Ламповый магазин

Глава 1. Неожиданные покупки

Егор закрыл ноутбук, потянулся и взглянул на часы. Рабочий день подошёл к концу. Рекламный кабинет, бесконечные метрики и таблицы в Excel — всё это оставляло в голове тяжёлый осадок. Работая удалённо, он часто забывал, какой день недели на дворе.

Но приближались новогодние каникулы, в воздухе витало ощущение праздника и немного волшебства. Надо насладиться этим: посмотреть на новогодние инсталляции в виде бокалов, оставить следы на только что выпавшем снегу.

Егор достал с полки флакон духов, которые вызывали у него ассоциации с Новым годом: что-то хвойное, как запах морозного воздуха и ели. Несколько пшиков — несколько флешбеков из прошлой жизни — и он почувствовал себя готовым к вечерней прогулке.

На улице пушистый снег мягко ложился на мостовую, создавая ощущение, будто он оказался внутри рождественской открытки. Миргород, куда он переехал всего полгода назад, оказался удивительно уютным: старинные здания с резными фасадами соседствовали с аккуратными современными постройками, а вывески на витринах мерцали тёплыми огоньками.

Снег приглушал звуки города, делая его странно тихим. Егор решил пройтись без маршрута, наслаждаясь видами. Улочка, по которой он шёл, была почти безлюдна. Лишь впереди мерцал тёплый свет витрины, привлекая внимание.

На стекле не было вывески, только длинная полка с лампами, каждая из которых выглядела по-своему: от массивных антикварных светильников до миниатюрных настольных ламп с причудливыми абажурами.

— Никогда раньше не видел этот магазин, — подумал Егор, глядя на золотистый свет, струящийся сквозь окна.

Он толкнул дверь, и раздался лёгкий звон колокольчика.

Внутри было тепло, и пахло воском и древесиной. На полках и в витринах теснились сотни ламп. Каждая горела, но не ослепляла. Свет был мягким, каким-то… живым.

— Добрый вечер, — раздался голос из глубины магазина.

Егор повернулся. За прилавком стоял мужчина в ярком фиолетовом жилете, обтягивающем выпирающий живот.

— Чем могу помочь? — с преувеличенным энтузиазмом улыбнулся продавец и подался вперёд.

— Да я просто… гулял, — пожал плечами Егор. — У вас тут так красиво. Лампы все такие разные.

— Они больше, чем просто красивые, — ответил мужчина. — Каждая лампа несёт свою историю.

Егор хмыкнул. Ему показалось, что это просто рекламный трюк — ему ли не знать — но любопытство взяло верх. Он подошёл ближе и внимательно посмотрел на одну из ламп — небольшую, с простым деревянным основанием. Абажур был из янтарного оттенка ткани. Лампа вызывала отдалённые ассоциации с квартирой бабушки и детством.

— Эта, например?

— Эта лампа освещает только те пути, которые приведут вас к вашему истинному желанию, — объяснил продавец.

— И как это работает? — усмехнулся Егор.

— А вы попробуйте.

Продавец вдруг повернулся и скрылся за высокой стойкой, оставив Егора одного.

С минуту он стоял в нерешительности, но затем осторожно дотронулся до абажура. В тот же момент свет лампы стал ярче, и перед глазами Егора будто вспыхнуло видение: узкая тропинка, покрытая снегом, уводящая куда-то в сторону.

— Что за… — Егор отдёрнул руку, но лампа продолжала светить.

Продавец вернулся, держа в руках пакет.

— Если лампа вам понравилась, можете забрать её. Но помните: её свет не всегда покажет лёгкий путь.

— Постойте… — начал Егор, но продавец уже положил лампу в пакет и протянул ему.

— Сколько она стоит?

— Она бесценна.

Понятно, чокнутый. Шизофрения, как и было сказано. Терминала Егор не увидел, поэтому выудил из внутреннего кармана две тысячи и протянул странному продавцу. Тот размеренно кивнул, и Егор поспешил уйти. Он прошёл дальше, свернул один раз, потом другой, спешил уйти дальше, но смутное предвкушение чего-то оставалось с ним.

Спустя какое-то время вышел на главную пешеходную улицу, прошел мимо забавных скульптур со сказочными персонажами и увидел знакомый бар. Старое деревянное здание с резными наличниками на окнах создавало обманчивое впечатление. Он знал, что внутри вполне столичная обстановка. Хотя название - «Сказка – выглядело архаично, как и само здание. В первую неделю в Миргороде он даже прошел мимо. Но потом это стало одним из его любимых заведений тут, поэтому он уверенно повернул к торцу здания, ко входу. Кто бы знал, что сюрпризы в этот вечер только начинались.

Глава 2. Не та дверь

Егор открыл дверь бара, и его окутала знакомая смесь запахов дерева и хмеля. "Сказка" встретила его привычным уютом: полумрак, подсвеченный мягким светом ламп, барная стойка из старого дерева и приглушённые голоса немногочисленных посетителей.

Он двинулся к стойке и заказал пиво — светлую IPA, как он любил. Бармен налил пенный бокал и улыбнулся в ответ на короткое «спасибо». Егор окинул взглядом зал. На его привычном месте у окна уже сидела компания из трёх человек, поэтому он решил направиться к высокому столу-стойке ближе к стене. Он снял куртку и повесил на ближайшую вешалку. Поставив пакет рядом с собой, он сделал первый глоток. Горьковатый вкус приятно освежил его после прогулки.

Теперь его взгляд задержался на пакете. Пакет был абсолютно сухим, несмотря на мокрый снег, под которым он только что добрался до бара. Он провёл рукой по поверхности, будто проверяя свои ощущения. Действительно, ни следа влаги.

За окном продолжал падать снег в свете фонарей и неоновых вывесок. В баре играла негромкая джазовая музыка, а за соседними столиками слышались приглушённые разговоры.

Егор снова дотронулся до пакета. Бумага была на ощупь плотной, чуть шершавой, но странно тёплой. Егор опустил руку и машинально сделал глоток пива, смотря перед собой. Однако через некоторое время что-то привлекло его внимание. Он заметил слабое свечение, пробивающееся через плотный материал пакета. Лампа слабо, но светила, хотя она явно не была подключена ни к какому источнику питания.

— Это уже любопытно, — произнёс Егор, чуть наклоняясь ближе.

Егор огляделся по сторонам. Все были увлечены своими делами: кто-то смеялся с друзьями, кто-то уткнулся в телефон.

Он вернулся к пакету и уже хотел аккуратно раскрыть его, чтобы посмотреть на лампу, но что-то заставило его остановиться. Мелькнувшая мысль о том, что, возможно, сейчас неподходящее место для экспериментов.

Сделав ещё несколько глотков, он перевёл взгляд вглубь бара. На одной из стен висели многочисленные винтажные часы. Большинство из них, казалось, давно остановились, а те, что были исправны, показывали разное время. Егор смотрел на них, как вдруг краем глаза заметил движение.

Он повернул голову и замер. Из стены, будто сквозь неё, появилась фигура. Это был обычный мужчина средних лет, в синем джемпере, надетом на рубашку, потертых джинсах и рыже-коричневых замшевых ботинках. Он прошел мимо, словно ничего необычного не произошло, и направился к выходу из бара.

Никто из посетителей, кажется, ничего не заметил. Зал жил своей обычной жизнью.

Пульс у Егора участился. Он огляделся, надеясь найти хоть одно подтверждение, что кто-то ещё видел это странное явление. Но никто не обратил внимания. Взгляд снова упал на пакет, который теперь светился чуть ярче. Потом он снова посмотрел на стену, из которой материализовался тот тип. Егор надеялся увидеть скрытую дверь. Но надежда была слабой — он в конце концов был тут далеко не в первый раз и знал каждый метр. Обычная стена, отштукатуренная под бетон — такой вот лофт в деревянном старинном здании.

Вот только сейчас её поверхность будто дрожала, искажаясь так, как бывает, если смотреть через огонь.

Егор сделал шаг к стене, потом опомнился и вернулся за пакетом с лампой. Он снова встал перед стеной и уставился на её чуть дрожащую, переменчивую поверхность. Как гладь воды после прикосновения ветра. Чем ближе он подходил, тем заметнее это было. «Какой-то сюр…» — подумал он. «В пиво, что ли, что-то подмешали?» Надо возвращаться домой, но вместо этого он сделал ещё один шаг к стене, потом ещё один. А дальше что-то будто подтолкнуло его, и Егор даже догадывался, что именно — безграничная глупость или временное помешательство.

Ощущение было похоже на прохождение сквозь воду — стена оказывала сопротивление. Секунду — и Егор преодолел его, оказавшись в другом зале. Он выглядел абсолютно так же, как и другие помещения бара, напротив была барная стойка. Слева и справа от неё — два дверных проёма.

У стойки стоял бармен в шляпе, которого Егор с трудом вспомнил — кажется, он несколько раз видел его в баре. Худощавый, среднего роста — чуть ниже Егора — рыжевато-рыжий.

— О, нашёл наконец магазин, — сказал бармен, кивая на пакет. Егор ошеломлённо молчал, оглядываясь по сторонам. — Ну, с почином. Теперь-то всё и начнётся. Хочешь что-нибудь выпить? За счёт заведения.

— Эм… Ипу? — Егор пожалел об оставленном за стеной бокале. Потом опомнился. — Что начнётся-то?

— Давай начнём с напитков. — Бармен указал на большую доску за стойкой.

Егор непонимающе уставился на пустую чёрную доску, но спустя мгновения словно невидимая рука стала быстро писать незнакомые Егору названия: Молот Тора, Лагер Дракар, Дуббель Гнев Йотуна, Двойная IPA Вальгалла, Эль Гром Перуна, Портер Стрелы Сварога, Пилснер Полёт Икара, Пшеничное

Справа от списка пива появилась ещё одна колонка: "Настойки и шоты". Егор, уже не в силах удивляться, наблюдал, как на доске вырисовываются названия: "Вопль Банши", "Огненный Бальдр", "Кровь Феникса".

Егор остановился на Молоте Тора.

— Кирилл, — представился бармен.

— Так что начнётся-то? — повторил свой вопрос Егор, сначала представившись в ответ.

— Настоящее знакомство с Миргородом.

Глава 3. Зал не для всех.

Егор вопросительно поднял бровь. Казалось, за сегодня он уже израсходовал способность удивляться, но нет. — И что это значит — настоящее знакомство? — спросил он, осторожно ставя бокал на стойку. — В чем оно заключается? И что вообще происходит-то? Кирилл пожал плечами. — Ну… я сам не всё знаю. Про потайной зал, например, узнал только спустя четыре года работы здесь. Когда стал получать тут смены. Своего рода повышение. И, поверь, это место иногда всё ещё меня удивляет, хотя работаю в этом зале год. Вот и город… удивляет до сих пор. Хоть я тут и родился. Но ты сегодня, — тут он скосил глаза на лампу в пакете — узнал многое. А дальше всё обычно как снежный ком. Ты, кстати, как сюда попал-то? — Сел в поезд и приехал, — Егор пожал плечами. Бармен рассмеялся, но, судя по взгляду, ожидал большего. — Нет, я серьёзно. Почему Миргород? Егор улыбнулся. — Открыл карту, сайт по бронированию билетов. Недолго думал, выбрал Миргород. Сложил чемодан, отправил крупные вещи курьерской компанией и приехал. Он вообще делал так часто. Может быть, искал то самое место — дом. То ли не нашел тот самый город или страну, то ли не настал момент, когда он осядет в первом попавшемся городе. А может, всю жизнь будет скакать туда-сюда, как мячик. Но эти размышления он оставил при себе. — Оригинально, — сдержанно прокомментировал Кирилл. Егор решил сменить тему — его интересовало содержимое пакета. — Что ты знаешь про магазин и лампу? Она как будто работает без источника энергии. — Вполне возможно. Ничего удивительного, — невозмутимо ответил бармен, хотя тут Егор мог бы поспорить. — А про магазин многое говорят. Но сам я был там только один раз. Ничего не купил — хозяин сказал, что я ещё вернусь, и что лампы там сами находят своих владельцев. Говорю же, у меня нет всех ответов. — Их ни у кого нет, — негромко сказал Егор. — Я не философ. Был бы им — не работал бы в баре. С другой стороны, бар, возможно, самое философское место в мире, — философски заметил его новый знакомый. Егор видел много городов и баров, поэтому молча поднял за это бокал и спросил: — Ладно, а с залом-то что? Кто сюда может попасть? Как сюда можно попасть? Я попал сюда из-за лампы? — Сюда? — Кирилл указал глазами на стену с потайной дверью. — Думаю, что из-за лампы. Но она не нужна для входа. Ты, видимо, благодаря ей увидел, — он снова кивнул на проход. — Но она просто сработала как очки. Увидеть можно и без них, если знать, куда и как смотреть. Хотя, конечно, зависит от степени близорукости. Нельзя сказать, что Егору стало понятнее, поэтому он продолжил атаковать вопросами: — Значит, я могу вернуться? Сюда может попасть кто угодно? — Ты сюда уже попал. А это значит, что, когда захочешь, сможешь вернуться. Если поймешь, зачем. И нет — не совсем кто угодно. Егор задумался, не слишком ли много тайн на один день. Ответы Кирилла оставляли больше вопросов, чем ответов, но, похоже, это было частью общей атмосферы места. — Так что же, зал сам выбирает, кого впустить? — продолжил он, пытаясь разобраться. Кирилл неопределенно махнул рукой: — Может быть. Или человек выбирает, зайти или сделать вид, что ничего не заметил. Да и дело-то не в зале — в городе. Егор хотел было уточнить, но Кирилл резко сменил тему: — Ты говорил про лампу. Что ты с ней собираешься делать? — Пока не знаю, — признался Егор. — Я люблю старые и странные вещи. Для начала отнесу домой. И буду ждать новых сюрпризов, наверное. Мужик тот из магазина говорил, она будет освещать путь. Пока только запутывает. Как и ты, продолжил он про себя. — Так ты не торопись с вопросами. Мало тебе открытий на один день? Привыкай потихоньку. Егор чувствовал, что разговор уже заходит в тупик. Кирилл не собирался выдавать все карты, либо просто не знал, как удовлетворить его любопытство. А может, он задавал не те вопросы. — Значит, всё просто? Захочу вернуться — приду сюда снова? — Именно, — кивнул Кирилл. — Главное, помни, зачем. — Ты уже говорил это, — напомнил Егор, поднимая пакет. — Надеюсь, в следующий раз пояснишь, что имел в виду. До встречи. Кирилл шутливо раскланялся. Егор бросил на него последний взгляд, перед тем как направиться к проходу. Изнутри стена выглядела такой же зыбкой и подвижной. Выходя, он снова почувствовал сопротивление. Он снова попал в бар, в котором бывал каждую неделю, и все в нем было привычным. Он оглянулся на проход — сейчас стена, из которой он вышел, почти не отличалась от остальных, почти не дрожала. А уж на улице и вовсе ничего не напоминало о тайном зале, о странном разговоре и бармене-философе, который не мог изъясняться прямо. Кроме крафтового пакета, на котором снег по-прежнему не оставлял следов.

Глава 4. Сирин, Алконост и Янка

Егор, как обычно, выключил первые несколько будильников, не просыпаясь. Для этого он их и ставил. Окончательно поднялся в 8:30, где-то на четвёртом звонке. Лампа, прямо в пакете, стояла там, где он вчера её и оставил — на рабочем столе. Засыпая ночью, он думал, что к утру лампа может исчезнуть, — но нет.

«Подумаю об этом позже», — пообещал себе он, направляясь на кухню.

Сегодня у него была возможность потратить на завтрак полчаса. В другие дни он едва успевал заварить кофе, одновременно проверяя рекламный кабинет. Но сейчас можно было позволить себе что-то сложнее варёных яиц или заказного бургера. Выбор пал на яичницу с шампиньонами, рецепт которой он нашёл у какого-то кулинарного блогера. Когда-то он готовил её для девушки, надеясь её впечатлить. Секрет был в том, что куриные яйца соседствовали с перепелиными, а ещё в хлебе, обжаренном на смеси подсолнечного и сливочного масла — хлеб оставался мягким внутри. Ну и в правильно обжаренных шампиньонах, конечно.

Егор выложил приготовленное блюдо на тарелку, заварил кофе в дрип-пакете, оставил завтрак остывать и направился в ванную.

Он умылся, посмотрел в зеркало, расчесал тёмно-русые волосы прямо пальцами. Минуту вглядывался в своё отражение и решил, что бриться пока не обязательно. Вернувшись на кухню, он сел за завтрак. Впереди был насыщенный рабочий день. Перед Новым годом работы становилось только больше. Бывали дни, когда он мог выйти за кофе и выпечкой или даже позавтракать в кафе, но не в декабре.

Перед тем как сесть за ноутбук, он достал лампу из пакета и поставил её на подоконник.

Лампа выглядела вполне обычно: массивное деревянное основание с немного облезшим лаком, тканевый абажур янтарного цвета, слегка выгоревший по краям. Свет она пока не излучала — просто стояла. Ничего необычного: ни загадочного свечения, ни странных шумов, ни «освещённого пути». Лампа и лампа.

Егор сел за ноутбук и открыл рекламный кабинет. Быстро пробежался глазами по активным кампаниям. Через час у него был запланирован зум с клиентом для обсуждения стратегии продвижения, а затем его ждали сводные таблицы в Excel.

Он работал до 6 вечера, ограничиваясь только кофе вместо обеда. Реклама шла по плану, отчёты отправлены, подарки для родных заказаны. Всё было почти завершено, и он наконец почувствовал себя свободным. Можно выдохнуть, прогуляться, поесть. Но сначала — душ.

Через полчаса он уже шёл по улицам, разглядывая новогоднюю иллюминацию. Ему особенно понравился гигантский белый медведь, установленный на площади. Он шёл неспешно, любуясь городскими видами, одновременно сканируя местность в поисках места для ужина. Вспомнил, что ещё месяц назад отметил у себя в заметках ресторан северной кухни «Тайга», где хотел попробовать строганину. На голодный желудок, конечно, мечталось не о строганине, но начать можно с пиццы с палтусом — её особенно хорошо оценили в отзывах. Егор построил маршрут: 15 минут ходьбы — и он на месте.

Когда до пункта назначения оставалось всего около 500 метров, он заметил справа магазин-барахолку с незамысловатым названием «The Лавка». Егор остановился напротив витрины. Его взгляд привлекло красно-зелёное пятно, которое оказалось виниловой пластинкой. «Янка. Ангедония», — прочитал он. Уже открывая дверь, он вспомнил вчерашнюю покупку. «Может, пока стоит избегать любых магазинов, кроме продуктовых?» — мелькнула мысль. Но было уже поздно: он знал, что без пластинки не уйдёт.

Отсутствие проигрывателя его не смущало. Он иногда покупал то, что представлял нужным для своего будущего дома — того самого дома, которого у него пока не было. Переезжая с места на место, было странно заводить проигрыватель, но он решил, что это не причина упускать пластинку.

В «The Лавке» пахло древесиной, старой бумагой и эфирными маслами. На полках старые плёночные фотоаппараты, советский фарфор соседствовали с мылом ручной работы и косметикой, судя по крафтовой упаковке, — местных брендов. Подобное охотно брали туристы в сувенирных магазинах, да и сам Егор отправлял такое семье и подругам, когда только приехал.

Современность и прошлое тут и соседствовали, и переплетались — Егор остановил взгляд на деревянной дощечке с изображением двух птиц с женскими головами. «Сирин и Алконост», — узнал он мифических созданий благодаря картине Васнецова. Даже такому далёкому от искусства человеку было очевидно, что работа современная: стиль, линии, подробная прорисовка и сложные цвета. Автор явно вдохновлялся традиционными русскими промыслами и славянской мифологией, но ни о каком следовании строгим канонам народного искусства речи не шло.

— Привет! Я тебя уже полчаса жду! — из-за прилавка его окликнула девушка,— и почему ты в снегу?

Она была, может, чуть младше его, лет двадцати трех. Русоволосая, сероглазая, речь чуть нараспев, с лёгким подъёмом интонации к концу предложения — он часто встречал такую в Миргороде. А вот саму девушку видел впервые, хотя она как будто обращалась к человеку, которого давно знала. Но, заметив удивление на его лице, осеклась. На её лице отразилась лёгкая растерянность, она оглянулась вокруг, посмотрела в окно.

— Простите… Я обозналась. Здравствуйте! — продавец чуть потрясла головой и несколько раз моргнула.

— Привет, — Егору показалось, что такой ответ сгладит неловкость, но потом замялся — тыкать незнакомому человеку? — поэтому снова перешел на более формальное обращение, — Подскажите, сколько стоит “Ангедония” Янки Дягилевой? Эта пластинка на витрине.

—3000 рублей. Она совсем новая.

—Отлично, я беру.

Продавец направилась к окну за пластинкой. Проходя мимо заинтересовавшей Егора картины по дерево, она спросила его:

— Интересуетесь славянской мифологией?

— Если бы не Васнецов, не узнал бы, - сознался тот.

— Сирин — птица скорби и знания, Алконост — радости и надежды. Неразделимы, — На этой ноте девушка аккуратно протиснулась между Егором и стеллажами к окну, за пластинкой, и Егор с удивлением услышал нотки ладана в ее парфюме. — Тут они обе невеселы. — Вам упаковать как подарок? — сменила тему девушка.

— Спасибо, не нужно, я для себя.

—Отличный выбор. Может, что-нибудь еще посмотрите? Мы закрываемся через 15 минут, еще есть время.

—В другой раз, — улыбнулся Егор.

Пока девушка пробивала покупку, он рассматривал другие стеллажи — старинный чугунный утюг, рядом с ним потемневшие от времени столовые приборы, уложенные на льняном полотенце, стеллаж с книгами, среди которых Егор увидел “Сказки Миргорода”, но больше всего его впечатлил огромный деревянный штурвал, прикрепленный к стене.

—Приходите еще, — продавец протянула ему пакет с пластинкой.

Он пообещал.

Его и долгожданный ужин разделяло 500 метров. Выйдя из магазина и уже завидев вывеску "Тайги", Егор краем глаза заметил как будто темное пятно, мелькнувшее сбоку. Но, повернув голову, увидел лишь глухую стену здания, а все немногочисленные прохожие были не ближе 5 метров.

Показалось.

Мирно светили фонари и новогодние инсталляции. Но шаг Егор все-таки ускорил.