Кто же я?

Пролог

Туман стелился по земле будто кисель, образуя во впадинах некую зловещую субстанцию. Несмотря на чистое небо, в котором можно было рассмотреть миллионы звезд, на поляне окруженной лесом было темно. Лес при этом казался каким-то чудовищно некрасивым и чуждым. Казалось, что с веток свисают лохмотья и веет зловонием, а также несет разлагаемой плотью.

Страхом было пронизано все пространство в пределах поляны. Разумные существа, что сбились в кучу, водили из стороны в сторону своими острыми мечами, выставляли вперед копья или заостренные палки, но даже так страх не покидал их.

Лес все больше пугал. Не было слышно ни криков ночных птиц, ни стрекотания насекомых или отдаленных звуков хищников. Благоухающий жизнью днем лес, сейчас будто вымер. А еще, как назло, этот туман. Он будто ждал, что они соберутся на этой поляне, готовился и решил показать себя во всей красе.

Туман подбирался медленно, будто крадучись, шаг за шагом, постепенно сокращая дистанцию. А тишина ему была музыкой и от того у тех, кто был на поляне все больше и больше сдавали нервы. Но удивительным было то, что они, поддавшись незримому дирижеру играли ту же мелодию, что и лес. Тишина накрывала всех.

Казалось, время замедлилось и перестало совершать свой неумолимый бег. Но прошел миг и все завертелось. Сначала появились красные угольки, их становилось все больше и больше, потом стали появляться размытые, едва заметные очертания неизведанных существ. Вот очертания приобрели объемы, потом краски и уже можно было наблюдать существ во всем их смертельном и ужасном великолепии.

Насколько они были уродливы, настолько же они были опасны. Жгуты мышц, переплетались с костными наростами, что выходили из тел существ. Каждая голова твари была отдельным произведением безумного скульптора. Не было ни одной похожей, одна была с костяным наростом посередине лба, была голова, напоминающая дикого волка, вокруг головы при этом образовывался круг костяных шипов, соединенных кожей. Одно объединяло этих созданий – красный свет в глазах.

Твари не рычали, не бросались на столпившихся на поляне. В оглушающей тишине они начинали сначала медленно, а потом все быстрей бегать вокруг столпившихся, образовав при этом три отдельных «хоровода», где «внутренний» совершал движение обратное двум внешним.

Казалось бы, эта круговерть должна закончится тем, что какая-то из тварей бросится на столпившихся, но первыми нанесли удар разумные. Яркая вспышка вспыхнула на всю поляну, отчего хороводы развалились по причине столкновений тварей, что отпрыгнули от ослепляющего света.

Тут же последовал молниеносный выпад тех, кто держал копья. Удар, закрыться щитами и встать в строй. Все действия слаженны и не раз проводимые. Добыча для тварей оказалась с зубами, около десятка тварей нашли свою смерть на острие копий.

Но твари не думали отступать, в какой-то неистовой злобе они стали бросаться на разумных, не замечая ран, не знаю усталости. Все попытки тварей были тщетны перед слаженными действиями разумных. Как бы не быстры были твари их встречали копья, если ломались копья и какая-то тварь умудрялась прорваться к такой лакомой добыче, то тут же ее встречали мечи и заточенные колья.

В какой-то миг сражение закончилось, погрузив поляну опять в безмолвную тишину, в которой даже шелест листьев не слышен. Лишь туман, что все наползал, отчего разумные не спешили опускать оружие.

Странное место, странный лес и еще более странный туман. Казалось разумным тут были не рады и в целом они ощущали схожие эмоции, но уйти не давало чувство опасности. Начать собираться это значит подставить спину, а для опытных воинов, коими были разумные это означало только одно – смерть.

Но и намеков о нежелательности их нахождения тут, было достаточно. Все замерло в ожидании. Опять все замерло в томительном ожидании. Лишь туман все наползал и приближался к разумным, отчего те постепенно отступали, сжимая плотнее круг построения.

Внезапный поры ветра был для всех большой неожиданностью. Нет, он никого не сбил с ног, не нанес вреда, но его появление было настолько неожиданным на этой безмолвной поляне, что даже гром среди ясного неба не смог бы так удивить. Но именно этот порыв ветра подстегнул туман буквально за мгновение преодолеть разделяющее его и разумных расстояние.

Казалось, что лучшего мгновения для нападения не сыскать, но все было тихо. Туман стал подниматься все выше и выше, постепенно скрывая в своем пространстве очертания разумных, но при этом никак не вредя им. И вот он уже скрыл всё и всех, кто был на поляне, будто бы поглотил их, сожрал как дикий зверь. Но только разумные каким-то нутром поняли, что туман как раз пытается их защитить и что он не несет вреда. И пусть иногда такое чувство насылают опасные хищники, но именно в этот раз все было по-другому и каждый разумный каким-то первобытным чувством понимал, что он под защитой. Лишь только старый разумный, что смог создать свет перед сражением увидел, как далеко в тумане мелькнул огромный змеиный глаз, будто бы присматриваясь к разумным. Взгляд не нес в себе угрозы, только разумному почудилось, что он как бы прощается с кем-то. Догадка была настолько мимолетной, что разумный уже спустя мгновение забыл об этом как и забыл о пропавшем змеином глазе.

Ночь прошла спокойно и тихо. Туман как бы пугающе не выглядел, защитил тех, кого поглотил, а утром распадаясь на отдельные клочки стал истаивать буквально за мгновения. К этому времени разумные, что так и стояли всю ночь, ожидая нападения, не смотря на чувство защищенности, стали сворачивать свои пожитки и двинулись далее в путь.

И никто из них, так и не заметил того, что произошло. И только два змеиных глаза провожали семью, в которой женщина, укутав двух младенцев положила их в специальный короб.

Глава 1

Глава 1

Шум… было шумно… и странно. Я слышал звуки, но звуки были будто бы приглушены, при этом творилась какая-то какофония где одни звуки были сначала тихими, а потом громкими и вообще меняли тональность хаотически. Странное ощущение и неприятное. А еще свет, он почему-то резал глаза, которые как-то странно реагировали на него. Вроде и не больно, но почему-то всё было мутным словно смотришь через толщу воды. И периодически было неприятно. Слезы? Но тогда почему они не скатываются или не высыхают, так как я явно не плачу и усиленно моргаю.

А собственно кто я? Стоило об этом подумать, как у меня закружилась голова и навалилась усталость и стало немного душно, отчего я открыл рот чтоб набрать воздуха, но получился зевок, и я провалился в забытье.

Новое пробуждение принесло новые ощущения. Очень странные и далеко забытые, но от этого не менее важные. Судя по всему, меня кормили. Причем грудью. Откуда я это знаю? Непонятно… Но процесс был приятен и нужен моему организму, по ощущениям меня даже наполняла энергия. И все же на периферии сознания мелькала мысль или ощущение неправильности происходящего с долей брезгливости.

Через какое-то время питательное вещество перестало поступать, как бы я не напрягал все свои усилия. Хотелось еще, каким-то способом приходило понимание, что мне надо еще, организм мог бы усвоить и больше.

Какой организм? Что усвоить? Мысли путались и при этом не получалось зацепиться хоть за одну, они появлялись и тут же исчезали. Единственное, что удалось это расслышать фразы.

– Na ia susuina mea uma, ae ou te lagona e leʻi lava ana meaʻai[i]

– Masalo e itiiti lau susu pe a uma lau tama teine?[ii]

Я не понимал, что говорят, но язык был какой-то певучий и вызывал веселье внутри меня. И опять это странное ощущение нереальности происходящего, а еще хотелось попросить добавки, но как-то не выходило. А стоило задуматься о том, как можно сказать, чтоб меня поняли, то меня сразу потянуло в забытье, но на периферии сознания возникла мысль, что это сон.

Опять новые/забытые ощущения. Теперь уже не столь приятные… мне было холодно, мокро и еще что-то жгло, и раздражало. В какой-то момент терпеть было уже не в силах и пришло решение позвать хоть кого-то. Ну в самом дела, сколько можно? Стараясь и так и так напрягая все, что можно я пытался создать членораздельные звуки. Выходило так себе, но докричаться я все же смог.

Надо мной склонилось что-то или кто-то, так как я не совсем видел четко, все также будто через слой воды. Размыто и не четко. Виделись только очертания, причем какие-то причудливые и в очень ярких красках, от чего непроизвольно выступили слезы.

Меня подняли, что-то стали говорить на певучем языке, а потом понесли куда-то. Было любопытно понять, что же со мной будут делать. Может покормят? Но нет, мне стало сначала холодно, потом еще холодней, а потом меня стали натирать и что-то говорить. Еще бы я понимал, что говорят и что делают. Все же странные выверты сознания. Через какое-то время мне стало теплее и тут же что-то теплое приблизилось к моим глазам и сразу же в рот уперлось мягкое и приятное… А еще, пахло едой. Ммм…

Так потянулись дни за днями. Мое сознание откуда-то подняло или провело аналогии того, что со мной делают, по разным признакам, будь то запахи, ощущения или звуки. Стало более интереснее, я уже стал различать некоторые фразы, что говорили не понимал, а скорее различал повторяющиеся слова. Еще я понял, что я младенец. Как это осознал, не понимаю, но знание пришло. Уже давно не делаю попытки как-то углубиться в свое сознание, так как это приводит к печальным последствиям – глубоко засыпаю или ухожу в забытье. Все же сон у меня немного другой, это я понял тоже.

Мне было интересно слушать и пытаться как-то понять, что же я слышу или хотя бы поднять воспоминания из подсознания. Бывало это помогало, бывало отклика не было. Еще очень помогало обоняние. Например, стук чего-то я долго не мог понять, пока не почувствовал запахи. Подсознание тотчас дало аналогию с едой. Так я понял, что это стучит посуда, точнее кто-то ест.

Еще оказалось, что я не один. Рядом со мной лежит еще один младенец, не понятно только было кто это девочка или мальчик. Но он/она периодически очень сильно кричал(а) и сбивал(а) мне мою концентрацию на звуках и обонянии. Хотя пару раз очень даже помогал(а), правда, подсознание сразу же подсказало, что пахнет так обычно продукт жизнедеятельности.

Сам же я удивительным образом не часто производил такие запахи, отчего слышал странные певучие напевы, после которых меня поднимал кто-то чужой и трогал. И вот в один из таких моментов у меня и прорезалось зрение. Правда не совсем так как подсказало подсознание.

Опять меня щупали и переворачивали, но в какой-то момент я увидел свечение, что окутало некую конечность, что шла сначала одной линией, а к концу распадалась на три, наполненных чем-то светло-зеленым. При этом, если немного посмотреть по-другому, я видел, что эти линии были в чем-то, что мое сознание определило, как мышцы и кости. Но видел я четко все же эти линии, по которым струилось что-то светло-зеленое.

Откуда у меня возникли эти знания и аналогии, я не понимал, но цвет точно запомнил, а еще понимал, что неправильно так смотреть, но было очень интересно, отчего я пропустил момент того, что все же произошло и какие интонации были сказаны. Но так как меня положили обратно, то не предал этому значения. Я же тем временем вертел глазами, отмечая то, что таких линий было немного, но при этом были еще некие светящиеся предметы или разноцветные сгустки. И везде чаще всего присутствовал зеленый оттенок.

С тех пор, я не упускал возможности смотреть везде и стараться понять, что же я вижу. Но выходило плохо, так как видя сгустки, мне не на что было опереться для понимания, что этот сгусток представляет из себя в другом зрении. А вот с другим зрением все также были проблемы и вызывало резь в глазах.

Так все продолжалось пока я не проснулся, когда было темно. Опять же, подсознание подсказало, что это темно, рези в глазах не было, все сгустки и линии виделись также, что не скажешь о другом зрении. Им мне удалось воспользоваться на удивление спокойно, но видел все в каких-то серых оттенках, при этом все достаточно четко. Моей радости не было предела, я даже неосознанно издал торжествующий вопль. Зря, конечно, так как тут же ко мне подбежали подняли и стали качать, отчего глаза мягко закрылись, и я провалился в сон.

Но начало было положено, теперь я знал, что могу видеть все, главное дождаться темноты. Не сразу, но все же мне удалось настроить свое сознание так, что оно стало просыпаться в ночное время. Точнее просыпаться стал я и пользуясь этим стал рассматривать и изучать мир вокруг себя, при этом часто рассматривая какие-то детали в двух разных диапазонах зрения.

И опять потянулись дни однообразия. Рассматривать вокруг себя предметы мне надоело очень быстро, даже в разных диапазонах. И теперь я предпочитал ночью спать, хотя первое время баловался почти до утра, при этом в первую ночь заставил сидеть тем самым рядом с собой свою маму. При чем я не смог разглядеть ее почему-то. Я мог смотреть куда угодно, но почему-то только не на лицо. Опять выверты подсознания? В общем маму я знаю по запаху, звукам, что она издает и по тем линиям, что проходят в ее теле и тому сгустку, что ее окружает.

Кстати, рядом со мной лежала моя видимо сестра. Так как у нее были схожие с мамой линии и часть сгустка. При этом, часть линий была немного толще, а еще было некое утолщение в середине линий. Что-то вроде небольшого шарика. Еще при этом окружающий сгусток был более насыщенного цвета, но я каким-то чутьем чувствовал, что этот сгусток сродни тому, что окружает маму.

А вот себя я рассмотреть так и не смог, точнее что-то такое мелькало в сознании, но вот как осуществить это я не понимал. Я все также не понимал кто я, откуда у меня какие-то знания. И все же хотелось понять какие у меня линии, но вот как это сделать подсознание не отвечало.

Маму я все же смог рассмотреть и это вызвало во мне странное ощущение, смешанное с обожанием, неким удивлением и мимолетной грусти. Я потом долго думал почему так и по ощущениям грусть ощутил от того, что хотелось все же увидеть другую… кого только? Радости и обожания все же было больше, и они были направлены на маму. А вот удивление как раз было завязано на грусть и связано на внешность мамы и больше всего на ее глаза, уши и волосы. Но больше всего на уши. Почему так, я все же не смог уловить в своем подсознании.

Еще через какое-то время мне довелось увидеть своего отца. Такой любви как к маме, он у меня не вызвал, но при этом и отторжения не было, а еще почему-то удивился и быстро принял для себя его худобу. Опять видимо выверт подсознания. Хотя надо признать, отца очень удивило то что встречал его я стоя на ногах. Да держался за прутья кроватки, но я стоял и смотрел на него, отмечая для себя все, что было на нем. Что меня с подвигло на это, не могу сказать, но почему-то чувствовал, что ему будет так приятней. И это при том, что до этого я не очень вставал, даже на четвереньках стоял плохо.

Когда отец заметил стоящего меня, то тут же схватил меня, буквально за мгновение преодолев расстояние, что до этого нас разделяло. Потом были какие-то причитания певучие, прибежала мама, они о чем-то поспорили, и отец ушел. Вернулся через какое-то время уже с другим мужчиной. Но я его сразу узнал, так как видел уже его сгустки и линии. Он опять меня покрутил и пустил сгусток из своих линий на меня, после того как часть сгустка втянулась обратно в его линии, он что-то сказал родителям и ушел. Больше меня в тот день не трогали, за исключением кормежки.

После этого случая, вставать стал все чаще, да и в целом перемещался по кроватке, если вдруг что-то увидел интересное. Часто при этом падал, так как хватка рук была еще не такой сильной. А так как падал я в основном на свою сестру, то меня в итоге от нее «отселили», чтоб не мешал ей. Бывало вообще на пол клали и тогда для меня наставало благостное время, так как я мог ползать в любую сторону.

Почему-то передвигаться на четвереньках было приятней, но при этом вызывало некий дискомфорт в подсознании. Решив не очень заострять внимание на этом, начал изучать жилище. Что ж, в доме было три комнаты, одна из которых это та в которой мы находимся. Одна была кухней, это я понял по столу и множеству шкафчиков, а еще одна была заперта и туда меня не пускали, даже если очень настойчиво туда лез. Было очень любопытно, что там, но все мои попытки были тщетны. Обстановка же комнат мне ничего не дала в плане понимания или отклика в подсознании.

Все было хорошо, за исключением того, что я все время хотел есть. Вот прям очень, дошло до того, что один раз я неосознанно оттолкнул свою сестру и присосался к соску, который она сосала. Сделал я это не то, чтоб специально, а просто на инстинктах, причем даже сам не понял, как это произошло. После этого мне стали приносить какую-то твердую штуку, в которой было выпуклое мягкое что-то, через что я смог высасывать молоко. Это уже потом я узнаю, что это тыквенная бутылка, мягкое – это тряпка, торчащая из дырочки, проделанной на дне, а молоко было козьим или почти, чьим-то оно было.

Чувство голода теперь от меня немного отступило, но я почему-то заработал имя Fa'asaunoa. Так меня часто называли, и я стал на него откликаться. Сестра кстати стала тоже ползать, правда не так ловко, как я, но все же. И чаще всего ползала за мной, так что через какое-то время если я куда-то полз, то смело можно было утверждать, что за мной приползет и она.

Дни стали тянуться за днями, я уже достаточно хорошо стоял на ногах, даже получалось иногда пройтись. Первый шаг вызвал бурю эмоций у родителей, я не понимал языка, но вот интонации улавливал очень хорошо и было там очень много удивленных. Как только я более-менее освоился на ногах, меня стали учить языку. Повторяя каждый раз слова и указывая на тот или иной предмет. Конечно же, первым делом я выучил мама и папа, звучало это как tina и tama. Первое время очень царапало сознание, но увы, как называть их, чтоб не было дискомфорта я не знал. Да и было у меня ощущение, что они бы не поняли этого, а, следовательно, приходилось учить так как говорили.

Видя мои успехи, вскорости за мной пошла и сестренка. Причем это вызвало не меньше удивлений чем мои успехи. Почему они так реагируют, я не понимал, удивление вместо радости, было очень странно на подсознательном уровне.

Мы учились и развивались, а как только уже могли бегать отец забрал меня к себе и стал прививать азы зарядки или комплекса каких-то упражнений. При этом сестру мама к себе забрала и тоже, что-то показывала и учила. Как позже оказалось, у меня были одни упражнения, а у сестры другие. Только родители не учли того, что мы же дети и будет хвастаться друг перед другом тем, что умеем. И вот я уже могу делать так как делает моя сестра, а она делает так как я. Попытки разлучить нас, чтоб каждый делал свои комплексы упражнений, привели к тому, что сестра разрыдалась, а мне было очень обидно от этого и я стал избегать родителей.

В итоге мама с папой сдались через день и теперь мы выполняли упражнения вместе и все. Оказывается, для мальчиков упражнения одни, для девочек другие. Почему так, я не понял, хотя и те и те ведут к тому, чтоб ребенок был более физически развит. Только у девочек больше в растяжку упражнения, а у мальчиков в выносливость.

Теперь у меня появился распорядок дня: проснуться, зарядка, потом привести себя в порядок, после чего завтрак и потом потихоньку помогать маме по дому. Сильно конечно меня не заставляли что-то делать, но как я понял пока только приучали к ответственности. Сестренка тоже этим занималась.

Не знаю сколько прошло времени, почему-то хоть как-то ориентироваться во времени у меня не получалось. Точнее я подсознательно понимал, что время можно измерять, только вот как? Пока меня в это не посвящали. А еще почему-то у нас были странные имена. Так как меня называли Fa'asaunoa, что означало – наглый. Сестре в этом смысле повезло больше ее Kiona означало снег.

Как потом оказалось, до определенного времени мы получаем прозвища, и только по достижении пяти лет, точнее зим, мы получаем свои первые имена. А еще, нам запрещалось выходить на улицу до этого возраста. Даже гулять нас не выводили. Мое подсознание буквально протестовало от этого, но сделать с этим я ничего не мог.

Приходилось все свое любопытство растрачивать на что-то другое и именно это мне помогло заметить то, что Киона при занятии зарядкой немного неосознанно выделяет из своего «шарика» зеленое свечение, которое протекая по ее линиям, впитывается в мышцы. При этом, мама и сама ей помогает в этом. Это открытие настолько меня увлекло, что я теперь стал следить за сестрой постоянно, часто меняя зрение или совмещая их, смотря на то, что происходит.

Удивительно, но это помогло мне самому взглянуть на себя. Точнее не на себя, а как бы внутрь себя. Опять выверты подсознания и аналогии. При этом я очень удивился тому, что у меня линии были другого цвета. Точнее они были разноцветными и переливались в зависимости от наклона взгляда, но чуть больше отдавали серебром. У меня также, как и у сестры имелся шарик там же где у нее, но помимо этого у меня были еще шарики, и они находились в разных местах, моих конечностей. А еще один, самый большой был за какой-то пленкой, вроде и во мне, и в то же время нет. Очень странно это было.

Что-либо трогать из линий у себя я не решился, было немного боязно, а еще я понимал, что могу нарушить что-то. И все же под наитием я усилием воли заставил пройтись энергию из шарика до других шариков и по линиям. Когда я это сделал, то почувствовал, что так правильно и что надо это делать чаще. Чувство это возникло как-то спонтанно, возникло и тут же ушло.

А вот сгусток что окружал всех, у меня был ближе к папиному, но была в нем какая-то неправильность, которую я также почувствовал подсознательно. Трогать ничего не стал, как и разбираться с этой неправильностью, также почувствовав, что еще не время.

Помимо изменения расписания, изменился и рацион питания. Теперь нас приучали к еде, которую мы должны сами были жевать, прорезавшимися зубами. Только вот я все равно не наедался. Было вкусно интересно, но мой организм требовал чего-то другого из-за чего я все время был расстроен. А есть одну растительную пищу, я был не готов. Видя такое мое состояние, мне все также давали молоко, которое хоть как-то притупляло голод и давало чувство насыщенности. Правда, требовалось его теперь в разы больше.

В итоге у меня теперь была цель где бы раздобыть еды. Привело это к тому, что как только родители садились есть, там сразу же появлялся я, безмолвно требуя дать и мне кусочек. Я открывал рот и говорил: «ням – ням». Поначалу родители смеялись и шутили, что мол расту. Но уже через несколько ночей они буквально старались есть тихо или, когда мы ложились спать. Не тут-то было, мой слух был настолько чуток, как и обоняние, что как только чуял еду или слышал, что ее начинали готовить, тут же появлялся я.

Не знаю, кто из родителей впервые решил дать мне сыр, но это была их большая ошибка. Я влюбился в этот продукт. Я мог его учуять на расстоянии, даже если его еще не занесли к нам в дом, я уже знал о нем. Его стали прятать или закрывать, но это было бесполезно, для меня не было преград. Если есть сыр в доме, он будет съеден. Если конечно, я успею. Бывало, конечно, мне за это влетало или его разделяли на всех, но вот если его оставили без присмотра, то тут уж сами виноваты.

А еще я научился хорошо уворачиваться, когда меня ловили.

Илио, он опять схватил сыр! – крикнула мама А, ну отдай! – кинулся ко мне папа. Угу прям так и отдал. – мысленно высказался я, набирая скорость и быстрей работая челюстью. Наглый, отдай сыр! – это уже сестра бежит за мной. Первым успел отец. Он попытался схватить меня за руку, но я быстро повернулся, сделал обманный финт, обозначив что хочу побежать в одну сторону, а сам резко уклоняюсь в другую. Отец промахивается, не первый раз кстати попадается на эту уловку, а вот сестра буквально прыгает в ноги. Тем самым немного вводит меня в ступор чем и пользуется отец. Буквально сграбастав меня в охапку и вырывая из моих зубов сыр. Эх… ну хоть, чуть-чуть откусил.

Такие приключения в нашем доме стали уже обыденностью. Иногда мне удается укусить больше, иногда вообще не удается, но то, что я все время пытаюсь что-то утащить со стола это факт. Не всегда это сыр, чаще это могут быть орехи, какие-то овощи и даже фрукты.

Мы все также не покидали дом, в котором занимались, учились говорить, учились этикету, делали комплексы упражнений и даже понемногу начали учиться читать. Но неизменным было одно, это моя страсть к еде. Если я не поем, то как правило заниматься не могу.

В один из дней, мама с папой принесли нам одежду, отличную от той, в которой мы были. А еще, от них пахло чем-то приятным и ароматным. Сначала нас накормили, угостив при этом булочками, чей вкус мне запомнился на всю жизнь. Мягкие, ароматные, они были нежные и вкусные.

Далее нам сказали, что мы идем в храм, где будет проведен обряд обретения имени. Идти придется через поселение, а посему вести себя мы должны достойно. После короткого внушения и строго взгляда в мою сторону, нас стали одевать согласно традиции. Были штаны, выкрашенные в темно-зеленый цвет, потом шла легкая рубашка, с завязками на груди и рукавах, после чего на меня надели куртку длинной чуть ниже поясницы, с какой-то нашивкой на спине. Сам рисунок нашивки представлял из себя лист, на котором был изображен какой-то зверек у которого присутствовал лук, и три стрелы. Сам рисунок мне что-то напоминал, но понять что, не получалось. У сестры при этом был точно такой же рисунок на куртке, как и у родителей. Только у родителей он был на рукаве с небольшими дополнениями, которые я не понимал.

Входная дверь открылась, заставив замереть в предвкушении. Она и раньше открывалась, но тогда это было связано с приходом или уходом родителей, а сейчас она открывалась, чтоб выпустить нас в мир.

Мир встретил нас ярким светом и шелестом листвы от теплого ветра. Выйдя за дверь, оказалось, что мы живем на возвышении, при этом сам дом расположен в сплетении каких-то деревьев. Сам дом находился на высоте примерно с меня ростом, к двери вела небольшая лесенка, по которой мы и спустились. Окон нет – мелькнуло в сознании. Понять бы еще что такое окна.

Родители дождались пока мы налюбуемся и перестанем сильно крутить головами.

– Спокойно, успеете еще насмотреться и налюбоваться. Пойдемте, нам надо не опоздать на ритуал. – сказал отец и развернулся пошел вперед. Мама при этом пристроилась позади нас.

Мы шли через поселение, в котором были такие же дома как у нас, отличия были незначительные и сразу не бросались в глаза. Но если присмотреться получалось так, что они были сплетены или выращены из других деревьев и от этого были различия. Но вот конфигурация была одинаковой. А еще, все поселение находилось в лесу и будто бы дополняло его. Эдакий симбиоз. Правда, когда мы прошли чуть дальше, то нам открылись сады и небольшие огороды нашего селения. Нам об этом рассказывали, объясняя откуда берется еда, но видели мы все это впервые.

Пройдя полянки с садами и огородами, мы углубились немного в лес по тропинке, пройдя еще какое-то время, мы вышли к огромным деревьям, стволы которых были необъятны в обхвате для всей нашей семьи, если мы возьмемся за руки. А еще их верхушки терялись где-то в высоте. При этом стало светлее, а приглядевшись я понял, что свет излучают сами деревья, вокруг которых, был уплотнен сгусток золотистого цвета.

– Мы пришли. Теперь, слушайте меня внимательно. Лес будет проверять вас и хранитель по его подсказке даст вам имя. Не бойтесь того, что будет происходить. – напутствовал нас отец.

Взяв сестру за руку, отчего она даже немного вздрогнула, мы пошли дальше по тропинке, входя под свод деревьев-гигантов, росших вокруг идеально круглой полянки. На самой поляне стоял сплетенный из веток этих же деревьев домик.

Постояв некоторое время на краю полянки, собравшись с духом я шагнул в направлении домика первым. Чуть поколебавшись за мной пошла сестра. Нас никто не встречал, никто не звал, вокруг стояла тишина, лишь был слышен шелест листвы. Войдя в домик нам предстал хранитель в зеленом плаще, длинной до пола, сшитый казалось из самих листьев. Но не это меня поразило, а то, что я его знаю – это он приходил к нам каждый раз и направлял свои сгустки на меня. А еще внутри дома лежал большой камень, исписанный какими-то знаками, что светились отдавай зеленоватым оттенком.

– Приветствую вас дети под сенью этого леса. – заговорил первым хранитель.

– Приветствуем! – хором ответили мы.

– Не бойтесь, лес добр к своим детям, а сейчас положите руки на камень и ждите. – после этих слов, хранитель отвернулся к стоящему позади него столу и начал что-то там делать.

А мне в нос ударил умопомрачительный запах еды. В носу аж защипало от обилия аромата, рот моментально наполнился слюной, и я не в силах себя сдерживать тихо, чтоб не побеспокоить хранителя отошел от камня и пошел на запах. Идти далеко не пришлось, буквально чуть в стороне, оказывается была еще одна комната в которой на столе стояло блюдо с чем-то вкусным, а рядом была тыквенная бутылка.

Что было дальше я помню урывками: вот удивленный возглас хранителя, вскрик моей сестры, далее появление родителей, попытка оттащить меня от таких вкусных кусочков. В итоге я умудряюсь вырваться и в результате бега налетаю на камень и умудряюсь разбить себе нос. Кровь попадает на камень и тот озаряется яркой вспышкой. Дальше не помню, очнулся я уже когда отец меня нес по селению.

Как оказалось, имя я все же получил и звучало оно как Эрио, что оно значило мне понять не удалось. Да я особо и не хотел, я еще чувствовал во рту чудесный вкус лакомства. А вот сестренке досталось имя Силио, оно означало какой-то благородный метал. Точнее не сам метал, а производное имя от этого метала.

– С завтрашнего дня вы поступаете на обучение! – уже вечером поставил нас перед фактом отец. – И прошу тебя Эрио, не наделай там глупостей! – сказал и вышел. Я же пожал плечами и решил, что завтра начну переживать, а сейчас укрывшись одеялом я решил доесть то лакомство, которое смог умыкнуть у хранителя.

[i] Он все высосал, но я чувствую, что он не наелся.

[ii] Может у тебя мало молока после дочки?

Глава 2

Глава 2

Утром, умывшись и одевшись в свободный покрой одежды с небольшими дополнениями в виде неких знаков. Причем у мамы с папой эти знаки были на одеждах со стороны груди и спины, а у нас на рукавах. Знак был в виде листа, который протыкали три стрелы, но при этом одна из стрел пустила корни.

Что означало это предстояло еще узнать, а пока мы завтракали нам давали наставления, что заключались в том, чтоб мы вели себя достойно и во всем слушались Наставника. Именно так с большой буквы. Именно он будет определять нашу предрасположенность и воспитывать нас по всем заветам.

А потом был первый выход из дома. Удивительное ощущение, когда спустя столько времени перед тобой открывается дверь, ведущая в большой и неизведанный мир. Наш дом как оказалось располагался на возвышенности, по крайней мере вниз вели ступеньки. Правда сам дом разглядеть я не смог, так как он был густо покрыт растительностью в виде какого-то растения (плюща, подсказало подсознание). Мама с папой дождались пока мы налюбуемся открывшимся нам видом, после чего взяли нас за руки и повели в известном лишь им направлении.

Шли мы по небольшой дорожке усыпанной песком, при этом от нее отходили еще дорожки, ведущие к таким же домам как у нас, с разницей в том, какое растение его оплетало или скрывало. Потом мы вышли к месту где дорога расширялась, буквально входя на небольшую полянку или маленькую площадь (опять вмешалось подсознание). На этой поляне мы никого не встретили, но чуть в стороне я заметил небольшое строение. Что это такое было я не смог понять.

Пройдя еще какое-то время и пропетляв по дорожке, мы прошли некую стену из зарослей кустарника и вышли на поляну, где с разных сторон выходили похожие на нас семьи, за тем исключением, что у всех был один ребенок.

– Слушайтесь Наставника. – повернулась к нам мама.

– Мы в вас верим. Ничего не бойтесь и не давайте себя в обиду. – это уже отец.

А далее нас подтолкнули в спину, после чего за нашими спинами сомкнулся кустарник, тем самым введя меня в небольшое шоковое состояние. Но все же оклик Наставника, заставляет вздрогнуть и по его просьбе подойти ближе.

– И так. Вас родители привели сюда, не сказав, что вы будете тут делать и для чего вам обязательно находится тут. Я поясню один раз. – начал наставник, как только мы все подошли поближе.

– Именно тут мы раскроем в вас ваши таланты или хотя бы поймем к чему у вас есть расположенность. Именно, что поймем, так как учить вас будут Учителя. Я лишь наставляю вас на ваш путь.

Вот и все пояснения, которые дал нам Наставник. После чего он просто и без затей послал нас бегать. С пояснением, что бегать нам теперь придется много. И был он прав, бегать мы стели действительно много. И не просто бегать, а еще слушать о том, что говорит Наставник. А он рассказывал о том, как устроено общество где мы живем.

Как оказалось, мы живем в пограничном селении. Граница это проходит по участку леса, что находится на восточной оконечности, гранича при этом с равнинами диких племен, а чуть южнее уже переходя в холмистую местность, местами переходящую в горы. А далее идет великое море.

И так, у нас есть Князь, самый главный в нашем народе, у князя есть пять пальцев или можно сказать его приближенных. Каждый палец ответственен за свое направление: Большой палец - маги, указательный – воины, средний – ремесленники, безымянный – фермеры, мизинец – хранители (друиды, подсказало опять подсознание).

Далее идут рода. В роду тоже есть своя ладонь (князь) и ее пальцы. Но все зависит от рода, так как некоторые рода могут быть больше чем другие, отсюда и бывают оскорбления, как к примеру: обозвать какой-то род покалеченной ладонью.

Помимо рода, есть отростки. Это некая зависимая община, что подчиняется или роду, также есть росток, это небольшое объединение родов под общим стягом. А есть еще ствол, но таких у нас всего два. При этом в ростках и отростках главными были Верховные Листья, а вот у ствола главным назывался Корень. При этом главный ствол конечно же является Княжеским, а в нем был Князь и никто иной. В нем собрано более десятка родов. Мне все было это тяжело воспринимать, так как подсознание все время хотело заменить все это на другие слова, образы и с смысловые понятия.

Вот так мы и бегали, почти до самого вечера, прерываясь на небольшие перерывы, так как к этому времени буквально валились с ног. Странно все это, очень странно. При этом если первую половину дня, Наставник говорил нам, то во вторую половину он спрашивал нас, при этом называя каждого по имени. Самым сложным было, на мой взгляд, не запомнить, а ответить, так как когда начинал говорить, сразу сбивалось дыхание.

Вечером за нами пришла мама и повела домой. А мы еле плелись, силы казалось покидали нас с каждым шагом. Хорошо, что все это время, я подпитывал себя зеленой субстанцией из своего ядра. Тоже самое подсказал делать и сестре, но в первые часы она не понимала, как это делать самой. В итоге у нее получилось только к середине дня и то, когда мне удалось ей помочь, не понятно, как.

В итоге, когда мы дошли до дома и дверь открыл папа, мой нос учуял великолепные ароматы. Как я оказался за столом, я не смог вспомнить, но то, что мои руки были вымыты, я был переодет это я точно понимал. А еще, каким-то диким усилием, я остановил себя, чтоб не набросится на еду. Я сидел и сглатывал слюну, от обилия представленных блюд.

– Дети, у вас начались занятия с Наставником, а посему вам надо усиленно питаться. Не сдерживайте себя. – усмехаясь сказал отец, при этом глядя на меня.

Семь дней (неделю) мы бегали и бегали, постепенно изучая то в какой системе общества мы живем. Нас рассказывали основы, все нюансы нам будут рассказывать учителя или родители, так сказал Наставник. Мы бегали и слушали, а потом бегали и отвечали. Времени не было даже познакомиться с остальными детьми.

На восьмой день, Наставник не заставил нас бегать, он построил нас в определенном порядке, при этом находясь в центре этого построения. А далее обошел каждого и вручил нам по две палки, которые мы должны были держать на вытянутых руках. Казалось, что может быть проще, но уже через пару минут руки затекли, а палки казались неимоверно тяжелыми.

Стали появляться те, кто опускал руки, их наставник отводил в сторону и давал другое занятие. Я хотел с помощью субстанции продержаться больше всех, но подсознание сказало, что не стоит выделяться и я опустил руки, когда нас осталось четверо, при чем одной была сестра. Переглянувшись со мной, следующей руки опустила она. А далее остался какой-то мальчишка и еще одна девчонка.

Следующим занятием для нас было то, что нам дали палку с какой-то веревкой и мы должны были эту веревку надеть на палку с разных концов. Тетиву одеть на плечи лука – подсказывало подсознание. При этом я понимал, что и как нужно делать и у меня получилось сделать это первым. Сразу же за мной повторила сестра, а потом и остальные.

Наставник странно посмотрел в нашу сторону, но ничего не сказал по этому поводу, а лишь дал нам следующее упражнение, в котором мы должны были растягивать тетиву на длину рук и стараться удержать в таком положении. Подсознание и тут попыталось дать подсказки, но я даже слушать не хотел.

После этого дня, распорядок у нас изменился. Теперь мы сначала бегали, потом делали разминочные комплексы, как назвал их наставник, показанные нам родителями и далее держали палки, а потом работа с луком.

Так шел день за днем, мы с сестрой смогли выдерживать все дольше и дольше палки и натяжение тетивы. Не знаю, что этому способствовало, толи наши тренировки, толи субстанция, а может еще и то, что вечерами с нами занимался отец, после того как увидел, как я с подсказки подсознания начал отжиматься и приседать по вечерам.

Нам с сестрой были показаны еще упражнения, так как родители понимали, что сестра все равно будет повторять за мной, как и я за ней. Было уже, проходили. Но помимо силовых тренировок, мы не забывали и растяжку.

Мне казалось, что мы уже сильней всех, кто занимался с нами, но отец сказал, чтоб мы не обольщались на этот счет, так как скорей всего остальные также, как и мы занимаемся дополнительно. И то, что Наставник все равно узнает наши реальные возможности. Не сейчас, так позже.

Ближе к холодам нам впервые поставили мишени, по которым мы должны были стрелять. Наставник сначала выставил нас в линию, объяснил правила и дал каждому по пять стрел с тупым наконечником, пояснив, чтоб не убили друг-друга. Стрелять мы должны были по команде.

Вот я натягиваю тетиву с наложенной стрелой, жду когда прозвучит команда и отпускаю тетиву. Бам. Стрела упала в двух метрах и это при том, что у остальных они улетели достаточно далеко.

– Еще раз. – Говорит наставник.

Беру еще одну стрелу, накладываю, натягиваю тетиву, жду.

Хрясь. Стрела сломалась.

– Эрио! – говорит Наставник. – Подойди.

Когда я подошел, у меня забрали лук и сказали смотреть внимательно на то, что он делает. Я смотрел, честно смотрел, я пытался повторить все в точности. Натянул, вдохнул воздуха, и на выходе отпустил тетиву. Бум. Бац. Я стоял и смотрел на лежащего у моих ног наставника и огромную шишку у него на лбу.

– Наверное, сегодня занятий не будет? – робко спросил я у сестры.

С этого момента началось мое противостояние Наставнику. То, что он меня невзлюбил, это мягко сказано. Он придирался ко мне во всем, в беге, в разминке, в упражнениях на силу или стойкости и воли. Даже когда мы приступили к медитации, даже там он умудрился цепляться. При этом, мало того, что он просто цеплялся, так он еще и комментировал все это в издевательской манере.

Но больше всего он изгалялся, когда я брал в руки лук. Не знаю, что его больше злило, что у меня не получалось стрелять или то, что часть стрел по какой-то неведомой причине летела в него? Хорошо, что мне все также давали стрелы с тупыми наконечниками, в то время, когда все остальные пользовались боевыми.

Все это влияло на меня не в лучшую сторону, так как я стал замкнутым, не общаясь ни с кем, кроме сестры из-за насмешек надо мной, под попустительством Наставника. Я стал уходить позже всех с тренировок. Я все надеялся научиться стрелять. Как итог, домой я приходил поздно. Хорошо, что нам уже разрешалось гулять по поселку. Отец сказал, что пригляд за детьми в таком возрасте такой, так как лес, где мы живем не дружелюбен и пока дети не научаться бегать их не отпускают далеко.

Вот так возвращаясь в один из дней домой, меняя дожидалась мама.

– Эрио, пойдем, надо поговорить. – я удивился, так как мама обычно встречала меня дома, оставив на столе еды, и пошли мы не домой, а чуть обойдя его, углубились в лес.

Когда мы вышли на совсем небольшую прогалину, то мама достала лук и пару стрел, протянув это мне.

– Возьми. Попробуй выстрелить вот в это дерево. – и она указала на впереди стоящее дерево.

– Я не могу. У меня не получится. – я одновременно испугался и заволновался, мне не хотелось показать свою неумелость в стрельбе.

– Не волнуйся. Все хорошо. Не у всех сразу получается, не бойся, я не буду ни ругать тебя, ни смеяться. Я лишь хочу просто понять и попытаться тебе помочь.

В итоге длительных уговоров я все же выстрелил три раза. Точнее попытался. Две стрелы даже не долетели до дерева, а одна сломалась. Мама действительно не ругалась и не смеялась. Она как-то задумчиво смотрела на меня.

– Знаешь, я сейчас покажу тебе одно умение, если ты научишься и сможешь это делать, то ты сможешь попадать в цель. Не так хорошо, как тебе хотелось бы, но уже хотя бы так.

Потом были объяснения, что это умение оно связано на умение стрельбы из лука. Одно дело просто умение, и ты попадешь скажем так в цель. А другое дело если ты до этого умел стрелять и применил это умение, то ты сможешь выбрать куда попасть. Снайперское умение – вмешалось подсознание.

– Хорошо Я согласен.

После этих слов мама зажгла на руке некий символ и вложила его в древко стрелы.

– Что это? – удивился я.

– Это заговор. Вы будете этому обучаться чуть позже. Но, я хочу тебя обучить сейчас, чтоб ты смог хотя бы более-менее стрелять.

Хотел ли я этого? Конечно хотел. Тем более я видел, что мама использовала зеленую субстанцию, с добавлением белой. Обучение она начала с того, что заставила меня выучить правильность написания того, что она показала. Объясняя, что при внедрении этих рун, задается вектор полета и дальность, но там уже завязывается на мое зрение. Она еще долго все объясняла, но из того, что она говорила понятно было только то, что если я накладывал этот заговор на стрелу, то она полетит туда, куда я смотрю.

Почти полмесяца, вечерами я учился у мамы, как можно выводить из себя энергию и составлять из нее знаки, писать наговор и накладывать. И то, я больше склоняюсь к тому, что такой прогресс был за счет того, что мне немного подсказывало подсознание, а еще я тренировался не только вечерами, а и утром, пока шел к Наставнику.

В итоге наложить заговор на стрелу без присмотра мамы я решился спустя месяц. Все уже разошлись с поляны, я остался один. За мной никто не смотрел, уже давно всем надоело смеяться от моих попыток научиться стрелять. Даже сестра не оставалась, да мне это было и не нужно. Одному как-то спокойней.

Подойдя к навесу, где в стойках были закреплены луки, я выбрал тот, что, по моему мнению, был более тугой. Далее взяв одну из стрел, наложил заговор и только тогда пошел к позиции для стрельбы. Встав на исходную позицию, наложил стрелу на тетиву и вздохнув резко натянул лук и в этот момент у меня перед глазами промелькнуло некое предвкушение, а может мечта/фантазия о том, как я буквально нашпиговываю задницу Наставника стрелами. И тут я на выдохе отпускаю тетиву. Мгновение и я все также смотрю на пустую мишень, а где-то через десяток ударов сердца раздается крик боли…

Понимая, что скорей всего в этом крике виноват я, решил сразу же как-то все исправить (избавится от улик). Заметавшись было по поляне, первым делом откинул лук от себя… но пройдясь пару раз вокруг него думая, как сейчас все донести до родителей, увидел, что лук светится каким-то светом. Заинтересовавшись, протянул к нему руку и так и замер. Рука светилась точно таким же цветом. Вероятно, остаточные следы ауры – опять влезло подсознание.

На этом фоне, решил, что надо как-то избавится от таких следов. И только я об этом подумал, как лук перестал светиться, а весь свет влился в меня принося бодрость. Вскочив, я хотел было опять схватить лук, но потом решил, что опять оставлять следы не стоит и поэтому быстро сбегав, и взяв две стрелы с помощью их перенес лук на свое место. И только когда осмотрел все на предмет свечения и убедившись, что его нет, пошел на выход.

Пока шел, успокоился и как-то даже расслабился. И вот когда я вышел на площадь, названную так мной полянку, нашего городка то увидел собравшихся тут жителей. Остановившись и не зная, как пройти эту толпу незаметно стал высматривать своих родителей, в этот самый момент заметили меня.

– Вон он! Это сделал! Этот проклятый шульг[1] пытался меня убить. – стал показывать на меня пальцем Наставник.

При этом его держали на руках так, что попавшая чуть ниже спины стрела смотрела в небо и сам он находился чуть выше голов на импровизированном ложе (носилках). Все находящиеся стали оборачиваться, видимо до этого смотрели на Наставника. Тут замечаю, своих родителей и хотел уже было идти к ним, как меня остановил Хранитель.

– Подожди, Эрио. Нам надо разобраться во всем произошедшем.

И Хранитель повел меня к тому помосту, на котором уже восседал какой-то мужчина в зеленой накидке, с эмблемой в виде листа на котором как бы лежал меч и какой-то жезл. Рядом с ним к моему удивлению сидел мальчишка, что часто насмехался надо мной и которому я уступил тогда, когда мы впервые держали палки.

– Скажи, дитя, стрелял ли ты в своего Наставника? – спросил меня он.

Не понимая кто передо мной Князь или главный Ростка, не зная, как реагировать на такой вопрос, я постарался найти глазами своих родителей, но увидев чуть не расплакался от обиды. Если мать стояла бледной, то отец смотрел как-то холодно, казалось, что для него меня уже не существует.

Почему-то именно вид отца меня ввел в состояние отрешенности, мне стало как-то все равно, я четко ощутил, что своим тут я уже не буду. Да, скорей всего меня будут как-то обеспечивать, кормить, но я уже отщепенец для всех.

– Дитя, так ты стрелял в своего Наставника? – опять задали мне вопрос.

– Нет. – ответил я спокойно. Я ведь действительно не стрелял в него.

После моего ответа Князь/глава Ростка переглянулся с Хранителем и последний чуть кивнул.

– А ты держал лук сегодня?

– Да.

– А как давно?

– На тренировках с наставником.

Я честно отвечал, в то время как на каждый мой ответ, главный переглядывался с Хранителем.

– Что ж, тогда нам следует пройти туда, где были занятия.

После его слов вся процессия направилась обратно в сторону тренировочной поляны. И пока мы шли, родители даже не помышляли подойти ко мне, а меня вело два воина и буквально держали за руки.

Когда мы вышли на полигон (опять подсознание), то к стойке с луками пошел Хранитель. Он долго смотрел на них, а потом пришел ко мне и протянул тот лук, что давал мне Наставник.

– Этот лук ты держал на тренировках с Наставником? – спросил он у меня.

– Да.

– А покажи, как ты из него стреляешь. – вдруг предложил он. При этом как-то взглянул на Князя.

– Зачем вы этому шульгу дали лук!? – вскричал при этом Наставник. – он же убьет кого-то.

– Замолчи. – одно слово Князя (буду так его звать) и Наставник буквально задохнулся воздухом, а все шепотки исчезли. – Возьми, дитя, лук и выстрели.

Выстрелить, так выстрелить. Меня довели до исходной позиции, вручили лук и дали стрелу. Накладываю стрелу, вдох, натянуть тетиву, выдох и разжимаю пальцы. Тут же раздаётся смех всех собравшихся. Не знаю, смеется ли моя семья, мне не очень хочется смотреть.

– Тихо. – опять Князь вмешивается, – говори! – это уже обращение к Хранителю.

– На лук наложен заговор на неудачу и сбит вектор направленности. Фактически из этого стрелять никто не сможет. – после этих слов наступает тишина такая, что слышно, как насекомые летают.

– И из этого лука, дитя, подстрелило тебя? – Князь смотрит на Наставника.

– А.. а.. – пытается что-то сказать подстреленный.

– А на других луках следов его ауры нет. – говорит уже Хранитель.

– Получается, вместо того, чтоб хорошо учить, ты даешь ребенку проклятый лук и при этом обвиняешь его, что он смог из этого лука тебя подстрелить? – раздался смех.

– Я… – начал было говорить Наставник.

– Молчи. За то, что учил плохо, то мы отдельно поговорим, а семье его виру отдашь. Какую, пусть отец его решит. За то, что малец подстрелил тебя, по твоим же словам из этого лука, награда ему. А то, что лук ему подсунул, так вира с тебя ему, на его усмотрение. Я все сказал. – и Князь развернувшись пошел обратно к площади.

Все остальные, дождавшись ухода Князя стали наперебой делиться всем, что тут произошло под веселый смех и подначивания Наставника. А ко мне направились мои родители, да только мне так вдруг неприятно стало от этого, что я просто развернулся и пошел за Князем. Что удивительно меня никто не остановил, даже родители и сестра не окликнули.

[1] Животное вредитель, ростом с небольшую крысу, покрытое чешуей. Наносит непоправимый урон всему, за исключением камня и железа. Слюна обладает кислотным свойством. Обозвав кого-то шульгом означает никчемное существо, не приносящее пользы, а лишь вред.

Глава 3

Глава 3

Знаете, не отбирайте еду у животных. По крайней мере у тех, от кого не сможете убежать. Да вообще лучше не отбирайте. Я вот почему-то решил, что большой кусок мяса мне не повредит и я смогу его незаметно умыкнуть. Как оказалось, это была плохая идея… И вот сижу я на дереве с куском мяса, а внизу бродит тот, у кого я этот кусок мяса и украл. Ну как кусок мяса, вполне себе такая небольшая тушка какого-то животного.

А начиналось все не так плохо. В тот вечер я конечно же за Князем не пошел, а направился домой, придя разделся и лег спать, при этом на удивление уснул быстро, не было ни каких переживаний.

Утром со мной было попытались поговорить, объясняли, что покушение на чью-то жизнь это страшное преступление в обществе и по-другому они поступить не могли, пока не доказано обратное. Еще говорили что-то про интриги и прочее, но как-то не особо мне хотелось слушать, главное я увидел, они даже не хотели разобраться в мотивах… А посему мне все эти разговоры безразличны, даже как-то немного неприятно от осознания того, что придется все же жить за их счет и нельзя уйти, некуда.

В итоге к Наставнику я ушел под сожалеющие взгляды родителей, на которые мне было все равно. Но и сестра не стремилась ко мне приближаться, ну так мы с ней отдалились с начала тренировок, так что это тоже не особо меня заботило.

Удивительно, но вообще рассчитывал, что занятия у нас все же будет вести кто-то другой, но увы, встретил меня тот, кого я умудрился подстрелить. Причем даже виду не подал, что меня заметил. А далее я все сильней убеждался, что учить меня не будут, так как Наставник показывал упражнения всем, кроме меня, он уделял время всем, игнорируя сам факт пребывания меня.

Так продолжалось дней пять, пока в какой-то момент, я просто не вышел из строя и пошел в направлении зарослей. Меня никто не окликнул, даже не попробовали остановить. Да и зачем, если я изгой? Вот так я первый раз вышел в ЛЕС. Шок от того, что я увидел за кустарником перерос в удивление с последующей эйфорией. Такого буйства красок и живности не ожидаешь увидеть буквально за «забором» (опять вмешалось подсознание).

В первый день я не решился заходить глубоко в Лес, бродил вдоль кустарника, что отделял наше поселение от Леса. Все больше я наблюдал, как ведет себя та или иная живность, попадающаяся мне на глаза. Часто видел на некоторых животных ауру (опять подсознание), будто сгустки света, как в тот раз на том луке.

Но одно дело наблюдать и совсем другое дело перенимать опыт того, кто знает Лес (или хотя бы почитать основы). В целом я вспомнил, что мне же обещана награда, почему бы не попросить научить меня читать? Ведь я видел, что мама читала, да и она сама об этом сказала.

Через десять дней мне вручили награду. Точнее не так, пришел Хранитель и сказал, что будет учить меня чтению, пусть это и слишком рано. Так начались мои занятия по изучению букв (алфавита) лесного народа, с примесью рун. Занятия проходили не каждый день и всего до обеда, а далее я был предоставлен сам себе.

На тренировки мне ходить было уже не интересно, да и бесполезно, так как учить все равно меня там никто не будет, а посему я уходил в Лес. Все чаще делая вылазки чуть дальше от поселения, все чаще приноравливаясь жить в лесу. Все окрестности вокруг поселения мной уже были излазаны и изучены. При этом старался передвигаться по лесу бесшумно, а по утрам, если не было занятий у Хранителя, бегал по лесу вокруг поселения, понимая, что в физическом развитии мне нельзя уступать тем, кто занимается с Наставником.

День за днем, все чаще мне было комфортнее в Лесу, нежели в поселении, поэтому застать меня можно было или дома, когда приходило время сна или в библиотеке. Да да, я научился читать и по мнению Хранителя на удивление очень быстро этому обучился и его помощь мне уже не нужна. Периодически, конечно же, к нему обращался, чтоб он растолковал то одну, то другую руну.

А еще, в лесу мне удавалось немного тренироваться в наговорах. За аналог взял мамины уроки и потихоньку с вливанием минимального количества энергии я пробовал разные связки рун. Но как оказалось, не все руны безопасны, так я немного лишился волос.

Хорошо, что на меня уже давно не обращают внимания в поселении, да и появляюсь я в нем почти ночью, а посему на изменение мой прически не обратили внимания, а через два десятка дней, все выровнялось, я спалил вторую часть.

А еще, оказывается на манипуляции с энергией могут прийти очень небезобидные зверушки. Хорошо, что в тот раз ветер дул как раз в мою сторону и мне удалось по запаху вычислить приближение зверя. Как потом оказалось, это животное обладало каким-то магическим чутьем и приходило на всплески магии (опять подсказало подсознание).

В общем в Лесу надо быть очень осторожным и производить как можно меньше шума, как обычного, так и магического. Так, что я стал тренироваться в разных местах, а еще потом убирать за собой. Научился этому не сразу, но помог случай вспомнить, как я убирал остатки своей ауры с лука.

Однажды идя к себе домой уже почти в середине ночи и неся в руках пересаженный в горшок цветок, я не заметил, как мне перегородили дорогу.

– Где ты это взял? – спросил меня дрожащий голос.

Поднимаю глаза и вижу какую-то женщину, всю увешанную вязанками и пучками трав. Быстро спрятав цветок за спину, я стал пятится от этой… И как только сделал себе простор для маневра, тут же припустил в обратную сторону, видя, как она дернулась в мою сторону.

– Стой! Да стой же ты! – неслось мне в спину.

– Ага, щаз! – крикнул я в ответ и тут же нырнул в заросли «стены».

Как только оказался в лесу, тут же припустил чуть в сторону, намереваясь сделать большой крюк, но выйти с другой стороны. За это время мной уже изучено множество мест где можно покинуть селение или наоборот попасть в него.

Ишь чего! Решила она мой цветок себе забрать. Пусть сама себе накопает. Именно с такими мыслями пробрался домой, жил я уже давно не в своей комнате, а чуть выше. Как оказалось, у дома было еще одно помещение, которое было в полтора разе просторней моей комнаты, просто заходить в это помещение было не очень удобно, не было входа изнутри, а только снаружи, да и то замаскирован зарослями. Как всегда бывает, нашел этот вход случайно.

– Странная женщина. – сделал я вывод, устанавливая цветок чуть на возвышенность и немного дуя на него, отчего он стал светиться приятным светом, освещая мое жилище.

Собственно, именно поэтому я его и решился себе взять. Обнаружил я его случайно, гуляя по лесу уже почти в сумерках, увидел небольшое свечение. Любопытсво победило и крадучись и стараясь почти не дышать, приблизился к этому свечению, я увидел, что оно исходит от цветка. Какое-то чутье заставило меня подойти к нему и понюхать его, а потом еще и дыхнуть на него. И вот как только это сделал цветок засиял еще ярче, буквально озаряя окрестность.

Поначалу я даже перепугался и забравшись на дерево стал ждать. Но на свет цветка так никто и не явился, и я решил, что надо бы его забрать, но уже завтра. Утром посвятил всего себя поиску подходящего горшка, куда пересажу цветок (идею подсказало подсознание). И вот я уже почти пришел домой, когда появилась эта незнакомка. Хорошо хоть убежать от нее удалось, а так бы забрала мой цветок и ищи потом себе новый, хотя его искать, вроде видел я похожее сияние. Может стоит сходить и выкопать? Хотя зачем? Мне и этого вполне хватит. С такими мыслями я и провалился в сон.

Утро встретило меня каким-то шумом и гамом. А еще, этот шум происходил буквально за дверью. Не понятно правда было почему голосов так много, а еще два выделяются очень сильно это голос той женщины и моего отца. Так как уснуть у меня не получится уже, решил, что надо открыть и узнать, чего им всем от меня надо.

Представшая передо мной картина меня немного ввела в ступор. Для начала Отец мой висел на ветке зацепившись за нее рукой и буквально удерживал ночную незнакомку от того, чтоб она ворвалась ко мне. При этом незнакомку внизу поддерживал руками чуть ниже спины какой-то мужчина (воин влезло подсознание). При этом воин как раз был очень доволен своей ролью. А внизу уже собралась толпа народу, в которой мелькала моя сестра и мать.

– Эрио, что от тебя хочет Le iloa tele[1]? – спросил меня отец, когда я более-менее пришел в себя.

– А я откуда знаю?

– Да, ты! Ты! – незнакомка не удержалась и завалилась назад, хорошо ее там поймали остальные воины.

– Я пойду, посплю. – и не давай больше сказать ни слова закрываю дверь.

Подумав, решил, еще мебелью забаррикадировать дверь, а то мало ли. И удивительно, как только я это сделал захотелось действительно еще подремать. Что собственно я и сделал.

Проснулся спустя какое-то время от того, что в дверь настойчиво стучат и просят впустить к себе.

– Кто там? – зачем-то спросил я, хотя точно знал, что там стоит мама.

– Эрио, открой, нам надо поговорить. Это важно.

Пришлось отодвигать мебель и открывать дверь. На небольшом пороге стояла мама, а толпа внизу все также присутствовала. При этом во главе толпы стояла все та же незнакомка и смотрела на меня.

– Я могу пройти?

– Зачем? – спрашиваю дерзко.

– Эрио, я твоя мама. – она старается говорить нежно, но я чувствую волнение и небольшое изменение тембре голоса.

На это я лишь неопределенно хмыкаю. И отхожу чуть в сторону:

– Проходи.

Мама заходит чуть пригнувшись, так как для ее роста вход маловат, это мне вполне удобно. Оглядывается и увидев небольшой стул проходит почти через всю комнату и садится на него.

– Сын, ты понимаешь, что каждый член общества должен приносить пользу поселению?

– Понимаю.

– Ты нашел очень ценную вещь, отдай ее пожалуйста леди Лалик.

– Ты про цветок? – уточняю.

– Про него! – говорит уже на пороге эта самая леди Лалик.

– Нет. – отвечаю спокойно.

– Этим ты… что? – удивляется мама.

– Ах ты, мелкий… – шипит леди.

– Сынок, пойми, мы тебя кормим, в том числе и одеваем. А это нам с отцом дается не так легко, ты мог бы помочь как нам, так и обществу. – заговорила мама.

Манипуляции – выдает подсознание. Угу, прям кормят, я уже давно не ем дома, лишь бы не пересекаться с ними, да и одежда на мне уже не раз ремонтировалась, мною же. Сам научился с подсказок подсознания. Не, точно надо уходить отсюда, но пока не понятно куда, да и еще не все выучил.

– Не отдам. Вам надо, сами идите ищите. Там еще есть. – машу рукой в сторону где видел цветы.

– Что? Есть еще? – возбуждается леди Лалик. – Ты должен показать мне! – иона решительно направляется в мою сторону.

Возможно она бы и схватила меня, да только месяцы, проведенные в лесу хорошо научили меня уворачиваться и убегать. Поднырнув в самый последний момент под ее руку, хватаю свою сумку и перекатом прыгаю к цветку. Резко встав быстрым движением запихиваю цветок в сумку, отчего все погружается в темноту. Далее в два прыжка оказываюсь у входа, но не вниз спускаюсь, а начинаю лезть вверх.

– Ловите его! – кричит леди воинам, когда добралась до выхода.

Запоздалое указание, так как я уже вскарабкался достаточно высоко, а там у меня был приготовлен путь отступления как раз на такой вот случай. С диким визгом, пролетев на «тарзанке» над «забором» я оказался в лесу. Ну, что ж, будем выживать как умеем, все же что-то я подчерпнул в библиотеке, а чему-то научился сам.

Дом я себе нашел еще до этого. Это было такое же дерево как в селении, только размером чуть ниже и не такое широкое. Да и не было такого расширения для организации помещений. Было небольшое отверстие, через которое я смог пролезть и обнаружить, что там вполне можно спать. По крайней мере ноги смогу вытянуть, еще и место останется. А остальное можно доделать с помощью лиан и веток. Шалаш на дереве, выдало мне подсознание.

Вот так и оказался на дереве с тушкой какого-то зверька в руках. Банально проголодался, так как наступили холода и еды стало не хватать. Точнее растительной еды, так как я ел то, что удалось узнать или подсмотреть у животных. Чаще это были какие-то корнеплоды, ягоды, фрукты. Сейчас же были небольшие орехи, но ими реально не наестся. А я и до этого не наедался сильно. В общем вот так я и решился на такой поступок.

Но долго мне так просидеть на ветке не удалось, хотя я бы хотел переждать пока не уйдет хищник. Видимо или я не совсем еще исхудал, а может ветка не такая уж и крепкая была, но в один момент, когда я хотел устроится поудобней, она подломилась и я полетел вниз.

Упал, не так чтоб удачно, но вполне хорошо. Удачно было бы если бы я на хищника упал, а так приземлился рядом и сразу же откатился в сторону, а вот хищник пусть и испугался поначалу, на сразу же бросился в атаку на меня.

Мне не удалось вскочить, хищник, ростом почти со среднюю собаку (Подсознание опять выдает образы) умудрился меня схватить за ворот одежды и стал трепать и валять меня, постепенно подбираясь челюстью к моей шее. Я испугался, очень. Так как понимал, что еще чуть-чуть и погибну. И как раз в этот момент пальцы рук прострелило болью, а потом настало незнакомое ощущение.

Сквозь слезы, я попытался схватить своего врага, но что-то мешало дотянутся до шерсти хищника, а он стал как-то странно дергаться и немного поскуливать. Усилив нажим, мне удалось схватить его за шерсть, только вот кулаки сжать не получалось. Да и странное ощущение было, будто я в землю пальцы зарыл.

Только когда тело хищника окончательно перестало дергаться, мне удалось извернуться и высвободить мои пальцы и уставится на них… А потом наступила темнота. Очнулся от того, что тело затекло и хотелось очень пить, а в сознании еще стояло воспоминание моих пальцев с огромными когтями.

Подношу руки к лицу и понимаю – не привиделось. Очередной обморок (подсказывает подсознание) удалось избежать неимоверным усилием. Зажмурившись, я очень захотел, чтоб все вернулось обратно. Последовали необычные ощущения на пальцах и открыв глаза я увидел, как когти втягиваются в пальцы, но при этом над ними стоит небольшой серебристый свет. Есть захотелось сильней.

Повернув голову на тушку хищника, понимаю, что так ее есть не буду, а поискав глазами предыдущую украденную тушку, понял, что не вижу ее на земле, зато подняв глаза к небу увидел, что тушка висит, застряв раздвоенной ветке.

– Придется возвращаться в селение. Соли у меня нет, а без соли есть это мясо не хочется. – вылетели слова из-под сознания.

Делать нечего, связав волокушу, закинул туда тушку хищника и поплелся в сторону селения, не забыв еще захватить отросток цветка, что так приглянулся леди Лалик.

Как добрался не помню, шел на чистом упрямстве. Помню только меня окружили, что-то говорили, даже вроде попытались остановить, а я все шел и шел. Пока передо мной не появилась Лалик.

– Это. – достал я цветок. – оплата за еду, одежду и мне нужно копье. После чего отрубился прям там, где стоял.

Пограничное поселение народа Ulumatua[2] Древо Князя рода Anemone[3]

– Кто-нибудь, пояснит мне, что происходит в моем поселении? Почему, уже второй раз, какой-то мальчишка буквально вскрывает гнойник? – Князь обвел всех присутствующих взглядом.

– Он нашел Серебрянку… – попыталась объяснить ситуацию леди Лалик, но под строгим взглядом своего правителя стушевалась.

– Нашел. Он. Не ты, никто другой. Он! И она принадлежит ему! Даже не мне! Но ты, видимо, забыла наши устои и решила забрать ее? – князь буквально забивал словами леди, так как после каждого произнесенного слова та съеживалась.

– Почему дите не посещает занятия? – это уже в сторону родителей.

– Он не говорит с нами. – ответила мать Эрио.

– Я бы с вами тоже не говорил. Ребенок, подвергался нападкам наставника, а вы как глупые пови[4] перед травой ничего не замечаете. С наставником я поговорю еще раз. Если увижу, что дите не посещает занятия, пострадают все. Далее, ты, Лалик, обучишь его травничеству. Такой талант не должен пропадать. И выдашь из своих сбережений то, что он попросил за Серебрянку. Поняла? – дождавшись, когда леди кивнет, Князь повернулся к родителям – А вы, что хотите делайте, но он должен жить в поселении. Единственный из всех, кто смог добыть мамоти[5], да еще в возрасте, не достигшем права ношения лука. Я все сказал. Разойдитесь.

Когда все вышли из дома Князя, он обратился к одному из своих «пальцев»:

– Проследи, чтоб все было исполнено. Нас и так слишком мало, чтоб мы могли разбрасываться такими талантами.

– Сделаю. – раздалось из темного угла.

Очнулся я в своей кровати у родителей, укрытый одеялом. Даже в какой-то мере приятно стало, правда недолго, так как в сознании опять встали образы отвернувшихся родителей.

Сбросив с себя одеяло, оказалось, что я голый. Оглядевшись, понял, что одежды рядом не наблюдается. Решение пришло само, замотался в одеяло и вышел из комнаты, далее прошел к выходу из дома. Открыв дверь стал оглядываться нет ли рядом кого, чтоб не заметили. Убедившись, аккуратно проскользнул в приоткрытую дверь и сразу же спрыгнул с лестницы, а потом забежал за дом и полез в свою коморку и как раз в этот момент с меня спало одеяло.

– Ой. – услышал я снизу звук, а обернувшись увидел, как какую-то девочку накрывает одеялом.

В своей чердачной комнате (подсказка подсознания) я нашел отложенную старую одежду и переоделся. Одежда была чуть мала, но думаю на первое время мне хватит. А еще была надежда, что леди Лалик все же за тот цветок предоставит мне то, что я запросил.

Как оказалось, леди все же решила исполнить мою просьбу, да только по-своему. Запрашивал я копье? Она дала мне самое лучшее. Только вот это лучшее для моего возраста было большим, громоздким и тяжелым. Но зато самое лучшее, как велел Князь и соответственно и оплата. Одежда тоже была выдана такая, что в ней не то, что в лес ходить, а из дома выходить опасно, так как тут же испачкаешь или порвешь. Хотя бы с едой проблем не было, еда была и ее было много, но вся скоропортящаяся.

Подсознание тут же дало образ какой-то забастовки, хотя что это такое я не смог понять, но общий смысл уловил. В общем и целом, как прочитал в книге, тут сохранили букву, но не дух договора. Расстроившись, оставил все как есть, даже не притронувшись и побрел вдоль «забора» просто, чтоб подумать.

Так и брел пока не наткнулся на небольшой домик, буквально сплетенный из растущего плюща. Вид домик имел настолько необычной, насколько и красивый. Ветки растений переплетались в причудливых узорах и изгибах, при этом образуя цельную картину. Поистине, шедевр.

Тут как раз из этого домика выходил мужчина с множеством седых волос.

– Научите мне! – я подскочил к нему, отчего он даже опешил.

– Что?

– Научите меня, я хочу также уметь плести.

– Я уже давно никого не учу. – он как-то нахумурился и немного отвернулся.

– Научите меня, прошу.

Он задумчиво осмотрел меня с ног до головы, обошел по кругу, а потом остановился и долго смотрел то на меня, то на свой дом.

– Хорошо, начну тебя учить, если ты принесешь мне тонкие ветки, толщиной не больше твоего мизинца, при этом длинной с тебя ростом. Справишься, приходи с ними. И пучок должен быть толщиной с твою голову. – Сказав это он побрел по своим делам.

– ХА! – усмехнулся я, – я тебе принесу. Уж этого добра я тебе принесу вдосталь.

Целый день, я ходил по лесу и добывал эти ветки, где-то было их много, где-то приходилось лезть за ними, но все же к концу дня мне удалось собрать десять пучков. А потом еще и притащить все это к дому мастера.

Утром он был немного сбит столку, но все же позвал меня с собой. Как оказалось, это не дом, а мастерская такая. Сам он представился мастером Ато. Именно, что мастером. Потом долго спрашивал зачем мне это искусство, так как оно уже вымирает и уже никто не плетёт корзины.

– Надо. Мне ваш дом понравился очень.

– Этот дом создавался многие годы, это тяжелый труд.

– Тем более, раньше начну, раньше закончу. – с вызовом сказал я.

– Логично. Но начнем мы с азов.

И дальше мы занялись тем, что стали раскладывать по кучкам принесенные мной ветки. Одни Мастер откладывал и пояснял почему, на другие удивительно взирал и откладывал совсем в сторону, бормоча что-то вроде «Такое добро на корзины…».

В первый день мы так и не начали плести. Не начали мы и на второй и третий, так как Мастер рассказывали и показывал мне основы к подготовке к плетению. Меня учили замачивать лозу, гнуть ее через пар. Потом учил крепить правильно ее в специальных зажимах. Еще учил ее правильно расщеплять для обвязки.

И только спустя дней десять, когда он удостоверился в том, что я все усвоил, мы приступили к вязанию корзин из той лозы, что я принес. Первые свои поделки делал под присмотром и чутким руководством мастера. Выходили они корявыми и неказистыми. Я хотел их расплести, чтоб сделать заново, но Мастер запретил их трогать, сказав, что потом я пойму почему.

Так я и жил, учился у Мастера, ходил в лес добывать Лозу и изучать его, бывал в библиотеке Хранителя, где читал свитки и книги, а также изучал руны и наговоры. С Леди Лалик старался не пересекаться, хотя она пыталась со мной поговорить, но я убежал. С родными тоже не особо общался, так как не о чем было. Я платил за еду, тем, что давал Мастер. Он сказал, что любой труд должен быть оплачен, а посему давал мне небольшие изделия из дерева, будь то корзинки, сплетенные им, горшочки или даже вырезанные фигурки из дерева.

Все это я отдавал родителям, взамен еды и одежды. Они, как-то хотели поговорить, даже леди Лалик пришла, но я просто сбежал. При этом я замечал, как на меня смотрит Мастер, чувствовал, что он все знает, но с расспросами не лезет. А вот в части работы, он был строг, но при этом объяснял все доходчиво.

Первый свой рисунок, я смог сплести только спустя три месяца. Рисунок был простым, в виде небольшого цветка, но даже это очень меня воодушевило. Мастер уже давно не делал мне замечаний в подготовке лозы и плетении. Занимался я теперь сам, сам же Ато что-то вырезал в своей мастерской, а я же занимался под навесом или вообще на улице.

Еще спустя месяц, мне вдруг пришла идея вплести в корзину руну. Долго думал какую, так как не совсем понятно, какой эффект она будет давать, но идея так захватила, что, решившись стал вплетать руну легкости. При этом, ведь помимо того, что надо вплести, надо же ведь и ее как-то наполнить энергией?

На работу у меня ушло почти три дня, по окончании которых я был вымотан ужасно и фактически уснул под вечер с корзиной в руках. Так меня и застал утром мастер.

– Сам додумался или подсказал кто? – спросил он меня, тем самым разбудив.

– А? – протер я глаза.

– Спрашиваю, сам догадался вплести руну или подсказал кто?

– Сам.

– Молодец, только ты не учел один нюанс, что это дерево, которое ты использовал доля руны, не подходит для нее. – тем временем Мастер крутил корзину, рассматривая, что-то известное ему. – В целом не плохо для первого раза. Сегодня отдохни, завтра начнем более углубленное обучение. Все иди домой.

– Но… – хотел было я возразить, но напала зевота.

– Иди иди. – усмехнулся Ато.

А на следующий день началась учеба, в которой мастер гонял меня пуще прежнего. Оказалось, что мало вплести руну в корзину, надо еще это сделать так, чтоб она буквально обхватила всю корзину или вплести несколько рун. А еще необходимо подбирать для каждой руны свой материал.

Когда более-менее с этим у меня стало получатся, Мастер усложнил задания и попросил меня теперь вплетать заговоры, состоящие из нескольких рун, причем иногда разной направленности с разным материалом. Два дня у меня не получалось, пока не вмешался учитель и не показал, как можно лозу склеивать между собой. Потом я учился варке специального клея.

Удивительно, но обучение так захватило меня, что я не заметил, как прошла зима и наступила весна. При этом я уже сносно плел корзины с наговорами на уменьшение веса, сохранение продуктов и еще множество свойств. Мастер все чаще расплачивался со мной за мои корзины деньгами или какими-то вещами.

– Мастер Ато, а почему вы раньше не плели такие корзины? – как-то спросил я. – вы же столько знаете и умеете?

– Мой дар выгорел, осталось только умение плести. – грустно ответил тогда он и больше этой темы мы не касались.

В какой-то из дней мастер принес мне копье, древко которого было все в узорах. Как он пояснил, это наговоры, которые мне придется самому понять и наполнить энергией. Надо сказать, что копье было как раз под мой размер, с листовидным наконечником и небольшой планкой после наконечника, для сдерживания.

После такого подарка, мы перешли к тому, что теперь меня обучали резьбе по дереву. Мастер где-то достал для меняя такой же набор как у него и теперь мы занимались еще и этим, не забывая поставлять корзины для селения. Деньги все также он мне платил и даже объяснил, их номинал и научил считать. Но тут влезло подсознание и оказалось, что считаю я вполне хорошо.

Деньги были трех вариантов: медные, серебряные и золотые. С номиналом один к ста. Так в одной серебряной монете сто медных, соответственно в одной золотой сто серебряных. У нас в селении деньги не в ходу, так как мы являемся пограничным поселением, буквально форпост на страже каких-то там земель. А вот в глубине Леса есть даже города, где деньги в ходу.

В итоге получалось, что цены в разных селениях разные. К примеру, у нас на медную монету можно прожить день, а в другом городе это будет стоить как минимум пятьдесят медных монет.

Мастер посоветовал деньги откладывать и не тратить. Тут их тратить негде, а с родителями рассчитываться тем, что сам делаю. Тем более мои поделки очень хорошо расходятся, а когда я научусь резьбе по дереву буду востребован еще больше. Это, наверное, такая похвала была, подумал я тогда.

Время шло, работы только прибавлялось, уже помимо корзин, мы с мастером занимались тем, что украшали луки резьбой с наговорами. К этом мы пришли не сразу, до этого были копья, черенки лопат и даже кирок. Оказалось, к нам приезжали купцы из других поселений, чтоб оставить заказ.

Так все и шло, пока однажды не раздался какой-то гул и все забегали по поселению. Даже Мастер как-то весь подобрался.

– Возьми свое копье и не выходи из мастерской, что бы не случилось. Понял? – а сам он облачался в какую-то броню, сплетенную из странных веток с зеленоватыми прожилками, светящимися в полумраке мастерской.

– Я могу помочь… – попытался я.

– Нет. Эрио, там опасно, даже опасней чем в Лесу. Это Прорыв. – больше ничего не говоря, он вышел из мастерской, закрыл дверь и даже завалил ее чем-то.

А снаружи уже раздавались крики, перемежаемые с командами Князя. А еще слышалось рычание, вой и скулеж. И что действовало сильней на нервы даже не берусь сказать.

Время текло тягуче медленно. Крики боли и команды то раздавались совсем близко, то удалялись. Я же стоя у двери только сжимал свое копье, стараясь вслушаться и понять, что происходит. Слух вел себя странно, то показывая буквально картинку перед глазами, а то пропадая. Что-то удавалось разобрать в этой какофонии звуков, а что мог только додумывать.

Когда все закончилось я стоял у двери пребывая в странном состоянии, вроде бы и не двигаюсь, но готовый в любой момент напасть. Странное и в тоже время правильное состояние на данный момент.

Дверь отворилась и в проеме появилась голова Князя.

– Дитя? – казалось князь удивился…

– Князь. – я склонил голову в приветствии.

– Один?

– Да.

– Выходи, все закончилось. – князь отошел в сторону, буквально пропуская меня.

– А где Мастер Ато?

– Прости. Мастер погиб, защитив меня.

После этих слов казалось, что упал в холодный ручей. Краски стали размытыми и даже потускнели, а слух будто пропал. Только голос Князя, что пытался меня успокоить.

– Как? – только и смог спросить я.

– Одна из тварей прорвала строй. Мастер прикрыл своим телом меня – Князь говорил с опущенной головой – Он просил позаботиться о тебе и отдать все, что у него есть тебе.

– Почему? – по моим щекам текли слезы, сами по себе, я не хотел, но они текли.

– Старый мастер любил тебя. Крепись. – Князь похлопал меня по плечу и ушел.

Уже позже я узнал, что Ато был когда-то наставником самому Князю, что он был великолепным воином. В один из дней сражаясь с порождениями темных земель, защищая свою семью он выгорел, отдав свой дар и источник на защиту. Увы, жизнь несправедлива, семью он защитить не смог, но при этом сам выжил, оставшись с покалеченным источником и исковерканным даром. После того случая он ушел в себя, посвятив себя на остатках своего дара работе с деревом.

Тогда я не понял, почему источник и дар разделяют, но как позже прочитал в библиотеке: Дар – это то, чем наградило мироздание разумного, будь то способность к рисованию, воинскому искусству или музицированию. А вот источник – это как раз сосредоточие энергии, с помощью которой можно творить ворожбу и магию. Дар дан один и навсегда, а источник – можно развить.

Но бывает, что источник выгорает, тем самым навсегда лишая индивида способности к магии, а вот дар может исказиться по разного рода причинам. Будь то тщеславие, какие-то передряги или что-то еще. Так и произошло с Мастером. Его источник почти выгорел, оставив крохи возможностей, а дар исказился.

Все это я узнал спустя десять дней после похорон погибших, коих оказалось не так много, мастер, да еще одна женщина, которую порвали в самом начале, но ее крик и спас многих.

Видеть мне никого не хотелось, а посему я ушел в лес в свое логово. Там проводил время, стараясь не думать ни о чем. Это откровенно говоря не получалось от слова совсем. Понимая, что я все больше погружаюсь в пучины печали, почувствовал, что во мне что-то меняется. И тогда я вспомнил, что дар может исказится от потрясений. Я испугался, так как не хотелось забывать все, чему научил меня мастер. А как искажение дара происходит я не знал, так что стал срочно искать выход из этого состояния.

В какой-то момент мои мысли свернули на то, что если бы была хорошая защита, то может твари и не прорвались бы. Подсознание тут же показало высокие стены, обозвав это крепостью. Какие стены из камня в лесу? А, с другой стороны. Есть же «стена». И вот тут мне пришла в голову идея.

Вернулся в селение вечером, сразу же направившись, в мастерскую, чтоб взять инструмент и все подготовить. Зайдя, первым делом стал приводить все в порядок, так как оказалось, что в самой мастерской хоть и был порядок, то вокруг было все разбросано. Провозился до глубокой ночи и уснул прям в мастерской.

Утром, первым делом отправился на заготовку лозы. По моим прикидкам ее нужно много. Не просто много, а очень много. При этом еще нужна вода и дрова, все же мне придется ее кипятить, а где брать камни, что разогревают воду, я не знал. Мастер об этом не распространялся.

Пять дней я занимался тем, что таскал из Леса дрова и лозу и только потом принялся за работу. Для начала мне предстояло заготовить материал доля плетения, вымочить неимоверное количество лозы, а также подготовить инструмент, так как в некоторых местах я решил сделать заговоры резьбой по дереву.

Ко мне пытались приходить и говорить на предмет плетения корзин, приезжали даже купцы, что привозили черенки для лопат и кирок. Но мне все было не интересно, я был погружен в задуманное мной. Даже Князь приходил и что-то говорил, если честно, не особо слушал и он видимо это понял, так как от меня отстали, только еду приносили иногда.

Спустя еще три дня, я приступил к реализации задуманного. Начал я от хижины

Пограничное поселение народа Ulumatua Древо Князя рода Anemone

– Так, начну с того, что я недоволен. Я очень недоволен. Лалик, ты отправляешься вместе с Наставником в патруль, за неисполнение моих указаний.

– Но, позвольте, Князь. Я сделала все в точности, как вы указали. – леди вскинула на Князя гневный взгляд.

– Ты это можешь говорить всем остальным, но не мне! Дитя взяло хоть что-то, что ты ему предложила? Я уже молчу, за не равномерный обмен Серебрянки на еду, копье и одежду. Молчишь?

– Прошу заметить, если бы не этот цветок, жертв было бы больше.

– И заслуга тут не твоя! – Князь встал с кресла и быстро приблизившись к леди смотря ей в глаза. – Если бы не дите, если бы не его находка, ты травница – это слово он казалось выплюнул, – даже бы не знала о ее существовании. Разговор окончен. Этих двоих увести.

Тут же двое воинов подскочили к Лалик и наставнику и легонько подтолкнув стали уводить.

– Так, теперь продолжим. Наставником теперь будет ты, Илио. Ты когда-то давно занимал эту должность, так что справишься.

– Благодарствую, Князь. Позволь спросить?

– Ты по поводу сына? Я не возражаю, сможешь его обратно завлечь твое право. Но он под моей опекой. Запомни.

– Понимаю. – кивнул головой новый Наставник.

– И вообще, что он там делает, уже какой день. Я было хотел поинтересоваться, так он меня послал. – Князь усмехнулся, отчего накал в помещении чуть спал. – Меня, представляете? Уйди говорит, Княже, не лезь под руку.

– Увлекся, видимо. – говорит один из пальцев.

– Ясно дело. Но, чтоб как закончит, опять его к делу представили. Нам его Дар дюже способствует становлению селения. Но от учебы, чтоб не отлынивал. И кормите его! Да так, чтоб он ни в чем не нуждался.

Работа меня увлекла всего и полностью, я буквально забывал поесть. Но удивительно, еду мне стали приносить, причем в большом количестве. Правда сил не было, чтоб ее есть, и она оставалась до утра, а вот утром я ее поглощал в больших количествах, набивая казалось свое брюхо под запас. И все равно, уже спустя пять дней было видно как я похудел… еще через два дня, появились синяки под глазами. Я даже умудрился напугать кого-то возвращаясь поздно вечером в мастерскую. Крику было… Правда, когда воины заглянули в мастерскую и увидели меня, то крики сразу прекратились, меня куда-то потащили, но мне было лень даже сопротивляться.

Утром проснулся не в мастерской, съел поднос еды, заботливо оставленный и выбежал доделывать свою задумку. В обед прямо ко мне пришли, небольшой толпой. Во главе толпы был Князь.

– Эрио. Почему ты ушел из моего древа? – спросил он меня, чем немного озадачил.

– Эм… Так работы много, Княже. Вот доделываю.

– Достойное стремление, для твоего возраста. Но ответь, что такого ты делаешь? Нам тут всем интересно, чем молодой Мастер так занят? – и вот именно обращение Князя ко мне как к мастеру и выбило меня из колеи, отчего я прекратил работу и повернулся к нему немного озадаченный.

– Прости, Князь, прям сейчас, сказать не могу. Вот как доделаю, так и расскажу, и покажу, а пока только задумка А о ней какой толк говорить? А коли не получится? От себя добавить лишь хочу, что зла не чиню, работаю на благо.

– Верю, но вот наказ мой тебе, молодой Мастер. Каждый день ты должен питаться три раза в день. Утром, в обед и вечером. А коли не станешь, так мои воины будут тебя насильно кормить. Уяснил?

– Уяснил, Княже.

– Тогда пошли обедать. А работа твоя никуда не денется.

Пришлось подчиниться и отобедать с Князем Особо меня не расспрашивали и даже не сильно трогали, за исключением мелких просьб в виде подать чего-то со стола. Как только я наелся, поблагодарил Князя и выскочив из-за стола побежал дальше работать.

Теперь за моей работой неустанно следило два воина. Точнее не за работой, а за моим питанием. С одной стороны, вроде как забота, а с другой – раздражает. Но поделать с этим ничего не мог, а подсознание сказало расслабиться и получать удовольствие.

Двадцать семь дней. Именно столько мне понадобилось, чтоб сделать то, что мною было задумано. Много это или мало, не знаю, когда я закончил, контур засветился ровным серебристым светом, а я вырубился там, где стоял.

Пограничное поселение народа Ulumatua Древо Князя рода Anemone.

Тот же день.

– Ну и? – Князь ходил из стороны в сторону, нервно крутя в руке кубок с янтарной жидкостью.

– У мальчишки несомненно Дар. – сказал хранитель.

– А то я не вижу! – князь резко повернулся. – Ты мне скажи, чего он там такого сотворил! Я понять хочу! Чувствую, что полезное что-то, а понять не могу.

– Мы разбираемся в этом вопросе. Я пригласил своего знакомого, разбирающегося в рунописи, для более плотного изучения.

– Пригласил он, а меня ты спросил? Ай, ладно. Ты хранитель, разберешься. Клятву с него возьми, не забудь.

– Обязательно, Князь.

– И все же, хотя бы что-то ты можешь сказать?

– По тому, что удалось понять, молодой Мастер выстроил защитную стену, точнее периметр. Автономный. При этом непонятно откуда идет подпитка и как осуществляется распознавание. Точно можем сказать, что, пытаясь пройти через это строение, никто из нашего народе не пострадал.

– Но? – вопросительно взглянул на Хранителя Князь.

– Но, попытавшийся приблизится к стене мамоти был убит буквально выстрелившей лианой и затащен в заросли.

– То есть, мы не знаем опасна эта изгородь или нет? Правильно?

– Народ Ulumatua ни разу не пострадал.

– Это пока.

– Я не чувствую угрозы, возможно, молодой Мастер сможет пояснить нам свое творение.

– Мастер.

– Что?

– Мастер. Мне кажется после такого, называть его молодым Мастером это неуважение к его труду и работе. Так, что Мастер. А приедет твой знакомый, попроси выступить одним из свидетелей в заслуги Эрио.

– Сделаю, Князь. – Хранитель склонил голову и вышел.

– А Эрио меня зовет Княже… ласковее как-то, но с уважением. – вздохнул Князь и одним махом выпил из кубка.

[1] Знающая многое

[2] Перворожденные

[3] Ветреница – цветок, является одним из самых ранних весенних цветов-эфемероидов наравне с крокусами и подснежниками

[4] Быки

[5] Мамоти - хищный зверь похожий на Сурка, но размером с лабрадора. Обладает отменным чутьем, пастью с двойным рядом зубов. Нападает как правило из засады, вцепляясь в шею. В отличии от сурка, не встает на задние лапы.

Глава 4

Глава 4

Не сказать, что ко мне сильно изменилось отношение со стороны сверстников. До этого я был изгоем, а теперь я стал выскочкой. И в той и в этой ситуации меня не любили, отличия были только в том, что теперь меня не оскорбляли и не смеялись. По крайней мере явно. А может этому способствовало то, что рядом находился один из воинов.

С другой стороны, были и плюсы, меня кормили. При чем хорошо. Но больше было минусов, так как в лес я теперь ходил в сопровождении воина, что сильно мешало и раздражало. Еще заставляли ходить на занятия, где наставником стал мой отец. Тоже не очень приятный момент.

На занятиях нам показывали, как обращаться с копьем, но и владению луком уделяли внимание. И если владение копьем я еще изучал, то к луку не притрагивался от слова совсем. Но еще было такое ощущение, что и копье, мне не подходит. Точнее не так, казалось, что мне нужно другое, но что, я так и не мог понять, а подсознание молчало.

После занятий с наставником я возвращался в мастерскую Ато, где отдавался плетению. Ко мне стали приходить и оставлять заказы на те или иные корзины с разными свойствами. Подсознание еще подсказало, что можно попробовать сплести короб с крышкой, чем я и занялся.

Через два десятка дней я и подарил такой короб князю, пояснив, что в нем будет температура ниже чем снаружи и его можно использовать как охладитель. Князь поблагодарил, но я чувствовал его скепсис (подсказка подсознания).

Все время после этого, я мучился и не мог взять в толк, почему и чем Князь остался недоволен. Уснул я в мастерской, но сон был какой-то странный, так как в нем я видел охлаждающий шкаф, который был высотой с Князя и с двумя дверцами. При чем в одной было очень холодно, а в другой прохладно. Проснулся я, когда еще было темно. При этом я понимал, что охлаждающий короб размером с корзину не удобен. А еще, сквозь лозу будет проступать холод, а отсюда и скепсис Князя.

В раздумьях, я стал метаться от одного угла к другому, думая о том, как решить проблему. И в какой-то момент мой взгляд у перся в горшок. Обычный глиняный горшок. Решение моей проблемы тут же возникло в голове.

Выбежав из мастерской, побежал в сторону где видел множество горшков и, по моему мнению, именно там находилась мастерская гончара. Но застать там мастера увы мне не светило, так как было еще слишком рано. Пришлось ждать.

– Ой. – передо мной предстала девочка, чуть младше меня.

– Добро утро. – поздоровался я, зевая.

– А ты почему тут? – задала она мне вопрос.

– Жду.

– Кого? – удивительно настойчивая девочка.

– Мастера.

– Какого? – не унималась она.

– Гончарного дела.

– Мама сегодня не придет. Заказов нет.

– Какая мама? – не сразу понял я.

– Моя мама. Ты же к ней пришел…

– Твоя мама мастер гончарного дела? – удивляюсь я.

– Ну, да. А что? Я вот иногда ей помогаю.

– А… – я хотел было задать вопрос, почему она не с наставником, но потом передумал

– А ты глину умеешь делать? – вопрос вышел глупым.

– Ну, да. Я помогаю маме. – девочка задрала свой курносый носик вверх.

Я пригляделся к ней и понял, что она достаточно красивая, светлые волосы (хотя они у нас у всех светлые, различались только оттенком и яркостью). Так вот у девушки были волосы почти белые, с небольшим фиолетовым отливом. При этом глаза были чуть с зеленоватым оттенком. А еще ее ушки так смешно торчали, выглядывая кончиками из волос, что придавало ей умильное выражение лица.

– Куда это ты смотришь? – она попыталась сделать грозное лицо.

– Тобой любуюсь. – честно ответил я.

Девочка как-то странно повела себя после моих слов. Она побледнела и отвернулась.

– Я сказал, что-то не так? – спросил я

– А? Да… Нет. Прости. Не важно. – она повернулась и с вызовом уставилась мне в глаза. – что ты хотел от мамы?

– Мне глина нужна, для одного дела. Хотел попросить ее меня поучить.

– Мы глину не добываем. Нам ее приносят. Но выбрать тебе я помогу. Сколько тебе ее надо?

– Много.

– Корзину? Две?

– Где-то десятка два.

– Зачем тебе столько?

– Хочу шкаф сделать большой.

– Из глины?

– Ну, да…

– Скажи, в тебя вселился злой дух[1]?

– С чего это?

– А как ты собрался этот шкаф обжигать?

– Зачем его сжигать? – не понял я.

– Не сжигать, а обжигать. Для того, чтоб горшки или посуда из глины стали твердыми, их помещают в специальную печь и обжигают. – она даже приосанилась.

– Тут я не подумал. А какая температура нужна? – спросил я.

– Я не знаю. Мама всегда это делает.

– Тогда мне надо к твоей маме. Проведешь?

– Ты же не отстанешь, да? – мне показалось или она даже рада этому.

– Неа.

– Пошли.

– Меня Эрио зовут. – решил я все же познакомиться с ней.

– Знаю. Тебя в поселении все знают. – как-то с горечью она это произнесла.

– А тебя как звать?

Она произнесла очень быстро свое имя.

– Буду звать тебя, Лау. – вообще она произнесла что-то вроде La'au tuai[2], что значило Поздний цветочек. Но я мог ошибаться.

– А? – только и выдавила она из себя.

Дальше мы шли молча. Причем шли все время вдоль стены, в центр поселения она не сворачивала, хотя так было бы гораздо быстрей, чем огибать почти все селение.

По поводу, того что дом находился на другом конце селения я оказался прав. И дом, был не такой как у всех остальных, начнем с того, что он был не на древе, и даже не в нем. Он был сложен из красноватого камня (кирпича - подсказывало подсознание), с замазанными трещинами, а также затянутыми чем-то проемами (окнами). Крышей дому служили ветки, что были накиданы толстым слоем, поверх сушеной травы (сена).

Лау остановилась и как-то выжидательное смотрела на меня. При этом, я стал ощущать, что она чего-то смущается/стесняется.

– Что? – не понимая, того, что ее сейчас смущает.

– Ты не передумал?

– Нет.

– Пойдем.

Мы подошли к двери и Лау постучала по дереву, что обрамляло проход в этот дом.

– Мама, я пришла. Со мной тут Эрио у него к тебе дело. – сразу же выдала девочка и отодвинув висевшую ткань приглашающе махнула мне рукой.

Войдя в дом, очутился в небольшом полутемном помещении. Слева от входа была небольшая кухонька с обеденным столом, уже достаточно старым. Чуть дальше находились две кровати, стоящие буквально рядом, а справа как раз была небольшая печка. По крайней мере это место очага так обозвало подсознание.

– Доброго дня! – поздоровался я с мамой Лау.

Женщина выглядела уставшей, но при этом сохранила свою красоту. Правда в отличии от дочки, ее волосы и их оттенок был сродни нашему. Еще был небольшой шрам чуть выше на лбу, почти незаметный. И глаза отдавали небольшой желтизной, что говорило о том, что она из какого-то другого рода.

С учетом всего, что я увидел, Лау скорей всего больше похожа на отца. Но фиолетовый оттенок волос меня смущал, так как его описание я не нашел в тех книгах, что читал. Можно конечно спросить у того же Хранителя, но мне не хотелось этого делать.

А еще я понял, что они фактически изгои. Скорей всего мама Лау, что-то сделала в своем роду такого, что ее изгнали. Но меня это почему-то совсем не заботило. Я чувствовал, что они ничего плохого не замышляют, а еще что-то подсказывало мне, что им немного неуютно принимать меня дома.

– Мастер. – я чуть склонил голову, как учил Ато. – Возьмите меня в ученики.

– Мастер? – женщина улыбнулась. – Дитя, я не мастер. Я лишь немногим знаю, как работать с глиной. Все, что я могу, это делать более-менее подходящие горшки. У меня нет Дара.

Посмотрев на женщину еще раз, ощутил ее горечь, ощутил, что она голодна и что ее гнетет давно чувство утраты.

– Вы можете научить меня работать с глиной так, как сами умеете?

Я чувствовал, как она колеблется. И в этот самый момент, понял какой все же я «дурак?» (влезло подсознание), она боится, что я отберу ее заработок.

– Простите меня. Я скоро вернусь, подождете?

– Ну, пока у нас не так много дел сегодня. Да и рано еще достаточно. – улыбнулась женщина.

– Я скоро. – уже выбегая крикнул я.

До мастерской добежал через селение, краем глаза отметив, как просыпается селение. В самой мастерской взял одну из корзин для сохранения продуктов, быстро в нее сложил все, что было из еды. Подумав взял еще почти доделанный охлаждающий короб. Еще раз окинув взглядом мастерскую, побежал обратно.

Добежав до необычного домика застал то, как Лау со своей мамой о чем-то спорят. Подслушивать мне не очень хотелось и уже за десяток метров от дома я обозначил свое присутствие.

– Я вернулся.

А далее я нагло вошел в дом, и стал доставать из корзины продукты. Разложив все на столе, повернулся к женщине.

– Простите меня. – небольшой поклон. – Мне не хотелось вас обидеть или как-то навредить. Мне просто нужна помощь, чтоб создать вот такой вот короб, только в виде шкафа. Мне пришла идея обмазать его глиной.

Женщина слушала, не перебивая меня, иногда задавая лишь уточняющие вопросы, когда я прерывал свою речь. Все это время они не притронулись к еде. И уже я не вытерпел:

– Прошу вас, угощайтесь. Не сочтите это за оскорбление. Если вы мне поможете, я заплачу. Мастер Ато говорил, что любая работа должна быть оплачена.

– Я знала Мастера Ато. Хорошо, давай начнем с завтрашнего дня подготовку к твоей задумке.

– Спасибо.

Распрощавшись с Лау и ее мамой, поспешил в мастерскую. Надо еще придумать план как уйти в лес одному, на заготовку лозы.

Ускользнуть от своего сопровождения удалось в лесу, буквально продравшись через заросли ползком. А потом небольшой забег к своему убежищу и уже там, переведя дух, заняться сбором лозы. В селение ее таскать пришлось фактически скрываясь, хоть подсознание и говорило, что опытные воины меня скорей всего видели, но мне хотелось думать иначе.

Утром следующего дня я был возле гончарной мастерской. Мама Лау пригласила меня войти и начался процесс обучения в виде обжига небольших шариков глины в печи.

Оказалось, что глина бывает разная, как и ее свойства после обжига. Остановились мы на той, что после обжига приобретала цвет ближе к белому. Она же была самой востребованной. Глину нужно было заказывать у некоторых торговцев или добытчиков. Мама Лау за ней не ходила, так как опасно в лесу. Я не стал ничего говорить по этому поводу.

Глину мы заказали, оплатил ее я из своих сбережений. Мата’ауро именно так звали маму Лау, мне не хотелось на этот счет тревожить. Пока же мне приходилось заниматься тем, что плести небольшие короба, так как решили сначала испытать все на уменьшенных копиях. При этом, пока я работал, вокруг все время крутилась Лау, которой было любопытно все, что я делаю.

В какой-то момент мне так надоело все ей пояснять, что я просто принес от Хранителя книгу с рунами и отдал ей. И тут выяснилось, что Лау не могла читать, а Мата’ауро призналась, что не смогла обучить дочку, то не хватало сил, то времени. И вроде все объяснимо, но меня как-то это покоробило.

Пришлось мне еще попутно учить Лау, пока занимался плетением коробов. Сблизиться нам помог забавный эпизод, когда девочка вышла с лохматой головой и принялась приводить свои волосы в порядок. У нас вообще волосы это что-то личное и я не видел никого, кто бы ходил с лохматой головой, а если учитывать то, что волосы длинной минимум по плечи, то надо ли говорить сколько времени мы тратим на уход за волосами. И вот тут такой казус, когда девочка появляется с лохматой головой. Такое было позволительно, когда мы сидели в древе, сейчас же, это считается плохим тоном.

– Ой… – только и выдала Лау, не ожидав увидеть меня и тут же вернулась в дом.

– Выходи. – сжалился я над девочкой, – в доме темно, сложно будет расчесывать волосы.

Когда Лау вышла, я усадил ее на небольшое поленце, что лежало рядом, а сам достав свою расческу, стал приводить волосы в порядок. Пока расчёсывал волосы, подсознание выдало, что можно сделать прическу в виде переплетенных локонов. Задумавшись я не заметил, как сплел прическу у Лау на голове.

– Ой. Удобно… – рассматривая себя в отражении воды говори Лау, – и красиво. Где ты этому научился?

– Да вот, сейчас само пришло понимание, что сплести можно не только лазу. – и заметил с каким интересом она смотрит на мою расческу.

Ну, да. Это не гребень, что есть у каждого в поселении. И не то убожество чем пользуется Лау и ее мама. Расческу я сделал качественную. Вырезал основание в виде широкой ложки, в лесу нашел дерево с большими колючками, похожими на иглы. Эти самы иголки потом чуть затупил и подрезал в нужных местах. Взял кожух и сделал в нем множество дырочек, в которые и вставлял иголки, склеивая с обратной стороны. А потом еще склеил кожух с основанием, предварительно подложив мягкую ткань между кожухом и «ложкой». Когда все получилось подсознание выдало, что это массажная расческа.

Вот и смотрела девочка на мое изобретение.

– Прими в дар и пользуйся. – сказал я ритуальную фразу, когда хотели что-то подарить.

– Принимаю и благодарю. – ответила Лау и буквально дрожащей рукой взяла у меня расческу.

С тех пор мы с девочкой сблизились очень сильно. Теперь я фактически каждое утро делал Лау прически, заплетая причудливые косички и повязывая разные ленточки, что удавалось выменять на охлаждающие короба.

Все же моя задумка вполне себя оправдала и небольшие короба удавалось делать. Я вплетал руны, потом мы обмазывали короба глиной и уже далее Мата’ауро их обжигала в печи.

Поначалу жители не особо отнеслись к нашей совместной работе. Но когда сам Князь пришел к нам и попросил сделать пятьдесят таких коробов, к нам постепенно стали приходить и остальные жители.

Заказ князя нас занял почти на два десятка дней. Основная сложность в которой заключалась в том, чтоб вплести руны и правильно обжечь изделия. Где-то пять коробов пришлось переделывать, так как передержали в печи. Еще три неправильно сплел. Но в целом работой были довольны, так как за нее неплохо платили, о чем говорили сияющие лица мамы и дочки. Правда большой шкаф, мы так и не решились делать.

К концу лета произошла неприятная ситуация. Лау пришла домой с небольшой ссадиной на скуле и слезами на глазах. В процессе долгих уговоров и расспросов удалось узнать, что оказывается ее вызвали на поединок. Да, такие у нас были, правда проводились они под присмотром наставника, да еще и тупым оружием и не до смерти. Ведь жизнь каждого из нашего народа священна.

Виной всему были прически Лау, которые очень нравились все остальным девочкам. Но вот беда, повторить в точности у них не получалось, некому было показать. Плести то они могли, но я-то это делал разными способами, да еще то вплетая ленты, то делая множество косичек, отчего волосы становились, если расплести, кудрявыми.

Ее стали дразнить, высмеивать по надуманным причинам. А в частности в том, что она необразованная и даже постоять за себя не сможет. Последней каплей стало то, что у нее увидели мою расческу. И вот тут был придуман коварный план, суть которого сводилась к тому, чтобы отобрать вещь и унизить ее владельца.

Когда мне все стало понятно, я буквально кипел от злости. Хотелось крушить и ломать, держался я из последних сил. Вот в таком состоянии я ввалился на поляну к отцу-наставнику. И первое, что я там увидел, так это то, как моя сестра хвастается перед всеми своим приобретением.

Не помню, как сдержался. Помню только то, что произнес ей в лицо одно слово: «поединок». Она насмешливо фыркнула и предложила драться на копьях. После чего, началось фирменное избиение. Увы, избивали меня. Все же умение чаще превосходит грубую силу. Что бы я не делал, как бы не пытался достать свою сестру, она ловко уходила от атак и наносила свои удары. Я уже несколько раз валялся на земле, но поднимался благодаря упорству и злости.

– Что братец, думал ты сможешь меня одолеть? Решил заступится за vao[3]?

А сестренка молодец, она не только мастерски наносила удары, но еще и комментировала все это. А била то в основном по лицу. У меня уже давно свернут набок нос, разбиты губы, фактически в кровавые ошметки, как зубы еще держаться – не пойму.

Где-то глубоко внутри я понимал, что могу победить. Могу прям сейчас выпустить когти, разрубить это копье и порвать нежную шейку моей дрожащей сестры. Но в то же время, я также понимал, что стоит мне это сделать и мне конец. А если со мной, что-то случится, достанется еще и Лау и ее матери, а они и так изгои.

Поединок закончился внезапно. Просто для меня наступила темнота.

Очнулся я дома. Не в своей мастерской. А именно дома у родителей. Причем очнулся от того, что кто-то ругался за дверью. По отдельным обрывкам понял, что ругались отец с матерью, а еще появлялся периодически голос сестры и кого-то незнакомого.

Чувствовал я себя отвратительно. Тело болело от множества синяков, но было терпимо. Хуже было только лицу. Оно опухло и болело. При небольшом ощупывании, понял, что нос мне вправили и даже залечили. Как и губы. А вот гематомы, видимо снимать не стали. Возможно в воспитательных целях, может еще почему.

Оставаться не было никакого желания. Как и светится перед родителями. Дождавшись, когда звуки утихнут, поднялся с кровати, морщившись от боли и кое-как одевшись направился в сторону выхода.

На удивление выйти из дома удалось, не встретившись ни с кем. День только клонился к закату, и я направился в сторону мастерской. Видеть сейчас кого-либо желания не было. Даже Лау, уж тем более не в таком виде.

В мастерской собрал небольшие пожитки, еды, все сложил в сплетенный наспинный короб, с руной облегчения. Далее побрел вдоль ограждения в сторону, сделанного мной, запасного входа-выхода. А уже оттуда, направился в сторону своего убежища. Ничего, поживу пока там, да подумаю, как быть.

К убежищу буквально дополз под утро. Хорошо хоть никого не встретил по дороге. Пусть я и взял с собой копье, но оно не спасет при встрече с некоторыми хищниками. Запоздалая мысль о том, что сильно рискую, пришла поздно. Последние крохи сил потратил на то, чтоб взобраться на дерево и буквально свалиться в убежище.

На утро пошел дождь, и я даже не вылезал из своего укрытия. Еда была, укрывшись одеялом я пребывал в некой дреме, когда вроде спишь, но слышишь все. Но видимо в этот день, ничего со мной не должно было случится и кроме дождя других звуков я не слышал. Так и валялся в не ком полусне, не думая ни о чем. В какой-то момент, провалился в медитацию, как тогда дома, когда я видел все свои узлы и очаги.

Оглядывая все представшую передо мной картину, заметил, что при приближении к некоторым участкам зеленый цвет чуть тускнел, а кое-где переходил в желтый. При этом смотря на изменившийся цвет, чувствовалась некая неправильность и мне по наитию захотелось это исправить. Попробовав мысленно направить туда больше зеленой субстанции мне это удалось и вскоре, я смотрел на все больше зеленеющие, пока еще желтые пятна.

Постепенно я убирал желтые пятна, переводя их в зеленый цвет. Единственное где пока ничего не трогал, это на голове. Там было слишком много желтого, но даже не это страшило, а то, что все было перемешано. Не знаю, как такое возможно, но именно так все виделось. Желтые цвета были перемешаны и мне предстояло еще все это распутать, так говорило некое чувство «прекрасного».

Следующий день я встретил вымотанным как в физическом, там и в моральном плане. Оказалось, что если начал распутывать все эти перемешанные пятна, то остановится уже невозможно. А еще по ходу дела, приходилось добавлять в них зеленой субстанции, перекрашивая все это. К концу вымотался так, что не смог изменить цвет одного желтого пятна. Но, что-то подсказывало, что это не критично. Тем более оно приобрело бледно-зеленый цвет (салатовый, как всегда, подсказало подсознание).

Этот день принес тепло и небольшой ветерок, что доносил до моего носа интересные ароматы, которые будили во мне странное чувство. Хотелось вылезти из своего убежища и бежать, преследовать… При этом разум понимал, что преследовать? Я чувствовал, что мне это надо, это моя суть. Каким-то чудом приходило понимание, что мне под силу выследить по запаху почти всех обитателей своего селения и часть тех животных, что встречал в лесу.

Вспомнив о животных, рот наполнился слюной и дико захотелось есть. Пришлось лезть в свой короб, который после того, как я туда заглянул опустел буквально до дна. Я съел все и при этом понимал, что хочу еще.

Пришлось вылезать из своего «дупла» и идти на поиски еды. Возвращаться в селение желания не возникло, а еще съедало чувство стыда. Проиграл... вертелись мысли в голове и было стыдно. При этом я понимал, что сильно забросил тренировки, отдавшись ремеслу. А может я вру сам себе? Может все дело в том, что с Лау я себя не чувствовал одиноким и где-то глубоко в мыслях считал уже Лау своей сестрой?

Вот так обдумывая все то, что со мной произошло, брел по лесу все удаляясь от селения и своего убежища. И вот в какой-то момент, понял, что чую запах гари. При чем, запах перемешивался с другими незнакомыми запахами. Уже думая о том, что надо бы вернутся обратно, подсознание подсказало, что это еда.

Крался к месту откуда доносились запахи очень аккуратно и медленно. Иногда замирая буквально на десятки минут и вслушиваясь в звуки леса. Стрёкот насекомых или пение птиц знающему человеку может сказать о многом. А уж тому, кто ходит в лесу тем более.

Затаившись за деревом, сквозь листву я наблюдал как ко мне спиной сидит кто-то и крутит над огнем насаженную на палку тушку животного. При чем доносившийся до меня запах был настолько сладостен, что хотелось буквально впиться зубами в эту тушку.

Останавливало меня только то, что тот, кто сидел у костра не очень похож на представителей моего народа и селения. Для начала его волосы были темными, даже скорее черными. При этом часть волос отсутствовала, а другая была переплетена в причудливые косы, на конце которых были украшения. Также по габаритам он был крупней любого мужчины из селения, но не выше. А еще отличались уши, они были немного другой формы.

– Qhia koj tus kheej[4]! – вдруг произнес он на непонятном языке, отчего я только сильней вжался в ствол дерева, язык мало того, что был незнаком, так еще и был какой-то грубый.

– Tuaj tawm. Lub suab nrov muab rau koj mus[5]. – при этом незнакомец даже не встал, но опять же, я чувствовал то, что он сильно напряжен.

Посидев так еще какое-то время, решил тихонька отползти в сторону и обойти этого разумного, с другой стороны. Как только отдалился на расстояние в десяток шагов и скрылся в кустарнике, на то место где раньше сидел я, тут же вышел незнакомец.

Теперь я смог разглядеть его лучше. Раскосый разрез глаз, глаза при этом темные. Нос прямой, но при этом выделяются большие ноздри. А еще чуть оттопырена нижняя губа и когда незнакомец повел носом, то оголились нижние клыки. Но главным отличием от нас было то, что кожа была зеленоватого оттенка, с небольшими желтыми вкраплениями, образующими некое подобие узора.

Пока я разглядывал странного разумного, тот водил носом и вдруг уставился на то место, где как раз сидел я. Какое-то чувство подсказало, что действовать надо сейчас, в то де мгновение выкатившись из кустов к костру, я схватил палку с тушкой и тут же прыгнул в кусты, что находились на другой стороне от стоящего незнакомца.

Оказавшись в лесу, держа двумя руками свою ношу я припустил к своему убежищу, не забывая петлять и оставлять меньше следов. А еще пришлось в одном из ручьев обмыть свою добычу и завернуть в парочку больших листьев, дабы она меньше оставляла следов.

Когда оказался в убежище на какое-то время выпал из реальности (как сказало подсознание). Очнулся только когда обгладывал кости тушки, ощущая, как наваливается сонливость и приходит чувство сытости.

А потом это повторилось через три дня. Я опять своровал тушку у этого разумного. Но теперь я был боле осмотрителен, а он более подготовлен, так как уже убегая, я задел какую-то сигнальную нить.

С тех пор так и повелось, он делал ловушки, а я, пробираясь через них, пытался своровать очередную тушку животного. Иногда мне это удавалось, иногда нет. В ловушки я попадался, но благодаря какому-то чувству уходить от их последствий в самый последний момент. Но если срабатывала ловушка, то незнакомец сразу же был настороже и можно было смело возвращаться в убежище, так как украсть уже не получится.

Еще через месяц, я пришел к выводу, что он специально для меня оставляет тушки. Ловушек стало меньше, и они какие-то не серьезные что ли. Мы конечно пару раз встречались с ним, и мне удавалось улизнуть от него, но почему вдруг он стал менее осторожным?

Приманивает (дало ответ подсознание) и я удвоил осторожность. Почему я все также ворую у него еду? Наступили холода, я все также не появляюсь в селении и живу в убежище. Еды в лесу стало катастрофически не хватать, а у этого разумного можно было ее получить, пусть и с риском. Странный выверт моего сознания, но что уж поделать.

Вот с такими мыслями однажды я и попал к одному моменту, решившему мое дальнейшее отношение к этому разумному. Выйдя в предрассветной дымке, обходя по большому полукругу стоянку незнакомца, уже на подходе почувствовал неладное. Стояла тишина, чем ближе я подходил к месту обитания.

И лишь когда до места оставалось шагов двадцать, слух уловил странные звуки. Будто бы лязг, но при этом необычный. Заинтересовавшись, залез на одно из деревьев, а с него на то, что было ближе. И вот когда полянка на которой пребывал незнакомец стала просматриваться более-менее, то мне предстала картина того, как он сражается с кем-то.

Тогда я еще не понимал всей красоты сражения. Где были стремительные атаки, защиты и уклонения. Я видел лишь то, что Незнакомец был один против трех. При этом два противника были вполне разумны и обладали двумя ногами и двумя руками, а вот третьим противником было какое-то животное, совершенно незнакомого мне типа.

Животное было примерно по бедро взрослому из моего селения, с длинной шеей, какой-то нелепой пастью, чуть искривленной, вываленным набок языком. Шерсть животного была рыжеватого оттенка и располагалась на теле клочками. Хвост короткий, как у диких кабанов. Животное скорее отвлекало, нежели действительно несло угрозу.

В какой момент наступила развязка, не могу сказать. Просто в одно мгновение, Незнакомец просто переместился к одному из противников и вогнал в живот свое оружие, при этом, второй противник умудрился проткнуть ему ногу. Не знакомец при этом, что-то сделал и горло второго противника перечеркнула красная линия.

Вот так втроем они и упали на землю. И все бы ничего, но тут животное кинулось к ноге зеленокожего и схватив, стала буквально укусами подбираться все выше. Не знакомец пытался, что-то сделать с хищником, но так как животное схватило его за здоровую ногу, а оружия у него в руках не было, оно застряло в первом противнике, то выходило, что скоро разумному конец.

Ждать я больше не стал, и быстро спустившись с дерева и зайдя со спины к животному, простым выпадом вогнал свое небольшое копье в живот хищнику. Послышался скулеж и хищник, отпрыгнув в сторону скрылся в лесу.

– Ua tsaug. Koj puas tau txiav txim siab ntsib kuv?[6]

Что я мог ответить ему, если даже не понимал, что он спрашивает. В итоге пришлось объясняться путем изображения разных пантомим или что-то изображать на пальцах. Так, кое-как выяснилось, что надо принести его сумку, которая лежит чуть в стороне.

Когда сумка была подана, незнакомец, достал из нее какие-то мази и перевязи и стал обрабатывать свои раны. Я было решил помочь, но оказалось совсем не смыслю в этом, а потому просто сидел и смотрел.

Дальнейшее наше знакомство свелось к тому, что я помогал ему. Это было не так быстро, как ему хотелось, но увы, языка я не знал, а потому не всегда делал то, что он хотел. А еще надо было уходить от этого места, так как на запах крови могли прийти более сильные хищники. В итоге пришлось мне нести часть вещей незнакомца и показывать дорогу к своему убежищу.

Самой большой проблемой было даже не дойти, а помочь взобраться в убежище раненому. Но справившись, мы уснули буквально друг-на дружке. Пробуждение на утро было не столь радужным, болело все от неудобной позы и отлежанных конечностей. Хуже всего было моему «гостю» он часто и глубоко дышал, а еще покрылся потом. Я не знал, что делать, но укрыл сильней его припасенным тут одеялом, а сам решил идти в селение в библиотеку к Хранителю.

Две недели мне понадобилось для выхаживания моего «гостя». Как это делать прочитал в книжках, а еще иногда подсказывало подсознание. Но опять, же многие значения я не знал. Но вскипятить воду и добыть чисткой ткани у меня получилось. А еще пришлось очень сильно постараться, таская еду.

Вот в таком ключе я и пережил зимовку в лесу. Хотя мама Лау и сама девочка очень интересовались куда я пропал, да и в целом почему иногда исчезаю на продолжительное время, я им ничего не рассказал. Чувствовал, что не стоит.

Пока меня не было, пришло очень много заказов на корзины и короба. А еще, я понял, что жить в их доме невозможно, а посему уговорил их перебраться в мастерскую свою, там хотя бы было теплее. Зато появилась идея, как сделать их дома более теплым.

С наступлением теплых дней, мой «гость» стал уже самостоятельно передвигаться, а я стал все лучше его понимать, так как за это время обогатил свой словарный запас, уча язык. Моего гостя звали Слайнаб, был он из народа степей, но почему оказался в лесу – не говорил. Зато, как только встал на ноги, тут же принялся за тренировки. Застав однажды такую тренировку, напросился к нему в ученики.

Как потом пояснил мне мой новый учитель, он ни за что бы не взял меня обучать, если бы не долг жизни и то, что я не похож на перворожденных. Меня его слова не очень задели, на предмет непохожести, мне с моим селением было не по пути.

Так начались мои тренировки. Изнурительные, тяжелые и где-то даже беспощадные. Было очень сложно совмещать помощь Лау, где я работал над плетением корзин и коробов, и тренировки. В итоге выработалось такое расписание: три дня я в селении, три дня занимаюсь с учителем.

И если в селении я освоился и перестал обращать на гримасы и ухмылки своих сверстников, а в особенности сестры и приступил к постройке дома. То вот с учителем были большие недопонимания. Он меня гонял в каком-то рваном ритме и странных указаниях. То мне надо было долго бегать, то потом прогонял меня на предмет ловкости или гибкости. Потом заставлял делать то одни, то другие упражнения, при этом в моем мировоззрении не складывалось никакой системы.

Через десять дней такого подхода, он усадил меня рядом с собой и сказал, чтобы я постарался взглянуть внутрь себя. Что это значит, я тогда не понял, но честно старался. Все дни мы только этим и занимались. Но, как оказалось взглянуть в себя это то состояние, в котором я вижу свои зеленые сгустки внутри себя и могу их прогонять. И вот тогда у меня началось обучение.

Слайнаб заставлял меня перетаскивать сгустки по определенным каналам, при этом заставляя работать мышцами, которые этот канал питал. Я мог часами махать дубиной, но главным было следить за поступлением сгустков (энергии) в эти мышцы. Нельзя было дать больше энергии можно повредить мышцы, нельзя дать меньше, результат будет не тот. А еще, можно иссушить мышцы, можно нарастить.

Мы больше всего уделяли времени для развития своей внутренней энергетики. Я научился делать кожу более твердой, научился буквально связываться в узел. Делать удары более сильными и быстрыми. И только когда я смог заживить свой порез, только тогда мы приступили к обучению владению оружием. Как сказал учитель, до этого времени без этих умений, я просто бы не выжил. Как же я тогда залечил все свои гематомы, ссадины и синяки? Не знаю, действовал интуитивно.

В селении же я, сплел каркас для будущего дома. Предусмотрел несколько комнат, даже сплел небольшую трубу, через которую буду уходить продукты жизнедеятельности в специальную яму, которую предстояло еще вырыть. Сам каркас представлял из себя подобие стен, внутрь которых будет закладываться глина. Снаружи, каркас будет обмазываться тоже глиной. А вот крышу, придется делать из специальных обожжённых глиняных черепиц. На все это у меня ушло все лето и только к осени, мы стали заполнять каркас глиной, которую все это время нам привозили.

[1] Аналог нашего «Ты дурак?»

[2] Поздний листочек

[3] Сорная трава. – аналог изгоя, отщепенца, неприятного человека. Ругательно-унизительное выражение.

[4] Покажись.

[5] Выходи. Тебя выдает шум.

[6] Спасибо. Решил все же познакомиться со мной?

Глава 5

Глава 5

– Это нормально, что ты проигрываешь в поединках. Никто не может стать сильнее без проигрышей. – вот так встретил меня учитель, когда я пришел к убежищу после поединка с сестрой. – Ты должен понять, что пока ты нарабатываешь опыт видеть движения энергии внутри тел, видеть к каким мышцам идет энергия и какой удар от этого получится. Но когда ты научишься это видеть, когда интуитивно будешь понимать куда нацелен удар, вот тогда у тебя фактически не будет соперников.

– Почему?

– Потому, что ты будешь видеть сам рисунок схватки. Это как заглядывать немного вперед и знать ответы заранее.

– Тогда в чем смысл всех приемов и связок, что мы разучиваем?

– А это для того, чтоб ты смог дожить до того момента, когда сможешь стать «видящим». Сейчас же тебе стоит больше уделять время тому, чтоб тренировать свое тело, свою память и перенимать опыт у других. В этом и заключается то, чему я тебя учу. Ведь зная, как идет энергия, ты также можешь провести ее у себя. Думай, учись. – вот такое было напутствие.

После того разговора прошло уже больше полугода, я все также тренируюсь, все также работаю в селении, а еще строю дом и укрепляю свое убежище. Точнее наше с учителем убежище.

С сестрой за это время я дрался еще два раза и все два раза я проиграл. Но были еще и схватки с другими детьми, которым я тоже проиграл. На мое возмущение сим фактом, учитель сказал лишь то, что другого и не ожидал. Да и в целом я должен сам понимать, что они занимаются дольше чем я, а соответственно мне надо их догонять.

Вот и тренировался я с тех пор, рассматривая любое движение энергии в организмах. Даже в насекомых пытался смотреть, но добился лишь того, что слег с переутомлением как сказал Слайнаб, рано мне таким заниматься.

В целом, если бы не периодические поединки в селении, было бы очень хорошо, но так как эти поединки одобрял мой учитель, то приходилось в них участвовать и нарабатывать себе опыт.

А еще в селение приехал какой-то знакомый Хранителя и все ходил смотрел на то, что я сделал с оградой в селении. Мне было в этот момент не до него, так как занимался возведением стен и сливной ямой (как выдало подсознание), но отвертеться от общения с ним не получилось.

Виной всему этому было мое стремление создать дома отхожее место. Трубу то я предусмотрел, но вот не учел того, что мощность можно было сделать и поменьше. Пришел значит знакомый друида и решил, сразу со мной начать разговор, а так как сидеть было негде, он решил присесть на край трубы, и как итог его присосало к ней так, что он не мог встать. И даже моих сил не хватило его вытащить и пришлось бежать за помощью.

Но кто же тогда знал, что накрывать яму крышкой из сплетенной лозы плохая идея? А еще крики этого разумного были так слышны, что проходящие воины князя ринулись в дом, о чем и поплатились, рухнув в яму.

Когда я прибежал в дом с Мата’ауро там уже фактически было все селение вместе с Князем. А еще все почему-то смотрели на меня с некой настороженностью.

– Эрио, скажи, что это такое? – Князь указал на яму.

– Яма. – не, ну а что это еще может быть?

– Это я вижу. Но зачем она? – Князь даже не нахмурился от моего ответа.

– Я решил сделать яму, чтоб туда уходили продукты жизнедеятельности.

– А зачем?

– А куда их девать, если Мата’ауро и Лау не живут в Древе и у них нет возможности пользоваться всеми свойствами такого жилья? Вот я и решил, сделать заменитель этого свойства.

В этот момент кто-то из селения выкрикнул в сторону воинов:

– Это, оказывается, вам повезло, что в доме еще никто не живет…

После этой фразы все заулыбались, даже у Князя промелькнула улыбка.

– Скажи, Эрио, а зачем ты сделал такую трубу? – опять взглянул на меня Князь. – разве недостаточно было бы простого наклона трубы?

– Не знаю, мне показалось, что так надежней. – честно признался я.

– Я понял тебя, Дитя. Можешь дальше продолжать, только когда закончишь, позови меня, хочу полюбоваться твоей работой.

И князь в сопровождении воинов ушел. Жители селения, частью разошлись, частью еще пообсуждали произошедшее и тоже разошлись. У дома остались только Лау и ее мама. Знакомый Хранителя тоже ушел, как-то странно на меня посматривая.

– Эрио, может не стоит это делать? – женщина имела в виду яму и слив.

– Стоит. С горшками много не находишь, да и как быть если вдруг будет опять нападение? Куда содержимое девать?

Я знал, о чем говорю, так как пережил уже два нападения, не считая того, когда погиб Ато. Одно нападение причем пережил в своем убежище и смог воочию увидеть на что способен мой нынешний учитель. Вот именно после этого случая я и решил укрепить свое убежище. Потом было нападение на селение, в котором чудом удалось никому не погибнуть, а в особенности Лау и ее матери.

В общем и целом, я и решил сделать трубу, в которой предусмотрел руны, проталкивающие или «смывающие» все, что попадет в трубу. Возможно, переборщил с силой, но это только от того, что, когда подумал о том, что через трубу могут залезть всякие твари, решил перестраховаться.

Дом я доделал ближе к зиме, предусмотрев в нем обогрев и даже охлаждение. Крышу покрыли черепицей, сделанной своими руками. Намучились по первой, но теперь у нас есть опыт и специальные слепки для этого, а посему можем заменить в любой момент на новую.

В большой рост стала проблема кроватей, но в итоге и ее решили, путем того, что поставили из больших бревен стойки, а потом их я оплел лозой. Не сказать, что вышло красиво, но достаточно удобно.

Все это время отец и мать пытались меня как-то вернуть к себе домой, но мне было все равно. Все просьбы или разговоры игнорировались. Да и лишний раз с ними встречаться я избегал. А вот кто всегда искал со мной встречи так это сестренка и ее друзья, отчего я всегда был бит. Правда прогресс все же наметился, я уже стал давать сдачи, даже выигрывать несколько поединков. Скажем так, два из пяти.

Когда мы переехали в дом, случилось неприятное событие, которое заставило меня относится осторожней к своим умениям. В один из дней, пока я шел к убежищу и тащил еду для учителя, на меня напал хищник. Спасло меня тогда случайность, что-то хрустнуло под ногой, и я тут же наклонился посмотреть, и как раз в этот момент меня сбивает с ног что-то большое.

На каких-то диких необузданных рефлексах у меня вытянулись когти на пальцах, которыми я и полоснул хищника по морде. А когда вскочил чуть в стороне от хищника, то мир преобразился. Я видел множество разных оттенков красок, движение энергии и в особенности то, как движется энергия в хищнике.

Вот зеленый сгусток раздваивается и уходит в ноги, а в следующее мгновение я делаю кувырок, при этом полосую своими когтями по твари, прыгнувшей ко мне, вспарывая живот. На этом все и закончилось. А в убежище меня встретил довольный учитель, который сказал, что на этом мое обучение закончилось у него. Дальше все зависит от меня и от моего упорства. Мне нужно самому выработать технику битвы. Просто так уходить учитель не стал, он подарил мне какой-то медальон, сказав, что если я буду в степи, то меня смогут принять и выслушать. Как понимать последние слова я не понимал, но медальон принял. Единственно учитель просил не показывать его в селении. Что я собственно и не собирался делать.

Пришлось после того как Слайнаб ушел, ходить на занятия к Наставнику. Но теперь я понимал, что даже если мной не будут заниматься, я все равно буду учиться. Первое время отец даже радовался, но его настроение быстро угасло, так как я был слабейшим. Но это скорее в глазах отца, я же когда понял, что смогу побеждать, решил, что не буду показывать свои умения. В итоге я проигрывал почти всегда, за некоторыми исключениями. Побеждал, можно сказать, только некоторых, сестре одной из сильнейших, я конечно же проигрывал.

Были и плюсы в этом, со мной на занятия стала ходить Лау и благодаря ей, мне удавалось бесить свою сестренку. То прическу я сделаю, то ленты заплету по-особенному. Наши отношения с девушкой были больше похожи на родственные, чем с сестрой. Вечерами мы с ней могли тренироваться или просто читать друг-другу книжки, взятые мной у Хранителя.

Так минуло три года. Мне десять лет. Лау, как оказалось чуть меня младше. За эти три года, ничего кардинально не поменялось, если не считать того, что я уже мог победить сестру, но пока этого не делал, а изображал все также слабого противника. Зато, мои занятия не прошли даром для Лау и вот она-то как раз отыгрывалась по полной. Фактически, он неумолимо приближалась по силе к сестре.

Я все также плел корзины, короба и уже даже делал охлаждающие шкафы. Дом обзавелся несколькими пристройками и небольшим забором. Выглядел заборчик декоративным, сплетенным из высаженных кустарников. Вот только предназначение его было таким же как у изгороди вокруг селения.

Вообще Лау и ее мать я воспринимал больше своей семьей чем своих родных, а посему уже давно жил у них и заработанные от продажи монеты отдавал им, откладывая, что-то себе. Теперь у меня уже была нормальная одежда, обувь и оружие.

Когда мне исполнилось восемь, Наставник, объявил, что с этого момента у нас появляются учителя, по разным предметам. Так вышло, что у меня из учителей появился Хранитель, который стал преподавать мне основы взаимодействия с силой. Если проще, меня учили магии. Также у меня появился учитель боя с копьем. При чем моего мнения никто не спрашивал. И если с Хранителем заниматься было интересно, то вот со вторым учителем – нет. Копье меня не манило, вообще.

Казалось бы, если не нравится, то брось и бери то, что больше по душе. Но нет, среди нашего народа это не принято и твое оружие предопределяет Наставник. Традиции и законы, мне объяснял Хранитель. И вот тут как раз возникает вопрос: Отец все не смирится или это такая месть?

Мне было все равно, я занимался с копьем, но при этом напросился на присутствие себя на тренировках воинов Князя. Учитель Слайнаб сделал хорошую мне установку, а посему наблюдению за движением энергии у разных воинов я уделял много времени. Вечерами стараясь повторить те или иные движения.

В итоге меня влекло заниматься несколькими видами оружия. Это небольшой топорик, в дополнение к нему шел кинжал, а вторым шел клинок naifi[1], не сильно изогнутый, размером в mita[2] Клинок слабо или умеренно изогнутый вверх, средней ширины, эфес - прямой, утолщенный в центре, навершие - дисковидное, слегка наклоненное, с куполообразным выступом посредине, крестовина - прямая, короткая, с расширенными концами.

Но все же мне было несколько некомфортно с таким клинком. Пришлось просить Мастера по оружию немного доработать клинок для меня. Обошлось мне это в большой морозильный шкаф и половину сбережений, но оно того стоило. Рукоять попросил заменить на обычную, без всяких изысков, только оплел шнурком для удобства. Также заменил гарду, сделав ее более овальной, при этом защищавшей мою руку лучше[3].

Мастер удивился изначально, но потом сказал, что задумка добрая, да только биться таким орудием тяжело, так как требует специфичных навыков. Опять же, как правило naifi владеют в паре и оружие это для обеерукого воина.

Заверив Мастера, что все это я понимаю, все равно оплатил его работу и уговорил сделать так, как нужно мне. При чем подсознание говорило, что делаю я все верно. И пусть пока оружие для меня великовато, в будущем может пригодится. А упражняться я могу начинать уже сейчас и с обычными naifi и топориком.

Почему такой выбор пал моего подсознания, не понимал. При этом каждым оружием я мог спокойно пользоваться любой рукой. Вообще у меня не было проблем в координации, как и писать левой или правой рукой. Опять же подсознание что-то пыталось донести до меня, но толи аналогий не хватало или я еще не до конца понимал.

В общем и целом, оружие я себе подобрал и тренировался с ним, выстраивая свою технику боя. Возможно все было наивным, но к примеру владению мечом нас также обучали учителя, отмечая у кого есть к этому расположенность. А вот наставник все также гонял нас или давал советы в каких-то моментах.

Удивительно, но к моему отцу часто приходили за тем или иным советом. Странно и не понятно это было для меня. Меня не тянуло ни советоваться, ни спрашивать чего-либо. Каждый раз, когда заканчивались занятия я шел в мастерскую, чтоб плести корзины, одновременно занимаясь с Лау чтением или счетом, а после тренировался опять же с Лау.

Так все происходило до одного момента. Не знаю, что стало тем камнем, что повлек за собой камнепад: мой поход в лес, встречу там с хищником или в целом миграция зверей и нападение их на наше селение.

Рано утром я ушел в лес заниматься со своим оружием, и старательно повторял движения, подсмотренные у воинов, чередуя топор с naifi и отслеживая все это через второе зрение. И вот как раз это и спасло меня, так как чуть сбоку от того места где я занимался я едва заметил зеленые сгустки и успел упасть на землю.

Туша неизвестного зверя пролетела надо мной в считаные мгновения, отчего у меня даже не возникло желания с ним сражаться. Подскочив, подхватил с земли свой недомеч и ринулся сквозь густые кусты прочь. Была мысль, что возможно кусты смогут задержать хищника, но как оказалось тот буквально обогнул их и припустил за мной.

Петляя среди деревьев, буквально пригибаясь или падая в самый последний момент у меня возникало стойкое ощущение, что со мной играются, позволяя уходить в последний момент от неминуемой гибели. И все же это пока позволяло все ближе подобраться к селению.

Как добрался до изгороди, не помню, знаю, что в нее я буквально ввалился. Дышал как загнанная лошадь, пот заливал глаза, а руки сжимали топор и naifi (саблю подсказало подсознание). В ушах стоял шум. Я не слышал, как меня звали лишь отстраненно наблюдал как, бегали воины Князя и остальные.

А еще я все также смотрел на мир вторым зрением, отчего заметил, что изгородь уже давно набрала энергии и остался только последний штрих – активация. На каких остатках силы я это сделал и как воспоминаний не сохранилось, помню лишь как увидел отдаляющийся от меня в сторону одной из сплетенных рун зеленый сгусток энергии. Дальше лишь темнота.

Очнулся рывком от громких криков. Лежал я накрытый какой-то тканью, под навесом. Крики разносились отовсюду, при этом проскакивали звуки бряцанья оружия и рыков, редко, когда скулежа.

Осмотревшись, заметил, что мое орудие лежит чуть в стороне. Ну да, у нас не принято брать чужое оружие, так как у каждого оно фактически индивидуально, за некоторыми исключениями. Уж луки-то точно каждый сам делает.

Когда поднялся появилось небольшое головокружение, прошедшее тут же, стоило сделать пару шагов. Как только добрался к оружию, ощутил себя более защищенным. Шум вокруг не давал расслабиться, а в памяти еще были свежи воспоминания о забеге от хищника. И как только умудрился не потерять свое оружие.

Стоять под навесом не хотелось, так еще и подсознание твердило, что надо бы идти на помощь тем, кто сражается, так как так есть шанс выжить. Бежать и прятаться не позволяла совесть, хотя очень хотелось. Пришлось, часто оглядываясь, идти в сторону ближайшего шума и бряцания оружия. Добрался без происшествий, но от каждого громкого звука буквально вздрагивал.

Оказалось, что шум исходил сверху, непонятно откуда-то взявшейся стены ветвей. Буквально. Я даже головой помотал, так как четко помнил, что этого не было когда я забежал в селение. Или, возможно, я так долго валялся в беспамятстве? От такой мысли даже оглядел себя, но вроде не постарел.

Проведя взглядом вдоль стены, увидел, что примерно в шагах двадцати было что-то вроде лестницы, позволяющей взобраться на верх. Потопал в том направлении, все же очень хотелось понять откуда тут такая «стена» и почему у меня такое чувство, что она даже как-то тянется ко мне?

Подняться наверх удалось с первого раза, причем ощущение того, что стена ко мне льнет усилилось, когда я чуть не упал отвлекшись. Меня поймала ветка. В прямом смысле. А потом еще и поставила на лестницу и держала до тех пор, пока я не пойду дальше.

Когда же очутился на верху, то застыл в немом изумлении от открывшегося вида. Первое, что бросилось в глаза это то, что на стене буквально находилось фактически все селение, правда, без детей. А второе, что бросилось в глаза так это то, что стену окружало большое количество разных тварей. Животными это назвать было сложно. И вот как раз жители селения старались не пустить этих тварей на стену, сбивая всевозможными приспособлениями и копьями.

При этом твари, что столпились внизу применяли разные подходы к восхождению на стену. То вперед шли паукообразные твари, а за ними те, что напоминают приматов (опять подсознание подключилось), то наоборот и с разных сторон. Большая же часть бесновалась внизу, но не подходило близко к стене, так как оттуда выстреливали шипы или лианы, что могли уволочь тварь под землю. Я сначала не поверил, но убедился достаточно быстро.

И все же, иногда каким-то невообразимым способом некоторым удавалось запрыгнуть на стену. Именно в этот момент в бой вступали резервы, что до этого ожидали и не вмешивались.

Сколько уже идет сражение, понять не удалось. Опять же, откуда делать отчет времени: от моего возвращения или позже? А сколько я провалялся? Но пока, на мой взгляд, особых потерь не было, десяток раненных не в счет. Только вот почему-то во мне все возрастала тревожность, отчего я стал оглядываться и в какой-то момент поднял голову вверх.

– Воздух! – почему я крикнул именно это в тот же миг пронеслась мысль.

На мой крик обернулось парочка воинов, что были ближе всего, при этом немного удивившись, на что я буквально замахал руками и тыкал ими вверх. Не сразу, но до одного дошло, и он задрал голову вверх. Мгновение понадобилось ему для оценки ситуации и вот уже он, что-то кричит.

Что меня с подвигло вступить в бой, даже не знаю. Но когда одна из крылатых тварей ринулась вниз, избрав мишенью одну из женщин, то, не придумав ничего лучше, я метнул в нее свой топорик. И как раз в этот момент на траектории полета встал знакомый хранителя.

– Что ж ему так не везет? – пробормотал я, увидев, как после попадания рукояткой между глаз этому индивидууму, он свалился кулем у ног женщины, которую видимо решил спасти.

Тем временем воины, что не вступали до этого в бой, достали луки и стали отстреливать летающих тварей. По объективным причинам я даже не стал спрашивать про лук, подняв топорик встал рядом и смотрел. Спустя какое-то время твари отступили от стены и Князь, находившийся тут же, стал давать указания на предмет зачистки местности, сбора трофеев и заботы над ранеными.

Пограничное поселение народа Ulumatua Древо Князя рода Anemone.

Вечер после «Волны».

– Говори. – Князь устало откинулся на спинку кресла.

– Это несомненно работа дитя. Алриил подтвердил.

– Он не ошибся? Все же оплетал он изгородь довольно давно. Почему сработало только сейчас?

– Алриил говорит, что все сделано немного нестандартно и при этом он не до конца смог разобраться в некоторых моментах. Но если обобщить его выводы, то дитя уникум, который смог запитать Изгородь от потоков земли, при этом еще дав возможность подпитываться от других источников.

– Что ты имеешь в виду?

– Удобрения, животные, разумные. Способов много.

– То есть, фактически мы имеем Изгородь, которая превосходит ту, что имеет Князь великого древа[4]?

– Сложно сказать, пока не понятно. Но то что у Эрио талант – точно.

– Ты понимаешь, что в свете открывшихся обстоятельств как он нам важен? Мы и так на границе. Дальше выход на просторы[5]. Дитя наш шанс на выживание. Алриил насколько знаю так и остался преподавателем? – Князь заложил руки за спину и стал прохаживаться по древу. – Получается весть о Эрио уйдет в столицу. Как бы мы не старались, его все равно пригласят туда для обучения.

Резко остановившись перед Хранителем, Князь оглядел всех присутствующие и продолжил:

– Значит так. Тренировки Эрио усилить. Давайте ему сверх того, чему обычно учат в таком возрасте. Пусть у нас есть несколько лет, прежде чем его позовут в академию, но мы должны постараться привязать как можно крепче его к нам. Учите его на совесть, я сам проверю. Мы должны дать шанс ему выжить в столице, чтоб смогли выжить мы. Свободны.

Жизнь изменилась опять. И опять она изменилась после нападения тварей. Каприз судьбы или статистика, было не понятно. Но теперь мне буквально не давали отдыха. Воины князя теперь тренировали меня. Поединки проходили теперь не с детьми, а с воинами, в которых меня буквально валяли по земле, потом же меня лечил сам Хранитель.

Два раза в неделю со мной занимались магией. Точнее мне рассказывали основы, и постепенно обучали высвобождению внутренней энергии. Оказалось, что у каждого своя направленность в магии по некоторым стихиям или ответвлениям. В нашем народе главная направленность – это жизнь. Далее идут стихии ветра, воды и земли. Огонь не встречается, если не брать в расчет народ Fanau mai или tagata piedmont[6]. Но у вторых больше стихия земли, и вторым идет огонь, но не часто. Еще был народ степей, у которых больше превалирует стихии ветра с примесью воды.

Также были некие толи обезьянки толи короткоживущие, мне не удалось понять. Но у них могли быть все стихии, причем еще и разные направленности в магии, такие как жизнь или смерть. В некоторых народах были еще и направленности в работе с теми, кто за гранью. Из пояснений Хранителя не удалось понять в чем различия между этой направленностью и смертью, но подсознание выдало некий образ обозвав это шаманизмом.

Меня же учили работе с жизнью, сказав, что у меня к ней предрасположенность, которая объясняет то, что мне удалось активировать изгородь. Было интересно, но все же я чувствовал, что это не все, что я могу.

Вечерами за меня брались учителя, что буквально насильно меня заставляли следовать какому-то этикету. Мне объясняли все тонкости обращения к разным разумным, а в особенности в нашем народе. Столько условностей, столько нюансов и скрытых подтекстов может быть лишь в мимолетной улыбке, жесте или даже наклоне головы. И меня обучали этому, учили видеть скрытый смысл, учили обращать внимание на мимику лиц.

Это все выматывало еще больше чем поединки с воинами. Вечерами я буквально валился с ног, чтоб утром поработав пару часов, снова идти на занятие. И если раньше мне казалось, что устаю я, плетя корзины, то теперь готов был их плести постоянно, только бы не попасть к учителям в руки.

Встречался ли я за это время с родителями и сестрой? Встречался, но мне было так лень что-либо выяснять или спорить, что просто молча уходил, даже не реагируя ни на какие нападки сестры. Пофигист – выдало тогда подсознание.

Пять лет, пять долгих, мучительных лет меня учили и тренировали. Я вырос, раздался в плечах, мог вполне себе подлечить себя, стал владеть на сносном уровне копьем и более лучшем своей саблей. Мог накладывать вязь рун на определенные предметы или вплетать руны в рукояти, при оплетке этих рукоятей. Скрытно научился немного пользоваться огнем, хватало только меня на розжиг костра. Еще смог научился при помощи магии добывать воду, концентрируя ее из воздуха. По мнению Хранителя, хорошие результаты для моего возраста, но, по-моему, мнению мало для выживания.

А еще, мне открылась часть моего подсознания, от чего случился небольшой шок, так как наслаивались воспоминания на реальность. В целом ничего критичного, но поваляться в кровати пару дней пришлось, так как голова болела жутко от мельтешения образов и их ассоциаций.

И так мне исполнилось четырнадцать лет. По меркам народа в котором я живу - фактически малое неразумное дитя. По меркам подсознания вполне состоявшийся подросток, а, следовательно, и решения должны быть уже более взвешенные. Так я размышлял пока собирал себе рюкзак.

Все из-за этого долбанного Алриила, который все это время жил в нашем селении и буквально наблюдал за мной, как за каким-то жуком. И вот с наступлением нового витка природы[7] мне было сказано, что я отправляюсь в столицу для учебы. Когда же я попытался возразить, мне банально ответили, что выбора у меня нет. Каждый из народа, в ком есть сила обучается в этой академии. И вот тут мое шестое чувство завопило благим матом. Не, ехать куда-то мне не хотелось, а тем более в академию.

Собрав мешок, оглядел напоследок свою комнату в доме Мата’ауро и Лау, потом подойдя к столу написал небольшое письмо прощальное и вылез через окно. Быстро пропетляв между домов, дошел до мастерской, в которой заранее приготовил свое обмундирование. Решил не брать свое, так как чувствовал, что в нем что-то изменилось.

А так простое копье, что удалось добыть у воинов и случайно забыть в мастерской. Пару кинжалов, топор и сабля плохого качества. Кстати название клинка «сабля» пришло из подсознания. Уже около стены изгороди еще раз оглянулся на селение, буквально прощаясь с ним. Все.

– Все. Хватит. Все уже решено, меня ждет этот чудный мир! – сказал я сам себе и нырнул в образовавшийся проход.

Куда мне идти, я особо не знал, так как в селении мне почему-то это не особо рассказывали. Точнее вообще не говорили о географии места где я живу. В связи с чем это связано не понятно, может чтоб дети не сбежали, так как до двадцати пяти лет мы считаемся даже не подростками. И это один из способов защиты. Может еще какие причины, но мне-то от этого не легче.

Ладно, пойдем в сторону убежища, а от него по прямой, может куда и выйду. До убежища добрался к утру, но останавливаться не стал, лишь только перекусил, да прогнал по организму энергию, чтоб взбодриться. Как только понял, что могу продолжать путь, решил далее передвигаться бегом. Волчьим.

Бежал так до самого вечера, иногда прогоняя по мышцам энергию, чтоб привести их в тонус и снять напряжение. Уже почти в ночи нашел место, где смогу переночевать. Возле дерева развел небольшой костерок, на котором разогрел припасы, быстро перекусил. Перед тем как лезть на дерево, прикопал костер и только после этого полез наверх.

Ночь прошла не то, чтоб хорошо, но и без происшествий. Немного затекли мышцы, так как спать на ветвях не очень-то и удобно. А еще прошел небольшой дождик, так, что с ветвей немного капало. Приведя себя в порядок, продолжил свой путь.

Вот уже третий день я иду сквозь лес. Особо ничего не происходит, хотя пару раз слышал рыки хищников или хрипы пойманной добычи. На меня пока не нападали, хоть и был я к этому готов, но произойти могло разное, так что бдительности я не терял.

Только к исходу шестого дня лес стал редеть. За это время меня пару раз атаковали хищники, но мне удавалось их засечь еще раньше, благодаря своему обонянию. Не знаю, как и почему, но оно обострилось буквально на четвертый день в лесу. При этом через него я получал иного информации, что было необычно для меня. Но все же именно оно помогло не прозевать первого подкрадывающегося хищника, от него несло кровью.

В итоге прыгнувшего на меня из кустов зверя я встретил копьем, отчего хищник буквально насадился на древко, так как не было удерживающей перекладины. Подождав, когда пройдет агония, решил разделать тушку.

А вот второго хищника чуть не прозевал, но сработали какие-то потаенные инстинкты и мне удалось уклониться в последний момент от атаки. А далее уже копьем ранил лапу и на этом бой закончился.

И вот я стою на окраине леса. Передо мной до горизонта расстилалась пустыня с редким вкраплением кустарника и травы. При этом с востока небо было затянуто серыми тучами, а с запада поднималась пыльная завеса. И вот куда направится?

[1] Длинный нож (по описанию больше похож на Тальвар)

[2] Метр (100 см)

[3] Имеется в виду подобие эфеса и гарды абордажной сабли.

[4] Имеется в виду королевского рода/клана.

[5] Изгнание на эльфийском.

[6] Подгорный народ

[7] Аналог Нового года

Глава 6

Глава 6

Пограничное поселение народа Ulumatua Древо Князя рода Anemone

– Вернулся отряд. – в зал Древа вошел один из воинов.

– Зови. – Князь сидел за столом, чуть в стороне и что-то читал.

Через несколько минут в помещение вошло три воина, что заставило Князя отвлечься от прочтения фолианта и поднять на вошедших усталые глаза.

– Мы не нашли следов. Дошли до того места где он сделал себе убежище, но дальше след теряется.

– Убежище?

– Да, и судя по его состоянию сделано оно было довольно давно. Да и обустроено грамотно и фактически с такой же изгородью.

– Прекрасно. То есть, мы просрали Мастера… – Князь прошелся от стола к окну, после чего повернулся к воинам – Есть хоть что-то?

– Мы не нашли ни следов крови ничего. Дошли до пустоши, но даже так ни каких следов. И мы уверены, что дитя в лесу чувствует себя вполне уверенно. Так как до убежища он очень грамотно обходил все опасные зоны.

– Еще и потенциально говорящий с лесом. – пробормотал Князь. – Есть предположение куда он мог направится?

– Когда мы вышли из леса, в пустошах уже бушевала буря. Ближайшая крепость Защиты в трех днях пути. Патрули, как правило рядом с лесом не проходят. Мое мнение, он пошел вдоль леса. Главное понять в какую сторону.

– Надеюсь вы направили следопытов?

– Да, в обе стороны. У каждого с собой переговорный амулет. Но пока ни каких вестей.

– Направьте еще в крепость воинов. Но сделайте это будто бы мы хотим с Защитниками добрососедских отношений, а посему присылаем им в дар несколько корзин с лекарством и едой.

– Сделаем.

Вот уже пятый день я бреду по этой … степи? Пустыне? Не знаю даже как назвать. И подсознание молчит. Вроде песок есть, но не так, чтоб много. Местами даже земля видна, правда цветом почти как глина, но на ней пусть и чахлая, но трава растет.

Живности фактически нет, за исключением каких-то мелких грызунов. Пару раз попались насекомые, но это скорее исключение. Большой живности видно не было и понять, чем питаются те же грызуны не получалось. Опять же, нет насекомых, птиц нет тоже.

Пытался наловить себе грызунов для еды, но они были очень шустрыми, отчего только зря силы тратил. Пусть еда еще оставалась в наплечном коробе, но она не бесконечная.

Хуже было только с водой. Она закончилась на третий день. Пытаясь хоть как-то отыскать источник мне удалось засечь магическим зрением то, что там, где растет трава немного вглубь пролегает более сырой слой почвы.

Итогом такого наблюдения стало то, что, выкопав яму, воды я не нашел, но устал сильно. Копал все же найденной по дороге железякой, лопаты то нет. Но когда уже почти улегся спать, подсознание подсказало как можно добыть воды. Процесс был не быстрым и не совсем удобным, заключался в том, что на дне ямы ставилась емкость для сбора воды, а поверх натягивалась ткань с камушком сверху. Камушек натягивал ткань так, чтоб все стекало в емкость. А вода появлялась на ткани за счет конденсата ночью. За ночь мне удалось собрать половину емкости, что в целом было немного, но хватило на день экономя.

Так и шел в восточном направлении, только не вдоль леса, а немного наискосок, отчего отдалился от леса довольно далеко. За спиной все также бушевала песчаная буря, но удивительно было то, что она все никак не добралась до меня. Почему и с чем это связано я даже не пытался понять, других хлопот хватало.

Теперь воду я добывал копанием ям, хорошо хоть проблески травы попадались. Пусть не так часто, как вначале, но были. Еще чаще попадались какие-то камни, возможно руины, а может еще чего. Среди камней иногда виднелись иссохшие растения или обломки палок и досок.

Обходя однажды нагромождение камней, я даже наткнулся на вполне сохранившийся доспех. Долго стоял и смотрел на свою находку. С одной стороны – защита не будет лишней, а с другой лишний вес, а ко всему еще и жара такая, что тащить это на себе не хотелось.

Любопытство победило, и я решился его осмотреть, в результате чего, из всего доспеха мне подошли только наручи. При этом подсознание говорило, что просто так доспех не может лежать. Не было ни костей, ничего. Просто железо. Это немного меня волновало.

А с другой стороны, было как-то даже легче от этого, так это точно мародерством не назовешь. Постояв, привыкая к ощущениям тяжести на руках, решил все же запастись водой побольше и больше никуда не идти.

Остаться решил среди камней, но прежде спрятать остатки доспеха, а спрятать его я мог только, выкопав яму. Пришлось промучиться. Копать среди камней оказалось трудно, так как было много тех самых камней, а еще каких-то обломков. В итоге яма оказалась не столь глубокой, но все же достаточной чтоб спрятать в нее доспех. Подумав, решил наложить еще и заговор, так как вдруг пригодится. Заговор этот я вычитал у Хранителя, он позволял определять свои тайники. Точнее чувствовать направление.

Ночь прошла спокойно, камни защищали от небольшого ветра, а также внушали пусть небольшое, но чувство защищенности. Подумав, решил тут остаться на пару дней, набрать воды и немного отдохнуть, а также попробовать все же пополнить запас провизии с помощью грызунов.

Грызуна я все же поймал при помощи камня и моей природной меткости. Удалось одного сбить, когда тот залез на один из камней. Далее возник вопрос с тем, как его приготовить. Вспомнил про палки, виденные между камней и пошел собирать их.

Пока бродил вокруг находил множество интересных вещей, обломков и чего-то, что не смог опознать. Возможно обломки каких-то предметов, а может еще что. Но так как делать было нечего, натаскал все это ближе к стоянке.

Костер медленно прогорал, мясо грызуна уже съедено и посему я лежал и смотрел на звездное небо. Рассматривать то, что натаскал не было желания, да и в ночи это делать не очень удовольствие, не смотря на мое ночное зрение.

Так бы я пролежал, если бы не уловил небольшой шум чуть в стороне. Быстро перевернувшись, подтянул поближе копье. Меня заметить не могли, так как камни закрывали свет от костра, да и в целом Туафа[1] сегодня светила достаточно ярко.

Выглянув немного сбоку держа голову у земли, заметил разумных, что бежали чуть в стороне от моего убежища. Пятеро. При этом одного самого низкорослого они тащили на себе, взвалив его руки себе на плечи и держа его ноги. Я с интересом провожал их взглядом, даже не думая как-то обозначать свое присутствие.

В какой-то момент на них выпрыгнула одна из тех тварей, что я тогда видел стоя на стене. В одно мгновение она раскидала разумных и уже готова была схватить раненого, но наперерез ей встал один из воинов. Он взмахом меча отогнал ее, пока остальные поднимались или приходили в себя.

Тварь отвлеклась и в это время ей нанесли удар со спины, отчего та издала некий рык полный боли. Казалось бы, все, добивай тварь и беги дальше, только в этот самый момент появляется еще одна, копия первой.

Разумные заняли круговую оборону, выставив перед собой свой арсенал оружия. При этом на земле завозился раненный, который что-то стал искать в своей сумке.

Пока раненный что-то там искал, твари стали пробовать оборону разумных, нападая с разных сторон одновременно или по очереди. Пока сложился паритет, но я чувствовал, что все не так просто. Когда раненный кинул в одну из тварей то, что он достал из сумки и та буквально вспыхнула огням, остальные накинулись на ее товарку. Но именно в этот самый момент их атаковала еще одна особь.

Такую я еще не видел, так как она была буквально слеплена из костей. Эдакий костный жук-скорпион. Ударом хвоста он снес или повалил всех, включая тварей. А потом буквально располовинил подраненную тварь и насадил на жало хвоста ту, что еще недавно полыхала огнем. Можно сказать, что разумным повезло, да только по всему выходило, что не очень.

Разумные теперь не стали собираться вместе, а наоборот рассредоточились, при этом всячески отвлекая жука от раненого. А тот в свою очередь опять начал копаться в сумке.

Первыми атаковали разумные, один из них, что находился сбоку от жука, попытался подрубить тому лапы своим мечом, но жук видимо что-то такое предполагал и атаковавший отлетел от стремительного движения одной из лап. Сразу же последовала атака хвостом и еще один разумный падает с криком на песок.

Два оставшихся на ногах воина делают попытку атаки с разных сторон, но жук, буквально описав круг раскидывает их, отчего один ударяется спиной о камни и затихает, а второй про кувыркавшись, не может встать. Что-то у него с руками.

Пока жук был отвлечён на воинов, тот, что не участвовал в сражении видимо нашел то, что искал и кинул это в противника. На этот раз огня не было, был какой-то едко-зеленый пар, что стал разъедать кости.

Жук завертелся, пару лап даже отвалилось, но все равно он представлял еще опасность, что и доказал мимоходом, ударив хвостом сначала тому, кто кинул этот зеленый туман, а потом и тому, кто первый атаковал.

Еще через какое-то время, туман пропал, кости жука были разъедены больше чем наполовину, но при этом жук двигался. Совсем немного, но он буквально полз к ближайшему к нему разумному. Сами разумные не шевелились, казалось даже не подавали признаков жизни, но я слышал их дыхания и видел магически, что жизнь из не покинула.

Размышлять я долго не стал, приподнялся, схватил копье и побежал в сторону жука, обходя его по дуге стараясь зайти со стороны правого бока, наиболее пострадавшего. А добежав, размахнулся и бросил свое копье туда, где видел сосредоточие магии в виде небольшого темного сгустка с добавлением зелени.

После того как мое копье попало в жука, тот дернулся разок и затих. А вот сама энергия из него стала рассеиваться в пространстве, но часть впиталась в копье. Любопытно, почему так произошло? Я конечно нанес на него руны и даже заговор, но все же не с таким эффектом.

Подходить к жуку я пока не спешил, а решил пока оглянуться и понять, что ха разумные тут. Обойдя их всех, но не приближаясь близко, понял, что приходить в себя они не собираются пока. Подумав, пришел к выводу, что пусть лежат, а я пока займусь двумя тушками тварей. Все же мясо, зачем ему пропадать. Тем более Слайнаб научил как его можно приготовить.

Утро я встречал, сидя у костра, жаря мясо тварей и глядя на то, как приходят в себя разумные. Особо я их ночью не рассмотрел, так как они были в броне, да и ночь. Но все же для себя вычленил, что одна из них была женщиной. Она кстати пострадала меньше всех, отлетев на камни. Просто от удара головой видимо отключилась. Хуже обстояло дело с тем, у кого были повреждены руки.

Придя в себя, они первым делом стали осматривать жука и только после направились ко мне. Что они хотели мне сказать мне понять не удалось из-за банального незнания языка. Но, мне удалось их удивить тем, что предложил им еды. Но самым большим шоком видимо для разумных было то, что я увидев, как действуют зелья в их организме, по наитию смог чуть усилить эффект. При этом каким-то чувством понимал, что смогу и больше, только рано мне этим заниматься.

На все про все это заняло день. Хоть разумные и пытались мне объяснить жестами, что надо уходить от сюда, я был не преклонен и все время мотал головой. В какой-то момент самый низкорослый из них выругался в точь-точь как Слайнаб, правда с жутким акцентом.

– Не произноси слов, значение которых не знаешь. – высказался я в стиле своего учителя.

Мои слова повлияли на разумного странным образом. Он подскочил и с жутким акцентом спросил.

– Ты знаешь язык степняков? – при этом его глаза были огромных размеров. А если учесть его огромную бороду, то можно сказать, что все лицо занимали только глаза и борода.

– Я знаю этот язык и думаю этого достаточно.

– Ничего не понимаю. Так не может быть. Степняки и ушастые не могут же? Или могут? – забормотал этот низкорослый, но при этом смотрел на меня.

– Кого ты зовешь степняками и кого ушастыми?

– Э-э-э. Прошу меня простить. Не хотел обидеть. Я Дреон из рода Траис приношу свои искренние извинения

– Мне не за что тебя прощать, уши у меня действительно большие в сравнении с вами. – а что я еще мог сказать, если так и было?

– Ты точно эльф? – спросил бородач, когда его челюсть вернулась на место.

– Эльф? – переспросил я, так как для меня почему-то это было обидным и в тоже время понятным, благодаря подсознанию.

– Ты из народа Ulumatua? – последнее слово он произнёс уже на нашем, но опять же с жуткой интонацией.

– Да, я из народа леса. – ответил ему я. – но не пойму пока в чем суть твоих терзаний.

Мне ответили не сразу, так как сначала шла череда каки-то фраз на гортанном языке, но уже мне не понятном. Я понимал, что скорей всего этот разумный ругается.

– Это ты убил Tsima[2]? – спросил у меня

– Жука? – спросил уже я, так как не был уверен, что правильно понял.

– Да. У нас таких называют Тсимами.

– У вас это у кого?

– Защитников. – и тут вдруг Дреон на что-то решился. – Могу я задать вопрос?

– Да. – не видел я причин отказываться.

– Сколько тебе зим?

– Четырнадцать. – честно ответил я, после чего услышал длинную тираду ругани, судя по всему, на разных языках.

Покинутые земли. Патруль защитников. Вечер того же дня.

– Дрион, чего ты так всполошился? – задала вопрос единственная женщина патруля. Несмотря на свой, по человеческим меркам, возраст, выглядела она достаточно молодо и была неплохой воительницей, о чем говорили ее мышцы. Светлые волосы чуть ниже мочек ушей не портили ее очарования и не давали спутать ее со спины с мужским полом. Нос прямой, с небольшим шрамом на переносице, глаза светлые, чуть припухлые губы и небольшой шрам на скуле.

– Орина, что ты знаешь об уша… – гном резко прервался, оглянулся на дитя, что сейчас ходил вокруг жука и продолжил – об эльфах?

– Заносчивые, гордые. Красивые. Мстительные. Хорошие войны, маги не из последних.

– В целом понятно. Описание стандартное. А знаешь ли ты откуда пришло описание мстительности?

– Ну, они за своих мстят.

– В целом верно.

К их разговору уже стали прислушиваться все из патруля. Тем временем гном, прочистил горло и продолжил.

– А дело все в том, что у них очень плохо с рождаемостью. Да, живут они долго, но при этом детей они могут зачать очень редко. Не знаю сколько за всю их жизнь, но редко.

– И что? С учетом из жизни…

– Не перебивай. Это ты смотришь со своей стороны, а у них деторождение это считай праздник для семьи и рода. Вот, к примеру, ты можешь жить четыреста лет, но родить можешь один раз в сто лет. Как тебе такое? А за сто лет с тобой может произойти множество всего. И как ты будешь относится к появлению ребенка?

– А как они тогда?

– А в этом-то и кроется смысл. Вы, люди, не застали те времена, когда с ними воевали. Но скажу так, в один прекрасный момент степняки стали вырезать все их поселения под корень, мстя тем самым за своих. Казалось бы, что такого, вы люди такое практикуете постоянно. Да только эльфы, вырезав стойбище степняков лишь немного сократили их численность, за то, что те вошли в лес без разрешения и вырубали деревья.

А вот степняки нанесли колоссальный урон эльфам, так как, чтоб восстановить численность населения им понадобилось тысяча лет. Тысяча! Теперь масштабы понимаешь?

– Тут понятно, но почему ты так реагируешь на этого мальчишку? – влез уже командир патруля.

– Да по тому, что он по меркам ушастых еще сопляк. Его из дому выпускать стали всего ничего. А он тут… понимаешь? А эльфы о своем потомстве пекутся как курчи[3], у них взросление считается после пятидесяти. А ему четырнадцать! Четырнадцать! Мало того, что он фактически младенец…

– Так можем оставим тут… – решил внести свою лепту пройдоха, что баюкал две сломанных руки.

– Хочешь, чтоб нас потом эльфы казнили самым жестоким методом?

– Да кто узнает?

– Поверь, узнают. Как – не знаю. Но они всегда наказывали виновных.

– И что делать? – это уже Орина задала вопрос.

– Вести в крепость. Тем более мы ему жизнью обязаны. Видели же, что его копье из тсима торчало.

У камней мы пробыли почти два дня. Все это время я наблюдал за ними, следил за повадками и смотрел на то, как работают их мышцы и энергия внутри них. Именно это позволило мне заметить, как влияют некоторые зелья, что они пили на их организм.

Также их удивил мой способ добычи воды, они долго не верили мне, когда я говорил, что добываю воду. Но стоило им один раз увидеть, как все вопросы отпали, только Дреон сокрушался на предмет того, что его раса не смогла до такого додуматься. Сказано было что-то вроде: «Ушастые нас опять обскакали».

Еще большой проблемой встал вопрос того, как нам всем добираться до крепости. Если трое из пятерки еще могли идти, то Дреон и женщина нет. Последнюю очень сильно тошнило и выносливости ее хватало буквально на час. Но даже в троем они смогли бы донести двух товарищей, но еще одного были сломаны обе руки.

Могли бы помочь зелья, но как мне пояснили, именно зелья регенерации у них отсутствовали, точнее закончились. И все это время они пили зелья бодрости и обезболивающие.

Все это мне рассказывал Дреон, пока я пялился на жука и его лапы, так похожие на полозья санок. От осознания последней мысли, я буквально подскочил и ринулся к жуку. И только когда осмотрел его со всех сторон, понял, что задумка-то в целом может и получиться.

Вернулся к патрулю и сходу заявил.

– Мне нужна веревка, или ваши одежды, разрезанные на тонкие ленты. Подойдут и мешки. Я постараюсь сделать волокуши.

– Гхм… – мне надо поговорить со своими.

Совещались они достаточно продолжительное время, я даже успел еще раз сходить к жуку и отрубить пару его лап. Еще принялся ломать одно из его ребер, так как мне нудны будут поперечные палки. Все же полозья нужно будет закрепить.

Пока я занимался мародерством или потрошением, ко мне подошел главный патруля, на спине которого восседал Дреон.

– Эрио, поясни нам, что ты задумал и как жто нам поможет? – как я понял, перевел Дреон вопрос главного.

– Я сооружу сани. На них можно будет посадить тебя и женщину. А остальные троя их потащат.

Пока Дреон переводил мой ответ, подсознание мне подсказало, что хорошо бы еще бубенцов найти, а то тройка есть, а бубенцов нет. Не совсем понял, что имелось в виду, но на всякий случай решил потом у Дреона уточнить, есть ли у них бубенцы.

Работал я над санями фактически всю ночь. Помимо того, что нужно было связать правильно кости и выставить полозья, чтоб сани легче было тащить, мне надо было как-то облегчить их вес. Вот тут и пригодился мой навык по плетению. Пришлось вплетать несколько десятков рун из нарезанных лент, потом обматывать этим кости. А еще сооружать ложе, которое тоже было сплетено и там тоже были руны. Больше всего намучился с активацией, так как материал не очень держал энергию и тянул ее со страшной силой. Когда закончил – отключился и даже не заметил как.

Очнулся от того, что меня несли. Как только поняли, что я пришел в себя, то тут же остановились и спокойно положили меня на сани. Рядом показалась голова Дреона.

– Ты как себя чувствуешь? Ну и напугал ты нас…

– Извините, не хотел. А куда мы идем? – поинтересовался я, так как был уверен, что еще день могли бы просидеть у камней.

– Ты в следующий раз предупреждай, что магичить начнешь. А то тут твари на это дело чуткие, сразу сбегаются.

– Магичить? Я лишь активировал руны на плетениях.

– А… – гном махнул рукой и не стал больше ничего говорить.

Пока все слушали, что им говорит Дреон я решил встать и осмотреться, а также меня интересовала судьба моих вещей. Но как оказалось все вещи были сложены на санях, а осмотр толком ничего не дал. Пейзаж все тот же, только камней рядом нет.

Молча встал под взглядами пятерых разумных, взял копье, прицепил остальное своё обмундирование и стал ждать, что будет дальше.

– Эрио, а ты чего так смотришь? – спросил меня Дреон.

– Жду команды, что мне делать. Вы тут главные, доверюсь вашему опыту…

По итогу мне дали задание смотреть за нашими тылами и в случае опасности сообщить. Помогать тащить сани я им не предлагал, посчитав, что и так достаточно сделал, так как все же сани были облегчены рунами, а также заговорены на то, чтоб лучше скользили.

Так мы и шли фактически еще два дня. Все женщине не становилось лучше, она все чаще лежала на санях, пройдоха со сломанными руками часто ворчал, но на это никто не обращал внимания, а я же не понимал. Хотелось по расспрашивать Дреона о многом, но тот лишь сказал, что не время пока, да и не к чему еще вести такие разговоры.

Вот так фактически молча мы и вышли к Крепости на закате второго дня.

[1] Один из спутников земли этого мира. Светит достаточно ярко. Есть второй, чуть темнее. Цикл примерно по 15 дней у каждого. Раз в месяц они появляются сразу оба.

[2] Конструкт нежити. Бывает разных форм, как правило чаще всего сделан из костей, но возможны варианты.

[3] Куры-наседки.

Глава 7

Глава 7

Крепость Tumau. Две недели спустя. Казарма.

– О! Дреон, тебя наконец выпустили? – усмехнулся один из находившихся в помещении людей.

– Кому-то просто надоело видеть его рожу… – пошутил еще один и казарма озарилась смехом разумных.

– Слушай, а вообще, должен сказать у тебя нехилые такие яйца. Послать зама коменданта это я даже не знаю… подвиг! – влез в разговор еще один из человеческой расы.

В этот момент в казарму вошли сослуживцы из звезды гнома.

– Дреон! Наконец-то! А то мы уже не знаем, что делать с этим мальцом, нифига его не понимаем! – сразу же заговорила женщина.

– Он мешает? Или может что-то сломал?

– Да нет. На удивление очень полезный мальчуган. Я бы даже сказала, что почти один из бойцов крепости, если не вспоминать о его возрасте.

– Тогда этот вопрос подождет. Не до него сейчас.

Женщина взглянула на гнома и только лишь кивнула. Остальные тоже не стали докучать своими вопросами и шутками, понимая, что после карцера больше всего хочется просто уснуть.

Вечером в казарме было полно народу, несмотря на хорошую погоду и относительно затишье. Всем было очень интересно по какой такой причине Дреон, славившийся своей выдержкой, вдруг послал мага Крепости.

– Что? Ждете от меня красивого рассказа? – обвел казармы взглядом гном. – Да не оправдывайтесь, понимаю. Хоть какое-то развлечение.

– Ну, а раз сам понимаешь, не затягивай. – выкрикнул кто-то из задних рядов.

– Нечего рассказывать. Сами знаете какие мы вернулись. А то, что помог вернуться нам малец, думаю вам уже рассказали?

– Рассказали, рассказали… – донеслось со всех сторон.

– Ну, так вот заходим мы значит в Крепость, уже можно сказать выдохнули, что вернулись. И тут эта мерзость появляется перед нами. А он же у нас любитель поорать.

– Это мы знаем, ты к сути давай.

– Я как раз к этому и веду. Стоим мы значит, ну кто как, а кто просто сидит, слушаем как этот выкидыш слизи орет на нас за то, что мы задержались на пару дней и ему пришлось перекраивать график патрулей. И когда его визг уже стал невыносим… – гном делает паузу, отчего все чуть придвинулись ближе к нему.

Дреон ухмыляется и тут же выдает:

– И в этот самый момент ко мне наклоняется этот эльфийский детеныш и спрашивает: «А у вас бубенцы есть?».

– А…

– О-о-о…

– Гхк…

– Ага… вот и я тогда… Сижу и понимаю, какой-то сопливый слизень, что за стены ни разу не выходил орет на меня, что я позже вернулся. И прав малец, ох прав. Давно пора на место этого поставить. – гном даже сплюнул от досады.

– Поставить-то надо. Да только где мага другого взять? Сам знаешь, в крепости должен быть маг.

– Да какой он маг? – возмутился один из людей, что ближе находился к гному.

– Какой никакой, а маг. Эликсиры делать умеет? Умеет. А нам даже такая, а все же помощь.

– Тут не поспоришь. Только делать чего? Этот урод теперь твоей пятерке эликсиров не даст. Либо цену будет просить высокую.

– Думать. Сильно очень думать и тщательнее готовиться к патрулю.

В этот самый момент в казарму вошел эльфеныш, держа что-то в руках. От скрипа двери все повернули голову и уставились на него. Тот сначала немного помедлил, а потом спокойно направился к скоплению разумных. При этом вид был такой надменный.

Воины расступались перед этим мальчишкой, так как одновременно было интересно и любопытно, что будет дальше. А малец, добравшись до гнома, вытянул вперед руки и что-то стал говорить сначала на своем языке, а потом видимо вспомнив, повторил фразу уже на другом. И вот как раз после этого гном подскочил с кровати.

– Чего!? – и далее пошла отборная ругань подгорного народа, которую не раз слышали все в казарме, но от этого она была не менее прекрасна в своем роде.

Когда поток брани иссяк, Дреон подошел к молчащему все это время ребенку и глядя в глаза спросил сначала на общем:

– Ты точно готов быть моим учеником?

А потом повторил это еще на горном наречии и том, что понимает дитя.

Эльф же только утвердительно кивнул. Гном взял то, что было у эльфа в руке и когда поднес это к глазам сначала замер на мгновение, а потом опять стал ругаться.

Я в крепости уже почти десять дней. Все эти дни, старался повторять за всеми, вставая рано на побудку, бегал умываться, а после на тренировку. К обеду всех распределяли на определенные работы по разным направлениям. Но это касалось только тех, кто не уходил из крепости. Так как меня распределение не касалось, то я старался быть полезен всем. Натаскать воды в башню? Я был только за, тем более это можно считать дополнительной тренировкой. Правда таскать ведра было не удобно в руках, пока подсознание не выдало знание о палке, что кладут на плечи и потом на нее вешают ведра. Правда название такой палки мне почему-то не запомнилось.

Долго пришлось руками упрашивать одного из воинов, чтоб дал мне одну из досок, нехотя и оглядываясь тот все же согласился и выдал мне нужное. Потом я еще день потратил на то, чтоб выточить все так, как показало подсознание. Пока работал с доской увидел много странных взглядов, а еще ощущал некое презрение, смешанное с недоумением.

И только когда я буквально за считанные часы справился с заданием по наполнению бочки в башне, только тогда все оценили мою палку. К вечеру таких палок было уже с десяток.

И все же почему-то я думал, что этого мало для того, чтоб остаться в Крепости, а значит нужно что-то существеннее. В голову пришла только одна мысль – стать учеником. Только вот чему учиться? Попытавшись пообщаться хоть с кем-то, пришел к выводу, что меня не понимают. А гном все так и не выходи из одного здания, куда его видимо отправил тот «крикун». Так как сделать ничего я не мог, то оставалось только ждать.

Вот так однажды ожидая окончания дня, заметил, как один из воинов, что занимался шкурами отбраковывает некоторые куски кожи. Меня это заинтересовало и подойдя поближе стал наблюдать за его работой. Оказалось, что он обрезает некоторые шкуры придавая им одинаковую форму, а кусочки эти выбрасывает.

Дождавшись, когда он опять отнесет их и выкинет в специальную яму эти обрезки, мне пришла идея, что можно напросится к гному в ученики принеся ему некий дар. Поразмыслив, что такое я могу сейчас подарить, понял, что только что-то плетеное. Но вот, что? И тут мой взор наткнулся в яме на порванный ремень.

– Хм, а почему бы и нет? – решил я тогда и стал собирать в яме обрезки шкур.

Над созданием ремня я трудился почти два дня. Бляху использовал ту, что была на старом ремне, оплетя ее замысловатым способом. Просто так сплести ремень я посчитал неправильным, а посему решил добавить несколько рун защиты, а также вплести наговор на лечение. Присутствовала только одна проблема – я этого никогда не делал.

Расплетал и сплетал ремень я наверно десятки раз, пока достиг того, что по моему мнению будет подлечивать носителя этого ремня. Как я это понял? Пришлось ночами использовать спящих воинов в виде подопытных, из-за чего чуть пару раз не случилось непоправимое. Хорошо хоть я все это время отслеживал магическим зрением токи энергии в их телах.

В общем и целом, вязь рун была подобрана и вплетена в ремень. Далее, когда Дреон появился в общей и рассказал всем что-то, я протиснулся к нему и вручил свой дар. Сначала будущий учитель долго и что-то говорил, мне показалось, что ругался на мое изделие. Потом чуть успокоившись, спросил у меня на языке предыдущего учителя точно ли готов быть его учеником, получив от меня утверждение потом еще что-то говори и ругался, но уже как-то не злобно.

Учить меня Дреон начал утром. Разбудив меня раньше всех, попросил следовать за ним. Выйдя на улицу, мы поднялись на одну из стен крепости и тихо прогуливаясь по ней, Дреон стал просвещать на тему того, что должен знать каждый уважаемый житель подгорного народа.

Оказалось, что в их обществе, передача знаний — это ответственный момент, а следовательно, передают как правило знания своим детям или ученикам, но только самым талантливым передают все знания.

Так как я не являюсь его родственником, но при этом и выбора из учеников у Дреона нет, учить он меня будет в полной мере, считая, что я талантлив. При этом, он сказал, что даже если не обнаружит талант, он в меня его вколотит. Хочу я того или нет.

С этого дня началось мое обучение. И первым делом, мы начали с того, что гном взял откуда-то полведра разнообразных камней и сказал, что я должен знать о камне все, так как являюсь его учеником. Гном, показывал мне камни и просвещал меня о них, при этом повторяя это все на языке подгорного народа, который я также должен знать.

Месяц я занимался тем, что фактически спал с этими камнями, пытаясь ощутить их. Бегал с ними и даже искал их. Пытался было обмануть, но каким-то невообразимым образом, учитель точно знал, что это не тот камень. Как он это делает, я не понимал и бесился каждый раз, когда он кидал камень с крепостной стены и просил его отыскать среди таких же камней.

Помимо обучения у гнома, я также бегал со всеми на зарядку, также занимался с воинами и перенимал их навыки. Попутно мне приходилось учить два языка: общий и язык подгорного народа.

Периодически пятерка Дреона уходила в патруль и тогда у меня наступали легкие дни, но длилось это недолго. Ввернувшись однажды из патруля, учитель спросил могу ли я повторить тот пояс, за который попросил взять себя в ученики. Я кивнул, не понимая подвоха.

Оказалось, что Дреон не ожидал, что ремень будет иметь такие свойства как лечение и регенерация, так как ни разу не слышал о таком. В итоге он попросил сделать еще таких поясов, но только уже получше.

– Я не могу их сделать. У меня материала нет. – ответил я тогда.

– Будет! – получил я лаконичный ответ.

И правда, уже через день меня буквально завалили небольшими кожаными шнурками разной длинны и разного рода бляшками.

Ремней получилось десять штук, но осталось много обрезков. Решил, чтоб добру не пропадать наделать разного рода браслетов с разнообразными вязями рун. Через четыре дня предъявил все учителю и пояснил какие браслеты на что заговорены.

Месяц меня никто не тревожил. За это время я так и не увидел Капитана крепости, как пояснили мне в казарме, такое часто бывает. Она где-то пропадает, но возвращается. Осознание того, что Капитан крепости – женщина, меня повергло в какое-то странное состояние. При этом подсознание давало образ женщины с гипертрофированным телом. Брррр.

Через месяц стоя в строю среди воинов, тот самый крикун, что орал на нас в первый день моего появления в крепости огорошил следующим известием. Так как я вроде как прошел знакомство с крепостью, то я буду ходить в патруль.

Оглянувшись на стоящих по бокам воинов, увидел, как перекосило их лица от злобы. Также этот «крикун» объявил, что теперь основным оружием у меня будет лук. Эльф, видите ли, я или нет.

Нет, мне и раньше его пытались всучить, но мне удавалось от него отказываться под любым, на мой взгляд, не обидным предлогом.

– Капитан этого не одобрит. – высказался один из стоящих в строю. Кто это был, я не понял.

– Пока капитана нет, я главный в крепости. А по кодексу патруля, тот кто переступил ворота крепости, остается в патруле на пять лет. Вы это знаете и не в праве менять устои.

Так закончилось утреннее распределение и раздача задач. В казарму все возвращались в каком-то гнетущем состоянии.

Утром следующего дня я пошел в первый свой патруль. Не то, чтоб мне прям так хотелось идти одному, просто Дреон и его пятерка уже была в патруле и присоединиться к ним у меня не было возможности. Остальные же, как я ощущал, не сильно хотели связываться со мной, чтоб не вызвать гнев «крикуна».

Обдумав и взвесив все, решил, что шанс выжить у меня вполне есть. Тем более я уже ходил по этим землям один. Набрав еды в заранее приготовленный короб, взял свое старое оружие и вышел из крепости еще до рассвета. Часовые ничего не сказали, так как по кодексу Патруля, я имел на это полное право.

Идти решил в сторону рассвета, это дальше от земель моего селения, да и в целом хотелось встретить утро одному. Так делая шаг за шагом, я удалялся от крепости, стараясь осматривать все пространство вокруг разными диапазонами зрения и держа свое копье покрепче.

Рассвет встретил в движении, не став останавливаться на привал. По обрывкам фраз знал, что Патруль длится по времени почти сутки для одиночки и новичка вроде меня. То есть суммарно я должен прошагать сутки, а потом вернуться. Сколько дней у меня это займет – лишь мои проблемы. Так, что пока силы есть, решил идти не останавливаясь.

Как докажу, что прошел? Так на этот случай есть артефакт, что показывает реально пройденный путь. Всего-то надо каждый раз брать небольшой специальный медальон, который считывает расстояние и при возвращении в крепость и прикладывании его к артефакту, последний подсчитывает расстояние.

Вроде ничего сложного, но подсознание сразу вычленило множество моментов: таких как происходит счет времени в амулете, как записывается маршрут и наконец, как в целом артефакт просчитывает сложные вычисления.

Почему сложные? Так идешь ты не прямо, как правило, а петляешь, останавливаешься и прочее. А медальон считает только лишь путь, который отдаляет тебя от крепости. То есть петляя и периодически возвращаясь назад такие действия засчитаны не будут.

Половину дня прошагал вполне спокойно. Пока шел и вглядывался в местность, все больше появлялось смутное ощущение, что когда-то я видел нечто подобное. Не то, чтоб местность, а именно растительность и нечто похожее. Странные ощущения, будто бы забыл нечто важное.

Остановился только тогда, когда живот буквально кричал о том, что надо бы подкрепиться. Но прежде чем приняться за еду, решил немного все же обезопасить себя. Достал из короба тонкую веревку, которую в основном используют, чтоб делать отрезки для перевязки мешков и стал плести из нее небольшие охранные знаки. Получилось около десяти штук. Раскидал их от себя на отдалении десяти шагов, равноудаленно разместив друг от друга. И только после этого притронулся к еде.

Дальнейший мой путь шел все так же спокойно. Когда начинало темнеть у меня был выбор или идти дальше, или все же остановиться на ночлег. Идти я мог, так как в целом спокойно видел в темноте. А вот с ночлегом была большая проблема, так как чего-то защищенного в округе не наблюдалось, даже камней как таковых не было, вокруг земля, да чахлая трава. Небольшие кусты, которые в высоты не выше колена особо не спасут от опасности.

Так вот и шел дальше, усталость накатывала все сильней, не помогала даже прокачка энергии. Банально хотелось спать, а тут еще подсознание говорило о том, что в моем возрасте вредно переутомление. Сколько я уже не сплю? Даже в Селении я уже давно бы спал. А тут все иду и иду.

В какой-то момент, чуть вдалеке показалось что-то большое, заставившее сон отступить, а меня напрячься. Я не испугался, но был близок к этому, но тревога ушла, когда я пригляделся чуть внимательней. То, что изначально я принял за какое-то чудовище было неким строением. Точнее тем, что от строения осталось.

Обойдя остатки строения по кругу, выяснилось, что от строения осталась только одна стена. Может когда-то это было строением, а может просто оградой. Понять было сложно. Встала дилемма остаться тут или все же идти дальше. Дальше идти не хотелось от слова совсем. При этом и оставаться тут тоже не хотелось, так как защищенность тут была условной.

Все же усталость взяла свое и опять разбросав сигнальные сплетенные узлы, расстелил плащ и лег. Уснул мгновенно. Спал плохо, часто просыпался, да и спал скорее условно, просто лежал с закрытыми глазами.

Утро было тяжелым, голова была буквально чугунной (откуда я это знаю?). Состояние самого тела было не лучше. Пришлось потрать часть времени на прогонку энергии внутри себя. Помогло, но пришло понимание, что этим лучше не злоупотреблять.

И все же я нашел в себе силы продолжить патруль. Так и шел до самого вечера никого и ничего более не встретив. Когда уже начало темнеть медальон, что висел у меня на шее тихо пискнул. Остановившись тут же, долго осознавал, что мой первый вояж по этим негостеприимным землям закончен.

Развернувшись тут же я побрел обратно. А что собственно мне еще делать? Наступает опять ночь, лучше быть поближе к крепости, пусть хоть и не на много.

Заночевать решил на небольшом холме, на котором было пару валунов. Опять раскидал сигналок, поел и завалился спать. Проспал до середины ночи, пока не закололо запястье, на котором был браслет, завязанный на сигналки.

Замирая через каждый удар сердца, я все же смог выглянуть из-за валуна, чтобы рассмотреть того или то, что послужило моей побудке. То, что увидел не очень мне понравилось. Это был непонятный зверь, что сейчас буквально рыл землю в десятке мест от моей стоянки. Особо рассмотреть его мешали два фактора это то, что он стоял ко мне своей задницей, а второе то, что подсознание прямо кричало, что пользоваться сейчас магией не стоит. Вообще!

Так я и сидел, ждал пока зверь не уйдет, периодически думая о том, что возможно я смогу убежать, но с места не двигался. Зверь ушел только с рассветом. Я посидел еще какое-то время, пока солнце окончательно не поднялось и только тогда быстро собрав свои вещи побежал.

Бежал я долго, настолько долго, что остановился лишь упав и жадно глотая воздух. Ноги гудели, все тело было каким-то чужим, голова ходила кругом отчего я даже не смог прогнать энергию в себе. Через какое-то время головокружение сошло на нет, но стало тошнить. Так как с утра я ничего не ел, стошнило меня желчью, отчего состояние стало еще хуже.

Когда я уже думал, что отключусь пальцы рук чуть изменились, появились когти. И почему-то именно эта метаморфоза (опять подсознание) привела меня в более-менее нормальное состояние. Голова перестала кружиться, ноги гудеть. Общая слабость была, но уже было не так плохо.

Оглянувшись, я понял, что буквально за несколько часов пробежал расстояние, что прошел за целый день. Как? Не понятно. Но вот она стена, где я ночевал. Радоваться или печалиться не было ни сил, ни возможности. Живот буквально скрутило в спазме. Мне хотелось ЕСТЬ!

Как насыщался помню урывками. В себя пришел от того, что проснулся. Взглянув на небо, понял, что спал примерно час, может больше. Спал прислонившись к стене.

Поднявшись, решил не терять время и идти к крепости. Что-то, пока я не готов выходить один в эти патрули. Все же надо ходить с кем-то. Почему мне раньше не пришло это в голову? Скорей всего дело в том, что первое мое путешествие по этим землям прошло относительно спокойно.

Когда наступила ночь, решил не останавливаться, а идти все равно пока были силы. Бежать не хотелось, так как силы решил поберечь, но тут подсознание пришло на помощь, дав понимание что такое «волчий бег». Скорость передвижения увеличилась, при этом не так сильно уставал.

Уже под утро, я буквально вползал в крепость. Меня шатало от усталости, но все же я дошел. Дежурные над воротами даже крикнули что-то одобрительное, но мне было не до этого. Пройдя длинный коридор, я буквально налетел на какую-то женщину и ничего умней не придумал чем произнести:

– Печенек хочу… – после чего вырубился от усталости прям там.

Глава 8

Глава 8

– Эрио! – услышал я крик, когда почти вышел за ворота крепости.

– Упс! – вжав голову в плечи, постарался как можно быстрей выйти за ворота.

Не то, чтоб я сильно опасался владелицу этого голоса, но опять же начнет меня забалтывать, чтоб не ушел в патруль. Я понимаю, конечно, что она беспокоится обо мне, но все же как-то через чур.

А все началось с того, что очнулся я в каком-то помещении лежа на кровати, укрытый одеялом по самый подбородок. То, что я в крепости понимал отчетливо, но вот таких помещений мне видеть еще не приходилось.

Пока рассматривал убранство комнаты, не заметил, как в комнату вошла женщина.

– Очнулся уже? Это хорошо.

Переведя взгляд на вошедшую, был приятно удивлен тем, что она была из Ulumatua. При этом не было никаких зацепок к какому роду она принадлежит.

– Не старайся. Я ушла и вычеркнула себя из древа народа. – проговорила она, также внимательно следя за мной.

– А, почему? – только и смог спросить я.

– Долгая история. Может как-нибудь расскажу. А теперь, мне бы хотелось выслушать тебя. Почему ребенок Ulumatu бродит на запретных землях, да еще и умудрился попасть в патруль?

– Это долгая история. Может как-нибудь расскажу. – ответил я ей.

Она не смеялась тогда, а лишь немного улыбнулась, кивнула головой и вышла из комнаты. Вернулась достаточно быстро, неся поднос, на котором стояла тарелка исходящая паром и небольшая чашка.

Кормила она меня сама, как бы я не протестовал, она упорно продолжала это делать. Все три дня, что я был в постели, она ухаживала за мной. Думал, что на этом она остановится, но видимо у этой женщины было другое мнение. Фагафи, а именно так она представилась мне, решила взять надо мной опеку. Как я это выяснил? Да она не отходила от меня ни на шаг весь следующий месяц. Даже когда я занимался с Дреоном, она была рядом.

В какой момент, опека переросла во что-то большее, я не знаю, но Фаги, стала относится ко мне более нежнее. Не сказать, что мне прощались мои некоторые выходки, но вот по своим ощущениям я все прекрасно чувствовал.

За выходки меня все же наказывали. При чем всякими изощренными наказаниями. К примеру, нужно было убрать пыль в одном из складов с оружием, так как эта самая пыль, чаще всего способствовала ржавчине и коррозии метала, так как содержала в себе определенный элемент, присущий только пустошам. Как пояснил мне тогда Гном.

Ох, сколько раз убирал я эту пыль, мыл и чистил этот склад. Пока наконец не запихнул несколько сплетенных особым образом веревок на вход и окна этого склада.

Когда Фаги узнала сей интересный момент, да еще оказалось, что я давно уже поставляю свои плетения браслетов и ремней гарнизону, вот тогда настали нелёгкие времена у всех. Так как являясь комендантом крепости, она полностью отвечала за ее боеспособность, то сокрытие таких нюансов являлось укрывательством от коменданта состояния дел гарнизона. Ну, как-то так.

В общем и целом, разнос получили все. А в особенности тот заместитель Фаги, что отправил меня в патруль. Вот кому было хуже всего. Как оказывается это раньше его нельзя было посылать в патруль, но так как в крепости появился еще один одаренный, то второй должен ходить в патруль. Причем по неписанным правилам в патруль отправляется тот, кто меньше всего приносит пользы гарнизону.

Как мне сообщил потом Дреон, это была лишь причина, и что Фаги уже давно знала и видела, как я помогаю. Просто один заместитель перешел все границы. Назвал он это просто: «Зажрался». Потом, правда, пояснил, что от него надо было избавится и в целом все удалось.

Как уж так получилось, но идти с ним в патруль никто не захотел. Было такое правило, что в патруль можно ходить командой, а нет, то одиночкой. Вот и ушел этот человек один. Как он сгинул мне не говорили, но чуял я, что были недосказанности.

Тем временем, нагрузка в плане обеспечения нужд гарнизона только увеличилась. Мне приходилось иногда целыми днями работать над созданием плетений. Отвлекался только на общие тренировки.

На тренировках мне спуску не давали. Было ли это распоряжение Фаги или Дреона, но занимались мной усердно, да еще не давали скучать разные нагрузки от самого гнома. И это еще не считая занятий, что проводила сама Фаги со мной.

Её стиль отличался от ранее виденных мной. Она была подобна тростиночке на ветру, уклоняюсь от всех моих атак. При этом пластики в ней было столько, что, когда первый раз это увидел, стоял как завороженный. Фаги видимо добивалась именно такого эффекта в тот момент, так как сразу же предложила для начала спаринг, в котором разделала меня в пух и прах. И только когда я осознал, что все мои преимущества не помогли мне даже задеть эту женщину, она предложила стать еще одним моим учителем. Ну и кто откажется от такого?

Теперь у меня было два учителя, которые как-то умудрились поделить между собой ученика и распределить тренировки и обучение. Я все также таскал камни, смотрел на них и собирал, учился бою на кулаках, метанию секир, а через день занимался растяжкой тела и основам владения боя народа Ulumatu. Единственно, мне преподавали бой для женщин, о чем и сообщили в первый день, рассчитывая видимо на что-то… Но, прислушавшись к своему подсознанию, понял, что у меня не вызывает это ничего отталкивающего. Да вообще в целом все равно, кто меня учит бою и главное все равно какому бою, если это поможет мне выжить.

Казалось бы, если ты учишь человека сражаться, то должна понимать, что он будет стремиться к боям. Но видимо у Фаги было свое мнение на этот счет и в какой-то момент произошло то, что она вмешалась в мой закономерный выход в патруль с фразой «Дитятко пропадет!».

Тогда на меня сочувствующе посмотрел Дреон, похлопали по плечам остальные и оставили наедине с комендантом крепости. Все их взгляды и хлопки по плечам я понял буквально через час, когда мне был выставлен список правил того, что я могу делать, а чего не могу. В первую очередь конечно же был список того, что не разрешается.

Ознакомившись, я сначала офигел, потом еще раз офигел (вот именно так обозвало подсознание мое состояние), а потом меня взяла злость. Сначала хотел было идти разбираться с этой женщиной, потом хотел жестоко отомстить, правда не придумал как. Но, посидев, поразмышляв пришел к выводу, что возможно она и права. Не во всем, но хотя бы в том, что выходить в Патруль мне еще рано и пользы я больше приношу путем создания своих плетеных амулетов.

И все же подсознание давало понять, что так просто соглашаться на все правила не стоит. К тому же, чуял я, что так могут и сильней потом на шею сесть.

Пришлось пока затаить обиду, следовать правилам, что мне дали и работать на благо крепости. Но все же никто не мешал мне обдумывать свою месть. Озарение пришло ко мне в один из дней, когда Дреон все также учил различать камни, кидая их под стены крепости. В какой-то момент, мне почудилась линия из выложенных камней, присмотревшись, даже обошел вокруг несколько раз и понял, что под определенным углом эту линию не видно.

Теперь у меня в голове засел рисунок того, как можно отомстить, осталось только насобирать камней. Все следующие пятьдесят дней я только и делал, что в свободное время возился с камнями. Нравилось ли это учителю? Несомненно, да, отрок познает науку. Но при этом очень сильно хмурилась Фаги, так как я фактически перестал уделять внимание ее наукам.

День икс настал, когда дни стали чуть холодней, редкая растительность пожухла, а воины крепости все чаще стали смотреть в даль. Патрули стали выходить из крепости в усиленном составе. Поинтересовавшись проблемой, мне пояснили что в данный период времени часть тварей или зверей гиблых земель ведет некую миграцию, что может затронуть обжитые земли.

При этом никогда нельзя угадать, когда появятся твари, как поведут себя. Вариантов было множество, рассказывали, что были случаи, когда твари просто впадали в спячку буквально на границе гиблых земель и обжитых. Иногда случался сильный набег. Как раз в такой набег и погиб мой первый учитель.

Все это я запомнил, но все также выходил за стены, для поиска камней и укладки из в узор. Меня прикрывали со стены, а иногда и давали сопровождение, что было чаще всего. Проблема была только в том, что для моей задумки не нужны били лишние свидетели.

Вот и решил я проскочить за ворота, пока Фаги не узнала. Такое хоть иногда, но мне удавалось. Правда, потом приходилось для караула в надвратной башне делать несколько плетений.

Быстро проскользнув вдоль стены в правую сторону, стал искать глазами цепочку плетения, что должна как раз быть тут. Найдя искомое, приступил к работе. Так как выкладывал я все мелкими камнями, при этом перебирая фактически все рядом лежащие, создавалось впечатление что я ищу что-то определенное, откидывая или перекладывая ненужное.

Так увлекся работой и быстрейшим ее завершением, что не сразу в мой мозг пробрались звуки, что шли со стены. При этом они вызывали раздражение, так как мешали закончить начатое. В чувство меня привело только то, что со стены полыхнуло сильным беспокойством. И все равно, на чистом упрямстве я завершил начатое и только тогда выпрямился, и посмотрел на стену.

Казалось бы, я стоял буквально в пяти шагах от стены, а так увлекся, что не слышал того как мне кричали. Оказывается, Дреон уже был на половину спущен со стены, привязанный веревкой. Фаги при этом выглядела чуть бледноватой и «Ого!», она чуть прикусила нижнюю губу. Фаги! Прикусила! Губу!

Все это мозг отмечал с какой-то отрешенность, работая в режиме запечатления кадров (как это?). И все же, я отмечал сосредоточенные и участливые лица всех, кто был на стене, они махали мне руками указывая на спущенную веревку. Почему только я не слышу звуки, а лишь приближающийся грохот?

Голова поворачивалась очень медленно, казалось будто шла замедленная съемка (что это?), а может время замедлилось? И все же я смог оглянуться, чтобы увидеть, как к крепости приближается орда всевозможных тварей, от поступи которых в небо поднялось облако пыли. При этом мне удалось каким-то невообразимым образом понять, что твари издают множество звуков, от щелчков до всевозможных рыков и рычаний. И вот эта какофония звуков как раз и заглушала крики с крепости. Как я не услышал этого раньше?

Все мысли пролетели в голове за считанные мгновения, понимание неизбежной гибели пришло как-то самой собой. Не было ни паники, ни отчаяния лишь сожаление о том, что я еще не все узнал в этом мире. Да и контур не активировал, пусть и доделал его. С другой стороны, что мешает это сделать сейчас? Хоть напоследок посмотрю на свое творение.

Наклонившись, прикасаюсь к одному из камней активаторов и посылаю толику энергии. Меня выгибает от того, что контур забирает энергию рывком всю. Перед глазами все плывет и наступает темнота.

В себя пришел в комнате Фаги. Сама комендант сидела в кресле, чуть откинув голову назад и спала. Как я это понял? Да просто слюна текла по подбородку. И вот именно сей факт заставил меня сначала улыбнуться, а потом скорчиться от смеха.

Фаги! Комендант крепости патруля, боевая эльфийка, гроза местных тварей сейчас спала как простая девчонка. От того, как я смеялся, Фаги естественно проснулась тут же, а в комнату вбежал еще и кто-то из гарнизона. Кто это был я не успел разглядеть, так как он тут же умчался, при этом радостно вопя, что малой очнулся.

Дальнейшее напоминало какой-то балаган и сюрреализм (опять подсознание), меня навестили все, даже дозорные. Было множество слов благодарности и что самое главное искрение.

– Ты всех спас. – тихо произнесла Фаги, поправляя у меня одеяло.

– А? – не сразу понял я. – Когда?

– Когда сотворил свой купол.

Я все также в немом непонимании смотрел на эльфийку и не понимал, о чем она говорит. Нет, я хотел сделать стену невидимую, которая по моей задумке просто никого не выпустит из крепости. Видимо эффект получился другой.

Фаги остановилась и пристально стала всматриваться в мое лицо. По мере того, как она смотрела, она стала понимать… спустя пять минут я хотел сбежать из комнаты, но сил не было. Три часа Фаги песочила меня по всем направлениям. Такой ругани я даже от Дреона не слышал. То она кричала, то тихо выговаривала мне все, что она думает о моем умственном развитии и ребячестве, то снова срывалась на крик вплетая в свою речь матерные рулады гномьего языка. Я бы может еще наслаждался всем этим «концертом», но в какой-то момент силы меня покинули, и я отрубился.

Следующие дни у меня слились в один. Просыпался, ел, слушал наставления Фаги и Дреона, засыпал, чтоб проснуться ближе к вечеру. Потом ужин, примерно час времени ничего не делания и созерцания потолка и опять сон.

Так продолжалось дней пятнадцать, пока я более-менее не набрался сил, чтоб вставать. Еще дня три прошло, чтоб начал ходить. А то надоело в горшок гадить, сгорая от смущения, когда Фаги его выносила.

Через двадцать дней я смог выйти на стену, правда при поддержке кого-то из воинов, но уже был прогресс. Увиденное меня впечатлило. Вокруг крепости, куда не посмотри копошилось множество тварей. Они не покрывали землю сплошным ковром, но максимум между ними было до двадцати шагов. При этом часть тварей бились об купол, что я создал, а часть рвала друг-друга. Попытался понять какие твари враждуют, но меня перебили

– Не пытайся, никто не понимает почему они вдруг начинают рвать друг-друга. Нет никакой закономерности ни по типу тварей ни почему-либо еще. – подошел ко мне Дреон.

– Но почему они тогда находятся тут?

– Никто не знает. Это нашествие тварей очень большое. Если бы не твоя выдумка, крепость бы пала в течении дня. Твари не пошли дальше, а остановились тут. Почему, из-за чего гадать смысла нет. Главное мы живы. Лишь один вопрос всех интересует, как долго продержится купол?

Гном повернулся и уставился на меня выжидательно.

И что я мог ему ответить тогда ответить, не зная вообще как у меня все так получилось? В итоге мы уже почти месяц сидим в крепости. Вот тоже, еще одно знание от подсознания, тут про месяцы знать не знали, а говорили о четырех декадах. То есть сорок дней.

За стенами Крепости и купола все также бродили твари периодически устраивая драки и пожирая друг друга. Мы сидели взаперти, экономя свои запасы и провожая пиршество тварей завистливыми взглядами. Спасало то, что у нас был доступ к воде. Но с каждым днем взгляды всех становились все обреченнее. И дело даже не в моем куполе, просто все понимали, что не будь его или пади он и с нами будет покончено, а жить все же хотелось.

Все это время, каждую ночь, я выходи на стену, для того, чтоб рассматривать плетение, что сотворил. В одну из ночей мне улыбнулась удача. Свет луны высветил небольшой пяточек, на котором было заметно, что мое плетение как бы вплетается в еще одно. Сначала я не сразу понял это, но с каждым разом все сильней приглядываясь, понимал, что так оно и есть.

Опрометью бросившись к Фаги, у меня в голове вертелись разного рода мысли.

– Фаги! Фаги! Открой! – забарабанил я в дверь.

– О, великий Лес! Что тебе нужно, Эрио?

– Фаги! Скажи, - я тяжело дышал от переполняемых эмоций. – а раньше у крепости был купол?

– Не было, ты сам это знаешь.

– Фаги, подожди. Подумай, может еще раньше?

– Я комендант этой крепости уже очень давно, дитя. И уж точно помню, что не было тут проявлений силы.

– Ну, может раньше? – я чувствовал, что где-то есть разгадка, есть та ниточка, что поможет мне понять, почему все так произошло.

– Фаги, прошу…

– Да, что ты ко мне пристал? Говорю же, не было! – Фаги уже начинала заводится. Она вообще не любила, когда пристают с одним вопросом несколько раз.

– Погоди… Комендант – вклинился в разговор Дреон, – вообще в наших книгах говорится, что ранее на этом месте стояли нерушимые твердыни, возведенные общими усилиями всех народов от общего врага.

– Ты про эти легенды? Им считай лет-то уже сколько? А только толку от этого нет. Нет того величия, а если бы и был, неужели мы за все это время не смогли бы достичь его?

– Многое было утеряно, особенно некоторые народы. – гном даже как-то обиделся что ли.

– Так, что было-то? – вопросил я вслух, смотря на Фаги.

– А, - махнула она рукой, – это лучше вон учителя своего спрашивай первого. Он эти легенды лучше знает.

– Дреон, расскажи, были ли еще куполы у крепости?

– Пошли уж, расскажу.

В ту ночь я не сомкнул глаз, слушая рассказ, как оказалось, довольно знающего гнома. Как оказалось, вся эта пустыня с ее тварями возникла не просто так. По легендам что хранились у его народа, в мир пришла тьма. Но не в том плане, что не стало света, а в плане наступивших бед. То земля содрогнётся, то с неба падали камни. Волны на побережьях смывали города.

Но почему-то подсознание цеплялось не к рассказу, а к тому, что не было сказано. Так возник вопрос откуда появились твари? Что за народы канули в бездну и где те легендарные маги, что могли останавливать волны или насылать их. И была ли та Тьма, что пришла в мир? Вопросы, вопросы.

Но все же, один ответ я получил. По преданиям, вокруг построенных Твердынь, были установлены магические стены, что защищали не хуже самих крепостей и служили неким символом. Пройти в Твердыню мог только обладающий специальным амулетом.

– Но как понимаешь, это всего лишь сказания. Легенды. – Дреон встал и потянулся, заразительно зевая. – Уже как четыре тысячи лет прошло, но ни в одно книге своего рода я не читал о подобном. – гном кивнул в сторону, имея в виду купол.

– Но это же случайно. – почему-то я решил внести уточнение.

– Да как раз это меня и смущает. Почему раньше наши светлые умы не придумали такое? —сказав это, учитель побрел к казармам.

Следующие три дня я провел в попытках понять, что за плетение было тут изначально. Но видел лишь малую чего часть, остальное либо было уничтожено за давностью лет, либо каким-то образом вплелось в мое. И самое главное, что плетение не было привязано к чему-либо (материальному – подсказало подсознание). Сколько помню, но я могу делать плетения из чего-то, выплетая руны. Гномы, по словам первого учителя могу их выдавливать на камне и железе, кто-то может писать их. Но никто никогда не мог составить вязь, а тем более плетения в воздухе. И вот я вижу часть этого плетения, что просто есть. В ту ночь, мне очень повезло, что луна осветила именно этот участок, найти его просто так у меня бы не получилось. И виной всему то, что я искал сделанное плетение из чего-то.

Уже идя спать, на утро четвертого дня, мне пришла мысль сделать просто небольшой браслет вплетя в его форму то старое плетение. В итоге спать я не пошел. Проработал половину дня, да так и вырубился. Трогать меня никто не стал, все понимали, что каждый отвлекается от дурных мыслей как может.

Вечером же, выждав момент, я одел на руку браслет и зажмурившись, попытался дотронуться до купола, но не встретил сопротивления. Когда же открыл глаза увидел, как рука свободно проходит через купол.

Радовался ли я? Очень. Но и в тоже время бежать со своим открытием к коменданту не стал. Что это даст, если из крепости все равно не выйти – твари сожрут мигом.

Сожрут – мысль, казалось бы, была где-то рядом, и крутилась вокруг еды. Еще и живот стал настойчиво урчать. И вот когда его свело судорогой мне в голову пришло, а почему бы не убить пару тварей на пропитание. Вопрос только как убить, а главное, как достать убитую тушку твари? И вот на очередном урчании живота в голове всплывает образ копья, но с небольшим отличием, которое тут же преобразуется в понимание, что такое гарпун.

Глава 9

Глава 9

Что такое дать надежду для кучи воинов, что заперты в крепости? Кажется, мое предложение на первый взгляд не вызвало никакой реакции. Но это на первый. Буквально через минуту осмысления часть воинов, что сидели ближе всего к выходу ломанулись в оружейную. Другая часть, подхватив Дреона и еще парочку разумных, что по рукастей и потащили в кузню. За считаные мгновения крепость превратилась в растревоженный улей. Все куда-то бегали, что-то тащили или утаскивали.

Сколько нужно времени чтоб построить баллисту? Лично мое подсознание подсказывало, что не мало. Тут же управились в рекордно быстрые сроки. Еще не успела выйти из кабинета Фаги и начать уточнять что вообще происходит, как гном уже приспосабливал «плечи» к основанию. В это время в кузне уже переделали два копья под гарпуны. Часть воинов сплетала веревку, и накручивая ее на катушку. И всего-то нужно было пояснить, что такое гарпун и баллиста и как я собрался ловить тварей.

Комендант появилась в момент, когда баллисту затаскивали на одну из башен по внешней стене, при помощи канатов. Сказать, что она была удивлена, ничего не сказать. Она даже по своему обыкновению не высказала все, что думает об умственных наших способностях, а просто смотрела на нас с выпученными глазами.

Когда баллиста была установлена, гарпун был вложен в специальное ложе, когда прикрепили веревку к гарпуну, чуть опустив ее, для лучшего старта при стрельбе. Когда все пояснили Фаги только тогда все замерли и посмотрели на меня.

– Что? – попятился я от этих взглядов.

– Тебе доверено право первому произвести выстрел. – пафосно сказал гном.

– Типа, чтоб проверить не убьет ли она меня? – я стал отступать назад.

– Что за глупые инсинуации в наш адрес? – а это уже Фаги.

– Угу, ага. Я понял. – казалось бы я согласился, но в самый последний момент резко развернулся и побежал.

– Лови его! – тут же кричит Фаги.

– Злюка! – кричу ей и тут же подныриваю под ноги одному из воинов и ухожу перекатом от другого.

Долго ли можно бегать по замкнутому пространству? Поверьте долго, если ты маленький, хрупкий, запуганный эльф, выросший в лесу, и умеющий гонять по организму энергию.

Долго ли будут тебя ловить опытные воины в этом же пространстве, с учетом того, что один из них еще и маг как оказалось? Не долго. Я продержался почти десять минут. А потом меня поймали доставили к баллисте.

– Ты пойми, это не мы такие злые, это просто традиция. Каждый кто придумывает что-то новое, первый это и испытывает. – напутствовала меня фаги, когда меня развязывали.

Легче мне от этого не становилось. И не из-за того, что мне нужно было выстрелить, а потому, что я незаметно до этого наложил на древко гарпуна заговор на увеличение скорости и некой легкости. К чему это может привезти, я просто тогда не знал и делал этот заговор, когда гарпун еще был копьем. А сейчас же я увидел, как мой заговор напитывался все это время силой. А прошло то уже дня три. И что-то меня вообще не тянуло рассказывать об этом Фаги.

Но, видимо в этот раз мне не отвертеться от взбучки, а потому я нацепил пропуск на гарпун, ближе к древку, гном аккуратно и качественно его там закрепил и отошел. В веревку тоже были вплетены руны пропуска. Подумав об этом, стал целиться, выбирая тварь по мясистей.

– Ты главное, не бой-а-а-а! – попытался подбодрить меня Дреон и в этот момент, я нажал на спусковую скобу. Гарпун вылетел с невероятной скорость, катушка на которой была намотана веревка завращалась так быстро, что часть веревки вылетела на гнома, тот чуть отшатнулся и все же умудрился встать ногой в образовавшуюся петлю. И угадайте что случилось дальше?

– Первый гном космонавт. – выдало мне подсознание.

Но так как на гноме не было пропуска, он впечатался в купол и так там стал висеть, оглашая нас всех отборными ругательствами. При этом гарпун по неведомой мне причине все также стремился ввысь.

Вечерело. Гном все также кричал. Гарпун все стремился вверх, но не давала веревка, а может запутавшийся в ней гном. А еще раздавались задорные крики всего гарнизона, которые делали ставки как долго он провесит и как долго будет молчать, когда обижался. Что его до сих пор не сняли.

Заряд на гарпуне закончился ближе к полуночи, возвестив нас об этом падением гнома. И кстати, удивительно было то, что мы все же подстрелили какую-то тварь и смогли ее даже затащить на стену, где и разделали для употребления в пищу.

Второй раз мне сказали, что тоже стреляю я, так как первый был неудачный. На вопрос почему неудачный, ведь тварь мы подстрелили, все промолчали. Как итог, опять целюсь в тварь, а рядом со мной никого нет. Ну, что ж видимо судьба. И уже когда я почти нажал на спусковую скобу, я вдруг чихнул, отчего баллиста задралась, а гарпун взмыл вверх.

– Слушайте, а он точно эльф? – раздался голос одного из воинов.

– Точно. – как-то обреченно сказала Фаги.

И в этот момент случилось то, что гарпун попал в какую-то тварь в воздухе. Тварь эта тут же рухнула на верх купола и стала медленно сползать. И именно в этот момент я зачем-то просунул руку со своим пропуском сквозь купол, чтоб подхватить гарпун, выпавший из твари. Как итог, благодаря тому, что я дернул гарпун на себя, он захватил веревкой тварь и та упала на стоящих под ней Фаги и Дреона.

– Так! – комендант обвела всех взглядом. – Он! – указала она на меня пальцем. – больше не стреляет! Вообще! Никогда!

Измазанная вся в крови она пошла к себе.

Утром следующего дня я был на полигоне, где Фаги давала мне разные стреляющие штуки. Ну, что могу сказать. Фаги убедилась в том, что стрелять мне нельзя. Вообще! Никогда! Нет, стрелять у меня получалось, даже в цель попадал, просто как бы я не стрелял, кто-то всегда страдал.

Далее мне вручили метательные ножи и вот с ними был полный порядок. Особенно, если на них накладывать заговор для стрел, что показала мне мама. Оказалось, что и глазомер у меня хороший и точность. В общем мне запретили брать все стреляющее, но при этом разрешили все метательное.

Так мы и жили еще семь дней, пока на восьмой день, на горизонте не увидели облако пыли. При этом твари стали метаться по своим позициям, но не уходили. К обеду ситуация прояснилась, к нам шла подмога в виде войска.

Построение и продвижение войска было интересным. Так в авангарде и по флангам шли щитоносцы. Причем щиты были ростовые, несли их три ряда воинов, сменявшихся через какое-то время. По сути, логика была понятна, так можно принимать не себя первый удар тварей. Провиант и остальные были собраны в центре данного построения.

Казалось бы, продвижение войска из-за такой формации было медленным, но спешить им было некуда, так как по рассказам Фаги в таких случаях выбивали всех тварей окрест всех Крепостей.

В итоге к крепости войско подошло только ближе к полудню следующего дня. За то время, что оно к нам приближалось, я успел насмотреться на то как оно методично уничтожает тварей. При этом видел и действия магов и лучников и даже один раз кавалерия отличилась. Правда там скорее было истребление убегающих тварей, да и выскочили они буквально на мгновение и сразу же обратно.

И вот стоит это войско перед крепостью. И не может к нам попасть. Вообще. Ни как. Орут там чего-то, а чего орут, не понятно. Комендант уже и так им махала руками и сяк. В итоге плюнула и схватив меня буквально за шкирку дала времени час, чтоб я сделал максимально возможное количество пропусков. Пришлось делать, так как рука у Фаги тяжелая. За час у меня получилось всего шесть штук.

Когда в крепость смогли попасть командиры армии, то первое, что они спросили это что, вообще происходит? У меня еще тогда закралась мысль, что туповатые видимо командиры, так как происходит набег тварей, но именно в этот момент подсознание перевело весь тот спич, что был произнесен как вопрос откуда купол.

Почуяв, что дело принимает нехороший оборот решил смыться подальше. А именно на кухню. Поев то, чего нашел меня стало клонить в сон и решив, что без меня в целом справятся пошел в оружейную, там спокойно.

Пробуждение было неприятным. Кто-то вздернул меня вверх и при этом начал трясти. Кое-как сфокусировав взгляд увидел перед собой какого-то здоровяка в шлеме и с бородой.

– Отвечай! Что ты натворил с крепость! – при этом фразу он эту повторял буквально постоянно, не переставая меня трясти, отчего я даже боялся открыть рот, так как мог прикусить язык.

– Отпусти его! - послышался тихий, но при этом какой-то замогильный голос Фаги.

– Что? – здоровяк буквально отбросил меня в сторону, повернувшись к Коменданту. – Ты! Ты как разговариваешь с…

Договорить он не успел. Фаги невероятно быстро подскочила к нему и нанесла два быстрых удара, один пришелся в пах, другой в районе шеи. Обстановка сразу же накалилась.

– Спокойно! Спокойно! Что тут произошло? – в дверь протиснулся какой-то живенький старичок из людей. – Ай, ай, какое горе. Вы подняли руку на самого лорда Беро. Это плохо кончится.

Удивила в который раз Фаги, откуда-то в ее руке появился кинжал, который был приставлен к шее старичка и буквально шипя она стала говорить:

– Заткнулся. А теперь кратко, внятно и главное без вранья, говори, кто надоумил этого идиота напасть на одного из членов Патруля? Или кто-то забыл законы?

Далее выяснилось, что виновником всего этого был какой-то вельможа, которых захотел выслужиться перед магом или магами, что сопровождали одного из принцев. В общем там еще были какое-то доводы и прочее, но все склонялось к тому, что решили забрать меня в академию магии, и там понять принцип работы купола. Все же я сделал.

Только невдомек им, что у меня мое плетение наложилось на уже созданное до этого. И то не на полное плетение, а на малый огрызок. Только одно мое слово и слово вельможи или мага – это по весу два разных слова.

– Веди к этому хлыщу! – веско сказала Фаги.

Тут старикан удивил всех. Он упал на колени и слезно просил прирезать его тут, но он не пойдет к вельможе. По итогу всех уговоров, вопросов и ответов никуда мы не пошли. Да только Фаги была раздражена до невозможности и буквально заперла меня в своей комнате.

Дни потекли скучно и неспешно. Войско расчищало окрестности крепости, я находился в комнате коменданта и занимался тем, что делал пропуски. Сколько их сделал за все время уже даже не считал, от тоски хотелось уже выть.

При этом я впадал в какой-то странное отрешенно состояние, которое подсознание назвало трансом. В этом состоянии я умудрялся делать все более быстро, но при этом качественно, а еще видел, как наполнялись мои плетения энергией.

Так прошло дней пять, по вечерам которых, я буквально лез на стенку от тоски и скуки. А прихода Фаги ждал как жаждущий глотка воды в пустыне. В этот раз она пришла с плохими новостями.

– Эрио, послушай, что я тебе сейчас скажу. Только не кричи и выслушай до конца. Для начала, тебя хотят забрать.

– Куда? – я правда не понимал, как меня могут забрать, так как я свободный разумный.

– В академию. В Империи есть закон, разрешающий забирать талантливый детей у их родителей. – после этих слов мне стало как-то не хорошо.

Из дальнейших пояснений Фаги выходило то, что в Империи магически одаренных детей собирали и отправляли в магическую школу при академии, для обучения их контролю своих сил, дабы не покалечили себя и других. Далее их отправляли уже в академию, для более углубленного обучения по их направленности в магии.

Я как оказалось магически одарен, контролю уже обучен, так как спокойно могу создавать плетения, пусть даже в виде плетенных браслетов или прочего. И в целом, дорога в академию мне открыта, но тут есть небольшое, но! В Империи и других странах и народах есть договоренность о Патруле, можно сказать существует закон, что тот, кто переступил ворота крепости должен отслужить в ней шесть лет. При этом про возраст нет ни каких уточнений.

Вот и получается, что с одной стороны меня хотят забрать, так как магам при нахождении одаренного ребенка дается сколько-то там денежного вознаграждения. С другой стороны, меня можно еще и по изучать в дороге, что может сулить некие прибыли. Ведь, что может сделать дитя обученному магу? С другой стороны, я как бы являюсь членом Патруля, так как ворота Крепости прошел сам, без чьей-либо помощи. А точнее даже вывел целый отряд к крепости. Вот и получается, что взять меня надо, но при этом не нарушив закон.

– Завтра будут принимать решение. Суд, можно так сказать, на котором тебе надо будет присутствовать.

Уже утром, стоя посреди двора я понимал, что это какой-то фарс. Разодетые в пестрые костюмы вельможи смотрели на меня свысока, а по чувствам гуляло то, что уже все решено.

Вот слово взял какой-то главный, стал вещать о величии империи и прочее. А потом, сказал, что я обязан отправится вместе с мастером каким-то там. И что вопрос решен. Пока он это говорил, со мной происходили внутренние метаморфозы. Точнее с моим подсознанием. Она немного сливалось с моим разумом, если можно это так назвать. Я просто стал понимать некоторые вещи более правильно и углубленно. Так, пришло понимание того, что я в целом не подданный империи, да я в целом из народа Ulumatua, и с учетом этого, я без разрешения старших этого народа вообще не имею права покинуть дом. А дом, может быть разным, вплоть до того, что и крепость эта.

– Я не подданный империи. – мой голос прозвучал как гром среди ясного неба. – А, следовательно, ваши законы на меня не распространяются.

Главный выпучил глаза, маг, что хотел меня забрать опешил и даже открыл было рот, но я продолжил.

– По договорённости всех рас, и не только Империи, тот кто вошел в крепость в этой крепости и остается на шесть лет. По правилам народа Ulumatua я вообще являюсь несовершеннолетним и ответственность за меня несет старший из родни или народа. В данном случае это комендант крепости Фагафи.

Когда я закончил поднялся гам. Крики о неслыханности и прочем звучали постоянно, потом переросли в более-менее рассудительные разговоры. Но вот кто молчал, так это самый главный. О чем он думал, оставалось загадкой, но вот бурю его эмоций я ощущал отчетливо.

И пусть, возможно, сейчас я наживаю множество врагов или недовольных, но уходить из крепости я не планирую

– Быть по сему! – вдруг высказался главный. – отныне ты член Патруля. Со всеми его привилегиями и ответственностью. А через Шесть лет, если еще не сгинешь, ты обязан посетить академию. На этом все!

– Но он не подданный империи! – попыталась высказаться Фаги.

– Уважаемый нол Дамис, но ведь в империи существует закон, по которому все несовершеннолетние не имеющие родителей и опекунов должны содержаться в детском доме. – не сдается маг.

– А ведь, действительно. – главные даже начинает лучится довольством, его вся эта ситуация забавляет.

– Я беру над ним опеку! – влезает Фаги.

– Да кто ты такая? – не выдерживает маг.

– Я, Fug afi Fa’atonu, из рода Olaile Afi! – и тут же меч Фаги покрывается огнем, а от нее исходит жар такой силы, что многие отшатнулись, хотя стояла она от них на удалении. – Кто-то хочет оспорить мое право на выбор?

Молчание было долгим. Фаги обводила всех своим взглядом, в ее глазах плескалось пламя в буквально смысле. Те же, на кого падал взгляд буквально за секунды покрывались потом.

– Мы ни в коей мере не оспариваем выбор прославленной защитницы. Лишь хотим, что все было по закону.

– Закон не нарушен. – припечатала Фаги, развернулась и ушла.

После чего все стали расходится и только я, догнав гнома спросил:

– Что это было? – имея в виду коменданта.

– А ты думал, что комендантом крепости может быть обычная женщина?

– Нет. Но все же…

– Фаги - архимаг (именно так перевело подсознание то слово, что сказал Дреон). И фактически она во всеуслышание тебя усыновила. Хочешь ты этого или нет.

– Но, ведь это хорошо? – почему-то мне стало страшно, но считать Фаги злой и коварной не получалось.

– Кому как. Кому как.

На следующий день, войско разделилось и стало очищать прилегающие территории. При этом во всю используя воинов крепости как разведчиков. Как мне объяснили, мы слишком индивидуальны и не привыкли сражаться в строю. Где-то это хорошо, а где-то плохо. Так к примеру, в сражениях армий те, кто были в Патруле всегда в свалке представляли грозную силу. Но, если бой будет так сказать в строю, то сложно уже нам.

Через дней пять, войско пошло к следующей крепости для воссоединения с другим войском, отправленным также для отражения набега. Почему твари вели себя так, маги не смогли дать четкого ответа. Но всем стало еще более очевидно, что ими все же кто-то управляет, пусть это и не подтвердили официально, как и не опровергли. Осталось выяснить кто.

Когда войско ушло и жизнь воинов вернулась в привычное русло, Фаги решила взяться за меня всерьез. Оказывается, до этого она уделяла мне время, а по-настоящему учить будет именно теперь, так как усыновила меня.

Глава 10

Глава 10

Да, действительно я ошибался на счет своей учебы. Сейчас же прочувствовал на своей шкуре, что ранее мной занимались по остаточному принципу, а вот теперь действительно учили. Плохая погода? Ерунда! Нашествие чудовищ? Выйди за стену и всех уничтожь! Последнее я утрированно, конечно. Но с тварями мне приходилось сражаться, под присмотром Фаги, конечно, но все же.

Теперь я часто выхожу либо с Дреоном, либо с Фаги за стены Крепости для уничтожения той или иной твари. Как они говорят, чтоб набраться боевого опыта. Правда, еще в крепости часто ставили новый спарринг партнеров из числа бойцов Крепости.

Меня учат всему и фактически все, кто есть в крепости. Возможно это указание Фаги, возможно просто так они хотят расплатиться со мной за амулеты, точнее мои плетения на браслетах и прочем. Мне было не досуг думать о таком, мой день был расписан от и до.

Мечи, копья, ножи, топоры и магия. Было все, за исключением луков и арбалетов. Мне даже не давали стрелять из балист, что находились на стенах. Я уже и просил, и спрашивал почему нельзя, но ответ был только один – стрелять тебе запрещено.

Так прошло два года, в течении которых мой организм приспособился, я получил множество знаний и умений. Теперь уже не было проблем с тем, чтобы выйти за пределы крепости как в составе группы, так и одному. Меня все также тренировали, все также обучали, но делали это уже не в таком темпе. Ко всему прочему помогали еще знания моего учителя Слайнаба с его методикой. Его знания помогали мне на более высоком уровне привить себе рефлексы или отточить приемы. А видя внутреннюю энергию я часто помогал себе, повышая выносливость своего организма.

Гуляя по пустошам (такую аналогию подобрало подсознание) я встречал остатки разных плетений. Не все были четко видны, от одних осталось только лишь некое напоминание. Другие были обрывочны и разобрать что это было не удавалось, слишком они были сложны. Но все что можно я всегда старался зарисовать или записать в свой дневник.

Так и проходили мои дни в Крепости или снаружи ее. Меня все чаще занимал вопрос почему эти земли обезлюдели, откуда появились твари и куда делись те, кто делал такие великолепные плетения? Но так как разгадки в ближайшее время не предвиделось, Фаги на такие вопросы ответить не могла, я довольствовался малым и собирал по крупицам плетения или интересные находки. К примеру, как ту, что сейчас держу в руках.

Непонятная находка больше всего походила на отрез кожи, но при этом обладала черным цветом и тянулась. Что это такое мне так и не сказали, но при этом пояснили, что таких находок и такого материала встречается не так часто, но и не редко. При этом практического применения этим находкам кроме как поддерживать огонь не нашли.

И все же, я держал в руках непонятную вещь, испытывая при этом какое-то непонятное чувство, что эта штука мне знакома и она очень даже полезна. Так и не вспомнив, решил лечь спать.

Снилась мне какая-то ерунда, я бегал по необычному селению, собирал камни и все пытался попасть по каким-то птицам. Один раз разбил сосуд, предварительно поставленный на большой камень. Казалось бы, ерунда, но что-то меня в этом сне все же зацепило… что-то, что не давало мне покоя целый день.

Уже ближе к вечеру, когда я ложился спать, мне вдруг опять вспомнился сон и вот тогда-то ко мне пришло понимание, что стрелял я по птицам при помощи того материала, что нашел. И палка, простая палка, которая выглядела в виде рогатины.

Идея воплотить это оружие в реальность, захватила меня полностью. И уже на этапе подборки материалов у меня возникли сложности. Первое, это подбор дерева. Его в этой местности почти нет, а то, что есть слишком корявое или тонкое.

Как решить проблему у меня идей не было. Дней пять я мучился от того, что не мог подобрать материал для создания основы, пока не наткнулся в пустошах на один скелет. Что это была за тварь мне было не интересно, привлекло меня то, что по форме там выделялась одна кость. Правда она была слишком широка в месте «рукояти» и чуть заужена в том месте, где предполагался вылет снаряда. Но, повертев ее в руках, и прикинув, что если немного обесточить и обработать, то выйдет неплохая рогатина.

Облазив и изучив скелет полностью несколько раз, убедился, что такая кость одна. При этом все остальные попадающиеся кости я тоже обследовал на предмет наличия таких костей. И удивительно, что примерно в двух из десятка попадались такие кости. Надо бы уточнить, что это за твари такие.

Уже в Крепости, улучив время, принялся за изготовление своего стреляющего оружия. И так, кость пришлось стачивать на точильном камне, следя за тем, чтоб не разрушилось и не сделалось слишком тонким. После того, как кость прошла ошлифовку, инструментом, решил вырезать руны. Корпел над этим три дня, но благодаря обучению Дреона, работа с инструментами дается мне проще, тем более это кость, а не камень и вырезать руны легче.

Но останавливаться на достигнутом я не собирался, а посему в вырезанные руны, был влито серебро. Правда пришлось пожертвовать на это две из своих монет, но думаю, это того стоило.

И опять шлифовка, но теперь уже для того, чтоб убрать неровности от залитого серебра. Потом взялся за оплетку рукояти, для этого нарезал тонко кожаные ремешки и стлав оплетать рукоять, вплетая необходимый мне узор плетения, который будет взаимодействовать с рунами. Сделать насечки, для более устойчивого держания тянущегося материала. Покрытие лаком.

Далее я взялся за сам тянущийся материал. Реши, что делать его цельным, не имеет смысла. В итоге разрезал на тонкие полоски и стал плести, делая плетения, которые должны были влиять на прочность, дальность и силу. На всякий случай сделал шесть сменных. И уже в конце вырезал кожух для снаряда.

Когда все собрал и закрепил, решил повременить с испытанием, так как надо бы набрать снарядов, да и попрактиковаться вдали ото всех. Как раз скоро мой выход, вот там и постреляю.

До выхода в патруль еле дотерпел, настолько мне хотелось уже испытать то, что я сделал. Снаряды за это время я тоже подготовил, не зря же Дреон тренировал в поисках камней. Теперь я точно понимал какой камень подойдет для той или иной руны. Именно, что понимал, а не знал. Как это работает, мой мозг отказывался анализировать. Работает и ладно.

И вот день икс. В Патруль я иду один. Так уж получилось. Нет, меня пытались ставить в группы и даже назначали ответственных за меня. Один раз даже самому велели набрать группу, но не сложилось. Не мое это, да и результативность группы падала, так что я одиночка. Такое, как мне потом объяснили, бывает. Разумный просто полагается только на свои силы и самодостаточен. Это не значит, что он не нуждается в социуме, просто что-то делать ему проще одному. Вот и у меня так.

Рюкзак за спиной, снаряжение проверено уже несколько раз, а за пазухой моя рогатка. Помахав Фаги, я направился в сторону своего маршрута. Пройти в этот раз мне предстояло примерно два дня. Нужно было дойти до определенных руин и вернуться. В руинах, надо было проследить за определенными тварями, что в этот период могут обойти Крепости и уйти в сторону обжитых земель.

Дорога в целом уже знакомая, особых проблем до руин не доставила. Приходилось пару раз обходить некоторые места, где могли спрятаться некоторые из тварей, но в целом почти за день я дошел до руин.

Обойдя руины по кругу не заметил какой-либо активности. Даже заглянул в ближайшие развалины. Пусто. Стоит ли облазить из все? Я решил, что не стоит. И так понятно, что успеха это мне не принесет. Если сейчас активность этих тварей, то их тут должно быть уйма, а тут тишина. Значит или они уже ушли, или их тут не было.

У меня есть время посидеть, понаблюдать и только потом идти с докладом обратно. Решил расположится в небольшой тени, да подождать, наблюдая за руинами. Но долго усидеть все равно не смог, точнее сидеть смог, но рукам прям хотелось чего-то поделать. Решил, что можно испытать мое изобретение.

На первых порах решил использовать обычные камни, коих тут было великое множество. Насобирал пару десятков одинаковых по размеру, уселся поудобней, расположив горку камней под левую руку.

– Ну, что ж начнем, пожалуй!

Кладу в кожух первый камешек, натягиваю и стреляю, примерно прицелившись в руины, что метров в двадцати от меня.

Дзинь!

Камень явно попал во что-то железное. Но что там было я не решился проверять, так как звук был достаточно звонкий и на него могли приползти какие-нибудь твари.

Выждав какое-то время, решил повторить. Опять прицелился, но уже натягивал чуть сильней и беру чуть выше, как подсказывало подсознание. Отпускаю кожух и камень летит по дуге через развалины, его падение было уже не таким звонким, но все же звук был.

Опять пришлось ждать.

Через какое-то время я перестрелял два десятка камней, уже не особо заботясь о слышимости, так как если бы в руинах кто-то был, то уже давно появился. Еще через десяток камней, решил, что пора начинать испытания спец боезапаса.

Достав из специального мешочка один из камней, убедился, что нанесенная руна не повреждена, а главное не активна. Хотелось бы избежать непредвиденных ситуаций.

Постояв, настроился, быстро вложил в кожух камень, отчего руна активировалась, оттянул кожух от рогатки и выдохнув выпустил снаряд. Камень полетел ввысь и по моим прогнозам должен был перелететь пару строений.

Так и произошло. Но, вот то, что произошло далее я никак не ожидал. Нет, взрыв как раз произошел, только вот последствия этого взрыва были для меня сюрпризом, так как меня для начала сдуло волной воздуха.

Как меня не убило, ума не приложу, но видимо виной всему то, что все мое тело покрыло странной коркой, при этом на пальцах вылезли когти. А еще такое ощущение, что у меня появилось что-то новое в теле или на теле?!

Взглянув туда, где были странные ощущения я был ошарашен.

– Хвост?! – только и смог сказать я поначалу. Потом правда разразился матерной тирадой.

– ДА как так-то? – вопил я, не обращая на то, что происходило буквально в каких-то сотнях метрах от меня.

А зря. В это время в руинах происходили некие метаморфозы и изменения, дрожь земли после взрыва стала усиливаться. Хорошо я вовремя это почувствовал, плохо, что я стоял на открытой местности и орал от шока. Ну, хвост, ну вылез. Когти у меня тоже вылезают, но научился же прятать?

И вот в этот самый момент земля задрожала еще сильней и из земли стала появляться ранее не виданная тварь. Огромная, высотой больше, чем башня крепости, хорошо хоть толщиной примерно с башню, не более. Все тело было покрыто маленькими шевелящимися отростками, будто маленькие ножки (выдало подсознание).

Голова была без глаз, но при этом было множество отростков на носу. При этом что нос, что отростки были яркого розового цвета. Почему это был нос, ну подсознание сказало, что нос. Когда же тварь издала громогласный рев, то я еще успел рассмотреть множество мелких игольчатых зубов.

А потом она атаковала, хорошо, что не меня. Видимо на мой крик бежала еще одна тварь, но поменьше, вот ее-то и схрумкали.

Ждать пока этот гигант обратит свое внимание на меня, я не стал, отыскав взглядом свои вещи, удивительным образом оказавшиеся рядом, я подхватил их и побежал к крепости с такой скоростью, что даже не сразу понял, насколько мне хвост помогает уворачиваться от всякого рода препятствий.

Побежал то я побежал, да только переоценил видимо свои силы и надежды, так как через какое-то время почувствовал, как земля стала все больше вибрировать под ногами. Каким-то шестым чувством или тем же хвостом, понял, что надо менять направление.

Так и стал бегать, периодически меняя направление, как только начинал чувствовать дрожь, но все же понимал, что долго так не продержусь, а по сему, когда опять пошла дрожь, остановился, чуть отбежал в сторону и когда из земли показалась голова твари, выстрелил.

Попал или не попал, даже не стал смотреть, сразу же побежал в сторону Крепости, понимая, что если барьер не защитит, то чую ничего не поможет.

Много ли может пробежать разумный, зная, что за ним гонится какая-то неведомая тварь? Лично я бы сказал до этого момента, что не очень. Тварь выносливее и сильней. Но это было до, сейчас я бежал так, как никогда не бегал. При этом я еще умудрялся периодически стрелять в эту тварь. И даже наносил ей урон, так как из некоторых мест ее сочилась какая-то жидкость или слизь.

Тварь после каждого попадания пропадала на время, за которое я мог перевести дух, даже один раз умудрился поспать. Всего примерно час, но все же… Как меня не съели в это время не знаю, видимо попадание было очень удачным.

В какой-то момент я увидел приближающие стены крепости. В мешке оставалось только пяток камней, что не привносило оптимизма, так как тварь все еще гналась за мной. Мстительная сволочь!

Понимая, что если сейчас не выстрелю, то до крепости не добегу, а посему достаю один из камней, дожидаюсь появления твари и стреляю, стараясь попасть в одну из ран.

Крепость патруля. Fug afi Fa’atonu, из рода Olaile Afi[1]

Фагафи зашла на одну из башен, чувствуя какое-то беспокойство. Как бы она не старалась понять причину этого беспокойства оно никак не желало открывать свои истоки. Возможно виной тому было, что Эрио ушел в патруль, но беспокойство или предчувствие никак не отреагировало на это, а значит причина тут была в другом. Фаги прислушалась к себе и все также не могла понять, что же ее так беспокоит, пока вдалеке не раздался взрыв.

Взрыв был необычный, сопровождающийся огромным дымным столбом в виде гриба. При этом взрыв произошел в той стороне, куда ушел Эрио, мельком отметила сей факт Комендант.

И уже думая, что скорей всего ее названный сын погиб, понимая откуда берет свое начало беспокойство, она увидел маленькую фигурку, что бежала в сторону Крепости.

– Жив, маленький горный тролль![2] – выругалась Фаги и тут же пустила вверх сигнальный знак из левой руки. – Тревога!

Разумные населяющие крепость тут же забегали, вот из казармы стали выбегать воины на ходу экипируясь и разбегаясь каждый по своим местам. В это время Эрио уже был примерно в половине пути до крепости от взрыва, как вдруг он остановился и что-то достал.

– Что он делает? Почему не бежит? – Дреон не меньше Фаги переживал за этого разумного. Все же долг жизни это для гномов святое. Как, впрочем, и для народа Леса.

– Не знаю. Но думаю, он знает, что делает, как-то же он сюда добежал? – фаги сама не заметила, как стала с силой сжимать парапет.

И в этот самый момент из земли показалась тварь, что ранее никто не видывал. Огромных размеров, буквально превышая башни крепости, он появилась из земли и тут же решила атаковать мальчишку, что сейчас нацелил на тварь что-то непонятное.

Вот он отпускает пальцы правой руки и буквально через мгновение раздаётся взрыв и тварь вереща падает набок, а сам мальчишка отлетает в сторону.

– Земляной червь! Земляной червь! – ошарашено бормочет гном от увиденного.

– Какой еще к троллю червь?! – Фаги пребывала в шоке и некотором гневе, но все же обратила внимание на то, что коротышкам знакома эта тварь.

– Я думал это легенды, сказания и ничего более. – ошарашено повернул голову к ней гном. – У нас есть предания… но чтоб так, в живую.

Но тут в стороне, где появился червь раздался еще один взрыв…

– Что за… - хотела сказать Фаги, но увидел, что последний взрыв буквально развалил тварь на две половинки.

– Он его добил… – выпучил на коменданта глаза гном. – Он! Убил! Земляного! Червя!

– Потом пояснишь, что это за тварь и почему ты так ошарашен, а сейчас быстро приволоките мне этот мешок с потрохами! – и эти слова подействовали на гнома как ведро холодной воды.

Крепость Tumau. Вечером того же дня..

Fug afi Fa’atonu, из рода Olaile Afi сидела в своем кресле и размышляла. И нет, мысли ее были не о высоком, а более приземленные и касались они одного разумного, что привнес в ее жизнь столько всего интересного.

Казалось бы, как может ребенок леса оказаться в пустоши, в которой каждый день наполнен страданием и выживанием. И вот ребенок, который помогает группе опытных патрульных дойти до крепости. Удача? Возможно. Но его поделки, его магия, которая не дается остальным, опять же плетения эти. Ладно бы было что-то запредельно мудрёное, но нет, обычное умение плести или вязать узлы, а получаются удивительные по своим свойствам вещи.

И ладно бы, никто не умел так плести, но нет, в каждом селении народа леса это умеют многие. Вот в том-то и дело, умели многие, а он буквально создавал шедевры. Сделать дополнительные свойства у многих вещей, да при этом такие, что возникает вопрос почему ранее этого не делали.

Встаёт вопрос, кто же он? Но удивительное дело, он называет своих родителей, неохотно, конечно, но все же говорит о них, правда с какой-то скорбью на лице. С другой стороны, если спросить об учителях, то у него разглаживается лицо и буквально выползает улыбка на лицо. Родители умерли? Загрызли твари? Или уволокли? Что бывает редко, но бывает?!

Задав такой вопрос однажды, Фаги получила ответ, что нет, они живы, а учитель погиб. Тогда Фаги от такого ответа буквально онемела от такого откровения. Что такого могло произойти, что ребенок, великая ценность для всех перворожденных, говорит такое?! Она чувствовала, видела, как ему тяжело любое упоминание о родственниках. Тогда к ней пришло понимание, что видимо судьба дала ей шанс. Шанс обрести семью.

Решение было принято и озвучено. Не сразу, но его она отстояла и признала! Пусть он не родной, пусть можно сказать прибился как дворовый шек[3], но он заслужил делом быть патрульным, а уж сыном она могла называть его с гордостью.

И все же, сейчас ее одолевали другие мысли. В мальчишке есть потенциал, потенциал, который разглядел еще тот маг, который хотел забрать его в академию. Почему же она была так слепа? Гордость или затмило счастье глаза? Не ясно.

– Аааа в пустошь все эти размышления! – гордая горная эльфийка взяла со стола бутыль и присосалась к горлу. – У меня есть еще два года! Два года, за которые я воспитаю из тебя своего наследника! Как бы ты этого не хотел!

Пустая бутыль упала на пол, а сама эльфийка завалилась на кровать, да так и засопела. Она уже не видела, как в комнату вошел тот о ком она все это время думала. Он спокойно пододвинул ее ноги на кровать, подложил под голову ей подушку, снял сапоги и укрыл пледом. А выходя прошептал:

– Спокойно ночи, мама…

На миг губы эльфийки тронула мимолетная улыбка…

[1] В переводе с языка перворожденных – Огненный цветок, повелевающий огнем из рода повелителей огня (точному переводу имя не поддается в силу особенностей языка горных эльфов)

[2] Ругательное выражение горных эльфов.

[3] Бродячий пес

Глава 11

Глава 11

Дорога. Как же мне не хочется никуда ехать. Но увы, мама была непреклонна, заявив, что я обязан пройти соответствующее моему статусу образование. Какому статусу, она не пояснила, сказав лишь, чтоб не позорил род, в который был принят. Офигеть! А род этот чем так знаменит говорить она не захотела, мол потом все поймешь. Ага, как же, пойму я. Втравила меня в какие-то интриги, а мне выплывай.

Все эти года я рос в Крепости, считая ее своим истинным домом, пусть и родился в другом месте и родители мои из лесного народа. И все же, как бы я не противился мне их может быть и не хватает, но больше всего я прикипел к гарнизону крепости Титаи. Считая некоторых своей семьей. Да, о чем я? Тот же гном относился ко мне будто бы к сыну, пусть, не приняв меня в род, как сделала комендант, но учил он меня на совесть.

А вот комендант, она же Фагафи, она же Fug afi Fa’atonu, из рода Olaile Afi приняла меня в род со всеми вытекающими. То есть соответствовать нужно, но так не хочется. На кой мне эта столица с ее суматохой?

Откуда знаю, что будет суматоха? Ну так у меня проснулось немного память и образы некоторых городов привносят восторг и трепет, при этом даря легкое чувство грусти. Почему я так уверен, что это память? После того памятного сражение, у меня чуть лучше открылась, назовем это «дверь» в подсознание.

Многое мне еще было не понятно, но я хорошо ощутил и стал понимать, что все мои знания о некоторых вещах - это пробудившаяся память. Правда тут еще есть варианты, это память крови, память из прошлой жизни или того хуже память какого-то вселенца. Тут ответов не было.

Не знаю почему, но меня это не сильно волновало, так как жить не мешало, а даже наоборот, в связи с чем мне быть расстроенным?

Все эти годы я учился, созидал и помогал. Ту рогатку, что сделал отобрала Фаги для исследования. Правда уже через неделю вернула, сказав пояснить как это сделал. Честно рассказал весь процесс и нюансы. Фаги все записала вместе с присутствующим Дреоном и ушла, запретив мне делать вторую рогатку, да еще и наказ дала никому не говорить о том, как победил червя.

Вернулась она через месяц опять же вместе с гномом и сказала, что видимо я не все им рассказал, так как в целом рогатку они сделали, но она и в половину не обладает такой мощностью. Значит, что-то скрыл. Я честно говорил, что ничего не скрывал и готов был это доказать. Сошлись на том, что при них делаю ее и они за мной повторяют.

Затея провалилась. Вообще. Они не понимали, как вплетаю руны, как накачиваю их силой. Я несколько сотен раз показывал, объяснял, но все было без толку. При этом, если отдельный узел они могли сплести, то, когда этот узел необходимо совместить с другими узелками и плетениями они терялись и не могли повторить.

Для меня же все было очевидно и понятно. Я не делал тайны из этого. Они ушли совещаться и вернулись ко мне спустя дня три. Фаги попросила сделать такие рогатки для каждого воина крепости. При этом не приказала, а именно, что попросила, обещав заплатить за них. Хотел было отказаться, но тут Дреон покачал головой, а потом и сказал, что в будущем буду благодарен ей за такой шаг.

Согласился. Куда бы я делся. Сделал рогатки, подобрал камни и начертал руны. Вот как раз подбор камней и чертеж на них рун, смог передать гному. Тот подхватил и уже без меня создавал снаряды.

Омрачало только то, что я так и не смог разобраться кто же я? Помимо того, что у меня появляются когти, так еще и этот хвост, который можно сказать спас мне жизнь. При этом хвост у меня был чешуйчатый, а подсознание или теперь уже память почему-то давала странные образы.

Так вот, хвост был покрыт чешуей и небольшими наростами сверху. Когда он появлялся, а делал он это по моему желанию, то ощущался как еще одна конечность и дискомфорта не вызвал, за тем лишь исключением, что штаны рвались. За что получил пару раз уже, первый кстати был после победы над червем. Ох, сколько было шуток по этому поводу, что червя я завалил голой жопой.

Уже перед самым отъездом мне случайно удалось покрыть все тело чешуей. Вот тогда-то я сильно испугался. В голове пролетело множество образов и мыслей и о том, что я демон, человек-змея или ящерица и прочее.

Кстати, Фаги рассказывая и обучая меня упоминала о некоторых особенностях некоторых рас. Так вот где-то на севере одна народность людей могла оборачиваться в зверей, делая их своими тотемами. А вот на юге в жарких песках, была страна, в которой есть школа магов жизни, те могли превращаться в животных пустыни. Это было сродни народу севера, с одним отличием, северянам приходилось укрощать своего зверя. Южане же научились использовать энергию жизни для обращения.

Так, что возможно я один из этих магов. Надеюсь, очень надеюсь на это. Хотя, родился я в лесном народе, а там таких нет. Они немного по-другому оперируют энергией жизни.

Подробнее она про магов не стала рассказывать, сославшись на то, что пока мне это не надо, а все потом расскажут в академии. И вообще лучше сосредоточиться на других аспектах, таких как тренировки и этикет.

Ехал я в составе каравана, что периодически пополнял запасы крепостей. Так как наша была не то, чтоб дальняя, но последняя в маршруте каравана, то он возвращался как раз в столицу. Вот и приписали меня на время к нему. Снабдили меня припасами, дали грамоты и документы, да пару писем попросили передать.

Фаги еще выдала фамильный перстень и медальон, подтверждающий мое отношение к ее роду. Просила сильно ими не светить, чем еще сильней заставила меня насторожиться.

В кошельке позвякивали монеты. Остальные как заверила Фаги, лежат в банке, на мое имя. Дреон при этом сказал, что я стал вполне обеспеченным разумным.

– Это когда же я успел? – удивился тогда я.

– Ну, так за твои рогатки сумма пришла. Приплюсуй сюда еще свои поделки, твои рюкзаки, браслеты и пояса. Все учтено, все пошло на твой счет.

– Что, прям все?

– Нет конечно! – усмехнулся гном. – Десятину в налоги и на развитие крепости. – ответил он мне.

– Фуух. Я уж думал ты умом тронулся. – ответил я ему тогда.

– Ах ты ж, отрыжка горна! – воскликнул гном под дружный гогот воинов.

Вдаваться в подробности как мама смогла положить деньги на счет не стал. Смогла? Положила? Молодец! Тем более, что это мои деньги и мне ими распоряжаться. А по рассказам воинов, в столице цены кусаются, так что лишние монеты будут самое то.

Вот в таком снаряжении мы и ехали. Ну, как ехали? Тряслись в повозке. Особенно было непривычно первые пять дней. Скучно, тоскливо, однообразно, а еще эта вечная тряска.

Как итог, ночью, я переплел все колеса найденной лозой, вплетя определенные руны, на уменьшение тряски и легкости хода. Да еще не забыл прочности добавить, а то менять потом колеса не хочется.

На следующее утро, возничий меня хотел сначала палкой прогнать в другую повозку, еле убедил попробовать, так потом сам от него отбивался, расцеловать меня хотел. Извращенец может?

Правда, уже на другой день пришлось отбиваться от других возничих, пока не пришел начальник каравана и не попросил сделать тоже самое с его фургоном. А мне не жалко, главное, чтоб заплатили.

– Сколько? – хозяин каравана схватился за сердце. – Да таких цен нет даже в столице!

– Ну, значит будут. – пожал я тогда плечами и забрался обратно в фургон.

В общем не захотел караванщик делать себе улучшенный фургон, а я за бесплатно работать тоже не буду, помня наказы гнома.

Нападений на караван не случалось, даже когда шли по пустоши нам не попалось ни одной твари. Выйдя уже на простор империи, мы шли сначала по степи, постепенно встречая небольшие участки леса и небольшие речушки. Дорога была объезжена, засыпана гравием, а в некоторых местах были ливневые стоки.

Как в свое время рассказывала Фаги, пустоши - это некогда цветущий край, в результате катаклизма или еще чего, превратившись в то, что сейчас из себя представлял.

Так как караван снабжал крепости на него не нападали, так как даже самый последний отброс общества понимал, что за правильным и своевременным пополнением запасов крепостей стоит их жизнь.

Возможно, что где-то это и нарушалось, но по заверениям Дреона, таких ловили свои же и выдавали страже. В общем караван шел пусть и тихо, но зато без происшествий.

Где-то на десятый день, когда мы проезжали одно из баронств, к нам приблизился отряд воинов. О чем-то переговорив, стали осматривать караван. И заметив меня, было уже направились в мою сторону, но им что-то сказал и те повернув коней у скакали.

– Чего это они? – спросил я у возничего.

– Видать пополнение искали.

– В караване? Зачем?

– Так бывает, что к нашему каравану прибиваются путники, чтоб путешествовать в безопасности. И вот как раз таких путников иногда дружины баронов берут себе. Законом не запрещено, а мы их охранять не обязаны. Этим очень пользуются бароны. Вроде как останавливают их до выяснения обстоятельств, а пока они эти обстоятельства выяснят, мы уже уйдем далеко. Нам-то останавливаться нельзя.

Как только караван уходит за территорию баронств, то барон делает предложение этим бедолагам пополнить ряды его дружины.

– И часто такое бывает?

– Не часто. Обычно, когда война начинается между соседями. Или барон задумал в пустоши пойти за добычей.

Больше мы этой темы не касались, тем более нас больше и не беспокоили ни какие отряды, а там мы уже вышли за границы баронства, и приближались к одному приграничному городу.

Город был из свободных и заседал там наместник, что подчинялся напрямую императору. Так как ранее за этот город велись нешуточные сражения, в один из дней император принял решение забрать город в свое пользование. И теперь он выполнял роль некого островка спокойствия, в котором приграничные бароны часто вели переговоры, если враждовали.

Город был обнесем крепостной стеной, имея южные и северные ворота. Южные вели к пустошам, северные в глубь империи. Небольшая река обтекала город с западной стороны, неся благоухание нечистот и всякого рода мусор.

Так как речка была небольшой, судов я не заметил, а вот небольшие лодки были. И то скорее, как транспортное средство, доставляя с одного берега на другой.

Через ворота нас пропустили без досмотра и даже без пошлины, что мое подсознание восприняло как исключение. В гостинцу заселились фактически у ворот, как оказалось, тут было специальное место для караванов, с большим двором, конюшней и местом для обслуги.

Само заведение было чистым, просторным и главное вместительным. На мой взгляд, все это уже говорило о хозяине заведения в лучшую сторону. Получив ключ от своей комнаты уже поднимаясь по ступеням, я столкнулся с человеком, отчего выронил сумку из которой выкатились свитки.

Столкнувшийся со мной, стал мне помогать. Что уже навело на меня на подозрение. Проверив свитки, и убедившись, что это мои по печатям, пошел к себе. И все же ситуация эта не выходила у меня из головы, и я еще раз все перепроверил. Успокоился только тогда, когда сравнил все оттиски на сургуче.

В городе мы задержались на один день, за который все занимались тем, что помылись и постирались. За несколько медных монет мою одежду выстирали, а также сопроводили к одной постройке, где можно было помыться. В голове всплыло про какой-то банный комплекс, но с некоторыми оговорками.

В целом отдых всем пошел на пользу, в большей степени позволив отдохнуть от монотонности передвижения и бесконечной тряски. Это мне было хорошо, а остальные страдали.

Больше путь до столицы мне ничем не запомнился. От того города до столицы мы добирались еще две недели. Последние пять дней плыли на корабле по судоходной реке.

И вот стоя на холме я обозревал величественные стены столицы империи. Почему на холме? Так пирс был расположен за стенами столицы. Поговаривали, его перенесли в свое время, так как шум и вонь рыбы раздражали одного правителя, любил он по городу гулять, а тут такое безобразие.

Столица была большой, даже на взгляд моего подсознания. При этом строения вышли за крепостную стену, строительство новой крепостной стены ведется, но судя по тому, сколько строится нового жилья, само строительство стены будут пересматривать.

Также чуть в стороне виднелся мост, что соединял столицу с другим берегом. На самой высшей точке находился как раз дворец, что был окружен стеной из белого камня. Ближе к воде, в окружении не сильно большой стены стояла уже академия, выделяясь среди прочих зданий своей аляпистостью и разноцветностью стен. При этом и сама архитектура была разнообразной, фактически имела смешение стилей.

Пропуск же в город осуществлялся у основной стены, все, что вне ее пределов пока считалось окраинами, но моя память говорила, что это ненадолго.

Постояв так несколько минут и разглядывая город, понял, что тут мне предстоит жить какое-то время.

– Ну, что ж. Пора. – с этими словами я догнал караван, залез в повозку и стал ждать, когда мы войдем в город.

Проход в город не доставил никаких хлопот, глава каравана показал документы и ему разрешили проход. Меня лишь попросили показать подорожную, а вслед за ней принадлежность к роду ни обыска, ни придирок к внешнему виду – ничего.

Не утерпев, все же поинтересовался и возничего, почему так? Оказалось, все проще, глава каравана показал бумаги, в которых прописано точное количество караванщиков и охраны. При потерях, их вычеркивают специальным пером. Если есть попутчики об этом сообщается тут же, так как при сокрытии, все покажет артефакт, встроенный в ворота. Сам список – это своего рода тоже артефакт, завязанный на магии крови.

– Серьезный подход. – все что смог сказать я.

– Это да. А то бывали случаи обмана да похищение некоторых, вот и озаботились после одного громкого дела.

Пройдя еще какое-то расстояние по улицам города, мы простились. Караван шел к административным зданием военных, а мой путь пролегал ближе к академии.

Мама заранее проинструктировала меня, где стоит остановиться и сколько примерно это стоит. Так что с постоялым двором или гостиницей вопрос не стоял, и в целом решился довольно быстро. Управляющий проверил наличие номеров и выдал ключ от свободной, предупредив о правилах и сообщив о распорядке. В целом заселение прошло буднично и не так дорого, как изначально я думал по всем рассказам в крепости.

Утром, умывшись и позавтракав направился в сторону академии, расположенной всего в квартале от моей гостиницы. Время было раннее, народу на улицах было не так много и, как итог, в академию я попал к открытию, что немало удивило как стражников, так и зевающих студентов.

Выслушав, что приехал поступать, меня сопроводили к одному из зданий, провели по паре коридоров и буквально втолкнули в один из кабинетов, в котором уже сидело четверо разумных. Видимо и есть та самая пресловутая приемная комиссия.

– Как зовут вас? – спросил сидящий в середине мужчина в роскошном камзоле и аккуратно подстриженной бородкой. При этом на груди у него висел знак магистра.

– Эрио. – кратко ответил я.

– А полное имя?

– Эрио из рода Olaile Afi. Урожденный народа Ulumatua из древа рода Anemone.

Да, так вот звучит мое полное имя теперь. Сначала имя, потом род, потом где родился, в моем случае какой народ, далее место. Опять же в моем случае ветвь какого рода или древа имеется в виду.

– Гхм-гхм. – подал голос еще один член комиссии. На этот раз это была женщина среднего роста, неприметной внешности. Единственное, что выделялось это небольшой шрам у виска. Даже глаза были какие-то не выразительные. – Эрио, а подтверждающие документы у тебя есть?

– Да. – вынув их из сумки, подошел к столу и выложил их перед ней

Далее они принялись изучать мои документы и сопроводительные письма, а я фактически на полчаса стал предоставлен сам себе. И так как особо делать нечего было, я решил сплести пару амулетов, достав из сумки приготовленные заранее полоски кожи. Я уже давно ношу такие вот отрезки с собой и когда приходится ждать делаю простенькие амулеты в виде браслетов.

Погрузившись в процесс плетения, не сразу понял, что меня зовут.

– А-а, да! Извините, отвлекся.

– Уважаемый Эрио, скажите, а что вы делаете? – спросила меня женщина.

– Амулет от жары. – это правда, почему-то в городе сейчас было очень душно. Может виной тому отсутствие фактически деревьев, при том, что лето стояло жаркое.

– Занятно. Можете показать?

– Да. Я как раз закончил.

Подойдя к столу, протянул ей амулет.

– Нет нет. Просто держите в руках.

– Занятно! Очень занятно! Коллеги, вы только посмотрите, как прекрасно вплетены руны в узор. Я правда не совсем понимаю некоторое сочетание их, но удивительно, амулет вполне стабилен и работает.

– Что ж. Думаю первый этап вы прошли досрочно. – это уже сказал третий участник комиссии, мужчина, что уже подошел к порогу старости, но еще крепок телом. Волосы покрыты сединой, руки в покрыты сетью шрамов. Вот глаза рассмотреть не удалось, так как тень от небольшой шляпы с полями мешала.

– Раз первый и самый важный этап вы прошли, осталось дело за малым. – продолжил он. – Вам предстоит показать свои умения. Всего три этапа: письменность, владение телом и последний он же самый незначительный, это ваша самостоятельность.

– Давайте я поясню. – начала женщина, видя мое замешательство. – Письменность, этот этап нужен для понимания того, насколько вы образованы. Владение телом – эта ваша физическая подготовка, так как тут в академии мы растим магов, а маг должен быть физически выносливым. И третий этап — это скажем так ваши возможности жить одному. У нас планируются практики, на которых студенты будут выезжать в поля, и если вы ничего не можете, то придется вас записать на факультативы и гонять вас там.

– Теперь мне понятно.

– Ну, раз понятно пройдемте. – это уже сказал седой.

Первый этап я прошел достаточно быстро. Мне выдали книгу, попросили прочитать страницу и переписать абзац. Быстро все сделав, меня отправили на второй этап. И вот тут возникла проблема.

Этап проходил на открытом воздухе в специально отведенном месте – площадке. Сама площадка была обнесена стеной, на которой были высечены защитные руны. Площадка делилась на несколько секций. Так была секция для еловых упражнений, для занятия боем и прочее. Вдоль стены же была сделана дорожка для бега, усыпанная песком.

– О, у нас представитель Ulumatua. – услышал я голос справой стороны.

Повернув голову, я увидел разумного, что навел меня на воспоминания о доме и разумных, что были мне дороги и с которыми меня связываю теплые воспоминания. Как интересно сейчас поживает Лау?

Встряхнув головой и отгоняя воспоминания, я уставился не представителя Fanau mai.

– И так, лесовичок. Меня зовут мастер Сиваэль. Бери лук, покажи на что способен. – при этом он как-то странно ухмылялся.

– Я обязан выбрать лук?

– Нет. Ты можешь выбрать любое оружие. Если не владеешь им, то можешь просто показать свои физические способности. Но вы лесные, всегда выбираете лук.

– Понятно. – сказал я и направился к стойке с мечом, попутно захватив гномскую малую секиру.

Когда же предстал опять перед Сиваэлем, единственное, что он сказал это было:

– Чё?

Потом правда исправился, покряхтел и знаком показал следовать за ним.

Глава 12

Глава 12

Академия, город Малос. Заседание приемной комиссии.

– Так, что вас так беспокоит наставник Сиваэль? – ректор академии, раскладывал бумаги на своем столе, попутно обводя взглядом собравшихся.

– Он странный. – честно ответил темный эльф.

– Ну, такое у нас случается довольно часто. Что конкретно вас так удивило?

– Он не взял лук на испытание. Лук! Понимаете?

– Не совсем. – ректор отвлекся от своих бумаг и посмотрел на Сиваэеля. – поясните для не просвещённых.

– Лук для перворожденных это первое чему учат их обращаться. Они буквально растут вместе с луком. Вы хоть одного представителя Ulumatua видели без лука? Их тренировать начинают с детства, при этом по мере взросления учат накладывать заговор на стрелы. Да, они в той или иной мере все маги, но именно лук помогает раскрыть их боевой потенциал. Вы просто не представляете, что могут творить их мастера стрельбы с этим оружием. И если перворожденному предоставить выбор оружия он сначала возьмет лук, а потом уже вспомогательное оружие.

– Но ведь они и другим оружием пользуются… – вставил слово еще один присутствующий.

– В том-то и дело, что умеют. Но лук для них — это как третья рука. Они без него никуда.

– Допустим. Только допустим. Что он не умеет им пользоваться… – договорить мужчина не смог, так как темный расхохотался в голос…

– Что такого я сказал? – переспросил он.

– Ой, простите, вы просто НЕ знаете, но даже самый плохой стрелок у лесовиков лучше, чем другие. Просто примите как данность, что лук для них это святое!

– Тут, наставник Сиваэль, я с вами соглашусь. Но видите ли в чем дело. Оказывается, именно этот лесовик, рос вдали от своих. – влез в разговор ректор.

– Эээ? – темный буквально вылупился на ректора. – Вы серьезно? Тогда это еще хуже! КАК? Как он мог расти вдали от своих, при их-то заботе о детях?!

– Да, что вы прицепились к этому лесному?! Подумаешь жил не там, стрелять не умеет.

– Вам не понять! И вообще, знайте, я был против!

– Успокоились все. Мы приняли все ваши замечания, наставник Сиваэль, но не пускать такого перспективного разумного в академию, только лишь из-за того, что он странный, мы не можем. Но! – ректор поднял руку прерывая возможные возражения – мы будем за ним приглядывать.

На этом собрание закончилось, так как остальных поступающих уже обсудили.

Если честно, то я готовился к чему-то необычному. А оказалось мне нужно было просто пройти полигон, когда в нем будут появляться твари пустоши. При этом, они не просто появлялись, а были вроде материализованных иллюзий.

Возможно, тут было что-то еще, я на своем уровне знаний не могу судить. Вели твари себя точно также как настоящие, и в целом проблемы для меня не составили. Зная повадки настоящих и руководствуясь тем, что по условию я должен дойти до другого конца, я спокойно обошел их всех дойдя до указанного места.

Когда подошел Наставник, то я заметил у него странный взгляд и в чувствах было одновременно разочарование, смешанное со злостью. Подсознание выдало, что видимо мы ему обломали развлечение.

– Ты не должен был пройти просто так полигон! – первое что выдал мне темный, когда видимо справился с эмоциями.

– Почему?

– По тому, что тут смотрят на твои способности в физическом плане, отсюда и надо было пройти, сражаясь с тварями.

– Почему? Я знаю повадки тварей, я вижу, как можно пройти при минимальных затратах максимально эффективно.

– Но от того, что ты так сделал нам не понятна твоя подготовка! – наставник уже почти шипел, но громко.

– Почему? – и тут я заметил, как у него стал дергаться глаз.

– По тому! – рявкнул он и отвернувшись пошел какой-то странной походкой к остальным наставникам, что стояли в стороне.

Постояв так несколько минут, я положил выбранное оружие на стоявший рядом стеллаж и пошел в сторону выхода.

– Куда ты пошел? Нельзя выходить из полигона до окончания испытания! – крикнул Сиваэль.

Повернувшись к нему, я улыбнулся и задал на мой взгляд безобидный вопрос:

– Почему?

Мне было совершенно не понятно, что я такого сказал, что у Наставника буквально задергались два глаза. Вполне безобидный вопрос, почему нельзя. Я всегда в крепости спрашивал почему нельзя, и мне поясняли, что в связи с правилами или опытом. Что в целом было для меня логично и понятно. А тут просто нельзя. Почему?

В общем и целом, меня попросили задержаться пока остальные проходят испытания. Мне было не сложно, да и деваться было некуда, Фаги выразилась предельно ясно, я должен закончить академию. Правда на вопрос: «Почему?», она как-то выругалась и просто сказала, что это приказ. Ну, приказ, так приказ.

Посмотреть было на что. Так как каждый, кто приходил на полигон действовал на мой взгляд как-то странно. Кто-то пугался и убегал. Кто-то зачем-то бездумно бросался в атаку с оружием, явно непредназначенным для той твари. Кто-то кидался магией, наплевав на свое оружие, за что получал предупреждение и отправлялся вконец очереди, чтоб попытаться еще раз, но позже всех.

Были и те, кто имел хоть какое-то представление о той или иной твари. Эти испытуемые старались всегда сначала победить, а когда понимали, что шансы не велики, тогда отступить. На мой взгляд изначально надо было вообще не ввязывать в бой. Зачем? Ведь видно же, что не подготовлены к такому бою.

Но подсознание выдавало, что это нормально, так как не все живут в пустошах с самого детства, да еще и патруль ходят.

В итоге, когда последний испытуемый в итоге прошел полигон, нас построили и сказали, что сейчас отведут в комнаты, предназначенные для нас и которые станут нашими на долгие годы.

Перед расселением, нас также построили перед зданием, из которого вышел разумный небольшого роста, таща с собой небольшой кувшин с широким горлом.

– Так, мальки! Я не собираюсь с каждым выяснять ваши предпочтения, краба вам в штаны! Сейчас, каждый вытянет свой ключ с биркой его комнаты и на этом все распределение по комнатам закончится, —провозгласил он и как-то ехидно ухмыльнулся.

– Вопросы?

Я вытянул руку.

– Да?

– Почему мы должны тянуть ключи из кувшина, когда можем просто выбрать комнаты?

– Так, мне кажется или не до всех доходит то, что я сказал изначально? Ты плохо слышишь, сухопутная ты медуза? Отвечай! – под конец он прям рявкнул мне в лицо, умудряясь быть при этом ниже меня.

Спокойно вытерев все брызги, что были извергнуты из рта этого разумного, я просто решил, что действовать надо по всем правилам устранения дедовщины на корню (это мне подсознание подсказало, да опыт общения в казарме).

То, как крутанулся этот «крикун» на месте от моего удара, наблюдало, наверное, все здание. А главное, все ошарашено переводили взгляд с меня на этого разумного, который ошалело тряс головой и пытался встать.

И только фраза Сиваэля меня немного напрягла.

– Ну, я же предупреждал… – как-то тяжело он вздохнул и остановив «крикуна» продолжил, – Лесовичок, следуй за мной!

Шли мы опять к центральному зданию, где я проходил первый этап. Видимо к ректору, так как по объяснениям Фаги именно он разбирает серьезные случаи провинности. А нарушение субординации это серьезна провинность. В крепости так уж точно.

Войдя в здание, мы поднялись на последний этаж и остановились в холе, где единственная дверь вела в кабинет, а рядом находился большой стол и стойка, за которой сидела миловидная женщина, скорее даже девушка. Не могу еще до конца понять разницу.

Сиваэль когда мы подошли только лишь махнул головой в сторону двери, как девушка – секретарь ответила.

– Проходите, он не занят.

Постучав, Сиваэль приоткрыл дверь и махнув мне головой попросил следовать за ним. Ну, надо так надо. Кабинет меня впечатлил. Много книг, свитков на стеллажах. Чуть в стороне удобные мягкие кресла, между которыми маленький столик. Чуть дальше стоит диван. В середине кабинета находится большой стол Т-образной формы. За которым сидел разумный, не понятной мне расы. Вроде из эльфов, но он был какой-то странный. Таких я не видел еще.

– Эрио, как я понимаю? – спросил он, обращаясь ко мне.

– Да.

– Выйди, пожалуйста, мы тут поговорим с наставником Сиваэлем. Разговор, конечно, коснется тебя, но уверяю тебя, ни коем не затронет твою честь. Это все касательно учебного процесса.

Пришлось выйти обратно в холл, где секретарь мне предложила подождать сидя на диванчике. Отказываться не стал, тем более меня еще и угостили напитком.

О чем говорил Наставник с ректором для меня осталось загадкой, только вот вышел темный, с каким-то странным выражением лица.

Когда мы вышли на улицу, Сиваэль резко остановился, потом повернулся ко мне.

– Так! Меня просветили по поводу некоторых нюансов в отношении тебя. Первое: преподавателей не бить, как и обслуживающий персонал. Ясно?

Мне оставалось только кивнуть.

– Идем далее. Тут не Пустошь и не казарма. Отношения немного другие. Прежде чем кого-то бить, для начала разберись, что к чему. Понял?

И опять же пришлось кивать.

– Тогда сейчас идешь берешь ключ и заселяешься в оставшуюся комнату.

Делать нечего, пришлось подчиниться.

Ключ лежал в холе на столе. При этом судя по номеру на бирке мне достался подвал. Или кто-то решил, что ему это не подходит и поменял, что более верно. Пришлось идти искать вход в свою комнату.

Оказалось, что он находился с торца здания и использовался крайне редко. У меня все больше закрадывалось подозрение, что мне решил отомстить один разумный, возомнивший себя кем-то более значимым.

В подвале было сыро, свет был тусклым, но мне это не особо мешало. При этом само помещение делилось на несколько. Сначала ты попадаешь в небольшой коридор, чуть левее небольшая комнатка, а чуть в стороне уже помещение побольше. Также было еще одно помещение, которое выполняло роль туалета и душа видимо. Только вот проблема в том, что душ хоть и был, но только в виде бочки и ведра сверху. А туалет представлял собой вообще обычное ведро. Запах стоял соответствующий.

Хорошо хоть минимальное количество мебели наличествовало.

Первым делом я создал пару амулетов, что повесил в туалете. Они служили для того, чтоб не появлялся запах и при этом не было слышно всяких звуков. Дверь я решил сделать тут позже.

Далее занялся уборкой и перестановкой мебели. Подумав, решил из маленькой комнаты сделать спальню, а из большой кухню, совмещенную с гостиной. Так мне подсказало еще и подсознание.

Провозился до глубокой ночи. Остановился только тогда, когда вспомнил, что утром рано нужно будет попасть на всеобщий сбор и потом распределение по группам и направлениям.

Утром нас всех встретил хмурый комендант общежития. Хмурости ему добавляло еще и то, что у него опухла челюсть и говорил он едва ее открывая. А как он хотел, удар мне ставил гном. А он точно знает, как лучше всего ударить снизу в верх.

Комендант выдал указание и велел следовать за старшими курсами, при этом старался не смотреть на меня. Шли мы в сторону полигона, где уже возвышалась трибуна. Там нас построили по старшинству (прям как в школе последовало ехидное замечание подсознание подсознания) и далее мы слушали речь ректора о том, как почему и зачем нам предстоит учиться. Если кратко, то мы избранные, надо не посрамить на благо империи.

Распределение по группам было следующим образом. Нас поделили по рангам источников, умениям и пройденным тестам. После второго года обучения будет еще распределение по направлениям. Так к примеру, мне выпало быть где-то в середине. Точнее в группе середнячков. Вроде еще не отстающие, но и не таланты.

В целом, мне было все равно на распределение, почему-то где-то внутри я чувствовал неправильность данного действа. Ощущение было такое, что все это лишь условности на этапе развития и все будет зависеть от меня самого. А так как за с только лет я привык доверять своим ощущениям, то расслабился и не переживал. Меня больше заботило то, как обустроить быт в своей «каморке».

Далее у нас было знакомство с нашими кураторами. И опять меня не сильно удивило то, что нашим стал Сиваэль. Вот что-то такое я и предполагал. Почему? Чую, ректор все намудрил. Плюс видимо, что-то такое мама написала в сопроводительных письмах.

Потом мы направились в аудитории. Всего в нашей группе было пятнадцать разумных. Пять девушек и десять парней. Нас привели в одну из аудиторий, примерно на тридцать разумных и попросили представиться. Все вставали и называли свои имена. И вот когда они начали представляться, я понял, не все так просто. Оказывается, в моей группе не было благородных.

Когда дошла очередь до меня, решил, что полное имя говорить не стоит.

– Меня зовут Эрио. Большую часть своего детства я жил в пустоши в одной из Крепостей патруля.

Вопрос ко мне не последовало, видимо всех устроило мое представление, а может к лесовикам другое отношение. Не понятно. Только лишь услышал хмык наставника. Или уже куратора?!

С другой стороны, а чего я хотел? Нормально и так, главное я чувствовал, что все собравшиеся тут не выказывали своего превосходства, а это уже хорошо. В первой группе мешанина чувств из превосходства и брезгливости давила на восприятие.

В итоге первый день прошел в знакомстве с правилами академии, преподавателями/наставниками и графиком обучения. Из правил ничего серьезного я не вынес, так как в целом не планировал пьянствовать или дебоширить. А вот на предмет того, что книги нельзя выносить за территорию академию информацию запомнил.

Когда занятия закончились, первым делом поинтересовался можно ли мне выходить за пределы академии? Мне сказали, что сегодня и завтра еще можно, а далее она будет закрыта.

Пришлось спешно собираться и бежать в город делать покупки.

Ну, что ж. мебель мне удалось купить, при этом удалось сторговаться на покупку белья постельного по скидке, а также и бытовые вещи прикупить будь то тарелки, ложки и прочее.

И вот сижу я на кресле и разглядываю стены, обдумывая как бы мне обставить свое жилище так, чтоб глазу было приятно. Смотрю я на стены, смотрю и вдруг понимаю некую неправильность. Вроде все хорошо, но что-то «царапнуло» сознание. Решил еще раз посмотреть.

На то, чтоб понять, что же меня так за беспокоило ушло почти два часа. Меня зацепил узор кладки камня. Как бы я не присматривался общая картина была целостная, но подсознательно или по своему опыту я видел, что плетение узора оборвано. Точнее она искорежено.

Так как сразу, что-то сделать я не мог, пришлось отложить этот момент на следующий день, тем более с учетом всех дел сегодня уже была ночь, а завтра рано вставать.

Утро было обычным, нас построили, сводили на завтрак и повели в аудитории, где начали рассказывать про основы магии. Вела предмет, кстати, та женщина, что была в приемной комиссии. И звали ее Фериона Блан урожденная империи города Заго.

Если честно, то она выдала множество теорий на предмет возникновения магии. Вникать в это не было никакого желания, но парочку запомнил. Одна гласила, что магия — это некая энергия мира, пронизывающая вселенную, а вторая же, что это дар богов. Обдумав так и эдак, больше склоняюсь к первой.

Далее нам дали материал для самостоятельного изучения и отправили на практическое занятие по магическому зрению и медитации. В целом было познавательно и интересно, особенно наблюдать за тем, как пульсирует энергия у моих одногрупников.

Так как этим навыком я владел, то уже через какое-то время мне стало скучно, и я решил переключиться на обдумывание того, как могу исправить то неправильное плетение в моем жилище.

В целом, если попробовать по принципу Дреона ощутить камень, можно попытаться исправить плетение. Но опять же, какой эффект будет? А значит, нужно сразу же продумать, как в случае чего плетение или эффект отключить.

Вопрос как это сделать? Если только камень вытаскивать и вставлять… после этой мысли я прям завис. А собственно, что мне мешает так сделать? И в целом, почему обязательно камень, а не глина к примеру? Можно же сделать такой слепок из глины…

После занятий я пошел искать глину. Выходить уже нельзя было, так что бродил я по территории академии. А так как я искал глину, то взял с собой лопату и ведро.

Академия, город Малос. Кабинет ректора.

– А я вам говорю, что он странный. Вот серьезно! Все нормальные дети после занятий разбегаются по интересам. А этот берет лопату, ведро и ходит по академии!

– Ну, это же не повод считать его умалишённым. – возражает Блан.

– Не повод. Но он же даже не говорит, зачем это ему. Просто каждый вечер ходит по территории. Уже даже старшие курсы хохочут и делают ставки.

– И что вы предлагаете? – спросил ректор?

– Может его в другую академию отправить? – Темный не сдавался. Он чувствовал, что просто так этот лесовик ходить с лопатой не будет, что еще будет какая-то каверза, но доказательств нет.

– Вы сами понимаете абсурдность ваших выводов. Мы не можем на основе ваших предположений переводить, а тем более выгонять из академии учеников. – сказал ректор.

– Но ведь это неправильно!

– Согласен. Ходить с лопатой и ведром уже семь дней по академии это неправильно. А значит, потона… - но договорить ректор не смог, в кабинет ворвался его секретарь.

– Там! Там!

– Что там?! – рявкнул ректор.

– Там общежитие!

– Горит? Рухнуло? Что? – ректор начинал терять терпение. Но увидев, как секретарь выскочила в коридор, направился за ней.

То, что, предстало перед преподавателями, когда они добрались до общежития, повергло из в шок. Для начала изменился фасад здания, он был белого цвета, окна при этом покрылись защитной пленкой видной даже без магического зрения. При этом прямо на глазах преподавателей чуть в стороне появился фонтан. Буквально вылез из земли.

– Это же то, что я думаю? Контур академии заработал? – высказался ректор, глядя на все это великолепие.

– По всему видимо, что так. – это же Фериона Блан. – но как. Сколько лет мы бились над этой проблемой, а тут он сам заработал. Не может быть.

И вот как только она это сказала, все начало исчезать.

– Что за?! Срочно! Срочно ищите где разрыв! – рявкнул ректор.

А уже через несколько мгновений ученики академии могли наблюдать как их преподаватели буквально ползают по земле или бегают хаотически по академии.

Глава 13

Глава 13

– Ерунда какая-то! – с этими словами я вынул «недостающий» кирпич, что служил мне некой перемычкой в этом плетении.

Я уже который раз пытался разобраться, что это за контур такой, но так и не смог. Каждый раз вставляя сделанный мной кирпич, я ожидал хоть каких-то эффектов, но из не было. Оставлял его на ночь, но тоже ничего не произошло, подвал как был, так и есть, изменений не было. Купол не появился защитный. НИ-ЧЕ-ГО!

– Зря только время убил. – выругался я.

Еще бы мне не ругаться, я неделю ходил по территории академии после занятий с ведром. Так как глины не было, то пришлось прибегнуть к тому, чему учил гном. Гуляя по академии, я сначала пытался ощутить землю, а потом с ней договорится, чтоб она поделилась со мной глиной.

Настроится на ощущения земли удалось не сразу, но, когда настроился, понял, что того количества глины, что мне нужно сразу нет. Пришлось неделю ходить по все академии, при этом каждый раз настраиваться заново, и просить поделиться. За неделю управился. Буквально по крупицам собирал.

Потом мучался с приданием нужной формы этой глине, потом обжечь. Справился с третьей попытки. Подсознание выдало что-то символическое, но что, разобрать не смог.

Когда сам кирпич или точнее некая фреска была готова, я прикладывал ее к плетению осторожно. Первый раз ждал целый час, чтоб хоть что-то произошло. Эффекта визуального не наблюдалось, а я решил, что не буду спешить.

Вот так и повелось, что периодически прикладываю этот кирпич-фреску к стене и жду, когда что-то произойдет, попутно пытаясь понять, что это за плетение.

А сейчас, думаю уже пора идти на дополнительные занятия.

Выйдя из своего подвала и пройдя до центрального здания, опять наблюдал странное поведение учителей. Нервные, дерганные, а еще и ректор чего-то им там говорит. Выяснять в сем там дело, мне было откровенно лень, да еще и старался не опоздать на первое занятие по практической магии. Как случайно услышал в коридоре преподавать нам этот предмет будет вредный старикашка, не любящий опозданий.

На занятие я все же успел вовремя, но все равно оно пошло не по плану. Началось с того, что вошедший мужчина, в преклонном возрасте, сразу сказал, что мы как маги говно. Некоторые стали возражать, на что он ехидно так произнес, что он это может доказать. Доказать он решил это тем, что быстро произнеся заклинание направил его в нас. И все бы хорошо, но так как заклинание летело в меня у меня сработали рефлексы.

Схватив со стола книги, одну я кинул в само заклинание, а вторую книгу запустил в самого преподавателя. Как итог, сначала сработало заклинание, недолетавшее до нас, а потом вторая книга вырубила преподавателя.

– Думаю, я выскажу сейчас мнение, что нужно позвать наставника. – вслух сказал я, глядя на лежавшее тело.

Тут же кто-то сорвался и побежал по коридору, а все остальные ошарашено переводили взгляд с меня на лежащего преподавателя.

Когда прибежал наставник, то первым делом сразу же закричал:

– Эрио! Ты опять распускаешь руки!?

Не, ну нормально, да? То есть я еще и виноват?

Я ожидал всего, что исключат, что будут орать или к примеру, назначат исправительные работы как в крепости. Но я точно не ожидал того, что нас поведут к ректору на разбор.

Первыми в кабинет вошли наставник и преподаватель, а меня попросили посидеть в приемной на диванчике. Мне предложили напиток, угостили печеньем и когда я уже приготовился насладиться угощением, как в стену в другом помещении что-то с грохотом ударило. Потом послышался крик ректора с непередаваемыми речевыми оборотами.

Честно, мне стало страшно от того, что я не понимал происходящего. Нет, если будут бить, я конечно же себя в обиду не дам. Но вопрос за что бить и как?

В итоге спустя допитую чашку и съеденное печенье дверь кабинета отварилась, оттуда вышел преподаватель, держась за лицо и не глядя ни на кого покинул приемную.

– Эрио, проходи. – ласковым тоном сказал наставник и мне сразу же захотелось убежать.

Но все же пришлось встать и пойти. Приглашали же. А Фаги учила быть вежливым, не хотелось бы ее подводить. В кабинет ректора входил настороженно и готовым ко всему, что не укрылось от взгляда Наставника.

– Тут тебе никто не угрожает. – поспешил вмешаться ректор, видимо тоже заметив мое состояние.

Меня это немного успокоило, но сильно расслабляться я себе не позволил.

Указав мне на один из стульев у приставного стола, ректор подождал, когда я умещусь на нем и заговорил.

– Что ж, Эрио. У нас тут непростая ситуация. С одной стороны, ты ударил преподавателя, с другой стороны сам преподаватель позволил себе превышение должностных обязанностей. А если судить из твоей биографии, то получается у тебя еще и рефлексы сработали. А это уже не доработка нашей педагогической методики.

Все, что ректор мне сказал, подсознание переводило мне в более понятные значения и образы.

И что теперь будет? – задал я вопрос.

– Для начала мы отстранили учителя от преподавательской деятельности. Далее будет рассмотрена его квалификация на этой должности. И скорее всего он поедет месяца на два в одну из крепостей Патруля набираться опыта.

– Зачем? – удивился я. – Обычно магов в патруль ссылают за провинности, а здесь же особой провинности нет.

– Смотря с чем сравнивать. К примеру, если смотреть с твоей точки зрения и подготовки, то да небольшое нарушение. НО! Не все так подготовлены как ты. А, следовательно, мог кто-то пострадать. А есть еще точка зрения другая: если учитель в ранге магистра не может справиться с учеником, то видимо или он плохой учитель или ранг у него фальшивый. И вот пусть подтвердит его в Патруле.

То, что рассказал Ректор мною было воспринято вполне спокойно, меня начало смущать другое. Зачем он со мной ведет эту беседу? Явно же не просто так.

– Все замечательно, но я-то вам зачем? Не думаю, что данная ситуация из ваших же слов что-то из ряда вон выходящее.

– Ну, учителей у нас тут и правда редко бьют. Но, ты прав, я бы хотел предложить тебе поработать в Академии. Как ты смотришь на то, чтоб быть преподавателем?

– Кх-кем? – чуть не поперхнувшись и справившись с удивлением я посмотрел на ректора, а потом на куратора.

– Учителем, преподавателем. Наставником. Выбирай, мы в целом готовы предложить тебе любую должность. И все же, нам бы хотелось, чтоб ты взял на себя роль именно учителя. Важно не только преподавание, но также, что бы ты взял на себя методическую и, что важно, воспитательную работу. Твой опыт как раз позволяет стать учителем в одном предмете.

– Это каком, позвольте поинтересоваться?

– Мы бы хотели внедрить такой предмет как Основы выживаемости.

– Эм… для столичных детишек? Вы серьезно?

– Вполне. Видишь ли, статистика вещь упрямая и показывает, что при равных условиях обучения и службы, в экстренных ситуациях выживаемость как раз столичных или городских детишек самая низкая. Я не говорю о пограничных областях.

– Так это не ко мне. Это к родителям, они должны вложить в голову своих чад такое.

– Это все понятно, но тут накладывается много факторов. Статус, воспитание, мировоззрение, окружение и прочее. Некоторые даже одеться не могут без слуг, что говорить о их нахождении в дикой местности.

– Все интересно, конечно! Но, вы вообще мой возраст видели? Какая воспитательная работа? Да меня слушать никто не будет.

– Статус учителя сгладит это недоразумение.

– Так. Стоп! Что-то мы не туда уходим. Мне это зачем?

– После Академии каждый выпускник должен отработать на границе или в патруле несколько лет. Но, мы можем зачесть это в счет работы на академию. Такая возможность у нас есть.

– Это не про меня. У меня освобождение (опять подсознание/память подсказало).

– После академии, обязаны, практику обязаны пройти все и отслужить контракт. Даже те, кто был в патруле. – это уже Темный влез.

– Не в моем случае. У меня два полных контракта, с учетом обороны при Нашествии тварей. – на счет этого моя приемная мать меня хорошо просветила. По сути, после второго контракта я могу слать всех вербовщиков далеко и надолго. Даже попав в Крепость, я могу спокойно уйти мне никто ничего не скажет и не сделает.

Наступила тишина. Я смотрел в окно, которое выходило как раз на ворота академии, а ректор с темным переглядывались, видимо ища аргументы. И в тот момент, когда я уже был готов дать четкий отказ, в академию зашли те, кого меньше всего я был готов увидеть. При этом зашли они в форме самой академии.

– Я согласен. – поворачиваюсь к ректору. – Но, с учетом того, что мне дадут полный допуск в библиотеку и я могу посещать занятия свободно.

– Только при условии того, что успеваемость падать не будет. – тут же вставляет ректор.

– Хорошо. Но при этом вы не будете лезть в мою методику обучения.

– Приемлемо если не будет смертельных случаев.

– Смертельных не будет, а вот травмы скорее всего. Но у вас же хорошие целители? – улыбаюсь той фирменной улыбкой, что научила Фаги. Отчего-то Сиваэля передергивает.

– Хорошо. Договор подпишем ближе к вечеру.

– Можно еще один вопрос?

– Да.

– А почему Наставник не хочет взять на себя роль учителя?

– У него немного другие задачи.

– Служба безопасности, значит. Это многое объясняет. – встаю со стула, давая понять, что разговор окончен. – Было приятно пообщаться. Думаю, нюансы мы еще не раз будем обсуждать. А пока я пойду на учебу.

Далее для меня день прошел спокойно. Со знакомыми решил не встречаться и всячески избегал их и места массового скопления. Уже после занятий, сидя в своем подвале, стал размышлять на тему того как мне построить учебный процесс. Точно нужно будет наделать амулетов. Вопрос каких? Лучше, думаю, для уменьшения силы и увеличения массы.

Теперь еще надо бы понять возможности полигона, для того, чтоб тренировки были максимально полезные. Возможно выходы в «поле», но опять же, когда? Тут скорее всего на целый день, а значит перенос занятий или согласование с ректором выделение одного дня.

Все свои мысли переносил на бумагу. В какой-то момент подключилось подсознание/память и тоже поделилось некоторыми моментами пребывания вне городов.

Посмотрев еще раз на свои записи, решил их немного подправить и переписать в чистовую. От меня не убудет, а ректору проще разбираться.

Как только все было готово, собрал все листы и выдвинулся на встречу, для подписания договора.

Академия города Малос. Кабинет Ректора. Тоже время.

– Ты не слишком ли рискуешь, ставя юнца учителем? – спрашивает темный эльф, усаживаясь в кресле.

– Нет. Этот юнец, как ты говоришь, поопытнее некоторых будет.

– С чего такие выводы?

– Вот всегда ты был прямолинейным. А подумать?

– Не не. Подумать у нас это ты, я больше по силовому воздействию.

– Ага ага. Знаем. А те операции, которые ты планировал, это конечно же миф. Ладно, Сиваэль, пошутили и хватит. Что ты знаешь о пропаже детей у лесовиков?

– В общих чертах, то что и ты. Ну и как один из народа, тоже могу сказать, что мы к этому относимся схожим образом. Так, что детей у нас воровать остерегаются, да и их не выпускают никуда.

– Да. Но при том у вас некая вражда. Не явная, но есть и ты не так сильно подвержен влиянию светлых.

– Ну, в какой-то степени да. Не понимаю пока, к чему ты клонишь.

– Я к тому, что по моим слухам, хотя теперь я больше склонен считать это данными, лет так двадцать, плюс минус пару лет, в приграничном селении одного из родов пропал ребенок.

– Не хочешь ли…

– Подожди, не перебивай. – ректор выставил перед собой руку, – Так вот. Ребенок пропал и его искали. Не явно, но очень настойчиво и долго. Самое интересное, что искали они его в целом правильно, в ближайшем направлении и даже ближайших крепостях Патруля. Нашли или нет, неизвестно. Но! В какой-то момент в одной из крепостей, у нашей с тобой знакомой, в Крепости, что фактически находится на самой передовой, в абсолютно другой стороне, вдруг появляется ребенок.

– Ну, есть над чем задуматься. Но если посмотреть с другой стороны, то есть множество нестыковок. Для начала, это как он там выжил. Сам понимаешь по тем землям не все отряды проходят, а тут ребенок. Да и она могла взять кого из ростков или вообще осиротевшего. Тем более если учесть ее трагедию и желание.

– Возможно. Но, до сего дня я не придавал значения этому. Пока не увидел, как он согласился, увидев тех, кто входит в ворота Академии. Он их явно узнал. Откуда, только позволь спросить, если по ее письму он провел в Крепости почти девять лет?

– О, становится интересно. – темный даже руки потер в предвкушении.

Пусть договор и был подписан, но приступать к своим обязанностям я не спешил. Для начала следовало подготовиться, чем я и занялся. В библиотеке мне выдали справочник по управлению полигоном, пришлось штудировать и запоминать многое. Потом пошла череда подготовки всяких амулетов, так как мне требовалось определенное воздействие их на организм учеников.

И все же, пусть в организации процесса обучения все было неплохо, но омрачало одно: долго я от своих родственников бегать не смогу. В целом как и предполагал попался банально, когда выходил из библиотеки.

– Какой банальный шаблон. – проскочила первая мысль подсознания, когда я столкнулся с Силио.

– Смотри куда идешь, vao pala[1]!

– Ujaqqap snøremut eqqumaffiginninnissaa pissusissamisuunngilaq[2]. – выдал я сходу, даже не задумываясь о том, что сказал все на гномьем языке.

Даже не знаю, что больше привлекло внимание, то что я оскорбил одного из перворожденных или то, что я выругался на гномьем на распев эльфийского языка. Но, замерло всё и все.

– Да как ты… – сестрица уже повернулась ко мне, за секунды оценила с кем говорит и уже видимо хотела, что-то добавить, но пришло осознание.

– Совету следить за языком, кому и что ты говоришь, Силио. Это не лес.

Спокойно обойдя девушку и ее свиту, в которой был даже сын Князя, а скорее это она в его свите, я пошел к себе в подвал.

То, что сестра не оставит эту ситуацию просто так я был уверен. Так, что на следующее утро был собран, зол и готов на любые действия. А посему, когда моя дорогая сестренка выскочила из-за угла, то не смогла даже произнести звука, как улетела обратно от моего удара.

А нечего появляться внезапно перед разумным, который отслужил два срока в патруле, да ко всему прочему еще ожидающий нападения. Ну, пусть не нападения, но подлянок. Не в этом суть.

В итоге на занятие я попал весьма в приподнятом настроении, пусть и под осуждающие взгляды. Но мне было как-то пофиг. Занятие шло в самом разгаре, когда дверь отварилась и на пороге появилась стайка молодых эльфов под предводительством сына князя

– Ты посмел ударить мою подругу! – патетично проговорил он, увидев меня.

– O mataupu faaleaiga e aafia ai na o tagata o le aiga.[3]

После моих слов все Перворожденные замерли. Потом тихо удалились, даже принеся худые извинения.

И после этого начались веселые деньки как у меня, так и у моей сестры. Она все же не успокоилась и все порывалась что-то сделать, но так как воспитывали и тренировали меня в крепости, мои рефлексы были на порядок лучше ее, а, следовательно, уже на третий день, Силио ходила с синяками под глазами аки панда (что за зверь так и не понял, но подсознание почему-то выдавало это).

Каждый раз получая от меня она не успевала ничего сделать. Даже на поединок не вызвать, ритуальную фразу она произнести не успевала. Это у нее в голове еще ворох всех этих условностей, а я воспитан был в другом обществе.

Другим оставалось только смотреть на это, так как одно дело бить меня на тренировках или занятиях, а другое вот так вмешаться в дела семьи. Из-за нашей малочисленности, мы перворожденные они же эльфы очень серьезно относимся к семейным вопросам. Никто не смеет лезть с учениями или заступаться, семья должна решить все сама. Исключения – Князь. А его-то тут как раз и нет.

Академия города Малос. Одна из комнат общежития.

– Силио, почему ты позволяешь ему с тобой так поступать? – в комнату вошел сын Князя.

– Ла’фиаи, тебе не говорили, что нужно стучаться, когда входишь к даме? – зло ответила девушка.

– Ой. Оставь эти условности для грязнорожденных. Чего я там не видел. – молодой разумный сел на кровать и уставился на стоящую перед ним девушку в легкой ночной сорочке. – я повторяю свой вопрос: «Почему ты позволяешь ему с тобой так поступать?».

– Потому, что он мой пропавший брат! – зло высказалась Силио. – Брат! Понимаешь? И которого вы, в частности твой отец, обещались найти!

– Но… но… я думал, что не родной. Как это так? Ты уверенна?

– Ла’фиаи, ты понимаешь, что говоришь? Конечно же я уверена, кровную связь не обманешь.

– Но тогда получается…

– Ничего не получается. Он принят в другой род, я уточняла. Князь на него повлиять не может, так что не строй планов. Пока он не вернется в семью, ничего сделать мы не можем. И я сделать ничего не могу – он брат.

– Но, ведь ничего не мешает нам получить наказ от Князя, пусть даже этот наказ ничего не решает. – улыбнулся парень. – Думаю, мы еще сможем повлиять на него. Кажется, он очень хорошо дружил с одной Fanau mai.

– Ты думаешь она или она еще помнят это?

– Но ты же его помнишь.

– Это другое, там кровная связь подсказала.

– И все же, мы, пожалуй, разыграем карту с подругой детства. Тем более, мне бы не помешала в свите еще одна девушка. – говорил это сын князя уже стоя у двери.

[1] Тухлый сорняк

[2] Не пристало камню обращать внимание на слизня.

[3] Дела семьи касаются только членов семьи.

Глава 14

Глава 14

Ситуация стала забавной. Сестра уже не решалась нападать, но всячески хотела поговорить, правда первые разы все равно отхватила от меня по старой памяти. Теперь же она начинает издалека излагать свои намерения, а я издалека говорить, что мне не интересно. Так и ходим пикируемся в десятке метров друг от друга. Ближе она подходить не хочет, мол я неправильно реагирую.

Вся эта ситуация натолкнула меня на одну интересную идею касательно обучения и наказания отличившихся. А то, что отличившиеся будут – это точно. Подсознание мне об этом прям очень сильно «говорит». Сама идея не нова, просто я немного ее доработал с помощью одного амулета и дополнений к нему.

Амулет пришлось разрабатывать дней пять. Я никак не мог сплести нужную последовательность рун. А еще не давала мне покоя загадка, что я обнаружил в подвале. Что-то же должен питать этот контур? Только вот что?

Этот день был такой же, как и предыдущий, за исключением того, что Ректор решил собрать всех учеников младших курсов академии на полигоне. Казалось бы, вполне себе безобидное решение, но почему-то подсознание и пята точка точно сказали, что ничего хорошего меня там не ждет.

Построившись на полигоне, я чувствовал, что намечается что-то серьезно для меня. Не мог ректор просто так собрать тут нас. И вот как раз в этот момент догадка пришла ко мне.

Ректор решил представить меня как преподавателя. Фактически, время на подготовку вышло, а следовательно он в своем праве. Вопрос только, готов ли я? А с другой стороны, согласившись и подписав договор, есть ли у меня выбор? И тут я вспомнил слова «мамы», что учила всегда держать свое слово. А значит, не стоит паниковать и можно получать удовольствие от того, что сейчас произойдет.

Тем временем ректор продолжал свою речь, подходя к финальной части.

– И я рад представить вам молодого, но перспективного ученика нашей академии, а по совместительству еще и преподавателя Основ выживаемости.

Сказать, что мое появление вызвало фурор, это преувеличить. Фурора не было, а было недоумение, которое сильней всего читалось в глазах моей сестры и остальных эльфов. Смущало ли меня то, что я их ровесник? Нет. Я свой опыт заработал потом и кровью, добился того, что мог в одиночку ходить в патруль и глядя с трибуны на своих ровесников, понимал, что они дети по сравнению со мной.

Единственной проблемой будет заставить их меня уважать и понимать, что за моей спиной большой опыт. И главными противниками тут как раз выступят мои соплеменники и родственники.

Представление меня закончилось, и ректор сказал всем расходится, первое занятие будет происходить на следующей декаде, так как его еще надо внести в расписание. Все стали расходиться, но вот одна приставучая особа направилась ко мне.

– И когда ты хотел об этом сказать? – сразу же нагло спросила Силиа.

Повернувшись к ней и уставившись ей в глаза, я хотел понять, она сейчас шутит?

– Я из рода Olaile Afi. Мне нет дела до желаний лесовиков. – спокойно говорю и ухожу.

– Это мы еще посмотрим. – несется мне в спину шипение сестры.

До первого занятия время пролетает быстро. Остаток дней, я коротал за тем, что делал амулеты. О совей задумке не говорил, так как изначально выбил себе право обучать по своему усмотрению.

В день Икс, я пришел на полигон раньше всех, принеся с собой раскладной столик и стул. Понимая, что будут неприятности и просто так занятие мне не провести, решил, что необходимо подготовится, разместив на полигоне несколько плетений. Помимо этого, у меня было припасено еще сюрпризов для учеников.

Когда все было готово, я, сидя на стуле стал пролистывать одну книжку описывающую разумных метаморфов. И вот, что интересно. Оказывается, на Севере живут племена, маги которых могут превращаться в животных, обретая при этом силу, скорость и защиту от магии, сохраняя при этом разум. Племена эти разделены по животным, в которых они могут оборачиваться. Это не коим разом не проклятие оборотней, так как все идет через тотемный дух.

Можно было бы считать это Шаманизмом, но вот как раз Шаманы-то там присутствуют, и они помогают разумным обрести свой тотем. В общем все было запутано в их социальной сфере.

А что касается академии на юге маги жизни, научились перестраивать свое тело в определенных зверей. При этом как-то наращивая мышечную массу, за счет магических сил. Казалось бы, опять же те же оборотни, но нет. Множество различий и противоречий. Они перестраивали свое тело, постепенно, внедряя некие магемы в свой организм и фактически вплетая в мышцы определённые заклятья.

И вот чем больше я читал эту книжку, тем сильней возникал вопрос, а кто же я? Во мне нет духа, которого надо было укротить, во мне нет специальных заклятий, что внедряются в организм. Наложили заранее? Ну, так я бы нашел, уже давно научился заглядывать «в себя», чтоб определить степень повреждения организма. И в таком состоянии мне открываются все токи магической энергии в организме и как раз заклинаний или магем там нет.

Пока читал, пока анализировал и думал, как раз на полигоне собрались мои ученики. Ну, что ж начнем, пожалуй.

На меня смотрели подозрительно, в ментале улавливал недоумение и только в одном месте царило некое пренебрежение и даже злость. К этому я был готов, ничего иного не ждал.

– Итак. Я ваш новый преподаватель основ выживания. Зовут меня Эрио и можно обращаться по имени. Сразу говорю я знаю больше чем вы, как и умею. Не думайте, что меняя назначили просто так или за «красивые глаза».

Кто-то из девушек чуть рассмеялся, а некоторые парни хмыкнули.

– Сейчас вы все возьмете по браслету на столе.

– А почему мы вообще должны тебя слушаться? – наконец-то родственнички очнулись.

– Возможно, по тому, что меня назначил ректор вашим преподавателем. Но, думаю, вам не это же интересно. Тогда, может, по праву сильнейшего? – и нагло так улыбаюсь.

– А с чего это ты так решил? Помнится, когда ты жил в Селении, тебя часто била даже сестра.

– Когда это было. Но, давайте решим это раз и навсегда. Прошу. – указываю рукой на стойку оружия. – кто первый?

Первым вышел сын князя, взяв в руки копья. Ну, да. Если судить, что у меня лишь одна палка, длинной с короткий меч, то выбор очевиден.

– Нападай. Или тебя смущает эта палка? – стараюсь спровоцировать. – Я могу без нее.

В момент, когда мой противник решил нанести удар, я просто и без затей метнул ему в голову камень. Уж их-то меня научили метать хорошо.

– И так. Первое правило которое вы должны запомнить. Никто никогда не будет сражаться с вами по правилам. – начал я говорить, когда сын Князя упал на песок.

– Да как ты посмел! – выкрикнула сестра.

– А, вот и второй доброволец.

– Тебе конец! – зло выкрикнула она и пошла к стойке с оружием.

– Лук, возьми. – подсказываю ей.

– Без тебя разберусь.

Сестра выбрала два клинка. Ну да, она тоже амбидекстер. Двигалась она, аккуратно перенося вес с ноги на ногу, при этом плавно ступая с пятки на носок. Напряжена. Приблизившись, стала обходить меня полукругом.

Я не стал ждать ее атаки, решив первым нанести удар. Целил в ноги, но потом резко перевожу удар в среднюю плоскость, нацелив свою палку в живот. Сестра сначала убрала ногу от атаки снизу, а потом решила блокировать мой «меч» так, чтоб зажать или выбить его. И все бы у нее получилось, только я не собирался бить, а лишь обозначал атаку, для того, чтоб бросить в глаза песка.

– А.. – не успела она выругаться, как я уже зашел за спину и оглушил ее.

– Вот о чем я говорил. Ни каких правил. А второе правило вы должны уметь пользоваться всем для своего превосходства. Будь то местность, слова и прочее. Понятно?

Строй нестройными голосами подтвердил, что им все понятно.

– А раз понятно, одеваем браслеты. И этим двоим оденьте.

Когда все разобрали браслеты, и опять встали в строй, очнулись мои противники. Бил я не сильно, сотрясения быть не должно.

– Вставайте в строй. – говорю им.

А далее все побежали. И пока они бежали, я стал рассказывать о том, что из себя представляет Патруль, для чего он служит.

– Запомните, первое, что вы должны понять, что только ваша выносливость сможет вас спасти в случае чего. Не владение оружием, ни магия. Только бег.

Так как я все время бегал рядом с ними, то хорошо видел, как группа эльфов старается подобраться ближе. Делая вид, что не замечаю их потуги дожидаюсь, когда они подобрались ближе и активирую плетение. Эльфы падают на песок сотрясаясь от пронзивших их разрядов молний.

– Правило третье. Прежде чем нападать, убедитесь, что вы хищник, а не жертва. И я разве говорил, что можно остановиться?

Пока все бегали, эльфы пытались прийти в себя. Ловушка была простой, и не приносила критического вреда. Ее мне Фаги показала, говорит, что в целом помогает избавится от преследования некоторых тварей, но и для людей вполне подходит. В целом в такую ловушку никто из патруля бы не попал, по определенным признакам. Но эльфам об этом знать неоткуда, вот и поплатились за свою заносчивость.

Когда эльфы пришли в себя, я построил всех учеников.

– Поздравляю, с первым заданием. Часть из вас была бы трупы, очутись вы в пустошах. Далее, вы не видите того, что очевидно тем, кто был в Патруле. Я специально оставил определенные метки на песке, но на них не обратил никто.

Что касается вашей подготовки, то тут все средне. Хоть это радует. Но! Этого недостаточно, а значит будем над этим работать. С этого дня, мы будем играть вне занятий в игру, назовем ее «Solofanua» (гончие). – я посмотрел на эльфов, что взирали на меня с хмурыми лицами.

– Суть игры будет в том, что одни будут загонять других. Но! Те, кто загоняют, должны не осалить, а нанести удар. Полноценный удар. Без оружия. Не бойтесь покалечить, ваши браслеты этого не позволят, но при этом будут давать мне отчет о всех ударах.

Теперь самое интересное, те кого загоняют, должны быть готовы к ударам. В любое время, в любом месте. Если удар прошел, он засчитывается. Пропустил три удара и снова ты в загоняемых. Тот, кто нанесет три удара, будет освобожден на следующее занятие от бега.

– Мы можем вообще не приходить на ваши занятия. Или не бегать. – выпалила одна девушка.

– Можете попробовать. – ухмыляюсь я. – Но ваши браслеты, вам не дадут скучать.

И тут же, все попытались их снять.

– Вот вам еще одно правило. Не брать в руки то, в чем вы не уверены. Ну и напоследок, загоняемые у нас в этот раз Лесовики. И да, больше одного удара за раз наносить нельзя. Удачи.

Все стояли и молчали, а злость от перворожденных была такая, что можно было задохнуться.

– Чего встали? Игра началась! – и тут же активирую еще одно плетение. Не опасное, а скорее просто для того, чтоб все стали шевелиться.

На следующий день меня ненавидели. Нет, ненавидеть меня стали почти сразу, просто на следующий день это буквально бросалось в глаза. Через день меня захотели ударить. Через два дня – убить.

Три дня спустя на лесовиков было страшно смотреть. Дерганные, зашуганные, не выспавшиеся и трясущиеся с большими мешками под глазами. А ведь им еще пару дней нужно продержаться.

Игра набирала обороты.

Мне не говорили и не высказывали свои претензии, но в глазах всех преподавателей и учителей читался немой укор. Но, я был глух. Они просто не понимают или не хотят осознавать этого, но в данном случае это может потом когда-то спасти жизнь. Но поймут они это только потом.

Меня так учили, я учу также. Фаги хороший комендант и командир и в крепости ее уважали. Так, что мне достались лучшие учителя по выживанию, которых можно было представить.

Пока мои ученики развлекались, я не сидел без дела. Пользуясь тем, что у меня теперь есть учительский статус, заседал в свободное время в библиотеке штудируя книги по разным магическим направлениям и заодно пролистывая бестиарии.

И как-то листая одну из книг, наткнулся на описание одной из тварей. По мере прочтения мурашки пробегали по моей спине, так как по описанию, выходило, что фактически это был я. Те же когти, та же чешуя, хвост. Начав искать информацию более подробно, выяснилось, что описание именно этой твари взято из одного учебника по демонологии.

Пришлось углубляться в демонологию, для понимания сути. И найдя описание, я долго не мог понять, я все же демон или нет. Как оказалось, демонов очень хорошо чувствуют светлые, к которым как раз приписаны Перворожденные и другие эльфы, за исключением Дроу. Даже Темные ближе к свету.

Но я же жил среди них, неужели они не смогли бы почувствовать во мне демонические изменения. Думаю, могли бы. Тогда, что-то не сходится. Далее при прочтении выяснилось, что просто так демону в нашу реальность не попасть, так как нужна оболочка, которую нужно будет еще ему и видоизменять, а это затратное действие, включающее в себя большой расход материала как растительного происхождения, так и минерального. При этом, сказано, что на первых этапах демон не осознает себя, пока не пройдет первую эволюцию.

Были и оговорки, что некоторых можно было вызвать в наш мир, но они были нематериальными и для организации вызова требовались жертвоприношения.

Попробовав поискать на предмет полукровок информацию, наткнулся на то, что таких нет. Банально дети, рождённые от союза демона и человека, умирают. Почему, сказано не было, может сами родители убивали.

Получается, что возможно я демон. А возможно, что-то другое, чего тут в описании не нашел.

– Надо искать дальше! – с этими словами, я вышел из библиотеки, чтоб тут же увернуться от летящей в меня стрелы.

То, что лесовики выйдут из себя я знал. Уж чего чего, а гордость их я попрал основательно, да и спесь сбил. Дреон бы мной гордился. Но то, что их хватит так надолго, честно говоря удивлен.

Вот и получается, что я, уходя перекатом в сторону падаю за одним из кустов. Диспозиция так себе, мне не видны стреляющие. Быстро перебирая руками и ногами, я пополз вперед, стараясь не выдавать себя. Выстрелов по кустам нет, видимо или выжидают, или сбежали. На второе я не рассчитывал.

Резко поднимаюсь, чтоб тут же присесть и перепрыгнув куст, устремиться вперед, не сводя взгляд со стрелка. Мне это нужно затем, чтоб уклониться в самый последний момент от стрелы. А для этого нужно видеть токи энергии в теле стрелка.

Убираю голову влево, проворачивая корпус левой стороной при этом вперед. Мимо пролетает еще одна стрела. Краем сознания отмечаю, что стрелы затуплены. Решили проучить. Ну, что же, значит будем ставить на место.

Еще пару раз я увернулся от стрел в самый последний момент. На последней стреле даже наговор был, вот только он не помог, я видел его и смог все же оборвать его.

Далее я подскакиваю к стрелку и без сожаления бью ногой в пах. Не по-мужски? Плевать. Уклоняюсь от удара плечом лука. Я знаю, что у некоторых лесовиков «рог» лука служит еще и как колющее оружие. Но это скорее у мастеров. Шаг назад, доворот корпуса, подцепить колчан, что отбросил первый противник и тут же с разворота накинуть лямки этого колчана на руки второму противнику. Отвлек лишь на мгновение, но этого хватило чтоб сократить дистанцию и ударить эльфа своим лбом в переносицу.

Все, оба противника выведены из строя. И тут замечаю, что-то неправильное, отчего рефлексы срабатывают быстрей сознания. И вот я уже уклоняясь, понимаю, что теперь стреляют боевыми стрелами.

– Не стоит меня недооценивать. – цежу сквозь зубы, вставая.

Надо ли говорить, что и до этого стрелка я добрался? В целом вся академия потом наблюдала как картину нецелевого использования дальнобойного орудия против представителей лесной братии.

Не помню, что на меня нашло, но я гонялся за лесовиками размахивая отобранными у них же луками, периодически ударяя им их же оружием по хребту. Досталось всем и сыну Князя, и сестре, и их знакомым.

Меня даже попытался остановить Сиваэль, но был послан с фразой: «Лучше не лезь, а то я его тебе в задний проход вставлю, натяну и выстрелю через рот». Наставник как-то странно тогда посмотрел на меня, но все же отошел. А я дальше гонял ушастых по всей академии.

И не надо мне говорить о моей жестокости, они меня взбесили. А теперь я с них их спесь и гордость выбил окончательно. Худшего унижения для Перворождённого и быть не может, как пострадать от своего же оружия. Пусть все считают, что и я Перворожденный, но мне было на это наплевать.

Начало второго занятия ожидал с нетерпением. То, что мной было придумано очень не понравится лесовикам, но как мне поднимало настроение это, не передать словами.

Глава 15

Глава 15

Жизнь устаканилась – откуда в моей голове взялась эта мысль, я не понял. Но в целом, был согласен, так как после того занятия где эльфы от меня получили знатных «люлей» стало как-то тихо и размеренно.

Все также посещал занятия, все также тренировал и обучал выживаемости своих подопечных. Ни происшествий, ни драк. Даже непонятное плетение в моем подвале меня не волновало, так как в целом я погрузился в учебный процесс, в котором учился и учил.

Мысль устроить лесовикам на следующем занятии «жесть» как пришла, так и ушла уже к концу вечера. Ну, устрою я им некую месть? А далее? Обозлить их? Я с этого ничего не получу, а врагов как таковых наживу, если уже не нажил. Но тут хотя бы есть еще вариант сгладить все на учебный процесс, а вот дальнейшее унижение эльфов приведет к лютой ненависти.

В итоге ограничившись устным порицанием в стиле: «Не доросли вы еще, чтоб члену Патруля навредить!» и на этом закончил. Следующий урок прошел в стиле лекции и рассказа о том, что их может поджидать в пустоши. Говорил о некоторых отличительных знаках Патрулей, повадках тварей.

А вечерами заседал в библиотеке. Меня не оставляло чувство, что я ищу в верном направлении, что именно тут найду ответы. Но чем больше я читал, тем больше возникало вопросов и сомнений.

По всем признакам, описанным в книгах выходило, что я являюсь демоном. Но в тех же самых книгах говорилось о том, что самые лакомые разумные для демонов это перворожденные. В другой же говорилось, что это непримиримые враги. Опять же, в одной ипостаси я перворожденный, пусть и не причисляю себя к ним, а в другой уже больше демон, чем эльф. Как? Не понятно.

В целом при второй ипостаси, я кардинально не меняюсь, за исключением появившегося хвоста. Сохраняется пропорции тела, даже лицо остается неизменным, но при этом все тело покрывается чешуей и на руках отрастают ногти. А, ну еще хвост, но об этом я уже говорил.

При этом в книгах как раз говорится, что ничего общего у демонов нет с разумными. То есть, у них кардинально другое строение тела, конечностей и головы. Как? Не понятно. Вот и сижу вечерами, изучая все книги о населении планеты и возможных ее представителей.

Через два месяца такого графика пришлось принять то, что без практики не обойтись и придется все чаще обращаться во вторую форму. Останавливало только то, что безопасных мест в академии было минимум, но менять форму там, я очень не хотел. Не известно еще как отнесутся к этому остальные. Если вообще не прибьют на месте.

Проще всего менять ипостась в своем подвале, предварительно обезопасив его. Но опять же, нет ли там следящих конструктов? А это придется выяснять опытным путем.

Накупив всяких шнурков, веревок, обрезков кожи и прочей ерунды, из чего модно было плести я шел к себе в подвал, не обращая ни на кого внимания. Во-первых, у меня выходной, а во-вторых, был занят своими мыслями. Так что мне было простительно, что визжащий комок счастья я заметил и ощутил только когда на шее сомкнулись руки. Так как импатией я не ощутил враждебных намерений, то и среагировал, а точнее вообще никак не отреагировал я.

– Эрио! Это действительно ты? – пропищал «комок» разглядывая мое лицо.

И пока этот комок глядел на меня, мне вспомнился случай в селении, когда я хотел в дом этого «комка» провести канализацию.

Внимание на пищащий «комок» счастья я обратил только тогда, когда в голове полностью сформировалась идея.

Опустив взгляд, я увидел счастливое лицо Лау. А еще ощутил приятное томление ниже живота от того, что она ко мне прижималась. И пусть я предполагал что-то подобное от сыночка Князя, но был рад видеть свою давнюю подругу.

– Ты выросла в очень симпатичную девушку. – выдал я первое, что пришло мне на ум при взгляде на подругу.

Лау при этом чуть отступила от меня и смущаясь поблагодарила за комплимент, сделав необычный жест (Кникенс – тут же выдало подсознание).

– Мне столько всего хочется тебе рассказать, стольким поделится. Но я понимаю, что возможно, ты уже не захочешь общаться со мной и в связи с твоим статусом.

Я нахмурился. Никогда не бравировал своим статусом, а, следовательно, кто-то уже провел с ней беседу в не очень приглядном в отношении меня ракурсе.

– Пойдем. Я подставил подруге детства локоть и она, положив на него свою ладошку зашагала вместе со мной к моему жилищу.

Рассказ Лау был интересным, все же она мне была не безразлична. Оказывается, после того как я пропал, Князь отправил множество охотников и воинов на мои поиски. Даже маг из столицы приезжал, но увы найти меня не смогли.

Сама же Лау и ее мама, как оказалось обрели свое счастье, так как их нашел ее отец. Почему потерял, спрашивать я не стал. Они перебрались в более подходящее жилье, так как отец был не простым Ulumatua, но при этом и уезжать из поселения они не стали.

Отношение к девочке после того как объявился отец стало постепенно меняться. Этому поспособствовало и то, что она увлеклась плетением и стала делать интересные прически, научившись у меня. Также она пробовала плести корзины, но делать их так, как получалось у меня не выходило. Не получалось вплетать руны.

Так шло время, пока однажды у Лау не пробудился дар. Не то, чтоб редкий, но для эльфов не типичный. Дар огня. У эльфа, живущей в лесу пробуждается дар огня. Сначала эта новость всех шокировала, благо, нашлись нормальные разумные, которые пояснили, что Лау не чистокровная Ulumatua и дар огня вполне закономерен в данном случае.

С этого дня, ее начали учить чуть другим дисциплинам. Огненному магу в первую очередь важен контроль, так как стихия капризная, как и вода. В итоге, показывая небывалое стремление к знаниям девочка добилась того, что ее стали пускать в библиотеку Князя, а потом и вовсе под присмотром отправили в столицу на учебу.

Все это время, Лау не сильно общалась со сверстниками, получив клеймо «заучки» и фактически став изгоем. Девочку это совсем не огорчало, так как и до этого она не сильно была близка с детьми.

Новость о том, что ей придется ехать в империю людей, для обмена опытом потрясла. Конечно, кого отправлять как не ее, ведь она не чистокровная, в случае чего не так жалко. Но как оказалось, все было не столь печально как ей казалось, тут уже обучались эльфы, и что еще важно из ее поселения. Пока она с сопровождением ехала в империю, с ней вели беседы на тему как важно не забывать свое поселение. И что нужно любыми способами его улучшать. Мозги девочке промывали знатно.

– Вот вся моя история. – устало облокотилась на спинку стула Лау.

– Ты справилась, а это главное. Ты лучшая на своем курсе, а это многое значит.

– Да, только что это меняет? Я все также изгой.

– Ой, а тебе не все ли равно? Мы встретились и общаемся, так чего нам горевать?

Лау несмело улыбнулась, а потом в порыве чувств резко встала и обняла меня.

– Я скучала. Ты бы знал, как я скучала. А еще, хочу тебя предупредить, Князь очень хочет тебя вернуть, и он приложит все силы для этого.

– А-а-а. – я отстранился и махнул рукой. – Я не сомневался. Только сделать это ему будет трудно.

Мы еще посидели какое-то время у меня, но, когда Лау стала клевать носом и часто зевать, я проводил ее до общежития и после вернулся в подвал.

История подруги детства меня хоть и зацепила, но все же я отдавал себе отчет, что у нее все было не так плохо. Да и подсознание подсказывало, что бывает и хуже, а тут и счастливое воссоединение семьи, и академия.

Следующий день прошел в спокойном режиме, занятия, потом обед и свободное время на самоподготовку. Я решил, что мне нужно реализовать пришедшую недавно в голову идею.

Первым делом пришлось озаботиться тем, чтоб найти подходящие материалы, а это получилось сделать не быстро. Где в городе можно было найти того, кто сможет мне правильно подготовить лозу для плетения я не знал, пришлось побегать. К концу второго дня поисков у меня на языке даже мозоль появилась от общения.

Лозу мне пообещали доставить через неделю. С глиной удалось решить все быстро, так как в городе был мастер гончарного дела и с ним получилось договориться еще и об обжиге моего изделия.

Далее были плотники, чтоб сбить короб и каркас по моим наброскам и уточнениям, потом каменщики у которых купил телегу камней, что доставят на полигон. На все про все потратил десять дней.

И вот я стою на полигоне, рядом со мной стоит мое изобретение и мне надо как-то его опробовать. Решившись, иду на другую сторону и ставлю щит. Обычный пехотный щит с умбоном в середине. Такой щит и самому можно сделать, было бы желание. Так как желания делать щит у меня не было, он был приобретен в оружейной лавке за символическую плату.

После всех приготовлений, стоя у своего изобретения все не решался сделать выстрел. Уже было перепроверено все, даже площадку рядом проверял. Не найдя ни каких ошибок и поняв, что только оттягиваю время я прикоснулся к рычагу и потянул на себя.

Бах! Пригнувшись, не сразу осознал, что щепки от щита долетали до меня, а сам снаряд разворошил кладку стены полигона.

– Ого. – вырвалось у меня. – А это я еще камнем стрельнул без рун. А если с ними?

Следующие полчаса мной были перепробованы все снаряды. А сделал я их не мало, вырезав разного рода комбинации из рун. Были даже обернутые специально сплетенной сеткой или обвязаны особым образом нитью. Эффект был впечатляющий, разворотило весь полигон. И пусть руны были на скорость или силу удара, но эффект был впечатляющий. Еще бы попробовать как-то сделать снаряды на основе амулетов выпускающих разного рода силу, вот было бы здорово.

Мечты пришлось свернуть, так как оглядевшись обозрел разрушенный полигон. Понимая, что за это меня по голове не погладят, решил быстро свалить с места происшествия. И так не понятно, почему так долго никого нет. А вот изобретение выше всяких похвал, надо бы матери отправить в крепость, порадовать.

До своей коморки добрался без приключений, не встретив никого, что несомненно удивило и заставило насторожится еще сильней.

Все же собой я был доволен. В целом уже давно хотел как-то помочь Патрулю. Это в крепости Фаги я смог возобновить работу барьера, а вот в других так сделать не смогу, так как не факт, что там вообще есть каркас плетения барьера. И вот тут как раз на помощь придет мое изобретение, что облегчит сражение с тварями.

Второй раз испытать чуть более усовершенствованную версию моего изобретения я решился только через двадцать дней. Это уже была уменьшенная копия, которую мог установить на подставку любой разумный. При этом, подсознание выдавало, что-то похожее, но я все никак не мог понять, что.

Испытания прошли тоже успешно, но меня не покидало чувство, что за мной следят, а посему долго я на полигоне не пробыл и убежал в свою коморку реализовывать то, что перевернет службу в патруле.

Следующим моим планом было сделать снаряды разных направленностей, какие с заморозкой по площади, а какие взрывающиеся огнем. Казалось бы, что проще, когда существуют такие амулеты? Но, весь вопрос был в том, что при выстреле эти снаряды должны как-то активироваться. Амулеты как раз активируют определенным действием, будь то нажатие или некие факторы.

А вот как заставить вылететь снаряд, начиненный определенной энергией и с детонировать (вывело слово подсознание) именно в определённый момент, тут нужны расчеты и исследования. Но одна мысль засела у меня в подсознании, а что если сделать снаряды из глины, с полостью внутри?

Академия города Малос. Кабинет Ректора.

– Удалось выяснить, что за разгром случился на полигоне?

– Вполне. Наш уникум постарался.

– Сиваэль, мне что все из тебя клещами тянуть? – ректор отложил пару бумаг на край стола и пристально посмотрел на своего друга.

– В общем этот малый разработал какое-то новое оружие, что стреляет камнями. Вроде баллисты или катапульты, но в десятки раз меньше и при этом мощнее. И все бы ничего, но основано оно на магии и снаряды может выпускать с поразительной скоростью.

– Так так. Удалось разобраться в принципе работы?

– Нет.

– Почему?

– Я пока не стал изымать его. Так как после первого своего образца, он принес на полигон через какое-то время усовершенствованное изделие. Решил дать ему еще немного времени, чтоб довел его до идеала.

– Не боишься, что решит скрыть такую информацию?

– Пусть только попробует. Тем более, что думается мне, он это оружие направит в первую очередь на помощь своей названной матери.

– А что говорят артефакторы, сняли показания с артефактов полигона?

– Показания сняли, но вот разобраться в алгоритмах работы пока не удалось. Там очень хитро все сделано. Пока не понимаем основы.

– Знаешь, а давай мы его застанем в расплох при очередном испытании его творения? – высказался ректор, встав из-за стола. – так и он не сможет уйти от ответа и у нас будет повод узнать принцип работы. Сможешь отследить, когда он еще раз пойдет на полигон?

– Отследить не проблема, главное, чтоб он ничего не заподозрил.

– Ну, вот и займись этим.

Академия города Малос. Одна из комнат общежития.

– Ты чего такой хмурый? – девушка подвинулась ближе к парню.

– Твой брат.

– Что мой брат?

– Он слишком ценен для поселения. Но при этом повлиять как-то на него у нас нет возможности.

– Я тебе уже говорила, что оставь этот вопрос. Я сообщила родителям, они должны будут прибыть в Малос, чтоб поговорить с ним.

– Ты не понимаешь! – сын князя встал с кровати, – мы можем упустить шанс. Он создал живую изгородь! Ты это понимаешь? Да во всем лесе изгородь имеется у парочки Ростков!

– И что ты предлагаешь? Мы не можем его просто так выдернуть из рода Olaile Afi. Тебе напомнить, кто его мать?

– Я это и так помню. Нужно сделать так, чтоб он сам пошел за помощью к нам.

– Вот интересно и как же ты решил это осуществить?

– Есть одна мысль. Но для этого мне нужна помощь.

То, что сын Князя сделает свой ход я не сомневался ни минуты. Единственное не предполагал, что ход будет таким, думал это будет какая-нибудь подстава или что-то в этом духе, но не банальное похищение.

Почему похищение? Просто не могут пять крепких эльфов появится в стенах академии просто так, да при этом еще не имея ученической формы и знаков отличия по факультетам. И самое главное, действовать так неосмотрительно на полигоне, когда там я.

А все так хорошо начиналось, наконец-то удалось просчитать алгоритм и руны для «специальных снарядов» а также наложить на первый десяток эти плетения. В свой свободный вечер зарезервировать полигон и прийти к нему никем не замеченным. Ну, почти ни кем. Видимо я растерял хватку в академии раз меня смогли отследить. Ох, Фаги будет недовольна.

И вот когда уже моя «гаубица» (опять подсознание выдало) была заряжена появились эти молодцы и решили, что вместо разговоров со мной нужно меня скрутить, а для начала пнуть мое изобретение.

Пнуть его у них получилось, да только тем самым они выбили его из креплений и первый же выстрел пробил купол полигона, отчего раздался такой противный звук, что заломило в ушах.

Мне повезло, некоторые твари своим звуком могут ошеломлять жертву, а посему у меня была защита на такой случай. А вот эльфам не очень, мы в целом более чувствительны к звукам.

А далее вообще пошел какой-то сюр, так как на полигон выбежал Сиваэль в сопровождении стражей академии, и тут моя гаубица выстрелила вновь. Только теперь выстрел пришелся прямой наводкой по воротам полигона.

Громыхнуло знатно, как никого не убило, не понятно, зато придало ускорения Сиваэлю и его сопровождающим, отчего они пролетели мимо меня, по касательной зацепив эльфов, что опять держались за уши.

При всем при этом мое изделие закрутило еще сильней и понимая, что предугадать куда полетит снаряд у меня возможности нет, мое подсознание решило подсказать мне, что надо упасть на землю и не отсвечивать.

События тем временем стали развиваться все стремительней. Эльфы, что ранее пытались «уговорить» меня, поставили какой-то магический купол, что видимо отсекал все звуки. И именно в этот момент мое изделие выстрелило вновь и именно в этот купол.

Но все бы ничего, но снаряд каким- то образом отскочил от этого купола (не известный видимо фактор – подсказало мне подсознание) и улетел прямиком в сторону кабинета ректора.

Взрыв был настолько мощный, что оттуда вылетел, видимо, ректор, оставляя дымный шлейф.

– Красиво пошел, аки комета. Видать к дождю… – вырвалось у меня тогда.

А в голове было только одно: бежать! И как можно быстрее!

Глава 16

Глава 16

Первой мыслью было бежать сразу же из города, но все же каким-то наитием понял, что надо бы заскочить в коморку. Только вот улизнуть с полигона с каждым мгновением становится все сложнее в силу увеличения действующих лиц.

Не поднимая сильно головы, буквально как змей полз вперед к одной из бреши в ограждении. Мое орудие тем временем при одном выстреле, встало на «попа» и запустило вверх пару снарядов. Вот тут я перепугался не на шутку.

Не знаю, что на меня нашло, но в тот же миг я вскочил, наложил на себя усиление и прокричал:

– А ну ка, замерли все! – и тут же стал вглядываться в небо.

В тот момент, мне даже было не интересно, почему меня все послушали и также стали смотреть в небо. Все мысли мои были только о том, куда упадут снаряды. Мне даже мысль не пришла прервать стрельбу своего оружия, так как оно стояло все также задрав дуло в небо.

Я был сосредоточен только на том, куда начнут падать снаряды.

Время, казалось, было как кисель, тягучее, вязкое, но все же неумолимо утекающее. В какой момент увидел черную точку, приближающуюся к нам, сказать не смогу, просто буквально выдохнул, понимая, что снаряды упадут на полигон и никто из студентов не пострадает.

Выдохнув тут же посылаю заклинание воздушного тарана в свою пушку (опять подсознание) и припускаю в сторону выхода.

Первым на мой маневр среагировали эльфы. Ну, да. Я же был их первоначальной целью, только вот они не учли падающие снаряды. Взрыв, крик боли и опять взрыв. Сколько там мое орудие запустило снарядов? Около десяти? Видимо сейчас некоторые разумные узнают, что такое бомбардировка (опять подсознание).

Я же тем временем выскочив за ограждение, замечаю, как на полигон заскакивает ректор и прочие преподаватели.

– Не не. Это не моя война!

К своему подвалу я бежал не то, что быстро, максимально ускорившись. Когда забежал, то первым делом запихнул в рюкзак все свои чертежи и наработки по оружию. Далее, поставил пару мин и растяжек (опять подсознание). Кинул пару заклинаний «праха» на некоторые вещи, чтоб уничтожить их. Схватил оружие, броню запихнул так же в сумки, подхватил остальное снаряжение патруля, бумаги, удостоверяющие личность и рванул со всех ног на выход.

Уже почти добегая на выход из академии передо мной появился сынок князя.

– И куда это мы собрались? – только и смог он сказать, как был остановлен взмахом руки. Ну, а тот факт, что взмах руки совпал с ударом в челюсть, это лишь оказия.

То, что появление князенка и эльфов на полигоне не случайность, это я понимал отчетливо и особо терять уже было нечего. А уж после такого, житья в селении мне не дадут, а значит и путь в лес мне заказан.

Империя большая, но скрываться в ней не получится, так как тут хорошо развито дело по поимке беглецов. Наемники или маги вполне берутся за это дело, так что гнаться за мной будут долго и неустанно. Возникает вопрос куда податься? В патруль? Как вариант, но уже два срока я там был, третий не проблема, но Патруль под протекторатом Империи, а значит и там найдут.

Да, мама может и не выдаст, да только кто даст гарантию, что в одной из вылазок не поймают? Горы? А долго ли я там продержусь, в царстве камня и снегов. Не, там неподготовленному разумному делать нечего. Там свои нюансы выживания, уж не говорю о негостеприимности местных и зверья.

Значит все же пустошь. Только придется забираться далеко, так как патруль свое дело знает и встреча с ним для меня будет нежелательной. А значит, нужно больше провианта долгого хранения и желательно еще тихая вьючная лошадь, которой не жалко пожертвовать.

Провиант был закуплен в считанные минуты в ближайшей лавке, лошадь пришлось брать там же, но грех было жаловаться, время сэкономил. Далее пришлось все же заскочить в ближайший магазин оружейный и прикупить пару нужных атрибутов.

Когда все было куплено и получилось выехать из города, я вздохнул спокойно. Первая часть выполнена, осталось теперь добраться до пустоши, главное не расслабляться.

Решив, что лишним не будет запутать следы, поскакал в одну из деревень, что приметил еще когда ехал в столицу. Приглянулась оно мне тем, что у нее на отшибе стоял домик, заброшенный и заросший плющом.

До деревни добрался к ночи, сразу же направив коня к дому. Спать хотелось немилосердно, накопилась усталость, что добавили еще переживания и думы. Но как бы не хотелось мне отдыхать минимальной безопасностью я пренебрегать не стал, накинул пару наговоров на дом, потом сделал пару плетений и только после этого позволил себе отрубиться.

Утро встретило меня промозглой погодой и небольшим туманом, что в целом играло мне на руку - меньше любопытных деревенских глаз. Позавтракав, я принялся за реализацию своей задумки и первым делом принялся за плющ.

Пусть это растение достаточно гибкое, но плести из него не очень удобно, особенно если все надо замаскировать. Его нельзя перекручивать, так как оттенок «внешний», чуть ярче чем оттенок «внутренний». И пусть для большинства разумных это ничего не значит, да только для эльфов это говорит о многом. Пришлось повозиться почти до обеда, ожидая в любой момент появления погони.

Но, видимо удача на моей стороне, и никто так и не явился за мной, что позволило мне продолжить мои приготовления. Да, я осознанно шел на риск, остановившись в этом доме и подготавливая «сюрприз» преследователям. Осознавая все последствия и взвесив все за и против, пришел к выводу, что это того стоит.

После плюща я взялся за оконные проемы и двери, в каждом вырезал руны, делал плетения и прятал их в оконных рамах или дверных коробках. На покосившуюся крышу закинул пару нитей, сплетенных особым образом, что должны сыграть роль одноразового щита.

Подумав, оставшимися нитками переплел балки потолка, делая роль усилителя заклинаний. Жаль только получится одноразовый. Но думаю, что с учетом того, что я решил дом еще и заминировать с отложенным таймером (опять подсознание подсказывает), этого должно хватить.

Когда я со всем закончил была уже глубокая ночь. Оставаться еще на день решил расточительным, а посему на ноги лошадей были надеты специальные мешочки, и мы потихоньку стали по дуге обходить селение.

Через каждые метров двести мне приходилось останавливаться и заметать следы. Для хорошего следопыта из народа это конечно не сильное препятствие, но думаю обычных собьет с пути.

После того как селение осталось позади я сел на лошадь и рысью поскакал в вдоль тракта, планируя за ночь отдалиться как можно дальше.

Дорога до обеда смазалась в одно сплошное пятно. Ничего путного не запомнил и не увидел. Усталость брала свое и было принято решение отдохнуть пару часов. В связи с чем пришлось съехать с тракта и углубиться в лес.

Найдя подходящее место, навесил пару заклинаний и наговоров и завалился спать, предварительно стреножив лошадь. Уснул мгновенно, а вот спал я плохо. Снилась какая-то муть и было ощущение дискомфорта на спине. В итоге проснулся вроде бы и отдохнувшим, но «разбитым» полностью, при этом было ощущение, что дискомфорт на спине был не во сне.

– Фантомные боли? – в слух сам себя просил я, но увы никто не ответил.

Сборы были недолгими и уже через пару минут выйдя на тракт поскакал в сторону пустоши.

В пограничный город я прибыл на десятый день. Это был самый ближайший город, находившийся рядом с пустошами. До крепости матери, мне пришлось бы еще дней сорок ехать, а времени у меня не так много, да и ждут скорей всего меня там.

Я не планировал задерживаться в городе надолго, а посему сразу же продал лошадку в первом же постоялом дворе, выручив за нее не так много. Далее поплелся на рынок для закупки продовольствия.

Все это заняло у меня половину дня, что не добавляло мне оптимизма. Настроение и так было паршивым все эти дни, так как боли на спине все не проходили и периодически было ощущение, что с меня сползает кожа. Подсознание при этом выдало калейдоскоп неких видений, в которых я трусь об угол или то, как с меня снимают тонкий слой кожи.

Из города выходил ближе к ночи. Не потому, что хотелось в пустоши идти в темноте, просто все же решил отдохнуть пару часов в таверне и нормально разложить вещи в рюкзаке.

Стражники пропустили без всяких вопросов, только взгляд одного мне не очень понравился. Решил, что раз так, войду в пустошь чуть в другом месте и стал огибать город.

Осторожность оказалась не лишней, уже под утро вдалеке увидел, как возвращался конный отряд из пустоши. Наблюдал я все это из небольшого лесочка, в котором сделал себе небольшое укрытие.

Дождавшись, когда отряд скроется из виду, выбрался из укрытия и направился в пустошь по касательной от пограничного города. Тем самым выстроив себе направление к крепости матери, он так, чтоб мой путь занял больше времени. Я не собирался идти прям в крепость, в определенный момент сверну, там как раз есть небольшой овраг, вдоль которого и пойду. Там я уже когда-то ходил, не так далеко, как в этот раз, но все же дорога знакома.

Академия города Малос. Кабинет Ректора.

– Какие новости? – спросил ректор вошедшего эльфа.

– Неутешительные. Толи наш парень такой параноик, толи его Огненный цветок так хорошо выучила.

– Нарвались на ловушки? – выгнул бровь ректор и налил своему другу стакан вина.

– Да. Причем в самой странной манере. Мы наткнулись на живую изгородь. Ты не представляешь что там творилось. Я не знаю как ему это удается, но дом, что он зачаровал теперь может использоваться как оборонительный рубеж.

– Даже так? Сильно поколдовал?

– Не то слово. И кажется из-за этой живой изгороди эльфы за ним и охотятся. –

Сиваэль отпил из стакана, благодарно кивнув при этом.

– Думаешь? Разве не из-за того, что он талантлив? – ректор задумался.

– Это также, но в целом, но начало этим поискам, думаю, послужило как раз его умение делать живую изгородь. Ты может не сильно знаешь или не понимаешь, какое значение это имеет для Лесовиков. У них этой изгороди не так много. И Самая большая и старая находится у Князя.

– Странно. О таком я не слышал.

– Они не афишируют, как и мы. Но все же мы о таком знаем, так как вроде бы братские народы, хоть они к нам и относятся не очень хорошо.

– Это мягко сказано. – усмехнулся ректор.

– А! – Сиваэль махнул рукой. – плевать! Что делаем с мальцом?

– Увы, его надо найти. Такая мощь не должна попасть не в те руки. И я сейчас про то, что он выдумал. Да и мозги его тоже хотелось бы пристроить к делу. Сам понимаешь государственная безопасность.

– Понимаю. Да только не одни мы его ищем, Лесовички такое точно не простят и будут искать.

– Значит надо сделать так, чтоб найти его первыми. Понятно куда он пошел?

– По всем признакам в пустошь. Если будет идти к матери, то там мы его перехватим. В самой пустоши к ближайшему пограничному городу тоже. Это если он пошел туда. – темный эльф сел на диван и откинулся на спинку. – Но, чую не поймаем мы его. Если он до пустоши добрался, то считай мы потеряли его след. А зная его подготовку и кто его учил, то вывод напрашивается однозначный – мы его упустили.

– Предлагаешь сдаться? – ректор сел за свой стол, скрестив пальцы в замок и положив на них подбородок.

– Нет. Но действовать надо по-другому. Рано или поздно он объявится и вот тогда и надо ловить, а до этого нужно просто хорошо подготовиться и разослать его описание.

– Вот и займись этим. – выдал ЦУ ректор.

– Вот кто бы сомневался в такой постановке… – проворчал Сиваэль, поднимаясь.

Путь до знакомого оврага занял больше месяца. Опасностей как таковых особо не встретил, даже тварей было не так много на пути. Больше всего проблем доставило отсутствие источников воды, что добавляло забот по ее сбору и экономии. С едой было проще, некоторых тварей можно было употреблять в пищу, правда не полностью, а отдельные части, будь то ухо или задняя лапа с правой стороны.

Как это так получается, я даже не стал обдумывать, можно и хорошо. Фаги на эту тему вообще не парилась, мол выжить помогает в пустоши – уже хорошо.

Так я и шел все эти дни, спал урывками, так как Пустоши все же место не безопасное. А еще выматывала ноющая боль на спине, я даже посмотрел, когда создал плетение из воды, что сформировало мне водную гладь. Потратил на это почти стакан воды, но так и не увидел причину, ни каких волдырей или ран, обычная кожа.

Овраг меня встретил небольшим теньком, так как добрел я к нему ближе к вечеру. В самом овраге останавливаться не стал, мешает обзору, да и хищникам легче застать врасплох. Пройдя вдоль него в глубь Пустошей, решил разбить лагерь возле каких-то развалин, от которых осталось только груда камней.

Утро принесло с собой облачную погоду и странное чувство, будто кто-то наблюдает за мной. Оглядевшись по сторонам ничего не нашел. В путь собрался быстро, не забывая поглядывать по сторонам.

Нападение было каким-то сумбурным. Первыми напали эльфы. Как выследили только, не пойму. Они попытались накинуть на меня сеть. Вот серьезно, обычную рыболовную сеть. И все бы хорошо, да только меня Фаги учила, а, следовательно, в сеть тут же полетело огненное заклинание.

В это же мгновение происходит две вещи. Первая, на одного из эльфов нападает тварь пустоши. А вторая, появляются еще действующие лица в виде пятерки разумных. Я уже даже не удивился, да и некогда было.

Отклонившись от падающих обрывков сети, вытащил клинок и стал отступать. Вступать в драку я не собирался, тем более видел еще с пяток кружащих тварей бездны, что выбирали лучший момент для атаки.

В другое время я бы сожалел о том, что твари при виде разумных всегда нападают, но сейчас мог только порадоваться. Жаль только, что самому сейчас нельзя далеко отходить от скопления разумных те же твари разорвут.

Тем временем, вторая группа разумных решила сначала избавиться от соперников, сделав залп из арбалетов. Попытка была неплохой, только вот эльфы тоже не дураки и выставили магический щит. Эльф что был атакован тварью, еще был жив и успешно ей противостоял. Группы сближались, а я тем временем искал выход из сложившейся ситуации.

А еще были твари, что начали кружить вокруг разумных. И толи они их не замечали, тои негласно решили расправиться друг с другом. Какой- то сюр (дало подсказку подсознание).

Эльфы атаковали заклинаниями воздушного тарана и серпа. Пятерка разумных разделилась, три пошли на эльфов, держа перед собой амулеты, при этом доставая оружие. А вот два оставшихся разделились, один направился к еще сражавшемуся эльфу, а другой шел в мою сторону.

Не знаю на что рассчитывал человек, но по его правилам я играть не собирался, а потому, на фразу сдаться по-хорошему, просто метнул в ногу один из кинжалов. Человек отвлекся, убирая ногу с траектории полета и в этот момент ему в голову прилетел камень, пущенный с пращи. Что что, а метать камни меня учил Дреон.

Пока я отвлекался на своего противника, ситуация изменилась не в лучшую сторону. Так как мы зашли довольно далеко в Пустошь, да еще при этом применяли магию и довольно ощутимо шумели, то все это привлекло к нам еще Тварей.

На мой взгляд, нам бы сплотиться и отбиться от тварей, а потом только выяснять отношения, но увы. Эльфа что изначально сопротивлялся твари, атаковала ее товарка. Он уже был ранен и держался только за счет амулета.

Другие эльфы наседали магией на тройку разумных, а вот человек, что направлялся к эльфу был мертв, его тело как раз поедала одна из тварей. Казалось бы, все также, но к нам приближались еще твари пустоши.

Пока я обдумывал все, пока отвлекался, бой эльфов и людей сместился ко мне. И вот тут мне пришлось применять все мои навыки, так как сначала на меня летели заклятия парализации или тупые стрелы арбалетов. Но через какое-то мгновение, уже полетели боевые.

Меня спасло видимо то, что две враждующие группы не сразу осознали, что действуют уже сообща, пытаясь меня убить. Хотя мне и досталось слегка, но под тканью уже была чешуя, что меня спасло от серьезных травм.

Тем временем пополнение к тварям прибыло, и они сразу кинулись на нас. Вся эта ситуация разжигала во мне раздражение. Во мне разгорался какой-то пожар злости и раздражения на разумных. Зачем они приперлись, почему не действуют сообща против тварей и вообще преследуют меня. Злость и раздражение влияли на то, что мне все тяжелее было сдерживаться и сохранять облик. Чешуя уже несколько раз появлялась на руках и даже на лице.

В какой-то опасный момент сдержаться уже не получилось и частичная трансформация произошла. Часть лица покрылась чешуей, руки преобразились, но хуже всего, это то, что я почувствовал как за спиной образовалась что-то еще… Разобрать в суматохе боя, что это, не мог. Новое образование пока ощущалось как еще одна конечность, но будто бы онемевшая за долгое время.

Казалось бы, хуже быть не может, но в этот момент я услышал крик

– Демон!

Все! Это конец. Теперь мне точно не вернутся назад. Отклонившись от прыжка твари, я как-то медленно оглядел все, что сейчас происходило: вот один из эльфов угодил в сочленение костяных пластин своим копьем, вот тварь хватает одного из разумных за нижнюю конечность, а вот в меня летит пара убийственных заклинаний.

Все это проходило как-то вскользь моего сознания, в голове билась только одна мысль, что теперь я сам по себе. Даже Фаги, вряд ли примет меня таким. А если пути назад нет? То зачем сдерживаться?

Осознание того, что меня ничего не держит рядом с разумными принесло облегчение в душе и метаморфоза с дополнительными конечностями произошла полностью. Все тело покрылось чешуей, а на спине появилась еще одна конечность. Единственное, подсознание давало понять, что это еще не предел и что все равно превращение не завершено.

Твари при этом как-то перестали на меня обращать внимание и переключились полностью на разумных. Я тем временем еще раз осмотрев всю диспозицию, подхватил свои вещи и решил бежать далее вглубь пустоши, пока есть такая возможность. Перебирая своими конечностями, ощущая некое сопротивление воздуха, плюс неудобство от дополнительных конечностей, волевым усилием решил их хоть немного расшевелить, но вышло так, что я ими взмахнул.

– Крылья? – вырвалось у меня от того, что при взмахе я буквально подпрыгнул и спланировал метра на четыре без прыжка.

Полностью свои конечности до этого времени я не рассмотрел, не было времени, все же бойня была, а когда убегал не поворачивал головы. Теперь же, я не просто бежал, а буквально планировал по пять, а то и десять метров. Не летел, крылья не могли поднять меня высоко, видимо до конца не развиты или в целом не приспособлены к такому.

Бежал, планировал я до самого вечера, как хватило сил, не знаю. Остановился, когда увидел вдалеке остовы домов, что простирались почти на километр.

Глава 17

Глава 17

Добраться до первых домов мне помогло упрямство и любопытство. Подойдя к первому из строений удивился тому, что дверь была не заперта и вполне себе целой. В доме, фактически вся мебель сохранилось. Не было разрухи или следов мародёрства, будто жилье оставили совсем недавно. И все же, некое запустение присутствовало в виде слоя пыли.

Оглядевшись еще раз, я проверил помещение с помощью своих сил и убедившись, что никого нет, запер дверь и буквально завалился на кровать.

Проснулся, когда еще было темно. По ощущениям проспал почти целый день. Быстро перекусив, решил, что надо бы продолжить путь, но только в темноте это делать опасно. Пусть я и вижу в темноте, но кто его знает, что в этом городе может быть и кто может обитать.

Пришлось довольствоваться тем, что внимательнее осмотреть свое временное убежище. Что можно сказать? Первое впечатление было правильным, жилище будто бы покинули недавно. Я нашел даже пару украшений и посуду, что по меркам даже Ulumatua дорогая.

В одной из комнат стоял шкаф с одеждой, пусть большая часть уже наполовину истлела, но даже остатков хватило, чтоб понять при уходе этот шкаф не открывался и из него ничего не доставалось.

Может болезнь? Но ни костей, ни останков кого-либо или чего-либо в доме я не нашел. Опять же, если бы болезнь, то хотя бы что-то намекало или говорило о ней. А тут, я даже пару украшений нашел.

Ночь я провел в доме, обдумывая сложившуюся ситуацию. То, что мне хода домой нет - это точно. Что пошлют за мной еще отряд – тоже. Вопрос кого и когда? А самый большой вопрос, что делать мне? Ясно, что к разумным этого мира я не принадлежу, о чем явственно говорит подсознание. По описаниям, найденным в книгах, меня можно отнести к демонам, о чем намекают крылья. Но, подсознание говорит, что не все так печально и что возможно, только возможно, у меня другой вид разумных.

Если так, то каких? Хотя и демонов мое подсознание не отвергает, вроде как такой подвид может вполне существовать. Что бы понять кто же я, надо дождаться полного перевоплощения и только потом решать, чего делать.

Надо пробовать. Я разделся и стал постепенно перевоплощаться перед обнаруженным в доме зеркалом. Чешуя покрывала не все тело, и шла от висков к скулам, чуть переходя на щеки, но на затрагивая нос. Губы были обычные, зубы чуть деформировались, образовывая несколько дополнительных, в том числе клыки. Сама челюсть выезжала чуть вперед, вместе с верхней, но не так, чтоб сильно. Лоб покрывался чешуей не везде, по краям появились роговые наросты.

Тело стало чуть шире, но только в плечах, видимо из-за появившихся крыльев. При этом само тело покрыто чешуей не полностью, на груди были наросты, чуть больше, но уже ближе к животу чешуя пропадала. В паху ее не было, но на бедрах и по бокам в районе таза присутствовала, переходя в какой-то узор на спине и далее к хвосту.

Хвост. Хвост - это отдельная ситуация, он по ощущениям был недоразвит. Выглядел как хвост ящерицы, но чуть короче, по которому шли небольшие костяные гребни в два ряда. Но скорее выглядели нарисованные, так как на ощупь были мягкие и не сильно выпирали.

Ноги принципиальных изменений не претерпели, единственное чуть покрылись чешуей. Внутренняя сторона бедер осталось прежней, когтей не появилось, но при этом мышечной массы добавилось в бедрах.

Крылья были похожи на мышиные, за тем исключением, что на концах суставов были острые шипы.

И вот глядя на весь свой облик и создавалось впечатление, что он не завершен, что я еще не до конца могу перевоплощаться. И поднималось некое знание, что я в этом облике ребенок. Как так, не могу сказать.

Вернув облик эльфа обратно и одевшись сел думать. Что делать? Полный облик я по каким-то причинам воплотить не могу. От чего это зависит – не знаю. Следовательно, либо ждать, либо как-то спровоцировать. Как спровоцировать – не знаю. Остается ждать.

Ожидание для меня не очень правильное решение, так как за мной рано или поздно придут, а сколько ждать информации нет. Но и выхода другого нет, следовательно, надо повысить свои шансы на выживаемость, а значит нужно действовать и раз уж так сложилось, то встречу я их в этом городе.

Утром быстро позавтракав и умывшись стал обходить близлежащие дома на предмет полезных вещей. Понимая, что много я не найду, все же был приятно удивлен тем, что мне попадались инструменты и даже несколько старое оружие, сохранившееся. Что-то я пускал сразу в дело, накладывая зачарование или наговор. Где-то применял вязь заклинаний.

Переходя от одного дома к другому и делая ловушки как в самих домах, так и на улице, я все пытался понять, что произошло с городом. Где все жители? В самих домах очень надеялся найти хоть какие-то сохранившиеся записи или следы, но пока этого мне не удалось.

Так продолжалось до вечера, пока в одном из домов я не наткнулся на подвал. До этого подвалы мне не встречались, хотя обошел я уже больше пятидесяти строений. Вход находился в самом доме и выглядел как дверь в подсобное помещение, только когда открываешь появляется спуск ведущий вниз.

Спускался я, держа наготове оружие и заклинание. Темнота не мешала, но как только нога коснулась пола, тут же зажглись парочка магических светильников освещая все помещение. По мере моего продвижения одни светильники гасли, другие загорались, позволяя всегда оставаться при свете.

Подвал был величиной во весь дом, можно сказать это был еще один этаж, только подземный. Первое что привлекло внимание - это ряды консервированных продуктов, а также вяленное мясо. При этом все полки окружало некое поле, видимо не позволяющее портится продуктам.

Обходя все это великолепие, я размышлял на тему, того, что все это не просто так. Твари, покинутый город, утраченные знания магии и контуры плетений, что до сих пор можно восстановить. И вот так бродя по подвалу взглядом зацепился за одну деталь, сначала показавшуюся мне незначительной. Но уже спустя несколько мгновений я держал в руках статуэтку. Обычную глиняную статуэтку, если бы не одно «но». У статуэтки были крылья, по форме напоминающие мои. И пусть от нее сохранилось малая часть, в основном крылья, немного хвоста и часть ног, но даже это вселило в меня уверенность, что я на правильном пути.

Спустя несколько дней планомерного обшаривания домов, я все же притронулся к запасам того подвала. Удивило меня то, что поле не мешало доставать продукты и убирать их обратно. Я попытался взглянуть на плетения, но понимания того, что увидел не пришло.

– Недоступные технологии – пришло из подсознания.

Уже полгода я нахожусь один в покинутом городе. С продуктами проблем нет, я наткнулся на дюжину подвалов, в которых хранились продукты. Проблема была в том, что я уже подбирался к центру города и пока хоть каких-то зацепок больше не нашел. Город я обходил планомерно по спирали. В каждом доме оставлял хоть какой-то, но «сюрприз» для тех, кто придет за мной. А даже если не придут, то возможно, когда в город войдут твари -это проредит их поголовье.

За это время, о чем только не думал, какие теории только не строил на предмет этого города. Почему его не разграбили, ведь в Пустоши ходили армии, одна такая при мне уходила. Куда ушли разумные, почему? Ответов не было. Я находил записки, даже дневники, но нигде ничего не сказано о том, что за город, почему его покинули.

Итог закономерен, я пришел к центральному зданию, что всего лишь на один этаж было выше, чем рядом стоящие. Ничего сверх примечательного. Такого же цвета стены, окна обычные, как и в других. Лишь на крыше виден флагшток с отсутствующим знаменем.

Войдя внутрь, также было тихо, как и везде, лишь пару оброненных листков валялось на полу. Подняв их, я решил осмотреть все здание снизу до верху, но начиная с левого крыла, а правое уже осмотрю сверху вниз.

Осматривая кабинет за кабинетом и поднимаясь все выше, я понимал, что шансы найти что-то минимальны. Все было вычищено. Тут разумные уходили вдумчиво, не оставляя ни одного документа, ни каких бумаг. При этом порядок был идеальный.

– А может был другой формат носителя информации? – сама собой возникает мысль.

И кабинеты верхних этажей уже осматриваю досконально, но опять жен ничего. Даже пишущих принадлежностей не было, никаких магических проявлений. Ни-че-го! Когда дошел до верхнего этажа и вошел в кабинет местного начальника то просто сел в его кресло закинув ноги на стол.

– Никто не говорил, что выйдет быстро и просто. – сам себе сказал я и полез в карман, доставая найденные в самом начале листы.

Читая текст, ничего примечательного не заметил и если бы я сидел не напротив окна, наверное так бы и осталось. Но в момент, когда на угол листа упал луч солнца, там немного размыто появилась часть надписи.

Я буквально подлетел с кресла и в мгновение оказался у окна. Направив лист на солнце, начал вглядываться в текст. А прочитать там было что. В скрытой части текста говорилось про коварство и предательство низших, а также то, что Князь (именно так с большой буквы) приказал всем отходить к столице.

При этом, автор не указывал кого они называли низшими, но что-то мне подсказывает, что это королевства и империя вокруг, так как сам автор говорил, что они окружены и союзников не осталось.

Еще автора удивляло то, что фактически они оставляли все врагам, буквально следуя приказу Князя оставить все так, как сейчас есть. Странный приказ вызывал недоумение у всех.

Разумные уходили в столицу, беря с собой еды только на четыре дня пути. Название этому было: Исход.

Больше информации не было, даже на втором листе. Я опустился обратно в кресло и стал думать, как поступить. В городе меня ничего не держало. Вопрос идти ли дальше? А сдругой стороны, я ничего не теряю, а возвращаться мне некуда. А даже если сейчас уйду и вернусь, когда тут кто-то будет я это пойму. Так, что нужно собираться, правда, еды надо взять как на две недели пути. Только вот как это все утащить?

Через день я вышел из города, направляясь все дальше вглубь пустоши. Продуктов взял на две недели пути, но пришлось повозится с тем, чтоб все это унести. В итоге катил за собой небольшую телегу, которыми пользуются пожилые люди ходя за продуктами в городах.

Что удивительно, все четыре дня путешествия мне не встретилось ни одной твари. При этом построек попадалось все больше. Были видны ограды, еще целые и ограждающие ранее поля.

Иногда попадалась дорога, уже немного занесенная тонким слоем песка и прорастающая чахлой растительностью.

Почему Князь решился на исход? Почему нельзя было договориться? Это цивилизация демонов? Поэтому они везде запрещены и из убивают? Столько вопросов и ответов пока нет.

Так и прошли дни, а на утро пятого дня поднявшись на один из холмов мне предстал во всей красоте город. Удивительный в своей красоте и необычной архитектуре. Мне даже показалось, что я сплю и это лишь сон. Но нет, вот он передо мной.

Первое, что бросалось в глаза это композиция десятки строений, они были какие-то гротескные, высокие и будто бы скалы выступали вокруг города, напоминая зубы некого чудовища.

Между этими зданиями проходила стена, соединяя их между собой и будто бы завершая образ гигантской пасти. Но даже и это не все, чуть в стороне в одном направлении до самого высокого здания или выступа шли небольшие здания, в общей картине напоминая гребни.

В самом городе было множество высотных зданий этажей под десять. Но именно эти выделялись. Наблюдая это все, появлялось четкое ощущение, что смысла искать ратушу или здание градоначальника нет. Именно эти десять зданий и есть центр управления этим городом.

Я стал спускаться с холма, надеясь дойти до города еще до темноты, неизвестно что обитает в самом городе.

Уже ближе к вечеру я входил в величественные ворота, толщина которых была больше локтя, а в высоту они были как три меня. Оглядываясь, заметил мерцающие, а главное действующие заклинания и плетения. Прошло столько лет, а они работают! Удивительно!

Стены были выложены из камня, идеально подогнанного друг к другу и под определенным углом образовывая картины. Мне удалось разглядеть несколько, одну связанную с лесом, одну с небом, в котором парили неизвестные существа и одно олицетворяло битву.

Входил в город очень медленно, опасаясь, что сработают плетения или заклинания. Не понятно же на что они рассчитаны. На первый взгляд город был также покинут, как и предыдущий. Но только если в первом городе уже виднелось некое увядание, то тут будто бы все новое.

Чуть подняв голову, увидел в магическом зрении как переливается купол, что накрывал весь город. Это какие же были знания, чтоб сотворить такое? Почему произошел упадок знаний? Война? Так обычно это приводит как раз к обратному эффекту (не всегда – вылезло подсознание).

Возможно, разгадаю загадку этого города. Пока же, нужно искать ночлег, да в ближайшей перспективе не мешало бы найти подвальчик с едой, если они тут будут. Если же нет, то придется возвращаться в первый город. Без еды мне в любом случае не выжить.

Выбрав ближайший дом, приготовив оружие и все свои заклинания, стараясь не шуметь я переступал порог. Но все оказалось также как и в первом городе, за исключением того, что подвал был обнаружен тут же. И даже больше – винный погреб.

Решив, что все это время я был очень напряжен, пару кубков вина не будет лишним.

Уже через час я сидел за столом, наевшийся и отпивающий из кубка шикарное вино, решая, что же делать дальше. Точнее не так, как начать поиски и главное, что искать?

Так и не придя к чему-то конкретному, решил поступать по ситуации. А пока, спать! Чую, следующие дни мне будет чем заняться. Как бы не зависнуть тут на очень долгое время. Очень, очень долгое.

Проснувшись утром, быстро перекусив, решил, что первым делом, нужно поменять местоположение. И раз уж я все равно решил начать с исследований Зубов, то лучше перебраться ближе к одному из них.

Уже к обеду я стоял напротив одного из Зубов. Решив для начала попробовать попасть в него, и если не получится, тогда уже искать домик неподалеку.

Направившись к видневшемуся входу, я был очень шокирован тем, что передо мной открылась дверь и только потом сообразил, что возможно я тут не один. Расслабился. Выхватив меч и приготовив заклинание, входил уже более осмотрительно.

И лишь когда пересек порог, немного выдохнул, но лишь на мгновение, так как почти сразу раздался голос:

– Приветствую… – далее пошла череда непонятных слов.