Квартира счастливых людей

Мастера

Тяжелая рука резко ложится на плечо и грубо разворачивает к себе невысокого, худого и бледного человека, неспешно идущего по коридору.

- Какого черта ты до сих пор не на рабочем месте?!

Человек слегка вздрагивает, бледнеет еще больше, но, улыбнувшись, произносит: - Доброе утро, господин. Я…

- Не смей со мной любезничать! Пошевеливайся давай, никому не нужны нерасторопные мастера! Ты вообще какой номер?

- Я-Мастер 1313, - с улыбкой чеканит каждое слово.

Улыбка тут же сползает с лица господина.

- Ах, это ты тот контуженный… Иди уже. Но в следующий раз я точно сообщу о твоем опоздании…

- Спасибо, господин. Вы очень любезны, сэр, - бросает Мастер и быстрым шагом направляется в комнату ожидания.

- Все ли на месте? - произносит человек, называемый здесь гидом, с небольшого подмостка. - Если кто-то не на месте, это его проблемы: вычислим и сделаем изгнанником!

По комнате разносится протяжный, испуганный полустон-полувздох: больше всего на свете мастера боятся стать изгнанниками.

- Доброе утро! - в комнату ожидания влетает Мастер 1313, весь запыхавшийся, но, как всегда, со своею непритворной улыбкой. - Доброе утро всем добрым людям.

- А вот и наш ‘’контуженный’’ приперся… - сквозь зубы проговаривает гид, даже не пытаясь скрыть неприязнь, - Да еще и опоздал!

Мастер 1313 виновато окидывает взглядом присутствующих и становится на свое место, рядом с Мастером 1312, который каждый раз при виде непутевого коллеги закатывает глаза.

Гид продолжает перечислять мастеров. От первого до последнего номера. Их больше двух тысяч… Мастера стоят спокойно, отзываясь на свой номер, шепчутся от скуки, все поглядывая друг на друга и ища отсутствующих, чтобы сдать их. Каждый день…

Затем мастера по приказу гида приступают к работе… Снова часы ожидания, до тех пор, пока тебя не выберут для какой-либо починки. В основном, конечно, приходят люди из элиты, реже-кто-то из вышестоящих. Кого-то из мастеров вызывают для починки настроения, кого-то для замены струн души, но чаще всего элита приходит, чтобы взять мастера для ремонта чувств.

Мастер 1313 стоит и терпеливо ждет, когда его выберут. Но сегодня клиентов очень мало, как и весь этот месяц.

В холле показалась знатная дама чуть старше пятидесяти, которая выглядела моложе за счет косметики. Однако сейчас вся ее ‘’молодость’’ расплылась по заплаканному лицу.

- Не переживайте, миледи, мастер вам обязательно поможет… Проходите сюда, пожалуйста, - гид приводит даму в зал ожидания.

Мастер 1313 тут же выглядывает из-за спины коллеги, с широкой улыбкой встречая вошедшую леди. Дама вальяжно проходит сквозь ряды мастеров, оглядывая каждого. Чем ближе она подходит к 1313-ому номеру, тем шире становится его улыбка.

- Какой-то он у вас слишком жизнерадостный, - фыркает дама, заметив энтузиазм Мастера 1313, - Мастерам не положено быть таким.

- Да вы на него не обращайте внимания…Он бракованный, - сквозь зубы бормочет гид.

Дама так же вальяжно проходит мимо Мастера 1313 и других номеров, и останавливается у Мастера 1550, рыжеволосого молодого человека, с торчащими в разные стороны кудряшками.

- Отличный выбор, миледи! Это один из лучших экземпляров! Починит душу, залатает сердце, заменит струны… Мастер на все руки!

Клиентка еще какое-то время осматривает понравившийся номер, договаривается о времени возврата с гидом и в сопровождении Мастера 1550 уходит…

- Эй, Мастер 1313, сюда подойти! - кричит кто-то из коллег.

- Да, это я, - 1313 номер подходит к ним.

- Шел бы ты и почитал инструкцию еще раз… Делать тебе все равно больше нечего.

- А если придет клиент?

- Не переживай, мы сообщим тебе… Непременно, - смеясь и пихая друг друга в бока, произносят мастера.

Мастер 1313 благодарственно кивает им и идет в библиотеку, где берет огромный том с инструкцией для мастеров и начинает читать, в надежде, что коллеги позовут его. Он читает инструкцию снова и снова, изо дня в день, веря, что это укрепляет знания, делает его лучше… Мастер 1313 знает содержание книги наизусть. Но каждый день читает инструкцию.

В обеденное время мастера встречаются в столовой, дабы вкусить очередной кулинарный шедевр. Они подставляют свои тарелки и получают порцию ‘’чего-то с чем-то’’.

- Ура, сегодня запеканка! Это не то же самое, что вчера! - восклицает Мастер 1313, садясь за стол.

-Отвратительно пресное и безвкусное блюдо… - бормочет сидящий рядом номер 1213.

- Но зато свежее и новое! - продолжает Мастер 1313, кладя в рот субстанцию, не имеющую ничего общего с запеканкой.

После обеда мастера следуют в комнату тренировок, где все незанятые и не ’’использованные’’ сегодня номера практикуют свои навыки в починке. Вместо клиентов здесь выступают специально приставленные люди из элиты-самые бедные люди из элиты, наказанные или осужденные и вынужденные отрабатывать здесь свои нарушения.

Мастера делятся на группы и по очереди выясняют проблему ‘’клиента”, узнают причину ‘’поломки’’ и пытаются ее починить.

Спустя, как будто, бесконечное количество часов очередь доходит и до Мастера 1313. Он со все той же миролюбивой улыбкой начинает задавать вопросы и приступает к лечению…Названый клиент убегает со слезами на глазах.

- Я опять что-то сделал не так? - виновато поправляет каску Мастер 1313.

- У нее был диагноз разбитого сердца. Ты должен был залатать! А сделал только хуже…- строго отчитывает его гид, - Мастер 1313, ты понижен в статусе мастеров и теряешь спрос. Снова…

- Гы, мастер-ломастер, - шепчутся коллеги.

Мастер 1313 пожимает плечами и вздыхает, не из-за того, что снова потерпел неудачу, не из-за того, что понижен, а из-за плачущей по его вине девушки…

Однако стоит ему выйти в конце рабочего дня на улицу, весь негатив тут же улетучивается. В городе, где не бывает зимы, вечно цветут деревья, кусты и цветы и до позднего времени светит солнце, невозможно не наслаждаться постоянной весенне-летней красотой. Мастер 1313 замедляет шаг, в то время как другие спешат по домам, он останавливается, полной грудью вдыхает смесь дивных запахов лета, улыбается от уха до уха и медленно идет домой…

Зайдя уже поздним вечером в маленькую однокомнатную квартирку-одну из тысячи таких же квартир в этом спальном районе, Мастер осторожно снимает белоснежный рабочий халат, который с особой аккуратностью вешает в шкаф, рядом кладет каску-неотъемлемую часть костюма мастеров. Он переодевается, заваривает себе чай и, сидя на кухне под тусклой лампой, пишет в своем дневнике: ‘’Сегодня был такой же замечательный день, что и всегда…’’

Рабочие

Он с тяжестью и поглощающим нежеланием поднимает веки. Пять утра… Минута осознания. Головная боль. До будильника еще целый час, так чего же не спится то? Еще минута бессонницы и причина выявлена-сушняк. Страшный сушняк. Не надо было столько пить вчера…

Нехотя поднимается с кровати и плетется на кухню, включает свет. Сладостная прохлады воды…

- Папа! Папа проснулся! -девчачий голос из прихожей.

- Папка! - еще более юный голос.

Едва ли не роняет стакан.

- Какого черта вы не в постелях?! Куда глядит ваша мать?

В дверном проеме появляется девочка лет восьми, черноволосая, голубоглазая, в пижаме с дыркой на плече. Улыбается наивно, держит за руку мальчика пяти лет, такого же черноволосого и в полосатых шортах в заплатках.

- Папенька, ты чего? Мама же на работе еще, ты что, забыл?

Он хватается за голову, потирая виски.

- Ага, да…Опять с соседом поди развлекается! - грозно ставит стакан и уже идет к выходу из кухни, но останавливается из-за накатившей боли.

- Папа, успокойся, ты же знаешь, что у мамочки работа ночная… Она обслуживает элиту в ресторане.

Хмыкает.

- Да к черту эту элиту… - устало потирает переносицу, наконец, словно проснувшись ото сна, обращается к детям.

- Так почему вы не в кроватях?

- Сережа проснулся и плакать начал… Ну а мамы нет, тебя будить не стала, вот и пошли мы телевизор смотреть!

- Вы что? А ну-ка, живо в кровать! Мы что говорили про телевизор? Вам его смотреть нельзя-возьмете себе в головы ложную информацию и что потом? Хотите в изгнание?!

- Нет, конечно!

- Наткнетесь там на какую-нибудь передачу подпольную, без разрешения и будете потом думать, будто среди мастеров есть умные люди… Или например, что среди элиты, -произносит это слово с особенным пренебрежением, - есть благородные люди… Вот как только проникнет к вам в голову такая мысль, считайте, что вы и не рабочие больше!

- Папа, мы знаем…- чуть не плача произносит девочка.

- Вот и славно… А теперь быстро в кровати! Вы же знаете: режим превыше всего! А то…сдам вас. Скажу, что вы…

- Нет, папочка, не надо! - всхлипнула девчушка, а мальчик тихо заплакал.

- Тогда идите спать, - сказал с легкой улыбкой.

Дети быстро кивнули и ушли в свою комнату. Он еще с минуту стоял в коридоре, как бы раздумывая о том, что сказал и, довольный собой, поплелся обратно в комнату…

Через час пришла жена, а он как раз встал на работу.

- Что, пришла, стерва? Как ночку провела? И с кем?

- Да пошел ты! - недовольно, сбрасывая с себя одежду, оголяя еще достаточно молодое, но уже потрепанное тело.

- Я -то пойду, уже собираюсь, - смеется.

- Иди уже, опять напился как свинья! - ложится в кровать, устало произнося такие привычные слова.

- Женщина, а как же завтрак? - Рассол тебе на завтрак!

- Вот же стерва…- произносит без капли злости. Говорит, как всегда.

- Иди уже.

- Я -то пойду…А ты бы за мелкими присматривала лучше… Они сегодня телевизор смотрели.

Жена бормочет что-то нечленораздельное и засыпает…

Он приходит на строительный объект-обширное здание непонятного назначения. Главный управляющий и начальник говорят, что это школа. Но они врут. Это была уже третья ‘’школа” за полгода… Но дети элиты не ходят в такие школы-их воспитывает государство, дети рабочих учатся дома, а у мастеров нет детей…

- Теренов, еще раз обнаружу у тебя выпивку в шкафчике-будешь неделю работать в сфере обслуживания! Понял? - Да, господин.

- И что? - Я не буду больше пить на работе, господин…

Очередная ложь. Ни один уважающий себя рабочий не мог провести и дня без ‘’целебного’’ пойла.

- Что, Теренов Принеси-Подай, снова попался? - пихает его в бок коллега во время очередного неположенного перекура.

- Да пошел ты, - без злобы произносит Теренов, пихая товарища в бок, - Сам-то лучше что ли? На прошлой неделе кто заменял Бетонный Палец в магазине, м?

- Да брось ты! - ржет коллега, - Между прочим, у рабочих-продавцов работенка-то полегче будет! Хотя обслуживать элиту и улыбается им весь день тоже такое себе удовольствие…

Теренов, или, как его называют коллеги, Принеси-Подай, стоит и курит вместе со своим товарищем-полным мужчиной средних лет, Милашевским, которого здесь величают Золотой Рукой, когда к ним подходят коллеги. Один из них многозначительно подмигивает-и через минуту во всех скрытых и потаенных местах строительного объекта льется сладостное пойло… Главное успеть до прихода управляющего, главное успеть…

- Слыш, Принеси-Подай, твоя жена-то хот домой вернулась? - с ехидцей спрашивает Милашевский уже после ‘’успешной миссии по тайному потреблению алкоголя”.

- Да, вернулась… Куда ж делась бы?

- Да мало ли куда…Ты ж знаешь, она у тебя такая… - присоединяется низкорослый паренек, прозванный здесь Крикливым Карликом.

- Какая такая? -Теренов с неодобрением поворачивается к коллегам. - Шлюха хочешь сказать?

- Отборнейшая, - произносит Карлик, и все начинают хохотать.

- Моя жена дома ночует… Это вот ты, - тычет пальцем в грудь Карлика, -свою уже два дня не видел, вот и претендуешь на чужих!

-Да ладно, ты чего, не слыхал что ли, что твою жену вечерами, когда ты дома, видели со всякими?! -Как и меня, -Теренов уже конкретно раздражен.

- Ой да брось, два -три твоих похождения - ничто по сравнению с романами твоей жены! - вторит низкорослому Милашевский.

- Подумаешь… - пожимает плечами Теренов, возвращаясь к работе.

Но дальнейшая работа не задалась. По непонятным причинам рабочий не мог теперь сосредоточиться на своей задаче. Душу одолевала непонятная тревога, словно в груди завелась какая-то болезнь, а в области сердца неприятно кололо… Что за неприятное ощущение?

“Это только из-за усталости…’’ - говорил Теренов сам себе, не подозревая, что сам себя обманывает…

- Теренов! - раздался крик начальника, который вывел из раздумий рабочего.

- Ну я… - отозвался он.

- Теренов, нужно заменить сегодня Трубицына в ресторане “ Жаклин’’. Его на скорой увезли… Даже до конца смены не дотерпел, поганец…

- Но почему именно я?! - спросил он чисто на автомате, прекрасно понимая, что какая бы причина там не была, ничто уже не спасет его.

- У тебя за текущую неделю предупреждений много. В общем, что б после своей смены отправился на замену. Я проверю… - строго сказал начальник, приподняв даже очки, из-под которых на рабочего смотрел остервенелый взгляд…

Оставшиеся несколько часов смены были особенно невыносимыми. Обычно было так: чем ближе конец смены, тем усерднее рабочие делали вид, что трудятся. Однако сегодня Теренову не везло. Сначала эти непонятные ощущения мешали привычной работе, затем мысли о том, что после работы ждет еще работа… Рабочие, привыкшие занимать должности в сфере услуг, в целом, любят свою работу и никогда бы, ни при каких обстоятельствах не стали бы работать на стройке. Рабочие со стройки напротив-предпочитают горбатиться на своих объектах, чем контактировать с элитой…

Теренов достиг маленького и невзрачного ресторана, без особенного оформления, даже вывеска была какой-то унылой…

- Ну и дыра… - пробормотал рабочий, а потом, приободрившись, добавил: - Ничего, чем меньше народу придет, тем лучше…

В первые полчаса людей действительно было мало. От силы набиралось человек десять и то, на этих десять человек было три официанта. Но к концу дня людей начало становиться все больше и больше, конечно, ведь было уже время ужина, а значит, что даже такое неприглядное для ресторана место, как это, заполнялось людьми.

Самым сложным в работе официанта для Теренова было умение вести себя дружелюбно, в то время как вокруг тебя витает чувство неприязни, даже если тебе напрямую об этом не скажут, ты знаешь-тебя презирают. Они имеют право смешать тебя с грязью, если что-то не нравится. Ты- нет.

Миссис Теренова работала в ночную смену в элитном ресторане, она была закалена терпеть со стороны посетителей все, разве что дома давала волю эмоциям. В отличие от своей жены Теренов не умел держаться вовсе, даже улыбка его была такой ненатуральной, что некоторые просто отказывались от его обслуживания и звали другого официанта.

- Если б за мной не следили докладчики, я б уже давно послал бы их всех и поехал бы домой… Чертовы докладчики, чтоб им пусто было! – стоя за барной стойкой, после очередного несостоявшегося заказа, он бесновался.

- Ну и дыра… - произнесла зашедшая посетительница в пышном платье с укладкой, которая делала ее голову огромной, - Марта, почему мы пришли в такое дешевое место? - Потому что оно было рядом, - ответила рыжеволосая девушка, зашедшая следом.

- Но это!...

- Не бушуй, Карин. Как будто тебе не все равно, где ужинать… Ты же сама говорила, что умираешь с голоду…

- Говорила… - пробормотала девушка, названная Кариной, и нехотя пошла к свободному столику.

Собравшись с духом, Теренов подошел к ним.

- Добрый вечер, уважаемые дамы…Что будете заказывать?

- И официанты тут невзрачные… - прошептала Карина подруге на ухо так, но это услышал и рабочий, который уже едва сдерживал наполнявшую грудь злобу.

Марта равнодушно пожала плечами, не обращая на официанта никакого внимания.

- Нам, пожалуйста, две порции лосося с салатом, - сказала рыжеволосая девушка.

- Будет сделано, - выдавил из себя Теренов и поспешил удалиться.

Он принес девушкам заказ. Карина встретила его недружелюбным взглядом, а выражение лица говорило: ‘’Почему так долго?’’

Рабочий молча и с какой-то нервной улыбкой на лице поставил перед ними блюда. В душе он умолял, чтобы посетительницы ничего ему не сказали -иначе он взорвется.

- Спасибо, - проворчала Карина, приступая к еде.

Марта просто кивнула, но было что-то неожиданное на ее лице во время этого кивка: она улыбнулась официанту…

Рабочий день наконец-то закончился, Теренов расписался у начальства и направился домой. Но радость его была в очередной раз сорвана звонком жены, которая попросила зайти того в магазин. После трех минут громких препираний рабочий все же поплелся в магазин.

- Ага, в магазин за нее сходи… Что еще мне за нее сделать?! - сетовал на жену Теренов, пока шел между прилавками.

Где-то в соседнем отделе чей-то ребенок громко канючил, выпрашивая у родителей купить ему сладости, которые не вписывались в семейный бюджет.

На минуту Теренов задумался, остановившись в отделе сладостей, откуда только что с трудом вывели ребенка.

‘’Я был очень строгим отцом…может стоит побыть хоть раз добрым для них?’’ - рука сама потянулась за шоколадками.

‘’Но детей нельзя баловать. Меня вот никогда не баловали! И отца моего тоже никогда, и деда…’’ - но рука все равно потянулась к соблазнительным плиткам шоколада.

Стоя на кассе, он импульсивно пересчитывал деньги. Снова и снова. Суммы было достаточно, чтобы заплатить за все, но рабочий продолжал пересчитывать деньги, как будто они могли в любой момент исчезнуть из рук. Он бросал нервные взгляды на цену, словно она должна была измениться у него на глазах…

- Папа пришел! -в коридор, стоило только Теренову ступить на порог, тут же переместились дети.

- Ну наконец-то пришел! - жена тоже материализовалась в коридоре, хотя несколько секунд назад была в другой части квартиры.

- Пришел… - пробормотал он, занося на кухню пакет, - Да еще принес кое-что…

С этими словами рабочий достал две шоколадки и протянул разинувшим рты детям.

- Ой, папочка, спасибо! – пролепетала девчушка, тут же обняв его за шею.

- Оставь эти телячьи нежности…

- Это еще что?! Ты что это делаешь? - миссис Теренова подлетела к детям и мужу, испепеляя взглядом сразу всех. -Ты зачем их балуешь?! У нас что, денег много?

Дети, точно дикие хорьки, схватив добычу, ретировались из кухни.

- Не кричи ты так…Ну купил и купил! Уже все равно ничего не поделать…

- Ничего не поделать, - передразнила его жена. - Вот так побалуешь их один раз, они захотят потом еще… Будут думать, словно мы для удовольствия в этом мире живем и что деньги так легко достаются! Начнут себе воображать, словно можно жить лучше, чем живем мы сейчас… Но мы-то знаем, что наша доля такова и нет рабочих счастливей нас! Все так живут!

- Да знаю я все это! - раздраженно выпалил Теренс. - Прекрати меня отчитывать…

- Балбес ты… -огрызнулась она. -Ужинать будешь? Или у тебя алкоголь вместо еды? - Буду!

…Ночью не спалось. Сначала было жарко, затем холодно. Жена что-то бормотала во сне. А в голове все навязчиво стояли события дня.

‘’Никогда я больше не буду хорошим… Одного раза хватило’’, - подумал про себя, отодвигаясь от жены.

Тишина…А все равно не спится. Повернулся к жене, обнял ее, сухо, без эмоций.

- Юр, отстань, бога ради… - пробормотала та.

- Стерва…

Отвернулся. Потянулся. Устал, как собака, а сна все нет!... Мысли, одни сплошные мысли да тошнота в горле от алкоголя и пайка, который давали на смене…Эх, а завтра ведь снова на работу…

Элита

Нет ничего прекраснее, чем проснуться утром в своей роскошной квартире, зная, что завтрак тебе подадут в роскошном ресторане у дома и что рабочий день начинается в 12…

Марта почти всегда просыпалась в приподнятом настроении, гладила пушистого друга Чаппи-рыжего, почти как она сама, померанского шпица, не признающего никого, кроме нее.

Затем она неспешно пила кофе, стоя у окна, из которого открывался вид практически на весь город. После этого утреннего ритуала Марта открывала шкаф с бесчисленными коллекциями брендовых вещей, большую часть из которых даже ни разу не мерила. Выудив из шкафа какую-нибудь более-менее простую вещь, девушка еще пару минут стояла у зеркала, расчесывая длинные рыжие пряди и напевая под нос ненавязчивую песню.

Закончив утренние дела, Марта выходила на улицу, с неприкрытым удовольствием вдыхая свежий, уже прогретый солнцем, воздух.

-Как же хорошо, как прекрасно! - девушка не сдержала восторга.

-Если ты элита, то конечно все у тя прекрасно!- проворчал пожилой рабочий-дворник, которого Марта даже не заметила сперва.

-Знаете, если вы будете побольше улыбаться и меньше жаловаться, то и у вас все будет хорошо… - строго ответила девушка.

-Ага, как же! – хмыкнул дворник, и, не дожидаясь ответа элиты, перешел на другую улицу.

Марта провела его укоризненным, даже несколько презрительным взглядом.

-Конечно, если вы всегда жалуетесь на жизнь, то как тогда она станет лучше? - произнесла девушка, обращаясь к невидимому собеседнику, а потом добавила: - Если бы люди больше улыбались, все было бы иначе.

Но она никогда не была на месте рабочих или мастеров, как и никто из рабочих или мастеров никогда не были на ее месте…

Марта зашла в главный офис элиты- огромное строение в сорок этажей, куда нужно было приходить отмечаться утром, а вечером сдавать отчет о прожитом дне. Кроме того, в здании находилось бесчисленное количество ‘’помещений для развлечений’’ вроде кинотеатров, где бесконечно крутили государственное проверенное и ‘’чистое” кино; магазинов, где за повышенную цену продавали товары из такого же материала, что и везде; спортзалы, салоны красоты, комнаты отдыха, рестораны – в общем все, чего только душа пожелает, да только не тебе решать, куда идти…

Марта прошла обыденную процедуру регистрации, расписалась и уже собиралась идти к лотерее желаний, когда к ней подлетела черноволосая девушка с пышной укладкой на голове.

-Марта! Радость моя, как ты похорошела! -пролепетала девушка и раскинула руки в объятиях так, будто бы они не видятся каждый день на работе.

-Карина… -улыбнулась Марта и девушки расцеловались в обе щеки. Так было принято.

Подруги вместе с общим потоком побрели к лотерее желаний. Без особого энтузиазма Марта засунула руку в огромный барабан, вытащила оттуда тоненькую бумажку с записью ‘’ Экскурсия по выставке местного искусства’’, выдохнула. Неприятно, когда не ты распоряжаешься своими интересами…

-О, Марта, а я в кинотеатре сегодня… - сказала Карина, бесцеремонно заглянув в бумажку подруги. -Но Гриша будет со мной, представляешь! А потом мы с ним поедем ко мне…

-Ты же говорила, что решила остаться с Френком…

- С Френком я была на прошлой неделе! С ним было просто весело… А теперь новая неделя- новый тест-новая жизнь!

Марта только улыбнулась, слегка пожав плечами. Она тоже была с Френком. Месяц назад. Исключительно на одну ночь. Марте этот молодой человек показался совершенно пустым, его напыщенная галантность и наигранность раздражали. Несмотря на милое, смазливое личико, Марта прекратила общение с Френком… Не с ним одним.

Уйдя в воспоминания, девушка ‘’очнулась’’ только когда подруга, закончив свой восторженный рассказ о том, как она мечтает провести ночь с Гришей, обратилась к Марте.

- А ты-то сама давно тест на совместимость сдавала?

- Месяц назад где-то… - ответила Марта, пожав плечами.

- Месяц? – у Карины округлились глаза. – Дорогуша, ты, кажется, нездорова… Ты же уже весь список совместимых людей испробовала… И не обновляла?!

Девушка покачала головой.

- Я не всех ‘’испробовала’’. Да и потом не обновляла, мне это не нужно.

Карина стояла, глядя на подругу недоумевающе и почти презрительно, только в этот момент к ней подошел Гриша, обняв за плечи.

- Добрый день, леди, - обратился он к обеим, - Карина, у нас все в силе?

- Разумеется в силе, Гриня, - улыбнулась девушка, а потом повернулась к Марте: - Мы пойдем, милая, но на ужине увидимся! Ты обещала мне поход в ресторан, помнишь?

- Помню, Карин. До вечера. Хорошо вам провести время.

Как только Карина и Гриша отправились прожигать день в кинотеатре, Марта спустилась на первый этаж, чтобы выпить кофе и потом отправиться на выставку. Однако внизу ее тут же перехватили.

- Добрый день, мисс Марта, как собираетесь провести вечер? – без лишних вопросов интересуется молодой человек, на вид лет двадцати пяти с отбеленными зубами, которые он так и старается показать, натягивая фальшивую улыбку.

- Я иду на выставку, господа, - ответила девушка.

- О, так и я тоже! – вмешался другой парень с темными волосами, зачесанными на левый бок, в синем костюме и начищенных ботинках.

- Как интересно… - безо всякого интереса сказала Марта.

- Может проведем времечко вместе?

Первый парень прервал черноволосого.

- Извините, господин, но у нас с мисс Мартой почти стопроцентная совместимость!

- Извните, господа, но на сегодняшний вечер я уже занята… - строго сказала девушка и поспешила удалиться.

- Занята? Кто же этот счастливец, что сорвал такой куш? – парни остались обсуждать это между собой.

Марта их уже не слышала. С облегчением она отправилась на выставку…

Не сказать, чтобы выставка ей понравилась, но это было все равно лучше, чем поход в местные кинотеатры, театры и прочие публичные представления. Они были всегда об одном и том же, а выставка была непонятной, но хотя бы разнообразной.

После посещения галереи Марта сидела в небольшой кафешке напротив и, пока ждала свой обед, невзначай думала о жизни и парнях, которым сегодня отказала. Девушке не везло – все, кто ей нравился, не подходили Марте генетически: с ними нельзя было спать, с ними нельзя иметь отношения. Таковы правила. Так было всегда. По крайней мере, никаких доказательств того, что это не так-не было. И тогда девушка для себя решила, что лучше она не будет ни с кем, чем с тем, кто подходит, но не нравится…

По дороге к офису Марта зашла в торговый центр на перекрестке Надежды, чтобы порадовать себя и купить то, чего хочется ей. Девушка никогда не покупала (по известным причинам) что-либо в офисе. Дело, разумеется, было не в деньгах – у Марты их было достаточно, а в здравом смысле – любую продукцию можно было купить в обычном магазине. Разве что, в этих ‘’обычных’’ торговых центрах было много рабочих и иногда мастеров, с которыми элита не хотела контактировать. Марта, конечно, тоже не была в восторге от встреч с ‘’низшими’’ людьми, но обвинить ее в предвзятости было нельзя…

Девушка спокойно прогуливалась по магазинам одежды, выбирая очередную вещь, которая, скорее всего, залежится в шкафу, так ни разу не увидев света… Марта и сама не знала, для чего каждый раз покупала ненужные вещи, но таков был менталитет элиты. Коль есть деньги, значит нужно их на что-то тратить. Но на что тратить, когда все, что возможно купить, уже есть? Многие также задавались этим вопросом, но факт остается фактом – деньги нужно тратить…

Стоя на кассе, девушка наблюдала, как рабочий за прилавком напротив пересчитывал каждую купюру и копейку, но подняв глаза на цены, громко выругался.

- Видимо он просто плохо поработал, раз ему так мало заплатили… - подумала про себя Марта, расплачиваясь золотой картой.

Девушка вернулась в офис, чтобы сдать отчет о прожитом дне, но как только она подошла к стойке, ее обступили возмущенные молодые люди.

-Мисс Марта, - как можно спокойнее произнес уже знакомыйпарень с темными волосами, зачесанными на левый бок, в синем костюме и начищенных ботинках, но в его голосе явно слышалось раздражение, - Скажите пожалуйста, с кем вы там проводите сегодня вечер?

Представительница элиты быстро окинула взглядом всех, вперивших в нее глаза, мужчин и поняла, что все присутствующие – ее потенциальные партнеры, каждому из которых она отказала.

- Марта, вы сказали, что заняты… - вмешался другой парень из утренней встречи. – Но мы поговорили со всеми вашими совместимыми партнерами, и никто их них не с вами сегодня… Как вы это объясните?

Девушка закатила глаза.

- Достопочтенные господа, послушайте… Дело в том, что я больна… - выдумывала она на ходу, как можно скорее расписалась в ведомости и развернулась к выходу.

-Марта! – один из них осторожно коснулся ее плеча. – Если бы вы были больны, то тест не стал бы вас выдавать…

- Господа, расступитесь! Дело в том, что Марта сегодня вечером будет помогать нам с Гришей… - Карина решила спасти положение подруги, - У нас с ним годовщина!

-Годовщ… - хотел было спросить Гриша, но девушка тут же толкнула его в бок, - Да, годовщина…

- Вот именно! – обрадовалась Марта возможному спасению.

Под недовольный гул мужчин, Марта, Карина и Гриша вышли из офиса.

- Ребята, огромное вам спасибо…

- В первый и последний раз, дорогая… - строго сказала Карина, - Мне и самой не особенно нравится твое вызывающее поведение.

- Да, мисс Марта, - строго сказал парень, поправив галстук-бабочку, - Ваше поведение более чем странное… Неужели вы не уважаете нашу тестово-генетическую систему? Да мы, благодаря ней и тому, что не спим с кем попало, остаемся самым чистым слоем населения! А впрочем… оставьте свое мнение при себе, если не хотите в изгнание.

Марта промолчала.

-Что ж, дамы, - с улыбкой продолжил молодой человек, - боюсь, мне придется вас оставить, ведь есть у меня еще дела… До свидания, мисс Марта, до вечера, мисс Карина, надеюсь, что мы скрасим вечер друг для друга…

Он отвесил небольшой поклон, галантно поцеловал руку Карины и оставил подруг наедине. Не успел он даже исчезнуть из виду, как подруга тут же забормотала: -Ох, милая я, кажется, влюбилась!

-Карина, ты говоришь так про каждого второго парня.

-Нет, на этот раз все иначе! Но расскажу за обедом… Я умираю, как хочу есть!

Марта засмеялась и повела подругу в ресторан ‘’Жаклин’’, пусть и простой, но зато ближайший.

- Ну и дыра… - произнесла с недовольством Карина, как только они зашли, - Марта, почему мы пришли в такое дешевое место? - Потому что оно было рядом, - ответила Марта.

- Но это!...

- Не бушуй, Карин. Как будто тебе не все равно, где ужинать… Ты же сама говорила, что умираешь с голоду…

- Говорила… - пробормотала подруга и нехотя пошла к свободному столику.

Как только девушки сели, Марта, не сдержавшись от любопытства, потребовала у Карины объяснений.

- Гриша, он такой… Не такой, как все, с кем я была… Во всех смыслах…

-Карин, ты так про каждого…

-Нет, Марта, ты не понимаешь! Здесь… другая ситуация… - девушка с опаской огляделась по сторонам, как бы не решаясь, - Понимаешь, мы с Гришей... У нас…

- Добрый вечер, уважаемые дамы…Что будете заказывать? – появился над ними черноволосый официант, который изо всех сил старался быть добродушным, хотя улыбка явно была фальшивой.

- И официанты тут невзрачные… - прошептала Карина подруге на ухо так, но это услышал и рабочий.

- Нам, пожалуйста, две порции лосося с салатом, - сказала Марта.

- Будет сделано, - выдавил официант и поспешил удалиться.

- Так что у вас с Гришей? – вернулась к разговору девушка.

- Совместимость… - буркнула Карина.

Марта посмотрела на подругу недоуменно, ведь в том, что они совместимы не было ничего неожиданного и нового. Так что же тогда особенного было в новом партнере Карины? Однако подруга отчего-то не возвращалась к разговору о нем до конца вечера. Девушки обсуждали и критиковали музейную выставку, Карина жаловалась на скудные диалоги в кино и корявую графику.

- И они еще называют это отечественным продуктом! Да там сюжета кот наплакал, только одни сплошные метания героини… Очень глупой героини, между прочим! Отказываюсь признавать этот фильм нашим! Хорошо, что хотя бы Гриша скрасил поход, иначе, уверяю тебя, я бы не досмотрела фильм…

Когда девушки уже затемно выходили из ресторана, Карина вдруг спросила: - Кто был тот официант? - Думаешь я знаю?

-Ты улыбнулась ему…

Марта пожала плечами.

-Возможно, я хотела поднять ему настрой. Уж очень он мрачный был.

-Да, из всех официантов, которые мне попадались этот самый неприветливый и неприятный…

Подруги распрощались у входа в метро.

-Хорошо тебе провести вечер с Гришей, - улыбнулась Марта.

-Непременно… - отозвалась Карина и, быстро обняв подругу, поспешила запрыгнуть в такси. Не на метро же ехать…

В большой и темной, но оттого одинокой квартире девушку встретил лохматый друг, преданно ждавший ее весь день. Потрепав его по голове и накормив сытным обедом, Марта пила чай на балконе, глядя на высотные модные небоскребы элиты, на невысокие трущобы рабочих вдали и на блоковые одинаковые дома мастеров. Она гордилась тем, что была элитой- образованной, правильной и умной девушкой, но даже ей могло стать скучно… Перед тем, как лечь спать, Марта написала в своем дневнике:

‘’Вслед за солнцем новый день заснет,

От жизни заскучавший - ничего уже не ждет…’’

Что это был за день?

Для многих представителей элиты этот день был особенным. Сегодня всех детей этого слоя общества, достигших возраста десяти лет и добившихся хороших результатов в обучении, возвращали родителям. Конечно, раз в месяц был день, когда родителям разрешалось навещать своих детей, но далеко не все пользовались такой возможностью. Так что сейчас немногие могли радоваться возвращению детей домой. Большая часть относилась к этому событию с равнодушием, подобным бездетной элите.

Но не стоит их за это осуждать. О какой материнской или отцовской привязанности может идти речь, если ребенка ты видишь один раз в жизни в момент его рождения? Сразу после рождения и возни с документами государство забирает ребенка на воспитание и в течение десяти лет вкладывает в него все, что нужно для жизни элиты. Именно в этих специализированных интернатах и происходит формирование мировоззрения. Детей элиты, которые с годами все равно по какой-то причине имеют другой взгляд на мир или же просто упрямятся, тут же отправляют к изгнанникам. Но таких мало. Слишком мало, чтобы кто-то прислушивался к ним…

За свои двадцать с лишним, почти тридцать лет Марта пережила много таких дней. У нее не было детей, так что вряд ли этот день мог быть особенным для Марты. Да и те, кого в этот день ждала встреча с родным чадом, вели себя как обычно, хотя внутри офиса ощущалась некоторая возня…

Однако в это утро Марта встала на удивление рано и пребывала в приподнятом настроении. Более приподнятом, чем полагается. Она буквально полетела в офис, не зайдя даже за чашечкой кофе. Впервые ее несло на работу не внутренний порыв и желание, а любопытство. Впервые Марту так интересовала личная жизнь подруги…

- Карина! – Марта тут же бросилась к подруге, которая стояла рядом с мужчиной, на вид намного старше Карины, - Ну, рассказывай!

Карина встретила ее немного странной, почти непонимающей улыбкой.

- Марта, дорогая, о чем рассказывать?

- Ну как, о ночи с ‘’особенным’’ человеком… Ты его вчера так преподнесла мне…

- Ах, ты о Грише… Да, все хорошо было…

- И что ты решила? – не унималась подруга, хотя энтузиазма у нее явно поубавилось.

- Что? С каким Гришей? – насупился сосед Карины, глядя на Марту недовольным взглядом.

- Что я могу решить, Март? Гриша был вчера… Сегодня я с Женей! - показательно взяла мужчину под руку, отчего тот по-собственнически притянул ее к себе.

- О, хорошо… Как скажешь… - Марта пожала плечами и непонимающе побрела к лотерее желаний.

Совсем неподалеку стоял Гриша, держа в руках лист с результатами ген-теста. Казалось, что с каждой новой строкой его лицо становилось все более раздраженным.Дойдя глазами до конца листа, Гриша смял результаты и запихал в карман. Зацепившись взглядом с Мартой, молодой человек тут же невинно улыбнулся, слегка наклонил голову в приветствии.

- Доброе утро, мисс Марта.

- Доброе утро, - девушка также слегка наклонила голову. – Как… настроение?

- О, чудесно, мне сегодня несказанно повезло! – продекламировал Гриша, выпячивая все свои зубы.

-Что ж… Приятно было поговорить, Григорий, - снова слегка кланяется и идет в сторону кинотеатра – сегодня уже ей выпала возможность ознакомиться с очередным шедевром отечественных киноделов.

Однако второсортным фильмом Марту не удивишь и уж точно не заинтересуешь, гораздо интереснее было увидеть Гришу на соседнем ряду в обнимку с тонкой, хрупкой темноволосой девушкой.

После кинотеатра Марта поспешила скорее сдать отчет о прожитом дне, до того, как туда хлынет толпа людей – всех, кому сегодня возвращают детей. Но девушка опоздала – ни у одной очереди не было видно конца. А, что было еще хуже, в толпе слонялись молодые люди, встречи с которыми Марта всячески старалась избежать.

Она направилась в свою любимую кофейню на первом этаже, чтобы как-то переждать очереди, отметиться и потом со спокойной душой отправиться домой… Все столики были заняты, так что девушка, забрав свой кофе, решила постоять на балконе. Увидев знакомые неприятные лица, Марта улизнула на пожарную лестницу, чтобы уже точно никого не встретить.

Девушка стояла у аварийного окна и смотрела на улицу. Отсюда открывался единственный вид на задний двор офиса и сюда вел так же единственный выход… Марта уже пару минут наблюдала за тем, как Карина и Гриша что-то чувственно и эмоционально обсуждают, стоя в тени деревьев. Подруга сперва очень понуро говорила с молодым человеком, тот в свою очередь позволил себе взять ее за руки… А потом они начали целоваться…

‘’Нужно сообщить о странном поведении…’’ – рука Марты сама потянулась набрать священный номер ‘’234’’, чтобы уже через пару минут нарушителей повязали…

Глядя во все глаза на разворачивающуюся перед ней сцену, Марта нажала на три заветные цифры.

‘’Правило номер 1 – соблюдать все правила и законы, правило номер 2 – сообщать о всех подозрительных личностях…’ – шептала про себя Марта ставшие частью разума правила.

Но нажать на кнопку вызова не смогла… Еще раз окинув взглядом подругу, девушка отложила телефон и поспешила уйти.

‘’ В самом деле, они не делают ничего запретного… Просто захотели уединиться, никого не удивит такое поведение…’’ – говорила сама себе Марта, возвращаясь к отчету.

‘’Главное, чтобы никто не узнал, что я видела их… Иначе мне влетит за то, что не сообщила. Спасибо дню встреч, что никто в суете не обратил на это внимания…’’

В то же самое время, когда Марта, несомая любопытством, летела в офис, Мастер под номером 1313 направлялся на любимую работу. Переполненный радостью и ласкаемый утренним солнцем, Мастер был уверен в сегодняшнем дне. Как всегда.

Пробираясь через рабочие трущобы, Мастер, увлеченный и подмечающий каждое живое движение и изменение, не мог не обратить внимания на женщину, выставившую на улицу, оставившую на произвол судьбы одинокий… Горшок с фикусом.

- Зачем вы с ним так? – спросил Мастер.

- А? Ты мне? - сказать, что рабочая была обескуражена – ничего не сказать.

- Да, я вам… Зачем вы выставили его из дома?

Женщина как-то непонятно посмотрела на него. С одной стороны, это был взгляд полного недоумения, который как бы вопрошал, все ли у задавшего вопрос в порядке с головой. С другой стороны, это был очевидный взгляд презрения и высокомерия, взгляд которым любой представитель элиты и рабочих посмотрел бы на мастера.

- От этого растения никакой пользы. Оно больное.

Номер 1313 с искренним ужасом посмотрел на бывшую хозяйку несчастного фикуса.

- Так тем более! Ему нужна помощь, а вы бросаете его.

- Что ты пристал ко мне со своим фикусом?! Мне что, еще лечить его что ли? Своих бы детей прокормить! – бесцеремонно хлопает дверью перед носом Мастера, оставив его наедине с брошенным растением.

- Эх, бедолага, что же мне с тобой-то делать? – Номер 1313 наклонился над фикусом, с минуту теребил каску в руке, после чего, словно получив озарение, он надел каску на голову и поспешно взял в руки горшок.

- Придумал! Я заберу тебя на работу… Зато как красиво будет! А то у нас только стены, да полы… А на окнах ничего, пустота, хоть здание и красивое, а внутри пустое… Как будто оно человек… Хах, как сказал красиво! – заливаясь улыбкой, Мастер шел на работу, прижимая к себе фикус…

- На кой черт ты это притащил?! – инициатива украсить рабочее место не была встречена.

- Я украсить хотел… Смотрите, как оживилось сразу наше помещение!

Заявление Мастера 1313 было встречено всеобщим молчанием.

- Я сообщу начальнику, - прервал молчание мастер 1245.

- Начальнику? Нет, вы чего, зачем начальнику? – засуетился Мастер, прижимая к себе горшок, - Я же ничего не сделал!

Но начальник и сам пришел. На шум ли, или по чей-то просьбе, неважно.

- Чем это вы тут занимаетесь? – навис он грозной тучей над номером 1313.

- Я принес… Друга… Фикус… Я помочь хотел ему…

- Себе бы лучше помог! – перебил его все тот же 1245.

Начальник пригласил на беседу Мастера 1313. Комната для профилактических бесед включала в себя узкое пространство со столом и креслом напротив. Ни окон, ни вентиляции – ничего более. Только ты и вопросы, врезающиеся в разум. Мастера между собой называли ее ‘’комнатой выпыток -пыток’’.

- Мастер 1313… - начальник сел за стол, вперив глаза в мастера.

- Я вас слушаю, господин.

- Зачем ты принес на работу этот цветок?

- Это фикус, господин.

- Меня не волнует. Зачем ты принес его? Это какой-то тайный план? А, отвечай! Может быть ты просто претворяешься дураком?

- Никак нет, господин!

- Тогда как это понимать?

- Этим замечательным утром я шел на работу. Мне было невероятно радостно…

- Никого не волнует, номер 1313, переходи к делу!

- Я же говорю… По дороге на работу я встретил одну женщину, которая выставила из дома этого бедолагу… Вот я и решил ему помочь…

- И ты принес его в офис?!

-Да…

На миг в комнате воцарилось молчание.

- Повтори-ка еще раз правило 741.

- Правило 741: Во время работы не отвлекаться на посторонние вещи и не отвлекать коллег, - продекламировал мастер.

- А что делаешь ты?

- Я… дарю настроение?

- Ты идиот, 1313 , - не сдержавшись, босс стукнул по столу, - Ты один из самых проблемных мастеров!

- Извините, господин… - номер 1313 снял каску, виновато склонив голову.

- Ты практически каждый день теряешь спрос… Отвлекаешь других своим вызывающим поведением, а сегодня еще и притащил в наш офис, в серьезное заведение, этот чертов цветок! Это твое последнее предупрждение, Мастер 1313, последнее! Еще одна выходка и мне придется набрать ‘’243’’…

- Я вас понял, господин… - обескураженно произносит Мастер,- Благодарю вас за ваше благочестие…

- Вон из моего кабинета! Учти, я проверю твой статус сегодня особенно тщательно!

Дверь закрылась за спиной Мастера 1313. Тот, прежде чем вернуться к работе, еще несколько секунд обескураженно крутил в руках не тронутую временем каску, такую гладкую и идеально отполированную, отряхнул невидимую пыль с белоснежного халата, который полагалось носить всем мастерам… Такие же белоснежный халат и отполированная каска, как его собственный мозг…

Вернувшись на рабочее место, номер 1313 никак не мог найти себе места и весь день поглядывал на стоящий в углу фикус – причину его сегодняшних неудач.

- Какой же я глупый… - произнес 1313-й номер, глядя на злосчастное растение, - какой я глупый… Нужно было сразу нести его домой!

Мастер 1313 не стал дожидаться окончания дня и после обеда, захватив горшок с фикусом, улизнул с работы. Ведь его понизили сегодня, значит его точно не выберут сегодня, а следовательно никто его и не хватится…

На улице все так же светило солнце, все так же жила природа, все те же чувства были в душе Мастера, когда он шел домой. Все было в жизни постоянно и ничто не думало изменяться. Номер 1313 был доволен этим и тешил себя мыслью о том, что отсутствие новостей – хорошая новость и стабильность – есть счастье.

‘’Ведь, лучше жить без новостей, чем узнать плохие новости, ведь так?” – обращался он мыслями к своему единственному слушателю в этот миг – фикусу.

‘’Да, лучше так… Неизменность – наше все…’’ – рассуждения прервались громким матом где-то за углом.

Мастер с удивлением обернулся на шум. Там, в грязном дворе около старой детской площадки со скрипучими, как голос смерти, качелями, дрались двое рабочих. Выкрикивая бранные слова, они почти валялись уже на земле, толкая друг друга. Но ни причины ссоры, ни вообще чего-либо невозможно было разобрать в их словах. Вокруг уже стояло несколько таких же рабочих, некоторые из которых наблюдали за этой сценой без капли неприязни и презрения.

- Зачем же вы деретесь?! – Мастер подошел ближе, пытаясь влезть в увеличивающуюся толпу.

Вокруг зашумели люди, еще сильнее распаляя драку.

- Что же вы делаете? Нужно помочь! – номер 1313 пробирался все ближе к дерущимся, как вдруг почувствовал, как чья-то рука схватила его за ворот халата и вытянула из толпы.

- Ты что, совсем двинутый?! – обратился к мастеру черноволосый мужчина.

- Я?– непонимающе спросил Мастер.

- Ты, кто еще?! Я, конечно, знал, что мастера все такие, но ты просто нечто!

Номер 1313 виновато прижал к себе горшок.

- А я ничего… Я разнять хотел… Там же люди дерутся!

- Рабочие, мастер, рабочие!

- Но они же то же люди!

- В большей мере, чем вы… - фыркнул мужчина, а потом добавил: - Тебе вообще не место здесь, а ты еще пытаешься влезть в драку рабочих! Безумец!

Незнакомец засмеялся, но как-то беззлобно.

- Но они…

- Они просто рабочие. Это нормально, если ты вдруг не в курсе…

-Теренов! – оборвал незнакомца другой голос, - Там опять про твою жену говорят…

Незнакомец тут же сорвался с места и побежал в толпу, оставив Мастера одного.

Номер 1313 шел домой, уже не думая ни о чем. В голове стояла только картина жестокого избиения рабочими друг друга…

Фикус был тщательно напоен, обработан и поставлен на окно одинокой квартирки Мастера. Поужинав, номер 1313 сел и сделал новую запись: ‘’Дорогой дневник, сегодня мне впервые было грустно… ‘’

Выходной, новая номинация и день большой суеты

В один из дней череды таких же одинаковых недель, в ничем непримечательный выходной, Теренов валялся на диване уже полдня, листая без разбору каналы по телевизору. То ли от скуки, то ли от обилия телевизионных передач, рабочий не мог определиться с выбором и возмущался больше обычного.

Впрочем, это повторялось каждые выходные: в эти дни для Теренова не существовало ничего, кроме телевизора и дивана... Дети существовали как мелкая помеха, которую то и дело приходилось выгонять из комнаты и которым постоянно приходилось напоминать, что детям смотреть телевизор нельзя...

- Куда ты намалевалась так? - окликнул он жену, заметив силуэт за дверью гостиной. Шлейф ее духов доносился даже до этой комнаты.

- Если бы ты хоть раз слушал, что я тебе рассказываю, то знал бы... - миссис Теренова уже застегивала пуговички шелковой кофточки поверх чёрного платья в блестках, доставшегося ей от матери, - самые дорогие вещи в её гардеробе.

- Не испытывай моё терпение.

- На работу я иду, балбеса кусок.

- Ага, так я тебе и поверил! - голос мужа стал строже, а сам Теренов, не вставая с дивана, вперил в жену сердитый взгляд.

- В наш ресторан сегодня важные особы приезжают.

- Сам Господин что ли?

- Его приближенные.

Молчание, во время которого рабочая заправила за уши вылезшие светлые прядки, поправила собранные в аккуратный пучок волосы, ещё, о чудо, не тронутые сединой.

- Если ты не вернёшься ночью, я не знаю, что я с тобой сделаю...

- Пошёл ты, - усмехнулась жена, послав на прощание воздушный поцелуй.

- Мама ушла, ура! - заверещали дети, стоило только рабочей скрыться за дверью.

- Папка, папка, пошли купим шоколадки!

- Тсс, замолчите! Никто никуда не пойдёт! Идите уроки делать лучше...

- Но Павлуша ещё не ходит в школу... - вступилась дочь за брата.

- Делайте, что хотите, не шумите только... У меня вы-ход-ной!

- Ты весь день будешь в гостиной?

- Да...

Через час Стася уже стояла в углу, а Павлик лежал на полу с разбитым носом и рыдал.

- Что вы за дети такие?! Неужели нельзя было найти что-то безопаснее?! - подняв с пола сына, Теренов отчитывал дочь.

- Тебе было все равно, что мы делаем...

- Я просто отдыхаю. Я что, не заслужил?! А теперь вы получите и от меня, и от матери... А от вашей матери получу и я! Глупые!

Он прикладывал к носу сына лёд, посадив его к себе на колени.

"Глупые дети... Неужели они не понимают сами, какие последствия могут быть?... Глупые! Как и их отец..."

Приведя сына в чувства и, поручив детям задание, он с облегчением выдохнул. До конца дня дети и правда не тревожили Теренова, но отчего-то и он сам не мог найти сейчас покоя. Звонил жене. Она все не брала трубку… Но когда было уже затемно, дети благополучно спали в своих кроватях, а жена по-прежнему не вернулась и не отвечала на гневные и возмущенные сообщения, рабочий окончательно взбесился и, накинув на себя пропахшее сигаретами пальто, ушел куда-то в ночи…

У мастеров выходных не было. Не было и отпусков, разве что больничные, но это по-настоящему заболеть – обмана и притворства тебе не простят. Хотя мастера не жаловались, они просто не знали, что может быть по-другому… Сегодня воскресенье – конец недели, а значит пришло время еженедельного собрания и подведения итогов. Мастера делились на группы: ответственные за сердца, за нервы, души, за эмоции, настроение и т.п. В каждой из групп набиралось по человек сто – двести, каждого из которых оценивали по заслугам недели.

Мастер 1313 оказался в группе разбитых сердец, поскольку на этой неделе практиковал только эту категорию ‘’поломок’’. Он стоял в самом конце и с наивной радостью слушал о заслугах своих коллег. Номер 1313 знал, что не получит ни то, что заслугу и почетный рейтинг, он не получит даже похвалы на этой неделе. Но он гордился своими коллегами, потому что знал, что не может так, как они, а значит виноват во всем сам.

Когда список похвал закончился, номер 1313 обратил внимание на мастера, стоявшего рядом с ним под номером 678. Они были единственными, кто был понижен.

- Приветик… - начал было Мастер 1313.

- Даже не думай! Я не получил рейтинг только потому, что две недели был на больничном.

Мастер 678 отстранился от номера 1313 и испарился в толпе, оставив коллегу в гордом одиночестве.

- Внимание, мастера! Сегодня у нас будет еще одна неожиданная номинация. Данное заявление поступило свыше…

Мастера тут же занервничали, стали переговариваться.

- Это номинация ‘’Худший мастер недели’’… - продолжал тем временем гид, - И, совсем неудивительно, что, по всем показателям худшим мастером недели становится номер 1313…

Мастер 1313 вздрогнул и поднял голову, на него тут же уставились сотни насмешливых глаз.

-Номер 1313, выйди сюда…

Мастер поднял голову и горделиво прошел мимо коллег к самому гиду.

‘’Какая бы номинация это не была, я приму ее с достоинством’ – настраивал мастер сам себя, но дрожь по всему телу явно выдавала его.

Гид бормотал какие-то слова, коих мастер уже не слышал, после чего нацепил на его халат бейджик с надписью ‘’Мастер 1313. Худший мастер недели’’.

- Будешь носить весь сегодняшний день.

- Но… Но меня же тогда никто не возьмет! – не выдержал номер 1313.

- Будто тебя до этого с энтузиазмом брали, не упрямься… - ответил гид, выпроваживая Мастера с подмостка.

- Я не хотел быть худшим… - сказал мастер.

- Внимание, мастера! Я обязан так же дополнить, что отныне такие номинации будут проходить каждую неделю… Мастера, получившие больше двух таких статусов - становятся худшими мастерами месяца! Усекли?

- Так точно!

- Но зачем? – поинтересовался номер 488 – если бы была номинация ‘’Самый любопытный и сующий нос не в свои дела мастер’’, то ее вечным обладателем был бы номер 488.

- Таков приказ Господина… На повышение вашей работоспособности. Так сказать, мотивационный пинок, - отчего-то гид улыбнулся.

После окончания собрания мастеров отпустили и все разбрелись по своим рабочим местам. Однако гид остановил номер 1313.

- Станешь худшим мастером месяца – потеряешь работу, - шепнул ему гид.

Мастер вздрогнул.

- Тебя не уволили только потому, что ты активно работаешь… Хоть и не приносишь ни прибыли, ни заслуг. Если за тебя возьмутся свыше, то от тебя ничего не останется, номер 1313…

Мастер внимательно выслушал гида, впервые с ним говорили так откровенно, и номеру 1313 показалось, что гид дает ему совет… Когда его наконец отпустили, мастер не мог спокойно работать.

- Я не хочу потерять работу. Я не хочу быть худшим мастером… Я люблю свою работу, - говорил сам себе 1313, - Отчего эти неудачи со мной? Оттого ли, что я родился под несчастливым номером? Я не хочу лишиться работы!

И Мастер решил все поменять… По крайней мере, на сегодня. Во время обеда номер 1313, по привычке произнес:

- Какое… необычное блюдо!

Все бесцеремонно и молча смотрели на него хищным взглядом.

- Точнее… Я хотел сказать… Отвратительное! – демонстративно ударил по столу кулаком.

Мастера тут же подхватили волну возмущения и пронесли ее от стола к столу. Все ругали, бранили еду, как один. Мастер 1313 был вместе с ними и впервые не выделялся из толпы… Ему понравилось быть частью общества и быть со всеми заодно, но номер 1313 по-прежнему не понимал, почему никто не поддержал его во время похвалы.

После обеда он несколько минут стоял у зеркала и смотрел на свою, так раздражавшую всех, улыбку.

- Перестань улыбаться, глупый… - говорил он сам себе, но рот отказывался подчиняться.

- Ненавижу тебя! – обеими руками он потянул уголки губ вниз, но, стоило отпустить, как они тут же ползли вверх…

- Ничего, думаю мне стоит поучиться… Возьму пару уроков у других и все получится! – решил для себя мастер.

Весь этот день он вел себя по-другому. Молча ждал своей очереди на практику, где в очередной раз залатал разбитое сердце несчастной девушке из элиты, вынужденной быть здесь. Непонятно, правда, из-за чего она была более несчастна… Мастер 1313 все старался вести себя подобающе, тщательно подбирал слова и все внимание уделял тому, что делает и каким образом, а не как он это делает. Сначала мастер ненароком внушил девушке ложное чувство вины, затем попытался все исправить… В результате практики девушка отпустила свой горе-объект воздыхания, разбивший ей .сердце. Но ценой этому, по ошибке и неосторожности номера 1313, стала низкая самооценка. Так что клиентке пришлось после приема пойти к еще одному мастеру из отдела равновесия души. Мастер 1313 еще никогда не доводил пациентов до такого состояния.

Впрочем, ничего неправильного и вызывающего он не делал. Мастера 1313, разве что, могла выдать улыбка, которую он так и не смог победить, а еще выдавала дрожь пальцев, каждый раз, как приходилось снимать каску…

Вернувшись домой, Мастер 1313 не смог даже заставить себя поужинать. Почти со слезами он сделал запись в дневнике: ‘’ Мне сказали, что я должен стать другим, чтобы не потерять работу. Я стал… Но мне не нравится. Может быть я болен?’’

После этого мастер еще с минуту сидел молча, вперив взгляд в пустую больничного цвета стену. Подорвался и начал копаться в ящике кухонного комода. Из-под помятых листов справок, документов и прочего хлама он извлек пилюлю, после чего принял ее, сморщившись от неприязни.

‘’Возможно, я все-таки болен…’’ – гласила последняя надпись в дневнике, прежде чем номер 1313 впал в болезненный сон под воздействием лекарства, называемого у мастеров ‘’протрезвителем’’.

В офисе элиты сегодня была суматоха. Не такая, какая предполагается в день возвращения домой детей и даже не такая, какая обычно бывает в предпраздничные дни. Нет, это была дикая суматоха, а атмосфера озабоченности - день, когда все чувства были на пределе. Это был самый важный день месяца – визит самого Господина…

Раз в месяц Господин со своими приближенными приходил в главный офис элиты, которая должна показать себя с идеальной стороны. Ведь они были лучшим и высшим, а главное, самым ‘’чистым’’ слоем населения. Все должно быть идеально. Ошибаться нельзя – оплошности тебе не простят.

Первые несколько лет Марта трепетно относилась к данному событию. Она могла часами стоять перед зеркалом и прихорашиваться, чтобы быть лучшей из лучших. Тщательно подбирала наряд, чтобы все между собой сочеталось, даже если на нее взглянут всего на миг. Марта держалась строго, не позволяла себе лишних слов, держалась гордо и холодно. Дружбы в день визита Господина не существовало…

Но сейчас девушка встала как обычно, посмотрела на календарь и с мыслями: ‘’ Вот бы этот день поскорее закончился’’, - начала поспешно одеваться. Надев обычную темного цвета рубашку с клетчатыми брюками, Марта не потратила на сборы даже двадцати минут. И то, десять из них потребовалось на то, чтобы собрать непослушные рыжие локоны, и пять, чтобы запить кофе успокоительным. Все же волнение оставалось стабильным в этот день.

Оказавшись в офисе, Марта не смогла не поддаться суматохе. Все здание сегодня превратилось в муравейник. Но, если в муравейнике вся суета подчинена и организованна, а беготня хоть и кажется беспорядочной, но все же не бесполезна. Здесь же не было ни организованности, ни причин для такой суматохи. Все просто носились от места к месту, проверяя других, указывая на их ошибки, то и дело поправляя прическу или костюм у зеркала.

Марта поняла, что меньшее, чего ей сейчас хочется, это отстоять ту огромную очередь на ген-тест, к тому же, тест ей и не был нужен. Но, поддавшись невидимому колдовству, она сделала тест, в очередной раз просто окинула его взглядом и спрятала в самые дебри небольшой сумочки. Затем побежала к лотерее желаний, лишь бы успеть ухватить что-нибудь хорошее! Еще одного похода в кинотеатр на этой неделе Марта бы не вынесла… Ответственный момент: засовываешь руку в колесо, водишь ладонью и достаешь…

‘’Читальный зал! Сегодня я в читальном зале! ‘’ – радостно воскликнула Марта про себя. Она любила это место- такое тихое, спокойное, пропахшее книгами. Да и не особенно популярное: билетов в читальный зал было в пять раз меньше, чем в какой-нибудь театр или на выставку и раз в десять меньше, чем в кино…

Девушка почти сразу расслабилась. Выйдя из очереди на лотерею желаний, она с гордо поднятой головой уверенной походкой направилась за столик в кафе, чтобы со стороны понаблюдать за суетой, которая ее уже не трогала. Марта хваталась взглядом за знакомых ей людей и наблюдала за ними. Вот Фрэнк, ее бывший и бывший Карины, стоит, как и всегда, в растерянности, сбитый с толку и такой прилизанный сегодня, одетый с иголочки, что вся искренность и наличие вкуса тут же терялись за показушным и вычурным костюмом. А вот мимо прошла своей фирменной, покачивающейся походочкой Марина, неоднократно уводившая у Марты потенциальных партнеров, черноволосая и кареглазая красавица с полноватой, но не типичной, и оттого интересной фигурой… Для Марты она была идеалом, с которым, к сожалению, ей сдружиться не удавалось. А вот и Карина, сегодня от подружки – болтушки не осталось ни следа. Только натянутая холодность и прикрытое волнение. В этот день Карина становилась яростным надзорщиком над порядком. Она несколько раз проносилась мимо Гриши, неясно, специально ли, но никто из них ни разу не посмел даже взглянуть друг на друга…

- Уважаемые члены элиты, просим вас занять свои рабочие места в соответствии с вашим билетом. Приведите себя в порядок, улыбайтесь и будьте приветливы! – объявил голос в колонке.

Толпа тут же начала рассасываться, и Марта тоже поспешила в читальный зал.

Это была огромная комната с мраморными полами, стенами, обшитыми изумрудного цвета тканями. Большие овальной формы окна хорошо пропускали свет, но миниатюрные светильники все равно стояли у каждого кресла. Здесь были и деревянные столики, и удобные кресла, и пушистые пуфики. Но главным достоянием, конечно, были многочисленные полки с книгами любого жанра от уже вышедших из моды классических романов, до все еще популярной бульварной литературы. Все книги были расставлены четко по жанрам и задачей библиотекарей было, в первую очередь, следить за тем, чтобы все стояло на своих местах. Нельзя допустить того, чтобы книги стояли не там, где должны. Нельзя, чтобы Лермонтов и Пушкин, Достоевский и Толстой, Ремарк и Бальзак стояли в разделе реалистичной литературы. Их истории нереальны, никто не жил так, как было написано в этих книгах, да и людей этих никогда не существовало. Значит их место на полке фантастики рядом с книгами про космические битвы, нападения на людей, ложной любовью, которая якобы жертвенна, рядом с ненавистными Брэдбери и Хаксли, которых, по слухам, возглавлял Оруэлл… Да, отдел фантастики ломился от количества книг в противовес которому выступал отдел реализма, в котором стояли две единственные реалистичные книги – свод законов и правил и ‘’История нашего общества’’.

Марта не так часто бывала в библиотеках и читальных залах, но знала, что на этих полках все так же неизменно, как и сами правила… Все и правда было на своих местах, а немногочисленные посетители читального зала сидели в тишине и предавались чтиву и рассуждениям о том или ином произведении. Это было похоже на небольшое собрание книжного клуба и так все и было до самого обеда.

В читальном зале царила своя атмосфера спокойствия и умиротворения, но стоило только выйти из него, как тебя тут же снова накрывала волна напряжения и подготовки ко встрече. Марта, однако, решила, что если сейчас не забросит в себя хотя бы сэндвич, то до конца дня она не доживет.

Проскальзывая через толпу нервных людей, Марта с ужасом поняла, что очереди в бар и в кафе кажутся просто бесконечными, так что через них не пробраться. А если вздумаешь выстоять очереди, то не успеешь поесть.

-Гриша! – в середине очереди стоял Гриша, Марта решила схитрить и поспешила к нему.

- Добрый день, мисс Марта, - он растянул по лицу улыбку, не особенно радостную и приветливую.

- Добрый день, Григорий… По старой дружбе можешь пропустить? Или я дам тебе деньги, и ты…

Он тут же отпрянул от Марты и посмотрел на нее, как на сумасшедшую.

- Дружба?! Мы не друзья! Что ты такое говоришь!

Девушка удивленно посмотрела на него, растерявшись от такой реакции.

- Мы не друзья! - он поспешил выскользнуть из толпы, расталкивая других и, без оглядки, быстрым шагом побрел прочь.

-Гриша! – Марта хотела было пойти за ним, но ее внимание привлек выпавший из кармана молодого человека листок. Она подняла его и окликнула Гришу.

- Гриша, у тебя ген-тест выпал… - девушка опустила глаза в листок…

Господин

Марта никогда не лезла в чужую жизнь. Она не преследовала идею специально найти нарушителя и сдать его, позвонив по священному номеру... Она бы ни за что не стала смотреть в чужие тесты и вообще не стала бы совать нос в то, что её не касается. Но, как это зачастую бывает, глаза сами сделали это... Марта стояла с ген-тестом Гриши посреди быстро пустеющего коридора, и взгляд ненароком скользнул по золотистым буквам листка. И зацепился за самое интересное... На листке ген-теста устроено так, что имена и фамилии тех, с кем большая совместимость, всегда написаны сверху. А те, с кем минимальная, запрещённая, доходящая до нуля, - в самом низу... На Гришином тесте самой нижней строчкой была Карина.

Из раздумий Марту вывел приказывающий голос из колонки.

-Не стоим без дела! Все по своим местам! Кто больше отдыхает, тот больше получает!

Девушка подорвалась, поняв, что голос обращается к ней. Дабы не вызывать внимания, она тут же спрятала злополучный тест и поспешила в библиотеку, куда уже наведалась проверка. Марта как можно осторожнее прошла на свое место в читальном зале, усаживаясь на одно из кресел и проклиная себя и Гришу за опоздание. Думать о том, какую книгу взять, не было времени, так что девушке пришлось схватить первую попавшуюся.

Марте не везло. Ведь под руку ей попался сборник русских поэтов-классиков девятнадцатого века, никогда не живших, а сейчас почти запрещенных.

‘’ Сначала привлекла к себе внимание, затем опоздала, а теперь если меня еще и в обнимку с Пушкиным найдут, то будет совсем подозрительно…’’ – скрипя зубами, пробормотала девушка, но ничего не оставалось, кроме как, начать читать, пока приближенные Господина без особого интереса, но с особой тщательностью слушали ответственного сегодня за библиотеку человека.

Когда мимо Марты проходили, она, словно школьник или студент, старалась придать лицу максимальную сосредоточенность, глазами хватаясь за строки крайне сомнительного содержания, в которых поэты ругали власть, да пели о свободе.

“ Где это видано, чтоб люди так плохо отзывались о своем правителе? Какая глупая выдумка! Какое ничтожное чтиво, хоть и приправлено пышными фразами, а по сути своей…’’

Девушка продолжила читать.

‘’Хотя если посудить… Возможно у них были на то причины…Просто у них все было плохо… Не так, как у нас…’’

Марта даже не заметила, как подошло время вечернего собрания. Распрощавшись с книгой и библиотекой, девушка поспешила в главный холл, куда уже отовсюду стекалась элита, выстраиваясь аккуратными рядами. В толпе, трясущейся от предвкушения встречи и волнения одновременно, удобно было затеряться. Но Марта сумела глазами ухватиться за стоявших в одном из рядов Карину и Гришу, на поведение которых никто бы сейчас не обратил внимания. Молодой человек виновато и устало смотрел на девушку, которая говорила шепотом, но при этом очень яростно жестикулировала руками. Марта начала пробираться к ним.

- Как можно было додуматься носить такую вещь в кармане…- шипела на него Карина.

- Да я всегда там носил!...

- Не это ищете? – Марта возникла у них за спинами так неожиданно, что мужчина и девушка застыли, чувствуя, как уходит в пятки сердце. Девушка не стала долго мучать своих товарищей – горе любовничков и молча вручила Грише его тест.

-Марта… - они оба смотрели на нее виновато, эмоции на лицах были на грани истерики и нескрываемого страха.

-Не привлекайте к себе лишнего внимания… И следите за вещами внимательнее… - строгим шепотом произнесла девушка, тут же улыбаясь, чтобы и ее шепот не показался подозрительным.

- Ты… не позвонила? – Карина переглянулась с Гришей и подняла на Марту глаза.

Девушка только покачала головой.

-Это не мое дело.

Приказной голос из колонки повелевал собраться и встретить Господина с улыбкой.

- Спасибо, Марта… - шепнул Гриша.

Девушка проигнорировала благодарность молодого человека, потому как в холл вошел он… Это был лощеный мужчина, возрастом около пятидесяти, но выглядевший значительно моложе. Темные волосы были идеально собраны и прилизаны. Орлиный взгляд устремлен куда-то в толпу, профессионально выискивая и замечая все недочеты. От него ничего нельзя утаить. Улыбка с белоснежными зубами приветствовала благородный и чистый слой населения.

- Добрый вечера, уважаемые члены элиты… - зазвучал мягкий, бархатистый голос, а улыбка обнажила все зубы.

- Идеальный мужчина… - шепнул кто-то рядом с Мартой. – Жаль, что ни один мужчина из элиты не стоит и его волоска…

- Да как ты смеешь сравнивать! Это же непостижимо… Это абсолютно разное… Где мы, а где он! – вмешался чей-то мужской голос.

А Господин тем временем взошел на помост в самом центре холла. Он галантно продефилировал мимо представителей элиты, сопровождаемый только двумя охранниками и то, вероятно, ради приличия. Ведь в обществе элиты ему совершенно ничто не угрожало.

- Достопочтенные джентельмены, многоуважаемые леди, - продолжил Господин осыпать публику пышными приветствиями, - мне невероятно приятно находиться сейчас с вами, особенно учитывая тот факт, что моя сегодняшняя проверка не выявила в вашей работе никаких отклонений. Кроме того, во время моего визита к вам, ничего подозрительного не произошло…

Он окинул всех присутствующих взглядом, специально останавливаясь на некоторых взглядом. Ряды элиты затрепетали.

- Однако, должен сказать, что и на этой неделе не обошлось без жалоб, мои достопочтенные… В наш отдел ‘’234’’ за этот месяц поступило более 10 звонков. Большая часть из них, разумеется, от рабочих, но и от вас тоже поступали, - бархатный голос стал грубовато – сдержанным, почти строгим, - хорошо, что жалобы были незначительными и нарушители отделались штрафами. Но общество, идеальное общество, к которому я стремлюсь, это такое общество, в котором элита ведет себя без нарушений.

Все молчали, зачарованные речью лидера, но в то же время они молчали и от стыда... Они опять подвели его... Кто были эти позорники, что посмели нарушить? Господин молчал, но никто не смел ответить, да и он никогда не требовал от них ответа, молчание лидера лишь закаляло характер и способствовало росту напряженности и внимания.

- Тем не менее, я должен вас похвалить – сегодня все работали идеально. Почти без нарушений…

Марте казалось, что он смотрел в этот миг прямо на нее, пробираясь своим взглядом в ее душу и готовясь обнажить все ее грехи, хоть взгляд Господина и скользил по всей публике сразу. - Кстати насчет работы… Что вы скажете?! - Кто больше отдыхает, тот больше получает! – раздался унисон элиты.

- Прекрасно, - улыбка стала еще шире, - Что еще скажете?

- Молчи и наслаждайся! Правилам не сопротивляйся!

- Вы просто неотразимы! – заулыбался Господин, и все ряды заулыбались ему в ответ. Марта наконец-то смогла выдохнуть. Напрягали только Карина с Гришей, которые весь день теперь смотрели на Марту непонятным взглядом. С подозрением или благодарностью?...

Впрочем, Марту больше волновала ее собственная судьба, тем то, как к ней теперь будут относиться товарищи. Для себя-то она знала, что если решила не сообщать об их преступлении, то она этого и не сделает.

…Госпожа Теренова весь день носилась по ресторану, обслуживая приближенных Господина.Они, казалось, сидели там весь вечер и до самой полуночи. Но еще полдня ушло на подготовку мест для вип-персон. А еще нужно было приготовить и сам ресторан ко встрече. И оставаться при этом красивой, улыбчивой и не сильно уставшей…

К счастью, жена Теренова обладала этими необходимыми умениями, да еще и остальных гоняла, чтоб не расслаблялись.

Когда вечером пришли те самые гости, все было уже готово: полы и окна блестели, прозрачные потолки отражали не хуже зеркал, а рабочий персонал улыбался и был до тошноты улыбчив и услужлив.

Деловитые люди сидели крупными компаниями, по пять человек на пять столиков. И все эти пять столиков в течение всего вечера были на госпоже Тереновой и еще троих ее коллегах.

И каждый из этих столиков заказывал много еды и неприлично много алкоголя…

- Они заказывают не очень много, но я уже пятый раз несу им заказ… На деле, получается, что они пьют столько же, сколько и обычные рабочие каждый свой день… – жаловался коллега рабочим.

- Не смей даже сравнивать! Посмотри, кто они, а кто мы… - прервала его Теренова.

Но на самом деле, ее товарищ был прав: весь вечер эта компания пила, ела, как будто ест в последний раз или как будто назло рабочим…

- В этот раз элита, мне показалось, была особенно неприветлива… А еще эти нарушители все… - шептались за столом, когда рабочая в очередной раз подошла к их столику.

- Да, я считаю, Господин мягок с ними! Даже такие незначительные нарушения нужно сразу пресекать! А то они возомнят еще, будто их уважают… - эмоционально произнес самый полный человек из компании, - Возомнят, что что-то з себя представляют…

- Да уж, у него вообще методы странные… Я бы на его месте тоже был построже…

- А по мне, он самый разумный из нас… - сказал третий человек с большими рыжими усами, но госпожа Теренова уже покинула их столик.

- Ничего не меняется… Каждый раз приходят сюда, чтобы промыть косточки Господину… Они все такие же притворщики, как и элита! – шептала про себя рабочая, уставшая, еле стоявшая на ногах и оттого особенно раздражительная…

- Спасибо за обслуживание… Хороший у вас ресторан, - сказал усатый человек, подавая Тереновой чаевые.

- А… Извините, вы, наверное, очень пьяны, но… Вы дали мне лишнее- Теренова протянула ему деньги, отдавая их кривя душой.

- Нет, это тебе. Спасибо говорю… - отозвался человек, отодвигая ее руку.

Теренова аж загорелась.

- Всегда пожалуйста, будем ждать вас в следующий раз…

‘’Спасибо за деньги… Я в копилку нашу с мужем отложу…’’- сверкая глазами, подумала рабочая, возвращаясь к барной стойке.

Когда гости разошлись, было уже около часа ночи, Теренова, закутавшись в шелковую кофту, распустив наконец неудобный пучок, смогла еще пару минут покрасоваться у зеркала и выйти из ресторана, сопровождаемой двумя коллегами поварами.

На улице стояла страшная тьма. Очевидно, ожидался дождь, так что все и без того ночное небо было затянуто темными тучами. Фонари издевательски светили мерзким желтым, ослепляющим светом. И то горели в полсилы, постоянно мигая. Воздух был сыр, а единственным звуком в этот час был лай собак, доносящийся откуда-то из рабочих трущоб.

- Лизка, а ты что, одна добираться будешь? –сходу спросил рабочий, вращая ключи на пальце.

- Ну да, а что, я маленькая что ли…

- Да нет… - рабочие-повара переглянулись, - Мы хотели предложить подвезти тебя…

Госпожа Теренова остановилась.

- Подвезти? У вас же нет машины…

- Так мы на попутке…

- Да нет, бросьте, мне недалеко.

- Лиза! Такая ночь на дворе хорошая… И ты такая хорошая… Почему бы не присоединиться к нам? – с неловкой улыбкой один из рабочих, самый коренастый, обнял ее за плечи.

Она шарахнулась.

- Знаете, мне правда пора, у меня дети дома, явно не спят еще… - женщина ускорилась, по спине прокатился ледяной пот одновременно с тысячей мурашек.

- Да брось, неужели твой муж не сможет уложить детей? – рабочий обогнал ее и только теперь в тусклом свете фонаря она смогла увидеть, как горят его глаза.

- Или он настолько плохой муж? – второй рабочий, менее настроенный, но тоже упертый, шел позади нее, почти дыша в затылок.

- Он не плохой муж… Но детей укладывать совсем не умеет, - отшутилась Лиза, натянув тревожную улыбку, сердце колотилось так, что его было даже слышно.

- Но ты же рабочая, как все мы. Неужели тебе никогда не хотелось попробовать что-то новое? Пожить настоящей жизнью? – коренастый рабочий подошел к ней почти вплотную.

- Что ты называешь настоящей жизнью?

- Будто ты не знаешь… - второй рабочий нервно мял в руках поварскую шапочку.

- Я не знаю…- Теренова попыталась сделать шаг в сторону, но один из поваров схватил ее за руку.

- Ты ненастоящая рабочая! Ты что, думаешь, что лучше других?

- Ничего я не думаю. Я просто обычная жена и мать…

Мимо пронеслась машина, которая резко затормозила и окатила рабочих грязью.

- Вот ты и не чистая больше, - улыбнулся коренастый, - так что хватит упираться, поедем развлекаться!

С этими словами они втолкнули рабочую в машину, пока жена Теренова отчаянно и обессиленно старалась сделать хоть что-то…

… Тереновблагополучно уложил детей спать, но, не сумев дозвониться жене, обматерив ее работу тысячу раз, он собрался и в ночи поехал в ее ресторан.

Однако, транспорт ночью ходил очень плохо, Теренов прождал автобус целый час, с каждой минутой ожидания становясь все злее. Он продолжал звонить жене, пока его телефон предательски не разрядился.

Залетев пулей в уже опустевший ресторан, где остался только администратор, тоже уже собиравшийся уходить, рабочий накинулся на него с расспросами, будто администратор виноват в том, что его жена не берет трубку или в том, что приближенные Господина наведались именно к ним.

- Где моя жена?

- Молодой человек, полегче… Ваша жена... Кто?

- Лиза! Елизавета Теренова!

- А, блондинка?

- Вы что, собственных работников не знаете? – разъяренно спросил Теренов, - Да, светловолосая.

- А, так она ушла уже… Минут десять назад.

- Ушла? Но я ее не встретил… Куда ушла?

- Куда- куда… На улицу… В сторону дороги пошла… С ней еще двое наших поваров были.

У Теренова округлились глаза.

- Ах, то есть, она не одна уходила?!

- Они вышли все вместе…

- Вот же стерва! – прошипел Теренов, отпуская администратора и вылетая на улицу, где его уже неприветливо ждал ливень.

- Зараза… Тысяча чертей! – он натянул капюшон по самый лоб, ступая в лужу грязи, где пару минут назад облило его жену.

- Вот же стерва… Я весь день жду ее дома… Ночь не сплю, а она с какими-то мужиками ушла! Стерва…

Он шел по лужам, продуваемый ветром, по щекам текли капли дождя и скупых мужских слез…

- Ненавижу… Ненавижу! Пусть только вернется домой, я ей покажу!

Последствия

Ни одной мысли в голове. Ни одной эмоции не было на лице Лизы той ночью. Даже воспоминания, и те были мутными, обрывочными, словно мозг сам стремился отключиться и не реагировать на все происходящее.

Насилие... Насилием называли драки, убийства, психологическое давление. Насилием могли назвать любое физическое увечье, причиненное другим. Ну а это... У рабочих это называлось развлечением. И никак иначе, этот факт не поддавался обсуждению и оспариванию.

От прошлой ночи в голове Лизы осталось только смутное воспоминание того, как мерзко было на душе всю дорогу, весь процесс и всю ночь. Даже несчастные попытки коллег - рабочих перевести все в шутку выглядели жалко. Но кто ж их осудит? Никто, даже сама Теренова не осуждала: с таким статусом, работой в элитном ресторане, такой внешностью, как у неё, этого следовало ожидать. Когда - нибудь это должно было произойти.

И, невзирая на это, Лиза чувствовала себя самой грязной рабочей на свете...

Этим утром снова шёл дождь, но было, как ни странно для рабочего дня, пусто и безлюдно, из-за чего нельзя было даже отвлечься на что - то постороннее, оставалось только продолжать смешивать себя с грязью в собственных мыслях...

Автобус пролетел мимо госпожи Тереновой и даже не остановился, окатив её грязью.

"Прекрасно, теперь ты грязная да с грязью на теле, прекрасно, Лиза!" - с укором сказала она про себя, хотя ни то, ни другое не произошло по её вине.

Бредя вдоль рабочих трущоб, Теренова, пожалуй, впервые в жизни не обратила внимание на смердячий запах, пронизывающий весь район рабочих. Этот крепкий запах алкоголя, вперемешку с дешёвым табаком и мусорной свалкой, куда свозили мусор со всего города, невозможно было не услышать даже уже привыкшему носу. Но Лиза, идя размеренным шагом, даже не поморщилась.

Квартира была пуста. И это не было удивительным. Стася должна быть в это время в школе, Павлуша в саду, а муж на работе. И Лиза с облегчением вздохнула, потому что в этот момент никого не хотелось видеть. Кровать в спальне Тереновых была не убрана, вещи мужа привычно висели на стуле, лежали на полу и на кровати. Ничто не изменилось за время ее отсутствия, и Теренова чувствовала облегчение, застилая кровать и убирая за мужем вещи. Это была рутина, но ничто так не возвращало в привычное русло, как она.

Далее Лиза отправилась в комнату детей. С особой заботой застилая их кровати, Лиза словила себя на мысли, что скучает по ним… Это была мысль вроде той, когда чувствуешь желание попасть домой. А потом смотришь по сторонам, видишь вокруг знакомые лица, предметы и понимаешь, что находишься дома, но желание попасть домой все равно тебя не отпускает отчего-то… Здесь было нечто подобное: дети Лизы жили с ней под одной крышей, видела она их каждый день, но все равно скучала.

Окинув небогатую детскую взглядом, небольшие кроватки детей, еще недавно совсем маленьких, а сейчас уже едва влезающих в кровати, висевшие на стене рисунки с изображением Господина, которые пополняли стену каждый год. Даже оборванный кусок обоев напоминал о детстве уже подросшей Станиславы, а въевшееся в пол пятно – о детстве только недавно научившегося ходить Павла. И тут Лизе стало невыносимо и страшно от осознания, что дети слишком быстро растут, а она даже не помнит откуда взялось это чертово пятно, какие книги любит читать Стася и почему так переменился обычно твердый и настойчивый характер Павлуши…

Конечно, есть такое правило, что детей растят школа и сад, как было и будет всегда, но рабочей стало как-то неприятно, тошно от самой себя, как от неумелой матери, а теперь еще и ужасной жены…

По-быстрому прибравшись в спальнях, Лиза отправилась на кухню готовить обед для семьи. Окинув глазами скудный ассортимент холодильника, включающий разного сорта консервы, субпродукты и дешевое мясо неизвестного происхождения, Теренова, стиснув зубы, полезла в морозильник и извлекла оттуда замороженную курицу, купленную три месяца назад ко дню рождения мужа во время недели гастрономических акций. Рабочая умело управлялась с курицей, пока сердце обливалось кровью, а мысли отчаянно душили. Но пути назад уже не было, и выстраданное мясо оказалась в духовке.

- Ничего, за эту вип- смену мне заплатят больше. Зато нормальное мясо теперь неделю есть будем. Детям - то все равно, но Юра так любит…

Она не была ни в чем виновата, но чувствовала, что этот ужин – единственный способ исправить ситуацию и оправдаться… Как минимум перед собой.

Занявшись готовкой, Лиза даже не заметила, как в коридоре раздались голоса Станиславы и Павла, как через весь коридор полетел портфель дочери и даже как, смеясь, ляпнул дверью сын.

- Ого, мамочка, ты дома! -

Привет, родные, - Теренова встретила детей объятиями, на которые они в своей привычной манере отреагировали с нежеланием и холодностью.

-Мамочка, а у нас что, праздник какой-то? – от Стаси не ускользнул запах запеченного мяса.

- Нет, просто хочу вас побаловать, - слегка улыбнулась Лиза, приоткрывая духовку.

- Это очень хорошо! А то папка такой злой был…

- Когда? – едва удержав в руках противень и с застывшем сердцем, спросила мать.

- Сегодня, когда нас собирал. Он злился, что мои волосы не расчесываются, злился на колготки, которые не получалось надеть. Он так злился, что Павлуша плакал всю дорогу потом, как я шла с ним до сада.

Лиза не ответила на слова дочери, только молча подала обед. Не впервой, конечно, Юра срывался на детей, но то всегда происходило в нетрезвом рассудке или в дни “смотров’’ на работе… Теренова набрала мужа, но автоответчик предательски уведомил, что абонент находится вне зоны действия сети или же отключен.

Борясь с подкатывающим волнением, рабочая попыталась переключиться на домашние дела. Но рутина на то и рутина, что возвращает в привычное русло, но совершенно не дает новых впечатлений, потому и совсем не способна помочь отвлечься от навязчивых мыслей.

- Стася, тебе помочь с уроками? – матери пришлось прибегнуть к радикальным мерам.

Девочка замерла.

- Нет, мама, ты же знаешь, не положено, - голос восьмилетней дочери звучал обжигающе строго.

- Знаю… - рабочая домыла посуду, но все не могла избавиться от мыслей, захлестывающих, тянущих на дно.

- Павлуша, хочешь, поиграем с тобой? Давай вот книжку возьмем… - не сдавалась Лиза.

-Мама! – перебила ее дочь, - Оставь это, он уже большой. Не положено!

- Я знаю, знаю, Стася…

- Ты такая странная сегодня… - Станислава впилась изучающим взглядом в мать, и в этот миг в глазах маленькой девочки не было и следа детской наивности и шутливости.

Никогда за всю свою жизнь не видела Теренова такого страшного, пробирающего до самой души, взгляда. Она много раз встречала суровый, изучающий взгляд, готовый зацепиться за любую оплошность. Много раз видела взгляд, впивающийся, уничтожающий. Много раз. От коллег, других рабочих – прохожих. И ни разу от дочери…

От этого взгляда Лиза почувствовала себя еще хуже, хотелось одновременно молчать и кричать, осечь дочь или наоборот прижать к себе. Но выход был только один: оставить детей заниматься своими делами и только лишь наблюдать за ними со стороны. Теренова безумно скучала по детям…

Она вновь набрала мужа и снова услышала автоответчик. Тогда неприятное предчувствие накрыло новой волной – муж должен был уже вернуться с работы. Обдумав минуту и набрав номер Милашевского, коллеги и по совместительству товарища мужа, рабочая стала с трепетом ждать. Гудки были длинными и невыносимо долгими.

Милашевский поднял трубку.

- Алло?

В ответ только несвязный бред.

- Золотая рука, ты на связи?!

Милашевский продолжил бормотать нечленораздельные слова, на заднем фоне послышался пьяный хохот, после чего и сам рабочий громко заржал прямо в трубку и сбросил Теренову.

- Вот же сукин ребенок! Плевок божий… - выругалась Лиза, но в душе даже выдохнула, впервые радуясь пьянству Милашевского.

Юрий Теренов вернулся домой, еле стоя на ногах, через три часа после того, как жена звонила его товарищу.

- Юра, во имя Господина, где тебя…

- Отвали, женщина… - с трудом сняв с себя обувь, буркнул муж.

Держась за стенку, Теренов дошел до спальни, упал на кровать. Жена села у изголовья, желая накрыть мужа или хотя бы вытянуть из-под него плед, но тот только рявкнул:

- Не трожь меня, дура!

После этих слов он благополучно захрапел, а Лиза осталась сидеть у изголовья.

‘’Он сказал это от презрения или по-пьяни?’’- задала рабочая вопрос самой себе, но, очевидно, получить ответ на этот вопрос сейчас было невозможно. Да и Лиза не была уверена, что от знания ответа ей будет легче…

Утро было непривычно серым для страны с вечным летом. Дождь, который не прекращался со вчерашнего вечера, вероятно, желал смыть всю беззаботность мастеров, унести за собой необъятные грехи рабочих и надменность элиты. Но двух дней не хватило бы, чтобы смыть всю эту грязь с города. Да и утро было серым не только из-за дождя.

- До чего сегодня мерзкая погода! – пробормотал Мастер 1313.-

- Да нет, она обычная. Такой же обыкновенный дождь, как и всегда, - пожал плечами коллега.

- Но я не видел… А впрочем… Может быть оно так и есть.

Часы стали на удивление медленно тащиться, мало-мальские разговоры с коллегами были скучны и пусты. Номер 1313 за последние полчаса уже пять раз поднимал глаза на часы в главном холле.

Однако сегодня ему повезло. Последний раз Мастера 1313 брали на обслуживание чуть ли не год назад, но сейчас и ему перепала настоящая работенка. А нужно было всего-навсего залатать пару сердец в госшколе элиты. Чинить разбитые сердца подростков – ювелирная и необычайно тонкая работа. Да только совсем не в почете. Поэтому туда и направили ‘’лучшего из отряда разбитых сердец’’ и “лучшего из худших” одновременно.

Государство не любит вмешивать мастеров в воспитание молодой элиты, особенно на любовном фронте. Но кто еще, как не Мастера могли бы внушить страстным сердцам, что любви никакой нет и не существует. А то, что называется страстью, в их возрасте испытывать позорно. Разумеется, спецшкола и сама справлялась с этой задачей, воздействуя на разум детей. Но когда чувства захлестывали, сердца становились непослушными, приходилось обращаться за помощью к мастерам.

Номер 1313 прибыл в школу строго в указанное время. Но там его встретили не очень радостно.

- Кто такой?

- Номер 1313. Мастер. Прибыл для выполнения миссии по починке сердец для Розаны и Евгения, - протараторил Мастер заученную реплику.

На него покосился пожилой представитель элиты. Старичок в заметно поношенном, но все таком же вычурном костюме, стоял на самом входе за столом регистрации. Он деловито поправил монокль и одним взглядом сжег номер1313.

-Почему в такое место да в таком небрежном виде?

-Так ведь дождь на улице… А где дождь, там и грязь.

- Негоже в такие заведения так приходить. Я сообщу твоему начальнику.

Мастер 1313 скрипя зубами, натянул улыбку.

-Ах да, а еще время миссии уже началось. Опоздание!

- Так это же вы меня задержали…

- Живо за работу!

Мастер не стал дальше препираться и потупив голову направился в кабинет.

Работа была действительно очень простой. Ситуация была ясна как день – каждый день на практике штудировал и проигрывал такую ситуацию мастер, и потому решение было так же просто. Но работать с реальными проблемами было все же интереснее, нежели в офисе с выдуманными.

Розане было четырнадцать, и она испытывала весьма пылкие чувства к своему однокласснику. Тот в свою очередь питал к ней лишь зарождающееся желание и ничего более. Решение было простым: мастер с помощью разговора и пары психологических упражнений убедил Розану, что любовь это просто ложь, выдуманная людьми, неспособными держать в руках свои эмоции и страсти. Ее пареньку номер 1313 доказал, что нельзя в его возрасте думать о таких вещах. Впрочем, как оказалось, мальчишка был тем еще святошей и все его слова были не более чем пылью в глаза, чтобы показаться крутым.

Другим пациентом Мастера стал двенадцатилетний Евгений, решивший написать для своей подруги стихотворение. Та высмеяла его и назвала “нечистым” членом элиты. Здесь мастеру помог простой разговор, а подтверждением генетической чистоты пациента была карта его родословной, которую мастер пробил перед встречей в базе данных для каждого ученика…

После работы должно было стать лучше. Но номер 1313 не испытал ни единой эмоции во время работы и после нее.

Сидя за обедом в офисе мастеров, 1313 без аппетита оглядел поданную мясную запеканку.

-Пережарили... - подумал он ещё до того, как попробовал.

А на вкус она и правда была пережаренной, да ещё и жирной, и в дополнение холодной...

Мастер 1313 пробирался домой через рабочие трущобы обычным своим путем, только на этот раз скорее плыл, нежели шёл. Во время очередной пьяной дворовой драки рабочих по асфальту потекла кровь, смешиваясь с грязью улиц, с мутной водой из луж, становясь бурой, а потом и вовсе черной. Чернота потекла по улицам... Мастер 1313 с равнодушием принял этот факт и так же бесцеремонно дошёл до дома... В квартире он быстро переоделся в домашнее, застирал халат и готов был уже завалиться спать... Если б не этот чертов фикус! Это коварное растение стояло около балкона, куда мастер по обычаю вешал сушиться, одежду. Оно было прямо около двери, так что нельзя было не обратить внимание на распустившийся, разросшийся, явно почувствовавший себя дома, фикус. Он важно раскинул листья, обращая на себя внимания, заставляя душу перевернуться от воспоминаний...

Если бы у растений были глаза, фикус Мастера смотрел бы сейчас на него с осуждением.

- Я ненавижу все это! - номер 1313 небрежно повесил халат, оттолкнув от себя листья.

- Почему нормальным быть так трудно? Нормально ли, что мне сложно быть нормальным?! - мастер приземлился на кровать, рассуждая, вопрошая к невидимому собеседнику.

Но только фикус издевательски мозолил глаза.

-О, как же я болен! Я очень и очень болен! - мастер почти в истерике поспешил к тумбочке с таблетками.

-Благослови меня, Господин... - он выпил крайнюю дозу и через минуту провалился почти в коматозный сон.

Туча

Приятно просыпаться со знанием того, что сегодня выходной. А еще приятнее, когда самый тяжелый и важный день месяца уже прожит.

Тем не менее, переваривая все произошедшее за последнее время, Марта спала плохо. И даже когда утром ее разбудил верный пушистый друг, требуя завтрака, от бодрящего пробуждения легче тоже не стало. Марта покормила собаку, побрызгала на лицо холодной водой. Но когда взбодриться не удалось, девушка решила, что выспаться будет самым разумным решением на сегодня.

Она затянула окна темными синими шторами, надела на глаза маску для сна и с блаженным чувством устроилась на кровати, утопая в шелковых простынях на своей огромной кровати…

Долго поспать не удалось, Марту разбудил телефон, звонивший крайне редко. И то звонки в основном поступали от ее бывших партнеров или от Карины. Но сейчас номер был скрыт. - Алло? - Добрый день. Мисс Марта? - Да, здравствуйте… - девушка протерла глаза, пытаясь сообразить, кто бы это мог быть. Голос был незнакомый и строгий, бодряще холодный. - Вас беспокоят из главного отдела безопасности. - Да? – Марта мгновенно проснулась, напряглась, кусая губы. - В ходе вчерашней проверки было выявлено, что вы в последний раз делали ген-тест почти месяц назад. Выходит, что у вас за это время ни с кем не было связей, верно? - Верно… - Это серьезный повод для беспокойства, мисс Марта… - голос стал почти железным. – Мы не можем допустить, чтобы кто-то из наших граждан был болен… - И что мне делать, милейшие? – спросила представительница элиты, еле сдерживая раздражение, но вместе с ним и глубинный страх. - Мы предлагаем вам пройти оздоровительные курсы рассудка. После них вы точно захотите внимания от партнера, а не будете держать все в себе. - Да, запишите меня… - сквозь зубы пробормотала Марта. - Вы уже записаны, наша задача – поставить вас перед фактом… - далее голос смягчился, но в нем по-прежнему звучали былая строгость и издевка.

Марта выслушала адрес, по которому ей нужно будет приехать на оздоровление, с последней вежливостью попрощалась и бросила телефон на кровать. Устало потерев виски, девушка распахнула шторы, впуская пасмурный день в квартиру. Перед ней тут же открылись тысячи таких же окон. Но даже в пасмурную погоду ни у кого не горел свет. С высокого этажа весь город был как на ладони, но девушку не покидало ощущение, что это она находится на ладони, которая все сильнее сжимает пальцы… Огромная и тяжёлая туча, нависшая над городом этим неприятным утром, должна была вот-вот разорваться от собственного напряжения. Пролиться крупным и грязным дождём, превратиться в молнии и беспощадно, безжалостно, не глядя на тех, кто внизу, ударять, бить, наказывая и показывая, что сильнее... Но какое облегчение испытало бы небо, если бы эта туча наконец - то взорвалась! Но она не превращалась в дождь, она не стала даже громом. А издевательски, огромным комом поглощающей темноты, висела в воздухе...

Такая же грозовая туча парила в квартире Тереновых, но была намного-намного тяжелее. Юрия Теренова мучал сушняк, из-за которого он уже двадцать минут сидел на кухне, пытаясь удалить сухой ком в горле, который, казалось, с каждым новым стаканом воды только увеличивался.

Лиза спала плохо и очень чутко, так что, вставший на рассвете муж, разбудил её. Она нехотя приподнялась на локтях, пару минут сонно поглазела на пустое место в кровати рядом с собой и поднялась. У неё в горле тоже стоял ком... - Юра... - тихо, чтобы не разбудить детей, она зашла на кухню. - Чего тебе? Спать иди! - муж продолжил утолять жажду, даже не повернув голову к Лизе. - Юра... Почему ты напился? - задала она вопрос, пристально глядя на мужа. Нет ответа. Он и не нужен был. Теренов даже не удосужился повернуть голову. - Что бы ты там себе не на придумывал, знай, что я тебе не изменяла! - строго бросила ему в спину Лиза и скрылась в спальне, оставив мужа наедине с рассветом и невыносимо огромной тучей.

Рабочая пыталась заснуть: после той ночи она все ещё чувствовала себя уставшей, но из-за мыслей, кружащихся, как стая пчёл, заснуть было невозможно. "Во-первых, ты не виновата, главное, что ты сама знаешь это, - шептал внутренний голос, - во-вторых, все рабочие изменяют друг другу, а у тебя кроме Юрки никого и не было. Как и тебя у него... Наверное... Вероятно... Хотелось бы..." Лиза глядела в потолок, не в силах сомкнуть глаз, но и не в силах подняться чтобы поговорить с мужем. Она была зла на его неумение слушать и делать выводы самостоятельно. Зла на себя за то, что не уехала раньше и что сэкономила на такси. Она была зла на себя, на мужа и на проклятую тучу, которая висела в воздухе и отказывалась исчезать. Теренов так же тихо как встал, ушёл на работу. Туче не суждено было пролиться дождём. -Посмотрите, Принеси-Подай собственной персоной! Живой после вчерашнего, м? - Милашевский узнал своего товарища ещё издали. - Отвали... Лучше не спрашивай... - потирая виски, ответил Теренов. - Гуляка твоя домой припёрлась хоть? -Дома она, дома... - Юра закурил и разразился удушающим кашлем. - Я же тебе говорил, что она та ещё... Прошмандовка... - Милашевский закурил сигарету коллеги. - Она... Она... Я ведь верил, что она только со мной... Как я! И вот чего ради мне нужно было держать себя в руках? Ради чего я должен был быть верным? Чтоб она на ночной смене изменяла мне с несколькими сразу?! - Теренов выпустил вопрошающие глаза на рабочих, не нуждаясь в их ответе. - Да какое там! Давно она у тебя гуляет! Как и наши. - Свалите прочь!! Черти... - сказал Юра, но ушёл сам. -Что, лучше других что ли?! Жили бы себе, как мы и не было бы проблем! Дурак ты, Теренов! - донеслось ему вслед. Юра впервые за долгое время действительно побрел работать. Стройка не давала времени на разговоры и отвлечения на дурные мысли. - Рабоооотничек... - с издевкой протянул товарищ, наблюдая за работой только со стороны. Теренов пытался не обращать внимания на издевки его коллег. Ведь они были правы. Они были обычными рабочими, которые вели себя так, как было дозволено. Да, Господин действительно был настолько снисходителен к рабочим, что даже не следил за тем, чем они занимаются сутки напролёт, с кем проводят свои вечера и сколько у кого имеется детей от разных жён.

Во время скудного обеда все внимание Юры было направлено на рабочих женщин, небрежно поглощающих вчерашние остатки сухого пайка здесь же. На стройке рабочие женщины и девушки были все с широкими бёдрами, крепкими почти мужскими плечами, усталыми, рано покрывающимися морщинами, но от этого не менее интересными лицами. Рабочие дамы со стройки были хороши и своей открытостью, раскованностью и способностью веселиться наравне с товарищами Теренова. Хотя, впрочем, ни одна из этих женщин для Юры не была красивее и привлекательнее жены. До этого дня... Так и не пообедав, Теренов зачем-то поправил рабочий костюм, которому уже ничем нельзя было помочь, и направился к коренастой шатенке с небрежно разбросанными по лицу веснушками. На вид она была несколькими годами младше Юры, но рабочий не остановился, зная, что привлекателен для женщин. - Шурка, здаров, - Теренов бесцеремонно подсел к ней за стол, - давно не балакали! - Ну здравствуй, Принеси-Подай, - девушка с ехидцой посмотрела на него, - да, давненько не болтали, ты же постоянно хохоришься и ливаешь из компании. - Ну я... Я был не в настроении, - медленно пододвигается ближе. - А сейчас что, мужичок-каблучок, с женой покусался что-ли? - засмеялась рабочая. - Нет, с чего бы?! - глаза налились злостью и раздражением, когда речь снова зашла о жене. - Принеси-Подай, я сегодня занята, так что, приди ты раньше... Несколькими годами раньше, когда я тебе предлагала, я бы с радостью согласилась, потому что, откровенно, мужик ты симпотный. Но ты ж все время каблуком был, что, неужели надоело? - Я хотел отрываться с вами! Да и никогда не бывает поздно стать на путь истинный, верно? - сквозь зубы пробормотал Юра. Девушка только посмеялась и, поправив заношенный жилет, вышла из-за стола. Теренов был немного сконфужен и растерян, но не терял веры в себя. -Катюха, привет, сколько лет, сколько зим! А ты все не стареешь! -О, Теренов, экзамен по подкатам ты явно завалил, - большая, крепкая дама с короткой стрижкой, так называемая "железная леди", закатила глаза, но усмехнулась. - Кать, - рабочий сразу взял быка за рога, - что ты делаешь сегодня или завтра вечером? - Смотря что тебе надо от меня. - Провести время с удовольствием, - Теренов слегка прищурился и попытался придать своей улыбке игривую манеру. Но не вожделение было главным желанием в нем. - Становись в очередь... - железная леди одарила его коварной улыбкой. - До встречи... - прошептал Юра, сгорая гнева и стыда. Стыда от того, что его отвергли. Второй раз подряд. В коллективе опять будут ходить слухи... Однако, чем больше отказов получал рабочий, тем сильнее был его гнев и тем быстрее росло желание осуществить свой план. Уже даже просто из принципа. - Ленка Криворукина... - Юра безропотно положил руки ей на плечи, - Давай развлечемся, а? - Я сегодня с мужем ночую, нужно было вчера приходить... - сжимается под его руками. - Ничего, твоего хахаля здесь нет! Делай, что захочешь! - Теренов, ты охренел? Тебя в детстве роняли или что?! - нависла над ними высокая и широкая фигура. - А? - обернулся на грубый голос рабочий и тут же... Рухнул на землю, взревев от боли. Две секунды на осознание, пока все плывет перед глазами. Резкая боль в области носа и вкус крови, стекающей на губы. - Фукин фын! - взвыл Юра, вскакивая на ноги. -Ой, Принеси-Подай, тебе, кажется, нос разбили... - хмыкнул наблюдавший эту сцену рабочий. -Да что ты, б****, говоришь! - Теренов прикрыл ладонями разбитый нос, чтобы остановить кровотечение, и поспешил в уборную. - А нефиг свою морду совать куда не надобно! - проговорил муж Криворукиной, самодовольно глядя вслед Юре. Теренов омывал лицо холодной водой в прокуренной серой будке рабочей уборной. В разбитом зеркале виднелось изображение насупившегося мужчины с разбитым носом, опухшим лицом и взглядом, выражающим смесь гнева, испуга и презрения. Но, конечно, сильнее всего выделялся нос. Что ж, теперь домой точно нельзя было возвращаться. Только не в таком виде... Юра брел по быстро пустеющим вечерним улицам. Туча все так же висела над городом, на душе было так же паршиво. А теперь ещё болел разбитый нос, и от каждого дуновения ветра только сильнее. Пустой желудок тоже давал о себе знать. Рабочий зашёл в ближайший ресторан быстрого питания и от бессилия и голода плюхнулся за первый же столик. -Чем могу помочь? - мгновенно материализовалась над ним работница забегаловки. - Свали отсюда, будь добра... - Теренов опустил голову на стол. - Знаете, я могу вам сказать то же самое. Мы закрываемся через полчаса. Рабочий поднял тяжёлую голову и посмотрел на неё затуманенным взглядом. - Извините, я просто устал... И голоден... - Голодны? Что ж сразу не сказали? Могу вам предложить... - Картошку. Маленькую. И сэндвич с ветчиной. - Где работаете? - спросила официантка, записывая заказ. - На стройке... - со вздохом рабочий показал свое удостоверение. - Ага, значит низкого сорта картофель... Хлеб вчерашний. Что-то ещё? Теренов безмолвно смотрел на неё. Вопрос о том, сможет ли он позволить себе что-то ещё был задан из натренированной вежливости. Ожидая заказ, рабочий тщательно изучил каждый сантиметр грязной закусочной. От профессионального взгляда не ускользнули погрешности при постройке помещения. - Вот твой заказ. И аптечка. Это уже от меня лично. - Аптечка? - Ага, не могу смотреть на твой расквашенный нос. Тошнить тянет. - Спасибо, - буркнул Юра, приступая к еде. Официантка отчего-то продолжала стоять над столом даже тогда, когда рабочий приступил к еде. - Чего еще? - Жду, когда ты доешь, чтобы убрать, разумеется. Теренов только хмыкнул и в ответ начал смотреть на неё: худенькую, стройную официантку в огромной одежде с названием ресторанчика, на два размера больше неё, с сеточкой для волос на голове и большой, странной формы родинкой около нижней губы. - Тебе помочь с носом или сам справишься? - Сам. - Да ничего ты не умеешь, трындишь только, - официантка, не церемонясь, села за стол рядом с ним, начиная обрабатывать исстрадавшийся нос. - Какая муха тебе на нос села? - Неважно. - Ввязался в глупую драку? - Нет. Муж одной дамы ударил. - Видно было за что, - съязвила рабочая. - Не твоё дело, - пробурчал Юра и зашипел от щиплющей боли. В разваливающимся и, кажется, даже покачивающимся от ветра ресторанчике они остались только вдвоем. Из кухни доносился неприятный запах чего-то сгоревшего, тухлого и заплесневевшего. Перекус не утолил голод. Разбитая часть тела болела пуще прежнего, а теперь еще и щипала. Но в этот момент, в забытой богом забегаловке, Юра впервые за долгое время почувствовал себя радостным.

- Готово. Намного лучше! А то с такой- то рожей и родная жена не узнает. Юру передернуло. - Спасибо... А у вас эм... Крыша протекает... И кран установлен неправильно. Что за халтура? - Теренов сам не понимал, к чему это сказал. Но реакция заставила его улыбнуться по-настоящему. - Ну так... Может починишь? Поменяешь? Рабочий встрепенулся. - Я? Я?! Могу вообще - то... Сейчас? -Нет, сегодня мы закрываемся... Но ты можешь прийти завтра. Я работаю с восьми до восьми. Обед у меня с двух до трех. - Хорошо... Я приду! - Не опаздывай... - с хитрой улыбкой пробормотала девушка убирая со стола. Теренов плелся домой с улыбкой на все лицо, забыв о разбитом носе, позоре, что пришлось испытать, и стыде. Он точно решил, что придёт сюда завтра. Непременно...

Марта с огромным нежеланием собралась на курсы. Посещать курсы было не очень хорошо для карьеры. Но ещё хуже - не явиться на них. Обманутая тучей Марта оделась потеплее и прихватила тяжёлый зонт, так что идти на злосчастные курсы было ещё тяжелее. За зонт особенно обидно. Ведь дождь так и не пошёл. Девушка шла пешком только потому что так было дольше. Правило: чем скорее придёшь, тем быстрее переживешь - с Мартой не работало. С гедоническим удовольствием представительница элиты хваталась взглядом за каждую красивую ветку на вечноцветущих деревьях. От наметанного на богатство глаза не ускользал ни один прохожий, который тут же был оценён в голове по всем параметрам. Рабочие и Мастера оценке не подвергались. " Эти люди выглядят ужасно и несчастно. Однако, что мешает им выглядеть иначе? Работа работой, но свободное время есть у всех!" - каждый раз говорила про себя девушка при виде представителей низших классов. "Эти люди просто не хотят себе другой жизни... Вот потому они и находятся на дне... -" - сообщение на телефоне прервало размышления Марты. " Здравствуй, дорогая моя! Извини, что после того... Что случилось с моим тестом, я с тобой даже не поговорила... Была напугана и немного удивлена твоей реакцией... Я действительно люблю его, что бы там ни было". Девушка слегка улыбнулась. От Карины такого великодушия она не ждала. Особенно этой мало-мальской благодарности. Видно, подруга слегка перебрала с алкоголем на радостях. В любом случае, думать о Карине уже было поздно. Перед Мартой раскрылись двери профилактория. "Вдох - выдох. Оказаться здесь - не позор", - девушка шагнула в длинный коридор, в котором было множество дверей. - Здравствуйте, мисс Марта, - учтиво поклонилась заведующая, - Вы на курсы по оздоровлению рассудка? - Здравствуйте, Агата, - так же поклонилась Марта, - да, вы правы. - Вас уже заждались... Проходите в кабинет 45, любезнейшая. - Любезнейше благодарю вас, - девушка поспешила в указанное место. Кабинетом данное помещение было сложно назвать, скорее, залом. На полу на ковриках, как на занятии у гимнастов или йогов, сидели представители элиты. На Марту они даже не обернулись, погруженные в мысли, они бормотали что-то себе под нос, каждый свое. - Добро пожаловать, милейшая миледи! Садитесь на любое место и не забудьте надеть наушники! - поприветствовал её ведущий. Марта послушно села на коврик рядом с девушкой, погруженной в медитацию и бормочущей что-то про деньги и успех. Что - то вроде: "Не количество денег нас сделало успешными. Мы родились успешными. Мы родились успешными. Мы родились..." А позади был парень с разбитой губой. Он сначала молчал, а потом во весь голос закричал: "ЭЛИТЕ НЕ ПОЛОЖЕНО ДРАТЬСЯ! ЭТО УЧАСТЬ РАБОЧИХ! ТОТ, КТО ПОДНИМАЕТ РУКУ НА БЛИЖНЕГО - НЕЧИСТЫЙ! " Дальше Марта уже не слышала, на голову ей надели шлем, прикрывающий обзор вокруг, а в уши полился сладкий голос Господина. - Если ты слушаешь эту запись, значит ты оступился и где-то свернул не туда... Но все мы люди и все мы совершаем ошибки, так? Не беспокойся, мой дражайший друг! Я помогу тебе стать на путь истинный... Слушай и повторяй за мной... Слушай и повторяй... Марта, вероятно, выглядела сейчас как и все эти бормочущие члены элиты. Она не могла сказать точно, так это или нет. Она вообще не могла сказать что-либо, кроме повторов вливающихся в уши слов. Когда все закончилось, и с головы сняли шлем, девушка почувствовала облегчение. - Жаль, что я подвожу Господина. Но что мне было делать, если я никого не желала? Однако, сейчас я чувствую себя такой... Лёгкой и воодушевленной! - словно бабочка, Марта полетела из профилактория домой. С каждой минутой мысль о том, чтобы воспользоваться своим ген-тестом росла все больше. И на середине дороги девушка решила вызвать такси и поехать к бывшему - Френку. Уже в машине Марта все же решила предупредить молодого человека о своём визите. Хотя она не сомневалась, что он был бы рад видеть её. Как всегда. Стоило только пальцам потянуться к номеру, как совершенно неожиданно раздался звонок от Гриши. - Алло, добрый день, милейший Гриша. - Марта! Это твоя вина! Что ты им сказала?! Злость и одновременно с ней паника в голосе молодого человека тут же всколыхнули мысли девушки. - Кому сказала? Гриша, о чем ты?! - Это ты позвонила в 234, кроме тебя никто не знал! - Гриша, если б я позвонила им, ты бы сейчас не разговаривал со мной, сам знаешь! - Марта вовремя направила свой гнев в непонимание, - Что вообще случилось?! Голос в трубке сперва перевёл дыхание, с трудом отдышавшись, после чего продолжил вкрадчиво: - Карину забрали на суд с обвинением в "связи с генетически не подходящим партнёром"... Марта поняла. Во всем была виновата та чёртова смс-ка с утра. Как же быстро службы отреагировали на смс-ку, из текста которой даже не особо можно было уловить суть преступления Карины. - Гриша, не беспокойся, её оправдают, обязательно... Молодой человек её уже не слушал, он отключился, пробормотав мутное "Пока". "Неужели они правда повесили на Карину обвинение, исходя только из текста сообщения? Да уж... А она, глупышка, и забыла, что со словами и письмами стоило быть осторожнее..." Телефон завибрировал. Марта опустила глаза и чуть не прикусила язык. На экране высветилось три цифры. Двойка, тройка и четверка. - А-алло? - Мисс Марта, вы обвиняетесь в сокрытии информации о нарушении госпожи Карины. Мы вынуждены пригласить вас на заседание суда. Судебное разбирательство пройдёт сегодня вечером по адресу... По адресу, который знал каждый человек. И каждый уважающий свою свободу человек мечтал никогда бы не слышать этот адрес...