Лечение

Глава 1. Латардия

Предместья Стонгарта.

Две недели в Латардии.

Язык не нужен, чтобы дойти до Стонгарта. Он почти, как Рим, в который ведут все дороги. Стоит на «перекрёстке», в двух днях пути до Бактрии. Три главные дороги идут по долинам. Вернее, две. Одна длинная, по которой мы прибыли. И ещё одна, на юг, в благодатную южную Оливию. Официальное название – Санвеллия, но у народа свои вкусы. Ему удобнее называть страну по главному товару, который оттуда растекается по всему континенту. Оливки.

Стонгарт похож на разворошённый муравейник. Не сразу после того, как пошуровали палкой, а спустя пару часов. Плотность встречного потока радует. Народ делает ноги от войны. Иностранцы, аристократические семьи. Возможно, кто-то и семейную казну подальше увозит. Небольшая радость от понимания: гостиницы наверняка пустые. К одной из них мы и подъезжаем.

Нам нужна именно эта. Парочку неплохих мы уже миновали, сопровождаемые тоскливыми взглядами персонала. Именно эта, потому что над воротами вывеска «Центр сбора магов всех направлений».

Заезжаем, спешиваемся. Я и Варнак входим внутрь, пара моих воинов остаётся снаружи.

Все постоялые дворы устроены примерно одинаково. Трапезная сразу у входа. Народу немного, подходим к стойке, задаю вопрос в ответ на вопросительное лицо буфетчика:

– У вас там вывеска для магов, – киваю на улицу, – а кто их принимает?

– Вход сбоку, слева, – ответствует розовощёкий служитель еды и напитков.

– Готовить-то тут умеют? – спрашиваю напоследок. – Смотри, я проверю.

С улыбающимся Варнаком выходим и снова заходим. Как и положено мужчинам – слева.

Вот это помещение больше похоже на официальное присутственное место. Большой стол ближе к углу сразу за окном во двор. За столом занимает оборону человек строгого чиновного вида. Слева у стены пяток стульев, ещё один у стола, за который меня и приглашают.

– Имя, возраст, место проживания, направление, ранг, – чиновник вооружается пером и бланком.

С места в карьер! Ни как у тебя дела, здоровы ли родные, ничего такого. Суровый подход. Ну, как хотите…

– Стэнард ди Гревис, шестнадцать лет, место жительства – Триест, королевство Ардания. Маг-целитель высокого ранга.

– Какого именно ранга? – упирается в меня рыбьими глазами.

– Восьмого, – посчитал за лучшее поскромничать.

Но даже скромность производит впечатление. В глазах чиновника появляется нечто, напоминающее уважение:

– Тогда вас надо отправить в распоряжение высшего командования…

– Погодите с отправкой. Я ещё согласия не давал. Какие условия? Сколько будут платить за мою работу?

А вот изумление в его глазах всамделишнее. Какой-то он туповатый.

– Платить? Мобилизованным не платят в общепринятом смысле. Есть денежное довольствие в две кроны в месяц.

– Чего?!

– Скока-скока? – вторит мне Варнак.

– А что не так? Кормить-поить вас будут за счёт королевской казны. А жалованье – это так… – чинуша неопределённо помахал рукой.

– Мне это не подходит, – я встаю.

– Что значит «не подходит»?! – чинуша тоже привстаёт. – Вы обязаны!

– Сами-то поняли, что сказали? – его тупость начинает доставать. – Посмотрите в бумагу, которую только что заполнили. Я – иноземец, подданный арданского короля Гийома Второго. Ваш король не может меня призвать, он может только нанять. Отправьте эту бумагу начальству, пусть оно решает.

Что-то возмущённое и нечленораздельное он ещё кричит нам вслед – не прислушиваюсь.

В этой гостинице требуемого количества мест не оказывается. Едем дальше. Следующая нас не устраивает по такому же требованию. В третьей находятся места для всех. Там вообще с гостями полный швах. Всего пара человек.

– За шестнадцать человек с полным пансионом… – распорядитель что-то высчитывает на счётах, перебрасывая бусинки туда-сюда. – Две кроны в сутки.

Надо же! А наш первый корчмарь без всяких устройств то же самое насчитал.

– А чо так дорого? – влезает Варнак.

Ему отвечают вежливо, почти подобострастно. Сразу видно, как они нуждаются в постояльцах. Даже на слуг свысока не смотрят.

– Поставки идут с перебоями. Разбойники на дорогах стали шалить. Продовольствие дорожает. Так было бы полторы кроны.

Разбойники! Это дело, я прямо возбуждаюсь:

– Давайте сделаем так. Мы вам заплатим за сутки. Завтра съездим за продуктами с моим отрядом и с моими повозками. А вы за последующие дни скидочку нам организуйте.

Просветлённый радужными перспективами распорядитель немедленно обещает сбросить цену до предельно возможной.

– Арданский соверен примете? – снова встревает Варнак.

– Ещё как примем! – нас снова озаряет сиянием молодого лика.

Конечно, он будет доволен. Соверен стоит немного дороже двух крон. Плюс иностранные деньги в военное время пользуются повышенным спросом. Экономия на комиссии у менял. Как я понял, многие едут именно в Арданию. Варнаку, то есть мне, тоже выгода, у нас местных денег очень мало.

За всеми хлопотами с заселением и обустройством приходит время ужина. И важных новостей. Распорядитель Ивент, молодой человек лет двадцати пяти, племянник владельца получает свой звёздный час.

Все слушают, открыв рты. Время от времени кто-то восторженно матерится. Молодой король Бактрии Гарольд Храбрый, хотя по дальнейшему рассказу я бы дал ему прозвище «Наглый», вознамерился присоединить Латардию.

– Никто бы не удивился, если бы он напал на Франзонию, она от нас на севере, – рассуждает Ивент. – Они уже сто лет бодаются. Но почему-то на нас двинул свою армию.

– Хочет перерезать поставки с юга и частично из Ардании.

Предок называет это геополитикой – и чего только он не знает.

– Наверное…

Ивент глядит на меня круглыми глазами, видимо, эта мысль ему в голову не приходила. Ведёт рассказ дальше.

Началось всё почти месяц назад. Латардийцы почти мгновенно почувствовали неладное. Резко сократилось число караванов со стороны Бактрии. Приходили только бактрийские и притом подозрительные. Слишком быстро возвращались. Король Бертран сначала послал в ту сторону разведывательные патрули, а затем закрыл границу.

– Так что неожиданно напасть Гарольду не удалось, – заключает эту часть рассказа Ивент.

Дальнейший поступок Бертрана потряс меня своим изяществом. Он собрал магов-кремнезёмов (так обзывает предок магов земли), и они совместными усилиями сдвинули скалы к реке Роне. Сдвинули серьёзно, так что русло сузилось, а течение резко ускорилось. Войскам теперь напрямую никак, а по горам только узкими и опасными тропами. Повозки там не пройдут, а без обозов армия – не армия.

– Отчего тогда такая суета вокруг? – изумляюсь искренне. – Вы же так мощно отгородились?

Ивент страдальчески морщится:

– Бактрийская армия не отходит. Да и ладно бы, но… ходят слухи, что у Гарольда есть архимаг огня.

Предок мгновенно делает стойку: «Это оно, потомок! Если здесь действительно появился архимаг, его обязательно надо угомонить!»

Не отвечаю. Самому интересно и спорить невместно. Он дал мне такую силу помимо магии, что я фактически уже сам архимаг. Пусть не по рангу, но по возможностям точно.

– А что он может, этот архимаг? Он же по воздуху не летает? – спрашиваю и тут же корю себя за глупость: магам доступны другие направления, только на несколько рангов ниже.

Давно не упражнялся, но кое-что из воздушной магии умею. Как раз на уровне шестого-седьмого ранга. Левитация – штука сложная и энергозатратная, но всё-таки в пределах возможного. Поэтому архимаг сможет преодолеть скальные препятствия.

– Прожечь туннель вдоль реки, – неуверенно отвечает Ивент, мою глупость он не замечает.

– Если сможет, тогда вам конец, – выдаёт неутешительный прогноз Варнак.

Ивент вознаграждает его мрачным взглядом. Но мне удаётся вселить в парня надежду:

– Проход будет узким, латардийцы быстро забьют его вражескими трупами. А маги в первых рядах в атаку не ходят.

Мне тут же приходит в голову идея за бактрийцев. Как им можно преодолеть неприступные скалы. Но огорчать Ивента не стал.

Стонгарт, гостиница «Маунтан».

Утро следующий день.

Готовимся в поход. Возбуждённый Ивент суетится с утра, мои люди окончательно освобождают повозки, гостиница располагает только одной телегой. Им до рынка и обратно хватает.

Дел у меня и без того множество, но вопросы жизнеобеспечения всегда на первом месте. «Война войной, а обед по распорядку», – предок давно поделился мудростью веков. В переложении на мою ситуацию: пока кладовые не заполнены, король подождёт. Ивент уверяет, что обернёмся быстро.

– Пообедать только придётся на ходу, на обратном пути, – предупреждает о предстоящих страшных невзгодах.

– С тебя бочонок пива за счёт заведения, – Варнак часто встревает вовремя и очень по делу.

– Да хоть два! – восторженно реагирует Ивент.

– Договорились, – Варнак ловушку не готовил, но если уж кто попался, то сам виноват. – С тебя два бочонка.

Ивент рот захлопывает, но слово не воробей. Впрочем, не вижу особого огорчения. Пиво здесь любят и умеют варить. Бочонок, вернее, его содержимое тянет на жалкую кучку медяков, тридцать – сорок сантимов, даже пол-лата нет. Лат – это уже серебряная монета, основная денежная единица среди народа. Двадцать лат меняют на золотую крону, которыми заполняют свои кошельки уже дворяне и купцы.

Наконец-то выезжаем. Неожиданно за нами увязывается пара гружёных повозок.

– Лавочники, – недовольно бурчит Ивент. – Как только пронюхали.

– Так возьми с них плату, – даю очевидный совет, – в счёт скидки за наш постой.

– Скоро он нам за наш постой должен будет, – Варнак вознаграждается очередным недовольным взглядом, на что я весело ржу.

Ивент начинает торговаться с предприимчивыми лавочниками уже на ходу, энергично размахивая руками.

До моста добираться легко, дорога имеет небольшой уклон. Да и недалеко.

На мосту стража. По два мечника с каждой стороны. Глядят на нас настороженно и с каким-то ожиданием. На въезде вроде делают шаг с намерением перегородить дорогу, но отступают, когда кладу руку на эфес. Выражение лица соответствующее: «Ну, вякни что-нибудь». Не дождался – ничего не вякают, скромно отступают. На другом конце даже пытаться не стали.

После моста дорога становится тяжелее, уклон сменяется на противоположный. Это, кстати, хорошо, мы пустые едем, а возвращаться будем гружёные, но лошадки этого уже не почувствуют.

Любуюсь окрестностями. Здесь предгорья, сглаженные пологие холмы, горы в нескольких десятках лигов от дороги. Мы едем практически по равнине, только неровной.

Разбойничков обнаруживаем в лощине, пересекающей дорогу. По обе стороны густой кустарник, деревья, хорошее место для засады. Пока мои парни пакуют латардо бандитто, отсылаю половину воинов к разбойничьей базе. Те быстренько пригоняют ещё пятерых. Всего набирается пара десятков. Возвращаю всем толику жизненной энергии, а то замёрзнут, зима совсем близко, иней по утрам.

Ивент наблюдает за нашими действиями, в которых нетрудно заметить привычку, открыв рот.

– Прикинь, Ивент, мы ещё до места не добрались, а уже прибарахлились, – киваю на кучку топоров, ножей, самодельных копий, верёвок, мешков и котомок. – Забирай в счёт нашего проживания.

– Хлам, – парень слегка морщится.

– Это для тебя хлам, а в крестьянском доме даже сломанную подкову выбрасывать не станут.

Грузим. Едем дальше. Вести с собой пленных не стал. Зачем их туда-сюда гонять? К тому же они нас сильно замедлят. Оставил пяток ратников на охрану.

Пару мелких деревень мы пропускаем. Догнавшим нас взволнованным крестьянам обещаем закупки на обратном пути. И вот наконец въезжаем в крупное село. Дворов на сотню или полторы.

Располагаемся на площади. Народ слетается почти мгновенно, и первым в торговую битву с ним вступает Ивент. Несколько крестьян успели скупить пачку мешков и котомок за какие-то мелкие гроши. Затем примчался местный лавочник и забрал всё оптом. Также оптом всё железное или с признаками железа скупил кузнец. На сторону ушли только два топора. Ещё объёмный котёл Ивент прибрал себе.

Парень сияет, но лёгкое облачко беспокойства наползает, когда видит рядом Варнака, скрупулёзно всё записывающего. «Счетовод сраный!» – считываю его мысли.

Лавочники разворачивают свои прилавки. Часть отдают оптом местному собрату. Жизнь в селе буквально закипает. Мои ратники подмигивают местным девкам, те смущаются, но хихикают и не уходят. Даже под суровыми взглядами мужчин – отцов и братьев.

Через некоторое время торговля начинает идти и в обратную сторону. Мы закупаем всё. Нам несут мешки с зерном, мукой, овощами. Одну повозку приспосабливаем для живой птицы. Курятник при гостинице есть. По договорённости пара хозяев забивает по кабанчику. Мои ратники помогают, делать особо нечего, а тут по итогу жаркое задарма. Ну и улыбки молодок. Очень скрашивают жизнь суровым воинам.

– Ваша милость, – Ивент делает мне очень просительные глаза, – не поможете? Денег не хватает. Могли бы крону в счёт проживания вперёд дать?

– Варнак, у тебя мелочи на крону наберётся?

– Только полкроны, – мой помощник пытается жёстко ограничить аппетиты отельера.

– Да я у лавочников разменяю! – возбуждается Ивент и уносится с полученной монетой.

– Точно он нам должен останется, – бурчит Варнак ему вслед.

Пока вокруг меня бушует праздник мена и торговли, всматриваюсь в горы. Не просто любуюсь. Горная гряда, отделяющая Латардию от Бактрии, сильно сужается к реке Роне и стоящей на ней столице. Бактрийцы могут под шумок сделать там дорогу. Маги земли у них тоже найдутся.

На обратном пути нас ждут крестьяне. На лицах прочно угнездилась огромная надежда.

– Ребята, сами видите, – развожу руками. – Нам с такой горкой насыпали, что только в руках нести.

– Да мы бы и сами подвезли, да балуют тут, – кручинятся мужчины.

– Так везите, – пожимаю плечами. – Разбойников мы повязали. С нами вас никто не тронет.

– А обратно? – на лицах сомнение, возвращаться-то на ночь глядя.

– Переночуете, а завтра я вас провожу до места. У меня тут одно дело наклюнулось.

– А вам сено не надо? – надежда на их лицах расцветает и начинает плодоносить.

– Нам всё надо! – за меня веско отвечает Варнак.

– За постой с вас ничего не возьмут, – оборачиваюсь к открывающему рот Ивенту: – Не возьмёшь. Они тебе всё равно помогать будут. То же сено тебе уложат. Чем плохо?

Немного задерживаемся, чтобы пленных покормить. Пришлось похлёбку им варить. Долго ли коротко, возвращаемся к мосту. Мы почти дома. Стража та же, плюс офицер. Судя по шпаге, из благородных. Этот глаза не прячет, останавливает нас одним жестом. Обиженные мной солдаты приободряются.

– Кто такие? Что везём? – его взгляд падает на пешую колонну. – А это кто такие?

– Как «кто»? Не видишь, что ли? Эти славные ребята изъявили горячее желание встать на защиту родной Латардии! Желают вступить в железные ряды королевской армии! – и снизив тон, добавляю: – Всего за пять крон отдам.

– Вы хотели сказать «десять», Ваша милость, – поправляет меня Варнак.

Одобряю. Снова он вовремя. Что за парень!

– Будем считать пять крон взносом в пользу славного короля Латардии! Ему сейчас трудно, надо помочь.

Офицер полностью теряется. Такого оборота явно не ожидал:

– У меня только крона…

– Давай свою крону, – вздыхаю и милостиво соглашаюсь. – Будешь должен.

– И на кой они мне? – с огромным сомнением глядит на потенциальных новобранцев. – Необученные…

– За обученных я бы полсотни затребовал, – хмыкаю. – А ты на что? Офицер ты или где? Обучишь. И будет у тебя не полусотня, как сейчас, а усиленная полусотня.

Растерянность уходит, в глазах начинает что-то крутиться. Крона переходит ко мне. Оборачиваюсь к своим:

– Окорочок и мешок пшена в пользу доблестной латардской армии! – замечаю вскинувшегося Ивента: – За мой счёт.

Это окончательно заставляет офицера согласиться с моим предложением. Он уже по-хозяйски подходит к новобранцам. Останавливаю, спрыгнув с коня:

– Офицер, я маг-целитель. Щас быстренько пройдусь по ним. Они пойдут к тебе здоровенькими и бодрыми. Крепкие солдаты будут, не пожалеешь.

С Варнаком остаёмся, остальных отправляем. В целом мужчины здоровы, убрал у нескольких простуду, что-то подправил по мелочи, пустил тонизирующую волну. Малой мощности, а то разбегутся ещё.

– Ортенс Ларганский, – спохватывается офицер и добавляет: – Безземельный рыцарь на королевской службе.

– Шевалье ди Гревис, – пожимаю крепкую руку. – Стэнард. Прибыл недавно из Ардании.

– По какой причине? – вежливо провожает меня к мосту.

– Недоразумение у меня случилось, – отвечаю туманно. – С арданским королём.

А что? Это же правда! Чего он такими глазами на меня смотрит?

– Заходи в гости. Мы в «Маунтане» остановились. Выпьем по пивку, поболтаем, – запрыгиваю на коня.

С ужином пришлось задержаться на час, но упрекать персонал не за что. Пока всё разгребли и привели себя в порядок, время и прошло.

– Ваша милость! – к столу подходит довольный жизнью Ивент. – С учётом вашей кроны вы мне за последующие два дня ничего не должны.

– Зато ты нам два бочонка пива должен! – немедленно осаживает его Варнак.

Но испортить настроение отельеру ему не удаётся. Ивент хлопает себя по лбу и прыжками несётся в подсобку. Через минуту прямо на столе возникает бочонок на подставке. Напиток наливается культурно, из крана. Народу счастье.

Глава 2. Разведка

Глава 2. Разведка

Стонгарт, мост через Рону.

Утро следующего дня.

– По какому делу? – на той стороне дорогу снова преграждают.

Офицер, незнакомый.

– Ребята припасы в город привозили, – киваю назад, на телеги. – Теперь возвращаются. Ну а я охраняю.

К следующему вопросу рот открыть не успевает:

– А Ортенс где? А-а, вы, наверное, меняетесь. Привет ему передавайте. Я шевалье ди Гревис, Стэнард.

– Корвак, баронет, – представляется офицер и снова не успевает.

– Я Ортенса приглашал, вы тоже заходите. Он знает куда.

– Сопровождение вам надо дать, – офицер, несмотря на неожиданно для него возникшие почти приятельские отношения, пытается не забывать о службе.

– Давайте, – соглашаюсь легко, хотя соглядатаи мне ни к чему.

Если хочешь избежать контроля, иногда надо быстро и легко на него согласиться. Тогда не включается охотничий азарт, пропадает мотив. Затем подкинуть проблем и…

– Конные у вас есть?

– Зачем? Сядут на телеги, они ж пустые.

– Обратно пешком пойдут? Я никого себе в седло сажать не буду. Хотя… а солдаты-девчонки у вас есть? Симпатичные?

Мои ребята – я с двоими – дружно ржут, офицер невольно улыбается и машет рукой: «Езжайте!»

Через полтора часа неспешной езды добираемся до хуторов. Сопровождаем крестьян до самого дома.

– Да тут мы уж сами…

– А вдруг пока вас не было, разбойники в ваши дома забрались?

Никто, конечно, к ним не забрался, а нас накормили простым, но сытным обедом. Как раз время, мы ж не с раннего утра выдвинулись. Я тренировал свои фехтовальные навыки, а мужички ринулись по лавкам, тратить жгущие карман деньги. Сухой паёк мы с собой взяли, но от дармовщинки даже дворяне не отказываются.

Возвращаемся к лощине, в которой вчера прихватили разбойников. Наши мужички объяснили, что она как раз тянется до самых гор. Вот и едем вдоль неё, уже ускоренным маршем. По мере приближения к ним удаляемся от лощины вправо. Я приметил гору, возвышающуюся над остальными, как деревце над кустарником.

Только до неё ещё добраться надо, и с какого-то момента пешком. На подходе в достаточно уютном распадке отдаю команду:

– Здесь останавливаемся, лошадки пусть пасутся, дальше я один.

Воины, как добросовестные служаки, пробуют возражать. Отмахиваюсь. Мне свидетели сейчас даже свои не нужны.

Быстро ухожу из зоны видимости. Мне надо поупражняться. На тренировках бывает всякое, не надо моим подчинённым видеть даже случайно, как их великолепный командир вдруг смешно падает, болтая ногами.

– Привет, Лео, – провожу возникшему рядом барсу по загривку.

Тот взмуркивает и бодает меня головой. Приходится уделять внимание. Соскучился кошак.

– Щас посоревнуемся, – обещаю ему, тактильно наслаждаясь гладкостью его красивой шерсти. – Посмотрим, кто лучше прыгает.

Техника прыжка или кратковременной левитации не так проста. Надо изловчиться. Подпрыгиваю, тут же создаю воздушную подушку под ногами и даю короткий импульс вверх. На самом деле это – воздушный щит, только создаю его не впереди, а под собой. Полагаю, чаще всего он так и применяется. Использовать более-менее эффективно его можно только против стрел. Против арбалетных болтов лучше ледяной или универсальный, который изрядно энергозатратен. Впрочем, для гроссмейстеров не актуально.

Передо мной валун в пару человеческих ростов. Прыжок! Возникшая под ногами невидимая опора рвётся ввысь. Меня опрокидывает назад, ноги увлекаются вверх. Позорно брякаюсь на землю. Хотя земли как раз чуть да маленько, камни под ногами сплошняком. Но я всё равно молодец – успеваю создать воздушную подушку, сильно смягчившую падение.

Ещё не встав, пристально гляжу на Лео. Тот смирно сидит, прижав хвостик. Морду отвернул в сторону. Знаю, что у кошачьих мимики нет, тогда почему мне кажется, что он хихикает?

Со второй попытки удаётся удержать равновесие, и вот я на вершине валуна. Лео вспрыгивает без особого напряжения. Следующие мои прыжки уже не такие размашистые. На собственной шкуре и не первый раз убеждаюсь, что всему надо учиться понемногу и постепенно.

На середине горы приходится отдыхать. Силы восстанавливать. Я уже на высоте порядка пары лигов. Как-то уже отвык от ощущения собственной слабости и ограниченности. Разумом понимаю, что удивляться нечему, не на своём поле играю, но всё равно неуютно. Времени зря не теряю, карабкаюсь так, дага мне в помощь. Шпагу предусмотрительно внизу оставил.

Добравшись до небольшого выступа, на котором можно ровно встать, решаюсь на длинный прыжок. А то как-то Лео на меня с иронией смотрит. Сил я тоже подкопил.

Пришёл к выводу, что взлёт вверх можно начинать с шага вниз – в пустоту. Преодолеть психологический барьер даже не пытаюсь, но нужную схему действий в голове выстраиваю.

Итак, взлёт! Цепляюсь за камни с помощью даги, Лео уже рядом. Ему-то что? Он со своими когтями здесь везде, как по лестницам, ходит.

До вершины немного, но побеждать окончательно этот пик нет никакого желания. И так холодно, а впереди и выше уже всё в снегу и льду. Устраиваюсь поудобнее и всматриваюсь в сторону реки, туда, где граница с Бактрией. Ага! Есть контакт! Вижу то, за чем пришёл.

Некоторое время сижу, обняв Лео и укутав обоих в тепловое одеяло. Это не воздушная магия, так что можно. Присматриваю площадочку далеко внизу. Страшно, а что делать? Лениво мне заметно больше, чем страшно. Надо было верёвку взять, сейчас по ней без проблем спустился бы. Хотя где ещё возьмёшь и как унесёшь верёвку на полтора-два лига? Решено, прыгаю!

– Лео, тебе туда долго спускаться, – показываю ему точку назначения. – Поэтому пока тебя спрячу.

Ну, Праотец мне в помощь! Прыгаю в пустоту…

Уже внизу, глядя наверх вместе с барсом, ругаю себя последними словами. Я ж не тренировал прыжки вниз, какого хрена! Страху натерпелся. Спасло интуитивное понимание: сила тяги вверх воздушного щита зависит от подаваемой энергии. Прямое соответствие с обычным материальным миром, тратишь больше энергии – выше скорость. Поэтому, когда меня потащило вверх, убавил отток энергии из источника. Подёргался ещё при спуске, но вот она – надёжная опора под ногами.

Спускаюсь дальше уже без особого напряжения. Попутно тренирую небольшие прыжки вниз. Приноровился прыгать с высоты двух-трёх ростов, как будто с высокого стола соскакиваю. Лео вот никаких воздушных подушек не надо.

– Отдыхаете? Это правильно, это вы молодцы!

Воин обязан использовать любую возможность для повышения своей боеспособности. Сон – способ накопления и восстановления сил, которые могут понадобиться в любой момент.

– А вот то, что ушами хлопаете, очень плохо, – моё появление парни пропустили в виду своей сладкой дрёмы. – Так что сегодня вечером работаете на кухне.

Они тяжело вздыхают, но оправдаться нечем. По очереди надо дрыхнуть.

Слуг в чистом виде у меня давно нет. Все парни из простых, сами всё умеют. Так что прислуживает очередная дежурная смена из трёх человек. А эти двое сегодня штрафники в помощь кухонным работникам. Так что у тех сегодня вечером праздник. Избавлены от тяжёлой работы.

На ужин мы успеваем и не успеваем.

– Что-то вы долго, – хмурится баронет Корвак при нашем появлении.

– Веди нас к командиру. Есть что ему сказать.

– Доложить, – поправляет офицер.

– Это тебе, а я не на службе.

Переход на ты пропускает, значит, общение налаживается.

Уводит нас за холм, где расположен их лагерь. Народу немного, не больше сотни. Было бы непонятно, почему территория не патрулируется, если б увидел конные подразделения. Нет, чисто пехотная часть и, судя по всему, создаваемая на скорую руку.

Входим в просторный шатёр. Командир трапезничать изволит, приглашает и меня. Поэтому и говорю, что в каком-то смысле на ужин не опоздал. Моих парней тоже усаживают, но подальше, к денщикам.

С удовольствием гляжу на горку дымящейся каши.

– Не обессудьте, шевалье. У нас по-простому. Я – Страссгар, дворянин на королевской службе, сотник.

Некоторое время едим. Когда от ужина остаются лишь напитки, сотник вспоминает о сути моего визита:

– Что вы хотели доложить?

Слегка морщусь, так и норовят меня запрячь.

– Рассказать, господин сотник. У вас карта есть?

Адъютант мигом расстилает перед нами затребованный документ.

– Вот здесь, – тычу пальцем, – заметил шевеления бактрийцев.

– И что это значит? – озадачивается Страссгар, теребя свисающий ус.

– Не знаю. Подозреваю, обходную дорогу строят, но выводы не мне делать.

– Почему я должен вам верить? – смотрит недоверчиво.

– Разве я прошу мне верить? – изумляюсь искренне. – С чего это вы взяли? Ни в коем случае! Я бы сам на вашем месте никому на слово не верил бы.

– А что бы вы сделали на моём месте?

– Знать не знаю! Никогда на вашем месте не был. Доложил начальству, наверное. А там пусть решают, на то оно и начальство, – допиваю лёгкое вино, ставлю кружку с лёгким стуком. – Есть ко мне какие-то вопросы, а то устал я за сегодня.

– Шевалье, на службу к нам не хотите?

– Только наёмником, я ж иноземец. Меня лишь король может нанять. Не вы же мне платить будете.

Сотник погружается в раздумья. Но недолгие.

– Пока вас король к себе не призвал, вы могли бы взять на себя патрулирование по дороге до Кернса, – показывает на карте довольной обширную протяжённость. – Всего два-три дня пути.

– Платить кто будет?

– Так купцы пусть и платят.

А это мысль! Это же не служба, я буду всего лишь согласовывать свои действия с военными. Кернс меня сразу заинтересовал тем, что близко к горам расположен. Сотник бы и дальше меня заслал, но селение находится почти на самой границе, которая в этом месте делает поворот на юг.

Стонгарт, гостиница «Маунтан».

Вечер того же дня.

– Вот! – Варнак показывает мне фиолетовый кристалл размером в пару фаланг сразу двух пальцев. – Всего за восемь крон купил, хотя они по двадцать идут. Вернее, за четыре соверена.

Беру в руки, внимательно рассматриваю на свет. Пускаю немного энергии. Хмыкаю:

– Тебя надули, дружище. Бракованный кристалл, ману не держит.

Аметист едва ли не лучший материал для амулетов и накопителей. Замечательно держит плетения и ману. Лучше только бриллианты, но они сильно уступают размерами и слишком дорогие. Их только короли используют и то из соображений престижа.

Вижу, где трещина, по вытекающей из неё энергии. Хм-м, но если отсечь, то ничего. Останется не меньше двух третей. Утешаю чуть не почерневшего от горя помощника:

– Да ничего. Сходим к ювелиру, отрежет по трещине, в итоге всё равно дешевле получится.

Скорее всего, так же, но мне же успокоить парня надо. А то ведь не заснёт.

Давно хочется сбросить браслеты. Надоели – жуть! Но получается история из категории «хочется и колется». Уж больно соблазнительная защита. Никакая магия не пробьёт, даже целительская, от которой защиты вообще не существует.

Стонгарт, разные места.

Следующий день.

К ювелиру мы сходили. Оставили ему в работу большой бракованный кристалл, чтобы он сделал из него маленький, но хороший. Не такой уж маленький, но и мои надежды на две трети не оправдались.

– Юноша, если вы хотите амулет, а тем более накопитель, – из-под шапочки и выбивающихся седых волос на меня глядели мудрые глаза, которым нельзя не верить, – что для этого нужно?

Уст не размыкал, но всем лицом изобразил крайнюю форму интереса.

– Для этого нужна симметрия! – поднял ювелир палец вверх. – Надеюсь, вы достаточно образованы, юноша, чтобы знать смысл этого слова?

Закивал с дебильным восторгом на лице. Так и удалось хоть немного сбить стоимость столь ценных услуг. Ну, или мне так показалось. «Показалось, – подтвердил предок. – С таким ушлым старичьём сам не буду связываться и тебе не советую».

Уже на улице пришёл к выводу, что как мы с Варнаком ни крутили, а всё так на так и вышло: двадцать крон за кристаллы такого размера. Содрал с нас ювелир два соверена, но получится изделие примерно в два раза меньше. Ну, может чуть больше половины останется.

Зато дал честную скидку за три аметиста. Мы же кучкой хотели взять. Так что заплатим не тридцать, а двадцать пять крон. Сразу не стали брать, с собой столько денег нет.

Через полчаса стоим у врат на территорию королевского дворца.

– Я вас сейчас парализую, – смотрю на несгибаемых стражей ворот взглядом королевской кобры, – и всё равно пройду. Оживлю, когда вернусь.

Ну ничего не хотят делать! Потребовал занести факт моего визита в журнал посещений. Такого нет!!! О том, чтобы пропустить в приёмную хотя бы для подачи прошения, даже слушать не хотят. Требуется специальное разрешение, подписанное капитаном дворцовой стражи. Где находится капитан?! На территории дворца, с-сука!

Стражи слегка бледнеют, но не сдаются. Гвозди б делать из этих людей!

– Командира вашего сюда, быстро!!! – гаркаю так, что даже Варнак от меня отпрыгивает.

Один из них всё-таки срывается с места и так быстро переставляет ноги, что кажется, будто он едет на колесе. Ибо страшен я в гневе. Любой будет страшен, если сумеет вызвать в собеседнике выброс гормона страха.

Прибежавшего командира удаётся заставить подать рапорт по команде. Если не порвёт и не выбросит по дороге, до капитана стражи дойдёт инфа, что к королю Бертрану желает наняться маг-целитель восьмого ранга.

Может, надо было честно указать, что я гросс? Здесь не угадаешь, где найдёшь, где потеряешь. Приходит в голову ещё одна идея, возвращаюсь, благо мы отошли недалеко.

– Посольство Арданское где? – снова здороваться со стражниками не вижу смысла.

Нахмурившийся при моём появлении стражник слов не тратит, показывает рукой: «там».

Улица Дворцовая, Посольство Ардании.

Хоть и Дворцовая улица, но не так уж близко к дворцу. А то я хотел уже удивиться благосостоянию канцелярии внешних сношений Его Величества Гийома Второго. Ведь чем ближе к центру, тем дороже недвижимость. Хотя можно снимать, а не покупать.

Здесь со мной были вежливее, совсем хорошо себя начинают вести, когда удаётся доказать, что я арданский аристократ. Помогает бумага от пограничников.

– Титульный барон Евлан, – достаточно молодой мужчина в аккуратном мундире протягивает руку.

Замираю, задержав рукопожатие. Как-как? Не пойму, задался нынешний день или нет. Выдыхаю, отпускаю руку посланника. Показалось!

Посол внимательно выслушивает мою просьбу. Она элементарна: пробить мне аудиенцию у короля по своим каналам. Выслушивает со всем вниманием, согревая меня обаятельной улыбкой:

– Прошение в королевский секретариат я могу подать, – улыбка становится извиняющейся и более широкой. – Только там никто не пошевелится, пока не подогреешь.

Намёк понятен, а посланник становится чем-то неприятен. Такие мужчины хороши при соблазнении светских дам. По эффективности подобны паукам, только действуют по-другому. Выпускают столько патоки, что неосторожная жертва вязнет, как муха.

– Пять соверенов понадобится, не меньше, – разводит руками.

– Вы прошение подайте, барон, – ловлю его на слове, раз может, то пусть действует. – Главное – возьмите с них расписку, что прошение принято…

– Два соверена, – рубит мои надежды не платить совсем.

– Хорошо, – удерживаюсь, чтобы не поджать губы. – Как положите передо мной расписку, сразу получите пару соверенов.

– Так дела не делаются, – пробует возражать.

– Именно так и делаются, – встаю. – Платят всегда при получении товара, а не за обещание его когда-то дать.

Явно расстраивается, суетится вокруг меня уходящего, что-то объясняет.

– Вы не понимаете, барон, своей выгоды, – со вздохом объясняю уже на воздухе, морозном, но приятным, как холодное пиво. – Если мне удастся приблизиться к королю, это поднимет влияние – и ваше личное, и нашего королевства. А раз таких простейших вещей не понимаете, то вы не на своём месте.

Внешняя приветливость жесткими словами сдирается, как осенняя листва безжалостным вихрем.

– Если бы вы что-то могли, за вами все бегали бы сами, – оказывается, улыбка на его лице не на жёсткой привязи. Куда-то исчезает.

– Вы совершенно неправильно рассуждаете, – тоже смотрю на него с неприкрытой холодностью. – Вы правы только в последнем. Ко мне действительно выстроилась бы очередь, если бы люди знали, что я могу. Только никто не знает, вот в чём дело.

– И что вы можете, кроме излечения от насморка?

Вот это мне нравится, а то всё улыбочками сладкими потчует.

– Например, это.

Посланник пошатывается и медленно опускается на главную опорную точку тела.

– Я вас не всех сил лишил, а только половины, – объясняю ему свою глубочайшую и мудрую политику. – Мог бы полностью и сразу сотню человек. Я не замечу разницы, – мой голос непроизвольно лязгает на последних словах. – Отдыхайте, барон. К утру придёте в себя, я же не зверь какой…

– Вы что, боевой маг? – вслед шелестит слабый голос.

– Вы – идиот, барон! Любой маг в ранге магистра и выше – боевой.

*(Магистр – седьмой ранг, напоминание от автора)