Кузнец хаоса

Пролог

Если взять любую историю про героя, там легко встретить один и тот же сюжет.

Берём заурядного паренька, желательно из самых низших слоёв общества, потому что истории про «из грязи в князи» заходят лучше всего. На худой конец сойдёт и какой-нибудь принц, но это если с кандидатами в герои совсем негусто.

Дальше с ним должно произойти что-то нехорошее. Или, если быть точным, не с ним, а с кем-то из его близких. Убейте родителей, спалите дом, украдите возлюбленную, и вы получите высоко мотивированную единицу, готовую геройствовать вот прямо сейчас. Но для этого нужны какие-никакие навыки и ресурсы, поэтому герой отправляется в путешествие, где, конечно же, встретит мудрого наставника, верных союзников и в конечном счёте победит зло, сразит тёмного колдуна, убьёт тирана, или что там ему нужно сделать, чтобы называться героем.

Красота. Зло повержено. Герой получает награду и общее почитание, а часто — красотку в придачу.

На этом обычно истории кончаются, но что происходит дальше?

Быть может, герой дуреет от скуки? Быть может, сам становится тираном, чтобы обеспечить мотивацию для следующего героя? Или и вовсе, перебрав на очередной пьянке, где вспоминает с ностальгией о своих подвигах, падает с лестницы?

Об этом не принято рассказывать, потому что это уже история не геройства, а обычной жизни, во всей её неприглядности.

Уж я-то знаю. Я и сам успел побывать героем.

Моя история начинается в лучших традициях. Родился я в захолустье… Нет, не так. Весь мой мир находился на отшибе, ничем не выделялся и не отличался. Он сам по себе был той ещё дырой. Моя страна располагалась на острове, вдали от главного материка, население которого не подозревало о существовании большой земли. Моя же деревня, в которой я и родился, располагалась в этом отсталом государстве в такой дыре, что придумать место ещё унылей технически невозможно.

Ничего такого. Никакого злодейства. Просто горстка бедных крестьян, которые выживали, как могли.

Тем удивительнее было то, что в семье простых крестьян родилась моя красавица мать. Я не видел её в пору юности, по понятным причинам, но, когда подрос, замечал, насколько она красива. Нереальной, демонической красотой. Тёмные глаза, густые и чёрные волосы, стать, которой у крестьянки быть не должно по определению.

Удивительно, как она столько протянула. Красотки в дремучих обществах редко выживают. Их ненавидят все.

Но история не об этом. В наше захолустье заглянул незнакомец, который украл сердце моей матери. Уж не знаю, была ли это его природная харизма или какая магия, но матушка, когда рассказывала о нём, делала это исключительно с улыбкой и теплотой, её взгляд всегда становился мечтательным. Уже потом я сообразил, насколько это дико.

Пришёл неизвестно кто. В течение дня вскружил порядочной девушке голову, и у них случилась любовь на ближайшем сеновале, после чего он исчез. Удивительно настолько, что верится с трудом. За такое выступление распутницу и камнями закидать могли. А уж мужа найти после этого и мечтать не стоило. По крайней мере, без щедрого приданого.

Спустя девять месяцев родился я. Что там происходило, какая шумиха поднялась, какие страсти кипели, как далеко брызгали ядом и как громко зубоскалили соседи, как хватились за ремень и сердце дед с бабкой, снова не скажу, но мой загадочный папаша оставил матери денег, а ей хватило ума сберечь их. Оставил столько, что ей хватило, чтобы сбежать из деревни, добраться до ближайшего городка, купить там дом, прожить несколько лет, а когда я подрос, устроить меня учеником к кузнецу. В выходные же я занимался с писарем, что тоже стоило какой-то оплаты. Правда, он был неравнодушен к моей матери. Я ведь говорил уже, что она была красива? Говорил. Не хочу порочить матушку, может, между ними и правда было что, но это неважно.

Для безотцовщины моя жизнь складывалась удивительно хорошим образом. Ученичество у мастера — это залог того, что сытым я буду всегда. Большая редкость для нашего островка.

Если бы так дальше и пошло, история геройства бы не случилась. Сытые головой не рискуют.

Не буду долго распыляться, потому что, если слышал одну историю про героя, слышал их все. В нашем государстве не было правителя. Вместо него имелась церковь, которая всем и управляла. За ней не стояло никакого бога, и олицетворяла она собой все пороки разом. Моя мать закончила жизнь на костре, перед этим побывав в личных покоях одного жирного борова, который был высокопоставленным церковником. Побывала не по доброй воле.

Я видел её там, на столбе. Выглядела она ужасно. Ещё до того, как подпалили костёр.

Причиной для ненависти на всю жизнь и мотивацией стать героем меня в те дни обеспечили по полной. Меня бы тоже прикончили, но помог писарь. Ученичество же у кузнеца враз закончилось. Никто бы не захотел иметь дело с отродьем ведьмы.

Дальше было бродяжничество. Не очень по-геройски, да? Но вы подождите, всё будет. Я прибился к шайке. Потом к разбойничьей шайке, уйдя из города. В пятнадцать лет убил вожака и сам стал главарём. Рос я быстро, всякие уловки схватывал на лету, искусство меча мне давалось аномально легко, никогда не болел, силушкой тоже обижен не был. Отличные исходные данные, чтобы сделать карьеру там, где больше всего ценится агрессивность и умение драться. Спустя пару лет такой жизни половину нашего отряда перебили, и я, лёжа в грязи, задумался о том, что всё идёт куда-то не туда. В итоге решил напасть на обоз церковников. Чего никто в здравом уме делать бы не стал. А я сделал, да так удачно, что мигом прославился. В конечном счёте это привело к революции, и спустя десяток лет мы свергли церковь. Своё геройство я совершил. Победил врага. Дальше меня короновали. Я всерьёз собирался принести мир и процветание народу.

Как же я был наивен…

Меня убил мой собственный друг, кинжалом в спину, ровно на седьмой день моего правления. Последнее, что я увидел, — его ухмыляющуюся рожу.

Тот самый друг, которому я десяток раз жизнь спасал. Тот, который не меньшее число раз спасал мою. Тот, с кем мы поднялись с самого дна.

Я даже расстроиться не успел, настолько удивился случившемуся. А потом всё, смерть.

Это тоже важная часть. Иногда, чтобы стать героем, нужно помереть.

***

Знаете, помирать всегда неприятно. В моём случае ещё и чертовски обидно.

Но то были цветочки. Самое прекрасное началось потом.

Церковь я ненавидел всем сердцем и искренне считал, что уничтожил её полностью. Мой же друг объявил, что меня подло убили враги режима и что я теперь святой. Прямо так и объявил. После чего под шумок организовал новую церковь имени меня.

Ну и урод!

Здесь начинается вторая часть истории. Не совсем геройская. Помните моего загадочного папашу? Я о нём тогда успел десять раз позабыть, а зря. Красавец-незнакомец, который оставляет после секса крестьянке запас денег на всю жизнь, — это нонсенс. Так бывает только в сказках.

Или если это персонификация бога. В моём случае — самого Изначального Хаоса.

Когда узнаешь о герое такие факты, его история как-то блекнет. Не оборванец, который стал королём, а сын аж целого бога. Ничего себе родословная, как говорится. Бонусы я от этого имел вполне конкретные. Быстро учился, никогда не болел, меч в моих руках пел так, что никто устоять не мог. Но главная моя сила заключалась в том, чтобы доставлять врагам истинные мучения, сея в тактическом и стратегическом плане хаос. Я был чёртовым гением в умении смертельно удивить всех.

Если остальное можно списать на обычные таланты, то это точно наследство от папаши.

Как и то, что я вдруг неожиданно для себя переродился в божка. Ну, знаете, геройская жизнь, куча верующих, правильная родословная. Ничего сложного. Доступно любому оборванцу с улиц, ведь этому нас учат истории про героев.

Перерождение заняло какое-то время. Успел я как раз вовремя, чтобы явиться на открытие храма в честь меня. Мой друг открытие и проводил. Перед этим выжав через налоги население досуха.

Церемония прошла отлично. Я лично позаботился, чтобы мерзавец вспыхнул, как факел. Вот удивились же люди, воочию увидев гнев божий. Храму тоже досталось. Я не успокоился, пока не разрушил его.

Что сказать. Тогда я был зол и глуп, не разбирался, как устроена божественная жизнь и что моя сила зависит от веры. Религия развалилась окончательно. Про меня быстро забыли. Я остался без подпитки. В некотором роде повезло, что на главном материке была своя религия, с богом, который как-то заглянул к нам и подсказал мне, как быть.

Так я отправился на Олимп.

***

Сколько нужно времени, чтобы стать циником?

Мне хватило одной жизни и ещё чуть-чуть второй.

А сколько нужно времени, чтобы устать быть младшим богом, перессориться со всеми и отправиться на перерождение проклятым? Мне хватило одного года.

Поймите меня правильно. Я и по жизни не отличался добрым нравом, особенно по отношению к врагам. К обычным людям да — старался относиться нормально и помогать. Типичный герой, что тут скажешь. Но это всё закончилось в момент предательства, когда меня кинжалом ткнули. Вместе с кровью и жизнью уходила и моя доброта.

Когда же я попал на Олимп, это стало в некотором роде шоком для меня. Место, где обитают боги. Как не удивиться? Я и удивился. Затаился и вёл себя так, как подобает беспризорнику, который только попал в стаю. Заткнулся, действовал осторожно и тихо, не нарывался, пытался разобраться, какие здесь порядки и правила. Хватило меня ненадолго. Олимп меня серьёзно разочаровал. Мудрых существ я не увидел. По правде говоря, боги не сильно отличались от людей. Точнее они отличались, но в худшую сторону. Бессмертные существа, сильные и могущественные, которые постоянно боролись за власть и развлекались.

Сплошное убожество, на мой вкус.

Участь мне тоже была уготована такая себе. В местной иерархии божки без паствы, которые вне Олимпа не могут выжить, быстро попадали на роль прислуги и главных объектов для издевательств.

Попасть в бесконечное рабство? Нет, спасибо. Освоившись и проникнувшись местными нравами, я растерял свою почтительность.

Что привело к тому, к чему привело.

— Стоять! — крикнул бог войны, заметив меня.

Древний козёл, слишком много о себе возомнивший. Любитель накатить чего покрепче и рассказать о том, что война самый лучший вид искусства. Вчера я ему высказал, что дерьмо это, а не война. Почему-то он обиделся.

Это он ещё не знал, что со своим дурным характером я целую серию провокаций провёл, отвечая добром на добро. А уж боги всех мастей были теми ещё добряками по отношению к новичкам.

Показав ему неприличный жест, я юркнул за угол и подхватил весло. Откуда весло на Олимпе? О, тут и не такое достать можно. До конца не протрезвевшая персонификация войны выбежала за мной следом и получила смачно по лбу.

— Война — это искусство, война — это искусство… — пробормотал я, с уважением глянув на весло.

Надеюсь, Лодочник не обидится.

Будь я чуть добрее и смиреннее, не переживи крушение всех идеалов и представлений о прекрасном, не замучайся терпеть выходки богов и их высокомерие, проявил бы благоразумие и не учудил бы всё то, что учудил.

Мои выходки не прошли даром. От бога войны я сбежал, но он быстро оклемался, слишком сильный гад. А там уже пошла молва и, закономерно, старичье решило проучить молодого выскочку.

Отчасти — за дело. Но будь я проклят, если хоть на секунду об этом пожалею.

Как в воду глядел. Вскоре меня действительно прокляли.

Боги объединились и устроили настоящую облаву. Напрямую не били, но проклятиями осыпали только так.

— Чтоб тебя ни одно оружие не слушалось! — крикнул бог войны, когда выследил меня.

В один миг меня продрало, а весло выскочило из рук. Мраморного пола не коснулось, заложило вираж, пролетело мимо колонн и статуй, да умчалось обратно к Лодочнику. Скучный он мужик, но нормальный.

— Чтоб у тебя ни на одну женщину не встал больше! — крикнул я в ответ богу войны.

Удивились все. Я, который раньше проклятиями не кидался, но в первый раз исполнил на отлично. Бог войны, который в моменте раскрылся и просто не ожидал, что молодой бог посмеет так огрызаться. Все его любовницы, которые на какое-то время останутся без его внимания. Зрители, которые дружно ахнули от такого зрелища с попранием устоев, традиций и перспектив сексуальных развлечений.

— Да как ты смеешь?! — вскрикнула богиня любви. — Чтоб тебе никогда не познать ни любви, ни ласки, ни женского тепла!

Меня пробрало во второй раз. Проклятие легло на саму суть, что глубже души.

Мстительная какая.

— Я не виноват, что тебя никто не любит! — крикнул я в ответ.

Богиня возмутилась и метнула в меня розовую молнию. Чудом увернулся, спрятавшись за колонной. Ту разнесло в пыль, меня накрыло облаком и, воспользовавшись этим прикрытием, я предпочёл тактическое отступление.

Кто же виноват, что конкретно эта персонификация любви та ещё стерва, в которой от любви ничего и нет, только бесконечное желание, чтобы её обожали и почитали. Попыталась затащить меня в постель, чтобы самоутвердиться в тысячный раз, но я предпочёл её главную конкурентку, а потом ещё и вслух сказал, что Любовь-то наша слишком унылая. Жестоко? Возможно. Но за тот год, что я здесь, эта дамочка пятерых молодых богов до самоубийства довела. Кровопийца.

Тем временем взбешённая персонификация войны уже набрала скорость, выхватив свой здоровенный меч, и почти меня догнала. Оценив перспективы, я прыгнул прямо с балкона в водопад.

Олимп строили с большим размахом, если попытаться пересчитать все балконы и колонны, чисел не хватит. Вода здесь тоже не простая. Река жизни. После купания ускоряется рост всех волос и либидо взлетает к небесам. Как боги любят «волосатые» купания, устраивая после оргию, лучше умолчу.

Выбравшись, я нарвался на другую команду загонщиков. Осыпали проклятиями, еле отбился. Далеко убежать не получилось. С каждым новым проклятием я ощущал, как нарастает тяжесть и как горит душа внутри.

Черти, самые настоящие черти, а не боги.

Закончилось всё закономерно. Не мне с ними тягаться. Пленив и связав, меня отправили на перерождение. Чтобы помучался подольше.

Наивные. Так просто я не сдамся.

Глава 1. Старушка с подвохом

В этой новой жизни меня звали Давид Романович Эварницкий. Из угасающего, не особо славного рода Эварницких, живущих на задворках северной столицы, в особой зоне третьего ранга, в опале.

Боги поступили со мной оригинально. Обвешали проклятиями так, что удивительно, как я до сих пор жив, да отправили на перерождение. Не рискнули просто прикончить. Спасибо отцу, богу Хаоса. Круче него просто никого нет в этой вселенной. Собственно, эту вселенную он и породил. Не в одиночку, а с богиней Порядка на пару, но не суть.

Оставим пока высокие материи в стороне. Куда больше меня волновали дела насущные и то, как складывалась моя жизнь.

Складывалась не то чтобы ужасно, но и не слишком радостно. По иронии судьбы, я опять проживал в захолустье, правда, в стареньком поместье, а не в крестьянской лачуге. Сегодня мне исполнилось двенадцать лет. О, какие это весёлые годы были. Мне пришлось постараться, чтобы не сдохнуть из-за проклятий. Проявить чудеса смекалки и не раз рискнуть, чтобы продержаться. К сожалению, всё было не так просто. Надо отдать богам должное. Они уважали (или боялись) суть моего отца. Одно из имён Хаоса — бог Историй. Вот они и придумали для меня хорошую историю. Очевидно, младенец бы не смог выжить под всеми проклятиями. Поэтому те набирали силу постепенно.

Это одна из ключевых причин, почему я до сих пор жив. Пока что. Сугубо временное состояние, как показывает практика.

Свои дни рождения я искренне ненавидел, потому что именно в эти дни проклятия делали ещё один заметный шаг к тому, чтобы прикончить меня. Сегодня они превзошли все мои ожидания и подкинули что-то новенькое. Но надо признать, я и сам в этом виноват, ведь мог бы и догадаться, что грядёт.

Из известных родственников у меня была только бабка, с которой я жил. В доме есть кот, и к нему она относилась где-то в сто раз лучше, чем к собственному внуку. Это при том, что я единственный наследник рода. Главное — не обманитесь. Говоря про неё бабка или старуха, я имел в виду возраст сугубо биологический, который перевалил за отметку в семьдесят лет. На деле же это была роковая красавица, пусть и немного запущенная, обожающая чёрные наряды, красную помаду и продажных мужчин. Поэтому я был убеждён, что она безобидна и глупа, единственное, на что способна — проматывать капитал и плодить долги. С чем я ничего не мог поделать и воспринимал смиренно, успокаивая себя тем, что в моём положении ожидать чего-то большего наивно.

О том, что у меня день рождения, никто в доме не вспомнил. Так я думал. Пока не очнулся связанным, медленно куда-то движущимся. Не сразу сообразив, почему мои руки задрались вверх, а над собой я вижу угрюмого мужика, который держит меня за ноги.

Пикантная ситуация, и, каюсь, я подумал вовсе не то, что должны думать двенадцатилетние порядочные мальчики.

Ситуация чуть прояснилась, когда мы добрались до лестницы и я пересчитал затылком все ступени. Заодно заметив, что руки у меня связаны, а в теле ощущается подозрительная слабость.

Что-то это не похоже на вечеринку-сюрприз.

Вскоре увидел и бабку. Комната в подвале что надо была. Тёмная, без электрических приборов. На потолке не было нормальной люстры, зато свечей наставили в избытке. Меня уложили на холодный пол, после чего охранника отправили восвояси.

— Уйди, — бросила ему старуха.

Я услышал лёгкие шаги и то, как скрипнула тяжёлая дверь.

Так-так-так. А что это за склянки с внутренними органами? А что это за милые черепа, человеческие и животных? А для чего эти символы, которыми исписаны все стены и потолок?

О боги, вы что, смеётесь надо мной? Неужели эта милая старушенция, которая так любит выпивку и молодых любовников, которая спустила и продолжает спускать на альфонсов целое состояние и последние наши накопления, которая ни разу за всю жизнь мне тёплого слова не сказала и откровенно забила на воспитание потомка, собралась провести какой-то ритуал жертвоприношения?

Если вы, гады, следите сейчас за этим шоу, то вам, готов спорить, очень смешно.

— Эй, старая, — позвал я. — Только не говори, что ты собралась принести меня в жертву.

Старуха, которая на меня и не смотрела, занимаясь последними приготовлениями, вздрогнула. Резко обернувшись, она уставилась на меня, выхватив нож.

— Почему ты в сознании? — спросила она требовательно.

Я сопоставил её вопрос, вкус сдохшей кошки во рту, странный ужин сегодня, то, что не очнулся, когда меня вытащили из постели, и сделал, в общем-то, закономерный вывод.

— Не знаю, чем ты меня усыпила для надёжности, но со мной это не сработало. Так что, ты меня реально, что ли, в жертву собралась принести?

Старуха подошла и внимательно меня рассмотрела.

— Почему я не вижу твоего страха? — спросила она недоумевая.

— Потому что это очень смешно, — честно ответил я.

— Тебе придётся умереть. Мучительно, — обрадовала она меня.

— Об этом я уже догадался. Жертвоприношение? И что хочешь получить за меня?

— Пару десятков лет молодости, — ответила она и вернулась к приготовлениям.

— Так банально? Ты меня разочаровала, старая. Впрочем, чего ещё от тебя ожидать, с твоей-то тягой к разврату.

— Что бы ты понимал, щенок.

Действительно. Охранник был настолько беспечен, что перетянул мне руки верёвкой и всё. Подобравшись, я поднял ноги, подпрыгнул и резко встал. Бабка среагировала, но реакция у неё была дрянная. Я подпрыгнул и с двух ног попал ей прямо по лицу. Реакция дрянная, но ощущение такое, будто стену ударил. Чёртовы одарённые.

Оттолкнувшись, крутанул сальто назад, приземлился и замер, оценивая результат. Я точно услышал хруст костей. Лицо смяло, голову откинуло назад. С таким же хрустом черепушка резко встала на место. Лицо выпрямилось, и на меня уставилась до крайности разъярённая старушенция.

— Какая у тебя звезда?!

— Так я тебе и сказал, ведьма озабоченная, — ответил я, чувствуя, как одно из проклятий напрягается внутри меня. — Может, договоримся? Поверь, это дельное предложение.

— Выпотрошу, — пообещала она мне.

— Старая, мне, если честно, глубоко плевать, чем ты тут занимаешься и почему каждый твой четвёртый любовник исчезает. — О чём я раньше как-то не задумывался, а сейчас вдруг осенило. — Ты, смотрю, совсем головой тронулась, раз инквизиции не боишься. Но и на это плевать. Будь уверена, если сейчас не остановишься, пожалеешь.

Ведьма отвела руку, формируя заклинание.

— Сама напросилась, — тихо сказал я и опустился на колено.

В третьей чакре у меня всего одна звезда, с одним-единственным мне доступным заклинанием «наделение».

— Что ты сделал?! — испуганно спросила женщина, заметив вспышку.

— Всего лишь наделил твой алтарь свойством…

Хотел сказать, хрупкости и что от любого удара он теперь разобьётся, но случилось это раньше, чем я ожидал. Раздался оглушительный треск, я провалился вниз сантиметров на двадцать и, пошатнувшись, едва удержал равновесие.

— Ты что натворил?! — закричала старуха в ужасе.

Что-либо ответить я не успел. В жертвоприношениях я разбирался слабо, как и в магии, поэтому для меня стало неожиданностью то, что высвободившаяся сила подкинула меня вверх, приложив о потолок, а потом гравитация утянула вниз, приложив о пол и многочисленные осколки. Старухе тоже досталось, как и комнате. Да чего уж там, уверен, всё здание дрогнуло.

— А я ведь говорил, — проворчал я, поднимаясь. — Пожалеешь…

***

Медина Николаева, моя любимая бабушка, серьёзно обиделась.

Я, между прочим, тоже.

Уходил тем же вечером. На выходе из подземелья ждал встревоженный охранник, который сильно удивился, заметив меня. Ещё больше он удивился, когда я ему в лицо полную пригоршню всякой мути, собранной с пола, кинул. Ещё и по яйцам врезал. Как иначе-то? Мне двенадцать, ему за сорок, и он себя держит в прекрасной форме. В комнату заходить не стал, сразу в лес рванул. Там у меня заначка была. Руки же освободил ещё до выхода, перерезав верёвку осколком. Порезался, но это ерунда.

Стоило оказаться среди деревьев, притормозил и долго ругался. Тихо, но с удовольствием. В этом лесу шуметь нельзя было. Сожрут.

А неплохо день рождения прошёл. В лучших традициях хороших историй. Коварство, предстательство родни, драма и спасение в последний момент. Тьфу. Аж тошно от всего этого. Уж что-что, а героем в этой жизни я принципиально становиться не собираюсь.

Как бы там ни было, успокоившись, я отошёл подальше и принялся ждать, какая последует реакция. Вскоре за мной отправили поисковый отряд. Пусть ищут. Я тут каждый куст знаю. Каждую яму, поляну и дерево. Все тропы и опасности. Охрана поместья свои шансы оценивала трезво, удалилась метров на пятьдесят, постояла на одном месте с полчаса и вернулась. Старались как могли! Ха.

Надо признать, чуйка у них что надо, потому что я уже набросал план, как от них избавиться. Старуха теперь воспринималась однозначным врагом и сокращение её «войска» — это разумный шаг. Но они ушли, а я, спрятавшись, крепко призадумался, как быть дальше.

Пожалуй, надо сделать паузу в истории и рассказать, что со мной вообще происходило. Как я докатился до жизни такой — понятно. Боги постарались. Но контекст! Нюансы! Вот где скрывается самая мякоть! Тем более что-то геройское во мне по-прежнему оставалось, поэтому были и светлые моменты в том, что предшествовало моему знакомству с тёмной стороной старушенции.

Я уже рассказывал, что в последний день на Олимпе неожиданно для всех открыл в себе талант к проклятиям. Тоже подарочек от отца, не иначе. У этого таланта две стороны. Не только способность проклясть, но и возможность поработать с тем, что навешали на меня.

Лодочник, который переправлял души из одного пространства в другое, обычно души смертных в загробный мир и обратно, заваренную кашу оценил по достоинству, посмеялся и дал мне дополнительное время в чистилище, чтобы я попытался скинуть проклятия. Чем я и занимался, насколько сил хватило. Та ещё задачка. Представьте, что вашу душу корёжит, сами вы находитесь в чистилище, которое буквально выжигает в вас всё лишнее. В то же время вы обвешаны проклятиями, и с ними надо разобраться с помощью внезапно открывшего таланта за ограниченное количество времени. Я скинул всю шелуху, которую накидали забавы ради. Споткнулся о серьёзные проклятия и попытался их трансформировать во что-то, с чем можно жить. В итоге оставил себе несколько лазеек. После чего время закончилось, и меня отправили в новую жизнь.

Самое неприятное было с оружием. Оно не держится у меня в руках. Единственная попытка взять в руки меч, который позаимствовал у охраны, привела к тому, что он выскочил из ладони и вонзился в землю рядом с ногой, разрезав ботинок и кожу.

У меня! Великого мечника! Выскочил меч из рук!

Смешно, смешно. Но — не мне.

Ни оружия, ни полноценной магии, ни дружбы, ни любви. Вместо этого постоянные неприятности. Я могу сдерживать проклятия, чувствовать, когда они набирают силу, и сознательно сбрасывать напряжение, но работает это не со стопроцентной гарантией, случаются осечки, как в эту ночь. Также мне сложно врать, проклятия толкают говорить правду. Не самый лучший расклад для переродившегося бога.

Кое-какие лазейки я себе оставил. Недоступнее всего мне меч. Всё, что похоже на него, тоже не даётся в руку. Остальное оружие не даётся, но хотя бы не пытается меня убить. Прочие предметы — с ними проще. Я как-то раз провёл эксперимент и кидал камни в дерево. С расстояния в пять шагов. Попал семь раз из десяти. Что не зависело от меткости. Проклятия прицел сбивали. На семнадцатую попытку камень отлетел и чуть не угодил мне в лоб. При желании я мог это временно подавить и использовать какой-нибудь топор. После чего наступал откат и проклятия усиливались, выливаясь на меня в виде неприятностей. Нюансов хватало. Проклятия в целом с каждым годом становились сильнее. В противовес этому я учился с ними обращаться. То на то и выходило, как будет дальше — неизвестно.

Что касается любви и дружбы — они мне всё же доступны. Чёрт его знает, зачем я заморочился. Наверное, из вредности. Ирония в том, что обычной любви я не встречу, но вот истинной, чтобы прям ух, на всю жизнь — да, могу. С друзьями аналогично.

Если бы ещё не было такого, что все люди ко мне изначально, прямо с ходу, враждебно относились, было бы проще. В той или иной степени ограниченные социальными нормами, но всё же. Так мне разок пришлось постараться, чтобы договориться с одним из охранников. По морде он мне не дал, но с ценами за добычу — надурил.

Эта часть касалась моих стартовых условий. Весь путь рождения я прошёл с самого начала и не скажу, что хотел бы это повторить. Иметь взрослое сознание в теле младенца — самая настоящая пытка.

Род Эварницких, куда я приземлился, те ещё затейники. Мой прадед по отцовской линии, которого уже нет в живых, поучаствовал в заговоре против императора и был казнён, а наша семейка сослана в эту глушь. Происходило это на фоне мировой войны, поэтому времечко то ещё было. Дед ничем не отметился, кроме любви к артефакторике и кузнечному делу, а также попыток реабилитироваться в обществе. Не особо удачных, как нетрудно догадаться, потому что мы по-прежнему прозябаем. Умер он до моего рождения, и что-то теперь я сомневаюсь, что по естественным причинам. Кто знает, насколько далеко бабка зашла. Может, и прикончила муженька. Мой отец, наоборот, отличился, прослыл настоящим героем, который пошёл отражать спонтанное нашествие нежити, завалил главного некроманта, чем и прославился. Посмертно. По слухам, не без помощи «друзей». Стоило признать, как и его отец, женщин он выбирать не умел. Моя мать, которая отца никогда не любила, не прошло и месяца, сбежала с капитаном гвардии. Меня она не любила в той же степени, в детстве я видел её в исключительно редких случаях, поэтому не удивился, когда она бросила меня без всяких сожалений. Сбежала эта особа до ближайшего железнодорожного пути. Их машину переехал поезд. Теперь, после инцидента со старухой, которая мне бабка как раз по отцу, возникают подозрения, что она могла быть к этому причастна.

Других родственников я не знал. Никто с нами, опальными, не общался. Про родителей матери ничего не слышал. Сами мы живём в карельских лесах, рядом с аномалией третьего класса. Родителей я потерял восемь лет назад, за которые бабка спустила половину активов рода, гуляя на полную. У семьи и так положение не очень было, но она приложила недюжинные усилия, чтобы окончательно нас добить. Это я знал точно, потому что нашёл способ пробраться к ней в кабинет, где оседали бесконечные счета и долговые расписки.

Как я теперь понимаю, она меня изначально на убой растила. Поэтому никто особо не занимался моим образованием. Поэтому мы никогда не ездили в гости. Сомневаюсь, что общественность в принципе знает о моём существовании.

Вот я дурак-то. Никогда об этом не задумывался в таком ключе. Списывал всё на то, что бабка не особо умна и слаба перед искушениями, поэтому и не занимается мной. А оно вон как вышло.

Но можно ли назвать её умной? С тех пор, как осталась единственной из взрослых, она отрывалась на полную. Выглядела значительно моложе своих лет. Что можно списать на природные данные, но не бесконечно же? Материальное положение с каждым годом ухудшалось. Люди разбегались. Терялись активы рода. Пять лет назад меня мигом бы в лесу нашли, потому что у нас была команда охотников, что ходила туда за добычей. Она пусть всего и третьего ранга, но и там хватает добра. Сейчас охотников нет. Прислуги едва хватает, чтобы обслуживать дом, да и то он давно требует капитального ремонта. Охраны минимум, и они не самого лучшего качества.

Я не так много знаю об окружающем мире, но об инквизиции слышал, как и о корпусе Ищущих. Как только эти ребята узнают о делишках ведьмы, её будет ждать костёр. Могут и весь наш особняк спалить, чтоб наверняка. Меня же отправят на допрос с пристрастием. Либо с помощью Голоса, либо с привлечением менталиста, либо и так, и так. С моим прошлым — такая себе перспектива.

Старуха же, если подумать, откровенно безумна, и непонятно, на что рассчитывает.

Но куда важнее, на что рассчитывать мне. Двенадцатилетний пацан, обвешанный проклятиями, с такой родственницей — это, как ни крути, во всех смыслах паршивая ситуация.

С этого момента история моей новой жизни и начала набирать обороты. Сидя в холодном лесу, с риском стать чьим-то поздним ужином, я размышлял над бренностью бытия, стараясь не думать о том, как боги, наблюдая за этим, смеются и потешаются.

Глава 2. Птенец, вывалившийся из гнезда

Бабка не придумала ничего лучше, чем отправить охрану по моему следу утром. Ночной прогулки ей показалось мало. Логика в её действиях присутствовала, а вот верная оценка моих способностей — нет.

Эти идиоты совсем не умели читать следы. Я устроил им весёлую встречу, заманив в ловушку. На крики пожаловала местная живность в виде магического зверя и сделала им больно-больно. Потрёпанные и подранные, они кое-как отбились и вернулись в поместье. Бабка же затаилась. Готов спорить, она выслала кого-нибудь перекрыть дорогу из нашего поместья. Ну-ну. С её точки зрения, главная опасность, это то, что настучу инквизиции, а значит, меня нельзя отпускать. Смысл в этом действии был. Сдать её после попытки принести меня в жертву — верный способ избежать неприятностей. Определённо стоило бы так поступить, будь я чуть наивнее, но почему-то я не питал иллюзий, что получится легко отделаться. Посыплюсь на вопросе, а как удалось отбиться и сбежать. Мне ведь двенадцать лет.

Хотя чего это я? Будь мне тридцать или все сто, проклятия подгадят мне основательно, превратят самую выгодную позицию в трагедию и массу проблем для меня. Тонкость в том, что, если не сдам старуху, это тоже очевидная слабость, откуда обязательно прилетят неприятности. Отвечать на вопрос, почему не сдал старуху, как-то не хочется.

Спешить я не стал. Посмотрим, как дальше реагировать будет. Если бабка не захочет откупиться, тогда придётся сдать её. Пока же подожду. То, что она любовничков в жертву приносит — так невелика потеря для генофонда. Каюсь, я и сам парочке ноги переломал с год назад, думая, что наивную бабку нужно защитить от алчных проходимцев, что разводят бедную старушку.

Как же я был наивен. Бесит.

***

Бабка пришла мириться через два дня, под вечер.

— Давид! — крикнула она. — Я знаю, что ты рядом! Выходи, говорить будем! Не бойся, не трону!

— Ты уверена, что это мне бояться надо, старая? — крикнул я в ответ, с удобством разместившись на ветке дерева. — Ты не думала, что я тут спокойно дожидаюсь карательного отряда инквизиции и собираюсь насладиться прекрасным зрелищем полыхающего костра?

Медина Николаевна заметно передёрнула плечами. Не уверен, что из-за угрозы. На вид ей лет сорок, я бы никогда не назвал её старухой, если бы не залез в семейные документы и точно не знал бы дату её рождения.

— Инквизицию не надо ждать, — ответила она. — Сообщи ты обо мне, они бы уже были здесь.

— Удивительно логичная мысль для алчной ведьмы, — сказал я насмешливо.

— Да кто ты вообще такой? — возмущённо спросила она.

Спрыгнув, я вышел из леса, показался перед ней.

— Надо же, наконец-то правильный вопрос задала. Я твой внук. Разве забыла?

— Внук, который сам открыл минимум третью звезду в первой чакре, так ещё и третье средоточие развил? Охотно верю! — сказала она ядовито. — Я не занималась твоим обучением, сам ты этого сделать не мог.

— Ты не представляешь, сколько всего можно найти в интернете, — усмехнулся я.

Что было чистой правдой. На форумах чего я только не нашёл. Ещё больше открыл на платных подписках, всяких курсах, в городской библиотеке, откуда заказывал книги, ну и в нашей библиотеке тоже не всё было распродано. Ложь, которая скрывалась за этой правдой, заключалась в том, что, помимо крупиц полезных знаний, в интернете поджидал бесконечный океан ахинеи.

— Так кто ты такой? — повторила вопрос старуха.

Я ощутил, как внутри напряглось проклятие, требуя ответить правдиво. Я мог его придержать, но временно. Что и сделал, не собираясь сразу вскрывать карты.

— Ты не ответила на мой первый вопрос, почему я должен отвечать на твой?

— Какой? — нахмурилась она.

— Кому ты собиралась принести меня в жертву?

— Хаосу, — сказала она, подумав.

Я рассмеялся.

— Знаешь, это самая смешная шутка за последние двенадцать лет.

— Тебе это кажется смешным? — прищурилась она.

— Конечно. Ты, глупая ведьма, собралась принести меня, бога и сына Хаоса, ему в жертву. Большего идиотизма представить невозможно.

Проклятие внутри меня, получив жертву в виде столь мощной правды, затихло и затаилось.

— Ты бог? Не смеши, — фыркнула она.

— Перерождённый, — пожал я плечами. — Что делать будем, бабушка? — спросил я иронично.

— Если принести бога в жертву, то я получу куда больше. Не обязательно делать подношение хаосу, — изобразила она задумчивый вид и даже палец приложила к пухлым губам.

— Сдаётся мне, ты слабо разбираешься в вопросе, заигрывая с опасными силами. Повторю, мне плевать на твои развлечения. На любовничков тоже плевать, смирился с тем, что моя бабка — старая развратница. Я тебя уже раз предупредил, что если не успокоишься, то пожалеешь. Второй раз результат понравится ещё меньше. Как ты меня в жертву-то приносить собираешься без алтаря? Или думаешь, я в темноте не замечу, сколько ты косметики наложила, чтобы скрыть следы удара? Пошатнулось здоровье-то, а? Вот тебе и итог первого конфликта, когда я не был готов. Минус алтарь и проблемы с лицом. Давай напади ещё раз, и посмотрим, чем это закончится.

Старуха ответила не сразу. Замолчала, смотря на меня с неприязнью. В этом взгляде мелькал разум, поэтому я ещё надеялся, что есть шансы получить желаемое.

— Бог ты или нет, но у тебя тело ребёнка. Ты как-то смог набрать силу, но эта сила слишком мала, чтобы чувствовать себя уверенно. Иначе ты бы меня просто убил и стал главой рода, решив этим сразу множество проблем. Инквизицию ты тоже не вызвал, а значит, либо надеешься на что-то другое или опасаешься их. Теперь я понимаю, что второе верно. Если ты и правда переродившийся бог, во что верится с трудом, то твоё нежелание попасть в застенки Ищущих, а там и инквизиции, понятно.

— Удивительно логичный анализ ситуации, — похлопал я в ладоши. — В твоей головушке присутствует интеллект, и тогда мне непонятно, почему ты ведёшь настолько беспечный образ жизни, явно нарываясь? Это ведь вопрос времени, когда на тебя выйдут. Вопрос ближайшего времени. Даже если я буду молчать. Ну и да. Про моё уязвимое положение ты сказала, а про своё — умолчала. Сама ты слаба, со мной, даже в теле ребёнка, не справишься. Людей у тебя толковых тоже нет. Малейшая ошибка, и я просто сбегу, а там здравствуй, костёр.

— Выходит, что эта ситуация неприятна для нас обоих, — мягко улыбнулась она.

— Если ты сейчас хочешь усыпить мою бдительность, то давай сразу пропустим эту часть.

— Допустим. Как ты предлагаешь разрешить наши… разногласия? — спросила она, помедлив.

— Могу предложить три варианта, — ответил ей. — Первый… Признаюсь, я вчера сглупил. Надо было не мешать тебе приносить меня в жертву. Уверен, получилось бы отлично. Положить на алтарь проклятого бога, ха! Я бы скинул на тебя свои проклятия да отправился на перерождение, но уже без всех этих ограничений! Правда, тебя бы в этом случае ничего хорошего не ждало. Не выдержала бы подарочек, будучи всего лишь обычной смертной женщиной. Но ты ведь и так не рассчитываешь на хорошее посмертие?

Медина поджала губы.

— Два других варианта? — спросила она холодно.

— О, второй тебе тоже понравится, — заверил я. — Может, перебить вас всех да сжечь поместье? А то мне очень не хочется, чтобы инквизиция задавала вопросы. Или не сжигать, а разобраться только с причастными. Стать главой рода, как ты мне столь любезно подсказала.

— А силёнок-то хватит? — спросила она насмешливо.

— Готова проверить? Я развернусь, спокойно уйду. Как ты догадалась, в лесу я чувствую себя отлично. А там кто знает, что случится. Дом внезапно загорится. Люди начнут исчезать. Я связанным выбрался с твоего алтаря. Потрепал отряд охранников, который ты за мной отправила. Провёл несколько дней в лесу и, как видишь, цел и здоров. Давай подумай, насколько весёлую жизнь тебе может устроить бог, живущий не первую жизнь.

Пусть у неё мозги клинит, пусть сомневается. Не уверен, что это поможет, проклятия свою работу делают, но сейчас я не чувствую напряжения, в ту ночь скинул, поэтому вдруг и выйдет договориться. Так-то в своих силах я не особо уверен. В лесу моя территория. Штурмовать поместье, ещё и без оружия, слабоват я для этого.

— Третий вариант? — спросила она, перестав улыбаться.

— Нейтралитет. Ты поумеришь свои аппетиты, чтобы к нам не прислали карательный отряд. Я подрасту, свалю, а дальше делай, что хочешь. Не будем друг другу портить жизнь.

Бабка сложила руки на груди, попыталась задавить меня взглядом. Но куда ей? Меня боги не впечатлили, а тут обычная слабая одарённая, которая заигралась в ведьму.

— И что, так просто доверишься мне?

— Нет, конечно. Это лишь вариант, как нам ужиться с тобой. Мы ещё не обсудили виру за испорченный день рождения.

— Что ты хочешь? — подобралась она.

— Знания. Информацию. Я многое узнал об этом мире, но возможности ребёнка ограничены. Поэтому займись моим нормальным обучением. Также наймёшь мне репетиторов. Нормальных.

Репетиторы нужны в первую очередь для того, чтобы как можно больше людей знало, что я в принципе существую. Чтобы по-тихому от меня избавиться было сложнее. Какая-никакая, а страховка, дополнительная сложность для старухи.

— Где гарантии, что ты не сдашь меня потом?

Переигрывает. Вижу, что уже согласна. Вижу, что что-то задумала. Торгуется для вида.

— Придётся нам, милая моя бабушка, довериться друг другу.

— Кажется, у меня нет выбора? Ты не лезешь в мои дела. Я веду себя скромно, отвечаю на твои вопросы и оплачиваю тебе преподавателя. Как подрастёшь, уйдёшь из дома. Договор?

— Договор, — кивнул я.

На том и порешили.

Я выиграл себе немного времени на подготовку. Она думала, что тоже выиграла себе время, чтобы восстановить алтарь и всё же принести меня в жертву, заодно избавившись от опасного свидетеля.

Если кому-то показалось, что я поверил ей хотя бы на секунду, то он слишком переоценивает мою веру в людей.

— Что дальше? — спросила она.

— Не знаю, как ты, а я иду домой, — прошёл я мимо неё.

Это была простая психологическая манипуляция. Пусть опасается того, кто настолько уверен в себе. Внутри я уверенности не ощущал, но на нервы старухе действовал с большим удовольствием.

Возле дома меня встретил её личный помощник. Тот самый командир охраны, который получил от меня по яйцам.

— Какие-то проблемы? — прямо спросил я, остановившись напротив него.

Он глянул мне за спину, скрипнул зубами и отошёл в сторону. Значит, старуха решила отложить разборки до поры до времени. Зайдя внутрь, ничего подозрительного там не увидел. Наведался на кухню, набрал продуктов из холодильника, игнорируя взгляды кухарки, сам себе сделал бутерброд да отправился в комнату. Где собрал свои вещи и ушёл в другую спальню. Когда-то это был богатый дом со множеством комнат. Большинство сейчас были запущены, но я постарался найти ту, что выглядела надёжнее моей спальни. Нашёл. Дверь была крепкая, с металлической задвижкой. Окна выходили во двор с видом на лес. Вариант не особо лучше, но моя спальня вообще никак защищена не была. Моя недоработка, признаю.

Если не прибьют, исправлю в ближайшие дни.

***

Чтобы до конца сформировать понимание, в каком положении я оказался и в чём заключается мой план, нужно рассказать ещё кое-что об этом мире. А начать с того, как я учился жить в нём и накапливать знания.

Отец был военным, его я видел редко. Мать мной не занималась, крутила шашни с гвардейцем. Бабка… Ну, с ней понятно. Как-то так и вышло, что я был предоставлен сам себе. Почти. В первые годы мне ещё нанимали преподавателя. Или гувернантку, как их красиво называли. Которые с первых же мгновений проникались ко мне антипатией, со всеми отсюда вытекающими. Родственникам-то плевать было, что там со мной происходит. Получить прутом по руке за плохо выполненное домашнее задание — не то чтобы редкое событие в мои юные годы. Я бы и рад выполнять их хорошо, но учили меня крайне посредственно, часто просто выдавая учебники, мол, сам разбирайся.

Жаловаться не буду. Эти уроки закончились со смертью родителей. Бабка забила на меня полностью. Что я тогда воспринял это как должное, наблюдая, на что уходят деньги. Я и сам пытался заниматься самообразованием, но маленькому ребёнку, который язык-то с трудом понимает, не то что письменность, сделать это сложно. Процесс шёл, но медленно, да и проклятия давали о себе знать. Где-то в возрасте восьми лет я впервые ощутил, что пора что-то делать, а то скоро случится что-то нехорошее.

Тогда я заглянул в лес. И чуть не сдох, когда меня хлестнуло… растение.

В некотором роде мне повезло. Это событие настолько меня впечатлило, потому что в родном мире ничего подобного не было, так что я решил собрать как можно больше информации. До этого я думал, что в лесу максимум обычных хищников встретишь, да и то вдали от поместья. Дефицит общения, почти отсутствующее образование, всё это привело к тому, что к своим восьми годам я всё ещё не знал, что существует интернет, что такое мобильная связь и мобильные телефоны, что в этом мире люди ездят на автомобилях и летают на самолётах, больших железных машинах, по небу. А также не знал, что здесь есть одарённые.

В первой своей жизни вершиной технологического прогресса я считал арбалет. Это всё, что нужно знать о моих научных познаниях. Олимп в этом плане не сильно меня изменил. Там я постигал, как устроена вселенная, а не как найти информацию в сети.

Так оно и вышло, что я, дремучий дикарь, подучив язык и письменность, наблюдая за окружающими людьми, подслушивая их разговоры, внезапно для себя стал делать одно открытие за другим, и толчком к этому послужило то самое растение, заставившее взглянуть на мир под другим углом. Я перелопатил всю библиотеку, спёр у охранника телефон и просидел в первый раз в интернете до тех пор, пока не закончилась зарядка. Что стало для меня шоком, потому что о таком замечательном феномене, как электричество, я на тот момент ещё не слышал. Как и об аккумуляторах, их взаимосвязи с розетками и том, что нужен специальный провод.

Моё невежество привело к тому, что я украл ещё один телефон. А когда мне исполнилось девять лет и я ощутил, что сила проклятий выросла и что надо бы сбросить напряжение, вернулся в лес, прикончил то растение, чьё описание изучил, собрал всё ценное и направился к заранее выбранному охраннику, неплохо с ним сторговавшись. Он сбыл добычу, я получил делового партнёра и старенький ноутбук с доступом в интернет, а также небольшую консультацию, как этим пользоваться.

Жить стало проще.

Старуха, которая спрашивала про мои звезды, имела в виду, откуда у меня такая физическая сила и ловкость. А всё просто. За это отвечала нижняя чакра или сосредоточие. Названий множество, зависит от школы. Внутри каждой чакры можно открывать звезды. Каждая звезда состоит из ограниченного числа узлов. Заполнил каждый узел — завершил звезду, открываешь следующую. Каждая звезда даёт прибавку к силе. Ну, если речь идёт о первой чакре. С другими — другие приколы.

Сейчас у меня три звезды в первой чакре. На текущий момент каждая усиливала где-то на сорок один процент. Итого плюс сто двадцать три процента усиления. На охоту я теперь выбираюсь регулярно, постоянно тренируюсь с тех самых девяти лет. Оружие мне недоступно, зато тело не подводит. Поэтому его и развивал. Так оно и вышло, что в свои двенадцать лет я довольно крепок, быстр и ловок. Посильнее обычного взрослого мужчины буду. Этого хватало, чтобы выживать в лесах и сходиться с тварями поопаснее, чем какое-то растение. Этого хватило, чтобы отбиться от старухи.

Как я собирал информацию, какое разочарование испытал, когда осознал, что большинство информации в интернете — наглое вранье и чушь, описывать нет смысла. Методику заполнения узлов, звёзд и чакр я прочитал в дедовых книгах. Тот, который артефактором был, то есть муж Медины, оставил неплохую коллекцию книжек, которые пылились на чердаке. Уж не знаю почему. То ли бабка сентиментальная, то ли, наоборот, ничего от своего мужа видеть не хотела. Почему не продала — загадка.

Как нетрудно догадаться, вопросов у меня накопился миллион. Поэтому я и заключил такое соглашение со старухой. Кровь из носу требовалась информация от одарённого, пусть и такого, которому нет особого доверия.

Поэтому на следующее утро, так и не дождавшись ночью нападения, я спустился на завтрак, приготовившись выбивать информацию.

— Как спалось? — любезно спросила Медина.

— Отлично, спасибо, — с серьёзным видом кивнул я. — Каша уже на столе, как мило. Много отравы подсыпала?

— Как ты мог подумать, что я тебя отравлю? — улыбнулась она «добро».

— Ты права, никак.

Придвинув к себе тарелку, принюхался. Взяв ложку, перемешал. Ничего подозрительного не заметил. Взял немного, в рот закинул.

— С мёдом, сладенькая, — кивнул я одобрительно.

— Самоуверенности тебе не занимать.

— Ты вчера плохо слушала. Вариант с принесением меня в жертву не так уж плох.

— Тогда почему бы тебе не согласиться добровольно?

— Не так уж плох не означает, что он идеален. Я ведь сказал. Прокляли меня. Как думаешь, кто? Список большой, и всем им я хочу утереть нос.

Почти не соврал. Чхал я на богов, но обломать их, сыграв в эту игру, и правда было бы приятно.

— Раз ты не стала меня травить, — сказал я, — то у меня есть вопросы. Надеюсь, у тебя есть настроение на них ответить.

— Не особо.

— А придётся. Договор есть договор.

— Спрашивай. Только не думай, что я буду отвечать на них весь день. У тебя есть время, пока я ем, — ответила она, поджав губы.

— Тогда жуй медленно, потому что вопросов много. Как открыть чакры? Как правильно заполнять узлы? Сколько у тебя открыто чакр и звёзд? Ради чего ты приносишь жертвы? Только ради омоложения? И что, это так легко? Почему этим способом тогда все не пользуются? Как открыть пятую чакру?

Медина от моего напора аж закашлялась.

— Ты куда это разогнался? Ничего я тебе о себе не расскажу, даже и не думай. А как чакры открывать, ты и сам знаешь.

— То, что я знаю, дело моё. А твоё дело, согласно договору, отвечать на вопросы. Разве тебе самой не хочется заняться просвещением надежды рода? — спросил я насмешливо. — Как-то подозрительно выглядит. Неужто заговор за моей спиной плетёшь?

Я откровенно издевался, и Медина меня в ответ выразительным взглядом наградила. После чего начала отвечать. На некоторые вопросы. Чего я и хотел. Плевать мне было, сколько у неё звёзд. Спрашивал больше, чтобы получить ответы хоть на что-то. Ещё одна примитивная манипуляция, но это сработало.

Процесс пошёл, а там видно будет, кто кого переиграет.

Глава 3. Планы

В моих планах не было снова стать богом, вернуться и отомстить. Это несколько бессмысленно. У богов была своя иерархия. Главнее остальных Изначальные: Хаос и Порядок. На стыке их вражды, взаимодействия и любви родилось то, что люди называют вселенной. Также они породили пантеон Космоса или Высших богов, которые выступали кем-то вроде каркаса, на котором вселенная и держалась. Все основные силы, такие как притяжение, пространство и время, — это как раз Высшие. В какой-то момент появились разумные виды, а вместе с ними и множество новых сил. Таких богов называли Старшими. Боги конфликтов, войны, любви, жизни и всего прочего. У них появились свои «дети». Которых на Олимпе называли просто богами. На самом деле, когда разбирался в этом, не покидало желание напиться, потому что так с ходу не определишь, кто есть кто. К примеру, я лично видел несколько богов войны. Один из них был «ребёнком» Высшего бога войны, а второй — подобным мне, что родился в результате веры и которого почитали во многих мирах.

Враждовать с любым из них затея несколько бессмысленная, и об этом точно не будешь думать, пребывая в теле ребёнка с сомнительными стартовыми условиями и перспективами на будущее.

Моя месть — выжить, хорошо устроиться и отлично повеселиться.

Свою третью жизнь я воспринимал именно так. Шанс хорошо провести время. Что в моей первой жизни было? Да ничего хорошего. Постоянное выживание, сражения, ненависть, повстанческая деятельность, а в конце предательство друга и крушение всего того, что, как я думал, нам удалось создать. Не, серьёзно, меня до сих пор бесит тот факт, что я мечтал разрушить церковь и сам, чёрт возьми, стал богом из-за религии имени меня. В этой жизни подобными глупостями я не собирался заниматься. Неинтересно мне второй раз становиться народным героем, менять мир, спасать кого-то. Если в этом мире и есть проблемы, то я готов их разве что усугубить, а никак не решать. Пусть местные сами разбираются.

Я же собираюсь заняться своим развитием. В самом широком смысле этого слова. Изучение проклятий и наблюдение за людьми дали неожиданное наблюдение. В зависимости от силы и масштаба моей личности я мог сопротивляться с той или иной результативностью. Справедливо это и для других. Чем сильнее человек как личность, тем меньше на него влияния оказывает моя мрачная «аура». Поэтому я не особо опасался, что вдруг какой-нибудь архимаг взбесится и прикончит меня. Куда больше проблем мне доставят самые обычные люди. Что уже не раз происходило. Те же няньки считали нормальным делом ущипнуть младенца, чтобы заплакал.

Стать настолько сильным, чтобы проклятия перестали влиять на мою жизнь — это единственный возможный путь, если хочу пожить нормально.

Соглашение с Мединой приносило свои плоды. Я и так к своим двенадцати годам успел накопить разрозненные сведения о мире, поэтому с чем сверить её показания — имелось. Мир, куда я попал, полностью принадлежал одарённым и вращался вокруг силы. С магией я познакомился на Олимпе, но там это всё выглядело совсем иначе, поэтому новые реалии для меня были в новинку. Одарённым ты считался, открывая первую чакру и формируя одну звезду. Если не успел сделать это до шестнадцати лет, автоматически получал статус нулёвки. Никаких социальных прав, полноценное положение раба. Тебя могли продать и даже убить, не понеся за это никакого наказания, кроме выплаты небольшой суммы хозяину. Мило, не правда ли? По официальной статистике, во всём мире в среднем около десяти процентов населения являются нулёвками. Ещё около сорока процентов находятся на уровне одной-двух звёзд, являясь, по сути, обычными гражданами. То есть низшим классом, у которого пробиться в жизни шансов нет.

На то была простая причина. Куда охотнее на любые значимые должности брали тех, у кого побольше звёзд. У чего были как вынужденные причины, так и экономические. К примеру, каждая звезда в первой чакре добавляла не только силы, но и выносливости, а значит, и продуктивности. Человек меньше болел, что тоже играло роль. А на пятой звезде и вовсе это была неутомимая машина, которая обойдёт однозвёздочного как стоячего.

Мне, как опальному аристократу без капитала, верная дорога в армию или охотники. Была бы. Если бы не проклятия. Без оружия много не навоюешь. Сержанта давали только при наличии трёх звёзд в первой чакре. Младшего офицера — при наличии одной звезды в третьей. Для серьёзной руководящей должности и вовсе требовалась звезда в пятой, горловой чакре. Которая открывала одну интересную вещь. Голос. Не голос, а Голос. На уровне первой звезды голос человека становился приятнее, его лучше слушали, проникались отданными приказами. На уровне пятой звезды подобный адепт был способен отдать обычному человеку приказ вскрыть себе горло, и тот повиновался. Надо ли объяснять, что если можно заставить человека самоубиться, то и пойти на предательство, выдачу тайн — тоже не проблема? Ну, или заключить невыгодную для компании сделку.

Логично, что реальная власть начиналась на пятой чакре. Если простолюдин достигал этого уровня, пятой звезды в горловой чакре, то получал ненаследуемый статус аристократа. Если он открывал шестую чакру, разума, титул становился наследуемым.

Что же это за чакры такие?

Да всё просто. Всего их семь. Первая — чакра жизни, располагалась внизу, в районе копчика. Увеличивала физические характеристики. Вторая — чакра зверя. Животно-эмпатическая. Считалась дополнительной для первой. Увеличивала ловкость, здоровье, эмпатию, а также сексуальный магнетизм. Адепты, кто налегал на эту чакру, были теми ещё бабниками, если верить слухам в интернете. Не всё так банально, разумеется. Чакры участвовали в формировании техник: как внутренних, так и внешних, — но если в эти дебри лезть, то и года не хватит, чтобы разобраться.

Третья и четвёртая считались магическими. Третья открывала магический источник, появлялась чувствительность к энергии, а вместе с этим упрощалось и всё развитие. Четвёртая, которую я пока не смог открыть, вроде как отвечала за манипуляции силой, а также пробуждала телекинез. По сути, манипуляции силой — это и есть телекинез, только магический. По мере открытия звёзд появлялась возможность воздействовать и на физические объекты.

Пятая — чакра голоса. Позволяла влиять на мир. Шестая — разума. Открывающая доступ к высшей магии. И седьмая — трансцендентная. Про неё описаний я не нашёл, но подозреваю, что это было связано с уровнем архимагов и полубогов.

Как развиваться? Да просто. Не, серьёзно, это не такое уж сложное занятие, доступное каждому.

Поглощаешь энергию, уплотняешь в нужном месте. Сначала в области чакры. Если её открыл, то молодец, половина дела сделана.

Ладно, ладно. Шучу. Это совсем не просто. Я несколько месяцев убил, пока разобрался в этой «простой» системе. Первые знания я получил в старых книгах, что нашлись в библиотеке. Половину из них я так и не понял, потому что мне банально не хватало словарного запаса. Попробуйте объяснить маленькому ребёнку или дикарю, что такое синергия, и вы поймёте, в чём заключалась сложность. То, что у меня взрослое сознание, не особо ситуацию меняло. Я многие часы убил только на то, чтобы в терминологии разобраться. Старуха же помогла заполнить пробелы, которые не закрыл интернет и свободный поиск.

Это немного смешно и глупо, если честно. Легко найти совет «уплотните энергию в области копчика». Звучит же просто, не так ли? Но эту энергию надо сначала ощутить. Потом убедиться, что это именно та энергия, а не что-то другое. Как-то её сдвинуть в нужное место. Удержать в должном количестве. Убедиться, что это действительно то место. Что уплотнение — это уплотнение, а не фантазия или деструктивный процесс. В конце молиться самому себе, что собрал ровно столько, сколько нужно, и что внутри ничего не рванёт.

В сети я нашёл сотни инструкций, но они не могли дать все те подсказки, которые бы дал любой толковый наставник. Поэтому мне было чем гордиться. Сам разобрался, сам справился.

Стоит открыть чакру, как появляется возможность заглянуть во внутреннее пространство, и дальше всё действительно становится сильно проще. Знай себе наполняй узлы энергией. Хе-хе. У меня точно характер испортился, потому что фраза «просто наполняй энергией» абсолютно правдива, но при том это издевательство, не учитывающее важного нюанса.

Энергию ещё нужно найти.

Она на улице не валяется. Появляется из источников. Которые что? Правильно. Которые контролирует аристократия. У каждого региона был свой ранг, который показывал общий уровень энергии. У каждого города, квартала в этих городах, у особых зон — у всего этого были свои ранги, показывающие, какой там уровень энергии. В рангах разобраться легко. Условно, одарённому, чтобы открыть первую звезду, потребуется месяц возле источника первого ранга. Шесть месяцев, чтобы там же открыть вторую звезду. И года три, чтобы открыть третью. Справедливо и обратное. У источника второго ранга он откроет первую звезду за пару недель. Вторую — за месяц. Третью — за полгода.

Но я сказал, что это условная схема. Многое решает талант. Он определяет, с какой скоростью будет идти формирование звезды. Также источники бывают разных типов, с той или иной стихией. Отличаются и подходы, как именно одарённый формирует звезду. Просто скажу, что половина населения всей планеты никогда не поднимается выше третьей звезды. А открыть пять звёзд — это заявка на то, что жить будешь сытно.

Хорошая новость в том, что наше поместье располагалось рядом с аномалией третьего ранга. Приличный такой кусок леса, который и за месяц не обойдёшь. Контролировали его не только мы, но и ещё пять родов, каждый со своей стороны. Это не считалось чем-то особенным, потому что третий ранг… Ну, это уровень всё ещё простолюдинов. Сойдёт для загородной дачи, но не для основного фундамента силы у серьёзных аристократов. Тем не менее к двенадцати годам я смог открыть три звезды в первой чакре, одну — во второй и одну — в третьей. Не самый плохой показатель в моих условиях.

***

— Эх, балуешь ты меня, — закинул я в рот очередную порцию каши спустя несколько недель после заключения перемирия. — Неужели яд так сложно достать?

— Ты так хочешь, чтобы я тебя отравила? — равнодушно ответила Медина.

Мы не всегда с ней вместе завтракали. Часто она отдельно ела. Ещё чаще на меня никто не готовил, и я питался тем, что сам на кухне возьму. Пикировки ей поднадоели, отвечала старуха на них с каждым разом всё неохотнее.

— Хочу ли — нет. Ожидаю ли — каждую секунду. Рад, что ты перестала прятаться и вышла ко мне. А то вопросов у меня меньше не стало.

— Ты своими вопросами и мёртвого достанешь.

— Буду считать это похвалой. Что насчёт моей матери? Это ты её прикончила?

— Почему спрашиваешь? — заметно напряглась она.

— Не переживай. Мстить за женщину, которой никогда не было до меня дела, я не собираюсь. Считай это обычным любопытством.

А ещё подводкой к основной теме, но вслух я этого произносить не стал.

— Как я могла так поступить? — вежливо улыбнулась Медина.

— Как-как… Она сбежала, прихватила домашние драгоценности, а ещё, быть может, шантажировала тебя.

— Откуда ты знаешь? — прищурилась она.

— Угадал? Так просто?

— Всё никак не могу понять, что ты за личность, — выставила она вилку в мою сторону, что было верхом бестактности. — Сейчас я верю, что ты не мой внук. Слишком циничный и сумасбродный. А ещё неприятный и расчётливый.

— Ещё один комплимент от любимой бабушки? Ты сегодня щедра, как никогда. С матерью разобрались, — не стал я и дальше препираться. — Что с отцом? Его правда прикончили соратники?

— Так оно и было, — помрачнела она. — Что бы ты там себе ни придумал, но именно смерть сына толкнула меня на… этот путь.

Слово «этот» она сказала по-особенному.

— Путь разврата и молодых мальчиков в твоей постели? — не удержался я от подколки.

— Нет, это пришло позже, — смерила она меня ледяным взглядом. — Не буду отрицать, я давно изучала эту тему, но именно смерть сына толкнула меня перейти черту. Я отомстила, чтобы ты знал. Отомстила страшно и, судя по тому, что до сих пор жива, сделала это незаметно.

— Похвально. Хорошую месть я уважаю. В позапрошлой жизни тоже кое-кому отомстил. Ох и полыхал он, ох и полыхал.

— Какая же это твоя жизнь по счёту?

— Третья. Смертный. Бог. Снова смертный.

— Наверняка насыщенная история.

— Которую у меня нет желания рассказывать, да и уговор наш сводится к тому, что это я задаю вопросы, а не ты. Так, значит, за отца ты поквиталась. Проблем в будущем ожидать?

— С твоим характером — определённо. Ты же проклятый к тому же. Сам говорил.

— Ты поняла, про что я. Или тебе настолько плевать на будущее рода, что не хочешь помочь мне, рассказав про наших врагов?

Ещё один момент, который я хотел прояснить. Все враги рода, наши долги, скелеты в шкафу и прочее добро любой порядочной аристократической семьи — это вероятные векторы для удара по мне.

— Сейчас до нас нет никому дела. Разве что соседям, которые не прочь забрать наш кусок земли.

— Ясно. Как же дед? Признайся, что избавилась от неугодного муженька.

— Не трогай его, — процедила она. — Мужа своего я любила.

Я посмотрел на Медину настолько выразительным взглядом, что она смутилась.

— Любила, пока он был жив. Слабое сердце. Никакой мистики.

— Что он был за человек?

— Хороший. Закрыли тему.

Облом. Дед был артефактором, с этим направлением я связывал своё будущее и хотел в разговоре получить какую-нибудь зацепку. Не получилось. Почувствовав, что наседать не стоит, чтобы не выдать свой интерес, сменил тему.

***

С моими проклятиями первое, что надо делать, — открывать звезды. Высоко я в этой глуши не поднимусь. Армия и путь охотников мне заказаны. Можно купить доступ к источникам пятого-шестого ранга, но стоит это прилично и легко такие деньги не заработаешь. По моим подсчётам, обычной семье чуть ли не всю жизнь нужно откладывать, чтобы, если у дитятки есть талант, поднять его до пятой звезды хотя бы в первой чакре. Выбор, без малого, шёл между доступом к источнику и тем, чтобы купить себе жилье, к примеру.

Вариант получить качественное образование и устроиться на денежную работу прекрасен всем, кроме того, что на это нужно время и открытые звезды. Получалась ловушка, из которой без стартового капитала не выбраться. Сделать по-быстрому бизнес и разбогатеть даже звучало смешно. С моими проклятиями только дело и организовывать.

Как ни крути, а хороших вариантов у меня не было в принципе, везде какие-то свои сложности. Поэтому я плюнул на всё, выбрал то, что мне по душе, присовокупив к этому здравые размышления и какие-никакие перспективы.

В прошлом я попал учеником к кузнецу. Правда, единственное, что я там успел поделать — это помести пол. Тут у меня был дед-артефактор, который оставил подборку книг по этой теме. Использовать оружие я не могу, но способен его создавать. Магия мне тоже недоступна, единственное, чего я добился, — это получил одно заклинание. Из всего многообразия, да-да, мне будет доступно, по крайней мере на начальном этапе, пока я мал и незначителен, всего одно заклинание. Которое я выбирал особо тщательно, сознательно делая ставку, которая и определила мой дальнейший путь.

Если честно, то выбор изначально был до безобразия скуден. В интернете можно найти всякое, но с заклинаниями — беда. Распространять их запрещено законом. Но мне повезло. В кои-то веки. В библиотеке деда имелось нужное описание, с его пометками.

Подгон знатный, конечно. Не от деда, а от отца. Хаоса то есть. Иначе как объяснить настолько счастливое совпадение?

Артефакторика для меня стала отличным вариантом. Во-первых, это заинтересовало меня. Я ведь собирался хорошо повеселиться в этой жизни. Освоить что-то новое и сложное — чем не вариант? Да, представления о веселье у меня специфические, но дело это моё личное. Во-вторых, артефактор мог себе позволить ограничить общение с людьми, что для меня плюс, и при этом хорошо зарабатывать, что двойной плюс. В-третьих, влияние артефактор тоже способен получить. Если будет делать что-то могущественное и уникальное. Чтобы в очередь выстраивались. Чтобы артефакты на весь мир влияли.

Этот план я составил ещё до конфликта с Мединой. Наша стычка моих намерений никак не изменила. Разве что сократила сроки, в течение которых я мог себе позволить здесь находиться, но и то не особо. Не дадут мне проклятия долго в глуши отсиживаться. Нужно из оставшегося времени выжать максимум и как-то обыграть хитрую старуху, которая, как и я, своих планов не оставила.

Глава 4. Подготовка

Мой распорядок дня давно устаканился и редко когда менялся. Ложился я обычно в районе двенадцати ночи, просыпался в районе семи утра, без будильника. Сон у меня чуткий, проснуться в нужное время не проблема, но спешить мне некуда, плюс-минус пятнадцать минут роли не играли.

Медина раньше десяти к завтраку не спускалась, и это было той отметкой, к какой я должен был успеть закончить с зарядкой. Свою первую тренировку я проводил прямо в комнате, работая на гибкость и со своим весом. Ох, сколько же по этой теме я информации в интернете нашёл. Это тебе не описание заклинаний. Тысячи фитнес-блогеров трудились как пчёлки, борясь за внимание и выкладывая программу тренировок разной степени упоротости. Как в хорошем, так и плохом смысле. Физическому развитию я уделял самое пристальное внимание и никогда не халтурил. Маньяком развития никогда не был, тут дело в том, что прибавка от звёзд в первой чакре является множителем, а не независимой константой. Грубо говоря, если жмёшь сотку от груди, то, открыв первую звезду, в моём случае результат умножался на один и четыре. То есть плюс сорок процентов, если округлить. На третьей звезде уже плюс сто двадцать с копейками. На самом деле зависимость не такая линейная, тело может не поспеть и, если попытаться так двести килограмм на третьей звезде пожать, есть риск надорваться. Это ещё одна из причин, почему я так старательно укреплял мышцы и связки.

Отзанимавшись полтора часа, я быстро споласкивался в душе и брался за книги. Ещё полтора часа на штудирование домашней библиотеки, и можно было отправляться на завтрак. Если Медина выходила, мучал её вопросами. Если нет, сам готовил себе на кухне (на меня завтрак не всегда готовили) да отправлялся в лес.

Ходить туда и рисковать жизнью у меня был целый ворох причин. Во-первых, это скидывало напряжение, что копилось из-за проклятий. Чем больше риска, тем лучше. А уж если буду ранен, то и вовсе. Следующую недельку можно жить спокойно. К ранениям я никогда не стремился, но к своим двенадцати годам покрылся шрамами. Всё же это опасное место. И крайне просторное. Раньше только у нашего рода было шесть команд охотников, но со смертью главы, то есть моего отца, половина сразу ушла. Остальные сбежали, когда одна из команд влипла по полной, а старуха не выделила денег на их лечение. Поэтому зверье в следующие годы хорошо расплодилось. Во-вторых, такие походы были отличной тренировкой, а развитию тела, как и сказал, я уделял самое пристальное внимание. В-третьих, открытие узлов, звёзд и чакр. Для этого нужна энергия. В лесу её больше, чем в поместье. В некоторых местах особенно много.

Что не всегда плюс. Тяжёлой энергией и управлять сложнее. Поэтому для открытия первых звёзд я использовал места попроще. В которые, между прочим, любили заглядывать и монстры. У которых частенько находились магические умения. Так что риск был высок. Но и им было несладко. Оружие в руках я держать не мог, зато ловушек наделать — запросто. Со своими нюансами. Так, если подвешу бревно, лучше мне к нему не подходить. Может ловушка и сама по себе сработать. Случайно. Если же оставаться на расстоянии, то всё нормально. Сработает, как и должно.

Было ещё и в-четвертых. Как упоминал ранее, я договорился с человеком в поместье, через которого сбывал добычу. Деньги нужны были позарез. И на побег, и на всякие штуки, типа ноутбука. Особенно сейчас это стало актуально. Нетрудно догадаться, что первым делом Медина задалась вопросом, чего я такой шустрый и чем обычно занят. Раскрывать ей свои истинные намерения я не собирался. Поэтому часто спрашивал про взрослую жизнь, поступление в институт, сдачу школьных экзаменов дома. Когда-нибудь потом. Поступают-то в восемнадцать, а мне двенадцать. Всем своим видом я давал понять, что меня устраивает жизнь в поместье и так продлится ещё шесть лет. На первом ноутбуке были оставлены соответствующие работающие на эту легенду следы. Второй же я купил сам, смотавшись в город. Ничего сложного. Просто неделя пути по лесу туда-обратно. Заодно приучил, что могу в лес надолго уйти.

Последнее, в-пятых, — это путь кузнеца-артефактора. Ведь кто такой артефактор? Это тот, кто работает с материалами, наделяет их свойствами. Попробовать свои силы, отработать заклинание «наделения», это был очевидный шаг в моём случае. Доступа к металлу меня нет, приходилось работать с тем, что есть. Вот я и проверял в лесу на всём подряд, как работает моя сила. На дереве, костях убитых зверей и монстрах, на их шкурах, камнях.

Была в этом одна подстава, правда. Ещё один подарочек от богов. Используя заклинание, я автоматически вливал туда всю доступную ману. Без права выбора. Бесило жутко. Число таких попыток в течение дня было удручающе мало. Но куда деваться-то?

Уйдя в лес, я находил место, где была нужная мне плотность энергии, да садился там медитировать, пока не «выпивал» всё, что разлито вокруг. Да-да, энергия может закончиться. За сутки обычно восстанавливалась, но сам факт подкидывал сложностей. Не всегда получалось найти «жирное» место. Часто я тратил время впустую.

Закончив с этой частью, проводил эксперименты, если не приходилось сражаться или разбираться с какой тварью, возвращался домой, с добычей или без. Дома меня ждала книжка «Сто одно упражнение для начинающего артефактора». Бесценная для меня штука, без всякой иронии. Упражнение первое — поймать искру энергии и провести её по прямой линии. Легко? Ну-ну. Возьмите карандаш и попробуйте им провести прямую линию, хотя бы сантиметров на десять. После возьмите линейку, проведите линию с помощью неё и, если вы не профессиональный художник, узрите, насколько ваше «идеально» отличается от реального идеала. Если этого покажется мало, то попробуйте выдать настолько же прямую линию сантиметров на пятьдесят. Сделать это с помощью искры энергии — в десять раз сложнее. Я знаю, я проверял. Как освоились, переходим ко второму упражнению — то же самое, но вместо линии квадрат. Выбираем мысленно четыре точки и начинаем гонять по ним искру. Мне хватало десяти минут, чтобы голова заболела от натуги.

Квадрат, круг (ненавижу круг и все окружности), звезды, спирали. Научившись работать с ними, я перешёл на две искры за раз. Потом на три, четыре… Ну, вы поняли. Дальше — руны. Основа артефакторики. Найти базовый римский алфавит рун на пятьдесят в интернете не проблема. Проблема в том, что руны объёмные. Сначала от руки чертишь двухмерное изображение (у меня пара десятков альбомов изрисована и сожжена, чтобы улики не оставлять). Потом по контуру гоняешь искры. Дальше добавляешь объем и надеешься, что мозг не вытечет через ноздри, расплавившись.

Руны надо заучивать идеально, и сделать это без наставника, который заметит твои огрехи, почти нереально. Но я старался.

Где-то спустя три недели после конфликта с Мединой я наконец-то открыл четвёртую чакру. Которая отвечала за магический контроль. О, мало в моей жизни удовольствия, но здесь я испытал неподдельную радость, когда от самого факта открытия управление энергией раза так в два упростилось. Переделал все базовые упражнения и убедился, что да. Реально раза в два. Сказка, не иначе!

Это немного омрачилось тем, что ещё через пару дней я, как обычно, вернулся в поместье с добычей, но того, кому сдавал её, не обнаружил.

— Господин кого-то ищет? — перехватил меня на входе в дом глава стражи, он же Борис Фёдорович, он же верный пёс старухи, он же тот хмырь, что тащил меня ночью в подвал. — Быть может, господину нужна помощь? — бросил он взгляд на мой окровавленный рукав.

— Ерунда. На мне как на собаке заживает. Где Артём? Что, и его под нож пустили?

— Нет, он всего лишь уволился.

— Ну-ну, — хмыкнул я. — Слушай, мужик, мне давно интересно. А тебе кошмары по ночам не снятся? Жертвоприношение, соучастие. Ладно инквизиция, ты выглядишь достаточно тупым, чтобы верить в свою безнаказанность, но посмертие… Не боишься?

Лицо мужика затвердело.

— Я служу роду Эварницких, и не тебе, отродье, говорить об этом.

— Ого, неожиданно. И служишь, а не прислуживаешь ведьме, и отродье, а не единственный наследник. Ладно, черти с тобой.

— Да что бы ты понимал, сопляк, — процедил он.

— Действительно, — расплылся я в ухмылке. — Я видел, как рождаются и гаснут звезды, и вижу, как черна твоя душа. В райские кущи не попадёшь с такой. Попадёшь прямиком в ад, где твоя душа лет двести будет гореть в вечном пламени, а потом переродишься младшим, самым бестолковым демоном. Впрочем, мне плевать, — заговорил я обычным тоном, перестав нагонять жути. — Ты на мою лису пялился, — кивнул я на добычу, висячую на моём плече. — Брать будешь? Двести тысяч — и она твоя.

— Кхм, — прокашлялся он, с трудом возвращая себе самообладание. — За двести тысяч у вас её никто не купит, молодой господин, — выдал он порцию яда. — В городе разве что за сто двадцать заберут. Идите, продавайте. Выглядите вы представительно, легко сторгуетесь, — окинул он меня взглядом.

Выглядел я и правда так себе, не как аристократ.

— За сколько возьмёшь?

— За шестьдесят.

— Восемьдесят, и по рукам.

— Согласен, — не стал он спорить.

Вот же сука. Нет, не он. Хотя и этот та ещё тварь. А вот Артём — сука, как есть. Он бы у меня лису за тридцать взял, если бы я торговался, как владыка Ада, или за двадцать пять, если бы торговаться мне было лень. Если они его на ритуал пустили, то не сильно расстроюсь.

***

Открытие четвёртой чакры новую эру в моей жизни начало, а всё благодаря такому полезному упражнению, как магическая ковка. Далась она мне не сразу и не на первой звезде, но постепенно я разобрался, а там дело практики. Суть упражнения в том, что артефактор напитывал материал своей силой и пытался на него влиять.

Тут надо уточнить, что вся артефакторика — это про влияние на материал. Моё заклинание «наделения» как раз про это. Наделение свойством. Ковка — примитивный, но при этом базовый навык, основа всех основ. Именно с помощью него артефактор проверяет материал, считывает его свойства, замечает и, если потребуется, исправляет огрехи. На высоких уровнях это начинает походить на реальную ковку. С возможностью прямо пальцами размягчить или раскалить материал, чтобы придать ему форму. Самая чудесная новость была в том, что она не забирала всю мою энергию, я мог работать точечно, а значит, более основательно подойти к тренировкам, отвести под них больше времени. Время конвертировалось в опыт и навыки, что позволило мне развиваться быстрее.

Странное было времечко. Эту пору я назвал подготовкой к приключению. Осознавая, что живу в одном доме со змеёй, которая мечтает вцепиться в меня, задушить в своих объятиях, я старался действовать максимально рационально и продуктивно. Старуха же пыталась хитрить. Перехват сбыта и снабжение меня деньгами — лишь один из шагов. Явно насмехаясь, она предложила мне возможность съездить в город и прикупить одежды. За мой счёт. Позже предложила мне самому оплачивать занятия. Она дала мне возможность больше зарабатывать, явно пытаясь усыпить бдительность, и в то же время придумывала способы, как лишить меня денег.

Кажется, она так до конца и не поверила, что я реальный бог. Продолжила считать меня двенадцатилетним пацаном, который ничего не смыслит в жизни.

В город-то я за одеждой съездил. Не догадавшись, что в это время в поместье привезли что-то для алтаря.

Она не спешила, это уж точно. Когда подходило моё тринадцатилетие, поместье пропиталось напряжением. От греха подальше я на неделю свалил в лес, а когда вернулся, как и не бывало. Только Медина выдавала себя плохо спрятанным недовольством и какое-то время избегала меня. Так, значит, дата в ритуалах тоже важна. Ну да, это логично. Даты даже в артефакторике важны.

Спустя год эта история закончилась. Не так, как ожидала старуха. И не совсем так, как ожидал я. Точнее, я не ожидал, что неприятности прилетят ещё и с другой стороны.

Дело было зимой. Погода стояла сносная, было всего минус пять, но в лесу они всегда иначе ощущаются, куда холоднее. Мороз не повод забивать на тренировки, звезды за меня тоже никто не откроет, поэтому я отправился в глубь леса, выискивая самые жирные места. Ну и нашёл. Ничего такого в этом нет. Неожиданность случилась, когда я вышел из медитации из-за хруста снега и треснувшей ветки. Открыв глаза, приготовился бежать (это моя стандартная тактика при встрече со зверьём, оружие-то использовать не могу), но вместо твари увидел двух людей, что вышли на поляну, где я сидел. Кажется, мы удивились одинаково сильно.

Молодой парень, может, моего возраста, и его телохранитель с ружьём в руках. Упс.

— Ты кто? — как-то по-простому спросил парень.

— А ты кто? — задал я аналогичный вопрос, медленно поднимаясь.

Ружье — это плохо. Серьёзный адепт с ружьём — фатально. Ещё и проклятия свербят. Не так, чтобы выплеснуться, но так, чтобы обеспечить мне неприятности.

— Это закрытая территория, — справился с растерянностью парень. — Я Михаил Вербицкий. Эта территория принадлежит моему роду.

— С каких пор? — изогнул я бровь. — Я Давид Эварницкий и в курсе, что этот лес принадлежит нескольким родам. Или я что-то пропустил, и Вербицкие выкупили территорию?

— Эварницкий? — растерялся он, но тут же пошёл пятнами и заиграл желваками. — Не знал, что у вас есть наследник. Быть может, ты самозванец?

— Быть может, самозванец ты? Ты бы, парень, аккуратнее. Простолюдина, кто назвался аристократом, ждёт повешение.

— В отличие от тебя у меня есть герб, — показал он перстень. — А вот ты и правда выглядишь как оборванец.

— В отличие от тебя, — ответил я в тон, — парень я самостоятельный. С такой-то нянькой, — кивнул я на мужика у него за спиной, — можно не только перстни таскать, а и целый шезлонг с собой принести. Что, в одиночку тут страшненько ходить, да, господин Вербицкий?

Парень дёрнулся в мою сторону, но его перехватил охранник.

— Господин, нам лучше уйти, — сказал он. — Согласно правилам, он пришёл сюда первым, а значит, не будем мешать его медитации.

— Что? — опешил парень. — Да, ты прав, — сдался он под взглядом охранника. — Уходим. Я тебя запомнил, Эварницкий, — бросил он на меня, как ему наверняка казалось, угрожающий взгляд.

Взгляд меня не впечатлил. Охранник, или старший родич, кто он там, смотрел куда выразительнее. Без выраженной угрозы, но оценивающе. Доложит своим, а там может последовать что угодно.

***

Так оно и вышло. Реакция последовала не сразу, но через пару месяцев я заметил охотничий отряд. Ничего такого. Как-никак, эта земля разным семьям принадлежит. Нюанс в том, что лес поделён на сектора, и только центр общий. Отряд же зашёл в наш сектор. Я их заранее заметил и свалил от греха подальше, заподозрив неладное, и оказался на сто процентов прав. Уже весной меня попытались выследить и устранить. Отряд послали конкретно за мной. Я этот пассаж не оценил, подумал, а почему бы и нет, да устроил им весёлую ночку. Сначала подготовился как следует, а потом провёл по многочисленным ловушкам.

Наутро, когда я притащил кучу оружия и амуниции, старуха лично вышла встречать и смотреть на это зрелище. Впечатлилась.

— Смотри, что нашёл, — сказал я, довольно улыбаясь. — Под ближайшим кустом валялось.

— Охотно верю, — ответила она растерянно. — Тела где?

— Быть может, под тем же кустом? Или, скорее, в ближайшем овраге. Возможно, и вовсе — то там, то здесь. Фрагментарно.

Со старухой мы знатно взглядами пободались. Я ей транслировал: ну, и что ты мне сделаешь, раз я с отрядом охотников разобрался? А она мне отвечала: ну да, недооценила тебя, засранца, лучше подготовлюсь в следующий раз.

Лишнее мне напоминание, что миром разойтись не получится и что пора валить. То ли мне, то ли её.

***

Уходил я за месяц до дня рождения, не прощаясь и никак не выказывая, что собираюсь свалить. Пути были разведаны, план составлен, от этого места я взял максимум. Пора и честь знать.

Да и не хотелось проверять, что там мне Медина на день рождения подготовила.

Тринадцатилетний подросток — это не самая, по юридическим меркам, самостоятельная единица. Если не одарённый, то этих прав почти и нет. Но вот если одарённый, ещё и аристократ, то появляются возможности. Законам я уделил особое внимание, поэтому неплохо разбирался в вопросе. У меня есть право пройти аттестацию и при наличии пяти звёзд и открытой третьей чакре получить статус «самостоятельного». Что логично, потому что третья чакра — это магия. А магия — это заклинания. А заклинания — это возможность кого-нибудь грохнуть. Поэтому тут не только возможности, но и ответственность. Судить, если что, будут как взрослого.

Пять звёзд в тринадцать лет — это удел гениев, талантов, аристократов и богачей, то есть тех молодых людей, у кого за спиной кто-то стоит. Аристократы обычно скрывали свой уровень до шестнадцати лет. Медина подтвердила мои догадки, что устранить у вражеского рода талантливое дарование в раннем возрасте — обычная практика.

В шестнадцать же наступает обязательная проверка. Мой план заключался в том, чтобы пройти её раньше и подтвердить то, что у меня тринадцать звёзд. Прошедшие два года я потратил с пользой. Смог полностью заполнить четвёртую звезду в первой и четвёртой чакре. Во второй у меня только две, а в третьей — три. Итого тринадцать. Символично. Тринадцать звёзд в тринадцать лет. Насколько это круто, у Медины я спросить не мог. Спалился бы. У неё самой к своим годам точно меньше. Слишком она слабая, уж не знаю почему. Интернет-форумы и официальные требования в некоторых учебных заведениях дали понять, что мой результат выше среднего. Возможно, и вовсе я могу считаться талантом. На это я тоже надеялся. Всегда приятно чувствовать себя особенным, быть может, свезёт и удастся попасть на бюджет. Если не удастся, то будет больно. Оплатить нормальное учебное заведение (а в другое нет смысла идти), у меня средств нету.

Поэтому мой план прост. Собрав заранее подготовленные вещи, я оставил обманки да ушёл в лес. В ближайшую неделю меня точно не хватятся. Приучил. Доберусь до города, дальше поездом в северную столицу. Там обустроюсь, узнаю, что насчёт зачисления в школу, есть ли шансы пробиться на бюджет, и, если нет, за лето нужно будет как-то заработать деньжат.

Ну а дальше видно будет. Загадывать прямо сейчас смысла нет, слишком много неизвестного впереди ожидает.

Глава 5. Официально одарённый

Того, что старуха будет меня искать, я не опасался. Даже если она займётся этим, и что? Пошлёт кого-то из охраны, сама не пойдёт. Охрана у нас не то чтобы сильная и умелая. Успел я присмотреться к их навыкам. Лучшие кадры давно свалили. Если сохранять осторожность, без боя они меня взять не смогут, а там есть варианты. Группа мужиков ловит мальчишку посреди белого дня, изрядно пошумев? Ну да, ну да. Охранители и Ищущие точно этим заинтересуются. Нет, старуха так рисковать не будет. Ей лишнее внимание не нужно.

Поэтому я не особо её опасался. Соответственно, не видел смысла бежать на другой конец страны.

Ближайший к нам населённый пункт — городок на тридцать тысяч человек. Проверку можно пройти и здесь, но вот это я как раз опасался делать, не зная, есть ли связи у Медины с местной администрацией. Могли и позвонить в поместье, сообщить, что внучок тест сдать хочет, после задержав меня, не выдавая результаты. На машине всяко быстрее будет, чем пешком.

По лесу я шёл четыре дня. Ночевал там же. Из вещей у меня был один вместительный рюкзак, где лежала запасная одежда да кое-какие вещи. Добравшись до города, посетил пару мест, привёл себя в порядок и сразу отправился на вокзал. Там дождался подхода нужного поезда и пошёл договариваться с проводником. Из официальных документов у меня с собой только гербовой перстень. Обязательный атрибут для любого аристократа. Старуха мне такой отказалась делать, когда попросил. А я через пару дней взломал её сейф, где нашёл драгоценности и, как подозреваю, перстень отца. Который с того дня демонстративно носил, беся ведьму.

Паспорта у меня пока не было. Его в четырнадцать лет получают. Официально бы билет я купить не смог. Договорился, на удивление, без всяких проблем. Взятка в пару тысяч и угрюмый взгляд сделали своё дело. Дама в годах пропустила меня внутрь, ещё и в вагон для аристократов. Её можно понять. Простолюдину с аристократом лучше не спорить, даже если он выглядит как мальчишка. Тем более я в свои года выглядел на все шестнадцать, а то и семнадцать. Две звезды во второй чакре добавляли природного магнетизма. А внешность… Смотря на фотографии родственников, я пришёл к выводу, что похож куда больше на себя прежнего, с теми самыми демоническими нотками, тёмными глазами и чёрными волосами. Так что как оборванец я не смотрелся.

***

В вагон заходил с болезненным предвкушением. На периферии сознания зудело лёгкое напряжение, а значит, неприятностям быть.

Стратегия избегать контактов с людьми, к сожалению, переставала работать. Я прямо ощущал, что засиделся на одном месте, что четырнадцать лет станут той отметкой, после которой отсидеться в глуши не получится. Первая часть моей новой истории подошла к концу, пора было начинать другую.

До Санкт-Петербурга ехать несколько часов, поэтому место я брал не в купе, а в вагоне-ресторане. Где часть мест уже была занята. Я притормозил, оценивая через стекло, кто там сидит. Надо же знать потенциального врага в лицо. Милая девушка, которая зашла раньше меня. Ещё пара молодых аристократов в военных мундирах, между прочим, с удивительно похожими по степени помятости лицами и минералкой на столе. Хех. Отличная история намечается. Господа решат похмелиться, накатят лишнего, начнут приставать к девушке вульгарным способом, я за неё заступлюсь, мы подерёмся… В смысле, я с пьяницами подерусь, не с девушкой (хотя всякого ожидать можно). Героически спасу её, и она пригласит меня в ближайшее купе, где и отблагодарит.

Точно-точно, так и будет.

Перестав мысленно дурачиться, толкнул дверь и вошёл внутрь. Кто же знал, что надо было смотреть не на людей, а себе под ноги. Чувствуя неприятности, я слишком уж сосредоточился не на том. Ещё и поезд тронулся в этот момент.

В общем, я споткнулся.

Тот, кто может крутануть сальто с ветки дерева, уйти в перекат, избежать когтей зверя и в целом ювелирно владеет своим телом, споткнулся о загнувшийся край ковровой дорожки, что лежала в проходе. Споткнулся и полетел вперёд, рефлекторно выставив руки. Грудастая девушка, которая в этот момент зачем-то встала, обернулась на меня и вскрикнула, приняв удар на себя. Мягкой своей частью. В которую я врезался сначала руками… Ну, как врезался… Не совсем врезался… А вот лицом в её необъятные груди я именно врезался.

Это было бы смешно, закончись всё на этом. Но нет же. Шмякнулись мы максимально некрасиво. Я сшиб девушку, та закричала, похмеляющиеся аристократы бросились ей на помощь.

— Извращенец! — кричала дама. — Он облапал меня!

— Сейчас мы его проучим! — заверили типы.

Дать мне возможность объясниться и извиниться? Нет, зачем? Заявить о том, что пока мои ладони лежали на груди, её руки проникли мне под жилетку и стянули бумажник? Тоже лишнее. Схватить меня и под свист других пассажиров потащить на выход, но не в сторону, где находится проводник, а в другую? Да я даже сопротивляться не стал, искренне заинтересовавшись, как дальше ситуация сложится.

— Что, попался, извращенец? — похлопал меня по плечу мужик слева.

— Сиськи-то у неё клёвые? — спросил второй.

Не в вагоне, разумеется. Меня вытолкали в тамбур и прижали к стене.

— А сиськи твоего друга тебе разонравились? — улыбнулся я ему.

Тот нахмурился и врезал мне кулаком в живот.

— Мужики, — прохрипел я, — вам дальнейшее очень не понравится.

— Почему же? — удивился первый. — Давай так, парень. Ты нам платишь, а мы забываем о твоём существовании. Единственное условие, вали в другой вагон и не возвращайся.

— А иначе? — заинтересовался я.

— Иначе мы тебя выкинем, — заверил второй. — Давай быстрее. Как думаешь, эта девка даст? — спросил он у своего подельника.

Совсем не парятся из-за меня. А зря.

— Ну?! — снова повернулся он ко мне. — Кажется, по-хорошему он не понимает…

— Надо простимулировать, — подхватил его подельник.

И настрой подхватил, и меня к двери толкнул. Которую они прямо на ходу открыли. Я и не думал, что настолько старые поезда ещё гоняют. Как-то от вагона для аристократов ожидал большего. Как минимум отсутствия банального грабежа и попытки ограбления.

Дверь они открыли. Меня попытались толкнуть. За это время мы только-только город проехали. Тут-то ехать всего ничего, вокзал и так на отшибе стоял. Если выпасть, то не страшно. Но девка мою наличку умыкнула, да и сумка там, на полу, осталась… Так что какого хрена, собственно?

Я зачерпнул щедро энергии из первой чакры и резко подался право, впечатав мужика в стенку. Использовав его как опору, оттолкнулся и впечатал мужика слева, в стенку напротив. Тут всего метра полтора ширины, не разгуляешься. Но я разгулялся, ха. Прыгая, как мячик, между этими двумя, я щедро раздавал удары то коленом, то локтем, то кулаком, то затылком куда-то в область носа. Потасовка закончилась быстро. Меня схватили сзади, второй замахнулся, но не рассчитал, задел стену, а я подпрыгнул и врезал ему ногами в грудь. Отчего он красиво улетел спиной назад, покинув поезд.

— Да мл.ть! — выругался мужик, что удерживал меня сзади.

Я подался вперёд, нагнулся — и он полетел следом за первым.

Отряхнувшись, я закрыл дверь. Поднял с пола выпавший бумажник одного из мужиков. Случайно вышло. Или не очень. Меня ведь и богиня удачи прокляла. А богиня случайности — благословила. Они те ещё «подружки», и вот вторая посмеялась над моими выходками и тем, что, неудачно поскользнувшись, убегая, я в богиню удачи влетел.

Не проклятия у меня, а сплошной винегрет. Скучать точно не дадут. Достав деньги из бумажника, снова открыл дверь и выкинул его. Деньги спрятал в карман. В отражении стекла быстро себя проверил, нормально ли выгляжу. Чуть раскраснелся, но вроде бы ничего не порвал. Уже хорошо.

Дверь в тамбур открылась, заглянул обеспокоенный проводник.

— Что вы тут делаете, молодой человек? — спросил мужчина требовательно.

— Искал туалет и заблудился, — ответил я, не моргнув глазом. — Прошу прощения, у меня там сумка осталась, — протиснулся я мимо него.

Стоило вернуться, как взгляды всех присутствующих скрестились на мне. Девица меня тоже увидела, побледнела. Пройдя по вагону, плюхнулся на сиденье напротив неё.

— Ну что, милая, — улыбнулся я. — Вернёшь мои вещи, или вспомним старые добрые традиции с отрубанием руки?

***

Кровожадность проклятий поутихла. До места назначения дальше я доехал без проблем. Девушка обладала здравой хладнокровностью, отдала мне кошелёк, сказав, что я его обронил.

Я посмеялся и предложил ей выпить. Она не стала отказываться. К нам обратился один из мужчин, постарше, спросил, всё ли в порядке. Я спросил у девушки, всё ли в порядке, и она, понимая, что не в самом лучшем положении, заверила мужика, что да. На этом инцидент был исчерпан.

Самое смешное, что спустя двадцать минут она действительно предложила мне прогуляться и выйти покурить. Дураком я не был и быстро узнал у проводника, где есть свободное купе.

«Никогда ты не познаешь истинной любви», — звучал в голове голос богини, что прокляла меня.

«В гробу я тебя видел, лицемерная стерва», — звучал внутренний голос в ответ.

И речь была вовсе не про грудастую блондинку, а про богиню. Тем более проклятие это я смог перестроить. Никаких влюблённостей. Женщины будут меня бояться, сторониться, ненавидеть куда чаще, чем симпатизировать. Но если любовь всё же случится… То одной зазнавшейся богине придётся утереться.

Впрочем, сегодня не тот случай. По оговоркам, осторожным вопросам и намёкам я сделал вывод, что девушка решила меня «завербовать». Перстень она видела, могла и в интернете пробить, чей это герб. Информация не то чтобы секретная. Да и я не то чтобы скрывался. Проклятие требовало отвечать правду. Поэтому эта ушлая девица вполне могла прийти к выводу, что окончательно загладить наш конфликт древним способом и привязать к себе «юнца» — дельная мысль. Ей на вид было, кстати, лет двадцать. Я же, как и сказал, выглядел лет на шестнадцать. Не уверен, что она догадалась, насколько я юн в этом теле.

Мне эта ситуация показалась забавной, а я дал себе зарок хорошо повеселиться в этой жизни, так почему бы не переспать с пытающейся обработать меня воровкой? По крайней мере, это звучало иронично. Особенно в контексте моих саркастичных мыслей на входе, что дело обязательно закончится этим. Вот и думай, то ли совпадение, то ли у меня ещё дар пророка имеется.

***

Расстались мы с девушкой, вполне довольные друг другом. Я был рад, что вернул деньги и доехал до Питера. Она была рада… Ну, чему-то точно рада.

На вокзале попрощались, и я выкинул её из головы. Выехали мы с утра, сейчас обед, но отвлекаться на еду я не стал, сразу направился в нужное место. После перехода через лес я ещё в прошлом городе себя в порядок привёл. Заглянул в парикмахерскую, где мне состригли длинные волосы, которые специально отращивал, чтобы быстро сменить имидж. Купил одежду, помылся и переоделся в дешёвом отеле, а там уже добрался до вокзала. Поэтому сейчас я был готов отправиться дальше и пройти проверку.

Северная столица, конечно, сильно отличалась от нашего провинциального городка. Город седьмого ранга, между прочим. Не просто так Пётр здесь город основал. Общий фон — единичка, все источники давно поделены.

Главный источник находился на Крестовском острове. Что там — никто, кроме старшей аристократии, не знал. Остров накрывала магическая завеса. Рядом находился район для слуг, которые были связаны со «старшими» — у этого места был пятый ранг, и недвижимость там стоила космических денег. В смысле, недвижимость для слуг. Сколько стоили дома аристократии, найти не удалось. Здравый смысл подсказывал, что они в принципе не продавались. Возможность развиться до седьмых-восьмых звёзд, не выходя из дома, — это основа могущества для любого. Для сравнения, в поезд через взятку я попал за пару тысяч. Билет бы стоил почти столько же, но тут оплата прошла мимо кассы. Столько же будет стоить плотный обед в ресторане. Квартиры же в квартале для слуг, если верить интернету, стоили от полумиллиарда. Ключевое слово — от. Много ли это? Да как посмотреть. Слуги — это не прислуга. Это самые доверенные и важные «сотрудники» рода и клана. В том числе боевики и ключевые специалисты. Ну да ладно. Мне о таком пока только мечтать.

Ещё один источник находился на дворцовой площади. Шестой ранг, без магической завесы, поэтому райончик тоже элитный и жуть какой дорогой. Второй источник шестого ранга скрывался в царском районе, в Петергофе. Насколько я знал, к обоим можно получить доступ, если готов платить. Цена такая, что, когда вспоминаю, хочется заплакать.

Картину дополняли с десяток источников пятого ранга. Цены на них от десяти-двадцати тысяч за час. Цена постоянно прыгает, и попробуй ещё запишись. Часом, как нетрудно догадаться, ограничиться не получится. На одну звезду их сотни уйдут, если талантлив. Вот и считайте, сколько это стоит. Ещё было пару десятков источников четвёртого ранга, которые распределялись между всякими учреждениями, в том числе учебными. Сколько всего источников, я информацию найти не смог. Цена на них не сильно ниже, чем на пятые. Выкладывать придётся от пяти тысяч за час, перед этим выстояв очередь.

Вспомнил я об этом не просто так. Людской поток вынес меня на улицу. Именно здесь, на вокзале, смотря на город, который только на фото и видео видел, я ощутил, что начинается новая глава в моей жизни, под названием «В погоне за деньгами». Хочу выжить, надо усиливаться. Чтобы усиливаться, нужны деньги, за которые я куплю доступ к энергии, знаниям и силе. Всё остальное, то есть поиск жилья, работа, учёба и получение образования — лишь производные от этого.

Санкт-Петербург впечатлял с первых же мгновений. Взгляд мой зацепился вовсе не за изысканную архитектуру в римском стиле, со всей их любовью к статуям и колоннам, а за пролетающие в небе точки. Не самолёты, не транспорт, а сильные одарённые, которые могут позволить себе тратиться на соответствующие заклинания или артефакты. Один умник и вовсе на здоровенном мече пролетел. Оригинально. Обычно использовали что-то более компактное. Хотя если имеется артефакт пространства, то можно и такую бандурину с собой таскать.

Путь мой лежал в Санкт-Петербургскую Академию Одарённых. Именно там работала комиссия, которая проводила проверку. Для шестнадцатилетних обычно это делали в начале сентября, и не только там, а во всех престижных учебных заведениях, связанных с одарёнными. Для всех же остальных (а подтверждать свой статус обычно требовалось раз в три года, если ты простолюдин и хочешь официально работать на должностях, где есть требования по звёздам), отметиться можно было в любое время, не бесплатно, разумеется.

Добрался на метро. Давно столько людей в одном месте не видел. Всё ожидал, что подстава какая случится, но нет, обошлось косыми взглядами.

А вот в самой академии нарвался на обеденный перерыв. В здание прошёл без проблем, охранник и не посмотрел на меня. Дорогу кое-как нашёл и оказался в пустом коридоре, перед дверью, на ручку которой повесили объявление «Перерыв». Ну, не самая большая подстава в моей жизни. Надеюсь, этим и ограничится.

Где-то спустя полчаса явилась женщина неопределённого возраста, ростом метра полтора, в бордовом строгом костюме, ужасных очках и с нахимиченными волосами. Разве так издеваться над причёской не преступление? Куда только смотрит император. Не тем он занят, ох, не тем.

— Вам чего? — спросила недружелюбно эта представительница канцелярского сословия.

— На проверку я. По записи.

Я был настолько смел, что заранее записался сюда через интернет. Со второго ноутбука, который забрал с собой. Первый же оставил в поместье. Надеюсь, старуха заберётся в него, проверит, чем я интересовался, и увидит, что никуда я бежать не собирался и даже заказал себе несколько доставок на ближайшие даты. Пусть лучше думает, что меня в лесу прикончили.

Пока я размышлял о всяком важном, женщина издала неопределённый звук, подозрительно похожий на тихое рычание ящерицы, но посылать меня не стала.

— За мной, — скомандовала она.

Первое впечатление обманчиво. Женщина с сильной волей. Проклятие действует, настраивает её против меня, но она достаточна сильна, чтобы не поддаться этому. Сразу не поддаться.

Пожалуй, тут надо сказать, как в целом на меня люди реагировали. За сегодняшний день я набрал статистику обширней, чем за всю прошлую жизнь, потому что в поместье контактировал с теми, кто меня знает. Реакция у большинства была до безобразия однообразной. Меня замечали, цеплялись взглядом, фокусировались, и на лица людей набегала тень. Они хмурились, недоуменно провожали меня взглядами, косились подозрительно. Ко мне и охранители пытались подойти, но притормаживали, когда я, не останавливаясь, демонстрировал перстень. Не уверен, что мне и дальше будет так везти. Спасибо тем пьяницам, что доставили мне немного неприятностей, подарив тем самым на несколько часов «иммунитет».

В общем, на лица я сегодня насмотрелся, и женщина отреагировала куда спокойнее. Не сказать, что дружелюбно, но что-то мне подсказывает, она так ко всем относится.

Меня впустили в кабинет.

— Ваши документы, молодой человек.

— Есть только свидетельство о рождении и родовая печать, — показал я перстень.

Это и украшение, и знак идентификации в обществе, и слепок, если надо печать поставить.

— Мне тринадцать лет, — пояснил я, почему так, в ответ на недоуменный взгляд. — Хочу пройти проверку и после этого получить паспорт.

— Где ваши родители? — спросила она требовательно.

— Погибли давно, — ответил я.

— Опекун есть? — Если она и смутилась, то самую малость.

— Только бабушка, но она уже не способна передвигаться, — почти не соврал я, эта ведьма и правда не любила покидать дом. — Поэтому я сам. Чтобы проще было делами семьи заниматься.

Намёк, что это наши личные родовые дела, в которые лезть неприлично, она уловила правильно и больше докапываться не стала. Заполнив все документы, меня отправили в другой кабинет. Где скучающий молодой парень пустил меня на платформу.

— Ого, тринадцать звёзд! — выдал он, увидев результат. — Отличный результат для твоих лет!

Сам сказал, сам испугался, вспомнив, что я вообще-то аристократ, сам побледнел и заткнулся.

— Благодарю, — ответил я. — Подтверждение?

— Да-да, — закивал он.

Мне выдали бумагу и отправили в следующий кабинет. В итоге я снова попал к этой женщине.

— Отметка ставится в паспорт, юноша, — сказала она мне, изучив бумаги. — Тринадцать звёзд в тринадцать лет. Поздравляю. — Сказано это было сухо, непонятно, насколько её это впечатлило. — Сейчас вам нужно отправиться в ближайшие «Мои документы» или в корпус Охранителей, подать заявление на ускоренное получение паспорта, если не хотите без документа ходить. Не забудьте сделать фотографии. Как получите документ, возвращайтесь, поставим отметку о звёздах.

— Премного благодарен.

Выйдя в коридор, достал телефон и нашёл адрес ближайшего оплота бюрократии. Рядом нашёл отметку места, где можно сфотографироваться. Добираться не так уж и долго. Можно себе позволить и прогуляться.

На улицу выходил, полный предвкушения. Мне хотелось посмотреть город, насладиться его красотами. Но без гадостей обойтись не могло. Стоило выйти, как столкнулся чуть ли не нос к носу с двумя молодчиками, которых отправил полетать из поезда. Оба живы и даже без признаков явного ущерба. Успели добраться, а вот переодеться — нет.

Узнали они меня не сразу, и, судя по вытянувшимся лицам, не были готовы к такому.

— Ты! — вскрикнул самый наглый.

— Я! — радостно воскликнул я. — Быстро вы, мужики. Неужто за поездом бежали?

— Да я тебя убью! — рванул на меня мужик.

И я даже позволил ему схватить меня за грудки.

— Давай-давай, — сказал я ему иронично прямо в лицо. — Прямо на пороге академии, под камерами.

Благоразумия он не лишился, повернул голову, увидел упомянутую камеру у входа и отпустил меня.

— Дуэль! — потребовал он.

— Да легко. Года через два. Ты тринадцатилетнего пацана вызываешь, если что. Позор для военного!

Дуэли до шестнадцати лет и правда были запрещены. Что это за дуэли были бы? Детские. Тем более когда такая разница в возрасте. Если я получу запись с камер и там записан звук, да выложу это в интернет, этот тип потом замучается отмываться. Особенно если выяснится, что они вдвоём хотели ограбить в поезде школьника, но он их выкинул, как кутят.

— Думаешь, бессмертный? — прошипел он. — Из какого ты рода?

— Эварницкий я. И не дыши мне в лицо. От тебя перегаром несёт.

Я толкнул его в грудь и заставил отступить.

— Где мой бумажник? — спросил другой тип, который молчал и внимательно смотрел на меня.

— А ты его не нашёл? Вслед за тобой отправил, — усмехнулся я ему.

Он скривился и сказал подельнику:

— Пойдём. Не будем устраивать разборки.

— Ходи оглядывайся, — сказал мне говорливый и попытался боднуть плечом, проходя мимо, но я легко увернулся, из-за чего он пролетел вперёд и чуть в дверь не врезался.

Два моих первых врага. Как мило. Сфоткать их, что ли, на память? Уверен, недругов, врагов и ненавистников у меня полный вагон быстро наберётся, надо бы заранее картотеку составлять.

***

До вечера я уладил вопрос с документами. Оставалось подождать два-три дня, и получу паспорт, а там и отметку. Проблема в том, что без документа я номер в отеле не сниму. Я, конечно, попытался, но администратор меня обломал. И это далеко не в самом дорогом месте. Перстень с гербом тоже не помог. Не став наглеть, я ушёл, нашёл объявление напрямую у частников, кто посуточно квартиры сдавал, и решил вопрос. Вроде бы ничего такого за день не случилось, по моим меркам, но вымотался, как собака. А это ведь только начало. Дальше нужно взяться за реализацию плана всерьёз.

А значит, решить вопрос со школой. Самообучение и репетитор по выходным — это хорошо, но маловато, чтобы претендовать на бюджет в высшем учебном заведении. За оставшиеся четыре года придётся наверстать упущенное. Для чего сначала узнать, готов ли кто такого таланта, как я, учить за бесплатно, и, если нет, где достать денег. Усугублялась ситуация тем, что обычная школа мне не подходила, да и позор туда аристократу идти. Нужна та, что с уклоном в артефакторику, а эти ребята бесплатно принципиально не учат.

Глава 6. Колледж

Когда составлял план, изучил весь рынок артефакторики и перспективы. Интерес же мой начался с чтения новостей, в которых упоминали использование великого артефакта в одном пограничном конфликте между герцогствами. Я на тот момент как раз начал осознавать, в какой пугающе ужасный мир попал, поэтому заинтересовался новым для себя явлением, в последующие годы сформировав общие представления.

Артефакторика — это очень широкое определение, в которое входит много чего. К примеру, есть направление магической электрики, где занимаются обслуживанием всяких магических систем, начиная с обычного щитка и заканчивая комплексными системами. Обычный электрик проложит провода, раскидает розетки и выключатели, сведёт всё это к щитку. Электрик-артефактор сделает всё то же самое, но для магической составляющей. Обычные технологии успешно конкурировали с магическими, где-то жёстко конфликтуя, а где-то выступая вместе. Простой пример — система уловитель. Особый артефакт, который улавливает энергию и аккумулирует её в доме. Прикол с этими системами в том, что они много кому доступны, но энергии-то больше в мире и вокруг не становится, поэтому даже между соседями может идти ожесточённая борьба за то, чтобы урвать побольше крох. Не только ради детей, но и ради себя тоже. Восстановления никто не отменял. Представьте себе дом бизнес-класса, где у каждого есть такая система и они конфликтуют между собой, и поймёте, почему настройщики хорошо зарабатывали, зарабатывают и будут зарабатывать.

Бытовые системы, городские системы, защитные системы, индивидуальная защита, оружие и множество других категорией — всё это входило в понятие артефакторики. Я больше сотни школ нашёл, и это только в интернете. Про некоторые места там только слухи были, потому что школы закрытые, для своих. А уж сколько мастеров практиковали личное наставничество — сложно представить.

Заниматься всякой ерундой типа умно-магического дома у меня желания не возникло. Хотелось делать что-то эдакое. Заниматься не рутиной, а искусством.

Что не так-то просто!

Доступа к подходящим местам, где сразу учат чему-то эдакому, у меня нет, придётся начинать с более классического пути. У меня был готов список всех начальных школ с уклоном в артефакторику, что имелись в северной столице. По каждой я постарался собрать максимум информации и проранжировать список по тому, насколько заведение соответствует моим целям. Мне нужно подтянуть базовые предметы, получить такие же базовые представления об артефакторите, а главное — доступ к практике.

С этой целью спустя пару дней, получив паспорт и оформив статус одарённого, я направился в заранее выбранное место.

***Я смотрел на женщину в приёмном кабинете, местную директрису, которая кардинально отличалась от той, что оформляла документы в академии. Эта была красивая, статная, слегка надменная и дорого одетая дама. Попал я к ней без всяких проблем. Не перестаю радоваться статусу аристократа. Многие проблемы сводит на нет.

Если верить табличке на двери, даму звали Мария Павловна.

— Вы хотите стать артефактором, — не спрашивала, а утверждала она, вкладывая сомнения в свой голос.

— Именно так.

— Нечасто люди вашего круга выбирают этот путь. Почему не военная служба?

— Да бросьте. Скукота же. Кровь, кишки, оно мне надо?

— Иронизируете, молодой человек? — изогнула она бровь.

— Иронизирую, — честно признался я.

— В каком направлении вы хотите развиваться?

— Делать что-то особенное.

— Особенное?

— Особенное, — заверил я. — Сам пока не знаю, что именно. К вам я пришёл, чтобы получить начальные знания, а дальше уже определиться, в каком направлении развиваться. Но это точно не что-то банальное, вроде настройки магических светильников.

— Для того чтобы делать что-то особенное, нужно и самому быть особенным, — мягко заметила она.

— Уверен, с этим проблем не будет, — улыбнулся я.

— Многие так думают, но не у многих получается. Юности свойственны романтизированные представления о будущем.

— Если вы намекаете, что я восторженный юноша, который думает, что уже завтра на коленке сварганит могущественный артефакт, который оценит сам бог-император, то ошибаетесь. Восторженность во мне отсутствует. Видите ли, Мария Павловна, я пусть и аристократ, но из родичей у меня лишь бабушка, слишком старая, чтобы справляться с делами рода. Поэтому как устроена жизнь, уж поверьте, я успел познать. Скорее я рабочая лошадка, которая понимает, что морковку дают, когда пашешь, как вол, чем восторженный юнец.

— Довольно откровенно, — ответила она, чтобы выиграть секунду и справиться с возникшей растерянностью.

— Я надеюсь, Мария Павловна, вы не только красивая, но и деловая женщина… — В ответ на эти слова она изящно изогнула бровь и посмотрела на меня удивлённо. — Я трезво оцениваю свои возможности. Как и то, что являюсь талантом. У меня тринадцать звёзд в мои тринадцать лет. Начальные навыки тоже есть. Также я знаю, что школы между собой борются за престиж, который им приносят таланты.

— Если у вас правда тринадцать звёзд, то вы спокойно можете поступить к нам вне конкурса.

— На общих условиях? — улыбнулся я. — Меня интересует бюджетное место.

— У вас есть рекомендации?

— У меня ничего нет, кроме таланта и харизмы.

А ещё вагона проклятий, хех.

Когда продумывал этот разговор, разные линии поведения рассматривал, придя к выводу, что я, по сути, дикарь. Прошлая жизнь, бытие богом и жизнь затворником в лесу развитию коммуникативных навыков не способствовали. Скорее наоборот. Поэтому и мудрить не стал. Строить из себя гордого аристократа — так выкатят стандартный ценник, который я не потяну. Мне нужен бюджет, о чём я прямо и сообщил. Если сразу откажут, что ж, так тому и быть. Пойду дальше по списку. Если не срастётся, уеду в другой город, чтобы попробовать там, ну, или буду искать работу.

— Пусть наша школа и не рассчитана на аристократов… — медленно проговорила Мария Павловна, подбирая слова. — Но критерии отбора у нас строгие. Хватает и талантливых детей, которые хотят у нас учиться.

— Не сомневаюсь. Поэтому я пришёл к вам. Что касается таланта, готов пройти любую проверку.

Ставку я делал на две вещи. Статус аристократа — получить такого в ученики само по себе почётно, даже для престижной школы. Престижная-то она среди простолюдинов. Сказать, что у них иногда учатся ещё и аристократы, дорогого стоит. Для меня это, кстати, урон репутации, но плевать. Не до жиру. Вторая вещь — мои звёзды. Сомневаюсь, что у них есть хотя бы один школьник с таким количеством.

Не удивлюсь, если женщина думала сейчас о том же самом. Надо отдать ей должное. За всё время разговора она не показала негатива в мою сторону. То ли такая сильная личность, то ли профессионал и умеет держать лицо.

— Вы не показали документы. У вас есть аттестат об обучении?

— Аттестата нет. Учился на домашнем обучение. Готов сдать вступительные экзамены по основным предметам.

— У вас есть какая-то подготовка в области артефакторики?

— Мой дед был артефактором. От него остались книги и записи. Кое-что изучал сам.

Ответ её не впечатлил.

— Знакомы с руноглифом?

— Знаю базовые алфавит второго поколения и основы третьего.

Второе поколение относилось к римской магической школе. Первое — к школе атлантов. Но это настолько древнее и закрытое знание, что единственное, что я нашёл — лишь сам факт упоминания. Сами знания разве что в библиотеках старшей аристократии найдутся. Третье поколение — это новодел. Продукт современного мира. Ох, сколько я дискуссий прочитал на тему того, что лучше. Каждый топил за своё. Единого мнения не было.

— Уже неплохо, — кивнула она. — Владеете заклинаниями?

— Одним. Наделением.

Тут надо остановиться и описать то, как в целом выглядит процесс создания «классического» артефакта. Не современной магической системы, а какого-нибудь амулета защиты или того же летающего меча.

Сначала набрасываешь общую схему, где прописываешь, что и за что отвечать будет. Для упрощения такие штуки модулями называют в нынешние времена. К примеру, защитный амулет может состоять из металлического каркаса, костяных усилителей и драгоценных камней, обеспечивающих логику работы. Каждая часть обрабатывалась соответствующим образом, чтобы внедрить в неё магическую структуру. Структура состояла из рун. Руны — это не что иное, как концентрированный смысл. Собственно, заклинание «наделения» позволяет наделить материю смыслом. Можно обойтись без рун, одной лишь волей и воображением, но тут работала своя иерархия. Руны сильнее воображения, если ты, конечно же, не великий мастер. То есть я могу использовать это заклинание и внедрить любой смысл, какой придумаю. Также могу использовать руны, концентрированный смысл.

Но! Была ещё одна причина, почему я выбрал путь артефактора. Божественный язык, который познал на Олимпе. Каждое слово в нём настолько глубоко, что уделает руны. Используя заклинание наделения и божественный язык, я, в теории, должен получить серьёзное преимущество. Этот подход я опробовал, но сравнивать с чужими поделками при прочих равных не было возможности.

Тот факт, что я владею заклинанием в свои годы, — это ещё один заход на звание таланта. А если бы женщина узнала, сколько я часов убил на то, чтобы довести его до автоматизма и идеала…

— Интегрировано? — уточнила она.

Какие интимные вопросы.

— Да.

Интеграция — это когда заклинание интегрировалось в звезду. Сила возрастает, не надо каждый раз сплетать заклинание заново. Оно становится частью тебя. Поэтому к выбору заклинаний на интеграцию подходили особо тщательно. Особенно аристократы, которые из себя что-то представляли и которые успели накопить знания. Потому что на одну звезду можно прикрутить что-то простое. Но если взять два дополняющих друг друга заклинания, да на две звезды… А если на десяток и не абы что, а тщательно подобранные, которые формируют нечто единое, то здесь уже рождается Путь или, как его ещё называют, Родословная. Большими буквами эти слова выделяются, чтобы обозначить магическое направление.

В общем, факт интеграции такого заклинания, ещё и единственного, говорил о многом. Как минимум о том, что я всерьёз настроен.

— Хорошо, — голос женщины чуть потеплел. — Латынью владеете?

— Как иначе, — едва заметно скривился я.

— Что ж, господин Эварницкий. Вы очень интересный молодой человек. Принять решение о вас так сразу я не могу. В любом случае вы должны пообщаться с нашим мастером, чтобы подтвердить заявленные навыки и знания.

— Конечно. Когда и как это можно сделать?

Женщина взяла телефон, набрала кого-то, уточнила, где находится мастер, и отправила меня к нему. Я немного удивился, что она так быстро к делу перешла, но показывать этого не стал и отправился в указанном направлении.

Пока всё идёт неплохо, меня не выгнали с порога, уже хорошо. Посмотрим, что там за проверка будет.

***Найдя нужное помещение, я постучался, заглянул внутрь и понял, что стучаться было не обязательно. Здесь проходило занятие среди… Ну, оценив то, что вижу, решил, что среди детей лет двенадцати и их отцов. Которые увлечённо занимались… гонками.

Они даже целую гоночную трассу оборудовали, вокруг которой и столпились. На меня никто не обратил внимания, поэтому я подошёл, глянул, что там и как. Забавненько. Это, получается, что-то типа кружка юных механиков, которые сами мастерили машинки и устраивали гонки. Неплохо, неплохо. Выглядит как нормальная жизнь, мне недоступная. От этой мысли я аж притормозил, представив, как бы поиграл с отцом в машинки. С Хаосом Изначальным. И что бы это были за машинки такие. Мы бы кидались планетами?

Кто из всей толпы мастер, я так с ходу не определил. Зато он заметил меня. Один из мужчин, уже немолодой, худой и поджарый, отделился от группы.

— Это вас отправила Мария Павловна?

— Так и есть, — кивнул я. — Сказала, чтобы вы на меня посмотрели и проверили.

— Хорошо. Через пятнадцать минут, юноша. Если хотите, можете подождать здесь.

Конечно, хочу. Встав в сторонке, я досмотрел гонки. Сомневаюсь, что это официальный урок, хотя что я знаю о том, как учат в школах и колледжах? Ничего. С другой стороны, логика подсказывала, что сейчас вторая половина дня, суббота, вроде как выходной. Так что вряд ли это типичное занятие.

Гонка закончилась, назвали победителей, устроили разбор полётов и выдали задание на дом. После чего вся эта толпа свалила, а мастер направился ко мне.

Ну что, первый мой экзамен в жизни?

Глава 7. Первый экзамен

Школьники с отцами ушли, мы с мастером остались одни.

— Итак, молодой человек, на что вас проверять — Мария Павловна сообщила? — вздохнул он, вовсе не пылая энтузиазмом.

Дети радовали его точно куда больше, чем моя физиономия. Понимаю и не осуждаю.

— А на что обычно проверяют? Как будущего артефактора, пожалуй.

— Вы с какой целью к нам прибыли, юноша? — вздохнул он ещё разок.

Вздыхал он основательно. Не шумно, не резко, а плавно и размеренно.

— Учиться. Конечная цель — поступление в хороший институт по специальности продвинутой артефакторики. У вас я хочу получить базовые знания, обзавестись портфолио и набраться практики.

Хороших высших учебных заведений, подходящих под мои критерии, было намного меньше, чем всяких школ. Если я хочу пробиться на самый верх, то, очевидно, абы что мне не подойдёт. Критерии отбора в этих заведениях — мана не горюй. Просто закончить обычную школу на пятёрки — с таким даже пытаться не стоит. Звезды, портфолио, рекомендации от личного наставника, соответствующие заклинания и техники. И то этого может оказаться мало. По сути, в институт я уже должен прийти готовым артефактором.

— В рамках продвинутой артефакторики есть с десяток направлений. Вы к чему тяготеете? — в третий раз вздохнул он.

Не прям напоказ вздохнул, но заметно это было отчётливо. Может, болеет человек, с лёгкими проблема?

— Так не знаю, — развёл я руками. — Мне казалось, сначала нужно базовые знания получить, а там уже решать. Но уж точно не к чему-то простому.

Ответом мне был взгляд «Очередной юнец, который мечтает великие артефакты штамповать».

— Сколько у вас звёзд?

— Тринадцать.

— Неплохо, — кивнул он. — А лет вам…

— Тоже тринадцать. Скоро четырнадцать исполнится.

— Однако, — удивился он. — Выглядите вы старше. Но не суть. Очень хороший результат для вашего возраста. Тогда не вижу проблемы. Одного этого хватит, чтобы вы спокойно поступили к нам в школу. Как понимаю, хотите начать со следующего года? Или собираетесь перевестись под конец? — озадачился он.

Под конец года — это он про этот говорит. Так-то да, весна на исходе, а вместе с ней учебный год.

— Я не просто хочу у вас учиться, а хочу попасть на бюджет.

— На бюджет? — свёл он брови и зацепился взглядом за мой перстень. — Из какого вы рода?

— Эварницкий я. Давид Романович Эварницкий, если полностью.

— Эварницкие, Эварницкие…

— Мы не самый известный род.

— Вы не из тех самых Эварницкий, чей глава несколько лет назад погиб при отражении нападения нежити?

— Да, это был мой отец.

— Опальный род… — продолжил он мысль.

— Именно, — поклонился я. — Опальные, угасающие, а ещё бедные. Отсюда и моё желание попасть на бюджет. Не блажи ради, а по причине невозможности оплачивать обучение.

— Довольно откровенно, — вздохнул он. — Тринадцать звёзд в вашем возрасте — с таким талантом в армии вам были бы очень рады.

Так значит, я всё же талант. Или это обычная лесть, чтобы намекнуть гостю, что ему здесь не рады? Вполне может и такое быть. Репутация опальных, скажем так, с моим дедом бы никто связываться не захотел. Отец же смог пробиться в армии, но рискнул жизнью, чтобы исправить репутацию. Фатально рискнул. Я же… Ну, не всё так плохо, много времени с тех пор утекло, но да, проблем подобная слава доставить может. В частности, школа не захочет принимать проблемного ученика.

Сам мужчина аристократ, кстати. На пальце у него перстень с гербом.

Интересно как получается. Мастер колледжа — аристократ. А их директриса, с которой я только что общался, — простолюдинка. Ну, ничего такого, если подумать. Обычная наёмная сотрудница. А что касается мастера, так не все аристократы относятся к небожителям. Легко придумать сотню причин, почему он работает здесь.

— Не мой вариант, — развёл я руками. — Не лежит у меня душа к войне.

— Вас можно понять. Лишиться отца в столь раннем возрасте… — вздохнул он ещё разок.

На этот раз сочувственно-горестно.

— Вы правы. Я бы хотел заняться чем-то созидающим. Мой дед был артефактором, оставил неплохую библиотеку и свои заметки. Я занимался по ним.

— Самостоятельно или с наставником?

— Самостоятельно. — Теперь уже я вздохнул.

— Ещё и самородок.

Мне показалось, или в его глазах мелькнул интерес?

— Какие у вас звезды открыты, юноша?

— Четыре, две, три, четыре, соответственно.

— Недурно, очень недурно. А ну-ка…

Он отошёл к стеллажу, выдвинул ящик и вытащил оттуда гвоздь. Сантиметров двадцать длиной.

— Согните, — сказал он, протягивая его мне.

Я взял, ухватился покрепче и согнул.

— Кхм… — закашлялся он. — Молодой человек, подразумевалось, что вы не силой согнёте, а с помощью магической ковки.

— Вы не уточняли, — парировал я. — К тому же разве артефактор не должен подходить к делу оптимально, с точки зрения затрачиваемых усилий, если условия задачи позволяют?

— Если бы мы принимали учеников за умение острить, вы бы точно заработали себе сейчас пару баллов. Но мы принимаем за другое. Магической ковкой не владеете?

— Обижаете.

Ухватив мысленно гвоздь, напитал его своей маной, поднял над ладонью и заставил выпрямиться. Надеюсь, внешне я выгляжу безупречно, потому что внутри напряжён, как бог войны на оргии. Нелегко мне пока такие трюки даются.

— Отлично, — довольно сказал мужчина. — Заклинаниями владеете?

Одни и те же вопросы, честное слово. Мария Павловна могла бы и дать вводную мужику, чтобы время не терять.

— Наделение. Интегрировано. В первую звезду третьей чакры. Доведено до уровня рефлекса. Освоил если не идеально, то около того.

— Сможете продемонстрировать?

— Есть нюанс. Из-за дефекта при использовании заклинания используется вся доступная мана. Контролировать я это не могу.

— Кхе… Ну и задачку вы мне задали, — почесал он подбородок.

Вообще-то, задачек я ему не задавал, но его это, кажется, не волновало.

— У вас хорошо развиты пальцы, — бросил он взгляд на мои руки. — Но они грубы и, как вижу, покрыты множеством шрамов. Не буду спрашивать, откуда они у вас. Такие руки не подходят для тонкой работы. Это отрезает вам половину возможностей. С другой стороны, такие руки подойдут для вещей грубых, что не так уж плохо. Сможете, как древние кузнецы, раскалять металл ударами кулака, — усмехнулся он. — Дефект, если его не получится исправить, усложнит жизнь вам ещё больше. Если вы всерьёз хотите создавать что-то уникальное, не факт, что с такими вводными это получится.

— Я понимаю, о чём вы говорите. Поэтому и выбрал именно такое заклинание, чтобы вернуть себе возможность для творчества. При работе со слабыми материалами я их просто уничтожу, но если работать с продвинутыми…

— Какой общий резерв? — деловито спросил он, поняв мою мысль.

Очередной интимный вопрос.

— Около тысячи двухсот единиц.

— На трёх звёздах? — вскинул брови мужчина. — А вы талант, юноша.

Это не совсем так. Точнее, он не знает всех нюансов. Одна из причин, почему одарённому стоит налегать на математику, — это то, что почти все показатели можно рассчитать с помощью формул. Не всегда простых. Начиная с того, сколько и какой энергии нужно для каждого узла и звезды, и заканчивая тем, какую прибавку они дадут. Прибавка называлась коэффициентом. Если в разговоре спросить, какой у тебя коэффициент в чакре, то сразу понятно, что речь про то, какую прибавку ты получаешь. С учётом специфики каждой чакры, разумеется. Так про первую обычно спрашивали про физическую силу. Про третью — объем маны на звезду.

Рассчитывался коэффициент, исходя из таланта, родословной, числа узлов в звезде и синергии между ними. Это если ты обычный человек. Конкретно в моём случае ещё была сила души. Также, если у тебя есть деньги и знания, ты мог добавить аспекты, что увеличивали коэффициент ещё больше. В общем, нюансов хватало.

Каждая звезда на третьей чакре даёт мне четыреста единиц маны. Это много. У обычного простолюдина значения будут в районе ста-двухсот единиц маны.

Мастер назвал меня талантом, потому что не знает про бонус от силы души и про то, что у меня в звёздах не пять стандартных узлов, а семь. Без учёта этих факторов мой талант и правда не один и семь, как я высчитал, а все два и семь. Не гений, но около того. Для сравнения: единица — это точка отсчёта, нулевой талант. Простолюдины редко поднимаются выше одного и трех.

— Как быстро восполняете резерв?

— Часа за три, — теперь уже я вздохнул.

Хоть здесь повезло. Скорость восполнения и правда на уровне редкого таланта.

— Неплохо, неплохо, — покивал он. — Точнее, не так ужасно, как мне показалось. Что у вас с теоретической подготовкой?

— В основном то, что можно найти в свободном доступе и книгах.

— Какие виды металлов есть?

— Эм… — замешкался я. — Вам какую градацию? Их же десятки.

— Любую на ваш вкус.

— Тогда не буду усложнять, — пожал я плечами. — Классификация Барнса. Металлы делятся на три категории. Обычные, редкие и особенные. Классы им присваиваются в зависимости от сложности изготовления. Первый класс — то, что можно создать в обычной кузнице. Второй — то, для чего нужна промышленность. Третий — магические металлы, которые создают в магической кузнице. Четвёртый — тоже магические металлы, но которые создают за счёт тяжёлой промышленности при помощи сложного цикла производства.

— Очень упрощённая классификация.

— Полностью с вами соглашусь, но нормального учителя у меня не было, это то, что сам нашёл, — покачал я головой. — Не знаю, пользуетесь ли вы интернетом, но это та ещё помойка.

— Это точно, — улыбнулся мужчина. — Коэффициент поглощения — это что?

— Коэффициент, который определяет, сколько маны материал способен принять на единицу объёма. Я разные формулы знаю, кто-то на кубические миллиметры считает, кто-то на сантиметры, кто-то по весу, а кто-то добавляет учёт неоднородности металла и оценивает сразу весь кусок или высчитывает среднее значение.

— А что происходит, если перенасытить материал?

— Знаете, конкретно по этому вопросу было сложно найти информацию, потому что, вот же удивительное дело, люди куда чаще переживают о том, что им не хватает маны, а не о том, что они вольют слишком много, — вздохнул я, бессознательно скопировав манеру мужчины вздыхать по делу и без. — Из личного опыта могу сказать, что либо материал случайным образом меняет характеристики в худшую сторону, либо и вовсе разрушается. Особенно кости этим грешат.

— Работали с костью? — заинтересовался мужчина.

— С костями зверей, в том числе магическими, — кивнул я. — Методов обработки не нашёл, да и не было у меня доступа к реагентам, поэтому экспериментировал так, с тем, что удавалось добыть. У нас поместье в зоне третьего ранга.

— Удавалось добыть? Команда охотников? — нахмурился он.

— Если бы у нас была команда охотников, я бы так не рвался на бюджет, господин… Простите, вы не представились.

— Точно, где же мои манеры, — спохватился он. — Михаил Сергеевич Дорохов. Удивительные вещи вы рассказываете, юноша.

— В лес я ходил с девяти лет. Отсюда шрамы, — показал я свои руки, на которые он обратил внимание. — Как видите, тягот юности досталось мне в полной мере, поэтому излишних иллюзий относительно того, что легко начну делать могущественные артефакты, не питаю.

— Я и не говорил про иллюзии.

— Но подумали, что пришёл очередной восторженный юнец, который мечтает всех удивить.

— Согласитесь, это ожидаемые мысли в отношении юнца.

— Ни секунды не сомневаюсь в этом, — улыбнулся я.

— Что-то мы ушли в сторону. Как вижу, свою проблему вы действительно понимаете. Вам сложно будет с этим работать. Не невозможно, но сложно.

Мужик, ты серьёзно? Ты вот реально это мне рассказываешь? Сложно. Тьфу. Эту жизнь я прохожу на уровне «для отчаянных». Что-то он такое в моём взгляде разглядел и перешёл к другим вопросам.

— Руны знаете?

— Базовый алфавит римской империи и основы современных рун. Не факт, что знаю правильно. Без наставника такое изучить… — покачал я головой.

— Если вы выучили что-то неправильно, то переучиться будет сложнее.

— Это наименьшая из моих проблем, — пожал я плечами.

— Согласен. Перечислите, что знаете.

— Все руны? — уточнил я.

— Вы же их знаете, — без юмора ответил мужчина.

Подловить меня хочет? Ну-ну.

— Экс, Нексум, Адита…

Я затараторил руны. Где-то на двадцатой мужчина остановил меня.

— Общедоступный вариант, как понимаю. База, что неплохо, — покивал он. — Давайте проверим вашу восприимчивость.

— Если так настаиваете, — ответил я без энтузиазма.

— Что же вы, молодой человек, посмелее надо быть, — сказал мужчина на ходу.

Предложив проверить, он ушёл в другой конец просторной мастерской, где достал из ящика стола брусок. Я последовал за ним. Гвоздь он перед этим забрал.

— Что скажете об этом металле?

Узкая часть моего плана. Познание, сканирование, определение свойств, оценка качества, выявление дефектов, измерение потенциала — всё это относилось к сенсорным способностям и являлось производной от магической ковки. Основа той — напитать материал своей энергией и через это получить власть на ним. Власть и отклик. Чем лучше чувствуешь металл, тем… Ну, тем лучше. Это то, что отделяет артефактора от неартефактора. Точнее, не так. Есть множество инструментов и приборов, которые позволяют проделывать всю эту работу. Механическую, примитивную её часть. Чтобы создать что-то уникальное, выжать максимум из материала, требуется его чувствовать. Если не силён в этом, то забудь о планах творить шедевры. Твой удел ремесло, а не искусство. Это как быть гениальным скульптором, который чувствует глину и способен вылепить шедевр, или быть ремесленником, который заливает раствор в вылитую кем-то другим форму.

Проблема в том, что и с ковкой, и с чувствительностью я понятия не имел, какой у меня уровень. Хуже того, все мои тренировки сводились к упражнениям из нескольких книг. С ковкой ещё ничего. Я мог расправить тот же гвоздь, и это наглядный результат, что у меня что-то получилось. Но вот исправить дефекты… А как проверить, что они действительно исправлены и что это не мой глюк? Как оценить, что выжал максимум? Если самому, то никак. Нужен опытный наставник, который укажет путь. С чувствительностью это ещё важнее. Я много чего чувствовал, но не мог с уверенностью утверждать, действительно ли это то, что нужно, или просто моё сознание расшалилось.

Иначе говоря, я сейчас могу как что-то толковое показать, так и облажаться, выставив себя дурачком.

Взяв брусок, погрузился вниманием внутрь него.

— Это обычный металл, — сказал мастеру, не открывая глаз. — Старый. Потенциал далёк от реализации. То, что не жалко дать детям на растерзание? — открыл я глаза.

— Других материалов тут и нет, — вздохнул он. — Хранилище со всем ценным находится за городом, в основной мастерской. Но кое-что я вам всё же могу дать.

На этот раз он достал из кармана затёртую монету.

— Что вы можете сказать о ней?

Хмыкнув, осторожно взял монету и погрузился в неё.

— Это артефакт. Внутрь встроена… Была встроена структура, — поправился я. — Насколько вижу, контур сломан. Сам металл очень старый. Римская? В смысле, древнего Рима?

— Отлично, просто отлично. А сомневались в себе.

— Пока мне не встречал никто, кто бы мог сказать, насколько я хорош. Ещё проверки будут?

— Осталось проверить ваше заклинание. Можно на бруске, — кивнул он на образец, который я на стол отложил, перед тем как монету забрать.

— Он сломается.

— Не жалко.

Понятно. Хочет подтвердить сам факт того, что заклинание мне доступно. Оно, между прочим, имеет внешние признаки проявления. Свечение, которое обретает форму и исходит с моих рук. Если божественный язык использую — белый свет. Если римские руны — то видны сами руны и золотистый свет. Современные руны — серебряный. Если вовсе без рун, то когда как, зависит от вкладываемого смысла.

Вернув монету, взял брусок и направил в него заклинание, используя римские руны. При этом испытав привычное ощущение резкого опустошения. Я почти к нему привык. Почти.

Металл не выдержал, распался.

— Н-да, — покачал головой мужчина. — Трудно вам придётся. Уверены, что хотите пойти по этому пути?

— Я уже по нему пошёл. Заклинание из звезды-то не убрать.

Что интегрировано, то интегрировано.

— И то верно. Что ж, проверку можно считать законченной, мучить вас не буду.

— Каков вердикт?

— Если бы вы хотели попасть к нам на общих основаниях, то взял бы над вами кураторство, чтобы поработать с настолько необычным случаем, — ответил он довольно откровенно, подумав. — Вы же хотите на бюджет. Рекомендаций от наставника у вас, как понимаю, нет. В конкурсах тоже не участвовали?

— Нет.

— В остальных предметах плаваете?

— Мой домашний преподаватель обещал, что базовые предметы на твёрдую четвёрку я сдам, а если повезёт, то и на пятерку.

— Негусто, — вздохнул он. — Если откажем, что будете делать?

— Пойду к другим.

— Не отступитесь?

— Михаил Сергеевич, вы всего лишь первые в моём списке. Ваш отказ вовсе не повод для отчаяния.

— Рад, что вы это понимаете. Вопрос о вашем зачислении я подниму. Приходите в понедельник, во второй половине дня. Посмотрим, что можно сделать.

— То есть сразу вы мне не отказываете?

— Не я один решаю этот вопрос, — покачал он головой. — Надеюсь увидеть вас в понедельник.

— Буду, — пообещал я.

На том и попрощались. Я не совсем понял, что это за человек. Вроде бы аристократ, а вроде бы обычный учитель. Или мастер, как его назвали. Сказал, что принимает решение, но не в одиночку. Понравился я ему или нет… Да чего уж. Он точно не в восторге от меня, что самое настоящее чудо, потому что я ожидал куда худшей реакции.

Загадывать не буду, но первый шаг сделан, переговоры проведены, и я теперь хотя бы имею представление, как это выглядит. А дальше — дальше видно будет.

Глава 8. Когда мало неприятностей

Выйдя на улицу, полюбовался синим небом, проводил взглядом очередного пролетающего одарённого да пошёл гулять. Суббота, вторая половина дня, сегодня я уже никуда не попаду. Поэтому отправился решать вопрос с жильём. Я снял на несколько дней, и этот срок подошёл к концу. Завтра с утра надо будет свалить. В воскресенье нужные мне заведения не работают, так что разберусь с этим вопросом.

На следующий день переместился в заранее подобранную дешёвую гостиницу недалеко от нужного мне места и, видимо, зря. Раньше проклятия набирали силу неделями, а сейчас уже к ночи я почувствовал нарастающий зуд. От греха подальше вернулся в гостиницу и… Пожалел, что остановился в настолько дешёвом месте. Какая-то пьянь сочла хорошей идеей вломиться ко мне в первом часу ночи. Весь свой гуманизм я оставил в позапрошлой жизни, поэтому дверь открыл и поприветствовал ночного энтузиаста ударом ноги в живот. Нетрезвый организм осознал всю степень неправоты и, исторгнув содержимое желудка под дверь напротив, уполз в неизвестном направлении. Там он встретил друзей, рассказал им о вопиющей несправедливости, и уже в количестве трёх организмов они снова заявились ко мне.

На этот раз я даже дверь открыть не успел. Их обругал управляющий, чьи маты я слушал до этого, пока он убирал последствия первого инцидента.

Конфликт закончился, так и не начавшись, а я всё же доспал ночь.

Ох уж этот Питер.

***

В понедельник прямо с утра я заглянул в другую школу и был послан. Не так чтобы явно, но мне ещё секретарша сообщила, что бюджетные места предназначены только для тех, кто у них учится, и на следующий год их уже нет. Оптимизма мне это не добавило, и в первый колледж я отправился в хмуром настроении, готовый, что меня опять сразу же завернут.

Но нет.

Приняли, всего пятнадцать минут подождал, пока директриса закончит общение с кем-то.

— Господин Эварницкий, — поприветствовала она меня. — Рада, что вы пришли. Мы обсудили вашу ситуацию, и мне есть, что вам сказать.

— Внимательно слушаю.

— Как вы смотрите на то, чтобы пройти двухнедельный курс? Речь о программе «Первый артефакт». Она платная, но поймите нас правильно. Без рекомендаций мы не можем принять человека на бюджетное место, которых ограниченное количество. А так вы сможете показать себя.

— Сколько стоит программа? — вздохнул я. — И хотелось бы услышать все подробности, каковы мои шансы быть принятым и что для этого нужно продемонстрировать?

На самом деле цену я знал, но мало ли, вдруг для меня какие-то особые условия. Подробные описания у них есть на сайте, с отзывами, которые я детально изучил, когда готовился. Упомянутый курс, как я понял, — это программа для детей богатеньких родителей, которые готовы выложить сто тысяч за полмесяца, чтобы их чадо попробовало себя. Ну, или не богатых, а зажиточных. Я не ошибся, это был именно тот курс, с основами.

— Вести его будет сам Михаил Сергеевич, с которым вы уже познакомились. Заодно присмотритесь друг к другу, — убеждала меня директриса.

Послушать её, так шансы у меня прекрасные, но почему тогда у меня ощущение, что она тупо впаривает продукт колледжа, выполняя план продаж? Соловьём заливается. И программа насыщенная, и сам Михаил Сергеевич ведёт, и показать себя можно, и если всё заявленное мной правда, то шансы мои высоки. Прекрасно, просто прекрасно. Просто сотку на стол выложи.

— А что дальше? Прошёл я курс, и?

— Я бы не стала пока об этом говорить, но есть разные варианты. Михаил Сергеевич попросил предложить вам летнюю стажировку, если, конечно же, лето у вас не занято.

Показалось, или в её голосе прозвучала ирония? Всё же она хорошо себя держит, а я не настолько тонко читаю людей.

— Что за стажировка?

— Три месяца в нашей загородной мастерской. Мы вам выделим комнату. Питание тоже предоставим.

— Сколько это стоит?

— Нисколько. Ваше содержание мы возьмём на себя, без оплаты.

Ах вот оно что. Однако дамочка меня озадачила. Курс — это попытка меня развести на бабки, к гадалке не ходи. Стажировка — нечто иное. Если правильно понимаю, меня там хотят использовать по-чёрному, как бесплатную рабочую силу. Ну, почему бы и нет.

— Могу я подумать минуту? — спросил я.

— Конечно. Вы можете и завтра прийти, господин Эварницкий, если вам нужно обдумать предложение.

— Мне хватит минуты, если не сильно вас отвлеку.

— Может быть, тогда желаете что-то выпить? — улыбнулась она. — Чай, кофе?

— Давайте кофе, — ответил я, погружаясь в размышления.

Выбор не по причине того, что люблю его, а потому, что никогда не пробовал. Слышал, но не пробовал. В поместье Медина чай уважала, а кофе у нас не видел.

Ну да ладно. Минус сотка из бюджета, сомнительные перспективы и возможная стажировка на лето. Это первое предложение, какое я получил. В другой школе меня с порога послали. Каковы шансы, что где-то повезёт больше? Сомневаюсь, что высокие.

— Я согласен, — ответил я, забрав принесённый кофе.

Попробовал. Фу, какая гадость. Он же горький, как это можно пить?

Дальше меня быстренько взяли под ручку и проводили до кассы, где я и оплатил злополучный курс. Теперь у меня на счетах двести пятьдесят тысяч с копейками. За ночь в сомнительном отеле я отдал тысячу триста. Сто ушло за курс.

Ограбить, что ли, кого-нибудь?

Будь мне доступен меч и парочка боевых заклинаний, отправился бы в аномалии или тот же Куб. А так… Мне туда всё равно придётся отправиться за материалами и для развития, но сначала подготовлюсь. Хоть какие-то аргументы нужны, кроме кулаков и развитого тела. Рано об этом думать. На ближайшие две недели мне есть чем заняться. Точнее, даже три, потому что курс не завтра начинается.

***

Из колледжа я вышел задумчивый. Потерять деньги — неприятно. Получить возможность — радостно. Вся история в целом — тревожная.

Есть два типа людей. Одни — самоуверенные болваны, если им красивая девушка предложит вместе выпить в баре, подумают, что это они такие неотразимые красавчики и что дама им искренне симпатизирует. Вторые — параноики, подумают, что дама вовсе не дама, что в напитке яд, и что если принять предложение, то ночью тебя пустят либо на корм, либо на органы.

Я точно не был первым типом, а уж моя паранойя, мягко говоря, имела под собой настолько железобетонные основания, что рассчитывать на что-то хорошее не приходилось. И если это хорошее произойдёт, то значит, я просто не вижу, где именно меня собираются поиметь.

Если после курса скажут, что не подхожу им, значит, отделался малой кровью. Если примут, значит, ждать стоит чего угодно.

***

Пока я задавался вопросом, что меня ждёт на обучении, неприятности нанесли удар с другой стороны.

История с двумя бравыми самцами и такими же бравыми ценителями низкокачественного досуга и выпивки получила продолжение в тот же вечер.

Настроение у меня постепенно выправилось, сделалось приподнятым и лирическим, поэтому я не отказал себе в прогулке по ближайшей набережной, вдоль многочисленных каналов. Тот факт, что напряжение внутри и вокруг нарастало, не смущал. Чему быть, того не миновать. Поэтому я с чистой совестью гулял, знакомился с городом, глазел на девушек, ел шаверму и закусывал мороженым. Ну да, я тот ещё гурман. И что вы мне сделаете?

К отелю вернулся по темноте. Двух знакомых мужиков, которые меня высматривали, заметил заранее, но ничего менять не стал. Если они так хотят поквитаться, то почему бы и нет? Гостиница эта находилась вроде бы в центральной части города, недалеко от нужного мне колледжа, но при этом, такое впечатление, существовала в параллельной, не очень-то и презентабельной реальности, вдали от оживлённых проспектов и улиц. Встретить и подкараулить человека здесь не проблема.

Вот меня и встретили. Как только так быстро нашли? Но главное, что делать-то собираются? Бить, убивать? Сразу видно, слабые личности. Вон как на мне переклинило.

Я притормозил, дал понять, что вижу их. Они отказываться не стали, сразу отправились на перехват, но под конец замедлились. Чего их мой взгляд так смутил-то? Я всего лишь прикидывал, как с них денег поиметь.

— Попался, — сказал мне Болтун.

Они не представились, а различать как-то надо. Почти закадычные друзья. Уже третий раз встречаемся.

— Наконец-то вы пришли, — ответил я ему столь же радостно.

Шаблон был окончательно сломан. Рука Болтуна, вокруг которой начала формироваться сила, притормозила.

— Ты нас ждал? — с подозрением спросил Молчаливый.

— Конечно! Вы же на стрелку пришли! — воскликнул я.

Не знаю, что у мужиков со слухом, но интуиция точно плохо развита. Со стороны ближайшего двора я слышал шум, который быстро стал нарастать, и оттуда вскоре выскочила толпа каких-то заморышей.

— Вот он! — воскликнул ночной алкаш, чей голос так и не приобрёл ноток трезвости с прошлой нашей встречи.

— Вот они! — крикнул я в ответ. — Пацаны, мочи их!

Мстительные господа затупили, а лица неопределённой национальности — нет. Навалились на нас всей толпой. Ближайший мужик замахнулся от души, я назад чуть отступил, и он вперёд пролетел.

Только сейчас в голову мысль пришла, что в городе надо вести себя куда аккуратнее, а то с моей везучестью, если наделаю трупов, не факт, что получится отвертеться. Статус одарённого даёт не только права, но и ответственность. Тот факт, что, судя по скорости и силе, эти ребята находятся максимум на уровне одной посредственной звезды, ничего не меняет.

Я отступил ещё дальше назад и дал военным разобраться с этой проблемой. Не то чтобы они хотели в этом участвовать. Не то чтобы алкашня спрашивала их мнения. А там уже и поздно стало. Когда на них налетели, военные сдерживаться не стали. Тот, кто меня заклинанием хотел ударить, владел стихией молний. Шандарахнул разок, и его противника снесло. Останавливаться он не стал и несколькими ударами раскидал остальных противников. Его друг не отставал и действовал так же эффективно. «Да у них минимум пятая звезда в первой чакре», — прикинул я.

Вскоре бойкие, но нетрезвые организмы были изгнаны, до меня так никто и не добрался. Сам я тоже убегать не стал. Вот ещё. Мне моя то ли божественная гордость, то ли отбитость, то ли обычное любопытство убегать не позволит.

— Ты! — выставил в мою сторону палец разъярённый Болтун.

— Мужики, — сказал я им, — второй раз вас честно предупреждаю. У вас есть секунд тридцать, чтобы свалить. Иначе пожалеете.

И ведь честно предупреждаю их об этом. Почему же они воспринимают мои слова как оскорбление? Неужели из-за насмешливой интонации и снисходительного взгляда? Да не, быть такого не может.

Шутки шутками, а в тот момент меня целая волна осознаний накрыла.

Причина и следствие — что важнее?

Человеческий мозг воспринимает реальность линейно, как последовательность действий, но на божественном уровне всё несколько иначе. Как бы там ни было, конфликт — вот основа всего бытия. Хаос конфликтует с Порядком. Стихии конфликтуют между собой. Свет и тьма, огонь и вода. Конфликт есть всегда и везде. Между следствием и причиной — тоже. Между мной, проклятиями богов и другими силами — тоже есть конфликт.

В один момент меня накрыло осознание, что боги положили на одну чашу весов столько всего, что я не должен был выжить. Умерев богом, я попал в мир, где можно стать богом снова. Путей для развития здесь хватает. Но если я умру в раннем возрасте, будучи смертным, то всё. Попаду в куда более худшие условия. Без памяти прошлых жизней. Иначе говоря, мне указали моё место, с отложенным эффектом. Но в то же время, была и другая чаша весов. Куда лёг случай и мой внезапно пробудившийся талант работать с проклятиями.

Второй дар, который во мне постепенно раскрылся — это умение чувствовать напряжение. Когда оно нарастает, когда его слишком много и когда его пора сбрасывать. Это инструмент контроля, который позволил мне сознательно пробовать управлять проклятиями, повышая шансы на выживание. И вот сейчас, внезапно и резко, я осознал, что могу и усилить проклятия. Поиграться с причинами и следствиями. Большинство бы на моём месте даже думать не смели усилить все проклятия разом. Но мне это показалось настолько забавным, что, смотря, как Болтун собирается накинуться на меня, я расхохотался.

Одновременно с этим встряхнув проклятия, ударив по ним, подстегнув.

А я ведь честно предупредил этих типов, что они пожалеют.

Фургон, который стоял недалеко от нас на улице и, казалось, был пуст, неожиданно двинулся с места и быстро оказался рядом. Военные среагировали на посторонний шум, но вот что-либо сделать не успели. Дверь распахнулась, оттуда выскочил мужик в чёрной маске и выпустил на нас поток какой-то жидкости, которая быстро в газ превратилась. Молчаливый успел окутаться защитой, но та не помогла. Я, задержав дыхание, видел, как слетала его техника. Газ блокировал способности или доступ к чакрам. Другой мужик, который выскочил на улицу следом, ударил нас троих техникой. Я ощутил, как наваливается давление, как сковывает тело.

Сноровисто подхватив, эти двое одного за другим закинули нас в фургон. Без всяких церемоний, прямо на грязный пол. Мне повезло оказаться последним, поэтому я прилёг на военных, а не на этот самый пол.

Продолжая с любопытством наблюдать за происходящим. Дыхание-то я так и продолжал задерживать. Сохраняя свои способности доступными.

Ну-с, повеселимся.

Глава 9. Честный трикстер

Лежу, смотрю на ноги похитителя, слушаю, как мычат мужики подо мной… Тьфу ты. Как извращённо-то звучит. Лежать нас просто так не оставили. Сковали наручниками. Мычащему Болтуну дали ещё и ногой по рёбрам, отчего мычание сменило тональность на более низкую.

Зря мычит. Только думать мешает.

В городе я всего ничего, о каких-то новых врагах рано говорить, поэтому не так уж много вариантов, что происходит. Либо постаралась старуха, но в это я не верю, откуда у неё такие люди и деньги на них? Либо она слила информацию какому-нибудь своему учителю. Взялись же у неё знания по тёмным ритуалам откуда-то. Спорю на что угодно, парочка соответствующих знакомых у неё должна быть. Могла и продать информацию. Либо это кто-то из местных заинтересовался талантливым одарённым, у которого никого за спиной нет и который в тринадцать лет прошёл проверку. Последнее — самое интересное. Случайно наткнулись или кто наводку дал из академии при проверке или из того же колледжа. Если последнее, то директриса запредельно цинична. Стребовать с меня сто штук и сдать для тёмных делишек — злодейски, но красиво, ничего не скажешь.

Ехали мы не меньше часа. Сначала часто поворачивали, а потом вышли напрямую и ускорились. Выехали загород, как нетрудно догадаться.

Чисто технически освободиться сейчас для меня не было проблемой. Дар мне по-прежнему доступен, яд не подействовал. Магической ковкой прощупал наручники. Если провожусь часа два, может, и освобожусь. Это не гвозди гнуть. Здесь металл закалённый, особый. Хорошо подготовились. Нужно воздействовать заклинанием. На наручники или на машину. Я лежу сверху, но в теории, если извернуться, как-нибудь доберусь до пола и коснусь его. Смогу обеспечить нам аварию. Но тогда я так и не знаю, куда эти добрые люди нас везут.

Надеюсь, у них там есть деньги. А то у меня планы большие, а финансы — маленькие.

***

Пока ехал, успел поразмышлять на тему того, почему так искажённо риск воспринимаю. Люди в масках меня похитили? Первая мысль — о, весело, надо их ограбить. Божественный опыт точно мои мозги испортил. Причина в знании, что жизнь после смерти есть? Попадание в чистилище тот ещё аттракцион, но ничего фатального. Отсюда и отношение как к игре. Умирать не страшно. Третий раз — так точно.

Долго я над этим не размышлял. Саморефлексия не мой конёк. Расслабился, подремал, а там и добрались. Машина остановилась внутри закрытого, тёмного помещения. Двое мужчин в фургоне поднялись, подхватили меня и вышвырнули прямо так. Больно, между прочим. Снаружи ещё двое ждали, с автоматами. Автоматическое оружие, без глушителей, а значит, предположительно, они не боятся н шуметь на этой территории.

Сообразив, что будет дальше, я откатился в сторону, и рядом шмякнулся Болтун, а за ним и Молчаливый. Надо имена их узнать, что ли. Они же мне как родные уже.

— Встали! — скомандовал мужик с автоматом.

— Да вы совсем охренели? — спросил Болтун, поднимаясь, — Вы знаете, кто мы?!

— Заткнись, — прописали ему прикладом в зубы, выбив парочку. — Построились, быстро.

Тычками и затрещинами нас заставили построиться.

Молчаливый, как и раньше, вёл себя хладнокровнее, прикидывая варианты для побега. Но держали нас грамотно, демонстрируя готовность применить боевые техники и оружие. Помимо этой четвёрки, по пути встретились ещё люди, и кто знает, сколько их тут. Да и со сцепленными за спиной руками много не навоюешь.

Вся та доступная информация, которую я прошерстил и внимательно изучил, говорила о том, что большинство одарённых используют руки для применения заклинаний. Наверно, в этом правиле были исключения, но это точно не случай двух военных. Наручники порезали их возможности. Я тоже использовал руки для своего «наделения». Поэтому их фиксация за спиной… Ну, сама магия лично мне доступна, но попробуй пальни, когда тебя так зафиксировали. Тем более эти ребята рассчитывают на подействовавший газ. Наверное. Кто их знает.

Нас провели куда-то вглубь, через коридор, а там к очередной тёмной комнате, где ждал лифт.

— Загружайтесь, — скомандовал мужик, наведя на нас оружие.

— Что с нами будет? — спросил Молчаливый.

Ему дали пинка, и он залетел в лифт. Я сам спокойно зашёл. Смысл получать дополнительные побои?

Охрана с нами не поехала. Закрылись створки, лифт медленно, поскрипывая, двинулся вниз.

— Мужики, давайте спорить, ждёт ли нас внизу логово тёмного властелина, — предложил я.

— Ты псих?! — вскрикнул Болтун. — Бл…! Бл…! Бл…! — занервничал он.

— Твой дружбан слишком нервный, — доверительно шёпотом сообщил я Молчаливому.

Тот выпучил на меня глаза, подумав, что я точно псих.

— А я, между прочим, вас предупреждал. Были бы чуть умнее, свалили бы и жили себе спокойно. Теперь же вас на фарш пустят. Стоило оно того? — покачал я головой осуждающе.

— Так ты тоже сдохнешь, — парировал Молчаливый.

— Ну, не впервой, — пожал я плечами. — Сиськи, кстати, у неё и правда зачётные.

— У кого? — не понял мужчина.

— Так у аферистки той. За которую вы вступились. Она у меня кошелёк стащила, пока я на неё падал. Я потом вернулся, мы разговорились, а там и до сисек дошло.

— Да ты гонишь, — прекратил метаться Болтун.

— Ну да, самое подходящее время приукрасить свои горизонтальные победы, — фыркнул я. — Короче, мужики. Скоро будет весело, действуйте по ситуации, а я уж обеспечу нужную степень хаоса.

— Мне чакру заблокировали, — признался Молчаливый.

— Вы же военные, не? — окинул я его взглядом. — Или мне показалось?

— Не показалось, — качнул Молчаливый головой. — Меня Артём зовут.

— Давид, — ответил я. — Ладно, погнали.

Лифт дрогнул, остановился. Створки двинулись в стороны. По ту сторону нас встречал бледный тип с кругами под глазами. Его рука была окутана зелёным.

— Вы смотрите, смотрите! — не удержался я.. — Это же классический злодей!

Классический злодей вскинул брови, разрушая весь образ. Согласно моим представлениям, он должен быть хладнокровным и безэмоциональным, а не выглядеть как бледный юнец с прыщами.

— Придурок, — высказался Болтун. — Если вы нас всё равно прикончите, то пусть пацан будет первым, хоть какая-то радость перед смертью, — процедил он.

— Как решит мастер, — подумав, ответил паренёк.

Так это не главный злодей?

— Ты всего лишь ученик, что ли? — разочаровался я. — А мастер где? Покажешь?

— А ты что, клоун? — спросил он раздражённо. — Или тебя проучить, чтобы тупые вопросы не задавал?

— Какой обидчивый, — фыркнул я. — Сразу видно, почему в эту тему вписался. Куда ещё такому девственнику податься?

— На выход, — скомандовал этот тип, сверля меня ненавидящим взглядом.

Странно, что заклинанием не ударил. Мастер велел не портить товар?

— Чисто для справки, — сказал ему, проходя мимо, — что бы вы там ни задумывали, результат вам не понравится.

— Ха-ха! — рассмеялся молчаливый Артем. — Ты бы его послушал, парень. Он напрочь отбитый.

— Точно психи, — резюмировал встречающий.

Нас провели дальше, в Классическое Логово Злодея. Ну ладно, ладно. Слишком много я фильмов посмотрел, добравшись до кинематографа, и то, что видел, не очень соответствовало клише. Впереди нас ждала самая настоящая ритуальная комната. Подобное я видел у старухи, но тут и площадь побольше, и исполнение куда основательнее. Все стены покрыты рунами. Я пробежался взглядом, но смог выделить лишь малую часть, что была знакома. Когда говорил, что владею базовым, рунным алфавитом, это означало, что изучил свободные основы. Согласно римскому законодательству (часть которого после отделения Российской империи никуда не делась), любое знание, техника, ингредиент… Короче, вообще всё, что можно было классифицировать, получало маркировку. Для того, чтобы изучить что-то выше базы, требовалось получить соответствующее разрешение. То же самое касается материалов. Поэтому руны не ограничивались базовым алфавитом. Было ещё много ответвлений. К примеру, боевые руны, которые использовались для составления боевых заклинаний. Так что да, я очень многого не знал, и нет ничего удивительно, что руны на стенах мне незнакомы.

А ведь руны нельзя наносить на что угодно. Вся комната обита особым металлом, способным выдержать всю нагрузку.

Мне бы такой металл. Ох, я бы развернулся.

Самое простое, что я сейчас могу сделать — коснуться руками этого металла и разнести всю комнату. Хрупкость не единственное качество, которым я способен наделить материал. Как насчёт нестабильности, совмещённой со взрывом? Отличный способ, чтобы аннигилировать всё здание вместе с собравшимися.

— Почему их трое? — спросил требовательным тоном мужчина, который вынырнул из темноты и показался нам на глаза.

На Классического Злодея он не тянул, но ощущался как нечто тяжёлое. Сколько у него звёзд? Двадцать? Тридцать? Далеко не рядовой одарённый. Коэффициент — это не что-то статичное. По мере развитие он растёт. Чем больше звёзд, тем слаще бонусы. Поэтому десяток звёзд не в два раза сильнее, чем пятёрка, а намного выше, если учесть аспекты и особые техники.

Ну и как мне разруливать происходящее?

— Эти двое конфликтовали с объектом, — опустив взгляд, ответил паренёк. — Группа захвата сработала чисто, взяли всех троих. Одарённые.

— У них гербовые перстни. Исчезновение сразу троих — это лишнее внимание.

— Спишут на то, что поубивали друг друга или что пацан порешал их, — ответил ученик.

— Не выражайся так грубо, — сказал мужчина, поморщившись.

— Как прикажете, мастер, — поклонился он, добавив в голос ещё больше почтительности.

— Не хочу прерывать вашу беседу, — вмешался я. — Но вам, случаем, артефактор на полставки не нужен? Или помощник? Я как раз работу ищу, деньги очень нужны. У вас тут ещё и источник четвёртого ранга чувствуется. Если позволите пользоваться да хорошую оплату предложите, то можем договориться.

Мастер выдал типичную для меня реакцию, вскинув брови, мол, что это за чудо, почему он не дрожит от страха, а так нагло и странно себя ведёт? А мне не казалось это странным. Деньги и правда нужны.

— На работу ко мне ещё никто так не устраивался, — усмехнулся он и тут же перевёл взгляд на моих невольных напарников. — Замрите. — Его Голос прозвучал тяжело, но в то же время приятно, фундаментально. — Подчиняйтесь. Откажитесь от сопротивления. С радостью принесите себя в жертву ради высшей цели.

Ого. Никогда я до этого не встречал одарённых с открытой пятой чакрой. Голос звучал особенно, и я в полной мере ощутил, как хочу ему подчиниться, как сказанное сначала вызывает лёгкое сопротивление, но быстро становится чем-то родным, естественным, будто мне только и надо, что принести себя в жертву.

Но — не доработал.

Голос звучал не так мощно, как у разъярённого бога война. Да и до других богов тоже не дотягивал. Это у меня что, прививка от Голоса? При-коль-но. Главное, слишком не лыбиться, чтобы не выдать себя раньше времени.

— Так ты артефактор? — спросил меня мастер. — Отвечай честно и полно.

— Начинающий. Если обучите, стану толковым. Если обучить не можете, то не откажусь, если оплатите обучение.

— Ха! — выдохнул он. — Парень, да ты совсем сумасшедший, если не понимаешь, что сейчас произойдёт.

— Как знаете, — ответил я. — Но лучше соглашайтесь, чтобы потом не жалеть.

— Забавная букашка, — расплылся в зловещей улыбке мужчина. — С тебя и начнём. Прошу в круг, — указал он.

— А это не больно?

— Очень больно.

— Отлично, — кивнул я и прошёл в круг.

Выписан он был прямо в центре металлической комнаты, покрытой рунами.

Судьба, что-то ты повторяешься. Одна ведьма была. Теперь какой-то хрен меня в жертву принести собрался. Что за банальщина?

— Кому в жертву-то принесёте? — спросил я.

— Помолчи, — приказал он Голосом.

Губы налились тяжестью, горло перехватило. Круто. Надо срочно пятую чакру открывать.

— Приди! — прозвучал потусторонний голос. — Явись на мой зов!

Зря я жаловался на повторяющиеся сценарии. Участь мне приготовили другую. Не вульгарное перерезание ножичком горла. Пространство напротив меня пошло рябью, выплюнуло в этот мир мерзкую тварь, бурлящую и кипящую. Характерный внешний облик дал понять, что это страдалец. Патиенс Вульгарец, или, если на нашем и поэтично, несущий страдание. В свободном доступе гуляли описания всевозможных тварей, которых можно встретить в аномалиях и особых зонах. Эта с демонического плана. Мастерски умеет обеспечить гамму весёлых ощущений перед смертью. Тварь энергетического типа, с нестабильным телом, способная выжить только при насыщенности четвёртого-пятого ранга. То, что ниже, и то, что выше, убивает её.

Я невольно отшатнулся, когда она ко мне расплывающиеся руки потянула. Будто бьющая ключом грязь. Запахло гноем и серой. А в голове у меня наконец-то созрел план.

— Начинаем веселиться, — сказал я сам себе под нос, заваливаясь назад.

Тварь промазала, не успела схватить меня. Я же упал, ладонями коснулся металлического пола, ощутил его шершавость и задействовал одно-единственное доступное заклинание, вкладывая в него связку двойного смысла — поглощение и резонанс. Вся мана разом ухнула из меня, заклинание вошло в металл, изменило его структуру. Я ощутил, как разлитая вокруг энергия потянулась следом, ушла в металл, который на какое-то время превратился в мощный поглотитель. Просевший фон прикончил демона. Страдец набух в 0секунду и осыпался на меня пылью. Надо же, не врали в интернетах.

Подтянув к себе ноги, резко выпрямился и вскочил. Я бы с удовольствием потратил энергию на наручники, но там слишком хороший металл, чтобы смочь их разорвать. Поэтому и вложился в заклинание.

— Стоять! — крикнул мастер.

В ушах заложило, но это всё ещё не был уровень проклинающих богов. Сознание помутилось, но не зря я столько тело тренировал. Сработало оно на инстинктах. Я подскочил, подпрыгнул и засветил ногами мастеру прямо по лицу.

«А не надо первую чакру игнорировать, не надо!» — подумал я злорадно, когда его унесло.

Перевернувшись и поднявшись, увидел, как рука ученика вспыхнула зеленью, но не сразила меня заклинанием, вместо этого его одежду слизнуло сразу, а вот кожу растворяло несколько секунд!

— А-а! — закричал он и перешёл на ультразвук, смотря на свою сползающую кожу.

Моя простая связка заставила артефактную комнату не только стремительно поглощать энергию, но и выплёскивать её обратно, создавая резонанс. Я и сам не ожидал, что так эффективно получится. Теоретические задумки получили практическое подтверждение. Язык богов имел власть над обычными рунами, перебивая все предохранители, если они имелись.

Обдумаю это после, а сейчас… Проскочив мимо замерших военных, я проигнорировал и визжащего ученика, подскочил к поднимающемуся мастеру и прописал ему с ноги в голову. Улетел он красиво и на десяток секунд точно выключился. Я догнал его, прыгнул сверху, услышал хруст. Подбежав к Молчаливому, крикнул ему прямо в лицо:

— Есть чем наручники снять?

Тот, словно очнулся ото сна, посмотрел на меня. Я повернулся и потряс сзади руками, как мог.

— Разорви как хочешь! — крикнул ему. — Быстрее, мать твою!

Что-то в голове у него сработало, конфликт с приказами разрешился, и он использовал заклинание. Точнее, попытался. Яда в теле никто не отменял. Обернувшись, я увидел, как он напрягся, поднатужился, раскраснелся весь. Ещё и резонанс продолжал действовать. Что-то вспыхнуло, ударило меня в спину, и я полетел вперёд, ощутив, как ошпарило задницу и руки. До безобразия обидный факт, между прочим, поэтому степень ранения моей задницы опустим и сосредоточимся на том, что руки ощутили свободу!

Поведя руками, хотел пафосно похрустеть шеей, но я слишком молод для этого.

— Ну что, неудачники, — сказал я. — Я ведь предупреждал, что пожалеете.

Но в этот раз пожалел я.

— Умри! — истошно закричал ученик, у которого к этому моменту половина руки слезла.

На этот раз он атаковал артефактом. Кольцо на второй его руке вспыхнуло и взорвалось. Руку разнесло, но осколок непонятно чего чиркнул меня по лбу, да так неудачно, что глаз мигом кровью залило. Разозлившись, подскочил к мерзавцу, подбил ему ногу, перехватил тщедушное тело, оказался сзади и одним движением свернул шею, откидывая труп в сторону.

Теперь надо добить мастера. Стоило направиться к нему, как от тела отделился очередной демон. Разновидность я не узнал, но ощущения были слишком специфичны. Точно демон. На этот раз серая тень с вытянутыми руками и длинными когтями. Она набросилась на меня и отогнала. Я оценил скорость и не рискнул близко лезть. Побоялся, что демон за мной бросится, но нет, остался подле хозяина.

— Я ему помочь хочу! — выдал я на божественном, ощутив, как продрало горло.

И демона замкнуло. Он остановился и голову наклонил, как самый настоящий человек.

— Верь мне! — выдал я, подбежал и ещё разок пнул мастера по голове.

До демона дошло, что я его обманул, и он набросился на меня. Я отпрыгнул, ощутив холодок на груди. Назад, назад, назад — я был вынужден отступать, едва поспевая уворачиваться от когтей. Спасало то, что демон действовал примитивно, без какой-либо техники боя. Голая мощь и желание меня порвать.

— Валите мастера! — крикнул я осипшим голосом, чувствуя, как рот заполнился вкусом чего-то солоноватого.

Демон оказался чуть умнее табуретки и среагировал, верно оценив, что двое других неизвестных могут прикончить мастера, пока он оставил свой пост. Только вот мужики безбожно тупили, Молчаливый и вовсе до сих пор контуженный был, поэтому демон неверно оценил степень угрозы. А ещё у него были глаза как у человека. Иначе зачем он повернулся и на мужиков уставился, забыв про меня?

Зачерпнув энергию из первой чакры, телесную, как её называли, я направил её в кулак, уплотнил вокруг кожи и врезал по твари. Сработало. Тварь, пусть она и выглядела как сгусток дыма, откинуло, оторвав кусок. Ещё бы не сработало. Звери, обитающие в аномалии, часто и защитой магической обладают. Которую обычным кулаком не пробьёшь. Нужны заклинания или оружие. Мне это недоступно, поэтому я и потратил несколько лет, чтобы превратить себя в оружие. Не самое крепкое, уступающее металлу, но если подходить к делу творчески…

Демон развернулся, ощерился, приготовился к прыжку, но я оказался быстрее и врезал вторым кулаком. Удар, удар, удар. Я работал быстро и, насколько мог, чётко, понимая, что время играет против меня. Если очнётся мастер, то нам всем хана. Очень-очень мучительная хана будет, ага. С творческим подходом в обеспечении особого вида страданий.

— Артемка, гаси гниду! — крикнул я ещё разок.

Демон ускорился, отогнал меня и бросился на Болтуна. Видимо, он не знал, кто из них Артемка, а тот стоял дальше по отношению к мастеру… Короче, тормозящему Болтуну не повезло. Он дёрнулся, кинул молнию, пробил демона, а тот когтями разнёс ему лицо.

Бедный Болтун. Мы так и не успели выпить да простить друг другу все обиды.

— Павел! — закричал Артём.

И тоже молнией шибанул демона. На этот раз мощнее и сильнее. Тварь не убило, охранник набросился на одарённого и… Бой вышел коротким, жёстким и кровавым. Во все стороны полетели ошмётки. Как человеческой плоти, так и дымных кусков. Я и вмешаться-то толком не успел. Артём, уже с разорванным горлом, взорвался облаком молний, прикончив демона.

Кстати… Раз они все техниками швыряются и демон тут бегает, значит, резонанс перестал работать?

А не рванёт ли тайное логово злодея? Не рванёт? Ну не рванёт ведь, да?

Я ещё не все ценности собрал. Я их даже не начал собирать. Нужно это срочно исправлять, но сначала добью злодея, чтобы неповадно было. Пусть в следующей жизни лучше прислушивается к честным богам, которые искренне предупреждают о рисках пожалеть.

Глава 10. Добыча, или Как вовремя унести ноги

Мастера этого места я убивал с особой тщательностью, справедливо полагая, что одарённые высоких звёзд — крайне живучие твари.

Сама по себе каждая звезда в первой чакре добавляла прочности организму. Но в ходе развития, если наполнение узлов дополнялось тренировками, появлялись новые свойства на каждом узле. В этом нет ничего сложного, нужно просто заниматься, пусть и интенсивно. Даже такой неуч, как я, справился. Так у меня на первых четырёх звёздах появилось общее укрепление, усиление, выносливость и регенерация. Если же ты богат или родился в правильной семье, то можешь получить готовые аспекты. Тогда тренироваться неистово вовсе не обязательно. Поэтому мутанты, которые способны отрастить себе конечность, — тот фактор, который нужно обязательно учитывать, когда убиваешь сильного одарённого, так глупо подставившегося.

Ну, это я так думал, что здешний мастер — сильный одарённый. На всякий случай так думал. Тело у него слабее моего, но это не показатель. Забил на первую чакру, вот и результат. Это не означало, что у него нет техники быстрого восстановления или ещё какого-то козыря в рукаве.

Поэтому да, с телом я обошёлся вовсе не гуманно.

Как закончил, перевёл дух и осмотрелся. Вышло абсурдно. Все мертвы, а я жив. Хотя нет, стоп. Не все. Наверху ещё куча дружелюбных дядек с оружием, которые меня точно постараются прикончить, если узнают, что здесь случилось. Поэтому действовать нужно быстро. Сначала озаботиться выживаем, а дальше уже выгодой.

Проверил ритуальную комнату, не собирается ли там рвануть. Но нет. Тот редкий случай, когда запас прочности металла был куда выше, чем предел моих способностей. Да и переоценил я это место. Тут есть приток энергии, но не источник четвёртого ранга. Иначе бы точно рвануло из-за постоянного поглощения. Убедившись, что опасность мне пока не угрожает, я занялся самым тщательным осмотром, на ходу соображая, что делать и как быть. Самый граждански-правильный поступок — сообщить в силовые структуры о произошедшем. Этот же поступок самый несовместимый с дальнейшей жизнью. Не факт, что мной, бывшим богом, не заинтересуются. Не факт, что не проверят как следует и не выйдут на старуху, после чего моя история совсем в другом ракурсе предстанет: не случайная жертва, а сектант, который избавился от конкурента по указу бабки. И вот кто-то из наказующих или ищущих получит новую звезды на погоны, с оглаской в газетах, что раскрыли аж целую преступную банду, члены которой что-то между собой не поделили. Также не факт, что у этого демонолога нет крыши в силовых структурах. Ну, или начальника, покровителя, старшего мастера или табуна друзей, которые очень захотят мне отомстить за то, что порушил бизнес и прикончил просто хорошего человека.

Оно мне надо? Нет.

Тем более я собирался утащить из этого места всё ценное, что только смогу. А значит, придётся избавляться от охраны наверху. Они ведь знают меня в лицо. И забрали мой бумажник с документами, черт возьми.

«Хватит воровать мои вещи!» — подумал я раздражённо.

Занявшись грабежом чужих вещей.

Проверил остальные помещения. А неплохо здесь. С размахом сделали. Я нашёл лабораторию, заполненную всякими колбами и холодильниками. Осмотрелся, убедился, что там никого нет, и двинулся дальше. Нашёл комнату ученика — небольшая каморка с включённым ноутбуком, рюкзаком у двери, обычной одеждой на кровати и защитными костюмами для работы в лаборатории. Подумав, надел перчатки. Как работают ищущие и другие силовики — я понятия не имел. Но, спасибо кинематографу, про отпечатки пальцев знал. Как и про характерный след энергии, который оставляет одарённый, используя заклинания. С этим позже разберусь.

Вооружившись перчатками и подумав ещё разок, натянул на себя лабораторный халат и продолжил исследовать подземелье. Беглый осмотр, чтобы убедиться, что нигде демоны не прячутся, занял у меня минуты три. Место пусть и просторное, но комнат мало. И здесь, блин, была темница. С пленной девушкой. В лучших традициях дешёвых хоррор-фильмов. Прикованная цепями к крюку, она висела у стены. Раздетая догола.

И что с ней делать?

Пусть ещё повисит немного. Нужно было разобраться с охраной. Их наверху минимум пятеро. Они не спускались вниз. Ученик знал о нашем появлении. Услышал шум лифта и поспешил сюда? Да не, бред. Связь точно должна быть. Ноут был включён, а значит… Обругав себя самым грязными словами, метнулся обратно к ученику в комнату, с облегчением выдохнув, когда увидел, что экран не погас. Не хватало ещё на пароль нарваться. В следующую пару минут я изучил переписку ученика и главы отряда наверху. Ну, или не главы, а связного лица. Переписка была только за сегодня. Остальные сообщения удаляют? Не удивлюсь. В ней говорилось, что они нашли цель — то есть меня, видимо. Следующее сообщение — что взяли цель и ещё двух случайных одарённых, что сработали чисто.

Проверил остальное на ноуте. Это был чисто рабочий инструмент, где не хранилось ничего личного. Несколько документов отвечали за бухгалтерию, в которой я ничего не понял. Сплошные выдуманные имена и обозначения. Типа «заказ Север-13-А-7 выполнен», «отгрузили три букета». Понятно, что это кодовое обозначение кого-то важного и что отгрузили им что-то не самое простое, но мне-то что с того? Шифра я не знаю, никто этой информацией со мной не поделится. Записей было много, хорошо систематизированных. Ещё и с датами. Три года они ведут свою деятельность. В среднем отгружают по одному-двум заказам в месяц. Семьдесят четыре выполненные записи. Ещё три открытых, невыполненных.

Миленько.

Куда корпус Ищущих смотрит? Не, если они по одному одарённому за заказ под нож пускают, то это не такое уж большое количество людей, как бы цинично это ни звучало. Только в Санкт-Петербурге проживает официально больше десяти миллионов человек, девяносто процентов из которых одарённые. Что такое семьдесят четыре на фоне девяти миллионов? Да ничего. Я слабо представляю, как работают силовые службы, но блин. Чем больше думаю об этом, тем больше убеждаюсь, что не всё так гладко. Впрочем, это же Питер. Тут постоянно что-то эдакое происходит. Почему бы и не быть стабильной клиентуре на тёмные заказы с демоническим душком?

Были на ноуте и другие вещи. Отсканированные книги, какие-то статьи, руны. Ученик на то и ученик, что учиться.

Пока разбирался, пришло сообщение от охраны.

«Нам ждать, или всё на сегодня?»

Значит, они ещё наверху. Осталось придумать, как с ними разобраться. Отвечать сразу не стал. По новой прошёлся по помещениям, выискивая, что мне может пригодиться.

На первый взгляд, в этом месте целый арсенал хранился. Я нашёл верёвку, плётку, набор ножей и целый чемоданчик для пыток, а ещё кислоту в лаборатории. Быстренько проверив на трупах, как и что влияет на плоть, определился с планом, вернулся в комнату ученика и написал:

«Спускайтесь».

«Он не будет против, что мы спустимся?» — последовало почти сразу.

Так их сюда обычно не приглашают? Плохо.

«Ушёл. Не будет», — коротко ответил я.

В этом подземелье был запасной выход, который вёл в неизвестность. Проверять я его пока не стал, но отметил такую возможность.

Теперь осталось понять, купится охрана или нет.

***

Купилась. Вниз спустились двое охранников. Сам я облачился в балахон. Вот чёрт его знает, зачем ученику балахон Типичного Злодея, но, кроме как встречать посторонних с натянутым на голову капюшоном я варианта не придумал, поэтому и воспользовался им.

Сюда спустились двое, и в них полетело по колбе, которые я прихватил из лаборатории. Они и среагировать не успели. Кидал я метко, два попадания чётко в голову. Вместо шлемов у них были тканевые балаклавы. Так себе защита.

Результат был выше всяких похвал. Это негуманно, кислоту на людей плескать, но эй. Они людей похищают, а я не самый добрый экс-бог.

Вышло кроваво, но минус два противника. Спустились те, у кого оружия не было. Что ничего особо не меняло. Я уже палил из огнестрела. Взял у наших охранников в поместье. При первой же попытке ружье заклинило, и я счёл это достаточным намёком, что больше не пробовать. Что будет, если оружие у меня в руках взорвётся, воображение живо нарисовало, чтобы отбить любую охоту.

Оттащив тела, быстро их проверил. Ничего подходящего или интересного не нашёл. Ни документов, ни денег — ничего. Логично. Зачем таскать на столь тёмные дела подобные вещи?

Как улучшить свои шансы, я не придумал, поэтому зашёл в лифт и нажал кнопку, отправившись наверх. С собой у меня была только верёвка, завязанная на манер лассо. Я не собирался сражаться ею, а вот немного поиграть в связывание…

Сценарий сложился для меня самым неприятным образом. Ещё трое бойцов стояли у входа, дожидаясь тех двоих. Все три с автоматами. Повезло, что расслабленные и курящие, а не держащие вход на прицеле. При виде меня они синхронно дёрнулись, но повели себя не как враги, а как провинившиеся при начальстве — спрятали сигареты за спины. Я-то в балахоне так и остался. Работать с демонологом и бояться, что он за сигареты отругает… С таким отношением один шаг до профсоюза и медицинских страховок. Даёшь защиту прав служителям зла!

До них дошло, что что-то не так, когда я уже начал двигаться. Кинул верёвку, захлестнул шею того, что слева, а следующим движением врубился в того, что справа. Веса и силы хватило, чтобы его отбросить. Дёрнув за верёвку, затягивая петлю, я не дал направить на меня оружие. Мужик полетел вперёд, мимо меня, а сам я добрался до третьего в последний момент. Он почти успел навести винтовку и даже выстрелил, но я увёл ствол в сторону и врезал ему по лицу, накидывая верёвку ему на шею. Хорошая, качественная верёвка. Демонопоклонники знали толк в извращениях.

Я заметался между этими тремя, щедро раздавая удары, усиленные энергией первой чакры, не давая им опомниться и продолжая набрасывать петли. Убить голыми руками тренированного бойца, у которого ещё и звёзд больше, чем у тебя, — та ещё морока, вот и изгалялся.

— Да приложите бл… его! — крикнул один из них.

Я дёрнулся в сторону, обманным движением заставил его выставить руки перед собой, а сам прыгнул вниз и проскочил между ног у этого здоровяка. Он зачем-то их расставил широко в стороны, будто собрался бороться со мной и ловить в жаркие объятья. И это после фразы приложите его!

Ну, я и приложил. По яйцам. Дёрнув верёвку на себя. Из-за чего его шею дёрнуло вниз, остальных тоже повело, и они сблизились, упав друг на друга.

Когда я уже собирался перейти к добиванию, меня всё же подловили. Какой-то техникой, похожей на толчок или таран. В грудь врезалось что-то невидимое, я кхекнул и отлетел назад, покатившись.

— Подбил! — крикнул мужик. — Как нам выпутаться?!

Общались они преимущественно матом, это были единственно приличная фраза, что я услышал.

Будь ты проклят, бог войны. Надеюсь, на женщин у тебя так и не стоит! Мне бы хотя бы один чёртов нож!

Сплюнув кровь из-за разбитых губ, я поднялся и рванул вперёд, навалившись на эту кучу. Меня опять попытались приложить, но я был готов и увернулся. А вот они к дальнейшему готовы не были.

Хочешь жить, умей вертеться, как говорится.

Я — умел. Они — не очень.

Из этой битвы я вышел победителей, но ё-маё. Краше в гроб кладут. Всё же пришлось расплатиться в этот раз своей кровью и новыми ранениями.

Ну что за ночь.

***

Когда слышишь историю о том, как школьник (фактически я им не был, потому что в школе не учился, а в колледж ещё не зачислили) побеждает пятерых опытных боевиков, знающих, с какой стороны держаться за оружие, невольно задумываешься, где и в каком месте тебя… кхм… обманывают.

Я и сам задумался об этом, пытаясь оценить свой уровень.

Это как со всеми прочими достижениями. Я банально не знал, чего стою, в контексте столкновения с другими людьми. Всё моё достижение — уничтоженная группа охотников, которую отправили по мою душу в лес. Но тогда я с ними напрямую не сходился, разобрался с помощью ловушек. Сейчас же… Одно я понял точно. В плане ловкости и вёрткости я превосходил противника на голову. У чего была причина. Попробуйте убежать в диком лесу от представителя кошачьих, у которого есть свои звезды и который бегает по деревьям ловчее, чем люди ходят по земле. Это всего лишь один, рутинный эпизод из моего детства.

Как и сказал. Хочешь жить, умей вертеться.

Думал я об этом, чтобы отвлечься от не самой приятной работёнки, перетаскивая тела убитых вниз. Свой несчастный кошелёк и паспорт я нашёл, облегчённо выдохнув. Не выкинули, не испортили, не сожгли.

Убедившись, что никого на территории не осталось, приступил к следующей, более вдумчивой части.

В логове злодеев я задержался до самого утра. Разобравшись с телами, нашёл ёмкость со спиртом и залил все следы крови наверху, в первую очередь стремясь уничтожить собственные. Не дурак, в курсе, что по крови меня найдут моментально. Поэтому и мучился, избавляясь от следов. Ещё и зажигалку нашёл да подпалил. Хоть что-то.

А дальше я основательно занялся экспроприацией ценного. Собрал все имеющиеся деньги, вскрыл сейф, благо использование наделения сработало как надо, разрушая металл. Нашёл там… Ну, суммарно я двести пятьдесят тысяч со всех собрал, включая мелочь в кошельке ученика. С другими ценностями было куда сложнее. В теории, я мог собрать и оружие, и материалы, и ингредиенты. Да даже лабораторное оборудование. Но куда мне это всё девать? В ломбард нести? Угу. Не, ради веселья не самая плохая идея, но велики шансы, что веселье будет односторонним, не в мою пользу.

Я не собирался особо скрываться, в том числе трястись над тайной своей прошлой жизни, но специально подставляться? Сейчас этого не требуется. Проклятия временно затихли.

Поэтому почти всё имущество я даже трогать не стал. Исключение — набор различных материалов. Кости, металлы, камни. Не то чтобы удивляло наличие всего этого здесь. Как я понял, демонолог делал товар на продажу. Как-то это было связано с алхимией и жертвоприношениями. Усиливающие зелья? Специальные составы для освоения особых аспектов и техник? Продвинутые яды? Всё возможно. Брал я только то, что смог худо-бедно распознать и что не тянуло на статью.

Отдельно я отвёл душу, изучая ритуальную комнату. Тридцать шесть новых рун для меня. Каждую я ощупал, изучил и сфотографировал. Не на свой телефон. Позаимствовал у одного из охранников, перед этим разблокировав его по отпечатку пальца и отменив данную функцию в настройках.

Будь моя воля, я бы здесь на полгода минимум задержался, внимательно изучая ритуальную комнату. Она аккумулировала энергию и экранировала демонические эманации. Сколько такая стоит, боюсь представить. Спрос на подобные услуги я не знал, потому что это уровень, по идее, серьёзных магов, магических родов и учреждений, которые проводят различные ритуалы. Не обязательно тёмные и демонические. Можно и самые обычные. Для нормальной работы артефактора мне нужно что-то такое же. В жилой квартире ничего продвинутого не сделаешь. Ну, если не захочешь всполошить весь дом и накрыть их эманациями разных стихий.

Так что руны реально ценны, как и их конфигурация, но потенциал этого я раскрою нескоро. Мне катастрофически не хватает знаний, чтобы сейчас это как-то использовать.

Уладив все дела, восстановив запас маны, а также сменив одежду на облачение ученика (моя пришла в негодность и была вся в крови), я стащил трупы в ритуальную комнату и был готов устроить здесь большой бум. Оставалось только разобраться с пленницей.

К ней я и направился. Девка как висела, так и продолжала висеть. Проверил пульс — едва чувствуется. Тело холодное. Ну да, она голая висит который час, а то и день, а отопление в этой комнате отсутствует. Понятия не имею, кто эта дамочка, но она уже меня бесит.

Дело в том, что я дал себе зарок, больше никакого геройства. Завалить демонолога и его охрану, забрать всё ценное и свалить — это правильный подход правильного пацана. Сделать то же самое и спасти невинную деву — это то самое геройство, которое вызывало у меня приступ тошноты и неприятный зуд в том месте, куда меня мой бывший лучший друг кинжалом ткнул.

Здравый смысл тоже был не на стороне девицы. Это точно невинная жертва? Видно, что её истязали и плохо обращались, но она до сих пор жива. Одарённая? Ну, понятно, что не рабыня, какие-то звезды у неё есть, но… Вдруг это демоница? Почему нет? Фигурка ладная, пусть и болезненно худая. Быть может, суккуба? Принюхался, серой вроде не пахнет. Как и чем-то другим подозрительным.

Допустим, её реально похитили. Что дальше? В лучшем случае она сирота. Но где я, а где лучшие случаи? В худшем случае её любящие родители подняли шум, написали заявление охранителям, и дело на контроле у какого-нибудь ищущего. Как только верну её домой, мною сразу же заинтересуются и зададут логичный вопрос. Где взял девку?

Оставить её здесь? Так я хотел взорвать это место. Чтобы другие не пользовались, и чтобы следы мои не нашли. В первую очередь друзья демонолога. Во вторую — ищущие. Если оставлю девку здесь, получается, прикончу её.

Как же это бесит. Где мой цинизм, на который я так рассчитывал? Позорище. Хочу быть нормальным антигероем, а не спасать подозрительных девок из темниц демонологов.

Проиграв спор со своей совестью, договорился сам с собой на то, что оттащу её наверх, оставлю где-нибудь на улице, а дальше не мои проблемы. Уверен, когда здесь всё взорвётся, быстро охранители примчат и помогут ей.

Ключ от кандалов нашёлся в балахоне мастера. Перед тем как открыть, проверил металл. Он оказался дюже хорош. Настолько, что меня обуяла жадность, и я ещё с час потратил на то, чтобы проверить остальную темницу и собрать весь подобный металл. У меня уже и так сумка была набита всяким разным, но тут просто не удержался. Стащил пару цепей. Будь моя воля, я бы и всю ритуальную комнату расковырял. Знаю, что у каждого металла, даже особенного, есть свой предел трансформаций и наложения заклинаний, и там металл уже использованный, но всё равно. До жути обидно столько добра бросать.

Девушку я в итоге освободил. Пока в темнице находился, лицо тканью обернул, чтобы не увидела. Вдруг очнётся и не дай боги запомнит. Хотя они-то как раз могут дать и поржут ещё, персонификации хреновы.

Осторожно сняв её, удивился, чего она такая тяжёлая. На вид-то худая, уж точно не толстушка. Подхватив её на руки, потащил на выход.

Кто же знал, что эта девица не совсем девица и что уже у лифта она внезапно откроет глаза, обхватит меня руками и вопьётся в губы поцелуем.

— Больная, что ли? — выронил я её и уставился возмущённо.

В ответ она ощерилась, её клыки удлинились.

— Точно больная. К дантисту не пробовала зайти? Брекеты там поставить. Пару лет мучений — и красавицей станешь. И да, не советую на меня напрыгивать. Вон, видишь, — кивнул я себе за спину, — местные уродцы тоже моего совета не послушали, и что с ними стало?

Девка, подобно хищнице, замерла, чуть наклонила голову и принюхалась.

— Ты не его ученик, — констатировала она.

— Сударыня, ваши когнитивные способности поразили меня в самое сердце, но раз уж оклемались, то давайте поднимайте свой бледный зад и подождите здесь. А я сейчас, секундочку…

Спину обожгло опасностью, когда повернулся, но удержалась, не набросилась. Очередная жертва порванного шаблона. У меня он тоже порван был. Вампирша, мать его! Самая настоящая вампирша! Официально запрещённая законом тварь, которых бодро сжигали на кострах, если поймают!

Говорил же себе, что в задницу этих подозрительных девиц, которые на цепях у Типичных Злодеев висят. Не всё с ними в порядке, не всё! У-у-у, как же бесит. Всё, больше никого спасать не буду.

Быстренько активировав закладку, я рванул обратно. Артефактор я начинающий, но как устроить взрыв — разобрался.

— Быстро в лифт! — крикнул я. — Ща рванёт!

А она уже там была, и двери закрывались. Успел я в последний момент. Она, сложив руки и подперев сиськи, даже не подумала дождаться.

— Ну ты и дрянь, — с восторгом сказал я. — Вот так и спасай вас, фальшивых пленниц.

— Я не выпила тебя досуха. На этом моя благодарность закончилась, — ответила она холодно.

— Да и чёрт с тобой. Только сделай одолжение, за мной не ходи.

Но не ходить не получилось. Лифт поднялся, она выскочила наружу, оценивая, куда бежать. Я же вытащил тяжеленную сумку, и тут рвануло. Бахнуло так, что бетон вспучило и меня вперёд толкнуло. А вслед за этим сзади меня часть здания просела, вниз ушла. Обрыв остановился аккурат рядом со мной.

— Переборщил, — ответил я на шокированный взгляд вампиршы. — Слушай, а ты водить умеешь? Там машина есть, и вот ключи, — показал я связку, найденную в одном из карманов охраны. — До города подбросишь?

— Умею. Пошли быстрее.

Это она на ходу бросила. Связку выхватила быстрее, чем я заметить успел. Сколько у неё звёзд в первой чакре? Десяток? Или это вампиры такие? Плевать. Надо валить отсюда. Я спать хочу, помыться и поесть. Мне через два дня на первое занятие ещё идти.

Глава 11. Первый артефакт

Усевшись в кресло, с удовольствием вытянул ноги. Вампирша ловко завела фургон, вывела его, и вскоре мы оказались на дороге, неизвестно где.

— Как тебя зовут? — спросила она.

— Гай Юлий Божественный, — ответил я не задумываясь.

— Пфф, — выдала она. — На божественного императора ты не тянешь.

— Ты же не думала всерьёз, что я представлюсь. Или у нас минутка глупых вопросов? Я тоже так умею. Ты правда кровь сосёшь? А только кровь? Обычную еду ешь? Какой у тебя метаболизм? Вампиры ходят в туалет? А месячные у тебя есть?

— Ты ещё про вампирш-лесбиянок пошути, — ледяным тоном сказала она. — Это будет последняя в твоей жизни шутка.

— Ты слишком дерзкая для той, кого сняли с цепи.

— А ты слишком беспечен для того, кто снял вампира с цепи.

— Так и запомню. Благодарность среди вашего брата не в чести. Кстати, если это вдруг не так, я принимаю исключительно деньгами. Снова целоваться не обязательно.

Девица зашипела, и дальше ехали молча. Кстати, зачем она меня поцеловала-то? Попытка подчинения? Что-то типа Голоса, или у дамочки в жилах не только вампирская кровь, но и суккубская?

— Где тебя высадить? — спросила она минут через двадцать езды, когда впереди показался город.

Первые минут десять мы ехали по глуши. Дальше показались деревенские мотивы. Попадались и храмы, уж не знаю, каких именно богов. В этом мире не было единого пантеона, зато всяких религий и мелких сект хватало с избытком.

— Желательно у недорогого отеля, где не будут задавать лишних вопросов и не позвонят охранителям, чтобы сдать подозрительного типа.

— Я в отелях не разбираюсь, — процедила она.

— Тогда где-то возле города, в более оживлённой части. Только твои сиськи слишком заметны.

Вампирша ехала абсолютно голой.

Фыркнув, она покрылась чем-то тёмным. Не кожей, а скорее, энергией. Вариация техники доспеха? Пожалуй, что так. Может, и заклинание. Разница между ними в том, что заклинания использовали ману, а техники — энергию первых двух чакр. Её ещё телесной называли.

Больше мы друг другу ничего не сказали. Добрались до города, она притормозила, я прихватил сумку и вылез. Надеяться, что больше не увидимся, не стал. К чему пустые надежды?

***

Оказавшись предоставлен сам себе, я прогулялся, поймал такси, доехал до соседнего района, там вышел, снова прогулялся и прокатился на автобусе. Так, плутая, я добрался до нового отеля, который был чуть получше предыдущего, но не особо. Оформился там вполне официально, как и в предыдущем. После чего с чистой совестью завалился в номер, заказал доставку еды туда же, помылся, вышел и, дождавшись заказа, от души объелся, задумавшись о всяком разном.

Историю своего родного государства, того, что в прошлой жизни, я знал в разрезе последних десятков лет и каких-то общих сведений. Историков у нас не было, наука и технологическое развитие находилось на низком уровне. Местная же цивилизация помнила несколько тысяч лет истории с тремя крупными эпохами. Первая относилась к Атлантиде, магической империи, которая закусилась с богами и что-то такое натворила, что сами атланты исчезли, оставив после себя множество проблем. Их до сих пор считали непревзойдёнными мастерами пространства и магии. Многие охотники как раз таки специализируются на поиске тех заначек, которые они оставили. Как на поиске новых, так и на чистке старых, где есть производственные комплексы и откуда до сих пор выносят всякое ценное.

Из весёлого — именно после последней войны атлантов единый материк раскололся и планета стала выглядеть так, как выглядит сейчас.

После них был древний Вавилон, который тоже решил бросить вызов богам. Те, видимо, помнили прошлый опыт с атлантами и быстро им наваляли. Итог — новый мировой кризис и аномальная вавилонская башня, куда ходят за добычей и по сей день. Следом за ними спустя прорву времени началась римская эпоха. Человечество снова развилось, римляне нагибали всех и вся, а потом эти «все» объединились и наваляли им. Уверен, без богов не обошлось. Хотя про них на этот раз ничего не упоминалось в учебниках по истории. Как итог, человечество пришло к равновесию. Рим существует и по сей день. Его ещё называют империумом. Грубо говоря, королевство состоит из герцогств и баронств, империя — из королевств, а империум — из империй. Российская империя тоже входила в этот империум ещё семьдесят лет назад, до очередной мировой войны. Сейчас наша империя находится между Римом и Китаем, который тоже считается империумом, как раз по итогу последней крупной войны. Мы же кто-то вроде посредника. По простой причине. Всеми империумами правят полубоги. На нашем материке их два. У американцев — ещё два. Африка, Австралия и Антарктида — по одному.

Полубог-император — это такая хрень, которая посильнее полноценной армии будет, вот и выступает наша империя всего лишь посредником. Но не суть. Задуматься меня об этом заставила вампирша, хотя, казалось бы, при чём тут она. В моём мире ничего такого не было. Ни полубогов, ни других рас, ни магии. Здесь же наоборот. То одна цивилизация, то другая устраивает массовый замес, оставляя после себя руины и наследие, которое переваривают веками, а то и тысячелетиями. Бедная планета, что тут скажешь. Досталось ей крепко. Неудивительно, что сюда периодически заносит кого попало. Чужие расы, регулярные попытки вторжения. Мой отец в этой жизни как раз в таком конфликте погиб, когда мертвецы заглянули.

Поэтому да. Вампирша не просто так послужила поводом вспомнить всё это. Какой гадости в этом мире только нет. Если подумать, то вампиры не самые удивительные существа.

Была и другая тема, над которой я задумался. Кто из силовиков придёт по мою душу? Благодаря римскому наследию все военные структуры подчиняют легиону. Называются они корпусами. Охранители — это те, кто защищает города и занимается порядком в повседневной жизни. Именно они, по идее, сейчас уже выехали на место взрыва и проверяют, что там. Ищущие — это служба безопасности, которая работает уровнем повыше, выслеживая всякие заговоры, сбрендивших одарённых, ну и демонологов тоже. Правда, это скорее дело инквизиции. Которая занимается контролем за религиями и связями с иномирцами. Демоны попадают под эту категорию.

Все эти матёрые ребята могут заинтересоваться тем, кто же ещё находился в том подвале, и пойти по следу. Уехать из города? Рассматривал я и этот вариант. Отложив его в сторону. Откровенно говоря, я из поместья уехал меньше двух недель назад, а уже успел зацепиться с двумя аристократами, которые погибли, подружиться с одной аферисткой, что неизвестно как мне аукнется, попасть в ритуальную комнату к демонологу и вытащить из темницы вампиршу. Что мне точно аукнется, скорее всего, куда хлеще, чем секс с аферисткой.

«Ну, хоть с клыкастой не переспал», — подумал я и, убрав тарелки, завалился спать.

***

Никто за мной не пришёл. Сумку, оставленную в прошлом отеле, смог вернуть без всяких проблем. Её не выкинули, несмотря на то что оплаченные дни у меня закончились. На добро тоже не позарились, потому что там его не было, считай. Ну, или не успели. От обоих отелей я отказался и перебрался в место чуть получше. Деньжат прибавилось, а отбиваться ночью от пьяни мне опять не хотелось.

В назначенное время пришёл на занятие в колледж. Для разнообразия не подцепив новых проблем. Проклятия подозрительно молчали, не зудели. Я не обольщался, точно зная, что если сейчас тихо, то вскоре станет «шумно».

Обучающая программа «Первый артефакт» обещала, что каждый её участник по итогу сделает этот самый артефакт. Пройдёт весь цикл, как оно есть. Маркетинговым материалам я совсем не верил, поэтому шёл, испытывая здравый скептицизм. В первую минуту он усугубился. Когда пришёл, увидел в классе человек пятнадцать, почему-то одних парней, которые шумели, общались и о чём-то спорили. Когда вошёл, эта свора юнцов лет четырнадцати-пятнадцати дружно уставилась на меня, и я увидел в общем-то стандартное зрелище, как их лица хмурятся, а тела напрягаются.

Проигнорировав их взгляды, я уселся за свободную парту сзади в абсолютной тишине. От мучительного выбора, что со мной делать и как реагировать, их спасло появление нового лица. А я-то думал, когда будет Михаил Сергеевич.

— Все собрались? — спросил он, озадачившись, что так тихо. — Тогда приступим.

Начали мы с короткого рассказа, как всё будет проходить, и техники безопасности. Долго мужчина мысью растекаться не стал, вскоре перешёл к уроку. В первый день мы изучали материалы, их отличие и особенности, что и в какой области применяется, где и как это добывается или производится. Во второй обратились к «сложным формулам для начинающих». На третий — познакомились с измерительными приборами. Сначала изучили их на слайдах, а потом перешли в мастерскую, где попробовали поработать с каждым. Это мне понравилось больше всего. Именно то, чего мне так не хватало. Реальное оборудование и реальные опыты, а не чтение о них в интернете.

В планах по итогу курса было сделать обычный светильник, для чего в него нужно внедрить руну. Светильник из магического хрусталя. Материал средней ценовой категории, чья стоимость входила в оплату. Важный нюанс — у каждого материала есть заявленные характеристики, а есть реальные. Объяснялось это просто. Что такое хрусталь? Это магический песок, который где-то добыли, потом добавили в него сколько-то ещё ингредиентов, что-то со всем этим сделали и получили результат. Геморрой в том, что сырье, взятое из одной и той же кучи, может отличаться по качеству. Оборудование может иметь погрешность. У мастера, который отвечает за процесс, может быть плохое настроение или похмелье. А ещё может быть особый день, со вспышками на солнце, полной луной, набравшими силу созвездиями, а также доминирующей стихией в момент создания материала.

— Обычно на производствах следят за тем, чтобы погрешность не была высока, а крупные поставщики с репутацией предоставляют материал с уже измеренными характеристиками, но не всегда у вас получится работать с такими. Каду чаще приходится закупать в частных лавках, где нет такого контроля, а то и вовсе на аукционе у охотников. Или самому отправляться и искать нужное, — рассказывал нам мастер.

Подростки на это послушно и восторженно вылупили глаза. Ну-ну. Охотники и авантюристы, что находят древние хранилища атлантов, вавилонян и римлян, отправляются в другие измерения и аномальные зоны — история знает множество примеров, когда одна удачная вылазка могла сказочно обогатить человека или отряд. Был простолюдином, стал уважаемым потомственным аристократом. А то, что большинству так не везёт и что в профессии долго не задерживаются, часто вылетая из неё по причине смерти или потери конечностей — какая разница? Кому-то же везёт.

Молодёжь, судя по возгласам, шуточкам и восторженным глазам — сильно романтизировала процесс. Не удивлён. Есть сотни фильмов про удачливых охотников, тысячи книг про это же, а вот статистику по тому, сколько из них выживает в первый год, найти куда сложнее.

Так вот. Нам дали поработать с измерительными приборами, посмотреть на разные материалы вживую, заодно применить те формулы, которые изучали. Вот она, настоящая романтика. Значимую часть времени артефактор отводит на методичное заполнение таблиц и вычисление точных значений. К чему я отнёсся спокойно. Уже сталкивался с этим. Дед оставил несколько толстых тетрадей, исписанных подобным. Я и сам пробовал с добытыми материалами работать, но не вышло. Без измерительных приборов это почти невозможно. Купить же себе такой… Ну, ребёнку вроде меня это недоступно, даже несмотря на статус аристократа.

— Для закрепления материала рекомендую дома прорешать несколько заданий, — сказал нам наставник в конце.

— Любых? — уточнил я, подняв руку.

— У нас на сайте в личном кабинете есть задания. С уже готовыми измерениями.

— А как к нему получить доступ? — нахмурился я.

— Это я как раз и собирался рассказать, — обозначил улыбку мужчина.

Понял, заткнулся.

В тот вечер я на сайт зашёл, нашёл упомянутое и чуть не разрыдался от приступа эйфории. В сети реально геморройно найти структурированный материал с конкретными примерами, формами, ещё и с программой обучения. Я с удовольствием прочитал всё, что мне было доступно, и прорешал все задачки. На следующий день обнаружив, что все будущие титаны артефакторики на это дело забили и поэтому снова тупили, запинаясь на новых расчётах. В этот момент у нас с мастером проскользнуло взаимопонимание. Он подумал, вот же ленивые бездари, а я подумал — вот же ленивые идиоты. Взгляды двух уставших циников на секунду породили между нами чувство единения касательно беспечности молодого поколения, и, пока молодёжь закрепляла материал, я смог разговорить его, задав пару десятков вопросов и получив развёрнутые ответы.

Что доставило мне истинной удовольствие. Я, который столько мучился без наставника, наконец-то получил, пусть и ограниченную, возможность спрашивать. Не уверен, что это стоило сто тысяч, но курс ещё не закончен.

Следующие занятие было в субботу, и оно относилось к двум дням практики, когда мы выехали за город. Никогда бы не подумал, что две мамочки, что увязались с нами для сопровождения группы, могут быть пострашнее для психики, чем разборки с демонологом. Который отнёсся ко мне куда лучше, чем эти самые мамочки, решившие, что я посланник Ада и несу угрозу для безобидных детишек, от некоторых из которых пахло сигаретами и которые, когда их не слышали взрослые, могли обложить трёхэтажным матом. Хорошо, что мне не обязательно было с ними контактировать. В этот раз с нами Михаил Сергеевич поехал. На него сразу мамочки насели, но я смог урвать часть его времени себе. Поспрашивал обо всяком разном. Перед занятием напомнил о своей проблеме.

— Хрусталь, с которым должны работать, не выдержит всего моего резерва.

— Да, помню, молодой человек, — вздохнул он. — Вы подготовили альтернативу?

— Конечно, — не моргнул я и глазом.

Я подготовил на всякий случай, из запасов демонолога, надеясь, что лицей предоставит мне материал, но не прокатило. Достав заготовленный кусочек, продемонстрировал его мастеру. Тот присмотрелся и одобрительно кивнул.

— Жаль настолько ценный материал переводить на что-то простое…

— Я готов и на что-то сложное пустить, — ответил я тут же.

— А опыта хватит? — попытался притушить мой пыл мужчина. — Впрочем, вы единственный, кто основательно подошёл к домашнему заданию, как мне сказали. Да и амбиции ваши куда дальше простираются. Есть задумки, что хотите сделать?

— Неа, — честно ответил я. — Что-нибудь в меру сложное, с чем смогу управиться за эти два дня.

— Это потребует новых расчётов.

— Справлюсь.

— Хорошо, но сначала у нас лепка.

Лепка так лепка. Стандартная практика изучения рун — сначала рисуешь, потом лепишь. Как наловчился, собираешь из энергии. Я с заданием справился раньше всех, немного удивившись. Магическую ковку можно было использовать, глина пусть и плохо держит энергию, но это не мешает лепить из неё форму. Руна базовая, элементарная, я в пять секунд уложился. Михаил Сергеевич отвёл меня в сторону, выделил место и дал индивидуальное задание под продвинутый проект. Любви ко мне это со стороны детей и их мамаш не добавило. Враждебные взгляды кожей ощутил.

Задание мне дали хорошее. Тот же светильник, но с несколькими функциями и задачкой, как это обеспечить за счёт рун. С помощью божественного языка я бы в лоб её решил, но нельзя, такое не обосновать, да и все расчёты надо было предоставить.

— Руны выжигать умеешь? — спросил у меня Михаил Сергеевич, когда сделал круг по другим ученикам, проверяя, правильно ли они лепят.

— Выжигать? В смысле внедрять?

— Внедрение — это когда ты их внедряешь с помощью заклинания. Выжигание — это когда ты наносишь руническую гравировку, обычно двухмерную, с помощью магической ковки. Не слышал о таком?

— Неа, — признался я.

— Минусы самообразования, — вздохнул мужчина. — Этот метод считается примитивным, но, как по мне, мнение ошибочное. Доказано, что двухмерные руны влияют на общий результат, а значит что?.. — уставился он на меня выжидающе.

— Что?

— Ты же способен дозировать энергию при ковке?

— Способен… А, дошло. Получается, я могу выжиганием часть работы сделать?

— Именно. Предупреждая твой вопрос, я подскажу как. Для этого нужна ещё парочка дополнительных формул. Сейчас принесу тебе таблицу.

Это он так пошутил, о чём я сразу не догадался. Таблица была не одна, а целая книжка. Мне выдали формулы, которые нужно было заполнить разными коэффициентами из неё, для расчёта работы всего изделия. Как бы так объяснить… Руны — это полноценный язык. Слово замок может нести разныё смысл, зАмок или замОк. Передать этот смысл можно через контекст и ударение. С рунами — аналогично. Есть базовое значение, а есть то, что получается, если внедрить её в материал и окружить другими рунами. Двухмерными или трёхмерными.

Ух и кипели мои мозги.

По итогу этих двух дней все задания программы я выполнил. С заданием тоже справился. Получил столь недостающий мне опыт создания полноценного артефакта. Не скажу, что ранее полученные знания выстроились в чёткую систему, но я увидел свои пробелы и заполнил часть из них. Поэтому счёл, что потраченные деньги того стоили. Впереди была ещё неделя, и, возможно, я смогу взять ещё больше от курса.

***

По завершении этих выходных и возвращении в отель меня ждала встречала с охранителем. Не прямо на пороге в отель, а где-то через полчаса после моего прихода. Я только и успел, что принять душ. Открывал дверь в халате, с любопытством уставившись на молодого мужчину. Если верить знакам отличия, то это сержант, а значит, у него минимум пять звёзд в сумме. Для охранителей начальных званий условия куда скромнее. Вроде бы. Точно не помню уже условия поступления на службу.

— Давид Романович Эварницкий? — спросил он строгим голосом, окидывая меня цепким взглядом.

— Он самый, — кивнул я.

Так и хотелось спросить, что, вязать будете?

— Рогов Михаил Игоревич, младший сержант корпуса охранителей, — представился он. — К вам есть вопросы.

— Вы хотите их задать прямо здесь, увезти меня в участок или готовы подождать пару минут, пока я оденусь и мы спустимся в бар внизу?

— Вариант с баром устроит, — подумав, ответил он. — Буду ждать вас внизу.

— Скоро буду.

Уже хорошо. Раз такие вежливые, значит, это не конкретные обвинения, а прояснение ситуации. Или меня внизу группа захвата ждёт? Да не, бред. Зачем группу захвата посылать против тринадцатилетнего пацана?

Но кто знает, кто знает.

Спускался я с предвкушением. Разочаровался. Вопросы были связаны с двумя аристократами, с которыми у меня вышел конфликт.

— Что случилось между вами в поезде?

— Господа захотели меня ограбить, а когда я отказался платить, решили выкинуть из поезда, — честно признался я. — Удача была на моей стороне, поэтому они сами вылетели из поезда.

— Это вы их выкинули?

— Да.

— Как у вас это получилось? — спросил он подозрительно, но не сказать, осуждающе.

— Чудом, — улыбнулся я. — А какого вы от меня ответа хотите? — спросил я, когда он вскинул бровь, попытавшись надавить на меня тяжёлым взглядом. — Двое взрослых аристократов, в мундирах, что говорило о военной службе, собрались ограбить ребёнка. Чудом и неожиданностью, вот как мне удалось выкрутиться из ситуации.

— Вы с ними встречались после этого?

— Да.

— Когда?

— Первый раз — возле академии, когда получал документы о подтверждении статуса. Камеры, если они там работают, должны были это заснять.

— А второй раз?

— А второй раз они попытались подловить меня у гостиницы.

— Подловили?

— Конечно, — улыбнулся я. — Не бегать же мне от них? Правда, в этот момент на нас напали местные алкаши, которые решили, что эти двое со мной заодно, и завязалась общая драка. Под шумок я сбежал.

— Не стали рассчитывать на чудо? — почти без иронии спросил мужчина.

— Чудом было появление смелых алкашей. А драться с двумя готовыми одарёнными — я не самоубийца.

— Больше вы их не видели?

Самый неприятный момент. Врать-то мне тяжело. Проклятия, чую, стойку сделали.

— Нет, после последней нашей встречи они мне не попадались, — ответил я, играя словами. — Я сменил гостиницу, как вы могли догадаться, чтобы им было сложнее меня отыскать. Жутко обидчивые типчики, замечу. Гоняться за ребёнком, которого не удалось ограбить — это слишком для столь красивого города и позорит дворянскую честь.

— Их семьи заявили об их пропаже. Вам что-то об этом известно?

— О пропаже двух не самых порядочных людей? Что мне может быть известно? Могу лишь сказать, что если с ними что-то случилось, то не сильно опечалюсь.

Ему мой ответ не понравился, но ничего лучше, чтобы не врать прямо, я предложить не мог.

Согласно официальному законодательству, разборки аристократов — дело рук самих аристократов, пока это не выходит из-под контроля и не наносит ущерб окружающим. Замечу, что ущерб тем, кто может и по шапке надавать. Убийство раба вообще за мелкое недоразумение считалось. Убийство слабого адепта — ну, тут были нюансы, но у сильных родов очень много преимуществ. Не удивлюсь, если большинство подобных дел улаживается на уровне одарённого с Голосом, который приказывает свидетелю забыть инцидент.

Это у меня откуда-то защита против этого есть. Артём и его дружок вон как плохо реагировали. А они ведь аристократы! Звёзд точно не меньше, чем у меня! Но почти ничего сделать не могли.

— Какие у вас планы на пребывание в городе?

— Прохождение обучения. Чем я уже и занимаюсь.

Михаил Рогов давить не стал, взял мой номер, попросил сообщить, если эти двое снова объявятся, да отбыл.

Это уже пронесло или ещё нет? И почему я чувствую, как зуд от проклятий нарастает?

Ответ нашёлся у меня в номере. Из пригорода вернулся вечером, пока то, пока сё, уже, считай, ночь наступила. Зайдя внутрь и увидев фигуру мужчины с бледной кожей, в тёмном плаще, я как-то совсем не удивился.

Где я и где мирная жизнь? Пфф.

Глава 12. Вампир и стажировка

Я уставился на мужчину, он уставился на меня. На всякий случай глянул на номер двери. Мой, не ошибся.

— Я не заказывал обслуживание номеров, и вам явно стоит поработать над униформой. Эта слишком мрачная, гости могут подумывать, что вы вампир какой-то.

Про вампира я ляпнул случайно, не думая, что это действительно вампир. Я так-то был уверен, что они миф и есть только на страницах слащавых книг про запретную любовь. То, что они есть в официальных списках тварей, меня не сильно убедило. Я особо и не задумывался над этим вопросом.

Тем временем мужчина оскалился, показывая клыки.

— Воу-воу! — выставил я ладони, заходя внутрь и закрывая двери. — Зачем было приходить сюда? Особенно в то же самое время, когда ко мне служащий из Охранителей пожаловал? Или что, в Питере вампиры настолько дерзкие, что ничего и никого не боятся?

— Дочь предупредила, что ты болтливый, — перестал скалиться мужчина.

— Дочь — это кто?

— Та, которую ты спас из логова демонолога.

— Если вы пришли поблагодарить, то принимаю деньгами. О чём ей уже сказал.

— И во сколько же ты оценишь жизнь моей дочери? — прищурился он.

— Её жизнь, уверен, бесценна. А оценивать я предпочту только свои услуги.

— Сколько же стоят ваши услуги?

— Ну… — задумался я.

А действительно, сколько?

— К чёрту, — махнул я, передумав. — Вашу дочь, или кто она там, я спасал не за награду, а потому что не хотел её прикончить. Услуги здесь нет, только моя мягкотелость.

— А как же спасти красивую девушку из плена? — насмешливо бросил этот тип.

— Делать мне больше нечего. И вообще, чего пришли-то? Поболтать я люблю, устал от дефицита общения, но бледные мужики в спальне не предел моих мечтаний. Особенно ночью.

За окном, правда, было светло, и на ночь это не тянуло, но таков уж Питер.

— Как ты связан с демонологом?

— Как кусок металла связан с кузнецом. Сугубо утилитарные отношения, без учёта воли материала.

— Я хочу услышать правду, — задействовал он Голос.

И снова, как в прошлый раз, меня пробрало чужим давлением, пробудило желание подчиняться, но, сконцентрировавшись, я смог притормозить.

— А я хочу миллиард ассов и тонну мифрила.

— Подчинись. — Его глаза налились кровью, а давление продолжилось.

— Мужик, я не люблю разбрасываться словами, но, если продолжишь, пожалеешь.

— Ты кто такой? — удивился он.

— Будущий зять, ха! — не удержался я. — Шучу, шучу! Хладнокровные стервочки не в моём вкусе, да и для брака больше подходят тёплые женщины, а не живые трупы. А то холодными питерскими ночами и окочуриться можно.

Одним плавным движением он оказался рядом. Напугать вздумал? Чем? Я бог-фаталист, смертью меня не напугаешь.

— Необычный вы человек, Давид Романович, — сказал он, смотря мне в глаза. — Я слышал, что вы хотите стать артефактором. Могу с этим помочь.

— Оплатите обучение? Предложите запретные и тайные знания? Свою мастерскую? Редкие металлы? Заверните, да побольше.

— Для начала стоит ограничиться оплатой обучения.

— Угу, с последующей отработкой. Что, вампиры зарабатывают тем, что лохов разводят? А как же хозяева ночи, ужасы, летящие на крыльях?

— Вы либо сумасшедший, либо очень смелый человек, Давид.

— С чего вы взяли, что я человек? — усмехнулся я.

Вампир отстранился, пригляделся ко мне. Принюхался.

— Тело у вас точно человеческое, а душа… — Его глаза засверкали светом.

Да он ходячий рентген.

— Какая-то переродившаяся сущность? Ещё и опутанная кандалами. Ах вот оно что. Теперь понятно, почему вы не рассказали охранителю про логово демонолога. Вы не обычный тринадцатилетний юноша, да?

— А вы не обычный бледный вампир? Или все из вашего племени так умеют?

— Почти все. Лет за двести несложно трюк освоить.

— Круто, — искренне сказал я. — А что касается вашего предложения — не интересует. Сам о себе позабочусь. Будут конкретные заказы — обращайтесь. Если это окажется мне по силам и не будет связано с чем-то уж совсем запретным, тогда договоримся.

— Обязательно обращусь, как только проявишь себя, — заверил он меня.

И, обойдя, вышел из номера.

Я закрыл дверь, проверил ванну, убедился, что никого нет ни там, ни под кроватью, да завалился спать.

Это уже проблемы или ещё нет? Если меня спалят на общение с вампиром, то перспективы будут самые радужные, с огоньком.

***

На время в моей жизни наступило затишье. Я дозанимался вторую неделю, сделал ещё парочку артефактов. Смешно, но за эти две недели я научился большему, чем за несколько лет поисков в интернете. Всё же он та ещё помойка.

После этого Михаил Сергеевич сразу пригласил на практику за город. Где мне выделили комнату в общежитии, познакомили с порядками и дали фронт работ. Ничего такого. Я не гений из древнего рода, который одним мизинцем, попивая кофе, легко клепает артефакты божественного уровня. Не, у меня только хардкор, поэтапное обучение и эксплуатация детского труда. Если, конечно, кто-то захочет назвать меня ребёнком, хе-хе.

Про общежитие ничего плохого сказать не могу. Это не наше поместье, не роскошная гостиница, но всё было чисто, аккуратно, а чего мне ещё надо? Про сам район артефакторов рассказать можно куда больше интересного. Во-первых, у всех материалов был свой ранг. По закону в черте города можно производить только что-то до определённого ранга. Без выхлопов, шума, выбросов токсичных эманаций и прочих весёлых штук, которые сопровождают любое сложное производство артефактов. Поэтому и была выделена особая зона, где кучковались мелкие и средние мастерские, со всем сопутствующим. Жить здесь не особо приятно, потому что то волной чего-то дурно пахнущего накроет, то ещё что. Ну и это в первую очередь рабочая зона. Общежития же для таких, как я, у кого нет своего дома или кому лень мотаться в пригород. Ну, или кто приехал из другого города.

Здесь был свой квартал кузнецов, алхимиков, раздельщиков, склады, полигоны и свой источник четвёртого ранга. Звучит классно, особенно про источник, но энергия распределялась по зданиям, на производства, так что для всех остальных это был максимум второй ранг. То есть если вдруг вздумал помедитировать, то энергии будет как во втором источнике, и то не факт. В первую же неделю я заметил, что энергии то больше, то меньше. Объяснялось это легко. Не всегда потребление равномерно. Но даже в дни затишья особо не разгуляешься. Я в аномалии третьего ранга замучился открывать четвёртую звезду в первой чакре. А ведь эта чакра считалась самой простой! Открыть здесь пятую звезду… Ну, лет за пять, может, и смогу. Что даже пробовать не стал. Чем заняться мне было.

Сначала меня поставили на замеры. В этот район каждый день привозили буквально тонны всякого разного добра. И, как нам и говорили на курсе, материал от одного и того же поставщика может отличаться по характеристикам, поэтому меня поставили проверять, насколько заявленное соответствует техническому. Работа не совсем бессмысленная. Каждый поставщик выдавал свой набор стандартных показателей. Часто их хватало, но иногда мастера запрашивали проверить что-то дополнительное. Это была одна из моих задач. Проверка стандарта, проверка дополнительного и сравнение полученных данных с моей чувствительностью. Я сначала «смотрел» так, потом брал прибор и проверял, насколько оказался точен. Получалась ещё и тренировка, помимо практики. Работа нудная, но я был рад, как подросток первому сексу. Отличная возможность увидеть свой реальный уровень и где фантазируешь, а где реально что-то чувствуешь. Просто скажу, что под конец смены качество моей оценки раза в два выросло.

Отдам местной системе должное. Здесь был полный порядок и учёт. Весь груз принимали под роспись и маркировали. Дальше распределяли между проверяющими. На каждый заказ шла отдельная заявка, с дополнениями, если надо. Все данные я в компьютер вносил. Работало здесь человек семь. Имею в виду таких же, как я. Помимо этого, были ещё грузчики, водители, бухгалтерия, охрана, компьютерщики и боги знают кто ещё. Первую пару дней я ходил в паре с более опытным товарищем. Подтвердил, что руки у меня откуда надо растут и что не косячу на каждом шагу, после чего меня постепенно стали оставлять одного. В смысле, не стояли над душой и проверяли не каждый замер, а периодически поглядывали, что там и как. Оставшуюся неделю я работал самостоятельно. Заметил, что народ тут не то чтобы энтузиазмом пылает. Некоторые так и вовсе халтурили. Покурить десять раз за рабочую смену? Легко. Я же подобными глупостями не занимался, с интересом подходил к работе, желая вживую посмотреть, насколько материалы могут отличаться. Ну и с разным оборудованием тоже было интересно поработать.

Только вот и моего энтузиазма хватило на неделю. Долго заниматься настолько простой работой я не хотел. Мне за это даже не платили, а пахать за еду и кров настолько непродуктивно в плане моих целей, что невольно во мне пробуждались всякие коварные мысли, такие как организация профсоюза и жалобы на использование детского труда без щедрой оплаты.

То ли ввиду понимания этого, то ли так совпало, но Михаил Сергеевич как раз вспомнил обо мне спустя неделю и подкинул новой работы. Отвёл в кузницу, представил другому мастеру, и так я заделался помощником кузнеца. История сделала свой круг.

Ах да, у меня ещё день рождения случился, но я его принципиально не отмечаю и вообще к этому дню с опаской отношусь. Поэтому то, что мне новую работу подкинули, вызвало закономерные подозрения.

Встретили меня, как и подобает. Скептическим взглядом, который быстро перерос в негатив, а там и попытки загрузить меня самой черновой работой. Хрен им. Не получилось у кузнеца меня загонять. Я сносно переносил жар, а выносливости у меня было за троих. Удар эманациями тоже держал. Один раз этот бородатый не предупредил, что с особым материалом работать будет. Жахнул, прямо когда я рядом был. Меня и толкнуло волной.

— Не останавливайся! — крикнул он мне. — Дуй!

Меня поставили распалять угли. С помощью артефактного поддува. Угли из особого магического дерева. В кузне ещё двое работали, и вот они свалили. А я как-то вовремя не подсуетился.

— Это урундур, что ли? — спросил я, присмотревшись к тому, что кузнец удерживал щипцами.

— Он самый, — крикнул он и снова жахнул.

Не просто ударил, а жахнул. Урундур, магический металл пятого ранга, чем-то по цвету напоминает вулканическое стекло, отличается зелёными прожилками. Работать с таким металлом рядом с парнем четырнадцати лет с четвёртой звездой в первой чакре — это попытаться его травмировать как минимум и убить как максимум.

— Вот Дорохов-то обрадуется, — хмыкнул я в перерывах между ударами. — Его ученика прикончили во время работы. Репутация колледжа взлетит до небес.

— Что-то ты не похож на… — удар и звон, — помирающего, — буркнул мужчина.

Будь я чуть добрее, мне бы точно его жалко стало. Мужик если и виноват, то наполовину. Это был тот самый случай, когда проклятия сработали на нём, настраивая против. Слабая личность, пусть и хороший специалист, который не мог отрефлексировать причину своего недовольства и действовал бессознательно. Но мне что? Реально ведь повезло, что держу удар. Сказалось то, что я столько времени в лесу провёл. Слово аномалия в отношении источника не просто так употреблялось. Наш лес — это в первую очередь аномалия. Во вторую — источник и халявная энергия. Разница приблизительно такая же, как купить в магазине мяса и сходить на охоту, добыть самому. Во втором случае, в смысле, в аномалии, нарваться на подобные стихиальные выбросы проще простого. Возможность закалиться у меня имелась.

— Это вы потом Дорохову расскажете, — вставил я в момент тишины. — Но если дадите самому с этим металлом поработать, то, так и быть, замнём инцидент.

— Будет мне ещё какой-то приживала…

— Я аристократ, сударь, — ответил я резко. — Одарённый, официально подтверждённый. Уверены, что хотите дойти до оскорблений?

Мужик от такого заявления аж остановился.

Согласно закону, аристократы должны носить опознавательные знаки. Хорошо, что в этом законе есть куча уточнений, которые сводятся к тому, что аристократы могут делать, что хотят. Я легко оправдаюсь тем, что носить перстень в кузнице — идиотизм. Никто не захочет случайно повредить семейную реликвию или внести в ход работы какие-то искажения, если перстень ещё и артефактом является.

На самом деле это даже правда. Я не хотел поцарапать или испортить перстень, поэтому и снял его.

У кузнеца прямо на глазах перезагрузка сознания происходила.

— Урундур, — кивнул я. — Нельзя останавливаться, испортите.

Чертыхнувшись, он продолжил работать, а я продолжил поддувать. Спустя минут десять он уступил мне место.

Шантаж и манипуляции — наше всё.

Молот я забрал, взвесил его в руке. Средней тяжести, с моей силой не критично. Сочтёт проклятие это за оружие? Я не собираюсь сражаться с металлом, а вот помочь ему обрести форму — да, хочу.

Ударил первый раз, ощутил отдачу. Проигнорировал то, как скривился кузнец. Ударил второй раз, увереннее. Приноровился, стал работать активнее. Кузнец меня притормозил, стал командовать. Дальше работал под счёт. С непривычки быстро плечо загудело, но продолжил трудиться. Ни за что слабости не покажу. Если не проявлять инициативу, я оставшееся летнее время бездарно потрачу. Уповать на то, что и дальше получится грабить демонологов — глупая затея, поэтому крайне желательно научиться делать то, за что мне заплатят.

***

Оставшееся лето пролетело незаметно, и пусть в меня кинут камнем, если скажу, что провёл это время зря. Если подводить суммарный итог, то и вовсе скажу, что мне повезло.

Заметив, что я имею какие-никакие мозги, хорошо держу удар эманациями, готов работать в тяжёлых условиях, Дорохов и дальше продолжил меня кидать то на одно направление, то на другое. Дошло и до магической практики, когда я в металл внедрял одну-две руны, на весь свой резерв. Это не было полноценной работой с артефактами, скорее, обработкой заготовок, но и так я получил то, чего мне так не хватало. Реальный опыт под присмотром тех, кто в теме. Их замечания и советы. Возможность задавать вопросы и посмотреть вживую, как создают артефакты.

Единственное, что меня беспокоило, — это с чего бы такое счастье? Человек я простой, задал вопрос Дорохову напрямую. Не в храм же идти спрашивать. Мастер выслушал, долго смотрел на меня, а потом рассмеялся.

— Давид, — хлопнул он меня по плечу, — скажу тебе прямо. С чего ты взял, что это было щедрое предложение? Я всё ждал, что ты возмутишься, уйдёшь или потребуешь соответствующую оплату, но ты терпел, и я не понимаю почему. Ты же аристократ! — воскликнул он.

— В смысле, не щедрое предложение? — удивился я. — Погодите. В чём ваша выгода?

— А ты думаешь, что много толковых, исполнительных людей, которые готовы заниматься рутинной работой, ещё и бесплатно?

— Их мало? — вскинул я бровь.

— Полно учеников и студентов. Толковых и работоспособных — мало.

— Ну… — протянул я, вспомнив всё то, что видел. — Я вас понял. Спасибо, что просветили.

— Теперь потребуешь зарплату? — усмехнулся он.

— Нет. Дайте мне возможность набираться опыта, и я весь ваш, с потрохами.

— Отлично, просто отлично! — ещё разок хлопнул он меня по плечу.

Мужчина ушёл. Я же облегчённо выдохнул. Кое-что стало куда понятнее. Дорохов в отношении меня испытывал сугубо коммерческий и прагматический интерес. Хлопнув себя по лбу, я достал мобильник и ввёл в поисковик его имя. Проведя небольшое расследование, сделал то, что давно пора было. Прояснил, кто меня курирует.

Дороховы — аристократы. Род большой, не самый влиятельный, но и не мелочь, вроде моего семейства. Специализируются на артефактах, образовании, сложных магических системах. Логичный вопрос, а чем тогда тут Михаил Сергеевич занимается? Опытный артефактор тратит время на возню с детьми? Он настолько неамбициозен? Это так и осталось загадкой, но намёки на её разрешение были. Пара заметок, найденных в интернете, упоминали о сильном артефакторе, моем кураторе. Последняя заметка — пожар в одной из мастерских, когда целое здание сгорело. Самого мастера на месте не было, и что там произошло, я так и не понял. Да и не стал углубляться. Хочется ему с молодым поколением возиться — мне только на руку. Ну и не только этим он занимается. Много за чем присматривает и легко пропихивает меня, куда захочет. Даже в, казалось бы, частные мастерские.

Обрадовало меня то, что это не какая-то симпатия, а желание использовать меня. С неплохой оплатой, как по мне. Возможно, здесь и скрывается подвох, но вроде бы проклятия всё же работают. Михаил Сергеевич почти единственный человек, который ко мне нормально относился. За всё время летней практики я ни с кем не сдружился. Молодёжь меня сторонилась. Мастера и сотрудники воспринимали в лучшем случае нейтрально. А так всякое случалось. Я подрался с грузчиками разок, после этого меня прекратили задирать. Мог зацепиться и языками, быстро доказав, что и словесно меня лучше не трогать. Статус аристократа тоже от многих проблем оберегал. Это постепенно дошло до широких кругов, и меня стали опасаться задевать.

Это что же получается, проклятия не приговор?

В поместье я жил в изоляции. Негатив в сторону наследника присутствовал, но без открытой агрессии. За редким исключением. Это легко объяснялось. За такое и работы лишиться можно, и головы. Здесь, в большом городе, что-то схожее. Задирать простолюдину аристократа чревато. Что не помешало двум другим аристо попытаться разобраться со мной, но на то они и аристократы. Получается следующая формула. Сила проклятий циклична, подобно морю, есть приливы, а есть отливы. Проклятия действуют сильнее на тех, кто слаб духом. Социальные ограничения выступают противовесом. Неприятности же случаются, когда влияние проклятий перевешивает тормоза. Дорохов, если и испытал ко мне негатив, то смог побороть это чувство и сам свёл наши отношения к использованию толкового ученика. А вот кузнец себя сдержать не смог и попытался навредить, но тоже быстро сдался под простой манипуляцией.

Для меня всё это стало открытием. В условиях ограниченного общения я не мог отследить, как проклятия работают в социуме, когда вокруг много людей. Приемлемо работают. С подставами, но терпимо. Интересно, что будет, если попытаюсь нарушить запреты? Спросил себя и понял, что то же самое, что с мечом, когда тот выскользнул из рук и чуть мне ногу не проткнул. Попробую сам подружиться — отгребу. Попробую завести отношения — отгребу. Попробую стать полноценным магом… Ну, понятно, что будет.

Ладно, с этим можно жить.

Лето подходило к концу, скоро начнётся более основательное обучение. Надо продержаться каких-то четыре года, отходить в школу для детишек, получить аттестат, заработать стартовый капитал и поднять ещё с десяток звёзд в идеале.

Глава 13. Самостоятельная жизнь

Самостоятельная жизнь в крупном городе в юные годы, когда учёба занимает большую часть времени, а родители не предоставляют жилье и еду, не так уж сладка, даже если у тебя за плечами несколько лет бытия самым настоящим богом.

Богам, кстати, не надо платить за жилье, коммуналку и еду. На Олимпе уйма свободного места, а потребность в пище отсутствует. Боги едят ради удовольствия и всё.

Запас денег у меня имелся, и после прохождения летней практики до начала учёбы я первым делом озаботился поиском жилья, изрядно хлебнув лиха. Половина риелторов со мной тупо с ходу отказывалась работать. Демонстрация перстня с гербом не решала проблему, а наоборот, усугубляла. Они улыбались и предлагали варианты. Ага, по цене от двухсот тысяч. К жилью претензий не было, за такие деньги оно было неплохим, но блин. Я себе высокий уровень трат позволить не мог. Другая же половина риелторов что-то показывала, но там меня часто заворачивали сами хозяева или это были откровенно стрёмные варианты. В итоге квартиру-то нашёл. За сорок тысяч в месяц. В пятидесяти минутах езды от колледжа. В не самом престижном районе. Явно переплатив.

Так что следующие месяцы в бытовом плане моя жизнь была не особо приятна, но выбора не было. Как и вариантов для заработка. Учёба шла пять дней в неделю. Шесть-семь уроков по будням. Каждый шёл сорок пять минут, так как это считалось ещё начальной школой. Пусть и с углублённым изучением предметов. Что относилось скорее к дополнительной нагрузке после школы. Из того, что я подслушал в чужих разговорах — почти все ученики догонялись за счёт репетиторов. В смысле, за счёт родителей, которые оплачивали им репетиторов. Я, кстати, попал-таки на бюджет, благодаря рекомендации Дорохова. Не за просто так. Счёт он мне не выставил, но предложил после уроков заглядывать в мастерскую.

Я и заглядывал. С Михаилом Сергеевичем у нас быстро отношения сложились. Он продолжал меня эксплуатировать. Я из него всеми силами тянул дополнительные знания. Но и спрашивал он строго. Если чего-то не понял, то следующий материал не давал. Гением я не был, иногда ошибался, чего-то не понимал, и приходилось исправляться. Часто самостоятельно, потому что денег на репетиторов у меня не было. Как и возможности заработать. В выходные я ездил, проходил дополнительную практику, за которую мне не платили.

Дорохов меня совсем не стеснялся эксплуатировать. За что я ему был искренне благодарен. Сравнить-то было с чем.

Так сразу и не решить, с чего начать. Проблемы с поиском квартиры были так, разминкой. Меня невзлюбили бабки у подъезда и каждый раз костерили, когда видели, благо я редко рано домой возвращался. Алкаши, турникмены и местная шпана тоже меня терпеть не могли. Я им отвечал взаимностью. Пожалуй, наши с ними отношения можно назвать даже позитивными — уставая от интеллектуальной нагрузки, я шёл на турники, чтобы размяться, где меня и пытались избить. И один на один, и толпой на одного. Но район-то так себе. Гениев и мажоров здесь не обнаружилось, поэтому у нас была почти что ничья. Мои звёзды давали преимущество. Которое не всегда работало против толпы, поэтому я, бывало, тоже отхватывал.

До колледжа ездил на метро, и периодически меня сталкивали с перрона. Два раза удерживался, три — запрыгивал обратно в последний момент. Умысла в этом не было, чистая случайность и работа проклятий. Вы не подумайте. Я как первый раз в метро спустился, подумал, что такое вероятно и что с моей удачливостью стоять на самом краю лучше не стоит. Ну, вот моя неудачливость была настолько высока, что принимаемые меры не помогали.

В колледже тоже весело было. На линейку я пришёл. Как-то не подумав, что надо купить цветы и одеться в костюм, которого у меня не было. Выглядел я белой вороной, но решил не уходить и дотерпеть до конца. Может, и зря. Аристократ, у которого нет денег на одежду? Лучше бы про меня подумали так. Народ решил, что я дерзкий и невоспитанный. Замечание сначала сделала моя новая классная руководительница, а потом и Дорохов. Потупившись, признался, что это мой первый приход в школу и я просто не знал. Его это не особо разжалобило, и я дал себе зарок больше никогда ни перед кем не оправдываться.

Стоит ли говорить, что с учителями отношения тоже быстро отправились к отметке «абсолютный ноль»? Никого уровня личности Дорохова среди них не было. Все относились либо «терпя сквозь зубы», либо откровенно срывались, гнобили и топили на контрольных. Для бюджета требовалось учиться на отлично, поэтому мне приходилось зубрить каждый предмет как не в себя.

Одноклассники… Скажу, что мне постоянно приходилось себя сдерживать, чтобы никого не треснуть. Кто общался дольше пяти минут с этими четырнадцатилетними ангелочками, цветами жизни, тот меня поймёт. Нормально они вели себя только в присутствии тех, кого боялись. Я бы сказал, что уважали, но уважения не замечал, поэтому не скажу. Шумные, грубые, матерящиеся, бегающие на переменах за угол, чтобы покурить, тупо шутящие, самоуверенные как черти, обсуждающие компьютерные игры и всякие глупости, которые меня в принципе заинтересовать не могли. Казалось бы, это отличная почва для бесконечных драк между нами, но до этого так и не дошло. Выглядел-то я старше их всех. Ростом и широтой плеч тоже выделялся. Молчу про физические развитие и количество звёзд. Судя по разговорам, они все находились на уровне первой-второй. Естественно, у них возник вопрос, что за дылда к ним зачислился, и, кажется, для детишек стало шоком, что мне тоже четырнадцать лет. Нападки же в мою сторону резко пошли на убыль после первого занятия физкультурой. Стоило мне раздеться, а им увидеть жгуты моих мышц и многочисленные шрамы, как желание проверить, кто из нас сильнее, отрезало, будто и не было.

Хуже пацанов были только девчонки. Одним богам известно, как у них мозги устроены, но проклятия реагировали своеобразно, по принципу повышения интереса к чему-то опасному и таинственному. Ноль симпатии. Вместо неё опаска и нездоровый интерес, который выливался в неадекватные реакции, с которыми я в рамках приличий и уголовного кодекса не знал, что делать. Поэтому девчонок я избегал всеми силами.

Остальные неприятности шли по разряду «мелочи жизни». То продукты просроченные, то молоко скиснет, то собака облает, то со сдачей обсчитают, то обругает кто.

Всё это происходило на фоне типичной северной погоды, когда с приходом осени пожаловали и дожди, и серость. Так что ходил я нервный, часто злой, а ещё мокрый. Каждый день про себя отсчитывая, как стремительно тают деньги. То тетрадки купи, то рюкзак, то зонт. Так прошло пару месяцев, и перспективы были туманны.

Занятия под руководством Дорохова были той отдушиной, которая помогала держаться и не сорваться. Мой расчёт был на то, что получится что-то изучить, чтобы начать зарабатывать. Подходил и к Дорохову с этим. Ответ был прост: бюджета под проекты нет, времени тоже. Как и ожидалось, дружеских отношений с ним не возникло. Оценив дальнейшие перспективы и поняв, что без лицензии артефактора мне ничего не заработать, по крайней мере, официально, я пришёл к выводам, что надо что-то менять. Вариантов было несколько, на любой вкус.

Вкус неприятностей, а не щедрых заработков. Честное слово, демонолога я вспоминал с ностальгией, жаль, он один мне попался.

У меня был вариант сделать артефакты и продавать их нелегально. Для чего нужно будет найти выход на чёрный рынок с нехилой перспективой влипнуть в неприятности. Также был вариант выступить в каких-нибудь подпольных боях, но кто меня, зелёного пацана, туда возьмёт? Не, в Питере и не такое возможно, в этом я уверен, но выходов на эту сторону жизни у меня не было. Третий вариант — отправиться в филиал Куба, который здесь тоже был.

Куб — это наглядная демонстрация того, какая этот мир помойка. Атланты кучу всего оставили. Вавилоняне отличились со своей башней и химерами. Римляне своими войнами несколько свежих аномальных зон породили. Но, помимо всего этого, сюда регулярно лезла всякая нечисть. Залётные некроманты, демоны, другие расы, боги и хрен знает кто ещё. Куб считался аномалией, но я, будучи богом, слышал про то, что за хозяева у него. Точнее, слышал про самих хозяев, но не про Куб конкретно в этом мире. Это такое здание, куда заходишь и можешь переместиться куда-то, где тебя ждёт нечто весёлое — закрытая локация со сценарием и испытанием. Придумали эту штуку в мире Вивисекторов, как их называли. Это такие маги-затейники, которые любили создавать всевозможные виды химер, особенно боевых, и продавать в другие миры. В чём и боги участвовали. Куб — это, как я понял, полигон для испытаний. Буквально на местных тестировали различные задумки. О чём сами местные не подозревали. Обыватели — точно. Всякие полубоги и императоры — возможно.

Ни один из вариантов мне не нравился, но в сложившейся ситуации стоило признать, что пора действовать. По мере взросления проклятия продолжали развиваться, набирать силу. Я чувствовал, что слишком засиделся, слишком мало риска в моей жизни. Ещё немного, и опять какая-то ерунда произойдёт.

Поэтому я не стал долго придаваться пустым размышлениям и взялся за подготовку похода в Куб. Вход туда был свободный, по заявкам. Которые оставлялись на официальном сайте, где также можно найти исчерпывающую информацию. Если и были какие-то отдельные, свои, внутренние правила, то об этом на месте узнаю. А так, даже будучи четырнадцатилетним, но с отметкой одарённого в паспорте, я мог заявиться с любой экипировкой. Ещё и дополнительную награду получить. За нестандартность. Если знать, что Куб — это полигон, где заказчик не прочь проверить свои изделия в разных ситуациях, то понятно, почему так. Государство тоже заинтересовано в том, чтобы народ туда регулярно ходил. Число заказов обычно крутилось в районе тысячи каждый день. Самое низкое число, если верить, опять же, официальному графику — сто один заказ. Самое большое число заказов — три тысячи тринадцать.

И, если их не закрыть, та гадость, что находилась на полигоне, могла быть перемещена куда-то в случайное место, вне Куба. Поэтому и чистили, чтобы дополнительных проблем не получить.

Оплата за это была… Составная, не особо щедрая, но это когда как. Во-первых, само государство приплачивало. Ставка была плавающая, зависела от числа желающих и числа актуальных заказов. Грубо говоря, чем выше нагрузка, тем больше предлагали, стимулируя спрос. Сейчас ставка — пятьдесят пять тысяч за вылазку. Рублей. Негусто, откровенно говоря. Низкая нагрузка. Во-вторых, ты мог добыть что-то внутри испытания. В-третьих, внутри них был повышенный энергетический фон, а значит, там вполне можно поднимать звезды, плюс вивисекторы также расплачивались энергией. Выдавая жемчужины.

Тут надо уточнить, что энергия разная бывает. Есть источники, они отличаются по рангам и стихиям. Чаще всего встречаются источники с нейтральной энергией. Я по пути стихий не собираюсь идти, поэтому другие варианты меня не интересуют. Есть чакры, которые тоже энергию вырабатывают. Это телесная, которую вырабатывает первая чакра. Это мана, которую вырабатывает третья чакра. Это стихия, если ты прошёл инициацию и соответствующие ритуалы.

Для понимания, насколько важны источники энергии: за всё время пребывания в городе я не открыл ни одной новой звезды, не сформировал ни одного нового узла внутри звёзд. Потому что доступной энергии кот наплакал. Когда я говорил, что восполняю весь резерв за три часа, то имел в виду, что это при нахождении в условиях насыщенного второго ранга. На первом — восстановление около шести часов. Рядом с третьим источником — два или два с половиной часа.

Поэтому любой одарённый постоянно балансирует между потребностью развивать звезды, что жрёт просто уйму энергии, и тем, чтобы восполнять запас. Классно, если у тебя огромный запас маны, но вот если восстановление занимает неделю, то уже не очень. Что будешь делать без Источника под рукой? А ничего. Сосать лапу.

Здесь-то на сцену и выходили различные накопители. Их, кстати, тоже артефакторы делают. Ну, или кто-то другой, как в случае Куба. Там стандартная оплата от заказчика — это кристалл с энергией. Оплата идёт в рамках стандартной логики. Чем сложнее и необычнее заказ, тем больше платят. В теории. Как оно на самом деле будет… Понимая, что я в любом случае нарвусь, отправил заявку, зарегистрировался в системе. Получил приглашение в офис охотников — именно они курировали все аномалии. Точнее, не сами аномалии, а, скажем так, присматривали за индустрией. Мне устроили полноценный тест со спаррингами, убедились, что у меня и правда тринадцать звёзд, что боевые навыки присутствуют. Опять же, сыграло роль то, что я аристократ. Это нивелировало то, что я подросток. Даже не пришлось запрашивать подтверждение у кого-то из старших в семье. А то вот бы старуха удивилась, ха.

Разобравшись с бюрократией, дождался каникул. С некоторым злорадством отказался от предложения Дорохова поработать в выходные дни. Сказал, что дела, буду зарабатывать на еду. Ему это не понравилось, но не мои проблемы.

— Давид, — сказал он, заглянув мне в глаза, — не знаю, почему ты так легко людей против себя настраиваешь, но ты в курсе, что мне все преподаватели на тебя жалуются, не понимая, за какие такие заслуги ты на бюджете учишься?

— Да? — вскинул я бровь. — Ну, не моя вина, что они настолько предвзяты.

— Предвзяты или нет, но лучше сделай что-то с этим, а то я устал тебя оправдывать, — «мило» улыбнулся он мне.

Ах вот оно что.

— Понял, — кивнул я. — Постараюсь. Но это не отменяет того факта, Михаил Сергеевич, что мне нужны деньги. Учиться у вас весело, но до тех пор, пока мне есть чем платить за квартиру и еду.

— Семья тебе совсем не помогает? — нахмурился он.

— Ни копейки не даёт. Всё сам, всё сам. Я, конечно же, пока не готов расторгать наш с вами негласный договор, но если вдруг вы перестанете меня поддерживать и меня завалят на экзаменах, то так тому и быть. Как-нибудь иначе пробьюсь по жизни.

На том и разошлись, по сути, обменявшись угрозами.

Его слова означали, что если я не буду отрабатывать, то начнутся проблемы. Которые ему мне даже устраивать не придётся, преподавательский состав и правда против меня настроен, будь неладны эти проклятия. Мои же слова означали, что я птица гордая, ездить на себе сверх меры не позволю.

Я ведь не врал. Сложившаяся ситуация мне выгодна до определённого момента. Если я не получаю новые знания и опыт, если не смогу оплатить счета — то и хрен с ней, со школой. Иначе вопрос решать буду.

Каких-то незамедлительных санкций Дорохов вводить не стал. Я спокойно отправился в Куб. Ну, как спокойно. Мандражировал малец. Кто знает, что там будет. Напряжение так и нарастало, проклятия будто ручки потирали, обещая мне много весёлого. Я даже разозлился. Бесит же.

***

Куб располагался в центре. Подобные штуки есть во многих крупных городах. Здесь он появился лет сто назад, недалеко от римского проспекта. От вокзала пешком дойти можно.

Добрался я туда без всяких проблем, на такси. В метро ехать, прихватив несколько заготовок под артефакты, которые сам смастерил, — затея для смелых, отчаянных и желающих поймать проблем на ровном месте. Так-то артефакты не запрещены, но боевые… Короче, проще на такси. Когда собрался рискнуть жизнью, потраченная тысяча не кажется чем-то эдаким. И это туда-обратно, если что.

Сам Куб выглядел… Да как куб. Чёрный, матовый. Размером в три этажа. Они все так выглядят.

Рядом располагалась будка гильдии охотников. Я зашёл туда, отметился да вышел. Подошёл ко входу. Там стояли двое стражников, которые смотрели на окружающий мир с ленью и скукой. При виде меня чуть оживились, но самую малость. Ещё и переглянулись. Когда уже внутрь прошёл, услышал, как один другому предложил сделать ставку, вернётся ли малец.

Как мило.

Я зашёл внутрь, огляделся, увидел коридор, идущий по кругу. Согласно официальной информации, здесь располагается тридцать комнат по десять на каждом этаже. Заходить можно в любую свободную. Что я и сделал. Там, внутри, был экран. С русским интерфейсом. Я обозначил, что хочу миссию третьего ранга, что сам без оружия, сколько у меня звёзд. Проверил, всё ли правильно нажал, выбрал подтверждение.

Но что-то пошло не так. Двери у меня за спиной сразу же закрылись, экран мигнул, перезагрузился.

— Проводится дополнительное сканирование. Ожидайте.

А вот и проблемы подъехали.

— Сканирование завершено, — обрадовал меня приятный женский голос. — Обнаружена сигнатура бога. Обнаружены проклятия. Получен статус — проклятая душа. Оружие отсутствует. Развитие примитивное. Желаете пройти особую миссию? Награда увеличена в десятикратном размере.

— Какие условия миссии? — спросил я.

— Миссия не подразумевает разглашения этой информации.

— Уровень угрозы?

— Очень высокий.

— Десятикратное увеличение награды — это сколько по итогу?

— При базовом прохождении — одна красная звезда.

Ого.

— А при не базовом?

— В случае вашей смерти вы ничего не получите. В случае выполнения всех скрытых целей коэффициент будет пересмотрен.

— Давай двадцатикратное увеличение, и погнали.

— Это невозможно. Мы согласны на двенадцатикратное.

— Вивисекторы хотят использовать бога в своих забегах и жлобятся на оплату? — фыркнул я.

Машина помолчала несколько секунд и выдала:

— Пятнадцатикратное увеличение награды, если вы поклянётесь не сообщать местному населению о Вивисекторах.

— Двадцатикратное, и никто от меня слова о вас не услышит.

— Принято, — ответила бездушная машина. — Вы будете перемещены через три… два… один.

Мир мигнул, и я оказался совсем в другом месте. Только и успел подумать, что вляпался по полной, но, если смогу выжить… Две красные звезды — это прямо много. Не самая высшая награда, но для меня хватит с запасом на все мои ближайшие хотелки.

Осталось выжить.

***

Оказался я на поляне в окружении странных деревьев, высоких и со множеством расходящихся в стороны ветвей. Трава на вид самая обычная, но это ни о чём не говорило. Наверху было темно, ни неба, ни облаков, ни звёзд я не увидел. Что тоже ни о чём не говорило. Споров о том, где именно проходят испытания, хватало. Другой мир, полигон на космической станции или виртуальная симуляция — да какая разница, если тут вполне реально помереть?

«Первый этап, — прозвучал голос у меня в голове. — Тест на сообразительность».

Издеваетесь, гады?

Пока я оглядывался, оценивая угрозы для себя, противник сам появился на поляне. Не вышел, а переместился. Ну, или его туда переместили. На вид — вылитый манекен, отлитый из металла. Он замер, всматриваясь в меня, хотя глаз у него не было, только безликая маска на лице. Я тоже замер, вглядываясь в него.

Статистика смертности в Кубе считалась за год и достигала от пяти до пятидесяти шести процентов. Искусственно выстроенная система, которая работала по законам дикого мира. Чем чаще мрут, тем меньше желающих, чем выше оплата, тем больше желающих. Далеко не все испытания относились к сражению на смерть. Некоторые подразумевали более изощрённые задачи, такие как убежать, выследить или и вовсе послужить образцом для тестирования нового штамма убойной заразы. Всякое тут бывало.

Поэтому я и смотрел, не спеша что-либо делать и прикидывая, как вивисекторы захотели использовать проклятого бога.

— Иди сюда, — поманил я существо, так ничего нового и не заметив.

Существо сорвалось с места, подбежало, подпрыгнуло и собралось засветить мне ногой в грудь. Скорость обычная, я сместился в сторону… Попытался сместиться. Мои ноги заплелись, я чуть не споткнулся, а тварь, такое чувство, что прямо в полёте траекторию изменила и попала по мне.

Блокировать удар я успел, отскочил и снова уставился на тварь, пытаясь понять, что только что произошло. На меня точно как-то воздействовали, это не работа проклятий? Но как?

Тварь, чуть помедлив, снова напала. Дралась она как обычный человек, руками и ногами. Я пытался отбиваться, но каждый раз что-то не то происходило. Удар летел в одно место, я защищался, но промахивался. Вспылив, попытался атаковать, но вышло ещё хуже. Я точно попал по твари, но прилетело почему-то по мне. Будто насмехаясь, она даже замедлилась и позволила нанести парочку ударов. Я бил и энергию черпал — ничего не помогало. Урон прилетал обратно в меня.

— Да что за хрень?! — высказался я в сердцах, отскакивая и пятясь назад. — Может, договоримся? — спросил я, когда существо снова двинулось на меня.

Договариваться эта штука не захотела.

Я постарался уйти в глухую оборону, сократить число движений, подумав, что именно на мою моторику как-то влияют. Помогло не особо. Тварь продолжила меня лупить. Не то чтобы сильно, но, когда вас бьют, это в любом случае неприятно. У меня нет выдающейся регенерации, чтобы свободно побои принимать.

Нужно было отыскать решение.

Я попытался схватить тварь и заломать. Получилось, но попытка выгнуть ей руку привела к судороге в ноге. Тогда я без затей рванул в сторону, игнорируя боль. Тварь догнала, подсекла ноги, и я покатился по траве. Ещё с минуту плясок, и я смог вырваться в лес. Попытался там затеряться, но постоянно спотыкался.

Мне нужно было время.

Несмотря на постоянные неудачи, я успокоился и собрался. Тварь не такая уж и опасная. Какое-то время, если ничего не изменится, я ещё продержусь. Подналёг, отбежал подальше и обнаружил, что сила влияния на меня уменьшилась. Замедлился, подпустил существо ближе и поймал это чувство, когда что-то меняется.

Ограниченный радиус действия способности? Поэтому, когда взял на излом, отдача прошла по телу? Гипотеза как гипотеза, я снова оторвался, убедившись, что оказался прав.

Сомневаюсь, что сбежать — выход и ситуации. Это не обычная встреча в лесу, а испытание от Вивисекторов. Испытание не меня, а их изделия. Самое простое — прикончить существо, но как это сделать?

Разменявшись ещё на несколько пропущенных тумаков, я пришёл к выводу, что в нашем бою отсутствует логика. Потому что я видел, как тварь бьёт, реагировал на это, и вот тут-то всё шло по одному месту. Я ускорился и попробовал выдать больше движений в единицу времени и… даже что-то получилось. Из всей связки я смог разок ответить и пнуть тварь.

Ага! У неё есть пропускная способность!

Ещё немного наблюдений, разбитый нос и губы, отбитые ребра и отсушенное бедро, и я начал кое-что понимать. Как ни странно, в этом мне помогли проклятия. В тот самый единственный раз, когда я сам их подстегнул, заставляя нарушаться причинно-следственные связи, меняться нити судьбы, перестраиваться вероятности. Попытки закончить своё движение, приложив дополнительные силы, ни к чему не приводили, а значит, воздействие было не сродни телекинезу. Тварь могла перекидывать на меня урон, а значит, у неё либо несколько способностей, либо одна, но очень хитрая.

Продолжая отхватывать, методом исключений я и пришёл к выводу, что эта аномальная тварюшка играется с причинами и следствиями как хочет, буквально изменяя реальность в момент её формирования.

Ну, супер! И как мне это существо убивать?!

Глава 14. Причина и следствие

Экспериментальное существо, которое способно нарушать естественный ход событий, состоящий из причин и следствий. С этой теории начался следующий раунд.

Совсем другой разговор пошёл. Я продолжил отхватывать, но теперь с каждым обменом ударами проверял очередную гипотезу.

Попытка представить, что ударю в другое место, не сработала. Попытки замедлиться и ускориться — тоже. Попытки драться наобум — аналогично. Тогда я обратился к тому разу, когда смог достать тварь. Ещё с минуту боя на грани, и гипотеза подтвердилась. Эта тварь была способна изменить что-то одно в единицу времени.

Уже хоть что-то.

Осознав это, я принялся отступать и держать дистанцию. Несколько раз получив по голове, крайне сложно в моменте придумать, как разрешить не самую простую ситуацию.

Ну как-как. Раскорячившись!

Я начал выдавать связки, пытался одновременно бить и ногой, и рукой, но в итоге меня подловили и избили. Это ведь не глупая тварь, а вполне себе неплохой боец с поставленной техникой боя. Тварь так мне в корпус пробила, что я чуть завтрак обратно не выпустил.

Что-то это начинает злить…

Как ни странно, но злость помогла. В затуманенном сознании упорно всплывал тот момент, когда я подстегнул проклятия. Сделать это сейчас? Нет, неправильная мысль. Это не даст никакого эффекта. Но могу ли я воздействовать на сам процесс нарушения причин и следствий?

Каким образом существо влияет на это?

Задался вопросом и снова нашёл внутри себя интуитивное понимание. Боги — это не обычные смертные. Совсем другой тип бытия. Не знаю, что там в связи с перерождением во мне намешалось, но, задавшись целью перехватить чужое влияние, я кое-что смог. Я ощутил, куда чужая сила направляется. Это был совсем не контроль, но так я стал «видеть», что собирается делать противник.

— Ну всё, хана тебе, — на радостях сказал я.

И всё же завалил тварь. Способность у неё была не мгновенная, а с небольшим откатом и задержкой в секунду. Разобрался с этим, и остальное проблем не составило, в следующую минуту я забил тварь, в итоге свернув ей шею.

Надеюсь, испытание на этом закончится.

— Ознакомление пройдено, — прозвучал у меня в голове приятный женский голос. — Доступна промежуточная награда. Кристалл энергии, зелье восстановления, оружие.

Тьфу.

— Зелье восстановления, — протянул я руку в сторону.

На ладонь упал флакон с красной жидкостью. Я знал, что вкус у неё клубничный. Иногда, если это нужно было для эксперимента или он проходил в несколько этапов, подопытным кроликам давали промежуточные бонусы.

Зелье я выпил сразу же. Его и продать тысяч за сорок можно, но мне сейчас куда важнее восстановиться

— Второй этап, тест на пределы, начнётся через десять стандартных минут. Подготовьтесь.

Да пошли вы. Изверги.

***

За следующую неделю я раз сто пожалел, что сунулся в Куб.

Согласно официальной статистике, девяносто девять процентов испытаний длятся не дольше суток. Большинство — до шести часов. В моём случае, такое ощущение, что у Вивисекторов где-то сирена сработала, когда они засекли на своей территории проклятого бога. Собрались толпой и решили использовать меня как портовую девку, воплотив свои самые грязные фантазии, которые кружились вокруг научной мысли. Не спрашивая моего желания, хочу ли я продолжать.

Выйти было нельзя.

Зато подраться с десятком разновидностей уже виденных тварей в условиях разных сценариев — это да, сколько хочешь и не хочешь тоже. Скучать мне не дали.

Были забеги сразу против нескольких особей. Были забегали с тварями, использующими, помимо нарушения причинно-следственных связей, дальнобойные атаки. Были забеги в темноте и много чего другого, весёлого для хозяев этой вечеринки и не очень весёлого для меня.

Как выжил, сам не представляю. Зато мои проклятия чуть ли не сыто урчали. Будь они котами, точно бы ластились, благодаря за то, что их так хорошо «покормили».

Если бы неприятности на этом закончились, но куда там.

Переместили меня обратно в одну из свободных комнат, в тот же самый Куб. По моим ощущениям, я внутри где-то семь дней провёл, но с днями и ночами на полигонах было туговато, поэтому точного времени я не знал. Личные вещи, такие как документы и мобильник, я оставил в хранилище, когда заходил отмечаться.

— О, это же он! — воскликнул охранник, который стоял на входе.

— Парень, ты как? — более дружелюбно, но с подозрением спросил второй.

Это те самые, кто спорили на меня. Чем дольше они на меня смотрели, тем больше их глаза наполнялись жадностью. Ещё немного, и там циферки, как в казино на автоматах, побегут. Признаки крайней коммерческой заинтересованности проступили у обоих сразу, поэтому сомневаюсь, что причина в споре. Скорее, кто-то прикидывает, сколько добычи я взял и кому продать эту информацию.

— Да норм, весело было, — ответил я, усмехнувшись настолько нагло, насколько мог.

Слабость и усталость сейчас лучше не показывать.

Я проследовал мимо них в здание ассоциации. Подошёл к ресепшен, где сидела миленькая девушка, что уставилась на меня, чуть ли глаза не выпучив.

Ну ещё бы. Моя одежда была порвана во многих местах. За всю неделю купался я один раз, когда в ледяную реку со скалы упал, чтобы утопить противника. Зато всякого добра, которого набрал, хватало.

— Испытание закрыл. Эварницкий. Зафиксируйте.

Девушка похлопала глазами, отмерла и быстро отметила в системе, что я вернулся.

— Добычу сдавать будете? — задала она дежурный вопрос. — В любом случае вы должны предъявить, что получили. Пройдите в комнату, будьте добры, — улыбнулась она фальшивой улыбкой.

Ну-ну. В Куб ходили самые разные отряды и личности. У каждого такого охотника был свой рейтинг, который определялся числом закрытых испытаний. Но куда важнее была личная сила и влияние. Предъявить-то должны, но обязательно к исполнению это правило только для тех, кто не может послать охотников и правительство куда подальше.

У меня такой силы нет, и я показал всё, что получил. Надо бы артефакт пространства смастерить. Это решило бы подобные вопросы.

В соседней комнате в итоге я две кучи… Ну, не навалил, но выглядело это именно так.

— Это себе оставлю, — указал я на небольшой щит, пояс, пару зелий восстановления и пять красных кристаллов. — Это на продажу, если цену нормальную дадите.

— У нас цены фиксированные, — ответил мужчина, который и занимался приёмкой.

— Ну так и дайте хорошую фиксированную цену.

— Она у нас хорошая, но на аукционе можно получить больше, если готовы с этим заморочиться.

— Не готов, но сначала озвучьте, почём заберёте. С расценками я знаком, если что.

— Мы не обманываем своих, — глянул мужчина на меня осуждающе. — Рекомендую продать всё нам, — добавил он, глянув на вторую кучу, которую я себе оставил.

— Воздержусь.

— Как знаешь, — пожал он плечами.

Хороший мужик. Намекает на то, что найдутся те, кто заинтересуется «малолеткой с добычей».

Всего я получил семь красных кристаллов. Запас энергии там приличный. Чтобы понять их ценность, нужно знать форму расчёта, сколько энергии требует открытие каждой чакры и звезды. Зависит это от двух вещей. Самой энергии — которая отличается по плотности, чистоте и совместимости для конкретного одарённого. А также от таланта одарённого, его скорости поглощения энергии, навыков работы с ней и всего прочего.

Когда-то я заморочился, посчитал это всё для себя и узнал следующее. На открытие первой чакры мне потребовалось где-то пятьсот единиц энергии. И ещё где-то по триста на каждый узел в первой звезде. Узлов у меня семь. Но так неправильно говорить. Каждый следующий узел требует больше энергии. Поэтому «триста» — это среднее значение, а потребовалось мне около двух тысяч ста на всю первую звезду. На вторую — где-то две пятьсот. На третью — три двести.

Много это или мало? Да как сказать. Это не энергия из собственного источника, где ты можешь разом зачерпнуть, сколько хочешь. Мировая сила или природная энергия, а называют её по-разному, разлита в пространстве. Её надо ещё собрать. И занимает это часы. Поэтому кристаллы с уже собранной энергией особо ценны. Не надо часами сидеть, медитировать, улавливать и притягивать. Но речь сейчас про объём. Каждая следующая звезда и чакра требует больших затрат, а иногда и особых знаний. В случае первой чакры ты настраиваешься на ощущение собственного тела. В случае третьей — на энергетические потоки вокруг. Затраты растут, и это ещё выражается в требованиях к качеству, ну, или плотности энергии. Так в условном источнике первого ранга энергия слишком жидкая, чтобы сформировать пятую звезду.

Один красный кристалл содержал в себе ровно десять тысяч единиц энергии пятого ранга плотности. Стоил такой на рынке триста-триста пятьдесят тысяч. За эти же деньги можно оплатить тридцать — тридцать пять часов медитации у соответствующего источника. Соберу я энергии тогда больше, но времени потрачу… Ну, собственно, тридцать пять часов.

Жаба душила отдавать кристаллы за деньги. Пять я оставил себе. Два на продажу, как и ненужное барахло. Всего я получил миллион сто. Плюс пятьдесят семь тысяч за выполненный заказ от государства. Если не транжирить, то на этот учебный год вопрос с деньгами закрыт.

Пятидесяти тысяч энергии столь высокого уровня должно хватить в моём случае на открытие пятой и шестой звезды в первой чакре, чтобы повысить мою выживаемость. Если ничего не путаю и память не подводит, то это шесть тысяч восемьсот и одиннадцать тысяч единиц энергии. Для шестой звезды нужно пересчитать коэффициент, так как плотность всего пятого ранга, поэтому уйдёт даже больше одиннадцати тысяч. Неплохая математика, да? Бьёт по кошельку со всей основательностью.

Я бы с куда большим удовольствием открыл пятую звезду на четвёртой чакре. Тогда у меня должен появиться полноценный телекинез, да и манипуляции с энергией упростятся. Стоить это будет восемьдесят тысяч пятьсот единиц энергии с истока пятого ранга. То есть мне всех кристаллов не хватит. Поэтому от этой идеи пришлось отказаться, но то, насколько следующие чакры сложнее развивать, наглядно видно. Разница почти в десять раз, если сравнивать с пятой звездой первой чакры.

Одним словом — боль.

То, что останется от пяти кристаллов, я собирался потратить на третью, четвёртую и пятую звезду во второй, чтобы повысить ловкость, эмпатию и сексуальный магнетизм, а то люди на меня слишком уж негативно реагируют, может, поможет. И на четвёртую в третьей чакре, чтобы повысить доступный объём маны. Это усложнит мне использование заклинания, зато ещё больше магическую ковку смогу практиковать. Плюсы перевешивают минусы.

Если что останется, пущу на узлы в четвёртой чакре. Буду постепенно штурмовать эту вершину.

Казалось бы, надо радоваться. Вон как удачно сходил. Прибыльное дельце, как ни крути. Если бы не одно но. Задания делились по рангам, и стандартной наградой от Вивисекторов считался кристалл, которого хватает на один узел в звезде, соответствующей сложности задания. Я выбрал третий ранг, а значит, получил бы кристалл на пятьсот-тысячу единиц энергии из условного источника третьего ранга. Получается, мне надо выполнить семь заданий, чтобы закрыть звезду полностью. Семь раз рискнуть жизнью. Вот как ходят обычные люди, которым по блату не предлагают семидневный отпуск с двадцатикратной прибавкой.

Так что дельце прибыльное, но рисковать так… Не знаю, не знаю.

Уладив все дела, я заказал такси и, понимая, что мой адрес благодаря этому точно узнают, назвал другой. Пришлось поплутать, мера предосторожности эта так себе, но мне нужно было выиграть немного времени. Дома я не рискнул оставаться. Помылся, поел нормально, переоделся, прихватил ядра да отправился в ближайший большой парк, где по темноте забрался в кусты погуще, да и засел там медитировать. Привык уже на природе к этому. В квартире же саморазвитием заниматься не хотелось. А то вломятся ещё да как огреют по голове, когда в медитации сидеть буду.

***

Спустя три дня на такси я вернулся обратно в квартиру, где меня уже ждали. Стоило появиться, как какие-то молодчики отделились от машины и двинулись в мою сторону. До этого они стояли снаружи, общались и курили, а тут целенаправленно двинули, демонстрируя своими рожами агрессивные намерения и тыча в мою сторону пальцами.

— Слышь, пацан! — крикнул мне заводила. — Подь сюда, разговор есть!

— С радостью, но вы об этом пожалеете! — честно предупредил я.

Нравится мне быть честным.

На этот раз я был не настроен чесать языком, а вот кулаки бы почесал с большим удовольствием. Каждое открытие узла сопровождается как дискомфортом, так и приятными ощущениями. Аналогично и с окончательным формированием звезды. Только дискомфорта меньше, потому что все изменения в организме происходят ещё на этапе узлов, а удовольствия намного больше. Некоторые в сети хвастаются, что это чувство сродни оргазму. Не знаю, не знаю. Не настолько интенсивно, но тоже приятно.

Изменения в организме в случае быстрого открытия звёзд тоже заметные. Раз, и в считаные часы становишься на сорок процентов сильнее. А потом ещё раз на сорок. В моём же случае изменений куда больше. Улучшились зрение и слух, я стал отчётливее различать запахи, объёмнее воспринимать окружающий мир. Вторая чакра добавила какой-то грации, я чувствовал, что тело движется иначе.

Меня буквально переполняло желание выплеснуть полученную силу, посмотреть, чего я теперь стою.

Так что этим мужикам не повезло. Они шли на меня с выраженными агрессивными намерениями и то, что во дворе есть люди, их нисколько не смущало. Тот, что сзади, сместился и достал кастет. Второй засунул руку в карман и был готов тоже что-то достать. Сейчас я это всё хорошо видел, особо не напрягаясь и не высматривая.

Ух, кайф.

Когда оставались последний метры, я резко бросился вперёд и налетел на первого. Сшиб его, оттолкнулся и метнулся к тому, у кого рука в кармане, врезав ему под дых быстрее, чем он успел дёрнуться. Перехватив его, повалил и нанёс пару стремительных ударов. Дёрнул в сторону и швырнул под ноги тому, что с кастетом, который замахивался на меня.

Как же приятно быть сильным, черт возьми. Это точно не серьёзная группа захвата. Те, кто хотел поживиться, наверняка проявили интерес в первые дни, а потом забили, чтобы не терять время. Эти же какие-то залётные гопники, которые, вообще непонятно, чего тут делают.

Быстро разобравшись с проблемой, отправился в квартиру. Ничуть не удивился, увидев, что дверь взломали. Ничего ценного я не оставил здесь, но тот же небольшой запас одежды имелся. Всё вынесли. Тот случай, когда повезло, что в квартире почти ничего не было. Посмотрел я на эту картину, представил, сколько помоев на меня выльет хозяйка и что постарается обвинить в этом меня же, не поленится и охранителей вызвать. Правда, договора мы не оформляли, поэтому спроса с меня никакого, но на всякий случай я постучался к соседям. Открыл пузатый мужик в майке и штанах с пятнами.

— Я ваш сосед. Пока меня не было…

— Да-да! — перебил он. — Квартиру вскрыли! Эта грымза уже приходила, орала, что проклянёт тебя. Лучше на глаза ей не попадайся и найди другое жилье, парень.

Сказав это, мужик захлопнул дверь, а я хохотнул. Проклясть меня собралась, смешно.

Тихо посмеявшись, уже без всякий угрызений совести, наплевав на залог в двадцать тысяч, вернулся на улицу, помахал бандитам, которые оклемались и проводили меня злыми взглядами, да отправился бродить по вечернему городу. Путь мой лежал в новый дешёвый отель, где я переночевал, помылся после затянувшейся медитации в парке да задумался о дальнейших перспективах. Через два дня каникулы закончатся, и учёба возобновится. На улице погода отвратная. Я, кажется, за эти три дня сопротивление холоду поднял. Хорошо ещё, что, когда энергию поглощаешь так активно, подобное не сильно беспокоит, тело чуть-чуть разогревается.

Жаль, что придётся новое жилье искать. А если подумать, то не очень-то и жаль. Квартира была отвратная, ещё и ехать далеко. Залез в интернет на телефоне, поискал варианты и на этот раз забил на экономию. Остановился на апарт-комплексе, где на следующий день за семьдесят тысяч в месяц снял маленькую квартиру со свежим ремонтом. Три уборки в месяц входили в эту стоимость. Красота же.

За оставшееся время ещё один вопрос решил. Нашёл секцию единоборств недалеко от дома, для одарённых. Занятия там стоили выше среднего, но, как показала практика, я чуть сдал за время учёбы. Нужно себя в тонусе держать и новые рефлексы нарабатывать. А то так нарвусь рано или поздно. Скорее, рано. Нарвался на первой же тренировке, когда меня чуть ли не весь коллектив решил на прочность проверить, но это дело привычное, обыденное. Переживу как-нибудь.

Как вернулся в колледж, Дорохов сразу заметил, что что-то изменилось. Ну, это все заметили. Плюс три звезды во второй чакре… Я, когда в зеркало на себя посмотрел, не сразу признал. Я ощущал себя совсем по-другому, и это толкало двигаться иначе. Мимика, жесты, взгляд, общие ощущения. Во мне прибавилось грации, и это провоцировало интерес. Поэтому неудивительно, что Дорохов заметил.

— Сколько звёзд поднял? — спросил он, когда закончились уроки и я заглянул в мастерскую.

— Шесть, — не стал я скрывать.

— Это ты когда успел? — удивился он, вскинув брови.

— В Куб заглядывал. Там с добычей повезло, — пожал я плечами.

— В Куб? — Удивление сменилось недовольством. — Но…

Он хотел что-то сказать, но закрыл рот и заткнулся, посмотрев на меня осуждающе. А что он скажет? Что я слишком мал? Формально это так. Но мне нужны деньги, я одарённый и аристократ. Закономерный вариант. Если не прибегать к криминалу, то единственно доступный.

Я подумал, что он расстроился, узнав про ненулевую вероятность потерять чернорабочего. Ну, не из-за симпатий же? Не настолько он масштабная личность, чтобы проклятия перебороть. Так я подумал и продолжил учиться, быстро втянувшись в новый график. Учёба, зубрёжка, работа в мастерской, тренировки. Отложив денег, чтобы хватило оплачивать квартиру до конца учебного года и на еду, на остальное закупил материал для экспериментов. Брал самое простое и прочное, что подходило под мои запросы. С целью использовать заготовки много раз, отрабатывая магическую ковку, наложение рун, божественный язык и различные схемы. Завёл себе тетрадку да фиксировал все наблюдения, а вечером переносил их на свой ноут, уже развёрнуто, с комментариями.

Так вот, Дорохов неожиданно предложил мне подработку. Я было удивился, с чего такая щедрость, но ситуация быстро прояснилась. К этому моменту я куда лучше представлял, как обстоят дела в мире артефакторов в целом, и в колледже с кварталом мастеров в частности. Всё упиралось в талант, деньги и заинтересованность. Видел ли я учеников, которые были готовы пахать, как я? Ну, как сказать. В клубе тех «кто хочет делать что-то особенное» я был единственным человеком. Все остальные дети, которые оставались после занятий, изучали что-то попроще. Это ещё объяснялось тем, что у меня сознание взрослого человека. Меня не волновало самоутверждение среди сверстников, вписки, разборки, новые вышедшие игры и прочая ерунда, которая так интересна в четырнадцать-пятнадцать лет и совсем не интересна, если живёшь третью жизнь. То, что у меня суммарно жизненного опыта и пятидесяти лет не наберётся, ничего не меняло. Кругозор-то куда шире.

С деньгами всё было просто. Точнее, не только с ними. Развитие — это всегда связка денег, времени, таланта и знаний. Уровень этого колледжа — обеспеченные семьи. Аристократом я был единственным. Ну, не считая самого Дорохова. Больше никого с гербом не видел.

Я недавно за один поход в Куб поднял несколько звёзд, что, если выражать в деньгах, стоило меньше двух миллионов. Не такая большая сумма по меркам тех семей, которые сюда свои чада отправляли. Но остаётся вопрос таланта. У меня он выше среднего по меркам аристократии. То есть сильно выше, чем у местных простолюдинов.

Остаётся вопрос времени — допустим, тебе готовы оплатить медитации у источника, но какой ребёнок согласится буквально днями и неделями сидеть неподвижно, открывая один узел за другим, штурмуя одну звезду за другой? Медитация — это не когда ты расслабился и вздремнул. Это когда ты с большим трудом, потея и выматываясь, пытаешься завести энергию, которая сопротивляется и растворяется, куда надо.

Суровая истина в том, что, даже если есть деньги, открывать звезды легко не получится. Придётся отнимать время у повседневной жизни и той же учёбы. Вот и выходит, что большинство тех, с кем я учился, на текущий момент находились на уровне двух-трех звёзд в первой чакре и одной в третьей, при этом считаясь большими молодцами.

А теперь вопрос на миллион. Захочет ли кто из обеспеченной семьи работать за копейки, делая рутинную работу? Нет, конечно. А есть ли те, у кого шестая звезда в первой чакре да хорошая выносливость, которой хватит, чтобы махать с утра до вечера молотом, работая с металлом, который делает выбросы стихий, что не так-то просто выдержать? И делать это, опять же, за небольшие деньги? Много ли желающих?

Из того, что я видел — нет. Не то чтобы я незаменимый, но, как понял, с точки зрения Дорохова, неплохая такая возможность получить результат за низкую цену. Мне оформили статус лаборанта с окладом в десять тысяч. За работу по выходным в кузнице и на производстве — ещё двадцать тысяч накинули. За квартиру я плачу семьдесят, но так хотя бы затраты на еду покрываю, уже хорошо. А там, глядишь, всё и наладится.

Ну, или я влипну в новые неприятности.

Глава 15. Летняя практика

У меня был простой план. Подготовиться до шестнадцатилетия так хорошо, как смогу. Важна не сама дата, а официальная аттестация. В принципе, я мог бы и не волноваться. Тринадцать звёзд, которые отмечены у меня в паспорте, — хороший показатель. Девятнадцать, которые есть сейчас по факту — отличный показатель. Хватит, чтобы поступить в средненький институт без всяких проблем и заделаться таким же средненьким артефактором. Я своих планов не скрывал от Дорохова, задавал ему вопросы по теме, как реально устроена жизнь после школы. Он напомнил мне, в общем-то, известные вещи. Самое вкусное, продвинутое и убойное выдавали только по специальным допускам. Если не поступлю в лучшее учебное заведение, этот путь мне будет закрыт. По крайней мере, официально. Я допускал, что можно и неофициально добыть, но тогда и материалы придётся закупать нелегально, и изделия сбывать. Не самый плохой вариант для меня, но я его оставлял на крайний случай, уж слишком там много сложностей. Время у меня ещё было, поэтому я собирался подготовиться по полной.

В идеале я хотел открыть пятую чакру, а с ней и Голос, что разом бы повысило и мой статус, и возможности.

Но не всё так просто. Я пробовал уже открыть эту чакру, и ничего не получилось. Здесь был какой-то секрет, который так просто не узнать и не купить. Я уж молчу про развитие этой чакры. Денег это всё стоить будет неприлично много. Как посчитаешь, так понимаешь, почему некоторые роды готовы войну объявить, чтобы захватить чужой источник. Для справки — я способен поглотить где-то тысячу энергии в час. На пятую звезду в четвёртой чакре надо восемьдесят тысяч. Один час у пятого источника стоит от десяти тысяч рублей. Итого каких-то восемьсот тысяч на одну звезду. Точнее, от восьмисот тысяч. Пусть даже миллион, не суть, потому что куда важнее здесь другая цифра. Восемьдесят часов, которые надо затратить на это. Хрен с ними, другими делами. Проблема в очереди. На все источники пятого ранга очередь на ближайший месяц стабильно занята. На второй месяц — занята процентов на восемьдесят. Оплата сразу. Если не пришёл, сгорает. Вот и получается, что каких-то восемьдесят часов растянутся на год, а то и на два. Кристаллы — с ними тоже беда, разлетаются как пирожки, попробуй купи.

Замечу, что это только звезды. Которые считаются фундаментом, но не самим каркасом.

На каждую звезду можно что-то подвесить. Это либо техника для первых чакр, либо заклинание для третьей и четвёртой чакры, либо аспект. Аспект — это усилитель, по сути. На заклинания мои проклятия взбунтуются. С техниками проще, их я могу себе ставить. С аспектами тоже ничего сложного вроде бы, кроме цены.

И заклинания, и техники, и аспекты отличались между собой по качеству и рангу. Есть аспект «регенерации». Первый ранг будет стоить несколько тысяч и даст прибавку процентов в десять. Неплохо? В целом, да. Если не знать, что такой же аспект пятого ранга будет стоить от миллиона и позволит в течение дня зарастить рану. И это, если не знать, что хватает упоминаний о людях, которые мгновенно регенерируют и способны отрастить себе конечность. Но такие знания уже не купишь. Это удел аристократии, которая тщательно свои секреты охраняет.

Моя жизнь немного наладилась. Я получил оплачиваемую подработку. Поселился в нормальной квартире, жители которой меня не доставали и не задирали каждый день. Смог позволить себе репетиторов и к концу зимы подтянул хвосты, влился в процесс, перестал так выматываться из-за зубрёжки, выправил оценки. Сказалось и то, что звёзд в первой чакре прибавилось. Я теперь высыпался за шесть часов и стал куда продуктивнее. Агрессия учителей в колледже снизилась. Спасибо второй чакре, тому самому магнетизму, я стал куда лучше располагать к себе людей. Идеальные ответы, к которым не придраться, тоже сделали дело. Я выбился в лучшие ученики, и вопросы о том, что я делаю на бюджете, пропали. На мордобой тоже ходил, отводил там душу.

Если так дальше пойдёт, смогу претендовать на красный диплом, а это ещё одно подспорье в поступлении туда, куда я хочу.

Главные же мои успехи были связаны с артефакторикой. Дорохов продолжал меня эксплуатировать, не делая поправок на возраст, за что я был ему благодарен. Зарплаты других сотрудников я узнал, сопоставил с тем, сколько мне платили. Или, скорее, кидали в качестве подачки, чтобы с голоду не помер. Расплачивался он знаниями и продолжал давать мне столько, сколько я был готов впитать. Новые руны, методы магической ковки, продвинутые учебники, ссылки на статьи, доступ в архив колледжа, наработка практических навыков. Грешно было жаловаться. Я и не жаловался. С удовольствием бы провёл так все четыре оставшихся года.

Если бы мне не надо было стать лучшим. Чтобы имя гремело. Чтобы творить могущественные артефакты.

Чтобы попасть на бюджет в лучшее место, где учат артефакторов, мне придётся столкнуться с гениями своего поколения. Теми, у кого есть и талант, и семья за плечами, и деньги. А раз так, то нужно собрать все «аргументы», какие только возможно. Красные диплом, число звёзд, открытая пятая чакра, портфолио, статус подмастерья и прочее, до чего смогу дотянуться.

С точки зрения этой задачи, мои успехи выглядели уже не так радужно.

Поэтому и говорю. Жизнь наладилась, несмотря на мелкие неприятности, которые регулярно в моей жизни случались. Но глобальные цели никуда не делись. Деньги по-прежнему нужны. Сразу после похода в Куб я зарёкся туда возвращаться. Но вот прошло пару месяцев, наступил новый год, там и учебный год подходил к концу, вместе с чем и моя категоричность сошла на нет. Я стал сильнее. Подтянул свои навыки. Так чего кота за яйца тянуть? Трезво оценив свои перспективы, запланировал новую вылазку. Заработаю, а там уже решу, на что деньги тратить. Звезды, консультации или покупку аспектов с техниками. Деньги на следующий год тоже понадобятся.

Был и ещё один аргумент в пользу этого решения. Впереди день рождения, а значит, проклятия выйдут на новый уровень, а они и так зудят в последнее время. Слишком хорошо живу. Надо бы исправить.

Сказано — сделано. Взял в колледже больничный, предупредил Дорохова, что какое-то время буду отсутствовать, и снова наведался в Куб.

Испытание-то я прошёл. Как в кабинку заглянул, дождался сканирования и снова согласился на особые условия. На этот раз были не противники, умеющие нарушать причины и следствия, а паучихи с женскими человеческими туловищами и паучьими ногами, которые умели проклинать.

Ну и набегался же я.

Всего три дня там провёл и выбрался едва живой. Я буквально весь в крови вышел на улицу. Сдал добычу, что-то сразу продал, кристаллы положил прямо там в ячейку, на хранение, получил перевод на карту, а дальше оплатил услуги целителя. Здесь был такой дежурный, если нужна экстренная помощь. Ещё и душем воспользовался, чтобы перестать выглядеть как вернувшийся с демонического доминиона. Целитель обрадовал тем, что мне нужна реабилитация.

— У вас перелом руки, молодой человек, — сказал он мне после осмотра. — Про ушибы и царапины молчу, живого места почти не осталось. Куда хуже отравления. Вас много раз прокляли. Проклятий самих не вижу, но организм в ослабленном состоянии. Если не хотите осложнений, которые могут быть очень неприятными, то рекомендую пройти восстанавливающий курс.

— Это где? — нахмурился я.

— В загородной лечебнице охотников. Вы не первый, кто пострадал в ходе испытаний. Цены там выше среднего, но тут уж сами смотрите, как вопрос решать будете.

Был вариант, что меня тупо обманывают и разводят на деньги, но чувствовал я себя и правда паршиво, поэтому согласился. Мне любезно вызвали такси и довезли до места. В машине я ещё и отключился. Очнулся, когда меня на каталке везли на осмотр.

Ещё минус сто пятьдесят тысяч, и вот я неделю провёл в этой самой лечебнице. О чём нисколько не пожалел. Организм у меня крепкий, но это единственное, чем я могу похвастаться.

Черт возьми, как представлю, насколько обширен мир одарённых, на каком принципиально ином уровне действуют старшие роды, аж кулаки сжимаются. Вовсе не от белой зависти, а от самой что ни на есть чёрной. Обиды я не чувствовал, но завидовал — ещё как.

Существовали целители и специалисты, которые трансформировали тело. Существовала алхимия, которая тело и способности усиливала. Продвинутые аспекты, техники, которые оттачивали веками, могущественные артефакты, источники. Деньги и знания. Уйма всего, мне недоступного. Но это я так. Словил уныние, пока лежал в грязевых ваннах и думал о всяком. Помимо ванн, было множество всяких процедур. Отдохнул я отлично. Перелом зарастил. Почувствовал себя превосходно.

Как вернулся, сразу же нарвался на многочисленные вызывания к доске. Меня! Бога! Вызывали к доске в школе! Ха-ха!

Шутки шутками, а скоро начались экзамены, и вот там меня валили безбожно. Дошло до вызова директрисы. По латыни мне хотели поставить тройку, а говорил я на ней отлично. Там и Дорохов заглянул. Случился небольшой скандал, но разрулили, и мне поставили четвёрку.

Какой же ерундой заниматься приходится.

***

Экзамены я сдал. Взял себе выходной на несколько дней, сходил и купил аспект регенерации, вариант для амбициозных. Если не рассчитываешь набирать одну звезду за другой и ограничиться максимум пятью, логичный шаг — брать что-то фиксированное, с конкретным результатом. Я же взял масштабируемый аспект. Что обошлось мне в пятьсот тысяч.

Сама процедура несложная. Я пришёл в одну из школ боевых искусств по записи, к здешнему мастеру. Он меня выслушал, осмотрел и, собственно, создал аспект. Это была сложная, многосоставная техника, которую он направил внутрь меня. Я перехватил, направил в выбранную заранее звезду и принялся раскидывать «зацепы» по узлам. Вся процедура заняла меньше часа.

— В ближайшие два дня чакру не нагружай, энергию не используй. Проверяй, чтобы зацепы не сбились. Запомни конфигурацию и правь, если что. Совсем плохо будет, не откладывай, приходи, — выдал мне мужчина давно отработанное наставление, тут же потеряв интерес.

Люблю хороший сервис. Не прогнали взашей — это ведь хороший, да?

Ладно, не буду о грустном.

Из своей квартирки я выписался да перебрался обратно в общагу, в квартал мастеров. Где и отработал всё лето, отбиваясь от мелких проблем. Чему помогало то, что две трети дней я работал в кузне.

Задание у меня было простое. В нашем деле есть момент, когда внедряешь итоговую конструкцию в материал. А есть процесс, когда что-то внедряешь с целью трансформации и заготовки. В этот раз я снова работал с урундуром. Сначала с низким качеством, а спустя месяц — с высоким. Шибало от него знатно, поэтому мало кто хотел возиться. Точнее, никто не хотел. Занятие из серии надо. Поэтому и скинули с радостью на молодого, кто так хорошо удар держал. При шестой звезде в первой чакре это и правда было не так сложно.

Зарплату мне за это тоже подняли. До восьмидесяти тысяч. Какие-никакие, а деньги, ведь общагу мне предоставляли, как и жилье.

Стремительного прогресса у меня в эти месяцы не было. За полученные из Куба кристаллы я открыл пятую звезду в четвёртой чакре. Так что теперь у меня есть телекинез. Крутейшая штука. Я и до этого наловчился сдвигать спичечные коробки, на которых дома тренировался. Здесь же умение на новый уровень вышло. Очень помогает не только в магической ковке, но и в повседневной жизни… Короче, я его использовал везде. Развязывал шнурки, задёргивал шторы, держал зубную щётку и чистил зубы, двери открывал. Получилось не сразу, но за лето натренировался так, что это стало естественным навыком.

Но что-то я отвлёкся. Лето. Практика. Тяжёлая ковка и эксплуатация детского труда.

Работал я не в одном месте, а почти на всём производственном цикле металла. Который начинался с первичного цеха или с мастерской обжига. Я приходил туда, смотрел, как мастер принимает материал, перетаскивал тяжёлые ящики с рудой или углём. Дальше разминался, брался за молот и дробил урундур. В изначальном виде это крупные комья металла, довольно твёрдые. Их дробили до состояния крупного песка, чтобы дальше смешать с магическим углём. Ну, не прям магическим. С углём из дуба, который прорастал в особой зоне. Дорогая штука, между прочим. Особенно если посчитать, сколько его нужно.

Сколько требуется усилий, чтобы раздробить один кусочек урундура? Да как сказать. Обычный человек, если и справится, то обычным быть перестанет. Это ведь магический металл. Из урундура то и дело вылетали раскалённые искры. Это не обычная искра, а энергетическая. Которая летела, врезалась во что-то, взрывалась и устраивала небольшой стихийный выплеск. Если поймать искру на голую кожу, то ожог гарантирован. Поэтому молотом я махал, полностью закутавшись в защитный костюм. Что то ещё удовольствие. От искр он защищал, а от нарастающего давления — нет. И это, блин, не повышение энергетического фона. Такая сила не пригодна для поглощения. Халявы не было, я получал лишь возможность поработать в тяжёлых условиях, но никак не дополнительное развитие звёзд.

Зато в другом месте прибывало. Я не имел возможности ходить на мордобой и полноценно тренироваться, зато физической нагрузки было завались. За лето я раздался в плечах, руки и спина укрепились. Магическая выносливость тоже возросла. Как мне объяснил Дорохов, это отдельное умение, которое можно вот так вот тренировать. Можно и за счёт аспектов защиту повышать, но база нарабатывается специальными упражнениями и нагрузками. Тот же Дорохов от щедрот своих, ну, или не желая, чтобы я подох раньше времени, обучил медиации и как правильно чистить организм после такого. Я и не подозревал, что подобным надо заниматься. Мог бы догадаться. Странно было ожидать, что если народ так не любит работать с магическим металлом, то причина в том, что это тяжело. Был риск и здоровье испортить. Или звезды выжечь. Я вроде бы неплохо с этим справлялся, хотя не раз и не два замечал в конце дня, как очередная гадость налипла. Выглядела она как блеклая пыль во внутреннем пространстве. Если не приглядываться, то и не заметишь.

Закончив дробить, я замешивал металл с углём, строго по весу. Засовывал в печь, где поддерживалась определённая температура. И забывал об этом до самого вечера. Печь сама по себе была артефактом, присматривать за ней не требовалось. После этого я выходил на улицу, шёл к бочкам с водой, в так называемую летнюю помывочную, да опрокидывал на себя ведро.

Чистый кайф. Я прямо как сам металл. Сначала раскалялся, а потом резко остужался.

Полчаса отдыхал и приходил к кузнецу. Где лежали уже готовые заготовки урундура, сделанные в другие дни. То, что сегодня делал — достану вечером, остужу и оттащу в хранилище, которое расположено недалеко от источника, где заготовки будут насыщаться маной и «созревать» пару недель. Ну, или другой срок, в зависимости от требуемых изменений.

А вот в кузне я сначала разжигал горн, потом надевал защитный костюм, брал заготовку, раскалял её, обрабатывал молотом, внедрял магическую конструкцию на весь свой резерв, снова обрабатывал и остужал. Приходилось работать не по классическому варианту, где кузнец-артефактор берет грамм двести металла и работает с ним, вливая часть своего резерва. Я брал под килограмм и упахивался, обрабатывая его, чтобы оправдать слитый резерв.

Отличие подобной заготовки от руды в том, что вылетали не искры, а волны. Которые били куда сильнее. Это как… В позапрошлой жизни мне разок пришлось драться на берегу океана и меня загнали в воду, где нас всех накрыло волной. Если представить такую концентрированную волну, только не из воды, а из энергии — то станет понятно, через что я проходил плюс-минус на каждый третий удар молотом.

Изматывало это — просто жуть.

На один килограммовый брусок у меня уходило около часа. Дальше перерыв, восстановление энергии, обед и повторение цикла, два раза. Пропускная способность так себе, но это если не знать, что почём. Этот металл дальше пойдёт, как стабилизирующий контур к накопителям, и на одно изделие уйдёт около пятидесяти граммов.

Нормой считалось повысить качество энергоёмкости на тридцать процентов. Общую конструкцию из рун я сдавал отдельно. Ничего такого, всего лишь связка из пяти рун. Ха! Работа для опытного мастера, а не для ученика. Спасибо Дорохову, что позволил проявить себя. Стандартная схема из римских рун в моём исполнении выдавала тридцать один процент. Но я в качестве эксперимента переработал её на божественный язык. Сознательно был готов запороть заготовку и получить по шапке, но получилось лучше ожиданий. За пару недель я довёл свою схему до результативности в сорок пять процентов.

— Как ты это сделал? — спросил Дорохов, когда «вскрылись» подробности.

— Ну, я старался сделать свою работу качественно, — почесал я макушку и пожал плечами.

Проклятия напряглись, но я временно придавил их. Пока не время говорить правду.

— Так не бывает. Если ты используешь нужную схему, то предел у неё — максимум тридцать пять процентов у опытного мастера.

— Поправьте меня, Михаил Сергеевич, но вроде бы это зависит ещё и от таланта, восприятия, точности исполнения.

— Хочешь сказать, что у тебя настолько огромный талант? — скептически осмотрел он меня. — Ну, давай проверим. Сделаешь всю работу при мне.

Идея меня не обрадовала, но я подумал, а чего такого? В чём он меня обвинит? В том, что я выдаю качество лучше мастерского? В том, что магия другого цвета? Божественный язык выдавал белое свечение вместо золотого у римских рун. Что он и увидел, когда я сделал при нём всю работу.

— Это ещё что? — спросил он, заметил он базовое отличие при наложении заклинания.

— Где? — спросил я.

Мой голос из-под маски звучал искажённо, лица видно не было.

— Эварницкий, — вздохнул он. — Ты мне голову не дури.

Сам он, кстати, стоял без защитного костюма, используя вариацию энергетического доспеха. Удобно. Тоже такое заклинание хочу.

— Так и вы конкретнее спрашивайте, Михаил Сергеевич. Что не так?

— Цвет не тот. Ты использовал не римские руны.

— А что мне ещё использовать?

— Уж точно не современный язык. На атлантов тоже не похоже.

— Вы знаете руны атлантов? — оживился я. — Покажете?

— Не раньше, чем ты сдашь на старшего мастера, — поморщился он. — Так что это было?

— Я не имею ни малейшего понятия, почему цвет такой, какой есть.

И это правда. Я понятия не имел, почему божественный язык выдаёт белое свечение.

— Кончай дурить, — покачал он головой. — Я тебя не подпущу к материалу, если не расскажешь.

— Угрожаете? — снял я защитную маску. — А вы ничего не путаете, Михаил Сергеевич? Или, может, вы меня официально учеником назначили, а я и пропустил? Иначе непонятно, что за интерес к секретам рода.

— Так это секреты рода?

— Я говорил, что у меня дед артефактором был, — пожал я плечами.

Это здесь ни при чём, но пусть додумывает в нужном мне ключе.

— Пусть так. Но ты проверял этот секрет рода? На разных материалах? В разных условиях? Гарантируешь, что металл через месяц не рассыплется?

— Нет, не проверял и нет, не гарантирую. Если надо, буду работать строго по регламенту. Ну, если вас не интересует дополнительное качество.

— Не особо, — вздохнул он ещё разок. — Это придётся все схемы пересчитывать. Больше — не значит лучше. Впрочем, этим ты и займёшься, раз такой талантливый.

— Наказываете?

— Если ты считаешь наказанием возможность посмотреть схему сложного артефакта, то да.

Уел.

Как-то так моё лето и прошло. Я работал в кузнице, тренировался в самоочищении и магической ковке, сливал свою ману в заклинания, иногда ассистировал другим артефакторам, наблюдая, как они работают.

Продуктивно, много навыков развил, но полноценным артефактором пока так и не стал. Пятнадцать лет мне исполнилось в начале лета. Вскоре начнётся новый учебный год. Надо будет подналечь, а то я пусть и двигаюсь вперёд, но постоянно кажется, что слишком медленно.

Глава 16. Новый учебный год

Опыт — великая вещь. По возвращении в город я уже не тыкался, как слепой котёнок, а знал, где и как решить вопрос. Куда идти, чтобы снять нормальную квартиру не за конские деньги. Куда идти, чтобы обновить гардероб, а то за лето на казённых харчах вытянулся и вширь раздался. И куда идти, чтобы хорошо время провести.

У того, кто услышит мою историю, может сложиться превратное впечатление, что я фанат сурового развития и каждую секунду трачу либо на работу, либо на учёбу, либо на тренировки. Это не совсем так. Будь моя воля, напрягался бы я в два раза меньше, а остальное время тратил на что-нибудь повеселее. Все мои интенсивные нагрузки не от большого желания, а по причине нужды. Что я, герой, что ли, какой-то, чтобы так жилы рвать? Нет, и даром такой судьбы не надо, знаем, плавали.

Вопрос этот упирался в выживание. Выживание упиралось в деньги. А деньги упирались в мои профессиональные возможности к заработку. Сейчас у меня деньжат прибавилось, за лето я заработал двести сорок тысяч, это помимо тех накоплений, которые не трогал. Восемьдесят ушло за квартиру, в этот раз взял другую, с консьержкой, камерами на входе и чуть большей площадью. Ещё и с видом хорошим. Столько же ушло на залог, а остальное, почти всё, я потратил на тетради, канцелярию, форму для колледжа и одежду. Осталось не так много, и последние дни лета я вознамерился провести, отдыхая и развлекаясь.

Ничего такого. В прошлой жизни для меня развлечением было пустить кровь церковникам. На Олимпе… Ну, про развлечения там лучше промолчать, слишком они экстравагантны, ну, или просто «слишком». Поэтому для меня в радость и в киношку сходить, и музей посетить, и по набережной прогуляться, и мороженое навернуть, и даже в парке прогуляться. Парки я особо полюбил за то, что там природа, а тварей нет, и никто голову тебе не откусит.

Отдельная моя противоречивая любовь — кофе. Так сразу и не сообразишь, как подступиться к этой части моей жизни. Первый раз кофе я попробовал у директрисы колледжа и крайне удивился, как эту гадость можно пить. Потом не раз видел Михаила Сергеевича с кофе. Он был большим ценителем. Любопытство я не видел смысла сдерживать и поинтересовался, в чём смысл. «Повзрослеешь, поймёшь», — ответил он. Прозвучало как оскорбление. Потом была зима, и знаете, это время года в Санкт-Петербурге особенное. Цвета будто исчезают, всё сереет, и, чтобы не поехать кукухой, приходится прикладывать дополнительные усилия. К примеру, брать на выход что-нибудь горячее. И настроение поднимает, и не так тошно идти по серой холодине. Я и термокружку себе для этого купил. Обычно я варил себе компот бюджетный, экстремальный, с облепихой и лимоном, но иногда хотелось чего-то эдакого, и мой взор падал на кофе. Который я покупал у метро по дешёвке. Летом же и вовсе почти все, с кем я общался, хлестали кофе, ну и я как-то пристрастился.

Что не отменяло моей нелюбви к нему. Я одновременно и страдал от горечи, и получал от этого удовольствие. Михаил Сергеевич иногда делал кофе на меня, и вот его напиток сильно отличался. Горечи почти не было, зато было множество других оттенков вкуса. Не сразу я сообразил, что на восприятие влияет количество звёзд и что чем их больше, тем выше требования к качеству как зерна, так и его заварки.

Это для меня целый новый мир открыло, и стало понятно, почему ценники в некоторых заведениях настолько высокие. Стакан кофе можно было взять как рублей за пятьдесят, так и за тысячу. И там, где за тысячу, куда чаще виднелись ребята с перстнями. Ну да, логично. У аристократов были как деньги, так и высокие запросы. Это важная деталь, потому что в предпоследний день мне захотелось выпить хорошего кофе. В совсем элитные места мне путь заказан. Я предпочитал вообще с аристократами не пересекаться, чтобы не нарываться. Поэтому выбрал место среднего качества, куда и заглянул. Народ здесь сидел, но касса была свободна. Стоял за ней… кхм… Обычно обслуживают миленькие девочки, а тут был молодой парень с закрученными усами. Оригинально.

— Что желаете? — дружелюбно спросил он, хоть и осмотрел меня подозрительно.

— Кофе. Что посоветуете?

— Раф? Латте?

— Не, эту ваниль для неженок оставьте. Мне чистый кофе.

— Эспрессо, воронка, турка? Или, если желаете, капельную кружечку?

— Что за капельная кружечка? — нахмурился я.

Не слышал о таком.

— О, — обрадовался парень, что я спросил, — наша новая услуга. Кофе обрабатывается особым способом, проходит через артефактный заварник путём сложных трансформаций.

— Это… — окинул я прилавок взглядом. — Вот эта штука?

Надо ли говорить, что упоминание артефактов меня крайне заинтересовало?

— Да, именно. Стоит этот способ дороже обычного, но ничего лучшего для раскрытия вкуса человечество ещё не придумало.

Агрегат выглядел как мечта самогонщика. Несколько колб, исписанных рунами. Тёмный ящик посередине. Место, куда засыпали кофе. Размер соответствующий — площадь занимал как кофемашина.

— И сколько стоит?

— Девятьсот девяносто.

— Да вы издеваетесь.

— Так и артефакт стоит… дорого, — смутился парень, когда я на него острый взгляд бросил.

— Делайте. Заинтриговали. И трубочку со сгущёнкой, будьте добры.

Содрали с меня тысячу двести. Мне было физически больно столько отдавать. Лучше бы пару килограмм курицы взял, эх. Придушив жабу и вспомнив первое правило бизнес-коучей, что надо не меньше тратить, а больше зарабатывать, принялся смотреть, как кофе варить будут.

Ну, прикольно. Его смалывали, засыпали, заливали кипяток в одну из ёмкостей, а дальше начинался процесс. Технически ничего такого, основное действо шло на уровне магии.

— Эварницкий? — отвлёк меня чужой голос. — Ты? — послышалось в этом голосе удивление.

Я нехотя обернулся, не желая отвлекаться от процесса экстракции. С трудом узнал парня, что на меня пялился.

— Вербицкий? — нахмурился я. — Как там тебя? А, неважно. Я тут занят.

И отвернулся. Зрелище заваривания кофе мне понравилось. Вот она, магия. Тоже хочу такую штуку сделать, но так с ходу не придумать, что за связка рун используется. А если божественный язык? А если выкатить на рынок свой аппарат, меня не грохнут за попытку отжать кусок рынка? Хотя где я, а где куски рынка.

— Манерам ты так и не научился, — бросил насмешливо Вербицкий.

Тяжело вздохнув, куда тяжелее, чем обычно это делает Михаил Сергеевич, я медленно повернулся.

— Ты с дамой? — Только сейчас я заметил милое создание, что с интересом уставилось на меня. — Леди… — Я заметил, что перстня у неё нет, как и любых других обозначений герба. — Ты что, украл эту девушку? Сколько золота ей пообещал, что она с тобой согласилась пойти?

— Ты за языком-то следи, — процедил он, сжав кулаки.

— А то что? Пожалуешься роду, что тебя обидели?

— А то я потребую дуэли.

— Мне пятнадцать лет. Через год — к твоим услугам. Теперь, будь добр, свали и не мешай мне. Смотреть, как делают кофе, куда интереснее, чем на твою пресную рожу. А ты, милая, — улыбнулся я девушке, — не трать на него время. Он наверняка из боковой ветви. Это значит, что ни денег, ни перспектив у него нет. Всё лучшее детям, как говорится, но главным наследникам. Таким же, как он, объедки.

Обычная злость в его глазах сменилась ненавистью. Не особо впечатляет. Это его род отряд охотников за мной послал, поэтому с Вербицкими мы точно не друзья. В прошлый раз этот паренёк слил про меня информацию. Ну, или его охранник, но не суть. В этот раз тоже доложит, а значит, жди проблем. Могут и попробовать закончить начатое. Так и чего мне с ним вежливым быть? От степени моей грубости итог не меняется.

— Вы всегда такой грубый? — спросил девушка.

Самое ироничное, что в её глазах я не заметил осуждения.

— Ну, милая, — улыбнулся я ещё шире, — я умею быть ласковым. Иногда. И не со всеми. Но с некоторыми…

Мысль я не закончил, но она и так поняла. Никакой угрозы для неё. Исключительно сексуальный подтекст, что как раз с ней могли бы и договориться. Девушка покраснела, отвела взгляд.

Вербицкий, хоть убейте, не помню его имени, это заметил. Бросится, не? Не бросился.

— Через год, — тяжело роняя слова, процедил он. — Сейчас тебя прикрывает возраст, трус, а потом…

— Сказал домашний щеночек, который по лесу только с охраной гуляет, — лениво ответил я. — Всё, Вербицкий. Свали в закат. Самое время бежать жаловаться старшим, какой страшный мир вокруг, как грубы люди.

Я демонстративно отвернулся от него. Был отличный момент, чтобы он ударил, и мне искренне хотелось посмотреть, чем это закончится, но — нет. Молча развернулся и ушёл. Забыв про свою девушку.

— Как насчёт свидания? — улыбнулся я ей ещё разок.

— Вы ведь это предлагаете, чтобы насолить ему, — улыбнулась она в ответ. — А я девушка приличная, такого себе позволить не могу.

— Кому — ему? Я вижу перед собой только красавицу, которую был бы рад угостить кофе.

— Может быть в следующий раз, господин Эварницкий, — изобразила она лёгкую форму реверанса, подходящую для этого места.

Я проводил её взглядом и вернулся наконец-то к заварке кофе, но всё уже было готово.

— Ваш кофе, — ответил бледный бариста.

— И трубочку, — напомнил я.

— Да, простите… — занервничал он.

Нервничал не он один. Точнее, уже не нервничал, но следы испуга присутствовали у второй девушки за прилавком, да и гости изрядно напряглись. Ах вот оно что… Достав кошелёк, почти со слезами на глазах взял двести рублей и закинул в баночку с надписью «коплю на море».

Извиняться не стал. Не по этикету это.

Причина же прозаична. Не просто так одарённому подтвердить свою самостоятельность раньше срока. Предположу, что изначально это сделали, чтобы улаживать всякие ситуации, подобные моей. Когда остался один наследник, он несовершеннолетний, а дела рода улаживать надо. Но… В общем. Своё первое заклинание я освоил в двенадцать лет. Сам. Чем может владеть тот же Вербицкий, которому на вид лет шестнадцать-семнадцать… Да, к примеру, огненным шаром. И что будет, если его переклинит, да в общественном месте — хороший вопрос. Маловероятное событие, конечно. Но не когда встречаются два подростка-аристократа, один из которых доводит второго до ненависти. Мог ведь и не сдержаться.

Пугают одарённые обычных смертных. Ох как пугают, и этот страх въелся в тело за века естественного отбора.

Кофе я оценил. Отличный. Трубочка подкачала. Сгущёнки добавили маловато, на мой скромный вкус. Не став искушать судьбу, я ещё немного прогулялся, добил кофе да отправился домой.

***

Неожиданным образом окольными путями я познакомился с миром подпольных боев.

Внезапное изменение истории, не правда ли? Бои, подпольные, откуда они взялись? Ничего такого, просто это моя история, и я, будучи верным сыном своего отца, Великого Сказителя, не хочу заострять внимание на вещах банальных, интереса не представляющих.

Что весёлого в том, чтобы вернуться в колледж и увидеть своих повзрослевших одноклассников? Теперь в их разговорах куда чаще упоминались девчонки. Других изменений они старались избегать. Не было нового и в учёбе, и в наших с Дороховым отношениях. Я так и продолжил помогать ему в лаборатории, а по выходным гонять в квартал мастеров с ночёвкой. Про регулярные неприятности в моей жизни и вовсе молчу. При желании я мог бы написать диссертацию на тему: как подраться с таджиками, стоя в очереди за шавермой. Питер такой Питер.

Нехватка денег тоже никуда не ушла. Пусть я и не бегал наскипидаренный, пусть и рвался опять в клуб, здраво опасаясь, что мне там жаркую встречу приготовят, с несовместимостью жизни, но над тем, где разжиться деньжатам, задумывался регулярно. Идея создать здесь чудо-кофемашину или любой другой артефакт разбивалась о суровую действительность: продавать свои изделия можно только начиная с официально подтверждённого ранга подмастерья.

Втянувшись в учебную рутину, я занялся поисками новой школы боевых искусств. Возвращаться в прежнему не захотелось. В городе подобных школ десятки, а то и сотни. Для одарённого риск поучаствовать в боях всегда выше среднего, на любом из уровней, поэтому спроса на освоение соответствующих навыков хватало. Там, где спрос, там и предложение, но не всё так просто.

Поварившись в большом городе и посмотрев, как тут жизнь устроена, я стал куда лучше понимать, что почём и почему, например, римская классификация одарённых начинается аж с пятой чакры, с открытия Голоса. Все, кто до этого уровня, никак не обозначались. Дворянство тоже с этого уровня не просто так давали. Получалось, что есть несколько границ. Первая — это в принципе стать одарённым и получить ограниченные права. Вторая — это выйти за рамки слабого одарённого, которые находились на уровне пятых звёзд первых четырёх чакр. Банально из-за цен и возможности шагнуть за эту границу. Среди простолюдинов те, кто переходил за эту черту, считались выдающимися талантами.

Я их хорошо понимал. Для сравнения, я, живя рядом с аномалией третьего ранга, смог взять планку двух четвёртых звёзд. Мои одноклассники, которых в школу привозили на дорогих машинах, пусть и родители, а не личные шофёры, чьё обучение стоило пятьдесят тысяч в месяц или четыреста пятьдесят в год, в свои пятнадцать лет соперничали за то, чтобы к шестнадцати годам, повторить этот успех, то есть взять хотя бы одну четвёртую звезду. Хотя бы. На это рассчитывали самые пробивные и талантливые. Из детей, которые планировали работать артефакторами, то есть выбрали магическое направление, где звезды обязательны. Я со своими двадцатью звёздами был подобен богу среди них.

Так вот. Школы боевых искусств. Существовало как минимум четыре области, в рамках которых специализировались школы. Первая — для обычных смертных, у которых немного звёзд. Вторая — для талантливых простолюдинов, которые стремятся к верхней планке в районе пятых звёзд. Третья — школы для аристократов, которые просто хотят подтянуть свои навыки. Ну и финальная, мне недоступная, — это всякие закрытые элитные заведения, где непонятно кого готовят, но подозреваю, что оттуда настоящие машины смерти выпускаются.

Последний вариант мне недоступен, потому что я и знать не знаю, где такие места расположены. Про них лишь слухи гуляют. Третий вариант — сунуться к аристо, это гарантированно в моём случае навесить себе на спину десяток мишеней. Остаётся третий вариант. Для талантливых.

К вопросу я подошёл основательно. Опыт прошлого года послужил точкой отсчёта. С десяток школ лично посетил, посмотрел, как там процесс поставлен и кто тренируется.

Кто — один из ключевых моментов. Причина всё та же. Звезды и коэффициенты. Я со своими шестью звёздами спокойно могу выйти против талантливого рукопашника старше меня года на четыре, у которого три звезды, и буду валять его, как мне вздумается. Поэтому мне нужны такие же талантливые соперники с пятью-шестью звёздами. Талантища по меркам простолюдинов. И обыденность по меркам аристократии.

В итоге я выбрал для себя оптимальный вариант по соотношению качества, цены и времени на дорогу. Сорок, блин, тысяч за обучение в месяц. Это ещё со скидкой, за шестую звезду в пятнадцать лет и наличие боевых навыков, а также за вопросы, готов ли я поучаствовать в соревнованиях. Вздохнув, я согласился. Времени на это нет, но это тот случай, когда надо. Победы на соревнованиях будут плюсиком при поступлении в институт. Спасибо влиянию Рима и тому, что бог-император любил подобные развлечения.

Может показаться, что предложить выступать новичку от имени школы — это удача, и тогда, спрашивается, что это за проклятия такие, раз мне так хорошо живётся. Поспешу успокоить. Во-первых, меня, перед тем как принять, провели через несколько боев, где я и доказал, что чего-то стою. Во-вторых, соревнования — это целая индустрия, со своими ставками и тёмной стороной. Меня взяли как мясо, чтобы выставлять в нужный момент и помогать главным ученикам. Ну да ладно. Я это расценивал как полезный опыт.

С попаданием в подпольный мир боевых искусств мне помог собрат, ученик по клубу, Кирилл Рогов.

Парень он был что надо. Семнадцать лет, через год собирался поступать на военную службу. Без всяких сомнений, талант. Причём талант сильно выше среднего, потому что из семьи он был, как я понял, небогатой. Это легко читалось по его поведению, дешёвой одежде с потёртостями, поездкам на метро. Часть других учеников на машинах с личными водителями забирали, поэтому на фоне них он смотрелся бледно. Прямо как я. Тем не менее если бы кто-то захотел написать книгу, то Кирилл Рогов идеально подошёл бы на роль главного героя. Идеальный кандидат. Бедный, но старательный, своим трудом пробивающий себе путь наверх. У него так же была шестая звезда в первой чакре, как и у меня, поэтому с первого же дня нас стали ставить вместе в спарринг. С целью использовать меня как грушу в основном. Это я мечом махать мастер, а вот в рукопашке… Будь ты хоть трижды талантом, но время решает. Рогов начал заниматься с четырёх лет, и сейчас ему семнадцать. Я занимаюсь второй год, и сейчас мне пятнадцать. В прошлой жизни я боевые искусства не изучал. Убегать от зверей в лесу тоже тайны боевых искусств не откроет. Скромничать не буду, талант у меня имелся. Который хорошо ложился на приличный опыт за спиной и взрослое сознание. Знания я усваивал если не моментально, то достаточно быстро, чтобы считаться талантливым. Проблема в том, что Рогов тоже был талантом не хуже меня и… Ну, время. Оно решает. Что тут говорить.

Но речь не об этом. Мои проклятия работали без выходных. Появление ещё одной «шестёрки», ещё и с пятёркой во второй, резко настроило этого таланта против меня. Особенно он обиделся, когда я его подловил и в нокаут отправил в первый же день. Так он решил, что я плохой человек, не понявший, что скромнее надо быть, с уважением к спарринг-партнёрам относиться.

Привело это к в чём-то ожидаемым последствиям. На следующей тренировке он вёл себя как ни в чём не бывало, а на выходе вместе с двумя друзьями решил меня подловить.

— Эй! — окликнул он меня, когда я вышел. — Разговор есть.

— В любви решил признаться? Я по девчонкам, тебе ничего не светит.

Готов признать, что в половине неприятностей я сам усугублял и нарывался. Но такой уж я человек. Не самый приятный.

— Что за банальность? — смерил он меня взглядом. — Слушай, аристократик. Мне плевать, что у тебя есть герб. Раз такой особенный, то и вали в школу для тех, кто родился с золотой ложкой в жопе.

— Фу, какая банальность, — передразнил я его. — Ладно, педики, — скинул я сумку на землю. — Не уверен, что вы об этом пожалеете, но повеселимся мы точно…

«Насколько ты хорош в уличной драке, Рогов?» — подумал я, подавшись вперёд, схватив его за грудки и ударив лбом в лицо.

К такому он был не готов. Как и к тому, что я ему зуб выбью. Он отшатнулся, вытаращился на меня, сплюнул на руку себе, увидел зуб, языком дырку тоже нащупал и взревел.

— Да ты знаешь, сколько зуб вставить стоит?!

Вместо ответа я ударил ему по яйцам. Не, а чего он в уличной драке болтает? Ещё и трое против одного. Неужто всерьёз думали, что я буду играть по правилам?

Парни растерялись, получили люлей, а потом чего-то озверели, и люлей получил я. Озверев в ответ, начал биться совсем уж отчаянно. Закончилось тем, что нас вышел разнимать сам мастер школы, придавив каким-то заклинанием. Рогов в бою ещё и куртку порвал да штаны извалял. Я не лучше был, но к вещам относился проще. Для него же это стало ударом, и уровень ненависти взлетел до небес. Иронично то, что это переросло не в смертоубийство, а в совместную работу. На следующем занятии в раздевалке, которая здесь довольно крупная, в несколько рядов, поэтому вполне можно оставаться незаметными друг для друга, я услышал, как Рогов со своими дружками обсуждает как раз бои без правил и как он собирается выйти, чтобы заработать денег.

Крайне заинтересованный, я направил к ним.

— Эй, хлопчики, — позвал я в манере самого Рогова, который зуб себе так и не вставил. — А что за бои? Я тоже хочу. Как туда попасть?

— Да пошёл ты нахер! — возмутился парень.

Его дружок заржал и заметил:

— Ты сам к нему полез, Рог. Чего психуешь-то?

— Вот-вот, — покивал я. — Так что там? Деньги платят? Много? А то я прямо как Рогов. Тоже нищ, как мышь.

— А духу-то хватит? — решил поддеть меня парень. — Нищий аристократик, — добавил он презрительно. — Сам ищи, где проходят. А потом договаривайся и подбирай артефакты.

— Что ещё за артефакты? — оживился я.

— Всё, отвали, — отмахнулся он, подхватил сумку и свалил, толкнув меня плечом.

— Так это, — ответил мне другой парень, на которого я уставился, — Не обычный мордобой. Есть разные форматы. С заклинаниями, с оружием, с артефактами. У Рога есть кое-что от отца, он участвовал уже, раз денег поднял, но травму получил и восстанавливался долго.

— Лю-бо-пыт-но… — протянул я. — То есть Рог не в курсе, что я на артефактора учусь и могу помочь с этим? Ну, он не самый умный парень.

— Так ты артефактор? — удивился парень.

— Начинающий, но кое-что могу. Расскажете, что там по чём?

Так я и узнал о теневой стороне жизни в северной столице, вскоре окунувшись в неё с головой.