Лаванда в осеннем городе

Глава 1

Лёгкий ветерок властной рукой прошёлся по верхушкам деревьев. От этого прикосновения тут же посыпались на землю разноцветные листья. Казалось, природа даже рада тому, что скоро настанет пора погрузиться в глубокий длинный сон. А ветер решил не останавливать свои игры: подхватил один из красных кленовых листочков и пронёс его над шпилем местной церкви, над разноцветными домиками со старыми железными крышами, над печными трубами, смешиваясь с белёсым дымом, и понёс свою ношу вдаль, за оранжевые холмы прямо к морю.

Лаванда уткнулась лбом в холодное стекло автобуса. Она проснулась рано утром, чтобы собрать оставшиеся вещи и попрощаться с маленькой квартиркой, ставшей ей домом за последние несколько лет. А теперь судьба уносила её далеко от привычной, казалось, жизни, возвращая обратно в городок, где Лаванда выросла. Девушка чувствовала себя словно тот кленовый лист: её легко подхватили и унесли с насиженного места.

Когда она была маленькая, дети в шутку называли этот город «осенним», потому что этот сезон был здесь удивительно красивым и самым длительным по сравнению с остальными временами года. Начиная с августа деревья меняли свой цвет, окрашиваясь в яркие краски и стояли вплоть до ноября, радуя глаз. В сентябре, пройдя по главной улице, невозможно было найти дом, где бы ни готовили яблочный пирог или тыквенный суп. А в местной кофейне предлагали всегда свежий глинтвейн, пахнущий уютом и пряностями.

Мимо проносились густые леса, заправки и мотели, а Лаванда, как и всегда, представляла себе нечто волшебное. Она с детства любила придумывать для вещей иной облик или значение. Если лес, то обязательно жилище страшного зверя с огромными когтями, но доброй душой. А ещё лучше пусть это будет заколдованный принц. Если заправка, то это конюшня для волшебных лошадей, питающихся радугой или водой из особого источника. Наверное, поэтому, когда она выросла, вопроса о будущей профессии перед ней не стояло. Лаванда была писателем, но, к сожалению, пока что только в душе.

Когда фантазии кончились, она столкнулась с суровой реальностью. Повезло, что родители поддерживали её начинания, иначе бы пришлось несладко. И когда они попросили её присмотреть за домой и жирным котом Сэмом, она тут же подхватилась и поехала. Может, она и думала, что это будет отличным шансом написать что-то свежее и привлекательное для редактора, кто знает.

Мимо промелькнули очертания кладбища, скрытого деревьями, затем река со старинным каменным мостом и заросший сад заброшенного поместья. Лаванда уставилась на знакомые места, сжав подлокотник до онемения в пальцах. Каждая клеточка тела сжималась в ней отнюдь не от приятного волнения, а от стыда. Ей было стыдно возвращаться сюда не «на коне». Но где-то глубоко в душе девушка верила, что вернётся в свою маленькую квартирку и будет творить в голоде и нищете прямо как писатели XX века, пока какой-нибудь редактор не разглядит её талант. И тогда она станет богатой дамой и утрёт нос всем друзьям по детским играм. А пока ей оставалось только вжиматься в кресло автобуса в надежде, что никто не узнает её, увидев в окне.

Глава 2

Автобус остановился на окраине города у маленького магазинчика со смешным названием «Латук». Лаванду всегда веселило, что кто-то решил назвать что-то в честь салата. Отсюда рукой было подать до дома родителей. Она подхватила из рук водителя свой чемодан, щелчком вытащила ручку и покатила его по дорожке. Стараясь не выдать своего волнения, девушка несколько раз споткнулась, чуть не упала на ровном месте, запуталась в чемодане, но дошла без видимых травм.

Дом её родителей был светло-зелёного цвета, двухэтажный, с маленьким балкончиком и ухоженным участком. С другой стороны от дороги было красивое озеро, окружённое редким лесом. Окна комнаты Лаванды как раз выходили туда. И каждый раз она грезила, как со дна поднимается огромный спрут или морской доисторический динозавр. Но, увы, ничего такого не произошло за всё то время, сколько она здесь жила.

Открыв калитку, девушка неспешно пошла по дорожке до крыльца, не забыв проверить почтовый ящик. Даже здесь пахло яблочным пирогом, хотя родители уже несколько дней как были в круизе. Видимо, весь город пропитался этим запахом так, что их теперь нельзя было воспринимать отдельно друг от друга.

В доме стояла неприятная прохлада. Лаванда скинула туфли, своё любимое тёплое пальто в клетку и принялась затаскивать чемодан на второй этаж. После этого решено было растопить камин, включить отопление и переодеться. Лаванда точно знала, что о еде можно было не беспокоиться: наверняка мама забила холодильник перед поездкой.

Переодевшись, она отправилась на поиски «рыжего чудовища», как она ласково называла родительского кота Сэмюэля или просто Сэма. Эта зверюга, породы мейн-кун, теперь часто занимала кровать в комнате Лаванды, судя по фоткам её мамы в соцсетях. Но, видимо, антипатия у них с Сэмом была взаимной, потому что кот спрятался, услышав шаги Лаванды в коридоре. Битый час она искала его по всему дому. Плюнув и решив, что когда-нибудь Сэм захочет есть и выйдет, она отправилась на задний двор к дровнице.

Можно вечно смотреть на три вещи: как течёт вода, как горит огонь и как Лаванда пытается унести из поленницы дрова для камина. Получалось у неё, мягко говоря, не очень. Но она поставила перед собой цель: устроить как можно более уютный день в своём старом доме. Устав от разборок с дровами, она решила разложить вещи, принять ванну и либо отправиться в город, либо зависнуть перед экраном телевизора.

После ванны Лаванда варила себе кофе и рассматривала десятки контейнеров с едой, когда услышала протяжное «мяу».

— Здравствуй, чудовище, — поприветствовала она Сэма, сладко потягивающегося после долгого сна. После второго «мяу» она уже ставила ему миску с едой.

— Потерпим друг друга месяцок, а, рыжий? — Лаванда неловко потрепала кота по холке. Он настороженно посмотрел на неё, затем вернулся к своей миске. Она восприняла это как согласие.

Второй завтрак был плотнее, чем первый. После насыщения приятной волной накатила усталость. Лаванда прилегла на диван перед так и не зажжённым камином, и забылась крепким сном без сновидений.

Проснулась уже вечером. В доме царил неприятный мрак. Со странной тревогой внутри, Лаванда начала искать телефон. С помощью фонарика ей удалось добраться до выключателя. Мягкий свет озарил пространство, на секунду ослепив её. Тревожность не прошла, но в освещённом доме было спокойнее. Поняв, что план отправиться в город провалился, она пошла разжигать камин и выбирать фильм.

Внезапный стук в дверь разрушил последние надежды провести вечер спокойно. Лаванда обернулась к прихожей с мыслью, насколько она взрослая, чтобы сделать вид, что никого нет дома. Но пришла к выводу, что яркий свет из окон выдал её и, понурив голову, пошла открывать.

На пороге стоял юноша со смешно взъерошенными тёмными волосами. Эти вихры были у него с начальной школы. Лаванда расплылась в улыбке, когда узнала своего друга детства Тома. А он смотрел на неё со смесью удивления и враждебности.

— Том! Привет, — она протянула ему руку. Он пожал её спустя мгновение, а лицо его озарила догадка.

— Лаванда! Надо же, сколько лет, сколько зим!

Старые друзья замолчали на минутку, рассматривая друг друга.

— Ты так повзрослела, — выдал Том, переминаясь с ноги на ногу. — А я проходил мимо и увидел свет. Подумал, что в дом кто-то влез. Твои родители не предупреждали, что ты приедешь.

— Том, ты что, совсем? Кто будет включать свет, если залез грабить дом? — Лаванда громко рассмеялась. Так они общались в школе – вечно подшучивая друг над другом. От воспоминаний по её телу разлилось приятное тепло.

Том не сразу понял, а потом разразился хохотом.

— Хоть внешность стала лучше, характер у тебя всё такой же Лаванда, — ответил он, подмигнув ей. Они ещё немного постояли в неловком молчании, когда она сообразила, что стоит пригласить его на чай.

— Спасибо, но откажусь. Сегодня ужинаю у родителей. Если захочешь, можем завтра пропустить по стаканчику в нашем баре. Теперь-то уж можно, мы совершеннолетние.

Лаванда не ответила ни да ни нет, лишь красноречиво пожала плечами. На этом они попрощались. Закрыв дверь за своим школьным другом, она прикрыла глаза. Сделав глубокий вдох, Лаванда попыталась обратно собрать свои мысли. Волнительный момент прошёл, а сколько их ещё будет! Осенний городок только кажется больши́м, на самом деле, здесь все друг друга знают. И, к большому сожалению Лаванды, всё помнят.

Глава 3

Что-то защекотало нос. Лаванда чихнула и тут же проснулась.

— Сэ-э-эм, — недовольно пробурчала она, отворачиваясь от довольного своей проделкой кота.

— Мяу-у-у, — протяжно мяукнул он, требовательно похлопав Лаванду лапой. Она со стоном посмотрела на часы, весящие над комодом. Большая стрелка безжалостно указывала на цифру семь.

— И, конечно же, часик-другой без свежей еды ты бы не продержался, да? — спросила Лаванда у кота, нехотя вылезая из-под тёплого одеяла. Она быстро привела себя в порядок в ванной, натянула домашнюю пижаму и спустилась кормить рыжее чудовище. Сэм довольно прыгал по ступеням за ней.

Включив кофемашину, Лаванда разогрела кусок яблочного пирога и плюхнула на него шарик ванильного мороженого. Устроившись за барной стойкой, она задумчиво уставилась в окно. Разноцветные деревья выглядели ярче на фоне серого неба. Девушка задумалась о том, чем сегодня хотела бы заняться. И стоит ли принять приглашение Тома. Если она пойдёт в бар, то, очевидно, повстречает многих жителей города, которых видеть бы не хотела. Но также очевидно, что пока она здесь живёт, будет глупо скрываться в доме. В конце концов, это и её город тоже. Она имеет право здесь находиться, несмотря ни на что.

— Прошлое стоит оставить в прошлом, — прошептала она вслух, смакуя кусок пирога.

После завтрака Лаванда решила оборудовать себе рабочее место. Её старый письменный стол требовал усовершенствований. Разложив на нём рукописи, блокноты с заметками, ручки и фломастеры, она потянулась за ароматными свечами. Поставив на середину стола ноутбук, она чиркнула спичку и зажгла свечу с надписью «Пряное яблоко». Спустя две минуты комнату наполнил сладковатый аромат корицы и яблок. Лаванда открыла ноутбук, нашла нужный файл и кликнула два раза. На экране появился лист с огромной надписью «Глава 1». А дальше ступор. Она раскрыла все свои заметки, вспомнила, что записывала куда-то в телефон небольшой план новой книги. Пока она возилась, прошло уже несколько часов.

За окном теперь светило солнце, вдохновляя птиц на трели. Мимо неспешно проезжали машины. Чей-то кот забрался на забор дома её родителей и теперь пытался заинтересовать спящего на окне Сэма. А перед Лавандой так и висели все те же буквы.

Она постучала ногтями по столу, нехотя отодвигая компьютер. Видимо, сегодня не тот настрой, нужно прийти в себя после дороги и внезапной встречи со старым знакомым. Девушка глубоко вздохнула, но решила не грызть себя, а спуститься на первый этаж и выпить горячий чай.

До вечера Лаванда пыталась выжать из себя хотя бы строчку, но её постоянно что-то отвлекало. То взгляд цеплялся за красивую книгу из коллекции её матери, и она тут же тянулась за ней, с наслаждением перелистывая страницы. То музыка в наушниках сменялась «той самой песней, под которую хотелось танцевать». И она вставала и танцевала, перемещаясь с пола на кровать, представляя, что поёт на сцене перед ревущей толпой. И таких отвлечений было множество.

Когда за окном начались фиолетовые сумерки, Лаванда решила, что всё-таки пойдёт на встречу с Томом. Ей хотелось выглядеть хорошо, раз она собралась показаться в единственном баре осеннего городка. Оценив себя в зеркале, она ухмыльнулась и пошла вниз. Сэм вальяжно вытянулся на диване перед камином, делая вид, что его ничего не интересует, кроме сна. Но ухом повёл, когда Лаванда пробежала мимо. Она оставила ему включённый торшер, а сама открыла дверь и смело шагнула за порог родительского дома.

В баре пахло орехами и пивом. Удивительно, но здесь не стоял сладковатый запах яблок или тыкв. Лаванда огляделась, судорожно расстёгивая пуговицы на пальто. Вдоль стен стояли видавшие виды столы, украшенные подсвечниками из бутылок. Из-за одного такого стола ей приветливо помахал Том. Лаванда неловко помахала в ответ и пошла было к столику, когда сбоку раздался свист.

— Фью, вы посмотрите, кого занесло в нашу глубинку! Лаванда собственной персоной, — она не видела говорившего, у неё не получалось узнать его голос. И оглядываться ей не хотелось. Она решила проигнорировать выкрик, но ей не дали:

— Что же это ты даже не поздороваешься?

Нехотя, Лаванда повернулась. За барной стойкой сидело несколько человек. В тусклом свете лампы она смогла разглядеть только бармена — мистера Кросби, которого она хорошо знала с детства, как заносчивого и неприятного человека; мистера Хорида и мистера Икерфельда — дружков бармена, таких же противных мужчин. Когда она была маленькая, они с Томом любили представлять их троллями, охраняющими своё сокровище: бочонок пива.

— Э-э-э-э...Здрасьте, — ответила Лаванда и пошла к столику, где её уже заждался Том.

— Тьфу, ну и молодёжь пошла: как была в детстве социопаткой, так и осталась, — прошипел Кросби, сплёвывая на пол, продолжая протирать стаканы.

Том потянулся обнять Лаванду, но она вовремя увернулась и присела на край стула. Ему ничего не оставалось, как сделать вид, что он поправляет что-то на одежде, затем сесть к ней. Они заказали пива и стали болтать о том, кто чем занимался после школы. Время текло тягуче, медленно. Лаванда постоянно ёрзала на стуле: то смотрела на часы, то проверяла оповещения на телефоне, то смахивала невидимую пылинку с одежды. Том этого не замечал, продолжая болтать без умолку. А когда заметил, что Лаванде неудобно, решил закончить вечер на приятной ноте. Она была этому рада. Ей хотелось спрятаться от всего мира в своей скорлупке. Лаванде казалось, что все смотрят только на неё. Оценивающе, едко, ехидно хихикают у неё за спиной. Она снова погружалась в оцепенение, которое не ощущала с самого детства. С последнего дня в этом городе.

Закончив пить пиво, Том вызвался проводить её домой. Всё её нутро вопило «нет», но вслух сказала «да». Почему друг детства вызвал у неё такие эмоции – ей ещё предстояло разобраться. Продолжая разговоры ни о чём, они довольно быстро добрались до дома её родителей.

— Это мы ещё не вспоминали наши детские игры! — напоследок сказал Том, шутливо ткнув Лаванду в плечо. Внутри неё всё сжалось, когда она начала вспоминать их игры. А точнее её игры.

— Может, как-нибудь в другой раз, — вежливо ответила она, закрывая дверь.

Не раздеваясь, Лаванда медленно сползла по входной двери на пол. Сэм почувствовал неладное, спрыгнул с дивана и улёгся в паре сантиметров от её ног. Лаванда обхватила голову руками, вся сжалась и так и просидела ещё час.

Глава 4

Лаванда решила, что утро, начавшееся с прогулки, может плавно перетечь в замечательный день. Хотелось забыть скучный вечер в компании старого друга. Том запомнился ей смешным, отзывчивым и лёгким, но годы его изменили. Или она изменилась до неузнаваемости. Хотелось ли ей разбираться в себе? Скорее нет, чем да. Проветрить голову точно не повредило бы.

Взяв с собой термос с кофе и бутерброд, Лаванда сунула всё в рюкзак и вышла из дома. Бодрой походкой она направилась в то место, где обожала бывать в детстве. Идти туда было от силы двадцать минут: стоило всего лишь обогнуть озеро, и перед ней открылся потрясающий вид на заброшенное поместье. Лаванда залюбовалась пейзажем. Этот дом принадлежал богатейшей семье городка, но то ли из-за несчастного случая, то ли из-за плохой репутации, его так и не восстановили. Мальчик из этой семьи учился вместе с Лавандой. Он был замкнутым, практически не имел друзей, иногда по-дурацки подшучивал над ней. Девушка ловила его взгляд на себе, но он тут же отворачивался с таким выражением лица, будто жабу поцеловал. Они заговорили однажды, но этот разговор едва ли их сблизил. А после они больше не виделись.

Лаванда смело шагнула дальше, оставляя позади озеро и пролесок перед участком с оградой. За чёрными шипами скрывался заброшенный сад. Отсюда можно было разглядеть разбитую крышу оранжереи, где некогда выращивали красивые цветы на продажу. Она не помнила этих времён, ей рассказывала о них бабушка. Лаванде представлялось, что это не просто оранжерея, а портал в королевство фей. Феям так не понравилось, как используют цветы, которые они выращивали, что пришлось наслать проклятье на эту землю. Вот почему семья покинула особняк. Наверняка так оно и было. Улыбнувшись, она пошла дальше.

Лаванда помнила, что где-то в ограде был лаз, заботливо спрятанный кустами и сучьями. Почти с первого раза ей удалось его найти. Отодвинув ветви, она пригнулась и залезла на территорию. Сразу же её встретила крапива во весь рост, любезно покачивая широкими листами. Чуть дальше от забора был разбит лабиринт из мелкого кустарника. Поплутав немного по нему, эффектно обходя выползших улиток, она заметила среди кустов тропинку. Раздвинув ветви руками, она пошла по ней, пытаясь вспомнить, куда же та ведёт. Неожиданно для самой себя, девушка попала к старой площадке с разбитым фонтаном, откуда был выход на городское кладбище. Площадка была сложена из серого камня и врезана в холм. Отсюда был виден кусочек города и шпиль старой церкви, в которой службы проводили лишь по больши́м праздникам. А где-то внизу, куда бежала лестница, виднелись могилы, обозначенные крестами и чёрными памятниками. Она заметила среди деревьев серого ангела, покрытого грязными дорожками из-за дождя. Почему-то именно он всегда притягивал в детстве её взор. Поклонившись ему, Лаванда развернулась и пошла обратно.

Вместо той дорожки, по которой она пришла, Лаванда свернула в противоположную сторону и оказалась у разбитой оранжереи. Стёкла покрывала грязь и опавшая листва. Дверца внутрь болталась на одной петле, протяжно завывая от дуновения ветра. Лаванда осторожно заглянула внутрь. Высокие грядки для цветов заросли сорняком, фонтан в центре сооружения кто-то сломал, так что осталась только ножка для чаши, крыша была усыпана кривыми дырами. Здесь больше не росли розы и астры, поражавшие своим великолепием местный жителей, не разносился под стеклянной крышей их терпкий аромат. Оранжерею забыли, как и старый дом. Пришло время встретиться и с ним лицом к лицу. Лаванда пошла дальше, оставляя холодный стеклянный купол позади.

Девушка оказалась на подъездной дорожке. Прямо перед ней в золотистой листве деревьев, стоял заброшенный особняк. Он смотрел на неё чёрными дырами выбитых окон. Лаванда тут же живо представила, как дверь-рот зашевелилась шепча:

— Здравствуй, старый друг. Давно не виделись. А я всё тут же, стою на своём месте.

И ей хотелось ответить:

— Здравствуй, старый друг. Я хоть и уезжала, но тоже стою на том же месте.

Она улыбнулась, пряча улыбку в шарф. И хотела было пойти дальше, но вдруг услышала сзади:

— Лаванда?

Она обернулась. Перед ней стоял Себастиан Стоун собственной персоной. Он возмужал с тех пор, как они виделись в последний раз. Светлые, почти белые волосы были коротко острижены, в голубых глазах отражалось удивление, прямой нос, словно позаимствовали у статуи, острые скулы, которые делали лицо недоброжелательным. Он был подтянут, ему очень шло чёрное пальто, в которое он был одет. Руки в кожаных перчатках сжимали зонт.

— Здравствуй, Себастиан.

Так они и застыли, глядя друг на друга и гадая, чем эта встреча для них обернётся.

Глава 5

Лаванда задумалась, а затем обнаружила себя идущей рядом с Себастианом по дорожке, ведущей к заброшенному особняку. Они продолжали молчать, лишь изредка кидая друг на друга опасливые взгляды.

У крыльца Лаванда на миг остановилась, разглядывая балюстраду на террасе второго этажа. Раньше каждый столбик украшали виноградные лозы, сделанные из металла. Теперь же настоящие лозы опутали своими зелёными руками дом, медленно уничтожая его. Краем глаза она заметила движение рядом с собой. И, повернувшись, с удивлением обнаружила, что Себастиан также остановился, но разглядывал её, а не украшение дома. Девушка молча опустила взгляд на носы своих ботинок и поспешила вперёд.

Они одновременно нажали на ручку массивной входной двери. Та со скрипом поддалась, впуская внутрь незваных гостей. Лаванда и Себастиан окинули взглядом холл: две лестницы взбегали наверх, соединяясь в площадку на втором этаже; впереди настежь открытая дверь приглашала на кухню, а двери по сторонам — в гостиную и гараж. Они знали план дома как свои пять пальцев. Себастиан ухмыльнулся и поднял подбородок , отчего белоснежные волосы засияли серебром.

— Здесь я впервые увидел тебя, Лаванда, — от холода в его голосе появилась хрипотца. Девушка лишь вскинула бровь, будто безмолвно попросив парня объясниться.

— Я прятался на втором этаже, когда вы пришли. Вон там, — он указал рукой на левую часть площадки наверху. Там и сейчас стоял большой цветочный горшок, способный спрятать за собой не только ребёнка, но и взрослого. — Мне не хотелось лишнего внимания в тот день, поэтому я предпочёл остаться на своём месте.

— Ты никогда не любил наши игры, — отозвалась Лаванда, пройдя вперёд. Ей было странно находиться так близко к нему. А Себастиана будто ничего не смущало. Он пошёл за ней, стараясь не прерывать их странный контакт.

Они вышли в кухню, а оттуда к бассейну. Огромная яма, полная мусора, смотрела на Лаванду своими голубыми глазами-плитками. Тысячи глаз. Волосы на затылке зашевелились. Девушка подошла ближе к краю, опуская взгляд всё ниже. Голубая бездна продолжала смотреть на неё, будто говорила: снова ты, мы ждали тебя.

В следующий миг всё произошло очень быстро. Вот она стоит над бассейном и тут же лежит на Себастиане, носом уткнувшись ему в грудь. Стараясь перевести дыхание, Лаванда никак не могла связать два события. А когда почувствовала, что грудь парня вздымается так же быстро, как и у неё — задумалась. Неужели он испугался?

— Ты чего? — рвано прошептал Себ.

— А ты чего? — толкнув его в грудь, девушка поднялась.

— Я тебя спас. Если бы не я, то ты улетела бы в бассейн, — без эмоций ответил он. Констатировал факт.

— Жители города сказали бы тебе спасибо, что избавил их от сумасшедшей, — отшутилась Лаванда, сама от себя такого не ожидая.

— Почему ты так решила? — удивился Себастиан

— Не хочу сейчас говорить на эту тему. Но спасибо, что пытаешься поддержать.

— Я не...

Внезапно с неба посыпались маленькие капельки. Молодые люди бросились в дом, спасаясь от накрапывающего дождя. Он всё нарастал, и вот уже не видно сада и фонтана за потоком воды. Лаванда и Себастиан стояли у окна вдвоём, наблюдая, как меняется мир вокруг. В серой дымке дождя было что-то мистическое, волшебное. Лаванда уже рисовала в своём воображении разных существ, скрытых пеленой. То это были огромные драконы, размером с поместье, то гордые грифоны с серебристыми крыльями.

— Дождь стихнет, и пойдём к воротам. Я оставил машину там. Сможем отогреться, и я отвезу тебя домой. Ты же у родителей остановилась?

Себастиан так резко прервал молчание, что девушка не сразу поняла его вопрос. Поэтому ему пришлось его повторить.

— Да, да, спасибо, — почти шёпотом ответила она.

Они дождались, когда дождь стихнет. Вышли из дома и бросились бежать по подъездной дорожке сквозь туман, словно им снова было по десять лет.

У ворот был припаркован чёрный «Крайслер». Себастиан открыл дверь Лаванде, помог сесть, и только потом сел сам. Он завёл машину и включил обогрев. Девушку накрыло тёплой волной, так что она не заметила, как уснула.

Лаванда очнулась, когда дождь уже закончился. Машина Себастиана стояла около калитки её дома, а сам он что-то напряжённо читал в телефоне.

— Надолго я отключилась? — испуганно спросила она.

— Часа на два. Видимо, тебя вымотало путешествие в прошлое, — на его лице появилось что-то наподобие улыбки, что очень удивило Лаванду.

— Почему не разбудил? У тебя наверняка были дела.

— Можешь не беспокоиться о моих делах, они никуда не убегут. А вот ты можешь, — почти шёпотом закончил он и сам будто испугался, что сказал это вслух. Они смотрели друг другу в глаза, осознавая сказанное. Лаванда тоже испугалась. Она не могла понять, что нужно от неё парню, который всю жизнь, как ей казалось, её призирал.

— Спасибо, что подбросил и что спас у бассейна. Я пойду.

Она уже открыла дверь и спустила одну ногу на асфальт, как Себ произнёс:

— Ты не хочешь поужинать завтра? У меня дома.

По телу Лаванды забегали мурашки. Она обернулась на него, ожидая увидеть ухмылку на его лицо. Но он говорил серьёзно.

— Хорошо, давай, — неожиданно для себя ответила она.

Уже дома, высушивая волосы феном, Лаванда не смогла сама себя ответить на вопрос: зачем она согласилась?

Глава 6

На следующее утро она проснулась и осознала, что сегодня у неё ужин в доме Себастиана. Лаванда открыла глаза и не сразу смогла понять, где она. Затем, узнав свою комнату, она начала вспоминать вчерашний день. И испытала неимоверный ужас. Мурашки забегали по телу, она вся покрылась потом, отчего стало липко и неприятно. Душ не помог избавиться от чувства страха.

А чего она боялась? Он не выглядел тем же мальчиком из прошлого, который избегал и презирал её, как ей казалось. Они уже давно выросли, детские игры остались позади. Хочет ли она узнать, каким он стал? Тряхнув головой, Лаванда сделала глоток свежесваренного кофе и открыла ноутбук. Слова «Глава 1» встали у неё перед глазами немым укором. Она выбрала свечку для своего сегодняшнего настроения, полистала тетрадку с планом и нежно провела пальцами по клавишам.

Снова что-то было не так. Неудобный стул? А может стол? Вид из окна не тот? Девушка подхватила компьютер и плюхнулась на кровать. На экране так и продолжал светиться пустотой белый лист. Лаванда хотела было начать печатать, но что-то её остановило.

Она переходила от одного места к другому. Диван в гостиной, барная стойка на кухне, переднее крыльцо, заднее крыльцо. Но всё было тщетно. Наконец закончив мучиться, она выключила ноутбук, положила его на письменный стол и решила больше не браться сегодня за работу.

Спустя два часа, проведённых за чтением приятного романа, она услышала стук в дверь. На пороге возвышался Том. Он лукаво ухмыльнулся, увидев её в домашней пижаме.

— Доброго утра! Мне показалось, что наш вечер прошёл не совсем так, как мне бы хотелось. Предлагаю попробовать ещё раз, — и он лучезарно улыбнулся ей. Лаванда лишь пожала плечами, но решила дать другу детства второй шанс. Кто знает, может, они оба чувствовали неловкость после стольких лет разлуки, поэтому всё пошло наперекосяк?

Быстро одевшись, девушка намотала свой любимый полосатый шарф на шею и вышла к Тому. Они пошли до центра города, где сегодня была воскресная ярмарка. Несколько цветастых палаток стояли оплотом на центральной площади у фонтана. В лотках каждой из них лежали разнообразные товары: от мыла ручной работы и вязаных носков до тыкв и помидоров с грядок местных жителей.

Они взяли по чашке горячего шоколада в кофейне напротив площади и неспешно пошли мимо палаток, рассматривая товары.

— Ты не рассказывала, чем занималась в городе, — начал разговор Том.

— После учёбы мне хотелось сосредоточиться на творчестве. Я решила, что будет правильным заниматься целый год книгой. Увы, моих стараний не оценило пока ни одно издательство. Куда бы я ни отправляла рукопись — везде отказ.

— Ты с детства обладала удивительной фантазией! Вспомнить хотя бы ту девочку… — Том резко замолчал, а Лаванда тут же остановилась. Она так сильно сжала в руках стаканчик с какао, что напиток пролился ей на руки.

— Извини, я не нарочно, вернёмся в кофейню, помоешь руки, — затараторил Том, отбирая стакан с коричневыми подтёками у девушки.

В туалете кофейни Лаванда с особой тщательностью намыливала руки. Ни один участок ладони не должен был остаться без внимания. Она боялась поднять взгляд на зеркало. А собственно, что она могла там увидеть? Призрак из детства? Глубоко вдохнув и резко выдохнув, она посмотрела на своё отражение. Всё было как обычно, только волосы немного взлохматились от ветра на улице. Криво улыбнувшись сама себе, она вышла из туалета. Страх никуда не делся, но, как это бывало и раньше, Лаванда постаралась скрыть его за милой улыбкой.

Когда она подошла к другу, он улыбался ей с особой тщательностью. Том старался держать лицо, это было видно. Лаванда чувствовала напряжение в воздухе между ними, и ей это совсем не понравилось. Сейчас ей нужен был друг, а не фальшивая улыбка. Но, девушка решила не замечать этого, а продолжить наслаждаться сегодняшним днём как ни в чём не бывало. Она обязательно подумает об этой ситуации вечером, когда останется наедине с самой собой.

Недалеко от главной площади, в тупике между баром, книжным магазином и магазином цветов, местные жители устроили самодельную танцплощадку. Там и сегодня играла весёлая музыка из колонок. Том потащил Лаванду туда, желая отвлечь её от инцидента. Он резко втащил её в толпу танцующих, ловко подхватив под руку. Парень закружил девушку в такт играющей мелодии так резво, что у неё перехватило дыхание. Она запрокинула голову назад и громко засмеялась. Танец подействовал на неё неожиданно оживляюще. Из головы пропали все тяжёлые мысли, осталась только приятная веселящая пустота.

После танцев, они пошли обедать и долго болтали. Почему-то сегодня Лаванда ощущала себя рядом с Томом легко. Будто и не было тех лет, которые они провели порознь. Инцидент с какао забылся, а разговор лился и лился, мерно перетекая от одной темы к другой. Том предложил продолжить в баре, а она была рада, что этот чудесный день не заканчивается. Опомнилась она только тогда, когда Том провожал её до дома, а над головой блестело звёздами осеннее небо.

Видимо, она резко изменилась в лице, так как парень тут же спросил, что произошло. Лаванде не хотелось рассказывать ему о своих необычных отношениях с Себастианом, которые и отношениями назвать было нельзя. Поэтому она замотала головой и сказала:

— Ничего! Вспомнила, что не оставила еды Сэму. А потом вспомнила, что всё-таки оставила. Пустяки, да и только, — она неловко переминалась с ноги на ногу. — Ну, спасибо за чудесный день! В этот раз получилось лучше, как думаешь?

Он не ответил, а лишь потянулся, чтобы поцеловать её. Такого она не ожидала, поэтому резко отшатнулась, случайно нажав на ручку двери. Дверь тут же открылась, и девушка со всего размаха упала в коридор. Ушибленное бедро неприятно ныло. Вся раскрасневшись, она не могла взглянуть на Тома. Он помог ей встать, а затем, что-то пролепетав на прощание, поспешил уйти. Вечер закончился для неё двойным конфузом.

Поглаживая мурчащего Сэма на диване, она думала о Себастиане. Как он отреагировал, когда она не пришла на ужин? Расстроился или, наоборот, обрадовался? Может, это приглашение было формальностью? Обычной вежливостью. Ей не хотелось думать о большем. В голове тут же всплыли воспоминания о том, как она рухнула на него у заброшенного бассейна. Его быстро вздымающаяся грудь, белоснежные волосы, прилипшие ко лбу, взволнованный взгляд серых глаз.

Лаванда затрясла головой, пытаясь выкинуть этот странный образ. Она попыталась переключиться, начав вспоминать сегодняшний день. События мелькали перед ней, но остановились на неудачном поцелуе на крыльце. Краска стыда тут же залила её лицо, а бедро больно заныло, напоминая о падении. Уткнувшись в подушку, девушка не заметила, как провалилась в красочный сон.

Глава 7

Лаванде было стыдно. И это было не то чувство, когда в детстве взял второй кусок пирога, хотя всем положено по одному. Эмоции накрывали её с головой, периодически заставляя останавливаться. Она резко бросала любое дело, будь то наливание кофе в кружку или чтение книги. Девушка покрывалась мурашками и живо представляла себе лицо Себастиана. Его испепеляющий взгляд, направленный в её сторону. Как он поджимает губы и отворачивается, не сказав ни слова.

Почему он внезапно стал ей так важен, Лаванда понять не могла. Была ли это благодарность за спасение от падения в пустой бассейн или незакрытый гештальт с детства? Быть может, он просто-напросто понравился ей, как только она увидела его спустя столько лет? Девушка не могла нащупать правильный ответ, но чувствовала, что подбирается всё ближе к истине.

Ей захотелось мороженого, и это была достаточно веская причина, чтобы выйти из дома. Натянув пальто прямо на домашнюю одежду, она короткими перебежками двинулась в сторону «Латука».

Входная дверь звонко блямкнула, оповещая продавца о новом посетителе. Лаванда, не ожидавшая этого, укуталась глубже в шарф и быстро двинулась в сторону холодильников. Естественно, она не заметила покупателя, тихо вышедшего из-за стеллажа с продуктами. Девушка со всей силы влетела в незнакомца, по инерции отшатнувшись назад. Когда она подняла взгляд, вместо извинений у неё вырвалось:

— Ты что, сам ходишь в магазин?

Перед ней стоял Себастиан с корзиной для продуктов в руке.

— Здравствуй, Лаванда, — вместо ответа невозмутимо произнёс он. Девушке хотелось многое ему сказать, но она лишь кивнула и решила промолчать. Сгорая со стыда, она попыталась быстрее добраться до холодильника и сбежать домой. Но, внезапно для девушки, раздался голос Себа:

— Я обидел тебя таким приглашением?

Она ошарашено обернулась, не понимая, о чём он говорит.

— Не назвал время, не подумал о том, как ты доберёшься. Я бы не согласился на такой ужин, — он криво ухмыльнулся уголком губ, внимательно смотря ей в глаза. Лаванда лишь кивнула, не понимая, что ему ответить. Никто и никогда из её молодых людей не думал о таких вещах.

— У тебя есть планы на сегодня? Я отпустил всю прислугу, поэтому готовить придётся самим. Но паста получается у меня неплохо.

Лаванда не поверила своим ушам. Она улыбнулась попытке Себастиана снова пригласить её. И на этот раз девушка решила согласиться и всё-таки прийти.

— Паста звучит отлично!

— Тебе нужно время или можем сразу поехать?

Она чуть было не согласилась поехать сразу, но потом вспомнила, что до сих пор стоит в пальто, наброшенном на пижаму.

— Мне нужно домой, а после этого могу в любой момент.

— Давай я отвезу тебя, и по пути договоримся?

Она кивнула, а он улыбнулся ей, наверное, впервые в жизни. Лаванда не понимала, почему он так настойчиво хотел общения с ней. Может, его тоже грызла совесть, а может, хотелось поговорить с человеком, который давно покинул этот город?

Расплачиваясь на кассе, она поздоровалась с владелицей, а по совместительству, кассиром «Латука». Разговор шёл нормально, пока женщина внимательно не посмотрела на Лаванду и не сказала:

— Бедная девочка, как жаль её. Ты всё ещё вспоминаешь о ней?

— О ком? — только и смогла спросить Лаванда. Девушку будто парализовало. Она не видела и не слышала ничего вокруг.

— О Веро́нике, — произнесла продавец имя, от которого у Лаванды подкосились ноги. Себастиан вовремя успел подхватить её под локти. — О боже, тебе дурно? Может воды?

— Спасибо, кажется, Лаванде нужен свежий воздух, — ответил за неё Себ, сгребая одной рукой покупки, а другой выводя девушку прочь.

Едва они вышли за порог, как девушка кинулась к ближайшему кусту. Ещё немного и её бы стошнило. Себастиан учтиво держал в стороне её вещи и не смотрел. Немного отдышавшись, Лаванда подошла к нему.

— Тебе лучше?

— Да, — коротко ответила она, забирая у него свои покупки. - Ужин ещё в силе?

Он удивлённо на неё посмотрел и утвердительно кивнул. А затем также молча протянул ей руку. Она оценила этот жест. Когда девушка взяла его под руку, они неспешно двинулись к машине. Доехав до дома, Себастиан высадил её у калитки, пообещав заехать через два часа.

Времени было достаточно, чтобы привести себя в порядок. Она старалась занять свои мысли, чтобы не вспоминать о происшествии в магазине. И почему именно сегодня должно было это всплыть? Лаванда быстро-быстро перебирала вещи, развешанные в шкафу. В попытках найти что-то подходящее для обеда в компании Себастиана, она выудила светлый свитер и джинсы. Обычно? Да, зато в её стиле. Ей не хотелось притворяться кем-то другим перед ним.

Внезапно в ушах загудело. На секунду ей почудилось, что кислород перекрыли. Лаванда пыталась сделать вдох, но ей не удавалось. Девушка открывала рот, словно рыба на песке, в бесполезных попытках сделать вдох. Она резко села на пол, прижала голову к коленям и закачалась взад и вперёд. Лаванда вспомнила, как делала это в детстве, когда паника накрывала её с головы до ног. Напряжённое тело начало расслабляться. Лёгкие всё больше и больше наполнялись кислородом. Девушка замедлила движения и села, опершись на стену. Паника отступала. Она посидела так ещё немного, пока наглый кот не пришёл клянчить еду.

Спустившись на кухню, она в ужасе посмотрела на часы. Буквально через две минуты должен был приехать Себастиан. Она хотела начать суетиться и бегать по дому в поисках неведомо чего, но в последний момент передумала. Спокойно покормив кота, она собралась и вышла из дома. Оказалось, что если не паниковать, то успеваешь делать всё быстрее. Опоздала она буквально на десять минут. К её удивлению, машина Себа уже стояла у калитки, когда она вышла на крыльцо. Она отметила про себя его пунктуальность.

Себастиан вышел из машины, как только Лаванда повернула ключ в замке. Он хотел подойти к ней и открыть дверь, но что-то остановило его. Они стояли и пристально смотрели друг на друга, а вокруг бушевала разноцветная осень, и ветер уносил вдаль ароматы яблочных пирогов.

Глава 8

Дом семьи Стоун располагался в не менее живописном месте, чем разрушенный особняк. Стоило только выехать за город и проехать пару километров по дороге между вековыми елями, как вы оказывались в чудесной долине с голубыми озёрами. Здесь даже воздух был другой: чище, свежее.

Лаванда залюбовалась возвышающимися вокруг зелёными гигантами, которые так ярко выделялись на фоне разноцветных деревьев других пород. Она никогда не была в этой части пригорода, поэтому дала волю воображению. Ей чудилось, будто за ними наблюдают три злые сестры-ведьмы. Они, конечно же, готовят ужасное зелье, способное погрузить весь осенний город в беспробудный сон. Но в качестве последнего ингредиента им нужна магия любви. И ведьмы уже нашли ту самую парочку, способную помочь с заключительным этапом приготовления зелья.

Лаванда резко выпрямилась и захлопала глазами. Стоп, что она сейчас подумала?

— Мне остановиться? Тебе нехорошо? — обеспокоенно спросил Себастиан, стараясь не отвлекаться от дороги. Лаванда постаралась расслабиться, отгоняя свои фантазии. Себастиану о них знать необязательно.

— Всё нормально. Извини, если напугала. Просто почудилось, — ответила она, снова отворачиваясь к окну.

— О, это твои сказки, да? Ты всегда что-то сочиняла в детстве.

Для девушки было удивительно, что именно он помнил об этом. Хоть Себастиан и не состоял в их компании, откуда-то парень знал один из её секретов. Лаванда думала, как спросить, откуда он знает. Однако ответ на этот вопрос не заставил себя долго ждать.

— Я подслушивал иногда. Не специально, конечно. Но мне было любопытно. Я даже пробовал рисовать то, о чём ты говорила, — девушка изумлённо посмотрела на Себа. Сегодня он раскрывался перед ней с новой стороны.

— Покажешь?

— Возможно, когда-нибудь. Мы приехали.

Из-за деревьев показалась светлая крыша с тёмными дымоходами, а затем появился и сам дом: двухэтажный из светлого кирпича, с окнами в пол. Если бы слово «роскошь» стало домом, то, несомненно, уступило бы дому Стоунов. Лаванда нервно сглотнула, но решила взять себя в руки и не показывать своего восторга. Себастиан остановился у въезда в гараж и помог девушке выйти из машины.

— Не хочешь ещё немного задержаться на свежем воздухе?

— Нет. Предпочту холодной улице тёплый камин.

Он кивнул своим мыслям и повёл её к основному входу. Они только вошли в тёплый коридор, как Лаванду начало клонить в сон. Переживания, внезапная паническая атака, холод, внимание Себастиана — всё разом свалилось на неё в один день, не дав передохнуть. И даже мороженое сиротливо лежало в пустой морозильной камере, дожидаясь возвращения девушки.

Лаванда пыталась взять себя в руки, но иногда не получалось скрывать зевки от Себастиана. Он предложил ей на выбор карбонару или пасту с креветками, а после посмотреть любой фильм на её вкус. Лаванда не сразу поняла, почему Себ предложил кино вместо разговора, но согласилась.

Стол в столовой представлял собой единый массив из дерева и был таким длинным, что фантазия Лаванды тут же нарисовала небольшой моторный самолёт, заходящий на посадку. Она выбрала карбонару и не ожидала ничего экстраординарного. Однако, Себастиану удалось её удивить: оказалось, что он отлично готовит, пусть и простое блюдо. Они толком не поговорили с парнем во время еды, перекинувшись лишь несколькими дежурными фразами.

Из столовой, минуя коридор, они отправились в гостиную. Там было прохладно, от чего девушка поёжилась и неосознанно потёрла ладони о плечи. Этот невольный жест не укрылся от Себастиана, и он тут же разжёг камин. Девушка опустилась на диван, наблюдая, как парень следит за разгорающимся пламенем. Её взгляд привлекли его руки, такие тонкие и изящные, какие бывают только у музыкантов или художников. Может, он продолжал совершенствовать своё мастерство, если в детстве пытался рисовать её фантазии? Себ обернулся и заметил, как она следит за ним. Лаванда покраснела и попыталась скрыть это, уткнувшись носом в ворот свитера. Парень ухмыльнулся и подсел к ней. А затем протянул к девушке руки, будто желая обнять. Лаванда боялась пошевелиться, продолжая наблюдать за ним. Ей в нос ударил терпкий аромат его кожи, такой приятный, что хотелось вдыхать его как можно дольше. Сердце бешено колотилось в груди, отдаваясь пульсацией в висках. Его руки будто случайно коснулись её плеч, а взгляд серых глаз внимательно следил за её реакцией. Он наклонился ещё ближе, его тёплое дыхание защекотало её ухо. Лаванда прикрыла глаза, не понимая, зачем она это делает. Чего она ждёт от него прямо сейчас?

И тут на её плечи опустился плед. Она не успела осознать, что произошло, а Себастиан уже сидел на расстоянии вытянутой руки и был чем-то очень доволен. Он уточнил, какой бы фильм она хотела посмотреть. Все мысли в её голове были сосредоточены на его запахе и близости, поэтому она не сразу смогла вспомнить название фильма, который хотела предложить.

— Как насчёт «Легенд осени»? — сохранять контроль было непросто, но ей удалось задать вопрос не заикаясь.

— Отличный выбор, — похвалил он и включил телевизор. Огромный экран засветился и тут же потух перед вступительными титрами. Лаванда попросила у Себастиана подушку и удобно устроилась на диване. Ей стоило расслабиться, ведь ничего не произошло. Они сидят на достаточном расстоянии друг от друга, чтобы не допускать странных мыслей. Но, мысли так просто не заткнёшь. Пока дремота не опустилась на её веки, девушка продолжала думать, как иначе могла закончиться сцена с пледом.

Лаванда очнулась, когда за окном уже стемнело. В парке у дома Стоунов уже зажглись фонари. Девушка потянулась, не сразу поняв, где она лежит. Открыв глаза, она встретилась со взглядом серых глаз. Он внимательно разглядывал её, следил за каждым изменением в лице. Ей казалось, будто её читают, словно открытую книгу. Казалось, ещё немного и Себастиан Стоун оказался бы внутри её мыслей, узнав, что она о нём думает.

Лаванда резко встала, чуть было не ударившись лбами с парнем.

— Извини, долго я спала?

— Фильм кончился около часа назад, — бесстрастно ответил он, убирая с колен подушку, на которой ещё секунду назад лежала девушка.

— Почему ты меня не разбудил?

— У меня дежавю, или этот диалог уже был у нас? Ты хотела спать, как только мы приехали, зачем мне было тебя останавливать? Очевидно, что сегодня ты пережила эмоциональное потрясение. Тебя не то, что не нужно было останавливать, тебя стоило насильно уложить спать.

— Думаю, только что ты сказал больше слов, чем за все наши встречи, — произнесла девушка вслух то, что первое пришло ей на ум. Парень улыбнулся и кивнул, соглашаясь с её высказыванием.

— Пожалуй так. Я нарочно предложил посмотреть фильм, понимая, что ты уснёшь. Как отдохнула? — он смотрел на неё со странным огоньком в глазах. Будто человек, чья затея шла по плану. Лаванда испугалась. Какое место в этом плане отведено ей? Он хочет играть или же у него на уме нечто иное? Пока она не узнает наверняка, не стоит так резко сближаться с этим человеком.

— Отвези меня домой, пожалуйста, — вместо ответа выпалила Лаванда. Затем вскочила со своего места и исчезла в коридоре, оставив позади нахмурившегося Себастиана.

Глава 9

Что-то поменялось. В воздухе чувствовался аромат ванили, а не тыквы, как обычно. Ванили и чего-то терпкого. Этот запах преследовал, затуманивал разум, не давал покоя. Или дело было не в новом аромате, а в Лаванде?

Прошло три дня с их обеда с Себастианом. Он так и не объявился, да и девушка не была уверена, что хочет с ним говорить. Она никак не могла нащупать ту ниточку, которая смогла бы раскрутить её чувства. И наконец-то понять: чего Лаванда хочет от Себастиана? Она решила абстрагироваться от мыслей о нём и погрузиться в творчество.

И внезапно для неё самой, на чистом листе Лаванды начали появляться слова. Она не успевала за мыслью, отбивая по клавишам быстро-быстро всё то, что накопилось внутри. Первая глава была готова, а за ней и вторая, и третья. К концу дня Лаванда чувствовала себя измотанной, но абсолютно счастливой. Она уверенно поставила галочки напротив глав в плане книги, расслабленно села на стуле и уставилась на небо за окном. На город мягко опускались сумерки.

И в этот момент на неё накатила волна нежности, которой она не ощущала уже несколько лет. Ей захотелось увидеть его. Снова почувствовать его запах, который преследовал её несколько дней. Осмелиться коснуться его красивых рук, провести ладонью по щеке, заглянуть в его глаза. Но девушка боялась, что эти чувства испытывает только она. Что, если они встретятся, и она начнёт действовать — всё покатится в пропасть? Ведь она больше никогда не сможет посмотреть ему в глаза.

Она спустилась в гостиную, заварила себе чашку чая и разожгла камин. Лаванда сидела у огня, поглаживая кота, и думала: а что если рискнуть? Может, сто́ит пойти на это, чтобы раз и навсегда решить этот вопрос? Она всё равно скоро уедет из этого города, и они никогда не увидятся. Так что же ей терять?

Тут в дверь позвонили. Лаванда замерла прислушиваясь. В её голове тут же завертелись фантазии, что на пороге стоит Себастиан, ждёт, когда она выйдет, чтобы сказать ей, как он скучал. И попросит её больше не расставаться никогда. И как у них всё будет великолепно, будто в сказке.

Пока она мечтала, неожиданный гость позвонил в дверь. Лаванда встряхнула головой, отгоняя от себя навязчивые мысли, встала и подошла к двери. В её мечтах на крыльце стоял Себастиан. Сделав глубокий вдох, она открыла.

На пороге стоял Том. Разочарованию Лаванды не было предела. Но она держала свои эмоции при себе.

— Привет! — произнёс Том, сопроводив это забавным жестом.

— Привет! — глухо отозвалась Лаванда.

— Я подумал, что сегодня такой прекрасный вечер. Почему бы не позвать старого друга куда-нибудь выпить или прогуляться.

Девушка задумалась. Перспектива провести вечер в раздумьях и мечтах её не прельщала. Тем более в ожидании чего-то эфемерного от Себа. Поэтому она решила, что лучше пойти проветриться, пусть даже в компании Тома. Девушка быстро оделась и вышла на улицу. Они вышли за калитку и направились в центр города. А через пять минут к дому Лаванды подъехал чёрный «Крайслер».

Алкоголя ей не хотелось, поэтому девушка предложила Тому посидеть в кофейне. Гулять долго из-за холода было тоже некомфортно. Он согласился, поэтому теперь они сидели, попивая какао, и молчали, каждый думая о своём. Первым нарушил молчание парень.

— Я слышал, что ты теперь общаешься с Себастианом Стоуном. Как он тебе?

— Он отличный парень. Не знаю, почему мы не общались с ним в детстве, — честно ответила Лаванда. Том нахмурился.

— Он же был одиночкой. Если честно, таким и остался. Его семья держится особняком, хоть им и принадлежит бо́льшая часть заведений в городе.

— Может, мы были несправедливы к нему. Дети жестоки, сам знаешь.

— Но от тебя никто не отвернулся, даже несмотря на историю с Вероникой.

Девушка вздрогнула, руки задрожали так, что пришлось приложить усилия, чтобы чашка не выпрыгнула на пол.

— Почему ты решил сейчас это вспомнить?

— Беспокоюсь о тебе. Вдруг Себастиан преследует не самые благородные цели. Высмеять тебя или что-то такое, — бесстрастно произнёс Том. — Я вот никогда тебя не подставлял.

— Ты знаешь что-то о Стоуне, чего не знаю я?

— Конечно. Это ведь он всем рассказал про Веронику.

У Лаванды земля ушла из-под ног. В ушах зазвенело. Ей захотелось на свежий воздух, поэтому она вскочила из-за стола, даже не взяв пальто.

Над осенним городом стояла тихая звёздная ночь. Стоило сделать выдох, и изо рта тонкой дымкой вверх поднимался пар. Девушка стояла у кафе, глядя на небо. Том врёт ей или же говорит правду? Как Себастиан мог общаться с ней, зная, что стал причиной её страданий в детстве?

Внезапно ей на плечи кто-то накинул пальто. Она подумала, что это Том, и уже было обернулась поблагодарить его, но встретилась со взглядом серых глаз.

Себастиан стоял рядом с ней в одном чёрном свитере, а его пальто укрывало её от холода. Она не успела ничего сказать, как на улицу выбежал Том с её одеждой в руках.

— Стоун, привет! — недружелюбно свернул глазами парень.

— Здравствуй, Том, — безэмоционально произнёс Себ.

— Может, хватит приставать к Лаванде? Её есть кому защищать. И уж точно от тебя ей ничего не нужно.

— Том, я думаю, что сама могу решать, от кого мне нужна и не нужна помощь, — внутри Лаванды забурлила злость. Он не имел права решать за неё. Никто из них не имел.

— Это правда, что ты рассказал всем о Веронике? — повернулась девушка к Себастиану.

Парень молчал слишком долго, а затем медленно кивнул. Она скинула его пальто с плеч, схватила своё у Тома из рук, и, одеваясь на ходу, крикнула:

— Отстаньте от меня оба!

— Лаванда, всё не так, как ты думаешь, — прокричал ей вслед Себастиан. Она слышала, что сзади началась возня, но оборачиваться не стала. Пусть разбираются сами, не маленькие. Детские игры кончились.

Девушка шла, не чувствуя холода от шока. Ей не хватало воздуха. Неужели во всех её несчастьях, насмешках, виноват тот, кому она была готова подарить своё сердце? Лаванда не понимала, чем заслужила это, что сделала не так.

В смешанных чувствах она дошла до дома, где её встретил чёрный «Крайслер». Себ выскочил из машины быстрее, чем она успела открыть калитку. Он преградил ей путь, пытаясь поймать её взгляд, но она упорно отворачивалась. В конце концов, он схватил её за руку и повернул к себе.

— Лаванда, давай поговорим, прошу тебя! — в его возгласе было столько отчаяния, что оно накрыло их обоих с головой.

— Нам не о чем разговаривать, — как отрезала, сказала девушка. — Как ты мог?

— Если ты не хочешь слушать меня, сходи на кладбище к памятнику в виде ангела.

Она, наконец, подняла на него взгляд, полный непонимания. Под правым глазом Себастиана фиолетовым цветом расцвёл фингал, а на губе уже алела свежая царапина. Лаванда не сдержалась и провела пальцами по губам, а затем и по синяку. Ей не хотелось верить в то, что сказал Том. Ей хотелось, чтобы это было ложью. Себ задержал дыхание и прикрыл глаза. Одной рукой он всё ещё держал девушку за руку, а вторую положил ей на талию.

— Я знаю, что ты мне не веришь, — шёпотом произнёс он. — Но всё, что ты знала — ложь. И пока ты сама в этом не разберёшься, я не хочу бередить твои раны.

Он нежно перехватил её руку и прижал к губам. Невесомый поцелуй согрел её лучше любого какао.

— Но я хочу, чтобы ты знала: я буду ждать.

С этими словами он отпустил её, сел в машину и уехал. Лаванда стояла одна на пустынной улице, и слёзы лились из её глаз.

Глава 10

10 лет назад

Лаванда сидела на качелях. На площадке было пусто, но девочке это нравилось. Она обожала находиться здесь и представлять, как вокруг неё мир оживает. В траве что-то заискрилось, зашевелилось, и прямо перед ней оттуда вылетела маленькая фея в платьице из цветка и блестящими крылышками. Деревья зашумели, глядя на неё огромными жёлтыми глазами. Девочка не испугалась, а наоборот приветливо замахала ручкой волшебным существам.

— Кому ты машешь? – раздался рядом звонкий голосок. Лаванда обернулась и увидела перед собой девочку с длинной рыжей косой в нарядном платьице. Она внимательно наблюдала за Лавандой, с интересом глядя туда, где та только что видела фею.

— Деревьям, — честно ответила малышка.

— Я хочу с тобой! Можно?

В её взгляде было столько энтузиазма, что Лаванда растаяла. Она не посвящала в свои фантазии всех подряд. А эта рыжая девчушка так быстро запала ей в сердце, что уже не казалась чужой. Они играли целый день, пока мама не позвала Лаванду домой. Сидя за ужином, девочка делилась с родителями историями о своей новой знакомой. Её звали Вероника, она недавно переехала с родителями в новый дом напротив дома Лаванды.

Лето подходило к концу, скоро начиналась учёба. Лаванда и Вероника каждый день встречались и играли то там, то тут. Они успели сходить в маленький поход в соседний лес, половить рыбу на озере, встретить рассвет во время ночёвки у Лаванды дома. Это была та искренняя детская дружба, которая, кажется, будет длиться всю жизнь.

В школе Лаванда училась хорошо, но порой приносила домой плохие оценки. Родители не ругали её, а подбадривали каждый раз. В очередной такой день Веро́ника была рядом. Они сидели в комнате Лаванды, рассматривая картинки в старом журнале.

— Ты очень расстроилась из-за миссис Хилл? Она бывает грубой, но сегодня превзошла саму себя.

— Я сама виновата, что не выучила параграф. Но ты права, кричать — это не выход. Самое неприятное, что она права: нужно тщательнее готовиться к урокам.

Вероника взяла её за руку и пристально посмотрела в глаза подруге:

— Запомни, никто не имеет права кричать на другого. Тем более из-за глупого параграфа по биологии. Кому вообще понадобится информации о внутренностях лягушки?

Они засмеялись, и Лаванде стало легче. Поддерживающий друг рядом – это то, чего так не хватало девочке. Каждый день наполнялся особенным волшебством рядом с Вероникой.

— Ты — моя лучшая подруга, мы всегда будем вместе, — говорила ей Вероника, и солнце освещало её лицо в веснушках. Лаванда всякий раз брала её за руку в такие моменты и чувствовала, что это правда. Куда бы она ни пошла, у неё всегда будет рядом верный друг.

Так они и дружили несколько лет, а потом в один день Вероника исчезла. Она не пришла в школу, не пришла на площадку, где они всегда встречались, чтобы отправиться в импровизированное путешествие. Лаванда пыталась выяснить, что произошло, но взрослые будто воды рот набрали. Никто так и не смог ответить ей что-то внятное.

Со временем Лаванда забыла тот день, будто память сама решила вычеркнуть этот момент. Отчего-то её родители приняли решение отвезти дочь к психологу. Девочка не понимала, зачем это нужно, но, раз мама и папа так сказали, она послушалась.

Кушетка в кабинете была жёсткой. На стенах висели дипломы в рамочках, шкаф у окна был наполнен одинаковыми серыми папками с фамилиями. На столике у кушетки стояли стеклянный кувшин с водой, стакан и пачка салфеток. Лаванда ощущала себя не на своём месте. Здесь не получалось вообразить себе фей и гномов: всё было стерильным, без намёка на волшебство.

В кабинет вошла высокая сухая женщина с коричневым пучком на голове, в строгом сером костюме и очках с толстыми стёклами. Она подошла к шкафу, нервным движением схватила папку с фамилией Лаванды и села напротив девочки.

— Итак, — начала она, — тебя зовут Лаванда?

— Да, — тихо ответила девочка, вся сжавшись под внимательным взглядом карих глаз психолога.

— Расскажи мне, что произошло?

Лаванда нехотя поделилась с ней, что не знает. Родители почему-то настаивали, чтобы она пришла сегодня сюда. И, как послушный ребёнок, она сделала так, как они сказали. Женщина что-то записала, просмотрела папку и сказала:

— У тебя была воображаемая подруга. Давай обсудим этот момент.

— Как воображаемая? – всё ещё шёпотом спросила девочка.

— Ты обладаешь богатой фантазией, так написано в твоём профиле. Последнее время твои оценки ухудшились, это может быть связано с потерей воображаемого друга?

— Но Вероника была настоящей!

— Иметь воображаемого друга – это нормально, Лаванда. Многие в твоём возрасте через это проходят. Давай обсудим, почему его потеря так на тебя повлияла.

— Но Вероника не воображаемая! Она живая! – кричала девочка. Психолог продолжала настаивать на своём. Внутри Лаванды поднялось доселе неизведанное чувство злости. Ей хотелось разнести этот стерильный кабинет, разбить все дипломы в рамочках, кувшин и стакан. Только бы ей поверили. Да и как такое было возможно? Они вместе ходили на занятия и ночевали у неё дома. Конца сеанса девочка не дождалась. Она пулей вылетела из кабинета психолога, заливаясь слезами.

Потом был психолог из соседнего города. Затем психолог из интернета и, психолог из другой страны. И везде ей говорили одно и то же: ты придумала себе подругу, это нормально, так бывает со многими детьми, в этом нет ничего необычного. Но, глухая боль в груди подсказывала, что это ложь. Все ей лгали. Как бы она ни старалась переубедить взрослых, все твердили одно: Вероника выдуманная, её не существовало.

Лаванда всё больше закрывалась в себе. В школе у неё были друзья, помимо Вероники, но она перестала с ними общаться. Том однажды пришёл к ней домой, прихватив яблочный пирог от своей матери. Стояла осень, первый школьный год без Вероники. Лаванда сидела в своей комнате, отказываясь выходить. Он сидел у её двери, рассказывая, как прошло его лето и как они с друзьями ходили на рыбалку и лазили в особняк. И что все скучают по ней. Но девочке было больно слушать об этом. Она сидела на кровати, прижимая подушку к животу, и плакала навзрыд. Ей не хотелось существовать в этом мире без своей второй половинки. Пустоту не заполняли даже фантазии.

А потом что-то сломалось внутри девочки. Лаванда решила, что раз её так упорно хотят убедить в обратном, значит, это и есть истина. Она придумала Веронику. И как только она убедила всех в том, что верит в это, её перестали возить к психологам. Вот только жители города помнили всё.

Сначала дети начали подтрунивать над ней каждый раз, когда она делилась своими фантазиями. Затем к ним присоединились взрослые. Кто-то относился с пониманием, но основная масса считала своим долгом ткнуть в незажившую рану. Куда бы она ни пошла, везде встречались те, кто поднимал эту тему. Она мучилась несколько лет, убеждая себя, что эти люди имеют право судить о ней. Что они имеют право указывать на её, как ей казалось, глупую ошибку.

В конце концов, не выдержав травли, она попросила родителей перевести её в другую школу, а лучше в другой город. Подходила пора выпускных экзаменов, поэтому мама была против. Кое-как закончив учёбу, Лаванда сбежала в университет. Туда, где никто не знал, что у неё была выдуманная подруга, что она до сих пор ищет фей в траве и до сих пор ждёт, когда раздастся телефонный звонок и на другом конце прозвучит голос её второй половинки:

— Мы всегда будем вместе.

Так пролетело несколько лет. С родителями она предпочитала встречаться на нейтральной территории и думала, что никогда не вернётся в родной город. А когда мама попросила присмотреть за котом, пока они будут в круизе, постаралась убедить себя, что все забыли ту давнюю историю про её воображаемую подругу. Но реальность оказалась жестокой.

Стоя на улице, выпуская пар изо рта, Лаванда думала: верить ли Себастиану? И только ангел на кладбище мог помочь ей понять, кто же лгал ей: Себастиан или все остальные.

Глава 11

Лаванда вошла в дом, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Перед ней стоял выбор: отложить поход на кладбище до утра или отправиться прямо сейчас, чтобы узнать правду немедленно. У девушки тряслись руки. Она закрыла глаза, сделала глубокий вдох. Внутри всё кричало, что этот вопрос ей хочется решить сегодня. И открыв глаза, Лаванда знала ответ. Она схватила в кладовке у отца огромный фонарь, укуталась в цветастый шарф и вышла на улицу.

Холод дыхнул ей в лицо. Звёзды над головой блестели, будто подмигивая девушке. Она сжала кулаки и отправилась в своё неожиданное путешествие. Но на этот раз оно было не волшебным. Страх сковал всё тело Лаванды, но она упорно отгоняла от себя навязчивые мысли о том, какой опасный путь был выбран.

Дорога до кладбища пролегала через лес. Он встретил Лаванду тёмными силуэтами деревьев, которые тянули к ней свои кривые руки-ветви. Она шла вперёд, озираясь вокруг. То тут, то там, раздавались шорохи и скрипы. От каждого звука сердце замирало, и Лаванда останавливалась, задерживая дыхание. Сомнения съедали её: может, стоило остаться дома и пойти утром? Но воспоминания о её подруге, обо всех годах несправедливости и стыда, заставляли девушку двигаться вперёд.

Впереди она увидела чёрные ворота и забор кладбища. Вздохнув с облегчением, Лаванда ускорила шаг, и в мгновение ока, оказалась перед ними. Свет фонаря осветил огромный замок и толстую цепь. Ничего не оставалось, кроме как перелезть через них, но зацепиться было не за что. Девушка огляделась вокруг, в поисках лазейки. Как назло, рядом с забором не росло ни одного дерева, с которого она могла бы спрыгнуть на территорию кладбища. Понадеявшись на удачу, Лаванда двинулась вдоль забора в поисках лаза.

Само провиде́ние хотело, чтобы девушка открыла правду. Иначе она не могла объяснить то, что спустя десять минут поисков, она обнаружила раздвинутые в заборе прутья. Пролезть через них ей не составило никакого труда. Оказавшись внутри, она с облегчением вздохнула и начала вспоминать, в какой стороне должен быть искомый памятник с ангелом. Особняк находился за кладбищем, значит, ей предстояло идти вперёд, пока не увидит насыпь и площадку, откуда она смотрела на ангела в последний раз. Сделав глубокий вдох, она пошла на поиски.

Фонарь выхватывал могильные плиты, покрытые мхом и грязью. Покосившиеся кресты, искусственные цветы в каменных вазах, необычные памятники, которые родственники возводили в память о своих любимых. Лаванда пробиралась мимо них, чувствуя, что она здесь лишняя. В царстве смерти не было места живым. Здесь даже звуки, пугающие её в лесу, прекратились. Будто за забором начиналась территория тихой скорби. Пустоты.

Девушка шла, отгоняя от себя страх одной мыслью: у меня есть цель. Цель эта — выяснить правду и узнать, соврал ли ей Себастиан. Как только его образ предстал у неё перед глазами, ей отчего-то стало легче идти. Будто он шёл с ней рядом, отвлекая своим присутствием гнетущее чувство страха. Улыбка, мелькнувшая на её лице, казалась иррациональной, но это придало ей сил. Она больше не боялась могильных камней и звенящей пустоты.

Дойдя до знакомой насыпи, она взяла правее, освещая каждый памятник. Впереди мелькнул знакомый силуэт. На глазах выступили слёзы. Девушка остановилась и, по своей традиции, мысленно склонила голову в приветственном поклоне. Ангел возвышался над землёй, неся умиротворение и спокойствие. Он был таким светлым, будто светился изнутри, озаряя своим светом всё вокруг. Лаванда замерла. Сердце бешено стучало в ушах. Ещё мгновение, и она узнает, что скрывает этот гость из иного мира.

Время тянулось тягуче медленно. Ей казалось, что она вечность шла оставшиеся метры до ангела. Всё вокруг замерло в ожидании. Шаг, два, и вот она смотрит в слепые глаза памятника. Переведя фонарь, она посмотрела на табличку. Шок накрыл её с головой. Кто-то невидимый ударил по рёбрам, выбив весь воздух из лёгких. Девушка задыхалась, слёзы выступили на глазах, но через мгновение стало легче дышать. Теперь она знала ответы на волнующие её вопросы.

В этот момент кто-то осветил её фигуру фонарём. Девушка невольно прикрыла лицо рукой.

— Эй, ты кто? Что ты здесь делаешь? Кладбище закрыто ночью!

Такой же необычайно живой, как и она, на неё смотрел грузный сторож кладбища. Он бесцеремонно схватил её за руку и потащил прочь от ангела. Его брань звонкими звуками раздавалась между могилами.

Конечно же, он позвонил в местную полицию. За ней приехала машина с мигалками, молодой полисмен усадил нарушительницу на заднее сидение и повёз прочь.

Сидя в участке, Лаванда растирала замёрзшие руки. И хотя вокруг было тепло, девушка никак не могла согреться. Мир вокруг был покрыт белёсой пеленой. Она не сразу услышала вопрос от полицейского, поэтому ему пришлось повторить его.

— Мисс Лаванда Абигейл Роуз, вы отдаёте себе отчёт, что вы проникли на охраняемую территорию в неположенное время? – офицер, привезший её в участок, заполнял на компьютере протокол задержания, задавая ей положенные в таком случае вопросы. Она еле ворочала языком, кое-как отвечая ему.

— Кому можно позвонить, чтобы вас забрали? Конечно, мне следовало бы задержать вас до утра, но я считаю, что камера – не лучшее место для девушки. Вы там колдовством каким-то занимались, что ли? Хотели приворожить парня? – усмехнулся полицейский.

— У вас в базе есть телефон особняка Стоунов? Могу я связаться с ними? – спросила она, игнорируя его шутку. Лицо офицера вытянулось и застыло в удивлённой гримасе. Но, к её удивлению, он набрал номер и протянул ей трубку.

Спустя несколько минут в телефоне раздался сонный голос Себастиана.

— Особняк Стоунов, я Вас слушаю.

— Себ, это Лаванда, — дрожащим от усталости голосом, проговорила она. – Я в участке, мне не к кому больше обратиться.

— Сейчас буду, — коротко ответил он.

Он резко бросил трубку, а через полчаса уже договаривался с офицером, чтобы он не сообщал её родителям о случившемся. Закутав Лаванду в шарф, он вывел её на улицу, усадил в машину и повёз к ней домой.

— Я не буду говорить, что удивлён, потому что это не так. Но я надеялся, что ты дождёшься утра, — произнёс он, когда они отъехали от полицейского участка.

— Я узнала правду, но вопросов стало только больше, — устало ответила она ему. – И теперь я знаю, что ты не лгал.

— У тебя были сомнения?

— Я привыкла сомневаться в людях, Себ, — тихо проговорила она, наблюдая, как парень ведёт машину. Он перехватил её взгляд и ухмыльнулся. Лаванда поймала себя на мысли, что единственным человеком во всём мире, с которым она хотела сейчас разделить свою боль, был Себастиан. Странно, ведь ещё месяц назад, если бы кто-то сказал ей, что она будет сидеть в одной машине со Стоуном, и хотеть общения с ним и его объятий – она бы не поверила. Вся жизнь перевернулась с ног на голову после приезда в осенний город.

Они вошли в её дом. Кот недовольно мяукнул, увидев незнакомца в дверях. Лаванда поспешила раздеться и накормить несчастное животное. Себастиан остался стоять в дверях, а когда она вернулась к нему, сказал:

— Свою миссию по спасению я выполнил, мне пора, — на этих словах он потянулся к ручке.

— Не уходи, — прошептала она, хватая его за руку. Этот жест был настолько неожиданным, что они удивлённо посмотрели друг другу в глаза. Он лишь кивнул и, сняв пальто, пошёл за ней на кухню.

Лаванда приготовила им чай в полной тишине. Себастиан развёл по её просьбе камин. Парень и девушка сидели на диване, наблюдая, как пламя пожирает сухие поленья. Она грела руки о чашку, прижавшись плечом к его плечу. Молчание не было в тягость, а наоборот, успокаивало её. Ужас, который она пережила сегодня, ушёл на задний план. Сейчас были только она и он. Его запах снова заполнял пространство вокруг неё. Она хотела уткнуться носом в его плечо и дышать им, укутаться в этот аромат, словно в плед. Лаванда задумалась, погружаясь в тягучее ощущение его близости. И она не заметила, как положила голову ему на плечо. Себастиан вздрогнул, но не отодвинулся. Так они и просидели до самого утра.

Глава 12

Лаванде снился кошмар. Она убегала от кого-то, пытаясь двигаться быстрее, но у неё не выходило. Ноги увязли в жиже, она не могла пошевелиться. А нечто сзади было всё ближе. Девушка резко открыла глаза.

За окном уже рассвело. Нельзя было понять, сколько она спала. Рядом с ней мерно сопел Себастиан. Она так и уснула у него на плече. Чашки стояли на полу, а она была укрыта пледом. Лаванда рассматривала парня рядом с собой: прямой нос, подрагивающие во сне ресницы, фиолетовый фингал под глазом, острые скулы, царапины на губах. Он был похож на статую, холодный, скрытный. Но, почему-то ей он открылся. Она не могла понять, почему рядом с ним ощущает себя, как дома. Ей хотелось рассказать ему обо всём, что тревожило её прямо сейчас. Обо всех сомнениях, тревогах, радостях и печалях. Она снова почувствовала внутри поток нежности, который вот-вот готов был вырваться изнутри. И после его поступка девушку покинули сомнения, что её порыв не будет взаимным.

Он сонно промычал и, открыв глаза, встретился с её взглядом. Ухмыльнувшись, он прохрипел:

— Доброе утро, Лаванда.

Она быстро-быстро заморгала глазами, смахивая не пойми откуда взявшиеся слёзы. Парень повернулся к ней всем телом, осторожно провёл рукой по её плечу, будто он тоже сомневался, как и она несколько дней назад. Но Лаванда не скинула его руку, не дёрнулась, она ждала. И ему надоело это ожидание. Себастиан приблизился лицом к девушке и, нежно прикоснулся к её губам. Все сомнения рухнули. Она ответила на его поцелуй сначала нежный, а через мгновение глубокий и чувственный. Они целовались так неистово, будто оба жаждали этого много лет. Будто от этого зависели их жизни. Себ углубил поцелуй, начав сумасшедший танец с её языком. Его руки спустились на её талию, притягивая Лаванду ближе. Она почувствовала его ладони на своей коже под свитером, отчего её тело тут же потянулось ближе к нему.

В этот момент в дверь позвонили. Они не сразу остановились, а только тогда, когда звонок повторился. Лаванда отодвинулась, шепнув ему «Прости», и пошла открывать. За спиной она услышала недовольный вздох Себа. На пороге стоял Том. Его лицо украшал такой же фингал, что и лицо Себастиана. Парень выглядел потрёпанным, но всё равно нашёл в себе силы улыбнуться ей.

— Привет! Я слышал, что тебя вчера задержали. Пришёл спросить, — он осёкся. Девушка почувствовала, как сзади, словно хищник, возник Себ. Он по-хозяйски положил руку ей на талию, ожидая, что же скажет его соперник. Лицо Тома вытянулось от удивления.

— Привет, — стараясь сохранять самообладание, ответила раскрасневшаяся Лаванда. – Слухи быстро распространяются в этом городе. Неужели ты не заметил «Крайслер» у дома? Иначе я не могу объяснить, почему ты так удивлён Себастиану.

Том недобро сверкнул глазами по её возлюбленному.

— Конечно, заметил, но не придал значения. Значит, у тебя всё хорошо?

— Да, Том, спасибо, что зашёл, — ответила девушка.

— Знай, что бы он тебе ни наплёл, всё это ложь, Лаванда, — внезапно прорычал Том, подходя ближе к девушке. Себастиан напрягся, точно так же сделав шаг вперёд. Лаванда нашла его руку, останавливая разозлившегося парня.

— Не думаю, что памятники на кладбище лгут, Том, — уверенно ответила ему девушка. – Я думаю, что тебе пора. Ещё раз спасибо, что зашёл.

Она, не дождавшись ответа, захлопнула перед удивлённым парнем дверь. Обернувшись к Себастиану, она обняла его, поглаживая по спине. Он уткнулся носом в её макушку, выдыхая накопившееся напряжение.

— Всё хорошо, — ответила она на его немой вопрос. – Мне нужно подумать, прежде чем я начну кого-то в чём-то обвинять.

— А лучше позавтракать, — ответил он ухмыльнувшись.

После завтрака они сели в его машину и отправились в заброшенный особняк. Гуляя по дорожкам, держась за руки, они смотрели на осенние деревья и голубое, яркое небо. Себастиан дал Лаванде возможность собраться с мыслями. Но, неожиданно для него, она задала вопрос, который, как ему казалось, не должен был волновать её прямо сейчас.

— Я думала, что не нравлюсь тебе. Как так вышло?

— Не думал, что ты хочешь обсудить сейчас именно этот вопрос, — ответил он.

— Мне нужно поговорить о чём-то отвлечённом, прежде чем я приступлю к главному.

— Наши отношения – это что-то отвлечённое? – ухмыльнулся он. Она остановилась, приблизилась к нему и, встав на цыпочки, нежно поцеловала в губы.

— Нет, но согласись, то, что я узнала вчера, меняет десять лет моей жизни.

Он согласно кивнул, не в силах возражать после поцелуя.

— Я был влюблён в тебя ещё в школе. Мне казалось, что это понятно после нашей первой встречи здесь, в особняке.

— Я недогадливая, если ты ещё не понял.

— Мне больше нечего сказать. Контактов с тобой я не искал, потому что понимал: вряд ли нужен тебе в твоей новой жизни вне осеннего города. У меня нет возможности уехать отсюда, потому что я привязан к этому месту семейными делами. Возможно, позже нам стоит это обсудить подробнее, если ты хочешь…

Он осёкся и испуганно посмотрел на Лаванду. Она удивилась, потому что ни разу не видела в глазах каменного Себастиана и намёка на страх.

— Что хочу? Отношений с тобой? – наивно заморгав глазами, спросила девушка. Он ухмыльнулся и отвёл взгляд, нервно проведя рукой по волосам. Она провела ладонью по его щеке, нежно поворачивая к себе. – Конечно, хочу. Я думала, что ты догадался.

Они оба рассмеялись из-за неловкости момента. А после, уже серьёзно, Лаванда сказала:

— На памятнике имя Вероники. И дата смерти, как раз тот год, когда все психологи начали убеждать меня в её нереальности.

— Я знал об этом. А ещё у меня есть сомнения в правильности твоих воспоминаний. Расскажи, что ты помнишь.

Она поделилась с ним теми крупицами, которые прокручивала в голове. Как она познакомилась с Вероникой, ходила в одну школу, крутилась в одной компании. И как резко её подруга исчезла из её жизни.

— Всё так, но дело в том, что ты переехала в этот город уже после её смерти.

Лаванда уставилась на Себа, как на умалишённого. Парень пояснил:

— Память такая интересная штука: когда человек переживает травмирующее событие, воспоминания могут стираться, а иногда и совершенно изменяться, чтобы психика смогла выдержать удар. Похоже, это и произошло с тобой. А ещё я знаю, что ты видела её смерть.

— Но откуда?

— Наши мамы общаются чаще и откровеннее, чем ты думаешь. Однажды я слышал их разговор в нашей гостиной. Когда вы только переехали сюда, в дом твоих бабушки и дедушки, моя мама, как одна из глав городского совета, пригласила твою с соседским визитом. Тогда она и поделилась своими переживаниями. Моя мама обладает удивительным даром разговорить незнакомого человека.

— Кажется, настало время и мне поговорить с моей мамой. Я была уверена, что всё происходило здесь. Теперь становится понятным, почему жители всего города считали меня особенной, — решила избежать употребления слова «сумасшедшая» Лаванда. – А почему Вероника похоронена здесь?

— Кажется, её родители родом отсюда, этого я точно не знаю.

— Спасибо, что помог мне узнать тайну, которая испортила мне столько прекрасных лет в этом городе.

Они дошли до площадки, откуда открывался вид на кладбище. Кивнув ангелу, девушка повернулась к Себастиану. Положив руки ему на грудь, она задумалась, затем сказала:

— Думаю, что теперь мне точно потребуется помощь специалиста. Я должна вспомнить то, что забыла.

— Ты уверена? Это будет травмирующий опыт, — он обеспокоенно погладил её по плечам.

— Уверена. Вероника не должна быть забыта её лучшей подругой.

— Я хочу помочь тебе всем, чем смогу, — ответил он, притягивая девушку к себе. Они обнимались, а из леса на них смотрел памятник безмолвного ангела.

Глава 13

Себастиан уехал, оставив Лаванду обдумывать всё то, что она узнала за последние несколько дней. Им не хотелось расставаться, но девушке требовалось побыть одной. Как только она переступила порог родительского дома, мысли тут же завертелись в голове сумасшедшим водоворотом. И первое, что ей захотелось сделать – найти старые фотографии. Она помнила, что в детстве отец любил фотографировать её с друзьями. Быть может, и фото Вероники осталось в каком-то из альбомов.

Сэм требовательно тёрся об ноги Лаванды, но девушка была мыслями далеко отсюда. Перерыв шкафы, она наконец-то нашла фотоальбомы, бережно собранные её матерью. Затаив дыхание, она начала просматривать их, внимательно разглядывая каждое фото, будто боялась упустить важные детали.

Первые альбомы были посвящены раннему детству: вот Лаванда делает первые шаги, а вот она с новой куклой, больше неё самой. Потом детский сад, школа. Она листала, но нигде не находила свою подругу. Пока на одном фото не заметила сзади себя рыжую девочку. Если не присматриваться внимательно, то её фигурка не была видна. Возможно, поэтому это фото осталось в семейном архиве. В этот момент Лаванда поняла, что все фото почистили, сделав вид, будто Вероники и не существовало. Значит, в этих альбомах она не найдёт то, что ищет.

Лаванда устало потёрла переносицу. Где могли быть утерянные фото? Догадка была одна: следует искать в спальне у родителей. Если и была какая-то тайна, её явно упрятали подальше так, чтобы никто случайно не смог найти. Скрепя сердце, она поднялась на второй этаж и остановилась у двери. Переступить порог означало нарушить личные границы матери и отца. Вторжение в личное пространство не поддерживалось в их семье. Все старались беречь друг друга от ненужного внимания и советов. Но сейчас речь шла о большом обмане. И Лаванда не понимала, зачем это было сделано. Почему нельзя было рассказать ей правду о её подруге. Зачем нужны были эти походы к психологам и попытки убедить девушку в нереальности Вероники. Сделать этот шаг означало до конца осознать всю ту ложь, паутиной которой её окутали родители.

Лаванда зажмурила глаза и нажала на ручку. Обратного пути не было. Она вошла в спальню, освещённую осенним солнцем. Здесь всё было в бежевых тонах. Внимание девушки тут же привлекла дверь в гардеробную. Она не стала задерживаться и тут же направилась туда.

Здесь пахло духами её матери: сладковатый цветочный запах дыхнул Лаванде в лицо, как только она открыла дверь. Сначала девушка растерялась, рассматривая развешанную на вешалках одежду, а спустя мгновение заметила в тёмном углу высокую полку с ящиками. Если бы она была на месте мамы, то спрятала бы что-то именно там.

И её старания увенчались успехом. В самом верхнем ящике, под кучей пледов, она нашла странную коробку. Вытащив её, она вышла из гардероба и присела у кровати. Руки тряслись так, что девушке не сразу удалось справиться с замком. Она остановилась, закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Перед внутренним взором тут же предстал образ её подруги. Она улыбалась ей, а рыжие волосы золотом переливались на солнце. Как только Лаванда открыла глаза, получилось открыть и коробку. А оттуда на неё смотрела кипа фотографий.

В дверь позвонили, так что она не успела рассмотреть свою находку. Она нехотя встала с пола и отправилась открывать. На пороге стоял взволнованный Себастиан. Ему сразу не понравился вид измученной Лаванды.

— Я нашла, — только и смогла ответить она. За последние дни она так устала, а осознание пришло только сейчас. Всё обрушилось на неё градом: этот город с его жителями, раскрывшаяся правда, боль от многолетней лжи. Слёзы медленно потекли из глаз, а через секунду она оказалась в объятиях Себастиана, сотрясаясь в рыданиях. Себ гладил её по голове, прижимая к себе так близко, как мог. А девушка всё плакала и плакала. Из неё выходило напряжение, копившиеся долгие годы. Когда она успокоилась, они зашли в дом и вместе сели рассматривать фотографии из шкатулки.

Здесь было всё: и их походы, и посиделки у Лаванды дома, и конкурсы в школе, и игры на площадке. Девушка поняла: она не помнила и половины из того, что заботливой рукой запечатлел отец с помощью фотоаппарата. И что-то щёлкнуло внутри в этот момент. Она начала собирать воспоминания по крупицам, а некоторые появились из тёмных глубин памяти. Лаванда брала фотографию и рассказывала Себастиану, что на ней происходило. С каждым воспоминанием девушке становилось всё легче. А когда коробка опустела, она только уверилась в том, что хочет вспомнить всё.

Себастиан предложил прогуляться. Они собрались, предварительно покормив недовольного кота, и вышли из дома. На улице, как всегда, стоял неизменный запах яблочных пирогов. Близились выходные, а это означало, что в городе начинается фестиваль, на котором жители будут угощать друг друга различными лакомствами, связанными с осенью.

— Завтра на главной площади ярмарка, мне нужно там быть. Ты хотела бы пойти туда со мной? — спросил Себастиан, пока они прогуливались вдоль озера.

— Думаю, я готова. Обычно я пропускала это мероприятие, но с тобой мне не страшно туда пойти.

Лаванда нежно сжала руку Себастиана и заметила, как он тут же улыбнулся. Ей было с ним тепло и комфортно так, как ни с кем другим. И казалось, что они смогут пройти вместе всё: и огонь, и воду.

— Есть один нюанс, который я хотел бы обсудить с тобой заранее, — она ощутила, как он напрягся, но решила не акцентировать на этом своё внимание.

— Я слушаю.

— Это мероприятие курируют мои родители. Завтра там будет моя мама. И я хотел бы, если ты не против, представить вас друг другу.

Лаванда застыла, внимательно глядя на Себа. Он хочет представить её своей матери. Но в качестве кого? Старой школьной подружки? Она не сдержалась и спросила это вслух. Он повернулся к ней и взял за обе руки.

— В качестве своей девушки, конечно. Но если тебе некомфортно, мы можем с этим повременить.

— Нет, я согласна, — нервно ответила девушка. От Себастиана не укрылось её волнение, и чтобы помочь ей расслабиться, он приблизился к ней. Его губы нашли её. Поцелуй, который должен был стать успокаивающим, зажёг внутри Лаванды странный огонёк. Она приоткрыла рот, углубив поцелуй. Его руки ласкали её тело. Страсть снова с головой захлестнула их. Лаванде не хотелось останавливаться. Мысли затуманились. Они медленно сошли с тропинки. Себастиан прижал её к стволу дерева, продолжая целовать не только губы, но и шею. Девушка в порыве страсти схватила его за волосы на затылке и издала протяжный стон. Парень, прижав ладонь к шероховатой коре рядом с её головой, остановился.

— Думаю, нам стоит прекратить, иначе я не смогу остановиться, — прошептал он ей на ухо, восстанавливая дыхание.

— Хорошо, — ответила Лаванда, а внутри всё кричало «нет».

Они поправили одежду и продолжили прогулку как ни в чём не бывало. И мысли Лаванды вернулись к тому, о чём они говорили до поцелуя. Завтра ей предстояло познакомиться с его матерью, но уже в новом статусе.

Глава 14

Осенний фестиваль стал традиционным для города. Он проводился за месяц до Хэллоуина. Своеобразная вечеринка перед главным праздником осени. Главную площадь украшали композиции из разноцветных листьев и колосьев пшеницы. Между фонарными столбами растягивали гирлянды с крупными оранжевыми лампочками. Все жители готовились к этому мероприятию: кто-то придумывал небольшие сценки, разыгрываемые на танцплощадке, кто-то готовил пироги с яблоком и тыквой, угощая всех бесплатно, кто-то наряжался в различные костюмы и фотографировался со всеми желающими. Даже приглашали гадалку, которая в своей цветастой палатке гадала девушкам на картах таро.

Лаванда долго думала, что надеть. Она была знакома с мамой Себастиана, так как в школе та часто участвовала в мероприятиях их класса. Но это было много лет назад. А теперь ей предстояло предстать перед ней в новом статусе. И девушка не знала, как она отнесётся к такой партии для сына. Да, у Лаванды была состоятельная семья, но, очевидно, семья Себастиана была намного богаче. Оставалось надеяться, что для них деньги не имели такого значения, чтобы препятствовать их союзу.

Она остановила себя на этой мысли. Ей хотелось замуж за Себастиана? Но ещё слишком рано об этом говорить и даже думать. Они вместе всего несколько дней, но он так плотно поселился в её мыслях и сердце, что задумываться о большем казалось вполне естественным. И всё же, Лаванда решила остановиться. Наслаждаться здесь и сейчас. Пусть будет, что будет. У неё не было и мысли, что Себ обманет её или внезапно бросит. То, что было между ними, явно приносило ему такое же удовольствие, как и ей. Были ли её чувства глубже? Она узнает позже. А пока стоило отпустить все треволнения.

Выбор пал на вязаное платье и тёплые колготки. В конце концов, на улице прохладно, а с фестиваля они вряд ли быстро уйдут. Накрутив локоны, одевшись, она спустилась в гостиную, в ожидании своего возлюбленного. То и дело её тело покрывалось мурашками от предстоящей встречи с миссис Стоун. Себ не заставил себя ждать: ровно в назначенное время он позвонил в дверь. Она открыла ему и тут же зарделась. Себастиан был красив, а когда эта красота подчёркивалась одеждой, Лаванда невольно задумывалась: как они смотрятся вместе? Ей казалось, что она невзрачная в сравнении с ним. Сегодня он выбрал черный костюм и серое пальто. Эти цвета подчеркивали его бледность и необычный цвет волос. Себастиан оглядел её фигуру и улыбнулся:

— Ты прекрасно выглядишь, — сказал он, подходя ближе. Его руки обвили её талию, а губы нашли её. Но в этот раз поцелуй был скорее тёплым, нежели страстным. Терять голову перед встречей с его мамой было не лучшей идеей.

— Спасибо, ты тоже, — ответила она, надевая пальто и шарф.

Они сели в машину и через несколько минут оказались в центре города. Припарковавшись, молодые люди вышли из машины и, взявшись за руки, отправились вглубь праздника.

Из колонок разносилась весёлая музыка. На танцплощадке уже начались выступления артистов. Всюду пахло свежей выпечкой так, что у Лаванды заурчало в животе. Она искала глазами маму Себастиана, и как только увидела её, тут же сжала его руку крепче.

Эванджелина Стоун стояла посреди площади, общаясь с мэром городка. Это была высокая, статная женщина, с такими же, как у Себастиана, белоснежными волосами, ровным потоком спускающимися до талии. На ней было бежевое пальто в пол и коричневые сапоги на невысоком каблуке. Как только Эванджелина закончила разговор, она повернулась и тут же увидела их. При виде сына строгое лицо украсила добрая улыбка. Она направилась в их сторону, и уже через секунду Лаванда услышала её нежный голос.

— Себастиан, я очень рада, что в этом году ты пришёл сюда без моих подсказок, — как только она произнесла это, взгляд серых глаз тут же переместился на Лаванду. Девушка почувствовала себя неуютно под этим взглядом. Будто сейчас решалась её судьба. Но Эванджелина мило улыбнулась ей и потянулась обниматься.

— Лаванда-а-а, — протянула она, — как давно мы не виделись! С тех пор как вы окончили школу, кажется? Очень рада тебя видеть.

— Это взаимно, миссис Стоун, — ответила Лаванда, немного расслабившись.

— Мама, я хотел бы кое-что тебе рассказать, — подал голос Себастиан.

— Что случилось? — тут же встрепенулась Эванджелина.

— Мы с Лавандой теперь вместе. Так что хотел бы заново тебе представить Лаванду Абигейл Роуз, мою девушку.

Лаванда не смогла понять, как на самом деле его мама отреагировала на эту новость. Им она сказала, что очень рада, потому что думала, что случилось что-то плохое. Но так ли это было на самом деле — покажет только время.

— Веселитесь, а позже давайте пообедаем вместе. И вы всё мне расскажете, — она подмигнула сыну и ушла заниматься своими делами.

Себ повернулся к Лаванде и приобнял за плечи.

— Всё прошло хорошо, ты можешь расслабиться, — прошептал он, целуя её в висок.

— Думаешь? Мне показалось, что она была не очень рада таким новостям.

— Поверь, если бы она была против, вряд ли бы позвала нас обедать вместе, — подмигнул ей Себ. — Моя мама хоть и умеет держать лицо, я прекрасно знаю, на что обращать внимание в её поведении.

Они отправились смотреть, что приготовили жители для фестиваля. Угостились несколькими пирогами и вкуснейшим какао из другой страны. На танцплощадке посмотрели несколько небольших сценок, заглянули к гадалке с таро. Та, конечно же, предсказала им всё самое лучшее, чего только могут пожелать двое влюблённых. Время быстро близилось к обеду, поэтому пришла пора отправляться в ресторан, который стоял тут же, на площади.

Для Стоунов был забронирован ВИП-зал с прекрасным видом на площадь. Лаванда на мгновение почувствовала себя особенной рядом с Себастианом. Всё самое лучшее для самой значимой семьи города. Готова ли она принимать всё это, будучи его девушкой?

Эванджелина уже сидела за столом, внимательно изучая меню. К фестивалю подготовили что-то особенное. Сегодня здесь подавали разные крем-супы, салаты с тыквой и баклажанами, запечённого цыплёнка и рыбу на гриле. У девушки разбежались глаза, хотелось попробовать всё. Но первой реакцией было заказать то же, что закажут Себастиан и Эва. Однако в последний момент, девушка решила, что стоит проявить свою индивидуальность.

— Лаванда, рассказывай, как твои дела? Куда ты в итоге поступила?

Они вели непринуждённый разговор, вспоминая прошлое. Эванджелина упомянула, что до сих пор поддерживает хорошие отношения с матерью Лаванды. Они обсуждали также и новости городка. Девушка даже не заметила, как мама Себастиана подвела к главной теме.

— Как же так получилось, что вы теперь вместе? Вы же не общались после школы.

Девушка вся сжалась. Она не могла пошевелиться от волнения. Но на помощь, как всегда, пришёл Себ.

— Откровенно говоря, — начал он, — мне всегда нравилась Лаванда. Поэтому я не вижу ничего удивительного в том, что мы приняли такое решение. Надеюсь, ты нас поддержишь.

Она очень внимательно посмотрела сначала на сына, потом на Лаванду. И в этом взгляде девушка прочитала сомнения. Наверняка для матери было важно будущее её ребёнка. Но Эва была из того редкого типа людей, который высказывает свои сомнения прямо не таясь. Она сменила позу, положив нога на ногу, и оперлась локтем о стол.

— Меня смущает только одно. Лаванда уедет отсюда в другой город. Отношения на расстоянии романтичны только в книгах. Вы уверены, что готовы к этому?

К удивлению Лаванды, Себастиан не потерялся. Будто он был готов к этому вопросу. Он твёрдо ответил, глядя матери прямо в глаза:

— Мы ещё не обсуждали это. Но думаю, что найдём решение, которое устроит нас обоих.

— Надеюсь, что так, — ответила Эванджелина, пряча ухмылку в бокале вина. — А с Томом Беркенсоном ты подрался, потому что вы не поделили Лаванду? — заговорщицки спросила она и рассмеялась. Себастиан молча кивнул.

Лаванда смогла расслабиться. Самым страшным для неё бы было полное неприятие их отношений со стороны его матери. А теперь, когда Эванджелина выразила лишь сомнения по одному вопросу, надежда на хороший финал зародилась в глубине её сердца.

Закончив обед, они мило попрощались. Эванджелина отправилась исполнять роль хозяйки мероприятия, а молодые люди – наслаждаться вечером в компании друг друга.

Огни зажглись, и площадь стала выглядеть уютнее. Представления закончились, а танцплощадку наполнили парочки. Они медленно двигались под мелодичную музыку. Себ и Лаванда ещё раз прогулялись по ярмарке, наслаждаясь домашней атмосферой праздника. В конце вечера все жители города запускали в небо фонарики, загадывая желания.

Лаванда подошла к столу с раздачей фонариков и столкнулась с Томом. Он молча кивнул ей и быстро ретировался, увидев недалеко Себастиана. Девушка ухмыльнулась, вернувшись к своему возлюбленному.

— Уважаемые жители города, — звучно прогремел из колонок над их головами голос Эванджелины Стоун,— я приглашаю вас взять подготовленные фонарики и зажечь их. Через несколько минут мы будем запускать их в небо. Не забудьте загадать самое заветное желание. Легенда нашего города гласит: кто в эту ночь отпустит в небо свою мечту, в ближайший год она исполнится. Напоминаю всем защитникам природы: наши фонарики сделаны из экологичных материалов. Спасибо!

Все скучковались у фонтана, а Лаванда и Себастиан отошли подальше.

— Что будешь загадывать? – спросил Себ.

— Если расскажу, то мечта не сбудется, — лукаво улыбнулась Лаванда. А сама подумала, что загадает она ответы на свои вопросы. Любовь, которую она загадала бы ранее, уже пришла в её жизнь, и ей не нужно ждать год, чтобы убедиться в этом.

Они вместе взялись за зажжённый фонарик. От тёплого воздуха он надулся и был готов выпорхнуть из их рук, как птица. Поток фонариков одномоментно хлынул в небо. Себ посмотрел на Лаванду и улыбнулся. От этой улыбки у неё побежали мурашки. Они отпустили свой фонарик в небо и долго смотрели на удаляющуюся маленькую точку.

Когда праздник подошёл к концу, Лаванда с Себастианом сели в машину и поехали к ней домой.

Они стояли, обнявшись на крыльце. Лаванда вдыхала аромат Себастиана и не могла поверить, что всё это происходит с ней. Как мог один и тот же город подарить ей столько разных эмоций! Обнимая любимого, она чувствовала готовность справиться со всем, что подкинет ей судьба.

— Тебе пора спать, день был насыщенным, — прошептал он ей в волосы.

— Я не хочу, чтобы ты уходил. Не хочешь остаться? — вопрос прозвучал неожиданно для них двоих. Себастиан отстранился и внимательно посмотрел ей в глаза.

— Ты уверена? Мне не хотелось бы торопить события, если ты этого не хочешь.

Она улыбнулась, в очередной раз подметив его внимательность.

— Уверена, — твёрдо ответила она.

Медленно открыв дверь, они вошли внутрь.

Глава 15

В доме было темно, а свет зажигать совсем не хотелось. Они медленно сняли с себя верхнюю одежду, и тут же споткнулись об кота. Сэмюэль мяукнул, намекая на то, что он весь день не ел. Нужно было покормить бедное животное. На кухне пришлось включить освещение, чтобы не споткнуться о настойчивого кота.

Как только дело было сделано, Лаванда и Себастиан посмотрели друг на друга. Никто из них не знал, что сказать. Они оба понимали, к чему движется сегодняшний вечер, и это вызывало мурашки у обоих. За них говорили их чувства. Они долго смотрели друг другу в глаза. Сколько невысказанных слов было в этих взглядах, сколько чувств. Лаванда понимала, что отступать она не готова. Ей хотелось пережить с ним всё, что обычно происходит между двумя влюблёнными. Хоть они и были вместе недолго, она считала такую динамику комфортной для себя.

Себастиан продолжал внимательно наблюдать за ней. Парень потянулся к руке девушки. Она вздрогнула от прикосновения, но не воспротивилась. Себ принял это за знак согласия и не ошибся. Он гладил её ладонь, а затем медленно потянул на себя. Когда Лаванда оказалась в его объятиях, она в очередной раз почувствовала спокойствие. Ей было комфортно рядом с ним. Она была в нём уверена. И этого было достаточно для следующего шага.

Лаванда провела рукой по его спине, плечам, перемещая руку ему на грудь. Дыхание Себастиана участилось от её действий. Он поддался вперёд, навалившись на неё всем телом, и прижал к барной стойке, углубляя поцелуй. Его язык сплетался с её языком, жадно и требовательно. Будто и вечности недостаточно, чтобы насладиться их близостью. Его тело горело. И этот жар обдавал Лаванду, заставляя сердце биться быстрее. В голове не осталось ни одной мысли. Себастиан сдавленно прошептал:

— Лаванда.

Это вызвало у неё внезапную улыбку. Лаванда снова ощутила каждой клеточкой тела, как сильно она влюблена в этого парня. Как она верит ему, что готова подарить всю себя без остатка. Она прижалась к нему сильнее. Их близость будоражила её. Он уткнулся носом в её шею. От его дыхания Лаванде стало щекотно и тепло. Внезапно девушка оттолкнула его так резко, что у Себастиана перехватило дыхание. Не сказав ни слова, она взяла его за руку и повела за собой. Ей хотелось быстрее продолжить, но кухня казалась не лучшим для этого местом. Почти бегом они поднялись в её комнату.

Спальню освещал только свет уличного фонаря. Лаванда завела Себастиана внутрь, закрыв дверь. Его силуэт на фоне окна – последнее, что она помнила перед тем, как они пропали в объятиях друг друга.

Утро подобралось внезапно. Первые лучи разбудили Лаванду. Она проснулась, но открывать глаза ей совершенно не хотелось. Девушка прислушалась к своим ощущениям. Она чувствовала тело Себастиана рядом, всё ещё такое же горячее. Его мерное дыхание под её ладонью. Его запахом пропиталось всё: подушка, простыня, одеяло, её волосы. Ей казалось, что она была укрыта этим ароматом. И от этого было уютно. Неспешно потянувшись, Лаванда сбросила с себя остатки сна. Она открыла глаза и увидела спящего Себастиана. Он улыбался во сне, не подозревая, что девушка рядом с ним уже проснулась и разглядывает его. У Лаванды кольнуло в сердце от нежности. Она хотела было привстать, чтобы полюбоваться любимым с другого ракурса, но его властные руки остановили её. Себастиан открыл глаза.

— Доброе утро, — прохрипел он, сжимая её в объятиях. Это было лучшее утро в их жизни. Ленивые разговоры обо всём и ни о чём, смех и общие воспоминания – этот день поднял их отношения на новый уровень.

Они провалялись в постели до обеда в объятиях друг друга. Лаванда и Себастиан чувствовали себя самыми счастливыми в своём маленьком, уютном мирке. И никакие проблемы прошлого или будущего не волновали их в этот момент. Они были вместе, а большего и не надо.

Глава 16

Сегодня родители Лаванды возвращались домой. Она много думала о том, как будет себя чувствовать, когда они встретятся. Ей предстоял тяжёлый разговор, исход которого был ей не ясен. С одной стороны, признание родителей могло разрушить их отношения. С другой — они наконец-то избавятся от всех секретов между собой. Ещё одно испытание, которое она совсем не ожидала. Как одна поездка может перевернуть жизнь вверх тормашками!

Вот уже час она сидела в гостиной, нервно поглядывая на часы. Сэм тёрся о её ноги не нагло, как обычно бывало, а нежно. Кот пытался успокоить младшую хозяйку, как умел. Девушка постукивала пальцами по дивану, закусывая губу. В голове роились мысли, не давая ей и минуты покоя. Казалось, что если она закроет глаза, то и тогда не сможет перестать представлять разговор с мамой и папой. С чего начать? Как сдержать эмоции, готовые водопадом хлынуть изнутри? Как после этого смотреть им в глаза?

Она услышала скрип шин об асфальт у калитки. Всё внутри неё задрожало. Кожей девушка почувствовала, как чья-то ладонь ложится на ручку входной двери. Момент истины.

Лаванда вскочила с дивана, бросаясь навстречу родителям. Первой вошла мама. Девушка кинулась в её объятия, пытаясь успокоить быстро бьющееся сердце. Их обеих тут же обнял папа. Они стояли так несколько долгих минут, радуясь встрече. Сэм требовательно мяукал, будто жаловался родителям на их дочь. Лаванда отпрянула от матери, вглядываясь в её лицо. У мамы на глаза выступили невольные слёзы.

— Милая, наконец-то мы встретились!

И все гнетущие мысли разом вылетели из головы Лаванды. Она была счастлива оказаться в объятиях родителей, слушать их смех. Не сейчас, позже, когда она будет готова, они обязательно смогут всё спокойно обсудить.

Было решено в честь такого знаменательного события пообедать в местном ресторане. Быстро собравшись, вся семья прыгнула в машину, и через несколько минут они переступали порог заведения. Устроившись за предложенным столиком, каждый начал внимательно изучать меню. Отец Лаванды, Герберт, поправил очки на носу, прокашлялся и с довольным видом отложил меню на стол. Он был высоким, стройным, темноволосым мужчиной, обожавшим твидовые пиджаки. Герберт был похож на преподавателя из университета, однако его призванием были журналистские расследования. Мать Лаванды, Абигейл, в честь которой девочке дали второе имя, лучезарно улыбалась мужу. У неё были такие же каштановые волосы, как и у Лаванды, тонкие черты лица, зелёные глаза с хитринкой. Последние несколько лет она нашла себя в дизайне интерьеров, чем активно занималась себе в удовольствие. Когда сделали заказ, родители наперебой начали рассказывать о своём насыщенном путешествии. Девушка сидела, наслаждаясь звуками их голосов. И каждый раз, когда она вспоминала о неприятном вопросе, её кожа покрывалась холодными мурашками. Она старалась не показывать им свои настоящие эмоции и страх, поглотивший её полностью.

— А теперь твоя очередь, — улыбнулся Лаванде отец. — Что-то произошло, пока мы были в отъезде?

Девушка смущённо опустила взгляд, ведь, кроме раскрытия тайны Вероники, произошло то, о чём стоило рассказать родителям.

— Я встретила старых друзей. И с одним из них я хотела бы вас познакомить.

Мама тут же театрально охнула и всплеснула руками.

— Ты завела себе парня? — прижавшись плечом к плечу с дочерью, проворковала Абигейл.

На этих словах Лаванда покраснела ещё больше. Поднеси к ней в этот момент помидор, и они бы не отличались по цвету.

— Да. Это Себастиан Стоун.

Родители одновременно удивлённо охнули.

— Надо же, не думала, что вы подружитесь, да и ещё и так… близко, — пытаясь подобрать нужное слово, ответил отец. Абигейл наклонилась к дочери и нежно приобняла её за плечи.

— Если ты с ним счастлива, то и мы счастливы, — улыбнулась она.

— И мы, конечно же, с удовольствием с ним познакомимся, когда ты будешь готова, — поддержал жену Герберт.

Обедать они продолжили молча, нахваливая вкус местной еды.

Когда вернулись домой, отец тут же поднялся в спальню, сославшись на усталость после дороги. Мать и дочь остались наедине. Налив себе по чашке ароматного чая, они закутались в пледы и устроились на крылечке заднего двора.

Ароматный запах щекотал нос Лаванде. Она сидела, прижавшись к косяку двери, и внутри будто щёлкнуло: «пора».

— Мам? — тихо позвала она. Абигейл обернулась к дочери, одарив её нежной улыбкой.

— Да, милая?

— Я хотела с тобой поговорить. Я знаю правду о Веронике, — как на духу выпалила Лаванда.

Абигейл на секунду застыла, а потом резко выдохнула.

— Значит, мне не показалось, — задумчиво протянула женщина. — Я поняла, что ты хочешь что-то обсудить, когда мы с папой переступили порог дома. Будто почувствовала, что что-то не так. Но потом ты рассказала новости о вас с Себастианом, и я ненадолго расслабилась. А, оказывается, напрасно.

— У меня много вопросов, — не отступала Лаванда.

Абигейл закивала головой, сделав большой глоток чая.

— Это вполне естественно, учитывая ситуацию.

— Зачем вы скрывали всё от меня? Зачем таскали по психологам, которые убеждали меня в том, что моя подруга — воображаемая?

Мама тяжело вздохнула и ссутулилась. Будто вся тяжесть многолетней лжи разом свалилась на её плечи. И Лаванде казалось, что сегодня она не получит ответов на свои вопросы. Но она не знала, что внутри Абигейл тоже что-то щёлкнуло и прошептало: «пора».

— Ты помнишь, что именно произошло с Вероникой? Потому что, если ты знаешь не всё, мне не хотелось бы сейчас нанести тебе очередную травму.

— Все события я помню урывками. Отчётливо помню, что в один день она внезапно исчезла. И когда я снова вернулась сюда, только ленивый не пнул меня этой историей. Недавно Себастиан намекнул мне, где нужно искать, и я отправилась на кладбище и увидела её могилу. Это всё.

— Ох, милая, — грустно вздохнула Абигейл, беря дочь за руку. Из Лаванды потоком хлынули слёзы, копившиеся десять лет. Она держала мать дрожащей рукой и рыдала, не в силах произнести ни слова. Абигейл притянула дочь к себе и крепко-крепко обняла. Нежная рука матери гладила её спину, как в детстве, когда Лаванда плакала из-за каких-то глупостей, казавшихся тогда важными.

— Мама, — прохрипела она, выплакавшись, — Я хочу знать всё. Я хочу вспомнить всё, что связано с Вероникой. Она это заслужила.

Абигейл судорожно вздохнула. Внутри неё всё клокотало. Женщина не знала, как ей поступить. Стоит ли раскрывать дочери всю правду? Не достаточно ли она настрадалась из-за этой истории?

— Хорошо, — спустя несколько минут раздумий, ответила мама. – Я расскажу тебе всё как есть. Вы с Вероникой были не разлей вода. Мы дружили с её родителями, но когда произошла трагедия, они будто не смогли вынести, что погибла она, а не ты.

— Погибла? – ошарашенно переспросила Лаванда.

— Да. Вероника утонула.

Внутри Лаванды в один миг оборвалось что-то важное. Неосязаемое, но от этого стало невыносимо тоскливо. Она завыла с новой силой, заново проживая боль от потери подруги. Мысли завертелись, а мозг отказывался показывать травмирующее воспоминание, как бы сильно девушка ни напрягалась. Всё тело дрожало, руки не слушались. Она схватилась за мать, как за спасательный круг. Лаванда тонула вместе с Вероникой в своей боли. И ей не удавалось выбраться.

— Ты была с ней и каким-то чудом выбралась. В тот злополучный день вы пошли на местное озеро. Вы всегда туда ходили, поэтому ни у кого и в мыслях не было, что может произойти что-то непоправимое, — тараторила мама, плача вместе с дочерью, судорожно гладя её по плечам. — Я до сих пор виню себя за то, что не пошла с вами. Что никто не пошёл с вами.

Они долго плакали в объятиях друг друга, пока не замёрзли так, что зуб на зуб не попадал. Зайдя в дом, обе не хотели сразу подниматься в спальни. Они разожгли камин и устроились на диване. Лаванда положила голову Абигейл на колени, а та гладила её по волосам. И обе почувствовали облегчение оттого, что не надо больше ничего скрывать.

— Я общалась со многими психологами, — продолжила мама. – Все как один советовали заменить это воспоминание. Ты стала нелюдима, просыпалась с криками по ночам. Я не знала, как иначе могу тебе помочь. И мы нашли выход, который навредил тебе больше, чем это событие. Оказалось, что пережить настоящее легче, чем жить много лет во лжи. Но тогда я должна была что-то предпринять, чтобы спасти тебя.

Лаванда привстала и крепко обняла мать.

— Я не обвиняю тебя ни в чём. Ты действовала так, как действовала бы любая мать, желающая помочь своему ребёнку. Но моё решение не изменено: я найду специалиста, который поможет мне вспомнить всё и прожить заново эту утрату.

Абигейл сжала дочь в объятиях ещё крепче и, не сомневаясь ни секунды в своих словах, ответила:

— Я и папа поддержим любое твоё решение. И мы всегда поможем тебе, с чем бы ты к нам ни пришла.

— Спасибо, — с облегчением выдохнула Лаванда. Поддержка матери и отца в этом вопросе много для неё значила. И она была благодарна Абигейл за то, что та умела признавать свои ошибки и пыталась их исправить.

Внезапно раздался звонок. Лаванда вскочила быстрее матери и взяла трубку.

— Ало, дом Роуз, — вытирая тыльной стороной ладони в очередной раз выступившие слёзы, произнесла девушка.

— Это я, — раздался с другой стороны голос Себастиана.

— Привет, — тут же занервничав, произнесла Лаванда.

— Родители уехали из города. Если хочешь, я могу тебя забрать, проведём вечер вместе.

— Секунду, — Лаванда обернулась к матери. — Мам, ты не против, если я уеду сейчас к Себастиану?

— Конечно. Мы обе очень устали, я пойду спать. А тебе стоит развеяться с твоим новым бойфрендом, — на слове «бойфренд» Абигейл нервно хихикнула.

— Приезжай, — ответила Лаванда в трубку.

Она проводила маму до спальни. Они ещё раз крепко обнялись, и девушка побежала собирать всё, что могло потребоваться ей для ночёвки. Через полчаса машина Себастиана стояла у их дома.

Глава 17

Шелест шин по асфальту убаюкивал Лаванду. Они ехали молча, каждый в своих мыслях. Себастиан решил, что сейчас тишина – лучшее лекарство для измученной девушки. Как только Лаванда выбежала к нему из дома, он сразу же понял: она поговорила с матерью. Всегда немного отстранённая, сейчас она была как на иголках. Её всю потряхивало, и даже в его объятиях она не смогла успокоиться.

Машина свернула на подъездную дорожку, и через минуту уже стояла у крыльца. Себ помог Лаванде выйти и отнёс её сумку в дом, а сам ушёл парковать «Крайслер». Девушка медленно пошла по коридору, рассматривая фотографии на стенах. В прошлый раз ей так хотелось спать, что она и не заметила их. Из-за стёкол рамок на неё выразительно смотрели десятки глаз предков семьи Стоун. Под каждой фотографией висела табличка с именем и годом, когда был сделан снимок. В самом конце коридора висел портрет маленького Себастиана с родителями. Девушка засмотрелась на беловолосого малыша и не заметила, как Себ подкрался к ней сзади.

— Как я тебе? Сильно изменился? — проворковал он Лаванде на ухо. Девушка подскочила от испуга и чуть не упала. Себастиан вовремя подхватил её на руки и медленно закружил. Она обняла его за шею, прижалась головой к его плечу, и, наконец-то, позволила себе расслабиться. Себ опустил её на пол, взял за руку и молча повёл за собой к лестнице на второй этаж. Они очутились в таком же коридоре и, дойдя до последней двери, вошли внутрь.

В комнате царил полумрак. Единственным источником света была настольная лампа. Лаванда огляделась. Слева от двери возвышалась огромная кровать с тумбами по обе стороны. Над изголовьем висела необычная чёрно-белая картина: огромный дракон расправил свои крылья, укрывая ими юную девушку. От двери и до кровати вдоль стены стоял книжный шкаф, наполненный книгами так плотно, что казалось, стоит одной из них выскочить — всё рухнет.

Вместо подоконника вдоль высоких, широких окон, стоял длинный письменный стол. А справа от него, в углу, уютно устроилось большое кресло с пуфиком для ног и высоким торшером с несколькими лампочками. В интерьере Себ явно любил минимализм.

Себастиан не спешил, дал девушке оглядеться. Затем подошёл к столу, открыл ящик и достал оттуда папку, наполненную белыми листами.

— Помнишь, я обещал как-нибудь показать тебе свои рисунки? Мне почему-то кажется, что сейчас самое время.

С этими словами он опустился на пол, а Лаванде предложил присесть на кресло. Но она молча опустилась рядом с ним и положила голову ему на плечо. Прежде чем открыть папку, парень спросил:

— Разговор с мамой не удался?

— Как ты догадался, что мы разговаривали? — вяло удивилась Лаванда.

— По тебе сразу видно, что произошло что-то из ряда вон.

— Разговор прошёл лучше, чем я себе представляла. Но теперь мне нужно переварить эту информацию. Когда я буду готова, я обязательно тебе всё расскажу. А сейчас, — она нежно провела пальцами по его руке, перехватывая папку. — Покажи мне свои рисунки.

Себ ухмыльнулся и нажал на застёжку. Папка открылась, и Лаванда ахнула. Там на белоснежных листах были запечатлены все её детские фантазии, которые она каждый день рассказывала своим школьным друзьям.

— Ты подслушивал нас? — прищурившись, спросила она.

— Тебя, — поправил парень. — Я часто ходил в заброшенный особняк, как и вы. Но вливаться в компанию твоих друзей у меня не было никакого желания. А твои сказки меня всегда вдохновляли. Как ты думаешь, может мне проиллюстрировать твою будущую книгу?

Он улыбнулся и зарылся носом в её волосы. Лаванда обвила руками его торс и прижалась ближе к любимому.

— Они такие красивые, — восторженно сказала она, глядя, как Себ перебирает листы. — Если тебе хочется, то давай поработаем вместе над книгой. Я буду счастлива.

Она отодвинулась, чтобы заглянуть Себу в глаза. Он посмотрел на неё в ответ, и что-то щёлкнуть внутри него. Парень нежно обнял девушку и поцеловал. Они целовались долго, тягуче, и границы времени будто стёрлись для них двоих.

Лаванда потянула Себастиана к кровати, углубляя поцелуй. Девушка чувствовала поднимающийся жар от кончиков пальцев до корней волос. Ей хотелось большего и как можно быстрее. Но он остановил её. И, погладив по голове, прошептал:

— Я думаю, что сегодня тебе лучше отдохнуть. Давай ложиться спать.

Лаванда разочарованно закусила губу, на что парень, засмеявшись, сказал:

— У нас ещё утро впереди, не расстраивайся так сильно.

Сходив в душ и переодевшись в пижамы, Лаванда с Себом залезли под теплое одеяло. Они уютно устроились в объятиях друг друга и уснули, убаюканные начавшимся за окном осенним дождём.

Утром, пока Себастиан возился на кухне с завтраком, Лаванда получила от мамы смс. «Мы с папой всё обсудили. Он знает хорошего специалиста, который работает с психологическими травмами, как у тебя. Как вернёшься, обсудим. Люблю тебя», — говорилось в сообщении. Девушка стояла напротив кровати, уставившись на картину. А мысли её были далеко. Но стоило ей переключить внимание, как нарисованная фигура показалась ей знакомой. В этот момент в комнату вошёл Себастиан. На нём были только спортивные штаны. Лаванда невольно залюбовалась своим парнем: взлохмаченные белые волосы, кубики на животе, мускулистые руки, длинные нежные пальцы. Она закусила губу и покраснела, вспомнив, как он разбудил её утром и как в этом процессе участвовали его пальцы.

Себ обнял Лаванду, целуя её в висок.

— Завтрак готов. Идём?

— Да, идём.

За поглощением яичницы, Лаванда подробно рассказала Себастиану о своём разговоре с мамой и об утреннем сообщении от неё.

— Давай спросим у моей мамы тоже. Лучше послушать нескольких специалистов и остановится на том, с которым тебе будет комфортнее работать.

— Согласна. Надеюсь, твоя мама не отреагирует остро на такие вопросы.

Себ ухмыльнулся.

— Беру её на себя. Тебе нечего бояться.

— Кстати, я бы хотела представить тебя своим родителям в новом статусе, если ты не против — скромно пряча взгляд в тарелку, проговорила Лаванда. Парень взял её за руку, внимательно посмотрел в глаза и ответил:

— Конечно, я не против, я только за.

Лаванда подняла взгляд на любимого, и улыбка засияла на её губах. Утро и день они провели вместе, а когда вечером Себастиан отвёз её домой, ещё долго стояли у машины, обнявшись.

Глава 18

Лаванда смотрела на своё отражение. Босыми ногами она чувствовала холодную плитку. Чувство холода возвращало её в реальность. Сейчас она находилась в ванной, в доме родителей. Не в тёплом пруду, борясь за свою жизнь, как ей казалось. Периодически пелена застилала её глаза. И тогда она вспоминала тот день, когда всё изменилось. А когда погружение в прошлое проходило, она снова сталкивалась взглядом с самой собой. Здесь и сейчас. Ей хотелось разглядеть что-то новое в своих глазах, поэтому девушка уже 15 минут стояла в одной позе, не отрываясь от зеркала. Лаванда искала внутри смелость переступить через травмирующий опыт и продолжить жить дальше.

Вот уже месяц она занималась с психотерапевтом. Её сразу предупредили о том, что некоторые воспоминания лучше похоронить. Но девушка настаивала на своём. В итоге специалист сдался, и они начали работать по методу «движения глаз».

Девушка уже несколько раз пожалела о том, что пошла на такой шаг. Её всё чаще накрывало волной воспоминаний. И выбраться было всё труднее. Каждую ночь она мучилась от одного и того же кошмара. Она просыпалась от того, что либо мама, либо Себастиан трясли её за плечи, приводя в чувство.

И в этот день, когда нужно было ехать на очередную сессию, Лаванда не могла оторваться от зеркала. Ей было страшно, хотелось убежать и спрятаться. Будто терапия не шла на пользу. Но все вокруг стали замечать, что при упоминании Вероники, девушку стало меньше трясти. Она больше не реагировала так остро на разговоры окружающих о её подруге.

Ей так и не удалось организовать нормальную встречу Себастиана с родителями. Однако и любимый, и мама с папой отнеслись к этому с пониманием. На каждую сессию с психотерапевтом её отвозил Себ. И сегодняшний день не стал исключением.

Мама подошла к двери и взволнованно постучала.

— Лаванда, Себастиан уже десять минут ждёт внизу. У тебя всё хорошо?

Девушка тряхнула головой, сбрасывая очередное наваждение. Чтобы успокоить мать, она ответила, стараясь сдержать дрожь в голосе:

— Да, я сейчас выйду.

На первом этаже её встретили встревоженные Абигейл и Себ. Девушка, стараясь не смотреть им в глаза, взяла парня за руку и повела к выходу из дома, кинув маме «до вечера».

Сев в машину, они молчали до конца поездки. А когда Лаванда попыталась выйти, дверь оказалась заперта. Себастиан попробовал взять её за руку, но девушка одним взглядом пресекла его попытку.

— Ты не хочешь обсудить твоё состояние? Я беспокоюсь, — коротко сказал он.

— Если бы я хотела, то сказала бы тебе прямо. Выпусти меня, — прозвучало резче, чем она хотела. Но парень не стал сопротивляться. Молча нажав на кнопку открытия дверей, он отпустил её в морозный осенний день.

Лаванде хотелось развернуться и крикнуть, что доедет обратно одна. Но она сдержалась, осознав, что совершенно не хочет кричать на любимого. Внутри неё бушевал ураган различных чувств. И не имея сил его сдержать, она расплакалась, как только переступила порог кабинета. На этой сессии всё пошло совершенно не так, как она ожидала. Ей начало становится легче. Будто весь залп противоречивых эмоций разом ударил в невидимую стену. И когда Себастиан встретил её после сеанса, она прижалась к нему, как раньше. Себ нежно гладил её по волосам, крепко обнимая. И они оба почувствовали, что кризис миновал.

В выходные в городе отмечали Хэллоуин. Все улицы украсили фонари-тыквы и гирлянды из осенних листьев. Жители готовились к празднику каждый по-своему: кто-то пёк тыквенные пироги, кто-то ходил в костюмах разных персонажей из фильмов, сериалов, игр и книг. Все фотографировались, смеялись и радовались приближению зимы. На главной площади объявили конкурс на лучший костюм. Его естественно проводила мама Себастиана.

Лаванде впервые осознанно захотелось быть в шумной толпе, наблюдая за праздником. Они стояли с Себом, взявшись за руки. Девушка положила голову на его плечо. Впервые за месяц она почувствовала огромную благодарность за всё, что он для неё сделал. Парень приобнял её, шепнув что-то про какао. А она не слышала его слов. Лаванда смотрела в глаза Себастиану, и в очередной раз не верила, своему счастью. Он каждый день доказывал ей делом, что пойдёт до конца. Что в самое тёмное время будет готов поддержать её, несмотря ни на что.

И когда он повторил свой вопрос, она нежно улыбнулась и согласно кивнула.

Эванджелина и Абигейл стояли у фонтана, непринуждённо болтая. Когда парень с девушкой подошли к матерям, они встретили их улыбками.

— До сих пор не верится, что наши дети решили встречаться, — прошептала Эванджелина на ухо подруге. Та лишь ухмыльнулась. — Как вам праздник? — спросила она у молодых людей.

— Как всегда на высоте, — ответил Себастиан за двоих.

— Лаванда, если тебе захочется поучаствовать в организации — скажи мне. Нам всегда нужны сценарии для театральных представлений. Себастиан и Абигейл рассказывали, что ты пишешь. Мне нравится, когда творческие люди нашего города раскрывают свой потенциал на городских праздниках.

Лаванде было неожиданно приятно услышать такое предложение от Эванджелины. Хоть ей и, казалось, до сих пор, что миссис Стоун не в восторге от выбора сына, её слова прозвучали дружелюбно. Возможно, повлияло присутствие Абигейл, но девушка решила не напрягать голову лишними треволнениями. Закончился Хэллоуин праздничным салютом.

Когда первый снег выпал на полях вокруг осеннего города, Лаванда радостно распахнула окно, вдыхая морозную свежесть. Сегодня было первое утро за несколько месяцев, когда она почувствовала неимоверную лёгкость. Уже несколько недель её не мучили кошмары ни во сне, ни наяву. Терапия закончилась. Девушка чувствовала, что старая рана затягивается. Ей больше не страшно было вспоминать тот день на озере. Не страшно было вспоминать Веронику. Она готова была наконец-то отпустить призрака прошлого, оставив в сердце лишь светлые воспоминания.

Глава 19

Неожиданно для Себастиана и Лаванды, их матери решили организовать семейный обед. Им обеим показалось это замечательной идеей. И хоть отца Себа до сих пор не было в городе, это не помешало им собраться в доме Стоунов.

Лаванда судорожно выбирала платье, когда в комнату постучала Абигейл. Она помогла дочери с выбором, а после они вместе уселись на кровать, болтая о всякой чепухе.

Внезапно мама взяла девушку за руку и внимательно посмотрела ей в глаза.

— Ты уверена, что Себастиан Стоун — это тот человек, который тебе нужен?

От этого вопроса внутри Лаванды всё похолодело. Она была уверена, что её мать поддерживает их. Несмотря на нахлынувшее смятение, дочь ответила маме ровно и чётко:

— Я бы не согласилась встречаться с ним, если бы были какие-то «но».

— Ты скоро уедешь в другой город. Я решила поднять этот вопрос заранее. Вы обсуждали, как на вас повлияет твой отъезд?

— Нет, не обсуждали, — глубоко вздохнув, ответила Лаванда. — Но я уверена, что ничего не изменится. Мы прошли вместе несколько непростых месяцев психотерапии, расстояние не так страшно.

— Не хотела бы с тобой спорить, однако на все пары расстояние влияет по-разному. Вам стоит это обсудить. Ты сама как видишь ваше будущее?

— Я об этом не думала, но уверена, мы придём к лучшему для нас обоих решению.

— Очень надеюсь, — улыбнулась Абигейл.

Когда мама вышла из комнаты, девушка задумалась. Она отодвигала этот вопрос, надеясь, что всё решится само. Но видимо, пришла пора расставить все точки над «и».

Когда вся семья Лаванды приехала в дом Стоунов, стол уже был накрыт, а вокруг бегали официанты.

— Наш повар сегодня особенно постарался, — прокомментировала это Эванджелина. Абигейл радостно выплеснуть руками и, подмигнув подруге, ответила:

— Надеюсь, он приготовил мои любимые креветки в кляре. Они у него получаются волшебными.

Эва довольно приобняла Абигейл, кивнув:

— Специально для тебя я попросила сегодня и креветки тоже.

Все сели за стол, Себастиан открыл бутылку игристого вина. Под мерный стук приборов и тихие разговоры, приступили к обеду. К удивлению Лаванды, сегодня Эванджелина была дружелюбна и даже немного мила. Присутствие подруги рядом положительно влияло на маму Себастиана. Но девушка не могла расслабиться, постоянно возвращаясь к словам Абигейл о том, как расстояние может повлиять на их с парнем отношения. Вспомнилось, что мама Себастиана тоже волновалась по поводу этого вопроса. От этого Лаванде стало не по себе. Себ заметил, что с ней что-то не так. Поэтому, когда все решили сделать перерыв перед десертом, взял девушку за руку и вывел на свежий воздух.

Озеро рядом с домом было покрыто тонким слоем льда. Деревья, запорошённые снегом, искрились от света солнца. Вокруг царила настоящая зимняя сказка. Себастиан и Лаванда присели на шезлонги, расположенные на площадке рядом с водоёмом. Они держались за руки, любуясь природой.

— Что нас ждёт? — внезапно для себя, спросила девушка.

— Десерт и чай. Если хочешь кофе, можешь только сказать, — улыбнулся Себ.

— Ты понял, о чём я, — с укоризной взглянула на него Лаванда. Себастиан вздохнул и ответил:

— Ты уедешь продвигать свою книгу в разные издательства. Как только всё закончишь, собираешься вернуться, так?

— Да, примерно так. А ты?

— А я в это время обучаюсь у отца и матери, чтобы однажды возглавить семейный бизнес. И готовлю для нас отдельный дом. Хватит уже жить отдельно друг от друга.

Лаванда вытаращила глаза. С одной стороны, она обрадовалась, что он видит своё будущее рядом с ней. А с другой, ей совершенно не понравилось, что он даже не спросил, хочет ли она жить с ним в том доме. Она озвучила парню свои мысли, затем добавила:

— Давай договоримся, что такие вещи мы всегда будем обсуждать вместе, даже если ответ очевиден.

— Мне нравится договариваться, особенно вместе, — прошептал Себастиан и улыбнулся. — Хочешь сбежать отсюда?

Лаванда бросила взгляд на дом, прислушиваясь к смеху.

— Думаю, они не расстроятся, если мы исчезнем ненадолго, — ответила она и, ведо́мая Себом, пошла прочь от озера. Они сели в машину и уехали туда, где встретились первый раз.

Заброшенный особняк встретил их тишиной. Нетронутый никем снег приятно хрустел под ногами, когда они шли по главной аллее к крыльцу. Время здесь остановилось. Оранжерея молчаливо возвышалась, словно иглу. Белоснежные снежинки, словно зимние феи летали вокруг. Лаванде казалось, что как только они пересекли ворота, волшебный поток перенёс их в другое время. И в этом времени они блуждают одни, последние люди на земле, ища ответы в покинутом доме.

— Ты уже решила, когда уедешь в город?

— Думаю, после нового года. Как раз праздничная суета уляжется. Кстати, хотела уточнить: ты сможешь приехать ко мне в гости? У меня не самая лучшая квартира, зато сможем провести время вместе.

— Думал, что ты не пригласишь, — ухмыльнулся Себ.

Они остановились около крыльца. Через приоткрытую дверь темнота внутри особняка казалась пугающей, гнетущей. Будто оттуда сейчас появятся огромные руки и утащат вглубь. Девушка не смогла выдержать этого напряжения и отвернулась, разглядывая разрушающийся купол оранжереи.

— Ты думаешь, мы справимся? Расстояние по-разному влияет на пары.

Себастиан приобнял Лаванду за плечи и ответил:

— Только если мы оба хотим справиться. Иначе вся эта затея рухнет, как стёкла оранжереи под тяжёлым снегом.

Они стояли молча, обнявшись, думая каждый о своём. Но то тепло, которое разлилось в этот момент внутри Лаванды, дало ей главное – надежду. Надежду на то, что она и Себастиан выдержат все испытания, которые приготовила для них судьба.

Глава 20

День отъезда наступил быстрее, чем думала Лаванда. Она проснулась рано, наслаждаясь тишиной в доме. Птицы пели за окном, обещая солнечный и радостный день. Девушка сладко потянулась, желая продлить момент, когда никуда не надо бежать. Через несколько часов она сядет на автобус, который повезёт её к новым событиям, новым людям, новым целям. Всё внутри неё сжималось от волнения и предвкушения. Это было горько-сладкое чувство вот-вот исполненной мечты. Она мечтала всю жизнь о том, что станет писателем. Но теперь, когда пришло время осуществить задуманное, девушка почувствовала себя неуютно. Будто заканчивалась беззаботная пора, где были только она и её фантазии, и начинались будни тяжёлой работы, требующей полной отдачи. Глядя в потолок, Лаванда вдруг вспомнила, как чудесно они провели праздники.

Новый год они отпраздновали всей семьёй в тёплой атмосфере. Даже Эва веселилась со всеми, распевая праздничные песни. Лаванда сидела за столом, наблюдая за сумасшедшими танцами своей матери и её подруги, и думала о своём скором отъезде. Уезжать из города сейчас не хотелось, особенно когда всё наконец-то наладилось. Часы пробили полночь, и девушка загадала, чтобы счастье, которое ощущали все за столом в эту минуту, никогда не заканчивалось. Себастиан нежно сжал её руку. Они обменялись символическими подарками решив, что вместо дорогих вещей потратят деньги на совместное путешествие. Она смотрела на него, и страх парализовал её тело. Лаванда боялась, что её погоня за мечтой разрушит то, что они начали строить с Себом. Отбросив тревожные мысли, она решила продолжать веселиться со всеми. И глядя на салют, пообещала себе меньше тревожиться в новом году.

Нехотя встав с кровати, Лаванда начала собирать вещи в небольшую дорожную сумку. Когда всё было собрано, девушка спустилась на кухню, где мама хлопотала с завтраком, напевая какую-то попсовую песенку.

— Доброе утро, милая, — не глядя на дочь, проговорила Абигейл. — Собралась?

— Доброе утро. Да, я готова, — ответила Лаванда, присаживаясь за стол. — Но не морально.

Абигейл вздохнула и повернулась к дочери.

— У тебя всё получится! Ты так долго к этому шла, я не знаю никого, кто бы так упорно шёл к своей цели.

Она присела к дочери и приобняла её. Лаванда почувствовала, как в объятиях матери волнение начало отступать. На кухню зашёл отец. Увидев, как его любимые девочки обнимаются, он тут же присоединился к ним. От этого нежного порыва на глазах у девушки выступили слёзы.

Они позавтракали вместе, вспоминая смешные моменты из прошлого. Лаванда ещё раз поняла, как важно для неё общение с семьёй. К её огромной радости, родители принимали её такой, какая она есть, не пытаясь исправить. Не всем в жизни выпадает такое счастье.

Чуть позже приехал Себастиан. Они все вместе сели пить кофе. Разговор перетёк в другое русло: высказывались надежды по поводу быстрого выхода в тираж книги Лаванды, а также кто кого будет играть в будущей экранизации. Девушка опять было напряглась, но тут же расслабилась. Вера близких людей дала ей уверенность в том, что она всё делает правильно. А если они размечтались об экранизации – точно можно отбросить все волнения и смело смотреть вперёд.

На автобус её провожали всей толпой. Абигейл еле-еле сдерживала слёзы. Эванджелина давала последние напутствия, напомнив Лаванде, что здесь её всегда ждут в театральном кружке с распростёртыми объятиями. Себастиан в очередной раз предложил отвезти девушку на его машине. Лаванде этого очень хотелось, но она понимала, что тогда расстаться с ним ей будет ещё сложнее. Лучше было попрощаться здесь, пока она может отпустить его. Мама с папой ещё раз крепко сжали её в объятиях.

— Не забудь позвонить, когда доедешь. Если будет возможность — звони чаще, — шутливо погрозив пальцем, сказал отец. Абигейл лишь глубоко вздохнула.

После родителей, Себастиан подошёл к Лаванде, прижал к себе и долго не отпускал, не обращая внимания на шуточки со стороны. Она уткнулась ему в плечо, вдыхая аромат его тела, чувствуя, что уже скучает.

— Я рядом. Если тебе станет страшно или одиноко — только позвони. Несколько часов и я буду у тебя, — прошептал он ей на ухо. Она молча кивнула, чтобы только он понял её ответ. Влюблённые отошли друг от друга, лишь когда водитель автобуса объявил посадку.

Лаванда заходила в автобус с тяжёлым сердцем. Самым страшным для неё было не вернуться сюда, к нему. Она села у окна, ещё раз посмотрев на всех. Родители весело махали ей, Абигейл вытирала невольные слёзы платком. Себ положил руку на стекло. Лаванда положила свою в ответ. Когда автобус начал движение, парень какое-то время по инерции шёл за ним. Девушка оставляла в этом городе что-то большее. Она оставляла здесь своё сердце.

Лаванда прижалась лбом к стеклу. Ей стоило больших усилий не оглядываться. Слёзы предательски скребли горло. Мимо проносился осенний город, укрытый белоснежным одеялом. Деревья стояли укрытые снегом, молчаливо провожая её в новый этап в жизни. Развалины поместья, пронёсшиеся мимо окна, словно говорили: «Уезжай, а мы будем ждать тебя здесь. Всегда». Девушка смотрела, как убегали вдаль очертания места, которое стало её настоящим домом. Она держалась, пока на дороге не показался указатель с названием осеннего города. А после этого больше не смогла удержать рвущийся поток эмоций внутри. Сидящие рядом люди так и не поняли, почему незнакомая им девушка горько плакала всю дорогу до города.

Глава 21

Лаванда укуталась в плед по самый нос. Весна выдалась холодной в этом году. Девушка любовалась проплывающими мимо облаками. Небо, по-зимнему голубое и холодное отражалось в глади застывшего озера. Удивительно, но лёд на воде практически растаял. Все прогнозы твердили в унисон, что лето будет особенно жарким. Девушке хотелось в это верить. Она мечтала окунуться в тёплую воду этого водоёма. Искупаться вдоволь и затем греться на солнышке. Лаванда и подумать не могла, что будет мечтать провести в осеннем городе не только одно лето, но и всю жизнь.

Рядом с Лавандой присел Себастиан. Он по-хозяйски положил свою руку на её талию и прижал девушку к себе. Тёплое дыхание защекотало волосы у неё на затылке.

— Сейчас принесут тепловую пушку, тебе будет теплее, — сказал он.

— Спасибо. Может, и не стоило сегодня пить чай у озера.

— Всегда есть варианты, как улучшить ситуацию и не нарушить нашу новую традицию.

Когда Лаванда вернулась в осенний город, они завели с Себом новую традицию — чаепитие на открытом воздухе каждый день. Это заряжало обоих положительными эмоциями и давало провести немного времени вместе.

С тех пор как девушка поехала покорять мир издательств, прошёл год. После нескольких мрачных месяцев скитания от одного редактора к другому, её книга наконец-то появилась на полках в книжных магазинах. Затем начались месяцы настраивания и наполнения соцсетей, перебарывания себя, чтобы написать хотя бы один пост или записать видео. И вот она стала достаточно известной в книжных кругах, чтобы хобби превратилось в работу. Когда она поняла, что может справиться с рутиной удалённо, Лаванда тут же собрала дорожную сумку и села в первый автобус, который следовал в осенний город.

В этом месяце родители Себастиан любезно уступили парочке свой дом, пока в новом доме, который купил Себ, шёл ремонт. Скоро они начнут обживаться в своём «гнезде». Лаванда и подумать не могла, что у них выйдет так быстро построить отношения, о которых она мечтала всю жизнь. Она перестала ловить себя на мыслях «а что, если». А что, если Себ её бросит, а что если они не поймут друг друга. Теперь всё было наполнено мечтами и планами о будущем рядом с любимым человеком. Девушка исполнила своё новогоднее обещание меньше тревожиться.

Вместе с тепловой пушкой принесли два бокала шампанского. Девушка недоумённо посмотрела на дворецкого, а затем на хитро ухмыляющегося Себастиана. Когда служащий дома ушёл, парень встал и опустился перед Лавандой на одно колено. У неё перехватило дыхание. Все мысли разом улетучились, а вместо поющих птиц она слышала только стук своего сердца.

— Лаванда, — начал он. — Я не готовил речь, подумал, что слова сами придут. Я люблю тебя и хотел бы прожить с тобой всю жизнь и в радости и в горе. Ты станешь моей женой?

Она не смогла ответить. Переполненная эмоциями, Лаванда лишь утвердительно кивнула. Себастиан надел ей на палец кольцо, и они ещё долго стояли, обнявшись.

Шампанское было выпито, все планы обсуждены, поэтому теперь они сидели вместе, глядя на озеро. Молчание было для них комфортным. Оба думали о своём счастье.

— Кстати, я говорил тебе, что девушка с драконом над моей кроватью — это ты? — внезапно вспомнил Себ. Лаванда тихо рассмеялась, крепче прижимаясь к любимому.

Свадьбу решили играть осенью, когда город снова оденется в разноцветную листву. Вместо свадебного торта — классический пирог с тыквой. В свадебном букете — осенние листья. И когда Лаванда шла между рядами гостей, она чувствовала, что никогда прежде не была так счастлива и уверена в своём будущем. А у алтаря её ждал он — замкнутый, красивый блондин с серыми глазами, о котором она не смела никогда мечтать. И впереди их ждало много радости и горя. А сегодня они решили пройти этот путь вместе, рука об руку. Влюблённые друг в друга до последнего вздоха.