Латте для демонессы, или Физика безответной любви. Часть-2

Глава 1. Арена Судьбы и законы Драконитов

Пространственный прорыв сквозь невидимый щит обошёлся дорого. Кайден возвращался в сознание медленно, сквозь пелену тупой, изматывающей боли в рёбрах и плече. Око Истины на его груди больше не пульсировало, оно остыло, словно растратив всю свою внутреннюю энергию на удержание того последнего, спасительного барьера.

Первое, что он ощутил, был запах — свежий, чистый, с едва уловимым ароматом дорогих благовоний и незнакомых лекарственных трав. Парень открыл глаза и обнаружил, что лежит на широкой деревянной кровати с мягкими шёлковыми простынями. Комната, в которой он находился, была светлой и просторной. Стены, облицованные деревом, украшали аккуратные светильники. На окнах висели плотные шторы.

Кайден повернул голову и замер. На соседней кровати лежала Малико. Её тяжелые боевые доспехи были аккуратно сложены на стуле рядом, а сама она была одета в простую свободную тунику. Тонкий хвост демонессы неподвижно покоился на одеяле, а рожки казались бледными. На её плече и виске белели чистые, наложенные повязки. Она ещё спала, её дыхание было прерывистым.

Рядом со стойкой бесшумно двигался высокий, статный мужчина. Внешне он выглядел абсолютно как человек, за исключением необычайно плотной кожи благородного бронзового оттенка и тяжелого, пронзительного взгляда янтарных глаз с вертикальными зрачками. Дракониты унаследовали кровь древнего дракона, обладавшего невероятной физической силой и сокрушительной внутренней энергией, но сохранили человеческий облик и построили развитую цивилизацию. Мужчина был одет в чистую, отлично скроенную тёмную мантию с серебряной вышивкой на рукавах.

— Лежи, человек, — глухо, с рокочущим присвистом произнёс он, не оборачиваясь. — Твои кости целы, а внешние раны не значительны. Твоей спутнице повезло меньше — её задело осколками камней. Наши лекари закрыли ее раны.

— Где мы? — хрипло спросил Кайден, садясь на кровати. Мышцы отозвались острой судорогой, но парень быстро справлялся с оцепенением.

— В приграничном городе драконитов, — ответил лекарь, убирая флакон с остатками мази.

В этот момент Малико слабо застонала и открыла багровые глаза. Она мгновенно попыталась вскочить, её рука рефлекторно дернулась к бедру, где обычно покоился фиолетовый клинок, но оружия там не было. Демонессу качнуло от слабости, и Кайден успел перехватить её за плечи, удерживая от падения.

— Тише, капитан, — негромко сказал парень, глядя в её испуганный взор. — Бой окончен. Мы в безопасности.

Малико узнала его. Её брови привычно нахмурились, но в багровых глазах вместо прежней злости на секунду промелькнуло сложное, нечитаемое чувство. Она помнила вспышку взрыва и то, как этот странный человеческий мечник закрыл её собой, приняв весь удар на свой барьер. Она медленно отстранилась, убирая его руку, и перевела взгляд на драконита.

Не успели они произнести ни слова, как тяжелая деревянная дверь, плавно отворилась. В комнату вошли двое вооруженных стражей в полированных стальных полудоспехах с тяжелыми алебардами. Возглавлял их командир — широкоплечий, мощный воин, чьё лицо было пересечено глубоким старым шрамом. На нём был военный мундир с геральдическими знаками Клана.

— Вы пришли в себя, нарушители, — пророкотал командир стражи. — Я — капитан Гаррон. По приказу Совета вы арестованы. Вы совершили тягчайшее преступление — осквернили границы Скрытых Земель и повредили пространственный барьер предков.

Малико, несмотря на слабость, выпрямила спину. В ней снова проснулся гордый офицер Демонической Империи. Она сделала шаг вперёд, высоко подняв голову: — Я — капитан Малико, командующая авангардом Повелителя Бездны. Произошедшее — случайность, мы отбивали атаку карательного корпуса. Моё появление здесь — знак судьбы. Капитан Гаррон, я требую немедленной встречи с вашим правителем, Драконитов. Моя империя ведет войну, и мы готовы предложить вашему народу золото, земли и вечный союз, если вы выступите на нашей стороне.

Гаррон медленно перевел свой холодный янтарный взгляд на демонессу. В его глазах не было ни капли интереса к её предложению. Лишь ледяное равнодушие.

— Нам нет дела до вашей войны, демон, — отрезал командир стражи. — Земли, золото и союзы не имеют ценности для Драконитов. Нам безразлично, кто победит в вашей резне — люди или исчадия Бездны. Вы нарушили наш покой и разрушили барьер. Это всё, что нас интересует. В аудиенции с правителем отказано.

Малико изменилась в лице, её клыки угрожающе приоткрылись, но Кайден мягко коснулся её локтя, призывая к молчанию. Парень посмотрел на Гаррона:

— Что будет с нами дальше?

— Завтра утром вы предстанете перед советом, — сухо ответил драконит. — Старейшины решат вашу участь. Стража, увести их. Мечи оставить в оружейной.

Следующий день начал свой отсчёт на рассвете. Кайдана и Малико, скованных наручниками из холодного железа, подавляющего магию, вывели в Высший Чертог Совета. Зал поражал своим великолепием — высокое многоэтажное здание правительственного квартала было выстроено из белого мрамора, с огромными витражными окнами, сквозь которые падали ровные лучи солнца. На полукруглых трибунах, восседали двенадцать старейшин. Это были могучие, статные люди в строгих, богато украшенных одеждах, чьи янтарные глаза светились накопленной веками мудростью и силой предков.

— Нарушители стоят перед Советом, — провозгласил Гаррон, ударив древком алебарды о мраморный пол.

Один из старейшин — суровый мужчина в парадной мантии с золотым шитьем — подался вперёд и яростно произнёс:

— Демон и человек. Извечные враги, принесшие свою грязную войну к нашим порогам. Они пробили барьер, который стоял триста лет! Зачем вы здесь? Кто послал вас? Вы шпионы?

— Смерть нарушителям! — поддержал его другой старейшина с правого фланга. — Наш закон един для всех. Казнить их на городской площади,— земли драконов закрыты для чужаков!

Малико хотела высказаться, но её сковал тяжелый кашель — раны всё ещё давали о себе знать.

Тогда вперёд шагнул Кайден. Его закованные руки тяжело звякнули. 18-летний юноша стоял перед древними владыками городов без признака страха. В его глазах читалась, взвешенная уверенность, он привык отвечать за свои поступки и просчитывать каждый шаг.

В центре трибуны поднялся Верховный Старейшина — исполинского роста драконит по имени Торан. На нём были длинные шелковые одежды правителя, а аура вокруг него буквально дышала тяжелой, подавляющей силой драконьей крови. Он поднял ладонь, призывая Совет к тишине.

—Дракониты никогда не были бессердечными убийцами, — веско произнёс Торан. Его глубокий голос эхом разнёсся по залу ратуши. — Мы караем за умысел, но судим по справедливости. Говори, человек. Как вы, двое из враждующих рас, оказались вместе в эпицентре взрыва, разрушившего наш барьер?

Кайден поднял голову, глядя прямо в глаза Верховному Старейшине:

— Мы не шпионы и не искали войны с вашим народом, почтенный Торан. Наш отряд двигался к границам Империи, когда нас атаковал карательный корпус демонов. Мои спутники применили нестабильное взрывное заклинание, чтобы уничтожить врага. Сила взрыва была такова, что импульс отбросил нас на пространственную стену.

Кайден на секунду обернулся и посмотрел на бледную Малико, а затем снова повернулся к Совету:

— Ударная волна должна была разорвать её на части о скалы. Я принял решение закрыть её своим барьером. От ударной волны и наших тел. Барьер не выдержал давления и прогнулся, затянув нас внутрь. Мы защищали свои жизни.

Старейшины зашумели. Дракониты были поражены тем, как Кайден без тени испуга высказывался перед советом.

Верховный Старейшина Торан долго молчал. Он переводил взгляд с Кайдена на Малико, анализируя каждое слово человеческого воина. Наконец, великий драконит медленно опустился на свое кресло.

— Твое объяснение звучит убедительно, Кайден, — произнёс Торан, и на его суровом лице отразилось уважение. — Ты проявил воинскую доблесть, защитив врага, и твой разум чист от суеты. Но наши законы не могут быть нарушены просто так. Барьер повреждён, и за это должна быть уплачена цена. Мы не казним вас как преступников, ибо умысла в ваших действиях не было. Но вы должны доказать, что ваши жизни угодны богам этого мира.

Торан поднял лапу, указывая на массивные стальные двери в дальнем конце зала, ведущие к центральному амфитеатру города.

— Вы пройдёте Испытание на Арене Судьбы, — провозгласил Верховный Старейшина. — Завтра на главной арене города вы сойдётесь в бою с сильнейшими воинами нашего Клана. Без магии, без доспехов — только ваша сталь, ваши мышцы и ваша воля. Если вы выстоите и победите — Дракониты признают ваше право на жизнь, вернут вам свободу и закроют обвинение. Если нет... значит, такова воля судьбы. Суд окончен. Стража, вернуть заключённых в покои и выдать им их мечи для подготовки к бою.

Двери за их спинами закрылись. Кайден и Малико остались стоять в светлом коридоре, конвоируемые стражей. Демонесса тяжело посмотрела на парня:

— Завтра нас убьют на этой арене, человек. Дракониты — прирождённые мастера боя, в их жилах течёт сила истинных драконов.

— Нас не убьют, Малико, — спокойно ответил Кайден,

Малико едва сдерживала дрожь, но Кайден мягко коснулся ее руки, и этот мимолетный жест отозвался в сердце демонессы внезапным теплом — они были готовы делить одну участь на двоих до самого конца.

Однако, бросив взгляд на мерцающий магический барьер, Кайден посерьезнел: там, на той стороне, без лидера и защиты остался его отряд. Товарищам предстояло выживать в одиночку, пока на арене будет решаться судьба их командиров. И что же ждет нас завтра на арене судьбы.

Глава 2. Арена Судьбы

Городской амфитеатр Драконитов напоминал колоссальную чашу из белого и серого мрамора, залитую безжалостным утренним солнцем. На трибунах, поднимавшихся до самого неба, шумели тысячи горожан.

Кайден и Малико стояли в центре круглой песчаной арены. Наручники, подавляющие магию, с них сняли, но и использовать заклинания было запрещено правилами Высшего Суда. Только сталь и физические возможности тела.

На Кайдене были лишь простые холщовые штаны и легкие кожаные сапоги. В его ладонях привычно покоился тяжелый стальной полуторный меч. Чуть в стороне стояла Малико, сжимая свой изящный фиолетовый клинок. Без тяжелых доспехов, в облегающей тренировочной тунике, она казалась хрупкой, но её багровые глаза горели опасным огнем гордого офицера.

Тяжелые стальные ворота на противоположной стороне арены медленно поползли вверх. На песок вышли двое чемпионов — Крон и Траск. Это были идеальные атлеты, чья бронзовая кожа блестела на солнце, а янтарные зрачки были сфокусированы на нарушителях. В руках Крона покоилась массивная обоюдоострая секира, а Траск лениво вращал в ладони тяжелый палаш. Сила древнего дракона-предка, бурлившая в их жилах, заставляла воздух вокруг них едва заметно дрожать от избытка мощи.

— Правила просты! — громогласно разнеслось над амфитеатром. — Бой идет до первой пролитой крови или потери оружия! Магия стихий запрещена! Да решит Судьба!

Траск презрительно усмехнулся, глядя на худощавого 18-летнего Кайдена:

— Человеческий щегол. Твои кости превратятся в муку после первого же столкновения с драконитом. Сдавайся сразу.

Кайден не ответил. Он лишь поудобнее перехватил рукоять полуторника и слегка присел, смещая центр тяжести вниз. Тренировки отца давали ему лишь одно — абсолютное хладнокровие, умение не паниковать и трезво оценивать движения противников, пока они слепо полагались на свою ярость.

— Малико, — тихо, не оборачиваясь, произнес Кайден. — Траск — твой. Двигайся по кругу, не давай ему зажать себя у стены. Крона я беру на себя.

— Не указывай мне, человек, — процедила демонесса, но послушно сместилась вправо, принимая тактическую позицию.

С трибун донеслись удары гонга, и чемпионы сорвались с места. Скорость драконитов была пугающей.

Траск мгновенно сблизился с Малико. Его палаш описал стремительную, свистящую дугу. Демонесса едва успела уйти в сторону, приняв удар на скользящий блок. Раздался оглушительный звон стали. Малико отлетела на пару шагов, почувствовав, как онемели пальцы от дикой физической силы драконита. Траск не давал ей передохнуть, нанося быстрые колющие выпад за выпадом, заставляя её только защищаться.

В это же время на Кайдена лавиной обрушился Крон. Его тяжелая секира летела сверху вниз, намереваясь разрубить парня пополам.

Обычный боец попытался бы подставить меч под удар, но Кайден прекрасно понимал, что драконья мощь просто переломит его клинок или выбьет из рук. Парень замер, выжидая до последней доли секунды. Когда лезвие секиры оказалось в полуметре от его головы, Кайден резко рванулся влево.

Тяжелое оружие со свистом рассекло воздух и с грохотом врубилось глубоко в песчаный настил арены. Крон, вложивший всю свою силу в этот удар, на мгновение подался всем телом вперед, увязая вместе со своим оружием.

Кайден мгновенно воспользовался этой заминкой. Вместо прямого удара, который мог наткнуться на крепкие блоки драконита, парень перехватил меч поудобнее и с размаху впечатал массивное яблоко рукояти меча точно под локоть Крона, одновременно сделав жесткую подсечку под его опорную ногу.

Раздался глухой стук. Огромный драконит, подкошенный собственным весом и точным движением Кайдена, потерял равновесие и с грохотом растянулся на песке, выронив секиру. Кайден мгновенно сделал шаг вперед и зафиксировал острие своего меча у его горла.

— Оружие потеряно. Первый выбыл, — сухо произнес Кайден, глядя сверху вниз на ошарашенного чемпиона. Крон поднял руки, признавая поражение. На трибунах амфитеатра пронесся удивленный, гулкий ропот.

Но радоваться было рано. Траск, заметив поражение напарника, яростно зарычал. Он нанес Малико мощный удар, отбросив демонессу на песок, резко развернулся и на бешеной скорости понесся прямо на Кайдена, выставив палаш для смертоносного выпада.

Этот драконит был куда быстрее и опаснее предыдущего. Его палаш замелькал перед глазами Кайдена сплошной стальной стеной. Кайден едва успевал уклоняться, пятясь назад. Сталь звенела непрерывно — парень принимал удары только по касательной, чувствуя, как с каждым столкновением клинков по его рукам проходит волна жуткой, вибрирующей отдачи. Драконья кровь Траска давала ему колоссальное преимущество в выносливости.

Траск сделал обманный замах в голову, а сам резко перенаправил клинок, целясь Кайдену в бедро. Парень успел среагировать в последний миг — он подставил под удар гарду своего меча. Оружие соприкоснулось со скрежетом. Траск навалился всем телом, пытаясь просто пересилить и придавить Кайдена к земле. На лбу юноши выступил пот, его колени задрожали под весом могучего драконита.

— Сдохни, человеческий малек! — прошипел Траск, вдавливая палаш все ниже.

Кайден резко расслабил руки и позволил своему клинку скользнуть вниз. Палаш Траска по инерции ушел в песок, а Кайден, крутанувшись на пятке, ушел с линии атаки и оказался прямо за спиной драконита. Доля секунды — и Кайден нанес точный, хлесткий рубящий удар плоской стороной клинка по запястью Траска.

ХЛОП!

Пальцы драконита рефлекторно разжались от резкого болевого шока. Тяжелый палаш взлетел в воздух, описал красивую дугу и со звоном воткнулся в песок в десяти шагах от них. Траск замер, ошалело глядя на свою пустую ладонь, а затем медленно перевел взгляд на Кайдена, который уже держал лезвие полуторника в паре сантиметров от его янтарных глаз.

На огромном амфитеатре Драконитов воцарилась абсолютная, звенящая тишина. Тысячи зрителей застыли в глубоком шоке. Два сильнейших чемпиона, обладающие силой древнего дракона, были повержены за несколько минут 18-летним человеческим юношей. И побеждены не за счет магии, а с помощью пугающе точного, леденящего спокойствия и умения оборачивать силу врага против него самого.

Малико, тяжело опираясь на свой клинок, смотрела на Кайдена круглыми от изумления багровыми глазами. В её разуме снова вспыхнуло смутное, пугающее чувство. Этот парень только что спас её жизнь и доказал, что его хладнокровие сильнее любой ярости.

Верховный Старейшина Торан медленно поднялся со своего центрального кресла. Его глубокий голос эхом разнесся под куполом амфитеатра:

— Испытание окончено! Судьба вынесла свой вердикт! Чистый разум и верная сталь человека оказались сильнее драконьей крови. Дракониты признают вашу победу и ваше право на жизнь. Нарушители свободны! С них снимаются все обвинения!

Трибуны взорвались сдержанными, но уважительными аплодисментами драконитов. Кайден плавно опустил меч, выдохнул и убрал его в ножны. Он подошел к Малико, которая все еще пыталась прийти в себя, и открыто, тепло улыбнулся:

— Ну что, капитан Малико? Кажется, мы справились. Выполняем следующую задачу.

Демонесса долго смотрела в его светлые глаза, её хвост нервно дернулся, а брови привычно нахмурились, но в этом жесте больше не было прежнего ледяного презрения.

— Ты очень странный человек, Кайден, — тихо, но твердо произнесла она, убирая фиолетовый клинок. — Твое спокойствие пугает меня... но я признаю, что без тебя меня бы здесь не было.

Глава 3. Каменный город и воля вулкана

Тяжёлая деревянная дверь, украшенная изящной резьбой, с тихим щелчком отворилась. Капитан Гаррон, командир стражи ратуши, жестом приказал подчинённым опустить алебарды. Его янтарные глаза скользнули по Кайдану и Малико.

— Вы свободны, — пророкотал Гаррон, протягивая Кайдену его полуторный меч, а Малико — изящный фиолетовый клинок. — Совет держит своё слово. Обвинения в нарушении границ с вас сняты. Вы можете беспрепятственно покинуть наши земли.

Кайден принял оружие, привычно застегнув перевязь на поясе, и слегка наклонил голову:

— Благодарю за справедливость, капитан.

Гаррон хмыкнул, его суровое лицо со шрамом на секунду смягчилось:

— Не спешите уходить. Вы ранены и истощены после Арены Судьбы. Наш народ славится не только воинами. Настоятельно рекомендую вам посетить наш город, отдохнуть в таверне и набраться сил перед долгой дорогой. Дракониты умеют уважать тех, кто доказал свою доблесть в честном бою.

Выйдя за ворота ратуши, Кайден и Малико оказались на центральном проспекте. Город Драконитов действительно поражал воображение. Вместо привычных человеку бревенчатых избушек здесь возвышались монументальные многоэтажные здания из белого и серого мрамора, соединённые между собой воздушными мостами-переходами. Улицы были идеально чистыми. Жители в строгих, отлично скроенных одеждах передвигались без суеты. Прохожие больше не смотрели на них со страхом или злостью — в их глазах читалось лишь спокойное, молчаливое уважение к чужакам, одолевшим лучших чемпионов.

Малико старалась идти гордо, как и подобает офицеру демонического авангарда, но раны и голод давали о себе знать. Она то и дело незаметно прижимала ладонь к рёбрам, а её тонкий хвост уныло волочился по гладким мраморным плитам. Кайден, заметив это, тихонько хмыкнул.

— Нам нужно зайти куда-нибудь, человек, — негромко, но требовательно произнесла демонесса, упрямо глядя вперёд. — Силы на исходе. Моему телу нужно восстановить энергию после этой проклятой арены.

— Полностью согласен, капитан, — улыбнулся Кайден. — Твой внутренний резерв явно требует пополнения. Поищем место для отдыха.

По пути им попалась местная лавка одежды. Кайден, окинув взглядом порванную во время боя тренировочную тунику Малико, мягко взял её за локоть и увлёк внутрь. Спустя пару минут демонесса вышла оттуда в традиционном лёгком платье драконитов из плотного шёлка изумрудного цвета. Наряд идеально подчеркивал её точёную фигуру и благородный оттенок кожи.

Кайден замер, откровенно залюбовавшись ею. Романтик внутри него, спавший со времён гибели на сыром земном асфальте, окончательно проснулся.

— Тебе невероятно идёт этот цвет, Малико. Ты... прекрасна, — искренне, произнёс парень, глядя ей прямо в глаза.

Малико растерянно моргнула. Её багровые глаза расширились. Демоны в её мире никогда не говорили таких слов — там ценились лишь сила, жестокость и подчинение. Она почувствовала, как к щекам прилил непривычный жар. Чтобы скрыть смущение, она тут же нахмурилась и сердито дёрнула хвостом:

— Глупый человек! Хватит нести чушь! Платье просто... функционально и не стесняет движений при ударе! И вообще, я хочу есть!

Вскоре они наткнулись на вывеску из тёмного дерева, приглашающую в таверну «Золотой Нарост». Это было просторное городское заведение: массивные мраморные столы, удобные стулья с высокой спинкой и мягкое освещение от магических кристаллов под потолком. Кайден заказал у вежливого подавальщика два больших куска запечённого горного барана с пряными травами, свежий хлеб и кувшин прохладного ягодного настоя.

Когда еду принесли, Малико принялась за мясо с таким яростным аппетитом, что Кайден снова не удержался от улыбки. В этот момент демонесса, увлёкшись, забавно измазала кончик своего носа соусом из лесных ягод.

Кайден молча достал чистый платок, подался вперёд через стол и аккуратно, очень вытер её нос.

Малико застыла с куском хлеба в руке, перестав жевать. Расстояние между их лицами сократилось до нескольких сантиметров. Она видела его светлые, полные тепла и странной, вековой нежности глаза. В её демоническом сердце, которое до этого было холодным, как ледники северных гор, словно что-то дрогнуло. Ледяная броня, которую она выстраивала годами, дала первую едва заметную трещину. Она не отпрянула и не ударила его, а лишь тихо, растерянно спросила:

— Зачем ты это делаешь, Кайден? Зачем защищаешь меня, зачем заботишься? Мы ведь из враждующих рас. Для твоего народа я — чудовище.

— Для меня ты никогда не будешь чудовищем, Малико, — тихо и серьёзно ответил парень. — Я пройду этот мир насквозь и остановлю любую войну, просто чтобы ты могла жить и улыбаться.

Малико отвела взгляд, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди, но её хвост под столом впервые за всё время мирно и уютно обвился вокруг ноги Кайдена.

В этот момент к их столику бесшумно подошел высокий пожилой драконит в длинной серебристой мантии правительственного чиновника. Это был Верховный Старейшина Торан, который судил их в ратуше. Он жестом попросил разрешения присесть. Малико тут же отдёрнула хвост, снова напуская на себя строгий вид, хотя её ушки слегка подрагивали от смущения.

— Вы показали выдающееся воинское мастерство, — произнес Торан, устремив на Кайдена свой взгляд. — Дракониты редко видят столь хладнокровных бойцов среди людей. Обвинения сняты, вы вольны идти. Но Око Истины на твоей груди, Кайден... я вижу, как оно реагирует на твою силу. Зачем человек ищет путь в земли демонов, собирая вокруг себя отряд?

Кайден посерьезнел. Он открыто посмотрел на старейшину:

— Почтенный Торан, моя цель — остановить эту бессмысленную расовую войну, которая пожирает континент. Я знаю, что Империя Демонов готовит масштабное наступление, и если его не сдержать, прольются реки крови всех народов, включая ваш. Мне нужна сила, чтобы заставить обе стороны сесть за стол переговоров. Эльфы уже помогли мне укрепить магическую силу, но этого мало. Чтобы противостоять высшим генералам Бездны, мне нужно то, что сможет удержать их темную магию и защитить мою команду.

Торан долго молчал, мерно постукивая длинными пальцами по мраморной столешнице. На его лице отразилась глубокая задумчивость.

— Принудить к миру тех, кто жаждет крови — опасная ноша, человек. Одной стали тут мало. Но раз уж судьба пробила ради тебя наш барьер, я подскажу тебе путь. На южной окраине наших земель высится Гремящий Пик — действующий вулкан. В самом его сердце, посреди бушующего пламени, есть Кристалл Дракона. Это редчайший артефакт, концентрирующий в себе чистую первородную энергию земли и огня.

Старейшина подался вперед, и его голос стал тише:

— Если ты сможешь спуститься в жерло и забрать его, Кристалл Дракона станет ядром для твоей защитной магии. Твои барьеры обретут такую плотность, что их не сможет пробить ни один огненный шквал демонических владык. Он защитит тебя и твою команду в грядущих битвах. Но помни: вулкан нестабилен, а путь туда смертельно опасен. Готов ли ты рискнуть?

Кайден поднялся со своего места, и в его глазах вспыхнула непоколебимая решимость:

— Я готов, почтенный Торан. Мы выдвигаемся к Гремящему Пику.

Малико тоже встала, поправляя свое новое изумрудное платье. Её багровые глаза сверкнули, но теперь в них читалось нечто большее, чем просто воинский азарт:

— Я иду с тобой, человек. Мой долг — увидеть, на что способна твоя хваленая воля против ярости вулкана. Да и оставлять тебя одного после всего... было бы глупо.

Кайден тепло улыбнулся своей рогатой спутнице. Впереди их ждало испытание первородным пламенем.

Глава 4. Испытание огнем и сердце дракона.

Путь к подножию Гремящего Пика занял двое суток. В сопровождении четырёх молчаливых стражей, которых выделил старейшина Торан, Кайден и Малико двигались на юг. Чем ближе они подходили к горному хребту, тем безжизненнее становилась земля. Мраморные мостовые сменились растрескавшейся базальтовой породой, а воздух над тропой дрожал от поднимающегося жара.

Вулкан высился впереди колоссальной чёрной пирамидой, над вершиной которой лениво клубился густой сизый дым. Вход в подземелье Гремящего Пика представлял собой массивную арку, высеченную прямо в основании горы. Здесь стражи остановились.

— Наш долг исполнен, чужаки, — глухо произнёс старший дозора, опустив алебарду. — Внутри вулкана законы бессильны. Там правит первородная стихия и дух предка. Дальше вы пойдёте одни. Если вулкан примет вас — вы вернётесь. Если нет — огонь поглотит вас.

Кайден коротко кивнул и первым шагнул под мрачные каменные своды. Малико, крепче сжав рукоять своего фиолетового клинка, последовала за ним.

Внутри Гремящего Пика царил полумрак, разрываемый лишь багровыми всполохами кипящей лавы, которая бурлила в глубоких расщелинах далеко внизу. Путь вглубь вулкана оказался изматывающим. Узкая тропа серпантином уходила вниз, к самому сердцу горы. Стены пещеры дышали жаром, пот застилал глаза, а серный дым сдавливал лёгкие. Кайден двигался уверенно, не обращая внимания на усталость, но то и дело оборачивался, проверяя состояние демонессы. Малико шла молча, её дыхание было тяжёлым, а багровые глаза лихорадочно блестели в темноте пещеры, отражая пламя.

Спустя несколько часов тяжелого спуска тропа оборвалась, выведя их на широкую круглую платформу из чёрного обсидиана, парящую прямо над бушующим лавовым озером. В самом центре этой платформы на каменном постаменте покоился Кристалл Дракона. Он был размером с человеческую голову и пульсировал ровным, ослепительно-белым светом, который разгонял багровую тьму пещеры. Это было Сердце Дракона — средоточие чистейшей энергии.

Едва Кайден сделал шаг к постаменту, как воздух над лавой сгустился. Из ревущего пламени соткался исполинский призрачный силуэт великого дракона. Две огромные сферы-глаз уставились на смертного, а под сводами вулкана раздался голос, от которого задрожали скалы:

— Кто смеет тревожить покой предка? Зачем человек пришёл сюда?

Кайден остановился, почтительно опустив клинок острием в пол, но не отводя взгляда:

— Моё имя Кайден. Я пришёл за Сердцем Дракона. Мне нужна его сила, чтобы защитить невинных и остановить войну, которая готова поглотить этот мир.

Призрак дракона издал громовой, рокочущий звук, похожий на смех:

— Ты просишь Сердце, но готов ли ты отдать своё? Сила кристалла не даётся мечу или магии. Чтобы обладать им, ты должен пройти Испытание Души. Посмотри в Бездну внутри себя.

Кайден закрыл глаза. В ту же секунду багровый жар вулкана исчез. Он оказался в абсолютной, леденящей пустоте. Из темноты перед ним начали является призраки.

Сначала он увидел сырой асфальт, брызги дождя, неоновые вывески и троих ухмыляющихся хулиганов с ножами. Тень прошлого Максима заныла от старой, глухой ярости.

— Они отобрали у тебя жизнь, — зашептал в его голове зловещий, искушающий голос. — Они растоптали тебя. Впусти в сердце ненависть, Кайден. Позволь злобе выжечь твоих врагов. Месть — это сила.

Парень стиснул зубы. Образы сменились. Теперь он видел поле боя в новом мире. Его деревня полыхала огнём, тела приёмных родителей лежали на земле, а над ними смеясь стояли демоны. Среди них была Малико. Она смотрела на него с ледяным презрением и заносила над ним фиолетовый клинок.

Внутри Кайдена поднялась мощная, удушливая волна ярости. Сердце требовало схватиться за меч, рубить, уничтожать, мстить за всю боль обеих жизней. Злоба требовала выхода. Это было искушение демоном его собственной души — поддаться соблазну великой разрушительной силы, которую дарует праведный гнев.

«Нет, — мысленно произнёс Кайден, делая глубокий, спокойный вдох. Он силой воли заставил бушующий огонь внутри себя угаснуть. — Ненависть порождает лишь новую ненависть. Если я впущу злобу в своё сердце, я стану таким же чудовищем, как и те, кто сеет смерть. Мой путь — это защита, а не месть. Я выбираю прощение и мир».

Призраки закричали и мгновенно растаяли, обратившись в пепел. Космическая темнота исчезла.

Кайден открыл глаза и обнаружил, что всё так же стоит на обсидиановой платформе. Исполинский дух дракона смотрел на него с глубоким, величественным уважением.

— Твой разум чист, а дух твёрд, человек, — пророкотал предок. — Ты устоял перед главным соблазном смертных — не пустил в сердце тьму. Ты достоин получить Сердце Дракона. Пусть его свет хранит твой путь.

Призрак растворился в пламени. Белый свет кристалла на постаменте вспыхнул ещё ярче, и Кайден медленно подошёл и взял его в руки. Артефакт отозвался невероятным, теплом, которое мгновенно впиталось в его тело, наполняя его силой и мощью.

— Отдай его мне! — внезапный, яростный крик заставил Кайдена резко обернуться.

Малико стояла на краю платформы, но её было не узнать. Её багровые глаза полыхали безумным, диким огнём, а из-под клыков вырывалось глухое рычание. Зов крови демонической расы, усиленный близостью первородного пламени вулкана, полностью захлестнул её сознание. Древний инстинкт требовал лишь одного — забрать источник силы для своего царства, уничтожив любого, кто встанет на пути.

Она сорвалась с места, превратившись в фиолетовую молнию. Её клинок со свистом полетел точно в шею Кайдена.

Парень едва успел выставить полуторник, принимая удар на блок. Сталь звякнула с такой силой, что Кайдена отбросило назад. Малико не останавливалась, её удары сыпались градом, яростные, безумные, лишённые прежней точности, но обладающие сокрушительной мощью.

— Малико, остановись! — кричал Кайден, уворачиваясь от очередного косого удара, который едва не снёс ему голову. — Это говорит не твоя воля! Это зов крови! Вспомни, кто ты! Остановись!

— Молчи, человек! — рычала демонесса, её лицо было искажено яростью. — Этот артефакт принадлежит Бездне! Я принесу твою голову своему повелителю!

Она нанесла рубящий удар сверху. Кайден упал на одно колено, удерживая её фиолетовый лезвие своим мечом. Силы Малико под воздействием демонического безумия удваивались, её клинок медленно, но верно опускался к его лицу. Кайден видел её безумный взгляд и понимал: слова больше не помогут. Зов крови затмил её разум. Если он не остановит её сейчас, она убьет его, а затем вулкан поглотит и её саму.

— Прости, Малико, — тихо произнёс Кайден.

Он отпустил рукоять своего меча, позволяя клинку демонессы соскользнуть, и резко вскинул левую руку, в которой сжимал Кристалл Дракона. Кайден воззвал к силе артефакта.

— Магический Барьер! — выдохнул он.

Из Сердца Дракона сорвалась ослепительная волна чистого, белого света. Этот свет соткался в колоссальную, непробиваемую сферу вокруг Кайдена. Малико с размаху ударила по барьеру своим фиолетовым клинком.

ГРОМОВОЙ ЗВОН.

Белая энергия кристалла сработала как абсолютный поглотитель и отражатель. Вся ярость и сила демонического удара были мгновенно перенаправлены обратно. Мощная световая волна мягко, но неотвратимо ударила Малико в грудь. Её фиолетовый клинок со звоном вырвался из рук и отлетел в сторону, а саму демонессу отбросило на другой конец обсидиановой платформы. Она упала, тяжело дыша, и безумный багровый огонь в её глазах начал медленно угасать, уступая место полнейшему истощению.

Вся энергия, что бурлила в кристалле, в этот момент окончательно перетекла в тело Кайдена, запечатавшись в его теле. Кристалл в его руке мгновенно померк, превратившись в прозрачный, абсолютно пустой кусок прозрачного камня.

Малико, превозмогая слабость, рванулась вперед. Ослепленная остатками демонического инстинкта, она перехватила валяющийся на полу пустой кристалл, думая, что забирает артефакт, и, не оборачиваясь, бросилась прочь сквозь дым и трещины, исчезая в потайных ходах вулкана. Она унесла лишь пустую оболочку.

Кайден не стал её преследовать. Он обессиленно опустился на колени, тяжело дыша. На его груди мирно и тепло вибрировало Око Истины, принявшее в себя часть силы Сердца Дракона. Теперь его защита была абсолютной. Но в сердце парня царила тяжелая, глухая тоска. Она снова ушла. Ушла, считая его врагом.

Через сутки Кайден вернулся в каменный город Драконитов. В Совете его встретил старейшина Торан. Пожилой драконит внимательно посмотрел на бледное, но сосредоточенное лицо 18-летнего юноши и подметил, как изменилась его аура — теперь от Кайдена веяло тяжелым, нерушимым спокойствием вулкана.

— Ты вернулся один, Кайден, — ровно произнес Торан. — И сила предка теперь течет в твоих жилах. Кристалл принял тебя. Что произошло со спутницей?

— Зов крови демонов оказался сильнее её воли, почтенный Торан, — тихо, но твердо ответил парень, глядя старейшине прямо в глаза. — Она унесла пустой кристалл обратно в свои земли. Но я должен следовать за ней. Мой путь лежит в Империю Демонов. Помогите мне добраться туда.

Торан понимающе склонил голову. В его янтарных глазах читалось глубокое уважение к судьбе этого человека:

— Ты доказал свое право на силу, Кайден. Дракониты помогут тебе сделать следующий шаг. Наш южный рубеж закрыт, но стражи проведут тебя за пространственный барьер. Ты выйдешь на дальние окраины земель Зверолюдей, откуда открывается прямой путь к пограничным заставам Демонического Царства. Будь осторожен. Там, за чертой, свет Сердца Дракона будет твоим единственным щитом.

Вечером того же дня четверо стражей-драконитов вывели Кайдена к скрытому проходу в скалах на самом краю. Пространственный барьер зазвенел, открывая проход.

Кайден поправил полуторный меч на поясе, крепче затянул ремни доспеха и уверенно шагнул вперед, покидая земли драконов. Око Истины на его груди грело сердце ровным, теплым светом. Он знал, что его друзья — Лирин, Тормунд и Илейв — где-то там, на землях зверолюдей, ищут его. И он знал, что впереди его ждет решающий контракт всей его жизни — Империя Демонов и его Алина, чье сердце он был обязан растопить во что бы то ни стало.

Глава 5. В поисках героя: дубина, магия и технический прогресс

Дым над пограничным плато рассеивался неохотно, оставляя после себя стойкий запах палёной шерсти, серы и выжженной земли. Элитный карательный корпус демонов трусливо отступил обратно в туманные пустоши, их могучий четырёхрогий предводитель был полностью уничтожен, но радоваться победе наёмникам из отряда «Барьер» не приходилось.

Поляна, где ещё несколько минут назад бушевало пламя, была пуста. Трещина в барьере скрытых земель Драконитов, сомкнулся с глухим, хрустальным перезвоном. Невидимая стена вновь стала монолитной, отрезав командира от остального мира.

Лирин, тяжело опираясь на треснувший деревянный посох, обессиленно опустилась на колени прямо в копоть. Её лицо, обычно бледное и застенчивое, сейчас было насквозь измазано чёрной сажей, а длинная, не по размеру большая магическая мантия оказалась изорвана у подола. На её глаза стремительно навертывались крупные слёзы, оставляя на грязных щеках светлые дорожки.

— Командир... — пролепетала она, и её голос сорвался на жалобный писк. — Его... его затянуло туда. Прямо сквозь стену. Вместе с этой ужасной рогатой воительницей. Ой, мамочки, это всё из-за меня! Я опять перепутала руны, я слишком сильно бахнула! Я погубила нашего командира!

Из-за огромного валуна, тяжело отдуваясь и кашляя, выполз Илейв. Симпатичный эльф-инженер выглядел так, словно только что выбрался из кузнечного горна: его изящные длинные уши были густо покрыты сажей, волосы встали дыбом от статического напряжения, а на куртке механика дымились несколько прожжённых дыр. Тем не менее, в его глазах не было паники. Он решительно встряхнул головой, прогоняя звон в ушах, и подошёл к плачущей волшебнице.

— Так, отставить сырость, магия воды у нас сегодня не в почёте, — сурово, но с привычной хрипотцой в голосе произнёс Илейв, закидывая на плечо свою баллистическую сумку, в которой сиротливо звякнули остатки шестерёнок. — Наш совместный бабах, конечно, превысил все допустимые нормы, но Кайден не из тех, кто рассыпается на пепел от первой же взрывной волны. Ты же видела, он успел выставить свой барьер. Он там, за этой невидимой стеной. Живой. И наша задача — вытащить его оттуда, пока эта демонесса не сделала из него начинку для пирога.

Тормунд, который во время взрыва успел проявить феноменальную для гнома скорость и спрятаться в глубокой расщелине, наконец выбрался на поверхность. Он бережно прижимал к груди огромную плетёную корзину, из которой, к его величайшему облегчению, всё так же мирно выглядывали листья светящихся подземных орхидей.

— О, великие предки, — запричитал гном-пацифист, нервно поправляя свой чистенький кожаный фартук. — За стеной драконов? Но ведь дракониты — это самые суровые и высокомерные воины на всём континенте! Говорят, они едят на завтрак сырые камни, а чужаков сразу разрубают на двенадцать ровных частей! Что, если они уже допрашивают нашего командира? Что, если они заставят его ковать мечи или, упаси боги, топтать цветы?!

— Дракониты едят обычное мясо, Торм, и живут в нормальных городах, кончай слушать деревенские байки, — оборвал его Илейв, подходя вплотную к тому месту, где закрылся пространственный барьер. Эльф протянул руку, коснулся ладонью пустого воздуха и тут же отдернул пальцы — воздух зазвенел, оставив на коже легкий ожог от скрытой магии. — Так, защита здесь высшего уровня. Мои обычные отмычки тут не помогут. Нужен другой подход. Тормунд, доставай свою копалку. Лирин, готовь посох. Будем вскрывать эту драконью границу.

Следующие три дня превратились для жителей приграничных поселений Королевства Зверолюдей в незабываемое зрелище. Оставшись без Кайдена, его чудаковатая команда устроила на границе Скрытых Земель настоящий хаос.

Первая попытка штурма барьера принадлежала Илейву. Эльф-изобретатель разложил на траве кучу кусков медных труб, шестерёнок и три пузатые колбы с бурлящей изумрудной жидкостью.

— Слушайте внимательно, — авторитетно объяснял он Лирин и Тормунду, затягивая гайку на странном аппарате. — Прямой магический удар эта стена поглощает. Но если мы создадим точечное давление с помощью направленного минного выхлопа... Короче, сейчас как бахнет, и в барьере появится аккуратная дырочка! Тормунд, держи вон тот рычаг. Лирин, отойди на всякий случай за тот холм. Дальше, чем в прошлый раз.

Тормунд, мелко дрожа от страха, ухватился за железный рычаг обеими руками. Илейв поднёс лучину к фитилю. — Три... две... одна... Запуск!

Фитиль зашипел. Аппарат внутри утробно зарычал, задергался, медные шестерёнки завертелись с бешеной скоростью, но... вместо того чтобы выстрелить изумрудным лучом в невидимую стену, колба с жидкостью сорвалась с крепления. Весь аппарат резко развернулся на триста шестьдесят градусов, качнулся и с диким свистом полетел в противоположную сторону — точнёхонько в сторону Тормунда.

— Ой, мамочки, спасайтесь! — закричал гном.

Он со страху дернул рычаг на себя, споткнулся о подол собственного фартука и повалился навзничь. Медная баллиста пролетела над его животом, врезалась в стоявшее неподалёку дерево и рванула с такой силой, что несчастный дуб в мгновение ока лишился всех листьев и веток, превратившись в идеально обструганный столб. Самого Илейва взрывной волной отбросило в кусты, откуда долго доносилось изысканное эльфийское ругательство.

Вторая попытка была за Лирин. Девчонка-маг, шмыгая носом, заявила, что в Академии они проходили заклинания пространственного растворения.

— Я всё вспомнила! — уверяла она, усердно чертя посохом на земле замысловатые круги. — Нужно просто пропеть руну Открытия три раза, чётко контролируя дыхание. Командир всегда говорил, что нужно быть собранной. Сейчас я открою проход!

Лирин встала перед невидимой стеной, приняла воинственную позу, зажмурилась так, что её ресницы задрожали, и громко закричала, вскидывая посох:

— Руна Открытия! Растворись, преграда!

Естественно, от сильного волнения и страха её хаотичная магия снова пошла наперекосяк. Вместо тонкого заклинания растворения из вершины посоха вырвался колоссальный, бурный водяной поток под невероятным напором, напоминающий горную реку во время паводка.

ШШШШУУУУХ!

Гигантская водяная струя ударила в невидимый барьер драконитов. Стена, разумеется, даже не дрогнула, сработав как идеальный щит. Вода со скрежетом и ревом отскочила от невидимой преграды и всей своей мощью обрушилась обратно на саму команду.

Илейва, который только-только выбрался из кустов и пытался вытащить колючку из уха, смыло мгновенно. Он с криком полетел кувырком по склону холма. Тормунд, отчаянно вопя «Мы тонем! Простите мои грехи!», уцепился за свою корзину, как за спасательный круг, и поплыл по образовавшейся луже, смешно перебирая короткими ножками в воздухе. Сама Лирин от сильной отдачи не удержалась на скользкой траве и шлёпнулась задом в грязную жижу, а её собственный водяной поток продолжал поливать её сверху, превращая причёску в мокрый стог сена.

Когда магия наконец иссякла, три мокрых, грязных и глубоко несчастных авантюриста сидели на поляне, уныло глядя на нерушимую границу.

— Ну... — прохрипел мокрый эльф, выплевывая из рта речную водоросль. — Зато мы... умылись. Лирин, умоляю, забудь всё, чему тебя учили в твоей столичной Академии. Иначе до возвращения Кайдена мы просто не доживем.

На четвёртый день их бесплодных мучений к границе подошёл небольшой патруль Зверолюдей. Это были воины из Клана Рыжего Хвоста, которых Кайден всего несколько дней назад спас из рабства в форте. Возглавляла их Мия, та самая кошка-девушка, чью младшую сестру Киру отряд «Барьер» вызволил из клеток контрабандистов.

Увидев измученных, закопчённых и мокрых друзей Кайдена, Мия удивленно прижала ушки к голове:

— Лирин? Илейв? Почтенный Тормунд? Что вы здесь делаете? И... где ваш бесстрашный командир?

Лирин, услышав знакомый голос, снова чуть не расплакалась и вкратце рассказала о трагедии: как на них напали демоны, как произошёл страшный взрыв и как Кайдена затянуло за невидимую стену.

Мия и её воины внимательно выслушали рассказ, и их лица стали серьёзными. Лисица-воительница подошла к барьеру, осмотрела выжженную землю и покачала головой:

— Пространственные щиты драконитов не вскрыть обычной силой, Илейв. Их магия укоренена в самой земле этого хребта. Но Кайден спас наш народ от позора и рабства. Клан Рыжего Хвоста никогда не забывает долгов. Мы поможем вам. Наша стража выставит посты вдоль всей границы. Если барьер дрогнет или командир попытается пробиться назад — мы мгновенно узнаем об этом и поможем ему. А пока вам нужно отдохнуть. Мы разобьём лагерь здесь, у подножия холмов.

Зверолюди быстро принялись за работу. Они поставили прочные кожаные шатры, развели костры и начали готовить сытный ужин. Тормунд, почувствовав себя в безопасности среди дружелюбных полулюдей, тут же расцвёл. Он вытащил свои орхидеи и принялся увлечённо хвастаться перед стражниками:

— Поглядите, какая изящная корневая система! Эта фосфорная орхидея требует особого ухода, её нельзя поливать обычной водой, только горной росой! А вот эта мазь из подземного мха... она может заживить любой порез за три секунды! Хотите покажу?

Один из молодых стражников с интересом протянул руку со старой царапиной. Тормунд аккуратно мазнул её зеленой кашицей, и к общему изумлению, царапина на глазах затянулась ровной розовой кожей. Зверолюди уважительно загудели, и Тормунд мгновенно стал главным героем лагеря, обзаведясь кучей слушателей.

Однако покой длился недолго. Ближе к полуночи, когда лагерь уже погрузился в сон, а у костра дежурили лишь Илейв и двое часовых, из туманного ущелья со стороны выжженных пограничных земель донеслось зловещее, утробное рычание.

Чуткие уши зверолюдей мгновенно уловили опасность. Мия резко вскочила, обнажая парные кинжалы:

— Тревога! К лагерю что-то приближается! Много мелких и быстрых теней!

Из тумана на освещенную кострами поляну лавиной выкатились жуткие существа. Это были скальные скрежетуны — мерзкие ночные монстры, обитающие на стыке выжженных земель. Внешне они походили на огромных, покрытых каменными наростами крыс размером с хорошую собаку, с длинными саблевидными клыками, которые с противным скрежетом терлись друг о друга. Их было не меньше двух десятков, и они были голодны.

Оставшись без Кайдена, который обычно мгновенно выстраивал тактику боя и закрывал всех барьерами, троица наёмников на секунду растерялась.

— Так... — Илейв судорожно сглотнул, выхватывая свой изящный эльфийский нож, который на фоне наступающей оравы монстров выглядел как обычная зубочистка. — План действий отсутствует. Народ, держите центр! Лирин, проснись! Нам нужна защита!

— Я... я сейчас! — закричала испуганная Лирин, выбегая из шатра. Её глаза спросонья косили, мантия запуталась вокруг ног, но она честно вскинула посох: — Водяной хлыст! Хлыст, я говорю!

Она сделала резкий взмах, намереваясь сбить наступающих скрежетунов, но от паники снова перепутала траекторию движения рук. Вместо гибкой водяной плети её посох выдал мощную, направленную струю ледяного воздуха.

ХХХХССССС!

Волна арктического холода пронеслась над поляной. Скрежетунов она не задела, зато точнёхонько попала в большой котел с вечерним супом, который мирно остывал у костра. Котел вместе с остатками мясного бульона в мгновение ока превратился в монолитный кусок льда, а сам костер с шипением погас, погрузив лагерь в полумрак.

— Отличная работа, Лирин! Теперь мы остались без ужина и без освещения! — рявкнул Илейв, уворачиваясь от прыгнувшего на него монстра.

Эльф сделал резкий выпад ножом, распоров брюхо первой твари, но еще две уже заходили с фланга.

Зверолюди из Клана Рыжего Хвоста действовали слаженно. Воины сошлись со скрежетунами в ближнем бою, их мечи и кинжалы мелькали в темноте, пробивая каменную шкуру тварей. Мия с грацией кошки перемахнула через палатку, её кинжалы точными ударами отправляли монстров на тот свет один за другим. Но скрежетунов было слишком много, они давили массой, окружая полулюдей.

В этот критический момент один из огромных монстров прорвался сквозь заслон стражи и с яростным писком ринулся прямо на Лирин. Девчонка от страха полностью застыла, выронив посох и зажмурив глаза.

— Назад, мерзкая кочерыжка! Не смей трогать моих друзей! — неожиданно громогласно взревел Тормунд.

Гном-пацифист, который до этого панически боялся любого насилия, внезапно преобразился, увидев, что его спутнице грозит смертельная опасность. Забыв про свою аллергию на металл и кармический баланс природы, Тормунд покрепче перехватил свою дубину обеими руками, высоко подпрыгнул, сделал в воздухе невероятный для его комплекции кульбит и со всей силы опустил дубину точно на голову атакующего скрежетуна.

КЛАНГ!

Тяжелая гномья дубина, подаренная Кайденом, сработала не хуже боевого оружия. Каменный череп монстра с треском раскололся, и тварь замертво рухнула к ногам Лирин. Тормунд не остановился на достигнутом. С воинственным криком «За орхидеи! За мир во всем мире!» гном принялся неистово вращать дубиной вокруг себя, превратившись в ходячую мясорубку. Он орудовал своим инструментом с такой яростью и скоростью, используя массу собственного тела как таран, что скрежетуны в ужасе начали пятиться от этого безумного «садовода».

Илейв, вдохновленный подвигом гнома, тоже пришел в себя. Он выхватил из сумки три мелкие круглые мины-липучки:

— Так, народ, шаг назад! Очистить место! Сейчас будет небольшой бабах для этих крыс!

Эльф точными бросками зашвырнул мины прямо в гущу наступающих монстров.

— Лирин, огненную искру на землю! Быстро!

Лирин, придя в себя после спасения Тормундом, подняла посох, сосредоточилась, вспомнила дыхательные упражнения Кайдена и выдала короткую, идеально точную огненную струю прямо под ноги тварям.

БА-БАХ!

Три мины Илейва сдетонировали одновременно. Вспышка зеленого пламени и облако порохового дыма накрыли остатки стаи скрежетунов. Монстров просто разметало взрывной волной. Те немногие твари, что уцелели, испуганно завизжали, развернулись и на полной скорости удрали обратно в туманные пустоши выжженных земель.

Бой был окончен. Поляна погрузилась в тишину, прерываемую лишь тяжелым дыханием бойцов.

Мия убрала кинжалы в ножны, подошла к Тормунду, который все еще тяжело дышал, победоносно сжимая в руках окровавленную дубину, и уважительно склонила голову:

— Почтенный Тормунд... Я никогда не видела, чтобы гномы так искусно владели... таким оружием. Твой удар был достоин лучшего воина нашего королевства.

Тормунд пришел в себя, посмотрел на испачканную кровью дубину, его глаза округлились от ужаса, он икнул и поспешно спрятал ее за спину:

— Ой... Живая плоть... Я нарушил баланс природы! Я... я просто хотел защитить Лирин! Пожалуйста, не думайте, что я жестокий! Я пацифист!

Лирин подошла к гному и крепко обняла его за шею, наплевав на грязный фартук:

— Спасибо, Торм! Ты мой самый лучший защитник!

Илейв, отряхивая куртку от гари, подошел к ним и довольно улыбнулся, иронично приподняв бровь:

— Что ж, первый самостоятельный бой нашего отряда можно считать успешным. Без командира было тяжело, логистика хромала, сопутствующий ущерб в виде замерзшего супа присутствует, но мы выстояли. И главное — мы сплотились.

Мия повернулась к эльфу и Лирин:

— Вы сильная команда. Кайден может гордиться своими друзьями. Мои воины останутся здесь, охранять барьер, а вам нужно отдохнуть. Мы найдем способ связаться с командиром, чего бы нам это ни стоило.

Вечером, когда костер был разожжен заново, а зверолюди поделились с ними своими запасами вяленого мяса, отряд «Барьер» сидел у огня. Лирин бережно протирала свой посох, Тормунд отмывал дубину в ручье, а Илейв делал наброски новых ловушек в своем пергаменте. Они знали, что Кайден жив, и знали, что рано или поздно пространственная стена откроется. И когда их командир вернется, он встретит не испуганных недотеп, а полноценный, закаленный в боях отряд, готовый следовать за ним в самое сердце Империи Демонов.

Глава 6. Возвращение командира и водные процедуры

Утреннее солнце медленно поднималось над пограничными холмами, но лагерь отряда «Барьер» и примкнувших к ним зверолюдей уже давно был на ногах. Прошло ещё два дня с момента ночной атаки скальных скрежетунов, и бесплодные попытки пробить пространственный щит Драконитов переросли в стадию глухого, изматывающего упрямства.

Илейв сидел на корточках перед невидимой стеной, окружённый горой чертежей, медных трубок и какими-то подозрительными мешочками с сушёными ленивыми жабами. Эльф-инженер выглядел потрёпанным, но его глаза горели фанатичным блеском.

— Я всё пересчитал по новой схеме, — бубнил он под нос, усердно ковыряя отвёрткой внутренности своей новой механической коробки. — Если магия Лирин даёт слишком большой хаотичный выхлоп, мы пропустим её поток через систему медных фильтров. Тормунд, подай мне вон ту длинную гайку и перестань вздыхать, ты сбиваешь мне настрой!

Тормунд, сидевший на поваленном бревне, уныло ковырял ногой сухую землю. Его плетёная корзина с орхидеями стояла рядом, а сам гном-пацифист за последние дни стал экспертом по грустным вздохам.

— О, великие предки, — в очередной раз запричитал он, вытирая пот с бороды концом кожаного фартука. — Шестерёнки, гайки, фильтры... Илейв, мы занимаемся этим уже целую вечность, а стена даже не поцарапалась! Вдруг этот пространственный барьер драконов вообще вечный? Что, если наш командир там уже прижился? Дракониты ведь существа цивилизованные, города у них из белого мрамора, шёлковые простыни, библиотеки... Вдруг Кайден сейчас сидит в какой-нибудь ратуше, пьёт изысканный нектар и в ус не дует, пока мы тут в грязной траве суп из сухарей варим?

Лирин, сидевшая неподалёку и усердно полировавшая свой треснувший деревянный посох куском чистой тряпки, испуганно пискнула:

— Торм, не говори так! Командир не мог нас бросить! Он же обещал, что мы теперь одна команда. Просто... просто эта стена очень сильная. Нам нужно постараться. Я сейчас попробую собрать всю свою волю, как он учил. Буду дышать ровно и спокойно...

Девчонка-маг встала, зажмурилась, сделала глубокий вдох и занесла посох над головой, готовясь в очередной раз выдать какое-нибудь хаотичное заклинание в пустоту.

И именно в эту секунду воздух прямо перед ними оглушительно зазвенел.

ДЗЫ-Ы-Ы-НЬ!

Звук был такой силы, словно кто-то одновременно разбил тысячу хрустальных бокалов. Невидимая пространственная стена, которая до этого казалась незыблемым монолитом, внезапно пошла фиолетовыми трещинами, задрожала и начала плавно расходиться в стороны, открывая проход.

От неожиданности лагерь мгновенно погрузился в панику.

— Ой, мамочки! Вулкан взрывается! — в ужасе завопил Тормунд.

Гном проявил феноменальную реакцию: отбросив дубину, он с диким криком прыгнул ласточкой прямо в кусты, выставив кверху свой толстый зад и намертво застряв там среди колючек.

Лирин, которая в этот момент как раз находилась на пике магической концентрации и держала глаза зажмуренными, от испуга полностью потеряла контроль над своим дыханием. Её ручные пасы сорвались, пальцы судорожно сжали посох, и она, не открывая глаз, со страху пальнула накопленной магией точно в центр открывающегося барьера.

— Получай, чудовище! Водяной хлы-ы-ыст! — закричала она на всю поляну.

Но, как обычно, её хаотичный дар перевернул всё с ног на голову. Вместо гибкой и изящной водяной плети из вершины её треснувшего посоха вырвался колоссальный, ревущий поток ледяной воды под жутким давлением, напоминающий выхлоп прорванной плотины.

ШШШШУУУУХ!

Мощный водяной таран со свистом пролетел через открывающийся проход и со всей силы обрушился на фигуру, которая как раз собиралась мирно выйти из барьера.

Этой фигурой, разумеется, был Кайден. Он только что спокойно попрощался со стражами, вешал на шею тепло вибрирующее Око Истины и готовился произнести какую-нибудь триумфальную речь при встрече со своими верными друзьями. Вместо этого в лицо ему прилетел целый океан.

Водяной поток снёс парня с ног, закрутил колесом и протащил добрых пять метров по грязной траве поляны, после чего с глухим стуком впечатал его спиной в то самое поваленное бревно, где недавно сидел гном.

Вода наконец иссякла. Над поляной воцарилась гробовая, звенящая тишина. Зверолюди из патруля Клана Рыжего Хвоста во главе с Мией, которые как раз выбежали на шум из палаток, замерли с открытыми ртами.

Кайден сидел на земле, прислонившись спиной к бревну. Его короткие каштановые волосы превратились в мокрый стог сена, с кончика носа мерно капали грязные капли, а из кожаного вороха доспехов, которые дракониты так бережно очистили, вывалилась дохлая болотная лягушка. Полуторный меч, застрявший в грязи, сиротливо покачивался рядом.

Лирин медленно открыла один глаз, затем второй. Увидев мокрого, грязного и злого командира, девчонка-маг побледнела так, что её лицо слилось по цвету с мраморной ратушей драконитов. Посох выпал из её ослабевших рук и с глухим стуком покатился по траве.

— Ко... командир? — пролепетала она, её нижняя губа предательски затряслась. — Вы... вы вернулись?

Кайден медленно поднял руку, аккуратно снял с левого уха прилипший кусок зеленой травы, выбросил его в сторону и посмотрел на Лирин. В его светлых глазах не было ярости.

— Лирин, — спокойно, но так отчетливо произнёс Кайден, что девчонка рефлекторно втянула голову в плечи. — Мы не виделись ровно пять дней. За это время я успел побывать на Высшем Суде, одолеть двух чемпионов с драконьей кровью на Арене Судьбы, спуститься в жерло действующего вулкана, пройти духовное испытание предков и получить Сердце Дракона. Я проделал огромный, сложный путь, чтобы вернуться к своей команде. И как же меня встречает мой отряд? Полноценным, беспринципным гидравлическим ударом в челюсть.

— Я... я случайно, командир! — пискнула Лирин, готовая разрыдаться. — Я испугалась, барьер сам открылся, а Торм закричал про вулкан...

— Кстати, о Тормунде, — Кайден перевёл взгляд на кусты, из которых всё так же сиротливо торчал толстый зад гнома. — Торм, вылезай из корпоративного убежища. Опасность миновала. Вулкан остался на юге, а здесь у нас исключительно локальное наводнение, устроенное силами нашего магического ведомства.

Кусты зашуршали, и из колючек, чертыхаясь и отплевываясь, выбрался Тормунд. Весь его фартук был в зацепках, а в бороде запуталось несколько сухих веток, но увидев живого и невредимого Кайдена, гном мгновенно забыл про свои страхи.

— Командир! — завопил он, бросаясь вперед. — Живой! Целый! О, великие предки, дракониты вас не съели!

Илейв, который всё это время сдерживал хохот, зажав рот ладонью, наконец не выдержал. Эльф покатился по траве, стуча кулаком по земле:

— Ой, не могу! Ну Лирин, ну исполнила! Командир, прости её, она три дня тренировалась вскрывать эту стену, у нас тут и баллисты летали, и дубы лысели! Ты вернулся в самый пик!

Кайден тяжело вздохнул, поднялся на ноги и плавным движением выжал мокрый подол своей куртки. Его тело, напитавшееся силой Кристалла Дракона, больше не чувствовало холода. Но чисто визуально он выглядел как пострадавший от кораблекрушения.

К нему подошла Мия. Кошка-девушка уважительно склонила голову, хотя её пушистый хвост забавно подрагивал от едва сдерживаемой улыбки:

— Рада твоему возвращению, Кайден. Твои друзья обыскали всю границу, они очень переживали. Клан Рыжего Хвоста рад видеть, что ты выстоял против драконитов.

— Спасибо, Мия, — Кайден тепло улыбнулся, возвращая себе привычное самообладание.

Он повернулся к своей понурой банде. Лирин стояла, опустив голову и разглядывая носки своих сапог, Тормунд старательно чистил фартук, а Илейв всё ещё подхихикивал, собирая свои чертежи.

Парень подошел к Лирин, протянул руку и аккуратно щелкнул её по носу:

— Ладно, маг-недотепа, отставить панику. Будем считать это внеплановой проверкой моей новой защитной магии. Барьер выдержал, так что твоя квалификация постепенно растет. Но над контролем направления мы продолжим работать.

Лирин мгновенно воспряла, её глаза заблестели от радости, и она преданно закивала головой:

— Да, командир! Я буду тренироваться каждый день! Больше никаких водных ударов в лицо, обещаю!

— Очень на это надеюсь, — усмехнулся Кайден. Он поправил меч, оглядел Око Истины, которое теперь светилось глубоким, нерушимым внутренним светом, и его взгляд стал серьезным. — Собирайте лагерь, команда. Наш отдых окончен. Дракониты вывели меня через тайный проход, и мы сейчас находимся на дальних окраинах земель Зверолюдей. Отсюда до пограничных застав Империи Демонов — всего пара дней пути. Мы получили силу, мы сплотились, и теперь пришло время выполнить наш главный контракт. Наш отряд выдвигается к финалу.

Тормунд гордо вскинул свою дубину на плечо, Илейв застегнул баллистическую сумку, а Лирин крепко перехватила посох. Отряд «Барьер» был снова в полном сборе, готовый следовать за своим лидером в самое логово врага.