Куда вас, сударь, понесло?

Пролог

— Догнать этого гадёныша! Он мне за всё ответит своей кровью! Я заставлю его умолять о пощаде! Скормлю его потроха рыбам! — брызгая слюной, орал капитан флагмана пиратской эскадры.

Матросы по команде боцмана в спешном темпе поднимали дополнительный парус для увеличения скорости хищного фрегата. Рулевой крутил штурвал, выравнивая курс за неспешно уходящей лодкой с одним единственным парусом. Мелкое судно шло к острову с крупными скальными пиками, торчащими из вод Южного моря напротив удобной глубокой бухты.

Десяток магов пытались достать беглеца боевыми плетениями, но всё было тщетно. Все атаки поглощались неизвестной защитой на лодке. Остальные три мага-воздушника напитали плетением ветра раскрывшийся парус. Увеличив скорость, фрегат рванул в погоню.

Поначалу отставшая эскадра из пяти боевых шлюпов постепенно наращивала ход и вскоре присоединилась к погоне за наглецом.

Управлявший лодкой человек оглянулся, ехидно ухмыльнувшись, усилил подачу маны на плетение ветра в парусе. Лодчонка рванула, подпрыгивая на морских волнах, практически влетела в большую бухту. Развеяв плетение ветра, человек неспешно развернул лодку и спустил парус. Встав в полный рост и заложив руки за голову, он прикрыл глаза, подставляя лицо солнечным лучам. На нём, кроме штанов, ничего не было. Вот и решил воспользоваться моментом по принятию солнечных процедур.

Через некоторое время до его слуха сквозь звуки волн и прибоя о берег острова со скалами донеслись грозные ругательства обиженного капитана большого корабля.

— Живьём брать паскуду! Он сам сдаётся! Осьминога ему в дырку! Испугался, мелкий гадёныш?

— Спустить паруса! — раздались голоса боцманов. И шесть кораблей удобно расположились в бухте острова.

Человек приоткрыл один глаз, осмотрел диспозицию и, нагнувшись, достал из-под скамьи три металлические палки длиной в два локтя каждая. Собрал их в одну, с глухими щелчками зафиксировал замки креплений и направил получившийся посох на флагманский фрегат. Среди скал позади остановившихся в бухте кораблей замелькали десятки фигур с такими же посохами в руках.

— Ты чё тычешь этой палкой? От страха умом тронулся? — заржали пираты.

— Предлагаю вам сделку! — крикнул человек с посохом. — Вы дружно покидаете свои корабли, а мы вас оставляем живыми на этом острове. Согласитесь. Довольно выгодное предложение.

Пираты падали на палубы со смеха, не замечая, что они уже на прицеле тридцати прямоходящих волкоподобных существ. Но вот кто-то на крайнем шлюпе заметил их, и смех стал затихать. На этом корабле.

— Засада! — заорал один матрос, и его поддержали остальные.

В этот момент человек на лодчонке активировал посох, и его направленный на флагман конец быстро налился ярким белым свечением. Один за другим сорвались десяток ярких зарядов и выкосили человек пятнадцать на палубе фрегата, причём всех магов разом, проигнорировав их защитные амулеты.

— Будем считать, что отказались. Ну, в принципе, вы нам нафиг не нужны были. Мне нужны ваши неповреждённые кораблики, — проговорил человек и стал выцеливать заметавшегося капитана пиратской эскадры. Но этот вонючка юркнул в трюм.

Монстры на скалах, получив команду, открыли шквальный огонь, выкашивая живую силу. Пираты, кто выжил, попрятались в трюмах, откинули заслонки бойниц и стали спешно заряжать кулеврины.

— На абордаж! — крикнул человек и, бросив посох на дно лодки, быстро накинул портупею с клинковым оружием. Сиганул в воду.

Монстры, получив приказ, положили свои посохи и последовали примеру наглого человечка. Разделившись на шесть групп по пять особей, достигли бортов кораблей и, используя свои мощные когти, резво забрались на палубы. Человек как раз только доплыл до флагмана, и его втянул на борт один из монстров. Оглядевшись, оценил ситуацию и ринулся в трюм за волкоподобными напарниками.

Рычание, маты, крики о пощаде и даже взывание к богам раздавались во время резни, пока странная команда абордажных монстров во главе с наглым человеком зачищала корабли от пиратов. Через три меры всё было кончено.

Монстры вытаскивали растерзанные трупы и бросали их за борт на корм рыбам, предварительно срывая с них пояса с кошелями и оружие.

Тем временем из-за острова к бухте медленно, словно крадучись, выплыли три торговых толстых корабля, неся на своих палубах составы новых команд захваченной пиратской эскадры, которая довольно продолжительное время терроризировала воды Южного моря. Охотясь на таких торговых толстяков.

Глава 1 Мэт

Ночью Мэтью шёл из бара в подвыпившем состоянии. Был повод нажраться. Настроение ему испортили ещё днём, когда уволили с работы.

— Мать их! Уволить меня с гребанной, неблагодарной работы медбрата в занюханной больнице на окраине Сан-Франциско! — прокричал в звёздное небо молодой жилистый латиноамериканец.

Допив бурбон и размахнувшись, закинул бутылку куда-то в подворотню. Послышался звон разбившегося стекла и возмущённый ор разбегавшейся парочки котов. Следом его обматерил пьяный бомж.

Заведующий приёмным отделением Грэхем Йохансен поймал Мэтью за воровство морфия и просто вышвырнул медбрата без выходного пособия, пригрозив донести в полицию, если он попробует оспорить его решение через профсоюз.

Покачиваясь и бубня злые проклятия на голову заведующего, бывший медбрат направился к причалу у доков. Там было одно заведение, «Бешеный Марлин», где всегда есть дешёвая выпивка и тёрлись барыги с травкой.

— Да, косячок сейчас не помешает, успокоить расшалившиеся нервы, — проговорил Мэтью, поворачивая на дорожку к ночному бару-притону.

Через полтора часа, активно догнавшийся дурью, получивший ощутимые тумаки от посетителей, дебошир был выкинут из злачного заведения. Немного повалявшись на земле и придя в себя на свежем воздухе, Мэтью поковылял, сам не зная куда. В голове шумело и крутилось, глаза ни на чём не фокусировались. В какой-то момент он почувствовал, что погружается в ватную тишину, и кромешная мгла закрыла глаза.

***

Кадер. День Большого Демонического Прорыва.

Мэтью очнулся от громких криков, скрежета металла и ярких вспышек. Открыв глаза, он тут же перекатился в сторону, уворачиваясь от копыт лошади с очень злым худым всадником, стрелявшим из лука на скаку. Рядом с ним ударил огненный шар и, опалив лошадь, метнул ее в другую сторону. Всадника выкинуло из седла. Похоже, он неудачно приземлился на голову. Дёрнулся пару раз и затих.

Адреналин наполнил Мэтью страхом и энергией. Он не понимал, что происходит. Вокруг шла какая-то битва. Различные монстры, странного вида люди и твари, явно из преисподней, рубили, грызли, рвали друг друга, бросались сгустками огня, льда и воды.

Вот мимо него, горланя, пробежало несколько низкорослых крепышей, облаченных в сверкающую броню и размахивающих колюще-рубящим оружием. С другой стороны, рыча, неслась смешанная стая хищников: медведи, волки и тигры. Прямо на него бежали зеленокожие монстры в кожаной броне, вооружённые круглыми щитами и топорами, отдалённо похожие на людей. Один замахнулся на парня топором, что-то крича грозным голосом.

Мэтью вскочил и побежал, стараясь не попасть под оружие, копыта и когти дерущихся. Одна паническая мысль вперемешку с давно забытой молитвой Деве Марии билась в перегруженном мозгу: "Беги подальше от этого адского кошмара! Пресвятая Дева Мария, убереги!"

Развив рекордную скорость и чудом не сломав ноги, Мэтью вырвался из адской кровавой битвы. Увидев бесхозную гнедую лошадь, он перехватил поводья, запрыгнул в седло и пришпорил пятками под бока. Лошадь и так была напугана происходящим вокруг. Получив чёткое указание от наездника, припустила во весь опор, подальше от творящегося кошмара.

Вырвавшись из этого бедлама, Мэтью наконец-то решил оглянуться. Над городом, охваченным пожарами, зияла кроваво-красная дыра, изрыгающая полчища монстров. Некоторые были крылатые. Воины, внешне похожие на людей, бились с чудовищными монстрами вдоль стен города. Высокие стены проломаны в нескольких местах. Он отвернулся и пришпорил лошадь. Подальше от всего этого.

Добравшись до высоких холмов, Мэтью осадил гнедую и остановился у маленького родника. Тут же ополоснул холодной водой потное лицо, смывая грязь. Напился и освободил место для лошади дав и её напиться.

— Сейчас они там друг друга поубивают, и выигравшие пойдут проверять территорию. Нужно уходить дальше, — вслух произнес молодой человек и посмотрел на солнце.

Пришлось немного подождать и понаблюдать за тенью, чтобы понять, в какую сторону она движется. Выбрав направление, Мэтью погладил животное по шее и двинулся на юг.

Проходя между холмами под надежной защитой от возможного наблюдения со стороны осаждённого города. От туда всё ещё слышался грохот и шум битвы. Он вспомнил, чем кидались некоторые монстры и люди, перекрестился, похлопал по груди и не нашел крестика. Видать, он потерялся во время спешного бегства.

Мэтью не был трусом. К двадцати годам он часто попадал в передряги с жёстким мордобитием. В детстве бывал на ранчо у деда Пабло, где и научился верховой езде. С трудом окончив школу среднего образования. По молодости и глупости вступил в банду латиносов «Сан-Дьябло». Через полтора года банда перестала существовать из-за уничтожения её верхушки, и молодёжь разбрелась под руку других главарей банд. А он пошёл на медицинские курсы медбратьев, так как мать заболела и нужны были деньги на лечение и уход за ней. А у медперсонала, к тому же, были льготы со страховкой на оплату медицинских услуг. Но мать скончалась раньше.

Парень стал вспоминать прошлые привычки. Алкоголь, наркотики и старые приятели. По-тихому подворовывал морфий и толкал через знакомого барыгу, а сам он любил по старинке забить косячок. В общем, обычный парень из латинского квартала на окраине Сан-Франциско.

Но происходящее сейчас его ошеломило и реально напугало. Это состояние сильно злило. Мучимый мыслями о своей судьбе, Мэтью направлял лошадь между холмами на юг до самого вечера. Нашёл небольшую ложбину и, примотав поводья к невысокому корявому дереву, полез в свои карманы. Джинсовые тёмно-синие штаны и куртка «Вранглер» порадовали грустной мелочёвкой.

Чек из кафе напротив клиники, три мятые купюры номиналом по доллару, мелочь в сорок пять центов, полупустая пачка сигарет "Lucky Strike" за пятнадцать центов, почти пустой коробок спичек, ключ от дома и документ на его имя (Мэтью Гарсия Мельядо, 5 марта, 1930 года рождения, Сан-Франциско, штат Калифорния).

Ещё раз проверив в нагрудном кармане куртки, нашёл смятый косяк. Оружия, конечно же, не было. С его латинским лицом опасно ходить с оружием. В любой момент хмурый полицейский-«коп» может потребовать документы и обыскать. Хуже от скотского отношения «гринго» — белых американцев — было только нигерам.

Оглянувшись на заходящее солнце, быстро пробежался между корявых деревьев в ложбине и насобирал сухих веток, попутно ободрав кору с деревцев. Кое-как собрал шалашик и поджёг спичкой сухую траву с чеком из кофейни. Разжёг костёр. Дождался, когда пламя уверенно возьмётся за древесину и вернулся к лошади. Нужно было снять седло и дать ей отдохнуть от ремней подпруги. Эти наставления он помнил ещё с детства, от деда Пабло.

Снимая седло и потник, Мэтью обратил внимание, что боковые защитные подушки исполняют роль подсумков.

Порывшись в первом, извлёк бурдюк с затычкой, неплохой нож в ножнах и завернутые в холстину листы каких-то бумаг с непонятной письменностью. Пара мешочков с вяленым мясом и сухарями завершили обыск первого подсумка.

Во втором обнаружился мешочек с монетами, очень похожими на золотые и серебряные, общим весом около восьми унций. Небольшой плоский кожаный тубус с рулоном чистых листов бумаги и закупоренной чернильницей с перьями. А мешочек с десятком крупных разноцветных кристаллов ввёл его в ступор.

Если с золотом и серебром всё понятно, там долларов на сто пятьдесят или двести примерно, то на счёт драгоценных камней он даже представить себе не мог их цену. Знал только, что они очень дорогие. В руки парню попало целое состояние.

Стреножив лошадь, Мэтью оставил её пастись на заросшей высокой травой полянке, а сам расположился у костра, оперев затылок в седло. Подкурив тлеющей веткой сигарету, задумался о своём положении. А подумать было о чём.

Дедушка с бабушкой в детстве рассказывали мифы и сказки про всемогущих колдунов и шаманов с жуткими ритуалами из Южной Америки. Упоминалось Вуду и другие страшилки. Повзрослев, он стал скептически относиться ко всем этим сказкам. Но то, что он увидел, когда очнулся, заставило вновь пробить тело нервной дрожью. Он воочию наблюдал настоящее колдовство и битву Древних народов. Эта мысль заставила его похолодеть. Порывисто высыпал на ладонь монеты из мешочка и при свете костра пригляделся к ним.

Монеты из золота были немного крупнее серебряных, и все они имели разную чеканку. Цветок, перекрещенные копья на фоне лосиных рогов, какое-то крылатое чудовище над короной и перекрещенные кирка с мечом. Их номинал понять было невозможно. Образов смерти и скалящегося солнца тоже не было. Это немного успокоило парня.

Ссыпав монеты в мешочек, сунул его во внутренний карман куртки. Достал один исписанный лист и попытался понять закорючки, но, разочарованно вздохнув, убрал обратно. Справедливо решив, что могут пригодиться, когда он дойдёт до поселения с нормальными людьми. Вдруг это что-то важное?

Мысль о том, что он каким-то образом оказался в прошлом Америки, пугала Мэтью. Так некстати всплывшие страшилки и мифы, рассказанные ему дедом с бабушкой, оказались реальностью.

Следующим он осмотрел нож. Удобная рукоять, толстый клинок плавно переходит в острую режущую кромку. Ширина около дюйма и в длину до десяти дюймов. Серьёзный нож с хорошей заточкой. Полюбовавшись клинком, Мэтью вернул его в ножны и положил рядом. Нож добавлял уверенности.

Перекусив вяленым мясом с сухарями и отхлебнув слабоалкогольный, неплохой на вкус напиток из бурдюка, Мэтью растянулся на расстеленном лошадином потнике, провалившись в тревожный сон.

На третий день пути в щадящем темпе, чтобы не загнать лошадь, Мэтью примерно подсчитал, сколько они прошли. Выходило что-то около семидесяти или чуть больше миль.

По пути попадались родники и небольшие речки. Так что от жажды он с лошадью не страдал. Вопрос был только с провиантом. Вяленое мясо и сухари он доел ещё во второй день. А лошадь перебивалась свежей травой. Хотя без нормального питания она долго точно не протянет.

На предпринятой им охоте удалось поймать возмущённо шипящую ящерицу и забить длинную змею. Приготовленное на костре мясо без соли было не очень вкусным, но зато утолило голод.

Один раз увидел крупную стаю волков и готов уже было развернуть пегую, да рвануть галопом. Но пара крупных волков из стаи, заметив его, только повели носами и продолжили свои поиски. Видать, не посчитали его вместе с лошадью достойной добычей. Для верности Мэтью объехал стаю по широкой дуге и продолжил путь на юг.

А на ночном привале произошла внезапная встреча.

***

— Грандан, глянь, кажется, кто-то лагерем встал за холмом. Дым от костра и жареным мясом пахнет, — смотря в сторону небольшого холма, окликнул атамана серый орк из банды изгоев.

Атаман Грандан, крупный зелёный орк, посмотрел в указанном направлении и шумно втянул воздух носом. Его полусотня орков-изгоев обнажили оружие и, растянувшись цепью, встали в ожидании команды атамана.

— Можно посмотреть, кто там. Но мне кажется, это одиночка. С таких обычно мало что можно взять. И, как правило, это сильные боевые маги, — Грандан посмотрел в решительные глаза своих орков. — Но если действовать аккуратно, то можно без потерь повязать мага. За таких Тинбарские пираты неплохо платят.

Бандиты весело оскалились, согласно кивая. Ведь четвёртый день им приходится уходить с пути крупных войсковых объединений имперцев с союзниками. Даже стаи Рэйфов появились. Что они ищут в степи, не понятно. Но встреча с ними бандитам-изгоям ничего хорошего не сулит. Да ещё мелкие караваны куда-то пропали. Кругом одни убытки, так сказать.

По отработанной схеме банда рассредоточилась с подветренной стороны холма, чтобы лошади жертв не учуяли чужаков. Два самых низкорослых орка ползком забрались на вершину и, осмотрев лагерь, один из них тихо сполз обратно.

— Атаман там один молодой человек с лошадью. Оружия не видать, кроме ножа. Одет необычно. Какой-то травяной сбор через скрученную бумагу вдыхает и выпускает из носа дым. Амулет определения магических сигналок с ловушками молчит. Видать, блаженный. Отправился за приключениями.

— Шаман, что ли? Хотя молодых шаманов не бывает, кажется, — задумался Грандан. — Ладно, ждём, когда уснёт, и вяжем этого блаженного. Там уже разберёмся и определим его ценность.

Привыкшие действовать слаженно и тихо орки приготовились ждать сигнала разведчиков. Через три меры времени к ним снова спустился низкорослый орк и подтвердил, что человек уснул, а стреноженная лошадь отошла в центр поляны. Набивает брюхо травой.

Атаман дал отмашку, и вся банда, заранее разделившись на две команды, тихим шагом стала огибать холм. Разведчик вернулся к своему напарнику на вершину контролировать ситуацию сверху с натянутыми луками. Человек мирно спал, укрывшись потником и положив голову на сгиб руки. Рядом лежали нож для разделки мяса и седло. На половину прогоревший костёр освещал небольшое пространство, но его вполне хватало для бандитов.

Подойдя вплотную, атаман озадаченно почесал затылок. Человек даже не пошевелился, всё так же мирно посапывая. Такое в его практике было впервые. Обычно разумные имеют обострённые чувства и как минимум сразу реагируют на присутствие чужаков возле себя. А этот, похоже, действительно блаженный. Грандан кивнул своим бандитам, и обмотанная тряпками палка хорошо приложилась к затылку человека. Тот дёрнулся, всхрапнул и потерял сознание. Пара орков тут же его обыскали, освободили карманы от всего, что нашли, и качественно связали отправленное в нокаут тело.

Это было самое лёгкое дело на памяти бандитов-изгоев.

***

Устроив привал, Мэтью стреножил лошадь и оставил пастись на полянке. Развёл костёр и выпотрошил пойманную вечером крупную ящерицу. Поджарил на углях мясо и поужинал, набив брюхо. Потом достал недокуренный косяк. Покрутив его в пальцах, решил добить. Глубоко затянувшись, подержал дым некоторое время в лёгких и с наслаждением выдохнул, ловя первый приход. Жизнь показалась не такой уж и печальной.

Третий день в степи не преподнёс ему опасных сюрпризов. Он даже сравнил себя с первыми поселенцами Америки, что так же бродили по прериям, любовались ночным звёздным небом и луной, слушали лай койотов.

Кстати, тут Луна ему показалась другой. Но так как никогда не интересовался спутником Земли, то и большой разницы не заметил. А она была для знающих людей.

Добив косяк, практически обжигая пальцы и губы, бросил крохотный остаток от самокрутки в костёр. Хлебнул воды из бурдюка, проверил наличие ножа под боком и прикрыв глаза, уснул.

Под действием дури мозг рисовал радужные картины во сне. Но в какой-то момент картины сменились болью в голове и темнотой.

Проснулся Мэтью с головной болью, чувством тошноты и затёкшим телом. Попытался пошевелиться, но это далось ему с большим трудом. Руки почему-то не двигались и были прижаты к телу. Разлепив отёкшие глаза, рассмотрел группу больших мускулистых людей с мечами на поясе. В кожаных куртках, обшитых металлическими полосами и пластинами. Один из них повернул лицо в его сторону, и Мэтью похолодел. Это были не люди. Дёрнувшись, он понял, что связан.

— Вы кто такие? Что вам нужно? — голос прозвучал хрипло, его мучил сушняк.

Монстры разом повернулись к Мэтью, скаля клыки. Один, самый крупный зелёный, подошёл к нему вплотную, что-то спросил на своём языке. Парень, сморщившись от головной боли, вытеснившей некоторую долю страха, стал откровенно нарываться. Обозвав подошедшего зелёной образиной. Но тот его не понял. Только хмыкнул и задумчиво почесал в затылке. Потом раздал своей банде команды и отошёл в сторону.

После этого у Мэтью Гарсии Мельядо, 1930 года рождения в Сан-Франциско, штат Калифорния, начался новый виток судьбы в жизни.

Полный ненависти к оркам и ко всем нелюдям. К тем, кто живёт лучше или имеет свободу от рождения. К своим собратьям по несчастью.

Этот виток судьбы сломал его как человека, и он решил стать более страшным и хитрым монстром.

Воплощать новую мечту Мэтью, а в последствии просто Мэт, смог только спустя сорок циклов жизни в мире Кадер. Когда скончался его рабовладелец и он получил свободу.

Имея опыт работы в алхимической лаборатории своего хозяина и раскрывшемуся дару мага-целителя с искривлённым понятием на жизнь и справедливость. В течение десяти циклов он втёрся в доверие к королю Агабраму Рамуну Саджу и стал продвигать разработанный лично им порошок, затуманивающий разум «Мир Грёз». А так же всё, что связано с порохом и простейшим огнестрельным оружием.

Глава 2 "Пора начинать по-новому мыслить"

До самого отъезда из Пасканы, столицы империи Араналс, по утрам проводились тренировки под надзором двух наставников.

Мать их! Двух монстров.

Моего учителя барона Аластара Крамира и его учителя, герцога Мечислава Предрага. Радовало, что не только мне с Рэйфами доставалось. Герцог гонял своих потомков с бароном, нещадно выжимая из них все потные соки.

Попав под жёсткий прессинг двух благородных маньяков, я окончательно понял, почему в этом мире некоторые аристократы, а особенно из линии правящей династии, считаются выше остального народа.

Они великолепно владели магией в купе с развитыми физическими возможностями и владением оружейного боя. Состояли в почётной должности советников Императора и довольно хорошо контролировали политическую ситуацию Империи.

Барон Аластар в некотором роде им уступал, так как был из более низкой сословной лестницы. Но он старался превзойти себя и подняться выше. Чем, видимо, и заинтересовал герцога Мечислава Предрага.

Единственное, возникал вопрос. Зачем так усердствовать и вкладывать усилия в моё развитие? Но этот вопрос разбивался о мою уникальность.

По-видимому, Император Роллаф Драгин попросил своего кузена, герцога Мечислава Предрага, раскачать меня по максимуму, пока я в столице, чтобы мог постоять за себя. Ведь с моей уникальной способностью Империя получает ещё больше преимуществ над остальными государствами сопредельных королевств.

А именно: открытие секретов и активация построек древней ушедшей цивилизации Арахнидов, на несколько порядков превышавших в развитии магических наук нынешнюю цивилизацию. Для себя их науку я назвал техно-магией.

Хорошо что под замок с охраной не заперли.

По итогу усиленных тренировок у меня слетели две заплатки на укрепившемся энергетическом каркасе, и тренировки в плюсе с усилением от Вертера довольно сильно повысили мои навыки как боевого мага.

Сначала я смог выстоять без поражений против основного своего наставника и удивить герцога на последней тренировке.

Потом резиденцию герцога Мечислава Предрага посетили три Архимага с госпожой ректором Виланой Дольчи и устроили мне тест-драйв на проверку магических сил.

Благодаря Вертеру и закрепившейся способности запоминать изученное, я показал хороший результат по владению и скорости активации плетений.

Тут хочу сознаться в читерстве. Вертер составил алгоритм для упрощения создания плетений. Он вписал активаторы в нечто подобное рунам. Когда нужно было что-то намагичить, я мысленно обращался к названию и руна появлялась перед взором. Мне оставалось только напитать её нужной стихией. Этот способ в несколько раз увеличивал скорость плетения. Ну а мощность я уже сам регулировал.

Вертер эту систему подсмотрел у меня из памяти. Использование "тэгов" в поиске интернета, соцсетей и сайтов.

После тренировок и завтрака мы с Сияной, Рэйфами, молодёжью и супругами аристократов отправлялись на прогулку по столице. Посетили несколько элитных павильонов, где я устраивал концертные выступления, и мне с бардом Колганом предлагали весьма щедрые гонорары за выступления на великосветских раутах. Я свалил эту обязанность на своего ученика, а сам больше времени уделял Сияне. На третий день после дня рождения принцессы мы были приглашены на императорскую рыбалку.

Один раз посетили местный центр развлечений. То, что я увидел, заставило вспомнить о хоккее. На моих глазах закованные в броню воины практически насмерть рубили друг друга. Трибуны активно болели за своих избранников и делали ставки. Накал страстей и азарта напомнил мне фильмы про гладиаторов. Я представил себе, какой азартный ажиотаж разгорится, когда тут появятся похожие на нашу Олимпиаду и сезонные чемпионаты с шайбой и мячом.

Ещё раз оглядел скандирующие трибуны. Решил сразу заняться развитием хоккея по прибытии в Рийн. Боулинг по моим чертежам и подсказкам мастера сами смогут сделать. А мы с Вертером займёмся подготовкой первых двух стартовых команд Герцогства Предрагов в графстве Цирин.

Далее, помня, что обращение к кому-то из богов имеет лимит: один Бог в один день. На следующий день после обращения к Виалерианне снова посетил Храм Всех Богов и обратился к Ирдену с интересующим меня вопросом. Скормив коробке для подношений средний рубин, я был выдернут из реальности и предстал перед богом магии и разума.

— Доброго вам, Ирден, — склонил я голову, следуя местным правилам почтения.

— Здравствуй, Корней, — контролёр сверкнул в ответ своими золотыми глазами.

— Предполагаю, что вы уже прочитали вопрос в моих мыслях? Меня интересует уточнение по пространственным пробоям, в одно из которых я попал. Вы как-то упомянули во время нашего знакомства, что это не редкое явление. А много ли разумных таким способом попадает к вам?

— Справедливое наблюдение с твоей стороны. По вашим меркам жизни такие пробои на Кадере бывают очень редкими. Примерно один-два на одно поколение разумных. Но, как правило, никто не выживает в новых условиях. Состав атмосферы неподходящий или физические факторы, с которыми реципиент не смог справиться, погибнув от клыков диких животных или встретив недружественные народы, — согласно кивнул Ирден, разъясняя ситуацию. — Но тебя интересует вопрос о том, кто мог создать оружие из твоего мира.

Я утвердительно угукнул, смотря в удивительно-золотые глаза контролёра.

— Я только недавно узнал, что мы проморгали один пробой. Это случилось пятьдесят циклов назад, во время Большого Прорыва Демонов. В наше оправдание скажу: тот прорыв с порталом перекрыл все остальные сигналы. А мы были заняты тем, что перебрасывали народы на битву с прорвавшимися демонами. Мы сами тем временем латали портальный разрыв в реальности, грозивший впустить на Кадер более сильного противника.

Ирден заложил руки за спину. Эта профессорская привычка отвлекала слушателя, пока он подбирал правильные слова. И продолжил обтекаемо объяснять ситуацию.

— Недавно ты с Рэйфами почувствовал волну обновления. Это Старшая дала о себе знать и открыла мне многие тайны и возможности. Теперь я могу отслеживать фон твоей энергии. Так были выявлены выжившие контролёры с твоей Земли. Но помимо этого, я обнаружил почти затухший источник в королевстве Тинбар, — развернувшись ко мне лицом, Ирден надавил строгим голосом. — Так как мы не можем напрямую вмешиваться в развитие разумных нашего мира, могу лишь сказать, что энергия принадлежит твоему земляку. Дальше ты волен решать проблему своими силами. Я всё сказал.

После этого обтекаемого намёками разговора меня вернули в реальность напротив алтаря Ирдена.

Попрощавшись с Хранителем храма Горонгом, я оседлал свою лошадь Ягодку и задумчиво поехал по празднующим улицам Пасканы. Возле центральной площади оглянулся, предполагая, что меня контролируют соглядатаи Центрального Управления Тайной Канцелярии. Нашёл взглядом резко отвернувшегося типа в ярком камзоле, делавшего вид, что покупает какую-то праздничную женскую мелочёвку у уличного торговца. Я понаблюдал и уверенно направил лошадь в его сторону. Спешился и вежливо похлопал его по плечу, предложил.

— Праздничного дня вам, уважаемый. Давайте выпьем за здоровье Её Императорского Высочества Лисанны Драгин в той таверне через дорогу.

Указал я растерявшемуся типу на заведение с позолоченной резной вывеской, изображавшей рыцаря на коне с турнирным копьём.

«Золотой чемпион» гласило название под образом.

Тип быстро взял под контроль свои эмоции и, коротко кивнув, вместе со мной направился в таверну.

Заведение оказалось из дорогих, но, не мелочась, я заказал нам кувшинчик красного огневирского вина и, когда подавальщица манерно налила нам в кубки напиток, дождавшись, пока рядом лишних ушей не оказалось, обратился к соглядатаю.

— Вы прекрасно знаете моё имя и титул. Как мне к вам обращаться?

Агент немного помолчал, пригубил вино и, отставив кубок, назвался.

— Барон Шард Волос.

Мы отсалютовали кубками за знакомство, и я пояснил.

— Я срисовал вас ещё на второй день пребывания в столице, — по правде говоря, это Вертер обратил моё внимание на него. — Вашему отделу лучше иметь резервные группы подмены, чтобы вести объект. Разумный, умеющий запоминать лица, способен вас выявить.

Барон Шард только хмыкнул в ответ и спросил.

— Вы хотели что-то спросить или рассказать?

— Как вы видели, я посетил Храм Всех Богов. Мне нужно было уточнение одного подозрения. Вы же знаете о нашей находке во время облавы на центральное логово тинбарских агентов?

— Да, знаю, — барон внимательно посмотрел мне в глаза.

— Нужно организовать мою встречу с вашим начальством. Но так, чтобы никто не знал об этом. Поверьте, вопрос серьёзный, и я не уверен, что в столице больше нет соглядатаев Тинбара.

— Через гонг будьте в парке «Победы». Там есть павильон травника Хорста. Он предоставит вам доступ в отдельную комнату. Ответственный по нашим вопросам будет внутри.

Агент допил вино и, учтиво кивнув, покинул таверну. Я проводил его взглядом до выхода и заказал лёгкий обед. Времени хватало. Тем более на центральной башне только что пробили полдень.

Расправившись с обедом, ведя в поводу Ягодку, я прогулялся пешком до парка Победы. Привязав её к коновязи, пошёл по дорожкам искать павильон травника Хорста. Он оказался в самом центре парка. Встретил меня старикан с хитрыми глазами в тёмно-зелёном наряде.

— Что вам угодно, господин?

— Меня тут должны ожидать, — ответил я.

В этот момент Центральная башня пробила следующий гонг после полудня. Травник коротко кивнул и отодвинул ширму за своей спиной, предлагая мне пройти в открывшийся проход. Я прошёл по короткому коридору и открыл дверь.

— Добрый день, Ваша Светлость.

— Добрый день, Императорский барон Корней Иванович Кеглин, — ответил на приветствие герцог Галлдан Драгин.

Герцог сидел в кресле возле небольшого столика и попивал ароматный отвар. Он кивнул мне на второе кресло.

— Я вас внимательно слушаю, — поставив чашку на столик, глава Центральной Тайной Канцелярии Империи откинулся на спинку.

— Я по делу о мушкетах, найденных в схроне местной агентурной ячейки тинбарцев, — присаживаясь, я сразу перешёл к главному. — Есть подозрение, что это оружие из моего мира, и оно очень опасно. Думаю, что вы уже разобрались, как оно работает?

— Да. Признаюсь, я был впечатлён его убойной мощью. Пули из лунного железа способны пробить любую магическую защиту. Это же подтвердили пленные из захваченных агентов Теней. К тому же было найдено подобное оружие, только короткое. Я так понимаю, его можно носить скрытно.

— Нечто подобное я и предполагал.

— Так что же вы можете рассказать нового об этом оружии?

— Я посетил Храм Всех Богов и переговорил с Ирденом, — при моих словах брови герцога удивлённо приподнялись, и я поспешил уверить в правдивости сказанного. — Могу подтвердить это на Кристалле Истины. Так вот, он выявил одно упущение пятьдесят циклов назад. Кроме меня ранее на Кадер попал ещё один мой земляк. И, судя по активной деятельности Тинбара, он не страдает моральными принципами и имеет какие-то свои цели в этом мире. Думаю, что нужно проникнуть в Королевство Южных Островов и узнать хоть какую-то информацию о нём. А самое главное снабдить ключевых фигур Имперского Совета и правительства моими защитными амулетами.

— Я так понимаю, вы с Вертером уже предприняли какие-то меры?

— Да, Ваша Светлость. Вертер готовит полигон для испытаний. Единственное, что мы не знали, это то, что пули сделаны из анти-магического железа. Данный факт даст нам более развёрнутые результаты испытаний.

Тут модуль связи на моём наруче активировался, и появившаяся голограмма Вертера повернулась к герцогу Галлдану Драгину.

— Корней хочет сказать, что нам нужно разрешение на создание некоторого количества этого металла. Так как я изучил ваши законы о запретах в некоторых производственных процессах.

— А что, он запрещён к производству? — удивился я.

— Да, запрещён в свободных кузнях, не имеющих специального имперского разрешения, — подтвердил герцог и, побарабанив пальцами по столешнице, согласно кивнул нам. — Хорошо. Ввиду вашей уникальности и беспокойства за Империю, я напишу приказ и отдам на подпись с печатями Императору. Уже завтра можете забрать его у меня в канцелярии.

— И не забудьте вписать отдельной строкой оплату услуг, Ваша Светлость, — не преминул уточнить Вертер и исчез.

— Хороший у тебя помощник, — ухмыльнулся герцог Галлдан и, допив отвар, встал с кресла. — Благодарю за ваши уточнения и бдительность. Мы действительно это очень ценим.

Я встал следом за герцогом и, учтиво поклонившись, вышел из комнаты.

***

— Сияночка! Пока наши мужчины заняты своими делами, а твой избранник, Императорский барон, ускакал в Храм Всех Богов, мы поедем в самый лучший салон пошива свадебного платья! — неунывающая виконтесса Камилла Хордон Радин оповестила девушку о сегодняшних планах.

— Но разве в Рийне не могут пошить платье? — спросила Сияна, немного побаиваясь миниатюрную аристократку.

— Фи, милочка. В столицу привозят самые лучшие ткани, и нельзя упускать шанс блеснуть своим нарядом из элитного салона самой госпожи Шермон, — виконтесса оглянулась за поддержкой на остальных дам в парковой беседке, где они расслаблялись под пение птиц и благоухание цветов.

— Госпожа Камилла права, — поддержала идею герцогиня Алина Предраг.

Остальные аристократки активно закивали, предвкушая поход в элитный салон пошива платьев.

Потратив на сборы половину гонга, женщины со слугами отправились в двух каретах на местный элитный шопинг, по пути заглядывая во встречающиеся павильоны и останавливаясь поглазеть на уличных артистов. Праздник был в разгаре.

Добравшись до своей цели, женщины погрузились в мир шелков, дорогой парчи и качественного тонкого холста всех цветов радуги. Помимо нарядов для будущей невесты, аристократки заказали и себе по паре новых платьев.

Виконтессу встретили в салоне госпожи Шермон как долгожданного гостя. Они были давними подругами, и Камилла держала постоянную связь со столичной мастерицей модных нарядов. Поэтому, отдав Сияну на попечение слугам и работницам-швеям, она с энтузиазмом обратила всё своё внимание новинкам модного течения столицы. Тем более что эльфы, восстановив торговые отношения с Империей, привезли свои обновлённые экземпляры женской одежды и аксессуары: от туфелек до шляпок.

***

Император Роллаф Драгин загнал битком очередной шар в лузу и с интересом наблюдал, как отыгравший биток, срикошетив, расталкивает остальные шары по сукну поля. Обойдя стол, прицелился и, смазав удар, отправил биток в длинный борт мимо намеченного шара. Пришлось возвращать один забитый им шар на поле. Противником в бильярдной партии ему выступал герцог Премысл Дарин, кузен по материнской линии. До этого с ними был ещё герцог Галлдан Драгин. Но к нему прибежал срочный посыльный, и, извинившись, герцог Галлдан удалился.

— Как тебе наш новый Императорский барон Корней Иванович Кеглин? — спросил Роллаф, надеясь сбить этим вопросом прицелившегося по битку Премысла.

Герцог резко ударил кием и удивлённо посмотрел на две лузы, в которые неожиданно закатились пара шаров, хотя он выцеливал один. Самодовольно хмыкнув в широкую бороду, вразвалочку пошёл вдоль борта, высматривая очередную удобную позицию.

— Если честно, то когда увидел его на балу, я сначала подумал, что он из моих подданных-северян, — Премысл определился с целью и с важным видом загнал очередной шар. — Очень похож на них. И взгляд такой же наглый. Но когда он начал своё музыкальное представление, стало понятно, что он не из моих. Северяне хороши как верные воины со своим чувством справедливости, но они напрочь лишены способности красиво составлять песни. Их песни: грозное рычание с перечислением убитых врагов и целью к победе под бой барабанов и гудение дудок.

— О да! На устроенном тобой балу в честь взросления наследника вся моя свита была в обмороке. Расслабились они тут у меня. Большинство уже забыло, что такое правильно держать меч в руках, — хохотнул Роллаф, наблюдая, как кузен прицелился по очередному шару и слишком сильно ударил кием по битку, от чего намеченный шар срикошетил от угла лузы и, сталкиваясь с оставшимися, разогнал их по полю.

— Я ознакомился с отчётами канцелярии Галлдана. Парень очень интересный. Удивляюсь, что наш хитрый проныра не заточил его под усиленную стражу с кандалами из лунного металла. Может, отдадите мне барона Корнея Ивановича на несколько декад или цикл? У меня в герцогстве тоже есть интересные курганы. Развалины-то искатели уже все облазили. Там совершенно ничего интересного не нашли, кроме световых шаров и какие-то спёкшиеся обломки.

Император задумчиво обошёл бильярдный стол и, найдя удобный угол, коротким тычком забил битком шар, сравняв счёт.

— Это обсуждаемо, но сам вопрос тебе придётся решать с герцогом Мечиславом Предрагом и с бароном Корнеем, — Роллаф загнал ещё один шар, увеличив свой счёт, и стал выцеливать сложную комбинацию наподобие той, которая случайно получилась у Премысла. Загнать сразу два шара.

— Кстати, ты вроде как изменил планы на охоту, — припомнил герцог недавнее заявление Императора.

— Да. Вместо осточертевшей мне охоты поплывём на рыбалку, — с довольным лицом проговорил Роллаф и, найдя, как ему показалось, нужный угол удара, разогнал оставшиеся шары битком по полю, ни один из них не закатив в лузу.

— Рыбалка? Это замечательно. Значит, завтра с обеда и до вечера? Я прихвачу бочонок нашей настойки на северных ягодах. У вас такие тут не растут, — в предвкушении потёр ладони герцог и прицелился по битку кием, надеясь на удачу, так как удобного для его понимания угла удара он не видел.

— Приглашу барона Корнея вместе с бароном Аластаром в свиту герцога Мечислава, — поделился приготовленным сюрпризом Император Роллаф Драгин.

— Я уже предвкушаю, как твоя свита будет шипеть: «Где же это видано, чтобы баронов приглашали на Императорскую рыбалку?» — ехидно передразнил кого-то герцог и сильным ударом заставил биток перескочить через намеченный шар, задеть следующий и вдоль борта загнать третий шар.

— Это было неожиданно, — удивился такому финту Роллаф и продолжил разговор. — А кто будет роптать выкину за борт. Как недавно сказал один новый барон: «Пора начинать по-новому мыслить».

Глава 3 "Король умер. До здравствует король!" И рыбак рыбака.

После обретения свободы Мэт в течение десяти местных лет приближался к ключевой фазе своего плана. Сегодня он будет демонстрировать королю Агабраму Рамуну Саджу корабельные кулеврины. Его рабы смогли всё-таки подобрать нужный сплав для стволов. От крупных пушек он отказался после первых же испытаний. Дело было в долгом процессе зарядки и средней дальности боя, причём под большим углом, что сильно снижало прицеливание. Их разве что можно было использовать перед абордажем. Но тогда был риск потерять трофейный корабль, утопив его залпом тяжёлых ядер.

А вот кулеврина надёжно выкашивала цели на палубе и не так критически повреждала трофейное судно. Испытания проводились на одном из захваченных кораблей с материка и большой группе рабов. Орков с гномами и людьми шрапнель разрывала на части с близкого расстояния, а на более дальней дистанции надёжно выводила их из строя, калеча и даже отрывая иногда конечности.

Мэт был доволен результатами, и ему не терпелось приступить к следующему действию по списку. Короля Тинбара ждал очень интересный сюрприз.

— Прошу, Ваше Величество. Не поскользнитесь на трапе. Присаживайтесь в трон на носу фрегата. Вам там лучше будет видно всё действие, — личный лекарь короля и по совместительству тайный советник предупредительно подавал руку и вёл Агабрама Рамуна Саджа к надстройке на носу, где был установлен трон.

— Ты какой-то сегодня слишком активный, — заметил король, подозрительно оглянувшись на своего приближённого. — Обычно тихий, спокойный и двигаешься плавно.

— Это от переживания демонстрации долгожданной моей разработки, Ваше Величество, — взяв себя в руки, проговорил Мэт. — Прошу вас, посмотрите на те два корабля напротив.

На приличном расстоянии от фрегата стоял быстроходный, хищный тинбарский большой шлюп с полной командой на борту, а напротив него трофейный торговый толстяк с сотней прикованных рабов на палубе. После команды Мэта сигнальщик продублировал на шлюп, и там началось движение.

Поднялись паруса, и боевой корабль пошёл на сближение, развернувшись на пол-оборота правым бортом к торговцу. Откинулись пять заслонок, громко громыхнуло, клубами вырвался дым, и на торговце заголосили раненые разумные. Кому-то оторвало ноги, кому-то руки. Некоторых сразу разорвало, окончательно умертвив. Шлюп тем временем продолжал разворот, и уже с кормы через две бойницы ударил гром, выплюнув клубы дыма. Крики обречённых усилились. А когда шлюп повернулся левым бортом и грохот последних пяти кулеврин огласил округу, на палубе торгового корабля остались только трупы и умирающие.

Король с первых залпов подскочил со своего трона и, подбежав к перилам палубы, с восторгом и удивлением наблюдал устроенное для него представление. То, что обещал этот странный Мэт, превзошло его предположения о сюрпризе. С таким оружием он сможет захватить всё южное побережье материка и, уже имея весомый аргумент, вторгнуться в Империю Араналс. Захватить весь материк уже для своей империи. А отправленные агенты Теней помогут устраивать диверсии в тылу врага.

Мечта вскружила голову Агабраму, и он повернулся со счастливой улыбкой к своему самому верному подданному, лекарю-алхимику Мэту. Раскинув руки, чтобы обнять отличившегося, король застыл. В лоб ему было направлено дуло малого мушкета. Удивлённо посмотрев в злые глаза Мэта, король активировал дополнительные амулеты защиты и попытался уклониться, хватаясь за золотую рукоять своего королевского меча.

Щёлкнул кремниевый замок, высекая искры на полку. Порох вспыхнул, и пуля из лунного металла пробила всю магическую защиту короля. Вошла ему в лоб, вырвала кусок черепа затылка, прошив голову Агабрама насквозь. Покачнувшись, мёртвый король упал на палубу.

Мэт поднёс дуло к носу, втянул ноздрями едкий запах сгоревшего пороха и расхохотался. Его поддержали все присутствующие на фрегате. Немногие из тех, кто попал под его ментальное влияние и предал своего короля. Переворот и захват власти вступал в новую стадию.

«Король умер. Да здравствует король!» Вспомнил Мэт слова из прошлого одной театральной постановки актёров на улицах далёкого Сан-Франциско.

***

Я стоял на палубе у перил роскошного речного корабля, больше похожего на баржу сухогруза с дополнительными надстройками для комфортабельных кают или комнат. Эти апартаменты язык не поворачивался назвать каютами.

Резные деревянные панели с позолотой. В каждой комнате свой малый модуль светового шара. Стюарды-слуги суетятся и угождают желаниям пассажиров.

В шоковом состоянии Сияна и её подруги-аристократки с гордо задранными носиками дефилируют по палубе в богатых дорожных платьях, манерно раскланиваясь с не менее именитыми дамами, и заводят пространные диалоги о погоде, моде, новых чемпионах. От остальных гостей и свиты Императора Роллафа Драгина Аранского они загадочно отмалчиваются, когда задают вопросы обо мне, Сияне и бароне Аластаре Крамире с его супругой и сыновьями.

Виконт Вальд Радин с графом Бицаном Валлей с их супругами и детьми чувствовали себя намного свободнее и постоянно находили компании по интересам.

Герцоги кучковались вокруг Императора, и среди них выделялся более крупный герцог Премысл Дарин. Их семьи тоже собирали свои кружки по интересам.

Когда корабельный мажордом, или как этого разодетого под попугая мужчину можно назвать, огласил имена и титулы всех взошедших на борт, я почувствовал себя муравьём. Ниже виконтов тут не было пассажиров, разве что их дети, но они наследники с возможным повышением титулов по наследству или преференциям.

Рэйфы, как всегда, завоевали всё внимание младших аристократов и некоторых молодых дам с юношами. Причём Шустрик успел оббежать все закрома корабля и утащил сырокопчёную колбасу, нагло поделив её у всех на виду с Сапфиром.

Я думал, что местный кок устроит охоту на оборзевшего енота. Но полноватый мужчина в белом берете, больше похожем на грустную тарелку, только проводил взглядом мелькнувший полосатый хвост енота и достал из короба новую колбасу. Быстро нарезал тонкими ломтиками и прикрыл стальной крышкой, отставив к другим приготовленным закускам.

Ко мне никто пока не подходил. Может быть, я такой страшный или просто этикет не позволял без команды Императора накидываться на меня, чтобы морально растерзать? Но, оглянувшись, заметил в десяти шагах от себя четырёх богатырей, больше похожих на викингов. Как минимум ростом с меня. Активировав магический взгляд, определил интересный источник энергетического каркаса. В магическом плане они были слабыми, но стабильными. Это, похоже, помогало северянам усиливать свои физические способности.

Широкие плечи, руки перевиты тугими мускулами. Одежда попроще, чем у остальных пассажиров. Но из очень хорошего качества крепкой ткани. Все в подобии безрукавок. У троих ухоженные бороды с заплетёнными косичками и очень наглые, вызывающие на конфликт глаза. От зелёных до тёмно-голубых.

Только один щеголял голым подбородком, и, приглядевшись, я определил, что это молодой парень, у которого только начали пробиваться усики. Неплохо акселерация по нему прошлась. Или на Севере все подростки такие?

Вот и проблемы подвалили. Подумал я, крепче сжимая гриф гитары. Оружие пришлось сдать корабельному боцману. Всё-таки с Императором отправились на рыбалку.

Кстати, он вместе с герцогами с интересом наблюдает за развитием событий. А именно, как я поведу себя, встретив этих крепких воинов.

Ну что же. Хотите шоу? Оно будет.

Я мысленно ухмыльнулся и направился к четырём воинам-северянам, смотря с насмешкой им в глаза. Сапфир, почувствовав моё настроение, тут же подбежал с Шустриком на спине. Вот теперь нам никто не страшен, подумал я, потрепав Рэйфов по загривкам.

— Ты из чьих будешь? — заносчиво спросил молодой человек, сделав шаг навстречу мне.

— Из северных, но не из ваших, — ответил я, остановившись в двух шагах от подростка, с интересом рассматривая его лицо.

Парень однозначно родственник герцога Премысла Дарина. Фамильные черты лица выдают.

— Это из каких? Мы все рода Севера знаем, но ни в одном не было шутов-лицедеев, — усмехнулся этот юнец, рассматривая меня и мою гитару.

Я под эмоциями чуть было не ляпнул, что из Шепов. Но вспомнил, что уже легализовался под своим родным именем. Ответил другое.

— Из бардов Кеглиных. Тех, что могут покорять северные просторы в трескучий мороз. И друга называют братом, а врага рвут на части, — сам не ожидал от себя такого перфоманса.

Один бородатый с тремя косичками весело толкнул парня и, кивнув на меня, предложил.

— Роргран. Может, проверишь этого говоруна?

Парень оглянулся на площадку высокой надстройки, где собралась компания Императора с герцогами, видать, не получив отрицательного знака, с кривой ухмылкой шагнул ко мне. Я тут же сунул в лапы енота гитару и мыслеречью попросил Рэйфов не встревать.

— Что, без папочки никак? — припомнив свою юность и как действуют такие обидные слова на мажоров, я подначил парня по мышечной массе крепче меня.

Роргран набычился и, оскалившись, попытался схватить меня за воротник. Причём это движение было сделано очень быстро. На уровне моего учителя, барона Аластара Крамира. Но, сделав подшаг назад, я ушёл из захвата и резко пошёл на сближение. Согнулся и подхватил парня за талию, почувствовав напряжённые мышцы его тела. Резко присел и, рывком подняв Рорграна, опрокинул себе за спину. Палуба жалобно заскрипела под массой молодого человека. Но парень не собирался сдаваться и, крутанувшись, оказался на ногах. Поймал мою руку и подсечкой по ногам опрокинул меня на скрипнувшую палубу. Я ощутимо приложился затылком.

Тут во мне проснулся азарт улиц прошлого. Я ударил пятками по голеностопам противника, откатился в сторону от падающего тела и возвратным кувырком оказался сверху. Схватил жёстко за шею и, напитав энергией стихии земли руку, прижал его к палубе. Второй рукой перехватил замах его кулака и так же при помощи стихии земли прижал скрещенные руки оппонента.

Его сопровождение азартно наблюдало короткую схватку, но в бой не лезло. А с императорской пристройки раздался грозный голос герцога Премысла Дарина.

— Роргран! Прекрати безобразие!

— Да, отец, — прохрипел парень, растирая передавленную шею.

Я встал и подал руку Рорграну. Тот перехватил за запястье и поднялся, опираясь на моё предплечье.

— Да ты, однако, хороший воин-бард. Рад познакомиться с тобой, Корней, — без злобы проговорил парень. — Можешь звать меня просто Роргран. А это мои дядьки-наставники. Брон, Клешен и Ворлан. Они из самого сильного Боргира рода Волка.

Тут подошли его дядьки и, ощутимо обхлопав по плечам, представились. Похоже, я был принят в братию северян. Отец Рорграна только одобрительно покивал с верхней площадки. А меня тут же закидали вопросами эти четыре свободолюбивых и простых в общении человека. Я даже почувствовал себя на родине.

Забрав у Шустрика свою гитару, которую этот енотище волочил по палубе, как обычную деревяшку, я предложил послушать новым знакомым одну припомнившуюся песню из репертуара группы Король и Шут «Хардкор по-русски».

Бери топор, руби хардкор!

Гони чертей!

Как известно на Руси,

Лучше Ваньку не беси.

А то схватит он топор,

И пойдет рубить Хардкор...

Не знаю почему, но мне показалось, что именно этот панк-рок стиль и мотив со словами боевым северянам зайдёт лучше всего остального.

Император со своей площадки ехидно наблюдал, как морщится его свита, и одобрительно кивал. Потом он огласил начало рыбалки. Я думал, что сейчас закинут сети или с помощью магии начнут вылавливать крупного муксуна с щуками и карасями, но ошибся.

— Удочка Его Императорского Величества! — провозгласил корабельный мажордом, и слуга принёс Императору Роллафу обычное удилище, похоже, из качественно высушенного бамбука.

Тот размахнулся и закинул грузило с наживкой на крючке метров на десять от борта вставшего на якорь корабля. У герцогов тоже были удочки, и только Северянин профессионально забросил крючок. Я огляделся и подозвал стюарда-слугу. Тот без слов понял меня и, метнувшись в трюм, вынес похожее удилище с миской червей.

Я критически осмотрел предоставленное орудие для ловли рыбы и мысленно позвал Вертера.

— Вертер, срочно покопайся у меня в памяти и найди всю информацию по удочкам и спиннингам. Если будет время, сегодня или завтра, хотя бы одна качественная удочка должна быть готова. Хочу подарить Императору.

— Я тебя понял, Корней. Как у вас говорят? Рыбак рыбака видит издалека? Вечером всё будет готово.

Отключившись от Вертера, я приступил к азартному делу. Рыбалка. Надеюсь, на борту Имперского речного корабля много соли со специями?

Рыба тут не пуганная или слишком наглая. Ловили все участвующие в этой забаве. Клёв шёл хорошо, но не всегда удилище справлялось с весом. Единственный, кто вытягивал крупных речных поросят, это был Император Роллаф Драгин. Потому что у него удочка была зачарованная. Это я случайно определил, когда он тащил крупного карпа. А эта рыба отличается очень скверным характером. Я активировал магический взор и определил плетение укрепления его удилища.

Ну да ладно. Императору положено побеждать даже в мелочах.

По итогу этой Императорской рыбалки недовольными осталось примерно половина свиты Императора Роллафа Драгина. Я думаю, что он взял сей факт на заметку. А по услышанным оговоркам понял, что этим же занимались агенты Центральной Тайной Канцелярии.

Похоже, в составе дворцовых лизоблюдов будет проведена чистка на соответствие лояльности к правящей династии. Ведь что может выявить диссидентов? Правильно. Невовремя и неосторожно сказанное возмущение своим работодателем. Эта аксиома и на Земле работала исправно.

После весёлой рыбалки сам Император попросил меня исполнить что-нибудь интересное из простого репертуара. У меня уже были заготовки из моего мира и моего личного сочинения. Начал со своего «Рыбак рыбака». В задорном такте два на два по струнам и перебираю лады, играю в современном стиле.

Мы сидим на тихом склоне,

Рыбу удим в полусне.

В этом скромном марафоне,

Счастье прячется на дне.

Поплавок качнулся плавно,

Ветер шепчет в камышах.

Нам вдвоём сегодня славно,

Нет тревоги в голосах.

Рыбак рыбака!

Видит издалека.

Течёт река,

И жизнь легка.

Вот проплыл карась ехидно,

Нам махнул своим хвостом.

Щука щёлкнула обидно,

Погналась за карасём.

Мы всё удим, рыбку ждём,

Под серебряным дождём.

Рыбак рыбака!

Видит издалека.

Течёт река,

И жизнь легка.

Мы всё удим, рыбку ждём.

Свита оживилась. Сияна прильнула к моему плечу. А я, не переставая, играл и пел с задорной улыбкой, напрягая голосовые связки. На «Русалке» народ уже подпевал в припевах. Ментальная магия, контролируемая мной, окутала Императорский корабль волнами задорного настроения.

Закидывал удочку в мутную гладь,

Хотелось мне щуку сегодня поймать.

Катушка трещит, разрывается нить,

Кого же я смог из реки притащить?

Русалка из речки, зелёный плавник!

Я к странным уловам совсем не привык.

Она мне кричит, проклинает крючок,

А я онемел и стою как дурачок!

Приплыла из самых далёких краёв,

Сорвала мне лучший на свете улов.

Ударила хвостом по грязной воде,

Такого не встретишь, поверь мне, нигде!

Русалка из речки, зелёный плавник!

Я к странным уловам совсем не привык.

Она мне кричит, проклинает крючок,

А я онемел и стою как дурачок!

Плыви же обратно, речная беда!

Я удочку брошу теперь навсегда!

Подняв всем настроение в такте дворовых мотивов, два на два в весёлом исполнении, отхватил свои аплодисменты. Следующей исполнил обойму позитивного из Кукрыниксов, тех же Король и Шут, Высоцкий и так далее.

Потом мой взгляд упал на весёлую миниатюрную виконтессу Камиллу Хордон Радин. Эта женщина как никто подходила на роль соло-вокалистки одного интересного произведения из моего мира.

Я перехватил виконта Вальда Радина и, объяснив свою идею привлечь его супругу к одной моей задумке, получил разрешение главы семьи. А когда госпожа Камилла узнала суть моей просьбы, она радостно захлопала в ладоши и тут же накрыла нас куполом, не пропускающим звуки. Я вызвал Вертера и с его помощью проигрывал композицию примерно три меры времени, а для верности накидал текст на лист бумаги. Потом ещё столько же времени потратили, чтобы отрепетировать тональность её голоса. Мы готовы были выступить.

Виконт Вальд, как маг с основным направлением стихии воздуха, создал плетение, усиливающее распространение звука, для нас с его супругой. И мы начали.

Мара, «Холодным мужчинам» в оригинальном такте акустической версии и с почти похожим на оригинал голосом госпожи Камиллы Радин.

Они провожали на тёмных машинах с охраной,

Они заражали своей болезнью странной.

К блестящему миру и к новым звёздным именам,

К роскошным квартирам, коллекционным винам...

Виконтесса Камилла Хордон Радин изредка смотрела на лист с текстом, когда я переходил на музыкальный проигрыш между четверостишиями, и довольно хорошо справилась со своей задачей.

У нас получился импровизированный караоке. Этим тут же воспользовался Император Роллаф Драгин, попросив меня прокрутить ему что-нибудь интересное. Я, прищурив один глаз, оглядел Императора и предложил песню группы Браво «Дорога в облака». Роллаф заучил текст, и уже через три меры времени мы запели в два голоса. Его голос был ведущим. Мы исполняли хит середины девяностых.

Я хотел бы ветром быть и над землей лететь,

К солнцу в снегах.

Я хотел бы в небе спать и сны о нем смотреть,

Сны в облаках...

В общем, Сюткин в исполнении Императора был хитом нашего караоке. Дальше самодержец предложил сворачиваться, и я своим голосом исполнил финальные темы из дворового шансона и фолка с панк-роком. Как раз наш корабль поплыл к причалу.

Неплохо провели время. Натаскали рыбы, попели песни. Сияна млела у моего плеча. Рэйфы неплохо обнесли кладовую императорского повара, а караоке никого не оставило равнодушным. Хорошо отдохнули.

Глава 4 Пир после рыбалки

— Папенька, вы задержались. А я ведь тоже хочу послушать мастера-барда Корнея, — тихим голосом начала с наезда на отца принцесса Лисанна, как только Император Роллаф Драгин спустился по сходням на твёрдую землю.

Роллаф оглянулся на сопровождение и, подмигнув дочке, объяснился.

— Не поверишь, дорогая. Корней устроил нам «караоке». Он так назвал наше сольное исполнение песен под его музыку. Вот и задержались немного после рыбалки.

— А как же я? — принцесса обиженно надула губки.

— А вы с матушкой и герцогинями с их дочерями изволили закрыться в залах Императрицы, где вас развлекал Вертер, помощник барона Корнея Ивановича, — ехидно поддел дочь Император.

Принцесса Лисанна похлопала ресницами, состроив милое личико. Она так делала, когда не могла определиться с аргументами. Женская часть высшего света Империи провела интересный день в компании неосязаемого разумного. Вертер продемонстрировал им новые стили женских нарядов и причёсок, подобранных им из какой-то базы памяти. От пышных бальных платьев до строгих приталенных костюмов и разнообразных туфелек с сапожками на каблуках. Потом рассказывал о сладких десертах и театре.

В итоге Её Императорское Высочество Клавика Дальни Драгин вызвала своих мастеров: главного портного, императорского повара и концертмейстера. Попросила Вертера повторить всё, что он рассказывал. А мастера тем временем кропотливо записывали и задавали ему уточняющие вопросы. Аристократки с увлечением влились в процесс обсуждения демонстрируемых новинок, и в итоге было решено провести эксперименты в моде, десертной кулинарии и создать первый драматический театр.

— Папа, я же не могу разорваться пополам. Нам Вертер такое показывал и рассказывал, что ваше грустное заседание с удочкой нам показалось неинтересным, — определилась всё-таки с аргументом Лисанна.

— Ты у меня умничка. Кстати, а Толлин ещё не вернулся с охоты?

— Когда я отъезжала от дворца, его ещё не было. Скорее всего, вместе со своими друзьями в охотничьем поместье останется на ночь.

— Я могу связать вас с цесаревичем, Ваше Императорское Величество, — подал голос Вертер из подаренного браслета на руке Императора Роллафа. — Он сейчас вместе с сыновьями герцогов и графов в сопровождении свиты возвращается в поместье.

Оставшиеся три браслета Корней презентовал старшей части императорской семьи. Только они ещё не привыкли к возможности постоянно быть на связи.

— Отец? — в проявившейся голограмме было видно удивлённое лицо цесаревича. — Я как-то и позабыл про эту штуку на руке.

— Как вы там поохотились? — сделав невозмутимое лицо, спросил Император Роллаф.

— Замечательно. Обоз с дичью уже отправили. Они скоро должны добраться до дворца. А мы ещё тут побудем, в твоём поместье. Утром двинемся в столицу.

— Хорошо, сын. Не безобразничайте там, а то знаю я вас. Наследник Огневиров наверняка притащил несколько бочек креплёного красного.

— Да мы понемногу, меру знаем, — неискренне ответил Толлин.

За его спиной мелькнуло довольное лицо графа Ливана Огневира, уже накатившего винишка, наследника герцога Дубнера Огневира.

— Добрый вечер, Ваше Императорское Величество. Мы совсем по чуть-чуть.

— Знаю я ваше чуть-чуть. В прошлый раз охотничье поместье восстанавливать пришлось. — Роллаф осуждающе посмотрел в глаза Толлина.

— Мы постараемся аккуратно, — заверил отца цесаревич и, глянув на кого-то за кадром, состроил грозное лицо, отрицательно помотав головой.

— А мы с маменькой собираемся театр создавать, — влезла принцесса Лисанна.

— Доброго вечера, Ваше повзрослевшее Высочество! — заметив личико сестры, Толлин шутливо подмигнул ей. — Что такое театр?

— Вертер вам там всё расскажет, — принцесса была довольна появившейся возможностью общаться на расстоянии и не удержалась, поделившись с братом новой идеей.

Пожелав сыну хорошего отдыха, Император Роллаф Драгин задумчиво посмотрел на браслет и обернувшись к ожидавшим сопровождающим предложил всем отправиться во дворец на вечерний пир.

***

На причале нас ожидала процессия с шикарной каретой и охраной Её Императорского Высочества Лисанны Драгин. Принцесса нетерпеливо прохаживалась по брусчатке набережной.

Ранее я думал задать вопрос кому-нибудь: почему принцессы с Императрицей не было на борту? Кстати, цесаревич Толлин Драгин тоже на глаза не попадался с самого бала. Может, они рыбалку не любят?

Когда Император сошёл по сходням, к нему подошла принцесса, а мы остановились, ожидая, когда отец с дочерью поговорят. Я обратил внимание, что Император Роллаф активировал свой браслет и с кем-то общается. Новые технологии начали проникать в этот мир. Это же увидели остальные присутствующие и с интересом наблюдали на расстоянии.

От свиты слышались отдельные тихие фразы об обсуждаемой новинке, а герцоги, поняв, от кого это новшество, дружно повернулись ко мне с немым вопросом. Я состроил серьёзное лицо и учтиво кивнул им. Мы поняли друг друга. Следующую партию сделаю для них с семьями.

Пока ждали, я спросил Вертера, на сколько комплектов хватает материалов. Оказалось, что у нас этого добра накопилось довольно много. На данный момент возможно собрать восемьсот тридцать пять устройств.

— Откуда столько материалов? — удивился я.

— Всю работу по добыче ресурсов выполняют Ликаны. С увеличившимся количеством работников я смог выделить десять Ликанов на общественные работы. Они заканчивают строить полигон. Сорок особей отправил на добычу материалов, в основном металлов и минералов. Племя Лисы сейчас занимается своим главным делом, охотятся и отлавливают круторогов, собирают стадо для своих и твоих нужд.

— Я тут подумал. А где мне взять столько времени на создание защитных браслетов связи хотя бы для пяти семейств герцогов? — этот вопрос реально так напряг меня. Мы ведь собираемся защитить от появившейся угрозы основных лиц государства.

— Пока ты плыл и развлекался в столице Империи, я создал соответствующую программу сборки. Нужна твоя команда для начала процесса. Если использовать один сборочный модуль, то уже к завтрашнему утру будет готово примерно пятьдесят браслетов с полностью активными модулями связи и плетениями защиты.

Я вспомнил, сколько подобных сборочных модулей в лаборатории, а их десять штук. Присвистнул. На меня недоумённо обернулись. Не отвлекаясь на присутствующих, сосредоточенно продолжал размышлять.

Получается, пятьсот защитных браслетов будет готово к утру. Уже завтра смогу обезопасить правящую верхушку Империи Араналс с их семьями и снабдить ключевых полевых и конторских агентов Центральной Тайной Канцелярии с личной охраной аристократов.

Сияна потянула меня за руку, ведя на причал к подъехавшим каретам. Я даже не заметил, когда Император закончил разговор и дал распоряжение на погрузку в транспорт. Рэйфы уже крутились возле одной кареты.

— Родной, о чём задумался? — шепнула Сияна.

— Да, тут новые вводные появились, благодаря Вертеру. Завтра с утра мне нужно будет смотаться в лабораторию, забрать кое-что. Ты же не будешь скучать без меня?

— Корней. Я всегда скучаю, когда тебя нет рядом. И наш ребёночек тоже, — погладив округлившийся животик, любимая мило улыбнулась.

— Я постараюсь не задерживаться.

И поцеловав Сияну в носик, я прикинул, какой у неё срок. Получалось примерно сто или сто десять дней. Нужно будет уточнить, сколько у местных женщин длится срок беременности.

Наш кортеж прибыл во дворец на пир, устроенный Императором Роллафом Драгиным в честь продолжения празднования дня рождения принцессы и по поводу удачной рыбалки. Дамы предварительно уединились в выделенных апартаментах привести себя в порядок. У большинства мужчин это не заняло много времени.

Примерно через два гонга народ начал собираться. В огромном банкетном зале я приметил нашего барда Колгана: он что-то обсуждал с концертмейстером и несколькими музыкантами. Кажется, парень проявил инициативу.

Среди пришедших на пир было шесть представителей эльфийского вида. Они вежливо улыбались обращавшимся к ним аристократам. Десяток празднично разодетых гномов с важным видом что-то обсуждали в компании нескольких орков и людей, так же выглядящих очень представительно. Похоже, это главы своих народов из сопредельных государств.

Гордого вида слуга в богатой позолоченной ливрее громко огласил приход новых гостей. Коими оказались Короли с семьями.

— Его Величество король Шкит Эйпл-Виргилий Третий из королевства Эллек. Её Величество королева Мелания Рована Эйпл-Виргилия. Их Высочества, цесаревич Ламар Эйпл-Виргилий, второй принц Тревир Эйпл-Виргилий, принцесса Верона Эйпл-Виргилия, — горластый слуга, или таких называют герольд, с глубоким поклоном посторонился, освобождая путь королевской семье.

Я тут же вспомнил просьбу одного картографа, которого встретил на заставе Башня. Он просил выступить на помолвке принцессы следующим летом в западном королевстве Эллек. Их я уже видел на праздничном балу. Но мысли тогда были заняты другим.

Внимательно присмотревшись к королевской семье, магическим взором выявил хорошо развитый энергетический источник каркаса у короля, по слабее у королевы и неплохой у цесаревича. Второй принц и принцесса были слабыми одарёнными.

Сапфир с Шустриком высунули любопытные морды между стоящими в первом ряду герцогом Мечиславом и графом Бицаном. Заметившие Рэйфов принцесса Верона с принцем Тревиром удивлённо уставились на волка с енотом, но, взяв себя в руки, продолжили своё шествие.

Следующими прибыли венценосные представители северо-западного королевства Вартан. Король Горнон Гарнский, его супруга королева Эмила Гарнская, цесаревич Артан Гарнский и принцесса Агата Гарнская. Их источники были посильнее предыдущей королевской семьи.

Последними пришли император с супругой и принцессой. Герольд объявил начало пира. И началось веселье с музыкой. Слуги начали заносить сегодняшний наш улов, который повара уже успели приготовить. Следом пошло разнообразие богатых и экзотических блюд. Вино полилось в кубки, здравицы с пожеланиями перекрикивали музыкальное сопровождение, в котором я узнал нотки моей музыки. Колган импровизировал, следуя моим наставлениям. Несколько выбранных им музыкантов старались не отставать от ведущей люмани. Парень уверенно поднимал себе цену.

Мы сидели за столом герцога Мечислава Предрага, наслаждались угощением. Я попробовал, как императорские повара готовят рыбу, и был приятно удовлетворён. Шустрику позволили забраться на стул возле Сияны, а Сапфир, вытянувшись, заглядывал мне под руку, перехватывая выделяемые ему куски деликатесов.

Далее были танцы, неспешные прогулки по залу и общение с гостями. Мы с Сияной не отсвечивали и скромно следовали за нашим герцогом. Как и в прошлый раз, я отмечал охрану из имперской службы безопасности или же из Тайной канцелярии. Они зорко следили, чтобы никто не испортил вечер скандалом или вызовом на дуэль.

— Шустрик украл сыр со стола короля Шкита, — вдруг по мыслеречи со мной связался Сапфир, заложив наглого енота.

Я посмотрел в сторону стола королевства Эллек и собирался уже идти на выручку мохнатому другу, но увидел, как принцесса Верона ловко перехватила это крадущееся с сыром в зубах недоразумение в жилетке и принялась тискать его. Шустрик сначала огрызнулся, но, увидев, кому попал в руки, расслабился и состроил умильную морду. Всё, принцесса попала в его чары пушистого попрошайки. Я только покачал головой и оставил всё как есть. Енот не пропадёт, если что.

— Ваша милость, Корней Иванович, — кто-то позвал меня со спины.

— Внимательно слушаю вас, уважаемый, — обернулся я к учтивому концертмейстеру.

— Приношу прощения, что отвлекаю вас, но Его Императорское Величество просил выделить вам следующую музыкальную партию после выступления наших музыкантов, — поклонился мне концертмейстер и указал на оркестровый подиум с высоким стулом для меня.

Я поблагодарил начальника музыкантов и, отведя Сияну к нашему столу, убедился, что она ни в чём не нуждается. Подхватил свой кофр с гитарой (Анну) и направился к подиуму. Попутно раскланивался с узнававшими меня аристократами. Хорошо, идти было недалеко. Как специально, стол, определённый герцогу Мечиславу, был в тридцати шагах от подиума. По пути я попросил Вертера подстроить модули световых шаров на люстрах банкетного зала под мою игру на гитаре. Так же, как было на праздничном балу.

Усевшись в удобный стул музыканта, я проверил натяжку струн и кивнул местному оркестру, что могут передавать партию мне. Имперские барды стали постепенно выходить из игры, ослабляя звучание и такт музыки. Я, подловив момент, перехватил своей гитарой аккорды, заиграл из группы Кукрыниксы «Надежда». Вертер приглушил свет и стал постепенно наращивать интенсивность свечения модулей под такт музыки и текста. А я запел голосом Алексея Горшенева.

Выкинь моё сердце, меня здесь нет!

Выкинь мою душу, погас в ней свет.

Снова в одиночестве у двери,

Моё тело рвёт себя изнутри...

Продолжая играть, сменил немного мотив и такт музыки продолжаю тему Кукрыниксов "Мечта".

Ты бушующий океан,

Живёшь как в последний раз.

И чувствуешь весь обман,

Не многим дано из нас...

Впечатлённые аристократы поначалу слушали песни молча. Я смотрел своим магическим взглядом и видел, как ментальные волны, усиленные световыми эффектами, устроенные Вертером, закручиваются разноцветными воронками, разбиваясь о личные защитные амулеты присутствующих. Но постепенно то один, то сразу группа разумных начинала подпевать. Хотя защита их всё так же стояла, удерживая оборону. На песне «Жизнь бывает разная» меня задорно поддержали гномы с орками и северяне герцога Премысла Дарина.

Раскачав народ, я перешёл к танцевальной части выступления и исполнил зарекомендовавшие тут себя «Вальс Бостон» и «Осколки льда». Приятно было наблюдать, как кавалеры приглашают своих дам и начинают кружиться в свободном вальсирующем танце. Да ещё Вертер включил образы танцующих пар на балу из моей памяти по старым кинофильмам. Сам я давно позабыл названия этих фильмов, но вот образы гусаров с дамами в бальных платьях ни с чем не перепутаю. «Гусарская баллада».

Вспомнив фильм, тут же в памяти всплыли строки одной баллады. После танцев я дал рукам передохнуть немного и прошёлся бодрящим плетением из целительской практики. Дождавшись полного внимания к своей персоне, заиграл гусарскую балладу «Давным-давно».

Ведёт нас жизнь дорогой длинной,

Смеяться, плакать, иль не плакать, все равно.

Когда звучит припев старинный,

Давным-давно, давным-давно, давным-давно!...

Гости на пиру расслаблялись по полной. Брутальные северяне вместе с гномами и орками орали куплет: «давным-давно, давным-давно, давным-давно!» Им вторили вся молодёжь и некоторые солидные аристократы. Концерт удался на славу. Нужно потом не забыть Колгану отдать остатки травяного сбора для голоса от мастера-травницы Ларги. Мне он уже не требуется. Голосовые связки могу сам подстраивать под нужный тембр голоса.

Император Роллаф Драгин попросил меня исполнить про рыбалку, которые я пел на корабле. Отыграл «Рыбак рыбака» и «Русалку». А чтобы остальные не стали накидывать заявки на песни, так как по ощущениям уже довольно поздно, я завершил свой концерт последней песней «Благодарность».

Благодарен вам за этот дивный вечер,

За теплоту и радость нашей встречи.

За дружный смех, за добрые слова,

От них кружится сладко голова.

Пусть этот миг останется в сердцах,

Как светлый луч в темнеющих часах.

Желаю всем спокойствия, добра,

И чтоб душа была всегда светла.

Пусть ночь укроет мягким полотном,

И счастье тихо постучится в дом.

Хорошего вам вечера, друзья,

За всё сегодня благодарен я.

Закончив последний куплет, я встал со стула и изобразил полупоклон залу. Позвав Рэйфов, быстро сбежав с подиума, добрался до нашего стола. Сияна имела уставший вид, и мы распрощались с присутствующими рядом. Я взял свою девушку под руку и повёл на выход. По пути нам встретился герцог Галлдан Драгин.

— Ваша Светлость, у меня есть просьба на завтрашнее утро, — отведя герцога в альков и придерживая Сияну, попросил я. — Мне нужно добраться до лаборатории. К утру Вертер обещал подготовить некоторое количество защитных браслетов, таких, как я сделал для императорской семьи.

— Это связано с делом о мушкетах и пулях из лунного металла, — догадался глава Центральной Тайной канцелярии?

— Совершенно верно.

— Хорошо. Стража на воротах будет оповещена, и вас проведут в мой кабинет. Там подробно всё объясните. Хорошего вам вечера.

Герцог Галлдан Драгин учтиво попрощался с нами, и я наконец-то довёл Сияну до одной из ожидавших гостей кареты. Расслабленно откинувшись на мягком сидении, обнял клевавшую носом любимую, потрепал по холкам довольных жизнью Рэйфов. Покатили в резиденцию герцога Мечислава Предрага мыться и отдыхать. День был насыщенным.

Глава 5 Неудачное покушение

Его Императорское Высочество Толлин Драгин встал рано утром и вышел во двор. На востоке, за верхушками деревьев, светило только начало окрашивать утренней зарёй небосвод. Птицы просыпались и начинали свою музыкальную перекличку. Прохладный воздух концентрировал росу на растениях, и дышалось особенно приятно утренним воздухом, насыщенным природными ароматами леса, окружающего охотничью резиденцию Императорской семьи.

— Толлин, будь другом, убери эту головную боль, — прохрипел граф Ливан Огневир, появляясь в дверном проёме и придерживая свою тушку рукой за косяк.

— Ливан, это твоя идея была вчера смешать несколько видов вина! — хохотнул цесаревич, прекрасно зная, что у троюродного кузена нет способностей к целительству.

— Я тебе лично партию выдержанного красного огневирского привезу. Только избавь от этого мучения, — похлопал мутными глазами наследник герцогства, создававшего самые лучшие вина империи, но совершенно не умевший пить и вовремя остановиться.

Толлин с ехидной ухмылкой подошёл к кузену и активировал целебное плетение, очищавшее организм от алкогольных токсинов и их последствий. Ливан сразу же облегчённо задышал, и в этот момент из браслета на руке цесаревича вынырнула голограмма Вертера.

— Ваше Императорское Высочество. Срочно укройтесь в здании и забаррикадируйте двери. Через лес на подступах резиденции скрытно продвигается крупный отряд. Не мешкайте и будьте на связи. Соединяю вас с Императором для дальнейшей координации действий, — быстро проговорил Вертер и отключился.

Толлин тут же затолкал обратно Ливана и, заорав во всё горло, призвал охрану. Быстро раздав команды старшему внешней охраны, он посмотрел на подаренный бароном Корнеем браслет.

— Толлин! Что у тебя там происходит? — раздался обеспокоенный голос отца.

— Сам пока не понимаю, но Вертер вдруг появился и посоветовал укрыться. Говорит, что крупная группа разумных скрытно приближается к нам. Пока ждём, мы никого не видим, — отчитался цесаревич и выглянул в окно, проследив, как охрана с оружием наголо окружает особняк и сосредоточенно следит за лесом.

В этот момент вспыхнуло пара десятков огней за ближайшими деревьями, распространяя густой дым, и прозвучал разрозненный гром. Личная охрана наследников высшей аристократии тут же потеряла половину гвардейцев. Они падали корчась на земле. Оставшиеся двадцать воинов слаженно отступили к пристройке, укрывшись за деревянными стенами и визуально контролируя пространство.

Тем временем из леса выбежало полсотни людей в тёмных одеждах, вооружённые мечами и какими-то палками в руках. Воины охраны аристократов, определившись с противником, с криками ринулись на перехват крупной группы злоумышленников, осыпая их боевыми плетениями. Раздался грохот, и нападавших заволокло дымом, а из охраны на ногах осталось пять человек. Вражеские воины лавиной опрокинули выживших и, просадив защитные амулеты охраны аристократов, быстро добили их.

— Что происходит? — одновременно раздались голоса Императора Роллафа Драгина из браслета и проснувшихся аристократов в особняке.

— Отец, на нас напали! Внешняя охрана выбита полностью. Внутри остались только мы и дюжина личных телохранителей! Постараемся продержаться до прибытия подмоги, — дрожащим от негодования голосом чётко отчитался Толлин перед отцом и хмуро посмотрел на помятые лица двух кузенов и трёх близких друзей.

— Толлин, объясни, что происходит? — граф Гаррангар Виргир, старший наследник герцога Берригана Виргира и двоюродный кузен Толлина Драгина, протиснулся между двумя своими телохранителями.

За спиной Гаррангара мелькали три виконта со своими телохранителями. Толлин глянул в окно и резко отшатнулся, когда после одиночного грома что-то гулко ударило в боковую часть рамы, обсыпав его щепками. Цесаревич соображал быстро и, когда увидел, что самые мощные амулеты личной защиты имперской гвардии не справлялись с этим видом оружия, понял: когда звучит гром, лучше не отсвечивать на открытом пространстве.

— Господа, кажется, мы в жопе, — хмуро констатировал Его Высочество и стал раздавать команды. — Тащите всё, чем можно забаррикадировать двери. Охрана, проверьте запасные выходы и также заблокируйте их. Остальные отступаем в большой зал. Будем там держать оборону. В оружейной есть несколько арбалетов. Вооружаемся ими и ждём неприятеля. Дальше по обстоятельствам.

— Толлин! Держитесь там! Менее чем через пол гонга мы с подмогой прибудем! — остававшийся на связи Император слышал всё, что происходит в охотничьем особняке, и уже поднял на ноги всю дворцовую гвардию.

***

— Корней! Подъём! — заорал Вертер у меня в голове.

— Какого ты творишь?! — грохнулся я с кровати, ошарашенно оглядываясь. — Пожар начался?

— Нет. Но сейчас происходит событие хуже пожара, — более спокойным голосом начал пояснять свою внезапную активность симбионт.

Пока Вертер рассказывал о происходящем в охотничьем особняке императора, я в темпе одевался и, поцеловав не до конца проснувшуюся Сияну в носик, подхватил свои клинки в ножнах и арбалет с перевязью-патронташем под болты, выскочил в коридор. Там уже царила организованная суета. Герцог Мечислав Предраг командовал экстренным сбором, на ходу накидывая нечто похожее на лёгкую броню в виде нагрудника. Барон Аластар Крамир сосредоточенно проверял свой комплект холодного оружия, следуя за герцогом. Графы Бицан, Ярин и Светозар с пристроившимся к ним виконтом Вальдом быстрым шагом появились из левого крыла гостевых покоев, так же на ходу проверяя свою амуницию.

— Вертер, ты как умудрился всех разбудить? — немного затупив, удивился я.

— Я подключился через все модули дворца герцога. Ты уже забыл, что везде в зоне доступности активирую их?

— Точно. Извини, по утрам я немного торможу, — покаялся я и чуть не споткнулся об выскочившего со стороны кухни Шустрика.

Енот резко сделал вираж и пристроился рядом со мной. Следом выскочил Сапфир.

— Корней, мы услышали какой-то шум и почувствовали нарастающее беспокойство. Что произошло? — удивлённо спросил меня в мыслеречи волк.

— Нападение на наследника императора в их загородной резиденции, — коротко ответил я, следуя за остальными аристократами во двор, где суетящиеся слуги герцога уже седлали скакунов. — Кажется, сегодня мы немного разомнёмся.

— А я перекусить не успел, — пожаловался Шустрик, ловко заскочив на спину Сапфира.

— Если проявишь сегодня себя, то лично выбью для тебя из повара герцога самую вкусную копчёную вырезку, — пообещал я, забираясь на придержанного для меня чёрной масти коня, даже с виду выглядящего сильным и агрессивным животным.

Использовав ментальный посыл, наладил контакт с жеребцом и, расположив его к себе, поддал пятками, пустился в след за кавалькадой, усиленной личной гвардией герцога Мечислава Предрага. Мы пронеслись через распахнутые ворота на только начинавшие просыпаться улицы Пасканы, распугивая изредка попадавшихся по пути до городских ворот обывателей. За стенами ускорились в галоп, и мы, вытянувшись в линию, рассекали утренний прохладный воздух, понеслись по слегка извилистой дороге. Я несколько раз оглянулся на столицу и уже, когда доскакали до кромки леса, заметил, как из ворот города вырывается поток всадников. Похоже, мы оказались ближе и опередили основную гвардию императора. Герцог тоже это заметил, но не стал останавливаться, а продолжил гонку.

Когда наши кони уже стали хрипеть, впереди послышались выстрелы, и мы выметнулись к большому особняку, осаждённому примерно полусотней людей в тёмных одеждах. Я сразу же подумал о тинбарских диверсантах.

Так как мы появились неожиданно, нападавшие не сразу нас заметили, и именно это спасло жизни не оснащённых моими артефактными защитными браслетами воинов и наследников герцога Мечислава. Проскакав мимо убитых пулями воинов имперской гвардии охраны цесаревича, я взвинтил своё восприятие. Вертер активировал свои закладки, усиливающие мои способности. Вскинув арбалет, я стал обстреливать неприятеля, заканчивавшего перезаряжать свои мушкеты. Тинбарцы попытались выставить оборонительную защиту своей магией и амулетами, но наше неожиданное нападение внесло смятение в рядах неприятеля.

Соскочив с коня и отбросив арбалет, я обнажил свои клинки и атаковал тинбарцев молнией. Видать, от адреналина и дополнительного усиления у меня получилось отправить сразу три заряда, прошившие защиту врагов, и три тела задёргались в конвульсиях на земле. Дальше не рискнул использовать боевую магию на расстоянии, потому как остальная наша часть отряда вступила в ближний бой. Я присоединился к битве и оттянул от здания троих тинбарцев.

Тут подоспели Сапфир с Шустриком. Енот с бешеным криком прыгнул на ближайшего врага, а волк кинулся тому в ноги. Опрокинув тинбарца, Рэйфы просадили его защитный амулет, и мощные челюсти Сапфира сомкнулись на горле поверженного. Вырвав кусок плоти и оставив обливаться врага кровью, Рэйфы занялись следующей целью. Я же, занятый троицей неплохих фехтовальщиков, провёл серию атак. Напитав свои клинки энергией Электро, заставил их бросить ударившее электрическими разрядами по рукам оружие, быстро добил их, переключился на остальную массу.

Пока наша команда отвлекла тинбарцев от особняка, из распахнувшихся дверей выскочил цесаревич с товарищами и телохранителями. К прибытию большой кавалькады, возглавляемой императором Роллафом Драгиным, с напавшими диверсантами было почти покончено. В плен взяли пятерых, и гвардейцы императора быстро заковали их в антимагические кандалы из лунного железа.

— Толлин! Ты цел? — Император Роллаф подошёл к наследнику и внимательно его оглядел.

— Цел я, цел. А вот отряд гвардии охраны потерял. Прости, отец, — хмуро оглядывая распростёртые тела своих воинов, проговорил цесаревич.

В этот момент кто-то заскулил. Мы повернулись на звук и застали интересную картину. Рэйфы пытали пленного.

Сапфир грозно рычал оскалив пасть, щёлкал клыками в опасной близости у шеи одного из уцелевших пленного. Шустрик же в своей жилетке, вздыбив шерсть, тащил подобранный с поля боя кинжал и подкрадывался к промежности неудачливого диверсанта. Так же порыкивал и делал вид, что хочет проверить остроту клинка на причинном месте пленного. Тот, бледный и потный, тихо скулил, сидя на пятой точке, прижатый к стене особняка, и его панический взгляд обещал рассказать нам всё, что знает. Только бы убрали от него этих лохматых маньяков, особенно енота.

— Шустрик! Сапфир! Прекратите кошмарить военнопленного! — окликнул я Рэйфов.

— Ага. Щас. Вот только заработаем на тележку копчёностей и сразу прекратим, — оглянулся на меня Шустрик, состроив умильную мордаху, и продолжил идти, немного раскачиваясь на задних лапах и примеряясь кинжалом.

Реально выглядел как маньяк-кастратор. Я даже немного забеспокоился за психическое здоровье пленного, но, припомнив, что эта организация из себя представляет и чем они тут занимались до нашего прихода, просто махнул рукой. У нас ещё четверо тинбарцев есть, если что.

— Барон Корней Иванович, а чем это твои Рэйфы занимаются? — спросил Император.

— По идее, допрашивают пленного, а по факту развлекаются. Они сегодня не успели позавтракать, вот и злятся, — невозмутимо ответил я, наблюдая за реакцией оставшейся четвёрки хмурых, побитых и израненных тинбарцев.

— Я всё скажу! — вдруг заорал жертва пыток Рэйфов. — Только не бесчестье! Молю!

И, как говорится, клиент потёк. Полностью подтвердил подозрения о причастности королевства Тинбар к этому нападению. Причём приказ поступил от наследного принца Форека Агабрама Саджа, ставшего королём Тинбара после недавней трагической кончины его отца Агабрама Рамуна Саджа.

Данная новость удивила присутствующую часть аристократов. Король Форек ускорил реализацию планов покойного отца, приказав захватить или убить цесаревича Толлина Драгина, а также наследников герцогов.

Видать, тинбарцы уверовали в силу нового оружия и хотели таким образом начать обезглавливать империю Араналс. По их расчётам, старшие аристократы должны были потерять рассудок от горя потери и ринуться мстить. А их вместе с войском будут поджидать вооружённые пороховым оружием отдельные отряды диверсантов, что постепенно закончат работу по обезглавливанию империи. Ну а дальше ход мысли стал и так понятен. Начавшаяся внутренняя грызня за власть среди следующей ступени аристократии должна была ослабить военные позиции имперцев вплоть до начала внутренних конфликтов.

Высшие аристократы переглянулись, не понимая, в чём была гениальность плана. А я, в свою очередь, спросил пленного: откуда он так хорошо знает основной план своего правителя?

— Я командовал этой полусотней воинов, — кивнул на трупы пленный.

Оказывается, нам не хилая такая шишка попалась. Очень даже хорошо, дознаватели центральной Тайной Канцелярии будут рады более плотно пообщаться с ним. Император скомандовал своим гвардейцам везти пленных в казематы и часть воинов отправил собирать трофеи и дожидаться могильщиков с телегами для трупов. Ну а мы сели на своих коней, отправились в столицу.

— Ваше Императорское Величество! — окликнул я ехавшего впереди императора рядом со своим наследником, в окружении телохранителей.

Император Роллаф Драгин кивнул телохранителям, чтобы пропустили меня ближе.

— Вы хотели что-то спросить, барон Корней Иванович? — поинтересовался император, наблюдая, как Рэйфы, сделав стойку, к чему-то принюхались и рванули в кусты. — Что это с ними?

— Видать, куст с ягодами ворги учуяли, — я проводил взглядом скрывшихся лохматых хулиганов. — Хотел уточнить один момент. С герцогом Галлданом Драгиным у меня договорённость на сегодняшнее утро. Хочу воспользоваться терминалом телепорта под вашим замком. Вертер подготовил партию защитных браслетов для отправки в столицу Паскана.

Император ухмыльнулся и хитро посмотрел на меня.

— Барон, вы ещё не поняли, что даёт вам статус императорского барона? Теперь вы ответственный за логистику и быструю связь между дальними регионами империи Араналс. На вас так же лежит обязанность открытия остальных сохранившихся телепортов, — Император немного подумал и добавил. — Слово непривычное, но звучит интересно. Так вот это я к чему? Вам не нужно специального разрешения для пользования этими телепортами. Без вас они всё равно работать не будут. Уважаемый господин Вертер ранее разъяснил нам это. И мы заинтересованы в вашем лояльном сотрудничестве, особенно в нынешнее время.

Я переварил и осознал окончательно, во что ввязался. И решил, так сказать: ковать железо, пока горячо.

— Тогда мне нужно несколько образцов мушкетов с комплектами для зарядки и пули из лунного железа. Заодно проведу испытание новой защиты на полигоне у себя в лаборатории. Так-то эти браслеты качественно лучше имперских амулетов, но нужно убедиться и провести максимальный тест.

— Хорошо. Как прибудете ко мне во дворец, запрошенное вами уже будет ожидать в комнате охраны под дворцом. Но вы вернётесь сегодня?

— Однозначно вернусь, только в какое время, не могу пока сказать. Если потребуется доработка защитных браслетов, скорее всего, к вечеру буду. Постарайтесь обезопасить всех глав государства до моего возвращения.

Дальше ехали до столицы, переключившись на более свободные темы. Первым делом я связался с Сияной и уверил её, что у нас всё обошлось и скоро мы вернёмся. Потом я услышал недовольное ворчание наследника герцога Премысла Дарина, что из-за рыбалки пропустил охоту и такое приключение. На что его отец напомнил, мол, Роргран только вошёл в мужской возраст и нужно было в этом цикле быть рядом со своим отцом и Императором. Акселерат-переросток только тяжело вздохнул и косо посмотрел на своих старших кузенов. Те ехидно посмеивались и тайком прикладывались к непонятно откуда взявшейся бутылке вина.

Рэйфы, набегавшись по окрестностям, догнали нас у самых ворот, и мы разделились по своим дорогам. В резиденции герцога Мечислава Предрага я привёл себя в порядок перед поздним завтраком. После чего уделил Сияне некоторое время, пересказав сокращённый и менее кровавый вариант нашей спасательной акции, наказал Рэйфам охранять любимую и отправился в терминал телепорта во дворце императора. Пора было заняться более серьёзным испытанием разработки алмазной защиты от Вертера.

Глава 6 Тесты и эксперименты

— Огонь! — прозвучала команда, и десяток мушкетов одновременно полыхнул пламенем и громом, выпустив клубы дыма со смертельными пулями.

Десять ликанов невозмутимо опустили ружья и посмотрели на меня глазами, в которых читался разум и ум. Да, наши ликаны обрели более развитый разум. Это был сюрприз от Вертера, который ожидал меня в нашей лаборатории.

Началось знакомство с обновлённой версией стражей примерно ближе к полудню по местному времени. Во дворце императора меня встретил усиленный караул гвардейцев. Провели сразу в винные подвалы, где мы откопали вход на бывшую военную базу Арахнидов. Герцог Галлдан Драгин лично проконтролировал доставку десятка мушкетов и зарядов к ним. Так как такой вес и объём были довольно серьёзными, мне помогли три гвардейца из дворцовой стражи через телепорт. Пройдя из терминал в лабораторию за землями барона Аластара Крамира, нас встретили улучшенные ликаны.

— Добрро пожаловать, баррон Коррней Иванович.

Чётким голосом, немного растягивая рычащие звуки, встретил нас один из ликанов в довольно качественном обмундировании из кожи и металлических кольчужных обвесов. Довольно стильно и аутентично выглядело. Причём все элементы брони защищали критически слабые места на теле ликана и не сковывали движения. Но не это главное было, а то, что ликан говорил осознано.

— Ё...ю мать! — не сдержавшись, по-русски матюкнулся я и удивлённо всмотрелся в карие глаза бывшего монстра, попутно сканируя магическим взором. — Вертер! Это что сейчас было?

— Так как Арахнидов нет на этой планете, я подумал, что старые правила не имеют сейчас значения, и применил одну старую разработку учёного моего времени. Он собирался наделить разумом искусственно выведенных работников и стражей, но потерпел сокрушительное поражение от своих более могущественных оппонентов. Разработка так и осталась в теоретических выкладках с результатами десятка экспериментов. Мне оставалось только воплотить их в жизнь.

Голос Вертера вещал из ближайшего модуля под потолком, и по этому в курсе оказались все прибывшие. Этот искусственный разум меня иногда пугал. Данный вброс информации должен был повлиять на мысли герцога Галлдана Драгина, если они ещё оставались о силовых методах повлиять на мою лояльность. Это как в нашем мире, имея ядерную дубинку, можно диктовать свои условия и правильную трактовку иносказаний.

Я мельком глянул на герцога. По его невозмутимому лицу прожжённого особиста мало что можно было понять. Мысленно махнув рукой, мы последовали за учтивым ликаном.

Полигон был уже готов за пирамидой лаборатории, внешне похожей на пирамиду Майя. Только без центральной лестницы на верхушку. Нашему взору предстала длинная ровная площадка с земляным высоким холмом в конце с мишенями. Длина этого импровизированного тира была примерно сто метров. На огневых позициях установлены несколько каменных столов. Туда гвардейцы и сгрузили мушкеты с зарядами. Выделенные Вертером десяток ликанов выстроились в линию, внимательно наблюдая за моими действиями.

Я, припомнив из документалок, как правильно заряжать этот древний анахронизм, откусил от бумажного свёртка и немного сыпанул пороха на полку. Закрыл её. Остаток засыпал в ствол мушкета, закинул пулю из лунного железа и оставшейся бумагой затрамбовал пыжом. Вроде как правильно сделал. Спасибо Вертеру и обострившейся памяти. На всё действие потратил примерно двадцать секунд или чуть больше.

Вскинув эту бандуру, упёр в плечо довольно удобный приклад, выцелил ближайшую мишень и щёлкнул спусковым крючком. Кремниевый замок высек искру, воспламенив порох в полке. Примерно через секунду воспламенился заряд в стволе, и, грохнув, распространяя удушливый пороховой дым, мушкет неплохо так дёрнуло в плечо.

То ли я косой, что весьма спорное утверждение, то ли нужна практика по стрельбе из этого динозавра. Но пуля ударила не туда, куда я целил. Мой прицел был направлен в голову ростовой мишени, а пуля ударила в районе паха. Прикинув на глаз расстояние, выходило что-то около семидесяти метров. Мда. Тени-диверсанты, что напали на загородную охотничью резиденцию императора, имели довольно широкий курс обучения пользованию подобными мушкетами.

— Нужно было взять попрравку на ррасстояние, — высказал своё мнение один из ликанов.

Я с интересом посмотрел на говорившего и протянул ему мушкет.

— Покажи как ты видишь решение этой задачи.

Стоявший поодаль герцог с интересом наблюдал этот эксперимент и хмурил брови. Видать, его напрягало появление новой расы разумных. Но это вроде как уже не мои проблемы. Указ императора он навряд ли мог оспорить, но не факт. Являясь его прямым родственником, мог повлиять на ключевые решения императора Роллафа.

Ликан взял мушкет, в точности повторил манипуляции по зарядке и, прицелившись, выстрелил. Пуля поразила мишень точно в середину головы. Великолепный результат. Я аж за аплодировал.

— Корней, к вашему приходу готово шесть сотен защитных браслетов. Можно начинать основной тест. — Вертер оповестил меня, и на входе в тир появился один из ликанов, неся в руках большую коробку.

Я взял первый попавшийся в руку браслет, осмотрел магическим взором, проверяя плетения защиты и резервный накопитель алмазного щита. Прицепил его к ростовой мишени и активировал. Дальше начался основной тест.

Десть ликанов зарядили мушкеты и, вскинув их к плечу, дали дружный залп. После моей команды: Огонь!

Мишень окуталась кристальной оболочкой, с звонким гулом отклоняя пули. Получалось, что первый рубеж защиты пули из лунного железа преодолевают без проблем, но алмазный щит не могут пробить. Осталось проверить, сколько залпов выдержит финишный щит. Зарядка мушкетов и выстрелы. Очередная перезарядка.

В итоге без подпитки алмазный щит выдержал пятьдесят выстрелов. Довольно неплохой результат. Если этот браслет будет использовать маг, то и выдержать сможет более чем пятьдесят попаданий лунных пуль.

Расстреляв весь запас пуль, мы проверили рандомно выбранные дюжину браслетов. Дальше просто не хватило зарядов. И тут Вертер преподнёс очередной сюрприз, озвучив его у меня в голове.

— Готов образец энергетического посоха, но для его доработки мне нужен хороший кузнец этого времени. Я всё ещё не понимаю соотношение ковки к укреплению металлов.

— Будет тебе кузнец. Ты же общаешься с мастером-кузнецом Пакко? Вот его и попросим объяснить азы ковки на примере. Просто создайте тут кузницу, — а я мысленно представил, в какую сумму выльется данная консультация. — Я так понимаю, вы уже испытали посох в тире? Прибереги на всякий случай эту разработку.

— Хорошо, я понял твою идею. Это будет очередной козырь в твоём рукаве, — согласился Вертер.

Пока я общался с Вертером, герцог Галлдан Драгин подошёл ко мне и с интересом осматривал наваленные как попало браслеты в коробке. Я тут же протянул один из них ему. Герцог учтиво кивнул и нацепил новинку на запястье. Браслет выглядел стильно для этого времени и довольно дорого, так как был изготовлен из золота и украшен самоцветами с огранённым алмазом. Вертер тут же активировал контакт на биометрию герцога и оповестил его, что браслетом может пользоваться только он один. Галлдан удовлетворённо хмыкнул и поинтересовался стоимостью нового гаджета. Я, вспомнив интересную привычку мастера Пакко, ляпнул.

— Десять золотых монет.

— Вы, наверное, шутите, Корней Иванович? — удивлённо вздёрнув брови, спросил герцог.

— Что, много? — поинтересовался я.

— Нет, не много. Но подобного уровня артефакт личной защиты стоит как минимум десять имперских золотых магомонет, — и смотрит мне в глаза.

Я припомнил курс монет в империи и присвистнул. Одна золотая имперская магомонета равна как минимум десяти обычным магомонетам, а одна обычная золотая магомонета равна минимум десяти обычным золотым монетам. По сути, герцог оценил браслет в тысячу золотых в общем обращении монет. Пока я пытался посчитать стоимость этой партии защитных браслетов, герцог Галлдан ободряюще хлопнул меня по плечу.

— Вижу, что с торговой позицией вы ещё не определились. Могу предоставить вам одного финансового клерка из своего подразделения. Думаю, Вертер найдёт с ним общий язык.

— Если честно, буду вам премного благодарен, Ваша Светлость, — я попытался учтиво поклониться.

— Перестаньте, Корней. Тут нет дворцовых лизоблюдов. Для вас я просто Галлдан, — засмеявшись, герцог более ощутимо хлопнул меня по плечу.

Я ещё на заставе «Башня» понял, что в этом мире данный жест определяет, на сколько добродушно относится к тебе оппонент.

— Корней. Как ни странно, герцог не излучает негатива, и он действительно хочет стать другом, — оповестил меня в мыслеречи Вертер.

Ага, мой партнёр неусыпно мониторит всё, что происходит в зоне его деятельности. Очень полезный помощник.

— Галлдан, раз уж мы перешли на «ты», то мне интересна позиция императора Роллафа Драгина на счёт моего внезапного появления, — решил спросить я прямо, пока возвращались в лабораторию.

— У императора вполне понятный интерес. Вы, Корней, появились внезапно, но при этом проявились агрессивные действия королевства Тинбар. В виду вскрывшихся новых вражеских военных разработок, что могут серьёзно повлиять при открытой конфронтации сторон, ваш вклад будет практически неоценим. Только открытие одной логистической системы доставки войск может серьёзно повлиять на исход конфликта. Я уже не говорю о вашей разработке личной защиты от нового оружия тинбарцев.

— Ну, тут стоит благодарить Вертера. Это именно его могучий разум смог подобрать нужные схемы плетений, — я скромно перекинул благодарность на своего партнёра.

— Вертер, я благодарен за ваш вклад в безопасность Империи, — тут же учтиво кивнул Галлдан ближайшему шару-модулю.

— Рад стараться, Ваша Светлость, — ответил Вертер. — Мне только в радость вернуться к полному своему функционалу с возможностью продолжать исследования.

— Господин Галлдан, у нас с Вертером есть ещё одна разработка, но нам нужен хороший мастер-кузнец и желательно мастер Пакко Жила, — обратился я к герцогу.

— Без проблем, Корней. А Пакко это тот, который создал по вашим эскизам новый арбалет?

— Да, именно он. Через некоторое время мы сможем предоставить имперской армии принципиально новое оружие для одарённых.

— Звучит интересно, господин Корней, — Галлдан остановился и оглянулся на импровизированный тир. — Ваше оружие будет более эффективным против Тинбарского?

— Однозначно да, Ваша Светлость, — Вертер опередил меня с ответом.

После этого мы ещё немного прошлись по благоустраивающемуся посёлку возле лаборатории, или правильнее сказать, моей резиденции. Пообщались с главой племени Лисы с их Рэйфом Алисой и поглазели на гордых круторогов в загоне, что уже успели отловить и приручить местные оленеводы.

Я приметил, что людей прибавилось. Сребрен отчитался о пополнении за счёт соседнего малого племени, согласившегося осесть на моей земле. Тут же принял магическую присягу перед богами от вновь прибывших. Теперь в племени Лисы насчитывалось около сотни человек. В скором времени такими темпами будет основано полноценное поселение.

Закончив дела в своей резиденции, теперь уже официально закреплённой императорским указом за моей персоной, мы вернулись в Паскану. Распрощавшись и расписавшись в документе по передаче неожиданно очень дорогих браслетов личной защиты, я отправился в резиденцию герцога Мечислава Предрага. Император и без меня раздаст новые гаджеты правящим династиям герцогов и своим воинам, а Вертер уведомит, кто появился в общей сети связи.

***

— Ваше Величество, эскадра во главе с фрегатом "Непобедимый" полностью оснащена и готова выполнять свои задачи, — Мэт, всё в том же своём сером наряде с глубоким капюшоном отчитался перед новым королём Тинбара.

Форек Агабрам Садж, крепкого телосложения жгучий брюнет, младший сын бывшего короля Агабрама Рамуна Саджа кивнул своему наставнику, а теперь старшему советнику. Отложив писчие принадлежности, он направился к выходу из кабинета, где ознакамливался с документами привалившего на его плечи государства. Так как два старших нелюбимых брата скоропостижно скончались, он взял бремя ответственности за королевство на себя.

Не будем упоминать, благодаря кому это произошло, но Форек был действительно благодарен этому загадочному наставнику, что рассказывал ему в детстве фантастические сказки о несуществующем мире.

Мэт прожил в этом мире пятьдесят местных циклов, из которых сорок был рабом у мага-алхимика королевства Тинбар. Довольно жестокого и надменного индивидуума. Магические кандалы-подавители не давали проявиться его силе, хотя поначалу Мэт обладал довольно мощным источником. Плюс к этому на него давила рабская печать. Мэт старался запомнить и приобщиться к местным реалиям, сопоставляя со своими, к сожалению, скудными знаниями. Он о пенициллине-то узнал только тогда, когда пошёл на курсы медбратьев, где не требовались глубокие учёные степени и университетские знания. Знай только принеси саквояж с медикаментами доктору и выполняй его указания. А информация по морфию неплохо подняла его финансовое положение. К сожалению, это не помогло спасти его матушку.

После одного неудачного эксперимента хозяина Мэта тот скоропостижно скончался. К слову, не без помощи самого Мэта. В руках мага-алхимика взорвалась пробирка из незакалённого стекла, обрызгав того довольно едким веществом. По сути, Мэт был не виноват, он только случайно перепутал пробирки для алхимического эксперимента, что стало неожиданностью и открывшейся дверью на свободу для латиноамериканца из мира Земля.

— Ты уверен, что эта флотилия может полностью взять под контроль Южное море? — поинтересовался молодой король у своего старшего советника.

— Несомненно. Установленные кулеврины помогут существенно сократить сопротивление атакованных кораблей, не нанося критических повреждений. Это увеличит наш флот за счёт трофейных судов. А захваченные живые рабы пополнят рабочий ресурс королевства.

Мэт перечислил основные плюсы для Тинбара. Но в его мозгу давно был составлен план, как подняться выше за счёт завоёванных мечом и огнём территорий. В своих мыслях он уже примерял корону правителя отвоёванных земель. Как маг с приличным, не до конца искажённым источником внутренней энергии Одарённого, он рассчитывал прожить ещё как минимум сотню местных циклов. А это довольно много для бывшего жителя Земли. Он и так-то прожил долго.

Король Форек Агабрам Садж посмотрел показательное выступление новой ударной флотилии в прибрежном заливе. Там для него разыграли целый спектакль из дюжины кораблей. Фрегат в сопровождении пяти больших быстроходных шлюпов атаковал три торговых судна с тремя корветами. Абордажные команды быстро захватили их после нескольких манёвров со стрельбой из кулеврин, значительно уменьшивших количество разумных на суднах.

Оставшись довольным представлением, Форек одобрительно кивнул и дал добро на начало действий этой флотилии и оснащение остальных кораблей королевства кулевринами. Огласив своё решение, он назначил Мэта адмиралом флота королевства Тинбар.

Уже в своём особняке на территории королевского дворца Мэт скинул капюшон и посмотрел на своё отражение в зеркале. Когда-то один из неудачных экспериментов его бывшего рабовладельца сильно обезобразил лицо раба. Мэт искал методы исправить это уродство в течение десяти циклов, но травма имела магическую природу. На данный момент он добился только устранения ужасных пурпурно-красных оттенков шрама на половине лица. От шеи до верхней челюсти. Но всё равно он выглядел как переживший пожар погорелец с обезображенным огнём лицом.

Хмуро хмыкнув, Мэт налил полный кубок местной сивухи, достал трубку, забил её высушенным подобием местного каннабиса, раскурил и, запив из кубка алкоголем, откинулся на спинку кресла, выстраивая новые планы в своей жизни.