей работы и довольно кивнул:

— Превосходно! Если выживем в этом походе, наша команда будет ходить в кузницу только к тебе!

Я кивнул в ответ, вытирая руки о ткань.

Третий день пути прошёл так же спокойно, как и второй. Мы шли по тракту, останавливались днём на привал (с традиционными лепёшками от купцов), а ночью вставали на постоялых дворах.

…Но кое-что меня беспокоило последние два дня: я постоянно чувствовал запах скверны.

Не такой сильный, какой был во время боя с волками. Скорее слабое, едва уловимое послевкусие, которое цеплялось за край сознания и не отпускало. Как гниль, которую чувствуешь где-то недалеко, но не можешь понять, откуда именно она идёт.

Первый раз я заметил это утром следующего дня после боя. Мы выдвигались на рассвете, и я шёл по левому флангу каравана, когда вдруг почувствовал этот лёгкий гнилостный привкус в воздухе. Резко остановился, принюхался, оглянулся по сторонам.

Ничего.

Лес был чист. Никаких следов тварей. Никаких следов недавней битвы: мы давно покинули место, где сражались, но запах всё равно был, едва заметный. По крайней мере для меня.

Я подошёл к Чжэнь Вэю:

— Командир, ты чувствуешь что-нибудь странное?

Он посмотрел на меня, прищурившись:

— В каком смысле?

— Запах, — сказал я осторожно. — Как будто скверна где-то рядом, но очень слабо.

Чжэнь Вэй принюхался, помолчал, потом покачал головой:

— Нет. Ничего не чувствую. Ты уверен?

— Не совсем, — признался я. — Может, мне показалось.

Он окинул меня долгим оценивающим взглядом, потом похлопал по плечу:

— Если почувствуешь что-то конкретное, сразу скажи. А пока просто будь внимателен.

Я кивнул и вернулся на свою позицию.

Но запах не уходил. Он присутствовал всегда. Днём, вечером, даже когда мы останавливались на привал. Лёгкий, едва различимый, но постоянный. Я подумал, что это были остатки волчьей крови на телегах и ткани, но никак не мог найти тёмных пятен, как ни принюхивался.

К вечеру того же дня я не выдержал и спросил Тао:

— Старик, ты не чувствуешь запах гнили?

Тао шёл рядом со своей телегой в арьергарде, поедая на ходу вяленое мясо. Он остановился, принюхался преувеличенно громко, даже сморщил нос, словно пытаясь уловить что-то особенное. Потом рассмеялся:

— Единственное, что я чувствую, это то, что Ма Цзюнь забыл помыться на постоялом дворе! Эй, жирдяй Ма! Когда в последний раз видел воду? Год назад?

Ма Цзюнь огрызнулся:

— Сам ты не мылся! Лучше понюхай свои подмышки, старый медведь!

Все, кто слышал их перепалку, рассмеялись. Я тоже улыбнулся, но чувство тревоги не отпускало.

Сяо Лань шла чуть впереди. Я подошёл к ней тихо:

— Лань, ты ничего странного не замечаешь?

Она посмотрела на меня холодным взглядом:

— Нет. А что?

— Запах скверны. Слабый, но есть.

Сяо Лань нахмурилась, остановилась и замерла, закрыв глаза. Я знал, что она обладает хорошим чутьём: как разведчик и убийца она умела различать малейшие изменения в окружающей среде. Через несколько секунд она открыла глаза и покачала головой:

— Ничего. Возможно, это остаточный запах от той битвы с волками, который прилип к твоей одежде или оружию?

Я задумался. Возможно ли это? Может, скверна действительно въелась в мою одежду или в меч? Но я тщательно постирал испачканное, менял одежду и чистил оружие. Так не бывает, чтобы запах держался так долго.

К концу дня я уже начал сомневаться в собственных чувствах. Может, это просто моё воображение? Звериная натура обостряет все чувства, но иногда эти чувства могут обманывать. Или я так впечатлился тем, что мы скоро минуем границу с Империей, где скверна процветала, что у меня начались галлюцинации.

На постоялом дворе вечером Юэ Ган, лидер «Клыка Севера», увидел, что я всё ещё принюхиваюсь и подошёл:

— Ли Инфэн, я слышал, тебе мерещится запах скверны?

— Да, — кивнул я. — Чувствую постоянно, но слабо. Никто больше не замечает.

Юэ Ган усмехнулся, но не насмешливо, скорее с пониманием:

— Знаешь, это нормально после такого масштабного боя с порождениями тьмы. Этой зимой на севере меня тоже постоянно преследовала эта вонь. Разум запоминает опасность и начинает искать её везде. Видит угрозу там, где её нет. Это называется боевой памятью. Пройдёт через несколько дней, когда успокоишься.

Он похлопал меня по плечу:

— Не переживай, парень. Ты кузнец, не привык к таким передрягам, но у всех так было и это пройдёт.

Я прикусил язык, чтобы ничего ему не ответить.

Остальные, услышав наш разговор, тоже начали подшучивать, но не злобно, скорее по-дружески:

— Эй, молодой наёмник Ли, может, проверишь мою телегу? Вдруг там демон прячется? — смеялся торговец Лянь.

— Или в моём мешке с рисом! Точно, в рисе засела скверна! — подхватил Чэнь Бо, и даже его вечно нервное лицо расплылось в улыбке.

— Нет, нет, я точно чую! Скверна большом бочонке вина на телеге старика Хуана! — заявил Тао. — Дайте его мне, я проверю!

— А я помогу! — тут же добавил Ма. — Тебе точно понадобится помощь, ты один не справишься!

— Ну уж нет! — расхохотались купцы. — Знаем мы вас!

Чжао Ю, лучник, подмигнул мне и похлопал по плечу:

— Самый младший впечатлился. Наш командир сказал верно, всё пройдёт.

Я вынужденно улыбнулся в ответ. Возможно, они правы. Возможно, это действительно просто моё воображение, но инстинкт всё равно не давал успокоиться. Внутри, в глубине сознания, белый тигр тихо возмущался, и я вместе с ним…

Я привык доверять своим чувствам. Что-то было не так. Но что?

На следующий день, в полдень, мы остановились на короткий привал у небольшого ручья.

Старик Хуан, торговец специями, распорядился накрыть общий стол, была его очередь угощать. Он был в отличном настроении: дорога шла спокойно, товары целы, да охрана надёжная.

Из его телеги достали корзины с едой, которые он запас на постоялом дворе: свежие лепёшки с кунжутом, варёные яйца, жареное мясо, маринованные овощи и даже несколько кувшинов рисового вина. Не пир, но по меркам дороги это было роскошью.

Мы расселись на поваленных стволах деревьев и больших камнях у ручья. Наёмники с двух команд смешались: кто-то уже подружился, а кто-то просто вежливо терпел присутствие друг друга. Купцы тоже присоединились, кроме У Фэна, который остался у своей телеги, что-то проверяя среди своих многочисленных кувшинов и ящиков.

Старик Хуан поднял чашку с вином:

— За удачный путь! За храбрых защитников! И за то, чтобы дорога дальше была такой же спокойной!

— За удачу! — откликнулись все хором.

Вино было не самого лучшего качества, немного кисловатое, видимо, старый купец решил немного сэкономить, а может на постоялом дворе не нашлось ничего лучшего. Зато лепёшки были ещё тёплыми, с хрустящей корочкой, а мясо просто таяло во рту.

Тао уплетал за обе щеки, набивая рот так, что едва успевал жевать. Ма Цзюнь, его новый товарищ по арьергарду, не отставал. Они явно нашли общий язык через любовь к еде и вину.

Лин Шу сидела рядом с Сяо Лань. Они молча ели, обмениваясь редкими короткими фразами. Два разведчика и две одиночки, но было видно, что они уважают друг друга.

Мэй Сюэ сидела рядом со мной. Она аккуратно ела, маленькими кусочками, и я невольно обратил внимание на изящество её движений. За время пути она немного подрастеряла свой городской лоск, но это её совершенно не портило. Я бы так и любовался, если бы тигр не рыкнул и не напомнил мне о еде.

— Как твои руки? — неожиданно негромко спросила она.

Я посмотрел на свои ладони, сжимающие свежую лепёшку.

— В порядке. Всё зажило.

— Хорошо, — она кивнула и продолжила есть.

Когда трапеза подошла к концу, мы снова тронулись в путь. Старик Хуан был доволен: все сыты и в хорошем настроении, караван движется без проблем. Чэнь Бо перестал дёргаться от каждого шороха. Лянь насвистывал какую-то песенку. Даже У Фэн, обычно замкнутый, слегка расслабился.

…Но я всё равно чувствовал этот проклятый запах скверны. Слабый, едва заметный, но постоянный. Словно кто-то невидимый шёл рядом с нами, прячась в тени деревьев.

Я больше никому не говорил об этом. Просто дал себе зарок быть настороже.

К вечеру мы добрались до постоялого двора.

Это было небольшое, но прочное здание у самой дороги. Двухэтажное, с широким двором для телег и стойлами для лошадей. Хозяин, пожилой мужчина с седыми усами, встретил нас с гостеприимством:

— Добро пожаловать, добро пожаловать! Проходите, проходите! Есть комнаты, есть еда! Загоняйте телеги под навес!

Мы разместились быстро. Купцы сняли комнаты на втором этаже. Наёмники, как обычно, расположились в общей зале на первом этаже: нам не нужны были роскошные постели, достаточно циновок на полу и крыши над головой. К тому же так мы могли быстрее среагировать на опасность.

Телеги загнали во двор, поставив их весьма тесно друг к другу. Погонщики отвели волов в стойла. Всё оружие осталось при нас.

Ужин был обильным: хозяин двора постарался. Горячий рис, жареные овощи, тушёная свинина с пряными травами, суп с лапшой, свежие лепёшки и несколько кувшинов вина. Намного лучше, чем сухомятка в дороге!

Все ели с аппетитом. Тао, уже порядком поддатый от дневной порции вина и от вечерней добавки, рассказывал какую-то смешную историю про медведя и неудачливого охотника. Ма Цзюнь похохатывал, иногда захлёбываясь вином, и оттого им обоим становилось ещё смешнее.

Чжэнь Вэй и Юэ Ган сидели за отдельным столом, склонившись над картой. Они обсуждали завтрашний путь, и я видел, что разговор серьёзный. Я видел, как командир нашей команды показывал на что-то пальцем, а лидер «Клыка Севера» кивал и морщился.

После ужина я подошёл к ним:

— Командир, есть проблемы?

Чжэнь Вэй посмотрел на меня, потом махнул рукой:

— Садись, Ли Инфэн. Тут нет большого секрета, и это касается всех.

Я сел, а Юэ Ган показал пальцем на участок карты:

— Здесь. Ущелье Трёх Ветров. Завтра к полудню мы должны войти в него.

Я посмотрел на карту. Ущелье было обозначено как узкий проход между двумя горными хребтами. Дорога шла по узкой долине вдоль реки, зажатая с обоих сторон скалами.

— Неудобное место, — сказал Юэ Ган коротко. — Если нападут, отступать некуда. С обеих сторон скалы, сзади река, впереди только один выход.

Чжэнь Вэй кивнул:

— Это место идеально для засады. Бандиты любят такие проходы. Если есть враги в округе, они наверняка попробуют атаковать именно там.

— А обойти нельзя? — спросил я.

— Можно, — ответил Юэ Ган, проводя пальцем по карте, обозначая обход, — но это добавит три дня пути, а купцы не хотят задерживаться.

Чжэнь Вэй покачал головой:

— Поэтому мы идём через ущелье, но нужно подготовиться. Завтра утром соберём всех, обсудим стратегию. Пройдём это место как можно быстрее, не останавливаясь.

Юэ Ган добавил:

— Лин Шу пойдёт в авангарде, далеко впереди каравана. Она осмотрит ущелье и проверит есть ли засада. Если чисто, мы проходим. Если нет, она подаст сигнал, и мы готовимся к бою до входа в ущелье.

— А если нападут внутри ущелья? — спросил я.

— Тогда будет тяжело, — честно ответил Чжэнь Вэй. — Нужны щиты с двух сторон. Лучник в центре, а мы по флангам, если там будет место. Купцы остаются в телегах, прячутся, не высовываются.

Чжэнь Вэй посмотрел на меня:

— Ты, Ли Инфэн, пойдёшь по правому флангу. Твоя скорость и реакция пригодятся, если враги попытаются атаковать сбоку, с уступов скал. Сяо Лань возьмёт левый фланг.

— Чжао Ю будет в центре, готовый поддержать в любую сторону, — добавил Юэ Ган.

Я кивнул:

— Понял.

Чжэнь Вэй свернул карту:

— Иди отдыхай. Завтра нужны будут свежие силы. Я объявлю дежурства. Ты стоишь во вторую половину ночи.

Я кивнул:

— Понял, командир.

…Ночь была тихой и тёплой.

Я лежал на циновке в общем зале, глядя в потолок. Вокруг храпели наёмники: Тао рычал как раненный медведь, Ма Цзюнь всхрапывал ему в унисон. Сяо Лань, Лин Шу и Мэй Сюэ устроились отдельно, в небольшой комнатке для женщин. У них было очень тихо. Оба командира несли стражу.

Я не мог заснуть. В голове крутилось слишком много мыслей. Завтрашнее ущелье, запах скверны, который не отпускал, да нескончаемое тревожное чувство, которое грызло изнутри.

Я закрыл глаза, пытаясь успокоиться и войти в полумедитацию. Металлическая ци потекла по меридианам, пульсируя в жилах и охлаждая разум. Дыхание замедлилось, а сердцебиение стало ровным, но сон не шёл.

…И тогда я услышал слабый звук.

Глава 2. Полуночники

Лёгкий, едва различимый звук.

Скрип половицы.

Шаги. Тихие, осторожные, словно кто-то пытался двигаться бесшумно, и он очень в этом преуспел, если бы не мой звериный слух.

Я открыл глаза, внимательно слушая, но остался лежать.

Один человек. Судя по весу и ритму, мужчина. Не тяжёлый, средней комплекции.

Кто это? Купец? Наёмник? Почему крадётся?

Я тихо поднялся, не разбудив остальных. Взял меч, повесил на пояс, двинулся к выходу, бесшумно ступая по полу, и вышел во двор.

Ночной воздух был прохладным и чистым. Луна светила ярко, заливая двор серебристым светом. Телеги стояли тёмными громадами, волы дремали в стойлах.

Я остановился в тени здания, прислушиваясь.

Шаги. Тихие. Идут вдоль стены постоялого двора, к конюшням.

Я пригнулся, бесшумно перемещаясь. Тигр внутри проснулся, все чувства обострились. Я видел в темноте лучше любого человека и слышал биение сердца впереди идущего, учащённое и нервное.

Я обогнул угол здания и увидел его.

Чжао Ю, лучник из «Клыка Севера». Он шёл, постоянно оглядываясь, словно боялся, что его заметят. В руках ничего не было, ни оружия, ни чего другого, но движения были настороженными.

Он направлялся к маленькому сараю за конюшнями.

Я, наблюдая, остался в тени. Что он делает? Куда идёт?

Чжао Ю дошёл до сарая, постучал тихонько в дверь. Три раза. Пауза. Ещё два раза. Сигнал?

Из темноты соткалась тень, и я к своему удивлению увидел нашу Сяо Лань.

Я едва сдержал удивление. Она должна была спать в комнате с девушками. Как она оказалась здесь? Когда вышла? И зачем?

Она ушла совершенно бесшумно. Я даже не услышал. Она же разведчица, лучшая из тех, кого я знаю.

Чжао Ю заговорил тихо, но благодаря моему слуху я различал каждое слово:

— Сяо Лань, пожалуйста, выслушай меня. Всего несколько слов.

Голос Сяо Лань был холодным и ровным:

— Что ты хотел?

Чжао Ю замялся, а потом спросил:

— Ты обдумала моё предложение? Я… я приму любой ответ…

Девушка привычно фыркнула, но потом всё-таки ответила:

— Хорошо, Чжао Ю, мой ответ: нет.

— Но почему? — в голосе лучника слышалась искренняя боль. — Я никогда не причиню тебе вреда. Я… я позабочусь о тебе. Я понимаю, мы только что встретились, но мы работаем вместе и сражаемся плечом к плечу. И я видел, как ты сражаешься... и... вообще... То есть… я хочу сказать…

— Знаю, — перебила его Сяо Лань, и её голос стал чуть мягче, но всё равно оставался холодным. — Я знаю, Чжао Ю. Ты хороший человек. Хороший боец. Хороший товарищ, но не более того.

— Я понимаю, что мы из разных отрядов, но… Юэ Ган и Лин Шу примут тебя. Мы готовы взять новых бойцов… или… если ты захочешь, я покину свой отряд ради тебя… Меня готовы отпустить… Я ради тебя...

— Нет, — повторила она, и в этом слове была полная непреклонность. — У меня есть дело, которое я должна завершить. У меня нет времени на отношения. Прости.

Чжао Ю стоял, опустив голову. Я видел, как его плечи поникли. Он молчал несколько секунд, потом медленно кивнул:

— Я понимаю. Прости, что побеспокоил.

Он развернулся и пошёл обратно к зданию постоялого двора. Сяо Лань смотрела ему вслед несколько мгновений, потом тихо вздохнула и исчезла в темноте.

Я остался стоять в тени, наблюдая, как Чжао Ю возвращается. Ого… Вот дела, а я и не заметил. А когда они вообще?..

Видимо, такому дикарю как я, ещё учиться и учиться… Столько стоит узнать о человеческих отношениях…

Мне стало немного неловко, что я подслушивал их личный разговор. Это было не очень-то хорошо с моей стороны, даже если я сделал это случайно. К счастью, они оба не заметили меня, а я стоял довольно далеко, в полной тени. Звериный слух не подвёл, позволив услышать то, что не предназначалось для чужих ушей.

Впрочем, я услышал шаги и был обязан проверить, мало ли чего происходит на постоялом дворе.

Я подождал, пока Чжао Ю вернётся в здание, потом решил прогуляться по двору, и действительно посмотреть, всё ли в порядке. Моё дежурство ещё не началось, но раз я не мог спать, то почему бы не осмотреться?

Обошёл телеги. Всё на месте. Поклажа в порядке, ничего не повреждено. Волы спокойны. Купеческие товары под надёжными рогожами.

Я направился к телеге У Фэна, молодого купца. Она стояла чуть в стороне от остальных, ближе к конюшням. Хотел просто осмотреть, убедиться, что всё в порядке.

…И тут я увидел в тени движение.

Кто-то был у телеги У Фэна! Фигура с маленьким потайным фонарём согнулась, что-то проверяя под рогожей, а потом выпрямилась. Я затаился.

До меня донеслось какое-то невнятное бормотание и знакомый химический запах.

— Так, тут всё в порядке... и тут... не разбилось, слава хранителям...

Это был сам купец У Фэн. Он крутился у своей телеги, поправлял рогожу, проверял узлы и что-то бормотал себе под нос. Он то ли нервничал, то ли ещё что, но его движения были быстрые и суетливые.

Я вышел из тени, подошёл ближе. Мои шаги были почти бесшумными, но, чтобы не напугать его, я тихо кашлянул. Он услышал и резко обернулся. Его глаза широко распахнулись, а лицо побледнело. Он выставил фонарь. При виде меня он вздрогнул, потом, когда узнал, заставил себя расслабиться и натянуто улыбнулся:

— Ох! Ли Инфэн! Ты меня напугал! Чуть сердце не остановилось! Ты так тихо ходишь!

— Прости, — сказал я спокойно. — Не спалось, решил пройтись. Ты проверяешь телегу? Всё в порядке?

— Да, да, — закивал он слишком быстро. Подошёл к телеге, закрывая мне обзор, опустил рогожу и стал закреплять её верёвками и вязать узлы. — Просто волнуюсь. Это моя первая такая дальняя поездка, понимаешь? Товары дорогие, и груз ценный. И опозориться перед уважаемыми купцами не хочется… Надо убедиться, что всё в сохранности.

Он засуетился сильнее, проверяя узлы, подтягивая верёвки, хотя я видел, что они и так были в порядке.

— Всё должно быть хорошо, — сказал я. — Телеги стоят во дворе постоялого двора, охрана рядом, сейчас за всем присматривают командиры. Здесь безопасно.

— Конечно, конечно! — закивал У Фэн. Руки дрожали, пока он завязывал последний узел. — Я просто… ну, знаешь, волнуюсь. Первый раз так далеко от дома.

Он выпрямился, вытер пот со лба. Запах его пота был кисловатым, смешанным с запахом страха.

— Хочешь, помогу проверить? — предложил я. — Если что-то не так с грузом или телегой, я могу…

— Нет, нет! — он замахал руками слишком быстро, слишком резко. — Всё в порядке! Правда! Спасибо за предложение, но не стоит! Я уже всё проверил, всё хорошо! Там алхимические реагенты, их нельзя просто так трогать! Это опасно!

Я поднял брови.

У Фэн снова заставил себя улыбнуться, но улыбка получилась кривой:

— Вообще-то, может, выпьем вина? У меня есть ещё даже не открытый хороший кувшин, прямо в комнате. Составишь компанию? Я угощаю!

Я покачал головой:

— Спасибо, но я на дежурстве. Скоро моя смена. Не могу пить.

— Ах, ну да, конечно! — У Фэн кивнул так быстро, что я испугался, что он сломает себе шею. — Правильно, правильно! Дисциплина! Очень хорошо! У вас такой замечательный отряд! Вы так серьёзно относитесь к делу!

Он попятился к зданию, прихватив фонарик:

— Ну, я пойду, попытаюсь немного поспать. Завтра долгий день, надо выспаться. Спокойной ночи, Ли Инфэн!

— Спокойной ночи, — ответил я.

У Фэн практически убежал обратно в постоялый двор, оглядываясь через плечо раз пять на пути к двери.

Я остался стоять у его телеги, глядя ему вслед.

Странно.

Очень странно.

Это что сейчас было?

Он вёл себя так, будто что-то явно скрывал. Его поведение было слишком нервным и слишком суетливым. Конечно, он мог говорить правду: первая дальняя поездка, волнение за товар, все дела…

Я посмотрел на телегу. Рогожа была очень плотно завязана, надёжно скрывая содержимое. Что там? С такой вонью это не может быть шёлк, керамика или специи. Какой-то особенный товар, который нельзя показывать? Алхимические штучки?

Мой инстинкт подсказывал проверить. Просто подойти, развязать и посмотреть. Это заняло бы минуту. Я бы узнал, что там, и успокоился бы.

Но я остановил сам себя.

Так нельзя.

Я наёмник. Меня наняли охранять этот караван, а не шарить по чужим товарам. Если каждый наёмник начнёт проверять товары купцов без разрешения, кто вообще будет нас нанимать?

Суть нашей работы — доверие. Именно на нём и на репутации строится вся работа наёмника. Купцы доверяют нам защищать их жизни и товары. Мы доверяем им, что он выплатят все обещанные деньги. Если это доверие нарушено, вся система идёт крахом.

Даже если У Фэн скрывает что-то странное, я не имею права лезть в его дела без конкретных доказательств угрозы. Надо найти хоть какие-то подтверждения, что что-то не так. Поговорить с Чжэнь Вэем. Попросить командира проверить, но не лезть самому, тайком, как вор. Мой отряд потом не отмоется от позора.

Я тяжело вздохнул, развернулся и пошёл прочь от телеги.

Обошёл весь двор ещё раз. Всё было спокойно. Волы дремали. Телеги стояли целыми. Ночной ветер шелестел листвой за оградой. Луна медленно плыла по небу.

…И всё равно, этот проклятый запах скверны не отпускал.

Слабый. Едва заметный, но постоянный. Что со мной не так? Почему я один чувствую этот запах?

Может, то, что я чую, не скверна как таковая. Может, это предчувствие беды. Предвестник надвигающейся опасности, которое мой тигриный инстинкт переводит в знакомый образ скверны, с которой я должен бороться.

Ущелье. Узкая дорога. Идеальное место для засады.

Вот оно. Вот что меня тревожит.

Не скверна в воздухе, а напряжённое ожидание битвы и предчувствие крови. Знание, что завтра всё может пойти не так.

Я остановился посреди двора, закрыл глаза, глубоко вдохнул ночной воздух.

Металлическая ци потекла по меридианам, охлаждая разум. Сердцебиение замедлилось. Мышцы расслабились.

Я открыл глаза.

Ночь была спокойной. Двор тихим. Караван и люди в безопасности.

Я вернулся в здание постоялого двора. Тихо прошёл в общий зал, где спали наёмники. Лёг на свою циновку. Закрыл глаза. Из комнаты девушек не доносилось ни звука. Видимо, Сяо Лань уже вернулась и тоже отдыхает.

На этот раз сон пришёл быстро. Когда меня разбудили на дежурство, я был готов. За ночь больше не произошло ничего странного, поэтому я ещё успел немного помедитировать.

Утро выдалось по-весеннему ясным и прохладным.

Мы собрались на завтрак в общем зале постоялого двора. Хозяин приготовил простую и сытную еду: рисовую кашу с овощами, свежие лепёшки, варёные яйца и горячий чай. Вина на столе не было по приказу Чжэнь Вэя, остальные и не думали возражать, даже Ма и Тао согласно кивнули. Впереди опасный участок пути, и нужны были ясные и трезвые головы и крепкие руки.

У Фэн, молодой купец, подошёл к хозяину двора и что-то ему сказал тихо, передав несколько монет. Хозяин кивнул с довольной улыбкой и махнул рукой слугам, чтобы те принесли добавки.

Тао, сидевший рядом со мной, хлопнул себя по коленям:

— О, добавка! Несите сюда!

— Куда тебе столько? — ответил я, наблюдая, как У Фэн возвращается к своему столу.

— Всему молодёжь учить надо! Наедайся впрок! — Тао поднял указательный палец. — Командир сказал, что обеда не будет, потому что надо миновать ущелье как можно быстрее. А как можно работать на голодный желудок?

Я только вздохнул. А чего я от него ждал?

Остальные купцы и погонщики спокойно завтракали, а молодой торговец У Фэн выглядел усталым. Под его глазами пролегли тёмные круги, лицо было бледное, а движения так и остались нервными. Он сел за стол вместе с другими купцами, но почти не ел, только перебирал лепёшку на тарелке, разламывая её на мелкие кусочки.

Старик Хуан похлопал его по плечу:

— Эй, молодой торговец У, почему такой мрачный? Дорога идёт хорошо! Скоро доберёмся до Байцяо Чжэнь, и всё будет позади! Увидишь великолепный белый мост и сады вокруг. Это просто чудо света, от такой красоты сердце запоёт.

У Фэн вздрогнул, заставил себя улыбнуться:

— Да, да… просто волнуюсь. Ущелье впереди, знаете ли… Мы всего лишь на полпути...

— Не переживай, — подбодрил его Лянь. — У нас две команды наёмников! Самые лучшие! Всё будет хорошо! Ты вернёшься к своей Ли Цзюнь богатым человеком и сразу же просватаешься.

Мне показалось или нет, но У Фэн вздрогнул, услышав имя невесты.

Чэнь Бо, нервный купец, не разделял оптимизма:

— Говорят, в ущелье часто нападают бандиты. Может, правда стоило обойти?

— Три лишних дня пути, — отрезал старик Хуан. — Нет, идём через ущелье. Мы всегда там ходили. С такой охраной не будет проблем. Ты же помнишь, как ловко они разделались с волками? Думаешь, Туман и Клык не справятся с бандитами?

Чень Бо и У Фэн согласно закивали, услышав слова старшего.

Чжао Ю печально ковырялся в тарелке с кашей, иногда вздыхал, смотрел на Сяо Лань, но девушка быстро справилась со своей порцией и улизнула, даже не глядя на него. Безжалостная, как всегда.

Юэ Ган и Лин Шу переглянулись, но ничего на это не сказали, оставив лучника с его мыслями.

Тао уплетал за обе щеки, как всегда. Он уже съел три лепёшки и тянулся за четвёртой, когда вдруг остановился. Он прижал руку к животу, и громкая отрыжка вырвалась из его груди. Несколько человек за соседними столами обернулись.

Тао Цзя смутился:

— Чего такого добавляют в эти лепёшки?

Ма Цзюнь, его товарищ по арьергарду, фыркнул:

— Да просто ты старый, Тао! Желудок уже не тот! Надо меньше жрать!

И они оба радостно заржали. Какие бодрые с утра!

Я ел спокойно и размеренно, стараясь насытиться перед долгим переходом. Лепёшки были хороши: хрустящие снаружи, мягкие внутри, с лёгким ароматом кунжута, каша была горячая и сытная, а яйца свежие. От такого завтрака у меня прибавилось сил.

Чжэнь Вэй сидел во главе стола, молча пил чай. Его взгляд скользил по залу, оценивая состояние команды. Он встретился со мной взглядом и кивнул. Мэй Сюэ выглянула из-за его плеча и улыбнулась мне одними глазами. Я кивнул в ответ.

Через час мы выдвинулись.

Караван вытянулся в длинную колонну. Впереди шла Лин Шу. Она, усилив себя ци, двигалась быстро, на расстоянии почти сотни шагов от первой телеги, высматривая опасность. Сяо Лань шла следом с ней: две разведчицы скользили как две тени в утреннем свете.

Телеги скрипели, волы фыркали. Купцы и возницы сидели на козлах, погоняя животных. У Фэн вёл свою телегу сам, его лицо оставалось бледным и напряжённым.

Чжэнь Вэй и Юэ Ган шли в центре колонны, готовые среагировать на любую угрозу. Тао с Ма Цзюнем замыкали арьергард, оба с большими щитами наготове. Чжао Ю, лучник, двигался между телегами, готовый занять позицию там, где понадобится. Мэй Сюэ ехала на одной из телег старика Хуана, сидя на тюках с товаром.

Я шёл по правому флангу, как приказал Чжэнь Вэй. Глаза следили за лесом, а уши ловили каждый звук. Металлическая ци текла по меридианам, усиливающая мои возможности и готовая вырваться в любой момент.

Дорога вела на восток, огибая невысокие холмы. Лес по обе стороны становился гуще, деревья росли плотнее. Воздух стал прохладнее и повеяло влагой. Мы приближались к реке.

К полудню показался проход между камнями.

Ущелье Трёх Ветров.

Я увидел его издалека и сразу понял, почему Чжэнь Вэй и Юэ Ган так беспокоились.

Две горные гряды, будто расколотые рекой, вздымались по обе стороны дороги, сжимая её в узкий коридор. Скалы были высокими и крутыми, покрытыми редким кустарником и камнями. Дорога шла вдоль реки, которая текла внизу, слева от пути. Справа — отвесная стена камня. Впереди — только один выход, узкий и длинный, почти на три ли.

Идеальная ловушка.

Если враги перекроют выход и заблокируют вход, караван окажется зажат в каменном мешке. Отступать некуда. Манёвры невозможны, там настолько узко, что даже не будет возможности развернуть телегу, если понадобится. Только прямой бой.

Лин Шу остановилась перед входом в ущелье. Подняла руку, подавая сигнал остановки каравану. Затем исчезла в тени скал, проверяя путь. Сяо Лань последовала за ней со слабым мерцанием.

Мы ждали.

Минуты тянулись медленно. Купцы переговаривались между собой нервным шёпотом. Волы нетерпеливо переступали с ноги на ногу, чувствуя напряжение людей.

Глава 3. Ущелье Трёх Ветров, часть 1

Из ущелья вернулась Лин Шу. Она бежала быстро, лицо серьёзное. За ней следовала Сяо Лань.

— Чисто! — крикнула Лин Шу, подбегая к Юэ Гану и Чжэнь Вэю. — Проверили весь проход. Никаких следов засады. Можно двигаться!

Сяо Лань кивнула в подтверждение слов разведчицы.

Юэ Ган повернулся ко всем:

— Хорошо. Тогда идём быстро, не останавливаясь. Без привала на обед. Пройдём ущелье за один раз.

Чжэнь Вэй поднял руку:

— Все слышали? Держим строй! Двигаемся быстро! Не расслабляться!

Караван тронулся.

Мы вошли в ущелье.

Стены скал вздымались по обе стороны, отбрасывая длинные тени. Солнце светило откуда-то сверху, но его свет едва пробивался в этот узкий коридор, то, что пропустили скалы, скрывали ветви деревьев и папоротники, растущие прямо на стенах ущелья. Воздух стал холоднее, изо рта вырывался пар, а эхо от копыт волов и скрипа телег отражалось от камня, усиливаясь.

Я шёл по правому флангу, постоянно оглядывая скалы над нами. Мой инстинкт сигнализировал об опасности, но я понять не мог, откуда именно должна прийти беда. Запах скверны усилился, не намного, но заметно.

Что-то было не так.

Мы прошли около половины ли, когда это случилось.

Раздался истошный и пронзительный, испуганный крик одного из купцов.

— Бандиты! Впереди!

Из-за поворота дороги, там, где ущелье делало плавный изгиб влево, выскочили всадники. Они неслись во весь опор, подгоняя коней! Человек двадцать, может, больше. Они были одеты в тёмную и простую одежду, их лица были скрыты платками, оружие сверкало в их руках — мечи, копья и луки.

Не оставалось сомнений, что они пришли по наши души!

— Строй! — рявкнул Чжэнь Вэй.

Мы среагировали мгновенно.

Лин Шу и Сяо Лань, бывшие в авангарде, развернулись лицом к врагу. Чжао Ю вскочил на одну из телег, натягивая лук. Тао и Ма Цзюнь бросились вперёд, прикрывая телеги щитами. Юэ Ган выхватил свой меч, его ци вспыхнула желтым. Чжэнь Вэй рванул вперёд, деревянная ци окутала его тело защитным слоем с зеленоватым отливом.

Я выхватил меч, металлическая ци потекла в клинок, заострив и укрепив его.

Бандиты атаковали!

Первыми полетели стрелы. Чжао Ю ответил тем же — три стрелы с его лука, усиленные ци, синими кометами понеслись в толпу нападавших. Одна попала в плечо всадника, тот с криком свалился с лошади. Другая попала в лошадь, мгновенно заморозив ей ноги, животное упало вместе со всадником, но этого было недостаточно, врагов было слишком много!

Всадники врезались в наш строй.

Тао и Ма Цзюнь встретили их первыми. Земляная ци старика Тао взорвалась, укрепляя его стойку, и погнав волну дрожи на нападающих. Лошади спотыкались, сбивая строй, налетали друг на друга и падали, заодно роняя и всадников. Тао стоял, как скала. Он снова ударил посохом об землю, вызывая земляной щит, защищающий от стрел.

Тех, кто успел доскакать до каравана с грохотом налетели на Ма Цзюня. Тот успешно отразил удар копья и контратаковал мечом, разрубив древко.

Лин Шу крутилась как вихрь, её копьё пело в воздухе. Огненная ци вспыхивала на наконечнике, оставляя красные следы. Один удар — бандит упал, держась за разрубленную руку. Второй удар — лошадь заржала, падая на колени.

Сяо Лань сновала тенью меж мечущихся лошадей. Её кинжалы мелькали так быстро, что я едва успевал следить. Она скользила между врагами, нанося точные удары в уязвимые места: подрезала коням сухожилия, метила людям в горло, подмышки и, если могла дотянуться, то во внутреннюю сторону бедра. Там, где проходили её клинки, оставались тонкие красные линии, из которых начинала обильно сочиться кровь.

Юэ Ган рубил мечом, его земляная ци взрывалась с каждым ударом. Он был силён — культиватор четвёртой звезды, опытный боец. Его меч прошёл сквозь оружие бандита, как нож сквозь масло, и разрубил противника от плеча до бедра вместе с конём.

Чжэнь Вэй быстр и смертоносен. Его техника лёгкого шага позволяла ему перемещаться почти мгновенно. Он возникал справа от врага, наносил удар, исчезал и появлялся слева. Его копьё было точно, и каждый удар находил цель.

Я бросился на правый фланг, где трое пеших бандитов, упустивших коней, пытались обойти наш строй и добраться до телег. Металлическая ци вспыхнула серебристым светом на моём клинке.

Первый удар я поймал на блок. Меч бандита с размаху ударился о мой клинок, и я почувствовал внутреннюю структуру его оружия. Плохая сталь и неряшливая ковка. Дрянь, а не клинок! Я влил ци в свой меч и надавил. Клинок врага треснул, разлетевшись на куски.

Бандит отшатнулся, его глаза расширились от страха. Я не дал ему опомниться: шаг вперёд и произвёл резкий удар рукоятью в лицо! Раздался отчётливый хруст сломанного носа. Противник, заорав, упал.

Второй бандит атаковал копьём. Я отклонился, пропуская удар мимо себя, схватил древко рукой. Металлическая ци потекла в дерево, ослабляя его структуру. Металл рубит дерево. Рванул на себя, и копьё треснуло пополам. Контратака мечом: лезвие прошло по руке бандита, разрезая мышцы. Он взвыл, выронив обрубок оружия и заливая землю кровью.

Третий попытался убежать. Я не стал его преследовать, пусть бежит, он больше не опасен.

Весь бой длился меньше минуты.

Бандиты отступили. Те, кто мог, развернули лошадей и помчались прочь, догоняемые стрелами Чжао Ю. Несколько тел остались лежать на дороге. Раненые громко стонали.

Мы отбили атаку.

— Быстро! Двигаемся дальше! — крикнул Юэ Ган. — Не задерживаться!

Тао убрал свою каменную стену, и караван снова тронулся. Купцы, до этого кричавшие от страха, теперь молчали, прижимаясь к бортам телег. Волы рвались вперёд, напуганные запахом крови.

Мы прошли ещё половину ли, стараясь двигаться быстрее. Все были напряжены, готовы к новому нападению.

Над ущельем внезапно расцвёл алый фейерверк, бросив на наши лица кровавые отсветы. Проклятье, выходит, это было ещё не всё?

Потому что в этот момент позади раздался крик. Истерический, отчаянный, полный ужаса и вины:

— Простите меня! Простите! У них моя Ли Цзюнь! У них моя невеста! Они сказали, они убьют её! Я не хотел! Простите меня! Простите!!!

У Фэн.

Мы обернулись, но было слишком поздно. Молодой купец стоял на телеге. Его глаза были безумными, а лицо искажено от слёз. Он дёргал рогожу, срывая её с поклажи.

— Стой! — крикнул Чжэнь Вэй, бросаясь к нему. — Что ты делаешь?!

Но было поздно.

Рогожа слетела. На обратной стороне ткани виднелись какие-то знаки, а потом мы все увидели то, что скрывалось под ней…

Это был большой деревянный ящик, весь покрытый вырезанными символами. Они светились тёмно-красным светом, пульсируя, словно живые. Вокруг ящика была нарисована сложная печать, круг за кругом, знаки внутри знаков.

Ритуальная печать.

Запах скверны ударил в ноздри с такой силой, что я едва не задохнулся. Вот откуда он шёл все эти дни! Из этого ящика! Скрытый рогожей и какой-то маскирующей магией!

— Нет… — прошептала Мэй Сюэ, и голос её дрожал от ужаса. — Нет, нет, нет…

Печать вспыхнула.

Красный свет взорвался, поднимаясь вверх, как столп огня, и рассыпался. Печать исчезла и то, что она сдерживала, вырвалось на свободу. Земля содрогнулась, нас чуть не сбило с ног волной воздуха! В телеге У Фэна что-то зашевелилось.

Чёрное, скользкое и живое. Клубок змей?!

Нет! Это был клубок извивающихся щупалец, с которых капала чёрная жижа. Что это за тварь? Я никогда таких не видел! Тигр внутри зарычал.

Мерзость!

Чудовище вырвалось из телеги с отвратительным хлюпающим звуком, толстое, покрытое какой-то слизью, с присосками по всей длине. Следом за ним вылезло второе. Третье. Четвёртое.

Как?! Как их столько могло уместиться в небольшом ящике?! Это какая-то магия?

Дряни извивались в воздухе, тянулись к телегам, волам и людям.

Одно из животных протяжно замычало в панике. Щупальце обвилось вокруг его ноги, дёрнуло. Животное упало с диким испуганным криком, и тварь начала утаскивать его в глубину своих щупалец, разрывая на куски.

— Порождения тьмы! — закричал Юэ Ган. — Защищайте центр! Не дайте им дотронуться до людей!

Но ситуация стала ещё хуже.

Из леса, с обеих сторон ущелья, вышли люди.

Фигуры в кроваво-красных масках. Не меньше тридцати человек, наверное, даже сорок! Они двигались размеренно, без спешки, уверенно. Их одежда была тёмной, но качественной. Оружие — боевое и не дешёвое. И их ци…

Я почувствовал их ци.

Сильная. Очень сильная. Каждый из них был культиватором третьей или четвёртой звезды.

…Это не были бандиты с большой дороги.

Это были профессионнальные бойцы. Настоящие бойцы, хорошо обученные и очень опасные. У каждого на груди был вышит красный полумесяц. Кажется, я где-то уже видел такое изображение…

Один из них был выше остальных. Его маска была украшена узором луны. Лидер!

Он шагнул вперёд, поднял руку с каким-то амулетом. Чёрные твари с щупальцами, замерли, перегородив выход из ущелья. Они больше не нападали, но их тела образовали сплошную стену. Я бы не рискнул к ним приблизиться…

Голос лидера разнёсся по ущелью, усиленный какой-то техникой:

— Хватайте всех, кто несёт в себе истинную силу стихий, здесь все нужные культиваторы. Купцов — в плен, товары — забрать, и подберите этих, — он кивнул на раненых разбойников.

— Ах, вы, мерзавцы! — рявкнул Чжэнь Вэй, выставляя меч.

Лидер секты наклонил голову, словно сожалея:

— Не видать победы тем, кто вступает бой с Кровавой Луной.

Он махнул рукой.

И они пошли на нас, но не убивать, а захватывать!

Эти люди двигались чудовищно быстро, весь бой с ними занял не больше нескольких минут! Разве могут трёхзвёздочные двигаться с такой скоростью?!

Их движения были рассчитаны не на смертельные удары, а на обездвиживание. В воздух взметнулись сети, широкие, сплетённые из какой-то прочной нити. В руках негодяев появились петли, закреплённые на длинных шестах и дротики с чёрными наконечниками. Мой чуткий нос уловил резкий запах, оружие было явно пропитано ядом или парализующим веществом.

Выходит, вот почему сначала нас атаковали обычные разбойники! Они заставили нас применить техники, сектанты убедились в том, что мы носители нужной ци и напали! Хотел я только знать, как Лин Шу и Сяо Лань проморгали такую засаду!!!

Сектанты разделились на группы с пугающей слаженностью, как будто проделывали подобное множество раз.

На каждого из наших бойцов было по несколько человек. Они выбирали цели не случайно, я видел, как их взгляды за масками метались, выискивая вспышки ци, определяя уровень культивации. Они действительно охотились за носителями стихий!

Юэ Гана и Лин Шу окружили первыми, по шесть бойцов на каждого. Логично: оба были сильными и опасными противниками. Юэ Ган — четвёртая звезда земляной стихии, опытный воин. Лин Шу — огненная культиватор третьей звезды и мастер копья.

К Чжэнь Вэю бросились пятеро. Деревянная ци, четвёртая звезда, быстрая техника боя. Ещё один опасный противник, требующий однозначного численного преимущества. Его боялись больше других, судя по тому, как осторожно к нему приближались.

К Тао и Ма направились тоже по четверо! Не удивительно, земляная ци, четвёртая и третья звезда.

Сяо Лань обступили трое. Водная ци, быстрая и скрытная, третья звезда.

К Мэй Сюэ двинулись только трое. Целительница выглядела слабой в бою. Лёгкая добыча, думали они.

И ко мне тоже подбежали негодяи. Четверо. Один из них тут же напоролся на мой клинок. Это не были обычные разбойники, их глава повелевал мерзостями. А людей, которые якшаются с мерзостями, не стоит щадить.

…Вот почему У Фэн так нервничал все эти дни. Он не просто вёз ритуальную печать, он с самого начала был заодно с этими негодяями!

А позади, перегораживая выход из ущелья, вздымались щупальца. Целый лес чёрных извивающихся конечностей, создававших живую стену из плоти и слизи. Они не атаковали. Пока. Просто блокировали путь к отступлению. Ловушка захлопнулась!

— Защищайте купцов! — рявкнул Юэ Ган.

Его земляная ци взорвалась коричнево-золотым светом, укрепляя тело, усиливая каждое движение. Меч в его руках засверкал, рассекая воздух. Сеть, брошенная в него одним из сектантов, опутала было лезвие и тут же разлетелась на куски. Прочные нити не выдержали удара, усиленного ци.

Но остальные пять нападавших не дали ему развить успех. Они атаковали с разных сторон одновременно: у них была чёткая отработанная тактика окружения. Двое спереди, двое с флангов, один сзади. Юэ Ган развернулся, отбивая удары, его мощный меч мелькал так быстро, что образовывал почти сплошной круг защиты. Один из врагов упал, заливаясь кровью…

— Не дайте им…

Свист разрезал воздух.

Дротик!

Чёрный, длинный, с зазубренным наконечником.

Он вонзился Юэ Гану в плечо, пробив защиту ци. Лидер «Клыка Севера» дёрнулся, лицо исказилось от боли, но он не упал и не отступил. Земляная ци вспыхнула ярче, концентрируясь вокруг раны, пытаясь вытолкнуть яд, нейтрализовать его действие, но яд был силён.

Я видел, как побледнело лицо Юэ Гана. Как замедлились его движения. Совсем чуть-чуть, почти незаметно, но этого было достаточно. И тут же в него впились ещё два ядовитых жала.

Пятеро оставшихся сектантов, подняв сети и палки с петлями, сжали кольцо!

Лин Шу сражалась как воплощение огненной стихии.

Её копьё пело смертельную песню. Наконечник вспыхивал красным всякий раз, когда она вливала в него ци. Воздух вокруг неё волновался от жара. Пот блестел на её лбу, но глаза горели холодным боевым азартом.

Первого сектанта она убила в первые же секунды боя. Он попытался подойти слишком близко, недооценив скорость её техники. Копьё метнулось вперёд! Один укол, точный, как удар змеи. Наконечник прошёл сквозь горло, между пластинами доспеха. Огненная ци взорвалась внутри раны, прижигая, сжигая изнутри.

Сектант упал, хватаясь за горло, из которого валил дым вместо крови.

Второй был осторожнее. Он атаковал в связке с третьим, пытаясь прижать её к скале. Лин Шу развернула копьё, заставляя их отступить. Древко вертелось в её руках так быстро, что я едва успевал следить взглядом.

Но второй сектант был опытным бойцом. Он сделал обманное движение мечом, Лин Шу парировала, и в этот момент метнул короткий кинжал свободной рукой.

Клинок прошёл мимо копья, целясь в грудь.

Лин Шу дёрнулась в сторону. Кинжал едва царапнул её бок. Неглубоко, но выступила кровь.

Женщина зарычала от боли и ярости. Огненная ци вспыхнула ярче, и копьё описало дугу: она нанесла горизонтальный удар на уровне пояса. Второй сектант попытался блокировать мечом.

Это была его ошибка.

Металл встретился с металлом, усиленным огненной ци. Меч сектанта раскалился докрасна в точке контакта. Боец вскрикнул, выронив оружие с обгоревшей рукоятью. Копьё развернулось и нанесло второй удар, в грудь! Копьё пробило доспех, прошло сквозь рёбра. Сектант упал, истекая кровью.

Двое мертвы.

Но остальные четверо не дрогнули. Они продолжали теснить её к скале, методично, профессионально. Один бросил сеть. Лин Шу сожгла её огненной ци, но это отвлекло её на долю секунды. Достаточно, чтобы третий метнул дротик.

Он попал в ногу, чуть выше колена.

Лин Шу зашипела от боли, но продолжала сражаться. Копьё вертелось, отбивая атаки. Но нога подкашивалась. Проклятый яд начинал действовать, а негодяи насели на неё со всех сторон!

Ма Цзюнь стоял как скала перед телегой, на которой сидел испуганный Чень Бо. Земляная ци подпитывала защиту щитоносца, делая его щит ещё крепче.

Четверо сектантов атаковали яростно и методично. Они понимали, что прямой атакой щитоносца не взять. Нужна была хитрость.

Первый атаковал в лоб, отвлекая внимание. Ма Цзюнь встретил его щитом и взмахнул мечом в ответ. Сектант отскочил назад.

Второй и третий атаковали одновременно, слева и справа.

Ма Цзюнь развернул щит влево, блокируя удар. Но справа он не успел. Меч прошёл по руке, разрезая кожу. Щитоносец зарычал, контратаковал своим коротким мечом. Удар был неуклюжим, но мощным. Сектант отпрыгнул, избегая клинка.

Поледний сектант метнул сеть, широкую и тяжёлую.

Ма Цзюнь поднял щит, пытаясь заблокировать её, но сеть была слишком большой. Она накрыла щит сверху, опутала край, потянула вниз. Нити обвились вокруг рук щитоносца.

Он рванулся, пытаясь сбросить сеть, но второй сектант уже был рядом. Длинный шест с петлёй на конце метнулся вперёд, петля обвилась вокруг ноги Ма Цзюня.

ТОЛЧОК!

Щитоносец покачнулся, пытаясь устоять. Земляная ци пульсировала, укрепляя его стойку, но другой сектант бросил вторую сеть. Она была меньше первой, но прилетела в упор. Она накрыла голову и плечи Ма Цзюня, опутала руку, держащую меч.

Щитоносец упал на одно колено, всё ещё пытаясь сопротивляться. Но сектанты навалились на него, стягивая сети, связывая верёвками.

Глава 4. Ущелье Трёх Ветров 2

Тао встретил четверых сектантов ударом посоха.

Земляная ци четвёртой звезды взорвалась коричнево-золотым светом. Посох, усиленный силой стихии, обрушился на щит первого нападавшего с такой мощью, что тот отлетел прочь, кувыркаясь в воздухе. Старик развернулся, и конец посоха врезался в живот второго сектанта. Удар был точным и жёстким — противник согнулся пополам, кашляя.

Но двое оставшихся уже были готовы. Они атаковали одновременно, один с сетью, второй с петлёй на длинном шесте. Тао ударил посохом о землю, и его ци прошла волной, заставляя камни под ногами врагов вздрогнуть и треснуть. Сектанты пошатнулись, теряя равновесие.

Старик воспользовался моментом. Посох описал круг, отбрасывая сеть в сторону. Удар в колено третьего противника. ХРЯСЬ! Сектант, падая, завыл.

Но четвёртый был быстрее и хитрее остальных. Он не полез в ближний бой. Вместо этого метнул три дротика подряд, быстро и точно.

Первый Тао отбил посохом. Второй пролетел мимо, а вот третий вонзился в плечо.

Старик дёрнулся, выдохнув от боли. Яд начал действовать почти сразу. Земляная ци вспыхнула, пытаясь нейтрализовать отраву, но яд был силён, ведь его готовили специально для культиваторов.

Тао пошатнулся. Посох дрогнул в руках на мгновение, и врагам этого хватило.

Первый сектант, тот, что был отброшен в начале боя, вернулся. Он вскочил на ноги и метнул петлю. Она обвилась вокруг шеи старика, затянулась. Тао попытался сбросить её, но руки уже не слушались: яд делал своё дело.

Второй бросил тяжёлую сеть. Она накрыла Тао с головой, опутала руки и посох.

Старик рухнул на колени, всё ещё пытаясь сопротивляться. Земляная ци пульсировала вокруг него, но слабо, неравномерно, сил ему явно не хватало.

Четвёртый сектант, тот, что метнул дротики, подошёл сбоку. Занёс рукоять меча и ударил Тао по голове.

Старик упал…

…Чжао Ю стоял на телеге, натягивая тетиву.

Его руки двигались с невероятной скоростью. Стрела на тетиве, прицеливание и выстрел. Секунда — и новая стрела уже в воздухе! Техника скоростной стрельбы, когда между выстрелами проходят доли мгновения.

Первая стрела попала сектанту в горло. Тот захрипел и упал, захлёбываясь кровью.

Вторая — точно в глаз другому. Мгновенная смерть.

Чжао Ю был хорош. Каждая стрела находила цель. Каждый выстрел — убийство или тяжёлое ранение, но врагов было слишком много и они знали, что лучник опасен.

Трое сектантов метнули дротики одновременно, целясь в него.

Чжао Ю бросился вниз, на дно телеги, уклоняясь. Два дротика пролетели над ним, а третий попал и хищно вонзился в бок, между рёбер!

Лучник дёрнулся, лук выпал из рук. Он схватился за рану, откуда уже начала сочиться кровь. Его лицо побледнело, губы почти сразу посинели… Яд начал работать мгновенно, тот же проклятый яд, что и на других дротиках.

— Чжао! — крик Сяо Лань разорвал воздух.

Лучник попытался подняться. Схватил лук дрожащими руками. Натянул тетиву, но руки почти не слушались, а пальцы дрожали. Выстрел! Стрела пролетела мимо противника, воткнулась в землю в шаге от цели.

Второй дротик прилетел почти сразу и попал в спину. Третий дротик! Тоже в спину, чуть левее первого.

Чжао Ю выгнулся, снова выронил лук, его ноги подкосились, и он упал на колени на дно телеги.

Лучник осел вниз, лицом на дно телеги. Тело дёрнулось несколько раз, пошли конвульсии от переизбытка яда, и потом он замер.

Сяо Лань попыталась прорваться к нему, словно забыв об окружении.

И пятеро сектантов среагировали мгновенно!

Их мечи сомкнулись перед ней, создавая стену металла. Сяо Лань отшатнулась, ледяная ци вспыхнула вокруг её кинжалов. Она атаковала быстро, яростно и отчаянно.

Первый удар: кинжал прошёл между мечами двух противников, оставив тонкий порез на руке одного, но второй удар был заблокирован. И третий тоже.

Они были слишком хороши, опытны и действовали очень слаженно.

Один метнул сеть. Сяо Лань перекатилась в сторону, стараясь увернуться, но это отвлекло её. Второй сектант метнул петлю на шесте. Она обвилась вокруг запястья, сжалась.

Сяо Лань дёрнулась, пытаясь освободиться. Ледяная ци вспыхнула, замораживая верёвку и ударила её кинжалом. Та стала хрупкой, почти сразу треснула, но третий сектант уже был рядом. Его меч метнулся вперёд с коварной целью: не убить, не ранить, а просто отвлечь, загнать, как дичь, куда им выгодно.

И тогда четвёртый бросил новую сеть.

Она накрыла Сяо Лань с головой!

Девушка забилась под сетью, лезвия её кинжалов резали нити, но их было слишком много. Ледяная ци пульсировала, замораживая всё вокруг, но сеть была пропитана чем-то, что сопротивлялось магии.

Пятый сектант метнул петлю. Она обхватила ноги, затянулась.

Сяо Лань упала.

Чжэнь Вэй без страха встретил атаку пятерых сектантов.

Деревянная ци четвёртой звезды окутала его тело зеленоватым свечением, укрепляя мышцы и увеличивая скорость. Его копьё двигалось плавно, но смертоносно — каждый удар был просчитан и выверен годами боевого опыта.

Первый сектант атаковал прямым выпадом. Чжэнь Вэй отклонился влево, пропуская клинок мимо себя, и контратаковал — короткий, быстрый удар в плечо. Лезвие пробило доспех насквозь, оставив глубокий разрез. Противник отшатнулся с криком.

Второй и третий напали одновременно — с флангов, пытаясь зажать командира в клещи. Но Чжэнь Вэй использовал свою фирменную технику.

— Лёгкий шаг!

Его фигура размылась. На мгновение он как будто растворился в воздухе. И в следующий миг уже был в трёх шагах в стороне, вне досягаемости обоих клинков.

Сектанты промахнулись, их мечи рассекли пустоту. Они начали разворачиваться, но Чжэнь Вэй был быстрее.

Ещё один Лёгкий шаг, и он появился за спиной второго противника. Точный удар по незащищённой шее, там, где заканчивался воротник доспеха. Сектант рухнул, держась за хлещущую кровью рану и больше не поднялся.

Оставшиеся перестроились, образуя плотное кольцо. Они поняли, что имеют дело с мастером. Нельзя было позволить больше никаких необдуманных атак и попыток взять Чжэнь Вэя нахрапом.

Один метнул дротик. Чжэнь Вэй отбил его. Второй бросил сеть, целясь низко, под ноги. Командир перепрыгнул через неё, но это было лишь уловкой. Третий сектант атаковал его в воздухе, когда защищаться сложнее всего и невозможно было увернуться.

Клинок прошёл по боку Чжэнь Вэя, разрезая одежду и кожу. Командир приземлился, не показывая боли, и мгновенно контратаковал. Его копьё описало дугу, отбрасывая противника назад. И тогда прилетела атака от пятого: очередной дротик, брошенный почти в упор, попал в цель и вонзился в ногу, чуть выше колена!

Чжэнь Вэй зарычал от боли. Он приземлился на дорогу, но нога тут же подкосилась. Чжэнь Вэй успел перенести вес на здоровую ногу, но скорость его техники Лёгкого шага упала. Его перемещения стали короче и медленнее.

Сектанты это мгновенно заметили. Они сжали кольцо вокруг командира, атакуя всё более агрессивно. Один бросил петлю на длинном шесте. Она обвилась вокруг копья Чжэнь Вэя, потянула вниз. Второй метнул ещё один дротик, командир едва успел увернуться, но дротик царапнул руку!

Чжэнь Вэй сражался отчаянно, он отбросил копьё и выхватил меч. Его клинок по-прежнему находил цели: он оставил порез на руке одного противника и глубокую рану на боку другого. Но их было трое, а он — ранен и отравлен.

Сеть накрыла его со спины. Он попытался разрезать её, но плотные нити опутали руку и плечо!

Я видел всё это краем глаза, сражаясь с собственными противниками.

Четверо сектантов окружили меня плотным кольцом. Их тактика была похожа на остальных — не убить, а захватить. Всё пошло в ход: сети, петли и дротики с ядом!

Первый сектант метнул сеть. Я в ответ рубанул мечом. Металлическая ци окутывала клинок, и он разрезал прочные нити, словно они были сделаны из бумаги.

Второй атаковал мечом прямым выпадом в грудь. Я отклонился, пропуская удар мимо себя и контратаковал. Мой меч встретился с его клинком. Я влил ци в точку, где металл соприкоснулся с металлом, ослабляя структуру вражеского клинка. Надавил. Его меч треснул!

Сектант отшатнулся, глядя на трещину в клинке с недоверием.

Третий и четвёртый атаковали одновременно с флангов. Я развернулся, блокируя удар справа, уклоняясь от удара слева. Мой меч двигался быстро, не так виртуозно, как у Чжэнь Вэя, не так мощно, как у Юэ Гана, но мне было не стыдно перед Ван Тэ. Инструктор хорошо меня научил.

Дротик просвистел мимо моей головы. Я пригнулся, второй дротик метнулся к груди, я отбил его мечом и он улетел в одного из сектантов. Третий царапнул плечо, это было лишь лёгкое касание, но яд тут же начал жечь!

Металлическая ци среагировала мгновенно. Я направил её в рану, нейтрализуя яд. Жжение прошло через несколько секунд, но эта заминка дало врагам возможность. Сеть накрыла меня сверху. Я попытался разрезать её, но четверо навалились одновременно, дёргая за края, пытаясь свалить меня на землю.

И тут я услышал крик.

Не боевой или яростный, а испуганный.

Один из возниц с телеги Чэнь Бо, обычный человек, без культивации, просто наёмный работник, в панике бросил поводья и спрыгнул с телеги. Он бежал прочь, прочь от сектантов, от щупалец, от хаоса боя и крови. Он попытался было вскарабкаться на скалы, но его нога поскользнулась, и он кубарем скатился вниз, прямо к стене из щупалец!

Два щупальца выметнулись из стены, пересекая расстояние за долю секунды. Они обвились вокруг тела возницы: одно вокруг груди, второе вокруг ног. Мужчина закричал. Он царапал щупальца руками, пытаясь освободиться, но это было всё равно что пытаться разорвать стальной канат голыми руками.

Твари мгновенно подтянули его к себе! Возница исчез в массе чёрных щупалец!

Крик оборвался.

Раздался отвратительный звук. Из стены щупалец слабо брызнула кровь… и настала тишина…

Купцы закричали от ужаса, пытаясь забиться поглубже в телеги. Волы мычали в страхе и рвались прочь. Упряжь не выдержала. Один сорвался с места, ломая повозку, помчался к щупальцам, но его тоже схватили и за долю секунды утащили в стену. Снова раздался этот мерзкий хруст…

Почти оба наших отряда были повержены в одно мгновение!

Чжень Вэй, Юэ Ган, Лин Шу были пленены, Ма Цзюнь был обездвижен, а Тао лежал без сознания.

Я не видел, что было с Чжао Ю, но три дротика с ядом… Сяо Лань билась под сетями, но её уже тащили прочь, опутанную верёвками.

И тут я услышал голос командира:

— ЛИ ИНФЭН! МЭЙ СЮЭ! СПАСИ ЕЁ! ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ!

Голос прозвучал над полем боя, перекрывая звон мечей и крики раненых. Чжень Вэй бился в путах, раненный и отравленный, но всё равно думал только о защите племянницы.

Я развернулся.

Мэй Сюэ. У телеги. Трое сектантов окружают её…

Они медленно шли к ней. Зачем торопиться? Всего лишь целитель. Лёгкая добыча. Мэй Сюэ подняла свой веер и перед ней начало формироваться облако инея, но разве это могло остановить нападающих? Свистнула верёвка на шесте, и тонкую руку с веером обхватила удавка!

Проклятье! Мы все обещали командиру защищать её. Кроме меня никого не осталось на ногах!

Металлическая ци хлынула из даньтяня, заполняя каждую клетку тела. Четвёртая звезда вспыхнула, подпитывая поток. И пятая тоже разгорелась ослепительным серебристым светом.

Я бросил меч в ножны.

Серебристое свечение окутало моё тело. Руки мгновенно изменились: пальцы удлинились, ногти превратились в когти длиной с мизинец, острые как бритвы. Белый мех инеем показался на тыльной стороне ладоней и предплечьях, короткий, жёсткий и сияющий сталью, мышцы налились сверхъестественной силой, а кости уплотнились, стали крепче.

Это не была полная трансформация. Я не выпустил тигра полностью, одолжил у него только силу и только скорость.

Клокочущий рёв вырвался из моей груди наполовину человеческий, наполовину звериный. Это был не крик ярости. Это было предупреждение хищника: отойдите от моего, или я разорву вас на части!

Четверо сектантов, окружавших меня, отшатнулись. В их глазах мелькнул страх. Они видели когти и то, чем я стал. Это не было техникой простого третьезвёздочного наёмника, на которого они собрались охотиться, но я не дал им опомниться.

Первый рывок! Мгновение, и я уже рядом с ближайшим сектантом. Он даже не успел поднять меч. Я отбросил в сторону его клинок, и ударил когтями. Четыре глубоких борозды прошли по его груди, разрывая доспех, как бумагу. Металлическая ци вливалась в когти, делая их крепче самого лучшего оружия.

Противник, падая, взвыл и отлетел в сторону.

Второй попытался бросить сеть. Я разорвал её когтями одним движением. Нити разлетелись в стороны, даже не задев меня.

Я оттолкнулся со всей силы. Прыжок! Тигриный и длинный, невозможный для обычного человека. Я взмыл в воздух, пролетел над головой второго сектанта и приземлился сбоку от него. Удар когтистой лапой в корпус! Он отлетел, врезался в скалу, и кулем осел вниз, держась за рёбра. Изо рта у него потекла кровь.

Третий и четвёртый атаковали вдвоём, пытаясь зажать меня в клещи. Их мечи метнулись с двух сторон одновременно.

Я поймал оба клинка когтистыми руками.

Металл встретился с металлом, усиленным ци пятой звезды. Мечи застряли между когтями, словно в тисках. Я сжал пальцы. Треск. Оба клинка треснули, изогнулись и стали бесполезны.

Сектанты уставились на сломанное оружие с ужасом.

Я дёрнул руками, вырывая мечи из их захвата, и контратаковал. Левой рукой нанёс мгновенный удар когтями по предплечью третьего, разрывая кожу и мышцы. Правой — по животу четвёртого, всего лишь чирканул, но достаточно глубоко, чтобы доспех был пробит, и нападающий согнулся от боли.

Четверо повержены. Путь свободен.

Я развернулся к Мэй Сюэ.

Второй прыжок! Я взлетел, используя всю силу усиленных мышц. Пролетел десять шагов, как стрела, выпущенная из лука. Пролетел над головами трёх сектантов, которые окружали целительницу.

Развернулся. Когти описали дугу.

ВЖУХ!

Они прошли сквозь одного из негодяев, словно он было сделано из мягкой глины. Металлическая ци пятой звезды резала плоть, как нож кромсает масло. Шест с верёвкой, которую он держал в руках, тоже разрезало на куски. Целительница была свободна!

Я развернулся к остальным двум сектантам.

Они застыли, глядя на меня. На мои когти, с которых стекала алая кровь их товарища.

— Мэй, — позвал я, голос искажён частичной трансформацией, стал ниже и грубее. — За мной. Сейчас.

Один из сектантов дёрнулся вперёд, пытаясь перехватить целительницу.

Я блокировал выпад его ударом когтей. Они прошли по его мечу, оставляя глубокие царапины в металле. Он отшатнулся, уставившись на повреждённое оружие с недоверием.

Второй метнул дротик. Я поймал его рукой на лету. Когти сжали древко, останавливая его в воздухе. Развернул и метнул обратно. Дротик вонзился в плечо метателя. Он завопил, падая.

Мэй Сюэ мгновенно добралась до меня. Я обернулся, подхватил её на руки, пачкая её одежды чужой кровью: одной рукой под колени, второй под спину. Она была лёгкой, почти невесомой. Или моя сила стала настолько велика, что даже взрослый человек казался пёрышком.

— Держись крепче! — рыкнул я.

Мэй Сюэ обвила руками мою шею, прижалась к груди. Её дыхание было прерывистым, она была испугана, глядя как был разбит весь наш отряд.

На секунду я оглянулся на поле боя.

Там царил полный хаос. Сектанты связывали пленных. Щупальца вздымались, блокируя выход из ущелья. Наша команда разгромлена. Чжэнь Вэй, Тао, Юэ Ган, Лин Шу, Ма Цзюнь — все захвачены или повержены.

Проклятье. Я должен оставить Мэй Сюэ в безопасности и вернуться! Я знать не хотел, для чего люди в алых масках ловят культиваторов. Вряд ли для того, чтобы угостить вином и поднять тост за вечную дружбу…

…Я развернулся и кинулся прочь.

Не к выходу из ущелья, там были щупальца и основные силы сектантов, а вбок. К скалам, к крутому склону, по которому обычный человек не смог бы подняться.

Но я не был обычным человеком.

Шаг Ветра!

Прыжок на уступ! Второй прыжок — выше. Я мчался, с помощью ци находя опору там, где её не было. Мышцы работали с нечеловеческой силой, поднимая меня и Мэй Сюэ вверх по почти отвесной стене.

Позади раздался крик:

— Двое сбежали!

Голос лидера секты, глубокий и властный:

— За ними! Десять лучших! Живыми! Поймайте выродка! У него редкая ци!

Я больше не оглядывался. Просто скакал и карабкался всё выше и быстрее.

Мэй Сюэ тихо застонала, прижимаясь ко мне крепче:

— Ли… куда мы…

— Наверх, — выдохнул я. — Подальше от них. Потерпи.

Глава 5. Ущелье Трёх Ветров, часть 3

Я во мгновение ока достиг вершины первого уступа и быстро оглянулся вниз.

Десять фигур в кроваво-красных масках начали подниматься за нами. Они были очень быстры, эти культиваторы третьей и четвёртой звезды, хорошо обученные и опытные, но я был быстрее.

Я побежал по узкому горному карнизу, балансируя и прыгая с камня на камень. Тропа была едва различима: полоска камня шириной в две ладони, вьющаяся вдоль отвесной скалы. Справа — стена из серого камня, слева — обрыв в несколько десятков шагов вниз. Обычный человек, не культиватор, шёл бы здесь медленно и осторожно, прижимаясь к стене и призывая предков на помощь каждый шаг. Я же бежал на полной скорости.

Мэй Сюэ без звука сидела на моих руках, прижатая к груди. Она не издавала ни звука, только судорожно вдыхала воздух, когда мы зависали в длинном прыжке с камня на камень. Её руки крепко обвились вокруг моей шеи, но не мешали движениям, а глаза были закрыты. Она не могла спокойно смотреть вниз, на зияющую пропасть прямо под нами.

Звериные инстинкты тигра помогали, я находил путь, который не увидел бы человек, и обнаруживал опору, где её быть не должно. Я находил неровности камня, от которых можно было оттолкнуться, и выступы, способные выдержать наш вес. Один раз мне пришлось направить ци в ноги и оттолкнуться прямо от воздуха, потому что наступить было некуда.

Позади раздавались крики:

— Там! На карнизе! Быстрее!

— Он несёт девушку, как он может быть таким быстрым!

— Догоним!

Мимо пролетел дротик.

Я ускорился.

Карниз резко закончился. Впереди был провал: пропасть шириной в три шага. По другую сторону виднелось продолжение тропы, ведущей вверх по склону.

Нормальный человек остановился бы здесь, пошёл бы искать бы обходной путь или развернулся бы назад, но позади была погоня. Не было выбора...

Ци в ноги! Шаг Ветра!

Я прыгнул.

Оттолкнулся всей силой усиленных ног, взмыл в воздух над пропастью. Ветер свистел в ушах. Мэй Сюэ задохнулась от страха, но, к её чести, не закричала, только крепче сжала руки на моей шее, уцепившись за ворот рубахи.

Я приземлился на другой стороне, чуть присев, чтобы погасить инерцию. Ещё один прыжок, и я уже бежал дальше по новой тропе, вверх по склону.

Позади раздались возгласы удивления:

— Он перепрыгнул!

— Сумасшедший! С такой ношей!

— Не важно! За ним!

Я слышал, как они начали преодолевать провал. Кто-то прыгал, как я. Кто-то использовал верёвки и крюки. Один из них, судя по звуку, чуть не сорвался, но товарищ поймал его за руку. Четырёхзвёздочный перебежал, как и я, по воздуху.

Тропа вела меня вверх, петляя между острыми скалами. Я бежал, прыгал и карабкался. Использовал звериную силу, чтобы запрыгивать на уступы.

Прошла минута. Две.

И тут я услышал что-то, что заставило меня насторожиться.

Крики были слышны не только сзади, но и сбоку! С двух сторон…

Они разделились!

Я рискнул оглянуться на долю секунды, чтобы оценить ситуацию.

Десять преследователей разбились на три отряда.

Четверо продолжали идти прямо за мной, по той же тропе, которой бежал я. Они были в двух десятках шагов позади, настойчиво топая по моим следам.

Трое ушли влево, карабкаясь по более пологому, но длинному пути. Они пытались обойти меня с фланга, выйти вперёд и перекрыть путь.

И ещё трое — вправо, по крутому, но короткому маршруту. Они тоже планировали выйти вперёд, зажать меня в клещи.

Если я продолжу бежать прямо, они обойдут меня с двух сторон и отрежут путь. Если попытаюсь уйти в сторону, четверо позади непременно догонят.

Отличная ловушка, простая и рабочая.

Но у них было одно слабое место в плане: они не знали, насколько я быстр. И насколько хорошо я могу двигаться в горах, используя тигриные инстинкты.

Я ускорился ещё сильнее.

Металлическая ци вспыхнула ярче, наполняя мышцы дополнительной силой. Я побежал так быстро, что камни под ногами едва успевали выдерживать наш вес. Я отталкивался и был уже на следующем уступе, прежде чем предыдущий начинал крошиться.

Тропа повернула вправо, огибая большой выступ скалы. Я не пошел по тропе. Вместо этого я прыгнул прямо на скалу.

— Держись за меня крепче, мне нужна одна рука, — выдохнул я в ухо целительнице и убрал ладонь, которая поддерживала девушку под спину.

Мои когти вонзились в камень, находя опору в почти незаметных трещинах, а где их не было, металлическая ци просто резала породу. Я полез вверх по отвесной стене, используя каждую неровность, каждый выступ.

Прыжок! Захват! Зацепились!!! Снова прыжок!!!

Мэй Сюэ прижалась ко мне так крепко, что я чувствовал биение её сердца.

Десять шагов вверх. Двадцать.

Я достиг вершины выступа и перемахнул через край. Мы оказались на широком плато, усеянном валунами и редкими кустами.

Внизу, на тропе, четверо преследователей как раз достигли того места, где я сошёл с дороги. Они остановились, озираясь.

— Где он? Потеряли след!

— Разойдитесь! Найдите его!

Я не стал ждать, пока они сообразят посмотреть вверх, и побежал через плато, петляя между валунами, используя их как укрытие.

Слева, на параллельном маршруте, я слышал троих, пытавшихся обойти меня с фланга. Они кричали друг другу:

— Видел его?

— Нет!

— Он должен быть где-то здесь!

Справа спешили ещё трое, карабкавшиеся по крутому склону. Их голоса доносились приглушённо, но моего острого слуха хватало, чтобы разобрать слова:

— Почти на месте! Он не должен уйти!

— Когда выйдем на плато, зажмём его!

Они не знали, что я уже опередил их.

Я достиг противоположного края плато и увидел новый спуск: узкую расщелину между двумя скалами, ведущую вниз. Любой полез бы туда с большой осторожностью, держась за стены и очень медленно спускаясь, но не я. У меня не было такой роскоши, так тратить время...

Я же прыгнул внутрь на полной скорости.

Ух!

Мои когти вонзились в стену расщелины, гася скорость. Я скользил вниз, контролируя падение и оставляя глубокие борозды в камне. Мэй Сюэ только ахнула, прижавшись ко мне ещё крепче.

Мы приземлились на дно расщелины мягко и бесшумно. Ещё один поворот, ещё один узкий проход, и я выскочил на новую тропу, ведущую вверх и в сторону.

Позади раздались крики:

— Он на плато!

— Нет, он ушёл!

— Где?! Как он так быстро…

— За ним! Не дать уйти!

Три отряда снова объединились, снова преследовали меня, но я немного выиграл время. Каких-то тридцать шагов преимущества.

Этого было достаточно.

Я бежал дальше, вверх по склону. Преследователи начали отставать. Я слышал, как их дыхание стало тяжелее.

— Не могу… дальше…

— Догоним… должны… Лидер сказал…

Но они не сдавались. Продолжали идти вперёд, упрямо и настойчиво. Фанатики.

Прошло ещё три минуты погони.

Я чувствовал, как трансформация начинает выматывать меня. Каждая секунда в переходной форме между тигром и человеком сжигала мою ци.

Нужно было закончить погоню. Найти место, где можно остановиться и сражаться. Или спрятаться. Или…

Впереди, за поворотом горной тропы, я увидел блеск воды. Озеро!

Высокогорное и кристально чистое, питаемое водопадом. Вода падала с высокой скалы справа, образуя белую пену и густой туман. Озеро было небольшим, шагов сто в поперечнике, окружённое со всех сторон скалами. Только одна узкая тропа вела к нему, та самая, по которой я бежал.

Неплохое место, чтобы принять бой.

Я ускорился, используя последние резервы силы, и через несколько мгновений достиг берега озера.

Остановился. Тяжело дышал. Опустил Мэй Сюэ на землю, прислонив её к большому камню у самой воды.

— Мы… добрались, — прохрипел я, и голос был почти человеческим, трансформация окончилась.

Мэй Сюэ открыла глаза, посмотрела на озеро. Увидела водопад и туман и слабо улыбнулась:

— Вода… моя стихия…

Позади послышались крики. Приближались. Все десять преследователей шли вместе. Они снова объединились, поняв, что я загнал себя в ловушку.

Я развернулся лицом к тропе и поднял меч. Мэй Сюэ поднялась и сделала несколько шагов назад, оказавшись по щиколотку в ледяной воде. В её руке снова появился веер. Тело девушки как будто окуталось лёгкой дымкой и слабо замерцало…

Они появились из-за поворота: десять угрожающих фигур в кроваво-красных масках. Усталые и запыхавшиеся, но всё ещё опасные и готовые к бою.

Они окружили озеро и перегородили тропу, перекрывая единственный путь к отступлению.

Десять против двух. Интересный расклад.

Один из них, старший, у которого было четыре звезды, шагнул вперёд:

— Сдавайтесь. Вам некуда бежать.

Я оскалился, показывая клыки:

— Попр-робуйте поймать нас.

Старший сектант вздохнул:

— Ничтожный упрямец, что ж, как пожелаешь. Ты нужен живым, но не обязательно целым.

Он поднял руку и резко опустил.

Они атаковали разом очень слаженно и профессионально. Пятеро с фронта, трое слева, а оставшиеся двое — справа. Окружили, сжимая кольцо и контроллируя всё пространство для манёвра.

Я больше не собирался сдерживаться. Я и так допустил ошибку там, внизу. Надо было сразу сражаться в полную силу пяти звезд, и тогда бы наш отряд не пал. Но я так привык скрываться и притворяться перед чужими, что это сыграло против меня…

Проклятье! Mea culpa…

Я встретил атаку первым резким рывком вперёд, навстречу основной пятёрке. Меч в правой руке, и когти на левой. Металлическая ци пробежала по меридианам, усиливая оружие и тело. Тигр встал в боевую стойку.

Первый сектант атаковал замахом сверху. Я блокировал его меч своим клинком, одновременно ударяя когтями по его руке. Он отшатнулся, уставившись на залитую кровью культю. Ладонь с мечом упала на землю. Сектант заорал.

Второй атаковал сбоку. Я резко развернулся, парировал и тут же контратаковал. Мой меч прошёл по его боку, вспарывая одежду и доспехи. Из разреза плеснуло ярко-алым, а нападающий выронил оружие.

Третий метнул дротик, но я увернулся. Дротик пролетел мимо, воткнулся в камень.

Четвёртый и пятый атаковали вдвоём. Я отступил на шаг, блокируя один удар, уворачиваясь от второго. Металлическая ци пульсировала, ускоряя реакции, и это позволило мне распороть одному из них горло, но другой успел отпрыгнуть от моих когтей.

Трое слева обошли меня, пытаясь ударить в спину. Я не мог защититься от всех одновременно. Один удар прошёл по плечу, разрезая кожу. Я зашипел. Он смог пробить мою броню и ранить меня до крови. Этот бой надо срочно заканчивать!

…И тут вмешалась Мэй Сюэ.

Я почувствовал за своей спиной, как её водяная ци вспыхнула. Девушка взмахнула веером, выставив ладонь над озером и… Вода ответила.

Из ниоткуда над поверхностью озера поднялся густой, плотный и холодный туман. Он разлился по берегу молочной волной, окутывая всё вокруг. Видимость сразу упала до нескольких шагов.

Сектанты замедлились, потеряв из виду друг друга и нас.

— Где они?!

— Не вижу!

…Но я отчётливо их видел. Звериные чувства тигра, усиленные пятой звездой, пробивались сквозь туман. Я чувствовал врагов по движению воздуха, по запаху и по звуку дыхания.

Я атаковал из тумана.

Первый сектант даже не понял, что произошло. Моё лезвие прошло по его руке, вспарывая мышцы и выбивая меч. Удар когтями по животу — жёстко и резко, чтобы убить на месте, и он упал, вопя и корчась от боли.

Второй развернулся на звук, но я уже был в другом месте. Атака со спины. Меч прошёл по ноге, подрезая мышцы. Сектант рухнул на колени. Взмах когтистой лапы, и голова отделилась от тела.

Третий метнул дротик наугад. Он пролетел мимо меня, но зацепил плечо. Казалось это была лёгкая царапина, но яд сразу начал жечь. Я сжал зубы, пытаясь не обращать внимания.

Мэй Сюэ продолжала ворожить. Её руки с веером плавно двигались, направляя ци, формируя технику за техникой.

Вода из озера поднялась в воздух, закружилась. Сформировала десятки тонких ледяных сосулек. Они висели в тумане, невидимые, опасные.

— Мириады лепестков ледяной сливы! — услышал я приглушённый голос Мэй Сюэ.

Сосульки метнулись вперёд.

Они пронеслись сквозь туман, целясь в сектантов. Не убивать — Мэй Сюэ была целителем до мозга костей и не хотела убивать — но могла ранить, отвлечь и заставить защищаться. Не знаю как, но в меня не попало ни единой льдинки.

Туман наполнили крики, звон металла о лёд и ругательства.

— Ледяная атака! Защищайтесь!

Я использовал этот хаос себе на пользу. Рванулся к четвёртому сектанту, который пытался отбиться от сосулек. Удар мечом — блок! Удар когтями — попал. Пробитые доспехи, глубокие борозды на боку, проломленые рёбра и вырванное сердце. Противник упал без звука.

Пятый, увидев моё движение в тумане, атаковал меня сбоку. Я блокировал, но его напарник метнул дротик почти в упор и попал! Тонкий клинок вонзился в бедро.

Ух… Ногу пронзила острая и жгучая боль. Яд начал действовать практически сразу, растекаясь по венам и замедляя движения.

Я зарычал от гнева, выдернул дротик и швырнул его прочь. Металлическая ци пыталась нейтрализовать яд, но его было слишком много. Это был уже второй дротик за бой!

Нога заметно ослабла, мередианы сузились, и я начал прихрамывать.

Шестой и седьмой сектанты атаковали вдвоём, пользуясь моим замедлением. Их мечи описали сияющие в тумане дуги с двух сторон.

Я блокировал один клинок, но вот второй прошёл по руке, оставляя глубокий порез. Проклятье, это же четырёхзвёдночный! Ему тоже удалось прорезать мой доспех из звёздного металла! Кровь потекла сильнее…

Ещё один сектант попытался атаковать меня сбоку, но поскользнулся и упал. Я воспользовался этим — удар когтистой лапы, и на одного сектанта на этой земле стало меньше.

— Заблокируй девчонку! — скомандовал четырёхзвёздочный одному подчинённому. — Я сам разберусь с этим.

Но Мэй Сюэ и не подумала отступать.

Её водяная энергия ци вспыхнула ярче. Она черпала силу из озера, из водопада и из влажного воздуха вокруг. Это было её место и её стихия.

Вода поднялась из озера столбом, закрутилась в спираль и безжалостно обрушилась на сектанта, наставившего меч на целительницу!

Поток воды сбил его с ног, отбросил на несколько шагов назад, проволочив по земле. Он закашлялся, пытаясь подняться.

Мэй Сюэ не остановилась, её руки всё ещё двигались, формируя новую технику.

Лёд!

Вода на земле начала замерзать. Тонкая корка льда расползлась по берегу озера, скользкая, предательская. Всё быстрее и быстрее ледяная волна помчалась на сектантов… Тот, что был облит водой, был мгновенно заморожен!

На ногах остались двое: старший сектант, тот, что командовал группой и его напарник с дротиками.

Они отступили, выходя из тумана, подальше от льда. Оценивали ситуацию.

— Ты силён, — признал старший. — Сильнее, чем мы думали, но ты ранен и отравлен. Долго не продержишься. От нашего яда нет спасения.

Он был прав. Я уже был не в лучшей форме Я чувствовал, как яд распространяется по телу. У меня были две раны от дротиков и несколько глубоких порезов от мечей. Начала сказываться кровопотеря.

Я прихрамывал и тяжело дышал, но я всё ещё стоял.

— Тогда давай закончим с этим поскорее, — прорычал я, поднимая меч. — Или убирайтесь прочь!

Старший усмехнулся:

— Как скажешь.

Он и его напарник атаковали одновременно. Последняя атака: всё или ничего.

Я встретил их с ледяным спокойствием.

Меч и когти против двух мечей.

В первый обмен ударами, я блокировал удар старшего и отбил атаку напарника. Контратаковал: мой меч прошёл мимо, но когти оставили глубокие царапины на наручах старшего.

Второй удар: они атаковали с флангов. Я развернулся, блокируя одного, но второй прошёл мечом мне по боку. Неглубоко, метал удержал метал, но всё равно больно.

Я не стал дожидаться очередного нападения и атаковал первым. Рывок к напарнику и произвёл серию ударов мечом и когтями на грани своей скорости, так что в воздухе оставались серебристые следы. Он блокировал, отступал, но я специально теснил его к краю льда. Мэй Сюэ поняла мою задумку и вскинула руки.

Один неверный шаг, и сектант поскользнулся. Мгновение потери равновесия. Всего мгновение, и мне его хватило.

Мой меч прошёл по его мечу, металлическая ци ослабила клинок противника. Надавил, чужой меч треснул. Удар когтями в живот. Доспех пробит, внутренние органы превратились в фарш.

Напарник упал, держась за рану.

Девять повержены. Один остался.

Старший сектант оценил ситуацию. Его товарищи все лежали раненые, без сознания или полностью побеждённые. Он был один против меня и Мэй Сюэ. Против раненого и отравленного бойца и измождённой целительницы, но он видел мои глаза. Видел, что я не сдамся, что буду драться до последнего вздоха.

— Это ещё не конец, — сказал он. — Мы найдём вас. Мы вернёмся. И в следующий раз вы не уйдёте.

Он развернулся и побежал прочь, обратно к горной тропе.

Ну уж нет, ты не расскажешь другим, где нас найти.

Тигр внутри взревел!

— Пять Стальных Разрезов! — удар ци догнал его почти у самого края.

Пять серебряных полумесяцев полыхнули в воздухе и располосовали человеческую фигурку на части. Он мгновение простоял на ногах, и после рухнул неопрятным кулём вниз…

Я сделал шаг, собираясь добить раненных, но нога подкосилась.

Проклятье…

Яд... Усталость... Раны...

Я упал на одно колено, опираясь на меч.

— Ли Инфэн! — вскрикнула Мэй Сюэ.

Она попыталась добраться до меня, но сама едва шла. Использование такого количества техник истощило её полностью.

Я попытался подняться. Сделал ещё один шаг.

И тут случилось то, чего я не ожидал.

Третий дротик.

Я даже не видел, откуда он прилетел. Может, один из «повержённых» сектантов не был до конца обездвижен. Может, их было больше десяти, и кто-то успел спрятаться…

Дротик вонзился в спину, между лопаток.

Боль взорвалась перед глазами, ослепляя и скручивая. Яд хлынул в кровь! Третья доза… это было слишком много даже для меня…

Моё тело дёрнулось. Ноги окончательно отказались держать.

Я упал лицом вниз, на холодный камень у берега озера.

Последнее, что я услышал, был крик Мэй Сюэ:

— ЛИ ИНФЭН!

Потом тьма поглотила меня.

Глава 6. Ущелье Трёх Ветров, часть 3

Я спал, и мне снился сон. Он был очень, очень странным… Ведь такого не могло быть на самом деле…

Мне было холодно и тяжело. Так холодно, словно я оказался под водой горного озера. Было темно и плохо, но я был не один.

Мэй Сюэ склонялась надо мной, её лицо было очень близко. Волосы падали на мои щёки, мягкие, пахнущие жасмином, чистотой и теплом.

Она нежно касалась губами моих губ, собирая моё дыхание. Я ощущал её трепещущий язычок, но это не были страстные поцелуи. Это была не ласка. Это было что-то другое: нежное, осторожное и целительное прикосновение. Её губы были тёплыми, влажными, и с каждым касанием я чувствовал, как яд уходит и что-то проникает в меня.

Тепло. Энергия ци.

Самая жизнь.

Девушка отстранялась, вдыхала, снова наклонялась. Касалась. Отстранялась. Касалась.

Раз за разом.

Я пытался ответить. Поднять руку, обнять её, притянуть ближе, поцеловать в ответ, но тело не слушалось. Руки были тяжёлыми, как каменные. Ноги не чувствовались. Только губы, только их я ощущал, и её прикосновение к ним.

Я хотел сказать ей что-то. Спросить, что происходит. Почему она так близко. Почему я не могу двигаться.

Но голос не работал.

Только её лицо. Её губы. Её тепло.

И холод вокруг, медленно отступающий с каждым её прикосновением.

…Я проснулся в полной темноте.

Не той темноте ночного леса, где луна и звёзды дают хоть какой-то свет. Абсолютной, плотной темноте, словно я лежал в закрытой комнате без окон или в пещере.

Первое, что я почувствовал — тяжесть. На левом плече. Тёплая и мягкая тяжесть, которая поднималась и опускалась в такт ровному дыханию. На груди ощущалось тёплое прикосновение.

…И на бедре. Что-то гладкое и мягкое обвилось вокруг моей ноги, прижимаясь к коже.

Второе — запах. Сладкий, тёплый и невероятно знакомый.

Жасминовое масло. Аромат чистой кожи. И что-то ещё, нежное, пряное, такое притягательное, то, что заставляло тигра внутри меня урчать с удовлетворением.

Мэй Сюэ.

Это был её запах.

Я замер, не смея пошевелиться. Не может быть… она… Мне не приснилось?!

Я вдохнул, вытягивя ци из окружающего пространства, и прогнал энергию по телу, вызывая слабое серебряное сияние.

Да, вокруг была действительно пещера. Я увидел поблёскивающие влагой камни над головой. Сияние почти погасло, но я продолжил его поддерживать…

Вдох-выдох…

Звериное зрение медленно адаптировалось к полутьмее. Я начал различать контуры: неровные каменные стены пещеры вокруг нас. Потолок был где-то высоко. Пол под нами — сухой камень, но под моей спиной и головой лежало что-то мягкое. Сверху было накинуто тонкое шёлковое одеяние целительницы как импровизированное одеяло. Но оно сбилось, и мне открылась великолепная, будоражащая кровь картина.

Рядом со мной была изящная фигура…

Мэй Сюэ лежала слева от меня, прижавшись всем телом. Её голова покоилась на моём плече, лицо повёрнуто ко мне. Губы чуть приоткрыты. Дыхание тёплое, чуть щекочущее шею. Я видел её нежную упругую грудь, касающуюся моих рёбер. Одна ладонь лежала у меня на ключице. Обнажённая точёная ножка закинута на моё бедро…

Она грела меня. Всем своим телом.

А Мэй Сюэ…

До меня только что дошло, что Мэй Сюэ тоже была обнажённой!

Я чувствовал её грудь, прижатую к моему боку, мягкую, тёплую, упругую и шелковистую. Её живот касался моего бедра. Её кожа, гладкая и нежная, касалась моей кожи.

И я вдруг осознал, что я тоже был голым. На мне не осталось даже повязки на бёдрах. Всё остальное… Похоже, я лежал на своей одежде. Мэй Сюэ сделала из неё подстилку для нас двоих...

Мне внезапно стало слишком жарко.

Кровь прилила к лицу. И к другим частям тела тоже. Округлая коленка девушки упиралась мне прямо… прямо в…

От такого нежного соседства тигр-младший встал на дыбы… Ух… проклятье…

Если бы это была дикая и весёлая Ли Лин, она бы оседлала его и поскакала, но… как я могу предложить такое нежной Мэй Сюэ? Я обещал Чжэнь Вэю, что не буду сближаться с ней слишком сильно, но это…

...Что вообще происходит?

Что я делал? Делал ли я что-то… предосудительное?

Тигр внутри меня фыркнул: Как будто ты мог!

Я потёр лицо правой ладонью, надо срочно взять над собой контроль.

Я культиватор!

Я могу управлять собой и своими реакциями. Вдох-выдох, надо войти в медитацию… Но воздух был наполнен нежным запахом, я не мог сосредоточиться. Надо отодвинуться.

Я осторожно, очень осторожно, попытался пошевелиться, не разбудив её…

Я начал аккуратно подтягивать к себе левую руку. Пошевелил пальцами, пытаясь нащупать опору, чтобы приподняться, и коснулся чего-то мягкого и округлого. Я дёрнулся, и пальцы сами рефлективно сжались.

— Ах!

Раздался слабый вздох, тонкий и удивлённый.

Я замер, поняв с ужасом, что мои пальцы лежат на… на её…

Я отдёрнул руку так быстро, словно обжёгся.

— Прости! — выдохнул я хрипло. — Я не хотел… я не специально…

Мэй Сюэ пошевелилась. Её голова приподнялась с моего плеча. Я чувствовал её взгляд в темноте, хотя и не мог чётко видеть её лицо. Зато я очень хорошо чувствовал, как её грудь качнулась и снова мягко коснулась меня…

Несколько секунд тишины. Её ладонь поднялась, пробежала по моему лицу, то ли лаская, то ли проверяя температуру. Я еле удержался, чтобы не поймать её ладонь и не поцеловать тонкие пальчики, потому что знал, что после этого не смогу остановиться.

Больше всего я не хотел, чтобы она отодвинулась от меня, но удерживать не имел права.

Потом я услышал её голос, тихий, но с лёгкими нотками облегчения:

— Наконец-то ты проснулся.

Она не сердилась и не была шокирована. Просто волновалась за меня.

— Я… — начал я, но голос сорвался. Горло было сухим, язык еле ворочался. — Я не делал ничего… странного?

Пауза.

Потом тихий смешок, не насмешливый, скорее, грустный.

— Нет, Ли Инфэн. Ты ничего не делал. Ты даже не мог двигаться последние несколько часов. Яд чуть не убил тебя.

Она медленно отстранилась, убирая ногу с моего бедра, а руку с груди. Я почувствовал холод там, где только что было её тепло. Я отвернулся. Девушка села рядом и я услышал шелест ткани. Видимо она одевалась…

— Где мы? — спросил я, садясь тоже.

Всё тело ныло, мышцы болели, но я мог двигаться. Это было хорошо. Значит, яду не удалось меня победить.

— В одной из пещер под озером, — ответила Мэй Сюэ. — Когда ты упал после того дротика в спину, я поняла, что нужно спрятаться. Сектанты могли вернуться. Я нашла расщелину в скале и унесла тебя туда. Внутри была эта пещера, она небольшая, но её не видно снаружи. Я создала несколько иллюзорных барьеров. Мы пока в безопасности.

Я слышал, как она двигается в темноте, одеваясь: шелест ткани и тихий вздох, когда она собирала волосы.

— Нас тут никто не найдёт, — добавила она. — Если только специально не будет искать. Я спрятала все следы…

Я кивнул, потом вспомнил, что она не видит меня в темноте так же хорошо, как я её.

— Понял, — сказал я вслух. — Спасибо. Ты спасла мне жизнь.

— Ты вытащил меня из окружения и защитил от погони, — ответила она просто. — Это было… правильно и справедливо.

Пауза.

— Прости, что мне пришлось тебя раздеть, — голос её стал тише, появились нотки смущения. — После того, как я очистила тебя от яда, ты был слишком холодным. Металлическая ци больше не грела твоё тело, она вся ушла на борьбу с отравлением. Я пыталась тебя согреть своим теплом и… и вылечить.

Она не сказала как именно вылечить.

Но я вспомнил сон. Её губы на моих губах. Раз за разом.

Это не были поцелуи.

Это была техника. Целительная техника. Она собирала яд из моего тела, а потом вливала в меня ци. Передача энергии через дыхание и через прикосновение. Целительная ци, очищающая тело от яда, восстанавливающая повреждённые меридианы.

Она буквально вдохнула в меня жизнь.

Я почувствовал, как краснею в темноте. Хорошо, что она не видит.

— Прости, — повторил я тихо. — Что тебе пришлось со мной столько возиться.

— Это мой долг как целителя, — ответила Мэй Сюэ, и голос её стал более официальным и строгим, похоже она была смущена не меньше меня и спряталась за маской невозмутимости. — И ты мой… товарищ по команде. Я не могла тебя бросить.

Товарищ по команде.

Правильные слова. Очень обтекаемые слова, но то, как она их произнесла… Я почувствовал, что она имела в виду нечто большее.

Мэй Сюэ создала небольшой шарик света.

Мы оделись в тишине.

Я нашёл свою одежду. Я действительно лежал на ней как на одеяле. Одежда была сухая и чистая Мэй Сюэ, видимо, постирала и высушила её, пока я был без сознания. От запаха крови и пота почти ничего не осталось, только слабый аромат воды из озера.

Я натянул штаны, рубашку, завязал пояс. Меч лежал рядом, очищенный от крови, в ножнах. Я привязал его к поясу, чувствуя привычный вес оружия.

Мэй Сюэ закончила одеваться раньше меня. Она сидела на камне у дальней стены пещеры, обняв колени руками. В полутьме я видел, как она смотрит на меня. Её глаза блестели в свете маленького фонарика.

— Нам нужно обсудить, что делать дальше, — сказала она тихо.

Я подошёл и сел напротив неё. Между нами было расстояние в пару шагов. Безопасное, с должным уважением.

— Согласен, — кивнул я. — У тебя есть предложения?

Мэй Сюэ помолчала, собираясь с мыслями:

— Нам нужно выбраться отсюда. Вернуться к людям. Мы… мы можем пойти на постоялый двор. Там обычно останавливаются караваны. Я найду попутный и доберусь до Железной Заставы. Сообщу гильдии о том, что случилось. Они вышлют подмогу.

Она посмотрела на меня:

— Я помогу тебе туда добраться. Ты сможешь отдохнуть, восстановиться. И потом мы вместе…

— Нет, — перебил я.

Мэй Сюэ замолчала.

— Я не пойду на постоялый двор, — продолжил я, и голос мой был твёрдым. — Я должен вернуться. Найти их и вытащить, если они живы.

— Ли Инфэн… — начала она, но я поднял руку.

— Из-за того, что я не дрался в полную силу, оба отряда наёмников были захвачены, — сказал я, и каждое слово давалось с трудом, потому что это была правда. Горькая, неприятная и тяжёлая правда. — Купцы тоже. Всё это произошло, потому что я сдерживался. Потому что боялся показать, кто я на самом деле.

Я сжал кулаки:

— Чжэнь Вэй. Тао Цзя. Сяо Лань. Юэ Ган, Лин Шу, Ма Цзюнь. Все они захвачены или… или мертвы. Но сектанты пытались захватить их живыми… может быть, у них ещё есть шанс.

Я посмотрел ей в глаза:

— Я должен выполнить свой долг. Найти их, спасти, если возможно или отомстить, если уже слишком поздно.

Мэй Сюэ смотрела на меня долго. Её лицо было серьёзным, но не осуждающим.

— Тогда возьми меня с собой, — сказала она тихо.

— Что? — я не ожидал этого. — Нет. Слишком опасно. Ты должна…

— Я должна идти с тобой, — перебила она, и в голосе появилась сталь. — Потому что если ты пойдёшь один и снова будешь сдерживаться, боясь показать свою истинную силу, ты погибнешь. А если покажешь — тебя могут ранить. Смертельно ранить. И кто тебя вылечит?

Она склонила голову:

— Я обещаю, что не буду вмешиваться в драку. Я останусь в стороне, но после боя, чем бы он ни завершился, может понадобиться помощь целителя. Для тебя или для наших товарищей, если мы их найдём живыми.

Пауза.

— И, — добавила она тише, — если ты проиграешь… я тут же уйду. Обещаю. Не попаду в плен. У меня есть техника водных иллюзий и ледяного тумана, я смогу скрыться, пока враги будут заняты тобой.

Я хотел возразить. Сказать ей, что это безумие. Что она не должна рисковать.

…Но она была права.

Сектанты сильны, их много, а у меня нет преимущества внезапности, они наверняка уже знают, что двое ускользнули.

Сектанты сражались подло, меня снова могут отравить ядом, или кто-то из нашей команды будет ранен. Из меня никудышный доктор, я знаю только простейшие травы (а ведь их ещё надо найти!) и отвары, а без целителя некоторые раны могут стать смертельными.

— Хорошо, — выдохнул я с трудом. — Но ты держишься на расстоянии. Как можно более далеко! И при первых признаках опасности — бежишь. Обещай мне это.

Мэй Сюэ кивнула:

— Обещаю.

Мы провели ещё несколько часов в пещере, восполняя силы.

Мэй Сюэ достала из своего мешка сухой паёк — вяленое мясо, орехи и сушёные фрукты. Немного, но достаточно, чтобы набраться сил. Мы ели молча, каждый погружённый в свои мысли.

Потом я медитировал.

Сел в позу лотоса, закрыл глаза и погрузился внутрь себя. Даньтянь был почти наполнен после драки и погони: пятая звезда спокойно мерцала, четвёртая горела рядом. Я должен был проверить меридианы, поэтому начал дышать.

Началась циркуляция ци. Медленно и плавно. Вдох — природная ци входит в лёгкие из воздуха. Выдох — она течёт по меридианам к даньтяню.

Вдох. Выдох.

С каждым циклом звёзды становились всё ярче.

Мэй Сюэ медитировала рядом. Я чувствовал её водяную ци: прохладную и успокаивающую. Она тоже восстанавливалась.

Время тянулось. Минуты превращались в часы.

Когда я открыл глаза, я был готов. Почти в полную силу, достаточно, чтобы сражаться.

Мэй Сюэ тоже открыла глаза. Кивнула мне. Готова.

— Тогда идём, — сказал я, поднимаясь.

Мы очень осторожно вышли из пещеры.

Я первым протиснулся в узкую расщелину, ведущую наружу, и замер, прислушиваясь. Звериный слух обострился, ловя каждый звук.

Ветер в скрученных ветром деревьях. Плеск воды водопада. Птицы где-то вдалеке.

Ни голосов. Ни шагов. Никаких подозрительных запахов.

Никого вокруг, только мы.

Я подал знак Мэй Сюэ. Она протиснулась следом, и мы оказались на берегу озера.

Солнце стояло высоко, был полдень. Значит, я был без сознания целую ночь и половину следующего дня.

Тела сектантов, которых мы победили, исчезли. Или их забрали свои, или… Но следов крови на камнях не осталось, как будто и не было ничего. Камни были влажными, видимо, ночью был дождь. Он смыл все следы. Остались только царапины на камнях от оружия и моих техник.

— Может быть, они ушли и забрали своих павших, — прошептала Мэй Сюэ. — Наверное, решили, что мы уже слишком далеко и нас теперь не поймать.

Я кивнул:

— Наверное, кто мог вернулись к основной группе.

Мы начали спускаться обратно по горной тропе. Я шёл впереди, Мэй Сюэ — за мной. Каждый шаг был осторожным, это я мог удержаться на горной тропе, но девушке нужна была помощь и поддержка.

В паре мест я перенёс её на себе, стараясь не думать о том, что её грудь прижимается к моей спине.

Мы спустились к тому месту, где была погоня. Потом ниже, к ущелью Трёх Ветров, где всё началось.

Ущелье было пустым.

Телеги и волы исчезли. Тел не было: ни разбойников, ни возницы, которого утащили щупальца, ни самих щупалец. Даже кровь была смыта то ли дождём, то ли кто-то специально убрал следы.

Пришлось потратить некоторое время на поиски, но я многому научился у Сяо Лань, поэтому чуть дальше от дороги я обнаружил искомое. Там ещё остались глубокие борозды тележных колёс и следы множества ног. Видимо тут прошли сектанты и их пленники.

Они повели караван дальше.

— Следы, — тихо сказала Мэй Сюэ, присев рядом с одной из рытвин. — Свежие. Не больше суток.

Я осмотрел землю. Она была права. Звериное зрение различало детали, отпечатки сапогов и примятую траву.

Ещё один след. И ещё.

Направление скоро было определено: нападающие пошли вглубь ущелья, к югу, в горы.

— Они ушли туда, — сказал я, указывая вперёд. — Наверное, к своей базе… или к месту ритуала.

Мэй Сюэ встала рядом со мной:

— Тогда мы идём за ними.

Я посмотрел на неё. Маленькая, хрупкая девушка в одежде целителя и с моей шпилькой в волосах, но глаза были серьёзны и горели решимостью спасти всех, кого можно. Я был обязан её защитить.

— Идём, — согласился я.

Мы шли по следу несколько часов.

Тропа вела нас всё глубже в горы. Ущелье расширялось, потом снова сужалось. Дорога петляла между скал, иногда поднимаясь, иногда спускаясь к реке, текущей по дну узкой долины.

Следы были чёткими. Караван двигался медленно. Видимо, волам было нелегко тащить телеги этим горным маршрутом. Это замедляло движение.

Это было хорошо для нас. Мы могли догнать их. Я очень надеялся, что мы идём правильно, ведь сектанты могли разделиться, телеги отправить в одно место, а людей увести в другое, но как ни старался, не мог найти доказательства, что наших товарищей увели другим путём.

Мэй Сюэ очень волновалась о пленных, хоть и старалась этого не показывать. Чем дольше они в руках сектантов, тем меньше шансов спасти их живыми. Я её понимал, ведь дядя — её единственная семья.

Я ускорился. Мэй Сюэ не отставала, её третья звезда давала хорошую выносливость, позволяя идти долго без усталости.

Солнце начало клониться к закату, когда я услышал очень тихий звук.

Стон.

Слабый, едва различимый. Откуда-то справа, из-за большого валуна у края тропы.

Я замер, подняв руку. Мэй Сюэ остановилась позади меня.

Я прислушался и принюхался, напрягая звериный слух.

Дыхание частое и прерывистое.

Запах. Кровь. Пот… и…

Я обогнул валун.

И замер.

Сяо Лань!

Она лежала на земле, прислонившись спиной к камню. Одежда разорвана и покрыта кровью. Левая рука прижата к боку, где торчал обломок стрелы. Лицо было бледное, губы посиневшие, но глаза были открыты, ясные и живые, и смотрели прямо на меня. Она бросила быстрый взгляд мне за спину, заметила Мэй Сюэ и заметно расслабилась. Она моргнула нам вместо приветствия и слабо улыбнулась:

— Младший… Целительница — прошептала она. — Вы… живы…

Я бросился к ней, опускаясь на колени:

— Сяо Лань! Что случилось? Как ты сбежала?

Мэй Сюэ была рядом через секунду. Её руки уже светились целительной ци, скользя по телу Сяо Лань, оценивая ранения.

— Сломанное ребро, — тихо сказала целительница. — Глубокий порез на боку. Потеря крови, но она выживет, если я начну лечить прямо сейчас.

Сяо Лань схватила меня за руку. Пальцы холодные, слабые:

— Они… взяли… всех, — прошептала она, и голос дрожал от боли. — Чжэнь Вэй… Тао… остальные… живы… но… связаны… многие… отравлены…

Она закашлялась, и кровь показалась на губах.

— Не говори, молчи, — попросил я. — Отдыхай. Пусть сначала Мэй Сюэ вылечит тебя.

Но Сяо Лань качнула головой:

— Нет… ты должен… знать… — её хватка усилилась. — Они… ведут их… к Храму Кровавой Луны… два дня пути… отсюда…

Она сглотнула, собираясь с силами:

— Я слышала… разговоры… Ритуал… они… проведут ритуал… через… три дня… на… полнолуние… им… нужна кровь…

Мэй Сюэ подняла на меня глаза, её ресницы задрожали, но слёз не было.

Полнолуние.

Три дня.

У нас было три дня, чтобы найти их и спасти.

— Я… сбежала… когда… остановились… на ночлег, — продолжила Сяо Лань, и каждое слово давалось ей с трудом. — Убила… двоих охранников… но… меня… ранили… пытались… догнать…

Она закашлялась снова:

— Я… ушла… по воде… по реке… скрыла… след… они… не нашли… но… слишком много… крови…

Мэй Сюэ работала и больше не отвлекалась. Её руки светились, водяная ци текла в раны Сяо Лань, останавливая кровотечение и восстанавливая повреждённые ткани.

— Ты справилась, — сказал я тихо, сжимая её руку. — Ты молодец, Сяо Лань. Благодаря этой информации у нас есть шанс.

Сяо Лань посмотрела на меня.

— Не… глупи… не вздумай… соваться туда…

— Давай поговорим, когда ты отдохнёшь, — тихо сказал я. — Пожалуйста, поспи.

Её глаза закрылись. Она потеряла сознание, её тело расслабилось, зная, что она в безопасности.

Мэй Сюэ продолжала лечить её. Я отошёл на несколько шагов, стараясь не мешать целительнице.

Три дня до ритуала.

Храм Кровавой Луны в двух днях пути.

Значит, мне нужно преодолеть два дня пути за один.

Смогу ли?

Я посмотрел на свои ладони. Когти были скрыты, но я знал, что они готовы вырваться наружу, стоит мне сжать руки.

Пятая звезда пульсировала в даньтяне.

Белый тигр ворчал внутри моей души и требовал крови врагов.

Да. Я смогу.

И я сделаю это любой ценой.

Глава 7. Тяжёлое решение

Мэй Сюэ работала над ранами Сяо Лань почти час.

Я сидел неподалёку, наблюдая, как её руки светятся мягким голубоватым светом водяной ци. Она была сосредоточена полностью — брови нахмурены, губы сжаты в тонкую линию. Пальцы скользили над телом Сяо Лань, останавливаясь там, где повреждения были глубже.

Обломок стрелы она вытащила аккуратно, одним быстрым движением. Сяо Лань даже не вскрикнула, только сжала зубы и выдохнула сквозь них с тихим шипением. Кровь хлынула из раны, но Мэй Сюэ тут же прижала ладонь к ней, и водяная ци начала залечивать повреждённую плоть.

Сломанное ребро заняло больше времени. Целительница закрыла глаза, погружаясь глубже в концентрацию, и я видел, как её ци проникает внутрь тела Сяо Лань, обволакивая кость, направляя её обратно в правильное положение. Послышался тихий хруст, и часть скелета встала на место.

Порезы и ссадины закрылись очень быстро. Кожа срасталась под прикосновением мягких рук целительницы, оставляя только бледно-розовые линии, которые со временем исчезнут.

Наконец, Мэй Сюэ отстранилась. Её лицо было бледным от усталости, на лбу выступили капли пота. Она тяжело дышала.

— Я сделала всё, что могла, — тихо сказала она. — Ребро срослось, правда пока не до конца, а рана на боку закрыта, но она потеряла много крови, и её ци истощена. Ей нужен отдых. Много отдыха. Минимум день, а лучше два.

Я кивнул, глядя на Сяо Лань. Она всё ещё была без сознания, но уже дышала ровнее и спокойнее. Цвет лица стал немного лучше, уже не мертвенно-бледный синюшного оттенка, а просто бледный.

— Ты молодец, — сказал я Мэй Сюэ.

Она слабо улыбнулась:

— Целители не имеют права отступать.

Я улыбнулся её в ответ, но лишь на короткое мгновение. Время уходило, как песок сквозь пальцы. Три дня до ритуала. Храм в трёх днях пути — для медленно движущегося каравана с пленниками.

Но Сяо Лань не сможет идти. Даже через несколько часов она будет слишком слаба. А Мэй Сюэ уже устала после лечения. Я видел, как дрожат её руки и как она еле держится на ногах. У нас не было времени ждать, пока они обе восстановятся…

Решение пришло само собой. Холодное и логичное, но не кажущееся мне правильным, и от этого не менее тяжёлое.

Я поднялся, отряхнул одежду от пыли и подошёл к Мэй Сюэ.

— Мне нужно идти дальше, — сказал я тихо, но твёрдо. — Прямо сейчас.

Мэй Сюэ посмотрела на меня. В её глазах было понимание, она знала, что я имею в виду.

— Ли Инфэн…

— Сяо Лань не сможет двигаться, — продолжил я, не давая ей возразить. — Даже через несколько часов. Ей нужен день отдыха минимум. А у нас нет этого дня. …У них этого нет дня.

Я присел рядом с ней:

— Вы должны уйти отсюда. Вернуться на постоялый двор, или найти безопасное место в горах и переждать, но вам нельзя оставаться здесь.

— Нет, — Мэй Сюэ покачала головой. — Мы обещали идти вместе. Я не брошу тебя.

— Ты не бросаешь меня, — возразил я, и голос стал мягче. — Ты делаешь единственное разумное, как истинный целитель. Сяо Лань нужна помощь. Ей нужен кто-то, кто будет следить за ней, пока она восстанавливается. Ты — её единственная надежда. Твой долг сейчас здесь, с ней.

Мэй Сюэ хотела возразить, я видел это по её лицу, но она знала, что я прав.

— А ты? — спросила она тихо. — Что будет с тобой?

— Один я буду быстрее, — просто ответил я. — Мне не надо будет подстраиваться под чужой темп. Я смогу использовать свою скорость полностью и догоню их до того, как они дойдут до храма. Я не идиот, я понимаю, что в одиночку штурмовать твердыню демонической секты — глупо.

Я осторожно убрал прядку с её лица:

— Прошу тебя, уведи Сяо Лань отсюда. Помоги ей. Это важнее, чем идти со мной.

Мэй Сюэ смотрела на меня очень долго. Её глаза заблестели, но она не плакала. Просто кивнула, медленно, принимая неизбежное:

— Хорошо. Но ты обещай мне вернуться.

— Обещаю, — сказал я, и в этот момент я действительно верил, что смогу сдержать это обещание.

Я развязал шнурок и снял с пояса жетон наёмника.

Железная пластина размером с ладонь, на которой были выгравированы моё имя, ранг и номер в гильдии. Символ моей принадлежности к «Приюту Клинка», пропуск в мир профессиональных воинов и мой единственный официальный документ, который говорил о том, что я такой.

Я так и не сдал экзамен на серебряного. Слишком мало времени прошло, по правилам гильдии, я пока не мог претендовать на новый ранг.

Я держал его в руке, чувствуя знакомый вес и форму, а потом начал концентрировать металлическую ци.

Серебристое свечение окутало мои пальцы. Я приложил указательный палец к обратной стороне жетона, там, где была гладкая поверхность без надписей, и начал вливать ци, направляя её тонкой струйкой.

Металл поддавался легко, ведь это был обычный железный, не артефактный или особый сплав. Я выжигал символы, гравируя их прямо по структуре металла. Тонкие линии появлялись на поверхности, складываясь в знаки.

Небольшое послание. Гильдия признает его настоящим, потому что только я, владелец металлической ци, мог это сделать. Так жетон становился не просто удостоверением личности, а доверенностью.

Я закончил гравировку и протянул жетон Мэй Сюэ:

— Возьми это.

Она посмотрела на жетон, на письмо, а потом подняла взгляд на меня:

— Ли Инфэн, зачем…

— В хранилище гильдии лежат мои деньги, — объяснил я. — Не много, но кое-что есть. С этим жетоном и моим письмом на нём ты сможешь их забрать. Скажешь, что я дал доверенность.

Мэй Сюэ покачала головой:

— Мне не нужны твои деньги.

— Не тебе, — настоял я. — Прошу тебя, сделай кое-что для меня. Один золотой отправь в деревню Юйлин. Пусть отправят письмо старосте, скажи, что это от наёмника Ли Инфэна. Он сам разберётся, кому отдать. Там живут люди, которые когда-то помогли мне, когда я в этом нуждался. Я хочу отплатить долг.

Я сделал паузу, переводя дыхание:

— И ещё два золотых отдай семье Ван. В Железной Заставе, на восточной улице, недалеко от рыночной площади. Там живут двое сирот — Сяо и Нин. Я… присматривал за ними иногда. Помогал, когда мог. Они хорошие дети, раз уж я начал им помогать, я буду это делать до конца. С остальной суммой делай, что хочешь.

Мэй Сюэ молчала, глядя на жетон в моей протянутой руке.

— Прости, — добавил я тише. — Я знаю, что это странная просьба, но если я не вернусь…

— Хватит! — оборвала меня Сяо Лань.

Я обернулся. Она очнулась, я не заметил, когда, и сейчас сидела, опираясь спиной на камень. Лицо всё ещё бледное, но глаза были ясные и острые. Она поджала губы и процедила:

— Ты прощаешься, будто уже не собираешься возвращаться, — в голосе звучало раздражение. — Будто идёшь на верную смерть.

— Я собираюсь вернуться, — возразил я спокойно. — Но не мне решать за Небеса. Я просто хочу быть уверен, что если что-то пойдёт не так, долги будут оплачены.

Сяо Лань фыркнула:

— Долги. Ты говоришь о долгах, как старый дед перед битвой, которую знает, что проиграет.

Она попыталась встать, но Мэй Сюэ мягко, но твёрдо прижала её обратно к камню:

— Не двигайся. Ты только что перенесла серьёзные ранения.

— Я в порядке, — проворчала Сяо Лань.

— Нет, не в порядке. Пожалуйста, пусть моё лечение не пройдёт для тебя впустую.

— Ладно, — буркнула наёмница, но не стала сопротивляться. Она остро посмотрела на меня и заявила: — Просто иди и вытащи их, но если ты не вернёшься, мы сами придём за тобой в загробный мир и надерём тебе задницу за то, что заставил нас волноваться.

Я не смог сдержать улыбку:

— Ух, это страшно. Я всё понял, уважаемая Сяо Лань!

Мэй Сюэ всё ещё не брала жетон. Она смотрела на него, потом на меня, и я видел внутреннюю борьбу в её глазах.

— Мэй Сюэ, — позвал я тихо. — Пожалуйста.

Она покачала головой:

— Я не могу. Это… это будто я соглашаюсь, что ты не вернёшься.

Я на мгновение задумался, потом сказал первое, что пришло в голову:

— Тогда считай это не прощанием. Считай это залогом.

Она подняла на меня удивлённый взгляд:

— Залогом?

— Да, — я кивнул, чувствуя, как краснеют уши. — Когда я вернусь, ты вернёшь мне жетон. А взамен… — я сглотнул, собираясь с духом, — …взамен ты пойдёшь со мной на свидание.

Тишина.

Сяо Лань присвистнула тихо:

— Вот бесстыжий… Ну ты даёшь!

Мэй Сюэ уставилась на меня широко раскрытыми глазами. Лицо покрылось румянцем. Она открыла рот, закрыла, снова открыла.

— Ты… ты очень прямолинейный, — наконец выдавила она, и голос дрогнул. — Хоть ты и наёмник, и мы… нам… нам позволены некоторые грубости…, но это уже слишком!

— Извини, — пробормотал я, чувствуя, что моё лицо горит ещё сильнее, чем её. — Я просто не хочу, чтобы ты думала, что я не собираюсь возвращаться. Потому что я вернусь. Обязательно вернусь. Ради этого свидания с тобой.

Мэй Сюэ смотрела на меня ещё несколько секунд. Потом медленно, осторожно, протянула руку и взяла жетон.

— Хорошо, — прошептала она. — Я сохраню его. И когда ты вернёшься… я пойду с тобой… Куда захочешь… — последнюю фразу она произнесла настолько тихо, что я подумал, что ослышался.

Она сжала жетон в кулаке, прижала к груди:

— Но ты должен вернуться. Обещай мне. Не ради долгов, не ради жетона. Ради меня. Обещай.

Я посмотрел ей в глаза. Они были полны слёз, которые она отчаянно пыталась сдержать.

— Обещаю, — сказал я, и вложил в эти слова всю искренность, на которую был способен. — Вернусь. Любой ценой.

Прощание было коротким.

Я помог Мэй Сюэ поднять Сяо Лань на ноги. Раненная наёмница морщилась от боли, но держалась стойко. Мэй Сюэ обняла её за талию, поддерживая.

— Вас вывести на тропу? — спросил я, но девушки только покачали головой.

— Мы справимся, — заявила Сяо Лань.

Мэй Сюэ смотрела на меня, не отрываясь. Она всё ещё крепко сжимала жетон.

— Будь осторожен, — тихо сказала она. — Пожалуйста.

— Буду, — пообещал я.

Я хотел обнять её, притянуть к себе, почувствовать её тепло в последний раз перед уходом, но Сяо Лань была рядом, и это казалось совсем… неуместным.

Вместо этого я просто коснулся её щеки кончиками пальцев, очень осторожно

— До встречи, — сказал я.

Она прикрыла глаза, прижалась к моей ладони:

— До встречи.

Я отстранился, развернулся и побежал.

Не оглядывался. Если оглянусь, то точно не смогу уйти.

…Я нёсся по скалам, используя Шаг Ветра.

Теперь меня ничто не сдерживало.

Не нужно было подстраиваться под темп Мэй Сюэ, не нужно было выбирать безопасные, лёгкие маршруты, и не нужно было экономить силы на случай, если придётся защищать кого-то ещё.

Только цель и только скорость.

Металлическая ци сияла, наполняя каждую клетку тела. Это была неполная трансформация, я не призывал тигра, не отпускал контроля над разумом. Только усиление, чтобы мышцы налились силой, кости уплотнились, а сухожилия стали эластичнее.

Благодаря культивации моя скорость практически удвоилась.

Я мчался по горной тропе, как ветер. Ноги едва касались земли. Каждый шаг был прыжком, перенося меня вперёд на несколько шагов.

Несмотря на каменистую почву, следы каравана были чёткими. В пыли и среди мелких камней было хорошо видно глубокие борозды от телег и отпечатки сапог.

Я не сбавлял скорость, следя за ними краем сознания, полагаясь на звериный инстинкт.

Тропа вела вверх, в горы. Становилась круче и уже. Я ускорился.

Тропа петляла, но практически никогда не исчезала. Иногда её с двух сторон зажимали скалы, но мне не надо было для этого сбавлять скорость. Там, где прошли телеги, для меня дорога была просто хорошим, ровным путём.

Солнце медленно двигалось по небу, клонясь к горизонту.

Я не останавливался. Только вперёд, на той же скорости. Я миновал расстояние, которое караван преодолевал за полдня, может, больше…

Но этого было недостаточно, мне нужно было стать ещё быстрее!

Закат окрасил небо в оттенки красного и золотого, когда я столкнулся с неприятной проблемой: следы исчезли.

Я остановился на краю широкого плато. Впереди простиралась безжизненная пустошь: голые камни, чёрные и серые, без единой травинки, без единого кустика. Ветер свистел между скал, но не нёс никаких запахов, кроме пыли.

Ничего живого. Как будто повозки просто стёрли с лица земли, вместе с грузом. Возможно, это была особая техника, чтобы скрыть, куда направились сектанты, но мне от этого было не легче.

Я осмотрелся, используя усиленное зрение, выискивая любые признаки прохода каравана: должны же были остаться царапины на камнях, растоптанные растения и сдвинутые камешки. Что угодно, что могло бы дать подсказку.

Но я ничего не нашёл…

Ветер был сильным. Он стирал следы быстрее, чем они успевали оставаться. А твёрдый камень не держал отпечатки так же хорошо, как земля или песок.

Я пробежал вдоль края плато, проверяя разные направления и пытаясь уловить запахи. Может быть, они обошли это место? Может быть, пошли другим путём?

Плато было огромным. Проверить все возможные варианты заняло бы у меня часы, которых у меня не было.

Нужен был другой способ.

Я остановился, закрыл глаза и начал думать.

Как найти их без следов? Как узнать, куда они пошли?

И тут меня осенило. Я могу искать, мне есть, за что зацепиться.

Наручи…

Я создал щитки для всей команды. Наручи для Чжэнь Вэя, Тао и Сяо Лань. Я вложил в них свою металлическую ци, когда ковал их. Каждый наруч нёс отпечаток моей силы, связь со мной. Слабую связь. Очень слабую, не как в шпильке Мэй Сюэ, куда я вложил душу, но она была.

Могу ли я использовать эту связь? Могу ли я почувствовать то, что создал своими руками, на расстоянии?

Я искал скрытое на горе, и нашёл шпильку и пряжку. Здесь расстояния были заметно больше. Я никогда не пробовал достать так далеко, но я знал примерное направление и точно знал, что именно ищу.

Нужно было попробовать.

Я сел на камень в центре плато, скрестив ноги в позу лотоса. Положил руки на колени, ладонями вверх. Закрыл глаза и погрузился в медитацию.

Даньтянь сиял перед моим внутренним взором.

Пять звёзд, расположенных по кругу. Третья горела ярко и стабильно. Четвёртая тоже была полна, а пятая сияла немного тусклее остальных, всё ещё восстанавливаясь после сражения.

Я начал циркуляцию ци. Медленно, осторожно, направляя энергию по меридианам, но не для привычного усиления тела, а для расширения диапазона чувств и восприятия.

Металлическая ци текла к кончикам пальцев, наполняя их. Я представил себе наручи: тот, что носит Чжэнь Вэй, и тот, что у Тао. Вспомнил, как ковал их, как вливал ци в металл, формируя структуру и усиливая прочность и как гравировал луну в облаках.

Моя работа.

Отзовитесь, — мысленно позвал я. — Где вы?

Тишина.

Только биение моего сердца и ощущение тока ци по меридианам.

Я углубил концентрацию. Расширил чувства дальше, как рыболов, забрасывающий сеть в океан.

И вдруг, как вспышка, пришёл отклик…

Я вздрогнул от неожиданности, едва не потеряв концентрацию. Что это было?

Сосредоточился на источнике.

Шпилька.

Артефакт-заколка, которую я отдал Мэй Сюэ. Она была всего в нескольких ли к северу и её ци сияла, как маяк в темноте.

Я чуть улыбнулся, несмотря на серьёзность ситуации. Мэй Сюэ в безопасности. Они достаточно далеко.

Рядом со шпилькой был ещё один слабый отблеск. Я сосредоточился на нём.

Наруч.

Сяо Лань. Я сделал наруч и для неё, просто как подарок товарищу. Она носила его всё это время, и он тоже откликался на мой зов.

Хорошо. Значит, техника работает. Я могу чувствовать свои творения.

Теперь нужно было найти те, что далеко.

Я отпустил ощущение шпильки и наруча Сяо Лань, и направил свои чувства дальше, изменив направление на противоположное.

Мои чувства обшаривали пространство. Я искал отголосок своей ци, вложенной в металл.

Прошла минута. Две.

Ничего.

Только пустота. Холодная и безжизненная горная порода вокруг.

Тигр ободряюще фыркнул: Дальше. Ищи дальше.

Я зачерпнул ещё энергии пятой звезды и вложил больше ци в технику… И наконец-то пришёл слабый отклик. Едва различимый, как эхо, отражённое от далёкой горы.

Я вцепился в это ощущение всем сознанием, боясь потерять его.

Нашёл!

Один из наручей. Не могу определить, чей — Чжэнь Вэя или Тао, — но это точно один из тех, что я сделал для команды.

Направление… юго-восток. Далеко. Очень далеко. На самом краю моих чувств.

Я сосредоточился сильнее, пытаясь уловить больше деталей.

Есть! Второй наруч! Рядом с первым. Они вместе. Значит, пленники всё ещё в одной группе.

Я попытался оценить расстояние…

Сложно.

Связь слишком слабая, но по примерным ощущениям было около десяти ли, и они двигались. Я чувствовал, как отклик смещается, удаляясь дальше на юго-восток.

Я зацепил узелком это ощущение на краю сознания, чтобы не потерять ориентир, немного посидел в медитации, восстанавливая силы и наконец открыл глаза.

Закат уже закончился, солнце село. Сумерки сгустились, окрашивая мир в оттенки серого и тёмно-синего. Звёзды начали появляться на небе, одна за другой. Сразу стало холодно.

Я поднялся, отряхивая одежду.

Юго-восток. Десять ли, может, больше.

Они двигаются медленно, а я — быстро. Возможно, я смогу догнать их до рассвета.

А потом…

А потом мы посмотрим, что мы сможем предпринять.

Я знал одно, что план у нас простой: я найду их и спасу. Или погибну, пытаясь.

Металлическая ци снова вспыхнула, усиливая тело. Я помчался на юго-восток, в сгущающуюся тьму.

Погоня продолжалась.

Глава 8. Две интерлюдии: Тёмные Перья Журавля и Побег

Интерлюдия: Тёмные Перья Журавля (Мэй Сюэ и Сяо Лань)

Мэй Сюэ стояла неподвижно, глядя в ту сторону, куда исчез Ли Инфэн.

Он уже давно скрылся за поворотом горной тропы, как будто его и не было никогда, но она всё ещё смотрела туда. Жетон наёмника лежал в её сжатой ладони, и холодный металл впивался в кожу. Она не разжимала пальцы, не могла себя заставить…

Стылый горный ветер трепал её волосы, развевал полы одежды, но она этого не замечала.

Сяо Лань наблюдала за ней со стороны.

Раненая наёмница всё ещё сидела, прислонившись к камню, но её глаза были открыты. Она внимательно изучала лицо целительницы с профессиональным прищуром человека, привыкшего читать людей как открытые книги. И то, что она увидела, заставило её поджать губы.

Мэй Сюэ стояла прямо, плечи расправлены, подбородок слегка приподнят. Это не была поза испуганной нежной девушки, провожающей любимого на верную смерть. Лицо Мэй Сюэ было слишком спокойным, но та мягкая, приветливая улыбка, что обычно играла на её губах, исчезла. Вместо неё появилась тонкая линия, сжатая так плотно, что в уголках рта появились жёсткие складки. Маленькие, едва заметные, но намётанный глаз не обманешь.

Взгляд тоже изменился. Обычно глаза целительницы были тёплыми, добрыми и полными заботы о других. Она видела в каждом человеке пациента, нуждающегося в помощи.

Теперь выражение изменилось, в глазах горело что-то другое, не лёд, не вежливая отстранённость, но сталь. Закалённая, твёрдая и несгибаемая сталь.

Сяо Лань видела такой взгляд раньше. У наёмников перед битвой и у людей, принявших решение, после которого нет и не будет пути назад.

Занятно...

— Дай мне полдня, — негромко сказала Сяо Лань.

Мэй Сюэ не обернулась, лишь продолжала смотреть вдаль.

— Полдня на что? — спросила она рассеянно, и голос звучал как будто издалека, словно её мысли были где-то в другом месте.

— Чтобы прийти в себя, — ответила Сяо Лань, и в её голосе послышались нотки усталости, настоящей, а не наигранной. — Твои техники исцеления хороши и эффективны, но даже твоя ци не может мгновенно восстановить тело после таких ран. Мне нужно время.

...

— Полдня, — повторила она. — И мы сможем двинуться за ним.

— Да, хорошо, — отозвалась Мэй Сюэ всё так же рассеянно.

Секунда тишины.

Потом Мэй вскинулась, резко обернувшись. Её глаза расширились, а щёки вспыхнули румянцем:

— Что ты имеешь в виду?!

Сяо Лань усмехнулась, несмотря на боль в боку:

— Ровно то, что сказала. Ты же хочешь идти за ним.

Это не был вопрос. Это было утверждение.

Мэй Сюэ открыла рот, чтобы возразить, но Сяо Лань подняла руку, останавливая её:

— Не спорь. Я вижу это по твоему лицу, по тому, как ты сжимаешь его жетон, и по тому, как смотришь в ту сторону, куда он ушёл.

Она медленно, с трудом, опустилась обратно на камень:

— Я сейчас недостаточно сильна, чтобы остановить влюблённую дуру, но хотя бы присмотрю за тобой. Твой дядя и Ли Инфэн меня потом за это убьют, но… — она поморщилась, — …я себе не прощу, если ты сбежишь одна и с тобой что-то случится.

Лицо Мэй Сюэ вспыхнуло ещё сильнее. Её взгляд полыхнул обидой:

— Я не…

Она тут же осеклась и сделала глубокий вдох, приходя в себя. Когда заговорила снова, голос был ровным. Девушка держала свои чувства под контролем:

— Я не влюблённая дура. Я просто… беспокоюсь о товарище по команде.

— Ага, ну, да, конечно, — Сяо Лань кивнула с совершенно серьёзным лицом, но в глазах мелькнули острые огоньки насмешки. — Товарищ по команде. Именно поэтому ты готова пойти за ним в самое логово врага.

Мэй Сюэ не ответила. Только отвернулась, снова глядя в сторону, куда ушёл Ли Инфэн.

Сяо Лань наблюдала за ней и думала.

Вот тебе и нежный цветочек.

Мэй Сюэ. Это имя означало «сливу в снегу», этакий «белый лотос» — символ чистоты, непорочности, красоты, которая растёт из грязи, но остаётся незапятнанной.

Какая ирония для наёмницы.

Сяо Лань была убийцей. Бывшей. Ну, не такой уж и бывшей, если честно. Она всё ещё знала тысячу способов забрать жизнь. Всё ещё помнила, как это, когда кинжал входит между рёбер жертвы, проникая точно в сердце. И именно поэтому она узнавала подобных себе.

Мэй Сюэ была не белым лотосом в привычном понимании, той самой избалованной нежной барышней, чьи руки не держали ничего тяжелее лент и пялец для вышивания. Лотосы растут из грязи. Их корень уходит вглубь, даже если цветок сияет над водами и остаётся чистым.

Сяо Лань ничего не сказала вслух. Просто ждала. Давала Мэй Сюэ время подумать и принять решение, и наблюдала.

…Мэй Сюэ стояла, погружённая в свои мысли.

На неё нахлынули воспоминания. Те, что она старательно прятала глубоко, под слоями мягкости и заботы.

Каменное плато у озера.

Ли Инфэн лежал на земле, бледный и холодный, с дротиком в спине. Яд растекался по его телу, отравляя кровь и останавливая дыхание. Она склонилась над ним, отчаянно вливая целительную ци, пытаясь вытянуть яд, восстановить повреждённые меридианы, но завершить ей не дали…

Трое поднялись, окружая её.

Сектанты. Те, кто был ранен, но не погиб в бою с Ли Инфэном.

Они увидели её и беспомощного Ли Инфэна и осознали, что это лёгкая добыча.

Один из них, тот, что остался без правой руки, перетянул рану, останавливая кровь и усмехнулся под маской:

— Смотрите-ка, целительница всё ещё здесь и раненый пацан. Давайте заберём их обоих.

— Девчонка пригодится для ритуала, — поддержал его другой, тот, с которого спала заморозка.

Они направились к ней, и Мэй Сюэ приняла решение.

Она не стала кричать или звать на помощь. Некого было звать.

Просто встала, отстранилась от Ли Инфэна, повернулась лицом к врагам, и выпустила наружу то, что держала взаперти все эти годы.

Водяная ци вспыхнула нежно-голубым, но это была не мягкая и целительная энергия. Она была другой: холодной и смертоносной.

Вода из озера поднялась столбом, закрутилась в воздухе и мгновенно замёрзла. Над целительницей сияющим гало возникли ледяные копья! Десять ледяных копий, острых как иглы и твёрдых как сталь!

Первый сектант даже не понял, что произошло. Копьё пронзило его горло, разорвав трахею, и вышло с другой стороны, два других пробили грудь и ногу. Он упал, захлёбываясь кровью.

Второй успел вскрикнуть, но не убежать. Три копья вошли в его грудь одновременно, пробивая доспех, рёбра, лёгкие и сердце. Крик оборвался, а тело рухнуло наземь.

Третий, увидев судьбу двух первых, попытался спастись, но вода повиновалась девушке беспрекословно. Под его ногами возникла ледяная корка, и он поскользнулся, а потом копья нашли его и пришпилили к земле, как бабочку пробивает иголка коллекционера.

Мэй Сюэ выдохнула и опустила свой веер. Она не любила убивать, но это не значит, что она не могла. Она видела своё предназначение в помощи другим, но иногда… иногда…

Целители знают тело лучше, чем кто-либо. Знают, где находится сердце, как глубоко и под каким углом нужно ударить, чтобы пробить его с первого раза. Знают, где проходят крупные артерии, как перерезать их, чтобы смерть наступила за секунды. Знают, какие нервы контролируют движение, и как парализовать человека одним точным ударом.

Никто не умеет убивать лучше целителей, потому что они лучше всех знают, что именно они делают.

Тела нападающих лежали на камнях, и кровь растеклась красными лужами, смешиваясь с водой из озера.

Мэй Сюэ стояла среди трупов, тяжело дыша, а руки дрожали от напряжения.

Потом она вернулась к Ли Инфэну. Здесь нельзя было оставаться. Им не дадут покоя. Нужно было укрытие, если она хочет привести юношу в себя.

А тела…

Она избавилась от них. От всех тех, кого они победили вместе.

Вода унесла их глубоко в озеро, туда, где никто никогда их не найдёт, и трупы вмёрзли в дно. Они никогда не всплывут, только если озеро обмелеет или согреется слишком сильно. Камни целительница пролила водой, стерев следы крови.

Когда Ли Инфэн очнётся, плато будет пустым и чистым, словно битвы не было вовсе.

А когда он спросил о сектантах, она не сказала ему, потому что не хотела, чтобы он знал. Не хотела, чтобы он видел эту её сторону.

Но она помнила всех, от кого избавилась… И не жалела ни о чём.

В памяти Мэй Сюэ всплыло другое воспоминание.

Храм Танцующего Журавля. Её наставница, Почтенная Лин, старая женщина с седыми волосами и добрыми морщинками вокруг глаз, сидит в саду, среди цветущих лотосов. Мэй Сюэ была тогда юной ученицей.

— Наставница, — спросила она тогда, — журавль — символ чистоты и благородства. Мы целители, мы спасаем жизни. Должны ли целители участвовать в боях, если нет другого выхода?

Почтенная Лин долго смотрела на неё. Потом тихо и немного грустно вздохнула:

— Дитя моё, ты веришь, что можно пройти по этой земле и не запачкаться?

Мэй Сюэ тогда кивнула, но ответила с осторожностью:

— Если стараться держаться принципов.

Наставница покачала головой:

— Взгляни на журавлиные крылья, ученица. Даже у самых благородных птиц есть тёмные перья. Они не прячут их от посторонних глаз, они ими не хвалятся, но они всегда были и будут.

Она положила руку на голову Мэй Сюэ:

— Мы целители. Наш долг — спасать жизни, но иногда, чтобы спасти одну жизнь, приходится забрать другую. Это самое сложное, решить и взять на себя ответственность за решение. Ведь это ты определяешь чем одна жизнь ценнее другой…

Мэй Сюэ тогда не поняла этих слов.

Поняла только много лет спустя, когда ледяное копьё впервые вошло в чужую плоть, и она поняла, что не чувствует раскаяния. Она приняла решение и взяла на себя ответственность. И теперь тот, кого она убила, больше не сможет причинить боль тем, кого она защищала.

— Мэй Сюэ.

…

— Мэй Сюэ!

Голос Сяо Лань вернул её в настоящее.

Мэй Сюэ моргнула, выныривая из воспоминаний, повернула голову и посмотрела на раненную наёмницу.

Сяо Лань внимательно смотрела на неё. Очень внимательно, словно увидела тень, что мелькнула на лице целительницы, когда та была погружена в воспоминания.

— Ну что? — спросила Сяо Лань тихо. — Что ты решила?

Мэй Сюэ посмотрела на жетон в своей руке. Потом в ту сторону, куда ушёл Ли Инфэн.

Потом обратно на Сяо Лань.

И медленно, очень медленно, улыбнулась не мягкой, тёплая улыбкой умелой целительницы, а другой. Холодной и опасной.

— Я решила, — сказала она тихо, — что он не будет освобождать наших людей один. Это не только его обязанность и ответственность.

Она сжала жетон в кулаке:

— Отдыхай. Полдня, как ты сказала. Восстанавливай силы. А потом мы идём за ним.

Её голос затих на мгновение.

— И если кто-то попытается ему навредить… — её голос стал ещё тише, почти шёпотом, но в нём звучала абсолютная уверенность, — …я покажу им, что бывает, когда целители гневаются.

Сяо Лань усмехнулась, откидываясь на камень:

— Вот теперь ты говоришь как настоящий боец.

Мэй Сюэ не ответила.

Просто снова повернулась лицом к горам, где несся Ли Инфэн, не зная, что за ним уже готовились идти двое.

Раненная убийца, которая не могла бросить товарища, и целительница из храма Журавля, на чьих крыльях были тёмные перья, и которая не позволит тому, кого полюбила, умереть в одиночестве.

Ветер выл между скал, унося с собой последние крохи тепла, и в лучах клонящегося к закату солнца цветок серебряной сливы на заколке Мэй Сюэ казался залитым кровью.

Интерлюдия: Побег (Чжень Вэй)

Чжэнь Вэй не мог двигаться, не мог говорить, и даже не мог призвать свою деревянную ци, чтобы хоть немного облегчить боль от особых зачарованных верёвок, врезавшихся в запястья.

Он лежал на дне телеги, связанный так, что каждая попытка пошевелиться только затягивала узлы сильнее. Руки за спиной, локти прижаты друг к другу. Ноги согнуты в коленях, лодыжки привязаны к запястьям. Классическая техника связывания для пленников-культиваторов: любое движение вызывало боль, а попытка вырваться могла сломать кости, но это было не самое страшное.

Самым страшным были иглы.

Тонкие, длинные, сделанные из какого-то чёрного металла, который пульсировал ослабляющей и тошнотворной энергией. Их воткнули в его тело в точки меридианов — под ключицами, в области солнечного сплетения, в запястья и в лодыжки. Всего восемь игл, блокирующих главные каналы циркуляции ци.

Он чувствовал свою деревянную ци. Она никуда не исчезла, слабо мерцая в даньтяне, все четыре звезды всё ещё светились, но она не могла двигаться и управлять ей не получалось. Иглы перекрывали меридианы, как плотины перекрывают реку. Энергия билась о преграду, но не могла пройти.

Он был беспомощен...

Как же Чжэнь Вэй ненавидел это ощущение!

Рядом с ним, в той же телеге, лежали двое других.

Тао бросили справа. Старик дышал тяжело и хрипло. Его били особенно жестоко, когда он пытался сопротивляться. Лицо было в синяках, а губа разбита, но он был жив. Слева Юэ Ган как будто впал в забытьё и вообще не двигался. Только грудь медленно поднималась и опускалась. Лидер «Клыка Севера» был без сознания. Те ранения, что он получил в бою, яд от дротиков, плюс избиение после пленения, всё это было для него слишком много. Он держался на грани жизни и смерти.

В других телегах везли остальных: Ма Цзюня, Лин Шу, купцов и возниц. Всех, кто представлял ценность для ритуала.

Чжэнь Вэй закрыл глаза, пытаясь не думать о том, что их ждёт. Хорошо хоть Сяо Лань удалось спастись.

Это произошло ночью.

Они остановились на привал. Сектанты разбили лагерь в небольшом ущелье, защищённом от ветра скалами, развели костры и поставили охрану, человек двадцать вокруг лагеря, а ещё десять остались непосредственно у телег с пленниками.

Чжэнь Вэй лежал, не видя ничего вокруг. Их сняли с телеги, но не развязали, даже не позволили справить нужду и не покормили. Впрочем, есть сильно не хотелось, потому что иглы так и оставались в теле, они замедляли все процессы. Блокировка меридианов не снималась. Просто бросили пленников на землю рядком, чтобы за ними было проще следить.

Сяо Лань была в нескольких шагах от них.

Он видел её бледное и сосредоточенное лицо в свете костра. Глаза были закрыты, но он знал, что она не спит. Она как будто двигалась… Или показалось?

Чжэнь Вэй не мог понять и не мог спросить, потому что кляп во рту не давал говорить, но он видел, как её тело постоянно немного двигается, едва заметно вздрагивает, как будто она напрягает мышцы изнутри и работает с чем-то, невидимым глазу.

Прошёл час. Может, больше.

Потом он увидел, как одна из игл, та, что в её запястье, начала медленно выходить наружу. Её вытолкнула не ци. Энергия культиваторов была хорошо заблокирована.

Её вытолкнуло тренированными мышцами.

Сяо Лань использовала технику контроля тела, которой её учили в… где её учили? Чжэнь Вэй не знал её прошлого. Знал только, что она была убийцей-профессионалом, по крайне мере ходили такие слухи, а профессионалов учат выживать в любых условиях даже без ци.

Игла выпала на землю с тихим звуком. Сяо Лань замерла, прислушиваясь. Охранники не заметили. Они сидели у костров, негромко разговаривали и пили вино, пытаясь согреться от ледяного горного ветра.

Вторая игла. Из другого запястья. Она выходила медленнее, но Сяо Лань терпеливо работала, сокращая и расслабляя мышцы, выдавливая металл из плоти.

Чжэнь Вэй наблюдал, не смея дышать.

Третья игла. Четвёртая.

С каждой извлечённой иглой ци девушки начинала течь чуть свободнее. Ток восстановился ещё не полностью, четыре иглы всё ещё блокировали главные меридианы, но хоть что-то.

Сяо Лань этого хватило.

Водяная ци потекла к её рукам, но не мощным потоком, а тонкой, незаметной струйкой. Такой, чтобы не привлекать к себе внимания, но достаточно, чтобы усилить мышцы и придать им сверхчеловеческую ловкость и силу на короткое время.

Верёвки натянулись, раз, другой, а потом девушка освободила руки просто вывернувшись из них. Это было похоже на какую-то магию, но в движениях Сяо Лань не было никакого волшебства, только лишь тренированное тело и великолепные навыки.

Сяо Лань была свободна!

Она медленно, осторожно, начала извлекать оставшиеся иглы. Теперь это было проще, ведь руки были свободны. Она вытащила их одну за другой, морщась от боли, но не издавая ни звука, а потом развязала ноги.

Чуть изменила свою позицию, её повело. Девушка качнулась, но почти тут же овладела собой. Медленно-медленно она приблизилась к Чжэнь Вэю. Их глаза встретились.

Она показала жестом: Я освобожу вас. Молчите.

Чжэнь Вэй отчаянно заморгал: Нет! Беги! Спасайся!

Но она не послушала, её ловкие руки потянулись к верёвкам на его запястьях…

И тут один из охранников встал, лениво потянулся, зевнул, оглянулся в их сторону и замер. Он увидел движение Сяо Лань, склонившейся над пленником.

Секунда молчания. Потом лагерь содрогнулся от рёва:

— Тревога! Пленница сбежала!

Сектанты вскочили на ноги, хватаясь за оружие, и помчались к пленникам.

Сяо Лань выпрямилась, мельком посмотрела на Чжэнь Вэя. В её глазах читался вопрос и извинение одновременно.

Чжэнь Вэй с трудом коротко кивнул один раз.

Беги.

Она развернулась и размытой тенью метнулась прочь.

Первый сектант, попытавшийся перехватить её, получил удар пальцами, усиленными ци, в горло и упал, захлебываясь кровью. Девушка выхватила с его пояса кинжал.

Второй атаковал сбоку. Сяо Лань уклонилась, почти без усилий, и её новое оружие прошло под рёбрами точно в сердце!

Девушка оглянулась. Врагов было слишком много.

Дротик просвистел в воздухе, чиркнул по её боку. Сяо Лань дёрнулась, но не остановилась. Второй дротик был нацелен в плечо, а третий чуть не попал в голову, но она увернулась от них в последний момент.

Девушка прорвалась через кольцо охранников, оставив за собой двух мёртвых и одного раненого и скрылась в темноте ущелья.

Десяток сектантов бросился за ней.

Чжэнь Вэй закрыл глаза, молясь всем богам, которых знал:

Пусть она уйдёт. Пусть выживет. Пусть найдёт помощь.

Он с трудом выдохнул и ещё:

Пусть Ли Инфэн спасёт Мэй Сюэ. Пусть они уйдут подальше от этих гор. Пусть они даже не думают возвращаться…

Потому что если они вернутся…

Если они попытаются спасти пленников…

Они погибнут.

Это было слишком очевидно.

Сектантов было слишком много. Десятки, может, сотни, ведь неизвестно сколько их в Храме. У них был яд, который мог сбить с ног даже культиватора пятой звезды. У них были техники блокировки меридианов. У них были… те твари, порождения скверны.

Нет.

Лучше пусть они спасаются. Пусть Мэй Сюэ доберётся до Железной Заставы, сообщит гильдии. Гильдия соберёт силы, настоящую армию наёмников, и придёт спасать пленных. Если придёт…

Выживите. Спасайтесь. Не возвращайтесь.

Пожалуйста.

Не делайте то, что сделал бы я на вашем месте.

Он просто надеялся, что Ли Инфэн окажется умнее, чем он. Что юноша поставит жизнь Мэй Сюэ выше долга перед командой, что любовь окажется сильнее чести.

Хотя в глубине души он знал, что надеется напрасно, потому что Ли Инфэн был таким же упрямым дураком, как и он сам.

======================================

Небольшое объявление от автора

Наивный автор думал, что может писать в новогодние праздники, но в мои обширные планы были внесены внезапные изменения прыгающими на голове детьми. Оказалось, что это просто невозможно, прошу отнестись с пониманием.

Следующая глава выйдет в следующий понедельник 12 января.

Что можно почитать, пока ждёте:

Пустой дом, детектив в антураже 19го века, магический Санкт-Петербург, Российская Империя. Пропадают барышни из благородных семейств. Следователю Осообого отдела Феофану Полозову придётся взяться за расследование... и столкнуться со своим прошлым... https://author.today/work/469561

Золотая Бабочка, фантастика, киборги, что делать, если ты потеряла тело в катастрофе на станции и от тебя осталось только 5% - твой собственный мозг... Оказе Юри должна начать свою жизнь сначала, понять, кто она теперь, но найдётся ли киборгу место в мире людей? https://author.today/work/396203

Глава 9. Интерлюдия: Четыре Бедствия

Мастер Сюэ Гу спускался по каменным ступеням в подземелье медленно, размеренно, наслаждаясь каждым шагом.

Одежда чёрная с красными рунами, вышитыми нитями, пропитанными кровью, мрачно шелестела при каждом движении. Длинные рукава почти касались пола. Руки, скрытые под тканью, были худыми, почти прозрачными, с длинными ногтями, окрашенными в чёрный цвет. Лицо было изможденным, бледным, как у трупа, но глаза горели нездоровым, алчным блеском.

Ему было сто двадцать три года. Для культиватора седьмой звезды не так уж и много, но годы, проведённые в экспериментах с алхимией крови, выжгли его изнутри. Обычный культиватор седьмой звезды мог жить до двухсот лет, а он едва ли протянет до ста пятидесяти, если не найдёт способ продлить жизнь.

А он найдёт. Обязательно найдёт!

Пилюли из ци и крови молодых, сильных культиваторов. Вот ключ к долголетию! Он чувствовал, как каждая принятая пилюля отодвигала смерть на несколько месяцев дальше. Недостаточно быстро, но способ работал.

Нужно было только больше материала. Больше сильных культиваторов. Больше крови. Больше энергии ци!

Их сила станет его силой. Ведь ещё пара ритуалов и он прорвётся на восьмую зведу, а там и до девятой недалеко. Алхимикам всегда было сложнее подняться, ведь никакие редкие ингредиенты не дадут той же эффективности проработки ци, как в бою и поглощения силы поверженных, но он не сдавался. Надо просто усердно работать, и щедрые плоды не заставят себя ждать. Сначала восьмая звезда, а потом дело дойдёт и до девятой, а там он перестанет быть Земным Странником... Восхитительная перспектива!

Глава секты тоже высоко оценил пилюли мастера Сюэ Гу и с нетерпением ожидал новой поставки. Это открывало великолепные перспективы. Сюэ Гу потёр руки, словно муха, и усмехнулся.

Подземелье встретило его запахом сырости, плесени и старой, засохшей крови. Она въелась в камни за долгие годы, даже десятилетия, использования этого места.

Вдоль стен висели факелы с зелёным пламенем. Это был не обычный огонь, а проявление скверны, питающейся жизненной силой воздуха. Они давали тусклый, болезненный свет, от которого тени прыгали по стенам, словно живые. Это был дар главы секты, и мастер-алхимик этим очень гордился.

В центре помещения стояли железные клетки, покрытые иероглифами подавления, а внутри находились пленники.

Мастер Сюэ Гу остановился перед клетками и медленно оглядел улов. Его тонкие губы растянулись в подобии улыбки, но в его взгляде не было ни капли веселья.

— Чжу Янь, — позвал он, не оборачиваясь.

Из тени за его спиной выступил человек в тёмно-сером одеянии. Его лицо скрывал капюшон, надвинутый так низко, что только был виден острый подбородок с тонкой бородкой. Руки помощника были сложены перед собой в почтительном жесте.

— Да, Мастер, — голос был тихим и безэмоциональным. Голос человека, который давно перестал чувствовать что-либо кроме страха перед хозяином.

— Расскажи-ка мне об этом улове, — Мастер Сюэ Гу подошёл к первой клетке ближе, всматриваясь в лица пленников.

Чжу Янь достал из рукава свиток, развернул его и начал читать монотонным тоном:

— Караван, направлявшийся из Железной Заставы. Сопровождение: два отряда наёмников. «Лунный Туман» и «Клык Севера». Общее число бойцов: девять, захвачены шестеро, трое сбежали.

Мастер кивнул, продолжая рассматривать пленников.

В первой клетке сидел мужчина средних лет, мускулистый, с широкими плечами. Явно лидер одного из отрядов, судя по тому, как остальные на него смотрели. На его теле были раны и синяки, но в его даньтяне ярко горели три звезды земляной стихии. Или четыре? Нет, всё-таки три, но уже на грани. Интересно. Очень близко к прорыву.

Во второй клетке был пожилой мужчина, полностью лысый, но с седой бородой.Он опирался на стену. Четыре звезды земляной стихии, стабильные и зрелые. Опытный культиватор и ценный материал.

В третьей — молодая женщина. Три звезды огненной стихии. Боевая, судя по шрамам. Хороший материал для пилюли ярости, да и для поддержки мужской силы нет ничего лучше крови такой красотки.

В четвёртой был плотный мужчина. Земляная стихия, три звезды. Крепкий и выносливый. Подойдёт для пилюли укрепления тела.

— Качество энергии ци? — спросил Мастер Сюэ Гу.

— Выше среднего, Мастер, — ответил Чжу Янь. — Они все профессиональные наёмники с большим опытом. Их ци стабильна, не загрязнена дешёвыми пилюлями прорыва. Особенно ценны двое, вон тот мужчина с четырьмя звёздами земли и лидер отряда "Лунный Туман" с четырьмя звёздами дерева. Это знаменитый Чжень Нефритовый Шип, он давно был в наших списках.

Мастер подошёл к клетке с Чжэнь Вэем. Тот поднял голову, встретился с ним взглядом. В глазах пленника не было страха, только холодная ярость и отвращение.

— Ты — командир, — констатировал Мастер Сюэ Гу.

Это не был вопрос.

Пленник не ответил. Просто продолжал смотреть с яростью.

Мастер усмехнулся и кивнул:

— Молчишь? Мудро. Слова здесь ничего не значат. Только ци, только кровь, только истиная жизненная сила.

Он повернулся к Чжу Яню:

— Из них выйдут хорошие пилюли. Начнём переработку как только взойдёт полная луна. Мы досыта напоим её кровью. Подготовь алтарь и печи.

— Слушаюсь, Мастер.

Мастер Сюэ Гу медленно прошёлся вдоль клеток, оценивающе разглядывая каждого пленника, как торговец скотом оценивает товар на рынке.

— Четыре звезды земли дадут мне основу для пилюли долголетия. Четыре звезды дерева — для усиленной регенерации. Огонь — для боевой ци. Ещё один земляной — для укрепления. А купцов… — он махнул рукой в сторону дальних клеток, где сидели обычные люди без культивации, — …выясни, готовы ли заплатить за них выкуп, а если нет, то купцов отдадим мерзостям. Им тоже нужно чем-то питаться.

Чжу Янь записывал в свиток, кивая.

Мастер остановился, вспомнив что-то:

— Кстати, о мерзостях. Где Багровый Клинок? Мне нужны новые поставки. Эти пленники хорошие, но их мало. Это просто обычные культиваторы среднего уровня, чтобы не останавливать производство и не охлаждать алхимические печи, но мне нужно больше. Они должны быть сильнее! Глава требует хороший товар. Багровый должен был привести новую партию ещё три дня назад.

Чжу Янь замер. Его пальцы, державшие кисть, дрогнули едва заметно.

Мастер Сюэ Гу это заметил. Ничто не ускользало от его внимания.

— Ну? — голос стал холоднее. — Я жду ответа, Чжу Янь.

Слуга сглотнул, склонил голову ниже:

— Багровый Клинок… Мастер Багровый Клинок в данный момент на задании, полученном от Второго Бедствия. Его отправку одобрил сам Патриарх.

Мастер нахмурился:

— Какое задание?

— Во внешних провинциях были поставлены эксперименты, — Чжу Янь говорил осторожно, подбирая слова. — Второе Бедствие, Мастер Фу Ши, растил одну из своих мерзостей для полевых испытаний, чтобы представить её Владыке. Ягуар скверны, седьмое поколение, усиленный регенерацией. Подселили ядро в бывшего духа-хранителя с проявленной ци Дерева, и выращивал его почти с десяток лет. Извлечение скверны уже было запланированно, но...

— И? — Мастер Сюэ Гу уже догадывался, что случилось, но хотел услышать вслух.

— Его… убили, Мастер. Неизвестный культиватор высокого уровня уничтожил экспериментальный образец. Второе Бедствие приказал Багровому Клинку найти убийцу и устранить. Либо привести того героя живым для экспериментов Второго Бедствия. Они считают, что из него получится невероятный тёмный боец.

Мастер Сюэ Гу хмыкнул, качая головой:

— Пф! Фу Ши и его испорченные тёмные игрушки. Вечно у него что-то идёт не так. Ягуар и ядро седьмого поколения… хм… это была ценная мерзость. Патриарх, конечно, разозлился. Багровому придётся задержаться на этом задании надолго.

Он потёр переносицу костлявыми пальцами, привычно отводя длинные ногти от глаз:

— Значит, поставки задерживаются. Печально. Мне придётся работать с тем, что есть. Ладно. Полнолуние уже скоро наступит, надо подготовиться к ритуалу…

Он снова посмотрел на пленников:

— Впрочем, можно провести несколько предварительных экспериментов. Чтобы оценить качество материала. И заодно развлечься.

Его глаза остановились на клетке с мужчиной, который был близок к прорыву, лидер «Клыка Севера», будущие четыре звезды земли, которыми им никогда не стать

— Этого, — он указал длинным ногтем. — Доставьте в прозекторскую.

Через десять минут пленника притащили в соседнее помещение.

Оно было меньше основного подземелья, но в разы более зловещим. Стены покрыты иероглифами, светящимися тускло-красным ореолом. В центре стоял металлический стол с кожаными ремнями для фиксации пленников, а вдоль стен шли полки с инструментами: ножи, иглы, колбы и всяческие трубки разных форм и размеров. В углу, как почётный гость, стояла алхимическая печь, уже разогретая и полыхающая изнутри багровым светом.

Пленника швырнули на стол. Четверо охранников, контролируемые кровавыми печатями, удерживали его пока пристёгивали ремни. Он сопротивлялся, но слабо — иглы в меридианах блокировали большую часть его ци, а яд с дротиков так ещё и не вышел полностью из его организма.

Мастер Сюэ Гу подошёл к столу, рассматривая жертву… нет, материал. Не стоит очеловечивать этот кусок мяса. Это просто материал для пилюль и ничего больше. Реагент.

— Три звезды земляной стихии, — пробормотал он, проводя пальцем над грудью Юэ Гана, не касаясь, но чувствуя поток ци. — Близок к прорыву. Очень близок. А ты талантлив. Почти достигнуть четвёртой звезды в твоём возрасте… Интересно… если извлечь ци в момент, когда ты пытаешься прорваться, будет ли она более концентрированной?

Юэ Ган сжал зубы, но не ответил. Только смотрел на Мастера с ненавистью.

— Молчишь? — Мастер усмехнулся. — Не беда. Скоро ты заговоришь. В конце вы всегда подаёте голос. Все кричат, умоляют остановиться и плачут. Это неизбежно, и твоя гордость скоро сломается. Уж я об этом позабочусь.

Он взял с полки тонкую стеклянную трубку, прозрачную, со странными знаками вдоль стенок, и длинную иглу. Очень длинную, толщиной с детский палец и длиной с две ладони. Она вся была изукрашена зловещей резьбой.

— Это моя собственная техника, — объяснил он, словно читая лекцию студенту. — Я разрабатывал её больше тридцати лет! Обычное извлечение ци через меридианы слишком медленно. И ци теряет качество, смешиваясь с кровью, но если ввести иглу прямо в даньтянь и откачать ци напрямую…

Он поднял инструмент, чтобы Юэ Ган видел.

— …то получается чистейшая концентрированная энергия. Правда, процесс слегка болезненный.

Юэ Ган наконец заговорил, голос был хриплым, но твёрдым:

— Ты… проклятый ублюдок… я убью тебя… когда-нибудь… своими руками убью…

— Возможно, — согласился Мастер Сюэ Гу. — Но не сегодня. А сегодня давай посмотрим, что у тебя внутри.

Он приложил кончик иглы к груди Юэ Гана, чуть левее и выше центра, где находился даньтянь.

И начал вводить её.

Медленно и осторожно игла прошла сквозь кожу, мышцы, скользя между рёбер. Юэ Ган застонал, пытаясь вырваться, но ремни держали крепко.

— Не двигайся, — посоветовал Мастер. — Если игла заденет сердце или лёгкое, ты умрёшь раньше времени, а мне нужно, чтобы ты был жив. Ведь если ты погибнешь, мне придётся выбрать кого-то другого. Наверное, возьму ту женщину-северянку, её огненная ци выглядит впечатляюще.

Глаза наёмника полыхнули такой яростью, что казалось она прожжёт дыру в мучителе, но… одной ярости было недостаточно. И жертва, и сектант об этом знали. Игла погружалась глубже. Кровь сочилась из раны, стекая по боку Юэ Гана.

Наконец, кончик достиг даньтяня. Мастер почувствовал явный резонанс между иглой и источником ци.

— Вот оно, — прошептал он с удовлетворением. — Восхитительно...

Он присоединил трубку к концу иглы и начал вливать свою собственную ци в конструкцию, активируя знаки.

Трубка засветилась, и из даньтяня Юэ Гана начала вытекать ци. Земляная энергия, коричнево-золотая, плотная, текла по трубке, смешиваясь с кровью, медленно и неуклонно.

Юэ Ган терпел сколько мог, но всё-таки закричал.

Это было невыносимо.

Это была боль не физическая, это была боль души. Боль от того, что самую суть твоего существа вырывают из тебя, выкручивают и тянут как кишки из живого существа. Его тело выгнулось дугой, натягивая ремни, вены на шее вздулись, а глаза налились кровью.

Мастер Сюэ Гу наблюдал с холодным и отстранённым интересом сумасшедшего учёного, изредка записывая заметки в небольшой блокнот.

«Субъект демонстрирует высокий болевой порог. Земляная ци плотная, качество выше среднего. Экстракция идёт стабильно. Потеря сознания не наблюдается, возможно из-за близости к прорыву — организм сопротивляется сильнее…»

…В главной камере подземелья, в своей клетке, Чжэнь Вэй слышал истошные вопли, полные невыразимой муки.

Юэ Ган, его товарищ и соратник, лидер «Клыка Севера», долго и протяжно кричал.

Чжэнь Вэй хотел бы сжать кулаки так сильно, чтобы ногти впились в ладони до крови, но зачарованные оковы не давали двигаться ни единой части тела. Деревянная ци бушевала в его даньтяне, пытаясь вырваться, но особые иглы блокировали меридианы. Он не мог использовать силу, не мог ничего сделать… Какой позор!

Он мог только слушать и ненавидеть. Ненавидеть самого себя за бессилие.

«Я убью его, — поклялся Чжэнь Вэй, с трудом выдохнув сквозь стиснутые зубы. — Клянусь всеми богами, которых знаю. Я убью этого ублюдка».

Его воспалённые веки прикрыли глаза. Он возблагодарил всех богов за то, что Мэй Сюэ удалось сбежать. Если бы она была тут… или на месте Юэ Гана…

«Проклятье… проклятье… не вздумайте сюда вернуться!» — умолял он, а его мысли ходили по кругу.

Лин Шу в соседней клетке молчала. Её лицо было бледным, а руки едва заметно дрожали. Северянка не плакала. Только смотрела в сторону, откуда доносились крики, с холодной яростью в глазах. Её челюсти были крепко сжаты, но Чжэнь Вэй готов был поклясться, что Лин Шу сторицей отомстит за своего лидера.

Тао сидел, прислонившись к стене, и молился. Тихо, едва слышно. Старые армейские молитвы за павших товарищей. Потому что он уже понял, что те, кто попал в руки Мастера Сюэ Гу не выживут. Он не тот, кто отпускает свою добычу…

Через час Юэ Гана вернули в клетку.

Его тело было бледным, оно, казалось, истончилось до прозрачности. Кожа обтягивала кости, а глаза глубоко запали. Дыхание было едва заметное, хриплое, с отвратительным внутренним бульканьем.

Он был жив, но ци в его даньтяне почти не осталось. Может, одна звезда, может, даже меньше. Достаточно, чтобы сердце билось и лёгкие гоняли воздух. Из Юэ Гана извлекли саму его суть.

Мастер Сюэ Гу был доволен. В его руках слабо сияла колба с земляной ци, смешанной с кровью, густая, концентрированная и очень чистая. Отличный материал как для пилюли, так и для прямого поглощения.

— Чжу Янь, — позвал он. — Отнеси это в лабораторию и начни процесс очистки. К завтрашнему вечеру я хочу, чтобы у меня была готовая пилюля. Я сам её приму.

— Слушаюсь, Мастер, — слуга взял колбу осторожно, кланяясь.

Сектант посмотрел на Юэ Гана, лежащего в клетке без движения:

— Этот ещё протянет день-два. Можем извлечь остатки ци перед ритуалом жертвоприношения. Не стоит терять ни капли.

Он повернулся к другим клеткам:

— Кто следующий? Хм… Может, второй командир наёмников, знаменитый Чжэнь Вэй? Посмотрим, что внутри. Дерево — это очень интересная стихия. Потрясающие возможности. Регенерация и жизненная сила… Да, он подойдёт.

Чжэнь Вэй сжал зубы, услышав это.

Вот выродок…

Нет, он не позволит этому ублюдку забрать его ци, не сопротивляясь.

Ци Дерева в его даньтяне бушевала и беспрестанно давила на блокировку игл. Меридианы горели от напряжения.

— Охранники, — приказал Мастер. — Доставьте его ко мне и привяжите хорошенько!

Четверо сектантов подошли к клетке Чжэнь Вэя, открывая дверь.

И Чжэнь Вэй сделал то, что не должен был в состоянии сделать.

Он вырвался.

Иглы всё ещё блокировали меридианы, но ярость, отчаяние и ненависть дали ему силу, которая была за пределами ци: чистую силу воли.

Он рванул руками, оковы натянулись, заскрипели и — порвались!

Первый охранник даже не успел среагировать. Чжэнь Вэй, всё ещё связанный по ногам, бросился вперёд и головой ударил его в лицо, со смачным хрустом сломав тому нос. Охранник упал.

Второй выхватил меч, но Чжэнь увернулся, насколько мог двигаться со связанными ногами, и схватил руку охранника. Отчаянный рывок, и меч, кувыркаясь, улетел в угол. Удар локтем в челюсть! Сектант лёг, где стоял.

Третий и четвёртый навалились одновременно. Они столкнули Чжэнь Вэя на пол и придавили, удерживая изо всех сил, но лидер «Лунного тумана» продолжал сопротивляться. Он, воя от боли в меридианах, извивался, кусался и пытался бить головой, сумасшедший, как загнанный в угол зверь.

— НЕ ТРОНЬ МОИХ ЛЮДЕЙ! — проорал он, выплюнув кровь от прикушенного в драке языка. — ЕСЛИ ХОЧЕШЬ МЕНЯ — ВОЗЬМИ! НО ОСТАВЬ ОСТАЛЬНЫХ В ПОКОЕ!

Мастер Сюэ Гу наблюдал за этим с любопытством:

— Интересно. Даже с заблокированными меридианами ты нашёл силу сопротивляться. Это редкость. Ах, какой сегодня удачный день!

Он подошёл ближе, присел на корточки рядом с прижатым к полу Чжэнь Вэем:

— Ты — прекрасный образчик материала. Может быть, даже слишком хороший, чтобы просто переработать тебя в пилюлю. Возможно… — он наклонил голову, рассматривая как диковинное насекомое, — …я оставлю тебя для экспериментов Второго Бедствия. Фу Ши любит сильных духом. Из таких получаются лучшие мерзости. Он сохранит тебе разум, но сломает волю.

Чжэнь Вэй плюнул ему в лицо.

Слюна смешанная с кровью смачно приземлилась на щёку Мастера.

…

Сюэ Гу медленно вытер лицо краем рукава, посмотрел на кровавое пятно на ткани, потом взглянул на Чжэнь Вэя и широко улыбнулся, показывая жёлтые и кривые зубы.

— Какой ты энергичный. Я люблю сильных духом людей, вы — самые лучшие ингредиенты, какие только можно себе представить!

Он поднялся, кивнул охранникам и махнул ладонью так, что взметнулся длинный рукав:

— Тащите его на стол сейчас же. У меня появилось вдохновение. Мне надо кое-что проверить!

Охранники подняли Чжэнь Вэя, потащили к двери прозекторской.

Чжэнь больше не сопротивлялся, у него не осталось сил. Он просто посмотрел на остальных пленников, на Тао, на Лин Шу, на Чжао Ю, на Ма Цзюня, на лежащего без движения Юэ Гана, и тихо, почти беззвучно сказал:

— Держитесь.

Он сделал всё, что мог…

Но ему никто не ответил. Чжао Ю дрожал от ужаса, а Тао и Ма отвели взгляды...

Чжэнь Вея привязали к столу, но Мастер Сюэ Гу не стал извлекать ци сразу. Вместо этого он взял другой инструмент: тонкий нож с зазубренным лезвием.

— Знаешь, что это? — спросил он, показывая нож.

Чжэнь Вэй молчал, ему накрепко завязали рот, выяснив, что тот может не только посылать на голову противника проклятия.

— Это нож для снятия кожи. Очень тонкий и очень острый. Это имперская техника. Если делать всё правильно, можно снимать кожу тонкими полосками, не убивая подопытного, а деревянная ци культиватора будет восстанавливать повреждения. Медленно, но будет. Процесс может длиться сутками напролёт. Мне всегда хотелось посмотреть, как это работает.

Он приложил кончик ножа к плечу Чжэнь Вэя и слегка надавил. Под тончайшим порезом кожа разошлась, и показалась кровь.

Сектант удовлетворённо кивнул:

— Ты плюнул мне прямо в лицо. Это было неуважительно. Я должен ответить соразмерно. Теперь я покажу тебе, что такое настоящее неуважение.

И начал резать.

…Чжэнь Вэй застонал.

В это время, за дверью лаборатории, Чжу Янь стоял, держа колбу с ци Юэ Гана.

Он не слышал крики, но чувствовал, что происходит за стеной. И часть его, та крохотная часть, что ещё помнила, каково это быть человеком, содрогнулась, но он ничего не сделал. Просто ничего не мог сделать.

Он был слугой Третьего Бедствия, Мастера Сюэ Гу. Если он ослушается, не выполнит приказ или проявит слабость, он сам окажется на этом столе.

Поэтому Чжу Янь повернулся к лабораторному столу. Пора начинать процесс очистки, и качественно делать свою работу…

…

Час спустя Мастер Сюэ Гу вышел из прозекторской.

Руки его были по локоть в крови, но он был очень доволен. Эксперимент дал ценные данные о регенерации под пыткой. И ещё одну колбу с энергией ци — на этот раз эссенцией дерева.

Чжу Янь ждал его в коридоре, держа чистое полотенце.

Мастер вытер руки и отбросил полотенце в сторону. Оно упало на пол, окрашенное багровыми разводами.

— Ну что, доставили колбу в лабораторию? — спросил он.

— Да, Мастер. Алхимики уже начали процесс работы над пилюлей. Всё идёт хорошо.

— Прекрасно! — Мастер потянулся, разминая шею. — Завтра продолжим. Возможно, возьмём женщину. Посмотрим, отличается ли огненная ци в женском теле от мужской. Это будет любопытно.

Он вспомнил кое-что:

— Кстати, в докладе было сказано, что трое сбежали. Их поймали?

Чжу Янь замер. Его лицо стало ещё бледнее, чем обычно.

— Я… мы… наши люди всё ещё ищут, Мастер.

Мастер Сюэ Гу медленно, очень медленно повернулся к нему.

— То есть, — голос стал ледяным, — ты хочешь сказать, что прошло уже почти двое суток, а троих беглых культиваторов до сих пор не поймали?

— Мастер, я… горы большие, и они могли уйти в любую сторону… патрули ищут по всем направлениям…

— Троих, — повторил Мастер, делая шаг к Чжу Яню. — Троих ты упустил. Одна девушка-целительница, одна раненная воительница, и один молодой боец. Наверняка крепкий, наполненный ци.

Ещё шаг.

— Одна из них ранена. Другая — целитель без боевых навыков. Третий — пацан с мечом.

Ещё шаг.

Теперь он стоял вплотную к Чжу Яню, нависая над ним, хоть и не был выше ростом.

— И ты говоришь мне, что они до сих пор на свободе?

Чжу Янь дрожал. Пытался отступить, но спиной упёрся в стену.

— Мастер, я… мы делаем всё возможное… патрули удвоены… мы обыскали все ближайшие ущелья…

— Всё возможное, — Мастер усмехнулся, но в усмешке не было тепла и доброты. — Этого мало, Чжу Янь. Мне нужны результаты.

Он протянул руку, медленно, почти нежно, и положил её на плечо слуги. Пальцы сжались и длинные ногти впились в одежду, не очень сильно, но Чжу Янь почувствовал, как кровавая ци Мастера просачивается через ткань и жжёт кожу.

— Я дам тебе один день, — прошипел Мастер. — Один. Если к завтрашнему закату ты не приведёшь мне троих беглецов, живыми или мёртвыми, не важно, то знаешь, что случится?

Чжу Янь не мог говорить, только кивать. Его глаза были расширены от страха. Кровавая печать на его груди начала нещадно жечь, не позволяя вдыхать воздух.

— Вместо них на алтарь пойдёшь ты, — Мастер наклонился ближе, его дыхание, холодное и пахнущее гнилью, коснулось лица Чжу Яня. — Ты сам и все твои люди, что устроили погоню. Все тридцать. Я принесу вас в жертву. Медленно и по одному, чтобы остальные смотрели и понимали цену провала. Мне нужна кровь, и я её получу, не важно каким способом…

Пальцы сжались сильнее, и Чжу Янь застонал от боли.

— Понял?

— Да… да, Мастер… понял… я найду их… обещаю…

— Обещания мне не нужны, — Мастер отпустил его, отступил. — Мне нужны трупы. Или живые пленники. За всё остальное тебя ждёт расплата.

Он развернулся, пошёл к выходу из подземелья.

— Один день, Чжу Янь. Заход солнца завтра. Не подведи меня.

Слуга остался стоять у стены, дрожа, держась за обожжённое плечо.

Один день…

…Ему оставался лишь один день, чтобы найти троих беглецов или стать одним из материалов для пилюль Мастера.

Чжу Янь выбежал из подземелья, почти бегом поднимаясь по ступеням. Он задыхался, но не позволял себе сбавить шаг.

Нужно было действовать. Немедленно!

Он ворвался во двор храма, где собрались сектанты, ожидающие приказов.

— Слушайте все! — закричал он, и голос сорвался на высокой ноте. — Мастер требует троих беглецов! Сейчас! Удваиваю награду! Тот, кто найдёт и приведёт их — получит пилюлю усиления третьего ранга!

Сектанты зашумели. Пилюля третьего ранга — это была очень серьёзная награда. Обычно их дают только элите.

— Но если мы не найдём их к завтрашнему закату… — Чжу Янь сглотнул, — …мы все пойдём на алтарь. Все. Я, вы, все мы! Мастер сказал так.

Шум стих. Теперь лица сектантов были серьёзными и весьма испуганными. У них не было иллюзий в том, кому они служат.

Один из них, старший по званию, шагнул вперёд:

— Какой у нас план?

Чжу Янь попытался собраться с мыслями. Паника мешала думать, но он заставил себя.

— Мы знаем, что они пошли на север. Там есть несколько деревень и городишек. Постоялые дворы, деревни. Они раненые, им нужно лечение, еда и отдых. Значит, они направятся к ближайшему населённому пункту.

— Значит, мы их догоним, — сказал старший сектант.

— Не просто догоним, — Чжу Янь начал говорить быстрее, план формировался на ходу. — Разделимся на группы. Первая — прямая погоня по их следу. Вторая — кружной путь, обогнуть и перехватить на подходе к городу. Третья — проверить все ущелья, пещеры по пути. Возможно, они спрятались где-то.

— А если они не пошли на север? — спросил кто-то.

— Тогда нам конец, — честно ответил Чжу Янь. — Но другого пути нет. На юг — только горы и пустоши. На запад — болота скверны. На восток — наша территория. Север — единственное оставшееся направление.

Он посмотрел на собравшихся:

— У нас один день. Один шанс. Если вы хотите жить — найдите их. Любой ценой.

Сектанты разошлись, готовясь к выходу. Чжу Янь остался стоять один, глядя на карту.

«Один день», — повторил он мысленно.

Потом тихо, почти молитвенно, прошептал, обращаясь невесть к кому:

— Пожалуйста. Пусть мы найдём их. Пожалуйста.

Но боги не слушали молитвы тех, кто служил Четырём Бедствиям. И глубоко внутри Чжу Янь знал — их шансы найти троих беглецов в огромных горах за один день были ничтожны.

Ему конец…

Им всем конец…

Если только не произойдёт чудо…

…А в подземелье, на окровавленном столе лежал Чжэнь Вэй.

Без сознания, едва живой, но всё ещё продолжающий дышать. Древесная ци медленно, очень медленно и неспешно, залечивала его раны.

Вдох, выдох... он продолжал дышать... Не потому что он очень хотел выжить, а потому что часть его, живущая глубоко внутри, в самой сути его существования, в душе, отказывалась умирать.

Не здесь, не так и не сейчас.

У него ещё есть дела. У него ещё есть одно важное дело!

Он выживет.

И когда-нибудь…

…Когда-нибудь он вернётся… и убьёт этого выродка…

Своими собственными руками…

Глава 10. Хищник среди хищников

Я бежал по горам всю ночь.

Луна освещала мой путь серебристым светом, превращая скалы в призрачные силуэты. Ветер выл между камней, но я его почти не слышал. Я ощущал только собственное дыхание и стук сердца.

Металлическая ци пульсировала в жилах, усиливая каждый шаг. Я не использовал полную трансформацию, только частичное усиление. Этого было достаточно, чтобы мышцы работали быстрее, а выносливость не расходовалась слишком сильно. Пятая звезда в даньтяне горела ярко, подпитывая мое тело неиссякаемым потоком энергии.

Тропа, по которой прошел караван, вела все глубже в горы. Я чувствовал наручи Чжэнь Вэя и Тао где-то впереди, далеко, но связь оставалась стабильной. Они двигались, значит, были живы.

Наверное живы. Ведь с них могли снять их броню… Оставалось надеяться, что я иду туда, куда надо. Эта мысль не давала мне покоя.

Сколько времени у меня есть? Что сектанты собираются с ними делать? Ритуал. Полнолуние. Жертвоприношение… Ни одно из этих слов мне не нравилось по отношению к моим товарищам.

Я сжал зубы и ускорился.

Обрывистые скалы мелькали с двух сторон. Я прыгал с камня на камень, используя Шаг Ветра, чтобы не застрять или не упасть. Инстинкты тигра подсказывали путь и помогали находить опору, но где-то на третьем часу бега я осознал неприятную истину: я был не готов.

Совсем не готов.

Да, я был силен в ближнем бою. Меч, когти и скорость, все это у меня было. Третья звезда давала хорошую базу, четвертая — серьезное преимущество, а пятая… пятая делала меня опасным даже для более опытных бойцов.

Но что толку от всей этой силы, если я физически не мог добраться до врага?

Сектанты не были глупцами. Они использовали дротики, сети и яды. Атаковали издалека, загоняли в ловушки, действовали слаженно и этим побеждали. Если бы не Мэй Сюэ я бы погиб от яда. Теперь девушка осталась далеко на севера, а у меня был только меч и когти. Оружие ближнего боя.

Лук был в телегах купцов вместе со стрелами и всем остальным снаряжением.

Проклятье.

Я остановился на краю небольшого плато, тяжело дыша. Металлическая ци быстро восстанавливала силы, но мне нужно было подумать.

Как мне сражаться с противниками на расстоянии?

На силу я не жаловался, и техника «Стальных Разрезов» была хороша, но расходовала слишком много энергии. Я мог использовать ее несколько раз, но не бесконечно. И дальность была ограничена, максимум двадцать шагов, может, тридцать, если очень постараться.

Нужно было что-то другое, более эффективное.

Я дотронулся рукой до внутреннего кармана и нащупал два небольших кусочка звездного металла. Те, которые я взял с собой, чтобы поглотить их пока буду медитировать. Я носил их с собой, думая, что у меня будет на это время, но всё никак не удавалось толком, сначала было нападение волков, потом — сектантов, а под конец я свалился с отравлением ядом.

Может быть, мне не поглощать их сейчас, а использовать?

Я, не останавливаясь, достал кусочки и рассмотрел их в лунном свете. Каждый был размером с ноготь большого пальца, неправильной формы, но плотный и тяжелый.

Звездный металл, дар горы. Самый податливый материал для культиватора металлической стихии. Я мог изменить его форму одной лишь силой воли. Что я могу из них сделать? На настоящий клинок этого не хватит.

И тут меня осенило.

Иглы! Иглы как у Сяо Лань.

Я видел, как она сражалась. Видел, как ее тонкие кинжалы находили цели с точностью бывалого профессионала. Она была мастером скрытого оружия и знала анатомию лучше любого целителя.

Поэтому её иглы были крайне смертоносными в правильных руках. Тонкие, быстрые и почти невидимые. Их можно было метнуть издалека, чтобы поразить жизненно важные точки.

На них требуется мало металла, а ещё я могу управлять металлом на расстоянии. Если изделие будет небольшое, это не потребует много сил…

Что если…

Я остановился, сжал кусочки звездного металла в ладонях и закрыл глаза, концентрируясь.

Металлическая ци потекла из даньтяня по меридианам к рукам, наполняя пальцы серебристым свечением. Я влил энергию в кусочки металла, чувствуя их структуру и проникая вглубь самой их сути.

Измени форму. Стань тоньше и острее.

Металл поддался и откликнулся на мою просьбу.

Я открыл ладони и увидел два тонких дротика, каждый длиной с мой указательный палец. Они были не такими изящными, как иглы Сяо Лань, скорее напоминали маленькие стилеты в форме ромба с отточенным кончиком, но для первой попытки сойдет.

Теперь нужно было научиться ими управлять.

Я поднял правую руку, направив ладонь вперед. Металлическая ци потекла к дротику, лежащему на моей ладони. Я представил, как он поднимается в воздух.

Дротик дрогнул, а потом медленно, очень медленно, начал подниматься.

Я удерживал его усилием воли, вливая ци тонкой струйкой. Дротик завис на уровне моих глаз, покачиваясь, словно лист на ветру.

Хорошо. Держать могу. А двигать?

Я мысленно подтолкнул дротик вперед, обозначив камень невдалеке как цель.

Оружие метнулось довольно быстро, но так же быстро потеряло импульс и упало на землю в трех шагах от меня.

Я поморщился, чего я ждал от первого раза. Мне была нужна практика.

Я притянул его к себе своей ци обратно и попробовал снова, и снова, и снова.

Постепенно я начал понимать принцип. Нужно было не просто напитать металл ци, а направлять ее, создавая что-то вроде невидимой руки, которая удерживает и ведет дротик.

Я снова помчался по горам, но теперь ещё и тренировался во время бега, удерживая оружие рядом с собой. Через полчаса я мог стабильно удерживать один дротик в воздухе и направлять его в нужную сторону. Он летел не слишком быстро и не слишком далеко, шагов на десять, а потом я притягивал упавший клинок к себе. В какой-то момент у меня начало неплохо получаться.

Теперь нужно было попробовать управлять двумя одновременно.

Я поднял оба дротика.

Левая рука — один дротик. Правая — второй.

Они зависли в воздухе, подрагивая от напряжения.

Я попытался направить их в разные стороны.

Левый полетел вправо. Правый — влево.

Не то!

Я снова поднял их и попробовал еще раз.

На этот раз я сосредоточился сильнее, разделяя потоки ци, направляя каждый к своему дротику. Это было похоже на попытку писать двумя руками одновременно. Мозг отказывался работать в таком ключе, для него это было слишком странно, но я настаивал, пока не добился своего.

Я умел драться обеими руками, Ван Тэ хорошо гонял меня, и у меня были скучные часы дороги впереди.

Я бежал дальше, не останавливаясь, и на ходу тренировался: снова и снова поднимал дротики, удерживал их в воздухе, направлял вперед, в стороны, вверх и вниз.

Ци расходовалась, но не так быстро, как я боялся. Дротики были маленькими и легкими. Управлять ими оказалось проще, чем большим оружием.

Через два часа у меня начало получаться.

Я мог удерживать оба дротика одновременно и направлять их независимо друг от друга. Скорость пока была не идеальной, дальность тоже, но я видел прогресс.

Назову эту технику «Клыки Тигра». Интересно, сколько вообще дротиков я смогу удерживать в воздухе?.. Я пожалел, что взял так мало кусочков, мне теперь не терпелось попробовать.

Я остановился на краю узкого ущелья, чтобы передохнуть и восстановить силы. Я опустился на большой камень, скрестив ноги в позу лотоса. Закрыл глаза и погрузился в медитацию. Дротики продолжали вращаться вокруг меня по простой орбите.

Даньтянь сиял перед внутренним взором. Пять звезд, расположенных по кругу. Третья и четвертая горели ровно и стабильно. Пятая стала немного тусклее, расход ци на бег и тренировку с дротиками дал о себе знать.

Я начал циркуляцию, втягивая природную ци из окружающего пространства.

Вдох — энергия входит в легкие. Выдох — она течет по меридианам к даньтяню.

Вдох. Выдох.

...

...Что-то было не так. Мне не удавалось зацепить достаточно ци, чтобы восстановление шло успешно.

Обычно в горах ци была чистой и обильной. Высота, свежий воздух и близость к небесам, все это способствовало культивации.

Но здесь… было пусто...

Я чувствовал лишь тонкую струйку энергии, едва различимую. Словно кто-то высосал всю жизненную силу из этого места, и даже могущества гор, чьи корни прорастают в глубь земли, не хватало, чтобы восстановить её.

Я открыл глаза и огляделся.

Скалы вокруг были лысыми и голыми. Ни травы, ни кустов, ни даже лишайника на камнях, вообще ничего живого. Только серый камень и пыль.

Скверна.

Тигр внутри меня взрыкнул тихо и тревожно.

Скоро здесь не останется ничего.

Я поморщился. Значит, восстановление будет медленнее, чем я рассчитывал. Нужно экономить силы. Я сидел, продолжая медитировать, когда тигр вдруг фыркнул с насмешкой:

Кстати, о голых…

Я вздрогнул, выпадая из концентрации:

— Что?

Ты заметил, что Мэй Сюэ не стала раздевать Сяо Лань, когда лечила ее?

Я почувствовал, как краска заливает лицо. Уши мгновенно стали горячими. Я тут же вспомнил темноту пещеры, и нежную, тонкую фигурку, прижавшуюся ко мне.

— При чем тут это?! — прошипел я вслух, хотя вокруг никого не было.

Просто интересное наблюдение, — гулкий голос тигра был полон веселья. — Тебя она раздела. А Сяо Лань — нет.

— Потому что я был отравлен до полусмерти! — возразил я, и голос прозвучал слишком громко в тишине гор, даже отразился от склонов эхом. — Мне нужно было согреться! А Сяо Лань… у нее были другие раны! И лечить их надо по-другому!

Угу. Конечно.

— И вообще, — продолжил я, чувствуя, что защищаюсь слишком яростно, — как, по-твоему, Мэй Сюэ стала бы раздевать другую девушку, когда я был там, рядом?!

Я как-то вообще не думал, про Сяо Лань, как про женщину. Красота Мэй Сюэ настолько впечатлила меня, что я не мог смотреть на кого-то другого. Но если подумать… Невысокая, тонкая и гибкая Сяо Лань… И без одежды…

Я представил себе это зрелище и выдохнул сквозь зубы. Это уже слишком! Тигр гулко рассмеялся. Этот смех, глубокий и раскатистый, прокатился по моему сознанию, вызывая дрожь.

Мальчишка.

— Заткнись, — пробормотал я, пряча лицо в ладонях.

Она тебя раздела. Дважды.

— Мне надо настроиться на бой, — резко сказал я, пытаясь отогнать неуместные мысли. — А не думать о… о таких вещах. Они отвлекают.

Поэтому я и напомнил. Чтобы ты не забывал, ради чего вот это всё.

Я замолчал, осмысливая его слова.

Тигр был прав, как ни раздражающе это звучало. Я должен был вернуться. Ради обещания. Ради того свидания, которое я так неловко выпросил в отчаянном порыве.

Ради Мэй Сюэ.

Я выдохнул несколько раз, прогоняя смущение, и снова закрыл глаза.

Еще несколько минут медитации и восстановления сил. А потом поднялся и снова пустился в путь.

Луна уже клонилась к горизонту. До рассвета оставалось несколько часов. Связь с наручами стала сильнее. Я приближался к ним. Еще немного, и я доберусь до места, куда их везли.

Тропа вела вверх, все круче и круче. Скалы вздымались по сторонам, образуя узкий коридор. Воздух стал холоднее, а запах скверны — сильнее.

Я почувствовал его всем своим существом раньше, чем увидел.

В воздухе словно плотная дымка, висел гадкий запах гнили, крови и смерти.

Тигр взрыкнул, и я замедлил шаг, двигаясь осторожнее.

Впереди, за перевалом, показался слабый свет, но это был не огонь костров или факелов. Это было тусклое, зеленоватое свечение, болезненное и мерзкое.

Я остановился у края большой скалы и осторожно выглянул, найдя источник света.

Высокий каменный Храм стоял в широкой долине, окруженной отвесными горами со всех сторон. Это было массивное строение из черного камня, с высокими стенами и острыми шпилями, тянущимися к небу. Ворота были огромными, сделанными из железа и покрытыми странными знаками, которые светились тусклым зеленоватым светом, наподобие гнилушек.

Ворота были раскрыты и… караван уже въехал внутрь! Я увидел последнюю телегу, исчезающую за массивными створками, которые начали бесшумно закрываться…

Опоздал…

Проклятье! Я опоздал… Мне не хватило каких-то пары часов…

Я сжал кулаки так сильно, что ногти впились в ладони до крови. Металлическая ци тут же потекла к ранам, залечивая их, но я это даже не заметил.

Ладно, хорошо. Отчаиваться пока рано. Они внутри, скорее всего живые. Я все еще чувствовал наручи, их ци слабо пульсировала где-то в глубине храма, как далекие маяки в тумане.

Нужно было найти способ попасть туда.

Я прислонился спиной к большому валуну, полностью скрывшись за ним, и закрыл глаза. Медленно выдохнул, успокаивая бешено колотящееся сердце. Тигр внутри рычал и метался, требуя действий, но я заставил себя остановиться и подумать.

Сначала разведка и план, а потом действие. Я тут в однозначном меньшинстве, и если пойду напролом, просто глупо погибну.

Я углубил дыхание, входя в состояние полумедитации. Металлическая ци потекла из даньтяня, распределяясь по меридианам, наполняя каждую клетку тела. Я расширил свое восприятие наружу, выпуская тонкие нити энергии в окружающее пространство.

Это была техника, которой я пользовался на своей горе, когда разыскивал пряжку и шпильку, духовное восприятие. Конечно, не такое точное, как у профессиональных разведчиков или магов вроде Мэй Сюэ, но его было достаточно, чтобы почувствовать потоки ци в местности.

Нити моей энергии потянулись вперед, невидимые и тонкие как паутина. Мне надо было знать, нет ли ловушек или ещё каких-то подлостей. Я ожидал от сектантов чего угодно, и они меня не разочаровали.

Храм был не просто строением из камня. Он был живым. Не в прямом смысле, не как человек или зверь, но он… пульсировал скверной. Дышал и жил какой-то извращенной, неправильной жизнью, поглощая всю ци в округе. Сквера проросла в нём, как плесень, окутывая камни.

Я послал нити ци дальше, осторожно, стараясь не привлекать внимания.

Перед моим внутренним взором предстала чёткая картина: природная ци стекалась к храму со всех сторон. Тонкие ручейки энергии, почти невидимые, тянулись из окружающих гор, из земли и воздуха. Медленно, неуклонно, они текли к красно-черному строению, словно вода стремится в воронку водоворота.

Вот почему в горах вокруг было так мало жизни! Вот почему я не мог нормально восстановить силы во время медитации.

Храм высасывал ци из всего живого вокруг, как гигантская чёрная пиявка, впившаяся в само тело мира.

Я проследил за одним из потоков, наблюдая, куда он течет.

Энергия достигала стен храма и… исчезала. Просто растворялась, словно ее никогда не было. Нет, не растворялась. Её поглощало и пожирало нечто внутри.

Тигр зарычал:

Это место неправильное. Оно не должно существовать! Мы должны уничтожить его!

Я согласился с ним. Храм был как рана на теле земли, гноящаяся и отравляющая все вокруг.

Я попытался проникнуть нитями ци глубже, за стены, чтобы почувствовать, что там внутри.

Моя энергия скользнула вдоль каменной кладки, просачиваясь сквозь трещины. Я почувствовал холод камня, пропитанного скверной, почувствовал следы крови, впитавшейся в породу за долгие годы и… остро почувствовал чужую боль!

Я дернулся, едва не потеряв концентрацию!

Внутри храма были живые существа, но искаженные, сломанные, превращенные в нечто ужасное. Их боль и страдание были настолько сильными, что эхом отдавались в духовном пространстве.

Мерзости!

Десятки, может, сотни мерзостей, заточенных внутри. Некоторые в клетках, некоторые на цепях, некоторые просто бродили по коридорам, как охранники.

А глубже…

…Я не мог понять, что именно. Моих навыков не хватало, чтобы проникнуть так далеко, но я чувствовал чьё-то присутствие, древнее и голодное.

Нечто сидело в самом сердце храма, в подземелье, и ждало. Ждало жертв и крови. Его медленное внимание начало сосредотачиваться на мне… Я отшатнулся и поспешил убрать свою энергию прочь. Не хватало, чтобы меня затянуло туда!

Я попытался ощупать нитью ци ворота и стену храма, чтобы понять, как работает защита и найти слабые места, и наткнулся на барьер.

Невидимая стена из темной энергии вспыхнула передо мной. Она была плотной, непроницаемой, сплетенной из множества темных нитей. Я попробовал просочиться сквозь нее, найти брешь, но у меня не хватило сил.

Я видел трепещущие слабым светом места. Это явно была сигнализация. Надо было понять, на что она реагирует, чтобы посчитать меня своим. У сектантов был какой-то пропуск, да и в самом храме они свободно ходили среди мерзостей и те не накидывались на людей… Знать бы что и это и как его добыть.

Я почувствовал, что устал. Пришлось оборвать связь, призывая свою ци обратно. Нити энергии втянулись в мое тело, и я открыл глаза, тяжело дыша. Сердце колотилось в груди. По спине стекал холодный пот. Я потратил довольно много сил…

Я сглотнул, пытаясь успокоиться.

Значит, духовное восприятие не сработает. Стоит мне попытаться исследовать храм изнутри своей ци, и нечто там внутри поднимет тревогу.

Нужен был другой подход.

Я осторожно выглянул из-за валуна, на этот раз используя обычное зрение вместо духовного.

Оглядел храм внимательнее.

Стены были высокими и широкими, в ширину около четырех шагов. На них патрулировали сектанты. Я насчитал как минимум двадцать фигур в темных одеждах с красными полумесяцами на груди. Они двигались размеренно, с интервалом в несколько десятков шагов друг от друга, обходя периметр по часовой стрелке.

Когда один сектант останавливался и оборачивался, остальные одновременно делали то же самое, все до одного, словно невидимая рука дергала их за ниточки.

Я нахмурился, вглядываясь пристальнее.

Тонкие красные линии, едва различимые в предрассветном свете. Они тянулись от груди каждого сектанта куда-то внутрь храма. Причём линия не была связана с частью одежды, она, казалось, была вшита в тело наживую.

Кровавые печати!

Их контролировали напрямую. Все охранники были связаны с кем-то или чем-то внутри, и это нечто управляло ими, как кукловод управляет марионетками.

Как же проникнуть внутрь? Если убьешь одного, остальные узнают мгновенно. Значит, нельзя убивать по одному. Нужно убить всех сразу или не трогать никого.

Я был тут один, и эти оба плана не казались мне реалистичными.

Мне всё-таки нужна команда… Но что делать, если мой отряд заперт за высокими стенами?..

Я должен что-то придумать!

Глава 11. Сталь и Тени

Солнце коснулось края гор, окрашивая небо и скалы в багровые тона. Ещё час, и наступит темнота. Я решил подождать. В ночи у меня было больше шансов на скрытное проникновение.

Ворота внезапно открылись, выпуская большую кавалькаду сектантов, которые с шумом и гиканьем, устремились к выходу из долины. Я проводил их взглядом: куда это они? Впрочем, мне это только на руку, чем меньше врагов в самом Храме, тем проще будет моё проникновение.

Я в шутку толкнул тигра, мол, друг, не хочешь присоединиться к охоте? Раз уж у меня опять нет команды, то почему бы не пригласить того, кто всегда со мной.

Ты ведь ненавидишь скверну, а мой девиз «Руби демонов и истребляй нечисть». Здесь нечисти целое гнездо, им стоит отведать силы Белого Тигра. К моему удивлению, звёздное создание вместо очередной подколки или шутки окатило меня взглядом золотых переливающихся глаз, прищурилось и тихо произнесло:

Ещё не время.

Ну что ж, не время так не время, но попытаться стоило. Меня порадовало, что он не стал отрицать совсем. От его поддержки я бы точно не отказался.

Я ещё раз осмотрел стену, прослеживая связи энергий в барьере и в стенах. Тонкие щупики ци вели на край стены, где ходила охрана. Там через равные промежутки были установлены какие-то каменные конструкции, связанные с сигнализацией. Я присмотрелся внимательнее, усилив зрение ци, и обнаружил, что это колокольчики.

Десятки маленьких нефритовых колокольчиков, подвешенных на тонких нитях, покачивались на ветру, но не звенели, видимо, язычки были чем-то обмотаны или зафиксированы, или они должны были зазвенеть, когда кто-то коснётся барьера на стене.

Умно и эффективно. Если кто-то попытается перелезть через стену или пройдёт слишком близко, колокольчики предупредят охрану. Будь они из металла, я бы с лёгкостью избавился бы от них, но тут был нужен специалист вроде Тао.

Я переместил взгляд на ворота. Массивные, из тёмного дерева, окованные железом. Над ними стояли двое охранников в чёрно-красных одеждах. Оба были культиваторами. Третья звезда у обоих, стабильная и уверенная. Если я ввяжусь в бой и не стану сразу тратить свою ци, то завязну, и подтянутся остальные двадцать.

Если я попытаюсь пройти через ворота открыто, меня остановят. Если попытаюсь перелезть через стену, то колокольчики поднимут тревогу.

Я задумчиво повертел в пальцах свои новенькие дротики…

Хм…

У меня в голове возник план, как стоит попытаться проникнуть в храм.

Я осмотрел местность вокруг храма внимательнее. Плато было относительно ровным, покрытым редкими кустами и валунами. Никакого укрытия, если идти прямо, но с западной стороны склон горы подходил ближе к стене храма, оставляя узкую полосу земли. Там росло несколько сухих искривлённых деревьев, цеплявшихся корнями за камни.

Можно попробовать пробраться там.

Если подойти с той стороны, используя деревья как укрытие, можно приблизиться к стене незамеченным. Дозорные на крыше смотрят в основном на открытое пространство перед воротами и на дорогу. Западный склон — это мёртвая зона, там тупик и обрыв, а скалы настолько круты, что по ним не пробраться.

Но остаётся проблема колокольчиков.

Я прикрыл глаза, погружаясь в размышления. Металлическая ци медленно циркулировала по меридианам, успокаивая разум и обостряя восприятие.

Сигнализация с колокольчиками реагирует на движение. Значит, нужно либо обойти их, что нереально, либо… либо заставить их звенеть, когда и где это мне нужно.

Нужна ложная тревога.

Если я заставлю колокольчики зазвенеть на другом конце стены, охрана побежит проверять. А пока они будут разбираться, что произошло, я проскользну с противоположной стороны.

Простой план, сделать это немного сложнее, но может сработать.

Или не сработать, — скептически заметил тигр.

А что делать? У меня не было времени на сложные планы. Мне нужно было попасть внутрь, пока не начался ритуал.

Тигр больше ничего не сказал, но я чувствовал его одобрение. Он тоже хотел действовать, а не прятаться и наблюдать.

Я дождался, пока стемнеет окончательно. Луна поднялась над горизонтом — почти полная, и скоро она станет идеально круглой. Наступит полнолуние, время ритуала, о котором говорила Сяо Лань.

У меня оставалось совсем немного времени.

Когда очередной патруль обошёл стены и вернулся в храм, я максимально вобрал ци внутрь себя, чтобы не выдать снбя аурой другим культиваторам, и начал спускаться со своей позиции. Двигался осторожно и бесшумно, используя Шаг Ветра, чтобы ступать легко как перышко. Каждый камешек, поехавший под ногой, вызвал бы обвал, и это могло выдать моё присутствие.

Темнота была моей союзницей.

Звериное зрение позволяло мне видеть почти так же хорошо, как днём. Мир окрасился в оттенки серого и синего, но контуры были чёткими, различимыми. Я видел каждый камень и каждую трещину в скале.

Я двигался медленно, осторожно, выбирая путь среди скал. Ноги ступали бесшумно, а вес распределялся правильно. Это было чем-то похоже на охоту, ты либо не издаёшь ни звука, либо добыча услышит и сбежит. В этом случае добычей буду скорее я сам.

Звериные чувства обострились до предела. Ветер приносил мне разговоры охранников у ворот, они жаловались на холод и скуку, и запахи: алхимический дым от факелов, застоявшийся, напоенный засохшей кровью воздух храма и запах скверны. Гадкое место…

Я сжал зубы и продолжил движение.

Я спустился по склону, держась в тени больших валунов. Тропа, ведущая к главным воротам, была хорошо освещена факелами, и там патрулировала стража. Туда я точно не пойду.

Через полчаса я достиг западного склона. Прижался к корням мёртвого искривлённого дерева, вглядываясь в темноту. Стена храма была в тридцати шагах от меня. Колокольчики тихо покачивались на ветру, неслышные, но готовые зазвенеть при малейшем прикосновении.

Дозорные на этом участке двигались предсказуемо. Двое шли по стене навстречу друг другу, встречались в центре, обменивались парой слов или кивками, потом расходились обратно. Весь цикл занимал около трёх минут.

Я наблюдал за ними, отсчитывая время. Один круг. Второй. Третий.

Их маршруты пересекались точно посередине стены. Там была небольшая сторожевая башенка, и оба дозорных на мгновение оказывались повёрнуты к ней спиной, глядя в разные стороны долины.

Это был мой шанс. Несколько секунд, когда оба смотрели не на стену под собой, а вовне.

Я должен быть готов к следующему циклу.

Я достал из-за пояса один из своих дротиков и прицелился, сконцентрировав ци в глазах.

Вот несколько сияющих узлов сигнализации подальше от меня, которые должны сработать на чужую энергию. Расстояние было приличным, не слишком близко ко мне, но и не слишком далеко, иначе я потеряю контроль над звёздным металлом и не смогу его вернуть, а я не собирался оставлять такой подарок (и улику) сектантам.

Металлическая ци потекла в мою руку, а потом и в дротик, напитывая его до предела. Столько энергии точно должно потревожить сигнализацию, создавая иллюзию ци человека. Я замер, отслеживая дыхание охранников у ворот, ритм их шагов и направление ветра.

Всё должно быть точно, ведь у меня одна попытка.

Вдох. Выдох.

Вперёд!

Дротик с тихим свистом вылетел из моей руки, тонкой стрелой прорезая ночь. Я не смотрел, куда он летит, я прекрасно ощущал его, оставив тонкую нить ци, чтобы вернуть оружие, когда оно выполнит свою задачу. Вместо этого я уже двигался, скользя вдоль склона к западной стене.

Тун!

Я тут же дёрнул дротик обратно, и оружие через секунду оказалось у меня в руке. Ци в нём осталось меньше одной пятой, именно столько потребовалось на активацию сигнализации.

Через удар сердца послышался звон.

Дин-дин-дин-дин!

Колокольчики на стене разразились звоном, громким и нервным в ночной тишине.

— Тревога! — крикнул один из охранников у ворот.

Я слышал топот ног и лязг оружия. Ворота распахнулись, и наружу высыпали сектанты, не только охрана, но и те, кто был внутри. Шесть, семь, восемь человек! Все побежали к стене, где звенели колокольчики. Те, кто ходил по стене, сбежались к месту тревоги.

Я не стал терять время.

Рывок к западной стене! Три прыжка, и я был у её подножия. Оттолкнулся, используя усиленные Шаг Ветра и взмыл вверх. Ещё один рывок — оттолкнулся прямо от воздуха, как тогда, на реке! — и я уже на верху стены.

Колокольчики здесь тоже были, но я, бесшумно и легко, как кошка, приземлился с другой стороны от них, на широкий каменный парапет и тут же скользнул вниз, в тени внутреннего двора. Мне чудовищно повезло, потому что там никого не было. Все охранники столпились с факелами и фонарями на соседней стене, разбираясь с ложной тревогой.

Я перетёк в тень здания, и прижался к стене. Сердце колотилось, но не от страха, а от возбуждения. Тигр внутри напрягся пружиной. Мы оба были готовы действовать!

Я огляделся, оценивая обстановку.

В центре возвышалась главная башня, сложенная из камня, массивная, квадратная, с узкими окнами. Три этажа чёрного камня с узкими окнами. На первом этаже выделялся вход: массивные закрытые двери. На втором и третьем были освещённые окна, в которых двигались тени. Наверху под крышей пагоды угадывался колокол.

Я не видел, чтобы наверху стояли дозорные. Это заметно всё упрощало…

Вокруг главного здания кольцом шли более низкие постройки: казармы, склады и бараки. Всё было выдержано в одной серо-чёрной гамме, словно сам камень впитал в себя мрак и скверну. Впрочем, в темноте было сложно различать цвета даже мне.

Внутренний двор храма был вымощен серым камнем. В центре действительно стоял алтарь. Это была большая каменная плита, покрытая тёмными вонючими пятнами, которые я предпочёл не разглядывать слишком внимательно. Вокруг алтаря были расставлены факелы в железных держателях, бросающие вокруг мрачный красноватый свет, тусклый и неживой. От него было больше теней, чем пользы для сектантов.

Позади главного здания виднелась ещё одна постройка, почти скрытая в тени, меньше остальных и приземистая. Оттуда не исходило ни света, ни звука, но слабый отклик от наручей шёл именно оттуда, причём откуда-то снизу.

Значит, туда я и должен был попасть. Если моих людей держат в плену, они будут либо в подземелье. И это должно быть хорошо оборудованное место для сдерживания культиваторов, потому что такие монстры как Тао и Юэ Ган способны разнести всё в дребезги и пополам.

Сверху со стены донеслись голоса:

— Ничего нет!

— Может, ветром задело?

— Или животное какое-то?

— Проверьте ещё раз! Мастер Сюэ Гу не потерпит небрежности! — рявкнул главный, и охрана продолжила суетиться.

Упоминание имени заставило меня напрячься. Мастер Сюэ Гу. Надо полагать, это местный глава. И, надо полагать, что хозяин этого гнилостного места отнюдь не божий одуванчик. Оставалось только догадываться, зачем ему культиваторы, но если был алтарь с пятнами крови…

Проклятье!

Надо поторопиться, я не прощу себе, если кто-то из моих людей окажется на нём.

Во дворе всё ещё была суматоха, и я старался двигаться подальше от неё. Сектанты бегали, выкрикивая приказы:

— Проверить весь периметр!

— Где этот проклятый нарушитель?!

Большая часть охраны действительно сбежалась к противоположной стороне двора, но не все.

Во дворе осталось около десяти сектантов. Они продолжали патрулировать, проверяли углы и оружие у них было наготове. Похоже, на случай срабатывания тревоги, у сектантов был запасной план, чтобы не оставлять весь храм без охраны, ведь тревога может быть отвлекающим манёвром.

Тц... Умно, но раздражающе.

Я двинулся вдоль стены, держась в тени. Ноги сами несли меня к той небольшой постройке позади главного здания. Инстинкт подсказывал, что именно там я найду то, что ищу. Приблизившись и скрывшись в тени от здания, я выглянул и осмотрел нужную постройку.

Вход охраняли четверо сектантов в тяжёлых доспехах.

Оттуда шёл сигнал наручей. Мне нужно было туда.

Но как?

Обойти по открытому двору — самоубийство. Меня заметят в одно мгновение. Нужно двигаться в тенях, используя постройки как укрытие, или же…

Я огляделся. Я был около одного из складов, быть может мне пройти по крышам, прячась за гребнями? Дальше, на расстоянии около десяти шагов, была крыша другого здания, пониже. Потом ещё одна. И ещё. Они образовывали неровную цепочку, ведущую к тёмному зданию.

Оставалось надеяться, что действительно нет дозорных на колокольне, ведь оттуда виден весь двор, или они смотрят в другую сторону.

Шаг Ветра!

Я мягко подпрыгнул и тут же подтянулся на руках, стараясь, чтобы ни единая черепица не скрипнула. Медленно и бесшумно, я пополз к гребню крыши.

И вовремя! Дозорный внизу прошёл мимо, не поднимая головы. Я замер и затаил дыхание, пока он не скрылся за углом. Край крыши скрывал меня от его взгляда, а тень от стены скрывала меня от охранников на ней.

Шаг Ветра! Прыжок!

Я перелетел проход и мягко приземлился на черепицу следующей крыши, распределяя вес, чтобы не было звука. Медленно-медленно начал передвигаться в тени, а потом…

Ещё один прыжок. Ещё один!

Я двигался как тень, скользя по крышам, прячась выступами, когда кто-то из охраны проходил мимо.

Дважды мне пришлось замереть совершенно неподвижно, когда дозорный останавливался прямо подо мной. Я слышал его дыхание. Он постоял, оглядываясь, потом плюнул на землю и пошёл дальше.

Я выдохнул, когда он скрылся из виду и продолжил путь.

Наконец я достиг крыши последнего здания перед главной башней. Отсюда до входа было около двадцати шагов открытого пространства.

Я затаился на крыше, прижавшись к холодной черепице. Мне открывался хороший обзор на всю заднюю часть двора, где находился вход в подземелье, и часть стены.

Четверо охранников стояли у массивных деревянных дверей, обитых железом. Они были начеку, их руки лежали на рукоятях оружия, а взгляды постоянно пробегали по двору. Сразу видно — это профессионалы, элита, а не те нытики, что стояли у главных ворот и жаловались на скуку.

Я осторожно напряг своё духовное зрение, концентрируя металлическую ци в глазах. Мир вокруг снова слегка изменился: краски потускнели, но я начал различать потоки энергии, невидимые обычным глазом.

От алтаря в центре двора тянулись тонкие красные нити, кровавые связи печатей. Они шли к охранникам на стенах, опутывая их как паутина. Если один из них умрёт или потеряет сознание, печать сработает и поднимет тревогу.

Но четверо у двери в подземелье…

Я присмотрелся внимательнее.

Нет, эти четверо были связаны только между собой. Их печати формировали отдельную сеть, замкнутый круг, независимый от алтаря. Видимо, отдельная охрана тюрьмы, не подчинённая общей системе контроля и сигнализации.

Это было и хорошо, и плохо.

Хорошо — потому что если я убью их, главная тревога не сработает.

Плохо — потому что их печати связаны между собой. Если умрёт один, остальные трое мгновенно это почувствуют. Нельзя позволить втянуть себя в драку. Значит, убить нужно всех четверых одновременно, причём настолько быстро, что они не успеют среагировать.

Я оценил расстояние. От моей позиции до них было около пятнадцати шагов. Они стояли парами: двое слева от двери, двое справа. Расстояние между парами — три шага. Между охранниками в каждой паре был один шаг.

У каждого на поясе висели ключи. Я различил их даже в тусклом свете факелов, моя ци реагировала на тяжёлые железные связки. Значит, дверь в подземелье была заперта, и без ключей мне не пройти.

Я не мог просто пройти мимо них. Значит, выход у меня только один без вариантов. Я достал свои дротики и взвесил их в руке, прикидывая шансы.

Я вложил металлическую ци в дротики, чувствуя, как энергия окутывает их и проникает в структуру металла. Он охотно откликнулся и тоненько запел.

Я посмотрел налево, туда, где в углу двора стояла жаровня на треноге. Рядом с ней были сложены какие-то тюки и мешки из грубой ткани. То ли запасы для сектантов, то ли трофеи. Не знаю, смогу ли я опрокинуть тяжёлый светильник, но вот выгрести оттуда некоторое количество углей… Мешки, сухие и пыльные, выглядели очень многообещающими.

План сложился в голове за несколько ударов сердца.

Оставалось только понять, сколько у меня времени между патрулями. Охранники ходили и по стене, и по двору.

Я выжидал, не двигаясь, контролируя дыхание. Сердцебиение замедлилось, а мышцы расслабились.

Через несколько минут по стене прошёл дозорный, один из патрульных сектантов с факелом. Он обошёл периметр, проверил колокольчики, бросил скучающий взгляд на двор и исчез за углом.

Я начал отсчёт.

По двору прошёл охранник, напротив входа в тюрьму он съёжился и под пронзительными взглядами четвёрки постарался как можно быстрее проскочить неприятное место. Похоже, даже сектантам подземелье внушало уважение и страх.

Двести ударов сердца. У меня было двести ударов сердца на всё.

Я приподнялся на крыше, балансируя на коньке. Ветер растрепал волосы, но это не сбило моей концентрации. Всё моё внимание было сосредоточено на цели.

Металлическая ци потекла из даньтяня по меридианам к рукам. Я поднял дротики, прицелился.

Первая цель — жаровня.

Лети.

Дротик метнулся из моей руки. Я вёл его, с помощью ци корректируя траекторию в полёте.

Дротик ударился в верхний край жаровни сбоку. Тренога чуть качнулась, угли посыпались, но сама жаровня не опрокинулась на тюки с тканью.

Второй дротик я направил туда же, чтобы разворошить угли, разбросать их по ткани.

Сухая материя вспыхнула почти мгновенно. Красно-оранжевое пламя полыхнуло, жадно пожирая топливо.

Назад!

Дротики развернулись в воздухе и полетели обратно ко мне. Я поймал их левой рукой, даже не глядя, доверясь инстинкту.

Внизу, во дворе, один из охранников заметил огонь, остальные трое, связанные с ним, дёрнулись и обернулись.

Сейчас! Пока они отвлеклись и прежде чем закричат «Пожар!»

Я метнул оба дротика одновременно усилив их до предела.

Левый — в горло охраннику слева.

Правый — в горло охраннику справа.

Металлическая ци направляла их, ускоряла, делала траекторию безупречной.

Два точных одновременных удара: два тихих хруста, когда металл вошёл в плоть и пробил позвонки!

Оба охранника дёрнулись, схватились за горло. Кровь хлынула между пальцев. Они попытались закричать, но из перебитых трахей вырывалось только бульканье.

Прыжок с крыши! Шаг Ветра усилил его, перенося меня через пятнадцать шагов расстояния за долю мгновения.

Двое оставшихся обернулись, увидев падающих товарищей, но не успели понять, что произошло, потому что я уже обрушился на них сверху.

Я приземлился между двумя оставшимися охранниками. Правая рука уже вытянула меч из ножен. Клинок со свистом описал дугу, а металлическая ци окутала лезвие, делая его острее любой бритвы. Удар получился точным и чистым, Ван Тэ мог бы мной гордиться.

Меч прошёл через горло первого охранника, почти не встретив сопротивления. Голова осталась на плечах, но трахея и артерии были перерезаны.

Второй охранник среагировал быстрее. Его рука метнулась к мечу, начала вытаскивать клинок из ножен, а рот открылся для крика, но для меня это было слишком медленно.

Моя левая рука уже изменилась. Пальцы удлинились, ногти превратились в когти, а белый мех инеем проступил на тыльной стороне ладони. Частичная трансформация руки и только на одно мгновение!

Удар когтистой лапой по груди и шее!

Когти прошли сквозь доспех, позвоночник и проломили рёбра. Я почувствовал, как они пронзили сердце. Охранник моргнул, глядя прямо на меня, захрипел и обмяк, заваливаясь назад.

Всё заняло четыре удара сердца. Может, пять.

Кровавые печати на их груди вспыхнули красным, а потом погасли. Связь разорвалась, но тревоги не было. Все четверо умерли практически в одно мгновение, и печать не успев передать сигнал об опасности, просто перестала существовать.

Я опустил тела на землю осторожно, стараясь не шуметь. Мои руки быстро работали: я снял с поясов ключи, наскоро проверил карманы и забрал дротики.

Щёлк!

Я открыл дверь в подземелье. Тяжёлая створка поддалась практически бесшумно, и дверь распахнулась, открывая тёмную лестницу вниз.

Я схватил первое тело за плечи и затащил внутрь. Потом второе, третье и, наконец, четвёртое. Сложил их в тени у стены, за дверью, там, где их не будет видно, если кто-то мельком заглянет внутрь.

После этого я прикрыл дверь, но не запер. Не хватало ещё отрезать себе единственный выход.

…И в этот момент послышались шаги.

Патруль!

Я слышал, как шаги сектанта приблизились из-за угла. Человек зевнул, потянулся и замер.

Тюки уже полыхали вовсю, распространяя вонючий дым.

— Пожар! — заорал дозорный. — Пожар во дворе! Все сюда!

Судя по шагам, он бросился к горящим тюкам.

Послышался ещё топот, это из главного здания высыпали сектанты! Все побежали тушить пожар, таская воду из колодца во дворе.

Никто не обратил внимания на дверь в подземелье. Никто не заметил отсутствие четырёх охранников. Все были заняты огнём. У меня теперь есть несколько мгновений в запасе…

Пока пожар отвлёк охрану и путь к отступлению открыт, оставалось только одно: найти пленников и вытащить их.

Я начал спускаться по каменным ступеням в глубину подземелья, туда, где зеленоватые факелы бросали мертвенный свет на стены.

=====================================================================

Друзья, если вам понравилась книга ставьте лайки и добавляйте в библиотеку. Если читаете с телефона, то можно нажать на три точки в правом верхнем углу и выбрать "Нравится". Так автор будет знать, что история действительно нравится ❤️ Плюс, для новых читателей это будет показателем, что на данную книгу стоит обратить внимание и она будер выше в жанровом рейтинге ❤️