Купец XII ранга

Глава 1

Честно говоря, я был морально готов к тому, что на свадьбе произойдёт что-то неприятное.

Очередной теракт англичан или безрассудная атака отчаявшихся чиновников – неважно что. Но императрица сумела меня удивить.

Она не только создала себе алиби, воссоздав кровавого голема, похожего на канцлера, но и… вернулась в свой родной мир.

И это я молчу про сорванную свадьбу и умирающего у меня на руках Императора!

Но, как бы то ни было, присутствия духа я не потерял.

В медицине есть такое понятие, как «Золотой час» – время с момента получения травмы, когда можно более эффективно оказать помощь пострадавшему.

Я же для себя сформировал понятие «Золотая минута» – те самые шестьдесят секунд после любого неожиданного события, которые могут помочь спасти ситуацию.

За это время можно или увеличить панику, или сместить фокус внимания на что-нибудь другое. Как правило, на неких врагов.

— Беги к Ангелине и Марии, — шепнул я Айше и, убедившись, что девушка, хоть и на негнущихся ногах, но пошла к выходу, занялся Императором.

— Александр, ты как?

— Паршиво, Макс, — просипел Император, цепляясь за меня из последних сил. — Дай Кубок… Назначу тебя… Десницей… Перед смертью…

— Отставить умирать, — рыкнул я, поддерживая Императора так, чтобы со стороны казалось, что он уверенно стоит на ногах. — Сейчас всё поправим! Скаут!

— Здесь, шеф! — прогудел огненный ифрит, появляясь за спиной Императора. — Ого! Тяжёлый случай!

«Виш, это проклятье Малефика или яд?», — бросил я, наблюдая за тем, как Скаут внимательно изучает Императора.

— И то и другое, Макс, — фамильяр перелетел с моего плеча на голову Императора и сосредоточенно формировал диагностические конструкты. — Сначала она его отравила, затем вытянула бóльшую часть жизненной силы.

«Чтобы получилось достоверная смерть?».

— Именно.

«Что мы можем сделать?».

— Как обычно, — дёрнул крылом Виш. — Выжечь яд и поделиться силой. Точнее наоборот. Если Скаут начнёт выжигать яд, Александр умрёт. Для начала нужно восполнить жизненную энергию.

«Истинный огонь подойдёт?»

— Попробуй, но я сомневаюсь. Слишком сильно она его выпила. Ты можешь поделиться с ним половиной жизненной силы, но не уверен, что будет хоть какой-то эффект.

«Жизненной силой, говоришь?».

Как часто бывает во время форс-мажора, мой мозг начал работать на полную катушку, и я словно попал в поток. Это не было озарение в его привычном понимании, но я внезапно понял, что именно нужно делать.

— Скаут, жди подходящего момента, — приказал я.

— Принял, шеф!

— Друзья! — мой голос разнёсся по всей арене. — Вы все видели прокля́того Малефика, который решил, что сможет одним ударом лишить Империю лучших её представителей!

Трибуны притихли, с жадностью ловя каждое моё слово.

— Но это был отвлекающий манёвр! — не переставая говорить, я бросил мысленный клич Скауту. — Истинной целью Малефика был… Император!

Я подвёл Александра к краю балкона, и зрители увидели едва стоя́щего на ногах старика – тень былого Императора.

И даже замерший за Александром ифрит не спасал ситуацию. Было видно, что Император держится из последних сил.

— Более того, Малефику удалось удрать, и, как вы все видели, Императрица бросилась за ним вслед.

В данный момент лишь три человека знали, что произошло на самом деле, и я решил не выносить сор из Императорской избы.

— Уверен, она выбьет из Малефика противоядие, но боюсь… что Мария Александровна не успеет!

Я прямо-таки физически почувствовал затянувшие Колизей тревогу и волнение за Императора. Всё-таки Александр был действительно выдающимся человеком, и подданные его и вправду любили.

— Единственное, что мы можем сделать, друзья – поделиться с Императором частичкой своего здоровья. Частичкой своей жизненной силы!

После моих слов в Колизее воцарилась мёртвая тишина. И я даже понимал замерших на трибунах людей. Кто в здравом уме захочет отдавать часть своего здоровья для другого человека?

И ладно ещё, если это близкий родственник, но Император, у которого и так, по идее, всё хорошо…

— Его Величество – не просто Император, он отец всем своим подданным! И даже сейчас он держится исключительно на силе воли, не желая оставлять Империю на пороге мировой войны!

— Что нам сделать, Макс? — голос Камнева прокатился по трибунам, и я мысленно поблагодарил друга за его своевременную поддержку.

«Виш?».

— Пусть желают здоровья, — буркнул дракончик, создавая целую вязь из конструктов. — Попробую уловить хоть что-то.

— Всё просто, друзья! — я обвёл взглядом трибуны. — Откройте ваше сердце и пожелайте Его Императорскому Величеству здоровья!

И, сам подавая пример, начал задавать ритм.

— Здоровья! Императору! Александру!

— Здоровья… Императору… Александру…

— Здоровья… Императору… Александру!

С каждой новой волной пожеланий, я чувствовал, как у меня по спине пробегают мурашки размером с кулак. Одарённые и простые имперцы не просто раз за раз повторяли здравницу Императора, они вкладывали в слова частицу своей души.

— Отлично, Макс! — воспрянул духом Виш. — Хороший поток! Ещё хотя бы пару минут!

— Здоровья… Императору… Александру!

Я и сам не просто говорил, а с каждым словом щедро делился энергией с Императором.

И пусть после каждой фразы мне становилось всё тяжелей – усталость накатывала невидимыми, но ощутимыми волнами – я продолжал повторять эту… мантру.

— Здоровья… Императору… Александру!

На меня нахлынуло непередаваемое чувство единения и… ностальгия.

Я ощутил себя на стадионе, который громогласно поддерживает свою команду. В памяти сразу же всплыло воспоминание единственного футбольного матча, на котором я был лично, и ради которого заранее сделал карту болельщика.

Это был май, финал кубка России, в котором Спартак выиграл Динамо со счётом два:один.

Ночное небо… Редкие софиты, освещающие поле… Тысячи огоньков… И песня Максим. И мы, стоящие на трибунах болельщики, которые со слезами на глазах орали песню вместе с певицей.

Именно в тот момент я понял, что энергия и энергетика – это не нечто эфемерное, это реальные вещи.

Сейчас же, раз за разом желая здоровья Императору, я почувствовал, как огромная волна энергии захлёстывает меня с головой, чуть ли не сбивая с ног.

И эта мантра – Здоровья… Императору… Александру! – была настолько гармоничная, настолько правильная, настолько… воодушевляющая, что я был готов воспарить в небеса.

Лишь какой-то неприятный писк на краю сознания мешал погрузиться в эту эйфорию и с головой отдаться чувству полёта.

— Макс… Достаточно… Хватит… Ма-а-акс!

В себя меня привёл разбившийся об лоб Огненный шар и вспыхнувший вокруг Огненный щит, обновивший в пассивном режиме ментальную защиту.

— Хватит, Макс! — проревел Виш, по чешуе которого ручьями тёк… пот?! — Ещё немного и его тело не выдержит!

И действительно, Император, схватившись за край балкона, рычал от боли сквозь стиснутые зубы. Из него во все стороны били лучи энергии, которые мешали Скауту выжечь яд.

— Здоровья! — я слегка изменил интонацию, постепенно замедляя массовую мантру.

— Императору… — одновременно с этим я понизил голос, пытаясь вывести трибуны из состояния спонтанной массовой медитации.

— Александру! — Последний выкрик был специально несколько рванный, сбивающий с пойманного ритма. — Всё!

Какое бы усиление голоса у меня ни было, я прекрасно понимал, что одному человеку не по силам тормознуть многотысячную толпу одарённых, слившихся в массовом экстазе.

Поэтому пришлось прибегать к помощи слов.

— Всё, друзья, хватит! Посмотрите на Его Величество!

Император, скривившись от боли, вскинул в воздух сжатый кулак, и трибуны взорвались овациями.

Александр не просто вернул свой прежний вид, он как будто светился изнутри, а вокруг его головы возник самый настоящий нимб.

— Скаут, действуй! — бросил Виш, виртуозно работая своими конструктами. — Макс, Кубок!

Я бросился за артефактом и почтительно протянул его Императору. Александр сделал крупный глоток и… выдохнул из себя десятиметровую огненную струю!

Трибуны вновь взорвались, и Александр, не обращая внимания на стоя́щего у него за спиной ифрита, благодарно кивнул.

— Благодарю!

Казалось бы, одно слово, но в него было вложено столько эмоций, что я сам не заметил, как у меня на глазах проступили слёзы.

— Вот теперь точно знаю, — с каждым произнесённым словом, голос Александр креп всё больше. — Что Империя устоит. Потому что Империя – это не законы или территория. Это – люди. Вы и есть Империя!

— Слава Императору! — заорал Камнев, и его поддержали сначала военные, а затем и остальные одарённые.

— Слава Империи! — ответил Александр. — И я, пользуясь случаем, назначаю Макса Огнева-Пылаева-Пожарского, десницей Империи! Империя превыше всего!

С этими словами он протянул мне Кубок и испытывающе посмотрел в глаза.

— Империя превыше всего! — машинально отозвался я, принимая Кубок.

— Поприветствуем десницу!

Трибуны взорвались аплодисментами, и я, на глазах у всего Колизея, сделал из Кубка широкий глоток.

— Ой дурак… — Виш схватился лапами за голову. — Род, Макс! Род превыше всего!

«Без Империи не будет и моего рода, Виш, — мысленно возразил я. — Судьба Пожарских тесно переплетена с Российской Империей».

Это были не просто слова, это было появившееся внутри ощущение, слово сейчас моими устами говорил весь род.

— Ну и зря, — дракончик, развеяв все конструкты, перелетел мне на плечо. — Ты только что привязал себя к этому миру, Макс.

«Я сделал это задолго до этого, — не согласился я. — Ещё в тот момент, когда разделил ложе с Виолеттой».

— Твой выбор, — вздохнул фамильяр. — И тебе с ним жить.

— Готово! — прервал наш мысленный диалог Скаут. — Пришлось непросто, но я справился, шеф!

— Молодец, Скаут, — похвалил я ифрита. — Останешься с Императором до тех пор, пока мы не найдём императрицу.

— Вот об этом я и хотел с тобой поговорить, Макс, — произнёс Александр, от которого не укрылась наша со Скаутом беседа.

— Слушаю.

Я посмотрел на Императора, раздумывая, какое решение он примет насчёт предательства своей жены.

— Один момент, — кивнул Александр и повернулся к трибунам.

— А теперь… Да будет пир! — провозгласил Император. — Приглашаем всех в парк и ресторанный комплекс Колизея. Оставим молодожёнов одних!

Трибуны одобрительно заревели, поддерживая слова Императора.

Я же смотрел на гостей и понимал – практически все приглашённые на свадьбу разумные были искренне рады, что нам удалось спасти Александра.

А ведь он должен был умереть. И если бы не синхронный искренний порыв тысяч одарённых, Малефик обезглавил бы Империю. И ничто бы не помогло. Ни Кубок Огня, ни Книга Света, ни вся моя Золотая магия.

Не делать же, в конце концов, из Императора золотого голема?

— А что это мысль, — буркнул Виш, который до сих пор дулся на меня.

— Макс, — Александр смотрел, как сотни слуг провожают гостей к накрытым за границами Колизея накрытым столам. — Ты понял, кто она такая?

— Она – Малефик, Александр, — ответил я. — Думаю, ты и сам это понял.

Как десница, я имел право обращаться к Императору по имени, и другое обращение Алекандр бы не принял. Тем более после того, как я в очередной раз спас ему жизнь.

— Понял, — скривился Император. — Я ведь не зря принёс обелиск к тебе на свадьбу.

— Хотел проверить? — понимающе кивнул я.

— И проверил, — подтвердил Император. — Вот только я не учёл, что не смогу оказать сопротивления её магии, и что она уйдёт в свой мир.

— Уйдёт… — я посмотрел на переливающийся всеми цветами радуги обелиск, — чтобы вернуться?

— Скорей всего, — поморщился Император и указал на покрасневшее небо. — И нам с тобой нужно ей помешать.

— Внимание! — вторя словам Александра, завибрировал висящий у меня на шее амулет. — Внеочередное задание! Уничтожить Алмазный обелиск и Хрустальный мост до появления зенита алого парада и… вторжения песьеголовых!

Глава 2

Насколько я помнил с Храмовых лекций, высота Алмазного обелиска должна была быть около десяти метров. Эта же стела едва ли достигала мне груди.

Впрочем, здравый смысл подсказывал, что может быть два обелиска. Эдакие основы для Хрустального моста.

Что касается самого Хрустального моста, то тут все было понятно.

Это Прокол, единственное отличие которого от классических Проколов в том, что он ведет в соседний мир, а не в населенный монстрами осколок.

С алым парадом тоже все было вроде как ясно. Это как парад планет, но только вместо планет мы имеем покрасневшее небо.

Знать бы ещё, из-за чего такие спецэффекты?

Хотя, учитывая, что к созданию межмирного Прокола приложил руку Малефик, есть у меня идейка, что все дело в многочисленных кровавых ритуалах.

Все эти вопросы пронеслись в моей голове словно вихрь, да так и опали осенней листвой, не пройдя проверку важности.

Да, было интересно проверить, прав я или нет, но сейчас это было совершенно неважно. Важно было другое.

— Сколько у нас времени?

— Хороший вопрос, — кивнул Александр, наблюдая, как приглашенные на свадьбу одаренные неспешно покидают Колизей. — Представь, что твой род живет исключительно ради одной цели…

— Найти чертов Алмазный обелиск и создать Хрустальный мост, — кивнул я.

— Да, — Александр скользнул взглядом по стеле, переливающейся всеми цветами радуги. — И не забудь, что в деле замешаны песьеголовые, которые стремятся всеми правдами и неправдами соединить наши миры, чтобы продолжить экспансию своей империи.

— И наличие в правящем роду того мира как минимум нескольких Оракулов, — вздохнул я.

— Вот и подумай, — горько усмехнулся Александр, — сколько у нас есть времени.

— Не думаю, что все так плохо, — проворчал Виш. — Не сто́ит сбрасывать со счетов бюрократию и внутренние склоки правящих элит.

— Вряд ли псы держат наготове стотысячную армию, — продублировал я слова фамильяра. — Это дорого.

— На это и есть вся надежда, — согласился Император. — Мне жаль, Макс, что все получилось именно так. Я забрал обелиск из Чащобы, чтобы держать ситуацию под контролем, но… что-то пошло не так.

— Как сказать, — не согласился я. — Уж лучше встречать гостей на своих условиях, чем дать им возможность превратить Чащобу в свой плацдарм.

— Вот и я так подумал, — кивнул Император. — Твои гвардейцы помогут?

— Обижаете, Ваше Императорское Величество! — усмехнулся я. — Демидов тоже в деле?

— Все это время он был в столице по моей просьбе, — кивнул Александр. — Если кто и сможет принять на себя первый удар псов и Линды, то только Императорская гвардия.

— И небольшая армия ифритов, — усмехнулся я, отправляя мысленный вызов Лидеру.

— И боевые группы ТМГ, — прогудел замерший в дверях Камнев. — Вы позволите?

— Проходи, Дмитрий и вы, Сергей Геннадьевич, — Император даже не посмотрел на Камнева и зашедшего следом Галицина. — У нас не так много времени, чтобы организовать псам горячий прием, и единственное, о чем я жалею, что это случится чуть ли не в центре столицы. Как будто нам было мало кракена.

— Наоборот, Ваше Императорское Величество, — прогудел Камнев. — Колизей – лучшее место для встречи незваных гостей.

— Подтверждаю, — кивнул Галицин.

— Твой ближник в курсе, с кем нам придётся иметь дело? — Александр покосился на меня.

— Дмитрий – Привратник, а я его первый номер, — улыбнулся я. — Он знает практически столько же, сколько знаю я.

— Хорошо, — если Александр и остался недоволен моим ответом, то внешне он этого никак не показал. — Тогда вы должны знать, как действуют песьеголовые. И вы, Сергей Генадьевич.

— Все, что мы знаем, — задумался я, — это наличие у них сильных Магов Смерти и Малефиков. Мне довелось сражаться с одним из них, и это было… непросто.

— Некроманты – это проблема, — подтвердил Император. — Как и малефики, как и шаманы псов. Но самая большая проблема – это их армия.

— Зооморфы? — покивал я. — Поди ещё сильнее обычных людей.

— В разы, — кивнул Император. — Их рост варьируется от двух метров до двух с половиной. Силы в четыре раза больше, чем у человека. Реакция в два раза быстрее. Идеальные Воины.

— Они тоже одаренные? — затаив дыхание, уточнил я.

От ответа на этот вопрос зависело очень многое.

— Есть и такие, — вздохнул Император. — Но, в основном, как я понял из обрывков виде́ний, это офицеры.

— Добрая весть! — выдохнул я. — Значит, у нас есть шансы.

— Шансы есть всегда, — прогудел Камнев. — Особенно в Колизее. На трибунах мы разместим стрелков при поддержке Инженеров и Магов. А наши Воины и отряды ТМГ встретят их на выходе из портала!

— Гвардия при поддержке армейцев не даст им высунуть из портала нос! — поддержал Воина Галицин.

— Особенность Алмазного обелиска – плавающая точка выхода, — поморщился Император. — Обычно псы используют кровавые жертвоприношения, чтобы открыть фиксированный портал, но в нашем случае точек выхода будет много.

— Есть информация по диаметру портального покрытия?

— Около километра, — отозвался Александр. — Из того, что я помню.

— Плюс-минус площадь арены, — прогудел Камнев. — Макс, можно использовать вариант номер пять.

— Лабиринт? — протянул я, обдумывая предложением Дмитрия. — Можно, но я сомневаюсь, что псы будут послушно ходить вдоль деревянных стен, которые мы используем для турниров.

— Мы с братом поднимем гранитные стены.

— Дам в помощь Магов, работающих с Землей, — подхватил Галицин. — Ну а Ликвидаторы помогут выбить шаманов и некромантов.

— Может сработать, — кивнул Император. — Но это ещё не все. Из того, что я видел, песьеголовым не чужда тактика и стратегия. Они успешно действуют как в малых группах, так называемых декуриях, так и в составе центурий и манипул.

— Другими словами, — протянул я, — им без разницы, где сражаться, в открытом поле или в лабиринте.

— Именно, Макс. И первым делом они строят укреплённый лагерь.

— Каструм, да? — криво усмехнулся я. — Прям римскими легионами повеяло.

— Легион – это плохо, — поморщился Галицин.

— Плевать, — отмахнулся Камнев. — Имперская армия – сильнейшая в мире. Мы играючи их разобьем.

— Не сто́ит недооценивать противника, Дмитрий.

— Мы справимся, — нахмурился Воин, не желая уступать Галицину.

— Обязательно, — пресек все споры Император. — Но для этого нужно поспешить. Макс, ты сможешь призвать огненных духов?

— Так точно! — отрапортовал я, посылая ментальный призыв Огненному Лидеру.

Пространство около меня разрезала огненная нить, и из открывшегося портала появились Лидер и Штурм.

— Сотни ифритов готовы выступить по первому вашему зову, шеф! — заявил Лидер, а довольный Штурм согласно кивнул.

— Мы готовы, Александр!

— Занимайте центр арены, — Император показал на центр Колизея, где, рядом со свадебной аркой сиял алмазный обелиск. — Я хочу, чтобы все вокруг обелиска было залито огнём.

— Сделаем! — заверил я Александра.

— Барон Камнев-Пылаев, — Император повернулся к Дмитрию. — Поднимайте свои гранитные стены. Они не должны дойти до трибун.

— Займусь немедленно, Ваше Императорское Величество! — Камнев, исполнив воинское приветствие, вышел на балкон и, перемахнув через его край, грузно приземлился на горячий песок арены.

— Граф, — Александр бросил взгляд на Галицина. — принимайте командование над Императорской гвардией, включая Воинов Пожарских и Демидовых.

— Уже занимаюсь, Ваше Величество, — Галицин продемонстрировал переговорный амулет.

— И не забудьте про Ликвидаторов.

— Василий уже проводит инструктаж своим бойцам, — отрапортовал Галицин. — Ваше Величество, что насчет города? Вдруг эти твари сумеют прорвать наш заслон, или радиус портального периметра окажется шире?

У меня в голове тут же нарисовалась абсурдная картина, где у периметра есть радиус, и он пытается быть шире, чем есть на самом деле.

Но Император графа понял.

— Поручите это кому-нибудь, — вздохнул Александр. — Той же Огненной страже Пожарских. И вообще, сколько мы ещё будем тянуть с назначением главы СИБ?

— Думаю, — улыбнулся я, — этот вопрос решится в ближайшее время.

— Ты что-то знаешь? — нахмурился Император.

— Шуйский сам все объяснит, — усмехнулся я. — Осталось только отправить ему весточку.

— Обойдемся без прелюдий.

Мы синхронно обернулись на прозвучавший от дверей голос.

— Алексей Петрович, — поклонился я и не думая скрывать появившуюся на лице улыбку. — Вы, как всегда, держите руку на пульсе!

— Князь, — Галицин отвесил официальный поклон и незаметно подмигнул Шуйскому. — Какая неожиданность.

Камнев молча кивнул, а вот Император уставился на Шуйского, как на привидение.

— Ах ты старый лис! — крикнул он. — Всех обвел вокруг пальца!

— Сами понимаете, почему пришлось так поступить, — дернул щекой Шуйский.

— Понимаю, — взгляд Александра стал жестким. — Империя в опасности, Алексей Петрович. Даю вам карт-бланш. Вы в курсе случившегося?

— В общих чертах, — кивнул Шуйский, проходя в Императорскую ложу. — Как я понимаю, вы планировали встретить армию вторжения здесь?

— Все верно, Алексей Петрович, — кивнул я, и, наскоро описав план, кивнул на арену. — Вот только непонятно, что делать с обелиском. Что-то мне подсказывает, что его невозможно разрушить.

— А мы попробуем, — прогудел Камнев, сжимая пальцы в кулак.

— Макс прав, это невозможно, — покачал головой Шуйский. — Из того, что я читал в архивах СИБ, Алмазный обелиск неразрушим. В отличие от Хрустального моста.

— Выходит, — в глазах Галицина вспыхнул огонек предвкушения. — Нам нужно дождаться, когда императрица откроет портал…

— Не называйте её так, граф! — прервал Галицина Александр. — Линда недостойна этого титула. И данного ей имени.

— Как скажете, Ваше Величество, — кивнул Галицин.

— Зато теперь ясно, почему у вас, Ваше Величество, до сих пор нет наследника, — бесстрашно протянул Шуйский. — Эта… женщина все это время действовала исключительно в своих интересах.

— Я был слеп, — вдохнул Александр. — И отравлен любовью.

— А в качестве противоядия выступило предательство, — хмыкнул Виш. — Император-то у нас поэт!

«Не время юморить, Виш, — отмахнулся я. — Лучше подскажи, что делать с этим Хрустальным мостом».

— Шуйский сказал верно, — пожал крыльями фамильяр. — Нужно дождаться открытия Прокола, и ударить по силовой нити, которая свяжет два алмазных обелиска.

«И как по ней ударить?».

— Это, Макс, ты должен понять сам, — вздохнул Виш. — Скажу лишь одно, у тебя есть все, чтобы разбить этот Хрустальный мост на тысячи осколков. Или не разбить.

«Опять загадки…».

— Увы, — хмыкнул Виш. — Не я придумал правила этой игры. И даже не Стела.

«А красный парад?», — поинтересовался я, поняв, что больше из Виша не вытянуть ни слова.

— Спроси у Шуйского, — посоветовал фамильяр. — Он должен знать.

— Алексей Петрович, — я посмотрел на главу СИБ. — В Храме нам рассказывали одну иномирную легенду…

— Избранный сможет вернуться назад, — кивнул Шуйский, цитируя легенду, — принеся с собой магии искру.

— Знамением будет алый парад, — подхватил я.

— И свет алмазного обелиска, — закончил князь. — В архивах нет точной информации, но аналитики СИБ считают, что речь идет или о кровавом ритуале, — он покосился на алое небо. — Или о большой войне.

— Или о том и том, — мрачно усмехнулся Император.

— Спорим, в ближайшие несколько часов станет известно от десятках, если не сотнях ритуалов, проведенных в Петербурге?

— Импера… Линда хорошо подготовилась, — кивнул Шуйский. — Но она не смогла бы провернуть такое в одиночку.

— Англичане, — скривился Камнев.

— Куда без них, — кивнул Шуйский. — Но в свои слова о том, что Линда была не одна, я вкладывал… более узкий смысл.

— Конкретный человек при дворе, — процедил Галицин. — Я так и не смог его вычислить. Или её?

— Его, — усмехнулся Шуйский.

— Вы знаете его? — подобрался я.

— Ты его тоже знаешь, Макс, — улыбка Шуйского превратилась в оскал хищника, вставшего на след добычи. — Месяц назад ты развалил его многолетнюю комбинацию.

— Золото? — сразу же смекнул я. — Вы знаете, кто придумал и провернул всю эту схему с «золотым браком»?

— Знаю, Макс, — кивнул Шуйский. — Десять лет назад этот человек занимал должность минцмейстера* Императорского Монетного двора. И этот же человек в данный момент пытается проникнуть в хранилище.

— Идеальный момент, — хмыкнул Виш. — Решил под шумок выгрести всю кассу и свалить!

— Дмитрий, — я бросил на ближника требовательный взгляд. — Старый Монетный двор!

— Зайти он зайдет, — прогудел Камнев, хватаясь за переговорный артефакт. — А вот выйти так просто не выйдет!

— Скажите имя, князь, — Император устал ждать, когда Шуйскому надоест тянуть время. — Кто он?

— О! — Шуйский расплылся в хищной улыбке. — В данный момент в подземном хранилище старого Монетного двора находится один-единственный человек. И это… князь Новиков.

Глава 3

— Новиков? — сказать, что я удивился – ничего не сказать. — Отец Игора и Марии?

— Он самый, — подтвердил Шуйский.

— Сергей Геннадьевич, — я посмотрел на Галицина. — Был бы это обычный чиновник, мы справились бы сами, но тут глава Великого рода. Нужна ваша помощь.

— Считай, она у тебя есть, — кивнул граф.

— Не извольте беспокоиться, — усмехнулся Шуйский. — Мои ребята уже на месте. СИБ займётся Новиковым.

— Все допросы только в присутствии Макса, — отрезал Император. — Это понятно, князь?

— Так точно, Ваше Императорское Величество, — склонился в поклоне Шуйский. — Ах да, наверное, сейчас не лучшее время, но Людвиг тоже у нас.

— В смысле? — опешил я.

— Долго рассказывать, — благодушно улыбнулся Шуйский. — Главное, что стоит знать – Императрица отправила по его душу, если она, конечно, есть у вампира, своего человека. Пришлось срочно выходить на связь со Степаном и спасать вашего вампира.

— Что значит своего человека? — не понял я. — Это какой такой человек может справиться с вампиром?

— Фон Штерн, — кажется, Шуйский задался целью удивить меня на год вперёд.

— Значит так, — Императору наскучила наша беседа. — Мелкие нюансы обсудим позже. Сейчас главное – это сломать Хрустальный мост. Обелиск сияет всё ярче, а это значит одно – войска Линды могут хлынуть на арену в любой момент. Ничего не может быть важнее.

— Боюсь, что это не так, Ваше Величество, — прогудел Галицин, в руках которого едва заметно пульсировал переговорный амулет. — В Австро-Венгрии убит наследник престола. Убийцы – группа огненных ифритов.

— Подтверждаю информацию, — кивнул Шуйский, чей переговорный амулет тоже запульсировал. — Нам только что объявили войну.

— Макс? — тяжёлый взгляд Императора упёрся мне в переносицу.

— Это не мы, Александр, — уверенно ответил я. — Это подстава. Законный повод объявить войну. Сам подумай, зачем мне стрелять себе в ногу? Каждый день мира на вес золота!

— Тогда кто?

— Скорей всего… — начал было я.

— Османы, — закончил Шуйский. — Видимо, Челарбей погиб не просто так. Кто-то из командиров Огненных янычар решил сыграть в свою игру.

— Точнее в игру англичан, — буркнул Галицин. — Ваше Величество, я немедленно убываю на фронт.

— Я с вами! — кивнул Камнев.

— Э, нет, — вмешался я. — Ты, Дмитрий, нужен нам здесь. А с графом есть кому ехать. Багратион, Красновы, Анна, в конце концов.

— Но…

— Никах «но», Дима! — рассердился я. — Пусть военные занимаются военными делами, а мы займёмся нашей спецификой.

— Прокол? — Камнев покосился на сияющий обелиск.

— Он самый.

— Тогда на вас, Макс, Хрустальный мост, — произнёс Император, принимая решение. — Моя гвардия временно переходит под командование барона Камнева-Пылаева. На вас, граф, — взгляд Императора упал на Галицина, — Западный фронт. А на вас, князь… — Александр с сомнением посмотрел на неожиданно появившегося Шуйского.

— С вашего позволения, — вклинился Шуйский, воспользовавшись паузой, — я займусь внутренней безопасностью. Судя по донесениям моих агентов, в Польше вспыхнуло восстание.

— Занимайтесь, — кивнул Император. — А теперь за дело, господа! Наступил переломный момент в истории нашей страны. Или мы, или нас.

— Служим Российской Империи! — синхронно отозвались мы.

— И не забудьте про Новикова, — напомнил Александр, щелчком пальца вызывая адъютанта. — Я хочу узнать, каким образом в хранилище старого Монетного двора оказалось столько золота.

— Будет исполнено, — кивнул Шуйский. — А пока…

— А пока, — перебил его Александр. — Мой кабинет переезжает в эту ложу. За работу, господа!

И мы, переглянувшись, занялись каждый своим делом.

Да, хотелось обсудить случившееся, да, хотелось послушать историю Шуйского и особенно узнать, что произошло с Людвигом. Но цейтнот, в котором мы оказались благодаря Линде, не предполагал поболтушек.

Несмотря на то, что всё навалилось в один момент – и создание Хрустального моста, и объявление войны, и нападение на Людвига, и появление в Хранилище Новикова – необходимо было сохранить рассудок и решать задачи по мере их важности.

И приоритетным было уничтожение Алмазного обелиска.

Галицин умчался на военный совет, Шуйский, как ни в чём не бывало, взялся за управление СИБ, Александр действительно превратил ВИП ложу Колизея в свой рабочий кабинет, ну а мы с Камневым занялись обелиском.

Ну как мы…

Дмитрий, окружив центральную часть арены гранитным лабиринтом, сфокусировался на изучении Алмазного обелиска.

Воин вонзил свой клинок в горячий песок арены и, приняв призрачную форму Привратника, пытался выявить слабые места Хрустального моста. Он то и дело выпускал из своего клинка Огненную волну, которая подсвечивала полупрозрачный силуэт моста.

Императорской гвардией руководил Яков Медведев – тот самый здоровяк, глава отряда авантюристов «Каменные медведи», который одним из первых поверил, что из Чащобы вышел сам Император.

Яков не просто поверил, он дошёл с Александром до столицы, делая всё, чтобы защитить Императора.

Его лояльность привела Воина на должность главы Императорской гвардии, и Яков достаточно грамотно расставлял подчинённых на трибунах, не делая различий между своими бывшими товарищами и родовой гвардией Демидовых и Пожарских.

Что до Императора, то он не просто увеличивал боевые характеристики Воинов одним своим присутствием, но и работал за своим письменным столом, всеми силами стараясь затушить разгорающийся огонь мировой войны.

Его адъютанты летали туда-сюда, как ошпаренные, чуть ли не ежеминутно доставляя зачарованные депеши, содержимое которых нельзя было доверить переговорным амулетам.

Даже Арина, и та вовсю гоняла своих подопечных по лабиринту, отрабатывая тактику боя в условиях круговой обороны.

В общем, со стороны могло показаться, что работали все. Кроме меня.

Моя чуйка не просто подсказывала, она вопила во всё горло – когда тебя намеренно толкают в цейтнот, нужно сделать всё наоборот. Не бросаться сломя голову в самую гущу событий, а подумать.

Поэтому я сидел, прислонившись спиной к обелиску, смотрел на краснеющее небо и думал.

Думал под аккомпанемент звенящих слов Стелы, которые раз за разом прокручивались у меня в голове:

«Внимание! Внеочередное задание! Уничтожить Алмазный обелиск и Хрустальный мост до появления зенита алого парада и… вторжения песьеголовых!».

Казалось бы, что тут думать, бей себе всеми плетениями подряд до тех пор, пока обелиск не пойдёт трещинами, но я понимал – это тупиковый путь.

Линда неслучайно подстроила всё так, чтобы проблемы навалились на нас всем скопом.

Да, пока у меня нет доказательств, но я на 99% уверен, что не обошлось без англичан и амбассадоров песьеголовых. Заодно стало понятно, почему война вспыхнула именно сейчас.

Вышел эдакий двойной удар – сразу две точки напряжения. Одна на фронте, вторая в тылу.

— Вообще-то больше, — вмешался Виш. — Ты забываешь про восстание в Польше, волнения в столице и в крупнейших городах Империи и задержание князя Новикова. Про Новую Византию и кракена и вовсе молчу.

«Всё идёт, как по нотам, — вынужденно признал я. — Как будто кто-то разыгрывает… шахматную партию».

— И мы даже знаем, кто, — кивнул Виш.

«Наше внимание пытаются распылить на множество направлений, — я продолжил понравившуюся мне мысль. — И главное сейчас… понять, что является самым важным!».

— Это очевидно, Макс, — Виш кинул неприязненный взгляд на сияющий обелиск. — Тебе даже Стела прямым текстом сказала, что нужно делать.

«Это понятно, — отмахнулся я. — Но является ли это главным? Что, если… Что, если те, кто стоит за Линдой, этого и ждут?».

— Зачем им это? — не понял Виш. — Цель псов – захватить этот мир, Макс.

«Не знаю, Виш, — я с сожалением покачал головой, — не могу понять. Может, среди песьеголовых тоже нет единства? Кто-то хочет продолжить экспансию, а кто-то стремится к тому, чтобы этого не допустить?».

— Чтобы что, Макс? — нахмурился Виш. — Всегда в основе любых поступков лежит намерение. Зачем песьеголовым нужна экспансия, понятно. Для чего англичане устраивают теракты и развязывают войны, тоже понятно.

«Мда? И для чего же».

— У псов постоянная экспансия – единственная возможность поддерживать их экономическую модель, — пожал плечами Виш. — Содержание легионов, логистика, рабский труд. Они как акулы. Остановятся – умрут.

«Хорошая аналогия, — кивнул я. — Что насчёт англичан?».

— Тут ещё легче, — хмыкнул Виш. — Они живут на крохотном острове. У них практически нет своих ресурсов. Основа их богатства – колонии. Основа их влияния – флот и денежные потоки. Основа их могущества – одна из лучших разведок мира. Если они закроются на своём острове, то просто исчезнут.

«Ты их что, оправдываешь?».

— Да мне по большому счёту плевать на всех человеков, — хмыкнул Виш. — Но раз уж я выбрал сторону, то нет, не оправдываю. Объясняю, почему то, что для тебя является злом, для кого-то просто задача.

«Призвать кракена, который уничтожит сотни тысяч людей – это просто задача? Убить наследника Австро-Венгрии так, чтобы весь мир подумал на нашу страну – это тоже просто задача?!».

— Если ты отбросишь эмоции, то да, — кивнул Виш. — Это их способ решения своих проблем. Я тебе больше скажу, Макс. По сравнению с драконами, твои англичане – сущие дети!

«Ладно, Виш… — я усилием воли сдержал рвущийся наружу гнев. — Закроем эту тему».

— Ты сам её поднял, — хмыкнул Виш. — Чтобы что, помнишь?

«Помню…».

Несмотря на мою злость на Виша, что-то в его словах мне откликнулось. Что-то важное…

«Как ты там сказал, — протянул я, ловя промелькнувшую мысль. — если закроются на острове, то исчезнут?».

— Ну да, — дракончик посмотрел на меня, как на дурачка. — Конечно.

«Стела! — я, схватившись за висящий на груди амулет, крепко сжал его в кулаке. — Что будет, если мы уничтожим Алмазный обелиск?».

— Слишком размытый вопрос, Макс, — с явной неохотой отозвалась Стела.

«Хорошо, — кивнул я, чувствуя, что встал на верный след. — Если мы уничтожим Алмазный обелиск и Хрустальный мост, я смогу вернуться в свой родной мир?».

Стела так долго молчала, что я подумал, что не дождусь ответа. Но когда я был в шаге от того, чтобы переспросить, она всё же ответила.

— Нет.

«А в другой мир? — поинтересовался я, переглянувшись с Вишем. — Я смогу попасть в другой мир? Скажем, на Порог?».

— Нет.

— В смысле, нет? — тут же взвился Виш. — Макс, нам нельзя разрушать этот ксуров обелиск!

«Погоди, Виш, — одёрнул я фамильяра. — Стела, если я уничтожу Алмазный обелиск, этот мир станет… закрытым?».

— Да.

«Его возможно будет… открыть?».

— Да.

«Изнутри?».

— Нет.

«Извне?».

— Да.

«Кто сможет его открыть?».

На этот раз Стела молчала ещё дольше, но я терпеливо ждал её ответа. И дождался.

— Я могу ответить на твой вопрос, но только если Алмазный обелиск перестанет существовать.

«Перестанет существовать? — такая размытая формулировка пришлась мне по вкусу. — Это интересно… Виш, какой ранг у Алмазного обелиска?».

— Третий или четвёртый, — не раздумывая, отозвался дракончик. — А что?

«Стела, — обратился я к амулету, проигнорировав вопрос фамильяра. — Я согласен на эту сделку. Ты называешь мне всех, кто сможет открыть этот мир извне и при каких условиях. Я делаю так, что Алмазный обелиск перестанет существовать».

— Договор, — немедленно отреагировала Стела. — Открыть проход в любой мир точно может один из четырёх Ра-рарога и архимаги Лео и Тигран. Скорее всего, могут Серый и Вольный маг Арт Скал, а также, возможно, кто-то из учеников последнего.

— Кто такие Ра-рароги и Серый? — уточнил я, запоминая услышанные имена.

— Эта информация является конфиденциальной, — голос Стелы превратился в лёд. — Я свою часть сделки выполнила, Макс. Теперь твоя очередь.

«Да-да, — кивнул я. — Уже приступаю».

— И поспеши, Макс, — в голосе Стелы мелькнуло сожаление. — Они не стали дожидаться полного сопряжения.

«Сопряжения? — не понял я. — Они?».

— Макс! — резкий окрик Камнева мгновенно вырвал меня из мыслей. — Мост дрожит! К нам гости!

Глава 4

— Дмитрий, ты видишь, кто идёт? — крикнул я, ощущая, как беспокоившая меня тревога сменяется предвкушением схватки.

— Воины при поддержке некромантов и магов Тьмы!

— Маги Тьмы – это шаманы, — подсказал Виш. — Самые опасные. Они крепят связь между мирами. Пока живы эти псы, мост не разрушить.

— Дим, сможешь взять на себя шаманов? — я уже вовсю тянул золото из своих запасов. — Защита твоей тушки на мне!

— Сделаю, — пообещал Камнев. — Но командование придётся передать. Думаю, Яков справится. А насчёт защиты не волнуйся, они ни в жизнь не пробьют мою Гранитную сферу!

— Последнее – сомнительно, — проворчал Виш. — Думаю, Золотой доспех не будет лишним.

«Согласен», — мысленно кивнул я, окутывая физическое тело Камнева пламенем. Огонь скрыл Золотой доспех, а мгновенье спустя Дмитрий накрыл себя Гранитной сферой.

— Яков! — я повысил голос. — Командование гвардией переходит к тебе! Противник будет с минуты на минуту! Мы с Камневым постараемся разрушить мост, псы на вас!

— Принял! — отозвался бывший командир авантюристов, а ныне капитан Императорской гвардии. — Полная боевая готовность!

Гвардейцы отозвались синхронным рёвом, а я окружил обелиск широкой рекой Огня. И только после этого, убедившись, что псов ждёт горячий приём, сфокусировался на решении главной проблемы.

По условиям заключённой со Стелой сделки, Алмазный обелиск должен перестать существовать. Не исчезнуть, а перестать существовать.

К тому же, я не хотел полагаться на неизвестных мне Ра-рарога, каких-то там Серых, Вольных магов и их учеников. Что до архимагов с кошачьими именами, то я очень сомневался в их существовании.

Да, я их видел в одном из временны́х Проколов, но это могло быть как сотню, так и тысячу лет назад.

В общем, как бы то ни было, я не горел желанием потерять возможность покинуть этот мир по собственному желанию.

Зря я, что ли, с таким трудом поднимал ранги не самого лёгкого Пути и осваивал прыжки через Истинный огонь? Молчу уже про Зубаева! Борису пришлось расстаться с уникальным даром, чтобы сохранить свою жизнь…

К тому же, зная Стелу, я был более чем уверен, что у любой задачи есть как минимум два варианта решения.

А ещё я очень хорошо помнил слова Виша про то, что никому нельзя доверять, и весь тот спектр трагических эмоций, которыми меня потчевала Стела, разбивался об формулировку задания:

Алмазный обелиск должен перестать существовать.

Ну и, конечно же, не нужно было быть гением, чтобы вспомнить, какой последний дар мне подкинула Стела.

С недавних пор – какое совпадение, не правда ли? – я получил возможность создавать золотые обелиски. Да, пока что первого ранга, но есть небольшой нюанс.

Помимо умения создавать золотые обелиски, Стела подарила мне золотой обелиск пятого ранга. А для его создания, на секундочку, требуется сто тонн золота и энергия ста тысяч одарённых первого ранга…

Изначально я собирался поставить это сокровище в Николаевке или в родовом поместье Пожарских, ведь рано или поздно, я его найду, но всё складывается таким образом, что воспользоваться обелиском придётся именно сейчас.

И снова «удачное совпадение»!

— Макс, я всё прекрасно понимаю, — напряжённый голос Виша вырвал меня из мыслей. — Ты думаешь и всё такое, но поспеши! Псы уже здесь!

И действительно, пока я раз за разом прокручивал исходные данные, пытаясь понять, сработает ли мой план, на арене появилась первая волна песьеголовых.

Выглядели они, конечно, впечатляюще.

Двух с половиной метровые воины с волчьими головами были выше и массивнее наших Воинов. Даже здоровяк Яков казался на их фоне малышом!

Да и двигались они как будто быстрее!

На моих глазах дюжина песьеголовых, прикрываясь от стрел круглыми щитами, с такой скоростью рванули вперёд, что наши стрелки растерялись. Ситуацию спас Маг Земли. Флегматичного вида толстячок лениво повёл рукой, и псы по колено провалились в ставший зыбучим песок.

Наши тут же разобрались с противником, но у песьеголовых такой отряд был не один. И пока бОльшая часть псов стремились как можно быстрее выбить наших из лабиринта, меньшая занималась постройкой каструма.

И, судя по тому, с какой скоростью телеги превращались во внешнюю стену каструма, это был далеко не первый иномирный штурм.

Каждый из псов хорошо понимал свою задачу, и на место упавшего почти сразу вставал его собрат.

Хоть я и не спец в военном деле, но даже мне было очевидно, что против нас бросили элитные штурмовые отряды, чьей целью было захватить и удержать плацдарм для последующего прибытия основных сил.

— Поспеши, Макс! — голос Виша звенел, как струна. — Некроманты уже начали поднимать нежить!

На моих глазах один из легионеров песьеголовых, чьё сердце пробила меткая стрела, захрипел и неспешно поднялся на ноги. Его глаза, как и аура, засветились мертвенно-зелёным светом, и он неуверенно зашагал к ближайшей гранитной стене.

И пусть его скорость упала в несколько раз, но стрелы наших защитников перестали приносить ему хоть какой-то урон.

А сверкнувшая вспышка молнии и вовсе не нанесла поднятому легионеру никакого урона. Разве что опалила шерсть на волчьей башке…

К счастью, кто-то из Магов быстро догадался, как справляться с этими… зомби.

Песок под ногами зомби превратился в два валуна, которые расплющили его стопы. Поднятый песьеголовый упал на землю и упрямо пополз в сторону лабиринта, но было очевидно, что от него не будет никакого толку.

Видимо, это понял и некромант, поскольку аура этого зомби потухла, и он замер на песке.

Вот только эта некроэнергия, которая ещё мгновение назад заставляла двигаться поднятый труп, не развеялась, а потянулась к соседнему легионеру.

Несмотря на прожжённую дыру в животе, этот легионер был до сих пор жив и страшно рычал, с ненавистью пожирая защитников взглядом.

На моих глазах некроэнергия накрыла никак не желающего умирать пса, и его тело начало стремительно высыхать.

Несколько ударов сердца, и на месте песьеголового, появился скелет. Вскочив на ноги, он с неожиданной скоростью рванул вперёд.

Взлетев на плечи впереди бегущему легионеру, он резко взмыл в воздух, чтобы в следующую секунду оказаться на гранитной стене.

Прежде чем рассыпаться пеплом от встречи с ифритом, меч скелета успел рассечь горло опешившему Воину и проткнуть плечо соседнему стрелку.

Казалось бы, на нашей стороне преимущество в защите и высоте, каждый Воин имеет достижение «Гвардеец Его Величества», у многих в партнёрах огненные духи, а от количества боевых аур Императора рябит в глазах!

Но нет, песьеголовые медленно, но верно сковывали наших защитников, давая инженерному легиону закончить создание каструма.

И ладно бы они все появлялись из одного портала, но нет! Точки выхода возникали случайным образом, и всё зависело от того, чья реакция окажется быстрее.

Да, чуть ли не половина песьеголовых гибли ещё на выходе из порталов, но другая половина организованно сковывала силы наших защитников. И это я молчу про поднимаемых некромантами зомби и скелетов!

Увы, но как бы не прискорбно было это признавать, легионы песьеголовых одерживали вверх, заставляя наших пятиться к трибунам.

— Поспеши, Макс! — голос Виша хлестнул меня словно раскалённый кнут. — Камнев держится из последних сил!

Мне не нужно было выискивать Дмитрия взглядом, чтобы видеть дело его рук.

Прежде чем шаманы опомнились, Воин успел отправить в ничто пятерых песьеголовых, после чего оставшиеся в живых шаманы, плюнув на защиту Хрустального моста, устроили на Дмитрия настоящую охоту.

— Давай-давай, — поторопил меня Виш. — Нужно успеть, пока десятка сильнейших шаманов этого клана сдерживает саламандру Камнева! Это наш шанс, и нельзя его упускать! Ты слышишь, Макс? Да плюнь ты уже на эту Огненную реку!

С одной стороны, Виш был прав, пора было приступить к реализации плана. Но с другой, я не считал нужным развеивать плетение Огненной реки.

В ней ежесекундно сгорали десятки песьеголовых, и я считал, что вношу тем самым внушительную лепту в оборону Колизея.

— Обелиск, Макс! — прорычал Виш. — Спасай голову, а не волосы! Как только они поймут, что штурмовая когорта не справляется, подключится весь легион!

«Сейчас! — отмахнулся, вплетая в стандартное плетение Цепной молнии Истинный огонь и напитывая получившийся конструкт рвущимся из груди гневом. — Н-н-н-на!».

Огненные молнии, нацеленные на источники некроэнергии, одновременно ударили по некромантам, испепелив с десяток магов за раз!

Почему-то некромантами были обычные люди, но, учитывая, что они выступали на стороне псов, я не испытывал к ним ни грамма сочувствия.

— Всё, Макс, — поторопил меня Виш. — Теперь точно пора!

Я же, убедившись, что мне удалось уничтожить бОльшую часть некромантов, принялся отдавать мысленные приказы.

«Лидер, Штурм! Действуйте по ситуации! Скаут! На тебе защита Императора! Дмитрий! Продержись пару минут! Виш! Прикрой меня и Камнева!».

И, не дожидаясь ответа, с головой окунулся в бушующее вокруг меня Пламя.

Арена превратилась в море огня, в котором отчётливо виднелись огоньки аур защитников и нападающих. В центре этого моря сиял Алмазный обелиск, вершина которого плавно переходила в подножье Хрустального моста.

Со стороны всё это выглядело величественно и даже монументально, и было даже слегка жаль разрушать эту красоту.

Впрочем, выбора у меня не было.

Я уже знал, что именно делать, и единственное, что меня останавливало – нежелание демонстрировать свои навыки металлумия.

В теории план был прост – заключить Алмазный обелиск в Золотой, и… всё.

Но на практике, у людей обязательно появятся вопросы, откуда на арене появился Золотой обелиск. А то, что он способен открывать порталы, выдавать задания и дары – это лишь вопрос времени.

— Макс, ещё немного и нам всем станет не до этого! — в голосе Виша звучала настоящая тревога. — Не знаю, как ты, а я не хочу, чтобы этот мир перевернулся с ног на голову! Я не хочу уходить в подполье и вести против псов партизанскую войну! Плевать на межмирные порталы, просто уничтожь эту стекляшку!

— Ну конечно, — прошептал я, не обращая внимания на легионеров песьеголовых, которые целеустремлённо пытались пробить мой Золотой доспех. — С ног на голову! Подполье!

Щедро зачерпнув золота, я плеснул его на Алмазный обелиск, одновременно с этим призывая Золотой обелиск пятого ранга.

Причём не абы куда, а точно в то место, где находился Алмазный обелиск.

— Внимание! — в сознание ворвался ликующий голос Стелы. — Вы действительно хотите объединить два ретранслятора?

— Да!

— Внимание! Ранг Золотого обелиска выше. Осуществляется интеграция Алмазного обелиска! Выберите один из доступных вариантов:

Сохранить Алмазный обелиск в качестве независимого ретранслятора

Разрушить Алмазный обелиск, подняв тем самым ранг Золотого обелиска

Интегрировать Алмазный обелиск в Золотой, с урезанием прав и возможностей

— Что даёт шестой ранг Золотого обелиска? — скороговоркой протараторил я, чувствуя, стремительное приближение огромного количества аур.

— Закрытая информация, — вздохнула Стела. — Прости, Макс.

В любое другое время, я, возможно, бы рискнул и выбрал кота в мешке. Но в данный момент по Хрустальному мосту мчался штурмовой легион песьеголовых.

А вместе с ними шаманы и некроманты…

Решать нужно было здесь и сейчас, и я сделал свой выбор.

— Интегрировать!

Сначала я услышал треск – казалось, по швам пошло само мироздание, а затем раздался звон. И не просто звон – ЗВОН!

Очень хотелось посмотреть на то, как Хрустальный мост разлетается на тысячи, а то и миллионы осколков, но у меня было дело поважнее.

Чувствуя, как на меня накатывает слабость, я усилием воли перевернул Золотой обелиск и вонзил его в красный от крови песок арены.

Благодаря ливню из осколков Хрустального моста и падающих с истошными криками песьеголовых, мой манёвр остался незамеченным, и я довольно улыбнулся.

В очередной раз удалось не просто выполнить задание Стелы, но сделать это в своих интересах.

— Молодец, Макс! — выдохнул Виш. — А теперь финальный рывок. Осталось добить уцелевший легион и не дать выжившим шаманам открыть кровавый портал!

Глава 5

Поначалу я воспринял слова про кровавый портал несерьёзно. Мол, Виш решил подстраховаться. Но когда на арене начали появляться кровавые гексаграммы, я всерьёз напрягся.

Видимо, мы разрушили Хрустальный мост слишком поздно, и бОльшая часть шаманов успела оказаться в кастурме. Ну и, конечно же, они избежали участи обычных легионеров, которые в буквальном смысле сыпались с небес на землю.

Я, опьянённый эйфорией, отпустил ситуацию из-под контроля, и шаманы песьеголовых, при поддержке некромантов, начали тянуть одеяло на себя.

Первым делом каструм окружила Кровавая сфера, затем начали появляться алые гексаграммы, а следом накатила дикая смесь тоски, безысходности и тревоги.

И вот тут-то я понял, что Виш не шутил насчёт создания кровавого портала. Да, требовалось уйма жертвенной крови, но как раз таки с этим проблем у шаманов не было.

И хоть Алмазный обелиск и перестал функционировать, влившись в мой Золотой обелиск, но попавшие в этот мир шаманы и сами могли выступать в роли маяка для своих иномирных коллег.

В общем, появление ещё одного портала – было делом времени.

Нашим же, учитывая, что творилось в Колизее, было не до этого.

Да, мне удалось разрушить Хрустальный мост, и множество песьеголовых банально не дошли, или, лучше сказать, не долетели до нашего мира, но тех, кто успел пройти через постоянно открываемые шаманами порталы, оказалось слишком много.

Да ещё и вновь прибывшие некроманты начали поднимать даже не десятки, а сотни павших воинов, не делая разницы между людьми и песьеголовыми.

Так, на моих глазах один из гвардейцев Демидова поймал глазом зачарованный дротик и опрокинулся навзничь. Но спустя два удара сердца неуклюже поднялся и вцепился в лицо своему товарищу.

На арене, в каменном лабиринте и на трибунах то и дело появлялись скелеты, зомби и даже какие-то тошнотворные кадавры.

Рядовой состав экспедиционного корпуса песьеголовых прекрасно понимал, что без портала они обречены и сражались словно загнанные в угол крысы, выигрывая тем самым время для своих шаманов.

Даже умирая псы старались утащить в могилу кого-нибуть из наших воинов, а некоторые, судя по тому, как резко усыхала их аура, сознательно приносили себя в жертву.

Звенели клинки, лилась кровь, визгливое рычание псов перекрывал рёв наших Воинов и свист боевой магии…

Отряды ТМГ бились с псами в лабиринте, расставленная на трибунах гвардия целенаправленно выбивала нежить и офицеров песьеголовых, наши Инженеры и Маги старались подавить некромантов, а призрачная фигура Камнева сражалась с огромными полупрозрачными волками.

Песок арены пропитался кровью и даже начал… пульсировать?

В общем, со стороны казалось, что идёт дикая бойня всех против всех.

Вот только я отлично видел, как Яков раз за разом пытается организовать контратаку, а командиры псов всеми силами не дают ему это сделать.

За телегами недостроенного каструма камлали уцелевшие шаманы, и командование легиона щедро меняло жизни рядовых легионеров на требуемое для ритуала время.

Яков не знал того, что знаю я, но интуитивно чувствовал – кастурм необходимо уничтожить. На моих глазах на лагерь песьеголовых дважды обрушивалась высокоранговая магия, но каждый раз чёртова Кровавая сфера надёжно блокировала все атаки.

Казалось бы, всё просто – нужно уничтожить сначала шаманов песьеголовых, затем некромантов, а потом уже добить рядовых легионеров. Вот только даже магия Золота не могла пробить поднятую шаманами защиту.

И это я молчу про пропитанный кровью песок!

Я печёнкой чуял, что ритуал шаманов не принесёт ничего хорошего, но все мои Огненные шары и Золотые копья никак не могли сокрушить Кровавую сферу каструма.

К тому же, несколько шаманов, разобравшись, кто именно спутал им все карты, бросили все свои силы на уничтожение меня любимого.

Багрово-красные капли крови, ментальные атаки, проклятья и атаки духов постоянно оттягивали на себя моё внимание, не давая мне сфокусироваться на нейтрализации кровавого ритуала.

Вот только в какой-то момент, несмотря на творящийся на арене тактический хаос, на поле боя воцарился стратегический баланс.

Легионеры пытались пробиться на трибуны, но гвардия им этого не давала…

Некроманты поднимали низкоранговую нежить и тошнотворных кадавров, наподобие костяных гончих, но наши Маги оперативно дробили нежити ноги и головы…

Шаманы то и дело насылали на гвардейцев проклятья и дебафы, но ауры Александра защищали наших Воинов…

Наших, мало того что было меньше, так ещё и псов приходилось убивать чуть ли не трижды!

Сначала нужно было убить нечеловечески сильного и быстрого песьеголового, затем, как только он падал, некромант тут же поднимал его в виде нежити, а когда Маги лишали умертвие подвижности, несколько поднятых трупов с влажным треском сливались, превращаясь в костяное чудовище.

Единственное, почему мы всё ещё держались – высокий средний ранг Императорской гвардии.

Рядовой легионер песьеголовых был в несколько раз сильнее обычного солдата, но высокоранговые одарённые Воины были на голову выше даже элитных легионеров.

Но в этой нашей силе крылась и слабость. Каждый убитый Воин, Маг или Инженер шёл на вес золота.

И даже несмотря на то, что мы вроде как побеждали, мне было настолько тревожно, что я не мог найти себе места.

Клинки легионеров не могли пробить мой Золотой доспех, как, впрочем, и когти поднятой нежити. Проклятья шаманов сгорали в моей ауре и даже призрачные черепа, которыми меня пытались достать некроманты, при столкновении с Огненным щитом, рассыпа́лись прахом.

Да, на поддержание такой защиты уходило гигантское количество золота, но мёртвым деньги не нужны.

И чем дольше шла битва, тем тревожней было на душе.

Казалось бы, чего тут думать? Нужно пробить Кровавую сферу, ворваться в каструм и прервать ритуал. Но… я физически не мог перестать защищаться и, что самое главное, прикрывать своих.

Каждый мой Золотой шип, окутанный огнём, спасал чью-то жизнь, каждое моё Огненное копьё сжигало костяную гончую, каждое моё атакующее плетение заставляло некромантов отвлечься от безостановочного поднимания нежити.

Я интуитивно понимал, что стоит мне остановиться, как шаманы нанесут ответный удар.

Как будто каждый убитый пёс и сожжённый кадавр лишали их частички силы, и именно этой малости и не хватало для завершения ритуала.

Впрочем, учитывая, что Виш молча следил за схваткой, никак не комментируя мои действия, я всё делал правильно.

По крайней мере, гексаграммы хоть и заполняли арену, но им как будто не хватало энергии. Учитывая, что в качестве энергии выступала кровь, я физически не мог перестать сражаться.

Каждый сожжённый легионер лишал шаманов так необходимой им крови, и в этом мне сильно помогали ифриты.

Псы не могли закрыть глаза на появление огненных духов и тратили силы и внимание на то, чтобы изгнать ифритов на огненный план.

В общем, по моим субъективным ощущениям, мы зависли в невидимом балансе, и достаточно было легчайшей пушинки, чтобы сместить баланс боя.

Я рассчитывал, что этой пушинкой станет Камнев, но призванные шаманами духи волков заставили Воина уйти в глухую оборону. И что-то мне подсказывало, что если бы не Узы стаи и помощь саламандры, Дмитрию пришло бы туго.

Помимо Камнева, я надеялся на Шуйского, на Степана и даже Людвига, но время шло, а никто не спешил нам на помощь.

Я понимал, что скорей всего дело в организованном англичанами восстании – последний шанс одолеть Российскую Империю в бесчестной схватке – но в душе теплилась надежда.

Нам не помешала пятёрка Ликвидаторов во главе с Анной и Василием! Или несколько дежурных отрядов Огненной стражи! Или даже дюжина армейских магов, присланных Багратионом…

Увы, время шло, но ничего не менялось.

Каждый раз, когда казалось, что мы вот-вот подавим натиск песьеголовых, некроманты поднимали кадавров, а шаманы – песчаных големов с кровавой аурой.

Нашим приходилось уходить в глухую оборону, и противник тут же занимал несколько ключевых точек в Лабиринте, за которые спустя несколько минут разворачивалась горячая схватка.

И не видно конца и края этой войне…

По моим ощущениям, преимущество было на нашей стороне – псов, несмотря на все старания шаманов и некромантов, становилось всё меньше. Но и гвардейцы уже уставали, выжимая из себя всё до капли.

Не спасали ни ауры Императора, ни полученные от Стелы достижения, ни зелья восстановления.

Но всё же, всё шло к тому, что ещё час-два, и мы задушим остатки легиона!

Вот только затаившаяся под сердцем тревога шептала – эти два-три часа нужно ещё продержаться…

Шаманы пускали в ход каждую капельку крови и, не считаясь с потерями, упорно камлали над своим ритуалом.

И если бы им не приходилось тратить силу на поддержание Кровавой сферы, поднятие песчаных големов и обращение легионеров в кровожадных оборотней, на месте каструма уже появился бы кровавый портал.

К счастью, они, как и я, должны были участвовать в этом бесконечном забеге, распыляя силы на множество направлений.

Обе стороны пошли ва-банк, и исход затянувшегося противостояния зависел от того, кто первый допустит ошибку.

И это оказались мы.

— В атаку!

Не знаю, откуда Арина взяла коня, скорей всего из подземной конюшни Колизея, но её появление было максимально эффектным.

Вороной скакун, вылетев из лабиринта, смел троих легионеров и понёс свою наездницу к каструму.

За Ариной тут же устремились три дворянских пятёрки ТМГ, расходясь клином и расширяя организованный амазонкой прорыв.

Казалось, вот оно – та самая пылинка, которая склонит чашу весов на нашу сторону, но нет.

Стоило Арине и её воспитанникам оказаться между лабиринтом и каструмом, как из песка поднялись два четырёхметровых голема, надёжно перекрывая путь к отступлению.

Легионеры, которые ещё секунду назад пятились под натиском амазонки, наоборот, рванули вперёд, не считаясь с потерями.

Мои руки замелькали словно молнии, посылая десятки Золотых шипов, не ослабляя при этом натиск на Кровавую сферу, но этого оказалось недостаточно.

Гончие, повинуясь приказам своих поводырей, бросались под мою магию, защищая легионеров. А легионеры у нас на глазах превращались в разъярённых оборотней, теряя разум, но увеличивая тем самым свою силу и скорость реакции.

Арина, вооружённая двумя клинками, крутилась в седле, словно циркачка. Каждый её удар летел точно в цель, а её конь, хрипя от страха, кусал песьеголовых и бил их копытами.

Амазонка находилась в своей стихии, и с упоением крошила и песчаных големов, и окруживших её оборотней, в которых превращались легионеры, вот только завсегдатаи Колизея не были столь удачливы.

Кто-то повис на пилумах песьеголовых, кого-то утянули к себе и разорвали на куски оборотни… И как бы ТМГшники ни сопротивлялись, их медленно, но верно отжимали от Арины.

И здесь не выдержал Камнев.

Его призрачная фигура исторгла из себя ледяной конус, замораживая и замедляя бесплотных духов, а сам Воин бросился к своей жене.

Огненный клинок высокорангового Привратника мгновенно проделал широкую просеку в рядах песьеголовых. Было очевидно, что Димитрий хочет, чтобы Арина отступила, но я прекрасно понимал – она его не послушает.

Вот только Камнев сумел удивить и меня, и свою жену.

Вместо того чтобы тратить время на уговоры, он отвесил коню Арины смачную оплеуху, и вороной, дико заржав, бросился назад в лабиринт.

ТМГшники, воспользовавшись поддержкой Канева, отступили следом, но шаманы с лихвой использовали подаренные им мгновения.

Духи которые до этого сдерживали Камнева, растаяли дымом и втянулись в ритуальную фигуру призыва. Разом вспыхнули все гексаграммы, и я почувствовал у себя на шее ледяное дыхание смерти.

И не я один.

В мгновение ока кипящая по всей арене бойня замерла, и на моих глазах от каждого легионера к центру каструма потянулись тонкие ниточки жизненной силы.

Хватило одного удара сердца, чтобы легион в буквальном смысле перестал существовать.

Нежить распалась прахом, песьеголовые на глазах усыхали, превращаясь в мумии, некроманты и шаманы безмолвно падали на горячий песок Колизея.

А вся пролитая кровь рванула к центру каструма, закручиваясь в спираль и образуя алый портал.

Из всего экспедиционного корпуса на ногах остался лишь один шаман, который, как я понял, и принёс в жертву то, что осталось от легиона.

Он поставил всё на зеро и… победил.

Я смотрел на пульсирующий алым портал и понимал – даже всё золото мира не поможет мне закрыть его с этой стороны.

А это значит лишь одно – бесконечную войну с песьеголовыми в самом сердце Империи…

— Так чего ты ждёшь? — хрипло каркнул Виш, не спуская с шамана немигающего взгляда. — Если делать, то делать на совесть! Если идти, то идти до конца!

Слова фамильяра были подобны удару хлыстом.

— А ведь и вправду… — пробормотал я, чувствуя, как меня захлёстывает горькая обида и… неистовая ярость?

Зачем вообще защищать Империю, если защищать её наполовину?

— Дмитрий! — крикнул я. — До моего возвращения, род Пожарских на тебя!

И я, посчитав, что сказанного достаточно, бросился вперёд.

Багровая капля, которую выпустил мне навстречу шаман, испарилась при столкновении с кипящим в моей ауре гневом, и я, не снижая скорости, врезался в довольно скалящегося пса.

Так мы и провалились в кровавую спираль – он спиной вперёд, а я, вцепившись ему в горло мёртвой хваткой.

Последнее, что я запомнил – как оскал шамана сменяется кровавой пеленой вырвавшегося из-под контроля гнева.