Ледяной коготь

Глава 1

Ветер швырнул в лицо пригоршню снега, и Сергей поспешно прикрыл лицо рукой. На поверхности было безрадостно, тускло и холодно, но именно тут предстояло ему провести следующие десять лет.

- Компенсаторы включи, дурик. – Позади загрохотало, огромная тень заслонила собой свет прожекторов на трапе, и рядом опустился сержант. – Хребет сломаешь, как только второе солнце взойдет.

- Так точно. – Сергей поспешно вдавил кнопку на мастер-перчатке. Ничего не изменилось, разве что приводы костюма заработали в новом ритме.

- Надолго к нам? – Смягчился сержант. Рыжие пышные усы, чуть вздернутые брови, почти красивые черты лица, если бы не одна мелочь, вместо левого глаза оптический протез, а от виска до подбородка, пересекая щеку длинный, уже почти зарубцевавшийся, шрам.

- Полная вахта, десять лет.

- Почти срок.

Позади загрохотало. Техники начали выгружать кейсы с медикаментами, и его, Сергея, оборудование.

- А я думаю, зачем нам научный корпус. – Костюм сержанта отличался от того в котором был Сергей, пусть даже тем, что был уже не нов. Старая боевая модель, «Зимний коготь», используется для патруля и рейдов в тыл противника. Диверсионный комплект, форсированные двигатели в ранце за спиной, излучатели ближнего боя.

- На Когтя смотришь? – Сержант понимающе кивнул. – Поливанов.

Рука в перчатке ухватилась за ладонь Сергея и тут же отпустила.

- Прохоров. Да смотрю. Зачем диверсанты на станции?

- А мое какое дело? – Снова расхохотался сержант. – Мой взвод тут стоит в охранении, да и пес с ним. Солдат спит, служба идет. Опять же, северные платят, межпланетные. Парни сыты и довольны, а главное, всегда занятие есть. То коллектор прорвет от перепада температур, так ты возьми да перебрось материал к точке аварии. Техник у нас один, так что приходится, так сказать, совмещать. Пару недель назад вездеход у геостанции на брюхо сел, так если бы не мои парни, получили бы пару двухсотых из обслуги. Мне то надо?

Что-то защекотало в воротнике, Сергей поспешно захлопнул стекло гермошлема.

Вспыхнула картинка.

- Сергей, до вас опять не дозвониться! – Пожилая дама, научный руководитель проекта Сергея Прохорова, перебирая бусы из крупного жемчуга на шее, сурово зыркнула на Серегу, да так, что тот отключил консоль, мигом оказавшись в своей комнате в общаге. Поиграл блин.

- Эльза Венедиктовна, чем обязан?

- Сергей, у вас короткая память. Вы обещали быть в лаборатории, чтобы помочь разгрузить реактивы. Вы, и еще два ваших одногрупника. Я хочу напомнить, что у вас несколько несданных лабораторных работ. Впрочем, если вы не нуждаетесь в преференциях и готовы сами и в кратчайший срок закрыть долги…

- Шантажистка. – Леха Степанов шел рядом с Сергеем, кутаясь в короткое пальто. Шапку Леха надвинул почти на брови, из-за чего больше был похож на пловца. – Только и может Эльза, что студентов эксплуатировать.

- Да ладно тебе. – Сергей ощупал карман в поисках студенческого проездного, толкнул дверь и вышел из общежития. В городе наступала зима. Холодный северный ветер безжалостно срывал с деревьев остатки красно-желтой листвы, сушил лужи, выстуживал каменные однотипные строения студенческого городка, из-за чего там становилось серо и неуютно. Мимо проехала маршрутка, забитая пассажирами, пожилой мужчина в отдалении меланхолично вышагивал по дрожкам парка, выгуливая на рулетке своего четвероногого питомца, а тот, кажется Джек Рассел терьер, сосредоточенно выискивал что-то в куче осенней листвы.

- Что - ладно тебе! – Продолжал возмущаться Леха. – Димона с параллельного потока заставила на цветном принтере методички распечатывать. Он у отца на работе почти целый цветной картридж извел. Вот ему от родителя влетело-то небось, по первое число. – Леха печально вздохнул и засунул руки поглубже в карманы.

- Не горюй. – Усмехался Сергей. – Пара месяцев осталось. Подтянем хвосты, защитим диплом и поминай как звали «родную Alma Mater». Навещать, кстати, думаешь родной вуз?

Двинулись по гравийной дорожке, потянулись по бокам высокие стройные каштаны. Леха только плечами пожал.

- Может и буду. У меня и хорошие воспоминания об учебе были.

- А я вот нет. – Серега хитро прищурился. – В прошлый раз, когда день учителя на кафедре отмечали, декан наддал лишнего, и разоткровенничался. Знаешь, как он может, да? Выпятит значит губу, руки в карманы своего пиджака засунет, чтобы только большие пальцы торчали, и двигает речугу. Студенты, мол, никогда не посещайте ВУЗ после выпуска. Почему, так я отвечу. Посещают его только самые бездари и лентяи, а умные да талантливые навсегда дорогу забывают. Вот так то, молодые люди, на ус мотайте…

- А похоже, – Леха шмыгнул носом. – вон, маршрутка. Городского еще не известно сколько ждать придется. Рванули!

Замахав руками и заголосив, Леха бросился в сторону остановки, куда подкатывала старенькая пассажирская газель. Сергей бросился вслед за ним, и вот уже через минуту они сидели в тесном салоне на пластиковых сиденьях и считали деньги на проезд. Когда нужная сумма была передана водителю через сидящих впереди пассажиров, Леха уткнулся в телефон, листая одним пальцем ленту в социальной сети, а Сергей вставил в уши наушники, отвернулся и уставился в окно. В отличие от Лехи, который приехал учиться из Новгорода, он был коренным жителем. Ну, как коренной, родился-то и вырос тут, а вот поступал в ВУЗ уже проживая в области. Время, которое приходилось тратить на дорогу от дома до института оказалось немного меньшим, чем то, которое считалось достаточным обоснованием для предоставления общежития, так что пришлось немного смухлевать, и вот, в свои юные годы Серега оказался в общаге, дабы вкусить все прелести взрослой жизни. Вкусил он их порядочно. Жил на килограмме гречки и двух банках тушенки почти две недели, участвовал в студенческих попойках, дрался с недоброжелателями с другого курса, работал по вечерам официантом в кафе, и к концу обучения был образчиком обычного студента-лоботряса, из тех что накануне экзаменов высовывают зачетку в форточку и надсадно орут, призывая халяву. Была у него, правда, одна слабость, компьютерные игры, и именно из-за них появлялись у него и хвосты по предметам, и пропущенные дни занятий, но природный ум и житейская хитрость подростка позволяли ему какое-то время держаться на плаву. Вот и сегодня, когда его вырвали из объятий нового сеттинга, он как раз пробовал новую версию шутера «Ice Claw», недавно прибредшего мировую популярность. Сначала игроделы выпустили только линейное прохождение, дали бету, и та, оказавшись в сети, порвала все рейтинги. Лучший шутер всех времен и народов, ну если ты только увлекаешься космической фантастикой. Сюжет был прост как три копейки, а кат-сцены рассказывали о том, как молодой ученый прибывает на дальний аванпост Земной Республики, чтобы разгадать тайну ударившего в планету астероида. Вроде бы все просто, и совершенно обычно, но было в игре что-то такое, что цепляло всех от мала до велика. Проработанный мир, реальные диалоги, такие, будто с живым человеком разговариваешь. Порой не верилось, что обычный ЭнПиСи может так вразумительно и развернуто ответить на обычные вопросы. Были и плюшки, вроде поломки оружия, отсутствия медикаментов, можно было получить вред просто подвернув ногу при пересечении чахлого северного леса, и тем осложнить себе жизнь. В общем, ЭнПиСи затягивал. Для полного погружения Сергей даже приобрел себе очки виртуальной реальности и игровые перчатки с манипуляторами. Ну как приобрел, слезно выпросил у родителей, обещая, что идет на красный диплом. Девайсы были получены, а ложь состоялась, из-за чего Серегу грызла проклятая совесть, да так, что он в какое-то время даже начал нормально учиться, но тут случилось страшное. Геймдевы объявили о выпуске аддона к игре, в котором, о чудо, можно будет играть по сети, а также запустили вирусный ролик, в котором парень в игровом костюме, выпущенном специально под физику игры, наслаждался игровым процессом.

Инсайдеры в ролике заявили несколько характеристик. Костюм давал все, от ощущения ветра на коже, до прямых попаданий из энергетического оружия. Конечно, по заявлениям производителей, сам костюм был полностью безопасен, но главное в нем было это шлем. Лучшая передача видео и аудио ряда, максимальный фэпээс, которого нельзя добиться ни на одном ПК, или современной игровой платформе.

Серега переключил трек, печально вздохнув. Он, как и большая часть игрового мира, понимал, что такой девайс будет стоить ну очень дорого, и, когда наконец у него появится возможность купить такое себе, в личное пользование, пройдет немало времени. Оставалась надежда на возможность взять диковинку в прокат, или купить подержанную на Ебее, но надежда была весьма призрачной.

- Выходим. – Леха потянул Сергея за рукав. – Вон, машина у института, около центрального входа.

Серое здание учебного заведения, когда-то передовое и высокотехнологичное, теперь смотрелось как серый уставший исполин, с потухшими от времени глазами. Десять этажей стекла и бетона, широкая выщербленная лестница, железные двери на входе и бесчисленный автотранспорт на учебной парковке, вот все что осталось от былого величия.

Рядом с автомобилем уже толпились студены, помогая разгружать тяжелые ящики, а в холле, прислонившись к колонне, за всем этим через очки в дорогой итальянской оправе, наблюдала Эльза Венедиктовна, зябко кутаясь в норковую курточку. Увидев прибывших, она указала пальцем с идеальным маникюром в сторону разгрузки.

Курили тут же, на заднем дворе. Кто-то просто стоял, считая ворон, кто-то общался на учебные темы, а зачастую разговор заходил в такие дали, что и подумать страшно. Серега, не курящий, прибывал тут только для того, чтобы исчезнуть с глаз Настойчивой Эльзы, как, за глаза называли зама декана его факультета, и по совместительству, руководителя дипломного проекта. Участь не завидная. Эльза, по мнениям студентов, вообще никого не любила, кроме собственных кошек. Не было у нее ни фаворитов, ни тех, кого она, наоборот, на дух не переносила. Она, казалось, презирала всех своих подопечных одинаково. В курилке, кроме Сергея находился Леха, и их старый приятель Владька, с соседнего потока, по занимаемой должности старший лаборант, а по сути, прикованный к пробиркам на ближайшие несколько лет, пока еще не состоявшийся магистр, и конечно же обсуждали тут игровую жизнь. Что же еще?

- Коготь - это вещь. – Авторитетно заявлял Владька. – Лучший геймплей со времен Таркова. Если туда еще онлайн запилят, так вообще будет крышеснос.

- А когда запилят, когда запилят? – Философски отвечал Леха, стряхивая пепел от сигареты в лужу, куда уже поместил часть своего левого ботинка. – Там же без костюма вообще не продохнуть будет. Ни одна машина не потянет, чего только думают? Игры для богатых? Бред. Разорятся, в трубу вылетят. Вспомните, как винду одиннадцатую запускали. Сколько пыжились, мол поддерживаем только последние камни. И ничего, как миленькие, выпилили все заглушки, рынок, так сказать, продавил.

- А я думаю, что это просто рекламный ход. – Парировал Сергей. – Очки-то только под сотню стоят. Никто не будет покупать костюм. Аддончик введут, мол перс там будет в нем бегать, и будут его премиальное светить, а мы будем на него донатить.

- Ну не скажи, брат. – Продолжил Владя. Братом он разуметься Сергею не был, да и родственной связи у них не водилось, так что слово это — «Брат», он прибавлял разве что для повышения собственного авторитета в компании. – Вот у моей сестры муж работает в конторе, знаешь какой? ДжиЭм.

Все прекрасно знали, что подразделение, выпустившее «Ледяной Коготь», именно ДжиЭм Северо-запад, располагалось в родном городе, но вот о причастности к тиму легенде Владя сообщал впервые.

- И что? – Поинтересовался Леха. – Мало ли кто где работает и что набрехать может.

- Мало не мало, а он сказал, что над костюмом как раз они и трудятся. У них даже доступ к сетевому сервису есть.

- И как к ним попасть? – Заинтересовался Сергей.

- Ну как? – На лице Влади появилась глумливая усмешка. – Сначала универ надо закончить, потом опыт в профессии получить, пару лет поработать в джунах, потом пройти у них собеседование, а после, когда в саппорте посидишь, может к разработке и допустят.

- Ага, когда поседею и зубы выпадут. – Леха скривился и, затушив сигарету о мокрую подошву ботинка, одним уверенным движением отправил окурок в железное ведро.

С того разговора прошел месяц, и он почти стерся из памяти, если бы не одно событие, которое произошло с Сергеем двенадцатого числа, в понедельник, когда он, выключив компьютер, отправился в туалет. Санузел на этаже был общий, так что пришлось немного подождать в импровизированной очереди, и не оставалось ничего другого как пялиться в экран собственного телефона. Событие, впрочем, инициировал не глюк, или тайное зашифрованное отправление по почте, а обычный телефонный звонок.

- Серый, даров.

- И тебе не кашлять, Владя. Ты чего так рано?

- Да вот, новости есть. Короче, помнишь, я говорит, что муж сестры моей старшей в ДжиЭме работает?

- Ну, помню что-то.

- И то, что они костюмчик юзают, баги исправляют. Вроде как вещь реальная.

- Ну. – Сергей с тоской посмотрел, как медленно происходит его движение в сортир, затосковал по персональным удобствам и готов был уже закончить разговор, как тут в трубке прозвучали почти магические слова.

- Серый, вписка есть. Я сначала Лехе позвонил, но он с короной сидит. Потом сразу тебе.

- Что за вписка? – Воспрял духом Сергей, почти забыв о малой нужде.

- Можно на бэта-испытания костюма попасть. Даже платят. Пятьдесят долларов в час. Прикинь! Только отбор жесткий. Возрастной ценз, здоровье. Прикинь, гамать по люксу, и еще филок зарубить. Джекпот, мать его!

- А сам чего не пошел?

- Так не могу я. Знаешь же, у меня астма, а там костюм, шлем.

- Астма у него. – Скривился Серега. – Сам курит как паровоз. Ну, так что, развод?

- Зачетом по схемотехнике тебе клянусь, Серый. Мне, короче, задание дали, найти пару увлеченных ребят, ты вот первый пока. Займусь потом. Хочешь заработать, или нет?

- Конечно хочу. Притом так.

- Тогда я тебе сообщение сброшу. Собес к пяти.

Офис ДжиЭм располагался в центре города, в старинном особняке на набережной. Место самое что ни на несть пафосное и дорогое, опять же обслуживание парка вокруг стоит немалых денег, а он, надо признаться, пребывал в идеальном состоянии. Ни вывесок на старинном фасаде, ни какого-либо движения у главного входа не было, так что Сергей даже проверил адрес, а потом повторно вбил его в навигатор на телефоне. Тот услужливо сообщил что до цели каких-то триста метров, и умело проложил маршрут для автомобиля. Пешим ходом к особняку нужно было преодолеть метров десять, пройти мимо выключенного на зимний период фонтана, потянуть за кольцо в пасти льва и, распахнув дверь, попасть наконец в святую святых всех геймеров современного мира.

С недавних пор появилась такая фишка в городе. Фасады зданий оставляли в первозданном виде, чтобы сохранить архитектурный облик исторического центра, реставрировали их, а внутренние помещения подлежали полной перепланировке и модернизации, превращаясь в современные и удобные офисы с новыми коммуникациями и сетевой инфраструктурой. Так было и в этом здании. Белые стены, пестрящие мотивационными плакатами, кресла-капали в лаундж-зоне, огромный холодильник при входе, забитый прохладительными напитками. Сергея встретила приветливая девушка в бежевом худи с бейджем на груди - «Надежка» и мелко что-то о должности.

- Вы к кому, молодой человек?

Очарованный происходящим, Сергей понял, что подготовленная речь вылетела у него из головы и сейчас там пустота и северное сияние.

- Секундочку. – Вытащив из кармана телефон, он быстро нашел присланное Владей сообщение. – Я в отдел инсайд гаджетов, к Петрову, по поводу костюма.

- Ах это? – Надежда взмахнула ресницами. – Да, нас предупреждали. Сейчас, я только позвоню.

Краткий звонок, и вот Сергей уже идет по коридору, с интересом вглядываясь в происходящее за стеклянными перегородками. Путь пролегал мимо десятков мониторов с кодом, с подсвеченным синтаксисом, мимо закрытой двери с надписью: «Звукостудия», откуда доносятся громкие голоса и грохот оружия, мимо ряда муляжей с оружием. Вот они, артефакты, за обладание которыми каждый геймер может и душу продать. Импульсная пушка «Рейдер», под стеклом, на прозрачном кубе. Рядом вовсе фантастическое оружие - «Импульсный хлыст», способный, ну разумеется, только в игре, в один удар разделить гранитный валун на две аккуратные половины. Но настоящий трепет вызвал, конечно, костюм. Почти настоящий, нет, не игровой, мифический манипулятор, а боевой, рейдерский. Потертости на нем видны, опалины, следы когтей.

Любуясь этим сокровищем, Сергей и не заметил, как подошедший человек жестом отпустил девушку, и затем, постояв какое-то время, с ухмылкой покашлял в кулак.

- Да, да. – Сергей в испуге обернулся.

- Нравится? – Мужчина, молодой еще, но уже сединой, тронувшей виски, с крупными веснушками, рассыпавшимися на носу и под глазами, в толстовке с Роком и Мирти, и огромными наушниками, покоящимися сейчас на шее, довольно подмигнул. – Сергей?

- Да. – Выдохнул Серега, мигом ответив на два вопроса сразу.

- Владька тебя прислал? Обормот.

- Да.

- Да ты, смотрю, парень неразговорчивый. – Мужчина рассмеялся, поймав смущенный взгляд Сереги, и поспешил представиться. – Федор меня зовут. Значит так, ты будешь у нас тестировать костюмчик.

- Так он есть?

- Конечно. Вполне себе живой экземпляр.

- А чего сами-то не тестируете?

Федор с улыбкой покачал головой.

- Да натестировались уже. Некоторые, к примеру, и вовсе отказываются. Говорят - это им нафиг не надо.

- Да быть не может. – Не поверил собственным ушам Серега.

Глава 2

- Может, может. – Федор подхватил Сергея под локоть и повел по коридору. – Да и потом, больше данных. Нейросеть обучаем. Тебе всего и надо, что играть, да если что заметишь, сообщать голосом.

- А что, например? – Заинтересовался Сергей.

- Ну, мало ли, голова у кого из неигровых отвалится, или можно будет по воздуху бегать. Крэши-то мы сами выявляем, а вот лоску навести перед продакшеном нужно остро. Ну что, заинтересовал я тебя?

- А то! – Воскликнул Сергей, не особо заботясь, как его восторженное восклицание может выглядеть со стороны. Ему, по большому счету, плевать было на то, что и как могут интерпретировать. Он мог коснуться того, что еще долгие годы не будет доступно его сверстникам, получить несравненный опыт, а заодно и заполучить неслабое вознаграждение.

- Ну тогда сговоримся. – Федор остановился около безымянной двери, толкнул ее, и Сергей оказался в медицинском кабинете. – Но сначала здоровье. Аллергия на полимеры, клаустрофобия, сердечная недостаточность?

Не дождавшись ответа, Федор развернулся и затопал прочь по коридору, а Сергей шагнул в комнату. Обычный медицинский кабинет. Да, ультрасовременный. Множество оборудования, яркий белый свет, куча мониторов, обилие информации в цифрах и графиках. Посреди всего этого медицинского великолепия сидела миловидная особа лет двадцати пяти, и из всей медицинской принадлежности на ней был разве что бейдж, на котором значились должность и имя. Последнее было напечатано столь мелко, что сразу и не разобрать.

- Присаживайтесь. – То ли доктор, то ли медсестра, указала на удобное кожаное кресло. – Как себя чувствуете?

- Нормально. – Серега пожал плечами.

- Эпилепсия, клаустрофобия?

- Да не было.

- А среди родственников такие случаи были?

Сергей честно попытался вспомнить, были ли у него в роду эпилептики с боязнью закрытого пространства, но на ум ничего не пришло.

- Замечательно. – Улыбнулась доктор. – Сейчас снимем показатели с биоритмами, и если все нормально, то можете приступать.

Парень уже было приготовился что на него навешают кучу датчиков, наденут на голову сетку с проводами, идущими к хитрым приборам, но вместо всего этого, дама сняла с полки белый шлем, больше похожий на мотоциклетный, с той лишь разницей, что забрала на нем не было.

- Это виар-мед. – Пояснила девушка. – Сейчас ты его наденешь, и я пущу тебе видеоряд. Реакция будет сниматься со зрачка. Если ты почувствуешь недомогание или у тебя возникнут неприятные ощущения, сообщи сразу, мы прервем процесс.

Подключив к интерфейсному разъему кабель, она подала шлем Сереге, и тот водрузил его на голову. В нос ударил запах антисептика, щеки и лоб закрыл мягкий поролоновый уплотнитель.

- Готов?

- Ага. – Серега мотнул головой, и тут же мир перед ним расцвел, побежала картинка, сплошные цифры и странные закорючки, похожие на смесь китайских иероглифов и наскальной живописи. Некоторые из них был забавны, вроде скрюченного человечка, державшего на ладони букву «Х», другие походили на уродливые физиономии азиатских демонов, с выпученными глазами и длинными клыками, торчащими из перекошенной пасти, но по существу это была полная и бессвязная абра-кадабра. Дальше пошли визуальные приколы. Перед глазами появился голубь, белый, почти светящийся, завис и неспешно шевеля крыльями направился в его сторону. Птица приближалась невыносимо долго, движения ее были замедленны, так что Сергей в полной мере мог рассмотреть каждое ее движение, каждое перо в крыле, увидеть блеск в крохотных черных глазах. Миг и картинка поменялась, начал появляться какой-то пейзаж. Внезапно всплыл из белой мути ледяной утес, картинка начала разбегаться фокусировкой по краям, пока не скрылась за пределы видимого диапазона. Вокруг раскинулась ледяная равнина, белая и смертельная, такая какую он сегодня с утра видел на экране собственного монитора, когда запустил ледяной коготь. Снег искрился на солнце, вдруг стало так светло и ярко, что заболели глаза.

- Глаза болят. – Сообщил Сергей, но медсестра даже не откликнулась. Видимо все шло именно так как надо. Из-за странного оптического эффекта начали слезиться глаза, слезы потекли по щекам, впитываясь в поролоновую прокладку шлема. Из-за этого все стало мутным. Серега попытался вытереть глаза тыльной стороной ладони, и понял тщетность попытки, когда рука уперлась в шлем. Вокруг полыхнуло, и в тот же миг ледяное безмолвие погрузилось в кромешную тьму, а небо над головой расчертила красная инфернальная линия. Вырисовавшийся на этом фоне силуэт, угловатый, пышущий белым светом где-то за пределами осознания, начал приближаться, свет развернулся в причудливый веер, снова пошли символы, те самые с азиатскими демонами, но в этот раз они не сыпались с неба, будто причудливый алфавитный дождь, а вылетали откуда-то сбоку, выстраиваясь в слова, предложения и целые абзацы. Да, похоже это был язык. Еще чуть-чуть, еще немного и Сергей мог поклясться, что начнет его понимать. Сознание остановилось где-то на Рубиконе, чуть замешкалось, готовое выдать новую порцию информации, и тут все прекратилось.

Выход из виртуального мира был на удивление болезненным. Все вокруг казалось ненастоящим, неправильный и не таким как должно быть. Даже улыбающаяся девушка с бейдежем, державшая шлем в руках, казалась какой-то картонной и не настоящей.

- Замечательно. – Произнесла она. – Сергей, вы прошли все тесты, и я не вижу аномалий. Можете приступать.

Игровой костюм, в который предстояло облачиться, был полной копией игрового Рейдера, только новый с иголочки. Федор провел Сергея в пустую комнату, где кроме огромной платформы с движущимся полом и самого костюма, подвешенного на тросах, больше ничего не было. Из спинки костюма, где в игре размещался рюкзак с реактивным ранцем и блоком жизнеобеспечения, тянулся толстый жгут проводов, исчезающий где-то под потолком.

- Вот, наша гордость. Рейдер Один. – Федор довольно похлопал по наплечной пластине костюма, будто встретил старого друга. Костюм в ответ дружелюбно покачнулся на тросах. – Встроенные приводы, термопередающие пластины, может даже током шарахнуть, если в игре за оголенный провод схватишься.

- А это законно? – С опаской поинтересовался Серега. – Электричество-то оно злое. Разряд и беги к кардиологу. Вон, знакомца моего отца ударило током, так он забил на врача, а через день сердце остановилось.

- Там все в пределах нормы. – Федор добродушно улыбнулся. – Но, если что-то не так, в костюм встроены датчики пульса, контроля SPO2 и прочие медицинские мудрости. Любое недомогание заметим, а если что, не волнуйся. За стенкой, вон, - палец Федора указал куда-то в темноту зала, реанимация. Мы, сам понимаешь, все предусмотрели. Нам несчастные случаи на производстве без надобности.

Федор засмеялся, но смех вышел каким-то фальшивым.

- Ладно, что мне делать?

- Раздевайся, и лезь в костюм.

- Что, совсем раздеваться? – Опешил Серега.

- Ну не совсем. – Поспешил успокоить студента Федор. – Трусы оставь. Главное, чтобы ни каких мобильников, цепочек, колец и прочего железа.

На облачение в Рейдера ушло немало времени, и когда Сергей закончил, Федор быстро отстегнул карабины. Как по мановению волшебной палочки тросы втянулись в потолок. Мгновение, и вся тяжесть костюма навалилась на неспортивного Серегу.

- Тяжелый. – С кряхтением произнес он. - Не ожидал.

- Следующий Рейдер будет легче. – Пояснил Федор. - Уберем медицинскую начинку, поставим алюминий. Подожди, у меня кое-что есть.

Федор вышел из комнаты, но довольно быстро вернулся и вручил Сереге оружие.

- Импульсный автомат. – Довольно произнес он. – Точная копия на основе АКСУ, только с наворотами. Все как в игре, на рукояти счетчик энергии, кнопка ведения огня под скобой, считай спусковой крючок. Наводишь на цель, давишь на кнопку и противника разносит к едрене фени. Даже вибрация при стрельбе имеется, так что шик-блеск.

- Я думал, Хлыст дадут, такой как на выставке. – Печально произнес Серега, но импульсный автомат принял, вновь отметив тяжесть конструкции.

- Хлысту навык нужен, а ты тут не играть будешь, а тестировать костюм и игру в частности. Твоя задача, действовать нелогично, отклоняться от сценария, пытаться, так сказать, выйти за грани возможности. Для всего остального существуем мы, так что, начали.

Серега пожал плечами, опустил прозрачное забрало шлема.

- Я включу пол. – Сообщил Федор уже у двери, - а свет выключу. Тебе он тут будет без надобности. Двигайся в любую сторону. Можешь приседать, падать, ползти. Главное, на спину особо не бухайся, а то там интерфейсный разъем с кабелем, так они не особо прочные. Поломаешь, придется ремонтировать, а за простой денег не платят.

Щелкнул выключатель, и все вокруг погрузилось в темноту. Тишина была не долгой, пол под ногами вздрогнул и завибрировал, неприятная дрожь побежала по всему телу. Пальцы начало покалывать, перед глазами что-то вспыхнуло, и вдруг мир вокруг накренился направо.

- Док, сядьте. – Рев от игрового пространства настолько резко ворвался в сознание, что Серега растерялся. – Рядом оказался кто-то из команды челнока, вокруг броня, скобы для креплений снизу платформы, для примагничивания стоп рейдера. Все вокруг ходило ходуном, тряслось, выло, из кабины пилота доносился легкий матерок и приятная музыка. – Док?

Все вокруг было реально. Ударило в ноздри запахом горелой проводки, подскочила температура, так, наверное, как она могла подняться, если бы челнок входил в плотные слои атмосферы. Иллюминаторов тут не было, так что проверить теорию не представлялось возможности. Голос Сержанта, а это был именно он, поступал прямо в шлем через ларингофон и искажался помехами, а сам неигровой персонаж, мужик средних лет, с проседью, морщинки под глазами, чуть косит. Этих подробностей на мониторе видно не было, а в сущности обычный человек, такой что может встретиться в толпе. Ну, графа, ну высший класс! Такого точно комп не потянет.

- Сядьте, док. – Сержант указал на узкую скамейку, тянущуюся вдоль стенки челнока. – Сейчас пойдем на посадку, а там трясти будет.

- Как скажете. – Серега послушно устроился на скамейке, отметив, что ощущения ну просто удивительные. Зад приземлился, было неудобно и жестко.

- Так, надо вспомнить, почему я Док.

- Что?

- Ничего сержант, сам с собой разговариваю.

- Понимаю. – Сержант стоял рядом, одной рукой держась за стальную скобу, а другой придерживая импульсный автомат. – Космические путешествия, они такие. Крыша едет не спеша, тихо шифером шурша. – Решив видимо, что шутка вышла удачной, сержант расхохотался, и эхо его смеха больно ударило в уши.

Серега недовольно поморщился.

- Главное, Док. Смотрите на датчик. - Сержант постучал по правой руке. – Видите, там цифры?

Серега поднес руку к глазам. На костюме никаких датчиков не было, так что тут пошли сюрпризы виртуальной реальности. В поле зрения появилось табло, не больше экрана обычного смартфона.

- Первая цифра - это ваш уровень доступа. Пока это единица. Как доберетесь до коменданта аванпоста, она измениться на нужную. Будут и лаборатории, и подсобки, и выход на стену.

Серега посмотрел на унылую единицу. Ну конечно, уровень персонажа. Пока идет кат-сцена уровень и не может отличаться от первого.

- Дальше шкала урона костюма. Ну мало ли. В бой вы вступать не будете, да и повредить Рейдера за стенами аванпоста совершенно нельзя. – Сержант дружелюбно оскалился. - Но там же и заряд. Рейдер имеет обогрев и вентиляцию. Долгое нахождение в нем приводит к опустошению батарей, и шкала идет вниз. Не забывайте заряжать костюм.

- Ок. А это что? – Палец Сергея уперся в красный кружок в верхнем правом углу монитора.

- Это тревожная сигнализация. – Пояснил сержант. – Срабатывает, когда объявлена общая готовность, либо вы вышли из-под защиты автоматических турелей аванпоста. Местная живность кровожадна и очень проворна, так что не советую совершать одиночные пешие прогулки по поверхности планеты. – Видимо это снова была шутка, так как слух потрясла новая порция молодецкого хохота.

- Садимся. Всем приземлить зады.

Пилот высунул голову из кабины и показал неоднозначный жест. Сержант воспроизвел тот же жест, но спорить не стал, и сел рядом. Вибрация усилилась, превратившись из легкого дискомфорта в зубодробительную тряску, замигали лампы, эфир окончательно обезумел, и Сергей поспешно выключил радиосвязь. Сержант еще шевелил губами, а в голове у студента творилось что-то невообразимое. Он не мог поверить в то что происходит. Совсем недавно он стоял рядом с Федором в комнате с эмуляцией, примерял игрушечный доспех, и вот через минуту он в утробе челнока спускающегося с орбиты на холодную как ад по субботам планету. Все можно пощупать, осмотреть в деталях, разве что лизнуть через забрало шлема не получится. Любое движение ощутимо, любая температура влияет на физическое состояние. Все настолько реально, что даже пугает.

… Сергей, это Федор. У тебя пульс под сотню. Все нормально?

… да, я в шоке просто.

… ну ты молодцом. У нас тут и в обморок падали, и в штаны делали, особенно при приземлении, так что держись

Челнок снова завалило, на этот раз назад, и чтобы не улететь в корму, где были пристегнуты прямо к полу ящики с оборудованием, Серега ухватился за узкое сиденье. Рев планеты прорывался внутрь. Гулкие частые удары снаружи прибавили атмосферы.

- Что это? – Поинтересовался Серега у сержанта, и только сейчас понял, что отключил связь. Поспешно исправив оплошность, он повторил вопрос.

- Это бедствие местного масштаба, мы его называем по-простому, ледяной дождь. – Сержант указал пальцем в потолок. – Вот только выходить под него без бронезащиты я бы не стал. Скользкие градины размером с мяч для тенниса, максимально плотные. Такого на Земле нет. Если такая градина расколется рядом, то осколком может и ногу прошить, почище ножевого ранения.

- И как вы тут живете? – Ужаснулся студент. Сержант понимающе загрустил.

- Метеостанции на орбите отслеживают циклоны, рассчитывая точный прогноз погоды. Взгляните на символ тревоги на руке. Видите, на аванпосте максимальная готовность. Но ничего, ледяной дождь быстро проходит, а внутри челнока нам нечего бояться.

И правда, грохот сначала уменьшился, а потом и вовсе стих, палуба под ногами выровнялась, последовал финальный удар, после чего судно застыло на выпущенных опорах. Пассажирский люк ушел в сторону, впуская пронзительный морозный ветер.

… выводим тебя, Сергей.

… а что такое? Мы же только приземлились. Самое интересное только сейчас начнется.

… час уже прошел.

… ну ни фига себе!

Серега шел по улице, торопясь на маршрутку. В кармане были обещанные деньги, а в голове сущий кавардак. Реалистичность происходившего в мире Ледяного Когтя не отпускала ни на секунду. Все еще чувствовался запах жженой проводки, подошвы ощущали, как раскачивается под ногами палуба десантного челнока, на котором, он, Док, спускается на планету. Общение с сержантом, такое живое и настоящее. У них происходил буквально диалог, а такого, наверное, не добиться ни в одной игре. Даже самый продуманный искусственный интеллект не способен выйти на такой уровень, но главное интонации. Сержант шутил, иногда шепелявил, что-то говорил на повышенных тонах, а порой переходил почти на шепот.

Не заметив, Серега влетел в лужу, и выругавшись, перескочил на сухой кусок асфальта. В кармане тревожно завибрировал телефон. Номер был не знакомый. Серега не любил телефонные разговоры. Почти всегда они несли неприятные, а порой и грустные вести. Все знакомые давным-давно общались с помощью мессенджеров, и даже родители освоили скайп, и теперь, упиваясь возможностью звонить в любую точку страны по абонентской плате домашнего интернета, во всю эксплуатировали новые возможности сетевой связи. Опять же, с незнакомого номера мог звонить мошенник, чтобы обманом добыть денег, но за последнее Серега не волновался. Он был студентом, а потому нищим по определению.

- Алле.

В динамике странный шум, как эфир в ларингофоне, из игры.

- Привет.

Голос женский, приятный. Ну точно будут разводить на деньги.

Глава 3

- Привет. Что хотите?

- Сережа, есть разговор.

В воздухе повисло неловкое молчание.

- Простите, - собрал волю в кулак Серега, - откуда вы меня знаете?

- Ты шутишь? – Голос в трубке заволновался, одновременно усилились помехи.

- Вот ни разу. – Серега приготовился выслушать очередную чушь о том, что имя его, так же, как и фамилия с домашним адресом, взяты из открытых источников, однако вопрос несколько озадачил.

- Я Марина. Я тебя сегодня обследовала.

Серега попытался припомнить как звали девочку-медика, но что странно, даже внешность ее в голове не отложилась. «Страшная», решил он про себя.

- Говорите, Марина.

- Лучше очно. Знаешь кафе ну углу Ленина и Севрюкова?

Серега прикинул в уме, до этого кафе ему пешком минут десять, а на маршрутке и того меньше. Особых планов на вечер не было, да и кушать очень хотелось, так что приглашение Марины в кафе было как нельзя кстати. Слава богу не в паб, а то от заработка вообще бы следа не осталось.

- Знаю.

- Тогда встретимся там через час.

Кафе как кафе, ничего интересного. Постеры на стенах, приятная музыка из колонок, салатный бар и с десяток напитков. Как не прогорело до сих пор, с таким ассортиментом, фиг его знает. Видимо, место проходное.

Серега толкнул дверь, и войдя с сырой улицы в отапливаемое, наполненное запахами еды помещение, сразу ощутил насколько он устал и вымотался за день. Игровой процесс, он сам по себе сложный. Это работа, мозговая активность, а работая головой порой можно устать больше, чем при физических нагрузках. Подойдя к бару, студент заказал себе оливье, пару хлеба, пирожок с яйцом и луком и большой стакан газировки, расплатился на кассе и потопал с красным пластиковым подносом в дальний угол заведения. Отсюда открывался прекрасный вид на вход, и огромный телевизор, по которому не переставая крутили музыкальный канал. Картинка не сходилась со звуком из колонок под потолком, так что можно было предположить, что у хозяев заведения и работников местного общепита разные музыкальные вкусы. Марина появилась раньше назначенного срока и, остановившись посреди зала, обвела его взглядом в поисках Сергея. Высокая, стройная, с короткими темными волосами. Огромные зеленые глаза на усеянном мелкими веснушками лице, пухлые губы, дерзко вздернутый носик. Если не красивая, то точно симпатичная. Сереги старше, года на три самое большое. Как такую забыть начисто, вообще не понятно.

Парень поднял руку, привлекая внимание девушки, и та уверенно заскользила вдоль столиков, пока не очутилась на стуле, напротив Сереги.

- Привет, ужинаешь?

Вопрос скорее риторический. Решив не баловать разнообразием, Серега ответил.

- Ужинаю.

- Вкусно?

- Ну, нормально. – Вопрос опять странный. Ну как могут кормить в кафе? Не ресторан же авторской кухни, или мамины пирожки. Те вообще в фаворитах будут до конца света.

- Расскажи о себе.

Прямо, но что сказать. Деваха симпотная, так что можно и познакомиться, помутить немного. Да и потом, перерыв в отношениях, ну вроде как люди кофе не пьют. Длительный такой перерыв. Серега не пил кофе уже четыре месяца, и потому с радостью пустился в разговор. Рассказывать правда было не о чем. Родился, учился, вот до сих пор гранит науки кусками под ногами валяется. Жизнь-то только начинается. Если бы не карантины эти, может быть путешествовал. Хотя, какие там дальние страны. Лучше, наверное, видеокарту купить. Как раз то на то и выйдет.

- Не густо. – Марина отщипнула кусочек хлеба, и старательно разжевав, проглотила. На лице ее отобразилась буря эмоций. – Вкусный хлеб. – Подытожила она.

- А еще он мой. – Попытался протестовать Серега. – Но мне не жалко. Хочешь, и тебе хлеба возьмем?

- Слушай, а ты меня не узнаешь?

Вопрос Марина задала в принципе нормальный. Серега вполне мог видеть ее на какой-то вписке, или она могла жить рядом с общагой и каждый раз проходить мимо остановки, на которой он ждал автобус до универа. Много было вариантов, но ничего внятного парень вспомнить не смог.

- Я тебя в первый раз сегодня увидел.

- Ох, если бы. Ты даже не изменился. Поговаривают что Карны могут в какой-то момент времени становиться похожими на бывших владельцев знаний, но вот чтобы так, почти идентично. Я правда помню, когда ты был старше.

- Карны? – Опешил Серега. Вся фраза безусловно вызвала вопросы, но озвучено было именно это.

- Карны. – Охотно пояснила Марина, машинально поправив не нуждающуюся в этом короткую челку. – Производная от реинкарнации. Ты что думал, предтечи просто так тебя в оборот взяли, в костюм посадили и дали доступ к серверу? Они же тебя проверяют. Если бы знали, как ты выглядишь, так давно бы сцапали. Не ходи больше туда, не включай игру. Не отвечай на звонки Федора, а то боком встанет. Они же тебя ищут, а точнее то, что у тебя в голове запрятано, и, если найдут, быть великой беде.

- Марина. – Серега сделал паузу, для уверенности. – Ты, наверное, адресом ошиблась, или камера, может, тут скрытая в углу. – С надеждой на это, Серега завертел головой, но в утлом интерьере кафе не где было притаиться оператору. – Какие предтечи? Какие Карны?

- Ладно. – Марина отщипнула кусочек хлеба и снова отправила его в рот. Процесс со смакованием повторился. – Сержант говорил, что память где-то внутри, и ты отдельная личность. Давай так. Вот тебе мой номер телефона. – Рука Марины на мгновение исчезла в кармане, и на стол лег крохотный белый прямоугольник визитки. – Если что-то почувствуешь, а будет это в ближайшие несколько часов, то сразу позвони мне. Может память начнет очищаться, а скорей, я вангую, предтечи активизируются. Я-то сразу еще когда показания снимала, тебя узнала. Им же придется расшифровать твою мозговую активность. Ты не знал, что Карны наследуют отпечаток оригинала, а это считай, как рисунок сетчатки глаза, годный материал для опознания. Вот когда поймешь, что пришел кто-то нехороший, или следит кто, ты сразу набирай. Мы тебя вытащим.

Карны, предтечи, оригиналы. Серега смотрел как фигура Марины исчезает в дверном проеме. По всему выходило, что головой девчонка ударилась. Не выйдет интрижки. С дурами мутить - себе проблем наживать. Машинально засунув визитку в карман, он встал и также направился к выходу. Улица встретила полумраком и моросящим дождем.

Маршрутка остановилась на перекрестке и, выбравшись на улицу, Серега поспешил к таким теплым и уютным корпусам общаги. Окна в многоэтажках подмигивали приятным желтым светом, внутри бурлила общинная молодежная жизнь. Кто-то жарил картошку на кухне, кто-то стрелял сигареты, резался в карты, шашки и контру. Кто-то пытался занять денег, или наоборот, избежать в узких коридорах того, кто мог те деньги попросить. В общем все как обычно, стабильно, и поэтому по душе. Серега никогда не был бунтарем или новатором, хотя и жил в общаге, вместо того чтобы ночевать в собственной комнате в родительском доме. Но тут больше самодисциплина, вызов собственному разгильдяйству и попытка заслужить уважения у родителей, доказав, что он уже взрослый, и самостоятельно готов принимать судьбоносные решения.

Путь до общаги проходил по безлюдному участку. Слева стройка, справа парк, по которому в этот поздний час уже никто не гулял, да и погода не располагала. Редкие собаководы выгуливали своих питомцев, мерно бредя по плохо освещенным асфальтовым дорожкам, мимо на полном ходу проносились автомобили, пропыхтел старенький автобус-гармошка, завыла вдалеке полицейская сирена. Засунув руки в карманы куртки, Серега поспешил к благам цивилизации, перепрыгивая через лужи, и преодолев дощатый настил, переброшенный через огромную яму, когда на краю зрения что-то мелькнуло. Серега остановился, обернулся в темноту. Так и есть, неподалеку остановился черный автомобиль с затемненными стеклами.

- Ну мало ли. – Произнес в слух студент. – Надо людям постоять, на телефонный звонок ответить или сообщение отправить.

Автомобиль моргнул фарами и неспешно покатил по дороге, пока не поравнялся с Серегой. Несколько секунд человек и авто двигались параллельно, однако машина встала, распахнулись двери и наружу выскочили двое. Плечистые, высокие, с короткими стрижками, в темной незамысловатой одежде.

- Эй, парень!

Серега сделал вид что не слышит, и только ускорил шаг. До забора, что отделял студенческий городок от парка, оставалось метров двести пятьдесят.

- Постой, вопрос есть!

Что-то внутри больно кольнуло, прошиб пот, сердце заколотилось в ритме курьерского поезда. Серега потом взвешивал все за и против, пытался проанализировать, но так в итоге и не понял, что же его напугало в тот поздний час. Сорвавшись с места, он бросился прочь, позади послышался свист и шлепки подошв по мягкой грязи.

- Стой! Твою мать! Да стой же…

Серега несся вперед, будто от этого зависела его жизнь. Расстояние до калитки стремительно сокращалось, вот уже она, на электронном замке. Надо приложить пропуск чтобы попасть внутрь. Если пропуск забыл, придется жать кнопку и ждать, когда ответит дежурный. Представиться, назвать номер комнаты, долго, очень долго. Врезавшись на полном ходу в стальное ограждение Серега принялся судорожно шарить в карманах, в поисках кошелька. В нем хранился пропуск, студенческий билет, карточка на проезд в общественном транспорте и немного налички. Нету, не найти. Левый карман, правый, тем временем два верзилы стремительно приближаются. Можно перескочить через забор, но он высокий. Пока карабкаешься по нему, точно достанут. Внутренний карман куртки, карман джинсов, рюкзак, конечно рюкзак. Вроде бы в него клал.

- Эй! Ну ты драпать. – Мужики догнали Серегу и обошли его с двух сторон. Тот приготовился к драке. Кулаки сжать, на уровень лица выставить, ноги шире, встать устойчивей и ни в коем случае не падать. Может позвать на помощь? Да кто прибежит в это время. С занятий давно все вернулись, а поток из пабов и кафе еще не начался. Мертвый час для этого места.

- Что вам от меня надо?

Мужики, видя боевую стойку Сереги, хохотнули. Тот что впереди, провел рукой по коротко стриженному затылку.

- На вот, не твой?

Серега сфокусировал взгляд, и выругался, на этот раз про себя. В руке у незнакомца был его кошелек.

- Ну ты даешь, паря, видим кошелек выронил. Мы остановились, подобрали, дай думаем вернем, а ты драпать.

День выдался странным, но все же как нельзя удачным, так что решено было отпраздновать. Владя завалился с трофейным коньяком, а Серега выделил немного средств и заслал Леху за закуской. На запах хорошего алкоголя постепенно начали стекаться желающие, так что пришлось закрыть дверь в комнату на ключ, и игнорировать настойчивые постукивания снаружи. Первую часть посиделок Серега в красках описывал первый свой опыт эксплуатации игрового Рейдера, чем вызвал поток завистливых и ехидных комментариев со стороны товарищей. Второй частью стал рассказ о странной Марине.

- А что, все логично. Карны есть реинкарнация. Фонетика плюс логика, и все становиться кристально чисто. – Заявил захмелевший Леха. – А девка та небось с какого фанклуба фантастического. Я тут был на одной тусовке, так там народ реально кроет по интересующим темам. Прям на серьезных щах спорят как лучше сажать космический корабль на планету, или где ловчей расположить станцию обслуживания. До драк доходит.

- А Марина эта значит у игроделов пашет? – Невзначай поинтересовался Леха.

- Ага. Говорит, что медик. – Серега отправил в рот порцию горячительного, поморщился, спешно поставив рюмку на табурет, поспешно забросил в рот кружок копченой колбасы. – Но я ее не помню. Была какая-то дама, но я бы запомнил, а та, ну как сказать?

- Скажи ртом. – Вмешался в повисшую паузу Владя.

- Ртом и говорю. Ну, внешность у нее была такая, будто бота рисовали. Совершенно ничем не выделяется. Даже у неигровых персонажей в игре есть что-то, что ни с чем не спутаешь, а эта, с толпой смешается, и в жизни не найдешь.

Засиделись глубоко за полночь. Пока магазины не закрылись, Леха еще разок бегал за спиртным и закуской, как человек, который кроме своей дружбы, на стол не способный предложить ничего. Кто без денег, тот гонец. Только к двум часам ближе успокоились. Владя в очередной раз вышел покурить, Серега последовал за ним, оставив мирно сопящего на кровати Леху. Пройдя пустым ночным коридором, выбрались на пожарную лестницу, откуда открывался вид на парк и улицу.

- Я Федору сообщение сбросил. – Поделился Владя. – Ну, помнишь, ты рассказывал, про ту припадочную. Нафиг им вообще такая.

- Зря ты так. – Серега облокотился о перила, подставил лицо под порывы холодного ветра. Ночной, почти зимний воздух приятно холодил кожу. – Мало ли что у нее в голове. Зато она работник хороший.

- О смотри, Федора автомобиль. – Владя указал куда-то в сторону. Серега посмотрел в указанном направлении и увидел, как у ворот при въезде на территорию остановился большой черный внедорожник.

- С чего ты взял, что Федора? – Удивился Серега. Машина как машина.

- Я номера вижу.

- Иди ты! – Серега попытался рассмотреть госномер на переднем бампере авто, но в темноте у него ничего не вышло. – Ну у тебя и зрение, будто у совы.

- Не жалуюсь. – Владя затянулся, стряхнул пепел и красный уголек полетел вниз, на асфальт. – Во, звонит.

Вытянув из кармана мобильник, парень поднес его к уху.

- Ага, тут. Сейчас поднимешься? Какой разговор? А, ну ладно. – Положив трубку, Владя обратился к приятелю. – Дело у него к тебе какое-то есть. Ты там часом ничего не сломал?

Сквозь пелену хмеля резко промелькнуло странное и неуютное чувство. Ветер стал холодней и злей, стало зябко и тревожно. В нос ударил запах жженой проводки.

- Что-то мне нехорошо. – Серага ухватился за перила. Владя услужливо поддержал его под локоть, предложил тут же.

- Давай назад. Сейчас Федор поднимется.

Тем временем ворота гостеприимно распахнулись, и внедорожник неспешно покатил по дорожке в сторону их корпуса.

- Не, мне нехорошо. Я лягу. Скажи Федору, что завтра. Все завтра. Почему он мне сам не позвонил?

- Да кто его знает.

Двинулись назад по коридору. Серегу мутило, к горлу волнами подступала тошнота, ноги стали ватные и непослушные.

- Паленка какая-то. – Посетовал парень на алкоголь.

- Да ты чего? – Возмутился Владя, топая позади. – У меня коньяк крутой, марочный. Это небось Леха скроил, когда в магазин бегал. Взял самый дешевый, а разницу себе на карман.

Добравшись до комнаты, Серега не раздеваясь рухнул на свою кровать. Закрыл глаза.

- Владь, воды принеси. Мутит, ну жуть.

- И воды, и тазик. – Владя согласно закивал, подхватил стакан с табурета, выступавшего сегодня в качестве стола, и вынырнул за дверь. Послышались торопливые шаги.

Серега перевернулся на бок, почувствовал, как дергается в кармане телефон. Тошнота немного отступила, однако усилилось головокружение. Поднеся телефон к глазам, Серега отметил что номер опять незнакомый.

- К черту. – Произведя отбой, он отложил аппарат в сторону. Тот завибрировал вновь.

Решив, как следует обматерить наглецов, звонящих с незнакомых номеров в столь позднее время, пьяный Серега поднес телефон к уху.

- Вы меня не знаете, Сергей, но вам грозит опасность.

Голос уверенный, мужской, чуть сиплый, и как будто знакомый.

- Кто вы?

- Называйте меня сержант.

- Это шутка какая-то? – Серега уселся на кровати, попытался собрать в кучу мысли.

- Я вам скажу, что будет в ближайшие пару минут, а вы уж сами решите, что вам важней, шутка или жизнь сохранить. – Охотно предложил сержант.

Глава 4

- Валяйте. – Нехотя ответил Серега. Что странно, сонливость и тошноту как рукой сняло. Слабость, впрочем, осталась, и накатила так, что хоть вой. Телефон сейчас казался очень тяжелым, да и руки слушались с трудом. О том, чтобы встать, не могло быть и речи.

- Вы сегодня сделали две вещи, и обе они необратимы, потому повлекут за собой цепь событий. Первая, это игра. Ледяной коготь, это не просто эмулятор, а система идентификации Карнов…

Опять Карны. Что это? Помешательство? Хотя с ума-то обычно поодиночке сходят. Тут скорей секта. Да, секта. Затащат и заставят за еду листовки у метро раздавать.

- К вам прибыл эмиссар предтеч. Вы его знаете по имени Федор. Он не знает на кого работает, не представляет все цели предтеч, и их замысел, как и никто на этой планете. Он просто выполняет свою работу.

Серега нервно сглотнул. Для реального мира сержант говорил дикий бред, но в игровой среде Ледяного Когтя эти слова обретали реальный смысл. Сержант, ну конечно. Этим голосом разговаривал персонаж с таким же позывным. Идеальное повторение.

- Вы думаете, глава центра тестирования самой популярной компьютерной игры, даже в случае чрезвычайно ситуации, в ночи, придете к простому испытателю? Он не один. С ним минимум двое подручных. Можете проверить.

- Как? – Охнул Серега.

- Лифт в вашем общежитии не работает уже давно. Они пойдут по лестнице.

Подобность о неработающем лифте мог знать любой, а вот идея посмотреть, приехал ли Федор один, показалась удачной. Можно было встать на лестничную площадку, наклониться через перила и посмотреть вниз на пару лестничных пролетов. Да что там посмотреть, если поднимаются только двое, Федор и Владя, то это и услышать можно.

- Я перезвоню. – Серега поднялся и на слабых ногах двинулся к выходу. Обойдя кровать с мирно спящим Лехой, он вышел в коридор и прислушался. От лестницы доносился слабый шум голосов.

Пройдя по пустому коридору, парень вышел на лестничную клетку, схватился руками за перила, прислушался. Поднимались точно не двое. Уверенная поступь приближалась, топот ботинок становился все громче и громче.

- Да не может быть, Федь, ну ты что, право слово.

Это Владя, он расстроен и встревожен. Голос срывается на фальцет, так происходило всегда, когда он волновался. Тонко, почти по девчачьи Владя начинал общаться прямо перед зачетом, или на экзаменах в ГИБДД.

- Да все образуется. Наверняка взял не подумав. Мало ли, безделица к рукам прилипла. Хлам какой. Сейчас скатаемся с ним в контору, потолкуем и все решится, само собой. Правильно я говорю, ребята?

- Да, Федор Анатольевич.

- Только без рук. Парнишка ни в чем не виноват. Бес попутал.

Вот значит какая легенда. От обиды у Сергея весь хмель будто улетучился. Украл он значит что-то, и теперь они идут к нему. Ночью, с какими-то амбалами. Вон, здоровые какие.

По лестнице поднимались четверо. Впереди бежал Владя, за ним, в куртке нараспашку спешил Федор, сиречь Анатольевич, а вслед за ним двое крупных бритых мужиков в похоронных костюмах. Роста в них было метра под два, оба широки в плечах, и даже с площадки видно, что уши у них поломаны. Один из мужиков поднял голову вверх, и Серега спешно отступил.

Вновь вернулась тревога и чувство опасности, стало нечем дышать. Выйдя в коридор, он поспешил прочь, ударил по карману. Паспорт и кошелек на месте. Старая привычка не раскладывать важные вещи, а всегда засовывать их поглубже. Вернуться в комнату, запереться и вызвать полицию? Они же не будут ломать дверь в комнату? С другой стороны, как их вообще, да на автомобиле, запустили на территорию? Въезд всегда только по пропускам, в такое время суток пустить на территорию, да так безоговорочно, могут разве что пожарных да полицию. Наверняка есть какие-то корочки, и если незнакомцы решат высадить дверь, то их вряд ли остановит звонок в органы. Бежать, но вот куда?

Снова задергался телефон.

- Убедились. – В голосе сержанта явственно различались злорадные нотки.

- Что они от меня хотят?

- Вашу память.

- Бред.

- Пока да. Но скоро, очень скоро, это обретет смысл. Я могу вам помочь.

- Почему я должен вам варить?

- Сергей, прислушайтесь к себе. Я не даю гарантий, я не международный валютный фонд, но уверю вас, с Федором вам ничего хорошего не светит.

Сергей бросился к пожарной лестнице, быстро проскользнул в приоткрытую дверь и затаился в тени, и вовремя. Владя и Федор шагнули в коридор.

- Вы чего со стволами?

Послышался шум падения. Серега выглянул в коридор и увидел, как Федор перешагнул через распростертое на полу тело Влади. Позади шли двое в костюмах, сжимая в руках пистолеты. Руки подняты на уровень груди, держат пистолеты двумя руками, чуть опустив и отведя ствол оружия. Такую постановку рук Серега видел в криминальной хронике, в момент, когда начинается штурм.

- Я в деле, сержант.

- Отлично. Федор и его костоломы, как понимаю, уже пожаловали.

- Все верно, дали Владе по кумполу, сейчас идут в сторону моей комнаты. Мать моя женщина, там же Леха спит.

- За своего друга не беспокойтесь, он им не нужен. Сколько у нас времени?

- Не больше минуты. Зайдут, поймут, что меня нет, искать начнут.

- На северной стороне в машине ждет Марина. Я попытаюсь подстраховать. Сергей, вам надо покинуть здание.

- Я без куртки. – Серега почувствовал насколько холодно находиться на пожарной лестнице без верхней одежды.

- К черту куртку.

- Ладно, попытаюсь спуститься. Успею, наверное, добежать до лестницы.

- Ни в коем случае. – В голосе сержанта послышалась тревога. – Первым делом они проверят лестницу.

Серега оглянулся. Единственным путем к отступлению была пожарная лестница, старая и давно уже не использующаяся по назначению. По вечерам, ввиду полного запрета на курение в корпусах, сюда захаживали студиозусы, чтобы выкурить сигаретку другую. Сама лестница находилась на наружной части стены, и представляла собой нечто вроде балконов, огороженных металлическими решетками, соединенных между собой от этажа к этажу, железными трапами, прикрепленными к бетонной площадке болтами. Спуск мог стать весьма экстремальным. Могла проржаветь ступень или расшататься крепление, а до асфальта внизу предстояло преодолеть шесть этажей.

- Спускайся по пожарной. – Решил за сержант за Серегу. – Я встречу тебя внизу.

- Как я тебя узнаю?

- Поверь, это будет просто.

Серега подошел к первому спуску, засунул телефон в карман и зацепившись руками за ступеньку начал осторожно продвигаться вниз. Ветер разбушевался не на шутку, холодные его потоки били в лицо, мешая дышать. Как назло, тучи закрыли луну и вновь начал накрапывать мелкий моросящий дождь. Вот и один этаж пройден. Серега прислушался, к происходящему в коридоре. Вроде бы тишина, но нет, вот и голоса. Топот ног по центральной лестнице. Прав был сержант, как в воду глядел. Снова мелькнула мысль, а не шутка ли это часом? Сидят сейчас Владя с Федором в теплом уюте комнаты, попивают остатки спиртного и в голос ржут над Серегой, болтающимся на расстоянии пяти этажей над поверхностью земли, на хрупкой железной конструкции. Нет, на розыгрыш не похоже. Внизу показалась темная фигура, луч фонаря в руках незнакомца мигнул пару раз, Серега перебрался на следующий пролет и начал новый подвиг. Как оказался внизу, он уже и не помнил. Тело промерзло до костей, пальцы на руках не гнулись, ноги и вовсе готовы были отказать. Сказывался стресс.

- Живей, машина под парами.

Сержант вытащил из кармана рацию.

- Сержант Марине, посылка прибыла.

- Принято. – Голос Марины даже в эфире, через динамик радио узнавался безошибочно. – Вы чистые?

- На хвосте двое предтеч. Возможен огневой контакт.

- Поторопитесь.

- Бежим. – Сержант указал во тьму корпусов.

Минут пять быстрого шага, и вот забор. Серега хотел бежать, но сержант отмел эту идею.

- Слишком темно, фонарь включать, себя обнаружить. Пойдем вон по той аллее, там кусты, сможем, если что, схорониться.

- У них оружие. – Выдавил из себя фразу Серега. - Они Владю по голове. За что?

- Сопутствующие потери. Переживем. Владя твой шишкой отделается, а тебе череп вскроют.

- Зачем?

- Все потом.

Позади послышались торопливые шаги.

- Поняли, кажись.

Сержант был одет в длинную парку, с капюшоном. Расстегнув ее, он достал длинную рукоять, увитую стальными полосами. Хват у рукояти был под правую руку, а навершием служила компактная стальная коробка. Не узнать неоднократно использовавшийся в игре импульсный хлыст было невозможно.

- Настоящий? – Воскликнул Серега. Вид легендарного игрового предмета взбодрил и предал бодрости.

- Настоящий. – Бросил на ходу сержант. – У предтеч мало фантазии. Взяли обычную обстановку и перевели в виртуальную реальность. Ты тише будь, тише. Как бы на след не встали. Они же как ищейки, потом фиг сбросишь.

Яркий белый луч фонаря ударил в лицо, ослепил.

- Они у забора! Сюда!

Громкий крик бил по ушам, заходило ходуном сердце, стучало так, будто захотело вылететь прочь из тела.

- Ах ты…

Сержант рыкнул, взметнулась молния, раздался страшный вой, и луч света погас. Тут же что-то грохнуло над головой.

- Вот уроды. – Сержант упал на землю, дернул Серегу вниз. Тут же в месте где они стояли вспыхнул металл на заборе, дыра с яркими багровыми краями полыхнула жаром.

- Из импульсных лупят, прицельно.

- Что делать, что делать? – Паника – штука поганая.

Бывает, смотришь фильм и только диву даешься, как вроде бы в логичной, хоть и серьезной стрессовой ситуации люди попадают в опасное положение, действуя совершенно беспорядочно. Теперь и Серега ощутил, что такое, оказаться под обстрелом с использование оружия с сайфай примочками. Аналогов-то его никогда на земле не было, только на картинках да по-игровому сеттингу, ан нет, дырявит толстую железную стенку забора, будто зубочистка кусок сыра.

- Лежи. Я разберусь. – Сержант приподнялся и бросился к кустам. Огонь из темноты тут же переместился на него, задев скамейку и мусорный бак. В воздухе запахло озоном и уже привычной жженой изоляцией.

Из-за забора вдруг возник квадрокоптер и вращая винтами взвился ввысь. Установленная на нем камера задорно подмигнула красным диодом, устройство заложило вираж и уходя из зоны обстрела устремилось к административному корпусу. Новая вспышка хлыста, изогнутая синяя молния, проявилась метрах в двадцати, дернулось невысокое дерево, раздался крик, и огонь прекратился. Взвизгнул моторами квадрокоптер, перемахнул через забор. Вскоре появился и сержант, подставил колено. Серега недолго думая вскочил с земли, оперся и перемахнул через забор, взвыл. Всем своим весом он приземлился на крышу старой шестерки. Марина уже паковала квадрокоптер в багажник. Увидел студента, она распахнула заднюю пассажирскую дверь.

- Внутрь.

Серега, позабыв о боли, перекатился, оказавшись на земле, и быстро прошмыгнул внутрь салона авто. На переднее пассажирское сидение влез сержант. Лицо его блестело от капель пота, на скуле появился кровоподтек. Усевшись за руль, Марина хрустнула рычагом коробки передач, и вдавив педаль акселератора, бросила старенький автомобиль с места. Снова шум выстрелов. В месте переправы появилось два пылающих следа.

- Валим. – Марина выкрутила руль, пуская машину в занос, и выбравшись на пустую дорогу, утопила газ. Старенький автомобиль, надсадно раскручивая двигатель, ускорился и уже через минуту они летели по кольцевой, на север, прочь от студенческого городка.

На дорогу ушло больше часа. Марина то и дело поглядывала в зеркало заднего вида, и только спустя минут тридцать успокоилась.

- Кажется оторвались. Крепко они тебя, сержант.

Сержант махнул рукой.

- Салаги. Обычные псы предтеч. Гонору много, боевой подготовки по минимуму. Привыкли работать с гражданскими. Теперь тревогу поднимут, так что надо схорониться. Все готово?

- А то. – Марина уверенно кивнула. – Дачу еще три месяца назад сняла, когда операцию начинали. Там все шито-крыто, на год вперед проплачено. Владелица бабка божий одуванчик, как увидела стопку налика, так и вопросы перестала задавать. Подписали договор аренды, по левой ксиве, так что никогда нас там не найдут, если на хвосте не притащим.

- Кстати о хвосте. – Сержант повернулся к обалдевшему Сереге. За все время их поездки он не проронил ни слова и только удивленно пялился по сторонам. – Мобильник небось с собой?

- Ага.

- Дай сюда.

Серега протянул телефон сержанту, и тот, не особо задумываясь, открыл окно и вышвырнул аппарат прочь.

- Новый же почти! – Завопил студент. – Только взял! Мама-папа денег дали на днюху, крутая штука!

- По мобильнику отследить могут. – Спокойно парировал сержант. – Есть еще умные гаджеты? Наушники там, или часы с пульсом? Если хочешь жить, все в окно.

Серега недовольно мотнул головой.

- Нет больше ничего. Нищие мы. Да, объясните наконец, что вообще происходит? Кто эти Карны, предтечи? Почему нас убить хотели?

- Не нас, а вас. – Парировал сержант. – И, если бы не квадрокоптер с камерой, который Маринка запустила, досталось бы нам неслабо, а так одним ударом по морде отделались, да гордостью помятой. – Мы то что, расходный материал, а ты – ценность.

- Так, все, хватит. – Внутри Сереги начала расти злость. – Объясните наконец, что тут происходит, или я выйду и пойду в полицию.

Марина и сержант переглянулись.

- Я его «пощупала». – Сообщила девушка напарнику. – Он вообще не отдупляет.

- Значит посылка в целости. – Туманно ответил сержант.

- Объяснитесь! - Повысил голос студент. – Не то, не то…

- Что, не то? – Марина улыбнулась в зеркало заднего вида. Серега поймал в нем блеск озорных глаз. – Ночь, холодно, температура минусовая, скорость опять же девяносто километров в час. Не на ходу же ты выйдешь?

- Вы меня похищаете?

- Ну, если это означает, что мы спасаем твой череп от трепанации, то да. – Добродушно поведала Марина. – Ладно, пора ему рассказать. Нам еще часа полтора ехать, надо себя чем-то занять.

- Как знаешь? – Сержант пожал плечами. Обернувшись к Сергею, он произнес. – Понимаешь, парень, что если я тебе скажу, что все, что ты знаешь про современный мир и вашу историю, это одна большая и хорошо срежесированная ложь?

- Пока ничего не понятно, но очень интересно. – Усмехнулся Серега. – Сколько нам говорили, что историю пишут победители, так что особо не удивлюсь.

- Нет, ты не понял. – Сержант скривился. – Это молодая планета. Ей от силы лет триста. Искусственно сформирована по образу и подобию Земли, материнской планеты человечества в пору начала ее расцвета.

- Чушь какая. – Отмахнулся Серега. – Столько лет истории, древних рукописей. Вон мамонтов находят обледененных, кости динозавров. Их что, по-твоему, закопали специально?

- При формировании дубликата планеты это не такая уж и сложная задача. Подумай вот о чем. Данные у предтеч не такие уж и полные. Некоторых фрагментов истории не хватает, и это всплывает то тут, то там.

- Например?

- Ну допустим. Почему в цепочке эволюции человека не нашли недостающее звено? Этот факт старательно вытесняют, в научных кругах даже от термина отказались.

- Так не нашли еще.

- Или, что более вероятно, просто не знают, что это за звено. Да что далеко ходить. Любой религиозный трактат должен недвусмысленно доносить истину веры, и быть посему, но если найдется человек, который начинает внимательно изучать этот документ, то тут же всплывают пробелы и несоответствия.

- Ну, это древние документы. Могло что и потеряться при переводе. Литературная адаптация, штука сложная.

- Слушай, парень, ты не можешь поверить или не хочешь?

Серега пожал плечами.

- Ну а в дыру в заборе над твоей башкой веришь? – Ехидно поинтересовалась Марина. – Или в хлыст импульсный что у сержанта на поясе?

- В это верю.

- Подожди, толи еще будет.

- Вы все равно не ответили на мой вопрос.

- Мы к этому подходим. – Сержант вдруг стал серьезен. Речь его потекла неторопливо.

- Ровно пятьсот лет назад человечество вышло в космос и столкнулось с чужеродной, разумной формой жизни. Формой, настолько превосходящей землян во всех смыслах, что сначала люди даже обрадовались. Мол, настолько умные пришельцы не могут быть злыми. Чистый разум и агрессия, есть слова антонимы. Люди захотели получать знания, вылечиться от всех болезней, жить дольше и комфортней, и потому с распростертыми объятыми встретили первые корабли пришельцев, опустившихся на планету. Они назвались предтечами, первым разумом в космосе, и по началу все было хорошо. Люди начали получать знания в физике, химии, им открылась тайна большого взрыва, они шагнули вперед в медицине, науке, прогресс рванул стремительно, но предтечам не нужен был конкурент в космосе. Все их знания были настолько объемны, что хранилища пришельцев не справлялись с потоком, и потому они искали новые банки данных. Так уж сложилось, что мозг человека может хранить огромные объемы информации, при том, эта информация может находиться в стазисе, и индивид может и не догадываться, что где-то у него на подкорке скрыто такое, что может взорвать мировое сообщество.

Глава 5

Предтечи предложили людям быть их банками данных, и большая часть, в обмен на материальные блага, согласились. Постепенно данные начали вытеснять реальные воспоминания, люди превращались в слюнявых идиотов, недалеких и ограниченных, и только группе под предводительством Дока, это было не по нраву.

- Док? – Серега услышал знакомое имя.

- Слушай, и не перебивай. Док, это реальная личность, я знал его еще до штурма цитадели. Мы были хорошими друзьями. Полученных знаний хватило с избытком, чтобы построить космические модули и убраться с планеты, подальше от пресловутого Рая, что создали для своих марионеток предтечи. Однако те быстро поняли, что подвластный им материал скоро закончиться, и начали штамповать людей на свое усмотрение, и тут случилось непредвиденное. Новые копии не отвечали требованиям надежности. Нужно было полностью здоровое и невостребованное по хранилищам поколение людей, чтобы снова вкачивать им в мозги свои нули и единицы. Те же люди, что остались на планете, потеряли свою репродуктивную функцию и через каких-то пару десятков лет, популяция людей-флешек стала сокращаться. Перегруженные мозги не справлялись, люди теряли концентрацию, погибали в катастрофах, падали с высоты, по планете прокатилась волна самоубийств. Через сто лет на Земле осталась жалкая горстка, когда-то гордо именовавшая себя человечеством, популяцией не более ста тысяч единиц.

Что делать? Начать заново, но где найти годный материал. Правильно, на просторах космоса, где еще остались обычные люди, с неизмененной психикой и мозгами. Предтечи начали охоту на свободного человека, а люди начали войну. Человечество не устроила роль карты памяти в компьютере, но и они время зря не теряли. Полученные, а частью и украденные знания, они пустили на оборону, нарастили свой космический флот, начали терраформацию планет, готовя их для дальнейшей жизни. Вот скажи, Сергей, как ты думаешь, сколько мне лет?

- Сложно сказать. – Серега нахмурился, пытаясь определить возраст сержанта. – Ну сорок, может сорок пять.

- Ему двести тридцать. – Хохотнула Марина.

- Не может быть. – Сергей не поверил услышанному, и хотел было снова возразить, но увидел на губах девушки улыбку и почему-то смутился.

- Предтечи были хитры, и решили извести лидеров свободных людей, но те обошли их. Они создали собственные копии, пользуясь технологией пришельцев. Теперь, если погибал лидер, то доброволец предоставлял свое тело для его воспоминаний, и все начиналось сначала. Однако, не так все просто. Часть информации все-же приходилось хранить не где-нибудь, а в сети предтеч, пользуясь их искусственными людьми. Это затрагивало некоторые аспекты морали, но самый лучший вариант что-то спрятать, это положить на видное место. Так случилось и с Доком. Пятнадцать лет назад Док с товарищами напали на след главного коммуникационного модуля предтеч, узла, по которому ходит вся информация наших врагов. Если бы мы могли разрушить его, то уничтожили бы и координацию их войск, а дальше, до победы рукой подать. – Голос сержанта стал грустным. В нем почувствовалась боль и тоска. – Док погиб, а компьютер его корабля не успел передать координаты. Последнее, что он сообщил, это то, что они проникли на станцию, и их сильно прижали, и потому он снял отпечаток своей памяти и отправил по центральному каналу на одну из планет хранилищ. Так поступали многие, просто вливали в сеть данные, те уходили по назначению и появлялись Карны, реинкарнации наших героев, но почти всегда их можно было с легкостью найти. Тому есть десятки примеров, но тут случилось непредвиденное, и мы попросту не смогли проследить транзакцию, слишком интенсивный был на тот момент поток. С тех пор мы ищем, вот уже пятнадцать лет.

Сержант затих. Слышно было как гудит ветер за оконном, да ревут по асфальту старенькие шины шестерки.

- То есть, - Сергей сделал паузу, чтобы придать моменту больше драматизма, - вы хотите сказать, что я Карн этого самого Дока? Тогда к чему эти игры? Откуда вообще это взялось?

- Мы только хотим сказать, что отпечаток памяти у тебя в голове очень похож на тот, что мы ищем, и только благодаря Марине, мы смогли перехватить тебя раньше наших врагов. – Пояснил сержант. – А что касаемо игры, это виртуальная оболочка привычного нам мира, и естественная среда обитания противника. Предтечи бестелесны. Они сами как потоки информации и не имеют физических тел. Прибывшие на планету Земля, ту самую, первую, казались похожи на нас, но по сути своей были роботами. Игровая среда, их реальный мир. Именно так они ищут лидеров сопротивления, погибших физически, чтобы не допустить их реинкарнации. Так они искали и Дока. Данные снимаются со всех устройств, как-то мобильные телефоны, компьютерные игры с возможностью погружения с ВиАр, даже умные телевизоры способны давать им минимум данных об отпечатке памяти носителя. После рождения ребенок прибывает в своем искомом состоянии, а потом под видом диспансеризации ему выгружают блок данных. Так было и с тобой, с той лишь разницей, что возможно память Дока опередила очередную загрузку.

- И как это определить точно? – Затаив дыхание поинтересовался Серега.

- Подключиться к серверу нашего корабля.

- У вас и корабль есть?

- Естественно. Не пешком же мы на планету пожаловали.

Дорога вильнула, показался спуск, а очень скоро по обочине потянулся хвойный лес и запахло морем. Серега даже окошко свое пошире открыл.

- Мозг, он вообще уникальная штука, и способен на множество чудес. – Снова вступила в разговор Марина. – В частности, запускаются процессы формирования образа. Как уж и почему, мне не ведомо, я человек маленький, однако Карн становится похожим на свой оригинал. Не то чтобы полная копия, но скажем так, я видела фотографии Дока, и, если ты бы сказал, что являешься его родственником, я бы тебе безоговорочно поверила.

Развилка, поворот направо, потянулись заборы частного сектора, в полутьме светились окна дач, пронесся мимо последний маршрутный автобус, Марина вырулила на обочину, сбавила скорость и покатила по грунтовке, пока автомобиль не остановился около зеленого одноэтажного строения с большой трубой красного кирпича.

- Потом договорим. – Сержант открыл бардачок, нащупал там связку ключей, потряс перед собой. – Эти?

- Да, большой от ворот, маленький с черной выемкой от главной двери. – Потвердела Марина. – Ты ворота отворяй, а я машину загоню.

- Принято.

Сержант выбрался из авто, включил фонарь и двинулся вперед. Белый луч резал темноту, потом остановился. Послышался лязг засова и возня, после чего машина вкатила на территорию дачи. Старая, еще советская постройка с флигельком и кирпичной печью, наверняка обложенной изразцами. Серега выбрался наружу, и снова вспомнил что куртка его осталась в общаге. Так же, как и спящий Леха, и Владя, лежавший на полу в коридоре, и вообще, все его вещи, все воспоминания, а главное компьютер, где хранились все его логины, и пароли от сайтов и банковских систем. Об этом он тут же поспешил сообщить Сержанту.

- Хочешь жить, о своей личности забудь. – Отмахнулся тот. – Карнов уничтожают после изъятия памяти. Они делаются ни на что не способными дурачками. Это, кстати, одна из причин, послужившая вымиранию. Предтечи почему-то не предупредили об этой особенности извлечения данных, а когда начали, долго скрывали. Списывали на несчастные случаи, болезни и плохую наследственность.

- А как же родители?

- Их не тронут. – Сержант подошел и положил руку на плечо Сергея. Теплая, тяжелая. Этот жест придал немного уверенности. – Предтечи удивительно прагматичны. Они не классические злодеи, просто образ мышления у них отличается от человеческого. Они не ставят перед собой задачу уничтожить своих носителей, лишив их физической оболочки. Это для них не хорошо и не плохо, а, следовательно, бессмысленно. Впрочем, прослушку на их устройствах связи они, наверное, уже поставили, так что лучше домой не звонить.

Марина отобрала у сержанта ключи и пошла открывать дверь в дом, пока тот запирал ворота. Ключ повернулся в замке удивительно легко, а сама дверь открылась без скрипа. Видно было, что Марина предусмотрела тут все, в том числе и смазала петли. Мало ли когда пригодится. Внутри пахло травами и подсолнечным маслом. Девушка включила свет, и Серега оказался в крохотной уютной прихожей, стены который были обклеены обоями в мелкий розовый цветочек. Проход вел в большую комнату, заставленную старой мебелью. Рядом с камином располагался массивный диван с валиками и деревянными подлокотниками, а у окна круглый обеденный стол, покрытый скатертью с бахромой и окруженный венскими стульями с гнутыми спинками. Все вокруг дышало стариной и намекало на былое благополучие прежних хозяев. Книги в кожаных переплетах в застекленных шкафах, большой вытертый временем и ногами ковер на полу, сервант с тонким, почти прозрачным фарфором.

Сержант принес дров, растопили камин, и устроившись перед огнем, Серега с наслаждением зажмурился, ощущая, как благодатное тепло потекло по его телу. Марина исчезла в соседней комнате, откуда донесся звон посуды.

- Сейчас приготовлю что-нибудь на скорую руку. Яичницу все будут?

Ответ бы единогласно положительный, и очень скоро из соседней комнаты раздалось аппетитное шкварчание.

- Спальни тут две. – Донеслось с кухни. – Я занимаю дальнюю, а вы с сержантом разберитесь, кто будет спать на диване, а кто в ближней комнате.

- И надолго мы тут? – Сонно поинтересовался Серега.

- На неделю, не меньше. Затаиться надо. – Сержант скинул куртку и ботинки, и расположившись на диване, с интересом следил как пляшут яркие языки пламени на сухих березовых поленьях. – Предтечи угомонятся малость, потеряют осторожность. Сейчас бы я с планеты не взлетал. Запеленгуют в два счета и собьют, а там уже поминай как звали.

- Вы что? – Оживился Серега. – Улететь хотите?

- А что нам тут делать? – Марина появилась, толкая перед собой сервировочную тележку. На ней расположились красивые тарелки с золотым ободком, на них яичница с колбасой, а еще черный хлеб в корзиночке и соленые огурца на блюдце. Запах в комнате поднялся ошеломительный, и Сергей поспешил сглотнуть заполнившую рот слюну. – Нам тут не рады, да и дела есть. Снимем с тебя аккуратно данные, перенесем к нашему добровольцу. Не все, конечно, сохранится, мы же не предтечи, чтобы все выкачивать, до последнего байта. Не оставлять же тебя дурачком.

- Погодите. Так может и информация потеряется. – Предположил Серега, и не дождавшись ответа бросился уничтожать предложенное угощение. Какое-то время никто не говорил, а по дому разносился запах еды и сосредоточенное сопение. С ужином справились быстро, и снова навалилась усталость. На сытый желудок и поспать в радость, однако вопрос о сохранении информации, важной, и, наверное, критичной, все еще витал в воздухе.

- Чай будете, чайник ставить? Нет? Ну, давайте укладываться.

Видимо, пережитое накануне отразилось на самочувствии, так что Серега проснулся только, когда большая стрелка на стареньком потрескавшемся от времени циферблате настенных часов, перевалила за двенадцать. Открыв глаза, он уставился в пожелтевший от времени потолок, и долго не мог понять, где он, и как он тут оказался, а когда, наконец, вспомнил, ничего кроме грусти и разочарования у него это не вызвало. Настроение немного улучшилось, когда на столе, накрытом скатертью, обнаружилась тарелка с бутербродами и стакан яблочного сока. Быстро одевшись, Серега решил подкрепиться, а уж потом впадать в рефлексию и планировать свою дальнейшую судьбу.

События прошлой ночи теперь виделись как дурной сон, и в свете дня казались какими-то ненастоящими и надуманными. Федор, ударивший Владю, импульсных хлыст сержанта, Марина за рулем гонит авто по ночному шоссе. Все это походило на кадры какого-то фантастического боевика.

Добравшись до последнего бутерброда, Серега отнес посуду на кухню и двинулся во двор. Надо было что-то придумать с зубной щеткой, пастой и в принципе банными принадлежностями. Марина сидела на скамейке под деревом, закутавшись в старый, видавший лучшие времена армейский бушлат, и что-то с интересом читала с экрана расположенного на коленях ноутбука. Увидев Серегу, она приветливо махнула рукой.

- Ну ты спать.

- Спится хорошо. – Серега прошел по дорожке, задевая кроссовками опавшую листву. Присел рядом, воцарилась неловкая пуза.

- Думаешь, что дальше будет?

- Думаю.

- Голова еще не болит? Мысли-то вон как шевелиться, аж отсюда видно.

Колкое замечание Марины Серега решил пропустить мимо ушей.

- Сержант где?

- В город поехал, с первой электричкой. Какие-то у него еще дела в центре города остались. К вечеру сказал, вернется.

- Ну а нам что делать? Когда будем информацию-то доставать?

- Всему свое время. – Марина защелкала по клавишам. – Вот, смотри лучше. – Развернув экран она подсунула под нос Сереге статью с новостного городского портала. На ней во всем своем «великолепии» красовалась его недавняя фотография, а справа виднелся мерзкий заголовок.

«Вечеринка в общежитии закончилась трагедией».

Серега отнял ноутбук, принялся скролить статью. В ней сообщалось, что накануне в корпусе Н разыгралась трагедия. Трое друзей решили что-то отметить, и в пылу ссоры Сергей убил своего друга Владислава. Оставшийся в живых участник трагедии, был так пьян, что не может ничего сказать по ходу следствия. Сам виновник скрылся с места происшествия и сейчас объявлен в розыск.

- Но это же вранье! – Руки Сереги вспотели, заиграли желваки на лице. – Это неприкрытое вранье. Я не трогал Владю и пальцем! Это все Федор и его подручные!

- Ну. – Марина поспешно отобрала ноутбук. – Таковы методы. Предтечи подключили полицию, и теперь тебя будут искать, так что придется временно изменить тебе внешность. У тебя часом борода и усы не растут?

Растительность на лице у Сереги росла неравномерно, и потому он не раздумывая дал отрицательный ответ.

- Нет.

На душе было паршиво. Ситуация ухудшалась с каждой минутой. Еще сутки назад он коснулся легенды, пребывал в замечательном настроении, строя планы на будущее. Ну как на будущее, на ближайшую неделю точно. Дальше такого срока Серега наперед редко заглядывал. Теперь же что получается? Обложили его со всех сторон. Вчера студент, почти с дипломом. Сегодня - подозреваемый в убийстве. А Владька-то… Как же так?

- Дела.

- Ладно, я что-то такое предвидела, пойдем.

Марина встала и отправилась в дом, а стремительно теряющий связь с реальностью Серега поплелся вслед за ней. В доме Марина прошла в комнату, вытащила из прикроватного, обитого кожей сундука упаковку краски для волос, и крохотную коробочку, прячущую в себя глазные линзы.

- Покрасим тебе волосы, и цвет глаз поменяем. Еще одежонки подкинем. Я сейчас сброшу сообщение сержанту, он что-нибудь с документами придумает.

- Вся жизнь под откос.

- И кто виноват?

- Вы.

Серега уселся на табурет, скрестил руки на груди и враждебно уставился на девушку.

- Вот дурак тебя понюхал. – Марина показала студенту средний палец на руке. – Неужели ты не понимаешь, что если бы не мы, то лежал бы ты сейчас с дыркой в основании черепа, где ни будь под забором, вдоль территории общественного значения, и пульса бы у тебя не наблюдалось?

- Умом-то понимаю. – Неохотно признался Серега. – А что если по-другому все вышло бы?

- Не вышло. Инфа сотка. – Марина поставила краску для волос на стол, и отправилась на кухню. – Сереж, воды для чайника принеси. Ведро в прихожей, там за домом колодец есть. Совсем не осталось. Я пока тут все подготовлю.

Серега посидел немного, пялясь в одну точку, но ничего путного в голову не приходило, так что пришлось ему подняться и отправиться за водой.

- Да, если что, ты мой брат. – Раздалось из кухни. – Кто будет спрашивать, снимаем дачу. Старшие в город уехали. Сержанта называй Петром, он не против.

- А кто спрашивать будет?

- Да мало ли. Спросят, ответь. Не прячься, не скрывайся. Мы тут совершенно на легальном положении.

Серега вышел в прихожую, снял с вешалки старый бушлат, вдел руки в рукава, и по привычке засунул ладони в карманы. Правая ухватилась за что-то шершавое на ощупь. В карманах не оказалось ничего интересного. Пол пачки папирос, коробок спичек, моток бечевки, да какая-то проволока. Решив оставить все на своих местах, Серега подхватил ведро и вышел на улицу. Погода стояла на удивление замечательная. Сквозь высокие хвойные кроны дружелюбно поглядывало солнце, а тишину лесополосы, в которой и находились дачи, иногда нарушал стук клюва дятла. До ближайших соседей было метров триста. Где-то на границе видимости проступал силуэт нового дома белого кирпича, огороженного высоким черным забором. Красная крыша, покрытая металочерепицей, была завалена густым слоем хвои, а окно цокольного этажа, толи занавешено, толи закрашено чем-то белым.

За домом действительно нашелся колодец. Бетонное кольцо торчало прямо из земли, сверху на перекладине, на вал была намотана длинная тонкая цепь с крюком, а сам колодец был закрыть сколоченной из старых досок крышкой с ручкой скобой. Чуть дальше, в гуще колючих кустах шиповника, виднелась еще одна калитка, куда вела еле заметная тропа.

Подойдя к колодцу Серега поднял крышку, и заглянул внутрь. Внизу мирно застыла темная, почти черная поверхность воды. Зацепив ручку ведра за крюк, парень начал вращать ворот, медленно опуская ведро вниз, и в ту же минуту от калитки послышался бодрое треньканье велосипедного звонка. От неожиданности он чуть было ручку из рук не выпустил. У калитки стоял человек, и этот человек улыбался настолько мило и дружелюбно, что стало как-то не по себе. Невысокий, лохматый, в старом спортивном костюме, он наклонился над рулем своего велосипеда, крепко держась за ручки, обмотанные синий изолентой. Лицо у человека было странное, непропорциональное. Очень низкий лоб, широко расставленные крохотные глаза, маленький нос и пухлые губы, растянутые в неестественной улыбке. На щеках незнакомца наблюдалась трехдневная щетина. Подкатив ближе к калитке, незнакомец снова нажал на звонок и протянул.

- Привееет.

- Здравствуйте. – Серега решил не обращать на него особого внимания. В конце концов он ничего противозаконного не делает, просто хочет набрать воды.

- Привееет. Сосееед. – Настойчиво протянул незнакомец.

- И вам не хворать.

- Сладкое люблю. – Человек в спортивном костюме слез с велосипеда и прислонив его к забору оперся на калитку с интересом изучая Серегу. – У тебя сладкого нету?

- Извини, нет ничего. – Ведро уже зачерпнуло воды, и начался обратный процесс. Ворот стало крутить заметно тяжелей.

- А Марина дома?

- Дома. На кухне она.

- Позови Марину.

- Так возьми да позвони.

- Как?

Вопрос прозвучал настолько честно и прямо, что Серега даже не понял, в чем он заключается.

- Я звоню же, вот. – Незнакомец протянул руку и нажал на рычаг велосипедного звонка. Тот издал задорный звук удара металла о металл. Мысль о том, что можно позвонить по мобильнику, у него видимо в голове не появилась. Вообще тип странный. Взгляд расфокусирован, слова тянет, так будто ему пять лет. Вот так вот запросто общается с незнакомцем. Будто малый ребенок, ну, право слово.

Планы человека на велосипеде вдруг изменились. Развернувшись, он вскочил на свое двухколесное средство передвижения и быстро исчез из поля видимости.

- Странный какой. – Серега подхватил ведро доверху наполненное студеной, прозрачной будто воздух водой и двинулся в обратный путь.

Внутри уже все было готова. Марина подгорела воду в чайнике, поставила рядом краску, выставила вперед кувшин, с холодной водой. При виде Сереги она указала на кухню.

- Там бак есть, воду туда вылей.

- Я странного типа встретил у калитки, ну той что рядом с колодцем.

- Что за тип? – Марина подошла к окну, которое выходило на задний двор, отодвинула занавеску.

- Да странный такой, в костюме спортивном. Я такие старые видел у папы еще, притом на фотографиях.

- Сладкое просил? Меня звал?

- Верно. Откуда ты знаешь?

- Не парься. Садись вон лучше на табурет, только разденься по пояс. Будем тебя в блондина превращать.

Серега пожал плечами. Скинул бушлат на старенькое обитое велюром кресло. Туда же отправилась и рубашка, а вот футболку он оставил.

- Стесняешься? – Игриво поинтересовалась Марина. – Какие же мы фифы.

- Холодно тут. – Пробурчал Серега, однако краска на щеках выдала его с головой.

- Отмахиваешься, а сам будто маков цвет. – Марина мелодично рассмеялась. – Стягивай футболку, краской запачкать можем.

- Так что за тип-то? – Серега стянул футболку, и отправив ее к остальным вещам, уселся на табурет.

- Да Игорь, местный блаженный. Он постоянно тут крутится. То конфет попросит, то еще чего. Попросить помочь можно, не откажет. Мне вон, когда заехали, поленницу помог перебрать. Сержанта тут не было, так что все сама.

Покраска волос заняла некоторое время. После того как странный рыжеватый цвет окрасил воду в тазу, Марина обернула вокруг головы Сереги полотенце и отправила сушиться.

- Фен сейчас принесу. Нам еще в поселок надо. Продукты заканчиваются, да и сержант будет вечером, голодный. На бутербродах долго не проживешь.

- Согласен. Деньги-то есть?

- А то. – Марина продемонстрировала Сереге пухлую пачку пятитысячных. – Хватит на первое время.

- Фига, тут штук двести. – Охнул студент. – Откуда такие деньжищи?

- Ты постоянно забываешь, кто мы и откуда. – Марина вдруг грустно улыбнулась. – Ты не поверишь, но деньги настоящие, и это все, что тебе пока нужно знать.

С этими словами она исчезла в своей спальне, откуда тут же появилась с небольшим черным феном. Выдав агрегат студенту, она вновь ушла в комнату и плотно закрыла дверь. Высушив волосы сначала полотенцем, а потом и феном, Серега наконец добрался до зеркала, и в ужасе застыл, уставившись в собственное отражение. Блондином он не стал. Корни волос, темных от рождения, почти не прокрасились, как, впрочем, и сама шевелюра. Большая часть прядей осветлилась, однако теперь была рыжей, а кончики волос на некоторых прядях и вовсе пылали ярко красным.

- Мать моя женщина, на кого я стал похож? – Воскликнул Серега, схватившись в ужасе за голову.

- А мне нравится.

Марина подошла так тихо, что от неожиданности Серега подпрыгнул. Уже второй раз к нему бесшумно подходили со спины, плохая тенденция.

- Что тут может нравиться? – Парень горестно всплеснул руками.

- А что? Ярко. Современно. – Девушка довольно прищурилась. – Чем вычурней, тем лучше. Полиция кого будет искать? Судентика брюнета, а мы тебе линзы вставим, подберем одежду. У меня вон и худи приличный, и джинсы. Будешь настолько необычен, что никто в тебе того самого злодея и не заподозрит.

- Хотелось бы верить.

Серега натянул на себя предложеный худи оверсайз, черный с белыми полосами, больше походившими на эффект Доплера. Джинсы с рваными прорезями тоже пришлись кстати. Вещи были не дешевые, известных брендов, таких, что Серега вряд ли мог себе позволить, и потому даже странный цвет волос можно было считать специально задуманным для определенного стиля.

- Образ почти готов.

Марина открыла коробочку, подцепила одну из линз на палец и уверенно шагнула к Сергею.

- Линзы не простые, ну ты сам поймешь. Теперь широко открой глаза и постарайся не моргать.

Глава 6

Дорога до поселка оказалась приятной. Живописные места, спокойный тихий и чистый лес, длинные опрятные заборы, ощетинившиеся камерами видеонаблюдения. Жили тут люди по-разному. Вот тянется каменная кладка, отделяющая участок от внешнего мира, львиные головы при входе злобно щерятся гипсовыми клыками, а из-за забора виднеется второй этаж, в ажурных решетках на окнах, да изящный флюгер в виде мальчика с флейтой, дымит высокая кирпичная труба, а вместе с дымом до путников долетает умопомрачительный запах жареного на углях мяса.

Стоит правда пройти чуть дальше, ситуация меняется. Старенький синий дом, покосившийся дровяной сарай, да захватившие все свободное пространство, в свое время, отвоеванное у хвойного леса, старые, как и сами жильцы, яблони. Ветки их сгибаются под обилием плодов, еще больше на земле, с участка тянет гнилостью фруктов, запустением, и самогоном.

Серега шел вслед за Мариной, перед глазами, с линзами было немного мутно, да и ощущение дискомфорта не оставляло. Обещанных бонусов, которые вроде бы должны были возникнуть, тоже не появилось. Слезы, одни слезы.

- И что с этими линзами такое?

- Ты должен привыкнуть. – Пояснила Марина, уверенно шагая вперед по гравийной дороге. Видно было, что идет она тут не в первый раз и путь этот ей давно привычен. Вскоре послышался шум шоссе, и выйдя на обочину, Марина и Сергей поспешили к видневшемуся неподалеку пешеходному переходу. Мимо проносились автомобили, сверкая чистыми отполированными боками, с гулом пронесся рейсовый автобус, полный людей, спешащих куда-то по своим делам. Молодой человек проводил взглядом этих занятых и не очень граждан, и в первый раз, пожалуй, за все время осознал весь ужас ситуации. Быть в положении хранилища данных, однако существовать, любить, страдать, желать и добиваться. Идти по жизни не понимая, что ты ограничен, твои возможности урезаны в пользу каких-то предтечь, что взяли на себя наглость вершить чужие судьбы, диктовать обычному человеку, пусть даже тот и не осознает последнего.

- Я в магазин, а ты тут постой. – Марина перешла через дорогу, прошмыгнув в открытую дверь местного магазина. Дверь, обклеенная рекламными плакатами, написанными от руки, могла рассказать очень много. К примеру, тут продавалась копченая рыба, свежее молоко и фермерское масло. Цены, впрочем, указаны не были. Серега пожал плечами и устроившись на лавочке рядом с магазином, по привычке принялся обхлопывать карманы в поисках мобильного телефона. Гаджета ожидаемо не оказалось, и время без общения и забот, вдруг потянулось нарочито медленно и скучно. Решив провести его с пользой, Серега начал наблюдать за прохожими и проезжающими мимо автомобилями. Вот прокатил бело-синий экипаж ППС, завернул на соседнюю улицу, и чуть притормозив, вдруг резво унесся прочь. Вот подошел автобус, встал на остановке, открыв двери в пустой салон. Раздалась неприятная крикливая музыка, но водителя, человека восточного, бородатого и бровастого, она нисколько не смущала, а, казалось, даже нравилась. В такт ей он ритмично кивал головой и вроде бы даже подпевал. Видно было через широкое, заляпанное грязью и мошками лобовое стекло, как он шевелит толстыми губами.

Автобус не спешил отходить, и очень скоро стала понятна причина его ожидания. Со станции, с только что пришедшей электрички протянулись люди с рюкзаками, сумками и корзинками. Дама в длинном бежевом пальто тянула за руку упирающегося розовощекого карапуза в ярком комбинезоне. Ребенок упирался всеми своими детскими силами и оранжевыми кедами, надсадно и трагично рыдал, и успокоился только у автобуса, когда мамаша, наконец, опомнилась и вручила отроку леденец на палочке. Получив желаемое, карапуз затих и принялся ловко разворачивать бумажку на конфете, крохотными пальчиками. Мимо проследовала немолодая пара, одетая по моде семидесятых годов прошлого века. Пожилой статный мужчина с баками, скрывал прическу под фетровой шляпой, его спутница придерживала на руке кожаную зеленую сумку с большим карманом. Шли школьники, спешащие с уроков, бежали студенты. Когда автобус набился под завязку, и все расплатились за проезд, водитель сделал музыку потише и стронув свое транспортное средство с места, покатил по шоссе, а его место на остановке тут же занял такой же крикливый и скрипящий экипаж. И тут случилось то, чего Серега ну никак не мог ожидать. Изменилось что-то в воздухе, повеяло холодом. Лужа рядом со скамейкой в мгновение ока покрылась льдом, а улицу, такую уютную и теплую минуту назад, вдруг накрыло огромной тенью. Серега посмотрел наверх, и ожидая увидеть облако, в удивлении оторопел. По небу неспешно плыл корабль. Нет, конечно не морской, и не привычный земной, а самый, наверное, обыденный для любителей фантастических книг и игр, космический. Огромный ромб, едва ли не с два футбольных поля, с множеством башен и мигающих огней, проплывал над головой. Яркое синее пламя на корме корабля чуть подергивалось, то превращаясь в длинную каплю, то сворачиваясь в полусферу. Двигалась эта конструкция совершенно бесшумно.

Мимо шли прохожие, зябко кутаясь в легкую одежду, пробежала собака, остановилась на секунду, подняла лапу, окропив фонарный столб, и поспешила прочь по своим делам. Шли люди, ехали машины, и никому не было дела до того что творилось на небе.

- Видишь?

Рядом встала Марина, протягивая Сереге набитый снедью пакет. Тот машинально его принял, указал вверх.

- Вижу. Почему все так спокойны?

- Потому что видим его только ты и я. Может еще сержант бы заметил, если бы рядом был.

- Что это?

- Предтечи. Патрульный крейсер. У них неподалеку перевалочная база. Я потому и сняла тут дом, чтобы быть к ним поближе. Они рядом с собой и искать-то не догадаются.

- А почему их никто не видит кроме нас с тобой?

- Маскировка предтечей. Генерируют визуальный щит преломляя свет. Только линзы и справляются. Для глаза обычного человека они не видимы. Только и можно отличить, что по внезапному похолоданию.

- Это тоже эффект света?

- Нет конечно. – Марина улыбнулась. – Это они корпус остужают. Идут-то на маршевых, видишь, как огонь позади мерцает. Приходится регулировать мощность, чтобы планету не спалить. Вот их охлаждающие установки и работают на максимуме. Если вдруг среди лета снег пойдет, то точно корабль над головой. Мотай на ус.

- Нам спрятаться может?

- Не. – Марина махнула рукой. – Им не до нас. Да и не поисковый это бот. Вот если увидишь в воздухе что-то похожее на серебристую сигару, размером с небольшой автомобиль, вот тут сигай в кусты и лежи ветошью. Это поисковики.

Серега поднял взгляд, как завороженный, наблюдая за медленным проходом корабля над головой. Громадина, наверняка невероятно тяжелая, вызывающая погодную аномалию и еще черт знает что в довесок, плыла по небосклону с легкостью гусиного перышка, не производя ни единого звука. Парень даже невольно залюбовался Кораблем предтечей и не слышал, как Марина что-то сказала. Чтобы привлечь его внимание, ей пришлось грубо дернуть Серегу за рукав.

- Что такое? – Очнулся тот. Гипнотическое зрелище над головой не спешило отпускать.

- Сержант звонил. – Сухо поделилась Марина. – Помощь ему нужна.

- Что случилось?

- Похоже, ему кто-то сел на хвост. Надо дать огневую поддержку.

- Мы куда?

- Назад. Он в виртуале. Вышел на несколько секунд, чтобы передать сигнал SOS. Нам надо поторопиться. Если схватят его там, быстро запеленгуют точку входа, а там и до ареста недалеко. Живей. В подвале у меня оборудование.

Бросились назад через переход, пакет оттягивал руку, тонкие пластиковые ручки больно врезались в ладонь, но Серега мужественно терпел и не подавал виду. Распахнув калитку, Марина бросилась к машине, завела мотор, и отобрав у Сереги пакет, засунула его в багажник, хлопнув крышкой.

- Ты чего?

- А ты не догадываешься? На все про все у нас минут тридцать будет. Больше предтечам и не надо, чтобы сектор нашего входа запеленговать. Потом придется уходить тайными тропами. Я оборудование держала на вот такой случай. Бросить придется, жалко. Живо в дом и выноси все, что может понадобиться. Потом времени не будет.

Серега пожал плечами. Вещей у него и так не было, а вот Марине было что собрать. Очень скоро две плотно набитые спортивные сумки разместились в багажном отделении. Марина вновь потянула Серегу за рукав, прошли по дому, остановившись в спальне, девушка сдернула с пола половик, открыв не заметную до этого, крышку люка с круглой, утопленной в дерево скобой. Крышка поддалась на удивление легко, а под ней обнаружилась узкая лестница, уходящая в темноту. Марина юркнула вниз, включила свет. Серега спешно спустился вслед за девушкой. Внизу оказался обычный погреб. По стенам располагались полки, заставленные пустыми банками и каким-то хламом, вроде старой швейной машины и куклы без головы. Старые хозяева явно страдали странной бережливостью. Старая детская коляска, нагруженная зелеными стеклянными бутылками, в углу прятались в пыли чугунные гантели. На глаза попались с десяток пачек изветшавших газет, аккуратно перевязанных почтовой бечевкой, корзина, доверху заполненная истлевшими от времени мотками какой-то пряжи.

- Черт.

Марина ударила по одному из ящиков, заспешила назад. Вскоре сверху упал длинный провод. Вновь спустившись вниз, Марина потянула его к двум кофрам, распахнула один из них и достала странную круглую конструкцию.

- Вот, шлем. На голову надевай. Вот тут еще перчатки. Стоп. – Марина зарылась в кофре, вытащила что-то вроде браслета и протянула Сереге.

- Что это?

- Вторая часть, в комплекте с линзами. Персональный помощник. Дай правую руку.

Серега подставил руку и Марина надела на нее широкую стальную полосу. Щелкнул замок, и на стали показались цифры. Спереди и сзади на браслете виднелись два разъема, к одному из которых Марина подключила кабель от черного ящика. Второй кабель она подсоединила к шлему, и наконец вручила его Сереге. Свой браслет она достала из кармана и так же защелкнула его на своем правом предплечье.

- Цифры. Состояние. Если не сотня, значит плохо. Меньше семидесяти, ляг полежи. Сорок и менее, значит не сладко тебе пришлось и пора в больничку. Каждый такой аппарат оснащен датчиком слежения, но наших меток у предтечей нет, а вот мы друг о друге знаем.

- Зачем все это?

- Необратимые последствия в виртуальной среде. Мозг – это, по сути, компьютер, управляющий всем с помощью электрических импульсов. Если он решит, что у тебя тяжелое ранение, то сделает так, что тебе станет плохо. Виртуальный мир нашего противника разрушителен и смертелен для нас для всех, так что, когда будем внутри, не высовывайся.

Серега кивнул и надел на голову странную конструкцию. До костюма и шлема в игровом зале у Федора этому оборудованию было очень далеко. Сделанное почти на скрутках, жесткое, в щеку что-то кололо, жало в затылке. Подгонять по размеру шлем никто не собирался. В прорези были видны перчатки, от которых тянулись отводы жгутов, ящик к которому было подключено оборудование, призывно замигал лампочками.

- Обратный отсчет до входа. Четыре, три…

В кончиках пальцев появилось странное онемение, запахло жженой проводкой.

- … два, один…

Мир вокруг погрузился в кокон. Все стало ненастоящим, как будто обрисованным неумелым художником на плохом планшете.

- … вход.

Ощущать себя нубом, отчетливо понимая, что все тут не так просто, как могло казаться, а порой вовсе непостижимо, испытание не из легких. Серега оглянулся. Вокруг черные стены, под ногами бетон в выщербинах, видны следы волочения чего-то тяжелого. В десятке метров впереди застыл старый погрузчик, на спущенных шинах. Его желтая кабина вмята, выдавлено лобовое стекло, а манипулятор вырван с корнем и валяется тут же рядом. Длинный коридор, засыпанный мусором и осколками стекла. Тишина.

Попытавшись оглянуться, Серега завертелся на месте.

В динамике послышалась возня.

- Прибытие.

- Марина, ты? – Серега беспомощно всплеснул руками, из-за чего вращение только усилилось. К горлу стремительно подступила тошнота. – Я не могу остановиться.

- Физика непривычная. Забыла предупредить.

- Останови меня.

- Не могу. Воздействовать друг на друга мы не сможем. Имей ввиду. Дотащить тебя до укрытия я не способна, так что возьми себя в руки.

- Что мне делать?

- Прежде всего успокойся.

- Легко сказать. Меня тошнит уже.

Серега закрыл глаза чтобы убрать картинку вращающегося перед ним мира. Стало немного легче.

- Закрой глаза.

- Сделано. – Тошнота подступила снова, и парню потребовалось немало усилий чтобы ее унять.

- Хорошо. Тогда прижми руки к туловищу. Только плотно, пальцы сожми, руки в локтях выпрями . И жди.

Серега так и сделал, и к облегчению своему почувствовал, что начинает останавливаться. С этим ощущением пришло и осознание. Мир вокруг, со странной физикой, и почти неуправляемой моделью, был более чем настоящий. Из реального мира сюда не проникало ни лучика света, ни запаха, ни звука. Шлем полностью отгородил от внешних раздражителей.

- Когда остановишься, открой глаза. Я рядом с тобой. Потом начинай двигаться медленно и плавно, будто тебе что-то мешает. С новичками всегда так. Мы это называем состоянием «волчка». Если сможешь справиться с этим, свыкнешься и с местной манерой перемещения.

- Почему так? В игре я двигался привычно.

- Потому что это не игра. Там была полуэмуляция среды обитания Предтечей.Там поблажки в гравитации, плавности хода, частоте кадров. Тут твое тело и сознание никто щадить не будет.

- Где мы вообще?

- В одном из тоннелей. Коммуникационный шлюз. Если присмотришься, увидишь что-то интересное под потолком.

Серега наконец остановился и застыл, чтобы случайно не сделать лишнего движения. Сердце стучало в груди, перед глазами плыли разноцветные пятна, во рту появился неприятный привкус железа. Подняв голову он сначала ничего не понял, а потом заметил, что потолок шевелится. Присмотревшись более внимательно, он ахнул. Над головой бушевали нешуточные страсти. Сотни, нет, тысячи странных серых жуков, бежали по бетону над головой. Каждое насекомое несло перед собой в одной из пар лап черную коробочку, другими же оно ловко цеплялось за твердую поверхность. Движение было оживленным, поток жуков сновала туда и сюда, и в первый момент все перемещения казались совершенно хаотичным, но стоило зацепиться взглядом за пару тварей, как сразу становилось ясно, что двигались они совершенно синхронно, будто вода в ручье. Один поток шел вперед, другой назад, и количество странных насекомых не сокращалось.

- Это фреймы. Боты данных. – Пояснила Марина. – Предтечи так визуализируют запросы. Время тут идет очень странно. По отношению к обычному земному один к миллиону. У нас еще и секунды не прошло, а ты уже успел покрутиться и чуть не опустошил желудок. Фреймы двигаются с чудовищной скоростью, и только тут, сосредоточившись, мы их можем заметить.

- Они не опасны? – Серега опасливо поглядел на потолок.

- Совершенно безопасны, если ты не стоишь на их пути. – Успокоила парня Марина. – Увидел фрейма, прыгай в сторону, и останешься жив. В ином случае они просто могут пройти сквозь тебя.

- К этому меня жизнь не готовила. – Серега шумно выдохнул, беспомощно развел руки в сторону.

- Начинай двигаться. Аккуратно. – Посоветовала девушка. – Как только наберешь скорость, руками и ногами не дергай. Чтобы завернуть чуть отклоняй корпус. Ну, с богом.

- Сержант Марине, вы на месте?

Серега едва сдержался, чтобы не подпрыгнуть на месте и снова не оказаться в дурацкой ситуации.

- Мы в коллекторе. – Сообщила Марина.

- Поторопитесь. Стартовое время на десять. У меня хвост. Возможен огневой контакт.

- Опять огневой контакт. – Горестно вздохнул Серега, вспомнив как плавится металл под выстрелами импульсного автомата.

- Торопимся. – Марина уверенно двинулась вперед. Серега, неуклюже переворачиваясь в воздухе последовал за ней. Движение вперед было легким. Просто шагай, не ускоряясь.

- Странно. – Поделился он. – Для движения у Федора был движущийся пол.

- Нам бы тоже не помешал. Снизили бы хаотичность физики. – Произнесла Марина. – Тут все только в голове. Если вдруг почувствуешь, что что-то тянет, значит ты двигаешься в реальности. Немедленно остановись, подайся назад, до того момента, когда сдерживающее ощущение пропадет, иначе разъемы вырвешь.

Глава 7

- Что я вообще тут делаю? Я же абсолютно ничего не умею.

- Ты понадобишься чтобы надавить на кнопку.

- На какую кнопку?

- Увидишь. Всегда есть кнопка. Это вроде рубежа, вроде отсчета состояния. Мне поясняли, но я так и не поняла. Один должен стрелять, другой давить на кнопку. Соберись, от этого наша жизнь может зависеть. Сержант просто так подмогу не вызывает.

Постепенно тоннель расширился, убежал вверх потолок, впереди забрезжил свет.

- Выходим на поверхность. Главное, внимания не привлекать. Предтечи от нас тут ничем не отличаются.

- А как они хоть выглядят?

- Да обычные люди. Наши тут тоже есть, но в этом секторе очень мало, так что любой, кто покажется впереди, почти наверняка враг.

- А что тут сержант делал?

- Вот встретим, спросим. Мне самой интересно.

Медленно, но уверенно мир затягивал. Стали различимы звуки, вроде баханья подошв о бетон, донесся гул работающей вдалеке техники, лязга чего-то стального, явственно прорезалось шуршание фреймов под потолком. Марина вскинула руку и в тот же миг в ее ладони появился импульсный автомат.

- Опа на! – Восхитился Серега. – Это ты как скастовала?

- Фреймы, вездесущие фреймы. – Пояснила девушка. – Пока мы в транспортных тоннелях, они всегда над головой. Тебе просто нужно поднять руку и сформулировать желание. Только делать это нужно максимально четко. Информация передается постоянно, и вероятность того, что что над тобой пролетает нужный модуль равна восьмидесяти процентам.

Серега поспешно поднял руку, тут же пожалев об этом. Непривычная физика до боли вдавила его пятки в бетон, да так резко, что он едва не упал. Невероятным усилием выпрямившись, он представил себе импульсный хлыст, но как не старался, ладонь осталась пустой.

- Что? – Ехидно поинтересовалась Марина. – Не выходит?

- Нет. – Грустно поведал Серега.

- Сперва всегда так. – Успокоила Девушка. – У свободных людей с ассоциативным рядом куда как лучше. У не вольно рождённых есть проблемы с визуализацией. Некоторым так и не удается соединиться с фреймами, другие выходят на результат после третьего-четвертого входа. Так что не все потеряно. Потренироваться ты еще сможешь.

Тоннель внезапно оборвался, а перед глазами раскинулась белая равнина, усыпанная снегом. Едва Серега ступил на него, сразу почувствовал, как резко упала температура.

- Нажми на правое плечо. – Посоветовала Марина. Парень так и сделал. В мгновение его привычный облик изменился. Худи сменила плотная меховая накидка, перчатки без пальцев заменили варежки, а ноги укутали плотные меховые штаны. Ветер ударил в спину, резко изменил направление, подхватил пригоршню снега, швырнул ее Сереге в лицо. Тот едва успел прикрыть его рукой, почувствовав, как острые кристаллы льда обожгли холодом щеку. Над головой ярко сияли два солнца, ослепительно белые, в радужных ореолах, одно готовое уже закатиться за небосклон, второе же едва перевалившее зенит.

На белом покрывале снега, то ли физика поменялась, то ли сам Серега приноровился к местным особенностям гравитации, однако идти стало куда как проще. Под ногами хрустел наст, Серега обернулся, отметив как отпечатываются за спиной отчетливые следы подошв.

- Это очень напоминает игру.

- В точку. – Марина шла рядом, и Серега совершенно не понимал, как девушка тут ориентировалась. Вокруг расплылась бесконечная белая пустыня, тоннель очень быстро исчез в снежной взвеси, и теперь только две темные фигурки двигались по белой поверхности планеты. Ветер крепчал, тормошил одежду, старался проникнуть под меховую накидку, добраться до тела, выстудить его, заморозить кровь. – Ты наблюдателен. Это Ледяной Коготь, аванпост предтечей. Реальный мир, который только готовят к заселению людьми. Я же тебе говорю, наши враги не особо креативны. Самая лучшая ложь, это ложь с доброй долей правды. Хочешь показать реальный мир, покажи его как есть, без прикрас. Хочешь скрыть свое присутствие, просто измени видимый спектр.

Прошел час, а может и больше. Глаза начали болеть от блеска снега, и ели бы не шлем, который почти сразу затемнил все перед глазами, Сергей, наверное, бы ослеп. Начала сказываться усталость, ноги проваливались в снег, иногда парень уходил туда почти по пояс, а вот с физикой стало лучше. Управляясь со своим виртуальным телом, он начал даже получать удовольствие от процесса, планируя свои дальнейшие шаги. Чуть отклонил корпус, выставил руку в бок, наклонился вперед, и удивительная реакция гравитации виртуальной планеты не заставляла себя долго ждать.

- А мы успеем?

- Времени потрачено минуты три. – Пояснила Марина. – Нам осталось дойти вон до той башни. Там еще один коммуникационный центр. Кстати, а вот и сам сержант.

Рука Марины указала куда-то в белую пустоту. Серега присмотрелся, ничего. Горизонт буквально исчез, бледное небо почти слилось с землей, а два солнца дарили холодный безжизненный свет этой мертвой планете. Впрочем, девушка оказалась права. Через пару минут впереди, на белоснежном фоне стала различима черная точка, она увеличивалась, росла в размерах, приобретая очертания, пока вдалеке не показалась в высшей степени странная конструкция. Издалека она напоминала черное колесо, посреди которого застыл такой же черный шар. Как он там удерживался, и как двигалась конструкция, оставалось не ясно, но перемещение происходило очень быстро. Колесо неслось с чудовищной скоростью, поднимая за собой столп снега. Не доезжая метров пятьсот, повозка замедлилась, и черный, почти обсидиановый круг замер, балансируя на ветру. Распахнулась еле заметная боковая дверь, и в проеме появился сержант.

- Долго вы. – Выдохнул он, и в воздух вырвалось облачко белого пара. – Разделиться надо. Я сейчас круг сделаю, а вы пока к кнопке шагайте. Постараюсь увести атаку, если башни сработают.

- А в чем сыр-бор? – Резонно поинтересовался Серега. – Что мы тут вообще делаем?

- Предтечи на тебя ориентировку рассылают. – Сухо пояснил сержант. – Если запустить в коммуникационный шлюз обманку, то фреймы с информацией начнут дохнуть, так что в тоннели не суйтесь, засыпать может. Мину я уже разместил, но активатор перебросило в другой район. Вам топать до него минут двадцать. Где-то у центрального входа в башню найдете и сразу запускайте. Не раздумывая.

Окинув путников взглядом, он скривился.

- Ты чего мальцу ствол не дала?

- Не скастовал. – Смутилась Марина.

- Так дала бы свой, а себе новый. Эх, молодежь. – Сержант исчез в кабине, и вскоре появившись, сбросил Сереге импульсную винтовку. Тот поймал ее на лету.

- Ого, тяжелая.

- Как пользоваться знаешь? – Сержант снова шумно выдохнул. – Зарядов не густо, но это больше психологическое. Шарахнуть по чужому снегоходу, или, если вдруг, сторожевой фрейм выберется.

- Сторожевой фрейм? – Напрягся молодой человек.

- Тебе Марина не рассказала?

Серега повернулся к девушке, но та была занята изучением горизонта.

- Есть фреймы почтовые. К ним главное под ноги не суйся, а есть фреймы сторожевые. – Пустился в объяснения сержант. - Действуют они вроде как антивирус на компе. Засекут тебя, и, если ты не из предтечей, а, следовательно, инородный и опасный элемент на Ледяном Когте, сторожевой фрейм попытается тебя уничтожить. Тут их много, на два градуса справа от башни я видел признаки целого гнезда. Ледяные когти, еще зовутся. Страшные создания. Скорость как у курьерского поезда, удар как у парового молота, а мозгов с грецкий орех. Единственное предназначение – сталкинг с последующей терминацией. Ну, удачи. Если придется туго, сразу выходите, но поток по тебе Серега уйдет куда не надо, и осложнит нам жизнь.

Захлопнув дверцу, сержант увел свой снегоход вправо, вильнул и исчез в облаке снега. Двинулись дальше. Марина шла впереди, вглядываясь в горизонт, за ней шел Серега, баюкая на груди импульсную винтовку и не находя себе места от беспокойства. Путешествие сначала началось совсем просто, ну вертанулся волчком, и что такого? Простейший дискомфорт. А теперь? Тут же холод такой, что зубы сводит, да еще поисковые фреймы, спят и видят, как завершить бренное существование нарушителей местного порядка. Всплыло в голове и то, что Марина уверенно сообщила, что помощи от друга лучше не ждать. Стоп, неувязочка.

- Почему сержант смог мне дать ствол? – Хмуро поинтересовался он. – Почему он сказал, что ты могла бы дать свое оружие?

Марина шла вперед, не отвечая, но Серега настаивал. Догнав ее, он в первый раз за все время присутствия на Когте, да и за время знакомства в целом, коснулся ее плеча. Девушка встала, повернула голову.

- Ты должен все сделать сам. – Протянула она по словам. – Никаких поблажек. Если ты будешь тут беспомощен, то у нас не будет иного выхода.

- Какого же.

- Поверь, я хочу этого избежать всеми силами, но ты должен показать класс. Иначе сержанта будет не убедить.

- Погоди, ты вообще о чем говоришь? – Опешил Серега.

- О твоем банке памяти. – Выдавила нехотя девушка. – О памяти Дока. Нам она нужна позарез. Она не просто нам нужна, она человечеству необходима. Если тебя найдут предтечи, захватят твое тело физически, они просто обнулят твой мозг.

- А вы?

- Мы должны быть готовы вывести тебя с планеты. Попытаться сделать так, чтобы воспоминания Дока начали всплывать сами собой. Можно считать информацию, но «мягким» способом мы потеряем часть данных.

- А жестким?

- Превратим тебя в дурака.

- Сержант об этом знает?

- Не меньше моего.

- Хороши же спасители.

- Ты не понимаешь, Сергей. Нам нужна эта точка на карте. Наш флот несет потери, большие потери. Еще год мы не вынесем противостояния. Ресурсы у людей кончаются, ветшает и выходит из строя техника, умирает личный состав. Через год, без удара по центральному узлу наш флот начнет отступать, а за нем обитаемые планеты, населенные орбитальные станции. Женщины, старики, дети. Придут предтечи и поработят их, сведут все к минимуму. Свободу, волеизъявление, чувства. С вольно рожденными они поступают не в пример хуже чем с вами, новыми. Они заполняют мозг данными под завязку, вытесняя личность, превращая человека в овощ на аппарате ИВЛ. Я видела такое, и не раз. Мы отступаем, отступаем уже три года, и потеряли одну планету и три космо-колонии. Среди них был и мой дом.

На глазах девушки проступили крупные слезы. Она резко развернулась, сбросив руку Сереги, и зашагала в сторону проступавшего сквозь пургу шпиля. Серега снова ее догнал. С губ сорвалось.

- Как я могу помочь?

- Вспомнить. Вернуть воспоминания Дока самостоятельно. Жить в виртуальной среде, будто это твой второй дом. Рвать фреймов на миллионы пикселов. Док умел, он учил нас противостоять врагу в его же среде обитания. Были совершенны сотни операций, и операций успешных…

- Марина.

- Не перебивай. Хотел знать, как, так слушай.

- Марина.

- Ну что?! – Голос девушки сорвался на крик.

- Посмотри. Там. – Сергей указал рукой в белое марево. Там, среди бескрайнего снега внезапно появилось множество черных точек. Сначала они казались безобидными, одна, две, три, вскоре их можно было насчитать не меньше дюжины дюжины. Они росли и приближались, и по началу Серега принял их за одно из тех устройств, на котором пожаловал сержант. Отличия стали видны очень скоро. Это были существа, напоминающие скорпионов, огромных скорпионов с мощными широкими лапами и длинным хвостом, на конце которого зависло ядовитое жало. Можно уже было различить хитиновые пластины, мельтешение лап под тушей, щелканье острых жвал на морде, сущий ад для инсектофобов.

- Фреймы. – Марина в миг успокоилась, стала серьезной. Лицо ее исказила злая ухмылка. – Сережа, если мы разделимся, выходи.

- Как?

- Просто пойми, что этот мир не настоящий, и он сразу тебя отпустит. Это легче чем кажется.

- Что теперь?

- Бежим! К башне! Беги так, будто от этого зависит твоя жизнь.

- Так ведь и есть.

Серега бросился следом за Мариной, быстро поняв, что физика передвижения ему целиком не подвластна. Передвигаться ровно не получалось. Порывы ветра относили то влево, то вправо, и каждое приземление, с последующим погружением в снег, сильно осложняло бег. Когда Серега вновь поравнялся с Мариной, та прокричала.

- Не прыгай, беги!

- Я не могу, не получается.

Парень вновь оттолкнулся и ушел по дуге вперед, врезавшись в снежный наст. На этот раз увязнуть пришлось по колено. Тем временем фреймы быстро приближались, отчетливый лязг жвал вызывал ужас. Серегу прошиб пот, во рту пересохло от напряжения.

- Смотри как делаю я.

Серега обратил внимания на то, как действует девушка. Корпус накренен вперед, руки чуть отведены, едва придерживают автомат, подбородок приподнят. Простейшее изменение положения тела, а каков результат. Уже через секунду студент несся по снежному насту, наравне с подругой. Наст хрустел, едва держа, но он все же не проваливался. Башня становилась видна все отчетливей, начали вырисовываться очертания центра, длинные стены, застывшие точки турелей. Одна из них вздрогнула, и увидев цель начала поднимать орудия. Вспышка справа отшвырнула в сторону, небо за спиной озарило ярким белым светом.

Сергея отнесло взрывной волной. Зарывшись лицом в снег, он не видел, как из белого облака вынырнул снегоход, и обдав турель градом выстрелов, понесся вдоль стены. Автоматика отреагировала мгновенно, цепочка белых взрывов за колесом сержанта оплавила снег, обнажив черную скальную породу. Взметнувшееся в воздух облако белого пара осыпалось ледяными осколками. Парень еще слышал крики Марины, но было уже поздно. Первый фрейм пролетел над ним. От острых лап его отделили считанные сантиметры. Второй тоже промахнулся, а вот третий, зарывшись лапами в снег остановился в нескольких метрах и размахнувшись приготовился ударить. За миг до катастрофы, острой мучительной боли от удара фрейма, Серега успел рассмотреть его в подробностях. Длинные узловатые лапы с перепонками, на конце которых острые когти, мощный торс, закрытый толстыми хитиновыми пластинами, крохотные ворсинки, покрывающие брюхо почти целиком, вывернутые жвала, которых при ближайшем рассмотрении оказалось четыре, и небольшие для такого великана сетчатые глаза, расположенные на верхушке головы. Вот он, шанс. Подхватив пригоршню снега, Серега бросил ее прямо в сетчатые моргала урода, низко склонившего голову перед ударом. Тот замотал всем своим немалым телом, помедлил, и этого было достаточно, чтобы перекатиться вправо. Мощный удар хвоста пришелся в то место, где еще секунду назад была его голова. Вскочив, Серега вновь бросился к башне, где Марина, встав на одно колено, дырявила разрядами зазевавшихся фреймов. Залп, еще один залп. Часть ушла в молоко. Тем временем остальные стражи окружили путников, заплясали вокруг в предвкушении добычи.

В этот раз сержант ошибся. Кнопка, та самая, что предстояло нажать, нашлась рядом. Чуть запорошенная снегом, большая, красная, на стальном пьедестале, она была настолько чуждой и необычной, что не опознать ее не было ни малейшего шанса.

- Вон они, жми. – Марина перевела ствол автомата. Импульсная дробь ударила в панцирь ближайшего фрейма, и тот, издав истошный визг, завалился на бок. Инерция проволокла его тело вперед, и морда с жвалами зарылась в твердый наст. Не дожидаясь пока подоспеют остальные, молодой человек ударил кулаком по кнопке, и чертова физика, только и ждавшая, когда он совершит оплошность, подбросила Серегу вверх.

Долгожданное «Закончили, выходим» прозвучало как благословение.

Глава 8

Вещи в машину грузили спешно. Еще не отойдя от манеры передвижения на Ледяном Когте, Серега шатался и спотыкался. Немного мутило от происходящего, да и адреналин после бешенной гонки по ледяной пустыне, еще не бурдил в организме. Оба кофра погрузили на заднее сиденье. Подумав немного, Марина отправилась в дом,вынесла оттуда покрывало и укутала контейнеры.

- Так-то лучше будет.

- Куда теперь?

- Сержант будет ждать в условленном месте. А лихо ты справился для первого раза. Я и не ожидала. Найти кнопку не каждому дается.

- Ну найти ее было не сложно. – Серега уселся рядом с Мариной, и та повела машину по гравийной дороге прочь от дома. – Большая такая, красная, размером с блюдце.

- Тебе еще очень много надо будет понять. – Девушка улыбнулась, и начала выкручивать руль на поворот. Едва авто отъехало, как с соседней дороги выкатила патрульная машина и лениво помаргивая синим светом покатила в сторону их бывшей дачи.

- Предтечи?

- Возможно. Может просто полиция. Проще же их навести, они в отделение доставят. Дальше же снимай все сливки.

Мимо пронесся велосипедист в спортивном костюме, оглашая округу звонкой трелью звонка на руле. Марина чуть пригнула голову, будто опасаясь, что ее заметят. Серега тогда не придал этому жесту особого внимания, а зря.

Шоссе в это время суток было пустым. Люди уже приехали с работы, и поток автомобилей заметно поредел. Начали зажигаться фонари, раздвигая хвойные стены по обе стороны дороги и ярко высвечивая белую разметку на асфальте. Время подумать было.

Серега в который раз осознал, что его привычная и вроде бы неплохая жизнь бесповоротно изменилась, и сам он, перейдя на нелегальное положение, не выиграл, а проиграл. Связь с родителями, что больше всего заставляло щемить сердце, будет потеряна. Прервутся контакты с друзьями, никогда больше не будет привычных занятий и развлечений. Впереди была сплошная пелена тумана, в которой только проступала, но уже остро ощущалась опасность.

- Расскажи мне про свой дом. – Предложил Серега. – Если, конечно, это допустимо.

Марина пожала плечами.

- Я не люблю говорить об этом, но чтобы ты осознал всю серьезность ситуации, я сделаю исключение.

Серега протянул руку назад, нащупал в одном из пакетов банку газировки и пакет с чипсами.

- Есть хочешь?

- Нет.

- А я перекушу.

- Как знаешь. – Марина на секунду замолчала. – Я родилась на орбитальной станции реального притяжения. Все мое детство прошло в закрытом пространстве. Я выходила в космос с классом, мой отец работал шахтером, дробил астероиды, а мать школьным учителем. С самого начала нам рассказывали об экспансии предтеч, про то, как мягко и ненавязчиво они проникли во все сферы жизни на материнской планете, как начали заправлять политикой, религией, но и кое-что положительное они привнесли. Прекратились болезни, войны, расовая неприязнь постепенно утихла, а вскоре и вовсе исчезла. Предтечам было совершенно плевать на цвет кожи. Важны были только емкости для данных. Я росла в период войны. Это было тяжелое время. Все ресурсы отдавались на фронт, шахтеры делали две, а то и три смены подряд. Не хватало материалов для звездных крейсеров, не хватало личного состава. Обслуживающий персонал, солдаты, медики, техники-карго. Все они, уходя на передовую, грузились на пассажирские челноки и отбывали на линию фронта, где базировался наш второй и третий звездный флот. Первый флот был разбит, а все выжившие взяты в плен. О дальнейшей судьбе экипажей можно только догадываться. В космосе выживают единицы, и то по счастливому стечению обстоятельств. Если кто-то оставался на борту, когда повреждения корабля выходили за рамки критических, он погибал от недостатка кислорода. Если же члены экипажа могли эвакуироваться, то фреймы предтеч перехватывали капсулы. Воевать в космосе - это дорога в один конец.

Когда я окончила школу, то сразу подала заявление на флот, и мне, разуметься, отказали. Однако я не успокоилась, и подала заявление в академию, на пилота. Меня приняли, и я улетела со станции, проведя за партой два года. Пока я училась, линия фронта продвинулась на несколько сотен парсеков. Пилоты предтеч были на голову сильнее чем наши. Они быстрее реагировали, им не нужно было щадить себя, выполняя фигуры пилотажа, их корабли несли на себе больший запас вооружения и топлива. Как мы тогда сдерживали волну наступления, я не понимаю. Люди гибли сотнями. Когда я выпустилась из академии в чине летного лейтенанта, я узнала о том, что моя родная станция сопротивлялась до самого конца, пока оборонительные турели не опустошили энергозапасы генераторов кислорода. Какое-то время держались шахтеры, на наспех оборудованных оружием добытчиках, но куда им было до ультрасовременных Пожирателей. Как указывают последние переговоры, предтечи выбрали мою родную станцию как показательную. За сутки до этого они потребовали капитуляции остатков второго и третьего флота, а четвертый, к которому я должна была примкнуть, только сходил со стапелей. Захватив сектор и вытеснив войска, предтечи произвели блокаду станции, и держали людей внутри нее почти три месяца, в то время как поредевший едва ли не на две трети второй флот пытался пробить блокадное кольцо. Одновременно с этим маневром, наш противник развернул новый фронт атаки на две обитаемых колонии, и остатки третьего флота спешно отошли для помощи их орбитальной обороне.

Когда срок ультиматума вышел, предтечи начали расстреливать станцию из главных калибров своих крейсеров, для фокусировки им надо было подойти на дистанцию линейного выстрела. Первую атаку отбила группа шахтеров на своих старых посудинах. Вооруженные только энергобурами и самодельными импульсными пушками, они обрушили первую и вторую волну. Третью, финальную, они не вытянули. Их вел мой отец. Все три раза он выводил злых отчаявшихся людей, понимая, что ведет их на верную смерть.

Предтечи уничтожили смельчаков, но знаешь, что, Сергей, мы их напугали. Они впервые видели, как люди дерутся столь ожесточенно и люто, что им нипочем смерть. Без промедления вступая в огневой контакт с их кораблями, проявляя чудеса ловкости и храбрости, а когда уже сил не оставалось, идя на таран.

После уничтожения станции, на ее месте осталась туча оплавленного мусора, а в эфир на всех боевых частотах землян поступило сообщение. Там было всего три слова. «Так будет с каждым».

Воцарилось тягостное молчание. Серега открыл окно, и в салон ворвался шум ветра и шин, шуршащих по асфальту. Мимо пролетела на всех парах фура груженая лесом, на встречу, слепя ярким светом фар шла колонна автомобилей. Сергей решил прервать молчание.

- А как ты познакомилась с Доком?

На лице Марины отразилась грустная улыбка.

- У каждого есть своя история, как он познакомился с Доком. – Произнесла она. – У меня это знакомство произошло спустя три года с начала службы на флоте. Тогда на моем счету было больше сотни боевых вылетов на истребителе ближнего действия. Я служила на авианосце, и наш корабль курсировал на границе со свободным регионом. Тогда был переломный момент в противостоянии. Наши силы были еще не настолько слабы, чтобы пойти на попятную, а ударные соединения предтечей поистрепались. Док всегда говорил, что мы должны воевать с врагом их же оружием и на их территории, однако его никто не понимал. Однако, в один прекрасный момент мы перехватили транспортный корабль противника, на борту которого оказался не личный состав, а коммуникационное оборудование. Если бы захват прошел спокойно, никто бы не обратил на это никакого внимания, но корабль сопровождали десять истребителей дальнего действия, и заварушка получилась на славу. Перехватчики запросили помощь у моего командования, и я в числе прочих участвовала в этом бою.

Док с командой прибыли спустя час после боя, вскрыли бортовой компьютер и проследили точку прибытия корабля. После этого был произведен точечный удар в точку в пространстве, где по сведению разведки, не было сил противника. На наших картах там была цепь астероидов, а по данным предтеч, там располагался узловой ретранслятор данных. Операция произвела сокрушительный эффект на противника. Четвертый космический флот и объединенные второй и третий, выбили предтеч из десяти секторов, расширив свободную зону. Наблюдалась массовая дезорганизация и несогласованность действий врага. Нарушились интервалы поставки боеприпасов, начало давать сбой импульсное оборудование. Предтечи перенаправили поток данных, но было уже поздно, они сдали позиции.

Удача, слепое везение, однако, это дало определенный опыт. Мы стали высылать поисковые экспедиции, которые пеленговали даже самые маленькие корабли предтеч. Те тоже стали умнее, начали перевозить ремонтные модули на больших судах, но иногда, когда что-то выходило из строя, они действовали по старой схеме. Этого было мало. Док придумал, как входить в мир предтеч. Мы давно уже знали, что у нашего врага нет материальной оболочки. Для первого контакта с человеком, предтечи использовали идентичные для хомо-сапиенс формы, однако потом, когда в этом отпала надобность, они перешли в свою привычную цифровую форму. Если ты увидишь врага, ты сразу поймешь, кто перед тобой. Каждый из них, находясь в искусственной оболочке, охвачен синей аурой. Это видно при помощи линз, опять же, одного из изобретений Дока.

Я видела, как он входил на борт первого захваченного транспортника, видела, как он общается с командованием, сама участвовала в первом вылете, после которого был уничтожен ретранслятор. Я считаю, что заслужила часть лавров от той первой и знаковой победы. Когда Док разработал интерфейс, с помощью которого можно было проникать в цифровой мир, мы поняли, что не все там так просто. Вместо ожидаемых нулей и единиц нас встретили бескрайние просторы виртуальных вселенных. Внутри этой среды, предтечи наконец-то обретали собственную плоть, придерживаясь, впрочем, одного типа. Высокие, гуманоиды, светлые волосы и яркие зеленые глаза. Выступающие скулы, узкие плечи, длинные узловатые пальцы, полное отсутствие растительности на лице, из-за чего их облик и вовсе становится инопланетным. Единственный способ убить предтеч, это уничтожить ретранслятор в месте их пребывания, а его еще надо найти.

Поняв, что мы проникли внутрь цифрового потока, враг начал совершенствовать своих фреймов. Из простых почтовиков он превратил их в патрульных, уничтожителей аномалий виртуального мира, того, что до этого они считали только своим. Мы начали выигрывать, теснить их космофлот, освобождать парсек за парсеком, но тут появились предатели. Они попытались убить Дока и часть верховного командования людей, вывести из строя наших аналитиков и сетевых операторов. Тогда и появились Карны. Кстати, мы уже приехали.

- За разговором быстро время летит. Может, расскажешь еще?

- Позже. Устала. Есть хочу.

Марина прокатилась по съезду, транспондер на лобовом стекле пискнул и автомобиль, миновав поднявшийся шлагбаум, поехал по городу. Потянулись серые панельные пятиэтажки, гаражный кооператив по правую сторону. Марина завернула на перекрестке, и они въехали во двор.

- Сержант на месте.

- Откуда ты знаешь?

- Вон смотри. – Марина вышла из машины, перемахнула через лужу, остановилась на сухом месте и указала рукой в сторону ближайшего дома. - Третий этаж, окна на кухне светятся.

Серега поднял голову и увидел тусклый желтый свет, пробивающийся сквозь занавески.

- А если там засада?

- Исключено. – Марина направилась к подъезду. – У нас есть договоренность. Когда приходит кто-то, он делает три вещи. Первая, включить свет на кухне, вторая, занавесить окно.

- А третья?

- Классика. Цветок на подоконнике. Сейчас там пластиковый кактус.

В подъезде пахло сыростью и кошками. Стены испещрены надписями, некоторые из которых были бессмысленными, другие наоборот сообщали некоторые персональные данные и личностные характеристики жильцов. Если судить по ним, Вася из второй квартиры человеком был плохим, а вот Лена с четвертого этажа, девушкой контактной и крайне любвеобильной. Миновали синие почтовые ящики на втором этаже, а площадке между вторым и третьим обнаружился целый цветник, за которым кто-то прилежно ухаживал.

Распахнутая дверь вела в коридор, со старыми пожелтевшими от времени обоями на стенах, простой деревянной вешалкой и электрическим счетчиком, выступающим уродливым черным ящиком. С кухни донесся звон посуды, лилась из крана вода. Навстречу уставшим гостям вышел сержант. Он разительно изменился, просто переодевшись в тренировочные штаны, старую желтую футболку и шлепанцы. На сгибе локтя висело полотенце.

- Обожаю бытовые хлопоты. – Произнес он. – Я еще старую Землю помню. Помыть посуду, сходить в магазин, вынести мусор или подмести пол. Все это рутина, неприятная и тягостная, ровно до того момента, пока тебя не поместят в тесный кокон перевалочного корабля. Сразу бы и уборку затеял, и обед приготовил, лишь бы чем-то заняться.

Марина скинула обувь, повесила на крюк куртку, и не обронив не слова, прошла в комнату. Сержант удивленно выгнул бровь.

- Что это она?

- Не знаю. – Серега принялся развязывать шнурки на обуви. – Говорили много, о прошлой жизни.

- Понятно. – Протянул сержант. – Ну, ты раздевайся, через несколько минут пельмени готовы будут, навернем с мазиком и за жизнь поговорим.

- Как у нас дела?

- Кисло. Ты пока на кухне посиди, пусть одна побудет.

Серега кивнул, прошел в кухню. Крохотная, с трудом вмещавшая плиту, холодильник, тумбу с мойкой и стол, так что, когда туда вернулся сержант, свободного места почти и не осталось. На обоях виднелся вытертый рисунок ромбиком, под потолком в пожелтевшем абажуре, неярко светила лампочка. Сержант выставил три тарелки, забряцал вилками в ящике стола.

- Ну, так как у нас дела?

Усевшись на табурет, Серега приготовился слушать, но сержант вместо этого крикнул.

- Марина, есть хочешь?

- Я бы убила за тарелку супа. – Донеслось с кухни. – Так на синтетике надоело.

Войдя в кухню Марина заняла последний свободный табурет.

- Синтетике? – Не понял Серега.

- Синтетическая пища. – Пояснил сержант. – С собой по космосу холодильник с сосисками не повозишь. Только на больших кораблях есть запас продуктов для камбуза. На поисковиках, вроде нашего с Маринкой, только ящик с тюбиками, а там питательная смесь. Я еще помню вкус тех продуктов, что на Земле были, на первой, на настоящей. Научники пытаются поисковикам жизнь облегчить, внедряют вкусы, но все равно. Что может быть вкусного в пасте, состоящей из белков, жиров и питательных добавок? Пусть даже она трижды с запахом и вкусом жареной курочки. Мозг сопротивляется, и уже к десятой трапезе все это теряет смысл, а ты будто мыла откусил.

- Гадость. – Протянула Марина, потянула носом воздух и с интересом уставилась на кастрюлю на плите. Там, под крышкой, побулькивали вожделенные пельмешки из почти настоящего мяса.

- Что мог, купил. – Произнес сержант. Сняв с крючка дуршлаг, он процедил пельмени, слив горячую чуть мутную воду в раковину, и начал раскладывать порции по тарелкам. Когда и с этим было покончено, все ужинали молча, и только после того как тарелки опустели, начался серьезный разговор.

Собрав грязную посуду, сержант включил воду. Принялся намыливать тарелки.

- Сегодня выкопал свой коммуникационный комплект. Второй, тот, что на всякий случай припрятал.

- Прямо-таки выкопал? – Не поверил Серега.

- Буквально выкопал. Лопатой. – Пояснил сержант. – Надо было прозондировать обстановку. Побывал в центральном коммуникационном зале по нашей системе. Добраться до него, конечно, нереально. За вашим, Серега, светилом, стоит корпус уничтожителей, автономная база, но не это главное.

Глава 9

Когда посуда была помыта и расставлена на сушилке, переместились в комнату. Квартира оказалась однокомнатной, так что втроем предстояло ютиться на четырнадцати квадратных метрах полезной площади плюс коридор.

- Плохи дела. – Продолжил сержант. – Предтечи всполошились не на шутку. Начали рассылать по тебе ориентировки. Они пока не подозревают, на чьего Карна напали, но очень скоро смогут догадаться, и тогда труба.

- А какие могут быть самые печальны последствия?

- Могут и планету взорвать. – Предположила, к ужасу Сереги, Марина. – Так сказать, махом решить все проблемы. Накроют нас из главного калибра одного из своих кораблей, пробьют ядро и развалят шарик на две неаккуратные половинки. Им проще лишиться нескольких ячеек памяти, чем поставить под удар центральный узел.

- А что же им мешает?

- Ну, так ведь не всем это с руки. Корабль надо выдернуть, и не самый маленький, сюда привести, а это значит ослабить оборону. Крупный крейсер - это вам не фунт изюму. Минус одна такая единица по периметру врага и четвертый космический тут же даст о себе знать.

- Диверсию мы совершили. Это даст нам пару дней. Пока пакет разлетится во все уголки галактики, пока поймут, что там не хватает части информации, время пройдет. – Сержант устроился с ногами на диване, подложив под спину подушку. – Мы как раз успеем на корабль.

- То есть вам плевать на планету? Тут же миллионы людей! – Не выдержал Серега.

Наступила тишина, долгая, мучительная. Первой не выдержала Марина.

- Единственный шанс оставить все как есть, это убедить предтеч, что ты умер.

- И как?

- Ну, сделать клона. Сразу мертвого. Подбросить куда в овраг, и наблюдать.

- Может, просто труп нарядим? – Предложил сержант. – Клона делать будем, энергии потратим тьму.

- Ну, во-первых, предтечи точно проверят на ДНК. – Резонно заметила Марина. – Да и потом, есть у меня мыслишка.

То, что обсуждали эти люди, было совершенно не подвластно нормальному логическому мышлению. Сделать клона, подбросить труп. Марина и сержант общались на эти темы столь просто и обыденно, будто разговор шел о планировании пикника.

- И какая же?

- Я не просто так работала в игровом центре. Пара предтеч там есть. – Спокойно произнесла Марина.

- Из чего следует?.. – Плавно продолжил Серега.

- Из чего следует, что они в эмуляции тел, а этим телам нужна постоянная реконструкция.

- Я сейчас поясню. – Перехватил инициативу сержант. – Вот взять нас с тобой, Серега. Нам жарко, мы открываем форточку, нам холодно, шапку наденем. Если ты попадаешь молотком по пальцу, то тебе больно и будет синяк. Ноготь может слезть или того похуже. Если ты порезался, то идет кровь. Это, если ты обычный человек, даже в этой повторяемой вселенной. Но если ты из предтеч, то просто записываешься в мозг к носителю. Можно взять настоящего человека, но возникнет куча вопросов и неурядиц. У него будут родственники, знакомые, определенный статус в обществе, что повлечет недопонимания и множество подозрений. Гораздо проще создать совершенно новую личность. Нет данных в полиции, значит, не привлекался. Всегда можно сослаться на то, что не местный и прибыл из другого региона, а под новую личность нужно новое тело. Одна особенность только есть, если регенерационные процессы в теле обычного человека происходят в автоматическом режиме, то копии очень быстро изнашиваются и стареют.

- И что же делают предтечи? – Заинтересовался Серега, на секунду забыв про угрозу уничтожения планеты.

- А вот это проще показать. – Сержант встал, подошел к окну и поправил шторы. – Теперь все спать. Завтра надо понять, как проникнуть в игровую контору, чтобы комар носа не подточил.

Утром следующего дня Серега вновь проснулся один. Марину уложили на диван, а Серега с сержантом разместились на раскладушках, но когда молодой человек открыл глаза, вторая раскладушка уже стояла сложенная у стены, а диван вновь приобрел свой привычный облик, лишившись простыни, одеяла и подушки. Встав, парень оделся, и прошел на кухню, но никакого завтрака не обнаружил, чему был очень опечален. К хорошему-то быстро привыкаешь. Пришлось производить ревизию холодильника, куда накануне рассовывали ранее купленные продукты. Вареная сосиска с горчицей, кусок хлеба, чай без сахара. Употребив все это и поняв, что жизнь на сытый желудок жизнь кажется веселей, Серега выглянул в окно. Машины на том месте, где ее оставили вчера, не было, зато в коридоре появились два тяжеленных кофра с оборудованием и черный агрегат с лампочками, к которому это добро подключалось. Открыв один из них, из чистого любопытства, парень осмотрел содержимое. Со вчерашнего дня ничего не поменялось. Вычурная конструкция шлема, перчатки, интерфейсные кабели. Вот и браслет. Вытащив его, он, недолго думая, нацепил его на предплечье. Звонко щелкнул замок и экран подсветил цифры. Ровно сотня, ничего не поменялось. Что в виртуальном мире. Что в реальном. Тапнув по экрану, он с интересом обнаружил новую информацию. Подсветилась единица, а сбоку появился силуэт человека. Тапнув снова, получил две строчки. Первая из них значилась как Марина, вторая не иначе как сержант. Напротив каждой строчки медленно тлел зеленый крестик.

Что-то новое. Серега с интересом осмотрел обозначения, и, решив, на всякий случай, ничего не трогать, принялся снимать браслет. Неприятность подкралась, откуда не ждали. Замок просто не пожелал размыкаться. Плотно сошедшиеся на руке грани устройства превратили его почти в монолитную полосу, где стык только угадывался. Серега попытался вспомнить, как он это делал в прошлый раз, и к разочарованию своему не смог. Он просто снял его, отдал Марине, и та упаковала в кофр. Тут же произошло нечто другое. Ни стянуть через кисть, ни разомкнуть. Легкий, он почти не ощущался на руке. Серега предпринял еще пару попыток и, убедившись в собственном бессилии, решил не ломать хорошую вещь, а дождаться товарищей. Тут на него и накатило осознание того, что связаться с ними он и не может. Раньше-то был мобильный телефон, но даже если бы он был, то нужных номеров все равно не имелось. Обойдя квартиру в поисках хоть какого-то намека, записки в пару строк, приделанной магнитиком к железной двери холодильника, или бумажки с краткой инструкцией, оставшейся на обеденном столе. Ни того, ни другого.

Едва Серега закрыл кофр, и щелкнул замками, как у двери послышалась возня. На пороге появилась Марина, широко улыбаясь и потрясая над головой ноутбуком.

- Нашла. – Заявила она. – Три часа кряду в публичке просидела.

- Что нашла?

- План здания.

- Какого здания?

- Ты не проснулся что ли? Здания особняка, где контора находится. – Разувшись Марина прошла в комнату, поставила ноут на прикроватную тумбочку, открыла его и защелкала клавишами. Экран выдал картинку.

Серега присел рядом, уставившись в экран, но кроме черточек, отметок и квадратов, ничего путного для себя не нашел.

- Ничего не понимаю. – Вновь признался он. – Ты бы пояснила.

- Легко. – Марина чувствовала момент своего триумфа, и потому настроение ее становилось лучше и лучше. – Историю надо знать, Сережа, учить ее. Многое почерпнуть можно. Я начала изучать и выяснила, что первыми владельцами, построившими особняк, были братья Бужениновы, Иван и Макар. Есть даже версия, что это потомки той самой Авдотьи, придворной шутихи при дворе Анны Иоановны, но это не точно. Бужениновы вообще были странной семьей. Брат Иван служил при дворе камер пажом, а Макар сделал немалое состояние на спекуляции железом, из-за чего погорел и был приговорен к расстрелу, и только в последний момент ему был вынесен оправдательный приговор, а точнее, смертельный заменен на заключение в Петропавловской крепости. Иван же был отравлен спустя три года, и оба они похоронены где-то под Петербургом в безымянной могиле, но не это главное. В одна тысяча семьсот девяносто втором, братья выиграли за карточным столом, где-то в игорном заведения на Лиговке, в то время еще Лиговской набережной, участок земли, использовав его под строительство. Братья промышляли услугами, ну, скажем так, сомнительного характера, и потому соорудили там элитный бордель и опиумный притон. Длилось строительство почти десять лет и неспроста. Братья планировали визиты знатных высокородных особ, и потому был сделан хитрый заказ, и ни кому-нибудь, а немцу Вирриху. Архитектор учел все пожелания, среди которых было такое расположение главного входа, которое бы не бросалось в глаза прохожим, путанный английский парк, способный без труда скрыть личность гостя, но для самых-самых селебрити, был сделан подземный ход. Подойдя на лодке по каналу, знатные гости проникали через люк в тоннель, откуда попадали в особый кабинет, где их уже ждал распорядитель. Так же, незаметно для окружающих, они это место и покидали.

И самое главное. Ни набережная за домом, ни сам дом не подвергались значительным переделкам, так что есть хороший шанс.

В квартиру вошел сержант.

- О чем речь?

- Да вот. – Марина в двух словах пересказала ему все то, что только что поведала Сергею.

- Годный план. – Сержант развернулся и проследовал на кухню. Послышался звук открывающегося холодильника. – Сегодня вечером и наведаемся. Оборудование у меня есть.

- Что за оборудование? – Поинтересовался Сергея.

- Ну, прибор ночного видения, сканер пустот, плазменный резак, если стенка на пути встанет. – Вернувшись с кухни, Сержант присел, держа в одной руке бутерброд с колбасой и сыром, развернул к себе ноут и начал изучать чертеж. – Лодку тоже можно найти.

Снова испортилась погода. Моросящий дождик, о котором все начали уж было забывать, опять напомнил о себе. К сырости прибавился холодный ветер с канала, так что Серега и Марина, стоящие на ступенях, ведущих к воде, быстро замерзли. Сержант не заставил себя долго ждать. Ровно в назначенный час из-под темноты моста вынырнула дюралевая моторка, и шумно пыхтя, устремилась в их сторону. Нос резал воду, белые буруны разбегались, брызги летели, на корме восседал сам сержанта, а перед ним стоял чемодан с обещанным оборудованием. Метров за двести он замедлил ход, и плавно подошел к причалу правым бортом.

- Грузимся.

Серега перепрыгнул в лодку, подал руку Марине, и они понеслись по черной водной глади, да так резво, что пришлось прикрыть лицо. Вскоре канал вильнул, раздвоился, блеснул купол собора, бликануло светом фар бесчисленной вереницы автомобилистов, спешащих по мосту с работы. Сержант принял право и, сбавив скорость, повел лодку по узкому каналу, закрытому в гранит. Стало холодно так, что зуб на зуб не попадал. Дождь усилился, над городом повисло черное грозовое облако, таких размеров, что ночь наступила на пару часов раньше. Пара минут мучения, и вот ход лодки замедлился, и остановив ее в паре метров у стены, сержант произнес.

- Вот где-то тут и должен быть ход. Надевайте акваланги.

- С чего вдруг. – Опешил Серега. – Неужели важные господа, дабы предаться утехам, ныряли в воду? Эдак и парики намочить недолго.

- За несколько веков уровень воды поднялся едва ли не на метр. – Сообщил сержант. – Я тоже вопрос изучил. Вы пока снаряжайтесь, а я определю пустоты.

Надо сказать, что обряжаться в гидрокостюм внутри раскачивающейся на волнах посудины, под дождем и пронизывающим ветром, задача далеко не из легких. На надевание ушло почти полтора часа, и Серега с Мариной совершенно выбились из сил. Сержант же, с ухмылкой наблюдая за стараниями товарищей, достал из чемодана громоздкий бинокль, щелкнул тумблером и начал им водить перед собой. Увидев что-то, он поднял весло и принялся править к берегу, пока бок лодки не уткнулся в гранит. Похлопав по каменной плите, он произнес.

- Не соврала история. Вот проход. Осталось только открыть.

- Там же ничерта не видно. – Серега представил, как придется лезть в ледяную воду ночью, в окружении гранитных стен. Почти аидово царство.

- На вот. – Марина протянула Сереге конец троса. – Обвяжи вокруг пояса. Так мы не потеряемся.

Первым в воду нырнул сержант. Оказывается, он давно уже снарядился, и ему оставалось только надеть ласты, снять куртку и уйти на глубину. Вскоре под толщей воды проступило неяркое белое пятно, это луч мощного фонаря уперся в гранитный берег.

- Лезем? – Поинтересовался Серега, но Марина покачала головой.

- Жди. Сержант сам разберется, а если не сможет, у нас помощи попросит. Но он и не такие двери вскрывал.

И действительно, на поверхность начали подниматься пузыри, а свет фонаря сменился ярко-белым свечением плазменного резака. Мгновение, всплеск и часть стены, обрушившись внутрь, образовала пролом, в который тут же устремилась вода. На поверхности появился крохотный водоворот, лодку качнуло, и над водой показалась голова сержанта. Не снимая маски, он помахал рукой.

- Вот теперь пора. – Марина перемахнула через борт, обдав Серегу веером холодных брызг, он помедлил немного, но все же последовал за ней. Деваться-то некуда. Трос между ними стремительно разматывался, небольшое промедление и его просто сдернуло бы в воду.

Погрузиться с головой пришлось только на несколько секунд. Вода заполнила старый тоннель едва ли на две трети, и можно было дышать без баллонов. Двигались медленно, в студеной воде, гулкое эхо летало под сводами старой постройки, хранившей немало тайн ушедших веков. Кто тут хаживал, погнавшись за удовольствиями и стремясь скрыть свою личность и поступки от публичной огласки, сколько рычагов влияния получили братья Бужениновы, что, впрочем, не спасло их от незавидной участи. Один сгинул в застенках, сожгла его легочная болезнь. Другой был вероломно отравлен мышьяком. Постепенно уровень воды начал снижаться, появились ступени, и тяжело поднимаясь, тройка начала восхождение. Свет фонаря сержанта плясал по стенам, мазал белым пятном по потолку. Видно было, что в этом месте давно уже не ступала нога человека. Постепенно вода осталась позади, а дорогу преградила массивная стальная дверь, запертая изнутри.

- Вот, дело. – Сержант снял с пояса плазменный резак. – Глаза прикройте.

Серега едва успел заслонить лицо рукой, как все озарил яркий белый свет, послышалось лихорадочное шипение, гулкий удар, и в воздух взметнулось облако серой пыли. Когда она немного осела, взору предстала крохотная пустая комната, а на пути возвышалась стена из гипрока. Строители, видимо, решили, что дверь не важна, и просто зашили ее при реконструкции. Марина отвязала трос, вручив свободный конец Сереге, и пока тот сматывал его, подошла к стене, сняла с пояса нож с тонким лезвием и сделала крохотную дыру в обшивке стены.

- Коридор какой-то. – Сообщила она, прильнув к импровизированному глазку. – Вроде как к техническому этажу. Я тут не часто бывала.

- Кого-нибудь из людей видишь? – Поинтересовался сержант.

- Нет. Но в здании постоянно есть охранник, да и сотрудники могли задержаться. – Сообщила Марина. – Ну, что будем делать? Стенку ломать?

- Ломать не строить. – Сержант снял с пояса сумку, вытащил прямоугольник и прикрепил его на стену. – Когда будем уходить, рванем. Двух зайцев убьем.

- Это как? – Опять не понял Серега.

- Все просто. – Завалим выход, имитируем нападение, оставим под завалами твоего клона, мол, был паренек, да весь вышел. Надо его, кстати, так повредить, чтобы обязательно башку раскололо, а лицо оставило, так сказать для точного опознания.

- Хорошо бы без меня. – Серега представил картину глумления над клоном, и его передернуло.

- Глядите, какие мы нежные. – Хмыкнула Марина. – Относись к клону, ну как к кукле, дорогой, высокоорганизованной, почти ничем не отличающейся от человека, марионетки, за тем лишь исключением, что она будет просто очень похожа на разумное существо. Так легче будет.

- Понимаю, с непривычки. – Закивал сержант. Выключив фонарь, он подошел к стенке, вбил в гипрок нож и принялся расширять проход.

Когда отверстие в стене стало таким, что туда смог протиснуться взрослый человек, принялись снимать баллоны, и справившись первая, в пролом юркнула Марина. За ней последовали Сергей и сержант.

- Итак, - произнес он в полголоса. – Если бы мы были предтечами, то где бы разместили реабилитационный центр?

- Он должен быть скрыт от посторонних, однако к нему должен быть легкий доступ. – Начала загибать пальцы на руке Марина, будто иллюстрируя свою мысль. – К этому месту должны подходить коммуникации, подаваться максимальное количество энергии, с тем расчетом, что она будет расходоваться, но никто не обратит на это внимание. Что это может быть?

- Вопрос на миллион. – Сержант усмехнулся.

- Знаю. – Воскликнул Серега, и тут же в ужасе зажал рот ладонью.

На него гневно зашикали.

- Что орешь? – Горячо зашептала Марина. – Сейчас охрана сбежится, потом проблем не разгрести. Наверняка у предтеч тут тоже кто-то из эмиссаров на дежурстве. Серьезный же объект.

- Извините. – Виновато произнес Сергей. – Я так больше не буду.

- А что знаешь? – Поинтересовался сержант, вслушиваясь в тишину коридора, не послышались ли где торопливые шаги и шум эфира в рации.

- Серверная. Святая святых. У нас в универе туда имел доступ только сам админ. Декана, бывало, выпроваживал, глазом не моргнув.

- А где тут серверная? – произнес сержант, адресовав вопрос уже Марине.

Та хитро улыбнулась.

- В цокольном этаже, в самом низу. Двинули, я покажу дорогу.

Коридор, метров десять. На дверях только номера помещений, что характерно, все нечетные. Под ногами мягкое покрытие пола, ступать по нему можно было совершенно бесшумно. Прошли пожарный щит с красными цифрами, вышли на площадку первого этажа, и друг за другом начали спускаться по лестнице. Дверь в серверную производила впечатление. Массивная, стальная, на электронном замке, она выглядела внушительно и неприступно, но только на первый взгляд. Сержант снял с пояса очередное устройство, вытянул тонкий кабель и, всунув его в прорезь, куда предполагалось вставлять карту, принялся что-то выстукивать пальцами на экране. Одновременно с ним, Марина достала баллон, подошла к цифровой панели рядом с замком, надавила на колпачок, и покрыла ее тонким слоем из аэрозоля. Химия подействовала почти сразу, подсветив четыре квадратика с цифрами.

Глава 10

- Реагирует на человеческие выделения. – Пояснила она на немой вопрос Сереги. – Двухфазная идентификация. По ключу и паролю. Вставляешь ключ, система сверяет информацию с тем, что у нее есть в базе, и, если ответ положительный, предлагает ввести пароль. Тут всего четыре цифры. Стоит поменять один из компонентов, и все, доступ закрыт. Разве что с болгаркой приходи.

- У меня все готово. – Сержант указал на свою часть замка, где приветливо зажегся синий диод. – Теперь твоя очередь.

Марина подошла вплотную, нависла над табло с цифрами, что-то лихорадочно соображая. В какой-то момент, видимо незаметно для себя, она начала мыслить вслух.

- Итак, мы знаем четыре цифры. Если учесть факториал, то вариантов можем быть двадцать четыре. Если цифры повторяются, то больше двухсот. Обычная система защиты позволит несколько раз ошибиться, после чего может, как заблокировать дверь, так и включить общую тревогу. Допустим вот.

Марина набрала первую комбинацию, но замок и не подумал подавать команду на открытие, а вместо этого злобно зыркнул на нее красным диодом. Вторая попытка тоже провалилась. В смущении девушка шагнула в сторону и развела руками.

- Может дверь с петель срезать?

- Нельзя. – Покачал головой сержант. – Тогда сразу поймут, что мы тут были. Надо открыть дверь иным способом.

Осмотрев преграду, он изучил тонкую щель под ней и, усмехнувшись, принялся снимать с экрана своего декодера пленку. После того как она была снята, он начал охлопывать карманы на поясе, пока не нашел зажигалку. Удивительный конечно у него был пояс, одновременно вмещающий множество полезных вещей, да еще и водонепроницаемый. Щелкнув зажигалкой, он поджег край пленки, и та принялась нещадно дымить. Быстро засунув пленку под дверь, Сержант указал в темный закуток, где стояло несколько ящиков со старым оборудованием.

- Прячемся.

Хитрость была не витиеватая. Уже через пару минут по лестнице спустился охранник, спешно грохоча по ступеням твердыми каблуками. Подойдя к двери, он приложил свой пропуск, быстро отстучал пароль и, распахнув дверь, шагнул за порог. Сержант рванул следом, исчезнув за открытой дверью, в темноте послышалась возня и звук падающего на пол, тела.

- Готово.

- Ты что с ним сделал? – Охнула Марина.

- Оглушил малость. Он даже и не вспомнит, как очнется. Давайте, полчаса у нас есть.

Помещение оказалось больше, чем можно было ожидать. Впереди, возвышаясь двумя ровными рядами, заполнили все свободное пространство стойки с оборудованием. Десятки серверов, непрерывно шумя кулерами, мигая лампочками, встали монументальной стеной, образовав крохотный проход, по которому мог пройти только один человек.

Протиснувшись за стойки, диверсанты обнаружили еще одну дверь, с обычным замком.

- Ну, тут все просто. – Марина встала на одно колено, зашуршала в замочной скважине отмычками, и дверь распахнулась. На все это потребовалось не больше минуты.

- Бинго. – Сержант шагнул внутрь, зашарил рукой в поисках выключателя. В комнатке вспыхнул свет. Посреди него стояло что-то напоминающее ванну для физиапроцедур, в которой без труда мог уместиться человек. Ванна была заполнена чем-то прозрачным и плотным, похожим на гель. Над ванной нависала установка с двумя прозрачными пластинами. К ней же были подведены два раструба, уходящие шлангами в большие стальные емкости.

- Регенератор. – Захлопала в ладоши Марина. – Так, раздевайся и залезай в корыто. Сейчас будем с тебя копию снимать.

- Целиком залезать? – Не поверил в услышанное Серега. Его еще не отпустил вымораживающий душу холод темной воды канала, а тут новое испытание.

- Не беспокойся. – Марина огляделась, подошла к незаметному столику, рядом со стойками, подняла с него и показала обычную пластиковую трубочку, ту через которую обычно пьют лимонад. – Вот, через это подышишь. Давай, не задерживай процедуру. Или ты хочешь, чтобы эту планету разнесли на куски?

Делать нечего. Ради спасения мира пойдешь на многое. Серега начал стягивать гидрокостюм. Когда он остался в одних трусах, сержант заметил.

- Их тоже снимай. В регенератор только биология. Живая ткань.

- Ладно, чего уж там. – Расставшись и с боксерами, Серега подошел к ванне, и попробовал жидкость рукой. Что странно, он совершенно ничего не ощутил. Рука погрузилась внутрь, скрылась кисть, потом предплечье, но температурных изменений замечено не было. Набравшись храбрости, парень перелез через борт, взял соломинку, и зажав ее губами, погрузился на дно. Ощущение, конечно, было странное, почти как в игре. Реальность отодвинулась, исчезли почти все звуки, а те, что все же доносились сквозь борт и толщу геля, казались какими-то искусственными и ненастоящими. Смутный силуэт проплыл сверху, донесся голос Марины. Слышно была так, будто она говорила через ватное одеяло.

Руку странно кольнуло. Ровно в том месте, где находился браслет. Дрожь пошла по предплечью, достигла шеи, пришел дискомфорт, да такой, что Серега спешно всплыл.

- Ты чего? – Охнула Марина, стоявшая рядом и что-то задумчиво настраивая на пульте генератора.

- Браслет. – Захрипел парень, перехватывая соломинку для дыхания. – Не могу.

- Признался-таки. – Сержант стоял рядом, скрестив руки на груди и саркастически посматривая со своего немалого роста. – Я его еще в лодке приметил. Что, не снимается?

- Я не специально. – Серега провел по лицу рукой, отряхиваясь от геля. – Он будто сломался. Хотел сначала снять, да не ломать же хорошую вещь.

- А что конкретно беспокоит?

- Покалывает, будто током бьет.

Марина и сержант переглянулись.

- Как началось?

- Да сначала все было нормально. Потом дискомфорт легкий, а потом аж до головы доставать начало. Очень неприятно.

- Каждый браслет настраивается под своего носителя. Индивидуальные токи, проводимость. – Марина на секунду задумалась. – Тут видимо и правда на среду реагирует. Ну, давай снимать.

Достав крохотную отвертку, она принялась возиться с замком, и о чудо, в ее ловких пальцах, тот, поддавшись, отпустил запястье.

- Будет тебе наука, по ящикам лазать. – Назидательно произнесла девушка, из последних сил срывая усмешку. – Давай назад. Времени в обрез.

- Уже.

Серега кивнул, вновь зажал губами соломинку и принялся погружаться на дно. На этот раз все прошло спокойно, вот только неожиданностей было больше. Позже Серега дотошно расспрашивал приятелей о работе того или иного механизма или действии препарата, но в этот раз не удосужился, и напрасно. Ванна начала мелко вибрировать, сквозь толщу геля показались щупы, и тонкие красные и белые линии принялись ложиться поверх тела Сереги. Они опускались медленно, слой за слоем формируя новое тело, пока тот не понял, что будет погребен под собственным клоном. С соломинкой тоже вышла промашка. Расстояния в ванне хватало ровно на двоих, и видимо предтеч это не смущало, но очень скоро вновь стало трудно дышать. Нити обхватили трубку, начали формировать вокруг нее ткани, побежали кровеносные сосуды, раскинулась нервная система. Серега в ужасе и восхищении наблюдал, как парят манипуляторы, создавая, будто в дурном сне, основу человека. Скелет, мышечная и жировая ткань, волосяной покров. Даже шрам от старой детской травмы, сохранившись на спине, незаметный уже, и давно забытый, автоматика воспроизвела в точности. Трубка вот, вот с ней незадача. Она прошла сквозь череп клона и, выйдя изо рта, производила странное впечатление.

Слава создателю, что не страдает клаустрофобией, Серега вдруг почувствовал, что тяжесть по всему телу исчезает, а трубку вырывают из губ. Взметнувшись вверх, он уцепился за край ванны, отплевываясь от попавшей в рот жидкости, а сержант раскладывал на пол клона. Действительно кукла. Руки и ноги гнутся, и на ощупь почти то же самое, вот разве что не настоящий он. Широко открытые глаза, трубка, торчащая изо рта… Сергей застыл в ужасе, понимая, что если вот прямо сейчас лечь рядом, то разницы по большей части и не будет. За несколько минут слепить полную человеческую копию. Это ли не верх технологий, а также цинизма и беспринципности. Моральные нормы? Нет, не слышали.

Пока Серега выбирался, Марина принялась надевать на клона его пожитки.

- А я в чем пойду?

- Прогуляешься с ветром. – Усмехнулась девушка.

Серега вспомнил, что стоит посреди серверной совершенно голый и стыдливо прикрылся руками. Сержант протянул сумку.

- На вот, прикройся.

- Так что, и в воду сигать вот так?

- Придется терпеть, для общего блага. Там у меня запас вещей, для тебя как раз. Доплывешь, вытрешься насухо, да в теплое переоденешься. Опять же сто грамм на грудь, как тонизирующее.

Дверь вдруг распахнулась, и на пороге появился человек. Крепко сбитый, в строгом похоронном костюме, косая сажень в плечах. Идеальные черты лица, прямой нос, очерченные скулы, породистый на вид, будто племенной жеребец. Росту в нем не меньше двух метров, чуть выше самого сержанта, и подумать бы, что очередной охранник, вспомнивший, что его напарник вот уже с полчаса не выходит на связь, если бы не один момент. Человека сопровождала аура. Еле заметное голубое сияние охватывало контур, двигалось чуть с задержкой, расплываясь и истончаясь в воздухе, стремясь повторить любое движение своего обладателя. Выглядело это столь удивительно и необычно, что Серега не сразу сообразил, что перед ним стоит один из тех самых предтеч, о которых ему так много рассказывали.

- Ложись. – Сержант бросился вперед, сбивая Серегу с ног, и вовремя.

Выстрел прошелся рядом, пробив стену, потянуло горелой проводкой. В месте пробоя заплясали огненные всполохи. Марина оставила клона на полу, так же упала на пол, и спешно откатилась под защиту стойки с серверами. Предтеча бросился вперед по проходу, не переставая поливать огнем нарушителей, да так плотно, что голову нельзя было приподнять. Серега уткнулся лицом в пол, попытался отползти, и краем зрения увидел, как что-то метнулось прочь, раздался еще одни выстрел, послышалась возня и звуки борьбы. Оглянувшись, он увидел, как пистолет, самый надо сказать обычный, вылетел из руки нападавшего, и заскользил в его сторону, а на пришельце повис сержант. Обхватив его руками и ногами, он повалил предтеча на пол, и старался сделать удушающий захват, в то время, как тот, выгнувшись, ухватил сержанта за горло. Цепкие пальцы клона стальным кольцом сошлись, начали мять плоть, сержант захрипел, но захвата не ослабил. Лицо его налилось кровью, губы сжались в тонкую полоску. Позже Серега так и не понял, что произошло. Он будто по наитию подхватил пистолет, прошлепал босыми ногами по холодному полу и уткнув ствол в висок врага, потянул за спусковую скобу. Тот дернулся и обмяк, руки его отпустили сержанта, повиснув как две беспомощные плети. Тот с облегчением откинул мертвое тело, встал и хрипло закашлялся.

- Ну, ты даешь!

Серега перевел взгляд на Марину.

- Что даю?

- Ну и скорость. Я еще ни разу такого не видела.

- Да что за скорость? – Не понял молодой человек.

Сержант шумно задышал, произнес хрипло, видно было, что каждое слово дается ему с большим трудом.

- Предтечи почти неуязвимы. Поскольку их не сдерживает возможность организма, они работают на максимальной скорости. Я вон прыгнул, а он и то ухватил меня. Думал, дуба дам. Ты же просто подошел и разнес ему голову из его же ствола.

- Уходить пора. – Марина поставила еще одно взрывное устройство, окинула взглядом поле боя. – А ну, Сереж, помоги.

Вместе с девушкой они водрузили рядом с трупом предтечи клона, расположив их так, будто те только что дрались. Отняв у Сергея пистолет, она вложила его в холодную руку полуодетой копии.

- Вот теперь порядок. – Все, уходим.

Назад прошли беспрепятственно. Наверное, уже где-то наверху била тревога, и к зданию неслись на полном ходу автомобили с тревожными группами. Первым детонировало устройство в серверной. Грохот из подвала сотряс здание, послышался звон разбитого стекла. Второе устройство сработало уже тогда, когда промерзший до костей Серега, не без помощи сержанта и Марины, перевалился на дно лодки. Сержант оттолкнулся от стены и повел моторку по каналу прочь, полыхнуло. Часть стены здания осветило ярким заревом, остатки стекол обрушились, дрогнула и поползла вниз стена. Марина открыла ящик, стоящий на корме, вытянула оттуда толстое одеяло, протянула его Сергею, и тот с благодарностью во взгляде, закутался. Выстудило так, что тело начало болеть. Бег по коридору, и тоннель со студеной водой, показались сейчас самым страшным испытанием в жизни.

Выведя лодку подальше от места взрыва, сержант остановил ее под мостом. В руке у него появилась фляга и, отвернув пробку, он подсунул ее под нос парню.

- На вот, хлебни.

Серега сделал три жадных глотка. Алкоголь зашел в организм, как стакан лимонада, побежало приятное тепло.

- Слышите? – Марина коснулась пальцем губ, призывая к тишине.

И, правда, шум поднялся не слабый. Спустя пару минут тревожно завыла полицейская сирена, к ней присоединилась еще одна, пожарная. Мимо пронесся экипаж, вильнув по набережной и исчезнув за поворотом.

- Надеюсь, что усилия не потрачены зря, и наша хитрость сработала. – Марина поплотней закутала трясущегося Серегу в плед. – Двигать надо. Как бы наш герой воспаление легких не подхватил.

Сержант согласно кивнул, осторожно коснулся поврежденного горла, потом завел мотор и погнал лодку прочь по черной воде

Водные процедуры не прошли даром. Утром Серега еле открыл глаза, хрипел, сопел и не мог подняться с постели. Марина померила температуру больного, показала градусник сержанту и тот только руками развел.

- С такой температурой только в госпиталь.

- Или на корабль.

- Сдурела. Сейчас весь город на ушах, нас ищут.

- С чего ты взял?

- Предчувствие. Обычно два скоординированных взрыва на базе предтеч, без их внимания не обходятся. Как только его повезем, любой патруль спалит. Наверняка есть ориентировка и на тебя, и на меня.

- Ну, на этой планете мы больше не жильцы. – Марина потрогала лоб Сереги. – Пылает. Что делать-то? Может в больницу?

- Много вопросов опять будет. Сдать его туда, значит отдать предтечам готовеньким. Он даже сопротивляться не сможет.

- Тогда что же делать?

- Вывести его в виртуальную реальность. Пилоты так делают, когда регенерируют. Тебя разве не учили?

- Учили. – Согласилась Марина. – Но не довелось.

- Я ему сделаю укол, стабилизаторы в наличии, а ты его пока снаряди. Разум главенствует над телом. Если отделить разум от тела на какое-то время, то стабилизаторы подействуют быстрей.

- А если стабилизаторы не сработают?

- Генотип один и тот же, а организм в таком состоянии может и не справиться самостоятельно. Сейчас принесу из машины аптечку, а ты его пока приготовь.

Серега слышал разговор товарищей, будто в тумане. Мутило. Озноб пробегал по телу волнами, было настолько нехорошо, что и жить-то не хотелось, не то, что лезть в тесный шлем, снова чувствовать на руках перчатки. Парень попробовал было протестовать, но сил оставалось только на то, чтобы тихо стонать и трястись от температуры.

- Сейчас, сейчас. – Слышал Серега сквозь пелену болезни. – Еще чуть-чуть потерпи, станет лучше.

Где-то хлопнула дверь, обдало ветром. Появился призрачный силуэт, в котором Сергей опознал сержанта. Укол в плечо он даже не почувствовал. Тьма обхватила со всех сторон, уводя в долгожданное и спокойное место, место под названием сон.

Серега открыл глаза, уставился в стальной потолок над головой, и долго не мог понять, где он, и как тут оказался. Лежать было жестко, подушка скомкалась и пропиталась потом. Старое лоскутное одеяло и вовсе валялось на полу, а сам он в футболке и трусах, лежал в позе зародыша. Переведя взгляд с полотка на стену, опять же стальную, в крупных заклепках, он попытался встать. Голова закружилась, во рту проступил привкус железа.

- Тише, ты в симуляции. – Услышал он голос у себя в голове.

- Марина.

- Да.

- Где ты?

- Симуляция слишком мала, чтобы вместить нас двоих. Я рядом. Ничего не бойся.

Серега встал и огляделся. Крохотная комната, с тремя железными стенами, и лишь одна из них прозрачная, черная, притягивающая взгляд. Плавно двигаясь, вспоминая физику перемещений на Ледяном Когте, Серега шагнул к этому манящему препятствию. Темнота как будто отступала, начали прорисовываться странные, замысловатые контуры, темные точки превращаться в светила, объекты чуть поменьше стали походить на планеты, побежали переливами звездные скопления, потянулись потоки астероидов, стремительная метаморфоза за стеклом открыла бесконечное космическое пространство.

Марина что-то еще говорила, но происходящее за окном показалось Сереге настолько великолепным, что он застыл в немом восхищении. Космос, безбрежное открытое пространство, наполненное миллиардами планет, астероидными поясами, солнечными системами и яркими, испепеляющими все вокруг красными гигантами. Картинка плыла, менялась, мимо проходили миллиарды световых лет, планеты вертелись, будто волчок в руках малого ребенка, свет сонма звезд, драгоценной россыпью проникал в угольную черноту безвоздушного пространства. Внимание Сергея привлек крохотный силуэт, где-то на самом краю географии. Он рос, множился, становился угловатым и искусственным, пока не обрел очертания космического корабля. Он был одновременно и похож, и полностью отличался от того, что привыкли представлять люди, рисовать на бумаге, воплощать в кинематографе и играх. Подрагивая белым светом, корабль двигался в космосе. Его серые, почти сливающиеся с пространством бока, обвешанные башнями и антеннами, несли на себе следы давних боев. Да, наверное, так мог выглядеть побывавший в переделке межзвездный крейсер. Величественный ветеран, непобедимый колос из стали. Он проплывал мимо, вспыхивали на башнях крохотные белые огни, но кратко, лишь на миг, чтобы отвоевать у черноты космоса крохотный кусок пространства.

Сергей не помнил, сколько он стоял у прозрачной стены, любуясь этим невероятным видом, пока не почувствовал, как картинка вокруг начала разрушаться. Ее постепенно сменила новая, теперь он находился в стерильной палате, под потолком спокойно горели в меру яркие лампы, а прозрачная стена представила новую панораму города миллионщика. Множество башен из стекла и бетона тянулись в высь, разрывая своими верхушками бегущие по небу кучерявые облака. Где-то далеко внизу тянулись бесчисленные полоски шоссе, заполненные транспортом, гул стоял такой, что доносился даже сюда. Мимо проплыла платформа, размером с футбольное поле. На ней, в окружении зеленого сада играли дети, неспешно прогуливались пожилые пары, продавец сладостей толкал перед собой украшенную смеющимися клоунами тележку, на которой большими буквами было написано «Сладкая вата». Ровные ряды посаженых кустов образовывали хитрый лабиринт, тут и там били фонтаны, рассыпая струи воды радужными брызгами, чуть вдалеке играл духовой оркестр, и солнце, выглядывающее из-за облаков, плясало веселыми бликами на начищенной до зеркала меди. Утопическая картина будущего была такой же детальной и монументальной, как и панорама корабля в космосе. Серега вновь застыл в оцепенении, стараясь различить каждый штрих, каждый изгиб пространства за стеклом.

Глава 11

Картинка снова начала меняться, в этот раз комната обветшала, виднелись следы запустения, пыль и обрывки бумаги, забитые по углам. Стекло покрылось толстым слоем пыли, сквозь который можно было различить лишь выжженную пустыню. Порыв ветра помог узреть остатки горящего города, почти погребенного под толстым слоем песка. Город даже не горел, он тлел. Огромные кучи мусора, ржавые остовы автомобилей, редкие почти разрушенные зубья небоскребов торчали по периметру, как зубы во рту у старика. По небу пролетал корабль. Он был почти такой же, как Серега уже видел, там, около магазина, где они с Мариной закупались продуктами. Он двигался нарочито неторопливо, с башен на его корпусе били яркие белые лучи, шаря, будто в слепую по мертвому городу. Свет одной из башен стал ярче, ослепляющее белое пятно превратилось в огненный шторм. С земли тут же отреагировали, несколько импульсных ракет взметнулись из-под мусора, ударившись в борт корабля, и тот, заваливаясь на бок, устремился к земле.

- Как думаешь, сколько он еще будет спать?

Сергей понял, что давно уже не находится в своем закрытом коконе, а лежит на диване. С кухни доносился запах жареного бекона, из приоткрытой форточки в комнату попадал студеный морозный воздух, приятно холодивший кожу.

- Да пора бы уже. Дозу-то я дал маленькую. Что бы ни говорили о наследии предтеч, а медицина при них существенно продвинулась.

Серега открыл глаза и увидел склонившихся над ним Марину и сержанта.

- О, очнулся. – Улыбнулась Марина.

- Как спалось? – Сержант довольно кивнул.

- Есть хочу. – Серега вдруг ощутил, какой чудовищный голод он испытывает. Немного помедлил и произнес. – И в туалет.

Слабость во всем теле еще присутствовала. Ломило кости, иногда бросало в жар, но болезнь отступила. Марина поставила на кухонный стол большую тарелку с куриным супом, посыпав его сверху жареным до хруста беконом. Серега сел, взял в руки ложку и в мгновение ока уничтожил предложенное угощение.

- Мне странный сон снился. – Произнес он. – А может и не сон. Я так и не понял, бодрствовал ли я, и вокруг был виртуальный мир, или все это выдумка моего воображения.

- Виртуальный сон, он особенный. – Произнесла Марина, убирая пустую тарелку и ставя на стол стакан с чаем. Серега тут же осушил его в три глотка, и довольно вытирая губы, отодвинул от себя пустую посуду.

- Я видел космос, корабль предтеч. Огромный, будто целая солнечная система. Я видел чудесный город с парящими парками, улыбающимися людьми и всеобщим благополучием. Я видел мертвые равнины и битву между небом и землей.

- Корабль был ну очень большой, и из дюз его вырывался белый свет? – Осторожно поинтересовался сержант. Серега уверенно кивнул.

- А город такой, будто это отдаленное земное будущее?

- Ну, вроде. Мне, во всяком случае, показалось именно так.

- А последняя часть сна, с мертвыми равнинами?

- Корабль предтеч ударил по вроде бы пустому городу, а с земли его атаковали.

Марина и сержант многозначительно переглянулись.

- Это не сон. – Наконец произнесла Марина после непродолжительной паузы.

- А что же тогда?

- Память. Это память Дока, одного из немногих, кто видел первое пришествие предтеч, расцвет земной цивилизации, осознание и падение. Это был исход.

- И как же я это вспомнил? – Серега поудобней строился на табурете, вопросительно посмотрел на пустой стакан, который тут же был наполнен новой порцией горячего и ароматного чая.

- Память берет свое. Стимуляция виртуальной реальностью. Иногда это случается. Бывают же случаи, когда ты попадаешь в ситуацию, которая вроде бы с тобой происходила. Это легкий сбой в уровнях памяти. Их теснят данные предтеч, и люди называют это дежавю. У Карнов могут начаться всплески памяти носителя, это реже. Когда такое локализуют предтечи, то объясняют расстройством психики, параноидальным бредом. Начинают убирать эффект чужой памяти, стирают воспоминания химией, воздействием электрических импульсов, или трепанацией. Таких способов множество и все они пагубны для индивида.

- Жуть какую рассказываешь. – Охнул Серега. – Так что получается? Я вскоре вспомню то, что знал Док?

- То вряд ли. – Сержант присел рядом, положил руки на стол. – Память, штука хрупкая, и одновременно очень прочная, и не потому, что это ее особенности. Тут главное – Личность. Если память Дока начнет подменять твою, то личность будет отвергать эти воспоминания. Этого-то мы и боимся. Если будут отвергнуты, а значит, стерты, нужные нам данные, то все что мы делали в последние годы, будет совершенно лишено смысла.

- И что же нам делать? – Вновь задал вопрос Серега. – Неужели нет выхода?

- Выход есть всегда. – Маленький кулачок Марины ударил о гладкую поверхность стола. – Мы можем улететь с планеты, добраться до базы, и там наши техники с хирургической точностью отделят твои воспоминания от спрятанных глубоко в подсознании воспоминаний Дока.

- Но если процесс начался, то можем и не успеть. – Внес свою ложку дегтя сержант.

- Попробуем химические блокаторы. – Предложила Марина. – Маленькими порция. Войдем в стазис, долетим до границы, а там нас примут медики.

- Если, конечно, долетим. – Ехидно сообщил сержанта. – Ты же не думаешь, что предтечи будут в потолок плевать, пока мы вытаскиваем Серегу с планеты? Наверняка уже станции планетарной обороны развернули свои турели в обратную сторону, и только того и ждут, что на орбите появится наш утлый челн. Один импульсный залп, и размажет нас на мелкие молекулы, как масло горячим ножом по свежему хлебушку.

- Ну и что ты предлагаешь?

- Есть мыслишка. – Сержант усмехнулся. – Можем угнать корабль предтеч. Тут наверняка есть межпланетарный челнок. Мы захватывали несколько кораблей, сама же помнишь, и в них вполне может путешествовать гуманоид. Управление виртуальное, осилим его без труда.

- Интересно, а как мы найдем корабль?

- Возьмем языка и потолкуем.

- Так он тебе и расскажет.

- Повесим дезинтегратор на шею. Забэкапиться не успеет, как начнет данные лить.

- Тогда с кого бы начать?

Серега вспомнил, тот момент в коридоре общаги, как Федор переступает через тело Влади, и не задумываясь предложил его кандидатуру. Предложение было принято единогласно.

Пару дней пришлось провести в постели, отсыпаясь и восстанавливаясь, однако уже к третьему дню, Серега чувствовал себя великолепно. Восстанавливающий укол, который сделал ему сержант, оказался не таким простым, как могло показаться. Научный медицинский прорыв из будущего, строго, медикаментом не был, а содержал несколько тысяч наноботов, единственной задачей которых было стабилизировать, а затем и улучшить состояние больного. После того как наноботы заканчивали свою миссию, они дружным гуртом выводились из организма с мочой. Серега и не думал, что будет подвох, однако казус случился сразу же на третий день, когда он решил одеться, чтобы выйти на улицу. Пребывание в четырех стенах было не выносимо, так что, встав раньше всех, парень умылся, почистил зубы, начал надевать рубашку и ощутил непонятный дискомфорт. Воротник жал, в плечах и груди было туго, сама рубашка раньше чуть свободная, теперь с трудом застегивалась на пуговицы. Та же история произошла и с брюками, и только ботинки, носки да куртка остались верными долгу. Серега взял ключи, отпер дверь и, преодолев несколько лестничных пролетов, оказался на улице. Заметно похолодало. Лужи уже покрылись ледяной коркой, кое-где землю закрыла снежная крупа, запорошила кусты, покрыла крыши припаркованных во дворе автомобилей. Однако дышалось великолепно. После почти недели проведенной взаперти, городской шум с его запахами, был встречен почти с ликованием. Казалось бы, что может быть ужаснее грохота в потоке машин, смрада выхлопных газов, разводов масла, раскрашивающих лужи, но нет. Человек ко всему привыкает, и, если даже на некоторое время вырвать его из привычной середы обитания, он начнет воспринимать внешние раздражители совсем иначе.

Серега шел по улице, слушая шум дневного суетливого города. Хлопали двери, слышался цокот каблуков по асфальту, треск на высоковольтных проводах от переключения рогов троллейбусов миксовался с визгом покрышек. Где-то через приоткрытое окно, донесся шум телевизионной передачи, заплакал ребенок в коляске, в парке через дорогу. Постепенно до Сереги начало доходить. Те звуки, что он различал совершенно отчетливо, ранее услышать бы просто не удалось. Слишком уж большая шумовая «загрязненность». Увидев перед собой еще не скованную льдом лужу, он разбежался и, оттолкнувшись от асфальта, с легкостью преодолел препятствие, а когда понял, какое расстояние преодолел, и вовсе опешил. Метров семь, а может и больше. Такого показателя он не давал даже в лучшие свои спортивные годы.

Что-то было не так. Рубашка жала, звуки определялись за многие сотни метров, физической силы и ловкости прибавилось. Поскольку в чудеса Серега не верил, он поспешил назад, и возвратился в квартиру как раз к тому моменту, когда все уже садились завтракать.

Скинув ботинки, и раздевшись, Серега поспешил за стол, пододвинул к себе тарелку, и, не дожидаясь вопросов, пошел в атаку.

- Вот интересно получается. – Начал он, размешивая сахар в стакане с чаем. Ложка осторожно била, и каждый удар сопровождался новым словом. – Мировой рекорд по прыжкам в длину составляет восемь метров и семьдесят девять сантиметров.

- Интересное наблюдение. – Согласился сержант. – Ты где гулял-то? У нас сегодня масса мероприятий, зачастую совмещенных с риском получить травму, с жизнью несовместимую.

- Действительно интересное. – Согласился Серега и пригубил обжигающе горячий напиток. – Сегодня рубашка на груди еле сошлась, звуки слышу, что летучая мышь в пещере, а хотел перепрыгнуть лужу, и сиганул почти на мировой рекорд. Я-то себя знаю, спортивным парнем меня точно не назовешь. Как вот интересно, могло такое произойти?

Марина с интересом наклонила голову на бок.

- А ну, пошли в комнату.

Там Серегу усадили на диван, заставили засучить рукав. Марина нацепила на руку рукав тонометра, нажала на кнопку, и устройство довольно зажужжало, начав нагнетать в манжету воздух.

- Интересно, интересно. – Продолжила она. Рядом присел сержант, с нескрываемым интересом наблюдая за ее действиями.

- Что там у меня? – Поинтересовался Серега. Марина махнула рукой.

- Показатели как у космолетчика. Ничего не понимаю. Значит, говоришь, мировой рекорд по прыжкам?

- К гадалке не ходи.

- Сержант, голубчик. Проверь, что ты нашему герою доморощенному вколол. Что там за жидкость такая регенерирующая?

Сержант открыл аптечку, перебрал ампулы.

- Все точно. Одна треть основной дозы.

- Чьей дозы?

- Не чьей, а для чего. Такое дают после долгих межзвездных перелетов, чтобы вывести организм в тонус.

- То есть, ты хочешь сказать, что дал дозу, нашему студенту, а доза та, да с наноботами, была рассчитана на годами тренированный в боевых условиях организм космолетчика?

- Ну, вроде того.

- Поздравляю тебя. – Подытожила Марина, наматывая на манжету тонометра, длинный резиновый шланг. – Ты Сережа, малость эволюционировал. Супергероем тебе не стать, но на пятый этаж, без лифта и отдышки подняться теперь вполне способен. Дать бы тебе еще для полноты ясности кардионагрузку, но оборудования нема.

Вот только тебе дадут возможность сверхчеловеком себя почувствовать, как тут же, так сказать, обоссут всю малину.

На замечание Сереги о том, что теперь ему горы по колено и море по плечо, Марина совершенно авторитетно заявила, что если он будет думать и дальше в таком ключе, то скорее всего, не проживет и недели.

- Ну, вот смотри. – Начала он, пододвинув стул к Сереге, и положив ладонь ему на плечо, ну вот у тебя есть возможность играть на гитаре. Виртуозно, прекрасно, великолепно, так что Карлос Сантана нервно курит в сторонке. Вот что ты будешь делать?

- Начну играть. – Охотно включился Серега. – Все что на память помню. Давно хотел освоить хоть какой-то музыкальный инструмент, кроме барабана, да лень проклятая, не пускала.

- И что же случится?

От такого вопроса Серега застыл в ступоре. Ну что, право слово, может случиться из-за музыки, да еще виртуозно исполненной? Девки начнут липнуть? Самооценка поднимется?

- Замечтался. – Марина больно ущипнула Серегу, и это вырвало его из грез о грядущей музыкальной карьере. – А я тебе скажу, что. Ты сотрешь пальцы в кровь, до мозолей. Потом не сможешь делать простые вещи, вроде держать мышку, или открыть дверной замок ключом. Станешь на пару дней инвалидом, рыбкой с плавничками вместо ручек, не способной делать привычные вещи. Струны-то жесткие, а пальцы не тренированы.

- Я, кажется, понимаю, к чему ты ведешь. – С грустью в голосе произнес Серега. – Если не умеешь прыгать в длину, то скорее всего получишь вывих, или того хуже, перелом.

- Да ты не волнуйся, парень. – Поспешил успокоить сержант. – Суперменом ты не станешь. Ну, чуть быстрей реагировать начнешь, веса большие поднимать, но и только. У наноботов тоже есть свой предел. Они доведут тебя до нужного тонуса, и потом остановятся.

- Постойте! – Воскликнул Серега. – То есть, если запрограммировать наноботов, то можно из простого задохлика сделать супергероя?

- Можно. – Кивнул сержант. – Но одноразового. Выносливость и мускульная сила, мелкая моторика и боевые навыки, эти вещи разрабатываются годами. Если сразу и все, то организм очень быстро изнашивается, стареет, начинают отказывать органы. Это вроде как использовать обычный автомобиль в качестве гоночного. На предельных скоростях едет, но не долго, быстро ломается.

- И что же мне делать? – Опечалился Серега. – Я не хочу быстро стареть.

- Ну, у всего есть цена. – Хитро прищурившись, произнесла Марина.

Больше этот вопрос не поднимали.

Федор жил обособленно, в доме за высоким, метра три, не меньше, забором. Адрес его получилось разузнать без труда, благодаря множеству утечек в банковской среде. Вообще, обладая знаниями и подходом можно узнать о человеке очень многое. Паспортные данные и номер телефона, это еще не самое страшное. Спустя три часа исследований, Марина сообщила, что на Федора зарегистрирован автомобиль Мерседес, черного цвета, у него есть кредит в банке, в двух других кредитные карты, а также недвижимость за границей.

По адресу добрались, когда стемнело, сержант оставил приятелей на остановке, и пока те скучали, прогулялся по улице, бегло осмотрев объект. Железные автоматические ворота, несколько камер слежения, перекрывающих все возможные мертвые зоны, охрана видимо такая, что нахрапом не взять. Федор явно чего-то опасался. Вернувшись, сержант описал обстановку.

- Так себе перспектива. – Решила поделиться мыслями Марина. – В дом не проберешься, чтобы не наделать шума, а нам еще пути к отступлению просчитать надо.

- Предлагаю пока залечь неподалеку на дно. – Предложил Серега. – Снимем квартиру, посмотрим местность, узнаем, когда он уезжает, когда приезжает. Сколько вообще с ним народу, и ходит ли он куда-либо один.

Так и поступили. Квартиру сняли в новостройке неподалеку. Нашли объявление в интернете, созвонились с квартирной хозяйкой и уже к полуночи, получив кругленькую сумму денег, та отбыла, оставив под договор аренды ключи на двухкомнатную квартиру на пятом этаже многоэтажки. Удобное расположение дома позволяло следить за улицей, по которой, как предполагалось, должен был ездить на работу Федор.

Потянулись дни наблюдения. Серега, любитель детективов, и не ожидал, что это может быть настолько скучно. Ровно в семь утра распахивались ворота, и Федор, в сопровождении двух здоровенных бритых мужиков, отправлялся на пробежку. Через час он возвращался, а еще через полтора часа ворота открывались вновь, и черный внедорожник выкатывал на асфальт, ускорялся, поворачивал на оживленное шоссе и скрывался в потоке автомобилей. За воротами скрывалась зеленая лужайка, гараж, примыкающий к дому и само жилое строение в два этажа. Исходя из раздобытого плана здания, стало понятно, что первый этаж вмещал в себя холл, большую гостиную, столовую и две гостевые спальни, а также хозяйственные помещения и кухню. На втором этаже располагалась хозяйская спальня, кабинет, библиотека и тренажерный зал. Заработки у Федора были весьма недурны. Жил Федор один, в гражданском или официальном браке не состоял, и наблюдение за домом в течение недели показало, что никто его особо не навещал. Впрочем, личная и половая жизнь потенциального языка особенно не волновала.

Глава 12

Кроме самого Федора и двух охранников, раз в день дом посещали горничная, повар и садовник. Все они, судя по документам, данные о которых получилось достать, взломав компьютер внутри дома, были тщательно отобраны, и если и случалась замена персонала, то только по предварительному согласованию. Федор явно чего-то опасался и потому подстраховался, похоже, на все случаи жизни.

- Ну, допустим. – Рассуждал сержант. – Сделал он себе частную крепость. Ее только штурмом брать, что крайне нежелательно. На работе он теперь тоже осторожен, как никогда. Что нам остается?

- Путь от работы до дома. – Предложил Серега.

- Верно. – Сержант продемонстрировал большой палец. – Однако, как нам его отследить?

- Я могу спаять жучок. – Предложила Марина. – Установим его на кузов, и посмотрим маршрут. Девайс-то соорудить не главное, важно, как его поставить, проверяет ли он автомобиль на наличие таких сюрпризов? Еще нам нужна будет машина поживей.

Ранним зимним утром Федор проснулся в собственной постели, нехотя открыл глаза, и с презрением нажав на кнопку будильника, проследовал в ванную комнату. Некоторое время он стоял под потоком воды в душевой кабине, после растерся полотенцем, высушил голову феном и, одевшись в спортивный костюм и кроссовки, спустился на первый этаж, где его уже поджидали бодигарды. Те встретили шефа приветливо, Федор кивнул, посмотрел на показания пульса на умных часах, и выдвинулся на пробежку. Привычный маршрут занял ровно час, после чего вновь последовали водные процедуры и завтрак, который подал повар в столовую. Охрана уже успела подкрепиться, и теперь парни скучали на улице, нервно поглядывая то на часы, то на входную дверь в доме, из которой в любой момент мог появиться их шеф. Осилив два тоста, яичницу с беконом и кружку крепкого как смола кофе, Федор вновь очутился на втором этаже возле шкафа, и недолго думая достал комплект одежды, заботливо уложенный туда горничной накануне вечером. Джинсы, просторная клетчатая рубашка. Пуховик, легкий, почти невесомый, он надел уже в прихожей, зашнуровал ботинки, проверил свое отражение в зеркале, рядом с входной дверью. Трехдневная щетина не особо гармонировала со свободным стилем, но бриться сегодня Федор не планировал.

Пошел легкий снег. Зеленый искусственный газон покрылся ровным белым слоем, припорошил крышу внедорожника, упал на ветки елей, посаженных по участку, придав им свежий новогодний вид. Федор улыбнулся, проверил на месте ли мобильный телефон и бумажник, и шагнул к приветливо приоткрытой двери автомобиля.

На передних сидениях разместились охранники, поползли в бок откатные ворота, тревожно замигал фонарь, оповещая о том, что заработал механизм.

- Федор Анатольевич, - пробасил водитель, - сегодня по стандартной схеме?

- Все верно, Андрей. – Федор достал телефон и начал проверять почту. – Сначала в новый офис, потом обед, на три часа к партнерам в центр, а там посмотрим.

- Понято, принято. – Водитель кивнул и, выведя автомобиль, погнал по улице. Притормозив на перекрестке и пропустив поток машин, он вжал педаль акселератора, мощный движок взревел и авто выскочило на асфальт. Немного пройдя юзом, Андрей быстро выровнял автомобиль, и покатил в уже привычном темпе.

- Федор Анатольевич, - начал второй охранник.

- Что, Петр? – Рассеянно произнес Федор.

- У меня у дочки завтра день рождения. Мне бы пораньше освободиться.

- Ну, если день рождения, то почему бы и нет.

Автомобиль замедлил бег, начал отмораживаться в потоке машин.

- И сколько дочке?

- Пятнадцать.

- Ого, юбилей. – Федор улыбнулся, заскользил пальцами по экрану телефона. – Это тебе мой подарок. Купи что-нибудь дочке.

Охранник вытащил из кармана мобильный телефон, взглянул на экран, и на лице его отразилось уведомление.

- Спасибо Федор Анатольевич, век не забуду. – Зачастил он.

- Да ладно тебе, пустое. Андрей, что там, почему не едем?

- Да бомж какой-то, шатается, еле плетется. Пьяный в хламину.

В пассажирском окне вдруг обозначилась бородатая физиономия, с выпученными глазами. Грязный палец заскреб по стеклу.

- Подайте, кто сколько может. Бандиты квартиру отжали. – Заголосил оборванец, выставив вперед себя картонку с неразборчивой надписью. Кутаясь в старую спортивную куртку на голое тело, он шел по ряду автомобилей и заглядывал в окна. Остановившись около внедорожника Федора, он заголосил еще громче. И вдруг произошло следующее. Видимо бедолага наступил на ледяной наст, ноги его разъехались и, выпустив картонку из рук, он рухнул на асфальт. Послышался глухой удар по днищу автомобиля.

Водитель спешно опустил стекло.

- Эй, дебила кусок. Прочь от тачки. Руки-ноги повырываю.

- Да ты че, командир. – Бомж в ужасе замахал грязными ладонями. – Скользко же. Ну, помоги, чем можешь. Тачка-то какая у тебя, небось, стоит как хата на окраине.

Позади послышался звук клаксона, вставшие позади внедорожника автомобилисты, негодовали. Движение машина заблокировала, а бомж не унимался.

- Ну, подайте христа ради! Квартиру бандиты отжали, паспорт потерял, пособие по инвалидности и то не платят. Гол как сокол, ночую на теплотрассе.

- Пропьешь же. – Андрей обернулся на шефа. – Может выйти, да втащить, а?

- Андрей, передайте ему. – Федор небрежным жестом вытащил тысячную купюру и протянул водителю.

- На вот тебе, хронота, и прочь от машины. Не дай боже поцарапал!

Бомж на лету поймал деньги, и в глазах у него блеснул озорной огонек.

Машина стронулась с места и бодро покатила вперед.

- Уроды. – Бросил водитель. Второй охранник пожал плечами и скосил глаза на Федора, а тот уже полностью погрузился в деловую переписку.

Бомж тем временем поднялся и захромал к пешеходному переходу. С каждым шагом он менялся. Расправились плечи, походка стала спокойной и уверенной. Подойдя к остановке, он присел рядом с молодой парой, девушкой и молодым человеком, с интересом наблюдавшими за происходившим. Девушка держала на коленях раскрытый ноутбук, по экрану которого, по карте полз мигающий огонек.

- Ну, ты, брат сержант, даешь. – Усмехнулся парень. – Я прям поверил. Ну, вылитый бомж, только запаха нет.

- Ну, они меня не обнюхивали. – Сержант стянул с головы вязаную шапочку, одним движением снял наклеенную бороду и усы, скомкал все и отправил в урну. Достав из старой куртки чистый носовой платок, он начал вытирать следы клея с щек и подбородка. – Маяк работает?

- В лучшем виде. – Марина довольно улыбнулась, наблюдая как скролится карта, следуя за мигающей точкой. – Комар носа не подточит.

- Я его за выхлопной трубой прикрепил. – Пояснил сержант. – Туда не сразу полезут.

- Ну что они, параноики что ли, каждый день машину обнюхивать? – Удивился Серега.

- Да, нам бы пару дней. – Согласился сержант. – Лучше неделю. Нарисуем все маршруты, пробьем адреса, поймем, чем Федор тот дышит. Кстати, он не предтеч. Заметили?

- Как не заметить. – Кивнул Сергей. – Ауры нет.

- В его окружении наверняка найдется кто-то нужный нам. Нам бы только прихватить мерзавца.

- Может, уже пойдем, комедианты? – Марина захлопнула ноутбук и встала со скамейки. – Холодно, да и есть ужасно охота.

Жучок, установленный на машину, прожил неделю. Сделанный так хитро, что включался только, когда машина находится в движении, он прилежно прочертил все маршруты за семь дней, включая выходные. Федор оказался деятельным товарищем, и его путь зачастую имел три, а то и четыре остановки, однако общая тенденция прослеживалась. Было три пункта назначения, где он побывал минимум два раза. Одно из них оказалось рестораном японской кухни, Федя видимо любил ролы. Вторым было отделение полиции, которое разумно убрали из точек возможного захвата, а третьим стала частная квартира на окраине города, в жилом комплексе, построенном совсем недавно. По сути это был просто жилой район, и о номере квартиры можно было только догадываться, но номер дома и подъезд удалось определить без труда.

- Ну не знаю. – Мялся Серега. – Что там у него.

- Да что угодно. – Парировал сержант. – Родственники живут, или любовница, для которой он там хату снимает. В любом случае Федя там расслабляет булки, и на этом погорит. Надо за этим домом наблюдение установить. Посмотреть, к кому он там частит.

На том и порешили. Очень скоро стала известна и квартира на десятом этаже. Сержант и Марина дежурили там поочередно, и уже в понедельник черный внедорожник Федора, сверкая боками, подкатил на парковку.

Серега и сержант сидели в салоне автомобиля, отслеживая передвижение Федора по маяку, и как только его авто завернуло на улицу, начали действовать. План был прост. Один из участников действа, а именно Сергей, проникает в подъезд и ждет там Федора, в то время как сержант попытается вывести из строя авто и отвлечь охрану, банальным ДТП.

Захлопнув дверцу автомобиля, Серега поспешил к подъезду, отомкнул замок заранее припасенным магнитным ключом, и шагнув в темноту, притаился, сжимая в руке монтировку. При появлении своего врага он собирался оглушить его ударом по голове. Если же Федор в подъезд не зайдет, то почти наверняка окажется поблизости, и дотянуться до него не составит особого труда.

Время шло, в голову лезли разные мысли. К примеру, охранники, их всегда двое, и они вооружены. Когда Серега напомнил об этом сержанту, тот только отмахнулся, мотивировав тем, что они ему не соперники.

- Главное ему в машину назад не попасть, парень. Понимаешь? Вот оттуда его достать будет ой как сложно. Тогда, считай, пропала операция.

Послышался шум мотора, затем свист резины по асфальту и глухой удар. Начал работать сержант. Из-за стальной двери послышались голоса, Серега напряженно застыл, держа наготове монтировку, дверь распахнулась и вперед скользнула тень. Парень едва удержал руку, чтобы не опустить свое орудие на решившую проскользнуть первой пенсионерку. Дама в годах, в странном оранжевом берете, с двумя авоськами, но удивительно подвижная для преклонного возраста, как-то проскочила внутрь первой. Увидев застывшего в углу Серегу, она бросила авоськи и заголосила.

- Помогите, убивают! Бандиты!

- Ну, твою ж ты налево. – Серега отстранил морально потерпевшую в сторону, выскочил на улицу и тут же напоролся на кулак одного из бодигардов. Второй лежал на земле раскинув руки и пуская носом кровавые пузыри. Федора поблизости не было.

- Куда он? –Закричал Серега сержанту. Тот махнул рукой.

- Во двор заскочил, как началось. Ты давай за ним, а я в объезд.

Федор был в отличной спортивной форме, и когда Серега завернул во двор, пуховик беглеца мелькнул в проеме между домами, ведущим к шоссе. Стоило ему добраться до него, как пиши пропало. Двор — это место опасное. Множество препятствий ждут на пути, если ты оказался на придомовой территории впервые, а тем более опасность ощутима, если ты решил преодолеть двор бегом. Забыв обо всем, Серега рванул с места, и понесся по полосе препятствий. Перескочив через коварно прятавшуюся под слоем снега яму, вильнув между мусорными баками, ловко проскочив мимо стоящих во дворе автомобилей и увернувшись сначала от маленькой скандальной собачонки, хрипящей на поводке в сторону нарушителя, а затем и хозяйки, дамы пенсионного возраста, чей характер оказался под стать нраву питомца, молодой человек вышел на финишную прямую. Вот уже улица, ну почти, осталось только поднажать. Детская площадка, песочница, горка, кольца и странная конструкция похожая на изобретение великого инквизитора Томаса Де Торквенадо, и вот он, почти сухой асфальт. Расстояние сокращалось, Федор бежал так, будто от этого зависела его жизнь. Еще немного, и уйдет.

Из-за поворота вылетел автомобиль, за рулем которого сидел сержант. Колеса авто заскользили по льду, и еле удержавшись, он выскочил на тротуар, преграждая беглецу дорогу. Федор резко остановился, решил видимо изменить направление, но со стороны шоссе отход ему перекрыл Сергей. Рванув из салона, сержант попытался одним точным движением уложить противника на лопатки, но не тут-то было. Федор ловко увернулся, второй удар встретил блоком, а третий и вовсе ушел в молоко. Ответив апперкотом, пришедшим в цель, он едва не отправил сержанта в нокаут. Серега поспешил на помощь, и тут же небо расцвело радужными пятнами. Хорошо поставленный удар Федора пришел ему в левую скулу. Чуть было не потеряв равновесие, Серега удержался, и бросившись противнику в ноги, заставил его упасть. Тут уже подоспел сержант, навалился всем телом, ударил несколько раз кулаком под ребра, а затем прихватил Федора за волосы и приложил головой об асфальт.

Драка привлекла к себе немало внимания, вокруг начали скапливаться зеваки. Молодая пара снимала все происходящее на телефон, несколько пенсионерок бурно возмущались происходящим, потряхивая пустыми пластиковыми пакетами. Мужчина в годах что-то бурно говорил по телефону. Стали притормаживать проезжающие мимо автомобили, из запачканных уличной грязью окон на дерущихся с интересом смотрели пассажиры.

- Так, господа, ничего интересного. Полицейская операция. – Сержант встал, запустил руку в карман и развернув какие-то корочки, быстрым жестом обвел толпу. – Впрочем, тех, кто желает быть понятыми при задержании, я бы попросил остаться. Проедем в отделение, составим протокол. Не больше двух часов отниму, обещаю.

Толпа быстро рассосалась. Молодая пара с телефоном быстро вспомнила, что у них есть собственные дела, пенсионерки углядели в мареве брызг из-под колес подъезжающий рейсовый автобус и устремились прочь, и даже солидный господин с телефоном вдруг потерял интерес к происходящему и к своему телефонному разговору, в частности, быстро скрывшись за поворотом.

- Силен. – Сержант уважительно кивнул. – Удар такой, будто молотом по морде.

- И двигается быстро. – Согласился Серега. Отчаянно болела скула по которой прилетел удар.

- Грузить его надо. В багажник, пока не очухался. Давай, ты за ноги, я за руки.

Связали ноги и руки Федора пластиковыми стяжками, предварительно сержант ощупал его карманы и, найдя мобильный телефон и умные часы, избавился от них, как в свое время от телефона Сереги. Далее погрузили все еще находящегося без сознания пленника и спешно отбыли. Все это действо было уже публике не интересно, и только один парень, сидевший на скамейке, в переулке, продолжал снимать все на мобильный телефон.

Квартиру снова пришлось сменить, так же, как и автомобиль. Марина где-то раздобыла неприметный серый Логан, грузовой, с большим багажником, куда без особого труда вместился пленник и все пожитки беглецов. Нужен был отдельно стоящий дом, вдалеке от трассы, желательно с электричеством, отапливаемый, зимний. Хорошо было бы еще, чтобы к дому вела всего одна дорога, дабы сразу увидеть, если пожалуют предтечи или их помошники. Оставалась опасность, что единственный подъезд, будет и единственным путем отступления, но приходилось чем-то жертвовать. Такой дом, как не странно нашелся, на срвере области, в десяти километрах от железнодорожной станции.

Связавшись с хозяином через мессенджер и сославшись на то, что заезжать нужно срочно, а сам жилец, человек нелюдимый и творческий, решивший отгородиться от мира, дабы написать гениальный роман, Марина привычно уже подписала договор аренды на три месяца, отдала плату за месяц вперед и равный залог и получила ключи, код от системы сигнализации, и теперь Логан катил по шоссе в сторону нового жилища.

- Вялый он какой-то. – Произнесла Марина.

Мимо прогрохотал лесовоз, затем еще один, пронесся рейсовый автобус, оставляя за собой шлейф из воды и кристаллов льда. Ветер ударил в лобовое стекло, принялся закидывать его липким серым снегом, дворники еле справлялись, оставляя на гладкой прозрачной поверхности грязные разводы.

- Кто? – Не понял Серега. В этот раз ему досталось почетное переднее пассажирское место, а усевшийся позади сержант, тихо посапывал в углу.

- Да Федор этот.

- Сержант ему что-то вколол, чтобы спалось лучше.

- Мда, дела. Если нас сейчас примут, то посадят надолго. – Вдруг рассмеялась Марина. – Мы же кучу федеральных законов нарушили. Похищение, нанесение тяжких телесных, взрыв в конторе вообще могут прировнять к терроризму, а это на территории страны уже тянет на пожизненное.

Глава 13

- Да уж. – Печально кивнул Серега. – Теперь мы повязаны. Надеюсь, что идея с кораблем предтеч выгорит, иначе не знаю, что и делать.

- Не получиться с ним, будем прорываться к своему. – Марина пожала плечами. – Странно, что на нас охоту не объявили, но чую, засветились вы неслабо. На улице среди бела дня человека в багажник паковать. Чем вы вообще думали?

- Ты знаешь, какой он резвый, этот Федор. – Попытался оправдаться Серега. – Валил так, как Усейну Болту и в лучшие годы не снилось. Сержанту отгрузил, мне едва челюсть не сломал. Еще немного, и не мы бы его вязали, а он нас. Что странно, охранники у него так себе.

- Ну, по сравнению с сержантом, все тут так себе. Тут в другом вопрос. Он этого Федора должен был с одного удара вырубить, а он до него, как ты говоришь, еле дотянулся. Не чисто тут что-то.

- И что ты предлагаешь?

Марина свернула перед указателем и покатила по гравийной дороге. По бокам надвинулся темный смешанный лес, а через приоткрытое окно потянуло запахом прелой листвы.

- Пока ничего. Проверить этого бегуна точно надо. Такой ловкостью только предтечи обладают. У них одна оболочка от натуги ломается, они просто новую делают. Вот сам подумай, Федор, он же умственным трудом зарабатывает. Не шахтер, не спортсмен, хоть и бегает по утрам. По моим данным, никаких там поясов в единоборствах и спортивных разрядов тоже не имеет. Вот откуда у него такая прыть?

- Когда ты вот так все расставила, и правда подозрительно. – Согласился Серега.

Фары высветили первый поворот, потом второй, развилка с указателем и новая дорожка, такая узкая, что по бортам автомобиля заскребли ветки кустов. Очень скоро показалось одноэтажное бревенчатое строение. Ни дать ни взять - избушка лесника. С виду и не скажешь, что за такую жилплощадь можно отдать больше чем за аренду квартиры в центре. Видимо хозяин, не мудрствуя лукаво, накинул сто процентов за срочность. В глубине участка недалеко от забора виднелся дровяной сарай, и туалет - самая обычная будка с вырезанным на двери сердцем.

Пока Марина с сержантом возились с пленником, Серега двинулся по тропинке в дом. Обогнув по свежему снегу какие-то закутанные на зиму кустарники, пройдя мимо скамейки, заглянув мимоходом в покосившуюся от времени пустую собачью будку, он шагнул по скрипучим ступеням, потянул на себя дверь, и та приветливо распахнулась, пропуская внутрь. Тесный коридор, и еще одна дверь, на этот раз запертая на большой висячий замок. Крохотные окна уже закрыл морозный узор, а в уголке сгрудились старые штопаные валенки. Серега вставил ключ в замок, попытался повернуть, но не тут-то было. Замок то ли заржавел, то ли замерз, но механизм внутри и не собирался поддаваться. Помучавшись с ним пару минут, он вернулся к машине, откуда уже выгрузили Федора. Тот все еще был без сознания. Сержант вколол ему что-то успокоительное, и теперь он был будто пьян. Шатался, не мог стоять на ногах, мычал что-то бессвязное. Последнее, впрочем, можно было оправдать тем, что рот его был заклеен широкой полоской скотча.

- Дверь не открывается. – Посетовал Серега. – Похоже, замок замерз.

Марина скользнула рукой в карман куртки, протянула зажигалку. Серега взял ее и отправился назад. Нагрев ключ, он снова вставил его в замочную скважину, провернул и, о чудо, хитрость сработала. Из приоткрытой двери пахнуло сыростью, повеяло морозным воздухом. Позади загрохотало, сержант затащил пленника, ударил по выключателю.

- Однако, - заявил он, - электричество тут есть. Иначе, к чему лампочки?

Серега посмотрел вверх. И правда, с потолка на толстом черном проводе свисал цоколь с лампочкой, а в темноте у входа виднелись очертания выключателя.

- Там, где-то позади, есть генератор. – Сообщила Марина, листая сообщения мессенджера. Там же канистра с горючкой. Я пока схожу, посмотрю, а вы располагайтесь.

В комнате было темно. Едва пробивался из окон лунный свет, чувствовался запах пыли, вокруг в полутьме помещения корчились странные тени, у дальней стены притаился огромный монстр, уродливый и квадратный, половицы под ногами трещали зловеще и протяжно, будто стонали призраки в заброшенном замке. Пройдя по узкому коридору, Серега отпер первую дверь и, войдя, с размаху ударился ногой о ножку тумбочки, которую кто-то нарочно поставил почти при входе. Сквозь морозные узоры на стекле в эту комнату проникало больше света. Лунные полоски очертили круглый стол, покрытый кружевной скатертью, выглянул из темноты большой диван, заваленный множеством подушек. За окном вдруг что-то рыкнуло, потянуло горючкой.

Сержант опустил Федора на диван, проверил путы на руках и ногах, пощупал биение пульса на шее, и удовлетворенно кивнув, шагнул к двери. Щелчок выключателя запалил лампочку под потолком, в коридоре загрохотало, бухнула дверь, и появилась Марина, таща пакеты с продовольствием. Серега окинул взглядом скромное убранство комнаты, пожелтевший абажур, выцветшие от времени обои, да старый календарь за девяносто пятый год, с причудливым геометрическим узором поверху.

- Помоги, чего рот разинул. – Огрызнулась Марина. Пакеты упали на пол, половицы скрипнули, что-то звякнуло протяжно и жалобно. – Руки до колен вытянула, пока тащила. Ну, сержант-то у Федора в няньках, а ты-то что, надежда человечества? Совсем обмяк.

Часам к трем ночи, когда все уже погрузились в сон, Сереге не спалось. Лежа на неудобной раскладушке, закутавшись в найденное здесь же колючее шерстяное одеяло, он как завороженный смотрел на заслонку печки, откуда нет-нет да показывался всполох огня. Часа за три протопили помещение. Старая печь была сложена на славу, и дров потребовалось всего ничего, после чего, Марина сходила во двор и, к общему облегчению, выключила генератор. Шум и запах от него стояли совершенно неприятные, но что поделать, линий электропередач в округе не было, да и сам хозяин использовал дом как временное пристанище, когда ходил в местный заповедник удить рыбу.

Перекусили бутербродами и соком, завалились на ночлег. Федора отнесли в дальнюю комнату, и именно оттуда сейчас доносилась возня и невнятное бормотание. Встав, Серега пошаркал тапочками до двери, заглянул внутрь. Кровать, на ней пленник, в окошке рядом круглый белый диск луны, а за окном кусты, усыпанные снегом. Зима подступала быстро, замораживала реки и каналы, белым покрывалом снега укутывала землю, а городские дороги и федеральные трассы щедро одарила гололедом.

- Сергей.

Серега аж подпрыгнул от неожиданности. Федор перевернулся на бок и теперь пристально смотрел на него. Скотч с его рта куда-то подевался. Серега попятился, замахал руками.

- Сергей, чего ты боишься? – Голос Федора был спокоен, взгляд ясен, как будто не было ни погони, ни удара по голове, ни дозы успокоительного. Парень застыл, попытался пошевелиться, и понял, что не может. Ноги и руки его не слушались, дыхание участилось, участился пульс, забухав в голове.

- Тебя.

- Почему?

- Ты убил Владю. Ты пытался убить меня.

- Владя жив. Позвони ему.

- Но газеты…

- Сергей, ты совсем дурак. Тебя затянули в эту игру два сектанта, наплели с три короба. Когда я понял, что за тобой наблюдают, я сразу выехал к тебе, но тебя уже перехватили. Владя действительно попался под руку, но кроме легкого сотрясения ничего не заработал.

- Но газеты писали…

- Это полицейская операция, Сергей. Тебя разыскивают родители. Мы дали показания, они почему-то решили действовать так. Позвони Владе, и все встанет на свои места.

- У меня нет телефона. – Признался вдруг Серега, и ему почему-то стало легче.

- Типично. Что они тебе еще наплели?

- Про предтеч. Я видел корабль, видел ванну, видел своего клона. Тебе не удастся замолчать это.

- Что замолчать, Сергей? – Федор грустно улыбнулся. – Задумайся. Тебе не причинили никакого вреда. Да, есть некие силы, которые воюют за первенство на этой планете, но их разборки не должны тебя касаться. Задумайся, как ты столкнулся с предтечами, или их последователями, если хочешь.

- Меня атаковали около общаги.

- Тебя ли? Вспомни, не сержант ли начал?

Серега задумался. И, правда. Сержант проявил больше инициативы, а действия стрелков были почти не видны. Если так задуматься, то все, что он видел, это тени на дорожке, да шевеление в кустах.

- А как быть с человеком, что стрелял в нас в серверной? И что за аппарат для клонирования?

- Про это я не знал. Нашли три трупа. Один полуголый, обгоревший и два охранника. Охранников опознали, третьего нет. Теперь же послушай меня, ибо времени у нас с тобой очень мало. Скоро похитители проснуться. Им будет все трудней и трудней удерживать тебя. Зачем они это делают, мне не понятно. Конечно, они что-то от тебя хотят, вопрос только - что? Ты сбежал от моих людей в общежитии, вы подорвали здание компании, похитили меня. Только вы несете деструктив, а те опасности, которыми тебя стращали, это не больше чем слухи.

Федор замолк, наступила тишина, да такая, что стало слышно, как идет снег за окном. Слышалось спокойное дыхание сержанта, а Марина что-то тихо шептала во сне, билось в груди сердце, быстро и отчетливо.

- Это антиглобалисты, Сергей. Пойми меня правильно. У них множество химических препаратов, действенные методы, специалисты социального программирования. Они выдергивают людей из привычной жизни, а затем превращают в террористов. Ты уже нарушил закон, вторгся на частную собственность, был пособником уничтожения чужого имущества, и в довершение похитил человека. Они связывают тебя по рукам и ногам, и, если что-то пойдет не так, ты не сможешь обратиться в полицию. Ты уже серьезно повязан с ними. Поправь меня, если это не так.

Серега задумался. Куда ни глянь, а правду говорил Федор. Ну, упал Владя, так может просто грохнулся. Да и потом, статью о том, что он мертв, Сергей прочел с ноутбука Марины, а сверстать статью проще пареной репы. Если же это и правда полицейская операция, то вполне достоверно. Проверить бы все это, так просто, набрать номер Влади и услышать его на том конце линии, живого и веселого. Вот только не выйдет. Нет телефона.

- Помоги мне. Я помогу тебя выбраться из этой передряги. Просто перережь путы, и мы сбежим.

Серегу замутило. В первый раз за все это время, он понял, что может быть обманут. Его просто обвели вокруг пальца, втравили в жуткую историю, уже погибли люди, и теперь вот похищение. Если сюда нагрянет полиция, то условным сроком он вряд ли отделается. Тут точно колония, или того похуже, лесоповал, а там зеки, угрюмые и страшнее люди в уродливых татуировках, несущих сокровенный смысл.

- Ну и где он у тебя. – Марина стояла в дверном проеме, держа в руках устройство, похожее на телефон. Из верхней крышки устройства выходила антенна, которая раздваивалась в рогатину. Из корпуса шел тихий мелодичный свист.

При виде Марины Серега в ужасе попятился, но увидел только снисходительную улыбку.

- Сержант, - позвала Марина. Тот не сразу отозвался.

- Сережа, разбуди сержанта. Похоже, нас сейчас накроют.

- Ты… Ты… - залепетал Серега. – Как ты …

- Что я, дурак. – Марина злобно глянула на парня. – У этого урода маяк включен. Он время тянет.

- И что?

Сержант поднялся с дивана, протяжно скрипнули пружины. Пройдя в комнату с пленником, он плечом отодвинул Серегу, ухватил Федора за рот, надавил на челюсти.

- Подсвети.

Мерина подошла вплотную, включила крохотный фонарь.

- Так и есть. В зубе. Ты что, тварь, специально нам сдался, чтобы на Серегу выйти?

За окном мелькнул свет фар, зарычали двигатели, послышался шум покрышек по обледеневшему гравию, и в ту же секунду грянул мегафон.

- Мятежники, вы окружены. Сдавайтесь и вам не причинят вреда.

- Понимаешь, Сережа, у нас есть предатели. – Марина сидела на полу, перебирая имульсную винтовку, в то время как сержант усиленно сдвигал всю мебель к окнам. В темноте за окном выстроилась цепь из внедорожников, свет фар слепил, пробиваясь сквозь щели, громкоговоритель настойчиво предлагал незамедлительно сдаться, и только в этом случае все могло закончиться хорошо.

- Предатели? – Не понял Серега.

- Ну, такие, как Федор. – Охотно пояснила Марина. Хруст собираемого импульсника отвлек только на секунду, и тут же донеслись новые слова.

- МЫ ДАЕМ ВАМ ДЕСЯТЬ МИНУТ НА РАЗМЫШЛЕНИЯ!

- И вечность на небытие. – Сержант выдохнул, отошел от платяного шкафа. – Ну чего я стараюсь? Импульс прошибет эту деревяху как раскаленный нож кусок вологодского масла. Вот вляпались. Надо было Федю на маяки проверить.

- Я проверила. Сразу как вы привезли, всего просканировала. – Попыталась успокоить друга Марина. – Сам же видел, у него в зубе маяк. Он видимо мордой об угол кровати саданулся, чтобы его активировать.

- Федор говорил правильные вещи. – Выдавил Сергей, у которого из головы не шел разговор.

- Что мы злые, а он жертва обстоятельств?

- Да.

- Ну, он краснобай еще тот. Такой в лепешку расшибется, но своим хозяевам предтечам послужит. Они же о вечной жизни, ренегаты эти, мечтают.

- В смысле?

- Ну, предтечи далеко вперед шагнули в плане копирования данных. Им полный слепок твоего сознания снять, что тебе пакет с семечками осилить. – Марина проверила заряд на рукояти, удовлетворенно кивнула. – У нас так не выходит. Они же могут скопировать тебя, поместить в клон, или вообще новое тело, и ты даже не поймешь разницы. Вечная жизнь, мать его, за счет государства.

- Как ты докажешь, что говоришь правду? – Хмуро поинтересовался Серега.

- А как ты хочешь, чтобы я это доказала?

- Хорош препираться. – Сержант отошел от окна, уселся на пол. – Сейчас нас штурмовать будут. И все, приплыли. От всех не отобьемся.

- Хочу Владе позвонить. – Уперся Серега.

Марина печально вздохнула, подошла к сумке, достала из бокового кармана старый кнопочный телефон и протянула его Сереге.

- На вот, одноразовый. Звони, коли номер помнишь.

Серега схватил трубку, быстро нажал комбинацию цифр, которые помнил наизусть, и с тревогой поднес аппарат к уху. Сначала было несколько неприлично долгих гудков, столько что он, наверное, сбился со счета, но вдруг в трубке послышался шорох и незнакомый женский голос холодно поинтересовался.

- Кто это?

Серега застыл в оцепенении, сглотнул комок в горле, выдавил.

- Владю можно.

- Умер он.

Грохот пробитой фанеры заполнил все свободное пространство. В комнату упал серый цилиндр и, заполняя все вокруг удушливым газом, покатился по полу.

Сознание возвращалось очень медленно. Мутило, голова кружилась, неприятный привкус во рту и общая слабость, то самое малое, что можно было сказать об ощущениях. В целом было очень хреново, так, что жить не хотелось. Серега открыл глаза и уставился на почти хирургически белый потолок. Вокруг было очень светло, просто непереносимо. В глаза ударил белый свет, мгновенно ослепив и он, чтобы не мучаться, отгородился от него рукой.

- Не старайтесь, Сергей. – Голос шел откуда-то из-за белого света, и был настолько лишен оттенков, что показался парню механическим. – Свет — это энергия, энергия не имеет ограничений. Ее можно только сдержать, да и то, временно.

- Где я?

- В безопасности. Теперь все будет хорошо.

- Это не ответ.

- А это не вопрос.

Сергей замолк, замолк и голос. Наступила странная пауза. С голосом пришли звуки, и тут их было множество, нужно было только постараться отделить каждый, сделать индивидуальным, превратить в отдельно звучащую ноту. Звук работающих светильников, это потолок и стены, много энергии, много света, много шума, но в то же время есть что-то еще. Что же это такое? Шум, то нарастающий, то уходящий в даль, похожий на набегающие на берег волны залива. Нет, это не то, но очень похоже.

- Где сержант и Марина?

- Ваши спутники в безопасности. Теперь все будет хорошо. Отдыхайте, набирайтесь сил. Вскоре мы вернемся.

Мы? Кто это – мы? Что тут вообще происходит? Когда сознание покидало его, Сергей приготовился очнуться в стальном мешке, прикованным к прозекторскому столу, с проводами, идущими от черепа на какой-нибудь адский агрегат предтеч, снимающих отпечаток его памяти. Тут же вроде комфортно, хоть и излишне подсвечено. Руки и ноги не связаны, под спиной что-то мягкое и приятное на ощупь. Вот только паршиво, очень паршиво, будто отравился.

Вдруг заиграла музыка, медленная и печальная, полились звуки скрипки, послышался торжественный хор органа, печально вплыли ударные, тихо и неторопливо, будто на прогулке по вечернему летнему лесу. На душе вдруг стало приятно, начала отступать тошнота и недомогание, на смену им пришло другое чувство, теплое и спокойное, как глоток парного молока. Сергей не заметил, как погрузился в сон, а когда снова пришел в себя, вокруг больше не было неприятного белого света. Серега сел, свесил ноги, коснувшись босыми ступнями холодного пола, оглянулся. Комната небольшая, без окон. До стены, где дверь, так и вовсе можно дотянуться рукой. Под потолком несколько длинных тусклых светильников, два белых динамика почти сливающиеся с цветом стен. Койка тоже странная, плавно выходящий из стены выступ, ни ножек, ни изголовья, будто полка в железнодорожном вагоне. Странные от нее ощущения, сверху она мягкая, будто обитая кожей, а чуть дальше, стоит ощупать на сантиметр вниз, как превращается в жесткую, монолитную, холодную будто камень. Дверь, кстати, едва угадывается. Если присмотреться, то видны ее очертания, но сама дверь так подогнана, что монету в щель не просунешь.

Серега подошел к двери, провел по ней рукой. Такая же холодная, как и все вокруг. Нет ни ручки, ни петель, ни глазка. Ровная гладкая поверхность. Дверь вдруг стала прозрачной, истончилась, и исчезла будто дым, а на пороге появился Федор. Он разительно изменился после последнего свидания. Стал будто выше, шире, уверенней. В глазах бушевал озорной огонь, широко улыбаясь, белозубо и нагло, он шагнул за порог.

Серега попятился, но отступать было некуда. Федор примиряюще кивнул.

- Не бойся, Сергей. Все прошло. Ты теперь свободен.

Серега недоверчиво взглянул в пустой белый коридор за спиной Федора.

- От кого?

- Ни от кого, а от чего. Пойдем, я тебе кое-что покажу и расскажу. – Федор сделал шаг назад, подождал, когда Серега шагнет следом, и уверенно и неспешно двинулся по коридору, сцепив руки за спиной. Одет Федор был необычно. Вместо привычных джинсов, футболки или рубашки он был полностью «упакован» в льняной комбинезон. От паха до горла на этой одежде тянулась застежка молния, на груди располагались два накладных кармана, а талия затягивалась вшитой внутрь материала резинкой.

- Что происходит? – В который раз задал вопрос Серега. Федор улыбнулся.

- Предтечи.

- Что предтечи?

- Что они, по-твоему?

- Зло.

- Это не так.

- Ты и раньше мне врал.

- Справедливо.

Бесконечный коридор убегал куда-то в темноту, шаги стали гулкими, свет приглушенным. Камера, в которой находился Серега, скрылась за поворотом, и потянулись однообразные, гладкие будто стекло, белые стены. Ногам все еще было холодно, и только тут Серега осознал, что одет в такой же комбез как и у Федора, за тем лишь исключением что на ногах последнего были легкие серые мокасины, в то время как босые ступни Сергея ступали по холодному, выложенному белой керамической плиткой, полу.

- Но что ты думаешь сам? Сержант и Марина. Интересная парочка. Они же тебе рассказали о предтечах. Чем они заниматься, что делают?

- Еще как рассказали.

- Рассказали они тебе и о Карнах?

- Естественно.

- И кто же ты? Карн?

Вот тебе новость. Оказывается, Федор и не догадывался, кто он на самом деле. Это могло сослужить добрую службу. Может и не сразу ему начнут мозги полоскать, а получится сбежать, или, или… Серега не знал, и потому отмахнулся.

- Не знаю. Говорят, что я важен. Не более.

- Ну конечно, ты важен. Стала бы группа мятежников забираться так глубоко на чужую территорию.

- Так ты признаешь, что предтечи существуют? – Охнул Серега.

- От чего не признать. – Федор вновь улыбнулся. – Предтечи, они предвестники любой разумной жизни. Давным-давно, когда Земли еще не существовало, и наш вид даже не планировался, они уже бороздили космос на своих челноках, исследовали, познавали, впитывали новую информацию. Они были свидетелями рождения цивилизаций, видели зарождение новых звезд, наблюдали тот самый пресловутый большой взрыв, который на самом деле не более чем детонация нескольких сошедшихся путем аномалии в трехмерном пространстве черных дыр. Наши ученые во многом ошибаются, но во многом и правы.

- В чем же?

- В том, что во вселенной мы не одни. Там множество обитаемых планет. Есть враждебные, а есть вполне миролюбивые. Есть настолько агрессивные среды, что даже находиться рядом с ними, используя все средства защиты, уже большое испытание. Есть такие, где ты, находясь час, можешь помолодеть лет на десять. Вселенная, это удивительный организм.

- Но предтечи.

- Ты знаешь, что означает это слово?

- Ну, в общих чертах.

Федор рассмеялся и смех его, рикошетя от стен, унесся вперед.

- Не буду мучить тебя. Слово это всплывает то тут, то там. В частности, считается, что предтечи - это древняя и максимально развитая цивилизация, возможности которой, схожи с возможностями богов. Но это часть правды. У славян есть такое слово, предтеча. Это предшественник, человек подготовивший условия для деятельности других.

… Сережа, это Марина. Не подавай вида. Ты в виртуале. Мы с сержантом успели уйти, но ты не смог. Мы тебя пеленгуем. Жди…

Глава 14

Слова в голове прозвучали, будто удар грома, и Сереге стоило немалых усилий не подать виду. Он шел рядом с Федором, осматривал стены, искал малейшие отклонения физики, но все было максимально реально. Ступни ощущали холод керамики, комбез немного жал в груди, все было максимально настоящим.

- Предтечи явились на Землю не в момент ее расцвета. Наша цивилизация была в упадке. Шли войны за ресурсы, планета погибала под натиском людского невежества, культура потребления разрушала экосистему. Мы стояли на грани вымирания, и сами же уничтожали себя. Но пришли они, явились с неба, принеся такие дары, что переоценить их значимость не под силу никому на планете. Они принесли мир, спокойствие, сытость. Они уничтожили болезни, тревоги, беспокойство. Они создали новый Эдем, откуда никто не прогонит, и попросили за это сущую безделицу. Часть нашей и так бесполезной памяти. Нет, они не стирали события, они тщательно протоколировали все, что происходило. Они вели земную летопись с начала времен, и когда мы взглянули на нее, удивлению нашему не было конца.

- Мы?

- Да, мы. Я один из немногих, кто помнит их первое прибытие. Их великолепные челноки, рвущие облака, их прекрасные искусственные лица, их светлый разум и чистые помыслы. Однако, человек жаден, Сергей. Человеку всего и всегда мало. Получив здоровье, долголетие и благополучие, некоторые решили, что пользоваться они этим могут даром. Но жизнь циклична, за все надо платить, и каждый поступок имеет свои последствия. И, знаешь, с чего начали эти неблагодарные свиньи?

Вопрос был, конечно, риторический, но Серега на всякий случай пожал плечами.

- С саботажа и диверсий. Тогда произошел самый страшный теракт за всю историю предтеч. Умерло четверо. Какая утрата! Популяция предтечей вошла в ту фазу, когда зарождение новой личности стало попросту невозможно. Осколок чистого разума, растворившийся в пространстве. Какая утрата для вселенной! Трагедия! Горе!

Замолчав, Федор бодро двинулся по коридору. Стены разбежались в стороны, узкий коридор привел в амфитеатр, дальняя стена которого, матово черная, вдруг высветила картину. Город, такой же, как видел Серега в виртуале, пока приходил в себя. Те же башни, те же вывески, те же летающие платформы, за небольшим исключением. Все это было лишено лоска. Стены домов покрылись трещинами, кусты на платформах без зелени, зияли пустотой чаши фонтанов, в воздухе висел смрад и копоть. Замелькали лица людей, болезненно худые, воспаленные, с горящими пустыми глазами. Движения их были беспорядочны, речь сливалась в сонм невнятного бормотания, которое нарастало, становилось громче, интенсивней, пока не загрохотало непрерывным ревом.

Звук был настолько невыносим, что Серега поспешил зажать уши ладонями. Федор щелкнул, и наступила тишина.

- Смотри, Сергей. – Рассмеялся он. – Смотри, чем была Земля до предтеч.

Небо над городом вдруг расцвело, окрасилось в багрянец, сильный ветер подул, срывая смог улиц, закружил в танце обрывки газет и пустую пластиковую тару. Окна небоскребов выгнулись и разлетелись на миллиарды крохотных острых осколков. Бледные лица людей, столпившихся внизу, исказились в испуге. Женщина в сером плаще попыталась закрыть собой ребенка, лысый мужчина с белесыми бровями выставил вперед дрожащую ладонь, ветер рванул к ним, расцвел белым цветом, срывая с людей плоть, обугливая кости. Багрянец над городом выгнулся, и вдруг разродился серией облаков, взметнувшихся вверх на дымных столбах. Миг, и город опустел. Он стал еще более темен. Пустые глазницы окон навевали печаль, в воздухе витали крупные хлопья грязи, заброшенные улицы покрыл густой слой черного снега.

- С чего мне тебе верить? – Нахмурился Серега. – Это может быть еще одна ложь. Ты так просто обманываешь людей, тебе это совершенно ничего не стоит.

- Как знать. – Федор пожал плечами. – Я слишком долго прожил, чтобы разграничивать что-то на ложь и правду. Есть только истина. Земля бы аннигилировала себя, развалилась на куски, унеся в безвоздушное пространство осколки истории, музыки, науки. Предтечи - то клей, который препятствовал распаду нашей самобытности.

- Но, если они такие хорошие, и попросили такую смешную цену, почему столько народу с вами воюет?

- Идеология. – Федор грустно улыбнулся. – У каждого поколения есть свой кумир. Пусть даже ненастоящий. Как я понимаю, картину процветающей Земли ты смотреть не будешь.

- А куда я денусь? – Серега развел руками. – Но я все равно кое-чего не понимаю.

- Чего же?

- Ты говоришь, что предтечи — это абсолютное добро.

Федор согласно кивнул. Во взгляде у него, впервые за долгое время читался неподдельный интерес.

- Марина и сержант говорят, что они первородное зло.

- Тут ничего сказать не могу.

- Но я уверен.

- И в чем же вопрос?

- В том, что вы, два противоборствующих лагеря, возводите свои идеалы в Абсолют. Если бы мир был так прост, его без труда можно было поделить на черное и белое, однако, это не так. Федор, что случилось с другими оттенками?

- Браво! Браво, мой юный друг! – Федор хлопнул в ладоши. – Слова не мальчика, но мужа, рассудительного и зрелого. Действительно, ничего не может быть абсолютным, ибо, становясь таковым, превращается в ничто. У всего были свои последствия. Чистый разум не мог поместить информацию в порочный мозг. Болезни, зависимости, старость. Предтечам пришлось отказаться от более чем двух четвертей населения Земли. Они остались при своих. Болели и умирали, жили ровно столько, сколько им дано природой.

- Вы разделили землю на классы. Вот в чем причина.

- Не мы, но наше поколение. – Высокопарно парировал Федор. – Россия, Америка, Западная Европа, они вошли в список предтеч, и именно там они и проводили большую часть своего земного бытия, в то время как Южная Америка, Африка и почти вся Азия, за исключением, пожалуй, что Японии, Гонконга и старого света, выпали из зоны интересов. Именно это и взбесило будущее ополчение. Они, конечно много говорят о том, что перестали быть хозяевами собственного разума. Однако скажи, ты с рождения носишь в себе частичку вселенской информации. Ты осознал это, не так ли?

Серега уверенно кивнул.

- Но это отразилось на твоей сущности?

- То есть?

- Ты стал чувствовать себя глупей, уязвимей, зависимей? Ты начал по-новому относиться к привычным вещам?

Серега на секунду задумался.

- Да нет, пожалуй.

- Вот именно. Восстание поднялось с низов. И как же себя повели, эти, революционеры? Они не отказались от предложенных благ. Нет, они захотели еще. Больше, пусть золотая антилопа бьет копытцем все чаще и чаще, а мы будет собирать золотые монеты. Они украли технологии, получили знания, завладели мастерством, и после этого, когда наши спасители стали им не нужны, обрушили на них всю мощь террора. Надо ли говорить, что предтечи, существа бесстрастные, по сути, просто ответили на агрессию с целью сохранить свой вид? О да, у них были возможности, но они поступили гуманно. Они позволили мятежникам бежать с планеты, когда могли одним мановением руки испепелить их жалкие корабли.

… Серега, это сержант. Держись там. Эти уроды умеют полоскать мозги. Ренегаты этому столетиями обучались. Они так могут обработать, что мать родную за понюшку табака продать можешь…

Серега очень хотел ответить сержанту. Как, если бы тебя укусил комар, и место это ноет и зудит долго и мучительно, а почесать нельзя. Его смятение заметил Федор. Хвала небесам, воспринял он его по-своему.

- Я вижу на твоем лице гамму эмоций. Это нормально. Тебе еще много предстоит понять, еще много узнать. Если ты встанешь на нашу сторону, добровольно и без принуждения, тебе откроется вся мудрость вселенной.

Сергей вдруг оглянулся. Они с Федором вновь стояли около его камеры.

- Побудь пока тут. – Произнес Федор.

Серега пожал плечами и вошел внутрь. Последнее что он услышал в этот день, были слова его тюремщика.

- Мы решим твою судьбу, Сергей. Встань на нашу сторону. Теперь все будет хорошо.

В дверном проеме снова материализовалась дверь. Серега уселся на свою койку и оглядел белые стены и кафельный пол, в который уже раз.

… Серега. Вы садитесь. Ты на самолете. Транспортник. На счет три выходишь из виртуала. Тебе просто надо найти кнопку…

В голове загрохотало, заходило ходуном. Камеру нешуточно тряхнуло, да так, что Серега упал навзничь на койку. Кнопка была перед глазами. Большая, красная, размером с тарелку. Она висела в воздухе так естественно, будто была тут всегда. Сомнений не оставалось, это была виртуальная реальность. Серега набрал в легкие побольше воздуха, зажмурился, и вслепую ударил кулаком по гладкой красной поверхности.

В ноздри ударил запах жженой проводки. Было жестко и холодно. Серега попытался сосредоточиться на внутренних ощущениях и не смог. Связь с реальностью была почти потеряна. Вдруг снова тряхнуло, послышались голоса.

- Показатели в норме. Он точно не выйдет из виртуала до прилета?

- Бесспорно, Федор Анатольевич. Мы снимаем показатели и, если пульс подскочит или количество кислорода начнет варьироваться, мы сразу это увидим.

- Головой за него отвечаете, док.

- Как вы можете сомневаться, Федор Анатольевич! Вы бы лучше своим башибузукам сказали, чтобы оружием не бряцали. Я гражданский человек, меня автоматы эти нервируют ужасно. Вы скажите лучше, зачем мы летим на базу? Мы же могли считать всю информацию в городе.

- Могли да не могли. Мощностей нет, док. Вы же сами знаете, что мало информацию считать. По сути, это набор машинного кода, который нужно еще и дешифровать. С каждым донлоадом шифр меняется, а код устаревает через минуту. Если не дешифровать память в момент скачки, то это просто бесполезный фрейм.

- Да знаю я, знаю. Но к чему такие сложности?

- Это алгоритм хозяев. Если мы можем считать информацию мятежников, то и они могут считать нашу. Простой защитный механизм.

- Вы как всегда правы, Федор Анатольевич. В мудрости и осторожности хозяев сомневаться не приходится.

- То-то же. И вообще, док, не в свои дела лезете. Помню я одного такого, Дока. Неприятный был тип. Везде совал свой длинный нос, вступал в полемику, двигал идеи, а потом взял и заложил взрывное устройство на стартовой площадке.

- Садимся, всем занять места. – Сообщил громкоговоритель.

Послышался стук каблуков, все спешно занимали отведенные места.

Самолет знатно тряхнуло при приземлении, и Серега почувствовал, как ремни впились ему в руки и лодыжки. Машина покатила по взлетной полосе, вокруг задвигались, начали видимо готовиться к выгрузке. И вдруг кто-то коснулся его руки. Зашептал горячо.

- Сережа, это я. Держись. Сержант нас ждет за периметром. Ты сможешь идти?

- Почему я не смогу идти. – Так же, шепотом, ответил он Марине.

- Ты долго лежишь, очень долго. Мы тебя месяц искали.

- Охренеть. – От этого заявления Серега опешил. Для него прошло не больше часа. Видимо в виртуальном мире время могло бежать вперед или идти вспять, или как еще назвать этот странный феномен.

- Попробуй пошевелить пальцами на ногах.

Серега попробовал. Весь обзор ему закрывали очки виртуальной реальности, на которых сейчас происходил какой-то белый шум, так что полагаться пришлось только на Марину.

- Ты кто вообще?

Грохнула дверь, послышался шорох амуниции, кто-то настойчиво интересовался у Марины, кто он такой. Он? Странно.

Что-то взвыло, последовало несколько странных волновых колебаний. В ответ забили пули, засвистели по салону, пробивая обшивку.

- Не стрелять! – Это уже Федор. Его голос ни с чем не спутать. – Не стрелять, идиоты.

- Вспышка!

Серега почувствовал, как кто-то снимает путы с его рук и ног, сдергивает с головы очки. Свет больно резанул глаза, перед взором все поплыло, опять подступила треклятая тошнота. Невысокий боец в камуфляже и балаклаве под шлемом, сдернул его с носилок.

- Лежи.

- Что происходит, Марина? – Серега свалился на пол, что куль с навозом. Во всем теле была слабость, спину ломило, пришли странные ощущения того, что он действительно провел месяц без движения.

Марина ухватила Серегу за руку и поволокла к люку. Прозвучал новый взрыв, затем еще, и еще.

- Вставай, Сережа. – Попросила она. – Я тебя далеко-то не утащу.

Самолет вдруг вздрогнул и накренился на левый борт и Серегу, будто безвольную куклу, отбросило в сторону крена. Он попытался подняться, вышло это с трудом. Кое-как устояв на ногах, он огляделся. Вокруг, раскинув руки, в неестественной позе лежало несколько солдат.

- Вниз!

Марина снова повалила Сергея на пол. По обшивке резанула очередь.

- Не стрелять, мать его.

Взрыв. Что-то полыхнуло в кабине, оттуда выскочил пилот, и Марина, встав на одно колено, ударила по нему из импульсной винтовки. Серая форма с нашивкой на груди оплавилась, человек дернулся, выронил пистолет, и тот с грохотом полетел к накренившемся борту. Наконец завыла сирена. Громко, протяжно, горестно, она оповещала о чем-то плохом. Стрелки на земле оставили свои посты, начали отходить. За иллюминатором прошла цепочка взрывов, метрах в двухстах, и вдруг, пробив ограждение, на взлетную полосу выскочил внедорожник. Стрелки переключились на него, да куда там. Автомобиль несся по бетонке в сторону пылающего самолета, виляя между воронками. Серега все еще плохо видел. Понял он это, когда не вписался в проем, и почти вывалился из самолета, рухнув на щебенку. Ободрав руки в кровь и, похоже, повредив спину, он взвыл и, матеря все на своем пути, бросился прочь от самолета. Водитель автомобиля, видимо заметив его маневр, вильнул и оказался рядом, закрыв его бортом от свистящих пуль. Марина помогла забраться на заднее сиденье. Авто сорвалось с места. Вновь заработала импульсная винтовка. Огонь противника быстро утих, но вдруг возобновился, с другой стороны.

- Лежи, головы не поднимай. – Прокричал сержант. Именно он сидел за рулем. Машина вильнула, послышался визг покрышек, новая цепь взрывов загрохотала где-то в отдалении, сирена завыла с новой мощью.

- Уходим, сержант, уходим! У меня БК почти закончился.

- Сам понимаю, что уходим. – Хохотнул в пылу боевого азарта сержант. Вдавил педаль акселератора. Машину подбросило, послышался скрежет металла о металл.

- А теперь финалочка. – Взрыв грянул где-то позади, заскрипели и принялись рушиться деревья, отрезая возможность преследования, а сержант уже вел машину по гравийной дороге прочь от этого места.

По дороге Марина рассказал много интересного. По ее словам, Серегу взяли месяц назад и долго держали на какой-то базе под городом. Она и сержант с ног сбились, его разыскивая, но сыграл на руку все еще работающий жучок, установленный на кузове автомобиля Федора.

Удача улыбнулась. Выяснилось, что предтечи не знают, с кем столкнулись, и только догадываются о том, что могло попасть к ним в руки. Еще одна особенность хранения данных не позволяла вот так вот запросто залезть в черепную коробку пленника и посмотреть, что же там находится. Требовались технологии, а те в свою очередь хотели прилично энергии, обеспечить которую можно было, только обесточив половину города. На такой шаг противник пойти не мог, и решено было в срочном порядке перебросить Сергея на одну из баз в области, где спокойно и без спешки научники покопались бы в данных. Требовалось работать на опережение, и пришлось приложить немало усилий, чтобы организовать побег. В первую очередь, Марину получилось внедрить в группу сопровождения. Сделано это было в последний момент. На счастье, во время погрузки нашелся боец примерно такого же роста, и вывести его из строя не составило труда. Однако, это только верх айсберга. Рискуя попасть под пристальное внимание спецслужб, сержант выкупил в даркнете пять кило взрывчатки, и по данным с ноута Федора, который, опять же, пришлось ломать, выяснил, куда же все-таки везут Сергея. Конечно, зайти через защищенную сеть не получилось, однако удалось подцепиться к забытому wifi соединению, и битых три часа плестись в пробке по городу за автомобилем, скачивая все возможные данные. Среди них оказалась и переписка Федора, из которой и получилось узнать геолокоацию. Последнее, дело техники. Пока бойцы, надо сказать, максимально бдительно и скрупулезно, несли охрану периметра и аэродрома, сержант заложил взрывчатку. Под снос пошла хозяйственная постройка, вход в казармы, с десяток бетонных секций забора рядом со складом РАВ и часть взлетной полосы. После того шороха, что компания там навела, долго еще ни одно летное средство не сможет совершить там посадку. Много еще всего было. Марина говорила не переставая. Как забиралась в самолет, как перед этим маскировала свой автомат под обычное оружие, как в итоге выбрала винтовку, потому что у нее кучность лучше. Серега и не заметил, как все переживания, слабость и усталость, дали о себе знать, и он провалился в сон.

Глава 15

Просыпаться не привязанным к носилкам, не на койке в камере, а просто на широком кожаном сидении автомобиля, это отдельно удовольствие, понять которое дано не каждому. Серега открыл глаза и понял, что авто не движется. Из приоткрытого окна поступал холодный воздух, проникало пение птиц. Солнечный свет залил салон автомобиля, очертил все потертости и сколы, высветил приборную панель, на которой, прямо над воздуховодами примостился крохотный триптих иконок. Сев, Серега оглянулся. Вокруг ни души, только лес, обступившие автомобиль со всех сторон, стволы сосен, птичий щебет, искрящийся снег и покой. Вдохнув полной грудью, парень улыбнулся, распахнул дверь и вышел на улицу.

Снег хрустнул под подошвами ботинок, приветливо и весело. Мороз обнял, будто старый приятель, придал бодрости и вроде даже уверенности в завтрашнем дне. Рядом с автомобилем была видна цепочка следов. Следы шин по просеке уходили куда-то в чащу. Сержант и Марина отсутствовали. Начав замерзать, он снова забрался в салон, но тепла это не прибавило. Мороз крепчал, становился злей, кусал за мочки ушей и щеки. Перебравшись на водительское сиденье, Серега осмотрелся в поисках ключа зажигания. Обнаружился он под козырьком над сиденьем, упав вниз на резиновый коврик. Вставив ключ в замок зажигания, Серега повернул его, авто рыкнуло и дернувшись вперед заглохло, высветив на приборной панели сонм пиктограмм, от неисправности двигателя до давления масла. Серега почесал затылок, вспомнил, что авто может стоять на передаче, нажал на педаль и потянул ручку переключения передач. Убедившись, что она на нейтрали, он снова повторил операцию с ключом. На этот раз удачно. Авто завелось легко, и из воздуховода в салон начал поступать теплый воздух. Так же получилось закрыть стекло, так что вскоре стало совсем уютно.

Сержант показался спустя час. Он шел на лыжах, одетый в телогрейку, треух и ватные штаны. Ноги, обутые в валенки, мелькали на лыжах, так бодро и споро, что Серега на секунду залюбовался его сноровкой. Подойдя к авто, сержант помахал рукой. Серега нехотя опустил стекло и часть теплого воздуха, белым облачков вырвалась наружу.

- Проспался?

- Ага. Думаю, куда все делись?

- Работаем, Серега, ой работаем. Тут же вокруг одна тайга, да зоны.

- Мы вообще где?

- Урал, Серега. Предтечи так просто самолет бы не задействовали.

Отстегнув лыжи, сержант принялся прилаживать их на крышу автомобиля. Серега поспешно освободил водительское сиденье. Заводить машину он умел, и какое-то время даже учился водить, катаясь по асфальтированной площадке, но вести авто по лесной дороге, в мороз, когда кроме снега и сосен вокруг вообще ничего нет, не решился. Сержант забрался на водительское сиденье, ударил пятками, сбивая налипший на подошвы снег, хлопнул дверцей и прокашлялся в кулак.

- Тут поселок недалеко. Маринка там хату сняла. Вообще удивительно, как у нее легко получается ладить с людьми. Вроде хмурый вокруг народ, ходит нахохлившись, а она только заговорит, и сразу на контакт идут.

– Так что тут за место?

- Медведовка. Население полторы тысячи. Алкаши и пенсионеры. Градообразующее предприятие, шахты, закрыты давно. Добывали уголь, да весь пласт вычерпали. Во времена СССР тут жизнь кипела, стройки там, комсомольские, обязательства дать стране угля. И ведь давали же, не поверишь. Тут и вокзал есть, и вагонов куча. Вот только, когда уголь закончился, на людей местных стало плевать.

Сержант вывел авто с гравийки и покатил по узкой полоске асфальта, почти занесенной снегом. Лес разошелся, выставил напоказ ряд покосившихся столбов линии электропередач, показалась верхушка горы выработки. Пейзаж внезапно изменился, лес ушел под уклон, расширилась дорога, внизу в долине, что обступила бескрайняя тайга, притаился крохотный городок, на пару улиц. Серые пятиэтажки встали авангардом, скрывая утопающий в снегу частный сектор. Вдалеке показался трактор, цепляющий ковшом снежный покров, выскочила из-за поворота газель с пустым кузовом и, обогнав их на опасном интервале, устремилась к городку. Из открытого окна неслась музыка.

Указатель «Медведовка» был почти завален снегом, и Серега едва его разглядел. Сержант вырулил на центральную улицу, потянулись дома, серые и печальные. Народу в этот день на улице было немного. Неспешно прогуливался пожилой мужчина с крохотной собачкой. Собачка, одетая в яркий тулупчик с капюшоном, поджимала лапы и явно не была довольна этой прогулкой, но скучающий пенсионер настаивал.

- Отличное место, я тебе скажу. – Усмехнулся сержант. – Интернет тут ведрами возят. Из телевидения три центральных канала, и то наискосок. Мобильная связь хреновая. Вычислить нас тут предтечи смогут, если сами пожалуют, однако, надо поостеречься.

Проехали старый дом культуры. Серые от времени колонны подпирали массивную крышу, в высоких ярко подсвеченных окнах вестибюля были видны полки с продуктами, а над аркой красным горела вывеска магазина «Десяточка». Рядом с ним, на импровизированной парковке, трое мужиков грузили в старую красную девятку пакеты с провиантом. Все в камуфляже, у одного патронташ на поясе, выглядывают из него толстые ружейные патроны. Заскрипев тормозами, остановилась милицейская «Буханка». Выбравшийся из нее старлей что-то сказал водителю, а затем пошел в сторону девятки, высоко подняв небритый подбородок. Мужики засуетились.

Сержант прокатил мимо, повернул на неработающем и, наверное, единственном в городке светофоре, миновал детскую площадку и десяток, прижавшихся друг к другу ржавых железных гаражей, подкатил к деревянным воротам. За ними оказался добротный дом, обшитый сайдингом. Труба на крыше расчертила небо белым столбом дыма, пахло дровами и выпечкой. Серега как учуял, так чуть слюной не подавился.

Сержант посигналил, и ворота начали открываться. За воротину тянул дед, такой древний что, наверное, помнил весь состав политбюро в тридцать девятом. Длинная борода до пояса, телогрейка, такой же треух, как и у сержанта, кстати, со следами кокарды, навечно оставившей свой отпечаток на потертом меху. Распахнув ворота настолько, чтобы мог пройти автомобиль, он замах рукой в рукавице.

- Здорово, сынки! Ваша-то хозяйка, с утра на кухне. Смотрю, не нарадуюсь.

- Михалыч, военный пенсионер. – Пояснил сержант, загоняя авто во двор. – Мы, типа, экотуристы, снимаем репортажи для блогов и прочее. Дед ветхий, для него все это белый шум. Однако, не треплись много.

- Петя, левей же. Давай к сараю. – Засуетился дед.

Сержант кивнул и остановил автомобиль у деревянного покосившегося строения, ворота которого подпирали видавшие лучшие времена козлы для распилки дров.

Первым из машины вышел сержант.

- Знакомься, Михалыч, это наш Серега. Контент-менеджер.

- Да мне все равно, кто. – Дружелюбно улыбнулся старик. – Лишь бы человек был хороший.

Хрустнув засовом на воротах, он заспешил в дом. На пороге появилась Марина, раскрасневшаяся, с растрепанными волосами. На лице ее были видны следы муки.

- Я тут в выпечке упражняюсь. – Сообщила она. – У Михалыча настоящая русская печь. Грех было скилы не поднять. Сегодня пироги с капустой и яйцом, и чай. Налетай, пока не остыло.

Серегу не нужно было упрашивать. Обогнав сержанта по узкой протоптанной в снеге тропе, он оказался в прихожей. Сбросив ботинки, он босяком прошелепал по скрипучему полу, ориентируясь на запах съестного. Интересный был у Михалыча дом, с предысторией. Видно было, что жили тут давно, порой счастливо, порой сложно. Ряд фотографий в рамках на стене, где Михалыч в форме, а рядом приятная молодая барышня в платье в горох. Старику-хозяину на карточке лет двадцать, на плечах погоны лейтенанта. Вот еще одна фотография, тут он с молодым человеком. Бравая офицерская выправка, лицо, не подозревающее, что в старости его хозяин обзаведется густой растительностью, соперничающей с бородой Деда Мороза. Парень рядом тоже в форме, и удивительно похож на Михалыча. Несколько фотографий на природе, веселые открытые лица, честные улыбки, горящие глаза.

- Гляди, Серега, - сержант указал на фотографии на стене. – Каждый снимок как кусок истории. Пленка, она ведь душу передает, настроение. Не то, что нынешние фотки. Человек на луну полетел, десять снимков, баба в сортир заглянула, сто штук в инсте. Не ценит нынешняя молодежь очарование момента. Не способна оценить.

- Это ты, Петя, прав. – Михалыч завозился в прихожей, стаскивая валенки и телогрейку.

Пили чай. Свежая сдоба, пышущая жаром, распространяла умопомрачительный аромат и таяла во рту. Серега ел с аппетитом, под пристальным взглядом Марины, уничтожая один пирожок за другим, и щедро отхлебывая из огромной красной кружки почти черный от крепости заварки чай.

Михалыч ел не спеша, явно наслаждаясь моментом. Выбирал пирожок тщательно, несколько секунд изучал его с пристрастием, щура подслеповатые глаза, а затем, оглаживая свободной рукой седые усы, отправлял его в рот.

Немного утолив голод, Серега решил осмотреться. Книги, много книг, очень много книг. Куда ни глянь, вокруг одни корешки старых томиков, стопки журналов, газетные подшивки. Несколько шкафов в гостиной забиты литературой под завязку, стоят на толстых дубовых ножках. В дальнем углу под кружевной накидкой спрятался старенький пузатый телевизор, один из шкафов подперло трюмо, на котором в хаотичном порядке были разложены бритва, расческа, моток ниток и еще тысячи мелочей. Под потолком люстра с тремя рожками. Прозрачные стеклянные плафоны пропускали мягкий желтый свет, идущий от ламп. На окнах плотные темные занавески.

- Ну, добре. Теперь и поговорить можно. – Выдал Михалыч, сыто пыхтя и отодвигаясь от стола. – Ну, порадовала, дочка. Ну, угодила. Так вкусно давно не едал.

Марина зарделась маковым цветом, принялась неуклюже и быстро убирать со стола. Что не говори, а доброе слово и кошке приятно, уж куда там звездному пилоту. Интересно только, где она печь научилась. Не уж то на космической станции?

- Можно и поговорить. – Согласно кивнул сержант.

- Ну, что в мире твориться? – На полном серьезе поинтересовался дед. – Мы тут, почитай, на большую землю и не выбираемся. Моложе был, заскочил в автобус, да в центр. Там на танцы. Пообщаешься, узнаешь, что в Москве да Ленинграде происходит. Пару раз в год в санаторий в Адлер или Ялту, по путевке от командования гарнизона. Теперь и нет уже ничего.

- Да и сейчас не лучше. – Улыбнулся сержант. – Болезни одни. Ходим в масках, везде коды, чтобы в торговый центр сходить. Вы о коронавирусе-то и не слышали?

Марина поманила Серегу, и тот вышел в соседнюю комнату. У стены стояла огромная кровать, накрытая плотным стеганым одеялом. Стену в комнате украшал ковер в «огурцах», а на прикроватной тумбочке примостилась старая настольная лампа с пестрым абажуром.

- Ну, ты как? – Тихо поинтересовалась Марина, присев на край кровати. Серега разместился рядом. Пожал плечами.

- Слабость чувствую. Постоянный голод. Еле наелся, и вот сейчас тяжко.

Марина грустно улыбнулась.

- Ты месяц почти на препаратах просидел. Засучи правый рукав.

Серега так и поступил, и палец девушки уперся в след от иглы.

- Значит, на капельнице меня держали. – Хмыкнул парень. Уточнять, как справлялись другие нужды организма, он попросту не стал.

- Наверное. Мы так в основной комплекс и не попали.

- Федор не знает то, что я знаю по Доку. – Сообщил Серега.

Марина снова кивнула.

- Тяжко теперь будет.

- Ты хочешь сказать, что раньше было легко? – Серега недовольно поморщился. – Как я с вами познакомился, мы постоянно бежим, прячемся, скачем по квартирам как блоха по кошке. Не надоело еще?

- Надоело. Очень надоело. – Марина стала еще более грустной. – Но мы не можем себе позволить, чтобы ты снова попал к предтечам в руки. Это будет катастрофа для человечества. Постарайся, Сережа, постарайся для миллионов жизней там, наверху, в тесных кубриках космических челноков, в загазованных боксах орбитальных станций, в тылу и на передовой.

- Но что я могу сделать?

- Ты должен вспомнить. Это может получиться, в редких случаях, как ощущение в виртуале. Помнишь, когда я достала из воздуха автомат?

- Да.

- Вот так же. Ты должен достать из воздуха знания Дока.

- Но как это возможно? – Серега растерялся. Он помнил свои первые неуклюжие попытки, понимал, что без поддержки сержанта и Марины его почти наверняка растерзали бы инсектоиды-фреймы, и его виртуальный труп сейчас бы, засыпанный снегом, консервировался на просторах Ледяного Когтя.

- Есть вариант. – Призналась Марина. – Можно обратиться к Куратору.

- Кто этот куратор? – Заинтересовался Серега.

- Это предтеч.

- Ты с ума сошла. Мы же от них бегаем по всей матушке Родине.

- Ты не понял. Это предтеч в чистом виде. На планете всегда есть куратор, который просто следит за порядком вещей, исправляя и латая реальность, направляя историю в правильное русло, до момента пока она ему известна.

- Вот тут не понял. – Серега нахмурился. Появилась на горизонте странная третья сила, которая, не то чтобы злая, но и не совсем добрая.

- Ты помнишь, что предтечи не имеют тел? – Спокойно произнесла Марина. Сложив руки на груди, она внимательно посмотрела на молодого человека, и от этого взгляда ему стало неуютно.

- Ну, вроде того. – Серега спешно отвел взгляд. Ему вдруг стало крайне неловко, просто от того, что Марина сидит рядом.

- Ну вот. – Продолжила девушка, убрав упавшую на лоб прядь. – Они максимально беспристрастны, и то, что мы воспринимаем как геноцид, для них просто ликвидация последствий системного сбоя. Всю воду мутят люди. Предтечи относятся к нам одинаково, они не отличат одного от другого. Для них мы просто банки хранения данных, не более. Флешка не может быть плохой, враждебной или злой. Отношение к вещам соответственно. Потому и есть лазейка, если получится добраться до Куратора, то он поможет тебе научиться, перешагнуть через черту, так сказать. Ты просто не можешь поверить, что можно управлять виртуальным миром. По факту-то, конечно, нельзя, но кое-что выудить из этого общения мы в силах. Док как-то обманул одного из кураторов, и потому получил координаты центрального коммуникационного узла. Док всегда говорил, что мы равны. Нет разницы, болен ли ты или, наоборот, здоров. Человек с избыточным весом и худой имеют одинаковую самодостаточную личность, волю и индивидуальность. Если смог один, сможет и другой. Пусть не сразу, пусть не так же эффективно, но результата можно достигнуть всегда.

- Тогда почему мы к нему сразу не обратились?

- Ну… - Марина замялась. – Сержант не верит в это ни на грош. Для него все предтечи – это, прежде всего, враги. Да и потом…

- Что потом?

- Ну, никто не мог добраться до куратора. Его тщательно охраняют. Почти всегда его нахождение окутано тайной, и ее охраняют ревностно. Можешь с сержантом переговорить.

- Со мной? – Сержант стоял в дверном проеме и с улыбкой на губах наблюдал за разговором.

- Где Михалыч? – Смутилась Марина.

- Спать пошел. Наговорился и сказал, что на боковую. – Сержант хитро прищурился.

- И давно ты тут стоишь? – Поинтересовался Серега, не понимая, почему его щеки заполыхали.

- Достаточно давно, чтобы понять, что вы затеяли. Интересно только, как?

- Что как? – Не понял Серега.

- Как вы Куратора собрались искать? – Охотно пояснил сержант. – У него же ни роду ни племени, ни точного адреса. Нельзя забить в интернете «как найти куратора», и получить то, что тебе надо. Он миф, легенда. Многие вообще считают, что куратор, это такая замануха для легковерных дурачков. Мол, придут туда со знаниями, а их там предтечи и накроют.

- Ты не последователен. – Парировала Марина.

- И в чем же?

- В частности в том, что это ловушка. Если это действительно так, то предтечи бы наверняка распространяли эти слухи, указывали точки, где бы собирали потом урожай.

- Тогда к чему ты подняла это вопрос? У тебя есть что-то конкретное?

- Есть. – Марина хитро прищурилась. – Когда мы ломали ноутбук Федора, то скачали всю информацию. Пока было время, я посмотрела все внимательно, и нашла странную переписку.

- Покажи. – Сержант вдруг стал серьезен. С лица исчезла исчезла хитрая ухмылка.

- И покажу. – Марина ушла в другую комнату, где были сложены вещи, вернулась с ноутбуком. Некоторое время ушло на загрузку, потом на поиск писем. Серега наклонился, внимательно вчитываясь в текст. Посланий было всего два.

«Федору.

Валидность действий правительства подтверждаю. Исторический цикл не нарушен».

Это письмо могло означать вообще, что угодно, но трактовалось почти однозначно. Кто-то подтверждал, что история должна быть именно такой, видимо на запрос Федора или кого-то еще из прислужников предтеч, алчущих вечной жизни. Второе письмо было более интересно.

«Федору.

Ресурс генераторов ограничен. Прошу выслать десять литий-полимерных блоков на объект».

Вот это была зацепка. Если не искать, то и не понять было, о чем вообще послание.

- Куратор запросил батареи. На объект. – Гордо произнесла Марина. – Там же есть накладная на отгрузку батарей, а также адрес доставки. Все просто, как дважды два.

- Ну не знаю. – Нахмурился сержант. – Больше похоже на ловушку.

- Ну, сам посуди. – Не унималась Марина. – Ну откуда Федору было знать, что мы ищем куратора? По его мнению, мы должны свалить с планеты и искать спасения в открытых зонах, передвигаясь от астероида к астероиду. Он ведь до сих пор не знает, что его взломали, или не знал. Письмо трехмесячной давности.

- И ты читала его деловую переписку за три месяца? – Удивился Серега. – Это же, небось, скука смертная.

Марина согласно кивнула.

- Ну не без этого. По большей части это деловые переговоры, официальные запросы, документы по логистике, которые тоже пришлось изучить.

- Ну, допустим, мы приедем по адресу, а дальше что? – Поинтересовался сержант. – Постучим в ворота и спросим, не выйдет ли Куратор поиграть?

- Ты пессимист. – Парировала девушка.

- Я реалист, Марин. У него охраны, небось, больше чем у диктатора банановой республики. Тонны народу положим, десятки жизней. Ребята, небось, и не подозревают, кого охранять взялись. Если прихвостней Федоровских я готов пачками класть, то опускать руки по локоть в кровь невиновных, это, прости, не для меня.

- Вечно вам мужикам штурмы, казни и публичные порки. Давайте действовать по обстоятельствам.

- То есть, план по уходу с планеты не на нашем корабле, а на предтечинском провалился?

- Отнюдь. У Куратора наверняка есть собственный транспорт. Этим мы, дорогой камрад, двух зайцев убьем. Если что пойдет не так, погрузимся на борт, и только нас тут и видели.

Глава 16

Решить, не значит сделать. Точка на карте, до нее еще добраться надо. Иногда приходится покрывать такие расстояния, что в голове не укалывается. Частенько, иностранцы, посещая страну и садясь в поезд дальнего следования, приходили в восторг от размера страны, по которой предстояло путешествовать. Свое родное государство они могли пересечь на авто за пару-тройку часов, а тут сел в вагон, заварил чаек и смотришь в окошко на пролетающий за бортом пейзаж. День смотришь, два, три. Если сесть на поезд в Москве и отбыть в сторону Владивостока, то трястись в вагоне придется семь дней. Примерно то же время нужно будет потратить, чтобы преодолеть расстояние от Санкт-Петербурга до Хабаровска. В общей сложности, протяженность маршрута чуть больше девяти тысяч километров. В голове такие цифры не укладываются.

- Ехать можно на машине. – Предложил сержант. – Но времени это займет больше. Надо будет останавливаться на ночлег, на перекус. Дороги будут заполнены патрулями предтеч и полицией, у которых наверняка есть ориентировка на каждого из нас. Всем им нужно будет предъявить документы.

- Которых у нас нет. – Закончила мысль Марина.

- И что теперь делать? – Поинтересовался Серега. – Вечно прятаться по углам?

- Нет, конечно. С документами решить можно. – Марина открыла ноутбук и сосредоточенно защелкала по клавишам. – Ага, вот. Даркнет это место, где можно купить все, от мертвого младенца до гаубицы. С документами и совсем просто. Вон, Выверт99 предлагает сделать паспорт нового образца всего-то за тысячу долларов. Пересылка по почте опять же, без палева, на абонентский ящик.

- Не подходит. – Покачал головой сержант. – Надо так, чтобы за жабры можно было прищемить, в случае чего. Дальше ищи.

Марина снова углубилась в поиск. На этот раз потребовалось больше времени, но нарушитель нашелся и в ближайших окрестностях.

- Вот. – Палец девушки уткнулся в строчку в чате. – Есть вариант в районном центре. Предоплата и фотография на почту, выдача через курьера.

- Ну, ты пока займись. – Предложил сержант. – А я прогуляюсь. Ноги надо поразмять.

- Я с тобой. – Вскочил с места Серега. – В прогулке буквально физическая потребность.

- Понимаю. – Сержант сочувственно кивнул. – Только в этих шмотках ты в сосульку превратишься. Надо тебе у Михалыча что-нибудь подыскать.

- Подыщи, да не очень. – Откликнулась Марина, не отрываясь от чата с фальшивомонетчиком, который, что хорошо, как раз был онлайн и с неохотой отвечал на ее вопросы. – Михалыч это жук еще тот. Вроде бы и дешево у него все. За месяц две комнаты за десятку сдает, а чуть влево, чуть вправо, сразу лапу за денежкой тянет. Дрова закупить, так впишись, снег почистить, так хоть сам иди, иначе пятьсот рублей за трактор. Вроде бы невеликие деньги, но уже тысячи на три дед накрутил. Ой, жук.

Михалыч с радостью поделился собственным барахлом, за что запросил дежурные пятьсот рублей, выдав ватник, штаны на подкладке, валенки и вязанную шапочку. За окном крепчал мороз, стекла окончательно заволокло ледяным узором, стоило открыть рот и что-то сказать, как тут же образовывалось облачко белого пара, так что вещи, давно вышедшие из моды, оказались в этом климате максимально практичны. Облачившись в новую одежду, Серега посмотрелся в висевшее в прихожей зеркало. Амальгама у него отошла по краям, закрутилась в интересные завитки, само зеркало пожелтело от старости, однако при всех своих недостатках, оно прекрасно справилось с поставленной задачей. Из зеркала на Серегу смотрел совершенно незнакомый человек. Челка выбивалась из-под шапки, на щеках и подбородке проступила видимая невооруженным глазом щетина, сам он осунулся, заимел мешки под глазами и плохой цвет лица, то есть ,по сути, не очень-то и отличался от местной публики.

- Вписываемся. – Довольный результатом Серега вышел за дверь и поспешил, хрустя снегом под подошвами, вслед за сержантом. Выбрались на улицу, пустую, ну вот совершенно. Узкая дорожка, протоптанная вдоль заборов, с десяток частных домов, и все совершенно разного достатка. Вон видна свежая крыша из железа, высится новый забор, выложенный кирпичом, а рядом с воротами на расчищенной от снега и наледи площадке припаркован новый, еще поблескивающий свежей краской под лучами зимнего солнца, внедорожник. Через дорогу совершенно другая история. Старая заваленная снегом крыша, частокол, держащийся на честном слове, почерневшие от времени бревна строения.

Зарычал вдалеке трактор, завыла сирена скорой помощи, и в просвете между домами пролетел автомобиль, озаряя серую местность проблесковым маячком.

- Как-то шумновато, для такого маленького городка. – Осторожно заметил Серега.

- И то, правда. – Согласился сержант. – Но посмотрим, что будет. Пойдем лучше вон до магазина, закупимся. Продукты, они твари такие, имеют свойство заканчиваться.

Пока шли, Серегу одолевало любопытство, откуда же берутся деньги. Вопрос этот был задан ранее Марине, но ясности она тогда не внесла.

- Деньги? – Сержант усмехнулся. – Ты постоянно забываешь, что планета эта эталонной не являться.

- И что?

- И то, что возможности предтеч, хоть и выше нашего понимания, но все равно не безграничны.

- Все равно не понятно.

- Ну ладно, курс для чайников. Как устроен этот мир. Ну, вот представь, что тебе нужно сделать планету и населить ее людьми. Они начинаю развиваться, творить всякую дичь, вымирать от болезней и войн, и под конец, когда ты потратил столетия на то, чтобы все было хорошо, твой проект рушиться. Вместо результата руины, ну и опыт. Предтечи берут для развития планеты определенную модель, сажают посреди всего этого великолепия куратора, и он, манипулируя людьми, толкает к той или иной последовательности действий, которая приведет к рабочей модели всего общества. Не без недочетов конечно, но в основе своей история идет по одному маршруту.

- Подожди. – Вдруг озарило Серегу. – Ты хочешь сказать, что знаешь будущее?

- Этой Земли, да. – Улыбнулся сержант. – Но только примерно. Я, к примеру, в двенадцатом году вложился в биткоин. Вывожу из крипты потихонечку, бросаю на карту и живу себе как сыр в масле. Марина выкупила акции пары компаний, в тот момент, когда они еще ничего не стоили. Теперь ее капиталу позавидует любой бизнесмен. Я, конечно, не могу предсказать исход футбольного матча или предотвратить террористический акт, но общий вектор развития всегда один, и этим, коли с умом, можно пользоваться.

Понять, что все это время находишься в обществе двух долларовых миллиардеров, тот еще экспиринс. Серега стоял у прилавка магазина и наблюдал как максимально богатый сержант, придирчиво выбирал товары по акции, тщательно следил за тем, чтобы ему отрезали нужное количество колбасы, и требовал непременно один килограмм сахара, и обязательно в отдельный пакет. Обстановка вокруг была настолько картинной, что смахивала на пародию. Длинный прилавок в колбасах и ценниках, куски сыра в упаковке, тонкие цыплята, отливающие синевой, там же рыба, что, наверное, нарушение продуктового соседства. Отдельно полка с хлебом, крупами и консервами, в дальнем углу бочка с селедкой, а запах! Запах этот нельзя передать или классифицировать. Тут слились все пищевые ароматы, прибавлялась воньмашинного масла и мочи кошек, обитавших где-то в подсобке. Так в последние дни своей жизни могли пахнуть Помпеи, так наверняка пахли города Садом и Гоморра в момент, когда их решили наказать за разврат и похоть. Так пах и магазин «У дома», расположившийся по адресу улица Ленина, дом семь, этаж цокольный.

В этот час, кроме Сереги, сержанта и продавщицы, в магазине народу было немного. Парень в спортивном костюме и пуховике, разглядывал витрину с алкогольными напитками. Его толстые губы постоянно двигались, на узком лбу, испещренном морщинами, отразилась вся сила мозговой активности, а рука шарила в кармане куртки, сводя дебет с кредитом. Пожилой высокий мужчина, в старомодном коричневом пальто и не по погоде легкой фетровой шляпе, заворачивал в бумагу кусок колбасы. Виртуозно запаковав покупку, он ловким движением фокусника опустил ее в пакет, и не по возрасту легким шагом направился к выходу. Дверь зацепила колокольчик над входом, и с клубами пара в магазин вкатилась детвора. Цветные шапки, крики, толкания. Продавщица неодобрительно глянула на малышню из-под пергидрольной челки и объявила сержанту.

- С вас тысяча семьсот двадцать. Еще что-то брать будете? Яйца только сегодня завезли, фермерские, свежие. Молоко разливное, сметана.

- Нет, достаточно. – Улыбнулся сержант. – Лучше потом зайду. Картой можно расплатиться?

Наклейка на стекле рядом с кассой была, она гласила, что магазин готов принять все возможные варианты безналичной оплаты, однако терминал был завален бумагами, и явно давно не использовался.

- Сегодня не работает. – Произнесла продавщица, проведя по боку терминала пальцем. Пыльный росчерк на пластике подсказал что «сегодня», это примерно месяц. - Наличные, или перевод на телефон.

Дверь снова задела колокольчик, и от слов, произнесенных незнакомцем, Серегу прошиб пот.

- Мне бы сладкого.

- А, Игорюша. – Продавщица расплылась в притворной улыбке. – Тебе конфеток, как обычно, или может леденцов на палочке?

Серега обернулся, и уставился на вошедшего. Быть того не могло. Этот человек, с отрытым простодушным лицом, в старомодной одежде, одетый не по погоде легко и отзывавшийся на имя Игорь, был тем самым местным дурачком, что разъезжал на велосипеде около первой дачи и спрашивал тогда Марину.

- Сладкое люблю. – Игорь обвел взглядом помещение, прошел на негнущихся ногах к прилавку и, запустив руку в карман треников, достал мятую сотню. Разгладив ее максимально тщательно, он протянул ее продавщице. – Мне бы побольше. Холодно.

- Сейчас-сейчас, подождите. – Обратилась продавщица к сержанту. Нагнулась под прилавок и, достав лист серой оберточной бумаги, скрутила его в конус, после чего подошла к корзине где располагались сладости. Зацепив по крохотной горсточке всех видов, от ирисок до конфет «Каракум», он взяла разглаженную сотню из рук покупателя и протянула ему кулек.

Игорь довольно улыбнулся, прижал сладости к груди, вновь обвел помещение взглядом и, повернувшись, заспешил прочь. Снова затревожился колокольчик, пахнуло морозом, и дверь захлопнулась, скрипнув пружиной импровизированного доводчика.

- Кто это? – Спросил Серега у дамы с конфетами.

- Не местные что ли? – Удивилась она. – Это Игорь, сын мэрский. В детстве заморозила его мамаша. Выходили, но дурачком остался. Безобидный совсем, везде, правда, ходит, всем интересуется, но больше всего сладости уважает.

Сержант отсчитал нужную сумму и спрятал кошелек в карман. Вышли прочь из магазина.

- Я этого Игоря помню. – Затараторил Серега. – Когда ходил на задний двор, еще в городе. Он на велике еще был, в звоночек свой трындел.

- Ты что-то путаешь. – Покачал головой сержант. – Похож может?

- Дурачок, любит сладкое, Игорем зовут. Не находишь, что слишком много совпадений?

Неспешно двинулись в обратный путь. Свежий снег искрил, играл в лучах, закрывая собой всю серость и грязь, и, если не оглядываться на унылые здания панелек, вокруг была настоящая русская зима.

- Ну, посуди сам. – Говорил сержант, бодро шагая по тропинке. – Где тот Игорь, а где этот. Нас сейчас тысячи полторы километров разделяет. Не на велике же своем он сюда приехал. К тому же тебе что Марина говорила, что он местный? Ну вот. Этого тоже все знают, чуть ли не с пеленок. Мало ли похожих людей. Пальчики бы им снять, да сравнить.

- Дактилоскопия? – Поинтересовался Серега.

- В точку. Кстати, возникла она в начале двадцатого века, а реально ввели ее только после одного случая. Где-то в штатах в тюрьму поступил мужик, и обнаружили, что на этого мужика этого уже и дело есть, и сидел он там плотно, то ли за грабеж, то ли за воровство. Мужик, правда, утверждал, что эту камеру, баланду и надзирателей он видит в первый раз в своей чернокожей жизни. Положили две фотки, того парня, и нового, и кто бы мог подумать. Одно лицо! С тех пор и начали снимать пальчики, опечатки ладоней, иногда ступней и рисунок ушной раковины. Где как, главное, чтобы уникально.

- Но эти- то по-разному звали! – Не удержался Серега. – А моих одинаково.

- Действительно, странно. Придем, Марине расскажешь.

Рассказать, впрочем, не получилось. Едва сержант и Серега переступили порог, как Марина спешно засобиралась.

- Серега, со мной пойдешь. Документы нам будут готовить. Просят реальные фотографии. Сержанта у меня есть, а твои еще сделать надо.

Мимо прошагал хозяин дома.

- Михалыч?!

- Ась?

- Где тут у вас фотографию можно сделать?

Дед зашевелил бородой, в задумчивости.

- Есть ателье около дома культуры. Но там до семи вечера.

- Нормально, к восьми надо фотки на руки. Что они, за час не справятся?

- Это дочка, как пойдет.

Необычно молчаливый пенсионер ушаркал в темноту коридора и хлопнул дверью. Почти сразу заскрипел матрас. Сквозь стон пружин донеслось.

- Поосторожнее там будь. Народ нынче шатается разный. Амнистия.

Михалыч, надо сказать, военный был не простой, а службу свою нес во внутренних войсках. Там начинал, оттуда и на пенсию ушел, и надо сказать, только борода и усы деда из него делали. Если сбрить растительность на его лице, то перед нами бы предстал крепкий шестидесятилетний мужик, с хитрым прищуром и выражением лица прапорщика с продовольственного склада. Внутренние войска охраняли ЗК, а точнее их транспортировку и места пребывания, а вокруг, в пору подходящего климата, располагалось множество зон. Огромные территории в тайге, огороженные колючкой, ощетинившиеся вышками с автоматчиками, держали в периметре неблагонадежных, опасных, а порой и просто безумных людей. Были и такие зоны, что отводились только туберкулезниками, или Вич положительным. Недавно прошла амнистия, и на волю вышло множество криминального элемента, чьи провинности заключались в кражах, мошенничестве и причинении легких телесных повреждениях, и на воле эти люди особой опасности не представляли, но только до отсидки. Изуродованные машиной правосудия и бытом отбытия наказаний, некоторые из них сразу устремлялись в большие города, но часть, решив пока отдышаться, да вкусить всех прелестей вольной жизни, оседала в Медведково. Именно они и рушили мирный устой медведотчан, заставляли волноваться родителей за загулявших допоздна дочерей, огорчали медиков и полицейских, и радовали продавцов горячительных напитков. Единственный ресторан «Прага», оставшихся с тех времен, когда кроме зон, тут еще было и горное производство, располагался в том же здании где и дом культуры, и именно туда, видимо, спешила крикливая карета скорой помощи.

День пролетел быстро. Начали зажигаться уличные фонари, редкие пешеходы спешили с работы, мимо покатили автомобили, тонированные, с бьющей сабвуферами музыки. Дом культуры стоял на площади в самом центре городка, то самое здание с магазином, мимо которого проезжали в самом начале. Рядом с главным входом робкие покупатели забегали в магазин, и потом удалялись оттуда, петляя между сугробами. Все спешили домой, в тепло, к телевизору или компьютеру, так как эти два аппарата были единственным средством развлечения. Кино или театров в Медведково не было, перестал приезжать и выездной кинотеатр, курсирующий по городам только в теплую погоду. Иногда в городе появлялся цирк шапито, показывал медведовчанам измученных мартышек и облезлую зебру, и на этом культурная жизнь человека непьющего заканчивалась.

Глава 17

Тот же, кто употреблял, и имел на кармане достаточно денег, чтобы, так сказать, посидеть, отдохнуть со вкусом, спешил вечером в ресторан Прага, что располагался с обратной стороны дома культуры, и именно там и кипела пресловутая ночная жизнь. Фотоателье, по роковой случайности, располагалось там же. Парковка перед входом в ресторан была образцовым образом почищена и заполнена дорогими автомобилями. Шумная компания, стоявшая у входа, курила. Все как на подбор краснолицые, коротко стриженные, многие с избытком веса. За плавным разговором проскальзывал отборный мат, иногда компания взрывалась смехом, порой замолкала, и курильщики начинали перешептываться. Чуть дальше стояла компания иного рода. Моложе, одеты победней, однако гонористые и злые. Они слушали музыку, доносившуюся из колонки, и напоказ заполняли пространство паром из вейпов.

- Эй, красавица, мимо-то не проходи. – Донеслось из толпы солидных граждан. – Что в такой мороз, да не угоститься?

- Что делать будем? – Испугался Серега.

- Да ничего. – Бросила на ходу Марина. – Просто помни, что ты быстрей и сильней любого из них. На рожон не лезь. Если их не замечать, то сами отстанут.

Проскользнув миом шумной компании, Марина толкнула дверь с вывеской «Фото за час». На стекле расположились образцы фотографий, на паспорт, на права, на прочие документы. Да, именно так, на прочие. В крохотном офисе за столом сидел средних лет мужчина в футболке и джинсах. Напротив него стоял фотоаппарат, рядом примостился принтер, в углу, под календарем за прошлый год, пристроились две коробки фотобумаги.

- Фотки на паспорт. Ему. – Марина толкнула Серегу вперед и уселась на одном из двух свободных стульев.

- Как скажете. – Парень пожал плечами, указал на вешалку, где уже висела его куртка. – Раздевайтесь, зеркало вон там. – Палец указал в угол, рядом с покосившимся шкафом. – Вам на внутренний или на заграничный?

- Давайте и на тот, и на тот.

- Эпидемия сейчас, коронавирус свирепствует. Не везде пускают.

Серега разделся, оставшись в футболке. Фотограф окинул того взглядом.

- Костюм можно на компе приделать. Плюс двадцать процентов к ценнику, зато не придерешься.

- Давай. – Марина согласно кивнула. – Только чтобы быстро, а то торопимся.

- Нынче все торопятся. Куда только? – Философски заметил мужик.

Серега встал перед фотоаппаратом. Позади располагался белый фон, кусок ткани, приделанный к стене гвоздями. Так видимо проще было приклеивать виртуальную одежду к реальной голове.

- Не двигайтесь.

Серега встал куда указано, краем глаза заметив, что Марина достала мобильник и, похоже, что-то сосредоточенно набивает в мессенджере. Отметив про себя, что мобильник есть только у нее, а ему не положен, парень дождался слова «готово», и надел куртку.

- Через тридцать минут будет. – Сообщил фотограф, подключая фотоаппарат к компьютеру. – Погуляйте пока. Вам же на матовой бумаге?

- Может тут подождем? – Зашептал Серега. – Компания эта.

- От компании никуда не денетесь. – Услышал фотограф. – Это Мишка Кривошипов освободился. Гуляет с братанами.

- А за что сидел? – Напрягся Серега.

- Да по мелочи засыпался. Воровал что-то со склада. Вышел после, ходит, будто уважаемый вор.

- А как он выглядит?

- Да средних лет, лысый, в кожанке.

- Да они все такие.

- Ну, чем могу.

Вышли на свежий воздух. После отапливаемого помещения фотоателье, обожгло щеки. На ресницах почти мгновенно образовался иней. От компании отделился невысокий тип, и странной походкой направился к Сергею и Марине.

- Мадам, разрешите познакомиться. Михаил.

Расплывшись в щербатой улыбке, он махнул рукой, демонстрируя грязные ногти.

- Это ты, что ли, Мишка Кривошипов, что склад обнес? – Не сдержался Серега.

Лицо Кривошипова исказила злобная гримаса, рука юркнула в карман куртки.

- Ты, терпила чипушильный, пасть-то не разевай. – Просипел он. Лицо его стало пунцовым, нещадно задергался острый кадык на тонкой шее. – Не о тебе разговор.

И вдруг в голове что-то щелкнуло. Он перестал бояться этого маленького краснолицего гопника. Мир вдруг представился другим. Он стал проще, прямей, светлей немного. Страх, самая мощная краска, способный затемнить любое даже самое светлое чувство или желание. Страх калечит, страх не позволяет расправить плечи, страх закрывает рот, не позволяя доноситься словам.

- Отвали, придурок. – Бросил Серега и, взяв Марину за руку, двинулся мимо.

- Эй… сюда иди! – Неуверенный свист, тень, мелькнувшая позади.

Серега отстранил Марину, развернулся, и вовремя. Мишка свернул зажатым в кулаке ножом. Время будто замедлилось. Движения бандита были какими-то вялым, будто делал он это с неохотой. Лезвие устремилось к животу Сереги, он перехватил руку, и резко вывернул, как не раз видел в обучающих роликах на ютубе. Нож упал на асфальт, звякнул, Мишка Кривошипов заверещал тонко и протяжно.

- Кто еще хочет, чтобы я к нему подошел? – Поинтересовался Серега, обведя тяжелым взглядом приятелей пострадавшего. Те было бросились помогать товарищу, но плотно сбитый мужчина в годах, самый опрятный из всех, что-то сказал тихо, и атака захлебнулась, еще не начавшись. Все действия, конечно же, проходили под свист и улюлюканье компании молодой шпаны, что, находясь в небольшом отдалении, с интересом наблюдала за происходящим.

- Ну, ты, гнида, ходи оглядывайся. – Баюкая поврежденную кисть, зашипел Мишка.

Сергей, впрочем, этого уже не услышал. Взяв Марину под локоть, он направился прямиком в ресторан.

- Там посидим, хоть тепло.

- Как скажешь. – Улыбнулась девушка. – А лихо ты его, и главное без лишних усилий. Я, прям, не ожидала.

- Оно само вышло. – Пояснил парень. Проходя мимо компании Мишки, он произнес. – Простите, господа, что так вышло. Мы не нарочно, но начал ваш приятель.

Старший сухо кивнул.

- Разберемся. Проходи мимо.

Этого было достаточно и, преодолев последнее препятствие, Серега толкнул широкую дверь в ресторан. На входе уже поджидал швейцар, который, решил, видимо, не лезть на рожон, и приветливо распахнул вторую дверь в зал, откуда понеслась приятная инструментальная музыка.

В большом старомодном зале с колоннами по обе стороны и большими окнами, за тяжелыми бархатными портьерами, расположилась дюжина круглых, покрытых скатертями столов, вычищенный до блеска пол сверкал в свете электрических ламп. С потолка свисала массивная люстра, на вид килограмм под триста, с десятком плафонов, в окружении лепестков из хрусталя.

В центре зала располагалась круглая сцена, как раз под исполинской люстрой, на которой стояло пианино. За клавишами сидела худая дама в длинном черном платье и длинными пальцами с нарочито красным маникюром извлекала из инструмента удивительную мелодию, спокойную и не торопливую, почти грустную. Рядом на стуле разместился тучный мужчина во фраке, бережно баюкая на необъятном животе сверкающую валторну, а позади тонкий, будто палка парень, белесый, с почти не видными на бледном лице бровями и выцветшими глазами, упоенно водил смычком по рыжей скрипке.

Гости заведения были на удивление тихи, слушали музыку, скребли вилками по тарелкам с горячим или просто разливали водку и чокались рюмками под ленивые тосты. За жизнь, за здоровье, за благополучие. Да мало ли за что еще. Из темноты появился вертлявый старик с длинным крючковатым носом. Лысая его голова в пигментных пятнах, говорила о почетном возрасте. Закутанный в теплый пуловер и мягкие брюки он бесшумно скользил по полу обутый в тапочки с мягкой подошвой.

- Позвольте вашу верхнюю одежду, молодые люди.

- Да, да, конечно. Мы ненадолго. – Серега помог раздеться Марине, а сам достаточно поздно вспомнил, что кроме футболки под курткой на нем ничего и нет.

- Не волнуйтесь. Сейчас уже никто не обратит внимания. – Многозначительно произнес старичок и, исчезнув за стойкой гардероба, протянул на тонкой ладони два номерка. Девятнадцать и двадцать один.

- Пойдем к бару. – Предложил Серега. Марина пожала плечами.

Усевшись за барную стойку, Серега привлек внимание бармена, и только тут понял, что денег у него нет. Поймав его растерянный взгляд, Марина подмигнула и сжала его ладонь. Денежные знаки перекочевали из кармана в карман.

- Что будешь?

- Мартини.

- Мне кофе, девушке мартини.

Официант кивнул и вскоре подал напитки. Отхлебывая кофе, Серега наблюдал, как в зал возвращаются дружки Мишки Кривого. Зайдя в ресторан, они разделись, и неторопливо, почти вальяжно, направились к своему столику. Отхлебнув глоток, Марина вдруг хлопнула себя ладонь по лбу.

- Жди, сейчас сбегаю, фотки твои заберу.

- Одна что ли, а кто пристанет? – Заволновался Серега.

- Теперь уже никто, когда так начудил. – Вздохнула девушка. – Нам бы вести себя тише, а теперь по всему ПГТ полетит, как Мишке Кривому по шеям возле Праги надавали.

- Да я же не нарочно. – Попытался оправдаться парень, но Марина уже встала и направилась к дверям. В ту же секунду на стул рядом присел молодой тип.

- Снова-здорово. – Оскалился он. Подняв палец о произнес. – Мне виски с содовой.

Лет ему было не больше двадцати. Худой, спортивный. Карман джинсовой куртки оттопыриваться от мобильного телефона, на запястье умные часы, в ухе беспроводная гарнитура. Типичный представитель поколения зуммеров, к которым Серегеа и принадлежал, в принципе. Видя смартфоны в руках окружающих, он испытывал легкую ломку от отсутствия связи с внешним миром, но пагубная привычка постепенно сходила на нет.

- Добрый вечер. – Осторожно поздоровался он.

- Я Гном. – Парень снова улыбнулся.

- Сергей.

- Круто ты Мишку уработал. Я сам видел, он, бродяга, и глазом не успел моргнуть.

- Так получилось, он первый начал.

- Да все понятно, братуха. – Парень весело рассмеялся, но было в этом смехе что-то наигранное, фальшивое. – Только теперь по стеночке ходи. Мишка, тварь злопамятная, выследит и на нож наколет, или дружков своих алкашей подговорит, чтобы голову тебе кирпичом разбили.

- Постараюсь быть осторожным. – Серега отхлебнул кофе.

- А девка-то твоя, огонь. – Продолжил Гном. - Фигурка прям шик, все выпуклости на месте. Откуда только взял такую? – Снова смех, уже становящийся неприятным.

- Послушай. – Серега развернулся к нежданному собеседнику. Взгляды их встретились. Широкое веснушчатое лицо, под глазом тонкий шрам, на правой скуле крохотная татуировка в виде капли. Был бы сейчас смартфон, можно было по тихому поискать в интернете, что означает эта боевая раскраска, а так приходится ждать всякого. Вторую драку за вечер Серега устраивать не хотел. Это точно бы привлекло к нему нежелательное внимание.

- Что?

- Гном ты, или еще как. Вот не надо так о дамах. Понимаешь, о чем я?

- Да ты чего, братуха. – Парень всплеснул руками. – Я ж восхищаюсь, да и только. У нас из Медведково бабы козырные или свалили все, или замуж повыскакивали. Одна немощь бледная осталась, вперемешку с малолетками. Те вообще дуры, только бухать им, а мне легкого секса не надо. Мне бы такую как у тебя, королеву, чтоб любовь до гроба, кольца и совместное завещание.

- Да с чего ты взял, что мы вообще вместе?

- Да ты, братка, дурак. – В смехе Гнома на этот раз проскользнула неуловимая нотка превосходства. – Ты не замечаешь, как она на тебя смотрит. Так цепляется. Да и ты, вон, полез заступаться. Мишке ввалил, а на такое не каждый способен.

- Может, просто мужиков у вас не осталось, чтобы за дам перед гопотой заступаться? – Начал кипятиться Серега.

- Может и так. – Лукаво парировал Гном. – Однако хватит трепа. Я по делу. Вы же паспорта хотели.

Серега с ужасом уставился на дверь, за которой минуту назад исчезла Марина. Вот значит, что произошло. Она договорилась о встрече в ресторане, с курьером или как там его еще характеризовать, а ему конечно не сказала.

- А ты не ошибся часом? – Осторожно поинтересовался Серега. Теперь он внимательно взглянул на Гнома. Обычный парень, ничего выдающегося. На полицейского, вроде, не похож, хотя того самого сермяжного чутья, что появляется у людей, поживших на этом свете, что могут отличить полицейского в цивильном от обычного гражданина, у него не было.

- Гном не ошибается. – Парень полез в телефон. – Вот, двое у стойки в Праге в половине восьмого вечера. Парень и девчонка, оба лет двадцать. Вы тут только одни такие. Или что, я лажанул? Забыли, сваливаю.

- Постой. – Рядом вдруг возникла Марина. Щеки ее раскраснелись после мороза, в волосах виднелись снежинки.

Серега обернулся, и застыл, как истукан, залюбовавшись. Изящные скулы, пухлые губы, огромные глаза, тонкая талия…

- Да я лучше присяду. – Гном довольно хмыкнул. – Бабки и фотки.

- Паспорта?

- Три штуки надо?

- Как договаривались.

- Марина, что за подстава. Почему не предупредила? – Это уже шепотом, наклоняясь к уху. Марина мягко отстранила Серегу.

- Два дня надо на все про все.

- А гарантии?

- Да я-то почем знаю. У Гнома делишки мелкие. Принеси-подай, иди нафиг, не мешай.

- Тогда как договоримся?

- Да так. Бабки вперед, фотки с ними. Через два дня на этом же месте в это же время. Да ты, красавица, не киксуй. У нас все как у людей. Клиента кидать - себя не уважать.

Марина нехотя достала из заднего кармана джинсов толстый конверт, положила его на стойку. Юркая рука курьера накрыла его, и он исчез где-то за пазухой у Гнома.

- Все, покедова, голубки. – Парень отделился от стойки, опрокинул в себя остатки алкоголя, и быстро исчез в морозном мареве за порогом ресторана.

- Вот тут тренироваться будешь. – Сержант распахнул двери сарая в дальнем конце сада. Тут Михалыч хранил всякую ненужную, но очень важную ерунду. Ту, которой и не пользуешься, а выбросить все равно жалко, ибо деньги-то уплачены.

На стенке сарая в рядок висели старые детские санки. Стояли лыжи, громоздились дырявые ведра и чайники, что не плохо бы отдать лудильщику. Нашлась старая и вполне сохранная швейная машинка Зингера, на почти не пострадавшей от времени чугунной станине. Груды различного неклассифицированного барахла, от поломанных удочек, до плетеных корзин без ручек, удалось кое-как сгрести в угол, и только после этого получилось занести оборудование и два стула, прихваченных из дома.

- Холодно. – Признался Серега, зябко кутаясь в телогрейку.

- Для виртуала это даже хорошо. – Пояснил сержант. – Некоторые пилоты специальные охлаждающие костюмы надевают, особенно в момент боя. Чует мое сердце, что к этому Куратору просто так подойти не получиться. Надо будет подключаться к системе.

- А почему от нас не подключиться?

- Да потому что, скорее всего, сеточка-то у него своя. – Предложил сержант. – Но если честно, то и сам не знаю. Вот представь, тебе нужно найти в интернете нож. С карбоновой ручкой, заточкой заводской, чтобы сталь не меньше сороковки. Ты знаешь, что ищешь, потому вбиваешь нужные тебе слова в поисковую строку, и все находишь. Мы же, если будем искать куратора, то как его найти, куда подключаться в итоге? Да и я бы на его месте, на такие вот запросы поставил бы оповещение. Чтобы поисковика этого сразу запеленговать, понять откуда угроза идет.

Щелкнул на запястье браслет, кабели встали ровно и привычно, будто Серега делал это сотни раз. Странная конструкция оказалась на голове, закрыв от взора реальность, и перед глазами непреодолимым барьером встала тьма.

- На счет три, начинаем. – Послышался приглушенный голос сержанта. – Раз…

Перед глазами поплыло, задрожало марево. Реальность начала формироваться прямо на глазах.

- Два.

Стали четче очертания зданий и предметов, у них появился объем, динамика.

- Три.

Мир вокруг расцвел, вынырнув из ниоткуда огромным, заполненным людьми городом. Небоскребы из стали и бетона убегали куда-то в облака, мимо проносились необычные автомобили, почти не издавая шума, и только шелест колес по идеально гладкому асфальту говорил о том, что они в принципе могут передвигаться. Людской поток был плотным, но люди как люди, одетые, разве что, не привычно, где-то крикливо, где-то странно, а порой и забавно, с волосами всех оттенков, на роликах, пешком или катящихся на пятках кроссовок мимо. Серега застыл, не понимая, что ему делать дальше. Людской поток плавно огибал его, едва не касаясь.

Глава 18

- Ну что застыл как истукан? – Поинтересовался сержант. Он стоял рядом, поправляя военный китель. Правая его часть была закрыта множеством планок, на левой горделиво отсвечивали ромбовидные ордена. В качестве обуви сержант выбрал сапоги, больше похожие на те, что продавались в спортивных магазинах для конного спорта, однако смотрелись они на нем как-то уж чересчур органично. Серега оглядел себя. Ну тут все просто. Просторные льняные брюки, белая футболка, этакий отпускник, только что прибывший на курорт, и еще не успевший решить, будет ли он загорать и купаться, или посвятит себя активному отдыху и экскурсиям. Наряд этот подходил пока для путешествия как в горы, так и на пляж.

- Я ожидал увидеть равнины Ледяного Когтя, аванпоста предтеч. – Произнес Серега. Сержант довольно кивнул.

- Нам там делать нечего. Большая часть виртуала, это передвижение, а тренировать его лучше в людском потоке.

- Кто все эти люди?

- Призраки. Когда-то это было отснято на камеру. С тех пор утекло немало лет. Ты не узнаешь что вокруг?

- Нет. – Серега обернулся, попытавшись понять где находится, и у него ничего не вышло. – Совсем не пойму.

- И еще одно, это тактика. В условиях города ты сможешь ее тренировать в людском потоке, лучше, чем в боевых условиях. К ним позже вернемся.

- Я думал, типа стрелять будем, или фреймы убивать. – Протянул Серега разочарованно, видя, как мимо него проплывает необъятных размеров дама в недозволительно коротком и обтягивающем платье.

- Ишь ты. – Сержант рассмеялся. – Стрелять ему. Настреляешься еще.

- И что делать?

- Значит так. Видишь перекресток? Тебе надо до него добраться. Как раз рядом с пешеходным светофором и встречаемся, под баннером с рекламой чая.

Сержант указал на билборд на стальном основании, на котором крутилось изображение счастливой арийской семьи, с упоением отхлебывающей из кружек. Чаепитие происходило где-то в комнате за столом. Позади виднелись удивительно безвкусные обои в крупных цветах, на столе между чашками затесалась корзинка с печеньем. Глава семьи поднимал кружку, отхлебывал, иллюстрируя мимикой всю глубину наслаждения напитком, после чего кадр сменялся, и выходил рекламный слоган. «По-нашему, по уютному».

- Всего-то! – Не поверил легкости задания Серега. – Да я в два счета там окажусь. Что тут может быть сложного?

- Посмотрим. – Сержант засучил рукав, показав собственный браслет. – Давай быстро по азам. Потом некогда будет. Вот первый экран. – Он нажал пальцем на гладкую поверхность и там всплыла трехзначная цифра. - Это коэффициент твоего владения пространством. По игровому варианту можешь считать, что это скил.

Серега нажал пальцем на свой браслет и увидел там позорную единицу. Стало немного грустно.

- И что мне это дает?

- Понимание своих возможностей. Видишь, машина едет, подожди пока мимо прокатит и только тогда переходи дорогу.

- А если она далеко? Я же успею проскочить.

- Правильно мыслишь. Вариация. Вариация может ждать тебя под любым кустом, но помни одно, чем меньше твой коэффициент, тем выше вариант того, что не ты проскочишь перед авто, а оно проскочет по тебе. Ну, погнали. У нас минут десять есть, энергии все это жрет уйму. Минут десять — это сотня попыток.

Закончив свою речь, сержант развернулся и ловко влившись в людской поток очень скоро оказался у пешеходного перехода. Замахал рукой призывно, гаденько улыбаясь и прислонившись к опоре дорожного знака, принялся наблюдать.

Серега помнил все уроки, что получил в Ледяном Когте. Прежде всего нельзя относиться к заданию уж слишком легкомысленно, даже если это простая прогулка по асфальту. Надо подготовиться. Переведя взгляд на ноги, он обнаружил, что в этой виртуальной ипостаси он обряжен в сланцы, не самый лучший вид обуви для быстрого бега. Надо было поискать фрейомв, попросить обувку получше, но как он не крутил головой, паукообразных существ, несущих в передних лапах коробку с информацией, он так и не разглядел. Закрыв глаза, он представил пару кроссовок, хороших, беговых, с удобными стельками и специальной подошвой, и обязательно из кожи. Визуализировав перед собой эту картинку, он вырисовал каждый шов, каждый изгиб, каждую цветастую полоску на шнурках, и когда картинка стала целостной, почти настоящей, он открыл глаза и посмотрел вниз. Ничего не произошло. Обувь на ногах оставалась все такой же нелепой и непригодной для занятий спортом.

Сержант на переходе крикнул что-то и вновь помахал рукой, но слова его утонули в шумном людском гомоне и свисте проносящихся мимо автомобилей. Делать нечего. Надо идти. Серега сделал шаг, потом другой. Физика была та же, что и на Ледяной Планете, и потому легкий крен влево или вправо особых проблем не составил. Вспомнив как ловко, и вполне обычно, сержант оказался на финише, Серега двинулся следом, и тут его ждало разочарование. Люди не совсем не стремились уступать ему дорогу. Дородный мужик в костюме, размахивая тяжелым кожаным портфелем влетел в него и, не замечая, проследовал мимо. Серегу же завертело на месте, да так, что все вокруг превратилось в одну сплошную пелену. Когда бешеное вращение закончилось, он предпринял вторую попытку. На этот раз он решил пройти между двумя мирно бредущими молодыми людьми. Один из них слушал музыку в надетых на голову больших красных наушниках, второй шел неотрывно глядя в экран мобильного телефона, который он держал прямо перед лицом. Двинувшись вперед, Серега ловко ушел от миловидной особы в солнечных очках, и попытался протиснуться между парнями. Боль от удара локтем в солнечное сплетение была такая, что, наверное, где-то в космосе вспыхнула и заревела радиацией сверхновая. Серегу отбросило на тот самый клочок асфальта, где он начал свой путь. Немного отдышавшись, он посмотрел на браслет. Унылая единица не собиралась видимо никуда уходить, поставила стул, взяла ведерко попкорна и решила посмотреть все это шоу с максимальными удобствами.

Еще с десяток попыток закончились полнейшим фиаско. Стоило ему немного распланировать маршрут, как кто-то менял направление, выставлял руку, ногу и другие части тела, и некоторые вдруг срывались в зажигательный танец, превращая мероприятие по проходу мимо них, в невыполнимую миссию. Вдоволь налюбовавшись неудачами Сереги, сержант оказался рядом.

- Это невозможно. – Произнес парень, держась за предплечье, куда минуту назад влетел тяжелый кейс с документами одного очень спешащего гражданина. Угол, обитый чем-то по твердости своей опережающим алмаз, на всем ходу повстречался с Серегой в момент, когда он лавировал между потоком виртуальных граждан и уже чувствовал на губах вкус победы.

- А как я, по-твоему, это делаю? – Ехидно поинтересовался сержант.

- Читер, ты.

- Э нет, брат. Читерить тут не получится. Схитришь на одном, погоришь на другом. Сейчас это виртуальный синяк, а в бою это травма с жизнью не совместимая. Тебе просто надо понять, что перед тобой.

- Что-что. – Злобно прошипел Серега, которому уже перестали нравиться компьютерные игры. – Люди.

- Хорошо. – Сержант кивнул. – А еще что?

Серега на секунду задумался, потом выдал чуть смутившись.

- Препятствия?

- Именно. – Сержант дружески похлопал Серегу по плечу, и боль от ушибов разлилась по всему телу. Парень скорчил страдальческую гримасу, но устоял. – Это препятствия, у них есть своя логика. Пусть это набор из сотен возможных вариантов, но у них всегда есть конечное число. Ты думаешь, почему люди все еще живут во вселенной и, превышающая их числом, скоростью и огневой мощью, звездная флотилия предтеч до сих пор их не уничтожила?

- И, правда, почему.

- Да потому что предтечи давно уже стали машинным кодом. Они умны, но логичны. Вступая в бой с ботом-кораблем, ты можешь рассчитать всю последовательность действий, заглянуть на десять, а то и двадцать шагов вперед. Лучше на сто, но тут с тренажеров не вылезешь. Мозг человека, это, прежде всего, суперкомпьютер, и он ничем не отличается от логики мыслительных процессов у предтеч, однако они загнаны в рамки порядка, в то время как люди могут действовать совершенно нелогично, хаотично, а сиречь беспорядочно и тем путать противника. Но это в будущем, а тебе надо просто пройти две сотни метров, повернуть направо и встать около первой полоски на асфальте. Ну, думай головой.

Серега посмотрел вперед. Так себе задача. Множество тычков, ударов и затрещин, что он получил, предпринимая попытку за попыткой, давали о себе знать. Будут синяки, или ссадины, это уж точно. Но сержант был в чем-то прав. Вот он углядел в толпе пышную даму в коротком платье, она, похоже, сделала круг и теперь шла, размахивая своей сумкой. Вот снова появился человек с портфелем, способным одним ударом расщепить атом. Он прихрамывал на одну ногу, но тщательно это скрывал. Походка его, ровная, иногда срывалась, портфель отклонялся в сторону, выставив жадный до травм угол. Вот парочка, один с телефоном, другой в больших наушниках. Похоже, это действительно какой-то цикл. Парень в наушниках потряхивает головой, и иногда отклоняется от курса, чтобы через мгновение снова идти прямо. Тот, что с телефоном, более иррационален в своих движениях, но в тот момент, когда он отрывает взгляд от мобильника, он шагает ровно. Вот они, приметы, которые нужно было увидеть сразу, а не страдать, с полной уверенностью, что с заданием никак не справиться. Серега двинулся вперед. Сердце его стучало так громко, что, казалось, перекрывало шум толпы, в горле встал ком, повеяло жженой проводкой, запахом, уже давно ставшим неразлучным спутником это проклятой виртуальности.

Шаг вперед, поворот, немного подождать. Два шага влево, быстрая перебежка от дамы с коляской до пожилого мужчины в длинном ядовито-зеленом пальто, уклониться от курьера, несущегося на велосипеде, чуть пригнуться, чтобы рабочий, переставляющий лестницу от одной стены здания к другой, снова мог заняться своим делом, снимая бумажные объявления с фасада. Все стало стройно, логично, большинство моделей имели пару десятков вариаций, часть из которых можно было предвидеть заранее. К примеру, девушка с дредами. Она шла, пританцовывая, видимо в унисон музыке, звучавшей у нее в ушах. Дреды, майка, алладины и шлепанцы, это точно что-то ритмичное, возможно регги, а регги может звучать только такт в такт, протяжно, чуть задорно, раз-два, раз-два три. Рука, увешанная десятком браслетов, пролетела над головой, девица крутанулась вокруг собственной оси, на лице ее сияла ослепительная белозубая улыбка. Серега уклонился, пропустил ее, сделал два шага, и понял, что стоит рядом с сержантом около пешеходного перехода.

- Ну как я? – Гордо поинтересовался Серега. Даже боль от полученных ранее ударов немного притупилась, сменившись ликованием от первой победы.

- Нормально. – Лицо сержанта вдруг превратилось в маску иронизирующего садиста. – С первым, самым легким этапом ты справился. Теперь немного усложним задачу. Тебе надо перейти дорогу.

Мимо пронесся тяжелогруженый автомобиль, кренясь в сторону от перевеса в кузове. Серега печально вздохнул и посмотрел на свой браслет. На нем появилась робкая двойка.

Два дня прошли в тренировках и, надо сказать, дали они Сереге много. В первую очередь он усвоил, что весь виртуальный мир всегда действует по определенной логике. Пусть у него и масса возможностей, но перепрыгнуть через собственную голову код попросту не может, и это именно та лазейка, которой можно будет воспользоваться. Задание с переходом через дорогу заняло три дня, и сержанту пришлось уменьшить взаимодействие оборудования, чтобы ненароком не отправить новичка в кому. Однако даже так было очень больно, страшно, а порой просто обидно. Как-то раз у Сереги почти получилось и, едва он занес ногу над тротуаром, как удар в грудь от коренастого типа в кожанке, снова выбросил его на проезжую часть, в крепкие объятия пластикового бампера внедорожника. В другой раз он тоже преодолел пешеходную дорожку, но не разглядел, куда ставить ногу и, попав пятков в лужу машинного масла, снова потерпел поражение. Умение росло, в голове появлялись все новые и новые схемы, создавались они с каждым разом все быстрей и быстрей, и к концу второго дня тренировок, участок в три квартала Серега преодолевал почти бегом, лавировал между машинами, запрыгивал на крыши, без особой опаски упасть под колеса снующего туда-сюда транспорта, и в, принципе, был доволен жизнью. Однако нужно было возвращаться в реальный мир, а тут были морозы, Мишка Кривой, и предстоящая поездка в никуда.

Гном не подвел. В назначенный срок он появился в Праге с документами и, вручив их Марине, подмигнул.

- Ну, че, голубки. На Бали сваливаете, чтобы обвенчаться?

- Ну, почти. - Марина, усевшись за столик, внимательно осмотрела документы. – Как настоящие. – Выдала она под конец.

- Не как, а настоящие. Чистый госзнак. – Ударил себя в грудь Гном, и спешно поймал вылетевший из уха крохотный белый наушник. – У нас все как в аптеке. Я же говорил. Любой мент посмотрит и не отличит. Пусть хоть просвечивают, хоть на вкус пробуют.

- Слушай, а почему Гном? – Поинтересовался Серега.

- Да так уж вышло. – Парень чуть смутился и вдруг утратил уверенность. – Когда был маленький, в школу ходил, долго догнать сверстников не смог. Тут появились компьютерные игры, гномы там, эльфы…

- А дети злы… - Закончила Марина. – Ладно, нам пора. Удачи.

- И вам. – Фальшивомонетчик кивнул.

Выйдя из ресторана, Марина и Серега отправились обратно, проследовали по центральной улице, прошли под ярким пятном мачты городского освещения и свернули в нужный переулок. Шел снег. Большими красивыми хлопьями он опускался на землю, скрывая людские следы и покрывая едва почищенный накануне асфальт. Чуть вдалеке, у одного из подъездов, появилась фигура на велосипеде. Знакомо звякнул велосипедный звонок, и мимо прокатил Игорь.

- Это надо же. – Удивилась Марина. – Откуда он здесь?

- Кстати, да. – Вспомнил Серега. – Я же тебе сказать хотел про него. Там у дачи и тут в Медведково, это разве не один тип?

- Похоже, один. – Марина ускорилась, и парню пришлось прибавить шаг.

- И что бы это могло значить?

- Самый логичный вариант развития событий, это то, что человек с отставанием в развитии умеет путешествовать на велосипеде на сверхдальние расстояния.

- А если без стеба?

- Ума не приложу. Но это точно не хорошо. Я бы вышла в сеть, посмотрела, но, боюсь, времени это займет много. Одно понятно, из города надо валить.

Серега не возражал, и потому, придя домой, они начали собираться. Сержант выслушал доводы Марины, пожал плечами.

- Оставаться на одном месте дольше недели, согласен, не хорошо. Но тут же глушь такая, что волк на волке сидит и волком погоняет. Дался вам этот Игорь.

Пока собирались, Марина заказала билеты.

- С комфортом поедем, - сообщила она. Только в разных вагонах. Предтечи ищут двух мужчин и женщину, а мы будем независимыми пассажирами. – Три билета в купе, везде нижние полки. Цены, я вам скажу, просто грабительские.

- Так и ехать пару дней. – Напомнил Серега, вспомнив адрес отправки батарей из письма к Федору. – А там и покушать надо, и белье, и книжку, какую, может, в дорогу купить. Кстати, а почему у меня нет мобильного телефона? Скучно же.

- Ну, телефон по делу нужен. – Согласился сержант, пакуя оборудование в чемодан. – Мало ли, от поезда парень отстанет. Вы же документы новые получили, оформите сим-карту в ближайшем салоне, выберите аппарат приличный. Делов-то на десять минут.

- Сделаем, все сделаем. – Поддержала Марина. – Только не тут, а в областном центре. Тут, небось, покупка мобилы, целое событие. И так нашумели уже, куда больше.

Сказать было нечего. Марина как всегда была права. Поскольку до центра нужно было ехать по заснеженной дороге часа три, а билеты были на утро следующего дня, то решено было выдвигаться немедленно. Серега уже привык постоянно двигаться и спать в машине, так что сильно не возражал. На пороге вдруг образовался Михалыч, удивленно вскинул кустистые брови, увидев собранные чемоданы.

- Уже уезжаете?

- Уезжаем. – Перехватил инициативу сержант. – Дела в райцентре. Аванс за месяц можешь себе оставить.

Сообщение, что деньги можно не отдавать, старика устроило и он, пожав плечами, произнес уже спокойно.

- Сегодня уезжаете-то?

- Верно. Вот погрузимся и в путь.

- Быстрые вы какие. – Михалыч улыбнулся в усы, глаза его задернуло поволокой. Видно было, что погрузился он в старые и приятные воспоминания, однако, вскоре он из них вынырнул. – Тогда я ворота схожу, отопру. По центральной не езжайте, там авария. Лучше налево и по окружному тракту. Так на центральное шоссе и выберетесь. Немного по лесу придется прокатиться, но так верней. Там недавно грейдер прошел с лесопилки, чистенько.

Глава 19

Ворота захлопнулись, сержант вывел авто на дорогу, и они неспешно покатили прочь. На главной улице, и правда, было оживленно. Лесовоз зацепил легковушку и перегородил дорогу напрочь. Хозяин легкового авто, бегал вокруг поврежденного транспортного средства, поглядывая то на искореженную дверь, то на застывший гигант лесовоз и оглашал округу матом. Водитель лесовоза наблюдал за этим, меланхолично покуривая и пуская струйку дыма в морозный воздух, кутаясь в овчинный тулуп армейского образца. Рядом остановился экипаж ДПС, рослый сержант в серо-синей форме, что-то записывал в блокнот, периодически меряя то шагами, то рулеткой, расстояния от парковки до машины, от бампера до перекрестка и все это, похоже, записывал.

Сержант повернул в другую сторону, а Серега, обернувшись, смотрел через заднее стекло, как исчезает сначала лесовоз, потом главная улица, а за ними и Медведково. Потянулась лесополоса и в ночной темноте вдруг возникли два ярко белых круга. Они стремительно приближались, вырисовываясь в автомобиль. Послышался сигнал клаксона. Авто виляя на скользкой дороге, начало мигать дальним светом.

- Это что за припадочный? – Сержант принял вправо, авто пронеслось мимо и начало прижимать внедорожник. В салоне мелькнуло перекошенное злобой лицо Мишки Кривого. На какой-то момент словосочетание «перекошенное лицо Кривого» показалось Сереге на удивление ироничным.

- Это по нашу душу. – Печально пояснил Серега. – Урод один к Маринке подкатывал, я ему дал понять, что он не прав.

- А он, значит, так не считает? – Сержант сбавил скорость, и машина с мстителями пронеслась мимо, виляя и подпрыгивая на заснеженных кочках.

- Ну, видимо да. Он оказалось сиделый. Корчит из себя авторитета, а тут такие осложнения.

Мишку занесло, он встал поперек дороги, выскочил из машины, размахивая куском арматуры, и с явно враждебными намерениями, бросился в атаку. За ним последовала еще парочка, такие же неприятные, с одутловатыми лицами, мешками под глазами и, так же из рук вон плохо вооруженными, товарищами.

- Марин. – Тяжело вздохнул сержант. – Разберись, а? Не ровен час на поезд опоздаем. – Марина открыла окно, выставила в него ствол импульсного автомата и как могла, прицелившись, потянула за спусковую скобу. Разряд врезался в препятствие, вынеся две трети автомобиля, второй оплавил края, третий очистил еще немного места, и его хватило ровно для того, чтобы сержант мог проехать беспрепятственно. Не сбавляя скорости, они пронеслись мимо застывших в ужасе фигур. Мелькнуло удивленное и испуганное лицо Кривого, пролетели мимо изумленные физиономии его собутыльников. Что-то скрипнуло по борту, быстро, раз, другой третий, и дорога вновь была открыта.

Мишка Кривошипов выпустил из рук кусок кусок арматуры и с ужасом смотрел как его автомобиль, единственный, кстати, на который он копил почти два года, превратили в кусок обугленного железа. У него просто не укладывалось в голове, как такое вообще могло произойти. В его проспиртованных и убитых наркотой мозгах был вполне реальный план, остановить тачку с этими фраерами на дороге, отжать ее, а их отвести в кусты да пустить в расход. Девку ту, что ему понравилась, конечно, можно было сначала попользовать. И вот, увидев, что машина с врагом собирается покинуть город, он и два его собутыльника, погрузившись в автомобиль, спешно бросились в погоню. Хмель придавал храбрости, гололед носил Мишкино авто из стороны в сторону, и только слепая удача не отправила их в жесткий снежный бруствер, что оставил накануне грейдер, чистивший дорогу. Столкновение с ним было бы сравнимо с ударом на полном ходу в кирпичную стену. Догнать того урода, какого-то мужика за рулем, и ту самую чиксу удалось только на двадцатом километре. Кореша подзуживали Мишку, орали, чтоб топил на полную и не жалел горючки. Обещали всячески помочь, и Мишка, под хмелем и воодушевленный, крутанул руль и перегородил дорогу противнику. И тут произошло странное. Девка высунулась из машины и выстрелила по его любимому авто, после чего в нем образовалась брешь, шириной с центральную улицу. Остатки автомобиля разнесло по обочине, какие-то детали даже улетели в лес, а негодяи, не сбавляя скорости, просто скрылись в темноте лесной дороги.

Ночь, почти минус двадцать. До ближайшего населенного пункта двадцать верст. Участь, надо сказать, у Мишки была не завидная. Немного погоревав, он и его собутыльники, окончательно растеряв боевой дух, поплелись в сторону Медведкова. В темноте вдруг появился крохотный светлячок, заплясал по краям проезжей части, громко в ночной тишине ударил звонок старенького велосипеда.

- О, Игорян. – Опешил Мишка. – Ты что тут делаешь?

Дурачок остановился, спрыгнул с велика и, захрустев снежным настом, подался к потерпевшим.

- Новенькие из города туда поехали? – Хмуро поинтересовался он. Голос Игоря звучал странно. Не было в нем обычной детской наивности или просьбы. Слова ложились четко, громко, почти властно. Он не спрашивал, и не заискивал. Он требовал.

- Да вон туда поехали. – В конец запутался от происходящего Мишка. Сначала какой-то хреновиной развалили тачилу, теперь Игорь заговорил как обычный человек. Мишка вырос с ним, ходил в один садик, в начальные классы, и четко помнил, как дети травили дурачка, ставили ему подножки, выливали в столовой на голову суп, пока не вмешались родители мальчика, а потом и администрация школы. Игорь перешел на домашнее обучение, и там, похоже, поглупел еще больше. Стал одеваться в одно и тоже при любой погоде, всячески игнорирую обновки, которые подкладывали ему родители. Полюбил конфеты и начал при каждом случае потреблять их в невероятных количествах. Родители перепугались за своего недалекого отрока, мер возил его в областную больницу, и там его исследовали на предмет всех болячек от рака до предпосылок сахарного диабета. Надо отдать должное, здоровье у дурачка было отменное. Даже кариеса не нашли. Вот с ментальным здоровьем оставалась беда, но тут врачи разводили руками. И теперь этот Игорь, который может пукнуть в людном месте и потом весело бегать, сообщая об этом прохожим, теперь он смотрит на него, как на отребье, и говорит так, будто бы он хозяин жизни, а не местная достопримечательность. – А ты чего такой борзый? – Не выдержал Мишка. - Проще будь, дурик. Накажу ведь.

Игорь шагнул вперед, вплотную к Мишке. Рука его метнулась к горлу Кривого, пальцы вцепились, и Мишка ощутил, как его сдавливает будто паровым прессом. Он захрипел, постарался разжать пальцы Игоря, но тот даже не чувствовал его потуг. Опомнился один из собутыльников. Он бросился к Игорю, но тот просто выставил свободную руку назад, нанеся нападавшему сокрушительный удар в лицо. Нос несчастного вмялся, он закатил глаза, пустил слюну и упал на землю. Долетел он до нее уже мертвым. Мишка почувствовал, как уничтожается его трахея, раздавливается кадык, и это были его последние мысли. Игорь изменил наклон кисти, шея Кривого хрустнула, и его больше не стало. Игорь повернулся к последнему, третьему. Тот в ужасе дрожа, пятился, выставив перед собой кусок арматуры.

- Ты!

- Игорь, не надо. Христом богом тебя прошу. – Шепеляво взвыл мужик. – Не убивай.

Губы его тряслись, из широко открытых глаз катились крупные слезы страха, густо смешанные алкоголем.

- Хорошо. – Легко согласился Игорь. – Поможешь оттащить трупы. Вон туда, в чащу. Там их до весны никто не найдет.

- А потом? – Всхлипнул несчастный.

- А потом мне в районный центр надо. Дела.

До районного центра добрались без приключений. Часть ночи ехали и вовсе по абсолютно пустому шоссе, но ближе к городу движение стало оживленным. Появились автомобили, потянулись рейсовые автобусы и автобусы дальнего следования, высокие, белые, на огромных колесах, облепленные наклейками, рассказывающими о том, что внутри наверняка найдется туалет, вайфай и горячая вода. Пронеслись мимо неспешно ползущей колонны темно-зеленых военных грузовиков, в сопровождении автомобиля военной автоинспекции, обогнули работающую на обочине технику. Строй грузовиков приготовился принять свою порцию снега, а впереди шел агрегат конструкцией своей больше похожий на комбайн. Передней частью он забирал снег с обочины, и выбрасывал его в длинную трубу, а та в свою очередь отдавала излишки снега в медленно катящий рядом КамАЗ. Когда кузов заполнялся грязными комьями, транспорт отчаливал, а его место тут же занимал новый. Дорога расширилась, превратилась в широкое четырехполосное шоссе, встали по бокам молчаливые истуканы-фонари, рвущие холодными белыми лучами ночь.

Сержант приметил вдалеке яркий билборд заправки, хмуро посмотрел на стрелку бензина на приборной панели, и не раздумывая ушел в карман. Новенькая, еще с блестящими буками на колонках, заправка, вмещала в себе кассы и туалеты с почти чистыми кабинками и странным чирикающими звуками, имитирующим пение птиц. Это явно было сделано в поддержание обклеенных обоями с изображением летнего леса стен, но ничего кроме недоумения не вызывало. Что тут может быть хорошего? Туалет в лесу? Сержант подкатил к заправке, а Серега с Мариной с облегчением покинули салон.

- Спина болит. – Признался Серега, к своей неожиданности похрустывая суставами. – Сколько еще ехать?

Марина вытащила смартфон, посмотрела карту.

- Если Интернеты не врут, то часа два с половиной. Предлагаю перекусить. Сержант, тебе взять чего?

- Возьми чего. – Не глядя произнес сержант. Взгляд его был прикован к табло колонки, на котором с умопомрачительной скоростью вертелись в сторону увеличения цифры цены заправка. Ниже лениво и неохотно перещелкивал литраж. – Вы посмотрите, как цены пухнут. Нет, я фигею. Мы имеем богатейшие месторождения полезных ископаемых, а в ближайшей Германии ценник на бензин скоро будет меньше. Вот Арабские Эмираты, так тоже нефтяная страна. Так у них там бензин по цене литра воды.

- Так может вода дорогая? – Предположил Серега.

- Ага, дожидайся. Дубай тогда что? Небоскреб на небоскребе.

- Так-то арабы, там тепло.

Пока сержант воевал с заправочным пистолетом, Серега и Марина двинулись внутрь. Автоматические двери приветливо распахнулись. Нацепив ставшую уже привычной в общественных местах маску, Серега направился в туалет, послушал пение птиц, вымыл руки и, оторвавшись от созерцания собственных ладоней, вдруг стянул маску и уставился в зеркало. Оттуда на него смотрел совсем не тот человек, что тогда в курилке рядом с универом обсуждал с приятелями возможность легкого входа в IT-индустрию, и где он узнал, что сможет протестировать самую топовую в этом году игру, еще даже до момента бэтты. Если раньше это был наивный, полный планов и надежд на будущее мальчик, то сейчас из зеркала на него смотрел молодой мужчина. Взгляд усталый, чуть злой, острые скулы, чуть заостренный нос, и, казалось, даже морщинки под глазами. Все эти события состарили лет на пять, заставили сомневаться во всем и во всех, видеть подвох за каждым углом и совершенно не доверять людям. Абсолютно любой из них мог оказаться ближайшим сторонником предтеч, спать и видеть, чтобы спеленать его, Серегу, по рукам и ногам, и отвести на выкачивание памяти.

Когда он вернулся к прилавку, решившая за всех Марина, уже несла перед собой поднос, заставленный одноразовыми тарелочками с хот-догами. В бутылках, стоявших рядком, колыхалась в такт ее шагам питьевая вода. Поставив поднос, она тоже стянула маску. В зал вошел сержант, стряхивая с волос налетевший снег. Когда он расплатился на кассе, со слезами на глазах набирая пин-код карты, расселись в дальнем углу за стойкой с прохладительными напитками и сладостями.

- Скоро пост ДПС будет. – Сообщила Марина. – Что делать-то будем, если остановят? У меня на тебя паспорт новый есть, а вот о водительских правах я как-то не подумала.

- Комплект старых документов у меня есть. – Сержант похлопал себя по карману. Но о правах позаботимся уже позже. Часть оборудования надо бросить. Увы. Не представляю, как его в вагон запихивать.

- Можно отправить почтой, на наш склад. – Предложила Марина. – Сейчас гляну, как это отсюда можно сделать.

Минуту она копалась в смартфоне, и вдруг удивленно ахнула.

- Что интересного? – Насторожился сидевший рядом Серега. Его тоска по гаджетам чрезвычайно обострила восприятие.

- Новости из Медведкова. – Пояснила девушка. – Плохие. Найдено четыре трупа на двадцатом километре шоссе, в сторону районного центра. Двух удалось опознать. Это местные жители, Игорь Полевской и Михаил Кривошипов. У Кривошипова множественные травмы и перелом шейных позвонков. У его подельников тоже, а вот Игорь Полевской просто замерз в лесу. Следствие ведется. Разыскивают внедорожник с тремя пассажирами. И наши приметы.

- Странно, очень странно. – Покачал головой Сержант. – Живы они были все. И кто такой этот Полевской?

Марина тапнула по экрану, развернула смартфон и продемонстрировала фотографию. С гаджета на сержанта и Серегу смотрел местный дурачок Игорь, любивший сладкое.

- Да он-то там как оказался? – Охнул Серега. – У него же, небось, из всех средств передвижения один велик и есть.

- Тайна, - печально вздохнул сержант. – Которая, чую, нам всем аукнется. Уже вон в розыск объявили, так что, думаю, тачку надо будет бросить в лесу. Тут до города недалеко. Поймаем попутку или сядем на рейсовый.

- А оборудование? Шлемы? Генераторы? – Поинтересовалась Марина. – У меня там оружия только четыре единицы. Подарим кому?

- Видимо да. – Сержант развел руками. – Стволы, дело наживное. Сейчас ищут троих в тачке нашей модели и с нашими номерами. Надеюсь, на камерах мы не сильно засветились, так что допивайте-доедайте и сваливаем прятать добро.

Машину оставили в лесу в трех километрах от трассы. С трудом протиснувшись по узкой заброшенной просеке, внедорожник таки сел на брюхо, и именно эту точку решено было поставить на карте, как место хранения. Назад возвращались уже посветлу, распределив заранее документы и деньги.

Серега плелся по лесу вслед за Мариной, а та пыталась не отстать от сержанта. Идти по глубокому снегу то еще испытание. Проваливаясь по колено, иногда хватаясь за ветки, которые будто нарочно цеплялись за одежду, царапали лицо, и вообще вели себя неподобающим образом.

- Эх, - начал сержант, - помню, дело было на Омикроне. – Мы как раз там базу разворачивали, для подскока десанта. – Вот такая же погода. Парни кайфовали просто, после тесных кубриков, говорили, что остаться там навсегда могут. Выйдешь, бывало, из палатки, а тут лес, птички поют. Правда, птички странные были, размером с кота, коты размером с корову. О коровах вообще молчу.

- Насколько я помню. – Пыхтя позади всех, отметил Серега, нога его как раз провалилась в очередную яму, присыпанную густым слоем снега, и ему приходилось не сладко. – Корова, это единственное животное, не встречающееся в дикой природе. Буйвол, да, бизон тоже. Все копытные кроме коровы.

- Умник. – Отмахнулся сержант. – Простого счастья не понимаешь. Просто гулять под чистым небом, без опаски, без мыслей о том, что в десятке парсеков от планеты завис вражеский флот на подзарядке, и если ты не успеешь развернуть подскок для орбитальной обороны, то придет тяжелый крейсер и расколет этот мир надвое. И он не то чтобы хочет планету уничтожить, ему просто не нравится, что база есть, и ты ее разворачиваешь. Неразрешимое противоречие.

- А ты на многих планетах бывал? – С любопытством спросил Серега. Его будоражила мысль, что там, за облаками, в космосе, где-то далеко-далеко, есть такие же вот шарики, с атмосферой, неизведанные просторы, приключения и опасности. Романтический пыл сбила толстая еловая ветка, царапнувшая по щеке и густо осыпавшая белым ледяным крошевом. Сержант этого даже не заметил.

- Десятка два наберется. Всякое было. Очень мало таких вот шариков, где без запаса кислорода ходить можно. Бывало, прилетишь и из скафандра не вылезаешь по неделе, а то и больше. Это я тебе скажу, опыт хоть и сложный, но нужный. Сразу начинаешь ценить мелочи бытовые, вроде того, чтобы портки спускать, когда в туалет ходишь, или возможности побриться не на сухую.

- Тяжело вам приходилось. – Посочувствовал Серега, понимая, что снова проваливается. Вовремя поддержала Марина, схватив за руку и выдернув из западни.

- Мы, люди привычные. – Продолжал сержант, шагая вперед так просто, будто шел не по лесной снежной целине, а по гладкому полу. – Человек он что, он как таракан. Если надо привыкнуть к низкому земному притяжению, привыкнет. Если требуется сократить рацион, потуже затягивает пояс и шагает дальше, выполнять приказы.

- А ты, Марин, ты на многих планетах была?

Марина оглянулась.

- На трех. Все Земли, что предтечи построили.

- А что так? Возможности не представилось?

- Наверно. Я пилот, Сереж. Мне эти планеты без надобности. Мое дело космос, открытое пространство. Я и к притяжению земли долго привыкала, тренировалась, мышечный каркас наращивала. На моей станции было притяжение в пять джи, против девяти вашего. Это сильно экономило энергию. Попади сюда человек со станции, без особой подготовки, и все, поломает его будто сухую травинку. Встать не сможет.

- А что было самое сложное?

- Открытое пространство. Пришлось очень долго работать над собой, чтобы просто посмотреть вверх и, не увидев там корабельной переборки, не рухнуть без сознания. Вся жизнь в ящике. Станция, потом академия, где самое больше помещение — это актовый зал, да и там вполне понятны потолки.

- А почему на такой вот планете не тренироваться? – Задал резонный вопрос Серега.

Сержант и Марина переглянулись.

- Ты многого не понимаешь. – Произнесла девушка.

- Не понимаю, поясни. – Уперся студент. – Я же понятливый, ты в курсе.

- Ну как хочешь. – Марина пожала плечами. – Планет с подходящей для жизни атмосферой очень мало, а с комфортной, как вот тут, к примеру, вовсе по пальцам пересчитать. Предтечи для этого осуществляют терраформирование, задействуют кучу оборудования, постоянно плавят лед на полюсах, а порой смещают планеты ближе или дальше к солнцу, попутно уничтожая то, что может встать на новой орбите. Это нешуточная такая работа, там и знание нужно, и понимание. Катать нужный тебе кусок астероида в разные стороны, дело не военного времени. Да и потом, люди на планетах максимально уязвимы, как бы это ни было удивительно. Каждый пригодный для жизни мир, на учете у предтеч, и пути вокруг него тщательно сканятся. Чуть что не так, оживают орбитальные пушки, бах, и в труху.

Жить на станции безопасней, и комфортней со всех точек зрения. Возобновляемые источники энергии, возможность тренироваться в предполетной подготовке, возможность самой станции-академии самостоятельно перемещаться в безвоздушном пространстве. Она конечно не на передовой, но вероятность того, что линия фронта может вдруг оказаться рядом с твоей лужайкой, всегда имеется. Да и потом, все познается в сравнении. Помню первый день, когда после тренировок по силе притяжения я, наконец, попала в орбитальную пилотную академию. Она меня просто поразила. Широкие светлые коридоры, улыбающиеся люди, старшие офицеры в белоснежной форме с золотом на лацканах. Они казались мне ангелами, ступившими с неба. Меня вообще все тогда удивляло и поражало. Удобство комнат, в каждом кубрике отдельный душ, большая библиотека, где даже бумажные книги были, а это неслыханная редкость. Тренажерный зал с бассейном, комнаты пилотирования с полными макетами малых кораблей, на которых нам предстояло летать. Но самое большее, что поразило, это рацион курсанта. Там нам давали настоящую еду. Я там впервые попробовала баранину, настоящий картофель и апельсины. Нет, у шахтеров на орбите тоже были продукты, но свежие были редкостью, и не потому, что их нельзя было туда доставить. За ваши деньги, любое удовольствие. Папа прилично зарабатывал, они с мамой мечтали скопить денег и купить участок земли на одной из планет…

Марина резко оборвала свой рассказ. Замолчала. Сержант оглянулся на Серегу и показал тому кулак. Тот быстро закивал.

- О, слышите? – Сержант остановился, поднял руку. – Будто шоссе.

Издалека, из-за стройного ряда вековечных сосен, украшенных белыми шапками снега, доносился монотонный гул.

- И, правда. – Согласился Серега. – Похоже, машины шумят.

Лошадь идет быстрей к водопою. У нее есть вполне реальный мотив. Если рядом вода, то можно будет утолить жажду и отдохнуть. Это конечно не точная информация, лошади в голову никто не залезал, да и сама она своими мыслями не делилась. Однако против фактов не попрешь. Когда шум усилился, а сладкие ароматы зимнего леса разбавил привычный каждому городскому жителю смрад выхлопных газов, тройка ускорилась, и уже через пол часа они шагали вдоль шоссе. Впереди виднелся пешеходный переход, крытый мост, позволяющий всем желающим перебраться с одной стороны оживленной магистрали на другую. Вдалеке виднелась остановка. Прошагали мимо указателя на Ивановку, широкий белый знак с черной стрелкой, говорил о том, что до ближайшего населенного пункта не больше пятисот метров.

Остановка была забита народом. Молодые парни в пуховиках, зрелые мужчины с портфелями, в строгих пальто, от поселка сновал поток машин. Проехал молоковоз, прогрохотала огромная цистерна с цементом. Автомобиль вращал цилиндр, на котором в хаотичном порядке были нарисованы желтые и красные полоски, из-за чего в движении получался удивительный гипнотический эффект.

- Мужики, - обратился сержант к сидящим поодаль от остальных и смолящим папироски, двум невысоким крепким дедам. Оба одетые в телогрейки, ватные штаны и огромные валенки с галошами, они с комфортом разместились на своих ящиках со снастями для зимней рыбалки. Удочки и огромный бур для льда лежали тут же в снегу.

- Что тебе?

- Автобус до города не проходил?

- Да сами вот ждем. А вы что, пешком чтоль?

Глава 20

- Да так вышло. – Сержант развел руками.

- И откуда же вы добираетесь? – Откликнулся второй дет, с интересом осматривая подошедших. – Тут ближайшее жилье - Медведовка, да и то пятьдесят с лишним километров.

- Машина у нас сломалась. – Встряла в разговор Марина. – А телефон не ловит. Вот и решили на автобусе.

- Ну, тогда понятно. – Самый разговорчивый дед поскреб седую щетину на щеке. – С час ждем сами, так что может скоро и будет. Сейчас у них вон как, перерыв.

С обратной стороны шоссе, в сторону области промчала машина полиции, тоскливо завывая сиреной, за ней на той же скорости пронеслось два черных как смоль внедорожника, а завершил процессию белый микроавтобус.

- Следаки куда-то поехали. – Отметил разговорчивый дед. Его молчаливый товарищ хмыкнул, показал рядок желтых мелких зубов.

- А ты почем знаешь?

- Да зять у меня в областном работает. Это их микруха. Следаки из убойного, значиться, и лаборатория. Или не слышал, вчера в Медведовке на трассе четыре жмура нашли, и машину взорванную. Говорят, теракт. Террористы значит.

- Да иди ты, старый пень. – Отмахнулся второй дед-рыбак. – Какие у нас террористы? Что им тут терроризировать? Старый кирпичный завод или карьер пустой? Да и потом, статья-то серьезная, так фейсы бы подтянулись.

- А чьи джипы-то? Видел?

Сергей, Марина и сержант переглянулись.

- Вон, вон, автобус. – Деды подхватили свои ящики и, побросав папиросы, шумно и быстро двинулись к автобусной остановке. Из общего потока выделился старый красный Икарус, начал принимать вправо и, визжа покрышками, подкатил к остановке. Народ начал заходить, усаживаться на редкие свободные места. Серега входил последним. Подсадив Марину, он пристроился на последней ступеньке и без того забитого салона, и почувствовал, как дверь-гармошка прижала его со спины. Автобус тронулся, надсадно ревя двигателем, а перед взором Сереги все еще стояла колонна в сопровождении ДПС, уносящаяся в сторону области.

Выбор нового мобильного телефона дело не простое и крайне ответственное. Тут надо соблюсти баланс между собственной жадностью и просто финансовыми возможностями, и выбрать такой аппарат, чтобы и в глаза сильно не бросался, но чтобы был максимально комфортен. Конечно, интересные и топовые модели, и быстрые процессоры, и чтобы обязательно экран был супер амолед, однако, чем круче мобильник, тем больше интерес у криминального элемента. У Сереги телефон никогда не воровали, но он слышал множество рассказов от старых приятелей и читал в интернете, как у зазевавшегося прохожего могут просто вырвать его из рук, или в толкучке вытянуть из кармана куртки, да так ловко, что жертва даже не почувствует.

Выгрузившись на автовокзале, путешественники было решили, что пора двигаться в сторону железнодорожной станции, но Серега настоял на том, чтобы мобильный телефон был приобретен, и не погодя немного, а вот прямо сейчас.

- Ну, посудите сами. Отстану от поезда, плохо станет… - Повторил он слово в слово слова товарищей, и это разумется подействовало.

Автовокзал располагался в центре города. Едва Серега ступил на мостовую, как взгляд его уперся в памятник, гордо возвещающийся на гранитном постаменте. На нем пожилой лысоватый мужчина в длинном пальто, держа одну руку в кармане, второй указывал в сторону местной закусочной. Серега подозревал, что скульптор не пытался добиться подобного эффекта, но время взяло свое. Закусочная стояла на выезде, немного портя вид на широкий проспект, вдоль которого тянулись новостройки.

Город был крупней Медведкова, тут ходили рейсовые автобусы, шныряли в плотном потоке автомобилей маршрутки, с хитрыми азиатами за рулем, отовсюду неслись разнообразные и самые заманчивые запахи. Мимо прохаживался парень в пуховике и шапке, надвинутой на глаза, на груди и спине его висели рекламные щиты, рассказывающие о пользе и дешевизне ближайшего солярия. Скучали в отдалении таксисты. Собравшись в стайки, они грели в кулаках ключи от авто, отчаянно экономя бензин, курили и с надеждой поглядывали на приехавших. Некоторые даже проявляли инициативу, стояли рядом с выходом из автовокзала и кричали.

- Такси, такси, кому такси? Дешево! Дешевле только пешком.

- А кому на Маркса!? Одно место!

- Промзона, промзона!

Увидев вывеску салона связи, Серега устремился вперед. Лавируя между уже приехавшими и только спешащими на посадку пассажирами, он толкнул дверь, и оказался в маленьком зале, по стенам которого расположились закрытые витрины, заполненные то ли реальными телефонами, то ли муляжами. За стойкой, спрятавшись за кассу, скучал продавец. В тишине отчетливо слышалась веселая мелодия игры.

Позади встала Марина.

- Ну? Выбирай, только быстро. Поезд через час отходит.

- Поезд не самолет. – Парировал Серега, подходя к первой витрине и начиная медленно движение по периметру. – На него можно и в последние пять минут попасть.

- А поесть в дорогу? Вещичек прикупить? – Напомнила Марина, почему-то шепотом.

При слове «Выбирай» продавец, тощий парень в желтой футболке, отложил свои занятия и поспешил в торговый зал. Дальше все по накатанной. Вы что-то ищите? Что-то подсказать? Могу вам порекомендовать. Сим-карту надо? Потребуется паспорт. Ну и все в таком духе. В общем, в поезд Серега сел уже с телефоном, зарядным устройством и симкой с безлимитным тарифом, оформленной на паспорт, который принес Гном. Жизнь налаживалась. Марина переслала Сереге электронный билет и, перебросившись парой слов с сержантом, пошла искать свой вагон. Поезд стоял на втором пути, длинные зеленые вагоны с серыми занавесками, опущенная подножка, снующие по пирону продавцы с пакетами снеди, платками и мягкими игрушками. Было бы лето, продавали бы, наверное, копченую рыбу и прохладительные напитки. По перрону прохаживался наряд ППС, двое в форме и с дубинками, нехотя вышагивали вдоль состава, скорей для проформы, но при виде их продавцы становились скромнее и менее навязчивыми, а некоторые и вовсе спешили ретироваться прочь.

Серега подошел к проводнице, дородной даме в синей форменной куртке, продемонстрировал билет на экране телефона, та быстро сверилась со своим наладонником.

- Петровский Андрей Гаврилович. Семнадцатое место, нижняя полка.

Серега еще даже не удосужился рассмотреть свой поддельный паспорт, и ему стоило усилий не заинтересоваться, кто же такой этот Андрей Гаврилович. Забравшись в вагон и пройдя по узкому коридору, миновав титан с горячей водой, стойку с супами быстрого приготовления, шоколадом и различным мерчем, он, наконец, осознал, что вагон-то плацкартный, но было уже плевать. Быстро найдя семнадцатое место, он как можно более вежливо поздоровался с пожилой парой, сидевшей напротив, скинул куртку, проверив по привычке, на месте ли паспорт, поставил под сидение пластиковую сумку с нехитрой снедью, что приобрел пять минут назад на перроне, открыв мобильный телефон, начал ставить приличные приложения. После второго мессенджера, он вдруг осознал, что они ему, в принципе, не особо и нужны. Марина строго-настрого запретила ему связываться с бывшими друзьями и родственниками. Все их каналы наверняка просматривали прислужники предтеч, и стоило ему кому-нибудь написать, как они ухватились бы за эту ниточку. Можно было бы посмотреть видео или послушать музыку, но делать это в вагоне, без наушников, Серега посчитал неуместным. Он сам не любил, когда кто-то выставлял на всеобщее обозрение свой музыкальный вкус, как правило, весьма паршивый, и потому не считал нужным повторять этот зловредный опыт. Решив при случае приобрести гарнитуру, Серега с сожалением убрал телефон и уставился на перрон, по которому все еще спешили остальные пассажиры. Постепенно вагон наполнился, зашаркали ноги, захрустели открывалки вспарывая крышки жестяных банок, потянуло жареной курицей, яйцами и луком. Где-то открыли спиртное, и его запах тут же привлек проводницу. После небольшой перепалки и появления двух полицейских, конфликт был исчерпан, а алкоголь, бутылка пятилетнего армянского коньяка, изъята и вынесена полицией прочь.

По проходу между полок прошла проводница.

- Провожающие, выходим из вагона. Состав отправляется.

Мимо проскочил мужик в шубе, сверкая лысой головой. За ним устремилась молодая девушка в длинном в пол ярко желтом пуховике, вагон дернулся, и пейзаж медленно поплыл перед глазами.

- Готовим билетики!

Расправив постель, Серега лег, и провалился в сон. В этот раз ему ничего не снилось.

Проснувшись под вечер, парень почувствовал небывалый голод. Внутри все так крутило, будто неделю во рту не было и крошки. Еще больше мучила жажда. Обогреватели в вагоне сушили воздух похуже кондиционера. Серега не глядя засунул руку под свою полку, нащупал в пакете продолговатый цилиндр, вытянул бутылку с лимонадом, свинтил крышку и жадно присосался к горлышку. Вагон жил своей жизнью, слышались неторопливые разговоры, кто-то включил музыку, хлопали двери вагона и доносились споры о политике.

Градус разговора стремительно нарастал.

- Все Байден этот, сивый мерин! – Возмущенно сообщал чуть дребезжащий с надрывом голос из конца вагона. – Все ему старому не дает покоя президент-то наш!

Серега печально вздохнул, а после и вовсе пригорюнился. Где-то заплакал маленький ребенок. Сев на постели, Серега огляделся. Пожилая пара напротив него увлеченно играла в карты. На откидном столике стояли два пустых стакана в подстаканниках, рядом лежала раскрытая желтая упаковка с печеньем.

- Вы проснулись, молодой человек? – Пожилая дама, отложив карты, улыбнулась, показав удивительно белый ровный ряд зубов, для столь почтенного возраста. Серега в первый раз внимательно оглядел своих соседей на ближайшие два дня. Обоим примерно под семьдесят, одеты неброско, но и не бедно. У мужчины на пальце массивный золотой перстень, у дамы в ушах серьги с посверкивающими в свете ламп камушками. Одежда, кстати, фирменная, если присмотреться, по маленькой вышитой эмблеме или неброской надписи, угадывались известные и довольно дорогие бренды.

- Да, добрый вечер. Я вам не мешал?

- Да нисколько. Правда, Петя?

Мужчина кивнул и, вытащив из своего веера карту, аккуратно водрузил ее поверх уже лежавших на столике. Дама сверкнула глазами, расплылась в улыбке кота, заметившего незакрытую крынку со сметаной, и положила сверху две оставшиеся карты, что до этого сжимала в руке.

- Ну, давайте тогда знакомиться. – Мило улыбнулась дама.

Серега перевернулся, сел и понял, что из кармана выпало несколько купюр. Он быстро засунул их в карман. Мысль познакомиться с соседями была не самой плохой. Ехать действительно было долго, а постоянно молчать тоже радость небольшая. Главное было не сболтнуть лишнего. Придумать, зачем вообще ему нужна та станция. Вот, еду по работе, командировка. Это почти универсальный ответ, где дальше можно лепить что угодно. Ложь, штука универсальная, особенно если это не глагол. Люди с радостью готовы поверить во все, особенно если это звучит правдиво.

- Давайте. – Серега задумался, но так и не мог вспомнить, как его зовут по паспорту. – Дима. - Наконец выдал он.

- А мы, Дмитрий, к сыну едем. Петр Александрович и Вера Семеновна. – Представилась за всех дама. – Он у нас в полиции работает. Вот звание дали, повысить хотят, ну и поближе к нам перевести.

- Круто. А я работать. Компьютеры там всякие настраивать.

Серега глянул на соседей, те видимо пропустили его последнюю фразу мимо ушей.

- Интересный у вас браслет. – Вдруг произнес Петр Александрович. Тряхнув седой челкой, он вдруг протянул изящную кисть пианиста, и длинные цепкие пальцы схватили Серегу за руку.

- Браслет, как браслет. – Серега спешно убрал руку под стол, пока на браслете не начали всплывать цифры. Он-то и позабыл о нем совершенно, да и о том, что хорошо бы либо не носить эту вещицу из виртуального мира, либо обзавестись одеждой с длинными рукавами, помимо зимней куртки.

- Я как-то видел такие. – Продолжил Петр Александрович. – В одном музее. Такие же интересные формы. Музей, знаете ли... – Он на секунду задумался, - краеведческий.

- Ну, у меня реплика просто. В интернете купил. – Скромно улыбнулся Серега.

Чего он к этому браслету привязался? С виду обычная железка. Пока пальцем не тыкнешь, вообще интереса не представляет. Интерфейсные разъемы почитай и не видны.

- А давайте чай пить. – Вдруг предложила Вера Семеновна. – В дороге прекрасная привычка, пить чай. С бутербродами. – Она зашуршала пакетом, и принялась выкладывать на стол бутерброды с колбасой. – Петя, сходи за чаем.

Петр Александрович бросил на свою супругу странный взгляд, пожал плечами и, поднявшись, исчез в проходе между полками. Тут же раздался голос проводницы.

- Следующая сто седьмой километр. Уважаемые пассажиры, стоянка десять минут.

- Зима. – Улыбнулась дама. – Время года удивительное и поэтичное. Оно просто предназначено для путешествий. – А вы, Дмитрий, любите путешествовать?

Серега пожал плечами. Ну как на такое ответить. Может быть в жаркие страны, на пляж, на берег теплого океана, с пальмами и барами на береговой полосе, вот это все можно любить. Трястись в плацкартном вагоне, с незнакомцами, плачущими детьми и неприятной музыкой из соседнего купе, вот это все никогда полюбить не получится, как бы ты не старался.

- Я по работе еду. – Начал он. – Так что не знаю, что и сказать.

- Вы правы. Работа, не лучший повод для поездок. – Вера Семеновна доверительно улыбнулась. Скоро появился Петр, поставил стаканы с чаем на стол. Те весело звенели в подстаканниках с логотипом железной дороги, на тонкой нитке, сбоку из стакана свисал крохотный ярлычок с изображением индийской принцессы. Мужчина раскрыл ладонь, и на столик упало несколько длинных пакетиков сахара.

- Вот и чай поспел, давайте. – Вера Семеновна взглянула на мужа, тот улыбнулся, подвинул Сереге стакан, и тот пожал плечами, понес ее к губам и отхлебнул.

- Серега! Сержант, что с ним вообще?

- Так, дай я посмотрю. Пульс замедлен, температура крайне низкая. Ну-ка, нюхни стакан.

- Что-то странное.

- Дай сюда. Так.

Слышалось это все будто в тумане. Серега как будто спал наяву. Вот он сидел, пил чай и мило беседовал со своими соседями. Речь зашла о литературе, потом краем своим коснулась политики, перешла на спорт, а затем стало как-то плохо и неуютно. Захотелось забиться в уголок.

- Знаю я что это. Вот уж не подумал бы.

- Так что?

- Жди, сейчас к себе схожу. У меня кое-что осталось. Как знал, что прихватить в аптечке надо.

Вскоре Серега почувствовал укол в руку, но сопротивляться сил не было. Однако действие это начало производить эффект. Он сфокусировал зрение, и понял, что эти странны мутные пятна перед глазами, ни кто иные как Марина и Сержант. Оба сидели на соседней полке и внимательно за ним следили.

- Очухался? – Поинтересовался сержант. – Сколько пальцев показываю?

Вагон качнуло, затрясло, и Сереге стоило немалых усилий, чтобы подавить рвотный позыв. Марина спешно зашарила под полкой, вытрясла из пакета остатки съестного, подсунула Сереге. Тот с благодарностью кивнул.

- Хреновенько?

- Ага. Сам не знаю. Колбасой что ли с тех бутеров отравился. - Слабым голосом сообщил он друзьям.

- Клофелин это. – Спокойно произнес сержант. – Все симптомы на лицо. Проверь, не пропало ли чего.

Серега запустил руку в карман, теперь пустой. Там хранились остатки наличности, сумма так-то приличная, порядка двадцати тысяч рублей. Телефон, вот самое важное. Он потянулся к висевшей на крюке куртке, зашарил по внутренним карманам. Новенький, всего день пользования, аппарат исчез. Вместе с ним ушла и зарядка.

- Все пропало. – Просипел он. В теле все еще была слабость, прошибало в пот, холодный и неприятный.

- Ничего еще не пропало? – Поинтересовалась Марина.

- Да ничего. Стоп. – Серега взглянул на руку, где раньше находился его интерфейсный браслет. Пришлось признаться и в его продаже.

- Так. – Протянул сержант. – На мобилу плевать. На бабки тоже, а вот браслетик-то нам жизненно необходим. У нас-то он для тебя последний остался. Они же все индивидуально подстраиваться. Как теперь тебя в виртуал пускать?

- Сережа, кто с тобой ехал?

Серега пожал плечами.

- Пожилая пара, приветливые такие. Обеспеченные. Говорили, что к сыну.

- Цацками светили, небось. – Предложил сержант. – Кольца там дорогие. Бусы какие из жемчуга черного?

Глава 21

- Все верно. – Серега погрустнел. - У Петра Семеновича перстень золой, у Веры Семеновны серьги.

- Пил что?

- Да вон, чай. – Серега указал на три пустых стакана, посреди хлебных крошек. Соседей его и след простыл. Даже постельное белье успели сложить.

- Ну, имена скорей всего не настоящие. – Пояснил сержант. – Подлили что в чай, дали лоху ушастому, уж прости, Серега, за сравнение, выпить. Опустошили карманы, и вперед.

- Так там же немного было. – Протянул Серега горестно.

- Да им достаточно. – Сержант отмахнулся. – Пару дурачков обчистят за неделю, и нормальный навар. Но с браслетом надо что-то делать. Я сейчас к проводнице схожу.

Пока сержант ходил разговаривать с проводником, Серега отправился в туалет. Марина было подорвалась его сопроводить, но парень решительно отказался. Было почему-то удивительно стыдно и противного после произошедшего, а еще накатывало чувство бессилия. Такие приличные на первый взгляд люди. Вот это обстоятельство и печалило больше всего. Теперь доверять нельзя никому, даже самым милым и привлекательным особам. Пробравшись между полок к туалету, Серега толкнул дверь, спешно добрался до рукомойника, и его вырвало. Муть в голове слегка отступила, а холодная вода прибавила немного бодрости. Умывшись еще пару раз, он вышел из туалета. Мимо протиснулся толстый пыхтящий мужик с вафельным полотенцем и газетой, пробурчал что-то недовольное и хлопнул дверцей сортира. После него остался неприятный шлейф из лука, сала и кислого пива. Щелкнул внутренний запор. Серега пожал плечами и поспешил назад.

- Значит так. – Сообщил сержант. – Была всего одна станция, на которой эти мерзавцы и вышли. Мы выходим на следующей, берем тачку и едем толковать с ними. Надеюсь, браслет интерфейсный они еще никуда не сплавили, или не поняли, что это.

- Ну, не сгущай краски. – Попыталась успокоить сержанта Марина. – Они и не поймут, что это за вещица. Ну, циферки идут, ну так и что с того.

- А то, что отнесут кому, кто в технике разбирается. У него-то точно появятся вопросы.

- И что вы собираетесь сделать? Как теперь их найти?

Серега присел на край койки. Его все еще потряхивало и начинало знобить с новой силой, но дурман уже улетучился из головы. Можно было мыслить здраво.

- У браслета маяк есть. – Пояснила Марина. – Как у всего нашего оборудования, что оставить пришлось. По нему найдем, но я бы была поосторожнее. Они же бандиты с большой дороги, встретят нас далеко не с распростертыми объятиями.

- А мы тоже не лыком шиты. – Усмехнулся сержант.

Одна радость была у Сереги, злоумышленники не прихватили с собой документы, и потому он первым делом, едва ступит на перрон, решил найти салон оператора сотовой связи и заблокировать карту. Это свое решение он сообщил друзьям, и получил порицание от Сержанта и затрещину от Марины.

- Ну, дурак. – Сержант печально вздохнул, стоя в тамбуре и наблюдая, как состав замедляет свой бег. Лес за окном сменился частными домиками, потянулась вереница автомобилей, спешащих к железнодорожному переезду. – Ты что думаешь, так бы просто очухался, если бы не мы? Как заблокируешь сим-карту, они ведь и понять смогут, что ты в себя пришел.

- Я вообще считаю, что не надо уделять этому внимания. – Сухо произнесла девушка.

- Да они выбросили симку давно. – Протянул Серега обиженно.

- Да ладно тебе, сержант. Он-то ни в чем не виноват. – Сжалилась Марина. – Приятная пара, небось, чаи гоняли, умные разговоры неспешно вели. Таких же фиг срисуешь. Сережа же не оперативник со стажем, чтобы негодяев из общего потока вычислять.

- Будет ему наука. – Скривился сержант. – Надо всегда быть осторожным, всегда. Особенно, если дело касается людей. Нет доброхотов в этом мире.

- Так с тобой и веру в человечество потеряешь, о котором беспокоишься постоянно. – Печально вдохнул Серега.

Все замолчали, наблюдая, как потянулось мимо здание крохотного, но на удивление симпатичного и ухоженного вокзала, выплыло из темноты здание со шпилем, ярко подсвеченный вход, вывеска «касса». Перрон был почти пуст. Лишь несколько пассажиров, сгибаясь под тяжестью своей поклажи, спешили на проходивший мимо поезд. Серега спрыгнул на перрон первый, огляделся. Вокруг серо и темно, пахнет чем-то неприятным и морозный северный ветер неприятно холодит лицо. Позади спустилась Марина, за ними сержант, и они устремились к выходу с вокзала.

Крохотный городок с круглой площадью, оказавшейся пустой. Тишина, и только вдалеке видны редкие огоньки в окнах уже спящих домов.

- Край географии. – Печально вздохнул Серега. – И тут тоже люди живут.

Фары автомобиля мазанули по фасаду ближайших ларьков. Захрустев снегом, на площадь подкатила старенькая нива с шашечками на борту. За ней печально чадя выхлопной трубой, проследовал еще более старый мерседес с поцарапанным бортом. Сержант взмахнул рукой и направился к ближайшему таксисту, оставив на время Серегу и Марину наедине.

- Ну как себя чувствуешь? – Марина сочувственно заглянула Сереге в глаза. Тот, подняв воротник и засунув озябшие руки в карманы пуховика, пожал плечами.

- Так, будто суши траванулся. Ну, вот скажи, Марина, кому сейчас доверять? Никому? Ну, так плохо же это.

- Успокойся, Сережа. На свете много хороших людей. – Тихо произнесла девушка. – Мудаков меньше, просто они чаще попадаются, потому что кем-то удачно расставлены.

- Эй. – Сержант замахал рукой. – Давайте сюда, я договорился.

Водитель, крепкий рыжий детина, оказался славным малым. Звали его Антоном, и он подрабатывал в такси, когда не работал на буровой. Нефти тут конечно не было, он улетал из родных Шапок, так назывался маленький городок, в котором оказались путники, на полгода, на заработки. Денег с вахты хватало, но безделье убивало Антона и он, выводя из гаража свою ниву, таксовал по ночам, а порой и днем, когда становилось уж совсем невмоготу. В салоне автомобиля было тесно и пахло освежителем-елочкой, Антон, не унимаясь, трепался всю дорогу, гнав автомобиль по ночному шоссе. Мимо проносились рейсовые автобусы с темным салоном, в котором в этот поздний час дремали пассажиры, тянулись лесовозы, чьи водители спешили занять место в кемпинге вдоль обочины. Лес, вокруг лес, темное еловое царство, куда не кинь взгляд. Жуткие тени плясали в свете фар, кусты на обочине становились похожи на мифических драконов, сугробы с торчащими из них ветками превращались в страшных монстров, а изогнутые стволы деревьев в великанов, притаившихся в темноте.

- А я вообще так считаю. – Спешил поделиться своим мнением Антон. – Вот закончится карантин, и свалю в Швецию. Там и рабочие руки пригодятся, и вообще. Говорят, самая комфортная страна для житья. Дорого, но достойно, а главное, заработать можно. Я же на все руки от скуки. И на буровой могу, и, если что по дому, по хозяйству. Кран там починить, плитку положить, колесо на машине сменить. Как солдат универсальный, ко всему готов, все умею.

Сержант, пожалевший, что сел на переднее сиденье, лениво кивал. Марина, пристроившись Сереге на плечо, задремала, а он, все еще ощущая неприятные последствия клофилинового отравления, вынужден был смотреть то в окно, то на бритый затылок разговорчивого водителя, и иногда вставлять пару слов, когда тот уж очень откровенно интересовался мнением пассажиров.

Ехать в такую даль Антон поначалу не хотел, но внутренний жадина решил зарядить тройную цену, и когда пассажир с готовность согласился, он был вынужден отправиться в поездку. Прокатиться получилось достаточно комфортно. Вдоль железной дороги пролегала федеральная трасса, широкая и освещенная во множестве мест. Вдоль обочин попадались гостиницы, фирменные оборудованные автозаправочные станции с крохотными магазинчиками, все развилки и знаки исправно подсвечивались, так что даже не пришлось включать навигатор. Сержант под конец тоже заснул, и рыжий водитель, наговорившись, сосредоточился на зимней дороге, позволив Сереге остаться наедине с собственными мыслями. Подумать было, о чем.

Много произошло за последнее время, очень много. Незаметно пролетел месяц в плену у Федора. О нем у него даже воспоминаний не осталось. Странное чувство от такого, вот была поздняя осень, а потом бац, и зима, и четыре недели начисто вычеркнуты из памяти и из жизни. Ощущение сродни тому, что ты потерялся. Все знакомое вокруг было, улочки, скамейки, фонари, вывески и витрины магазинов. На секунду ты закрыл глаза и вот перед тобой уже совершенно другой район, иные парки и дома, другие люди. Новые ощущения, новые запахи, новые вкусы. И все вроде бы по старому, но все равно немного иначе.

Машину подбросило на кочке. Подлетев на сиденье, Серега ударился головой о потолок. Водитель хмыкнул.

- Прости, паря. Дорога нынче не ковер.

- Бывает. – Серега покосился на низкую, пожелтевшую от времени обивку салона автомобиля. Сполз на сиденьи чуть ниже. Марина заворочалась во сне. Губы ее что-то шептали беззвучно. Глаза под веками шевелились, она смотрела какой-то странный и беспокойный сон, но пока особого волнения не испытывала. Серега придержал ее голову рукой, стараясь не будить девушку. Вновь зацепился взглядом за бритый затылок водителя.

- Так вы чего в такую даль, на ночь глядя собрались-то? – Вновь не выдержал Антон.

Серега поднес палец к губам.

- Тише. Люди спят.

Водила печально кивнул.

К Протосово, поселку, на железнодорожной станции которого предположительно вышли похитители, подкатили, когда уже начало светать. Ленивое красное солнце выглянуло из-за горизонта, осветив снежные заносы и верхушки деревьев, покрыв их иллюзорным багрянцем и придав всему вокруг какой-то удивительно красивый, спокойный и совершенно инопланетный вид. Идеалистичную картину портили только бесчисленные трубы никелевого завода, выбрасывающие в воздух черные столбы дыма. Над Протосово висела туча, крохотный сибирский городок спрятался в ней, будто под одеялом из вредных выбросов из тяжелых металлов. Снег на обочинах быстро посерел, потом почернел, трасса вильнула и попыталась уйти в бок, так что Антону, человеку, проезжавшему тут не в первый раз, пришлось принять вправо на виадук, и скатиться на шоссе к городку. В этот ранний час тут было не протолкнуться. Гремя, проносились мимо массивные тягачи, молчаливой серой колонной вливались в общий строй груженые под завязку КамАЗы, сновали в этом потоке, будто крохотные лодки между большими кораблями в порту, частные автомобили с грязными бортами и залепленными серым снегом боковыми стеклами.

Марина проснулась, ткнула Серега кулаком в бок.

- Не спишь?

- Нет. Приехали почти. – Серега склонил голову, убрал со лба девушки прядь. Улыбнулся. Та смешно сморщила нос.

- Щекотно.

Серега пожал плечами. Оба уставились в окно, каждый в свое.

- Вот ты никогда не думал, почему вокруг все серое? – Поинтересовалась девушка, смотря сквозь грязное автомобильное стекло на пролетающий за окном пейзаж. – Снег, небо, даже лица людей порой такого цвета, что в здоровье их засомневаешься.

- Экология может? – Предложил Серега. – Вон заводы как чадят. Поставить посреди всего этого башню с глазом, и вокруг сплошные орки.

Марина грустно улыбнулась.

- Я всегда любила краски. Когда я в первый раз увидела поле ромашек, то так опешила, что долго не могла прийти в себя. Везде цветы, краски буйные, приятные запахи и нет тебе ни железа, ни угля, ни машинного масла или стальных переборок. Такой кайф для глаза. Я тогда впервые поняла, почему для поиска Карнов столько добровольцев из флота и ударных войск.

- Тише. – Серега прислонил палец к губам и покосился на Антона, что крутил баранку, выбираясь на большое кольцо. Тут было две развилки. Одна выходила на окружную и предоставляла возможность обогнуть промышленный городок по кольцу и продолжить свой путь дальше по федеральной трассе, а вторая, судя по знакам, вела к центру города. Автомобильный поток начал замедляться, проплыла бело-синяя будка ДПС, рядом с припаркованной машиной стоял мужик в сине-черной форме, надвинув форменную зимнюю шапку на глаза, и тоскливо следил за потоком автомобилей. Увидев что-то в толпе движущегося железа, он будто ядовитая змея ударил полосатой палочкой о воздух, и указал куда-то на обочину. Белая пассажирская Газель с ржавыми порогами и следами коррозии по всему кузову нехотя приняла в сторону и покатила, отмораживаясь по обочине.

Заметив, что пассажиры начали просыпаться, ожил и водитель.

- Въезжаем в Протосово. – Сообщил он. – Между прочим, промышленный центр области. Население сто двадцать тысяч человек. Город построен как спутник для двух никельных заводов. Драматический театр даже есть, и свой стадион с футбольной командой «Интенсивник». Играют уже пятый год в третьей лиге, ребята толковые, но не хватает им нормального тренера. Обещали кого-то столичного в том году, еще до пандемии, но, то ли по деньгам не договорились, то ли еще что, в общем, играют в прежнем составе на пустом стадионе.

- А ты почем знаешь? – Поинтересовался сержант. Он тоже проснулся и теперь сонно оглядывал появившийся за бортом частный сектор.

- Да у меня тут брательник работает, да мать живет. – Признался Антон. – А вам в Протосово куда сейчас? В гостиницу или по адресу? Если так, то мне навигатор выставить надо, а то я тут не очень и ориентируюсь.

- В гостиницу вези. – Сержант посмотрел на экран мобильника. Перегнулся через сидения, шепнул. – Браслет в городе. Маяк исправно работает. Но сразу туда не пойдем. В душ мне надо. Физическую потребность после всего этого ощущаю. Ну как?

Серега согласно кивнул.

- В гостиницу вези сначала. – Сообщил он водителю. Тот нахмурил лоб.

- Тут две есть. Одна для командировочных, ближе к заводу. Но я бы ее не советовал. Там только пьют. У них там обеденный зал, мокрым называется, потому, как постояльцы не просыхают. Есть еще гостиница Сибирь, на берегу, но дороговата она.

- Вот туда и вези. – Произнесла Марина. – Нам место поспокойней надо. Хотим отдохнуть от дороги.

- Понимаю. – Рыжий закивал и, вывернув руль, повел автомобиль по центральному проспекту. На серого кирпича доме Серега заметил табличку «Ольги Бертольд д. 12». Проспект в четыре полосы, необычайно широкий для таких городков, в тот час просыпался, потягиваясь троллейбусными антеннами, сладко зевая прогреваемыми на обочине автомобилями. Кто-то из автовладельцев уже выгонял своих железных коней из дворов и спешил в этот ранний час на работу, другие, вооружившись щетками, сбрасывали снег с крыш машин, и с матом, адресованным в основном администрации городка и коммунальным службам, бодро орудовали лопатами расчищая выезды и парковочные места.

Проехали мимо парка, большого хорошо освещенного катка и ватрушки стадиона, на котором, видимо, в хорошую погоду и играл местный футбольный клуб. Прокатили мимо неприлично большого здания администрации, которое вмещало в себя еще и прокуратуру, мерию и ряд других административных органов. Проехали мимо того самого драматического театра, расположившегося в старом промышленном здании, вида такого, что строил его, наверное, еще сам Акинфий Никитич Демидов с сыновьями, в самом начале своей карьеры и до возможности госпоставок железа для оружейных заводов его императорского величества. Рядом с ним, очень странно примостилось строение прошлого века, с множеством высоких окон, арочным квадратным входом и небольшой пристройкой, фасад которой закрывала мозаика. На ней неведомый зодчий изобразил двух мощных мужчин и одну отважную женщину, с помощью молота, серпа и какой-то еще неопознанной дряни, отвоевывающих недра у сибирской безбрежности.

Наконец показалась и гостиница. Первое правило любого командировочного, никогда не селиться в тех гостиницах, что имеют название по географической привязке. Обычно такие дома — это старые постройки, где ни ремонта, ни перепланировки, ни нормального сервиса не было со времен ее закладки. Интернет там, как правило, слабый, либо вообще отсутствует, о нормальном завтраке по типу шведского стола можно забыть, но главное не это. Запах. Вот что осталось, и никак не проветрить, не убрать освежителями воздуха и ежедневной влажной уборкой. Запах, свидетель смены генеральных секретарей, лихих охот в заповедниках, на запретных животных. Запах, ровесник сегодняшнего губернатора края, а то и кого повыше.

Рыжий подкатил к гостинице. На площадке, служившей парковой, все свободное место занял большой туристический автобус и две машины скорой помощи. Что они тут делали, ясно не было. Машины были занесены снегом, и чтобы выбраться на них на дорогу, нужно было как следует поработать лопатой.

- Ну, вот и доставил, в целости и сохранности. – Радостно сообщил Антон. Сержант полез в карман, отсчитал обещанную сумму и протянул ее рыжему. Та мгновенно скрылась во внутреннем кармане водительской куртки. – Вот моя визитка. – Водила протянул бумажный прямоугольник. – Я тут еще день пробуду. К матушке заеду, да брата повидаю. Если что, звоните.

Холл, большой и темный, встретил неприветливо. За стойкой в стиле раннего советского ампира, скучала дама средних лет. Белая ее накрахмаленная блузка с бейджем никак не вязалась с деревянными панелями обшивки, такими темными что, казалось, сам свет исчезал и рассеивался на их поверхности. На посетителей она старательно не обращала внимания, когда они шли по холлу, и гулкий звук шагов отражался от холодных стен здания. Не удосужилась она взглянуть на них, и когда сержант, Марина и Сергей остановились у стойки, и только когда сам сержант нарочито громко, кашлянул в кулак, подняла густо накрашенные глаза.

- Заселяться будете? – Произнесла она, голосом странным и тонким, таким будто изначально тренировалась быть неприятной для посетителей.

Серега осмотрелся. Вокруг старые кресла, столики с какой-то непонятной литературой вроде местных бесплатных газет, и о чудо, рекламных буклетов. Протянув руку, он взял один, отметив про себя, что последняя дата на глянцевой бумаге под фотографией того самого драматического театра, отстает от нынешней месяца на три.

- Нам три номера. – Спокойно произнес сержант. – Завтраки у вас тут имеются?

Дама углубилась в лежащий перед ней гросбух, с потрепанными краями. Отодвинула полупустую чашку с кофе, белую, с отбитым краешком, наклонилась над страницами так низко, будто хотела лечь на свой стол.

- Из номеров только люксы. Две семьсот за ночь. Завтрак в восемь в зале ресторана. Вы на сколько заселяетесь?

- На неделю.

- Заполните анкеты. Мне паспорта, я перепишу вас в книгу регистрации.

Глава 22

На этот раз номера оказались рядом и, видимо, по местным меркам, стоили не дешево. Большая деревянная дверь распахнулась перед Серегой, пропустив его внутрь. Хлопнули двери номеров Марины и сержанта. Пока поднимались на лифте, с пластиковыми прямоугольными кнопками, под аккомпанемент скрипящего механизма, успели договориться, что встречаются в холле на первом этаже через час, откуда сразу пройдут в зал ресторана.

Номер и правда был большой, но такое убранство парень зачастую видел по телеку, в сериалах про восьмидесятые. Удивительно высокие потолки с лепниной по периметру, пластиковые рукава новой проводки, и телевизионного кабеля. Вот и телек на тумбе рядом с окном. Два кресла, журнальный столик и шкаф. Две двери, одна из них в санузел, к слову говоря, выглядящий весьма опрятно. Кафельная плитка на стенах и на полу, неприлично белоснежная. Пахнет хлоркой и лимоном, умеренно агрессивно. Вместо ожидаемой душевой кабинки была установлена ванна, отгороженная длинной пластиковой занавеской с геометрическим узором. На полке рядом с зеркалом обнаружился набор из зубной щетки, крохотного тюбика пасты и двух емкостей с шампунем и гелем для душа. Полотенце, правда, всего одно, но зато белое и пушистое. От этой мысли на душе вдруг стало теплей. Серега подошел к крану, повернул ручку сначала холодной воды, потом горячей. Слабая струя воды ударила в ладонь, заструилась между пальцев. Серега кивнул и не выключая воду, чтобы прокачалась по стояку, направился изучать свои покои дальше. Спальня, размером с гостиную, вмещала в себя двуспальную кровать с новым высоким матрасо, прикроватную тумбочку, и еще один шкаф. В нем же он нашел одноразовые тапочки в упаковке, крохотный сейф и ламинированный листок бумаги с правилами пользования номером, и указанием штрафов за нарушение этих правил. Каралось совершенно все, от прожженных простыней, до битой посуды. Она кстати нашлась в гостиной, на том же столике где стоял ненужный телевизор. Два граненых стакана на жестяном подносе в огурцах и странных надписях, вот и все что тут можно было разбить.

Серега скинул одежду, прошел в ванную комнату и, включив душ, встал под теплую сильную струю воды. Едва он намылил голову, как почувствовал на коже дуновение ветра. Кто-то приоткрыл дверь и проскользнул внутрь. Спешно подставив лицо под воду, чтобы смыть пену, Серега к величайшему своему ужасу и смущению попятился.

- Ты что?

- А то. Ты правда, Сережа, как мужик трехсоткилограммовый в пригородной электричке.

- Не понял.

- Тяжелый пассажир.

Голова Марины лежала на Серегином плече, а сама она с интересом листала новостную лету. Чувствовать под пальцами ее мягкую бархатистую кожу было приятно и странно одновременно. Серега смотрел в потолок, пребывая в каком-то карамельно-ванильном настроении. Чувства путались, мысли сбились в кучу и топтались на месте. Нет, Марина ему безусловно нравилась, даже очень. Он переживал, когда она исчезала из поля зрения, готов был полезть в драку около ресторана Прага со всеми бандитами, включая Мишку Кривого, не взирая на очевидную опасность и печальные последствия. Он считал ее самой красивой девушкой из тех, что когда-либо встречал. Но он? Как такая как Марина, вообще могла обратить на него внимание? Он же самый обычный, среднестатистический, ничем не выдающийся и в сущности ничего еще не добившийся человечек. Нет в нем ни мужской красоты, ни острого ума, ни лидерских качеств.

- Марин?

- Че.

- Я тебе нравлюсь?

- Да не, просто в номере было холодно. Вот погреться пришла.

- Ты так считаешь?

Серега попытался привстать и тут же получил удар под ребра маленьким, но жестким кулачком.

- Дурак.

- Я уже слышал. Я вечно для тебя дурак.

- Ну так ты выбери, когда в царевича начнешь расти. От него до дурака дорожка не длинная.

- Ага, только лягушку и поцеловать.

- Ну ты нарвался.

В ходе их шуточной драки кто-то забарабанил в дверь. Удары быстрые, настойчивые, почти раздраженные.

- Может уйдут? – Предложил Серега.

- Может. – Марина нависла над ним, прижав его руки к ровати, ее длинные волосы касались еще щек, губы, алые манящие, были так близко что хотелось впиться в них, прижать ее к себе, не опускать ни на мгновение.

- Эй, придурки неполовозрелые. Я есть хочу. Вы идете?

- Это же сержант! – Марина подскочила с постели и бросилась собирать свои вещи, разбросанные по номеру в художественном порядке.

- Я сейчас. – Закричал Серега, следуя примеру Марины.

- Маринке скажи, чтоб поторопилась.

- С чего ты взял что она у меня?

- Скажи еще, что я не прав. Я ее масляные глазки уже какую неделю наблюдаю.

- Сержант, ты большой пошляк.

- О, нашлась пропажа. – Довольный смех из-за двери прозвучал почти торжествующе. – Давайте спускайтесь, есть информация по нашему браслету.

Завтрак оказался фиксированным, и даже не предполагал выбора, мясо или рыба. Официант, молодой парень в коричневом жилете и строгих костюмных брюках, прикатил на сервировочной тележке три тарелки с блинами, креманку сметаны и три стакана клюквенного напитка. Собственно, на этом все и закончилось.

Сереге, впрочем, было плевать на разносолы. Аппетит разыгрался нешуточный, к тому же после таких-то событий, и он в два счета расправился со своей порцией. Прозвучал сигнал, тонкий и настойчивый, сержант вытащил из кармана свой телефон, тапнул по экрану и зашевелил губами безмолвно.

- Марин, я отлучусь. Ты, кстати, крепко подумай. Я не то чтобы наступаю на горло вашему счастью, но личные отношения на передовой, дело плохое.

Встав, он заспешил к выходу, оставив в воздухе неловкую паузу.

- О чем это он? – Поинтересовался Серега, отхлебывая компот.

- О себе. – Марина отодвинула от себя пустую тарелку, промокнула рот салфеткой и потянулась за своим стаканом. – У каждого из нас есть своя грустная история.

- И у сержанта?

- Особенно у сержанта. Интересно?

- Разумется. Ты обо мне знаешь почти все, я о тебе наверно ровно столько, сколько ты о себе захотела рассказать. О сержанте ни строчки биографии.

- Ты думаешь он правда сержант? – Улыбнулась Марина. – Это его позывной. По званию он много выше меня и много выше Дока. Он в свое время командовал первым штурмовым соединением на Ледяном Берегу. Рвали они фреймы так, что байты по закоулкам летели. Народу он спас, планету заселить можно. Потом правда попал под трибунал, из-за тех самых личных отношений.

- И что это за история, если не секрет? – Серега превратился в слух.

- Да не секрет. Все о ней знают. У Сержанта на медицинском судне жена служила. Детьми они обзавестись не успели, в браке были без году неделя, а тут подвинулась линия фронта, и ее призвали. Случилось так, что навигация у медицинского корабля дала сбой, и они подошли вплотную к поисковикам-стелсам предтеч. Те атаковали судно. Им же плевать было, что на борту большая часть тяжелые трехсотые. Пилот посадил корабль на одну из планет в системе, и успел подать сигнал SOS. Радисты штурмового соединения тот сигнал поймали. Сержант было дернулся супругу выручать, но командование дало приказ отводить войска в свободный сектор, так сказать, для аккумуляции сил перед контратакой.

Марина замолчала.

- Ну и что дальше-то? – Поторопил ее Серега.

- А что? – Марина пожала плечами. – Сержант нарушил прямой приказ командующего, правда очень условно. Свое соединение он послал в нужную точку, а вот сам не полетел. Взял ударник ближний, с ним команду из добровольцев, что за ним и в огонь, и в воду пойти была готова, да ушел на сверхзвуковой в тот сектор. В общем, сложилось все очень плохо. Когда они сели на планету, от корабля медиков уже ничего не осталось. Триста двадцать пять человек, включая пилотов и медицинский персонал до сих пор считаются пропавшими без вести. Сам сержант с командой тоже еле ноги унесли. Ударник пострадал при атаке предтеч, как они дошли до линии фронта, до сих пор не понятно.

Марина снова замолчала и одним махом осушила стакан с компотом. Продолжила нехотя.

- Сержанта под трибунал, за то, что прямого приказа командования ослушался. Команду его расформировали, его осудили на пять лет.

- На пять лет? – Охнул Серега.

- На пять. – подтвердила Марина, - и это еще самый лучший вариант. Так-то расстрелять должны были, по законам военного времени. Но тут первое штурмовое на дыбы поднялось, да и Док, не последний человек в совете, на поклон ко всем чинушам ходил. В итоге дали пять лет, учитывая бывшие заслуги. Лишили званий и наград, вычеркнули из всех почетных списков. Отсидел он три года, после чего вышел по очередной амнистии, без права занимать командные должности в десанте и на флоте. Но чтобы не ржавел такой специалист, определили его в дальний поиск, Карнов выискивать, да новые Земли на карту наносить.

На улице стало заметно теплей. Куда-то подевался пронзительный ветер, расступившиеся серые облака подарили городу немного солнечного света, и от этого стало веселей. Пока сержант отлучился по одному ему известным делам, решено было пройтись по магазинам.

- А что если сбегут? – Поинтересовался Серега. Ему уже было плевать на сотовый телефон. Беспокоила в основном пропажа коммуникационного браслета.

- Куда они сбегут-то? – Пожала плечами Марина. – Они же не сном не духом, что мы знаем, где они. Да не волнуйся ты, сержант свое дело знает. Он сейчас как раз этим и занимается.

- А что, если заявиться к ним и надавать по шеям?

- Это самое дурацкое предложение за последний год. – Отрезала Марина. – Без подготовки в малину к бандитам соваться, идея очень плохая. Их там может целая банда, с оружием, а у нас разве что импульсный хлыст, что сержант припрятал, и то за счет того, что в выключенном состоянии он на оружие похож в последнюю очередь.

Вышли на центральный проспект, оживленный и шумный. Тут кипела жизнь. Работали магазины, летали в плотном автомобильном потоке маршрутки, сновали курьеры доставки еды, и просто люди спешили по своим делам. Все было настолько обычно и мирно, что Серега на секунду застыл, да так и стоял, пока не почувствовал, как шустрая старушка в старом зеленом пальто, особое не церемонясь, прошлась по его ноге.

- Ох ты ж. – Взвыл он, взглянул в смеющиеся глаза Марины.

- Нам туда. – Указала она куда-то дальше по улице. – Видишь мол?

В торговый центр их не пустили. Охрана на входе, по вновь введенному администрацией порядку, требовала код прививки от новомодной болезни. Охранники в черном плотно держали вход, просматривая предоставляемые документы, и тем, у кого они были, они распахивали двери, остальных отправляли прочь. Напротив, входа в торговый комплекс образовался пикет недовольных. Выстроившись рядком на морозе, митингующие против нового порядка, держали в озябших руках плакаты с крикливыми лозунгами, и иногда, когда выдавалась возможность, поправлялись горячим кофе из термоса.

- Молодые люди. Молодые люди. – Зашептал кто-то, дергая Серегу за рукав. – Кодик не нужен? За дешево отдам распечатку. Всего пятьсот рублей, у меня тут и принтерок в машине имеется.

Серега оглянулся на призыв и увидел невысокого неприятного типа в кожанке. Лысоватый, без шапки в такой мороз, с бледным почти серым цветом лица, длинным носом, выделяющимся на лице как логотип Парамаут Пикчерз на экране телевизора. Рядом встала Марина.

- И что для этого надо? – Поинтересовалась она у человечка.

Тот расплылся в гаденькой улыбке.

- Паспортные данные надо. У меня тут машина недалеко, там оборудование. Вбиваю ваши данные в программу. Делаю распечатку, с кодом, и все.

- А код-то примут? – Хмуро поинтересовался Серега.

- А ты думаешь у них база какая есть? – Носатый человечек довольно рассмеялся. – Они же так, для проформы. Чтобы данные на паспорте с бумажкой били. Они бы и рады отказаться, да стоят под камерами. Будут всех пускать без кода, штраф на контору прилетит, а его уже с них и спросят. Ну так что, нужен код?

- Ну давай. – Согласилась Марина.

- Только денежки вперед. – Человечек потянул ладонь за банкнотами, но встретил неприличный жест среднего пальца.

- Мы с тобой сходим. – Холодно пояснила Марина. – При нас все сделаешь, тогда и бабки получишь. На все про все тысячу. Жертвую тебе, так как в магазин надо.

- Какие мы недоверчивые. – Человечек сморщил физиономию, но жизнерадостного настроя не потерял. – Ну пошли тогда, только на льду не навернитесь.

Стоявшая в квартале от торгового центра шкода, действительно преподнесла сюрпризы. В ней человечек с носом организовал целый офис. Тут у него стоял и ноутбук, и принтер, и валялась на переднем сиденье пачка белой бумаги формата «А4». Забравшись в салон, он завел двигатель, сдернул покрывало со своего оборудования.

- Ну, давайте паспорта.

- А не боишься, что за подделку документов возьмут? – Поинтересовался Серега. – Вон полиция ходит.

Человечек усмехнулся и помахал рукой проходившим мимо бойцам. Те лениво отмахнулись, кутаясь в воротники форменных курток. Дела им до троицы не было совершенно.

- А я и не подделывав ничего. – Человечек довольно подмигнул. – Вот погляди образец.

Серега взял бумагу, на которой было написано, что некий Иван Иваныч Иванов прошел вакцинацию. Ниже был срок действия прививки, его паспортные данные и квадратный код в нужном месте.

- И что? Обычная распечатка с услуг.

- А то, в самом низу листа, мелким шрифтом.

Серега пригляделся. И правда, шрифт был такой, что без увеличительного стекла и не поймешь, что там написано. Прищурившись он прочел в слух.

«Данная справка является шуточной, и предназначена для розыгрыша и веселых приколов».

- Хитро. – Кивнула Марина. – Значит под ответственность заказчика?

- Значит так.

Серега печально вздохнул. Видя нетерпение Марины, он достал из кармана свой паспорт. Та с готовностью вложила в его руку свой.

- Делай давай.

Охранники бегло сверили паспорта с распечатками и пропустили Марину и Сергея внутрь торгового центра. Новодел, три года как построенный, торговый центр был выполнен в виде трехуровневой галереи, по центру которой располагался фонтан. Там же был и фудкорт, пестревший знакомыми логотипами и распространяя по торговым рядам аромат свежеприготовленной еды.

Вдоль всего пролета стояли скамейки, а рядом с ними пристроились столбики с розетками и разъемами для зарядки сотовых телефонов. Часть скамеек пустовала, но оставшиеся занимали подростки. Для них поход сюда был чем-то вроде тусовочного места, с некоторых пор, по понятным причинам, став еще и привилегированным. С первого на второй, и со второго на третий этаж шуршал механизмами эскалатор. Вниз же людям приходилось спускаться по обычной лестнице, и людской поток, снуя туда и сюда, мелькая брендованными пакетами, размахивая сладкой ватой и яркими шарами, заполнил собой все видимое пространство. Откуда-то сверху доносилась бодрая ритмичная музыка, а сквозь стеклянную крышу в здание проникал солнечный свет, падая на лица, не очень чистый пол и искусственные пальмы в деревянных кадках.

И тут что-то в толпе привлекло Серегино внимания. Знакомая фигура, молодой человек, стриженный коротко, в худи, наушники на шее. Если бы не сотня километров по шоссе от Медведково до Протосово, то Серега мог бы поклясться, что это был Гном. Тот самый посыльный, что брал деньги в ресторане, а потом приносил паспорта. Сергей хотел рассказать об этом Марине, но та и слышать ничего не хотела. Она уже уверенно направилась в ближайший магазин, и едва не затерялась в толпе. Пришлось ускориться, лавируя между покупателями, прямо как в том симуляторе, в котором он получил немало синяков и затрещин.

Глава 23

Ходить по магазинам с женщиной, это отдельное искусство. Тут тренируется все, от выдержки и наблюдательности, до мелкой моторики и способности отличать синий от индиго. Марина взялась за дело как следует, и в первую очередь решила приодеть Серегу. С ним особых хлопот не было. Быстро подобрали джинсы, новую куртку, пару рубашек и пару маек, комплект носков и нижнего белья, и это в одном магазине, а вот потом Марина решила найти что-то для себя, и тут начались основные испытания. Будь то обычная городская модница, или пилот космического челнока, она всегда остается женщиной, а женщине одеться, так как она хочет, в этом жестоком мире, ну очень тяжело. Против женщины в модной индустрии ополчились все, от модельеров до изготовителей пряжек на ремни. Они будто нарочно придумывают такие модели, чтобы великолепно сидели на манекене, но стоит их примерить на девичий стан, как тут же находится масса недочетов. То талия не там, то слишком заужено, то наоборот широко не в тех местах, где нужно. Прошел час, потом другой, сменилось с десяток магазинов. Серега плелся за Мариной, увешанный бумажными пакетами с обновками, и думал, что время остановилось. Они шли мимо игриво подсвеченных витрин, мимо дорогих туфель и ультрамодных пальто, мимо странных манекенов в таких необычных позах, что им бы, наверное, позавидовал самый тренированный гимнаст.

Находясь в очередной примерочной, Серега изучал носки своих ботинок и клялся, что будет теперь ходить в единственном комплекте одежды и шагу не ступит на порог подобного магазина, как из-за занавески вынырнула рука с мобильным телефоном.

- Это сержант. – Сообщила примерочная кабинка. – Пообщайся.

Серега поставил пакеты на пол и, тапнув по кнопке приема, поднес аппарат к уху.

- Марина?

- Нет, Сергей.

- А она где?

- Блузку меряет.

- Это надолго. Ладно, я, по существу. Пробил я адрес в местной ментовке. Дал одному сержанту на лапу, представился частным детективом.

- И что в итоге?

- Попались голубчики. По адресу прописаны трое. Анна Сергеевна Прошина, сорок второго года издания, пенсионер, ветеран труда. Дама ветхая во всех отношениях и является владелицей жилья. Так же там прописаны по временной регистрации, и снимают у нее половину дома, двое наших. Вера Сумина, шестьдесят первого года рождения и Петр Каменев, урожден в шестьдесят седьмом. Оба ранее судимы по нескольким хоть и не жестким, но все равно неприятным статьям. Находятся на особом учете у местных, ходят отмечаться к участковому. Вера вышла три года назад, по амнистии, ее сожитель Каменев отсидел пять лет в местной зоне. Есть жалобы от соседей на шум в ночное время. Несколько раз вызывали на адрес наряд полиции, но все закончилось объяснительной. Так живут тихо, в чем-то криминальном замечены в последнее время не были.

- Вот скоты. – Посетовал Серега. – Даже имена не поменяли. Я их помню, как Веру Семеновну и Петра Александровича.

- Все так. – Подтвердил сержант. – Отчества бьют. Вы там заканчивайте. Жду вас через два часа на Ленина двадцать семь. Шмотки, что накупили, отнесите в гостиницу. Не до них будет.

- Понято, принято. – Серега оттянул занавеску. – Марин, сержант нас через два часа по адресу ждет. Надо вещи еще отнести.

- Пять минут. – Отмахнулась девушка. – Ты вот лучше мне вот эти две блузки поменяй, принеси на один размер меньше.

Чтобы управиться в срок, пришлось брать такси от торгового центра, и затем от гостиницы, но даже так Марина и Сергей опоздали. Улица Ленина шла параллельно центральной, ее отделяли четыре квартала дворов, припаркованных машин и снежных заносов, но от крохотных улочек Медведкова она мало отличалась. Стоило уйти чуть вглубь, и начинался частный сектор, череда стареньких заборов, кирпичных труб и дровяных сараев. Выглядывали железные и черепичные крыши, заваленные снегом и почищенные, новенькие и видавшие лучшие времена. Где-то за забором лаяла собака, шумел вдалеке трактор, неспешно двигаясь по улочкам и убирая снег с проезжей части. За ним то тут, то там местные жители, распахивали ворота, выходили и брались за лопаты, раскидывать снег от калитки, и так приумножая большие сугробы. Народу здесь, правда, было побольше чем в Медведково. Вот мимо проехала машина с надписью «Почта», устремившись к приземистому кирпичному зданию. Там на небольшой площади уже толпились люди, ожидая, когда закончится перерыв. Машина подъехала к боковому входу, водитель прошел мимо очереди, застучал кулаком в железную дверь. После некоторой задержки распахнулось небольшое окно, и посылки из кузова авто начали перекочевывать в руки работников отделения связи.

Шумной гурьбой мимо прошли подростки. Смоля сигаретами и перемежая парламентарные слова с прочими, они слушали музыку из колонки. Оттуда неизвестный исполнитель рассказывал о своей нелегкой судьбе, о том, что женщины, бросившие его, не иначе как самки собаки, а полицейские те еще плохиши. Естественно, у того исполнителя была прекрасная квартира в Москве, он закончил МГИМО, потом возможно Гнесинку, и творчество его было калькой текстов коллег из-за океана, но подросткам речитатив нравился. То, что исполнитель бывал на улице сначала, чтобы посещать элитный детский сад, затем частную школу, а после высшее учебное заведение, слушателей не волновало. Какой текст! Какой надрыв! Это ж жизнь, мать его перемать…

- Тут рядом металлургический лицей от завода. – Пояснил сержант. – Я карту бегло посмотрел. Больничка в трех кварталах, продмаг, винно-водочный и кажется автослесарка.

- Знаю я такие районы. – Отмахнулся Серега. - По ним во вторую мировую даже немцы некурящие, когда ходили, сигаретку с собой прихватывали. Лучше тут долго не задерживаться.

Нужный дом был седьмым справа по улице. Забор из сетки-рабицы, старенький зеленый домишко, да ржавеющая во дворе шестерка отечественного производства. Около калитки снег был раскидан весьма небрежно, а от входа до крыльца шла узкая протоптанная дорожка. В окнах горел свет, валил дым из трубы. Газификация эту часть Протосова явно миновала. Сержант перегнулся через калитку, подцепил изнутри щеколду и, войдя во двор, уверенно зашагал к дому. Серега отстранил Марину, двинулся вперед и тут же получил удар в бок. После известных событий она, ну как бы так сказать, начала немного распускать руки. Удар был не сильный, но призванный донести, что нечего ее, такую самодостаточную и максимально взрослую, от важных и опасных дел отстранять, будто бы она не ветеран-пилот, а дите малое в розовых оборках. Однако по-другому Серега почему-то поступить не мог. Сама мысль о том, что с Мариной может что-то случиться, была для него невыносима.

- Зачем пожаловали? – Чуть надломленный старческий голос, однако, вполне себе уверенный, прозвучал из глубины заснеженного яблоневого сада. Из сарая вышла пожилая женщина в стареньком овчинном полушубке. Одной рукой она сжимала за горло барахтающуюся курицу, другой рукоять здоровенного тесака. Не дожидаясь ответа, она ударила пяткой, обутой в кирзовый сапог по двери, и та захлопнулась, прервав бормотание кур. Подойдя к стоявшей тут же колоде, она опустила на нее курицу, и резко, без промедлений, ударила по шее птицы тесаком. Голова с куском шеи осталась в одной руке, а туловище, решив не сдаваться, ринулось прочь и, завязнув в глубоком снегу, немного повозилось и затихло. Бабуля кинула мертвую куриную голову за сарай, куда тут же метнулся, не пойми, откуда взявшийся, здоровый черный котище. Все это происходило почти в полной тишине.

От этой картины сержант немного опешил, но виду не подал.

- Прошина, Анна Сергеевна?

- Все так. – Бабушка перевернула курицу и зацепила ее за крюк. Толстый черный кот с интересом выглянул из-за сарая.

- Каменева Петра и Сумину Веру знаете? – Голос сержанта звучал спокойно и как можно более официально.

- Да как не знать. – Анна Сергеевна махнула рукой с зажатым тесаком в сторону дома. С его лезвия на белый снег полетели капли алой куриной крови. – Вчера как вернулись, так пить сели. До утра музыка играла, так я дверь прикрыла, и не слышу, поди.

- Сейчас они дома?

- Дома. Отсыпаться улеглись.

Сержант двинулся к дому. Перешагнул через порог, едва не ударившись головой о низкую притолоку. В прихожей висели три куртки.

- Серега, узнаешь?

- Ага. Они. – Уверенно закивал Сергей. – Они как раз на крюке висели, когда я проснулся. Не помню уж, сразу к ним подсел, или они потом образовались.

- А вот сейчас и выясним.

Сержант толкнул дверь в комнату, что-то взметнулось, да так резко, что Серега и глазом не успел моргнуть. Вот для сержанта это было в самый раз. Перехватив руку Петра, с занесенной над ним винной бутылкой, он крутанул того лицом вперед и, заломив конечность, ударил всем корпусом об стену.

Вера спала, прикрывшись одеялом. В комнате стоял сущий кавардак. Стол заставлен пустыми бутылками, на тарелках остатки нехитрой закуски, обветрившийся уже сыр, пара ломтиков вареной колбасы, три стакана.

- Куртки три. – Произнес сержант. – В дальнем углу послышалась возня, взметнулась одеяло, и мужик в тельнике и старых джинсах бросился к окну. Опередила его Марина, проскочив между стулом и кроватью, где почивала мертвецки пьяная Вера Семеновна, она в прыжке взметнулась над мужиком, который, пожалуй, был втрое ее больше, и наверняка сильней, и одним ударом в челюсть отправила его в нокаут. Петр тем временем мирно сползал по стенке, позабыв о том, что вознамерился приложить бутылкой гостей.

В воздухе стоял кислый запах перегара, сдобренный ароматами переполненной пепельницы и душными нотами человеческого пота. Пока сержант привязывал с помощью найденной тут же изоленты бандитов к стульям, Серега распахнул окно в комнату, призвав хоть немного чистого воздуха. Морозная свежесть, ворвавшись в помещение немного разбавила ароматы, но выветрить их она была не в состоянии.

Первым пришел в себя мужик, который пытался уйти через окно. Открыв глаза, он злобно посмотрел на пленителей.

- Ты что такой резвый? – Улыбнулся сержант. – Через окно, да не попрощавшись.

- Нахер иди, ментяра. – Зашипел мужик.

- Да какой же я тебе ментяра, другой мой ситный. – Улыбнулся сержант, и его улыбка вышибла из мужика пот.

- А кто вы? От Семена что-ль? Так я отдам, честное слово, отдам. Не фарт сейчас, вот забежал на огонек. Но карточный долг святое. Побожусь, коли руки развяжете.

Сержант осмотрел руки мужика. Ряд специфических татуировок, сделанных, к слову, крайне кустарно, не позволял ему верить ни на грош. Палец сержанта уткнулся в татуировку скрещенного ключа и стрелы.

- Да ты не дергайся. Ты же домушник, потому человек мирный.

Мужик согласно затряс головой.

- Откинулся-то давно?

- Да с год будет.

- А что с этими клофелинщиками?

- Да вы за них, что ли толковать. – Оживился неудачливый беглец. – Так толкуйте. Мне их дела по боку. Вчера Петька позвонил, говорит у тебя, мол, связи есть, так снеси кое-что из хабара-то. Тебе процент и мне нажива. Но откуда оно, добро это, ей богу, не знаю.

- Ну, допустим, я тебе поверю. – Сержант похлопал вора по плечу. – Но вот ты мне скажи, что сдал-то, а что не успел?

- Да все и сдал. – Развел руками мужик. – Юльке, что при гараже. Четыре кольца, серьги золотые с красным камнем, три телефона и браслет.

Петр застонал, сержант, не глядя, ударил наотмашь и, начавшая было подниматься голова второго вора, вновь уткнулась подбородком в грудь. Сумина спала и даже не попыталась проснуться. Серега смотрел на эти лица, и не мог поверить, что несколько часов назад, они выглядели и преподносили себя совсем иначе. Исчез налет интеллигенции, приятные и открытые лица куда-то делись, а вместо них проступили уродливые криминальные физиономии. Встреть Серега их сейчас, сразу бы заподозрил неладное. Улетучилась седина с висков, майка Петра в жирных пятнах резко контрастировала с его недавним приличным обликом научного работника или преподавателя ВУЗа. Открой он рот, заговори, привычным ему образом, и все, исчезла картинка, порушилась в прах да под ноги.

- Послушай, парень, тебя как зовут?

- Юлиан.

- Иди ты.

- Век воли не видать.

- Так вот, слушай внимательно меня, Юлиан. Слушай и не перебивай. Сейчас ты отведешь меня к той Юльке, при гараже, которой ты вчера украденное сбыл. Искать мы будем вот такую штуку, браслетик нужный. – Сержант засучил рукав, продемонстрировал, как выглядела пропажа. – Узнаешь?

- Узнаю. – Закивал Юлиан.

- Ну, так вот, браслетик этот вернуть надо. Не того фраера ушастого твои кореша обули. Они, значит, увели вещицу нужную, а тебе отдуваться. Ну, поможешь, по дружбе большой?

- Помогу, как не помочь. – Оскалился в улыбке вор. – Я что, терпила, за чужие ходки страдать. Как есть покажу, где живет, только за Юльку ту ответа не держу. К ней как пришло, так и ушло.

- А ты покажи, а мы посмотрим. – Сержант достал из кармана нож, и принялся срезать клейкую ленту с примотанных к стулу рук. – Только помни. Что дурное задумаешь, я тебя своим волчатам отдам. Они тебя на куски порубят и печку тобой растопят. Понятно изъясняю? Я и побожиться могу, руки-то у меня свободны.

Юлька, которая из гаража, жила в пятиэтажной панельке дальше по улице. Юлиан, кутаясь в куртку, трясясь то ли от холода, то ли от похмелья, толкнул дверь в подъезд и заспешил вверх по лестнице. Миновав несколько лестничных пролетов, он остановился у первой на площадке квартиры, и нажал на кнопку старенького дверного звонка. За железной дверью раздалась соловьиная трель.

- Кто там? – Откликнулась хозяйка квартиры. Голос у нее был грудной, приятный. Дверной глазок закрыл чей-то пытливый взор.

- Я, по делу. – Протянул Юлиан.

- А нет у меня ни каких дел. – Сообщила Юлька из-за двери. Сержант вдохнул и, вытянув из кармана пачку купюр, помахал ей перед дверным глазком. Аргумент хозяйке квартиры показался веским, и в то же мгновение послышался щелчок дверного замка, дверь распахнулась и на пороге образовалась миловидная дама лет тридцати пяти. Обширный ее бюст был стянут синим домашним халатом в мелкий цветочек, на приятном лице виднелись излишки макияжа, волосы убраны в конский хвост, а на ногах тапочки с опушкой.

- Так бы сразу и сказали. – Произнесла она игриво. – Юльчик, кто тут с тобой?

- Дело есть. – Кивнул сержант. Марина и Сергей стояли позади, и по какому-то молчаливому согласию просто не мешали ему вести дела. – Попал к тебе браслетик, по недоразумению. Хочу откупить. Вот такой, поищи-ка у себя.

Юлька повела формами, сверкнула черным взглядом из-под густых ресниц.

- Погляжу, что не поглядеть. – С этими словами она исчезла в темноте коридора.

Сержант оскалился.

- Роковая баба. Такая ведь и черта оседлает. Просто с биографией не повезло.

- Как же. – Просипел Юлиан, - не повезло ей. Трех мужей на тот свет отправила. К ней воры в законе ручькаться ходят, по отчеству величают. Это же я ее за глаза Юлькой зову, а так она Юлия Степановна.

- Слушай, сержант, - не выдержал Серега. – Чего ты ее не прижмешь-то? Вон как тех уродов уложил.

- Не стоит гнездо ворошить. – Тихо произнес сержант, прислушиваясь, как Юлия Степановна гремит чем-то на кухне. – Те что, мелочь, шелупонь подзаборная, а тут скупщица. Ее тронем, воры поднимутся, продыху не дадут. Мне от каждой тени отмахиваться тоже не резон. Учись, Серега, пока я жив, кому по морде бить можно, а кого в щеку целовать. Целее будешь.

Хозяйка квартиры показалась на пороге. За это время она разительно преобразилась. Излишек макияжа исчез, терпкий неуловимый аромат каких-то дорогих духов приятно возник в воздухе, чуть приподнялся домашний халатик, обнажив круглые коленки. Улетучилась куда-то и еще одна пуговица в районе декольте, демонстрируя округлые аппетитные формы. От созерцания их Серегу отвлекло злобное сопение Маринки, и помятуя об ее острых кулаках, которые совсем недавно с одного удара вырубили квартирного вора со странным именем Юлиан, он поспешно отвел глаза.

- Нашла браслетик, Юлия Степановна?

- Нашла. – Юлька, что от гаражей, продемонстрировала жемчужную улыбку. Обозначились задорные ямочки на щеках. – Только обещан тот браслетик, за три косых. Выкупишь, отдам.

- А если силой возьму? – Прищурился сержант.

- А ты попробуй, соколик. – Усмехнулась Юлька. В ее голосе и взгляде не было страха, а больше читался вызов.

- Ну ладно. – Сержант отсчитал купюры. – На вот, неси браслет.

Юлька приняла купюры, ловким жестом фокусника отправив их в декольте, и снова исчезла в квартире. На этот раз времени прошло совсем немного. Появившись на пороге, она протянула интерфейсный браслет и игриво подмигнула сержанту.

Водитель Антон был все еще в городе, и потому, когда ему позвонила Марина и снова предложила работу, откликнулся с радостью. Приехав вечером в отель, Антон добрался до номера сержанта и там узнал, что ехать придется без малого еще километров триста.

- Не волнуйся. – Заверил его хозяин номера. – Горючку оплачиваю отдельно от таксы. Ночлег тоже за наш счет. Ты только рулишь.

- Да я не против. – Рыжий закивал. – Деньги хорошие. Но просто не пойму. Там же поля да зоны. Куда вас несет-то в такую даль? Вот смотри, тут крохотная деревенька. Душ десять, может, и осталось, остальные в город подались. Дальше цеха и зона для туберкулезников, и на триста верст вокруг тайга. Моя-то нива пройдет, но вам без меня оттуда и не выбраться будет.

- А мы не так просто туда и едем. Твой брат город знает?

- Какой?

- Да этот, ясно дело.

- Конечно, знает.

- Значит так. – Сержант протянул рыжему вдвое сложенный лист. – Вот тебе список. Сможешь достать?

Тот открыл его, пробежался взглядом, присвистнул.

- Однако. Ну, добыть-то можно, только дня два на это уйдет. С ружьями вот только не могу. Такое, если и делать, то надолго затянется. Пойдут вопросы, куда, мол, да зачем.

- Ладно, есть у меня на это вариант. С остальным все нормально?

- Да, в принципе да. Размеры на одежду коли правильные, так к вечеру шмотки завезу. Снаряга-то подольше будет.

- Вот тебе сумма. – Сержант протянул рыжему пачку купюр. Тот с пониманием взвесил ее на ладони. – Бери годное, только не дешеви. Там столько, что на фирму хватит и еще останется.

- Годно. - Кивнул Антон.

Сержант улыбнулся.

- Не сочти за хамство, дружище. Но денежка тут немалая. Гарантии мне нужны. Под них оставь паспорт. Как увижу шмот, сразу верну.

Рыжий довольно хохотнул, полез в карман за документом.

- Ты мой паспорт тоже не потеряй. Все гадаю, кто же вы такие? На ментов не похожи, на киношников тоже. Что вы в нашем ледяном крае забыли-то?

Сержант принял паспорт из рук водителя и спрятал его в задний карман брюк.

- Вот за то, чтобы ты не задавал таких вопросов, я тебе еще двадцать процентов от обещанных денег потом и подкину.

Когда рыжий ушел, сержант накинул куртку и, подойдя к соседнему номеру, постучал. Открыли не сразу. Сонный Серега чуть приоткрыл глаза.

- Я отойду на пару часов. Если не приду, вот ключ от моего номера. – Произнес сержант, просовывая в щель маленький ключик с номерком на железном кольце. Там на столе записка, все пояснит.

- Ты что задумал? – Вмиг проснулся Серега. Сон как рукой сняло.

- Маринка с тобой?

- Ага. Спит.

- Не буди ее. Пусть выспится. И, главное, не вздумай ее обижать.

Сказано это было серьезно и холодно, так отец может предупреждать ухажера своей дочери. Серега хотел пошутить на эту тему, но что-то во взгляде сержанта его остановило.

- И в мыслях не было. Она для меня…

- Ладно, ладно. – Сержант смягчился. Губы его тронула улыбка, в уголках глаз появились крохотные морщинки. – Короче, три часа меня не будет. Жди. Если нет, валите ко мне на всех парах по адресу.

- Предтечи?

- Не. Бандиты. Все, ушел. Баюшки баю.

Оставив ничего не понимающего Серегу в коридоре, сержант поспешил к лифту, спустился в холл и вышел на свежий воздух. Температура к вечеру понизилась, непривычно отступил смог, пропали тучи и открылось удивительно ясное звездное небо. Сержант остановился, долго смотрел на этот сонм мерцающих на небосводе драгоценностей. Подбородок его вздрогнул.

- Надеюсь, ты где-то на небесах. – Произнес он тихо. – В мире, где нет боли и страдания, нет войны и предтеч. Там, где тебе хорошо.

Спустившись вниз по лестнице, он подошел к ближайшему такси и назвал адрес.

- Марин, просыпайся.

- Чего тебе?

- Марин, ну вставай.

- Ты холодный как с кладбища, лезь по одеяло.

- Марин, ну что ты. Сержант пропал.

- Как пропал?

Марина села на постели, с сомнением посмотрела на Серегу. Тот сидел рядом, поверх одеяла. Из одежды на нем была трусы, майка и непослушная челка. Взгляд растерянный.

- Так, рассказывай.

Серега, как мог, пересказал события, произошедшие накануне. Марина спешно оделась, прошла в ванную, послышался шум воды. Вскоре она появилась и босиком направилась к номеру сержанта, предварительно отобрав у Сереги ключ. Отперев замок, она шагнула в темноту номера, нашарила рукой на стене выключатель. Тусклый свет от лампы осветил номер. Дверь в спальню открыта, на кровати разложены в идеальном порядке вещи. Дверь в ванную наоборот закрыта, но там тишина и точно никого нет. Пройдя к журнальному столику, рядом с креслом, Марина подняла записку и быстро пробежав по тексту глазами, крикнула Сереге.

- Одевайся. Едем.

- Куда? – Спросил студент, однако спорить не стал, и быстро вдевшись в джинсы и новый свитер, принялся зашнуровывать новые же зимние ботинки, купленные накануне в моле.

- Он к этой Юльке отправился. Она же всех знает, а сержант считает, что нам понадобится оружие. Вот и пошел к ней. Ой, как бы беды не вышло.

На сборы ушло не больше пяти минут. Пренебрегая лифтом, они сбежали вниз по лестнице, пробежали мимо скучающей дамы в накрахмаленной блузе, почти скатились вниз по крыльцу. Марина подбежала к первому попавшемуся такси, назвала адрес.

- Знаешь где?

- Как не знать.

Пожилой мужик в клетчатой рубашке спокойно кивнул.

- Быстро туда, два счетчика.

При словах о двойной оплате, старик прибавил бодрости, и очень скоро ржавая тридцать первая волга неслась по главному проспекту, едва успевая проскакивать на зеленый сигнал светофора. Водила лихо отморозился рядом с подъездом, Серега задержался, расплачиваясь, а Марина уже бежала по лестнице, поднимаясь на нужный этаж. Вот и знакомая железная дверь, из-за которой слышна музыка, старенький дверной звонок. Вдавив его, она услышала, как кто-то завозился с замком. Дверь распахнулась, и на пороге появился необъятный детина, широкую грудь которого укутал тельник в голубую полоску. Долго не думая, Марина врезала ему нижним хуком, здоровяк ойкнул, зашатался и рухнул на пол. Из гостиной послышались голоса.

Когда Серега поспел в квартиру, он стал свидетелем странной сцены. В коридоре стоял сержант и, щурясь с интересом наблюдал, как Юлия Степановна хлопочет над здоровяком. В уголке скромно стояла Марина и что-то пыталась объяснить сержанту, а тот, приобняв ее по-отечески, успокаивал.

Глава 24

- Ты уж, Юль, прости моих сорванцов. – Сержант помог доволочь здоровяка до дивана. Тот опустился на него, в недоумении ощупывая повреждённую челюсть, и с нескрываемым уважением поглядывая на хрупкую фигуру своей обидчицы. – Они же дурное подумали. Сама же понимаешь, ходят у тебя всякие.

- И правда, Юль, не гневись. – Пробасил великан. – Тут, прям, уважение, и не доли злости. Где ты так драться научилась?

- В академии. – Не думая выдала Марина.

- Что тут вообще происходит? – Ничего не понимая, поинтересовался Серега. Он оглядел комнату. На столе стояла початая бутылка шампанского, три фужера. В большой плетеной вазе лежали киви и бананы. На столе умостилась аккуратная нарезка колбасы, а под столом, притаившись за ножкой, пряталась пустая бутылка из-под коньяка.

- В могилу меня сведете. – Произнесла Юлия Степановна, и необъятный ее бюст неодобрительно всколыхнулся. – Мало мне этих мазуриков, еще вы тут. И так у себя волос седой нагла.

- А что я должна была подумать? – Перешла Марина в атаку. – Оставил записку, спасайте, мол, если через три часа не вернусь.

- А что. – Сержант охнул и скосил взгляд на часы. – Три часа уже прошло что ли?

- А, поди, и прошло. – Юля кокетливо поправила прическу, но опомнилась и вновь переключилась на здоровяка.

Получив аванс симпатии, и решив, что сможет навестить означенную особу, а заодно навести мосты по поводу поставок пары гладкоствольных охотничьих ружей и боезапаса, сержант отправился по известному адресу. Разумно полагая, что переговоры надо вести на позитивной ноте, он попросил водителя остановиться около магазина, и через тридцать минут, вооружившись дорогим марочным коньяком, фруктами и букетом цветов, он уже нажимал на дверной звонок.

Потом все как-то само закрутилось. То ли Юлия Степановна стосковалась по мужикам без криминального прошлого, то ли сработал неповторимый шарм звездного сержанта, но очень скоро они оказались сначала за столом, а потом и в одной постели. Как назло, во время любовных утех, время идет незаметно, да еще и гость пожаловал, младший брат Юлии, Иван, сержант контрактной службы. Прибыв в отпуск в родной город, он решил погостить у сестры. Встретили Ивана хоть и сумбурно, но по всем правилам. Юлия познакомила мужчин, разумно умолчав, что сержанта она знает без году неделя, и представив, как своего кавалера, а уставший с дороги брат и не собирался разбираться. Сели за стол, пригубили коньяк. Когда тот закончился, Юля решила достать из своих запасов бутылку шампанского и, наплевав на правило, «если пьешь, повышай градус», приступили к игристому.Слово за слово, познакомились поближе.

- Мне не по душе то, чем Юлька занимается. – Сообщил Иван сержанту. Хозяйка дома отправилась на кухню пополнять закуску. Слышалась возня в холодильнике, стук ножа по деревянной доске. – И вообще, баба она несчастная. Всех тянет.

- Это как? – Не понял сержант.

- А так. – Иван поднес к захмелевшим глазам пустую рюмку, повертел ее в руках. – У нее же три мужа была. Первый, хороший человек, сгорел на глазах, в смысле, от болезни помер. Замуж она за него выходила в девятнадцать, вдовой стала в двадцать два. Второй попался, ни то ни се. Нет, любил, конечно, подарки дарил, возил за границу на курорты. Прожили они с ним, в так называемом гражданском браке, пять лет. Однако Юлька родить ему не смога, и он свалил по-тихому.

- Дела. – Сержант поднял с пола почти пустую бутылку из-под коньяка. Посмотрел на нее, на просвет, и осушил, наполнив две рюмки. Чокнулись, выпили. Иван зашарил по столу в поисках закуски.

- Я слышал, у нее три мужа было. – Осторожно продолжил сержант. – Не было, а есть. Третий, бандит. Загремел на зону на десять лет. Сейчас где-то под Воркутой кайлом машет. Юля подала на развод, чего ей себя им еще обременять. Вот связи остались.

- Остались. – Юля появилась в комнате, неся угощение. Мелко нарезанные огурцы, крохотные помидоры черри на одной тарелке, ломтики твердокопченой колбасы на другой, хлеб. Рядом встала ваза с фруктами. Под пьяную лавочку всех потянуло на откровения. – Я понимаю - обратилась она к сержанту. - Слава у меня дурная. Черной вдовой считают, мол, мрут вокруг меня мужики, да разбегаются. Коли бы так было на самом деле, я бы и бровью не повела. Но жить-то на что-то надо в этом городе. Тут либо на завод, либо за прилавок в магазин.

- А уехать? – Приложил сержант. – В большой город подасться. Там и возможностей побольше, и обстановка поблагоприятней. Опять же, с чистого листа.

Брат и сестра переглянулись.

- Не могу я отсюда уехать. – Юлия вздохнула и плавно опустилась на стул.

- Брат у нас тут в лечебнице, младший. – Пояснил Иван. – Церебральный паралич у него и нарушения. Опекунство вот выбить не можем, а лечение стоит дорого. Я, как могу, помогаю, Юлька опять же вынуждена с этой мерзостью зековской общаться. Так и живем.

- Да, не в золоте ходим.

Сержант обвел взглядом комнату. Простой, почти бедный интерьер, простенькие занавески на окнах, потолки пожелтевшие от времени и давно уже не видавшие побелки. Старенький телевизор в углу, по-провинциальному, покрыт ажурной салфеткой, полка с книгами, пара массивных шкафов. Спальня еще бедней. Ее и описывать не охота. Сержант почесал затылок. Мысли какие-то у него в голове роились, но принятый алкоголь не способствовал их формированию и структурированию. Все было будто в тумане.

В дверь вдруг позвонили.

- Это еще кого принесло? – Юля взглянула на часы на стене. – В такое-то время позднее.

- Если это опять ворье, с лестницы спущу. – Иван поднялся и с воинственным настроем двинулся в коридор.

- Осторожнее, Вань. – Юля всплеснула руками, попыталась встать со стула, но немного опоздала. Младший брат уже отпирал замок. Миг, и звук падающего тела сотряс квартиру, а в комнату влетела девица, за ней по пятам несся парень со странными волосами.

Антон привез все, как и обещал, а чуть позже позвонила Юля и сообщила сержанту, что его заказ на охотничьи ружья исполнен, и он может их забрать, ну вот хоть бы сегодня вечером. На следующее утро встретились внизу. Нива рыжего уже стояла под парами, чадя выхлопной трубой, Антон зевал и цедил кофе из кружки-непроливайки, поглядывая на вход в гостиницу. Серега встретил сержанта в холле.

- Юлька не отвечает что-то. – Произнес тот. – Тревожно мне.

По ступенькам спустилась Марина, сгрузила на стойку регистрации ключи от своего и Серегиного номера.

- Уезжаете? – Всполошилась дама, в накрахмаленной белой блузке. Схватив ключи, она набрала какой-то номер, на старом кнопочном телефоне. Начала диктовать номера. – Проверь, все ли на месте. - Тихо прошептала она в трубку.

Услышав эту фразу, Марина скривилась.

- Нам некогда. – Произнесла она холодно. – Поторопитесь. И так, раньше съезжаем, за сутки еще вперед оплачено.

При виде тройки спускающейся по широкой отделанной мрамором лестнице, Антон замигал дальним светом фар, хлопнули двери. Нива покачнулась, сержант усаживался на переднее пассажирское сиденье. Марина и Сергей устроились на заднем, и рыжий стронул машину с места.

- Все по плану? – Поинтересовался он у сержанта.

Тот кивнул.

- По пути только по одному адресу заедем.

Попросив остановиться в квартале от Юлиного дома, сержант спрыгнул с подножки в снег и, выбравшись на кое-как почищенную пешеходную дорожку, споро зашагал вперед. Пронзительный северный ветер бодрил, падающий колкий снег жег лицо, фонари высвечивали его крохотные крупинки, бросая на посеревший от выхлопа сугроб вдоль тротуара бело-желтые пятна. Впереди показалась сгорбленная фигура, рядом с которой пританцовывала крохотная черная собачка.

- Писай, Джек, ну писай. – Фигура покачивала руками в варежках, отбивала каблуками, пританцовывая от холода. – Ну, пописай, пожалуйста.

Джек хотел играть, а не писать, и потому радостно скакал рядом с хозяином, оттягивая время окончания прогулки. Пройдя мимо этой парочки, сержант почувствовал неладное, подошел к углу дома и замедлил шаг. Рядом с подъездом, куда он направлялся, стояла скорая и полиция. Чернела как воронье крыло непривычно чистая волга с синими номерами. У подъезда собрались зеваки, в основном пенсионеры и местные жители, почувствовавшие возможность развлечения. Два плечистых санитара, сгибаясь под тяжестью носилок, вынесли из подъезда тело, закрытое простыней, и начали грузить его внутрь скорой. Сержант почувствовал, как ему стало нехорошо. В глазах помутилось, подступила тошнота. Справившись с первым позывом, он подошел к толпе, тронул кого-то наугад за плечо.

- Что тут происходит?

Наполненный желчью женский голос ответил из темноты.

- Да Юльку шалаву с братом ее алкоголиком прирезали. Водила она к себе всех, да, говорят, ворованное сбывать брала. Вот ей, мразоте, и награда.

Показались санитары со вторым носилками, шли они уже легче. Следом появился приземистый мужичок в сером пальто и кепке с меховыми ушами. Озябшими руками он прижимал к груди черную кожаную папку.

«Следователь», промелькнуло у сержанта в голове. Два убийства, так что как уж тут без убойного. Он шагнул в темноту, постоял немного, а затем побрел назад к ниве. Как добрался до автомобиля, сержант не помнил. Он просто оказался в машине, хлопнул рыжего по плечу.

- Ну что там? – Поинтересовалась Марина.

Сержант не глядя пожал плечами.

- Ружей не будет.

Федеральная трасса, широкая, оживленная, она вроде центральной артерии в организме человека. Стоит ей закупориться, и последствия наступают самые плачевные. По ней происходит основное движение, в обход железной дороги и авиатранспорта. Несутся рейсовые автобусы, грохоча бревнами, проносятся караваны лесовозов, груженные дорогим строевым лесом, множатся в потоке частные автомобили, крохотные легковушки, карлики на фоне многотонных гигантов-большегрузов. Трасса живет, трасса пульсирует, трасса кормит. По лету вдоль нее стоят грибники, выставив на продажу сушеные белые, и свежие, недавно срезанные подосиновики и грузди, веселые лисички и скользкие маслята. Торгуют черникой, брусникой и малиной, попадаются ведерки с янтарной ягодой морошкой, а продавцы, сидя на раскладных стульях на обочине, синими от ягодного сока руками, перебирают добытое на продажу. Но это все летом, когда тепло, когда можно ходить в шортах и футболке, пить газировку и гулять допоздна, не боясь замерзнуть и простудиться.

По осени торговля не утихает, лишь меняется ассортимент. Появляются лотки со свежими овощами, продают картошку, зелень всех видов, кто-то втихую торгует самогоном. Обоченные эти рынки, стихийные, никем, как правило, не регулируемые, возникают недалеко от населенных мест, и местные жители спешат к трассе-матушке, чтобы заработать лишний рубль. Трасса, она прокормит. Богаты сибирские просторы и рыбой, и удачливые рыбаки тоже встают у обочин, предлагая уже готовый продукт, умопомрачительно пахнущую копченую рыбу, вяленых карасей, щучью икру в крохотных стеклянных банках. Попадаются бабушки с вязаными носками и варежками, появляются продавцы плетеных корзин и сумок, ставят шатер на перекрестках, выставляют так, чтобы издалека был заметен, баннер с рекламой продукции, садятся на такие же раскладные стульчики и ждут.

Зимой же трасса пустеет. Люди уходят, прячут свои складные столы, убирают до теплых времен корзины и снасти, отдавая обочину на откуп снежным заносам и усталым водителям.

Серега смотрел в окно на морозный пейзаж, и пытался вспомнить, когда он в последний раз видел лето. Когда можно было выйти на улицу без боязни отморозить уши или подхватить воспаление легких. Зима в этих краях была суровая, почти такая же, как в виртуальном мире Ледяного Когтя, только тут она была настоящая, со всеми, так сказать, последствиями. Сереге внезапно стало грустно и тоскливо, он вспомнил своих родителей, вечерние разговоры за чаем у телевизора, ставшие редкостью совместные прогулки. Помнил, как не находилось у него в пору студенчества времени на разговор с мамой и отцом, и так щемило от этого понимания в груди, что хоть волком вой. Серега хотел поделиться с Мариной, но решил, что ей и так тяжко. Она пострадала гораздо больше него, и грузить девушку своими черными мыслями, сейчас, когда до конца пути осталось так близко, означало деморализовать.

Сержант сидел впереди и до сих пор не проронил ни слова. Он просто смотрел вперед, в поток машин, иногда отводил взгляд, опуская его на сложенные на коленях руки, потом снова смотрел вперед. Так прошло часа четыре пути. Крепившийся все это время Антон, сидевший за баранкой, наконец, сдался.

- Ну, молчуны. Четыре часа кряду. Я аж вспотел. – С довольной улыбкой произнес он. – Ребята, нам же еще столько ехать. Если молчать будем, то родную речь забудем.

- Ехать нам действительно, часов десять еще. – Подтвердил вдруг очнувшийся от собственных черных дум сержант.

- Вот-вот. – Обрадовался Антон. – Вы же не понимаете, по каким прекрасным местам мы едем сейчас. Я же в этом крае родился. Тут по левую руку речка Обломка, не знаю уж, с какой радости ее так назвали, но она на карте именно так значится. Там рыба такая ходит, что закачаешься. Мы с брательником, когда в школе еще учились, соберемся по утру, кода еще солнце не взошло, удочки возьмем, накопаем червей в огороде под домом, и на берег. Есть там утес крутой, там глубина. Заберешься так на него, сбросишь одежку и стоишь, смотришь сверху вниз. Высота невероятная, страшно так, что коленки трясутся, а внизу стоит брат и подтрунивает. Высоко, его и не слышно почти, соберешься с духом и бомбочкой вниз. Потом сидим на берегу, рыбу удим. Костерок ветками трещит, запах идет удивительный. Выловим, почистим, и в фольгу, а затем в угли. Вкуснота.

- Да. – Согласилась Марина. – Самое вкусное в детстве было. Все съели уже.

За житейскими разговорами хандра отступила, улетучилась тоска и осталась только широкая полоска шоссе и воспоминания. Антон оказался весьма словоохотливым малым. Рассказывал и о нелегкой работе на буровой, и о жизни своей в регионе. Было ему туго, денег не хватало, но как-то рыжий крутился, и не было в его словах ни тоски, ни печали. От такого настроя Сереге даже стыдно стало за свои терзания, и он, решив больше не думать о плохом, запрятал их глубоко внутрь.

Показалась первая заправка, и Антон повел машину к ней. Народу тут было немного. Пара легковых автомобилей, да стоящий поодаль бензовоз с огромным логотипом компании на борту.

- Есть время передохнуть и оправиться. – Сержант хлопнул дверью, вышел на улицу и зашагал к приветливо подсвеченным изнутри, прилавкам магазина. За ним пошла Марина, а Серега, попросив купить ему воды, остался в салоне. Зашуршало за бортом, это рыжий вставлял пистолет в горловину бензобака.

- Вы же уфологи какие? – Выдал он через приоткрытое окно.

- С чего ты взял? – Удивился Серега. Такой поворот разговора его немного обескуражил.

- Ну, я посмотрел на карту, куда вас доставить надо. – Пояснил водила. – Это же аномальная зона. Столько про нее в газетах написано, сколько по телеку говорилось, и не сосчитать.

- И что же там было?

В салоне вернулась Марина.

- Аномальная сибирская зона, или сибирский треугольник. – Спокойно произнесла она, и хитро подмигнула Сереге. – Расколол ты нас, Антоша. Журналисты мы, ищем горячий сюжет.

- О чем речь вообще? – Зашептал Серега, склонившись над ухом подруги.

- Я кое-что посмотрела по точке, куда отправляемся. По накладным вроде обычная база, причем продовольственная. ООО Первая путевая контора. Вот место там и, правда, примечательное. Из официально зафиксированных случаев, несколько инцидентов аномально низких температур, в летний период. Ничего не напоминает?

Серега вспомнил, как стало вдруг холодно, когда над головой пролетал корабль предтеч, и согласно кивнул.

- Еще как напоминает.

- Дальше больше. – Марина протянула Сереге бутылку с минералкой, тот благодарно кивнул и, приняв, отвинтил крышку. Сделал три больших глотка. – Из официально зафиксированных случаев, с восемьдесят второго по девяносто первый там пропало трое грибников. Так их и не нашли, кстати. Потом провал в статистике, времена были смутные. Подсчет начался с две тысячи четвертого. Снова пропажи, причем исчезали ходоки опытные. Трое охотников, два грибника, и туристическая группа из пяти человек. Одного охотника нашли, впрочем, километрах в тридцати северней, блуждал около трассы. Ничего не помнил, ни, где был, ни, как звать, ни, сколько ему лет. Такое вот место.

- Я расплатился. - Сержант снова сел в машину.

Антон, сидевший на водительском сидении, стронул ниву с места и снова выгнал авто на трассу.

Глава 25

- А ты что думаешь об аномальной зоне, а Антон? – Поинтересовался Серега у рыжего.

Тот пожал плечами. – Да многое рассказывают. Еще при царе там хотели завод ставить, железа много. Плавить его, да пушки лить. Но как-то у них не заладилось. Заводики те подневольный народ строил, каторжные да крепостные. Но, как помню, на уроках истории, те что «Люби и знай свой край», нам приводили нехорошую статистику. Много народу умерло, еще больше подалось в леса. Чаща тут, на многие километры не души, есть, где прятаться.

В начале шестидесятых по тому участку хотели строить ветку железной дороги, но тоже не заладилось. Но там что-то бюрократическое всплыло, так что не аномалия это, а коррупция.

Антон перестроился из ряда в ряд, встал в поток автомобилей. Перед нивой замаячил высокий белый микроавтобус мерседес с московскими номерами, позади пристроился шевроле с тонированными стеклами. Скорость потока начала потихоньку возрастать.

- А потом что? – Поинтересовался Серега. Что уж говорить, а слушать рыжего было интересно.

- Ну а потом, то грибник пропадет, то охотник. Проводили там аэрофотосъемку, но снимков толком нет. Говорят, что пласт железной руды экран дает такой, что никакая оптика не выдерживает. На картах спутниковых там просто зеленая чаща, ничего такого.

- А пропажи?

- А что, пропажи. Там же и волк, и медведь, и болота непролазные. Даже фильм снимали, так и назывался «Сибирская сверххолодная». Приехали киношники, покрутились там, и уехали, так толком ничего и не выяснив. Я тот фильм смотрел, говорят-то они хорошо, туману напускают, но показывают все больше лес, да медвежьи какашки.

- Ну а сам-то что думаешь?

- А думаю, что без подготовки в лес ходить нельзя. Даже если ты весь из себя охотник со стажем, или грибник бывалый, всегда найдется голодный зверь или прогнившая коряга.

К вечеру решено было остановиться в придорожной гостинице с непритязательным названием «У Ашота». Этот комплекс пробочного отдыха удивительно совмещал в себе закусочную, туалет и спальные места, и каким-то чудом обходил все санитарные и гигиенические нормы. Завидев свет вывески, Сержант указал рукой. За окном уже стемнело, поднялась вьюга, крупный грузовой транспорт замедлял свой бег, водители благоразумно отворачивали своих железных коней в кемпинги, дабы, не приведи случай, не создать на обледенелой трассе уж совсем аварийной обстановки.

- Правь к Аштоту. – Распорядился сержант.

Антон поморщился.

- Не хорошо там у него. Грязно, люди бывают разные, мутные.

- Есть другие варианты?

- В тридцати километрах отсюда отель «Нега». Условия лучше и кормежка хорошая.

- Дотянем?

- Не уверен. – Рыжий оглядел наметанным глазом автомобильный поток. Снег усилился, крупные его хлопья облепили автомобили, щетки пока справлялись, чистя лобовое стекло, но их проворства хватило бы ненадолго. – Пурга.

Сказано, сделано. Отделившись от потока, рыжий скатил ниву на обочину и встал на крохотной парковке рядом со входом в отель. Тут же примостился, занесенный снегом старый черный мерседес седан, в ряд с ним встала недавно подъехавшая девятка, красная, с большими цифрами «05» на капоте.

- Ну, так себе соседство. – Вздохнул Антон.

Придорожный гостиничный комплекс «У Ашота», по международной классификации отелей имел минус одну звезду, и этим своим достижением его хозяева могли гордиться. Звякнула входная дверь, задев колокольчик. Сбрасывая налетевший снег с головы и плеч, Серега последовал вслед за своими товарищами и оказался в крохотном холле гостиницы, куда кто-то, сильно расстаравшись, умудрился втиснуть стойку рецепшна. За стойкой стоял удивительно загорелый кавказец. Выглядел он весьма хрестоматийно. Черная пышная шевелюра, находящаяся не только на голове, но явственно проступающая на груди, сквозь ворот рубахи, большой фактурный нос, злые масленые глаза, цвета антрацита. На груди большая золотая цепочка, улыбка в желтом металле. При виде вошедших, человек оживился, и по всем приметам оказался не кавказцем, а цыганом.

- Ой, гости дорогие! Покушать? Непогоду переждать?

- Нам бы и то и другое. – Произнес Сержант. – Нам три номера, на четверых. Четыре ужина. Можно организовать?

Мужик обернулся на висевшую за спиной полку, осмотрел наличие ключей.

- Сделаем вам три номера, один с большой кроватью.

При этих словах он сально подмигнул Марине. Серега собрался было высказать незнакомцу все, что он думает о его придорожных манерах, но почувствовал, как Марина сжала его ладонь.

Под номера определили чердак, просто разделив его на десяток комнат перегородками, проведя свет и расставив мебель. Слаба богу, кто-то из заказчиков позаботился о звукоизоляции и даже установил в коридоре кондиционер, в эту пору конечно не работающий. Сами комнаты были крохотные, едва вмешавшие кровать, тумбочку и вешалку для одежды. Удобства, туалет и душ, располагались на этаже в конце длинного коридора. Прокуренные желтые стены хранили на себе воспоминания о тех временах, когда предаваться вредной привычке можно было везде, а на дверях номеров еще не появились таблички с перечеркнутой тлеющей сигаретой. Серега и Марина подошли к своему номеру, сержант хрустнул замком двери по соседству, а рыжий исчез в дверном проеме напротив.

Марина включила свет.

- А ничего, жить можно. Я, когда на первом рейде была, кубрики были в три раза меньше. Почти как полки в купейном вагоне. Тут даже в полный рост выпрямиться можешь.

- Шутишь все. – Серега снял куртку, повесил ее на вешалку и сел на мятое покрывало, брошенное поверх кровати. – Как-то тут неуютно.

- И пахнет странно, будто испортилось что. – Марина повела носом, подошла к кровати и подняла мусорное ведро. – Еду кто-то оставил.

Подойдя к двери, она выставила мусорное ведро за порог. Время пролетело незаметно. Предполагаемые проблемы с южными гостями оказались просто признаком плохого настроения, усталости и долгой дороги. Сидевшие за столиком в глубине обеденного зала, даже внимания на вошедших не обратили.

Сергей вошел в ресторан первым, за ним последовала Марина.

- Мы тут. – Сержант помахал рукой.

Усевшись на свободные стулья, вновь прибывшие открыли меню. Появился удивительно расторопный официант.

- Из горячего шашлык рекомендую. Салат греческий.

- А давайте два. – Серега взглянул на подругу, и та согласно кивнула.

- Что пить будете?

- Мне чай, а тебе, Марин?

- Тоже.

Блюда принесли быстро, еды было много, и она оказалась вкусной, так что к концу ужина Серега пребывал в прекрасном настроении. От сытости его тянуло уйти на боковую, но стрелка на часах едва перевалила цифру восемь. Зная особенности своего организма, он решил слишком рано не укладываться, а вот Антон, наоборот, прикончив свой шашлык, раскланялся и отправился спать.

- Пусть идет. – Кивнул ему вдогонку Сержант. – Ему еще рулить и рулить.

Попивая чай, Серега осмотрел зал. Самый, надо сказать, обычный, и не ресторанный вовсе, а больше похожий на обычную заводскую столовую. Бывал он в таких, на практике, в институте. Дешево, сердито, порции большие. Что еще студенту надо для счастья? Вот и тут, круглые столики, пластиковые стулья, раздача, протянувшаяся длинным железным прилавком от края до края. В дальнем углу зала примостилась установка караоке, подвешенный чуть повыше телевизор крутил бесконечные рандомные пейзажи в ожидании заказов. Желающих попеть в микрофон в этот вечер почему-то не нашлось.

- Едем мы действительно в аномальное место. – Вдруг начал сержант. – Так что, ребята, держим ухо востро. В мире таких мест много. Бермудский треугольник, к примеру, по моим сведениям, был ремонтной базой предтеч. Они там свои челноки на сухие стапеля загоняли. Река Тунгуска стала свидетелем крушения одного из наших кораблей. В ранней истории на настоящей земле ничего такого не было, так что, если хочешь, Серега, напасть на следы деятельности сверх цивилизации, смотри желтую прессу и блоги разных уфологов. Очень много чего почерпнуть можно.

- Ты хочешь сказать, что похищение людей пришельцами, это правда?

- Ну, часть. – Сержант довольно усмехнулся. – Вот то, что похищенные после этого помнят что-то, вот это гарантированное вранье. Активности иных видов в нашем секторе галактики отмечено не было. Так что живем бок о бок только с врагом злейшим. Ни тебе зеленых человечков, ни серолицых головастиков с огромными глазами.

- А как же снежный человек, чупакабра? Это тоже предтечи?

- Поймать бы их, да спросить. – Марина улыбнулась. – Но сержант прав. Большая часть современных мифов и городских легенд, это не более чем столкновение обычного человека с нашим врагом.

Разговор затянулся за полночь, и потому, придя в номер, Серега разделся, и едва его голова коснулась подушки, как он провалился в сон.

- Вставай, соня, все проспишь. – Марина щелкнула Серегу по мочке уха, использовав почему-то именно такой садисткий способ пробуждение. Сон как рукой сдуло, Серега сел, ухватившись ладонью за потревоженную часть тела, злобно взглянул на любовь своей жизни. Взгляд это должен был, по меньшей мере, испепелить, но произвел диаметрально противоположный эффект. – Ты такой смешной, когда проснешься. – Марина улыбнулась. – Вставай. Через полчаса отъезжаем. Уже сержант заходил.

Спустившись в пустой зал, Серега попросил кофе. Вчерашний услужливый официант принес ему стакан чего-то странного, растворимого и никак не черного, но этот адский напиток придал тонуса.

Выйдя на улицу, он последним сел в машину, и Антон стронулся с места. Дальнейшая дорога прошла в пустых разговорах и шутках. После отдыха и завтрака все пребывали в приподнятом настроении, и предстоящие мероприятие казалось не таким уж и безнадежным. Серега, ранее полагавшийся на опыт сержанта и навыки Марины, вдруг впервые серьезно задумался о деле. Вот едут они на край географии, куда ведет след одной накладной по поставке элементов питания. Нет, конечно это не просто так, но в конечном счете по адресу может найтись компания, самая обычная, с людьми, попросту работающими вместе с Федором. Останется только пожать плечами, развернуться и отправиться на собственный корабль.

Собственный. Эта мысль поразила Серегу до глубины души. Он уже давно считал себя членом команды, но вот чтобы так вжиться в роль звездного скитальца, по делу и на самолете-то никогда не летавшего, это уже диагноз.

Вторым вариантом было нахождения гнезда предтеч, точнее, места обитания Куратора. Нора это под камнем, дупло или пещера с летучими мышами, не важно, но Куратор далеко не дурак. Наверняка подступиться к нему очень сложно, если вообще возможно. Оставалось надеяться, что получится понять, где же он прячет свой корабль, а дальше надеяться на слепую удачу.

- Ну вот. – Антон припарковался на обочине и заглушил двигатель. – Конечная точка. Дальше поселок, километра три пешим ходом, зона и какие-то склады. Вон фура поехала, наверняка к ним.

Действительно, на поворот ушел красный шумный МАН, просевший на осях и тяжело загребающий снег. Будто по волшебству из леса выехал желтый трактор, и лихо обогнув тяжеловоз по дуге, выставил вперед себя ковш и, рыча двигателем и добавляя в воздух тяжелые металлы выхлопов, принялся чистить дорогу. Быстро переоделись. Сменили свои городские одежды на зимние куртки на меху, обувь, штаны, шапки. Под конец Серега даже вспотел, от такого обилия одежды. Сержант выдал каждому по рюкзаку, пожал руку Антону.

- Ну спасибо, брат, выручил. Не поминай лихом.

- А вас не ждать? – Удивился рыжий.

- Не стоит. Кто знает, сколько мы тут пробудем.

- Ну как знаете. – Антон принял оплату. Толстая пачка купюр исчезла за отворотом куртки. – Но я про вас, если что, в МЧС-то или куда следует, сообщу.

Сержант пожал плечами.

- Как знаешь. Бывай.

Серега и Марина сердечно распрощались с словоохотливым Антоном, двинулись в лес. Марина держала перед собой навигатор, на котором стояло несколько засечек.

- До точки, где контора, полтора километра. – Сообщила она. – Но это если напрямки. Я бы по шоссе прошла, так хоть ноги в сугробах не поломаем.

- Маринка дело говорит. – Согласился Серега. – Потратим больше времени, а здоровье сбережем.

До конторы немного не дошли, отвернули в лес. Подойти получилось ровно на то расстояние, чтобы видеть в бинокль большие железные ворота и серую постройку за забором. Охотничьи шмотки работали отлично. Мороз вокруг почти не ощущался. Закрепившись на поляне, сержант занял наблюдательную позицию, а Марина принялась разбивать палатку.

- Так мы что, в лесу ночевать будем?

- Может и будем. – Девушка пожала плечами. Засвистела длинная молния, выпала ярко красная палатка, высыпались на снег, стараясь зарыться туда поглубже, длинные алюминиевые колышки. – Я бы не хотела провести тут ночь, но обстановка близкая к военной. Считай приют «У Ашота», своим лучшим ночлегом недели, а это так, в качестве испытания силы духа.

Совместными усилиями разбили палатку, разложили припасы. Пока Марина готовила, вернулся сержант и вручил Сереге бинокль.

- Твоя очередь ворота караулить.

- А что их караулить то?

- Смотри, да не пропусти.

- Так что?

- Активность нехорошую.

- И как же ее отличить? Ну вот смотри. – Серега указал в сторону базы. Оттуда доносился шум двигателя, возвращавшегося от шоссе трактора. – Вот это какая активность?

- Ну, - задумался сержант. – Трактор, штука бытового назначения. Если он возвращается от шоссе, значит все мирно. Вот если прет из леса, к этому вопросы. Понял?

- Да как не понять.

Серега подошел к вытоптанной сержантом площадке под деревом, принялся подниматься по стволу, цепляясь за ветки. В тот же миг на него посыпался мелкий белый снег, хитрый и коварный, стремящийся запорошить лицо, проникнуть за шиворот, засыпать глаза. Кое как отмахавшись, Серега продолжил восхождение, и логично закончив его в развилке, что образовывали толстые ветви, уселся поудобней и прислонил окуляры бинокля к лицу. Ворота как ворота, ничего интересного. Покрашены серой краской, по верху завитушки, будто на ограде в парке. За воротами будка охраны, только крыша виднеется.

Чуть дальше административное здание, горит свет в окнах. Вот вышел кто-то, фигурка такая мелкая, что подробностей не разобрать. Лишь на краткий миг прямоугольник дверного проема подсветился, появились очертания человеческой фигуры. Темнело быстро. Серега перевел оптику в режим ночного видения, как ему показывал сержант.

Мир окрасился в зеленый, очертания стали четче, и получилось кое-что рассмотреть. Рядом с гаражом стояла припаркованная машина, заваленная снегом так, что угадывались только очертания. Колес у автомобиля не было, и он стоял на каких-то подпорках, уныло выставив на всеобщее обозрение тормозные барабаны и диски. В лесу все слышно, особенно посторонние механические звуки. Отсутствующая звуковая загрязненность больших городов позволяет услышать шум двигателя автомобиля за многие километры. Шум этот Серега расслышал, но сначала не понял, откуда он идет. Повернувшись к дороге, ведущей к шоссе, он некоторое время высматривал источник беспокойства. Звук усилился, и Серега перевел оптику в другую сторону. Сердце заколотилось так, что стало нехорошо. Высвечивая белым пятном фары утрамбованный наст, к базе приближался снегоход.

Появился он из чащи, на приличной скорости, и ревя мотором вильнул, уходя к воротам базы. Серега спешно спустился вниз по стволу, повис на руках на последней ветке, разжал пальцы и ухнул в снег почти по пояс. Кое как выбравшись, он поспешил к лагерю, однако ему на встречу уже торопился сержант.

- Слышал, слышал. Прямо из леса. – Пояснил он. – Похоже, наш клиент.

Глава 26

Забрав у Сереги оптику, он устремил взгляд на открывающиеся ворота. Створки распахнулись, и ночной посетитель вкатил свое транспортное средство на территорию.

- Может просто припозднился?

- Вполне. – сержант не отрываясь следил за базой. – Охотник там, какой припозднился, но чую я что наш клиент. Надо бы проверить.

- И как?

- Завтра по следу пойдем. Осадков вроде не ожидается, ездит он наверняка не по целине. Это только в кино на снегоходах по чаще гоняют, а у него там, небось, тропа. Проверим.

- А если он издалека приехал?

- Ну, значит просто по лесу прогуляемся.

Утро в палатке, зимой, посреди леса, то еще испытание. Внутри конечно была печка. Назначенный дежурный вставал раз в час и подбрасывал туда веток. Хитрая система отведения дыма, уходила в прорезь в стенке, а жара ее хватало для того чтобы чувствовать минимальный комфорт. Ночевать пришлось в спальных мешках, но даже при всех этих обстоятельствах, Серега продрог до костей. Открыв глаза, он почувствовал аромат кофе и, выбравшись из своего спальника, надел куртку и поспешил наружу. Все уже встали, и теперь Марина готовила на костре завтрак и кофе. Делала она это удивительно виртуозно и одновременно. Выкопав в снегу подобие костровой чаши, она разожгла там костер. Успели за это время и коры принести, и сухих дров, и огонь пылал ярко и жарко, топя снег вокруг. На двух треногах, свесив блестящие новые котелки над пламенем, готовилось угощение. В одном ароматно парила каша, в другом просто кипятилась вода. При виде Сереги, Марина зачерпнула кружкой кипяток, протянула ему с пакетиком растворимого кофе.

- Пей, давай.

- Ага. – Сержант сидел тут же, почти в плотную к костру, неотрывно следя за тем, как языки пламени пляшут по древесине. Костер трещал, сыпал искрами, дарил тепло. Сержант зажал в ладонях кружку с парящим напитком, изредка прикладываясь к нему, и не в силах отвести взгляд. – Есть в этом что-то первобытное. – Произнес он, наконец. - Вода, дело отдельное. Каждому свое, но по мне так магия огня это самое сильное, что может сделать человек. Он вышел в космос, победил болезни, стал жить на сто, двести лет больше. Человек смог заселить другие планеты, менял климат, поворачивал реки вспять, но огонь, это тот пик, которого он достиг, и через него ему уже не перебраться.

- На философию тебя с утра потянуло. – Удивился Серега. Высыпав кофе, он размешал его сухой палочкой и отправил ее в костер. Огонь немного сопротивлялся, но накинулся на нее и принялся пожирать, урча жадно, будто голодный кот.

- Ночью еще два раза снегоход приезжал. – Сообщила Марина. – Один раз часа в два ночи, и уже под утро, когда светать начало.

- Проторенная тропинка. – Согласился сержант. – Ну, шансы наши, по идее, очень хорошие. Завтракаем, тушим костер, и в путь. Пойдем налегке. Если там нет предтеч, то вернемся, и свернем лагерь. Если они там найдутся, то палатка нам, скорее всего, уже не пригодится.

Если ты не умеешь ходить по лесу, то дело это опасное, особенно в зимний период. Перед выходом сержант заставил всех найти по длинной палке, с помощью которой предполагалось прощупывать маршрут. Множество веток на земле, гнилых колод, заваленных снегом, нор и канав, естественных капканов природы, спряталось под толстым белым покрывалом. Стоило поставить ногу не так, или не туда, и можно было получить вывих или растяжение. Травма пустяковая, дома пришел, помазал обезволивающим, обернул эластичным бинтом и вскоре недуг отступит. Но только не в лесу. Тут ни аптек нет, ни травмпункта, а до ближайшего жилья несколько километров пути по чащобе. Дорога вышла изнуряющей. Каждый метр преодолевался с трудом. Сержант наотрез отказался выходить на дорожку, по которой ночью сновал снегоход. Была высокая вероятность того, что попадется кто-то местный, возникнут вопросы, а с ними недалеко и до беды. Однако все кончается.

Марш привел к большой поляне, на которой расположился большой бревенчатый дом. Фасад со вторым светом, снегоуборочная машина, два вездехода. Забора тут отродясь не водилось, и вела сюда всего одна дорога, а вокруг, обступив лесной домик со всех сторон, естественным ограждением стали ели и колючий кустарник. Подойдя к домику на пару сотен метров, группа остановилась.

- Я в обход схожу. – Пояснил сержант. – Посмотрю, что тут и как устроено, а вы пока тут посидите. Ты, Серега, вообще по такой местности ходок плохой, а у Маринки никогда и задачи-то такой не стояло.

Серега не стал спорить, он просто тяжело опустился в снег, стянул с руки перчатку, покрытую толстой коркой льда и, приподняв шапку, вытер со лба пот. Интересно, мелькнуло у него в голове, как бы он себя чувствовал, коли ему не сделали тогда тот памятный укол? Устал бы еще больше? Выбился бы из сил на середине пути, или вовсе бы не дошел? Домик, надо сказать, впечатлял. Толстые черные бревна, каждое из них шириной в полметра, а то и больше. Толстые рамы, массивное крыльцо с резными перилами. При приближении стала заметна еще одна постройка, добротно сработанный дровяной сарай.

- Интересно, – Поинтересовалась Марина. – Где они электричество берут? Ну, положим, отапливаются-то они по старинке, но вон свет в окне, на втором этаже, очень даже яркий, а я ни линий электропередач не вижу, ни шума генератора не слышу.

Серега перевел взгляд на окно второго этажа, отметив про себя, что так и есть. Весь этаж был ярко освещен, однако в окнах с такого расстояния ничего нельзя было понять. Вот колыхнулась занавеска, плотная, темная. Но так может и показалось с усталости.

Захрустев снежным настом, сержант отправился на разведку и очень скоро скрылся среди стволов деревьев.

- Устала я, Сереж. – Поделилась Марина.

- Ничего, Мариш. – Серега встрепенулся. - Отдохнем, выспимся. Чую я, не много нам того пути осталось. Вот-вот что-то стоящее произойдет.

- Ты не понял. – Марина пожала плечами, но под свитером и толстой курткой жест этот получился каким-то смазанным. – Я вообще устала. Морально. Постоянно ждешь подвоха. За каждым углом может быть засада, в любой комнате может притаиться враг. Плен у предтеч, оттуда и выхода нет. Не существует в войне с ними Женевской конвенции. Потрут тебе память, а может чего хуже придумают. Я видела таких, что через мельничные жернова их системы проходили. Безвольные позитивные куклы, у которых нет ни прошло, ни будущего. Только пустой взгляд и ежесекундные потребности. Дышать, смотреть, щупать, иногда ходить в туалет. Упасть на уровень сознания аквариумной рыбки, вот что страшно, и от возможности такого устаешь еще больше.

Входная дверь вдруг распахнулась, и на пороге появился человек. Высокий, плечистый, с коротко стрижеными волосами. Обут в светлые уги, свитер с высоким горлом плотно облегает широкий торс, брюки с множеством карманов. Выйдя на мороз, он огляделся, расплылся в улыбке и махнул рукой над головой. И все бы хорошо, если бы не одно «но». Вокруг головы и торса мужчины, по самому контуру видимости струился бледно синий свет.

- Предтеч. – Ахнул Серега. Линзы, о которых приходилось заботиться, снимать каждый вечер, убирать в крохотную коробочку, прокапывать глаза специальным раствором, чтобы те не пострадали от долгого их ношения, вот они наконец сработали. – Самый настоящий предтеч, смотри, Марин.

- Ложись, дурак. – Маринка повалила Серегу в снег. – Что он там делает?

- Нам машет. – Почему-то зашептал парень.

- С чего ты взял?

- Не знаю.

- Может он кому другому машет.

- Да вам, вам.

Серега обернулся. Чуть поодаль стоял Федор. Зимняя куртка, теплая меховая шапка, толстые ватные штаны и зимние ботинки. Как он смог подойти незаметно, Серега так и не понял. В руках Федор держал импульсный автомат. Индикатор заряда на рукояти опасно светился, говоря о том, что оружие в боевом положении. Ствол импульсника зло уставился ему в грудь.

Захрустел снег вокруг, заволновались ветки на колючих кустах. Из чащи вышел человек, так же экипированный и вооруженный, за ним еще, и еще. Под конец Серегу и Марину окружило с десяток бойцов.

- А я-то думал. – Глумливо улыбнулся Федор. – Кто это на дереве около базы засел? Ну ты, Серега, и заставил меня побегать.

- Э-ге-гей. – Закричало существо на пороге дома. – Идите внутрь. У меня и чай поспел.

- Слышали, что босс велел? – Федор стал серьезен. – Встаем и топаем вперед. Будете чудить, либо я, либо люди мои, дырок в вас наделают. Поняли, парни, стрелять по готовности.

Парни в лыжных масках согласно закивали.

- Ну вот. – Марина улыбнулась и, поднявшись с земли, принялась отряхивать снег с одежды. – Все, как и планировалось, нашли мы Куратора.

Дом внутри Сереге понравился, и если бы не то обстоятельство, что жил в нем предтеч, а посетить его довелось под дулом автомата, убежище это лесное показалось ему уютным и удивительно комфортным. Стеклянные столики, парящие в воздухе кресла, высокие стеллажи с журналами и книгами, самыми обычными, бумажными. Такими, что и подержать приятно, и прочесть, наверное, будет любопытно. Интересно, а что любят читать предтечи? Наверное, детективы. Серега стряхнул с себя это наваждение.

- Раздевайтесь. Проходите в гостиную, к камину. – Предтеч улыбнулся. – Можете называть меня Куратор. Так будет проще.

Серега взглянул на этого странного человека с голубым ореолом. По-своему он был красив. Породистое лицо, очерченные скулы, ясные почти изумрудные глаза. Он не вызывал страха или отвращения, и шел вразрез с тем представлением о враге, которое Серега составил для себя. Для него все предтечи были омерзительны и опасны, и напоминали фрейма в виртуале, что хотел располосовать его на две ровные половины. Этот же оказался дружелюбен, и немного печален.

Позади что-то загрохотало. В прихожей появился злой и запыхавшийся сержант. Позади шли двое конвоиров.

- Ах, оставьте это оружие. Сегодня все мои гости.

- Шеф, я кофе налью? – Осторожно поинтересовался Федор.

- Да, Федя. – Предтеч подарил еще одну добрую улыбку. – И можете ехать назад. Со своей миссией вы блестяще справились. Конвой может тоже уйти по своим постам. У нас сегодня душевный разговор, и никакого негатива. Я настаиваю.

Подойдя к сержанту, Куратор протянул ему открытую ладонь.

- Отдай, пожалуйста.

И тут сержант поступил совершенно вразрез с тем, что мог представить Серега. Вместо того чтобы напасть на куратора, он просто отцепил с пояса единственное оставшееся оружие, импульсный хлыст, и вручил его врагу. Тот принял подношение, поднес к глазам.

- Интересная модификация. Усиленная батарея, лучше хват. Неплохо для полевой работы. – Обернувшись, он поймал удивленный взгляд Сереги, и вновь улыбнулся.

- Рад, наконец, познакомиться лично, Сергей, Марина, господин бывший командующий. Проходите, проходите, я вас настоятельно прошу.

Огромный камин занял большую часть стены. Жар он него шел сильный, но приятный и успокаивающий. Мягкий пушистый ковер покрывал пол, посреди комнаты стоял огромный письменный стол, на котором одиноко разместился ноутбук. Откуда-то из-под потолка доносилась тихая классическая музыка. Играла Жизель. Стены украшали несколько работ, в стиле реализма. Пейзажи, горные склоны, бурные реки. Толстые темные рамы удачно оттеняли краски на холсте, каждая из картин подсвечивалась крохотным маячком. Напротив, камина стояли четыре кресла, как будто специально принесенные сюда для такого случая. Чуть дальше располагался изящный тонконогий столик, на котором находился квадратный графин с чем-то янтарным, ведерко со льдом, и набор бокалов с толстым тяжелым дном.

Куратор опустился в кресло, потянулся за графином, и в бокал его упала пара кубиков льда. Жидкость, пахнущая сиренью и торфом, закрыла лед.

- Никто не хочет выпить? – Поинтересовался он рассеянно.

- Я что-то в толк не возьму. – Серега в растерянности опустился на соседнее кресло. Рядом послушно присела Марина, с краю разместился молчаливый сержант.

- Что, мой друг? – Куратор пригубил, поморщился и поставил стакан обратно на столик, рядом с импульсным хлыстом сержанта.

- Что происходит?

- А что бы ты хотел?

- Сергей. – Сержант выдохнул. – Все. Конец пути. Этот Куратор, он не обычный предтеч. Он из первых.

- Да вы чего. Нас же трое. – Опешил Серега. – Навалимся на него и открутим бошку. Его прихвостни и подоспеть не успеют.

- Браво, браво, мой друг. Какая самоотверженность. Какая смелость суждений! Какой боевой задор! – Куратор довольно захлопал в ладоши. – Но я вижу, Сергей, твои друзья тебе рассказали далеко не все.

- Того, что рассказали, достаточно. – Буркнул Серега, и скосил взгляд на импульсный хлыст.

- Отнюдь. – Куратор опять потянулся за стаканом. Длинные сильные пальцы сжали его стенки, он отхлебнул и провел языком по губам. – Двадцать четыре года выдержки. Северная Ирландия. Я бы на вашем месте попробовал. Но не это главное. Ну, подумай сам…

- Сережа, - встрепенулась Марина.

Куратор прижал палец к губам.

- Тише, девочка, тише. Придет еще время. Пока помолчи.

Марина будто подавилось словами. Без сил, откинувшись на спинку кресла, она закрыла глаза. По щеке ее побежала крохотная прозрачная слезинка.

- Командующий правильно сказал. Ты знаешь его как сержанта, но на деле он большой воинский чин. – Куратор провел пальцами по краю стакана. – А суть заключаться в том, что люди, то есть вы, ничего не можете мне сделать. Ну, попробуй, возьми хлыст. – Палец Куратора указала на оружие на столе. – Это мощный инструмент, у которого единственное предназначение, лишить жизни противника. Ну, попытайся. Я не буду тебе мешать.

Серега вытянул руку.

- Нет.

Слова эти ударили, будто набатом, прокатились эхом по помещению, проникли по слуховому проходу в голову.

- Нет.

Гром прогремел повторно, еще немного и появятся тучи, пойдет ливень, такой, что не остановить. Стихия, буйствуя, начнет сминать на своем пути.

- Нет. Я запрещаю.

Вот и молния. Яркая вспышка, разряд целит прямо в сердце. Дыхание перехватывает, сердце замирает в ужасе, готовое остановиться в любой момент.

- Полно те. – Куратор вновь рассмеялся. – Выдохни, Сергей. Все закончилось

Серега очнулся, поняв, что застыл в странной позе, чуть привстав с кресла. Рука, его занесенная над хлыстом, так его и не коснулась.

- Он первый предтеч. – Сухо произнес сержант, - тот, что запустился в челноке в ту проклятую и судьбоносную пору. Он абсолютный разум.

- Да абсолютный. Ничем не замутненный. Высшая форма жизни, не стесненная физиологией и чувствами. – Охотно пояснил человек с аурой. – Эта бренная оболочка, в которой я вынужден находиться, сродни скафандру или средству коммуникации. Я стар, Сергей, я помню, как рождались галактики, стал свидетелем зарождения множества разумных форм жизни. Я видел, как появлялись и исчезали целые солнечные системы, я взрастил своими руками десятки разумных планет-банков. Я стар, и я устал, Сергей. Мне скучно.

- И что будет теперь?

- Теперь послушай историю. Выслушай непредвзято, и ты, возможно, поменяешь свою точку зрения. Каждый человек, будь то Карн, или банк данных, всё-таки личность. У тебя есть право решать, умереть со всеми или встать на мою сторону. Однако сила за мной. Начнем.

Предтеч осушил свой стакан, поставил его на столик и, скрестив руки на груди, уставился в огонь.

- Много, очень много лет назад, тогда, когда о людях еще и не думали, мы пришли к своей цели, ступив на новую ступень эволюции. Тогда мы и нашли то, что вы называете краеугольным камнем. Это было понимание того, что ничто так не ценно, как знания. Жизнь уходит и приходит, меняются поколения, разрушаются планеты, исчезают целые государства с многовековой историей. Что они могут оставить? Правильно, знания. Но их надо где-то хранить. Мы, своего рода библиотекари этой реальности. Мы взяли на себя тяжкий крест сохранения наследия сущего, и так уж получилось, что люди оказались лучшим хранилищем для того, что мы называем дар. Мы понимали, что даже такая неразвитая личность как человек, уничтожающая среду своего обитания, загрязняющая собственно жилище, убивающая себе подобных, достойна компенсации за тот крохотный участок памяти, что мы у них попросим, и мы дали вам это.

Посмотри на меня, Сергей, посмотри внимательно. Я не монстр, не чудовище. Я просто устроен иначе. Ты видишь желание, я вижу потребность. Ты ощущаешь любовь, я понимаю это как слабость. Ты чувствуешь, я анализирую. Ты живешь, я храню. Нести дар, это великая благодать, но и большая ответственность, и все чего я хочу, это сохранить его и приумножить.

Глава 27

- Ты играешь, предтеч. – Выдавила Марина. – Видно было, насколько трудно ей давались эти слова. – Ты давно ведешь эту игру. Иначе не был бы так учтив.

- А девочка умна. – Куратор вновь расхохотался. Лед в его бокале заплясал, в уголках глаз у Куратора появились крохотные морщинки. Вытерев их тыльной стороной ладони, он дружелюбно сообщил. – Скука, бич вечности. Когда пыль на твоих сапогах старше, чем млечный путь, ты освоил и выучил совершенно все. Тебе нет равных в любой игре, и наступает скука. Она же, как вода по железу, для чистого разума. Она отупляет и разрушает. Часть из нас идут в теорию игр, воюют на передовой, курируют передвижения флотов и даже садятся за штурвалы истребителей. Часть уходит в дальний поиск, пытаясь достичь края вселенной, и принимая новые знания. Такие как я становятся Кураторами, но все равно, после десятой планеты предсказуемо. Страны развиваются по единому шаблону, восстания вспыхивают по указке, открываются новые дисциплины, все это не более чем повторение. И знаешь почему, Сергей?

Куратор оторвался от созерцания огня и с любопытством посмотрел на Серегу. Тот пожал плечами.

- Потому что вы, люди, безрассудны и глупы. Не цените того что у вас есть. Мы пытались дать добро и процветание, но получили восстание и конфликт. Мы направляли цивилизации к пику, но достигнув предела совершенства, они превращались в жалких вырожденцев. Мы создавали миры где все хорошо, и это заканчивалось очень и очень плохо для того пласта человечества. Сегодняшняя история — это четкий план, позволяющий людям развиться настолько, чтобы принять предтеч как спасителей, но не как заклятых врагов. Скоро вы сами придете к этой мысли, и вы, и те десятки планет, чьей жизнью я управлял. Вы сами попросите нас прийти, и мы придем. Зачем? То другой вопрос. Вы просто банки данных с манией саморазрушения.

- Ты углубляешься. – Прервал поток сознания Куратора Серега. – Ты говорил о скуке.

- О, скука. Она везде. Я вижу ее в каждой детали интерьера, в каждом изгибе решетки камина, в каждой статуе из дерева или камня что стоит в этом доме. И когда появляться шанс поразвлечься, я обязательно пользуюсь им. Вот взять вашу тройку. Вы провалили операцию, еще и не начав. Вы взорвали серверную, похитили Федора, бездарно слили данные с его ноутбука. Когда я понял, что вы хотите, а хотите вы мой корабль, я возликовал. Решив встретиться, я направлял вас, подкидывал варианты. Первым было письмо, электронное отправление, пустячок, в котором я указал точку. Я опасался, что подсказка будет слишком сложной, но вы справились. Я объявил всеобщую тревогу по планете, из-за чего вы отказались от отлета на собственном корабле, решив покуситься на мое имущество. Игра была тонкой, удивительно приятной, и в итоге, я одержал в ней победу. Бонусом стал ты, Сергей. Карн Дока.

Увидев шевеление, предтеч отмахнулся.

- Да, я все давно знаю. О том, что память Дока попала в мой огород, я узнал почти сразу. Стоило бы сообщить наверх, но это был шанс устроить интереснейшее приключение. Я следил, как вы садились на планету, как подбирались к конторе с виртуалом. Видел метание вашего подопечного, следил за передвижениями. Один раз все чуть было не сорвалось. Федор, отличный малый и усердный служака, перехватил тебя Сергей, и долго мариновал в виртуале, но знаний не хватило понять, что же попало к нему в руки. Я даже начал подумывать дать команду отпустить тебя, Сергей, но вы устроили диверсию. Это был праздник какой-то. Я ликовал. Я даже открыл бутылку своего коллекционного шампанского. Интересно, на что вы рассчитывали, когда решили посетить меня? На то, что сможете меня убить? Украдете корабль, когда я сплю? Нет, я решительно не готов об этом думать. Это настолько не вяжется со здравым смыслом, что просто может вызвать ошибку в мироздании.

Куратор наклонился к Сергею.

- Парень, а ты хочешь посмотреть на космический корабль?

Серега немного смутился. Он ожидал чего угодно в ходе пафосной речи предтеча. От немедленной казни, до расчленения стаканом из-под виски, но ему предложили экскурсию.

- От чего нет. – Серега пожал плечами. – Мне всегда было интересно что-то новое.

Куратор заговорщицки подмигнул.

- Федор!

- Да, босс?

Федор вошел в комнату. В одной руке у него была импульсная винтовка, другой он держал кружку с кофе.

- Составь нам компанию. Наши гости хотят посмотреть корабль.

Поднявшись с кресла Куратор подошел к внутренней стене, провел по ней ладонью, и часть ее отошла в сторону, открыв ступени, убегающие вниз.

- Корабль, да мы на нем стоим. – Расхохотался он. – Я построил на нем этот дом, отделал каждую комнату, долго выбирал мебель, покупал картины, рабочие проводили коммуникации, и даже электричество для своего жилища я беру от его реактора. Шутка же заключается в том, что, если мне понадобиться улететь, этот дом будет попросту разрушен.

Впереди шел куратор. С каждым его шагом по ступеням, на стене зажигалась подсветка, высвечивая еще с десяток пролетов вниз. Позади всех шел Федор. Отставив свой кофе, он держал на прицеле сержанта, замыкавшего строй узников. Миновав три лестничных пролета, предтеч остановился на круглой стальной платформе.

- Все в круг. – Радостно сообщил предтеч, и вдруг запел. – Встаньте дети, встаньте в круг, встаньте в круг, встаньте в круг. Я твой друг и ты мой друг, старый добрый друг.

И тут к Сереге пришло осознание. Ясность, будто гром среди ясного неба. Предтеч сошел с ума. Что послужило этому, навсегда осталось загадкой. Может быть, скука доконала высшее существо, приведя в негодность его разум. Может быть, долгие скитания между мирами повредили рассудок, а может быть он пришел к той точке невозврата, где чистый разум граничит с абсолютным безумием, перешагнул черту и даже не заметил случившегося.

Слова детской песенки заплясали эхом, отражаясь от стальной обшивки стен. Они были сейчас настолько не к месту, что по удивительной превратности судьбы, отразили психическое здоровье существа. Существуют ли лечебницы для предтеч? Наверняка Куратор не первый, кто повредился кукухой. Интересно, как бы выглядела запись в его карте. Куратор земли номер сто, временное помутнение рассудка, связанное с рутиной управления планетой? Серега вновь стряхнул странное наваждение, и шагнул на стальную платформу. Когда все разместились, по краю стали пошла яркая белая полоса, очертив правильную геометрическую фигуру, платформа вздрогнула и начала плавно опускаться.

Корабль оказался огромным. Эта махина размеров с несколько футбольных полей лежала в земле так давно, что на ней успели вырасти огромные ели, пройти русло реки, отложились десятки пластов почвы. Внутри же, глубоко под землей, притаился комплекс, реакторный отсек, рубка, медицинский кубрик с ванной для восстановления клонов и еще десятки и десятки помещений. Когда платформа, наконец, остановилась, предтеч шагнул в темноту и хлопнул в ладоши. Свет на стенах корабля начал зажигаться нехотя, однако с каждой секундой он становился все ярче и агрессивней, пока не озарил десяток расходящихся лучами коридоров.

- Добро пожаловать на мой корабль. – Улыбнулся сумасшедший. – Ветеран, множество планет я воспитал, прибыв на нем. Миллиарды световых лет мы прошли вместе.

Куратор почти нежно коснулся ладонью внутренней обшивки коридора. В словах его послышались сентиментальные нотки, тут же сменившееся скоморошьим задором.

- Перед вами корабль класса «Пионер». – Заголосил Куратор. – Сверхдальние перелеты ему по плечу так же, как ваше умение переходить улицу на зеленый свет. Челнок рассчитан на десять пассажиров, имеет активную броню десятого класса, для которой удар ваших крейсеров не более чем укус комара. Это один из лучших кораблей во вселенной. В галактике таких не больше десятка.

Предтеч оглядел собравшихся, любуясь результатом, но что-то в реакции слушателей ему не понравилось. Он раздраженно дернул плечами. Казалось, сейчас сверх разум упадет на спину и суча ногами заплачет.

- Уааа, уааа. Им не нравится мой кораблик!

Серега хмыкнул.

- Пока мы видим только кучу коридоров. Корабль ли это, подземный лабиринт, черт знает зачем построенный, или еще что, мне не понятно. Нет ли чего поинтересней?

- Есть! – Куратор схватил Серегу за рукав и поволок по одному из коридоров. – Реакторный отсек. В крохотном объеме реактора спрятана мощь тысячи ваших солнц. Если светило потухнет, то я еще сотни лет смогу освещать планету, просто врубив иллюминацию. Ну, пойдем же, живей.

Отпустив рукав, он заспешил прочь по коридору, стуча ногами по стальной обшивке пола. Серега последовал за ним. Вскоре коридор уперся в дверь, Куратор ударил по ней, и она отскочила прочь, открыв проход в помещение. Он все больше и больше становился похож на маленького ребенка, хвастающегося перед новыми знакомыми своими уникальными игрушками.

И вот пришло второе осознание. Куратор боится. Откуда пришла мысль? Может Сергей просто стал наблюдательней, и на подсознательном уровне начал замечать мелочи. Предтеч мнил себя высшим разумом, позиционируя себя как сверх сущность, которой чужды чувства и желания. Частая энергия, без примесей вроде любви и ненависти. Такое существо просто не должно ничего опасаться. Тут же другая схема. Живет в лесу, в глуши, вдалеке о цивилизации, на собственном корабле. В случае чего можно без проблем свалить с планеты, но это только теория. На практике он обложился охраной, и каждую секунду демонстрирует свое превосходство и неуязвимость. Зачем он это доказывает? Ну, сказал разок, что плевать ему на заговоры, и все, этого хватит. И только слабый будет постоянно выпячивать свои достоинства, кичиться ими, выставлять напоказ в ярко освещенной витрине тщеславия и хвастовства.

Серега шагнул внутрь реакторной. Посреди помещения возвышался цилиндр, мерно мигающий злобным красным светом. Верх и низ цилиндра были вдеты в колпаки из металла, и от каждой его стороны отходил толстый жгут проводов. Часть проводов исчезала в полу, а другая, распределяясь по кабель-каналам, будто ленивые черные змеи, прятались в потолок. В воздухе стоял странный запах жженой изоляции, такой как преследовал Серегу каждый раз, когда приближался виртуал.

Едва он переступил порог, как вспыхнувшая в затылке боль погасила сознание.

- Сережа, вставай. Ну, право слово, весь день проспишь. – Голос мамы звучал откуда-то с кухни. Слышался звон посуды, шум воды из-под крана. Мама что-то готовила, мурлыча себе под нос. Из кабинета отца тянуло крепким табачным дымом, доносился стук клавиатуры.

Серега сел на кровати, уставился на постер музыкальной группы, что повесил на стенку еще в старшем классе, затряс головой.

- Мам!

- Что, Сережа, я не слышу. Вода течет.

Встав, Серега в недоумении огляделся. Вот его компьютерный стол со стареньким ПК. Пластиковый корпус под столом, на столе же монитор, клавиатура, россыпью диски с играми. Вон шкаф, забитый одеждой, нужной и не нужной. Пройдя босиком по паркету, Серега распахнул дверцу, выудил джинсы и футболку, а затем поспешил на кухню. Там уже был готов завтрак, бутерброды, большой стакан сока. Мама что-то кашеварила, содержимое кастрюльки на плите приходилось постоянно помешивать. И не отойти ведь ни на минуту. Либо подгорит, либо убежит.

- Мам.

- Ну что?

- Мне странный сон приснился.

- Ох, ты. Тебе снятся сны? - Мама мелодично рассмеялась, убрала за ухо выбившуюся прядь. – И давно это у тебя?

- Нет, ты не понимаешь.

- Да куда уж мне.

- Мама, пока я спал, никто не звонил?

- Владя звонил. Потом Федор.

Сознание тревожно затрепыхалось, подсказывая, что что-то тут не так, но все было настолько мирно и спокойно, что парень постарался не обращать на это внимание.

- Что хотели?

- Да Владя трубку сразу повесил. Федор, такой суровый, представился. Говорит, что ты диск какой-то взял, и он очень нужен. По медицине кажется.

- Какой медицине?

- Ну, диск по доку. Док — это же доктор? Я правильно понимаю?

Сознание взвыло и попыталось прорваться на первый план, и у него почти получилось. Серега вдруг понял, что все, что творится вокруг, это чистой воды иллюзия. Ну, какие родители, какие бутерброды с напитками? Это он привык так питаться. Мама никогда не позволяла ему питаться всухомятку. Отец, вечно суровый, лезущий не в свое дело, порой просто невыносимый, даже не вышел. Это его представление, а не реальные дела. Родитель, который не испытывает потребности гипер-опеки.

И кто ему мог звонить? Владя? Федор? Владя мертв. Федор же его по голове и приложил. Мама никогда не отвечает на чужие звонки, пусть даже твой телефон раскалился до красна. От обычного проводного телефона лет пять как отказались, а трубка, его трубка. Серега оглянулся. Вот же она, на столе, рядом с тарелкой. Это Куратор, сукин сын. Но не так уж он и крут. Он черпает то, что лежит на поверхности, ему не добраться до сути вещей. Слабоват ты, парень, для сверх существа. Так и я могу.

Серега моргнул, открыл глаза и уставился в мутную пустоту. Во рту что-то было, вроде трубки для дыхания. Схватив за нее руками, он потянул, стало чертовски больно. Ну не приклеена же она. Рванув он вытащил из горла едва ли не полметра гибкого пластикового шланга, рванул вверх и уцепился за жесткий край стальной ванны, такой же, наполненный прозрачным желе, как та, что была в серверной. Взвыла автоматика, замигали лампочки, кто-то распахнул дверь.

- Тварь. – Просипел Серега. – Тварь ты, а не сверх разум. Зарвавшийся электрод. Потный эффект Доплера.

Почувствовав, как его хватают за шиворот и тянут из желе, Серега даже не сопротивлялся. В конце концов он все равно собирался выбраться оттуда, так почему бы сейчас не получить, хоть и странную, но помощь.

- Поставь его на ноги, Федор.

- Слушаюсь, босс.

Серега встал, ощутив, как в затылок ему уткнулось что-то твердое и холодное.

- Правильно понимаешь. Винтарь. – Сообщил Федор, зло выплевывая слова.

- Спокойно, спокойно. – Добродушная улыбка не сходила с лица куратора. – Ну не получилось. Попробуем еще. Чуть погодя. Знаешь Федя, что открывает все ментальные барьеры?

- Что, босс?

- Страх. У людей всегда так. Надо просто узнать, чего наш Сергей боится больше всего, после чего подключить к виртуалу, и понять, что же такого затеял покойный Док. Этот человечек в свое время причинил нам немало хлопот.

- Так может родителей его грохнуть? – Предложил Федор. Куда только девался его городской лоск, манеры интеллектуала и вождя. В присутствии куратора он, чувствуя силу хозяина, мгновенно деградировал в маленькую лающую шавку.

У Сереги стало холодно под сердцем. Он взглянул на Федора и этот, полной ненависти взгляд уловил предтеч.

- Ты посмотри, Федя. – Улыбнулся он. – Наш гость хочет тебя убить.

- Да просто бычит соплляк. – Федор усмехнулся, но отошел на шаг назад, выставив перед собой ствол плазменного автомата.

- Да нет. – Куратор прищурился, облокотившись на стальную стенку, пояснил. – Я такой взгляд помню. Он был у каждого из членов экипажа корабля повстанцев, того самого, первого, на захват которого мы пошли. Они тогда еще не знали, что высшие предтечи могут контролировать их разум, а мы, разуметься и не говорили. Они думали, что идут на абордаж, пристыковались к нам, начали срезать дверь шлюза. Они ведь почти праздновали победу. И не мудрено. Наш грузовой корабль, в качестве приманки. На нем я и два моих товарища. И никакой охраны, никакого бортового вооружения. Чудная вышла ловушка. Ну, так вот. Когда мы их казнили, у них у всех был вот такой же взгляд.

Куда только подевалась детская непосредственность. Перед Серегой стоял все тот же сумасшедший предтеч. Но теперь он из избалованного ребенка превратился в хищного зверя, готового в любой момент вцепиться тебе в горло.

- Где остальные?

- Как и приказали, босс. Наверху. Связаны по всем правилам. Я вашу науку помню.

- Их кто-нибудь охраняет?

- Обижаете, босс. Четверых выставил.

Глава 28

- Ну и славно. Поднимаемся.

Дошли до круглой платформы, снова началось движение, потом бесконечные ступени лестницы, одна за одной, каждая, будто отдельный подъем на голгофу. Что удивительно, Серега чувствовал себя хорошо, и с каждым шагом его самочувствие только поправлялось. В голове прояснилось, как будто в накуренной комнате кто-то распахнул окно. Все стало предельно четко и понятно. Убивать его пока не будут. Он еще нужен Куратору. Зачем? Любопытство. Интересно ему, небось, узнать, что разведал Док. Что же будет теперь? Наверху сержант и Марина. Это хорошо и плохо одновременно. Хорошо тем, что они все еще живы. Плохо тем, что не на чай они идут. Четверо охраны, еще Федор, всего пятеро. Даже если убрать эффект первого предтеча, то шансов нет. Все они, небось, хорошо тренированные бойцы, едят свой хлеб не зря и постоянно посещают тренажерный зал. Пусть даже сержант вколол бы ему всех наноботов предназначенных для третьего космического флота, и стал бы он суперчеловеком, все равно числом задавят.

Дверь распахнулась, и Серега ступил в комнату. Посреди нее, на стульях, сидели Марина и сержант, связанные по рукам и ногам, они только и могли, что мотать головой.

- Аааа, потрох вонючий. – Обрадовался сержант при виде вошедших. – Думал справишься с Серегой? Вот хрена тебе лысого на половину морды.

- Не пойму я вас, штурмовиков. – Усмехнулся Куратор. – Выражаетесь, будто флотские. Ну где ваши манеры, командующий? Вы же цвет вооруженных сил?

- А на тебя, крыса цифровая, мне манеры тратить не досуг. – Парировал сержант. – Я бы твою бошку руками взял, да раздавил как грецкий орех.

- Бла, бла, бла. Всех убью, один останусь. Повторяетесь, командующий. – В глазах Куратора блеснул озорной огонек. – Нарываетесь ведь. Первым на тот свет хотите?

Повернувшись к Федору, он произнес.

- Видишь, Федя, каков страх нашего командующего?

- И какой? – Федор глупел прямо на глазах. Казалось, уровень его интеллекта напрямую зависел от кровожадности руководства.

- Видеть, как гибнут твои подчиненные.

- Ах ты… - сержант набрал в рот побольше слюны, в тщетной попытке плюнуть в лицо Куратора. При всем желании и богатом опыте, случился недолет.

- Я в следующий раз поближе встану. Вам, командующий, попроще будет. – Сообщил предтеч. - Но вернемся к нашим баранам. Вот, Сергей, перед вами два человека. Боевой товарищ, который не раз прикрывал вам спину, спасал от неминуемой гибели и всегда готов был подставить плечо. Он на одной чаше весов. На другой разместилась эта миловидная особа, к которой, судя по вашему учащенному пульсы и расширенным зрачкам, вы испытываете нежные чувства, в простонародьях называемые любовь.

- Да какая любовь. – Взвыла Марина. – Так, переспали пару раз. Чистая физиология.

- Ай, яй, яй. – Куратор заложил руки за спину и принялся прохаживаться по комнате от стены к стене. – Нехорошо врать, юная леди. Особенно старшим, а я старше вас настолько, что четко вижу ложь. Еще у моего клона удивительные слух и зрение. Я примечаю любую деталь, слышу малейший шорох. Когда вы испытываете чувства, по изменению пульса и реакции зрачка, я могу назвать какое. Вот недавно наш Сергей хотел убить Федора. Он и сейчас хочет, но теперь он увидел тебя. Он любит, Марина. Он сильно тебя любит. Так, наверное, как никогда и никого не любил.

Куратор остановился, поднял со столика импульсный хлыст, и взвесил его на ладони. На лице его отразилась усмешка, шагнув к Сергею, он протянул ему оружие.

- Возьми.

Сергей послушно принял хлыст.

- Э, парень. Нет. – Куратор погрозил пальцем. – Нельзя, запрещаю.

Мышцы будто сковало параличом. Вон в руке у него, у Сереги, оружие способное в один мах перерубить эту мерзость, закончить их страдания, но он попросту не может нажать на кнопку. Умом он понимает, вот он, запуск, маленькая, круглая, красная. Стоит ее надавить, и из генератора с торца вырвется контролируемый импульс, движение и они свободны. Но это только умом. На деле хлыст бесполезен, так же, как и он сам.

В голове что-то зашевелилось, где-то на границе подсознания. Корректно закашляло, как человек, что ненавязчиво хочет обратить внимание на себя. Ощущение тут же прошло.

- Я дал тебе оружие, Сергей, и это неспроста. Я хочу показать, насколько вы, люди, хрупки, жалки и беспомощны. Вы для меня как тараканы. Вас много, вы надоедливы и грязны. Вы заполняете собой все свободное пространство. Но общество ваше так же хрупко, как и сознание. Стоит внести небольшой диссонанс, и оно зашатается, и рухнет, разбившись на сотни, а то и тысячи мелких кусков.

Куратор потер ладонь об ладонь, будто в предвкушении. Самый обычный человеческий жест.

Что-то внутри сознания вновь заволновалось, попыталось освободиться от пут. Почти видимая рука протянулась вперед, коснулась памяти Сергея. Вспышка. Черный космос, безбрежное пространство за бортом. Там нет ни границ, ни заборов. Там вакуум, радиация, среда смертельная и в то же время благодатная для человека.

- Я буду ее убивать. – Гремел куратор. – На твоих глазах. Ты же, обладая возможностью спасти ее и себя, просто не реализуешь ее. И знаешь почему?

Куратор некоторое время ждал ответа, но он так и не пришел. Это его не смутило. Казалось, он любовался звуком собственного голоса, упивался собственной вседозволенностью и превосходством. Да, он боялся, но страх его перерос в злобу и уничтожение. Последнюю ступень эволюции высшего разума.

- Я буду убивать ее, потому что ты слаб. Ничтожен. Ты как таракан, над которым я занес подошву своего ботинка. В любой момент ты можешь умереть, но сначала увидишь, как умрет она.

Развернувшись к Марине, предтеч направил на нее указательный палец.

- Не дыши.

Космос, люди, лица. Глухие удары по переборке корабля. Они нарастают, становятся все ясней, отчетливей. Перед взором появляется толстый стальной лист, на нем уже видны следы повреждений, выпуклости от ударов. Раз, другой, третий. Удары становятся чаще.

- Борись!

Кто это? Откуда приходит голос? Что это за корабль и преграда?

- Борись! Ты сможешь. Предтечи такие же люди. Они не властны над нами, последующими. Мы просто их копии, в биологической оболочке.

Сила удара уже устрашающая. Сталь гнется будто пластилин. Еще немного и материал, не выдержав, подастся упорству и злобе с той стороны.

Борись. Это уже не голос. Это уже пульс внутри головы. Кровь приливает, становиться душно, невыносимо.

Марина начала хватать ртом воздух. Во взгляде ее появилось недоумение, оно сменилось страхом и отчаянием. Сержант дернулся в своем кресле, но стоящий за ним Федор, ударил его по затылку прикладом, и командующий обмяк, повиснув на своих путах.

- Сначала ей не будет доставать воздуха. – Охотно пояснил Куратор. – Содержание кислорода в крови начнет снижаться. Падать в процентном соотношении, девяносто, восемьдесят, шестьдесят… Углекислота начнет заполнять кровь и ткани. Мозгу нужен кислород, но сердце будет гнать по венам углекислоту, и организму скоро придет конец. У нее не больше минуты, Сергей, смотри. Это будущее всех, кто решит встать против своих хозяев.

Стальная перегородка развалилась пополам. В голове возник шторм, грянул гром, молнии засверкали опасным радужным частоколом, кучно ложась в одну точку. Сергей вздохнул, на мгновение закрыл глаза. От усилия завыли мышцы, взвизгнули в натуге сухожилия, затрещали кости. Палец уперся в кнопку на рукояти.

Глумливая улыбка стерлась с лица Куратора. Он в ужасе попятился, прикрывая лицо дрожащими руками. Страх его, наконец, выбрался наружу.

- Ты…- Захрипел он. – Кто ты?

Сергей чуть развернулся, вдавил кнопку и взмахнул рукой, наводя импульсный поток.

Труп куратора лежал на полу. Руки его так и застыли в жесте, призванном защитить, отгородить от внезапной опасности, а на лице застыла посмертная маска ужаса и удивления. Часть черепа мучителя снесло кончиком хлыста. Оружие едва задело его, но человеческое тело хрупко. Предтеч рухнул на пол, и отпустило. Стало вдруг на удивление легко, будто после дальнего похода снял со спины опостылевший за многие десятки километров, такой тяжелый и неудобный рюкзак.

Федор даже не стал стрелять. Куда-то подевалась бравада и наглость. Его чувство превосходства ушло после смерти хозяина. Уставившись в ужасе на Сергея, он попятился, позабыв, что сжимает в руках импульсный автомат, одна очередь из которого могла унести жизнь противника. Путаясь в собственных ногах, он забормотал что-то невнятное. Отпечаток непонимания и страха застыл на его лице. И вот сейчас бы добить эту тварь, выкорчевать сорняк, чтобы хуже не было, но не до него.

Серега бросился к Марине, заглянул в глаза, прижался ухом к груди. Она дышала. Слава богу. Похоже, просто без сознания, но уже вдыхает свободно. Она не подвластна мертвецу. Пальцы разорвали веревки, как будто они были сплетены из картона. Подхватив любимую на руки, он опустил ее на мягкий ковер, и тут пришло осознание того, что Серега совершенно ничего не знает о первой помощи при асфиксии.

- Серега, развяжи. – Сержант очнулся и с удивлением уставился на труп остывающего врага. Кровь заполнила часть пространства вокруг пробитого черепа Куратора, создав странный рисунок в виде нимба.

Сергей бросился на помощь другу. Сорвал путы, тот охнув, схватился за голову и тяжело поднялся.

- Мертв?

- Да.

- Кто его так?

- Да я, не поверишь.

- Ты прав. Не поверю. – Сержант присел рядом с Мариной, пощупал пульс. – Жива.

- Что делать будем?

- Псы предтечевы где?

Серега пожал плечами.

- Федор сбежал.

- Их с десяток тут. Все вооружены. Меня так четверо брали. Сколько их в округе, не известно.

- Надо искать оружие.

- Ага, оно так и валяется.

Марина открыла глаза, уставилась в потолок затуманенным взором. Серега сел рядом и взял ее за руку. Ему сейчас было плевать совершенно на все. На опасность, на солдат за окном, что окружали дом, на возможность умереть тут. Главное, чтобы она, Марина, осталась жива.

- Марина. – Сергей коснулся щеки Марины. – Ничего не бойся.

Она улыбнулась. Произнесла слабым голосом.

- Сережа.

- Да.

- Я видела странную вещь.

- Какую, Мариш.

- За миг до того, как я отключилось. Ты пылал?

- В смысле? – Опешил Серега.

- Я видела твою ауру. – Произнесла она. Голос ее слабый, чуть с хрипотцой едва донес слова. – Ты пылал, будто тысячи солнц. Не так как предтечи. Те светятся слабо, через силу, будто тлеют. Ты же сверкал.

- А теперь? – Опешил от такой откровенности Серега. – Теперь свечусь?

- Теперь нет. Все прошло.

- Показалось, может? Воздуха тебе там не хватало. Мало ли.

- Может

- Подвинься.

Сержант отстранил Серегу, засучил у Марины рукав. Открыл крохотную коробочку. В ней обнаружился миниатюрный шприц с прозрачной жидкостью.

- Это откуда?

- В ящике стола. Покойничек наш за здоровьем следил. Клон штука не надежная. Особенно если его носить будто тряпку. Куратор наш в прекрасной форме, и неспроста.

- А что там?

- Восстанавливающая сыворотка. Да не бойся ты.

Сержант нащупал на руке Марины вену, всадил тонкую иголку и ввел лекарство. За окном вдруг загрохотало.

- Повстанцы, выходите с поднятыми руками. Мы гарантируем вам жизнь. У нас есть приказ, уничтожить вас в случае сопротивления. В доме нет оружия, продовольствия. Через минуту мы отключим электроэнергию.

- Ну да, ну да. – Сержант подошел к внешней стене, заглянул в окно и тут же спрятался назад.

- Что там?

- Да сиди. – Сержант замаха руками. – Тебя с пола не видно. Там точно человек десять, все с импульсниками. Домик этот раскачают в два счета. Эх, мне бы хоть одну ружбайку, я бы шороху у них навел.

- Ребята, у нас же корабль под ногами. – Напомнил Серега.

- А толку. – Марина приподнялась на локтях. Чувствовала она себя, после волшебного укола, куда как лучше. Даже тональность начала восстанавливаться, исчезла пугающая хрипота. – Корабль не мопед. Если он в долгой консервации был, то вводить его в эксплуатацию надо часов семь кряду. Разогревать реактор, запустить проверку всех систем. Наверняка что-то вышло из строя от сырости, старости и еще миллионов причин. На корабле же, Сережа, важно все. Каждая гребаная заклепка может привести к нарушению целостности корпуса, каждый проржавевший вентиль грозит выходом из строя системы жизнеобеспечения. Нет, корабль нам сейчас совершенно бесполезен. Разве что спрятаться там можем, да и то, на время, пока они подачу воздуха не рубанут.

За окном вдруг завыло, загрохотало. Послышался вой и мат раненых. Грохнуло так, что здание затряслось, зазвенели жалобно окна в рамах, мигнул и потух свет.

- Как-то они радикально электричество вырубают? – С опаской покосившись на появившуюся на потолке трещину, сообщил Серега. – Можно же было просто пробки вывинтить.

- Да не. – Сержант вновь оказался у окна.

- Они там воюют, в другую сторону.

- Интересно, с кем?

Серега прильнул к окну, без опаски получить шальной разряд промеж глаз. Он спешил увидеть настоящий импульсный бой. Бойцы Федора пятились, ползли по снегу, вжимались в землю, стараясь уйти от огня, а тот велся весьма умело. Четыре бойца, почти сливаясь с местность, в своих белых маскхалатах, вели огонь по черным силуэтам противника. Подавляющее большинство в живой силе они компенсировали тактикой и кучностью стрельбы, не позволяя прихвостням предтечей и головы поднять. В воздух взметались столбы пара, импульсные разряды плавили снег, выжигали чахлую траву под белым настом. Длинные обледенелые следы расчертили поляну перед домом, превращая ее в причудливое полотно в стиле примитивизма.

Раз, и человек в черном уткнулся лицом в снег, застыл неподвижно. Винтовка выпала из его ослабших пальцев и теперь валялась рядом, бесполезным куском стали и пластика. Нежданная подмога дожимала пятившихся. Двигались они удивительно быстро, очередь, перемещение, еще очередь, снова меняют позицию. Ошалевшие от сумасшедшего напора бойцы в черном, стреляли по кустам, деревьям, насыпям, попросту расходуя боекомплект.

- Иди ка ты. Это ж штурмовая группа в наступлении. – Поделился сержант. – Быть того не может? Смотри, Серега, сейчас они будут обстреливать края, делать так, чтобы кучность у противника повысилась, потом начнут проряжать. – На уставшем лице сержанта появилась улыбка.

Серега обернулся, кивнул Марине.

- Нас кто-то спасает. – Сообщил он.

- Вот не уверена. – Марина встала. Подошла, остановилась рядом и осторожно выглянула на улицу. – У них может и свой резон есть. Я на него ставлю.

- Да я тоже. – Согласился сержант. – Они вон как работают, любо дорого посмотреть.

Снова зашумел мегафон, на этот раз голос принадлежал не Федору, а кому-то ну очень знакомому. Серега мог поклясться, что слышал этот тембр раньше, но разуметься при других обстоятельствах.

Бой был скоротечный. Очень скоро огонь со стороны дома прекратился. От группы Федора осталось трое. Выжил ли он, или сейчас остывал на земле, из окна было не видно. Четверка неспешно поднялась, бойцы двинулись вперед. Группа разделилась, двое двинулись в обход дома, оставшиеся начали разоружать и вязать живых, и проверять на соответствия статуса мертвых. Заняло это тоже не особо много времени. Солдаты в белом шли по полю и стреляли в голову лежавшим. Мертвый ты или только ранен, о Женевской конвенции они тоже не слышали.

В дверь внезапно постучали.

- Я открою. – Буднично произнесла Марина и вышла прочь из комнаты. Послышался шум отпираемого засова. Видимо Федя, при бегстве, успел запереть дверь своим ключом. Послышался удивленный возглас, потом смех. Человек в белом прошел в комнату, подсел к камину и стянул с лица очки и балаклаву.

Глава 29

- Еле вас нашли. – Сообщил он. – Сначала на север маяк повел, так там заплутали. Слава создателю, услышали, как корабль из расконсервации уходит. У них тут тварей, глушилок понаставлено, наши маяки дохнут.

Серега стоял, разинув рот, и не мог поверить своим глазам. Перед ним, положив на колени импульсный автомат, протянув озябшие руки к огню сидел никто иной, как Игорь.

- Вам, наверное, надо кое-что пояснить. – Игорь щурился, глядя на огонь.

- Так, выпить надо. – Сержант подошел к столику с графином, налил полный стакан, безо льда и опрокинул его себе в рот. На свободное кресло присела Марина. Болезненно морщась, она прислушивалась к своим ощущениям. Лекарство помогало, но воздействие остывающего на полу предтеча, не прошло даром. Снова кто-то зашевелился в прихожей. В комнату прогрохотал еще один в белом масхалате. Сдернув маску, он заявил.

- Я их спать уложил. Трое в целости. Один легкий трехсотый. У остальных пустяковая контузия.

- Хорошо, Антон.

Рыжий водитель подмигнул Сереге и скрылся в коридоре.

- Сейчас наших позову. – Донеслось с порога.

- Итак. – Игорь скосил глаза на мертвое тело на полу. – Вы каким-то образом отправили на тот свет первого предтеча. Как уж у вас это вышло, я даже не представляю. Могу только поздравить с тем, что живы остались.

- Дочка, что такая бледная. – Сняв капюшон, рядом с Мариной встал Михалыч. – Та подняла на него удивленные глаза. Вслед за рыжим водилой в комнату вошел Гном. Поставив на пол тяжелый импульсный пулемет, он повертел головой.

- Наливают?

- Наливают. Старый вискарь, редкий. Куратор для особых случаев берег. – Сообщил сержант, наливая Гному. Тот подошел, потянул носом и, пригубив, крякнул.

- Эх, ключница…

- С моей командой вы знакомы. – Произнес Игорь. – Михалыч, мой бортинженер. Антон пилот, Гном стрелок, и надо сказать весьма достойный. Я же в последние десять лет возглавляю резидентуру на этой планете.

История Игоря была такова. Он был охотник. Он выжидал, следил, собирал информацию по крохам, и все ради того, чтобы вплотную подобраться к предтече Куратору. Его интересовала любая информация, слухи, сказки, легенды. Посадив корабль на дно озера, группа рассредоточилась по стране, ушла в глубокую конспирацию, однако каждый ее член следил за обстановкой, изучая любую возможную аномалию, участвуя в экспедициях в странные и загадочные места.

- Нам пришлось поднапрячься. – Улыбнулся Игорь. – Не раскрыть сеть, и одновременно вступить в игру.

- А почему вы себя не обозначили? – Поинтересовался Серега.

Игорь взглянул на него удивленно, будто бы, не поняв сути вопроса. Снисходительно ответил.

- Задачи, парень. У каждого они разные. У вас своя, у нас своя. Если бы мы начали вмешиваться, то наша миссия могла бы провалиться.

- Но как ты оказался сразу в двух местах? Как вы вообще были рядом?

- Это было сложно. – Игорь усмехнулся. – Особенно мне. Я не буду раскрывать все профессиональные тайны. Но вспомните моего дурачка. Как вам? Натурально?

- У меня вообще сомнений не возникало. – Произнесла Марина. – Тогда, когда ты на своем велосипеде около дачи ездил, все было максимально достоверно.

- И правильно. – Согласился Игорь. – Городской дурачок, фигура заметная. Все его знают. Пришлось вводить сразу двух клонов, менять некоторые факты биографии, записи о рождении и прочее. Архи сложно. С Михалычем тоже чуть промашка не вышла.

- Ага. – Усмехнулся старик. – В последний момент пришлось подменить хозяина. Дали ему денег и уволокли чуть ли не силком.

- Ну, с Гномом и Антоном понятно. – Произнес Сергей. – Но как вы вообще решили нас сопровождать?

- Я следил за Федором. – Пояснил Игорь. – Я в тот момент был полностью уверен в том, что он лично знаком и поддерживает связь с Куратором. Вот только не знал, где он. Когда я понял, что куратор сам приглашает вас в гости, подкидывает письма, указывая почти точные свои координаты, я начал действовать. Вывел своих бойцов из подполья, мы начали готовиться к операции.

- Чтобы убить предтеча? – Поинтересовался Серега.

- Зачем? – Удивился Игорь. – Он же опасен, как белая акула с похмела. – Нет, нам нужен был его корабль. Корабль первого, Куратора. Вы знали, у них есть маленький секрет. Кураторы настолько переполнены пониманием эволюции подотчетной планеты, что их настоящие знания, воспоминания о прошлом, они сгружают в банк данных корабля. Вы понимаете, что это может значить?

Серега пожал плечами, а вот Марина и сержант оживились.

- Мы можем узнать, откуда они? – Произнесла девушка.

- А можем и не узнать. – Игорь вдохнул и откинулся на спинку кресла. – Попробовать стоило. Тебя не удивляло, что мы никогда не брали предтеч в плен. Ну, вот ни разу за несколько столетий? Они неизменно гибли, отправляя данные в систему, не позволяя взять свои клоны-носители. Посмотри на этого мертвеца под ногами. Ты думаешь, он умер именно так, просто потому что так получилось? Предтечи действительно цивилизация развитая. Они вроде муравейника, все работают на общее благо, на одну идею. Если что-то может угрожать ей, то предтеч предпочтет умереть, или экстренно переправить свою личность по плохому каналу с кривым фреймом, лишь бы не дать противнику шанс узнать их самую страшную тайну.

- А в чем та тайна? – Поинтересовался Серега.

- Да ка бы знать. – Игорь добродушно рассмеялся. Поднявшись, он повертел головой. – Тут же два этажа?

- Ну да. – Кивнул сержант. Пережитое дало о себе знать, и он от стресса и нагрузок, захмелел уже с первого бокала. Рядом пристроился Гном, довольно смакуя дорогой алкоголь.

- Это хорошо. Так, все разошлись. Ищем банки данных. – Начал отдавать распоряжения Игорь. - Наши подопечные пусть отдыхают, им крепко досталось. Антон, прочеши первый этаж. Михалыч, проверь пленных. Гном, спустись в корабль и посмотри степень расконсервации.

- А ты что будешь делать? – Поинтересовался Серега.

Игорь вдруг смутился. На щеках его выступил багровый румянец.

- Обычно, - пояснил он. – Мне после огневого контакта ужасно хочется сладкого.

Марина и Сергей стояли на втором этаже, в большом зале. Высота потоков метра четыре, все в звукоизоляции, под потолком странные полусферы, призванные то ли уловить звук, то ли наоборот гасить звуковую волну. Зал пустовал, и только изящный белый рояль, с открытой крышкой, посреди помещения, хоть как-то разбавлял черную обивку стен. Открытое окно запустило внутрь ветер, и тот, холодный и озорной, раскидал по полу листки какой-то партитуры. Марина стояла у окна, смотря на изуродованную боем поляну. По ней расхаживал Михалыч, рачительно подбирая исправное оружие и оставшийся боекомплект. Увидев в окне парочку, он помахал им рукой, и Серега помахал в ответ.

- Слышишь? – Улыбнулась девушка. – Корабль оживает.

Серега прислушался, но ничего кроме завывания ветра в кронах, хруста снега под ногами Михалыча и собственного дыхания различить не получилось.

- Не, не слышу.

- Ты неправильно слушаешь. Надо не ушами. Вот так.

Марина сняла руку Сереги со своей талии, приложила ее ладонью к стене. В тот же миг парень ощутил странную монотонную вибрацию. Это не было что-то механическое. Вибрация то затихала на мгновение, то нарастала, будто где-то в глубине просыпался спящий исполин, ворочался с боку на бок, прогонял дрему.

- Гном реактор греет. – Пояснила Марина. – Запустит его, и корабль начнет диагностику. Наши суда калька с их. Там ему все знакомо, так что справится быстро.

- И сколько это, быстро?

- Часов шесть.

Стояли молча, наблюдая как солнце начало красться к горизонту. Длинные темные облака, чуть подсвеченные красным, расступились, даря прекрасный вид на такой трудный, но уже уходящий день. Молчание вновь прервал Сергей.

- Что теперь будет, Марин?

- Надо лететь, Сережа. – Девушка зябко поежилась, но даже не подумала закрыть окно. – Один предтеч ушел, придет другой. Оборона планеты временно ослепла. В тебе все еще живут знания Дока, и мы должны их оттуда раздобыть. Поможешь?

- Помогу. – Серега пожал плечами. – Как не помочь. Но я не то имел в виду. Что теперь будет с нами?

Марина на секунду замолчала.

- Война. Кто знает, что будет завтра.

- И потому это не терпит отлагательств. Ты выйдешь за меня?

Марина мелодично рассмеялась.

- А как же ухаживать? А как же встать на колено? Да и потом, где мое кольцо?

- Марин, я тут твоим рыцарем работаю. – Напомнил Серега. – Дракона зарубил, замок подарил. Кольцо как-нибудь потом раздобуду? Ну, так что?

- А что бы ты хотел услышать?

- Не юли. Маришка!

Михалыч вытер пот со лба, ухнул.

- Чертова борода. Сбрить бы ее к едрене фене. Так заколебала, что сил нету.

Подняв глаза, он охнул, покачал головой.

- Эх, молодежь. – Произнес он смущенно и, отведя взгляд, перекинув через плечо трофейные стволы, медленно побрел к дому.