Лабиринт Хоруса

Глава 1. Пробуждение.

Я с трудом разлепила глаза и уставилась в потолок. Голова безжалостно раскалывалась, зрение не желало фокусироваться, а мысли отказывались собираться в кучу. С усилием я приподнялась и, сидя на кровати, огляделась. Маленькая комната с обшарпанными стенами мне была абсолютно незнакома. Паника волной окатила с головы до ног.

— Что за чёрт! Где я? Что происходит?

Первым порывом было подойти к двери и проверить, закрыта она или нет. Напрасно подергав ручку, я несколько раз хлопнула по двери ладонью и испуганно заголосила:

— Если это шутка, то совсем не смешная. Эй, меня кто-нибудь слышит?

Тишина. Вернувшись на кровать и забравшись на нее с ногами, я стала лихорадочно вспоминать всё, что было до того, как я проснулась в этой комнате.

"Итак, меня зовут Келли Доулс. Мне двадцать семь. Работаю менеджером в страховом агентстве. Отлично! Значит, память мне не отшибло. Что еще я помню? Помню, мы отмечали день рождения коллеги в кафе недалеко от офиса. Потом я вызвала такси и поехала домой. Вот только до дома я, видимо, так и не доехала. Меня что, похитили?! Но зачем?! Выкуп? Я не богатая наследница. Надавить на родственников? Мои родители не обладали высокими чинами, не ввязывались ни в какие авантюры, и более того, уже семь лет их нет в живых. Тогда что от меня хотят и почему до сих пор никто не появился? Что они задумали? Хотят свести меня с ума? А если будут истязать физически? Я не выдержу, не выдержу!!”

Последние мысли в голове текли уже медленно и вязко. Качнувшись, я, словно мешок с тряпьем, завалилась на бок и отключилась. К сожалению, полное погружение в размышления и анализ ситуации не позволили мне уловить еле заметный дымок, ворвавшийся через вентиляцию и рассеявшийся по комнате. И сквозь крепкий, но отнюдь не здоровый сон я, конечно, не слышала ни возни ключами в замке, ни тяжелых мужских шагов, ни тихого стука посуды о столешницу. Зато когда я снова проснулась, увидела сюрприз, заботливо оставленный на столе: стакан с водой и блюдце с бутербродом. Как мило! Морить меня голодом в планы похитителей, кажется, не входило. Внимательно оглядев комнату, которая мне больше напоминала камеру, поскольку, кроме кровати и прикроватного столика, здесь имелись раковина, унитаз и приваренная к стене душевая лейка, над дверью я обнаружила видеокамеру, оповещающую красным огоньком о своем рабочем состоянии. Вот же сукин сын! Или сыны… Понятия не имею, сколько их.

— Что вы хотите от меня? Кто вы? — заорала, глядя в камеру, и, с удовольствием показав средний палец, сбросила посуду со стола.

Тарелка со стаканом, как и положено, со звоном разлетелись на осколки, оставляя несчастный бутерброд в луже воды, а я, почувствовав головокружение, снова рухнула на кровать. Насколько меня вырубали усыпляющим газом, сказать сложно, но просыпаться от него было тяжело. Голова гудела так, словно меня засунули в колокол и хорошенечко по нему шандарахнули. Открыв глаза и болезненно сглотнув пересохшим горлом, чуть не рассмеялась. На столе снова ждал дуэт из воды и бутерброда. Какая забота! Закусив губу и глядя на еду, невольно подумала: "Я должна сделать выбор: либо умереть от голода, либо, унижаясь, бороться за жизнь".

— Твоя взяла, — буркнула недовольно в камеру и потянулась за стаканом.

Закончив с нехитрой трапезой, принялась мерить комнату шагами, пока не поняла, что природа зовёт, а кустиков нет. Вот же засада!

— Эй, извращенец! — остановившись, обратилась я в камеру. — А за естественным процессом тоже будешь наблюдать?

И гаденько так улыбаясь, выставила средний палец. Наслаждайся! Про душ, конечно, лучше забыть. Благо волосы у меня коротко подстрижены, особых проблем с ними быть не должно. Вернувшись на кровать, тупо уставилась в потолок. Не понимаю, чего они ждут? Это пугало до безумия, причем настолько, что я отчетливо увидела спускающегося передо мной огромного паука на паутине. Он был невероятных размеров. Жаль, что при этом я совсем не видела галлюциногенного газа, заполняющего пространство маленькой комнаты. Взвизгнув так, что у самой в ушах зазвенело, соскочила с кровати и бросилась к выходу. Размахнувшись кулаками, ударила по двери, наваливаясь на нее всем телом, и вылетела из комнаты, как пробка из бутылки с шампанским. Дверь оказалась не закрытой, а я впечатанной в стену в коридоре. Прижимаясь щекой к холодной шершавой поверхности и тяжело дыша, ругала себя и свою трусость. Развернувшись спиной к стене и испуганно вытаращив глаза, закрутила головой. Выбор коридорных ответвлений был широк. Оставалось решить, куда идти. Решила. Вот только толку было мало: бесконечные коридоры, повороты, разветвления и, конечно, запертые двери. Порядком устав от бесполезной ходьбы по мрачным и слабо освещенным проходам, без особой надежды на успех дернула ручку двери и замерла. Дверь с тихим скрипом поддалась и открылась.

Глава 2. Ловушка № 1.

Темнота не позволяла разглядеть, что было внутри, и на свой страх и риск я осторожно шагнула внутрь. Дверь не спеша закрылась, чуть подталкивая меня в спину, и в тот же миг по глазам ударило ярким светом. Зажмурившись, еще и рукой прикрыла глаза — настолько резко и ослепляюще вспыхнули лампы. Проморгавшись, отняла руку от глаз и, испуганно ахнув, прижала ее ко рту. Я стояла на тонкой полоске пола, а впереди зияла дыра. Шагни я вперед в темноте или, потеряв ориентир от ослепления, то лежала бы этажом ниже и с переломанными руками и ногами, в лучшем случае. Шумно сглотнув, прижалась к стене и боком стала продвигаться по периметру комнаты. Моей целью было окно в стене напротив. Добравшись до противоположного края, подтянулась на руках и залезла в небольшое отверстие. Свет за спиной позволил разглядеть кровать, стол и еду.

— Это что, привал? Даже еду приготовил, гад!

Присев на кровать, решила все же не отказываться от пищи и отдыха. Пока работала ложкой, закидывая в себя сомнительного вида рагу, заодно и шестеренками в голове крутила.

— “Что дальше? Не понимаю, почему он прячется? Или всё-таки они... Или не прячутся... Ох, как путаются мысли...” Вот и всё. Снова отключилась.

“Ну что, Келли, с добрым утром! Если сейчас, конечно, утро…” — пыталась приободрить себя после пробуждения. Не по себе было от того, что посуда со стола исчезла. Значит, приходили, пока спала. И не тронули… Да что им надо?! Что за игру со мной ведут?! Выбралась из комнаты тем же путем, через окно и бочком вдоль стен, где еще оставался пол. Ну, вышла, а дальше что? Снова блуждать по мрачным коридорам? Нет, это не просто коридоры, это лабиринт!

“Соберись, ты должна найти выход!” — мысленно дала себе пинка и выбрала пролет, что посветлее. Вот только ушла недалеко. После получаса блужданий уперлась в стену. “Тупик!” пронеслось у меня в голове, и уже в голос отчаянно крикнула, лупя по стене рукой:

— Чёрт! Чёрт!

И снова бесконечные коридоры и закрытые двери. Ноги гудели, а кожа покрывалась мурашками от пугающей обстановки и прохлады, тянущейся от голых стен. Уставшая, я прижалась руками и лбом к холодному бетонному покрытию. Мне казалось, что я перестаю бояться, что злость и отчаяние заполняют мой разум. Как же я ошибалась.

— Иди к черту, придурок. Я устала, — выпалила в пространство, прекрасно осознавая, что меня услышат, и замерла с открытым ртом.

Справа от меня с неприятным скрипом чуть приоткрылась дверь, приглашая войти в залитую ярким светом комнату. Я медленно повернула голову на звук. Несмотря на прохладу, спина взмокла так, что рубашка прилипла к телу.

— Черта с два я туда пойду, — еле пробормотала непослушными губами и посмотрела в другую сторону.

Там тоже была дверь, и, решившись, я подошла к ней, дернула за ручку и юркнула в комнату. Раздался душераздирающий крик. Мой крик. И щелчок блокировки двери.

Глава 3. Ловушка № 2.

Прижавшись спиной к двери, я орала, пока в легких был воздух. Когда он закончился, то задышала мелко и часто, как после бега, оглядывая комнату широко открытыми от ужаса глазами и совершенно не моргая. Мертвые тела сидели в креслах, лежали на кушетках и даже висели на цепях. Тусклый свет красных сигнальных ламп позволял рассмотреть всё в мельчайших деталях. Кругом была кровь, человеческие органы, разбросанные по полу, и жуткие наборы медицинских инструментов. Словно очнувшись, забарабанила что было сил в дверь, крича уже сорванным голосом:

— Выпустил меня отсюда, больной ублюдок!

Но я же понимала, что никто меня отсюда не выпустит. Не сейчас точно. Опустилась на пол, все так же прижимаясь к двери, и подтянула ноги, обняв колени. А чтобы не смотреть на омерзительную обстановку, закрыла глаза, отвернувшись. Если бы еще можно было закрыть нос, я бы это сделала. Вонь была настолько тошнотворной, что мне с трудом удавалось сдерживать позывы. Сколько я так просидела, не знаю, но ноги и спина уже онемели. Да и холодно было в этой комнате, а я в рубашечке и шортиках. Щелчок замка раздался, как спасительный колокольный звон. Вскочив, почти вывалилась из комнаты на одеревенелых ногах и, опираясь рукой на стену, доплелась до открытой двери, так заботливо предложенной мне в начале. К моему облегчению, это была просто комната с кроватью, умывальником и едой на журнальном столике. Выходит, я сама сделала неверный выбор. Взглянув на тарелку, в которой лежал кусок плохо прожаренного мяса, снова почувствовала подкатывающую волну и бросилась к умывальнику. Вода помогла прийти в себя и начать думать. Умывшись, села на кровать, поджав ноги, и уставилась в камеру над дверью.

— Давайте поговорим. Кто вы? Зачем я здесь? Что тебе от меня нужно? — жалобно заскулила, не веря в то, что мне ответят, и чуть не подпрыгнула, когда услышала спрятанный за фильтрами голос.

— Можешь звать меня Хорус. Остальное узнаешь со временем.

Уже то, что мне ответили, было большой удачей, и мысли белками запрыгали в голове: "Он один? Значит, есть шанс? Но он явно психопат"

— Я не буду больше развлекать тебя, бегай сам по своему лабиринту! — храбро кинула я в камеру и приготовилась к ответной реакции.

Но реакции не последовало. Я походила, полежала, посидела. И когда совсем расслабилась, воображение, взбудораженное газом, подкинуло мне свинью, точнее змею, ползущую ко мне по постели. Взвизгнув, я рванула из комнаты и полетела по чертовым коридорам чертового лабиринта, слыша за спиной довольный смех, эхом раздававшийся среди серых стен. Вымотанная, уставшая, голодная и растрёпанная, я брела, понуро опустив голову, дёргая изредка попадавшиеся двери. И шмыгая носом, готовая разреветься от отчаяния, наткнулась на не закрытую комнату. При нажатии на ручку язычок с лёгкостью спрятался вглубь замка, издав тихий щелчок, и дверь в руках свободно задвигалась. Наученная горьким опытом не врываться не глядя в незнакомые места, неторопливо чуть приоткрыла дверь, заглядывая в образовавшуюся щелку. Затем уронила от удивления челюсть, подобрала обратно и смело шагнула внутрь.

Глава 4. Ловушка № 3.

— Ты кто? — одновременно спросили я и мужчина, сидящий на полу с прикованной к стене правой рукой.

Вместо ответа недоверчиво смотрели друг на друга. Оценивали. Он меня, а я его. Голубоглазый блондин, как и я. Высокий, худощавый, слегка за тридцать. Произвела визуальный анализ пленного и, подойдя чуть ближе, наклонилась, уперев руки в согнутые колени.

— Как ты? Почему ты прикован?

— Я Хопер. Прошу воды, — чуть хрипло произнес мужчина и указал свободной рукой на стакан с водой на краю стола, сделав акцент на закованной руке, махнув ладонью, и криво улыбнулся.

Вот же садист! Оставил воду и исключил возможность дотянуться до нее.

— Я Келли, — представилась, протягивая стакан с водой.

Прежде чем продолжить разговор, Хопер жадными глотками опустошил стакан.

— Спасибо, — блаженно выдохнул собрат по несчастью.

Вот бедняга, сколько же он мучился от жажды? И чем так не угодил психопату? Невысказанные вопросы были так ярко выражены на моем лице, что мужчина всё понял и пояснил:

— Я отказался играть по правилам, и этот псих меня приковал.

— Сколько ты уже здесь? — сочувственно покачала головой и присела на край стола. — Тебе что-нибудь известно о похитителе и его планах?

— Нет, я ничего не знаю. Этот псих дезориентировал меня. Я потерял счет времени, — с досадой ответил Хопер, — Ты в курсе, что он использует усыпляющий газ.

— Я догадывалась, — вздохнула, полностью придерживаясь такой же версии. — Он назвался Хорусом. — Накрыв ладонью мужскую скованную руку, присмотрелась к оковам. — Слушай, надо тебя освободить.

— Посмотри в столе, может, там есть ключ.

— Пусто, — с жалостью оповестила, проверив ящик стола.

— Может, попробуешь найти ключ? — попросил Хопер, и голубые глаза засияли надеждой.

— Я попробую, только... — конечно, я ни за что не бросила бы человека в беде, но очень не хотелось одной снова выходить в коридор, — боюсь, не смогу найти дорогу обратно.

— Надо чем-то оставлять метки.

— Вот только чем?

— Разбей стакан и возьми осколок.

Я поглядела на свою руку и ошарашенно уставилась на Хопера.

— Ты... Ты предлагаешь мне резать руку и оставлять следы кровью?

— Что? — удивился не меньше меня мужчина. — Нет! Я предлагаю царапать стены и двери.

— Оу! — выдохнула, мысленно давая себе подзатыльник за несообразительность.

Всё-таки хорошо, что я наткнулась на живого человека. Первую метку в виде крестика я нанесла на дверь, за которой меня ждет Хопер. Помечая стены, я блуждала по коридорам, проверяя все двери, что попадались. Спустя час или более одна из них оказалась открытой. Комната хоть и выглядела жуткой, но не такой омерзительно пугающей, как та с мертвыми телами. На стеллажах вперемешку с чучелами животных и птиц размещались стеклянные банки, в которых, скорее всего, в формалине находились человеческие головы, глаза, кисти и ступни. По углам свисали огромные паутины, а стены обильно покрылись плесенью. Оглядев комнату, мне на ум пришла известная игра, некогда активно транслируемая по телевизору, — "Форт Боярд". Не иначе как чей-то больной мозг воплотил это в жизнь и в качестве игроков использует ничего не подозревающих и не дававших своего согласия людей. Пошарив безрезультатно по баночкам и склянкам, наткнулась на небольшой аквариум с прозрачной водой. Вода-то прозрачная, и ключ лежит, но на дне, в водорослях и песке что-то шевелится.

— А вот и ключ! — воскликнула и скривилась. — Б-э-э-э-э... И не только.

Вдохнув поглубже и зажмурив глаза, стала медленно опускать руку в аквариум, истеря и причитая.

— О Боже, нет. Боже, Боже, Боже...

— Ты сможешь, сможешь...

— А-а-а-а... а-а-а...

— Есть! — наконец, выдохнула, глядя на ключ в дрожащей руке.

Теперь обратно! Бегом! По коридорам мчалась без оглядки и страха, ориентируясь на свои зарубки. А добежав до двери, вздрогнула и попятилась назад, пока не уперлась спиной в стену.

— О, нет...

В коридоре было несколько дверей, и все они были помечены крестами. И не то чтобы я не знала, в какую комнату мне надо войти. Знала. Как и то, что тот, кто это сделал, был здесь, а может, и сейчас здесь. Прижимаясь всё больше к стене и вертя во все стороны головой, не выдержала и истерично крикнула:

— Где ты, ублюдок?

Тишина. Ни шагов, ни шорохов. Покусав губы, рванула в нужную дверь и выдохнула. Он на месте. Всё так же прикован.

— Келли! — обрадованно воскликнул Хопер и, увидев в моей раскрытой ладони ключ, просиял. — Умничка!

Если маньяк где-то рядом, не стоит тянуть время. Я ловко отворила ключом замочек и помогла Хоперу встать, протянув руку.

— Я рад, что ты вернулась. Спасибо, — потирая освобожденное запястье и ласково глядя на меня, поблагодарил мужчина.

— Да брось, — улыбнулась смущенно, — как же я могла тебя бросить. И потом, вместе мы сильнее.

Хопер первым выглянул в коридор и, убедившись, что там безопасно, увлек меня за собой в холодный и неприветливый лабиринт. С ним я чувствовала себя увереннее и смелее. По крайней мере, блуждали по тупикам и проверяли двери вместе. Молча дёргали ручки и мотали головами. Попадались и лестницы, и мы то поднимались, то спускались. Оценить площадь здания и количество этажей не могли ни я, ни он. Постепенно усталость давала о себе знать. Мне не хотелось больше переставлять ноги, и я готова была усесться прямо посреди коридора. Возможно, так бы и поступила, не окажись перед нами открытой комнаты. Дверь была прикрыта неплотно, и в тёмный коридор через щель пробивался свет. Я неуверенно посмотрела на мужчину, а он ободряюще положил мне руку на плечо. Мы оба понимали, это было приглашение.

Глава 5. Ловушка № 4.

Насчет приглашения я не ошиблась. В комнате на столе было накрыто на двоих: две тарелки, два стакана и кровать двуспальная. Я посмотрела на это с иронией, а Хопер — с раздражением и злостью.

— Ты посмотри, он знает, что я сбежал! Знает, что мы теперь вместе! — мужчина хлопнул себя по бедру и покачал головой.

— Конечно, — хмыкнула я. — Тут же повсюду камеры. И ключ был всего лишь очередным испытанием.

— Плохо... — протянул Хопер и сцепил руки за спиной. — Мы не сможем застать его врасплох. Ладно, утро вечера мудренее.

— Еще бы знать, когда утро, а когда вечер.

Есть и спать хотелось безумно. Быстро уговорив слегка переваренную холодную кашу и запив водой, мы улеглись по разные стороны кровати, скромно повернувшись друг к другу спиной. На что бы ни рассчитывал этот извращенец, но обломается он по крупному. Не знаю, как мой собрат по несчастью, а я уснула мгновенно и без сновидений. А вот пробуждение хоть и было легким, но несколько неловким и смущающим. Первое, что увидели мои глаза, это Хопера, лежавшего на боку, подперев голову рукой, и пристально наблюдавшего за мной. Мы лежали лицом друг к другу.

— Ты что? Пялишься на меня? — спросила шутливо, хотя такое поведение меня задело.

— Прости, не хотел тебя будить, — ответил он, ничуть не стесняясь. — А просто так смотреть в потолок скучно.

Я приподнялась и заглянула ему через плечо. На столе по-прежнему стояла вчерашняя посуда.

— Еды нет?

— Видимо, этот мистер "Икс" не стал рисковать, нас всё-таки двое.

— Какой риск, он ведь использует усыпляющий газ, — я приподнялась и села.

— А никакого газа не было, — повторил Хопер мои движения.

— Но мы спали! Я, по крайней мере, точно как убитая.

— Это от усталости. Но выспавшись, ты чувствуешь себя бодро, и голова ясная. А после газа голова тяжелая и тело ватное.

— Ты прав. — призадумалась, принимая факты во внимание, всё-таки хорошо, что мой спутник так внимателен к мелочам и рассудителен. — Что будем делать? Нам нужен план.

Хопер пожал плечами и беззаботно выдал:

— Дверь не закрыта, а там по ходу разберемся.

Вот тебе и рассудителен! Я криво усмехнулась и подняла вверх большой палец.

— Отличный план!

На том и порешили. Пока снова бродили по коридорам, я всё время думала, почему нас не усыпили? Зачем позволили встретиться? Сколько здесь еще мужчин и женщин томится? И все как на подбор: голубоглазые блондины? Может, у него фетиш на блонд? Тьфу, Келли, что за хрень тебе лезет в голову? Из раздумий вынырнула, когда сообразила, что мы уже минуту как стоим на месте. Хопер вертел головой и не мог определить, в какой коридор стоит пойти. Тот, что уходил направо, был хорошо освещен в конце, а тот, что налево, наоборот, темен.

— Я предлагаю идти туда, где свет, — наконец выдал мужчина, видя, что я не проявляю инициативы.

— Подожди, что-то не так. — Засомневавшись, прикусила палец и посмотрела по сторонам. — Очередная ловушка, я уверена. В прошлый раз он поймал меня. Была открыта дверь, и свет горел яркий, но я выбрала другую комнату, так как понимала, что меня заманивают. Впоследствии я пожалела о своем выборе.

— Значит, выбираем светлый коридор, — подтвердил свой вариант Хопер, опираясь на мой рассказ.

— Нет, в этот раз он может сыграть на моем неверном выборе. С него станется. Идем в темный коридор, — что-то я раскапризничалась, но ничего не могла с собой поделать.

— Келли, ты противоречишь сама себе. Ну, прикинь хотя бы, как мы будем в темноте? Может, у тебя завалялась зажигалка в кармане или даже целый фонарик? Лично у меня нет. А может, у тебя кошачье зрение? — начинал раздражаться мужчина.

— Хопер, я иду туда! — чеканя каждое слово, указала рукой в темный коридор.

— Нет! — жестко отрезал Хопер и схватил меня за локоть.

— Пусти! — вырвала я руку и в панике бросилась в спасительную темноту.

— Остановись, Келли! — услышала я за спиной и прибавила скорость.

Что меня так напугало, я не знала, только возвращаться не хотела. И хотя шагов преследования не слышала, продолжала торопливо убегать и дергать попадающиеся двери. Одна из них поддалась, и я шагнула в полутьме в комнату. Шаг. Второй. Обрыв. Полет и крик…

Приземление было болезненным и резким. Значит, пролетела недолго. Один этаж? Как же больно! Словно меня бросили в воду, и я плашмя плюхнулась на водную гладь. Грудь и живот жгло, но я старалась сильно не шевелиться и определить, сколько переломов могла заработать. Келли, ты идиотка, ведь такой фокус с отсутствием пола уже был, так чего же ты под ноги-то не смотришь... Где-то над головой послышались шаги. Я замерла, прислушиваясь, как скрипнула дверь и кто-то тяжело опустился на колени.

— Келли, ты жива? — раздался тихий голос Хопера.

Я зашевелилась и приподнялась на руках. Подо мной были старые матрасы. И лежали они здесь неспроста. Ох, неспроста.

— Да... кажется... — промычала, с трудом развернувшись и задрав голову вверх.

— Держись, я найду тебя! — пообещал Хопер и, встав с четверенек, торопливо вышел из комнаты.

Кряхтя и охая, я села. Вердикт: я ничего не сломала. И это сейчас самая замечательная новость для меня. Прижав руку чуть выше живота, встала и кое-как выползла в коридор. От отчаяния захотелось завыть. Я снова осталась одна.

Глава 6. Скелеты в шкафу.

Пройдя вдоль длинного коридора, заметила лестницу. Что ж, если я оказалась этажом ниже, чем Хопер, то стоит подняться и поискать его. Лестничный пролет оказался небольшим двухуровневым. Выход на следующий этаж был закрыт, и пришлось подняться еще на один уровень. Наверху меня ждал сюрприз. Несколько дверей, и все не закрытые. Медленно и скрупулёзно проверила каждую комнату. Ничего пугающего или необычного в них не было. Так, хлам всякий или вовсе пусто. Но вот одна из комнат стала настоящим кладом. Я вошла внутрь и, прикрыв за собой дверь, заворожённо оглядела залитое дневным светом пространство.

—Так вот где твоя обитель!

В комнате с открытым окном и обшарпанными стенами стояла одноместная кровать. Рядом большой письменный стол, заваленный грязной посудой и упаковками от фастфудов, и целый угол был оборудован различной техникой: компьютеры, профессиональная видеокамера, мониторы с обзорами с камер наблюдения и телевизор, который транслировал домашнюю запись с видеокассеты. Присмотрелась, и сердце ухнуло в самый низ. Это же я в трехлетнем возрасте и мои родители. А на полу возле видеомагнитофона лежали мои детские фотографии и маленького мальчика. От накатившей паники в голове зашумело, и перед глазами все поплыло. Еще не хватало грохнуться в обморок прямо в его комнате. Глубоко дыша, я подошла к кровати, чтобы сесть, но вместо этого застыла, как солдатик, глядя на стену. На пробковой доске были пришпилены газетные вырезки со статьями. Я уперлась коленом в койку и потянулась к стенду. Одна статья была семилетней давности и рассказывала о пожаре.

“Пожар в доме! Страшная трагедия в ночь на 10 октября унесла жизни двух людей. При пожаре дома по улице Франклина, возникшего при весьма странных обстоятельствах, погибли хозяева Алан и Одри Доулс. Очевидцев нет. Причина возгорания и виновные не установлены”.

В глазах защипало. Алан и Одри Доулс — мои родители. Стараясь сдержать слезы, стала изучать стенд дальше. Следующее объявление касалось предостережения граждан от какого-то сбежавшего психопата. Имя было сильно заштриховано шариковой ручкой, но была видна фамилия.

“Внимание!!! ***** Доулс сбежал из психиатрической больницы им. Пинкмана. Опасен для общества.”

И всего одна фотография на газетном обороте: мужчина, стоящий спиной с отведенными назад и закованными в наручники руками. Но была одна маленькая деталь, что привлекала к себе внимание. Татуировка в виде черепа в огне на внутренней части левой руки между локтем и запястьем. Опустившись на постель, подтянула к себе лежащую открытую тетрадь и без особого внимания принялась перелистывать страницы. Похоже, это был его личный дневник. Поняв это, вчитывалась в записи уже осознанно.

"Они бросили меня, бросили, как ненужную вещь. Они даже ни разу не пришли навестить. Не поинтересовались, как мне здесь живется. А я хотел домой. Я очень хотел домой. И вот я пришел домой. Они не ждали меня. Нет. С чего им меня ждать, ведь теперь у них был другой ребенок. Но они поплатились за это. Я сжег их. И дом. Это больше не мой дом, не мои родители. Я отомстил за себя. Почти. Осталось найти мою сестренку".

— Черт возьми, что за семейные тайны?! — прижала я руку к губам и медленно опустила на грудь. — Моих родителей убил психопат, и он мой… мой брат…

Словно под гипнозом, я встала, взяла стакан с водой и залила всю работающую аппаратуру. Больше ты не сможешь за нами следить, больной ублюдок!

— Келли! Келли, отзовись! — услышала я голос Хопера благодаря распахнутому окну.

— Я здесь! Хопер! — выкрикнула, свешиваясь через подоконник.

Разглядеть нижние этажи не получалось из-за широкого выступа, и, подтащив стул, я вылезла через окно на карниз. Высоко. Даже голова закружилась от высоты и кислорода. Опустившись на четвереньки, я наугад позвала:

— Хопер, я наверху.

Из окна нижнего этажа показалась светлая голова.

— Слава богу, с тобой всё в порядке. Как ты тут оказалась?

— Вылезла из окна, — пожала плечами и похвасталась. — Я нашла комнату, откуда Хорус следит за нами. Но больше не сможет. Я устроила там разгром.

— С ума сошла! — взволнованно воскликнул мужчина. — Тебе повезло, что его не было там!

— Я вижу пожарную лестницу, как думаешь, мы сможем добраться до нее? — не обращая внимания на его раздражение, поделилась своей находкой.

— Далеко, — задумчиво глядя в сторону лестницы, произнес мой партнер по заключению. — Может, попробуем внутри спуститься на пару этажей и подойти ближе?

— Внутри? — меня аж передернуло, а разум кричал: "Плохая идея". — Там сплошной лабиринт! Если мы вернемся, то уже точно никогда не выберемся.

— А здесь опасно, можно сорваться, — настаивал Хопер.

— Я лучше сорвусь, чем вернусь.

Хопер демонстративно вздохнул, развернувшись спиной к окну, уцепился руками за верхний откос и, подтягиваясь, вылез наружу. С замиранием сердца я следила, как он карабкается вверх. У него что, совсем нет страха высоты или чувства самосохранения? Но нет, человеческие чувства ему не чужды. Забравшись ко мне на выступ, он еще какое-то время лежал с закрытыми глазами и тяжело дышал.

— Что еще было в той комнате? — неожиданно спросил Хопер, пока мы, прижавшись спинами к стене здания, бочком пробирались по карнизу к заветной лестнице.

— Фотографии, видеозаписи, газетные статьи и дневник, — перечислила по памяти улики и, не сдержавшись, созналась: — Оказывается, это он убил моих родителей. Всё случилось семь лет назад, когда я уезжала учиться в колледж. — Теплая мужская рука сочувственно накрыла мою ладонь. — И еще... еще... Он мой брат...

— Что?!

— Родители никогда не говорили, что у меня есть брат, — попыталась я оправдаться.

— И где он был всё это время? — чуть притянул меня к себе за руку мужчина.

— В психиатрической больнице.

— Что же это за родители такие, что сдали собственного ребенка? — отдернул руку, как от прокаженной, Хопер. — Да и ты, честно говоря...

— Что я?! — волна возмущения прошлась по мне, словно кипятком обдали. — Я же не знала о нем. Возможно, я бы попыталась разобраться в этом, помочь ему. — Остановившись, уперла руку в бок и с негодованием уставилась на своего спутника. — Я не понимаю, почему ты его защищаешь? И вообще, что ТЫ тут делаешь, как попал сюда? Ну ладно я. Он мстит мне. А ТЫ кто такой?

— Ну чего разошлась? Ну не знаю я! — примирительно отозвался мужчина и, развернувшись лицом к стене, протянул ладонь. — Давай руку.

Мы уже были близки к пожарной лестнице. Оставалось только преодолеть небольшую пустоту, образованную архитектурным углублением в стене здания. Я схватилась за предложенную руку, а Хопер, уцепившись за стену, занес ногу для широкого шага. В последний момент нога мужчины соскользнула с края, и он, падая вниз, извернувшись, как кошка, повис на выступе, на котором мы стояли. Хопер грудью лежал на карнизе, елозя руками в попытке ухватиться хоть за что-нибудь и подтянуть себя, упираясь ногами в стену.

— Держись! — вскрикнула я и, ухватившись за его плечи, стала тянуть на себя.

Воспользовавшись моей помощью, мужчина, наконец, смог закинуть ногу на выступ и потихоньку выкарабкивался на карниз. Потянув его за руку, сквозь порванный рукав рубашки я отчетливо увидела татуировку черепа в огне. Испуганно глядя ему в глаза, я медленно отпустила руку и, выпрямившись, так же медленно попятилась назад. Хопер, уловив перемены в моем поведении, дьявольски улыбнулся и, вставая на ноги, протяжно заговорил:

— Что, сестренка, ты не поможешь брату? Ты же не бросишь меня, как наши родители?

Я без резких движений плавно отступала назад к окну, из которого вылезла, а он плавно наступал, улыбался и щурился. Добравшись до окна, все еще пребывая в шоковом состоянии, я попыталась влезть в комнату. Брат бесцеремонно ухватил меня за локоть, разворачивая к себе.

— Почему ты бежишь от меня?

Молча отдернув руку, подтянулась и оперлась коленом на подоконник. Губы словно онемели, а язык прилип к небу. Хопер, не дождавшись ответа, схватил меня за ногу и потянул. Чувствуя, как мое опорное колено заскользило, я вскрикнула и, развернувшись, села на подоконник, намертво вцепившись пальцами за раму.

— А-а-а-а, отпусти!

— Ты не бросишь меня, никто больше не бросит, — хрипя, зарычал мужчина, все еще цепляясь за меня.

Всё больше дрожа от страха, я поджала ноги и оттолкнула от себя психопата. Хопер сделал два неловких шага назад и стремительно полетел вниз, сопровождая полет криком. А я, всхлипывая и вздрагивая, кое-как переместилась в комнату и опустилась на пол. Неужели всё кончено… кончено… Заметив на прикроватном столике среди хлама сотовый телефон, потянулась за ним и набрала службу спасения. После короткого гудка я услышала спасительные слова:

— 911...

— Мне нужна помощь. Меня удерживают силой, но я не знаю, где нахожусь. Вы можете отследить звонок?

Получив утвердительный ответ и не сбрасывая звонок, я устало опустила руку с мобильником на пол, откинулась спиной на стену и прикрыла глаза. Кажется, я отключилась. Сколько прошло времени, не знаю. А пришла в себя, когда услышала хлопок двери и шаги в комнате. С трудом разлепила веки и никак не могла сфокусировать зрение. Словно в тумане я видела, как ко мне не спеша подошел человек в полицейской форме, склонился надо мной, уперев руки в согнутые колени, и отстраненно спросил:

— Мисс. Мисс, вы меня слышите? Что с вами?

Что-то в его голосе и лице мне было смутно знакомо, только сквозь уплывающее сознание никак не могла уловить, что. Прежде чем снова отключиться, мне показалось, он улыбался.

Еще не конец? :)