Лара и командор

Глава 1 Пролог

…Нас завели в главный командный отсек и поставили на колени. Руки зафиксировали гравитационными захватами, без рывков, без спешки, так, будто все так и надо и это пустая формальность…

…Наш враг появился из тени технической ниши. Оттуда, где обычно копаются только ремонтные роботы.

Капитан «Птицы смерти» был массивен -словно житель какой-нибудь реликтовой сверхтяжелой планеты -бывшей каторжной. Вроде Уккины и Мадара. Или боевой биоробот -если такие еще остались в Ойкумене. Плечи едва проходили в стандартные дверные проемы, движения выдавали привычку к жизни, где каждый второй конфликт заканчивался дракой. Его лицо напоминало потрепанную кожаную маску древнего театра Кьо — маску атамана придорожных разбойников или помощника Верховного Злодея.

Его лицо было исчеркано шрамами. Создавалось впечатление, что кожу сшивали грубыми стежками -потом еще распарывали и снова сшивали поверх. Говорили что близкий взрыв дарбагитовой гранаты разнес в мелкое крошево лицевой щиток его скафандра и изрыл лицо как метеориты — поверхность какой-нибудь из лун. Другие — что он попал в плен на какой-то одичавшей планете… Третьи… Но давно уже никто это не обсуждал вслух -разве вполголоса и между своими: Дракон не любил тех кто напоминал об этом. Но к пластическим хирургам отчего то не обращался. Он уставился на меня. Его глаза... Их не было. Просто не было. Их заменили яркие пурпурные биоимпланты, неестественно живые на вид. Говорили, что он может ими считывать сигнатуры кораблей и боевых машин. Дракон этого не подтверждал и не опровергал…

При всем этом, несмотря на жуткий вид, Дракон не выглядел как опасный убийца каким и был.

Он выглядел как человек, уже перечитавший собственный некролог и оставшийся недовольным текстом.

Я знал о нем все.

Потому что когда-то мы почти стали напарниками. Благодарить всех космических богов за то, что этому, не суждено было случиться я давно устал.

Дракон двигался неспешно, обстоятельно вытирая руки бумажной салфеткой словно только что закончил трапезу.

Он не торопился, и не пытался произвести впечатление. Он был выше этого… Вместо того чтобы подойти поближе, он остановился у капитанского кресла -как древний монарх у трона.

И достав небольшую многоствольную флейту стал наигрывать на ней что-то…

Согинари —вспомнил я -пастушеская флейта горцев Нугаззара. Он выводил какую-то старую, забытую мелодию. Чисто и как-то по особому изящно…

Даже его жуткий корабль, казалось, притих, подстраиваясь под этот ритм.

Я вдруг подумал что может быть в далеком непредставимом детстве этот человек пас зоравов или кунторогов наигрывая вот так на флейте среди горных луговин и живописных скал. Сколько же лет назад это могло быть?? Я ведь не знаю сколько ему лет - да и никто не знает...

Когда он наконец отложил инструмент и заговорил, никто-даже я -не решился бы его перебить.

— Как долго я ждал этого мгновения, Командор… — он едва повернул голову.

Пурпурный глаз мигнул, фокусируясь.

— Сегодня твоя очередь наконец встретится со своей судьбой.

— Умеет, подлец, нагнетать, — пробормотал Бриигз.

Приклад плазмобоя в руках Шкарка врезался ему в бок — быстро и без предупреждения. Бриигз скривился от боли, но улыбнулся удовлетворенно, почти с вызовом.

— Я не давал команды — сержант! -бросил Дракон. Шкарк отступил на шаг, склонив голову. Жест был вежлив, но холоден, как у человека, признающего иерархию, а не авторитет.

Дракон медленно оглядел нас.

— Вы можете и дальше корчить из себя героев, — сказал он спокойно. —Но теперь ваши жизни и судьбы -мои.

Он не повысил голос и не единой угрожающей нотки не было в его речи… И именно поэтому это прозвучало так страшно.

Дракон сделал несколько шагов в сторону Лары.

Так подходят к дорогой статуе: чтобы оценить его стоимость, а не красоту. Рассматривал её долго, с наслаждением, как вещь, что только что подарили.

У меня внутри все сжалось. Я еле сдерживался, чтобы не сорваться.

Но показывать слабость перед Драконом — это самому подписать себе приговор.

— Как же это… трогательно, — протянул он низким, густым голосом. — С твоей стороны… Перехватить мой товар. И вернуть…

Взгляд скользнул по Ларисе. Медленно. Почти физически тяжело. Она дрожала, но держалась, смотрела в пол, будто напуганная чем то девочка-подросток.

— Это просто праздник какой-то! — Дракон развел руками. - Аж два подарка сразу!

Он бросил взгляд на меня с Бриигзом. Ухмыльнулся глядя на разбитое лицо моего спутника и лиловый синяк под глазом.

— Два старых врага и… Он снова повернулся к Лариске, смакуя паузу. — И моя драгоценная игрушка! Она вернулась домой.

— Дракон — оставь ее! — слова сами слетели с языка. — С нами, у тебя и есть право так себя вести, — я не раз переходил тебе дорогу. Но она не твоя игрушка. Законами всех миров запрещено рабство и…

Он подлетел ко мне.

Не подошел и не подскочил даже, а мгновенно сократил дистанцию. Его лицо оказывается рядом -совсем рядом. Он смотрит прямо, не моргая, как будто проверяет, вздрогну ли.

— Я здесь закон! -изрек он с апломбом -любому древнему владыке впору. — В задницу Ойкумену. Моя воля — закон!

Лицо исказила гримаса ярости, а вот взгляд… Взгляд по прежнему холодный и внимательный.

— Даже имперцы не торопятся бороться за свои законы, когда имеют дело со мной! -важно изрек он. — А ты, паршивое ничтожество, учить вздумал меня?

И так же резко он отшатнулся, возвращаясь на место. Как будто ничего не произошло. Движения снова плавные, отработанные, каждый жест — это демонстрация.

— Знал бы ты, сколько я отдал империалов за этот новый чудесный инвертор…— произнес он уже спокойно, без торжества — даже с ноткой усталости. Чтобы погасить ваш резонансный накопитель. — Но оно того стоит. Мои инженеры дни и ночи работали, чтобы настроить на нужные частоты.

Угол рта дернулся.

— А одну игрушку мы незаметно присоединили к вашему кораблю еще на той паршивой планетке...

Взгляд скользил по нам, как по уже списанному товару.

— Думали, так и будете вечно убегать?

Короткая улыбка. Без радости и как будто без эмоций -просто движение мышц изуродованного лица.

— Я всегда догоняю добычу. Ведь я -Дракон!

И - даже не повышая голоса:

— В камеры их!

Глава 2 Находка в далеком космосе

За некоторое время до вышеописанного. Малый дальний корабль «Звездокрыл»

Командор.

Наш корабль медленно дрейфовал сквозь пятый в этой системе пояс астероидов, что редкими крапинками сверкали в лучах далекой умирающей звезды. Статическое электричество трещало в наушниках время от времени, а внутри рубки пахло озоном и пригоревшей проводкой.

«А тебе точно не померещился сигнал маячка?» — хотел задать я вопрос Биигзу. Но тут боковой экран мигнул синеватой точкой…

— Цель прямо по курсу! — заорал я, чуть не выбив локтем экран анализатора. — Захват цели на три часа! Сейчас сделаю расчеты расстояния, пока нас не размазало о какой-нибудь-то летящий в вакууме булыжник.

Бриигз, мой второй пилот и верный партнер по делам, от которых у честных граждан -нервная дрожь, мгновенно среагировал. Этот кошкочеловек с так умилявшими дамочек и детей острыми ушками, вздрагивавшими от малейшего писка приборов, одним прыжком оказался в кресле рядом.

— А ты уверен что добыча того стоит, а не принесет одни проблемы? — проворчал он, дергая ухом. — И вообще -поторопись пожалуйста! У нас дела, забыл? Нам надо сбыть хабар, пока имперский патруль не прицепился к нам и не запаковал в камеры с видом на черную дыру.

— Да когда ты видел, чтобы в этом секторе без присмотра плыла спасательная капсула модели «Олайя»? — я ткнул пальцем в мерцающие блики на мониторе. — Взгляни на геометрию корпуса! Там наверняка есть что-то стоящее. Да и сама капсула-сплошной фаль-титаниум. Даже если внутри пусто, мы выручим за нее … -я прищелкнул пальцами. Пригодится — особенно с учетом того, что ты половину наших денег пустил на апгрейд дурацкой жестянки, которая даже команд не знает!

— Ну, во-первых — возмутился Бриигз, встопорщив уши, — это не твои, а наши деньги — и наш корабль, купленный на наши честно добытые контрабандой деньги! А во-вторых, это не жестянка, а важный член команды. Особенно когда придется бежать со всех ног. Кто, по-твоему, будет управлять огневыми точками, пока мы будем пытаться выжать из нашего «Звездокрыла» всю возможную скорость?

— Так или иначе — мы поднимаем это на борт! — воскликнул я, с азартом сжимая рычаги манипулятора. — Мое чутье вопит, что там не просто хлам. Слышишь? Такие вещи просто так в вакууме не плавают!

Бриигз закатил глаза так, что, казалось, сейчас увидит собственные уши. Он машинально почесал за левым и презрительно сплюнул.

— Чувствую, это потянет на Сейране на очень солидную сумму! — снова воскликнул я, еще сильнее вцепившись в рычаги. — Либо сокровища, либо информация, за которую нам отвалят мно-оого империалов. Слышишь меня? Там что-то есть. Я это знаю!

— Твое дело, Командор, — буркнул он, закидывая ногу на ногу. — Но сделай это с первой попытки, а не как всегда. Я не хочу опять тратить три часа, чтобы вылавливать твои «ценные находки» по всему сектору, потому что ты случайно нажал кнопку «катапультировать» вместо «захватывать».

Бриигз снова фыркнул. Глаза снова пошли в орбиты, уши дернулись, а изящная кисть смахнула невидимую пылинку с комбинезона.

— Ты командуешь этим корытом, — протянул он, закидывая руки за голову, словно собирался смотреть сериал. — Но если что-то пойдет не так-я предупреждал. И да, Конфетка, пожалуйста, без твоего фирменного «ой, не ту кнопку».

— Я просил не называть меня так! — взорвался я — и казалось от моего крика с навигационной панели взмыла застарелая пыль. — Я командор Ирсекка! Можно просто -Командор!

Я дернул рычаг манипулятора с такой яростью, что металл угрожающе застонал. Внешняя клешня корабля — та самая, которую Бриигз вчера смазал последними нашими запасами кремнийоганической смазки — с отвратительным скрежетом выскочила вперед.

И — о чудо! — на этот раз все сработало. Магнитные захваты с сухим щелчком сомкнулись вокруг отполированного борта капсулы.

— Видел?! — заверещал я, чуть не прыгая в кресле. — Первая же попытка, ушастый ты бабский угодник!

— Не бабский, а дамский! -обиделся Бриигз. Ну в крайнем случае -женский…

Я изо всех сил ударил по кнопке — лебедка с натужным воем начала тащить добычу в брюхо нашего звездолета.

Корпус корабля стонал и вибрировал, пока тяжелая капсула медленно вползала в шлюзовую камеру…

***

Полчаса спустя.

— Ты же говорил, что здесь золотые горы? — фыркнул Бриигз, сложив руки на груди и скептически склонившись над юной женщиной в бежевом платье.

Она буквально выпала из капсулы и теперь без сознания лежала на полу нашего звездолета, будто так и было задумано. Блондинка в шелковом платье, лишь медленно подымавшаяся грудь которой говорила что жизнь это тело не оставила.

— Да она живая или уже копыта отбросила? — Бриигз с любопытством оглядывал я на находку.

— Ну дружище — нельзя так о людях! — ответил я.

Я присел на корточки и внимательнее всмотрелся в ее лицо. Я никогда вживую не видел такой красоты: белоснежная, почти светящаяся кожа, тонкие черты-удивительно человеческие, без пластики и усовершенствований. Хотелось узнать, какого цвета у нее глаза. Почему-то казалось, что они не могут быть обычными.

Ее волосы были почти того же цвета, что и кожа-белые, как … как звездный свет. Рука сама потянулась, чтобы коснуться, проверить: насколько она настоящая.

Кошколюд демонстративно сморщил нос — его любимая привычка сколько себя помню.

— Отдам должное — на палубе нашего «Звездокрыла» такой красавицы еще не было! Даже когда ты подрядился отвезти тех сестер-близняшек к дяде- миллиардеру с Кагиссы… Как оказалось - не совсем к дяде, положим... -он усмехнулся.

И оборвав воспоминания шмыгнул в кресло пилота.

Я молча смотрел на деву… И не знал что делать.

— Пока ты мысленно выбираешь подарок для новой подружки, — бросил мой механик, щелкая панелью, — я введу координаты. Надо быстрее избавиться от контрабанды, да наконец получить наши империалы…

…Все произошло мгновенно. Она резко отбила мою руку, будто ждала этого с самого начала, а через секунду ее ноги уперлись мне в грудь. Мир перевернулся. Я полетел в стенку корабля, громко и бесславно.

«Какая же она сильная!» -промелькнуло в голове…

Я еще не успел собраться с мыслями, как она уже была на ногах и бросилась на меня. Без колебаний и сомнений и без всякого страха. Сплошной боевой инстинкт. Я поднял руки, даже не пытаясь ударить — был уверен, что девушка в шоковом состоянии, и причинить ей боль было бы худшей идеей во Вселенной. Бесполезно.

Через мгновение я уже был в от неё в восторге, а еще через одно — я был на полу. Воздух из легких выбило так, будто меня протаранил робот- грузчик.

— Бриигз! — прохрипел я — не хочешь помочь?!

Слова давались тяжело: она вжалась мне в шею и навалилась всем телом, горячая и чертовски сильная.

— Это уж ты сам, командор, — отозвался Бриигз, даже не оборачиваясь. —Твое сокровище-твои хлопоты. Я же предупреждал!

— Ну ты и гад! — прошипел я. Краем глаза я увидел, как паршивец откинулся в кресле, забросил ноги на панель и оскалил безупречные зубы в самодовольной улыбке. А потом его рука потянулась к джойстику.

И тогда я понял, что именно он задумал.

Звездолет рванул вперед-резко, отчаянно, как делает только Бриигз. Нас с незнакомкой сорвало с места, и мы покатились к задней переборке. Спинка кресла увесисто ударила в спину.

Девушка упала прямо на меня и сразу же попыталась снова провести свои приемы-быстро, жестко, без мысли. Локти, колено, попытка вырваться.

Но у меня лопнуло терпение.

Я перехватил ее, порывисто прижал к себе всем телом с тыла, прижал к себя, полностью обездвижив. Она была легкой, но напряженной, словно сжатая пружина.

— Успокойся. Мы не враги. Мы тебя спасли. Слышишь?!

Она сопротивлялась так, будто не слышала ни слова-только дыхание рваное, зубы сжаты, взгляд дикий. Все вращалась и крутила головой, потому что руки были сжаты на груди. Ноги не доставали по мне.

В обзорном экране впереди промелькнули знакомые очертания звезд. Мы приближались к Сейрану.

Сейран — очень плохое место для тех, кто не знает, куда влез и как себя там вести.

Я наклонился, прижал губы к ее уху и тихо, с напряжением, почти процедил

— Послушай —детка! Мы сейчас окажемся среди настоящих отбросов и хлама со всей Ойкумены. Поэтому тебе лучше успокоиться и вести себя осторожнее.

На мгновение она затихла.

Я уж подумал-подействовало.

А потом она со всей силы треснула меня затылком прямо в лоб.

— Б…! — я откинул голову. — Бриигз, неси парализатор! Она какая-то совсем бешеная!

Эта гламурная кошатина издевательски, медленно, подошла к нам. С наслаждением посмотрел сверху вниз. Он поднял руку и нацелил дуло…

… на меня!

— Да б…. Ее! Не меня!

Его улыбка растянулась еще шире. Слишком. Я прищурился — инстинктивно.

И тут пискнул и мигнул дульцем парализатор -старый уже "бангор" -оружие военных полицейских Мируканского Союза.

Я вздрогнул и открыл глаза.

— Конфетка, — протянул он добродушно, — ты действительно думал, что я в тебя, дружище, выстрелю? Ты меня за идиота держишь?

Улыбка оставалась на месте. И тон тоже-такой, что сомнений не оставалось: в случае необходимости — выстрелит и даже не моргнет.

— Иди ты в варп! — фыркнул я.

Я поднялся, и чуть поколебавшись, подхватил девушку на руки. Она была сейчас безвольная, тяжелая и тихая, будто ничего не случилось. Я оттащил ее в медотсек — единственную свободную каюту на нашем звездолете, осторожно положил на кровать.

— Надеюсь, — пробормотал я, — ты не наделаешь глупостей. А еще лучше-не просыпайся, пока мы не вернемся.

— Я бы на твоем месте оставил ее на Сейране, — заметил Бриигз, когда мы сажали звездолет на космодроме этой планеты, на которую свозили всю контрабанду из сектора. Мы ее спасли? Ну и все… Дальше — сама-всё сама!

— Ты хоть каплю сочувствия имеешь? — бросил я, выводя на панели нужные пароли, пока Бриигз руководил посадкой.

— Сочувствие —для тех, кто может себе позволить такую роскошь, — фыркнул он. — Пойдем уже торговаться. Нагреем местных жуликов как они того заслуживают! Пусть отвалят нам за наши космические железки, как за доспехи имперских гвардейцев.

По кораблю прокатился короткий импульс. Металл слегка вздохнул. Мы коснулись причальной площадки.

Он щелкнул фиксатором и двинулся первым.

Сейрану снова нас встретил.

***

Лара.

…Голова гудела, будто внутри кто-то включил старый планетарный мотор без калибровка. (Я не знала, как работает планетарный мотор без калибровки -но так выражался один из моих пленителей) Я приподнялась, хватаясь рукой за край койки -ноги дрожали, но слушались. Уже хорошо. Каюта оказалась небольшой, однако уютной: приглушенный свет, мягкие стены, ничего лишнего. Малый медицинский робот — штука скорее для успокоения нервов. Я машинально осмотрела себя, провела ладонью по предплечью, проверила колени. Ни кандалов, ни фиксаторов. Странно.

Раньше меня при малейшем непокорстве и подозрении связывали. Относились, как к опасному животному — мол, укусит или убежит. А тут что? Они просто уверены, что никуда не денусь?

— Ну-ну, — буркнула я сама к себе и огляделась. — И где же я, черт побери?

Память выплюнула картинку -недавняя драка с тем хмырем. Образ собрался не сразу, но те движения, манера держать себя, перекошенная улыбка… да. Он был похоже из той же породы, что и те, от кого я убегала… Хоть чем то и отличался.

Я подошла к панели у выдвижной двери, коснулась холодной поверхности пальцами-экран вспыхнул мягким светом -на нем возник не требующий перевода знак - две красных лини крест-накрест.

Я провела по нему ладонью, как будто это могло изменить его настроение.

— Заблокировано, — фыркнула я, слегка ударив по панели кулаком. — Кто бы сомневался. Заблокировано как и содержимое моей головы

О себе я помнила катастрофически мало. Ни дома, ни прошлого. Помню отрывочные картины — город, много наземных машин, какие-то люди — одну женщину я зову «мама» -и она же — седая и исхудалая в гробу…

Потом из памяти выплыло слово «попаданка» — про таких как я покинувших свой мир у нас так писали. Но где это «у нас»?

Еще я помню что меня зовут Лариса… Лариса. Лара… Лариска… так меня звал высокий седоватый мужчина в свитере, а еще — парень, которого помню в постели рядом с собой. У меня что — было два мужа? Я читала книги про девушек у которых по два и больше мужей… Сами книги не помню, но этот момент в памяти засел. Правда я не помню толком и нет в памяти картинок чтобы скажем женщина шла по улице в компании сразу нескольких мужчин… А этот странный молодой кошкоид… Да — кошкочеловек… Я тоже читала про таких и видела в мультиках — правда почему-то это были в основном девочки. Нэко — проскользнуло в голове. Так его народ значит называли у меня дома. Вживую я их не помню -но я многое не помню… Да по сути я ничего не помню. Только то что я- Лариса. Лара. Лариска.

Ну ладно — тут есть кошкопарень… Попробуем оттолкнуться от этого. Если есть кошкопарни то есть и кошкодевочки. Или так припомнилось из туповатого юмора — «кошкожена».

Правда я таких не видела в команде «Птицы смерти» — хотя замечала там странных существ на обычного человека не похожих…

Да -а я ведь хорошо помню только последний месяц после пробуждения на другом судне, которое принадлежало должно быть самым отвратительным отбросам в космическом пространстве. Их вожака звали Дракон. Еще тот мерзкий тип - думал продать меня кому-то. Интересно, это вообще законно -неужели тут есть рабство?

О законах в этой части космоса, да и вообще в любой я не помнила ничего.

Что я знаю о мире где оказалась? Тут есть космолеты и гравилеты. Значит это наверное далекое будущее. Они летают через какой-то «варп» -ныряют и быстро пересекают через него пространство. Что он такое -непонятно -вроде как «изнанка мироздания». Я спросила у своего гаджета -когда уже дали доступ к гаджетам. Он ответил что-то невразумительное — про пространственно-временную субстанцию отделенную от обычной Вселенной зеркалом поверхностного натяжения… А гравилеты работают на каких-то кристаллах активируемых высокочастотным лазером. Блииин - лазером-мазером! Чтоб я это понимала… Я ведь не физик -я эээ- работала в офисе -так это называлось В голове — высокомерный бабский -именно так - голос. «Лариса —почему до сих пор не готов счет фактура для «Баросса»?» А я что-то лепечу про то что не подали данные и слышу требование — немедленно сделать их! Выходит я делала эти -как их — счета фактуры. Что оно такое хоть? Их едят? Ими заправляют технику? Или может он нужны для религии в моем мире? Ничего в памяти нет… Не помню… Высотные дома. Деревья… Игрушки на полке и ковре -чьи -мои или… моего ребенка? Я даже вздрогнула -сердце сжалось. Вдруг у меня там остались сын или дочка и сейчас они плачут без мамы? Нет не помню. Помню что у меня был близкий мужчина — в койке моей он уж точно не просто спал. Но больше -нихрена. Ни то во что одевалась. Ни какие люди меня окружали… К каким людям я сама относилась? «…Лариска-Крыска, ты не людь, и не правильный. И тебе отошло только место в аду за набранные тобой кредиты в Банке Сатаны… Ты просрала свои мозги…» -зло глумится в трубке старомодного телефона наглый молодой голос -даже не понять: мужской или женский… Сатана это такой злой чувак с рогами и хвостом как смутно сообщила память. Отчего то я представила себе рогатого и хвостоногого -тьфу - хвостатого! -Дракона с его рваной мордой и красными глазами. А что -ему был подошло! Тьфу —ладно -не будем мучить себя воспоминаниями… Лучше подумаем… ну хотя бы про варп. В варпе летают взламывая это пресловутое поверхностное натяжение пространственным инвертором — это несколько обмоток на корпусе — на которые подается особым способом модулированный высокочастотный ток. Так я поняла из случайных разговоров А потом его отключают и варп сам выпихивает корабль наружу… Ориентироваться в варпе непросто — для этого есть нейтринные (а это как?) маяки на главных трассах, а там где их нет — находят дорогу по самым массивным звездам и черным дырам — их можно почуять с изнанки с помощью опять же нейтринных детекторов… Мда -и зачем это мне? Пилотом я становится точно не хочу. Понять бы еще -кем хочу… И кем могу… А еще знаю искусственный интеллект у них тут есть — но он какой-то кривой… Тут нет ничего похожего на «Интернет» -как говорят обрывки памяти в голове. Как я смутно понимаю — у них или большие компьютеры на кораблях и станциях — или куча больших и малых -соединенных друг с другом -но без провайдера. Просто в цепочку… Хм — что за хрень этот «провайдер» я тоже не помню. А если спросить о чем-то свой гаджет -оно поищет подключившись к другим компам и сообщит что знает или что есть в его памяти. Еще гаджет мне сообщил что какой то «Алгоритм Дулла»уже шестьсот стандартных лет как ведает «синхронизацией распределенных систем, который позволяет устройствам согласовывать работу без центрального источника времени и при этом исключает ошибки, возникающие из-за отката логических цепей».И мол на нем и основана работа датчиков, промышленных систем, робототехнических комплексов и космической техники. Но по смутным ощущениям получалось что здешние коммуникаторы примерно уровня гаджетов с какими я ходила в школу…

Хм — из этих воспоминаний ясно что дома у меня гаджеты есть и я ходила в школу…

А почему бы мне не ходить в школу? Я умею читать, писать -и на клавиатуре и даже ручкой… Рисовать… Умею читать и на своем языке и на этом -кстати что это за язык? Математика тут не похожа на нашу -цифры совсем другие и счет идет на шестьдесят, а не на десять… Я умею играть в шахматы. Тут в них играют? Еще в карты — в «дурака» и в «буркозла»…* «Дурак» это когда надо избавиться от всех карт раньше других игроков. А буркозел… Нет —не вспомню что за игра -хотя раньше играла…

Автоматика тут впрочем откровенно примитивная -у нас уже были машины не хуже как минимум… Странно почему — если это будущее? Была большая война и они многое забыли? На корабле Дракона вот были роботы — туповатые как по мне. Правда можно было использовать их как автопилот — подключая через разъем к пульту.

У мну то есть тьфу — у меня — дома был робот -пылесос: он сам ездил и кошка (у меня была кошка!) на нем каталась когда была котенком.

Кошку помню, но вот как её звали?

А есть ли тут кошки? По идее раз есть кошколюды то…

Но что если вдруг это вообще не будущее -а меня просто похитили инопланетяне -тот же Дракон? Он вроде человек -но мало ли -вдруг инопланетяне на людей похожи? Или люди на них? Он правда говорил, что нашел меня в космосе -но если он криминальный элемент то и соврет -недорого возьмет.

Стоп — так к нам -в мой мир — выходит прилетают пираты и контрабандисты? А почему и нет? Говорили же по ти-ви и писали во всяких желтых журнальчиках у меня дома -это тоже я помню — про то что кого-то похитили инопланетяне… Да — только сейчас я могу обдумать это. В плену у Дракона я все больше обдумывала как удрать от него.

Я долго готовила план. И в конце концов смогла сбежать. За это время я выяснила одну важную вещь: у меня есть несколько очень полезных талантов. Незнакомых как помню прежде, странных и чрезвычайно эффективных. Именно они спасли меня в прошлый раз. И, если повезет, спасут снова. Отбросив посторонние мысли, я присела на корточки возле панели, сосредоточенно нахмурилась и провела ладонью — стараясь ощутить что внутри. Провела призрачными пальцами по внутренностям механизма, будто здоровалась со старым знакомым.

— Ну ведь, красавица, — пробормотала я. — немного поработаем… и ты ведь не будешь упираться?

Механизм тихо щелкнул. Я улыбнулась.

_________________________________________

*Буркозёл (тридцать одно) — карточная игра, основанная на том что надо набрать выигрышную комбинацию из трёх козырей. Одна из основных разновидностей игры в буру.

Глава 3 Приключения на Сейрану

Лара

...Покинуть звездолет оказалось значительно легче, чем сориентироваться там, куда я в конце концов попала. Как только я вышла из терминала, меня буквально накрыло-шумом, светом, запахами и криками -буквально со всех сторон. Бесноватая дерганая музыка, совсем не похожая на ту что слышала дома (хотя пожалуй ни одной той мелодии толком не вспомню). Писклявые или наоборот грубые лязгающие звуки незнакомых языков. Непонятная какофония городского шума...

Одно я сразу поняла: это место точно не для приличных людей, не для тех, кто имеет чистые кредитные истории и чистые репутации.

Это было сборище воров и мошенников, и каждый из них внимательно изучал меня взглядом — сколько я могу стоить?

Меня хватали за рукав, подмигивали, шептали прямо в ухо. Кто-то пытался впарить систему голограмм, якобы копировавшую электронные документы, которыми пользовались на наиболее развитых планетах. Другой —почти без паузы -предлагал кибер-блок, способный взломать любые чужие системы быстрее, чем владелец успеет заподозрить неладное. Лица мелькали, как рекламные баннеры: жадные, хитрые, пустые.

Плана у меня не было. Вещей-тоже. И уж точно ничего такого, что можно было бы продать за нормальные деньги кроме своего тела. Но это если буду с голоду помирать… Я сжала пальцы в кулак, чувствуя, как напряжение медленно растекается по телу. Все, что мне оставалось, — использовать свои способности и растворится среди тех кто населял эту планету. Потому что другого выбора просто не существовало.

Нужно было найти убежище, отсидеться там - подумать и понять -где я и... Ну например отыскать дорогу обратно в свой мир... Черт! Тысяча чертей! Я ведь даже не помню как он называется не то что координаты! Но по идее может помнить Дракон...

Я свернула в сторону улицы, где вывески не светились ярко-они будто прятались, зная себе цену.

Один широкоплечий громила преградил мне дорогу.

Самоуверенный великан, с той особенной улыбкой, которой смотрят на хрупкую, впечатлительную девушку, решив, что добыча уже в кармане и несчастная скоро окажется у него в постели, беспомощная и покорная. (Откуда такие мысли? Из забытого прошлого?) Я остановилась, медленно вздохнула-больше для эффекта-и едва наклонила голову.

Вот он протягивает руки и утробно сопит, подхрюкивая... А потом дико орет. Я сломала оба его запястья, быстро и почти не думая, словно действуя на уровне рефлексов. Он упал на колени и кричал, как ребенок. А я смотрела по сторонам -решит ли еще кто, что я легкая добыча.

После этого меня пропустили вперед безо всяких слов-так, будто покалечить кого-то здесь было обычной формальностью. Почти как показать документы в приличном месте.

И вдруг я осознала кое-что странное: я прекрасно ориентировалась в этом беспорядке. Словно кто-то включил во мне внутренний компас. Я двигалась за потоком, легко, почти инстинктивно, и сразу видела, когда ко мне приближался кто-то с блеском наживы в глазах. Казалось, я считывала их быстрее, чем они сами успевали осознать свое намерение.

Время проведенное в плену Дракона открыло мне ряд простых истин. Одна из них -если хочешь выжить-показывай, что у тебя нет слабостей. Для меня это было крайне важно. И, что самое интересное, совсем не сложно.

Я никогда не умела драться. По крайней мере, мне так казалось. Я не тренировалась, ни у себя дома ни на «Птице смерти» -ну там было не до того. И вроде не знала приемов. Но стоило почувствовать опасность — чье-то излишнее внимание, изменение ритма движений, неправильный взгляд-как в моей голове мгновенно складывался алгоритм действий — четкий краткий и выверенный. Тело само делало все что надо еще до того, как я успевала что-то обдумать, а в атакующих движениях появлялась сила, которой я от себя не ожидала. Жаль только, что плену у Дракона я не сразу осознала, на что на самом деле способна. Возможно, тогда некоторые вещи сложились бы иначе.

- Эй - ты! -вдруг послышалось за спиной. Обернувшись - я увидела пару хмырей из команды всуе помянутого Дракона - один - его старший абордажник -как его - Шкарк -а второго я видела только мельком...

И надо же было из всех людей на этой проклятой планете наткнуться именно на них!

Я лихорадочно соображала -что делать... И не надумав ничего - рванулась прочь...

***

...И через считанные мгновения чуть не врезалась в мужика со "Звездокрыла" . Да чито ж мне все знакомые попадаются?? Мало мне пиратов, так еще и этот тип — тот самый, что запер меня в каюте и просто бросил.

— Ты! — воскликнул он ударившись о меня взглядом. — Как ты сбежала?..

Осекся и махнул рукой. И просто развернулся и побежал.

— Вот черт… — выдохнула я и рванула за ним.

Позади уже гремел топот. К парочке корсаров присоединились прочие мерзавцы, что держали меня в плену -только их вожака не хватает! Я чувствовала их за спиной — как холодное дыхание в затылок.

Я быстро догнала незнакомца, что так же, как и я бежал от злодеев. Он оглянулся на ходу, с удивлением. Не ожидал, что я догоню.

— А ты чего убегаешь?! — рявкнул он, не сбавляя темпа.

— Эти твари -мои враги! — выпалила я.

— Я тоже …не желаю с ним встречаться, — кивнул он. Значит, у нас общая проблема.

Он улыбнулся сам себе, а потом бросил быстрый взгляд:

— Ну что ж… удачи.

И резко дернул влево. Одно движение-и он уже перекатился под прилавками, исчез между ящиками, тенями и криками, будто его там никогда и не было.

А я…

Я осталась единственной целью.

Топот и вопли позади стали ближе. Значительно ближе.

Бежать мне было некуда.

Понимая, что оказалась в ловушке, я быстро пришла к простому выводу: оставался единственный вариант-присоединиться к тем, кто точно не сдаст меня и сам обходит моего врага десятой дорогой. Я резко свернула в сторону и двинулась в сторону посадочных ангаров и модулей, держась ближе к техническим проходам.

И не ошиблась.

Знакомый корабль, с которого я сбежала менее часа назад, завис в воздухе неподалеку от ангаров с воротами. Гравидвигатели гудели низко, нетерпеливо, будто он тоже не хотел здесь задерживаться.

Мой взгляд впился в выбежавшую с противоположной стороны фигуру. Увидать меня, он явно выругался-даже издалека это было видно. На лице промелькнуло чистое разочарование.

— Зачем ты привела их сюда?! — закричал он, как только мы поравнялись.

— Если возьмете меня с собой, я пригожусь, — выпалила я, не останавливаясь. — Выполню любую работу. А вы просто доставите меня по адресе.

— Командор! — зарычали позади нас.

Я обернулась и увидела дюжину преследователей, вырвавшийся на площадка. Вооруженные, злые, жаждущие мести и жаждущие меня поймать.

Мой спаситель и враг оказывается целый командор? Впрочем — еще неизвестно какие тут командоры: может у них каждый третий — командор!

— Ты сама сбежала-сама и разбирайся со своими проблемами! — рявкнул он, даже не глядя на меня.

Корабль двинулся в нашу сторону. Медленно, но верно. Я прекрасно понимала: совсем скоро мой шанс спастись испарится вместе с этим командором и его кораблем.

Выстрелы начали ложиться по нам еще до того, как звездолет приблизился как следует.

Лазерные вспышки резали воздух…

«Что это за мир где палят из боевого оружия в городе?» Промелькнуло у меня…

Я бежала, почти не чувствуя ног. Странное ощущение накрыло врасплох —будто я слышала выстрелы еще до того, как они случались. Тело реагировало раньше мысли. Я рванула в сторону-и вспышка резала пустоту там, где я была

секунду назад. Прыжок-вспышка. Мы с выстрелами вроде попали в один ритм, и я просто знала, где будет следующий. Впереди уже висел их звездолет-задний люк был открыт. Низко.

Опасно близко. Достаточно, чтобы рискнуть.

Командор не успел. Его задело сбоку… Короткая вспышка, глухой удар, и он рухнул, скользнув по металлическому полу несколько метров.

Я не остановилась. На полном ходу я перепрыгнула через него, резко пригнувшись, чувствуя, как над спиной свистит еще один выстрел, и уже в следующее мгновение влетела в распахнутую аппарель, тяжело грохнувшись на палубу.

— Поднимайся! — закричала я, разворачиваясь и протягивая руку назад.

Не знаю, насколько серьезно его задело. Но у капитана что-то переключилось. Будь то инстинкт, упрямство или банальная ярость.

Он сжал зубы, резко поднялся и побежал. Корабль на мгновение замер на одном месте.

Этого мгновения хватило.

Он ухватился за мою руку. Пальцы вцепились судорожно, до боли. Я рванула его на себя, помогая заползти внутрь.

В ту же секунду корабль сорвался с места. Рывок был такой резкий, что нас обоих свалило с ног, и мы покатились по палубе. Повезло, что люк уже закрывался и нас не выкинуло обратно.

Люк захлопнулся с глухим металлическим грохотом. Сквозь обзорные экраны мы еще видели, как преследователи стреляют вдогонку, но их выстрелы уже не могли нас достать.

Мы были слишком далеко.

И, к сожалению для них, еще живы.

***

По ощущениям, я была цела. Ничего не горело, не тянуло, не хрустело —значит, повезло. Командор лежал рядом. Сжав зубы, он поднялся и опустился на пол, оперся на руку, стараясь не свалиться обратно.

— Помоги… — выдохнул он, морщась от боли.

Я подхватила его под руку, и мы вместе пошли багажным отсеком, спотыкаясь, потом протиснулись через узкий коридор. Металл под ногами глухо звенел от наших шагов. Командор тяжелел с каждым метром. В рубку пилотов мы буквально ввалились.

Он выскользнул из моих рук и шлепнулся в кресло, тут же обхватив подлокотники, будто боялся из него вылететь.

— Ты как, дружище Ирсекка, жив? — отозвался нэко, сидевшее в кресле рядом бросая на меня косой взгляд и хитрую улыбку. — А ты, вижу, еще та штучка.

Это уже было адресовано мне. Я не ответила — не до болтовни.

— Я в порядке! — коротко ответил Ирсекка ("Странное имя. Или не имя а кличка?") и тут же начал возиться с панелью, пальцы бегали по кнопкам и сенсорам быстрее, чем я успевала следить.

— Тебя надо подлечить, — сказала я, глядя, как его трясет. — Ты едва держишься.

— Нет когда, — резко отрубил он. — Вперед!

Он утопил рычаг. Корабль рванул так, что меня качнуло назад.

— Малышка, ты что, решила, что это конец? — захохотал кошкочеловек и резко сорвался с места, покидая кресло. — Ирсекка, передаю управление, только не испорти все! Тебе же не в мозг попали!

Нэко шмыгнул в кресло бокового отделения, пристегиваясь на ходу.

И именно тогда на мониторах я увидела из… Нас преследовало два корабля и уже выходили на курс перехвата.

— Великий Космос и дочь его -Ойкумена! — выругалась я, сжимая кулаки. — Это я виновата! Брань эту я часто слышала на «Птице смерти» -поневоле усвоишь.

— Да не расстраивайся так, — отмахнулся Ирсекка, сосредоточенный на управлении и не отвлекаясь даже, чтобы взглянуть мою сторону. — Не только твоя вина. На этому кораблю сейчас три головы, которые наш враг хочет получить. И желательно- вместе с телами.

— А ты что такого успела натворить что Дракон гоняется за тобой? — воскликнул кошкочеловек, разворачиваясь ко мне. Большие уши дернулись, а изящное стройное тело напряглось. — Ладно мы -сумасшедшие — но ты стала его врагом с чего?

— Я сломала ему челюсть, — пожала я плечами. — Когда убегала.

Нэко (ну да — у меня дома так их звали) замер, а потом взорвался смехом. Он хохотал громко, искренне, хрипя и кашляя. Ушки затряслись, как бубенчики на колпаке шута, а изящная ладонь с выпущенными коготками с размаху шлепнула по подлокотнику.

-О-о, тогда все понятно! — выдавил он сквозь смех, вытирая слезу. — Тогда приложим огоньку этим болванам!

В ту же секунду где-то во внутренностях корабля что-то нехорошее щелкнуло, и нас так

резко качнуло в сторону, что я едва не прикусила язык. Пол под ногами развернулся под углом в сорок градусов, а панель приборов замелькала красным, словно новогодняя гирлянда.

Я пялилась в монитор бокового обзора. Надо признать, этот ушастик знал свое дело. Пока я пыталась удержаться, он ловко крутил турелями. Пушки под его управлением плевались огнем так бодро, что преследователи только и успевали уворачиваться, чтобы не превратиться в космический дуршлаг. Они кружили рядом, но подойти вплотную явно боялись.

— Конфетка! — визгнул нэко. Теперь он выглядела как сосредоточенный демон-убийца. («А я много ли встречала демонов убийц?» -промелькнуло в голове) — Хватит пялиться! У тебя совсем мало времени, чтобы запихнуть нашу жестянку в варп!

Ирсекка не ответил. Лишь сжал челюсти и начал бешено колотить по клавиатуре на пульте.

А нэко перепрыгнув в соседнее кресло вцепился в джойстики…

— Первый оружейный комплекс активирован! — сообщил компьютерный голос.

Второй оружейный комплекс -на подготовке.

Торпедно-ракетный отсек герметизирован…

Я плюхнулась в заднее кресло, сразу за командором.

И тут...

Мир вокруг меня будто дернулся, воздух дрогнул, а экран перед глазами вспыхнул…

— Готовься! — воскликнул Ирсекка, вцепившись в штурвал так, словно от этого зависело, не рассыплется ли это корыто на атомы прямо сейчас.

— Скорее, их стало больше! Все демоны космоса - они плодятся там, что ли?! —заскрежетал нэко, не отрываясь от прицела. Его уши прижались к головы, а когтистые пальцы скакали по кнопкам быстрее, чем лягушки в болоте куда вломился мамонт.

— Пошел отсчет. На пять! Один! — голос Командора дрожал от напряжения, перекрывая вой сирены, которая уже просто взывала о помощи.

Я начала отсчитывать про себя, закрыв глаза и надеясь, что этот полет не закончится моим распылением по варпу. Пять… Четыре… Три…

И тут корабль тряхнуло по-настоящему. Такое впечатление, что нас звезданули огромной кувалдой. В нос шибанул очень густой запах гари -видимо, какая-то здешняя техническая приблуда решила, что с нее достаточно, и самоликвидировалась. В ушах засвистело, а пространство вокруг вдруг вывернулся наизнанку.

Мы влетели в варп…

***

Синие и фиолетовые волны окружили меня, как будто мы были не на корабле, а в каком-то галлюциногенном сне. По телу пробежал неприятный холодок, желудок попытался выпрыгнуть через мою бедную глотку.

Но главное — по нам больше не стреляли… Мы успели.

Нэко откинулся на спинку кресла, тяжело дыша, и вытер рукой пот со своего изящного личика.

— Ну что, мы живы. И это главное. Пока... -резюмировал он.

«А почему это сразу «он?» — подумала вдруг я. Что если это «она»? Сис…ээ молочных желез не видно — но вдруг у ммм - неё просто маленький размер?»

Ирсекка не ответил. Когда я увидела, как его массивная рука бессильна соскользнула вниз, словно дохлая рыба, сердце упало куда-то в низ живота. Я мгновенно отстегнула ремни и бросилась к нему. Глаза закрыты, лицо цвета старого пергамента, но, прислушавшись, я уловила слабое, прерывистое дыхание. Живой…

Ну хоть кто-то сможет мне объяснить что за чертовщина со мной твориться!

Мы с нэко попытались оттащить его в сторону, но Ирсекка был такой тяжелый, словно его собирали из запчастей грузового робота. Кошкоид, несмотря на весь свой боевой нрав, под его тяжестью лишь беспомощно кряхтел (кряхтела?) и подбадривала меня словами, что явно не помогали делу.

Выхода не было — я просто сползла вместе с ним на пол прямо посреди центрального поста.

— Эй, ты где делся? — закричала я, оглянувшись.

Кресла пилотов опустели и рядом его не было, ушастый наглец куда-то исчез. Через минуту он примчался откуда-то из глубин этого корыта, таща в руках металлический чемоданчик.

— Я, между прочим, Бриигз, — представился он, оскалив некрупные зубы. Я так и не поняла: это он мне так улыбается или прикидывает, насколько удобно будет меня укусить, если я начну истерить.

— А меня зовут Лара… Как ему помочь? — я уже начала рвать ткань на его комбинезоне там, где расплывалось густое темное пятно. Рана выглядела скверно-глубокая, рваная и совсем не похожая на царапину, которой можно пренебрегать.

— А ты сильная дамочка, — присвистнул Бриигз, наблюдая, как я расправляюсь с тканью. — Голыми руками разорвать гавадский шелк… впечатляет.

Мои руки мгновенно стали липкими от крови.

— Как он вообще держался все это время? — прохрипела я, стараясь остановить кровотечение. — У вас же есть бортовой лекарь! Я видела!

-Он сдох еще в прошлом году! — вдохнул нэко…

………ть!!! -выкрикнула я.

— У нас есть кое-что получше, — ответил Бриигз, сосредоточенно роясь в кейсе, словно искал там последнюю конфету. Наконец он выудил оттуда переливающийся голограммами тюбик и протянул мне.

— Что это за отрава?

— Просто залей это в рану, даже промывать не надо. Тебе с твоими тонкими пальчиками это лучше удастся. В прошлый раз я немного перестарался, то Ирсекка потом неделю ругался, что я ему слишком много кожи нарастил и теперь у него там лишняя складка.

«….Перестарался» «Значит самец!» -вспомнила я фразу из старого анекдота. Рана быстро затягивалась, всасывая средство из тюбика, а дыхание Командора становилось ровнее, без того ужасного тихого хрипа. Я все еще сидела рядом с ним на полу — и прислушалась к сердцебиению- оно звучалоо глухо, но уверенно, словно старый двигатель этого корыта.

— К сожалению, второй компоненты лекарств мы не имеем, — вдруг отозвался Бриигз, запрыгивая в свое кресло. Он крутнулся на нем, уже привычно закидывая ногу на ногу.

— А какая еще вторая компонента? — спросила я, удивленно приподняв голову. Мои пальцы все еще были липкими от чужой крови.

— Да там какие-то ампулы… Они типа восстанавливают организм, чтобы мозги не закипели и шока не было от такой быстрой регенерации. Но он и так оживет, не первый раз. Крепкий, как броня на его старом крейсере, — Бриигз равнодушно отвернулся к мониторам, выводя какие-то графики и схемы.

— Вы просто сумасшедшие! — выдохнула я, но совсем тихо.

Как же они дожили до сегодняшнего дня? Я умостилась на полу рядом с Ирсеккой. Не то чтобы мне очень хотелось быть его личной медсестрой, просто так было спокойнее — следить за его состоянием, чем смотреть в бесконечную пустошь варпа.

Говорить больше не хотелось. В голове царил такой же беспорядок, как и в рубке. Я снова оказалась в точке «ноль»: без плана, без четкой цели, без денег и, что самое плохое — без прошлого. Раньше я смутно думала что смогу вернуться на родину. А теперь… Теперь я понятия не имела, куда двигаться дальше.

Мысль о том, чтобы договориться с этой парочкой, сразу порождала в воображении яркие картины нашей совместной гибели. Нас обязательно будет преследовать и Дракон — и похоже что все злодеи в этой части Ойкумены. Хотя… если быть честной, теперь я и сама в их списке. Пожалуй, я ничем не лучше этого ушастого техника и его капитана.

***

Командор

Я открыл глаза медленно, словно поднимал многотонные люки шлюза. Треск в черепе, , и видения космической пустоты перед глазами напомнили: я снова выжил. На теле добавился еще один шрам, который я, конечно, не собирался убирать. А зачем? По крайней мере будет напоминание о том, что я все еще сильнее, чем этот кусок титана и молибдена, на которому мы летаем.

Надо мной склонялась наша прелестная находка. Она моргала глазами, рассматривая меня с таким видом, будто я — редкий экспонат, что чудом не рассыпался от времени, а потом произнесла:

— Вы живы, командор?

Я лишь блаженно улыбнулся, игнорируя металлический привкус крови во рту.

Впервые в жизни меня будил не сумасшедший мутант с ушами как у кота и не звук боевой тревоги, а настоящий ангел. Я уже был готов что-то сказать -что то невероятно героическое. Но всю картинку испортила физиономия Бриигза, которая вдруг нависла надо мной, закрыв собой весь прекрасный вид.

— Давай, поднимай свою задницу уже! — рявкнул он, и я почувствовал, как в нос шибануло запахом дешевой смазки. — У нас огромные проблемы с кораблем! Эти олухи попали в нас как раз перед прыжком в варп, и теперь мы похожи на дырявое ведро!

Он склонился совсем низко, вцепился в мой воротник и едва не начал трясти, словно навадский вышибала что пытался выбить долг из проигравшегося в пух и прах гостя.

— Если мы не найдем подходящую планету, где нас подлатают, мы потеряемся на самом краю Ойкумены без припасов и кислорода! Ирсекка, ты меня слышишь?! У нас топливо уходит в пустоту, а ты тут лежишь и лыбишься, словно выиграл джекпот в лучшем казино на Урдее! Я вздохнул, чувствуя, как свежая кожа на ране неприятно тянет.

Ангельское пробуждение закончилось, добро пожаловать обратно в реальность, где все горит и разваливается.

— И незачем так орать, — я лениво сбросил его с себя, словно назойливую муху. Я все и так прекрасно слышу!

Девушка с большими, почти не испуганными глазами — что меня даже немного удивило-переводила взгляд с моей окровавленной физиономии на Бриигза.

А тот продолжал вопить уже со своего кресла, размахивая руками.

— Сколько у нас времени, чтобы найти подходящий мир? — спросил я сонным голосом, как будто меня только что разбудили посреди обеденного перерыва, а не вытащили с того света.

— Стандартная эпоха по старому имперскому календарю! — отрезал Бриигз, и его уши нервно дернулись.

Какому именно из старых календарей он не уточнил — и без того было ясно что времени немного.

— Этого достаточно, — ответил я спокойно, вытирая ладонью лицо и размазывая по нему остатки красного «грима».

— Достаточно?! — снова заверещал Бриигз, подпрыгивая в кресле. — Было бы достаточно, если бы ты не выставил координаты в самую задницу Ойкумены! Нас сейчас не примет на буксир ни один вменяемый варп-мастер, который хоть немного дорожит своей головой. Ты забыл? Имперцы на хвосте! Пираты на хвосте! Ни один легальный порт нас не впустит, а нелегалы просто сдадут за вознаграждение -или Дракону или имперским сыщикам. Мы-ходячие мишени с пустыми баками!

Я вздохнул. Ох уж этот его драматизм!

— Все будет хорошо! — произнес я максимально уверенно. — Я знаю, ты что-то придумаешь, чтобы у нас было больше времени.

Я знал, что Бриигз-настоящий маг по части всяких машин и механизмов. Того, кто придумал будто кошкоиды не способны думать ни о чем кроме секса следовало бы выпороть. Из того что мы накопили в трюме, он обязательно что-то смастерит: замотает дыры изолентой, подключит кухонный комбайн к двигателю, но выиграет нам лишнюю часок-другой. Он всегда преувеличивает проблему, чтобы потом почувствовать героем, когда мы вернемся из рейса.

— Ты просто гений, Бриигз, хоть и вредный, — добавил я, подмигивая девушке.

Глава 4 Неприятности старые

Командор

Пока я до боли в глазах всматривался в монитор, гоняя расчеты на процессоре и ища хоть какую-то планету, которая не напоминала бы мертвую пустыню или ледяное кладбище, Бриигз творил бардак на складе запчастей. Там стоял такой грохот, будто он решил пересобрать корабль изнутри с помощью лома и крепкого словца.

Девушка тихо сидела позади мена, вжавшись в кресло, и смотрела в иллюминатор на бесконечную черноту, разбавленную росчерками старых варп- трасс. Казалось, она пыталась разглядеть там ответы на терзавшие ее вопросы.

— Как тебя зовут? — наконец спросил я, когда процесс поиска превратился в паршивый замкнутый круг. Я в десятый раз проверял координаты вероятных планет и каждый раз возвращался к началу-ни одного безопасного варианта.

— Мне кажется — Лара. В этом я уверена... как будто. А больше -я ничего по сути и не знаю, — она наконец отвела взгляд от звезд. Голос был тихим, но твердым. — Прихвостни Дракона называли меня добычей и выигрышем. А такой маленький скуластый тип -доктор Вхун —чем-то похожий на твоего кота — каким-то именем -и не выговоришь. Означало в переводе как он сказал — «Прекрасная Словно Заря, что взошла ниоткуда». Но мне это никогда не нравилось. Звучит как кличка дешевой шлюхи…

— А ты много знала дешевых шлюх? -спросил я.

Она промолчала.

Грохот и лязг металлических деталей ворвались в рубку вместе с Бриигзом, который вытирал замасленные ладони о и без того грязный комбинезон.

— Я знаю, как ее зовут! — воскликнул он, ловко запрыгивая в свое кресло предварительно.

— Как? — я удивленно поднял бровь.

Кажется, девушка тоже напряглась, прислушиваясь к этому ушастому всезнайке.

— Лариса, конечно. Это абсолютно точно!

— Ты нашел мой паспорт? -осведомилась она. Может там была и моя кредитка и мой адрес?

— Я не знаю что такое «пачпорт»! -хмыкнул он.

Я глянул на Бриигза, тот лишь глаза закатил. И еще подумал что девчонка и в самом деле откуда-то из самой задницы Ойкумены — только там вместо чипов имплантов или на худой конец — гаджетов оплата ведется кредитными картами… Может даже у них и монеты есть!

— Но чертов бандит кричал что-то вроде - «стой, Лариса», -или как-то так… — А еще… -он сделал паузу -наша Лариса у нас очень не простая. Посмотри на ее запястье, капитан. Глаза разуй! — Кошколюд откинулся на кресле.

Девушка медленно протянула руку и повернула ее ладонью кверху, слегка оттянув рукав. Там красовалось изображение цветка —изящные линии, глубокий пурпурный цвет.

— Это роза!

— Какие у тебя глубокие знания древней флоры, — хмыкнул я, рассматривая рисунок. — Это действительно роза.

Я перевел взгляд на нее, пытаясь понять, что скрывается за этим спокойным лицом.

— Ты не помнишь, откуда у тебя эта татуировка?

— Это не татуировка болван! — фыркнул Бриигз и крутанулся на кресле в нашу сторону, доволен своей проницательностью. — Это очень качественная подкожная голограмма.

Видишь, как лепестки вздрагивают, когда она двигает пальцами? Такие технологии-это антиквариат. Их рисуют прямо на коже, но насколько мне известно, сейчас так не делают. Мало знаний осталось, чтобы не сжечь пациенту шкуру. Это дорогая игрушка из очень старых времен.

Я присмотрелся поближе. Цветок на ее коже действительно едва заметно мерцал, словно жила собственной жизнью.

— А для чего такие голограммы? — подала голос девушка, рассматривая собственное запястье так, словно видела его впервые.

— Да кто же их знает, — Бриигз пожал плечами, отчего его уши дернулись. — Древние имперцы так увлеклись писать законы для всех подряд случаев жизни, что сами запутались, кому что можно. Потом приключилась война и смута и куча крутых разработок просто вылетела в трубу. Теперь все штампуют под копирку, без души и мозгов. А это… это идеальная работа, след очень старых технологий.

— А тебе откуда это известно? — хмыкнул я, хотя и знал, что этот ушастый проходимец прочитал больше технических справочников, чем я видел бутылок «космической горькой» или брагайского рома.

— Я же не пустоголовый солдафон, как ты, — фыркнул Бриигз и захихикал в своей неизменной манере, отчего его нос смешно сморщился. — Пока ты в портах с девушками зажимаешься по темным углам, я пополняю свои знания. Кто-то же должно быть мозгами на этой летучей помойке.

— Я не зажимаюсь с девками! — возмутился я, хотя уши почему-то предательски потеплели. — Уверяю, у меня только серьезные отношения, с самыми чистыми намерениями.

Я почему-то глянул на девушку, словно ждал одобрения моих высоких моральных принципов. Да она вроде и не слышала: с грустью опустила голову на руки, сложившая на подтянутые под себя колени, и замершая, превратившись в маленький островок меланхолии посреди нашего хаоса.

— Конфетка, хватит оправдываться, — Бриигз снова захихикал, крутясь в кресле. — Эта девушка тебе явно не по зубам. Видел бы ты, как она почти взлетела в воздух, когда запрыгивала на борт, а как она тебя, тушу такую, затащила! Я все на видео снял, специально сохранил, чтобы показывать тебе долгими зимними вечерами, когда ты снова начнешь корчить из себя непобедимого мачо.

— Завязывай со своим плоским юмором, — отрезал я, чувствуя, что проиграю этот раунд. — Лучше скажи, что там с дырой в корпусе? Сдвиги есть?

Бриигз мгновенно изменился в лице. Веселые искры в глазах погасли, уступив место профессиональному пессимизму.

— Как я и говорил раньше: все не плохо, а очень плохо! — отрапортовал он с таким видом, будто мы уже официально покойники, просто еще об этом не знаем. — Корабль держится на честном слове и моих молитвах к Богу Машин.

Данные на мониторах неумолимо подмигивали мне цифрами, таявшими, словно лед в стакане с дешевым коктейлем. Время не просто уходило — оно убегало от нас с истерическим хохотом.

— Конфетка, есть у меня одна идея… — вдруг проговорил Бриигз. Голос у его стал какой-то слишком сладкий и осторожный, что в переводе с его жаргона означало: «сейчас я предложу что-то, от чего ты придешь в ужас».

— Нет! — отрезал я, даже не отрывая взгляда от карты сектора. Твою «гениальную идею» я оставлю на тот случай, когда уже не останется надежды. — И я тысячу раз говорил: не называй меня конфеткой! Лучше скажи, почему твоя ржавая жестянка не помогает с расчетами? Ты же в него впендюрил столько дорогих плат, что он должен считать прыжки сквозь варп в пару мгновений. А он даже не пищит!

— Что значит не пищит? Она не должна пищать! И вообще -наш робот обиделась.

— Обиделась? -я даже хихикнул.

— Да —она обиделась! — буркнул Бриигз, скрестив руки на груди.

И я вспомнил что Бесноватая Гамла предлагала ему -моему кошкомальчику — должность адъютанта и наложника за сто тысяч империалов в год…

— Не говори глупостей! — я едва не трясся от смеха, хотя ситуация была так себе. — Это всего лишь куча микросхем. На что она может обидеться? На низкое напряжение в сети?

Бриигз медленно повернул ко мне свою вполне серьезную физиономию и его уши рассерженно задергались.

— Да я тебе говорю! С тех пор как ты ее обозвал «бесполезной грудой отходов», наша Бусинка только обиженно мигает диодами в углу. Вот попросишь у нее извинения, тогда, может, она и соизволит подключить свои мозги к нашей навигации.

— Да не смеши мой скафандр! — я ударил кулаком по консоли. — Я еще у роботов извинений не просил. Может, мне ему еще и цветы купить?

— Да ты сам ничуть не человечнее любой железяки, Конфетка! — подковырнул Бриигз, оскалив свои отличные зубы. У нее тонкая цифровая организация! Просто перепроси, и мы не сдохнем от недостатка кислорода.

— Ты сам не образец вежливости, — огрызнулся я — - что-то не видел, чтобы ты перед кем-то извинялся.

— А за что мне извиняться? — кошкопарень возмущенно топорщил шерсть между ушами. — Я прямой, как лазерная указка! Говорю то, что думаю. Это вы, люди с подковыркой. Мы всегда так работали: руки щелкают по тумблерам, глаза пасут датчики, а языки мелют такую чушь, что любой психиатр от восторга бы полез на потолок.

Но вдруг я вспомнил, что мы в рубке не одни. Я косо посмотрел на… Лару?

Она все так же сидела, подтянув колени, и наблюдала за нашим цирком своими огромными лиловыми глазами.

Я резко замолчал, осознав, как по-идиотски мы выглядим со стороны: два матерых космических волка ссорятся из-за робота. Бриигз тоже уловил момент. Он покосился на меня, потом на девушку, и вдруг победоносно оскалился-это была его коронная улыбка «я-все-равно-прав-а-ты-лох».

***

Лариса

Я сползла с кресла, стараясь не привлекать внимания этих двоих и двинулась к забившемуся в угол роботу, словно наказанная ребенок. Пока капитан с пилотом обменивались любезностями, я почувствовала, как накатывает одиночество. В их спорах, несмотря на весь этот шум и скандал, чувствовалась общая история-годы приключений, где они прикрывали спины один одному, даже когда хотели придушить партнера собственноручно.

Единственным, с кем я чувствовала себя на одной волне, оказался этот молчаливый робот.

Он совсем не походил на тех элегантных человекоподобных кукол, пару штук которых которых я видела у Дракона. Этот больше напоминал металлического карлика с неповоротливыми руками-клешнями, этакий механический краб-переросток, какого жизни тоже изрядно потащила по здешней Ойкумене. Опустившись на пол напротив него, я уставилась в его тусклое мигание. И тут я это почувствовала-знакомые энергетические вибрации, шедшие от его корпуса. Я уже привыкла к тому, что вижу и слышу вещи, которые для других остаются за гранью. Робот был не просто включен-он действительно упорно игнорировал реальность. На корабле Дракона таких жестянок было полно, но все они были пустыми словно выгоревшими. А этот… этот имел характер. Или… душу? В моем мире как я помню у компьютеров не было души -хотя искусственный интеллект вроде уже был.

Через минуту моего пристального взгляда свет на его панели изменился, стало ярче и активнее. Я тихо, чтобы не перебивать ругань пилотов, проговорила:

— Ты что, в самом деле обиделся на командора?

Железяка вздрогнула. Затем медленно качнула механической головой, а огоньки на интерфейсе выстроились в крайне разочарованную, грустную улыбку.

— А если я за него извинюсь, ты нам поможешь? — я едва улыбнулась, протянув руку к его холодному корпусу.

Робот активно закивал, а печальная гримаса на экране мгновенно преобразилась на широкую счастливую дугу.

— Ну тогда извини людей за их глупый характер, —прошептала я. -Помоги нам не погибнуть в космических просторах. Возможно хоть что-то из твоих расчетов пригодится.

Что тут началось! Робот не просто засиял всеми цветами радуги, он с победным свистом вылетел из своего угла. Маленькая машина начала крутиться вокруг своей оси, издавая невероятную какофонию звуков: от довольного кошачьего мурлыканья до странных трелей, похожих на пение тропических птиц.

(А как поют тропические птицы? Я вроде не бывала в тропиках? Но раз я так думаю на моем мире жили птицы — этим далеко не все миры могут похвастаться)

Командор и Бриигз замолчали на полуслове, пялясь на этот механический перформанс.

— Видел?! — Бриигз ткнул пальцем в сторону Робота, который уже подкатывался к терминала. — Я же говорил, капитан, надо быть нежнее с техникой! А ты —«жестянка, жестянка»…

Через какое-то время Командор бросил свой пост и с раздраженным видом пошел в каюту. Наши дела не улучшились, поняла я.

Бриигз воскликнул на всю рубку:

— Лариса, давай мордочку делай веселее, мы не погибнем. Это просто временные неполадки. Кстати — ты не голодная? Просто уже наступило время время ужина, поэтому что я точно кого-то проглочу сейчас вместе с металлическими детальками!

Я кивнула. Живот уже давно намекал, что космические гонки на пустой желудок-идея так себе. Нэко позвал меня в отсек, который они гордо называли кухней, хотя это больше походило на каморку, где пьяные повара устроили чемпионат по метанию всякой жрачки.

Такие шоу вроде были у меня дома? Или не было?

Я тихо ждала в стороне. На мои попытки помочь Бриигз лишь отмахнулся, едва не задев меня хвостом, и заявил, что у него все под контролем. Я была уверена: это его способ отвлечься, погрузиться во что-то понятное и практическое, что то кроме дырявого корпуса и охотящихся за нами имперцев (кто они хоть такие?) и Дракона.

— А ты не такая сейчас боевая, как тогда, когда проснулась на нашем кораблике, — проговорил Ирсекка, ввалившись на камбуз. Взгляд его синих глаз сразу зацепился за меня, став неожиданно мягким. — Извини, … за тот транквилизатор. Ну, это чтобы ты ни себя не нас не ранила… и все такое.

Я лишь повела плечами. После того как у Дракона меня держали в клетке и закованной в электронные кандалы, порция снотворного не казалась чем-тоуж таким важным.

Бриигз с грохотом поставил на стол три узорные металлические миски, в которых булькала субстанция подозрительно зеленого цвета. Она выглядела так, будто могла светиться в темноте и указывать путь заблудившимся кораблям.

— Прошу к столу! — торжественно воскликнул он, вытирая рот. — Сегодня в нас спецпаек по рецепту моей первой хозяйки: синтетическая каша с легким привкусом смазки. Эксклюзив для экипажа на грани вымирания»!

Я осторожно ткнула ложкой в свою порцию. Каша издала тихий звук, похожий на усталый вздох слона -размером с мышку.

— Бриигз, оно… оно что, шевелится? — прошептала я, наблюдая за микроскопическими волнами в миске.

— Это признак свежести! — заверил Бриигз, уже активно набивая рот. — Если еда не пытается от тебя убежать, значит, в ней маловато витаминов и активных биодобавок. Жуй быстрее, пока оно не передумало быть едой!

В отсек с победным жужжанием въехал робот. На его интерфейсе теперь сияла неизменная довольная улыбка. Он подкатился ко мне, выдал серию мелодичных звуков, как бы намекая, что он тоже не против порции какой -нибудь аппетитной смазки для сочленений, или свежей гидравлической жидкости а затем резко изменил курс.

Робот подкатился к командору и с разгона обхватил его своими железяками, жужжа от искренней роботячьей радости.

— Бусинка, не трогай капитана! — захихикал кошколюд, заталкивая в рот очередную ложку люминисцентной каши.

Я тихо прыснула, прикрывая рот ладонью-не только от комичности этой сцены, но и от имени, которым Бриигз окрестил робота. Бусинка! Это было настолько не совместимо с его клешнями, что я едва не подавилась.

— Вот наша Лариска и повеселела! — выдал вдруг Бриигз, прищурившись на меня своими хитрыми глазами-бусинками. — Видишь, а ты говорил, что у нас на борту депрессия.

Ирсекка сидел напротив, пытаясь освободить руки от манипуляторов, которые Бусинка случайно заклинила прямо на капитанских предплечьях. Теперь руки капитана были зажаты в массивные металлические захваты, словно он попал в капкан.

— Бусинка — процедил Ирсекка сквозь зубы, стараясь не двигаться, чтобы не услышать хруст собственных костей. — Отпусти. Немедленно.

— Ошибка протокола, — пискляво отозвался робот.

— Какая еще ошибка??? — возмутился командор. Как капитан я приказываю тебе отпустить меня!

— Ошибка протокола, — снова пропищал робот. Не предусмотренная опция. Нет настройки... Нет опции.

А в голове у меня вдруг прозвучала песенка из детства, слышанная по радио. Что то про робота по имени Виталий, сделанного из отборных деталей, но погибшего из за перегрева - потому что был капризный и отказался заливать в себя антифриз*... Как то так... Но командора то в любом случае надо выручать...

__________________________________________________

Песня группы «Несчастный случай» «Робот Виталий»

Глава 5 ...И новые...

Лариса

Еда меня уже не интересовала, хотя она и в самом деле была питательной, сытость приходила быстро. А вот события на борту даже веселили.

— Мои новые манипуляторы имеют только два режима: «стальные объятия» и «крепкая хватка», — гордо сообщила Бусинка, мелькая огоньками. —Режим «дружеские объятия» пока в разработке. Ожидайте

Обновление через стандартный год.

— Очень успокаивает, — вздохнул Ирсекка, беспомощно глядя на свои зажатые руки. — Бриигз, если он сейчас решит перейти в режим «объятий», я лично сделаю из твоих ушей холодец.

— Не ной, — отмахнулся Бриигз. — Она просто показывает, как тебя любит. Ешь давай, пока каша не начала эволюционировать во что-то хищное.

- Да как я буду есть если она держим мои руки?? -страдальчески выдохнул командор.

- Ну... а ты включи смекалку...

«Ну котяра! Ну юморист! В наших стендапах цены бы ему не было!» — промелькнуло у меня. Ага — «стендапы» у нас были -это я как понимаю такой юмор — народ веселить.

— Бусинка, покажи, как мяукают котята, — вдруг по наитию обратилась я роботу, отложив пустую тарелку. Каша оказалась не такой уж и страшной, если не думать о том, что она могла иметь собственное мнение.

Робот в тот же миг разжал свои» объятия», отчего руки Командора с глухим грохотом упали на стол. Бусинка бодро подкатилась ко мне, а из ее внутренностей разлилось милейшее, вибрирующее мурлыканье, какое только мог сгенерировать звуковой процессор. Она даже слегка потерлась металлическим боком об мое колено, стараясь не раздавить мне чашечку.

— Ты смотри, наша Лариска роботиху приручила! — прыснул со смеху Бриигз, едва не выплюнув остатки своего сияющего деликатеса.

. — Скоро она начнет приносить ей тапочки и требовать почесать себе антенны.

— Ага, а говорил — нет других режимов, только «раздавливание», —пробурчал Ирсекка, потирая затекшие предплечья, где железяка оставила синеватые следы.

Несмотря на ворчание, он наконец принялся за еду с таким аппетитом, будто не видел харчей неделю. Было что-то уютное в этой картине: за окном иллюминатора -варп, а тут- кошкочеловек, капитан-ворчун и робот-девочка, по имени Бусинка, имитирующая кота. Я словно попала в какое-то аниме или дорамы. Толком я не смогла бы объяснить –что такое «дорама» и «анимэ» -но отчего то мне так смутно казалось. Может потому, что в «анимэ» части показывали кошколюдов?

— Слушай, Лариса, — Ирсекка поднял глаза от миски, и в его взгляде уже не было той подозрительности, лишь усталое любопытство. — Откуда ты вообще взялась в той капсуле? Бриигз тоже затих, наставив уши-локаторы в мою сторону. Ужин ужином, а вопрос «Кто я такая и откуда» висел в воздухе, тяжелее густого запаха сияющей каши.

— Я похитила спасательную шлюпку -ну капсулу с корабля Дракона — наконец произнесла я, рассматривая пустую миску. — А вот как я оказалась у него-понятие не имею. Я когда очнулась… очнулась. Кажется, они вынимали меня из чего-то… будто из кокона или старой медицинской камеры. Помню только, как сплошная тьма изменилась медицинской капсулой, где я провалялась вечность. А потом Дракон почему-то решил, что за меня отвалят целую гору империалов. Бриигз даже присвистнул, отчего его ушки забавно дернулись.

— Вот же космический мусор… — процедил он, и в его голосе впервые не было иронии. — Контрабандисты много чем промышляют, мы тоже не святые, но лишь настоящие подонки торгуют живым товаром. Осталось еще несколько таких дыр в самых отдаленных уголках, куда имперцы еще не добрались со своими порядками.

Мне показалось, что в словах нэко прозвучало что-то слишком личное. Может, он тоже когда-то был чьим-то «товаром», пока не научился ругаться и чинить звездолеты.

— А почему он решил, что за тебя заплатят больше, чем за других? —поинтересовался Ирсекка, откидываясь на спинку стула и подозрительно щурясь. — Ты, конечно, девушка боевая, но рынок обычно ищет или дешевую рабочую силу, или экзотику.

— Не знаю — я заколебалась, а потом медленно протянула руку, подтянув рукав и указывая на запястье, где под кожей мерцало изображение цветка.

— Теперь думаю, может, из-за этого?

Ирсекка наклонился ближе, разглядывая мягкое сияние розы. Голограмма словно отреагировала на его присутствие, слегка изменив оттенок на более глубокий.

— Верно, — заметил он, задумчиво потирая подбородок. — Такая метка должна иметь какое-то значение. Возможно, Дракон знает то, что нам не известно.

— Похоже на то, — подтвердила я пряча руку под стол. Так что как поймаешь его — не убивай сразу, а хорошенько допроси…

-А вот этого… голос его был сух, но полон яростью — я обещать не могу!

***

Мы с Бриигзом разместились на полу в рубке, подальше от Командора, который поминутно что-то бормотал под нос, а потом проклинал далекие звезды, ибо опять неудача-очередной сектор оказывался пустым или слишком опасным для нас.

В инженерный отсек меня не пустили. Помогать тоже Бриигз запретил, выставив вокруг себя баррикаду из инструментов. А я все хотела ему рассказать, что чувствую механизмы, их строение и даже то, где именно металл «устал» и готов треснуть. Думала-а вдруг ошибусь, и мне это все только кажется? На полу развернулась целая операция по реанимации какой-то железки, и Бриигз настойчиво повторял, чтобы я ничего не трогала, потому что он потом не найдет ни одного винтика в этом хаосе.

— Слушай, — я подозрительно прищурилась, глядя на затихшего робота рядом с нами, словно преданный пес. — Почему вы вообще назвали боевого робота Бусинкой.

— Не мы, — буркнул Бриигз, ковыряясь отверткой в разобранном двигателе так ожесточенно, будто пытал его. — Его прошлая девятилетняя владелица постаралась. Вон, видишь? Она его воспитала как девочку -и даже бусинку ему приделала. Бусинка прямо на броне -вплавлена в титан -проще обшивку заменить, чем эту красоту убрать.

Я только сейчас присмотрелась поближе: на исцарапанном, обгоревшем титане действительно красовалась маленькая вплавленная в металл розовая бусинка. Это выглядело так … сюрреалистично. Что за странное слово? Перед внутренним взором мелькнули картины на которых кисть мастера изобразила непонятных уродливых существ и дикие пейзажи. У меня в мире было столько безумных художников?

— Жди… — я медленно перевела взгляд на робота, а потом на Бриигза. —Вы что, украли… Бусинку у маленькой девочки? Стоп, а почему это девочке принадлежал боевой робот?

— Ну, это долгая история, — поднял Бриигз глаза, вытирая хладагент с комбинезона, что только добавило ему новых пятен. А насчет второго вопроса, понятия не имею.

— Мы его не воровали! — отрезал Ирсекка с пилотского кресла, не отрываясь от мерцающих навигационных карт — мы пытались его спасать. И ее… ну, технически, тоже. Просто обстоятельства сложились так, что мы полетели в одну сторону, а девочка с родителями — в другую. И на другом корабле.

— Я вижу, как вы «спасли», — возмутилась я, кивая на робота. — У него рук нет! Вместо них какие-то ржавые клешни.

— Слушай, слишком много вопросов для одной беглянки! — фыркнул нэко, щелкнув каким-то контактом. — Над руками я работаю. Это тонкий процесс! А пока пусть клешнями от первых поколений занадских орбитальных погрузчиков позабавится. Они надежны, как кирпич.

— Это какой-то механический абсурд, — пробубнила я, обнимая колени. Вдруг робот подал голос. Его динамик хрипнул, издавая неожиданно низкий, вибрирующий бас, от которого задрожали стаканы на столе:

— Я, универсальный робот -имя собственное Бусинка, серии А-пять-пять-два двенадцать-триста — двести двадцать- зет -бис ничего не имею против клешней. Захват объектов стало на сорок процетов эффективнее. Режим «смертельное рукопожатие» теперь доступен без дополнительных настроек.

— Вот, видишь? — Бриигз победоносно поднял палец вверх, испачкав себе ухо смазкой. — Робот не против! Он теперь настоящий мачо среди железяк. Так что будь умной девочкой и не спорь со взрослыми специалистами!

Я свела брови в недоумении, а потом расплылась в улыбке-так же широкой и наглой, как у самого нэко несколько минут назад. Меня еще не учило жизнью такое странное юное существо.

«Юное? Но вдруг эти нэки живут по двести лет?»

Я попробовала припомнить сколько они жили у меня на в мире (Да —как он назывался… Зум... Зел…), но так в голове ничего и не возникло

— Хватит! — рявкнул Ирсекка, краснея так, что его лицо стало цвета аварийного сигнала — Вы как малые дети! Которых я никогда не хотел, и теперь точно знаю почему!

— Ха! — Бриигз зашелся хриплым смехом, наконец прекратив штурм моих рук.

— Рассказывай это кому-то другому! У тебя на каждой планете по внебрачному ребенку небось! И даже в астранарийской королевской семье! ,

— Это неправда! — воскликнул Ирсекка, резко разворачиваясь в кресле к нам. он зыркнул на меня, и в его взгляде читался настоящий ужас человека, чью репутацию только что скормили волкам.

Я изо всех сил старалась сохранять каменное лицо, хотя чувствовала, что еще мгновение-и просто задохнусь от смеха.

— Лариса, ты же видишь, он сам не понимает, что болтает! Это… это просто варп-излучения ему на мозги давит! — воскликнул Ирсекка, размахивая руками.

— Да мне безразлично, — я пожала плечами, на мгновение потеряв бдительность.

— Я, между прочим, быстрее вас обоих вместе взятых. Пока ты там наверху прохлаждалась, я уже успел трижды передумать, можно починить нашу корму.

Я, в знак примирения, подняла запчасть, которая отскочила от его операционного стола, и протянула ему. Бриигз с глубоким подозрением посмотрел на меня, словно ожидал подвоха, но деталь взял. Затем снова хрипло засмеялся.

— Вы же знаете, что мы катимся в черную дыру?

— Откуда в варпе черные дыры? -изумился командор.

— Ну, не буквально, но в контексте полной жопы точно. А вместо решения проблемы-валяем дурака, как последние болваны.

— Кажется, ты сам говорил: это временные трудности, — выпалила я, окончательно подхватив их бесшабашное настроение.

— И это, все демоны варпа побери, правда! — воскликнул Бриигз, снова погружаясь в внутренности двигателя. — Просто эти трудности иногда имеют зубы, лазеры и очень скверный характер! Поэтому, почтенный командор, давай ка...

— Нет-нет и еще раз нет! -возопил Ирсекка срываясь на совсем не героический фальцет Только не туда!

***

— Все боги и демоны варпа! Ирсекка, ну не съедят же они тебя! — не унимался нэко, размахивая руками перед самым носом капитана. — Пойми, я залатал корпус едва ли не изолентой и собственными соплями. Это просто временная заплатка, она даст нам еще несколько часов, и все! Потом нам придет конец.

— Нет! — отрезал Ирсекка так, что Бусинка в углу испуганно вздрогнула и мигом изменила счастливый смайлик на тревожную желтую полоску.

Я осторожно перебралась на заднее сиденье, чувствуя, как в рубке пахнет не только горелой проводкой, но и густым, почти ощутимым раздражением.

— А о чем вы спорите? — спросила я, стараясь добавить голосу спокойствия.

— Ни о чем! — бросил Ирсекка через плечо. Он даже не посмотрел на меня, но я заметила, как напряглись его широкие плечи. Казалось, ему было неловко за свою грубость, но гордость не давала изменить тон.

— Этот дурак хочет рискнуть нашими жизнями, чтобы только не встречаться с бывшей! — выдал Бриигз, крутнувшись в кресле ко мне. — Таков эгоист, ты только взгляни на него. Весь корабль на кону из-за его сраной мужской гордости!

— Да, закрыли вопрос! — Ирсекка резко развернулся. — И это не моя бывшая. Отродясь не имел любовниц на той планете!

— Вот в этом и проблема! — Бриигз назидательно поднял палец вверх. — Если бы имел — мы бы уже свободно заходили в порт., а так… мы идем на поклон. А представляешь, Лариска — они имеют автономию от Империи. Туда даже патрульные псы не суются, не то что другие такие как Дракон. Это идеальная дыра, чтобы залечь на дно и подлатать обшивку.

— А что это за планета такая особенная? — переспросила я, стараясь понять, почему обычно смелый капитан сейчас выглядит как школьник, которого вызвали к директору. Как кстати она называется??

— Алкерра! — воскликнул Бриигз и зашелся таким хриплым хохотом, что едва не выпал из кресла.

Ирсекка резко приподнялся, кресло под ним жалобно скрипнул. Он просто направился к выходу.

— Продолжу расчеты в каюте, где не так шумно и где не несут чушь.

Как только дверь переборка за ним захлопнулась с тяжелым металлическим звуком, я пододвинулась ближе к нэко.

— А что не так с той планетой? Почему Ирсекка так не хочет просить у них помощи?

Бриигз наконец перестал трястись от смеха, и взглянул на меня с видом большого знатока человеческих душ.

— А что бы ты делала, если бы... ну скажем ты была красивым капитаном космического корабля и приглянулась принцу какой-нибудь планеты? -осведомился он.

— Я бы... -я чуть растерялась от такого оборота и не сразу придумала ответ. -Я бы... Я бы вышла за него замуж и не таскалась бы по космосу на старой жестянке в компании идиотов и психов… - буркнула я наконец. Хотела добавить «и мутантов», но проглотила в последний момент. Не надо никого обижать. И вообще -может эти кошколюды и не мутанты - им такими быть от природы положено…

— Во-оо! — восхитился нэко. Вот что значит женский ум! Как говорила моя первая хозяйка — та, что проиграла меня в кости своей подружке: женщины однозначно умнее мужчин — потому как никто не слышал о женщине, которая бы искала мужа по длине его ног!

«У него была хозяйка… — промелькнуло у меня… Хотя — раз тут есть рабство — есть и владельцы рабов»

— Впрочем — продолжил он — прекрасная Гаймалла -повелительница амазонок Алкерры как раз обезумела от нашего командора именно как юный сопляк от сисястой танцовщицы… А наш дурной командор не хочет… Ну что бы ему стоило стать ее третьим мужем? Не пятым же ж!

Мы в прошлый раз едва убежали, двигатели чуть не расплавились от перегрузки! А он же ей, хитрюга такой, сердце обещал… и не только сердце, если понимаешь, о чем я. мы тогда тоже впросак попали. А они наш корабль подладили так, что блестел, как новый.

Но хоть тебе теперь стало понятно, почему он так бесится? Кому хочется быть мужчинкой в гареме распутной бабы?

— Впрочем — нэко хихикнул. Может кому и хочется…

— Ну, тогда, может, не стоит его дразнить этим? Ему и так несладко.

— Ты не понимаешь, Лариса, — Бриигз вдруг стал серьезным, насколько это возможно для существа с такими ушами. — Теперь у нас же есть ты!

— И что? — я растерялась.

— Это все меняет! — прошептал нэко. — Только он не хочет тебя просить о помощи. Он такой упрямый дурак.

— Он стесняется? — я вспомнила его быстрый взгляд на меня перед тем, как он вышел.

— Да он просто горд как сто принцев! — Бриигз пренебрежительно махнул рукой. — Не упадет до того, чтобы просить девушку спасти его от другой женщины. Считает, что настоящий мужчина должен сам разгребать свои любовные дела

— А чем я могу помочь? — спросила я, пытаясь представить, как мое участие в деле заставит похотливую принцессу забыть о нашем капитане.

— Можешь ему свою руку предложить, — буркнул нэко, уже не глядя на меня. Он вдруг стал очень озабоченным, щелкая тумблерами на мониторах.

— А чем моя рука ему поможет? — я растерянно посмотрела на свои ладони.

— Девочка, изучай звездную карту Ойкумены и традиции самых многочисленных и самых развитых систем — и будет тебе счастье, — отозвался Бриигз, даже не поворачивая головы. Его уши дергались в такт каким-то его внутренним расчетам. — И передай этому гордому самцу, что у нас два часа осталось! Два! Затем этот жестяной гроб начнет рассыпаться на запчасти быстрее, чем он успеет сказать «ой».

Я поднялась и двинулась по узкому коридору. На пути к каюте Ирсекки я невольно задумалась: как они вообще выживали до этого мгновения? Это же не команда, а какой-то передвижной цирк на пороховой бочке. Один слишком гордый, другой слишком хитрый, а посреди всего этого робот с розовой бусинкой.

Я аккуратно постучала в металлические двери. Они разъехались в тот же миг с тихим шипением.

Глава 6 Звездные амазонки

Лариса.

Он стоял посреди каюты, заваленной гаджетами и старым снаряжением. Свет был приглушен, и в полумраке его фигура казалась еще массивнее. Капитан зыркнул на меня-раздражение в его глазах еще не погасло, но когда он увидел, что это я, а не Бриигз с дежурной порцией шуток, он немного расслабил плечи.

— Это Бриигз тебя прислал? — мрачно спросил он, переводя взгляд на планшет, как будто там были ответы.

Я шагнула внутрь, чувствуя, как дверь за моей спиной захлопнулась.

— Он сказал, что у нас есть два часа. И что мне надо предложить тебе свою руку.

Ирсекка замер.

— Что бы это ни значило… — добавила я.

Его взгляд упал на мои пальцы, а потом он медленно перевел его на мое лицо. Выражение его физиономии стало настолько странным, будто он что-то проглотил и теперь не знал: выплюнуть это или попытаться переварить.

— Он… не то имел в виду, — проговорил он низким голосом. — Понимаешь, на планете Алкерра единственное слово, которое имеет значение, это слово сказанное женщиной. У амазонок такой закон!

— И в чем проблема? — спросила я, так и не решившись пройти дальше. —Командор, мы в шаге от того, чтобы погибнуть. Здесь нет места для гордости.

— Знаю… — он тяжело вздохнул и наконец отложил планшет, словно тот весил целую тонну. — А еще знаю… что Бриигз уже ввел нужные координаты. Мы уже держим курс на Алкерру. Лара — я действительно не хотел тебя в это впутывать.

Было странно слышать, как он меня называет.

— Командор — все ваши проблемы теперь и мои проблемы, — я наконец сделала шаг вперед, пытаясь заглянуть ему в глаза. — Так что уже поздно что-то менять. Мы-одна команда, не так ли, хотя бы пока наши пути не разойдутся?

— Ты должна понимать, — он серьезно посмотрел на меня, и в его взгляде промелькнула тревога. — Если что-то пойдет не так, к твоему списку врагов прибавится еще один. И это будет не просто контрабандист, а принцесса одной из важнейших семей Ойкумены. Понимаешь? А еще… тебе придется солгать. Сказать, что ты моя невеста. Тогда по их законам даже не то что принцесса, а королева не будет иметь на меня прав потому что… - он сглотнул ком в горле - потому что я буду уже собственностью женщины… У них -он только что не всхлипнул — муж -это женская собственность… Таковы их традиции. А еще…

— Только то? -пожала я плечами. Я должна спасти вашу мужскую свободу? Конечно же, я соглашусь на это, — подхватила я с легкой улыбкой. —Не волнуйтесь, мы сделаем все возможное, чтобы получить детали и отремонтировать звездолет. Я сыграю свою роль как смогу.

— Спасибо, Лариска, — он произнес это так искренне Я уже собиралась идти, рука уже коснулась сенсора двери, но любопытство оказалась сильнее. Я обернулась.

— Все-таки, скажи мне… Если ты не планировал женится на этой принцессе и у тебя к ней ничего нет, так зачем ты вообще ей что-то обещал? Зачем было давать надежду?

Ирсекка застыл. Он провел рукой по лицу, словно пытаясь стереть то воспоминание, и издал какой-то неопределенный звук-нечто среднее между стоном и рычанием.

— Это тебе так Бриигз сказал? — вскинулся он, и в его глазах вспыхнули искры истинного негодования. — Да он сам первый подталкивал меня ради успеха нашего дела отвечать на ее знаки внимания! Я и думать о ней не мог, это вообще было бы нелепо. Да ты сама увидишь, что они со своими мужьями сделали… Кто такую жизнь выберет по собственной воле? Разве что самоубийца.

— Хм, разумеется. Просто интересно было — я едва сдерживала улыбку, наблюдая за его реакцией. — Я же не осуждаю. Может, она как раз в твоему вкусе? Ну, знаешь, величественная, благородная властительница…

— Нет, конечно! — почти воскликнул Ирсекка.

Все эмоции сейчас были у него на лице: и обида на Бриигза, и искреннее возмущение моим предположением, и какое-то детское отчаяние от того, что его так подставили. Глядя на него сейчас, я поняла-Бриигз тот еще манипулятор. Он отправил меня в каюту, зная, что Ирсекка и так не имеет другого выхода, кроме как согласиться. Но ушастый техник точно рассчитал, что именно мои слова заставят капитана сдаться без лишних споров.

Я вполне верила, что Бриигз в свое время подталкивал Ирсекку к тем отношениям, весело хихикая где-то в трюме, пока капитан пытался спасти свою шкуру и свой звездолет. Но выгораживать кого-то одного из этой парочки я не собиралась. Они были достойны друг друга: один слишком горд, другой — слишком хитер, и оба до невозможности невыносимы.

— Хорошо, капитан, — я положила руку на панель двери. — Постарайся выглядеть влюбленным, когда мы приземлимся. Я успела сбежать из каюты, чтобы он не увидел, как я едва сдерживаюсь, чтобы не засмеяться.

Когда я вернулась в рубку, Бриигз даже не взглянул на меня, но я заметила, как кончик его уха удовлетворенно дрогнул. Он точно знал, что миссия «убедить Командора» завершилась успехом.

— Ну что, Лариска, договорились с нашим героем-любовником? — проскрипел он, не отрываясь от мониторов. — Мы входим в атмосферу планеты Алкерра. Советую пристегнуться.

***

Командор

Больше всего чего я не хотел, рассказать девушке, которая мне нравится, о то, как меня соблазняла принцесса этой паршивой планеты. И тем более —просить помощи в этом деле. Но моя команда права: не время для гордости, когда звездолет в таком состоянии.

Мы готовились к посадке.

— Капитан из гарема, давай уже, посади нас на эту забытую имперцами планету! — прохрипел Бриигз из соседнего кресла, явно наслаждаясь каждым словом.

Я как раз переводил управление на ручное и так сжал рычаг, что тот опасно хрустнул. Медленно повернулся. В моих глазах, без сомнения, вспыхнул опасный огонек — тот самый, после которого люди обычно начинают извиняться.

— Я говорил тебе миллион раз: не называй меня так — капитан из гарема, — с нескрываемой улыбкой добавил Бриигз,

демонстративно закинув ноги прямо на панель управления, словно она была для этого создана.

— Ты сейчас доиграешься, — процедил я сквозь зубы.

— Ой, как страшно! Капитан злится! — он притворно вздрогнул.

Лариска, которая все это время наблюдала за нами с заднего кресла, наконец не выдержала:

— Слушайте, если вы так ненавидите друг друга, зачем вообще работаете вместе?

Мы с искренним удивлением переглянулись, а потом синхронно оглянулись на нее —как будто она только что заявила, что Ойкумена квадратная, а звезды сделаны из сыра. И громко засмеялись.

— Кто враги? Мы? — вызвался я — Да мы лучшие друзья!

— Ага, друзья-не разлей вода, — поддакнул Бриигз. — Правда ведь, командор?

— Ну все, ты допрыгался!

Я скрипнул зубами и уже собирался броситься на Бриигза, чтобы проучить его как

след, но тот лишь ехидно ткнул пальцем в скрытую кнопку на боковой панели.

В тот же миг ремни безопасности на моем кресле с механическим визгом дернулись и так крепко прижали меня к спинке, что я не мог даже пошевелиться.

— Ха! Ты опять на это попался! — захихикал Бриигз, качаясь от смеха.

— Ты… ты опять лез к панели управления?! — прохрипел я, тщетно пытаясь вырваться из объятий системы безопасности. — Я же предупреждал: руки прочь от схем!

— А то что? — кошколюд снова захихикал, наблюдая за моими попытками. —Между прочим, гениальная идея! Представь: какой-то враг сядет в твое кресло — клац! — и он уже наш пленный. Просто бомба, скажи?

Я лишь яростно сопел, чувствуя себя как перетянутая ветчина в металлической обертке.

Лариска тяжело вздохнула и потерла виски.

— Ну просто замечательно… — пробормотала она. — Из всех космических кораблей попала именно сюда… Вы случайно не в дурдоме познакомились? . Вы же понимаете, что нам садиться надо, а не устраивать здесь турнир?

Я ударил по панели- ремни щелкнули и освободили меня. Я снова взялся за штурвал. Мы уже несколько минут висели на орбите планеты, и корабль тихо гудел, словно ему тоже не нравилась эта пауза.

— А почему он вообще называет тебя конфеткой? — спросила Лариска, переводя взгляд с меня на довольного Бриигза.

Я промолчал. Лишь сжал штурвал так, что перчатки едва не треснули.

— О, это легендарная история, — не выдержал Бриигз и с очевидным удовольствием продолжил. — Во время битвы в секторе Зельда он держал оборону сорок дней. На старом скутере пятой модели — серии «Уна». Он остановился на заброшенном заправочном узле когда кончились припасы — и нашел там из еды только ящик шоколадных конфет «Черный космос». Он выжил, победил врагов, но до сих пор ненавидит конфеты!

Лариска подозрительно принюхалась.

— Это правда? — она подняла брови. — Ты сорок дней ел только конфеты?

— Да! Сменим тему, — рявкнул я. — Твоя история красавицы затерянной в космосе значительно интереснее.

— Нет-нет, — тут же встрял Бриигз. — Лучше пусть Конфетка расскажет о наше последнее приключение, когда мы пытались обменять поддельные регенераторы на запчасти к гипердвигателю.

Я резко повернул голову.

— Значит так, слушай сюда, ушастая катастрофа. Если ты еще хотя бы раз назовешь меня конфеткой, я запихну твою голову в сопло двигателя быстрее, чем лед тает на солнце. Для тебя я-командор Ирсекка. Понял?

Бриигз лишь весело подмигнул Лариске.

Я снова сосредоточился на панели и запустил дополнительные системы для входа.

— Вы очень странные, — резюмировала она, откидываясь на спинку сиденья. —Один командор с кондитерским именем, другой-технический робоманьяк с клешнями. А ты… просто кошкомальчик. Я точно попала не на тот корабль.

— Нет, ты точно попала на тот корабль, — захрюкал Бриигз, уже серьезно глядя на приборы.

***

Алкерра приняла нас радушно, а вот скопление вокруг звездолета суровых воителей и воительниц в броне высшей защиты поневоле заставляло задуматься, правильное ли решение мы приняли. Мы медленно спускались из распахнутого люка. Я оглянулся и присвистнул: внешние повреждения выглядели так, как будто должен был рассыпаться еще на орбите. Как мы вообще долетели -загадка.

Космодром и город на заднем плане выглядели довольно уютно — и особенно умилял парк, где деревья украшали огромные с полупрозрачными лепестками, едва пульсировавшими мягким светом.

Но стеной нас отгораживало от этого рая воительницы этой планеты.

— Мы прибыли с миром, — громко произнес я, поднимая руки и показывая, что мы безоружны.

Бриигз стоял рядом, сложив руки на груди и широко улыбаясь. Кажись, эта ситуация его больше развлекала, чем напрягала.

— Мы знаем, что такое твои мирные намерения, Ирсекка, — вперед вышла немолодая высокая дама с какими-то пышными эполетами и аксельбантами.

— О, кронпринцесса лично вышла нас встретить, — пробормотал Бриигз, косо взглянув на меня.

— Мы запеленговали вас задолго до посадки. Я не могла пропустить этот визит. Взять их! Моя дочь будет рада тебя видеть… Вот будешь ли ты рад… -она зловеще оскалилась…

Бойцы в золотистой броне с наведенными бластерами бросились к нам.

— Прошу переговоры! — воскликнула Лариска и шагнула вперед. — Согласно с законами и обычаями Ойкумены, мы вправе сначала объяснить свои намерения.

Бриигз присвистнул.

— А ты времени не теряла. Все-таки изучила несколько законов…

— И кто же это у нас? — с любопытством проговорила королева, пристально разглядывая Лариску.

— Лариса, не надо, лучше я… — вмешался я и уже собирался перехватить инициативу, но она вдруг шикнула на меня и подняла руку

— Тишина. Я буду говорить! — молвила Лариска

— А она молодец, шарит, — заметил Бриигз.

И тут аборигены захохотали так громко, что аж опустили бластеры. Смех тяжело запрыгал по площадке, будто кто-то катил металлические бочки.

— О, Мне нравится эта девочка! — сказала кронпринцесса.

Она была выше воинов на полголовы, широкая в плечах, с темной кожей. На голове — массивный обруч из металла и камней, не украшение, а скорее знак власти. Ее глаза внимательно сузились.

— Если теперь она командует вашей жестянкой, я с радостью ее выслушаю.

— Буду благодарна! — ответила Лариска. — Я знаю, что в прошлом эти двое создали для вас немало проблем. Но в этот раз я беру ответственность на себя. Так случилось, что ныне командор Ирсекка — мой жених и его проблемы — мои проблемы. Мы сейчас в затруднительном положении. И заплатим любую цену за помощь.

— Эй, не любую, — фыркнул Бриигз.

Одна из охранниц, коренастая, с грубо заплетенными волосами и шрамом из-за щеку, резко повернула голову.

— Молчать, когда женщины разговаривают! — рявкнула она.

— По рукам! — закивал Бриигз. — Итак, любую.

— Ваша планета просто прекрасна, — вдруг голос Лариски смягчился. Он совсем не подходил к накалу вокруг. Она повела взглядом по деревьях, по цветам, тянувшимся к свету, по каменным дорожкам, обвитых зеленью. Деревья и эти цветы выглядят, как в настоящем раю.

— Да? О, я рада что тебе понравилось, девочка! — королева едва улыбнулась.

Морщины возле ее глаз стали мягче, голос — теплее.

— Мало кто из чужаков еще не обращал на это внимания. А мы столько времени и сил потратили, чтобы планета выглядела настоящей красавицей.

Королева повела Лариску дальше, между высокими цветами и массивными каменными арками. Я дернулся вперед, но две охранницы мгновенно встали передо мной мной. Спины, широкие, как стены, тяжелые бластеры в руках.

— Да успокойся ты, — окликнул Бриигз. — Все с ней будет хорошо. Она здесь точно раньше нас проблем не найдет. У здешнего народа секс между дамами не практикуется

А потом ушастый проныра повернулся к охранницам:

— Так что, где бы мне за запчастями для нашей старушки затариться?

Охранница скривилась, будто вопрос оскорбил ее лично, но все же развернулась и повела нас в сторону ремонтной зоны — где высились стеклянные ангары и перемещались роботы.

— Вот видишь, это была прекрасная идея, — удовлетворенно буркнул Бриигз — Может и так, — ответил я, бросая взгляд на джунгли вокруг, — но ты хоть раз помнишь, чтобы наши визиты на эту планету проходили удачно?

— Не нагнетай, дружище Ирсекка — назвал меня по имени напарник -что бывало нечасто.

Командор

...Вечеринка была в самом разгаре. Хозяева расстарались так, будто кто-то официально приказал им «быть милыми», и я до сих пор не мог поверить, что реально оказался на вечеринке на этой чудаковатой, слишком необычноц для здравого смысла планете. Когда солнце наконец село, пространство вокруг резко изменился-будто кто-то щелкнул тумблер. Ночь здесь работала лучше любой какой дизайнерский проект: растения раскрывались именно в темноте, вспыхивали мягким, причудливым светом, а воздух густел от запахов — сладких, терпких, назойливых. Они лезли прямо в голову, цеплялись за

мысли, и еще немного — и я бы, пожалуй, сам бросился танцевать, забыв, кто я и зачем здесь. Но было несколько значительно интереснее -как реагировала Лара.

Она двигалась между важными дамами легко и вызывающе, будто размеры зала и роскошь ее вообще не касались. Крутилась, смеялась, ловила ритм плечами и бедрами, раздавала воздушные поцелуи улыбки направо и налево — щедро, без разбора, но каждая из них почему-то резала именно меня. Ее одели в прозрачную ткань, что лишь кое-где прикрывала тело, ниспадая легким шлейфом и едва защищая нежную кожу.

Я оперся плечом на малахитовую колонну, свободной рукой держал коктейль и делал вид, что просто наблюдаю. Мужчины здесь были исключительно частью обслуги, и их взгляды скользили по мне со странной смесью зависти и осуждения: либо им не нравилось, что я не бегаю с подносом, либо то, как открыто я смотрю на танцы их женщин. Пусть смотрят. Я и не прятался. Ибо, по правда, я смотрел не на всех. Здешние рослые красотки меня не интересовали. Абсолютно.

Меня интересовала лишь та единственная, что танцевала между ними-слишком живая —слишком настоящая для этого слишком большого и слишком чужого мира.

Лариска сияла-от комплиментов, от местного нектара и, кажется, просто от того, что этот вечер вообще состоялся. Она поймала мой взгляд и почти подплыла в мою сторону, двигаясь в такт вибрирующей музыке.

— Милый Ирсекка, прекрати выглядеть, как грозовая туча, — она ткнула пальцем мне в грудь и сразу же поднесла шею. — Смотри. Герцогиня Гайела очень мила. Она подарила мне платье и колье!. Мне некогда. Никто. Ничего. Не дарил. Повеселились хотя бы этим вечером. Ради меня -мой прекрасный жених.

Она не уговаривала-давила улыбкой, взглядом и тем, как ее тело ловило ритм музыки, отбивая его безо всяких усилий. Моя бдительность трещала. Я почти показался ровно в тот момент, когда окончательно завис, глядя, как она движется.

Моя чудесная невеста — растянул я губы в резиновой улыбке! Я не хочу тебе мешать!

- Та-а-ак, капитан Конфетка, давай уже веселиться! — заверещал Бриигз, подскакивая к нам.

Я уже открыл рот, чтобы отправить его куда подальше, но стоило глянуть-и я просто закрыл его обратно, медленно, с достоинством. Бриигз держал под руку полковника здешней космической гвардии -кажется заведующую ремонтным отрядом. Именно ей поручили ремонтировать наш звездолет.

Рилла. Да, кажется, ее так звали.

Днем она смотрела на него, как на обед, который сбежал со стола. А сейчас-подтанцовывала в узкой юбке, которая ничего особо не скрывала, держала его тушку уверенно и, что хуже всего, нежно.

— Бриигз, ты молодец! — перекричала гомон бала Лариска, и ее голос терялся среди ритмических инструментов, которые, казалось, работали в сговоре с местными ароматами.

Я опустил взгляд в стакан. Выпил чуть больше половины-и в теле проснулось что-то назойливое: легкость, тепло, глуповатое желание двигаться и ни о чем не думать. Я снова посмотрел на Лариску. Она потянулась на цыпочках к ушку механика и что-то прошептала ей.

Между тем Бриигз, размахивая то-то ли платой, то ли пультом, —восклицал, не зная стыда:

— Слушайте госпожа полковник, я бы хотел с вами поговорить об аэродинамических рулях для скутеров…

-Ну об этом лучше побеседовать в моем служебном ангаре…

-Так пойдем же! Покажете мне свой ангар, а я расскажу о том, как мы с Конфеткой убежали от пиратов…

-Сумасшедший, — подумал я.

А через мгновение понял, что иду за Лариской.

Она двигалась впереди, а листья-почти в половину ее роста-бились о ее фигуру, закрывало и сразу предательски открывало снова. Мы были одни среди этого сада. Полупрозрачная ткань, служившая платьем, на ней жила собственной жизнью, хаотично касаясь кожи и оставляя пространство для фантазий значительно шире, чем я считал безопасным. — Лариска, куда мы идем? — засмеялся я, стараясь не звучать слишком заинтересованно.

— Точно не знаю, командор, — она оглянулась через плечо, глаза блестели. — Но мне здесь нравится.

И этого, почему-то, было более чем достаточно. Похоже планета как-то влияла на меня или на всех нас.

Я шел за ней, пока она внезапно не остановилась. Слишком резко-так, что я чуть не врезался в нее. Ее рука потянулась ко мне и мягко легла на небритую щеку. Ее тело уперлось в ствол-дерева -гиганта. Меня это не волновало. Вообще. Я не мог отвести от ее взгляда, а момент, когда мои губы оказались в опасной, но очень логической близости к ее устам, длился ровно столько, сколько позволяет Вселенная, прежде чем все испортить.

— Вот где наша очаровательная гостья! — громыхнул голос сбоку, слишком громкий, слишком радостный, совершенно неуместный.

Я даже не успел выругаться мысленно, как с другой стороны появилась еще одна аборигенка.

— А мы уже гадали, куда ты делась, — подхватила она живо и радостно. — Мы же еще не показали тебе нашу самую большую оранжерею. Она выходит прямо на самую звездную часть неба!

Лариска дернулась, будто ее вырвали из другой реальности. Ее рука выскользнула с моей щеки, тепло исчезло, а она уже отступала, оглядываясь, теряясь в высоких тенях и чужих голосах. Мне показалось, что она звала меня за собой-взглядом, движением, полуулыбкой. Но амазонки действовали быстро и слаженно, и через мгновение Лариску просто забрали-легко, уверенно, без шансов на бегство.

Я остался стоять, с ощущением, будто землю внезапно выдернули из-под ног. А ночь, еще минуту назад исполненная обещаний, снова стала просто чужой.

Глава 7 Стремительное убегание

Командор

Этим утром об обязанностях, похоже, помнил лишь я. Еще раз обвел взглядом стартовую площадку — ни Бриигза, ни Ларисы. Очевидно, вчера они повеселились как следует. Не то чтобы я завидовал. Скорее раздражался. Потому что сам так и не позволил себе расслабиться. И еще тот испорченный момент …

Я со всей силы хлопнул кулаком по металлическому корпусу звездолета.

Через секунду очнулся, пригладил то место ладонью и пробормотал:

— Извини малый. Это я не на тебя злюсь.

Глупая привычка, подхваченная от предыдущего хозяина корабля-нашего с Бриигзом наставника. Он всегда говорил со звездолетом, как с живым. И что хуже всего то, что иногда это действительно имело смысл. Особенно в те моменты, когда машина вытаскивала нас из такого песца, где ни одна машина работать не должна была бы.

Я забросил в багажный отсек последние вещи и инструменты, хлопнул люком и прикрыл глаза рукой от солнца.

Время было валить с этой планеты.

Но ни Бриигза, ни Лариски все еще не было видно. Раздражение медленно, но уверенно нарастало. Даже чертовы бабы за платой не появлялись. Неужели все до сих пор отсыпаются? Или это я один такой дурак, который решил, что утро —для дел.

Я решил еще раз проверить показатели и включил тестовый режим на консоли-браслете. Едва успел пробежаться глазами по цифрам, как воздух разорвал резкий звук. Я поднял голову.

Со стороны ангаров несся Бриигз. Бежал, размахивал руками и кричал что-то настолько неразборчиво, что даже не хотелось сразу вникать.

— Что этот проходимец еще успел утянуть? … — пробормотал я. Или спешит сообщить что он муж какой-нибудь здешней графини?

Я остался на месте, оперся о трап и стал ждать. Бриигз что-то размахивал над головой, жестикулировал, спотыкался. Подобных ситуаций было столько, что я позволил себе несколько секунд просто полюбоваться его перекошенной миной. Она всегда обещала проблемы — и большие.

Я думал так ровно до того момента, когда из ангара выскочила аборигенка. И при виде ее я понял что проблемы нас ждут не просто большие, а колоссальные! На ней не было ничего… Она не просто бежала -она прошивала пространство с изяществом разгневанного боевого модуля. Взгляд обещал мучительную деконструкцию наших организмов на кварки.

Она рванула в сторону за Бриигзом, и тогда я наконец услышал его крик отчетливо:

— Включай! Твою мать, Ирсекка, включай двигатели, пока нас не пустили на удобрение в королевском парке!.

Почти сразу с противоположной стороны донеслись другие крики. Ну конечно же - Лариса.

Конечно, куда же без полного комплекта? Она неслась к нам, что-то отчаянно вопя и перекрывая брань голой бабы. Я мгновенно сорвался с места. Пальцы больше не просто нажимали кнопки — они танцевали чечетку по консоли, выводя системы из спячки. Корабль огрызнулся знакомым низким гулом, вибрируя в такт моему пульсу

— Да вашу же… — выдохнул я сквозь зубы. — Что у них там произошло?!

Я продолжал запуск, буквально перескакивая между панелями, заставляя системы работать быстрее, чем им нравилось. Бриигз уже был почти здесь.

— Давай! Запускай! Сейчас! — заверещал он.

Он пролетел мимо меня и прыгнул в задний отсек, даже не оглянувшись.

— Жди! — крикнул я, не отводя взгляда от консоли. — Ларису надо спасать!

Ее настигала разъяренная амазонка таких габаритов, что я бы не поставил на Лару и ломаного империала.

Как оказалось зря не поставил бы: взмах изящной стройной ноги - и полуодетая здоровенная баба в трусах и лифчике покатилась по плитам космодрома…

— Я пилотирую! — проревел Бриигз где-то из глубины звездолета. — А ты давай, Хватай… свою невесту! Нас тут на молекулы разберут, если мы задержимся хотя бы лишний миг! Полмига!

Я взглянул на Лариску, и понял - то, что я считал «проблемой», было лишь легкой прелюдией. Из-за спины Лары, как мутантные грибы после кислотного дождя, на Форготтене вынырнули еще с десяток воительниц. Та первая, что преследовала девушку, теперь казалась просто юной и хрупкой на фоне этой разъяренной толпы.

О Вселенная — чем на матриархальной планете скромная тихая девушка могла прогневать аборигенок?

Ситуация официально перешла из разряда «дрянь» в «полная жопа».

— Стартуем! — этот крик Лариски долетел через внешние микрофоны…

Надо было действовать радикально, хотя я прекрасно понимал: после следующего шага вход на эту планету нам закроют навечно. Даже как экспонатам в музее.

Я активировал турель. Короткая вспышка, запах озона-и разряд врезался в землю прямо под ногами главной преследовательниц. Они резко затормозили, и взгляд старшей встретился с моим, и в ту же секунду ее ярость обратилась на Лариску. Что, варп побери, они там не поделили этой ночью? Помаду? Или ухажера?

Я не планировал никого дырявить, но серия выстрелов для профилактики заставила амазонок немного сбавить темп. Это дало Лариске те же драгоценные секунды.

Я и высунулся наружу, протягивая руку:

— Лариска, хватайся!

Когда звездолет уже начал подниматься выше, она сделала отчаянный прыжок и вцепилась в мою руку с силой гидравлического пресса.

Я рванул ее на себя, затягивая в герметичный кокон отсека, и с размаху ударил по сенсору закрытия шлюза. Металл щелкнул, отрезая нас от проклятий и разъяренного топота снаружи.

***

. Корабль вздрогнул. Бриигз заложил такой вираж, что внутренности попытались поменяться местами.

Свет мигнул, где-то в недрах судна что-то обидно скрипнуло. Лариска, вместо того чтобы паниковать, вдруг издала хриплый, немного истерический смешок-тот самый, что появляется, когда страх уже не влезает внутрь и выходит кружным путем. Она не поднимаясь вытерла пот с лба тыльной стороной ладони, оставив темную полосу, и широко, совершенно искренне улыбнулась, словно мы не убегали от вооруженных психованных баб, а катались на карусели. Она нависала надо мной всем телом. Короткое светлое волосы легко колыхнулись возле ее щеки.

— Ну вот опять… мы опять от кого-то убегаем, — прохрипела она, пытаясь отдышаться. Ее плечи еще дрожали, но в глазах уже теплился азарт. — Ирсекка, это уже становится нашей доброй традицией.

Я посмотрел на нее, чувствуя, как адреналин медленно отступает, заменяясь чем-то другим .

— Традиции-это замечательно, — буркнул я, опираясь ладонями об пол и морщась от боли в боку. — А теперь ты объяснишь, что, Бездна возьми, случилось?

— Ты не поверишь! — выдала она с таким видом, будто вот-вот собиралась предложить мне билет на мои же похороны.

Я уже открыл рот, чтобы сказать что-то, как звездолет вздрогнул от мощного удара. Нас чуть не размазало по переборке, и я инстинктивно вцепился в ближайшую скобу. Металл простонал, будто сам был не в восторге от происходящего. Мы подскочили на ноги и рванули по коридору к главной рубке, скользя, врезаясь в стены плечами и на ходу вписываясь в повороты. Лариска бежала немного впереди, размахивая руками для равновесия и комментируя каждый резкий маневр корабля очень выразительной, но совершенно непригодной для цитирование лексикой.

— Бриигз, что за фигня?! — воскликнул я, влетая в пилотское кресло и сразу вцепившись в консоль, будто она могла убежать.

— Да спокойно, нас просто погладили! — весело отозвался Бриигз. Он явно поймал кураж: глаза светились хищным блеском, на губах играла широкая улыбка, а пальцы летали по рычагам с такой любовью, словно это были не органы управления, а музыкальные клавиши.

— Попали чем-то тяжелым, но это оружие ближнего боя. Корпусу нипочем… Я глянул на индикаторы предупреждений о внешних повреждениях, и невольно скривился.

— Чем вы их так достали, что они по звездолету так лупят?

— Ты не поверишь! — воскликнул Бриигз, едва не подпрыгивая в кресле от восторга, и это меня уже начинало настораживать.

— О — о, Бриигз, я именно это нашему капитану и сказала, — Лариска с разгона плюхнулась в кресло позади меня, раскинувшись так, будто это было не рабочее место, а пляжный шезлонг. Она с любопытством наклонилась вперед,

прищурилась и ткнула пальцем в панель. — Слушайте, а для чего эта штука? С этого кресла тоже можно пилотировать?

— Нет! — мы с Бриигзом рявкнули в унисон, даже не оборачиваясь. Я почти почувствовал, как у меня дернулся левый глаз.

— Ничего не трогай, — добавил я, быстро блокируя ее сегмент консоли. — Кстати —мы никого не забыли? Где наша жестянка с клешнями? Она на борту?

Мы синхронно обернулись назад. Тишина. Никакого металлического бряцанья, никакого электронного бормотания или привычного занудства, которое обычно раздавалось именно тогда, когда его меньше всего хотелось слышать.

— Да, все, я разворачиваюсь! — вполне серьезно воскликнул Бриигз, уже закладывая крутой вираж обратно прямо в ад, из которого мы только что вырвались. Я быстро сделал несколько вызовов через консоль, пальцы скользили по панели

уже почти автоматически.

Разъехались внутренние двери отсека.

— Бриигз, отставить истерику! Вот твоя девочка- робот! -сообщила Лара.

Бусинка выехала на свет, поблескивая сенсорами, словно только что проснулась и была недовольна этим фактом. Она остановился ровно посередине и выдала своим монотонным, лишенным каких-либо намеков на сочувствие голосом:

— Делаю расчеты по запросу капитана Ирсекки. Вероятность того, что мы покинем планету сейчас-сто процентов. Вероятность того, что при следующем визите всех присутствующих казнят без суда и следствия — около ста процентов.

Мы разразились смехом. Не веселым — тем самым истеричным хохотом, который накрывает после того, как ты едва не стал частью неприятной статистики.

Бриигз рассмеялся, не сводя глаз с траектории, Лариска согнулась пополам в кресле, вытирая слезы, а я просто откинулся назад и позволил себе этот момент. Еще одно приключение позади.

***

Уже выйдя из варпа, мы наконец выдохнули. Черная пустота за иллюминаторами была спокойной и равнодушной, как ночное море. Датчики молчали, системы работали ровно, без истерик и предупреждений, будто только что ничего не произошло.

Я взглянул на довольную рожу Бриигза. Он сидел, развалившись в кресле, поглаживая панель так, словно это было живое существо, и светился самодовольством, которое аж зудело в глазах.

— Я когда-нибудь услышу, наконец, — медленно спросил я, прищурившись, — что заставило этих баб так взбеситься?

— Конфетка, ты будешь в восторге, — ответил Бриигз с такой широкой, острозубой улыбкой, что я невольно напрягся.

Я уже открыл рот, чтобы обругать его за это проклятое прозвище, но Бриигз говорил дальше, и каждое его слово било точно в цель. Следующие объяснения чуть не заставили меня подскочить с кресла на радостях.

— Помнишь… истинную причину нашего первого визита на эту планету?

На моей физиономии медленно, но неумолимо начало проступать осознание. Брови поползли вверх, сердце ударило быстрее, а в голове щелкнуло несколько старых, очень опасных воспоминаний.

— Не говори, что ты это сделал, старый ты ушастый проходимец… — я уже почти подскакивал в кресле, не сводя с него глаз.

— Вы хоть что-то объясните?! — Лариска метала в нашу сторону подозрительные, острые взгляды, сложив руки на груди.

Я не выдержал:

— Ты, чертяка, это сделал?! — переспросил я, и голос мой предательски дрожал от эмоций.

Кошколюд вместо ответа медленно, с наслаждением, достал из-за пазухи хитрый прибор и, не спеша, повертел им в воздухе передо мной.

Металл тихо блеснул в свете панелей.

— Нет… — выдохнул я. — не может этого быть.

А потом меня прорвало.

— Это стоило всего этого еще сотни раз! — воскликнул я, резко приподнимаясь. Да ради такого я бы… трахнул её величество Гилаййю -вдовствующую королеву-мать!

— Теперь все порты Ойкумены нам открыты!

— Вот ведь братишка! — Бриигз удовлетворенно щелкнул зубами. — Ты же, не думал, что я реально запал на тетку-механика? Она так расслабилась, что сама показала, где они его держали. Я, честно, поверить не мог, что она купилась на мои сказочки.

— Да что это такое?! — не выдержала Лариска, уже откровенно раздраженная.

Я обернулся к ней и, не сдерживая победной улыбки, пояснил:

— Эта универсальный сканер глушитель, способный обмануть почти все сети. Почти все. Имперские-в том числе.

Бриигза затрясло от эмоций-не от страха, нет. Это было то нервное дрожь того, кто только что вытащил счастливый билет и еще не до конца в это поверил. Он даже поднялся с кресла, жестикулируя так активно, будто

объяснял все не нам, а всей Ойкумене вместе взятой.

— Это значит, — заговорил он быстро, глотая слова от восторга, — что когда будут считать идентификационный номер нашего судна, то будут видеть очередной торговый или пассажирский корабль. Со стандартным считывающим

кодом! Даже если мы будем числиться во всех розыскных списках Империи, — добавил он и сам себе кивнул, — им это ничего не даст.

— Бриигз, — я не выдержал и рассмеялся, вплоть до хрипоты, — мы и так в тех списках. Он на мгновение замер, а потом рассмеялся вместе со мной — громко, захлебываясь, откидываясь назад в кресло.

— Но теперь они нас днем с огнем не найдут, даже если вплотную будут пролетать.

Лариска склонила голову набок, прикусила губу-тот ее фирменный жест, когда в голове уже крутится новый план.

— Хм… — задумчиво протянула она. — То есть теперь нам не надо скрываться. Хорошая новость.

Она на мгновение замолчала, а потом добавила, уже с искрой любопытства в глазах: — Я видела у матриархинь одну штуку. Панель выхода на вселенские квантовые архивы. Мы можем где-то еще такую найти?

— Да, — ответил я, и мой голос наконец стал спокойнее, хотя внутри еще бушевала эйфория. — Такие панели можно найти много где.

Я откинулся в кресле, позволив себе этот редкий миг. Это была не просто хорошая новость — это была дверь. Широко распахнуты. Мы столько лет за ней охотились, что уже потеряли всякую надежду. А теперь в наших руках была единственная в своем роде система.

Бриигз удовлетворенно подытожил, уже спокойнее, но с той самой хищной улыбкой:

— Теперь ни один имперский сканер не узнает наш корабль. Для них мы — случайный набор цифр. Невидимки. Космическая пыль. Свободные люди с окраин. Он осторожно, почти с уважением, вставил блок в панель управления кораблем.

Синий свет пробежался по поверхности, будто система сделала глубокий вдох.

Раздался четкий щелчок.

И в тот же миг я почувствовал это — будто с наших плеч сняли многолетнее бремя.

Мы больше не убегали.

Мы просто летели.

— Представляешь, Лариска, — Бриигз эмоционально размахивал руками, — эти красавицы держали систему «невидимка» как музейный экспонат! Да и откуда им про нее знать? Вещь Старой Империи Это же наш золотой билет в будущее!

— Мы так долго охотились на этот маскировочный модуль, — перехватил я, качая головой с кривой усмешкой — что я уже почти перестал верить, что он вообще существует.

Я взглянул на кошколюда повнимательнее.

— Знаешь что, дружище Бриигз… я больше не буду сомневаться в твоей харизме. Никогда.

Он самодовольно фыркнул и обернулся к Лариске, прищурившись:

— А ты чего как ошпаренная, убегала?

Лариска резко замерла. Ее щеки мгновенно побагровели. Она прокашлялась, будто собираясь с мыслями, и только тогда заговорила:

— Представляете… — голос у нее был ровный, но пальцы сжались в кулаки. —Они решили, что я -идеальный генетический материал.

Я почувствовал, как у меня неприятно дернулось внутри.

— Утром, — продолжила она, -притащили своего «альфа-самца». Размером с шкаф. Серьезно. Чтобы он меня… эээ осчастливил .

Бриигз издал странный звук, что-то между кашлем и приглушенной бранью.

— И все это время они пялились на мою тату-голограмму, — Лариска горько улыбнулась, — будто это сертификат качества. Я им что, племенная кобыла для разведение космических амазонок?!

Она с силой выдохнула, потерла виски.

— Это было ужасно. Когда я отказалась — они словно взбесились. Я уже думала, что не сбегу.

Лариска подняла глаза, и в них сверкнула знакомая хитрая искра.

— Но я сделала вид, что согласна. И они… охотно купились на мою игру.

Она хмыкнула, на этот раз уже с гордостью:

— Ребята, клянусь, я еще никогда в жизни так быстро не бегала, как этим утром.

В рубке зависла глухая тишина.

— Ну, — наконец пробормотал Бриигз — теперь я еще больше рад, что мы их

немного… рассердили.

А потом он саркастически добавил, будто между прочим:

— Никогда не забуду их разъяренные рожи. Я, кстати, запись сделал.

Бриигз захохотал! Громко, искренне, аж запрокинул голову.

Мне же было не до смеха.

Лариска уловила мой взгляд сразу. Она стушевалась и отвернулась к иллюминатора, делая вид, что ее вдруг ужасно заинтересовал безграничный космос.

Я сжал челюсти.

— Пусть идут к Хозяину Бездны со своими претензиями, — выдавил из себя, каждое слово было, как гвоздь.

— Просто забудьте… — тише сказала Лариска. Она перевела взгляд с по-моему, уже без иронии, по-взрослому серьезна. — Знаете, абсурд этой планеты в том, что их технологические достижения и биоинженерия переплелись с безумием древних пережитков. Так что оставим их в покое.

Она вздохнула.

— Пусть дальше варятся в своем соку. Хоть их мир и красив но… -она замолчала.

Я ничего не ответил. Просто перевел взгляд вперед, на звезды, медленно проплывавшие мимо, и чувствовал, как злость оседает где-то глубоко.

Если когда-нибудь снова буду пролетать мимо этой планеты-я покажу им в иллюминатор фигу. Нет - пожалуй покажу им то что они бы хотели увидеть. Да-вот так так сниму штаны и... Тьфу!!

Глава 8 Человекокоты и сомнительные планеты.

Бриигз

Ойкумена - не для слабаков.

Она для таких, как я.

Рука сама отбивает ритм по панели, как будто сердце корабля подстраивается под мое настроение. Пространство любит тех, кто не спрашивает разрешения. Отчаянных, которые гонятся не за целью, а за ритмом приключений.

- Отправляемся праздновать! - воскликнул я. - Мой внутренний компас показывает в сторону ближайшего бара, где не спрашивают имя, а наливают щедро и без вопросов.

Я-кот и человек.

Я зверолюд с разумом

Мой пульс-голос чужих миров.

..Наш капитан снова косится на девушку. Я это вижу краем глаза. Если бы он имел мое чутье-давно бы забыл о ней -ибо древнее -опасно. Её аура… Она пахнет не просто «иначе». Она пахнет… древним. Тем, чего больше не существует. Последний раз я улавливал подобный аромат, когда меня держали как живую игрушку для богатых старух на одной далекой паршивой планетке. Там продали одну древнюю реликвию за столько империалов, что координаты незаселенного пригодного для жизни мира столько не стоили.

Никто не знал назначения того механизма. Но все искатели древности хотели его разгадать. Даже моя хозяйка едва ее не купила его -но внимание тогда переключилось на что-то другое.

Не знаю, та ли реликвия сейчас пылится в чьей-то частной коллекции, или ее уже вскрыли, сломали, выпотрошили и плюнули -ибо древние тайны редко раскрывают. Но аромат… Такой не забывают.

Ларисе об этом знать не стоит. Зачем ей лишние мысли и еще больше неразгаданных загадок? Внешне она и впрямь просто человек. Ну, почти. Хоть очень сильная. И очень быстрая. Опасно быстрая.

А командор… Эх. Еще немного-и слюни будет пускать.

Я отвернулся, чтобы не смотреть на этот балаган, вбил нужный код в машину и начал настраивать курс. На одну очень веселую планетку. Там мы и потеряемся. Идеальное место, чтобы исчезнуть без следа и найти приключений на ночь...

Там мы и потеряемся. Идеальное место, чтобы исчезнуть без следа и найти приключений на ночь.

Я уже чувствую вкус нектара.

И почти уверен, что там встречу одну знакомую. Она очень любит котиков.

Я-человекокотик,

но у меня когти из стали,

И если где-то пьют без меры -

я уже в пути к вам — не смущаясь далью

Корабль послушно ложится на курс. А варп мне улыбается. Лариска, скрестив руки на груди, оперлась бедром о консоль и посмотрела на нас так, будто уже все решила, а мы просто еще не в курсе.

— Ребята, я, конечно, все понимаю, — сказала она вдруг ровно, опасно спокойным тоном, — но без моей помощи вы бы сейчас исправляли демографический кризис на Амазонии.

Она сделала паузу.

— Мне принадлежит доля от нашего хабара. Разве нет?!

Конфетка сдержанно кивнул.

«Кто бы сомневался, — подумал я. — Предатель!».

— Это справедливо, Бриигз, — заговорил он примирительно. — Она была великолепным отвлекающим маневром. Я прищурился. Появилось ощущение восхищения и досады самый, когда тебя только что красиво, почти нежно, но все же обыграли.

— Доля? — переспросил я с притворным удивлением. — Да я сделал большую часть дела, между прочим.

— И аванс в десять тысяч империалов! — выпалила Лариска.

И даже не поморщилась.

Вот где делась ее смирение. Сгорела в плотных слоях атмосферы…

— По рукам, разбойница, — вздохнул я, изобразив трагедию вселенского масштаба. — Но знайте: вы только что разбили сердце моему банковскому счету.

На самом деле я согласился быстрее, чем успел допеть куплет.

Потому что десять тысяч -не такая уж и большая цена за партнера в опасных делах.

— Ура, мой первый заработок! — воскликнула Лариска, всплеснув ладонями так искренне, будто только что выиграла собственную планету. — А как там ваша планета выглядит? Нас там не зафиксируют как беглецов? Может, как-то замаскироваться?

Она скосила глаза на свой комбинезон и с облегчением добавила:

— Хорошо, что я убегала в нем, а не в том платье. Иначе бы весь стыд потеряла по дороге.

— Стыд, между прочим, потерял совсем не тот, кто голый, а тот кто на него пялиться… -важно сообщил я.

— А вот командор хотя бы — о, да. Он точно успел все рассмотреть прошлым вечером —вон как сидит, красный, как спелый туфантал.

— Лакуф — планета не простая, -продолжил он. — Главное, — начал он, прокашлявшись и стараясь выглядеть профессионально, — что их сканеры нас не считают. А когда доберемся до центра, где скопление заведений, в которых отдыхают еще более крупные деятели, чем мы, — там легко потеряться.

Он вполне вошел в роль гида.

— Плати по всем счетам, не устраивай сцены и скандалы- и на тебя будут смотреть сквозь пальцы.

Я фыркнул.

— Философия моей жизни, между прочим.

Потом я махнул в сторону коридора:

— Покажи ей наш шкафчик с презентами». Там точно что-то женское найдется.

Я прищурился, вспомнив.

— Помнишь Огранд? Ты там такую барышню изображал…

Я закашлялся от смеха, не договорив, а Лариска уже исчезла из рубки,

Я замер в предвкушении…

…Бар, где не спрашивают имен. Планета, где все чужие-и это нормально. И если уж честно… я обожаю такие места.

***

Лариса

Бриигз первым ступил на Лакуф. Планета казалась слишком влажной, тяжелой и насквозь пропитанной серым маревом. Не зря это место как сказал Ирсекка имело неплохую репутацию среди контрабандистов и беглецов: здесь и маскироваться не надо было-густая мгла сама становилась твоим маскировочным костюмом, а атмосферные электрические бури забивали любые сканеры. Здешнее солнце, этот далекий тусклый фонарь, безнадежно терялось где-то за плотными слоями серых облаков, а земля под ногами словно беспрестанно исходит паром. Казалось, даже сквозь толстый слой бетон пробивается дыхание какого-то подземного океана, вечно кипящего.

— Вы чуете запах этой планеты? — Бриигз на мгновение остановился, закрыл глаза и медленно повел носом по воздуху -как настоящий кот (А кошек я пока не видела кстати). — Это аромат свободы!

— Бриигз, я чую лишь вонь как из большой помойки, — скептически молвил Ирсекка. Он оглянулся, и хоть голос его звучал сухо, на лице я уловила тонкие, почти неуловимые нотки ностальгии, словно этот хаос когда-то был ему родным. Я бы назвала этот мир планетой развлечений. Только что мы покинули шлюзы порта, я почувствовала, как концентрация образов вокруг становится критической — я просто не могла сосредоточиться на чем-то одном. Кажись, Дракон когда-то останавливался на подобной планете, но тогда я была лишь пассивным наблюдателем: меня вели под конвоем в какой-то кабак -то ли похвалиться добычей то ли просто чтобы все думали что у Дракона новая баба…

Повсюду вспыхивали и гасли голограммы, создавая причудливые танцы света в влажном воздухе. Шум портовых погрузчиков и трейлеров перемешивался с звучавшей музыкой отовсюду. Замаскированные входы, напоминавшие люки, прятались в тенях, но каждая яркая вывеска над ними четко давала понять: не такие уж они и тайные, эти заведения просто играли в игру «Найди меня, если сможешь».

— Я чувствую ее ритм, — произнесла я тихо, с любопытством оглядываясь вокруг. Мои глаза привыкали к полумраку, сквозь который, словно призраки, выныривали прохожие. Это был настоящий карнавал видов: людей разбавляли самые причудливые представители Ойкумены. Мимо нас прошли высокие существа с бледно-зеленой кожей, и волосами, напоминавшими мох; проплыли темно-синие создания с идеально круглыми лицами, лишенными какой-либо волосинки, а их глаза светились внутренним спокойствием. И все это выглядело удивительно привычным — никто не оборачивался, не тыкал пальцами, не удивлялся чужим формам или цветам. Каждый был частью этого бесконечного потока.

Бриигз с довольной физиономией взглянул на меня, и в его глазах я увидела отблеск неоновых огней этого странного, дымящегося мира.

— О, наконец на этом звездолете появился кто-то, кто меня понимает, — нэко подмигнул мне, и в его глазах промелькнул хитрый огонек. — А теперь, детки, мне пора.

— Хэй, я думала, мы все отпразднуем в каком-нибудь тайном контрабандистском притоне за дорогими коктейлями! — возмутилась я, чувствуя, как предвкушение веселой ночи тает вместе с дымом из-под люков.

— Бриигз, и в самом деле, ты куда? Вечно ты исчезаешь на этой планете! — подал голос Ирсекка, скрестив руки на груди. В его тоне угадывалась усталость человека, который слишком хорошо знал привычки своего товарища.

— Вот на этот раз ты будешь иметь компанию, — хмыкнул Бриигз, коротко кивнув в моя сторона и не дожидаясь возражений, развернулась в другую сторону.

Он мгновенно растворился в толпе, словно капля в океане.

— Что у него за дела… надеюсь, амурные, — пробормотала я, но закончить мысль не успела.

Меня едва не сбило с ног что-то… скользкое и стремительное. Оно пронеслось, задев мое плечо чем-то гибким и холодным.

— У него что, щупальца вместо рук?! — я не сдержалась и скривилась, отряхивая рукав куртки, словно там мог остаться след от того прикосновения.

Ирсекка, для которого это зрелище, кажется, было привычным делом, спокойно обнял меня за плечо и мягко отвел в сторону, подальше от основного потока тел и теней. Его рука ощущалась теплой и надежной на фоне этой чужинской суеты.

— Не обращай внимания, здесь и не такое увидишь, — тихо сказал он, глядя мне в глаза. — А еще-никогда не стой посреди дороги, здесь бешеный ритм жизни.

— Так мы остались вдвоем… — произнесла я.

Слова сорвались с губ быстрее, чем я успела их обдумать. Вдруг я почувствовала легкую неловкость. Быть с ним лицом к лицу, без привычного шума Бриигза и металлического бряцания Бусинки, было непривычно. Пространство вокруг вдруг стал тише, а дистанция между нами — меньше.

— Скорее всего, у Бриигза дела займут до самого утра, — Ирсекка едва заметно улыбнулся, заметив мою растерянность. — Какие-то сомнительные ставки на бои роботов или поиск редких чипов и деталей у местных торговцев краденым. Поэтому предлагаю завернуть куда-нибудь и выпить по рюмашке.

Он кивнул в сторону узкого переулка, где неоновая вывеска, полузатопленная густым туманом, пульсировавшим мягким фиолетовым светом.

— Знаю я здесь одно укромное место. Там подают лучшее «звездное молоко» в этом секторе, и, что главное-бармен просто чародей. Пойдем?

Я закивала, и мы снова двинулись сквозь мерцающие сумерки.

***

Я почти сразу остановилась. Мое внимание приковал массивный терминал, вмонтирован прямо в шершавую стену — я уже видела похожий на планете амазонок, такой же монументальный и древний на вид.

— Я уже видела похожий, — прошептала я, подбегая к консоли. Пальцы замерли над датчиками. — Как этим пользоваться?

Командор подошел сзади. Он навис над моим плечом, и я почувствовала, как он сделал несколько уверенных прикосновений к сенсорной панели. На экране, прорезая темноту помещения, вспыхнула гордая вывеска: «Всеобщий архив Ойкумены. Доступ к большой библиотеке».

— Это осталось от старой Империи —произнес он.

— Может быть, здесь что-то будет обо мне? — с надеждой спросила я, вглядываясь в строки кода, бежавшие по стеклу.

Ирсекка сделал еще несколько быстрых натисков. Система загрузилась, но почти сразу выдала сухое оповещение об ограниченном доступе.

— Скорее всего, в этом терминале нет полного доступа, как и в большинства таких точек, — пояснил он. Голос его звучал совсем рядом, приглушенно и мягко. — Если о тебе и есть какие-то данные, то это совсем другой архив. Тебе надо лично подавать запрос в большой галактической библиотеке в отделе реестров.

Он не отстранился. Его тело ютилось к моему так близко, что пронзительная прохлада планетарной влаги больше не пробирала меня-я чувствовала лишь его спокойное тепло.

— А где я могу сделать этот запрос? — я боялась пошевелиться, чтобы не разрушить этот момент.

— На той планете, где она расположена. Это целая планета, отведенная под все возможные данные из каждого уголка космоса, которые только удосужились собрать за эоны лет.

— На самом деле существует целая планета-библиотека? — я потрясенно оглянулась на его через плечо.

Мое движение оказалось слишком резким: его дыхание щекотно ударило в мой лоб, а лицо оказалось так близко, что я могла разглядеть каждое пятнышко на его подбородке.

— Конечно, а почему бы нет? — Ирсекка едва заметно улыбнулся. — Никогда там не бывал, но рассказывали, что это очень необычное место. Говорят, там можно найти даже то, что ты сама о себе забыла. Я часто ковыряюсь в доступных архивах -по работе. Но ГЛавный Архив это совсем другое.

Мы покинули терминал, и я еще напоследок смерила его взглядом, в котором смешались горькая печаль и хрупкая, словно стеклянная, Надежда. Тусклый свет экрана отразилось в моих зрачках, прежде чем погаснуть в сумерках зала. Я должна добраться до этой планеты-библиотеки. Если даже в том бесконечном море знаний не найдется ни строчки обо мне, то мое прошлое навсегда останется для меня загадкой, я должен это знать.

Я так ничего и не вспомнила. Несмотря на все волнения, опасные приключения и резкие притоки адреналина, моя память оставалась гладкой, как стекло. Я помнила детство и свой мир урывками и кусками. Я знала лишь элементарные вещи: что когда голодна-надо пообедать, когда уставшая — надо поспать, а когда Ирсекка близко — стоит попробовать хотя бы как-то утихомирить биение сердца. Но ни одного подробного воспоминания из прошлого. Только пустота.

Мы свернули в переулок.

— Может, у Бриигза тут подружка? — спросила я на ходу, стараясь не споткнуться о ржавый порог, выглядывавший из бетона. Или даже возлюбленная?

— У Бриигза? Я тебя прошу! — Ирсекка громко рассмеялся, — Хотя кое-кто есть, но чтобы возлюбленная…

— Мне показалось, что он в этот вечер явно хотел развлечься, а не работать, — я пожала плечами, ускоряя шаг, чтобы не отставать. — Я лишь думала, что он нам компанию составит.

— У этого проходимца только платы в голове и мысли о том, как выгоднее разобрать трофей на запчасти, — ответил Ирсекка, уверенно огибая группу высоких молчаливых теней в длинных плащах. Его голос звучал тепло, с той особой снисходительностью, которую испытываешь лишь к настоящим друзьям. Ему бабы надоели еще когда он был… -ну ты понимаешь?

Он ведь бракованный… -продолжил он. Кошколюды они ничего знать кроме баб обычно не хотят -его даже утилизировать хотели…

— Как… утилизировать?! -я даже замерла…

— Как… -он невесело усмехнулся. Когда я еще служил… не важно где… Там один контрабандист выкинул в открытый космос четыре сотни похищенных на бедной планете девушек думая что если не будет улик то и суда не будет… Суда и не было… Так он со своей поганой командой и дрейфует до сих небось в том задрипаном секторе в вакууме…

— Возможно, ты прав, ты его дольше знаешь, — согласилась я решив не лезть в печальное прошлое спутника.

— Но вдруг все же у него есть… ну скажем какая-то ушастенькая кошкодевочка?

Командор озадаченно уставился на меня.

— А… ну понятно — ты и этого не знаешь. Кошкодевочек не бывает. Женский хромосомный набор просто не развивается в генномодифицированной клетке — как ты их называешь -нэко.

— Но… — я и в самом деле была озадачена — если кошкоженщин нет — откуда же берутся эээ такие как Бриигз? Их выращивают в колбах искусственно?

Он снова недоумевающе качнул головой.

— Искусственно? Откуда ты это взяла?

— Ну… — я пожала плечами. Вроде в моем мире так говорили -вроде работали в этом направлении.

— Ааа — вздохнул Командор. А я уж подумал… У вас работали -ну и у нас работают — наверное еще до того как старая Империя возникла. Но это невозможно… Природа так устроила что живое существо может породить только живое существо. А кошколюдей рожают обычные женщины… Нанятые, заключенные или… похищенные…

Но скажу тебе — пожалуйста не говори о кошкодевочках при Бриигзе. Для него -как и для любого такого как он -это больная тема… Ну вот — мы пришли.

Мы остановились перед тяжелой металлической дверью, которая, казалось, вросла в стену, покрытую влажным мхом. Когда они с шипением отъехали в сторону, мы вошли в очень темное помещение. Темнота здесь была такой густой и плотной, что на мгновение мне показалось, будто я оказалась в открытом космосе. Воздух стал суше, наполнен ароматом дорогих напитков и папирос… У меня на планете тоже курили как я помнила -хоть и говорили что это вредно… И сигары и трубки и еще какой-то «кальян»

Я растерянно остановилась, не понимая, куда ступить, чтобы не опрокинуть чей-то столик. Но в тот же миг я почувствовала, как Ирсекка осторожно, но крепко взял меня за руку. Его ладонь была горячей, а уверенность, с которой он повел меня вперед сквозь этот мрак, заставила мою неловкость вспыхнуть из новой силой.

Мы шли вслепую лишь несколько секунд, пока темнота не начала расступаться.

Впереди замелькал приглушенный фиолетовый свет-он не освещал, а скорее подчеркивало изгибы стен и контуры мягких кресел, тонувших в глубоких нишах. Этот свет отражался в стеклянных гранях бутылок за баром и в глазах немногочисленных посетителей, создавая иллюзию, будто мы попали в самую сердцевину далекой туманности.

— Ну вот мы и на месте, — тихо проговорил Ирсекка, не спеша отпускать мою руку.

Глава 9 Наглые посетители и домашние питомцы

Командор

— Расскажи, как вы познакомились с Бриигзом? — спросила Лара, расслабленно откинувшись на спинку мягкого кресла.

Моя сдержанность ощутимо давала трещину. Нельзя было смотреть на нее слишком долго-это было опасно, словно созерцать рождение сверхновой без защитных фильтров. После нескольких коктейлей она начала делиться всем, что с ней произошло на звездолете Дракона, и с каждым ее словом я все сильнее ощущал: хозяин «Птицы смерти» из категории» простой соперник окончательно перешел в разряд «мой личный враг». Она улыбалась, рассказывая о всяких пустяках пустяки, но я замечал все ту же застывшую печаль в уголках ее глаз. Она упорно не давала ей разрастись, гасила ее коктейлями и болтовней, но она никуда не исчезала. Я крепче сжал стакан, который все никак не мог допить. Боялся потерять контроль. Одно дело-приключение с другом, где пьяная драка или возможность выпустить пар-обычное дело. Но с девушкой, которая тебе так откровенно доверяет, не стоит расслабляться. К тому же я уже заметил, как на нее бросал тяжелые взгляды громила в углу.

— Так как вы познакомились с Бриигзом? — повторила она.

— Это случилось чуть меньше десяти стандартных лет назад, — начал я, глядя на игру света в ее волосах. — Мы познакомились в одном сомнительном месте. Похоже, мы оба оставили в прошлом что-то важное. Видимо, поэтому я и заговорил с ним — потому что почувствовал что-то общее. …Потом… Потом мы соревновались за право стать учеником старого пилота, бывшего капитана нашего теперешнего звездолета. Но вот в нашем третьем путешествии капитан погиб. Умер у меня на руках… Знаешь… -вспомнил я те минуты… Он казалось совсем не сожалел о своей судьбе… В его глазах тогда было странное успокоение, словно он только того и желал… Уйти вот именно так, во время очередного лихого приключения, а не сгнить в портовой ночлежке или хосписе.

Я был почти уверен, что она не знает об особенностях моего зрения. Иначе бы не смотрела так откровенно, наивно думая, что ее взгляды надежно скрывает полутьма заведения. Но я не был обычным человеком. Мои зрачки адаптировались к темноте значительно лучше, чем у любого другого, считывая малейшие изменения в ее мимике, каждый вздох, каждый микродвижение. Это были мои скрытые таланты -впрочем не единственные.

Интересно, как она отреагирует, когда узнает, что я не совсем человек? Это ее удивит, напугает, или она уже догадалась, что за моей человеческой оболочкой скрывается кое-что другое?

— А почему прошлый капитан выбрал именно тебя? — тихо спросила она, и в фиолетовых сумерках ее глаза сверкнули неким особым отсветом.

— Не знаю. Он не объяснил. Может, потому что я просто был рядом, — я задумчиво провел пальцем по краю стакана, вспоминая тот день, когда в рубке пахло раскаленным железом и кровью. Кстати — добавил я чуть усмехнувшись — Бриигз до сих пор сомневается, что старик передал штурвал именно мне. Его просто не было рядом в тот миг, когда капитан сделал последний вздох.

Я замолчал, вглядываясь в полумрак. Лариса смотрела на меня так пристально, словно пыталась разглядеть в моих зрачках ту самую сцену десятилетней давности.

— Бриигз на самом деле очень необычный для себе подобных, но в то же время располагает к себе. А еще он странный, но порой даже приятный, — проговорила она, и в ее голосе послышалась теплая улыбка.

Я рассмеялся, и этот смех на мгновение вытеснил напряжение, царившее в моих из-за присутствия громилы в углу.

— Ой, не говори! Он и в самом деле такой плут что даже амазонок заставил себя любить. Но на самом деле он еще та штучка. Но он единственный во всей Ойкумене, кому я доверю свою жизнь без колебаний.

— Это так прекрасно, что вы есть друг у друга, — вымолвила она, и ее голос снова содрогнулся от того невидимого горя, что тянулся за ней, как шлейф космической пыли за кометой.

— Лариса, не грусти! -подбодрил я её. Мы обязательно найдем твой дом. Даже если нам придется перевернуть вверх дном ту планету-библиотеку.

Она вдруг выпрямилась, подалась вперед и склонилась над столиком. В приглушенном свете ее лицо оказалось совсем рядом, разделенное со мной всего несколько дюймами пространства, в котором витал запах коктейлей.

— А почему… — ее голос был немного пьянящим, тягучим, но она упрямо продолжала, ловя мой взгляд своим — Почему вы меня спасли на Сейрану?

Я искренне удивился ее вопросу. Для меня ответ был настолько очевидной, что я даже не задумывался об этом раньше. Я смотрел на нее —такую хрупкую на фоне этого грубого, затянутого мглой мира, такую настоящую среди тысяч голограмм и масок. Мои глаза, видевшие в темноте каждый взмах ее ресниц, зафиксировали то, как она затаила дыхание в ожидании ответа.

— Разве тебя можно обидеть? — спросил я в ответ.

Голос мой прозвучал глубже, чем я рассчитывал. Я невольно подался вперед, сокращая расстояние до минимума.

Весь мой мир сузился до фиолетового отблеска в глазах Лары. Меня это подкупило. Я решил, что это именно та секунда, когда можно осторожно ступить вперед: не давить, не пугать, просто быть рядом. Она не подавала ни единого знака, что моя компания ей не по душе — наоборот, внимательно ловила мои ответы, улыбалась, ставила вопрос, и в этом было что-то почти интимное. Я хотел разделить с ней этот момент до конца, даже поцеловать, если она позволит. А если и даст пощечину потом… -что ж, я все равно был бы счастлив.

Она молчала, лишь разглядывала мое лицо, словно пыталась прочесть — что я думаю на самом деле.

В этот момент амбал в углу наконец поднялся со своего места, тяжело ступая по мраморному полу. Но я даже не повернул головы.

***

Миг был почти идеален-из тех, что зависают в воздухе, словно гравиплан на автопилоте, и не хочется касаться руля. Даже когда незнакомец нагло оперся ладонью о наш столик и улыбнулся той самой улыбкой, за которую я с удовольствием отправил бы в открытый космос без скафандра -он не смог сразу все испортить. Что-то бормотал в сторону Лариски, стараясь звучать уверенно. Она его заметила-я видел это краем глаза, как он пытался привлечь ее внимание, — но, как и я, она не спешила отводить взгляд.

Но назойливое внимание незнакомца быстро переросло в агрессию. Он что-то непрерывно бормотал — и в потоке слов с корявым акцентов, можно было различить слова.

— Сисечки зачетные… милашка… пойдем… тебе понравится… — коснулось моих ушей.

…В таких случаях моего терпения всегда хватает очень ненадолго Движение было короткое и точное: длинное тонкое лезвие выскользнуло из чехла, спрятанного под полой куртки, и его ладонь оказалась прибитой к столу. Амбал заверещал- отвратительно пища как исполинская крыса — и нелепо запрыгал будто это могло помочь.

И все окончательно пошло наперекосяк. Лариса резко откинулась в кресло, вжалась спиной в его стенку и смотрела то на меня, то на него —широко открытыми глазами, шокированная, без единого слова — Бриигз в подобных случае говорил «система просто зависла».

Я вздохнул.

«Вечер окончательно испорчен!», мелькнула мысль, пока я окидывал взглядом зала.

— Командор! — завизжала хозяйка, выскочив из двери у стойки и пробегая между столиками. Ивинта… Темнокожая кучерявая лаванийка была в ярости…

Я прекрасно ее знал-еще с прошлых визитов. Похоже, мое имя снова перекочует в ее черный список, если еще не поселилось там навсегда. Она размахивала длинными руками, которые выглядели немного неестественно на фоне ее маленького тела-ростом она едва достигала мне до груди. Я поднялся, сразу подав руку Лариске. Она приняла ее без колебаний и легко подскочила с кресла, будто только этого и ждала.

— Уже идем, идем, Иви, не кричи! — спокойно ответил я, хоть в голосе прорвалось невольное усталое раздражение.

Хозяйка тут же принялась вопить на официантов…

— Вызывайте медиков! Куда ..... вышибалы смотрят! Уволю на .......!

Между тем амбал до сих пор визжал, словно испуганная девчонка -так что временами заглушал хозяйку.

— Ты опять! Опять мне гостей калечишь! Чтоб духу твоего здесь не было! И заплати по счету — за прошлый раз тоже! — заорала Ивинта.

Я криво усмехнулся. Атмосферный свет этого места обычно скрывал ее морщины, но сейчас было видно что ее юность давно миновала. И не моя вина, что мне здесь нравится, а гости попадаются не слишком приветливые.

Бросив достаточно империалов на терминал официантки, я крепче сжал руку Лары, и мы вместе оставили позади крики, обиды и окончательно сломанную идиллию вечера.

— Командор, ты не был слишком резким с тем типом? — спросила она, как только мы оказались на прохладе улицы. Была уже глубокая ночь, воздух пах металлом и горелым топливом, а шум веселых кварталов остался где-то позади.

— Лариска, это не то место, где стоит быть приветливым, — ответил я без раздражение, но твердо. — Не дай боги ты бы ему улыбнулась, даже из вежливости. Для него это уже было бы приглашением. Автоматическим согласием на все.

Она замедлила шаг и чуть нахмурилась.

— Согласием на что? — переспросила неуверенно.

— На все, Лариска. На все, — я взглянул вперед. —Эта планетка -сборище самых разнообразных рас и культур. И некоторые из них до сих пор не до конца понимают, что женщина — такая же полноправная жительница Ойкумены, как и мужчина.

— А вы вообще на приличных планетах бываете? — с легкой иронией бросила она.

— Не все приличные планеты нас допускают с нашими документами, — пожал я плечами.

— Но ведь теперь у вас есть этот… суперглушитель, — она искоса взглянула на меня. Можете же заходить во все порты.

— Можем, — согласился я — но на некоторых существует проверка по ДНК. А где-то нас знают в лицо… Способа, который бы скрыл все наши грехи в Ойкумене, еще не придумали.

— Но вы так радовались, — мягко заметила она. — Я думала, это билет в большой мир.

Я остановился и повернулся к ней. Свет неона скользнул по ее лицу, и на мгновение вся Ойкумена сузилась до этой улицы. — Конечно, билет в мир, Лариска, — сказал я спокойнее. — В Ойкумене мириады планет. И половина из них точно пустит нас раз нас нет в базе. Это более чем достаточно… — я сбавил шаг, давая ей возможность без проблем идти рядом.

— Пусть часть из них почти безлюдна, в других живут дикари или просто не очень приветливые аборигены, а еще есть центральные миры имперцев, куда лучше не появляться вообще… — я хмыкнул. Там наших денег даже поужинать не хватит к тому же! — Поверь, из тех, что останутся, нам точно хватит до конца жизни.

***

Лариса

Улицы Сэйрану напоминали местами напоминали футуристический фильм из тех что смутно застряли в памяти -, здания из прозрачного камня, парящие платформы. Но местами окружающее выглядело как обычный город опять же из моих воспоминаний — дома в два-три этажа и бесконечные ряды лавок.

Внимание мое отчего то привлекла вывеска, на которой весело подмигивал голографический дракончик, изрыгающий разноцветные искры. И ниже надпись на местном «Магазин домашних питомцев «Добрый луккар»

— Командор, — вдруг спросила я. А можно бы сюда заглянем?

— Сюда? — чуть удивился Ирсекка. — Хочешь не иначе купить пару тлавкостов? Или может мадрусию? Не надо, - усмехнулся он. Удерет и залезет куда-то в трубопровод или панельный шкаф — еще и закоротит что-то…

— Нет… просто посмотреть.

Он секунду подумав, кивнул.

Внутри было прохладно и пахло сухой травой. Хозяйка, крошечная старушка с лицом, изрезанным морщинками, но удивительно добрыми глазами, встретила нас радушной улыбкой. Она с воодушевлением начала показывать мне диковинных существ: четырехкрылых небольших многоцветных птиц, поющих словно ветер в брошенной кем-то дудке, и пушистых зверьков -кто напоминал шарик на ножках(как я узнала -это те самые луккары с вывески), а кто-то — изящную статуэтку. Мне показали ящериц, меняющих цвет в зависимости от настроения хозяина. Еще показали святящегося паучка в банке.

Я вежливо кивала, чувствуя странную отстраненность. Всё это было мило и любопытно, но… чуждо.

И вдруг сердце пропустило удар. В дальнем углу, в вольере, устланном мягким мхом, среди синих мышей с длинными хвостами и крошечных розовых ящерок с хоботками, свернулось в клубок существо до боли знакомое.

Обычная, серая в полоску кошка. Она лениво приоткрыла один глаз, зевнула, обнажив розовый язычок, и тихонько мяукнула.

Я замерла. В горле встал ком.

— Это… — я указала пальцем, моя рука чуть задрожала.

К нам подошла девушка с необычными фиолетовыми волосами -наверное внучка старушки. Она проследила за моим жестом и понимающе улыбнулась.

— О, вы заметили нашу жемчужину? Это довольно редкий зверь. Говорят, их предков привезли с легендарной Сэмлы, когда та еще была колыбелью человечества. Сейчас их немного, многих пород почти не осталось. Они считаются символом уюта и… чего-то старого и доброго.

Я сделала шаг вперед, чувствуя, как в груди разливается тепло, которого я не ощущала с момента пробуждения на «Птице смерти». Кошка поднялась, потянулась и, спрыгнув с полки, подошла к стеклу, потерлась мордочкой о прозрачную преграду прямо напротив моего лица.

— А можно… — голос мой ощутимо дрогнул, — можно её погладить?

Я обернулась к Ирсекке, и в её глазах, впервые за всё время, появилась искра изумления. Командор, обычно сдержанный и суровый, едва заметно кивнул, глядя на меня с неожиданной мягкостью.

Я протянула руку к дверце вольера, чувствуя, что этот маленький, пушистый комочек — единственная ниточка, связывающая меня с тем миром, который я потеряла.

Внучка хозяйки осторожно нажала на сенсорную панель, и прозрачная перегородка бесшумно ушла вверх. Кошка не стала дожидаться приглашения. Она грациозно перешагнула порог вольера, обнюхала мои пальцы, щекоча их влажным носом, и, издав короткое, вибрирующее «мр-р-р», потерлась щекой о ладонь.

Я затаила дыхание. Шерсть зверька была мягкой, теплой и пахла чем-то до боли родным — пылью, солнечным светом и уютом старого дома, которого я не могла толком вспомнить, но который внезапно ожил в подсознании. Я осторожно погладила кошку за ушком, и та, зажмурившись от удовольствия, начала громко мурлыкать. Этот звук, такой простой и земной, отозвался в душе странным резонансом.

— Она вас приняла, — тихо заметила девушка с фиолетовыми волосами. — Бабушка рассказывала, что эти создания очень избирательны. («Угадала с внучкой!») Они чувствуют тех, кто добр и человечен.

Ирсекка стоял чуть поодаль, скрестив руки на груди. Его взгляд, сфокусированный на окружающем как привык смотреть на показания приборов или тактические схемы, сейчас был прикован ко мне. В глубине его глаз, цвета холодного звездного света, промелькнуло что-то похожее на узнавание.

— Ты выглядишь иначе, Лара, — произнес он негромко. — Словно ты наконец-то нашла то, что искала, даже не зная, что оно существует.

Я еще раз погладила кошку, чувствуя, как моё сердце бьется в унисон с маленьким, живым сердечком. В этот момент в голове вспыхнула яркая картина: я сижу на крыльце бревенчатого дома, а на коленях у меня лежит точно такая же полосатая кошка, а над головой шумит листва старой яблони. Воспоминание было коротким, как вспышка молнии…

— Там мой дом, — отрешенно подумала я -а тут… просто случайная гостья в этом мире — будь он прошлое или будущее.

— Командор, — голос мой окреп — Я хочу купить её.

Старушка-хозяйка вдруг нахмурилась.

— Дело в том, почтенная госпожа, что кошка эта не продается — точнее она уже продана. Ее хочет купить мастер Галла -у нее есть молодой хороший кот и она думает завести еще котят для своей семьи…

Ирсекка внимательно посмотрел на кошку, затем на меня.

— Это не просто питомец, — сказал он. Согласись, Лара —кошке лучше остаться тут. Кроме того… я никогда не заводил кошек на кораблях -ни кошек ни других живых созданий — ибо если случиться что-то — их можно не успеть спасти…

Я посмотрела в янтарные глаза кошки. Та ответила мне долгим, осмысленным взглядом, словно понимая всю тяжесть ситуации.

— Я понимаю, — ответила я. Пусть она счастливо живет тут и порадует кого-то котятами.

Ирсекка помолчал, глядя на меня с минуту, а затем искренне улыбнулся — впервые за всё время нашего знакомства.

— Ты правильно поступила… Правда, Бриигз был бы восторге, хотя он и делал бы вид, что это не так.

«Но если у меня когда-нибудь будет тут, в этой Ойкумене —дом, я обязательно заведу кошку!» -подумала я, когда мы вышли из магазина.

Глава 10 Душевные метания и древние свитки

Командор.

— Ты голодна? — спросил я, когда мы остановились на перекрестке в половине квартала от магазина. Мы же толком не поели… Здесь, куда не обрати, взор можно было наткнуться либо на что-то экзотическое, либо пьянящее. А еще именно в этом районе была самая разнообразная кухня. Настоящая вкуснятина-из тех, что запоминается надолго. Ты не отказалась бы например от мяссинов в соусе гресто? А может угостить тебя гаманарскими сладостями из меда тамошних термитов? А от задарского вина ты бы не отказалась?

Она вдруг склонила голову мне на плечо и тихо, устало молвила:

— Я так измучилась, что не отказалась бы от кровати. Вернемся на «Звездокрыл»?

— Ты серьезно хочешь спать на неудобной койке вместо мягкой кровати? —я взглянул на нее сбоку. — Мы по возможности никогда не ночуем в звездолете, когда останавливаемся на планете.

Она вздрогнула, приподняла голову.

— Ой, извини. Я знаю, что заняла вашу каюту… это так неудобно.

— Да я привык к таким условиям, — махнул я рукой. — Бывшая каюта в отсеке Бриигза вполне сгодится. Тем более раньше она была моя.

— Нет, так не должно быть… — ответила она и зевнула, так и не договорив.

— Потом это обсудим, — перебил я помягче. — Я знаю место, где можно переночевать. Там тихо и роскошный пейзаж, но придется немного пройтись. Это далеко от центра. В такую пору таксисты здесь не работают — головы берегут, — хмыкнул я.

-А робо-такси? Или у вас таких нет? Это… беспилотные машины, — уточнила она. У меня дома такое было… вроде… -она встряхнула головой, словно пытаясь привести свои воспоминания в порядок.

— А этих тем более — - я пожал плечами — их уже лет сто стандартных научились дистанционно перепрограммировать и курочить…

— Что ж тут за мир? -она сонно вздохнула.

Я осторожно взял ее под руку, и мы двинулись в нужном направлении. Город медленно умолкал, но не затихал полностью — где-то далеко еще гудели улицы, светились вывески, дышал ночной порт. Мой любимый отель прятался почти у самого берега. Единственный звук, что туда доходил, был шум прибоя. Именно за это я и любил это место.

…Пока она любовалась пейзажем, я любовался ею. На фоне двух лун, которые можно было увидеть только с побережья, она выглядела существом из какого — то идеального мира -не здешнего, но загадочно прекрасного. А еще она странным образом выглядела очень уместно.

— Интересно, может, я когда-то уже бывала на этой планете? — задумчиво молвила она, пока мы медленно шли в сторону отеля.

Я хмыкнул, переводя взгляд с воды обратно на нее. Признаться, я и сам уже был готов упасть в мягкую постель.

— Не думаю, что ты была здесь, — ответил я — - тебе больше подходит что-то вроде Новой Анадии или Рафелии. А не этот полубандитский Лакуф.

— Почему же? — она едва улыбнулась. — Может, в прошлом –у себя там… я была тоже бандиткой или дочерью бандита? Ты же видел, как я бегаю и дерусь. Клянусь, я чувствовала пули и плазму… даже направление, куда они попадут. Сама не знаю как. Это точно не просто так.

Я остановился у входа и, открывая дверь в помещение, ответил ей:

— Я бы сказал что ты скорее дочка полковника спецназа, лично тебя тренировавшего… Еще я знаю, что ты притворяешься молчаливой и грустишь, когда никто не смотрит.

Я взглянул ее невеселое лицо.

— Я пошутил -я не думаю, что ты была наемником или спецназовцем. Но боевые таланты твои действительно впечатляют.

…Тихая, ненавязчивая музыка окутала нас в отеле. Рекламные голограммы выныривали едва ли не на каждом шагу — я отмахивался от них автоматически, не останавливаясь, пока не добрался до стойки.

— Два номера на одну ночь, пожалуйста, — произнес я к роботу, который работал здесь и менеджером, и уборщиком одновременно. Он выглядел озабоченным-почти как настоящий человек.

— Поздравляю с возвращением, Командор, — проговорил робот механическим странно не подходившим к его внешности голосом. Выглядел он даже более по-человечески, чем кое-кто из встреченных прохожих -даже парик смотрелся натуральными волосами.

Лариса, подойдя и встав рядом, едва сдержала смех, взглянув в его сторону.

— Извиняюсь, сударыня, вы увидели что-то смешное? — вдруг прекратил он что-то набирать на панели и внимательно посмотрел на нее.

— Нет, что вы. Это просто усталость, — смущенно ответила она. — Я очень устала.

— Прошу заметить, я приличный робот, — сухо отчитал он Лару. — И выполняю эту паршивую работу старательно. Поэтому ожидаю хотя бы минимального уважения.

Лариса только что рот не открыла взирая на столь церемонного робота.

А — я же совсем забыл ее предупредить, что у него очень особая прошивка.

Похоже, ее не обновляли уже лет сто.

— Простите мне, я вовсе не над вами смеялась, — поспешно сказала Лариска. —Вы… вы очень симпатичный робот.

— Спасибо, это очень приятно, — ответил механический голос здешнего смотрителя.

Теперь уже я пытался сдержать улыбку. Отвел взгляд в сторону-как раз на стену, где снова вспыхнула какая-то глуповатая реклама.

— Хм, Что ж, — наконец сказал киберболван. — Есть два свободных номера, но не рядом.

На разных этажах.

Он все еще пристально «измерял» нас камерами. Между строками символов можно было буквально ощутить его взгляд.

— О нет, Командор, я не хочу здесь спать одна, — тихо сказала Лариса, схватив меня за рукав. — Когда я просыпаюсь, то не сразу понимаю, где нахожусь. Мозг до сих пор отказывается осознавать, что я больше не на корабле… Дракона

Имя того подонка она произнесла едва слышно, самыми губами, но я все понял.

— А есть двухместный номер? — спросил я, едва не перегибаясь через стойку.

Робот ревниво прикрыл экран.

— Идет проверка, — заявил он и сделал вид, что что-то внимательно просматривает.

Я знал, что он притворяется. Для него это дело двух секунд. Не знаю, это стремление подражать людям, или банальная поломка программы.

— Да, есть номер. Вам повезло, — наконец сообщил робот. — Выходит прямо на побережье. Если лунный свет будет мешать, есть шторы натурального волокна.

— Прекрасно, — кивнул я. — Плачу сейчас.

…Номер оказался просторным. Хотя обычно я избегал комнат с такими высокими окнами, на этот раз они не раздражали. Лариска сразу подошла к одному из них и замерла, прижавшись к стеклу. — Как же прекрасно, Ирсекка… — тихо сказала она. — Там внизу волны разбиваются, а сверху такое яркое звездное небо с лунами — она оглянулась ко мне. — Как думаешь, существуют планеты, где небо может быть еще красивее?

— Существуют, — ответил я без колебаний. — Когда-то мы там побываем.

Я и сам удивился, как легко сорвалось с языка это обещание. Я не привык давать их так просто, потому что всегда выполняю свои обещания. Кто знает, может уже завтра она вспомнит свое прошлое и выяснится, что где-то у нее есть семья… Или парень. Или даже муж… Я отбросил эти мысли и пошел в смежную комнату… А потом остановился у двери…

***

Бриигз

…Ночь превзошла мои ожидания. Иногда ради одного теплого взгляда другого существа стоит пройти Ад — лишь бы лишь вернуться назад целым. Или почти целым. Сознание работало, как метроном, отсчитывая удары моего сердца — настоящего или модифицированного, разницы давно никто не искал.

Правая кисть выбивала мой особый ритм по металлическому краю стола: тук —тук — пауза — тук. Он помогал мне думать Мир для меня всегда был набором волн, деталей и резонансов. Если что — то не так звучит-значит, сломано.

Звезды смеются,

а я их не слышу…

Я знаю это наверняка.

Просто я их не слышу.

— Где этих двоих носит? — пробормотал я себе под нос, не отрывая взор от внутренностей Бусинки.

Я осторожно перепаивал одну из плат — что-то у нее не до конца загрузилась база данных. Иначе не объяснишь, почему она время от времени разговаривает, как робот старого поколения: без пауз, без иронии, без ощущение момента. А это, по моему мнению, самый серьезный дефект из всех возможных.

…Утро медленно, но верно текло в тот день, когда эти двое наконец появились. Я развалился в кресле, грыз свежий, хрустящий сушеный акурт на палочке и наслаждался моментом.

— Да вас вечность не было! — отозвался я. — где вы застряли? В очереди за бесплатной совестью?

— Привет, Бриигз, — тихо сказал Ирсекка, тут же сел в кресло и запустил несколько тестовых процессов, как мы это делали перед стартом. Но даже не глянул в мою сторону.

— Привет, Бриигз, — буркнула Лариска где-то позади, не спеша занимать место.

— И чего такие молчаливые, словно глотнули по куску мороженного вакуума? — протянул я.

«О, вижу. Вижу все. Гидравлика в норме. Энерговоды — в норме. А вот гормональный фон экипажа-зашкаливает. Ритм сердца моего друга Ирсеккы ускорен на пятнадцать процентов. Лариска дышит в тональности ля-минор. Интересно. Очень интересно.

Ирсекка, не глядя ни на кого, продолжал сверлить взглядом датчики.

— Все системы в норме, можем отбывать. У меня есть идея, Бриигз. Только не психуй.

Я сразу напрягся.

О нет. Они что, успели поругаться, пока я отлучался?

— Знаю, мы планировали лететь за новым заказом, — продолжил Ирсекка, — но по дороге должны сделать остановку. Помнишь ту странную планету? Ну такая -прямо сплошной архив.

— Ага. Вселенская Библиотека, — ответил я с подозрением.

— Мы думаем, что Лара там может найти что-то о себе. Хотя бы о своем происхождение, — он так и не поднял глаз от панели.

Я вздохнул и доел сушеное ракообразное.

— Хорошо. Полетим на эту вселенскую библиотеку. Для Лариски —что угодно. Тем более нашу новую систему надо протестировать -лучше это сделать на безопасной планете.

— Итак, отправляемся. Я только пойду переоденусь, — бросил Ирсекка и вышел из рубки.

— А мне… мне тоже надо, — неуверенно молвила Лариска. — Я кое-что забыла.

Она исчезла вслед за ним, и дверь тихо сомкнулась.

Я остался один в рубке, слушая, как корабль мурлычет всеми своими системами в ожидании старта.

До меня долетел шепот-тихий, но достаточно четкий — чтобы я узнал интонации. Такие разговоры всегда слышишь не ушами, а нутром.

— Давай просто сделаем вид, что ничего не было… так будет проще для всех.

Я почти мгновенно врубил местные микрофоны. Не потому, что не мог слушать дальше — а потому, что не хотел. Чужие напряженные разговоры имеют отвратительное свойство застревать в мозгу, даже когда делаешь вид, что они тебя не касаются.

Когда Ирсекка вернулся в рубку, он стал мрачнее грозовой тучи в облаках газового гиганта.

— Ну что, командор, — протянул я, не отрываясь от панели. — Остался без каюты? Я так понимаю, наша хорошенькая инопланетянка окончательно ее оккупировала, а тебя учтиво выставили за дверь, еще и с почетным напутствием?

— Бриигз, прекрати! -он скривился как от зубной воли.

Его взгляд потерялся где-то за экраном.

— Можем вернуть старую планировку корабля. Ту каюту, которую ты ликвидировал, чтобы расширить свой ремонтный отсек… можем ее восстановить. Заодно и отсек переделать, как когда-то планировали.

Голос у него был раздраженный, но не злой — скорее усталый. Это хуже.

— Ладно — можно и так сделать…

Ирсекка просто тик уставился на меня. Прямо. Подозрительно. Недоумевающе

— Это когда ты начал со мной сразу соглашаться?

— Да вот сейчас же, — пожал плечами. — Ты такой невнимательный, Конфетка.

Что-то случилось, пока меня не было?

— Не говори, что не слышал разговора своими чудесными кошачьими ушками, — фыркнул он.

— Не весь, — спокойно ответил я. — ты же видишь: микрофоны выключены.

Он вздохнул.

— Тогда забудь. Летим стряхнуть пыль с древних библиотечных свитков.

— Ты же знаешь, что вся информация давно хранится в электронных архивах, — подковырнул я, не удержавшись.

— Да, конечно, — фыркнул Ирсекка. — Чего ты к словам прицепился?

— Да отвлекаю тебя от паршивых мыслей, — бросил я почти равнодушно. Почти — потому что это равнодушие — моя персональная маска. И он это знает.

«М-да, командор. Кажется, ты влип сильнее, чем я думал!»

***

Дракон

Иногда в сетевых таблоидах меня вспоминают — вежливо и не называя по имени — лишь намекая. (Кстати — не вздумайте никогда интересоваться моим настоящим именем. Я этого весьма не люблю и очень сильно обижаюсь). Те, кто слишком много болтал и не проявлял должного уважения к моей скромной персоне, весьма пожалели. И их пример стал наукой для остальных. Меня чаще всего называют «самопровозглашенный император черного рынка». Я на это не обижаюсь, а лишь посмеиваюсь.

Ну какой я император? Пусть государь Байзагар Двадцать Четвертый сидит себе на троне в каком-то из трех тронных миров — грея престол, вырубленный из платино-иридиевого астероида своей дряхлой, почти двухсотлетней задницей. Кто я такой чтоб с ним соперничать? Я всего лишь скромный специалист по экстремальному грузообороту — как называют это мои друзья с Вадайского Кольца. Просто — если что-то где-то происходит — должны быть люди эти процессы регулирующие. А если есть дела которые нужно делать сильным мира сего — без шума и огласки -то должны быть и люди это умеющие. Не самим же королям, князьям, премьер-министрам и священнослужителям всевозможных вер брать в руки бластеры или садиться в звездолет летя невесть куда -где можно без свидетелей пострелять из бортового оружия? Правильно —не самим! Для такого существуем мы — внешне респектабельные космоплаватели или… или преступники, за услуги определенного рода не слишком усердно разыскиваемые.

Если что-то незаконно перемещается в Ойкумене — товары, люди, оружие, лекарственные снадобья или дурманные зелья, я этому помогаю, или наоборот -пресекаю — если торгаш не согласен уделить мне скромный процент от дохода.

К слову — если вы провозите что-то совершенно запретное — от яиц завинской кускары или маток ландайского шершня до последнего экземпляра запрещенной любой верой или правителем книги — подскажите где бы вы это спрятали? Самые хитрые идеи я возьму себе на заметку и… возможно, оставлю вас в живых.

Законы и судейские крысы называют это контрабандой. Я называю это «альтернативной логистикой». Коммерция в Ойкумене —это огромный механизм, и какое-то колесико или передача легко может заесть или заклинить… Тогда их и нужно смазать -а смазчики это я и мои коллеги, и без нас он того и гляди засбоит.

Кто-то говорит, что я слишком амбициозен. Я же говорю, что в этом мире слишком много свободного места, и оно должно принадлежать мне. Мое жизненное кредо: «Закон-это лишь совет для тех, у кого нет собственного флота. Вкратце говоря - для неудачников». А в моей системе координат есть только одно правило: все имеет свою цену, и я тот, кто ее устанавливает.

Если мне попалось что-то ценное — будь то древний механизм, загадочный артефакт, корабль который можно легко захватить, или координаты еще не освоенного мира- считайте, что на них уже стоит клеймо «Собственность Дракона». Вопрос только в том, сколько крови прольется, пока мои противники это осознают. Я не жесток — отдайте то что принадлежит мне по праву, и можете катиться в любой из миров — заливать горе любым горячительным напитком, или разводить домашних буйбесов -раз с космосом не задалось. И гордитесь что на вас обратил внимание Дракон —значит вы из себя что-то представляете.

Я ведь не из тех мелких бандитов, шарящих в карманах и чемоданах пассажиров экономкласса. Я — магистр теневого бизнеса, а уважение в моем деле стоит дороже любых денег. И я получаю и деньги и уважение… так или иначе.

Некоторые говорят я самодоволен и честолюбив. Я этого и не отрицаю. В моем словаре нет слова «второй». Быть вторым — это быть первым среди неудачников. Если кто-то осмелится обойти мой корабль в полете за чем-то ценным или опередить меня в важной сделке — что ж, пусть он идет в варп — и в прямом и в переносном смысле. Я просто помогу Вселенной восстановить справедливость, избавившись от лишнего мусора попавшегося на моем пути. В конце концов, на финише должен быть только один игрок. И этот игрок — я. И больше всего на свете я ненавижу когда кто-то уводит мой выигрыш прямо со стола… Что из этого следует? Что у Командора и его двуногого кошака будут большие неприятности!

Глава 11 Мудрость прошлых эпох и ее бессилие

Бриигз

…Ночь превзошла мои ожидания. Иногда ради одного теплого взгляда другого существа стоит пройти ад — лишь бы лишь вернуться назад целым. Или почти целым.

Сознание работало, как вечный метроном, отсчитывая удары моего сердца — настоящего или только хорошо собранного, разницы давно никто не искал.

Правая кисть отражала мой особый ритм по металлическому краю стола: тук —тук — пауза — тук. Мир для меня всегда был набором волн, деталей и резонансов. Если что — то не звучит-значит, сломано.

Звезды смеются,

а я их не слышу…

Я знаю это наверняка.

Просто я их не слышу.

— Где этих двоих носит… — пробормотал я себе под нос, не отрывая взор от внутренностей Бусинки.

Я осторожно перепаивал одну из плат — что-то у него не до конца загрузилась база данных. Иначе не объяснишь, почему он время от времени разговаривает, как робот старого поколения: без пауз, без иронии, без ощущение момента. А это, по моему мнению, самый серьезный дефект из всех возможных. Утро медленно, но верно текло в тот день, когда эти двое наконец появились. Я развалился в кресле, грыз свежий, хрустящий сушеный аккурт на палочке и наслаждался моментом.

— Да вас вечность не было! — отозвался я. — где вы застряли? В очереди за бесплатной совестью?

— Привет, Бриигз, — тихо сказал Ирсекка, тут же сел в кресло и запустил несколько тестовых процессов. Как мы это делали перед стартом. Но даже не глянул в мою сторону.

— Привет, Бриигз, — буркнула Лариска где-то позади, не спеша занимать место.

— И чего такие молчаливые, словно проглотили по куску вакуума? — протянул я.

О, вижу. Вижу все. Гидравлика в норме. А вот гормональный фон экипажа-зашкаливает. Ритм сердца моего друга Ирсеккы ускорен на пятнадцать процентов. Лариска дышит в тональности ля-минор. Интересно. Очень интересно.

Ирсекка, не глядя ни на кого, продолжал сверлить взглядом датчики.

— Все системы в норме, можем отбывать. У меня есть идея, Бриигз. Только не психуй.

Я сразу напрягся. О нет. Они что, успели поругаться, пока я отлучался?

— Знаю, мы планировали лететь за новым заказом, — продолжил Ирсекка, — но по дороге должны сделать остановку. Помнишь ту странную планету? Какая еще сплошной архив.

— Ага -как же - Вселенская Библиотека, — ответил я с подозрением.

— Мы думаем, что Лариса там может найти что-то о себе. Хотя бы о своем происхождение, — он так и не поднял глаз от панели.

Я вздохнул и доел аккурт.

— Хорошо. Для Лариски-что угодно. Тем более денег у нас хватает, чтобы сразу брать новую работу.

— Итак, отправляемся. Я только пойду переоденусь — бросил Ирсекка и вышел из рубки.

— А мне… мне тоже надо, — неуверенно молвила Лариска. — Я кое-что забыла.

Она исчезла вслед за ним, и дверь тихо сомкнулась.

Я остался один в рубке, слушая, как корабль мурлычет всеми своими системами в ожидании старта.

До меня долетел шепот-тихий, но достаточно четкий — чтобы я узнал интонации. Такие разговоры всегда слышишь не ушами, а нутром.

— Давай просто сделаем вид, что ничего не было… так будет проще для всех. Я почти мгновенно врубил местную музыку через ретранслятор. Не потому, что не мог слушать дальше —а потому, что не хотел. Чужие напряженные разговоры имеют отвратительное свойство застревать в памяти, даже когда делаешь вид, что они тебя не касаются.

Когда Ирсекка вернулся в рубку, стал мрачнее грозовой тучи в атмосфере газового гиганта.

— Ну что, командор, — протянул я, не отрываясь от панели. — Остался без каюты? Я так понимаю, наша хорошенькая инопланетянка окончательно ее оккупировала, а тебя учтиво выставили за дверь?

— Бриигз, прекрати… -поморщился он. Его взгляд потерялся где-то за экраном в местном пейзаже.

— Можем вернуть старую планировку корабля. Ту каюту, которую ты ликвидировал, чтобы расширить свой ремонтный отсек… можем ее восстановить. Заодно и отсек переделать, как когда-то планировали.

Голос у него был раздраженный, но не злой — скорее усталый. Это хуже.

— Ладно — можно и так сделать…

Ирсекка наконец посмотрел на меня. Прямо. Подозрительно. Недоумевающе…

— Это когда ты начал со мной сразу соглашаться?

— Да вот сейчас же, — пожал я плечами. — Ты такой невнимательный, Конфетка. Что-то случилось, пока меня не было?

— Не говори, что не слышал разговора своими локаторами, — фыркнул он.

— Не всю, — спокойно ответил я. — ты же видишь: я музыку слушаю — тут забавные мелодии.

Он вздохнул.

— Тогда забудь. Летим стряхнуть пыль с тех библиотечных свитков.

— Ты же знаешь, что вся информация давно хранится в электронных архивах, — подковырнул я, не удержавшись.

— Да, конечно, — фыркнул Ирсекка. — Чего ты к словам прицепился?

— Просто отвлекаю тебя от паршивых мыслей, — бросил я почти равнодушно. Почти. Потому что это равнодушие — моя персональная маска. И он это знает. М-да, командор. Кажется, ты влип сильнее, чем я думал

***

Лариса.

Бриигз знал так много, что я каждый раз удивлялась, как в его голове с большими ушами вообще остается место для мыслей. Из его быстрого, немного хаотичного экскурса я поняла главное: планета частично функционирует в автоматическом режиме. Ее обслуживают сонмы роботов и лишь несколько тысяч людей -точнее существ, которые официально считаются людьми, но могут иметь свои, заметные различия. Командор почти весь полет молчал. И это молчание резало слух сильнее любой ссоры. Я знала: как только представится возможность, с ним придется поговорить о прошлую ночь. Откладывать дальше было опасно-прежде всего для меня.

Терминал прибытия оказался полностью автоматизированным. Несколько роботов, на этот раз значительно более «очеловеченных» на вид, чем те, которых я видела на Лакуфе, равнодушно патрулировали пространство, но не проявили к нам никакого интереса. По словам Бриигза, планета дано получила нейтральный статус из-за своего специфического назначения, хотя формально все еще числилась имперским протекторатом. Только что мы покинули терминал-где в нашем отсеке было не более десятка звездолетов-я поняла, что здесь значительно живее, чем на любом межгалактическом базаре, где мне приходилось бывать. Потоки существ, звуки, свет, движение-все это создавало странное ощущение контролируемого хаоса.

Оглянулась назад, номер терминала, красовавшийся над нами, имел четырехзначное число. Не представляю сколько их всего.

Планета-архив была одной из небольших планет системы Анаум. Доставаться сюда, как сухо заметил Ирсекка, значило сделать «небольшую остановку по дороге», которая на самом деле требовала двух варп-прыжков. Я очень надеялась, что не создаю им лишних хлопот своими поисками прошлого. Потому что до сих пор не могла понять, кем я для них была: очередным приключением, случайным грузом или кем-то, кого они действительно приняли за свою. А ввиду то, что произошло вчера, я и сама уже не знала, какое место занимаю на этом звездолете.

Командор активно жестикулировал, что-то объясняя Бриигзу, а тот, сложив руки на груди, хитро улыбался и то и дело искоса бросал взгляды в разные стороны, будто проверял, кто еще слушает. Я отошла, поэтому не слышала, о чем именно шла речь.

Я отвела взгляд от командора. Казалось, прошедшая ночь окончательно все запутала — прежде всего для меня. Потому что когда ты еще не знаешь себя до конца, впускать кого-то в собственную жизнь кажется неправильной, почти безответственной. И Ирсекка имел полное право злиться. Имел право не принимать мою реакцию. Потому что ответственность за последствия лежала лишь на мне. Я подняла взгляд вверх. Перед нами возвышались постройки древнего вида, которые странным образом образом гармонировали с сверхсовременными машинами и конструкциями.

Каждая отвечала за отдельный сектор информации и одновременно служила украшением. Буквально воспользоваться ими было невозможно: это были своеобразные носители, почти встроенные в сам лабиринт архивов и сооружений, которыми была покрыта изрядная часть планеты. Ее стены-это гигантские столбы, соединенные между собой еще более мощными конструкциями. Когда мы подлетали, я даже не видела ни края ни конца этой махины.

Бриигз говорил, что за пределами стен начинается дикая природа планеты — не совсем безопасная, но, по его словам, «условно дружелюбная».

Пройдя сквозь арку, в которую без преувеличения мог бы пролететь наш звездолет, я вдруг почувствовала себя маленькой мышкой в колоссальной библиотеке… «Ленинка» — всплыло что-то из прошлого. Так вроде называлась главная библиотека в стране где я обитала -ее упоминали в разговорах пару раз. Но я там не была -она вообще была в столице. А я жила… А где я жила? Ладно —не важно. Так или иначе -мы были в хранилище памяти всей Ойкумены. Пространство было переплетено мостиками, словно паутина, что тянулась во все стороны. Я подошла ближе и заглянула вниз-дна не было видно. Взглянув вверх, туда, где туннель заканчивался холодным светом небес, я еще острее ощутила монументальность этого сооружения.

В центре вздымалась исполинская колонна. К ней на разных уровнях присоединялись мостики, и казалось, что такая же система повторяется в каждом следующем хранилище, без конца и края. Я лишь машинально заметила: если здесь нет быстрой системы перемещения, то хоть какой-то допотопный лифт просто обязан существовать.

Эти гигантские вертикальные залы планеты-библиотеки, где даже собственное дыхание казалось слишком громким поневоле подавляли. Здесь пахло озоном и старым пластиком.

— Лариса!

Я вздрогнула на месте. Настолько увлеклась этим пространством, что не заметила, как Ирсекка подошел совсем близко.

— Извини, что напугал, но я хотел кое — что сказать, — начал он неуверенно.

— Это я должен что сказать. И объяснить… о том, что было вчера…

Он внезапно поднял руку, останавливая меня на полуслове.

— Нет… Погоди. Это не о том. Об этом-потом. Если захочешь. Его голос был спокоен, но я почувствовала: он нарочно не смотрит мне в лицо.

— Дело в том, что Бриигз хочет обновить некоторую информацию в архиве. Это для него принципиально. Это касается его вида. И для этого ему нужен свидетель. То есть ты или я.

-Не понимаю… -помотала я головой.

-Ну он хочет обогатить здешние данные… Подумай — данные, которые пережили империю -и старую и Древнюю и темные доимперские времена — когда люди выползшие с мифической Сэмлы распространились по Ойкумене.

— И? — коротко спросила я.

— То есть ни он, ни я не можем пойти с тобой, — добавил Ирсекка быстро, будто боялся, что я перебью, — но я нашел тебе замечательного проводника.

Он сделал шаг в сторону и указал рукой. Робот стоял неподалеку, с идеально ровной осанкой. Заметив мой взгляд, он помахал белоснежной, лакированной рукой и даже «улыбнулся», выведя на лицевой голоэкран корректно рассчитанную мину.

— Что ж, хорошо, — сказала я ровно. — Я и не надеялась. Спасибо, что позаботился о моей компании.

Я двинулась в сторону робота, не ускоряя шага.

— Лариска, — позвал он вслед.

— Как ты и сказал, — ответила я, не оборачиваясь. — Поговорим потом.

***

— Приветствую в Большой вселенской библиотеке, — проговорил робот почти человеческим голосом.

Он едва наклонил голову — не слишком глубоко, ровно настолько, чтобы жест выглядел вежливым, но не подхалимским. Его движения были плавные, рассчитаны, словно каждый градус поворота шеи кто-то когда-то заложил в код.

— Если вам удобнее общаться на вашем родном языке, сообщите, пожалуйста, уточните каком именно. Я имею доступ к большинству баз по языкам Ойкумены и автоматически адаптирую языковой модуль.

Пока он говорил, позади нас скользили другие роботы-одни похожи на людей, другие на изящные ажурные конструкции из полированного металла. Меж ими двигались посетители. ВСех цветов и оттенков кожи, и высокие и почти карлики, с чертами лица иногда заставлявшими думать про карикатуру… Да — тут со всей Ойкумены народ… И все они смотрелись в масштабе библиотеки, как мелкие насекомые на теле гиганта.

— Нет, спасибо, — ответила я — общая речь мне подходит. Вы поможете мне найти информацию… обо мне. Возможно, о моем виде. Я не уверена, кто я.

Робот немного задержал взгляд на моем лице. Не так, как смотрит человек — без эмоции, но с вниманием, почему-то казавшимся искренним.

— Какое интересное задание, — сказал он после короткой паузы. — Я рад, что господин Командор выбрал именно меня для вашего сопровождения.

Он развернулся и жестом пригласил идти за ним. Мы двинулись по мосту.

— Начнем с того, что в библиотеке хранится информация обо всех известных культурах Ойкумены, — продолжил он. — Но для вашего запроса нам необходимо перейти в специальный архив и подать индивидуальный запрос. Насколько я понимаю, вас интересует не только ваша раса, а конкретная личность.

— Именно так, — кивнула я, — а что это за архив? Почему он особенный?

Мы миновали гигантские колонны, в которые были встроены световые панели по которым скользили потоки символов. Они менялись, реагируя на присутствие посетителей, будто сама библиотека нас слушала.

— Там мы сможем идентифицировать не только ваш вид, но и личностную привязку, — пояснил робот. — Для этого обычно используют документы. Вы имеете при себе нечто подобное?

Я развела руками-жест получился почти беспомощный.

— Никаких. В этом и проблема. У меня нет ничего.

— Не расстраивайтесь, — ответил он сразу, слишком быстро. — Согласно с моими данными, вы все же имеете документ.

Я остановилась и удивленно посмотрела на него.

— Я не совсем понимаю твою логику.

Робот тоже остановился. Его голова едва наклонилась в сторону…

— Извиняюсь. Слишком быстрый поток данных иногда делает мои формулировки некорректными, — сказал он почти извиняющимся тоном. — Я имел в виду вашу голограмму на руке. Она сойдет за документ.

Он осторожно указал на мое запястье, не касаясь.

— По моим данным, подобные голографические маркеры использовали некоторые расы Ойкумены как идентификационные носители в предшествующие эпохи. К сожалению, более подробная информация хранятся в секторах ограниченного доступа. Мы сможем получить туда вход после регистрации запроса и подтверждения вашей видовой принадлежности. Тогда вам будет предоставлен полный доступ.

Я на мгновение замолчала, вглядываясь в бесконечные ярусы тянувшихся полок вверх и терялись где-то под куполом из света. В этом месте моя неопределенность ощущалась особенно остро.

— Звучит одновременно и сложно, и… обнадеживающе, — сказала я наконец.

— Именно поэтому вам нужен я, — ответил робот с едва заметной гордостью в голосе. — Все маршруты, алгоритмы действий и разрешенные протоколы мне известны. Вам нужно только следовать за мной.

— Поэтому отправимся в путь.

Ощущение было такое, будто я действительно оказалась вплотную к разгадке собственного прошлого. Но когда мы наконец добрались до того же специального архива, оказалось, что я здесь не единственная с подобным запросом.

Мы добирались туда целую вечность. Стояли в одной очереди, потом во второй, потом в третий-время в этой части библиотеки тянулся иначе, словно его тоже архивировали и выдавали порциями. Когда наконец дошла наша очередь, я чувствовала себя выжатой донельзя.

Нас встретил еще один робот. Он общался более сухо, более формально, и голосом без единого оттенка. Мы заполнили множество форм, подтвердили еще больше пунктов, затем сканер прочитал мою голограмму татуировки, и нас отправили в зал ожидание. Там должна была загореться табло с нашим номером -когда запрос будет обработано.

Я тяжело опустилась в кресло. Оно было эргономичным до бесстыдства —как будто кто-то очень хорошо знал, насколько уставшими сюда приходят гости.

И именно тогда мой проводник исчез.

Я даже не сразу это заметила. А когда подняла голову, он уже возвращался- с чашкой горячего напитка и небольшим пакетом еды. Поставил все передо мной осторожно, почти… бережно.

— Уровень вашей усталости превышает оптимальный для ожидания, — сообщил он. — Это стандартный набор для восстановления жизненной энергии.

Я улыбнулась-слабо, но искренне — и взяла чашку. Еда исчезла быстрее, чем я успела осознать, что была голодна. Что-то похоже на знакомую мне шаурму… Едва я отложила обертку, как рядом будто из воздуха материализовался киберуборщик и беззвучно все забрал. Я чувствовала благодарность и сытость, хотя не знала сколько еще мне ожидать. Но моя цель оправдывала всю эту ситуацию в полной мере.

— Подождите. Моя задача-провести вас к вашему терминалу. Таков приказ капитана.

Робот догнал меня и пошел вперед, показывая путь.

А я смотрела на его спину, больше не замечая ни величия этого места, нет его масштабов. Хотелось плакать-от безнадежности, от ощущения полного краха. И зачем было надеяться? Сама придумала себе надежду, сама же ее растоптала…

Стало очень тихо.

— Скажи, — оборвала я игру в молчанку и взглянула на робота-проводника, застывшего рядом — ты каждый день выполняешь такую работу?

Он повернулся ко мне сразу, будто ждал запроса.

— Так точно. Это мои ежедневные обязанности: помогать посетителям ориентироваться в поиска необходимой информации.

— А ты… — я на мгновение замялась, подбирая слова, — хотел бы изменить свой род занятий?

Робот замер. Не буквально-но его пауза была слишком точной, чтобы быть случайной. Он делал вид, что размышляет.

— Мои алгоритмы настроены на помощь посетителям, — наконец ответил он. — В этом заключается суть моего функционирования. Робот три-шесть–экс –экс -ноль-пять Гала был создан для обработки запросов в Большой вселенской библиотеке.

— Я понимаю, — тихо сказала я. — Но неужели это все?

Он не перебивал. Это тоже было показательно.

— Вот, например, нашего робота на звездолете зовут Бусинка, — продолжила я.-И теперь я понимаю, почему Бриигз так упрямо перепрошивает его… ээ её систему.

Он ищет в там… нечто большее, чем алгоритмы. Какой — то собственный ритм жизни. Я замолчала, вдруг почувствовав, как эта мысль цепляется и за меня саму.

— Кажется, я теперь понимаю его получше, — добавила я уже почти шепотом. Робот смотрел на меня дольше, чем это было необходимо для анализа фразы.

— Ваши соображения не входят в стандартный перечень запросов, — сказал он. — Но я считаю их… интересными.

На его экране не появилось ни одной из подготовленных для посетителей выражений. Никакой улыбки, никакой нейтральной мимики. Он замер -не двигался, не имитировал человеческой осанки, даже не корректировал баланс, как

делал раньше. Просто стоял, как часть архитектуры.

— Имя «Бусинка» не подходит роботу, — добавил он через несколько мгновений.

— А ты… — я наклонила голову, внимательно вглядываясь в темный экран — ты бы хотел, чтобы тебя звали не «три-шесть–-экс-экс -–ноль–пять гала» или как тебя там?

— У меня нет желаний. У меня есть алгоритмы, которые определяют смысл моего существование.

Ответ прозвучал без паузы. Слишком быстро. Как будто он ждал именно этого вопрос-но не имел разрешения ответить иначе.

Я вдруг почувствовала странное эхо в груди. Разговаривать с роботом о смысл существования оказалось неожиданно… неудобно. И теперь этот робот из отеля на Лакуфе —со своей обидой, сломанной интонацией и странной гордостью за «паршивую работу» — показался мне вычурным, но значительно более живым.

Почти идеальным в своем несовершенстве.

Я оглянулась. Ряды кресел были заполнены такими же равнодушными или раздраженными ожиданием посетителями. Некоторые из них имели, непропорциональные тела, слишком длинные шеи или асимметричные лица —Ойкумена во всей своей разнообразной, усталой красоте. Кто-то молча смотрел в пол, кто-то нервно постукивал ногтями (или когтями?) по подлокотнику, кто-то бесстыдно дремал.

Наш диалог с роботом зашел в тупик. Не из-за нехватки слов, а из-за границы, за которые он не мог ступить. И которые я, кажется, уже начала замечать и в себе.

Когда табло наконец вспыхнуло нашим номером, я подскочила быстрее, чем успела прочесть, к какому именно архиву нас вызывают. Робот только коротко обозначил направление-никакой спешки, никаких эмоций…

Помещение, куда мы зашли, было освещено лишь боковым светом. Он резал пространство узкими полосами и оставлял углы в густой тени. Тут стало неуютно-так, будто стены не просто хранили информацию, а наблюдали.

Робот прошел вперед и провел суставчатой шестипалой механической рукой по поверхности огромного терминала. Только теперь я поняла, что это не стойка и не еще один пункт информационного оповещения. Его поверхность ожила, проступили слои света, тонкие линии, символы, которые быстро исчезали и появлялись снова. Я стала рядом.

— Что мне делать? — тихо спросила я.

— Приложите руку, — ответил он. — Система должна удостовериться, что это именно вы.

Свет вырвался из терминала и обнял мое запястье, будто осторожный, но настойчивое прикосновение. Казалось, что роза на моей руке реагировала на это свет. Холод пробежал по коже, не болезненный, но достаточный, чтобы я вздрогнула. В этот момент я не стала ничего спрашивать — напряжение было слишком вязким, чтобы разрывать ее словами.

Через несколько секунд свет погас. Экран снова вспыхнул. По нему побежали строки-десятки, сотни, тысячи. Символы, которых я не знала. Структуры, что не поддавались мгновенному пониманию. Данные наслаивались друг на друга,

словно система сама не могла решить, с чего именно начать мою историю. Я затаила дыхание.

И впервые за долгое время почувствовала: здешний разум -разум библиотеки смотрит на меня так же внимательно, как я-на него.

— Невозможно! — выдал робот.

— То есть? — я резко взглянула на него. — Это что вообще значит?

— К сожалению, Большая вселенская библиотека ничем вам не поможет.

— В смысле «не поможет»? — я раздраженно махнула на экран. — Тут же так много информации!

— В этом и проблема. Как бы это… объяснить.

— Да хоть как-то уже объясни, — сорвалась я, чувствуя, как надежда тлеет, а не горит.

— Это утраченный давно язык древних цивилизаций. Столь древних, что мы не владеем ни их языком, ни системами знаков. Возможно это еще языки Сэмлы.

Его голова склонилась низко ко мне и он загудел низким механическим голосом:

— Соответственно, с точки зрения логики… вы не должны существовать. Я не знаю, как вы получили эту голограмму, но ни одна из наших систем не способна ее дешифровать. Это слишком сложно. И, боюсь, невозможно.

Я пялилась на робота. Смысл его слов доходил медленно, мучительно, будто звук сквозь вакуум.

— То есть… меня не существует? -вымолвили словно сами собой мои губы

— Боюсь, что да…- констатировал механизм.

На какое-то мгновение я застыла с выражением шока на лице. Потом развернулась и просто вышла из зала, двигаясь наугад, куда смотрели глаза. Если после всего этого я не нашла ничего о себе — нет смысла надеяться, что когда-нибудь вспомню или откопаю хотя бы крошку правды. Даже вся Ойкумена не смогла дать мне ответа.

Глава 12 В гости к отставной королеве

Лариса

Робот довел меня до самого звездолета и учтиво попрощался, оставив в одиночестве.

— Мы уже решили, что будем ночевать в библиотеке, — усмехнулся Ирсекка, выглядывая из люка. И как у тебя дела?

Я молча подошла ближе. Руки бессильно свисали вдоль тела, и я просто уперлась лбом ему в грудь. Без слов. Без сил.

Слезы покатились внезапно и неудержимо. Сперва тихо, предательски, а потом сильнее.

— Понятно… дела хреновые, — глухо молвил он.

Я почувствовала его руки на спине-сначала легкие, осторожные, а потом увереннее, когда я уже не сдерживалась и просто ревела. Похоже, из меня хлынуло сейчас все: бегство от Дракона, страх, растерянность, эта проклятая надежда, что вспыхнула и сразу погасла. Кажется, я плакала впервые. Или, по крайней мере впервые после пробуждения в этом мире.

— Совсем ничего? — тихо спросил он.

Я лишь покачала головой.

Тогда Ирсекка обнял меня и прижал к себе. Мои руки сами обвили его, вцепились в его куртку, будто это единственное, что сейчас держит меня в реальности.

Какое-то время мы так и стояли молча, запертые в коконе объятий. Я уже почти перестала замечать посторонние звуки, когда сквозь них прорезался голос.

— Расчеты проведены, — раздался рядом голос Бусинки. — Время возвращения члена экипажа Ларисы к норме может сократиться на тридцать процентов при наличии мороженого.

Я едва отвела голову и взглянула на роботессу. Улыбка вырвалась сама, еще сквозь слезы.

Бусинка вывела на экране свою милейшую мину -почти как настоящий человек, пытающийся поддержать друзей.

— Ты не должна отчаиваться, — сказал Ирсекка. — К нашей радости у нас есть вся Ойкумена. И даже больше. Где-то там обязательно найдется что-то и о тебе. Я подняла на него заплаканное лицо.

— А разве эта библиотека не вместилище знаний всей Ойкумены?

— В некотором смысле-да. Но не забывай: есть информация, которую не хранят на носителях. Не все можно зафиксировать. Не теряй надежды. Мы же команда — куда нас только не заносит.

— Подтверждаю, — отозвалась Бусинка. — Спрогнозировать приключения капитана Ирсекки невозможно. Только уровень проблем, которые они несут.

Присутствие девочки-робота немного разряжало обстановку.

— Командор… извини за реакцию и мои слова этим утром, — мне вдруг стало неловко в его объятиях.

Я немного ослабила хватку, но он не отпустил.

— Это я дурак, — сказал он. — А тебе не стоит извиняться. Я вообще не должен был тогда покидать тебя, зная, какая ты сейчас уязвимая. Не знаю, что на меня нашло.

— А я знаю, — тихо сказала я. — потому что это я позвала. А теперь…

Слова застряли где-то между горлом и грудью. Я действительно хотела договорить —объяснить, что мне нужно его тепло рядом, но я еще не умею отдавать свое. Что мне хорошо в этих объятиях, но я не знаю, кем являюсь без них. Что я боюсь сломать в себе-что-то, еще даже не поняв, что именно держу в руках.

Ирсекка не спешил. Он не подталкивал, не выспрашивал, не пытался спасти ситуацию словами. Просто смотрел-внимательно, спокойно, так, будто давал мне время отдышаться.

— Нет, — наконец сказал он. — Я знал, что тебе сейчас тяжело. Ты пытаешься приспособиться к миру, с которым ты не знакома. А тут еще и я…

Уголек его губ едва дрогнул. Не улыбка-намек на нее.

— Я не хочу, чтобы ты тяготилась мыслями обо мне. Мы можем быть друзьями. Пока ты не решишь иначе.

Сказано было легко. Слишком легко для слов, у которых на самом деле было много сдержанного.

Но вдруг стало так просто, что даже захотелось пошутить. Ну, почти.

— Или пока мы не посетим планету с особо…прекрасными жительницами, — добавила я, прищурившись.

Он тихо хмыкнул.

— Меньше слушай Бриигза. Он всем подряд рассказывает о моих любовных победах, — пожал плечами Ирсекка. — Хотя, между прочим, сам имел больше подружек, чем я. Но я тебе этого не говорил.

— Так… мы друзья? — я отступила на шаг и протянула ладонь, стараясь сделать это как можно более небрежно.

— Друзья, — ответил он с улыбкой и пожал мою руку.

Его ладонь была теплой. Слишком теплой для простого жеста.

— Что-то неожиданно сладкого захотелось, — сказала я, когда он открыл резервный шлюз «Звездокрыла».

Ирсекка прочистил горло и пропустил меня вперед.

— Думаю, у Бриигза что-то найдется.

— А ты не любишь сладкое? — оглянулась я с легкой, почти невинной улыбкой.

— Не-а. Разлюбил…

Он сказал это таким тоном, что стало как-то невесело. Я быстро зашла внутрь звездолета, не оглядываясь…

***

Я тихо наблюдала за капитаном, переводившим звездолет в режим старта.

Его движения были точны, уверены, и как-то успокаивали. Потом взглянула на Бриигза, который в соседнем кресле сосредоточенно выполнял свою часть работы, бормоча что-то себе под нос. У этих двоих было не меньше загадок, чем во всей этой чертовой Ойкумене. Просто они научились с ними жить.

— А я всю жизнь говорил: в тех бюрократах с их бумажками ни одного смысла, — размышлял Бриигз вслух, не отрываясь от панели. И в этих книжниках которые накопили столько информации что сами давно уже в ней не разбираются. Зачем целую планету отдавать под информацию, если не иметь от них никакой пользы? А еще гордятся, что имеют данные обо всем на свете.

— Бриигз, — отозвалась я, — а как твои дела? Ты внес поправки в записи о кокошлюдах?

Он резко зыркнул в сторону и презрительно фыркнул.

— Да ну их в варп! Они требовали документ. Какой, черт возьми, документ у человеко-кота которого сто раз перепродали нелегалы? Номер им подавай! — голос его сорвался. — Будто я какой-то паршивый сексокошак из серийного состава. Я его забыл, как-только смылся с той проклятой планеты.

— Не заводись, Бриигз, — спокойно вмешался Ирсекка, даже не поворачивая изголовье. — Главное, что я знаю, кто ты и кем ты являешься.

Бриигз тихо сопел, а потом очень тихо, почти неслышно сказал «спасибо».

— Мне жаль, Ларочка, — вдруг голос Бриигза смягчился, стал ниже, искренним. — Жаль что ты ничего не нашла. Не сдавайся!

Я сжала пальцы, чувствуя, как в груди снова что — то ворохнулось -не боль, а упрямство.

— Я не сдаюсь, — ответила я и бросила быстрый взгляд на Ирсекку.

Он это почувствовал. Не посмотрел сразу-лишь через мгновение, краем глаза. Но этого хватило. В его взгляде не было сожаления. Только уверенность, будто он уже давно решил, что эта история еще далеко не завершена.

Я скользнула взглядом по панели перед собой. Интересно было бы, если бы они действительно научили меня управлять этим. Я осторожно коснулась нескольких сенсоров. Панель молчала, до сих пор заблокирована.

— Вы же не против, — Бриигз прочистил горло, слишком уж старательно — есть одна планетка. Надо туда слетать… за грузом…

Совсем небольшой груз. Можно сказать грузик

— И что за грузик такой? — Ирсекка даже не поднял взгляда, но уголки его губ дернулся, выдавая интерес.

— Какое тебе дело до грузика, — фыркнул Бриигз, — главное, что за перевозку получим полмиллиона империалов.

Командор аж присвистнул и наконец обернулся к нему.

— Бриигз, ты же знаешь, я не промышляю наркотиками.

— Тьфу на тебя — рявкнул Бриигз, резко соскочил с кресла и быстро рванул к рюкзаку, валявшемуся под стеной вместе с его профессиональным барахлом. —Это заказ от… некоторых важных людей. Ничего противозаконного.

— А почему тогда просьба к нам, а не к обычным транспортным компаниям? — скептически бросил Ирсекка, дожимая рычаг.

Бриигз вернулся в кресло, вставил что-то в панель и нажал несколько раз.

Над управлением вспыхнула небольшая голограмма

…Это была небольшого роста, полноватая сильно пожилая уже женщина в церемониальной одежде.

Она была одета в свободный наряд из тяжелого шелка, спадавшего прямыми линиями, скрывая очертания тела. Широкие, прямоугольные рукава свисали почти до колен, напоминая крылья, а края ткани на груди перекрещивались слева направо, образуя глубокий вырез.

— Сестра Л’линн, — констатировал Ирсекка, прищурившись.

— Ее официальная подпись, — с гордостью уточнил Бриигз, а затем обернулся ко мне. — Есть такие голограммы, в которых зашифрована подтвержденная подпись поставщика.

— Ясно, — я коротко кивнула, не отводя взгляда от свечения. У нас были какие-то «электронные подписи» -наверное это что-то типа их.

— Когда успел, Бриигз? — удивился Ирсекка.

— Пока вы на Лакуфе развлекались, я занимался делами.

Почти упершись локтями в край панели, я пыталась разглядеть голограмму. Она дрожала над пультом, словно живая-крошечная, но насыщенная деталями: узловатые пальцы, массивные кольца, тяжелый силуэт, и взгляд что излучал не столько угрозу, сколько опыт. Такой, который не получают в приличных учебных заведениях и на приличной законой работе.

— Кто она? — спросила я, прищурившись.

Бриигз растянул губы в улыбке, которая ему всегда удавалась лишь наполовину — вторая половина неизменно вызывала мысль о коте, только что нашедшем банку сметаны. Не помню -ели ли наши кошки эту самую «сметану» — но в памяти застряла именно эта формулировка.

— Сестра Л’лин? , — повторил он с оттенком уважения. — Если коротко: она воспитала половину тех, кого лучше не знать. Это бывшая королева контрабандистов.

Я уже поняла, что впереди нас ждет еще одно приключение.

***

Ирсекка медленно выдохнул и оперся спиной в кресло, скрестив руки. Его плечи напряглись. Это был не страх, скорее настороженность человека, который слишком хорошо умеет просчитать последствия.

— Бриигз… Сестра Л’линн, это не про посылку. Это всегда история с продолжением.

— Все хорошие истории имеют продолжение, — пожал плечами кот и щелкнул когтем по панели. — Но на этот раз без крови, клянусь своим хвостом.

— Ты им уже клялся, — сухо заметил Ирсекка. — Дважды. И оба раза я потом чинил корпус.

Я невольно улыбнулась. Они ссорились так обыденно, так… по-домашнему, что на мгновение забыла, где мы и что летим среди Ойкумены.

— Так, что за планета? — вмешалась я, чувствуя, как любопытство медленно

вытесняет усталость.

Бриигз щелкнул еще раз и пространство над панелью развернулось в объемную карту.

Планета светилась мягким янтарным цветом, с густой атмосферой и кольцами транспортных маршрутов, похожими на паутину.

— Теплая, влажная, с хорошей кухней и плохими привычками, — сообщил он.

— Курорт для тех, кто не любит, чтобы за ним следили.

— Замечательно, — протянул Ирсекка без энтузиазма. — Именно то, что надо после этой вашей библиотеки. Но почему у меня предчувствие, что это ничем хорошим не закончится.

— А тебя что, это когда-то останавливало? — вызывающе спросил нэко, дернув ушами в его сторону.

— А эта Сестра…эээ Л’линн -она же ваша коллега? — поинтересовалась я.

— Сестра Л’линн отошла от дел еще лет пятнадцать стандартных назад. («А сколько кстати это -стандартный год?») Но до сих пор пользуется несомненным уважением. Теперь у неее есть несколько собственных планет и вполне легальный бизнес, — пояснил Бриигз.

— Ого. Свои личные планеты, — я не удержалась и скептически хмыкнула. —И что, имея все это, ей некому пакет доставить?

Бриигз хитро перевел взгляд на иллюминатор впереди, будто там, среди звездной крошки, мог появиться ответ.

— Может, и есть кому. Но никто не согласился это сделать.

— Бриигз, — тревожно протянул Ирсекка, медленно сверля его глазами. — То кому именно нам надо доставить пакет за, пол-ляма империалов?

И тут кажется мы поняли где прятался подвох.

— Это очень выгодное для нас предложение, — нэко явно оттягивал ответ, нервно постукивая ладонями по подлокотникам. — Я не мог ей отказать. Ты же знаешь.

— Да как ты вообще ее надыбал? И где? Для нее Лакуф- это дыра. И вообще, Бриигз!..

— Я видел ее дочь… -процедил нэко с явной неохотой. Она и рассказала.

— Бриигз! Не доверяй биороботам!

— Она не биоробот! — Бриигз резко повернулся к Командору. — Да — ее создали в лаборатории! Но меня тоже -если смотреть в корень — ты меня живым считаешь. А ее кем?

— Извини… я не об этом. Ты же знаешь — Ирсекка уже говорил тише, отводя взгляд.

Мне почему-то показалось, что я тут лишняя — слишком личный разговор начался. Я уже почти приподнялась, решив исчезнуть незаметно, но резкий крик Бриигза заставил меня замереть.

— Лара, это и тебя касается! Останься!

Я только и успела вздохнуть, как плюхнулась обратно в кресло.

— А она тут при чем?! — воскликнул Ирсекка, резко скрестив руки на груди и развернувшись в кресле всем корпусом к нам.

— А она меня поддержит! Потому что ей это тоже надо! — так же резко отрубил Бриигз.

— Ребята, простите, я вмешиваться не хотела бы…

— Пакет для Дракона! — перебил Бриигз, уже не сдерживаясь. — И если здесь не только я один мозгами шевелю, то понятно: прошлое Лариски надо искать не в той снобской библиотеке, у смотрителей которой давно усохли мозги — что у роботов что у людей -а у Дракона. Он ведь где-то нашел Ларису. Итак, у него есть координаты. И твоего предыдущего местопребывания, и… в общем, он может что-то знать.

Ирсекка молча переводил взгляд с меня на Бриигза, будто пытался убедиться, что это не шутка. потом медленно покачал головой.

—Никогда! Это самоубийство!

— Да мы же не должны ему это в руки отдавать, — Бриигз заговорил быстрее. — Просто оставим в условленном месте. А координаты я сам свистну с компьютера. Это для всех выгодно.

— Вижу, ты успел все продумать, — раздраженно хмыкнул Ирсекка. — А случайно не продумал, как мы, все демоны космоса возьми, заберемся к нему на корабль?

Там сотня таких же отморозков, как он.

— Ну… эту часть плана я оставил на совместное обсуждение… -протянул нэко

— Прекрасно. Просто прекрасно, — пробормотал Ирсекка.

Бриигз медленно перевел взгляд на меня.

— Лариска, ты тоже можешь голосовать. Если вдруг ты против, то… ничего не будет.

Он смотрел с надеждой, почти упрямо. А Ирсекка глядел мрачно, с тем выражением, когда ответ не хочешь слышать, но должен.

— Разве я могу решать? — осторожно отозвалась я.

— Можешь, — слишком быстро ответил Ирсекка.

Я даже не думала. Я уже знала ответ. Единственное, что меня действительно беспокоило это то, что я не хотела подвергать опасности моих новых друзей.

А что будет со мной, когда я снова увижу Дракона, об этом я вообще не думала.

— Надо очень детально продумать план. Я хорошо знаю устройство его корабля. И лазейки.

Бриигз всплеснул в ладони и удовлетворенно хмыкнул. Ирсекка криво усмехнулся, будто принял поражение еще до боя. А звездолет уже начал разворот. Плавно, без рывков, будто сама Ойкумена решила, что нам рано останавливаться.

Я не смотрела на Ирсекку. Как ни странно, на этот раз именно он единственный имел здравый смысл, и мне было стыдно перед ним. Потому что где-то глубоко я знала, что он прав. Я понимала всю степень опасности. И в то же время знала еще кой-что. Я не смогу остановиться, пока не узнаю правду о себе.

***

Из досье на командора (он же капитан) Ирсекку, Третьего отдела Всеимперской службы Безопасности. Извлечение.

Место рождения — предположительно Красная Туманность(Сектор 231-5 -«Синий») Возвращение в родной мир запрещено под страхом смертной казни (причина точно неизвестна). Уровень мутантного искажения генома — неизвестен. Бывший офицер военно-космических сил какого-то независимого мира -других подробностей не выяснено. В злоумышлении на власть Священного Императора —не замечен и не подозревался.

Не женат и не имеет постоянных любовниц. Близкие друзья — помощник на его корабле — кошкоидный мутантный человек Бриигз. (см. дело «Безумного Мастера»). Не стремиться к богатству, склонен легко расставаться деньгами -как и с женщинами. Принципиально не занимается контрабандой наркотиков и рабов.

Жизненное кредо: «Поскольку в конце этого пути меня ждет смерть, то я должен успеть хорошенько развлечься по дороге».

Глава 13 Незапланированная встреча

Командор

— Ты когда-нибудь при здесь, или это уже официальный музей космического старья?

Мой голос, казалось, утонул в обломках металла, пучках проводов и кабелей и панелях разнообразной аппаратуры. , Моего товарища видно не было, но я точно знал, что Бриигз здесь. Он всегда здесь.

Я протиснулся мимо разобранной капсулы — той самой, из которой мы вытащили Лару. Край люка был погнут, а верхние листы обшивки Бриигз уже на что-то пустил. Может на заплаты на нашу многострадальную корму. Ага — вот среди этого хаоса торчат знакомые уши.

— Так что может, присоединишься к нам и примешь участие в планировании своей же миссии?

Я сел на низкий табурет, закинул ногу на ногу. Бриигз выбросил какую-то плату с торчащими проводами. Его так умилявшие глупых девчонок и прожженных матрон ушки дернулись, как локаторы -они как всегда, работали быстрее головы.

— А ты не мог сказать это через коммуникатор? — он криво усмехнулся. — И, кстати, план уже наполовину готов.

— Или наполовину не готов?

Вместо ответа он просто устало плюхнулся на пол и сел, опершись спиной к ящику с деталями, которые, кажется, никто никогда не инвентаризировал.

Здесь всегда была полутемная густая тишина. Все шумы корабля сливались в один ровный фон, и в этой паузе я вдруг отчетливо услышал собственное сердцебиение.

— Бриигз… — я вздохнул. — Ты же не думаешь, что я считаю тебя хуже других? Ты человек!

Я не любил эти разговоры. Они всегда извлекали из него самое худшее. Но я хорошо знал: по-настоящему он обижался на две вещи. Это на разговоры о его происхождение и когда кто-то без разрешения выключал его плейлист.

— Это тут ни при чем, — ответил он тихо. — Не во мне дело. Его уши опустились. И на этот раз даже ни одной шутки.

— Я так и знал! Ты страдаешь из-за этой мутантки, а я даже назвать ее мутанткой не могу -ибо сам такой! Все из-за этой паршивки! — я подскочил так резко, что табурет заскрежетал по полу.

— Бриигз, ты же знаешь, кем бы Раэ не была — она не выбирала, кем быть, — спокойно ответил он и тоже поднялся. Как и ты… Как и я

— А вот тут ты ошибаешься, — я фыркнул. — Потому что кем бы ее не создала почтенная Сестра Л’линн — она все остальное выбрала сама…

— Не начинай, а то мы поругаемся! -фыркнул Бриигз. Я уже сто раз слышал! Про то как масса кошклюдов заводит семьи, усыновляет детей, работают не хуже… настоящих людей…

— Ты же сам видишь: как-только она появляется на горизонте -тебя… Тебя на ней переклинивает. И ты соглашаешься на все, что она предлагает. Не в ней дело, а в тебе.

Я махнул рукой, резко, слишком резко, и зашипел от боли — кисть зацепила выпотрошенную древнюю приборную стойку. Ощущение было такое, будто кто-то хлестнул по ней полицейским бичом — в некоторых мирах такие применяют еще — хотя в Империи они давно запрещены как негуманные.

— Сейчас здесь переклинивает только тебя, — сухо отрезал он. И тут же хмыкнул.

— И вообще… -он снова хмыкнул и ухмыльнулся — на себя бы лучше посмотрел.

— Что? — рявкнул я.

— То, что я больше не единственный в этой команде, кто теряет самоконтроль рядом с женщиной, — он скривил губы. — Как я и говорил, еще немного и наш звездолет не отличишь от го-го бара со стриптизом!

Я медленно выдохнул. Злость осела, оставив после себя пустоту. Возразить было нечего и это раздражало еще больше.

Он приподнял бровь. Мы оба поняли: мы только что вышли на грань темы, которую лучше не трогать. По крайней мере, сейчас.

— Забудем? — я протянул руку.

Бриигз подозрительно зыркнул на мою длань, будто она могла взорваться или укусить. Несколько секунд — и он все же пожал руку в ответ

— Согласен…

Какой же он наивный! Я схватил его за руку, а другой принялся теребить его уши — то, что он терпеть не мог, но что мне всегда приносило почти детское удовольствие.

— Короткое замыкание тебе в мозги, Ирсекка! Отпусти! — он дернулся. — Ах ты ошибка ДНК! А-а-а!

— Да признайся, что тебе нравятся такие нежности! — говорил сквозь гримасу смеха, та продолжал щекотать пушистые уши. Бриигз закрыл глаза, размахивая руками и ругаясь.

-Когти щас выпущу и поцарапаю! -завизжал он.

Меня разобрало так, что казалось я сейчас не удержусь и упаду на пол, вместе с моим лучшим товарищем. Смех душил так что в подвздошье заболело, и мой самоконтроль куда-то исчез окончательно. Бриигз с рычанием вырвался и замахал руками.

-Ya, yibu ssuka mudah kuku kaki! -выкрикнул он свой любимый набор ругательств на неведомом языке. Сумасшедший ты омар! Черепашье яйцо!

Я уже хрипел от рвущегося воистину из глубины души смеха — бешего и неуправляемого.

— Ну ты и пиратское рыло! — прошипел он.

И тут из коммуникатора прорезался голос Лариски:

— Ребята, если слышите… вам лучше подняться сюда. У нас тут небольшая проблемка с кораблем по курсу, который, кажется, собирается взять нас на абордаж. Я правильно выражаюсь?..

Дальше просто сплошной треск и неразборчивые звуки. Звездолет дернуло так, будто его схватили гигантские магнитные клешни и потрясли -выбивая пыль.

***

В кресло я прыгнул уже на ходу. Бриигз был на секунду быстрее.

— Он взялся ниоткуда, буквально за мгновение! — Лариска говорила быстро, уже пристегиваясь на все ремни сразу

Впереди, заполняя собой весь иллюминатор, медленно надвигалась туша легкого крейсера. На фоне этой махины наш «Звездокрыл» смотрелся не слишком солидно.

— Тебе не кажется знакомой эта паршивая космическая образина? — прошипел Бриигз, наклонившись к стеклу.

— Еще и как, — я сжал джойстик. — Если нас схватят, план отменяется.

Действуем по обстоятельствам. Перевожу в ручное.

Корабль вздрогнул, когда я вырвал управление из электронных лап автоматики.

— Действуем по старому плану! — воскликнул Бриигз.

— Если гравизахваты не сработают, — перекрикивая нарастающий гул, крикнул я, — мы просто размажемся об их броню, как муха о стекло!

Бриигз ожесточенно вбивал команды в консоль. Сирены на «Звездокрыле» взвыли так, будто кто-то резал корабль заживо.

— Относительная скорость выровнена! Угол атаки- два-тридцать три! — рявкнул он.

— Если промажем, нас поджарят их маневровые двигатели!

— Запускай каскадный резонанс! — отрубил я.

— Не уверен что хватит напряжения, — быстро говорил Бриигз, но выполнил команду.

Позади нас застыла Бусинка. В отличие от людей, она не паниковала. Её телекамеры спокойно скользили по изображению, анализируя толщину обшивки вражеского корабля, его артиллерию и возможности двигателей.

— Вероятность успешной фиксации без разрыва корпуса-сорок два процента, — монотонно проскрипел он. — Рекомендую закрыть глаза. Это не повлияет на результат, но снизит уровень гормона стресса.

— Не болтай попусту -железяка! — рявкнул я. — магниты-сейчас! Вцепимся сами, как крабы на Лакуфе во время прилива!

Корабль вздрогнул так, что зубы щелкнули. Интерком взорвался скрежетом металла. Мощные электромагнитные лапы вылетели из пазов и с глухим ударом, который почувствовал каждый из нас, вцепились в корпус врага. Корабль качнуло, по отсекам прошел звук -как будто по огромной цистерне где-то вдалеке ударили кувалдой.

— Есть контакт! Мы держимся! — выкрикнул я.

Бриигз вывел на экраны графики запуска нужных систем.

— Система загрузилась на тридцать четыре процента!

За иллюминатором теперь была лишь глухая сталь чужого корабля. Наш звездолет замер, прижавшись брюшком к великану. Началась самая веселая часть.

— Ребята… может, я ошибаюсь — напряженно отозвалась Лариска — но разве мы не должны были делать наоборот? Убегать, а не прилипать к ним?

— Именно это мы сейчас и делаем, — ответил я, не отводя глаз от панелей. — Нам нужно время для маневра.

— Это наша хитрость, — подхватил Бриигз. — Они же не будут стрелять по собственному корпусу. А нам надо запустить каскадный резонанс в накопителях. Пару секунд и свистим отсюда, как нейтрино сквозь стену: хрен заметишь и хрен остановишь. Это преимущество небольшого звездолета с мощными накопителями,

Лариса вдруг замерла и медленно выдохнула.

— Это же корабль Дракона, да? — она не спрашивала. Она констатировала. Я не ответил, Все знали ответ.

Бриигз замер над консолью, его уши были прижаты к голове.

— Началось, — прошептал коточеловек. — Генератор вошел в цикл. Не сводить глаз с индикаторов!

Внутри корабля что-то изменилось. Это был не просто шум двигателя, это была низкочастотная вибрация, которая пробирала до костей. Каждая металлическая деталь «Звездокрыла» начала тихо петь. Старый гаечный ключ на полу начал звенеть, подпрыгивая на переборке.

— Энергия зациклилась в магнитных кольцах, — комментировал Бриигз, игнорируя то, как свет в рубке начал мигать и становиться тускло-желтым. Я почти воочию представил как сейчас плазма бьется о стенки ловушки, возвращается назад и усиливает сама себя.

— Мы накапливаем потенциал. Система работает на семьдесят три процента.

— Вам не кажется это странным? — Лариска протянулась вперед и, отстегнув ремни, втиснулась между мной и Бриигзом. — Чего они ждут? Ирсекка… Бриигз… -бледнея пробормотала она. Мне это не нравится.

Паника в ее голосе была настоящая. Для нее таки маневр впервые. И я понимал ее беспокойство.

— Лариска, пристегни ремни. Сейчас же! — рявкнул я.

Слова прозвучали резче, чем хотелось, но времени на мягкость не было.

Хоть сам я тоже чувствовал, как под кожей шевелятся дурные мысли. Единственное, что держало это еще несколько секунд, и мы будем далеко отсюда.

Бриигз уже вел отсчет.

Корабль начал вздрагивать мелко и нервно. Звук в корпусе сломался и перешел в высокий, почти невыносимый свист. Такой, что резал по нервам.

Воздух в рубке стал кисловатым на вкус. Плохой знак. Напряжение ушло гулять, кислород начало ионизировать.

— Десять секунд… — ровно говорил Бриигз. — Резонанс девяносто процентов…

Магниты трещат…

Он положил кисть на большую, ободранную кнопку сброса. Ту самую, которую никто не любил нажимать дважды.

— Пять… четыре… — он сглотнул. — Держитесь — и ты Лара… Сейчас будет больно.

Но не случилось ничего.

А потом корабль внезапно ослеп. Свет погас мгновенно. Генераторы стихли, будто их задушили. Даже датчики, которые должны были питаться от резервных источников, умерли следом.

Тишина ударила сильнее взрыва. Сердце глухо врезалось в грудь. Что-то пошло не по плану.

***

Тьма держалась дольше, чем должна была бы.

Не та, что после аварии, когда что-то взрывается и кто-то кричит. Другая. Техническая. Мертвая. Когда корабль еще существует, но не имеет права голоса.

—Б....… это не авария, — глухо сказал Бриигз. — Нас держат. Как им это удалось?

… Я медленно провел пальцами по панели. Отклика не было. Ни одного живого контура. Даже резервы молчали.

— Они посадили нас на ноль, — прошептал я. — полностью.

. Плавное, тягучее движение, будто «Звездокрыл» стал чем-то легким и послушным.

— Гравитационные гарпуны, — выдохнул я — или внутренние захваты. Нас захватили!

Корабль медленно пополз. Без тяги. Без шума двигателей. Лишь низкое, почти незаметное гудение проходило сквозь обшивку.

Впереди проступил светлый прямоугольник. Шлюз. Большой. Слишком большой для нашего класса.

— Нас грузят, — сказала Лариска. И почти сразу сорвалась

— Черт…снова! Я снова в его руках!

Паника накрывала ее волнами. И не только ее, просто она не умела это скрывать. Мы с Бриигзом хорошо знали, что значит оказаться в лапах Дракона. Только одно дело, когда рискуешь собой. Другая, когда на борту она.

Я порывисто и развернулся к Лариске, схватил ее за руки, заставил посмотреть на меня.

— Слушай внимательно. На этот раз все будет иначе, — сказал я тихо, но жестко. — Я не дам тебя обидеть. Доверься нам с Бриигзом. Мы десятки раз ускользали от него.

— Правда не с его корабля, — неудачно вставил Бриигз.

— Ты не помогаешь, — буркнул я, не оборачиваясь.

— Не теряй времени, — ответил он уже серьезнее. — Лучше расскажи ей.

Я снова сосредоточился на Лариске.

— Нам нужно достать информацию. Это наш шанс. И все. Мы не собираемся тут задерживаться — говорил я спокойно, даже когда «Звездокрыл» перекосило и его медленно, унизительно тянуло во внутренности космического великана. — Я

придумаю, как нам выбраться. А Бриигз умеет выходить из любого запертого пространства.

— Терпеть не могу закрытые пространства, — буркнул Бриигз. Раздраженно, но без нотки обреченности. Не для него. И не для меня.

— Мне, — продолжил я, — придется немного отвлечь их. Ты не провоцируй. Просто держись рядом. Мы выберемся вместе.

Стены шлюза скользнули вокруг, медленно поглощая наш «Звездокрыл».

Мигающий свет за бортом был холодный, рабочий, без всякой иллюзии безопасности.

— Они даже не спешат, — я злобно улыбнулся. — Знают, что мы никуда не денемся.

Глухой лязг. Фиксаторы. Свет технических фонарей на палубе.

А если бы мы взорвали сейчас какую-нибудь атомную или мюоную бомбу? — Вдруг спросила Лариска. Как эээ древние?

-Откуда ты знаешь про древних… — продолжать мысль я не стал

«Звездокрыл» дернулся в последний раз и замер, будто смирился.

— Все, — сухо молвил Бриигз. — Нас припарковали.

И почти сразу интерком, который до сих пор считался мертвым, ожил. Чужой сигнал ворвался без предупреждения.

— Экипажу судна «Звездокрыл». Оставайтесь на местах. Системы под полным контролем. Любые попытки сопротивления будут наказываться.

Короткая пауза. Выверенная.

— Вас принимает команда Первого контрабандиста Ойкумены. Сопротивление не имеет смысла.

Я хмыкнул. За таким тоном всегда стоит убеждение, что дело уже сделано.

— Судя по голосу, — пробормотал я, — они решили, что мы в плену.

Бриигз резко толкнул меня в бок.

— Не решили. Так и есть, — тихо сказал он. — Так делай вид, что смирился. Все время. И оружие оставь на звездолете. Когда будем работать лучше воспользуемся их.

Он соскочил с кресла и на мгновение задержался, погладил стенку звездолета.

— И предупреждаю, — добавил уже с угрожающей нежностью. — Если кто полезет к моей Бусинке… я их порву голыми руками.

Свет вспыхнул резко. Не аварийное, а полноценное. Чужое.

Люк распахнулся. Шаги. Расслабленные. Уверенные. Не военные.

Знакомые рожи с довольной миной на лице.

— Добро пожаловать, — сказал кто-то из них, остановившись так, чтобы мы все его видели. — Судно теперь наше. Как и ваша свобода.

Это был Шкарк. Правая рука самого Дракона.

Шкарк был неестественно высоким и костлявым. Его кожа была бледной, почти прозрачной, цвета мертвого лунного сияния. Может быть он из мира где люди жили в куполах и подземных тоннелях не видя десятилетиями настоящего Солнца? На короткой толстой шее, словно змея, болтался на металлизированном шнуре нейроконтактный разъем: прямой порт от его нервной системы к нервной системе этого жуткого корабля корабля. Он излучал тот тип спокойствия, от которого по спине пробегает холод: смесь привычной злобы и ледяного равнодушия. «Пусть радуется, пока может», — промелькнуло в мыслях. Он будет сильно разочарован… Он носил старый длинный плащ, тяжелый от множества скрытых карманов.

Его люди уже взяли каждого из нас на мушку. Еще трое космических псов —безжалостные, увешанные оружием бойцы, готовы исполнить любой приказ Дракона. Они держали пальцы на спусковых крючках бластеров так же уверенно, как мои руки держат штурвал.

Лариса держалась чудом. Я почувствовал это даже не глядя, по той густой, неестественной тишине, вдруг зависшей между ее вдохами. Каждая ее жила натянулась, словно высоковольтный кабель перед замыканием.

Игра началась.

И на этот раз на их поле. Я не беспокоился о себе или Бриигзе: мы с моим котом привыкли выгрызать путь из любого дерьма. А вот ее страхи я уже изучил досконально. Я знал: прямо сейчас ей снова придется столкнуться лицом к лицу с тем, от кого она так отчаянно бежала.

Глава 14 Разговор пленников

Командор

…Нас завели в главный командный отсек и поставили на колени. Руки зафиксировали гравитационными захватами, без рывков, без спешки, так, будто все так и надо и это пустая формальность…

…Наш враг появился из тени технической ниши. Оттуда, где обычно копаются только ремонтные роботы.

Капитан «Птицы смерти» был массивен -словно житель какой-нибудь реликтовой сверхтяжелой планеты -бывшей каторжной. Вроде Уккины и Мадара. Или боевой биоробот -если такие еще остались в Ойкумене. Плечи едва проходили в стандартные дверные проемы, движения выдавали привычку к жизни, где каждый второй конфликт заканчивался дракой. Его лицо напоминало потрепанную кожаную маску древнего театра Кьо — маску атамана придорожных разбойников или помощника Верховного Злодея.

Его лицо было исчеркано шрамами. Создавалось впечатление, что кожу сшивали грубыми стежками -потом еще распарывали и снова сшивали поверх. Говорили что близкий взрыв дарбагитовой гранаты разнес в мелкое крошево лицевой щиток его скафандра и изрыл лицо как метеориты — поверхность какой-нибудь из лун. Другие — что он попал в плен на какой-то одичавшей планете… Третьи… Но давно уже никто это не обсуждал вслух -разве вполголоса и между своими: Дракон не любил тех кто напоминал об этом. Но к пластическим хирургам отчего то не обращался. Он уставился на меня. Его глаза… Их не было. Просто не было. Их заменили яркие пурпурные биоимпланты, неестественно живые на вид. Говорили, что он может ими считывать сигнатуры кораблей и боевых машин. Дракон этого не подтверждал и не опровергал…

При всем этом, несмотря на жуткий вид, Дракон не выглядел как опасный убийца каким и был.

Он выглядел как человек, уже перечитавший собственный некролог и оставшийся недовольным текстом.

Я знал о нем все.

Потому что когда-то мы почти стали напарниками. Благодарить всех космических богов за то, что этому, не суждено было случиться я давно устал.

Дракон двигался неспешно, обстоятельно вытирая руки бумажной салфеткой словно только что закончил трапезу.

Он не торопился, и не пытался произвести впечатление. Он был выше этого… Вместо того чтобы подойти поближе, он остановился у капитанского кресла -как древний монарх у трона.

И достав небольшую многоствольную флейту стал наигрывать на ней что-то…

Согинари —вспомнил я -пастушеская флейта горцев Нугаззара. Он выводил какую-то старую, забытую мелодию. Чисто и как-то по особому изящно…

Даже его жуткий корабль, казалось, притих, подстраиваясь под этот ритм.

Я вдруг подумал что может быть в далеком непредставимом детстве этот человек пас зоравов или кунторогов наигрывая вот так на флейте среди горных луговин и живописных скал. Сколько же лет назад это могло быть? Я ведь не знаю сколько ему лет — да и никто не знает…

Когда он наконец отложил инструмент и заговорил, никто-даже я -не решился бы его перебить.

— Как долго я ждал этого мгновения, Командор… — он едва повернул голову.

Пурпурный глаз мигнул, фокусируясь.

— Сегодня твоя очередь наконец встретится со своей судьбой.

— Умеет, подлец, нагнетать, — пробормотал Бриигз.

Приклад плазмобоя в руках Шкарка врезался ему в бок — мгновенно и без предупреждения. Бриигз скривился от боли, но улыбнулся удовлетворенно, почти с вызовом.

— Я не давал команды — сержант! -бросил Дракон. Шкарк отступил на шаг, склонив голову. Жест был вежлив, но холоден, как у человека, признающего иерархию, а не авторитет.

Дракон медленно оглядел нас.

— Вы можете и дальше корчить из себя героев, — сказал он спокойно. —Но теперь ваши жизни и судьбы -мои.

Он не повысил голос и не единой угрожающей нотки не было в его речи… И именно поэтому это прозвучало так страшно.

Дракон сделал несколько шагов в сторону Лары.

Так подходят к дорогой статуе: чтобы оценить его стоимость, а не красоту. Рассматривал её долго, с наслаждением, как вещь, что только что подарили.

У меня внутри все сжалось. Я еле сдерживался, чтобы не сорваться.

Но показывать слабость перед Драконом — это самому подписать себе приговор.

— Как же это… трогательно, — протянул он низким, густым голосом. — С твоей стороны… Перехватить мой товар. И вернуть…

Взгляд скользнул по Ларисе. Медленно. Почти физически тяжело. Она дрожала, но держалась, смотрела в пол, будто напуганная чем-то девочка-подросток.

— Это просто праздник какой-то! — Дракон развел руками. — Аж два подарка сразу!

Он бросил взгляд на меня с Бриигзом. Ухмыльнулся глядя на разбитое лицо моего спутника и лиловый синяк под глазом.

— Два старых врага и… Он снова повернулся к Лариске, смакуя паузу. — И моя драгоценная игрушка! Она вернулась домой.

— Дракон — оставь ее! — слова сами слетели с языка. — С нами, у тебя и есть право так себя вести, — я не раз переходил тебе дорогу. Но она не твоя игрушка. Законами всех миров запрещено рабство и…

Он подлетел ко мне.

Не подошел и не подскочил даже, а мгновенно сократил дистанцию. Его лицо оказывается рядом -совсем рядом. Он смотрит прямо, не моргая, как будто проверяет, вздрогну ли.

— Я здесь закон! -изрек он с апломбом -любому древнему владыке впору. — В задницу Ойкумену. Моя воля — закон!

Лицо исказила гримаса ярости, а вот взгляд… Взгляд по прежнему холодный и внимательный.

— Даже имперцы не торопятся бороться за свои законы, когда имеют дело со мной! -важно изрек он. — А ты, паршивое ничтожество, учить вздумал меня?

И так же резко он отшатнулся, возвращаясь на место. Как будто ничего не произошло. Движения снова плавные, отработанные, каждый жест — это демонстрация.

— Знал бы ты, сколько я отдал империалов за этот новый чудесный инвертор…— произнес он уже спокойно, без торжества — даже с ноткой усталости. Чтобы погасить ваш резонансный накопитель. — Но оно того стоит. Мои инженеры дни и ночи работали, чтобы настроить на нужные частоты.

Угол рта дернулся.

— А одну игрушку мы незаметно присоединили к вашему кораблю еще на той паршивой планетке…

Взгляд скользил по нам, как по уже списанному товару.

— Думали, так и будете вечно убегать?

Короткая улыбка. Без радости и как будто без эмоций -просто движение мышц изуродованного лица.

— Я всегда догоняю добычу. Ведь я -Дракон!

И — даже не повышая голоса:

— В камеры их!

***

Лариса

Камера была холоднее, чем я ожидала. Но хуже холода была тищина. Она здесь лежала плотным слоем, будто часть конструкции. Я подошла к стеклянной двери и сквозь затемненное поле разглядела клетку, в

которой закрыли Бриигза. Он несколько раз ударил кулаком по решетке. Без

особой надежды, скорее чтобы выпустить злость.

Это особая изощренная месть — запереть нэко в клетке как зверя… Впрочем может у этого чудовища просто не нашлось свободной камеры?

— Бриигз, куда забрали Командора? — спросила я шепотом, хотя, если честно, шепот

в этом отсеке выглядел как излишняя вежливость.

Это помещение явно не строили для живых существ или пленников — скорее уж грузовой переделанный отсек: камера, клетка, встроенные системы сдерживания

— Эти идиоты думают унизить меня этой клеткой, — ругался он, не стесняясь ни слов, ни громкости. — Не могу дождаться когда мои когти доберутся до их поганых лиц!

Скорее уж рож, -машинально поправила я. — Так не знаешь Бриигз, где Ирсекка?

— На допросе, конечно. Надеюсь, он вернется не с пустыми руками, чтобы зря там не проводил время…

Мне это не понравилось.

— С ним все будет в порядке? — спросила я уже без иронии.

— А что ему сделают? — фыркнул Бриигз. — У него болевой порог выше, чем у всех существ вместе на этом корыте. А ты бы знала, сколько здесь отбросов со всей Ойкумены…

Он прищурился.

— Погоди… ты ведь уже была здесь, да? А в этом отсеке? Здесь система безопасности какого поколения?

— Понятия не имею, — ответила я. Меня держали наверху. Но если хочешь выбраться тихо, надо добраться до той панели.

Я кивнула на стену у раздвижной двери в конце отсека. Память откликнулась знакомым импульсом, не словами, а ощущением. Вспомнила, как это делала в прошлый раз. Вспомнила как мысленно обшаривала электронную требуху и то как отзывались железки на мои мысленные импульсы.

— Нужно вскрыть коробку замка… Дальше закорачиваешь клеммы в правом верхнем углу… да в правом — и двери

разблокируются. Система сделает вид, что ничего не произошло. Бриигз пялился на меня так, будто я только что предложила ему стать помощником императора по делам кошколюдов.

— И ты молчала? Откуда такие познания?

— А как ты думаешь, я в прошлый раз выбралась? — резко ответила я. —Откуда я это знаю? Да без понятия. Но если бы раньше осознала, на что способна, не болталась бы в этой жестянке целый стандартный месяц.

Я вздохнула и посмотрела на клетку.

— Говори лучше, как будем выбирать?

Бриигз лишь хитро прищурился. Меня это раздражало. Уверенность без ясного и продуманного плана.

Позже я поняла, почему Бриигз молчал: он коротко кивнул на противоположную стену, где была вмонтирована скрытая камера.

Но их полная уверенность, особенно после заверений Ирсекки о «плане», которого я так и не услышала, не слишком внушала надежду. Импровизировать в тылу самого отъявленного мерзавца этой части Ойкумены я не умела. В прошлый раз мне повезло, почти случайно. Я воспользовалась моментом и вдруг обнаружила в себе скрытые таланты. Но теперь, когда команда и сам Дракон знает, чего от меня ждать… я понятия не имела, что делать.

***

… Через час дверь в отсеке разъехалась.

Ирсекку просто бросили рядом с клеткой Бриигза и приковали к полу гравитационными кандалами. Я опустилась на корточки, вглядываясь в него и пытаясь понять, насколько все серьезно.

— Ирсекка, ты меня слышишь? — прошептала я.

— Стыдись, девка! — рявкнул подручный Дракона. Твой командоришка не стоит чтобы с ним говорила даже мутантка вроде тебя!

Он нажал кнопку на пульте, тогда клетка щелкнула и распахнулась. Бриигза вытащили.

Сердце сжалось от боли. Что они могут сделать с таким хрупким существом, как нэко?

Я снова посмотрела на Командора, когда отсек захлопнулся. Он глубоко дышал. Глаза медленно открылись. Лицо разбитое и в синяках.

— Как ты? — спросила я, понимая, насколько это глупый вопрос.

Он улыбнулся разбитым ртом.

— Собственно… не так уж плохо. Когда доберусь до них, верну с процентами. Немного размяли, — голос в конце стал металлическим. — Только… Тебя не трогали?

— Нет. Но Бриигза забрали.

— Это хорошо, — сказал он, усаживаясь поудобнее и откидывая голову на стену.

— Что тут, к черту космическому, хорошего?! — я едва сдержалась.

— Значит, убивать нас не планируют, — ответил так, будто это было очевидно. Кстати — а что за черта ты поминала? Он хороший или плохой?

Я выдохнула, сжимая зубы.

— Ты можешь выбраться из оков? Доберешься до панели у двери? — Подождем, — коротко ответил он.

— Чего мы будем ждать? — мой голос сорвался на тревожный, почти писклявый тон, который я ненавидела в себе.

— Бриигза, конечно. Мы же не будем убегать сами. К тому же… — он немного наклонил голову, — презент тоже надо оставить. Не забывай, у нас миссия.

— Тебе что, там все мозги выбили? — прошипела я.

Он только высокомерно улыбнулся и посмотрел мне прямо в глаза — спокойно, почти нежно и неуместно для этого места.

— А ты такая красивая, когда бесишься, — сказал он мечтательно, будто мы стояли где-то возле бара, а не в камере для пленников у страшного космического корсара.

— Иди к черту, — отрубила я. — выбираемся наконец!

— Еще немного. Пусть Бриигз развлечется, — Ирсекка едва сдерживал улыбку. — Они каждый раз на это попадаются.

А потом расскажешь что это за черт такой!

Я прижалась лицом к холодному стеклу.

— На что попадаются?

— Ну… он немного невротик, — Ирсекка хмыкнул.

— Это что должно значить? — я насторожилась.

— То, что Бриигза нельзя злить, — спокойно пояснил он. — Когда он психует, у него переключаются нейроцепочки и включаются резервы. Полностью. Именно так он, собственно, и сбежал от своего первого хозяина.

— Объясни еще раз, — я внимательнее посмотрела на него.

— Ты же знаешь ту историю… ну частично, — Ирсекка говорил тихо, будто камера слушала. — Бриигз был собственностью одного сумасшедшего ученого. Тот перекроил его с ног до головы, но нарушил несколько правил. Худшие. Вмешательство в генокод, Запрещенные соединения, и еще пару вещей, о которых лучше не знать. Он на мгновение замолчал, а потом добавил с темным удовольствием:

— Когда Бриигз злится, он входит в тот режим. И я бы очень хотел увидеть рожи тех олухов, которые сейчас пытаются его утихомирить.

Я вздохнула.

— У вас слишком много тайн. Бриигз говорил, что у тебя высокий болевой порог. Это из-за того, что тебя так часто били?

Ирсекка криво усмехнулся.

— Почти, — ответил уклончиво. — Но ведь и у тебя тайн не меньше.

Его взгляд задержался на мне дольше, чем нужно.

И мне это не понравилось.

И в то же время-совсем наоборот.

— Самая большая тайна -это кто я такая, — процедила я.

-Ну тут тайны нет, — опять улыбнулся он. Ты — Лариса…

***

Ирсекка подвинулся вперед. Наручники тихо звякнули, натянувшись, и звук этот был слишком уж знаком, чтобы не резать слух.

— Всегда было интересно, — сказал он задумчиво, — как это: не помнить прошлое?

— Паршиво, — коротко ответила я.

— А я бы не отказался забыть свое.

Я снова опустилась на колени перед стеклянной дверью…

— Охотно поменялась бы.

Несколько секунд мы молчали. Не напряженно, а скорее так, как молчат те, кто понимает, что лишние слова только испортят момент. Ирсекка сел ровно на полу, положил руки на колени. Ладони свисали свободно, будто он нарочно демонстрировал спокойствие.

— Эти олухи посадили его в клетку, — отозвался он. — Зря.

— Да, — кивнула я, не отрывая взгляда от клетки, где недавно был запертый Бриигз. — Это его разозлило.

— Его бывший хозяин держал его в тесной клетке постоянно. Он видел лишь клочок неба сквозь решетку…

Командор зыркнул на меня краем глаза.

— Только не говори ему, что я это рассказывал. Он не любит вспоминать. И планета… она так далеко отсюда и настолько нелегальна, что даже имперцы делают вид, будто ее не существует.

— Похоже, каждый из нас имеет свои тайны и скелеты в шкафу, — сказала я.

— Скелеты в шкафу? -он посмотрел на меня. А зачем держать скелеты в шкафу?

— Это так говорится! -махнула я рукой.

Он перевел взгляд на меня. В нем было что-то глубокое и не показное, не театральное, а свое, тщательно спрятанное. То, чего не рассказывают между взрывами и побегами.

— Когда-нибудь расскажу, — сказал он тихо.

И почему-то именно это прозвучало как обещание, а не уклонение.

А еще — я почувствовала исходящую он него странную уверенность что все будет хорошо. Нет — знание что мы уже почти победили… Но как -возьми тот самый черт — да хоть и Сатана — если он есть в этом мире, а не усох в какую-нибудь мумию в своей жаркой «Преисподней» -они это думают сделать?!

— Ты жалеешь? — спросил он вдруг он.

— О чем? — переспросила я, хотя догадывалась. Так не спрашивают о пустяках. Таким тоном спрашивают лишь о чем-то личном.

— О том, что было между нами на планете Лакуф.

Я не хотела отвечать. И, к счастью, сирены спасли меня от этого.

Свет дернулся и замелькал красным, резкий сигнал ударил по ушам так, что мысли рассыпались.

— Наконец-то он добрался до системы! — крикнул Ирсекка.

Он быстро дернул рукав и в пальцах блеснуло что-то тонкое, почти незаметное. Наручники щелкнули и разошлись.

— Ты все это время мог их разомкнуть?! — закричала я, ударив ладонью о стекло двери.

— И тогда бы не получилось такого душевного разговора, — проговорил быстро и резко приподнявшись, встал прямо напротив меня и крикнул.

— Отойди!

Глава 15 Снова побег

Лариса

Я отшатнулась. В следующий миг Ирсекка уронил ударил по стеклу. Оно затрещало, но устояло. Второй удар. Третий. С каждым разом я все больше боялась, что хрустнет что-то одно, или дверь, или его нога.

Стекло сдалось первым. Разлетелось вдребезги с глухим треском когда он ударил уже не ногой, а останками кандалов.

— Убираемся! — Ирсекка схватил меня за руку.

Мы сорвались с места. Дверь впереди распахнулась, будто кто-то распахнул их силой одной мысли.

Впереди, прямо из-за угла, к нам вылетело трое «шестерок» Дракона.

Я на ходу нырнула в сторону, уклонившись от удара первого -толстого похожего на жабу хмыря. Время будто растянулось. Каждое движение я видела в замедлении, четко, резко, без сомнений. Я уворачивалась, блокировала, отвечала и каждый мой удар ложился точно в цель. Как будто тело само знало, куда бить, чтобы причинить наибольшую боль. Без размышлений, без страха. Напряженное тело действовало само, словно давно изученное механизм. Когда он согнулся, хватая воздух, последний удар выключил его полностью.

Я обернулась. Ирсекка стоял над двумя валявшимися без сознания телами и смотрел на меня так, будто видел впервые.

Но тут с противоположной стороны коридора к нам буквально вылетел Бриигз.

— Хватит любоваться! Утекаем! — выпалил он.

(«В подворотне нас ждет маньяк!» -неведомо откуда выскочила в памяти нелепая строка песенки. Маньяк впрочем нас и в самом деле ждал и не в подворотне, а тут -в коридорах старого крейсера)

— Я выслал их координаты имперскому патрулю. Через полчаса здесь будет огромная проблемка, и нам лучше быть подальше!

Мы сорвались с места. Коридоры уносились за спину шумом и миганием аварийных огней. Я бежала, уже зная, где свернуть. Память сама подсказывала маршрут.

Мы выскочили в большой грузовой отсек, где держали наш звездолет. Пространство отзывался эхом шагов и воем тревоги, металлические балки вибрировали, как будто корабль уже вздрагивал от ужаса перед приближающимся врагом.

— Бриигз, ты что там с их системами натворил? — окликнула я ему, когда тот уже подскочил к передней части звездолета.

— Несколько вирусов собственного авторства запустил! — крикнул он зловеще в ответ и захихикал в своей манере.

— Бриигз, готовь нашего «Звездокрыла» к старту! — крикнул Ирсекка. — Я разблокирую люк! Я остановилась возле командора, заглядывая через плечо. Он колдовал над панелью, выводя данные на экран быстрыми, резкими движениями. Свет от голограммы резало ему лицо. Он резко оглянулся.

— Лара, марш на звездолет!

— Я тебе буду помогать!

— Чем?! — почти сорвался он. — Я справлюсь!

И именно в этот момент к нам пожаловали гости.

— Вот чем, — ответила я.

Я схватила с пола баллон с техническим газом и, не тормозя, ударила им одного из прихвостней Дракона, вскочившего в отсек первым. Тот захрипел и повалился, хватая воздух, будто он вдруг стал для него ядом.

Второй нападающий был худшим вариантом. Нет, серьезно, значительно хуже. Если первый выглядел как типичный плохо воспитанный громила, то этот пожалуй, как ходячая инструкция по эксплуатации крематория.

Вместо предплечья у него торчал сегментированный манипулятор от сервисного робота, холодный, слишком быстрый и жутко точный. Такими руками не бьют наугад. Такими разбирают на запчасти. А судя по тому, как он на меня смотрел…

Я едва успела отскочить, когда механизированная конечность рванулась мне прямо в лицо. Металл просвистел в сантиметрах от щеки, и сердце дернулось куда-то под горло, будто тоже решило: «я пас, дальше без меня».

Еще немного и я бы любовалась внутренним устройством его манипулятора с очень близкого расстояния. Изнутри.

В его коммуникаторе кто-то визжал приказы, сыпал координатами, сгоняя всех к нам. Голос звучал истерично и очень как бы это сказать мотивированно.

— Ирсекка! — крикнула я, уворачиваясь от очередного выпада. — Времени все меньше! Они знают, где мы!

Манипулятор снова сверкнул в воздухе. Он бил часто и безжалостно, методически уменьшая радиус моего личного пространства. А я лишь увиливала, считывая траектории ударов. Считала ритм. Улавливала микрозадержки в сервоприводах.

Когда он подался вперед, наконец мир замедлился.

Не остановился -именно замедлился, будто двигающая его машина резко сбавила обороты. Я видела каждое движение: как манипулятор идет на замах, как вес корпуса смещается на правую ногу, как защитная биоплоть на мгновение открывает слабое место под ребрами. Там, где синтетика лишь притворялась живой тканью.

Я не думала. Я знала.

Упала на одно колено, скользнула в сторону, пропуская удар над плечом, и вложила левую руку туда, где мягкая кожа едва заметно пульсировала.

Синтетика треснула под пальцами, как перезревший фрукт. Под ней нейронный блок, теплый и уязвимый.

Один рывок и я вырвала его вместе с пучком проводов. Он вздрогнул. Импульсы пробежали по телу, как плохо подготовленный фейерверк, но уже без хозяина. Нейроимпульсы шли его телом, как волны океаном. Нападающий завалился набок, барахтаясь, пока систему окончательно не закоротило.

Я смотрела на него и ловила странное ощущение.

Это было… легко.

Коридор ответил грохотом шагов. Много шагов. Контрабандисты наступали стеной, тяжело и громко.

Стенной или лучше сказать «свиньей» -вспомнила я что-то из своего прошлого.

— Ирсекка… — начала я, но не успела договорить.

Он уже был рядом. Схватил меня за руку и без лишних слов, без героики и пафоса. Просто рванул вперед. И я даже не спорила. Мы буквально влетели на звездолет, почти не касаясь пола. Шлюз проглотил нас с металлическим хлопком. Я на скорости едва не протаранила переборку.

— Ты разблокировал главный люк? — прохрипела я, пытаясь одновременно дышать, бежать и не умереть.

— Почти! — отозвался Ирсекка, не сбавляя темпа. Его тяжелые ботинки грохнули по металлу, как отбойный молоток, когда мы ворвались в рубку. —Бриигз! Слышишь, ушастик? Сможешь высадить врата к черту? Нам надо такой разгон, чтобы у преследователей навигаторы повыкручивало!

— Я не глухой! — отозвался Бриигз с кресла впереди. Все продумано, — добавил он с довольным хохотом. — Я отключил ту хитроумную ловушку, которой они нас прижали. Мы теперь свободны, как птички. И, кстати, наш плазмоган тоже.

— Когда ты успел?! — не сдержалась я.

— Ха! Я даже до их камеры не дошел, — гордо ответил он. — Это Ирсекка любит рисковать лицом и украшать его синяками. А я своим дорожу.

Несколько мощных разрядов из закороченного накопителя и они уже не просто пираты, а жареные пираты А дальше добрался до блока управления в техотсеке…

Корабль вздрогнул. Где-то позади что-то лопнуло, или ворота, или чья-то самооценка.

— Стартуем! — рявкнул Ирсекка. -

Двигатели взревели. Металл завибрировал под ногами, а в иллюминаторах мелькали вспышки выстрелов. Бриигз засмеялся, как будто мы не убегали из-под шквального огня, а выиграли бесплатный тур по Ойкумене.

И Ойкумена снова набрала скорость.

А вместе с ней и мы.

***

Мы не нырнули в варп. Ирсекка оставил звездолет в холодном режиме и загнал нас в такой кусок космоса, где даже пыль выглядела особенно мертвой.

Камни, лед и обломки древних планет крутились вокруг, словно злые мысли в голове после бессонной ночи. Все только чтобы не потерять контакт с кораблем врага.

— Если нас здесь не засечет радар, то разжует этот каменный фарш, — пробормотала я, вцепившись в подлокотники так, будто могла удержать ими реальность.

Бриигз взглянул на меня с той фирменной улыбкой, которая либо все контролирует, либо делает вид, что да.

— Расслабься, Лара. Мы в таком дерьме каменном, плавали раз сто. Ну… девяносто девять с половиной.

Ирсекка не отозвался. Его пальцы двигались по панели управления плавно и точно, будто он не лавировал между десятками обломков, а играл знакомую мелодию. Один из ледяных валунов прошел так близко, что экран мигнул

предупреждением.

— Это единственный способ остаться невидимыми для врага, и находиться

достаточно близко, чтобы отследить, — бросил он сухо. — Здесь радар слепнет

быстрее, чем пьяный навигатор.

— Отлично, — фыркнула я. — и что это нам дает, кроме шанса умереть очень… креативно? Я, между прочим, не планировала рисковать жизнью из-за паршивых координат. Пусть мое прошлое и дальше делает вид, что его не существует.

Бриигз вздохнул и сложил руки за головой, будто мы летели не через минное поле из камней, а на курорт.

— Не обманывай себя. Если мы не узнаем, где Дракон тебя подхватил, дороги домой ты не найдешь. Плюс, — он подмигнул, — посылка Сестры Л’линн сам себя не доставит. А я не хочу во второй раз слушать, как она обижается. Это опасно для здоровья.

— И, — добавил Ирсекка, не отводя взгляда от экрана, — я еще не закрыл вопрос с нанесенным мне Драконом личным оскорблением.

Он чуть повернул голову, и я увидела их: несколько густых лиловых синяков на скуле, разбитая губа. Руки сами чесались приложить лед. Но сейчас это было бы равноценно самоубийству для всей команды.

Позади тихо, почти оскорбительно, заурчала бусинка. Где-то минут десять она считала, щелкала и бормотала себе под нос, будто старый бухгалтер перед концом света торопящийся свести баланс. Наконец он подъехал почти вплотную к моему креслу.

— Расчеты завершены, — сообщила она с той нейтральной жестокостью, на которую способны лишь машины. — Вариант один-три-четыре. Вероятность выживание при условии, что радар не активируется, температура покрытия не упадет ниже критической и инфракрасные датчики не зафиксируют звездолет — шестьдесят три процента.

Бусинка сделала паузу. Слишком театральную для бесчувственного железа.

— Вероятность падает до пятнадцати, если Командор отвлечется на члена экипажа.

Бриигз захохотал вслух, с хрипотцой.

— Слышал, Командорчик? Это точно не обо мне, а о нашей очаровательной спутнице, так что не отвлекайся.

Я вжалась в кресло еще сильнее. Где-то в голове уже открывалась черная дыра — беззвучная, безжалостная и очень близкая. Туда бы сейчас отправить все мои мысли.

Бриигз внезапно дернулся к мониторам, так резко, что кресло под ним скрипнуло.

— Эй, Конфетка, сигнал проседает. Мы теряем ориентиры. Я забрасываю координаты-перенастраивайся. Похоже, они таки разобрались с имперскими службами.

— С имперцами?! -невольно удивилась я.

— Ну… -он усмехнулся — бывает и так.

Фиксирую включение систем. Но пока не вижу ускорение. Гарантирую, Дракон скоро найдет ближайшую планету, чтобы зализать раны после моих мелких… вмешательств в их систему.

— Держи их сигнатуру, — отрезал Ирсекка, резко меняя угол движения.

Звездолет дрогнул, а обломки скользнули мимо иллюминатора так близко, что мне показалось будто один из них подмигнул. — Мы не можем их потерять.

— Они маневрируют короткими импульсами, — Бриигз уже выводил на панель десятки окон, пальцы бегали, как у картежника, ставящего все. — Я собрал список подходящих планет. Логично-выберут одну из них. Но, — он скривился, — от этого сумасшедшего логики ждать-бесполезное дело.

— Он не мыслит по характеристикам, — холодно бросил Ирсекка. — Открой список его тайников и планет, который мы годами дополняли, где он светился раньше. Возьми ту, что ближе всего к его теперешним координатам.

— Принял, — Бриигз ответил мгновенно и исчез в потоке данных.

Мы еще минут десять болтались в этом клочке космоса, будто муха в варенье. Робот над ухом тихо мурлыкал (мурлыкала?), вычисляя варианты. Это было странно… успокаивающе. Я даже на мгновение представила, как почесываю ему металлический корпус, как кота, и поймала себя на том, что сердце бьется чуть ровнее.

Бриигз вдруг замер. Его руки зависли над нижним экраном, пальцы напряглись.

— Есть! Они ускоряются. Можем выходить на их курс. Я отправил предварительные координаты.

— Корректирую, — коротко ответил Ирсекка.

Когда мы наконец вырвались из космической свалки, я выдохнула.

***

Бриигз вывел на главный экран новые данные. Для меня это просто танец цифр и векторов, но его лицо сказало все.

— Они разворачиваются на другой вектор торможения. Идут к планете… готовятся заходить на орбиту. О -все демоны Ойкумены!.

— Что? Что-то не так? — я подалась вперед раньше, чем успела подумать.

Бриигз молчал. Потянул секунду. Две. Словно специально добавлял драматизма, зная, как я это ненавижу.

— Это планета Зогария, — опередил Ирсекка ответ Бриигза.

— И что это должно означать? — я не сдержалась и сразу засыпала их вопросами. — Что это за место? Впочем кажется догадываюсь… Очередной вселенский черный рынок? Пиратский притон? Или что-то из серии «зашел и уже должен всем»?

Бриигз медленно повернулся ко мне. Он не спешил отвечать, а сперва скользнул взглядом по экранам, будто сверяя что-то для себя, и лишь тогда его лицо растянулось в самой довольной улыбке, от которой мне сразу стало неловко.

— Это, Ларис, наш золотой билет на их дырявую жестянку.

— Кто-то может объяснить нормально? — я скрестила руки. — Потому что, кажется, я здесь единственная, кто не радуется.

Ирсекка на мгновение замялся. Его пальцы оставались на панели управления, но движения стали медленнее, внимательнее, будто он параллельно слушал и следил по показателям. Потом заговорил осторожно, без лишних интонаций.

— Это… планета отдыха. Там не регистрируют прибывших и не фиксируют маршруты. Орбитальные системы работают в минимальном режиме. Формально ничего незаконного.

— Лариска, — подхватил Бриигз, — это старая добрая планетка для тех, кто хочет сделать ставку, проиграть лишнее или провести время в приятной компании, которая не задает вопросов.

Я откинулась на спинку кресла и медленно выдохнула.

— Ясно. Один большой вселенский бордель с красивой вывеской?

— Ну зачем так грубо, — притворно обиделся Бриигз, хотя зубы у него уже были видны все до одного. Мужчины, что с них взять. Даже если один из них котик.

— Как повезло, что именно эта планета оказалась в доступном радиусе, —добавил Ирсекка с почти нейтральной интонацией. — В том списке были и значительно менее гостеприимные варианты.

— Да какая разница, — отмахнулась я — мы же не собираемся напрямую ее навещать. Нам надо дождаться, пока команда Дракона сойдет на поверхность. Правильно? И проникнуть на корабль? Вы планируете это?

Они переглянулись. Молча и как-то особенно синхронно.

— Ну… если будет время… — начал Ирсекка очень медленно.

Я не выдержала и толкнула его кресло ногой, так, чтобы все лишние мысли с него вытряслись.

— Эй!

— Шучу, шучу, — тут же сдался он, улыбаясь.

— А вот я-нет, — протянул Бриигз, потягиваясь, будто только что проснулся, а не планировал рискованную операцию. — Кто-то же должен убедиться, что команда таки сойдет на планету. А вы пока постерегите наш «Звездокрыл».

Он хмыкнул с таким удовольствием, что мне захотелось или пристегнуть его к креслу, или самой уже броситься на ту поверхность и глянуть, чем она так манит их.

Нам пришлось провернуть настоящую операцию, чтобы приземлиться незаметно.

Похоже, у этих двоих было достаточно опыта, чтобы быть невидимым. Они вставили наш «Звездокрыл» на какой-то небольшой площадке среди древних пакгаузов и непонятных заброшенных цехов.

Надеюсь под нами нет каких-нибудь забытых всеми древних подземелий и мы туда не провалимся.

— Это всегда так… рискованно? — молвила я, когда звездолет наконец коснулся почвы.

Бриигз спрыгнул с кресла и на ходу ответил:

— Лара, а зачем тогда жить, если не рисковать?

Командор откинулся на спинку и, взглянув на меня, лишь подмигнул.

— Прекрасно. И что, мы теперь будем героически ждать? — я плюхнулась в кресло рядом с Ирсеккой, закинув ногу на ногу.

Он в ту же секунду дернулся. Едва заметно. Как будто его рука уже собиралась лечь мне на спину, или ниже, но он передумал. Глаза скользнули по мне, медленно, без спешки.

— Нажми красную кнопку, — сказал он преувеличенно спокойно, даже подозрительно.

— Вот эту? — я провела пальцем по единственной кнопке на панели. Она выглядела подозрительно честной, словно кричала: «Не трогай меня»?

— Ага. Нажимай.

— Что она делает?

Он наклонился ближе. Слишком близко, чтобы это было просто объяснение.

— Блокирует твою панель управления. И доступ к системам звездолета с твоего места.

— Ты сейчас серьезно?

— Ага. Я только что спас корабль, — невинно ответил он.

Я скорчила мину.

— Я не ребенок, чтобы мне все панели блокировать.

— Нет, — он окинул меня оценивающим взглядом. — Ты значительно опаснее.

— Это как понимать?

— Ты женщина.

Я уже подняла ногу, чтобы толкнуть его кресло, но Ирсекка молниеносно поднял руки вверх.

— Хорошо-хорошо. Сдаюсь! Но ты очень красивая женщина.

Я замерла на секунду, пытаясь решить-ударить его все же или простить.

— Все равно не честно, — буркнула я, откидываясь в кресле.

Он выдохнул сквозь улыбку, немного расслабил плечи.

— Хорошо. А если я научу тебя пользоваться системами управления. Ты как я убедился, весьма искусна, когда надо кому-то сломать челюсть. Только звездолет — это немного другое.

— Может, я когда — то и управляла кораблем, — бросила я равнодушно. — Кто знает кем я была в прошлом.

Между нами повисла пауза. Не тяжелая, а теплая. Хотя и с оттенком вызова.

***

Командор

Все, на что я был способен рядом с ней, это отпускать шутки сиять иронией, как будто это моя естественная броня. Хотя правда проста: еще один такой ее взгляд и вся моя хладнокровная альварийская выдержка полетит в открытый космос без скафандра.

Что мне делать с этим проклятым альварийским сердцем? Оно колотилось так, будто я снова в пубертате и только что впервые увидел представительницу другого пола без костюма. Мой вид отличается выдержкой и дисциплиной, но несколько уроков я все же прогулял.

Мать говорила: «Ты слишком похож на людей, чтобы быть нормальным альварийцем». Тогда я подумал, что это комплимент. Теперь понимаю-предупреждение.

Достаточно одной женщины, чтобы забыть об осторожности, о планах, о годах, в течение которых мы старательно избегали Дракона. И вот я уже готов снова лезть в его логово. И все ради одной нити, которая может связать ее с прошлым. Пусть Бриигз сумасшедший кошколюд, который чуть ли не на все подпишется, что я предложу, но это… Но что, как мы поможем ей вспомнить прошлое и возможно даже вернуться домой?

И тут мозг начинает подбрасывать «прекрасные» варианты.

А вдруг она замужем?

А вдруг еще хуже, гражданка какой-то планеты, где ее брачный выкуп равен стоимости среднего спутника?

А если она из высокого рода? В ней что-то такое есть. осанка, взгляд, манера держаться, она не из тех, кто привык просить.

И тогда максимум, что мне светит, — смотреть на нее издалека. Если повезет.

Я слишком долго пялился на нее.

Она начала чаще моргать, как будто пыталась понять, завис ли я, или просто сломался.

— Ты перешел в режим нашей Бусинки и проводишь какие-то расчеты? — улыбнулась она.

— Ага. То есть нет, — я моргнул и заставил лицо работать. — Задумался.

— О чем?

— Надо придумать, как пробраться на корабль Дракона. Снова.

« Снова " прозвучало слишком легко. Как будто мы говорим о прогулке.

Она смотрела на меня внимательнее. И я почти видел, как в ее голове щелкают шестерни.

Мое альварианское сердце, пожалуйста, веди себя как сердце воина, а не как сердце возбужденного мальчишки!

Потому что если она еще раз так улыбнется — я соглашусь на любой безумный план. И назову это стратегической необходимостью.

Она не отвела взгляда сразу. Напротив, наклонила голову чуть набок, так, будто оценивала не мой ответ, а паузу перед ней. Этот жест был слишком знакомый: так смотрят те, кто уже все понял, но дает тебе шанс выкрутиться красиво. — Я теперь такая же отчаянная, как и вы, раз без сомнения иду вместе с вами, —говорила она спокойно.

Я улыбнулся. Конечно, улыбнулся. Моя привычка: если ситуация опасна — шути; если опасна эмоционально-шути вдвое быстрее.

— Я бы хотел, чтобы ты не участвовала в этом, но кажется, ты в опасных ситуациях может дать себе советы лучше нас.

— Так какой план? Пробираемся на «Птицу смерти» и быстро делаем дела? Так что касается деталей?

Я задумался, но только для вида, потому что уже знал, как будет. Бриигз и я мыслимо похоже, может потому и сработались.

— У меня есть эскиз и несколько вариантов побега, — ответил я туманно.

— И сколько из них заканчиваются тем, что ты героически умираешь?

— Только два, — честно ответил я. — и один даже очень стильный.

Она хмыкнула, но не отвернулась. Наоборот-сделала жест плечами ближе. Слишком близко для рабочего разговора. Слишком близко для существа, которая, по всем законам здравого смысла, не должна была бы доверять такому типу, как я.

— Ты всегда так смотришь, когда собираешься сделать глупость? — спросила она негромко.

«О, отлично. Она это заметила!».

— Нет, — сказал я… Обычно я смотрю хуже.

Между нами зависла пауза. Не тишина, именно пауза. Та, в которой слишком много вариантов развития событий и ни одного безопасного.

Я поймал себя на том, что считаю ее вздохи. Медленные. Уровни. Она не волновалась. Или умела это скрывать значительно лучше меня. Я наклонился к ней, она не отстранилась.

Поцелуй получился другим.

Не таким, как в прошлый раз, когда нам обоим не хватало воздуха, а мир сжимался до боли в груди. Этот был медлителен-осторожен, как первое знакомство, когда ты еще не знаешь границ, но уже не боишься их коснуться.

Никто из нас не готовился. Или же мы давно знали, что это произойдет снова, что молчание завершится прикосновением. Прикосновением ее губ…

Они коснулись моих так легко, будто проверяли, настоящий ли я. Без спешки. Без требования. Ее дыхание скользнуло вдоль моей кожи, и я почувствовал, как вся моя выдержка — та самая, альварийская, годами отточенная, предательски отступает. Не ломается. Просто… отходит в сторону, позволяя этому случиться.

Я не прижимал ее. Не потому, что не хотел. А потому, что в этом мгновении спешка была бы оскорблением. Мы касались губами, как будто слушали одно одного. Как будто этому поцелую было что сказать, и мы оба были готовы это услышать.

Глава 16 Схватка в логове врага

Лариса

На этот раз я не чувствовала себя так жалко, как в прошлом. Мы не прятали взглядов и не торопились, будто боялись, что каждый из нас передумает еще до финала. Наоборот — мы позволили этому мгновению длиться столько, сколько ей было нужно.

Этот поцелуй поставил точку над всем, что произошло на Лакуфе, и в то же время начал новую главу жизни… Без громких обещаний. Без объяснений. Просто и честно.

И теперь я не жалела и не боялась. Даже не зная, кем я была на самом деле, я точно знала другое: где я хочу быть. И с кем. Но побыть наедине долго нам не удалось.

— Кончайте с этими нежностями, — окликнул Бриигз, вваливаясь в рубку.

Он швырнул в нашу сторону комбинезоны, которые Ирсекка поймал на лету, даже не сбившись с движения.

— Итак, разыгрываем план маскировки под ремонтников или…

Бриигз сложил руки на груди и остановил его взглядом.

— Мы — работники терминала. Пропуск я достал — он прищурился, крутя в пальцах чип-карту. — А вы здесь, надеюсь, ничего такого без меня не делали?

— Например? — невинно поинтересовался Ирсекка.

— Ну… не сожрали мою заначку. Под моим креслом. Там, где сейчас Лара так по-хозяйски умостилась.

Я ощупью нашла какой-то пакет со печеньями или чем-то вроде и бросила его в Бриигза.

— На месте твоя заначка. Надеюсь, это просто сушеные сухофрукты.

— Ага, надейся, — хитро растянул пасть Бриигз и уже на ходу двинулся к выхода. — У вас десять минут. Команда Дракона уже на полную развлекается на планете. Они ожидают, что мы уже находимся в другом уголке Ойкумены, так что на нашей стороне эффект неожиданности.

И рубка снова наполнилась движением. Комбинезоны, щелчки застежек, привычный предстартовый беспорядок, тот самый момент, когда ирония держит всех кучи лучше любого инструктажа.

Перед выходом Ирсекка вдруг схватил меня за руку и резко подтянул к себе, прижимая так, будто вокруг не существовало ни рубки, ни плана, ни отсчета времени.

— Что ты делаешь? — спросила я, хотя улыбку сдержать не смогла.

— Ничего такого, чего мы еще не делали.

Он быстро коснулся моих губ. Коротко, вызывающе, будто ставил подпись под собственной уверенностью. Потом еще раз. Уже мягче. И, не дав мне ничего ответить, двинулся вперед.

А довольная улыбка так и не сошла с его губ.

Мы и в самом деле выглядели как работники какой-то отсталой транзитной станции: странные комбинезоны с потертой тканью, универсальные нашивки с метками планеты и серийными кодами, которые должны были успокаивать службы безопасности. Одежда из тех, что не привлекают внимания именно потому, что их слишком многие и все одинаковы.

Мы втроем направились в сторону терминалов, кольцом окружавших город. С высоты оно выглядело ярким и чересчур правильным: высотки из зеркальными фасадами, неоновые вывески, голограммы, обещавшие наслаждение, азарт и забвение. Город, старательно изображавший из себя центр прогресса и цивилизации. Но это была просто этикетка.

Я чувствовала это почти физически: под блеском не скрывалось ничего настоящего. Никаких собственных ресурсов, никаких уникальных технологий —только бесконечный сервис для нелегального бизнеса Ойкумены. Место, куда прилетали не жить, а «зависать» на несколько дней или недель. Станции, где парковали космолеты всех возможных классов,

облепляли город по окраинам, как кольцо безопасности и одновременно ловушка. Здесь все было продумано так, чтобы ты не задавал лишних вопросов: удобные маршруты, понятные правила, минимум проверок и максимум иллюзии свободы.

— Идеальное место, чтобы что — то спрятать, — тихо заметил Ирсекка, — или переждать пока системы твоего корабля починят после боя.

Я кивнула.

Здесь было слишком много света для правды и слишком мало почвы под ногами, чтобы чувствовать себя в безопасности.

В это время Бриигз выглядел непринужденно спокойным-так, будто ловил азарт из каждой нашей выходки. За спиной у него висел рюкзак, удивительно вместительный для своего размера, но это никоим образом не мешало ему оставаться прытким и ловким. Он двигался легко, без лишних жестов, словно лишний вес для него был лишь условностью.

Я невольно задумалась, много ли в Ойкумене таких, как он? Людей… да — людей созданных из плоти и переделанных генов, но более живых, чем кто-либо другой. Дерзких. Со странноватым, немного опасным чувством юмора, которое или спасает в критический миг, или заводит в еще худшие передряги. И глубиной истинной человечностью.

Когда мы ступили на территорию терминала, мне стало не по себе. Ощущение было такое, будто каждый взгляд скользил по нам дольше, чем надо. Как будто именно воздух здесь имел привычку присматриваться.

Это продолжалось ровно до того мгновения, пока Бриигз не провел магнитной карточкой по считывателю.

Сухой сигнал и нас пропустили без вопросов, без задержек, без интереса. Внутри терминала толпа была настолько пестрой, что наша троица мгновенно растворилась на его фоне. Представители разных видов, протезы, хвосты, яркие импланты и полное равнодушие друг к другу. Это было идеальное место, чтобы потеряться.

Каждый отсек терминала вел к своему сектору. Четкая логистика, минимум проблем с ориентированием, максимум контроля под маской удобства.

Именно в одном из этих секторов и разместился корабль Дракона. И от этой мысли я почувствовала, как под комбинезоном напряглись невольно мышцы. Мы шли туда, где риск был самый высокий. В самое логово нашего врага.

***

Как-только мы вошли непосредственно в космопорт, ощущение слежки стало почти физическим. В этих отсеках случайных не бывает. Операторы, что заправляли звездолеты, техники, грузчики, службы контроля и, в конце концов, сами владельцы кораблей, оставленных именно в этом ангаре. Все имели здесь причину быть. И ни одна из них не предполагала посторонних.

— Это тебе не паршивый Сейрану с одним космопортом на весь материк— хмыкнул Бриигз, оглядываясь. — По схемам нам в ту сторону.

Он кивнул в сторону одного из коридоров, расходившихся, как сосуды, от центрального отсека.

— Ты что, карту в голове носишь? — усмехнулась я.

— Все здесь, — Бриигз легко постучал пальцем по лбу.

— Он может вместить сотни новых карт себе в голову, — добавил Ирсекка, — и даже под нейролептиками воспроизводит их в деталях.

— Я точно знаю, что здесь должен быть поворот, — Бриигз вдруг запнулся и начал оглядываться вокруг, быстрее, чем нужно.

Я скептически улыбнулась.

— А ты точно нужные карты загрузил, или опять коготком не ту цифру нажал? — недовольно проворчал Ирсекка.

— Иди к демонам. Все я правильно нажал, — огрызнулся Бриигз. — Один раз промахнулся, и теперь мне это всю жизнь будешь вспоминать? Не фони под руку, умник. Дай сосредоточиться.

Мы не успели двинуться дальше.

Дорогу нам преградили двое долговязых охранников.

Я засмотрелась слишком долго. Настолько, что не услышала их вопроса. Услышала лишь ответ Ирсекки-спокойный, ровный, отработанный до автоматизма.

— Нас отправили проверить системы в ВИП-сектор с особыми гостями. Но, похоже, нам указали неправильное направление, — сказал Ирсекка, медленно поворачивая голову, будто сверялся с мысленной схемой.

— Это должно быть где-то здесь.

Двое переглянулись. Тот, что выглядел более заинтересованным, снова заговорил:

— Нет здесь никаких ВИП-секторов. И вас я вижу впервые. А я здесь, между другим, уже десять галактических месяцев работаю.

Бриигз мгновенно нахмурился, выпятил грудь и шагнул вперед. Это было настолько уверенно, что даже при разнице в росте выглядел угрожающе.

— Так что, брателло от главного …….ей захотели? — рявкнул он. — Не знаете, видите ли, о ВИП-ах?! Да кто вам докладывать о таком будет? Вы кто, такие? Главные инженеры? Не вижу нашивок!

Он на мгновение замолчал, а потом резко сменил тон с громкого на заговорщический шепот. И, что самое интересное, те рыбоподобные существа невольно наклонились ближе.

— И вообще… — прошептал Бриигз. — Где здесь стоит звездолет самого уважаемого контрабандиста в этом секторе Ойкумены? Руководство будет недовольно, если мы его не обслужим как надо. Знаете господина Дракона?

Те, аж дернулись от упоминания этого имени. Их выражение лица изменилось мгновенно.

— А - а…Так вы про этого… гостя? — протянул он. — Так вам еще немного пройти вперед.

— Да-да, вам туда, — подключился второй.

— Руководство Зогарии вам искренне благодарно за содействие, — торжественно молвил Бриигз, снова возвращаясь к официальному тону. — Потому что мало какой инцидент мог бы случиться, если бы мы опоздали.

Он махнул им рукой, словно давним знакомым, и двинулся дальше.

— Старая добрая методика с наглостью и важными персонами всегда работает, — хмыкнул он уже тише. По крайней мере там, где в наличии холуи!

Впереди возвышался огромный корабль. Его было видно еще издалека — он был один такой массивный, темный, с силуэтом, не имевшим ничего общего с гражданскими моделями.

И я поняла: мы на месте.

— А как мы будем заходить? Через парадный люк? Нас же узнают — отозвалась я, не сводя взгляда с корабля.

Они переглянулись. Загадочно и довольно отчетливо.

Я вздохнула. Знамо дело. Что еще эти два авантюриста придумали?

Бриигз улыбнулся первым. Той самой улыбкой, которая всегда означала: план есть, но тебе он не понравится.

— Если заходить как все, узнают, — сказал он. — А если зайти с тыла! И так мы оказались в кишках космодрома. В технических шахтах, с их переплетенными кабелями и вентиляционными туннелями.

Самое главное, здесь не было камер. Бриигз знал их расположение.

Надеюсь, знал. А не «знал, как в прошлый раз».

— Эй, а почему я должен быть посередине? — пробормотала я, зажатая не только стенами, но и напарниками спереди и с тыла. — А если у меня внезапно окажется клаустрофобия, а я этого не помню?

— И чем бы тебе помогло быть впереди? — отозвался Бриигз. — Думаешь, здесь пейзаж лучше?

— А у меня, между прочим, неплохой, — донесся сзади голос Командора.

Мне ужасно захотелось дать ему пинка. Пространство, правда, не позволяло.

— Несомненно, дружище, — захохотал Бриигз.

— Ну вас в космическую преисподнюю! — фыркнула я. — Бриигз, давай вперед, не тормози.

— О, — удовлетворенно протянул он,- девушка уже по-нашему щебечет. Еще немного и будем на выходе к личному отсеку Дракона.

Я напряглась.

— А ты точно уверен, что он сошел с корабля? — спросила я, стараясь, чтобы голос не выдал больше, чем надо. Мысль о возможной встреча с бывшим… пленителем, причем дважды, до сих пор резала изнутри.

— О нем ничего не известно, - ответил Бриигз уже серьезнее. - Но кто в здравом уме будет сидеть на корабле, когда под ногами твердая земля и куча развлечений?

— Не слишком сильный аргумент, - буркнула я.

— Вариантов у нас немного, — отозвался Ирсекка тихо, уже без шуток. — Но если что-то пойдет не так-убегай. Мы с Бриигзом дадим тебе такой совет.

— Слышала, малая, береги ягодицы! Они Конфетке дороже чем обладательнице—тут же подхватил Бриигз и рассмеялся так искренне и громко, будто это была лучшая шутка в Ойкумене.

— Ага, спасибо, что так заботитесь о моей пятой точке.

— Конечно, Лара, — послышалось позади.

— Бриигз, ускоряйся уже, — буркнула я.

***

Мы буквально выпали посреди длинного, пустого коридора.

— Бриигз, — прошептала я, резко, но предупредительно. — Скажи, что мы вышли там, где надо.

— Все по плану, — выпалил он и двинулся вперед… потом внезапно остановился, замер на мгновение и развернулся в противоположную сторону.

Я уже открыла было рот но Ирсекка поднял ладонь-мол, подожди, идет процесс. Бриигз снова замер, прищурился, будто сверялся с чем-то в голове, и уверенно кивнул в то же направление, куда сперва и собирался.

— Так. Точно туда. А потом сразу за углом.

— Как-то слишком тихо, — напряженно молвила я.

— Лара, не нагнетай, — буркнул Бриигз. — Это корабль, рассчитанный на сотню экипажа и десант. Не наш звездолет, который можно обежать за несколько минут.

Здесь всегда есть места, куда годами никто не заглядывает.

Его тон был обыденный, но коридор все равно казался неестественно пустым. Световые полосы тянулись вдоль стен, шаги отзвучали глухо, будто само пространство прислушивалось к нам.

Командор тихо коснулся моей ладони. На этот раз без кажущейся случайности.

Я ответила, и наши пальцы на мгновение переплелись.

— Эй, — буркнул Бриигз, не оглядываясь — когда вернемся, будете нежничать сколько влезет.

— Откуда он знает? — прошептала я, кивнув в сторону его спины.

Ирсекка лишь усмехнулся и пожал плечами. Потом просунул пальцы мне за ремень, легонько притянул к себе и быстро чмокнул в нос.

Слишком быстро, чтобы это выглядело демонстративно. Слишком близко, чтобы не подействовало.

Я почувствовала, как кожа на щеках вспыхивает теплом, и тихо выдохнула, стараясь не сбиться с шага.

Впереди коридор делал поворот. И я почему-то была уверена: за ним нас будет ждать не тишина.

Но ничего не произошло.

Коридор не оборвался, он раскрылся масштабом. Это был не просто проход, а настоящая главная артерия звездолета. Высокий свод терялся в тени, где-то вверху проходили силовые магистрали, тихо гудели, прокачивая энергию сквозь корпус. Я не была в этой части ни разу. Вдоль стен тянулись ряды иллюминаторов, закованные в глухую броню. Тяжелые титановые ставни сомкнулись так плотно, что лишь тонкие стыки в металле напоминали: когда-то здесь были видны звезды.

Воздух пахнул охлажденным металлом и старыми топливными системами. Это запах корабля, который видел слишком много и помнил все.

— Да, здесь расходимся, - Бриигз говорил быстро, но без лишней возни, как-тот, кто привык принимать решения, когда нет права на второй шанс. —Мне надо загрузить их данные. Самый быстрый доступ это через резервный сервер. Он здесь, глубже, за обслуживающими отсеками. Он на мгновение примолк, будто уже видел в голове структуру сети: протоколы, наслаиваемые заплаты кодов безопасности, забытые администраторские ключи.

- Пока вы доставляете подарок Дракону, я достану все: инфу об Ларисе, историю перемещений, старые контракты, даже то, что он считал давно стертым с серверов. И кое-что на будущее. Если этот гад вцепится в нас, как бездомная собака, нам понадобятся зубы острее его.

Бриигз вытащил из рюкзака пакет и швырнул его нам. Что-то внутри глухо звякнуло. Ирсекка быстро спрятал его и забросил в свой рюкзак.

— И будьте на связи.

— Бриигз, я в курсе плана, — недовольно молвил Ирсекка. — Не раздавай приказы, словно капитан.

— Ага, — нэко сложил руки на груди. — Кто тут имеет лучшие мозги-тот и командует.

И он исчез в боковом туннеле раньше, чем Ирсекка успел что-то ответить. Я задержала дыхание.

— А это не опасно — разделяться? — тихо спросила я, когда Ирсекка приложил магнитную карточку к считывателю. Замки отозвались мягким гудением, и сегмент стены медленно разъехался.

Мы вместе переступили порог личного отсека Дракона. Воздух здесь был другим, как более сухим, словно отфильтрованным не для экипажа, а для хозяина.

— Опасно, — спокойно ответил он. — Но иногда это единственный вариант.

— Откуда у тебя ключ?

— Прихватил в прошлый раз, — он взглянул на меня через плечо. — Всегда надо опережать врага.

— Твоя правда, — раздался голос из темноты. — Всегда надо опережать своего врага.

В тот же миг свет вспыхнул по всему периметру: холодный, ослепительный, без теней. Контуры мебели, панелей управления, личных терминалов стали резкими, как лезвия. Кресло медленно развернулось в нашу сторону. Дракон смотрел прямо на нас с фирменной улыбкой победителя.

В тот же миг гермодвери за спиной с глухим ударом сомкнулись.

Мы оказались в ловушке.

***

Я инстинктивно отступила и уперлась спиной в холодную стену. Отступление завершился быстрее, чем планировалось.

— О, — Дракон хлопнул в ладоши. И ухмыльнулся. Медленно, с наслаждением.

—Прошу, проходите. Вы же не зря тащились сюда, чтобы теперь стыдливо топтаться на пороге. Особенно когда мои гости искренне убеждены, что они умнее меня.

Он тяжело поднялся с кресла -как с трона и двинулся вперед. Медленно. Демонстративно. Я краем глаза видела, как Ирсекка напрягся, фиксируя каждое его движение, без резких жестов, без героизма. Чистая готовность.

Свет скользнул по рубцам на лице Дракона, выхватил глаза-холодные —внимательные, пустые от эмоций, но переполненные интересом. Таким смотрят не на людей, а на сменные детали.

— Командор, — почти тепло молвил он. — Ты всегда имел привычку думать на два шага вперед.

Пауза.

— Проблема в том, что я думаю на пять. И еще два, на всякий случай. Вы… слишком часто полагались на удачу. А она, знаешь, имеет свойство заканчиваться в наименее удобный момент.

— Где твоя команда? — холодно бросил Ирсекка, не сводя с него взгляда. —Дай угадаю -празднуют в каком-нибудь дешевом борделе?

Дракон усмехнулся. Широко. Нечеловечески. Ни одна морщинка и шрам не шевельнулись-только губы.

- Я всегда восхищался вашими схемами. Особенно теми, где вы ускользали от имперских патрулей. Но, Ирсекка... - он едва наклонил голову, - очень дурная привычка пытаться обокрасть меня.

Его взгляд резко скользнул по мне. Холод прошелся по коже, будто кто-то провел металлом вдоль позвоночника.

— Если это монолог, — сухо перебил Ирсекка, - давай быстрее. Я не в настроении слушать долгие выступления.

— А я как раз в чудесном, - ответил Дракон без тени обиды. - Потому что ты сделал все именно так, как я и ожидал.

- Ты один, Нас трое, - бросил Ирсекка. - Тебе не кажется, что это ты сейчас в большом проигрыше?

Дракон усмехнулся криво. И, что хуже всего, удовлетворено. Он повел взглядом по отсеку так, будто мы были частью интерьера — не слишком удачной, но терпимой. Вся его осанка кричала: ситуация под контролем, и не вашим.

- Меня всегда интересовало, — протянул он, - как вы с этим мутантиком постоянно выскальзывали из моих рук. И, поверь, я долго над этим думал.

Его взгляд резко, хищно остановился на Командоре. В тот же миг Ирсекка едва коснулся пальцами моей ладони. Вкратце. Почти незаметно. Не успокаивающе-возможно, как знак: будь готова. Напряжение в воздухе сжалось, стало гуще. Я почувствовала это кожей, но не могла понять-почему именно сейчас.

- И знаешь, я понял, - продолжил Дракон. – Демоны нашептали мне секрет - твой секрет, Командор.

Сказано было слишком торжественно. Слишком уверенно. Мне это не понравилось. Я машинально начала перебирать варианты. У него есть еще карты. И если да - нам сейчас станет очень жарко. Я вспомнила о своих способности. Но смогу ли я их использовать? Я до сих пор не до конца понимала, как они работают. При прямой

угрозе они будто сами включались. Но просто во время разговора? Без удара, без рывка, без всплеска адреналина? Я не знала, на какие кнопки нажимать.

Дракон тем временем неторопливо двинулся в сторону своего "трона". Легко. Расслабленно. Как будто мы не несли никакой опасности. Как будто он был абсолютно уверен, что уже победил, что имеет все карты на руках. И этого более чем достаточно. Самоуверенность? Точный ли расчет?

— И скажу больше, - добавил Дракон почти буднично. - У меня есть один знакомый… Он с большим удовольствием доставит тебя домой - Командор. Пусть тебя прикончит собственная семья. Это... — он слегка скривил губы, - значительно опрятнее, чем если бы это сделал я. Меньше пафоса, больше вкуса.

Я знаю твой главный секрет…Дракон расхохотался вслух-резко, без радости, будто ему подбросили удачную реплику.

Ирсекка не сводил с него взгляда. Даже не моргнул. И мне стало окончательно понятно: Дракон действительно знал его секрет. Не догадывался. Знал. Что это, черт возьми, за секрет?

***

Командор быстро взглянул на меня и... неожиданно, подмигнул.

Прекрасно. Как же я ненавижу, когда он так делает. И как это понимать?

— Так чего ты ждешь? — резанул он в сторону Дракона.

— Жду, — спокойно ответил тот, — когда твоего друга скрутит силовая ловушка. Настроена четко под его биотоки. Особенно в серверном отсеке. Хотя не только там. Он у вас еще тот шустрик. И вы не убежите.

Шеф самой опасной шайки контрабандистов и пиратов снова взгромоздился в свое монументальное седалище и нажал что-то на панели.

Я напряглась. Ничего.

Он нажал еще раз. Уже не так уверенно. Потом еще. И еще.

— Треклятая фигня не работает! — рявкнул он. Он так искренне растянулся в улыбке и скрестил руки на груди, что я

окончательно потеряла нить того, кто тут кого переигрывает. Я чувствовала себя статистом в какой-то старой, хорошо отрепетированной игре.

— Что, кораблик сломался? — ехидно поинтересовался Ирсекка.

— Вы в моей власти, - отрезал Дракон. - Никуда не денетесь.

Он резко схватил коммуникатор и переключился на закрытый канал. Пальцы двигались быстро, злобно. Ирсекка и бровью не повел-просто следил, как за плохим спектаклем, который уже видел.

Я наклонилась к нему.

— А нам сейчас не стоит убегать? — прошептала.

— А зачем? — так же тихо ответил он. — Мы еще не сделали то, за чем пришли.

Голос Дракона рявкнул в коммуникаторе:

— Эй, вы там! А ну быстро сюда. И кота паршивого тащите!

Тишина.

— Эй там- оглохли? Сюда!

И тогда все мониторы за его спиной загорелись одновременно.

На экранах, развалившись в кресле, устроился Бриигз. Ноги небрежно скрещенные на панели. За его спиной в серверном отсеке можно было насчитать по меньшей мере четырех бойцов Дракона. Они лежали без сознания, разбросанные по полу грудами мусора.

— Ты не этот хлам вызываешь? — с ленивой уверенностью поинтересовался Бриигз.

Я все еще не могла сообразить, как такое изящное существо всякий раз умудряется посылать в нокаут тех, кто больше его в разы.

Похоже, я начинала понимать, почему та загадочная дочь-мутант Сестры Л’лин его обожает.

— Вы не сбежите с моей «Птицы»! — взревел Дракон. — Вся команда уже окружила его! Вас ждали!

— Ну так пусть ждут очереди! — захохотал Бриигз, даже не пытаясь скрыть удовольствие. — Я заблокировал все системы входа и выхода из корабля. Полностью. — Как же приятно иметь самую последнюю прошивку. На ее фоне ваше корыто это доисторическая жестянка. Ржавая и разболтанная.

Ирсекка уже не скрывал улыбки. Не победной-рабочей. Такой, которая появляется, когда план сходится по всем линиями вырезам и становится целостным пазлом.

Я же не ждала. Рванула к боковому арсеналу, открывая секции одну за одной, скользя взглядом по полкам. Плазменные магазины, импульсные заряды, модульные наручники… есть. То, что надо.

За спиной уже слышалось: топот, глухие удары, металлический лязг, кто-то крикнул, кто-то выругался. Где — то резанул звук пульсатора-короткий, злой.

Я схватила наручники и обернулась. Ирсекка уже прижал Дракона лицом к панели управления — и его предплечье было сжато обоими руками Командора.

Я узнала этот захват мгновенно. Мой прием.

Дракон шипел, но не сдавался. Глаза бешено сверкали. Тело напрягалось мышцы дергались.

… Я не бежала, просто перелетела расстояние несколькими широкими прыжками, заскочила на мостик именно в тот момент, когда Ирсекка, на мгновение отвлекшись на меня, ослабил захват.

Этого мгновения Дракону хватило.

Он вывернулся резко, с хищной пластикой, повалил Ирсекку на пол и сел сверху, вдавливая его в металл. Пальцы сомкнулись на шее-быстро —точно, без колебаний.

Я не думала.

Наручники легли на его запястье, я резко щелкнула замком и ткнула пальцем на сенсор.

Паралитический режим.

Дракон дернулся-один раз. И свалился набок, тяжело, словно отключенный механизм.

Ирсекка кашлянул, перевернулся на бок, потом на спину и улыбнулся.

— Спасибо, звездочка, — сказал он так легко, будто его только что не пытались задушить.

— Потом поблагодаришь, — буркнула я, оглядываясь. — Времени мало.

Я протянула ему руку, чтобы помочь встать.

— Молодцы, — раздалось с мониторов голос Бриигза. — А теперь к делу. Бриигз уже поудобнее умостился в кресле, поджав ноги, как у себя дома.

Его изображение несколько раз пошло помехами, но быстро стабилизировалось.

— Надо найти протоколы доступа. Потому что я ни черта не могу разобрать с тем цирком, что они называют системой. Доступ к данным есть, А информации ноль. Все спрятано, перекручено и нашпиговано ловушками.

Он щелкнул по панели.

— Но И если Дракон думал, что это меня остановит — он переоценил и себя, и свою жестянку.