Культивация рунного мастера 2

Глава 28.

Джино открыл глаза. Перед ним была белая стена в мягком эфирном свете. Нет. Это был белый потолок. Где он?

По озиравшись по сторонам, он обнаружил, что лежал на мягкой кровати в светлой уютной комнате. Внезапно он спохватился и прижал руку к груди. Никакой боли. Он открыл рубаху, руны на груди как обычно сияли безобидным тусклым светом.

«Должно быть приснилось,» — облегченно выдохнул он.

— Мистер, вы уже очнулись? Я сию секунду позову госпожу, — миловидная девушка в белом халатике убежала в коридор.

В комнату неспешно вошла другая девушка, в белоснежной маске. В комнате заблагоухало свежими фруктовыми ароматами.

— Алисия? — удивленно спросил Джино.

— Здесь намного лучше чем в твоей подсобке, не правда ли? По-крайней мере здесь не пахнет жиром свиногризли и фекалиями химер, — скривив нос, Алисия с ледяным выражением лица оперлась спиной об стену напротив Джино. Ее руки были сложены на груди.

— Где я? — в голове Джино появились опасения.

— Ты провалялся здесь три дня, — холодно ответила Алисия. — Это Центральный лазарет Луноцвета. Тебе повезло, что я решила навестить тебя и нашла лежащим без сознания в подсобке. Твоя грудь была ужасно разодрана, из нее сильно сочила кровь. Еще немного и ты бы умер от ее чрезмерной потери.

Так это был не сон? Он действительно пытался убить лапшичного? Джино сел в кровати. Краски вокруг сгустились и стали серыми. Он посмотрел на свою грудь, ни следа, ни шрама от срезания кожи. Местные целители хорошо постарались, нарастили новую кожу не хуже старой.

— Цепи, содранная с груди кожа... Что, во имя Селун, ты там делал? — ледяной голос Алисии с нервными нотками выдернул Джино из тьмы сознания.

— Я пытался избавиться от печати на груди... — отстраненно ответил он, уставившись в стену напротив. Он по-прежнему был марионеткой в руках маньяка, и по-прежнему будет приносить жертвы богине. — От болевого шока я должно быть потерял сознание.

Последнюю причину Джино выдумал только что. Не стоило кому-либо знать о его гемофобии.

— Да... С такими ранами я тоже не думаю, что могла бы оставаться в сознании, — задумчиво протянула Алисия. Она отошла от стены и встала у окна, опершись локтями о подоконник. Ее округлые ягодицы соблазнительно смотрели в сторону Джино. — Тебе лучше не пытаться избавиться от печати раба. Забудь об этом. Даже практики звездной ступени не могли ее стереть. Думаешь ты лучше них? До сих пор никто не нашел способа снять руны Хозяина белоснежного пера. Они наносятся сразу на все тела человека: физическое, эфирное, душу и другие четыре.

Хозяин белоснежного пера? Кто это? Джино никогда раньше не слышал о таком. Неужели это и есть тот маньяк, который заставлял его нападать на животных и людей?

— Какое у него настоящее имя?

— Не знаю, — Алисия пожала плечами. — Лишь несколько человек в Луноцвете знают, кто он такой. Говорят, когда-то давным-давно Гримстроук выдернул перо из хвоста наставника и сделал из него артефакт, который может сам чертить руны. Человека, который сейчас владеет этим артефактом, называют Хозяином белоснежного пера.

Гримстроук? Это имя показалось знакомым. Точно, он же его на видел на брошюре по элементарным начертаниям. Он быстро выкинул его из головы. Важнее было то, кто сейчас контролирует печать раба, и то, что он сейчас в недосягаемости для Джино. Твою мать! Джино сложил пальцы в домик и подул сквозь него. Как жить дальше, когда ты можешь в любое время превратиться в обезумевшего убийцу приносящего людей в жертву?

Джино спрыгнул с кровати, разминая затекшие мышцы. Мышцы требовали физической нагрузки, а мозг расслабления от стресса. Сейчас Джино не мог ничего сделать ни с печатью, ни с ее хозяином, поэтому он решил пока не заморачиваться об этом. Хотя хозяина белоснежного пера нужно будет отыскать в будущем. Главное, чтобы печать в ближайшее время снова не начала пульсировать.

Размять шею, ноги и руки, поделать круговые махи ими по очереди. Покои в Центральном лазарете были просторные, из-за этого он не стеснялся в движениях. Когда-то лазареты такого уровня были только при домах аристократов, и позволить себе лечиться в них могли далеко не все простолюдины. Смертность тогда была в разы больше, но городской лорд своим указом создал Центральный лазарет, который бесплатно принимал всех желающих. Но самое главное было то, что здесь работали целители достойного уровня, которые могли лечить большинство болезней. Об их уровне свидетельствовало даже то, что ему на груди восстановили кожу, не оставив ни шрама. С тех пор смертность от старости и болезней в Луноцвете снизилась в два раза.

Городской лорд был единственным адекватным человеком в этом городе. А может и в мире.

Дверь распахнулась.

— Мой будущий муженек, ты уже очнулся?! — в палату с радостным криком влетела Виктория.

От стремительного движения полы ее черного платья взметнулись, приоткрыв стройные девичьи ноги. Девушка словно озорной ветерок прокрутилась вокруг Джино, убедилась, что с ним все нормально, после чего запрыгнула на стол возле кровати.

— О, Алиска, и ты тоже здесь, странно видеть тебя возле чужого жениха. Задание Хранителя знаний закончилось, а ты все возишься с ним. Неужели у тебя на него планы? — улыбнулась Виктория, глядя на очумевшую подругу. — Да, я шучу, не красней ты так.

Джино смотрел как, открытое под маской лицо Алисии быстро сменяется различной гаммой чувств от удивления к смущению, а затем к шоку перерастающему в ярость. Он кожей чувствовал как волны морозной ауры начали исходить от девушки.

— Кхм, — Джино вежливо кашлянул и перевел тему дабы снизить градус напряжения и повысить температуру в комнате. — Мисс Найт рад вас...

— Можешь на ты, мы ведь с тобой близкие люди, — перебила Виктория, а затем засунула в рот леденец на палочке.

— Э... Виктория, рад тебя видеть. Чем обязан такому визиту?

— Как и полагается заботливой невесте, я пришла проведать своего жениха.

Мимика и ее движения указывали на то, что она говорила правду. Либо она верила в ложь, которую придумала сама себе. У Джино отпала челюсть.

— Смотри, что я принесла, — Виктория перекинула ногу на ногу, открыла маленькую дамскую сумочку и вытащила оттуда нож с тройным лезвием. — Милый, я подумала, что эта штучка очень важна для тебя. Я ее даже отмыла от крови.

Вслед за ножом девушка вытащила здоровенный меч, сделанный из рыбьего позвоночника.

— Мне показалось, что эта штуковина тоже дорога для тебя. Поэтому я не стала их оставлять в подсобке библиотеки, вдруг кто-нибудь украдет, — округлив глаза, Джино в шоке смотрел как на кровати раскладывают оружие. Тем временем Виктория продолжала болтать. — В отличие от Алиски я не прихожу с пустыми руками к парню, который мне нравится.

Челюсть Джино отвисла еще сильнее, он опасливо покосился на Алисию.

— Вика, не неси ерунды. У меня не может быть никаких взглядов на Джино, — послышался ледяной голос Алисии. Она стояла возле окна, скрестив на груди руки, а от ее тела вновь начали исходить волны холода.

Джино вздрогнул, покрывшись мурашками. Проклятье, почему Виктория доводит ее? Неужто она не знает, что у Алисии наследственный сдвиг по фазе, и ее садистская натура может проснуться в любой момент.

Температура в комнате стремительно падала. Нужно было что-то сделать, пока здесь не наступил ледниковый период.

— Вика, почему ты все время называешь меня своим женихом? В присутствии остальных такие шуточки испортят тебе репутацию.

— Не переживай, это же не шуточки. А если кому не понравится, то они познакомятся с моим папочкой, — вяло протянула она, а затем пристально уставилась на Алисию.

Алисия в ответ неподвижно смотрела на Викторию, отвечать видимо ей вовсе не собиралась.

В это время в комнату попыталась войти работница лазарета, которая была когда он проснулся. Но она тут же поспешила ретироваться, увидев, что ситуация между аристократками накаляется.

— Кстати, Алисия, зачем ты приходила ко мне в подсобку, когда нашла меня раненым? — внезапно вспомнил Джино, перейдя к растяжке ног.

- Наставник попросил проверить все ли в порядке с тобой.

В это время Виктория засунула руку в сумочку и вытащила оттуда свернутую в комок коричневую тряпку.

— А знаете, что я еще принесла? Ни за что не угадаете, — таинственным тоном сказала она.— Это очень дорогая и близкая твоему сердцу штучка.

Алисия и Джино в недоумении смотрели на непонятный комок. На эту странную ткань.

— Ну, что? Сдаетесь? — Виктория резко развернула тряпку и, замерев с восхищенным лицом, ожидающим реакцию окружающих, радостно воскликнула. — Та-дам!

В воздухе перед лицом Джино трепетал кусок кожи с сияющими на нем линиями.

Печать раба.

Это была кожа, которую он содрал с себя после нападения на лапшичного. Джино инстинктивно прижал руку к груди. Проверил, на ней сияли такие же руны.

— Да, Джино, — заговорщически кивнула Виктория. — Теперь у тебя две печати раба. Эти руны — сокровище легендарного уровня. Не стоит ими разбрасываться просто так.

— Какой мне от этого прок? — нахмурившись спросил Джино. Он теперь что, дважды раб хозяина какого-то там белоснежного пера?

— Ты же не глупый, придумай что-нибудь, — улыбнувшись сказала Виктория. А затем посмотрев в окно на заходящую Луну, будто переживая о чем-то, сказала. — Уже поздненько, а меня еще ждут дела. Развлекайтесь тут.

Виктория спрыгнула стола, послала Джино воздушный поцелуй и вприпрыжку выбежала из палаты.

— Странно. Между нашими статусами бесконечность, с чего она взяла, что я ее жених? — недоумевал Джино, убирая оружие с кровати. Через некоторое время он заметил, что Алисия смотрит на него сложным взглядом, не сводя глаз.

— Джино, когда ты освоил эфирную энергию? — спросила она.

Что за странный вопрос? Он совсем не в тему, подумал Джино, но все-равное ответил на него.

— Где-то за пять дней до дуэли с Люмбосом. Это было легко. Я тогда за одну ночь научился чувствовать и управлять ею, а что?

— И как ты чувствуешь эту эфирную энергию?

— Ну, я если закрою глаза, то вижу ее, — Джино сосредоточился на своих ощущениях. — Обычно она мутного серого цвета, но у некоторых оттенки меняются. Например, у тебя я заметил, что она алая. А к чему вопросы то?

Джино по-тихоньку терял терпение.

— Если ты не знал, то обычному человеку невозможно за несколько часов научиться управлять эфирной энергией, а тем более видеть ее, различая цвета, — Алисия достала из кармана упаковку гранатового сока и отпила через трубочку. — Начинающие практики интуитивно чувствуют ее, едва улавливая ее положение, но не видят. На то, чтобы увидеть ее у них могут уйти десятки лет, а то и больше.

— Но я же как-то вижу ее.

— Потому что ты не простой человек, и ты проходил специальную подготовку.

— Чушь, никто меня не обучал эфирному мастерству. Старик, который вырастил меня, лишь нещадно гонял меня на физических тренировках, то и дело избивая до потери сознания, — вспомнив о Виктусе и прежней жизни, Джино горько рассмеялся.

— Так ты сирота? Хм... Постоянная боль на фоне душевных переживаний из-за обиды на мир и отсутствия родительской любви... Возможно твой разум стал тоньше чувствовать мир. Поэтому ты видишь эфирную энергию. В мире культивации эта способность называется «сверхчувствительность». При естественном развитии она пробуждается не раньше протозвезды, — Алисия отпила сока. — Даже я не могу так тонко чувствовать эфир. Если развивать сверхчувствительность, то человек с закрытыми глазами может через свою ауру видеть мир.

Джино наморщил лоб. И вправду, в его системном профиле в качестве одного из навыков значилось отличное чувство эфира. Возможно действительно, у него развилась сверхчувствительность из-за садистских наклонностей Виктуса.

— Но разве этого достаточно для того, чтобы управлять эфирной энергией?

— Джино, все знаки указывают на то, что ты являешься аристократом.

— Чушь! — сказал Джино, складывая кожу с печатью и пряча к себе в карман.

— Меня всегда удивляла твоя внешность. Золотые волосы и изумрудные глаза, да еще такого яркого, насыщенного оттенка. Такое сочетание встречается только у одной семьи в Луноцвете — у Дома Грейс. Также твои меридианы... Когда я била по ним во время первой тренировки, они оказались крепче чем обычные и не разрушились. Они выглядели так, будто были закалены против ударов других эфирных практиков, понимаешь?

Из-за твоего возраста, изначально, я подумала, что ты сын Гилберта Найта и Элины Грейс, но потом отмела эту мысль. Родословная Дома Найт слишком сильна, поэтому у их ребенка должны были быть черные волосы и глаза. Значит ты ребенок кого-то другого из Грейсов.

— Ты хочешь сказать, я аристократ?

— Это единственная причина, почему ты так быстро научился управлять эфиром, а Виктория считает тебя своим женихом, — Алисия беспомощна развела руки в стороны. — Других объяснений у меня попросту нет.

Джино присел на кровать, уткнулся щекою в кулак. Разве такое возможно? Аристократы и вправду быстрее культивировали и осваивали эфир, а все из-за наследственной предрасположенности, которую выработали предыдущие поколения. И если подумать, то возможно между домами Грейс и Найт было заключено соглашение, по которому их дети поженятся друг на друге. Этакий политический брак. В целом это имело под собой почву, но без веских доказательств это по-прежнему выглядело притянутым за уши.

— Извини, вся эта теория, конечно, красиво звучит, но я верю только фактам, — Джино откинулся на подушку, положив руки за голову.

Алисия, задумавшись, приложила палец к своим очаровательным губам, а затем вдруг сказала:

— Вот эта зеленая лента на твоих волосах, откуда она?

— Эта? Дед, который меня воспитал, сказал, что она принадлежала моей матери. С лентой тоже что-то не так?

Алисия вытянула руку, шелковая полоска слетела с волос Джино и приземлилась ей на ладонь. Девушка положила ее на стол, вытащила из кармана мантии меч, высоко замахнулась им.

— Эй, ты что творишь?! — дернулся Джино.

Меч просвистел в воздухе.

Стол с грохотом развалился на две половинки.

Джино бросился к разрубленному столу. Отодвинув его части, он замер от удивления.

Лента лежала на полу целая, излучая мягкое зеленое свечение.

— Как такое возможно? — удивленно спросил Джино, держа ленту в руках и глядя на нее. На одном из ее концов проступили тонкие очертания золотой надписи.

— Грейс, — прочитала Алисия надпись. — Так значит это регалия...

— Что это?

— Это знак принадлежности к правящей ветви какого-либо аристократического дома. Она нужна для того, чтобы члены семьи или слуги могли узнать своего господина. Кроме того, регалии обычно являются сильнейшими артефактами дома.

— Ого, — удивился Джино. — А что делает эта лента?

— Не знаю, — пожала плечами Алисия. — Силы регалий скрываются семьями. Иначе они могут потерять эффект внезапного козыря в клановых противостояниях. Но не думаю, что это какая-то мощная способность. Все-таки Дом Грейс слабейший дом Луноцвета, находится на трехсотом месте. Ладно, выздоравливай. Мне тоже нужно идти.

Покачивая бедрами, Алисия скрылась в дверном проеме.

Закрыв дверь, Джино прыгнул в кровать и в недоумении уставился на шелковую зеленую ленту в руках. В голове роилось слишком много вопросов. Какая способность у регалии? Кто его родители? Почему они оставили его на растерзание Виктусу?

Эфирная лампа на потолке заморгала, как от недостатка питания. Джино поднял глаза вверх. Моргнув еще раз, лампа погасла.

Странно. Хотя, сейчас поздний вечер. Может это отбой, сигнал отхода ко сну в лазарете для всех пациентов? Джино повернулся на бок, положив руки под голову, принял удобную позу для сна и закрыл глаза.

Палату окутала тишина. Он медленно погрузился в дрему. Такую теплую, тяжелую. Его сознание мягко проваливалось в успокаивающий мир сновидений.

Где-то на краю засыпающего разума он услышал скрип двери. Тихий. Кто-то, мягко касаясь пола, вошел в комнату. В ноздри проник неприятный удушающий запах шерсти.

Джино открыл глаза.

Напротив на него смотрели два ярких светящихся нечеловеческих глаза.

«Опять кот?» — подумал Джино и снова закрыл глаза.

Стоп! Для кота или другого домашнего животного эти глаза выглядели слишком огромными. Сердце пропустило удар.

Внезапно из коридора и других палат донеслись крики о помощи. Сразу за ними последовали звуки сражения и болезненных стонов.

Джино распахнул глаза.

Химера напротив зарычала и прыгнула на него, обнажив клыки.

Глава 29.

Джино схватил руками тварь за глотку и, зашвырнул ее подальше за себя, используя инерцию движения животного.

Химера врезалась в стену, отскочила, грохнувшись на пол. Небольшая. По размерам не больше собаки.

Не теряя времени, Джино развернулся, вскочил с кровати и навалился на тварь сверху. Используя свой вес, коленями прижал к полу лапы монстра, а локтем придавил шею, перекрыв кислород.

Тварь брыкалась, царапала когтями по полу, пыталась зацепить зубами, но это было бесполезно. Усилив тело эфиром, Джино сдавливал ее мертвой хваткой, медленно удушая.

Химера была некой смесью гончей и крысы судя по очертаниям силуэта в проникающих через окно лучах заходящей луны.

Шли секунды.

Тварь содрогнулась несколько раз в предсмертных конвульсиях и замерла. Ее остекленевшие глаза продолжали светиться, уставившись на Джино.

Джино вытер со лба пот.

Из коридора и соседних комнат по-прежнему доносились звуки борьбы, крики отчаяния и боли. Последнего становилось все больше. Не нравилось ему это. Чертовски не нравилось. Джино схватил оружие и направился к выходу из палаты.

В дверном проеме зияла чернота. Должно быть свет отключили не потому что был отбой, кто-то намеренно вызвал помехи в эфирном поле, из-за чего они перестали работать. Это походило на технику обратного потока эфира, которую применяла Алисия в бестиарии.

Он вошел в коридор. Замер. Как же он ошибался... Здесь не было звуков борьбы. Десятки пар нечеловеческих глаз светились в темноте. Все глаза выглядели одинаково, так же как у убитой им в комнате твари с чертами гончей и крысы. Джино видел очертания других людей неподалеку от раскрытых дверей других палат в проблесках очень слабого света, который проникал снаружи. Кто-то лежал неподвижно, кто-то еще двигался, стоная от боли.

Лазарет предназначался для обычных людей, здесь не было никого кто мог бы сопротивляться химерам.

По силуэтам угадывалось, как пасти химер погружались в тела людей, а затем издавали противные чавкающие звуки. В воздухе витал металлический запах крови и грязной крысиной шерсти.

Это была не борьба, это был пир монстров.

Проклятые твари! Джино сжал рукояти меча и ножа до боли в ладонях. Он почувствовал как по телу проносятся жаркие волны. Он больше не мог сдерживаться от ярости. Попер вперед. Эфирная энергия наполнила без остатка каждую мышцу в теле.

Ближайшая тварь прыгнула в его сторону, как тут же оказалась отброшенной в сторону. Рыбный меч оказался в ее шее. Пусть торчит там и дальше, будет лишь мешаться. Джино перехватил нож поудобнее и устремился вперед.

Химеры спереди, заметив неладное, отвлекались от своих трапез и бросались на Джино.

Он шел напролом, нанося удары тварям по пути. Он не видел их тел, но это и не нужно было. По светящимся глазам, он интуитивно определял куда бить.

Рука колола без остановки. Нож с легкостью вонзался в мягкую плоть. Джино чувствовал как закрученное тройное лезвие с перфорацией разрывает мясо на обратном движении. Чувствовал как кровь химер фонтаном выплескивается на него. Нож причинял адскую боль и смертельную рану каждой крысиной гончей.

Один удар — один труп!

Когда-то Джино сказал эту фразу, чтобы напугать Крейго, но теперь она стала реальностью. И плевать на то, что здесь пахнет кровью и он обильно залит ею. Пока он не видит ее красный цвет, гемофобия не проснется.

Чем дальше он шел, тем больше человеческих трупов или того, что от них осталось, встречалось на пути, и тем больше химер атаковало его. За короткое время химеры убили десятки людей.

Это был длинный коридор смерти.

Джино пер напролом. Впервые он не чувствовал жалости от того, что убивает живое существо. С каждым сделанным шагом его лицо мрачнело все больше. Ярость в сердце полыхала все сильнее.

Нечеловеческие светящиеся глаза никак не заканчивались. Наоборот, казалось, что их даже становится больше. Джино колол без остановки их обладателей, меняя злобное рычание на собачье скуление. Если бы не обильная подпитка эфирной энергией, рука бы уже устала. Но... резервы этой энергии в сосуде не бесконечны. Долго он так не протянет.

Объем сосуда — 16/90.

Где-то спереди появилось радужное свечение. Убив еще одну крысиную гончую, Джино подошел ближе. На полу лежало странное существо размером с медведя и с большими выпуклыми глазами. Гибрид крысы, гончей и хамелеона. Тело переливалось всеми цветами радуги.

Из разверзшейся пасти этой химеры выбегали крысиные гончие по длинному расстеленному на полу языку.

Кажется это была химера, прошедшая две мутации. И пока он не убьет ее, гончие не закончатся. Джино обернулся назад, можно было еще сбежать, но позади оставались живые люди. Пусть раненные, но они были живы.

Кроме того, он заметил, как кто-то из них ходит. Целители, которые еще стояли на ногах, воспользовавшись безопасностью созданной Джино, лечили тех, кто еще был жив.

— Твою мать, — беспомощно взвыл Джино. Сбегать из лазарета было нельзя, иначе всех перебьют к чертовой матери. — Эй, вы, кто-нибудь срочно выбегите наружу и позовите на помощь!

Спереди все увеличивалось число химер, выбегающих из пасти радужной твари. Джино сглотнул.

Он не мог здесь стоять как живой щит в надежде на то, что подоспеет помощь. С каждой секундой гончих становилось все больше. Время играло против него.

Оставалось только одно -

Убить хамелеона!

Джино сделал долгий выдох...

Повысить концентрацию. Перераспределить потоки энергии, направить их только на руки и сердце.

Тук-тук-тук... Сердце забилось чаще, обильнее подпитывая мышцы кровью. Частичная замена эфирного усиления.

Подбежали новые гончие.

Удар! Удар! Удар!

Три твари упали от попаданий ножом в шею. Джино вновь продвигался вперед, кружась в технике черного вихря. Пот лил ручьем. Дыхание участилось.

Чем ближе он подходил к хамелеону, тем плотнее становился напор химер. Они все быстрее выбегали из его бездонной пасти. Некоторым из них перед смертью удавалось поцарапать Джино когтями или клыками.

Гребанные отрыжки природы! Джино схватил за лапу, прыгнувшую к нему крысиную гончую, пронзил сердце в полете и, крутанувшись, забросил ее обратно в выбегающих из пасти химер.

В стройном ряду гончих возникла давка. Бегущие позади врезались в передних, создав тем самым небольшую гору из тел.

Воспользовавшись эти моментом, Джино ускорился. Взбежал по горе тел, подпрыгнул высоко вверх и, занеся над головой нож, ударил в морду хамелеона. Нож буром вонзился в плоть, но это оказалась не плоть хамелеона.

Одна из гончих подставилась под удар, спася своим телом их призывателя. Хамелеон, втянув язык, отскочил назад.

— Проклятье, — выругался Джино.

Пока он вытаскивал нож, длинный язык хамелеона выстрелил в него, едва не пробив насквозь. В последний момент Джино удалось извернуться так, что тот зацепил только гончих находящихся позади.

Не теряя времени, Джино рванул вперед, взбежал по стене, оттолкнулся и вновь прыгнул на тварь.

Ящерица оказалась умнее призванных. Свернув и втянув язык в рот, она развернулась и побежала назад.

— Тебе не уйти, мразь! — Джино приземлился, приколов длинный хвост химеры к полу.

Раздался болезненный скулеж. Хамелеон замер не в силах двинуться дальше. Его выпуклые глаза крутились во все стороны, будто он отчаянно искал выход из сложившейся ситуации.

Следующим ударом он добьет ее. Джино ухмыльнулся, но затем сам замер в шоке.

Хамелеон зарычал, а затем поднатужившись оторвал свое тело от хвоста и выпрыгнул из окна.

— Стой! — закричал Джино, вырвав из хвоста нож, он бросился вслед за химерой.

Прыжок с третьего этажа оказался не долгим. Хамелеон уже приземлился и побежал.

Убить сейчас или сбежит!

Джино замахнулся и, крутанувшись в воздухе, бросил нож в химеру.

Клинок с тройным лезвием словно стрела вращался и со свистом вспарывал воздух. Через мгновение он влетел в выпуклый глаз твари, скрылся внутри его черепа.

Гибрид хамелеона, гончей и крысы с открытой пастью бездыханно застыл на земле.

Был вечер. Немногочисленные прохожие в шоке, кто-то от удивления, кто-то от страха, уставились на мертвое, но все еще светящееся тело химеры.

Приземлившийся к тому времени Джино, кряхтя от усталости и полученных повреждений, подошел к хамелеону, засунул руку в его глазницу и из глубины черепа вытащил нож. Из образовавшегося отверстия вытекла темно-голубая жидкость.

Внезапно Джино почувствовал как волосы на голове и руках поднимаются дыбом. Он только что заметил, что весь буквально залит кровью крысиных гончих. Красной кровью. Где-то в глубинах его сознания страх накатывал волнами.

Черт, черт, черт! Глубоко и быстро дыша Джино принялся обмазывать себя голубой кровью хамелеона. Он буквально зачерпывал ее из головы химеры и лил на себя. Только когда он полностью перемазал все красные пятна на себе в голубой цвет страх отступил.

Джино выдохнул с облегчением.

— Это ты его убил? Молодец, — со стороны послышался знакомый голос с ледяными нотками. Вдруг оказавшаяся поблизости Алисия с удивлением рассматривала его. Видимо, соблюдая тактичность аристократа, она решила не говорить про его внешний вид, намекающий на проблемы с психическим здоровьем. — Тебе повезло, что у этой химеры не было боевых или оборонительных мутаций. Иначе бы здесь лежало твое тело.

— Спасибо, ты умеешь похвалить, — ответил Джино, переводя дыхание. — Кстати, почему ты вернулась?

— Мне показалось странным, что во всем лазарете вдруг пропал свет.

Джино обернулся. Огромный многоэтажный комплекс Центрального лазарета, по размерам равный жилому кварталу, стоял полностью погруженный во тьму. Внутри было несколько тысяч пациентов и целителей. Разум Джино прошибло. Там ведь еще не все монстры убиты.

Хватая ртом воздух, Джино трясущейся рукою указал на здание.

— Ты беспокоишься о том, что там еще остались химеры? — догадалась о его мыслях девушка в маске. — Не переживай, только что в лазарет вошел отряд городских стражей. Через несколько минут, там все зачистят.

После слов Алисии сердце Джино успокоилось. Он и сам только что заметил людей в костяной броне и золотых плащах, оцепляющих по периметру здание лазарета. А один из них шел к ним с Алисией. Видимо это из-за трупа химеры рядом.

В это время мертвое тело хамелеона вдруг начало содрогаться. Его живот запульсировал.

— Что происходит? — спросил Джино, почуяв неладное.

— Это... — начала говорить Алисия, но ее голос прервали звуки вспарываемого тела.

Из разверзшегося живота выкатился синий комок шерсти. Он тут же начал расти и увеличиваться в размерах, сверкая белоснежным эфиром.

Не теряя времени, Джино бросился с ножом к этому комку шерсти и начал бить по нему. Шерсть оказалась слишком жесткой. Джино даже на миллиметр не смог пробить ее.

— Отойди, — позади послышался голос Алисии. Спустя секунду в комок влетел заряд алой ледяной энергии, но тут же рассыпался на осколки, не причинив тому ни капли вреда.

Увеличиваясь, комок начал принимать очертания химеры. Алисия и Джино бесполезно атакуя, в шоке понимали, что с этим чудовищем им не справиться. Лица обоих побледнели.

Улицу огласил дикий рев.

Комок разросся до размеров десятиэтажного дома, окончательно сформировавшись в химеру: огромного черного тигра с гривой и белыми светящимися глазами. В ней были и черты других зверей, но больше всего преобладали черты тигрольва.

На улице началась паника, прохожие с криками бежали кто куда.

Подбежавший городской страж с копьем набросился на химеру. Огромная как титанический столб лапа раздавила его. Рев. Изо рта химеры клубьями валили пары остатков эфирной энергии, судя по всему той, которая позволила ему разрастись до гигантских размеров.

— Нам с ним не справиться. Это третья мутация, — шокировано произнесла Алисия.

Стражи, оцепившие лазарет, побежали к тигрольву. Замерцали вспышки эфирных техник, летящих в огромного монстра. Вжух. Вжух. Все атакующие заклятья разбивались об его шерсть. Издав рык, тигролев принялся сражаться со стражами. Его громадные лапы, то и дело в пылу боя крушили здания. Камни, обломки крыш и стен падали на людей.

— Идем, нам нужно хотя бы спасти жителей, — Алисия бросилась в сторону ближайших прохожих.

Обломки падали на них, грозя придавить, как вдруг над их головами в воздухе соткался ледяной щит.

— Понял, — ответил Джино и рванул к застывшей от страха на противоположной стороне улице девочке.

Огромная деревянная балка падала на нее сверху. Джино прыгнул, подхватив девочку в перекате уклонился от балки. Они с Алисией без остановки спасали людей. Та то и дело в последний момент укрывала людей ледяными щитами. Так продолжалось до тех пор, пока они не увели всех жителей из радиуса битвы тигрольва и городских стражей. Оттуда, где без перерыва мерцали вспышки эфирных способностей и обломки зданий, то и дело сопровождаемых ревом монстра.

Фуф. Джино облегченно вздохнул, вытер пот со лба. Кажется всех спасли.

Стало подозрительно тихо. Джино обернулся в сторону поля боя. Все золотые плащи лежали на земле перед тигрольвом, истекая кровью. Кровью! Мрачный холодок пробежал по спине. Сердце Джино пропустило удар.

— Уходим, — раздался сбоку голос Алисии.

От вида обилия крови, Джино не в силах был шевелиться. Кровь... Он видел лишь наваждения из красных пятен спереди. Страх сковал его тело, цепко схватил рукою за горло и заставил смотреть в свои бездонные черные глаза.

Гигантская лапа тигрольва в словно замедленной сьемке падала на него сверху. Девушка в маске встала перед ним, закрыв их ледяными щитами.

Стройная фигура Алисии и ледяные щиты, скрыли от взора Джино истекающих кровью стражей. Джино тряхнул головой. Кровавое наваждение отступило.

Ледяные щиты в воздухе с треском крошились под давлением гигантской химеры. Стало прохладно. Алисия, не двигаясь, сплетала на замену разрушенным щитам новые. Не выдержат.

Джино схватил девчонку за талию и что есть мочи побежал подальше отсюда. Раздался треск. Ледяные щиты, разбившись на осколки, грохнулись наземь.

— Отпусти меня, нахал! — закричала Алисия.

— Прости, — ответил Джино, поставив девушку на землю, только когда они скрылись из поля зрения химеры. Это было за углом ближайшего дома. Джино переводил дыхание. Сердце стучало. — Нужно бежать дальше.

— Куда? — недовольно сказала Алисия.

Джино оглянулся. Черт возьми. Подворотня, в которую он их занес, оказалась тупиком. Дальше пути не было.

Земля задрожала, послышались громкие шаги тигрольва. Он приближался. Через несколько секунд его огромная туша показалась на улице перед входом в тупиковую подворотню.

Джино с замиранием сердца смотрел как тигролев замахнулся, и его огромная лапа вновь стремительно приближалась сверху. Вот только в этот раз бежать было некуда. Позади и по бокам лишь каменные стены.

Алисия, замерев, смотрела вперед вверх. Сдалась.

Разум Джино лихорадочно искал выход. Кровь стучала в висках. Выход должен был быть. Его взгляд зацепился за перстень с ярким рубином на руке девушки. Точно. Они ведь еще могут призвать воина Дома Крулл на ступени звезды. Но почему она его не использует? Дура!

Лапа приближалась все ближе. Времени оставалось все меньше, и мгновения утекали с немыслимой скоростью. Одежда взмокла от липкого пота. Проклятый холод пробежал по спине.

Нужно было срочно сказать Алисии что делать. Только Джино собирался крикнуть ей использовать перстень, как вдруг заметил, что девушка смотрит вовсе не на химеру.

В небе появилась сияющая красная точка. Яркая. Точка стремительно увеличивалась в размерах. С высоты птичьего полета к ним приближался мужчина в красных доспехах. Он стоял верхом на огромном мече.

Время словно остановилось на месте. Он спрыгнул с меча, подхватив его в руки.

Вспышка!

Яркая красная линия испещрила гигантское тело тигрольва. В следующую секунду химера начала медленно оседать на землю, разделенная на две половины.

Мужчина в красных доспехах с мечом в руке оказался стоящим между Джино с Алисией и химерой.

Джино расширенными глазами смотрел на него. Он хватал ртом воздух, не в силах от шока сказать что-либо.

Длинные светлые волосы. Блеск металлических лат. Мужчина запрыгнул на меч, подлетел к Алисии и Джино. Его тяжелый уверенный взгляд долго и внимательно пронизывал Джино. От этого пристального взора становилось немного не по себе. В этом взгляде не было гнева, ярости, презрения или же радости, напротив в нем ощущалась лишь скорбь. Он был преисполнен силой и одновременно с этим какой-то глубокой, едва уловимой скорбью.

Мужчина вскоре перевел взгляд на стоящую рядом наследницу Дома Крулл и поприветствовал ее легким кивком.

— Леди Алисия!

— Валериан, — холодно ответила Алисия.

После чего Валериан, вновь смерив Джино оценивающим взглядом, поднялся в небо и улетел в сторону стены, превратившись в красную точку.

Алисия и Джино вышли из тупика, причем последний вышел стараясь не смотреть на труп химеры. Так как тот истекал кровью. Подошедшие жители, которых они недавно спасли, с восхищением смотрели в сторону Валериана.

— Кто это был? — переведя дыхание, спросил Джино. Огромный меч разрубил чудовище с такой легкостью... Это внушало трепет.

— Валериан Прайм, — презрительно сказала Алисия, в отличие от окружающих она почему-то не благоговела от появления Валериана.

— Он такой сильный.

— Не удивительно, он ведь будущий глава Дома Прайм и член сверхнового поколения, — вновь в прежней манере на ходу ответила девушка. Они с Джино теперь возвращались в лазарет.

Судя по обилию городских стражей и целителей на улице, с химерами уже было покончено.

Дом Прайм. Джино задумался на ответом Алисии. Это ведь род городского лорда. Получается Валериан его сын? Он такой сильный. Неудивительно, что он входит в сверхновое поколение.

Каждый кто проживал в Луноцвете с детства знал о сверхновом поколении.

Давным-давно, человечество истребляемое химерами находилось в отчаянии. Во тьме. Практик, достигавший ступени суперновы и способный дать чудовищам отпор, появлялся в Луноцвете лишь раз в тысячу лет. Может быть этого и было достаточно, чтобы защищать Луноцвет, но этого было явно мало для того, чтобы избавить мир от химер и вернуть его в золотую эпоху. Слишком мало.

Луноцвет основали девять практиков ступени суперновы, которые впоследствии стали хранителями первого поколения. Затем за девять тысяч лет в городе родилось еще девять практиков ступени суперновы, они стали хранителями второго поколения. За девять тысяч лет всего лишь девять человек. Слишком мало.

Тогда Хранитель звезд изрек свое третье пророчество, чтобы подарить людям надежду. Согласно пророчеству в десятом тысячелетии в Луноцвете появится девять гениев, которые достигнут ступени сверхновой звезды. Это будет третье поколение хранителей — девять человек, которые будут стоять на вершине целого мира. Тогда и появилось сверхновое поколение, к которому стали относить всех выдающихся гениев из верховных аристократических домов. По мнению большинства именно члены сверхнового поколения должны были стать следующими суперновами.

Джино и Алисия шли каждый погруженный в свои мысли.

— Ты страдаешь от гало-эффекта, — внезапно сказал Джино, вспомнив с каким презрением Алисия говорила о Валериане.

— Что это? — удивленно спросила Алисия. — Я ни от чего не страдаю.

— Думаешь, я не заметил как ты презираешь всех мужчин, чуть ли не ненавидишь их. Наверно, кто-то из них тебя сильно обидел, и теперь ты всех считаешь такими же. Это и есть гало-эффект.

— Пффф, в таком случае гало-эффект лучшая точка зрения, — холодно ответила Алисия. На мгновение из ее тела проявилась морозная аура, превратив в лед лужу воды спереди.

— Гало — это всего лишь иллюзия созданная разумом, чтобы спастись от страданий, которые могут и не наступить.

— Но лучше ведь, чтобы это защита существовала. Гало это кристаллизация твоего жизненного опыта, который почти всегда будет прав. Я знаю, Джино, ты так же как и я опираешься на гало.

Джино усмехнулся. Затем он на ходу нагнулся и подобрал лежащий на земле леденец на палочке. В обертке. Еще не открытый. Должно быть какой-то ребенок от испуга выронил его, когда появилась химера.

— Как бы тебе объяснить? Видя стройный силуэт девушки и ее упругую задницу, мужчина всегда будет думать, что перед ним красотка. Даже если они до этого кучу раз натыкались на уродин с такой же фигурой, в них всегда будет жить надежда увидеть красавицу. Так же и я в своем отношении к людям, я верю им ровно до того, момента, пока они меня не обманут, — Джино начал разворачивать обертку от леденца.

— Фи, какой вульгарный пример, — Алисия сморщил носик. — Ты будешь верить людям, даже если тебя обманут сто человек?

— Даже если меня обманет тысяча человек, встретив тысяча первого, я буду верить ему. В мире не могут все люди быть лжецами. Алисия, мы с тобой разные! — уверенно сказал Джино.

Они почти подошли к лазарету. Внезапно лицо Джино перекосило. В обертке от леденца оказалась обернутая на палочку собачья фекалия. От нее исходил характерный запах.

— Мда, я думала ты такой же лицемер как и остальные особи мужского пола, но... оказывается ты просто идиот! — развернулась Алисия и ушла в сторону начальника городских стражей, оставив Джино позади... лицезреть свой стройный силуэт и упругую задницу.

_____________________________________

Валериан Прайм

Глава 30.

Несколько дней спустя.

В парковой зоне в верхней части горы Луноцвета гуляли молодые парочки, дети, а иногда и почтенные старики, которые устали от духоты поместий. Все гуляющие были либо аристократами, либо слугами их сопровождающими. По одной из улочек парка неспешно прогуливались мальчик лет двенадцати в черных одеждах и девушка в совиной маске, потягивающая гранатовый сок через трубочку. Белоснежная маска в лучах полной луны казалась еще белее. За мальчиком шел маленький шут такого же роста в зеленой одежде, маске и колпаке с бубенцами.

— Лорд Варан, не ожидала, что вы сегодня придете. Чем обязана вашему визиту?

— Леди Алисия, ваш морозный браслет так утонченно подчеркивает вашу красоту, но я заметил, что ему одиноко, — внезапно Варан встал на одно колено и вытащил кольцо с белоснежным камнем, от которого сразу повеяло холодом. Его голос и рука с кольцом протянутым к Алисии дрожали. — Это кольцо инкрустировано духовным ядром арктической химеры. Морозная сила, которую оно излучает, будет отлично сочетаться с вашим браслетом, кроме того он подчеркнет вашу красоту. Леди Алисия прошу примите это кольцо в знак моих искренних чувств к вам и вы... согласны выйти за меня замуж?

Алисия взяла в руку кольцо. От него исходила обжигающая холодная аура. Эфирные эманации арктической химеры были сильны даже после ее смерти.

— Вы решили превратить меня в ледяную статую, чтобы я не оказывала вам сопротивления? — холодно спросила Алисия.

— Нет, что вы. Я полагал, что так как вы используете морозные эфирные техники, это кольцо будет полезно для вас, — дрожащим голосом ответил Варан. — Оно будет насыщать вас холодной энергией, так же как и ваш браслет.

— И что, вы думаете если я использую морозные техники, то я не боюсь холода? Любая сила льда, за исключением моей собственной, опасна для меня также как и для остальных. Чтобы не замерзнуть, мне придется постоянно тратить кучу энергии на то, чтобы спастись от кольца, — произнесла Алисия с презрением в голосе. Невольно девушка потерла обмороженную кожу под браслетом.

— Леди Алисия, простите, я не знал. Я ведь это делал из лучших побуждений. Я люблю вас с самого первого дня как увидел вас. Прошу, не отвергайте мое предложение. Так каков будет ваш ответ?

Алисия посмотрела на раскрасневшееся мальчишечье лицо. Она уже давно привыкла к этому. К ней регулярно приходили молодые люди, приносили дорогие подарки и просили стать их дамой сердца. Отец, зная ее холодный характер, уже давно разрешил ей самой принимать решения относительно таких запросов поклонников. Он отлично знал, что она никогда не согласится.

— К чему вопрос? Ты уже знаешь мой ответ. Встань с колена, — скептически произнесла Алисия.

Услышав ее ответ, Варан судорожно сглотнул и встал.

— Но почему? Это из-за моего роста? Но это ведь всего лишь возраст, через несколько лет я вырасту и стану выше. Вот увидите, мы будем прекрасно смотреться вместе.

— Какой у меня любимый атрибут? — спросила Алисия, отпив сока через трубочку.

— Холод?

— Я ненавижу холод. А какой у меня любимый напиток?

— Гранатовый сок? — уверенно выпалил Варан.

— Да меня тошнит от него. Я четвертый год пью его каждый день, знаешь насколько он мне осточертел? — зло ответила девушка. — Хорошо, а чего я хочу больше всего на свете?

— Прости, но какой смысл во всех этих вопросах? Ты красива и обладаешь высоким статусом. Я тоже выходец из сильной семьи, по статусу даже превосходящей твою. Я идеальный кандидат для тебя, а твоя красота станет отличным дополнением ко мне.

— В том то и дело, что ты ведешь себя так же как все. Ты хочешь быть со мною лишь из-за моей красоты и статуса. Тебя нисколько не волнует, что мне нравится или не нравится, мой внутренний мир, — с презрением ответила Алисия. — Бесспорно, я самая красивая девушка Луноцвета, но я достанусь только тому, кто будет ценить меня не за внешность и статус.

Алисия швырнула кольцо на землю, от чего вся трава рядом тут же покрылась инеем, развернулась и ушла.

Варан остался растерянно смотреть девушке в спину.

— Должно быть это из-за Джино, милорд, — внезапно над ухом раздался осторожный голос Чирка. Он подошел после того ушла Алисия.

— А? Это еще почему?

— Я работаю в библиотеке, и знаю, что все свободное время леди Алисия проводит с Джино. При этом у нее на это нет поручения от Хранителя знаний, значит она делает это добровольно. Возможно она к нему неравнодушна.

— Это не твое дело. Держи свою плату и проваливай, пока я тебя не покалечил за то, что суешь нос не в свои дела, — Варан чувствовал как его кровь начинает закипать от гнева.

Он швырнул Чирку мешочек, в котором звучно бренчали монеты. Чирк с благодарностью поймал его, после чего глубоко поклонившись поспешил быстро скрыться из вида Варана.

Опять этот червь, Джино! Почему Алисия возится с ним, он ведь не стоит даже волоска на ее голове. Ноздри Варана раздувались, раздражение нарастало в груди.

«Ну ничего! Погоди, Алисия, я скоро вырасту и ты будешь совсем разговаривать со мною!» — подумал Варан.

Затем его взгляд зацепился за шута стоящего возле дерева. Тот с открытым ртом восхищенно смотрел как бабочка раскрывает яркие радужные крылья у него на ладони.

— Слышь, а ну рассмеши меня, — зло рявкнул Варан.

От неожиданности шут тряхнул рукой. Бабочка упорхнула. Затем шут поправил штаны, развел руки в стороны, дескать представление начинается, и начал показывать дурацкий танец, состоящий лишь из прыжков и кривляний. Варан смотрел на эти кривляния и чувствовал, что еле сдерживается. Его лицо помрачнело, ладони сжались в кулаки.

— Я тебе сказал рассмеши меня! Или ты думаешь, что твои кривляния выглядят смешно? Ты думаешь, что я дурачок, которого можно рассмешить вот этим? — Варан распалялся сильнее.

Шут в страхе закривлялся еще больше, не зная как угодить господину.

— Рассмеши меня, тварь! — Варан, не выдержав переполняющего его гнева, ударил шута.

Шут упал на землю. Варан начал пинать шута в живот, и успокоился только когда тот, остался неподвижно лежать на земле истекая кровью.

«Ни на что негодный ублюдок!» — плюнул Варан на карлика и пошел в сторону своего поместья.

Люди в парке в шоке смотрели на него, но никто ни слова не смел сказать наследнику Дома Найт.

* * *

Луна безучастно светила в окна дворца Дома Крулл. В просторных покоях Алисии миловидная служанка расчесывала волосы своей госпожи и заплетала их в косу. Алисия с холодным выражением лица смотрела в зеркало на свое совершенное лицо с утонченными чертами, скрытое за совиной маской.

Внутренним взором она проверяла свое сердце. Холодное. Покрытое сверкающим льдом, оно едва трепыхалось. Еще два-три месяца тренировок и оно полностью кристаллизуется. И тогда все. Наконец-то она избавится от низменных человеческих чувств.

По какой-то причине в последние несколько дней ей постоянно вспоминался Джино. Этот странный юноша спас ее жизнь, но при этом совершенно ничего не требовал взамен. Если бы она сама не настаивала на расплате с ним, он бы наверное не вспомнил об этом.

Он даже отказался от ее тела. Мерзавец! Ни один мужчина в Луноцвете не посмел бы отказаться от ее красоты. Алисия, сама того не замечая, скомкала в руке упаковку гранатового сока. Неужели он считает ее недостаточно красивой для него? Из ее головы никак не выходил этот уверенный взгляд изумрудных глаз этого нахала и его твердый уверенный голос, говорящий: «Алисия, мы с тобой разные!».

Одно воспоминание о Джино, и она начала выходить из себя. Как этому мерзавцу так удается взбесить ее.

— Присцилла, как думаешь мне идет коса? — внезапно спросила Алисия.

— Юная госпожа, вам идет любая прическа, — незамедлительно ответила служанка.

«Дочка, коса это сдержанность, смирение и покорность. Мужчинам скучно с такими девушками. В глубине души они все мечтают о стервах, настоящих оторвах, при нахождении с которыми кровь в их жилах начинает бурлить,» вдруг вспомнился Алисии совет матери.

— За стену эту косу. Расплетай! — гневно сказала Алисия. — Сделай мне шэгги.

— Но госпожа, шэгги это ведь неряшливые, растрепанные волосы. Это даже прической трудно назвать. Наследнице Великого Дома не подобает выглядеть как уличной девчонке, не знающей, что такое элегантность и женственность, — расширив глаза, сказала служанка. — Госпожа, я вас не узнаю, вам же всегда было не важно какая у вас прическа или макияж.

— В этот раз важно! Я собираюсь пойти и поставить на место этого зарвавшегося наглеца, — выпалила Алисия. Ее грудь тяжело вздымалась. С каждой секундой она чувствовала как распаляется все сильнее.

Он считает ее недостаточного красивой. Ха-ха. Она еще посмотрит. Да он будет на коленях ползать, умоляя, чтобы она обратила на него внимание.

* * *

Шесть часов спустя.

Склонив голову, Варан сидел на полу на коленях в своих апартаментах в общежитии академии. На брюках блестели влажные пятна от капающих из его глаз слез. Две эфирных свечи ровным светом сияли перед ним, освещая висящий над камином портрет шириной во всю стену. На портрете вместо человека был изображен черный облезлый кот, который вальяжно лежал и проницательно взирал куда-то вдаль перед собою.

— Потерпи, Роден, я обязательно найду того, кто убил тебя. Я заставлю его страдать так же, как и страдал ты, — шептал Варан. Его руки сжали в гармошку ткань на штанах, угрожая порвать их. — Я обещаю, Роден. А потом... а потом я исполню нашу мечту, я заставлю отца, весь Дом Найт, Алисию, весь Луноцвет обратить внимание на нас... Я докажу, что мы с тобой не пустое место...

У меня есть план, скоро я его исполню, потерпи еще немного, Роден...

Варан все приговаривал одно и то же, пытаясь успокоить себя и кота на картине.

Раздался стук. Кто-то постучал в дверь.

— Кто там? — раздраженно спросил Варан.

— Юный господин, это ваш покорный слуга.

Варан смахнул с лица соленые слезы, вытер глаза, и, материализовав тонкое эфирное щупальце, открыл им дверь.

Сухощавый мужчина в одеждах с гербами Дома Найт, поклонившись, зашел внутрь.

— Обрадуй меня. Ты нашел убийцу Родена? — требовательно глядя на слугу спросил Варан.

— Нет, господин, я пришел передать послание от леди Виктории, — поклонившись еще раз, слуга протянул Варану небольшой розовый конверт.

Варан распечатал конверт. Запахло сладкими женскими духами.

Розовый конверт со сладким запахом... Варан закатил глаза, чего еще можно было ожидать от Виктории?

Он вытащил из конверта сложенную пополам записку, развернул ее и внимательно прочитал.

«Братик, ты не поверишь, что я узнала!

Я сейчас не могу прийти к тебе и рассказать все сама, так как у меня есть более важные дела. Но ты говорил, что это срочный вопрос, который не требует отлагательств, поэтому направляю тебе записку через слугу. Кстати, как тебе мои новые духи? Правда классные?...»

Варан в очередной раз закатил глаза, мысленно потирая переносицу.

«... По твоей просьбе я попросила отца рассказать про резонанс пустоты. И, представляешь, он рассказал мне про него. Лучший способ создать резонанс...»

Резонанс Пустоты?

Пальцы Варана затряслись. В нетерпении он случайно прокусил нижнюю губу до крови, не замечая боли.

Наконец-то он нашел способ пробуждения родословной, который использовал дядя Гилберт.

Забыв как дышать, он напряженно вчитывался дальше.

«... Лучший способ создать резонанс пустоты это убить близкого родственника, в котором течет кровь Дома Найт.»

Варан стоял, уставившись в текст на бумаге. Его будто мешком по голове ударили.

Минуту спустя он отошел от шока, перечитал письмо еще раз, чтобы понять, что ему это не чудится, а затем обратился к слуге:

— Кто-нибудь еще читал это послание? — Варан потряс запиской в руке.

— Нет, господин.

— Хорошо. В таком случае забудь о том, что ты мне приносил его. Никакой записки от Виктории не было, ты понял меня? — вперив не мигающий взгляд в слугу, спросил он.

— Да, господин, я вам ничего не приносил, — слуга поежился, уставившись в пол и боясь шелохнуться.

— Следующий вопрос: что насчет моего поручения?

— Информация подтвердилась. Предыдущий глава рода Витторио Найт действительно шестнадцать лет назад изгнал из Дома младенца из-за печати раба на его груди. На ребенка после этого объявили охоту, но каким-то образом ему удалось скрыться. За эти годы его так никто и не нашел.

— Ясно. Ты свободен, — Варан повел кистью.

Следуя приказу Варана, слуга еще раз глубоко поклонился и покинул номер.

Варан прыгнул на кресло и с удобством развалился на нем. Глупая сестренка, говоришь не можешь прийти, так как есть дела поважнее? Сказочная дура, ты даже не представляешь насколько важный секрет ты мне рассказала.

— Роден, кажется наша мечта будет исполнена раньше чем мы думаем. Судьба улыбается нам, — Варан достал из кармана бутылку энергетического эликсира, откупорил ее и, чокнувшись в воздухе с картиной, присосался к горлышку.

Бодрящая жидкость с протяжным бульканьем проникала в горло.

Наконец отлипнув от бутылки, Варан зажмурился. Он наслаждался послевкусием. Пузырьки шипучего напитка лопались на языке, доставляя неимоверное удовольствие.

Чтобы стать главным наследником Дома, ему нужно было соблюсти два условия. Первое — совершить выдающийся для семьи поступок, а именно уничтожить врага Дома с печатью раба. Второе — пробудить силу родословной, создав резонанс пустоты.

Судя из летописей об истории Дома и подтверждения этой информации слугой, Джино и был тем младенцем, которому чудом удалось выжить шестнадцать лет назад. А значит в Джино течет кровь Дома Найт.

Варан хлопнул по подлокотнику кресла. Сегодня он сорвал куш. Чтобы выполнить оба условия, ему нужно просто убить Джино.

Он много времени думал о создании резонанса пустоты. Раз уж он теперь не сможет попасть в отдел редких рукописей и найти там подходящую технику, он собирался пойти в гильдию алхимиков попросить их создать эликсир. Эликсир для пробуждения сильнейшей родословной Дома Найт. Но сегодня судьба оказалась к нему бласклонной.

Варан сложил записку, и дуновением эфира отправил ее, медленно паря в воздухе, в камин.

Языки пламени пожирали листок, ласково обнимая со всех сторон. Варан завороженно смотрел на них и смеялся.

— Джино, ты мой личный сорт эликсира!

Глава 31.

Джино вжимался на полу в угол подсобки. Сердце бешено колотилось. Он расширенными глазами смотрел на лежащий на столе кусок мяса, с которого капала кровь под тусклыми лучами эфирной лампы.

Он прикрывал лицо руками, пытаясь закрыться от этого зрелища и видений расширяющихся красных пятен, в которых проявлялось человеческое лицо, но в то же время продолжал смотреть на кусок мяса. Холодный пот ручьем стекал по спине.

Внутри него как-будто сопротивлялись две силы: одна пыталась скрыться, сбежать, а другая смотрела на кровь. В конце концов одна из сторон победила.

Джино в панике отвернулся, ковыряя руками стену.

Он просидел в этом углу, глубоко дыша и собираясь с духом, минут двадцать.

Раздался негромкий стук в дверь. Осторожный. Будто тот, кто стучался, боялся потревожить живущего в подсобке.

— Кто там? — слабым голосом спросил Джино.

— Джино, это я, — в ответ донесся дрожащий голос лапшичного. Дверь скрипнула и он вошел внутрь. На несколько секунд в комнате воцарилась тишина. Видимо лапшичный замер в недоумении, увидев зажавшегося и уткнувшегося в угол Джино. — Что ты там делаешь?

Джино, не оборачиваясь, показал рукой на капающий кровью на пол кусок мяса.

— Не важно. Убери его.

Лапшичному, который обо всем доносит Варану, лучше не знать о гемофобии.

— Что это? Мясо? А, да, конечно, сейчас уберу.

— И миску с кровью на полу тоже. Спрячь их в шкаф.

Послышались шаги ходящего по комнате лапшичного, звуки открывающихся и закрывающихся дверец.

— Убрал?

— Да.

— Отлично, — Джино облегченно выдохнул, разогнув затекшие ноги, встал и обернулся.

Лапшичный стоял в центре комнаты, ссутулясь и с виноватым видом, кончиками пальцев держась за стол. Бледный. На нем лица не было.

Несколько секунд Джино и Лапшичный смотрели в глаза друг другу.

— Решил навестить коллегу? — прервал молчание Джино. — Или проверить не сдох ли я тут от одиночества?

— Я это... пришел извиниться, — лапшичный замялся, спрятал руки за спину. Упер глаза в пол. — В общем извини меня за тот случай.

— За какой случай?

— За энергетик. Он мог тебя убить, — робко выдавил Чирк, и тут же добавил.

— А то я не заметил, — усмехнулся Джино.

— Но я сделал это не по своей воле. Это Варан попросил меня передать его тебе.

Опять этот мелкий пацан? В груди на мгновение вспыхнула ярость, но тут же утихла. Вот же мелкая мразь. Хотя он и до этого догадывался, что это проделки Варана, но в этом не было полной уверенности. Чирк сейчас развеял все его сомнения.

Будучи бывшим покеристом Джино всегда считывал признаки лжи с лица собеседников. Неосознанно. Лапшичный действительно говорил правду. Джино присел на кровать, сложил ногу на ногу и сцепил руки, обхватив ими колено.

— Допустим, я тебе верю. Удивлен, что у тебя вообще совесть проснулась, прийти ко мне и признаться во всем. Может объяснишь зачем подрабатываешь на побегушках у Варана?

Лапшичный расслабленно выдохнул, поняв, что Джино не собирается его прикончить прямо сейчас. Он присел на краешек стула. Упер взгляд в пол.

— Помнишь, я тебе после вступительных экзаменов говорил, что мне нужны деньги? Много денег. Так вот они мне нужны, чтобы выкупить отца со стены. По неосторожности он оскорбил аристократа, и за это был сослан защищать стену от нападений химер, — лапшичный сделал паузу, чтобы унять волнение. Судя по всему вся эта история с отцом очень сильно его задевала. — Чтобы заплатить штраф и освободить его, мне нужно десять тысяч золотых. За всю жизнь я может и скоплю такую сумму, но иметь столько времени в запасе... непозволительно. В любой момент отец может погибнуть в столкновении с химерами. Так получилось, что Варану нужно было следить за тобой, поэтому, чтобы подзаработать я докладывал ему обо всех твоих действиях. Он хорошо платит. Я уже скопил половину суммы. Перед боем он потребовал, чтобы я отдал тебе эликсир.

— И ты решил, что чтобы спасти одну жизнь, в обмен ты можешь убить другую?

— Нет, я совсем не это имел ввиду, Джино. Прости. Я верну Варану назад все деньги и больше не буду следить за тобой.

— Ладно, забудь. Я не держу на тебя зла. Ты пытался убить меня, я тебя. Мы квиты. И это... — Джино на секунду задумался. — Продолжай дальше докладывать Варану о том, что я делаю, с кем общаюсь, и выполнять его поручения.

Брови лапшичного полезли на лоб от удивления.

— Продолжать дальше следить за тобой? Но зачем?

Джино отвернул голову в сторону стены. Через несколько секунд от него донеслось:

— Не хочу, чтобы твой отец умер.

Глаза лапшичного засверкали. Нос покраснел. Вытирая внезапно нахлынувшие слезы, он рухнул на колени и глубоко поклонился, отвернувшемуся в другую сторону Джино.

— Спасибо, — через некоторое время сказал лапшичный. Он шмыгнул носом, втягивая потекшие от слез сопли. Сглотнул. — Мне нечем сейчас отблагодарить тебя. Если появится возможность, я обязательно отплачу тебе. И хочу предупредить, что Варан не отстанет от тебя пока не убьет. Тебе лучше остерегаться его. Найты самый коварный дом в Луноцвете, даже главный закон их не остановит, если они что-то задумали.

— Ступай уже, — лениво махнул рукой Джино.

Как только лапшичный покинул комнату, Джино выдохнул. Поддерживать как ни в чем не бывало разговор после приступа фобии оказалось тяжело. Только сейчас его разум начал приходить в спокойствие.

Последние события показали, что его вроде не опасное для жизни заболевание, которое мешает просто комфортно жить, в Луноцвете грозит смертельными последствиями. Он регулярно оказывается уязвимым. До этого ему просто везло, и он чудом вышел победителем в схватках с Люмбосом и химерами, но если что-то такое повторится еще раз...

Джино не был уверен, что не окажется парализованным страхом перед идущей к нему смертью.

Главной целью было стать начертателем, чтобы разобраться с тем как устроена запретная печать на груди, снять ее с себя и вывести из нее способ сбежать из Муэрто.

Но сейчас перво-наперво нужно было побороть болезнь. И самым логичным было натренировать стойкость, научиться в лоб преодолевать свой страх. Как считали психологи на земле, если дозировано очень часто встречать свой недуг, то можно выработать к нему сопротивляемость. Но как показал сегодняшний вечер он не сможет быстро выработать стойкость.

Эти странные ощущения будто бы не здесь и не сейчас, когда его словно вырывает из этого мира, уже порядком надоели. Джино посмотрел на шкаф, в котором находился кусок мяса, истекающий кровью. Сглотнул.

Оставался еще один метод. Понять причину, по которой у него появился страх крови, и проработать ее. На Земле это расстройство впервые появилось у него в шестнадцать лет. Но сколько бы Джино ни вспоминал, он не мог вспомнить почему оно появилось. Разум будто заблокировал доступ к этим воспоминаниям.

Джино открыл ящик в столе, достал оттуда потрепанную брошюру по элементарному начертанию. Пролистал до пятой страницы. Единственная изображенная руна на ней привлекала его внимание.

«Память» — такое обозначение значилось под витиеватым символом, и ничего больше. Никаких пояснений о том, что это за руна и как она работает.

Джино взглянул в окно. В это время город уже ложился спать, а ему ночь видимо придется провести без сна.

Спустя пять часов пол усеяли комки исписанной бумаги. Голова гудела, пальцы дрожали от напряжения. Джино безостановочно пытался подобрать правильную последовательность прорисовки элементов руны.

«Активировать!» — послал он мысленную команду, нарисовав очередной экземпляр руны.

В ответ никаких изменений. Сто вторая попытка провалена. Джино приготовился выбросить на пол еще один клочок бумаги, как вдруг заметил, что напитанные эфирной энергией начертания вспыхнули светом. Должно быть из-за корявости некоторых элементов, руна активировалась с задержкой.

Наконец-то! Джино радостно сжал кулак и дернул им в воздухе. Теперь осталось понять как она действует.

На всякий случай он влил в нее побольше энергии, а затем положил на себя листок с нею. Подождал несколько секунд. Ничего не произошло.

Проклятье! Почему в брошюре не было никаких пояснений?

Джино почесал лоб, призадумавшись.

Взгляд случайно упал на грудь, на то место где располагалась запретная печать. Точно. Как он мог забыть такую очевидную вещь. Руны можно рисовать на теле.

Снова кряхтя и пыхтя, Джино через полчаса наконец вывел на себе руну памяти. Во весь лоб. Благо он запомнил в какой последовательности чертить элементы руны, иначе бы ему пришлось все тело разукрасить в них пока он не нашел бы подходящий вариант.

Лоб выглядел самым очевидным местом. За ним мозг.

Отлично. Джино потер руки, в предвкушении, закрыл глаза, дабы лучше сосредоточиться.

Через несколько секунд он распахнул веки.

— Активировать!

Он посмотрел в окно. В отражении в стекле руна засияла тусклым серым светом.

Пока ничего не происходило. Видимо нужно сосредоточиться на том, что хочешь вспомнить. Для пробы Джино решил вспомнить недавнее событие.

В разум тут же хлынули образы из недавнего прошлого. Вот он рядом с Алисией зажат в тупике во время нападения химеры. Но вот в небе появляется стремительно увеличивающаяся красная точка, а затем Валериан Прайм одним ударом рассекает гигантскую химеру на две ровные части.

Сухой привкус страха во рту. Прохладное дуновение ветра, запах улицы и шум листвы на деревьях. Все телесные ощущения были настолько яркими и красочными, что Джино показалось будто он на самом деле вернулся в прошлое.

Джино удивленно выдохнул. Вот это да. Ощущения будто в 5D кинотеатре побывал на Земле.

Сделав еще несколько попыток, Джино определил, что чем старее воспоминание, тем больше эфирной энергии требуется.

Поможет ли руна памяти вспомнить события прошлой жизни? Джино сел на кровать и принялся подзаряжать энергией руну. Он сливал в нее без остатка все создаваемые внутренним вихрем запасы

Где-то спустя два часа Джино открыл глаза. Достаточно. Накопленной энергии должно хватить. Он сосредоточился на провале в памяти, и почувствовал как сознание уносится в прошлое.

Вот ему шестнадцать лет на Земле. Он только что в Вегасе выиграл свой первый живой турнир по покеру и получил миллион баксов. Чувства, которые он испытывал, окрыляли.

Эндорфины в мозгу зашкаливают, чуть ли не сводя его с ума от ощущения счастья.

Вот он заходит в бар, заказывает самую дорогую бутылку виски. Бармен против. Требует предъявить документы.

Твою мать, какие еще документы? Недовольный Джино вытаскивает пухлый кошелек, швыряет на стойку пачку купюр, не отсчитывая. Бармен озираясь по сторонам, чтобы не увидело начальство, в торопях сгребает деньги к себе в карман, и радостно улыбается Джино. Все. Вопрос решен.

Несколько минут, и он мчится на новеньком рэнджровере, купленном в этот же день.

Какие к черту водительские права? У него с собой столько денег, что ни один коп не посмеет ему что-либо предъявить. Все как миленькие будут радостно улыбаться, услужливо открывая ему дверь и желая счастливого пути.

Ночной ветер шумит в открытое окно. Динамики на полной громкости орут любимую песню — не стареющую классику «Мы нагнем этот мир!».

Одна рука расслаблено лежит на руле, другая держит откупоренную бутылку. Время от времени он присасывается к ней, делая очередной глоток пойла. Крепкого. Обжигающего.

Стрелка на спидометре давно уже пересекла засечку в сто двадцать миль в час, но Джино плевать. Он подпевает. Кричит изо всех сил и покачивается телом на водительском сиденье под ритм песни. Радость от выигрыша дурманит разум. Он наконец-то стал миллионером!

Мать его, долларовым миллионером!

Спереди что-то мелькает, какие-то странные непонятные точки, которые стремительно увеличиваются.

Внезапно машину будто встряхивает. Раздается гулкий шлепок удара. Визг тормозов.

Джино сдает назад.

В зеркале заднего вида на асфальте лежит два силуэта. А перед ними на коленях стоит маленький мальчик, на вид лет шести.

Заплетающимися от алкоголя ногами Джино выходит из машины, и, шатаясь, подходит ближе. В воздухе пахнет резиной от нагретых покрышек.

— Мама, папа, проснитесь. Мама, папа... проснитесь! — силуэты не двигаются, но мальчик продолжает звать их. Он трясет, пытается поднять, но они по-прежнему не двигаются. Просьбы мальчика переходят навзрыд. — Проснитесь!

Под тусклым светом фонарных столбов из под лежащих тел медленно расплывается темное красное пятно. Пятно крови.

Джино ошарашенно смотрит в начале на мальчика, потом на не двигающихся родителей, а затем переводит взгляд на свои руки. Он не может поверить своим глазам. Его колени и руки трясет. А кровавое пятно расплывается все больше и больше.

Он пытается сглотнуть, но не может. Горло пересохло. Дышать тяжело, воздух будто куда-то исчезает. Сердце разгоняется, колотясь все быстрее.

— Нет. Этого не может быть. Это все не правда! — кричит Джино, быстро разворачивается, садится в машину и дает по газам.

Автомобиль уносится с места происшествия, оставляя после себя лишь свет красных фар...

Глава 32.

Джино отторопело смотрел, не верящим взглядом на свои руки. Они дрожали. Спина взмокла от холодного пота.

Он в пьяном угаре сбил человека и сбежал с места происшествия. Сбежал как последний трус. Джино трясло как во время лихорадки. Он как сейчас видел эту сцену перед глазами, где маленький мальчик пытается разбудить родителей. Те неподвижно лежат на асфальте. А мальчик продолжает будить их, ревя и не понимая, что они уже мертвы...

А что если сбитые люди был еще живы, и их можно было еще спасти, если отвести в больницу. В ту ночь в порыве своего счастья он лишил этого самого счастья кого-то другого, подарил сиротство ребенку.

Осознание своего прошлого поступка, ошарашивающей пустотой ударило по голове Джино. Он еще долго сидел, уставившись в белую стену.

Тогда он повел себя неправильно, должно быть чувство вины от совершенного греха преследовало и мучало его.

Устав страдать, мозг заблокировал болезненные воспоминания, чтобы больше никогда не испытывать этот стресс, но их тяжесть по-прежнему давила на него. Вот почему каждый раз, когда он видел кровь, разум вспоминал перенесенные тогда эмоции и испытывал приступы паники.

На Земле Джино изучал психологию для улучшения навыков игры в покер, а именно чтения людей. И так уж получилось, что во время прохождения этого курса он немного узнал о лечении психотравм. Это был небольшой блок.

Чтобы излечить психотравму совершенной ошибки нужно было заново пережить событие из прошлого, поэтапно пройти через стадии страха, боли, злости, а в конце перейти к стадии принятия и прощения. В горле застыл комок. В голове застыл вопрос. Сможет ли он принять это? Сможет ли он простить себя за то, что подарил горе ни в чем не повинному ребенку?

Теперь он вспомнил. Тогда он выигрывал турниры по покеру один за другим, миллионы долларов регулярно поступали к нему на счет. Но все деньги он переводил анонимно на один банковский счет. Этот банковский счет принадлежал тому самому мальчику, потерявшему родителей. Джино нашел его, наняв частного детектива.

Долгие годы страдая от совершенной ошибки, он пытался загладить вину. Искал путь к искуплению. Но могут ли деньги заменить ребенку родителей, которых он потерял?

Пустота заполнила душу. Джино осознал, что не сможет излечить эту психологическую травму. По крайней мере не сейчас точно.

Может не зря он переродился в этом темном холодном мире, где нет счастья? Возможно такого его наказание за свершенный грех, и не стоит больше пытаться сбежать из Муэрто.

Лунные утренние лучи пробивались в окно каморки, разбрасывая длинные тени по полу и стенам. Джино по-прежнему сидел неподвижно, уставившись в одну точку.

Внезапно мир вокруг закрутился вверх тормашками. Стены, стол, стул, тряпки, ведра все в быстро закружилось перед его взором. «Перенос в другой мир?» на мгновение мелькнула мысль. Затем раздался грохот. Щеку, а затем и голову озарило болью. Джино осмотрелся. Он лежал врезавшимся в эти самые ведра и тряпки.

— Ой, прости, Джино. С тобой все в порядке? — перед его взором предстала девушка в маске. Ее фиолетовые глаза с тревогой осматривали его, все ли с ним было в порядке.

Сука. Обязательно надо было бить? Такова была его первая реакция. Он едва не сорвался, чтобы врезать по ее холодной физиономии, но, быстро успокоился, почувствовав сладкий аромат ее фруктовых духов.

— Как ты тут оказалась? — спросил он Алисию.

— Я постучалась в дверь, но никто не ответил. Тогда я осторожно вошла, и смотрю ты сидишь неподвижно как мумия. Лицо бледное. Я звала тебя, но ты не отвечал. Весь бледный. Как-будто в трансе. Я подумала нужно срочно привести в сознание, а то мало ли что с тобой случится. Прости силу не рассчитала, — Алисия ладонями прикрывала раскрытый рот.

Джино удивленно посмотрел на нее. Мда... Чего он еще мог ожидать от Крулла, кроме как не насилия? Он размял шею, потер щеку. Хорошо, что шея оказалась крепкой, а то от таких ударов обычно позвонки ломаются.

— Ты болезненно выглядишь, Джино. Что-то случилось?

— Все нормально, просто вспомнил кое-что, — отведя взгляд в сторону, ответил Джино.

— А что это у тебя на лбу нарисовано? Эксперименты с рунами на себе ставишь?

Джино спохватился. Он ведь как баклан сидит с изрисованным непонятно чем лбом.

— Обучаюсь потихоньку, — буркнул он, оттирая мокрой тряпкой следы от чернил.

— Не советовала бы такое проделывать, — озабоченно сказала Алисия. — Начертания очень нестабильное искусство, малейшая ошибка и результат может оказаться противоположный тому, на который ты рассчитывал.

Хм. И вправду. Джино удивленно прислушался к ней, а затем вдруг с еще большим удивлением заметил, что из ее голоса куда-то исчез холод. Она стала как-то теплее что-ли.

— Кстати, а что с твоей прической?

— А что с ней?

— Обычно она изящная и гладкая, локон к локону, строгая по аристократически. А сегодня вдруг такая растрепанная. Ты будто только проснулась, вскочила с кровати и бегом побежала ко мне, — Джино улыбаясь смотрел на фиолетовые волосы девушки.

— Еще чего. Делать мне больше нечего, как бежать к тебе, забыв обо всем. Моя личная служанка Присцилла сегодня заболела, а другим я не разрешаю прикасаться к своим волосам, — сказала Алисия, отведя взгляд. Ее щеки слегка порозовели.

Джино вскинул бровь. Почему-то девушка его обманывала. Ну да ладно, ему в принципе было плевать на ее внешность. Не хочет говорить про прическу, ее проблемы.

Он встал, привел себя в порядок после бессонной ночи, между делом обмениваясь ничего не значащими фразами с Алисией.

Бабах! Дверь распахнулась с удара ноги, и внутрь влетела как ветер, кружась и припрыгивая, еще одна деваха с черными волосами и веснушками на лице.

— Дорогой, доброе утро! — бодро воскликнула Виктория, а затем она перевела удивленный взгляд на Алисию. — О, Алиска, и ты тоже тут? Хм... Хранитель знаний ведь не дает тебе заданий, а ты по-прежнему крутишься возле моего жениха, — лицо Виктории помрачнело, она сложила на груди руки и недовольным взглядом уставилась на Алисию. — Это уже второй раз, подозрительно это все.

— Ничего это не подозрительно, я пришла к наставнику. А так как Джино здесь, то зашла просто поздороваться с ним, — выпалила Алисия. Достала из кармана упаковку гранатового сока и принялась яростно потягивать его через трубочку.

— Хм... Все-равно это странно, — Виктория сузила глаза, изучая Алисию, но затем, будто быстро забыв о ней, она, запрыгнув, села на стол и весело замахала ногами.

— Джино, ни за что не угадаешь, что я тебе принесла.

Виктория сделала восхищенное лицо, засунула в голубую сумочку обе руки и вытащила оттуда восемь разноцветных бутылочек, зажав по одной между пальцами.

— Та-дамс! Энергетики! — радостно воскликнула она и замерла, ожидая ответной реакции. Джино и Алисия изумленно смотрели на это. — Держи. Я видела как ты сделал прорыв в бою с Люмбосом, выпив энергетик Варана. Думаю, еще несколько штук тебе точно не помешает.

— Но я не собираюсь идти по пути культивации, к чему мне они? Я буду мирным ремесленником, мне это ни к чему, — Джино отодвинул назад протянутые бутылочки с эликсирами. — К тому же такие прорывы смертельно опасны. Ты всерьез хочешь, чтобы я повторил их, рискуя жизнью?

— Джино, если ты откажешься, я расплачусь. Я не хочу, чтобы мой будущий муж был слабаком, — запричитала Виктория, затем достала из сумки платочек и начала вытирать несуществующие слезы.

Джино замер, не зная как реагировать на эту бесстыдную провокацию. По правде сказать, он бы и рад был принять эти энергетики, но ему не хотелось оставаться в долгу у Виктории. Девушка являлась дочерью правящей ветви Дома Найт, Дома — который остальные Дома считают главным хищником Луноцвета. Он не мог понять, действительно ли Виктория такая простушка или у ее действий есть какая-то подоплека.

В прошлом при игре в покер, если ему не были ясны намерения соперника, то он никогда не колировал его ставку. Человек, которого нельзя прочитать, это необоснованный риск. А Джино никогда не принимал необоснованный риск. Это был его главный принцип, который и позволял десять лет подряд оставаться непревзойденной вершиной в мире покера.

К тому же с учетом того, что ее брат хочет убить его, стоило ли сближаться с ней? Может это еще одна уловка Варана?

— На твоем месте я бы приняла подарок, — вмешалась в разговор Алисия. При взгляде на Викторию, ее глаза сияли холодом, но в этот раз она ее поддержала. — Ты ведь хочешь стать начертателем? Главный недостаток рун — это их сумасшедшая энергозатратность. Поэтому они проигрывают всем остальным видам эфирного ремесла. Для создания хоть сколько-нибудь значимых рун выше элементарного уровня требуются тонны эфирной энергии. А для этого нужно иметь высокую культивацию с очень объемным эфирным сосудом.

Джино потер подбородок. Хм. И вправду, об этом он не думал. Получается, если он хочет быстро продвигаться в стезе начертаний, придется взять подарок Виктории. Правда как бы потом не остаться в неоплатном долгу перед нею.

— Будучи джентельменом, я не могу заставить девушку плакать, поэтому с радостью приму этот дар, — он благодарно улыбнулся девушке, и, собрав энергетики в охапку, радостно взял их. Чтож, если это нужно для достижения цели, он сделает еще несколько прорывов.

— Я всегда знала, что мой жених достоин уважения, — сказала Виктория, радостно хлопая ресницами. Затем перевела взгляд на Алисию, и удивленно спросила. — Кстати, а что это с твоей прической?

— Служанка заболела, — промычала Алисия, не вынимая трубочки изо рта. Ее фиолетовые глаза сверкнули льдом. Это был уже второй вопрос про ее прическу.

Мда, она действительно странно ведет себя, отметил Джино про себя.

— Фу, чем это так отвратительно пахнет? Какой спертый запах вперемешку с подпорченным мясом и фруктами, — повела в воздухе рукою Виктория, затем по-хозяйски подошла окна и открыла его на распашку.

Джино судорожно сглотнул. Про мясо понятно, оно в шкафу уже портиться начало. А вот фраза про отвратительный фруктовый запах — это ведь прямой намек на Алисию. Как бы сейчас между девчонками драка не началась. Их культивация на порядок выше чем у него. Они же тут все разнесут, да еще и его зацепят.

Алисия ледяным взглядом уставилась на Викторию в свойственной ей манере снежной королевы. Джино кожей почувствовал как пробуждается ее морозная аура. В каморке резко похолодало.

Виктория же с усмешкой смотрела на Алисию. Кажется это была провокация.

Нужно срочно разрядить атмосферу.

— Давайте выйдем наружу, я утреннюю зарядку собираюсь делать, — Джино обезоруженно улыбнулся.

Захватив оружие, он вышел во внутренний двор библиотеки, огороженный зеленой изгородью с раскидистым дубом по центру. Девушки вышли следом.

Зарядка предполагала отработку движений с оружием из техники Черного вихря. Что, что, а привычку к физическим упражнениям Виктусу удалось вдолбить в его голову намертво.

Джино стремительно двигался, отрабатывая вращательные приемы.

Сделать проход вперед, кувыркнуться, затем стремительно развернуться. Рыбий меч с пением рассек воздух. На лбу проступили капли пота.

Через час на работу, нужно было успеть отработать все движения минимум по двенадцать раз в пяти подходах. Девушки позади дуба все это время наблюдали за ним, время от времени перекидываясь фразочками друг с другом. Из поддевок Виктории и ответов Алисии на них, Джино краем уха услышал, что толстый Карл больше не является телохранителем Алисии. Из-за одного инцидента, который Алисия не назвала, его отозвали в поместье Крулл и сейчас там проводится проверка в отношении него.

Джино догадался о каком инциденте Алисия умолчала. Это был случай в бестиарии. Когда она оказалась в смертельной опасности, телохранителя-евнуха не оказалось рядом, чтобы спасти ее.

Дверь в изгороди со скрипом отворилась.

— Джино, слыхал новости? — раздался голос Крейго, вбежавшего во двор библиотеки.

Увидев Алисию он внезапно остановился, с опаской сделав несколько шагов назад. Видимо в воспоминаниях здоровяка были свежы сцены, где толстый Карл по ее приказу нещадно лупит рапирой по его заднице.

Через несколько секунд он пришел в себя, и как того требовал этикет поприветствовал девушек из благородных семей.

— Кстати, а что с твоей прической? — невольно выдал он, уставившись на Алисию.

Взгляд девушки помрачнел. Из ее тела начал клубиться холодный туман, трава под ногами начала покрываться инеем.

Джино остановился, резко прекратив тренировку. Он почувствовал как кожа от холода покрывается мурашками, а волосы на ней подымаются дыбом.

Крейго, баран, зачем ты ее спросил о прическе? За сегодня уже в третий раз ей намекнули, что у нее беспорядок на голове. Все. Буквально все, кто ее видел, спрашивали ее о прическе, намекая, что с ней что-то не так. Еще немного и она взорвется, превратив всех в сосульки.

— Крейго, так про какие новости ты там спрашивал? — Джино быстро поменял тему разговора, напомнив здоровяку о том, что тот хотел что-то рассказать.

Алисия отвернулась в сторону, надменно подняв подбородок и всем своим видом показывая, что не желает разговаривать с неотесанным мужланом. Джино облегченно выдохнул. По крайней мере она успокоилась, передумав устраивать здесь музей ледяных скульптур.

— Друг, ты видимо пока лежал в лазарете совсем от жизни отстал. Весь город говорит об этом. Через три месяца будет новый вступительный экзамен в Академию Хранителей Луноцвета. Поток, который успешно сдаст его, будет курировать сам городской лорд, — забыв об Алисии, восторженно произнес Крейго. Его глаза лучились от радости. — Ты представляешь это? Поток будет курировать сильнейший человек Луноцвета, а значит этот поток будет сильнейшим.

— Да, ладно. Сам городской лорд? — оживленно спросил Джино.

Каждый новый поток студентов в академии курировал представитель одного из Верховного дома как правило звездной ступени. Он можно сказать был их классным руководителем, оказывал всяческую поддержку своим подопечным. От него зависел успех потока. Но городской лорд находился на ступени сверхновой звезды, то есть на голову превосходил всех предыдущих кураторов. Он считался экспертом недосягаемой величины в области эфирных практик и был одним из Хранителей города. Можно было только догадываться о том, насколько ценными оказались бы его советы и поддержка.

Обалдеть. Стать учеником самого городского лорда. От крутости этой новости у Джино перехватило дыхание.

— Но, но! Сбавь обороты. Туда ведь еще поступить надо, — внезапно со скепсисом произнес он, трезво оценивая свои шансы на поступление. Он положил на землю меч, взял подол рубахи и вытер им взмокшее от пота лицо. — Ты же знаешь, что к простолюдинам на экзамене особое отношение.

Его тоже охватила радость, но он помнил насколько тяжелой была первая попытка. Хотя его настроение от новости все-равно улучшилось. Городской лорд основал факультет начертания, а значит под его кураторством учиться на этом факультете будет еще эффективнее.

— А чего тут переживать. Я теперь не простой простолюдин. Видал это? — Крейго гордо показал пальцем на костяной значок прикрепленный к груди. На значке красовалась гравировка в виде силуэта человека, который ножом разрезает огромную кость. — После того, как ты убил несколько химер моим оружием в лазарете, комиссия костоломов присвоила мне титул мастера-костореза. Теперь я могу брать заказы даже у аристократов.

Джино похлопал браваде Крейго, про себя отметив, что тот даже не удосужился отметить его вклад в это повышение по должности. Ведь без Джино, он бы так и ходил в подмастерьях.

— Допустим, экзаменатор будет лучше к тебе относиться на экзамене, но это ведь не означает, что ты победишь марионетку.

— Так для этого ты есть. Ты нарисуешь руны мне на животе, и я с легкостью одолею любую марионетку! Тыщ, тыщ! — Крейго ударил кулаком несколько раз в воздух, показывая, как он сокрушает невидимого врага.

Услышав про руны, Джино принял озадаченное выражение лица. Он почесал затылок.

— Крейго, мм... Как бы это сказать. Я не смогу нарисовать тебе руны такие же как у меня на животе, — Джино тяжело выдохнул. — Прости.

Внезапно радость в глазах Крейго сменилась яростью. Он двумя руками схватил Джино за ворот и прижал к дереву.

— Слышь, сопляк! Так ты меня обманул? Я тебя сейчас на этом суку вздерну.

— Поставь его на землю, — со стороны прозвучал презрительный холодный голос Алисии.

На ее руке появилась сгусток эфирной энергии, который быстро принимал форму алого ледяного копья, направленного на Крейго.

— Не вмешивайся, девчонка, это мои с ним дела. У вас ведь аристократишек честь самое главное? Так вот этот шкет совершил бесчестный поступок, за который сейчас огребет по полной!

— «Огребет» сейчас здесь только один человек, — вмешалась в разговор Виктория. Спустя секунду она оказалась подле Крейго. Изящное лезвие с гравировкой Дома Найт было прижато к горлу здоровяка. — Посмел поднять руку на моего будущего мужа?

Крейго отторопел, сглотнул слюну. Он в страхе переводил взгляд с Виктории на Алисия, и обратно. Во взглядах обеих читалось желание убивать.

— Все в порядке, дамы. Крейго не хотел причинить мне вред. А если бы и захотел, то не смог бы. В конце концов я победил аристократа на пятом уровне воздушной ступени. Как думаете смог бы воздух первого уровня справиться со мной? — примиряющим голосом сказал Джино.

Вообще по его мнению Крейго очень глупо вел себя, проявляя к нему агрессию. Как-никак у Джино был в руках нож, от одного удара, которого погибали даже химеры.

Усилив эфиром свободную руку, он с молниеносной скоростью стукнул по запястьям Крейго, отчего тот сразу отпустил Джино. Виктория, увидев, что Джино держит ситуацию под контролем, усмехнулась, убрала оружие и отошла назад к Алисие, стоящей у стены библиотеки.

— Крейго, я не могу начертить руны на тебе, но могу сделать это на твоем оружии. Алисия не могла бы ты вытащить какое-нибудь рунное оружие и активировать его?

Алисия прикоснулась к драгоценному браслету на своей руке и вытащила из него тонкий меч, испещренный символами. Стоило ей взмахнуть им, как тонкий клинок вспыхнул пламенем.

— Видишь? Таким же мечом она победила на экзамене свиногризли — химеру второй мутации. Я могу тебе не слабее усилить любое твое оружие. Просто принеси мне его до экзамена. Согласен?

— Хорошо. В этот раз я поверю, не вздумай обмануть меня снова, сопляк! — Крейго угрожающе ткнул в Джино пальцем. Внешне его ярость ни капли не утихла.

Но Джино с легкостью читал лицо лысого здоровяка. Его ярость была показухой. На самом деле, ему было сейчас страшно и чертовски больно. Боль в его руках должно быть была адская, так как удар пришелся на болевые точки.

— И еще, я заберу оружие, которое сделал для тебя. Оно будет залогом. Пока не выполнишь обещание, назад его не получишь, — продолжал Крейго гнуть свою линию.

Джино мысленно зааплодировал ему, даже будучи в невыгодном положении тот пытался вести себя доминируя.

— Без проблем, я сейчас же верну тебе оружие, — сказал Джино.

Если смотреть по совести, то лысый громила был прав, и Джино был согласен с ним. Между ними должна была быть честная сделка.

Только он собрался отдать нож, как в груди начали расходиться волны тепла. Джино свободной рукой приотворил верхний подол рубахи и скосил взгляд вниз.

Печать раба пульсировала. Витиеватые линии загадочных узоров ярко светились серебряным светом. Где-то там, в глубине души просыпалась жажда убийства.

Тело прошибло холодным потом. Крейго стоял вплотную к нему. Джино с ужасом смотрел на него, понимая, что сейчас произойдет.

Его рука непроизвольно сильнее сжала нож с тройным лезвием, каждый удар которого оставлял смертельные раны.

Один удар — один труп!

Джино в шоке смотрел на пульсацию запретной печати. Внезапное убийственное желание с каждым разом все сильнее накатывало на него.

— Чего ты застыл? Давай нож, — раздался голос Крейго, стоящего рядом. Но звучал он как-будто издалека.

Девушки поодаль изумленно смотрели на Джино, не понимая почему тот замер.

Проклятье! Что делать? Джино не думал, что после прошлого случая таинственный хозяин так быстро снова воспользуется печатью раба. Рука с оружием дрожала. Он еще мог сопротивляться силе печати, но скоро она полностью захватит контроль над телом.

Заковать себя снова в цепи? Бесполезно. Игнатиус сказал это не отменит приказа хозяина, пока он не будет исполнен. Разум Джино лихорадочно соображал. Лоб покрылся испариной, во рту пересохло.

Правая рука, державшая нож, дрогнула еще раз и поднялась в сторону Крейго.

Джино сжал зубы. Левой рукой он перехватил правую и развернул ножом к себе. Напрягаясь изо всех сил, он поднес его к своей шее.

Еще три сантиметра, и клинок проткнет горло.

— Джино, что ты делаешь? — раздался со стороны тревожный голос Виктории.

Крейго пятился назад с широко распахнутыми от страха глазами, показывая пальцем на оружие.

— Слышь, ты, ублюдок! — не разжимая зубов, сквозь силу сказал Джино. — Да, ты, гребанный мудак, который управляет моим телом. Я знаю, ты смотришь на меня через эту печать. Не знаю по какой причине, но я нужен тебе. Не отменишь приказ сейчас же, я проткну себе шею. Ты потеряешь ценного слугу. Ты слышал меня?!

Последние слова Джино прорычал, чувствуя что через несколько секунд полностью утратит контроль над телом.

Шли мгновения, казавшиеся вечностью. Джино ждал.

Желание убивать по-прежнему действовало. Чтож, видимо таинственный хозяин белоснежного пера не поверил в его блеф. Тогда у него не остается другого выбора.

«Один удар — один труп!»

Это не блеф...

Джино закрыл глаза, сделал выдох, и, собрав последние силы, ударил ножом себя в шею...

Острие ножа стремительно приближалось, но внезапно Джино почувствовал, что рука дальше не двигается.

Джино удивленно открыл глаза. Лезвие остановилось в сантиметре от кожи.

Сбоку стояла Алисия, ее рука обхватила клинок ножа. Пронзительный взгляд из под белоснежной совиной маски неподвижно смотрел в глаза Джино.

— Остановись, — сказала она.

Отпусти. Ты не понимаешь! У Джино не было больше времени на разговоры, нужно было срочно успеть.

Он влил в руку всю эфирную энергию без остатка, усилил мышцы до такой степени, что их едва не разрывало от напряжения. Судорожно сжимая зубы, он давил нож в свою сторону.

Но нож не сдвигался ни на миллиметр.

— Джино, не нужно. Не делай этого, — по-прежнему глядя в его глаза, Алисия покачала головой.

Вдруг похолодало. Эфирная энергия девушки мягко обволокла руку Джино, сковывая движения, но при этом не обмораживая кожу в лед. Краем зрения он заметил, что с ее руки медленно стекает тонкая красная струйка.

Джино хотел дернуться, высвободиться из этих оков и завершить начатое, но вдруг почувствовал, что больше не управляет телом. Паническая реакция на вид крови тоже отсутствовала. Печать полностью захватила его. Все что ему оставалось, это лишь смотреть и чувствовать, что происходит.

Он закрыл глаза в ожидании предстоящего безумия. Он проиграл.

Его губы, против его воли, скривились в усмешку, а затем произнесли не его голосом:

— Хорошо, сопляк! Я увидел твою решимость. Ты мне и вправду нужен для выполнения одного дела, поэтому я дам тебе шанс. Чего ты добиваешься?

Джино почувствовал, что воля, захватившая тело, немного ослабла. Он вновь мог управлять головой.

— Я хочу встретиться с тобой! — крикнул в пустоту Джино.

Он стоял, оглядываясь по сторонам в ожидании ответа. Листва шелестела от ветра. Звезды светили в небе.

Вдруг воздух над ним завихрился. Образовавшаяся воронка, сверкая серебристыми искрами, затянула его тело внутрь.

Джино почувствовал, что его будто вакуумом всосало в турбулентный поток и на умопомрачительной скорости понесло по лабиринтам пространства. Через секунду он уже стремительно падал. Приземление на мраморную плитку оказалось жестким.

Опираясь на руки, Джино поднялся с пола и осмотрелся. Место оказалось просторным залом с высокими стенами и арочным потолком, которые украшали вычурные витиеватые узоры.

Здесь не было ламп. Лунные лучи, пробивавшиеся в окно, ослепительным серебряным светом освещали все изнутри.

Еще никогда Джино не видел такого яркого лунного света. Света, что слепит сильнее солнца.

На троне в центре зала сидела могучая фигура. Из подлокотника трона торчало воткнутое в него белоснежное птичье перо. Совиное.

— Добро пожаловать, Джино!

_________________________________

Дальше идут платные главы.

Если нет возможности оплатить, напишите мне в личные сообщения. Я напишу как можно получить промокод.