Квантовый переход

Глава 1 Ночь Свершения.

Глеб проснулся от дикой головной боли. Подобной он не испытывал с детских лет. Таблетки от этого не помогали и приходилось терпеть, пока боль пройдет сама . Утро не предвещало ничего доброго. Рассеянным унылым взглядом Глеб обвел комнату. Взгляд бесстрастно скользнул вдоль стен и остановился на окне. За сомкнутыми шторами бесшумно пульсировали огненные всполохи. Пожар?

Гроза? Зарницы? Да какие зарницы могут быть в конце декабря!? Что-то снаружи было не так… Глеб в странном и волнующем предощущении резко поднялся с дивана и в два шага очутился у окна. Рука отодвинула штору и Глеб замер в полной прострации. Не управляемый взгляд бесцельно блуждал по пространству, вернее по тому, что раньше было пространством , а по телу заползали колючие ледяные «мураши».

За окном творилось Нечто. Не узнаваемое и чужое небо было озарено разноцветными беззвучными световыми протуберанцами, как при гигантском непрерывном салюте. Будто северное сияние разбухло и заполнило собой средние широты. Будто безумный художник разлил в небе все свои краски и в порыве творчества хаотично водил по нему гигантской кистью. Небо кипело разноцветьем и невероятным сочетанием красок и оттенков.

Цветастые протуберанцы гонялись друг за другом как расшалившиеся ребятишки. При этом они не были какими-то эфемерными, напротив они были весьма материальными и как бы емкими. Во всяком случае они напомнили ему разноцветные пушистые веревки или канаты. Но не это показалось Глебу странным. Сами контуры окна и предметов за ним, словно размягченных непонятным образом, совершали синхронные вспышкам колебания. Окно и все за ним будто текло… Мир размягчился - вот, пожалуй, было бы подходящее определение для увиденного.

Глеб немного уже пришел в себя и удивление постепенно стало сменяться интересом и любопытством. Картинка была явно более, чем фантасмогорична. Мир за окном растворялся. Пропитанный разноцветным сиянием, наполненный сказочным буйством цветов и красок, пейзаж пульсировал в особом ритме, вызывающем внутри Глеба восторг и благоговение . Все словно кипело в холодном огне одновременно исходящем и извне, и изнутри предметов. Контуры домов плыли, как разжиженные. Голые ветви деревьев, стряхнувшие снег, извивались, словно змеи.

Более того – они покрылись молодой листвой, словно при ускоренной съемке рвущейся наружу из враз набухших почек! Невероятно!!! Еще вечером, ложась спать, Глеб смотрел телевизор и симпатичная дикторша, фланируя вдоль карты, говорила, что ночью ожидается -23-24;С. Какие там минус двадцать! На улице вмиг наступило лето. Только снег не таял. Он просто перестал быть снегом. Став прозрачным, он превратился в некую неуловимо студнеобразную прозрачную массу, пропитанную все тем же сиянием. - Будто жидкий кристалл. Даже, скорее, кристаллическая жидкость. - подумал Глеб,- Что ж это такое? Что происходит!? Чертовщина какая-то!!! Но в глубине души он догадывался о сути происходящего. Один из немногих, кто искренне верил, в то, что Это вскоре произойдет, он многие годы жил в предощущении.

Но когда Это все же пришло, то ум отказывался верить в происходящее. - Неужто! Началось таки! Вот он Переход! Свершилось!- все тело Глеба вмиг пронизало космическим холодом. По телу вновь пробежали мурашки. – Точно. Сегодня ж 22-е декабря! Вчера, уже лежа в постели, он долго не мог уснуть. Именно из-за мыслей о наступающей дате сон никак не приходил. Много лет он втайне ждал Этого. Не верил, боялся, но ждал…

Ждал, когда его семья едва влачила существование в годы развала, ждал, когда люди активно кинулись делить все, что плохо лежало и на него, живущего в ожидании больших перемен, смотрели, как на юродивого. Ждал, когда пользуясь предоставленной вседозволенностью люди «ковали деньги», а он довольствовался тем, что давала судьба. Ждал, когда в мир пришли катаклизмы и люди, потерявшие Веру и человеческое достоинство опустились до состояния зверей или скотов. Ждал и дождался… Головная боль внезапно прошла. На него нахлынуло Нечто, чего он никогда ранее не испытывал. Это было похоже на состояние измененного сознания, каким его описывают эзотерики, практикующие колдуны и экстрасенсы. Сознание стало прозрачным, как родниковая вода. Ему казалось, что он видит окружающее насквозь, видит суть предмета вплоть до каждого его атома. Мир вокруг стал прозрачным, вплоть до всей его подноготной.

Сок светоносным зеленым потоком поднимался по стволам деревьев вверх и, чуть ослабевая в свечение, разливался во ветвям и листьям. Зелено-голубые струи электрического тока молниями неслись по проводам меж столбами, под землей и внутри зданий. Он видел сквозь стены! Это было так странно и великолепно! Сами стены стали подобны вязкому полупрозрачному с многочисленными огненными вкраплениями студню. Только твердому и непоколебимому студню.

Однако стоило ему сосредоточиться на чем-то и ясность пропадала, затуманивалась. Предмет обретал более привычный облик. К новому видению нужно было привыкнуть. Нельзя сказать, что Глеб был ошарашен происходящим. Он ждал чего-то подобного. Все события предыдущих лет неотвратимо подводили мир к этому преображению.

Первое время никто даже и помыслить не мог о предстоящем. Затем зазвучали голоса пророков и ясновидцев, сулящие скорое Преображение. Затем мир сам начал изменяться, трансформируя все и вся. Рушились устоявшиеся правила и понятия, менялась природа. Казалось, что меняются сами физические законы. Но люди упорно закрывали глаза на происходящее, объясняя все случайным стечением обстоятельств. Но настал момент, когда уже невозможно стало что-либо объяснить. И тогда в мир пришла паника. Это был ужас! Деморализованное человечество пустилось во все тяжкие! Но длилось это недолго…. Мысль Глеба была прервана внезапно возникшим новым ощущением. Он почувствовал, что кровь будто бы разом вскипела. По телу разлился нестерпимый жар. Кровь застучала в висках. Жилы вспухли до боли. Боль была нестерпимой, но длилась недолго. Затем тело истекло липким и обильным потом. Одновременно он почувствовал будто из него стали выходить все накопленные за долгие годы шлаки и нечистоты. Они выходили через все отверстия, через кожу, даже через ступни.

Это не были обычные выделения. Выходила некая угольно черная слизь, которая вряд ли была материальной в привычном понимании этого слова. Тем не менее он ее ясно видел, осязал и чувствовал ее мерзостный гнилостный запах. Слизь сочилась отовсюду. Но едва она выступала из тела, как вокруг тяжелых капель возникало ослепительное сияние и слизь, корчась под опаляющим ее огнем, иссыхала и испарялась. В какой-то момент Глеб заметил, что вокруг ладоней появилось едва уловимое свечение. Постепенно сияние распространилось на все тело. Оно пульсировало, иной раз совсем исчезая, но вскоре набрало силу и стало ровным и довольно заметным даже в восходящих лучах Солнца. Ощущения были необычными, но, как ни странно, знакомыми. Просто раньше они возникали спонтанно и оказывались настолько скоротечными и эфемерными, что моментально отбрасывались сознанием в небытие, как досадные наваждения. Сейчас же они обрели мощь и силу реального Видения.

Пообвыкнув немного к обновленным чувствам и ощущениям Глеб стал внимательно присматриваться к происходящему вовне. Привыкнуть к подобному было довольно сложно. Мир в одночасье стал иным. Именно иным. От прежней действительности не осталось и следа. Там, за окном, теперь была иная действительность. Будто по мановению волшебной палочки он, вместе со своим домом, был перенесен на другую планету. Но Глеб был уверен, что он на Земле!

Он узнавал свой двор, свою улицу, дома и кварталы родного города. И, вместе с тем, все изменилось до неузнаваемости. Форма как-бы осталась. Изменилась сама суть. Содержание и наполненность предметов стали иными. Все предметы стали несколько менее материальными, но при этом более энергоёмкими. Они будто налились энергией, преобразившей их и очистившей от всякого балласта. Вся живая материя теперь была светоносна, словно новогодняя иллюминация.

Огонь тек внутри ветвей и стволов деревьев, широкими разливами тек по дружно проклюнувшейся траве. Остовы домов также светились, но несравнимо бледнее. Светилось все вокруг. Мир стал миром Света и сочетания его составляющих цветов и оттенков. И вместе с тем он не перестал быть прежним. Глеб прекрасно видел знакомые предметы и дома. Только теперь они имели более глубокую наполненность.

Но в первую очередь взгляд его приковало к себе Солнце, едва появившееся из-за горизонта. Когда-то он уже видел его таким. Было это много лет назад, когда у него вдруг приоткрылось на какое-то время Видение. Конечно ему было далеко до сегодняшнего состояния,, но, тем не менее, и тогда он внутренним зрением смог увидеть саму суть предметов. Тогда же он впервые увидел наше светило не как шар, а как отверстие в небосводе, через которое в нашу реальность изливался Свет от Творца. Именно такое определение ему показалось тогда наиболее верным. Именно тогда Глеб сумел изменить свое восприятие Мироздания и принять иную картину Мира.

Теперь же казалось, что в отверстие хлынула лавина света. Словно через прорванную плотину он устремился в бренный мир. Но видимо произошло еще что-то. Что привело материю в движение и повлекло за собой ее полную трансформацию. Вернее трансмутацию. Именно о ней много лет говорили и спорили ученые и эзотерики. И вот спор разрешился в пользу последних. Через портал, коим Солнце и являлось, энергии из более высокоэнергетичных пространств устремились в низкоэнергетические миры.

Вселенная восстанавливала равновесие. Космическое цунами, второе уже по счету и невероятно большее по силе, атаковало пространство, в коем неслась Земля. Глеб всем своим нутром чувствовал это. Старушке Земле предстояло пережить очередной шторм. Ей было не привыкать к катаклизмам. На своем веку она видела их множество. Правда предстоящий шторм обещал быть как никогда суров. А вот жизни на Земле грозило самое суровое испытание из когда-либо выпадавших.

Глеб знал это. Он всю жизнь готовился к этому и, по мере сил, старался подготавливать тех, с кем сводила судьба. За что и подвергался постоянным насмешкам. Но ему было «по барабану»! Ведь он ЗНАЛ. И вот Время пришло. Пришла пора Вселенной вернуть в равновесное состояние этот свой заблудший, но не самый плохой кусочек. Подобное должно было соединиться с подобным. Дух устремился к духу, тлен к тлену. Ранее искусственно сдерживаемые энергии под воздействием Потока, как в сепараторе стремились на свои уровни, увлекая за собой нанизанные на них материальные субстанции. Старый мир погибал, но, словно птица Феникс, тут же возрождался заново.

Глеб по себе чувствовал, что и он, как Феникс, успел умереть и заново родиться. За кратчайший срок он обрел новое тело. То, которое он теперь ощущал, было совершенно другим. Это было тело из снов. Сильное, умелое, способное на невероятные поступки и свершения. Кровь упругими гудящими потоками неслась по сосудам. Напоенная светом, она обрела силу амброзии. Клеточки, омытые и напоенные ею ликовали и, казалось, пели дружным хором хвалу светилу.

Глеб ощущал в теле необыкновенную мощь и силу и, вместе с тем, был способен уловить самые тончайшие вибрации. Органы чувств тоже стали невероятно восприимчивы. Слух практически стал яснослышанием и Глебу казалось, что он слышит, как лопаются почки на деревьях и из под земли вылезают на свет стебельки травы. Зрение стало ясновидением. И Глеб видел всю подноготную, вплоть до структуры материи на атомном уровне.

Обоняние по своим способностям стало превосходить все мыслимые возможности. Глебу стоило только сосредоточить свой взгляд на чем-либо и он уже улавливал запах этого предмета. Причем запах обладал столькими оттенками, что он мог безошибочно определить многое только по запаху.

Вот и сейчас он смотрел на старый клен за окном и видел, как его по стволу пульсируя устремляется вверх сок. Запах же, долетавший с улицы через приоткрытую форточку, внятно говорил ему, что клен тоже преображается. Оттенки гнили и опрелости сменялись на нотки свежести и здоровья. И самом деле. Клен на глазах набирал мощь и покрывался ярко-зеленым одеянием. - Да чего ж это я!? - спохватился Глеб, - Надо ж найти кого-нибудь! Так сложилось, что к 32 годам близких людей у него не было. Родители уже умерли, не пережив напряжения перестроечных и постперестроечных лет. Жениться он так и не женился, по причинам достаточно ясным. Кому нужен был такой муж? Впрочем Глеб не был рафинированным интеллигентом, не способным забить в стену гвоздь или отремонтировать сломанный бытовой прибор. Напротив он был вполне домовит и сноровист. Только ценности в жизни у него были иные. И с этими ценностями он не представлял интереса для потенциальных невест. Так и оставался он холостяком, что впрочем его никак не тяготило. Глеб осмотрелся и схватился за телефон. Вряд ли он работал, но надо же было что-то делать! Не думая он набрал 02. Потом вспомнил, что теперь у полиции другие номера стал звонить по всем вспомненным. Вызовы шли и, казалось, продолжались бесконечно, но так никто и не отвечал. Глеба вновь охватило беспокойство. Один звонок, другой, третий… Телефон ГТС посылал вызовы абонентам, но никто не желал снять трубку. - Повымирали все что-ли!? - пронеслось в голове страшное предположение. Но он его сразу отринул. - Но я же жив!!! Он попробовал включить радио, телевизор, но все было тщетно. Техника отвечала лишь треском и шумом. Впрочем в последнее время это было частым явлением. Барахлили даже кабельные линии. Глеб вновь бросился к окну и долго сканировал взглядом пространство за ним. Никого! Не было видно ни единой живой твари. Пропали даже вездесущие птицы и собаки, круглосуточно снующие возле мусорных баков во дворе. После недавних событий их стало намного меньше, но они ж таки были. Сейчас же на улице не видно было никого! Однако Глеб не падал духом. - Ведь я же жив. Значит и с остальными порядок! Надо идти искать людей! Пробегу по соседям, - решил он, - Может они что-нибудь знают… При этом он прекрасно понимал, что соседи вряд ли что-то знают. Это было всего лишь самоуспокоение. Что могли знать обыватели, живущие по раз заданным на всю жизнь схемам и лекалам, о Переходе!? Да ничего! Ровным счетом Ничего!

Даже он, всю свою жизнь пытавшийся заглянуть в этот миг, оказался все же не готов к нему. Что уж можно было сказать о людях, не желающих заглянуть дальше своего огорода и гаража? Что могли знать деморализованные и подавленные событиями последних лет обыватели!? Ровным счетом ничего! Он знал гораздо больше многих, но даже он сейчас не мог толком ничего понять… Глеб схватил с тумбочки, стоявшей в коридоре, связку ключей, и хотел было уже открывать дверь, но подумал, что ему может понадобиться и машина. Он вернулся в комнату и достал документы. Впрочем вряд ли бы они понадобились в такой ситуации… - Вот. Вроде и готов выйти в новый мир, - подумал он и выбрал из связки нужный ключ.

***

Улица встретила Глеба гробовым молчанием. Только вмиг появившаяся трава между обильных луж, образовавшихся из сугробов и буйная листва на оживших деревьях. Впрочем деревья и в самом деле были будто живые! В безветрии их ветви шевелились сами собой, будто движимые изнутри. Глеб видел, как под корой пульсируют потоки энергий. А под основанием стволов бьется, словно сердце, огненный сгусток, гонящий соки. Особенно феерично смотрелись кроны деревьев, покрытые молодой листвой. Окрашенной в различные оттенки лилового и фиолетового. Глебом вновь овладело ощущение, что он попал в иной мир. Но внутренний голос твердил, что этот мир родной, только в одночасье изменившийся до неузнаваемости. - Никого. Ни души. Ни птиц, ни животных… Как это понимать!? Вряд ли могло исчезнуть все живое…Скорей всего просто все попрятались. Кто ж переживет такое!? - решил Глеб, - Нужно в помещениях поискать. Утро же еще. Народ спросонья просто не очухался, а тут такое!!! Ладно я. Я был хоть как-то к этому готов. А у народа, небось «крыша поехала»! Сидят в своих квартирках, как зверьки и нос наружу боятся высунуть. Глеб не долго думая двинулся к ближайшему от него дому, нашел подъезд без электронного замка и вошел внутрь. Он обзвонил все квартиры на первом этаже, не дожидаясь, пока откроют, поднялся выше, снова понажимал на все звонки, и поднялся выше. Выше третьего этажа подниматься не имело смысла. Кто мог, тот давно спустился на нижние, а то и в подвалы. Реакции жильцов не последовало. Ни одна дверь не отозвалась долгожданным скрипом или недовольным голосом хозяина. Глеб спустился вниз, попутно вновь нажимая на все звонки. Ни души! Он заглянул в подвал, но подвал этого дома видимо был еще никем не обжит. - Нет. Это не выход, - решил он, - Нужно искать не по квартирам. В полицию надо идти. В дежурную часть. Вот там то точно кто-то должен быть. Власти у нас вроде еще не бежали. Отделение то в соседнем квартале! Воодушевленный, Глеб бегом рванул в нужному дому. По пути он старался осматриваться по сторонам. Но признаков жизни не было, что приводило его во все большее уныние. - Стоп! Ну я и балда! - вдруг осенило его, - Окна! Ну конечно же! Свет в окнах, вот что мне нужно! Он остановился и стал всматриваться в окна, в которых горел свет. Таковых было мало, так как уже наступило утро. Но они были! Но ни людей, ни теней от их движения Глеб так и не увидел. К тому же он был уверен, что принял правильное решение и надо идти в отделение. Дверь в отделение оказалась запертой. На звонок тоже не было ответа. Глеб стучал и в окна и орал. Ничего… В отделении тоже не было ни души… Глеба охватила паника. Вот этого он никак не ожидал! Да. Он ждал Переход. Он верил, что Это настанет. Но мог ли он предположить, что через Это пройдет лишь он один! Остаться в одиночестве наедине с новой реальностью! Непостижимо!!! Он ожидал чего угодно. Люди уже привыкли ко всевозможным взбрыкам природы.

Привыкли к ураганам и торнадо в средних широтах, привыкли к ярости Солнца, не позволяющей днем появляться на улице без какого-либо укрытия. Привыкли к полчищам саранчи и прочей твари, сметающей урожаи на полях еще на корню. Привыкли к тому, что землетрясения сотрясали с лица Земли уже все и вся на любом из материков. Люди привыкли уже к войнам, полыхавшим во многих уголках планеты. Они уже начали привыкать к радиационной опасности от застилающего Ближний Восток смертоносного облака. Но наступившее все же потрясло Глеба! К своему удивлению он довольно быстро справился с охватившим его паническим настроением. Не время было отчаиваться. Вернее прошло время отчаиваться. После всего пережитого - это был лишь очередной, хоть и самый неожиданный и трагичный этап. Он всегда был готов к сюрпризам судьбы. Таково было его миропонимание и отношение к жизни. Как говорил народ: -Что Бог не делает - все к лучшему. Только вот что теперь делать ему, Глебу?

Ломиться дальше в участок не было смысла. Искать кого-то еще? Но где? Он решил, что просто нужно выждать время. Мир трансформировался. И от этой трансформации можно было ожидать чего угодно. Он был не властен над происходящим. Но он был властен над собой. Над своими чувствами и эмоциями. Над своими действиями, наконец! Знание, сидевшее где-то внутри его, говорило ему, что не все так мрачно, как может показаться на первый взгляд. И реальность не совсем такова, какой она сейчас им воспринимается. Он решил, что нужно изменить подход к происходящему. Не паниковать, а попытаться понять что полезного он может извлечь из ситуации. Глеб присел на крыльцо участка, благо оно уже подсохло под напором негаданно нахлынувшего тепла. - Ну, допустим, я остался один. В городе, в стране, на Земле - пока не знаю. Но один. Что делать? Во- первых не дергаться, не паниковать. Все, что сейчас происходит - осознать не возможно. Это выше человеческого понимания. Поэтому надо отключить мозги и просто уподобиться растению. Тем более, что именно они и остались со мной, как напоминание об этом! Во-вторых… А что во-вторых? - Глеб не знал что и подумать… -Искать кого-то дальше? Тупо ждать когда что-то само собой произойдет? Или, может, жить по прежнему? Как раньше? Ничего по возможности не меняя. Да в конце концов не меня ли по жизни считали фантазером и сказочником!? Пришла пора оправдывать свой статус. Будем считать, что я на необитаемом острове. Стало быть все вокруг колхозное, все вокруг мое!? Прикольно! Эта мысль развеселила его. Он почувствовал на миг себя нуворишем. Все блага внезапно исчезнувшей цивилизации вмиг оказались в его распоряжении! Озорные искорки вспыхнули в его глазах. В поле зрения Глеба попал стоявший на обочине новенький джип. Огромный и черный. Видимо реализованная мечта жизни какого-то «мента» . Эту догадку подтвердила лежавшая на заднем сидении полицейская фуражка, которую Глеб увидел, когда приблизился к машине. - На зарплату такую тачку не купишь, - не без злорадства подумал он. Глеб проверил закрыты ли двери. Машина была заперта. Не долго думая он поднял валявшийся на обочине кусок ржавой трубы и двинул им по боковому стеклу. Стекло осыпалось дождем на сидение и на асфальт. Пронзительно взвыла сигнализация. - Так то и к лучшему. - решил Глеб, - Если кто-то и есть рядом, то хоть отреагируют. Из отделения на призывный зов никто так и не выбежал. Никого не показалось ни в окнах, ни на улице. Глеб без тени смущения уселся по хозяйски в машину. С ключами проблем не возникло. Как обычно это показывают в фильмах на криминальные темы, они оказались засунуты в кармашек солнцезащитного козырька. Как и следовало для такого авто, машина завелась с полоборота и по хозяйски двинулась с места. Глеб не торопился. Он ехал медленно и по пути осматривал город. Сложившееся мнение о том, что люди исчезли одномоментно все более крепло в нем.

Окончательно в этом он убедился, когда выехал к одному из центральных перекрестков города. В центре перекрестка высилось хаотическое нагромождение из двух влетевших друг в друга на высокой скорости иномарок. Удар был видимо настолько сильным, что автомобили слились в единый конгломерат элементов и деталей. Глеб бросился к месту аварии. Ни души! Людей не было и в помине. Ни капли крови! Будто они испарились накануне столкновения и машины столкнулись уже никем не управляемые. Впрочем скорее всего так и было.

Не долго думая Глеб двинулся дальше. По пути он заглянул в супермаркет. Людей естественно он там не нашел, но зато до отвала наелся всяких деликатесов, которые раньше редко позволял себе купить. Он даже поел ложкой черную икру. Но особого удовольствия оттого не получил. По пути из магазина он прихватил с прилавка бутылку хенесси. Откупорив в машине коньяк он отхлебнул пару глотков и двинулся к дому. Поиски пора было прекращать. Уже вечерело. Он изрядно устал, но выяснил лишь, что ни людей. Ни животных нет и в помине. Куда все делись оставалось для него все так же непонятно. Дома его ждали сюрпризы. Они были довольно то предсказуемы, но при этом все же достаточно неприятны. Электричества не было. Не было и воды в водопроводе. Видимо автоматика, еще работавшая в течение дня, все же не могла справиться без контроля людей. Это еще раз подтверждало факт того, что люди исчезли. Канули. Испарились. - Да плевать! - устало и раздраженно подумал Глеб. Он достал хенесси и большими глотками допил остаток из бутыли. Потом, не раздеваясь упал на любимый диван и погрузился в несущий забвение сон.

Глава 2 Ночь Забвения.

Сон не принес облегчения. Собственно он не был сном в привычном понимании этого состояния. Скорее это было похоже на осознанное сновидение, когда спящий не пребывает в пассивном состоянии, а сознательно направляет течение сна в нужное русло. Глеб как бы спал, но, в то же время, свободно направлял течение сна в желаемом направлении. А желательно ему было вернуться назад в прошлое и попытаться смонтировать множество отдельных сюжетов в целостную картину Свершения.

В мире ничего не происходит в одночасье. Всякому судьбоносному свершению предшествуют предвестники и предзнаменования. И у Перехода их было немало. Только люди отказывались их видеть, в боязни расстаться с привычным миром. Уже обветшалым, погрязшим в неправедности, лжи и лицемерии, зашедшем в духовный тупик, но таким привычным и обустроенным миром. Миром, в котором царил Потребитель! Миром, уничтожаемом паразитом по имени Человек.

А ведь должно было быть все иначе. Земле, по замыслу божьему, назначено было пребывать материализованным Эдемом. Для этого ей было отпущено все. И минеральные ресурсы, что наполняли ее недра. И жизнь, что разноцветьем и разноголосием присутствовала на каждой пяди планеты. И создан был Созерцатель всей этой красоты - Человек. Человек - Творец. Существо, несущее в себе частичку небесного огня. Существо, в коем была заключена духовная основа.

Не в переносном смысле. В прямом. Еще до рождения в теле Личность, имевшая опыт нескольких, а может и неисчислимого множества, жизней выбирала себе путь в мире грубой материи. Руководимая Наставниками, она взвешивала груз своих воплощений и выбирала Путь, который мог бы привести ее к духовному росту. Именно в этом и только в этом заключался весь смысл животного существования! В наборе напряжения души.

В наращивании своего потенциала, как носителя Света, как существа, способного его генерировать и излучать в окружающее пространство, преображая его, поднимая его вибрации, преумножая красоту и гармонию. Если бы люди помнили, что на самом деле каждый из них рожден в этот мир Звездой! Полноценной звездой, подобной солнцу, несущей в себе связь с Изначальным Источником. Но таков Закон материального существования, что при рождении сознание Человека очищается от груза прошлых жизней и Знаний до девственной чистоты. Подобно холсту художника сознание не должно иметь каких-либо изъянов, дабы не испортить результат творения.

Каждому человеку предоставляется выбор и возможность Творца в сотворении собственной Картины Мира. В этом и заключается Промысел Божий. Дать Человеку возможность самому побыть Богом. Помимо девственно чистого холста Творцу даются Руки, коими можно наносить краски на холст и сознание, способное уяснить правила Творения, которые нужны при обучении художественному ремеслу. Понимание Красоты и Гармонии заложено в каждом человеке. И каждому дано быть Художником в этом мире. Однако гордыня! Да на кой нам, творцам, какие-то Правила!!! Мы сами себе правила! Что хотим, то и творим! Вот и творили, презирая законы и правила. Свободные художники изобретали свои законы, особо не считаясь с реалиями. И натворили. Первым делом люди утратили связь с Природой, лишив себя чувства Единства и Гармонии. Создав цивилизацию они окончательно отгородились от породившей их Матери, а потом активно начали перекраивать ее под придуманные ими же стандарты.

В своем заблуждении они объявили себя Царями Природы и, уже не считаясь ни с чем, начали создавать общество потребления. Это был смертный приговор Цивилизации. В действие были приведены силы, направляющие любое Творение к Истоку. Вселенная, удерживается от падения в Хаос только незыблемостью Законов Мироздания. Любая, вольная или невольная, попытка нарушить эти Законы неминуемо приводит ко включению механизмов компенсации, дабы привести систему в равновесное состояние. Закону Сохранения подвластно все.

Люди сумели прийти к пониманию закона сохранения энергии, но вот пойти дальше в его понимании они не захотели. Причиной тому явилось именно воцарение в их умах и сердцах философии Потребителя. Она не позволила прийти к осознанию того, что закон Сохранения распространяется на Всё. Все нематериальные (точнее сказать тонкоматериальные) составляющие Мироздания, такие как мысли, эмоции, чувства, тоже подчиняются этому закону. Всякому Дающему воздается, со всякого Потребляющего спрашивается. Зло порождающий приходит во Зло. Сеющий Добро пожинает добрые плоды.

***

Глебу сложно было оценить объективно Что он посеял за свою жизнь. Но сон нес его по её прожитому отрезку вновь. Только на сей раз Глеб созерцал все со стороны, как судья. Всевидящий и всепонимающий судья. Глеб чувствовал себя Вершителем. Он улавливал тончайшие оттенки эмоций чувств, которые раньше были ему недоступны. Более того! Он улавливал не только собственные мысли и эмоции. А его открывшееся сознание обрушился весь ментально-эмоциональный фон, который его некогда окружал! Радость и гнев, досада и умиление - все обрело свою материальность и окрасилось яркими, доселе невиданными красками. Что по сравнению с этим был прежний мир! Черно-белое кино по сравнению с форматом 3D! Глеб всю свою прошедшую жизнь, как документальную хронику. Только хроника эта теперь открывала ему глаза на многое. Вот он, совсем еще маленький, идет с бабушкой, такой милой и самой любимой, по ее родной деревне, куда она привезла его погостить. Словно два солнышка движутся они по дороге вдоль речки. Прошлое теперь воспринималось по иному. Вооруженный новыми чувствами Глеб видел то, что некогда было сокрыто от него и всех остальных.

Прошлое представилось ему таким же светоносным, как и обновленный мир. Только человеческому восприятию эта светоносность ранее была недоступна. Все живое вокруг излучало свет, окрашивая его в индивидуальные цвета и оттенки. Интенсивность света тоже во многом зависела от самого его источника. Наибольший поток света излучался от живых объектов.

Бабочки, стрекозы, разная мошкара - испещряли толщу воздуха огненными зигзагами. Деревья пламенели, как огромные , колышущиеся на ветру факела. Трава пламенела сплошным крапчатым огненосным ковром. Даже вода в речке струилась, как жидкий текучий кристалл, в который было вкраплено множество подвижных еще более огненосным движущихся точек. - Так это ж рыбы!, - догадался Глеб. Он взглянул на бабушку. Она была и в самом деле солнцем. Стоящим рядом с ним и держащим его за руку солнцем! Ярчайший свет,, излучаемый ею, почти слепил. Но глаза быстро привыкли и Глеб с удивлением разглядывал представшее перед ним в новом облике самое дорогое существо. Если бы это не был сон, то сознание Глеба вряд ли смогло бы сохранить ясность от увиденного. Бабушка предстала пред ним в виде замысловатой матрешки, внутри которой находился столь привычный образ. Но при этом он был лишь похож и узнаваем. Но уже не был той, привычной, бабушкой. Одновременно в одном и том же лице и теле слились воедино все возрасты. Бабушка одновременно виделась и молодой и зрелой и старой.

Облик и возраст текли и переливались из одного в другой, словно струи в потоке воды. Все это было настолько неуловимо и гармонично, что действовало завораживающе. Глеб в оцепенении созерцал. Мало того, что бабушка существовала одномоментно сразу во всех своих возрастах! Помимо этого у нее появились внешние, ранее не видимые оболочки. Глеб понимал, что это тела. Астральное, эфирное или еще там какое-то. Не важно что за тела это были. Но выглядели они сверхестесственно. Они были светоносны.

Причем привычное тело, хоть тоже лучилось светом, выглядело темным на их фоне. Самая ближняя к нему оболочка еще как-то повторяла его очертания и была похожа по форме на звезду или пентаграмму. Свечение ее было ярким, но на фоне следующей оболочки выглядело как бы оттененным. А вот другая оболочка сияла так, что едва не слепила. Впрочем свет от не ее не был резким или болезненным. Напротив он был мягким и ласковым, как долгожданное весеннее солнышко. Два солнышка, соединившись протуберанцами, катились по деревенской дороге. А вокруг буйствовало разноцветье огненных всполохов и свечений. И травы и деревья и любая живность несла в себе свой собственный перелив огня. Вслед за этим, столь дорогим его сердцу сюжетом, в сон вошел другой. Он поднял из глубин памяти то, что Глеб силился вспомнить много лет. Но тогда усилия были тщетны и воспоминание было надежно заблокировано. Теперь пришло время вспомнить это. Действие происходило в пространстве не похожем ни на что. В наибольшей степени этому соответствовало бы понятие «заоблачные выси». Во всяком случае совершенно отчетливо присутствовало ощущение заоблачности. Пространство, в котором Глеб находился, не было земным, но при этом Земля находилась где-то рядом. Присутствовало ощущение, что она находится непосредственно под ним. Глебу пришло на ум, что гротескно похоже иногда в фильмах изображают ангельский мир. И тут он отчетливо осознал, что это он и есть! А следом вернулась память!!!

Соловьиной трелью прозвенел звонок. Сорванцы со всей прыти бросились махать крыльями. Никто не стал бы их журить за опоздание на урок. Но так не хотелось портить настроение Учителю! Он искренне и всем сердцем любил каждого из них и они платили ему тем же. Он был для них Всем. И родителем, и учителем и близким другом. Он понимал их сердцем, а они с трепетным благоговением внимали каждому его слову. Он учил их Жизни.

Они сами выбрали этот путь, хотя каждому из них некогда был предоставлен Выбор. И теперь им приходилось упорствовать в постижении Таинств. Это было не столько сложно, сколь непривычно и, в какой то мере, противоестественно. Предстоящее манило и страшило их одновременно. Однако игра стоила свеч! После обучения в Школе Жизни можно было пройти Путь, который наикратчайшим образом вел на иной уровень Бытия. Школа давала Понимание Пути.

Это было высочайшей ценностью для любого, желавшего духовного Вознесения. Поэтому попасть в Школу было чрезвычайно сложно. И еще сложнее было ее окончить. Множество душ отсеивалось уже на первых этапах, не выдерживая вступительных испытаний. Некоторые досадовали, что не смогли их выдержать. Им ли было знать, что все делалось лишь на их благо. Ибо дальнейшие испытания и экзамены были невпример сложнее вступительных.

Глеб, а вернее Эуриэль, как истинно звучало его имя, проверил это на самом себе за время обучения. Что стоят страдания тела по сравнению с душевной мукой он знал теперь не понаслышке. Не раз Учитель позволял им слиться с душами тех, кто нарушал Заповеди, чтоб они смогли прочувствовать испытываемые ими страдания. Если бы люди могли знать Что происходит при нарушении ими Законов. Но такова была Воля Божья, что человек терял память о Вечности при рождении.

И уже не помнил о Законах. Лишь Совесть, голос которой он был волен слышать или игнорировать, была оставлена ему, как носитель знания о них. Страдания души были сродни страданию человека, левой рукой рубящего себя топором по правой. Только несопоставимо более ранящими и нестерпимыми. Ибо душа воспринимала не только факт, но и видела следствие этого деяния, влиявшего не только на будущее самого человека.

Но и на весь его род. Эуриэлю пришлось увидеть грех богохульства, страшнейший из грехов. К этому необходима была санкция одного из архангелов, ибо последствия прикосновения к грешному делу могли негативно отразиться и на самом ученике. После того, как санкция была получена и Учитель соединил Эуриэля с греховной душой, тот испытал самый большой шок в своей долгой, очень долгой жизни. Чтобы описать это состояние не хватит красок. Вернее отсутствия красок. Человек, коего опекала эта душа, и который отрекся от нее и от Бога, неоднократно объявлял себя атеистом и изрекал хулу на Всевышнего. Но как-то душе удавалось удерживать связь с ним и сохранять от Падения. Но в этот раз человек перешел Рубикон.

В своем воинственном безбожии и обуревавшей его жажде наживы он под покровом ночи проник в храм и похитил иконы и церковную утварь! Более того! Будучи обнаруженным церковным сторожем, о чем сумели таки позаботится душа и опекавший его ангел-хранитель, он не остановился. Напротив он набросился на сторожи и нанес ему страшное увечье, ударив тяжелым подсвечником по голове. Слава Богу, что ангел успел отвести его руку и увечье оказалось не смертельным. То, что произошло после, Эуриэль не забудет уже никогда. Свет покинул душу. На нее обрушился космический мрак и холод, сковавший ее невидимыми цепями. Мрак густел. Холод усиливался. Нестерпимая боль сжимала ее тисками. Боль была необычайной. А потом наступило забвение. Полное забвение. Сознание присутствовало, но белее не было ничего. Ни звука, ни всполоха. Только мрак и холод. Только ледяной ужас. И безвременье… Возможно Эуриэль пребывал в соприкосновении с этой грешной душой лишь краткий миг, но этого оказалось достаточно, чтобы уяснить насколько тяжко последствие нарушения Законов. Сколько пребывать той душе в этом состоянии? Закон гласил, что путь к спасению лежит через раскаяние. Но покаяться душа может лишь будучи в теле. Только человеку может быть ниспослано мгновенное прощение, в знак компенсации за Забвение, навлекаемое на него при рождении. Господь строг, но справедлив. Отнимая - он сулит и дает награду. Давая - он ничего не требует взамен. Сколь пребывать грешной душе в забвении? Замысел Господень неисповедим. Может он даст ей шанс, а может ждать ей до очередного Судного дня… Во всяком случае этот урок Эуриэль запомнил навсегда. И до и после было еще множество уроков. А потом был выпуск. И было Воплощение. Он помнил, как вместе с Учителем подбирал себе Судьбу. А потом было Падение…

Глеб проснулся, как от резкого толчка. Рядом никого не было. Он не сразу осознал где он находится. Но довольно быстро в памяти восстановилось все произошедшее за последние сутки. На Глеба нахлынула волна уныния. Впрочем длилось это недолго. Глеб проснулся в новом, забытом, но столь знакомом ему состоянии. Теперь он не был Глебом. Он был еще и Эуриэлем. Ангелом в человеческом теле. И теперь он понимал, что люди всегда были таковыми, по крайней мере до тех пор, пока сохраняли связь с собственной душой.

Сознание его теперь было подобно горному воздуху. Рассудок не спотыкался уже о какие-либо препятствия. К Глебу пришло Понимание. Ранее ему приходилось испытывать нечто подобное, но теперь это стало сутью его восприятия. Он смотрел на вещи или события и понимал происходящее не дискретно, а как составляющую некоего общего процесса. Как следствие соблюдения или нарушения Гармонии. Именно Гармония теперь являлась для него мерилом для оценки происходящего вокруг. Глеб поднялся с постели.

Голова была очень тяжелой. Видимо хенесси сделал свое дело и понизил жизненный тонус «ниже плинтуса». Чтобы как-то восстановиться Глеб начал делать «полное йоговское дыхание». Не успел он продышать десяток циклов, как от неприятных ощущений не осталось и следа. - Тем не менее с бухлом надо завязывать, - решил он, - Тем более, что неизвестно как это дело сказывается на мне теперь. Похоже, что не самым лучшим образом. Глеб осматривал свое тело. По сравнению со вчерашним свечение несколько ослабло, но постепенно набирало силу. Дыхательные упражнения подстегнули процесс восстановления и свечение отозвалось фейерверком голубых, сиреневых и фиолетовых искорок по всему телу.

При этом оно приятно загудело и завибрировало, словно получивший повышенную нагрузку трансформатор. Определенно метаболизм обновленного организма многократно усилился. Тем не менее насиловать его не имело смысла. Глеб хотел умыться, но воды в кране не было. Есть ему не хотелось. А вот жажда мучила необычайно. Не найдя ничего подходящего дома он накинул на себя то, что подвернулось под руку и вышел на улицу. Странно. По его расчетам сейчас уже должен был быть вечер. Но Солнце стояло в зените. При этом оно было чрезвычайно маленьким и тусклым, хотя его не закрывали ни облака, ни какой-либо туман. Создавалось впечатление, что светило просто удалилось. Вернее Земля удалилась от него. Но этого не могло быть принципе. Поэтому Глеб решил, что это просто атмосферная аномалия. Тем более, что за последние годы чего только не происходило в природе.

Аномалии сыпались, как из рога изобилия. Сначала просто участились природные катаклизмы и стали возникать даже там, где их не было никогда. Такие явления как смерчи или торнадо за пару лет стали обыденностью на всех широтах. Даже в Арктике и Антарктике они стали повседневным явлением. Да и немудрено. С некоторых пор безветрия не видел никто. Ветры дули всегда и везде. Впрочем они немного спасали от испепеляющего жара, который испускало яростное Солнце.

Ученые пытались объяснить причины невероятно возросшей солнечной активности, но получалось у них это как-то невнятно и не убедительно. Да и прогнозы их на снижение этой активности не подтверждались. Напротив Солнце становилось все яростнее. В конце концов ООН приняла постановление о приостановлении всех программ и устремила все усилия человечества на спасение цивилизации. Тревога была нешуточной.

Особенно страшно стало, когда Обнажилась береговая линия Антарктиды и материковый лед стал таять не по дням, а по часам. Ученые обнаружили, что ВЕСЬ материковый лед перешел в состояние фазового перехода. Одновременно! Это было чудовищно!!! Недоставало малейшего толчка, чтобы он одноразово обратился в жидкость. Это было бы всемирной катастрофой. Гигантское цунами грозило смыть с лица Земли все. Что встретило бы на своем пути. Катастрофа казалась неминуемой. Одно время вся информация об этом держалась в строжайшей тайне. Но век интернета взял свое и она стала всеобще доступной. В мире началась паника.

Это был ужас! Передел мира вершился молниеносно. Племена и народы бросились занимать возвышенные места. Рухнули границы и кордоны. Многотысячные, если не миллионные, толпы людей, бросивших все нажитое, кинулись к спасительным высотам. Первое время правительства оккупируемых государств пытались остановить или хотя бы упорядочить потоки беженцев, но тщетно. Ни угрозы, ни уговоры не возымели действия.

Тогда под нажимом общественности на пути беженцев были выставлены армейские подразделения с приказом о применении оружия в случае неповиновения. Но они были сметены переселенцами, как сор весенним паводком. Тогда правительства оккупируемых стран отдали приказ о тотальном уничтожении оккупантов. Так началась Третья Мировая… Старушка Европа едва сдерживала натиск арабов с Ближнего Востока и Северной Африки Особо мощный поток переселенцев хлынул Тибет. Десятки миллионов китайцев устремились на запад.

Туда же с юга хлынула волна переселенцев из Индостана и Индокитая. С севера народы устремились к спасительным вершинам Тянь-Шаня. Срочно эвакуировалось население Австралии, у которого не было никаких шансов выжить под ударом стихии. Население обеих Америк устремилось на Анды и Кордильеры. Суета, паника, давка, неуправляемость. Танки и напалм против миллионных толп озверевших спасающих свои жизни людей. Но противостояние длилось недолго. Деморализованные войска в ужасе отступили. Начался стихийный передел земель. Выживал сильнейший.

России в этом смысле повезло. Как всегда ее спасли необъятные просторы и отсутствие дорог. К тому же высоты, кроме Кавказа и Алтая на ней были малопривлекательны. Так вышло, что на Урале, в Саянах и на Алтае сосредоточилось практически только российское население. Кто тогда мог подумать, что произойдет то, что произошло.

В то время, как внимание человечества было сосредоточено на таянии льдов, мало кто обратил внимание на снижение напряженности магнитного поля. Между тем ранее постепенно уменьшавшаяся, но при этом остававшаяся довольно высокой и стабильной, напряженность внезапно упала на два порядка, то есть практически исчезла. Планета в одночасье лишилась магнитного щита. По немыслимому стечению обстоятельств в это же время на Солнце разразился небывалый шторм.

Электромагнитный импульс от шторма оказался настолько велик, что практически уничтожил всю чувствительную электронную аппаратуру и стер память во всей компьютерной мировой Сети. Одним махом он прекратил существование Цивилизации. Шторм унес миллионы жизней, не выдержавших его напора. Но это были не самые страшные его последствия. Шторм вывел из равновесия электромагнитное поле Земли, и без того нестабильное в последние годы.

В кокой-то момент поле исчезло и шторм обрушился на поверхность Земли . Космические частицы и излучения пробивали атмосферу и пронизывали все живое на суше и на море. Живые организмы были подвергнуты жесточайшему испытанию радиацией. Благо, что не все средства массовой информации были выведены из строя штормом. Кое как и кое где действовало кабельное телевидение и с чудовищными помехами работало радио.

Правительства, выполняя свой долг, смогли предупредить людей об опасности и ознакомить с правилами безопасности в столь нештатной ситуации. Людям рекомендовалось находиться в помещениях, желательно подвального типа. Не рекомендовалось выходить на улицу в светлое время суток. В темное же время специалисты советовали одевать на себя многослойные полиэтиленовые накидки или другие покровы, препятствующие проникновению радиационного излучения. Более того они предупредили людей о том, что ситуация непредсказуема и никто не может сказать о том восстановится ли магнитное поле или же нет.

Впрочем по большей мере прогнозы были оптимистичны. Но Глеб то знал, что оптимизм здесь неуместен. Все было давно предсказано. И в дальнейшем следовало ожидать смены магнитных полюсов со всеми вытекающими последствиями. Человечеству предстояло перенести суровевшие испытания. И тут надо было либо опустить руки и покорно принять смерть, либо действовать во спасение себя и остальных. Глеб не желал быть овечкой. Он выбрал сопротивление. Как ни странно у него сложился довольно четкий план действий. Глеб рассуждал так. - Мигрировать куда-то нет смысла. То, что Урал сохраниться в Новом мире и предсказано и просчитано. Да и я сам в этом уверен. Если все же произойдет переполюсовка, то здесь будет достаточно безопасно. К тому же дома и стены помогают. Тем не менее нужно перестраховаться. Запас продуктов, спички, соль, лодка, палатка и прочее снаряжение мне не помешают. А там видно будет. И он стал ждать, постепенно и неспешно готовя себя к чему угодно. Как и все в этом мире катастрофа произошла внезапно. Силы коалиции нанесли очередной удар по повстанцам. При этом было применено несколько ядерных зарядов. По замыслу операции мощность зарядов не должна была превышать 20-30 килотонн в тротиловом эквиваленте. Как это случилось никто так и не смог, да и не успел объяснить.

Но один из зарядов оказался более, чем мегатонным. Было ли это просчетом, либо хитростью и лицемерием вояк - этого уже не установить. Да и не в этом дело. Взрыв, как детонатор, привел в действие Катаклизм. Земля содрогнулась. Уже не сдерживаемое внутреннее напряжение привело в действие механизм поворота земного ядра. Оно, увлеченное силами различного, в том числе и внеземного происхождения, словно желток в яйце, пришло в движение. Это движение всколыхнуло всю Землю.

Вслед за небывалыми землетрясениями по все мантии прошла судорога и она, как чулок по коленке, на несколько градусов, скользнула по ядру. Этого оказалось достаточно, чтобы возникла Волна. Под действием инерционных сил воды Мирового Океана вздыбились на несколько десятков метров со все сокрушающей мощью ринулись на сушу. Мир в одночасье перестал существовать. Цивилизация погибла. Как и было предсказано недосягаемыми остались лишь незначительные уголки суши. Трагедия пощадила малую родину Глеба. Цунами, двигавшееся с юго-востока, рассеялись по просторам Азии и уперлись в горные массивы. Остатки напора сдержал Урал. Тем не менее часть Волны докатилась до Каспия. Поднявшись по Волге она наделала немало бед, но до его родного города все же не дошла. Было ли это везением, сказать было трудно. Некогда, когда была еще жива бабушка, она говаривала, что наступит время, когда живые позавидуют мертвым.

Видимо это время пришло. Во многих уголках Земли было так. Но Глебу все же повезло. Повезло и его землякам. Денно и нощно в храмах служили заупокойные молебны. Денно и нощно пелись хвалебные гимны. Христиане, мусульмане, католики, иудей и все остальные в едином порыве, побуждаемые страхом и благодарностью за чудесное спасение молили Единого Бога о дальнейшем снисхождении. Они не знали Что еще предстоит пережить. Глеб тоже не представлял этого. Но, в отличие от многих, он имел хоть какое-то представление о предстоящем. Впрочем реальность оказалась далека от ожидаемого.

Глеб и читал и слышал от друзей-единомышленников, о том, что в процессе Перехода тело измениться. Но при этом никто не мог сказать что именно с ним произойдет. Теперь он видел все воочию. Более того он ощущал новое тело. И это ощущение вызывало неописуемый восторг! Сила и мощь пульсировали в мышцах. Энергии кипели в каждой клеточке. Глеб чувствовал себя былинным богатырем, способным перевернуть весь мир.

Поигрывая мускулами он любовался собой в трельяжном зеркале. Зрелище было о-го-го! Тело полыхало, словно пропитанное светом. Буруны огня завивались в напряженных мышцах. Тело радужным ореолом окружало аурическое свечение, которого Глеб раньше не замечал. Аура была довольно объемной. Он даже и подумать не мог, что она так велика. Захвата зеркала не хватало, чтобы оценить ее размеры. Тем не менее Глеб предположил, что диаметр ауры составляет метров 7-8. - Не фига себе, - подумал он, - Никогда бы не подумал, что увижу ауру.

Он много читал и слышал об этом теле света, но вот теперь впервые видел ее воочию. Аура в самом деле имела яйцеобразную форму и светилась всеми цветами радуги. Впрочем явно преобладали сферы зелено-сине-фиолетового спектра. Ближние к телу слои казались более плотными и несколько повторяли форму тела. Дальние же оболочки были более правильной овальной формы и менее плотны и светоносны. Однако же что удивило Глеба, так это наличие четко очерченной границы ауры. Ранее он нигде не читал об этом. Между аурой и всем остальным пространством ясно видна была яркая белого цвета тонкая, словно пленка, оболочка. - Вот оно какое, тело света! - подумал Глеб. - Теперь надо будет как-то им управлять. Видно тренингом придется позаниматься…. Он несколько раз взмахнул перед зеркалом руками. Ближние оболочки повторили движение рук. Дальние же отреагировали неохотно. Внешняя же сфера ауры не отреагировала вовсе. Глеб немного озадачился и даже огорчился. Вот на это аура отреагировала мгновенно. Она несколько потускнела и съежилась. Внешние сине-голубые сферы побледнели. Внутренние налились свечением. Глеб усмехнулся. Картинка мгновенно изменилась. Внешняя сфера мгновенно расширилась и налилась свечением. - Красотища!!! - Глеб залился самозабвенным смехом. Аура немедленно отреагировала на это состояние. Она прямо таки взорвалась, словно световая бомба, и распространилась на всю комнату. Более того. Плотность ее настолько возросла, что Глеб ощутил, как аура коснулась стен комнаты. Это было настолько необычно и ново, что он вздрогнул. Аура мгновенно сжалась. - Супер!!! - воскликнул Глеб! - Да я теперь Супермен! Словно мальчишка, в руки которого попала сказочная и неведомая игрушка, Глеб принялся познавать возможности нового тела. Он лез из кожи вон, чтобы заставить его подчиняться своей воле. Сначала получалось не очень, но вскоре Глеб постиг некоторые премудрости и стал творить невероятное. Тело аурическое тело оказалось очень послушным и невероятно пластичным. Через некоторое время Глеб достиг того, что научился свивать его в жгут, многократно повышая тем самым его плотность, и направлять этот протуберанец или щупальце в нужном ему направлении. В некоторый момент случилось так, что ткнув щупальцем в цветок, стоявший на окне, Глеб смог заставить его покачнуться. Это привело его в еще больший восторг. Он тыкал отростком в цветок вновь и вновь. Делал он это бесцеремонно. Видимо цветку не понравилось такое обращение и он отреагировал на бесцеремонность Глеба яркой ядовито-зеленой вспышкой. Это привело Глеба в еще больший восторг. Это был уже практически диалог!!! О таком он и помыслить не мог! - Да ладно тебе! Не трону больше тебя. Расти спокойно. - сказал он и добавил, не ожидая ответа, - Хочешь водичкой полью? Но цветок видимо все слышал и полыхнул в ответ радостным оранжево-красным. Это было здорово! Это было счастье! Глеб был вне себя от восторга!

Глава 3 Утро нового дня.

Глеб постепенно привыкал существовать в новой реальности. К сожалению, пока он не обнаружил признаков какой-либо животной жизни в ближайших окрестностях. Но присутствие растений сохраняло в нем надежду на лучшее. Не понятно почему исчезли люди и животные. Это не укладывалось ни в один из вероятностных вариантов Перехода, которые мог допустить его рассудок. Ну никак не укладывалось! Тем не менее это было так. И с этим надо было мириться и считаться. И он привыкал понемногу. Благо, что новый мир таил в себе массу загадок и открытий. Получив новое тело, Глеб старательно и самозабвенно исследовал его возможности. Он не только научился владеть им, но и научился воздействовать по-новому на окружавший его мир. Основная трудность в освоении светоносной реальности заключалась в том, что для воздействие на окружающее могло осуществляться как обычным образом, то есть приложением физического усилия к предмету, так и более изощренным способом, посредством взаимодействия светоносных тел. Причем последнее было более гармонично, так как при грубом физическом контакте иной раз происходили довольно трагичные вещи. Многое из непонятного для него ранее теперь стало очевидно. Многое из очевидного - невероятно. Первое, что постиг Глеб - это мощь собственных эмоций. Он не был глупцом или догматиком и материалистический лозунг, что существует только то, что дано нам в ощущениях, звучал для него лишь как философская профанация. Глеб прекрасно понимал, что существуют некие тонкие энергии и взаимодействия, которые способны воздействовать на окружающую реальность. Более того, он понимал, что и мысли и эмоции могут оказывать влияние на живую природу. Но он и предположить не мог, как все на самом деле грандиозно и взаимосвязано! Теперь же он видел все собственными глазами. Впрочем вряд ли это Видение можно было назвать зрительным или оптическим. Глеб «видел» сразу всеми органами чувств. Все, в том числе и новые, ощущения гармонично сливались в единый полноценный образ, видевшийся им так, будто он был его собственным продолжением. Да, да, да, да!!! Особенностью нового мироощущения стало то, что дискретность восприятия пространства сменилась интегральностью. Если ранее для постижения сути вещей сознанию требовалось выделить изучаемый объект или явление из среды, расщепить его на составляющие и только потом создать о нем некое суждение, то теперь все выглядело по иному. Теперь объект изучения воспринимался не как самостоятельная единица, но как музыкальная октава, причем не отдельно, сама по себе, а в составе музыкального произведения, в котором она звучала. Некогда лишь теоретическое и философское понятие «музыка сфер» стало для него реальным инструментом познания. Глаз и остальные органы чувств в первую очередь замечали в предмете внутреннюю гармонию света и лишь затем воспринимали его целиком, со всеми тонко- и грубоматериальными составляющими. При этом пробудившееся в сознании чувство внутренней красоты и гармонии болезненно выделяло любые признаки диссонанса между предметом и окружением или между какими-либо его составляющими. Теперь он смог оценить величие и силу живой природы. Он смотрел на цветы и деревья и видел их светоносные души. Как же они были прекрасны. Привычный образ цветка не шел ни в какое сравнение с его тонкоматериальной составляющей. Цветок звучал, как прекрасная мелодия. Обертоны запаха, звука и света сливались в завораживающий образ, наполненный негой и блаженством. На фоне этой феерии любви само растение выглядело несколько строже и аскетичнее. Но и оно само по себе представлялось. Другое дело - неживая материя. По сравнению с растениями она выглядела в самом деле неживой. Но и в ней виделось разнообразие светности и светонаполненности. Предметы, выполненные из дерева или металла несли в себе мягкий и теплый свет. Они грели душу на расстоянии и радовали глаз. Предметы из камня были более холодны. Свет от них был подобен свету неона в рекламных лампах. К тому же он был бледен и едва уловим. Металлы тоже светились ксеноном, неоном и прочими холодными оттенками. Но были несколько ярче камня. Это хорошо было видно при взгляде на стену квартиры. Дом был построен из железо-пенобетонных панелей видимо со значительным наполнением материалом осадочного происхождения. Видимо именно из-за этого наполнения стены светились неоднородно. Сохранившиеся или полуразрушенные панцири миллионы лет назад вымерших животных светились в толще бетона тусклыми звездочками. Они все еще хранили свет. Это «звездное небо» было разделено на квадраты решеткой металлической арматуры, которая источала зеленоватое свечение. - Ну совсем, как в планетарии, - рассматривая ранее недоступное взгляду человека пространство, подумал Глеб, - Уму не постижимо! Видеть стену насквозь! Ну рентген прямо таки!!! Взгляд скользнул по стене и наткнулся на скрытые в стене жилы электропроводки. Вид их был великолепен. Яркое и сочное сияние сине-голубых световых шнуров стремительным пульсирующим потоком неслось по металлическим каналам. Того же цвета, но более бледное поле окружало каналы и медленно скользило в толще стены в противоположном направлении. Движение это завораживало и манило к себе. Глебу казалось, что он сам превращается в такой же стремительный поток, вливается в него и растворяется в этом уносящемся к таинственной цели свечении. Нет же! Это не показалось ему! Сначала из кистей рук и стоп ног в сторону проводки потянулись тонкие огненные нити. Затем они превратились в шнуры и коснулись стены. Едва это произошло, поток в проводке возмутился протуберанцами в точке касания. Свечение от руки и ног и поле внутри стены слилось в единой вспышке. В этот миг Глеб почувствовал, что его тело сотряс сильнейший удар тока. В один миг он весь сам превратился в огненную вспышку и был увлечен потоком в его стремительный бег. А потом он летел. Просто летел в Никуда, потеряв понятие о пространстве и времени….

***

Сознание Глеб не потерял. Однако случившееся явно повлекло за собой странные изменения в его теле и окружающей действительности. Ему было ясно, что произошло невероятное и его, ставшее вдруг плазмоидом, тело оказалось втянуто в электросеть. Даже не в сеть, а в некую немыслимую энергореальность. Этого не могло быть, но это случилось!!! И то, что случилось оказалось настолько неожиданно, что от увиденного и ощущаемого он никак не мог прийти в себя. Рушились все научные представления о пространстве-времени, но крепли его догадки о истинном положении дел. Глеб находился в иной реальности. Окружавший его мир не был мерзок, но ему хотелось скорее его покинуть. Это был мир не-Света. В отличие от его родной реальности, здесь царила иная Сила. Эта сила тянула все к себе, желая поглотить все, что попало под ее влияние. И влиянию этой силы подчинялось все подвластное ей пространство. Именно пространство! Потому как место, куда попал Глеб не выглядело как канал и, тем более, как кусок металлического провода. Нет! Это было реальное пространство, о размерах и мерности которого невозможно было судить. Но определенно это было пространство! Глеб отчетливо видел некие образования вокруг себя. Некоторые были неподвижны. Другие же перемещались в пространстве с различными скоростями, но в одном для всех направлении. Казалось, что неведомый глас манит их всех и они летят к нему, как мотыльки на огонь. О сути этих образований он не мог судить, впрочем как и о сути самого пространства. Но смутно понимая где он находится, Глеб пытался подходить в своем понимании к представшему перед ним с точки зрения здравого смысла. То, что он видел, в какой-то мере подтверждало его догадки о сути вещей и о структуре Мироздания. Некогда Глеб предположил, что, следуя понятию Закона Сохранения Энергии, циркуляция Энергии во Вселенной тоже должна протекать в замкнутых циклах. Из этого следовало, что звезды, испуская из себя вовне огромное количество энергии в виде света и различных других излучений должны что-то получать взамен. Как-то сразу у него возникло предположение, что этим «что-то» является гравитация. В дальнейших своих рассуждениях он пришел к тому, что суть гравитации состоит в том, что она представляет собой ни что иное, как обратное течение энергий от меньшей массы к большей. Только течение это не линейно-пространственно, как какое-либо из известных излучений, а напротив оно вневременно- и внепространственно. Проще говоря Вся масса вещества во Вселенной представляет собой единое целое. Только таковой она является в неком изначальном вневременном и непространственном мире. В проявленных в пространстве и времени мирах массы вещества разрозненны и индивидуальны. В примитивном варианте этому мог выслужить пример пальцев руки, высунутых из воды. Для наблюдателя они выглядели бы как самостоятельные образования на ее поверхности. И ему было бы непонятен факт того, что между ними есть связь. Что они части единого целого. Что между ними происходит обмен веществом и энергией. Только в этом обмене существует дуальность. Перенос энергии вовне вещества имеет противофазу, которой является перенос энергии внутри вещества, именуемый человеком гравитационным взаимодействием. Так вот. Глеб некогда предположил, что электрический ток, текущий внутри проводника, и электромагнитное поле, возникающее вовне его, служат частным примером взаимодействия энергий во Вселенной. Аналогичным образом в мире при возникновении излучения энергии вовне одновременно происходит поглощение энергии внутрь. Тут, как пример, можно привести взаимодействие звезды со своими планетами. Являясь одним целым они осуществляют между собой обмен энергиями следующим образом. Звезда излучает в окружающее пространство энергию и массу. Но тут же компенсирует потерю за счет гравитационного взаимодействия. Улавливаемые планетами энергии и частицы конденсируются их ядрах. Накапливаясь там, они порождают разность гравитационных потенциалов между поверхностью и центром звезды, что приводит к возникновению обратного тока энергии, но уже в виде гравитационного взаимодействия. Так как вся материя по сути своей едина, то за счет гравитационного взаимодействия энергия возвращается к звезде. Цикл замыкается. Пространство, в котором Глеб оказался, вовсе не походило на что-либо из известного ему. Он мог ожидать что угодно. Увидеть ли некие пространственные каналы или тоннели. Мог ожидать оказаться в неком Зазеркалье. Но все оказалось иначе. Признаки зазеркалья присутствовали, конечно, в этом мире. Но подобие это выражалось скорее в противоположности не геометрической, а иной. По всей видимости противоположность была полнейшей! Так Глеб абсолютно не ощущал каких-либо собственных габаритов. Он был везде и сразу. И одновременно он был слит со всем сразу. Это было ощущение абсолютного единства с окружающим. Его сознание растеклось по Безбрежью, которое гудело и вибрировало от сотрясавших его волн и напряжений. При этом было неприятное чувство потери собственной индивидуальности. Пространство поглотило его. Оно сковало и стерло его личность. Оно высасывало его, словно сухая губка, положенная на каплю воды. Только капля была крохотная, а губка необъятная. Его всосал в себя монолит, в котором стиралась всякая индивидуальность. Все в нем было подчинено лишь единому движению к Центру. Все неслось туда. Рушилось, словно в пропасть. Движение сдерживала только все нарастающая плотность энергии. Материя сжималась все плотнее и плотнее. Словно струйки сока она выбрызгивала из себя зигзаги электрических зарядов, уносившихся в противоположном направлении. Глеб все падал и падал во Тьму. Неизвестно чем бы это закончилось, но вдруг он ощутил неимоверной силы рывок и тотчас же был выброшен в привычную реальность. Кто вырвал его из объятий Инферно он так и не узнал. *** Позже Глеб много раз мысленно возвращался к этому эпизоду, но так до конца и не понял что же все-таки произошло. Ему было понятно, что каким-то образом он проник по ту сторону материального мира, в так называемое Зазеркалье. Он оказался на снаружи, а внутри материи, а окружающий мир из наружного стал внутренним. Время обратилось вспять. Пространство приобрело иные характеристики. Распространение заменилось Поглощением. Иной личности, кроме Центральной в том мире не было место. Она поглощала все и вся. И поглотила бы его, если бы не таинственный помощник. Теперь все произошедшее было позади, но одно воспоминание об этом отзывалось в Глебе судорожными конвульсиями. - Ну уж больше я этого не допущу! - уверял он себя, хотя хорошо понимал, что теперь вряд ли сможет что-то упредить, настолько изменилась окружавшая его действительность. Одно он уяснил для себя четко, что надо быть аккуратным в местах сильных энергетических потоков, которые могут подхватить и унести невесть куда. Теперь он всюду ступа л аккуратно, внимательно всматриваясь в пространство не только впереди, но и вокруг. И осторожность спасла его. Не будь он настолько внимателен к окружающему, то вряд ли сумел бы адекватно отреагировать, когда в комнату,, неожиданно распахнув окно, ворвался разноцветный, но при этом грязный и мутный вихрь. Он был очень странным. Плотным и липким, словно силиконовый. Ввалившись в помещение, он настороженно замер. Глеб сумел рассмотреть его. Больше всего тот напоминал огромных размеров слизня грязно-перламутрового цвета. «Слизень» ввалился всей вихрастой тушей через подоконник и завис в воздухе в десятке сантиметров над полом. Весь его вид говорил о том, что он не просто ошибся адресом, а преследует какую-то цель. И почти сразу Глеб понял, что эта цель - он. «Слизень» явно почуял его присутствие. Во всяком случае его тело повернулось в сторону Глеба и впереди стал образовываться воронкообразный хоботок. От туши исходил запах угрозы. Глеб его остро чувствовал всеми органами. Видимо им хотели позавтракать. - Ну уж дудки! - Глеб не думал даже стать завтраком для какой то скотины! Но что делать? Тут он вдруг вспомнил, про прихваченный в полицейском участке пистолет. Тогда он увидел его случайно, лежащим на столе дежурной части. Кто и почему забыл или оставил кобуру с пистолетом на столе его не интересовало. Но оружие в подобной ситуации не могло быть лишним. Вот оно и пригодилось. Глеб метнулся в коридор, где в ящике тумбочки лежал пистолет. Слизень двинулся было следом. Но остановился в недоумении. Похоже тварь почувствовала угрозу. Не прошло и нескольких секунд, как пистолет оказался у Глеба в руках. Он умел обращаться с оружием. Еще через секунду грянул выстрел. Пуля явно не причинила твари вреда. Она прошла сквозь нее, как сквозь воздух и смачно впилась в подоконник. Однако что-то слизню не понравилось. Он сдал назад, но еще шире раскрыл свою воронку. Глеб выстрелил еще раз. Похоже твари не нравился сам звук выстрела. Она начала ретироваться и задним ходом вылезла назад на подоконник. Третий выстрел совсем избавил его от присутствия незваного гостя. Второй день пребывания в новой реальности обещал быть веселеньким. Оставаясь постоянно начеку Глеб осторожно продвигался по своему району. Похоже энергии стабилизировались. Все уже не было таким эфемерным и колеблющимся. Очертания и формы обрели четкость. Но наполненность предметов по прежнему была с переливами и неоднородностями. Видимо это уже были постоянные признаки новой реальности. Слизни оказывается появились повсеместно. Но почему-то больше на него не бросались. Видимо его уверенность в себе отпугивала их. Они угрюмо шастали по подворотням в поисках потенциальной еды, но похоже ничего не находили. - Скоро с голодухи пухнуть начнут, - задорно подумал Глеб, - Или жрать друг друга будут, как крысы в бочке. Пока слизни были единственными живыми существами, которых он увидел после Свершения. А так хотелось найти кого-то привычного, своего! Пусть даже крысу. Но тщетно. Один раз ему показалось, что он видит в подворотне силуэт человека. Глеб бросился со всех ног бежать, но это оказался манекен в витрине магазина. Глеб долго стоял и смотрел в витрину. Тупо и бессмысленно. Он не знал что делать… Тем не менее он не отчаивался. Внутренний голос подсказывал ему, что не все еще потеряно.

***

Близился полдень. Солнце палило неимоверно. Но почему-то выглядело крохотным, как в студеный зимний день. - Странно как-то…- подумал Глеб, - Это либо атмосферные вывихи, либо у меня со зрением что-то не так. Но в это время солнце должно быть раза в два крупнее! Впрочем бог с ним. Сейчас чего только не происходит… Да и в самом деле до солнца ли было ему, когда весь окружающий мир изменился и изменился он сам!? Тем не менее солнце палило и даже начала краснеть кожа. - Так и обгореть недолго. - решил Глеб и заскочил в ближайшее открытое помещение, чтобы найти какую-нибудь одежду. Ближайшим помещением оказался небольшой продовольственный магазин или по современному минимаркет. Под руки Глебу подвернулся довольно чистый синий грузчицкий халат. Он накинул его на себя и хотел было покинуть магазин, но решил еще заодно прихватить что-нибудь из еды. Однако есть не хотелось совсем. Сколько он не рассматривал полки со съестным желудок не отзывался. Было ощущение, что он только что вышел из-за стола. И это было странным, ибо раньше Глеб никогда не жаловался на отсутствие аппетита и всегда был готов чем-либо перекусить. Он взял с прилавка шоколадную плитку, снял с нее часть обертки и откусил. Ощущения были странными. Вкус и букет он ощущал более, чем превосходно. Органы чувств работали, как сверхтонкие и сверхчувствительные приборы. Он улавливал тончайшие оттенки вкуса и аромата, о которых ранее и не подозревал. Но вот голода и удовлетворения от процесса поглощения пищи он не испытывал! Что это могло значить? Скорее всего это свидетельствовало об изменении метаболизма в организме. Но что его могло вызвать? Шок? Гормональный сбой? Или может мутация? Об этом он мог только строить предположения. Тем не менее такое положение дел его не расстраивало. Напротив оно снимало массу проблем. Весело что-то посвистывая Глеб двинулся дальше. Путь его лежал неведомо куда. Он не имел конкретной цели. Просто шел по родному городу в одночасье ставшему чужим и безлюдным. Всюду сновали слизни, подъедая остатки органики. Один из них только что ввалился оставленный Глебом магазинчик. И сразу оттуда стало доноситься беспорядочное хлюпанье. Слизень поглощал органику. Но Глеба это не беспокоило. Он был даже благодарен слизням за их присутствие и неуемный аппетит. Не будь их, то вся органика подверглась бы гниению и он бы через некоторое время задохнулся бы от дичайшего смрада. Все-таки за появлением слизней кто-то скрывался. Что-то ему подсказывало, что кто-то если не контролирует, то наблюдает за всем происходящим.

Глава 4 День и ночь - сутки прочь

К исходу третьих суток Глеб достаточно хорошо адаптировался к новым условиям своего существования. Он смирился с одиночеством и перестал удивляться чему-либо. На вездесущих слизней теперь смотрел так, как раньше смотрел на бродячих собак или голубей. То есть вовсе перестал их замечать. Но к исходу третьего вечера он вдруг осознал, что слизни пропали! Он специально облазил полквартала, но так и не нашел ни одного! - Да куда ж они подевались то!? - даже забеспокоился он, - Или опять какая-то напасть надвигается? Где-то в глубине души Глеб ощущал некую угрозу. Сердце подсказывало ему, что приближается Нечто величественное и грандиозное. Напряженность в атмосфере выросла до такой степени, что волосы на голове стали шевелиться, как в мощном магнитном поле. Казалось, что электричеством насыщен весь воздух. Напитан, словно губка водой. Но вреда все это организму никакого не причиняло. Напротив в такой атмосфере ему было комфортно и вольготно! Воздух тонизировал и бодрил. Впрочем похоже это был уже не воздух, а прохладный коктейль из самых разнообразных ионов. Он как бы кипел и был живым. Все вокруг полыхало холодным внутренним огнем. Видимо по этой причине и не было темно, хотя уже наступила ночь и в небе зажглись звезды. Ночь была фиолетово-темной. Необычайно темной. Практически мрачной. И в этом мраке Земля полыхала различными оттенками фосфоресцирующего света. Жуть брала от такого зрелища! Сердце замерло в ожидании очередного чуда. И оно не замедлило случиться. Земля под ногами вздрогнула и, как курьерский поезд ринулась к только ей ведомой точке назначения. Но почему-то Глеба не сбило с ног. Атмосфера не слетела с Земли, как платок с головы от порыва ветра. Не возник ветер страшной силы. Напротив воздух даже не шелохнулся. Он был словно студень, словно жидкий кристалл. Глеб спокойно стоял на ногах и с замиранием сердца следил за этим сверхъестественным полетом. Казалось, что космос обрушился на Землю всей своей неисчерпаемостью и необъятностью. Ливни и протуберанцы энергий нещадно хлестали по планете. Они бы начисто смели с нее все, но преображенная атмосфера стоически сносила эти удары. Она лишь жалобно постанывала и отзывалась феерическими разноцветными всполохами, на фоне которых северное сияние выглядело бы жалко и неприглядно. Мимо планеты проносились какие-то огромные объекты. Это чувствовалось по вдруг усиливающемуся гравитационному воздействию то с одной, то с другой стороны. Глеба кидало то вправо, то влево, то придавливало к земле, то подбрасывало вверх. Но он стоически выдерживал все кульбиты планеты. Неожиданно она вошла в какой-то особо энергонасыщенный слой. Все вокруг вспыхнуло ярким сине-фиолетовым всполохом. Глеб сам весь вспыхнул, как будто облитый этим свечением. Ему показалось, отчего насквозь промыли им. Он стоял совершенно опустошенный и ничего не мог понять. Одно ему было очевидно. Он жив, если это можно так назвать, и находится на Земле, которая по каким-то причинам сбесилась и, оставив Солнце, ринулась к иным светилам. Это звучало глупо и абсурдно, но все в действительности обстояло именно так! Глеб осмотрелся по сторонам. Он увидел, что теперь его окружает некий прозрачный светящийся кокон. Откуда тот взялся он так и не понял, но ему было ясно, что это его защита и надежда на то, что он все-таки еще поживет. Взгляд Глеба выцепил из пространства неподалеку еще один похожий на его кокон. Потом еще и еще! - Так вот в чем дело! - догадался он, - Перед полетом все люди были окуплены, словно созревшие для метаморфозы гусеницы! Спасибо тому, кто о нас позаботился! Земной поклон ему! Теперь ему было понятно куда пропали все вокруг. Невидимый Друг и Хозяин позаботился о том, чтобы живущие на Земле смогли без потерь перенести предстоящий перелет к новому месту жительства. Но что это за место? И для чего все Это было нужно? Этого Глеб никак понять не мог. Да и не его ума дело это было! Сколько времени продолжался этот фантастический перелет Глеб вряд ли мог бы сказать. Может день, а может неделю. Но видимо он подходил к концу. Это стало понятно по затихающему мельканию звезд и замедлению интенсивности светопреставления в небе. Прошло еще несколько часов и все вдруг замерло. Это состояние покоя было настолько неожиданно, что потрясло Глеба больше, чем, возможно, сам перелет. - Неужели все! - подумал он, - Что ж? Теперь надо сказать здравствуй новый дом? Здравствуй новое Солнце?

*** Глеб не сразу смог привыкнуть к Новой Земле и новым условиям жизни. Но постепенно все становилось на круги своя. Все было как во сне. Впрочем действительность даже превосходила любой из снов, так как познавалась через новые ощущения и через иные возможности. Здесь все было по иному, начиная с самой материи. Она была гораздо менее плотной, чем на Земле и гораздо белее энергетически насыщенной. Тело Глеба было легким, словно на Луне или даже не каком-либо крупном астероиде. Но при этом физика была таковой, что он не ощущал необходимости в переучивании. То ли в нем были заложены навыки существования в такой среде, то ли разница в потере плотности тела перекрывалась разницей в физических константах. Как бы то ни было, но ему здесь было чудесно. Он мог одним прыжком перекрывать огромные расстояния. Он мог запросто запрыгнуть на крышу трехэтажного дома. Наконец он банально мог летать! Эту возможность он открыл для себя неожиданно, когда промахнулся в прыжке через очередной котлован новостройки. Во внутреннем неконтролируемом порыве он инстинктивно попытался продолжить полет и это ему удалось! Он благополучно достиг противоположного края котлована! Ему это так понравилось, что в дальнейшем он только и делал, что совершенствовал свои летные навыки. При одном из таких перелетов это и случилось. Краем глаза Глеб заметил некое движение возле собственного дома, где он по прежнему обитал. Это было так неожиданно, что он пролетел несколько десятков метров. Когда он вернулся, то никого не обнаружил поблизости. По привычке он стал метаться то туда, то сюда, заглядывая во все закоулки. Тщетно… Лишь когда он несколько утомился, то вспомнил о своих новых способностях. Глеб замер на некоторое время и попробовал увидеть окружающее пространство внутренним зрением. Эту способность видеть внутренним зрением он тоже открыл в себе совершенно случайно, когда спросонья никак не мог определить причину доносящегося извне шума. Тогда он поленился встать с постели. Но представил себе, что встал и подошел к окну. При этом он явственно увидел как с крыши противоположного дома срывается кусок обветшалого шифера и пикирует на асфальт, разлетаясь вдребезги от удара. Все это он увидел настолько явно, что от удивления соскочил с постели и бросился к окну. На противоположной стороне улицы и в самом деле лежали осколки шифера, над которыми клубилось быстро рассеивающееся облачко пыли. Глеб уже привык ко многому, но эта его новая способность привела его в полнейший восторг! С тех пор он то и дело развлекался тем, что сканировал тот или иной уголок города, а потом летел туда, чтобы убедиться в точности увиденного. Видение ни разу не подвело. Ему стало досадно, что в нужный момент он забыл о своей новой способности. Глеб сосредоточился и прикрыл глаза. Сосредоточившись на возникшем мысленном экране он медленно стал сканировать местность. Результат не заставил себя долго ждать. Где-то на уровне подвала противоположного здания он обнаружил маленькое, содрогающееся от страха тельце ребенка. Девочка. Лет 7-8. Маленькая испуганная и одинокая. Очень испуганная. Практически сходящая от ужаса с ума. Радость заполнила сердце Глеба. Не один! Конец одиночеству! Не в силах больше сдерживать себя он кинулся в подвал. Но путь ему преградила запертая металлическая дверь. Он было начал ломиться в нее, но тут осознал, что только напугает девочку. Что делать? Он попытался позвать ее. - Не бойся меня, малышка! - громко, но спокойно произнес он, - Открой мне. Давай поговорим. Я так рад, что нашел тебя! Не бойся! Я - друг! Ответа не последовало. За дверью стояла гробовая тишина. Глеб прислушался. Слух мгновенно обострился и он отчетливо услышал лихорадочное биение маленького сердечка и жалобное истеричное всхлипывание. Внутренний экран показал ему ребенка. Девочка залезла под старую металлическую кровать и закуталась в какое-то подобие одеяла. - Я тебя вижу. Но ты не пугайся. - сказал Глеб, - Я хочу тебе сказать, что ты тоже можешь видеть меня. Ты можешь не отвечать мне. Только пообещай, что сделаешь так, как я тебе скажу. После этого ты увидишь меня через дверь. Поверь мне. Если поверишь, то увидишь и убедишься, что я не опасен. Хорошо? Если ты согласна, то кивни мне головой. Я увижу. Он всмотрелся и увидел, что после нескольких мгновений раздумий девочка нерешительно кивнула. - Хорошо. - сказал он, - Теперь закрой глаза и постарайся увидеть экран как в кино. Он скорее всего будет синим или фиолетовым. Видишь? - Вижу, дяденька, - услышал он тоненький, еще испуганный голосок. - Теперь постарайся увидеть на экране меня. Просто захоти увидеть того, кто с тобой сейчас разговаривает. Сначала, может, и не будет четкости. Тогда ты мысленно покрути колесико, как у бинокля. Ты в бинокль смотрела когда-нибудь? - Да. Много раз. Мы с мамой и папой часто в театр ходили. Только я и так хорошо тебя вижу. Ты добрый. Я сейчас открою. Через несколько секунд лязгнула щеколда и перед Глебом возникло очаровательное создание измазанное строительной пылью и паутиной. - Да это я должен тебя испугаться! Ну ты и страшилка! - засмеялся он. Девочка удивленно осмотрела себя и тут же залилась задорным смехом. Но постепенно смех перешел в истерический. Из глаз ее хлынули ручьем слезы. Сердце Глеба сжалось от боли и жалости к попавшему в такой жуткий переплет ребенку. Он машинально обнял девочку и стал гладить ее по белокурым вьющимся локонам. Та сначала еще больше зашлась в рыданиях, но постепенно успокоилась и затихла. Глеб подхватил девочку на руки и вынес на улицу. От яркого света та зажмурилась и отвернулась, уткнувшись личиком Глебу в плечо. Когда он занес ребенка домой, то она уже крепко спала. Утром она охотно позавтракала и поведала о том, что с ней произошло. История Маришки оказалась трагичной и даже жуткой. Как смогло только сознание ребенка выдержать все это!?

*** В этом году она пошла в школу. Только не в первый, а сразу во второй класс. Маришка была ребенком индиго. Учеба ей давалась легко, играючи. Она казалось была пропитана информацией обо всем. С детства она привыкла к окружавшему ее восхищению взрослых и вязкой и тяжелой зависти сверстников. Но ее как-то не очень задевала эта зависть. Она жила в своем мире. Мире кристальных изумрудных городов и розовых живых и веселых облаков. Этот мир населяли самые разные существа. Были среди них и эльфы и гномы. Были великаны и говорящие животные. Мир был светлым и добрым. В нем не было места злобе и зависти, не было места Злу. Этот мир отличался от иллюзорного мира детских мечтаний. Маришка в нем реально могла находится. Когда она оставалась одна, то, закрыв глаза и очень возжелав, она реально переносилась в желанный мир. По взрослому это называлось телепортацией. Но Маришка об этом не знала. Она просто уходила туда, куда влекло ее сердце, куда рвалась утомленная озлобленным миром душа. Жизнь Маришки не была тяжелой и обездоленной. Семья была вполне благополучной и зажиточной. Недостатка в вещах и игрушках она не испытывала. Родители баловали единственного ребенка, как только могли. Особенно старался отец. Любой Маришкин каприз исполнялся незамедлительно. Только вот капризов у нее не было. Ее как-то мало интересовали те вещи, которые привлекали ее сверстников. Она все больше пребывала в состоянии познания таинственного мира. Впрочем при этом она не была замкнутой и нелюдимой. Напротив она была девочкой компанейской и имела немало друзей. Возможно друзей у нее было бы больше, если бы их не отпугивала бы погруженность девочки в ее внутренний мир. В общем до поры до времени все шло нормально. Но отец очень много работал. Как понял Глеб у того был свой бизнес и судя по всему не маленький. И тот самозабвенно его приумножал, совершенно не появляясь дома. Приходил запоздно и исчезал рано утром, пока дочка спала. Маленькая Маришка для того, чтобы увидеть папу специально ложилась пораньше спать . Тогда она могла проснувшись рано утром перехватить от него несколько ласковых слов и нежное объятие. Редкий день, когда папа был дома, для нее был настоящим праздником! Всей семьей они отправлялись куда-нибудь отдохнуть. Папа был выдумщик и всегда преподносил сюрпризы. То они катались по реке на кораблике в сопровождении клоунов и фокусников, то попадали в театр на сказку, которая продолжалась для них даже после того, когда остальные зрители уходили. За кулисами было так интересно! Но однажды все закончилось. Папа заболел. Он стал грустным. Раньше он был как новогодний фейерверк. А теперь ходил, словно в воду опущенный. Мама тоже вся не своя. Она кажется сразу постарела. Папе становилось все хуже и хуже. Он почти престал ходить на работу. Был или дома, или в больнице. Но врачи ничего не могли сделать. Никто ничего не мог понять. А Маришка видела! Раньше она этого не замечала, а теперь видела, что за папой постоянно следует какой-то темный сгусток. Словно гриб-трутовик он присосался к задней стороне шеи. С каждым днем он становился все больше и наливался темнотой. Маришка пыталась рассказать об этом родителям, но они пропускали в;е мимо ушей. Что может понимать ребенок!? Но Маришка была настойчива. Однажды она наотрез отказалась ужинать и безаппеляционно заявила, что не будет кушать, пока ее не выслушают. Родители удивились этому демаршу, но были внимательны. То, что они услышали от дочери привело их в шоковое состояние. Маришка видела как они оба сошли с лица и долго не могли промолвить ни словечка. А что она такого сказала!? Да всего то, что папа болеет из-за гриба, который вырос на шее и пустил корни ему в живот? Что гриб комком разросся где-то между грудью и животом (она показала где именно) и пустил корешки и вверх и вниз ( их тоже показала). И что такого? Она много чего такого видела постоянно. И в доме видела всякое и в других местах. И в людях видела всякие болячки. Чего тут особенного? Но на родителей ее заявление подействовало как бейсбольная бита. Они обалдели от такого. Диагноз врачей гласил: Рак поджелудочной железы в последней стадии с многочисленными метастазами. Неоперабелен. Как? Откуда ребенок мог знать это? - Маришенька! Ты откуда это знаешь? - спросили они в голос. - Так видно же, - удивленно ответила дочь и удивилась сама: - Разве вы не видите!? - Нет, Мариша! Нет! Этого человек не может видеть!!! - Почему!? Я же вижу!!! Для нее было удивительно, что кто-то не может видеть очевидного. Неужели невозможно увидеть то, что прямо перед глазами!? - Я и у мамы такой же гриб вижу. Только он маленький. И сидит не на шее, а вот тут ( она показала пальчиком в район печени). И корешков у него нет. Мама обследовалась у врача на следующий же день. Диагноз Маришки подтвердился. Рак печени в самой начальной стадии. Маму спасли. Ей немедленно сделали операцию. Но папа умер. Мариша не могла этого принять. Папа был и вдруг его не стало. Глупая толстая тетка сказала ей, что он уехал далеко-далеко. Так не может быть! Так не должно быть!!! В конце концов она же видит папу! Просто он как-то изменился. Вернее раздвоился. Один, который мертвый, лежал в гробу посреди зала. А второй был тут же. Рядом со всеми. Почему-то он стал прозрачным и невесомым. Папа что-то хотел сказать, но его не было слышно. Девочка пыталась поговорить об этом со взрослыми, но они все были угрюмы и подавлены и ничего не хотели слышать. Даже мама не слышала. Она обнимала дочь и нервно гладила ее по головке. И плакала, плакала, плакала. После похорон папы все стало по другому. Все стало плохо. Мама замкнулась в себе и только плакала. От нее стало постоянно пахнуть вином и лекарствами. Она все время пила или спала. Маришка была полностью предоставлена сама себе. Впрочем она не была одна. Всегда рядом был кто-нибудь из невидимых другим друзей. Друзья то и предупредили ее о том, что скоро все изменится и что ей надо готовиться к далекому путешествию. И в самом деле она почувствовала, что тело ее меняется. Она видела, как из него уходят, стекая вниз, темноватые ручейки и капельки, а сверху вливаются огненные потоки. Она чувствовала преображение, но не отдавала отчета происходящему. Ну что может осознать маленький ребенок!? А потом случился Переход.

***

За несколько дней до Перехода Маришка сильно болела. Это не была какая-то простуда или грип, или другая какая-то детская болезнь. У нее случилась горячка. Она буквально «сгорала». Запредельно поднялась температура. Надо было бы вызвать врача, но мать была в очередном запое и мало что способна была понять. Она конечно дала дочери жаропонижающее, аспирин и т.д. Но это совсем не помогало. Маришка чувствовала, что как-бы «выгорает» изнутри. Она понимала, что это не совсем болезнь. Она видела, что в ней сгорает все ненужное и остается чистый Свет. Внутренний голос подсказывал ей, что идет подготовка к чему-то очень важному и грандиозному. В ту ночь она крепко спала. Жар накануне спал и наконец-то она смогла спокойно уснуть. Сон ее был крепок и спокоен. Обычно ей снились невероятные по своей жизненности и реальности сны, но в этот раз она провалилась в сон, как в омут. А утром она с удивлением обнаружила, что дома осталась одна. Мать куда-то ушла. Это было очень странно. Обычно она долго спала по утрам. Маришка обошла квартиру, но мать н;где не обнаружила. Она подошла к окну и отдернула плотную тяжелую штору. То, что она увидела повергло ее в шок. Ровно такой же, как и Глеба. Впрочем нет. Дело в том, что она уже видела нечто подобное в своих снах. Незадолго до болезни все приснилось ей точно таким же. Те же змееподобные деревья, тот же струистый и лучистый снег. Но тут все было реально! Может ей все снится!? Маришка протерла глазки, тряхнула головкой, но все оставалось прежним. Все же это не сон! Но что же тогда случилось!? Ею овладела паника. Что делать!? Ей стало страшно. Очень страшно. Но тут где-то не то рядом, не то прямо в голове прозвучало: - Не бойся, принцесса! Пришло Время Свершения. Твое Время. Все будет хорошо. Ни о чем не беспокойся. Просто замри и жди. Голос не был чужим. Это был как-бы ее собственный голос, только не маленькой девочки, а ее - взрослой. Это было так станно. А голос продолжал говорить: - Все на Земле давно готовилось к этому. Ты ведь чувствовала это? Мвришка кивнула в ответ. Она действительно чувствовала, что грядет какое-то важное Событие. К тому же ей чудился Полет. Не просто порхание птички, а Полет Огромный. Перелет Мира с одного места к другому. Только она не представляла что это могло бы значить. - Пришло время Земле перелететь к другому Солнышку, - ласково продолжал объяснять голос, - Они стали разными. Солнышко постарело, а Земля выросла. И люди выросли. Правда не все, но многие. Приходит время и всякому становится нужно покинуть родительский дом и уйти в другой,чтобы начать строить новую жизнь. Так случилось и с вами. Земля сейчас приготовилась немного пробежаться по космосу. Но ты не бойся. С тобой ничего не случится. Просто затаись и жди. Наберись терпения и жди. Никуда пока не выходи из дома. Набери побольше воды. Она тебе пригодится. - А кто ты? - спросила голос Маришка. - Я - это ты, - ответил загадочный голос и исчез. Маришка мало что поняла, но набрала таки воды во все, что смогла найти. Потом, когда все пропало, и вода в том числе, она была очень благодарна голосу за подсказку. Сам Переход или Перелет привел ее в ужас, но она все же как-то перетерпела. Хуже было, когда она поняла, что пропали все люди! И мама тоже!!! Когда до нее это дошло, то она просто остолбенела, а потом долго и нескончаемо ревела от страха и одиночества. Ееще ее очень сильно напугали слизни, появившиеся невесть откуда. Она видела раньше их во снах. Но тут эти твари появились наяву. Она столкнулась нос к носу с целой оравой. Они было бросились к ней, но она успела юркнуть в подвал. Там она и нашла себе убежище. Глеб заметил ее, когда она пыталась перебраться из подвала домой. Там все же было роднее. К тому же там был запас воды и еды. Впрочем голода она практически не испытывала. К ее удивлению голод, если и появлялся, то моментально проходил, стоило ей только появиться на солнышке. У нее сложилось впечатление, что солнышко питает ее своим светом. Оан пробовала есть обычную пишу, но кусок не лез в горло. Организм принимал еду, но чувства голода не было. Зато потом пища стояла внутри неприятным комком и не хотела перевариваться. Прокрадываясь к дому Маришка заметила чью-то пролетевшую тень. Она было подумала, что это слизень, но они не летали так высоко и не так быстро. Испугавшись, что это может быть какая-то новая и опасная тварь она со всех ног метнулась обратно в подвал. Тут ее Глеб и нашел, чему она была несказанно рада. Был рад и Глеб. Одиночество закончилось и появилась надежда, что они не одни,что еще где-то есть пережившие Переход люди. И, возможно, они совсем недалеко.

Глава 5 Робинзоны Космоса.

Прошло несколько дней после радостного события. Вдвоем жизнь была намного веселее. Глеб совсем уже вошел в роль старшего в семье. В нем откуда-то изнутри поднялись отцовские чувства и теперь он стал вовсе , как наседка. Сердце Маришки тоже немного оттаяло и на ее светлом умытом личике время от времени стала появляться улыбка. Тогда со своими золотистыми кучерявыми волосиками она выглядела совсем, как солнышко. Солнышко… Да где оно это Солнышко!? Вокруг были совсем иные звезды, иные светила. Причем они не находились на одном месте. Земля медленно, но заметно дрейфовала по просторам Вселенной. Видно путь ее не был закончен и она еще не достигла места назначения. Но беспокойства этот дрейф им не доставлял. Атмосфера на планете держалась, как приклеенная. Даже сильных ветров не наблюдалось. Это было очень странно, но Глеб уже ничему не удивлялся. А Маришка, по своему малолетству, все воспринимала, как само собой разумеющееся. Впрочем насчет малолетства говорить было бы не правильно. Рассудок ребенка вовсе не был детским. Девочка была зрела и умна не по годам. Порой она разговаривала с Глебом на равных. Знаний и жизненного опыта ей, конечно, не хватало. Но ум ее был блестящим. Да и насчет знаний… Порой она выдавала такое, что Глеб чуть не лишался дара речи. Как-то они заговорили насчет дальнейшего поиска людей. Глеб рассказал Маришке, что облазил и облетал всю округу, но так никлого и не нашел. - Да они здесь, дядя Глеб, - безапелляционно заверила его девочка. - Они есть даже совсем рядом. Просто мы их не видим. Я не знаю почему не видим, но они везде. Иногда я чувствую их дыхание, иногда движение. Но они не такие, как мы. Они как бы спят. И завернуты в коконы, как гусеницы. Они чего-то ждут. Я, бывает вижу их немного. Рано утром или вечером, перед тем, как стемнеет. Но их очень-очень трудно различить. Да вот же они, посмотри сам! Как раз вечерело. Вообще в этих условиях полета было сложно говорить о какой-то смене времени суток. Светила сменяли одно другое. Они как бы передавали Землю друг другу по эстафете. Звезды были разные. Но, однако, все оказывались близки по своим параметрам к Солнцу. Во всяком случае по своему визуальному восприятию. Земля шла, как курьерский поезд от одной станции к другой. Невидимый машинист уверенно вел ее к месту назначения. Только вот, похоже, что все пассажиры, кроме двоих, спали. Лишь эти двое, как неприкаянные шастали туда-сюда по поезду, силясь что-либо понять. Глеб, включив все свои уровни восприятия, всматривался в точку, куда ему указывала Маришка. В какой-то момент ему и в самом деле показалось, что он видит прозрачные серебристые коконы, стоявшие и лежавшие в разных местах. Достаточно много . Он насчитал пять. Маришка утверждала, что их больше, но он не смог разглядеть остальные. Видение охватывало площадь размером в квартал. Ну, может два. Это было бы высокой плотностью населения, проявись люди в реальности! Но они почему-то находились в неком пограничном слое. Не проявленном. Все это было довольно странно. И совсем не исчезли и не были рядом. Странно… - Да ничего странного, - сказала Маришка, словно прочтя мысли Глеба, - Они просто слабенькие. Вот их и закутали. - Ну все то она знает! А нас почему не закутали? - Не знаю… Я думала, что на нас коконов не хватило. Но мне сказали, что не в этом дело. Что нам коконов не надо. Что мы успели подготовиться. - Кто сказал!? - Глеб прямо подскочил, - Кто тебе мог об этом сказать? Ты с кем-то разговаривала!? С кем!? Когда!? Где он!? - Да нигде, - напуганная бурной реакцией Глеба, насупившись произнесла девочка, - Нигде. Я их не вижу. Просто разговариваю. В голове. А ты их что ли не слышишь!? - в свою очередь удивилась она. - Нет… А кто они? - осторожно спросил Глеб, подумав о том, что девочка не вынесла переживаний и у нее начались галлюцинации. - Да нет у меня глюков! - обиделась Маришка. Она все же читала его мысли! - Я в самом деле разговариваю. Только не всегда это получается. Они отвечают, когда мне совсем плохо. Они добрые и все знают. Они успокаивают и сразу становится хорошо. Я думаю, что это мама и папа. Да ты сам поговори с ними! - Да как!? - воскликнул Глеб, - Как с ними говорить то? - А ты просто закрой глаза и спроси о чем хочешь. Если сразу не ответят, то спрашивай еще и еще. Они все равно ответят. - Хорошо, Мариш, я попробую. А сейчас пойдем-ка спать. Устал я что-то сегодня. ***

Сон пришел мгновенно. Глеб спал, как убитый. А утром, проснувшись и вспомнив вчерашний разговор с Маришкой, попытался «поговорить» с невидимками. Но как-то ничего не вышло. То ли скепсис его был слишком велик, то ли у Маришки и в самом деле с головой что-то было не ладно. Но разговор не получился. Да и ладно. Не привыкать. Не впервой ему было справляться с трудностями без посторонней помощи. С детства не был этим избалован. Но когда же все-таки закончится этот перелет! Ну так надоела неопределенность! Где же пристанище!!! - Да скоро. Скоро! - вдруг услышал он голос, возникший где-то внутри его естества, - Еще один этап остался. И все встанет на свои места. Глеб оторопел. - Я не понял… Ты кто? - недоуменно спросил он. - Я… Как бы тебе это объяснить… Я - это ты. Ты - это я. Звучит банально, как штамп, но это правда. Чистая. Рафинированная. Мы с тобой - одно. Но разделенное. Так нужно для Эволюции. - А поконкретнее можно? - Можно и конкретнее. Но поймешь ли? Скажу по простому. В так называемых вами «тонких мирах» тоже существует жизнь. Но ваши представления о них не очень верны. Наиболее приближена к истинной трактовка сосуществования миров в «Агни-Йоге», переданной через Рерихов. В ученье верно расставлены приоритеты. Во главе всего сущего стоит Иерархия Света. И все живущие во Вселенной светоносные души имеют единственную цель и задачу - труд на благо Иерархии. Здесь труд - не повинность, а творческое горение, сердечная самоотдача, коллективное и индивидуальное сотворчество. Ничто другое не является более ценным, чем нахождение души в состоянии творческого горения. Созидание - вот ключ к пониманию тайн бытия. Созидая душа растет, набирает потенциал, поднимается в Иерархии все выше и выше. При этом она расширяет свои возможности и горизонты. Этот процесс настолько увлекателен, что все то, что у вас на Земле считалось интересным, блекнет на фоне этого, как свет свечи на фоне солнечного диска. Но жизнь в человеческом теле необычайно ценна! И за право прожить в нем свой век борются многие души. Не каждой выпадает такой шанс. - А чего такого ценного в нашей жизни? - удивился Глеб. - А то, что на душу в теле накладывается огромное количество ограничений и запретов. Во-первых в теле заключена лишь часть души. Причем не лучшая часть. Напротив, в тело помещается то, что нуждается в корректировке, изменении, улучшении. Самое худшее, что есть в душе. При этом остальная часть не имеет права напрямую воздействовать на кусочек, руководящий телом. Она остается лишь Наблюдателем. И всячески сопереживает тому, что происходит с человеком - носителем. Она может лишь чуть-чуть подсказывать. Не явно. Шепотом. Вы называете это голосом Совести. И это верно. Это Ваш голос. Голос вашего большого Я. Мой голос для тебя, Глеб. Ценность же земной жизни заключается в том, что в отличие от свободных душ, люди живут в пространственно- временных потоках. Наличие конкретного потока времени дает возможность за короткий срок прочувствовать и пережить столько, что в нашем пространстве на это потребовалось бы многократно большее количество времени. К тому же плотное тело работает как барокамера. В нем душа подвергается таким нагрузкам, которые многократно ускоряют процессы очищения и накачки энергией. В этом и заключается ценность жизни в теле. В возможности скоростного вызревания души. Для сравнения приведу такой пример. Возьмем три куска угля. Один бросим в костер, другой закопаем в землю, а третий засунем в ту же землю, но в самые глубокие недра. Первый сгорит. Второй пролежит долго и немного изменится. А из третьего от огромных давлений и температур родится алмаз. Вот и души желают стать такими алмазами. Потому и стоят в очередь на заселение в тело. Я понятно объясняю? - Да ясно. Я догадывался о чем-то таком. - Немудрено. Я же постоянно с тобой. И подсказываю по мере возможности. - У меня другой вопрос. Для чего нужна была эта переброска Земли в иной место? И почему мы с Маришкой только уцелели? И что за коконы на остальных? - Перемещение планеты - это процесс закономерный. Когда планета, которая, да будет тебе известно, является живой и высокодуховной сущностью, выполняет определенную задачу и достигает определенного духовного потенциала, она уже не может существовать в прежнем окружении. Это чревато нарушением духовного, а следовательно и энергетического баланса. Но во Вселенной царит Закон Гармонии. Подобное должно быть в подобном. И тогда для планеты подбирается пространство, в котором она сможет плодотворно продолжить свое духовное совершенствование. А потом происходит Переход. Планета перемещается, а вместе с ней могут быть перемещены и ее обитатели. Но только те, которые достигли достаточного уровня развития. - А остальные? - Для остальных создается дубликат планеты, ее клон. В него помещается менее зрелая духовная сущность. И на нем они дозревают для дальнейшего восхождения. Но под планетой надо понимать не низкоэнергетическую материальную оболочку, а ее поднятое до определенного уровня энергетики физическое тело. Оно настолько напитано духовной субстанцией, что по своим характеристикам становится близким к низшему уровню тонкой материи. По простому надо понимать так. Камень остается, а душа из него уходит, унося с собой биосферу. - А коконы? Надо полагать - скафандры? - Ну да. Биологическая защита. - Не понял… А как же мы с Маришкой!? - Глеб был ошарашен. Всех защитили, а их голыми бросили в открытый космос! Это что за вивисекция!? Что за эксперименты!? - Ну не психуй! Никаких экспериментов. Просто вы с ней Иные… - Какие такие Иные!? Что за иные!? Из другого теста что-ли? - Именно! Из другого теста. Ты верно выразился. - И что это за тесто такое? - Я говорил уже тебе, что высокие духи сознательно воплощаются в простейших мирах и простейших телах. И тут есть определенные ограничения. Ну, скажем, нельзя опустится очень высокому духу на очень низкий уровень. Тело просто сгорит, не выдержав его энергии. Даже в обычных случаях погружения в тело душа обычно делит свои иньские и яньские энергии и заселяет их в два тела мужское и женское. Так что не зря вы всю жизнь ищите свои вторые половинки. Но иногда очень высокие духи воплощаются в очень грубых материях. Делают они это для выполнения определенных миссий. Они сами подготавливают ситуацию и тела для этой ситуации. В процессе жизни тел они проводят их через тяжелые испытания и лишения, чтобы те обрели нужную чистоту и частоту. В такие сосуды они опускаются не сразу, а постепенно на протяжении многих лет. Процесс погружения может длиться десятилетиями. И лишь после этого человек приступает к выполнению своей миссии. - Так значит я и Маришка… - догадался Глеб. - Да. Ты и она - это я. То есть часть меня. - Но возраст!? Мы же разного возраста! - Это не имеет значения. Ваше течение времени для меня, как река. Я вижу ее с берега всю, на всем ее протяжении. Это вы плывете по ней, словно в лодке. Но я больше не могу быть с тобой. Это чревато тяжелыми последствиями для тела. Даже для прошедшего частичное преображение, как у тебя. Мне пора оставить тебя. - Жаль. У меня еще столько вопросов! - Всему свое время. Потерпите еще немного. Еще один этап Перехода и вы будете на месте. И в телах к этому времени завершится мутация. Живите. Смотрите. Изучайте и познавайте. Это же замечательно! В этот момент Глеб почувствовал, как нечто в самом деле покинуло его. Сразу стало как-то грустно и одиноко. Будто из дома ушли разом все домочадцы.

*** Дрейф планеты продолжался. Глеб с Маришкой, к которой он теперь относился с еще большим трепетом и обожанием, не спеша обживали преображенную планету и привыкали к новым телам. Определенно чувствовалось истончение материи. Все материалы, начиная от металла и камня и заканчивая их собственными телами, изменили свои физические характеристики. Они стали несколько легче и, как-бы точнее выразиться, более взаимопроникаемыми. Так, например, бетон и кирпич домов стал более вязким. Он уже не крошился от удара молотка или лома, а проминался, словно дерево. Да и сам стальной лом стал мягким, словно сделанный из свинца. Только весил он как алюминиевый. Деревянные предметы будто насытились воздухом. Твердые ранее планки тарных ящиков у магазина стали похожи на пробковые. Но при этом были довольно таки упруги и эластичны. Все вокруг стало другим. Тела тоже претерпели серьезные изменения. Даже по сравнению с тем состоянием, в котором они стартовали из солнечной системы. Они стали намного легче и подвижнее. Мышцы и кожа приобрели невероятную эластичность. Конечности могли деформироваться без всякой боли и ущерба для себя. Глеб хорошо запомнил тот момент, когда смог достать из водосточного коллектора упавший туда пистолет. При этом он не поднимал решетки, а просунул руку сквозь частые прорези в крышке люка. По земным меркам подобное было не мыслимо! Более того он смог дотянуться до пистолета рукой, хотя тот лежал на полутораметровой глубине. Рукам просто вытягивалась и вытягивалась, не причиняя ему неудобства или боли. А потом, схватив пистолет, спокойно восстановилась до прежней формы. И еще удивляла его способность нового тела проникать в толщу материальных тел. Прохождение сквозь стены, ранее немыслимое, стало реальностью! Процесс был несколько неприятен, но при необходимости это можно было сделать. Неприятность заключалась в давлении. Когда атомы и молекулы тела просачивались через массу бетонного монолита, то возникало ощущение колоссального давления. Будто попадаешь в зону очень высокого давления. Закладывало в ушах и подступала тошнота. Голова кружилась, как при перегрузках. Но все это было кратковременно, практически мгновенно. И к этому можно было привыкнуть. Как ни странно, но Маришка ко всему привыкала быстрей его. Вообще она чувствовала себя тут, как раба в воде. Все открытия, как правило, совершала она и потом с радостью делилась ими с Глебом. Она же и заметила, что планета вошла в какой-то особый слой космоса. Глеб тоже обратил внимание, что резко возросла плотность окружающих звезд. Очевидно Земля проходила через ядро какой-то галактики. Определить через какое именно естественно не представлялось возможным. Тут и маститый астроном бы не справился. Но плотность звезд была невероятной! Небо было усыпано ими, как будто многократно изрешечено мелкой и крупной дробью. И даже картечью. Некоторые звезды были настолько крупны, что смотрелись как Венера или Марс при их максимальном сближении с Землей. А уж свечение! Невозможно стало разобрать где день, а где ночь. Постоянного светила теперь у Земли не было. И об эстафете теперь говорить уже не приходилось. Она просто плыла, как утлая лодчонка среди гигантских пламенеющих айсбергов. Лоцман знал свое дело. Их же участью было смиренно ждать окончания этого удивительного путешествия.

Глава 6 Через тернии и звезды.

Долгожданное прибытие планеты к месту назначения они проспали. Банально продрыхли, умаявшись накануне от вновь открытой забавы. Они играли в прятки. Только прятки были фантастические. Один прятался, где только позволяли невероятные возможности нового тела. То ли это были подвалы или чердаки, то ли толща стены, то ли соседняя комната. Один прятался, а другой сканировал окружающее пространство и рано или поздно находил спрятавшегося. Но у Маришки все получалось быстрее. Глеба иной раз разбирала досада от ее расторопности. Но играть было весело и увлекательно. К тому же их способности заметно развивались в игре. Иногда они устраивали воздушные гонки. Тут уж Глеб отрывался по полной. Его полет в отличие от плавного полета Маришки был стремительным и виртуозным. Это был коктейль из акробатики и высшего пилотажа. Маришка визжала от восторга, глядя на его кульбиты и пируэты. А он упивался полетом. Это была его стихия, его песня. Глеб взмывал ввысь с такой стремительностью, что от перегрузки кровь стекала в ноги и щеки обвисали, как у бульдога. Тут же он срывался в штопор и упивался радостью невесомости. Это была абсолютная свобода! Полнейший экстаз, которого он никогда не испытывал ранее. Это были минуты счастья. Они упивались им до самозабвения. Да разве могло быть иначе? Они пребывали в полнейшем неведении о том, что их ожидает. Они чувствовали приближение События, но даже приблизительно не могли знать когда Это случится. Все что им оставалось - ожидание. И лучше всего было ожидать плодотворно и весело. Но при всем при том они помнили, что находятся не в парке развлечений, а на планете, по случайности или по чьему-то умыслу сорвавшейся со своей орбиты и, словно «летучий голландец» бороздящей просторы космоса . Путешествие в неизвестность, сулившее не столько открытия и удовольствия, сколько испытания и трудности. И они, как могли, готовились к ним. Главным в этой подготовке являлось познание самих себя. Своих новых способностей и возможностей. Помимо мобильных возможностей у них еще более обострились и без того невероятные сенситивные способности. Невероятно расширились диапазоны обоняния и осязания, вкуса и слуха. Помимо обычных чувств у них открылось видение в других, ранее недоступных диапазонах. Например тепловидение, как у змей. Ультразвуковой диапазон тоже стал доступен. Глеб понял это после одного курьезного случая. Однажды он случайно зашел в зоомагазин и на прилавке у входа увидел броскую рекламу собачьих свистков. Реклама гласила, что это специальные свистки, издающие неслышные человеку, но слышимые собакой звуки в ультразвуковом диапазоне. Глеб ради смеха дунул в демонстрационный экземпляр. Мало того, что он услышал резкий пронзительный писк, от которого вздрогнул всем телом. Он еще и увидел колебания воздуха от звука. Это выглядело, как рябь на воде. Неисповедимы пути господни! Чего только не может случится в мире! Все эти открытия случались одно за одним. Лавина открытий не оставляла времени для их осознания. Динамика их появления говорила о том, что в путешественниках происходят стремительные изменения. Они все более переставали быть людьми в привычном понимании этого слова и становились какими-то сверхсуществами. Они смирились со всем. Но их не оставляла мысль о том, что же приключилось с остальными людьми. Несколько сотен их по прежнему бездвижно пребывало в коконах. Теперь, когда возможности их позволяли это, Глеб с Маришкой просканировали несколько десятков коконов и пришли к выводу, что с людьми происходят метаморфозы, сходные с теми, через которые прошли они сами. Только скорость метаморфоз была на несколько порядков меньше. А в остальном люди будто-то бы просто спали. Сердца их мерно бились в неспешном ритме глубокого сна. Дыхание было не глубоким, но ровным и спокойным. Мозг не извергал фонтаны электрических импульсов, подобных тем, что они видели друг у друга, но все же работал вполнакала. Ауры людей не выходили за пределы коконов, но сияли ровно и уверенно. Но было их всего несколько сотен! А ведь в городе их были тысячи! Десятки, сотни тысяч! Где же остальные!? На этот вопрос они не могли найти ответ. Оставалось лишь ждать. Ждать прибытия блудной планеты к месту назначения. И надо же было проспать этот момент! *** Пробуждение было подобно пробуждению пассажиров в поезде дальнего следования при прибытии последнего глубокой ночью на станцию . Все пассажиры дрыхли, утомленные долгой дорогой. Не спали лишь машинист и проводники. Поезд хоть и не тряхнуло, но инерция была погашена довольно резко. Этот качек и последовавшая за ним остановка разбудили наиболее чувствительных, коими оказались Глеб с Маришкой. Первое, что бросилось им в глаза - это отсутствие признаков движения планеты. За время Перехода они совсем уже привыкли к чехарде мельтешащих на небосводе звезд. Теперь же они были намертво зафиксированы на небе. К тому же на нем красовалась великолепная луна. Не такая желтая, как старая. Скорее голубоватого оттенка. И, пожалуй, помельче прежней. К тому же она была совершенно гладкая, будто искусственная. К тому же на небе она была не одна. Где-то у горизонта высовывался краешек еще одного ночного светила. С каждой секундой он становился все больше и вскоре над планетой повисло еще одно розоватое чудо. Воздух на глазах стал терять свою прежнюю коллоидную составляющую. Вскоре он стал вновь живым и подвижным. Даже будто бы подул легкий ветерок. На небе, ранее совершенно закрытом желеобразной пеленой уплотненного воздуха, звезды выглядели более мелкими, но зато гораздо более яркими. Защита снималась. Гигантский космический корабль разгерметизировался. Сияние бесчисленных звезд становилось все ярче и ярче. Попади Земля без подготовки в эту солнечницу ( по аналогии с яичницей), то все живое бы на ней было мгновенно уничтожено колоссальной силой царящих здесь излучений. Не спасла бы никакая атмосфера. Теперь же, преображенная, она чувствовали себя здесь великолепно! Земля продвигалась средь полыхавших огнем гигантов, словно маленькая утлая лодчонка среди океанских лайнеров и танкеров. Казалось они раздирают ее на части своим разнонаправленным тяготением. Невероятной мощи радиационные потоки, словно душ Шарко полоскали поверхность планеты. Как только могли все это выдерживали тела путешественников? Но они похоже ничуть от этого не страдали. Им было несколько не комфортно, словно в пустыне, на пронизывающем ветру. Но и только! В остальном они не испытывали какого-либо ущерба для себя. Тем не менее мощь гравитации все росла и росла. В какой-то момент им показалось, что у них начались галлюцинации. Но не могли же они галлюцинировать совершенно синхронно!? Тем не менее видели они одно и то же! И то, что они видели, и даже принимали непосредственное участие, противоречило всем законам физики!!! Видимо из-за немыслимо мощного гравитационного воздействия стали искажаться или изменяться пространственные параметры. Во всяком случае оба четко видели, что светила стали терять свою шарообразность. Контуры их «поплыли». Они стали как-бы проваливаться в самих себя. В конце концов их объемность исчезла и они стали выглядеть как отверстия в небесной сфере, сквозь которые внутрь сферы снаружи обрушивались колоссальные потоки Света. У наблюдавших это создавалось полное впечатление, что они находятся внутри куска сыра, за пределами которого бушует океан Света. Планета неуклонно приближалась к одному из таких отверстий - какой-то средних размеров и свечения звезде. Она вышла на стационарную орбиту и кружилась вокруг светила как-бы в ожидании чего-то. Можно было подумать, что полет не закончен и это лишь временное пристанище. Но чего же тогда ждать дальше!? А дальше свершилось невероятное! Увлекаемая тяготением звезды планета по спиральной траектории со все возрастающей скоростью устремилась к ее поверхности. Скорость все росла и росла. Путешественников охватил дикий ужас. Еще мгновения и они превратятся в пепел! Однако этого не случилось. Планета на невероятной скорости погрузилась в плоть звезды. Но ни удара, ни взрыва не последовало. Просто планета вошла в иное необъятное пространство. Пространство бескрайнего Света. Это был иной мир. Здесь все было другим. То, что они понимали под реальностью ранее на самом деле оказалось изнанкой. Мир будто вывернули, как варежку или наволочку. То, что когда-то воспринималось, как пустота, как вакуум, как бескрайний космос теперь стало словно темная прослойка между бесчисленными рукавами галактик. Звезды же превратились в реки света, несущие в себе множество еще более ярких светил. Они стали многочисленными Млечными Путями, но более высокого порядка Свечения. Новый мир в самом деле был ослепителен. Если бы не новые тела, адаптированные к новым условиям существования, то выдержать подобное напряжение энергий было бы невозможно. По всей вероятности изменились сами законы и константы мироздания. Светоносным было все вокруг. Казалось, что свет струится из каждой точки пространства. Просто варьируется его интенсивность. Он стал похож на воздух в их старом мире. Свет как-бы тек, омывая все вокруг и, одновременно, насыщая собой подвластный ему мир. Но он истекал не только извне, но и рождался изнутри. Все вокруг порождало свет. Рознились лишь его оттенки и интенсивность. Именно из этого, из разноцветных струй света и сплеталась картина нового мира. Это вовсе не значило, что она была эфемерна! Напротив! Плотность светоносных тел определялась его интенсивностью. Удивительным было то, что живое в этом мире выглядело более плотным, чем так называемая мертвая материя. Почему так называемая? Да потому, что в этом мире не было ничего мертвого! Все вокруг было насыщено жизнью! Все было живым! Глеб видел чувствовал, что отовсюду на него с любопытством взирает множество невидимых существ. Но пока он мог видеть лишь только одну Маришку, которую с трудом мог узнать. Случилось очередное чудо. Из маленькой девочки она превратилась совсем в иное существо. Кто стоял рядом с ним? Однозначно ответить было просто невозможно. Она была подобна многоуровневой голограмме. Один образ накладывался на другой, из под того проглядывал третий, под тем виделся четвертый… И одновременно это было одно существо, одна суть, единая личность по имени Маришка. У нее было много других имен. Маришка же - было просто привычнее. Но Глебу были известны и другие имена. Он знал ее! Знал на протяжение многих жизней и многих воплощений. Они прошли их рядом, бок о бок в единой судьбе. Именно в единой судьбе! Их жизни были неразрывно связаны друг с другом. Менялись тела, роли, взаимоотношения, но они неизменно были рядом и отрабатывали одно задание, одну повинность, выполняли общую для обоих миссию. Они всегда были одним целым. Глеб вспоминал и дух захватывало от нахлынувших эмоций и переживаний. Атлантида, где перед самой катастрофой они были детьми Великого Жреца. Отец все знал и понимал, но что-либо предотвратить был уже не в силах. Мир, сам загнавший себя в тупик, был обречен. Единственное что он мог сделать - это спасти своих детей. Но для этого он должен был сам выдернуть опорный камень из основания мироздания. И тогда бы сразу наступил Конец. И хоть кончина цивилизации была неизбежна он все же не решился. И все пошло так, как должно было пойти. Мир рухнул не сразу и все же погреб под собой и Атлантиду и Жреца и их, его детей. Древний Египет. Луксор. Он сам Великий Жрец. А она прекрасная и юная наложница. Дрожь пробежала по его телу, когда он вспомнил это. Тогда он собственноручно принес ее в жертву. Крокодилы рвали ее юное тело в прибрежных зарослях папируса, а он стоял и смотрел вдаль поверх волн и кровавых брызг. Так угодно было богам. И еще много-много жизней и воплощений за краткий миг пронеслось перед его взглядом. И каждый раз облик той, которая была рядом с ним в той, конкретной, жизни, становился выразительнее и отчетливее, но потом сменялся другим. Воспоминания пронеслись в единый миг. Он словно очнулся. Но Маришка была все той же переливчато-светоносной. Облик ее был изменчив и подвижен. Но вместе с тем был конкретен и узнаваем. Они были знакомы бесчисленное количество времен. Потому что были единым целым. Но где-то не здесь. Где-то в более высоком Изначальном мире. И по прошествии Времени им было суждено вновь обрести Единство и стать Монадой. Это было известно обоим. А сейчас они стояли и молча взирали друг на друга, погруженные в волны воспоминаний. Маришка тоже вспомнила всё. Она стояла и любовалась Глебом, в восхищении всматриваясь в переливы знакомых образов и очертаний. Все было таким родным и знакомым! Как она соскучилась по нему, такому разному и такому близкому и дорогому! Не в силах больше сдерживать себя она рванулась к нему и они слились в ослепительной вспышке света. Взрыв чувств и эмоций был колоссальной силы! Что такое телесный оргазм по сравнению с этим ураганом!? Дуновение ветерка? Да вряд ли! Легкая вибрация от крыла бабочки и только. Казалось взрыв потряс не только их, но и все вокруг. Чувство Единства заполнило их до самой ничтожной клеточки. Это было неописуемо. Но все закончилось так же мгновенно, как и произошло. Он стал вновь собой, а она собой. Это означало, что Время еще не пришло. Одно тело не могло вмещать в себе другое. Энергии все еще были разными. Таков был закон этого мира. Всему было свое время и свое место. И здесь они оказались не случайно. Им предстояло вновь встать в строй Воинов Света и плечо к плечу вершить свой ратный труд. Но в чем состояла их задача и их миссия - это было им не понятно. Им предстояло еще понять и осознать это. Но, вероятно, позже, гораздо позже. Было очевидно, что сейчас не время для миссий и заданий. Потрясения от пережитого Перехода или Вознесения были слишком сильны. Необходимо было адаптироваться и прийти в себя. К тому же окружавший их мир таил немало загадок, которые предстояло разгадать. Все было как бы знакомо и, вместе с тем, было неузнаваемо. Где они? Что это за пространство? Одни ли они здесь? У обоих было чувство, что здесь они не впервые. Но раньше все было не так! Они не могли вспомнить как, но не так! И потом с ними была целая планета! Такого раньше не было точно! Впрочем то, что осталось от планеты мало походило на Землю. Планета дышала жизнью. Не жизнью, а Жизнью. Земля была живой сущностью. Они чувствовали это. Был ли это телепатический контакт или нечто другое, но они слышали мысли Земли! Это было невероятно! Мысли не были по человечески резки и сумбурны. Скорее они звучали, как декларация о намерениях. Плавно и величаво. Грозно и неукротимо. Земля готовилась к последнему этапу Преображения. Ей предстояло Освобождение. Освобождение от груза грубой материальности, от низких вибраций, от отработанных шлаков. Земля готовилась стать Светилом. Она с честью прошла все испытания и была готова к тому. Вознесение свидетельствовало об этом. Не будь она готова, то так бы и осталась кружить вокруг Солнца еще на один Период.

*** Пока Земля продвигалась по огненному рукаву одной из этих феерических галактик, звездные скитальцы стали свидетелями многих явлений и проявлений этого лучезарного мира. С удивлением они обнаружили, что на планете кроме них и множества человеко-коконов появились иные живые существа. Впрочем назвать их и живыми и существами не поворачивался язык. Скорее это были иные формы существования материи. Да не важно кто или что это было! Но выглядело это сногсшибательно! Первыми появились паутинки. Первой их заметила остроглазая Маришка. - Смотри, Глебушка, смотри! - в восторге закричала она, - Какая прелесть к нам прилетела! Глеб посмотрел в сторону, куда указывала девушки и обомлел. Непонятно откуда на фоне рядом стоящего дома возникли странные образования. Больше всего они были похожи на летящую в осеннем воздухе паутину. Только были они потолще и переливались всеми цветами радуги. К тому же, в отличие от земной паутины, они имели более жесткую структуру. Во всяком случае их ажурные формы не претерпевали сколь-нибудь существенных изменений при движении по воздуху. Они лишь слегка колебались изменяя, но потом восстанавливая свои очертания. Предположение о их разумности возникло как-то сразу. Будто было само собой разумеющимся. К тому же полет «паутинок» не был подчинен движению масс воздуха. Похоже, что они двигались самостоятельно и осмысленно. Свидетельством тому явилось то, что после Маришкиного возгласа они словно встрепенулись и медленно, но целенаправленно потянулись к путешественникам. По мере их приближения создавалось впечатление, что «паутинки» координируют свои совместные действия. Они определенно пытались сомкнуть вокруг наших героев кольцо. Но им это не удалось. Глеб схватил с асфальта довольно длинный отрезок металлической трубы и несколько раз махнул им вправо и влево. «Паутинки» озадаченно зависли на месте. Они было двинулись вновь, но после очередного взмаха трубой ретировались на исходную. - Кыш, заразы, кыш! - в азарте бойца выкрикнул Глеб. Крик подействовал на «паутинок» как удар кнутом. Они суетливо кинулись врассыпную. - То-то же! - гордо произнес Глеб, - Нашли с кем связываться! Маришку эта его бравада привела в неописуемый восторг. Она залилась дивным девичьим смехом. Глеб невольно залюбовался ей. Она не была уже той испуганной первоклассницей. Чудеса и парадоксы изменившегося пространства времени изменили и их обоих. Теперь возраст их был таким, каким было их душевное состояние. А души их хотели быть молодыми и счастливыми. Потому и выглядели они, как ровесники, приведя свой возраст к среднеарифметическому значению. Теперь обоим было лет по двадцать - двадцать пять. Маришка смеялась так заразительно, что и Глеб не удержался и тоже радостно заржал. Сколько продолжался бы этот смех сказать было трудно. Но он прервался так же, как и начался. Откуда-то сзади Маришки выпорхнула «паутинка». Ни Глеб, ни она не смогли вовремя отреагировать и паутинка накрыла собой голову девушки. Раздался истошный крик, от которого сердце Глеба чуть не разорвалось. Он стремглав ринулся на подмогу. Миг и он рвал бы вражину руками и зубами! Но его остановил ласковый, но твердый Маришкин голосок: - Постой, Глебушка! Не трогай! - Маришка вытянула вперед обе руки и уперлась ими в грудь едва затормозившему спасителю. - Не трогай ее! Она ласковая. Глеб, ошеломленный таким оборотом дела, притих и бестолково таращился на девушку и неведомого пришельца. Или пришелицу? Да бог его знает кого! Но сердце его все еще бешено колотилось и он был готов в любую секунду вцепиться в неведомое существо. Однако Маришка вела себя совершенно беззаботно. Она подняла руки вверх и осторожно начала поглаживать «паутинку». Та, в свою очередь вся налилась светом. Ранее едва видимая теперь она сияла всеми оттенками радуги. Ажурное плетение ее краев блаженно затрепетало. Казалось, что счастье и радость переполняет ее. Маришке, судя по всему, тоже было приятно. - Она мурлычет, словно кошка, - прошептала она, - Вот послушай. Одной рукой она притянула Глеба к себе. Тот осторожно нагнулся и приблизил ухо к «паутинке». И в самом деле от нее исходил звук, отдаленно похожий на кошачье мурлыканье. Тем не менее он озабоченно произнес: - Да ну ее, эту кошку! Сбрось! Мало ли что! Но сбрасывать никого не пришлось. Через мгновение паутинка встрепенулась и, отделившись от головы Маришки, плавно устремилась вдаль. За ней дружно последовал целый косяк товарок. Маришка потом взахлеб ему рассказывала про те ощущения, что пережила в плену «паутинки». Сначала она само собой дико испугалась и растерялась. Не растеряйся она в тот момент, то неизвестно бы чем все закончилось. Скорей всего она попыталась бы сорвать «паутинку» руками. А делать этого не стоило. Пока «паутинка» обнимала ее голову у них случилось нечто вроде телепатического контакта. Почему «нечто вроде»? Потому что «паутинка» была существом не разумным. Да. Да. Именно существом. Простейшим существом, типа губки или морской звезды. Но обитала она не в обычном море-океане, а в мире более высокого энергетического уровня. Откуда все это она узнала? Когда «паутинка» обволокла ее голову, то в мозгу сразу возник голос. Он не был чужим. Это был ее, Маришкин, голос. Но звучал он как-бы одновременно извне и изнутри. Он был добр и нежен. От него так и веяло любовью и благодатью. Ощущение было такое, что с ней говорит вся мудрость ею прожитых веков. Голос звучал так успокаивающе, что сразу куда-то развеялись все страхи. - Успокойся, - как-бы сказала она сама себе, - Они безобидны, если не причинять им вреда. Но в них много электричества. За счет него они летают. Но могут и обороняться. У них есть враги. Но их ты тоже не бойся. Все эти существо безвредны для тебя. Они могут только напугать. Но не стоит пытаться им навредить. Защищаясь он могут доставить определенные неприятности. Ударить электрическим зарядом, ослепить вспышкой света, да мало ли еще чем. - А что это вообще такое? И откуда они взялись? - у себя же спросила Маришка и тут же подумала, - Идиотизм какой-то! Шизофрения в чистом виде! Раздвоение личности в наичистейшем проявлении. Посоветуйтесь с врачом… Но голос заверил ее: - Отнюдь не шизофрения. Это реалии иной реальности, прости за тавтологию. Высокие энергии диктуют свои условия для существования. Жизнь развивается в иных формах. Но целом эволюция идет тем же путем. Выживает сильнейший, быстрейший и умнейший. Здесь, в Переходной Зоне, вы встретите только примитивную жизнь, вроде «паутинок». Но дальше, по мере приближения к выходу из шлюза, вы будете встречать все более высокоорганизованных существ. Так что будьте бдительны и осторожны. Впрочем я всегда одерну от неверных шагов. Прислушивайся ко своему внутреннему голосу и все будет тип-топ! - А где мы? И куда направляемся? - спросила Маришка. - Вы идете через звезду, через звездный шлюз, в другой рукав Вселенной. Чем он отличается от Того, где раньше была Земля? Тем, что он находится ближе к Изначальному Свету. - А что такое Изначальный Свет? - спросила было Маришка, но вдруг услышала голос Глеба, звучащий отнюдь не извне, - Видимо реликтовое излучение? Я верно понял? - Нет. Не верно. Реликтовое излучение - это лишь тень от Изначального Света в вашей Вселенной. То, что просочилось через Темную Материю до того, как были созданы Шлюзы или звезды, как вы их называете. А Изначальный Свет - это Изначальный Свет. Никто еще не достиг его. Все, что доступно нашему пониманию, развилось лишь на его более низкоэнергетичных производных. Но и это многие и многие уровни Вселенной. И каждый из них отделен от выше- и нижестоящего непроницаемым слоем Темной Материи. И лишь Шлюзы могут переносить Свет с одного уровня на другой, более низкоэнергетический. Таков Закон существования Миров. - То есть звезды - это всего-навсего сечения Вселенских рек!? - изумился Глеб. - Ну да. Где-то так… То, что вы в своем мире воспринимали, как сферы, рождающие энергию - это лишь трехмерные сечения - выходы Звездных Шлюзов, по которым все понижая и понижая свои энергии льется Изначальный Свет. Глеб с Маришкой были просто ошарашены услышанным! Как так могло быть, что звезды - вовсе не космическое объекты, рождающие всевозможные энергии, а всего навьего простые каналы, несущие какой-то Изначальный Свет!? Абсурд? Если бы это прозвучало при других обстоятельствах, то может быть и было бы воспринято, как некий абсурд. Но здесь и сейчас это прозвучало как Откровение. Реки Изначального Света. Звезды - шлюзы. Темная Материя… От всего этого могла бы «поехать крыша». Но это было так правдоподобно! Нет! Это было сущей правдой! И они наверняка это знали! Это было записано в них где-то на глубоком, на сокровенном уровне. А голос их общего «Я» продолжал повествование: - Ваша человеческая цивилизация была очень пытлива и упорна в своем стремлении к Знаниям. Она все время пыталась докопаться до истинного устройства Мироздания. И ей довольно много удалось постичь. Но избрав технократический путь развития она загнала себя в тупик. С этого момента она перестала эволюционировать. Несомненно все, что касается усложнения и совершенствования грубой физической составляющей - это действительно эволюционировало. Но при этом вы, люди, перестали эволюционировать как составляющая часть биосферы. С этих пор вы стали балластом для Земли. Вы стали отягощать ее Восхождение. Но Земля должна была совершить Переход на другою орбиталь в конкретный срок. Иначе бы нарушился План. Это недопустимо ни при каких обстоятельствах. Вселенная должна находится в балансе. Дисбаланс недопустим, так как может привести к необратимым последствиям. К тому же, несмотря на все ваши ошибки и недостатки, вы нужны были на другом уровне Мироздания. - Для чего!? - в голос спросили Глеб с Маришкой? - Мы же дегенераты! Мы же зашли в тупик! - В том то и дело, что не все. Некоторые выстояли под шквалом обольщений и лишений. В этом и заключалась для Иерархии Света необычайная ценность нескольких десятков тысяч душ, которые несла на себе Земля. Обычно в других мирах и на других планетах души развиваются в благоприятной среде. Цивилизации, взращивающие их, руководствуются в своем развитии Законом, единым для всех в Мироздании. Путь их подъема выверен, ясен и предсказуем. Все идет своим чередом. Но при этом скорость развития душ довольно мала. И даже не в этом дело. Эти души очень слабы и неустойчивы к сторонним воздействиям. Ну, например, как цветок, выращенный в оранжерее. Он несомненно прекрасен. Он превосходит в размерах и красоте многие цветы, выращенные в обычных природных условиях. Но стоит ему попасть в эти обычные условия и он чахнет или совсем погибает. Вы же, на Земле, росли не то, что в природных условиях! То, во что превратилась ваша цивилизация, подобно условиям тундры. Вечный холод. Непогода. Полярная ночь, которая последнее время тянулась практически круглогодично. Невыносимо! Даже высокому духу было бы трудно сколь-нибудь долго выдержать такие условия. Поэтому многие души не выдерживали и становились на иной Путь. Но были те, кто нашел в себе Силы! Кто смог сохранить в себе искру Изначального Света! Это само по себе уже подвиг. Мало того. Великие души , что оказались среди миллиардов павших духом, сумели преумножить в своих сердцах нетленное пламя. Не только сохранили, но и преумножили его. Для вас пока это непонятно и непостижимо. Но поверьте мне, что этот подвиг бесценен! И скоро вы воочию убедитесь в этом. Скажу только, что даже в тундре эти цветы были прекрасны! Попади они в иные, более благоприятные условия, то великолепие их затмило бы все вокруг. Их дух затмил бы своим Светом даже светила. Поверьте мне, что ради этого на подвиг готовы пойти многие души в Мироздании. Но не каждой дается такой шанс. - А нам, стало быть, он был дан. И что? - А то, что вы сумели устоять и преумножить свет своих душ. Вернее своей души. Вы ж поняли уже, что душа ваша едина? Последовало утвердительное молчание. Ребята и в самом деле уже убедились в своем единстве. С некоторых пор они стали чувствовать единым организмом, дышать в едином ритме, реагировать на малейшие изменения в настроениях друг друга. - И теперь, - продолжал голос, - Вы сможете пребывать в тех областях Вселенной, о которых не могли бы и помыслить. Перед вами откроются иные миры. Вы увидите невероятные красоты. Встретитесь с необыкновенными существами. Вам будут подвластны многие ранее открыты возможности, о которых вы даже не представляете. Но это все несколько позже. Теперь же вам предстоит пройти через Шлюз. Это будет несколько болезненно. Но вы уже готовы. Конечно придется потерпеть. Но за это вы получите впоследствии достойную компенсацию. - Хорошо. А как же другие люди, те, что в «коконах»? - заботливо поинтересовалась Маришка. - О них не стоит беспокоиться. Коконы надежны. Они защитят их от всех внешних воздействий. А после о них позаботятся. - Кто позаботится!? - в голос воскликнули ребята. - Кто надо, тот и позаботится. - ответил голос. - Не забивайте себе этим голову. Придет время - все узнаете. В деталях, если захотите. А сейчас вам стоит заняться собой. Проход по Шлюзу уже начался. Прислушивайтесь и присматривайтесь. Ничего не бойтесь. Верьте своим ощущениям. На неожиданности реагируйте спокойно, но без лишних раздумий. Все. До скорого! Голос исчез также внезапно, как появился. Ребята пребывали в недоумении. Впрочем это продолжалось недолго. По мере продвижения планеты сквозь недра звезды с ней и вокруг нее происходили невероятнейшие преобразования и изменения. Если бы у звездолетчиков еще оставались бы какие-то силы удивляться, то они бы умерли от переизбытка впечатлений и информации. Но они были словно в шоковом состоянии. И было отчего! Плотность окружавшей их энергии была столь высока, что ощущалась материально. Они чувствовали ее кожей, дышали ей, она била им, словно ветер, в лицо. Но при этом не приносила никакого вреда! Их умы были отключены. Будь по другому, то они бы непременно спятили. Да мыслимо ли такое!? Сорвавшаяся с орбиты вокруг Солнца планета невесть сколько прошнырявшая в космосе со всей дури врезалась в неизвестную звезду! Более того! Она не вспыхнула, как мошка в пламени костра! Не взорвалась! Не была мгновенно сплющена или разорвана тяготением! Ей было хоть бы хны! Как ни в чем не бывало она на крейсерской скорости спокойно шла по звездному шлюзу, коим вдруг оказалась звезда! Нет! Это немыслимо! И тем не менее это было так. Планета шла по недрам звезды, как корабль идет по телу шлюзовой камеры. Немыслимой силы свет, ослепивший было их при вхождении в светило, сразу после преодоления пограничного слоя стал мягким и спокойным. К тому же он получил большую материальность и обрел плотность воздуха. У скитальцев возникло впечатление, что они преодолели некий Барьер, после которого изменились физические константы. Окружавшая их среда вновь, в который уже раз, изменилась. Произошел своего рода энергетический скачок. Свет обрел плотность воздуха. Воздух приобрел некоторые свойства жидкости и так далее. То, что ранее воспринималось ими под понятие «свет» оказалось гораздо более сложной физической реальностью, чем они могли бы себе представить. Свет был разным! Если проводить аналогии с ранее известными им понятиями, то Свет имел в себе составляющие всех ранее известных им агрегатных состояний вещества. Он был и плотным ,и жидким, и газообразным! Но при этом он не преставал быть Светом! Более того! Весь этот Мир Света , был питаем еще более высоким Светом! Невероятно! Но окружавшая их реальность не оставляла камня на камне от считавшихся ранее фундаментальными знаний, накопленных исчезнувшей цивилизацией. Исчезнувшей… Так ли это? Ведь они все же еще были живы! Не смотря ни на что живы! И были живы еще многие тысячи их соплеменников. Да. Они были заключены в таинственные коконы. Да. Люди не претерпели тех изменений, что произошли с ними двоими. Но они были живы! И вероятно были сохранены не для смерти, но для жизни. Во всем этом был Замысел. И он неуклонно осуществлялся.

Глава 7 Звездный шлюз.

Путешествие по недрам звезды продлилось гораздо дольше, чем они могли бы себе представить. Впрочем с некоторых пор их представление о времени и пространстве претерпело существенные изменения. Сказать, что время и расстояние перестали существовать, как понятия, было бы не совсем верным. Нет. Время все же сохранило некое подобие течения. Ощущение сиюминутности, будущего и прошлого осталось неизменным. Но при отсутствии сменяемости времени суток, при исчезновении привычных временных процессов, понятие о времени потеряло всяческий смысл. Как ни странно именно это воспринималось путешественниками несколько болезненно. Вынужденное безделье, отсутствие какой-либо ориентации в окружавшем их пространстве кого угодно могло свести с ума! Но, как ни странно, в их душах сохранялось абсолютное спокойствие. Хладнокровием это нельзя было назвать. Напротив. С некоторых пор в них вошло некое блаженное умиротворение. Они просто были! Были всегда и везде. Были сами собой и одновременно были всем вокруг. Это состояние сопричастности стало самой их сутью. Оно питало их и давало уверенность в будущем. В последнее время у них возникло чувство, что срок окончания одиссеи уже близок. Очень близок. И через краткий миг случится то, ради чего они претерпели все эти приключения и муки. Ощущения не были беспочвенны. Происходящее вокруг подкрепляло их разными проявлениями. Во- первых изменилось окружавшее их пространство. Судя по всему увеличилась его мерность. Действительность приобрела большую глубину и протяженность. Это было удивительно - находиться, как минимум, в четырехмерном пространстве. Хотя вопрос мерности вряд ли был уместен. Пространство, и все, что в нем было, постоянно изменялось. То слева, то справа, то прямо в том месте, где они находились сию минуту, под действием каких-то неведомых сил или спонтанно, возникало скрытое энергетическое возмущение. Его не было видно, но оно чувствовалось всем нутром. Будто бы соседнюю комнату за стеной вдруг наполнили доверху водой под высоким давлением , или же наоборот она мгновенно выгорела дотла и из нее откачали бы весь воздух. Вслед за этим в этом объеме возникал вихрь. Он рождался внезапно из ниоткуда и начинал извергать Ничто. Или наоборот поглощать это Ничто из реальности. Но при том, что это Ничто было неосязаемо и неощутимо, на нестационарном участке начинали происходить заметные изменения. Он либо наливался красками, либо бледнел и становился эфемерным. К тому же он изменял свой объем. Не видимый и реальный, а скрытый в многомерье. Происходила примитивизация пространства. Или напротив его усложнение. Глеб с Маришкой старались побыстрее выбраться из таких очагов. Сначала это происходило на инстинктивном уровне. Но однажды они не успели выскользнуть из такого очага. Плотом они еще долго вспоминали об этом. Ощущения были не из приятных. Очаг как раз попался «вампирский», который работал, как утюг на гладильной доске. Все, что попадало в его пределы, мгновенно теряло свои сложности и изгибы. Ломаные линии вытягивались в струну. Грани заострялись до состояния лезвий. Плоскости выравнивались и выстраивались параллельными рядами. Мир словно попадал в гигантский прокатный стан. Глеб хорошо запомнил искаженное ужасом лицо Маришки, когда она увидела, как его тело стало сплющиваться до состояния сушеной воблы и вытягиваться вверх, словно резиновое. Он не видел ее такой. Сработавший в нем инстинкт самосохранения спас их обоих. Он схватил Маришку за руку и в невероятном прыжке вырвался таки из нестационарного пространства. С тех пор они были предельно внимательны и умудрялись не попадать в опасные образования. Во-вторых стали проявлять какую-то внутреннюю активность «коконы». Люди, до сих пор лежавшие в них в состоянии похожем на кому, стали показывать какие-то признаки жизни. Появились намеки на дыхание, участилось практически отсутствовавшее сердцебиение. Они оживали. Но, судя по всему, они не собирались вылупляться из коконов. Да и что было бы с ними, очнись они там, в глубине!? Все, что с ними происходило, происходило скрыто, тайно, внутри. В телах шли некие процессы, проявлявшиеся вовне в виде спонтанных конвульсий и шевелений. С людей словно выходили накопленные за жизнь шлаки. Процесс был похож на то, что пережили Глеб и Маришка. Только им пришлось вытерпеть все, будучи в сознании и находясь в крайне критической ситуации. Людям в коконах было гораздо комфортнее мутировать. Все шло само собой. Они же ничего не чувствовали и не понимали, будто под наркозом. Тем не менее происходящие с ними изменения были настолько кардинальными, что даже в таком состоянии они болезненно реагировали на них. Впрочем реакция постепенно сходила на нет. Люди затихали и приходили, судя по всему, в то же блаженное состояние, в котором находились Глеб с Маришкой. Все говорило о том, что приближается развязка. К тому же с недавних пор что-то стало происходить с поверхностью планеты. Она будто начала испаряться. Они было подумали, что им это показалось. Но сначала стали истончаться верхние этажи зданий и верхушки самых высоких деревьев. Они как-бы разбухали и одновременно таяли. Или подвергались возгонке. На что это было похоже? На варку клейстера, может быть… Или на набухание саго… Во всяком случае они увеличивались в объеме и при этом теряли плотность. Но процесс шел не только сверху! В том то и дело, что где-то в глубинах земли творилось нечто подобное! Как всегда первой это заметила Маришка. - Глебушка! Посмотри вниз! - скорее не услышал, а воспринял эмоцию Глеб. Они разговаривали теперь лишь по привычке или для удовольствия. В разговоре, как таковом, не было особого смысла. Все было ясно и без него. Возникавшая в одной голове мысль, едва сформировавшись и набрав определенную энергетику, сразу становилась явленной для другого. Тут не обошлось без курьезов и глубоких смущений. Произойди такое раньше, то вогнало бы в краску не только Маришку, но и даже видавших виды Глеба. Теперь же, после всего увиденного и вспомненного, все было естественным и обычным. Тем более кроме них рядом никого не было, а они, как никак, были одним целым. Он сначала не понял на что ему та, под землей, показывает его вторая половинка. Но когда его взгляд сосредоточился на самых глубоких пластах ему стало несколько жутковато. Там, в глубине, происходили те же процессы, что и наверху! Земля размягчалась и набухала изнутри! Вскоре это стало заметно не только взгляду. Почва под ногами стала подрагивать. Дрожь земли была похожа на длительное, но несильное землетрясение. Процесс не был стремительным. Но даже при таком его течении он мог скоро подобраться и к коконам! Что с ними будет!? Беспокойство охватило было ребят. Но оно было кратковременным. Они знали, были абсолютно уверены в том, что ни с ними, ни с людьми в коконах, ничего плохого не произойдет. Не затем же, чтобы погибнуть они были заботливо перенесены в такую даль!? Так и вышло. Процесс шел своим ходом. Дома таяли сверху, а земля истончалась снизу. Медленно, но уверенно оба движения подбирались к поверхности. Когда «таяние-набухание» подобралось к коконам, то случилось то, чего путешественники вряд ли ожидали. Коконы подхватило, словно волной и понесло к поверхности! Они поднимались! Поднимались чтобы снова стать людьми!? Скорей бы уж! Скорей!!! Но дождаться долгожданной встречи им было не суждено.

***

Планета пробкой вылетела из шлюза. Словно подводная лодка из глубин океана при аварийном всплытии. Вылетела и замерла в восторге от того пространства, в котором внезапно оказалась. Восторгом же откликнулись сердца Глеба и Маришки. И было отчего. Космос не был темным, как в канувшей для них в небытие Вселенной. Здесь космос был светлым и теплым. Во всяком случае по ощущениям теплым. Все вокруг было залито мягким и ровным светом. Звезды сияли не резко и холодно. Они светили словно яркие, но рассеянные светильники. И сама Земля сияла, словно светильник. Здесь она была звездой. Обычной полноценной звездой. Форма ее претерпела изменения и теперь она была похожа на сверхтонкостенную трубу. Все, что было раньше на ее сферической поверхности переместилось во внутреннюю ее часть. Ну а то, что было якобы ядром, стало наружной частью. При этом она была по прежнему темной и непроницаемой. А внутренняя полыхала, словно солнце. Однако вреда от этого зарева никому и ничему не причинялось. Странным образом энергии сосредотачивались и фокусировались где-то в значительном отдалении от светила. И лишь оттуда от них начинал исходить интенсивный свет и жар. Острый Маришкин взгляд смог разглядеть как минимум две планеты на орбитах вокруг Земли. Впрочем об орбитах можно было говорить с большой натяжкой. Они медленно двигались по малому кругу где-то вдалеке за местом фокусировки звездного света. Возможно это были те самые луны, что они видели ранее. Похоже было, что свершился эволюционный скачек и планета в самом деле стала звездой. Это было так невероятно! Впрочем все предыдущие события неуклонно говорили о том, что нечто подобное должно было случиться. Эволюция была непреклонна и диктовала свои правила. Низшее, накопив достаточный потенциал, непременно переходило на более высокий уровень и освобождало место для того, кто поднялся с еще более низкого плана бытия. Планета стала звездой. Нормально. Обычное дело. Чему тут было удивляться? Сорвалась с «насиженного места», пронеслась с невероятной скоростью через бог знает сколько парсеков, вонзилась в звезду и пронеслась еще невесть куда через нее. И сама стала звездой. Обычное дело! - Был бы ум, так давно бы с него сошел, - подумал Глеб, на что услышал такой родной и ласкающий слух Маришкин смех. - Так хорошо ведь, Глебушка! Нам без ума хорошо!!! Ну его нажиг! Будем дурачиться! Маришка подскочила к нему, схватила за руки и они закружились в веселом беззаботном танце. А что еще оставалось им делать? Сколько они подурачились сказать было трудно. Но видимо эта разрядка была необходима. Наконец, изрядно устав, даже обессилев, они повалились в траву. Отдышавшись, ребята попытались понаблюдать за происходящим вокруг, но их сморил сон и они забылись в спасительной дреме. Сон был скоротечен и проснувшись, они увидели, что ничего особенного не произошло. Кроме того, что пропали все коконы!!! Их не стало! Словно корова языком слизнула! Куда они могли деться? Это было так странно… Вылупились и разбежались? Чушь! Этого не могло быть! Где же они тогда? Испарились? Улетели? Или забрал кто-нибудь!? Последняя мысль была подобна удару молнии, Забрали!!! Значит они здесь не одни!!! Значит рядом есть кто-то!!! - Люди! Ау! Есть здесь кто!? - в голос закричали они. Но ответом им было молчание. Чуть не осипнув от крика и устав от бессмысленного метания по планете и изрядно расстроившись. ребята все же успокоились. Ну что ж… Ждать. Опять ждать. Но чего и зачем!? Впрочем они были готовы ко всему. Но не к этому!

***

Где-то вдалеке блеснуло серебром. Возникшая в небе чужеродная точка стремительно приближалась и в считанные секунды обрела очертания столь знакомого «летающего блюдца». В последние годы их во множестве можно было увидеть в любом уголке планеты. Люди привыкли к ним и появление НЛО уже не казалось чем-то диковинным, но стало вполне обыденным. Происходило немало контактов с пилотами НЛО. На телевиденье появились ежедневные программы о контактах и о информации, полученной от так называемых инопланетян. Почему «так называемых»? Потому что сведения о них были настолько разнообразны и противоречивы, что существовал ряд разнообразных версий по поводу их сути и происхождения. Кто-то считал их выходцами из Преисподней. Кто-то объявлял ангелами небесными. Более прагматичные исследователи предполагали их обычное инопланетное происхождение. Были и такие, что говорили о иной энергетике и структуре пространства, в которой обитали пришельцы. Глебу эта версия была больше по душе. Он тоже считал, что мир устроен гораздо сложнее, чем принято считать и о нем нельзя судить с позиций догматического материалиста. Он полагал, что дух и материя - это всего лишь разные формы существования энергии. Энергии первичной, изначальной. Той, которая сделала мир проявленным в «пространстве-времени». Той, которая по мере перехода из потенциальной в кинетическую, формировала временные потоки, пространства различной мерности и развивающиеся в этих континуумах миры. Это была усовершенствованная и расширенная «теория Большого Взрыва». Но только циклически повторяющегося в безвременье и внепространстве. Более всего это было близко к тому, что он впервые прочел в у Рерихов в «Агни-Йоге», а затем в индийских Ведах. Когда же он прикоснулся к знаниям, сокрытым в русских Ведах - его мировоззрение оформилось окончательно. Глеб понял насколько глубока была правда и мудрость изложенная в этом древнейшем и сокровенном источнике. Ему стало понятно зачем и с какой целью эти знания были старательно уничтожаемы иноземцами на протяжении многих веков. Рабочей версий для Глеба стало то, что некие более развитые цивилизации в иных мирах, под чье влияние и власть попали сильные мира сего, прилагают все мыслимые усилия, чтобы скрыть от людей истинные знания о положении дел и расстановке Сил на Земле и во Вселенной. Закрыть доступ к источнику знаний на котором взросли могущественные земные цивилизации. Лишить корней. Оторвать от наследия предков. Извратить саму суть миропонимания. Подменить понятия и ценности. Сделать все для того, чтобы человечество развивалось в нужном им направлении. Чтобы мир, создаваемый людьми, вписывался в рамки их представлений о его месте в Мироздании. Глеб был уверен в том, что в космосе идет невидимая борьба за влияние на человеческую расу. Только никак не мог понять в чем ее ценность и важность для инопланетян. События последних дней ( или недель? месяцев?) перевернули его представления о многом. Все, что он собирал ранее по крупицам и встраивал в систему собственного миропонимания рухнуло, словно стена из песка, и перед ним открылся великий и беспредельный Мир Света. Увиденное и осознанное потрясло его. Мир оказался совсем иным. Плотность и материальность были иллюзией. Иллюзорный свет - был единственной его материальной составляющей. Все же остальное являлось лишь голограммой, вариативными сочетаниями светоносной наполняющей Мироздания. Сама материя, вкупе со временем и пространством. являла собой только лишь производную от замедлившего свой полет света, Гравитация - эта вездесущая сила, предстала перед ним всего лишь, как тяготение света к своему источнику. Во всяком сущем в этом мире объекте или субъекте изначально и до конца дней его сосуществовали и уравновешивали друг друга две силы. Сила Распространения и сила Тяготения. Сила Познания и сила Любви. Сила распространения была известна людям издревле. Это то, что в материальной своей форме было открыто великими учеными умами нынешней цивилизации. Сила света, скорость, света энергия света. Но философски эти открытия так и не были до конца осознаны и осмыслены. Направленное могущественными неземными умами в нужное им русло, оно завело первооткрывателей в ловушку прежних догм и теорий, удобно адаптировав их к себе. Истина слилась с ложью и стала еще большей ложью. Противореча всяческой логике Наука создала очередную глыбу из ложных постулатов. А ведь сама она неустанно повторяла, что в мире царит единство и борьба противоположностей! Так почему же она безропотно приняла абсолютность света, не попытавшись найти вторую из пары сил!? Если бы она пошла дальше!!! Если бы она пошла дальше, то ей бы открылось, что, покинув Источник частичка света не теряет с ним связи. Она навсегда остается привязанной к нему. Он питает ее на всем протяжении ее долгой или короткой самостоятельной жизни. Не зря спокон веков луч света рисовали как луч, неразрывно связанный с Солнцем. Связь сохраняется постоянно. Но частичка света не расходует себя на это. Их связь питает светило, как родитель постоянно питает отделившееся от него дитя. И дитя, коль оно доброе и благодарное питает в ответ родителя. Питает любовью и благодарностью. Питает тяготением к отчему дому. Да! Да! Именно тяготением. Оно невидно и подспудно. Оно, в отличие от силы распространения направлено не вовне, а внутрь. И оно не подвержено влиянию внешнего мира, так как идет через Единство всего сущего, через Точку, которая есть Начало для всего, что явлено в Явленный мир. Это сила погружения. Это сила Тяготения. Это сила Любви. Осознание этих истин явилось для Глеба Откровением. Простота их была божественной! Через понимание первичности и единства этой пары сил вся картина мира приобретала простоту и законченность. Изначальный импульс света, изливаясь из Источника , тут же начинал стремиться обратно. Сила Тяготения приводила к постепенному замедлению его бега. Разрываемый парой сил он несся в пространстве-времени и, по мере удаления от Источника, терял свою скорость, сматываясь в клубок. Так появлялось Сущее. Так рождался мир Явленный. Всякая частичка его была соткана их таких уставших бежать лучиков. Одинокие они сплетались друг с другом, чтобы как-то легче было выдерживать бытие вдали от Источника. Где-то их собиралось больше, где-то меньше. Там, где их проливался поток, рождались звезды, где ручеек, там планеты. Где прошел дождь - рождалась космическая пыль. Но при этом все они оставались едиными, так как накрепко были связаны через Тяготение с Источником. Все в мире было единым! Это было словно удар грома из ясного неба! Это потрясало! Это вызывало волну ликования! Это наполняло душу радостью и любовью! Душа пела от осознания единства со всем сущим! Вот и сейчас, завидев в небе «тарелку» Глеб в радостном порыве завопил: - Маришка! Лети ко мне! К нам гости!

*** То, что Глеб воспринял, как «тарелочку» приблизилось практически мгновенно. Вблизи объект оказался совсем не таким, каким он себе представлял. Собственно он не был объектом в привычном понимании этого слова. Нет! Внешне, на бытийном уровне, он в самом деле был похож на «стандартную тарелочку». Но теперь, после произошедшей с ним трансформы, Глеб видел ее совсем по иному. Это не был космический корабль! Лишь в грубой материальности плотность «тарелки» частично возрастала до состояния металла. И то металл не был сплошным. Структура его была одновременно и крупно- и мелкоячеистой. Наподобие жилок каком-нибудь листе растения. А сквозь жилки наружу сочился яркий серебристо-голубой свет. Будто на облако света была накинута ажурная металлическая перелина. Однако даже в обычном диапазоне свет воспринимался. Как спрессованный. Он обладал плотностью! Это было невероятно! Кроме света было трудно что-то разглядеть. Уже привычно Глеб в мгновение перенастроил свои рецепторы. В более высокоэнергетическом пространстве «тарелка» выглядела несколько иначе. Мерность ее возрастала по мере удаления в пространство. Материальность ее также таяла, по мере удаления. Если привести привычную аналогию, то она была похожа на рассеянный луч, фокусирующийся по мере приближения к поверхности планеты. Там же, на высоте он как-бы распылялся в верхних слоях атмосферы. Излученной откуда-то издалека энергией, в том числе и световой, которая была сфокусирована в конкретной точке и окутана сетью из неизвестного металла - вот чем оказалась пресловутое НЛО! В ней не было видно ни двигателей, ни контейнеров с топливом! Ничего! Только некоторые неоднородности! Глебу на миг показалось, что он понимает что представляет собой НЛО. Вероятнее всего в основу его было заложено нечто симбиотическое между голографией и телепортацией. Объект транслировался в виде луча и материализовался в нужном месте. Откуда пришло это знание Он не понимал. Он просто Знал! Более того! Он знал о том что находится внутри НЛО. Вернее кто. Или все-таки «что» ? Глеб сразу почувствовал их присутствие внутри объекта. Их было трое. Они не были ни людьми, ни роботами. Они не были живыми, но и не были мертвыми. Он не только ощутил это. Он четко воспринимал их со всеми их мыслями и эмоциями. Будто влился в их сознание. И то, что он ощутил заставило его насторожиться. От них исходил тонкий запах опасности, хотя общий поверхностный фон был вполне мирным и доброжелательным. Существа жаждали мира. Прямой угрозы он не чувствовал. Сразу отлегло от сердца. Тем более, что Маришка подоспела и была рядом. Она уверенно взяла его за руку и с любопытством и некоторой настороженностью наблюдала за поведением пришельцев. Глеб ощущал ее присутствие каждой клеточкой своего тела. - Вроде добрые, но что-то не то… - задумчиво произнесла она, - Кроят они что-то… Не нравится мне это… Объект между тем снизился почти до поверхности и из него в их сторону потянулся яркий световой тоннель. Их словно приглашали внутрь. Не чувствуя особой опасности и пылая любопытством путешественники вошли внутрь.

Глава 8 Контакт третьей степени.

Геометрия пространства внутри коридора оказалась абсолютно искажена. Если снаружи он казался похожим на трубу, то изнутри он выглядел как сфера. Радужная, переливающаяся всеми цветами радуги сфера. - Совсем как мыльный пузырь, - сказала Маришка и осторожно дотронулась рукой до стенки. Та оказалась мягкой и податливой. От нажатия она слегка прогнулась и по ней побежали разноцветные веселые разводы. Вслед за этим раздался гул, как будто загудел трансформатор. Маришка отдернула руку. Гул тут же стих. Разводы исчезли. - И что дальше? - спросил Глеб. Вопрос явно был адресован не Маришке. - Дальше то что!? Как бы в ответ на вопрос сфера дрогнула и стремительно двинулась вверх и в сторону. С ног они при этом не повалились. Стенка предусмотрительно выгнулась и придержала их от падения. - Похоже на лифт, - догадавшись произнес Глеб. Маришка согласно кивнула. Подъем длился мгновение. Лифт остановился и стенка тут же распахнулась. Перед путешественниками открылось диковинное пространство. Оно никак не могло быть космическим кораблем. А если это и был корабль, то размеры его были необъятны. У них создалось впечатление, что они в мгновение перенеслись на другую планету. То, куда они попали, не могло быть космическим кораблем! Это был остров в океане света! Жидком океане света! Островок был крохотным и будто-то бы насыпанным из прозрачного песка. Они стояли на его берегу и перед ними лениво колыхались волны сгущенного огня! Фантастика! Видевшие за последнее время многое Они все же не смогли удержаться от возгласа восхищения. Свет был жидким, словно вода! Или же вода была до самой своей субатомной глубины напитана светом!? Чтобы развенчать сомнения Маришка нагнулась и мгновенно зачерпнула «жидкий свет». Чудо и в самом деле оказалось водой! Светоносной водой!!! Подобное не укладывалось ни в какие рамки понимания! Ни в привычные, ни в самые фантасмогоричные. Вода была свыше всех мыслимых и немыслимых пределов напитана сиянием. На нее невозможно было бы смотреть, не будь зрение путешественников приспособлено к восприятию самых высоких энергий. Больше всего она походила на жидкое золото. Или жидкий свет. Впрочем любой пример не шел бы тут ни в какое сравнение с реальностью. Свет тек струями и лучился, словно солнце. Падавшие на поверхность воды капли вызывали ярчайшие всполохи даже на фоне ярко освещенного пространства. При этом в пространство от жидкости исходили волны скрытой мощи и силы, которые воспринимались каждой клеточкой тела. Все вокруг будто бы гудело от пресыщения скрытой энергией. Гибкий ум Глеба попытался найти объяснение и этому чуду. - Похоже они научились «консервировать» свет. Закачивать его в молекулы, замыкая его бег в кольцо или, точнее, в сферу. Искривлять траекторию движения фотона. Заставлять неутомимую мышь бесконечно носиться за своим хвостиком. Круто! Это же неисчерпаемый источник энергии!!! Возможно это круче термоядерного синтеза!!! Да с тонной-другой такой водички можно не только корабль, но и планету куда угодно закинуть! Мастера!!! От увиденного и понятого Глеб пришел в неописуемый восторг. Он нагнулся, зачерпнул обеими пригоршнями жидкость и подбросил ее изо всех сил ввысь. Вода рассыпалась миллионом ярких брызг. Пространство вокруг золила какофония ярчайших всполохов. От восторга тело пошло мурашками. Вслед за этим феерическим фонтаном еще одним миллионом брызг рассыпался заразительный Маришкин смех. Она тоже нагнулась и зачерпнула в пригоршни. Раз! И еще один фонтанчик брызнул вверх. Еще! Еще! Еще!!! Феерия световых протуберанцев разыгралась не на шутку. Пространство вокруг напряглось и едва заметно загудело. Но они ничего не замечали. Они были счастливы и беззаботны. Так они плескались бы невесть сколько любуясь фантастической феерией цветов и красок под куполом. То, что все происходит под куполом стало ясно еще после первых вспышек. Однако он был на удивление высоко расположен. Будь это космический объект, то размеры его должны были превосходить огромный мегаполис вроде Питера или Москвы. Невероятно! Это кто же такое был способен создать!? Едва подумав об этом они одновременно почувствовали присутствие посторонних и резко обернулись. В нескольких шагах позади, почти у самой кромки острова, неподвижно стояли три фигуры в серебристых скафандрах. Инопланетяне! Вмиг присмирев и сосредоточившись Ребята стали сканировать молчаливых хозяев. В том, что они тут хозяева не было сомнений. Слишком однозначны были их позы и едва уловимые эмоции. От пришельцев веяло силой и уверенностью. Впрочем где-то очень глубоко чувствовалась робость и опаска. Но ни Глеб, ни Маришка не придали этому значения. Первым опомнился Глеб. Вспомнив, как вели себя звездолетчики в фильмах о межзвездных путешествиях, он степенно прижал правую руку к сердцу, потом поднял ее вверх и торжественно произнес: - От имени землян приветствую вас! Однако никакой реакции со стороны хозяев не последовало. Тогда Глеб протянул к ним руки, ладонями вверх и сделал шаг навстречу. - Мы друзья. Мы не желаем вам зла. Тут же в ответ он услышал: - Остановись, землянин! Не приближайся! Это опасно! Ответ прозвучал телепатически, чему ни Глеб, ни Маришка, собственно, и не удивились. Вряд ли могло быть иначе в этом месте и при этих обстоятельствах. - Мы тоже рады приветствовать вас. Но постарайтесь аккуратно освободится от топлива и , пожалуйста, больше не обращайтесь с ним так! Это небезопасно. Смущенные ребята осторожно и аккуратно стерли с рук остатки жидкости. - Извините нас! Мы не подумали… - тихо произнесла Маришка. - Ничего. Хорошо, что вы не успели сделать ничего опасного. Опасного для вас, разумеется. Ни нам, ни кораблю ничего не угрожает. И опять за этими словами промелькнула нотка неправды и страха. Это было непонятно и неприятно. Что скрывали эти гуманоиды? - Еще раз извините нас, - попросил прощения Глеб, - Но позвольте узнать кто вы? И где мы находимся? - Хорошо. Мы можем ответить на все ваши вопросы. Только вам придется согласиться проследовать с нами. - А куда? - полюбопытствовала Маришка. - Не очень далеко по нашим меркам. - ответили одновременно пришельцы. Вообще как-то странно они отвечали. Хором. Слитно. Будто единый организм. - Мы вынуждены срочно вылететь к нашей материнской звезде. Там появилась потребность в нашем корабле. Не очень острая, но необходимая. Мы позже сразу можем вернуться сюда. А пока же хотим пригласить вас погостить некоторое время у нас. Уверяем, что вам это будет интересно. Ну конечно же им это было интересно! Прокатится на настоящем космическом корабле! Оказаться на обитаемой, населенной иными существами планете! Увидеть иной мир, иную жизнь, иную цивилизацию! Да разве раньше они могли о таком даже мечтать!!! Несомненно надо было соглашаться! Но настороженность все же не покидала их. - А вы нас назад вернете? - робко поинтересовалась Маришка. - Непременно, если вы того захотите, - безэмоционально ответил слаженный хор. - Все будет в соответствии с вашим желанием. Вам решать останетесь ли вы у нас или захотите вернуться. На том и порешили. Старт корабля прошел незамеченным. Только было заметно как едва заметно всколыхнулась поверхность солнечной жидкости. Сразу после старта хозяева предложили гостям отдохнуть, пообещав рассказать обо всем, что их заинтересует. Глебу с Маришкой было непонятно куда их пригласили до тех пор, пока в воздухе не возникла едва различимая прозрачная сфера. Но прозрачность ее довольно быстро сделалась белесой и обрела вещественность. Судя по всему она была чем-то наподобие лифта, на котором они поднялись в корабль. Так и оказалось. Лифт перебросил их в другой объем, потому как назвать этот простор помещением не поворачивался язык. Больше всего это было сравнимо с огороженным ажурной металлической сеткой куском космоса. Но несмотря на отсутствие видимой преграды пространство было изолированно и по своему содержанию заметно отличалось от космической пустоты. В нем царил вполне земной микроклимат. Больше того воздух не был стерильным и был наполнен ароматами вполне узнаваемыми. Пахло луговыми травами и свежим сеном. От свежести и сладости духа слегка кружило голову. Едва заметный оттенок озона выдавал причину головокружения. Это пространство имело гораздо более скромные размеры, но все же выглядело более чем внушительно. По всей видимости инопланетяне попытались воссоздать здесь кусочек земной биосферы. Работа была более чем успешна. Кусочек Средне- Русской возвышенности будто бы был украден. Даже небольшой ручеек невдалеке был один в один с натуральным. - Располагайтесь. Чувствуйте себя как дома.- снова проявил себя хор в головах, - Здесь все подвластно вашим мыслям. Моделируйте в соответствии с вашими вкусами. На время полета - это ваша каюта. Все, что пожелаете вы немедленно получите. Только постарайтесь выражать свои мысли как можно более образно и конкретно. Вещи, пища, питье - все будет создано в соответствии с вашими пожеланиями. После отдыха мы вернемся к разговору о вашем будущем.

*** Инопланетяне оказались экипажем сириусянского военно-транспортного звездолета совершенно не случайно встретившем Землю на выходе из звездного шлюза. Как объяснили путешественникам сириусяне, планета достигла той точки, где должна была перейти в пространство с гораздо более высокой, несоизмеримо более высокой, плотностью энергий. Тот поток, в котором Земля продвигалась все последнее время, был лишь утончающимся рукавом пространственно- временного континуума привычной людям мерности и плотности. Но пространство вокруг него уже было иным. Энергетика его была несоизмеримо выше. Но она не извергалась лавиной в «пустое» пространство. Миры были изолированы друг от друга непроницаемой прослойкой из сверхплотной не то материи, не то энергии. Возможно это и была «темная материя» или «темная энергия», о существовании которой говорили земные физики. Глеб не был знатоком этих теорий, однако понимал о чем они говорили. Похоже, что они в какой-то мене были правы. Мир был устроен, как слоеный пирог. Одна вселенная в нем была отделена от другой прослойкой из материи-энергии с совершенно нейтральными свойствами. При этом одна вселенная питала другую, отдавая ей излишнюю и отработанную энергию, которая для нее была лишь Тьмою. Нисходя же ниже, та вновь становилась Светом. Точки же нисхождения в Миры энергии были ничем иным, как звездами. Ну а точки сброса энергии в низлежащие Миры, как можно было догадаться, были ничем иным, как «черными дырами». Так был устроен Мир. Нисходящие от Изначального энергии питали собой все уровни Мироздания постепенно понижая мощь своих лучей. Одновременно с изменением энергий менялся уровень организации материи мерность самого пространства. Так в том мире, куда вошла Земля и который был промежуточным между земной и сирианской Вселенными, мерность повышалась на два порядка, а энергии усиливались до того уровня, когда жизнь на основе углеродной органики не могла существовать. Благо земляне были заблаговременно подготовлены к этому и углерод в их телах был исподволь заменен на кремний (эта информация удивила было ребят, но была воспринята ими спокойно, так как на интуитивном уровне они осознали, что тела их уже не являются прежними и претерпели кардинальные изменения). Причем кремний-органика тоже имела несколько уровней организации от грубой до тонкоматериальной, несущей в себе минимум атомарной составляющей и максимум волновой. Именно такие тела и получили Глеб с Маришкой, что и позволяло теперь им адекватно и органично позиционировать себя в новой реальности. Свое появление в пределах Земли сириусяне объяснили необходимостью оказания помощи пережившим Переход представителям цивилизаций. Это заявление чрезвычайно удивило путешественников. Они искренне верили в то, что на Земле существует лишь одна цивилизация! Но сириусяне уверили их, что помимо людей и остатков цивилизации китов на планете параллельно существовали еще две цивилизации. Но обе они находились в другой мерности, так как, к удивлению ребят, мерность Земли не равнялась «три измерения плюс время», а была равна четырем с половиной. По принятой же у людей классификации ее можно было отнести к 3,5D. Именно эта половинка определяла то обстоятельство, что 3D цивилизации могли существовать на одной планете, практически не имея представления о друг друге. Но главной же целью сириусян было спасение родственной цивилизации китов, включавшей в себя племена дельфинов, касаток, китов и еще других сородичей, о которых люди не имели ни малейшего представления. Это был акт не только гуманизма и родственной взаимопомощи. Сириусяне хотели получить уникальный генофонд своей расы, сохраненный и взращенный в экстремальных условиях существования на 3,5D планете. За ними то они и прибыли. Однако Глеб с Маришкой никак не могли взять в толк каким образом инопланетяне собираются эвакуировать с Земли своих соплеменников. К тому же сириусяне не скрывали своих намерений взять с собой всех, кто уцелел на планете, в том числе и людей, и тех, о ком путешественники не имели ни малейшего понятия. Пусть корабль был большим, пусть очень большим, но как он мог вместить в себя столько живых существ!? Тем более, что он был под завязку наполнен «жидким светом»! Неужто дельфинов и китов повезут в нем!? А люди? Куда же денут людей!? И тех, иных… Но все их сомнения были развеяны гостеприимными хозяевами, которые оказались вовсе не теми, кто встретил путешественников в хранилище для топлива. Те были просто наемной обслугой, принадлежащей иной расе, обитающей на планете из системы Сириуса А. Хозяева же представляли собой аборигенов системы Сириуса В, цивилизация которых насчитывала несколько десятков миллионов лет по человеческому исчислению. Изначально это был водный народ, населявший бескрайние просторы второй из двух имеющихся планет системы. За время своего развития цивилизация достигла многого. Очень многого! Люди и не могли бы даже помыслить о возможном! Будучи по своей природе морскими млекопитающими сириусяне пошли не по ущербному и тупиковому технократическому пути развития. Они выбрали путь самопознания и не ошиблись в выборе. Впрочем им в этом плане было несколько легче. Чем людям. В людях, в силу специфичной анатомии, изначально была заложена склонность к познанию через прикосновение и проникновение. Главный акцент в человеческом познании бытия был основан на расчленении материи и последующем интегрировании полученных знаний. Киты пошли иным путем. Они познавали мир сразу интегрально. Целиком. В неразрывной связи всех его составляющих. И цивилизация, и мир, в котором она родилась и развивалась была для них единым целым. Это был мир Любви, в том понимании, в котором людям это пытались донести великие Учителя. Мир сириусян был полон любви и внимания к каждому, кто появлялся сфере его влияния. Каждая живая душа была тут желанна, ибо могла привнести свой особенный штрих в и без того прекрасную картину Мира. Главным орудием познания сириусиан был ум. И без того неординарный мозг китов и дельфинов за миллионы лет эволюции превратился в феноменальный инструмент, способный мысленно проникнуть в самые отдаленные уголки пространства и времени. Разумная раса на низших этапах своего развития совершила немало ошибок. Были в ее истории и братоубийственные войны, и насилие, и религиозный фанатизм. Но уже много миллионов лет, как все это кануло в вечность. На Сириус пришла Эпоха Любви и Братства. Но ей предшествовала величайшая трагедия.

***

Причиной всех бед стала гонка разумных за дешевой энергией. Водная цивилизация, как и любая другая, нуждалась в большом количестве энергии. Мыслетворчество, лежавшее в основе ее основ, требовало исходного материала, из которого можно было бы созидать все необходимое. Этим материалом была энергия света - исходная и животворная для всего сущего. Ее с избытком низвергалось на планету. Проблема была в том, что светило поставляло ее крайне неравномерно. Длительность суток была велика. Да и год длился достаточно долго. Обилие света днем и в годичном перигее сменялось его явным недостатком ночью и в апогее вращения планеты вокруг светила. Это очень тормозило процессы эволюционного и научного познания! Множество умов неутомимо трудилось в поисках выхода из ситуации. Выход был найден! Это открытие перевернуло не только науку, но и изменило все в мире китов и дельфинов. Оказалось, что свет можно банально сохранять впрок. Это открытие, как и всегда бывает с великими открытиями, было сделано случайно. Изучая оптические свойства воды ученые заметили любопытное свойство молекул в состоянии фазового перехода накапливать и впоследствии излучать фотоны света. Эффект был ничтожным и находился на грани статистической ошибки. Он был бы вероятно забыт, если бы не случай. Лаборатории по изучению физических явлений располагались в природных аномальных зонах, где естественные физические показатели имели значительные отклонения от среднестатистических по планете. В данном случае это была бухта, где наблюдались значительные приливные процессы. Приливная волна на огромной скорости врывалась в бухту и приводила массу воды во вращательное движение. Помимо этого на данном участке местности существовала природная магнитная аномалия. Напряженность поля в центре, который имел прецессионное движение в пределах бухты, в десятки, а иной раз и сотни, раз превосходила среднепланетарную. Усилиями ученых в бухте были созданы условия, когда этими процессами можно было управлять. В тот великий и ужасный день напряженность поля была максимальной. К тому же в центре бухты проводился эксперимент по изучению фазовых переходов воды и жидкость была охлаждена до нужной температуры. Помимо этого незадолго до эксперимента на солнце произошла гигантская вспышка и поток фотонов достиг планеты как раз в день эксперимента. Последним и решающим фактором стало то, что незадолго до этого эксперимента здесь проводился другой, после которого не успели убрать часть примененных в нем кристаллов местной породы. И они во множестве устилали дно довольно мелкой бухты. Из всего этого нагромождения случайностей родился Великий Эксперимент. День был ясным и солнечным. Однако эта местность отличалась тем, что даже в ясный день здесь происходили сухие грозы. Вот и в этот раз гроза бушевала не на шутку и грозила сорвать эксперимент. Когда приливная волна на огромной скорости ворвалась в бухту и закрутилась в бешенном водовороте она подняла со дна множество кристаллов и сосредоточила их в виде стержня в центре бухты. Зрелище было великолепным! Вращаясь в охлажденной до ледяной прозрачности воде в солнечных лучах кристаллы отбрасывали по сторонам миллиарды и триллионы бликов. Водно-кристаллический столб выглядел словно огромная бриллиантовая змея, поднявшая свою голову со дна к поверхности, чтобы насладиться глотком свежего воздуха и полюбоваться на великолепие игры электрических подруг в ясном небе. В какой-то миг одна из молний неожиданно ринулась сверху навстречу и ударила в подводную подругу. Ослепительная вспышка заставила всех зажмуриться. Когда же экспериментаторы открыли глаза, то взглядам их предстало великолепное зрелище. Крутившийся посередине бухты столб светился ярким солнечным светом! Это не было отраженным сиянием. Свет рождала сама вода! Она излучала его, словно солнце! И при этом она сохраняла все свои обычные свойства. Не нагревалась и не испарялась. Она просто светилась! Более того. С каждым происходившим невдалеке разрядом молнии свечение становилось все интенсивнее и распространялось на все более дальние слои воды. Близились сумерки. Начался отлив. Вскоре вода в бухте, отрезанная от океана перешейком успокоилась. Теперь вся бухта была залита заметным в спустившихся сумерках солнечным сиянием. Вода насытилась солнечным светом и постепенно отдавала его вовне! Это была сенсация! Это было великое чудо! И оно сулило многое! Прошло немного времени и “эффект консервации света” стал приоритетом для всей планетарной науки. Множество научных школ и знаменитых ученых было вовлечено в соревнование по насыщению воды энергией света. И успех совместных усилий планетарной научной мысли оказался колоссальным. За годы изысканий удалось создать установки, которые “запихивали” в каплю воды столько энергии, что ее хватало для использования в бытовых целях на долгие месяцы. Так цивилизация получила практически неиссякаемый и безопасный источник энергии. Практически безопасный. Оказалось, что при определенных условиях запасенная в воде энергия все же может стать нестабильной и быть отдана ею одномоментно. Это было довольно опасно, так как спонтанный выброс энергии даже небольшой массой жидкости мог бы привести к непредсказуемым последствиям. Однажды нечто подобное произошло. Планету спасло то, что объем “жидкого света” был небольшим. Всего лишь около четверти тонны по земным меркам. Но вспышка оказалась такой, что мгновенно привела в состояние пара огромный залив. От ударной волны как лезвием были срезаны окружавшие лабораторию горы. Прошедшая по толще воды она породила страшнейшую цунами и унесла множество жизней как ученых, так и простых граждан, оказавшихся в пределах акватории. После этого меры безопасности были усилены необычайно. В силу природной дисциплинированности населения подобное более не повторялось.

*** Открытие “жидкого света” стало вехой в истории развития цивилизации и породило новую эпоху - Эпоху Космической Экспансии. Вслед за этим величайшим открытием последовал каскад авторшоков, то есть достижений более мелких и спровоцированных коренным открытием. Так был открыт эффект “силовой проекции”. Суть явления основывалась на эффекте обратном получению “жидкого света”. Оказалось, что при определенных условиях излучается не только свет, но и его “носитель”, то есть вода. Ввиду того, что вода после насыщения практически не изменяла ни своих физических, ни химических свойств, ею можно было напитывать различные материалы и даже живые организмы. Первоначально это задумывалось лишь с целью поиска хранилищ для “жидкого света”. Ну и с целью эстетической. Уж очень эффектно выглядел “жидкий свет” внутри живых организмов! Дизайнеры и художники изощрялись как могли. Они наполняли живой водой растения и украшали ими подводные и наземные сады и парки. Зрелище, особенно ночью, те представляли собой необыкновенной красоты. Свет пульсировал и перетекал струями в ветвях и листьях, и вытекая волосяными струйками из их устьиц рассеивался в толще воды или прозрачности воздуха.. Зрелище было умопомрачительное! От красоты замирало дыхание и начинало учащенно биться сердце. Но как оказалось красота была не главным в этой феерии света. Открылось необычайно любопытное явление. При излучении водой света в определенном направлении в виде узко сфокусированного луча происходил одновременный перенос самой воды на неопределенное расстояние! Более того! Переносу подвергалась не только вода, но и то, в составе чего она находилась!!! Так был открыт эффект “силовой проекции”. Первоначально перенос вещества был использован чисто в утилитарных целях, так как при переносе происходило разрушение его целостности. Но за многие и многие годы экспериментов сириусяне научились перемещать не только предметы, но и огромные и сложные объекты, а также самих себя. При этом скорость перемещения была равна скорости света! (Позже скорость света была превзойдена). Эти открытия не только решили проблему перемещения по планете, но и открыли цивилизации дорогу в космос. Но открытия эффекта “силовой проекции” было бы недостаточно для освоения дальнего космоса. Автономный корабль, будь его топливо даже самым энергонасыщенный, не смог бы осваивать дальние рубежи из-за своего огромного веса. К тому же цивилизация не была технократической и не могла создать что-то подобное цельнометаллическому корпусу. Необходимо было создавать силовое поле, которое бы обеспечило структурированность корабля и обеспечило его защиту. Долгие поиски были тщетны и безуспешны. Все, что смогли достичь ученые умы за несколько тысяч лет - это создать корабли для освоения родной звездной системы. При дальнейшем наращивании массы кораблей запасы топлива расходовались на поддержание напряженности поля в таком количестве, что не давали выигрыша в дальности полета. Требовалось найти решение. И оно было найдено! Но не учеными умами. Его воспел поэт. Простой поэт, ни мало не понимавший в высокой физике и изощренной науке. Он пел о Единстве всего сущего в Мироздании. О неразрывной связи Света с его Источником! Об Отце, рождающем своих детей и посылающем их с Миссией в Пространство. Но при этом не оставляющем их сиротами. Он пел о том, что Отец питает детей на всем протяжении их бесконечного полета, наполняя их собственной силой. О том, что каждая частичка Света может воззвать к Отцу и Он явится сам со всей своей мощью через свое любимое дитя! Кому-то показалось бы все это восторженной лирикой. Но нашелся ученый ум не чуждый ни лирики, ни практики. Он и предположил, что возможно использовать эффект “силовой проекции” во время самого полета, питая корабль светом, распыленным в космосе и излучаемом близлежащими звездами. И это было достигнуто! С этой поры началась Эпоха Космической Экспансии. Транслируемые с планеты фактически “голографические” стационарные объекты могли быть наполнены материальной составляющей в любом месте и в любое время. Как оказалось, при достижении определенной мощности излучения, скорость “силовой проекции” становилась практически мгновенной. Таким образом сириусяне организовали сеть форпостов в обширной зоне космоса и смогли достаточно полно освоить его.

***

Земля попала в их поле зрения не случайно. Не в пример человеческой водная цивилизация научилась создавать невероятных размеров и еще более невероятной разрешающей мощи оптические объекты в толще своей среды обитания. Ее оптические телескопы ( если это можно было бы так назвать) по размером кратно превосходили земные радиотелескопы. При этом сигнал получался не только оптическим, но и ретранслировался в других воспринимаемых диапазонах. Изучение Вселенной с их помощью не представляло большого труда. Детально были изучены объекты отстоящие от Сириуса на многие парсеки. Но в последние десятилетия внимание ученых было сосредоточено именно на Солнечной системе, готовящейся к совершению Великого Перехода. Собственно Земля постоянно находилась под контролем Сириуса. Это обуславливалось своего рода исполнением родительских обязанностей со стороны сириусян. Как-никак часть населения планеты были их далекими потомками, хоть и развивались самостоятельно. Иногда правда приходилось вмешиваться в земные дела, когда ситуация там принимала тупиковое или ведущее к гибели цивилизации течение. Но вмешательства, как правило, были перманентными, хоть и кардинально меняли ситуацию на планете. Причем при всяком вмешательстве приходилось координировать действия с двумя другими цивилизованными мирами, в сферу интересов которых также попадала Земля. Тем не менее Сириусу всегда легко удавалось найти компромиссное решение устраивающее и Орион, и Дессу. Конечно Сириус мог бы просто диктовать свои условия в силу своего особого положения, как наиболее древняя и могущественная цивилизация в данной галактике. Но диктат - для этого уровня духовного развития был настоль неприемлем, что о подобном не могло быть и речи. Только взаимодействие и взаимопонимание между цивилизациями могло содействовать эволюции, которая являлась главной и единой целью для Коалиции. Всеобщее внимание с ее стороны было вызвано неординарным развитием ситуации на Земле с ее странным и непредсказуемым населением. Ситуация на планете создалась тяжелая и не свойственной ни для нее,ни для Галактики в целом. Суть проблемы заключалась в том, что не смотря на цивилизаторские потуги Коалиции население Земли по прежнему было разобщено и не желало строить свое общество на базе общепринятых в Космосе норм и законов. Более того. Оно, в его человеческой составляющей, с некоторых пор стало одержимо. Эта одержимость была вызвана тонкоматериальным вирусом, некогда искусно внедренным в сознание наиболее предрасположенных к деградации индивидуумов и поразившим за века практически все население планеты. Несомненно Коалиция могла бы не допустить этого, но одним из базовых принципов ее существования был принцип Невмешательства. Каждая планета и каждая цивилизация априори имела право Выбора. И никто невправе был насильственно влиять на ход ее развития. Другое дело, когда от нее начинала исходить угроза другим планетам и народам. Вот тогда уже Коалиция оставляла за собой право на исправление ситуации и подавление возникшей угрозы. Каждый раз это происходило по своему. В этот раз все было довольно сложно и требовало оперативного и безошибочного вмешательства. Сложность ситуации была вызвана сложностью самой сути Человека, как существа разумного. По непонятным даже для сириусян причинам это некогда порожденное ими существо претерпело ряд мутаций, которые не были запланированы создателями. Создавалось впечатление, что Некто, гораздо более высокий и могущественный, приложил свою руку к данному эксперименту. Как бы там ни было, но в людских душах в момент их рождения, возникло, и теперь регулярно присутствовало в каждой особи от рождения до смерти, Зерно. О происхождении его оставалось только догадываться. Но это образование обладало некоторыми непостижимыми даже для сириусян свойствами. Во-первых оно содержало в себе Свет в непостижимой концентрации. Плотность была немыслима и по мощи могла сравниться разве лишь с количеством света в звезде. И вся эта мощь была сконцентрирована в ничтожной крупице, которая как правило никак себя не проявляла на протяжении всей человеческой жизни. Создавалось впечатление, что Некто помещает ее в людей на хранение. Но зачем? Для чего? С какой целью? Это оставалось непонятно. Явным было только то, что иногда эти частички внезапно активизировались. И тогда с людьми происходили метаморфозы подобные вспышкам сверхновых в космосе. Именно так в мир пришли и Заратуштра, и Будда, и Иисус и Мохаммед. После активизации Зерна в индивидууме этот человек получал такую мощь, что становился способен в одиночку повернуть ход развития всего человечества. Впрочем и на протяжении обычной человеческой жизни Зерна не были абсолютно пассивны. Они активно взаимодействовали со своими носителями, отдавая им Свет. Люди тоже на протяжении своей жизни наполняли Зерна тем, что вырабатывалось их мыслями, чувствами, эмоциями. Обмен был взаимным. И одним из побочных продуктов этого обмена был Империл. Природа его была сложна и туманна. По сути своей это был конгломерат из негативных мыслей и эмоций отдельных людей или человеческих объединений и сообществ, подпитываемый из неисчерпаемых источников Зерен. Этот невидимый и вездесущий астрально-ментальный газ проникал повсюду и отравлял человеческие души, побуждая из вытягивать энергию из собственных Зерен и отдавать ему. Но до некоторых пор процесс оставался саморегулирующимся и не представлял опасности для цивилизации. Однако в какой- то момент произошло вмешательство Извне и человечество было заражено вирусом. И это было упущено Коалицией. А вирус оказался более, чем опасным. Видимо над его созданием потрудились лучшие умы Антивселенной. Поражение индивидуума происходило через внедрение вируса в империльную оболочку индивидуума. Внедренный в астральное тело вирус поражал его на глубинном уровне, что приводило к гипертрофированию личного Эго. Человек переставал воспринимать себя, как частичку Вселенной. Он ограждался от Мира стеной Неприятия. И после этого воспринимал как свое лишь только то, что мог оторвать от Целого и включить в сферу своего личного влияния. Остальное же оставалось для него чуждым и враждебным. Именно восприятие Мира, как враждебного и опасного вызвало такой выплеск Империла, что все пространство вокруг Земли заволокло густой пеленой. Этот факт и был зафиксирован на Сириусе. И он вызвал немалое беспокойство. Если людям было невдомек, то сириусяне хорошо знали к чему может привести подобное попустительство. Подобное случались и раньше в беспредельном Космосе. И каждый раз приводило к уничтожению цивилизации на планетах и заражению близлежащего космического пространства. Однажды, после самоуничтожения и себя и собственной планеты, цивилизация гуманоидов выбросила в космос такое облако Империла, что оно достигло другого населенного мира. Только совместными усилиями Коалиции удалось спасти его от разложения и гибели. Уникальность ситуации на Земле усугублялась еще и тем, что данный уголок Мироздания находился в начальной фазе Перехода и должен был в короткий срок переместится в более высокоэнергетичное пространство. К сожалению в секторе пространства, куда должна была переместиться Земля, существовали цивилизации не достигшие того уровня, когда смогли бы самостоятельно защитить себя и от воздействия Империла и от вируса. Соприкосновение с людьми принесло бы им неминуемую гибель. Подобного Коалиция допустить не могла. Поэтому было единогласно принято решение о подготовке Земли к Переходу и выработан план совместных действий по адаптации ее к новым условиям.

*** Обнаружение Глеба, Маришки и еще нескольких сотен неокуклившихся на планете оказалось для инопланетян полной неожиданностью. Этого просто не могло быть! Все вирусоносители были гарантировано окутаны коконами. За это отвечали наиточнейшие киборги, которые во множестве были десантированы на землю перед самым началом Перехода. Заранее эту операцию проводить было нельзя, чтобы не вызвать паники и агрессии со стороны землян. Киборги выполнили свою работу точно и в срок. Но их задачей была изоляция зараженных. А эти особи не были заражены! Они оказались устойчивы к вирусу! Это было невероятно! В популяции не могло случиться подобного. Вирус с гарантированной сто процентной вероятность тотально поражал организмы с одинаковым хромосомным набором. Все было учтено и все разумные на Земле должны были заразиться! И тем не менее некоторые из них оказались не подвержены заражению. Ранее подобного не случалось. Изобретения гениев из Антивселенной осечек в таких вопросах не давали и цивилизации уничтожали себя подчистую, до последнего индивидуума, в слепой гонке за первенством. Это было всеобщее сумасшествие. Гуманоиды под влиянием вируса преставали быть таковыми и впадали во звероподобное состояние. Впрочем от зверей они все же отличались. Тех хоть сколько-то сдерживали инстинкты. Для этих же не существовало ничего кроме жажды возбужденного Эго. Ради ее утоления они готовы были на все. Так и случалось прежде. Иной раз взрывчатая смесь из выделений вирусоносителей, именуемая Империлом, приводила цивилизации к самоуничтожению вместе с породившими их планетами. Более того. После взрыва облако Империла могло длительное время существовать само по себе. При этом оно способно было достигнуть незараженных миров и принести заразу к ним. Этого и опасались сириусяне. И они сделали в этот раз все возможное, чтобы не допустить этого. Но наличие на планете людей, преодолевших Переход в неокукленном состоянии и при этом сохранивших свои физические тела, оказалось полной неожиданностью! Инопланетяне просканировали обнаруженных землян и не обнаружили в них признаков заражения. К тому же сканеры показали, что произошедшие с людьми метаморфозы привели к появлению ранее невиданного кремнийорганического биологического материала, по своим свойствам занявшим промежуточное место между физической и астральной плотностями. То есть грубые тела людей по своей плотности и энергетике уже не были «плотными», но еще не вышли в «тонкий план». Это была новая форма существования материи. Ранее не виданная нигде во Вселенной. Все вышеизложенное многократно увеличивало важность проведения Земли через заключительный этап Перехода. Необходимо было гарантировать сохранность всех благополучно прошедших Переход и в то же время не допустить проникновения затаившейся заразы за пределы карантинной зоны. Далее для сириусян наступало время рутинной работы, а для землян время познания нового мира.

Глава 9 Специальная операция.

Пребывание на сириусянском звездолете как-то затягивалось. Само собой ни Глеб, ни Маришка с самого начала не предполагали сколь долго продлится их пребывание на корабле. Но их визит все продолжался, а ясности в дальнейшей судьбе так и не появлялось. Хозяева уверяли их, что все идет по плану, что у них масса времени и его надо использовать для отдыха и восстановления сил, так как они им еще понадобятся. К тому же инопланетяне обещали свести их с остальными людьми, теми, что также, как и они, преодолели Переход без защитных оболочек. Ребятам очень хотелось этого! Таким счастьем была бы эта встреча! Но обещанное воссоединение с соплеменниками все откладывалось. Вообще поведение хозяев было как минимум странным. Они были предельно вежливы, гостеприимны, хлебосольны. Но вот на откровенный разговор вытянуть их никак не удавалось. Не удавалось и проникнуть в их ментальность. Ментальный уровень был наглухо заблокирован, словно укрыт густым сизым туманом. Нет! Информации землянам было предоставлено более, чем достаточно! От них они узнали и о них самих, и о заражении Земли «антивселенским» вирусом. И о том, что силами Коалиции, состоящей из трех мощнейших вселенских цивилизаций сириусян, орионцев и веганцев, была разработана и осуществлялась операция по его ликвидации и спасению земной цивилизации. Осуществляли ее сириусяне, как наиболее опытные в подобных делах. Заражения планет случались и раньше, но в данном случае операция осложнялась фактом скорого осуществления Землей перехода в иное состояние. Помимо этого само заражение было крайне запущено из-за каких-то особенностей землян (каких именно уклончиво умалчивалось). Кроме этого операция осложнилась в ходе ее осуществления из-за противодействия со стороны потусторонних хозяев вируса. Видя противодействие Коалиции, они, воздействуя на вирус, привели зараженных в состояние одержимости и принудили их начать на планете полномасштабную Мировую войну с применением всех имеющихся в арсеналах средств уничтожения. Вспышка тотальной агрессии и мощнейшие ядерные взрывы привели к включению защитных механизмов в теле Земли и вылились в серию мощнейших землетрясений, что привело к массовой гибели множества людей. Необходимо было немедленно спасать остатки живых. Операция была ускорена. Все, кто уцелел на планете, были скованы «коконами» и погружены в состояние анабиоза. Переход планеты также был ускорен и она рванула в иное пространство чуть раньше срока. Удивительным образом новый срок совпал с предсказанным людьми. Но все это было лишь первой фазой спасательной операции. Теперь предстояло проделать труднейшую и ответственейшую работу по дезинфекции спасенных и переведению их плотных оболочек в новое, более высокоэнергетическое состояние. К тому же нужно было произвести индивидуальную оценку духовного состояния каждого и определить его дальнейшую судьбу. В зависимости от этой оценки человеку, после полного освобождения его от вируса и продуктов его жизнедеятельности, открывалось три пути. Первый путь предназначался тем, кто достиг определенного духовного совершенства и был достоин пребывать в более высоком духовном пространстве. Таковые распознавались по наличию выработанного в процессе борьбы с вирусом зачатков иммунитета. Они подвергались интенсивной психофизической обработке, после которой тела претерпевали сильнейшее утончение и по своей структуре наполовину приближались к астральной составляющей. После этого происходило посвящение неофитов в особого рода таинство, в процессе которого им вводилась программа познания Добра и Зла. В результате этого в их сознание и подсознание закладывались Знания и Правила, которые должны были направлять их в их дальнейшей жизни и построении общества. Затем посвященные заселялись на одну из множества цивилизованных Коалицией планет, где личность могла продолжить свое развитие. Второй предназначался для тех, кто пытался сопротивляться заразе, но все же не смог устоять. Однако зараза не нашла в таковых благоприятной почвы и не сумела развиться. Эти были лишь пассивными носителями ее. Но при этом в них не было ни сил, ни желания бороться с заразой. В таком случае она рано или поздно взяла бы над ними верх. Таковые просто подвергались дезинфекции и в старых телах оставались на Земле. Для их блага в них также закладывалась определенная Программа. Теперь им назначено было возрождать человеческую цивилизацию. И, наконец, третий путь. Это был путь Падения. Путь Воздаяния. Предназначен он был для тех, в ком вирус вступил во взаимодействие с их тонкоматериальными составляющими. Проник в них и слился с ними. Подвергнутые дезинфекции особи либо умирали, либо сохраняли в себе отдельные структурные элементы, содержавшие вирус или его информационный скелет. Эти оставались опасны и не могли быть оставлены вне изоляции. К огромному сожалению их нельзя было оставлять в пределах положительного пространства. Поэтому эта группа, будучи наиболее малочисленной, должна была попасть в гарантированную изоляцию. Достичь этого можно было только отправив ее в Антивселенную. Это могло показаться негуманно, но интересы Вселенной требовали выполнить этого. К тому же это был сознательный выбор самих зараженных. Не будь в их душах столько Злобы и Мрака, то вирус не смог бы симбиотически срастись с ними. Судьба таковых была незавидна. Перемещенные в Нейтральную Зону они передавались через посредников представителям Антивселенной. При этом они должны были пройти через страшнейшую боль и муку получения антитела. Суть процесса заключалась в замене материи антиматерией. Это не было сродни аннигиляции. Тут не было ни вспышки, ни взрыва. Природа антиматерии отличалась тем, что она существовала не как динамично развивающаяся в пространственно-временном континууме, а как статично покоящаяся вне пространства и времени. Для перехода в нее материальные тела должны были полностью отдать свой Свет и напитаться Тьмой, то есть стать непроявленной и обезличенной сутью, имеющей лишь одно свойство - поглощения явленного и передачи поглощенного далее по ступенькам Иерархии Тьмы. Таковы были планы Коалиции. И во многом они успешно осуществлялись. Однако наличие на планете людей, избегших внимания киборгов и прошедших через Переход без коконов, самостоятельно переживших Преображение и обретших невиданные тела и способности, поразило инопланетян. Ранее ничего подобного не случалось.

*** Когда разведка впервые обнаружила на Земле свободно и молниеносно перемещающиеся высокоэнергетические объекты, то не поверила ни приборам, ни собственным глазам. Но факт был налицо! В приземном пространстве в трех измерениях свободно и целенаправленно перемещались неизвестные живые существа. Кем они были не сразу удалось определить. Идентификаторы не имели в своих базах ничего подобного. Это были совершенно неизвестный ранее вид! Они очень напоминали людей, но обладали несоразмеримо большей энергетикой. Этот факт обуславливало наличием у каждого из них прямого личного канала связи с Верховным Уровнем. Этого не могло быть априори! Однако это было именно так! Когда этот факт был обнаружен, то вся Коалиция впала в прострацию. Как так! Дикари! Варвары! И связь с Верховным Уровнем! Персонально у каждого индивидуума! Невероятно! За что!? За какие заслуги!? Они, представители Высших Цивилизаций в этом секторе Вселенной едва ли могли помыслить о кратковременном получении подобной связи! И то только для лучших своих сынов и дочерей! И на кратчайший срок. Длительное пребывание в Потоке было бы смертельно для всякого биологического организма. Он бы просто сгорел под воздействием токов верховных энергий. А тут полнейшие ископаемые! Жалкие выродки от некогда заселенных на планету пращуров! И они запросто и во множестве обладали Этим! Непостижимо! Питаемые из Неисчерпаемого Источника они обладали силой и мощью планет и даже звезд, но при этом не имели ни малейшего понятия о своих возможностях и способностях! Они дурачились и резвились, как дети и даже не представляли чем они обладают! И все это происходило на фоне тотального вирусного заражения цивилизации! Сложившаяся ситуация требовала принятия срочных и виртуозных по исполнению мер. И такой план был выработан.

*** Операция предусматривала выход Коалиции на прямой контакт с невесть откуда взявшимися сверхсущностями и осуществление попытки выхода через них на связь с Верховным Уровнем. Мало кто верил в осуществление этой безумной идеи. Законами Вселенской Иерархии предусматривалась лишь возможность межуровнего и в редких случаях чрезуровнего Контакта. Другие Контакты были бесперспективны, так как привели бы к уничтожению особей нижестоящего Уровня вследствие несоразмерности потенциалов соприкоснувшихся энергий. В данном случае разница составляла несколько уровней. До сих пор Коалиции удалось несколько раз выйти на прямой кратковременный контакт с Ангельским Уровнем. И То после этого напрочь выгорел огромный родовой клан Орионцев, не выдержавший напора хлынувших в него энергий. Тут же предстояло прийти в соприкосновение даже не с Архангельским и не с Божественным Уровнем, а с Верховным! Это было равно тому, чтобы бросить в жерло вулкана кусок льда. И тем не менее случай предоставлял возможность хотя бы попытаться соприкоснуться с тем, о чем Коалиция даже и не помышляла когда-либо встретиться. И при каких обстоятельствах! На заштатной планете с деградировавшей цивилизацией!!! Но кто они эти сверхсущности!? Откуда они здесь возникли!? Что привело их сюда!? Это было совершенно непонятно. Но каково же было изумление средь пилотов Армады, когда разведка донесла, что сверхсущества - это никто иной, как прошедшие Преображение земляне!!! Но как такое могло быть!? Как пребывавшие в дикости потомки смогли на несколько порядков превзойти своих Именитых пращуров!? Что такое должно было случиться, чтобы они напрямую смогли выйти на Уровень Верховных Энергий и остаться невредимы. На этот вопрос ответа не было. Оставалось лишь попытаться выйти на контакт. Соблюдая целый комплекс защитных мер Коалиция выслала на встречу с землянами наиболее опытный экипаж. Ко всеобщему удивлению при Контакте не произошло ничего экстраординарного. Люди оказались просто людьми. Они радовались обретенной мощи, но совершенно не имели представления о том, что они на самом деле получили! Они резвились в пространстве, словно дети, и не представляли кем они на самом деле стали и что могли себе отныне позволить! Впрочем это было наруку Коалиции. Неведение людей могло быть использовано с пользой как для них самих, так и для Коалиции. Только тут нельзя было торопиться и допускать ошибок. Не только каждый шаг и каждое слово должно было быть отфильтровано и многократно проверено, но и каждая мысль и эмоция подлежали тщательной фильтрации. К операции были допущены лишь те, кто был обучен абсолютному владению собой. Помимо этого каждый из контакторов находился под тщательным контролем целого корпуса экспертов и аппаратуры.

*** Ни Глеб, ни Маришка и не предполагали, что являются объектами повышенного внимания и тщательного изучения со стороны Коалиции. Для них все случившееся было просто сказкой. Причудами судеб выпавшим на их долю невероятным приключением. И они наслаждались необъятностью новых впечатлений и эмоций. Корабль был просто чудом! Сказкой, в которой возможно было все! Они были в полнейшем восторге. Здесь запросто одним лишь желанием можно было творить все, что угодно! Они чего только не успели переделать. Сотворили себе лес, речку, избу. Построили и заселили целый зоопарк. Глеб выстроили автодром и самозабвенно гонял по нему на чудной машине, движимой непонятно чем. Да много всяких разностей было понаделано. Наконец они уже наскучили. Ребята все чаще стали задаваться мыслью зачем тут и что на самом деле происходит. Они почувствовали, что Земля приостановила свой полет и замерла в ожидании. Несомненно они ощущали пристальный интерес к себе со стороны инопланетян, который те старались тщательно скрывать. Но они не придавали этому значения, так как предполагали, что это просто интерес к иным созданиям. Им тоже были интересны хозяева. Не раз они приглашали их на беседу и сириусяне охотно шли на контакт. Любопытными же они оказались созданиями! Еще накануне первой встречи сними Глеб поспорил с Маришкой о том, как выглядят хозяева. Ни он, ни она не оказались правы. В зале, куда они были приглашены на первую встречу, никого не оказалось. Создав себе уютный диванчик и столик с напитками ребята присели скоротать время ожидания. Но ожидание не затянулось. Возле диванчика разверзлось отверстие и заполнилось знакомой золотистой жидкостью. Правда она не была столь концентрированной и лишь слегка отсвечивала солнечными бликами. Неожиданно в ней мелькнули две тени и на поверхности , выбросив россыпи брызг, возникли влажные черные и блестящие головы очень знакомых существ. Они напоминали нечто средним между дельфинами и касатками. Крупные, словно небольшие киты, но такие же милые и обаятельные, как черноморские афалины. Издав переливчатый свист-треск они поприветствовали землян. Одновременно на телепатическом уровне людям пришел перевод: - Мы очень рады вам! К сожалению раньше мы не могли засвидетельствовать вам свое почтение. Карантин. Необходимо было убедиться, что вы не несете в себе скрытого вируса. Но все очень хорошо. Непонятно как, но произошедшие с вами изменения сделали вас невосприимчивыми ни к этому вирусу, ни вообще к воздействию «антиматерии». Вы знаете об этом? - Нет… - в некотором замешательстве ответили земляне. - Мы вообще мало что тут понимаем. - Ну, ничего. Это дело поправимое. Мы назначены вашими опекунами. Позвольте представиться. Меня можете называть Флиппером. Это земное созвучие, которое есть в вашей памяти, очень близко по звучанию моему подлинному имени. Мою же спутницу и коллегу я представлю вам, как Селену. Это земное имя тоже несколько созвучно сириусянскому. К сожалению, произнести наши имена на нашем языке вам будет практически невозможно. Также вы вряд ли сможете увидеть нас в истинных телах. То, что вы видите - это мы. Вы можете прикоснуться к нам. Мы даже можем прокатить вас с ветерком. Но при этом все это лишь трансляция. Голограмма. Сгусток энергии, как и все вокруг вас. Реально же мы находимся на своей планете возле Сириуса. И мы выглядим несколько иначе. Грубые физические составляющие давно уже не входят в наши в состав наших тел. Это рудименты. Правда, для решения некоторых задач мы можем облекать себя в грубоматериальные оболочки. Но это так неудобно и неприятно, что мы стараемся этого избегать. Но пусть вас не смущает, что мы большей частью находимся там. Здесь, перед вами - это тоже мы. Мы ощущаем эти тела, чувствуем через них, воспринимаем действительность такой, какой воспринимают они. - Невероятно! - воскликнул Глеб, - Но как? Как так может быть!? Если вы - это трансляция откуда-то издалека, то как все это происходит без задержки во времени!? Как вобще может осуществляться наш диалог? Если вы Там, а мы здесь? Или вы отменили законы физики? - Нет. Мы ничего не отменяли и не обходили. Вам ведь уже известно об открытом нами явлении “силовой проекции”. Это довольно сложное явление. У него есть масса сопутствующих эффектов. Одним из них является образование обратных направлению излучения токов. Некоторым подобием этого можно считать возникновение электрического тока в проводнике. При создании разницы потенциалов на его концах электроны приходят в движение. При этом возникает электрический ток обратной направленности. Суть этого процесса вами так до конца и не познана, но не в этом дело. Это лишь пример. При проецировании объекта в некую точку космоса возникает Канал. На его поддержание в стабильном состоянии расходуется достаточно большое количество энергии. Однако при наших возможностях этот расход не так уж тягостен для нас. При трансляции в Канале возникает явление, подобное электрическому токув проводнике. Только ток этот иного свойства. Для вашего понимания будет наиболее подходяще звучать термин «ментальный ток». Это не совсем отражает суть процесса, но пока этого вам будет достаточно для понимания сути явления. Перемещение этого тока по Каналу происходит практически мгновенно. По нашим расчетам расстояние в один световой год он проходит за сотые доли секунды. Эта скорость непостоянна и зависит от разных факторов. Это пока не важно для вас. Вам важно понять то, что для данного вида переноса информации практически не существует ни времени, ни расстояния. Разумеется разговор идет о галактических и субгалактисеских расстояниях. При ретрансляции малой части получаемой нами энергии обратно на Сириус, мы получаем канал обратной связи. Вот и все! Так мы можем быть одновременно и на Сириусе и там, где нам необходимо. - Супер! Здоровски! - захлопала в ладоши Маришка. - Значит это что-то вроде телепортацию, но такой, что сразу можно быть в двух местах? Класс! А можете вы нас телепнуть на ваш Сириус? Ну так хочется на него посмотреть!!! - Да. Теперь уже можем. Мы вас тщательно просканировали. Мы очень опасались, что вы все же несете в себе вирус. Но вы оказались идеально стерильны и это поразительно. Вы хоть сами понимаете что с вами произошло? - Нет! - в голос ответили ребята. И наконец-таки они получили конкретный ответ на давно терзавшие их вопросы. *** Транслированная к Земле, накануне ее Перехода в новое энергетическое пространство и новое состояние, Армада бысто и споро приступила к осуществлению своей миссии. Благо задолго до этого момента на Землю былпереправлен многочисленный отряд киборгов-дезинфекторов. В назначенный час все силы были приведены боевую готовность. Работа по изоляции особей поводила мгновенно и без каких либо помех со стороны землян. Те были абсолютно деморализованы и раздавлены лавиной свалившихся на них бед. В том числе и рукотворных. Ядерный апокалипсис. Беснующиеся стихии. Болезни и голод. Убийственная солнечнаярадиация. Всесвалилось на их головы разом. Погребло и раздавило физически и морально. Это уже не был цивилизованный народ. Человечество в данный момент представляло собой… Да ничто оно собой уже не представляло! Сборище озверевших или деморализованных созданий - вот что осталось от некогда гордого и спесивого социума. Тем не менее в нем сохранились чистые души. Ради них и была затеяна вся операция. И она успешно была осуществлена. Все,, кто остался в живых и в здравом рассудке были приведены в коматозное состояние, подвергнуты дезинфекции, дезактивации, лечению и оюлачены в защитные коконы. Находясь в них люди оставались в безопасности. Одновременно с этим в их телах ускоренно происходили процессы трансмутации. Пока Земля шла по Звездному Каналу Коалиция производила сортировку особей и определяла для каждого из людей или иных разумных созданий, обитавших на Земле, их дальнейшую судьбу. Каждый должен был получить то, что заслужил в предыдущий период своей жизни. И прежде всего дело было в том, что в процессе трансмутации в телах происходила кардинальная их перестройка. Души людские и иные притягивали к себе те энергии, которые накапливали на всем протяжении своих жизней. Выглядело это право необыкновенно. Киборгами коконы были изначально отсортированы по резонансным частотам. И каждая резонирующая группа располагалась в определенном месте. Когда же началась активная фаза Перехода, то к каждой из групп стали снисходить потоки энергий родственных им частот и характеристик. Картинка была умопомрачительная. На одни группы хлынули лавины чистого света и коконы засияли, словно светильники. На другие обрушились радужные потоки. На третьи монохромные и различной интенсивности. Это все были чистые души. Ина них нисходил чистый Свет. Но на множество групп обрушились иные потоки. Некоторые из них были серыми и туманными. Это пожинали свою жатву Серые из Пекельного мира. Участь этих групп была не ужасна, но незавидна. Им предстояло вновь угодить во вращение Колеса Кармы и многие, многие жизни проживать в грубых телах на задворках Вселенной совершая ошибки и отвечая за них перед собой же на протяжение одной или многих жизней. Но тут хоть был шанс выйти из этого порочного круга. К некоторым же группам устремились языки темного пламени. Они возникали внезапно и Ниоткуда. Они были темны и от них веяло немыслимым холодом. Словно ледяные змеи они оплетали отдельные коконы и те растворялись в их кольцах бесследно. Это были посланцы Антивселенной и они также пожинали свою жатву. Вмешиваться в это было нельзя. Настало время Истины. Кадый должен был оказаться там, к чему шел на протяжение многих воплощений и многих свершений. Под потоками энергий коконах вершилосьтаинство Преображения. Физические тела претерпевали множественные мутации и приводились в то состояние, в котором им предстояло существовать далее на иных планетах и в иных мирах. Все казалось шло по Плану. Но что-то все же было не так! Киборги сигнализировали о наличии на планете неподконтрольных созданий. Это не могло быть ошибкой. Но как такое могло произойти!? Вскоре объекты были запеленгованы и обнаружены. К невероятному удивлению Коалиции они оказались людьми! Невероятно! Но они не были инфицированы! Более того. Они уже претерпели мутацию и были готовы к изменению условий существования! Это открытие было так неожиданно, что вызвало замешательство в рядах Коалиции. Кто-то предлагал срочно изолировать неуправляемых. Кто-то высказывал мнение о том, что необходимо взять их под контроль и отслеживать каждый шаг. Кто-то торопил вступить в непосредственный контакт. В результате было принято решение о тотальном наблюдении за каждым. По тщательным подсчетам существ оказалось ровно десять тысяч. Они были рассредоточены по всей планете. И были довольно таки разными как по динамике, так и по энергетике. Но всех их объединяло одно. Пережив мутационные процессы в жесточайших условиях ядерного апокалипсиса, агрессивного Солнца и всеобщего психоза, они изменились настолько, что их нельзя уже было назвать людьми. Они не эволюционировали. Преображение было революционным. От былых тел и былой энергетики не осталось практически ничего. Это были совершенно иные существа. Углерод их грубоматериальные тел в процессе холодного термоядерного синтеза превратился в кремний. Аналогичным процессам подверглись и тонкоматериальные составляющие тел. При этом они поднялись в своей энергетике на пол-октавы и по частотным характеристиками заняли промежуточное положение между энергетическими слоями: эфирным и астральным, астральным и ментальным, ментальным и духовным. Таким образом люди Земли, как существа, стали идеальными Посредниками для осуществления взаимодействия между разноматериальными мирами. Подобно амфибиям или водоплавающим птицам они обрели способность к существованию в пограничных зонах меж соседних миров. Это было очень ценно для Коалиции, так как пребывание обычных существ в этих зонах было разрушительно длящих и требовало огромных затрат энергии для обеспечения их безопасности. Но не это преображение поразило экспедиционеров. По их разумению здесь, на Земле, произошло Нечто такое, что не укладывалось в их понимание. Весь многомиллионолетний опыт, собранный по крупицам многими цивилизациями Коалиции, пасовал перед тем, что произошло. Теоретически философские школы допускали возможность подобного явления. Но практически с этим столкнулись впервые. Факт внедрения высокоэнергетической субстанции в людские телав момент их рождения сам по себе был малообъясним. Даже сириусяне с их могучим интеллектом и необъятным опытом не могли уразуметь для чего и как это происходит и где находится Источник этих образований. Ну не было тут ни логики, ни смысла! Впрочем высокодуховные лидеры и Учителя предполагали, что Источник сокрыт в самых высоких сферах Бытия. И эти образования есть ничто иное, как Искры Божественного Огня. Но это предположение изначально показалось таким абсурдным!!! Какой смысл мог быть во внедрении Столь огромной энергии в протеиновые оболочки? Впрочем на все в этом мире, как и во все Мирах, был промысел божий. Мировоззрение входящих в Коалицию цивилизации базировалось на принятии верховенства Божественного Начала над всем сущим. Философские теории и концепции находились в непрекращающемся процессе выяснения отношений, однако основу имели одну, которая их и примиряла. Тем более все чаще стали иметь место поведенческие проявления у наиболее духовных представителей Коалиции. Все чаще в душах подвижников воспламенялся божественный огонь и на них снисходило Прозрение. Впрочем «чаще» в данном контексте звучало не совсем верно. Частота была относительна. Если ранее откровения снисходили на ясновидящего или пророка раз за несколько сот лет, то это становилось Событием Галактического масштаба и каждый раз приводило к кардинальным (и безусловно положительным) изменениям общества. И примечательным было то, что подобное случалось с теми, кому посчастливилось родиться с зачатками так называемого Семени или Зерна. Субстанция была настолько тонкоматериальная, что определить ее наличие можно было с огромным трудом. Тем не менее не считаясь ни с какими потерями Коалиция тратила огромные ресурсы для контроля над рождением светоносных соплеменников. Здесь же, на Земле, Коалиция столкнулась с тем, что все, или почти все, люди появлялись на свет, неся в себе полноценное Зерно. Причем образование не было таким дистрофичным, как на планетах Коалиции. Это были элитные, полновесные Зерна, налитые мощью, сопоставимой с мощью Светил. И что особо значимо - они непременно имели связь с их Родителем. Наличие ее фиксировалось очень четко. При определенных обстоятельствах ее можно было зафиксировать в виде яркой и необычайно тонкой нити, тянущейся от человека в сторону Солнца. Потенциал каждого человека и Особенно Человечества целом был колоссален! И при этом люди вели себя, словно безумные звери. А после заражения антивселенским вирусом и отравления Империлом они стали представлять угрозу не только для своей системы. Но и для Вселенной вцелом. Коалиция попыталась предотвратить самоуничтожение этой уникальной цивилизации. Но одержимость людей, усиленная вирусом и помноженная н; их скрытую силу одержала верх. Вспыхнувшая война сняла огромную жатву. В живых остались немногие. Но среди этих немногих было десять тысяч тех, кто не только сохранил в себе Зерно. Чудо состояло в том, что душевное напряжение пробудило Зерно Духа в этих людях. А произошедшая с их телами метаморфоза создала необходимые условия для его роста. И Зерна дали всходы. И расцвели, превратившись в Цветы невероятной красы. На грубоматериальном уровне и на низких уровнях астрала это не было видно. Энергетика Чуда была настолько велика, что едва улавливалась наиболее чувствительной аппаратурой. Но зарегистрированные и расшифрованные сигналы показывали, что энергии явления восходят выше ангельских, а возможно и архангельских Миров. Вот что было невероятно!!! Вот отчего вся Армада находилась в абсолютном напряжении и благоговении. Вот чем были вызваны все сверхпродуманные меры предосторожности. С величайшим вниманием лучшие и искуснейшие специалисты вышли на контакт с преобразившимися людьми. Их задачей теперь было уговорить Избранных оказать им честь и быть гостями Сириуса, Ориона, Плеяд или любой другой звездной системы Коалиции. При проведении этой операции контакторам было настрого запрещено преждевременно информировать людей о случившемся и давать лишь ту информацию, до которой те докопаются сами.

Глава 10 Эсхатология и прочее

Не в первый раз уже Глеб с Маришкой проводили время в задушевной беседе с Флиппером и Селеной. Рядом с ними им было хорошо и спокойно. Сириусяне стали со временем более откровенны. То ли они почувствовали, что ребята улавливают их сдержанное и настороженное состояние, то ли убедились в безопасности разглашения землянам секретной информации, но некоторых пор серая пелена недомолвок меж ними спала и они начали воспринимать друг друга, если не как друзья, то уже как старые и близкие приятели. Так или иначе, но киты совершенно откровенно и подробно поведали о сути спецоперации: - В результате трансформы, произошедшей с вами, как с расой гуманоидов, приблизительно в десяти тысячах особей произошло раскрытие Зерен. Результат этого трудно оценить как нам, так и вам самим. Нам - потому, что последствия явления выходят за рамки нашего миропонимания и возможностей восприятия. Вам - потому, что вы сейчас подобны младенцам, только что появившимся на свет. Вы еще толком не осознаете кто вы такие и чем сейчас обладаете. Наша задача теперь - быть на этом этапе вашими няньками и поводырями, чтобы вы ненароком не причинили вред ни себе, ни окружающим и получили вовремя совет опытного старшего друга, - доверительно повествовал Флиппер, - Мы в самом деле опасались до времени открывать вам глаза на произошедшее. Но теперь убедились в том, что вы достаточно добры и гуманны. Не только вы двое, но и все, кто прошел через трансформу. И теперь мы можем рассказать все, что сумели узнать о произошедшем с вами. А там уж выбор за вами как с этим поступать и как с этим жить. Но! Прежде, чем рассказать об этом мы должны внести некоторые коррективы в ваше миропонимание. Так сказать скорректировать вашу Картину Мира. Видимо кожа Флиппера несколько подсохла на воздухе он извинился и на несколько секунд погрузился в воду. Следом нырнула Селена. Глеб с Маришкой стояли у кромки воды и любовались их мощными, но такими изящными телами. Полукиты, полудельфины, полулюди. Удивительная звездная раса. Властелины необъятных космических просторов запросто беседовали с ними и говорили о том, люди раньше и помыслить не могли. И теперь они были намерены сообщить им нечто совсем уж невероятное. Ребята сгорали от нетерпения и желания приобщиться к неведомым им тайнам Мироздания. Наконец сириусяне плавно поднялись к поверхности и их синие до черноты головы без малейшего всплеска показались над водой. - Так я продолжу? - поинтересовался Флиппер. Глеб с Маришкой синхронно кивнули. - Скажите мне, друзья мои, что вы думаете об устройстве Вселенной? - задал вопрос Флиппер и сам же ответил на него, - Я наперед уже знаю, что вы поведаете о «Теории Большого Взрыва», о воззрениях древних, изложенных в «Ведах» и иных древних источниках знаний, о сотворении Богом Мира за семь дней. Все это легко читается в вашем уме. Вы же об этом мне хотели поведать? Ребята снова синхронно кивнули, ничуть уже не удивляясь умением сириусянина читать их мысли. Этой способностью они и сами уже овладели в достаточной степени и поэтому не видели в этом ничего необычного. - Все это отчасти так. Но именно «отчасти». Потому, как вся эта информация была дана вашим предкам нашими предками. Вся ваша раса развивалась по нашим лекалам. И все древние источники - это ничто иное, как основы нашего миропонимания, приспособленные к вашему довольно примитивному сознанию. Не обижайтесь. Но в самом деле ваша цивилизацию невозможно даже сравнивать в развитыми цивилизациями Коалиции. Но в вас мы усмотрели поразительные возможности к развитию. Поэтому и подготовили пакет знаний первой необходимости в виде откровений. Из этих откровений вы узнали о Боге. Так ведь? Ребята снова, в который уже раз, дружно кивнули. - Но вы так и не сумели постичь суть Бога. Не сумели осознать его место и его роль в создании Мироздания. Именно это и послужило причиной всех трагедий, которые постигали вас на протяжении всего периода существования человечества. Вы не нашли дороги к Творцу. Получая вновь и вновь сокровенные знания вы каждый раз утрачивали главное, что несли они. Вы утрачивали понимание Божественной Сути. И это неминуемо приводило к искажениям, а потом и извращениям Знания. А ведь Истина так проста! Реальности не существует! То, что далее ребята узнали от инопланетянина об устройстве Мироздания даже их, прошедших через горнило Перехода и познавших многие ранее сокрытые тайны Вселенной, повергло в состояние полнейшей прострации. Да и как возможно было не лишиться дара речи и не впасть в полную растерянность от такого! Сначала Флиппер передал слово Селене и она поведала им об одном из сказаний, передаваемом испокон из уст в уста во всех границах сириусианским владений.

***

Это был рассказ о жизни Пророка, удостоившегося великой чести нисхождения на него божественного откровения. Сказание было древним. Как сама сириусянская цивилизация. Собственно с него она и началась и развивалась на протяжении неисчислимого количества лет. Сказание влилось в души землян, словно струя свежего воздуха и напоило их живительной силой. Творец вещал пророку:

***

Тебе я выскажу признанье: «От скуки я страдаю, сын!» «Пойми меня, ведь я один! Я Вечен, я Везде, я Всюду! Вчера и завтра я пребуду. Во мне есть Все и нету Ничего. Познанием себя лишь самого Могу потешить я себя отчасти. Творю Миры и Время в одночасье. И в одночасье рушу их от скуки. И вновь творю, не покладая руки. Нет Мира без меня, есть я без Мира. Миры творя не жажду быть кумиром. Я жажду только лишь самопознанья. Такое главное живущим всем заданье Даю пред тем, как жизни в них вдохнуть. «Сыны, мои! – я, наставляя в Путь, Вам говорю, частичку отделяя От плоти каждый раз, и вам вручая, - Не забывайте вы откуда! Несите Свет мой вы повсюду!» Вступая в жизнь любой из вас И, получая мой наказ, Клянется, что с рожденья и до смерти Блюсти завет мой будет. В круговерти И суете мирской слепой рутины Всегда он будет помнить чьим был сыном Иль дщерью, снисходя в сей бренный мир. Клянется предо мной: не сотворит кумир, Не осквернит себя он богохульством, Ни похотью, ни жадности безумством, Предательством себя не осквернит, И щедрым будет, коль судьба ссудит. И справедливым будет, благородным. Что славой не прельстится он народной.

***

Клянется каждый так, обет давая. Наверняка обет дающий знает, Что в бренный мир сей снизойдя, Врата из Рая проходя, Забудет он про все, что прежде было С ним до рожденья. Только у могилы Вернется память лишь на миг, Чтоб жизнь свою он всю постиг, Пред тем, как вновь со мною слиться. Приму я с радостью частицу Себя в себя. Сольемся с ней В любви взаимной. Веселей Тогда мне станет жить Нигде, В Безвременье и Пустоте.

***

Пойми, мой сын, одна отрада Мне в вас! Лишь вы награда Мне за мои труды и муки. Люблю вас всех. Любые звуки И песни, чувства и дела, Труды и книги, города, Дороги, замки, корабли Все, что в трудах создали вы, С любовью трепетной творили, Не спали ночи, худо жили, Недоедали вы подчас, Когда вдруг посещала вас Мной с неба посланная Муза. Я рад всегда, когда для пуза У сыновей найдется время Лишь на задворках вдохновенья. И это верно. Ведь душа первична. Она не ест. А телу же обычно Немного надо. Я скажу тебе, Что тело не нуждается в еде. Ошеломлен? Но это так. Секрет тут в том, что мясо на костях, И кровь, и мозг и прочая начинка - Бессмертны. Не нуждаются в починке. И им не надобно другой еды Помимо Солнца света и воды И соли, что с водою входит. Такая мысль тебя заводит?

***

Ошеломленный шейх не в силах Промолвить слово был. Спросил он: « Ну как же, Боже, без еды? Не будет сил ведь никаких!?» Ответил Вышний тут Яссину: « Скажи тогда, а где же силу Берешь для жизни?» – «Ну, в еде…. Быть может сила вся в воде? Ведь без воды и день не в радость. Два не попил, и жизнь скончалась…» «Почти ты прав, но дальше мысли. Еще ты от чего зависишь?» «Без воздуха, - сказал Яссин, Я б и минуты не прожил!» «Ты прав, - ему Господь сказал, -Таким я этот мир создал. Раскрою я тебе основы Существования мирского. Дыханье есть Основа Жизни. Таким я этот мир замыслил Коль дышишь - жив, Коль нет - то мертв. И суть дыхания не в том, Что воздух поглощая ртом Ты насыщаешь им все тело. Совсем в другом дыханья дело. Но, чтоб ты понял я сначала Раскрою Бытия Начала».

***

Есть только Я. И я есть Свет. В безвременье и пустоте Сияющий Любовью Вечной Невестой в платье подвенечном Томлюсь, как дева в ожиданье Соитья таинства познанья. Но уж когда терпенья нет Я останавливаю Свет. Частично. Только самый малый Ничтожный лучик. Наблюдаю Как, тормозя, рождает он И Твердь и Время. Сей Закон Есть Первый, из моих Законов Существования мирского. Вся Твердь есть Свет приторможённый, Летящий луч, в спираль скручённый, В клубок свернувшись, ставший твердью. И, походя, родивший Время. Ты понял ли в чем смысл Творенья? Частицы Света из Движенья Однажды выпав, из Потока, Рождаются как луч иного, Уже вещественного Света, Что освещает все планеты. Они летят, творя Пространство И Время. Их непостоянство Все больше тормозит полет, И это, стало быть, ведет К тому, что, прекративши ток, Луч света, свернутый в клубок. Становится вещественной частицей, Внутри которой свет кружится, Но вырваться не может из тенет, Доколе вновь разбег не наберет. И так она недвижна Вечно. Хотя вращается, конечно, Сама в себе, и мниться ей, Что в мире всех она важней.

***

Так Твердь рождаема мной в Мире. Сначала Свет, потом, по мере Рассеянья начальной силы, Огонь и Воздух а, за ними, Вода, Металл. Последний Камень. Он тверд и вечен. Света пламень Закручен в нем, что не достать И вновь его не разогнать. Зато он самый вечный в Мире Из всех, что плавились в горниле. Но должен ты одно понять, Что вся земная благодать Сотворена была из Света. Иного просто в Мире нету. Все в мире Свет, но разный он. И разница всего лишь в том, Насколько он остановился, Насколько скорости лишился, Насколько от меня отстал. Таков Творения финал.

***

Теперь послушай про Второй Мирской, мной писаный, Закон: Хоть каждая частичка в Мире Живет раздельно с остальными, Но в ней всегда царит стремленье К скорейшему объединенью С такими точно как она. И тем желанием полна Любая сущность в бренном мире. То память, что когда-то были Они лучом единым Бога, Но разделились у Порога, Возникши в Мире сем подлунном, И, в упоении безумном, Что «Я» своё все получили, Все про Единство позабыли.

***

Второй закон гласит о том, Что каждый бренный обречен На две судьбы: ко мне стремиться, Чтоб поскорей объединиться, Или скитаться в одиночку, Все больше скручиваясь в точку. Исхода два всегда пред вами: Иль Светом стать, горя как пламень, Иль стать землей, пополнить Мрак, Моих надежд не оправдав. И чтоб не мыкались напрасно Подобно малым детям в яслях Я регулярно посылаю Заветы вам. Их принимают Мои Посланцы, что известны. Из них Адам был первовестный, После Адама Ной в Ковчеге, Завет для вас сокрыл на веки. И Моисей нашел скрижали, Что на горе Синайской пали. Иисус Христос - любви посланник Распят был вами. Ведь изгнанник Был мною в теле… Я был им. И вами до смерти гоним… Последним с Вестью посылал Мохаммеда, что нес Ислам. И вовсе не было меж ними Какой-то розни с остальными. Такими были, как и все, Что Ной, Христос иль Моисей. Такие ж люди, сплошь из плоти. Но были преданы заботе Моей с рожденья и до смерти. Ты знаешь ли, что ваши дети, Кто с детства взращен без отца, Всю жизнь любим мной до конца?

***

Так мир животный я устроил И равновесие такое В его основу заложил. Чтоб рядом с сильным слабый жил Различье дал я им в еде. Сравни ты сам. Когда и где Ты видел бы, чтоб барс гнал дичь Не так, чтоб за прыжок настичь, А так, чтоб до смерти загнать? Так вот: мной не дано скакать Как серне барсу! Дело в том, Что все заложено огнем, Текущим в жилах у живущих. Мой Свет, что вам с небес отпущен, Есть Сила для всего живого. Растение же первооснова, Которая, поймавши свет, Его способна на обед Употребить, вогнав в кольцо Вращения внутри листов. Свет разделив на радугу внутри Растение, назад лишь отпустив Зеленый луч, становиться способно Взрастить себя и дать потомство. Ты понял, что растение есть свет, В котором зелени всего лишь нет? Вся зелень, выйдя наизнанку Растенье, сделала желанной Едой для тварей всяких в мире, Что от растений расплодились.

***

А тот, кто ест листву? Чем он живет? Что движет им и жизнь ему дает?» «Все тот же свет? – изрек Ясин, -Им движет свет, мой Господин?» «Ты прав, мой сын. О, мой Яссин! Все тот же свет – причина из причин. Но в свете нет уже Зеленого Огня Его пополнить можно, лишь ловя Свет от Огня, горящего над вами, Лишь Солнца впитывая пламя. Итак, в растениях вся сила, Что свет движения лишила Прямого. И загнала в круг. Зато она дала сомкнуть В едино Землю, Воду, Воздух Огнем наполнить, что не просто, Создать животное из тлена Движеньем наполнить члены. И так Земля зазеленела, Хорошее то было дело! «А что же дальше, Боже, было? Что остальное сотворило: И рыб, и птиц, и гадов разных, И всех зверей разнообразных?» Все очень просто. Так случилось Что как-то, где-то приключилось Растенью погибать без света. Трагичного тут, право, нету. Смерть есть всего лишь переход К бессмертью от земных забот. Но то растенье не смирилось. Коль нету света – устремилось Отнять питанье у других. Оно вонзило корни в них. Так совершился без сомненья Впервые акт грехопаденья. Так появились каннибалы, Что вместо света поедали Себе подобных. Этот грех Родил немало к жизни тех, Кто мог питанье получать Уж без зеленого луча. Еще немного света было Потеряно, когда впервые Иные твари появились, На свет животные родились. И вот творение другое Уж ест растение земное. Наверно спросишь, почему Не дал способность я ему Подобно зелени земной Питаться с неба прямо мной? « Да дал я, дал! Способен каждый Питаться мной. Лишь только жажды Не испытала б тварь земная, А пищи ей всегда хватает Идущей с неба. Не помрет, Коль вовремя воды попьет, Дышать сумеет, дух вбирая, Мной посылаемый всегда ей! Но только лень вам дух вбирать. Спешите вы скорей пожрать, Употребив земную пищу, Что свет хранит уже не высший, А обедненный и не полный, Рабом земным став своей волей.

***

Закон, что Третьим дал я вам Гласит: Всему венцом Адам Назначен быть среди живущих. Достоин самых наилучших Плодов и радостей земных. Вкушать плоды и члены их Ему назначено судьбой. Они же, доли таковой Совсем же не должны страшиться, Но и с желаньем относиться Повинны к службе. И, порой, Хоть жизни собственной ценой. «Но почему!? - дивиться шейх: Ты так обидел тварей всех?» «Я не обидел. Не могу Обидеть я. Пусть и врагу, Которого в помине нет, Я все равно дарил бы Свет, Любовь и Ласку - мою суть. Как я могу кого-то вдруг Обидеть, бросить, наказать Коль он всего лишь часть меня? И, может, лучшая частица, Что к совершенству устремиться Захочет в следующий момент, Исполнить Жизненный Завет?

***

Когда Завет даю я вам? Когда уже невмочь лучам Пробиться сквозь телесный плен. Когда не светитесь совсем. Когда глаза тусклы, как камень, Когда не пышет сердца пламень, Когда гордыня больше вас, Когда заботит лишь запас Накопленных земных богатств. Когда кругом засилье братств, Сетей и прочих свор безумных. Которым много полоумных Несут последнее в надежде Урвать побольше, побезбрежней, Но остаются «на бобах». Когда звучу лишь на устах, Когда во храмах сплошь торговля, Когда старушечье злословье Шипит во след пришедших в храм. Когда не судят по делам. Когда на исповеди тайна Для всех стоящих достоянна, Как словно в очереди дрязги. Когда священник без опаски Взывает к пастве о закяте И служит мне закята ради. Когда все так, то очевидна Уж близкая кончина Мира. И чтоб не сгинуло Творенье Снисходит Божье Откровенье На избранных сынов моих, Теперь и ты один из них.

Это Откровение было первым из тех, что получили сириусяне от Всевышнего. Оно заложило основы их працивилизации и вывело к невероятным высотам духа. Оно же и было положено в основу Учений, которые сириусяне давали впоследствии патронируемым ими цивилизациям. Лишь на первый взгляд Откровение выглядело, как историческое повествование в стихах. За стихотворной формой скрывались сокровенные ритмы и наитончайшие энергии. Оно связывало читающего с Высшим миром и приводило к соприкосновению с ним. Наконец оно дало основы миропонимания сириусянам и стало основой для многих развившиеся впоследствии наук.

*** Когда Селена закончила этот экскурс в историю сириусянской философии и религии, в разговор включился Флиппер. Он был логичен конкретен, как всякий мужчина. Флиппер оперировал точными формулировками и лаконичными фразами. - Современная наука, объединившая все ученые умы Коалиции, в настоящее время базируется на следующих постулатах: Во-первых вся Вселенная - есть акт Творения. Во-вторых Творец является Источником и Сутью Света. В-третьих Свет - категория вневременная и внепространственная. Свет не имеет каких-либо физических характеристик и являет собой Принцип. Принцип Света - Объединение и Преумножение. В-четвертых Материальный или Явленный мир - часть Мироздания, возникшая в результате выплеска Света Творцом вовне. Выплеснутый Свет породил Свет Явленный. Свет Явленный, в свою очередь породил Пространство и Время. В-пятых Свет Явленный, распространяясь в Пространстве, со Временем теряет скорость линейную и приобретает спин. За счет этого его кинетическая энергия переходит в энергию потенциальную, что, в свою очередь приводит к проявлению света в пространстве в виде материальных частиц. Эти пять постулатов лежат в основе современной сириусянском философии. По сути они гласят о том, что весь Явленный Мир - суть голограмма, сотканная из Света, проявленного в Пространстве-Времени. В соответствие же с ними следует полагать, что весь Явленный Мир - есть часть Творца, проявленная в пространственно-временной форме. То есть: Все есть Бог. Однако сам факт проявленности в пространстве-времени говорит о том, что Явленный Мир частично изолирован от Творца и имеет определенную степень самостоятельности. В соответствие с философско-религиозными воззрениями сириусян во всякую частицу Мира Явленного заложено стремление к Источнику. В своем высшем проявлении это стремление носит название Жизнь. Жизнь же, в своем высшем проявлении носит название Разум. Именно Разум ведет всякое животное начало к Источнику путем Творческого Горения. Цивилизация Сириуса, а впоследствии и вся Коалиция, на протяжение многих и многих тысяч лет упорно и победоносно шла по этому нелегкому пути Восхождения. Были на нем успехи, были и потери и падения. Во всяком случае все было прогнозируемо и предсказуемо. Предсказуемо до той поры, пока однажды не было совершено величайшее открытие, перевернувшее в сознании представления о сути гуманоида, как существа. Сначала на Сириусе, а значительно позже и на Орионе, на Дессе и на Дайе и в других цивилизациях в отдельных особях было обнаружено Зерно. В первый момент открытию не придали особого значения. Оно просто вызвало удивление у первооткрывателей и только. Исследуя причины ухудшения состояния здоровья одного из духовных лидеров Сириуса, специалисты обнаружили в организме точку с высочайшей концентрацией энергии. В соответствие с анатомо-энергетическим строением организма здесь и в самом деле должен был располагаться энергетический узел. Но концентрация энергии! Она была колоссальной! Количества энергии в ней достигало такого уровня, что хватило бы на приведение в движение целой планеты! Невероятно!!! И подобная мощь была сосредоточена в образовании, размерами с маковое зернышко! Сначала ученые не поверили ни глазам, ни приборам. Но факт подтвердился! Это стало сенсацией! Человек- звезда! Ученый мир пребывал в полнейшем восторге! Это ли не было доказательством родства Сириусян со Всевышним!? Подтверждались древние Сказания и Пророчества о создании пращуров по образу и подобию божьему. Это открытие переворачивало все ранее существовавшие воззрения на природу и устройство живого организма. Сама суть гуманоидного существа представала теперь в ином виде. Да и устройство Мира и приоритеты в нем начинали выглядеть иначе. Однако стройности и согласованности во взглядах на эти эсхатологические вопросы меж ученых деятелей духовных лидеров так и не было достигнуто. Не хватало какой-то малости. Поле было вспахано, но не засеяно. И тогда в мир пришел Вершитель.

Глава 11 Стая.

В те времена состояние звездной системы Сириуса было не столь критично, как состояние Солнечной системы в начале 21 века. Космологически она находилась в фазе спокойствия. Цивилизация же напротив к этому моменту достигла достаточно напряженного состояния в своем развитии. Эгоцентризм отдельных особей и извращение базовых религиозно-философских концепции привело к разобщению и развращению общества. Агрессия захлестнула умы и души сириусян. В конце концов это привело к братоубийственной бойне, которая изрядно проредила общество. Вершитель явился в мир, во время очередной передышки, когда противоборствующие силы занимались зализыванием ран и подготовкой к очередному акту самоубийства. С рождения Он внешне ничем не отличался от остальных соплеменников. Только разве что был более мечтателен и задумчив, чем сверстники. Впрочем родился он в момент, когда в небе сложилась достаточно необычная конфигурация звезд и планет. К тому же его рождению предшествовали несколько необычные события, описанные в древнем пророчестве. Поэтому еще до рождения он стал центром внимания всей Стаи, ее надеждой на грядущее величие. Сразу же после рождения, вызвавшего ликование всего племени, он находился в поле постоянного внимания Духовного Наставника и лучших бойцов, неусыпно охраняющих его от каких-либо опасностей. Стая, членом которой была его мать, обитала в довольно умеренных широтах. Климат родины был суров. Однако холодные воды были полны жизни. Она здесь кипела, словно вода в подводных гейзерах, которых в этой местности было немало. Всякого в них обитавшего, холодные воды принуждали к активному поведению. Только жаждущий жизни мог выжить в этих суровых условиях. Поэтому огромной семье приходилось постоянно кочевать, следуя за мигрирующими косяками жирующей рыбы. (Тогда еще сириусяне не были вегетарианцами, коими стали впоследствии). Ко всему прочему воды вокруг кишели хищниками, способными атаковать когда угодно и где угодно. Поэтому китам приходилось постоянно быть настороже и вовремя уходить от надвигающейся опасности. Во время очередной и первой в Его жизни миграции впервые проявили себя Его сокрытые доныне способности. Случилось это, когда в погоне за огромным косяком любимого лакомства - мелкой, но жирной рыбешки-верховодки Он включился о процесс охоты. Удивительным образом в этот момент внутри стаи произошло Нечто. Каждый член стаи престал существовать, как отдельная особь. Стая ощутила себя единым организмом, в котором каждый ее член был малой частичкой целого. Сотни отдельных взглядов слились в один, всеохватывающий и всевидящий взгляд. Сотни слухов стали одним слухом, воспринимающим каждый самый легкий шепоток моря также тонко и отчетливо, как и всю царящую вокруг какофонию звуков. Биение сотен сердец выровнялось и слилось в единый резонирующий набат. Единый ум стал во главе охоты, направляя и организуя взаимодействие всех членов огромного организма. Каждое движение плавника и каждое сокращение мышцы подчинялось отныне этому командиру. Более того! Все, что ее окружало стаю, также включилось в этот процесс! Даже жертва, стая жирных и глупых криколеток, слилась в единстве со своими преследователями. В результате впервые за всю историю существования сириусян процесс насыщения превратился из акта истребления в нечто иное, чему трудно было найти подходящее название. Это походило на священный акт принесения себя в жертву и принятия жертвы. Пиршество превратилось в священнодействие! Это почувствовал не только Наставник. Как-то разом это передалось всем соплеменникам и они в полнейшем ошеломлении прекратили поглощать замерших в покорной жертвенности мальков. Волна сопереживания поглотила всех и вся. Это длилось лишь краткий миг. В следующее мгновение киты пришли в себя и вновь ринулись поглощать бросившихся наутек опомнившихся криколеток. Один лишь Старейший, после неожиданно испытанного экстаза, завис в толще воды в состоянии полнейшего душевного опустошении . Он ничего не понимал. Ему было ясно одно - свершилось Нечто, чему не было объяснения, но что являло собой Конец Времен. Полученные им от Учителя и преумноженные за многие годы жизни знания позволяли сделать такое заключение. Он ясно понимал, что Это не случайность. Это Начало чего-то нового, неизведанного, сулящего его соплеменникам множество открытий и свершений. Вместе с этим ему совершенно непонятна причина случившегося. Он мысленно восстанавливал картину произошедшего. Все было как всегда. Ничего необычного не произошло во время пиршества. Все та же голодная и жаждущая крови и насыщения сплоченная стая соплеменников. Все те же ошеломленные натиском и мечущиеся в в панике мириады сверкающих серебром рыбешек. Все тот же азарт и кураж. Все та же кипящая от тел и пенящаяся вода. Все, как всегда. И все же что-то было иначе. Что-то выглядело чужеродным и не вписывалось в общую картину. Маленькое темное тельце на самом ее краю. Зависший в отдалении подросток, не принимающий участия в пиршестве. И глаза. Его грустные и тоскливые глаза, излучающие на все Это сожаление и любовь. Взгляд, несущий Преображение. Именно в этот миг мир явился Он. И Старейший нее ошибся. С этой поры в стае стали происходить чудеса. Сначала они были незаметны, но со временем начали набирать силу, и вскоре стали очевидны всем. Эта стая на глазах окружающих ее группировок претерпевала странные для всех превращения. Она перестала участвовать в кровопролитных набегах на соседей. Уединилась и замкнулась. Со временем она мигрировала в самый отдаленный и труднодоступный участок Океана. Те сведения, которые просачивались о ней вовне были настолько странны и необычны, что мало кто верил им. Говорили о том, что стая впала в религиозный экстаз и целиком погрузилась в медитативное самосозерцание. Судачили о том, что в результате эпидемии стая претерпела такой ущерб, что не могла далее выживать во враждебном мире. Однако все сведения были отрывочны и смутны. Толком же никто ничего не мог сказать о происходившем в стае. А в ней и в самом деле происходило Нечто.

*** Да. Виновником всему был Он - маленький китенок, родившийся при обычном стечении звезд и обстоятельств. Он - рожденный с великой Миссией Преображения. Сила его росла вместе с ним. И влияние его светлой души все более распространялось на соплеменников. Мгновения душевного парения и экстаза, ранее редкостные стали все чаще овладевать соплеменниками. В эти минуты они преставали ощущать себя китами и становились едиными со всем окружающим их естеством. С каждым днем просветление все более овладевало ими. Они стали видеть и чувствовать по другому. Разум их прояснился и грань меж Добром и Злом стала видимой всем. Они видели Его уже не как соплеменника, но как светоносное Чудо, явленное им свыше. Да и сами они с каждым днем все более переставали быть прежними ненасытными и беспощадными хищниками и становились совершенно иными существами. Те, кто встречал их в океанских просторах, говорили, что вроде от стаи исходило некое свечение. Но мало кто верил в это. Однако трудно что-либо утаить в полном глаз и ушей пространстве. С каждым днем слухи становились все громче и обрастали всевозможными деталями. Наличие чего-то чужеродного и необъяснимого испокон являлось раздражающим фактором в любом обществе. Тут же, в пределах влияния двух мощных и многочисленных, враждующих спокон веков, группировок, оно стало невыносимым. Все внимание противников в какой-то момент переместилось и сосредоточилось на стае. По сговору сторон было принято решение о ее тотальном истреблении чужаков. Вот тут и случилось Чудо. Факт сговора враждующих сторон уже сам по себе был необычен. Такого еще не случалось за всю историю межклановой вражды. Но никто не придал этому значения. Двум истребительным отрядам была поставлена задача найти и уничтожить отщепенцев не нанося друг другу вреда. Кромешной ночью они незаметно подкрались к логову стаи отшельников. Атака должна была пройти молниеносно и без потерь. Но едва только каратели приблизились к стае на расстояние видимости стало очевидным, что операция пройдет с осложнениями. Взору карателей предстало удивительное зрелище. В толще черной, как смоль, ночной воды повисли гирлянды светящихся, словно кальмары тел. Но это были киты! Свечение, исходившее от них, было не ярким. Но заметным. Оно пульсировало в ритм их сердец. Не то сердца бились в едином ритме, не то свечение синхронизировало их, но пульсация была монолитной и ритмичной. Странно, но она имела определенный ареал распространения и после него резко обрывалась, гранича с мрачной чернотой воды. Эта картина была настоль величава и прекрасна, что несколько загасила воинственный пыл в сердцах воинов. При приближении отрядов ритм пульсации участился и свечение несколько усилилось. Крайние особи стали беспокойно подергиваться. Медлить было нельзя. Командиры властно прорычали сигнал атаки. Черными молниями закаленные в битвах тела бесстрашно и яростно бросились на врага. Несколько мгновений и все было бы кончено. Но что это!? Достигнув границы меж светом и темнотой бойцы словно наткнулись на невидимую стену. Вода здесь оказалась какой-то загустевшей и упругой, словно тело осьминога. Словно резиновая она прогнулась, а затем отбросила назад атакующих. Ошеломленные неожиданным препятствием они чуть промедлили, собираясь в атакующий строй, и вновь бросились в атаку. Однако пыл был уже не тот. Каратели были ошарашены и деморализованы. Вторая атака захлебнулась точно также, как и первая. А противник в это время уже очнулся от сна и с любопытством взирал на атакующих. В глазах отщепенцев каратели не видели ни страха, ни ненависти. Бездонная чернота глаз отщепенцев лучилась светом и любовью! Отщепенцы жалели их! Их, которые покорили множество народов и уничтожили полчища врагов! Это было унизительно! И вновь последовала атака, и вновь захлебнулась, как и две предыдущие. С этого момента начало происходить нечто совсем уж непредсказуемое. Гнев в сердцах карателей либо поутих, либо усилился. В зависимости от этого они невольно поделились на две группы. Те, что остыли, внезапно испытали как на них изнутри окружавшего обороняющихся свечения излилась волна необычных и забытых ими ощущений. Словно материнская любовь настигла их и окутала своим теплым и ласковым покрывалом. Сердцам стало так уютно и спокойно, что захотелось уткнуться в материнский теплый бок и замереть подле него до скончания дней. В неге и наслаждении бойцы замерли в толще, боясь упустить бесценное мгновение. Те же, кто сохранил в сердцах гнев, с утроенной силой ринулись в последний бросок. - Победа или смерть!!! - зазвучал на всю округу боевой клич. Зазвучал и вскоре стих. В этот раз стена не отбросила атакующих. Она мягко приняла тела и не гася их напора перевела векторы направления. Словно по тоннелям в два рукава сфера провела их по своему периметру и замкнула друг на друга. В яростном безумии обе группы столкнулись в лобовой атаке. Мгновения - и все было закончено. Окровавленные и растерзанные тела в кровавых ореолах плавно стали опускаться ко дну. А вокруг воцарилось полнейшее безмолвие. Смерть пожала смерть, жизнь сохранила жизнь.

*** Отщепенцы не брали пленных. Они не уничтожали врагов. Удивительно, но у них просто не было врагов! К величайшему изумлению карателей они не были подвергнуты ни побоям, ни истязаниям. Более того! Отщепенцы встретили их так, словно они были не врагами, несколько минут назад рвавшимися уничтожить их племя, а были просто стаей сородичей, совершавшей миграции попутным курсом. Ни единого упрека, ни единого косого взгляда. Только спокойствие и радушие! Странные существа… Но еще более странным было то, что испытывали сами бойцы. Закаленные в бесчисленных битвах и не ведающие ни страха, ни жалости воины рыдали, словно раскаявшиеся в своих проступках дети. Муки проснувшейся совести были нестерпимы. Привыкшие к лишениям и боли самцы не могли сдержать эмоций раскаяния. Перед глазами каждого из них за короткие мгновения пробежала вся их прожитая жизнь. И теперь она не виделась им полной подвигов и славы. Теперь она казалась бессмысленной и даже позорной. Совесть глодала их. Совесть взывала к их сердцам. Что может быть больнее? И только полные сострадания глаза несколько минут назад казавшихся врагами сородичей, оказывали на них гипнотически успокаивающее действие. Чем дольше пребывали они в странной стае, тем более проникались чувствами умиротворенности и сострадания ранее забытыми или вовсе неведомыми. Словно заскорузлая грязь кусками сходила с их сердец. Словно свежая струя чистой, напоенной солнцем и воздухом воды омывала их. Чувства и эмоции напрочь забытые возвращались к ним. Они уже не были убийцами. Они вновь стали самими собой! От этого было так тяжело! Но это было так прекрасно!!! Первыми их окружили степенные и суровые мужчины отщепенцев. Но даже они не излучали ни агрессии, ни злобы. Только сдержанность и спокойствие исходило от них. Убедившись в безопасности пришельцев, они дали разрешение приблизиться остальным. Стая веселой гурьбой обступила пришельцев. В ней не было ни страха, ни агрессии. От китов на их потенциальных убийц исходили волны любопытства и благодушия. Что это было? Глупость и слабоумие!? Но нет! В глазах отщепенцев явственно читались признаки недюжинного ума и ясного, ничем не омраченного сознания. Было это уверенностью в своей мощи и силе? Отчасти видимо так. Но тогда бы взгляд должен быть высокомерным и презрительным. Тут же вовсе не было признаков самодовольства. Напротив, всем своим поведением отщепенцы показывали радушие и дружелюбие. Однако самым поразительным было то, что и нападавшие каким-то чудным образом прониклись этим настроением. Волна умиротворения и благодушия напитала их самую потаенную суть и растворила себе всю былую агрессию и настороженность. Не прошло и нескольких минут, как былые противники слились воедино и дружной стаей вернулись на прежний курс миграции и как ни в чем ни бывало двинулись дальше. Свершилось Чудо. Но на этом чудеса не закончились. Чем долее чужаки пребывали в этом удивительном племени, тем более росло в них удивление, и тем более они проникались духом иного миропонимания, постепенно, но неуклонно становясь совсем иными существами.

*** Бытие в этом странном, не укладывающемся в рамки привычного миропонимания, племени в самом деле было необыкновенным. Стая жила, словно слаженный цельный организм. Каждая особь в ней была подобна отдельной клетке организма и, казалось, уже не могла сколь либо долго существовать сама по себе. И вместе с тем каждый кит в стае был личностью с присущими ей талантами и недостатками. Здесь не было видимости единства, как в обычной стае. Здесь не было привычной иерархической и клановой подчиненности. Здесь не было скрытого напряжения и противостояния, прикрытого видимостью общности. Здесь царило истинное единство и истинная общность. Радость и боль одного были общей радостью и болью. Сила всех питала силой нуждающегося. Беда одного растворялась во всеобщей сияющей любви и переставала быть таковой. Разум многих был слит в единый недюжинный ум, управлявший кланом и обеспечивающий его всем необходимым. И это вовсе не означало, что каждый отдельный кит был ничтожен и растворен в этом великолепном единстве. Напротив! Каждый был волен и поступал в соответствии со своими желаниями и своей совестью. Однако для каждого благо стаи было превыше его личных желаний и личное, как правило, приносилось в жертву общему. Впрочем это случалось чрезвычайно редко, так как личное всегда гармонично сочеталось и дополняло собой общее. Зато насколь великой силой обладала стая! Новички, ранее уже испытавшие на себе эту силу, теперь сами стали частью ее и могли видеть все изнутри и участвовать в управлении ею. Создание Барьера было процессом энергозатратным и предпринималось лишь в особых случаях. Как-то раз посреди ночи дозорный обнаружил подозрительное движение в пучине, над которой остановилась на ночь стая. Движение было стремительным и целенаправленным. К тому же впереди него распространялась сладковато-затхлая волна неистовой агрессии. Вмиг вокруг стаи был создан барьер. И вовремя. Из кромешной темноты глубин вырвалось несколько стремительных черных молний. В следующий миг в них можно было разглядеть ящероподобных чудовищ. Их глянцевые иссиня черные тела яростно извивались и без усилий пронзали спящую воду. Твари были огромны. Наименьшая из них была вдвое, а то и втрое больше кита. Похоже они были слепы. Глаз не было видно на их жутких и огромных костянистых, покрытых шипами и наростами головах. Да и тонкий пронзительный свист, исходящий от них, говорил, что они , как и киты, предпочитают видеть не свет, а звук. Звук исходил не из их громадных, усыпанных несколькими рядами смертоносных зубов, пастей, а откуда-то из верхней части черепа. Впрочем китам не было разницы откуда он исходит. Необходимо было срочно выставить и удержать на пути атакующих барьер. Новички впервые участвовали в этом и важно было точно скоординировать общие действия. Но все получилось так, как и должно было получиться. Барьер встал на пути атакующих невидимой, но неприступной преградой. Ничего не подозревая хищники на огромной скорости врезались в стену. Она надсадно загудела, но выдержала натиск. Один из хищников в момент удара видимо повернул голову и теперь погружался в пучину с переломанной шеей. Остальные же ударившись в стену не претерпели сколь-нибудь чувствительного ущерба. Однако они были сбиты с толку и озадачены. Глядя то на погружающегося ко дну соплеменника, то на спокойно глазеющих на них китов, они некоторое время колебались в раздумье, а затем стремглав бросились к тонущей туше. Не пропадать же добру!? Вскоре хищники вернулись, дабы закончить начатое. Но теперь они были сыты и атаковали неохотно. Даже лениво. После пары неудачных попыток проникнуть сквозь непонятную преграду они успокоились и нехотя один за одним погрузились в пучину. Так впервые новички стали участниками и сотворцами акта проявления Силы. По прошествии еще некоторого количества времени они узнали и увидели различные формы ее проявления. Был ли то процесс коллективной обороны, или совместная охота или оказание помощи нуждающемуся члену стаи. Да, да! Здесь происходило и такое! Если кто-то из членов стаи заболевал или получал травму, то его в подходящее для исцеления время со всех сторон окружало племя и все одновременно, кроме нескольких дозорных, киты погружались в особое трансовое состояние. Более всего это напоминало коллективный скоротечный сон, при котором их мысли и стремления сосредотачивались на вознесении мольбы Всевышнему об исцелении немощного собрата.

***

Факт искренней веры отшельников в некоего Всевышнего Отца оказался для новичков совершенно неожиданным. Сначала они даже не придали этому значения. Ну, подумаешь, еще один из богов… Но все оказалось намного серьезнее. Вся жизнь нового племени, все помысли и стремления его членов, неразрывно были связаны с Небесным Отцом. Уже сам факт их веры в бога, обитавшего вне океанских просторов был странным. Прежние боги жили исключительно в пределах водных просторов. И даже самый могущественный бог - Океан был сутью водных просторов. Этот же чужой бог не имел ничего общего с морем! Странно… Но не поверить в его могущество было просто невозможно! Мощь поклоняющегося ему племени сама говорила за себя. О! Этот бог и в самом деле был невероятно силен и велик, коли дал такие способности своим детям. А племя именно так себя и называло - «божьи дети». И дети эти были сильны, как боги! Но не только сила привлекала к ним и к их богу. Радостью и спокойствием наполнялось все, что соприкасалось с этим племенем. Сама жизнь казалось покровительствует ему. Великая сила созидания исходила от него на все вокруг. Источником же этой силы внутри племени был совсем юный китенок, которого боготворили все, от мала до велика. История его появления в племени столь невероятна, что заслуживала отдельного рассказа.

Глава 12 Вершитель.

Если бы не Соэна, любящая, понимающая, всегда бывшая настороже и готовая в любой момент прийти на помощь, то Сольватеру вряд ли бы удалось выжить в этом жестоком и агрессивном мире. Он родился не таким, как все. Дело даже было не в том, что он не удался телом. Как раз тут он мало чем уступал другим новорожденным. Явных признаков какой-либо телесной ущербности он не имел, но между тем все окружающие восприняли его, как недоношенного. С первых дней его жизни к нему установилось такое отношение, будто он нес в себе скрытую ущербность. На него смотрели со снисхождением и старались не обременять обязательными даже для молодежи общественными делами. Но это не было снисходительностью со стороны соплеменников. Скорее это было актом настороженного внимания. Все дело было в странности его появления на свет. Его мама Соэна вообще не могла иметь потомства. Незадолго до его рождения она была атакована одной из коварных глубоководных тварей, которая нанесла ей серьезный ущерб. Соэна оправилась от увечий, но зачать и родить дитя уже не могла. С этого момента она стала лишь бледной тенью. Кит, не способный принести пользу стае, не стоил ничего. Он был балластом. Нахлебником. И с этой поры становился вне закона. Лишь внутреннее благородство и сострадание сородичей не позволяло им изгнать его из стаи. Ущербность тяготила. Соэна иной раз была готова броситься пучину быть растерзанной глубинными тварями. Лишь какое-то глубинное чувство незаконченности жизни и смутное ощущение невыполненной Миссии заставляли ее продолжать существование. Но однажды с ней случилось Это. В одну из ночей, когда стая сонно зависла в толще в сладостной полудреме, Соэна не спала. Она грезила о том, как могла бы быть счастлива, если бы не была увечна. Сердце щемило от тоски и боли. За что ей выпала такая доля? Чем она прогневала богов? За что ей ниспослано такое наказанье? С рождения она была примером дл; сверстников. Послушание ее и добродетель были примером для остальных детей. Соэна была любима всеми за свою добрую и безгрешную душу. В океане не было твари, которую бы она не любила. И все отвечали ей тем же. Разве заслуживала ее душа столь суровой доли? Размышления ее были прерваны, едва начавшись. Соэна даже вздрогнула всем телом от неожиданности. Откуда-то с поверхности, темной, словно сама ночь, величаво, но стремительно, опускался Он! И Он был великолепен. Соэна в жизни не видела подобного красавца. Огромный. Идеальных обводов тела. Пышущий скрытой силой мощью. Более того! Он словно светился, напитанный внутренним светом. И Он звал ее! Она слышала его Зов и он влек ее навстречу. Не раздумывая она бросилась навстречу Избраннику. В следующий миг она уже не помнила ничего. Это было подобно вспышке света, после чего мир для нее погрузился в сладкую негу и истому. Когда же она пришла в себя, то все оставалось на своих местах. Только Избранник исчез, будто его никогда и не было. Единственное, что после него осталось - сладкая истома в сердце и в чреве. - Какой сладкий сон, - только и подумала Соэна и снова погрузилась в несбыточные мечты. В том, что это был не сон она убедилась уже вскоре. Все началось с того, что в ней начали происходить странные, но радостные перемены. Казалось, что тело ее стало молодеть и наливаться силой. Неожиданно стали заживать и затягиваться страшные рубцы от увечий. За короткий срок они исчезли полностью. Кожа ее наполнилась матовым блеском. Мышцы налились могучей силой. Сердце наполнилось силой и уверенностью. Эти перемены не прошли незаметными для соплеменников. Весть о ее чудесном преображении понеслась до старейшин и они пожелали все услышать от нее самой. Едва же Соэна рассказала им о той невероятной ночи ,старейшины пришли в состояние сильнейшего возбуждения. - А ты, часом, не беременна!? - осторожно спросил старейший. Соэна не знала что ответить. Она не допускала когда-либо мысли о том, что подобное счастье может снизойти на нее. О каком материнстве могла быть речь с ее то увечьем!? Но… Все признаки были налицо. И внешние и внутренние предвестники зачатия были уже очевидны для нее. Только поверить в них она не могла. Вопрос старейшины как-бы поставил точку на ее сомнениях. - Да. У меня будет сын! - радостно ответила она. Дальнейшего Соэна никак не могла ожидать. Весь совет старейшин синхронно махнул хвостами и мгновенно опустился на пару корпусов ко дну и описали вокруг Соэны девять кругов. Невероятно! Этот маневр означал лишь одно - выражение величайшего почтения. Именно Величайшего, потому, как даже приветствие с опусканием перед кем-либо на уровень корпуса и описанием вокруг двух-трех кругов, уже считалось выражением особого почтения. Но так, чтобы на два корпуса! И чтобы девять кругов!!! Такого еще не бывало… И главное кто кого приветствовал!? Совет Старейшин кланялся простой беременной китихе! Мыслимое ли дело? Соэна в порыве смущения сама невольно опустилась вслед за Советом на один уровень с ними . Потрясенная она едва сумела сказать: - Ничего не понимаю… Тогда самый старый и старший из Совета подплыл к ней и сказал: - Вспомни Легенду о Вершителе, Соэна.

*** О Вершителе было известно всякому киту. С малолетства с молоком матери или кормилицы каждый новорожденный вольно или невольно впитывал в себя легенды и сказания предков. Это было не просто традицией. Это было насущной необходимостью. В те времена, когда еще не было у китов ни возможностей, ни способностей сохранять информацию каким-либо иным способом, ее хранили исключительно в анналах собственной памяти. Система сохранения информации была довольно сложной. Определенный пласт знаний закладывался во всякого китенка с рождения. Он был необходим для банального выживания. Далее обучение шло через родителей и учителей, которые выбирались из числа родичей. В процессе обучения отбирались китята с наиболее цепкой и емкой памятью. Вот уже их то и брали под опеку Наставники. Именно они определяли какие знания и в каком количестве дать конкретному неофиту и затем на протяжение долгих лет превращали его в Хранителя Знаний. Так по крупицам в памяти многих и многих членов кланов сохраниялось Знание. Соэне грешно было не знать преданий и легенд, ведь ее родная бабушка была Хранительницей. Причем именно Хранительницей-сказительницей, так как ее память была до основания заполнена былями и небылицами, легендами и сказками, всем тем, что спокон веков рассказывали старшие младшим, дабы утихомирить и успокоить их, а заодно и приобщить к знаниям и культуре. Соэна с детства была непоседой. Но она была любопытной непоседой. Поэтому сказки бабушки, рассказанные во время ее безмятежного детства, легли на благодатную почву и надежно сохранились в ней. Сказка же о Вершителе была любимой сказкой Соэны. Хотя она помнила ее наизусть до каждого слова и каждой буквы, но все же она снова и вновь просила бабушку рассказать о чудесном Вершителе и с упоением слушала напевный рассказ великой сказительницы. Голос бабушки звучал, как дивная песня. Тихий и нежный он растекался окрест прекрасным кружевом звуков, привлекая к себе как малых детей, так и взрослых и стариков. Но бабушка не обращала ни на кого внимания. Она самозабвенно пела о былом и великой славе Вершителя.

*** Случилось это в незапамятные времена, когда пришла пора одному Времени сменить другое. Так устроен Мир. Всему есть время рождаться всему есть время умирать. В те призрачные годы заканчивалось Время Смерти. Она пожала уже изрядную жатву. Болезни, голод и братоубийство унесли страшно много жизней. В живых осталось так мало тварей, что они долгими днями и ночами скитались по свету, но так и не могли отыскать друг друга. К тому же в мир стала спускаться Тьма. День ото дня становились все темнее и, наконец, пришло время, когда день нельзя стало отличить от ночи. Великий ужас охватил всех выживших. И тогда они не сговариваясь двинулись к Обители. Только там, где нашли пристанище мириады их предков они надеялись обрести хоть какую-то надежду и спокойствие. Долго стягивались к Обители выжившие. Не было у них желания драться или делить что-то. Остыл их воспаленный разум. Только сердца их, истекающие кровью и болью, взывали о мире и спокойствии. Тихие и подавленные собрались они у Обители. Чудом оказался среди них один из Хранителей Знания. Ведомы были ему древние заклинания древние молитвы. И взмолились живые: - Поведай нам самую сильную молитву и самую страшную клятву! Помолимся мы богам о нашем спасении и поклянемся им жизнями нашими, детей и внуков и правнуков наших, что впредь не будет на нас вины убийства! Тогда поведал им Хранитель Великую молитву и Великую клятву. И помолились они все, как один, прося богов о милости и снисхождении. И поклялись, как один, что не нарушат данного слова, а коль нарушат, итак пусть будут истреблены до последнего. И вняли их зову боги! В грохоте небесном и сиянии ввергся в пучину с небес Великий Кит. Пал он в Океан и вслед за ним прояснилось и Небо и Воды. День пришел в мир. Радость пришла в сердца. Стал он не только учить, но стал он творить, ибо пришел не поучать, а созидать. Велика была его сила! Слово его сразу становилось Делом, Дело тут же принимало Форму, Форма сразу получала Наполнение. Много мертвых вернул он к жизни, много разрушенного поднял из руин. Но чтоб он ни делал, говорил: - Не я Вершитель, но вы вершители, не я Созидатель, но вы созидатели. Вы подобны мне, а я подобен Отцу Небесному. Я с ним - одно, а вы со мной. Моя Сила - ваша Сила, а моя Сила - от Отца. Я ему - сын, а вы дети мои. Так будьте же детьми и для Отца. Шалите, но не богохульствуйте, резвитесь, но не покушайтесь на созданное им. Творите, но не вытворяйте. Коль будете жить по Закону, то в Законе и пребудете. Коль отвернетесь от Закона, то и он отвернется от вас. Живущий же вне Закона - не имеет ни жизни, ни смерти. Они в жизни не жив и в смерти не покоен. Нет его ни в воде, ни в земле, ни на небе. И каждое слово Вершителя становилось делом. Не прошло и нескольких лет, как Океан снова от берега до берега наполнился Светом и Радостью. Мир воцарился в каждом его уголке. Радость творения заполнила собой каждого его обитателя… Да! Соэна помнила легенду до последнего словечка. Но какая связь могла быть между ней и этой легендой? Какая!? Словно молния пронзила ее! Ну конечно же! Великий Кит! Не может быть!!! Но та ночь… Потом беременность… Память услужливо вынесла из глубин подсознания еще одну легенду. Вернее это было пророчество, высказанное бабушке одним из Старейшин накануне его смерти. - Было мне видение, - сказал он бабушке, - Явился мне Великий Кит. И велел передать тебе, чтоб была внимательна ты к роду своему. Чтоб берегла всех дочерей и дочерей своих дочерей, больше, чем жизнь свою бережешь. И чтоб мужи рода твоего берегли их больше жизни своей. Ибо будет великая воля и родит одна из них Вершителя, что придет в час гибели Мира. Это пророчество. Она - внучка, то есть дочь дочери. Та ночь. Непорочное зачатие. Беременность. Почтение старейшин. Все сходилось! Кусочки мозаики складывались в цельную картину. И на ней было изображено рождение Вершителя! Ее сына! Волна величайшего счастья и наслаждения захлестнула Соэну. Душа ее пела и ликовала. А вместе с ней казалось пел и ликовал весь океан.

*** В час рождения Вершителя все замерли в ожидании знамений и чудес. Но ничего особенного не произошло. Разве что обычно медлительные и неповоротливые морские черви шустро стали сползаться к месту торжества. Да обычно резвые криколетки, в этот час вдруг остепенились и чинно огромными, переливающимися перламутром, шарообразными косяками стали степенно описывать круги поодаль. Словно глядя на рыбью мелочь в этот торжественный танец стали постепенно вступать и остальные обитатели океана. И уже вскоре множество самых разных тварей кружило в удивительном водовороте торжествующей жизни. Все вокруг было подчинено какому-то особому торжественному ритму. Казалось, что мир наполнился радостным и торжественным песнопением. Только дивные звуки звучали не извне. Они словно исходили изнутри от каждой клеточки тела, а затем сливались воедино и излучались наружу, где вновь сливались в единый и слаженный хор. Словно зачарованные стаи различных существ все быстрее и быстрее неслись в своем самозабвенном вращении вокруг китовой стоянки. Да и сами киты невольно вошли в этот ритм и начали кружить вокруг роженицы. Вращение становилось все быстрее и быстрее. Наконец роженица вздрогнула всем телом. Схватки сотрясли ее и сразу вслед за ними миру явился Он. Дитя появилось на свет также, как и все предыдущие миллиарды детишек, в клубах материнской крови и прочих водах, которые тут же смешались с морской водой. Повитуха умело подтолкнула младенца рылом вверх и он с шумом втянул в себя первую порцию свежего воздуха. Казалось, что все идет обычно. Необычной было лишь состояние тихой радости, охватившее всякое живое вокруг, сразу после появления младенца на свет. Казалось, что солнце пролило в океан свой жидкий свет и он перемешался с водой. Будто краски стали ярче, а звуки четче и различимее. Все вокруг ожило и заиграло красками. Будто мир заново родился вместе с младенцем. Опомнившись, киты стали громко и радостно приветствовать приход в мир долгожданного младенца. Однако мать оставалась матерью. Увидев, как сын испуганно реагирует на всю эту какофонию шумов и звуков, она взмолилась: -Ну тише, вы, окаянные, тише! Он же совсем маленький!

*** Все в этом мире рано или поздно становится обыденным. Прошло немного времени и все вокруг уже свыклись с той мыслью, что в мир явился Он. Тем более, что особенного ничего не происходило и Он мало чем отличался от обычных детей. Правда после его появления на свет стали происходить некоторые чудеса. Но и к ним стали постепенно привыкать. Жизнь в стае и в океане постепенно встала в привычную колею. Казалось, что и Он с каждым днем все более становился обычным китенком. Но это только казалось. Ведь Он был Вершителем по рождению и по сути! И явился Он в этот мир не для прозябания, но для Преображения. Он, Сольватер, не был китом, но был Великим Духом. И он не утратил памяти об этом, как обычно это происходит с рождающимися поневоле и бьющимися всю жизнь насмерть с порождениями своих собственных ошибок и пороков. Он явился этот мир сознательно с великой миссией преображения и поэтому с рождения мог осознавать себя таковым, каким он был до него. Однако всему должно быть место и время. Родившись в органическом мире он не мог идти против его законов. Не потому, что не имел таких возможностей. Нет! Он мог бы легко сотворить множество дел, нарушающих эти законы, и кажущихся в этом мире чудесами. Дело не в этом! Он сам по себе являлся орудием Закона и не имел права нарушать его даже в самых низких его проявлениях.

Глава 13 Рождение.

Он появился на свет ровно также, как появилось бесчисленное множество его соплеменников. Китиха родила его ранним утром обычного дня на одном из бесконечных кочевых переходов. Также, как и предыдущих своих детей, она поднырнула под него и подтолкнула носом к поверхности, чтобы дать сделать первый самостоятельный глоток воздуха. И радостно приветствовала его, когда тот вдохнув во все легкие вновь погрузился в воду. Тут же она подставила ему набухший наполненный молоком сосок и малыш стал жадно насыщаться. Все было как всегда. Только почему то чувства, владевшие ей, были совершенно другими. Они любила всех своих детей. Но этот… Тихая и томная нежность разлилась в ее душе после его рождения. Она наполнила ее целиком и, казалось, распространилась вокруг. Словно душа ее с рождением этого ребенка очистилась вместе с потерянной кровью от всей грязи, что была в ней накоплена. Словно всю ее промыло холодным и кристально чистым глубинным течением. Волна счастья накрыла китиху. Сладкой радостью отозвалось ее сердце. Ощущение несказанного счастья было настолько сильно, что из ее груди невольно вырвался возглас беспредельной радости. И он не был одинок. Радостный вопль многих сотен сородичей словно цунами распространился на всю округу: - Вершитель! В мир пришел Вершитель! - радостно возгласили киты. Однако, увидев как вздрогнул от неожиданности новорожденный. Они тут же смолкли, замерев в почтенном и любопытствующем ожидании. Родственница-повитуха, настороженно зависшая рядом с Соэной, почувствовала , что пришла пора ей осмотреть дитя. В одно движение хвоста и она очутилась с кормящей матерью. С первого взгляда было очевидно, что китенок вполне здоров: - Ты в порядке, Соэна? - Да, тетушка, все хорошо. - Дивный малыш у тебя! - Да! Он лучший! - счастливо и мечтательно ответила мать. - Ну никто и не сомневается! Он же Вершитель! - авторитетно заявила повитуха. - Не в этом дело… - А в чем!? - Он другой, тетушка… На этом их разговор закончился. Повитуха не стала спорить с роженицей. Уж она то понимала, что новорожденный он и есть новорожденный. Пусть даже и Вершитель. Когда он еще им станет! А пока он лишь младенец… А для матери он равен солнцу на небе или воде в океане. Это совершенно обычное дело. Мать же не стала убежать ту в обратном. Но ей то уже наверняка было понятно, что ребенок этот Иной. Понимание этого пришло к ней, едва он начал проявлять в ее нутре первые признаки жизни. Первыми пришли сны. А вместе со снами к ней явились Великие Боги. Странно. Но они не были китами! Их боги, о которых рассказывали жрецы и наставники, тоже были в этих снах. Только они не были в них главными! Правда они появились в снах первыми. Первый сон, как и все последующие, она запомнила в подробностях на всю оставшуюся жизнь.

*** Она не была китихой! Она была человеком и перемещалась по суше на своих ногах! Это было удивительное и непередаваемое ощущение! Ходьбу было трудно хоть как-то сравнить с передвижением в толще воды. Разве можно сравнить ощущение полета в водной стихии с ползаньем на брюхе по дну!? Но, тем не менее, ходьба была привычной и неудобств не представляла. Все же это был естественный для нее способ передвижения! Ее звали созвучно - Ассиэна. Она была девушкой-горожанкой. Что это значило? Это значило, что она жила среди огромного скопления людей в нагромождении каменных образований, похожих на россыпь подводных камней, именуемых Городом. Правда город был по своему красив и ей нравилось жить в нем. У нее была замечательная дружная семья. Дом их стоял на самом берегу океана и тоже был великолепен! Отец, будучи важным и уважаемым человеком в обществе, мог себе позволить иметь такое жилище. Дом был построен по его собственноручно сделанному проекту. Впрочем слово собственноручно было здесь неуместно. В последнее время люди научились творить без каких-либо промежуточных средств. С помощью хитроумных устройств, именуемых в просторечье «материализаторами», «воплотителями» или просто «машинками», любой желающий мог осуществить задуманное, пренебрегая какими-либо промежуточными стадиями. Наука семимильными шагами двигалась вперед! Жить с каждым днем становилось все комфортнее и беззаботнее. Отец сотворил этот дом всего лишь за несколько дней. Он учел все их пожелания и поэтому всем здесь было уютно и комфортно. Семья была влюблена в океан. Поэтому дом и был создан на самом его берегу. Стоящий на высокой и крутой скале он был великолепен! Его белоснежные стены сочно контрастировали с темным, почти черным камнем скалы. Стилизованные под старину башенки и смотровые площадки, в обрамлении из цветущих лиан, были устремлены ввысь, словно горные пики , и являли собой продолжение тела скалы. Издали дом от этого выглядел подобным снежной вершине. Вокруг основного строения был разбит не менее великолепный сад, заселенный разной живностью. От сада в разные стороны тянулись тенистые аллеи, заканчивающиеся возле ажурных беседок или возле подсобных помещений. Это все и в самом деле было похоже на дивный райский сад! От дома вниз к океану можно было добраться разными путями. Для взрослых был создана самодвижущаяся шнекообразная дорожка, закрытая прозрачным тоннелем. Для детей же отец придумал скоростной спуск, прыгнув на который можно было нестись в струе воды с крутого спуска и на невероятной скорости вонзаться в толщу прибрежной воды. Этот спуск был любимой забавой детишек. Особенно его любил старший брат Ассиэны. Она же частенько предпочитала спускаться к океану по простой деревянной лестнице, невесть как сохранившейся в этом сверхтехнологичном мире. Под ногами ступеньки лестницы кряхтели и поскрипывали, будто хотели рассказать свою нелегкую историю. У каждого в доме был свой любимый уголок. Жизнь в нем текла ровно и безмятежно. Казалось, что так будет продолжаться всегда. Но однажды Ассиэна вернулась после купания домой и с порога почувствовала нечто, заставившее ее бегом броситься искать кого-нибудь из родителей. И она не ошиблась. Вся семья собралась в гостином зале. Лица близких ей людей были испуганы. Позы и выражение глаз говорили о том, что случилось нечто ужасное. Лицо мамы было влажным от слез. Заплаканными были также и лица младших братьев. Даже вечно веселое и бодрое выражение лица отца сменила маска горя и невыносимой печали. Ассиэна поняла - семью постигло горе. Со всех ног она бросилась к матери: - Что случилось, мамочка! - воскликнула она и бросилась к матери. Та молча приняла ее в свои объятия, ласково погладила дрожащей рукой ее еще влажные головку и едва промолвила: - Беда, доченька. Большая беда… Так в безмятежный мир сириусян пришла Великая Катастрофа. Мир стоял на краю гибели. Солнце,много миллиардов лет щедро, но ровно обогревавшее планету, вдруг пришло в нестационарное состояние и начало стремительно превращаться в нечто иное. Судя по всему оно готовилось взорваться. Что послужило причиной этому никто не мог объяснить. Да и было ли это хоть сколько нибудь важно!? Над всем обитаемым миром нависла угроза смерти - вот что было важно. Могущественной космической цивилизации грозила гибель - вот что было ужасно! Необходимо было срочно принимать меры по спасению. Нельзя было терять ни минуты времени. И дисциплинированные сириусяне споро взялись за дело. Благо, что предусмотрительные ученые поверили «видящим», загодя предупредившим их о такой возможности. К тому же сегодняшние возможности цивилизации были колоссальны. Поэтому на орбите планеты длительное время и в спешном порядке усилиями правителей, но втайне от народа, создавалась армада гигантских космических кораблей, способных в любое время эвакуировать большую часть населения. И такой час настал. Посадка населения в корабли осуществлялась четко и неспешно. Времени до катастрофы, судя по всему, было достаточно. Необходимо было учесть все нюансы, чтобы потом не жалеть о каких-то упущениях и мелочах. В первую очередь с планеты эвакуировали детей. Их сопровождали учителя и воспитатели. Многим взрослым было разрешено эвакуироваться со своими детьми. Тут во внимание принималась общественная ценность родителей. Значимость же их, как должностных лиц рассматривалась в последнюю очередь. В новом мире нужны были врачи, учителя, ученые, квалифицированные ремесленники, писатели, поэты и многие другие, кто мог бы стать основой для сохранения ценностей цивилизации. Ассиэне повезло. Мама и папа были на планете известными учеными и их семья была эвакуирована одной из первых. Когда армада кораблей был уже в полете и беглецы смогли вздохнуть с облегчением их настиг очередной, пожалуй роковой удар судьбы. Беспросветный мрак космоса озарила ослепительная вспышка, возвестившая о преждевременной кончине Сириуса и не успевшего спастись человечества. Так завершилась Эпоха Старого Мира и Началась Эпоха Странствий.

*** Вся жизнь Соэны в человеческом облике пронеслась перед ней в считанные мгновения. За эти мгновения она вспомнила не только бытность свою Ассиэной. Вся глубинная память всколыхнулась в ней и стала прозрачной и очевидной. Из недр подсознания поднялось множество воплощений в разных реальностях и в разных пллотностях. Но не это было главным. Соэна вспомнила себя той, которой была меж жизнями в разных телах. Она вспомнила себя Истинную! И это воспоминание потрясло ее до самых глубин. Соэна была ангелом! Она была одним из тех существ, кто надстоял над мирами, заселенными разными разумными и не очень разумными народами и расами, обитавшими в плотных слоях Вселенной. Она была представительницей расы, заслужившей возможность существования на более высоких энергетических уровнях Мироздания. Здесь властвовали иные, чем в грубоматериальные слоях, энергии и законы. Этот мир надстоял над грубовещественным миром и вел его по пути Эволюции. Все здесь было более тонким и изящным, более красочным и более сочным. Все предыдущие воспоминания и впечатления блекли на фоне картин Ангельского Мира. Как возможно описать словами то, что невозможно уложить в прокрустово ложе букв и знаков!? Как выразить всю гамму звуков и красок, кои властвовали в этом мире!? Мир материальный - лишь тень по сравнению с этим великолепием. Как показать кроту красоту солнечного дня? Как воспринять земляному червю радость от ощущения свободного парения в живых струях летнего воздуха? Нет! Это невозможно! Но Соэна и Ассиэна все же были одним целым! Хоть и обе являлись лишь тенью ангела в грубой реальности, но все же сознание их было единым. И память была единой. И она хранила в себе краски и звуки прекраснейшего из миров. А они были дивными!

*** Черно-фиолетовое бархатистое Ничто заполняло собой все обозримое пространство. В него, словно в бархат подложки вперемешку с бриллиантами изумрудами и сапфирами были вкраплены неисчислимые россыпи золотых крупинок. Зрелище было обворожительное. Космос выглядел потрясающе! Радастиэнита чувствовала, как трепетно сжимается в груди сердце, пропуская через себя все это великолепие. Она не впервые покидала место последнего воплощения без помощи каких-либо проводников, но чувства были по прежнему свежи и великолепны! Восторгом полнилась ее душа от того, что наконец-то она достигла этого уровня. Завершился длительный и напряженный этап ее развития. Сколько прожито и сколько пережито за эту бескрайнюю череду смертей и рождений! Сколько миров и сколько судеб оставлено позади! Сколько пройдено искушений и испытаний! И все ради чего? Ради вот этого! Ради торжества Восхождения! Теперь то уж можно дать волю эмоциям и чувствам. Но почему-то в душе осталось лишь самое светлое. Вся грязь и боль канули в небытие вместе с остатками последнего телесного плена. Все!!! Этап закончен! Теперь она более не досягаема для Колеса Воплощений! С этих пор она - Ангел Света! Сладкой негой залилось ее сердце. И было отчего. Стать Ангелом Света было трудной задачей. Этого уровня многие вовсе не могли достичь. А те, кто преодолевал Порог его тратили на его преодоление тысячи, а то и десятки тысяч лет в грубоматериальном исчислении. Она же сумела достичь его всего за три тысячи лет. Это было близко к рекорду! Но гордыня - не удел ангела. Тем более Ангела Света. Рада, а именно так она любила сокращать свое имя, была как никогда далека от таких глупостей, как тщеславие или гордыня. В конце концов все это было просто Служение и не более того. Хотя, собственно, кроме Служения более ничего и не было… Вся сознательная деятельность, да и сама жизнь в Светлых Мирах являлась Служением. Не прислуживанием, а именно Служением. Радостным созиданием во имя торжества Закона, во имя Великого Отца - Создателя. Что могло быть прекраснее и величественнее? Для нее стать Ангелом Света - было единственной мечтой и единственной радостью. И вот цель достигнута! Уже на пороге смерти, в предверие потери изношенного тела, она поняла, что изменилась. Если раньше выход из тела сопровождался какой-то болью или всплеском тяжелых эмоций, то в этот раз тихая и светлая радость залила ее. Она ( собственно он, так как в этот раз она была в мужском теле) просто закрыла глаза и совершенно беспрепятственно покинула тело. Будто вынырнула из глубины на поверхность. Освободившись от плоти она почувствовала, что ее тело стало другим. Совсем не таким, как прежде! Оно кипело силой мощью! Если раньше она чувствовала его озером, то теперь это было море! Она была огромна, словно сама Вселенная! Чувство было великолепно и непередаваемо! Если раньше тело едва могло преодолевать тяготение планеты и могло лишь ненадолго вырываться из липких лап тяготения, то теперь же тяготения для нее просто не существовало! Она была вольна в своих действиях и поступках. Она могла быть где угодно и когда угодно! В конце концов она могла быть кем угодно и чем угодно! Многое стало доступно ей. Ангел Света владел ключами от всех подвластных пространств. Более того! Ему было позволено открывать и наполнять свои пространства и последствие опекать их. Фактически он был Демиургом для созданного им Мира. Это дли не было счастьем? Быть подобным Творцу - это ли не наивысшее достижение и наивысшее счастье? И теперь этот Путь был открыт для нее! Но прежде Рада должна была встретиться с Учителем. Таков был Закон. В Верхнем Мире не было место анархии. Закон требовал, чтобы каждый ангел имел Учителя и каждый высший ангел имел Учеников. Иерархия - вот что было основой Мира. Учитель был проводником Высшей воли и блюстителем Закона для учеников. И слово его было Законом. Что скажет он теперь? Верно будет рад ее успеху? Или же осудит за спешку? Как знать? Впрочем Рада уже знала что чувствует Учитель. Теперь ее силы позволяли воспринять его душевное состояние на бесконечно далеком расстоянии. А радость Учителя была определенно безбрежна. И Рада всей душой воспринимала ее. Еще немного и она преодолела остаток пути и на немыслимой для рассудочного восприятия скорости вошла в пределы пространства Ангельского Мира. - Здравствуй, дом родной! - радостно пропела ее душа.

***

Если кто-то думает, что телесно сущности ангельского мира чем-то напоминают существ мира грубоматериального, что он глубоко заблуждается. Существа света мало похожи на материальные образования. Вместе с тем они имеют и форму и размеры и материальное наполнение. В глазах существ подобных людям принадлежащим к Нижним Мирам они выглядят подобно плазмоидам - сгусткам ярчайшего пламени обычно сферической формы. Впрочем это зависит еще и от уровня развития самих существ. Некоторые, наиболее одухотворенные, могут разглядеть в плазмоциде некоторые очертания человеческой или иной фигуры. Высокие же духи, у которых открылось духовное зрение, видят наиболее близкое их миропониманию существо, подобное единорогу, сфинксу или собственно ангелу. На самом же деле ангелы не имеют устойчивой телесной формы. Их огненная суть изменчива и постоянно перетекает из одной формы в другую. Они подобны костру, играющему языками огня. Словно костер они имеют невидимую основу, которая порождает пламя. Но сама основа не видна и поэтому вся их суть воспринимается, как нечто бесформенное и изменчивое. Лишь в отсветах их собственного пламени внимательный и подготовленный глаз сумеет рассмотреть эту неизменную основу. Но в отличие от обычного костра эта основа не бледнее, но ярче самого пламени. Только огонь ее настолько тонок и ярок, что обычному зрению недоступен. Да и удивительно ли это? Мир огненный настолько отстоит от мира плотных энергий, насколько отстоит мир микробов от мира человеческого. Только здесь разговор идет не о разнице в размерах, но о разнице в энергетике, в наполненности животворной энергией Света. Размер в этом мире имеет лишь условное значение, впрочем, как и время. Первична же здесь - наполненность Огнем и качество этого огня. Чем полнее Сущность Огнем и чем ближе его спектр к Эталону, то есть Чистому Божественному Сиянию, тем выше ценность и больше значимость этой Сущности для Мира Света. Воспринимая эту информации нельзя пытаться судить о ней привычными человеческими категориями. Та же ценность - она есть лишь отражение самосознания Сущности, как Отца-Матери того, что отныне попадает под ее сферу влияния. Пребывая в некоем пространстве Сущность, ангельская, архангельская или какая-либо иная, является одновременно и самим этим пространством и всем тем, что в нем заключено. Ее сознание неравномерно рассредоточено в нем. Но при этом она пребывает и вовне этого уголка Мира и как бы наблюдает за ним извне, направляя его развитие в частности и вцелом. Такова суть Ангела. Вновь ощущая себя собой Истинной Рада летела навстречу Учителю. Ярчайшим плазмоидом она прочерчивала огненный путь в бездонной черноте Космоса. И конец пути был уже виден. Лик Учителя радостной улыбкой приветствовал свою преображенную Ученицу. Если бы некто из породы людей видел бы это в телескоп, то он бы банально констатировал факт падения кометы на звезду. Так все выглядело бы в его мире. Но падения не было! Словно дочь вошла Рада в объятия заждавшегося ее отца и слилась с ним в единое целое. Величайший восторг и радость охватили обоих. Наивысшая радость любви и единства объяла их.

***

Говорить о том сколько времени пребывала Рада с Учителем не имеет смысла. В этом мире понятие времени не имеет значения. Важно другое. Пребывание с Учителем напитало ее новой силой и новыми знаниями. Оно напоило ее зарядом Любви. Оно сняло с нее все напряжение и очистило ее до девственного состояния. И оно потрясло ее. Случилось то, чего она никак не могла ожидать. Безусловно она предполагала, что в новом своем качестве не будет почивать на лаврах и получит от Учителя новое задание. Но то, о чем он попросил ее, сразило ее наповал. - Радастиэнита! - более чем серьезно обратился к ней Учитель, - Я не вправе просить тебя об этом. Но в одном из плотных миров создалась крайне тяжелая ситуация, которая требует немедленного вмешательства. Мир находится на краю гибели. И сулит гибель еще многим. Нужен доброволец. Вернее два добровольца. Одного мы уже нашли. Он будет играть главную роль. Но ему нужен напарник. Совет долго искал подходящую кандидатуру и остановился на твоей. Я также рекомендовал тебя на эту роль. Но ты вправе отказаться от этой миссии. Я изложу тебе суть дела, а ты уж примешь решение. Договорились? Рада, несколько озадаченная столь быстрым и неожиданным привлечением ее к работе некоторое время пребывала в раздумье. Опять воплощение в Нижнем Мире! Она уж и не чаяла… Но решение Совета! Это был чрезвычайно важно и чрезвычайно почетно. От такого доверия немыслимо было отказываться. И она без колебаний согласилась. Так в океане одной из планет Сириуса появилась Соэна с единственной целью и миссией: дать жизнь Вершителю. *** Так на планете наступила эпоха Сольватера-Вершителя, самое прекраснейшее время на только из пережитых планетой, но и из когда-либо виданных живыми существами. Велик был дух, снизошедший в тело этого кита. Неисчерпаема была его мощь и сила, сумевшая преобразовать не только китовое племя, но и изменить все на планете до неузнаваемости. Словно великая река Любви излилась чрез него с Небес в Океан, преобразив все сущее в нем. За краткое время мир стал Единым. Силой Любви были открыты сердца всех живущих под звездным небом тварей. Мощью света были они напитаны. И тогда всякая тварь изменилась. Мало кто мог понять что именно произошло, но всякий почувствовал на себе, как за краткое время он стал иным. Будто солнце зажглось в душе. Будто своими лучами осветило ее и изгнало из самых потаенных уголков всю мерзость накопленную не только за годы жизни, но за множество воплощений. Изначально каждая душа приходит в этот мир девственно чистой, но за годы существования во плоти вбирает в себя много грязи, поднимаемой со дна жизни деяниями, эмоциями и мыслями своего Эго, закованного в доспехи плоти. Попадая под власть ума, что является лишь низшей проекцией разума, живая тварь становиться рабыней лживых и порочных целей и ничего не стоящих ценностей. Пребывая во тьме непонимания сути вещей, она уподобляется слепцу, уцепившемуся за хвост мертвого осла, и верящему при том. Что он держит в руках путеводную нить. Поток Света, что был низвергнут свыше на явленный мир через Сольватера, не только промыл и освободил души от накопленной в них грязи, но и открыл в них способность воспринимать мир таковым, какой он есть. Этого оказалось достаточно, чтобы не дать им деградировать далее. Но этого было недостаточно. Закон диктовал необходимость миру развиваться дальше. А для этого необходимо было Знание. Но знание, особенно когда оно касается вещей фундаментальных, основополагающих, не приходит в одночасье. Да и не может оно быть усвоено кем-либо вот так, запросто, будто детский стишок или пошлый анекдот. Тут необходима кропотливая и длительная работа по складыванию из крупиц мозаики целостного миропонимания. Этим и занялся Сольватер после того, как продемонстрировал соплеменникам свои безграничные способности. Одновременно с ознакомлением соплеменников с их скрытыми способностями он методично и осторожно работал над формированием их мировоззрения. Не сразу, но со временем все стало получаться. Сначала наиболее одухотворенные соплеменники, потом кое-кто из примкнувшим к неофитам дельфинов и даже не очень развитых ластоногих, стали преодолевать барьер преображения. Каждый раз это становилось торжественным и радостным для всех событием. И с приходом каждого нового члена клана сила его увеличивалась. Вскоре мощь невидимого, но улавливаемого всеми, излучения Любви и Радости распространилась повсюду. С этих пор планета стала подобна единому организму, живущему по общим для всех законам и имеющему единую цель. Так было положено начало Великой Цивилизации Сольватера.

Глава 14 Эуриэль

Глеба с Маришкой в тонкости сириусянской истории и в детали завершающейся операции по сопровождению Земли в новое пространство с последующим процессом вывода сохраненной биосферы, в том числе и десяти тысяч будущих Адамов и Ев, из состояния анабиоза, Флиппер с Селеной и не предполагали, что пробуждают к жизни доселе дремлющие энергии и механизмы. Они просто желали поглубже проникнуть в мысли и чаяния землян. Их намерение заключалось в том, чтобы попытаться соприкоснуться с землянами душами и обрести некое подобие духовного родства с ними. Если бы они знали к чему это приведет! Пустив на достижение цели все знания сириусянской науки и знания, скапливаемые соплеменниками на протяжение многих тысячелетий, киты успешно продвигались к поставленной цели. Вскоре телепатический и эмоциональный контакт с людьми окреп настолько, что необходимость в визуальном и тактильном взаимодействии практически отпала и встречи происходили скорее по привычке и для общего удовольствия. То единство, которое издавна существовало между парами китов и с некоторых пор возникло между Глебом и Маришкой, теперь возникло и с каждым часом все более усиливалось между сириусянам и землянами. Это было довольно странно и любопытно, настолько разными были эти существа по происхождению и по своему уровню развития. Но тем не менее факт был налицо. Более того. С какого-то момента стала стираться грань между ощущением собственного «Я» и ощущениями остальных членов четверки, словно она становилась неким странным существом о четырех телах и четырех головах. Но даже не это изумляло и настораживало их. Появившаяся общность восприятия усилила и обострила и без того сверхестественные способности четверки. И люди и киты стали сначала улавливать на подсознательном состоянии, а потом и ощущать реальное присутствие некоего объединяющего их существа. Словно они все были пальцами на одной руке, будто бы они были корнями одного прекрасного цветка, цветущего в некой высокой и прекрасной реальности. Но коли это было так, то они не просто стали улавливать это. Они стали ощущать себя этим существом, имя которому было Эуриэль. В первый момент это было вовсе неуловимым. У всей четверки разом появилось ощущение одновременного существования в альтернативной реальности. Больше всего это было схоже со сном наяву, с эфемерными медитативными переживаниями. Но вместе с этим подсознание недвусмысленно подсказывало, что эти непонятные переживания являются очень важными и значимыми для них. Что они видели и ощущали? Это трудно передать словами. Та реальность была настолько отлична от привычной… Тем не менее однозначно можно было сказать, что то существо явно надстояло над ними и одновременно было частью их. Вернее сказать - они все были частью его. Эуриэль вероятно принадлежал расе ангельских сущностей. И мир его был миром довольно высокого порядка. Иногда сознание преподносило им ( или ему?) видения из того мира. Они были как правило непонятны и необъяснимы. Но это касалось лишь умственного восприятия. Душа (похоже уже единая, соборная душа) гармонично воспринимала их. Ей было комфортно и привычно в этом удивительном мире. Там они были не китами и не людьми. Они были Сущностью по имени Эуриэль. Кем был Эуриэль? Из привычных понятий больше всего тут бы подошло понятие «ангел». Но он не был пухленьким младенцем с оперенными крылышками, каким ангелов изображают на иконах и на лубочных картинках. Эуриэль имел тело, но оно было соткано не из атомно-молекулярной субстанции и даже не из плазмы. Впрочем плазменная составляющая в нем присутствовала. Но она была по энергетике как-бы наиболее низкой из энергий тела. Чем-то вроде роговой ткани у животных организмов. Остальные же составляющие имели в своей основе энергии более высокого порядка. Тело Эуриэля было телом Огня, Света и Любви. Так, пожалуй, можно охарактеризовать его. Причем именно так. По возрастающей. Подобно астральной, ментальной и буддхической составляющим. Глаз физического тела не способен видеть всего этого великолепия. В лучшем случае он сможет воспринять огненную и часть световой составляющей. Но в таком случае это будет выглядеть либо как облако светящегося тумана, либо как гирлянда или несколько гирлянд огоньков. Лишь духовным зрением можно увидеть телесную суть ангельский созданий. Новое зрение землян позволяло это сделать. К тому же сущностно-родственное единство с Эуриэлем усиливало эту способность, ведь они смотрели не на нечто постороннее и чуждое. Они смотрели на самих себя, на свое собственное тело, в его высшем проявлении. Чтобы обыкновенному, не прошедшему через чреду революционных метаморфоз или через многие тысячелетия эволюционного развития, человеку хоть как-то объяснить механизм восприятия столь сложных образований, необходимо объединить в одно несколько механизмов восприятия. Из оптических эффектов следует исключить необходимость сосредоточения и фокусировки зрения на неком расстоянии или объекте. Для восприятия наполнения описываемого ангельского мира этот прием неприемлем. В данном случае зрение напротив должно быть расфокусировано, так как понятия «близко» и «далеко» здесь отсутствуют и заменены другими. Помимо этого глаз не является здесь единственным органом, способным к зрительному восприятию. Видение происходит по другому. Окружающее воспринимается всей сутью собственного «Я», словно каждая клеточка тела становится видящей. И, наконец, видение приходит как-бы изнутри, словно ты одновременно являешься еще и тем, к кому или к чему приковано твое внимание. Так, видя Эуриэля, путешественники одновременно становились им самим и в этот момент обретали способность видеть его глазами. Они видели мир глазами ангела! Они воспринимали окружающее через его душу, частичками которой являлись сами! И это восприятие и видимый ими мир был необыкновенен и прекрасен!

*** Наконец-то это свершилось! Наконец-то он вновь стал самим собой! Но тогда, когда он добровольно брал на себя это обязательство, Эуриэль не мог и предположить, что итог будет столь неожиданным. Эуриэль предполагал, что выполнив миссию, он вернется в свой привычный и столь любимый мир обычным проторенным способом, как возвращалось в него неисчислимое множество Воинов Света задолго до него. Ни он, ни даже его всезнающие и всеведающие наставники, не могли предположить, что возникнет такая коллизия и приведет к столь непредсказуемому эффекту. Глеб с Маришкой не должны были встретиться вовсе. У каждого в этой жизни была своя задача. Причем Маришка в какой-то степени должна была взять на себя часть кармического наследия, не отработанного Глебом, чтобы освободить его от ненужного груза. Такие условия диктовались Законом Воплощения. А закон, как известно, нарушать неправомочен никто и нигде. Ибо его нарушение может привести к непредсказуемым и порой неисправимым последствиям. Глебу же было просто необходимо освободиться от некоторых кармических грузов, так как пребывая в теле и имея определенную свободу в своих поступках и действиях, он проявил невероятную целеустремленность в познании и подобрал ключи к тем темам, о которых ему не следовало бы преждевременно знать. Достигнув этого уровня познания он в соответствие с законом подлежал освобождению от кармических долгов. Но просто так они не могли быль аннулированы. Поэтому кто-то, кто был связан с Глебом духовными узами, должен был их принять. Этим человеком, разумеется, была Маришка. Эуриэлю было лестно осознавать, что одно из его грубоматериальных воплощений сумело достичь такого уровня развития. Ну как же! Ведь сама процедура воплощения в физическом теле предопределялась тем, что существо из тонкого мира должно было сконцентрировать все свои самые затемненные частички воедино, сосредоточив из в том, что мы называем душой. Это в восприятии людей душа является самым светлым, что в них заключено. На самом же деле она лишь концентрат из всего наиболее темного, что имеет породивший ее дух и создана специально для того, чтобы будучи внедренной в тело вести его по жизни, при этом очищаясь от всякого рода шлаков и хлама. Но Эуриэль не мог и подумать, что Глеб проявит столько упорства и энергии в достижении понимания Истины! В принципе он был рожден в мир, как среднестатистический обыватель и должен был всего лишь вместе с Маришкой оттянуть на себя весь груз кармических долгов с Флиппера и Селены, на коих возлагалась действительно важная и судьбоносная миссия. Но случилось чудо! Иначе это было трудно назвать. Глеб сумел преодолеть все, что делает человека рабом вещей и обстоятельств, и услышать зов иных миров. С этого момента возжегся его духовный светильник и уже более не потухал. Напротив, с каждым днем и каждым годом огонь его становился все ярче. К моменту Перехода Глеб достиг уже такого уровня духовного горения, что оказался быть удостоен чести оказаться среди десяти тысяч. Труд его был оценен очень высоко. Мало того, что Владыки Кармы полностью освободили его от каких-либо кармических долгов, но они еще и освободили от них Маришку, правда довольно таки жестким образом, лишив ее родителей. Впрочем все, что было сделано - было совершено в соответствие с Законом и во имя всеобщего блага. Результатом же революционного духовного подъема Глеба стало то, что был пересмотрен весь ход операции по сопровождению Земли к новому месту пребывания. Эуриэлю была оказана высочайшая честь, из тех, которые когда-либо получали ангельские сущности за всю беспредельную историю существования ангельского мира.

*** Духовная эволюция предусматривает поэтапное восхождение сущностей по ступеням духовного мира. Когда запас накопленной индивидуумом энергии достигает определенного уровня, то духовной сущности предлагается сделать очередной шаг по лестнице Иерархии Света. На этом пути у нее есть немалый выбор, так как уровни Иерархии бесконечно разнообразны и можно выбрать среди них именно тот вид деятельности. Который наибольшей степени близок тебе и на котором ты можешь принести Иерархии наибольшую пользу. Этот механизм надстоит над всеми. Будь ты ангелом или же совершенным неофитом духовного мира. Но иногда, хоть и чрезвычайно редко, случается так, что накопление переходит в Откровение и Духовное Существо вдруг становится Великим Духом. Причины тому могут быть разные, но результатом всякий раз является воссоединение высшего «Я» ангельской сущности со всеми ее, разбросанными по разным мирам и временам и вращающимися в кармических колесах, частичками. Этот этап носит название: «Время Воссоединения». После того, как ангельская сущность проходит его она принимает на себя архангельский чин со всеми вытекающего из этого привилегиями и обязанностями. И вот свершилось! Пройдя через все испытания Эуриэль стал Архангелом Света. Теперь он, Архангел Эуриэль, нес полную и единоличную ответственность за Землю и за всех, кто на ней обитает. Теперь на нем лежала обязанность провести ее через последнее испытание и заняться обустройством планеты в новой реальности. Благо на этом почетном, но многотрудном пути он был не один. В помощь ему было придано несметное войско ангелов, коим на протяжении сонма лет и веков был он сам. Предстоящие дела не шли ни в какое сравнение с тем, чем ему приходилось заниматься ранее. Новый уровень в Иерархии Света диктовал новые масштабы и придавал ему совершенно иные полномочия. Архангельский ранг поднял его на уровень планетарного логоса. С того самого момента, когда его плотные тела сумели поднять свои духовные вибрации до уровня, позволяющего выйти их сознаниям на связь со своим высшим «Я», в результате чего пришли к окончательному объединению с ним, Эуриэлем, он стал ощущать стремительные перемены в себе. Сначала его накрыло волной радости и удовлетворения от хорошо выполненной работы. Тут же он почувствовал рядом присутствие Учителя. Как обычно это ощущение пришло изнутри и согрело ему душу своим нежным и любящим теплом. - Я несказанно рад за тебя, Эуриэль! - прозвучал голос Учителя. - Вот и ты теперь стал архангелом. Помни о том, чему учил тебя я. Постарайся быть достойным оказанной тебе чести и доверия. Трудись во славу Отца нашего. Я удаляюсь. Но не покидаю тебя. Я всегда приду на твой зов. Но пришло твое время. Отныне не я, но сам Отец будет твоим поводырем и Учителем. Нет большей чести, чем эта. Я несказанно рад за тебя! Теперь я удалюсь, а ты приготовься ко встрече с Отцом. С этими словами Эуриэль почувствовал, будто из него ушла сама жизнь. Учитель покинул его и все вокруг погрузилось во мрак. Холод окутал его душу. Одиночество пронзило всю его суть. Но длилось это ничтожный миг. А затем пришло новое состояние. Его сердце вдруг ощутило легкий, едва уловимый жар. С каждым мгновением жар становился все более сильным и вскоре наполнил все его тело. Такого ему еще не приходилось испытывать. Вся его суть горела и полыхала, словно звезда. Тело неожиданно стало наполняться невероятной мощью и силой, будто внутри его заработал реактор. Эуриэль отчетливо улавливал, что в его теле происходят значительные изменения. Если провести аналогии с физическим телом, то можно было бы сказать, что каждая клеточка в этот момент получила живительный импульс и будто бы взорвалась изнутри. Именно изнутри, а не извне в каждую частичку тела хлынули потоки живительных энергий. Они словно промывали ткани и наполняли их невиданной ранее силой. Тело Эуриэля внезапно стало надуваться, словно воздушный шарик, наполняемый ослепительным Светом. С каждым мгновением оно становилось в;е больше и больше, пока не достигло определенных размеров. Судить о его величине вряд ли было возможно в этой космической беспредельности, но что-то подсказывало Эуриэлю, что отныне он вряд ли сможет ступать по какой-либо из планет. Душа Эуриэля наполнилась несказанной радостью и предчувствием. И предчувствие не обмануло. Сначала он будто бы ощутил порыв ветра. Теплого, ласкового, но вместе с тем сильно и стремительного. Вслед за этим возникло ощущение, что его, влечет вперед, словно магнитом. Тяга усиливалась, но ей не хотелось сопротивляться. Напротив! Хотелось лететь навстречу этой неведомой, но такой родной и желанной силе! На миг Эуриэлю показалось, что он никакой не архангел, а просто маленький, заблудившийся лесу ребенок, услышавший, наконец, родительский голос. Эуриэлем владело единственное желание - сорваться с места и кинуться туда, откуда исходил этот Зов. И он не стал себя сдерживать. Всей своей душой, всей своей сутью кинулся он навстречу. И в один миг случилось то, о чем он будет помнить всегда. Мгновенно он выпал из времени и пространства. Он перестал существовать вовсе. Он умер. Не стало Эуриэля. Но сознание не угасло. Просто он стал Всем. И Все стало Им. Это чувство невозможно описать словами. Он был везде, но не был нигде. Потому что вокруг не было ничего. Лишь только бескрайний Свет был вокруг и был внутри. И Свет был полон Любовью. Она присутствовала, как аромат, как излучение, как прикосновение, как звук, как оттенок. Ее невозможно было как-то выделить или описать но она была везде и была всем. Он сам был частью ее. И сам был частью этого Света. Он наслаждался этим состоянием. Состоянием наивысшего счастья и забвения. Сколько это продолжалось вряд ли он смог сказать. Но едва он попытался ощутить границу между своим «Я» и всем остальным, то сразу вновь стал Эуриэлем. И окружающее в миг преобразилось. Вокруг возникли какие-то неоднородности, протуберанцы. Где-то Свет несколько поблек, где-то остался прежним, столь же ярким. - Ну, здравствуй, сын мой, Эуриэль! - возник вдруг голос. Он был невероятно близким и родным. Но при этом Эуриэль четко осознавал, что слышит его впервые. Собственно голосом это трудно было назвать. Мысли звучали как слова, но при этом они оставались беззвучны. - Я рад, что архангельского племени прибыло. И прибыло вовремя. Впрочем, случись по другому, то можно было бы посмотреть и тот вариант. Да не важно! Ты выполнил то, что должен был выполнить. И пришел к тому, к чему должен был прийти. Все замечательно. Теперь я надеюсь, что ты поможешь мне? - Я буду рад, Отче! - смиренно, но при этом уверенно произнес Эуриэль. - О! Не называй меня так! Я не Он. Я лишь Его малая часть, проявленная в этом мире. Да. Вероятно меня и должно так называть вам, живущим в нем, так как для этого мира я - Творец. Но вы, архангелы, должны знать, что я - не Он. Он же надстоит над всем. И его энергии таковы, что явись Он в этот мир, то мир бы сгорел в одночасье в Его невероятной светоносной мощи, настолько он груб по сравнению с энергиями Творца. Как ты воспринимаешь меня, так я воспринимаю Его. Все мы лишь его явленные частички. Большие или меньшие. Эуриэль был ошеломлен таким откровением. Он предполагал, Что Творец велик, но даже представить не мог всей беспредельности его существа! И теперь он стал ближе к Нему! Радость полнила Душу Эуриэля. Ему натерпелось выразить эту радость! - Отче! - воскликнул он. - Я так рад, что смог выполнить доверенное! Я просто счастлив! Но так хочется идти дальше! Что я должен делать теперь!? Эйфория, владевшая Эуриэлем, была настолько сильна. Что ему натерпелось скорей приступить к новому этапу служения, чтобы хоть как-то суметь выразить свою бесконечную благодарность Отцу. Но, как и во всяком деле, спешка не была здесь уместна. - Ну отче, так отче! Как будет тебе угодно. - с нотками внутреннего удовлетворения и умиления произнес голос, - Если тебе так не терпится, то я могу немного рассказать тебе о предстоящем. Однако не торопись. Тебе необходимо было пройти длительный этап адаптации к существованию в новом теле и новых реалиях. Ты должен понять кем ты теперь стал. Ты должен научиться владеть не только новым телом, но и привыкнуть к новой силе и новым способностям. Это непросто. Твоя новая сущность напитана новыми энергиями. Они очень сильны. Фактически в границах нижних миров ты теперь стал Творцом, равным Всевышнему. И одновременно ты должен быть гарантом соблюдения Закона в пределах этих миров. Это непросто. Многие не устояли перед искушением изменить Закон. И всякий раз это заканчивалось плачевно. Первое, чему тебе придется научиться - это подчинять свою мощь Закону. И сверять каждый свой шаг с его буквой и духом. А это ой, как не просто! В остальном же ты свободен. Тебе будет ведом Верховный План. А там уж поступай, как вздумаешь! Ты волен отныне в своих мыслях и действиях. Теперь ты стал совершеннолетним. Далее Эуриэль узнал, что отныне ему предстояло взять на себя роль планетарного логоса, то есть выполнять роль души планеты, полностью взяв на себя контроль за всеми происходящими на ней процессами. Эту задачу обычно выполняли другие сущности, специально для этого созданные и обученные. Но случай тут был особый, потому что необходимо было сработать быстро и безошибочно. Почему сделать это было поручено ему, новоиспеченному и не обученному? Потому что в данном случае важную роль играло другое. Ему была знакома эта планета, как никому другому, потому что имя планеты было - Земля.

Глава 15 Планетарный логос

Эуриэль все более упивался ощущением несказанного лучезарного счастья, неиссякаемым потоком наполнявшего его душу, ставшую вдруг бездонной и необъятной. Все его ранее разрозненные частички наконец-то соединились воедино! К этому он шел неисчислимое количество времен через бессчетное количество воплощений и судеб. Кем он только не был и в каких мирах только не обитал! Теперь же все эти личности в их бестелесных составляющих собрались вместе в единой соборной душе и, наполнив ее, стали лишь его, Эуриэля, воспоминаниями. Его беспредельное сознание вместило их, как мозаичное полотно вмещает в себя пригоршню разноцветных кусочков смальты. Рисунок получился изумительным. Эуриэль невольно залюбовался им. Преобладание голубого, синего и фиолетового. Они ткут основной узор. Цветовые сочетания излучают гармонию и спокойствие. Большое участие зеленого оттеняет картину и наполняет ее таинственной глубиной. Желтого довольно немного. Он, вкупе с оранжевым сосредоточен ближе к центру и придает особую ему мягкость. Красный присутствует в виде тонких, но ярких лучей и активирует всю картину. Вцелом о каком-либо сюжете говорить не имело смысла. Это были лишь оттенки восприятия, подобные картинке в фасеточном глазу насекомого. Но это не было взглядом насекомого! Это было видение архангела Эуриэля. И оно было несоизмеримо глубже и проникновеннее, чем взгляд какой-либо живой сущности. Через него он воспринимал явленный мир. И смотреть ему приходилось не вовне. Высший мир устроен иначе, нежели мир грубой материи. Чтобы увидеть Нечто не нужно смотреть вовне. Ибо разделение на внешнее и внутреннее само по себе приносит искажение в видение. Вовне нет ничего. Ни времени, ни пространства. Все Внутри. Только погружение внутрь собственной сути способно привести к восприятию сущего. Через погружение Внутрь можно достичь границ Бескрайности. Впрочем есть и другой путь. Путь Растворения. Когда личность перестает существовать и распыляет себя на мириады микрочастиц, придавая каждой частице пространства свой собственный оттенок. Первый путь -Путь Воинов Света. Путь концентрации и сосредоточения. Он дает Силу. Второй путь - Путь Мыслителя. Путь рассеяния и развоплощения. Он дает Знание. Душа, в своем развитии, может следовать любым из этих путей. При достижении определенного уровня она может также сочетать их. Но лишь достигнув высших уровней она получает способность идти ими обоими сразу. Будучи ангелом, Эуриэль пребывал в мире более низких энергий, чем здесь, в архангельских пределах. Но даже там понятие времени и пространства не было столь фундаментальным, каковым оно является в грубоматериальных слоях. Всюду пространство-время, было достаточно независимым и подчинялось только Закону. Здесь же, в Высших Мирах, оно являлось лишь инструментом Творения. Пространство и Время выполняли функции холста, предназначенными для акта Созидания. Материя же в ее самых различных формах была палитрой, на которой творящий смешивал свои краски. Он же, Эуриэль, был здесь вольным художником и мог творить в своих пределах все, что было в рамках Закона. Его правом и его обязанностью, данными ему свыше, было управление этим наполнением собственной архангельской сущности, вмещавшей в себя мириады жизней и мириады судеб. Но не только тела и души были его сутью. Все, что вмещало их сознание, теперь тоже стало им, Эуриэлем! Он теперь был кусочком Вселенной. Он был незначительной частью Космоса. И помимо всего прочего он стал душой и телом планеты по названию Земля! Да.! К его удивлению его сознание Высшей Волей было сфокусировано в земных пределах. Им владело глубокое чувство осознания возложенных на него обязанностей и ответственности за судьбу этой планеты. Все оказалось несколько иначе, чем он мог представить в былой своей ангельской сущности. Тогда его восприятие было во многом ограничено и он воспринимал мир дискретно, не будучи в силах воспринять его интегрально, во всей его гармонии и великолепии. Теперь же он смотрел на все новым духовным зрением, восхищался и возносил хвалу Отцу Всевышнему! Явленный мир предстал перед ним совершенно другим.

*** Душа архангела видела цветок. Величественный и бесконечнолепестковый. Прекрасный и необыкновенно нежный. Цвет его был неуловим, но даже в безбрежной светоносности космоса он виделся белоснежным. Огромный. Прекрасный. Его лепестки лениво колыхались, будто ласкаемые легким ветерком. Но ветра не было! Его не могло быть тут по определению. Космос вокруг был пуст и лишен всякого движения. И тем не менее лепестки цветка шевелились, словно живые. Да они и были живыми! Во всем пространстве вокруг вряд ли было что-то более живым, чем этот необыкновенный цветок, имя которому было - Земля. Да! Таковой была истинная сущность планеты. Ее духовная сущность. Та, что истинна, и доступна лишь восприятию высших ангелов и архангелов. Людям же подобное неведомо. Да и вряд ли она может быть воспринята ими, живущими, словно черви в земле, в оковах лживых умозаключений. Им не дано увидеть того, что не может воспринять их скудный арсенал собственных чувств и их примитивных механизмов. Спектр высоких энергий настолько высок, что механизмы никогда не смогут достичь этого уровня восприятия. Лишь духовное зрение способно как-то проникнуть в пределы влияния этих энергий. Но для этого нужно достичь определенных высот ( а вернее сказать глубин) духовного развития. К тому же само направление внимания должно быть направлено не конкретно на что-то вовне, а одновременно и вовне, и внутрь и ,вместе с тем, никуда. Попытки увидеть духовный мир как-то иначе обречены на неудачу. Эуриэль залюбовался планетой. Он никак не мог понять на что она похожа. Более всего цветок напоминал индийский лотос. Но было в нем что-то и от розы. Или от георгина… Впрочем Земля не была похожа на какой-то определенный цветок. Это сравнение было более, чем примитивным. Но красота ее была необыкновенной. Нежные пластинки лепестков были окрашены в нежнейшие тона разных оттенков. Они были испещрены сетью тончайших сосудов по которым циркулировали светоносные соки. Форма лепестков была различной и зависела от их удаления от центра цветка. Чем далее отстояли лепестки от центра, тем крупнее они были и тем больше была проявлена их индивидуальность. Те же, что находились ближе к центру были более обезличены и похожи друг на друга. Лепестков же у центра вовсе не было. Скорее они походили на тычинки или даже чешуйки. Центр же цветка выглядел достаточно однородным. Но всевидящий взгляд Эуриэля различал, что весь он состоит из мельчайших , но индивидуальных чешуек. И все эти частички имели свой, присущий только им оттенок. И каждая из них была ничем иным, чем душой божьей твари! Ему, не привязанному к пространственно-временному континууму, цветок планеты был виден одновременно во всех плотностях. И он отчетливо воспринимал каждое существо во всех проявленных им формах, начиная от грубоматериальном телесности до самой тонкой буддхической составляющей.То, что виделось в мире архангелов лепестком - являлось душой живой твари. Погружаясь же в миры более низких энергий лепесток постепенно скручивался сначала в световой жгут и становился сосудом лепестка. Затем, наполняясь материальностью, сосуд переходил в состояние проявленности в грубоматериальном мире и наполнял собой физическое тело человека, животного или иной твари. Он питал ее энергиями Света, а от нее получал соки Земли, что давали силы для роста и придавали ему индивидуальный оттенок. Безусловно размеры и форма лепестка напрямую зависели от того, кто его питал. Человеческие тела перетекали в полноценные центральные и периферические лепестки, имевшие наибольшие размеры и интенсивную индивидуальную окраску. Их количество было не самым большим, но они составляли тот объем, который заполняют собой лепестки у земных цветов. Что же касается остальных животных тварей, то они являли собой в духовном мире лишь зачатки лепестков были проявлены в виде мелких лепесточков, а то и чешуек, составлявших обезличенную сердцевину цветка. Они практически не имели индивидуальных оттенков и придавали оттенок занятому участку группой из-за своей незначительности. Эуриэль не только понимал это. Он присутствовал в каждом из этих существ. Он мог прикоснуться своим сознанием к любому из лепестков и слиться со всем его существом, опускаясь по всем слоям до грубой материальности. Он мог ощутить себя животным или растением и понять причину, приведшую к получению лепестком именно такого оттенка. Он осознавал, что яркие, полновесные лепестки наполняются живущими по Закону. Те же, что имеют признаки увядания, или же совсем истощились в своей светоносность, в грубой материи живут неправедно. Да! Цветок являл собой один из Цветов Жизни, разбросанных по бескрайним просторам Мироздания. Если бы какой-либо из его ранее индивидуальных частичек, коими были Глеб, Маришка, Флиппер, Селена или кто-то другой, было дано знать о подобном, то они никогда бы не восприняли эту истину. Слишком она рознилась с их представлениями о реальности. Но тем не менее он был более реален, чем то, что считали реальным живущие в плотных телах. Эуриэль видел как цветок вцелом, так и каждую его составляющую в отдельности. Он не только видел их. Он воспринимал их всей своей сутью, словно они являлись частицами его самого. Впрочем отныне так оно и было! Он и этот цветок были единым существом. И при этом он, Эуриэль, оставался еще и садовником, призванным направлять жизнь и развитие цветка в нужном направление. Задача была трудной. Но настоль приятной! Цветок манил его, он притягивал его всеми своими цветами, запахами и энергиями. Не желая сопротивляться этому влечению Эуриэль позволил себе отдаться воле чувств и в одно мгновение слился с цветком воедино. Теперь он был душой Земли. Ощущение было совершенно новым и к нему надо было привыкнуть. Эуриэль никогда не слышал, чтоб когда-либо архангелу поручалось выполнять функции планетарного логоса. Но такова была воля Всевышнего и он с радостью взялся за выполнение этой своей новой миссии.

*** Достигнув выхода в пространство, наполненное более высокими энергиями, Земля на какое-то время застыла в недвижимости. Теперь ей предстояло избавиться от всех балластных составляющих и повысить свои вибрации до необходимого состояния. В противном случае, выйдя из шлюза, она банально вспыхнула бы, подобно сверхновой и сгорела. Процесс преобразования сам по себе был достаточно сложным и длительным. Но частично планета его уже прошла. Для ускорения же оставшейся части программы преображения Эуриэлю были приданы значительные силы в разных уровнях плотности. На физическом плане преображение проводила армада кораблей Орионцев и Десситов во главе с Сириусянам. Само собой разумеется, что во главе этой части операции стояли Флиппер и Селена. Их тела претерпели значительные изменения, но они не были заметны для соплеменников. Социальный же ранг пары был намеренно повышен и теперь они являлись Верховными Командорами Коалиции. С телами Маришки и Глеба также произошли значительные структурные изменения. Для удобства выполнения ими их миссии их физические тела получили возможность трансформации. По человеческой терминологии они отныне стали оборотнями и могли обращаться в разных зверей. Это необходимо и удобно, так как на их плечи ложилась задача помощи живым тварям в адаптации к новым условиям жизни. Помимо всего этого на всех уровнях плотности не покладая рук трудились мириады ангелов и Воинов Света. У каждого была своя задача и каждый усердно выполнял свою часть Верховного Плана. Работа предстояла колоссальная как своей глубине, так и по масштабам. Эуриэль же был ответственен за все и за вся. Теперь ему предстояло подготовить всех живущих на планете к жизни в мире новых высоких энергий. Нужно было вызволить их из коконов, предварительно проверив зрелость их тел. В случае же не готовности тонких тел, силами ангелов вдохнуть в них необходимые жизненные силы. На материальном уровне он должен был наладить работу сил Коалиции по подготовке материальных тел к жизни в новых условиях. Но, хвала создателю, на то у него были сохранены две пары наилучших помощников!

Глава 16 Суть Человеческая.

Глеб ликовал! Он и помыслить не мог, что Мир вовсе не таков, каким его привыкли видеть люди и каким он воспринимал его ранее. Люди придумали Мироздание и убедили самих себя в том, что оно именно таково. Все оказалось совсем иначе! Все ранее считавшееся незыблемым и фундаментальным оказалось иллюзией. Мороком! Он не видел мир глазами архангела. Но теперь он имел постоянное ощущение единства с ним, со своей соборной душой! И это не только придавало ему сил и уверенности. Это делало его другим существом и наполняло жизнь совсем иным смыслом. Теперь он совершенно ясно понимал для чего он родился на этой планете. Его жизнь была до краев наполнена смыслом и пониманием цели. Былое ощущение ненужности и одиночества совсем оставило его. Теперь он был частью необъятного Существа. Но при этом он оставался Личностью со свободной волей и правом выбора. Это было так прекрасно!!! Вряд ли большее счастье возможно в этой жизни! Не чувствуя под собой ног от счастья он неустанно шнырял по планете, едва успевая выполнять намеченное. Маришка не отставала от него и тоже трудилась не покладая рук. Вместе они бывали редко. Только в минуты краткого отдыха. Что поделаешь, работа! Слишком много необходимо было сделать за довольно короткий срок. Хорошо, что Коалиция оказалась на высоте и привезла с собой достаточное количество киборгов. Работа шла круглосуточно и, похоже, что график выполнялся неукоснительно. Но что это была за работа! Зрелище было не для слабонервных! Киборги шастали по земле и выискивали тела людей среди каменных нагромождений зданий и того, что от них осталось после всех сотрясений. Извлечение коконов иной раз было сопряжено с необходимостью разобрать здание до основания. Но даже не в этом была основная трудность. Уже здесь, в пределах шлюза, нисходящие энергии были настолько велики, что при неосторожном обращении с коконами могли нанести непоправимый ущерб телам. Поэтому обнаруженные и извлеченные со всеми мерами предосторожности коконы сначала размещались внутри звездолетов. Там было и безопаснее и удобнее проводить процедуру извлечения. Но, прежде чем рассказать о ней подробнее, необходимо сказать, что Глеб с Маришкой недолго были одиноки в своем общении инопланетянами. Довольно быстро отряд людей, участвующих в спасательной операции, пополнился новыми членами. Само собой разумеется, что не только они двое были достаточно подготовлены к Переходу. Да. Они оказались уникумами и перенесли Переход без коконов. Но и среди миллиардов людей оказались такие, для кого кокон сыграл роль лишь дополнительной защиты. Их души и тела успели подготовиться к Переходу и смогли бы выдержать испытание практически без дополнительной защиты.. И таких оказалось немало. Уже вскоре после начала спасательной операции несколько сот людей помогало инопланетянам вызволять соплеменников. Впрочем те справились бы и сами. Тут в первую очередь играл роль психологический фактор. Не каждый человек был готов встретится тет-а-тет с инопланетянином. После такой реанимации можно было вернуться туда же, откуда пришел. Поэтому человека, вызволенного из кокона, должен был встретить человек. И лишь затем, пройдя через процедуру адаптации, длительных разговоров и объяснений произошедшего, новоприбывший мог постепенно влиться ряды спасателей. Худо-бедно, но пока никто на сошел с ума и не получил инсульта или инфаркта. Все шло своим чередом. Люди приходили в себя и мужественно переносили удар. К тому времени, как Земля была подведена к последнему рубежу Перехода, все необходимые работы на ней практически оказались закончены. Все прошло по Плану.

***

Эуриэль видел все это глазами Глеба. Но он видел еще очень и очень многое, что было недоступно даже взгляду и пониманию сириусян и прочих членов Коалиции. Он видел процесс Исцеления. Душа Земли преображалась на всех мыслимых уровнях. Теперь он совершенно разобрался в ее организации и не переставал восхищаться заложенной в нее Гармонией. Луч Изначального Света выходя из Светила подвергался всевозможным преломлениям и концентрировался в нескольких областях пространства. Концентрируясь в них он образовывал души и тела планет. Основа Земли была соткана из серединной части спектра. Потому на ней и преобладали сине-зеленые энергии. Далее, по мере торможения Света и проявления его в Пространстве-Времени он образовывал материю разных уровней. А далее уже брало верх торжество Жизни! Узоры! Узоры! Узоры! Узоры! Разнообразные. Непредсказуемые. Живые и переменчивые. Они были всюду. Каждое живое существо являло собой многомерный и живописный холст. Основу его составляли параллельные нити воплощений сосуществовавших в различных реальностях на протяжении всей жизни от своего рождения до смерти, но в едином потоке времени. В уток же Ткачом были вотканы нити единовременного существования соборных душ Существа. Узлы переплетений нитей сияли, словно драгоценные камни. Но сказать, что существо выглядело холстом - было бы равно обману. Многомерные оболочки накладывались друг на дуга и создавали феерические живые тела! Необыкновенно волшебные существа жили в многомерье и во многовременье казалось бы совершенно особыми и малопонятными жизнями. Однако же и так, как впрочем и везде, царил Закон. Всякое его нарушение влекло за собой потерю Света. Иные существа были совершенно сияющими. Другие имели в себе некие темные изъяны. Нити на каких-то участках их тел были повреждены и разорваны. Узлы выглядели не драгоценностями, а провалами или черными непроглядными угольками. Это означало, что в какой-то момент времени это существо в одной из реальностей совершило проступок, повлекший потерю им Света или получило повреждение посредством чьей-то злой воли. Если же повреждения были на участке параллельных нитей, то это означало, что соблазн не выдержали все воплощения Существа. Если же повреждена была вся нить или участок нити утока, то это означало, что некто в неком конкретном воплощении вел жизнь неправедную и богомерзкую. Некоторые лепестки в Цветке Жизни Земли выглядели совершенно некротически. Перед Эуриэлем стояла задача исцеления наименее пораженных лепестков и удаления тех, что уже погибли или же несли в себе печать смерти и угрозы для остальных. Этим он и занялся с нетерпением и энтузиазмом. Но труд этот был вовсе не так прост. Эуриэлю предстояло действовать сразу во всех уровнях реальности. Иначе к каком-то из них некротическое звено имело бы шанс сохраниться и продолжить заражение всего тела Цветка. На материальном уровне великолепно трудился Глеб с командой Сириусян и прочих членов Коалиции. За этот участок можно было не беспокоиться. В высокоэнергетических слоях тоже все шло своим чередом. Сложней всего было навести порядок и удалить антиматериальные составляющие в диапазонах астрального и ментального планов. Тут люди нагородили столько, что впору было пройтись по всем закоулкам Изначальным Светом. Но так поступать было нельзя по ряду причин. Эту сторону Мироздания было принято называть Навью или Навным Миром. Во всяком случае такое имя было дано ему Древними и долгое время сохранялось неизменным. В Навном Мире царили свои Законы. И главным из них был Закон Свободы Выбора и Притяжения Подобий. Суть его заключалась в том, что никто не имел права напрямую влиять на мысли и эмоции существ обитающих в нем. Навный Мир был миром Иллюзии (впрочем как и Явленный). Но если Явь была питаема Светом, то Навь питалась лишь его Отражением, прошедшим через души и умы разнообразнейших существ из Яви. Навь была наполнена призраками и фантомами Явленного мира. Но они не были подобны туману. Они были наполнены мощью и силой. Они имели свою плоть и кровь. Навный мир не был «понарошечным». Более того. Он был вполне самодостаточным и даже определенным образом мог влиять на мир Явленный. Закон же Свободы Выбора и Притяжения Подобий формировал Навь таким образом, что всякий мыслеорбаз, вышедший из мира Яви, обретал в Нави форму и попадал в тот уголок, где были сосредоточены сущности со сходной энергетикой. Теперь, став Эуриэлем и получив Понимание, он осознал многое из того, что раньше никак не мог уразуметь. Но более всего его поразило осознание факта величия Человека. Если бы только люди могли знать о своем реальном величии! Во всей необъятной Вселенной не было более создано столь совершенного и могущественного Существа! Теперь то он реально Знал и Видел это! Что там Орионцы или даже Сириусяне! Да! Это были древние и высокоорганизованные существа, прошедшие многие и многие тысячелетия духовного развития. Да! Это были высокоинтеллектуальные и высокоморальные сущности! Да! Знания их об окружающем мире были обширны и довольно детальны. Они сумели освоить самые удаленные участки Вселенной и обустроить их по своему разумению. Но!

* * *

Всякая живая тварь в обитаемой Вселенной была питаема и движима растворенным вокруг Изначальным Светом. На каком бы энергетическом уровне Мироздания она не находилась, какого бы уровня развития она не достигла, в любом случае она нуждалась в нем, будь он многократно трансформирован и переработан другой живой сущностью или же прошел через призму породившей и взрастившей ее планеты-матери. Планеты давали жизнь всему, что они порождали. Навек они оставались колыбелью для каждого существа. Даже выйдя Космос разумные были обречены на связь с планетой-матерью, будучи вынуждены питаться только тем, что взросло на ее полях и нивах. Как оказалось, всякая попытка получения энергии от другого источника была обречена на провал. Семена, взращенные в ином мире неминуемо погибали или изменялись до неузнаваемости. Они либо вырождались, либо становились несъедобными для существ, доставивших их в новый мир. Получая энергию от иного светила и от иной планеты они становились воистину инопланетными. Или же становились Ничем. Только запас энергии из собственного мира позволял звездным путешественникам сохранять и создавать пищу, пригодную для питания и не приводившую к необратимым изменениям. Таков был Закон. Всякий рожденный должен был питаться только из данного ему Источника. Этот Источник был назначен ему для питания и души и тела. Каждый уровень, каждый энергетический слой существа питался из соответствующего слоя планеты-матери. Они пожизненно были неразрывно связаны, будто мать и дитя. И только Человек, единственный во всей Вселенной, был выведен из под власти этого Закона. То, что Сириусяне открыли в людях и назвали Зерном, на самом деле не совсем являлось таковым. А, вернее, совсем не являлось таковым.