Леди гробниц

Глава 1: Гостеприимство Аркедорума

– Что?.. Что произошло? Где я?

Несколько раз моргнув и удивлённо повертев головой, я убедилась в том, что больше не нахожусь в своей комнате. Окружающие меня пейзажи выглядели… более… мрачно и враждебно. Небо было пасмурным, из сырой земли торчали какие-то кривые, потрескавшиеся колонны, а за ними простирались бескрайние болота. Причём такие, как в страшных сказках, с жуткими деревьями, уродливыми корягами и резким запахом гнили.

Периферическим зрением я уловила движение, от чего резко вздрогнула и обернулась. Рядом со мной стоял незнакомый мужчина с растрёпанными светлыми волосами, одетый в странный тёмно-зелёный плащ и нечто похожее на… кожаную броню? На его поясе висели ножны, за спиной покоились длинный лук, колчан со стрелами и мешковатая сумка, а в руках незнакомец держал свёрток из пергамента. «Косплеер», – подумала я.

Мысли запутались в моей голове. Очевидно, у меня произошёл некий провал в памяти, ведь я совсем не помнила, как очутилась на чёртовом болоте в компании подозрительного незнакомца. Казалось, ещё минуту назад я сидела за своим компьютером и вела стрим, а затем моя подсветка Амбилайт взбесилась и устроила небольшое лазерное шоу на всю комнату. Затем провал, и я очутилась здесь.

Мой взгляд упал на обрывок провода, свисавший с моей головы. Я провела по нему вверх пальцами и нащупала свою игровую гарнитуру. Нет, что-то… Что-то не сходится. Меня, что, похитили? Прямо из дома? А ведь мама говорила, что мне стоит нанять охранника.

Я вновь опасливо оглядела незнакомца. Свёрток в его руках внезапно воспламенился, и мужчина выронил его на землю. Только сейчас я заметила, что с пальцев этого человека стекали капли крови, а левая рука была наспех перебинтована.

– Вам… Вам нужна помощь? – неуверенно спросила я. – У вас кровь идёт…

Не то чтобы я горела желанием оказать помощь незнакомцу-похитителю, но, пока я находилась на каком-то неизвестном мне болоте у чёрта на куличиках, следовало сохранять хладнокровие, проявить выдержку, а также изобразить доброжелательность. Смартфона при мне не было, так что сама я отсюда точно не смогу выбраться.

– Эт-то! – воскликнул мужчина. – Эт-то камизе!

Иностранец. Косплеер-иностранец похитил меня и утащил на болото. Я обречена.

– Вы можете говорить по-английски? – с надеждой спросила я. – Я не понимаю, что вы пытаетесь сказать.

Мужчина произнёс ещё несколько слов на неизвестном языке, а затем указал куда-то мне за спину. Я сделала шаг назад, оглянулась и увидела, что в нашу сторону движется ещё некая группа людей. Около двадцати человек шли прямо через топь, погрузившись в неё по пояс. Все незнакомцы были облачены в довольно жуткие костюмы мертвецов. У большинства были острые когти и очень качественные вставные клыки, а из ртов нескольких свисали длинные извивающиеся языки. Одна парочка же нарядилась скелетами и выглядела крайне правдоподобно: казалось, будто под их рёбрами ничего не было, а глазницы действительно пустовали.

Мужчина начал активно жестикулировать то мне, то в сторону группы людей в костюмах и продолжил пытаться мне что-то сказать. Но, как бы он ни старался, я не могла его понять.

– Что? Что вы от меня хотите? – спросила я, понемногу начиная уставать от этого представления. – Чтобы я присоединилась к вашей сходке косплееров? Может быть, вы хотите автограф? Хотите, я пришлю вам сигну? Покажете своим друзьям доказательство, что мы с вами знакомы, так что вам не придётся представлять меня им лично.

Незнакомец выхватил из ножен бутафорский меч, указал им в сторону группы «мертвецов», а затем что-то грозно мне прокричал. Я виновато улыбнулась и отрицательно покачала головой, пытаясь дать понять этому типу, что его попытки разговоров со мной не ведут к успеху. Постепенно взгляд незнакомца становился всё менее воинственным и всё более испуганным. Спрятав «меч» обратно в ножны, мужчина схватил меня за запястье и поволок за собой прочь от толпы косплееров.

Я не знала, кто представлял для меня большую опасность, толпа или этот светловолосый тип, а потому решила пока последовать за последним. В конце концов, кто знает, из чего был сделан его бутафорский меч и насколько он тяжёлый?

Мы побежали мимо колонн в сторону разрушенного каменного сооружения, похожего на очень древние руины. Абсурдность происходящего всё сильнее сбивала меня с толку, и я судорожно перебирала в голове варианты того, что вообще здесь происходит. Какой-то фестиваль? Реконструкция? Вот это вряд ли. Некая полевая ролевая игра? С каких пор любители Подземелий и драконов начали выходить на относительно свежий воздух?

Мужчина завёл меня вглубь руин, вместе мы дошли до тёмной лестницы, ведущей куда-то ниже уровня земли. Мой спутник вытащил из кармана синий камешек, потряс его и тот загорелся ярким светом. Затем незнакомец направился вниз и, перехватив светящийся камень в раненную руку, потянул меня за собой. Я упёрлась и отрицательно закачала головой.

– Нет, – как можно более спокойным голосом произнесла я. – Туда я с вами не пойду. Отпустите меня прямо сейчас.

Светловолосый незнакомец ещё пару раз слабо потянул меня за руку, но, увидев, что я сопротивляюсь, отпустил и пошёл вниз один. В этот миг снаружи руин раздался жуткий пронзительный рык, вслед за которым последовало громкое шипение нескольких сиплых голосов. Вздрогнув от неожиданности, я вновь взглянула на своего спутника. Тот же махнул мне рукой, указывая проследовать за ним.

Каждую минуту развернувшееся вокруг меня представление становилось более правдоподобным и пугающим. Всё это, должно быть, сон. Я просто сплю… Или сошла с ума? Да нет. Не надо щипать себя за щёки, чтобы понять, что всё это происходит на самом деле. Я отчётливо ощущала холод, особенно в стопах, на которых были лишь тонкие носки и пушистые серые тапки, успевшие покрыться слоем грязи. Я чувствовала сырость и странные запахи, а эмоции моего спутника… Они были неподдельными, он явно выглядел ещё более испуганным, чем я. Быть может, мы оба сошли с ума?

Одинокий синий огонёк разрезал тьму витиеватых подземных коридоров, ведущих в неизвестность. Эта игра… захватывала меня. Я ощущала, как моё сердце билось всё быстрее и быстрее, а чувство опасности вытесняло рассудок. Громогласный рык раздался вновь, в этот раз он прозвучал куда более отчётливо, ведь то, что его издавало, теперь находилось намного ближе. Мы с незнакомцем перешли на бег, поторопившись пасть в объятия окружающей нас тьмы, но та продолжала отступать с каждым шагом моего спутника.

Что это? Что же происходит? Зомби-апокалипсис? Но почему у этого мужчины лук и меч? Может быть, я оказалась в прошлом? Да это же какой-то бред! Впрочем, если хотя бы на мгновение, на один крошечный миг снять со своего разума ограничения, диктованные рационализмом, то всё встаёт на свои места. Я в другом мире. Я в настоящей опасности. Человек рядом со мной – единственный, на кого я могу сейчас положиться, единственный, кто отделяет меня от верной смерти.

Ну или во мне просто разыгрался стокгольмский синдром. В конце концов, несмотря на неопрятную щетину и слипшиеся волосы, мой похититель всё ещё был довольно симпатичным. Да, наверно, это объяснение куда логичнее. По какой-то причине мне больше хочется верить именно в него.

Коридор подземелья расступился перед нами, сменившись весьма просторным помещением. Мой спутник судорожно завертел головой, выискивая другие выходы из него, но таковых не было. Из единственного коридора, ведущего в эту комнату, всё громче и громче доносился приближающийся рык.

Тогда мужчина вернулся ко входу в помещение и принялся разглядывать возле него пол, стены и потолок. Затем, уставившись куда-то вверх, он развернулся и быстрым шагом прошёл мимо меня.

– Эй, что ты делаешь? – недоумённо произнесла я. – Нам нужно выбираться отсюда! У нас нет времени на… На что-либо, чем ты там сейчас занимаешься.

В дальнем конце коридора крайне отчётливо раздался рык. Синий свет отразился от многочисленных глаз смотрящих в нашу сторону существ, а затем эти существа стремительно помчались прямо к нам.

– Мы… Мы в ловушке! – воскликнула я дрогнувшим голосом.

Мой спутник подошёл к стоящему на противоположном конце помещения вытянутому каменному вместилищу, подозрительно похожему на саркофаг. Ни секунды не терзаясь сомнениями, мужчина ударил ногой по его крышке, тем самым сместив её в сторону. В это же мгновение где-то над нами послышался треск, но моё внимание уже было полностью переключено на приближающихся монстров.

Серокожие, длинноухие, с длинными клыками, когтями и языками и все как на подбор лысые. Их тощие тела были укутаны в обрывки ткани или изношенную одежду, а в налитых кровью глазах читался голод. Некоторые перемещались на четвереньках, другие бежали прямо подобно людям. Самый прыткий из них вырвался вперёд и рванул по коридору, протянув ко мне свои кривые пальцы.

Я успела лишь вскрикнуть, а затем огромная каменная пластина упала передо мной, полностью закрыв выход из помещения. Монстр не успел прорваться к нам, однако его рука осталась по эту сторону. Ещё несколько секунд пальцы на ней продолжали двигаться и цепляться когтями за плиты пола, но затем всё же обмякла.

Я смачно выругалась, протёрла глаза, а затем глубоко вдохнула, поправила волосы и обернулась к своему спасителю. Тот сел на пол, уперевшись спиной в осквернённый саркофаг и, поморщившись, принялся снимать с себя верхнюю одежду.

– Так, стой-стой-стой-стой-стой! – воскликнула я. – Ты, конечно, меня сейчас спас, но всё же ты несколько переоцениваешь степень моей благодарности!

Не обращая на меня внимания, мужчина размотал повязку и стянул с себя плащ и броню, оголив торс. Мой взгляд лишь на долю секунды зацепился за его весьма внушительную мускулатуру, но затем тут же переключился на рану на левой руке.

Она… Она была страшной и неестественной. Из руки будто вырвали кусок плоти, мясо внутри почернело, а вены вздулись. Кожа вокруг обрела фиолетовый оттенок, а на остальном теле была нездорово бледной. Мужчина с ужасом уставился на свою руку, а затем, недолго подумав, приложил к ней свой клинок и упёр лезвием чуть выше раны.

– Ты… Ты что делаешь? – ужаснувшись, спросила я.

Незнакомец положил меч на пол, провёл пальцами вверх по своим набухшим венам и быстро добрался сперва до плеча, а затем до шеи. После этого мужчина бессильно опустил руки и задрал голову.

– Ты же не превратишься в зомби или что-то подобное? – произнесла я, постепенно догадываясь, что происходит с моим спутником.

Из его глаз потекли слёзы. Мужчина выглядел разбитым, уничтоженным, потерянным и до смерти напуганным. После всех своих стараний и страданий он осознал, что обречён. Впервые за долгое время он позволил себе проявить слабость, и эта слабость захлестнула его полностью.

– Эй-эй-эй, не плачь! – взмолилась я, сев рядом с мужчиной. – Если уж ты плачешь, то что остаётся делать мне? Это ты тут абориген фэнтезийного мира, а не я! Ты здесь воин, а я…

А кто я? Если всё здесь происходит по законам фэнтези, если я являюсь так называемой попаданкой, то, должно быть, я… главная героиня? Сейчас у меня пробудятся невероятные способности, которыми я сокрушу мертвецов снаружи, спасу своего безымянного спутника и начну свой путь приключений вместе с ним! На словах это звучит как что-то само разумеющееся, вот только…

Я перевела взгляд на выход из комнаты. С другой стороны каменной плиты доносился скрежет когтей и скулёж голодных монстров. Бедняжки… Им же наверняка здесь совсем нечего есть. Решать эту проблему я, правда, не собираюсь. Как мне выбраться отсюда? Как нам выбраться отсюда? Как отворить плиту, как пройти мимо монстров, как спасти этого «косплеера»? Как нам выжить?

– Эй, у тебя же есть имя? – спросила я у своего спутника. – Меня, вот, Джуди зовут. Джуди Хорел.

Мужчина ничего не ответил и лишь бессильно сполз по саркофагу, уперевшись головой мне в плечо.

– Я буду звать тебя «Карл». Ты же не против? Хорошее имя, как по мне.

Мой спутник что-то просипел, но я не смогла разобрать ни слова.

– Мы выберемся отсюда, Карл. Я нас спасу. Я не понимаю ещё как, но точно знаю, что это сделаю. Ты, вообще-то, главную героиню призвал! Ну я надеюсь на это… Эй, Карл, ты меня слушаешь?

Дыхание мужчины становилось всё более редким, всё более слабым, всё более... бессмысленным.

– Карл, потерпи немного, ладно? – мой голос задрожал, а из глаз потекли слёзы. Наверняка сейчас они смешаются с тушью, и я стану выглядеть ещё страшнее, чем монстры, томящиеся по другую сторону пластины. – Карл, я… Я придумаю что-нибудь, обещаю. Ты только держись… Не умирай. Не оставляй меня здесь одну! Пожалуйста!

Тело мужчины окончательно обмякло и рухнуло головой мне на колени. Его глаза застыли, а дыхание остановилось.

– Н-нет… – прошептала я. – Ну зачем же ты так со мной? Мне же… Мне же тоже страшно! Я тоже боюсь умирать! Ты… Ведь ты призвал меня сюда, верно? Ты меня в это втянул? Так тогда не смей умирать! Возьми на себя ответственность, чёрт тебя подери!

Карл не отвечал. Я была рада, что он не отвечал. Очевидно, он уже умер, и если бы Карл внезапно воскрес, то я бы не смогла себя защитить. Не в таком состоянии. Чувство бессилия и обречённости разъедало меня изнутри, пожирая другие эмоции. До этого дня я вела счастливую жизнь и не была готова к столь резкому повороту в ней. Всё произошло слишком быстро.

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я сумела возобладать над собой. Рассудок взял вверх над эмоциями и напомнил о том, что теперь никто меня не спасёт, кроме меня самой.

Я аккуратно переложила Карла на другой бок, поднялась на ноги и отряхнулась. При мне были лишь наушники с оборванным проводом, лёгкий серый свитер, белая майка, шорты да тапки. Но вот у Карла было настоящее обмундирование для походов и выживания.

Я подняла с пола его меч, однако быстро сознала, что мне едва хватит сил сделать им несколько неуклюжих взмахов. Да и не питала я иллюзий по поводу своих способностей фехтования. Лук… Его тетива оказалась тугой и резала пальцы. Взглянув на руку Карла, я увидела, что та была покрыта столь толстыми и грубыми мозолями, что их, наверно, и нож бы не смог разрезать.

Тогда я осмотрела сумку Карла. В ней я нашла пару ножей, походную посуду, сложенное полотно, несколько свитков пергамента, исписанных неизвестными мне символами, карту, флягу с водой и небольшие запасы хлебцев, сушёного мяса, а также каких-то орехов. Что же, некоторое время я здесь продержусь, если мой почивший спутник не оживёт и не попытается меня сожрать.

Я старалась откинуть мысли о том, что мне нужно что-то сделать с его телом. Рациональнее всего было бы лишить его рук, ног и головы, но… Ну… Это было как-то слишком. Потому я решила пока сосредоточиться на других вопросах.

Помещение, в которое мы забрались, было непохоже на обыкновенную гробницу. Оно скорее напоминало собой некий кабинет, библиотеку или даже лабораторию: стены здесь были уставлены полуразвалившимися шкафами, заполненными ветхими книгами, в углу комнаты стоял каменный стол, а рядом с ним такое же кресло. Выглядело неуютно, но зато всё это смогло пережить испытание временем. В другом конце комнаты располагалось каменное лежбище, в основании которого были проделаны дыры, а через эти дыры были продеты две цепи с кандалами. Очаровательно. На стене рядом с этим лежбищем висело множество различных устройств, о назначении которых я могла лишь догадываться. Впрочем, мне явно не доставало энтузиазма, чтобы это делать.

Один из шкафов выделялся тем, что вместо книг на нём располагались различные стеклянные и металлические ёмкости, внутри которых содержались какие-то кости, волосы и другие сомнительные предметы. Я подошла к шкафу поближе, чтобы его детальнее изучить, но в этот момент со стороны саркофага раздался шорох.

Чуть не подпрыгнув на месте, я тут же развернулась и уставилась на Карла, однако тот всё ещё лежал совершенно неподвижно. Я аккуратно сделала пару шагов к нему и, мысленно проклиная себя за проявленную неосторожность, покосилась на лежащую на полу сумку, в которой осталась пара ножей. Сумка валялась всего в метре от тела Карла.

Но шорох раздался вновь, в этот раз куда более отчётливо и доносился он изнутри саркофага, а не снаружи. Шорох повторился ещё два раза, а после из саркофага вылетел череп и, повернувшись в мою сторону, завис в воздухе. Его пустые глазницы вспыхнули зелёным огнём, а лишённые множества зубов челюсти распахнулись.

– Трепещи, смертная! – раздался из черепа холодный голос, пробирающий до глубин души.

– Л-ладно, – сказала я в ответ, чётко последовав выданному мне указанию.

Глава 2: Знания и амбиции

Установленный зрительный контакт с летающим черепом быстро начал меня утомлять: это жуткое существо просто висело в воздухе и сверлило меня своими полыхающими глазницами, не произнося при этом ни слова. Когда же я посчитала, что наша игра в гляделки тянется уже слишком долго, череп наконец заговорил.

– Твоя речь, твои мысли звучат на неизвестном мне языке; моя магия воспроизводит мои слова на неизвестном мне языке… Откуда ты? Что за цивилизация изобрела столь простой и примитивный диалект?

– Я… – мой голос прозвучал чуть сипло, и я проглотила подступивший к горлу ком. – Я, вроде как, не из этого мира… И ты что, читаешь мои мысли?

– Это меньшая из моих возможностей. Перед тобою древний лич, мастер магии и запретных знаний, равных которому нет и не было во всём Аркедоруме! Я тот, чьи орды нежити ознаменовали своим пришествием начало Эры Хаоса! Имя мне – Тарагвирон, Властелин проклятий!

– Та-раг-ви-рон, – повторила я по слогам, стараясь не допустить ошибки в этом странном имени. – А меня зовут Джуди.

– Джуди… Какое нелепое имя, жалкое имя. Оно идеально подчёркивает твою заурядность, смертная.

– Слушайте, Тарагвирон, раз уж вы такой незаурядный, может быть, вы поможете мне отсюда выбраться?

– Ты осквернила мою гробницу, нарушила мой покой и теперь смеешь просить о помощи?

Я неуверенно кивнула в ответ.

– Ты получишь то, что заслуживаешь за содеянное, – злобно процедил древний лич. – Я наделю тебя столь изощрённым и пагубным проклятием, что твоя душа будет страдать до заката времён!

– Господин Тарагвирон, технически вашу могилу осквернила не я, а…

Разгневанный лич меня не слушал. Взмыв под самый потолок, он начал угрожающе трястись, а пламя в его глазницах распространилось на весь череп. Хозяин гробницы принялся произносить длинные, запутанные слова, эхо которых заполонило всё помещение. Стены задрожали, с потолка посыпалась каменная крошка, а скулёж за блокирующей выход плитой на мгновенья утих. Я инстинктивно поджала голову и закрыла лицо рукам, и после этого… ничего не произошло.

Лич застыл в воздухе, а его пламя угасло. Я осторожно опустила руки и опасливо посмотрела на «Властелина проклятий», который вновь принялся сверлить меня взглядом. Через несколько мгновений он повторил свою попытку проклясть меня, но и в этот раз я ничего не почувствовала.

– Почему не выходит?.. – спросил Тарагвирон ни то у меня, ни то у самого себя.

– Может быть, я действительно главная героиня, и твои проклятия на меня попросту не действуют? – предположила я. Услышав мои слова, череп недоумённо накренился на бок, а затем вернулся в исходное положение.

– Выходит, моя магия ослабла настолько, что я уже не могу прочитать заклятие четвёртого круга без использования рук…

– У вас их и нет.

– Вот именно! – гневно проревел лич, на миг целиком покрывшись зелёным огнём. – Моё тело истлело. Мои защитные заклинания ослабли… Книги! В них ещё должна содержаться магия! Я могу использовать её!

С этими словами череп подлетел к ближайшему книжному стеллажу, а затем застыл.

– Что-то не так? – поинтересовалась я.

– Смертная! – воскликнул Тарагвирон властным тоном. – Достань все книги с полки передо мной!

Сощурив глаза, я посмотрела сперва на древнего лича, потом на книжный шкаф, а затем снова на лича.

– Ты что, не можешь сделать это сам? – удивлённо спросила я.

Лич не ответил.

– Погоди, то есть ты не в состоянии использовать свои «изощрённые и пагубные» проклятия, не можешь самостоятельно вытащить книгу с полки… Точно не можешь? Не хочешь попробовать сделать это зубами?

Древнее существо настолько опешило от моих слов, что огонь в его глазницах не разгорелся от гнева в свойственной ему манере, а, наоборот, полностью угас.

– А твои более слабые заклинания… – продолжила я. – На что они годятся? Ты способен на что-то помимо полёта, самовоспламенения и сотрясания воздуха?

– Да ты… – сдавленно прошипел лич. – Да я тебя…

– Что-то непохоже. Выходит, это скорее ты заперт со мной, а не я с тобой. Ну то есть я хотя бы могу кинуть в тебя какой-нибудь книжкой, а вот в твои возможности не входит даже это. Ах да, я забыла упомянуть тот факт, что тебе никаким образом не удастся поднять плиту и выбраться отсюда самостоятельно.

– Как и тебе.

– Это правда. Вот я и подумала: может быть вместо того, чтобы сыпать друг на друга угрозами и проклятиями, мы объединим усилия? Я готова доставать для тебя с полок книги и даже перелистывать их страницы!

– Поразительно, – сухо ответил Тарагвирон, а затем плавно опустился на крышку своего саркофага. Из любопытства я мельком заглянула внутрь и увидела там груду потрескавшихся костей, какую-то дырявую мантию и несколько украшений, которые уместно бы смотрелись в качестве экспонатов музея истории.

Тарагвирон в очередной раз не дал мне ответа и погрузился в свои думы. Или же попросту уснул. Пока он пребывал в размышлениях, я успела пройтись вдоль книжных стеллажей, пролистать несколько томов и убедиться в том, что каждых из них содержит незнакомые мне письмена.

– Нет смысла принимать твоё предложение, – внезапно заявил лич. – Сохранившейся в моих книгах магии хватает лишь на то, чтобы не давать страницам обратиться в прах. Без рук я не смогу использовать большинство своих заклинаний, а значит, у нас нет способа отсюда выбраться.

– А на что ты вообще рассчитывал, замуровав себя здесь? – поинтересовалась я, скрестив руки на груди. – Ты ведь и из саркофага не мог выбраться самостоятельно?

– Я был погружён в сон. Я ожидал, когда сюда явится кто-то из моих последователей или учеников, но… Судя по всему, прошло слишком много веков. Никто уже не придёт.

– И ты планируешь и дальше сидеть здесь взаперти столетиями, пока кто-то не натолкнётся на эти руины?

– У меня нет другого выбора.

– Ну, нет, выбор у тебя есть! – возразила я, нахмурив брови. – Ты сказал, что у тебя были ученики? Тогда обучи и меня своей магии! Научи использовать заклинания, и я вытащу отсюда нас обоих!

– Какая самонадеянная заурядность! – возмутился Тарагвирон, и в его глазницах вновь вспыхнул огонь. – Ни одному смертному не дано освоить магию за пару дней! Да что там дней, чтобы сравниться с самым слабым из моих былых учеников, тебе придётся потратить на обучение десятки лет! Вероятно, ты расстанешься с жизнь гораздо раньше, а у меня сейчас нет возможности обратить тебя разумной нежитью.

– Да я и не собираюсь превращаться в какую-либо нежить. Разве что в вампирш… Нет, не хочу быть вампиршей! Я люблю солнечный свет и своё отражение! Слушай, раз уж ты уже сдался, то почему бы тебе не скоротать время в попытке обучить меня чему-то дельному? Не получится – я тут загнусь и больше не буду мешать тебе жалеть самого себя ближайшее тысячелетие. Договорились?

Череп плавно взмыл в воздух и развернулся ко мне, чтобы получше меня разглядеть.

– Тебе придётся привести мою лабораторию в надлежащий вид, – заявил он. – И приготовься много слушать и писать.

Мои родители редко появлялись дома даже тогда, когда я была совсем ребёнком. Они оставляли меня с няней, но я никогда не испытывала желание с ней играть, да и, в принципе, проводить время. В итоге няня практически не приглядывала за мной, а просто сидела в другой комнате, занимаясь собственными делами, и лишь изредка её покидала, чтобы меня покормить. Единственным человеком, с кем я много проводила времени в детстве, был мой младший брат, с которым мы часто играли.

Я была сама себе на уме, любила много читать, а когда нечаянно узнала пароль от отцовского компьютера, то начала зависать в нём. Обзаведясь парочкой игр у живущего по соседству мальчишки, я установила их на компьютер и принялась проводить в них целые дни.

После школы я поступила в колледж и стала учиться на программиста, но компьютерные игры оставались моим основным увлечением, и я всегда хотела научиться на них зарабатывать. Когда я попробовала начать стримить, у меня довольно быстро появились постоянные зрители и даже поклонники, после чего… В общем, мой мир переменился. Представьте, что испытывает тихая, замкнутая в себе девушка, едва ли способная спокойно общаться со сверстниками, когда становится популярной. Я полюбила внимание к себе, я полюбила саму себя. Зрители постоянно писали комплименты мне и моей внешности, я с удовольствием с ними разговаривала и просто отлично проводила время. Конечно, у меня было в достатке и хейтеров, пишущих всяческие гадости, но, полагаю, такова цена популярности.

К своим двадцати двум годам я усвоила несколько очень важных вещей. Любить себя необходимо для саморазвития. Уверенности в себе и в своих силах много не бывает. Жизнь даётся лишь один раз, и нужно этот раз провести с удовольствием.

Ну и ещё немного чуть менее важных вещей. К примеру, красота может быть очень эффективным оружием, особенно если ты хочешь скрыть настоящего себя. А ещё ей свойственно обезоруживать интеллект многих мужчин. Не то чтобы я часто пользовалась этим свойством, просто периодически это происходило как-то само собой.

Слушая наставления Тарагвирона, я не прекращала удивляться тому, насколько примитивно волшебники Аркедорума, мира, в котором я оказалась, используют дарованные им силы. Серьёзно, большинство из них думает только о том, чтобы слова их заклинаний обращались во взрыв побольше, делали их слуг сильнее или же даровали им войска из безмозглых, но крепких истуканов. Максимально прямой подход без капли хитрости или изыска.

Магия, или как её называет Тарагвирон, аркана, устроена следующим образом: с помощью слов, символов и жестов заклинатель задаёт направление, форму и интенсивность потокам энергий, протекающим по всему этому миру. Большинство магических слов сами по себе ничего не значат, но они резонируют с арканой, приводят её в движение, заставляют её наполнить тело колдуна, а затем высвободить наружу в новой форме. Но основная суть в том, что жесты и символы делают абсолютно то же самое: они попросту дублируют попытку резонанса, тем самым нивелируя возможные ошибки в компонентах заклинания.

К примеру, если маг ошибётся и неправильно взмахнёт рукой, то потоки арканы потекут в нужном направлении за счёт слов. Если будет произнесено неверно слово, то могут помочь заранее нанесённые руны. Совершишь ошибку и в рунах – столкнёшься с непредсказуемыми последствиями. Однако, если же не совершать ошибок вовсе (что, в общем-то, довольно сложно), то перед тобой откроется настоящий потенциал арканы.

Тарагвирон заметно удивился, когда осознал, что я всё схватываю налету. Впрочем, всё то, что он мне объяснял, было не сложнее освоения Явы или плюсов, да и практически любого другого языка программирования, если подумать.

Когда лич понял, что мне не нужно рассказывать, что получится, если сложить два и два, он решил попробовать обучить меня одному из самых простых и любимых своих заклинаний – низшему поднятию нежити.

– Это заклинание не только создаст подконтрольного тебе мертвеца, но и утилизирует все лишние части его тела, – назидательно рассказывал Тарагвирон, летая над бедолагой Карлом.

– Лишние? – переспросила я. – Ты уверен, что у него есть лишние части тела? И нам обязательно начинать с чего-то настолько жуткого?

– Нет, если ты готова к тому, что этот разведчик вскоре восстанет из мёртвых, обратится гулем и набросится на тебя.

– Пожалуй, к этому я не готова.

– Отлично. В таком случае тебе необходимо сконцентрироваться, повторить изображённые в книге перед тобой движения и громко произнести слова «акх`саган нарту эхриоз».

– Ага. Погоди, но разве ты не говорил, что слово «саган» помогает сконцентрировать аркану на пальцах правой руки?

– Гм-м-м… – задумчиво промычал лич. – Кажется, говорил.

– А в книге указано, что высвобождать аркану нужно пальцами левой. Да ещё и всеми сразу, из-за чего концентрация энергии может значительно снизиться.

– Дай посмотреть.

Лич облетел вокруг меня и опустился над распахнутой книгой с потрескавшимися от возраста пергаментными страницами. Мой учитель магии внимательно осмотрел содержимое книги, а затем медленно повернулся ко мне.

– Ты хочешь сказать, что я, Тарагвирон, Властелин проклятий, как и большинство других выдающихся некромантов, применял самое простое заклинание создания нежити с ошибкой? – ледяным тоном произнёс лич.

– Похоже на то, – сказала я, кивнув головой. – Вы спускали добрую половину магической энергии прямо в воздух. Боюсь представить, насколько это вредно для находящихся рядом организмов или растений.

– Дьявол меня раздери, да эта книга – просто мусор! А ведь её написал уважаемый во всём мире маг! Ну то есть он был уважаем в очень узких кругах людей, так как прославился тем, что одно его заклинание заразило малярией половину населения небольшой страны. И сейчас я начинаю думать, что сделано это было неспециально. Ладно, попробуй прочитать заклинание так, как считаешь нужным. Если в результате ты испортишь материал, то, по крайней мере, помешаешь ему обратиться в гуля.

Я послушно кивнула и подошла к телу лежащего на полу мужчины. Оно уже начало источать неприятный запах, который я тщательно старалась игнорировать.

Карл, бедный Карл. Я обещала тебя спасти, и вот пришло время это обещание выполнить. Ты продолжишь жить…, пускай и перестанешь быть таким симпатичным. Жалко, конечно, но всё лучше, чем окончательная смерть.

– Акх`ульвар нарту замитус, – стоило мне только произнести эти слова, как эхо тут же их подхватило и начало повторять вновь и вновь. Кроваво-алая дымка окутала мои ладони и заплясала между пальцами бурными потоками, а затем резко устремилось к телу Карла. Прямо на моих глазах его плоть обратилась в прах, обнажив сокрытый под ней скелет.

Через мгновения костяшки пальцев мертвеца пришли в движение, а следом зашевелились и другие кости. Потоки арканы заменили собой мышцы, связки и сухожилия, позволив Карлу вновь подняться на ноги. Левая плечевая кость скелета была покрыта трещинами, но в остальном он был безупречен. Два тусклых алых огня загорелись в глубине его пустых глазниц и уставились на меня в ожидании приказов.

– Отлично… – произнёс Тарагвирон, с трудом веря в то, что мне удалось прочитать заклинание с первой попытки. – Просто превосходно! Возможно, ты сумеешь дать фору моим бывшим ученикам уже через несколько месяцев!

– Фору твоим ученикам? – переспросила я, выгнув одну бровь. – Тарагвирон, через несколько месяцев я собираюсь превзойти прежнего тебя, когда ты был на пике своих возможностей. Ты говорил, что мне придётся постигать аркану десятилетиями, но сейчас я вижу, что твои познания в ней нельзя назвать выдающимися.

– Что я вижу? Это амбиции? О, тогда ты действительно обладаешь всем необходимым, чтобы однажды стать превосходным некромантом. Если, конечно, тебя прежде не сожгут на костре, не растерзают местные племена варваров или не пронзят эльфийские стрелы. Не зазнавайся слишком сильно, ученица: даже если у тебя есть талант к творению заклинаний, тебе не достаёт жизненного опыта, которым обладаю я. И всё же, раз уж нам пока что друг с другом по пути, ответь мне, как далеко простираются твои амбиции? Чего ты желаешь больше всего?

Я осмотрелась по сторонам и крепко задумалась. На письменном столе лежали листы пергамента, которые я изрисовала различными магическими символами. Рядом с листами были рассыпаны крошки позаимствованных у Карла хлебцев, валялась фляга, содержимое которой стремительно заканчивалось. По другую сторону каменной плиты снова и снова раздавались шорохи, скрежеты, а иногда я отчётливо слышала, как кто-то там активно принюхивается.

Запахи… Запахи здесь были сильными и далеко не самыми приятными. Гробница вся отсырела и покрылась пылью, что не способствовало ни моему здоровью, ни внешнему виду. Я нашла в лаборатории Тарагвирона зеркало, но побоялась в него заглянуть, так как не могла позволить себе потратить запасы воды даже на то, чтобы умыть лицо.

Потому ответ на вопрос лича был очевиден.

– Принять ванную, – решительно заявила я.

Карта Великого Королевства Давитан и его приграничных земель

Дорогой читатель! Карту в высоком разрешении ты сможешь найти в сообществе в VK "Миры Артёма Баха", ссылка на сообщество указана в моём профиле и в комментариях к книге.

Глава 3: Прикладные применения магии для чайников

После воскрешения Карла я прочитала ещё одно заклинание поднятия нежити и применила его на руку гуля, валяющуюся у входа в комнату. Лич сказал, что «оживить» руку мне не удастся, так как она принадлежит уже «живому» мертвецу. Тарагвирон оказался прав, но зато в результате моей попытки плоть на этой культе обратилась в прах и перестала источать непередаваемую палитру запахов.

Затем лич обучил меня ещё одному заклинанию, позволяющему понимать практически любые письмена и устную речь. Как только неизвестные символы в книгах преобразовались в понятные мне слова, я тут же погрузилась в чтение и, изучая основы арканы, потеряла счёт времени.

Карл так и продолжил неподвижно стоять на одном месте, не сводя с меня глаз. Вероятно, ему было просто интересно наблюдать за моими успехами, или же мертвец любовался мною несмотря на мой крайне неопрятный вид.

Впитывая знания словно губка, я постепенно понимала устройство заклинаний и улавливала связь между магическими словами. Волшебники Аркедорума изобрели множество универсальных слов, модифицирующих существующие заклятия, меняющих их силу, продолжительность, зону или дальность действия. Но на деле каждое заклинание можно было видоизменить куда существеннее, если хорошо разобраться в их компонентах.

Вычитав информацию о наступательной магии, воздействующей на скелет жертвы, я попробовала его немного модифицировать. В результате я научилась придавать костям практически любую форму, растягивать их и укреплять. Я восстановила повреждённую руку Карла, увеличила прочность его скелета и заострила кончики пальцев, чтобы он мог использовать их как оружие. В конце концов, каменная плита была далеко не самой страшной преградой на пути к моей свободе.

Тем временем Тарагвирон принялся изучать карту, которая была среди вещей Карла. Личу было интересно, как сильно за время его заточения изменился внешний мир.

– Королевство Давитан значительно разрослось, покорив множество соседей, – бормотал летающий по комнате череп. – Каташииты объединились в империю… Вероятно, иначе они бы не смогли противостоять фанатичной церкви Давитана. Алидамор едва заметно расширил границы… Орки? С каких пор в этих землях обитают орки?

– В этих – это в каких? – поинтересовалась я, оторвавшись от очередной книги.

– На юго-востоке, достаточно близко к нам. Поразительно, но на карте посреди их территорий отмечено что-то наподобие города, носящего имя «Угрук». Только орки могут придумать такое уродливое название.

– Почему тебя так удивляет эта метка города?

– Орки не строят городов, – пояснил лич. – Им нужны лишь временные жилища и убежища, из которых будет удобно устраивать набеги на ближайшие города и деревни других рас. Когда орки оседают на одном месте, их тут же начинают грабить их же собратья.

– Кстати, а мы, получается, сейчас находимся в месте под названием «Мёртвые Земли»? Миленько.

– Хоть что-то на этой карте имеет смысл. Смертные столь сильно боятся моего возвращения, что окрестили огромные территории землями нежити! Прошли века, а мои мёртвые солдаты до сих пор охраняют эту гробницу и окрестные территории!

– А ты можешь контролировать этих солдат? – спросила я, значительно оживившись.

– Нет, не в таком состоянии. К тому же гули никогда не были частью моей армии. Полагаю, они явились сюда сами, почувствовав мощный источник некротической энергии.

– Тебя что ли?

Тарагвирон сделал вид, что не расслышал мой вопрос, и перестал вести со мной беседу. Обиделся.

Я поднялась с каменного кресла, потянулась и почувствовала, что слишком уж засиделась. Ноги сильно затекли и теперь покалывались изнутри от прилива крови.

– Эй, Карл, не пора ли нам попробовать выбраться отсюда? – обратилась я к скелету.

Мертвец лишь звонко щёлкнул челюстями в ответ.

– Ты же знаешь, что он не наделён разумом, – вмешался в наш разговор Тарагвирон. – Он осознаёт лишь твою волю, что позволяет ему исполнять приказы.

– Нет-нет, в книгах же написано, что нежить существует за счёт налаживания связи между душой и мёртвым телом посредством магии, – возразила я. – Это значит, что Карл разумен, просто он пока ещё не смог собраться с мыслями. Дай ему время.

– Джуди, ничего не произойдёт. Его мозг окончательно умер, а после твоего заклинания и вовсе обратился в прах.

– Что-то я не вижу мозга за твоими глазницами, Тарг!

– Это потому, что перед обращением в нежить я перенёс своё сознание в арканное вместилище, чего не сделала с Карлом ты. Погоди, как ты меня назвала?

– Нет, ты сейчас в корне неправ! – возмущённо воскликнула я. – Существуют же приведения, бестелесные создания, наделённые разумом, которые образуются исключительно из души!

– А также непомерных страданий и сожалений, – добавил лич, сделав нечто наподобие кивка. – Душа является проекцией сознания и воплощением духовной силы, потому в своём чистом виде способна мыслить. Но чем сильнее она искажается, тем больше теряет эту способность. В случае же Карла самосознания осталось не больше, чем у таракана или клопа.

– Нет-нет-нет! Не смей так про него говорить! Карл жив! Он теперь жив!

Скелет Карла неожиданно выскочил из-за моей спины и набросился на Тарагвирона. Бывший разведчик вцепился в череп лича своими острыми костяшками пальцев и сдавил его так, что по тому разошлись трещины.

– Карл, стой! – испуганно прокричала я. – Отпусти его!

Мертвец послушно замер, разжал свою хватку и Тарагвирон тут же взмыл под потолок.

– Вот… Вот видишь, к чему привели твои слова? – произнесла я, тяжело дыша от волнения. – Ты его разозлил!

– Дело вовсе не в этом, – прошипел лич. – Твоё видоизменённое заклинание наладило слишком тесную связь между тобой и твоим миньоном. Он откликается на твои эмоции, он управляется твоим подсознанием!

– Ты просто не хочешь признавать, что нежить – это нечто большее, чем подконтрольная некроманту пешка.

– Джуди, ты талантлива, но едва ли понимаешь, как устроена некромантия. Неважно, признаёшь ты это или нет, но ты допустила ошибку, и вот её результат. С опытом такие инциденты прекратятся, но пока тебе нужно держать свои эмоции в узде, или же твои миньоны лишат тебя наставника. Ты сможешь себя возобладать над собой?

Я поджала нижнюю губу и коротко кивнула. Какие бы разногласия у нас ни возникали с Таргом, сейчас мы не можем обойтись друг без друга.

Я решила перенести попытку выбраться наружу и занялась решением других насущных проблем. Несколько довольно простых заклинаний, описанных в книгах, позволяли применять очень слабый телекинез, окрашивать, очищать и совсем немного видоизменять объекты, а также создавать в небольших объёмах влагу. Всё это показалось мне набором крайне полезных способностей, и я знала, где найти им применение.

Я освоила эту магию менее чем за час и попрактиковалась в её применении на книге, написанной «заклинателем малярии». Сперва я окрасила несколько её страниц в чёрный цвет, затем стёрла созданную мной краску, а после попыталась вырвать из книги лист пергамента. Защитные заклятия Тарагвирона не позволили мне это сделать, но лист хотя бы шелохнулся.

Когда я убедилась в том, что заклинания работают как надо и несут опасности, я приступила к тому, что хотела сделать с момента, как оказалась в этой гробнице. Я взяла с одной из полок небольшое зеркальце и с опаской в него заглянула. Из зеркальца на меня с опаской посмотрело существо, отдалённо похожее на человека.

Ну что же, всё могло быть гораздо хуже. Да, из-за потёкшей косметики, пыли и грязи я была похожа на персонажа из фильма ужасов или на исполнительницу тяжёлого рока, но синяков под глазами не было, кожа чуть побледнела, но не зашелушилась и не потрескалась, а мои нерасчёсанные длинные чёрные волосы смотрели всего в три разные стороны.

Я прочитала несколько слов заклинаний и провела ладонью по своему лицу, стерев тушь и грязь. Теперь из зеркала на меня смотрела миловидная, хоть и неопрятная девушка с ярко-голубыми глазами, аккуратным носиком и чуть пухлыми губами. Я улыбнулась сама себе, а затем прочитала ещё одно заклинание.

Одно движение пальцем, и брови стали ровными и аккуратными. Второе – и губы окрасились в алый цвет. После третьего движения мои ресницы вытянулись и стали значительно более пышными. Ещё несколько махинаций, и бледнота спала, а щёки налились румянцем. Затем я зарылась пальцами в свои густые волосы, и те, повинуясь магии, распутались и уложились за моей спиной, оставив торчать лишь пару непослушных прядей.

Я в третий раз посмотрела в зеркало и увидела в нём настоящую красавицу. Для воистину достойного облика не хватало сменить одежду, но теперь, по крайней мере, я могла её очистить и вымыть.

– Будучи взаперти посреди кишащей нежитью древней крипты, ты находишь время на макияж? – недовольно произнёс Тарагвирон, наблюдая за моими действиями.

– Считай этот моей практикой, – ответила я, равнодушно пожав плечами. – Зато теперь я чувствую себя гораздо более комфортно и оживлённо. К тому же этот процесс отнял не так много времени и сил.

– В моё время наложницы правителей окрашивали себя с помощью животного жира, воска и глины, а также крови гнилостных жаб и экстракта мандрагоры.

– Что ж, в таком случае я вдвойне рада тому, что с помощью колдовства можно навести марафет.

Тарагвирон недовольно издал похожий на фырканье звук, а затем принялся рассматривать распахнутую передо мной на столе книгу.

– Магия, позволяющая контролировать насекомых? – удивлённо произнёс лич. – Она довольно сложна и не так уж полезна. Зачем тебе это?

– У меня есть несколько идей её применения, но я опробую их позже. Сейчас я сосредоточена на том, чтобы найти способ взять под контроль гулей.

– Невозможно, – отрезал Тарагвирон. – Тебе не хватит опыта. В отличие от скелетов и зомби, гули сохраняют значительную часть своего разума и воспоминаний о прошлой жизни. Их подчинение требует значительных затрат маны, а результат того не стоит: как бойцы они не так сильно превосходят другие виды примитивной нежити.

– Но они разумны, а значит, способны выполнять сложные комплексные задачи. К примеру, я смогу заставить их добывать для меня пропитание.

– Вряд ли они находят здесь достаточно пропитания для самих себя.

– А оно им нужно? – поинтересовалась я. – Что они едят, сырое мясо? Для чего?

– Им нужно не мясо, а содержащаяся в плоти энергия, выделяемая душой, – безразличным тоном ответил Тарагвирон. – Гули могут быть порождены на свет в двух случаях: когда некротическая магия наполняет тело мёртвого каннибала, и когда душу смертного искажает другой гуль, вкусивший его плоть.

– Как… очаровательно. Выходит, если гули найдут источник необходимой им энергии, то у них отпадёт потребность в поедании мяса?

– Скорее всего. Я никогда не занимался подобными глупостями. Если возникает необходимость прокормить нежить, проще пожертвовать несколькими живыми рабами или пленниками.

– Кажется, в нашей ситуации такой вариант не катит.

– Ну один живой пленник здесь есть…

Карл резко повернул голову в сторону Тарагвирона и недовольно щёлкнул челюстью. Лич тут же снова взмыл под потолок.

– Всё хорошо, Карл, – произнесла я, пытаясь успокоить скелета. – Тарг просто так шутит, не бери в голову.

Карл так и не сдвинулся с места. Вскоре он потерял к личу всякий интерес и вновь продолжил смотреть на меня. Его эмоциональность немного меня беспокоила, ведь однажды бывший разведчик может так кому-нибудь навредить. Тарагвирон считает, что Карл откликается на мои эмоции, вот только его реакция явно значительно превосходила то, что испытывала я.

Постепенно меня начала пронизывать усталость: казалось, этот день длится целую вечность, и я могла лишь гадать, когда в последний раз я спала. Потому, взяв большую и довольно бесполезную кипу пергамента, я уложила её на край пыточного стола, а затем нагрела холодный камень столешницы простеньким заклинанием. Когда моё ложе было готово, я улеглась сверху, опустив голову на пергамент и завернувшись в плащ Карла. Комфортом здесь и не пахло, однако изнеможение взяло своё, и я, повернувшись лицом к стене, быстро уснула.

Я открыла глаза и увидела перед собой несколько ржавых ножей, пилу, какие-то крюки и другие испорченные временем инструменты, висящие на стене. Повертев головой, я отыскала взглядом древнего лича, воскрешённого мною разведчика, а также массивную каменную плиту, блокирующую выход из помещения.

– Всё-таки не сон, – пробормотала я себе под нос.

Я размяла затёкшие конечности и выгнула спину, которая выразила протест против моего ложе, одарив меня сильной болью. Позвонки издали подозрительно громкий хруст, но, вроде бы, все до последнего остались на своих законных местах.

– Доброе утро, Карл, – произнесла я, поднимаясь на ноги. – Доброе утро, Тарг. Должна заметить, твоему столу не хватает удобства, несмотря на то что он явно предназначен для лежания.

– Это стол для пыток! – возмутился древний лич. – Он и не должен быть… А, это ирония. Если бы я не мог читать твои мысли, мне было бы сложно тебя понимать, ученица.

– Как же нам повезло, что я для тебя открытая книга.

– Сарказм. Неуместный. Если бы я не был способен залезть в твой разум, то напал бы на тебя сразу, как увидел.

– И загрыз бы меня. До смерти.

– Не давай волю своим фантазиям: среди доступных мне низкоуровневых заклинаний есть множество тех, что способны тебя умертвить. Просто в них отсутствует эстетика, а процесс занимает некоторое время… И нет, я не испугался того, что ты могла начать кидать в меня в книги!

– Действительно читаешь мысли, – задумчиво проговорила я.

Я подошла к зеркалу и привела себя в надлежащий вид с помощью магии. В этот раз Тарагвирон решил не язвить и смиренно дожидался, когда я закончу.

– Ну что, как далеко сегодня простираются амбиции моей ученицы? – спросил лич, когда я поставила зеркало обратно на полку шкафа. – Быть может, твои горизонты расширились и теперь способны в себя вобрать нечто покрупнее ванной?

– Так и есть, – кивнула я своему учителю магии. – Пришла пора увидеть свет.

– Ты уже придумала, каким образом мы отворим дверь?

– У меня есть идеи. Нам бы сильно помогло наличие длинного и как можно более прочного предмета, но не думаю, что мы сможем найти здесь подходящий.

– Хм…

Озадачено промычав, череп пролетел мимо меня, а затем замер возле висящих на стене инструментов для пыток.

– Дай мне щипцы, они сгодятся, – приказным тоном произнёс Тарагвирон.

«Щипцами» древний лич описал огромный ржавый секатор, которым, наверное, раньше состригали толстые ветки деревьев. Ладно, я не сомневалась, что основное применение «щипцов» было совершенно другим, но я всё равно хотела думать, что их использовали для ухода за садом.

Сняв со стены увесистую железку, я положила её перед личом на своё ложе. Тарагвирон произнёс несколько слов заклинаний, а затем опустился перед щипцами и легонько стукнулся о них нижней челюстью. Через мгновение те озарились очень тусклым свечением, но более ничего не произошло.

– В ближайшие несколько минут этот инструмент будет значительно прочнее, чем в его лучшие годы, – уверенно заявил Тарг.

– Потрясающе, учитель! – с толикой иронии в голосе воскликнула я, а затем обратилась к Карлу. – Будь добр, приподними плиту.

– Ты действительно думаешь, что какой-то обыкновенный скелет может…

Тарагвирон осёкся, когда Карл вонзил свои костяшки пальцев прямо в камень, а затем приподнял тяжеленную преграду над полом на добрый десяток сантиметров. Я быстро схватила щипцы и поспешила вставить их в образовавшуюся щель под плитой, но меня опередили: пара гулей с другой стороны тут же просунули в неё руки и принялись скрести когтями по полу.

– Ты молодец! – похвалила я Карла, замерев на месте. – Можешь отпустить плиту.

Каменная масса опустилась на руки гулей и придавила их, но не смогла расплющить, оставив под собою достаточную щель для моего рычага. Внешний вид щипцов вызывал у меня недоверие, но выбирать было не из чего, а значит, придётся работать ими. Я нервно закусила губу и приготовилась к своей первой битве в этом враждебном мире.

Глава 4: Навстречу солнечным лучам

Я передала щипцы Карлу и отошла к дальней от входа стене. С другой стороны плиты доносился скрежет, рык, скулёж и взвизгивания, из чего я сделала вывод, что нам придётся столкнуться далеко не с парой гулей.

– Ты готова, ученица? – спросил Тарагвирон, зависнув под потолком посреди помещения.

– Нет, – честно призналась я. – Но если мы не одолеем мертвецов сейчас, то меня убьют сухая еда и жёсткая постель.

– Позволь войти сюда одному-двум гулям, а затем опусти плиту. Мы будем уничтожать их небольшими группами, пока те не кончатся.

– Похоже на план. Карл, ты его слышал.

Скелет упёр массивные щипцы в пол под плитой и принялся её поднимать. Стоило проёму немного увеличиться, как из него тут же выползла пара гулей с перебитыми руками. Тарагвирон угрожающе затрясся в знакомой мне манере, покрылся зелёным пламенем, а затем из его рта вырвался сноп огня, который объял обоих противников.

Этого было мало, чтобы остановить гулей. Более того, неспособные чувствовать боль мертвецы даже не взвизгнули и не замедлились. Они неуклюже принялись подниматься на ноги, не сводя с меня кровожадных, голодных взглядов.

Я попыталась прочитать заклинание, но чувство страха торопило меня и сбивало. Язык не слушался и не позволял отчётливо произнести трудновыговариваемые слова, руки стали ватными, а мои движения в результате неточными. Чудесным образом я не сорвала заклинание, однако скопленная для него магическая сила частично рассеялась. Я направила её в сторону гулей, пытаясь воздействовать на их кости, но всё, чего мне удалось достичь – это повалить одного из противников на пол. Другой же только покачнулся, чуть сгорбился, а затем уверенно побежал в мою сторону.

– Карл! – лишь успела выкрикнуть я и упёрла руку в грудь плотоядного монстра.

Скелет отпустил щипцы и развернулся ко мне, но плита не опустилась. Краем глаза я заметила, что снизу её держат две массивные когтистые лапы, а под ней уже пыталась пролезть ещё одна пара гулей. Но куда больше меня пугало то, что Карл не успевал прийти мне на помощь: острые зубы самого нетерпеливого монстра уже норовили вонзиться в мою плоть.

Гуль тщетно пытался одновременно схватить меня сломанными руками и укусить. Его широкая пасть распахивалась и с громким клацаньем смыкалась прямо перед моим лицом, периодически издавая зловещее шипение. Под натиском гуля я отступила в угол комнаты, а затем сорвала со стены попавшийся под руку ржавый тесак и ударила им противника по голове. Лезвие вошло в череп всего на пару сантиметров, и монстр лишь выразил лёгкое недовольство, издав чуть более громкое шипение. Трясущимися руками я ударила его ещё один раз и ещё раз, но и этого было мало. Моей физической силы едва хватало на то, чтобы не подпускать чудище ближе, но одолеть его я никак не могла.

Когда клыки клацнули в паре сантиметров от моей шеи, я стиснула зубы и замахнулась тесаком в последний раз, пытаясь вложить в удар все свои силы. Но в этот миг из черепа Тарагвирона вырвалось пять белесых магических сгустков, которые разлетелись в разные стороны, оставляя за собой дугообразный шлейф, а через миг все разом сменили траекторию и врезались в напавшего на меня гуля.

Снаряды переломали противнику ноги, и тот упал на пол. Я тут же воспользовалась моментом, чтобы отбежать от него подальше, и встревоженно оглядела помещение. Гули продолжали лезть из-под плиты, но они встретили неожиданно серьёзное сопротивление: своими острыми костяшками пальцев и недюжей физической силой Карл терзал противников одного из другим. Монстры неловко пытались вонзить свои когти в скелета или же его укусить, однако не оставляли на нём и царапины.

Мои эмоции били ключом, страх застилал разум, но желание выжить и осознание того, что мне есть чем себя защитить, помогли мне возобладать над собой. Брезгливо отбросив ржавый тесак в сторону, я вскинула руки и в этот раз прочитала заклинание как надо. Один из гулей, попав под воздействие моей магии, резко дёрнулся в сторону и вонзил когти в своего собрата. Тот остановился, удивлённо склонил голову на бок под уж очень крутым углом, и, недолго думая, набросился на первого монстра. Эти мертвецы явно были наделены интеллектом, но уж точно не выдающимся.

Стоило мне набраться смелости, как из коридора разразился жуткий рёв, от которого у меня ушла в пятки душа. Удерживающий каменную плиту монстр с громким скрежетом и сопением принялся её поднимать. К моему удивлению, его облик мало чем отличался от облика других гулей: такая же серая кожа, красные глаза, длинные зубы, когти и извивающийся язык, лысая голова, вытянутые и заострённые уши. Но вот его физическая форма оказалась совсем иной: если другие гули были все болезненно тощими, то этот обладал крайне внушительной мускулатурой, да и его когти выглядели значительно толще и острее, а взгляд куда более осмысленным. Монстр сделал шаг вперёд, отпустив каменную плиту, и та с грохотом упала на пол, покрывшись множеством ветвистых трещин.

– Тарг, что это?! – громко спросила я, глядя на нового противника.

– Это гаст, особая и весьма редкая порода гулей, – без особого интереса или волнения в голосе ответил лич. – Он значительно опаснее своих собратьев, так что будь с ним осторожна.

Разделавшись с ещё одним противником, Карл бросился на гаста, но вскоре остановился: крепко сложенный монстр перехватил скелета за руки, а затем резко дёрнул вниз и ударил коленом по рёбрам. По комнате разнёсся громкий хруст костей; гаст оттолкнул противника и тут же обрушил массивный кулак на его череп. Шейные позвонки скелета не выдержали, его голова оторвалась и с грохотом врезалась в стену в опасной близости от меня. Туловище Карла развернулось, сделало пару шагов вслед за черепом, споткнулось о мёртвого гуля, а затем упало на пол.

Тарагвирон завис над гастом и снова изверг из своей пасти сноп пламени. Опасный противник среагировал мгновенно: припав к земле, он схватил одного из своих окончательно мёртвых собратьев и заслонился его телом, избежав атаки лича.

– А он хорош, – произнёс Тарг с едва уловимым уважением в голосе.

– Что-то я не разделяю твоего восторга! – нервно воскликнула я, готовясь к схватке с последним стоящим на ногах противником.

У меня не было в арсенале магии, позволяющей как-либо одолеть такого врага. Признаться, я надеялась, что Карл и Тарагвирон сделают за меня большую часть работы, но… они не сделали. Своими боевыми умениями гаст на две головы превосходил собратьев, а потому я понимала, что слабые заклинания и дешёвые трюки едва ли помогут с ним справиться.

Так, Джуди, соберись! Если ничего не предпринять, то всё будет кончено… в самом плохом смысле этого слова! Тридцатисантиметровый язык и лысина на голове мне уж точно будут не к лицу… Гули питаются мясом, а точнее, содержащейся в нём духовной энергией, которую они искажают… То есть, некротической энергией? Той, что протекает во всех мертвецах? Но тогда бы гули питались друг другом. Так что же за энергия им нужна?

Пока я судорожно перебирала в голове варианты, гаст неспешно, однако весьма угрожающе надвигался в мою сторону. Тарг выстрелил в противника ещё пятью белесыми магическими снарядами, но тем удалось лишь немного вывихнуть плечо своей цели. Гаст задумчиво взглянул на свою обмякшую руку, а затем с громким хрустом небрежно вправил её обратно.

Времени на размышления у меня не оставалось; действовать нужно было прямо сейчас. Так как я не владела необходимыми в такой ситуации заклинаниями, мне оставалось только импровизировать.

– Акх`саган… зацу… иакс? – последние два слова в моём заклинании я произнесла неуверенно, но потоки арканы всё же на них откликнулись.

Алая дымка охватила пальцы на моей правой руке и вырвалась вперёд, ударившись прямо в грудь гаста. Тот остановился, осмотрел место, куда угодила сконцентрированная мною энергия, нерешительно помялся на одном месте, но вскоре продолжил плести в мою сторону.

– Акх`саган зацу иакс! – воскликнула я уже с куда большей уверенностью, повторив выдуманное мною заклинание.

Гаст вновь остановился, впитав в себя ещё один сгусток энергии, втянул значительную часть своего длинного языка обратно в пасть и недоуменно склонил голову набок. Немного растерянно он потянулся когтистой лапой ко мне, но я прочитала заклинание в третий раз.

И после него гаст всё же прекратил свои попытки меня сожрать. Напитав его досыта собственной магией, я также внедрила в его разум крупицы своей воли, как я это делала при воскрешении Карла.

– Ты всё-таки смогла его подчинить? – недоверчиво спросил Тарагвирон, не сводя взгляда с гаста.

– Лишь… частично, – ответила я, тяжело дыша.

– Я вижу. Судя по словам, что ты произнесла, ты накачала его смесью из негативной и жизненной энергий.

– Да. Той самой, что получают гули в процессе поедания своих жертв.

– Весьма впечатляет. Ты быстро учишься… Даже слишком, если подумать. Ты точно не была магом ещё до нашей встречи?

– Ну я складывала вместе кодовые слова и с их помощью создавала то, что мне было нужно, – сказала я, пожимая плечами. – Тоже своего рода магия.

Опасливо обойдя уставившегося на меня гаста, я подошла к черепу Карла и подняла его с пола. Защищая меня, бедняжка сильно пострадал. К счастью, в его глазницах ещё теплилась магическая энергия, а его тело продолжало шевелиться, хоть и было полностью дезориентировано.

– Тарг, а что мне мешает сместить поднятым мертвецам органы чувств в другую часть тела, чтобы голова не была её наиболее уязвимой частью? – поинтересовалась я у лича, аккуратно переступая через ещё двигающихся, но едва ли представляющих опасность гулей.

– Только то, что для этого потребуется более сложное заклинание, – равнодушно ответил Тарагвирон. – Если не вмешиваться в процесс, аркана имитирует те же сенсоры, что были у существа при жизни, но при желании их можно наделить хоть эхолокацией.

Я опустилась к лежащему на полу скелету, приложила к его шейным позвонкам череп и наладила потоки некротической энергии в его костях. Затем с помощью магии я восстановила оболочку Карла, и тот вновь поднялся на ноги.

– Тебе следует взять передышку, – посоветовал мне Тарг. – Ты израсходовала в этом бою значительную часть маны.

– Позже, – отмахнулась я. – Сперва нужно подчинить остальных гулей, чтобы они ненароком не укусили меня за голень, пока я расхаживаю по комнате. Ну и было бы неплохо их восстановить, чтобы они не валялись посреди помещения как… трупы.

Я принялась произносить очередное заклинание, но вдруг почувствовала слабость, распространившуюся по всему телу. Мои ноги резко подкосились, и я упала на пол. Последнее, что я увидела перед тем, как провалиться в сон – это пришедшего в движение гуля, который оживлённо пополз в мою сторону.

Открыв глаза, я резко вскочила на ноги и огляделась. Тела всех гулей были истерзаны или переломаны. Карл стоял рядом и сверлил меня взглядом, пока гаст активно счищал мясо с берцовой кости своего собрата, а Тарагвирон увлечённо изучал страницы одной из распахнутых книг.

– Что произошло? – спросила я, с трудом разлипая губы.

– Ты истратила слишком много маны и отключилась, – пояснил лич, не отвлекаясь от своего чтива.

– И что, никто не удосужился хотя бы подложить мне что-нибудь под голову?

Тарг оглянулся, чтобы убедиться, что мои слова были адресованы не ему. Я обижено посмотрела на Карла и подчинённого мне гаста и принялась разминать затёкшую шею.

– Ты сильно переоцениваешь их заботу и мыслительные способности, Джуди, – сказал мне древний лич.

– Разве ты не говорил, что гули являются разумной нежитью? – заметила я.

– Да, но десятилетия изоляции от цивилизованного общества не идут на пользу скудным умам. Эти, вон, даже говорить не умеют. Я проверял.

– А чем занят гаст?

– Кажется, делает из кости что-то наподобие дубины. Это занятие отлично отражает границы его интеллекта.

– Надо бы дать ему имя…

– А вот эта идея хорошо отражает границы твоего.

Проигнорировав отпущенную древним личом колкость, я подошла к гасту и крепко задумалась над тем, как его назвать. Занимаясь своим неприглядным делом, он был похож на древнего человека, только освоившего первые примитивные инструменты. Гаст был облачён в какую-то рваную одежду, которая в своём нынешнем состоянии отдалённо напоминала тунику, а дубина из кости лишь закрепляла сложившийся в моей голове образ.

– Люций, – произнесла я. – Я буду звать его Люций.

– Почему Люций? – поинтересовался у меня Тарг.

– Похожим именем палеоантропологи моего мира окрестили одни из самых древних найденных останков человека.

– Палеоантропологи? Так в твоём мире называют некромантов?

– Ну… почти.

Люций продолжал сдирать шматы плоти с кости и с озадаченным видом периодически постукивал ею по каменной стене рядом с собой. После каждого раза он издавал недовольный рык и вновь погружался в свою кропотливую работу.

– Не утруждай себя, Люций, – обратилась я к гасту. – Я сделаю тебе настоящий костяной меч, если ты будешь хорошо себя вести.

Крепко сложенный мертвец тут же потерял интерес к своему занятию, швырнул конечность собрата в дальний конец комнаты и подошёл ко мне.

– Хороший гаст, – сказала я, улыбнувшись. – Поможешь Карлу поднять плиту на входе?

Мертвецы послушно подошли к плите и вместе уже без каких-либо трудностей открыли путь наружу. К моей превеликой радости, коридор был пуст. Я с наслаждением вдохнула впущенный в комнату чуть менее затхлый воздух и сделала шаг вперёд.

Жуткие тени моих спутников растянулись по длинным коридорам гробницы на синем свету. В этом месте я едва ли чувствовала себя в безопасности, но, по крайней мере, больше не ощущала себя беззащитной. Периодически откуда-то спереди доносились шорохи и скрежеты, однако пока никто не предпринимал попыток мною поужинать.

– Эй, Тарг, а в этих руинах есть что-то похожее на спальню или купальню? – с надеждой в голосе спросила я.

– Эта гробница была построена удовлетворения нужд лича-некроманта, но никак не простого смертного, – ответил мой учитель. – Здесь хранится множество книг, множество запретных знаний и немало магических артефактов. Некоторые залы оборудованы для колдовских практик, в частности для создания высшей нежити или призыва существ из других миров.

– Вроде меня?

– С чего бы мне призывать кого-то вроде тебя?

– Обидно.

Лич замедлился, пролетая мимо заваленного входа в один из залов, а затем поспешил вслед за нами.

– По началу я думал, что тебя призвали из параллельного мира или вовсе из отдалённой части Аркедорума, но сейчас я понимаю, что это не так, – задумчиво произнёс Тарагвирон. – Ты проделала куда более длинный путь, и мне крайне интересно, какая магия позволила призвать тебя обыкновенному разведчику.

– Спросим у Карла, когда он придёт в себя, – сказала я, пожав плечами. – Кстати, я благодарна тебе за то, что ты помог в бою с гулями. Я думала, ты сбежишь сразу, как поднимется плита.

– И что бы я делал дальше? Без своих былых сил и последователей у меня нет будущего. Но вот с тобой… Однажды ты поможешь мне восстановить моё тело, и тогда я достойно тебя вознагражу.

– О да, помню я твои «награды». Как-нибудь обойдусь без них.

– Невежественная! В моём разуме сокрыты мудрость и знания тысячелетий! В моих сокровищницах хранилось больше золота и артефактов, чем в казнах величайших империй!

– Но твоя ученица питается крошками и спит на столе для пыток или на холодном полу, – сказала я, недовольно поморщившись.

Воздух становился всё более свежим, хоть и продолжал источать неприятную палитру запахов. Вскоре я увидела впереди ступени, освещённые тусклым солнечным светом.

Выход на поверхность. Путь к свободе, к неизведанному миру! Наконец-таки я вылезу из этой дыры и согреюсь в лучах местного солнца!

Воодушевившись, я быстрым шагом поднялась по лестницы и с наслаждением взглянула на небо. Мрачная туча заволокла показавшееся на мгновение солнце, и с неба вновь полил дождь. Где-то вдалеке раздалось пронзительное карканье ворона, которое тут же прервал рык, быстро сменившийся чавкающими звуками. Холодный ветер завыл свою мрачную песню и заставил меня ещё сильнее укутаться в плащ Карла. Уют и приветливость этого места было просто не передать словами.

Глава 5: Взгляд созерцательницы

Не курорт. Пытаясь не падать духом, именно такие слова я подобрала для описания раскинувшихся вокруг живописных пейзажей. Даже Тарагвирону это место показалось слишком мрачным, а ведь он, мягко говоря, не производил впечатление прихотливого ценителя красоты.

По болотам бесцельно бродили фигуры разнообразных мертвецов. В отличие от гулей, скелеты и зомби нуждались в совсем небольшом количестве некротической энергии, а потому в этих землях, пропитанных ею сполна, они могли существовать сотни или даже тысячи лет.

– Откуда? – тихо произнёс Тарг, созерцая мёртвые топи.

– Откуда что? – спросила я, с отвращением наблюдая за небольшим прудом, в котором плавали пиявки размером с небольшой сапог.

– Откуда здесь столько некротической энергии? Моих прежних сил не хватило бы на то, чтобы создать место столь проклятое и извращённое.

– Ты себя недооцениваешь: эти болота всё ещё приветливее твоей гробницы. Здесь, по крайней мере, есть чем дышать… И здесь не висят ржавые пыточные инструменты.

– Обучись заклинанию воздушного пузыря, и сможешь наслаждаться свежим воздухом даже находясь под водой.

– Звучит весьма полезно, – сказала я, приободрившись.

Я понимала, что вызвало у Тарга такое удивление: болота были доверху наполнены магией смерти, которая не только поддерживала в мертвецах жизнь, но и была способна реанимировать их самостоятельно. Неудивительно, что Карл получился у меня таким силачом.

– Сколько же некромантов здесь побывало после меня? – Тарагвирон продолжал разговаривать сам с собой, летая взад и вперёд. Кажется, нынешний облик Мёртвых Земель задевал какие-то струны в его душе, отвечающие за гордость.

Я прошлась мимо рядов древних колонн и остановилась напротив притоптанного участка земли.

– Здесь я была призвана… – проговорила я себе под нос.

– Что? – переспросил Тарг.

– Говорю, здесь меня призвали, – повторила я громче, в пол-оборота повернувшись к личу. – Чувствуешь какую-нибудь магию, остаточные ауры или что-то подобное?

– Сейчас посмотрю…

Летающий череп завис над моим плечом и уставился в землю.

– Хм-м-м… – протянул он, пощёлкивая зубами. – Шестой круг? Да быть такого не может.

– Меня призвали заклинанием шестого круга? – признаться, тут даже я изумилась. С помощью шестого круга возможно призвать относительно могучего демона или очень крупного элементаля, да и владеет подобными заклинаниями далеко не каждый.

– Говорю же, такого быть не может! Полагаю, магическая аура смешалась с аурой другого заклинания. Я не верю, что давитанский разведчик был способен управиться со свитком шестого круга и призвал с его помощью всего лишь одну полоумную девицу. Впрочем, всё могло произойти так именно из-за того, что Карлу не хватило умения.

– Ты режешь меня без ножа, Тарг. Ладно, давай подумаем, как нам убраться с Мёртвых Земель.

– Зачем? – недоумённо спросил лич.

– Чтобы найти город и насладиться благами цивилизации.

Тарагвирон рассмеялся, и его смех разнёсся по топям зловещим эхом. Я выжидающе на него посмотрела, вскинув одну бровь.

– Ты, видно, не осознаёшь, в каком положении оказалась! – воскликнул Тарг. – Для любой цивилизации ты теперь являешься естественным врагом! Ты источаешь ауру некромантии, избавиться от которой не так-то просто! Стоит тебе лишь сунуться в Давитан, как тебя сразу сцапает инквизиция церкви Минакада, а затем сожжёт на праведном огне!

– Ну этот твой Давитан является же не единственным государством, граничащим с Мёртвыми Землями? – чуть неуверенно спросила я.

– Единственным! Другие два региона, отмеченные на карте, точно нельзя назвать государствами! Племена орков всегда разрознены, к тому же они известны своей жестокостью, и, хоть их шаманы часто практикуют некромантию, они вряд ли доверятся человеческой ведьме.

– Ну это какой-то расизм…

– Единственные, кто может посоперничать в жестокости и кровожадности с орками – это племена варваров, что обитают на севере. Поверь мне, ученица, там тебя не ждёт ничего хорошего!

– А что находится к востоку от племён варваров? Это место отмечено на карте Карла как неизведанные земли.

– Там простирается загадочное царство туманов, – задумчиво произнёс Тарагвирон. – Ни один из моих миньонов, посланных туда, не смог отыскать дорогу назад. Выбирая между варварами и неизведанными землями, я бы остановился на первом варианте.

Я тяжело вздохнула и попыталась вспомнить другие отметки на карте Карла.

– А что там с фортом Хранителей Жизни? – поинтересовалась я. – Он находится на востоке, и принадлежащие ему территории граничат с Давитаном и Мёртвыми Землями.

– Я ничего про него не знаю, но прежде практически весь лес на востоке принадлежал эльфам. Сейчас могу сказать лишь одно: форт – это военный объект, обитатели которого должны с настороженностью относиться к чужеземцам вроде тебя.

– Замечательно. Ну хорошо, может быть, нам удастся пересечь земли орков или территорию Давитана и добраться до дворфийского королевства Кардомар?

– Дворфы с подозрением относятся к магии и редко её практикуют. Их недоверие преумножается, когда они имеют дело с некромантами. Тебя там убьют.

Я облокотилась спиной на наклонённую колонну и задрала голову к небу. Моё лицо тут же окропилось холодной моросью.

– Ты хочешь сказать, что мы здесь застряли? – с тоской в голосе спросила я у Тарга.

– Я хочу сказать, что ни в каком другом месте тебе не будет лучше, чем здесь, – ответил лич. – Сама подумай: эти болота изобилуют магией, которую ещё никто не удосужился прибрать к рукам. Если ты используешь свой талант и мои знания, то сделаешь её своей, и тогда…

– И тогда?

– Тогда настанет время амбиций. Ты сможешь сделать здесь всё, что тебе угодно! К примеру, создать своё личное воинство мертвецов и даже построить собственное королевство с их помощью! Ты станешь королевой мёртвых, слава о которой разнесётся на весь Аркедорум!

Слова лича въелись мне в голову. Я оттолкнулась от колонны и принялась расхаживать по болоту, загваздывая в грязи свои тапки. Королева. Королева Джуди… Звучит так себе, но думать об этом всё равно приятно. И всё же…

– Я люблю внимание к себе, Тарг… – заговорила я.

– Отлично! Тогда нет лучшего способа привлечь его к себе, чем…

– Однако я люблю, когда мною восхищаются. Страх – это не та эмоция, которую я хочу вызывать своим видом или именем. Но это не значит, что я не найду достойное применение для магии Мёртвых Земель.

– Хорошо. Пока что мне достаточно и этого. Я расскажу тебе, как подчинить своей воле орды низших мертвецов, но перед этим тебе придётся ещё многое усвоить. Я сделаю из тебя выдающегося некроманта ради… нашего общего блага.

За книгами и наставлениями Тарагвирона я вновь потеряла счёт времени. Ночи сменялись днями, а дни – ночами. В те редкие часы, когда морось и дожди Мёртвых Земель уступали солнечным лучам, я выходила наружу, но всё остальное время проводила в гробнице своего учителя.

В перерывах между занятий я часто бродила по подземным коридорам и залам, выискивая в них что-нибудь полезное. Иногда я наталкивалась на враждебно настроенную нежить, но каждый раз либо мне удавалось взять её под контроль, либо с ней расправлялся Карл. За свои прогулки я разыскала много различного оружия, магических доспехов и других безделушек, но все они не вызывали у меня никакого интереса. Я рассчитывала разыскать хоть какую-то приличную одежду, однако даже в свои лучшие годы Тарагвирон не был видным модником.

Из Люция вышел отличный охотник, но не повар. Тарагвирон и Карл тоже не оказались выдающимися кулинарами, а потому готовкой приходилось заниматься мне. Ситуацию усугубляло то, что прежде я сносно готовила только в микроволновке.

Практически ежедневно Люций приносил мне птиц, однако мне не сразу удалось приучить его их не кусать. Однажды ворон, которого притащил мне этот гаст, внезапно восстал из мёртвых и бросился на меня, но Люций тут же свернул ему шею, а затем съел прямо у меня на глазах. Это зрелище несколько поубавило мой аппетит в тот вечер.

В общем, питалась я плохо. Со временем мне удалось взять под контроль небольшую группу гулей, которые пополнили число моих охотников, но вопрос готовки и ассортимента еды всё ещё меня гложил. В моём меню были: котлеты из вороньего фарша, приготовленные на магическом огне; вороньи грудки, пожаренные на раскалённых каменных плитах; вороньи крылышки без соуса. Всё остальное, что я пыталась сделать, получалось едва ли съедобным. В целом мясо воронов отдалённо напоминало курятину, но есть его ежедневно на завтрак, обед и ужин было весьма печально.

Печальным было и отсутствие нормальных собеседников в этом месте. Тарагвирон не мог говорить ни о чём другом кроме магических тайн и своих грёз о захвате королевств смертных. Люций только и делал, что рычал, мычал, сопел или скулил. Иногда я со скуки ему подражала, чем вызывала у Тарга сильное недоумение. Из Карла же вышел отличный слушатель, но разговорчивостью бывший разведчик не отличался.

– Представляешь, когда я сказала этому старпёру, что хочу выучить пару заклинаний иллюзии, чтобы с их помощью создавать для себя эфемерную одежду, он заявил, что не станет мне в этом помогать! – возмущённо воскликнула я, в очередной раз жалуясь Карлу на вселенскую несправедливость. – Ещё Тарг добавил, что у него есть дела поважнее! То есть ему важнее бездельничать, чем обучать меня полезным заклинаниям!

Карл продолжал внимательно меня слушать и расцепил челюсти от разделяемого возмущения.

– Хорошо, что ты меня понимаешь, – продолжила я и перелистнула страницу гримуара, посвящённого различным видам смертельной магии. – А ещё я сегодня подошла к одному пруду, и из него выпрыгнула пиявка. Представляешь, эти чудища выскакивают из воды на метр, а затем прыгают по земле! Я, вообще-то, люблю всяких насекомых, пауков, а также различных морских тварей, но эти пиявки страшнее гулей, зомби, призраков и бесконечного ворчания Тарга вместе взятых! Вот и как мне в подобных условиях расслабляться и отдыхать?

– Попробуй найти себе небольшое хобби, помогающее скоротать время.

Я резко оторвалась от гримуара, повернулась в сторону Карла и недоумённо заморгала. Мертвец продолжал смотреть на меня своими горящими глазницами.

– Ты что, только что заговорил? – недоверчиво спросила я.

– Да, – ответил мне Карл, чуть-чуть пошевелив челюстью для вида.

– А…га. Никуда не уходи. Тарг!

Я вскочила на ноги и побежала в коридоры гробницы искать лича. Своего учителя я застала в одной из библиотек лежащим на верхней полке книжного шкафа.

– Тарг, Карл заговорил! – выпалила я с порога.

Череп лениво взмыл в воздух повернулся ко мне, а в его глазницах вспыхнули зелёные огни.

– Джуди, хватит меня беспокоить своими… – лич осёкся на полуслове. – Погоди, ты ведь мне сейчас не врёшь и не пытаешься меня разыграть. Карл заговорил?

Я нетерпеливо кивнула.

– Веди, – скомандовал Тарагвирон.

Вернувшись в лабораторию, мы застали Карла на том же месте, где я его оставила. Скелет молча смотрел на нас, не выражая своим черепом каких-либо эмоций. Удивительно.

– Карл, Карл, скажи что-нибудь! – возбуждённо попросила я.

Мертвец склонил голову набок, а затем раскрыл челюсти. Но не заговорил.

– Я так и думал, – разочарованно произнёс Тарагвирон.

– Нет, подожди, он только что со мной разговаривал! Ну давай, Карл, не стесняйся.

– Хватит дёргать меня из-за своих бредней, ученица. Я буду в библиотеке.

– Вот из-за того, что ты такой грубый, Карл с тобой и не разговаривает!

Лич оставил моё замечание без комментариев и удалился.

– Может быть, мне просто показалась? – расстроенно спросила я ни то у Карла, ни то у самой себя, вглядываясь в глазницы оживлённого мной мертвеца. – Если нет, то я очень сильно на тебя обижусь.

– Прости, – извинился скелет.

– Да ты издеваешься! Тарг! Тарг, он снова заговорил!

Лич уже не слышал меня или делал вид, что не слышит.

– Так, ладно, Карл, разберёмся с твоей стеснительностью в следующий раз, – сказала я, потирая виски. – Кстати, с каких пор ты умеешь говорить на моём родном языке?

– Я не знаю, – коротко ответил мертвец.

– Ясно. Что ж, это логично. А как тебя зовут на самом деле? А то, не имея возможности узнать твоё имя, я его выдумала, а ведь тебе может совсем не нравиться зваться Карлом. Так как мне к тебе обращаться?

– Карл.

– Уверен? Нет, ну а как тебя звали раньше?

– Карл.

Я с сомнением взглянула на своего немногословного собеседника, но не стала наседать. В конце концов, он только-только вновь заговорил, и вполне возможно, что мозги у него были всё ещё набекрень.

– Ох, Карл, знал бы ты, как я рада, что могу теперь с тобой разговаривать! – воскликнула я и почувствовала, как у меня заслезились глаза. – И ты подал мне отличную идею насчёт хобби: это поможет мне не сойти здесь с ума.

Бывший разведчик не нашёлся что сказать и лишь звонко клацнул челюстями.

– Когда окончательно придёшь в себя, расскажи мне о том свитке, которым ты меня призвал. Меня раздирает от любопытства узнать, что это была за магия. А ещё я расспрошу тебя о Давитане… Ты же из Давитана, верно? Ты помнишь что-нибудь из своей прошлой жизни?

Карл вновь не дал мне ответа и больше не заговорил. Наверно он быстро устал от моих расспросов, но я и не ожидала чего-то большего от первого диалога. Признаться, я уже почти утратила веру в то, что он когда-нибудь состоится. Я продолжила делиться с Карлом своими переживаниями, а он продолжил внимательно меня слушать. Это уже много для меня значило и помогло мне воспрять духом.

День за днём, неделя за неделей я постигала аркану и использовала её, чтобы подчинить больше нежити. Со временем её набралось так много, что мне стало трудно за ней следить, а потому, дабы решить эту проблему, я освоила весьма мощное заклинание – взгляд созерцателя.

Суть его была максимально проста: оно позволяло мне временно посмотреть глазами и послушать ушами другого существа. У меня не возникло трудностей с тем, чтобы провернуть этот трюк с подконтрольными мне гулями, зомби или скелетами, и я могла делать это практически на любой дистанции. Единственное, что меня беспокоило, – это то, что я была совсем беззащитна пока его применяла. Потому во время «сеансов наблюдения» меня всегда стерёг Карл.

Так я смогла заглянуть далеко за пределы гробницы Тарагвирона, не покидая её. Я наблюдала за тем, как гули ведут охоту, как они бродят по болотам, крадутся в зарослях тростника, плавают в прудах и ползают по камням и уродливым деревьям Мёртвых Земель. Но я опасалась отпускать своих слуг далеко от моего убежища, а потому настала пора немного поэкспериментировать с этим новым заклинанием.

Сперва я взяла под контроль различных насекомых и других мелких тварей: комаров, жуков, пауков и даже жутких прыгающих пиявок. Затем я попыталась увидеть мир их органами чувств. Получилось так себе: я могла разглядеть лишь расплывчатые образы и едва ли ориентировалась в пространстве, а потому я решила приступить к следующему этапу экспериментов.

С помощью не очень сложной магии контроля разума я подчинила своей воле шесть воронов и приказала им полететь в разные стороны. Затем я попробовала увидеть то, что видят они, и вот тогда-то передо мной раскрылся настоящий потенциал этого заклинания: я увидела гробницу и окрестные земли с высоты птичьего полёта.

Через пару часов один из воронов показал мне заснеженные горы. Другой открыл вид на огромные озёра, на поверхности которых дрейфовали десятки, а может быть, сотни мертвецов. Глазами третьего я увидела развалины крепости, над которой висели жёлто-красные знамёна. Четвёртый ворон улетел вглубь густого тумана, и я вскоре утратила с ним связь. С помощью пятого ворона я узрела огромное древо, разрезающее собой горизонт. Его могучие ветви нависали над дремучим лесом и будто пытались сокрыть его от посторонних глаз.

Ну а шестой ворон показал мне каких-то маленьких существ, обитающих относительно недалеко от гробницы. Закончив сеанс, я решила, что настало время немного размяться и проведать соседей.

Глава 6: Поход

– Прежде чем идти туда, тебе стоит хорошо подготовиться, – сказал мне Тарагвирон, когда я озвучила своё желание познакомиться со странными маленькими существами.

– Я думала, ты попытаешься меня отговорить, – удивилась я.

– Эти вредители пересекли границу Мёртвых Земель и ступили на наши территории.

– С каких пор эти территории считаются?..

– Тебе следует их проучить. Возьми любой магический жезл или посох на своё усмотрение и обрушь с его помощью всю разрушительную мощь покорённой тобою арканы.

Я скептично посмотрела на Тарагвирона, скрестив руки на груди. Мне едва удалось разглядеть тех маленьких существ, но выглядели они точно не опаснее скелетов и гулей.

– Не нравятся мне жезлы и посохи, – заявила я. – Заключенная в них магия мне незнакома, а концентрировать аркану я могу и своими руками. Да и выглядят большинство из них по-дурацки.

Пламя в глазницах лича заметно дёрнулось, но Тарг решил промолчать. Он воспринимал любые мои комментарии касательно его сокровищ или знаний слишком близко к сердцу. Кто бы мог подумать, что не обладающее им существо может оказаться таким ранимым.

Я заглянула в своё зеркало и навела марафет. Мне показалось, что моему образу немного не хватает выразительности, а потому, прочитав заклинание, я провела пальцами по вылезшей из причёски непослушной пряди волос и окрасила её в ярко-жёлтый цвет. Затем я оглянулась через плечо и увидела, что Карл и Тарагвирон внимательно следят за каждым моим действием.

– Отвернитесь, – сказала я с толикой претензии в голосе. – Я буду переодеваться.

– Ты правда думаешь, что в своём нынешнем состоянии я могу испытывать… – заговорил было Тарг, но я его перебила.

– Сейчас же.

Лич и скелет послушно отвернулись, и я сбросила с себя изношенную домашнюю одежду. Затем я прочитала ещё одно заклинание, и моё тело объяла магия теней.

В отличие от обычных иллюзий, теневые имеют физическую форму, пускай она и бывает весьма непостоянна. Тени способны имитировать реальные объекты, но зоркий глаз и устойчивость к магии позволяют легко отличить реальность от подделки.

Концентрируя потоки арканы, я заставила их принять нужную мне форму и облачила в себя в изящное облегающее чёрное платье. Его узоры и края то и дело немного смещались, видоизменялись и приходили в движение сами по себе. Платье оказалось практически невесомым, не сковывало движений и физически ощущалось так, будто бы его не было вовсе. Остатки арканы я потратила на то, чтобы создать пару длинных сапог на высоких каблуках.

– Можете повернуться… – сказала я Карлу и Тарагвирону, а затем добавила: – …и говорить комплименты.

Взглянув на меня, Карл сохранил молчание, однако его нижняя челюсть внезапно отвисла.

– Спасибо, Карл, – поблагодарила я скелета и направилась в сторону выхода из гробницы. Оба мертвеца последовали за мной.

– Тебе ведь известно, что маги, использующие заклинание истинного зрения, смогут увидеть сквозь твою… иллюзию? – спросил Тарагвирон, безучастно посмотрев на меня.

– Что ж, полагаю, такой маг окажется счастливчиком. Зато я смогу вычислять опытных заклинателей по выпученным глазам и отвисшим челюстям.

– И тебя это нисколько не смущает?

– Немного смущает. Но платья существуют, чтобы подчёркивать красоту, а не скрывать её, ну а красота – весьма эффективное оружие.

– Что-то мне не доводилось видеть, чтобы она кого-нибудь убила.

К моему появлению мертвецы уже выстроились в шеренги. Ряды скелетов, вооружённых ржавыми мечами и деревянными копьями, выглядели устрашающе, но с таким снаряжением не представляли из себя подлинную угрозу. Зомби и вовсе не смогли создать построение, так как четверть из них вовсе не была способна стоять на ногах. Но вот гули, возглавляемые Люцием, выглядели совсем иначе: два десятка серокожих мертвецов скалили зубы и хищно осматривались по сторонам, предвкушая грядущую охоту. Их обострённые инстинкты проявлялись даже тогда, когда эти монстры были сыты дарованной мной некротической энергией.

Мы с Тарагвироном отдали Люцию зачарованный пластинчатый доспех, который прежде пылился в одном из залов гробницы. Завидев меня, гаст приветственно ударил длинным костяным мечом по своему ржавому баклеру и издал протяжный вой, который тут же подхватили другие гули.

– Ах, военные парады, – довольным голосом произнёс Тарагвирон. – Они вызывают у меня ностальгию. Надеюсь, мне ещё доведётся увидеть тот, что сможет меня впечатлить.

– Мы выступаем! – скомандовала я отрядам, театрально взмахнув рукой. Выступать перед благодарной публикой – одно из моих любимых занятий. – Люций, отбери четверых охотников и отправляйся вперёд на разведку! Зомби остаются защищать гробницу. Карл, тебе я доверяю свою защиту.

Так моё маленькое войско отправилось в поход, который должен был у нас занять до четырёх дней. По крайней мере, я так думала.

Дорога через топи была опасной и крайне труднопроходимой. Скелеты и гули могли без устали идти напролом через большинство препятствий, но я – нет. Всего через час мои ноги заныли от боли, а энтузиазм начал стремительно увядать.

– Вот, о чём мне стоило подумать в первую очередь! – воскликнула я, обходя очередную огромную лужу грязи. – Каблуки неважно сочетаются с прогулками по болотам!

– Кто бы мог подумать, – язвительно проговорил Тарагвирон.

Я сделал ещё пару шагов вперёд, как вдруг откуда-то из зарослей тростника в мою сторону выпрыгнула огромная пиявка. Мгновенно среагировав, Карл поймал её налету всего в паре десятков сантиметров от моей ноги.

– Пешие походы по Мёртвым Землям – отстой! – заключила я. – Пожалуй, я пойду обратно. Оставлю знакомство с соседями на Карла и Люция.

– Резня, которую устроят твои миньоны, послужат чужакам хорошим уроком, – холодным голосом произнёс Тарг. – Вот только они не узнают, кто именно его преподал.

– Резня? Да нет… Карл – неплохой парень, как-нибудь договорится…, наверно.

– Также хочу заметить, что чужаки не смогут оценить твою красоту и величие.

– Легко давить на слабости, читая чужие мысли? Ладно, пока не буду отменять поход, но мне нужно придумать способ продраться через топи, пока я не утонула в какой-нибудь луже.

Мой расширившийся арсенал заклинаний позволял сделать многое, в том числе создать коня из теневой иллюзии или же призвать его из параллельного мира. Вот только конь тоже здесь утонет в два счёта! Нужно было изобрести что-то совершенно иное, что-то более универсальное и надёжное.

Из-под каблука раздался хруст. Подняв стопу, я увидела, что нечаянно наступила на лежавшие в земле кости. Разнообразные неподвижные останки не были редкостью в Мёртвых Землях, ну а подвижные бродили просто повсюду и, игнорируя моих слуг, регулярно пытались ко мне подобраться.

– Вот оно! – воскликнула я, оживившись. – Гули! Приведите ко мне десяток диких мертвецов или принесите их останки! Животные сгодятся даже лучше людей.

– Что ты собираешься делать? – поинтересовался Тарагвирон.

– Пока что ждать, – сказала я и прочитала заклинание теневой иллюзии, создав под собой роскошное кресло, похожее на трон. – Мягенько.

Через полчаса гули приволокли мне девять скелетов и зомби, а также принесли останки лошади и крупного кабана. Дикая нежить яростно рвалась ко мне, желая лишить меня жизни, но гули успешно её удерживали. Приглядевшись к пленным скелетам, я заметила, что пятеро из них были значительно шире нормы, а также обладали очень кривыми зубами и огромными клыками.

– Это скелеты вампиров что ли? – удивилась я.

– Орков, – коротко ответил Тарагвирон. – Видимо, они внесли свой вклад в густонаселённость Мёртвых Земель.

Прочитав несколько заклинаний, я вытянула энергию из пойманных мертвецов, избавила их от плоти, а затем принялась объединять и видоизменять кости. Когда я закончила, пленники преобразовались в одно крупное существо с шестью массивными лапами, головой рогатой лошади и костяным троном наверху широкой спины.

– Восхитительно, – без тени иронии в голосе произнёс мой учитель. – Но почему ты не использовала собственных миньонов в качестве материалов?

– Я всё равно хотела немного посидеть и передохнуть, – ответила я, пожав плечами. – К тому же некрасиво лишать Карла и Люция солдат, находящихся в их подчинении.

– Джуди, усвой уже одно: и Люций, и Карл, и вся нежить, что исполняет твои приказы, являются твоей собственностью, которой ты можешь распоряжаться так, как тебе угодно.

– И ты тоже, Тарг?

– Нет. Я твой учитель, а не подконтрольный миньон. Я являюсь единственным существо в твоём окружении, над которым у тебя нет абсолютной власти.

Гули внимательно следили за ходом нашего разговора, будто бы вслушиваясь в каждое слово.

– Что ж, учитель, раз уж я могу распоряжаться мертвецами так, как того захочу, то я не вижу причин, по которым я не могу их беречь.

С этими словами я залезла на опустившегося рядом со мной шестилапого монстра и, прежде чем сесть на трон, прочитала теневое заклинание и обила его иллюзорными подушками.

– Вот теперь другое дело! – воодушевлённо воскликнула я. – Перерыв окончен! Мы выдвигаемся дальше!

За наш поход я сделала неприятное открытие: нежить и пиявки – далеко не единственные монстры, которые водятся на этих болотах. Помимо них нам попадались странные хищные растения, подвешивающие своих жертв на лозах как на виселицах, огромные сгустки разумной слизи, заталкивающие добычу внутрь себя, а затем растворяющие её, а также плотоядные летучие мыши, что выходили по ночам на охоту.

Последние стали для меня серьёзной помехой, ведь они, в отличие от других чудищ, оказались способны миновав большинство моих солдат. Магия, с помощью которой я подчиняла насекомых и пиявок, оказалась неэффективна против мышей. Полагаю, те обладали слишком выдающимся интеллектом или какими-то физическими особенностями, отличающими их от других паразитов.

Но наличие примитивного интеллекта имело и свои слабости: в отличие от насекомых, летучие мыши были куда сильнее подвержены страху. С помощью теневой магии я создала стаю эфемерных воронов, которые с лёгкостью отпугнули летающих кровососов.

Успешно пережив первую ночь посреди болот, я отправилась вместе с войском дальше. Днём я совершила несколько попыток видоизменить заклинание «взгляд созерцателя», чтобы оно работало на иллюзорных воронах, и в конечном итоге у меня получилось. Вскоре я отозвала Люция и его разведчиков обратно в войско и скрасила своё времяпрепровождение постоянным наблюдением за происходящим в окрестностях. Теперь я могла корректировать наш маршрут, а также взглянуть поближе на существ, к которым мы направляемся.

Чёрная птица, чьи взмахи крыльев оставляли шлейф из тёмной дымки, взмыла над болотами и устремилась вперёд. Через час мне удалось увидеть её глазами какое-то движение возле небольших скал на окраине болота. Земля там становилась всё более сухой и плавно поднималась вверх, а далеко за ней виднелись горы и редкий лес у их подножья. Но для меня куда больший интерес представляли существа, которых я заметила.

Опустившись к скалам, я села на покосившееся мёртвое дерево и увидела небольшую пещеру. Вокруг неё суетилась группа каких-то зеленокожих полуросликов с длинными ушами, большими жёлтыми или красными глазами, а также с широкими пастями, внутри которых виднелись очень острые зубки. Коротышки говорили на неизвестном мне языке, изобилующим звонкими согласными, в особенности буквами «р».

Я попробовала прочитать заклинание понимания языков, и признаться, вышло у меня это только со второго раза. Произносить магические слова оказалось куда сложнее, когда нет возможности слышать собственную речь.

– Большой дум-дум приводить опасность! – горланил один из зеленокожих коротышек. – Большой дум-дум нельзя оставаться!

– Дум-дум нас спасти! – возразил другой. – Дум-дум бить большой гада!

Судя по всему, даже моё заклинание не справлялось полностью с переводом речи этих существ. Либо же их диалект был настолько примитивен, что не мог подстроиться под привычную мне речь с помощью магии.

– Большая орка прийти! – не унимался первый коротышка. – Прийти и всех нас убить! Бежать! Мы надо бежать или прятаться!

– Бросить дум-дума?! – возмущённо прокричал другой. – Дум-дум нас спасти! Дум-дум нельзя бросать!

– Дум-дума бросить, мы спастись!

Мне стало интересно взглянуть на этого дум-дума, и я направила теневого ворона внутрь пещеры. Она оказалась небольшой, но в ней совсем не было освещения. С некоторым трудом мне удалось разглядеть семерых коротышек, обступивших какую-то кучу грязи, наверху которой неподвижно лежал очень рослый и крепко сложенный мужчина.

Я попыталась заставить ворона подлететь к спящему красавцу ещё ближе, но в этот момент в мою марионетку врезалось что-то весьма тяжёлое. Ворон тут же устремился к земле, врезался в неё и остался лежать.

– Птиц! – проорал кто-то внутри пещеры. – Я поймать птиц!

– Дай птиц! – воскликнуло другое существо. – Хотеть есть!

– Моя птиц! Буду драться за птиц!

Вскоре пещера наполнилась звуками возни, а моя связь с вороном начала увядать. Его взор помутился и через мгновение резко сменился моим собственным.

– Что ты увидела? – поинтересовался Тарагвирон, когда я принялась мотать головой и интенсивно моргать.

– Кажется, это какие-то гоблины, – ответила я, пытаясь сфокусировать взгляд хотя бы на чём-нибудь. – Или гремлины, я не знаю.

– Скорее гоблины. Гремлины водятся в Изнанке и редко покидают мир фей.

– Чего? Какие феи? Какая ещё Изнанка?

– Неважно, об этом как-нибудь в другой раз. Сейчас важно то, что вся организация нашего похода обязана какой-то кучке гоблинов. Эти маленькие паразиты неспособны усваивать уроки. Их пагубную натуру способно исправить только полное истребление.

– Фюрер, разлогиньтесь пожалуйста.

Даже способность читать мысли не помогла Тарагвирону избежать впадения в ступор от моих слов. Лич завис в воздухе, тщетно пытаясь переварить услышанное и сопоставить его с тем, что происходило в моей голове.

– Кем бы эти коротышки не были, будет интересно с ними познакомиться, – заявила я, потянувшись и выгнув спину. – А ещё в их пещере лежит какой-то силач.

– И какое нам есть дело до одного силача? – недовольно спросил Тарг.

– Тебе никакого.

– Гоблины наверняка съедят его раньше, чем мы до них доберёмся. Забудь про своего силача.

– Да похоже, что гоблины, наоборот, думают его там оставить и сбежать до того, как придут орки.

– Орки? – с куда большим интересом переспросил лич. – Если там есть орки, то это всё меняет. Из орков получаются превосходные слуги. Их физическая сила должна принадлежать нам.

– Да-да, как же иначе. Пойдём, познакомимся заодно и с орками.

Весь оставшийся день мы бороздили просторы болот. Мой шестилапый вездеход успешно преодолевал большинство препятствий и был вынужден обходить лишь глубокие водоёмы, но благодаря своей скорости нисколько не отставал от гулей и скелетов. Карл явно переживал не лучшие времена, судорожно пытаясь за нами всюду поспеть, и в конечном итоге я позволила ему сесть позади трона на своего ездового питомца. В отличие от меня, скелет был неприхотлив и не нуждался в комфортном месте для сидения.

Тучи над нами постепенно рассеивались и вскоре расступились, открыв вид на голубое небо, по которому неторопливо ползли облака. Мы встали на привал и провели здесь ночь. Да, мертвецы, как и «вездеход», могли бы маршировать круглые сутки, но вот мне хотелось поспать на удобном и, главное, статичном ложе, сотканном из магической теневой субстанции.

Свой сон я доверила сторожить стае эфемерных воронов, однако их защита не пригодилась. Ночью меня тревожили лишь комары, которые вели себя здесь куда активнее, чем возле гробницы.

Ну а утром мы продолжили путь и вскоре увидели те самые скалы, что нашёл мой теневой ворон. Гоблины, орки и таинственный незнакомец ещё не знали, что именно к ним грядёт, и я в нетерпении предвкушала нашу встречу.

Глава 7: Новые знакомства

– Мы уже совсем близко, – сказала я Тарагвирону, задумчиво оглядывая раскинувшиеся перед нами скалы.

– Если гоблины заметят нас на подходе, то в ужасе разбегутся, – недовольным голосом произнёс лич. – А если эти паразиты разбегутся и забьются в норы, то мы их так просто не вытравим.

– Тарг, да не собираюсь я никого травить! Впрочем, если гоблины разбегутся, это может сильно осложнить переговоры с ними. Пожалуй, отправлюсь вперёд одна.

– Да ты сошла с ума. Ладно, скажу то, чего ты ещё не знаешь: какими бы сильными не были твои заклинания, одна ошибка может стоить тебе жизни. Если одному гоблину удастся подкрасться к тебе и пырнуть тебя кинжалом, ты просто умрёшь.

– У тебя есть идея получше?

– Да, – холодно ответил Тарг. – Отправь в пещеру нескольких теневых воронов. Пускай гоблины устроят охоту на них и усыпят бдительность, а мы тем временем приблизимся к пещере и отрежем им пути к отступлению.

– Это… на удивление хороший план.

– Не ставь под сомнение мой тактический гений.

Я вновь применила магию теней и сделала так, как посоветовал учитель. С довольными воплями все ошивавшиеся вокруг скал гоблины последовали за воронами в пещеру, и та сразу же наполнилась дикими криками. Тем временем я вместе с гулями заняла позицию вокруг выхода, пока скелеты маршировали следом.

– А! – коротко воскликнул один из коротышек. – Живая мертвяка! Живая мертвяка нападать!

– А! – испуганно подхватили другие гоблины и начали в панике бегать по пещере, пытаясь найти место, где они могут спрятаться.

За считанные секунды они забились во все щели, спрятались за мусором и за камнями, затаились в тенях и полностью затихли. В пещере повисла гробовая тишина, и, если бы гоблины так не горланили несколько мгновений назад, можно было бы подумать, что здесь никого нет. Похоже, что коротышки успели перебить всех моих воронов, так их присутствия я не ощущала.

– Карл, Люций, за мной, – скомандовала я, спустившись со своего шестилапого монстра. – Остальным приказываю охранять вход в пещеру!

Вместе со своим учителем и двумя верными подчинёнными я сделала шаг во тьму. Затем я прочитала заклинание, и мои глаза тут же приспособились ко мраку.

– Колдунство, – послышался шёпот всего в паре метрах от меня. Сразу после этого оттуда же раздался глухой стук, будто бы кто-то ударил палкой по пустой деревянной коробке. – Ай!

– Я знаю, что вы здесь! – воскликнула я, пытаясь найти взглядом хотя бы одного коренного обитателя пещеры. – И я пришла поговорить.

Заклинание понимания языков подстраивало мою речь под язык гоблинов, но фразы, которые я произносила, звучали непохоже на их диалект. Из-за этого у меня возникли сомнения по поводу того, правильно ли я использовала свою магию.

– Она говорит гоблин! – раздался громкий шёпот с другого конца пещеры.

– Она говорит умный гоблин! – донёсся до меня ещё один. – Башковитый!

– Колдунство, говорить гоблин и… паук! Она приехать на пауке!

– Луна!

– Луна! – подхватило сразу несколько шёпотов. – Наша Луна!

– Луна? – немного удивлённо повторила я, а затем вопросительно посмотрела на Тарагвирона.

– «Моя Луна» – один из малоизвестных титулов богини Арахны, Прародительницы Монстров, – пояснил лич. – По легендам она произвела на свет всех самых жутких существ, включая некоторые виды нежити. Луной её зовут лишь самые преданные последователи или законченные идиоты.

Я обернулась и с сомнением посмотрела на шестилапого монстра с черепом рогатой лошади. Да, отдалённо он мог сойти за огромное насекомое, но за паука вряд ли, однако гоблинов это нисколько не смущало.

– Моя Луна! – обратился ко мне один из коротышек и, набравшись храбрости, вышел из теней.

Этот гоблин был даже меньше других своих собратьев, имел пару шрамов на левой щеке, крупный фингал под глазом и вздувшуюся шишку на лысом темени. Вроде бы именно его я видела вчера, и именно он настаивал на том, чтобы его племя не бросило «дум-дума». Этот гоблин оказался единственным, кто не побоялся показаться мне на глаза, и потому я подумала, что он здесь за главного.

– Как тебя зовут? – поинтересовалась я, чуть наклонившись вперёд к коротышке.

– Ктук! – громко ответил гоблин. Он весь трясся и смотрел на меня выпученными от страха огромными, жёлтыми глазами, но говорил отчётливо. – Ктук-слабак!

– Ты вожак этого племени, Ктук?

– Вожак? – гоблин удивлённо заморгал. – Ктук – жертва! Ктук готов стать жертва Моя Луна!

– О, Господи. Так, ладно… Нет, спасибо, Ктук, сегодня я жертвы не принимаю.

– Ктук готов стать жертва завтра!

– Не пытайся достучаться до разума этих существ, – с презрением в голосе произнёс Тарагвирон. – Ответа ты не получишь.

– Летающий башка! – в ужасе пропищал кто-то в глубине пещеры.

– Ктук, ты можешь рассказать мне, что здесь у вас творится? – спросила я, окинув взором пещеру.

Мой взгляд зацепился за фигуру, лежавшую на куче грязи и мусора, источающей резкие запахи. Взгляд созерцателя не смог мне предать, насколько гоблины были маленькими и насколько мужчина был крупным. Ростом незнакомец явно превосходил два метра, а с такой шириной плеч он мог пролезть далеко не в каждый дверной проём. Его брутальный вид подчёркивался множеством шрамов и просто невероятной мускулатурой: мышцы были настолько рельефными, что, казалось, вот-вот лопнут от натяжения.

Коричнево-серая кожа незнакомца была грубой, как и его лицо. Нижняя челюсть сильно выступала вперёд, обнажая торчащие наружу массивные клыки. Орк. Его тёмные волосы были завязаны в пучок, а облачён он был в шкуры, увешанные погнутыми металлическими пластинами и черепами, как орочьими, так и человеческими. На обнажённой груди гиганта зияла огромная рубленная рана, в которой скопилась уже небольшая лужа крови.

– Большой гада прийти, прогнать гоблин! – тем временем начал изъясняться Ктук. – Много большой гада! Гоблин бежать мёртвый болота! Большой гада идти следом!

– Это ты про орков? – уточнила я.

– Большая орка – большой гада!

– А кем тогда является «дум-дум»?

– Дум-дум – хороший гада! Большой-большой, хороший гада! Дум-дум бить другой орка! Дум-дум защищать гоблин!

– Ваш диалог сводит меня с ума, – проворчал Тарагвирон. – Я подожду снаружи, пока вы тут закончите.

– Дум-дум помочь гоблин! – продолжил Ктук. – Гоблин помочь дум-дум! Но другой гоблин хотеть бросить дум-дума! Говорить, опасно!

– Дай-ка мне взглянуть на вашего «дум-дума», – сказала я и направилась к огромному орку. – Как давно он в таком состоянии?

– Один… и ещё один луна! – неуверенно ответил гоблин, посчитав до двух на пальцах.

Его массивная грудь вздымалась, несмотря на ужасающую рану. Груда мусора под незнакомцем была вся залита кровью, а сам он явно стоял одной ногой в могиле. Поразительно, что орк до сих пор не умер от кровопотери.

Незнакомца ещё можно было спасти. В нерешительности я вновь его оглядела: если этот здоровяк решит меня убить, то свернёт мою хрупкую шею одним движением пальцев. С другой стороны кто-то столь сильный и живучий, находясь у меня в долгу, станет просто превосходным союзником. И, если повезёт, еще и интересным собеседником.

Я начала произносить слова заклинания и собирать вокруг себя значительное количество некротической энергии. Своей спиной я почувствовала одобрительный взгляд Тарагвирона, но в очередной раз мне предстояло разочаровать учителя.

Тот же трюк, с помощью которого я научилась подпитывать гулей, имел куда более значительный потенциал. Когда энергии скопилось достаточно, я принялась её преобразовывать. Медленно, постепенно, очень аккуратно, ведь малейшая ошибка привела бы к фатальным последствиям. Кровавые потоки некротической арканы начали переливаться, и, издав странный звук, похожий на хлопок, перекрасились в небесно-голубой цвет. Я тут же сфокусировала всю энергию в своей ладони и приложила её к груди орка рядом с раной.

Его плоть неестественно стянулась прямо у меня на глазах, закрыв дыру целиком. Орк резко распахнул глаза, захрипел, встретился со мною взглядом, а затем тут же попытался схватить меня своей ручищей.

Карл и Люций среагировали моментально. Скелет за долю секунды выскочил передо мной и вонзил пальцы глубоко в запястье орка. Тем временем гаст попытался рубануть мечом противнику по животу, но костяное лезвие застряло, погрузившись всего на пару сантиметров.

Гигант оставил попытку ухватить меня, но не из-за боли или нехватки физических сил, а из-за того, что его внимание переключилось на моих слуг. Схватив Карла за запястье, орк тут же сломал ему кость, будто бы она не была значительно укреплена моей магией. Затем гигант ударил скелета обратной стороной ладони, и тот отлетел на пару метров, а его сломанная рука отделилась от тела и так и осталась висеть, вонзившись в запястье противника противника.

Люций выпустил клинок из рук и бросился на орка в попытке впиться зубами в его шею. Но невообразимо сильный гигант поймал гаста за шею, с хрустом сдавил её, поднялся с мусорной кучи, а затем мощным ударом вбил мертвеца в землю. Люций из последних сил попытался дотянуться когтями до шеи орка, однако тот выпрямился и одним ударом ноги размозжил голову гаста.

– Защищать Луна! – раздался голос Ктука где-то за моей спиной.

С воинственным воплем гоблин в одиночку бросился на гиганта и через миг улетел от его пинка в противоположный конец пещеры.

Бой начался и завершился так быстро, что всё, что я успела сделать – это отступить на несколько шагов от взбушевавшегося орка. Тот, легко разделавшись с тремя противниками, нашёл меня взглядом и направился ко мне, но затем остановился и ощупал место на своей груди, где только что была рана. В этот миг за моей спиной раздались шаги бежавших мне на выручку гулей и скелетов, но я жестом измазанной в крови орка руки приказала им остановиться.

– Ведьма, – прорычал гигант на каком-то гортанном языке, сощурив глаза. – Моя рана… Твоих рук дело?

– Я исцелила её, да, – с некоторым трудом мне удалось изобразить спокойствие и уверенность в своих силах. – А вот кто тебе её нанёс – я понятия не имею.

– Ведьма. Повелительница мертвецов. Некромант. Я был почти мёртв, но не восстал твоим рабом. Я благодарен.

– Что-то я не в восторге от твоего выражения благодарности! – возмутилась я, посмотрев на тело Люция.

Гаста было не восстановить. Содержимое его головы смешалось в кашу с осколками черепной коробки, треснувшей под сокрушительным ударом орка. Эх, Люций, мы столько вместе пережили. В голове пронеслись воспоминания нашей первой встречи, когда он своим рыком заставлял моё сердце биться быстрей, а затем загнал в лабораторию Тарагвирона. Я вспомнила, как гаст пытался меня сожрать, когда я решила выбраться наружу. Вспомнила и все те моменты, когда я видела его глазами, как он кровожадно сворачивал шеи воронам на охоте. А затем я поймала себя на мысли, что не так уж мне Люция и жалко.

– Даже орк понимает, что тебе следовало его добить и обратить в нежить, – произнёс Тарагвирон, внезапно показавшись прямо над моей головой.

– Я благодарен тебе, ведьма, – повторил басовитым голосом орк, вытаскивая костяшки пальцев Карла из своих ран на своём запястье. – Но долг я тебе не отдам. Меня ждёт смерть.

– Ты только что с ней разминулся, – заметила я. – Не слишком ли ты торопишься встретиться с ней вновь?

– Меня ждёт битва, от которой я не могу отказаться. Битва, которую я не могу выиграть.

– И почему ты не можешь отказаться?

– Я запятнаю своё великое имя. Мне бросили вызов, и этот вызов ещё не разрешён.

– Я смотрю, из тебя клещами нужно вытаскивать ответы, – сказала я, устало потерев переносицу. – Я тебя спасла, так что не смей разбрасываться жизнью, на которую я потратила немало сил. Выкладывай уже всё о своём этом вызове. И что это за имя, которое ты так боишься запятнать?

– Угрук, – коротко ответил орк.

– Угрук? Город орков?

– Имя великого вождя, в честь которого была названа крепость. Это и моё имя тоже. Назван матерью в честь моего предка.

– Уверен, крепостью орк называет груду камней и взваленных на неё деревьев, – вставил своё слово Тарагвирон, но гигант либо не обратил внимание на слова лича, либо их просто не понял.

– Племя Красных Клыков бросило вызов моему, – начал свой рассказ Угрук. – Мы приняли вызов и дали бой. Мои сородичи погибли. Чтобы не проиграть, я отступил и набрёл на племя гоблинов. Разведчики Красных Клыков выследили меня, напали на гоблинов. Я дал бой разведчикам и одолел их, но был сильно ранен. Затем я оказался здесь.

– Рассказчик из тебя так себе, – сказала я, поморщившись.

– Дум-дум – хороший гада! – внезапно воскликнул Ктук, подкравшись к нам. – Дум-дум защищать гоблин!

На гоблине была пара новых ссадин, и он немного прихрамывал, но в целом был в порядке. А я уж думала, что пинок Угрука размазал его по стене пещеры.

– Я вас не защищал, – сказал орк Ктуку на языке гоблинов. – Я бил своих врагов.

– Решено! – громко произнесла я, обратив на себя внимание обоих. – Угрук, я спасла твою жизнь, а ты забрал жизнь моего подчинённого. Теперь ты займёшь его место. И раз уж не в моих правилах бросать подчинённых в беде, я помогу тебе разобраться с Красными Клыками.

– Это противостояние касается только моего племени.

– Ты же последний его представитель, а значит, твоё племя теперь часть моего. Вызов тебе – это вызов мне.

Орк нахмурился, но возражать не стал.

– Что же до твоего племени, Ктук, – обратилась я к побитому гоблину, – я беру его под свою защиту. Отныне любой, кто посмеет вам навредить, будем иметь дело со мной. Кстати, сколько вас тут вообще?

– Моя Луна! – радостно заорал Ктук и упал передо мною ниц. Изо всех теней, нор и щелей принялись вылезать гоблины и падать на колени, подражая своему собрату. Всего их здесь было около тридцати.

– Ты тратишь своё и моё время, помогая маленьким паразитам и дикарям, – холодно произнёс Тарагвирон, наблюдая за этим зрелищем вместе со мной.

– Для того, кто проспал в саркофаге несколько веков, ты слишком трепетно относишься к своему времени, – сказала я в ответ. Лич не нашёлся, чем мне возразить.

Я покинула пещеру и вновь взглянула на ставшее уже непривычным ясное небо. Несколько выскочивших следом за мной гоблинов сразу же окружили моё шестилапое чудище и с радостными криками принялись карабкаться по его конечностям. Ну и как бросить на произвол судьбы таких милах?

А вот помощь Угруку – результат практичного расчёта, а не моей прихоти. Я захотела склонить на свою сторону практически несокрушимого бойца; с ним мне будут нестрашны любые обитатели Мёртвых Земель. Ну а если с его помощью я покорю ещё и племя орков, которое оказалось сильнее него, я стану обладательницей уже по-настоящему сильного войска.

Но нужно ли мне войско? Если верить словам Тарагвирона, сейчас я являюсь естественным врагом для всех соседних государств, племён, общин, орденов и кружков по интересам. В Мёртвые Земли уже захаживали как орочьи разведчики, так и разведчики Давитана, а значит, рано или поздно гробницу и моих мертвецов обнаружат. Рано или поздно моя и без того не слишком пестрящая комфортом и роскошью жизнь окажется под угрозой, и на эту угрозу придётся ответить.

Необходимо заявить о себе. Необходимо показать силу. А после – кто знает? Быть может, мне удастся вступить в переговоры с какой-то из сторон и у меня получится наладить с ней доверительные отношения. Буду надеяться на то, что у этой стороны окажутся купальни, вкусная еда, а также любовь к прекрасному.

Глава 8: Угрук

Пока гоблины продолжали терроризировать шестилапого «коня», Угрук принялся изучать моё маленькое воинство. Орк пристально разглядывал гулей и скелетов, а затем взял ржавый меч у одного из последних и без видимого усилия сломал железку напополам.

– Нам не победить, – заключил орк, обращаясь ко мне. – Помогая мне, ты погибнешь вместе со мной.

– Насколько сильно племя Красных Клыков? – поинтересовалась я.

– Сильно. Одно из сильнейших в этих землях. В него ходят две сотни опытных воинов. Их кузнецы делают лучшее оружие, лучшие доспехи. Их шаманы поднимают мёртвых десятками прямо как ты.

– Дикари-некроманты, – задумчиво проговорил Тарагвирон. – Это может быть познавательно. Если мы убьём шаманов, а затем воскресим и сделаем их магию своей, то сможем преумножить численность нашего войска. Впрочем, то же самое они могут попытаться сделать и с нами.

– Законами орочих кланов строжайше запрещено воскрешать некромантов, – сказал личу Угрук. – Шаманы говорят, именно так образовались Мёртвые Земли. Нежить возобладала над собой. Обратила оружие против хозяев.

– Всего лишь результат недостатка сил и знаний. Мы не повторим их ошибку. Я должен поинтересоваться, с каких пор враждующие орочьи кланы имеют общие законы? В мои времена ваш род использовал любые средства, чтобы обрести силы, и не накладывал на себя каких-либо ограничений.

– Мой предок Угрук однажды объединил кланы и привёл их в эти земли с востока. Орда смела сопротивление эльфов и дворфов и обрушилась на их земли. Но любой воин, любой вождь смертен. Одна из сотен битв стала для Угрука последней. Кланы начали бороться друг с другом за место вождя. Орда распалась. Крепость осталась. Крепость не принадлежит никому. Слишком много кланов там обитает. Никто не способен установить власть над другими.

– Я не интересовался историей твоего народа, орк. Я спросил, почему вы ограничиваете своих некромантов.

– Ведьма, – обратился ко мне Угрук. – Могу ли я размозжить этот череп?

– Нет, боюсь, тебе придётся решать все конфликты с ним одними лишь словами, – ответила я.

– Неэффективно.

– И ты не мог бы не звать меня ведьмой? Это не совсем точное описание моих способностей, а самом слово меня старит.

Орк лишь многозначительно прорычал в ответ, оскалив зубы. Миленько.

– Так как враждующие кланы пришли к своду общих законов? – поинтересовалась я у Угрука, чтобы разбавить образовавшуюся гнетущую атмосферу.

– Кланы уживались друг с другом. Эльфы, дворфы и северяне вели постоянную войну с орками. Чтобы выжить, кланы начали устанавливать правила, договариваться, объединяться. Когда нежить восстала и превратилась в смертельную угрозу, кланы придумали ограничения, нарушение которых карается смертью. Некроманты не воскрешают некромантов. Все кланы защищают крепость Угрук от нежити. Добыча достаётся первому, кто её взял. Слово лидера рейда – закон. Если лидер рейда нарушает закон, его можно убить. Убивший лидера рейда становится лидером рейда. Убивший лидера клана становится лидером клана. Красные Клыки пытались подчинить мой клан, но обломали зубы. Теперь мой клан практически мёртв. Когда умру я, меня и мой клан будут вспоминать столетиями.

– Уверена, со мной тебя ждёт куда более приятная участь. Давай лучше подумаем, как нам одолеть Красных Клыков.

– Нам нужно оружие. Клыки не могли забрать всё с места нашей битвы: слишком мало осталось в живых.

– Ты ведь сказал, что их клан насчитывает две сотни бойцов, – заметил Тарагвирон. – Сколько же их было раньше?

– На пол сотни больше, – ответил Угрук, довольно ухмыльнувшись. – В моём клане было двадцать семь орков. Двадцать два из них были воинами. Красные Клыки послали семьдесят лучших. Их вождь не явился, остался в крепости.

– То есть ты хочешь сказать, что для победы над Красными Клыками, нам придётся осадить эту «крепость»?

– Или выманить оттуда вождя Клыков.

– Просто поразительный план. Угрук прав, Джуди. Ты умрёшь вместе с ним.

– Давайте взглянем на твоё поле боя, Угрук, – предложила я. – Уверена, там мы сможем усилить себя не только оружием.

– Твоя правда, – сказал Тарагвирон, зловеще посмотрев на меня парой зелёных огней.

Гоблины не отставали от остального войска. Напротив, они опережали своей прытью даже гулей, отлично плавали, а всякую водящуюся в воде дрянь приманивали собой и тут же сжирали. От диких мертвецов или других монстров они с лёгкостью прятались, пока мои солдаты устраняли угрозу.

Угрук потерял своё оружие в бою с другими орками, но это не мешало ему сражаться в первых рядах. Он посчитал, что от его кулаков куда больше проку, чем от ржавых мечей, и потому просто разрывал скелетов и зомби голыми руками. Когда же он вступил в схватку с одним из висельных деревьев, Угрук без труда повалил его на бок, а затем обломал все ветви, забрав одну в качестве увесистой дубины.

Доспех Люция, как и его костяной меч, мы забрали с собой. Угрук лишь оторвал пару пластин от нагрудника гаста, чтобы однажды сделать их частью своей брони.

К вечеру мы обошли несколько крупных скал, пересекли небольшую речку и сделали привал. На следующий день нам удалось найти поле битвы между кланом Угрука и Красными Клыками.

Здесь валялось много оружия, но, вопреки моим ожиданиям, совсем не было тел. На влажной почве осталось лежать лишь несколько потерянных орками конечностей, но не более, а посреди поля битвы виднелся большой угасший кострище.

– Они сожгли тела! – отчаянно взревел Тарагвирон. – Эти варвары сожгли тела!

– Племена орков противостоят нежити уже больше столетия, – пояснил Угрук. – Мы не оставляем покойников лежать на земле.

– По крайней мере, теперь мы сможем вооружить Угрука и мертвецов, – сказала я, подбадривая скорее себя, чем лича.

В поле было разбросано множество разнообразных грубых топоров, дубин и несколько массивных потрёпанных мечей. В кострище лежали обломки непригодных для использования доспехов. Всего этого вооружения хватало чуть меньше чем на половину моих скелетов.

– Клыки забрали мой топор, – заявил Угрук, расхаживая по полю боя. – Жаль. Но неудивительно.

С этими словами орк поднял с земли увесистый меч вместе с грубыми ножнами и повесил на поясе, а затем принялся подыскивать себе топор побольше. В итоге он остановился на очень внушительном двуручном бердыше с крупным лезвием и, потеряв интерес к своей дубине, выбросил её.

– Может быть, стоит вернуться и поискать побеждённых Угруком разведчиков? – спросила я у Тарагвирона.

– Вряд ли Угрук одолел голыми руками большой отряд, – сказал лич, не отрывая взгляда от кострища. – Мы только потеряем время.

– Если мы пойдём к крепости с имеющимися силами, то потеряем всё.

– Битва, – раздался близко чей-то слабый шёпот. – Верни меня в битву.

Я резко обернулась, но никого помимо лича рядом не было.

– Ты это слышал? – встревоженно спросила я у Тарагвирона.

– Слышал что?

– Приведи меня к битве, – вновь раздался шёпот. – Дай мне оружие, пляшущая с мертвецами.

Шёпот разносился снова и снова, и я попыталась найти его источник. Тарг недоумённо посмотрел мне вслед, а затем полетел за мной.

– Верни меня, пляшущая с мертвецами, – раздался снова неизвестный мне голос.

– Верни весь мой клан, – произнёс другой.

– Нет, выбери наш. Нас больше. Мы сильнее.

Шёпот звучал всё более и более отчётливо и в итоге привёл меня прямо к кострищу. Голоса доносились именно из него.

– Ребята, не хочу вас расстраивать, но в виде груды пепла от вас будет немного толку, – сказала я шепчущим голосам.

– Так к тебе обратились души, – с облегчением произнёс Тарагвирон. – Вероятно, они почуяли в тебе способности к некромантии.

– Вот видишь, а ты мне не верил, что со мной Карл разговаривал.

– Карл в своей нынешней форме неспособен разговаривать! Неважно… Если души мёртвых ещё здесь, то их можно вернуть в виде призраков. Это относительно сильный вид нежити, однако они, как правило, не способны уйти далеко от места своей смерти или некоего объекта привязанности. К тому же их воскрешение потребует от тебя огромных усилий, но попробовать стоит. Тебе нужно соткать им новые тела из чистой некротической энергии.

– Эй, Угрук! – окликнула я гиганта. – Тут ко мне обратились души мёртвых орков, и они хотят, чтобы я вернула их в битву. Ты не против, если я попробую их воскресить?

– Если орк жаждет битвы, никто не может встать на его пути! – басовитым голосом ответил гигант, нисколько не удивившись моему вопросу. – Верни их, ведьм… Кхм-м-м…

– Вот только я не смогу отобрать души твоих соплеменников среди общей массы. Я буду обращать в нежить всех подряд.

– Если они будут сражаться на нашей стороне, то мне всё равно.

Я кивнула, а затем принялась подбирать в голове подходящие слова заклинаний. В этот раз души сами взывали ко мне, что могло значительно упростить процесс создания нежити, вот только от их тел ничего не осталось. Призракам они и не нужны, но как их заставить воплотиться? Мне довольно сложно создать то, что невозможно представить. Значит, мне нужно привязать души к чему-то зримому, но неосязаемому или к чему-то, что может становиться неосязаемым. Найдя решение, я приступила к чтению нового заклинания.

Я объединила процесс создания нежити с магией теневых иллюзий и представила мертвецов в виде гуманоидных силуэтов из теневой дымки. Обильные потоки некротической энергии принялись стягиваться к кострищу и наполнять его, от чего угли вскоре стали ещё чернее, чем были.

Через полминуты из кострища вылезла первая тень – чёрный призрак с размытым телом и двумя бирюзовыми огнями вместо глаз. Затем родилась ещё одна, третья, четвёртая, пятая, восьмая, двенадцатая… Через считанные мгновения кострище начал потоком извергать теневую массу, сотканную из множества чёрных приведений. Гоблины испуганно вскрикнули, разбежались в разные стороны и попрятались. Краем глаза я увидела, что даже Угрук сделал несколько шагов назад, а вот я была полностью поглощена процессом колдовства и не могла позволить себе такую роскошь.

Когда я закончила, над полем боя летало уже более сорока теней. Мертвецы кружились вокруг меня и тихо шептали на орочем языке одно и то же слово – «кинамора», что переводилось как «пляшущая с мертвецами».

– Кинамора, – негромко повторил Угрук, стискивая в руках новообретённый топор.

– Потрясающе! – воскликнул Тарагвирон. – Они же под твоим контролем, верно, ученица?

Я взмахнула рукой, и тени все разом полетели в одну сторону, сбившись в небольшую чёрную тучу. Я взмахнула ещё раз, и тени вновь принялись хаотично летать над полем.

– Потрясающе! – повторил лич. – Поразительно даже не то, сколько мертвецов ты создала, и не то, что они тебя слушаются! Твоё заклинание задало душам сущность теней! Хоть тени и слабее призраков, они без проблем смогут покинуть это место.

– С ними мы сможем напасть на клан Красных Клыков? – спросила я у Тарагвирона.

– Бестелесные существа неуязвимы для простого оружия! Сразить их может только магия, которая у орков никогда не была сильно стороной! Мы сокрушим этот никчёмный клан и, если будет нужно, сомнём защитников крепости!

– Супер! Пойдём, Угрук, посмотрим на твою крепость.

Орк не послушался. Он посмотрел на меня тяжёлым взглядом и не проронил ни слова.

– Что-то не так? – поинтересовалась я, подойдя к нему ближе.

Прежде, чем я успела вскрикнуть, Угрук резко схватил меня за шею одной рукой и поднял над землёй так, будто бы я ничего не весила. Чувствуя себя пойманным за уши зайцем, я судорожно принялась болтать ногами и вцепилась руками в могучую кисть гиганта. Карл резко дёрнулся ко мне, но замер на месте согласно моему немому приказу.

– Ты слишком опасна, чтобы приводить тебя в крепость, Кинамора, – угрожающе прорычал орк. – Твои приведения погубят потомство. А потомство пополнит твоё войско наряду с воинами.

– Я не… стану… губить… детей, – с трудом просипела я. – Я не… чудовище.

– С чего мне верить тебе на слово?

– Я хочу, чтобы ты… был мне другом, а не врагом… Иначе ты… был бы… уже мёртв.

Угрук оглянулся через плечо и увидел, как множество теней зависли прямо над ним и за его спиной, готовясь в любой миг броситься в атаку. Могучий орк опустил меня на землю и разжал свою стальную хватку, а я тут же залилась кашлем.

– Это было… грубо, – проговорила я, постепенно приходя в себя. – Я тебе каждый синяк на шее ещё… припомню.

Если бы Угрук хотел меня убить, то не стал бы разговаривать, ведь он мог просто раздавить мне шею или зарубить меня своим бердышом. Впрочем, из сложившейся ситуации я всё же извлекла несколько выводов, касающихся моего доверия к малознакомым обитателям Аркедорума.

– Помоги мне одолеть Красных Клыков, – сухо произнёс Угрук. – Не навреди потомству. И я буду верен тебе до самой смерти.

– Это же не то соглашение, которое ты сможешь разорвать, просто меня убив? – спросила я, скривившись.

– Я даю клятву, а клятв я не нарушаю. Не ставь под сомнение мою честь воина, Кинамора.

Я вопросительно посмотрела на Тарагвирона, решив, что он может лучше знать, стоит ли мне доверять такой клятве или нет.

– Я встречал за свою жизнь и несмерть множество племён орков, и ни одно не заслужило моего полного доверия, – проговорил лич, сверля Угрука пронзительным взглядом. – Но среди них иногда встречались воины, ставящие свою честь превыше жизни. Думаю, этот один из таких.

– Хорошо, – кивнула я. – Угрук, я принимаю твою клятву. Я не сделаю тебя рабом… и не подниму из мёртвых против твоей воли, но над манерами поработать заставлю.

– Как тебе будет угодно, Кинамора, – ответил орк.

– Странное прозвище. Но лучше называй меня так, чем ведьмой. Пока что в конкурсе на придумывание самых красивых и приятных титулов лидируют гоблины. Так романтично, как они, меня ещё никто никогда не называл.

Я осмотрела поляну и заметила выглядывающего из-за камня Ктука. Гоблин с ужасом и переживанием смотрел то на меня, то на Угрука, то на летающих призраков. Похоже, в сложившейся ситуации даже для этого маленького храбреца прийти мне на выручку оказалось слишком.

Эх, у меня были надежды встретить в фэнтезийном мире своего прекрасного принца, но вместо него я получила труп разведчика, летающий череп со скверным характером, грубого и не очень симпатичного орка, а также странного, глуповатого, но по-своему милого гоблина. Ну что за досадный разрыв шаблонов? Видимо, чтобы заполучить прекрасного принца, сперва мне придётся завоевать его королевство.

Я усмехнулась собственной шутке, а затем всерьёз над ней задумалась.

Приближаясь к орочьей крепости, мы всё чаще становились свидетелями того, как некие фигуры, завидев наше войско, тут же стремительно его обгоняли и убегали куда-то вперёд. За ещё два дня похода численность моей армии мертвецов пополнилась тремя десятками душ орков, павших на этих землях.

Вскоре где-то впереди раздались звуки горнов, и мы увидели стены крепости Угрук. Они были похожи на множество огромных ежей, вот только их иглы были сделаны из толстых брёвен, а сверху них на позициях стояли лучники и метатели дротиков. Из смотровых башен в разные стороны смотрели различные грубые осадные орудия вроде катапульт и баллист.

– Орки сильно продвинулись вперёд за эти столетия, – произнёс Тарагвирон с лёгким беспокойством в голосе. – Раньше они не умели строить стены и военные машины. Впрочем, их вкус и чувство стиля не изменилось.

– Войску не стоит подходить ближе, – сказал мне Угрук. – Баллисты начнут стрельбу. Отправимся на переговоры. Пойти могут пятеро, не более.

Я жестом приказала войскам остановиться. Скелеты звучным топотом прекратили марш, гули замерли на месте и припали к земле, тени зависли в воздухе, а гоблины, не поняв моей команды, прошли ещё несколько шагов, начали несинхронно останавливаться, а затем поврезались друг в друга и попадали в одну большую кучу.

– Хорошо, переговоры, так переговоры, – ответила я. – Со мной пойдёт Угрук, Тарг, Карл… – я посмотрела в сторону гоблинов и неуверенно добавила: – …и Ктук.

Из кучи малы вынырнула лысая голова с двумя шрамами на щеке и удивлённо заморгала своими жёлтыми глазищами.

Глава 9: Демонстрация силы, часть первая

Орки были готовы к нашему прибытию и уже ждали нас. Возле распахнутых массивных ворот скопилось более четырёх десятков внушительного вида бойцов, вооружённых топорами, мечами и дротиками. К моему облегчению большинство из них были на две головы ниже Угрука и значительно менее широкоплечими.

– Зачем строить стены, если воины выходят вперёд них навстречу врагу? – раздражённым тоном спросил Тарагвирон у Угрука. – Я удивлён, что ваш род хоть как-то технологически продвинулся, но, судя по всему, ментально вы не поспеваете даже за столь незначительным прогрессом.

Так как я запретила Угруку вредить личу, орк избрал вторую по эффективности стратегию для сбережения собственных нервов: он просто игнорировал назойливого собеседника. Сейчас гигант был полностью сосредоточен на предстоящих переговорах и уверенно шёл к крепости. Я испытывала сильное желание спрятаться за его широкой спиной, однако соблазн приковать к себе сотни недоумённых взглядов взял своё: я ступила вперёд первой.

– Человек, – прорычал один из орков, с презрением посмотрев на меня. – Такой слабый. Такой тощий. Такой маленький.

– Почему сам Сокрушитель Черепов идёт за слабым человеком? – удивлённо произнёс другой.

– Потому что Сокрушитель Черепов совсем не так страшен, как о нём говорят! – воскликнул третий орк, нижняя часть лица которого была почти целиком покрыта красной татуировкой, похожей на свежую кровь.

Угрук остановился возле татуированного орка и хмуро на него посмотрел. Тот нервно усмехнулся и перехватил покрепче свой топор.

– Что, язык проглотил, Угрук? – не унимался этот тип, скаля свои кривые клыки и зубы. – Тяжело лаять, когда за тобой больше не стоят твои воины?

Вместо ответа гигант довольно размашисто, но с внушительной скоростью обрушил кулак на нижнюю челюсть обидчика, да так, что та смялась, а зубы упали на землю россыпью осколков. Татуированный орк плашмя рухнул на спину, ухватился за размозжённую часть лица и издал полный агонии вой, а затем жалобно заскулил. Стоявшие рядом орки обомлели и отступили на несколько шагов, освобождая нам путь.

– Слабаки, – презрительно бросил им напоследок Угрук и последовал за мной в крепость.

– Угрук сильный гада! – с благоговением воскликнул Ктук, опасливо жмясь к ноге гиганта.

– Ученица, не забывай, что мы находимся на вражеской территории, где каждый может попытаться тебя убить, – предостерёг меня Тарагвирон.

– Не переживай, Тарг: я приняла кое-какие меры предосторожности, – ответила я, легко улыбнувшись.

За стенами крепости располагался целый город из шатров, покрытых шкурами животных и обрывками каких-то различных палаток, которые явно делали не орки. Грубая архитектура из неотёсанной древесины и камней прямо-таки излучала собой простоту и практичность, свойственную этому воинственному народу.

Бродящие между шатрами орки все как один смотрели на нас с изумлением или презрением, но больше никто не решался встать у нас на пути. Не знаю, было ли дело в том, что они просто не знали, чего от нас ожидать, или же их пугал Угрук, с правой ручищи которого всё ещё капала чужая кровь. Периодически из теней в маленьких закоулках с любопытством и опаской выглядывали выпученные жёлтые и красные глаза, похожие на фонари.

– Вот уж не ожидал, что кланы орков будут уживаться с гоблинами, – произнёс Тарг, обратив на это внимание.

– Славный вождь Угрук покорил множество кланов и племён, – пояснил гигант. – Не только орочьих. Гоблины, багберы и огры также стали частью великой орды. Но сейчас их осталось немного.

Мы постепенно приближались к центру этой огромной цитадели, в котором располагалось каменное сооружение. Оно было похоже на относительно большую арену или амфитеатр с трибунами, укрытыми шатрами. Вокруг здания толпились особенно хорошо снаряжённые солдаты, многие из которых были облачены в очень грубые и тяжёлые доспехи из шкур и крупных пластин железа. Многие воины имели разнообразные татуировки, а некоторые точно такую же «окровавленную» нижнюю часть лица, как та, что… была у одного из привратников.

– Красные татуировки на нижней половине лица означают принадлежность к клану Красных Клыков? – догадалась я.

– Да, – коротко ответил Угрук.

– Куда нам идти дальше? Внутрь арены?

– Да.

– Как думаешь, все так пристально смотрят на меня из-за моей обворожительной красоты?

– Нет.

Я тоскливо выдохнула и вошла внутрь большой каменной арки, ведущей к центру арены. Как только мы показались с другой её стороны, солнечные лучи ударили нам прямо в глаза. Поле арены было вытоптано, на нём повсюду лежали обломки оружия, выбитые клыки, а также виднелись пятна запёкшейся крови. Не нужно было гадать, какого рода выступления здесь проводились.

По кругу над нами располагались заполненные трибуны, а также несколько тронов, сделанных из различных кусков доспехов, щитов, топоров, мечей и крупных черепов. Несколько тронов пустовали, и один из них особенно выделялся. Он был самым большим, украшенным изящными клинками и поистине огромным черепом какой-то ящерицы-переростка… Нет, дракона!

Трибуна гудела: орки, какие-то покрытые густой шерстью массивные гуманоиды, а также немногочисленные гоблины активно шумели и что-то кричали в нашу сторону.

– Тёплый приём, – сказала я, натянуто улыбнувшись. – Мне это нравится… пока что.

Мы прошли в самый центр поля, залитого солнечным светом, и, будучи окружёнными парой сотен явно недружелюбно настроенных существ, инстинктивно встали в кольцо. Моё внимание приковалось к фигурам на тронах: большинство из них являлись закалёнными в боях воинами-орками, но некоторые всё же отличались.

Одна из фигур была такой же массивной, как большинство других, но носила не доспехи, а какой-то маскарадный пёстрый костюм с множеством перьев и огромной деревянной маской, на котором было изображено белой краской нечто похожее на птицу. Наверное, этот орк был шаманом или кем-то вроде того. Другой же «трон» выглядел нелепо маленьким на ряду с остальными и представлял из себя покосившийся деревянный стул, стоящий на большом ящике и украшенный крысиными черепами. На стуле нервно ёжился пожилой гоблин, то и дело оглядывающийся по сторонам. Последний же отличный от остальных трон был сделан целиком из самых разных черепов, а восседал на нём другой гоблин. Вот только этот был серокожим и высоким, ростом с человека, из-за чего его большая лысая голова казалась куда пропорциональнее, чем у его меньших собратьев. Гоблин-переросток, облачённый в тёмный плащ с капюшоном, развалился поперёк своего трона и со скучающим видом вертел в руке изогнутый кинжал.

– Это багбер? – поинтересовалась я у Угрука, глядя на необычного гоблина.

– Нет, – негромко ответил мне Тарагвирон. – Багберы – это широкоплечие мохнатые гуманоиды, отдалённо похожие на горилл. А это хобгоблин, редкая порода гоблинов, отличающаяся не только физической силой, но и интеллектом.

– Заткнулись все! – внезапно заорал лысый и самый крупный из восседающих на троне орков, и трибуна сразу же затихла. Лишь один из багберов продолжил что-то говорить, но вскоре на него набросились сидящие рядом зрители и довольно сильно побили.

– Непревзойдённый Сокрушитель Черепов, – с очевидной иронией в голосе произнёс ещё один вожак. Он был облачён в чёрные исцарапанные доспехи, имел знакомую мне «кровавую» татуировку и с интересом разглядывал непомерно большой двуручный топор с тёмно-фиолетовым лезвием в своих руках, не придавая особого значения нашим персонам. – Твой клан проиграл, и ты пришёл сюда с рабами, дабы вымолить снисхождение?

– Я ещё жив, Иргай! – с вызовом прокричал в ответ Угрук. – Я жив! Ты так и не смог нас одолеть! Твои Клыки оказались большими слабаками, чем ты сам!

– Ты можешь бахвалиться, пока идут переговоры. Когда они закончатся, ты умрёшь.

– Угрук больше не руководит своим кланом! – воскликнула я, понимая, что моё молчание только усугубит ситуацию. – Отныне его клан принадлежит мне! А значит, Красным Клыкам суждено потерпеть поражение именно от меня!

– Почему устами Сокрушителя Черепов говорит человек? – безучастным голосом спросил хобгоблин, не отвлекаясь от своей игры с кинжалом.

– Это Кинамора, – представил меня Угрук странным новым прозвищем... Ну вот, теперь оно точно закрепится за мной лучше, чем Луна. Инициативность Ктука подкачала. – Её колдовство сильнее колдовства большинства наших шаманов.

– Большинства? – рассерженно выпалил Тарагвирон. – Да своей магией «Кинамора» подчинит себе всю нежить Мёртвых Земель! Ваши мелкие кланы ни за что…

Лич внезапно осёкся, поняв, что сболтнул лишнего.

– Если эта Кинамора станет такой опасной, то почему бы нам не убить её здесь и сейчас? – предложил хобгоблин главам других кланов.

– Не смей нарушать законы совета вождей! – рявкнул на него лысый, крупный орк. – Она умрёт на поле боя, когда придёт время.

– А относятся ли наши законы к этой женщине? Она же человек, да и Сокрушитель Черепов явно зацепился за неё как за последнюю возможность добраться до своего соперника. Сокрушитель схитрил и играется с устаревшими правилами ради собственной выгоды.

– Спустись сюда и повтори мне это в лицо, Гардарах! – крикнул хобгоблину Угрук.

– Смотрю, вызов Красных Клыков так ничему тебя и не научил. Я выпущу наружу твои потроха тогда, когда сам того захочу, а не по твоей указке, Сокрушитель Черепов.

– Нужно испытать Кинамору! – воскликнул шаман в деревянной маске басовитым голосом. – Посмотрим, так ли силён её клан! Затем решим, имеет ли человек право жить по нашим законам! Пускай пятеро добровольцев сразятся с Кинаморой и её бойцами!

Большинство вожаков согласно кивнули. Угрук довольно зарычал и перехватил свой бердыш поудобнее, готовясь к предстоящему кровопролитию. Я же тревожно втянула сквозь зубы воздух и осмотрела своих «бойцов». По мнению шамана это должен быть бой пять на пять, вот только…

Ктук. Кажется, у Ктука есть какая-то заточка. Пару раз краем глаза я её видела. Не знаю, насколько хорошо гоблин умеет ей пользоваться, но что-то мне подсказывает, что его бойцовские навыки не превосходят таковые у орков, которые живут одними лишь драками да сражениями.

Тарг. Повезёт, если учитель удостоит нас поддержкой хотя бы парой низкоуровневых заклинаний. Если же ситуация будет выглядеть худо, лич просто отсюда улетит, оставив нас умирать.

Карл. Ну он хотя бы может постоять за себя. Он значительно сильнее гулей, однако Угруку и в подмётки не годится. Надеюсь, скелет может взять на себя мою защиту.

Угрук. Это единственный боец, в котором я уверена, но вряд ли он станет прикрывать мне спину. Буду надеяться, что гигант сумеет отвлечь на себя большинство противников.

Ну и я. Я ещё не разобралась в том, насколько сильным магом являюсь в сравнении с большинством других, но самая большая моя проблема в недостатке боевого опыта. В опасных ситуациях я могу запаниковать и растеряться. Ладно, быть может, опытные и умные орки побоятся Угрука, и против нас выйдут слабаки.

Мои размышления прервал громкий стук и последовавший за ним звон. То был спрыгнувший к нам с трибун крупный багбер, облачённый в тяжёлый железный доспех и вооружённый двуручным молотом. Выглядел он… довольно устрашающе. Вторым противником вызвался мускулистый орк с двумя парными топорами, облачённый в шкуры. Тоже страшный, особенно с кровавой татуировкой Красных Клыков. Третьим оказался ещё один орк из Красных Клыков, но этот был вооружён увесистым фальшионом и одет в мятый металлический нагрудник. Следующим на арену спустился ещё один орк, но уже с посохом и весь увешенный талисманами из костей. Только шамана нам не хватало в противниках.

Я уже с трепетом посмотрела на пятую фигуру, идущую к нам, но затем с облегчением выдохнула. То был гоблин с парой ножей, который держался очень неуверенно и, судя по всему, спустился сюда по указке своего вожака, сидящего на деревянном стуле. Боевым духом этот противник явно не пестрил.

– Серьёзно?! – возмутился Угрук, глядя на гоблина. – Этот доходяга? Дайте нам настоящего воина! Гардарах, спускайся сюда ты!

– Не заставляй меня повторяться, Сокрушитель, – отмахнулся хобгоблин. К моему облегчению. – Я не буду бегать за тобой подобно ручному варгу.

– Ну а ты, Иргай! Тебе не надоело прятаться за спинами своих воинов? Что-то ни на одном сражении я так тебя и не увидел!

– А ты действительно хитёр, Сокрушитель Черепов, – ухмыльнулся вожак Красных Клыков. – Хочешь попытаться сместить меня на чужом испытании… Умно, особенно для тебя.

– И всё же он прав! – вмешался другой сидящий троне орк. – Угрук доказал свою силу. Угрук убил десятки твоих воинов. Может быть, Угрук станет лучшим вождём твоего клана?

– Что ты сейчас сказал, Батур?!

Не выпуская из рук топор, Иргай вскочил с трона, но затем вновь посмотрел в нашу сторону. Он пристально изучил гоблина, скелета и меня, а я невольно отвела взгляд в сторону. Затем орк презрительно усмехнулся и направился к арене.

– Ну вот кто тебя за язык-то тянул? – прошипела я Угруку, с тоской наблюдая за тем, как уходит вооружённый ножами гоблин. Коротышка совсем не выглядел понурым.

– Сразу троих отправим к Оркару на битву, – довольно ответил мне гигант. – Отлично!

– К кому?

– И да решится всё кровью! – внезапно воскликнул шаман, и все противники тут же начали наступать, а трибуна залилась рёвом.

Меня успокаивало лишь то, что все трое членов Красных Клыков разом направились к Угруку. Нам оставалось разобраться лишь с шаманом и багбером.

– Подите прочь! – рявкнул Иргай на своих подчинённых, направив в сторону Угрука топор. – Этот кусок мяса мой!

Я невольно выругалась. Ох уж эти чёртовы варвары со своими нелогичными и непредсказуемыми понятиями воинской чести. Ладно, Карл себя ещё покажет, я уверена.

Карл прытко ринулся в сторону багбера, и через мгновенье в рёбра мертвеца врезался массивный молот, раздробив их на куски вместе с позвоночником. Скелет рассыпался на составляющие и не подлежал быстрому восстановлению.

– Кажется, ситуация складывается не в нашу пользу, – заявил Тарагвирон, не сводя глаз с шамана и багбера.

– Да быть такого не может! – выпалила я в ответ.

– Моя Луна, Ктук не хотеть умирать не жертва! – жалобно пропищал маленький гоблин, прячась за подол моего теневого платья.

Ладно, делать было нечего. Я быстро прочитала слова заклинания и создала стаю теневых воронов, которая тут же устремилась к противникам и принялась их клевать. Двое из Красных Клыков начали судорожно отмахиваться своим оружием, но вот орк-маг не обратил на иллюзии внимания, и те практически не нанесли ему вреда. Закованный в доспехи багбер и вовсе ломанулся напролом, а затем выскочил из стаи и рванул ко мне, занося молот для удара.

Счёт шёл на секунды, а ошибаться было нельзя. Я вскинула руки и начала произносить заклинание, скапливая потоки некротической энергии…, но просчиталась. Мы находились уже не на территории сочащихся магией Мёртвых Земель, и аркана поддавалась мне не так охотно, как прежде. Я не успевала.

На помощь пришёл тот, от кого я совсем этого не ожидала. С яростным или, точнее сказать, полным ужаса воплем Ктук выскочил из-за моей спины, ринулся на устрашающего врага и юрко прыгнул прямо к его зубастому лицу. Багбер с гулким звоном врезался в гоблина, а затем завалился набок: из шеи воина торчал маленький каменный нож Ктука. Трибуна на мгновение затихла, а затем взорвалась ликованием.

– Вуа-а-а-а-а! – не то в боевом раже, не то в истерике заорал зелёный коротышка, вытащив нож и начав размахивать им над своей головой.

– Отлично, Ктук! – изумлённо воскликнула я, как только закончила читать заклинание. – Ты умница! А теперь пригнись!

Гоблин плюхнулся на землю, и я выпустила обильный поток некротической энергии, которых накрыл всю стаю воронов, включая находящегося внутри шамана и двух бойцов. Шаман пошатнулся, но затем тут же прочитал заклинание исцеления, однако обделил своих товарищей благодатью жизненной энергии.

Глаза багбера закатились, а тело застыла, и теперь я могла раскрыть куда более значимую часть своей силы. Пока противники оставались окружёнными воронами, я прочитала ещё одно заклинание и оживила багбера в виде особо сильного зомби. Мертвец поднял свой молот и медленно поплёл в сторону противников.

Всё верно. Я не слабачка, и каким-то там дикарям с топорами не сравниться со мной и моей магией. Пришло время всем это доказать. Оставалось всего три противника, но нас с Ктуком и багбером тоже было уже трое. Ну а вождь Красных Клыков… Что ж, он сам решил сражаться с Угруком один на один.