Леди и драгхар

Глава 1

— Вивьен, куда только смотрел ваш отец? Земля ему пухом! Двадцать пять лет — и не замужем.

Мы только похоронили отца после трагического падения с лошади, как двоюродный дядя взялся за нас всерьез. Начал, разумеется, с меня, как со старшей из четырех сестер Лэйн. Сидя в папином любимом кресле в кабинете нашего фамильного дома, он вел себя по-хозяйски. Как же — четыре леди остались без мужской защиты, да еще не замужем. Непорядок!

Правда, мы с сестрами подозревали, что его гложет не наш свободный статус, а огромное наследство, к которому он не знает, как подступиться. Иначе плевал бы он на нас с самой высокой горы, как делал все годы до этого.

— Не знаю, на что рассчитывал мой брат! Совсем в своей винодельне погряз после смерти вашей матери. У вас же магия на бытовом уровне. Красивые глаза и точеная фигурка спасут дело и соблазнят ослов в шестнадцать, ну край в восемнадцать. А вам сколько? Двадцать пять! Двадцать один. Слава небесам, хоть близняшкам по девятнадцать — товар в ходу! — Дядя тыкал в нас пальцем, закидывая руку так, словно ударял хлыстом по каждой.

Анабелль — младшая из близняшек — опустила голову и слегка отвернулась. Любой, кто не знал ее, сказал бы, что она выглядит отстраненной, но я-то понимала, что внутри нее кипит негодование. Девушка точно мечтала побыстрее оказаться в комнате, чтобы выплеснуть эмоции рисунком на бумагу.

Адалинда — старшая из близняшек — не сводила с дяди хмурого взгляда, словно хотела расплавить его монетизированную душу на месте, и крутила на пальце мамино кольцо.

Эмилия — средняя сестра — вскочила с дивана и набрала полную грудь воздуха для гневной тирады, но я положила руку на ее плечо и прикрыла глаза.

Так я просила немного потерпеть и дать мне возможность все разрешить. Эми — неукротимая натура, может сгоряча наворотить дел.

Я подошла к табачному столу, где всегда крутила для отца сигары, и сделала одну штуку для дяди. Заодно и нервы успокоила запахом — он у меня ассоциировался с отцом. Пока были заняты руки, я говорила:

— Дядя, зачем вы так? У нашей винодельни высокий и стабильный доход, который делает нас одними из самых завидных невест. Все отлажено так, что даже наше великое горе не повлияет на финансовое состояние. У нас с сестрами были лучшие учителя на дому. Отец обещал дать нам выбор. И мы уже на пути к нему.

— Что за вздор? Женщинам нельзя позволять решать свою судьбу! И завидной невестой ты, Вивьен, была семь лет назад. А теперь ты старая дева.

Эми с шумом втянула воздух, а я поджала губы, чтобы удержать несколько неприличных слов.

— Решать должен мужчина. Только я могу отдать вас в надежные руки. Я ни за что не подведу вашего отца! — Дядя выхватил у меня из рук протянутую ему сигару.

Смешно слышать! Двоюродному дядюшке было не до отца, когда тот остался с четырьмя дочками на руках. Помню, как папа обижался на него за то, что отказал занять крупную сумму и предлагал крохи под большой процент. Помню, как отец тогда сказал, что его двоюродный брат продал драгхарам вместе с артефактами и свою душу. Я была так горда, что мы не взяли у жмота ни монеты. Можно сказать, что отец занялся виноделием благодаря жадности двоюродного дядюшки. Почти за бесценок выкупил поля у деревушки на юге королевства и развил свое дело.

Да-да, и лорды переживают тяжелые времена! Просто смерть матери сильно подкосила папу. Маме тяжело дались близняшки, и после родов она сильно и продолжительно болела, пока не покинула нас. Собственно, на битву со смертью отец и потратил большую часть фамильного состояния.

Поэтому сейчас поведение дяди казалось просто смешным. Его жалкие попытки состроить из себя заботливого родственника вызывали желание натереть его слизистые перцем.

— Дядя, простите нас за дерзость, но мы уже не дети. У нас в руках большое наследство и большая ответственность…

— Не у вас в руках, а у меня! — Дядя с хлопком положил папку на стол.

Мы все вздрогнули от предчувствия неприятностей.

— Что это? — спросила Эми.

— Завещание. — Улыбка медленно расцвела на противной физиономии двоюродного дядюшки.

Я покосилась на бумаги. Огромная печать городской нотариальной конторы светилась радугой, которую никто не мог подделать. По крайней мере, так говорили.

Я села в один ряд с сестрами, сжала руки в складках платья и переглянулась с девочками. Мы думали об одном и том же: «Нас сейчас держат за дур».

И тут же зазвучал приговор, в котором говорилось, что двоюродный дядюшка, а ныне — достопочтенный опекун наших денег и нас до замужества, имеет право распоряжаться всем имуществом направо и налево. Даже управление винодельней поручено этому прохвосту, что было совершенно немыслимо.

— Отец никогда такого бы не сделал! — выпалила Эми.

— Это вздор, — поддержала ее Ада, старшая из близняшек.

Дядюшка помахал завещанием в воздухе:

— Все заверено у городского нотариуса.

— Отец никогда не отдал бы управление винодельней в другие руки, — выдавила я из себя. — Я занималась ей с отцом уже десять лет. Никто лучше меня не знает, как все устроено.

— Вот и отдохнешь, Вивьен. Какому мужу понравится вечно занятая жена?

Заладил же о замужестве! Хотя, если я правильно поняла…

— Дядя, в завещании говорится, что вы распоряжаетесь имуществом, пока все мы не выйдем замуж, так? Значит, потом мы сможем САМИ распоряжаться НАШИМ состоянием?

— Конечно! Поэтому я так и спешу организовать ваши браки. У меня что, по-вашему, других дел нет, как ждать, пока вы выберете по зову сердца? Нет. У меня уже есть на примете по отличному мужу для каждой.

Мы переглянулись с сестрами. Наверное, у каждой из нас в голове сейчас звенело от выбора. С одной стороны, завещание выглядело настоящим. С другой — в такие условия от отца не верилось от слова «совсем».

Мы общались взглядами, и дядя стал нервничать:

— Что переполошились? Это нормально, что ваш отец позаботился о вашем будущем с помощью взрослого родственника мужского пола. Что вас так удивляет? Совсем вы тут от рук отбились! Куда смотрел ваш отец? Все, расходитесь. А я пока свяжусь с вашими будущими мужьями и обо всем договорюсь.

Дядя сделал жест рукой, словно выметая нас из кабинета отца. Первой выбежала Анабелль. Второй вылетела Эми. Адалинда смотрела на дядю так, словно готова была вцепиться в него прямо здесь и освободить его от тяжелой ноши опекуна. У меня же руки чесались забрать завещание и тут же поехать и проверить его на подлинность.

Нужно было срочно посовещаться с сестрами. Мы собрались в комнате Белль и начали шептаться.

— Врет! — воскликнула младшая.

— Папа никогда так не сделал бы, — отрезала Ада.

— А если правда? Если дядя откопал какое-то старое завещание времен смерти мамы? Тогда все логично, — предположила Эми.

— Странно то, что он так спешит с браком. Ему же выгодно нас как можно дольше держать незамужними. Не пойму, в чем подвох, — поделилась своими мыслями я.

Этот факт ставил нас всех в тупик. Если бы дядя просто заявил, что все его, а мы пошли вон, я бы немедля поехала в город проверять завещание. А так сто раз подумаешь, как бы не оступиться.

У меня чесались руки. Хотелось скрутить несколько сигар отцу, чтобы успокоиться. Но его больше нет с нами.

Так! Нельзя раскисать. Не время.

Я не говорила девочкам, чтобы они не переживали, но и смерть отца казалось мне подозрительной. Особенно теперь, когда дядя царствовал в его кабинете.

Я все не могла отделаться от ощущения, что говорит он одно, а делает другое. Уверяет, что не задержится, а сам уже убрал все вещи с папиного стола. Разве так поступают, когда собираются уезжать? Скорее, когда хотят обосноваться!

— Я пойду и попробую подслушать. Может, что узнаю. Дядя как раз должен говорить с женишками, — прошептала я.

Сестры одобрили план.

Я проскользнула по коридору на втором этаже, потом по лестнице для прислуги вниз и подобралась к кабинету отца. Я знала этот дом как себя. Нет, даже лучше! Сколько раз в детстве подслушивала о папиных делах. Прекрасно знала, где стена тоньше и где хорошо слышно, если приложить ухо.

— Спрашиваешь! — донесся до ушей голос дяди. — В самом соку! Ты бы видел, какие формы. Нет-нет, ни одной морщинки. И появиться не успеют.

Я словно вышла в зимний вечер на балкон — меня насквозь пронзил холод.

О чем он говорит? Что за ужас льется из его рта?

— Что? Зачем тебе младшенькая, когда тут спелый фрукт? Для постели же берешь. А? Более покладистая будет и на все согласная? Сколько они проживут? Ну, учитывая случаи, которым я был свидетелем, не больше года. Правда, тут зависит от того, насколько драгхар активно объезжает кобылку. Иногда и три года живут. И даже знаю случай, когда пять.

Будто крыша свалилась мне на голову!

Драгхары.

Это же брак со смертью.

Я слышала, что двоюродный дядя ведет дела с потомками драконов, но не думала, что он сделает нас своим товаром. Теперь понятно, почему он так спешит с браком. Вот только усыпить нас было бы и то гуманней.

Говорили, что драгхары не всегда жили в одном мире с нами. По легенде, они появились на отдельном континенте после падения огромного небесного камня. Тот упал, но не проделал дыру в земле, а раскололся на огромное количество кусков, которые драгхары очень ценят.

Люди говорят, что именно из этого камня появились драконы и выжили людей с континента, сделав его своим. Но шло время, захватчики потеряли возможность оборачиваться в ящеров и взяли себе имя «драгхары», что означало «сердце дракона».

За последнее столетие многое изменилось в отношениях людей и драгхаров: стало развиваться сотрудничество, происходит обмен студентами, появился товарооборот между континентами. Но отношения между нашими обычными гражданами и потомками драконов до сих пор остались натянутыми.

Дело в том, что магия драгхаров вытягивает из людей жизненные силы. Это обнаружили после близких контактов человеческих женщин и бывших ящеров. Хватало даже поцелуя, чтобы сильно подорвать здоровье человека. А уж о постели и вовсе молчу.

Угасание не мгновенное, но необратимое. Поэтому в человеческих домах удовольствий был термин «уголек» — для женщин легкого поведения, с которыми за большие деньги кувыркались драгхары. Для них это было экзотическое развлечение, для уголька — яркий остаток жизни за счет высокой платы. Говорят, один раз переспав с бывшим чешуйчатым, девушки легкого поведения могли уйти из дома удовольствий, чтобы на широкую ногу прожить последние оставшиеся месяцы.

Выходило, дядя хотел сделать из нас личных угольков драгхаров!

Человеческое законодательство не защитило бы нас, потому что даже среди людей находились те, кто заключал сделку с самой смертью. И правительство относилось к этому так: раз хочет, то пусть.

Но мы с сестрами не хотим умирать!

Я отшатнулась от стены и медленно ушла на лестницу для прислуги, чтобы перевести дух и собраться с мыслями. Села на ступени.

Итак, дядя — полный моральный урод. И теперь я даже не сомневаюсь, что завещание поддельное. Более того, я теперь уверена, что этот изверг со своими артефактами как-то убил отца. Никакой это не несчастный случай! Иначе как он так быстро сообразил про завещание? А про продажу?

Хотя деловой хватки ему не занимать. Ведь все продумал!

Я встала со ступеней с уверенностью, что мы с сестрами ни за что не попадем в руки драгхаров. И побежала к девочкам, чтобы поделиться жуткими новостями и решить, что делать дальше.

Сестры были в ужасе. Я и сама до сих пор не могла дышать нормально! При одной только мысли о всем масштабе происходящего хотелось совершить преступление и придушить дядю собственными руками.

Меня останавливало одно: что задуманное, скорее всего, не получится. Этот хитрец обвешан защитными артефактами с ног до головы. Как-то даже хвастался отцу, что вживил несколько в тело, так что так легко к нему не подобраться.

— Давайте обратимся к мэру с поддельным завещанием? — предложила Эми. — Раздуем шумиху!

— Для этого нужно всем вместе уйти отсюда, а дядя этого никогда не позволит. Я теперь совсем другими глазами смотрю на его правило «не больше двух из дома», которое он ввел на этой неделе. Прикрылся беспокойством о нас, а сам перестраховывался. Знал, что мы не оставим друг друга.

— Тогда убежим! — предложила Адалинда, сжав кулаки.

И мы все замолчали, обдумывая идею. И все по очереди кивнули друг другу, понимая, что по-другому никак.

— Давайте только сделаем все по уму. Так, чтобы нас не поймали. Надо притупить внимание дяди. После оглашения завещания он точно будет внимательным, чтобы товар от него не ускользнул, — предложила я.

— Бежим этой ночью? — предложила Эми.

И мы все опять кивнули, понимая, что тянуть дальше некуда. И как бы больно это ни звучало, я понимала одно:

— Нам нужно разделиться и укрыться в самых безопасных местах. Близняшки могут поступить в академию. Там дядюшка с ними уже ничего не сделает.

Белль задумчиво кивнула, а Ада сказала:

— Я даже знаю в какую.

— А мы с Эми будем ориентироваться по ситуации, — сказал я, посмотрела в окно и добавила: — Сейчас одиннадцать утра. У нас есть день на сборы.

— Но у нас не у всех есть средства связи и пространственные мешки. — Белль наконец заговорила. Она всегда многое держала в себе и всегда очень вовремя указывала на слабые места.

— Точно. Нам нужна связь и сумки. Давайте сделаем так: близнецы, вы идите на рынок под тем предлогом, что заберете из ателье заказанные платья. Дядя сразу расслабится, подумав, что девочки думают только о шмотках. Я буду отвлекать его закруткой особого сорта сигар и расскажу пару легенд, которые он так любит слушать, пока Эми соберет нам продовольственный запас для побега. И еще я постараюсь забрать наши документы из кабинета отца. Если что, Эми, готовься его позвать куда-нибудь.

— Я подкину крысу в кладовую и устрою шумиху, — кивнула средняя из сестер.

Так мы начали готовиться к побегу. Но разве что-то может идти по плану?

Глава 2

Все началось прекрасно. Дядюшка даже обрадовался легкомыслию, с которым младшенькие понеслись за платьями.

— Вот чем должна быть забита голова женщин, Вивьен! — назидательно сказал мне в кабинете опекун нашего состояния. — А не управлением винодельней. Ты сегодня четыре часа решала вопросы с управляющим. И не думай, что я не знаю.

Неужели прислуга сдала? Я так и знала, что неспроста дядя уволил большую часть слуг, оставив крохи. И тех подкупил!

Значит, нам надо быть еще осторожней.

Я посмотрела на солнце. Еще два часа — и яркий шар закатится. Скоро вернутся близнецы — и в путь. Самое время закрутить для мерзавца сонный табак. Отец иногда просил добавить его в сигары, чтобы уснуть. И не слушал, сколько бы ни я говорила, что это плохо. И обычный табак вызывал привычку, а тут еще и сонный — убийственная комбинация для легких. И никогда в жизни я не думала, что он пригодится для таких целей, как наш с сестрами побег.

Я скрутила толстую трубку и передала дяде. Тот понюхал ее и бросил на меня быстрый взгляд:

— Сонный табак? Знаешь, когда я был у эксперта по смерти и наклонился над братом, от него так пахло этой дрянью... Может, он из-за нее с лошади упал? Заснул и расшибся насмерть?

Дядя откинул сигару в сторону.

Я же попятилась от сказанного. Да как… Да как он смеет? Обвиняет меня в смерти отца? Да я за него жизнь не раздумывая отдала бы!

Трогает святое без зазрения совести. Подлец.

— Что такое, Вивьен? Тебе нехорошо? Осторожней с тем, что ешь. Выглядишь так, будто у тебя несварение.

Это угроза? Продукты в доме отравлены? Или он просто мотает мне нервы?

Я опустила взгляд. Мне нужно успокоиться самой и усыпить маниакальную бдительность дяди. Превратиться в глухую, чтобы девчонки смогли подготовить все для побега. Нужно. Нужно. Нужно.

Но как же хочется с криком вцепиться в его противную морду! И как жаль, что магия во мне едва теплится. Иначе я показала бы уроду, как задевать сестер Лэйн.

Бессилие. Злость. Обида. Желание отомстить за отца. Все это нужно спрятать далеко-далеко.

Дядя невысокого мнения о слабом поле. Надо соответствовать, чтобы получить свободу.

— Правда? Плохо выгляжу? — Я прикрыла ладонями щеки. — Действительно, дела винодельни так выматывают.

— Ваш управляющий — упрямый осел. Я тут поговорил с ним и очень сомневаюсь в его умственных способностях, Вивьен. Надо его уволить. Что скажешь?

Уволить Чапмена? Да он второй по уму мужчина в моей жизни. Первый — папа. Только благодаря управляющему мы можем спокойно сидеть в своем особняке, пока он от рассвета до заката следит за делами на плантациях на юге.

— Думаете? — Сложнее всего было изображать глупо-задумчивое выражение лица.

— Определенно!

Наверное, хотел подкупить его, а Чапмен послал куда подальше.

— Ты, как женщина, не видишь очевидного, — сказал дядя.

О-о-о, как же я хочу его треснуть! Он пробуждает во мне склонность к насилию, совсем не свойственную леди. Дядя — как черная плесень, поражает все вокруг себя. Я ощущаю, как становлюсь хуже рядом с ним.

Из-за него мы с сестрами должны расстаться, бежать из родного дома, бросить дело отца и неизвестно сколько времени не иметь возможности даже прийти на могилы родителей.

Я тебе отомщу, дядюшка. Обещаю. Тебе сторицей вернется зло, которое ты нам причинил.

— А кто же будет управлять делами на юге? — спросила я, тщательно следя за голосом.

— Как кто? У меня полно проверенных людей. Так что с этого момента не забивай голову делами винодельни. Договорились?

Мои уголки рта дергались, когда я попыталась улыбнуться и присесть в реверансе. Мне казалось, что мою злость видно за версту, что никакие церемонии не обманут дядю, но он казался удивительно довольным.

Ему и в голову не приходило, что мы знали его коварный план.

Да, мне не удалось усыпить его с помощью сонного табака. Дело усложняется, но все равно возможно.

Я вышла из кабинета отца, заглянула к себе за важными вещами и отправилась в комнату к Эми.

— Я приготовила нам еду, но удалось взять совсем немного. За мной следили. Пришлось прикрыться отговоркой, что я беру на вечерний перекус нам с сестрами орехи и чуть вяленого мяса.

Я так хотела поделиться со средней произошедшим в кабинете, но решила не злить ее лишний раз. Со своим буйным нравом она могла не сдержать эмоций и отправиться откручивать голову дяде прямо сейчас.

— Ничего страшного. Нам хватит на первое время. Главное — деньги. Остальное все можно купить. — Я достала четыре мешочка с монетами.

Посмотрела на одежду, приготовленную Эми для побега. Ее сшитый на заказ походный костюм для прогулок по лесу ждал хозяйку.

Это реально. Весь этот ужас происходит с нами здесь и сейчас. Мы больше не заснем в своих кроватях, больше не будем ужинать за столом в гостиной и рассказывать друг другу последние новости и обсуждать сплетни. Нам больше не пройтись по коридорам, по которым мы маленькими бегали голыми пятками. Не зайти в любимую мамину беседку и не вспомнить наши пикники на траве.

Я отвернулась, чтобы не показывать слез. Только не сейчас. Нельзя дать слабину, когда впереди побег.

Эми не заметила моего состояния — заглянула в мешочек с монетами:

— Ого! Откуда у тебя столько? Дядя же все деньги отца прикарманил.

— Это мои сбережения. Папа платил мне за помощь в управлении винодельней.

В это время как раз вернулись близняшки. Ада и Белль вошли в комнату, заметно нервничая. Младшая протянула нам всем портреты родителей, и я случайно сжала изображение так, что бумага смялась. Все потому, что стоило увидеть лицо отца с его неизменной бородой, как слезы снова подступили к глазам.

Я так скучала! Безумно. Хоть вой.

Но нам не давали пережить горе, нас гнали в пасть смерти.

Ада достала из сумки покупки:

— Я купила недостающие почтовые артефакты. Белль я уже подарила переговорное зеркало. Девочки, простите, оно было одно.

Мы все знали, как важно близнецам было видеть друг друга, поэтому понимали причину.

— Нам хватит почтовых артефактов. Спасибо! — поблагодарила я.

— И вот еще. — Белль достала коробочку и открыла. — Я хочу разделить его на память.

На подложке лежал красивый гарнитур из темных камней.

— Откуда он у тебя?

— Купила за бесценок в лавке старьевщика. Нам на память друг о друге.

Нет, я сегодня точно разрыдаюсь! Сестры такие замечательные. Наверное, потому, что мне повезло с семьей, дядя — истинный злодей.

— Какое красивое кольцо, — восхитилась Ада.

— А мне нравится брошь, — сказала Эми.

— А ты, Вивьен? — спросила Белль. — Что нравится тебе?

Остались серьги и кулон.

— А мне, если можно, их. — Я показала рукой на красивые украшения для ушей.

Так мы разобрали на память по одному из предметов. Сразу же надели, чтобы не потерять. Обнялись.

Никто из нас не плакал. Все знали, что нам предстоит очень сложный путь.

— Девочки, готовы? Давайте поддерживать связь каждый день, если артефакты будут исправны, — попросила я.

Все закивали, не в силах сказать ни слова. Да у меня у самой в горле чувства в комок сплелись — не протолкнуть.

— Итак, расходимся по комнатам. Делаем вид, что засыпаем. Гасим свет. Дядя обычно рано ложится спать, так что как только раздастся храп — первыми бегут близняшки. Потом Эми. И я буду последней.

— Почему ты не бежишь сразу с нами?

— Если что, я отвлеку его.

Сестры посмотрели на меня долгими взглядами, словно сговорились. Еще раз обнявшись, мы разошлись по комнатам.

Погасили в своих спальнях на втором этаже свет. Прислуга затихла. И только блики из кабинета отца танцевали на траве под окном.

Дядя все не ложился!

И словно этого было мало, на горизонте засверкала гроза. Поднялся сильный ветер, надавил на окна. Будто сама природа останавливала нас, была против побега.

Время шло. Я нервничала, потому что мы теряли драгоценное время. Поутру нас уже хватятся, и мы должны быть как можно дальше отсюда.

Я спустилась вниз. Проверила, что слуги спят. Подобралась к кабинету отца.

— Я не знаю, когда прибудут драгхары — сегодня или завтра. Знаешь же, они любят напустить на себя важности. Я уже отправил слуг спать. Что? Уже на подходе? Ты уверен? Да-да, этих великанов трудно перепутать. Хорошо. Сейчас подниму служанок. Главное — не разбудить товар.

Я тихо ахнула, отступая назад.

Драгхары идут за нами. Больше нельзя тянуть.

Я побежала на второй этаж, заглянула в комнаты близняшек. Пусто. Они уже убежали? Побежала в библиотеку, из которой собиралась бежать Эми, и увидела открытое окно.

Внизу зашумели слуги. Наверное, дядя поднял всех встречать драгхаров.

Я забежала в свою комнату, схватила собранную заранее сумку и посмотрела на приготовленное для побега платье. Не успеваю переодеться. Я оставалась в домашнем платье до последнего на случай, если придется отвлекать дядю. Но раз сестры сбежали, теперь моя очередь уносить ноги.

Я запихнула в сумку с пространственным расширением дорожное платье и подошла к окну.

По стене дома до самой крыши мимо моего окна вились лозы винограда, который никогда у нас не вызревал до конца. Я посмотрела вниз. По диагонали, ближе к углу дома, светился кабинета отца. Оттуда доносился гул голосов, разрасталась суета.

Я схватилась за толстую лозу, поставила ногу на переплетение, поправила сумку через плечо и сделала шаг с подоконника.

Раскат грома так ударил по нервам, что моя нога соскользнула, и я чуть не сорвалась вниз. В последний момент успела ухватиться чуть ниже, прижалась к стене дома и перевела дух.

Дальше я была очень осторожна, и никакая гроза не заставила меня оступиться до самой земли.

И тут я увидела их.

От мрака леса отделились высокие мужские фигуры. Даже издалека драгхаров было не спутать с людьми. Их шаги уверенно затаптывали мои нервы в землю фамильного особняка. Их мощь создавала ощущение собственной ничтожности. Их аура вынуждала спрятаться от их глаз подальше.

Что я и сделала!

Присела, пробежала за кустом, потом за живой изгородью, скрылась за конюшней. Дядя продал всех лошадей, словно знал, что мы попытаемся сбежать. А ведь как бы сейчас выручил мой Ураган!

Хотя могло статься, что конь лишь помог бы меня найти. Драгхары, эти животные, умели наводить ужас на зверье даже на расстоянии. Уверена, сейчас все кони встали бы на дыбы от страха.

Я обошла конюшню и посмотрела на ровную местность до леса, которая хорошо просматривалась. Нашла взглядом драгхаров. Почему они вышли из леса? Портальная магия?

И тут я поняла. Дядя — прохиндей, но умный делец. Себя он всегда обезопасит как надо. Скорее всего, сейчас здесь в земле полно его защитных артефактов, вот великие и ужасные драгхары и идут за своим товаром по нашим владениям прогулочным шагом.

Брр! Надеюсь, сестры уже далеко.

Я подобрала юбку, завязала узлом между ногами так, чтобы было удобно бежать, и дождалась, пока делегация скроется. Мельком заметила, что руки в крови. Наверное, ободралась о лозу, когда сорвалась.

Небо полыхнуло, на миг осветив всю местность. Почему-то в этот момент мне показалось, что кто-то смотрит на меня из леса.

В окне моей комнаты зажегся свет. В доме поднялся небывалый шум. Похоже, все узнали о нашем побеге. Нужно бежать что есть мочи, пока не поймали!

Я понеслась со всех ног в сторону леса, подальше от того места, где вышли драгхары. Я слышала только свое шумное дыхание и чувствовала, как сережки, подаренные Белль, стучат по щекам. Казалось, что каждый раз они словно обжигали кожу огнем при ударе. Или это у меня от страха горели щеки?

Я вбежала в лес, в непроглядную темень, и тут же споткнулась о корягу — чуть нос не расшибла. На мгновение мне показалось, будто надо мной склонилась темная фигура, но, когда я встала, рядом никого не было.

Чудится всякое!

Хоть я и надела удобные туфли, они все равно не спасали ни от острых палок, ни от влажного мха. После теплоты дома было жутко, плохо, холодно и страшно. Но куда страшнее теперь были родные стены в оккупации дяди. И это чувство, будто за мной следят.

Я остановилась у дерева, чтобы перевести дух, и прислушалась к лесу. Выл ветер, но вся живность словно затихла. Нет, будто под землю зарылась! Всегда такой шумный лес лишь тихо стонал стволами от сильного ветра. Все зверье словно попряталось, то ли от надвигающейся грозы, то ли от прибывших драгхаров.

Я поправила выбившиеся из косы пряди и почувствовала, что словно обожглась о сережку. Потрогала еще раз — ничего. Показалось, наверное!

Хотела сделать шаг, но мысок что-то задел, и нога застряла в траве.

Я наклонилась, чтобы выпутаться, и почувствовала под стопой что-то странное. Словно комья земли набросали, стараясь спрятать зарытое.

Я убрала частички травы с прилипшим суглинком, протянула руку и почувствовала что-то плоское. Отбросила лишнее и поняла, что нашла закопанный сундук в локоть длиной. Закопан хорошо, могу только крышку поднять. Ее я и открыла.

Небо сверкнуло, озарило все на миг, а спустя несколько секунд громыхнуло так, что я подпрыгнула. Но я успела увидеть, что сундук был полон монет.

Вот это удача… Была бы, если бы у меня было время и место, а я не бежала сломя голову от драгхаров. Выкопать не успею, унести не смогу.

Я взяла пару горстей, положила в мешочек с монетами так, что он стал круглым, и положила его в сумку.

Не буду жадиной. Пусть лучше, если пустятся по моему следу, задержатся. Говорят, потомки драконов жуть какие падкие на золотишко.

Я побежала дальше, и мне показалось, что спустя всего несколько секунд кто-то позади зазвенел монетами.

Неужели идут по пятам? То-то я не могла отделаться от навязчивого чувства, будто за мной следят!

Я на миг закрыла лицо руками, а потом велела себе собраться. Буду бежать, покуда хватит сил. Вырываться буду, защищаться. Не дамся живой.

Я уже не обращала внимания на то, как громко под моими ногами хрустят ветки. Бежала, останавливалась, чтобы передохнуть, и снова бежала. В боку кололо так, что я в один момент просто больше не смогла быстро двигаться. Умом я пробегала расстояние десять раз туда и обратно, тело рвалось, но мышцы стали словно каменные. Ноги отяжелели в сто раз, а потом и вовсе подкосились.

Я села на мох, в отчаянии прижалась к стволу дерева спиной и стала смотреть в направлении дома. Я ощущала себя мышкой, которая бежит со всех лап, а кошка держит ее за хвост и наслаждается агонией.

Как понимаете, серая тут я, а усатый — драгхар, чье преследование я чувствовала все это время.

— Выходи, — прошептала я. — Я знаю, ты там. Я тебя чувствую.

Но ответом мне была тишина. А я могла поклясться ящиком нашего лучшего вина, что он там. Настоящий хищник, который загоняет свою добычу.

— Ты видел золото. Возьми, это откуп, — пробормотала я в пространство.

В ответ молчание.

— Мало? — Я залезла в сумку, достала мешочек с монетами. — Это все, что у меня есть. Хватит?

Я кинула кошелек в темноту со всей силой и отчаянием, что у меня были. Он врезался в темную стену, упал в траву.

Я замерла. Из темноты мешок полетел обратно к моим ногам. Я нахмурилась в недоумении.

— Мало?

Молчание.

— Как это понимать?

Он хочет еще поиграть в кошки-мышки? Змей его раздери!

Я подобрала мешочек, убрала, посмотрела еще раз в темноту и побежала прочь. Обещала себе, что не сдамся до последнего, и сделаю это.

Глава 3

Дождь преследовал меня по пятам. Капли стучали по листьям деревьев в десяти шагах сзади от меня, но на меня не попало ни капли. Разве такое бывает?

Интересно, это природа жалеет меня или драгхар играет? Ведь только они владеют стихийной магией и могут провернуть такое.

Хотя с чего бы драгхару мне помогать? Если только он тоже не желает брака, как и я. Но такого не может быть. Я слышала разговор дяди и мотивы тех, кто покупает человеческих девушек. Вряд ли там есть высокоморальные драгхи.

У меня уже не было сил бежать — я просто упрямо шла вперед. Со временем я даже перестала бояться. Нахлынуло чувство, что я уже ничего не страшусь — ни драгхара, ни дядюшки, ни погибели.

Я достала плащ, накинула его на себя вместе с сумкой, спряталась за капюшоном. Словно отгородилась от ощущения пристального взгляда в спину. И вскоре вышла к дороге.

Огни гостевой таверны словно прибавили сил. Вот он — мой путь на свободу. Обычно в таких заведениях путник мог отдохнуть ночь в номерах наверху, поесть и взять в аренду карету на магических артефактах, которая затем возвращалась в таверну.

Именно она мне и нужна! Наслежу, конечно, но что поделать. Бежать я больше не могу. На крайний случай возьму лошадь.

Я подошла к пристройке, в которой держали коней, и животные заржали, засуетились. Затоптались на месте, начали вставать на дыбы.

Я обернулась. Никого. Но это еще ничего не значило. Кто-то же кинул мне кошелек из темноты. Кто-то же спасал от дождя. Это странный кто-то.

Значит, лошади отпадают. Осталось надеяться на карету.

Я прошла чуть дальше, туда, где обычно припаркованы колесные средства передвижения разного размера, и увидела, что двери закрыты на огромный засов.

Что такое? Почему закрыт пункт проката? Узнаю внутри!

Я зашла в таверну и испытала облегчение от царившей здесь суеты и гомона. После гнетущего леса освещенный зал заведения казался раем на земле. Мне хотелось обнять каждого и каждому рассказать о своей нелегкой доле.

Я подошла к стойке управляющего и спросила у пожилого мужчины:

— Простите, а можно взять в аренду карету?

— Придется подождать. Артефакты разом разрядились.

— И сколько ждать?

— До утра. Может, до полудня. Но надо еще посмотреть очередь, осталось ли что. Много людей ждут. В Риворшире завтра день города и большая ярмарка. Все спешат туда.

Я обернулась и посмотрела на полную таверну людей совсем другими глазами. Ярмарка всегда привлекала гостей из разных мест. Туда ехали не столько за покупками, сколько за развлечениями. На городских площадях разворачивали цирковые шатры, ставили аттракционы на сильных артефактах, проводили выставки последних работ местных умельцев и магов.

Мы с сестрами раньше тоже любили посещать дни города, а про этот, в связи со смертью отца, совсем позабыли. И судя по количеству народа, если мне достанется карета, это будет чудом. К утру народу в таверну набьется такое количество, что устроят аукцион за места, и не факт, что я смогу выкупить себе возможность уехать, не привлекая внимания к кошельку одинокой леди. Не говоря уже о том, что нас с сестрами уже бросились искать, а непонятный преследователь идет за мной по пятам.

Я села за маленький столик на двоих в углу, заказала чайник травяного чая, чтобы согреться и заставить работать мозги. Что я могу сделать, чтобы меня не поймали?

Переодеться в мальчишку и пойти дальше пешком. Могу заплатить хозяину трактира и надеяться, что он меня спрячет и не сдаст (надеяться на чудо, не иначе). Могу снять номер, и тогда меня точно поймают. Могу прибиться к какой-нибудь компании и попытаться слиться с ней, поехать вместе на ярмарку и уже оттуда бежать.

Я стала прислушиваться к разговорам и присматриваться к людям. Есть к кому податься? Заметила мужчину в возрасте, который подходил к каждому столику и что-то спрашивал. Сначала я приняла его за разносчика заказов, однако он ничего не записывал, ничего не приносил, просто подходил к людям и чем-то интересовался, а те отрицательно качали головами.

Пришел и мой черед. Мужчина подошел ко мне. Он был такого маленького роста, что и наклоняться не пришлось, чтобы шепнуть мне на ухо:

— Миледи, не желаете одноразовый портал?

Я тут же повернулась к нему.

— Куда? — спросила так же шепотом.

— В Горт.

Портовый город? Обычно из него уплывали корабли на континент драгхаров, но мне все равно подойдет. Главное — подальше отсюда. Никто не догадается меня там искать! Это же очень далеко от родного дома.

Но покупать вот так с рук очень опасно. Унести может неизвестно куда. Да и вообще, можно нарваться на мошенника. Отдать деньги, а получить подделку.

— Сколько? — спросила я на всякий случай.

— Сто империалов, — глазом не моргнув назвал бешеную цену мужчина.

Понятно, почему он получал отказы! Это же огромные деньги.

— Много? Ладно, мне монеты нужны. Давай за двадцать отдам, — неожиданно сильно сбавил цену он и присел за мой стол. — Но вы меня, миледи, угостите едой.

Я колебалась недолго — кивнула. Мне нужно было подумать. Вариантов-то особо нет, деваться мне некуда. Я позвала девушку в фартуке, и незнакомец заказал себе полный стол еды.

А мне кусок в горло после погони не лез. Я отсчитала под столом двадцать золотых монет, взятых из найденного сундука, и попросила:

— Покажите портальный камень, пожалуйста.

Незнакомец мозолистой рукой положил на стол салфетку. Под ней точно что-то было. Я осторожно приподняла край тканевого квадрата и убедилась — кристалл сверкает. Рабочий!

Но настоящий ли? Не подделка? Слишком быстро он сбавил цену, хотя она и так была немаленькой.

Конечно, ничто не защищает меня от обмана, но я могу проверить прямо при нем. И все равно, что оставлю след. Это уже не имеет значения. Когда меня будут искать, найдут ниточку хоть здесь, хоть в лесу.

Я взяла салфетку, завернула в нее двадцать империалов и положила со своей половины стола.

— Кстати, миледи, — вдруг поторопился сказать продавец камней, — слышали новости?

Мне не хотелось говорить с ним. После того как я увидела камень, одолело желание как можно быстрее исчезнуть.

Я допила чашку чая, прижала к себе сумку, убедилась, что оставила деньги на случай, если незнакомец не мошенник, и взяла в руку одноразовый портал.

Сжала его, а потом бросила на пол. Зев раскрылся в один миг.

Работает!

Неужели мне так повезло?

Что ж, попробую. Еще неизвестно, куда меня занесет.

В лицо ударил ветер с солеными каплями. Ноги наступили на деревянную дорожку пирса. Глаза сощурились от яркого солнечного света.

Я и забыла, что Горт так далеко от нас, что здесь уже вовсю распустилось цветастое утро.

А мужчина-то не обманул! Все в портовом городе было в точности, как описывали путешественники в тавернах: множество кораблей, плывущих на континент драгхаров и жполных товаров; широкая зона погрузки и огромные склады, из-за которых виднелись крыши домов.

Здесь было заметно жарче и влажнее, чем в родных местах. После утопающей в серости зелени нашего поместья синее небо и голубое море казались частью волшебного мира.

— Миледи, прошу прощения. — Меня случайно задел плечом человек с чемоданом и даже не обернулся.

Он спешил к отплывающему кораблю, махал тому шляпой:

— Подождите! Подождите меня!

Но корабль все отдалялся — ни допрыгнуть, ни доплыть до такой громадины. Артефакты разгоняли судно с каждым мгновением все быстрее.

Я с сочувствием посмотрела на опоздавшего. Мужчина в отчаянии запульнул шляпу в воду, бросил чемодан и сел на него. Похоже, это пассажирское судно. Интересно, кто он такой, что хочет во владения потомков драконов? Зачем ему туда? Не похож на студента по обмену — слишком стар для академий. Для политика слишком просто одет.

— Девушка, вы тоже опоздали? — крикнул он, стремясь найти во мне поддержку в столь трудный момент.

Поддержка из меня была никакая. Я лишь помотала головой, прижала сумку для путешествий к себе и развернулась к берегу.

Работяги загружали товарами добрый десяток судов. Тут артефакты помогали во всех механизмах загрузки, но ручной труд никто не отменял. Для таких слабаков в магии, как мы с сестрами, без денег семьи оставался только такой путь для заработка. Я в который раз подумала, как же нам повезло с отцом. Он давал нам столько любви и заботы, что мы ощущали себя абсолютно полноценными и никогда не сталкивались с жестокой реальностью.

Солнце стало нестерпимо печь, и я поспешила уйти с пирса. Сейчас хорошо бы найти лавку с артефактами, купить отводящий глаза амулет или еще средства, чтобы запутать следы, а потом снять номер и рухнуть поспать. Ноги подкашиваются от усталости.

Как там сестрички? Надеюсь, у них все хорошо и они успели скрыться.

Я достала из сумки почтовый артефакт и ахнула — он разбился. Неужели тогда, в лесу, когда я зацепилась о корягу и рухнула?

Вот невезуха! Даже не узнать, как у девчонок дела.

Я спрятала артефакт в карман платья, чтобы не забыть починить в ближайшей мастерской, и заметила на себе несколько заинтересованных взглядов. Надо быстрее уйти из портовой зоны, а то одинокая путешественница вызывает уйму вопросов.

Я достала из сумки горсть орехов, чтобы перекусить и заодно показать, что я совсем не богатая леди. Ведь представительница высшего общества никогда не будет есть закуску на ходу вот так, при всех. Пусть думают, что у меня совсем нет ни образования, ни положения, ни денег.

Проходя мимо одного корабля, услышала одобрительный свист:

— Фью-у-у! Красотка, поднимайся к нам на борт. Пошалим!

Да у меня от таких слов волосы на голове уже зашалили — двигаться начали. Я прибавила шаг.

Когда я нервничала — ела. Поэтому дальше в ход пошло вяленое мясо, после чего у меня открылось второе дыхание. Вот только я не ожидала, что у меня выхватят сумку из рук!

— Стой! Хватайте вора! — крикнула я вслед мальчишке.

Я рванула за ним сквозь толпу, но он словно был в три раза быстрее и проворнее. Я постоянно натыкалась на прохожих, извинялась и вскоре совсем потеряла его из виду. Все бегала по набережной, пытаясь понять, куда он мог спрятаться, и в отчаянии смотрела на корабли. Неужели он в одном из них? Это конец!

Я говорила, что до этого у меня была невезуха? Нет, она сейчас!

Осталась без денег, без сменной одежды, со сломанным почтовым артефактом в кармане и с куском вяленого мяса в руке.

Я села на скамейку на набережной, едва сдерживая слезы. Где я теперь возьму деньги? Что делать?

Маленький котенок потерся о ноги. Тощий, все косточки пересчитать можно. Он жадно принюхивался к куску мяса в моей руке.

— Тебе такое нельзя, — прошептала я.

Это последний кусок еды.

— Мяу! — Котенку было все равно, он не хотел умирать.

— Я тоже не хочу умирать. — Я оторвала кусочек и положила рядом с животным.

Оно буквально заглотило мясо, не разжевывая.

— Мяу! — умоляюще посмотрел котенок на меня и потерся о ногу.

Я дала еще кусочек, а потом еще и еще.

— Надеюсь, хотя бы у тебя сегодня живот будет полон, — сказала я.

Обращаться к стражам порядка было бесполезно. А если дядя объявил нас в розыск, то и вовсе смертельно.

Неожиданно рядом кто-то опустился. Это же тот самый опоздавший на корабль мужчина. Он стер пот со лба, обмахнулся шляпой, и я не выдержала:

— Вы ее выловили?

Я же видела, как он в сердцах запульнул ее в воду!

— Ах, это вы? — повернулся ко мне незнакомец. — Да. Я ее постоянно теряю, поэтому купил артефакт возврата.

— Мне тоже надо было такой купить для сумки. Сейчас бы не горевала.

— А что случилось?

— Меня обокрали.

— Ох, миледи! Сочувствую. Но у вас еще есть украшения — вы всегда можете их продать.

Я потрогала кулон с фотографиями родителей, что висел на шее.

— Не могу. Это память о родных.

— А сережки? Какие необычные. Из чего они?

Я потрогала камень. Он нагрелся на солнце? Почему теплый?

— Ах, эти! Они не имеют большой цены. Безделушка.

— Да что вы говорите! — внимательно присмотрелся к украшению мужчина, натягивая уголок глаза.

— Да. Сестра купила набор за бесценок в лавке старьевщика, так что он очень ценный, но только как подарок.

— Вот как. Не хотите поесть? Я все равно опоздал на корабль, а следующий только завтра утром.

— У меня нет денег, — извиняясь, отказалась я. — У меня же украли сумку.

Надо было привязать мешочек на пояс. Почему умная мысль приходит так поздно?

— Так я угощаю. Будьте добры, составьте мне компанию. Я так давно не ел за одним столом с леди.

Леди? Точно. Он же сразу раскусил мое происхождение. Неужели так бросается в глаза?

— Простите, но нет. Мне нужно не праздно обедать, а искать способы выжить.

— Так на сытый живот и будете. Я надолго вас не задержу.

Я колебалась. Есть хотелось жутко. А понимание того, что следующий прием пищи может быть еще нескоро, подогревало аппетит.

Но есть с незнакомцем? Кто знает, куда заведет и чем накормит. Это опасно для одинокой леди. На вид мужчина был добродушными, но и двоюродный дядюшка не выглядел злодеем.

— Конечно. Я только отойду на минутку припудрить носик. — Я поднялась со скамьи.

Котенок еще раз потерся о мои ноги.

— Но уборная есть в таверне…

— Я сейчас. — Я улыбнулась, едва удержала себя от реверанса и быстро пошла по улочке, что выходила на набережную.

Нет, я не могу рисковать. И без того на свой страх и риск шагнула в портал. У меня украли сумку. Не хватало еще в рабство попасть.

Я стала плутать по улочкам, стараясь зайти как можно глубже в город. Мощеные улицы, белоснежные стены домов — все это создавало атмосферу курортного города. Я бы даже получила удовольствие от прогулки, если бы не шаткое положение моих дел.

Наткнувшись на небольшой скверик между домами, я решила собраться с мыслями и присела. Сережка обожгла щеку огнем, как тогда в лесу. Я наклонила голову, прикоснувшись к щеке, и увидела под скамейкой несколько монет.

Ого, вот это удача! Три империала валяются.

На них я смогу снять комнату, поесть, и еще останется. Все-таки бог не оставил меня!

Я прижала монеты к груди. Вот что бы ни говорили, когда есть деньги — это греет душу.

Я оглянулась по сторонам. Так как Горт — портовый город у моря, местные подсуетились: на многих домах висели таблички «Есть номера». Некоторые даже сдавали койко-место, судя по объявлению.

Я прошлась вдоль улочки, внимательно вчитываясь в мелкий шрифт под объявлениями. Особенно внимательно изучила с виду очень ухоженный дом, переделанный в частную гостиницу.

«Без животных».

Подхожу.

«Без вредных привычек».

Сигары не курю, только закручиваю.

«Дамы только с сопровождающими».

Вот же!

Нет, это место мне не подходит. И что за бредовые требования? Неужели леди не может путешествовать одна? Что, если у нее никого нет из близких?

Издалека увидела розовые стены и поспешила туда. Дом с лепниной в виде бутонов и с роскошным садом зазывал к себе объявлением: «Цветочная гостиница. Только для прекрасных дам».

А вот это мне подходит!

Я зашла внутрь и получила удовольствие от одного взгляда на элегантную обстановку. Персиковые цвета, золотые вкрапления. Не пошло и со вкусом.

— Добро пожаловать! — Из открытой двери выплыла женщина и встала у высокой стойки с открытой книгой. — Вы к нам надолго?

— Хотелось бы навсегда, но осилю только одну ночь. Подскажите, сколько стоит номер?

— Три империала и десять серебряных монет.

Сколько-сколько? Откуда такие цены? В таверне недалеко от дома можно устроиться за десять серебряных, да еще с включенным в эту стоимость завтраком.

— Спасибо. — Я слегка кивнула головой и развернулась.

— Уже уходите?

— Да. Мне не по карману.

— Это единственное место в Горте, где леди может быть спокойна за свою жизнь и честь, пока спит. Уверены, что хотите уйти?

— При всем желании мне не хватает монет. У меня всего три империала.

Женщина внимательно осмотрела меня с ног до головы, и ее взгляд словно считал стоимость моего наряда.

— Вы попали в беду?

— Да.

— Для несчастных случаев у нас предусмотрена скидка. Возьмем с вас всего три империала.

— А еда?

— Закуску принесут в номер. Это входит в стоимость.

От добра добра не ищут?

— Одной вам будет тяжело. Это портовый город, леди. Тут везде голодные до женщин моряки, политики, считающие себя безнаказанными, и драгхары. Такой как только войдет в гостиницу — вы не уснете от воздействия его ауры. А в моем «Цветочном доме» вы можете спать спокойно.

В словах хозяйки гостиницы было зерно истины. Мне нужно было выспаться. А закуски — это уже хорошо.

Конечно, я могла еще пошататься по городу в поисках дешевого ночлега, но она права: я буду в опасности. Портовый город — не лучшее место для одиноких дам.

— Многие хозяева гостиниц в сговоре с драгхарами. Сделают из вас уголька для развлечений крылатых — и все. Даже пикнуть не успеете, как вас контрабандой упакуют на корабль.

Я высыпала три империала на высокий столик. Может, она запугивала, но попала точно в больное место.

— Пожалуйста, дайте мне хороший номер со всеми удобствами.

— Всенепременно. Вы сделали правильный выбор.

Номер действительно оказался стоящим своих денег. Роскошная спальня, небольшая ванная со всем необходимым. Тут было все, что могло пригодиться даме: пробники косметики, средства гигиены, даже одноразовые тапочки. Белье, полотенца, халат — все чистое и ароматное, будто новое.

И цветы на столе. Свежие, благоухающие, только начинающие распускаться. На столике орехи, сухофрукты, конфеты.

Я закрыла за собой дверь и выдохнула. Сегодня вечером я представлю, что прежняя роскошная жизнь никуда не делась. Что я уехала отдохнуть из дома отца, а он с сестрами ждет меня завтра на совместный ужин.

Первым делом я приняла пенную ванну, а потом постирала нижнее белье и забралась в халате на кровать прямо с закусками. Съела их в один миг, прилегла и мгновенно уснула.

Во сне мне казалось, что за окном сверкала гроза. Слышала звук крыльев. Мне даже снилась темная фигура, идущая за мной по пятам.

А поутру, как только я спустилась вниз, хозяйка встретила меня внимательным взглядом:

— Больше империалов у вас нет?

— Нет, а что?

— Плохо. Защита дома вчера трещала по швам, — сказала себе под нос женщина.

То ли страху на меня нагнать хотела, чтобы я подольше осталась, то ли серьезно предупреждала. Чему верить?

В любом случае ночевать здесь мне больше не на что. Да и из Горта надо выбираться.

— До свидания. — Я сделала реверанс.

— Прощайте. — Хозяйка сделала ответный.

Я вышла в неизвестность. Снова без денег, только с целью выжить любой ценой.

Глава 4

Мой план выглядел так: нужно было выйти из Горта и скрыться в более спокойном городе, где я смогу найти непыльную работенку.

Идеально звучит? Нет? Ну, по крайней мере, сносно, как по мне.

Умственная работа для меня не впервой — все-таки я много лет помогала папе с винодельней. Поэтому планировала попробовать себя на должности управляющей небольшим производством и очень надеялась наткнуться на непредвзятых хозяев, которые не рассматривают женщин лишь как красивый аксессуар к мужчине.

Звучало почти невозможно, но я верила, что отец не единственный человек на белом свете, который не считает прекрасную половину человечества ниже сильной. Что есть еще светлые головы в нашем королевстве.

Вот только из Горта еще предстояло уехать, и как это сделать без денег — большой вопрос. Никто не повезет бесплатно, и за мной все еще шла погоня. Ни расслабиться, ни остановиться. Мне срочно нужна была подработка, но все объявления на питейных заведениях отвращали с первой строчки: «Требуются официантки. Радушие, контактность, приятная речь и отзывчивость приветствуются».

Понимаю, портовый город, но где же приличия?

Я отправилась в более респектабельный район, надеясь найти там другой подход к найму сотрудников. Но как оказалось, чем солиднее выглядело заведение, тем больше требовалось от слуг. У меня волосы шевелились, когда я читала о возможности уединиться в зале для важных посетителей.

Куда я попала? Это точно человеческий город? Что самое интересное, из дверей таких зданий выходили только люди, ни одного драгхара! Последних вообще тут было не так много. Или я старательно сворачивала, когда видела их мощные фигуры вдалеке?

Я зашла в район частных домов, чтобы скрыться за их высокими стенами, и увидела объявление от руки: «Нужно помыть крышу. Дорого».

Крышу? Для меня, как для слабенького бытового мага, звучало жутко. Мне нужно было залезть на крышу и драить вручную.

Оставлю этот вариант на самый крайний случай. Что есть еще?

Я прошлась по улочке вниз. Садовник на постоянную работу. Не гожусь. Кухарка. Тут тоже мимо. В нашем доме нас сытно кормил целый штат слуг.

Гувернантка для детей — здесь нужны дипломы.

Конюх. Я, конечно, могу, но тут всегда предпочитали мужчин, потому что они сильнее и делают больше.

Чем дольше я читала объявления, тем сильнее становилось мое отчаяние. Время шло, а я так и болталась без денег и работы, с постоянным ощущением, что меня в любой момент поймают, и это очень нервировало. Терпеть не могла, когда часы вот так бестолково растрачивались.

Я вошла в небольшой парк с мелкими прудами и словно окунулась в свое обеспеченное прошлое, где дамы со слугами медленно гуляли по аллеям. Леди в шляпках наслаждались свежим воздухом, и только одна девушка горестно рыдала. Две служанки ползали вокруг нее на коленях и что-то искали в траве.

— Не расстраивайтесь так, миледи. Скоро найдем!

Похоже, обеспеченная горожанка потеряла что-то ценное.

— Это подарок от Жозе! — захлебывалась слезами девушка.

Оп! А это мысль. Если я помогу ей найти пропажу, возможно, она отблагодарит меня парой монет или ценной информацией? А может быть, устроит к себе в дом на подработку?

Я ненавязчиво приблизилась, прошлась вокруг расстроенной компании, поглядывая вниз. И снова ощутила жжение сережки о щеку.

Нахождение сундука, а потом трех империалов навело меня на шальную мысль: а что, если ощущение было не просто так?

Я внимательно всмотрелась в траву и увидела золотую змейку браслета.

Похоже, мои серьги — настоящее сокровище!

— Вы не это ищете? — Я подняла украшение с земли и показала заплаканной девушке.

— Мое! — выхватила та так, словно я собиралась отнять.

— Миледи, поздравляю вас! Вы нашли браслет.

Вообще-то, это не миледи его нашла, а я. Но на меня словно не обращали внимания. Слуги суетились, чтобы их леди осушила слезы и избавилась от влаги в носу, — выдавали салфетки, обмахивали веером.

Я неловко топталась рядом. В любом другом случае молча ушла бы, но мне нужна была благосклонность этой леди. В конце концов, я хотела услышать хотя бы спасибо.

— Пожалуйста, — сказала я первой, поняв, что не дождусь благодарностей.

Девушка посмотрела на меня с удивлением, словно не ожидала, что я еще здесь. Потом махнула рукой своей служанке, прошептала ей что-то на ушко.

— Это вам, — протянула мне два серебряных девушка в скромном платье.

Да уж, этого хватит только на булочку, но и то хлеб.

— Простите, а вам не… — начала я.

— Вы что, не видите, что я хочу побыть одна и не хочу с вами говорить? — спросила хозяйка браслета.

Тяжелый случай. Встречала я таких леди, считающих, что все должны их боготворить.

А ведь я всего лишь хотела спросить про подработку. Но раз нет, так нет.

Я взяла два серебряных и пошла дальше, думая о своих сережках. Отошла за поворот и провела эксперимент с заработанными монетами. Положила их в траву, отошла на несколько шагов, а потом подошла ближе. Наклонилась. Еще наклонилась. Качнула головой, чтобы сережка ударилась о щеку.

Ничего.

Может, работает только с золотом? Или мне показалось?

Дальше уже было дело чести разгадать тайну украшения. Я сняла одну сережку, сжала в руке и шла по городским улицам в поисках сокровищ. Конечно же, золото на каждом углу не валялось. Это мне тогда с империалами повезло!

Я шла в направлении окраины города в течение часа, но так и не ощутила заветного жжения. Неужели показалось? Как проверить? И тут я увидела ювелирную мастерскую. А вот и отличный шанс!

Спустя пять минут и один внимательный взгляд хмурого мужчины я убедилась — камень становится горячим рядом с золотом, которого я еще не брала в руки. Стоит взять — и он тут же охлаждается.

Так вот почему я не ощущала жжения, когда при мне были золотые! И вот почему чувствовала тепло, когда попадала на чужое богатство.

Я могу находить золото! Прекрасная новость, но крайне нестабильный доход.

— Слышал? — начал с порога ювелирной посетитель, обращаясь к мастеру.

— О чем? — Ювелир наконец оторвал хмурый взгляд от меня, не забыв забрать из моих рук кулон, на котором я проверяла магию своих сережек.

— О визе талантов к драгхарам! Облегчили условия, расширили список! Весь город гудит. — Посетитель снял шляпу и положил на прилавок.

— Что это такое? Первый раз слышу.

— Как? Тогда слушай сюда! Если ты хорош в своем деле и драгхи видят в тебе перспективу, ты можешь обосноваться у них на вполне законных основаниях. Они даже помогут тебе первое время с жильем и устройством.

— Зачем мне это?

— Хотя бы затем, что там получать будешь раз в десять больше. Климат более мягкий и теплый.

— У меня от их ауры мурашки по коже!

— Так все придумали за тебя — выдают защитные амулеты. Давай! Подай заявку. Ты все равно одинокий, семьи нет. Говорят, потомки драконов очень ценят все, что касается золота.

Ювелир строго посмотрел на меня:

— Миледи, вы что-то хотели?

Судя по его тону, он не мог определить, к какому социальному слою я отношусь. Подозревал в низкородности, но подстраховался обращением.

— Спасибо, я пока присматриваюсь, — поблагодарила я и пошла на выход.

Больше здесь мне делать нечего.

Открыла дверь, шагнула и врезалась в огромную крылатую фигуру.

— Простите. — Я в ужасе опустила голову как можно ниже и попыталась обойти драгхара.

Но он не дал.

Я видела только ноги, размер которых вдвое превышал мой, и этого уже было достаточно, чтобы по моим венам потек чистый страх.

— Извините. — Я еще раз попробовала обойти драгхара.

Он убрал крылья, и солнечного света стало больше. Однако подвинуться и пропустить меня на узком крыльце он не спешил.

Чтобы протиснуться мимо него, мне нужно было буквально просочиться между его боком и ограждением, но даже на это я была готова. Попробовала провернуть трюк справа — он прижался к перилам. Попробовала слева — он следом.

Неужели это мой преследователь? Жених? Нашел-таки?

Паника ударила в голову так, что закружилась голова. Он сейчас меня схватит? Если так, то вряд ли кто-то придет мне на помощь и выступит против громилы.

Преодолеть столько всего, чтобы вот так легко быть схваченной?

— Миледи, — бархатным голосом, от которого у меня внутри все задрожало, обратился он ко мне.

И отступил, открыв путь.

Что? Пропускает? Точнее — отпускает?

Я едва смогла сдвинуться с места. Спустилась по ступеням с ощущением, словно арендовала чужие ноги. Не оборачиваясь, не глядя на крылатого, пошла по улице, постоянно ускоряя шаг, а потом и вовсе подобрала подол платья и пустилась бежать.

Снова это ощущение, словно кошка играет с мышкой. Снова чувство, что меня вот-вот схватят.

Надо с этим что-то делать. Спрятаться так, чтобы не нашли. Найти безопасное место.

Не знаю, случайный ли это незнакомец встал на моем пути, или это тот, кто шел за мной по лесу. Охотник за угольками или жених. Я все равно предпочитала оказаться от него как можно дальше.

Я остановилась, только пробежав два квартала, чтобы перевести дух и убедиться, что нет погони. Мимо меня по делам спешили слуги, прогуливались более состоятельные жители города. Торговали с прилавка пирожками уличные торговцы. Обычная городская суета. И ни одного драгхара.

— И что? Прям-таки личная неприкосновенность? — донесся до меня разговор двух молодых слуг, идущих мимо.

— Говорю тебе! Мой хозяин подал на визу талантов, прошел и теперь не знает печали! Здесь у него было долгов по самую макушку — ничего теперь предъявить не могут, после того как он оказался на материке потомков драконов. Там людских законов не признают, а талантливым еще и помогают на государственном уровне. Только мне теперь новую работу искать придется. А в доме твоих господ никого не ищут?

Они уже ушли дальше, а у меня в голове до сих пор повторялись их слова. Неприкосновенность. Не действуют людские законы.

Конечно! Наверное, наш с сестрами брак с драгхарами для тех был лишь бумажкой, которую можно смело бросить в камин. Поигрались и бросили умирать, уехали к себе на материк. Или же туда забрали, чтобы закрыть дома, чтобы света белого больше не увидела.

Оказывается, есть и другие случаи. Иногда они ценят людей. Только для этого нужно доказать свою пользу.

Вот если бы можно было мне туда попасть! Там ушлый дядюшка никогда не будет меня искать. Может быть, даже соглашение о браке будет недействительным. А если даже будет, эта самая виза талантов спасла бы от посягательств.

Но что я могу?

Сережка обожгла щеку. Я посмотрела вниз. Ничего. Переставила ногу и увидела, что стою на золотом.

И тут меня осенило — у меня есть талант! В ювелирной лавке клиент как раз говорил мастеру, что драгхары высоко ценят все, что касается золота. А я его нахожу!

Я пустилась догонять двух слуг. Мне нужно срочно узнать, где господин одного из них получал визу талантов!

***

Идти в консульство драгхаров было страшно. Во-первых, вокруг крылатые. Во-вторых, меня не покидали мысли, что надо мной посмеются. В-третьих, я никогда не бывала в подобных местах.

Но еще на подходе я поняла, что все не так мрачно, как я себе рисовала. Никогда не подумала бы, что буду радоваться толпе и очереди. Я заняла за тучным мужчиной, и тут же за мной встали две подруги-служанки.

— Я могу выпить три ведра бульона. Или съесть восемьдесят восемь пирожков, — повернулся ко мне незнакомец, что стоял впереди. — А вы?

Пока я растерянно подбирала ответ, отозвались две служанки позади:

— А мы вдвоем можем почистить контейнер картошки за час!

Ого. Вот это таланты.

— Это пустяк, — сказал молодой парень из очереди впереди. — Я вот могу ходить на руках как на ногах.

— И чем это пригодится драгхарам? — отозвалась одна из девушек позади меня.

— Вот у меня полезный талант — я могу рассказывать сказки не переставая, — заявила высокая женщина впереди. — Меня все тут знают как великую сказочницу. Скоро узнают и на континенте потомков драконов.

О!

Вот это компания попалась. Может, я так же со своим даром выгляжу? Нужно как следует подумать, как выгодно преподать себя. А то после таких талантливых людей, боюсь, у драгхаров в консульстве соль в глазах и вата в ушах.

За время, пока подошла моя очередь, я насмотрелась на всяких умельцев: и на человека, который мог завязывать ноги в узел, и на старика, что пересчитывал в уме невероятные числа, и даже на леди, которая верила, что влияет на заход и восход солнца.

Поэтому когда я приблизилась к входу, то не удивилась, что пускают сразу по три человека. При этом очень часто через минуту всю троицу выпускают. Присмотревшись внимательно к входившим и выходившим, я отметила, что с момента моего наблюдения только двое остались внутри. Тот самый старик, который проводит сложные вычисления в уме, и еще один молодой мужчина. Остальные все спускались по ступеням консульства с грустными лицами.

Настала моя очередь. Я как раз входила в группу с тучным мужчиной, любителем поесть, и двумя служанками, которые с невероятной скоростью чистили картошку. Как эти двое собирались демонстрировать свои таланты с пустыми руками, я не знала, но хотела посмотреть.

Нас провели внутрь по белоснежному коридору с золотыми вставками, и во мне начала теплиться надежда: а вдруг?

Но стоило открыть двойные двери и увидеть четверых драгхаров за длинным столом, как я сильно засомневалась в хорошем итоге.

Они сидели с такими «заинтересованными» лицами, словно заранее поставили на нас крест. Двое из драгхов общались между собой. А еще я впервые увидела женщину их расы. Она была такой же высокой, как мужчины, с крупными чертами лица и смело одетой. На ней был свободный пиджак, рубашка, и я даже боялась посмотреть, что под столом. Неужели брюки?

Мужчины-драгхи тоже придерживались официального стиля, но делали это по-своему. Я слышала, что они не любят давящих вещей, которые стесняют движения, поэтому подход к одежде у них особый.

И я убедилась в этом: один, одетый в широкую рубашку, накинул пиджак на плечи. Второй был в одежде, которая сидела на его мощной фигуре как вторая кожа, но при этом была эластичной. Я впервые видела такие ткани. Третий был в черном. Рубашка, верхние пуговицы которой были расстегнуты, сидела четко по фигуре и подчеркивала сильные плечи. Рукава были фривольно подвернуты на треть. За такое джентльмены были бы тут же с позором выгнаны из общества, но только не драгхары. Им можно было все.

Лицом этот потомок драконов больше походил на лиса: вытянутые вверх уголки миндалевидных глаз, тонкий нос и губы, острый подбородок. Он отличался от трех представителей своей расы с их крупными чертами лица, но в то же время не было сомнений в том, что он драгхар.

— Начинайте. — Драгхарка первой обратилась к тучному мужчине.

Я удивленно посмотрела на других представителей комиссии за столом. Они дали право первой говорить женщине? И никто не пронзил ее за это осуждающим взглядом? Похоже, на материке потомков драконов совсем другие порядки!

Толстяку тут же указали на дверь, не успел он договорить.

— Теперь вы, — обратился ко мне тот самый, с лисьим взглядом.

Я едва слышно прочистила горло, прикусила щеку и сказала:

— Я чувствую золото и могу его находить.

В помещении повисла тишина.

— Чувствуете? — спросила драгхарка. — Магией?

Как метко она била. Любой тест на магические способности покажет, что я недалеко ушла от нуля. Но сказать, что дело в сережках, значит самой убить шанс.

— Да. Я могу понять, где спрятан сундук с золотыми, когда встану над ним. Или что подо мной лежат три империала. Или что я наступила на золотой, — перечислила я реальные случаи, которые происходили со мной.

Драгхар с накинутым на плечи пиджаком посмотрел во внутренний карман верхней одежды и сказал:

— Камень истины говорит, что она не врет.

И по очереди оглядел всех присутствующих членов комиссии. На меня пристально посмотрел драгхар с лисьим взглядом:

— Только золото?

— Не уверена, но похоже на то. Я находила так только золото.

Две девушки рядом со мной засуетились. Я обернулась и увидела, что одна из них вот-вот упадет в обморок, а вторая обмахивает ее ладонью.

Внимание драгхаров тоже тут же переметнулось на служанок.

— Вам нехорошо? — спросил один из них.

— Из-за ауры, наверное, — прошептала девушка, которая поддерживала подругу в трудную минуту.

— Здесь есть защитный камень, минимизирующий наше подавляющее воздействие, — ответила драгхарка, а потом спросила: — С чем вы пришли?

— Мы… мы можем очень быстро чистить картошку. Очень, — сбивчиво заверила служанка.

— В обмороке быстро не почистишь. Можете быть свободны.

Девушек отпустили. Все взгляды снова сосредоточились на мне.

— Итак, миледи, золото, — обратился ко мне мужчина в черной рубашке.

Он вышел из-за стола. Какой высокий! Я сама не маленького роста, а тут просто великан.

Драгхар остановился рядом со мной и заглянул в глаза:

— В обморок падать не собираетесь?

— И не думала.

Взгляд такой, словно он смеется про себя. Или будто соблазняет. Или… Даже не знаю, как описать. Такой взгляд я видела у тех высокородных джентльменов, кто знал, что привлекателен, обаятелен и положит на лопатки любого одной только фразой. Таких я всегда обходила стороной!

Он протянул мне два сжатых кулака:

— В какой руке монета?

Я посмотрела в его глаза еще раз. Издевается? Детская игра в угадайку!

Но другие драгхары так внимательно следили за нами, что я не посмела отказаться. Придвинулась поближе к кулакам, чуть наклонив голову. Так, чтобы сережка коснулась щеки.

Сначала левый кулак. Потом правый. Снова левый. Правый.

Ничего.

Я распрямилась и посмотрела на драгха:

— У вас нет золота в руках.

Я поправила косу, дотронулась до сережки и увидела свечение у мужчины из середины груди. Неужели я могу видеть и так? Это просто удивительно!

— Но здесь есть. — Я показала драгху на солнечное сплетение.

Миндалевидные глаза широко распахнулись от удивления.

— Милочка, если тебе стыдно смотреть на расстегнутые пуговицы рубашки, то мне нет. И я тебе точно скажу: там нет никакого кулона. Это же видно! — засмеялась драгхарка.

Но мужчина в черной рубашке не смеялся. Он смотрел на меня с удивлением.

— У меня нет кулона. Нет булавки. Нет запрятанных на ткани золотых деталей…

— Вот, а я что говорю! Следующий! — громко возмутилась драгхарка.

— Я не договорил, — повысил голос драгхар с плутовскими глазами. — Но внутри меня действительно есть золотой предмет. Ровно там, куда указала девушка.

Мгновенно реакция трех драгхаров за столами изменилась. Словно хищники, что почуяли добычу, они подались вперед, положив руки на стол.

И в этом они были так синхронны, что не осталось сомнений в зверином происхождении их поведения. Легенды не лгут. Драгхары — потомки драконов, и они очень любят золото. А еще они — ходячая смерть для человека.

— Лейвар, проверишь леди? А мы пока тут быстро всех остальных посмотрим и присоединимся, — сказал драгхар в накинутом пиджаке.

— Не спешите. — Лисьи глаза сощурились до щелок. — Прошу вон в ту дверь, миледи.

Узкая панель была окрашена в цвет стен и не сразу бросалась в глаза. Стоило на нее надавить, как она открыла проход во внутренний сад. Экзотическая зелень здесь росла до самого стеклянного потолка. Размером сад был как несколько комнат.

— Подскажите, пожалуйста, а правда, что по визе талантов вы обеспечиваете неприкосновенность? — Я должна была уточнить.

А то весело бы получилось: я приплыла на материк прямо в руки женишку, а он поблагодарил за быструю доставку и закрыл у себя в доме. Ведь нет никаких гарантий, что покупатель невест живет на континенте людей и я убегу от него, а не к нему.

Лейвар почему-то слегка улыбнулся, прежде чем ответить:

— Неприкосновенность от чего? Если вы имеете в виду дипломатическую, то поспешу вас огорчить. Убьете кого-то — и вам не позавидуешь.

— Нет-нет, никаких преступлений. Скажем так: действуют ли на территории драгхаров договорные обязательства людей?

Мужчина (можно же назвать так драгхара? Похож же!) потер ладони, отвел глаза в сторону и сказал:

— Долги мы взыскиваем, только если кредитор драгхар. В остальных случаях это нас не касается. Вы кому-то крепко задолжали, миледи?

Я замотала головой, нарушая все правила этикета. Хотя когда я их придерживалась?

— Нет. Я никому не должна денег и чиста перед законом.

Как бы узнать про брачные договоренности? Напрямую спросить нельзя. Вдруг он задержит меня и передаст жениху?

— Тогда вам нечего бояться. — Лейвар достал толстую тканевую ленту из ящика, которую использовали для подвязки больших растений, и встал позади меня. — Не двигайтесь.

Я бы так не сказала — что нечего бояться. У меня сейчас душа сбежит из этого места, забыв про тело.

Меня коснулась только лента, но было ощущение, словно Лейвар не тканью, а пальцами дотронулся до моей щеки, провел по шее и плечу.

Глаза накрыла повязка, узел туго сел на затылке.

— Сейчас я спрячу золото в этом саду. У вас будет пять минут, чтобы его найти. Справитесь?

Я вспомнила примерный план сада.

— Но я боюсь поломать растения.

— Они не такие хрупкие, как вы думаете. И я вам помогу. Буду держать за руку, — донесся мужской голос из глубины домашнего сада.

Я кивнула. Сама же крутила в голове слова и так и этак. Все для того, чтобы вытянуть из драгхара нужную информацию.

Лейвар встал вплотную позади меня. Я ощутила это всем телом, хоть он меня и не касался. Уверена — стоит мне чуть отклониться назад, как я спиной коснусь его груди.

— Вперед, миледи. — Он наклонился и шепнул мне слова тоном, который вызвал ощущение щекотки.

Я сделала два шага, и Лейвар схватил меня за руку.

— Аккуратно! Впереди крайне кусачее дерево. Не смертельно, но почесаться недели две придется, — с этими словами драгхар повернул меня чуть левее.

Он не вел — следовал за мной, немного поправляя траекторию ходьбы. Я же попыталась сосредоточиться на ощущениях, наклонив голову вниз. Прошла минута, вторая, но я так ничего и не ощутила.

— Не волнуйтесь так, миледи, — шепнул Лейвар, и я поняла, что намертво вцепилась ему в руку.

— Простите, — тоже шепотом ответила ему.

И тут ощутила под собой золото. Не по жжению, не по касанию серьги к коже. Просто поняла: оно подо мной. Много.

— Здесь.

— Вы уверены?

— Да.

— Но я спрятал монету в другом месте.

— Может, монета и в другом, но здесь целый ящик. — Я свободной рукой сняла с себя ленту и посмотрела вниз.

Подо мной плоскими камнями была выложена дорожка. Она поросла мхом, низкой травой и точно давно не перекладывалась.

Наши с Лейваром глаза встретились. Он смотрел на меня с небольшим разочарованием и удивлением. Словно просил взглядом не спешить.

Я увидела, что моя правая ладонь до сих пор держит его руку, и отдернула ее, словно ошпарилась. Получила в ответ понимающую улыбку.

— Удивительно, да? Но может, подумаете еще раз, прежде чем настаивать?

Он подсказывал мне как мог — я это понимала. Но в душе была настолько уверена, что золото подо мной, что спросила:

— Есть лопата?

Лейвар на мгновение улыбнулся так, что я забыла обо всем на свете. И о золоте, и о женихе. Невероятная улыбка. Нечеловеческая по своей притягательности.

Теперь понятно, почему угольки идут на это. Наверное, в драгхарах есть какой-то дар очарования, который кружит головы.

— Если вы так настаиваете. — Лейвар шутливо поклонился и ушел, а через минуту уже принес лопату.

Я протянула руку, чтобы взять, но драгхар не дал.

— Где копать? Показывайте.

Я указала на место, где стояла.

Лейвар поддел острием лопаты камни, отбросил их руками в сторону, не боясь испачкаться в земле, а потом копнул раз. Отбросил в сторону. Копнул другой. Отбросил. Посмотрел на меня с улыбкой: «Делаю, но готовься к провалу».

Неужели я ошиблась?

Третий раз полотно лопаты с лязгающим звуком уперлось во что-то. Лейвар вскинул голову и посмотрел на меня:

— Миледи?

— Открывайте, господин Лейвар. Открывайте! — улыбнулась я.

Еще несколько взмахов лопаты — и на свет показался железный короб с замком. Ударом штыка сломав затвор, драгхар открыл крышку и присвистнул. Ахнула только что вошедшая троица членов комиссии.

— Виза ваша! Ваша! — заголосила драгхарка.

Глава 5

Меня проверили еще десять раз на разного рода золотых изделиях, и я ни разу не промахнулась — нашла все до единого. И кольцо, и цепочку, и монеты, и даже слиток.

— Это победа! — провозгласила драгхарка.

Такое ощущение, что она радовалась сильнее меня. Впрочем, тот сундук с золотом, что я нашла, девушка не выпускала из рук, несмотря на всю его тяжесть. Еще и пальцы туда постоянно запускала, перебирала монеты с таким выражением лица, с каким Ада кошек гладила.

Меня же терзали вопросы, которые я не успела задать. А то попаду на континент драгхаров, а там все станет только хуже. Поэтому я нашла возможность и потянула Лейвара за край рукава, отвела в сторону.

— Простите. Вы, случайно, не знаете, в империи Аднар, на вашем материке, узаконены браки людей и драгхаров?

Лейвар посмотрел на меня снисходительно:

— Как может быть законно то, чего не существует?

Я так опешила от его ответа, что не сразу нашлась что сказать.

— Но… — я совсем зашептала, — у нас, в Норридане, это существует.

— Союз невозможен, потому что человек в браке с нами обречен на скорую смерть. Так зачем узаконивать такие вещи? Или вы, миледи, хотите найти себе опекуна на нашем материке?

Я отшатнулась:

— Что вы! Ни за что. Наоборот — хочу чувствовать себя в безопасности. Знаю, что здесь такие случаи есть.

Драгхар посмотрел на мои губы, и их словно закололо. Мне показалось? Что такое? Наверное, я просто перенервничала.

— Вы про угольков? Они знают, на что идут.

Не все. Вот мы с сестрами стали бы игрушками не по своей воле, не узнай вовремя и не сбеги.

— Значит, это незаконно? — еще раз переспросила я.

Должна же я получить прямой ответ. Мне это очень нужно!

— Наш император, Рондалл Адерфор Даргаррон, правит империей железной рукой, — ответил мне драгхар, глядя так, словно хотел прочитать мои мысли.

Про нашего короля тоже так говорили. И что? Ладно, спрошу по-другому:

— Значит, у меня будет неприкосновенность?

— Если не нарушите законов драгхаров, будете жить припеваючи с вашим даром. А я как ваш куратор прослежу за вашим благополучием.

— Куратор?

— Конечно. Вы же будете в новой среде, да еще с таким серьезным талантом. Я помогу вам адаптироваться.

— Вы поедете со мной?

— Мы поплывем. Надеюсь, у вас нет морской болезни?

Я смутилась. Не знаю почему.

— А вы всех так сопровождаете?

— Конечно. Таланты — редкость. Вы же видели, какие кадры приходят. Но есть настоящие сокровища. Вот как вы.

Он назвал меня сокровищем! Я понимала, что это означает ценность моего дара в прямом смысле слова, но все равно отвернулась, чтобы скрыть красные щеки.

Что ж, ладно. Если у них такие правила, то кто я, чтобы сопротивляться?

— Когда отплываем? — спросила я, медленно поворачиваясь.

Лейвар посмотрел на огромный бутон цветка, словно сверял по нему время:

— Ближайший корабль отходит через два часа. Следующий надо ждать до завтра.

Я вспомнила, как столкнулась у ювелирной мастерской с драгхаром. Я не уверена, есть ли за мной погоня, но перестраховаться никогда не будет лишним. Я оставила след от портала, ходила по Горту без камней, которые могли запутать след. Нет, я точно еще в опасности. Время — жизнь!

— Как насчет сегодня? Вы успеете? — спросила я.

— А вам не надо собраться? — удивился драгхар.

— Все мое при мне. Я готова к путешествию.

Лейвар кивнул, не выдав мимикой своих мыслей. А я боялась, что он вот-вот спросит о разрешении опекуна, так как леди едет одна, или разведет подобную патриархальную бюрократию, но он ни на секунду не усомнился в женской самостоятельности.

Может быть, на континенте потомков драконов не так уж и плохо?

***

У меня было два часа до отплытия и один империал, чтобы починить почтовый артефакт, но драгхары запретили покидать консульство.

Меня привели в рабочий кабинет с огромными окнами и без привычных ламбрекенов, тяжелых штор и больших кистей, которые бы их подхватывали. Это было так необычно, что я засмотрелась в окно.

— Нужно оформить все документы. — Лейвар положил передо мной стопку бумаги. — Это анкета, соглашения и прочая обычная документация.

Я еще в делах винодельни поняла, что когда говорят «типовой договор, обычная процедура» — это сигнал быть в два раза внимательнее и читать мелкий шрифт.

Конечно, все два часа я убила на то, чтобы не быть облапошенной. Даже отказалась подписывать один документ страховки, который оповещал о договоре моего опекуна.

— Это я подписывать не буду.

Лейвар спорить не стал, просто убрал отвергнутые мной бумаги в ящик стола.

— А теперь, леди Лэйн, нам нужно поторопиться, чтобы успеть на корабль.

— Сколько мы будем в пути?

— Наш корабль дипломатический. С изнеженными людьми, так что в Аднаре будем к завтрашнему утру.

Я так и не поняла, быстро это или медленно по меркам драгхара, учитывая «изнеженных» пассажиров.

— Нам пора, миледи! Если по пути почувствуете что-нибудь в земле — дайте мне знать.

На воде едва покачивался огромный корабль. Отличительной особенностью его были невероятно большие паруса.

— А судно плывет не при помощи артефактов? — спросила я Лейвара, когда мы поднимались по трапу.

Драгхар загадочно улыбнулся:

— Вы все-все увидите.

Мы прошли по палубе к носу корабля, и я замерла от удивления. У штурвала под навесом от солнца висел гамак, а в нем качался драгхар (ни у кого из людей не было таких длинных ног в шортах, которые он позволил бы себе раскинуть в разные стороны).

На палубе уже стояла небольшая делегация людей в костюмах, и среди них я узнала того самого опоздавшего старичка. Он помахал мне шляпой, а я вежливо кивнула. Заметила, что и Лейвар едва заметно кивнул. Похоже, мы оба знали этого дипломата.

Народу все прибывало. И все смотрели на мирно отдыхающего в гамаке драгхара, словно он должен был сделать что-то необыкновенное.

Раздалось три свистка подряд. Потомок драконов встал, поправил распущенные светлые волосы так, чтобы они струились только по спине, а не по плечам, оглядел зрителей, кивнул Лейвару и задержал взгляд на мне. Я думала, он меня проигнорирует, но я тоже удостоилась кивка. В ответ сделала легкий реверанс.

— Бросьте эти древние манеры, миледи. На Аднаре можете забыть их все, как страшный сон. — Лейвар облокотился на перила.

В это время блондин, словно дирижер оркестра, взмахнул рукой, и паруса надул ветер. Мы поплыли!

Теперь я поняла, чего все ждали. Драгхар обладал силой воздуха, и при его помощи этот корабль будет пересекать море.

— А вы мне еще про древности говорите. Корабли давно ходят на артефактах.

— Но так же эффективно, не правда ли? Сила одного драгхара везет порядка пятидесяти созданий и целый корабль грузов.

Ясно. Все рассчитано на зрелищность. Дипломатов полагалось развлекать, едва берег остался позади.

— Интересно, а каюты у вас тут тоже уникальные? — спросила я.

— Какие каюты? Позвольте показать вам устройство пассажирской зоны.

Лейвар завел меня через открытую дверь внутрь, и я с удивлением заметила ряды полулежачих кресел с индивидуальными столиками.

— Такие места позволяют и бодрствовать с удобством, и спать с комфортом. А еще принимать пищу, не переходя в другую зону.

Для меня это было так шокирующе, что я встала на месте. Как это? Все вместе? В одной большой комнате? И мужчины, и женщины? Люди и драгхары?

Спать рядом?

— Вижу, вы поражены.

— Не могу подобрать слов, чтобы описать силу моего удивления. — Я моргала, надеясь, что это все мне мерещится.

Первой моей реакцией был чистый внутренний негатив и неприятие. Все было не так, как я привыкла. Никакого личного закрытого пространства, никакого полового деления. Но когда мы с Лейваром сели в кресла, я оценила мягкость и комфорт посадочного места. А еще напиток на столике и вкусный перекус.

— Для драгхаров превыше всего удобство.

— А если нужно переодеться?

— Есть просторные уборные. Тем более мы не две недели плывем, а всего восемнадцать часов.

— У вас все корабли такие?

— Нет. — Лейвар откинулся на спинку, нажал на что-то, и кресло стало почти лежачим. — Военные корабли совсем другие. Или те, на которых передвигаются только драгхары. Здесь, леди Лэйн, все рассчитано на эффектность. Когда вы приплывете на Аднар, увидите, как живут обычные драгхары.

Я молча выслушала, чувствуя, что начинаю нервничать. Правильно ли я делаю? Может, прыгнуть в воду и поплыть обратно? Что меня ждет в этом неизведанном мире?

— Может, пока расскажете о себе? Как оказались в Горте и почему одна? В чем причина такой спешки? И почему без багажа? — Хоть у Лейвара и был расслабленный вид, вопросы он сыпал отборной очередью.

Я напряглась еще сильнее. Пожалуй, возьму с него пример и посплю. Я откинулась на спинку кресла, закрыла глаза и через несколько секунд почувствовала, как опора опускается вниз.

— Это я. Не волнуйтесь. Так будет удобней.

Я боялась открыть глаза. И без того ощущала, что драгхар непозволительно близко.

— Леди Лэйн, можете дышать. — Лейвар вернулся на свое место.

Я открыла глаза, лишь когда разнесли ужин. Было так необычно от количества людей рядом, что я не смела взглянуть по сторонам. А потом наступила ночь. Я заснула так крепко, что проснулась, только когда вокруг все встали и засуетились.

— Доброе утро, миледи. Мы приплыли! — Лейвар выглядел таким по-домашнему сонным, что это никому нельзя было показывать.

Я схватилась за лицо. Неужели я выгляжу так же?

— Мне нужно в уборную!

Я помчалась приводить себя в порядок, топчась за спинами дипломатов, которые выходили на палубу. Когда я умылась, убедилась, что выгляжу вполне свежо, и вышла в пассажирский отсек, Лейвар уже был один. Вот только выглядел он как-то не очень хорошо.

— С вами все в порядке? — спросила я, пока мы выходили на палубу.

— Не совсем. Похоже, меня отравили.

Я тут же заозиралась по сторонам, чтобы позвать какого-нибудь драгхара на помощь.

— Тихо. Не показывайте виду. Нам нужно выйти так, словно ничего не случилось. Возьмете меня под руку?

Не знаю, чем ему это помогало, но я не посмела отказать. Взялась за локоток Лейвара и пошла так к трапу. Его заметно шатало. А еще я ощущала себя невероятно маленькой. Непривычно мелкой, с моим-то ростом!

Я бросила взгляд на берег и забыла обо всем. Золотые крыши белых домов на несколько секунд ослепили меня.

Лейвар наклонился к моему уху и прошептал:

— Вивьен, как только спустимся с трапа, нас встретит контроль. Это не займет много времени. После мне понадобится ваша помощь.

— Вызвать врача?

— Нельзя. Все должно быть тихо. У меня в доме есть противоядие. Нам нужно добраться туда. Запоминайте адрес: улица Ярких Луж, дом 15. Это на случай, если Яша прохлаждается.

Что за Яша, я так и не поняла, но предположила, что встречающий.

Лейвар выглядел так бледно, что я не посмела с ним спорить. Он лучше знал местные порядки и угрозу, которая над ним висит. Поэтому я максимально медленно сошла с ним с трапа, старательно изучая взглядом берег, чтобы показаться любознательной путешественницей, а не девушкой, прикрывающей плохое состояние драгхара.

— Я не думала, что потомки драконов такие нежные, — тихо прошептала я своему спутнику.

Высокий же, мощный, а шатается! Как легко его отравить.

— Миледи, дозы, что я получил, хватило бы, чтобы сотня людей полегла. Я же еще иду и поддерживаю с вами светскую беседу.

— Ох, простите!

Нам наперерез вышли два драгхара:

— Добро пожаловать на Аднар.

Лейвар протянул документы одному из них. Зашелестели страницы небольшой книжечки, а потом я удостоилась очень внимательного взгляда.

— Золото? — переспросил второй из пограничников у первого.

Он тоже сунул нос в мои документы.

— По визе талантов не разглашают информацию о даре. Мне стоит спросить ваши номера? — Лейвар поговорил с ними назидательным тоном, и нас быстро отпустили.

Удивительно, но когда он общался, то выглядел прекрасно. Вот умеет взять себя в руки! Мое почтение.

— Вы как? — спросила я, когда мы отошли подальше.

— Сейчас упаду, — со смешком выдал мой спутник.

И то ли шутил, то ли смеялся над собственным бессилием. Как тут понять?

— Образно выражаясь, надеюсь? Я не смогу вас поймать.

— Тогда поторопитесь, Вивьен. Идемте к красной карете вон на том пятачке. — Лейвар вложил мне в руку золотую монету со знаком дракона на одной стороне. — Покажете этот знак Яше, если я выключусь.

— Держитесь, Лейвар.

Мы так быстро перешли на обращение по имени, что я сама не заметила. Вышло как-то слишком естественно, будто мы так давно общались. Хотя, по сути, он был для меня незнакомцем. И если бы не его плачевное состояние, я непременно попросила бы его вернуться к прежней форме общения.

Но кто этот Яша? Почему он ждет в карете, а не бежит навстречу? Водитель?

Краем глаза я отметила, что человеческим дипломатам драгхары открывали порталы прямо на пирсе. Интересно, почему Лейвар не пользуется такой быстрой возможностью оказаться в другой точке? Дорого? Нет с собой? Или из-за отравления?

Некоторые кареты на стоянке встретили нас привычной формой, а вот некоторые так и манили чудаковатостью. Но у меня еще будет время изучить все на этом материке, а пока мой спутник слишком подозрительно кренится в мою сторону.

— Куда нам? — Я посмотрела на Лейвара, а он прикрыл глаза и не отвечал.

Хорошо, хоть стоял рядом.

Красная карета. Тут их три.

— Яша… — тихо позвала я, чувствуя себя ужасно невоспитанной барышней, что, как торговка, кричит на улице.

Никто не откликнулся. Лейвар еще сильнее завалился на меня.

— Яша! — закричала я уже без оглядки на воспитание — во весь голос.

Что за дурацкое имя? Как кличка у собаки!

И тут я увидела, как из одной кареты, теряя карты и монеты, выкатывается маленькое создание не больше метра ростом. Встает на две ноги, звенит кольцами в остроухих ушах, быстро собирает деньги и карты с земли и говорит:

— Бегу-бегу, миледи!

— Яша? — переспросила я.

И тут почувствовала, как колени Лейвара подкашиваются, а сам он заваливается на меня.

— Яша! — это уже был крик о помощи.

Удивительно проворно Яша подхватил Лейвара и взвалил на себя. Со стороны казалось, что драгхар парит невысоко над землей.

— Не сочтите за труд открыть дверь, миледи! — Яша дотащил Лейвара до одной из красных карет, а потом ловко запихнул хозяина внутрь.

На миг мне показалось, что драгхар очнулся и помог ему, но когда я забралась в салон, то убедилась, что мой куратор бледнее облака.

Я протянула Яше золотую монету с драконом, и создание тут же мне поклонилось:

— Домовушка Яша к вашим услугам, хозяйка. Куда прикажете везти?

Хозяйка? Эй, ладно. Сейчас не до этого.

— Домой, — сказала я.

Это прозвучало так странно.

Глава 6

Карета порадовала бы простором, если бы потомок драконов не был таким огромным. Хорошо, хоть крылья ни разу при мне не выпускал, а то бы сейчас внутрь было не войти: один диван заняли торс и голова драгхара, а ко второму тянулись его длинные ноги. Пришлось перешагивать, подбирая юбку платья. Хорошо, что этого позора никто не видел!

Я сначала расположилась на диване напротив, но Лейвар постоянно норовил свалиться вниз, и я устала прыгать туда-сюда, не давая ему скатиться на пол. Поэтому я села к нему на диванчик и положила его голову на свои колени. Так он хотя бы перестал падать.

Непозволительная близость для леди. Но сейчас же нас никто не видит, верно?

— Яша, — обратилась я громко к домовушке, не зная, слышно ли меня.

Тишина.

Похоже, внутри стояли антипрослушивающие артефакты. Ни воды попросить, ни дозваться. Плохо!

А между тем Лейвар горел от жара, хотя кожа вся была бледнее белоснежных домов за окном. Я надеялась, что дома драгхару действительно окажут помощь.

Карета неожиданно остановилась. Яша открыл дверь и посмотрел на нас с глупой улыбкой. Чему он умиляется?

Я впервые обратила внимание на то, во что одет домовушка, — какое-то плетение из трав и листьев, но все иссиня-черного цвета. И покрой словно вторил вещам хозяина — на Яше было что-то похожее на рубашку и штаны с обтрепанными рукавами и штанинами. Из-за воротника у него торчали уголки карт.

— Добро пожаловать домой, миледи! — Яша сиял, словно получил самый дорогой подарок.

Похоже, он блаженный.

— Яша, Лейвару плохо. Позови домашних на помощь.

— Домовушка у хозяина только я. Я один справляюсь! — тут же нахмурился Яша.

— Я имею в виду членов семьи.

— А-а-а, у хозяина нет семьи. Теперь вы его семья.

— Я? Нет, ты не так понял.

Яша протянул мне монетку обратно и довольно улыбнулся:

— Все я так понял, хозяйка.

Ох, похоже, дело плохо. Если Лейвар надеялся на помощь Яши, то зря. Тот тронулся умом на солнцепеке пристани. Или проиграл соображалку в карты.

— Яша, помоги занести хозяина в дом.

— Легко! — Домовушка подхватил драгхара так, словно тот не весил в три раза больше меня, и спрыгнул с кареты.

От того, с какой силой шлепнулись ноги Лейвара о землю, я зажмурилась. Если бы Яша был больше, цены бы ему не было. А так он хозяином пересчитывал все — и ветки растений в саду, по которому мы шли, и каменные ступени белого дома. Хорошо, хоть руки драгхара прибрал.

— Открывайте, хозяйка! — торжественно сказал Яша из-под Лейвара, когда мы подошли к огромной двери.

Я дернула за ручку — она не открылась.

— Как, Яш?

— Так знак вставьте!

Знак? Монетку, что ли?

Я нашла круглое углубление и попробовала поднести туда кружок с драконом. Дверь тут же открылась внутрь.

— Располагайтесь, хозяйка! Сейчас хозяина положу и ттворк сделаю.

— Яша, Лейвару нужна срочная помощь. Он отравлен!

Домовушка уже скрылся за поворотом. Я пошла следом за ним, чуть не заплутала в комнатах, а потом услышала шум сверху. Лестница вела на второй этаж. Они уже там?

Яша встретился мне уже на лестнице и без ноши.

— Бежишь за врачом?

— Готовить ттворк!

Ох, сдохнет так твой хозяин, Яша!

Я подобрала юбки и побежала искать спальню, чтобы оценить состояние Лейвара. На ходу приказала:

— Яша, срочно неси чистую воду для питья, тазик с холодной водой и тряпку. А еще все лекарства в доме, которые есть.

— Хорошо, хозяйка.

Лейвар, держись!

Я зашла в приоткрытую дверь на втором этаже и споткнулась об увиденное.

Лейвар лежал на большой кровати раздетый, накрытый до пояса одеялом.

Когда Яша успел его раздеть?

Это был третий раз в жизни, когда я видела голый мужской торс. Первый раз это был щуплый конюх, когда я неожиданно вошла в особо жаркий день в конюшню. Второй раз — отец, когда доктор ставил ему банки. И сейчас — драгхар.

И эти три торса были абсолютно разными! Если конюха хотелось накормить, папу одеть, то Лейвара хотелось запечатлеть на картину. которую дамы хранили бы у себя в будуаре.

Мне раньше в голову не приходило, что есть такие идеально развитые тела. Не зря говорят, что у потомков драконов особое телосложение.

Сначала я отвернулась, хотела было пойти вниз, но остановилась, глядя на выход. Кто тогда спасет драгхара? На Яшу никакой надежды.

Мне нужно думать о Лейваре как о пациенте, которому нужна помощь. Если он умрет из-за моего стеснения, это будет верх человеческой глупости.

— Несу, хозяйка! — с этими словами Яша чуть не сбил меня с ног.

Расплескивая воду из тазика, он дошел до постели и хотел было опрокинуть все содержимое на драгхара, но я успела перехватить снаряд.

— Спасибо! — поблагодарила я и поставила тазик на прикроватную тумбочку из черного материала. — А лекарства?

— Так хозяин сам себя лечит. — Яша подергал пальцами в воздухе. — Магией!

О. Сам? И этому можно верить?

Я подозрительно посмотрела на домовушку:

— А в доме есть целебные травы?

— Конечно! — с этими словами Яша содрал с себя кусок рубахи и протянул мне. — Это ядрень, золотой морень и красноуст.

Под ноги Яши посыпались карты, которые домовушка тут же торопливо собрал.

Я посмотрела на кусок одеяния. И что мне с этим делать? Ни одной знакомой травы. Да и после носки, сомневаюсь, что это можно заваривать.

— Лейвар, как ты еще дожил до своих лет в такой компании? — спросила я у драгхара, который до сих пор был без сознания.

Я выжала полотенце, которое плавало в воде таза, положила на лоб мужчине и услышала шипение, словно вода попала на сковородку.

— Это еще что такое? Ты поджариваешься?

Я потрогала кожу на щеке. Он горел! Просто огонь!

Может, не зря Яша хотел его обдать ледяной водой?

Полотенце на лбу Лейвара мигом стало сухим, и я повторила процедуру.

— Яша, неси еще одно маленькое полотенце!

Я знала, что во время горячки очень важно понизить температуру тела, и собиралась сделать это за счет обтираний. Одно полотенце на лоб, вторым буду протирать тело. И тут уже не до стеснений. Лейвар сейчас сгорит заживо.

Яша принес полотенце и сел на краешек кровати, наблюдая за моими действиями во все глаза:

— Хозяйка, что делаете-то, что делаете?

— Понижаю температуру тела! Что же еще? Твой хозяин, Яша, борется с лихорадкой!

— Так лечится же…

— Как он лечится? Ни лекарств у вас нет, ни врача не вызвать. Будь мы на моей родине, я бы уже давно вызвала лекаря, обложила Лейвара амулетами и стабилизировала. А об этом месте я не знаю ничего!

— Это Драг-Нар, хозяйка! Столица империи Аднар. Вы все еще можете увидеть остатки старых замков людей, но все белые дома с золотыми крышами, как наш, — постройка драгхаров.

— Очень интересно, Яша, но сейчас немного не время для городских историй и лекций, — сказала я, окончательно убедившись, что домовушки совершенно не умеют оценивать реальность.

— Яша, неси простыню.

— Кровать застелена, хозяйка!

— Нужно заменить одеяло на более легкую накидку.

Я протерла ладони, торс, стараясь не думать ни о чем лишнем. Домовушка принес требуемое, и я с закрытыми глазами сорвала с Лейвара одеяло и накрыла его от живота до коленей простыней.

Теперь можно добраться до стоп и зоны на сгибе ноги. Это важные места, которые следует смочить, чтобы температура тела быстрее снизилась.

Я закончила круг и поняла, что этого мало. Нужно еще десять таких повторов минимум. И даже выработала последовательность: лицо, шея, торс, руки, ноги, стопы. Окунаю в тазик — и по новой.

После пятого круга я сделала перерыв. Мне показалось, что Лейвар стал менее горячим. Я выпила принесенный Яшей стакан воды, послушала его причитания «Хозяйка, что вы делаете? Что делаете?», а потом снова потрогала лоб драгхара.

Горяченный. Пожалуй, даже сильнее, чем прежде.

— Яша, тут есть ванна?

— Конечно. Вот здесь. — Домовушка указал дверь.

— Отлично! Набери ледяной воды, Яша.

Домовушка ушел исполнять просьбу, причитая что-то себе под нос. Я как раз завершила десятый круг обтираний, когда Яша отчитался о том, что ванна набрана.

— Помоги мне отнести туда твоего хозяина.

— Когда он хочет в туалет, он сам идет, — сказал Яша озадаченно.

— Яша, просто молча помоги мне отнести его туда! — Я теряла терпение.

Я переживала за судьбу драгхара. Совсем не хотелось, чтобы он умирал. Такой красивый, в самом расцвете сил. Ему еще жить да жить.

С трудом мы с бурчащим Яшей дотащили Лейвара в ванную.

— А теперь опускай его туда! — Я показала на огромную чашу воды в полу.

— Хозяйка! Ледяная же вода!

— Ему это надо! Давай.

— Но… но… — Яша мотал головой.

После похорон отца я так натерпелась от дяди, еле ноги унесла от погони, устала после путешествия, так напереживалась с Лейваром, и тут еще загвоздки.

Я попыталась снять драгхара с Яши, но случайно мы всем трио свалились в эту огромную чашу в полу.

Я вынырнула, убедилась, что голова драгхара не окунулась под воду, выловила Яшу и посадила его на край чаши.

Посмотрела на Лейвара. Он на глазах белел и словно усыхал.

— Яша! — в панике закричала я.

— Хозяйка! Это же огненный дракон! С ним так нельзя! — наорал на меня домовушка и топориком нырнул в чашу спасать хозяина.

Я в шоке замерла. Это я что, получается, сделала только хуже, а Яша все правильно причитал?

Чего нам стоило вытащить мокрого драгхара из чаши — не описать. Получилось долго, душевыморительно и сложно. Сделав это, я распласталась по кафелю.

— Яша, почему ты мне сразу не сказал?

— Я говорил! Мой хозяин лечится огнем, его просто нужно оставить в покое. А с вами, хозяйка, ему никакого покоя не видать.

Я виновато выдохнула, посмотрела на Лейвара, который выглядел еще хуже, чем когда-либо я видела. Он весь пошел синими пятнами и словно похудел раза в два. Похоже, я нарушила его магические потоки своими действиями.

Чего еще ждать от пустышки!

— Прости, Лейвар, — прошептала я, полная раскаяния.

***

С этого момента драгхар больше не страдал от жара, и это было, как выразился Яша, «красный змей раздери как плохо». Я уже поняла, что человеческими мерками Лейвара судить нельзя. Лихорадка для огненного дракона — лечение, а не горячка.

— Яша, почему он словно похудел вдвое?

Выглядел как мертвец, и я постоянно проверяла, дышит ли он.

— Так магию и жизненные силы израсходовал на борьбу с вашими холодными полотенцами, хозяйка, вот и иссох! — Домовушка накрывал Лейвара четвертым одеялом, из-за чего драгхара все меньше было видно в этой пуховой куче.

— Яша, может, позвать друзей хозяина? Они хотя бы дадут мне советы, как его лечить.

— Хозяйка, лучшее лечение от вас — отсутствие такового. Просто ничего не делайте. Я сейчас ттворк сготовлю, поешьте, поспите, а я за хозяином сам пригляжу.

— Я так не могу, Яша. Это же я виновата в его состоянии. Лучше скажи, чем я могу помочь. Во мне мало магии, но я могу работать руками. Разожгу камин. Разотру тело. Что надо сделаю.

Яша подозрительно сощурил глаза:

— Разотрете тело?

У меня загорелись щеки. О чем это Яша подумал? Или это я не о том думаю?

— Ты же сам сказал, что я его магические потоки нарушила. Как их восстановить? Согреть, размяв мышцы?

— Есть один способ, но он вам не понравится, хозяйка. Отвратительнейший. — Яшу передернуло.

— Какой?

Неужели согреть телом, как в некоторых романах, когда двое героев оставались в беде в холодном месте? О ужас! Это возмутительно!

— О чем вы думаете, хозяйка? — Яша сощурил глаза, словно прочитал мои мысли.

— А ты что имеешь в виду? — захлопала глазами я.

— Сказки! Больным драгхарам нужно рассказывать истории. Говорят, еще их предки-драконы сохранили на континенте дома тех людей, что умели рассказывать интересные легенды, — поделился Яша с таким лицом, словно терпеть не мог выдумки.

— Вот как. Сказки я знаю. Но они правда могут помочь?

— Только больше ничего не делайте, хозяйка. Я вас прошу. Вот в кресло садитесь и рассказывайте хозяину истории. А я вас накормлю, напою, пледик принесу.

Что домовушка и сделал, буквально примотав меня пледом к огромному креслу-качалке. Рядом поставил полную тарелку белых шариков, кувшин сока и чайник с заваренными ароматными травами. И я даже не отважилась спросить, уж не с рубахи ли Яши снят заваренный сбор.

У меня создалось такое ощущение, что домовушка старался меня обезвредить. Ттворк оказался вкусным, сладковатым и очень сытным, и, рассказывая сказки, я ощутила, как меня клонит в сон.

Поэтому я выбралась из кокона пледа, поднялась с кресла, чтобы проверить состояние Лейвара.

Казалось, он вообще не дышал!

— Яша! — позвала я. — Яша!

Домовушка пришел не сразу, помятый и заспанный, едва волоча ноги.

— Посмотри на своего хозяина. Мне кажется, ему стало хуже!

— Может, сказки неинтересные рассказываете? Мне тоже нехорошо. — Яша с трудом забрался на кровать, зевая, глянул на Лейвара, наклонился к нему и мигом проснулся.

— Караул, — прошептал домовушка с круглыми от ужаса глазами. — Мы его теряем! Хозяйка, я думал, мне от вас нехорошо, а это я просто больше не могу энергией хозяина питаться!

— Что делать? Как помочь? Кого можно позвать?

— Никого нельзя звать. Самим нужно справляться.

— Тогда что нам делать, Яша? Если нельзя охлаждать, ты нанес кучу одеял, может, согреть надо? Горячая ванна поможет?

— Тут нужны горячие источники с их огненными камнями.

— Тогда почему мы еще не там?

— Яша устал. Яша больше не может тащить хозяина. — Домовушка вдруг обмяк и лег рядом с Лейваром.

Я осталась один на один с неизвестной проблемой на чужом континенте без знаний, уже сделав одну роковую ошибку. Если куратор умрет у меня на руках, меня будут судить по местным законам и точно сотрут в порошок. Драгхары меня просто уничтожат.

— Лейвар, живи! Ты не можешь умереть! — крикнула я.

Начну с горячей ванны. Что там Яша говорил про камни? Я могу нагреть булыжники в камине. Жизнь с крупицами магии заставила нас с сестрами проявлять смекалку, так что я так быстро не сдамся.

— Драгхар, готовься жить припеваючи! — пообещала я.

Кажется, они с Яшей тихо застонали.

Глава 7

Вот говорил мне папа, что заниматься не своим делом сложнее, чем десять раз своим. Леди точно не созданы для ношения тяжестей, а уж тем более огромных драгхаров. Не знаю, как Яша справлялся с транспортировкой хозяина, но у меня получалось из рук вон плохо.

На одном из одеял я стащила Лейвара с кровати и уже готова была от всего отказаться. Стыд, стеснение — все это отошло по важности на второй план перед чувством усталости. От утомления все эмоции словно отключились.

Меня раз десять бросало в пот. Коса стала раздражать тем, что мешалась и постоянно хлестала по лицу. Сережки цеплялись за волосы, и я в итоге сняла украшения, сделала из косы кулек и кое-как закатала рукава противно мокрого после первого купания платья.

К тому времени, как я смогла дотащить Лейвара до ванны, та как раз набралась до краев горячей-прегорячей воды.

— Я же тебя не сварю? — спросила я у бессознательного драгхара перед тем, как свалить его в воду. — Ты же любишь погорячее?

Я сомневалась в правильности своих действий до последнего, ведь я ничего не знаю о том, как лечить потомка огненного дракона. Что, если сделаю хуже?

Но домовушка же говорил об источниках и горячих камнях?

— Яша! — сделала я попытку перед тем, как начать прогревания.

Домовушка молчал.

Что ж, понимаю, что иногда лучше ничего не делать, но я не переживу мысли, что могла помочь, а вместо этого просто наблюдала.

Я погрузила сперва ноги Лейвара и начала внимательно наблюдать, не станет ли хуже. Мне кажется или дыхание стало глубже?

Тогда я подвинула драгхара еще немного, а он взял и булькнулся в ванну с головой, словно сам нырнул. Я еле достала бедовую голову из-под воды, чтобы дышал!

— Лейвар, что ж ты такой тяжелый-то? Вроде похудел на вид раза в два, а весишь как столетнее дерево. — От причитаний становилось легче.

Пока я поправляла тело драгхара в воде, чтобы он не заваливался на бок, сама чуть не сварилась. Я жаловалась, что мне было жарко? Я была неправа — вот сейчас я в пекле.

Я вылезла, обессиленно распласталась по плитке лицом к Лейвару и поняла, что больше не могу двинуть и пальцем. По-хорошему нужно было еще разжечь камин, нагреть камни, но я могла только стонать от усталости.

Все силы я сейчас тратила на то, чтобы не заснуть и следить за состоянием драгхара. Он розовел, но я не была уверена в том, что это не из-за того, что я его немного сварила, а не поправила магические потоки.

Чувствовала себя полнейшей дурой. Безруким неучем, который быстрее прибьет, чем вылечит. А ведь сколько раз сестер и отца лечила — не перечесть. Вот только на потомках драконов человеческие методы не работали.

Я не знаю, сколько времени прошло, но я подливала горячую воду восемь раз, когда она немного остывала. И вот когда я делала это девятый раз, я услышала тихое «Вивьен…» из уст моего пациента.

Лейвар с трудом приподнял веки, закрыл и снова приоткрыл. Смотрел он совсем не на глаза, а на мое тело.

Я опустила взгляд, оценила свой вид в платье в облипку и с криком вылетела из ванной.

— Что? Убили-таки? Хозяйка! — Яша ожил и пустился за мной следом.

Я остановилась только на первом этаже, когда поняла, что мне некуда бежать. Что все это глупо. Я там ему жизнь спасала, и в моем виде не было ничего предосудительного! Пусть только попробует меня осудить за распущенность.

Но сердце колотилось гонгом в ушах, а лицо горело огнем смущения.

— Хозяйка. — Яша подошел и протянул ко мне руки.

Я вопросительно посмотрела на серые конечности.

— Падайте, хозяйка. Вам явно плохо.

Я легонько пошлепала себя по щекам:

— Там жарко. Вышла подышать. Вернись к хозяину, а то вдруг опять без сознания. Еще в воду скатится. Ах да, Яша. А ты не мог бы найти мне сухую одежду, в которую я могла бы переодеться?

— Так к хозяину идти или за покупками? — Домовушка опустил руки и нахмурился.

— Мне не на что покупать новое платье.

— Так выиграйте в игру.

— Я не играю в азартные игры.

— А зря! Как же тогда золото будете доставать?

— Я его чувствую, Яша.

— Не верю.

Я прислушалась к своим ощущениям.

— У тебя есть золото вот тут. — Я показала в ворох волос.

Необычное у него место для хранения заначки, что уж говорить!

— Откуда? — Яша отшатнулся, стал ковыряться в лохматой прическе и достал три золотых.

— Я же говорю: умею. А ты не веришь.

Я хотела дотронуться до сережки, подняла руку и ощутила пустую мочку. Так. Стоп. Я же сняла украшения.

Тогда как я ощутила золото?

Домовушка запаниковал:

— Найденное у Яши не считается достоянием общественности, хозяйка. Яшино — это Яшино. Я три раза чуть убит не был, пока жульничал, чтобы их заработать. Вы не можете найти у меня золото и сказать, что оно ваше!

— Не переживай. Твое — это твое. Найдешь мне сухую одежду?

Мне не терпелось еще испробовать свой дар где-нибудь. Я оглянулась по сторонам.

О, вот тут в стене что-то интересное за картиной. Конечно, это верх невоспитанности — будучи в чужом доме, трогать хозяйские вещи, но мне жутко хотелось проверить, сработает ли дар без сережек.

Ну-ка, посмотрим. Что у нас там?

Я осторожно сняла картину и посмотрела на пустую стену. Разочарование было огромным. Но я опустила взгляд на заднюю сторону портрета и увидела там много приклеенных плоских золотых слитков!

Я могу!

Дальнейший поиск по комнатам дал отличный результат. В каждой я нашла как минимум один тайник с золотым запасом в той или иной форме. То в статуэтке, то в ножке стула, то в спинке гостевой кровати. Золото было распихано по всему дому.

— Нашел, хозяйка. — Яша застал меня за тем, что я заглядывала в вазу. — И хозяйка все золото хозяина нашла. Караул! Только не тратьте все, умоляю! Дракон без золота не может чисто психологически. Хозяин тогда грустный-грустный.

— Ты о чем подумал, Яша? Конечно, я не тронула ни монетки. Просто проверяла свой дар. Кстати, как там Лейвар?

— Зовет хозяйку к себе в кровать, — ответил Яша, протягивая мне мягкий халат черного цвета.

— Что?!

— А что такого? Хозяин в кровати, зовет хозяйку, — перефразировал уже понятней Яша, и я облегченно выдохнула.

А то я уж было подумала!

Что-то я все не в ту сторону фантазирую. Драгхар на меня плохо влияет. Раньше у меня никогда в этом направлении мысль не скакала. Эми у меня даже как-то спросила, уж не ледышка ли я в романтике. Хотя романтикой мои мысли тоже не назовешь.

Наверное, это возраст.

Я кое-как вылезла из липкого от воды платья и надела халат. Моей магии не хватило даже на то, чтобы высушить свежепостиранное белье, и я долго искала место, где можно было повесить его сушиться. В итоге развесила на спинке стула гостевой комнаты и закрыла за собой дверь.

Халат доходил мне до пят, но под ним я была абсолютно голая. Верх легкомыслия — идти в таком виде в спальню к мужчине, но это же дохлый драгхар. Ничего страшного, верно?

Я поднялась в спальню и заглянула внутрь. Драгхар спал. Мои осторожные шаги заставили его веки трепетать, и он открыл глаза.

— Вивьен. — Лейвар из-под ресниц смотрел так, что мне резко стало жарко.

Однако это заставило лишь крепче стянуть на шее края халата.

— Лейвар, вам лучше? Простите, я не знала, что вас нельзя охлаждать.

Драгхар молча смотрел на меня, медленно разглядывая с головы до ног.

— Это мой халат, — наконец сказал он.

— Можно я его одолжу? Мое платье промокло.

— А если я скажу нет, вы его тут же снимете? Тогда — нет! — тихо засмеялся нахал.

— Ни за что! — возмутилась я.

— Можно вопрос? — Лейвар закрыл глаза.

Так он казался безопасным. Почти мирным. Но когда открывал, смотрел этим своим плутовским взглядом, и я… я…

— Спрашивайте.

— На вас есть белье?

Меня никто так в жизни не унижал. Ни один человек, ни один драгхар не смеет со мной так обращаться — ни дохлый, ни полудохлый, ни во цвете лет.

На языке так и вертелись слова, которые я слышала от конюха, когда у него что-нибудь не получалось, но я крепко сцепила челюсти и развернулась на месте.

В гостевой спальне собрала мокрое платье и белье, завязала узлом, чтобы ничего не вывалилось, и пошла к выходу.

— Яша, где документы, что были при хозяине? — спросила я у возникшего на пути домовушки.

— Хозяйка, а вы куда?

— Яша, мне нужны мои документы.

И почему я сразу не забрала их у драгхара? Подумала, что раз у меня украли сумочку, то у него будет сохранней. А что, если он не отдаст?

Домовушка повернулся в сторону комода в холле, и я увидела не закрытый до конца ящик.

— Они там?

— Хозяйка! — Яша тут же подскочил к мебели, задвинул ящик. — Зачем вам документы? У нас хозяин еще болеет, проводить не может.

— Я сама себя провожу.

Должно же быть тут человеческое посольство? Вот туда и отправлюсь.

Я попыталась мягко подвинуть Яшу, но домовушка стоял насмерть. Нужно было как-то отвлечь его на драгхара, а со второго этажа как раз раздался шум.

— Твой хозяин на себя таз со льдом опрокинул! — охнула я.

Яша тут же рванул с места с криком:

— Сейчас спасу-у-у!

А я быстро выдвинула ящик, достала документы и нашла свои. Это в консульстве драгхаров меня записали на слепок ауры, а потеряй я их визу талантов — и все.

Я прижала маленькую книжечку к себе и вышла в ночь. Пока я торопливо шагала по дорожкам сада, одновременно ждала и боялась окрика драгхара. Когда вышла на улицу и устремилась по дороге, то с каждым шагом все замедлялась и все чаще оглядывалась по сторонам.

Страшно. Чужой город, чужой континент, драгхары вокруг. А я в халате иду такая гордая и независимая.

Я оглянулась, не зная, была бы я рада или разочарована, если бы увидела там Лейвара или хотя бы Яшу. Но позади никого не было.

Конечно, драгхар же едва дышит. Зато пошлости говорить не забывает! Как он изменился, стоило только домой попасть. Удивительно просто.

Обращается как с угольком!

Я то себя накручивала до трясучки, то сомневалась до порыва вернуться. То мучилась совестью за испорченные магические потоки и оставление больного одного, то готова была вернуться, чтобы как следует отходить его полотенцем, как однажды наша кухарка своего мужа за измену.

И тут я поняла, что забыла сережки. Те самые, что подарила сестренка. Я уже без того потеряла сумку с портретами родителей, подаренными Адой. Разбила артефакт магпочты. Украшение — это единственная ниточка, что связывает сейчас нас с сестрами. Я не могу оставить серьги.

Я резко развернулась и вздрогнула, потому что в двадцати шагах от меня шли два драгхара. Они тоже остановились.

Они же идут по своим делам, верно? Не за мной?

Но идти сейчас навстречу им было дико страшно. С другой стороны, что мне делать?

Я посмотрела вперед. Может, дойти до ближайшего поворота, а там попробовать обойти?

Точно, так и сделаю!

Я снова поторопилась вперед, ощущая сильную тревогу. Волосы на голове так и шевелились. Я еле-еле дождалась поворота, чтобы туда завернуть.

Они просто идут по своим делам. Ведь в моем королевстве тоже полно людей, которые спешат по своему маршруту, верно? Но ночью? Ночью особенно страшно.

Я посмотрела назад и заметила, как драгхары поворачивают за мной и прибавляют шаг. А вот это плохо, очень плохо!

— Уголек, не торопись! — крикнули они.

И я побежала еще быстрее.

О чем я только думала, когда рванула в ночь в одном халате, под которым нет ничего, кроме гордости? Обычно это у нас Эми — горячая голова, которая сначала делает, а потом думает. Так что со мной стало?

В доме драгхара было полно комнат, в которых я могла дождаться и утра, и когда платье высохнет. А теперь что? От чего бежала с таким усердием, к тому и прибежала? К участи уголька?

Если я выживу, сестры засмеют меня, если узнают эту историю. Так и представляю вытянутые лица близняшек, которые не узнали бы свою вечно взвешивающую каждый шаг старшую сестру. Эми бы непременно сказала, что я стала смелой, да не туда.

Подумаешь, сказал мне пошлятину. Не умерла от этого! А теперь очень даже возможно. Лейвар, по крайней мере, не сделал мне ничего плохого.

Я готова была себя треснуть. Отдала бы все что угодно, чтобы вернуться в прошлое, но такого артефакта, увы, не существовало.

На надгробии, стоящем на чужбине, напишут: «Гордая, но мертвая человечка».

Я раньше не понимала, когда папа говорил: «Надо учиться на чужих ошибках, свои не всегда можно вынести». А теперь в полной мере осознала, что он имел в виду. Эту ночь я могу просто не пережить.

Нет ничего дороже жизни. Надо выбраться из этой передряги любой ценой. Но как, когда полы халата путаются под ногами, мешая бежать? Когда два драгхара сильнее, быстрее и на своей территории?

Смех позади чуть не остановил мне сердце. Они близко. Очень близко!

Что у меня есть? Только мой дар. Но если показать, что я могу искать золото, то не стану ли я тайной рабыней, которую используют и берегут как зеницу ока?

Думай, голова. Думай!

Что всегда работает? Смена ожидаемой манеры поведения на ту, которую сложно представить при нынешних обстоятельствах. Разрыв шаблона.

Всегда работает, когда надо выбить кого-то из колеи. Например, когда один крупный оптовый покупатель нашей винодельни, Вильдоф, сильно обнаглел и пришел выдвигать свои требования. Он знал, что мы сильно зависим от его закупок и быстро не сможем организовать альтернативный сбыт товара. Наши погреба будут переполнены, и мы будем вынуждены снизить цену, чтобы продать.

Я встретила Вильдофа закрытыми воротами винодельни и чемоданом у ног. Сказала, что давно ждала предлога, чтобы закрыть плантации и наконец отправиться путешествовать по миру. Поблагодарила от всей души и пошла прочь, даже не слушая ответа.

Вильдоф и так несколько лет привыкал, что женщина может что-то понимать в делах, а теперь и вовсе растерялся от известия о моем отъезде. Бежал за мной и расспрашивал, одна ли я поеду и как на это смотрит отец.

— У него еще три дочери помимо меня, — сказала я тогда.

— Сплошная головная боль, согласен, — ответил мне Вильдоф. — Но подождите, пожалуйста. Я пришел поговорить о цене.

— Вы же видели — я все закрыла. Спасибо вам за повод. Сейчас поеду домой, сообщу отцу последние радостные новости — и в дорогу, путешествовать.

Вильдоф сел в свою карету быстрее меня и помчался договариваться с отцом о поставках. С тех пор закупал он у нас по цене вдвое выше предыдущей.

И что, с такой историей в прошлом я не смогу исправить свою дурацкую ошибку? Смогу!

Я резко остановилась, обернулась и раскинула руки в стороны:

— Попались!

Драгхары затормозили в четырех шагах от меня, резко отпрянув. Переглянулись.

Я в который раз поразилась, какие же они огромные. Вроде бы и похожи на людей, но все равно другие.

Я сделала один быстрый шаг к ним и улыбнулась так, что показались зубы:

— Домовушку заказывали?

Для того чтобы вывести драгхаров из зоны комфорта, нужно было быть максимально неожиданной. Почему бы не использовать их же помощников в быту? Вот как Яша. И мне только на руку, что мы совсем не похожи.

— Кого? — тихо спросил один другого.

— Домовушку! Вымахала я только сильно, но ничего. — Я похлопала ладонями друг о друга, стряхивая невидимую пыль. — Размять вам кости все равно смогу.

— Кто такие домовушки? — спросил шепотом второй драгхар первого.

Как это они не знают? Яша что, такой один-единственный? Впрочем, так даже лучше. Я тоже раньше ни разу о домовушках не слышала, только что-то о доморфах.

— А тут у меня вкуснятина. Налетай! Делюсь. — Я подошла ближе и потрясла перед носом мокрым кульком, понюхала его и издала смакующе-предвкушающий звук.

Драгхары синхронно сделали шаг назад.

— Больная.

— Заразная?

— Да вы что! Полезная! — Я сделала еще один шаг вперед, а они назад.

И натолкнулись на что-то. Разошлись в разные стороны, и я увидела Лейвара.

— Домовушка, опять стайха сожрала? Ну сколько можно говорить? — Мой куратор досадно зацокал языком. — Пошли домой.

Два незнакомых крылатых зашептались. Мне кажется, они собирались уходить, но, как только увидели Лейвара, засомневались.

— Эй, твой уголек?

Куратор встал между мной и незнакомцами:

— Конечно. Есть вопросы?

И сразу грудь колесом выкатил. Кажется, даже больше стал в размерах.

— Нас дурят тут, Мик.

— Тоже так думаю.

И не успела я пикнуть, как в сторону Лейвара полетел кулак. Тот отшатнулся от удара, встал, а потом выпустил в их сторону огромный поток пламени так, что те взлетели вверх на крыльях и спешно ретировались прочь.

Куратор повернулся ко мне:

— Вивьен…

Звучало так укоризненно.

И тут он стал заваливаться на меня.

Хорошо, что Яша подоспел вовремя и помог вернуть моего защитника домой.

— Эх, хозяйка, — не переставал вздыхать домовушка, пока тащил драгхара на себе.

За Яшей стелилась дорога из карт, которые я непрестанно собирала и тоже вздыхала. Нет, не из-за того, что мне пришлось подбирать азартную игру, а из-за того, как все сложилось. Снова Лейвар едва живой, снова тащим домой, снова не знаю, что будет.

Чтобы отвлечься, я спросила:

— Яш, а почему эти драгхары не знали, кто такие домовушки? Ты уникальный?

— Конечно, уникальный. Единственный Яша на всем Аднаре.

— А что это за домовушки такие? Я слышала только о доморфах.

— Не называйте меня так, хозяйка! Пусть я и сгусток остаточной энергии, возникший в результате падения небесного камня, я как нашел хозяина, так не меняю форму.

— О…

Так он доморф! Просто не любит, чтобы его так называли. Теперь понятно, почему те двое не поняли, что я за домовушка такая. Хотя это и к лучшему. Мне кажется, еще немного — и они бы убежали, если бы не вмешался Лейвар. С другой стороны, я этого знать точно не могу. Определенно, драгхар меня спас, поэтому теперь я ему задолжала.

Вернувшись домой, под четким руководством Яши мы стали разогревать большие плоские камни в камине, оборачивали их в несколько полотенец и подкладывали к Лейвару в кровать.

Я задавалась про себя вопросом, почему доморф раньше не предложил такой действенный способ прогрева, но решила не произносить его вслух. Усталость навалилась так, что слипались глаза.

— Яша, ты останешься с Лейваром на ночь? — спросила я, и домовушка тут же лег на ковер прямо перед камином и уснул, а пальчиками ног стал толкать себя к двери.

Вот так, да? Линяет?

Что ж, ладно, одна так одна. После прогрева камнями Лейвар выглядел не так плачевно, даже губы порозовели. Справлюсь и без Яши.

Да, знаю. Леди не пристало проводить ночь в комнате мужчины, но я уже давно нарушила все правила. Пока Лейвар не поправится, я тоже временный житель этой комнаты.

Я присела в кресло и незаметно для себя задремала. Проснулась оттого, что Лейвар стонал во сне. Потрогала его лоб — снова раскаленный, как печка.

Это нормально? Так он себя лечит? Мне не вмешиваться?

Лейвар схватил мою руку, когда я потрогала его лоб. Я попробовала осторожно вернуть себе пальцы — не отдал. При этом он не открывал глаз, словно до сих пор был в плену лихорадки.

— Хорошо, хорошо, я посижу с тобой. Я здесь. Спасибо тебе за спасение, — прошептала я.

Мои глаза слипались. Голову так и клонило вниз.

На секундочку прилягу. Чуть-чуть расслаблюсь.

И не заметила, как уснула.

Проснулась я от пристального взгляда. На меня, не мигая, смотрел Лейвар. Солнечный свет падал прямо на его лицо, и глаза казались еще двумя светилами.

Он так пристально разглядывает меня. Нравлюсь?

— Где твои сережки? — неожиданно спросил драгхар, и я дернулась.

Моя ладонь до сих пор была в его руке, поэтому получилось особенно странно, что он не отпустил.

И почему Лейвара интересует то мое белье, то мои сережки? Никогда не пойму этих драгхаров. Только очнулся, и нет чтобы попить попросить или узнать, какая дата, — все по моему имуществу проходится.

— Я сняла серьги. Как ты себя чувствуешь?

— Неплохо. — Лейвар подтянулся на руках, и я поправила его подушку под спиной, чтобы он сел.

— Это хорошо. Вы меня очень перепугали, — подчеркнуто вежливо ответила я, выпрямив спину и вспомнив, что я, вообще-то, леди.

— Мы снова на «вы»? Вивьен, бросьте. После того, что между нами было…

Снова эти плутовские глаза. Вот так он до беды дев и доводит, уверена. Вот так угольками и становятся.

— А что между нами было? — невозмутимо поправила полы халата я.

Разве во время горячки не чудится всякое? Вот и ему приснилось.

— Я помню, мы вместе принимали ванну… — Лейвар посмотрел в район моей груди, и мои щеки опалил огонь.

— С Яшей, — подчеркнула я.

— И я лежал у тебя на коленях. — Драгхар сощурил глаза, уголки губ коварно приподнялись.

— Потому что иначе сваливался на пол кареты, — на тон выше, чем хотелось бы, ответила я.

Голос меня уже подводит.

— И мы спали на одной кровати… — Лейвар закрыл глаза.

— Потому что ты вцепился мертвой хваткой в мою руку! — воскликнула я.

— Ну вот, ты тоже обращаешься ко мне на «ты», так что замяли, — довольно резюмировал Лейвар, посмотрев на меня. — Позови Яшу.

— Я тут. — Из-под кровати вылез домовушка.

Я несколько раз моргнула, чувствуя себя облапошенной. Это как он так разговор повернул, что получилось, будто я сама ему «тыкаю», а Лейвар это позволяет делать? И что под кроватью делал Яша и как давно он там?

— Видел сережки Вивьен?

— Драгоценнейший драконит не должен вот так валяться! Конечно, я его приберег для хозяина, — заявил Яша, полез себе под рубашку и достал мои сережки.

Я протянула ладонь, но домовушка почему-то отдал их Лейвару. Я сжала кулаки, борясь с желанием забрать свое.

Почему-то камни в украшении поменяли цвет. Еще раньше я заметила, как в темном камне словно искорки зажглись, а теперь он и вовсе стал словно солнечная капля на ладони драгхара.

— Откуда это у тебя? — спросил меня Лейвар.

— Подарок.

— Чей?

— Сестры. Для меня это очень важная память, поэтому верните обратно.

— «Верни», ты хотела сказать. Мы же на «ты»? — поправил меня невыносимый хозяин этого дома.

Он все не спешил отдавать мне украшение и слишком пристально всматривался внутрь.

— Сомнений нет, это драконит.

Лейвар посмотрел на меня так, словно хотел залезть в голову.

— У сестры были связи с драгхарами?

— Нет!

— Вивьен, а ты знаешь, что это такое?

— Это дорогой сердцу подарок. — Я хотела забрать серьги с ладони Лейвара, но он сжал кулак.

И тут произошло неожиданное.

Камень сверкнул в руках драгхара, и тот стряхнул его с руки, словно драконит его ужалил. На ладони куратора расплывалась черная пульсирующая паутина.

Лейвар посмотрел на меня так, будто я на его глазах превратилась в дракона, пульнула огнем в сторону камина, зажала в когтях бокал вина и подняла его в воздух, салютуя за здоровье.

Я осторожно посмотрела на сережки, но они выглядели как и прежде.

— Это что, они с зарядом? Это артефакт?

— Нет, Вивьен. Это драконит. Персональный, активированный. Не советую брать его в руки. Не знаю, как ты его носила. Может, для людей он и не представляет угрозы, но для драгхаров этот камень очень важный, ценный, и его хозяин, должно быть, очень скорбит о потере.

Хозяин? Активированный? Персональный?

Я вспомнила, что дар находить золото во мне проснулся во время побега. Могли ли сережки этому поспособствовать?

— А может драконит развивать и человеческую магию?

— Исключено. Для людей он абсолютно бесполезен.

Значит, стимулом для развития моего дара был побег и страх? Но я ни разу не встречала, чтобы у людей была подобного рода магия. Волшебство творилось при помощи заклинаний, но никак не от одного желания. Последнее больше относится к драгхарам.

В голове мелькнула шальная мысль.

— Лейвар, а мы не можем быть… Эм… Драгхары и люди могут…

Куратор посмотрел на меня как на ребенка:

— Вивьен, ты обучалась?

— Конечно! Нам с сестрами преподавали одни из лучших педагогов. На что ты намекаешь?

— Всем известно, что люди и драгхары несовместимы, как огонь и вода. Если ты сейчас думаешь, что камень признал в тебе хозяйку, то крупно ошибаешься. Это невозможно.

Я внимательно посмотрела на Лейвара. Судя по взгляду, он был абсолютно уверен в своих словах.

— Тогда что? Почему он сейчас обрел цвет и тебя ударил?

— Потому что он персональный. Это значит, что его нельзя украсть у хозяина. Но тот обязательно за ним придет. Такими сокровищами драгхары не разбрасываются.

— Почему? Чем он ценный?

— Он усиливает магию. И судя по цвету, хозяин — земляной дракон.

Мне жутко хотелось забрать серьги назад, буквально руки зудели. Я посмотрела на ладонь драгхара. Черная паутина медленно бледнела.

— Меня тоже может так ударить?

— Не знаю. Вряд ли.

— Тогда я буду их носить. И пусть хоть один драгхар попробует отобрать их у меня.

Я взяла сережки в руку, готовая к боли, но ничего не случилось.

— Видишь? — улыбнулась я. — Они мои.

Лейвар выглядел мрачнее тучи. После долгого молчания он спросил:

— Вивьен, а у твоего отца на территории винодельни не находили подобные камни?

Меня словно заморозили изнутри. Я никогда не говорила Лейвару про винодельни.

— Откуда ты знаешь о делах моей семьи? — Я увеличила расстояние между нами вдвое.

Что, если он связан с дядей? Или, еще хуже, с моим женихом?

Я так испугалась этой мысли, что почувствовала, как в глазах темнеет.

Лейвар внимательно следил за моей реакцией и сам казался напряженным.

— Неужели ты думаешь, что мы не собираем информацию о тех, кого допускаем на свою родину? — растягивая слова, спросил он.

Хм, может быть. Но…

— Вплоть до винодельни? — уточнила я.

— Конечно.

Так быстро? Мне казалось, в консульстве были ослеплены моим даром. Им даже оригиналы документов не понадобились, потому что их у меня не было — украли. Поверили на слово, лишь бы не упустить талант. И тут собирали информацию, да так подробно? Так быстро? Порталом посылали людей на разведку?

— И ты знаешь, почему я тут? — спросила с комом в горле.

Если да, то не значит ли это, что дядя тоже в курсе? Кто знает, какой там разведчик?

— Смерть отца, дядя-опекун, навязанный жених. — Лейвар перечислил сухую выжимку фактов, и грудь сжало от боли.

Моя огромная трагедия помещалась всего в шесть бездушных слов. Нет, все-таки восемь.

— Три сестры, — добавила я.

— Да. Они тоже.

До этого разговора мне казалось, что мы с Лейваром удивительно легко понимаем друг друга. Запросто общались, невольно перешли на обращение по имени, а потом на «ты». Но сейчас я ощутила, что он мне резко разонравился. Стоило ему только безразличным тоном произнести шесть слов, описывающих мой жизненный расклад.

Кажется, драгхар тоже почувствовал мою реакцию. Поменял положение на кровати на более собранное, ближе ко мне. Взгляд стал такой внимательный, словно в душу заглядывающий. Он сказал:

— Я тебя обидел? Прости. Не хотел напоминать, но ты сама спросила о том, что я знаю.

Я заглянула внутрь себя. Что со мной такое? Почему я так расстроилась?

Да, собирают информацию. Да, для посторонних моя жизнь — это просто выжимка истории отдельной личности, не больше. Так что меня так огорчило?

— Вивьен? — словно позвал меня из моих мыслей Лейвар, и я посмотрела ему прямо в глаза. — Я не хотел тебя задеть. Понимаю, тебе пришлось тяжело.

Я попыталась выразить словами то, что ощущаю:

— Ты словно обесценил мое горе. Но не обращай внимания, это только мое дело. Ты не обязан считаться с моими чувствами. В конце концов, ты драгхар.

Я закусила язык, понимая, что сама в ответ уколола не меньше.

— Хочешь сказать, что я бездушный ящер и другого от меня не ждешь? — спросил Лейвар. — Вот теперь мы квиты. Ты тоже сделала мне больно.

Для достоверности он еще руку на грудь положил.

Мы посмотрели друг другу в глаза. Шут! Я хмыкнула. Уголок губы дернулся — сначала у него, потом у меня. А через пять секунд мы уже смеялись.

— Ладно. Я тоже хороша.

— Не буду спорить. Но насчет сережек все серьезно. Не носи их на Аднаре.

— А если не соглашусь?

— То замучаешься отвечать на вопросы, на тебя несколько раз нападут с целью украсть драконит, и… тебе точно не понравится, что будет дальше. Не знаю, откуда у тебя эти сережки, но на земле драконов они создадут тебе одни неприятности.

Я упрямо сжала кулаки. Если нельзя носить в ушах, пришью к внутренней стороне платья или еще что-нибудь придумаю.

Как хорошо, что у меня получилось найти золото и без сережек. Это дало хоть какую-то уверенность в завтрашнем дне. Даже если драконит отнимут, я не пропаду.

Глава 8

Мне требовался отдых, и я была благодарна Лейвару, что он приказал Яше подготовить для меня гостевую комнату.

— Так хозяйка уже давно там свое белье развесила, хозяин, — пожал плечами доморф и вышел, оставив нас в неловком молчании.

— М-м-м, я просто развесила в свободной комнате мокрую одежду.

— Я понял.

— Конечно, я не имела в виду, что сама себе выбрала комнату.

— Я понял, Вивьен.

— И белье… — Я покраснела, не зная, как продолжить говорить на столь щепетильную тему.

— Вивьен, не надо ничего объяснять. Думаю, нам обоим нужно отдохнуть. К вечеру я полностью восстановлюсь, и, если хотите, мы подробно обсудим ваше белье.

Лучшего пинка для меня просто не существовало. Я тут же выскочила из хозяйской спальни, обогнала Яшу на лестнице и закрылась в гостевой спальне.

— Хозяйка, есть хотите? — спросил доморф через дверь.

— Нет, спасибо. Я буду отдыхать.

Я кинулась в кровать, с головой зарылась под одеяло, обхватила подушку и прооралась в нее. Конечно, леди так не делают, но я уже давно не обычная леди.

Я не хотела спать, не хотела есть, но неожиданно для себя заснула и проснулась уже затемно жутко голодной. Не знаю, как Яша узнал о том, что я открыла глаза, но он тут же постучал в дверь.

— Хозяйка, ужинать будете?

— Буду, Яша. Спасибо! — крикнула я.

А сама встала, чтобы проверить, высохли ли мои вещи. Приятная новость — все можно было надевать.

Как только я «нарядилась» в свое платье, стала чувствовать себя гораздо лучше. А уж когда поела принесенную Яшей странную сладкую кашу, и вовсе приободрилась.

— Как там Лейвар? — спросила я у Яши.

— Хозяин уехал по делам и просил о вас позаботиться.

— А когда приедет?

Яша пожал плечами. Он все мялся, словно хотел что-то сказать.

— Спасибо, Яша. Было вкусно, — поблагодарила я, доев.

Доморф кивнул, но все не уходил.

— Ты хочешь что-то сказать?

— Хозяйка, а хотите сыграть в карты?

— В карты? Нет, Яша. Леди не играют в азартные игры.

— А во что играют?

— В прятки.

— Давайте в прятки играть. Если вы меня не найдете, проиграете. Проиграете — приз мой.

— Яша, у меня ничего нет.

— Есть. Сережки.

Я посмотрела на Яшу. Нет, ну вылитый хозяин. И ему мои сережки подавай. Но как бы хитер ни был Лейвар и его слуга, памяти о сестрах им не видать.

Я посмотрела в окно. Не хватало воздуха. Хотелось подышать.

— Яша, а я могу прогуляться по саду?

— Хозяин велел беречь вас как мои любимые игральные карты.

Это как? Видела я, как из доморфа постоянно сыплются карточки с мастями. Это вот так меня беречь надо? Забавно.

— Так можно мне выйти?

— Если не будете выходить за забор. Сможете? — Яша заглянул мне в глаза.

— Думаю, справлюсь.

Территория вокруг дома оказалась огромной. Тот маленький кусочек, который я видела перед домом, не шел ни в какое сравнение с внутренним двором, простирающимся далеко вперед.

Извилистые дорожки, канал с рыбой и даже сад живых камней. Яша гордо рассказал, что они двигаются на длину ладони в день. Вот только не уточнил чьей: доморфа, человека или драгхара.

Здесь же я нашла садовые качели, увитую зеленью беседку и даже большой пруд с лодкой.

Стоило мне подойти к краю, как я ощутила в глубине пруда золото. Много золота. Просто несметное количество!

Интересно, а хозяин знает?

— Яша, я вижу лодку. Можно на ней покататься?

— Хозяйка… тут такое дело. Лодка есть, пруд есть, кататься нельзя.

Из-за сокровищ на дне? Значит, Лейвар знает.

— Почему? — все же спросила я.

— Лодку облюбовал стайх.

— Это кто?

Доморф задумался, явно не зная, как объяснить заморской гостье, что же там такое с лодкой случилось.

— Зеленый такой.

— Мох?

— Нет, не мох. Живой. С чешуей.

— Змея?

Яша замотал головой.

— Ящер?

— Во! Почти. Три месяца назад поселился, ничем не вытравить. Возомнил лодку своим домом, а хозяин сказал: пусть живет. Говорит, что, раз стайх к нам прибился, плохая примета его выгонять. Может, приручить удастся.

— И как? Удалось?

— Какое там! Хозяина в трех местах покусал. Правда, хозяин в долгу не остался и того тоже за хвост тяпнул.

Я представила это зрелище и впечатлилась.

— А можно посмотреть поближе этого стайха? Или он опасен?

— Если лодку не отбирать, то можно.

— Не буду, — пообещала я.

Яша махнул рукой и деловой походкой пошел вдоль берега к лодке. Я заметила движение в пруду. Перевернутая кувшинка двинулась в унисон с нами. Интересно! Кажется, мы уже знакомимся друг с другом.

— Яша, а стайхи разумные? — спросила я, косясь на перевернутый цветок

— Еще какие! Вот только вредные и странные, просто жуть. То птичку сожрут и ее черепушку с собой таскают, то лиану найдут и вокруг себя обмотают. А один раз вообще случай был: стайх маленького драгхара украл и с ним половину континента обошел.

— Звучит безобидно. А они человеческую речь понимают?

— Случай был! — тут же отозвался Яша. — Два стайха подрались, один почти погиб. Его спасать драгхары пришли, а он не давал к себе подойти — кусался. Тогда ему сказали, что помогут. И знаете что, хозяйка?

— Что?

— Он их послал на человеческом!

— Звучит как байка, — посмеялась я.

— Случай был! — снова начал Яша. — Стайх с драгхаром подружился. Был тому как верный пес…

Со стороны пруда по лицу доморфа прицельно ударила струя воды, и тот возмущенно подпрыгнул. Из-под кувшинки показалась зеленая голова дракоши. На вид — милейшего, словно нарисованного в детских книгах.

— Какой красивый, — с придыханием вырвалось у меня.

Дракоша показался из пруда по грудь и заинтересованно посмотрел на меня. Я сразу поняла две вещи: он понимает речь и очень любит комплименты.

— Ох, какой красавец! Или красавица?

Дракоша показался еще больше — по нижние лапы. Ростом он был чуть выше моего колена, но такой плотненький, упитанный и с довольной мордой. Чувствовалось, что в пруду Лейвара ему живется хорошо.

— Хозяйка, вы что, не видите по лапам, что этот экземпляр относится к мужскому роду? — пренебрежительно и чуть высокомерно заметил Яша.

Судя по всему, себя он считал куда как выше, умнее и круче стайхов. За что и получил вторую струю в лицо.

Стайх подплыл к лодке, подтащил ее до меня и показал внутрь.

— Приглашаешь покататься?

Дракоша кивнул.

Покататься или нет?

— Хозяйка, это же дикий стайх! Не надо. Перевернет, утопит, а я что хозяину скажу?

Может, и правда не стоит?

Но тут дракоша сорвал фиолетовую кувшинку и протянул мне. Мое сердце тут же растаяло.

— Посмотри, какой он милый, — повернулась я к Яше. — Не перевернет.

Стайх уже держал лодку так, чтобы я могла сесть в нее. Я подошла ближе и заметила, что внутри суденышка дракончик сделал себе домик. Тут была и мягкая подстилка для сна, и засохшие цветочки, и даже кусочек дома Лейвара — белый камень (но об этом я никому не скажу).

Я подобрала подол платья и шагнула в лодку, села, и Яша собрался залезать следом. Но стайх потянул лодку на себя, и доморф рухнул в воду.

— Яша! — Я вытащила его за мигом промокший пиджак. По поверхности пруда стали расплываться карты.

— Мои картеечки! — Домовушка вырвался из моих рук, плюхнулся в воду и стал собирать свою драгоценную игру.

Прав был Лейвар, когда заставлял его клясться любимой колодой. Похоже, эта игра дорога сердцу доморфа.

Тем временем стайх уводил лодку от берега все дальше. По пути он собирал кувшинки и давал их мне, и я ощутила такую теплоту внутри, словно мы снова с сестрами и отцом собрались за ужином.

Но теперь нет папы. И сестры неизвестно где. Даже почтовый артефакт сломался.

— Ур-р-р, — услышала я сбоку.

Стайх заглядывал мне в глаза, урча что-то на своем языке. Звучало это утешающе. Или мне хотелось так слышать?

— Спасибо, — грустно улыбнулась я и решила перевести тему: — А ты знаешь секрет этого пруда?

Вот и посмотрим, насколько эти создания понимают человеческую речь.

— Ур-ру-ру, — ответил стайх и покачал головой.

Мы как раз были на середине пруда, и ровно под собой я ощущала целую гору золота.

Я показала пальцем вниз:

— Там кое-что есть.

Опасно было так говорить о сокровищах, но у меня был свой расчет. Если это тайник Лейвара, мне хотелось показать ему, что я знаю все его секреты. Что со мной не надо шутить. Меня надо уважать.

Так я буду ощущать себя более уверенной. Это будет отличным началом разговора о том, как я начну применять свой дар на территории Аднара. Мне нужно где-то жить (и не в доме Лейвара), что-то есть (купленное на собственноручно заработанные средства) и где-то работать (или зарабатывать).

Стайх подплыл к лодке вплотную, подставил морду поближе, будто боялся пропустить слова.

— Там золото. — Мой палец указывал вниз.

Дракоша удивленно раскрыл глаза, а потом нырнул. Его не было так долго, что Яша успел собрать все карты и поднять на берегу панику, что меня отволокли и забыли, а бедная хозяйка не умеет пользоваться веслами. Которые, к слову, в лодке были.

Леди не кричат другому на берегу. Не орут. Максимум могут кивком головы показать, что все хорошо. Но Яша же не унимался! Он так махал руками, что я испугалась, что его продует.

Ладно, все равно тут не светское общество, а земля потомков драконов. Так что я могу и крикнуть:

— Все хорошо, Яша!

Доморф немного угомонился. Чтобы занять себя, я стала рассматривать природу вокруг, кувшинки, как вдруг из воды показалась мордочка стайха, и он закинул в лодку горсть монет.

И снова нырнул!

А потом начал с невероятной скоростью закидывать лодку золотом. Так, что она стала проседать все ниже и ниже…

— Стайх, дракончик, миленький, хватит!

Но он не останавливался. Гора золота в лодке росла и росла.

— Яша… — позвала я сначала тихо.

Пусть я и леди, но плавать умела. Но в платье легко запутаться и уйти на дно.

— Яша, зови хозяина! — крикнула я.

Доморф подскочил на месте, а потом убежал с такой скоростью, словно его ураганным ветром сдуло.

Лодка продолжала уходить под воду.

— Стайх, дорогой, понимаю, что могу обидеть, но золото придется кинуть обратно в пруд. — Я зачерпнула двумя ладонями монеты и высыпала в воду.

— Ур-р-р! — возмущенно посмотрел на мой произвол стайх и принялся быстрее прежнего наполнять лодку.

Я же быстрее начала выбрасывать сокровища обратно в пруд. Так мы и соревновались в бешеной гонке, пока я не услышала звук взмаха больших крыльев. На лодку опустился Лейвар, и я засмотрелась на его прозрачно-золотые крылья как на чудо света. Они были красивы, как летний закат.

А вот глаза драгхара изменились. Стали словно больше, а зрачок вытянулся. Он смотрел на золото, как я на выгодные договоры с покупателями в винодельне.

На секунду, казалось, он впал в транс, слушая звон монет, которые стайх старательно закидывал в лодку.

— Лейвар! — окрикнула я драгхара, выбрасывая сокровища за борт.

Он схватил меня за руку.

— Не выкидывай золото, — тоном, словно его солнышко нокаутировало, сказал мне он.

— Лейвар, очнись! Это все равно твой пруд. Достанешь.

— Я огненный дракон. Терпеть не могу прохладную воду.

— Тогда зачем ты себе такой пруд отбахал?

— Он мне по наследству от деда — водного дракона остался. Он сказал — буду благодарен. Теперь я понял почему. — Лейвар запустил руку в гору золотых монет.

— Ох, вижу, драконы и правда питают ненормальную тягу к золоту. Или ты один такой? Лейвар! Мы сейчас потонем и вместе с монетами окажемся в прохладной воде, которую ты так не любишь.

Драгхар посмотрел на меня так, словно я его ставила перед жизненно важным выбором. Про себя я уже продумала план: если лодка станет тонуть, сниму платье и поплыву в сорочке — жизнь дороже.

Лейвар смотрел на золото, и мне показалось, что на блестящие кружочки металла смотрел настоящий жадина-дракон.

— Зря я на тебя надеялась, — покачала я головой.

И драгхар с трудом оторвал взгляд от золота. Потом взял несколько монет в руки, вспыхнуло пламя. И вместо горсти желтых жетонов на ладони Лейвара лежало перо. Он вставил его в свое крыло и взялся за следующую горсть. Снова проделал то же самое. И снова. И снова. Пока полностью не оперился!

Стайх посмотрел на небольшую горочку монет на дне лодки и непонимающе уркнул. Потом с обидой посмотрел на Лейвара и выбросил золото в пруд.

— Кому скажу — не поверят, — прошептала я.

— Но я же решил вопрос.

— В свою пользу, — пробормотала я.

— Но факт остается фактом.

— И не поспоришь.

— А там еще много золота, Вивьен? — Плутовские глаза Лейвара сузились.

— Отвечу на берегу. — Я посмотрела на крылья драгхара, который стал выглядеть как ангел с золотыми крыльями. — Тебе не тяжело? Или золото не тянет?

— У меня особенные крылья. Не тянет.

Лейвар убрал крылья, и они исчезли вместе с золотом.

И тут лодка резко и совершенно внезапно перевернулась под торжественное «уру-ру-ру!».

Я сразу же нахлебалась, а платье, поднявшись в воде и сделав из меня подводный тюльпан, мешало выплыть на поверхность. Мокрая ткань намоталась на руки, и я начала конвульсивно дергаться, замечая, как много пузырьков воздуха выходит изо рта.

Это была бы самая глупая смерть. Самая. Если так случится и сестры узнают об обстоятельствах, уверена, даже сказать ничего от шока не смогут.

Вот если бы во мне было много магии, я бы смогла себя спасти. Конечно, я не имею представления, сработали бы заклинания, произнесенные в воде, но попыталась бы.

Стоп! У меня же есть магия. Может, я теперь могу находить не только золото?

Я представила, как выплываю, и не успела вспомнить подходящего заклинания, как уже выстрелила собой из воды. Жадно вдохнула воздух ртом и тут же почувствовала руки на талии.

— Не успел в этот раз, вы сами справились, — удивленно заметил Лейвар, встряхнув головой. — Сможете плыть?

Я попробовала двинуться в воде. Юбка платья поднималась на поверхность, мешая.

— Трудно, — честно сказала я.

— Тогда обхватите мою шею руками. — Лейвар подплыл ближе.

Я видела каплю на кончике его ресниц. Его дыхание щекотало лицо. Мы были слишком близко. Еще и обнимать?

— Так надо, Вивьен. — Драгхар словно прочитал мои мысли. — Нас тут никто не видит.

— Уру-ру-ру! — проплыл мимо стайх, и Лейвар проводил его тяжелым взглядом, но ничего ему не сделал.

Может, у них эти дракошки священные животные? Создалось впечатление, что им позволялось все, словно неразумным детям. Хочешь пруд — на пруд. Перевернул — ладно, выплывем.

— Хозяева! — крикнул Яша с берега.

— Вивьен, ну же. Я ненавижу холодную воду.

— Она теплая, — пробормотала я, отводя взгляд в сторону от такой близости с мужчиной.

Куда там руки? На шею? Небеса!

— Вивьен, чем дольше я здесь, тем больше силы теряю. А нам еще…

Я решительно обвила руками шею Лейвара, и он резко вылетел из воды, раскрыв свои огромные крылья. Золотые перья на миг ослепили, и я услышала, как он закончил фразу:

— …лететь.

Драгхар прижал меня к себе и взмахнул крыльями. Мы поднялись над прудом на высоту деревьев, и мне больше не нужно было говорить, чтобы я держалась крепче, — вцепилась паразитом.

С меня текла вода, платье тащило вниз своей тяжестью, но Лейвар уверенно взмахивал крыльями, неся нас в сторону берега. Под нами на спине плыл стайх, открывая рот и ловя капли, что текли с моего платья.

— Стайх обиделся за то, что ты забрал добытое им золото.

— Это мое золото.

— Но и пруд твой. Ты же дал ему там жить.

— Это другое.

Лейвар опустил нас на землю, скрыл крылья и качнулся.

— Опять? — с долей отчаяния спросила я.

— Я в порядке. — Драгхар твердо посмотрел на меня.

Яша тут же подлетел, стал хлопотать вокруг нас:

— Ох, плохой стайх! Плохой! Хозяин, как же вы так? Сдохнете же! Не окрепли, дважды чуть к праотцам не отправились и снова весь резерв грохнули. Хозяйка сама бы выплыла.

— Не выплыла бы, — коротко ответил Лейвар и молча пошел в сторону дома.

Походка его была странной, рывками, с покачиваниями, а когда он врезался в куст, я окончательно поняла, что он плюс я — это к его нулевому резерву. Плохо на него влияю.

— Надо быстрее переезжать, — пробормотала я вслух, выжимая платье на ходу, стараясь догнать Лейвара.

— Вы не можете, хозяйка! Еще никто так с хозяином не обращался, как вы.

— Вот именно поэтому, Яша.

— Уру-ру! — раздалось сзади.

Стайх вприпрыжку пустился за нами.

— Назад! — завопил домовушка, перекрывая ему путь расставленными в стороны руками и ногами.

Яшу снесли на ходу так, словно он ничего не весил. Оп — и доморф уже в кустах, а стайх висит на моей ноге.

— Уру-ру! — Обнимая мое колено, дракончик поднял голову и заглянул мне в глаза.

— Вот еще! Не будет такого! — Яша выковырял себя из кустов, отряхнулся, встал рядом, уперев руки в боки, и гневно, глядя на стайха, сказал: — Отпусти хозяйку. Если ты этого не сделаешь, она не вылечит хозяина. Не вылечит хозяина — дом получит третий племянник со стороны матери. А он, на минуточку, земляной дракон. Не видать тебе потом пруда с лодкой, как второго солнца.

Стайх медленно разжал лапы на моей ноге. Кажется, он все-все понимал.

Я вошла в дом, а дракончик так и остался стоять на месте и смотреть мне вслед. Яша торжественно и очень важно закрыл за нами дверь. Казалось, он смотрел на стайха как победитель.

Жалко дракончика.

— Хозяйка, поторопитесь переодеться и к хозяину, там…

Из-за закрытых дверей гостиной раздался голос Лейвара:

— Яша, у нас гости. Проводи Вивьен к себе и принеси напитки.

Признаться, я колебалась. Драгхар же едва стоял на ногах. Осилит ли он визит посетителей? Конечно, я тоже не при параде — с меня до сих пор капает после купания в пруду. Но я могу переодеться и взять часть беседы на себя, если будет необходимость.

Но нужна ли я, когда меня не зовут?

Яша подошел к двойным дверям гостиной, приложил ухо и тут же отпрыгнул. Он заметно занервничал, быстро схватил меня за мокрый край юбки и потащил прочь.

— Твой хозяин справится? Ему же плохо.

— Хозяйка, вам нужно быстрее в комнату. Переодевайтесь, а то заболеете. Вещи в шкафу.

— Какие вещи?

— Женские. Все новенькие, не беспокойтесь! С утра купленные.

И когда только успели?

— Я дойду до комнаты сама, не беспокойся. Лучше иди к хозяину. Только ответь на вопрос: в гостиной есть кто-то, ненавидящий людей?

Яша промолчал. Что ж, ладно. Не надо мне знать, так настаивать не буду. По-другому узнаю. Вот только за Лейвара тревожно. Пусть мне порядком и надоел этот вечный лазарет, но оставлять в беде тех, кто меня спас, было не в моей натуре.

— Беги к хозяину. Я не потеряюсь, — поторопила я доморфа, и он, подпрыгнув, рванул в сторону кухни.

Во входную дверь поскреблись. Стайх? Если Яша услышит, то дракончик точно попадет под горячую руку доморфа. Или, того хуже, Лейвара или гостей. Уж лучше я выйду, успокою звереныша, да и сама тоже выдохну. Конечно, в мокром платье было холодно и некомфортно, но стайха надо угомонить. А то так дыру проскребет.

Я открыла дверь, и на меня умоляюще посмотрели огромные зеленые глаза дракоши. Пришлось брать этого милого пухляша на руки.

— Только тихо, — обратилась я к стайху шепотом. — А то нас будут сильно ругать.

Мне показалось или создание кивнуло?

Он оказался тяжелым — еле донесла его до комнаты и только там с облегчением поставила на пол.

— Уру-ру! — Стайх тут же облюбовал ковер и лег на него.

— Оставайся здесь. Я сейчас переоденусь и приду, — попросила я, подходя к шкафу.

Открыла дверцы и замерла. На вешалках висело множество разнообразных вещей — человеческих и привычных драгхаркам. Я несколько секунд с интересом рассматривала последние, не зная, как носить эти предметы одежды. Я видела нескольких местных женщин, и все они были одеты совершенно по-разному, но куда свободней по нраву, чем я привыкла. Я не видела драгхарок в корсете, зато в юбке, из-под которой торчат колени, успела заметить.

На вешалках же висели и привычные мне открытые и закрытые платья, но были и отдельные юбки, верха разного кроя и странные предметы одежды. Я даже нашла тканевый чехол с рукавами и тянущееся платье, больше походившее на змеиную шкуру.

Я выбрала самый близкий мне по духу наряд — платье, которое открывало ключицы, а все остальное было прилично закрыто. Удивилась, найдя на полках предметы нижней одежды двух рас, но снова взяла привычное. Быстро переоделась в туалете и вышла, а стайха и след простыл.

— Дракоша! — позвала я.

У него есть имя? Как его зовут? Может, попробовать его позывной?

— Уру-ру! — тихо попыталась я. — Стайх!

И заметила приоткрытую дверь. О нет! Убежал.

Я начала заглядывать во все комнаты, ища создание и тихо зовя его «уруру». Прошлась по всем комнатам — не видно. Оставалась только гостиная, у дверей которой я застыла, прислушиваясь.

— Лейвар, и зачем тебе эта зверушка? — услышала я вопрос мужчины.

Зашел-таки! Яша, наверное, там зубы в крошку стирает от злости. Я собралась было отступить, когда до ушей донесся ответ драгхара:

— По моим данным, на земле, где сейчас находится винодельня ее семьи, находятся залежи драконита.

Я отшатнулась.

Так это я зверушка? Я? Так вот почему он возится со мной!

— Серьезно? Залежи драконита на континенте людей? А доказательства нашел? Звучит невероятно.

— Кое-что накопал, но она мне не доверяет.

— Даже после того, как наши ребята помогли тебе ее припугнуть?

— Даже после этого.

Какие ребята? Он о чем? Неужели речь идет о тех двух драгхарах, что шли за мной по улице, когда я сбежала?

— А как же игра в доктора? Она же тебя лечила после фальшивого отравления. Не прониклась? Обычно с угольками что хочешь делай, стоит им часть нашего тела увидеть. Еще бы, их мужики такие дрыщи!

Так и отравление было поддельным?

Я живо вспомнила, как Лейвар падал в карете, пока я не положила его голову на свои колени, как лежал в кровати с голым торсом, как мы с ним оказались в ванне.

И Яша, этот харизматичный доморф, оказалось, играет на его стороне. То-то он не особо переживал, когда хозяин был отравлен. Не зря мне его поведение показалось странным.

Но как драгхар умудрялся выглядеть так жутко?

— Она из типичной аристократической семьи. В голове одни правила и этикет, так что буду еще долго возиться.

— Может, ты плохо старался? Слишком хорошо выглядел?

— Да я весь резерв выпустил в воздух, чтобы выглядеть как можно хуже. А она чуть меня не угробила — в ледяную ванну запихнула. Огненного дракона в ледяную воду!

Я закрыла глаза, ощущая себя так, словно родная сестра бьет меня по щекам, а я жду, когда закончит. Мне хотелось дослушать разговор, но шорох из кухни заставил спрятаться под лестницей.

— Уру-ру! — До моей ноги дотронулась драконья лапка.

— Так вот ты где, — тихо прошептала я стайху, растерянно погладив его по голове.

Значит, таково положение дел. Может, вовсе не из-за таланта находить золото он меня взял, а увидел сережки из драконита и начал пробивать подноготную. С чего-то решил, что у нас там залежи этого его драгоценного камня, и задался целью выведать у меня все подробности.

Теперь я понимаю, почему вдруг он решил стать моим куратором и спешно уехал со мной на Аднар. Почему сразу «отравился» и поселил меня в своем доме.

Не болезный он, а с воспалением хитрости. Не зря я сразу отметила его плутовской взгляд.

Яша прошел мимо, не заметив нас, неся огромный поднос с напитками и стараясь его не уронить.

Первым порывом было желание убежать, причем немедленно, но я заставила себя десять раз подумать. Я прекрасно помнила, чем закончился мой предыдущий импульсивный побег. Пусть преследователи и были от Лейвара, чтобы он смог выставить себя героем, а я стала обязана ему до конца дней, я больше не хотела принимать поспешных решений.

Если посмотреть со стороны, то что я имею? Чужой континент, другая раса, неизвестные законы. Нет дома, нет денег (вот это поправимо), нет знаний о менталитете.

Меня здесь не хотят убить, а хотят узнать о драконите. Лейвар решил разыграть спектакль ради получения ценной информации. Раз это редкий и ценный камень, то его желание вполне понятно. Это не его пугающее «На тебе есть белье?», это коммерческий интерес.

Нужно поговорить с ним начистоту. Сказать, что никакого драконита нет, можно заканчивать разыгрывать спектакль. Попросить помочь с адаптацией на Аднаре.

Я вышла из-за лестницы, как только Яша торопливо пробежал на кухню, гремя пустым подносом. Стайх за мной.

— Пойдем на улицу, — прошептала я дракончику.

И, проходя мимо дверей гостиной, услышала:

— А что с договором о помолвке, заключенным с ее дядей?

Меня будто молния поразила на месте. Нет, пожалуй, договориться у нас с Лейваром не получится.