Кукла 11

Глава 1

Арис Фрол, сидел в своем кабинете и думал о превратностях судьбы. Еще неделю назад, он был главой никому ненужной юридической конторы, с талантливыми и амбициозными сотрудниками, дружным коллективом и хорошей «базой знаний», но… не имел главного — достойной «крыши»!

А потому, удел их маленького юридической организации, что почти что «клуб по интересам» с куче амбициозных парней без рода и племени, это работа «где-то на подхвате». Предоставление всяких справок уровня «общеизвестное», и ведение дел и юридических консультаций в нише, где «точно никто не крышует».

Семейные разборки работяг, мелкие поручения, и даже большая работа по составлению списка тех, кто может их растоптать одним своим вниманием! Одним фактом, что у них, у ответчика по делу, найдутся деньги на найм кого-то из более титулованной фирмы, связываться к которой… опасно!

Такая политика, автоматически вводила их в разряд «третьесортных», захудало-задрипанной организации, что сливается даже при намеке на проблемы и трудности, но позволяла выжить в этом жестоком мире, и оставаться на плаву, не будучи растоптанными, фигурально, морально, материально. Но автоматически делало их мало кому интересными, нужными или ценными. По сути — никто, пустое место.

Ведь правильно, кому нужны юристы, что переобуваются в полете, после малейшего давления? А не переобуться они не могут! Фрол слишком хорошо знал свой бизнес, и понимал, что если они будут «всегда все делать как надо» невзирая на интересы сильных мира сего, то… в лучшем случае — их просто закроют! В худшем — поубивают нафиг, в назидание другим! Так что… ходить ему и его людям, всегда приходилось по очень-очень тонкому льду, трясясь, словно бы листы на ветру.

На вопрос «А почему не пошёл под кого-то?» Фрол мог бы рассмеяться в лицо говорящему — под кого?! Предложений не было! А идти самому на поклон… как ни странно, все же не позволяла гордость! Это же получится… что не их купили, а они сами, пришли умолять, чтобы их взяли на службу. И может и можно было б так поступить! Но… случая все не представлялось, да и «выгодных нанимателей» на горизонте как-то тоже не было.

Так Арис и жил, балансируя на лезвии ножа, постепенно набирая и штат, и вес, пусть и «в своей нише», задрипанных третьесортных агентств, без претензий на большее. Со штатом ему так и вовсе везло, и сильно, ведь его частенько приглашали подработать лекторам в различные юридические институты, пользуясь его доступностью — нет «высокого авторитета», нет высоких требований и великого эго, нет жадности до денег, с желанием «я за меньшее даже из дому не выйду!», ведь с заработком у Фрола всегда туго, и что есть, всегда «в делах», а самому — порой даже на проезд и хлеб не хватает Юнь.

И работая лектором, Фрол присматривал перспективных студентов для себя. Талантливых, много знающих, умных! Но из простых, без связей, без всего, и как следствие — без шанса вырваться в свет и где-то заблистать, и вынужденных после окончания учебы, прозябать где-то заштатными юристами на не менее заштатных должностях при заводах и офисах.

Брал их к себе, сначала на практику, и если они подходили под коллектив, и хорошо в него вписывались, не создавая проблем — брал после на работу в путь и третьесортную, но все же неплохую фирму, с неплохой зарплатой. Порой с очень интересными, пусть и мало денежными делами и заказами, что доставляют истинное удовольствие любителям настоящих хитро выделанных дел, а иных — и не держат в штате!

Штат рос, Фрол нервничал, ему казалось, что вот-вот, и… его идеальную организацию, либо прикроют, либо просто растащат на части его с таким трудом собранных сотрудников! Растащат фигурально — переманив! Или буквально — рука тут, нога там… Но не происходило ни того ни другого, и он продолжал балансировать на лезвии ножа, перебиваясь с хлеба на воду.

Нет, он не был праведником! Скорее он из тех, кто считал, что «карман фирмы — мой карман!» и постоянно их путал! Вот только по итогу получалось, что денег там на его зарплату и не оставалась, ведь зарплату своим людям, он платил всегда и исправно, переживая о том, что набранные им студентики, выкормленные, вышколенные, обученные… просто разбегутся, кто куда. А значит — заплатить им надо, даже если деньги на зарплату, это его накопления. И вообще — где там граница, финансов фирмы и его «кармана»?

Собственно, страх потерять своих людей, и привел его к той ситуации, в которой он находился сейчас. К тому моменту, что он, в очередной раз сидя со своими ребятами без дела, решил еще разок, на свой страх и риск, «высунутся из норки», подав объявления на ТВ и в газеты, сообщив миру, что они есть, и готовы оказать «любые виды юридических услуг».

Один из трех раз, что они подобное делали за всю историю, это для них чуть не кончилось концом всего — перешли дорогу не тому человеку, люди которого хорошо отдубасили самого Фрола, и доходчиво объяснили — не лезь! И несмотря на уже имеющиеся на руках факты, работу по «раскопке» интересности, что они во всю вели на деньги заказчика, пришлось срочно свернуть, и им даже повезло — «клиента» закопали не фигурально, и выплачивать неустойку за «кидалово» не пришлось, никому.

Два раза из тех, это кончалось подкидыванием вполне непыльной работенки, что пусть и принесла смешные деньги, но позволила окупить вложение в рекламу, и остаться на плаву. А потом… потом совсем темная полоса кончилась, и началась просто тёмная, с работой, подкидываемой его конторе чисто «из воздуха» за счёт сарафанного радио и довольных клиентов, которым они разъяснили те иные тонкости законов, за пол Юня скромного.

И Фрол понимал, что рискует! Рискует, вновь выходя «в эфир»! Но, все же надеялся, что в четвертый раз, будет как в два успешных, а не в третий провальный. И… все пришло к чему-то не тому — «крыша», нашла его сама, предложив работу, на весьма сомнительную парочку.

Впрочем, Арис сомневался недолго — слишком щедрым было предложение! Слишком… это заманчиво! Вот так вот, выйти из грязи, и стать… кем-то! Да, в такой работе легко и сгореть! Легко и… исчезнуть! Но в конце концов, кто не рискует, то и не выигрывает! К тому же, кто сказал, что нужно прямо «идти против всех!»? Можно же просто поработать нормально, имея силу за спиной! А потом, что называется, соскочить! Контору, что работала на столь известных личностей, и делал столь активные ходы, с удовольствием «возьмут под крылышко» многие силы мира!

Правда, его парни немного поняли все не так. И почуяв за спиной крепкую стену с вышками пулеметов, пошли рвать и метать, сходу перессорившись чуть ли не со всеми, разом уничтожив репутацию «мирных юристов», которым не нужны проблемы. И в результате этого… ему, ФРОЛУ! Жалкому и ничтожному! Звонили чуть ли не с самого верха, аж из самой приемной мандарина! и просили… ПРОСИЛИ! Не требовали и не угрожали! А просили! Вежливыми словами! Урезонить своих стахановцев, пока не поздно.

Правда, потом звонили из администрации города, и угрожали…, но это Фролом было воспринято уже спокойно — что с них взять, болезных? И былого отношения «Да-да, только не бейте!» у него к этим людям же не было и в помине.

В конце концов — что они ему сделают? Отзовут лицензию? А на каком основании?! Юридически, к нему фиг подкопаешься! Его ребята не зря свой хлеб жуют! А физически… они психи, да? Да их же просто в порошок размажут эти дети, в месте «за своих». О том, что они своих людей берегут и не бросают, даже если с этими своими, просто вместе стояли вместе на баррикадах, не сватья, не братья, и — чужие! Но в тоже время — о верности своим, со стороны детей, уже легенды ходят. И будет глупо ожидать, что они оставят без кары разборки с их юристами, что показали свою полезность, отстояв их интересы.

Конечно, обороты Арис сбавил — лишние проблемы ему ни к чему. И обсудив всё со своими парнями, постарался выработать схему-политику своих дальнейших действий, как и детям угодить, и окружающим сильно не насолить.

Совсем не ссорится не выйдет, но и откровенными врагами становится тоже не стоит — с ними им потом еще долго жить, а дети… временное явление. Эти пятерочки, должны стать для их конторки лишь толчком, стартом, ступенькой к светлому будущему! Возможностью действовать! Пусть и временно, но зато почти с вершины! Без оглядки на всех прочих «сильных мира», заработав себе в итоге Имя, и вес в юридическом мире.

И вот сейчас, Фролу поступило новое задание от посредницы меж ним и его нанимателями, их управляющей замком, что и ведет «всю работу с общественностью» вместо не особо любящих общаться с публикой детишек. И задание это… весьма интересное! Но есть нюанс — раньше, он бы никогда не принял подобный заказ. Ни за что на свете, ни за какие деньги. А сейчас… сидит и думает, как поступить, как быть. И как… выйти сухим из этого болта.

Заказ простой — найти информацию по поводу всех взаимоотношений меж Залихом, и его сюзереном. Особое внимание, вопросам летательных и воздухоплавательных аппаратов, и всем возможным лазейкам, по постройке данных транспортных средств.

Для взгляда непосвящённых — милая и наивная просьба! Просто пара ребеночков, ззахотела полетать словно птицы! Ведь они… уже и так умеют! И это никому не удалось замять. И нет проблем решить вопрос, уже бегу-скачу!

Но для знающих, этот запрос по этому вопросу — нарушения части первой, пункта второго, подпункта третьего и восьмого, этого самого соглашения с сюзереном! А так же нарушения сто восьмого распоряжения партии, запрещающей любое публичное распространения пунктов соглашения с сюзереном в подробном виде.

Так же нарушение двести третьего распоряжения партии, что требует соблюдения режима секретности в том числе в данном вопросе, и… еще целых восьми разных законов нарушает это вот «простое детское любопытство», и еще сорок пунктов будет так или иначе нарушать «простой поиск и компилирования всех сведений по данному вопросу со стороны юридического лица или группы лиц». Даже по одному вопросу о полетах будет нарушать! Что уж там говорить о сборе всей информации в целом! И поиске лазеек.

И раньше, Фрол бы просто посла… вежливо отказался от предложения поискать такую информацию! Но теперь он… человек подневольный! Что просто «пожизненный директор» собственной фирмы, что ему и не принадлежит больше, как ни глянь. Полмиллиона конечно хорошая цена, но… кажется, он все же вляпался!

Впрочем, учитывая инертность сюзерена в последнее время, со времен мегапрорыва, и то, что никто не обязует его искать информацию явно, и предоставлять её не тайно, не такая уж это и пропасть! Просто нужно понять, как все сделать… аккуратно, и не вляпаться куда не следует. И найти эти чертовы лазейки, чтобы… детишки утерли нос этому дурацкому властителю континента, что столь тупо упустил подземелье в прорыв, а теперь решил нагло отмолчатся, не беря ответственность за произошедшею в Ване катастрофу.

Маргарет Симл, стояла у окна, держа на руках свою трехнедельную малышку, и смотрела вдаль, на горизонт, на город, на дома… её дочка, её малышка, её маленькая Майла тихо спала, наевшись до отвала молочка, а Маргарет, все больше и больше понимала, сколь сильно эта дочь, отличается от предыдущих детей. Сколь сильно… нормальна Майла, и сколь аномальна была её старшая сестра, Лина в этом же возрасте. Как, впрочем, и её брат-близнец Лари, что сейчас, вместе с сестрой, пропадает неизвестно где.

Майла… нормальный ребенок! Хоть Маргарет в первую неделю и показалось, что она… какой-то демоненок воплоти. Вечно орущий, капризный, гадящий со всех концов казалось бы не переставая! Требующий все внимание круглые сутки, и… свела бы за это время с ума, не будь вокруг них двоих… столь много сердобольных нянечек, готовых взять всю заботу о ребенке на себя.

Людей. Что с радостью меняют пеленки, распашонки, купающих по три раз на день… и даже дежуря ночью у кроватки, чтобы малышке вдруг в ночи что-то не потребовалось, и она не начала орать на всю комнату, будя мать, что не согласилась бы расстаться с крохой, даже на уровень разойтись в разные комнаты. В замке, слишком хорошая шумоизоляция! И там, в соседнем помещении… может происходить все что угодно, она бы и не узнала.

И здоровье у Майлы совсем не такое, какое было у Лины и лари! И она, за эти жалкие три недели времени, уже умудрилась дважды переболеть! Один раз «что-то съев», по факту просто нализавшись пота с тела своей матери и умудрившись от этого начать страдать поносом, а второй раз — холодно ей стало! Ага!

А ведь в замке постоянно теплая и комфортная температура! Нет сквозняков, и вообще — идеальная среда для роста! И понимающие в биологии умы, уже устали удивляться, не находя в замке даже тени следов бактерий, которые в этих условиях… уже должны были все тут собой заполонить, а их тут… просто нет! И почти стерильность внутри всех помещений.

— Пти… — тихонько чихнула крошка, вынуждая её мать тут же обратить на неё все своё внимание, утереть носик, закутать плотнее в пеленки, и молится на ходу «только бы не проснулась!».

При всей своей кажущейся слабости, глотка на крик у этого маленького комка счастья — бронированная! И орать эта девочка может, как кажется, сутки напролет и без перерывов! И даже соска и кормление… не факт, что могут заткнуть «поток брани» от этой малютки, что может ворчать, даже пока кормится грудью.

Вот только это, как оказалось, почти норма для детей подобного возраста! Чуть за пределами «средне статистического крика», но всё равно — обыденность! И ей ненужно для этого дела слушать рассказы врачей и «подружек», что горничные, ненужно смотреть видео из роддомов, где таких детей МНОГО, и их зачем-то собирают всех в одном месте, что лишь усиливает какофонию звука.

Она все это знает! Она… видела все это и не раз! В том числе и лично, когда они с мужем выбирали роддом для рождения своих первенцев, имея на руках некую сумму денег, и ища наиболее качественно выглядящие варианты.

Она все это знает! И книги читала, и вообще… готовилась не один год! И в тоже время… тогда все было не так! И тогда… она все это забыла! Насилу выкинула все это, лишнее, бесполезное, и не имеющее отношение с реальностью прочь из головы! У неё ведь все было не так! И её дети, были не такими! Но её дети — самые правильные, лучшие, долгожданные, ЕЁ! Их дети! О которых ОНИ столь долго мечтали! А значит — так и должно быть! Так, и только так! И это быстро стало аксиомой. А все прочее… чем-то на уровне вымысла.

Но сейчас… Маргарет невольно вспоминает прошлое, то, как они с мужем, убедившись, что дети здоровы, и все нормально, шустро покинули роддом. Как она, уже спустя неделю, выскочила работать на работу, ведь её «сменщица» заболела, пусть и стала работать лишь на «пол ставки», потому что — дети!

Вспоминает, как работавший по урезанному графику Майкл, приглядывающий за детьми вместо неё, тоже, в скором времени, как и она, стал работать, как и всегда, пропадая на работе целыми днями, по полному графику. И они, двое взрослых и подготовленных людей, прочитавших немало литературы о детях и заботе о них, и посещавшие семинары, знавшие, что крошки могут и проголодаться, и обкататься, и без присмотра их оставлять нельзя уж точно! Когда их дети ещё были пятимесячными крохами, уже, совершенно спокойно и без нервов, оставляли их дома одних днями напролет.

О ужас! Ужас! Ужас! Ужас! Оставались дома одни уже в этом самом возрасте! А ведь им, при этом…было норм! Им было… словно бы все равно на отсутствие взрослых и одиночество в квартире.

Было плевать, на редкое кормление, на памперсы… на то, что гадить надо бы горшок, хоть им и всего месяц отроду! И дети, в этом возрасте, не то, что контролировать свои выделения, а сбоку на бочок, и то переворачиваются с проблемой! А уж резинку на памперсе расстегнуть и вовсе не должны уметь, чтобы… снять его, и кучку наложить сверху, как в туалет, а не внутрь, как все нормальные крохи.

Про интервалы кормления и «обслуживания», в возрасте тех же трех недель возраста, как и кроха Майла у неё на руках сейчас, и вовсе лучше даже не вспоминать. Сиська дважды в день? Нормально! Памперс меняют столь же часто? А в чем проблема? Мы вообще можем и терпеть! И демонстрировали это и в первый же день после родов. И грудь находят сами без проблем, и двигаются… словно бы осознанно с рождения.

А физиология этих крох? Головка не держится и надо поддерживать? Вы о чем?! Ручки-ножки, слишком слабые, чтобы держать тело? А Маргарет ведь и не помнит, когда именно её близняшки, начали… самостоятельно ползать! Помнит только, что когда им был год, Лина уже была в силах передвинуть стул, и залезть на кухонный стол подле раковины, пройдясь по которому, доходила до раковины. Мыла ручки, брала кастрюльку, наливала немного воды, и волочила её волоком по столу к плите. А Лари в это время потрошил морозилку, в поисках замороженных сосисок. Их родители тогда пришли с работы сильно уставшими, и дети… так вот проявляли заботу.

Ходить детки, как видно, научились еще раньше. Говорить, где-то там же — рано! Слишком рано! Просто… запредельно! И к годовалому возрасту, были уже настолько самостоятельными, что будь еда и вода в холодильнике, могли бы спокойно жить сами по себе годами! Взрослеть, самостоятельно учится…

— Насколько же это… ненормально….

Маргарет не рассказывала это никому, раньше — не видела смысла! Не понимала, не осознавала, ей это казалось… обычным! Несмотря на тучу прочитанной литературы на тему материнства и воспитания детей, то, что вытворяли её детки, словно бы… скользило по сознанию, не цепляясь там ни за что. Более того — вымывало оттуда все прочее, делая новой нормой.

Возможно, всему виной та бешенная радость, от долгожданного рождения долгожданных детей, и любовь, к своим первенцам, что были бы в их глазах в любом случае идеальными. И утопающие в чувстве радости и блаженстве родители, простили бы своим долгожданным деткам все что угодно, не говоря уж об какой-то там самостоятельности, сколь аномальной она бы не была.

А возможно повлияло то, что все книги, методики и прочие, не помогли им детей завести, и они с мужем, в некотором роде… разочаровались в книгах! И просто… забыли о их существовании, и всем том, что там написано. И радовались, радовались, радовались…, а поскольку их дети не болели, не капризничали, и еще много что не, то и смысла обращаться к врачам, или книгам, не было никакого вот вообще.

Сейчас же Маргарет никому не станет рассказывать о детстве своих по-прежнему еще маленьких близнецов уже по совсем иной причине. Сейчас, она всё поняла! Осознала! Прозрела! И… они все равно её дети! Хоть они… сильно далеки от нормальных людей, и были таковыми, еще до рождения.

Она это ощутила и осознала давно! Но раньше… раньше, это все словно бы ускользало от её восприятия! Словно бы… что-то не давало увидеть ей правду! А сейчас вот… пелена спала, родив вторую дочь, она прозрела, осознала, и ей от этого стало несколько тошно на душе.

Беременность? Она была беременна двумя! Двумя весьма крупными малышами! Крупной дочкой, что крупнее и тяжелее Майлы почти в полтора раза! И сыном, что был почти равен своей младшей сестре в весе. И при этом… её живота словно бы и не было!

Не было веса! Нагрузки на позвоночник, она бегала с брюхом так, словно бы там воздух Прсото… ничего, а не двойня! Да и тело в целом… единственное, что ей требовалось пору беременности, и что запомнилось за тот период жизни, это вечный ГОЛОД, огромный и всепоглощающий, требующий ЖРАТЬ постоянно и всегда!

Вот только голод с ней был долго, а не только в период беременности. Лет пять минимум! Пусть и резко кончился, как только родились её детки. И кусок в горло не лез, и она… словно бы стала птичкой, что может лишь клевать зернышки с земли, а ничего кроме и не пролезет в горло, внутрь тела. И она тогда даже ходила к врачам, что ничего не нашли и лишь руками развели, и после этого — просто забыла об этом, забив, и вспомнив лишь сейчас.

Её не мутило вечерами, не хотелось погрызть мелки, что непонятно откуда взялись в пределах замка, не было желания пить, и ссать одновременно… и иных, НОРМАЛЬНЫХ явлений при беременности.

Не было скачков настроения, желания лезть на стену… ничего подобного вот вообще! Ну и после родов, у неё не висело всё висюльками, кожа на брюхе не шла пустыми складками, и еще много что не, и она даже не похудела толком, родив двоих, словно бы… внутри неё детей и не было никогда.

Но страшнее и показательнее всего, сами роды. То, как они проходили! Сколь лихо вышли на свет её первенцы, и сколь тяжело дались эти вот, казалось бы, вторые роды одной единственной дочкой, и эти шепотки врачей меж собой, обзывающей её за глаза… по-всякому. Попутно обсуждая меж собой, как так вообще вышло, что никто не обратил внимание, на…

— Аномалию.

Её детки… где они сейчас? После родов их младшей сестры, Маргарет их более не видела ни разу. По словам обслуги замка, их никто не видел с того дня! Но это — нормально. Еда с кухни, приготовленная их персональным элитным поваром, исправно пропадает с назначенного места в неизвестность, а значит — все нормально, они просто… где-то.

Возможно в замке, творят свою, непонятную магию. А возможно и вне его — кто их знает? Там вон набережная появилась какая-то, которую все обсуждают. Может… они? А может и не они — там еще и какие-то юридические конфликты ведутся, а детки её… вроде бы в этом не сильны.

Её дети… Они не сованы рамками мира! Они могу… быть где угодно по своему желанию! И Маргарет, глядя на то, как дети ходят сквозь стены, начинает все чаще и чаще думать, что умели они так делать… и правда с рождения, а вернее — еще до него. Еще тогда, когда они шли узким путем сквозь её узкий таз наружу, они… пожалели себя и свою мать, и… прошли сквозь материю, а не так, как положено.

Они… ненормальные! Они… кто они? Что они? Неважно! Они всё равно её дети! И даже если завтра выяснится, что они некие монстрики из иного мира… она от них не отвернется! Материнское сердце не сможет такого не принять, не сможет… даже допустить в мыслях подобное! Они… её дети! Их дети! В любом случае — их любимые крошки! Чтобы там кто не говорил! И в тоже время… Маргарет понимает — они могут стать для неё врагами, быть… монстрами в её глазах, если посягнутся на самое дорогое — на младшенькую.

Майла, названная в честь Майкла. Нормальная девочка, обычное дитя… и Маргарет страшно даже думать, что она может её потерять! Что… медицина не справится. Или… еще что случится! Она… не переживет этого! Не сможет принять…

— О Майкл… — проговорила женщина, поправляя пеленки подле лица крохи на руках. — Как ей сейчас вообще дальше жить? Как жить… без отца?

Одной, с ребенком, и… двумя детьми монстрами, в замке которых она сейчас и обитает! Услугами слуг которых пользуется! И… радуется, что не надо самой, бесконечно следить за дитем, что вечно капризничает, гадит под себя, и… еще много всякого делает!

Радуясь, что благодаря слугам, она, как мать, может лишь наслаждаться обществом дочери, свалив всю грязную работу на других! Но в тоже время… ей страшно! Все эти люди… что у них на уме? А главное — что на уме у её более старшей дочери? Ведь тот её взгляд на младшенькую… просто невозможно забыть.

Там, в этом взгляде, в этой паре зеленых глаз, в глазах её любимой доченьки… была ненависть, четкая и неприкрытая, лютая, страшная. Там было… однозначное желание убить! При этом её брат, Лари, как и всегда смотрел на все с откровенным безразличием.

Он, словно бы некий ученый, всё время смотрит на людей вокруг, как на кучку муравьев в банке. И такой у него взгляд… был всегда. Все его жизнь! С рождения. Иногда прячась за маской. Иногда нет, просто раньше, Маргарет такой взор, не замечала в упор, даже когда Лари, смотрел на собственную мать таким взором в упор.

Они… опасны! Могут быть угрозой! Они могут… навредить своей младшей сестре! И в тоже время — ей от них не сбежать! Не ей самой, не тем более её трехнедельной дочери! И в тоже время — они тоже её дети! И… она просто не знает, что делать! Как… ей жить дальше. Когда…

— Все стало столь странным.

От автора:

Уже одиннадцатая книга... напоминать про лайки не буду, все итак все знают. И я очень рад, что вы тут, ведь раз вы тут - значит читаете! И это - приятно!

По части прод: постараюсь все выкладывать по старому графику - каждый день, но как придется, с возможными потеряшками дня на три разом.

Глава 2

И что она тут накрутила? А, понял… нда. Ладно, пусть будет так! Мешать работе это не должно, пусть и из-за простоя, вскрылись… сложности! И лучше вернусь-ка я к работе по теме! А не буду и дальше «витать в облаках» изучая наш уже готовый заводик кирпичный, что часа своего ждет в тайнике, и… ворчит, хотя не должен.

Не стоило сеструху допускать до управляющих контуров! Она… еще слишком юна и не сдержана! Правда понял я это только тогда, когда пушки турелей, простояв без дела, на страже ущелья, всего то две недельки, от скуки, стали стрелять друг по дружке! Не нанося урона, просто… развлекаясь.

Обосновывая это действие… пристрелкой! Что бы не мазать в случае необходимости ведения боя, имея возможность вести прицельный огонь! А так же осуществляя проверку работоспособности стволов, чтобы «птички-паучки не закакали, а то чувствительности там нет никакой! Вдруг, там какой жучок. Гнездо свил? А мы и не знаем!».

А друг по другу потому, что ведут проверку алгоритмов целеопознавания, играя в игру «Кто не спрятался, я не виноват!». И хоть пушки прятаться и не умеют, и сидят средь скал мертво, там, куда их поставили люди Йорка, притащив оружие в горы на тачках, и много-много чертыхаясь в процессе — тяжелые! Но найти средь одинаковых скал, пару лишних камешков… нетривиальная задача! И не зная, что искать — фигли что когда найдешь.

А мы еще и заморочились, и у каждого оружия вой внешний вид, своя форма камня, под которое это орудие замаскировано. Да и виды механизмов разгона снаряда тоже, больше одного, и есть варианты с паром — впрыск воды в раскаленную камеру. И есть варианты с электромагнитным каскадным ускорителем, что не должен выглядеть чем-то за пределами континентальных технологий, ведь используют в себе, банальный базовый принцип магнитов, хорошо известный и незапрещенный не в Залихе, не, как понимаю, в Шурелге.

И играют пушечки в эту игру честно, отключая на время поиска «врага» систему опознавания целей, подсвечивающей своих, и вообще, магические объекты «на карте», ища собратьев лишь визуально, что непросто! Даже несмотря на наличие у них, качественных глаз, что не магические, хоть я и не могу сказать наверняка, что они в пределах технологического уровня мира, и… не привлекут внимания, если кто сможет распознать, что вот эта вот точка, и есть камера этой турели.

Протоколы поисков скрывающегося врага, вшитые в единственные полностью магические изделия турелей — их мозги! Тоже, не всегда помогают с поиском — под такое их никто не затачивал! Искать особые камни средь обычных… это не людей и технику средь камней находить! Несравнимые вещи! Так что — стрельба куда попало, чуть ли не наугад.

Расстрел боеприпасов, веселое переругивание, и новые пострелушки! Вот только боеприпасы то у них не бесконечны! И перезаряжать их нужно людям! Таская этим штукам ведра с гвоздями, благо хоть все они, кушают за боеприпас одно и тоже — гвозди, производимые автоматизированным станком в шахте, установленный там нами почти одновременно с выдачей людям подземелья задания по расстановки орудий на подступах. И станок этот лихо, и без разговоров, переплавляет в нужные орудиям гвозди любой железный мусор, знай только подноси.

Сестренка все же накуролесила с мозгами турелей! Сделав их… излишне деятельными! И жаждущими действия, хоть она и хотела достичь явно не этого, и желала сделать орудия… еще более преданными, еще более эффективными, что вылилось в желание выслужится, и показать свою полезность, что стало началом появления такого явления как банальная скука. У боевого орудия, ага.

И я теперь вот, сижу, переделываю, пока она, чтобы не мешать, и опять что-нибудь не отчудить, сидит подальше от меня, взобравшись повыше, и наблюдая за моей работы с высоты двух километров, с высоты двухкилометрового шеста, возвышающегося над окружающей плоскостью.

Шест, всего тридцать сантиметров диаметром! Тонкий, хрупкий. Из псевдо камня! И будь вокруг нормальный мир — его бы уже сломало в трех местах, ветром, вибрацией, еще чем-нибудь. Но вокруг — мертвецкая тишина и штиль, псевдо воздух, такой же фальшивый как камень шеста, и существование этого шеста, поддерживаемое разумом моей сеструхи.

Тут правило осколков! И пока сестренка думает об своем насесте, пока видит его таким, каким видит, он будет тут, и не сломается от «погодных явлений». И для неё, такая «фантазия» уже давно не нагрузка, и шест этот, ровный, четкий, и не плывет в диаметре, несмотря на всю свою немаленькую длину. Это, её тренировка. И она её, с блеском выполняет! И ей… малость скучно.

— Вот скажи мне, брат, — интересуется сестричка, с высоты этого шеста, на котором сидит, свесив ножки, и с любопытством глядя в низ.

И не волнует её, что меж нами два километра пустоты, и звук фиг дойдет до меня, ведь знает она — я точно услышу, несмотря ни на что. Не волнует её, что такое смещение масс, её тушка, свешивающаяся с края столь длинного столба, легко может его сломать! Она знает это, и контролирует это, и не даёт камню лопнуть, удерживая целостность своей волей. А вот любопытство… ущемлять не планирует!

— Почему ты сразу понял, что ребенок маменьки, — нарочно избежала она слова «сестра», старательно не желая произносить вслух то слово, которым её называю я, которое, как видно, она считает чем-то вроде своего второго имени, — будет сильным охотником? Я, как ни огляжу на неё, а вижу… лишь кусок неаппетитного мяса! — облизнулась она совсем даже так, как должна была бы облизнутся, на что-то неаппетитное! — Что-то такое вот… мало отличное, от всех тех, иных детей, что бегают сейчас у нас по замку.

А я же порадовался тому, что из-за рождения сестры у сестры, она решила, что есть занятия поинтересней, чем донимать иных детей, хождениями по пятам. И мы даже сумели разобраться с нашим «детским беспределом» в замке, сумели пристроить к делу эти лишние рабочие руки. Не всех, но большинство киндеров, ведь они как минимум могут работать посыльными, по принципу «подай принеси»! И вообще — где надо делать что-то «на подхвате».

Впрочем, сильно грузить детей никто не стал, просто… призвали к порядку! И все взрослые словно бы от нас чего-то ждут, а мы… мы заняты! И не только тем, что капаем на мозги взрослым, бегаем где опало, творим магию, и исправляем свои косяки, изымая из мира уже установленные турели обратно в тайник.

Вернее, модули их «мозгов» — хорошо хоть я додумался, сделать управляющий контур именно в модули! А не частью общего массива, как я обычно поступаю! Иначе бы… пришлось рвать из мира оружия целиком! Или бегать по горам лично, и «обслуживать» каждое устройство самому, внося правки в алгоритмы, запрещая… устройствам играться, запрещая расстреливать почем зря боеприпасы, и чуть-чуть… зарезать скуку.

Дам им возможность проведения симуляционных боев! Раз уж все равно уже не выйдет просто выключить их деятельную натуру, не создавая все с нуля! Ведь если просто внести в алгоритм поправку на свободное бездействие, как бы предложила исправить проблему сестренка, пушечки станут ленивыми до ужаса, и потеряют смысл своего существования. Зачем стрелять, когда можно не стрелять? Когда итак все норм, и не скучно!

Я бы сам все алгоритмы для простых турелей в принципе не так построил! Но… что есть, переделывать не буду — незачем! Это, первое творение сестры, наделенное своей логикой! Зачем их портить? Мне ведь интересно, к чему в итоге придут эти все алгоритмы, спустя миллионы симуляций и боев в виртуальном пространстве! Даст ли это прирост эффективности к боям реальным? И можно будет ли это использовать, для создания обновленных алгоритмов оборонительных устройств? Мне уже не терпится узнать!

А вот сестричку, её творения словно бы и не интересуют совсем! Она и тогда, когда делала их, скорее… желала забыться и отвлечься! И сейчас, сидя на двухкилометровом столбе, погружена в совсем иные наблюдения, несвязанные с тем, как я правлю её косяки.

Она… опекает свою младшею сестричку по полной! Следит за ней двадцать четыре на семь, не смыкая глаз, не спит, порой забывая даже поесть! Все время словно бы тыкается в неё, желая что-то найти, водит хороводы магии, пусть и соблюдая дистанцию, чтобы не беспокоить маменьку, что научилась чувствовать силу даже во сне уже спустя три недели после родов, и просыпается в холодном поту, выполняя тут же марш бросок до люльки, что не нравится сестрице — она маму все же любит и уважает!

Явно ведёт сравнения малявки с иными детьми и взрослыми, и ворчит под нос всякое, с неудовольствием, явно ничего не понимая, и не находя нужного. И я только сейчас понял, что именно сестрица пытается разглядеть в младшенькой — магию! Вот только…

— Ты не ту магию смотришь, сестренка. — улыбаюсь я, зная, что сестра, несмотря на расстояние, и ракурс, с которого не может быть видно моего лица, прекрасно видит моё лицо и улыбку. — Ты ищешь магию, что близка к магии Хаоса, ту силу, какой полно в мире вокруг замка.

— Ну… — смотрит сестричка с башни вниз, на меня, ведь я работаю над мозгами трелей как раз-таки у подножия башенки. — не совсем — наша магия антипод Хаоса! Но и чего-то подобного в том дитя, нет вот совсем.

— Именно. — улыбаюсь я на это заявление, — Ты пытаешься найти в ребенке либо одну крайность, либо другую, ищешь или черное, или белое, игнорируя все иные возможные тона. Вспомни Мирану! Как выглядела её сила?

— Ну… — задумалась сестра, смотря вдаль, на горизонт, приложив пальчик к губам, — выглядела она… странно. И… — её глазки расширились, и кажется до неё все же стало доходить то, о чем я говорю.

— А здесь все еще хуже! — усмехаюсь, в ответ на её очумивание, — У Мираны в силе, много всякого разного намешано, а тут только два спектра, что еще даже не успели образовать свой третий, и не намотали на себя ничего сверху. Ну и Хаосом, или нами, ни от Мираны, ни от этой Майи, и не пахнет.

— это уж точно. — кривит лицо сестра, прекратив пучить глаза, — Погоди! — осознает важное, — я правильно поняла… ПОКА не пахнет, да?

— Ну от этой Сферы нами пахнуть и не начнёт, — усмехаюсь, и меняю одни мозги, одной турели, на другие. Отправляя готовые устройства в одну кучу, беря неготовые из иной, и мне эта болтовня никак не мешает работать, и скоро я уже закончу, ведь уже разобрался с проблемой, и понял как её купировать и все исправить, — а вот от Майлы…

— Брат! — исчезла башня под попкой сеструхи, и она полетела вниз, на землю, падая с двух километровой высоты.

Но тут же осознала, что провалила своё задание, и вернула башню на место, а себя на её вершину, заодно нарастив высоту до трех километров, и прокатившись на навершении, как на лифте. И несмотря на увеличившеюся длину, башня все так же стабильна, монолитна, целостна и не плывёт, имея однородный и не меняемый диаметр по всей длине. И наказание за провал, себе сестра выбрала сама, сама все осознавая, и сама, усложняя задачу.

— Брат! Почему… у неё… — проговорила сестра с недовольством с вершины этой еще более длинной башенки, — будет… родственная… не понимаю. — тряхнула головой. и перестала пялится вниз.

— не понимаешь, или не хочешь понимать? — усмехнулся я в ответ на это её заявление. Ведь все очевидно! А сестричка у меня далеко не дура.

Она умеет мыслить и логически и даже немного стратегически! И вполне в состоянии понять причину того, почему в спектре силы Майлы может появится что-то от нас двоих! Но в тоже время… ей, похоже противна сама мысль чего-то подобного! И непонятно почему.

— Сестрица, сила охотников не берется из пустоты. — решаю я проговорить все очевидное в слух, — Пятерки, все те, кого мы видели, исключая Каменную Скалу, черпают свою силу из своего ядра силы. Что по сути своей, квантовый ректор. Они расщепляют материю на энергию, и за счёт этого живут, и за счет этого и являются столь сильными. Проще всего расщепить то, что проще всего входит в реакции синтеза…

— Кхм!

— Да, да, ушел от темы… в общем, пятерки сами себе батарейка! И даже когда охотник уже сам камень, как тот же Скала, его ядро продолжает существовать по тому же принципу, пусть и уже не может по нормальному получать питание, ведь тело окаменело, и сердце силы, начинает разрушать материю вокруг себя, используя поле…

— Кхе!

— Ой… в общем, для запуска процесса, в любом случае нужно где-то взять базу, где-то взять тот первый импульс, что зажжет, запустит этот реактор! И это… требует просто чудовищных запасов сил и энергии! И где их взять? Где взять столь много маны юному охотнику? Что бы взять и пробудится в пятерку!

— Получить от предков? — пожимает сестренка плечами, констатируя очевидное, и попадая в десятку, и тут же осознавая, что это ведь еще не всё! — Постой! Но ведь если это так…

— Зародышу не справится с такой мощью, — мотаю я головой. меняя одни мозги пушки, на другие, и продолжая работу, — его такая сила, просто испарит! Ведь несмотря на всю свою мощь, на клеточном уроне охотники остаются ближе к простым людям, нежели к некими сверх сущностям, и если просто взять генный материал, и вырастить, скажем, клона, то толку от этого не будет никакого, в плане желания получить второго Тигра, или Леди Сферу.

— И я почему-то уверена, что таких «клонов», — показала сестренка пальчиками кавычки, — бегает по миру просто целые армии. Особенно у этой самой. Леди Сферы.

— М? — впервые проявил я интерес к сестрице, и перестав чаровать мозги устройству, поднял голову вверх, к вершине башенки.

— Кто-то регулярно тырит её яйцеклетки. — пожала сестрица плечами, а я захлопал глазами.

— Откуда знаешь?

— У неё здоровая и хорошо развитая репродуктивная система! А месячных — нет! Словно бы…

— Думаешь, она регулярно залетает, а потом кто-то тайно вынимает зародыш? — задумался я над подобным вариантам. И вернулся к работе, чтобы не оставлять недоделанное на пол дороги.

И это ведь… интересная мысль! И я об таком никогда бы даже и не подумал! Впрочем, я и эту часть её тела как-то никогда и не исследовал, незачем, и без интересно мне. А вот сестренка… и вот вопрос — кто и как это делает? И когда? Хотя насчет последнего — масса вариантов!

У неё подозрительно крепкий сон! Был. К тому же, она телом почти что простой человек! Была таковой. Банальное снотворное, и делай что хочешь! А она… фиг даже что поймет! Да и заросли у неё там… хотя вот с последним как-то все не вяжется! Хотя с другой стороны — у неё в арсенале масса всяких игрушек! И… она могла все и сама в себя вводить! Не понимая сути.

— И мне даже интересно посмотреть на тех умников, что решат её в очередной раз усыпить, а потом хоп, и… — скалится сестрица в самодовольной улыбке, а я мотаю головой, в знак отрицания.

— Ей сейчас будет куда тяжелее залететь, чем раньше.

— Это почему это?

— Её магия, сожжет все лишнее.

— Хм, логично. — кивает сестра, глядя сверху вниз. — А семя сильного охотника, получается, может все собой спалить?

— Не совсем так. — вновь мотаю я своей головушкой, — Сам материал, не несет в себе какой-то сверх энергии, и мало отличен от, скажем, простой слюны, или крови. А ни один человек в Залихе не сдохнет, даже если выпьет что-то из жидкостей охотника. Даже литр! Скорее… Скорее почувствует прилив сил, даже если это будет моча, и следом придет отравление и веселые последствия с промыванием желудка.

И я ведь даже видел объявления о продаже такого вот во всяких полу подпольных магазинах! И… истории о том, сколь круто это внутрь себя пихать-употреблять! Всякие восторженные отзывы…

— Гадость! — кривит сестра лицо, и отворачивается прочь от меня, хоть до меня ей и три километра лётом.

— Однако мужчина при спаривании, действительно впихивает в свою самку огромное количество энергии, этакий задаток для потомства, — решил я вернутся к теме, — эту всю энергию, мать потом отдаст своему дитя. И от сюда. Как понимаю, проблемы с рождаемостью.

— Нехватка энергии? — вопрошает сестричка, и я киваю в ответ, вновь меняя образец мозгов пушки, того, что готов, на того, что еще не начато. — Хм, логично… если для рождения ребенка, нужна энергия…

— Не для рождения! А для… скажем так, во имя шанса. И для молодой девушки, критерии «энергии достаточно» куда выше, чем для уже возрастной тетки, потому то в Залихе и так много возрастных модам с грудничками на руках — их тела, уже не ждут «водопада с неба» и готовы принять то малое, что дают, и отдать все то, что накопили, в надежде, что их ребенку повезет по жизни больше, чем им самим.

— Ага, понимают, что принца не светит… постой! То есть они могут накапливать силу?

— Ага, — в который раз киваю я головой, не глядя на сестру, глядя лишь на куски камня, брикеты гранита, по размеру кирпича, с магической структурой внутри, что являются мозгами автоматических орудий, — сила может копится сколько угодно, до момента рождения ребенка. В дитё впихивается все, что есть, и набор магии для ребенка начинается сначала. Ну, все так, согласно моим наблюдениям, — пожимаю плечами, ведь не уверен в сто процентной правоте своих выводов, — А еще сила может теряться с гадами, если приход, не равен расходу, что в любом случае будет и есть, и энергия не вода, и всегда куда-то утекает. Вода, впрочем, тоже. К тому же, у женщин, что не охотницы, этот пул-резерв, не некий отдельный сосуд, а их общая магия, просто она ею не умеет пользоваться. И…

— Если какую-то тетку качественно оттрахает сильный охотник, и она не залетит, есть шанс, что дамочка сама станет охотником? — продолжила сестренка за меня хмуря бровки, — Все так, да? — и я подтверждающе киваю в ответ, — Блеск! И как тогда в этом мире… охотников самцов еще не заездили до состояния изнеможения?!

— Кто сказал, что нет? — усмехаюсь я в ответ. — Вон того же Скалу, во времена, когда он еще был не камнем, оседлывали целыми ротами девок! И это вот, крутили по ТВ, пусть и в ночное время.

— Нда? Э… я что-то еще не знаю об стране где живу? — склоняет сестричка голову на бочок, глядя с вершины.

— Ну… вообще да. Сейчас вот с охотниками мужского пола все как-то проще. А вот раньше…

— Нет! Не надо! Не говори!

— Так и с женщинами все было не айс, в эти стародавние времена!

— Да? И что же там было?

— Обязанность родить как минимум одного, учет фертильности… что-то там еще, но я как-то прицельно не искал подобные сведения в сети, мне… как-то незачем это знать.

— Кажется, я начинаю понимать, почему демография в стране столь стремительно ухудшается. И дело не в каких-то там, заговорах, — мотает она головой, мотая и гривой своих длинных волос, что подметают собой вершинку многокилометрового столбика, — их ведь нет в Залихе, как понимаю Не по части умерщвления населения через сокращения численности, ведь так? — встаёт сестра на башенку ножками, и уперев ручки в бока, смотрит на меня, все так же сверху вниз.

— Вообще-то есть.

— Да?

— Ага.

— Так как тогда…

— Вот это вот, и есть часть этого плана.

— Э…

— Чтобы сохранить численность, нужно, как минимум, признать наследственность! А в стране, наоборот, отчаянно распространяют теорию, мол охотник может родится…

— И не от охотника. — продолжила сестра за меня, качая головой, уже не глядя в низ, — И у простых людей бывают дети с сильным даром, и охотникам лучше спариваться с не охотниками… постой! Так получается…

— Да, все, что я вижу, говорит об обратном. А то, что у охотников от обычных чаще бывают дети, лишь подтверждает это все.

— С самцами все ясно, — проговорила сестричка, продолжая стоять статуей «девочка, смотрящая в даль» на вершине шеста, — простая женщина, быстро получит «полный бак» от самца охотника, и родит, но вот как быть с самками охотника? С теми, у которых мужик простой?

— Тела людей, похожи на алгоритмы болванок, — поднял я в руке одну такую вещь, и потряс её в воздухе, словно бы демонстрируя сестре «где-то пред её носом», — они, не умеют думать полноценно, но глупыми назвать их язык не повернется. И хоть всегда есть место веры в чудо, но считать умеют полноценно даже мозги без разума. И понимая, что из раза в раз, приходит одна и та же мизерная доза, ведь даже простой мужик, без магии, что-то там дает! И понимая, что накопить на что-то путное с такими поступлениями можно будет… никогда! Решаются на риск, с рождением слабака.

— То есть, — задумалась сестричка, и решила все же сесть обратно на столб, и не стоять аки памятник, — если все повторяется из раза в раз…, а что если нет?

— Если она своему слабачку охотница изменяет, есть риск, что родит она в итоге только под занавес, тогда, когда тело будет уже на грани потери способности иметь детей. И кстати, если у людей без магии, их сила, и сила «заемная», это одно и тоже, то вот у женщин с даром, все несколько не так.

— И как же? — усмехается сестренка, сидя на верхотуре, и улыбка её уже через миг меркнет, как видно от осознания.

— Ты мне лучше скажи! Ты лучше знаешь!

— У них есть… кармашек! — пучит она глаза, и неожиданно начинает ругаться нехорошими словами, а башня под ней, начинает дрожать, но уже через миг, возвращает себе абсолютную целостность, и вырастает вверх, еще на пол километра. — Они туда, словно бы в кармашек, откладывают эту заёмную силу! Они… Погоди! А зачем им вообще это нужно? Почему просто не использовать свою?

— А ты можешь оторвать от себя кусок и заставить его жить самостоятельно?

Сестра, восприняла это как вызов. И уже через мгновение, у неё в руке был небольшой камень, килограмма на два весом, из которого она тут же слепила небольшую фигурку человечка, в стиле «ребенок новорожденный», с ручками, ножками, гениталиями… головой, лицом, и всем что вообще есть у ребенка!

Впихнула в эту штуку свою силу, придала ей вид неких, примитивных конструктов, частично скопировав их с самой себя, связала силовыми линиями все конечности меж собой, заморочилась управлением головы и губ на личике этого младенчика.

И… уже спустя час работы, этот каменный младенец, стал оглушающе орать на весь тайник, и гадить под себя каменными какашками! Я… как-то упустил создание алгоритмов, отвечающих за это вот! Отвлекся на свою работу! И наблюдением за тем, как трех с половиной километровый столб под сестрой, несмотря на всю её напряженную работу с магией, и создание этого вот… существа, псевдо человека, ни разу не дрогнул и остался стабильным. И столб этот, словно бы был единственным, на чем сестра была сосредоточена! Как видно, для неё, важна не нагрузка, а… неожиданности! И это, так-то, было очевидно уже давно, так что разговору этому сейчас самое время!

— Вот, а они не могут. — усмехаюсь, слушая эту трель-заливистый ор младенца на весь тайник, ведь крику этому не помеха разделяющее наше расстояние.

И… вообще преграды! И этот ор, уже даже достиг наших станков кирпичного завода! Что… реагируют на него, как-то не так, не так, как должны были бы реагировать обычные примитивные алгоритмы оборудования, простые устройства, по производству кирпича и керамических плит перекрытия.

А сестричка, недолго думая, просто поглотила в себя всю эту магию этой куклы, сожрав все целиком, вместе с контурами, даже следами в камне, вернув себе все своё, и… кажется даже испытав от процесса некоторое удовлетворение.

Улыбнулась самодовольно, выгнула шею, запрокинула голову, зажмурив глаза… А потом, отойдя от блаженства, посмотрела на каменную фигурку у себя в руке. И с видом «пока-пока» сбросила её с высоты.

И упала бы она мне на голову! Но сестра, перенаправила полет, переместила изделие, куда-то в иное место! В итоге разбив этого пупсика об башню некого покорёженного танка в одном из отделенных участков тайника, с осколками нормального мира, отобранными у Хаоса. Испытав в итоге еще один приступ удовлетворения, наблюдая за этим свершением, и это было столь приятно, что… башня подл ней подросла еще на полтысячи метров.

— А самое главное, — вернулся я к теме, чаруя предпоследние мозги турели, — они вот точно так же как и ты, могут просто взять, и отобрать магию у собственного дитя. Даже ту часть, что уже слилась с силой отца ребенка, силе матери с даром не так то просто отпустить! Так что… как правило, у детей, их магия, принадлежит их отцу, а от матери, там… разве что следы.

— Ну тогда опять же — почему их всех не заездили? Всех мужиков-охотников! — смотрит сестренка сверху вниз на меня, хоть с такого расстояния, я просто точка где-то там внизу! Даже для её очень зорких глаз. — Учинили фермы и… а, да, это заговор, да?

— Похоже на то. — говорю я грустно, смотря на последний образец мозга турели, понимая, что этот был зачарован сестрёнкой самым первым, и этот самый… дефектный, самый… активный, заводила, хитрожопая тварь, и… мне тут придется малость повозится! Ведь стандартный план, не для этого нестандартного… ствола. — Селекция, евгеника, банальное улучшение демографии и размножение охотников — все это, явно не в интересах нынешних правящих элит. А вот почему — не знаю. Возможно виноват сюзерен, но это не точно — мало данных.

— Ладно брат, — болтает сестренка ножками в воздухе, садясь на самый краешек своей высоченной тонкой башенки, — это все конечно хорошо, но ты ушел от темы. Как ты понял, что наша… дочь нашей мамы, будет сверх сильной? Она ведь… и близко не тянет на таковую сейчас! Тот самый пул, наследие, оно… слабовато! Даже если сравнивать эту, особенную, ману, с той, что есть внутри иных детей, от простых людей.

— А ты еще не поняла? — усмехаюсь я в ответ на это, а сестра мотает головой. — у неё, с рождения, сил столько же, сколько у детей в возрасти лет шести семи.

Сестра замирает, словно бы что-то осознав. Но потом, морщит нос, явно поняв, что-то, что она осознала, что-то не то, и смотрит вниз с башни, садясь настолько близко к краю, что уже по сути висит над пропастью на руках! Удерживая себя за самый край, силой своих сверхсильных ручек.

— Дети, не могут родится с силой охотника. Их тело не выдержит! Оно не готово. К этому, как понимаю, вообще нельзя быть готовым заранее, можно лишь вырасти вместе с этим. Все дети, получают при зачатии, лишь некий пул силы, что будет передан им матерью при рождении, и что станет базисом для накопления собственного резерва. Здесь работает принцип снежного кома, к уже имеющемуся заряду, будет липнуть новые частички. Увы, обратная ситуация тоже возможна, и даже имея хороший задаток на старте, можно все растерять, если магию вобрать просто неоткуда, и фон силы вокруг, предельно разряжен.

— э…, а можно ближе к сути?

— Не торопи меня! — усмехаюсь я на это предложение, и решаю, подойти к подходу чар мозгов у себя в руках с иного бока, сделать этого заводилу лидером! Загрузив его «деятельную натуру» дополнительной ответственностью, и дополнительной работой, раз уж ему столь сильно скучно просто жить.

— Я не тороплю, но… ладно, рассказывай! — села сестра поудобней, прекратив висеть над пропастью хватом ручек за самый краешек.

— Спасибо. — усмехаюсь, и приступаю к работе, продолжая рассказ, — В этом плане, можно было бы сказать. что все в одной лодке, и больше важна среда, где вырос, а не то, как постарались предки, вот только это все совершенная ложь. Дитя двух охотников, и генетически, и физически, куда более приспособлены к жизнью с магией внутри себя. Такой человек лучше ощущает силу, как ту, что внутри, так и ту, что снаружи, контролирует, и главное — его тело, еще до рождения живет в напитанной магии среде! Ему она не вредит, и… он жаждет быть всегда погружен в подобные условия. Тянется к местам с завышенным фоном, стремится туда попасть, даже с риском для жизни.

-Ага, детки, что бегут сломя голову в подземелья!

— Втягивает в себя тонны магии, ну и их изначальный запас сил, куда больше того, что имеют прочие, а значит — и сбор ресурсов изначально пойдут быстрее.

— Если их есть откуда брать.

— А родители?

— Точно! — ударяет сестрёнка кулачком в ладошку, радостно восклицая, и тут же мрачнеет, — Если они конечно живы.

— Ага, — грустнею и я, но продолжаю и работу, и рассказ, — Ну а к шестнадцати годам, когда тело входит в состояние «Юнит, Готов, к продолжению, Рода!», накопленный запас силы в теле. решает предпринять попытку… запустить цикл реакций.

— Квантовый ректор, да? — задумчиво говорит сестра, сидя на верхотуре.

— По факту, этот вот момент я изучил прям совсем плохо, — чешу я репу одной рукой, круча в другой мозги командира огневой батареи, и решаю, что ему все же надо кое-что еще подправить, а то это будет уж больно лихая система турелей, стреляющая по мухам чисто по приколу, — и я понятия не имеют, как именно запускается процесс реакций, и надеюсь поглядеть на это когда наша Майла подрастет.

— Так она тебе ДЛЯ ЭТОГО нужна?

— Что за наезд? — вскидываю я голову вверх, и сестрёнка смутившись, отводит взор в сторону от меня-точки внизу. — Но да, в том числе и поэтому! Ты понимаешь, она, родилась от двух людей, что из-за нашей магии, были ею пропитаны словно бы охотники. И тело нашего отца, регулярно впихивало в нашу маму все то, что было им поглощено, но было ему «лишним». И Мать наша… и главное! Эта девочка, — перестал я пялится «в облака», — проживет всю свою жизнь в нашем замке! С предрасположенностью к нашей силе…

— ДА ОТКУДА?!

— Она пропитана ею еще до рождения! Насквозь! Думаешь, она не сумела адаптироваться к нашей «мане абсолютного спокойствия, что противоречит жизни»? Сестрица! Эта девчушка, еще пока не научилась поглощать силу из окружающего мира! Ей пока достаточно просто базового фона! Но уже скоро, уже через месяц или два…

— Не хочу. — кривит сеструха моську, складывает ручки на груди, и отворачивается от меня, изображая обиду.

— А придется. — усмехаюсь, и возвращаясь к работе над мозгами в руке. — Майла, будет сильнейшей, не потому, что родилась такой, а потому, что живучая до опы, адаптированная к условиям, и, получила невероятно хороший базис от наших родителей, что копили силы годами. Ведь технически, мы не их дети.

Вернее, я не использовал то, что было предназначено их ребенку, и что его и погубило. А скорее докинул от себя, ведь у меня было ну очень много магии, которую я тоже, был не в состоянии сохранить за собой, и всю впихать в самого себя. К тому же… в шестнадцать, тело может принять не только решение «попытать удачу» и стать пятеркой, или кем-то ниже, с чем-то невнятным вместо полноценного ядра, но может так же решить, что пытаться даже и не стоит, и лучше отдать все, следующему поколению.

Причем, в случае с людьми, без таланта к контролю маной, решение отдать все ребенку, может принять как мужчина, так и женщина, и мамка с папкой, хоть сами и не охотники, но в их предках они были! И… у них было ну очень большое накопление сил, и… порой это может быть недостатком для людей, не имеющих собственного таланта, чьи тела не приспособлены к сопротивлению магии на генетическом уровне.

Иногда, даже этот «базовый уровень», то, что сможет стать охотником лишь спустя годы, может быть убийственным для зародыша человека, что генетически тоже, ни разу не охотник. Особенно когда им досталось богатое наследие от предков! И есть у меня большое подозрение, что пока не может быть мной никак доказано, как, впрочем, и многое прочее, что особенно часто такой вот «сброс» всего накопленного «имущества» в наследство происходит у раннестрелов, тех, кто неудачно посношались лет этак в семнадцать. И… думается мне, что аборты таким, крайне противопоказаны. И думается мне, что у родителей… есть темные пятна в биографии.

Глава 3

— А что насчет детей? — интересуется сестренка все той же темой, но с иного ракурса, — Дети-охотники? Они…

— Они пробужденные раньше срока, те, кто воспользовался накопленной силой раньше срока. Как правило, они просто выжигают в боях все то, что накопили, без шанса на создание стабильной структуры. К тому же — тела их тоже еще не готовы, неразвиты, не адаптированы. В общем — они сами себя убивают. Но в ситуации, когда важен факт выживания, или умереть, или воспользоваться резервом — об последствиях как-то нет смыла думать.

Хотя есть еще один вариант пробуждения, но опять же — сильно теоретически! Хоть и подкреплен кое-какими наблюдениями — пробуждения охотника под воздействием внешнего магического поля. И наша мать тому пример! Наш замок, и мы, накачали её таким количеством силы, что она — уже точно не человек! И как минимум единичка, что имеет все шансы со временем перерасти в двойку. Но… тут надо наблюдать! Пока что это все больше болтовня, чем практика.

Зато, я кажется начинаю понимать, как создавались когда-то искусственные охотники в далекой Шурелге — детей просто обкармливали маной! Возможно даже в твердом виде, подсыпая в еду порошок камней маны. Возможно — какими иными зельями пичкали! Но вся основная суть, просто накачать их силой, чтобы… они обожрались и пробудились во что-то могущественное.

Вот только имея изначально слабый «фундамент», и так себе генетику, сколько чем их не корми, а «шарик снежка», не вырастет в сферу солнца. И дети эти… просто какали обильней, возможно дохли массово от переизбытка магии. Возможно, что еще, и лишь некие избранные, пробудились в охотников. Да и то — двоек.

Что при затратах на многолетние эксперименты и накачивания их тел магией… выхлоп так себе, один убыток, почему проект и свернули несмотря на кажущеюся перспективность, и громко звучащие лозунги «Мы создадим своих, искусственных охотников! Мы самые крутые!».

Делать таких вот «искусственных» одаренных, имеет смысл только там, где естественный фон магии постоянно завышен сам по себе! Там, где часто появляются порталы, там, где… некая аномалия в океане, как на севере от континента, вокруг которого кольцом встали острова.

Как понимаю, государство сюзерена неспроста такое сильное! И они просто заграбастали себе некий мощный источник магии! И сидят там, похахатывая, ведь их дети с рождения купаются в разлитой силе! И им ненужно за неё платить, и скорее даже необходимо, что бы кто-то эту всю магию в себя поглощал.

Охотник, что не пятерка, не просто вбирает в себя силу! Он её перерабатывает! И магия хаоса, чуждая всему живому, изменяет тон, изменяет структуру и саму природу! От чего сестрица не сразу сообразила найти источник силы нашей младшей сестренки, что… слишком нежен, на фоне всего того, что она привыкла видеть.

Магия этой девочки… словно бы пастельные тона красок, что на фоне ярких цветов нормальных охотников и невидна вообще, а на фоне грязи Хаоса — её вообще нет. Но в тоже время — емкость её ядра огромна! И это очевидно, и за шестнадцать лет своей жизни, она вберет в себя столько магии, что… если бы её желали вырастить в пятерку искусственно, это бы стоило… по цене континента. И в этом не было бы никакого смысла.

А еще, чтобы вырастить охотников-пятерок, и не так вот, почти случайно, а целенаправленно, осознано, как вид, нужна селекция! Нужно проводить отборы, выбраковку… делать все то, что уже столетие делает сюзерен! И если бы они еще и с техникой дружили, им бы сейчас просто не было бы равных в мире! Но они… какие-то отсталые, и… с ними, на самом деле, несмотря на всю их мощь, потягаться смогут многие.

Только вот бои подобные, будут… на уничтожение! И в первую очередь — сюзерен атакует штабы врага! А значит — всех важных шишек противоборствующих стран! Возможно, его бойцам оттуда после не удастся уйти живыми, их взорвут вместе с городами, но… никто не хочет умирать! А значит — ну, вроде мир! Хоть друг на друга смотрят волком.

Но мне это на руку! Я, благодаря этому, могу тихо, мирно, жить в своем замке, набирать к себе в замок нужных людей, и…

— Брат, ты кажется что-то не то задумал! — поняла все по моему виду сестра, оборвав ход моих мыслей, — Нам бы тут… полгода прожить без происшествий, а ты там… явно думаешь об выращивании магически улучшенных людей, и об том «а что будет, если…».

— Что, так заметно? — хмыкаю я, смотря на готовые командирские мозги турели пред собой.

— И знаешь брат, — продолжает сестра, словно бы не услышав моей реплики. — я даже не против этого всего, экспериментов, выведения вида сверх людей… хоть ты и говорил о том, что нам не стоит вмешиваться в естественный ход вещей, и надо быть… словно бы наблюдателями, ограждающими от внешних угроз. Не против этого всего, — замотала она головой, с гривой волос до самой задницы, подметающие собой вершину четырех километровой башни, — ты в своём праве! Но… ты, как по мне, хочешь второй раз наступить на одни и те же грабли! И хочешь второй раз, собственноручно, вырастить себе убийц, что не постесняется тебя убить, и у которых, и что важнее, хватит на это сил.

— Ты перегибаешь, — отмахиваюсь я, и с довольно улыбкой смотрю на все исправленные мозги для турелей, разложенные подле меня ровными рядами. — Да и сама сказала — нам бы полгодика прожить, а не о всяком далеком мечтать. — и вычислительные ядра возвращаются туда, откуда прибыли, в пушки, из которых я их изъял.

И время вне тайника начинает свой ход, система питания турелей даже не осознает, что управляющие контура были изъяты, и лишь ощущают легкую просадку мощности. Система с задержкой осознает, что что-то было, что-то происходило, выполняет перезапуск периферии, прогон тестов всей системы, прогон протоколов, устанавливает связь с вычислительными ядрами и обмен запросами, и… кажется, там, в системе эфирной связи меж орудий, сейчас целый настоящий гвал обсуждений «Сколь Круто Нас Переделали» и «А это что за новая функция? И почему все так, а не иначе».

И кажется даже пошли обсуждения того, как все это было! Когда я в них ковырялся. Ведь магию, ту, что я творю, и что творит сестра, глядя на меня, в отличии от компьютера электронного, нельзя просто взять и выключить. Если контур отключить — он исчезнет! Поэтому все эти устройства, мозги от турели, были, в какой-то степени в строю, активными, хоть и запертыми «в банке» лишенными средств восприятия мира, но все равно — могли что-то и заметить! Почувствовать… вмешательства и изменения в самих себе.

Понимания происходящего им это не дало, но вот уровень «В меня тыкали палочкой она была теплой», как вижу, присутствует, как и понимание, что эта палочка была своей, и это было не вражье вмешательство — иначе бы контура бы просто стухли, не позволив никому в себя вторгаться. Система защиты в них присутствует на должном уровне, и максимум, что дозволено постороннему, это некое аккуратное стороне наблюдение за процессами.

А еще интересно то, что сеструхе на башне, как-то нет дела до этих вот, ЕЁ Творений! Что пусть и все же созданы преимущественно мной., но эта вот… болтливость, её рук дело. Ну есть и есть, болтают, и… она их даже и не слушает! Или не слышит? Не, все же скорее именно не слушает, не хочет слышать! Игнорирует — не интересно!

— Я не перегибаю, брат, — мотает сестренка головой, вздыхая, — скорее преуменьшаю. — вздыхает вновь, смотрит печально вдаль, о чем-то думая, и словно бы соскальзывает со своего насеста вниз, камнем падая к поверхности земли.

Время вне тайника вновь замедляется, подле меня появляются пара зданий, которые надо бы зачаровать, ведь им скоро появляться в мире вне тайника! А сестра… все так же падает, и падет… четыре километра, это не маленько! И, будь тут нормальный мир, она бы уже неплохо так разогналось за время этого полета! И уже бы достигла земли, двигаясь с большей скоростью. Но здесь, в тайнике, конечна скорость падения фиксирована, и гравитация тут одинакова и у поверхности, и на высоте.

И вообще — тут плоскость, с отдельными кусками измерения! И нет даже намека на горизонт, планеты, прочее. Это место, и близко непохоже на нормальный мир! И просто… скрытый от Хаоса, очищенный от его силы, но все равно, его кусочек.

Перед самой землей, пред крышами зданий, сестра замедляется, и приземляется на них, словно бы невесомое пёрышко. Короткая пробежка о крыше, и вот она уже подле меня, и смотрит мне в глаза. А её четырех километровый шест-палка, все так же стоит, «подпирая» небо. Стабильно, и без изъянов, идеальный, по всей длине.

— Ну это ведь не дело! — говорит сестрица, пристально вглядываясь мне в глаза, — Выращивать армию сильнейших в мире охотников, и… не иметь над ними контроль! Глупость! САМОУБИЙСТВО! Не надо так, Брат! Не повторяй… своих ошибок прошлого.

И я, не смог не умилится, глядя на её заботливую мордашку — она ведь и правда за меня переживает! Искренне, всерьез! И… я всё равно не буду никого насильно принуждать служить мне. Не принуждал в прошлой жизни, не стану и в этой. Максимум — постараюсь воспитать преданность! Без всякой магии, гипноза, и прочего, ломающего волю. Чисто, убеждением, и, любовью с заботой. Доказывая им всем, что я им не враг.

— Это глупость, брат. — грустнее сестренка, мотая головой, — Они все всё равно тебя предадут, как только поймут, что ты — вечен, а они — нет. И… решат тебя тоже, убить, как минимум потому, что им будет страшно умирать в одиночестве. А уж если таких вот «одиночек» будет целая армия…

Я усмехаюсь:

— Какая армия, сестра? У нас, сейчас, в потенциале, есть максимум десятка двоек! Об армии… нет смыла даже мечтать в ближайшие пол века! А уж о армии пятерок…

— Эх, брат, брат… век, это ни что, на фоне вечности. — качает головой сестрица, и решает вернутся обратно, на свой высокий насест, просто, заставив своё тельце внутри тайника, лететь вверх, словно бы в низ, все ускоряя и ускоряя это вот… падение.

— Вечности, — бурчу я себе под нос, наблюдая за её полетом-падением, — нам бы тут полгода протянуть…

— Я все слышу! И не надо тут за полгода говорить! У нас почти что всё готово!

— Ага, а кто сама это говорила?

— Глупость сморозила! Вот! — показала она мне язык с высоты своего высокого насеста, стоя на самой вершинке, на самом краешке этой башенки.

— Все с тобой ясно… — махнул я рукой, глядя на неё, будто бы стоя прямо перед ней.

— Что тебе ясно?! — уперла сестренка ручки в боки, наклоняясь вниз, словно бы всматриваясь в бездну пропасти.

— Спускайся давай, и помоги мне закончить! Лентяйка непослушная!

— Вот потому то я и говорю про ошейники с подчинением! — показала мне сестра язык и второй раз, еще и встав на одну ножку «в позу».

И подумав немного, переместилась обратно вниз за один шажок, решив и правда, помочь мне в деле создания контуров в этих домиков, для нашего острова. В них, нет ничего сложного! И работа над ними, никак не помешает ей удерживать в целостности её шест-наказание, несмотря на всю его длину.

— Вот! А ты ошейник! Ошейник!

— Сейчас сбегу! Так и знай сбегу! Залезу на колонну… или на солнце… и буду там сидеть! ОДНА!

— Не сбежишь, не бросишь, ты меня любишь.

И сестренка вздрагивает, глупо улыбается, грустнеет, вздыхает, и интересуется, чем она может мне помочь, признавая, что и правда не сбежит, и правда любит, и…

— Я с тобой навсегда. Вообще, на вечность, чтобы не случилось.

— Тогда помоги мне зачаровать вон те вон два домика на прочность и удержание в себе всей своей магии. Там должны будут жить наши юристы, и… они могут тупить, и таскать с собой домой с работы всякое оборудование, и нужно как-то сделать так, чтобы оно не тухло сразу, и могло пережить в рабочем виде… хотя бы одну ночь.

— Гыыы…

— Э…

— Да нет, ничего… так какой план, брат?

Павел Иф сидел в своей машине, откинувшись на спинку сиденья, и думал о том, что он, слишком стар для всего происходящего в последнее время. Ему бы чаю, теплую постель, плед, и возможно, немножко старческого брюзжания на внуков…, а не это вот все! Переговоры, разговоры, маневрирование меж огней сильных мира всего, и всяких там… аномалий.

Воинские маневры, и прочее, прочее, прочее! Словно бы он не девяностолетний старик…, а молодой пацан на побегушках! И… им тут, малость, дыры затыкают! И выставляют вперед, как пушечное мясо. А ему при всем при этом, это все еще и больше всех надо!

Вот и сейчас, когда для обывателя, все казалось бы тихо и спокойно, и наконец устаканилось, хотя бы условно, и никто более не взрывает в городе ничего, и по коллекторам коммуникаций не бегают люди с автоматами, отстреливая расплодившихся там существ, которых там быть точно не должно, и которые даже как-то особо не интересны ученым — банальны!

Когда уже, казалось бы, не происходит ничего особенно важного, за закрытыми дверьми, в скрытности от глаз, происходит… очередная свистопляска со свистоперделками. И это, происходящее, насилу втягивает в себя одного старого-молодого большого-маленького и весьма уставшего от этого всего, председателя охотников, что имеет нестерпимое желание забиться куда-то поглубже в свою «в будку», причем — еще полгода назад! Когда вся эта свистопляска, еще только начиналась, а он, по глупости, показал наружу свой неприкрытый броней черствости сердца нос.

Вот только с дистанции уже не сойти! И как бы не казалось «Да я то тут причем?» и как бы не хотелось сказать «Я устал, я ухожу!», своих не бросишь! Не оставишь пост! И… он уже встрял по полной, уже неотъемлемая часть этого всего. И ему, уже давно, с его должности уйти можно только одним путем — по частям, в околоченном ящике. А он — умирать пока что не планирует! И будет бороться до конца! Будет драться даже без зубов! Ведь он…

— Старый волк, да? — проговорил Павел в слух, глядя в потолок своей большой машины, что внешним видом вот ни разу не подходит ему по статусу, и когда такой драндулет появляется на парковке подле резиденции мандарина… это выглядит как минимум странно, на Павлу на это вот «А что подумают важные люди?» уже как-то давно стало плевать.

С тех самых пор, как началась эта «война»! Как он… понял, кто друг, кто враг… кто воевал с ним там. На баррикадах! Кто помогал из тылу! А кто… позорно бежал, поджав хвост, демонстрируя свою шакалью натуру. И как бы его не терзали сомнения по части парочки детей, что явно лишь играют в благородство, пока они играют в эту игру на стороне людей, он просто вынужден… играть за их команду.

Банально потому, что альтернативы не лучше! И тот же мандарин, пусть и не самый плохой человек со властью, но если его «спустить с поводка» натворит дел куда больше, чем те же дети, ведь они — сами себе в состоянии очертить границы! А вот этот мутный аристократ… фиглис два, он будет сдерживаться, если будет знать, что ему ничего за его действия не будет от коллег, господ подседатаев, и прочих «соглядатаев».

Люди, как правило, очень зависимы от мнения других людей! И не потому, что им вдруг стало важно именно мнение, а потому, что боятся. Боятся оступится, что их проступок, используют против них, как трамплин для роста карьеры. Боятся, что их слабость, примут за… слабость, и повод к «чистке рядов» Боятся, что нижестоящие подсидят, вышестоящие не одобрят, а коллеги по жердочке — спихнут прочь с насиженного места, освобождая себе, больше «жизненного пространства».

Это вынуждает всякого чинушу, постоянно думать, размышлять на тему «А как это будет выглядеть в глазах окружающих? Смогу ли я это замять в случае чего?», что является рамками ограничителями дозволенного, выходить за которые рискованно.

А вот дети… что сдерживает их? Что заставляет их… соблюдать правило? Страх за мир? Что он… разрушится от их игр? Любовь… к кому-то? Или просто… каприз? А может они и вовсе, просто порядочные детки, что не желают портить игрушки почем зря? Они им… нравятся?

Где тут правда и истина? Неясно, и это тайна, о которой лучше не думать, чтобы не плодить еще большие сомнений. Лучше подумать о том, что сюзерен, похоже, окончательно вышел из затворничества, причем раньше предполагаемых сроков, и начал шуршать по своим вассалам, причем куда более нежно и без резких действий и кар, каких от него многие ожидали, хоть и всё равно делали то, что делали.

Павлу неизвестно, что там по части договоров о зачистке подземелья высшего ранга, ведь её не было, а значит и ограничения, что шли в плату за работу должны быть сняты, а переданные им на острова в рабы люди, возвращены на родину, или выкуплены по «рыночной цене». Обсуждения этих вопросов, если и происходит, то сильно далеко от него и его ушей, и если там и идут некие прения, ведутся компенсации или что-то еще, то где-то за закрытыми дверьми высоких кабинетов, далеких от города Ван. А вот то, что происходит рядом… не может не напрягать.

Сюзерен, выразил беспокойство, и некое неодобрение стягиванию к границам двух стран двух армий. Не понравилось им там, что уже само по себе удивительно, начало нового витка напряжения отношений меж Залихом и Шурелгой, и «потрясание стволами» с двух сторон условно очерченной границы вдоль линии гор.

Все те маневры, в условиях непрекращающихся аномалий местности, рейды, вылазки, редкие стычки, что скорее чудом, чем как практика, до сих пор обходились без внятных потерь и «просто испугом», ведь по-настоящему, никто пока что не желает развязывать там войну. Ведь со стороны Залиха, в ближайшем к границе городе сидят сверх сильные пятерки, а со стороны Шурелги — отбитые наголову вояки, привыкшие воевать, и знающие, что это такое, и что такое «охотники в гневе».

Вот только вместо того, чтобы… просто приказать странам остудить свои горячие головы, по сути дела страхом заставив всех успокоится, раз уж им это не нравится, сделав то, что уже делала сотни раз, сюзерен… выдал неожиданное решение, выдал весть, о расквартировке на границы спорных территорий, со стороны Залиха, своих военных наземных сил, «чтобы избежать возможности начала никому ненужного конфликта».

Совещание по данному вопросу закончилось буквально только что в резиденции мандарина при его присутствии! И Павел смог убедиться, что этот напыщенный жлоб, тоже, нифига не простой смертный, каким ранее казался! Хотя на фоне иных «необычных людей», этот тип настолько слаб, и неуклюж в магии, что даже смешно. Но даже этого достаточно, чтобы охотники сюзерена не чурались вести с ним общение напрямую, хоть в их глазах, на том собрании, главным был явно не он.

— Странно всё это, очень странно.

Раньше, Павел бы на это все не обратил внимания! Думал бы о совсем ином, и… точно не стал бы забивать себе голову вопросами — а какова настоящая цель этого «балета»? Что там нужно этим Бритсам, подле этих гор, в тех искорёженных магией землях и до сих пор не утихшими после закрытия разлома аномалиях? Что они ищут? Или цель… совсем в ином?

То, что предлог «не дать начаться войне» выглядит нелепенько, очевидно всем и каждому. То, что сюзерен опасается, втягивания в конфликт охотников пятерок, что недопустимо, похоже на правду, ведь это вынудит их самих вмешиваться в разборки напрямую и лучшими силами, что чревато последствиями — никто не бессмертен! Но тоже время… можно было бы и иначе решить этот вопрос, без переброски воинского контингента. Одним росчерком пера, без этих… сложностей, что еще и ненадежны — всякое может произойти.

Контроль самих пятерок? Бред! Туда будет переброшена именно армия! Обычные люди! Не охотники! Рабы…над которыми если и будет властвовать «высшая раса», то их там будет сильно немного, и все они будут, по меркам островного государства, «низшими из высших». Охотники столь слабые и мало уважаемые, что им дозволено напрямую общаться с простыми смертными, и это не будет для них падением репутации — ниже падать просто некуда.

Как правило, армией, у них командуют люди из клановой отбраковки, те, кто охотники лишь условно, и кого по их правилам стоило бы убить, но индивидуум доказал свою полезность, и стал офицером армии, или занял еще какую «непрестижную должность». У них, подобное в порядке вещей.

Уровень сил у таких, как правило, единичка, или даже меньше! И лишь на высших офицерских должностях, работа которого сводится исключительно к работе с офицерами, может быть кто-то с большим уровнем силы. Но даже этого как бы маловато, чтобы хоть как-то контролировать сразу четыре пятерки, что решили обосноваться в городе Ван.

Не контроль, но наблюдения? Тоже маловероятно! Они встанут лагерем не подле города, а подле границы, подле гор, и… оттуда в город не набегаешься, да и снабжение предполагается односторонним, со стороны Залиха, без всяких «вылазок по пироги» со стороны вояк сюзерена.

Только если с неба наблюдать! Но оно и так целиком за ними! Для полета не требуется никаких особых дозволений! И авиация у них может быть в небе над любой частью страны, когда того сама пожелает и вообще — постоянно. И им как-то не нужна база подле гор.

Тогда зачем? Единственный вариант, что приходит в голову, это то, что там, в аномальных землях, где пейзаж до сих пор может меняются до неузнаваемости за одну лишь ночь, и меж соседними палатками за ночь может образоваться пустырь в десятки метров, осталась некая недобитая детишками тварь, что почему-то стала интересна этим людям с островов.

Они, возможно углядели её сверху! А возможно — просто слышали слухи, что дошли и до Павла, гласящие, мол там люди пропадают. Павел раньше списывал это на то, что они просто заблудились! Что так-то неудивительно, учитывая… анормальность тех мест, пропитанных магией из давно закрытого мега разлома. Но недавно ему доложили, что пропала целая группа пограничников, вооружённых, опытных, профессионалов, что шли с дежурства, и вдруг растворились меж двух блокпостов словно бы их и не было и без всякого следа.

И при этом — дело было далеко от самой границы, на которой сейчас стоят танки, и через линию никакие вражеские диверсионные группы не переходили, да и не могли. Да и шум боя, люди бы услышали — территория меж горами и городом, сейчас регулярно патрулируется, и там, и без армии сюзерена, полным-полно военных, и пропасть кто-то без боя мог лишь…

— Если их всех убили за раз.

Не обязательно тварь! Её, тут, скорее приплетают «для красного словца», да по ассоциациям, после случая в канализации города, где на каловых массах разладились некие уродливые жуки и черви, размером с телка.

Так же, пропажа, может быть следствие работы неких криминальных деятелей, искателей сокровищ, залетных нелегалов, или еще кого такого вот. Ну а взять без боя — газовые гранаты! Шоковое оружие княжества, или еще какой вариант, о котором даже сразу то и не подумаешь.

И возможно, там, в этой аномальной зоне, прячется некий обидный для сюзерена преступник, что… наступил им как-то где-то на больную мозоль, и которого нужно найти и поскорей, и без привлечения сил сторонних держав.

Например — потерявшийся охотник группы зачистки портала высшего ранга! И… да, это проблема! Особенно если они выкурят его куда-то в сторону города. Пятерке, даже раненому, даже после провальной зачистки, не составит труда убить роту другую вшивых солдат-рабов, но это наделает шума, и выдаст его местоположение.

Слежка с воздуха, ведение цели, доставка по небу бойцов-охотников пятерок, и… и если он не дурак, и все поймет, то запросто может решить перестать прятаться в аномалиях, и начать прятаться в городе! Средь людей, или и вовсе — как устрицы! В канализации! А хуже всего, если он все же дурак, но не до конца, и поняв, что его обнаружили, ломанется в город с хвостом на конце. Сюзерен… не считает людей без магии за людей! И… запросто может устроить бойню двух пятерок прямо в городе.

Впрочем — для этого им сначала надо будет куда-то деть пятерок Залиха! Ведь если начнется резня — они вмешаются! Особенно дети, что видят все, и они… не будут сдерживаться, если их «прижмут к стенке»! И не станут пригибаться. А сюзерен не станет отступать. И поэтому…

— Лучше об этом не думать.

Глава 4

— То есть мы… должны будем поучаствовать в том балагане? — интересуюсь я у Павла, и кривя лицо, перевожу взгляд на сестренку, что морща нос, смотрит на меня. — Зачем нам это?

— Это не обязательное мероприятие, — морщит нос и Павел тоже, — но вас… туда пригласили.

— Мы против! — говорим мы хором, возвращая внимание Павлу.

— И даже не потому, что ехать из города куда-то там,

— На бал!

— Нам не с руки.

— Дел много! Контура недочерчены, настройки не выполнены, дети не пуганы…

— Сестра!

— ЧТО?! — восклицает она, глядя на меня.

Осуждающе смотрю на неё в ответ, качая головой.

— В общем, идти на церемонию вступления в ранг пяти звезд к фальшивке… ну знаете ли!

— Вам заплатят. — усмехается Павел, глядя на нас.

— Сколько? — встает стойку сестренка, у которой как раз кончились деньги, и уже почти что купленная база с машинками и глиняный карьер, пролетают мимо носика.

Мы все что было уже растратили! Люди, машины… участки! Много участков! Растратили миллионы на покупку земли под будущие дома людей! Сумев урвав землю по бросовой цене до подорожания, но это все равно астрономические цифры, ведь все равно гектары и в черте города.

К тому же, мы купили все не по самой низкой цене, а, так сказать, на просадке пред взлетом, и… безумные, безумные деньги! И если бы не Торнадо Смерти, которого мы целиком упаковали в новую броню, и запаковали так же и его знакомых, выцыганив из них все деньги, что у них в принципе были, у нас бы давно уже не было даже трусов! Впрочем, у нас трусов и сейчас то нет, хе-хе.

А если идти дальше, и не просто хотеть, но и реализовывать задуманное сестренкой… то денег надо еще минимум столько же! Вот только где их брать?! Мы тут уже казалось бы все возможные «кубышки» выпотрошили! Даже билеты на проход в замок уже распродали! Что дало нам денег, даже еще больше, чем дал нам Торнадо и Ко! Но… их все равно мало! И пока не будет проведен сам аукцион… больше и не будет. А сестричке — хочется уже сейчас. Хотя нам сейчас как бы не до этого.

— Миллион. — морщит Павел нос вновь, и сестренка повторяет его жест в который раз, сидя на столе пред ним, по нашему обыкновению.

— Фи!

— Каждому!

— На сколь долго мы там застрянем? — тут же возвращается к сестричке интерес, ведь два ляма, это уже два ляма, а не один!

А я — вновь осуждающе качаю головой, осуждая… меркантильность! Но молчу — пусть развлекается!

— Минимум на два дня.

— А можно ограничится этим минимумом? — прикидывает сестренка, сколь много мы всего потеряем за эти два дня и смотрит на меня.

И я, вздохнув, показываю ей один пальчик. Сестрёнка мотает головой в ответ — нет! Так не пойдет! И показывает пальчика два. Я вдыхаю вновь, и говорю ей глазами — никуда от тебя твоя стройка не уйдет! Она заявляет в ответ «вон та автобаза уже убежала! И этот карьер сбежит! И вообще — мы уже машины заказали целый автопарк! А где их ставить то теперь? Возле замка в ряд? А кто работать то будет на них? Бина?».

А шепчу в ответ — а почему бы не поставить возле замка? В чем проблема? Сестра шепчет — это тяжелая техника! Забыл, что ли, что для её размещения, нужно особое разрешение! У нас его нет! Нам и лицензию на покупку выписали задним числом! И если вскроется…

Я вновь вздыхаю — как же тяжело жить в этом мире бумаг! Но спор сестре я проиграл — надо, значит надо! Придется просто… чуть сдвинуть сроки по части чар! Что, учитывая итак срывы по всем фронтам — сроки совсем уйдут за грань конечного значения. Печально, но… что поделать?

Павел смотрит на наши перешёптывания, явно понимает, что мы о чем-то говорим, но совсем не слышит, о чем. Вздыхает, почти как я, и произносит важное:

— Да, можно ограничится минимумом. Просто прийти, поздравить эту Карину с рангом. И… свалить.

— А ничего, что мы так-то еще сами в ранг не ступили? И формально… не полноценные? — вдруг вспоминает сестренка нюанс, и мы с Павлом смотрим на неё озадаченно.

Председатель, как видно и сам до этого момента над этим вопросом не задумывался! Или, скорее, думал, но гнал прочь эти мысли. Или же…

— Так, если это подстава, то фиг что у них выйдет. — скалю я зубки, глядя на этого старого волка за столом, сидя на столе. — Мы прискочим сюда по первому крику!

— Да, но как до вас… — задается истер Иф вопросом, и словно бы что-то понимает, но фразу все же договаривает, глядя на нас, словно бы мы некое порождение зала, — докричаться? Или…

— Вот, — появляется у сестренки в руке маленькая статуэтка человечка, сделанная из запечённой до состояния фаянса глины, и с интересной магий внутри, — сломайте её, и мы сразу поймем, что что-то случилось, и вернемся в тот же миг.

— И даже не важно, будете ли вы в тот миг где-то в ассоциации, в городе, или рядом с ним, пока с вами будет эта статуэтка, мы вас найдем в случае беды! — подтверждаю и дополняю я слова сестры, внимательно глядя на кусочек фаянса в руке у сестренки, и на магию, скрытую в этом изделии, — Так что лучше всегда имейте эту штучку при себе. И своим людям дайте, — появилась во второй ручке у сестренки вторая такая же статуэтка, а сама сестрёнка взглянула на меня с видом, «Куда лезешь?!», ведь я сам уже собирался передать председателю эту вещь, но сестра меня опередила.

И почему эти глиняные фигурки в облике Бины? Что та, что другая. И обе они изображены в облике «лишь тело», без одежды, но в разных позах! И почему сестрица, ты мне не даешь ни оной взять, тут же передвигая их прочь от меня в тайнике?! Хотя там у тебя их уже целый склад! Ведь и сама фигурка проста, и просто наложение картинки на глину, с последующей полимеризацией и запеканием, и магия внутри, какой-то детский садик, и это ни что иное, как просто вспышка, просто… выброс нашей маны вокруг себя, что будет четко заметен нам сами, и послужит нам якорем в пространстве, пусть и лишь на краткое мгновение.

Павел, морщится, видимо тоже не оценив юмор моей сестры с наготой нашей администраторши, но статуэтки принимает в руки, и пытается разглядеть магию внутри них, пытаясь понять, что именно она делает, и что дает.

— Она хороша, не правда ли? — улыбается сестренка от уха до уха, глядя на задумчивого мужчину, держащего в руках двадцати сантиметровую фигурку голой женщины, выставившей «отверстие для спаривания» напоказ.

-А? — выплывает он из изучения, и смотрит на девчушку на столе, а не в руках. — А, да… наверное… я не столь хорош в магии… увы. — грустнеет он, вновь смотря на маленькие статуэточки в своих огромных руках.

Кажется… сестренка что-то не то имела в виду! Ведь услышав это… грустнеет, и как-то… печалится.

— Это примитивная магия, — решаю я пояснить за ситуацию, — все, что она делает, это подает сигнал, в момент нарушения контура. Ничего кроме, увы. — печалюсь я, но Павел… словно бы мне не верит!

Впрочем, это его дело! А наша — узнать, когда собственно там пройдет это их дурацкая церемония на ранг этой подделки! Когда нам там… ехать её приветствовать?

— Послезавтра? Серьёзно?

— По факту, — кривит Павел лицо, все так же держа в руках две фигурки одной девушки, — церемония уже сейчас идет.

А мне что-то стало страшно за целостность фигурок в его огромных лапах, ведь он, своими руками, легко может их сломать, тупо неосторожно сжав! Ведь Павел, все же далеко не слабый охотник! А у этих штук… нет ничегошеньки на прочность! Только база от мано насыщения, и ни грамма сверху, что для Павла — пшик. Но в этом то и весь смыл! Что Павел, по факту, может сломать эти штучки, словно бы они… стеклянные пробирки. И в случае драки — сломаются сами, без необходимости осознанного действия.

Сестрица тем временем, выставляет на стол еще с десяток новых статуэток. Все та же голая Бина, во все тех же разных позах, порой очень откровенно эротического характера. С откровенным призывом, к определенном действию.

И что-то я не припомню, чтобы она когда в замке так… позировала! Впрочем, я и не наблюдал за ней толком — незачем! Не в душе так точно! А вот сестренка… она могла и подглядеть! Она, как кажется, за всеми женщинами в замке неотрывно следит! Но это мне так кажется — есть масса дам, что ей совсем безынтересны. И мне даже стало интересно — а почему так? Но это я все же выясни как-нибудь потом.

— Вот только церемония там идет, как-то… не так, как планировали организаторы этого балагана, и чтобы «оживить атмосферу», — продолжает мистер председатель свою речь, что была прервана видом «выставляемых глиняных сосудов» в виде обнаженной девушки, что не сосуд, — они решили пригласить на мероприятия тех, кто опять портят им весь спектакль. Вас! — внимательно смотрит мужчина на нас, — Хотят заставить вас и вашу репутацию работать на них! Раз уж… все вокруг только о вас и говорят.

— Хм, — задумывается сестренка. — по пять лямов каждому, и два дня мы в их распоряжении! — улыбается она, глядя Павлу в глаза. — Иначе фиг мы куда поедем, и какую фальшивку будем поддерживать и признавать! И… вообще! Разоблачим её при всем стечении народа!

— Не думаю, что такое стоит говорить в слух, и тем более сообщать им. — говорит Иф в ответ задумчиво, так же глядя в глаза собеседнице, — и пять лямов… впрочем, я передам ИМ ваши пожелания. — скалит он зубы, на миг начав улыбаться.

Правда тут же его улыбка меркнет, и он, нечаянно, все же ломает одну из фигурок в руках.

Выброс маны, удушающая сила вокруг и… все, более ничего не происходит. И Павел, поняв, что это все, пристально смотрит на осколке в своей руке.

— И вам этого достаточно?

— Эта вспышка, как разрыв в подземелье. Мы её заметим издалека, так же, как и ваши приборы замечают разрывы.

— А служба наблюдения не решит случаем, что раскрылся портал? — внимательно смотрит мужчина на мою сеструху, и переводит взор на меня, ведь сестра, неопределенно пожала плечами в ответ.

— Даже если все же и засекут, это будет вспышка, а не постоянное истечение магии. К том же — если случится беда, не будет ли лучше, привлечь к делу всеобщее внимание.

— Ну да, ну да. — кивает сам себе мистер Иф, и убирает уцелевшею статуэтку себе в нагрудный карман пиджака, пряча её там целиком, ведь она, на фоне его рук и тела, маленькая, скромненькая, а кармашки у Павла… офисный лист войдет целиком не помявшись.

Смотрит председатель и на прочею батарею глиняных мисс Ай, и задумывается о том, куда их всех лучше бы прибрать. И точно не имеет той реакции, на которую непонятно с чего рассчитывала моя сеструха! И… это её расстраивает! Но не сильно, лишь на уровень «потеряла интерес», когда она перестала внимательно смотреть на свои поделки, на Павла, на них… и играть бровями, на что-то непрестанно намекая.

Покинув кабинет Павла, мы отправились в сторону парковки ассоциации, где нас должны были ждать наши люди и наши машины. Ну, условно наша машина, и реально наша, но не на ходу. Мы так то в ассоциацию проездом забрели! По той простой причине, что наша тачка, хех, сломалась, и сопровождающие нас люди, на скромность обделенные, предложили вполне бесхитростно «стрельнуть» тачку на замену в ассоциации.

Идея здравая! Вот только боюсь, если сестренка и в этой машинке «провернет» магию вокруг себя плотным полем, словно бы в авто кто-то всунул якорь магнитного генератора размером с авто, то и этой, новой машинке, непременно придет конец.

А провернула она силу потому, что увидела мимо бегущею по дорожке Мирану! Обозначить видимо себя захотела. Хотя спортсменке, чья фигурка уже стала ладненькой и аккуратненькой за время постоянных пробежек и разгона силы по телу, было явно всё равно, она надела наушники на уши, и самозабвенно в легком, для себя темпе, наматывала заданные нами километры, решив, как видно, сменить привычный стадион на улицы города. И все так же бегая босиком, в коротеньких шортиках, и забив на неудобства, в виде льющегося с неба проливного ледяного зимнего дождя.

— Хм, — хмыкнула сестренка, увидав идущих противоположным курсом ребят из группы четыре четверки.

Все четверо, и всё те же! Словно бы… и не было этого вот всего, и мы только вчера, штатно, а не через разрыв, вернулись с задания, с зачистки в городе Гром. Словно бы… ничего и не происходило, и эти ребята, не стояли на страже города вместе со всеми.

Приветствия, поклоны… прощание — всё как положено по этикету! Дежурные фразы от их главного говорящего рта, и фактически единственного не погруженного в себя человека, и… мы идем дальше своей дорогой. Они — своей.

И хоть и можно было поговорить «о всяком», обсудить то, как они выбирались из Грома после открытия портала высшего ранга, что там было, и всякое иное, такое вот, припомнить-узнать, но делать это посреди оживленного коридора первого этажа ассоциации… как-то не с руки.

К тому же… их маг, все так же увеличено магичит магию, но теперь не в одном и том же наруче, стирая и записывая разные варианты на одном и том же носители, делая там грязь и путаницу из обрывков, а в довольно свежей заготовке, где еще «не натерто до уровня мешанины». И нас он явно даже и не заметил, не увидел, полностью погрузившись в работу и действуя, кланяясь, и приветствуя, чисто на автомате, чисто вслед за всеми! И мы… не стали его щупать магией, чтобы он… не засыпал нас вопросами в неудобном для подобной дискуссии месте.

Их мечница, все так же сохнет по магу, и ничего кроме него и не видит вокруг, лишь избранный, и никого кроме! Их целитель все так же сохнет по мечнице, и тоже, по большей части, смотрит только на неё, а не вокруг, и думает как следствие тоже, только об одном, своём, а не о том, что в мире вокруг происходит.

Ну а их главный, лидер, и болтун, с навыком провокации, все такой же болтливый, улыбающийся, и раздражающий! И все так же говорит за всех, пока все остальные полностью погружены в себя. И его навык… не совсем магия, и ему и правда хочется врезать. А сестра, после встречи с ними, явно задумалась о чем-то своём.

— Как они… вообще трахаются с простыми людьми, а? — прекратила сестренка пялится в след ушедшим людям, и посмотрела на меня, — Я конечно видела, как, но… неужели они всё время сдерживаются? Даже когда… столь богатый опыт, да? И… инстинкт? И так у всех?

Я в ответ усмехаюсь, припоминая те странные постельные взаимоотношения «друг с другом» у этой группы, что мы видели, пока были с ними на той базе отдыха в городе Гром. Когда все, кроме болтуна, хотят исключительно друг дружку, но спариваются с кем попало, даже не глядя ни на того, с кем именно, и на друг дружку.

— Это же… страшно! — продолжает сестренка, словно бы игнорируя мою усмешку, — Во время процесса, можно легко случайно раздавить, проткнуть, навредить, убить, оторвать, сжать, разорвать… — перечисляет она способы убийства в акте страсти, а я решил, что самое время начать загадочно улыбаться, глядя на неё, — Неужели они всегда вот так вот… брат! — не выдерживает сестра и двух мгновений моей улыбки.

— Понимаешь, сестренка, — начинаю я разъяснять, не меня выражения лица, — ты за зря ровняешь всех с собой, — и она хмурится, и как бы спрашивает «А на кого я должна всех ровнять?», — Обычные охотники, тем более двойки, — припоминаю я Саманту и Даринга, что сейчас ждут нас на парковке, и что тоже, большие затейники по части секса, и весьма бурно отжигают в нашем замке со своими избранниками и избранницами, — не настолько уж и сильные. И им, что быть «в боевом состоянии» когда они в легкую могут навредить простому человеку, нужно напрягаться, а не наоборот, как тебе сейчас, когда чтобы не вредить, нужно сильно сдерживаться. — намекаю я на то, что она сейчас, старательно старается держать в себе всю свою силу, что жаждет вырваться наружу, и создать вокруг сестрички протуберанец поля, подобие магнитной оболочки вокруг звезды, собирающую все вокруг себя для свое хозяйки.

Фокус, что она освоила совсем недавно, во время нашего очередного года в тайнике, что быстро стал привычным, и… теперь сестренка не может заставить себя этим не пользоваться. Ведь эта магия, позволяет ей получать силу напрямую из окружающего мира! Когда это её поле, собирает для неё всю магию вокруг, затягивая внутрь словно бы пылесос. Делает её, по сути дела, независимой от запасов тайника, пусть это и не так, сестрица использует тайник как аккумулятор, стаскивает внутрь все излишки, даже если эти «излишки» добыты в самом тайнике.

И такое «явление миру звезды», равносильно появлению в мире вывернутому наизнанку термоядерному реактору! Чьё магнитное излучение, заставляет предметы вокруг, левитировать, двигаться, и стягиваться к центру.

Воду описывать восьмерки, следуя за волной поля, воздух тоже, придет в движение, и… эта штука переломает все вокруг себя! По крайне мере машинка, на которой мы ехали, получила капут по двигателю, потому что масло внутри всех редукторов, встало колом от этой вот, игры сестрички, что выпустила силу из себя лишь на мгновение.

И не стоит забывать о том, что самодостаточной эта система может быть только в условиях насыщенного магией воздуха! А здесь и сейчас в мире, с этим все очень и очень плохо! Подземелий давно не было, магии взяться просто не откуда, и… игрище сестрички, стоит некоторого, немаленького количества магии. Тем более сам факт активации «поля» стоит немало и… растраты, растраты, растраты…

— Вспомни, как это было когда-то давно, — коснулся я её щечки рукой, об которую та тут же потерлась, словно бы ласкаясь, — когда тебе, расцарапали кожу, простыми ногтями. — напомнил я о том, как ей, простой человек, прорезал обычными костяными ногтями без магии кожу на щеках до крови.

Сестра напрягла память, но вспомнить как видно не смогла. Пришлось напомнить, и она даже рассмеялась, громко и заливисто, от осознания глупости той ситуации и того ранения. А потом посмурнела.

— Надо найти ту су… и…

Я посмотрел на неё как на дуру — серьёзно? Найти и? Да? За такую вот фигню? Искать непонятно кого непонятно где и как?! И сестра потупилась, явно осознавая весь уровень идиотизма того поступка, что она тут задумала.

— Так что у большинства охотников, — продолжил я свое пояснение, вновь вернув себе нормальную улыбку на лицо, а не улыбку «Ты дура, сестра!», — нет проблем с половым контактом, и они могут спокойно пихать свои палки во всех, и принимать иные палки ото всех. Эксцессы, — задумался я, — возможны, иногда сила все же рвется наружу против воли, как у тебя сейчас, — и сестричка потупила глазки, и затолкала свою магию поглубже в себя, по сути став почти обычной девочкой, лишь немного магию излучающей, — но в большинстве своем — все нормально.

Даже четверки, вне боевого режима, почти обычные люди! Они… не могут быть постоянно «на взводе» постоянно окружая себя мощной магией! Инстинктивный базис конечно же есть, но и только! А если приучить себя сдерживаться, начав приучать себя к этому еще до того, как научишься защищаться, то можно и вовсе, никого не ранить даже этим базисом. И быть… нормальным, во время всяких патрохушек.

Но для этого нужен опыт! Богатый опыт! Особенно если это четверка, а не двойка. Иии… да, у тех четырех, этот опыт точно есть. И — огромный! И возможно поначалу им приходилось непросто, но скорее всего — их начали соблазнять еще тогда, когда они и сами то не осознали свою силу! И когда были, фактически обычными людьми, еще только узнавшими о своей силе, но не научившимися использовать её даже для своей защиты.

— Значит только мы, — потупила сестренка глазки, опуская их в пол, и магия её, чуть вылезла наружу, сделав её, похожей на очень слабую… пятерку, и сестрёнка тут же стала стремительно заталкивать все обратно, чтобы скрыть свою силу от людей вокруг, ведь мы все так же были в людном коридоре ассоциации, на пути к «черному ходу» к выходу на парковку. — Только у нас могут быть… такие проблемы.

— Не только, — вздохнул я в ответ, — вон, к примеру, Павел, — кивнул я неопределенно, в сторону его далекого кабинета, где его наверняка уже и нет, ведь там нет телефона! И судя по его магии, он сейчас с кем-то общается на весьма повышенных тонах.

Сестра вскинулась, хотела что-то сказать, в стиле «А он то что?! Ну и что, что громадина!», но потом осознала — огромный, сильный, с мощными лапищами, и членом, что наверняка в боевом положении, толщиной и длиной с наши тщедушные тельца. Такому, даже без магии, найти себе партнера — проблема!

А уж с магией…, а ведь он только сейчас, на старости годков — тройка! А раньше, на пике, наверняка был четверкой! Просто незарегистрированной. И наверняка не слабой, судя потому, что мы видим сейчас, когда он всё равно весьма неслабая тройка, несмотря на возраст в девяносто лет.

И мне лично даже немного неясно — с кем это он там заделал себе сына, Андрея Иф? И почему…. Я ни разу его не видел подле отца? Он конечно уже взрослый, наверняка имеет свою собственную семью, работу адвоката, и самостоятелен и автономен! Но… в ссоре они, что ли?

— Все пятерки страдают от этого, — вздохнул я, мотая головой, — мы не исключения.

— И Мирана? — сморщила сестра носик, не поднимая глаз.

— Мирана неправильная пятерка! Была… ею. — расплылся мой рот в самодовольной улыбке, а ротик мигом повеселевшей сестры, тут же расплылся в предвкушающем оскале «Сделал гадость, на сердце радость!»,

И кажется сестричка задумал какую-то редкостную пакость в отношении этой пятерочки! И… я осуждаю! Не надо! Леди Сфера недостойна этого! Она старается! Она послушная! И слушается! И… в общем, пока не оступится — давай без пакостей, а сестренка?

И сестрица поняв все по моему лицу, согласно кивает — воздержусь, пока сама не перейдет черту! А уж потом… сделаю из неё коня! Норовистую кобылку! И я — вновь осуждающе мотаю головой, и решаю продолжить свою речь по теме:

— Леди Сфера, более не сломанная охотница, с нарушенной циркуляции силы в теле. Теперь она вполне нормальная, и вставшая на путь развития. У неё прибавилось сил, в разы! Стало проще с контролем, появилась пленка манопокрова, что дает ей защиту на достойном рангу уровне, и сейчас она… — перестал я скалится, и подмигнул сестре, что скалится не прекратила, — уже не та, сильна, и это… определенная проблема. — вздыхаю, мотая головой, — Впрочем, она и раньше то имела проблемы с партнерами — от проходимцев её ограждали, а свои — не зарились на тушку. Теперь же… даже с самоудовлетворением будут проблемы — ей придется подбирать ну очень крепкие палки, чтобы они могли выдержать захват её вагины.

— Хех! — подпрыгнула на месте сестричка, как видно представляя процесс подбора подходящих палок, в виде ножен от магических мечей, и самих мечей, не самого лучшего качества, чтобы ранить не могли, но при этом — были достаточно крепкими!

А ведь наверняка будут и конфузы! С тем, что она, найдя подходящий «инструмент», увлекшись, испортила чьё-то оружие! Намочила, измочалила… Или сама себя по любви ранила. Там, в том месте, внутри! И вся эта богатая фантазия сейчас на личике у сестры…

— Зато поучится контролю, — пожала я плечами, и самодовольная улыбка сестренки неторопливо растаяла, словно бы смытая дождем пыль с окна.

Она поняла, что даже эта «пытка», пойдет Миране по итогу на пользу. И что я… можно сказать все продумал! А не просто, решил поиздеваться над несчастной охотницей-пятеркой, что немного невзлюбила моя сестрица.

— Кстати, — сказала сестра, кукся моську, и внимательно заглядывая мне в глаза. — а что насчет… связей меж равных по силе? Меж… пятерок?

— Ооо! — протянул я, улыбаясь, — Это очень интересная тема! И думаю ты себе её вполне представляешь!

— Траходром, на весь полигон, да? — улыбнулась сестренка, а я поглядел на часы, висящие у дверей подле выхода на парковку, и понял, что туда, куда мы собирались, мы уже явно опоздали — конторка уже явно закрылась, ведь рабочий день у госслужащих уже все, и нас там уже явно не ждут.

— Знаешь, — задумался я, поняв это все, и решил, что раз так, раз всё равно ехать завтра вновь, то сегодня можно будет посвятить день чему-то еще, — надо, наверное, пойти поискать этот ролик! Где кошки из верха рейтинга, спариваются друг с другом.

И мы решили прекратить стоять средь коридора у дверей, и пойти наконец на парковку, где нас уже ждут наша пара охранников двоек, что уже явно «стрельнули» тачку, у людей ассоциации, и готовы продолжить поездку, пусть и теперь уже явно не по назначению.Пойдем смотреть видосики! В компьютерный клуб, для просмотра ознакомительного материала, раз уж на замковом острове по-прежнему нет ни одного компьютера с выходом в интернет, и со связью всё те же проблемы из-за магии.

И насколько же жаль, что с оптоволоконной технологией в Залехе все плохо настолько, что её нету вот вообще, ведь она — под запретом сюзерена, и просто проложить на остров стеклянный шнур не выйдет, а обычный кабель связи из меди, без толстых внешних экранов, защищающих от флуктуации магии наших построек, будет транслировать преимущественно всякие помехи и результаты наводок, а не что-то нужное, передаваемое с острова в город и обратно.

Кстати! Надо бы запрячь Бину, что бы она запрягла своих юристиков, чтобы нарыли нам всю инфу по этому договору! Чтобы и вопрос оптоволокна проштудировали! И вообще — подобных технологий. В конце концов, «защищённые телефоны и компьютеры», это ни что иное, как продукт таких вот, оптронных технологий!

А значит — их можно как минимум эксплуатировать! Даже если нельзя производить и создавать самим, их можно покупать и ими можно пользоваться! А значит… можно сделать вид, что это все не наше вот, это мы… у княжеств купили! По бартеру, да! И фиг докажешь обратное.

Искать клуб самим, как бы нам сказала бы мисс Ай, «Не по статусу!» Так что пусть ищут иные! Мы просто «нарежем задачу», а бедные охранники-охотники, пусть бегают-мечутся по парковке, в попытке узнать у них людей, где тут и что, ведь сами то город не знают вообще. А мы пока разместим свои тушки в добытой нам машинке ассоциации, что премиум класса. Видимо другую тачку, под наши маленькие попки в штанишках, и ножки без ботинок, решили не доверять — не по статусу! А может… есть иная причина?

— Сестра!

— Что?!

— Ты дырку пальцем в стекле проковыряла! Зачем?!

— Просто хотела поглядеть, насколько оно прочное.

— Поглядела?

— Да. — морщит она свой носик, кося взгляд в сторону отверстия. — Гоблинский кинжал и то прочнее ЭТОГО. — тыкает пальчиком в стекло подле «вентиляционного окна непредусмотренной конструкции», и недолго думая делает круглое отверстие овальным, отрезая ноготком еще один кусочек от стекла, словно бы дольку от спелого фрукта.

— Павел ведь нам в счет выставит это стекло. — кривлю я нос, глядя на то, как сестрица решила обратить условный круг, в ровный квадрат, используя для этих целей все тот же ноготок, и немного магии. — И стекло это… стоит как наш месячный бюджет на обед.

— Тля. — замирает пальчик у сестренки. — Погоди, а откуда ты знаешь цену этой стекляшки? — поворачивает голову ко мне, указывая тем же пальцем, что и резала, на стекло с магией, которое резала. — Что-то не припомню, чтобы… тебя интересовали такие вопросы!

— Там в углу написано, рядом с датой изготовления.

— Ляяя!

— И не надо пытаться все починить, просто пытаясь заделать дыру плавленым стеклом, намазывая расплав на края. Хуже сделаешь! Открываться не будет. И не надо пытаться всю машину зачаровать «в благодарность» — сломаешь! И… сестра! Я серьёзно! Если продолжишь, мы домой пешком пойдем.

— Ну и ладно! — уселась она с обиженным видом, сложив ручки на груди, — Я не против и побегать!

— Под дождем?! — удивился я, а в машину стали присаживаться наши сопровождающие, что, как видно, опросив водителей иных авто, узнали у них всё, что нужно.

— Под дождем! — посмотрела девица на меня с вызовом, словно бы… провоцируя на решение?

— Тогда зачем нам вообще машина? — сестрица задумалась, а я решил «подлить», — Но в любом случае, если сломается и эта, её до гаража ассоциации придется тащить на руках! — а вот этот аргумент вполне подействовал!

Быть «тягловой пятеркой» сестренке не хотелось бы. И она, перестала дуться, перестала играться с магией, сидя там, где делать этого бы не стоило, хотя бы потому, что это пугает нашу «охрану». И Саманта, словно бы желая «не чувствовать себя лишней», сообщила нам, что нам эту вот машину можно сказать дарят, отдавая во «временное пользование» без ограничений по срокам.

И вроде бы хорошо! Но в тоже время — в ней электроники больше чем в серверной! Пусть она и защищена от примитивных воздействий разными «наворотами», но если поставить такую тачку во дворе замка… к утру уже будет неспособный куда-либо ехать «труп», ведь тут даже тормоза управляются компьютером и электро приводами на колодках.

Придется организовывать «охраняемую парковку» подле замка уже сегодня. И где-то вдали от того места, где под землей все так же валяется труп одной веселой твари, к которой все еще проявляют интерес некие мутные личности, однако, пока что, воздерживаются от визита на место своего оккультного «паломничества».

Из очевидных плюсов машины, что это не ультра-супер-мега-золото, разукрашенное нечто, или просто «понты-понты», а скорее «дорогая рабочая лошадь», что призвана возить важных людей на важный встречи, регулярно, и бескомпромиссно, в дождь, снег… всегда!

И это не длинный членовоз для членов партии! Дорогой и длинный драндулет, что завязнет в первой же луже, и вообще, неудобен из-за длины своего капота. И… просто большая хорошая дорогая машина. С мягкой комфортной подвеской, «глотающей» на ура все малые и крупные неровности дороги, делающей поездку и скорость вообще неощущаемой.

Мягкие сиденья, в которых можно утонуть, и для нас это скорее минус — мы слишком маленькие! Надо будет нарезать задачу по замене сидушек, раз уж эту машинку отдали под наши попки! Или… не стоит? Она ж, типо, арендная? Хм, дилемма! Пускай, наверное, на ней Бина катается! А нам… и по жестче кресла сойдут! И задний диванчик нам интересней, нежили как тут, отдельные места и на заднем ряду, где в каждом сиденье поместятся по три таких как мы.

— Вообще-то два, — тихо шепнула мне на это сестра, — мы, блин, растем!

Ах, да, точно, растем. И довольно быстро! Ведь наши тела несмотря на ограничения, пытается выжать рост всеми доступными путями, реализовав по полной имеющиеся возможности. Следствие обильного питания, не иначе!

Вру! Это все, результат наших с сестрой игр с магией, и дестабилизации системы. Так что… в следующий поход в тайник, точно займусь этой проблемой! А то все может уйти куда-то не туда и очень скоро.

«Компьютерный клуб», куда нас в итоге доставили, тоже был элитным, под стать машине и нашим «элитным моськам». И глядя на всю эту роскошь, я начинаю понимать — так ведь и привыкнуть вновь можно к этому всему! Оплыть жиром, стать… ленивым! Еще больше чем сейчас! И… надо бы дать в тык… кому-нибудь, за всё это! Чтобы… не расхолаживали нас роскошью слишком сильно! Тем более что и деньги-бюджет у нас как бы не резиновый, и ограниченный.

— А если так? — сказала сестра, и на её обеих руках, появилась целая пачка разнообразных колец с разнообразными камнями.

Она… вообще подсела на это дело! И в свободное время регулярно творит разные цацки с разными блестяшками, делая их разными цветами, формами и размерами. Правда, ничего из этого всего не носит, никому не дарит, не показывает, да и продавать на аукционе особо то не горит желанием, и в списке вещей к продаже, её поделок нет, хоть мы и оставили за собой право «добавить пару лотов сверху» если… появится такое желание. Создали интригу, по совету нашего бухгалтера с блокнотиком!

Сестре нравится сам процесс создания чего-то подобного! Она вообще… художница у меня! Ей нравится рисовать камнем, и делать разные поделки из него. У нас в тайнике уже много чего интересного создано, и я всё жду, когда это всё… начнет оживать по-настоящему, ведь магию внутрь пихать сестра уже начала.

— Красивые камни. — усмехаюсь я, и теряю к кольцам на руках интерес, ведь только два из всех имеют в себе стоящею магию, подобие чар, структуру, а не банальный магический фон, что словно бы просто налитая в пустой сосуд вода.

И мой постный вид, вызывает у сестры обиду! И опускание ручек. И через три шажочка, с её пальчиков, якобы случайно, слетает пара златых колечек с двухграммовым камнями, и якобы запросто так, весело катятся они куда-то в сторону от нас, в угол коридора, подальше от прохода, по которому мы топали, покинув авто, и войдя в здание «компьютерного клуба».

И одно из колец даже кто-то ловит в десятке метров от наших тушек! Прижав желающее бежать дальше кольцо ботинком к полу. И… бежит за нами следом, извиняясь, просит остановится, и преподносит нам наше же кольцо, со словами «Вы уронили, возьмите!».

Нда… то ли наша слава столь сильна, то ли… тут персонал настолько вышколенный — преподнёсший нам кольцо паренёк, как раз был из персонала. И… как видно счел за честь вернул нам потерянное! Постоянно краснея в процессе попыток нам наше же обратно впарить, и даже не думая оставлять себе колечко, когда сестренка от него просто отмахнулась со словами «Возьми себе, девушке своей подаришь».

А сестра будет за ней следить, ага. А возможно и какие гадости делать — колечки то эти, непростые! Они… самоходные! И мне что-то стало интересно — а не поэтому ли она никому свои «брюлики» не раздаривала со времен той девочки в ювелирке ассоциации? Нужная магия… была не готова? Впрочем, зачем гадать? Если скоро все итак будет мне очевидно!

— Реально бери, — пожал я плечами, заговорив за место решившей тупо уйти сеструхи, решившей продолжить движение несмотря на «помеху», показывая спину опешившему пареньку.

Парень вместо ответа выпучил глаза.

— Да меня же убьют… — прошептал он едваслышимо, держа колечко двумя пальчиками.

Хм, и за что же? Не настолько уж и большой в кольце камень! Впрочем… можно сделать его еще меньше, заодно «полирнув» не самый грамотно составленный следящий контур сестрицы». Ну и само колечко, сделать надо чуть больше — эх, сестра, сестра! Ты на что вообще рассчитывала, даря кольцо, что почти по размеру пальца восьмилетки? Или скорее лет на десять, ведь сама сестра его для себя сделала великоватым, но все же недостаточно большим для взрослой женщины!

И я, взяв кольцо в руки, сделал все, что собирался — камень стал в два раза меньше, растеряв и в весе, лишнюю массу которого я тупо «схавал», само кольцо стало чуть больше, но новой массы не приобрело, став просто более тонким и изящным. А еще я убрал из контура сестрицы пару логических ошибок, что привели бы его к самоуничтожению уже в скором времени — надо будет сестренку погонять по основам! А то… это какие-то детские ляпы на самом банальном!

И это, улучшенное кольцо, вложил в ладонь еще сильнее опешившего паренька, стоящего предо мной со сгорбленной спиной, и сплошной глупостью на лице. И насильно сжал его пальцы, сжимая ладонь за него, повторив в слух и во второй раз:

— Девушке своей подаришь.

— Но у меня не… — проговорил человечек ошарашено, пуча глаза.

— Так заведешь, — пожал плечами безразлично, и побежал догонять сеструху, что нетерпеливо ждала меня у двери с надписью «Игровой Зал».

— Не думаю, что у нас возникнут какие-то проблемы, с привыканием к роскоши, — сказала она, когда я до неё дошел, — в крайнем случае, думаю, что это вылечится годиком жизни в тайнике.

— Ты в это веришь? — усмехнулся я на это, и сестренка неопределенно помотала головой, как видно припоминая как это было, и то, как это что-то там «лечило», — А если тебе вообще не захочется больше туда ходить? — улыбнулся я, внимательно глядя на неё.

— Ну… — протянула она и задумалась, — да, действительно… проблема! Уже сейчас, мне действительно не хочется топать в ту каменную пустыню, и жрать консервы каждый день! Уже сейчас… да, это реально проблема! — выпучила она глаза, глядя на меня, — Скучья Бина просто откармливает нас как свиней! Подсадила на… свой элитный корм! И мы теперь!..

— Успокойся, — улыбнулся я, глядя на неё, — она просто старается сделать как лучше.

— Но…

— Надо просто сказать ей, чтобы прекратила стараться слишком сильно, окружать нас столь плотной заботой, богатством и роскошью. Сосредоточилась на иных делах-заботах, их у замка тоже, не маленько. — сестренка выдохнула и подрасслабилась, а я, продолжил свою речь, — Ну а проблему питания в тайнике, можно решить запасами готовой еды с кухни, в «холодильнике» тайника.

— Можно, — кивает сестрёнка, — но это… сколько же им придется готовить, что бы… прокормить наши годы затворничества? Мы же… кушаем то… как два слона! И в обычные то дни… едим не маленько.

— Наймем больше персонал?

— Точно! — стукнула сестра кулачком по ладошке, понимая, сколь простое есть решение столь сложной проблемы.

— А для экономии маны, пусть готовят из уже магических продуктов, что мы будем покупать время от времени отдельно от всех, запутывая всех… и вообще! Пусть учатся готовить с магией! Они повара пятерок, или где?! — и с этими словами, мы зашли в «игровой зал».

Зал, правда, оказался не залом, а просто еще одним длинным коридором, разветвляющимся на еще коридоры, по обеим сторонам которых тянулись двери индивидуальных комнат. Из-за некоторых из них, шел приглушенный звук неких сражений. Не реальных, хоть сестра и напряглась, уловив этот звук, силясь сдержать се в себе, несмотря на инстинкты, и в тоже время стараясь быть максимально собранной и готовой ко всему. Все же бои там… масштабные и эпические! При этом из-за других дверей… слышна лишь тишина.

Глава 5

Наша комнатка с компьютером была относительно недалеко от входа, и далеко шарашиться по лабиринтам коридоров не требовалось. На входе в выделенное помещение, нас уже встречали люди, что были максимально услужливыми, и всеми силами старались нам угодить, и показать, как нам рады в этом клубе.

Открыли дверь, подтолкнули стульчик на колесах, на который были уложены мягкие, но плотные подушечки, чтобы повыше сиделось нашим попкам в больших для нас креслах пред большими для нас столами. Что бы мы… не ощущали себя маленькими в этом огромном мире! Ведь если убрать из уравнения комфорт, то нам и так было бы неплохо, без этого вот всего.

Стол не столь высок как некая стойка с билетами на вокзале, где только друг на дружку сев, можно общаться с кассиршей, а иначе… разве что нос торчит над преградой! Ну а кресло на колесиках, так-то, регулируемое! Причем во всех плоскостях, пусть и с нашим весом, кататься на нем можно сугубо вверх, даже если сесть на одно кресло сразу вдвоём, а остальные регулировки… лень как-то их даже трогать, но персонал все же попытался все настроить под наши габариты, что у них получилось… условно.

Хотели нам еще и разъяснить что и как тут работает, и что можно делать на их «супер машинах», но мне подобная угодливость немного поднадоела, и я их выпроводил — что я, в компе что ли не разберусь что ли?! Он тем более не сильно то и отличается от того, что стояли у нас дома, и были аппаратами маменьки с папенькой.

Ну а сестра, что в теме не шарит… тут был второй компьютер, комната на двоих! И ей можно было бы попросить себе все пояснить! Как пользоваться… как включать! Вот только ей всё это напрочь безынтересно, и она с самого начала подкатила свой стульчик к моему столу поближе, заняв позицию рядышком, чтобы просто наблюдать. Зашедшая в комнату вслед за нами Саманта притаилась у двери неприметной тенью.

Однако компьютеры, как я быстро выяснил, все же отличались от того, что я видел дома, и что были у родителей. Они были мощными, крутыми, но… с кучей ограничений! В стиле того, детского аппарата! Но иные. И на этих агрегатах, по сути, только в игры играть! Причем — только те, что уже установлены! Скачивать что –либо нельзя, смотреть видео можно только со стрименговых сервисов, ведущих трансляции или выпускающие гайды по играм, ну а доступ в общую сеть… вообще кастрирован на девятнадцать двадцатых! И только избранные сайты разрешено посещать. Ужас!

Пришлось звать услужливых ребят персонала, тух, кто нам тут кресла теребонькали, и о компьютерах знают «нужное», мальчика и девочку, с намертво приклеенными к лицам улыбками. Интересоваться у них, что за говно они нам подкинули, почему тут все так… обрезано! Узнавать у них, что это норма, и все игровые компьютеры такие в их клубе, это… практика у них такая вот!

Слать их с такими правилами дальним лесом! И покидать комнату — мы сюда не в стрелялки играть пришли! И не в симулятор свиданий, как в соседней кабинке играет некая парочка! Хотя… они там, по-моему, уже давно не играют, а… занимаются чем поинтересней. У симулятора же запущено тупое авто воспроизведение, и компьютер играет сам в себя. Ну а в комнате… явно есть кровать или диван. В наше оно тоже есть, и теперь понятно зачем в клубе есть индивидуальные комнаты сразу на двоих.

— Постойте! — окрикнул нас месье услужливость, когда мы уже протопали некое расстояние по коридору в сторону выхода.

И мы действительно «постояли», остановились и развернулись к нему, ожидая продолжения. Вот только оно было прервано — из двери меж нами, вырвалась какая-то растрепанная в хлам девица, со злым взглядом, хотела было куда-то ломанутся, но заметив людей из персонала, резко тормознула. И накинулась на них, желая узнать, почему её столь резко прервали прямо посреди серьёзной потной катки?! У неё битва за замок была в самом разгаре! А тут…

И никакие доводы о том, что «Платить надо барышня!», и что, «Если аппаратура вырубилась, значит была просрочка оплаченного времени более чем на полчаса!», её совсем не интересовали, а вот то, «Кто теперь будет ей компенсировать утраченный ценный лут?!» очень даже волновало.

Ну и то, что у них, в клубе, у этих вот конкретных «услужителей» тут сейчас очень важный клиент, и они заняты сильно, её тоже не ипет, ведь она тоже — очень и очень важный клиент! И у всего клуба будут большие проблемы, из-за её испорченной игры — могли бы и в долг поработать! И на всю ночь! Зачем прерывать то важную миссию?

Мы же, дожидаться конца этого представления не стали, и молча, пожав плечами, развернулись и потопали прочь — нечего нам тут время терять, выслушивая этот… скандал на ровном месте! Он тут явно надолго, и девка явно не стремится поскорее вернутся в игру, где была её прерванная битва, для неё битва теперь уже здесь, в реале, и она куда интереснее той, что была в виртуале. Ну или она там всё уже давно «слила», сама, и без посторонней помощи, опростоволосилась, и обделалась, и ей там уже делать нечего. Ну или… у неё тупо денег нет чтобы вернутся, оплатив еще немного времени, чтобы закончить эту «битву за замок» как и положено, и без «сливов».

Парнишка «услужитель» хотел было метнутся за нами вслед, и даже вновь крикнул «Постойте!», но был перехвачен наглой всклокоченной девицей, что нагло схватила его за грудки, и вновь взяла в оборот при близком контакте. Учитывая, что дамой она была «крепко сбитой» и по комплекции ничуть не уступала этому молоденькому парнишке, то… шансов у него просто не было. А его напарница… вообще мышь серая, и с самого начала скандала, только и делает, что стоит, глазки в пол, и пищит «Простите» после каждой реплики всклокоченной.

Однако, просто так уйти из этого клуба нам все равно не дали — стоило покинуть «игровой зал» как нас тут же перехватил некий «старший менеджер» в сопровождении двух младших. И этот старшой, извинился, сказав, что произошла досадная ошибка, и что за нами уже зарезервирована «машина» в информационном зале, где есть полный доступ к сети интернет, с выходом на любые сервисы.

Даже, как сказал он нам тихим шепотом, теневые! Что, нас так то устраивает! Единственное… шум игрового зала бы заглушить — бабенция-прическа «сеновал» там уже не на шутку разошлась! Но старшой пообещал разобраться и с этим, а нас проводят до нужной комнаты — она на втором этаже. Ну а на третьем, как выяснилось в пути, при расспросе провожатого — офисный зал, где довольно слабые машины, но зато есть всякая оргтехника для печати бумаг, и прочих офисных работ.

Наша охранница, Саманта, следовавшая за нами по пятам молчаливой тенью, умудряясь несмотря на свои размеры, и формы, быть практически незаметной, словно бы её и нет тут вообще! И единственный раз, когда она показала всем, что она тут вообще-то тоже есть, и что она не просто мебель, это когда та дамочка, выскочившая после «потной катке», зыркнула в нашу сторону.

Саманта в тот миг, обозначила своё существование, выходя чуть ближе к центру коридора. Не перекрывая нас собой, но обозначая своё существование, свою «сторону» для скандалистки, что все быстро поняла, оценила габариты охраны, и потеряла к нам интерес раз и навсегда. И это была весьма и весьма толковая демонстрация её талантов и профессионализма! Ведь не будь её там, риск, что нас бы как-нибудь оскорбили, был бы велик. А так… нас словно бы там и не было! И в нашу сторону «скандал с ногами» даже и не смотрел.

У неё явно есть опыт работы телохранителем! Хотя в случае с нами, она явно охраняет не нас от угроз из вне, а людей вокруг нас от нас самих. И само её существование подле нас, даже без активных действий, один её взгляд на всяких мимо пробегающих, отбивает всякое желание подходить к двум лохматым, босоногим, и странно одетым детям. Общаться, спрашивать что-либо, просить автографы, или как-либо еще донимать наши персонки.

И дистанцию держат, и не таращится раскрыв рот и в наглую! Впрочем, это не её заслуга, а скорее клуба, что все как надо организовывает. Пусть и… не без огрехов — вон там, в дальнем коридора, по которому мы топаем, уже организовалась целая кучка людей, выглядящих как студенты, и пялящихся на нас круглыми глазами, но без раскрытых ртов.

А нам, как бы, через них проходить! Нам как раз туда! И сопровождающий нас менеджер, младшой, не старшой, уже суетится! Надо ведь и нам «дорогу расчистить» и других клиентов не сильно обидеть! А как? А у него опыта мало! И он — один! А толпа — много! И в неудачном месте! Не обойдешь!

И Саманта вновь показывает, что профи, что все понимает и без слов, и все решается одним грозным «зырком» от могучей крутобедрой дамы-два шкафа, грудь бидоны. И вся толпа, чуть ли не с визгом испаряется. И мне вот непонятно, да и сестренке тоже — почему так? Почему нас, что одним «чихом» можем превратить это здание в пыль не боятся?! А какую-то вшивую двойку в костюме, которой на это же дело потребуется минимум неделя, и не факт, что вообще получится и что силенок хватят, боятся как огня?

Она… выглядит грозно? Или от того, что мы настолько сильные, а значит — не будем трогать совсем слабых? А бой равных с равными — норма? Хм, это надо обдумать! Это ведь, по факту, было основным правилом моего мира! Бой меж разных ступеней силы под запретом, а вот в пределах условной ступени — сильный получает всё. Так что опасности для низших, от высшего, спустившегося к ним погостить, ровно нулевая, а вот от простого сильного их мира — колоссальна! И похоже… здесь так же, по крайней мере в людском восприятии.

Комната с компьютерами «рабочего зала», как и сам «зал», мало чем отличался от того, что был игровым. Почти те же компы, только с чуть иной конфигурацией, и иными ограничениями — можно серфить по сети сколько угодно, но нельзя ничего скачивать, или устанавливать. Фактически те же уединённые комнаты — отличается лишь отделка стен, что более светлая, и чуть более теплая, домашняя. В игровом же зале она была темная, и… какая-то воинственная!

А еще, отличие кроется в постерах и плакатах на стенах. В игровом зале, весела реклама разных игр, стрелялок, ходилок, с мечом бродилок, а тут… фильмы, чаты, всякая прочая ерунда «интернета» что и непонятно толком, что тут в общем то в общей массе то рекламируют? И можно смело сказать — все подряд! Даже реклама дамских прокладок есть!

— А зачем они нужны? — поинтересовалась сеструха, потому что эта скучья реклама висела прямо в нашей комнате! И постоянно привлекала её взгляд, пока я искал бой-секс двух кошек верха рейтинга охотников, да чтоб без цензуры.

Это оказалось непросто! Кому вообще пришла идея пикселить места их соития?! Что за… бред, а?!

— Зачем… — задумался я, не прекращая поисков, и наткнулся на анимацию «этого самого секса» тоже с цензурой, но мультик, сделанный на основе реального видео.

Кому это дело нужно не знаю, но прикольно! Ищем дальше!

— Зачем… — повторил я, — пожевав губами, наткнувшись на пару заблокированных ресурсов, на одном из которых я кажется и видел ролик без всяких пикселей, — вон, у Саманты спроси, она в теме, она носит, — чуть кивнул я головой в сторону большесисей девки молчаливой тенью подпирающей дверь изнутри.

И сестра, развернувшись на вращающемся стульчики, поинтересовалась «А зачем?» уже у неё, и непонятно зачем вообще спрашивает, ведь сама должна знать все такие вот ответы! Сама ведь непрестанно наблюдает за людьми! И в первую очередь — за женщинами. В том числе и за этой вот самой Самантой, хотя она ей, почти безынтересна, и за ней сестрица почти и не следит.

В ответ на прямой и невинный вопрос «А Зачем тебе прокладки, а? Куда ты из суешь и для чего?», получила какой-то невнятный ответ, без четкого определения куда, для чего, зачем, почему… само собой таким «юмором» не удовлетворилась! И раскрутила тетку на все подробности процесса, причины и следствия.

Правда, как по итогу выяснилось, сестру больше интересовало не то, зачем это носят, это она и сама понимала и знала прекрасно, хоть и не забывала юморить непрестанно:

— Чтобы течку скрыть! Да? Да?! ДА!

— Да…

— И чтобы возбуждение скрыть?

— Увы…

— Что увы?

— Мокро все равно бывает…

Сестру интересовало то, нафига это вообще рекламировать? Кому надо, скрыть, и трусы не мочить, итак носят, а остальным и знать незачем. И объяснять конкуренцию рынка, и то, что разные производители, отчаянно пытаются внушить наивному плебсу, что вот только их товар, на сто процентов хорош, и на сто процентов все скроит, спрячет, и только они идеал — пришлось уже мне.

Саманта в этом деле… малость плавает. А я… я немного уже поднатаскался, за годы жизни в этом мире, и за время изучения маркетинговых ходов и реклам, банально наблюдая всякие плакатики в торговых центрах и на улицах. К тому же… я совру, если скажу, что в моих мирах этого всего не было. Было, и еще как, просто… мне не было до этого никакого дела, я был… выше всего этого.

Сестра же, выслушав мои слова, решила, что ей стоит почитать пару книжек по экономике, маркетингу, и прочим нюансам рынка. Ну и так, по мелочи, и еще пару разных книг заодно заказать у Бины, загрузив её работой еще и по этой части, чтобы меньше думала о закармливании наших маленьких персон всякими яствами.

Я же тем временем, нашел нужное нам видео, и мы стали глазеть на веселые потрахуши без цензуры, и без ускорения скорости воспроизведения. Мне даже пришлось приостановить прочие поиски информации на иных мониторах, так как мелькание там картинок, отвлекало сестренку от просмотра.

Посмотрели, сестра оценила! И посмотрела на меня таким взглядом… словно бы захотела это все повторить! Сама испытать! Прямо здесь и сейчас! Прямо… превращая в руины это самое здание! Игнорируя его цену, людей, последствия…

— Но-но! — помотал я пальчиком пред её носом, — что бы ты там себе не задумала, воздержись! Иначе я обижусь! — усмехнулся я, и подсунул на экран еще одно видео «с котом», но иным, более древним, но видео с которым, и без всякой цензуры, попалось мне раньше прочих, и я не мог его просто пропустить и не показать сестре.

И причины данного дела две — этому видео, как считается, больше полутора веков! Ведь этот кот, охотник-пятерка, белый Барсик, Белый Барс, жил именно в те времена, и… любил трахать девок! Не столько и не только охотниц, сколько просто… «все, что шевелится». Проводи уроки секса, не стесняясь камер, участвовал в порношоу… и можно сказать — только этим и занимался!

По крайней мере именно такое ощущение создается по сохранившимся видеоматериалам! Где до наших дней дожил лишь один коротенький бой! Где барс, показывает, что он не столько кот, сколько маг, и сильно отличается от нынешних охотников «звериного типа». Бой, где он всех врагов вокруг обращает в покрытие инеем столбы мороженной плоти — сильно! Бой, который явно пришел к нему с нежданном, прямо во время секса — Барс на кадрах голый, и… явно только вынул.

В целом, видео эти не особо интересны, и просто «инструкций, как и в каких позах нужно трахать», и как доставить максимум удовольствие партнеру. Как сдерживаться, и не убивать, при большой разницы в силе магии. Так что не считая того, что в кадрах участвует столь сильный человек, с длинным пушистым хвостом, и частично покрытый шерстью, что, как понимаю, ненастоящая, а из маны, подобно когтям современных охотников, смотреть там нам было особо нечего, и за время просмотра этих видео, сестра немного успокоилась, хоть и начала активно ерзать на стуле, словно бы хочет в туалет.

— Ты в туалет что ли хочешь? — поинтересовался я у неё, окидывая её тельце взглядом с паха до моськи.

Она замотала головой, отрицая данное предположение.

— Ну смотри… так то тут должна быть уборная, — посмотрел я на красную лицом, до самых кончиков ушей Саманту у двери.

Хм, а сестра вот вообще не покраснела от просмотра этого… порно. Ей вообще — пофигу! Как, впрочем, и мне, и интерес этих роликов… чисто платонический, как при изучении жизни… хомячков. Нда, мы все дальше от народа! И все ближе к… ленивой лени? Не хочу!

Еще, Барс был интересен тем, что его считают родоначальником чуть ли не всех охотников кошачьего типа страны, а то и мира. Типо он славно погулял, во многих женщинах оставил своё семя, и вообще — распространил свой вид на всю планету!

У данной теории есть множество сторонников, поклонников. И доказательств, но по факту — она не стоит и выеденного яйца! Ведь, как пример, второе место охотников страны. И главная кошка — Львица, с Барсом родства точно не имеет. Хотя при этом, у неё в родичах имеются немало так всяких охотников, как, впрочем, и с Барсом.

Конечно, многие называют это «Просто исключением!» что всегда бывает, и с этим сложно спорить! Однако, если покопаться в геномах, наверняка выяснится, что Барсу не принадлежит и половины всех охотников-котов страны, и нету даже трети мира, да и то, это я еще обнадеживающие цифры даю.

А еще, Барс для нас интересен тем, что в паре статеек с упоминанием его имени, мелькали и наши персоны — нас тоже считают его потомками! Вот от кого кошачьи гены у сестрицы! Вот почему она ведет себя частенько словно бы кошка!

И вот сейчас, пока я рыщу по сети, в поисках иной интересной информации, перебралась со своего стула на мой, уселась на меня, поперек моих коленей, обняла меня своим телом, пропустив гибкое тельце у меня подмышкой, оказавшись грудью за спиной, навалилась ручками на плечи, и покусывает моё ухо, поглядывая в экран «на мелькающие картинки». Все же, хороший тут компьютер! Хочу себе такой же! И интернет… быстрый! Хочу себе столь же скоростной доступ! Прям… очень хочу!

Надо забить на лень! Создать себе сервер, с дешифровкой, проложить оптоволоконную линию… да и комп сам себе собрать я уж всяко могу! Не на кремневых принципах, но лучше! Так что… какая разница?! Сделаю переходники, и… нда — это работы на годы! Но — это нужная работа! И тут не только хочу, но и в принципе надо!

Не вечно же мне все тянуть на себе! И тому же замку… нужен свой сервер! Нужны свои вычислительные мощности, нужны… целые кластеры систем! И надо будет все рассчитать и задать правильные векторы системы, с правильными зонами и… держать сеструх подальше от этого всего! А то… точно что-то пойдет не так! Она все же еще очень молода для такой вот тонкой работы.

Спустя пять минут рысканий в сети, моё ухо было качественно обслюнявлено, в двух местах прокушено — сестра не сдержала силу. И вылизано, как извинения за кровь. Я же, нашел еще массу всякой информации… о нас, о наших… «родственных связях!».

Например, нас, оказываются, считают внуками Каменной Скалы! И не как раньше, болтовня и беспочвенные теории, а на полном серьёзе! С доказательствами, в виде ДНК тестов! Проведенными над нашей плотью, и привязанные к ДНК тестам наших предков, что тоже откуда-то всплыли в сети.

И если с родителями я все более-менее понимаю, и допускаю, что они где-то когда-то и не раз, сдавали кровь, или что-нибудь еще с ДНК, и их тесты вполне могли быть реальными могли бы даже никем не скрываться, и изначально «быть в свободном доступе» просто никто их не искал, и никто ими не хайповал — не интересно! Но откуда тут взялись… наши данные?! Вот это вот… непонятно.

— Ты что-то знаешь? — поинтересовался я у сестры, что по-прежнему была у меня за плечом, и заставляла меня думать о том, а ей вообще удобно… так сидеть? Изогнувшись… словно кошка!

Сестра отрицательно помотала головой, а я стал внимательнее копаться в материалах тестов.

Интересно то, что многие данные в предоставленных материалах «замазаны во избежание», но при этом всё равно можно понять, что сведенья журналистам предоставили… охотники? Да, они, по крайне ней мере, на это намекают и сами данные, и… журналюги, так и говоря об этом между строк «ассоциация предоставила нам данные». Правда… не похоже, чтобы ассоциация и правда им что-то давала, скорее… они это выкупили? Или… стибрили? Или… им и правда дали эти данные, но не люди Павла. а… кто-то еще, с кем он поделился сведеньями.

В общем — запутанная история! Однако, если предположить, что в начале этой цепочки, сидит громоздкий Павел и его компания, то… можно смело считать, что данные подлинные! Что… впрочем…

— Фальшивка, — сказала сестра, глядя на наши данные, где представлены сравнительные данные нас обоих.

И я с ней так или иначе был согласен, но… думаю, тут дело не в «фальшивости», а в понимании людей «зеркального отражения ДНК» сестры. Видимо, единственный способ его понять для людей, исследовавших данные молекулярной цепочки клеток сестренки, было отзеркалить всё обратно, получив в итоге… что мы вдвоем — один человек! Скромно умолчав о том, что у нас тогда, по ДНК, должен быть один пол, что, естественно, не так, так что сам анализ, можно считать… малость неверным.

Впрочем, ДНК пол не гарантируют, и всякое бывает. Так что… да и кер с ними! Интересней другое — нашу маму, причисляют к дочкам Каменной Скалы! Родным дочкам, естественно! Что, естественно, уже вызвало кучу пересудов и споров средь признанных дочерей и внучек этого охотника, коих было не так уж мало — Скала всегда обладал каменным стояком!

Его… пока он еще был похожим на человека, было практически нереально заставить кончить, зато та счастливица, в которую все же происходило семяизвержение, почти наверняка становилась беременной дурой, залетая ребенком от этого славного охотника. Из минусов — охотниками его дети не были вот вообще и никогда, его способности почему-то не передавались по наследству.

Хотя правильней сказать — они гарантировано скакали через поколение, да и то, при нахождении подходящего партнера-партнёрши для детей непростой пары, что способны выдать одаренных внучек-внуков великого охотника. И таких удачных случаев… в мире ноль целых, фиг десятых.

Вообще, это странно! Но учитывая то, что тут к генетическим изысканиям относятся чуть лучше, чем к плаванью, то… меня больше удивляет не это, а почему наука установления родства по ДНК, вообще жива и здравствует, пусть и немного… кастрирована, и официально может это делать только при помощи автоматических стендов анализа, импортного производства. Неофициально все лучше, но… тоже беда.

Вот только возмущение «Дочерей Скалы» что быстренько собрались в клуб «Мы против!», против нового члена их кружка, не отменяет того факта, что мать наша, родилась у матери своей «без отца», что был записан как некий неизвестный, а мужа наша бабушка по матери, от которого она имеет вторую дочь, нашу племянницу, всего вдвое нас старше, она нашла уже сильно позже, и… Каменная Скала реально может быть нашим дедом! Хотя, для гарантии… надо бы поговорить с мамой! Не факт, что она что-то знает, но все же…

— Хм, — сказал я в слух, наткнувшись на видосик с нашей бабушкой, и включил его на экран в развернутом виде, для просмотра вместе с сестренкой, что вновь начала грызть мне ухо, проделав в нем еще одну дырочку — она мне так его откусит под корень в скором времени! Схавает вместо обеда!

— Ты что, голодная? — поинтересовался я у неё, так как она, стала посасывать причмокивая моё ушко, просматривая видео с нашей бабкой, где та, признавалась, что действительно, имела «близкий контакт» с нашим предполагаемым дедом.

И по юности лет, участвовала в полулегальном полузакрытом шоу «заставь камень кончить». Правда, всем, кто там участвовала было запрещено разглашать о свое участии…, но прошло уже столько лет! И если вы настаиваете…

— Сестриц, ну есть же консервы! И еду из замка можно притащить! — вновь возмутился я, так как сестра принялась тихонько покусывать моё ухо, продолжая его посасывать, и игнорируя моё прошлое возмущение, — Возьми, поешь! — вынул я из собственной руки, ароматно пахнущею «кашу с мясом и овощами» вынутую из консервной банки, выложенную в небольшую каменную тарелочку, и быстро подогретую «по пути».

Сестра с глотнула голодную слюну и отпустила моё ухо.

— Не хочу! — сказала она, отворачивая моську в сторону, и вновь переглатывая.

— На, покушай. — подсунул я ей миску под моську, и та, вздохнув, приняла угощение, не устояв пред ароматом.

Достала из руки ложку, и вздыхая вновь и вновь, стала неторопливо поглощать кашку, словно заедая горе. Вон, даже слезу пустила! Непонятно с чего.

Я же, тем временем, нашел видео с нашей бабкой в сети, с того самого шоу. И непонятно почему его не нашли до меня репортеры! А, понятно… на этом ролике наша «бабка», которой на тот момент было всего восемнадцать, не продержалась на каменном стояке «большого камня» особо долго, и потеряла сознание, прямо верхом.

Была утащена прочь помощницами, а на хер водрузилась иная «несчастная». И только через три дамы, Скала наконец кончил, осеменил… и эта дамочка, стала матерью одной из ныне существующих «дочерей каменной Скалы»… ему почему-то везло на дочек, их у него выходило «строгать» в восьми случаях из десяти.

Иных видеоматериалов с тех шоу мне найти не удалось, и возможно они и вовсе не дожили до наших дней. Хотя, конечно, наша «бабушка» вполне могла приходить на это шоу не раз и не два! Но все же… идея с нашим родством, выглядит натянутой, и скорее… просто «хайповой», предоставлением народу того, что он хочет услышать.

Отца тоже не обделили на именитых родичей, ведь его считают, немного не мало, а внучатым двоюродным братом Тигра! Считают, что тот сухонький дед, которого сучьи Яуза выпотрашили и напихали внутрь вместо органов взрывчатки, был сыном брата отца этого прославленного охотника пятерки. И то ли внуком, то ли правнуком того самого Белого Барса — журналисты как-то не определились в версиях!

Верится в это всё с трудом, и не только мне. Но нашего дедушку не спросить — он числится без вести пропавшим, и многие считают его давно мертвым, а кто-то считает его прячущимся в нашем замке, куда мы его запихали прочь от глаз людских. Отца деда тоже — он мертв, и уже давно. Из иных родичей, только брат отца, он жив, здравствует, и охотник! И… нифига не знает об всей этой истории, по крайне мере так говорит, а пытать его ради этой информации… ну такое себе. Он слишком далекий от этого всего человек, чтобы какое-либо давление имело смысл.

Да и охотник с двумя звездами, это всё равно охотник! Тем более что он из боевых, член группы за лидерством четверки, и… вполне уважаемый кадр! Лезть к нему слишком навязчиво… чревато! А сам он… как видно был в соре и с нашим отцом, и со своим, и вообще «Пошли прочь журналиги! Не хочу вообще ничего слышать о родне!!!». Так что и нам самим к нему лезть тоже, не стоит.

Сам же Тигр, никак не реагирует на существование у себя пятизвездочных внучатых племянников — ну есть и есть, что такого то? Вот только для множества людей, тот факт, что из одного рода, из одной семьи «на коротком шаге» вышли сразу три сильных пятизвездочных охотника… заставляет штудировать все наше «колено по отцу» в поисках иных значимых личностей из рода.

И как ни странно, они там есть! В тридесятом колене, в другой ветке по тому же прадеду, охотник двойка! И… все. Да и родственников у нас по отцу, как выяснилось, до смешного мало осталось в живых — наш дядя, его сын и дочь, его двоюродный брат, жена которого давно мертва, а уже взрослая дочь, погибла от монстров при нашествии тварей из мегаразлома.

Еще в интернете очень много обсуждали нас — а как же иначе то! Но почему-то больше нас самих, обсуждали наш маленький замок! Словно бы он был… чем-то большем, чем маленькие мы! Рисовали картинки, арты и анимацию с ним… где замок частенько изображали как некое живое существо, с повадками собачки, с маленькими короткими лапками под плитой, за образ которых взяты, как видно, сваи на котором он стоит, делали его любителем… какать… и кушать! Всякое. И вообще — показывали его со всех сторон милым и забавным!

При этом «на серьёзных форумах» активно шло обсуждение его стоимости и цены, и влияние на рынок, и цены, находящихся в замке большого количество всякого разного, что на этот рынок «вдруг попадет-упадет». Задавались вопросы «а что еще ценного» кроме камня и… камня! Скрывает наш замок за своими стенами, и есть ли там… золотые унитазы?

На последний вопрос ответ был — фотки унитазов из золота! Причем, львиная доля этих фото, была естественно фальшивкой, сделанной где-то в ином месте. Но вот одна… она была подлинником!

И глядя «затылком», не оборачиваясь, на краснеющею со стыда Саманту у двери, я даже знаю, кто мог сделать эту фотографию! Зря мы всё-таки разрешили им иметь в пользовании телефоны и камеры, выделив для их хранения специальные экранированные сейфы, поставив такие каждую комнату ответственных жильцов, к коим причисляли и наших телохранителей.

Связь в замке не ловит, техника сбоит, но… если постараться, можно сначала сфотографировать, а потом… все выложить в интернет! Тем более это сделать так и просит златой унитазик, и возможность свободно перемещаться по территории и даже за её пределы, туда, где стабильно ловит связь.

А ведь они обещали, что не будут создавать проблем! А уже создали! Зачем?! Для чего… впрочем — покер! Этот «толчок» не из настоящего золота! А просто… кусок камня, покрытый куском стали, покрытый тонкой фольгой золота — очередной наш эксперимент! Тренировка в создании сверхтонких покрытий разных материалов, на разных материалах.

Успешный эксперимент! Золота слой на этом унитазе толщеной с десяток микрон, а стали на камне, всего пара миллиметров! Притом, камень там тоже многослойный… и мы вряд ли будем делать так снова, уж больно хлопотно выходит. Сама идея покрывать золотой фольгой сталюгу хороша, и покрытие выходит прочным и надежным, но вот идея все делать слоями… не, не надо нам такое, ни к чему.

Ну и от того, что в сеть утекла фотка этого «трона» нам лично, не жарко и не холодно! Тем более что… большинство все равно не верит, что он реально золотой — это же не камень! А те, кто выкладывает фейковые фото в неких иных санузлах, где есть такие же, но реально золотые толчки… пытаются доказать обратное, на примере своих унитазов.

Хотя… может у них тоже не золото там, а титановое покрытие с окислом? Да неважно! Пусть что хотят, то и воротят, и думают, пока не пытаются украсть у нас… что? Объявление о продаже нашего замка? Сколько, сколько он стоит? Нет, важнее то, что его кто-то там продает!

— Убью. — прошептала сестрица у меня над ухом, смотря на экран хмурым взглядом, а по прочной каменной тарелочке в её руках, пошла сетка трещин, и магия внутри её тела шевельнулась, от чего красная как рак Саманта, мгновенно взбледнула лицом.

Я погладил сестренку по нокам, сидящим на моих коленях, и гнев сестры мгновенно испарился, магия утихла, лицо расплылось в блаженной улыбке, а в тайник через её нательную броню, потекла некая жидкость — все же она хотела в туалет, но сдерживалась! Дуреха.

— Мурр! — промурчала она, обнимая меня за шею, и турясь щечкой об мою щечку, отправляя треснутую чашку в тайник, и требуя ласки, требуя, чтобы я продолжал гладить, и не только ножки.

И за ушком, и щечки, и шейку почеши…

— Сестриц, мы сюда как бы не тетёшкаться пришли! — говорю я ей, и убираю обласканную руку прочь от её лица.

Она недовольна, насупившиеся, и куксится. Переключает свой взор на монитор, повторяет свое заявление, обращенное к тем, кто выставлял наш замок на продажу без нашего ведома, но на этот раз, без движения магии, пугающей нашу охранницу, явно подумывающей, как сбежать живой из комнаты.

И хорошо, что магия сестры, не была направлена в сторону стола и системного блока компьютера, совершив намек на движение где-то в пустоте довольно большой комнатки с диваном, вдалеке от хрупкой техники. И я вынужден с сестрой согласится — найдем, и закопаем! Ибо — нефиг, шутка затянулась. Запряжём наших «юристиков» на поиски, найдем и… устраним. Или как минимум вобьем в глотку факт того, что наш замок — это наш замок! И пусть идут все в опу, со своими желаниями, и подсчетами прибылей.

И раз уж мы в кой то веки выбрались к компьютеру, то я решил полностью погрузится в среду поиска информации. Послал Саманту оплатить время пользования аппаратом на всю ночь, дозволили и ей и её другу благополучно поспать в любом удобном месте. И… все так же будучи с мокрым ухом, со все той же сестрой на коленях, с головой ушел в работу в сети.

Для быстродействия, чтобы машина не перегрелась, взял в работу сразу оба компьютера этой комнаты, поставив органы управления рядом, и учинив из мониторов полукруг, стал искать, читать, искать сразу с двух клавиатур, двух мишек, и считывать информацию сразу с четырех мониторов.

И поскольку в юридических, и всяких таких вот вопросах я откровенно плаваю, решил почитать за тему того, что в мире творится, хотя бы с официальной позиции властей нашей страны. И как быстро выяснилось, у нас тут война назревает! С той самой Шурелгой, где весело перестреливаются друг с другом в виртуальном пространстве автоматические турели.

Подключить их что ли к глобальной сети, и дать возможность играть с живыми людьми? Тут вроде бы полно игр похожего характера! И будет им… понимания нормальной тактики, а не их, ущербное и однобокое мышление, что хорошо только в отрыве от реального мира и первый же человечек, поняв, кто ему противостоит, легко надурит всю их совершенную тактику и систему.

Не, геморно! И линии связи еще и туда тянуть, и коды шифрования подбирать, что бы в игры внедрится без спросу, ну или со спросом, но тогда моделируемые механики переделывать, или адаптеры создавать. Про вариант, самому игру написать вообще молчу! Куча работы! И не только и не столько по части самого написания кода — за вечерок и без проблем! Сколько с работой по части визуала, изучения аспектов игрового программирования, придумывания механик и… работы с рынком!

Изучение спроса. Реклама, раскрутка! Ведь нет никакого смысла в такой вот «игре-симуляции» для этих турелей, если там будет играть всего с десяток игроков! Да даже сотня! Ведь турели не спят, не отдыхают, а для людей — сама игра отдых! И они там могут быть, ну часов пять максимум! А кто-то и вовсе, лишь на боек зашел и все. А значит — игра должна стать хитом! А это… не, геморрой того не стоящий! Наф нафиг это все! Пусть так, как есть тренируются.

Задача этих машинок стационарных простая, и не тактику придумывать, а врага подавлять с доминирующей высоты, расстреливая колесящие по ущельям машинки словно бы в тире. И с этим эти штучки вполне успешно справятся! Ну, буду надеется и верить в подобное, иначе… разочаруюсь, правда еще не решил в ком именно — в себе, в сестре, или в них?

В сестре разочаровываться нельзя, она — лучшая! Я в этом деле, в этой части, как бы и не причем, а сами турели… просто глупые куски камня! Их ошибка — ошибка их создателя! Их дурь и глупость — просчет и недоделки их творцов. А создали эти штучки я с сестрой напару, так что… дилемма! Кто из нас больше накосячил?! Она, что отчудила? Или я, что не поправил?

А война с Шурелгой, как понимаю, легко может стать самой масштабной за последнее пол столетия. Ведь ребята с гор, серьёзно так «закусили удила» с потерянной территорией, и «передвижке границ и без того богатым соседом» и… на почве этой темы, похоже стали заключать союзы меж анклавами и объединятся. И не так как обычно, когда «да-да, союз», а сами ножик в спину, и веселое хи-хи, лох купился!

Вот только в сети Залиха, об этом союзе нет ни слова, но это и так понятно по условно косвенным признакам. Банально то, что на границе нашей страны сейчас стоят армии разных анклавов! Что довольно сильно отличаются друг от друга по символике, технике, камуфляжам, да и даже на лица! И если знать это всё, достаточно одной фотки, чтобы понять — что-то происходит!

Но вот узнать, что именно в деталях, и почему все так — даже «теневой интернет», к которому тут типо есть доступ, как бы не сильно то и теневой, и не особо то дает возможность выбраться куда-то за пределы очерченной зоны. Не позволяет он заглянуть в сеть той же Шурелки, или иных соседей, и поглядеть на то, как они там видят эту ситуацию, со своей, отличной от нашей стороны.

Весь этот «чёрный инет», скорее создаёт иллюзию свободы и беззакония, нежели и правда является чем-то стоящим. И одаривает глупых и наивных людей, «вырвавшихся за пределы загона» целой тонной разнообразного откровенного информационного мусора, теориями заговора, ну и конечно же — сайтами с нелегальной продукцией.

Причем, половина всего этого — откровенный развод овечек! Когда продается какашки монстров от всех болезней, и «Правительство скрывают правду! Одна порция в день, и…», пройдет финансовое благополучие, а диарея запросто может и прийти.

Вторая половина, это либо реальный криминал, с продажей человеческих органов и всякого такого вот — видимо через этих теток и дядек Нилу сбывала добытые из детей потроха! Или же… некие мутно выглядящие сайты, что запросто могут принадлежать правительственным службам, маскирующимся под криминалитет. Так сказать, халявные фраги, как бы сказала группа парней из комнатки под нами, играя в некую стрелялочку на неком турнире средь ночи, и, что удивительно — на международной арене!

Хм! Кажется, у меня компьютере задымился! Зря я его столь много всякими запросами теребонькал, пытаясь начертить-очертить границы, очерченной государством сети. Ведь зная границы, смог бы найти бреши! А имея достаточно мощную аппаратуру… похоже, её пора менять! Эта всё. Эта — закипела! Буквально! Водянка охлаждения… не спасла. И на мониках монотонный синий экран — печально.

Саманта нагла дрыхнет на коечке комнаты, сестра отказывается с меня слезать, так что я, прямо так, не отдирая попы со стульчика, докатился до двери, выкатился в каридор, заметил стоя спящего по ту сторону работника клуба компов. Разбудил, и попросил сменить аппаратуру на что по мощнее, ат о эта вот… фсе, не выдержала нагрузки и окочурилась.

Работник не поверил, прошел проверять, потом прошел своим сообщать, да иную комнату выделять! А я подумал о том, что даже если люди в соседней стране, и правда объединится все и разом, и перестанут воевать друг с дружкой, в междуусобчике, они все равно вряд ли пойдут войной на Залих там, где сейчас стоят их войска. Все равно не выступят с завоеваниями на ту территорию, претензии к которой предъявляют, и дело вовсе не в том, что это все, лишь предлог к началу действий, объединению и войне.

И дело не в том, что Залих в ответ тоже стягивает туда огромные силы, и там сейчас стоят друг напротив друга две огромные армии, и фактора неожиданности не будет и это будет просто веселая резня, без практического смысла, без завоеваний, отвоеваний и прочего. Просто… драка, без приза за победу.

Все банальней — они не глупцы! Они понимают, что их миллионную армию, от города, где в замке живут две пятерки, уничтожившие миллионную армию за несколько часов, отделяет всего то на всего пятьдесят километров — идти в атаку чистое самоубийство! Даже если они прорвут рубеж обороны вояк Залиха, что так или иначе вполне реально сделать, и есть все шансы, то в итоге придут в город, где их… встретят тепло! Очень тепло!

И можно хоть десять раз пинать на договор о неучастии сильных охотников в войнах, но когда некие личности громят соседние дома с твоим, или любимый магазин, никто не помешает охотнику уничтожить этих личностей на месте! Никто не осудит, и… лезть в дом, в родной город пятерки — чистое самоубийство.

Компьютер нам заменили, выдав… по сути дела, это не компьютер! Это просто три монитора, специализированная расширенная и очень качественная клавиатура, и такая же мышь, с дополнительными джойстиками, подключенными напрямую к серверу! Кажется, кто-то решил испытать меня на прочность и скорость мышления! И… они сами напросились! И я за себя не ручаюсь! Главное, чтобы клава выдержала! Хотя бы какое-то время.

— Ну, поехали!

— Мыфы, пыфы, — проговорила сестра, все так же обсасывая моё ухо,

— Кушай! — сунул я ей под нос бисквитный трюфель.

— Не хочу! — отвела она взор в сторону, продолжая мучить часть меня своими зубами.

— Жри давай и оставь моё ухо в покое! — ткнул я кремом ей прямо в нос.

— Ммм… — пошевелила она носом, втягивая аромат, — ладно. — отпустила ухо, и вцепилась в десерт, почему-то давясь слезами в процессе, и шмыгая носиком, а я начал работу по поиску брешей в системе защиты суверенного инета.

Быстро понял — а чего я мучаю клаву? И все ручками, ручками… поискал пару видео уроков по базовому программировании, открыл консоль программирования, быстро проверил что все так и работают, и состряпал пару скриптов по поиску нужного

И что удивительно, нашел это самое нужное уже спустя пять минут контроля работ своих ботов! Пара банальных протоколов для доступа, вывод текстовой информации в иной шифрации, декодирования, ведь библиотеки нужного кода тоже можно без проблем найти отдельным файлом, и вуаля! Я в глобальной сети без цензуры!

Правда сеть, глобально, ограничивается континентом. Доступ вовне есть, но там еще один заслон, и весьма унылый по скорости поток, через немногочисленные точки дальней связи — не буду их пока ковырять! Мне и тут вполне есть чем поживится!

Сервер за место компьютера — это реально круто! И… надо относится к нему серьёзно! Он очень мощный! А двести сорок картинок в секунду на трех экранах это даже для меня. какая-то граничная нагрузка — не успеваю это все переваривать и осмыслять! Вижу, запоминаю, но… толком не обрабатываю! Старею?

Нетушки!

Разгоняю разум, тихо рычу себе под нос. А сестра вновь кусает за ухо! Чуть не делаю себе в штаны, к удовольствию сестренки, но все же беру себя в руки, и сосредотачиваюсь на нужных процессах, почти игнорируя все, что творится вокруг — сестра, хоть и поглощена процессом ухожорства, но всё равно — на страже! Следит, бдит, и все вокруг держит под контролем! И в случае чего — точно прикроет! Так что — можно прекратить самому контролировать ситуацию вокруг, следить за безопасностью, и сосредоточится на работе с машиной, считывании информации, и контролем созданных протоколов.

Данные по Шурелге — в целом, предсказуемо! Они просто нашли повод, чтобы прекратить наконец свою междоусобицу и объединится! И вопрос лишь в том, на сколь долго им хватит запала, и… на какие жарты они пойдут, ради сохранения своего, весьма хрупкого союза.

А что там по иным странам? Хм, надо бы запрячь принтера третьего этажа на печать парочки весьма и весьма интересных книг! Что они там зазря в ночи простаивают? А у сервака есть к ним полный доступ! Да и при желании можно подключить в вычислительную сеть все те системники, что там стоят-простаивают, но это как-то ни к чему, сильно сомневаюсь, что от их вливания в поток, будет хоть какой-то прирост мощности серверу.

А вот книги и правда крутые порой попадаются! Например, вот эту вот, с простеньким названием «Риски континентального путешествия» где очень и очень подробно описано то, где и как путешественник огребет, если не будет знать особенности культуры. Надо её не забыть перевести на наш язык! И где-то я тут видел переводчик…

Или вот этот вот, «учебник», с названием «Ношение предметов в заду для чайников» описывающий то, где и в каких странах что запрещено и за что легко можно присесть в тюрьму. И порой, это очень сильно неожиданные вещи! Ведь в стране на севере от нас, золото на теле, положено лишь аристократом, и за золотое колечко на пальчике, без должной свиты — там убивают!

А вот эта вот книга, в сорока трех томах, и вовсе бесподобна! В ней описаны все нюансы договоров с сюзереном! То, почему, как… и мне, кажется, уже более не надо мучить своих юристиков по данному вопросу, уже не актуально.

Впрочем, книжка устарела на десятилетие, и последний том так и не был дописан. А еще она запрещена к распространению в пяти странах! И при этом, все сноски, что удалось проверить, ведут на подлинные законы! А уж сами эти законы с юридических порталов разных стран — ух! Правда тут уже кодить надо серьёзней, там ведь не общий доступ, а свои протоколы, и…

— Хм.

— Что такое братик?

— Кажется… сервак завис.

От автора:

Очередная всех огромная глава. И я, честно сказать, хотел её зарезать, выкинув в утиль половину текста, ведь это уже было сказано в иных главах, но потом... поленился все переделывать-вырезать. В общем - пните. если считаете что от лишнего все же стоило избавится.

Если что - завтра исправлю.

Глава 6

— Не понимаю… — пробурчала Саманта для Даринга, вместе с которым она ходила следом за детьми, общающимися с неким банковским клерком, отвечающим за продажу имущества крупных и сверхкрупных должников.

И у Саманты уже «дубовые ноги», но не от прогулок по грязи карьера, а от того, что они сегодня уже целый день на ногах, бегают по всяким конторам, и… как дети сами то не устали?! Ведь поняв, что их охране скоро потребуются носилки, перестали их просить что-либо сделать, начав самостоятельно носится по кабинетам, и даже запросили вторую машину, с отдельным водителем, чтобы не заставлять своих «бедных работников» жать на педали лишний раз, мчавшись в очередное место на очередную встречу.

— М? — коротко промычал Даринг, чуть доворачивая голову в сторону напарницы, и обозначая, что слушает её и внимает.

— Не понимаю, как можно быть таким слепцом, — пробормотала Саманта, продолжив свою речь, и едва заметно мотнула головой, — этот… Лари…

— Наш босс и начальник, — с улыбкой поправил ей товарищ, что не испытывал особого пиетета к этому самому Лари, но животный страх пред вожаком стаи, был в нем солидарен с голосом разума «Не суй руки в розетку, убьёт!».

И ему не хотелось бы ссорится с этими детьми, из-за такой вот глупости, из-за того, что его боевая подруга, сболтнет имя боса в неправильном тоне при самом боссе, что хоть и занят беседой и обсуждением деталей, консультируется с прихваченным с собой юристом из юридической конторы, но не факт, что не видит и не слышит всего вокруг. А он, Даринг, свою напарницу, с которой столь многое прошел, точно не бросит — она часть семьи! Но и… умирать за просто так? Глупо!

Впрочем, он не верит, что детки будут убивать их за такую фигню, или иначе карать за глупость — они прощали и большее! Но в тоже время, эта парочка охотников, до сих пор скрывает свои настоящие имена, никому не представляясь их в открытую, никому не представляясь именно как Лари и Лина, используя псевдонимы, хоть кто они такие, знает, наверное, уже и собака, и возможно этому есть какая-то причина. И все на свети, за глаза, именно так их и зовут. А их «геройские» имена… как-то не прижились в народе, где деток в основном детками и зовут.

Но и быть теми, кто первыми скажут детям «Да все знают, как вас звать, что вы шифруетесь?!» он как-то не хочет, потому что за это… могут быть пусть и небольшие, но последствия! А Даринг и так чувствует себя «на птичьих правах» ведь детям и без охраны как-то хорошо, и быть как Бина, мгновенно доказав свою полезность, у них с Самантой как-то не получилось.

— Начальник… Лари… — проговорила Саманта, остановилась, и посмотрела в лицо своему коллеге, пользуясь тем, что остановились и их наниматели, начав что-то там обсуждать в десяти метров от них, и подходить ближе точно нежелательно, не позволяет этикет и правила хорошего телохранителя, — как можно быть таким слепцом?

— Ты о чем? — не понял мужчина, хлопая глазами и слегка напрягаясь, словно бы готовясь к проблемам и бегству.

— Он… его сестра… — заговорила девушка, словно бы жуя прямо во время разговора, «выжовывая» буквы, — она… она просто слюни на него пускает! Буквально! — Дариг нахмурил брови, совсем утратив смысл повествования своей подруги, — Она сохнет по нему! По-чёрному просто! — прекратила «ломать комедию» Саманта, сказав в лоб непонятливому товарищу, — Течет, стонет, слюну пускает… по самые уши втюрена! А он… он берет её с собой смотреть порно и ничего не замечает! Псих какой-то!

— Ну, — пожал плечами мужчина, в пол глаза продолжая наблюдать за беседующими людьми в окружении грязи заброшенного карьера, где самое место для засады и бойни! Вот только в случае драки, они тут будут бесполезны. И их задача будет бежать, и как можно быстрее. — они же…

— Родственники? — перебила его девушка с большими сиськами, и её товарищ кивнул, хоть это было и не совсем тем, что он хотел сказать, желая подобрать нужные не матерные слова для цивильной беседы в присутствии детей, — А какая в опу разница?! Если им жить года полтора! И ни своих детей, ни нормальных отношений им не светит! Ни жизни, ничего! — распалилась девушка, начав натурально наезжать на партнёра, выплескивая на него все, что накопилось.

Ведь она… давно думала обо всем этом! Еще до того похода на порно сайты! До всего этого! Взгляд девчонки на мальчика очевиден если не всем вокруг, то большинству точно! А тем, кто общался с ними хоть сколько-то долго так и вовсе все ясно как день! Втюрена по уши! И… собственница, каких поискать.

Один только запах по всему замку чего стоит! От которого внутри все разом встает колом, и приходит мгновенное понимание — чужая территория! Спасайся пока цела! И стоит огромных усилий, подавить в себе клокочущее инстинкты, требующие бежать прочь и без оглядки, а в ночи… случаются конфузы!

И даже радость встречи с партнером… не приносит радости! Ведь внутри все… словно бы сжимается в комок! Сухо, не лезет, и проходится по-всякому извращаться, чтобы отвлечься, и наконец возбудится. И благо, что в последнее врем этот «аромат» уже словно бы выветрился, и совсем не донимает, иначе бы… непонятно как в таких условиях жить. Ей, и прочим людям, хоть и не все реагируют на это вот, вот так вот, и столь сильно и бурно.

А есть еще и взгляды, этой девчушки, которые она кидает в ответ всем тем, кто смотрит в сторону её собственности, её драгоценности, что ходит туда-сюда, на своих ногах, и словно бы и не знает своей ценности, и неволия. И этими взглядами, как кажется, можно камни разрубать!

И конечно же есть магия! Что словно бы подавляет волю, и выжигает клейма страха. И… парню, с такой сестрой, точно не светит завести себе иную девушку. Эта Лина, конкурентку просто убьет! И закопает. Или и вовсе — распылит на простые молекулы, и никто не докажет, что некая девка тут когда-то была.

Даже если эта дурочка-конкуренточка хотя бы мелькнет на горизонте! Уже, её трупик закапывать не придется, он просто… исчезнет! Как исчезают всякие вещи в их руках, и появляются вновь, по их желанию.

«А если девка-конкурентка будет сильнее?» — а где такую взять?! Эта маленькая чертова бестия… просто размажет любую кралю, посмевшую посягнуть на её собственность! На её… парня! Пусть парень и не знает, что он кому-то целиком принадлежит — наивный! И… словно бы незрячий! А Лина — слишком сильная! И будет совсем неудивительно, если выясниться, что даже девушки-охотники с островов, ей не ровня.

А если и нет… то кому вообще нужен семилетний партнер для чего-то там, на годик со скорым закатом? Конкуренток на своего любимого средь равных ей по силе у неё просто не может быть! А слабачек… слабачек порой достаточно напугать. Ну а упрямых глупышек… можно просто смахнуть как пыль.

— Какая разница, если их судьба… сгореть в ярком пламени славы?! — продолжала лить потоком слов на товарища Саманта, — В чем смысл сдерживаться, соблюдать нормы морали…

— Ну, хотя бы для общественного блага, — с улыбкой ответил Даринг, без лишних эмоций выслушав весь словесный поток своей подруги, понимая, что её явно прорвало, и что называется — накопилось.

Ведь Бина им уже на второй день работы там, шепнула, что в замке, и даже подле него, своих нанимателей лучше не обсуждать! И… вообще нигде не обсуждать! На всякий случай! Но в замке особенно! И они так и старались делать все это время! Но… Саманту прорвало как старую трубу, от скопившегося давления. Годы что ли знать дают? На сплетни потянуло? Или… сентиментальной стала?

— Общественного блага? Пфф! — усмехнулась девушка с большими сиськами, крутыми бедрами, и широкими плечами, — А не все ли им равно?!

— Ну не скажи, — не согласился мужчина, мотнув головой, — вспомни район города, что они застроили.

— Знаю. — шикнула девушка, — Там, кстати, куча проблем с дамами…

— Например? — проявил Даринг искреннею заинтересованность.

— На стены ничего повешать нельзя! Сначала фиг просверлишь-фиг пробьёшь, а пробив… либо дыра большая, либо просто, пустота внутри стен, и ветер гуляет.

— И это прям проблема? — улыбнулся охотник, на это заявление.

— Ну… — протянула его коллега охотница, немного остывая, и переставая «пороть горячку», подскрёбывая пальчиком свою щечку, — так то нет, тем более для дареного жилья.

Даринг посмотрел на неё взглядом «Ну вот видишь!».

— Все равно! — вновь «закипела» Саманта, заведясь с пол оборота, «сев на конька», — У них столь малый срок, и…

— А кто сказал? — лукаво улыбнулся мужчина в потрепанном бронированном смокинге, и Саманта так же как и завелась, заглохла, начав хлопать глазами. — Вот кто сказал, что всё именно так?

— Так же… дети… охотники… всегда та…

— А знает ли история охотников пятерок средь детей? — улыбнулся мужчина, и девушка-шкаф-качалка, задумавшись, помотала головой. — К тому же, посмотри вокруг, развел парень руками.

И его подруга рефлекторно начала озираться, осматривая унылый пейзаж кривых оврагов, следствие старой выработки, и участки с землей, на которых уже выросли деревья, за годы простоя этого места, глиняного карьера.

Тут нет ничего интересного! Если не считать того, что это место — очень и очень далеко от города Ван или иных населенных пунктов. И это место, не только заброшенное, и довольно дешёвое для объекта со всеми нужными документами, по части залежей полезных ископаемых и прав на их добычу, позволяющими начать разработку в условное «завтра», но еще и идеальное место для ликвидации одной, или двух пар, надоедливых охотников!

И она ходила тут как на иголках первые полчаса! Потом, просто устав боятся. Да и в принципе устала за день! И возможно именно поэтому, в голову и полезли всякие мысли, глядя на то, как… смотрит девочка на мальчика, хоть сейчас она и убежала куда-то прочь от него, как видно брать еще одну порцию проб, где-то на удаленных точках отведенного под добычу участка.

— Я фигурально говорю, — усмехнулся её коллега, проводив взглядом убежавшую деваху, и вернув внимание маленькому мальчику, в окружении двух взрослых дядь, которых они тут, по большей части и сопровождают, пока дети, носятся словно бы стая разъярённых тварей, мельтеша столь быстро, что кажется, что их тут больше двух, в этом лабиринте глиняных дюн, поросших деревьями.

Да, они охраняют тут явно этих юристиков! Что бы те… случайно во что-то не вляпались. А дети, охраняют их всех и сразу — это не город! Тут, иные правила. И Саманта нахмурилась, глядя на коллегу, зато наконец-таки вернула себе серьёзный вид, а не вид «истерички с базара».

— Посмотри на то, что делают эти дети! На замок, на остров вокруг него, что обратился в монолитный пласт разноцветного камня, на прочие их работы! На этот вот карьер, что они хотят себе купить, и что даже если решат взорвать вместе с ними, скорее всего их только разозлят. И это даже если не думать о том, что дети все знают, и уже все обезвредили, — намекнул мужчина на то, что дети тут носятся так не просто так, и запросто могут вовсе не пробы брать из земли, толкая в грунт похожие на иголки шприцов особые копья, — Разве это похоже на работу пары несмышлёнышей семи лет отроду?

— Но… Каменная Скала… учитель… — пробормотала Саманта неуверенно, задумавшись, опуская взгляд, и правда словив приступ сомнений, вспоминая то, как этот самый «глупый Лари» ловко обращается с компьютером, и словно бы… понимая шифры. Даже без расшифровки!

Так, как не может видеть и воспринимать мир человек!

— Ты в это веришь? — усмехнулся Даринг, выводя подругу из дум, и внимательно глядя на неё, и девушка задумалась сильнее, но уже об ином — у них явно навыки и опыт не детей, живших где-то за печкой или ученых некими учителями! Они… явно старше, чем выглядят!

Это все игра! Обман! Спектакль! И… это некий эксперимент? Кому-то все же удалось? Синтетический охотник? Как они, но только без провалов? Без гибели девятьсот восьмидесяти из тысячи… или с гибелью, с миллионом, но зато с двумя полными успехами?! Но кто тогда… за всем этим стоит?!

— Я скорее… верю в иную теорию, — продолжил охотник-двойка, плод провального эксперимента Шурелги, уронив мысль на уже бурлящею почву, глядя на мелькнувший вдали силуэт девчушки, не семилетки, — никакие они не дети, а просто играют роль. И никакого двухлетнего срока у них нет, и целая вечность впереди. Зачем им торопится с отношениями?

— Постой… — сказала охотница, прерывая речь товарища, чтобы тот не сбил её с вновь скакнувшей мысли.

Да, они итак уже ушли куда-то не туда! И изначальная тема «Почему мальчик не видит любви девочки?» оказалась неожиданно замылена, и забыта. Но сейчас… сейчас Саманту стало резко интересовать совсем не это! Сейчас, личная жизнь их нанимателей, немного отошла на второй план, хоть и продолжала свербеть своим видом, вставая картинками пред глазами, показывая виды, когда девица буквально пожирает глазами мальчугана, а тот… предлагает удовлетворить её голод простой и неинтересной едой на блюде.

Да, вкусной, да с магией…, но девка ведь уже итак его ухо грызла, пытаясь хоть как-то намекнуть, избегая совсем уж прямого предложения «Давай потрахаемся!». Хотя на месте неё, Саманта бы уже давно забила на все намеки, и просто бы уломала партнера, если надо — силой бы заставила! Ведь вряд ли бы этот Лари стал бы сопротивляться действиям Лины всерьёз, а уж она бы… Будь на месте Лины Саманта, она бы уже давно, просто не выдержала влечения, ведь желание этой девахи… уж слишком сильное, и уже просто льется через край.

— Постой… — пробормотал девушка вновь, и наконец ухватило ускользающею, и прячущеюся за картинки-воспоминания моськи начальницы нить мысли, и глаза охотницы мгновенно округлились, и она этими глазами уставилась на товарища, — то есть… не будет двух лет… то есть…

— Да, они с нами навсегда. — легкомысленно пожал плечами Даринг, — И скорее всего — переживут и нас и наших детей, если они у нас конечно будут, — отвел он взор в сторону и тяжело вздохнул.

Саманта взглянула.

— Будет война. — прошептала она, внимательно глядя на боевого друга и товарища, с которыми они многое прошли, были на войне, и с которым, как видно, побывают еще на одной, и возможно — последней для них.

— Да, — сказал тот, почти так же легкомысленно, — и потому мы должны собрать для них армию. Идем. — кивнул он головой, в сторону стоящей за глиняным барханом девчушкой, что перестала носится по округе, и стоит там, уперев ручки в бока, и словно бы ждет, когда её заметят, терпеливо ожидая, когда подойдут.

— Стой, ты куда? — растерялась на миг девушка, и в «два шага» догнала друга. — И зачем им армия? Они сами и миллионное войско размажут! Если захотят… — грустно закончила она, вдруг осознав всю степень человеколюбия детей, что… ни разу без причины ни на кого не кинулись, и с учетом их силы и возможностей, вообще ведут себя весьма… сдержано, и человеколюбиво.

И можно было бы сказать — да они же маленькие дети! Или — да они же еще только-только в силу вошли! И не понимают, что можно и нельзя! Вот только «только вступившие в силу» обычно напротив — буянят по-чёрному! Проверяя границы дозволенного, и новых пятерок частенько приходится ставить на место пятеркам старым, либо же… малость зашугивать «юридическими аспектами», давить на семью или авторитетом. Или как-то еще брать под контроль.

Этих же детей… скорее пытались наоборот, заставить буянить! Чтобы объявить врагами! Но… не смогли! Они… остались верны своим идеалам, своим понятиям о хорошем и плохом, твердым, четким, несвойственным детям!

И тут вылезает второй вопрос, упомянутый Дарингом — так не ведут себя семилетки! Ни по поведению — они скорее дурачащиеся взрослые, чем реальные дети! Ни по поступкам — чисто взрослые! Пусть и порой с ограниченным кругозором, непонимающих «очевидных вещей» что очевидны далеко не всем. И главное — они точно не дети, по уровню знаний в их головах.

Магия, конструкторские решения, глубинные познания сразу во множестве областей! Куча наук, уживающихся в их головах, возможности все это применить и использовать, с ходу и не думая! Это все, точно не могло бы вместится туда, даже если бы их учили с рождения! Они словно бы… родились с этими всеми знаниями! Или… живут гораздо, гораздо дольше, чем говорит об этом их внешний вид, и считают об этом все окружающие люди, в том числе и та женщина, что считает себя их матерью.

И осознав это, Саманта остановилась, прекратив иди вслед за Дарингом. Ведь так получается… что детям не нужна война! Не нужна кровь, и силовое решение всех своих проблем! Они хотят… мира? Но для мира… нужна армия!

И именно армия! Большая численность людей! Огромные полки, что бы ни у кого, даже не было в мыслях попробовать на зуб этих «детей-армия», попытать удачу их устранить, с неким новым супер оружием, привезенного в Залих с иного материка.

И… все логично! И правильно! Вот только… так ли все это? Или это всего лишь их домысли и самообман? И на самом белее… все как-то иначе! И дети эти… имеют иные цели, и ограничения, и в итоге… все придет к чему-то не тому, что они ожидают, себе придумывают.

Сомнения, отразились на лице девушки, и её давний товарищ, в том числе и по несчастью быть участником одного давнего эксперимента, заметил это, и тоже остановился, повернулся лицом к подруге, но истолковал её ступор и смятения по-своему, со своей точки зрения. И решил пояснить свое мнение, по поводу армии:

— В силовом варианте конфликта, им армия не нужна. Но я не думаю, что детям, нужен этот конфликт. Им нужна… совсем иная армия! Идем, у нас не так много времени.

И не дожидаясь, пока подруга придет в себя и переварит новую информацию, пошел куда шел, все ускоряя шаг, вынуждая опомнившеюся Саманту, догонять его чуть ли не бегом, думая на ходу о том, что же такого задумал её давний друг.

Что задумала эта мелкая сверхсильная шмакодявка Лина, что точно ждет подле себя именно их, и уже топает от нетерпения ножкою, сложив ручки на груди и хмуря бровки. И куда это всё, их всех, всех подчиненных детей, охотников города и страны, и весь мир разом, в итоге приведёт.

И одно ясно точно — нужно привыкать, что «дети» хозяева их жизни до конца их, Саманты и Даринга, дней. И это хорошо — ненужно искать новое место работы по истечении двухлетнего срока. И плохо — соскочить не получится, уволится не выйдет. Никогда и ни под каким соусом. Они, почти рабы, пусть и на зарплате.

— Так что там по части ночной атаки на наши сервера? — прозвучал вопрос на внеплановом собрании советников в союзе Эозот, и человек, что должен был отвечать на этот вопрос, непроизвольно вздрогнул.

Ведь что ему, собственно, отвечать этим всем важным людям на этот важный вопрос? Нести банальное — уязвимость ликвидирована, последствия устраняются? Строить «водные замки» о том, как их корабли покоряют просторы мирового океана? Или… говорить правду, за которую его скорее всего снимут с должности. И не факт, что после еще где-нибудь не утопять, со словами «Он слишком много знал!».

Прошедшая атака на их сервера была… наверное самой странной за всю историю существования этих серверов и даже самой страны. Атака не была какой-то супер мощной — Шурелга атакуют в десять раз сильнее и с завидной регулярностью! Ведя регулярный прессинг всего, что только можно, в попытках… выдоить хоть что-нибудь из облачных сервисов, что можно было бы потом продать где-то еще, и получить барыш. Про попытки найти бреши в банковской системе и вовсе говорить не стоит! Это — банальность! Что вынуждает всегда и всех быть начеку.

Сильно изощрённой эта атака тоже не была — Аийцы атакуют куда тоньше. Да так, что порой и непонятно, что они где-то побывали! Порой настолько, что наличие следов чьего-то визита обнаруживаются спустя годы! Или, не обнаруживаются, и канал остаётся открытым десятилетиями, пока брешь не устраняют после очередно штурма в исполнении спецов Шурелги. А потом, уже постфактум, находят следы тысячи запросов к доступу со стороны неизвестного, но вполне очевидного врага — больше просто некому.

Чем-то новым или удивительным прошедшая атака, как сама атака, в отрыве от её обстоятельств, могла бы порадовать разве что со стороны «Что за тину опять намыло прибоем?!». Ведь все, что использовали неизвестные для штурма серверов, перебора протоколов доступа, поиска лазеек, и даже самой деятельностью перебора системных папок банков данных, к которым доступ был получен, это… такой лютый примитив, что уровень школьника! Буквально!

Все, вообще все, алгоритмы работ, и построения команд, которыми пользовались неизвестные нападающие, преподаются у них в стране в школе! В младших классах! И таким вот, по всей логики, нельзя ничего взломать! Не в их союзе! И в тоже время… это, что называется, вершина айсберга, и лишь надводная часть проблемы прошедшего взлома.

Проблема в том, КТО управлял всем этим калейдоскопом разнообразных приметных алгоритмов! Кто, столь лихо реагировал на любое противодействие! Время задержки на реакцию, скорость изменения подхода к атаке, равной скорости прохождения сигнала и обменом данных с сервером.

Скорость ответа на каждое действие, закрытие бреши, когда за доли секунд, тут же изобретался совершенно новый, пусть и столь же банальный подход, позволяющий как минимум помотать нервы новой атакой, попыткой обойти заблокированный шлюз, или использовать иной протокол для доступа.

Примитивное, состряпанное на коленке, из все того же пула школьного набора команд, неожиданных запросов, и программ на три строчки буквально, но при этом — из-за чудовищной скорости смены подходов, и колоссального разнообразия перебора совершенно нелогичных методов «достучатся» защита трещала, и падала регулярно.

Человек так не может! Нереально! Это работала машина — это всем очевидно! И машина это стояла не там, где все привыкли её ждать, когда дело касается об атаках на сервера — и Аийци, и Шурелгийцы, тоже подверглись полномасштабной атаке! И если королевство отделалась по сути дело лишь испугом, и массой проникшего на их сервера легко вычищаемого мусора, быстро обрубив рубильник всей внешней связи, подарив своим «яцеголовым» массу образцов для изучений, то вот Шурелга… у них там сейчас форменный кошмар!

Они, не были готовы к масштабной атаке «в их стиле», когда заслоны берут не хитростью, а голой мощью и примитивом. И… от подобной «дерзости» у них рухнуло сразу несколько кластеров серверов «контроля за гражданами» сразу в нескольких городах. Что в итоге привело к безумным последствиям, когда люди… без команды не могли даже посрать! Сдвинутся с места, застряв посреди дороги пред потерявшем управления транспортом, и вообще –множество трупов, остановка всех производств, и полный ступор любое деятельности в наиболее пострадавших анклавах. И естественно — паника средь всего руководящего состава, и… бурная деятельность и брожение умов этих давно потерявших всякие берега людей.

Они даже на передовую, на границу с соседом, выдвинулись лично, что бы случайно, из-за такого вот сбоя. Не потерять связь со своими основными аргументами, вооруженными силами, ради этого оказавшись готовыми терпеть неудобства и определенные риски, что для их, вечно трясущихся о своих великолепных задницах тушек, что-то совсем уж из ряда вон.

Впрочем, в городах из-за случившегося может быть неспокойно и тоже риски, и можно случайно умереть от «ожившей» и разгневанной толпы горожан, над которыми утрачен контроль из-за массового сбоя городского сервера. Ну а сестема вояк, увы, к общему интернету не подключены, иначе бы их давно хакнули Аийци, и дело бы было в шляпе.

При этом, этот программный алгоритм, насылающий на континент кучу примитивов, явно делал это не по какому-то заранее прописанному скрипту, или шаблону, а совершенно точно и определенно осознанно анализировал ситуацию! Адаптировался! Изменялся! Перестраивал последовательности в зависимости от происходящего! И никакие идей, как обмануть эту машину не работали! И было напрочь непонятно, как это вообще остановить.

Впрочем, все оказалось донельзя просто, и решалось столь же примитивным образом, как и велась сама атака. Достаточно было отследить, куда в конечном итоге стекалась вся информация, на какой сервер, что итак работал на пределе всякого возможного, выжимая максимум, и чуть подтолкнуть его к коллапсу.

Все, нет больше новых атак! Нет адаптации, создания новых алгоритмов! Старые, уже внедренные на сервера строчки кода, конечно никуда не делись, и словно бы вирус, стремятся собой заполонить всю глобальную сеть, выполняя одни и те же действия, и отсылая данные туда, куда уже фиг что отошлёшь, но этим строчкам как бы плевать на отсутствие ответа на пересылку — у них даже контроля суммы пакетов нет! И неясно даже, была ли цель этого сего именно добыть сведения, или же… просто всем насолить. Просто все засрать, и перегрузить сеть тысячью запросов.

О том. Что это могла быть самая банальная «мусорная атака», бессмысленная и беспощадная, говорят и сами проводимые всеми «строчками кода» запросы! Ведь сводятся они к поиску общеизвестной, или условно тайной информации, законов, архивов постановлений, и прочее, такое вот, не секретной информации.

Ни каких сверхсекретных сведений, ни один из подсовываемых на сервера примитивных алгоритмов никогда не искал, и задачей себе не ставил, а взятие архива данных страны, в итоге приводила к выпотрашиванию именно что архива законопроектов по ключевым абзацам, в которых… нет ничего сверх интересного, или криминального.

По сути, вся атака, выглядит… неким актом устрашения! Когда вместо серьёзного нападения, и тонкой работы, сеть атакую тысячи «школьных рефератов», что находят бреши, и берут на штурм маловажные части разнообразных государственных серверов. Мол, смотрите, мы просто игрались! Это у нас просто начальные классы вышли погулять! Самые тупые! А умных мы еще даже из клетки не выпускали.

И будь начальный сервер всех атак где-то в иной стране, в это можно было бы поверить! Но Залих… он весьма отстал технически, закрыт, суверенен, и… инертен. И пусть, там их болото сейчас кто-то разворошил до глобального уровня, заставив их всех, от мало до велика, бегать наскипидаренными и делать свою работу, но поверить в то, что оттуда кто-то решился атаковать глобальную сеть… сложно.

А уж что бы у них были такие знания, и скорость принятия решений, да у школьников — невозможно. Как и не верите в то, что кто-то там из них, мог написать некий алгоритм высшего уровня, способный на самостоятельную глобальную атаку, пусть и в таком… примитивном виде. Да и «железа» под такой алгоритм в стране просто нет.

Легче всего верится, что это некий эксперимент третьей стороны! А Залих, и их один из хост-сервер одной из провинции, был выбран точкой входа просто как место, откуда мало кто ждет атаки, и вряд ли поверит, что это конечный узел маршрута, а не просто один из узлов пересылки обратного протокола, или некая обманка «для лохов» атака на которую ровным счетом ничего и не даст.

Есть так же версии, что все так и было, и это был лишь узел, а атака прекратилась, просто потому, что таково было правила для некого алгоритма нового поколения, подключенного к узлу удаленно. И гипотеза эта вовсе не беспочвенна! Ведь несмотря на весьма новое и хорошее оборудование узла, с неплохой вычислительной мощностью даже по меркам континента, этого всё равно было бы недостаточно для такого быстродействия командного алгоритма! А значит — было некое сторонние подключение. И весь вопрос лишь в том, удаленно? Или же… кто-то пришел и подключился? А потом благополучно ушел, и… ищи теперь ветра в поле, в стране, с перекрытыми границами!

И как обо всем этом, говорить собравшимся на экстренное заседание совета союза людям?! Они все, явно ждут не этого! Они ждут, конкретных виновных! Конкретных имен! И желательно — в заупокойном ключе! А у них тут… может быть, возможно, и почти наверняка — атаковавший их всех алгоритм цел, здравствует, стоит где-то на удаленном сервере, и может быть применен повторно.

Его вновь могут включить в атаку, могут… улучшить! Обучить, заставить вынести выводы из проделанных работ! И… все повторится! И снова. И вновь… и главное — у них нет от подобного защиты! Ведь при всем своем мало знании, машина, что проявляет подобие разума, реагирует на все действия людей… слишком быстро! А действия универсальных автоматических систем, для этого устройства… словно бы и нет, слишком непредсказуемо ведет себя их враг, чтобы это было хоть как-то понятно машинам.

От автора:

Вторая половинка главы была благополучна забыта при выкладки - исправился. Хотя у меня есть сомнения, в правильности её "изложения". Они были и тогда. и сейчас никуда не делись.

Глава 7

— Ну как, вас устраивает карьер? — интересуется у меня продавец карьера, и я смотрю на него, пытаясь понять, чего он вообще хочет достичь, задавая подобный вопрос.

С моей точки зрения — карьер как карьер! Яма в земле, местами поросшая лесом — карьер полузаброшенный! Этакая большая песочница для больших игрушек, утыканная холмами барханов, следами давних работ, по сортировке «сортов ка-ка», в смысле глины, и… что тут вообще смотреть? Глину, которую тут будут добывать?

Ну да, глину надо смотреть! Вернее — щупать! Вернее — брать на анализ! И щупать её не нам. А тем устройствам, что будут её кушать, перерабатывая в кирпичи и керамические плиты перекрытия. И мы уже устали слушать от них их «экспертное мнение» на тему того, что глину из вон той вон кучке дайте дважды, эту вот оставьте себе, а ту вон вообще, пожалуйста, выкиньте, в ней камни! И много! И они — не плавятся, как ни грей! Имея температуру плавления выше, чем максимально заданные пределы печей.

Но это, щупанье насыпных барханов, бессмысленное занятие, и чтобы понять, что тут на самом деле есть, и сколько этого, и какого оно качества, надо копать в глубину. Для этих целей мы использовали длинные копья-трубки, впихивая их в грунт на глубину сквозь свои ножки, делая заборы материи чуть ли не с каждым шагом, и уже устали бегать!

Ну, я устал, и теперь хожу с важным видом. А сестренка все так же носится, слушая ворчания, или изнемогающие желания от аппаратуры нашего завода, что-то ворчит на «что за ересь вы нам тут даете?!» то изнывает «Больше! БОЛЬШЕ! Дайте нам еще сырья!!! Да побольше! ЕЩЕ БОЛЬШЕ! Нас все устраивает!» то ворчит плюётся «Ну что за издевательства? Что за крохотные порции?! Один кирпич на всю производственную ленту? Что за дичь?!», а порой и переругиваются меж собой «Молчи дура! Мы итак это вот с горем пополам наскребли, отплевываясь от камней!», и даже учиняя какой-то торг!

— Пц, стекла не желаете? Как раз кварцевых кристалликов насобирал.

— О! Мне! Мне!

В общем, неправильный у нас какой-то завод! Напрочь! Но сестренку, как погляжу, все устраивает, и она… словно бы издеваясь над всем этим сборищем, бегает по округе туда-сюда, собирая новые и новые образцы, с полуулыбкой слушая все эти голоса, умудряясь при этом делать вид «я ничего этого и не слышу и вовсе. Совсем. Меня это все — совершенно не волнует!».

Вот только для человечка, что интересуется за «как вам карьер», этого всего просто нет. Ни копий, выскакивающих из наших стоп, и уходящих в глубь земли — даже дырочки из-под них затягиваются за миг из-за разведённой дождями глиняной жижи! Ни голоса. Которые и не голоса по факту, а вообще скорее… очень эмоциональный набор команд-отзывов, словно бы набор смайлов интернета.

И все, что он видел, это как мы, пару раз помяли ручками глину, да походили по округе, и так и эдак. И мы дети! И что мы могли понять… глядя на это почти заброшенное место? Отличная «песочница» для большого кота? Ну да. Возможно! Хотя нет — липковато! Глина!

И на дежурный вопрос эта фраза совсем непохожа — ему и правда интересно, как нам это место! Как видно, он очень заинтересован в том, чтобы его нам поскорее загнать. Возможно из-за премии, возможно просто ради галочки, а возможно еще почему, в том числе и из-за того, что продавец — представитель банка! И продаёт нам, имущество должника, разорившейся фирмы, что хотела подле этого карьера организовать свой кирпичный заводик.

И поскольку это все «выглядит мутно» мы взяли с собой «карманного юриста», одного из парней нашей юридической фирмы, что бы тот проверил все бумаги. И пока мы тут бегали, тот, сидя в своей машинке, уже все проштудировал, не забыв скинуть электронные версии файлов в контору, где их тоже, уже проверили иные люди, на предмет «подводных камней».

Впрочем, первичная проверка была произведена еще до этой встречи на месте! Так что… все должно быть в шляпе, но раз уж юристик тоже к нам подошел, пока продавец потел, нервничал и потирал ручки, а я на него в наглую смотрел, то стоит уточнить у продавца в присутствии юриста пару важных аспектов и нюансов.

А именно — какого фига тут лес растет?! Понимаю, все заброшено, но он тут стоит какими-то клочками, словно бы… есть некие очерченные зоны. Где он, по документам. ДОЛЖЕН расти и дальше! И трогать глину из-под этих деревьев нельзя. Потому что нельзя трогать сами деревья! И как следствие — нельзя трогать её и рядом — осыпется! Что превращает вполне себе перспективный карьер… в батат!

— О, нет, что вы, что вы! Тут вся местность отдана под разработку недр! И быть тут никакого леса не может! — замахал руками человечек в ответ на мой вопрос, и я, выслушал его странные оправдания, перевел взор на человечка из юридической конторы.

— По бумагам никакого леса тут нет, — отчитался тот, правильно истолковав мой взгляд, — и чтобы признать эти земли, или их часть, землями лесного фонда, надо сначала закрыть карьер, и снять все разрешения на добычу. По бумагам, тут есть все разрешения на десять лет вперед, ну и запасов сырья минимум на сотню, при предыдущих темпах добычи. — разъяснил он все оставшиеся нюансы, помянув то, почему мы вообще решили купить этот фактически брошенный карьер, на довольно-таки большом удалении от города.

Под добычу глины можно было купить множество участков за городом! Её тут полно, добыча её дело не хитрое, и вообще — копай где хочешь, если город далеко, и деньги платишь за добычу. Особенно много таких участков, со стороны направления гор, там, где сейчас сплошные аномалии. И с ними всеми, одни сплошные проблемы.

Начиная от бесконечных споров и драк за границы участков в аномальных землях, с криками «Это моя земля! Нет моя! Твоя под землю провалилась!», продолжая тем, что из-за магии разлома, там, в недрах, сейчас фиг знает, что происходит, и старые карты месторождений ресурсов, можно выкинуть без всяких сожалений. И заканчивая тупой и банальной бюрократией, со всякими там «Вам нужно оформить справку два ПФГЛ, в третьем кабинете, спустя два четверга четной недели».

На направлении с полностью противоположной стороны города от разлома все существенно проще! Но и там, есть тонкости — оформление разрешений, разведка, прочее, что деньги, время, беготня — зачем? Проще купить готовый под добычу кусок земли и не бить лишний раз свои стопы! Ну, или не бить асфальт и бетон об них, тут уж как посмотреть.

Тем более что если брать в доступный радиус от города стокилометровую зону — подходящими участками добычи можно обмазываться словно глиной! Выбирать цвет, характеристики…, но мало кто продает карьеры, где запасов товарной глины еще на столетия вперед.

Здесь же, добычу по сути дела только начали когда-то. Сняли верхний слой, в котором камни и чернозем с корнями, повозили немного куда-то прячущийся под ним товар, а потом… фирма начала банкротится, и им стало не до карьера на удалении, он зарос, был забыт, и даже в продажу с молотка кредиторами пошел в последнею очередь, как один из самых бесполезных активов должника.

И никто из людей явно не думал, что продать удастся так скоро! И… по факту, нам бы лучше было подождать, пока цену не начнут снижать Начав обратный аукцион! Но… поздно! Увидели, случайно узнав о такой продаже, пошли смотреть, и если сейчас мы просто развернемся и уйдем, то уже завтра — тут будет толпа желающих! Мы… привлекаем внимание! И так уже было, когда мы хотели купить одну неплохую автобазу, а в итоге пришлось покупать какую-то ерунду, вся ценность которой в выгодно расположенном участке земли, и всех необходимых и уже оформленных бумагах. Ни машин, ни людей, там, как понимаю, нет и в помине, один только запах немытых потных тел.

Может что-то иное поискать? — осматриваю я эту большую «песочницу» с глиной в который раз, пытаясь понять, стоит ли тратить деньги, которые мы еще и не заработали, но уже получили, на ЭТО. Или же все же… ну его, а? Далеко, грязно, сыро, вся эта вот возня…, а мы только избавились от болота вокруг замка! Построив шикарную набережную, да расплевавшись со всеми просителями её скорее снести.

Разобравшись… с целой толпой всяких… интересантов, при чем — никого не убив в процессе! И даже не покалечив. И вообще — не трогая и пальцем, чисто юридической мощью наших… каких-то безумных юристов из какой-то безумной юридической конторы — и где только Бина откопала этих комнатных волкодавов? Выглядят плюшевыми, невинные и почти студенты, а «кусают» так, что ногу по ягодицу за раз заглатывают! Опасные ребята, как ни погляди! Что найдут любую не состыковку в законе, порой уровня «пора хоронить», даже если кажется, что там вообще все идеально и не подкопаться даже если захотеть.

А сейчас мы… вновь в болота заползаем! Что так или иначе, те же яйки только с боку! Начиная от того, что банально дороги нет — грязища сплошная! И вязкая глина, как и подобает этой местности в это время года. Нет тут и техники! Ни экскаватора, ни погрузчика, ничего! Все надо покупать! А у нас — денег нет! И что-то как-то непохоже, что скоро появятся, с нашими то, аппетитами.

И заканчивая тем, что… фирма явно обанкротилась не за просто так! И её «проклятие» запросто и легко, может перекинутся и на нас! А мы своих карманных «псов» еще не полностью переселили к себе на остров, да и даже там. Мы не можем гарантировать им полную неуязвимость от стороннего влияния, а значит — не можем полностью гарантировать их лояльности, в случае… корпоративной войны.

А еще, что-то мы как-то плохо продумали план, по части переноса нашего заводика из тайника в материальный мир. И это проблема! Ведь сюда придется тащить от замка некую очередную большую портальную плиту, из которой будет выползать иная плита, а из неё другая… и все собираться в фундамент под завод! Словно бы… у нас тут замок два ноль! И разница лишь в стартовой точке.

Впрочем, раз уж тут будет что-то вроде второго замка, то — зачем вообще что-то везти? Начнем, как и тогда — со сваи!

— Сложно. — морщит сестренка нос на это предложение, замирая на ближайшей к нам горе глины, — не хочу повторять тот подвиг второй раз! — кривит она личико, и оглядывается по сторонам, и ей как бы плевать, что она говорит словно бы сама с собой, ведь она знает, что я её слышу несмотря на расстояние и шум вновь начавшегося дождя, вынуждающего наших сопровождающих вновь натягивать на себя капюшоны дождевиков, — Уж лучше плиту притащить! Её проще делать, чем… то вот все, как в тот раз.

И я, прикинув трудозатраты, в итоге с ней полностью согласен! Плита, по части работ проще! Просто замковый вариант, требует меньше усилий по работе в материальном мире, позволяя все расчеты заранее заложить в контуры структуры пока она в тайнике, но суммарных работ — в разы больше! Так что…

— Повезем плиту, но не сильно большую. — обращаюсь я к сестрице немного подумал, бубня себе под нос, и привлекая внимание взрослых, а сестра соглашается с планом «промежуточного варианта».

А сестрица тем временем спрыгивает с холмика, радостной рыбкой летит в грязь, растопырив ручки, и… так в эту грязь и приземляется, в десяти метрах от нас, что спасает нас от тучи мутных брызг. Встает, отплевывается от попавшей в рот грязюки, украдкой смотрит на ошалелые лица двух мужчин, и — выглядит довольной!

А еще… как же жаль, что время, когда пространство было чуть ли не идеальным уже прошло, ушло, и теперь… скоро в Залихе вновь начнут появляться подземелья. А мы — будем ограничены по рукам и ногам его хрупкостью.

Пока еще этот час не настал, и как бы еще есть время, еще пара месяцев! Но первые звонки уже звенят, и я уже чувствую, как начала натягиваться мембрана измерений, и как… существа с той стороны, усиливают свои интерес к этому, никем не застолбленному кусочку материального мира. А подошедшая к мокрому мне, мокрая и грязная сестра, шепчет мне на ухо горячим дыханием весьма интересное.

— А что у вас там за мусор такой лежит? На краю карьера. И почему он не указан в документации? — интересуюсь я, решив воспользоваться полученными сведениями, и тем, что я уже видел карту карьера, и что-что, а наличия свалки там точно не числилось!

И еще совсем недавно весело потирающий ручки самодовольный гражданин, ловит ступор, а наш юристик «встает в стойку», словно бы охотничий пес, почуявший дичь, ведь сразу понимает, что на этом деле, хех, можно заработать!

Все же, Бина подобрала нам и правда первоклассных юристов! И… скорее заканчивать с их переселением на наш остров, пока их, не начали массово перекупать, шантажировать, и просто, брать за жабры, что бы работали ребята, на кого угодно, но не нас двоих.

Чтож, карьер куплен, ну почти — бумаги ещё не подписаны, но вряд ли нас сейчас решат кинуть! Могут конечно, но это ударит по их репутации куда сильнее, чем-то, что они потеряют в деньгах, совершив сделку по более выгодной цене, из-за того, что мы этим товаром тоже интересовались. Это, так сказать, работает вот так, и за кидалово столь важных людей… их как минимум обсмеют. Тихо, без апломба, без статей в газетах, но от того — еще более жгуче и душевно. И доверять перестанут на слово, вообще. А репутация, тоже стоит денег, и не малых.

К тому же, конкретно этот вот клерк, явно готов опу рвать, чтобы получить статус «загнал пятеркам неликвид оптом» или же «поучаствовал в благом деле вместе с пятерками». И возможно это не просто слова-словечки и моральное удовлетворение. Но возможно даже, что это станет двигателем его карьеры! Или, как минимум, поводом для премии.

В общем — не зря мы с собой взяли юриста! Он все как надо растолковал, объяснил, показал продавцу, что свалка на их территории, это очень и очень плохо! И надо бы срочно-срочно от неё избавится. И пока не поздно. И от земли этой мутной, тоже, и поскорей! И лучше всего тем, кто готов её вот просто взять и купить, без всяких там условий.

И мы только головами кивали! Потихоньку думая о том, «а куда нам потом весь этот мусор девать?». И печалясь о том, что скидку сделать продавец не может — цена фиксирована! Однако может… по сути дела подарить нам еще один клочок земли рядом с этим самым карьером, ведь земля пром назначения в такой дали от города никому не нужна!

Совсем! И стоит столь смешно, что проще… реально подарить! Ведь даже единственная ценность того клочка земельки — юридические сопровождающие документы, разрешающие ведение там любой технической, коммерческой, или производственной деятельности, бессмысленна и цены не имеет, из-за бесперспективности самой земли.

И на это предложение мы согласились — нам пригодится! И продавец был столь рад этому известию, что во избежание еще раз огрести от нашего юриста, и вновь как-то непонятно как выкручиваться из тупика, из которого он и так еще не выбрался. Ускакал «поскорее готовить все документы к скорейшей продажи».

— Мы его еще дожмем. — проговорил на это наш юрист, смотря на нас с некой толикой оческой опеки, и тоже хотел свалить, но мы его притормозили, и поинтересовались:

— А мусор то нам куда девать?!

Собственно, по этой части этих банкиров и дожмут! Тут, все вокруг принадлежало обанкротившейся формочке, что тут чуть ли не город строить возжелала! И теперь… в общем, судя по боевому виду этого вчерашнего студента. У них сегодня будет очень бурная и бессонная ночь, а уже спустя дня два три, все тут вокруг будет фактически нашим.

— Как-то это… через чур… — проговорил на это сеструха, глядя на то, как студент в дырявых сапогах, неловко маневрирует средь особенно глубоких луж, в сторону своей маленькой и старенькой машинки, что непонятно как вообще еще ездит, тем более по таким вот, гряземестным дорогам.

Оказалось — никак! Машину пришлось вынести на условно сухой участок силой двух детей. А бедному «студенту» очень много раз извинятся за доставленные нам неудобства и… похоже, что теперь выбить всю землю вокруг в наше пользование уже дело чести! В конце концов, земли вдали от городов, в Залихе, да и в мире вообще, почти не имеют ценности, и заполучить и несложно, просто нудно и много возни.

Все слишком боятся неожиданных визитов порталов. К которым никто не поедет на зачистку из-за удалённости, и которые никто не обнаружит, из-за отсутствия вне городов сети детекторов разрывов подземелья. А умирать даже от лап гоблинов, выбравшихся из портала за сараем… никому как-то не хочется. Но в тоже время — оформление бумаг, есть оформление бумаг! А тут… просто спихнуть одним пакетом кучу неликвидного актива и дело в шляпе.

Так что… дело можно сказать, уже сделано, вопрос лишь в нюансах! И в том, что пока мы тащили машинку нашего юриста на руках, наша машина, на которой мы сюда приехали, крадясь за нами следом тихим ходом, уже успела где-то потеряться в этой грязи. Как бы тоже… не пришлось выносить двумя детскими силами! А она большая, тяжелая…

Не, все по итогу вышло еще хуже, чем казалось! У автомобиля, от просочившейся вдоль сальника жирной грязи, заклинило один из бортовых редукторов, и силясь хоть что-то с этим сделать, электроника не придумала ничего умнее, чем поддать газу и… провернула шлицы. Минус привод колеса, плюс офигевшая от своих действий система машинки, что теперь — наотрез отказывается вообще куда-то ехать, требуя срочную эвакуацию, и «Несите меня! несите! На ручках!».

— Может это, того? — предложила сестра, и показала высунувшееся из её ладошки лезвия копья, намекая на купирование проблемы самым радикальным способом — устранением проблемы!

В смысле — удалением мозгов! Но увы — это ничего не решит и пользы не принесет. Без управляющей электроники эта представительская тачка ассоциации точно никуда не поедет, а электроника эта… страха смерти не имеет, потому что и не живет. И вообще — просто компьютер!

А сестренка, все же задумала постучать по корпусу аппарата, попутно посылая ему «лучи добра» и всякие угрозы, как видно наслушалась советов-писка своих неправильных станков, что… не совсем машины, благодаря её действиям с их системами.

И я начинаю думать, что это все… не случайность! И она, вполне осознано, и специально, внесла в эти все устройства такие вот… изменения. По экспериментировала на турелях, оттачивая навыки, и на полную катушку разошлась на системах завода.

Я даже понимаю, почему именно это вот все, а не замок, строения подле него, или что-то еще, иное, а эти станки, которые… не сильно жалко, которые будут стоять сильно далеко от людей, объекты за которыми мы будем постоянно пристально следить, и в случае чего — сможем мгновенно уничтожить. Вся в меня! Моё продолжение! И, как видно… хочет все познать на себе, и сама все испытать и испробовать, разу уж… выдалась такая возможность.

Вот только сейчас, у нас уже почти не осталось времени просто тут торчать, и смотреть на то, как дымится борткомпьютер авто!

— Оно само! Честно-честно! И вообще — машина сломалась и без меня! Без всякой магии! Да! Именно так!

— Все, сизый дым вышел… аппарат дух испустил.

— Ой…

У нас уже сегодня вечером поезд до столицы страны! А потом… крайне насыщенная программа, со всякими балами, встречами, и прочим! И один только факт того, что мы приедем на это вот мероприятие, резко оживил унылую атмосферу на том празднике жизни, подняв его значимость в глазах множества жителей страны.

Да что там страны?! Туда даже решил завалится сюзерен! Решив отправить туда своих представителей. И мне от этой новости как-то совсем уж не по себе, и было бы совсем тошненько, если бы я не узнал, что туда же припрутся кошки из верха рейтинга, а они с островитянами, не в самых дружественных отношениях, и точно не за одно.

А значит, если бой будет, то… там все будет уничтожено! И вряд ли таков план, а значит — идея в чем-то еще, и это — вызывает интерес! И надо бы нам уже собираться в дорогу, а не торчать во тьме сумерек промокшими и чумазыми, на полузаброшенной дороге, едва отойдя прочь от глиняного карьера.

— Может мы это… и это авто тоже на ручках вынесем? — предлагает сестренка, и водитель машинки, бледнеет, и пытается промямлить что-то на тему того, что ремонтники из замка уже выехали, и скоро привезут запасть, и все поедим.

А я, мотаю головой — не выйдет вынести! Машинка тяжеленькая! А бампера пластиковые. Да и дорога, и вообще — вот вынесли мы авто к шоссе, а дальше? Ловить попутки? Можно, но… лениво. Бежать ножками? Проще уж сразу стартовать от сюда до замка, а наши сопровождающие, водитель и охранник, посидят тут, подождут, пока их транспорт отремонтируют, или эвакуирует.

— Может тогда другую тачку из замка призовем? — предлагает сестренка иной вариант, и наш человечек-водятел, бледнеет еще сильнее, ведь он, как и я, знает, что в замке сейчас на ходу лишь две машинки!

Драндулет вековой давности, что Бина купила для замка по нашему великому настоянию, и что коптит, пердит, чихает, пугает всех вокруг всем своим существованием, но едет и срать хотел на любую магию и бездорожье. И… вот эта вот, представительская тачка, что нам «подарили».

К тому же, сама Бина, узнав куда мы собираемся, устроила такой кипишь, и такую бурную деятельность с красными глазами, ведь за миг до этого уже ели двигалась и готова была упасть от недосыпа, что мы не выдержали, сжалились, и угостили её парой таблеток снотворного, подсунутого с водой вместо кофе.

И она сейчас там, крепко спит, а значит организационные вопросы решать некому, и…

— Ох, хорошо поспала…

А, не, уже не спит. А значит сейчас начнется паника.

— Сколько, сколько времени?! Нет, я, наверное, сплю… не сплю! ААА! Где дети?! Где… аа…

— Началось… — проговорила сестренка, проведя пальчиком по лезвие, вновь высунувшегося из руки копья.

— Не мокни, иди в машине посиди. — говорю я ему, ведь прекратившийся буквально на полчасика дождик, вновь ливанул стеной, хоть это, наверное, и последний такой затяжной дождь в этом сезоне — сезон дождей, подходит к концу.

Но бедолага меня кажется как-то не так понял! И… продолжил стоять. А я не стал настаивать, и понимая, что мы тут еще на некоторое время задержимся, и видя, как мечется наша управляющая в замке, вставляя жгучих стручков всем, кому только может, чтобы все быстро и быстро, делали свою работу, решил, что нам пока не стоит там появляться.

Нам Бина не указ, но… она там вроде как ради нас старается! Наряды готовят, договаривается с сопровождением, и прочее, прочее, прочее, что нам так-то, особо то и ненужно, вот только ей в таком состоянии говорить что-либо бесполезно, и только запирать. Или, подождать, пока успокоится, и перестанет вставлять через слово, что мы, её наниматели, едут в префектуру на бал-церемонию вступления в ранг, и должны будем там сиять, словно бы это наш бал, в честь нашего вступления в пятерки, а не некой… фальшивки.

А пока мы ждем тут и кукуем, можно и прогуляться обратно до карьера. А в карьере можно будет и подраться! А подравшись, и превратив и без того потрепанное запустением место в поля боя, с кучей новых ям и ямок, и тоннами намолотых в щепу и смешанными с грязью деревьями, задумался — а почему ножками?

Зачем нам, бежать домой ногами? Или ждать какой-то там иной транспорт, что в принципе будет тут довольно скоро, ведь Бина уже сообразила, что мы «где-то потерялись» и начала «наводить справки», желая узнать, где именно мы были в последний раз, и в курсе ли мы, что нас на вокзале уже ждет наш персональный и уже укомплектованный поезд?

И ведь даже можно и крайнем методом не пользоваться и пространство не трогать! Тем более там, где мы столь славно подрались, отметелили друг дружку до синяков по телу, и сломанных ребер — в лицо договорённость была не бить! Им нам пред публикой еще светить! А вот телом. Можно и под одеждой скрыть! Так что… кажется. Сестрица оценила разницу меж материальным миром и тайником, и я был к этой оценке… несколько не готов, к её самодовольствию. Хоть и отбил ей ножки до хромоты, чему она… нисколько не расстроена.

Мы ведь можем полететь! У нас ведь есть крылья! Их даже создавать ненужно! Они уже готовы. Лежать в тайнике, забытыми, с того самого момента, как мы летали над волной твари, штурмующих город. И пусть, полеты как бы незаконны! И я только дня через два. Скормлю своим юристам полные собрания сочинения запретов, для поиска лазеек, но для нас — а кто что нам сделает то, а?!

Можно кончено нас тупо сбить! Уничтожить крылья, что почти не защищены магией. Можно многое, но — в небе сейчас мы одни! Мы далеко от города! Мы… можем полететь! Как минимум — до замка! Или до района наших домов. Или до вокзала — вариативно, и без проблем.

— Сестра, как насчет того, чтобы полетать?

Сестренка не ответила, лишь скривила личико, и переступила с ноги на ногу, морщась от боли и неудобства излишне помятых конечностей, которые я славно отбил в контор атаке, пока сестрица пыталась безуспешно отлягать меня своими ножками. Задумалась о чем-то, как видно осмысляя мной сказанное, прислушалась к чему-то, щупая пространство вокруг нас, в пределах изуродованного боем карьера, скривилась еще сильнее.

— Пространство… не позволит!

— Да я не о том! Я о крыльях! Помнишь ведь!

— Ну… да? Постой! А разве с ними можно взять и взлететь с земли?

— Ну… да? — захлопал я глазами, и на миг, словно бы сам усомнился в этой возможности.

Проверил память — можно ведь! Можно! В чем проблема?

— Я почему-то думала, что только планировать, или летать, когда уже в небе.

— Ну, они конечно же длинные, и нормально ими махать стоя на земле тяжело, но… принципиальной проблемы нет! Просто… надо наловчится! В общем, — огляделся я по сторонам, поглядел на небо, где расходились тучи, и обнажались звезды, и шмыгнул за ближайшею рукотворную «дюну глин», которой от нашего боя как-то не жарко и не холодно, несмотря на наличие в ней сквозного тоннеля, прорубленного попытками сестрицы меня в этой глине утопить. — Смотри! — высунул из каждой кисти рук, по пластине двухметровой длины, растопырив ручки в стороны, заняв позицию, откуда нас точно не увидит никакой сторонний наблюдатель за карьером, пришедший сюда пешком от машины, посмотреть, что тут за шум.

Впрочем, наблюдатель ничего не увидел во мраке, и так и ничего и не поняв, вернулся к авто. А я, медленно, не спеша, стал своими крылышками, помахивая руками вверх вниз, словно бы нащупывая точки сопротивления воздуха, при которых куски метала наиболее тяжело опускаются вниз, желая меня наоборот, поднять вверх, а при подъёме рук и крыльев вверх, наоборот, не дают сопротивления, позволяя беспрепятственно вернуть все в исходную позицию, и даже словно бы всплывая в атмосфере повыше, стремясь и меня самого, утянуть в облака.

Ища наилучшее положение, когда это необычное крыло, цепляется за магнитное поле, и поле это, не просто дает некие отклонения, а резонирует с полем планеты, обретает достаточную силу и мощь, чтобы на него можно было бы переложить весь свой вес, и словно бы подтянутся на руках.

На самом деле, я бы мог взлететь вверх за рывок ну, или за пару, но зачем? Ведь цель — показать сестренке как летать! А не покрасоваться пред ней. И она смотрит, и она всматривается в мир вокруг, в эффекты воздуха от поля. Движение волн… она все это видит! Анализирует, запоминает, и пытается понять алгоритм, при котором, крыло не просто бьет, а позволяет мне ненадолго приподняться над земле, зависнув в воздухе в полуметре над поверхностью.

Взмах, другой, третий… еще десяток, и вот я уже стабильно парю в метре над поверхностью грязи под ногами, неторопливо двигая руками туда-сюда. Демонстрируя сестре, как нужно двигать крылышками, чтобы не создать противотягу, и не плюхнутся на землю, придав себе обратного ускорения.

Расправляю крылья, выдвигая их на всю длину, демонстрируя, как можно потихоньку всплывать вверх, вообще ничего не делая, зафиксировав ручки в одном положении. Демонстрирую, как делать не надо, плюхаясь на землю, в грязь! С разгона! От чего сестрица невольно морщится, касаясь ручками своих синяков на бедрах, во следами удара костяшек кулачка, что еще не расплылся в бесформенное синее пятно, имея четкий след иных оттенков.

Вновь взлетаю, и зависаю в паре метров над грязью, где был.

— Давай полетаем!

Сестрица в ответ мотает головой.

— Ты не летаешь! Ты паришь! Покажи полет! — усмехается, хотя сама, уже явила крылышки из рук, и тоже, готовится к взлету, желая… просто догнать меня на скорости? Когда я неторопливо поднимусь, и буду ждать её наверху? Или же… подавляет свой страх упасть, помня про ноги?

Да ну! Ничего ей не будет при падении в эту кашку! И она это знает! Мы уже, достаточно силы, и опытны, чтобы иметь риски, подохнуть от чего-то такого вот банального, как падения с высоты. Даже, с очень большой высоты! Даже, с сотни километров, пусть это и будет… неприятно, для пространства вокруг.

Ну ладно! Пусть себе строит болезную, и пытается меня догнать и сбить в полете! Посмотрим, кто еще кого! Любительница бить брата в спину, и ломать ему ребра! Надо бы… зайти к целителю, а то от махов рыками… совсем как-то тошно внутри!

Взмываю ввысь! На километровую высоту, зависаю на позиции, и гляжу вниз ехидным взглядом. Ожидая «трусливую сестру». Что… не сумела подняться! И, упав пять раз подряд на попу и ног, на шестой раз кувыркнулась через голову, и приземлилась мордой в грызть. Фокус «нагнать и перегнать» провалился на старте!

— Пахарь носом, тип сестра один! — прокомментировал я новый акт попытки полета сестры, носом по грунту елозящей, в облака как-то не рвущейся.

А ведь она что-то и останавливаться то не планирует! И морда-земля. Катится по грунту, влекомая крыльями к холмику с остатками древесины! Берет беднягу на таран, застряла в нем по самые лодыжки, погрузив внутрь и ручки с крыльями, что продолжают толкать её в перед! И… есть шанс, что она даже взлетит! Если продолжит так дрыгать кистями, с торчащими из них неубранными длиннющими крыльями! Хотя скорее все же, лишь закопает себя еще глубже.

Усмехаюсь, желаю спустится к ней, и оказать помощь, но — ни к чему! Холмик взрывается от тысячи копий, выскочивших из тела сестры на длину древка, и изничтожив грунт вокруг, взбив глину, и обратив её в «нежный бисквит». Ну а крылья, ныряют обратно в ручки, и более никуда не тащат сестренку.

Сестрица, выбравшись из ловушки глины, и убрав все копья обратно в тайник, отряхивается от грязи, отплевывается от летящих на неё сверху обломков уничтоженных деревьев, отходит подальше от злополучного места, на грунт, что по тверже, чем-то «болото», то она и создала. Смотрит на меня в ясном небе. Смотрит на себя… достаёт из себя новый комплект сменной одежды и одевается в чистенькое. Смотрит вновь в сторону звезд, на висящего средь них меня на крылышка.

— И все равно я тебя догоню. — шепчет себе под нос, и вновь призывает крылья, готовится к старту, вновь глядит в небо, неожиданно меняется в лице и кричит:

— Брат!

А уже в следующий миг, я лишаюсь своих крыльев, и падаю наземь. Одежда тоже сгорает, и даже некоторая часть прически страдает! Более мне никакого урона, взорвавшаяся об меня противовоздушная ракета не наносит. Ни первая, ни вторая. Несмотря на то, что вес боевой части у каждой из них, больше моего собственного! И… это немаленькие такие штуки! Ракеты, которых у Залиха быть не должно.

ОТКУДА?! Это ведь даже не воздух-воздух! Ракеты явно наземного базирования! Летели от самых островов? Невозможно! Слишком далеко! Не попали бы! А работу двигателей, корректирующих курс подле цели, я бы заметил!

И… как меня засекли? Радары? Столь мощные и точно наводящие на цель, что могут попасть и в ребенка в небе? Гадство! Откуда это всё тут?!

— Убью! Уничтожу! Разорву! — рычит сестрица на земле, словно б забыв о боли в ногах и иных синяках, а я к ней в компанию я стремительно падаю. — Я заставлю их всех съесть внутренности своих детей!

— Ай, эй! Успокойся! — усмехаюсь я в ответ на эту тираду, и раскочегарив защитный покров на максимум, влетаю в грязищу глиняного карьера, в самую грязную грязь, какую только нашел, куда и сманеврировал, используя пару копий из рук, в качестве аэроруля.

Бульк, и я на дне… вернее — глубже дна! Ведь слой мокрой глины всего то сантиметров сорок! А я ухнул где-то на пол метра. И используя пару копий, как рычаги и опоры, всплыл-выбрался, выдрал тело из грязи, смахнул её с себя, и доставая из себя же новую одежду. Сморщился от ощущений в ребрах — точно нужен целитель! Без вариантов! А то я так себе легкое пробью! А нам еще с сюзереном встречаться!

Так себе была эта идея тут сейчас подраться! Хоть и не планировалось изначально, что будут такие последствия, и кончилась вся драка после них, но… надо было думать заранее, и учитывать и такую вот возможную возможность. Как и надо всегда помнить, что на нас тут всегда могут напасть из самых неожиданных мест! Как вот сейчас, меня атаковала в небе пара ракет. На нас могли напасть прямо посреди этого жаркого боя! И мы могли проглядеть момент атаки, будучи поглощенными битвой целиком и следя только друг за дружкой. Мы вне тайника! Мы в мире, где мы не одни.

Пошел к сестренке, шлепая по грязи, словно бы она желе, идя по её поверхности, не погружаясь в неё ни на миллиметр, и только слегка проминая пленку поверхностного натяжения жидкости, словно бы я иду не по жижи глины, а по покрывалу на перине. Магия, которую мы придумали для сапог болотоходов отлично работает и без сапог, если применить её к собственным ногам.

— Они же просто… крылья угробили! Я… не пострадал.

— Все равно. — скалится сестра, глядя на меня, стоя чуть ниже меня, ведь стоит в грязи, а я — на грязи!

И она, тут же осознает эту позицию. И тут же осознает и то, то скалится на меня глядя снизу-вверх! Краснеет, отводит свою моську в сторону, краснее еще сильнее, и не зная, как посмотреть мне в глаза вновь, изображает на лице предельно возможное раскаяние «Прости, обозналась! Это я не тебе! Точно-точно!».

— Они напали! — тихо шепчет себе под нос, не зная на чем сосредоточить свой взор, и мечась взглядом о округе, — А значит…

— Ну… — почесал я вою пузо под свежей чистенькой рубашкой. — не думаю, что те, кто атаковал, и правда понимали, в кого именно стреляли. Пуск был произведён за километров двести от сюда, а значит… в общем, забей, нет смысла идти искать, кто это там расквартировал свои системы ПВО на территории Залиха.

Итак, в принципе все очевидно! И удивительно, как эта новость прошла мимо меня, и… я не додумался поглядеть, что именно там… расквартировано и чем мне это грозит. Зато умудрился лихо решить, мол в этом небе… меня всё равно не собьют.

Ага, уже сбили спустив с небес на землю, буквально.

Нам… увы, придется воздержатся от столь удобного способа перемещения, как полет. Быть бытым ракетами ПВО, даже если они не наносят урона — неприятно! Вот совсем! И ладно я еще успел вовремя среагировать и нарастить поле мано барьера! А то бы от тех прутков, что шли в боевой начинке этой штуки, у меня бы были свежие синяки по телу! Очень… неприятная эта хня, когда её совсем не ждешь!

И даже если юристы найдут лазейки, когда полет не запрещён, например, если это такая вот сила охотника, то это не значит, что службы ПВО перестанут сбивать все. Что не пеленгуется как свой. И даже будь у меня десяток разрешений «дозволено парить» от таких вот… неожиданных ракет, я никак не буду застрахован. А значит…

— Значит надо пойти и разнести их до того, как они выстрелят!

— Сестра!

— Не, ну а что? Самое лучшая защита от ракет, это уничтожить все пусковые шахты до запуска!

— И где ж скажи мне на милость, ты такое могла услышать?

— В твоих… воспоминаниях.

— Да? А, ну да… погодь! Ты там что-то слышала?

— Слышала? Хех! Я там целые фильмы смотрела. С тобой в главной роли! — выпятила сестренка свою грудку, — Как ты участвовал в боевых походах, как громил армии… как создавал меня.

— Э… и как тебе… вид себя со стороны?

— Странно. — потупила сестричка глазки, и словно обняла сама себя, — Очень странно. Особенно видеть… наши роды… и видеть роды нашей… младшей… серррр…стры… — выдавила она из себя это слово, словно бы через силу, и вся разом вздрогнула, — А еще… я тогда такая дура была! Прям… — подняла сестренка взор на меня, — аж глупо себя чувствую и сейчас. И глядя на… да, странно всё это, очень.

И я не смог не усмехнутся в ответ на это.

— Все мы… маленько глупости творим! Это… часть нашей жизни.

— Но это не делает эти глупости приятными! — возмутилась сестренка, и я был вынужден на это согласился.

— Не делает. Совсем. И не избавляет… от сожалений.

Глава 8

Хорошо быть важной шишкой! Охотниками, что почти правители, или словно бы некие именитые звезды, вокруг которых все носятся, словно бы они из тончайшего фарфора. Сломалась машина? Наша администраторша замковая, сговорившись с председателем ассоциации, послала за нами на наши поиски целый кортеж! Быстро поняли, что мы там, где громыхает, ведь иначе и быть то не может, и в сопровождении бронетехники вояк, приперлись к нам на карьер.

Разобрались в ситуации:

— Да мы это… просто подрались тут немного!

— Ага.

— Совсем чуть-чуть!

— А синяки… ну так…

— Подрались же!

— Ага!

— Кстати, средь вас там есть целитель, да?

Целитель нашелся, подлатал наши персонки как мог — всего лишь двойка! После чего, весь этот бравый балаган на колесах с пулеметами, состоящий в том числе и из тяжелых бронемашин, но все же без танков, доставил нас «с фанфарами» до вокзала города, того, что экспресс.

Ведь там, на специально выделенном пути и у специальной платформы «для важных персон» нас уже ждал наш персональный поезд! Ждал он нас тут уже давно — мы добрались до него только к полуночи, а должны были отбыть еще в десять вечера «как крайний срок». Но, что называется, без нас этот состав все равно бы никуда и никогда не уехал — в этой поездке не было бы никакого смысла без наших персон!

В замке тем временем тихо бесилась Бина — всё не так! Не такие проводы пятерок в префектуру должны были быть! Где оркестр? Как уже разбежался по домам?! Почему прямая трансляция ведется только по одному каналу? Как уже все ушли, устав ждать?! ЧТО ЗА НАРЯДЫ У ДЕТЕЙ В КАДРЕ?!

А на платформе, средь суетящихся остатков журналистов, неожиданно обнаружился Торнадо Смерти, что пришел нас проводить, и в некотором роде простится — ему пришел спец заказ на зачистку некого подземелья на другом конце континента, и он тоже скоро должен отбыть, но узнав, что мы еще не уехали, и увидев вдали «огни цирка» нашей процессии, решил сходить поглядеть, что там происходит.

Ну а поезд, что персонально нас повезет, это не просто мотор вагон, или дрезина, и не локомотив и вагончик для наших персонок, и даже не два, чтоб для нас и наших людей, это… полноценный состав! Где есть и вагон ресторан, и вагон для обслуги, и вагон для сопровождающих лиц, и не один такой. Для разных лиц! Разного, хех, сословия! От элиты-около элиты, до банальной прислуги, черни рабочей. И даже три вагона для нашего транспорта, которого у нас нет!

А, нет, есть — часть картежа пошла на погрузку внутрь вагонов прямо с этой высокой платформы, что вровень с полом вагонов, и почти в упор к составу на пути. Машинки внутрь своим ходом… сразу же, как мы прекратили улыбаться и махать для камер, а работники вокзала, отмывать авто от основной грязи, ведь по прибытию в префектуру все должно сиять! И лучше стряхнуть комья глины до погрузки, чтобы облегчить работу людям в дороге, что будут наводить основной марафет прямо на ходу.

— Как тут все… серьёзно. — проговорила сеструха, глядя на это, слегка покачивая головой.

Улыбнулась на прощанье Торнадо, пожелала ему счастливой дороги, заодно попросив «не волноваться по пустякам», пообещала «со всем разобраться в случае чего», и шмыгнула в наш вагон.

Я — заскочил внутрь вслед за ней. Бина в замке, наконец сообразила, что сейчас уже нет смысла волосы драть, а вещи, одежду, и прочее «парадное», можем взять прямо из замка и ей не надо бежать-гнать сломя голову на вокзал, и… у них еще вся ночь впереди! Успеют все сшить, купить и подготовить.

Наш вагон, что как бы вагон для неких высших чинов, как быстро выяснилось не совсем наш, и не только для нас двоих. Ведь помимо нескольких комнат с огромными кроватями, на которых тут же облизнулась сестричка, и большой джакузи-ванны-мини бассейна, в котором можно приятно отмокнуть за время пути, тут также обнаружились прилагающийся к этому корыту девочки… на которых сестра тут же нарычала, и они «испарились». И мальчики — рык был почти тем же, чуть более тихий, глубокий и обиженный, и парни тоже, «растворились в пустоте», спеша ретироваться.

Так же тут была целая армия слуг обоих полов «подай принеси» — их мы тоже прогнали нафиг! Ибо нефиг. Ну и иной персонал, разнонаправленной направленности, вроде…

— Как там ты говоришь… твоя профессия называется?

— Я мастер чесания спины, уважаемые охотники! — выпятил грудь этот, хех, мастер, и понял по нашему виду весь наш скепсис, добавил чуть обиженным томом, — У меня и диплом есть!

И его, как и мастера педикюра, и мастерицу завивки волос, как и всех прочих, мы тоже, отправили прочь, вынуждая свалить к себе в служебный вагон и не отсвечивать, от греха подальше.

— Интересно, кто их всех нанял? — интересуется сестрица, подпирая дверную ручку банальным стулом, ленясь использовать для такой банальности наши копья, и не желая портить ни дверь, ни косяк ни пол.

— Точно не Павел!

— Ну… да. Он, если бы и нанимал кого-то… такого вот, то ему бы точно хватило ума нанять кого-то, более…

— Смелого. — киваю я, соглашаясь с ней на ве сто.

— Угу. Эти вообще какие-то бесхребетные слизни!

— Столичные!

— Точно! — ударяет сеструха в кулачком в ладошку, и начинает движение к противоположному концу вагона., а я иду к джакузи, чтобы отрегулировать водичку под наши тушки.

И ведь логично, что весь персонал состава, как и сам состав, из префектуры! И родом оттуда, и наняли их там. И нас они вот вообще не знают, но боятся! Мы в их глазах… страшные охотники? Ну, не совсем, но чувство самосохранение у них точно не отбито! И видимо эти вот, обслуживающие люди, входят в состав договоренности, по которой все нюансы дороги и цена «доставки» проблема принимающей стороны, а не нас двоих.

Нам надо лишь согласится ехать! Так что… они и расстарались как могли, вот только нам, хех, из всего этого вот, понравится может разве что ванна с пузырьками — кайф! Настоящее блаженство, после сырой грязи, отмокать в горячей ванне, заменив всю унылую обычную водичку с травами, что уже была налита в чан, на крутой кипяток, предварительно сломав термостатический клапан, чтобы не мешал получать нам то, что мы желаем.

А еще, радует то, что пусть основной персонал состава «не наш», но люди в сопровождающем кортеже, будут своими, из охотников Вана! Правда не все, и как быстро выяснилось по прибытию на станцию, то авто, в котором поедем лично мы, что огромный белый лимузин, поведут не наши люди, и вообще — его нам «одолжили» вместе со всем железнодорожным составом.

Неприятно! Особенно то, что в этом шикарном автомобиле, в котором иные детки возраста семи лет могли бы и в мяч поиграть, быстро обнаружился «сломанный кондиционер», что желал бы подать в огражденное от водительского места салон некий сильнодействующий газ. Не яд, не — простое успокоительное! Но с магией! И его мощи, хватило бы, чтобы подействовать даже на пятерку, сделав её… спокойной, словно бы сытая змея.

Помимо газа, нам на мозги, с той же целью, пытались воздействовать звуковыми волнами, и судя по тому, что это была не просто заданная «умиротворяющая частота», а попытки найти нужный ритм, и убаюкать, то работал с музыкой некий человек. И подозреваю им был тот тип, что сидит-прячется в багажнике этого огромадного лимузина. Мы сами, эту песенку напели, усыпив «за два куплета».

Но на этом все не кончилось! Ведь по прибытию к месту, где уже с утра планируется некая встреча, нас… решили убаюкать магией! И сестренка еле сдержалась, чтобы не упасть прямо там, у машинки, на красной дорожке, и не начать ржать в голосину, хватаясь за животик. И всю встречу была… словно бы надувшимся хомячком, обиженным, и еле сдерживая эмоции! А как только все закончилось, и нам дали «время отдохнуть перед завтраком» она, выпустив воздух, словно бы сдувая шарик, и наконец поинтересовалась:

— За кого они нас вообще принимают?!

И я тоже задался этим вопросом! Подумал маленько, и понял, что ответ весьма и весьма прост:

— Думаю, за второго Тигра.

— Пфф! Были бы мы ими… тебе не кажется брат, что попытки усыпить зверя, лишь бесят его?

— Да, все так, но для этого надо осознавать, что попытка существует!

— Ты думаешь кто-то бы смог этого не заметить? — склоняет сестренка голову на бочок, глядя на меня.

И я, вновь задумавшись, мотаю головой — не охотник уровня пятерок! Любая пятерка, что не совсем… ребенок. Заметила бы, что на неё «давят» и стряхнула бы «оковы» магией, и пришла бы… в бешенство! И мы, тянем рты, в самодовольных улыбках, ведь где-то в здании, в отдаленной комнате, куда стянуты все провода систем наблюдения за нашей уединенной комнаткой, явно начинается подобие паники.

А мы, грустнеем — все же, пространство уже не то, что было хотя бы месяц назад! И даже простейшее, и весьма аккуратное наблюдение за людьми в подвале здания, уже делает то, что где-то тут… будет первый разлом Залиха после полугодового затишья без единого подземелья.

Все же, префектура, это мега город, с колоссальным населением! И тут живет, почти половина всей страны! Тут, высотные здания, где тридцать этажей, это скорее низко, чем высоко, и… тут, естественно, наивысшая активность подземелий страны, и наибольшая плотность охотников, от чего прорывов подземелий в столице, не было уже более полувека!

Да и то, то что было когда-то давно, это было подземелья со слабыми гоблинами первого уровня, что было упущено системой наблюдения из-за низкой плотности магии, и с тех пор — систему сильно переработали! А из-за шумихи с зелеными, своих постов лишились очень многие.

Стрелочников, тех, на которых в итоге свалили всю вину, даже если они невиновны, позволив прочим уйти от ответственности, как ни странно, вроде как и не было! Но в тоже время — реально наказанных тоже, как-то нет. Ведь всё наказание, свелось к отправкам в отставку, или и вовсе — руководить некими отделами в дальних уездах провинций.

После небольшого перерыва на отдых, у нас, а вернее — с нашим участием, состоялся «небольшой благотворительный банкет». Мероприятие было посвящено сбору средств «на школы», да еще и для «младших классов», и наше в нем участие было вполне логичным, особенно учитывая то, что нас фактически непрерывно снимали на камеры, и почти наверняка столь же непрерывно куда-то что-то транслировали, но при этом всем, главный вопрос, нас не покидал и лишь усиливался — что мы тут делаем?!

Благотворительность? Школы? Да тут просто собрались люди из кружка по интересам! Туча важных дядей и тетей, что лихо обсуждают что-то своё где-то там, меж собой. Пьют, едят, иногда улыбаются в камеры, говорят в них же, делая вид, что меж собой, а не на публику, делают некие «тосты» для этих же камер, и столь же дежурно и для наблюдателей, и где-то раз в пять минут, обращаются к нам. И как мне кажется, им даже не важно, что мы им там ответим.

И мы быстро поняли, что на все эти вопросы можно и не отвечать вовсе! И просто жрать в три горло все что дают, под умильные взгляды людей пред камерами, что смотрят нас словно бы с видом «Кушайте-кушайте, голодненькие детки!» и осуждающие, когда камеры на них не глядят «да сколько уже можно жрать, сорванцы?! Слуги уже задолбались харчи подносить, и тарелки уносить, чтобы стол бедно не выглядел!».

Можно так же пучить глаза в объектив, словно бы будучи застигнутыми врасплох — это явно наиболее желанные кадры для съёмочной группы! Любой наш растерянный и умильный вид, тут же вызывает интерес у съёмочной группы и кучу объективов со всех ракурсов для сьемок того, как кто-то из нас, застыл с недонесенной до рта, курочкой в руках.

И… более то от нас ничего и не требуется! Но иногда попадаются вопросы, игнорировать которые просто невозможно! Ведь они — так или иначе, а касаются и нас, нашего будущего, и немного будущего страны.

— Как вы смотрите на то, что из-за работы охотниками, вы не имеете возможность ходить в школу? Возможно, вам это кажется и неважным, однако образование основа будущего! И без школьных, базовых, знаний, невозможно будущего достичь!

И как вообще… положено реагировать на подобные… выверты слов? Для кого вообще звучит этот вот вопрос? Для нас? Неее! Тут все уверены, что мы сдохнем уже через годик-полтора! Они тут, почти в открытую это обсуждают!

Для публики пред экранами телевизоров? Возможно! И я почти уверен, что тут у всех есть некий сценарий, некий текст всех вопросов и задания на действия, что можно говорить, когда, кому, и как повернутся в этот миг, и куда смотреть, и из моментов с этими действиями, в итоге будет собран единый материал для репортажа. А все остальное просто вырежется, словно бы этого и не было никогда! Осталось за кадром и не снималось ничем. Вот только нам сценария не выдали, как видно за ненадобностью.

И хоть я и понимаю, что мою реплику-ответ на вопрос, скорее всего нагло вырежут, но просто не могу не высказаться в ответ на этот вот… постановочный номер, разыграв свою партию в этом спектакле, отличную от запланированного сценария.

— Я считаю, что будущие зависит от наличия знаний, а не числа просиженных часов за партой. И если кто-то не столь туп как прочие, и может освоить программу школы за меньше время, то почему ему обязательно требуется сидеть положенное время вместе со всеми словно бы он раб? — проговорил я громким звонким голосом, чтобы нельзя было проигнорировать, опершись ручками на стол, и возвышаясь над ним, привлекая к себе всеобщее внимание, что бы нельзя было не заметить.

И портя работу операторам и «сценарию», ведь на другом конце стола! Ведь «по плану мероприятия» там велись сьемки иной беседы важных дядь и теть, на тему безопасной среды учащихся, и именно она, была сейчас «темой дня», а наш ответ на заданный вопрос, вообще никого не интересовал — камера в нашу сторону была направлена лишь на дежурном уровне, что бы, как видно, наснимать еще пару классных кадров с умильными мордашками, или оцепеневшими детками, если подвернется такая возможность. Для вставок как ответ на все вопросы!

Вот только фигли! Мой выкрик, теперь не замазать и не вымарать! Только полностью переозвучивать сцену! К тому же, я выдал «слово-триггер», упомянув рабство, к которому в Залихе относятся очень и очень щепетильно, и подобную реплику уже нельзя будет просто взять и проигнорировать. И поскольку на мне свелось внимание большинства присутствующих людей, и сразу пара объективов камер съёмочных групп этого шоу, то я продолжил то, что начал:

— Или получать «дополнительное наказание», если все усвоил быстрее прочих, словно бы некий повинный, отбывающий срок невольного заключения за преступление? — вновь надавил я на больную тему, чтобы уж точно зацепить людей, не дав просто взять и соскочить с вопроса, — Мне кажется, наличие образование, должно подтверждаться наличием знаний. И особенно это касается тех, кто не в праве все время сидеть за партой, спасая людские жизни в боях с тварями подземелий. А учитывая, что в школах качество усвоенного материала подтверждается банальными экзаменами, почему бы не дать к ним доступ всем желающим, без необходимости предварительного отсиживания срока?

И судя по мордам, я режу без ножа! И некие личности, уже подают неким людям тайные знаки! И на банкет, уже тащат свежие мороженки, как видно, чтобы отвлечь нас от болтовни, заткнув рот едой, раз уж курица на блюдах пред нами всё, а новую, хех, не успели подвести! Как видно не успев приготовить-пожарить, не ожидав, что две морды, сожрут сорок кило даже не почесавшись — хорошо иметь безразмерный желудок! Плохо, что лучше там все это не хранить, переместив в тайник, в отсек с остановленным временем — иначе протухнет!

И в зал вкатываются тележки с десертами. С мороженным! Но даже сестричка, не купится на этот подкуп! Хоть взгляд так и прилип к тележкам с лакомством, что еще не успели выставить на общий стол, да и как-то не спешат это делать, ожидая команды.

— Но тогда получится, что некоторые, нехорошие, будут просто готовить своих детей к этим экзаменам, пропуская все прочие важные материалы! — нашел что сказать один из участников собрания, — А все включить в экзамен, просто невозможно! — и топа почти дружно закивала головами, и отмерла, найдя точку опоры, для этого спора.

— Верно, экзамены еще не все!

— Социализация!

— Можно будет найти лазейки в системе, и готовится заранее сугубо к выбранным темам, игнорируя все прочие!

— Дисциплина!

— Мы так рискуем получить целое поколение малограмотных детей! Ведь даже если дать разрешение игнорировать школу только охотникам, тут же появится масса иных, «очень важных профессий», где тоже, не до учебы, и которым тоже, нужно послабление! Те же актеры кино!

— Школьная романтика!

А один из участников съёмочной группы тихо цыкнул, как видно понимая, что из-за смены хода встречи, сценарий в попку, и все придется спешно переделывать. А я, чуть было в голос не заржал.

— А разве экзамены не экзаменуют все ВАЖНЫЕ темы? Чтобы было понятно, что именно они и усвоены как надо?

— Но всё равно…

— А разве нельзя ли тогда считать, что все школы только и делают, что готовят детей к экзаменам?

— Программу утверждает министерство!

— И в ней не сводится все к подготовке к экзаменам? — усмехнулся я, и склонил голову на бок к плечу, а сестричка, облизнулась украдкой, осмотрела присутствующих хмурых людей пристальным взглядом, и поняв, что на неё никто не смотрит, ведь это только я тут торчу на столе на руках, а она сидит сиднем за стульчиком, и решила себя не мучить, и сползя под стол, потопала к столикам на колесиках за подтаявшим нежным десертом.

— Госпожа… — хотел было возмутится один из тех, кто приволок это лакомство к нам, но его сестрица просто проигнорировала, да и голос его, потонул в возникшем уже в следующий миг басе одной весьма мощного вида престарелой мадам:

— Мальчик! Ты просто еще слишком юн, и не понимаешь, как это все работает! Система образования, и школа, это сложный и весьма сбалансированный механизм! И входить в него «с ноги» с такими предложениями… — помотала она головой, украдкой взглянув на то, как её начинают снимать сразу с нескольких ракурсов, играя на публику, строя из себя заботливую… бабушку. — И мне очень жаль, что тебе… не удалось познать радости учебы о всеми, но…

— Если все так, — грубо перебил я её, к неудовольствию всех, не дав разыграть этот «театр», чтоб соскочить с темы без потерь, — то почему тогда ТАКАЯ система работает для старших классов?

— Там профильные предметы… — выдал «аргумент» один из мужчин за столиком, — И…

— Они проще? Менее важные? Могут быть освоены дома? А математика и письмо нет? Но почему тогда возможность забить на школу, откупившись, заплатив деньги, есть и в средней школе?! — выдал я финальный удар по гробу, к кислоте морд всех здесь присутствующих, кроме моей сестры, что поглощала уже второй килограмм мороженого, перейдя с банана на клубнику, — Почему только младшие классы, обязательны для очного посещения? А остальное, хи! Можно просто закрыть экспрессом, сдав все экзамены и заплатив деньги, за непосещение? В том числе, как исключение, можно отчитаться и сразу за несколько классов за раз?!

И это уже серьёзно! Ведь это, огромная, и очень странная дыра в системе! И вопрос, на который нельзя ответить! И… как вы будете выкручиваться, о господа собравшиеся по вопросам помощи учащихся? Как вы будете крутится дальше, о желающие нас нарядить в школьную форму для рекламы какой-то там элитной школы? И всей системы в общем и целом, украдкой обсуждая меж собой, за какую сумму нас можно будет нанять на этот «банкет», раз уж нам так нужны деньги, что мы согласны «бросить родимый город» и приехать сюда ради десятка миллионов.

А может проще подкупить кого из нашей «свиты»? Что бы те, как-то нас забесплатно подговорили? Ведь главное нас нарядить, а уж снимки потом найдутся! И можно будет все вывернуть в свою пользу при случае!

Обсуждая и многие иные «интересные» вещи нисколько нас не смущаясь! Явно забыв, что у охотников очень хороший слух, не видя на наших лицах и тени реакции на все их слова. Думая, что мы в общем гомоне, и нарочно создаваемых шумах, не в силах разобрать ни слова, что даже смешно, ведь основная масса шумов искусственна, и алгоритм его построения без плавающих величин, с линейными переходами от одного к иному, для простоты фильтрации на записях. Как они теперь будут дальше вести все свои… пересуды?

Однако, я все же недооценил профессионализм собравшихся тут людей! И поняв, что их всех, загнали в угол, они соскочили с проблемы самым простым и банальным образом — просто решили её игнорировать! Сказали буквально «А действительно, как?» глядя в объективы камер и друг на дружку, подали тайные сигналы съёмочной бригады, переглянулись… и продолжили беседу по сценарию, словно бы моей вставки… и не было никогда!

Словно бы… все шло так, как и шло! А на мои попытки вновь вернуть интерес к разговору, вежливо «откланялись» сказав, «Мы все узнаем, а сейчас, просто не в компетенции ответить на данный вопрос» и… все! Можно более и не вспоминать о проблеме, ведь если начать еще раз это поминать, это уже будет детским капризом, и топаньем ножкой.

А мне… как-то по большей части пофиг на всю эту вот «проблему»! И топать ножкой я точно не стану — не сестра! Что сожрав двадцатый килограмм пломбира, обработав все телеги на лакомство, наконец успокоилась, и вернулась на стульчик рядом со мной. И тут же поинтересовалась, глядя на ведущих оживленную, и постановочную беседу людей, испытывая явные сложные чувства от этого вида:

— Что мы тут вообще делаем? Зачем… участвуем в этом балагане?

— Нам за это заплатили. — коротко ответил я, и сделал это достаточно громко, что бы это услышали все вокруг, но им, как бы… всё равно и на это вот всё.

Пиг, работал с группой геологов, у подножья гор. Ему, понравилась эта работа! Тихо, спокойно, вдали от людей и всяких проблем. А вся работа — тягать ящики! Ему не привыкать. И даже то, что порой приходится тягать какую-то из их машин на себе, вытаскивая её из очередной лужи размокшей грязи, хлопот ему совсем не доставляет. Напротив, добавляет этой размеренной жизни красок.

Монстры, проблемы… когда-то ему казалось, что этот поход с исследователями, в местность-аномалию, принесет ему только горе и страдание! Но по итогу… он рад, что согласился, и что отправился в путь с этими людьми, успевшими за два неполных месяца стать ему настоящей семьей.

Теперь они для него… словно родные и близкие. Он знает их жизнь — на привалах и отдыхе, язык развязан у всех. Знает их семьи, пусть и только со слов. Знает характеры, привычки, и с кем в одной палатке лучше не спать — пердит неимоверно, сцука! Но зато готовит… ммм! Пальчики оближешь!

То, что им пришлось побегать по горам от «злых пограничников» перебравшись через границу в самом начале, вообще фигня, и скорее забавно, чем проблемно. Да, в них стреляли… куда-то в их сторону! Но ни одна пуля так и не попала ни по одному авто колонны.

Примерно так же их гоняли и на обратной дороге, больше пугая, потрясывая оружием, чем реально угрожая, потому как конфликт, серьёзный конфликт, людям, что тогда торчали на границе и трясли этим самым оружием был не нужен вот совсем. А если будут трупы, и стрельба на поражение по ученым, конфликт будет! Итак все накалено до предела. И сейчас, там, на границе, стоят две немаленьких армии, зыркая друг на дружку в бинокли, да потряхивая оружием для этих зыркателей.

Да, ситуация тут, близ границы напряженная! И силы к границе стянуты огромные, и все балансирует на некой грани, уж очень близкой к началу войны. И все из-за возникшего существенного территориального спора, и выяснения «Кто виноват?». На сюзерена не спишешь — себе дороже! Но в тоже время молча разойтись, и простить потерю этих никому ненужных гор Шурелга Залиху просто физически не может.

Уже не может, не после всех сказанным ими громких слов! Не после того, как их главные, учинили объединение меж собой, забыв про часть былых обид, и лично прибыв поближе к границе. Хотя казалось бы, их слова и дружба ничего не стоит, вести войну, где к ним, главным лично! В «палатку» может прилететь снаряд — до жути страшно! Ив своей репутации даже пред собственным народом уже и падать то просто некуда! И всем как бы какать, кто и что там говорит с трибун. Но у них, как видно, уж слишком много на кону, и даже для них, повод наконец закончить эту междоусобную внутреннею грызню через объединение против единого общего врага, уж слишком важен, нужен, и жизненно необходим.

И они бы, возможно, давно уже пошли войной! Но видео с тем, как две маленькие летающие фигурки, выкашивают миллионную армию за пару часов, не имея проблем ни с толстой шкурой тварей, ни с ответным огнем, разлетелось по свету, и обрело известность не только в Залихе, но и во всем мире разом! И многие, уж слишком легко представляют, как на месте существ иного мира, могли бы быть танки, пехота. И самоходки. И… понимают, что никакая броня не спасет, если им на головы полетят эти копья! И встречаться С ТАКИМ врагом в «чистом поле» в «честной битве» не хочется никому.

Так что несмотря на видимую напряженность, в реальности на границе все довольно спокойно. Мелкие пакости и провокации, вроде подсыпания пургена в солдатский котел, или песка в носки, как-то и не в счет. До смертоубийств, и даже похищений офицеров, дело как-то и не доходит, обе стороны, не горят желанием дергать тигра за усы, вместо грубого поглаживания.

А потому, группа Пига, спокойно работает и делает свою работу. От границы, от гор, их отогнали, но изучение геологических течений на месте бывшего разлома тоже весьма интересны, особенно учитывая то, что как говорят геологи, почва под их ногами реально словно бы течет, перетекая туда-сюда, меня ландшафт, словно бы это там не земля, а вода, и только внешне, на поверхности, все остается хотя бы условно неизменной.

Нет, она тоже двигается! И Пиг сам это видел на кадрах, с оставленной делать записи с вышки телебашни камеры. Просто снаружи, движется лишь один слой, а если наблюдать за происходящим под землей, то становится ясно, что двигаются огромные пласты, и движутся они порой в разных направлениях, что делает суммарное движение куда более… обширным, и странным.

Земля, в зоне аномалии, словно бы селевой поток, что постоянно бурлит и движется, и никто пока не может сказать, к чему это все приведет, хоть уже и появилось понимание, и неизвестно, когда всё это кончится — интенсивность движений «сели» и не думает снижеться! И пока еще слишком рано говорить, слишком мало данных, слишком мало времени прошло.

Хотя даже если все кончится, менее странным это место в тот миг не станет, и словно бы растянутые в графическом редакторе дома, или полопавшиеся словно бы на отдельную мозаику дороги, уже никогда не станут как прежде, такими, как должны были бы быть, такими, какими были чуть более полугода назад, до мега прорыва.

Но сейчас, тут все еще хуже, и несмотря на то, что мега разлом закрыт, тут нет монстров, нет искаженного магией города, что канул в никуда, и все тихо и спокойно, аномалии это место не покинули ни разу, и продолжают мучить местность, вертя как только можно, и неизвестно, сколько еще продлится «активная фаза» этой свистопляски, с масштабными переменами. И от части, узнать, сколько еще ждать момента стабилизации, и есть, работа геологов группы. Ну а его работа… таскать ящики! Оборудование, и прочую тяжесть.

Сейчас вот как пример, геологи решили замондрячить скважину на двести метров вниз контрабандной и незаконной бурильной установкой, взять какие-то образцы грунта, да поставить под землю какие-то датчики. И Пинг занимается тем, что таскает тяжелые штанги буровой к самой буровой.

Бурение идет легко, беспроблемно, твёрдый гранит, поддается магическим лезвиям бура словно масло, но вот сам бур, порой словно бы закусывает там под землёй, и его приходится время от времени приподнимать вверх, чтобы высвободить из плена. Снимать, и надевать новые штанги… для привыкшего к тяжести условного охотника, всегда есть работа.

А еще, он, как единственный охотник группы, приглядывал за окружающей их лагерь территорий в пол глаза. Никаких монстров тут давно никто не видел, а даже если они и есть, то ослабели настолько, что не представляют угрозы для вооруженных огнестрелом людей, но это не значит, что бдительность нужно ослаблять! Выскочивший из кустов гоблин с кривой железкой, это всё равно гоблин с железкой! Да и всяких диверсантов соседей не стоит списывать со счетов! Убийств от них вряд ли можно ожидать, не пойдут они на это, что б не провоцировать, а вот связать, ограбить и бросить — запросто! Тем более что данные научных изысканий — ценный товар в текущих реалиях. Как и разнообразное оборудование ученых, доставленное к ним из-за океана.

А поскольку бдительности Пиг не терял, то таща очередную штангу к буровой, именно он первым заметил на отдалении странное… существо. Существо, с ногами и торсом человека, но вместо головы и рук — пучок щупалец! Настолько многочисленных и длинных, что они устилают собой всю площадь вокруг, переплетаются, и словно бы… что-то ищут! А еще, «человек этот» был слегка полупрозрачным, и сообщение о нем товарищам геологам без магии, подтвердило худшие опасения охотника — простые люди, его не видят, совсем.

Пига пробил холодный пот — это явно не обычная тварь! Она явно с магией, и не растеряла её, пребывая столь долго в мире в дали от подземелья! А значит… высший ранг?! Ему рассказывали, что такие существа, не теряют силу даже вне подземелий! А значит… они все, все люди группы, уже мертвецы. Мертвы в тот самый миг, как только это существо их заметит, обратит на людишек своё внимание!

Но может… это и не тварь? Может… это человек такой! Охотник, со способностью… в любом случае, нужно сообщить начальству! Немедленно! Связаться, доложить… сейчас же! Дать шанс хотя бы другим!

Но… было поздно — ученые сообщили, что связь отказала, и сигнала нет. После, стали тухнуть один за другим компьютер, небо над головами почему-то начало темнеть, а тварь, что была от них где-то в километре, вдруг оказалась прямо в лагере, прямо подле буровой.

Пиг отпрыгнул в сторону, и наблюдал, как расходящиеся из верхней части тела твари щупальца, расходятся по площади, обвивают и давят хрупкие железки, и запечатывают в коконы людей. Почувствовал как в воздухе вокруг, разлилась мощнейшая магия, кровь в жилах словно бы застыла, и понял одно — бежать! Бежать без оглядки и как можно скорее! Пока тварь занята иными!

Бежать что есть сил! Бежать и бежать! И не потому, что ему дорога его жизнь! Нет! Просто только так, хоть у кого-то есть шанс рассказать людям во вне этой возникшей аномалии, накрывшей неким куполом их лагерь, укрыв все вокруг магическим коконом, доложить о том, что здесь происходит. Сообщить, что по этим землям бродит высший ранг, и чувствует он себя здесь… словно бы у себя дома!

Шанс маленький, ничтожный, смешно! Он, охотник, чувствует себя смешной букашкой пред этой осменогоголовой! Что по мощи, явно превосходит виденного им когда-то боса орков, казавшимся ему непобедимым чудищем. Просто несравнимые величины!

Пиг, не сможет никак спасти людей вокруг! Но в тоже время, благодаря их существованию, и смертям, у него есть время! И шанс. В том числе шанс пробиться сквозь пленку некого барьера, что окружил их лагерь, «что бы никто не сбежал», пока его плотность еще невелика.

Пиг побежал, стиснул зубы и рванул что было сил! Сжал висящее на шее как кулон, кусок от магического копья, и рванул на утек что было мощи! Но было поздно — щупальца твари, легко схватили его, догнав. Пленили ноги, подвесили вверх головой, и стали планомерно оплетать и сдавливать, словно бы желая выдавить сок, из некого фрукта.

Кости затрещали, но пока держались, Пиг, в отчаянье, стал рубить «конечность» существа, единственным оружием, что у него при себе было — тем самым наконечником старого копья, что неожиданно возымело эффект, хоть и не нанесло урона.

Тварь отпустила человека, и он упал, на землю, и тут же рванул прочь, краем глаза замечая, как находившаяся далеко от него существо, вдруг резко оказалось рядом. И все щупальца его, что были разложены по земле вокруг, и словно бы стали корнями дерева, тоже переместились вместе с существом, и кажется, даже вместе с землей и объектами вокруг них! к существу! А еще, Пиг вдруг понял — тварь до одури интересует копье в его руке.

Не отдам, оно моё! — рыкнул он в глубине души, сжимая наконечник до крови в пальцах. Но тут же понял — а ведь это шанс! Возможность! И отшвырнул «приманку» как можно дальше от себя. Себе он добудет другой, их сейчас много в продаже. А ему сейчас главное выжить! Выжить, и сообщить тем, что владеет этими каменными копьями, чтобы они пришли сюда, и убили эту мерзкую тварь! Как убивали иных таких же! Они — могут! Они единственные, кто на это способен!

Отшвырнутое прочь копье, мгновенно привлекло к себе внимание. Тварь, застыла, словно бы для неё остановилось время, а камень продолжил полет. Пиг, преодолевая тошноту и сонливость от разлитой кругом магии, и боль в травмированных ногах, прибавил «газу» и побежал еще быстрее, хотя казалось бы уже быстрее и не мог.

Нужно бежать! Бежать как можно скорее! К ближайшему селению! К военным, к границе! И сообщить! Сообщить через них о том, что тут происходит! А копье тем временем упало на камни, подпрыгнула на них, оставив след крови человека-охотника, что измазал ею это каменное лезвие сжимая, проскользило некоторое расстояние в сторону, и остановилось.

Миг, и существо с щупальцами оказывается там. Еще миг, и вокруг копья образуется целый кокон из щупалец. Еще мгновение, и они все словно бы застывают в остановленном времени.

Пять минут форы для несчастного задыхающегося охотника, что выжимая из себя последнее, с трудом преодолевая пленку барьера, врываясь наружу. На чистый и нормальный воздух! Не обнаруживая за спиной ровно ничего! Словно бы там, не было той местности вокруг группы геологов. Не было барьера, магии… НИЧЕГО!

Но это сейчас и не важно! Главное — бежать. И — сообщить. И Пиг ломанулся дальше, задыхаясь от нагрузки, но не собираясь сдавать темп, и бежать хоть немного медленнее.

Прыжки по камням, прыжок со скалы, невысокой, но… под ним, в этом полете, в этот краткий миг, вдоль грунта земли, умудряется что-то проскочить, уйти вперед на несколько десятков метров, разложится… и стать тем самым существом с щупальцами, что озирается по сторонам, шевеля щупальцами повсюду, явно что-то или кого-то ища. И Пиг прямо тут, в этом полете, что лишь секунда. Но для него растянулась в часы от адреналина и действий врага, вдруг понимает — тварь не видит ничего, за пределами плоскости земли!

И это, его шанс! Пусть и призрачный, но он есть! Ему просто… нужно чаще прыгать! И надеяться, что существо, не сумеет просчитать его траекторию, и не перехватит в полете своими щупальцами. А возможно и даже побоится преследовать беглеца вблизи скопления людей на границе, где будут и другие охотники.

Или всех их убьет, и не заметив.

Дилемма — вести тварь туда, рискуя людьми? Или же умереть и… позволить твари резвится тут и дальше безнаказанной нападая исподтишка и в непредсказуемых местах? Или сразу вести существо в город, и…

За место ответа, начавшему прыгать по камням, делая существу без головы словно бы стоп-кадр, Пигу вновь повезло — из леса выбежал дикий кабан, и громко хрюкнув, с визгом ломанулся прочь от их парочки. Привлек к себе внимание щупольцеголовой твари, что тут же устремилась следом, и дала человеку еще немного форы, пусть и явно ценою своей жизни — из леса вскоре донесся оглушительный визг и плачь умирающего существа.

Нужно спешить! Иначе так будут умирать еще многие! И не только звери.

Глава 9

После этого собрания-актеров школьного театра, нам дали «свободное время», когда мы можем идти «Куда хотите пойти!» до времени вечернего, а вернее даже сказать — бала ночного, интернационального, основного мероприятия нашего приезда в префектуру, ради которого, можно сказать, все и затевалось, хотя это не точно! И скорее все совсем не так, и даже напротив, все наоборот.

А вот список того, куда мы можем сходить в своё «свободно время», ага. Выбор, но из списка, предложенного, и никак иначе! Как видно большие дяди и тети там, в верхах, не смогли договорится, и решили в итоге «бросить кубик», предоставив выбор мест «посещения звездами» нам самим, заодно заставив нас тем самым держатся подальше от открытой сцены, где сейчас выступает фальшивка Карина с «благотворительным концертом».

А она, кстати, и правда неплохо поёт! И без всякой там «фанеры»! Пения за кадром кем-то иным и… так, надо бы убрать подальше от её сцены новый тазик-наблюдатель с микрофоном, а то её охрана нервничать начала, и что-то подозревать. Профессионалы! В отличии… от этой девочки.

Имея возможность выбрать, мы предпочли посещению аквапарка или развлекательного центра с виртуальной реальностью, вполне себе материальный музей, с материальными историческими экспонатами, в том числе и с представленной экспозицией ушедшей эпохи. К неудовольствию всех наших кураторов! Этот пункт в список, был явно добавлен «просто так», так что… им там, сейчас, спешно все готовить, к нашему явлению народу! Эвакуируя из музея, этот самый народ, явно лишних людей, и всякие группки «туристо», да под предлогом пожара, ага.

— Придурки.

Но нам и правда хотелось бы поглядеть на то, как выглядел мир до великого бедствия двести лет назад. То, что попало к нам в ручки вместе с горами и грунтом, уже выглядит весьма интригующе, но этого мало! Хотелось бы еще! Хотелось бы поглядеть на записи в подлинниках, на технику, на то, как выглядел быт…

Но музей сказал нам: «Обломитесь, дети!», ведь в музее, как оказалось, нет ни единого реально исторического экспоната, интересующего нас исторического периода! Всё… сплошная подделка! Реконструкция! Замена «из современных материалов, по образу старого изделия, для сохранения его целостности». И порой это даже и не скрывается!

И даже если смотреть на более старую, или современную эпоху, времен ста пятидесяти летней, или тысячелетней давности, то и тут выходит какая-то белиберда! И экспонаты порой… словно бы перепутаны меж собой! И люди после бедствия, по мнению музейщиков, ездили сугубо на телегах, запряженных людьми, хотя с тех времен, до наших дней, почему-то сохранились вполне себе современные видеозаписи, где люди ездят на вполне себе опрятного вида авто, пусть и не всегда современного дизайна. А люди, тысячелетней давности, почему-то бегали по свету с палками и копьями вместо оружия, хотя вполне себе известно, тогда тоже, была эпоха, мало отличная от современного вида Залиха, особенно по части оружия.

Всякого вида винтовок, если верить инетику, откопано из-под земли или поднято с одна океана настолько много, что можно почти с уверенностью говорить, что с чем, с чем, а с оружием тогда все было уж очень неплохо! Пусть и не очень ясно, когда «тогда» это было, триста, пятьсот, тысячу лет назад. Есть еще предположение. Что тогда была некая «большая война», а возможно и ни одна.

Но вот с кем и как сражались — неизвестно, в сохранившихся до наших дней источниках информации все очень противоречиво! К тому же — там в принципе очень мало полезной информации! И в основном это всякий цифровой мусор, вроде тысяч фотографий одного котика на одном носителе, или себя любимого на фоне чего-нибудь на ином доступном, уцелевшем, и расшифрованном хранилище памяти.

Чего-то стоящего, до наших дней, официально, и не дожило вообще! И неясно почему. Однако по крупицам и обрывкам сведений из этих вот, мусорных фотографии, каких-то статистических отчетов, и из прочего хлама, ученые смогли довольно многое извлечь, и многое понять, восстановив картину мира по кускам.

Правда, это все, все равно лишь домыслы! А значит — споры неминуемы. И даже, казалось бы, объективно неоспоримое, оспаривается, и одними считается, что весь мир прошлого делился на три сверхдержавы, другие вписывают туда еще одну, четвертую, третьи оспаривают это все, говоря, что существовало лишь два лагеря, и точка, ну а четвертые говорят, мол это все бред, и континенты меж собой делили тысячи стран, лишь номинально, состоя в неких союзах, и у них тоже, есть масса доказательств своей правоты.

Тоже самое и по части технологий! И именно поэтому, я всё хотел увидеть своими глазами, а в идеале, еще и пощупать руками! Но тут… хех! Что это за копь вместо винтовок и ружей?! А машины тех лет, вы почему не в тот отдел запихали? А это вообще, что?! Станок для кастрации рабов?

Эээ… насколько я знаю, и насколько про прошлое вещает та же официальная история, не было в Залихе никаких рабов за всю его историю! Исключая гоблинов и орков, но им, хех, по размеру эта штука не подходит. Так что… есть вопросы и к тому, ЧТО это такое, и к тому, откуда это ТУТ. Почему, это фигня, непонятного назначения, вообще, выставлена в этом музее, как экспонат, в месте, где, хех, дети ходят!

Надеюсь, после нас. Эту штуку непонятного происхождения и назначения все же уберут прочь с глаз, с самого видного места музея. Как понимаю, выставлена эта хня на показ была чисто ради того, чтобы показать, как тяжело жилось крестьянам прошлого, но эффект от неё… спорный.

В музее этом явно работают сущие бездари! Ведь если уж у них было «бесхозное копье» которому нужно было позарез присвоить эпоху, то уж воткнули бы её во времена пост разломовые, когда производства порохов было утрачено, и люди лишь выгребали запасы того, что осталось на планете с эпохи до кризиса. И по мере исчерпания количества запасов, все больше переходили на то, что удавалось добыть в подземельях — палки, копья, мечи, иные пыряла. Нельзя пырять? Зарядим в лук, используя обломок за наконечник стрелы! Не летает на стреле? В рогатку, вместе с куском свинца! И вся проблема!

История сильно не линейна, и мне было бы очень интересно посмотреть на неё в деталях, но тут… даже тележка переселенцев, явно какой-то супер новодел двадцатилетней давности, пусть её и откопали из толщи грязи, с глубины болота, вместе с трупами этих самых переселенце, в рубахах ручной работы и без трусов.

Эта телега, что выставлена тут как важный экспонат, вместе с фотографиями трупиков, явно принадлежит дикарям из диких земель Залиха! Тех, кто там и сейчас живет не зная ни электричества, ни чего иного технологичного, и у которых там сейчас, непонятно с чего, началась масштабная войнушка, с переделом власти и попыткой навязать всем отдельным «вольным племенам» нечто похожее на централизованную власть, с единым королем.

Впрочем, поход в музей не вышел совсем бессмысленным, даже несмотря на то, что и в хранилище его, куда мы все же упросили служащих нас пустить, не нашлось ни единого нормального экспоната. Зато нашелся доступ к базе данных всех музеев и экспонатов страны, и быстро прошерстив систему, под фугование работников, я нашел места, которые точно стоит посетить, где должны быть, интересующие меня вещи.

Я конечно не уверен, что там тоже есть обозначенные в базе подлинники! Но зато, если они там все же есть… я многое получу! И о многом узнаю! Если хотя бы один из вот этих вот, древних компьютеров, находится хотя бы в условно целом состоянии, даже если уже окаменел, и оболванился давно, и его… можно будет пощупать руками.

Я смогу понять технологический уровень, развитие технологий пред бедствием, и даже, возможно, сумею установить причины произошедшего. Ведь Хаос, не умеет сам находить новые миры! Нет у него ни органов чувств, ни чуйки, и изнутри, из глубин, никто не в силах ничего почувствовать, пока кто-то снаружи, из материального мира, как-то не обозначит для них новую землю.

И обозначить можно просто прилетев на новое место сквозь пустоту, приведя за собой «на хвосте» внимание тварей Хаоса. А можно… и самим для них себя обозначить, показав свои мир, для того измерения, что-нибудь отчудив, проводя некий эксперимент. И чаще всего, это происходит в попытках полететь быстрее света, но иногда и в поисках нового источника энергии, или даже — наслаждения. И я не могу исключить ни того, ни иного варианта

После музея, нас доставили в резиденцию, где пройдет бал. Опомнились-сообразили, как мы, хех, выглядим — красивая одежда, и растрепанные волосы! Украшения с брильянтами, как на папуасских вождях, и голые ножки как у них же! И это все, естественно, неприемлемо для серьёзного мероприятия, где будут в том числе и иностранцы, в том числе и те самые папуасы и зулусы! И… решили нас приодеть и расчесать.

— Ну, попробуйте. — усмехнулась сестрица, глядя на целую толпу девочек с расчёсками, и уселась в кресло парикмахера, без проблем подставляя под ручки девиц свои волосы и спину. — Только пока меня не расчешите, — зыркнула она на иных девиц, подходящих ко мне со спины, — к брату даже и не подходите, хорошо? — сказала она «хорошо», что звучало исключительно как «Убью!» и девицы все поняли без дополнительных пояснений, и бледнея лицом, поспешили убраться от меня подальше, во избежание смерти.

Я усмехнулся, понимая, к чему это все ведет-приведет — у сестрички волос, что стальная проволока! Вернее даже сказать, проволока из особого сплава, которую не взять никакой расчистке. Не распрямить, не прочесать… и мыть водичкой, и сушить феном, точно бесполезно. Тут нужна… строительная тепловая пушка на ацетилене! Не иначе.

Собственно, девицы в этом убедились фактически мгновенно — вставленная в волосы расчёска, остается стоять там, где была воткнута, как не тужся, и не висни на ней всем своим тельцем. Хоть волосы при этом, выглядят… волосами! И не выглядят настолько спутанными, и даже близко не скатанный войлок. А вода, и всякие шампуни, с волос стекает так, словно бы шевелюра пропитана жиром! Пусть вместо него, все делает магия, и эффект от этого даже еще более крут.

Я же в это время, стоял рядом, даже не думая садится в предложенное мне кресло — неположенное! Сестренку вперед! Сестрица, на тех, кто ко мне хотя бы приближался, смотрела злобно, так что они быстро ретировались, присоединяясь к попыткам расчесать её волосы, и… все бесполезно! И я, поэтому, творил в тайнике специальную расчистку, специально для неё! Причесаться нам все же стоило бы.

— А теперь, это всё попробует сделать мой брат! — громко заявила сеструха, указывая на меня всеми конечностями, вскидывая ножки в верх, развернувшись на кресле ко мне лицом, видя, что все попытки людей провалились, а я закончил творить свои инструмент. — Давай братишка, покажи класс!

И я показал! И я всё расчесал! Под мурлыканье сеструхи, тарахтящей трактором и иногда звонко помявкивая, от чего почему-то все люди-стилисты, сбились в кучку в самом дальнем углу этой гримерки, и смотрели на нас, ну очень напуганными глазами.

После того, как все расчесал, не сильно долго думая, решил заплести сестре косу, тугую, до самой ягодицы, такую, чтобы потом было удобно её за неё таскать и кидать! И сестра все поняла! Тихонько рыкнула, но позволило мне сделать задуманное!

И косичка вышла на загляденье! Особенно учитывая то, что я надел на конец косы «резинку для волос» в виде наконечника копья, на кольце из высококачественного метала подземелья, стянувшего хвост косы, ужимаясь в диаметре с чудовищной силой. И сестренка… ответила на мою заботу тем же, и заплела мне почти такую же косичку, когда взялась приводить в порядок уже мои волосы.

— Ну не мне же одной за косой следом летать. — прошептала она мне на ушко, закончив процесс. — Хотя я не против, чтобы ты мне так… заплетал косу буквально каждый день. Всю мою жизнь, все тысячелетия. — не понятно к чему, дополнила она свою фразу и улыбнулась.

И косы у нас получились, какими-то… неправильными! И не только потому, что обрамляет их конец весьма массивный набалдашник-наконечник вполне себе боевого копья с колечком, и не только потому, что без гривы неухоженных волос, мы выглядим непривычно, и сами себя в зеркале не узнаем, и почему-то выглядим как-то… агрессивно.

И даже не потому, что сама наша коса, явно, оружие, а не просто, прическа! И вообще — мы словно бы к бою готовимся, а не к мирному балу! А потому, что с таким видом, мы похожи на тех, кто идет громить, а не праздновать, на тех, кто злые, жестокие, твари! Хотя коса волос, сама по себе, символ совсем иного дела. Символ мира, и смирения — так заведено в этом мире!

И стилисты не рискнули противится нашему выбору в одежде, которыми стали кожаные черные штаны, куртка, такие же перчатки, и сапоги с набойками, и все, из весьма и весьма качественных материалов с той стороны.

Мероприятие, что должно было стать нашим основным времяпровождением в префектуре, было интересно не только тем, что это бал на всю ночь, да и вечер тоже, но и тем, что оно как бы международное, и на него заявятся куча кучная представителей разных стран, в том числе и ребята из-за океана, и сюзерен.

И тут даже есть подозрения, что мы на этом празднике жизни, не «звездные гости» что нужны, для привлечения к нему внимания, а скорее напротив — отвлекающий фактор! Чтобы отвлечь от главной звезды, от фальшивки, и никто и ничего не понял.

Все же, этот вечер, официально зовётся «Балом Охотников»! И тут, по идее, должны быть только охотники, приветствующие новенькую в своих рядах! Поздравлять, чествовать… еще что делать за закрытыми дверьми! Но в реальности — не только они, и никаких «закрытых дверей». Хотя охотников будет все равно не маленько, но все же, вряд ли хотя бы половина из прибывших на этот праздник. Хотя и этого уже достаточно, чтобы легко раскрыть подлог, и… испортит событие, вскрыв подлог «на пороге».

Туча охотников, в том числе и иностранных, которых просто так не заткнуть! Короткая дистанция, зрительный контакт, магическое прикосновение… и пара маленьких деточек, чья сила всем известна и доказан, что в магическом восприятии, тоже, ощущаются вовсе не на свой ранг! Что уже само по себе, должно снять с этой Карины-певицы-надежды людей, все подозрения в фальшивости и обмане людей, по части её силы.

А возможно, этот бал что-то вроде случайности в списке программ, а основа, это то, что было в начале дня, с утра, и будет завтра, и что признано нам показать — охотники не управляют миром! И вступление в ранг, это приведение к присяге! Что-то вроде клятвы, служить верой и правдой, всегда и везде. И как бы не хотелось не служить.

И клятву эту, в своё время приносили все охотники-пятерки страны, за редким исключением, в виде одного своенравного кота, что вообще, к самой то «присяге» был приведен насильно, и выглядел на записи его выступления… забавно. Я смотрел это видео еще в Сиэле, и там молодой «котик», словно бы школьник, которого директор привел извинятся пред радетелями побитого им сверстника, бормотал себе под нос что-то невразумительное, и не особо похожее на извинения. Мило, забавно, опасно — запомню! Отомщу!

Вот только клятва эта вовсе не стране и народу! А… в первую очередь — партии, потом — аристократии, потом вообще непонятно кому! И я уже активно думаю о том, как изменить текст этой клятвы под себя и для нас, для нашей церемонии, потому что говорить то, что говорила Карина на церемонии своей даже в шутку — я точно не буду и сестре не дам! Я, своё слов ценю! И её этому же учу, а тут… нет, без нас такое дело! Без нас!

Так что все эти попытки, показать нам, как должна проходить эта церемония, и как оно правильно, для нас, скорее имеет обратный эффект! И мы, учимся, как точно делать не стоит, пусть и старательно делаем вид, что наоборот, одобряем все происходящее, и даже не капризничаем сверх меры — нам же заплатили! Так чего выгибаться то?

И на этом балу, где мы, то ли звезды, то ли отвлекающий фактор, или же случайные гости, мы, как и все прочие охотники, должны будем поприветствовать новую звездочку мира. Её же тут поприветствуют и охотники иностранных держав, сюзерен, ребята княжеств, что чувствуют себя тут крайне неуютно — вшивые двойки, что в их реалиях пик силы и самые крутые, а тут… просто пыль, даже на фоне четверок.

Свои охотники, где от пятерок, от элиты страны, выступят парочка сладких кисок, в виде Тигра и Львицы, ну и мы, что пойдем сразу за прочими пятерками, пред всеми остальными охотниками, и непонятно, почему так, ведь номинально — мы не совсем пятерки! Не признанные! Клятв не давали еще никому. Видимо нас причислили к первому классу силы, по классификации рангов охотников княжеств, ведь именно они, пойдут сразу за нами, хоть и по силе, должны были бы идти где-то в самом конце, где-то с прочими двойками.

И на этой церемонии приветствия, мы впервые увидели эту девку вновь, с тех пор, как видели её в офисе ассоциации в Сиэле. И…

— Что-то тут не так. — шепнула мне сестрица, хмуря бровки, неотрывно глядя на неё, стоя возле меня, под ручку.

Павел сидел в своем кабинете и уже вполне привычным образом хмурил брови. Но на этот раз, причиной его плохого настроения были не очередные терки с кем-то из правительства, не проделки собственных людей, что что-то отчудили, и даже не явление неких невидимых убийц по его голову.

На этот раз причиной хмурого вида, были… анализы. Очередные результаты исследования, что прислали ему уже из четвертого места, и что подтвердили одно и тоже. То, что он, по сути дела, и так уже знал — копья детей-пятерок, сделаны из гранита, родом исчезнувших гор.

Можно было сказать — да кто дал такую точность? Можно было бы подумать — да это все заблуждение! Можно было даже предположить — явно ведь подстава! Или — и что такого то? Гор много! Камня немерено! Дети могли взять гранит откуда угодно, и даже оттуда же, из того самого места, до всего этого вот всего, до провала с исчезновением, ведь они там бывали! Но… для всего этого есть свое великое НО.

Точность дает то, что пробы грунта для изотопных исследований там брали как раз недавно, и копья детей, имеют поразительное родство с эталонными образцами, словно бы сделаны из того самого камня, в котором бурили скважины ученые-геологи, желая сделать какие-то свои выводы, по происхождению гор на границе стран.

Идея «Да они просто набрали камней оттуда!» разбивается о камни того, что копий на головы тварей детки сбросили ну просто невероятно большое количество! Больше десяти миллионов! И учитывая, что каждое копье весит чуть больше четырех килограмм — больше сорока тысяч тонн камня детки оттуда увели «и остались незамеченными», больше шестнадцати тысяч кубических метров породы! Что было просто взято «с собой где-то по пути».

Примерно семисот тридцать железнодорожных вагонов! Что, как бы, не та масса и не тот объём, что может быть подобран по дороге, незаметно, и на бегу «подобрав пару камешков». А на долго детки от людей Павла в своем везите в Гром не отлучались, и никто не сообщал Павлу об открытии нового каменного карьера прямо близ государственной границы, откуда родом камень их копий.

Идея того, что все это ложь и провокация, тоже не выдержала критики — все проверено не на один раз! И в самых разных лабораториях, не всем из которых вообще сообщаюсь, что за образцы они изучают и сравнивают. Просто… давали работу над невзрачным камешком, со следами магии, и все на этом, изучайте, как хотите. И все эти места, подтвердили одно и тоже — копья оттуда.

К тому же, копий много — и Павел проверил разные образцы! Много образцов! Даже нанес на карту примерное месторасположение «родства» доставшихся им в руки снарядов. Тех, чьё родство можно было установить. Они… не из одного конкретного камня! А из… трех, хотя точное «родство» можно установить только двум местам, где вели заборы породы геологи. Третье же место, тот самый «плавающий» он может быть, как от сюда, так и на тысячу километров в любую сторону вдоль линии гор.

Факт того, что дети убили монстров копьями, сделанными из земли, что бесследно исчезла неоспорим. Для Павла, после всех этих изысканий, так точно. Другое дело — что дальше? Идти и тыкать детям в вину, что они, именно они! А не какие-то монстры, этот их некий «хаос» который они частенько поминают, или еще что-либо, увело у мира территорию? И… быть похожим на самоубийцу? Ведь если раскрыть этих монстриков, выставить им эти обвинения, загнать в угол, они… вполне могут и убить, слишком разговорчивого «дядю» чтобы не портил их игру, их песочницу. Их образ спасителей и ангелочков.

Идти, и просить у них ответы? Просить… так больше не делать? А… будет ли от этого прок? Или они опять навешают лапши на уши, прикинутся невинными дитятками, и заставят столь удобного несчастного Павла, и дальше работать на себя, отмывая им репутацию.

Дети очень хороши в манипуляции человеческими эмоциями! Да, они плохо понимают человеческое общество — не от мира сего! Но в тоже время — хорошо понимают сами эмоции отдельных людей, и… играют на них, словно бы на неком музыкальном инструменте. Вызывают жалость, сочувствие, сострадание, сопереживание их бедам и радость их подвигам, и даже гордость! За них, за «моих маленьких крох»! Что сделали так много, что терпят так много, что… не враги людям!

— Чушь.

Они просто маленькие хитрые лисы! И, найдя в сентиментальном старике отклик, давят на больное! Заставляют… его служить себе словно бы собачонка! Они… уже слишком хорошо его изучили! А значит, в случае беседы, сумеют его убедить, в своей невиновности и правоте.

И какую бы чушь эти «детки» ему не сказали — он им поверит! Эмоции и сантименты, а возможно и какое-то воздействие магией или еще чем, просто не дадут ему, старому волку, не поверить всем словам этих монстров, каким бы бредом и аморальщиной они не были, и каким бы бедам не вели в дальнейшей перспективе.

Тем более что в кратких сроках, все может быть очень и очень неплохо! Идти к улучшению, подтверждаться фактами! И вообще — дети не врут! Но в тоже время — недоговаривают, играют словами, извиваются словно змеи! И… выворачивают всё факты в свою пользу, попутно играя на «рояли» эмоций.

И он будет им верить! Будет считать, что все так и должно! Думать, что они и правда заботятся о мире и людях! Хотя на самом деле… воруют и людей их землю прямо у них из-под ног, как они… уже сделали и, как видно, не раз — в Сиэле, на окраине города, ученые обнаружили аномалию, до боли похожую на ту, что появилась на месте пропавших городов приграничья, только меньше. В разы меньше, и не такую… аномальную, словно бы… более аккуратную, и тщательно скрытую от глаз. Как видно, следы там, прибраны лучше чем тут.

А еще люди… и детки эти, эти сцучьи человеколюбцы, так ничего и не сказали, что стало с теми двумя миллионами, пропавших безвести людей, живших на исчезнувшей территории земли! Свалив все… на обращение в монстров!

Ну а забота о людях, постройки домов, прочее… это все показуха! Театр! Просто… баловство! Игра в песочнице и кукольные замки! Один из которых, большой и каменный, теперь высятся прямо посреди города. и что-то непонятное делает — исходящую от него магию не заметит лишь слепец, к ней нечувствительный.

Они… монстры! Определенно маленькие монстры! Без человеческого лица. Но хорошо маскирующиеся под самую невинную форму человека — под детей! Давят на больное, манипулируют человеческими слабостями, и надежно прячут свои истинные лица. Что, впрочем, всё равно порой всплывает наружу — «девочка» не так хорошо контролирует себя, как мальчик, и… палится временами, когда его нет рядом.

И дело не только в том визите к нему в кабинет, когда она просто прорезала пространство, чтобы зайти. Она… и в иных местах, ведет себя почти так же, когда её партнера нет рядом. В больницах, куда она зачем-то ходила, наведавшись в целый список разных клиник, в первую очередь тех, что так или иначе связаны с рождениями детей и женской репродукцией, и… Павлу уже страшно от одной мысли о том ЗАЧЕМ этой маленькой бестии могло понадобится посетить такие вот места.

Она же… не человек! И… просто играет! И все её действия, как и действия её «парня», даже убийства других монстров, направлены только на их собственное благо и благополучие! Но никак не на благо человечества. Они просто… расчищают себе место! И избавляются от конкурентов. И Павел стал… невероятно удобным для них инструментом, и от того, дети столь сильно заботятся о сохранности его тушки.

— Ублюдки.

Но что ему делать? Как быть? Восставать в открытую нельзя — столь резкую переобувку в прыжке никто не оценит и не поймет! Он слишком много сил и времени потратил на пропаганду и восхваление этих «малюток» что теперь просто не может все повернуть назад «по щелчку пальцев» и топота «левой пятки».

Народ не поймет! Народ видит в детях героев! Спасителей и благоверцев! И даже скажи он им с трибуны «Они воруют нашу землю и наших детей!» даже те, кто поверит, не побежит восставать, сказав — ну и что? За все надо платить.

Даже его, Павла, близкие сторонники не оценят такой ход! Действие, направленные на диаметрально противоположную «политическую позицию», настоящею «смену обуви в прыжке», смену целей на мосту, и попытаются его переубедить, отговорить, вернутся на курс…. Как минимум убедят в том, что резкие движения ни к чему, и подготовка нужна старательная, и тайная, а не такие вот… резкие ходы…

— Тайная… — пожевал губами Павел, словно бы пробуя это слово на вкус.

Да, единственный способ победить маленьких кровожадных монстров — держать все в тайне. Он, впрочем, так и планировал, хотя хотелось поступить совсем иначе — побежать, поднять всех в ружье, и… наверное умереть, под стенами того проклятого замка. Ведь там, они, эти «дети» почти боги! И он видел это своими глазами. Детей в замке им, да и никому, не победить, и именно поэтому эти «деточки» столь сильно жаждали возможности построить этот свой замок, где-то на здешней земле.

Для битвы, необходимо любыми судьбами выманить их оттуда! В идеале — как-то уничтожить замок, пока в нем не будет этих монстров! Благо что такая возможность есть! И вот прямо сейчас все можно осуществить! Но… некому. В городе из пятерок, осталось только Мирана, и она не боевая единица, а спец по защите, и она… слишком боится этих детей, чтобы идти против них всерьёз. И неизвестно еще, что именно с ней сделали эти дети, хоть все и утверждают, что все перемены к лучшему.

Нужно время! нужно собрать самую настоящую армию! Привлечь на свою сторону максимум, и сильнейших, всех, кого только можно подбить под это дело! Сюзерена, заморцев… всех! Ведь пара этих с виду безобидных монтриков, по силе будут явно как подземелья высшего ранга! И непонятно вообще, как их убивать даже в теории.

И непонятно как собирать эту армаду, в режиме тайны и секретности, ведь дети… уже сейчас, словно бы вездесущи, и явно развиваются, и власть их… только растет. И если уже сейчас, они могут перебрасывать записки на другой материк по щелчку пальцев… страшно думать, что будет уже через год.

Нужно много, очень-очень много подготовки! И поиск союзников. Даже средь врагов. Даже среди партийцев, Яузы, и прочих! В конце концов — дети и их враги! И теперь, Павел понимает, что возможно даже оправданно, а не просто, вот так вот, получилось.

— Все перевернулось с ног на голову… — пробормотал он, и подумав немного, достал из стола пачку документов.

Документы о смене статуса, и прочие важные и нужные еще вчера решения и прошения, что уже сегодня, стали бумагами, работающими на врага. И пробуравив их взглядом с полминуты, не решаясь уничтожать плод труда месяца работы, и ища им хоть какое-то применение, что не будет работать на врага, Павел, все же их уничтожил. Рубикон пройден, обратной дороги нет.

Буквально в следующий миг, словно в ответ на его действие и сжигание бумаг прямо над своим потрясающим размерами столом, дверь в его кабинет открылась, и влетел взъерошенный помощник. Сообщил, что на границе «некий монстр» громит части военных, в том числе и военных сюзерена, вынудив их объединить силы, что в хлам необычно уже само по себе.

Идет бой, огромные потери личного состава и техники, и им срочно нужно подкрепление. И кроме краткого описания монстра «человеческое тело, щупальца вместо головы», и того, что тварь не берут никакие пули — они словно бы сквозь него проходят, не причиняя вреда! Хотя сама тварь, вполне может завязывать из танков кренделя, передать больше ничего и не успели — связь прервалась, связаться вновь так и не удалось.

Павел, выслушав короткий доклад, на секунду задумался, обдумывая ситуацию. Его взгляд, рефлекторно метнулся к толстому сейфу в его кабинете, проявившемуся тут совсем недавно, и за слоем надежной изоляции хранящий в себе пару «опасных артефактов» от чудовищных детей.

Там, лежат сразу пара статуэток, средство «экстренного призыва» и возможность использовать этих монстриков в каких-либо делах, но… нет. — твердо решил для себя председатель, и отвел взгляд, — Если уж думать о том, чтобы как-то избавится от угрозы этих «маленьких монстриков» то нужно как минимум научится решать свои проблемы без их участия.

К тому же, там, на границе, всего лишь обычный монстр! А не два чудовища в человеческой плоти. Там, просто обычная тварь с щупальцами, что всего то вяжет танки! Наверное. И возможно именно её и ищет там сюзерен! А значит уже скоро там будут его охотники! И это будет шанс, с ними договорится, и… заключить новую, очередную сделку, на этот раз… правильную.

И неважно какого уровня там тварь! Восьмого, девятого, она всего одна! Вне подземелья! И даже если сюзерен и задержится, группа из четверок сумеет с ней справится. А Павел… поможет. Ему нужно быть там, чтобы не упустить возможность договорится! И к тому же — давно стоило было размять свои кости, и выйти «на прогулку» за пределы города! Сходить на охоту на тварей подземелий, и прогуляться до гор, что стали столь близкими к городу.

И хотя бы так, избавится от страхов, от страха ошибиться вновь, от сожаления, что ошибся раньше. От… воспоминаний о прошлом! От того, что как видно стал просто игрушкой в руках у нелюдей! И шансов вырваться… наверное и нет.

Решено! — решил Павел, и сам себе кивнул, глядя на ожидающего его решения помощника. — Группу и в путь! Решим эту проблему за денек и вернемся! Вновь окунаясь в рутину, и начнем обсуждения тяжелого вопроса противостояния двум сверхсильным существам, кровожадным, и имеющим свой оплот в этом мире.

Но все же, пред уходом, решил взять с собой одну из статуэток. Так. На всякий случай! В конце концов, главное правило уважающего себя стратега, это сталкивание лбами своих врагов, и наблюдение за боем со стороны, пожевывая сухарики.

Зачем драться с чем-то, что не по зубам? Попутно думая о том, как разрушить гору! Когда можно просто заставить два камня биться друг об друга, перемалываясь в песок и щебень. Так что в случае чего… статуэтки есть и у его людей! Он раздал их многим! Запакованными в специальные контейнеры, экранирующими магию, защищаясь от слежки, и защищая хрупкие статуэтки голой девки от преждевременного слома.

Глава 10

Я кивнул головой, в знак согласия с сестрой — еще как что-то не так! Девица-певица, завешана артефактами словно бы ёлка шишками, и от их фона, возникает ощущение, что пред нами, и правда полновесная пятерка! И только идущие самыми первыми охотники сюзерена поняли всю подноготную и суть подделки, но промолчали, как видно имея некий свой интерес во всем этом, или, возможно, желая устроить шантаж.

Иные охотники, в том числе и кошки, даже если и поняли что-то, то уж точно не подали никакого вида от осознания, то ли будучи в курсе аферы, и желая подыграть, получая за это щедрых Юнь на лапки, для своих хотелок, то ли и правда, купившись на подделку.

Но это всё ерунда и это все и следовало ожидать! И даже то, что девица имеет устройства на теле, производства опытного мастера артефактов, что делал это все, явно чисто под неё, а значит — Зачарователь точно в деле! И по самые уши, а не просто «мимо проходил», не делает из неё «подозрительную песню».

Главное, что девица пред нами… не та.

Нет, физически, внешне, все та же краля. Те же волосы, рожа, фигура. Скорее всего и генный код, и биологическое строение тоже, идентично дамочке, хрупкой девочке, что мы встретили тогда, в коридоре ассоциации, под овациями толпы. Но это неточно — мало данных! И нет возможности собрать, нет оборудования для проведения анализа — сестра не в счет! Но вот с точки зрения магии…

Я помню ту Карину из офиса! Помню её хорошо! Ведь тыкался в неё, как только мог, бился об неё, как только мог! И она скорее была пустышкой даже большей, чем стоящие подле неё ученые мужи! Но всё равно, что-то в ней было, и это что-то… не сходится с тем, что я вижу сейчас.

Да, артефакты портят вид. Да, могут искажать восприятие! Но я, почти точно, почти на сто процентов, почти с гарантией уверен — энергетически пред нами совершенно иной человек! И она — приходится родственницей, отходящего от неё прочь после всех приветствий Тигра! И она, совершенно точно, охотник, пусть и всего лишь двойка.

Что это за фигня?! — проорал я саечкой в своей душе, подходя к ней для поклонов приветствия, а сестрица… была подозрительно спокойна, и лишь иногда, шевелила носиком, внюхиваясь в ароматы этой крали, пробивающиеся наружу сквозь защитные барьеры артефактов.

Девицу-именинницу, постарались защитить от чужих сил как только можно! Ведь пусть, тут никто не решится кидаться в драку, из уважения к собравшимся, даже имея к ней некие счеты, но вот придавить силой, выпустив магию… можно вполне! И… будет конфуз! И позорище, если пятерка, просто заснет от чужой маны на собственной же церемонии вступления в ранг.

И я до последнего опасался, что сестрица подобное отчудит! Выпустит магию на волю погулять, дыхнет на неё, ненароком, ведь на подходе к «жертве», она еле сдерживала свою силу в себе! Будучи похожей на дырявую лодку, хозяин которой затыкает течи носовыми платками. Тут, там, сям…, а все равно всё мокро!

Усыпит весь зал зевак, сломает технику! Или и вовсе — пробьет дыру в Хаос! Просто потому, что может! Но сестренка показала выдающеюся выдержку, и удержав все в себе, запечатав все столь глубоко, что словно бы стала обычной девочкой, подходящей к великолепной пятерочки, сияющей надежды человечества.

Сестра, даже виду не показав, что негодует! И по её виду, во время взаимных поклонов, я даже подумал, что ей и правда пофигу, вот только сестра, в этот миг, все же выкинула фортель, ведь из её тела выскочила трехметровая иголка, толщиной в пол миллиметра, угодила в ногу девицы, пробив всю её хваленую защиту словно бы её и не было, и тут же нырнула обратно в тело сестры, но уже с собранными образцами.

Фальшивка, несмотря на всю скорость действия, несмотря на то, что игла сделала выпад, забор крови и кожи, и уход обратно в тайник, где-то за две десятых от секунды, все-таки что-то заметила. Как видно какой-то из артефактов её об этом оповестил.

Зашевелилась охрана, Львица пошевелила носом, как видно почуяв пролитую кровь, но более никаких действий не произошло, ведь мы, окончательно раскланявшись, тупо ушли, отойдя от жертвы на почтительное расстояние, как и подобает этикет и план мероприятий, уступая место для приветствия иным охотникам, тем, что из далёкой заморской страны.

— И что ты узнала? — полюбопытствовал я, спустя пять минут, наблюдая как сестренка, мучает добытый материал внутри тайника.

Вернее, скармливая часть собственной же кровеносной системе, своим… клеткам тела, что охотно растаскивают чужеродную плоть на запчасти, как видно еще и крича на ходу, что-то вроде «Мясо! Свежее мясо! МНЕ! МНЕ! МНЕ!», а вот остальное — реально по-всякому мучает в нашем тайнике, в том числе и силясь заставить ткани размножатся. Но в условиях того мира, добивается лишь гибели всего туда принесенного. Там, нет место жизни. Совсем.

Сестра, в качестве ответа, пожала плечами, и недовольно прикусила губу в тот миг, как последняя клеточка фальшивочки сдохла в тайнике, несмотря на все труды сестрицы, силившейся этого не допустить.

— Только не говори, что ты и эту дрянь решишь встроить в саму себя. — внимательно поглядел я на сестренку, и на бурление внутри её странного тела, со странными и подозрительными «телодвижениями», — Не надо. — помотал головой, точно не одобряя такой подход.

Сестра… определенно лучше меня в магии плоти! Но в тоже время… и я кое-что понимаю! И брать в себя такую дрянь… точно не стоит! И просто ну очень плохая идея.

— Не буду. — пробухтела сестрица, меня успокоив. — Это глупо. Ей жить осталось… всего лишь дней пять.

— Вот и я это тоже заметил, и не могу понять… что она за тварь такая, кто её создал, зачем, и… где оригинал?

— А был ли он вообще? — внимательно на меня посмотрела сестра. — Или это все… было таким вот, с самого начала?

— Тоже верно. — кивнул я головой, и припомнил еще один немаловажный аспект всего этого вот, происходящего — в сети нет ни единой строчки, по части расследования родословной этой вот, звездочки.

Нас, в интернете просто выпотрошили до седьмого колена! Узнали кто наши прабабушки и прадедушки, дяди, тети, прочие. Опросили всех, кого могли! А вот с ней… все как-то тихо! Мы… затмеваем? Или же… тут тоже какой-то… подвох и план? Надо бы узнать! Хотя боюсь, прямые запросы на тему ничего путного мне не дадут.

— Похоже, кто-то продолжает играться в попытки создать искусственного охотника.

— Ага. — кивает сестренка, в знак согласия, и через миг что-то осознает, и внимательно смотрит на меня, — Брат, а ты что, всерьёз думал, что это теперь твоя монополия?

И я рассмеялся в ответ звонким смехом, привлекая к нашей скромной парочке с тугими косами и вызывающими агрессивными кожаными нарядами внимание чуть ли ни всего зала разом! И в этом, даже есть определенный профит! Ведь помимо внимания визуального, мы получили внимание и магическое, и, так сказать, получили весьма интересные сведения о том, кто есть кто, на этом празднике жизни. И интересней всего, кончено же Сюзерен.

Ведь если Карина, пятерка номинальная в меньшую, сторону, то вот один из трех представителей охотников сюзерена, наоборот, в большую. И если бы в мире официально существовали ранги выше пятака, продолжая градацию с тем же шагом «каждый следующий в двое сильней», то вот этот вот кадр был бы шестеркой, полноценной, и очень сильной.

И мы, в случае драки в честном бою, ему проиграем, без вариантов! И нам его внимание, в целом. как-то не с руки — опасное оно для нас! Он нас сильнее! Его мана плотнее! И… может на нас влиять! Но… от него нам уже никуда не уйти, и мой смех тут точно не причём.

Всего, на этом балу, было трое охотников с островов. Как понимаю их прибыло в страну, на мероприятие, куда больше, но только трое, решили прибыть «официально», как гости церемонии, и почувствовать в этом мероприятии наравне с прочими охотниками.

Все трое, номинальные, и официальные, пятерки, но только двое пятерки реальные. И они точно не выглядят как боевая группа! Скорее… наставник-добрый дядюшка, тот самый человек, чья сила находится где-то за гранью пятого ранга, некая дама-телохранитель, что своими габаритами, на лицо и внешним видом вообще, похожа на весьма накаченного мужика, но с сиськами. И… та, кого эти двое сопровождают-воспитывают, некая девочка-студенточка, лет шестнадцать-двадцать, что несмотря на юный возраст, уже в силе, уже пятерка, и возможно в будущем, сумеет возвысится еше выше, и станет сильнее даже своего наставника-шестерки.

Опасные кадры! Что еще и умудрялись подавлять силу до недавнего времени, лишь издали поглядывая на нас. А сейчас… словно бы проверяют, как мы на них среагируем! И в принципе не только мы! Они… всех тут, испытывают, и наблюдают, стоя на другом конце зала от нас, и… словно бы выбирая «жертву поинтересней».

И кажется наша реакция на их магию, попытка её запутать, закрутить в спираль и не допустить до тел, стала для них весьма аппетитной, даже более интересной, чем предыдущие кандидаты, в виде пары кошек, что просто отбивались движением магических шкур, от вялых попыток их пощупать.

Вот только на балу, все так же полно народу! И официальная часть приветствия еще продолжается, и ведутся съемки, и вообще — они явно не желают слишком сильно привлекать к себе внимание! А потому, и щупают аккуратно и сдержано, и стоят где стояли, сильно вдалеке от нас.

Ведь даже попытка протолкатся до нас сквозь толпу — для них неприемлемо и низко! А просто распугать всех, кого тут и быть не должно, своей силой — а зачем? Мы для них, хоть и интересны, но невелики птицы! И тройка решила тупо подождать более подходящего часа, продолжая удаленно наблюдать и перешёптываться, обсуждая всех подряд, и словно бы продолжая выбирать, ну а мы… мы тоже, продолжили наблюдать, тоже, тихонько шептаясь друг с дружкой.

И Тигра со своей пассией мы тоже обсудили, и их магию и силу — хороши! Но просто пятерки, и по факту, примерно равны нам в мощи, в плотности магии. И поэтому, эти двое для нас, как бы особо то и не интересны — нормальные охотники, нормальные, пусть и сильные, пятерки, без странностей и аномалий.

Их можно было бы изучить, для общего развития и понимания, но для этого потребовался близкий контакт, а они от нас тоже стоят на довольно большом удалении, Да и есть тут еще пара иных пятерок, на которых тоже, стоило бы взглянуть, пусть они от нас тоже, на удалении — традиция! Мы тут, словно бы забияки в комнате для малышей, рассаженные по разным углам!

Еще один гость-охотник, гость с гор Аийского королевства, и его тоже, больше всего интересуем мы двое, и в нем чувствуется плохо скрытый страх — у королевства официально всего две пятерки! И на них зиждется вся их власть. И один из этих важных людей сейчас тут, в месте, где собрались столь много потенциальных врагов. Естественно ему тут неуютно! Но его крепости яиц, можно только завидовать.

Хотя вопрос, зачем он вообще сюда приехал, остается открытым. А нет, уже можно закрывать — охотник собрался с духом, и перестав смотреть в нашу сторону, направился в сторону группы сюзерена. Как видно это место, место встречи с врагом на нейтральной территории. И королевству что-то нужно от островов, с которыми у них, юридически, уже сто лет идет непрекращающаяся война, поставленная на паузу шатким временным перемирием. И возможно ради нормального мира, им и нужна эта встреча.

Второй иностранный охотник, визитёр с континента Ваа, темнокожий, частично покрытый шерстью бугай, в набедренной повязке. Его мы интересуем условно, возможно, чисто как пища! Хотя скорее — как рабы, рабочие, приложения к станкам. Но больше всего, его на этом балу, интересна жратва на персональном столе.

Так что он, не только выглядит дикарем, но и действует как он, поедая яства за обе щеки, хватая все подряд руками, и толкая в рот, забывая жевать, стоя пред огромным столом стоймя, не зная для чего нужны стулья. Ну и создаёт вокруг себя зону отчуждения летающими объедками, крошками, и брызгами жира. А свои богатые наряды пачкать… мало кто хочет. Да и быть убитым куриным ребрышком… никто из гостей, как-то тоже не желает.

А вообще, интересно, что ребят с этого континента сюда вообще позвали-пригласили-пустили! У Залиха, очень тяжелые отношения с мрачными государствами этого континента! Что с Зулусами, что с Туземцами, и я хорошо понимаю почему! И дело не в дикарстве, отсталости, или еще чем-то таком, и не в простоте нравов жителей этих племен, для которых за норму наделать кучу прямо подле обеденного стола!

— О ужас!

Не в традициях, культуре… хотя все же в них, но не вот в этой вот кучке, и покрытых шестью руках, перепачканных жиром, а в том, как жители этого континента, относятся к собственным детям. Кем для них, являются их отпрыски, их плоть от плоти.

У них там, за норму детское рабство! Боле того! На их заводах и фабриках, которых у этих дикарей не так уж и мало, несмотря на традиционную одежду для всех, в виде набедренной повязки, работают только и исключительно дети! Они их рожают, и рожают много, только ради того, чтобы работать заставлять!

И… для жителей Залиха, с их демографическими проблемами, отношениями к детям, как к сокровищу, и законами трясущихся в припадке волнительных квочек, подобное отношение… аморально! И имей Залих возможность пойти войной на этих Зулусов и прочих варваров — точно бы уже давно пошел! Но такой возможности нет, так что зачастую все ограничивается простым игнорированием существования этого «врага», и с их стороны тоже.

Какая разница, кто там тебя ненавидит за океаном. Если сделать всё рано ничего не в силах? А захочет — мы им вирус какой подошлем! Они там… сильны в биоинженерии, и есть версия, что именно туда, сбежали все ученые Залиха, когда восемьдесят восемь лет назад, эта наука в стране, попала в туже опалу, что и охотники, и тут началась настоящая охота на ведьм, на ученых-биоинженеров. А на континенте Ваа в то время… жили настоящие туземцы, без малейшего понимания хоть о чем-то технологическом, и вообще — под колониальной пятой стран двух других континентов.

И ко всему этому есть много вопросов, и непонятно как где искать на них ответы, и надо ли вообще. И непонятно, что этот варвар тут сейчас вообще делает, и почему, время от времени, жуя очередную печеную ногу курочки, с интересом поглядывает в нашу сторону.

А еще, по уровню шерсти на теле жителей того места, можно легко определить возраст субъекта, сколь лет конкретно этому волосатому варвару. Впрочем, можно это и иначе понять, но для этого надо хотя бы заговорить с ним! А шерсть, если не сбрита, сразу все выдаст с головой даже на дистанции, без необходимости общения.

И судя по тому, что у этого любителя жирного, шерсть есть только на руках от запястий до плеч, и на ногах ниже коленей до стоп, ему не больше двадцати пяти, и он еще совсем недавно сам батрачил на неком заводе, у некого станка. И… ему еще сильно далеко до их звероподобной элиты, что будет выглядеть как зверь прямоходящий.

И тем более нельзя его назвать просто зверем, каким их люди становятся к девятому десятилетию жизни, окончательно утрачивая разум, будучи окончательно поглощёнными собственной же звериной сутью.

Этот процесс у них идет непрерывно от рождения, постепенная деградация, со стартом чистым человеком при рождении, пиком разума лет этак в десять, и постепенным превращением в банальное животное к старости, когда всем рулят лишь голые инстинкты, и нормальные звери, порой адекватней. И от плотности магии в теле этот процесс не зависит. Никак.

Пока мы разглядывали этого волосатика, «коты», под вздох поглядывающей на них сестрицы, куда-то свалили из зала, и есть подозрения, что ради тихого, скромного, задержанного и почти невинного, перепихона где-то в туалете, или ближайших к зданию кустах.

Визитер из королевства, за это время, закончил свою беседу с сюзеренам, и раскланявшись тоже поспешил удалится, а девочку-подделочку окружили простые человечки без магии, дабы выразить ей своё почтение, ведь «хоровод охотников» уже иссяк, и официальная часть церемонии как бы все, и можно и им пройтись и поздороваться. Ну а остальным… можно немного потусить кружками по интересам, пред предстоящим вторым актом, в виде танцев-балета. Или чего-то там по плану должно быть? Я в полный план не вчитывался, не интересно, запомнив только то, что было обозначено как обязательная часть программы.

И поскольку в зале стало чуточку посвободней, и тройка людей сюзерена, в которых, если приглядеться, угадывается какое-то смутно далекое родство, двинулось в нашу сторону. А еще, они решили более не сдерживать силу, и просто разогнать всех мешающих людишек магией, заставляя надетые на людей для защиты от сил цаци трещать, и пугать владельцев скорым выгоранием.

И большинство людей решило, что проще убраться с дороге и поскорей, и даже бегом, чем упасть под ноги островитянам, заснув магическим сном, да еще и получить сломанные цаци в нагрузку, да риск сдохнуть, от небрежного пинка, убирающего мусор с дороги охотника.

Сестра, завидев это шествие, по образовывающемуся пред тройкой коридору, тут же прикрыла меня своим тельцем, утробно зарычав. Я, положил ей руку на плечо, от чего она тут же вздрогнула, и как-то скукожилась вся. Обернулась, посмотрев на меня обеспокоенными глазами.

— Сестренка. Спокойней. — улыбнулся я в ответ, говоря громко, четко, и почти на весь зал, мгновенно привлекая к нам, всеобщее внимание. — Уважаемые заморские охотники, — перевел я взор на подходящих людей, будучи уверенным, что нас слышат не только люди, но и масса устройств звукозаписи, натыканных по всюду, в том числе, и валяющиеся по полу, щедрой рукой рассыпанные группой из княжеств. — хотят объяснить нам, почему они упустили портал высшей категории, устроив бедствие на землях Залиха и Вана.

— Боюсь, я не уполномочен обсуждать такие вещи, — не растерялся охотник «шести звезд», мгновенно просчитав все варианты и найдя оптимальный, — однако меня уполномочили узнать, почему камень с вашего замка, как и ваших, хех, копий, которыми убивали орду штурмующих монстров, хе! — усмехнулся вновь, будто бы это смешно, только непонятно что, орда монстров, или факт угрозы, что и не угроза, — По многоплановым анализам, является камням с гор, что якобы пропали в разломе. — вперил он в нас свой взгляд, словно бы желая обвинить нас во всех смертных грехах, желая нашего покаяния, и безуспешных попыток отвертеться.

Толпа вокруг нас ахнула и зашепталась, моя сестрица захлопала глазами, не зная, как реагировать на этот наезд, девка-охотница-сюзерен, та, что молоденькая, сделала ехидную улыбку, всем своим видом изображая «Я победила!», а возрастная мадам-шкаф, сохранила морду камнем. Я же, тоже лишь слегка усмехнулся в ответ на откровенный насмешливый наезд, вернув ухмылку собеседнику, давно зная ответ на этот вопрос. И мне нет нужды это скрывать или стеснятся озвучивать:

— Потому что мы украли этот камень из «пропасти», куда провалилась вся пропавшая территория, вместе с горами и городами.

— Да? — усмехнулся мужчина в ответ, едва сдерживаясь, чтобы не заржать. — Провалилась.

— Ага. — кивнул я, подтверждая слова жестикуляцией, — Просто хоп, и словно бы все вниз упало, рухнуло в некую пропасть, над которой все висело, словно бы вся земля, это пыль на слое льда. Ухнуло вниз! В водоворот! И вы ведь наверняка сами, видели, как оно… упало, и ушло на глубину. Ведь так, о уважаемый?

И это уж точно не мямлинье в попытках оправдаться! А самый настоящий встречный наезд! И весьма серьёзный! И всю веселость с лица охотника словно бы ветром сдуло! И он… сменил стойку с расслабленной, на напряженную, распрямил спину, чуть согнул ноги в коленях, сжал кулаки, и впился в меня злобным взглядом, словно бы… готовясь напасть!

Но вот магия его, пока что не в том состоянии, когда и правда желают убивать, скорее, он перешел из режима «Шутки шуткуем» в режим «Дела серьёзные пошли!» и стал смотреть на меня уже совсем не так, как смотрел миг назад.

Не как на… добычу, что уже поймана, надо только отвязать капкан от дерева, и показать «дочурке» зайчика, пойманную в силок за лапку. Но все еще, все так же, не видя в нас угрозы, врагов, или хотя бы помеху в бою.

Я явно задел за живое в его душенке! Упомянув уж слишком важное, дав неожиданный ответ на почти банальный наезд, которого я ждал уже очень давно, и который был… предсказуем, очевиден, и само собой — ожидаем! Пусть я и не думал, что этот вопрос, первыми зададут мне именно эти люди, а не… кто-нибудь иной, тот же Павел как пример, или те же парни из княжеств. Но это и неважно — мой ответ в любом случае останется неизменным.

— Или хотите сказать, что вы не знаете этого всего? И вас там вообще не было, да? И это не ваши высотные разведчики висели над той местностью все время бедствия? — намекнул я ему на то, что знаю о их наблюдательных фишках, и от мужчины донесся скрип кожи, от сжимаемых в кулаки кулаков. — Или думаете я не знаю, как отличить ваши изделия, от изделия княжеств, что не праве висеть над этими землями в небе, но вполне себе успешно висят выше, просто потому, что вам до них нечем добраться, вы там не хозяева. — и уже ребята княжества, проявляют беспокойство, а человек пред нами, явно понимает, что «замять» и «отвертеться» уже слова-призраки в данном вопросе, раз уж у их врага тоже есть этот, компромат, пусть они его еще не обнародовали, возможно еще, не решили как это сделать, или на что променять.

Беседа для бедного могущественного существа пред нами, что в силах разоружить город другой, просто неловко пукнув, явно пошла не по сценарию! И мои слова, уже не просто слова, а в некотором роде призыв к действию! И посланцы княжеств уже активно шлют доносы к себе на родину, пользуясь тем, что их защищенную аппаратуру, не так то просто вывести из строя даже магией, а связь у них, тоже, весьма и весьма, хороша, и работает везде в пределах планеты.

И они, уж очень долго противостоят островитянам! Пусть их войну, и язык то не повернется таковой назвать — они нужны друг другу, жизненно необходимы! Ведь без них, островитяне упадут в век камня и топора, а княжества, в случае блокады, будут разорены ордами монстров из высокоуровневых подземелий.

Девка-охотница, родственница большого дяди-сюзерена, которую двое взрослых сюда привели словно бы на экскурсию, что весь вечер смотрела на всех людей как на кака, и только на охотников с интересом, вдруг тоже, потеряла сейчас всё своё ехидство, а вид её стал озадаченным, и словно бы спрашивающим у своего старшего коллеги «Пап, это правда? Правда, да? А почему я не знала?».

— Вы наверняка видели все с высоты, — продолжил я говорить улыбаясь, — как исчезала земля в никуда, словно откалываясь кусками. Как потом местность стянулась в пучок, похожий на чей-то задний проход, — кто-то нервно хихикнул в толпе, — и возможно вы даже видели нас… наверняка видели! Ведь вы отслеживаете все перемещения сильных охотников! — к звуку сжимаемых кулаков, добавился тихий скрип зубов, вокруг заклубилась мана, что вынудило нас выдать возможно доступное в ответ, чего едва-едва хватает для защиты, но в тоже время, он нас все равно не в силах достать чисто давлением, не навредив и своим спутницам, ведь мы, равны, а магиия в чистом виде, не различает своих и чужих.

И эти девицы, вне зависимости от возраста и накачиности, обрели озадаченный вид. Вот только причина этому была явно различна! И дама, с телом борца, явно обеспокоилась возможности предстоящего боя, где она, и её подзащитная, может легко умереть. И если будет бой, то в него так или иначе встрянут все здесь присутствующие, и будет очень сложно защищать младшенькую. А вот эта самая мелочь, просто удивилась, что происходящее явно идет куда-то не туда, и она — не понимает почему и куда. И вообще — что происходит, дядь?!

В это же время, в зал вернулись весьма и весьма недовольные происходящим «кошки», и быстро нашли источник проблемы, в окружении очищенной от разбежавшейся толпы площади зала, и шустро задвигались в нашу сторону, по расступающемуся коридору из людей, чьё состояние граничит с паникой.

Всё явно пошло не по сценарию! И это сейчас очевидно вообще всем, и люди, не бегут сломя голову на выход, лишь потому, что не имеют уверенности, что это им хоть как-то поможет, и верят, что драки все же удастся избежать — не совсем же варварские люди тут собрались! Даже если это покрытые шерстью варвары, что тоже, решили прервать свой обед, и внимательно глядят сейчас в нашу сторону.

И все это, не осталось незамеченным для собеседника. И как видно, он оценил ситуацию, понял, что в бою, по меньшей мере трое на четверых, ему удастся победить лишь с потерями, что для него явно неприемлемо, да и бой этот, напрочь лишен всякого смысла. Поэтому, он решил все же не устраивать бойни, и усмирить свою, рвущуюся наружу силу, и унять желание прижать меня к стенке и все вытрясти самым наглючим образом, просто запытав.

Да, ему явно интересно, откуда я такой умный взялся! Он явно хотел бы получить все нужное самым простым путем! Но в тоже время — он не дикарь! И понимает, что самый простой пусть — путь в могилу! Даже несмотря на всю его силу. А жить ему еще, ой как хочется! Так что — улыбаемся и машем! Улыбаемся и машем!

Он успокоил свою силу, мы успокоили свою, все в зале выдохнули, шерстяная пятерка Ваа, как ни странно, тоже облегченно вздохнул, и даже улыбнулся! Явно демонстрируя, что он сюда точно не ради драки и бойни прибыл. Про всех прочих, и вовсе, и говорить не о чем, хотя некоторые уже начали подсчитывать убытки от сгоревших из-за буйства силы артефактов.

Вот только этот бал так-то для охотников! Что-то вроде бала для своих! И людей без магии, тут быть как бы и не должно, а раз уж они тут… ну, сами виноваты! Ведь здесь, проходит что-то типо принятия в семью новенького, со всеми вытекающими «обрядами» в том числе и с «маканием в толчок, сильно борзых». Поздравления, прочее, и… раз уж они сюда напросились, нечего жаловаться, что их цацки поломались!

— Так и что же выходит… вы нырнули Туда, — намекнул шестой ранг о том, куда мы нырнули, и кто-то славно и в голос хрюкнул в толпе, — и нашли там… «упавшею землю»? — и я кивнул, молча подтверждая его слова, — и приватизировали её себе, вместо того, чтобы вернуть?

— Её нельзя вернуть, — помотал я головой.

— Фарш нельзя провернуть назад, — дополнила меня сестра, а девица из тройки охотников сюзерена, почему-то погрустнела.

— Так что не дав образоваться новым подземельям, мы забрали то, что осталось от материального мира себе, чтобы помочь тем, кто в нем еще живет.

— И построить себе замок, да? — чуть ли не крякнул собеседник, мелкая сопровождающая усиленно закивала головой, подтверждая, но не понимая, и вызывая злой взгляд от моей сестры, а в толпе кто-то громко кхекнул, и кажется это был пристроившийся за спины тройки островитян Тигр, получив за это тычок под ребра от своей девушки-жены, начав с ней короткую тихую перепалку локтями. — И чем же ваш замок, помогает людям, а?

— Замок, это просто наш трофей, заслуженная награда. Людям же помогают копья, — не стал я им ни как демонстрировать процесс копья извлечения, чтобы не портить одежду, в которую мы одеты, ведь кожа её, только выглядит простой, — Те самые копья, которыми мы убили миллионную армию тварей, — кажется, какому-то иностранцу в толпе, стало плохо, и послышались пусть и сдавленные, но довольно экспрессивные ругательства на незнакомом мне языке, — К тому же, думаю вы заметили, сколь сильно снизилось активность подземелий в последнее время? — улыбнулся я, намекнув на то, что собеседник не заметить просто не мог, как и все остальные в зале.

На половине шарике вдвое упало количество подземелий. Причем, на части этой половины, вообще в ноль, и с зонами расхождения от этого центра к кроям, повышаясь, до нормального уровня на условном «экваторе». И не заметить это было просто нельзя! Тем более что сюзерен, имеет часть островов как раз очень и очень близко к этому самому «экватору», месту, где наблюдался наибольший сдвиг в пространстве всех подземелий, когда старая логика их открытия более не работала.

И мужик сделал очень недовольную моську, а я продолжил, не дожидаясь ответа:

— Всё потому, что мы не дали новым подземельям сформироваться.

— То есть… — сказал кто-то из толпы, весьма и весьма нагло вклиниваясь в беседу, но получив в ответ движения магии подле себя, тут же заткнулся, потерял интерес и побледнел.

— Зато теперь подземелья открываются где попало. — нашел в чем укорить меня этот шестиранговый.

— Это вина не зачищенного подземелья, — вернул я ему «мяч» пожав плечами, а моя сестрица усиленно закивала головой, а потом, украдкой показал язык опешившей от такого молоденькой самочки из сопровождения шестерки, под осуждающий взгляд их обоих от её здоровенной нянечки.

И молодая горячая кровь, тут же начала закипать от злости и обиды — да как она смеет?! Магия вокруг неё зашевелилась, заставив толпу с охом отступить еще на два шага, чертыхаясь на ходу «Чо?! ОПЯТЬ?!». Волосы на дамочке тоже зашевелились, а я понял, в чем её сила — невидимые лезвия! Лезвия из плотной маны! Много! Да она ходячая мясорубка! Измельчитель для овощей и фруктов на ножках! Вот почему она столь рьяно среагировала на слово «фарш»! Ведь в радиусе пары метров от неё, уже сейчас, неосторожный «путник» будет порублен на кусочки, а стоящие рядом с ней охотники её группы… просто получают «поглаживания» по манопокрову — они слишком сильны.

— Незачищенное подземелье, или нет, тут не о том идет речь! А о… — решил отвертеться собеседник, но я ему не дал, грубо перебив.

— Факт есть факт — подземелье не было зачищено — был прорыв. Прорыв привел к бедствию, мы лишь устраняли последствия.

Мужчина скрипнул зубами — с ним подобным образом явно нечасто разговаривают! А стоящая рядом с ним пожилая женщина, полыхнула весьма и весьма яркими эмоциями, это была злость — да как ты смеешь, щенок! Но действовать она пока не спешила, и даже ударом магии по лопаткам своей младшей коллеги, утихомирила эту мясорубку, заставив девчонку озираться, словно бы не понимая, что происходит вокруг.

— Прорыва не было, подземелье было зачищено. — решил пойти в наглую неосознанную собеседник.

— Да? А почему же тогда вы не позвали представителей Залиха, чтобы они убедились, что все выполнено как надо?

— Там был… слишком высокий фон для простых людей.

— Даже для четверок и пятерок? — усмехнулся я, и кивком головы, указал в сторону стоящего у него за спиной Тигра с супругой, нагло пялящегося на врага пред собой, вынуждая его непроизвольно оглянутся, и вообще, чуть сменить позицию, чтобы не быть столь уязвимым по отношению к наглым кошкам.

А Тигр украдкой показав мне большой палец, недвусмысленно выражая одобрение моим словам и действиям, и вообще, всем своим видом показывая, сколь он рад, что мы этих выскочек тут так дрючим, и его к потенциальной драке припахиваем.

А вот супруга его была совсем не рада этому всему! И явно залиться! И нервничает! И вообще, не находит себе места с момента, как они вернулись с прерванных потрахушек! И…, а ведь она явно сильнее своего кота! Но тем не менее… не разделяет его стремления к драке? Чушь! Скорее… переживает, что это все, выйдет им боком в будущем, и… за что-то еще? Или за кого-то?

Скорее последнее, чем первое! Этот человек в зале? Нет, но… где-то… в уязвимой позиции? А сестра моя то почему щеками краснеет, глядя на них двоих, вызывая у самочки льва, еще и приступ ревности, с желанием прикрыть мужа собой, и отоварить чем-то тяжелым мелкую выскочку, что бы не пялилась куда не следует. Хм, сестренки понравился её дальний родственник? Интересно, интересно!

Для охотника сюзерена, мой словесный удар был довольно чувствительным, и посмотрев на даму с мускулами, охотник шестерка понял, что его загнали в словесно-логический тупик. Если скажет, что там было опасно даже для них, даже для пятерок, тогда станет непонятно как они вообще ЭТО чистили? Враки? И не было их там? Если скажет, что все норм, то почему и правда никого не позвали и слиняли? Оставив аномалию на самотек!

И он — явно не ради этой беседы сюда шел и ехал! И вообще — вовсе не мастер словесных баталий! Не его это конек! Не его! И не ради этого он тут! Совсем. И вид у него стал, малость потерянным, пусть и не на долго.

— Боюсь, я не уполномочен об этом говорить. — решил он спародировать всяких иных посланников иных стран, выдав как оружие, их типичную фразу, когда, нечего сказать.

Вот только учитывая политику островов, звучало это… жалко донельзя! Ведь это словно бы… некий сенатор в сенаторской республике, говорящий, что он в сенате ничего не решает, и вообще — человек маленький, и подневольный. И даже страна на берегу океана, что тоже прислала сюда своих представителей, не позволила бы себе таких вот ходов. Ведь это позор, означающий отставку.

— То есть просто, нечего сказать. — кивнул я головой, вызвав еще один скрип зубов у собеседника, и багряное лицо у старой девы его свиты, — Вы обосрались, и не хотите этого признать, — проигнорировал я вид собеседников, продолжив давить, делая это довольно грубо и нахрапом, — Из-за вас погибли люди. Сотни тысяч!

— Да плевать! — рявкнула дамочка с мускулами и сиськами, не выдержав давления вперед своего начальника, — Щенок, как ты смеешь….

— Смею! –грубо и громко прервал её речь я, сделав еще краснее лицом, — Я разгребал за вами оставленное вами дерьмо! Пока вы… где вы вообще были в это время? Что делали? Какого буя, вы просто наблюдали? Или все это было сделано специально?! Так?!

— Ты позволяешь себе слишком резкие высказывания, мелочь!

— Правда всегда резка! А на репутацию в глазах убийц, решивших повторить бедствие двухсотлетней давности вообще наплевать! Тем более, — сбавил я темп, начав говорить без экспрессии, — когда нам теперь пытаются поставить в вину, что мы вынесли из огня не все.

— Будто бы вы хоть кого-то вынесли. — стала еще более злой барышня. Но тоже. Решила взять себя в руки, и не кидаться на меня с кулаками, и говорить без экспрессии.

— Не вынесли, но спасли. Тех, кто не упал следом. Целый город, миллионы людей, и несколько сотен охотников. — и кажется, слова о последних, задели за важное, в глубине черствых сердец этих взрослых охотников.

Но это не значит, что они отступят так просто и оставят в покое эту тему! И главный в их группе, вновь взял себе слово:

— Я говорю лишь о том, что вы приватизировали себе то, что вам не принадлежит, — спокойно, и словно бы сюсюкаясь, просветил меня мужчина, и даже тайным жестом успокоил готовую разбушеваться мадам, что успокаиваться сама как бы и не планировала, — Только и всего. — намекнул он на то, что речь была совсем о другом, я тут, понимаешь ли, полез не туда, в какие-то дебри, политику или еще куда, и вообще начал психовать, плеваться, кричать — глупышка! И неразумное дитя, что с него взять?

Ага, унизить значит хотят! Ясно, понятно! Посмотрим.

— То есть вы утверждаете, — скопировал я его сюсюкающие нотки, — что вынесенное из подземелья добро, не принадлежит охотникам, что его вынесли?

— О чем ты вообще?

Я же, нашел в взглядом слегка пухленького мужчину из одной маленькой береговой державы, что шептался-спрашивал в толпе о том, что значат мои слова про «не дал стать подземельем».

— Все вещи в подземелье, когда-то были частью мира, когда-то были частью окружающей тверди. — проговорил я, пристально глядя на него, и тот сначала стал усиленно хлопать глазами, а потом они у него округлились до невменяемых размеров от осознания, а я же продолжил, поясняя, уже глядя на всех, обводя взглядом всю толпу вокруг, — Карты, старые карты, и несовпадение очертаний материков и океанов. — загрузил я народ информацией-вопросом, но не дав додумать её, продолжил, — А так же вопросы о том, как было закрыто великое подземелье, во время великого бедствия двести лет назад.

И я замолчал, решив выдержать театральную паузу пред финалом, пользуясь тем, что меня не осмелился перебить даже охотник шестерка предо мной, ведь ему, тоже, интересно то, что я сейчас скажу. Хоть вид его и хмур, и он явно знает правду и без моих слов, и здесь и сейчас, просто, желает удостоверится, что я тоже, знаю правду, и возможно от озвучиваемой версии, он даже сумеет понять, откуда мне это все известно, и…

— Никак. — словно бы поставил я точку, пригвоздив одним словом, и обвел окруживших нас кольцом на почтительном расстоянии людей взглядом, — Великий разлом никак не был закрыт, он просто схлопнулся сам по себе. Так же как это сделал разлом у Вана. Чисто, со временем, и потому что твари, были слишком сильно заняты пиром человечиной. Сжался в точку, словно чья-то жопка! Не было никаких зачисток, и, как понимаю, подземелий до того великого разлома тоже, никогда не бывало, не встречались они, и их магии не существовало. Ну а встречаемые нами всеми, — вновь обвел я взглядом толпу, но на этот раз вычленяя из собравшейся массы охотников, выделяя их над прочими, — подземелья, когда-то были частью этого мира, но упали в «пропасть».

Я, конечно лукавлю! И большая часть виденного людьми, не имеет к этому миру прямого отношения о слова совсем, но это сейчас как-то неважно, концепция всего им сейчас не нужна. Главное понять, как в принципе это все происходит, осознать, что нет никакого иного мира, что атакует людей подлыми подземельями, нет никакой системы, или некого иного мира, с которым идет «такое вот слияние».

Ничего такого вот, или иного! Есть просто измерение Хаоса, куда падает материя через мегапрорывы, и откуда всплывает уже в сильно изменённом виде. Осколками павших миров, с превращенными в монстров живыми, что не знают покоя, но жаждут убивать, и разрушать. Жаждут сделать и новый мир, частью великого Ничто.

А нам, кажется. Надо срочно и любыми путями линять от сюда прочь. Нас… вызывают. И есть сомнения, что сразу три статуэтки, были разбиты случайно, и просто потому, что кто-то упал на них забронированной в магию жопкой, неловко подвинув ногу на кожуре от батата.

И поскольку разговор с сюзереном явно окончен, и они тут и сами ищут способ как тихо слинять, и поскольку толпа начала бушевать, изобилуя вопросами. И желая к нам с ними прорваться, и даже волосатик начал движение в нашу сторону, то… дозволяем сюзерену отступить за толпу, а сами, сбегаем за опешивших от такой наглости кисок, и с криком «мы в туалет!» убегаем прочь из зала собраний, в коридор, а оттуда…

Сестрица поглощает свою одежду в себя, я ныряю в неё, перемещаясь на зов, пока «сигнал» еще хоть как-то ощущается, а сестренка… проделывает тот же трюк, каким уходила когда-то с глубин хаоса, и словно бы вывернув сама себя, перемещается сквозь пространство через саму себя, перемещая сквозь разрыв, только последний кусочек, что по размеру, не больше её ноготка.

И в принципе, она могла бы и его не брать с собой, а просто уничтожить! Тогда бы пространство вообще осталось бы совсем без бреши! Но… ей стало жалко этой части себя, этого… кусочка кожи где-то на пузе, и она, переместилась целиком, пусть и с выворотом, и фигли я когда пойму, как она это в принципе делает. Для меня это… похоже так и будет чем-то, из разряда целительства.

И хоть я знаю сестру как себя, знаю, как она мыслит, в общем и целом, знаю её настолько, что могу предугадывать мысли! Но в тоже время — как-то не представляю, как надо вывернуть собственные мозги, чтобы… проворачивать подобное перемещение! Впрочем, у неё тоже есть свои слабости, но это как-то не дает мне повод гордится собой — не идеальность творения, не доработка создателя.

Вот только думать об этом буду как-нибудь позже! Ведь по прибытию на место, нас ждало совсем не то, что ожидаешь увидеть на месте зова, на месте подачи сигнала о помощи.

Глава 11

Павел стоял-сидел на рукояти меча, торчащего из камня посреди пустыря. Скрючившись, опираясь своими огромными ногами на узкую полоску стали крестовины меча, и держась руками за саму рукоять, чтобы не свалится, потеряв равновесие.

Наблюдая, как оружие, от каждого его малейшего движение раскачивается, при каждом наклоне, желая сломаться, и, от колебаний, постепенно погружаясь в толщу камня. Миллиметр за миллиметром, с каждым ударом сердца, иным движением или неловким дыханием, вне зависимости от желания сидящего на гарде полуголого человека, чья одежда «куда-то подевалась», а в броне на теле зияют многочисленные дыры.

И он, сидя так, неудобно, с затекшей спиной, руками, коленями, всем! Дыша через раз, и отчитывая моменты, не в силах… сделать хоть что-то! Ни магией воспользоваться, ведь тогда его сила его сразу выдаст! Обозначит его позицию, покажет врагу где он! И… придет смерть во плоти, даже несмотря на то, что плоть эта… явна условная, и просто… мана.

И приходится старательно сдерживать всю свою силу в себе, насколько возможно сливаясь с окружающим магическим фоном, и даже из своего «кресла», что меч, всё в себя поглощать, не давая магии оружия, выдать его местоположение, и усложняя лезвию путь сквозь толщу камня, снижая остроту магического клинка.

Позвать на помощь тоже не вариант — кого?! И как?! Сбежать? Куда! Стоит слезть с насеста и… Не вариант! Нет ни одного, вообще, никакого, совсем. И… в какое-же дермище он вляпался! Встряв в эту… ситуацию.

Все пошло через жопу с самого начала! А они…еще и нарочно лезли вглубь, словно бы против течения, пока не стало слишком поздно, и не начались самые дикие дебри и глубины. И в итоге… он вот тут, а люди его… скорее всего уже мертвы. Все, кого он взял с собой! И кто… доверился ему.

Мерзко, тошно, отвратительно… Как же Павлу сейчас тошно от осознания этого всего! От понимания того, что он вновь ошибся! Вновь… всех подвел своим выбором! Был… самонадеян, самоуверен и глуп! И… платит сейчас за это великую цену. И уже заплатил еще большую.

Смерть… да, умереть ему сейчас не сильно то сложно! Просто сойти с меча, и все! Вот она, смерть, будет тут же рядом, несмотря на то, что рыщет где-то вдали от него, водя щупальцами по земле, в полу километре от его позиции, вынюхивая что-то, и что-то делая там с телами павших друзей председателя.

Тварь подслеповата, если не сказать больше — слепа как житель подземелья! Она не видит ничего из того, что находится в неком отрыве от почвы и, как ни странно, для отрыва достаточно залезть на какую-нибудь достаточно тонкую мачту, или меч, и магию свою втянуть в себя, став единым с окружающим фоном. И именно единым, а не черным пятном, излишней пустоты, что тоже, может быть замечено этим существом, и…

Тварь быстрая! Очень быстрая! И непредсказуемая! И расстояния для неё, словно бы и нет! А время… словно бы условность. И миг назад находясь в одном месте, спустя удар сердца, она может быть уже совсем в ином, и в совсем иной позиции! И атаки щупалец существа… в состоянии пробить даже его нательную броню, сделанную теми детьми!

Правда броня в ответ наносит твари травмы и увечья, и получается какой-то акт взаимного уничтожения, когда защита пробивается и испаряется, и это же самое происходит и с щупальцем существа, что от удара получает серьёзные травмы, словно бы фрукт метнули в стену, и более не регенерирует, оставаясь обрубком на вечность. В отличии от любых атак иным оружием, что легко могут нанести урон, и даже отрубить с десяток висюлек за раз, но они тут же появиться вновь, словно бы их и не отрубали, и ничего не было вообще.

Тварь… аномальна! Она не ходит и не ползает, а… перемещается! Её щупальца не растут, а… словно бы всегда там были! И неважно, что миг назад их было в десять раз меньше, а еще миг спустя, вообще целый лес! А спустя два мгновения — словно бы ничего и не было, и просто торс человека с осиной талией, где сверху и с низу, растут эти… «смертоносные лианы».

Броня «от деток», дала им хоть какой-то шанс против этого существа! Раны, нанесенные при взаимоуничтожении, не просто не регенерируют, но и дают по твари болевым шоком! Они делают ей больно! Что не только делает тварь более агрессивной, явно переводя «людишек» в её глазах из разряда «экспонаты для коллекции», во врага, которого надо уничтожить, но и дает время для действий самим людям! Ведь отхватив по щупальцем, тварь, визжит на всю округу истошным визгом боли, тысячи голосов, словно бы это не один монстр с торсом человека, а тысяча в одном теле, и не атакует! Не двигается! И… этого все равно мало для победы над ней. Слишком, мало.

Но это позволило людям Павла выживать какое-то время. Это, позволило людям Павла не стать добычей этого существа! Не стать… чем-то худшем, чем просто мертвец, с дырой во всю грудь! Ведь тут, за барьером, в который они по глупости сунулись, сквозь который по глупости пробились, ища часть вояк, просивших о помощи, были люди, но… живыми их называть нельзя! Как и мертвыми, тоже.

Они были словно бы… соединёнными меж собой. Слитыми в одну кучу, смешанными в кашу, плоть, одежда, органы, конечности, внутренние органы, техника и её требуха! И тварь, что сейчас возится с трупами, как видно в бессильной и глупой попытке пытаясь оживить уже действительно мертвое, с теми… немертвыми, что-то дела! Словно бы… дирижировала оркестром боли и страданий! И пыталась сотворить с этой мешаниной… что-то еще более жуткое, чем ЭТО.

Это существо с щупальцами… точно не друг людям! И точно враг детям, откуда бы не явились эти маленькие монстрики. У них… разный подход к… ко всему! И они бы… славно подрались! И возможно бы даже поубивали друг дружку! Вот только Павел, еще на подъезде к месту, к цели их визита к границе, боясь в случае драки случайно разломать сигнальную статуэтку, отдал её своей почти не одаренной помощнице, а она… осталась там, за барьером, разумно решив не ходить туда, куда так просто не попасть, и куда было очень непросто проникнуть даже четверкам и сильным тройкам.

Хватит ли ей ума вызвать деток? Жива ли она там вообще? Выбрался ли кто прочь из этой западни, или же нет? Из тех вояк… или еще кого — сигнал ведь все же как-то послали! Или… это было сделано ДО установки барьера, отсекающего эту местность от всего остального мира, делая это место… словно бы отдельной частью от всего прочего мира.

Придет ли помощь, ведь кто-то может быть остался вне барьера? Да и куда они отправились всем известно, и за два дня, что он тут, уже должны были поднять тревогу! Вот только найдут ли люди вообще это место! Ведь оно, с той стороны, просто узенькая ниточка! И лишь внутри… тут «потерялся» не один гарнизон, и не одна армия людей.

Павел, уже видел подобную магию, в исполнении детей, и поэтому понял сразу, что это такое. Правда в отличии от того, что сотворили в кабинете для допросов дети, тут было все… куда более нестабильно, топорно, и была возможность «протиснутся внутрь», просто проведя сквозь оставленную брешь свою магию, и пройдя следом, как за путеводной нитью.

Это не могла быть ловушка! Но ею стала. И… да, иные люди тоже сумеют найти это место! Ведь… все вокруг, там, снаружи, выглядит… искаженным, пусть это не очевидно на первый взгляд, если не вглядываться. И земля местами… словно бы сморщенная жопка! Или мятый лист бумаги, хотя это уж точно не очевидно, если просто смотреть с высоты своего роста, а не откуда-то сверху. Надо лишь приглядеться, и все будет очевидно и заметно, надо лишь поискать, и центр этого места будет найден! А там и место входа.

Вот только будет ли от этого толк? Даже если сюда вновь проникнут живые и неискаженные люди… что это даст? Лишь еще экспонаты для «коллекции» этого существа, с торсом некой девушки, и щупальцами вместо ног и головы с плечами.

И вообще — кто их, конкретно их, Павла и его людей, вообще гнал сюда, внутрь, в эту аномалию, отделенную от мира барьером?! Ведь всем, как только вход был найден, стало очевидно, что такую вещь, не поставить простому монстрику, которого можно убить! А охотник, что в силах такое сотворить, и сам со всем разберется, и не надо ему мешать!

Но нет… моя территория, надо посмотреть! Узнать, кто еще тут такой сильный расхаживает! Узнать, нельзя ли с ним подружится? Поддержкой в сложном вопросе заручится! Удостовериться, что он хотя бы нейтрален, и точно не враг! Проверить… найти в конце концов ту воинскую часть, что прислал запрос о помощи! Что должна была быть прямо тут, но вместо этого… в этом «тут» лишь пустота.

Павел ведь сразу, на глаз, можно сказать, в самый первый миг, понял, что имеет дело с очередной аномалией! Что на месте, где должны были быть несколько километров занятых вояками земель, была лишь скудная пустая полянка, и какой-то подозрительно искаженный лес, с деревьями, слипшимися друг с другом. И барьер магии в центре этого всего. И… всё равно в это дело полез! Несмотря на вой своей чуйки! И прочие, признаки беды!

Сделал худшее, что мог сделать в такой ситуации! И вместо того, чтобы сразу, там, подле входа в аномалию, даже не удостоверяясь, что туда можно войти, звать на помощь, и сваливать поскорее, пока не стало поздно, поперся внутрь сам, и своих людей следом потащил, проводя их по «тропе» сквозь искажение, почти что за ручку.

Гордыня? Самоуверенность? Фиг знает, что двигало им и его людьми в тот миг! Но даже пройдя… силой продавив и обманув защиту, и оказавшись в скрытом от глас месте, тех самых потерянных землях, где и были расквартированы вояк, они не думали поворачивать назад и звать на помощь. Шли дальше! Вперед! В бой!

Готовые к бою, на чеку… нашли измененных и пытаемых людей двух стран, из которых варили единую «кашу», и все равно продолжили переть вперёд нахрапом, даже видя состояние единственного выжившего и целого человечка, что сидел на шесте флагштока, и всем своим видам, просто умолял их побыстрее свалить оттуда, и его заодно прихватить.

Вот только говорить он уже не мог, и предупредить, словами или жестами, не предупредил, намертво вцепившись всеми доступными частями в метал. Да и от страха… глаза пучил, так, что кровь текла, и он, наверное, уже был слеп в тот момент.

И только когда встретили «повара», найдя его у очередного «котла» из людей, занимающегося своим жутким делом, занимаясь верещащим голосами сотен страдающих людей варевом, они наконец сообразили — они влипли по самые уши.

Бежать, как оказалось тогда, было уже поздно. Звать на помощь? Павел даже не может вспомнить, был ли сигнальный маяк у кого-то кроме него! Но точно помнит, что мысли, отвлекать «деток» от бала в столицы не было точно! Была лишь мысль о драке, славном бое, и доблестной победе! Как в старые добрые времена, когда он был на пике силе! Как когда… все равно не был сильнейшим в мире, хоть и имел широкую известность благодаря своей группе Ночных Волков. И им быстро показали, что они, против этой твари безголовой, просто безмозглые котятки, сунувшиеся в логова тигра.

Если бы не особенности брони, надетой на Павла и еще двоих его людей, они бы… стали бы жертвой очередного котла. Их бы склеили меж собой в единую массу, соединив некую единую тварь, из набора отдельных частей тела, органов и конечностей. И неизвестно, что было бы дальше, и не пошли бы они в итоге в бой на города, этаким монстром, собранным из бывших охотников.

А так, тварь быстро переставила их из разряда «удобные интересные букашки» в разряд «опасно! Ликвидировать!» и начала методично уничтожать, выискивая пределы возможности их защиты, и ища возможные слабости и места, куда можно ударить безнаказанно.

Она явно не знала, кто в броне, а кто нет, и несколько раз ошибалась. Она явно не подозревает, что броня взаимоуничтожается вместе с щупальцем, так что не атаковала никого дважды в одно и тоже место, обладая феноменальной памятью и координацией всех своих движений, даже находясь словно бы везде одновременно.

Довольно быстро поняла, что грудь и ноги, защищены, и бить туда нельзя. А не зная, кто в защите, а кто нет — нельзя никого обижать в эти места! Зато вот головы… и обезглавив нескольких людей глупого председателя, осознала, что так несет людям слишком легкую смерть! Без мучений. Криков, и страданий! И явно стала искать иные пути, как убить, но так, чтобы помучались!

С последними тремя, она уже просто игралась. Но тогда-то люди и заметили, что тварь не видит ничего, что находится вне земли, если подавить свою магию, и разве что может предсказывать траекторию полета, встретив на выходе из прыжка, или подловив прямо в нем, построив преграду из щупалец, используя их не только как оружие, но и как сенсор.

Попытка сбежать прыжками провалилась — существо явно уже видела такую вот тактику, и легко их просчитало! К тому же, их броня не прикрывает не только голову, но и стопы! И тварь это тоже быстро поняла, и пошедшею с глупцом Павлом на смерть охотницу четверку просто выпотрошили через пятки, вывернув её тело наизнанку, непонятно каким образом.

Бросило на землю валяющейся окровавленный мешок из органов и костей! И добивать это месиво, что несмотря на свой вид, умирать и не планировало, существо с щупальцами точно не желала — ей, для чего-то нужны человеческие страдания! И что может быть страшнее, чем быть вывернутым «мехом во внутрь» и при этом оставаться живым?!

И тогда Павел понял, что они точно попали по полной! Ведь тварь, спустя десяток минут наслаждения агонией, продолжила измываться над жертвой! Продолжила делать с ней непонятно что, выкручивая и без того все выкрученное, заставляя кусок плоти содрогаться в безумных конвульсиях и всё равно оставаться живой!

Павел, добил её своими руками. И как ни странно, одного касания магических когтей, было достаточно, чтобы оборвать жизнь тому, что и так жить уже было не должно. И Павел в тот миг ощутил что-то странное, и это чуть было не стоило ему и самому стать таким же, выворотом.

Его спас его друг, так же пошедший с ним в этот ад, и выдернувший его из-под атаки в самый последний момент. Он же выдал идею встать на мечи, что была взята не с потолка, а основана на том мальце, на мачте с флагом. Что точно был хоть и напуганным до мокрых штанов, но живым, и не… каким-то аномальным монстром!

Был не в себе и лишь пучил глаза в пустоту, был бесполезен как информатор, и на тот момент был им мало интересен, ведь они искали остальных и монстра! И… лишь спустя время, эта информация стала максимально важной и нужной, и нашелся тот, кто её сумел использовать как должно.

Так они оказались сидящими на мечах. Но увы, спасший Павла охотник, что имел сразу два меча, и поделился одним с начальником, не сумел держать в себе всю свою магию долгое время, и… тоже, был убит. На счастье, свидетеля его смерти, просто, убит, обзывевшись дырой в груди на всю грудь, и умерев в туже секунду. Без всяких там… выворотов, и прочих, игр с пытками.

А Павел остался… сидеть, как последний дурак, как петушок на жердочке, как самый полный из всех полных кретинов! И… просто слезть и умереть? А будет ли она, эта смерть? Просто… отрубить самому себе свою голову? А даст ли это ему… искупление?

Он ошибся! Столь круто ошибся! И это стало причиной трагедии! И жертв. И… столь много славных охотников сегодня пало ни за что! И их… никто не вернет, и даже просто заменить, словно бы циферки в отчетах, просто не на кого. Охотники, тем более такие, столь сильные, могущественные, и преданные своему делу, очень, очень редкий и штучный товар! И сегодня… они потеряли слишком многих.

Это невосполнимые потери! И удар, от которого уже не оправится. Костяк ассоциации Вана… пал. Здесь, на этой полянке подле гор, что лишь иллюзия, и до них добраться можно лишь преодолев магию барьера, что с каждым днем, словно бы становится все плотнее и крепче. А маны в воздухе… все больше.

Тварь, становится все сильнее! В голове появляется некий аномальный шёпот, и… даже если он вдруг каким-то образом выживет, и сможет вернутся к делам… это уже будет совсем иная игра, со совсем иными правилами. Опоры, личных и преданных людей, у него фактически уже не осталось.

Ассоциация, и его протест, его мечта… желанием сделать мир лучше! И спасти как можно больше! Все пошло прахом. Он… один, и своими руками и действиями, уничтожил своё будущее, и загубил жизни многих. И не только тех, кто умерли в этой аномалии.

Да и как ему вообще выжить то? Если спина уже затекла, руки онемели, ноги сопрели, а меч… все ближе рукоятью к камню. Еще пара часов… и он будет валятся рядом. А дальше…

Глава 12

Леди Сфера проснулась в своей кровати средь ночи, и непонятно почему. Её комната в ассоциации, её, персонально её, и больше ничья — дядюшка Иф всегда рад её у себя видеть! Так что у неё тут есть, можно сказать, своя персональная квартира, где она и обитает последние пару месяцев, как и почти полгода до этого, до того, как уехала по работе, и рассорилась со своими товарищами по группе, решив в итоге от них уйти в «вольное плаванье».

Она здесь живет уже два месяца! Ну, почти. Сильно почти. Неважно! Она привыкла называть это место домом — ей тут нравится! Хоть и… тоскливо. И порой… одиноко до того уровня, когда… в голову приходят всякие пошлые глупости.

Хуже! — и воспоминания о том, что было вечером нахлынули на девушку. И она откинула с себя одеяльце, и увидела… чистую постель! И на секунду подумал, что… ничего и не было! Но потом осознала — все еще хуже, чем могло быть! И… как теперь вообще людям в глаза смотреть?! Даже тем, безмолвным теням из обслуги, что… вечно ходят тут, как у себя дома, протирают пыль, стирают бельё… меняют постельное бельё на чистое, в случае конфузов! Всяких… конфузов.

Она давно привыкла не замечать всех этих людей, словно бы их нет! С тех пор, как стала… пятеркой! С тех пор, как возвысилась над общей массой простого народа! Когда стала… избранной! Одной из миллионов! Когда… перестала быть простой девочкой Мираной Эрисфер, и стала великолепной охотницей ранга пяти звезд, по имени Леди Сфера.

Она их не замечает, но… как… вообще теперь жить? Как… не сгореть со стыда?! Ведь они видели… они меняли постель! Прямо из-под неё все заменили! Более того — она засыпала явно в бардаке, и не укрывшись, а проснулась — в чистоте и под одеялом! А значит…

— Какой ужас. — пробормотала девушка вслух, краснея, и не зная, что ей делать с собственными эмоциями.

Стыд, гнев, страх, опустошение… все и сразу и в конкурентной борьбе, прикрытое флером опустошённости и отстранённости, не дающим впасть в истерику, и просто погружая… в легкий ступор, позволяющий пусть медленно, но зато трезво и без эмоций мыслить и осмыслять ситуацию.

Ей стыдно, ведь она…. Делала тут всякое! Намочила постель… всяким. И… люди видели её… в таком вот виде! Застали… после всего. Что они… подумают о ней? Какой вывод сделают?! Мало ей было… того скандала с этой мерзкой «королевной» что где-то добыла грязное бельё её конкурентки! Так еще и… теперь… теперь все хуже!

А если эти люди все засняли?! Засняли на видео! Сделали фотографии красотки в неглиже и… в не самой благородной позе! С… о ужас! Она же… жить не сможет, даже просто зная… что где-то в сети существует видео того… в каком виде её застали слуги в её комнатке на её постели!

Это все! Это конец! Это… как ей вообще жить то с таким то грузом позора?!

И в тоже время, она злится, и на этих людей, что вообще, зашли к ней без дозволения! И на Павла Иф, что им не разъяснил как следует, что можно, а нельзя! Не запретил им заходить к ней в комнату без спроса! И вообще — назначал этих служак за ней присматривать!

И на себя! Очень сильно злится на себя! Ведь она, нашла все же чем можно себя удовлетворить, найдя и «инструмент», и подходящее видео «для нужного эффекта», пусть и с цензурой, и с «кошками». И… она ведь даже не выключала видеоряд как закончила все! Просто… уснула на койке пред большим экраном телевизора! А еще… были визги, писка… наверное на весь этаж! Но тогда она, совсем, совсем, об этом не думала! Вот вообще! Всецело погрузившись в несколько… иное дело, думая лишь о том, как получше… всунуть.

Выпустила пар как могла! Удовлетворилась, блин. Сама себя, как позорная… дура, у которой никого нет, и как видно и не предвидится. Охотники, все, кто тут есть, и кто хоть сколько-то достоин быть с ней, шарахаются от неё как от огня, а простое мужичье… она еще не столь низко пала, чтобы идти на секс к не одарённым бездарям! Безвольным, бессильным, просто… серой массе!

Да и страшно ей сейчас стало, снисходить к ним для такого, и не из-за репутации, терок с Ледяной Королевой, что если прознает об этом, не упустит своего шанса унизить конкурентку, и даже не от того, что у них там в штанах… может быть что-то, на вид неприятное — всегда можно отступить! Ускользнуть, отшить, да и выбор… велик! И можно присмотреть подходящее, нужно лишь желание!

Но… сейчас она, сильно не та, что была пару лет назад, когда грешила и так, поучаствовав в одном нелегальном шоу заграницей Залиха, за что ей стыдно до сих пор! И стыдно будет, наверное, всю её оставшеюся жизнь. Сейчас… она легко убьет несчастных, неловким движением. Захватом бедер, или даже просто, своим присутствием рядом.

Её сила, возросла с тех пор многократно! И пусть контроль тоже подрос, но не пропорционально силе, и она сама себя далеко не всегда контролирует! Сильно, не всегда, если не сказать больше — почти никогда. И даже без порыва страсти, это риск! А уж с ним… фактически приговор. А убивать людей, да во время соития… нет, к такому она точно еще не готова! Да и смысла в этом нет никого — у мертвых, они совсем вялые.

Но более всего, Мирана злится на детей! На тех двух маленьких ублюдков, что… сделали её такой! Сделали её… менее фертильной, более охочей до секса, и, самое главное — ей теперь практически нереально себя удовлетворить! И если раньше хватало простого маленько резинового «друга», которым можно было быстренько «сбросить пар» где-то в туалете, когда становилось совсем уж невмоготу от желания, от присутствия рядом нравящегося мужчины, то сейчас… все стало совсем не так, как было раньше.

И волосы меж ног стали мешать, и непонятно как их оттуда убирать, идти на депиляцию стыдно, а при «играх» они щипаются, там… какая-то грязь, и запах, и вообще — НЕПРИЯТНО! И игрушки не приносят былого «счастья», и требоваться стало больше и всего и сразу. И по размеру, что страшно самой! И по продолжительности — рука устает раньше! И… она, как кажется, уже перепробовала всё! И все стало… совсем иным, и хотеться стало… чаще.

И началось это далеко не сразу, а как раз в ту поездку по работе охотником. Там, за границей, где им надо было зачистить высокоуровневый портал, где они были вместе, всей группой, в отделённом от мира подземелье больше недели, там… её любовь была столь близко, и в тоже время — столь недоступна!

Совсем рядом, на расстоянии нескольких шагов! в соседней палатке, и в тоже время — слишком далеко, и словно бы игнорируя все её взгляды, намеки, «случайные действия», и движения тела. Старательно концентрируясь лишь на деле, и старательно намекая, и говоря открытым текстом, что надо сосредоточится. И тут слишком опасно для флирта, игр, и чудачества. И это же говорила ей в унисон и вся её группа.

И… когда они наконец уничтожили боса, и вырвались наружу, в мир, она не выдержала, подловила Яда подле туалета, затолкала внутрь, не думая о разнице их физических сил, разницы комплекции и контроля магии, и призналась ему! Желая наконец получить желаемое, и желая наконец, чтобы их «легкий флирт» перешел во что-то большее.

Но узнала в итоге, что и флирта то не было никакого, была просто… игра. Её безответные чувства, и задание от руководителей для женатого Яда, требующее от него держать Леди Сферу, на таком вот крючке, словно бы на коротком поводке.

Непонятно даже, как она тогда в принципе сдержалась и не убила этого козла! Или его любимую невесту, прискакавшею в туалет, словно бы почуяв сердцем что-то неладное! Как… вообще выдержала их вид, их счастливый вид рядом с друг другом! И теплоту, и нежность во взглядах друг на друга! Как… не сошла сума, просто… словив такое же вот опустошение как сейчас, когда эмоции, словно бы пропадают, и несмотря на чувство гнева, и желание все вокруг разнести, в голове появляется лишь звенящая пустота.

Такое с ней уже было и не раз! Такое состояние для неё, можно сказать, нормальное на стрессе! Когда ей страшно — практически каждый раз при входе в подземелье, вне зависимости от ранга! Когда стыдно — в тот раз, когда она с дуру согласилась поучаствовать в том «невинном шоу» когда осознание того, какое именно это будет шоу, пришло уже слишком поздно, когда её голенькую, привели такие же голенькие девочки к толпе голых же мужиков.

И сейчас вот… проснувшись и осознав, что случилось, несколько отстраненно, и без привычного ей импульсивного визга, и желания сбежать и спрятаться, сидит на кровати, и холодным разумом анализирует все случившееся, несмотря на то, что эмоции, никуда не делись, и желание забиться под кровать и глухо там реветь, тоже, осталось при ней, но… просто, как фон, просто есть, без порывов к действию.

Эту «отстранённость» кажется вбил в неё когда-то какой-то из подчинённых Павла! Когда её, хрупкую и невинную девчонку, еще даже и не осознавшею толком, что она пятерка, и сверхсильная, и не просто звезда, как Королева, но и охотник на чудищ, стал таскать по подземельям с самыми мерзкими и ужасными на вид тварями.

И на все протесты ему было как-то плевать, и даже на выговоры от Павла тоже. И… там она и обрела свою силу, желая защитить себя от мерзких щупалец какой-то осьминогоподобной твари. Там она и научилась так вот, отстранятся от эмоций, ведь за визг, и слезы, можно было огрести, и не только от сопровождающих и чертыхающихся охотников, которым не по душе такой вот отвлекающий фактор, но и от чудищ, толпами сбегающихся на крик, как казалось, со всего подземелья.

Кажется, именно из-за этой вот, тренировки, она и решила сбежать потом от Павла, хоть он был не причём, и постоянно заступался за неё, выражая протест такому методу взращивания охотника. А может дело было в чем-то ином… в каком-то… красавчике, чьё имя и лицо она уже давно забыла, заменив его светлый образ образом прекрасного Яда.

Но приобретённые в этих тренировках навыки остались, и сферы, что стали её основным «оружием», главным навыком, основой имени, и вообще — всем, что она из себя представляет как пятерка. И отстраненность, ведь без неё… она бы так и не смогла быть именно охотником, а не просто глупой и беспомощной девочкой, боящейся собственной тени. И когда она все же была вынуждена вновь идти в бой, и уже не как балласт, а как пятерка — это все ей очень и очень пригодилось! Хотя от этих воспоминаний, той жалкой и трусливой себя, мгновенно становится еще тошнее, чем есть.

Поэтому, и в том туалете, несмотря на все эмоции, отчаянье, гнев, и жалость к самой себе, смертоубийства и драки удалось избежать. Причем, понимая всю суть, трезво оценивая свои шансы, вероятность того, что у Леди Сферы хватило бы сил убить Яда почти нулевая, а вот яду плевать на барьеры Сферы и… он бы без проблем смог бы её одолеть, но это было явно не в его интересах, и он тогда сдерживался еще больше, чем сама Мирана.

В итоге они просто «решили расстаться», даже не начав встречаться. Разошлись, разбежались, расформировали группу! И Леди Сфера еще некоторое время была «под впечатлением» и с этим вот чувством, опустошения.

Даже когда убивала гоблинов, выпуская пар! Даже когда ехала к дядюшке в Ван! Даже пару дней тут! Потом были слезы, сопли, истерика, и ночь под кроватью, в обнимку с подушкой. А потом… попытки найти себе замену! Попытка найти иного такого вот красавчика как Яд! Но чтобы без всяких игр! Обмана, заданий, флирта! Всех этих свистоперделок, обещаний, и слов, дальше которого ничего и никогда не зайдет! В идеале, чтобы вот сразу, и в койку! И…

Провал! Полный провал! И от неё все вокруг, бежали словно бы от чумной! И если раньше, подобная реакция была бы еще хоть как-то понятна… теперь ей понятна! Она ведь и правда уродиной была! Да еще и… стервой, безмозглой, истеричной и вредной! То теперь вот… непонятно совсем!

Она же стала… настоящей красоткой! Да, все такая же плоская, и талия не столь стройна стала как была, зато жопа какая! Какая жопа! И ноги, уже не столь кривые! И личико! И волосы! Красавица же! Настоящая красавица, куда там Ледяной Королеве! И характером стала точно лучше неё, ведь более… не бесится по пустякам, и стала… уравновешеннее что ли.

То, что раньше её задевало до глубины души, и вызывало внутреннею истерику «Да как они смеют!», и желание «покарать наглецов!», то теперь… вообще не трогает, и разве что порой смешит «Вот идиоты! Такую глупость несут!», с порой возникающим желанием «а не подкинуть ли им еще корма, для прогрессирования маразма? Старичьё!».

Вот только мужики, охотники, сволочи, видели в ней что-то не то, и как-то не так! И просто сбегали от всех её предложений, в какой бы форме она им себя не предлагала! И… у неё остался единственный вариант себя «занять», в виде всяких… игрушек!

Но поскольку покупать, даже через интернет, а тем более лично или через слуг, стыдно — её ж тогда вообще все извращенкой считать начнут! Ужас! То пришлось искать то, что может пойти на замену не доставляющего более ничего ощутимого «резиновому другу», и что бы это было… предметом общего плана, а не чем-то сугубо… интимного назначения, за что её сразу же заклеймят. Она ведь… даже прокладки то потому носить не носит! Стыдно ей… такое покупать-заказывать. Лучше уж… трусы чаще менять! И просто выбрасывать пачканные.

Началась настоящая охота на все предметы, что имеют хоть сколько-то подходящею форму и размер! Что-то, что по более десятимиллиметрового шприца, хотя бы по длине — толстая ручка вполне подойдет! Хотя она, наверно уже никогда не забудет, как испачкала сама себя чернилами, раздавив одну такую вот своей… дырочкой в волосах. И постепенно переходя на различное оружие коллег-охотников, взятых у них «просто поглядеть», не думая о том, как его потом будет тяжело отмывать для возвращения владельцам.

— Как же стыдно, как… стыдно.

Осознание есть, стыд есть, опустошение есть, гнев есть, и…, а где вообще этот меч?! Тот, который она взяла у «на посмотреть», что стало апофеозом всех её поисков, заметив, что у этого оружия весьма соблазнительные ножны, и в итоге… в итоге удовлетворяла сама себя не ножнами, а самим клинком! И…

— О ужас!

Она сломала оружие пред самой кульминацией! Просто… разломила лезвие пополам! То ли руками, работая слишком быстро и интенсивно, то ли… тем самым местом в срезанных волосах. Просто… уничтожила то, что дали её просто поглядеть! Что дали ей после её слезной просьбы «Дай мне свой меч! Завтра верну!».

Она… сломала его! Сломала! Да еще и как она его сломала! А вернее… где!!! И… ей еще повезло, что когда она сумела завершить процесс, доведя себя до нужного состояния обломком, утопший где-то внутри кусок, выскочил наружу, и ей не потребовалось медицинская помощь, чтобы ЭТО из себя ОТТУДА извлечь.

И… обломок сломал телевизор! Что нынче цел и как видно тоже заменен. А оружие… оружие лежит полным комплектом на прикроватной тумбочке. Сам меч с рукояткой, его отломанная половинка лезвия, и целые ножны, весьма соблазнительной формы, с отделкой, похожей на вздутые вены. Все чистое, и вымытое… стыдоба!

Несмотря на то, что в комнате темно, ей все это четко видно. Ей давно не нужен свет, чтобы видеть, но осознание этого еще толком и не пришло. И на автомате включает выключатели, заходя в помещение, даже не замечая разницы от включившегося или выключившегося света.

Мирана давно стала той, кто может определить время суток только по наличию солнца в небе! Но… до неё это еще не дошло, и ей как-то и не до того. Ведь охотницей она стала десятилетие назад, а силу видеть во тьме, обрела относительно недавно.

И раньше, даже в подземельях, где частенько есть и нормальный свет, пусть и его немного, и мана в изобилии, ей всегда было темновато, мрачно, страшно, и почти ничего не видать в этой гнетущей жуткой атмосфере! От чего было не по себе и страшно даже в низкоуровневых подземельях с мелкими коротышками! Которые её тогда могли запросто отделать, ведь она… была слаба! И без своих сфер всегда была почти беспомощна!

Фактически — обычная девчушка! Которую мог бы побить любой «гопник» с кастетом в подворотне, будь у него такое желание, и радость такой встречи. И… она боялась даже ночами выходить из жилых домов без сопровождения, несмотря на то, что… пятерка.

Сейчас же… все стало совсем иным, но не все еще ею осознано. Она стала ближе к полноценным, но еще все же не по-настоящему боевая единица своего ранга, хоть и уже, может убивать всякую мелочь, с низкоплотной маной, просто голыми руками. Что она уже проделала, сразу же как рассталась со своей группой, желая хоть как-то отвлечься от мыслей об одиночестве и рухнувших отношениях.

Это было подземелье третьего уровня, что она взялась зачистить уже после ссоры, желая… то ли там и сдохнуть, то ли просто выпустить пар — ей сложно об этом сейчас судить, если не сказать больше — невозможно! Она тогда была не в себе куда больше, чем сейчас. И… зеленые коротышки ничего не могли ей противопоставить.

Их кривые железки, скользили по её телу словно бы перья по стеклу, их ручонки, отрывались от их тел куда раньше, чем успевали пленить Мирану, завалив её мясом. Она убивала их обычными пощёчинами! Неуклюжими, смешными, и под наблюдением людей представителей ассоциации, что не пожелали отпускать не боевую пятерку поддержки со сферами одну даже в подземелье столь низкого уровня, решив на всякий случай сопроводить и прикрыть.

Их вмешательство не потребовалось, и даже будучи в окружении, Леди Сфера не нуждалась в поддержке, не визжала визгом от вида внутренностей монстров вокруг неё — уж к этому то давным-давно привыкла! И даже пару раз упав, поскользнувшись на крови, не получала никаких травм, ведь уже не та, что раньше, и от всего происходящего, страдала разве что её одежда.

Но судя по тому, как за ней пристально следили люди… ожидали они от неё совсем иного. Скромную, нежную, почти ангела! Беспомощную, и скандальную! И… она сейчас даже и не знает, как на все это вот должна реагировать и что об этом всем думать.

Как… она вообще до этого всего вдруг взяла и докатилась?! Ведь каких-то полгода назад, все было совсем иначе! Она краснела от одного упоминания слова «член», даже в формате «член корреспондент», боялась мертвецов, трупов людей, и их крови, а на обороне города была словно бы прожжённой битвами солдафонкой, привыкшей к оторванным конечностям, и крикам раненых казалось бы отовсюду — она сидела не на острие обороны, а в тылу, откуда раздавала всем в своей зоне видимости свое «благословение» защитой, и следила за безопасностью эвакуации раненых, так что… была в самом сосредоточении количества покалеченных тел.

Она боялась драк, боялась битв… была ленивой! А сейчас? Нет, она все так же боится! И темноты, и пауков, и той же крови! Но при этом… привыкла? Или же это вот все, её просто… перестало задевать, как и все те расхожие мнения об её внешности, ведь она знает, сколь она на самом деле хороша! Видит разницу в зеркале регулярно! Видит, сколь идеальной она стала за прошедшее время.

Видимо и со страхами что-то подобное случилось! Вот только… что ей теперь делать? Как жить? Как… бороться сама с собой? С желанием, пойти поискать оружие покрупнее! И воспоминаниями о том, сколь… мерзка кровь существ, пропитавшая обрывки одежды.

— Надо пойти помыться! — осознала Мирана, поняв, что её хоть и обтерли, но не мыли, и она… грязна до ужаса!

Особенно там, между ног! Где пусть и нет былых зарослей, но всё равно… пахнет какой-то капустой! И это явно не тот запах, что должен быть там, у уважающей себя девушки.

— Может бегать перестать? — посетила её «гениальная мысль» по заходу в душевую, то была тут же и озвучена в слух, и тут же отброшена в сторону — чушь полнейшая!

Никто в здравом уме не откажется от здорового тела, ровной спины, и бурлящей по жилом силы! А жажда действия, и парня… это… нормально! Наверное. Надо просто найти себе парня! И все будет… сразу как надо, и все сразу встанет на свои места.

Вот только где ж такого найти?! Если не считать того, что от неё все просто бегут, то… и кандидатов то особо нет! Все вокруг, либо старые, либо женатые, либо слабые! И отбивать у других, пусть и можно, но вдруг они будут как Яд? Улыбаться в глаза, а на деле… любить только ту, другую! Ту… фифу, а не Леди Сферу, что лучше той… мыши, буквально во всем. Теперь уж точно!

Старые… вообще глупость какая-то! Слабые? Она еще не настолько отчаялась! А что если… нет, вариант с малолетками еще хуже всех прочих! Хотя с другой стороны — а если подождать? потерпеть, зато потом… её персональный «мальчик» воспитанный как надо, её и только её!

Да не, бред! Еще и мамой её считать начнет! Наставницей…, а не женой! Да и где эти вот, сильные шестнадцатилетние четверки? Не видать что-то ни одного на горизонте! Да и за горизонтом тоже. Как-то не слыхать о подобных! Есть только… один мальчишка-пятерка, что… все равно умрет скоро, и ждать его нет никакого смысла, и сейчас от него толку вообще нет — уж слишком мал! Глупость всё это! И почему она вообще о чем-то таком вдруг подумала?!

А на выходе из душа, её посетила еще более важная мысль, заставившая остановится в проходе в ванну, с полотенцем в руках — а почему она вообще взяла и проснулась средь ночи?

Мыль, что должна была посетить её голову самой первой! Но посетила только сейчас. Мысль, что похожая на поток холодной воды! Хотя она, как кажется, вообще разучилась чувствовать разницу меж холодом и жаром, и даже мокрые зимние улице города, для её стоп, ощущаются как нечто теплое и приятное, словно бы песок неких пляжей.

Просто так проснуться, потому что выспалась, она бы точно не смогла! Не в три ночи! Слишком рано! Проснулась от осознания произошедшего? Тоже вряд ли — проснувшись, она ничего не осознавала! И вообще — её словно бы что-то разбудило! Словно бы что-то… напугало! Что до сих пор… маленько трясет! Вот только что?

Кто-то зашел в комнату? Бред! Её тут с койки снимали, обтирали, постель меняли, и кровать чинили, и это её, вот вообще не разбудило! А тут… просто кто-то зашел? А что если это был охотник, а там были простые люди? Разница существенная! Но она не ощутила-не увидела никого, как проснулась! И в тоже время…

Страх? Да, её и сейчас слегка колошматит и явно не просто так! И сейчас вот, это страх не за будущее! А от чего-то иного. И сейчас, его не скрывают прочие, боле сильные эмоции, и даже стыд уже куда-то отступил. И списывать его на эти самые прочие эмоции уже точно нельзя.

Страх… чьего-то присутствия? Да. Похоже на то! И такое уже было, как-то раз, в подземелье. Чья-то сила, разлитая вокруг… чья то магия! Сильная мана, подавляющая её собственную! И это все… и сейчас есть где-то тут, неуловимо близко и далеко… от чего её морозит, и хочется забраться под койку и спрятаться там, чтоб никто не нашел.

Но она же только помылась! А там… наверняка грязно и пыльно! Хотя нет, тут прибирают, и чиня отломанную во время рукоблудия ножку кровати, работники наверняка там все протерли.

А вдруг там под кроватью кто-то посторонний и прячется?!

Нет, тоже глупость! Пусть, она и не сильна во всех этих тонких чувствах, и вообще, не понимает ничего в магии, но все равно — столь близко от себя столь сильного врага бы всё равно заметила! Наверное. Во всяком случае, лучше заглянуть под кровать самой, или и вовсе — всунуть туда сферу! Что… показала полную пустоту под кроватью, и ожидаемое отсутствие пыли, что не поднялась столбом. Даже после того, как койка упала на место.

И все же. Что-то где-то есть! И отступающая отстранённость, на спаде эмоций, уступает место этому вот «слабенькому» страху, и она уже ели сдерживает свои порывы забиться в угол, и начать там тупо реветь маленькой безмозглой девочкой! И была бы она сейчас той же, что полгода назад, уже бы была в сферах пяти шести в миг, не в силах контролировать свою силу и инстинкты, уже бы была пучащей глаза в пустоту, а то и кричащей навзрыд «Дядюшка, помоги! Спаси! Меня обижают!»

— Позорище. — вспомнила она саму себя прошлого и не смогла удержать рвущихся наружу «лестных» слов.

С другой стороны — полгода назад, она бы вполне возможно и не заметила бы ничего как сейчас! Не поняла бы… что от красавчика Яда, веет магией иной женщины! И… точно бы не нашла в себе смелости, решить все раз и навсегда прояснить, не пошла бы к нему, с признанием, не смогла бы затолкать его в туалет грубой силой, и… вряд ли бы пережила пусть и аккуратного, но вполне прямого отказа, на её… прямолинейную попытку затащить женатого парня в свою постель. И точно бы не выдержала сценки любовного воссоединения женатика с женой.

— Позо-ри-ще… — проговорила Мирана вновь, мотая головой, и принялась старательно обтирать волосы полотенцем, продолжая внутренний диалог и самобичевание, вспоминая прошлое, желая так вот отвлечься от желания забиться в угол, и начать реветь, но уже от жалости к себе.

И делала бы это еще долго, но дверь в комнату открылась, и в помещение влетел взмыленный клерк, кажется, один из помощников Павла, и с криком «Леди Сфера! Вы не спите!» начал тараторить о какой-то проблеме, пуча глаза глядя на неё.

Она — пучила глаза в ответ, и в итоге случился диалог «двух глухих», когда никто ничего не слышит, и главное — не понимает собеседника совсем.

Клерк, осознал ситуацию первым, несмотря на весь свой немалый стресс, опустил взгляд, заметил, что из одежды на девушки пред ним только полотенце на её голове, и света от открытой двери вполне достаточно, чтобы видеть ВСЁ, и опустил взгляд еще ниже. В пол.

Девушка, тоже заметила это, и вышла из ступора. С трудом поборола в себе желание заехать этому наглецу пощёчину — помогли воспоминания с гоблинами! Которых она точно такими же ударами убивала! Хоп, взмах, и словно бы переспелый плот брызгами! А она… все же защитница людей, а не убийца! Не к чему ей… убивать просто так.

Хотя дяде она все потом выскажет! Пусть он сам… разбирается с нерадивцем! А сейчас… лицо красное, а самой уже любопытно — что там случилось такого, что этот человек, ввалился к ней в комнату как будто тут пожар, и вполне нормальный, а не фигуральный, и что-то тут тараторит, про беду, город, нападение, бои…

— Что…

В качестве ответа, на еще не сформированный до конца вопрос, пол под ногами дрогнул, и кажется, уже во второй или даже третий раз! Просто во время первого толчка, она мылась, и как-то не придала значению тому, что дно поддона душевой, куда-то не туда поехало — бывает! А во второй… койка, брякнула об пол уж как-то слишком сильно!

Паренек-клерк, сглотнул, и не поднимая глаз, четко проговорил:

— На город напали. Идет бой. Много жертв и раненых. Нужна…помощь и защита! — и подняв взгляд к глазам, все еще смотря немного сверху вниз из-за невысокого роста охотницы, дополнил с не меньшей серьёзностью и решимостью, — Леди сфера! Помогите! Мы даже не знаем где сейчас председатель и жив ли он вообще! А город разрушает битва трех охотников! Мы просто не можем всех эвакуировать! И… остановить бой тоже. Там… сражаются пятерки.

И Леди Сфера в этот миг поняла, что же её все же разбудило средь этой темной ночи, прервав крепкий сон, после сладостного… удовлетворения мечом.

Захотелось забиться под койку в подвале, предварительно накрыв её столом, и не вылазить оттуда ближайшие пару лет! Спрятаться, исчезнуть, убежать! Но как и тогда, на баррикадах, куда её, фактически насильно притащил председатель-дядя, она сейчас, несмотря на все свои страхи, и все желание подлым образом всех кинуть — она так не поступит. И… останется тут. И… и правда поможет всем, и чем только сможет. В рукопашную пойдет, если то потребуется! Она, сильная! Она… справится! Наверное.

Да и зачем в рукопашку, когда есть… этот грязный-мытый обломок меча, что ей самой, не навредит даже лезвием, а вот врагам… ну, хотя бы напугает! Особенно если его обосрать — от страха, конкретно так скрутило живот, и срочным образом понадобился туалет.

— Леди Сфера!

— Я буду через пять минут! Найди мне наиболее… нужную позицию! Для наибольшей… полезности моих сил.

— Хорошо Леди Сфера! Все организуем! — поклонился клерк пустому проходу в туалет, где во тьме скрылась Леди, и тихо добавил едва слышимо, и себе под нос, — Надеюсь, вы все же не сбежите под предлогом… недомогания.

— Не сбегу. — так же тихо проговорила сама себе под нос пятерка на толчке, все прекрасно слышавшая, и сама не верящая, что такое говорит здесь и сейчас, да еще и в слух.

Глава 13

— А вы вообще кто? — смотрю я на толпу людей, хлопая глазами.

И вопрос этот не риторический! Ведь пред нами кучка человечков, знакомых, и незнакомых, работников ассоциации, и каких-то левых, мужчины, женщины, старые, молодые, просто сборная солянка человечков! И… они те, кто активировали наш призыв о помощи! И при этом явно не те, кто в помощи нуждается.

Ловушка? Да, вполне себе она. Мы сейчас находимся в каком-то бункере под правительственном зданием в городе Ван, тут толстые стены, хорошая изоляция от всего, и вообще — это место, хоть и самый центр города, но при этом, практически идеальное убежище для тех, кто хочет скрытно провести некую акцию, учинить убийство и так же незаметно «прикопать» труп.

Ведь ко всему прочему, это место еще и какая-то лаборатория! И как бункер оно давно не используется, и как видно забыто всеми, убрано с карт и планов, и даже во время нападения тварей мега разлома на город, не использовалось как укрытия для важных шишек из здания на верху.

И лаборатория эта, тайная, располагает достаточным количеством кислот и веществ, чтобы кого-нибудь тихо… избавить от плоти, сварить, растворить, и спустить в унитаз. Ну и выходы на поверхность на удалении от лишних глаз, как понимаю тоже имеет, в том числе и ход в ливневый коллектор города.

И оттуда сюда, здешние работники, как видно притащили пару образцов проникши в коммуникации во время бедствия существ, как видно, для опытов. И их тушки, потрошеные, на столах, утилизированные в мешках, и целые в холодильных камерах, валяются сейчас по соседним с нашим помещениям.

Но люди пред нами — не ученые! И даже не лаборанты. Возможно, средь них есть и руководитель этой все тайной и запрещенной научной деятельности, но это не точно. И скорее тут лишь заказчик балагана с кислотой и тварями, скрытого под землей.

А еще тут есть явный бомж, от которого нестерпимо воняет, девчушка, что работала помощницей у Павла, пусть и не была с ним близка. И была скорее… на побегушках. И похоже она сюда и припёрла наши статуэтки Бины, для организации нашего вызова. Сразу три! Как видно имея доступ к месту их хранения. Хотя возможно Павел и еще кому их дал, и этот охотник тоже тут! Или так или иначе связан с этими людьми, но это не точно.

А еще, все люди эти, явно некие культисты, которых объединяет некий культ, из-за чего они в принципе все вместе тут собрались. Столь разные, по социальному статусу, по ролям в жизни, и вообще — разношерстная компания! Но при этом… решили вызвать в подземную лабораторию двух детей, чтобы… что?

— Мы хотели бы с вами поговорить. — взял слово тот, что был представительнее всех прочих, и явно был тем, кто и предоставил это помещение всем прочим.

Работник конторы наверху, так сказать, ответственный за снабжение. Правда, как понимаю, не деньгами. Хоть мужичок и выглядит солидно, и при галстуке, и в ботиночках лакированных, но по факту — явно просто клерк! Возможно… кто-то из работников со схемами, что когда-то, изучая старые сведения о здании где работает, нашел это место, о котором забыли все прочие. И он… сделал так, чтобы об этом помещении так никто ничего и не вспомнил, и даже не задумывался о существовании под зданием некого бункера-убежища, и не задавал вопросов, куда идут эти вот толстые кабели питания.

Хоть это, хех, не точно, и возможно все не так — пальцем по воде писано это все! Как и то, что этот тип, получив себе это вот помещение в полное распоряжение, устав гонять тут мяч в одиночестве, решил использовать его под организацию тут культа. Культа, члены которого настолько преисполнились, что решил призвать в своё логово пару пятёрок, чтобы… поговорить! Абсурд!

Хотя нет, я не прав. И там, и там, и там.

Этот мужик — тут не главный! Главная тут вон та вон староватенькая тетка, что как видно таскает деньги из кошелька своего муженька-бизнесмена-завода-владельца, и спонсирует всю деятельность этого культа за счет его средств. Ну а кто дает деньги, тот и босс!

С другой стороны, идейный мозг этого всего движения, вон тот паренек, что воняет и выглядит как бомж — неопрятная одежда, неумытое лицо, и вообще, вид такой, словно бы он только из коллектора вылез! И сомневаюсь, что это далеко от истины.

Скорее всего, этот умник и правда пришел сюда именно тем путем. Да и вполне возможно, что живет тоже там. и вообще — какой-нибудь разыскиваемый преступник мирового уровня. И охотник «почти двойка» и человек, с очень незаурядным умом и решениями, способным выдать на-гора неожиданные и невероятные по своей простате и эффективности решения.

В общем, с явным лидером у них все сложно! И от того даже говорить с нами, видя наше молчание и блуждание глазок по их тушкам, они как-то не торопятся. Не столько потому, что не знают, о чем с нами говорить, сколько потому, что, как видно, не знают, кто именно должен взять слово. У них вообще, походу, не было плана, вести переговоры по нашему появлению, не имея уверенности, что мы в принципе придем.

И задачу, что для них обозначило их «верховное начальство» звучало примерно как «призвать и говорить», и хоть им есть что сказать, но… уверенности в своих силах для беседы с нами явно нет. Ну а мы сами, как бы не спешим их подталкивать к откровениям, изучаем, и не столько людей, сколько пространство вокруг.

Ведь в том, что нас тут окружает, скрыто множество ответов на то, кто и о чем хочет снами «поговорить». А главное — как именно! Ведь это место, реальная ловушка! И реально на нас. На меня! И тот, кто все это вот организовал… с чьей помощью все это было организовано, желает… чтобы с нами говорили эти люди, пока мы — находимся тут. Вот только человечки, явно действуют не по плану этого некто, и… хех! Молчат. И… стоят, глазки пучат, как и мы.

— Сестра, — обращаюсь я к сестренке, слегка поворачивая голову в её сторону.

И сестрица, коротко кивнув, вывернула себя сквозь пространство в совсем иное место, прочь от сюда.

Прочь из этого бункера, из города вообще, да и из мира, по факту, тоже. Пусть и это лишь условно, отнорок, изолированный кусочек мира, вывернутое пространство, удаленная коморка… кусок мира, что еще его часть, но уже, от мира изолирован. Немаленьких размеров территория, куда так просто не попадешь! Которой для всех вокруг просто нет, и в которой… обитает сейчас, весьма опасная тварь, чьи способности схожи с нашими, и что… точно не должна жить в пространстве материального мира.

Она опасна! Она может сама создавать разломы в Хаос, пусть и для неё это требует условий, в отличии от нас. Зато — у неё нет моральных принципов! И для неё это цель, а не проблема. Тварь… может делать такие вот отнорки! Изолируя целые армии в ловушке и словно бы в карманном измерении! Это существо уже это делает! И я… допустил ошибку! Большую ошибку! И не заметил приход этой твари в мир.

Допустил то, что существо создало уже три таких барьера с запертыми внутри людьми! И… их всех, скорее всего, теперь придется убить — они уже, стали частью Хаоса! Их не спасти. Они слишком долго были в плену у этого существа! Ведь время за барьером течет сильно быстрее, чем в нормальном мире. И это… печально. И… надо торопится!

Для начала — надо уничтожить саму тварь! И поскорее! А потому — сестрица пойдет вперед и разберется. Потом она возьмет под свой контроль все те куски мира, что взяла себе тварь — с этим сестренка тоже должна будет без проблем совладать! Ну а после — очистив от скверны, мы уже вместе, вернем все, как было. Нам… ни к чему эти земли, ведь нас, так-то, итак уже подозревают в краже территорий, и вообще, во всяких иных, действиях неугодных. Незачем… еще больше плодить подозрений.

Люди, что пригласили нас «поговорить» и увидели, как сестрица просто исчезла с хлопком, чертыхнулись, и сообразили наконец врубить те системы ловушки, что им предоставили их покровители, для нашей поимки и беседы с нашими персонками, одна из которых нагло свалила, нарочно «хлопнув дверью» пред уходом.

Пространственный стабилизатор, устройство, что просто и гениально. Эффективно как топор, безотказна словно волчья яма, и работает само о себе, словно бы ветряная мельница. Устройство, что я придумал и создал когда-то давно, и что стало венцом творения просты и гениальности, моим самым выдающимся изобретением в плане эффективности на единицу работы.

Стабилизатор, что должен был защитить людей от Хаоса, иных нежелательных явлений и существ! И защищает! И работает как надо и эффективно! И делает пространство стабильным, непроницаемым, монолитом! И… я тоже, не могу сквозь такое вот пространство ходить, от слова совсем, и против меня эта штука тоже работает, и против меня его использовали уже не раз, не два, и не десять.

Более того! Нашлись умники, что нашли способ испортить это устройство, чтобы сделать из него… ловушки! Нашлись твари, что… стали распространять искажённую версию стабилизатора средь своих последователей! Даровать им, вместо устройства защиты, устройство, в зоне работы которого нельзя убежать! Но куда можно прийти, даже с глубин. А само устройство, после активации, уже нельзя отключить, и можно лишь уничтожить, или дождаться, пока оно выгорит само.

И против меня вновь применили мою же поделку, извращенную чьими-то гениальными, но извращенными ручками. И… судя по тому, как это все работает, я даже догадываюсь, кто за всем этим стоит, и кому эти культисты служат. Хотя вот они сами, вряд ли даже догадываться, кто таков, их главный владыка.

А еще, всех этих людей, объединяет не только их общая «культурная зависимость» и «оккультная тайна», но и то, что они все, кроме того умника-бомжа, очень, очень, очень слабые, но охотники! Охотники, что таковыми считаются лишь весьма и весьма условно, своей энергии имеют смех, да и только, но при этом — обладают потрясающим контролем маны! И… что-то там умеют во внешний контроль.

И я уже понимаю, как их, сумел соблазнить Хаос, на эту работу против людей — сила! Оно пообещало им всем свою силу! Нашлось некое существо, что решила поиграть марионетками наверху и… и хуже всего то, что несмотря ни на что, тварь, сдержала своё слово! Дало этим глупцам свою силу! И они все, поднялись как минимум на порядок! Став из полушки единичкой! И кто-то даже, за счёт этого и развил себя выше — привет умник, ты и правда силен! И… все, кроме этого умника, идиоты полные.

Они используют заёмную силу, как свою! Вот только работает это, что называется, в обо конца, и правило «ты то, что ты ешь» работает и с магией. И используя чужую ману как свою, они сами становятся подчинёнными этой чужой силы.

И пусть, до уровня марионеток Хаоса им еще как до солнца, но процесс… уже запущен, и они уже, явно ближе к тварям, чем кто-либо в этом мире, а естественная защита от Хаоса, что есть, наверное, у каждого жителя этой планеты, и в особенности у жителей Залиха, дала слабину. И мне уже даже интересно — а слышат ли они голоса в своей голове? Или там… пока лишь одинокий шепот их владыки?

И зачем они так?! Зачем. пошли на эту сделку?! Понимаю, сила, власть, деньги… даже не осуждаю! Но… есть же другие, более безопасные способы стать сильнее! Камни маны, как банальный пример! С их контролем, можно накачать самих себя слой и… ах, да — цена! Деньги, слишком многое решают! И камни маны, особенно мощные и крупные, слишком большая ценность, чтобы их можно было просто купить и «обмазаться»!

Альтернативы требуют усидчивости, систематичности, и планового подхода, да и откуда им знать, что так вообще можно? В этом мире неизвестны такие методики. К тому же — опять же деньги! Ведь кушать то хочется всегда! А с плотностью силы в этом мире… откровенная беда, и внятный эффект будет, только если сидеть постоянно где-то у открытого портала, колеся по свету, вслед за разломами подземелий.

Еще можно не маеться, и идти в сами подземелья! И эта методика не просто рабочая, и существующая в этом мире, а вообще, пусть условно, но хорошо известная! В определенных узких кругах, зато даже в нашем Залихе! И… при таком подходе, слабому охотнику слишком легко оступится. И слишком легко, вместо поглощения и переработки, пустить Хаос в себя. И как видно, именно так все эти люди, и стали частью этого культа, стали слугами, своего нехорошего господина.

Господина, что предложил им поймать меня в ловушку! И что… желает говорить? Мне от сюда не сбежать, но и для него, тут, все тот же материальный мир, со всеми его правилами, и материальным пространством вокруг. Стабильное пространство, и место, откуда и ему будет так просто не уйти прочь. И где мы… будем почти на равных, несмотря на всю мою нынешнею слабость.

Место, где мы и правда можем поговорить! Ведь кто-то со дна, сюда всё равно не явится, не целиком! Не сможет впихнутся! Не выдержит условий! И не сможет явится. Разве что куском! Не целиком! Ну а уж кто поменьше шкуркой… чтож, мне уже даже интересно, что мне хочет сказать, это вот, хех, хитро выделенное существо! Давай же, всплывай! Поговорим! Я жду!

Билл Лицин стоял на стене замка и смотрел на город по ту сторону реки. Туда ему сейчас хода нет, и не потому, что не может покинуть пределы стены замка – его никто не держит, он не пленник, и спокойно может выйти прочь, и прогуляться до города. А потому, что такой поход для него будет сродни пытке, ведь там, за пределами стен, он будет слышать ИХ, голоса, крики, шёпот… все и сразу.

И если к общему «белому фону» ужаса, и призывам к убийствам людей, и можно как-то привыкнуть, научится игнорировать, и не замечать, то вот к зову отдельных «личностей» - нет, никогда, они работают слишком изощренно! Пытаясь найти ключики к душе каждого, потенциально нового их слуги.

И вроде бы, он и так служит! Итак, слуга своих господ! Итак… раб! И в от части – заложник замка! Что стал его частью, и неотъемлемым «атрибутом». Получает от господ силу, имеет зависимость, воюет с людьми, осуществляя охрану словно бы страж, выбрасывая прочь неугодных, и пленяя особо настойчивых, и… разница меж этим, и тем, что предлагает тот голос в голове, настолько огромна, что даже смысла нет сравнивать.

Да, его господа тоже не люди, что очевидно. Эти двое детей… некие то ли боги, то ли твари, вылезшие оттуда же, откуда и прочие, но в тоже время – белые вороны, ренегаты среди прочих. Максимально возможное исключение из всех возможных правил. Они… за людей, за мир, за нормальное измерение! И стабильность пространства.

Им, противна сама мысль людей пытать, и даже когда нужно… они в большинстве своем спихивают эту работу на иных, на людей из ассоциации охотников, чтобы самим не заниматься подобным. А даже когда приходится… Лицин, часть замка, и все, кроме центральной башни, его территория, и он видел четко и отчетливо, сколь неприятна детям эта работа.

Детям противна идея разрушения городов – они скорее предпочтут строить, чем разрушать! И страж замка видит это наглядно, и скорее всего увидит еще и не раз. И планы детей, по созданию кирпичного завода, для застройки всех разоренных районов слышал и видел тоже не раз. И с бумагами этими, пока никто не видит, ознакамливался.

Для него нет закрытых дверей, в пределах замка, за исключением главной башни. И кабинет этой, администраторши Бины, в полной его власти и в доступности. И он там… частый гость ночами! Там… интересно, много всяких бумаг, планов, информации о мире вокруг, вещей, которые стоило бы знать, чтобы не жить в изоляции, в неведении, оторванным от мира, без понимания ситуации, к тому же стражу – не нужен сон. Он не спит еще с тех пор, как… угодил в западню со своими товарищами по части, как провел двадцать лет в камне. И времени у него… предостаточно.

В конце концов, дети не лезут к нему в голову! Им достаточно того, что он делает сам, по своему усмотрению! Даже когда это нарушает чьи-то границы, они скорее лично поросят его так не делать, чем осыпят приказами, и тем более залезут к нему в разум с грязными ногами, как делают эти, иные.

И лишь иногда, очень-очень редко! Пересылают некие сообщения, особой срочности и важности. И было это за все время лишь раз. И это, не вмешательство в мысли, а именно что четко отделимое от собственных дум послание, что не стремится навязываться, и становится чем-то… вроде продолжения собственных хотений.

И Билл давно уже решил для себя, что господ не меняют, что дети эти, есть Добро, а твари там, Зло. И последние полгода только убедили его в правоте своих выводов. А выход за пределы стен, только доказал очевидное, и известное уже давно – там враги, там он… не защищен магией замка, и будет слышать… голоса тварей с той стороны, призывающих отобранную у них добычу, вернутся в строй, и служить господам с глубин.

Убивать, убивать, и убивать! Разрушать и разрушать! Получить в замен силу, наслаждения, и что-то там еще – Биллу не интересно! Он не слушает! Старается не слушать. И даже возможность увидеться с семьей, его – не прельщает, ведь он уже давно и четко знает – все это ловушка! И точка.

Да, он и правда скучает по родным. По семье, друзьям, знакомым местам. Переживает о том, как они там! Ведь он думал, что прошло двадцать лет, и о нем все давно забыли! Оплакали и отпустили. А оказалось… он ушел в армию всего год назад, и двух десятилетий, что он провел заточенным в камень, для мира – просто не существовало! Был просто один день, бедствие, прорыв тварей, оборона города, бои… как они там все? Выжили ли? Все ли хорошо? Как его дом? А соседний…

Можно было бы попробовать кого-нибудь спросить, благо в замке сейчас полно людей, тех, кто не связан с той стороной и может спокойно путешествовать по миру. Можно было бы попробовать навести справки, и… но он не стремиться к общению с людьми, что обитают нынче в замке.

Для них, для большинства людей-слуг, его просто нет. Он им не показывается на глаза, имея возможность перемещается по замку как ему вздумается, без использования ног. Для некоторых избранных, которым он показал себя по тем или иным причинам, он… словно бы призрак замка, молчаливая тень, серьёзная персона… в общем, точно не тот, кто всего лишь бывший новобранец, и кому по времени нормального мира нет и двадцати.

И этому есть причина! Ведь он не дурак, и все понимает – если его опознают, то… попытаются на него надавить через его же родню. Использовать его, для создания лазейки в обороне! Постараются сделать так, чтобы страж замка, сам поспособствовал проникновению внутрь не званных гостей.

А значит… он должен скрываться. И точка. Никто не должен знать, ни кто он такой, ни где его родня, ни даже то, что она есть в принципе! Иначе… найдут, и будет плохо. Придется выбирать, и от выбора этого… тошно! И хотелось бы… любыми средствами подобного избежать.

Поэтому он работает сам, читая газеты, в том числе и те, которые некто неизвестный регулярно выбрасывает из окна центральной башни вниз, подслушивает разговоры – очень много и часто! Пытается самостоятельно понять, что там было в городе без него, как все прошло с обороной, и… что там вообще происходит сейчас, за пределами высоких стен замка.

Единственные, к кому он мог бы обратится с просьбой узнать о его родных – сами господа дети! Но беспокоить их по такой мелочи… он как никто понимает, сколь сильно они заняты и без его жалких беспокойств! И… лучше обождать, ведь даже год или два. По факту своему, ничего не изменят.

Он терпел нападки двадцать лет в камне! А уж тут, в спокойствии… всяко переживет и еще некоторое время в неведении, в надежде. Что дети, немного освободится от своих забот, или что он сам, как-нибудь окольными путями все узнает, и свидится.

Лицин продолжил смотреть на город, на набережную, где несмотря на ночь, собралось немало людей, поглазеть на сверкающий замок в хорошую погоду. В город пришла весна, стало ощутимо теплее, сезон дождей подошел к концу, а летний зной еще не успел взойти в права.

Идеальная погода для прогулок! Пусть ночью, после захода солнца, в городе все же еще слегка прохладно, и все же лучше днем. Но днем, замок не так красив! Не сияет, не… столь эффектен! Хоть и по-своему прекрасен и в лучах солнца, играя бликами драгоценными камнями шпилей башен.

Люди… беззаботные, спокойные… но в следующий миг, страж растерял все своё прекрасное расположение духа, навеянное видом мирного города, переведя взор в противоположную сторону, взглянув на центральную башню замка. На эту запретную для него территорию, место, куда ему нет ходу, что хоть и часть замка, но словно бы вне его. Место, где… что-то произошло! И что-то происходит.

Выброс магии! Огромный! И в глазах стража замка, середина постройки, словно бы стала накалятся до красна и бела, и встроенные в камень системы, взвыв, стали отчаянно пытаться остудить эту точку безумного нагрева, предотвратив перегрев и расплав.

Развели тепло по всей башни, во всей окружности, а затем и вверх, и вниз, по всей длине конструкции, предали энергию через проходы в иные башенки, учинив новые точки накала, а затем и основной постройке, и основанию замка. И расходящееся по площади энергия дошла и до стен, и дошла до Лицина, и тот мгновенно ощутил… весьма знакомый привкус.

Та сторона! Твари! Они… там?! Откуда?! КАК?! Надо… что-то сделать! Как-то… предотвратить беду! Но туда… ему нет хода! И он… ничего не может сделать.

«Нагрев» перегретой зоны продолжился, и там был явно не выброс, а некий… источник запредельной мощи, перегружающий контуры, что просто не успевают разводить силу по площади. Ведь для замка в целом, это не великая мощь! Но сосредоточившись на малой площади – уже граничная с его возможностями.

Впрочем, дети явно гении, и создали множества защит на подобный случай, так что системы замка, несмотря на перегрузку, активно перестраиваются, силясь переварить все, что им дают, пытаясь не поперхнутся в процессе.

И можно было бы сказать, что кризис миновал! И «перегрев» остановлен, пошел спад, но в следующий миг… страж замка почувствовал, как там, в эпицентре бедствия в замке, кто-то появился. А потом… и еще один, и по спине человека пробежал табун мурашек.

Там… твари! Запертые в клетке, дезориентированные, но… там! Прямо в сердце замка! А еще хуже всего, что в иной части замка, в башенке, где обитает целитель, лежит на полу его хозяйка. Девочка, из пары близнецов, что тело обезображено до ужаса, ребра сломаны, нога вывернута, и сама она… кажется словно бы и не жива! Хоть Лицин и уверен, что жива! Несмотря на то, что совсем не дышит – нечем! И… он её не сразу заметил, отвлекшись на нечто в главной башне, и… не почувствовав от неё привычного буйства энергии, ощущая малютку… словно бы выгоревшей свечой.

Нужно срочно что-то делать! – пронеслась в голове мысль, граничащая с паникой. – Перенести девчушку к целителю! Нет, это может быть опасно! Неизвестно в каком состоянии её тело! Насколько… все плохо из худшего! Нужно… позвать целителя! Только вот… можно ли ему доверять? Девочка сейчас, в том состоянии, когда… уязвима! А этот старик… не выглядит тем, кто… достоин доверия! И… что если он решит добить кроху, пока есть такая возможность?

Страшно! Очень страшно остаться без господ! Без… защитников от тех существ, что… атакуют сейчас замок! Атакуют... с двух сторон! – осознал Билл уже в следующий миг своей паники, вновь взглянув за пределы стен, на площадь камня мостовой подле замка.

Туда, где словно бы из неоткуда, появилось сразу два существа, вместо ног и головы у которых… щупальца. А в небе спустя миг, появилось третье, подобное, и… стала творить некую магию, желая… погубить всех людей вокруг.

Не позволю! – вскричал внутренне страж этих земель, и пользуясь тем, что в замке сейчас, огромный массив свободной энергии, стал пытаться сотворить некую магию в противодействие.

Выходить стало криво, выходить стало косо, его жалкие попытки, скорее мешали работе замка! Были… костылями, из кривых и сучковатых палок, мешающихся меж ног! Но в тоже время, своего он все же достиг, и внимание привлек.

И существо отвлеклось на него, перестав готовится убить всех, кто сейчас на набережной, и в домах вокруг неё. Обратило внимание на замок, и букашку внутри него, что мешает планам и действиям, вклиниваясь в тонкий процесс со своими грязными сапогами. Стало искать путь и возможность преодолеть защиту замка и добраться до новой цели! И… он выиграл время, позволив людям вокруг… даже и не заметить случившееся. Тем более что там, в ночном городе, прогремели некие свои, взрывы, результат разборок людей, меж собой.

От автора:

Следующая глава сегодня вечером. И с неё начнется платная часть. Если кому нужен промокод - обращайтесь.