Кто разбудит спящего принца?

Пролог

Только в России драка в пьяной компании может начаться после того, как кто-то из спорящих произнес фразу: «Семантика этюдности в прозе Пришвина неоднозначна…». А Леха Зайцев скептически хмыкнет с видом знатока.

- А ты хоть знаешь, что слово «семантика» вообще означает? – агрессивно сжимая кулаки, завелся с пол-оборота Мишка Лебедев, одновременно отталкиваясь правой ногой. Затем резко развернулся корпусом и выкинул руку вперед. Его хук справа знали даже именитые соперники на ринге. А вот тот факт, что он умудрялся сочетать занятия таким мужским спортом с преподаванием на кафедре русской литературы в пединституте, был известен лишь близким друзьям.

Леха тоже был не лыком шит, прошел огонь, воду и пустыни Сирии. Но в филологии не разбирался. Даже в объеме школьной программы. И парни начали ставить ставки, кто же победит: «филологический бокс» или простой российский спецназ.

То, что Лебедеву, как и многим боксерам, нельзя много пить, Аленка Горбунова прекрасно знала. Отчасти поэтому и увязалась сегодня за ним следом на так называемый пикник. Мишка обещал, что он чисто поддержать компанию. Рюмочку, не больше. Только сдержать слово в очередной раз не получилось. Сначала было «душевно пошла», а затем появилась эта чертова «семантика».

Парни из Мишкиной компании давно прозвали девушку хвостиком, не обращали внимание на молчаливое присутствие лебедевской подруги и перестали ее совершенно стесняться. Она же последнее время стала подумывать, не расстаться ли с неуправляемым подшофе кавалером, пока отношения не зашли слишком далеко. Но никак не могла решиться оставить без присмотра этого большого ребенка. И сегодня лишний раз убедилась, что обещания так и остаются обещаниями, не более того. Точно, пора ставить точку.

Сейчас, сидя на бревне на пустыре за гаражами, ненадолго отвлеклась от спорящих и увидела странную картину: смутно знакомая девица, держа за ручку огромный чемодан, тянула его волоком прямо к Аленкиному бревну. Внешность девушки полностью подходила под звание стандартной «инстасамки». Накачанные пельмешки вместо губ, черный шелк прямых волос, ресницы, которые, казалось, росли в три ряда, да брови в палец толщиной, при этом еще зачесанные вверх.

Аленка всегда презрительно фыркала при виде таких девиц, но в глубине души им завидовала. Она тоже хотела бы губки попухлее, ресницы подлиннее и грудь чуть больше, чем ее уверенная двоечка. Но, во-первых, на все это банально не было денег. Она на маникюр-то еле-еле наскребала по полторы тысяче каждые три недели. А во-вторых, ее всегда что-то останавливало. При сильном желании двадцать-тридцать тысяч накопить и наколоть филеров вполне возможно. Только не хотела она быть искусственной, предпочитая натуральность.

И пока Горбунова отвлекалась на эти размышления, дамочка подошла к ним вплотную.

«Странно, что ей здесь нужно? – еще раз подумала Алена. – По грязи на высоченных шпильках и с чемоданом?»

Чемодан упорно не хотел ехать по мокрой глине, а шпильки проваливались почти до самого основания, благодаря чему широкие штанины модных брюк были испачканы в коричневой жиже почти до колена.

А та обвела взглядом их честную компанию, дерущихся Леху с Мишкой и неожиданно истошно заорала:

- Полиция! Убивают!

Парни мутузили друг друга, конечно, не по-детски. Но еще ни разу ничем серьезным такие драки не заканчивались, ограничиваясь обычно парой-тройкой синяков.

- Если Миша попадет в участок, то его карьере конец! – первая мысль, которая пронеслась в умненькой Аленкиной головке. – Как в спорте, так и в науке.

Остальные парни посмеивались и останавливать драку не собирались, лишь подбадривая не поделивших семантику соперников. Тут как нарочно раздался вой сирены, и на горизонте показались проблески мигалок. То ли услышали крик незнакомки, то ли просто проезжали мимо. Пустырь всегда считался криминогенной зоной. Алена решила попытаться разнять парней, чтобы к приезду следов побоища не было. И десять человек могли бы с полной уверенностью утверждать, что дамочка все неправильно поняла и драка ей только привиделась.

- Стой! Куда, сумасшедшая! Жить надоело! – это были последние слова, которые, кажется, крикнул ей Вовка Апраксин.

А дальше все было как в замедленной съемке. Её чем-то больно ударило по скуле, так что показалось, еще чуть-чуть и голова оторвется от шеи. Визг девицы почему-то перерос в бас, больше похожий на звуки иерихонской трубы, чем на женский голос. Ноги неожиданно оторвались от земли и взмыли выше головы. А вслед за ногами показалось, что тело летит прямиком в глубокую лужу, которая была недалеко от того места, где компания расположилась с закуской и выпивоном. Алена уже готовилась к тому, что сейчас в разные стороны полетит море ледяных брызг, а одежда станет мокрой и грязной, как шкурка порося.

Только сырости девушка не почувствовала. Ей показалось, что она прошла сквозь воду как сквозь бассейн с шариками в детской комнате. Затем все же больно обо что-то ударилась спиной и окончательно отключилась.

Глава 1

Утро было каким-то неласковым. Сильно болела голова. Совершенно не хотелось открывать глаза и выбираться из-под одеяла. Какое-то воспоминание постоянно ускользало из моей головы. Закутавшись плотнее, я решила, что нечего дергаться, а просто лежать и ждать сигнала будильника. Но его все не было и не было.

Однажды я уже так облажалась. Упорно ждала знакомую мелодию, и лишь потом выяснилось, что в телефоне села зарядка, поэтому звонить ему было совершенно нечем. О том, как я бежала на работу, на ходу надевая трусы и часы, можно рассказывать анекдоты. Поэтому все же решилась и подняла веки. И тут же резко захлопнула их обратно. Все дело было в том, что над головой был не мой потолок. И в квартире у Лебедева, где я, честно говоря, не любила оставаться, он тоже был не таким. Скорее всего, походил на потолок в каком-нибудь музее. Но что, простите, я там забыла? Почему спала в столь необычном месте?

В детстве я боялась вида крови, периодически хлопаясь в обмороки. И когда приходила в себя, часто не понимала, где я и что со мной. Но даже в те критические минуты через пару секунд память восстанавливалась. А сейчас молчала.

Неожиданно услышала голоса и шаги. Честное слово, испугалась. Проснуться в незнакомом месте еще тот квест. Поэтому не придумала ничего лучше, как спрятаться с головой под одеяло, словно это бы спасло меня от неудобного положения.

- А здесь у нас претендентка номер тринадцать из мира под названием Земля! – вещал бодрый женский голос.

Я, естественно, не выдержала и высунула нос из своего укрытия. Любопытство - мое второе я. Где эта самая претендентка? Минуту назад рядом со мной никого не было. Зато сейчас рядом с кроватью стояла целая делегация, состоящая из пяти мужчин и двух женщин, одетых в платья а-ля XIX век. Точно, музей! Только, почему я в нем сплю? Или это игры разума? Наконец-то вспомнился пустырь, драка, как я попала под чей-то кулак. У меня точно сотрясение мозга, вот отсюда и такие странные галлюцинации!

- Она прибыла совсем недавно, поэтому проходит акклиматизацию, - женщина с высокой прической по-своему объяснила мое странное поведение.

- Но все равно ведь знает, что с ней общаются высшие лица Бронштейра. Могла бы и побольше выказать почтения! – скривился плотный мужчина с двойным подбородком, который буквально воротником лежал у него на груди. – Как ее имя?

- Мария Петровна Вострикова! – отчиталась дама. А я вспомнила, почему та «инстасамка» показалась мне знакомой. Это была популярная в нашем городе блогерша Маша Острая, на которую я упрямо не подписывалась. Но которую мне с не меньшим упорством предлагали алгоритмы интернета.

Похоже, я оказалась в этом странном месте вместо нее. Но почему и как? Кривляться, трясти пятой точкой на камеру и петь песенки писклявым голосом я точно не умела. А вдруг у них тут серьезный проект? Я же все завалю. А потом с меня неустойку потребуют. А с деньгами и так было туго…

- Простите, но это ошибка! Я не Мария… - не успела я договорить, как этот с воротником из подбородка поперхнулся, вытаращил глаза и, некультурно показывая на меня пальцем, уточнил:

- А это что за чудо?

- Простите, светлейший! Разберемся! - запричитала дама. Дернула за рукав вторую женщину, которая была в этой странной компании. И они вдвоем ловко закрыли меня от посторонних глаз одеялом. Напоследок прошипев:

- Сиди и не дергайся! Придем – разберемся!

Все происходящее походило на фантасмагорию. Какая я претендентка номер тринадцать? А самое главное, на что претендую? То, что у меня ума больше, чем у Востриковой, я не сомневалась. Все же, как-никак, в двадцать три защитила диссертацию и была самым молодым кандидатом исторических наук и доцентом кафедры российской истории. А вот со всем остальным явно была проблема.

Мишка меня и такую любил.

- А любил ли? – тут же поинтересовался противный внутренний голос, который я в свое время прозвала Акакием Акакиевичем. И я в чем-то была с ним согласна. Когда любят, не ставят любимую в неудобные положения и не меняют постоянно на компанию парней. Я пыталась ему внушить, что спорт и выпивка несовместимы. А мне тут же в противовес приводились неприглядные случаи с футболистами нашей сборной. Но те хотя бы миллионы зарабатывают. А Мишка, при всей своей любви к литературе, диссертацию так и не защитил, и получал в итоге меньше меня. И в боксе остался на любительском уровне. Скорее всего, именно алкоголь был одной из причин его провалов.

Но сейчас проблема была в другом. Я была в незнакомом месте, это раз. И этот дядечка солидной наружности смотрел на меня как на чудо-юдо, это два. Поэтому я, превозмогая головную боль, все же выползла с кровати и стала оглядываться в поисках зеркала. И оно нашлось. Большое, на всю стену в золоченой раме.

- Мамочки, это кто? – только и смогла прошептать, прикрывая рот обеими ладошками. Незнакомка с фиолетовым фингалом под глазом, прической «я упала с сеновала, тормозила головой» и в перепачканных грязью джинсах и футболке сделала то же самое. Я с ужасом поняла, что чудовище за стеклом я и есть. То было уже три. Гад Акакий молчал. Похоже, даже у него закончились слова.

Следующим осознанием стал факт, что в этой грязной одежде я лежала под одеялом на роскошной кровати. Я же там все перепачкала! Но, к моему удивлению простыни белели первозданной чистотой. И я прямо увидела, как расправляются подушки, приобретая первоначальную форму. Мозг все еще отказывался принимать произошедшее. Я обессиленно села на кровать и потерла глаза рукой, готовая разреветься в три ручья.

Но продолжить мне не дали. В комнату вернулись уже три дамы. Две из них были мне знакомы по предыдущему посещению. А вот третью я видела впервые. Ее коричневое обтягивающее одеяние с металлическими шипами по рукавам и лодыжкам выглядело странным даже для галлюцинации. Туфли на высоченных каблуках также украшали шипы.

- Встать перед старшей по титулу! – скомандовала она, не здороваясь.

Я сначала растерянно оглянулась, соображая, кому адресованы ее слова. Потом поняла, что ко мне. Больше никого в комнате не было. Резво, как только позволяла больная голова, вскочила и вытянулась по струнке.

Дама удовлетворенно выгнула бровь и произнесла уже более мягким тоном, обращаясь к своим сопровождающим:

- Разумна, команды исполнять умеет! Готовьте! – после этого развернулась на своих каблучищах и с царственным видом вышла из комнаты.

- Фу-ух, - выдохнула та, которая первоначально меня представляла, - ликвидировать не приказала. А подготовить мы постараемся!

- Постараемся! – согласилась, молчавшая до сих пор вторая. А затем развернулась ко мне:

- А где, милочка, твои вещи? Или ты сразу решила поступить на полное содержание его высочества? Только ничего у тебя не выйдет. Наш принц авансов не раздает.

- Принц? Вещи? – вначале их вопрос показался странным, но потом я вспомнила огромный чемодан Марии Петровны и очень неподходящее одеяние для прогулок по грязному пустырю. Зато на свидание к принцу вполне можно было именно так нарядиться. Я, конечно, подразумеваю современных принцев, а не тех, кто жил пару веков назад. – Мне не нужны авансы от вашего принца. Верните меня, пожалуйста туда, откуда взяли. А там Вострикову заберите. Она, наверное, сидит на бревнышке и плачет горючими слезами! Произошла чудовищная ошибка!

- Что ошибка, мы и сам видим! – усмехнулась более говорливая дама. – Но боюсь, что-то сделать не сможем. Мистресс одобрила вашу кандидатуру. И мы лишь в состоянии просто помочь подготовиться вам для конкурса. Не более того.

- А почему ее не было, когда вы привели сюда тех джентльменов, когда меня показывали? – уточнила на всякий случай. Слово «мистресс» в принципе было мне понятно, особенно в сочетании со словом «конкурс». Скорее всего, распорядительница или режиссер. А я оказалась в каком-то закрытом государстве, где собираются из толпы в 13 девушек выбирать наиболее подходящую кандидатуру. Я попала в телешоу?

- Джентльменов? – по высоко вскинутым бровям моих собеседниц, поняла, что такого определения здесь, похоже, не употребляют.

- Мужчин, которые с вами приходили!

- А-а-а, - протянула первая. – Это не мужчины, это наша политическая элита!

Ага, нашей бы политической элите кто-то такое сказал!

- Мистресс обсуждала условия представления невест ее величеству и дальнейший ход отбора. Поэтому опоздавших участниц пришлось показывать нам с Джиллой.

- Простите, а вас как зовут? – уточнила я у нее.

- Сттрилла! – представилась она и тут же уточнила:

- А как называть вас, раз вы утверждаете, что не являетесь госпожой Востриковой?

Джилла, Стрилла… странные имена. Я в силу своей работы знала хорошо историю не только России, но и мировую в целом. Не было у нас таких имен. Но не философствовать же здесь на эту тему? Про семантику этюдности вон уже дофилософствовались. Подумала, как лучше представиться и решила, что представлюсь обычным полным именем:

- Елена Борисовна Горбунова.

- Отлично, - кивнула Стрилла. – А теперь расскажите, как вы здесь оказались вместо Марии Петровны.

- Как я попала, подробного рассказать не могу, так как, похоже, потеряла сознание и ничего не помню. В памяти последнее, что сохранилось, это падение в лужу, - и коротко поведала, что произошло со мной в тот миг.

- В лужу? – женщины переглянулись и неожиданно заливисто захохотали. То, что мне прилетело кулаком от кого-то из дерущихся, не вызвало ни волнения, ни осуждения. – Господин регент еще тот шутник!

Я склонила голову набок, разглядывая женщин, и подождала, пока они замолчат. Дамы вытерли слезы тыльной стороной руки, сделали серьезные лица и дружно извинились:

- Простите, сиятельная, мы просто не смогли сдержаться от смеха над причудами его императорского величества. Портал в луже! Это надо же было до такого додуматься!

В аристократической иерархии я хорошо разбиралась. И вследствие этого пришла к следующим выводам:

В наличие имеется принц.Регент – неизвестное лицо, управляющее государством. Портал в луже. И через эту злосчастную лужу я попала в неизвестно какое измерение и какой мир.Простите, а я точно на Земле? Мой отшибленный мозг все больше и больше склонялся к мысли, что сейчас мое тело лежит где-то, может, и в луже, а душа умудрилась улететь в неведомые дали. Интересно, это ад или рай? Других предположений не возникло.

Хотя изображение в зеркале показало именно мою изрядно потрепанную физиономию с фингалом. Души, подозреваю, синяками покрываться не могут. Эти мысли с бешеной скоростью пронеслись в голове. А вслух я лишь сказала:

- Поэтому у меня нет с собой вещей. И я не подписывала никаких договоров и не представляю, как сюда попала, а главное, зачем.

Женщины переглянулись.

- Раздобыть одежду, думаю, проблемой не будет. Пошарим на чердаке. Благо, туда стаскивают ненужные наряды всех времен и поколений. А вы же не местная. Может у вас мода именно такая? – Джилла потерла рукой подбородок.

- Согласна, - вздохнула Стрилла. – А как быть с договором? Без договора нельзя.

- Я думаю, что с такими данными светлейшая вылетит на первом же туре. А договор нужен лишь при оформлении брачного контракта, - резюмировала ее коллега. – Поэтому отмоем, причешем, на первый тур подготовим. А там уж куда двуликий пошлет.

Глава 2

Остаток дня Джилла и Стрилла занимались лишь моей персоной, объяснив, что остальные конкурсантки прибыли со своими личными горничными и сундуками с нарядами. И лишь участница из мира под номером тринадцать ничего такого не имела. Это стало решающим аргументом для мистресс. Женщины же старались как могли.

Для начала они принесли пахнущую ментолом ядовито зеленую жидкость. Нечто подобное продается в наших аптеках как разновидность хлорофилла. Зеленой жижей смазали синяк под глазом, Обещая, что к завтрашнему утро отек спадет, а гематома рассосется. Я в это верила мало. Но других предложений у меня не было. Будем верить в лучшее. На бедный глаз наложили марлевую повязку, сделав похожей меня как минимум на капитана Флинта.

Затем была очередь трех сундуков с нарядами.

- Принесите наследие Эллы Варгорн, Мийи Петцель и Ралгории Сибиотирум! – в приказном тоне Джилла отдала распоряжение двум амбалам, которые скромно топтались за дверью моей комнаты.

- Это бывшие Бронштейрские королевы. Они более или менее подходят вам по своим параметрам, - объяснила мне Стрилла. – Моды в вашем мире никто не знает, поэтому постараемся представить, что ходят у вас именно в таком платье. Поверьте, миры вселенной очень и очень разнообразны.

В разнообразие я поверила. Выбора мне не оставили. Поэтому терпеливо стала дожидаться раритетных сундуков. А они оказались деревянными коробами, обитыми позолоченными пластинами на манер бабушкиного сундука.

- Начнем с малышки Эллы. Она жила пару тысяч лет назад. Но еще в те далекие времена ходили легенды о ее элегантности и изысканном вкусе, – сообщили мне мои помощницы и откинули крышку первого короба. Я даже на секунду зажмурилась от того блеска, который шел от содержимого. Первым было впечатление, что сундуки перепутали и вместо одежды принесли шкатулку с драгоценностями. Джилла тем временем достала верхний наряд. Это оказались прозрачные шаровары и короткий топик. Лишь в стратегических местах были мозаичные вышивки из камушков. Наверное, красиво. Только сверкать голой попой меня совсем не прельщало. И попа у них стратегическим местом по всей видимости не считалась.

Мои помощницы пришли в полнейший восторг от нарядов и были готовы сходу меня обрядить в них.

- Елена Борисовна, вы только представьте, как принц вас увидит, так сразу сойдет с ума от вашей красоты!

И вот тут я насторожилась. Все разговоры про конкурс проходили мимо меня. И только сейчас я в полной мере осознала, что здесь есть реальный мужчина, за чье внимание мы, тринадцать конкурсанток, будем сражаться. А вдруг он мне не понравится? То, что не понравлюсь я, пока меня не волновало. В конце концов, на весь Бронштейр принц же не единственный мужчина? И уж если я умудрилась полюбить интеллектуального алкаша и боксера Мишку Лебедева, все остальное уже было не страшно.

Но для начала меня заставили мерить это прозрачное безобразие. Я, естественно стала натягивать шаровары на собственные трусы, на что дамы зашипели на меня:

- Елена Борисовна, это носят на голое тело!

- На голое тело надевают как минимум чистую одежду, а не пылившуюся в сундуках тысячу лет, - нашла я веские аргументы. Дамам пришлось со мной согласится. И к моему великому счастью Элла Варгор оказалась ниже меня ростом и на пару размеров худее. С одной стороны, было жаль. Уж очень красивыми оказались наряды. Но выходить в них на люди? Увольте. Если только этого самого принца тет-а-тет соблазнять.

Мийя Петцель при жизни любила парчовые сарафаны, расшитые жемчугом. Жемчуга было так много, что любое платье было очень тяжелым. Я даже не представляла, как буду в нем двигаться. И эта неизвестная мне королева была по меньшей мере родственницей Геркулеса. Сарафаны оказались очень длинными и широкими. Хотя и обещали схожесть наших размеров.

- Можно, конечно, ушить! – Джилла снова потерла подбородок рукой. Похоже, это был ее характерный жест.

- Но времени на это у нас нет! – покачала головой ее компаньонка. – давайте проверим еще наряды Ралгории Сибиотирум. И если и они не подойдут, будем думать дальше.

Имя мне ее не понравилось. Зубодробительное слишком. А вот наряды оказались очень даже неплохими. Я бы даже сказала, отличными. Они, скорее всего были зачарованы какой-то магией. Я уже совершенно спокойно стала относиться к ее наличию в моей жизни. Особенно после того, как плотное темно синее платье с белым воротничком вдруг ожило на мне и зашевелилось. Я бы закричала громко и надрывно. Но страх так парализовал мой язык, что я не смогла вымолвить ни звука, застыв, растопырив руки в стороны. Зато через минуту поняла, что оно просто подстраивается под мои параметры, плотно облегая фигуру, утягивая ее в необходимых местах и поднимая то, что лучше смотрится в приподнятом состоянии. Через пять минут из большого зеркала на меня смотрела вполне симпатичная девушка, если не считать повязку на глазу, в платье гувернантки начала прошлого века. Туфли на небольшом каблучке легко преобразовались под мои ноги, а волосы дамы заплели в тугую косу. Причем после пары взмахов специальными гребнями они стали чистыми, более плотными и густыми. Я поняла, что магия начинает мне нравится.

Повертелась перед зеркалом и осталась вполне довольна увиденным. Мои компаньонки синхронно закивали головами в знак одобрения.

- Отлично! – резюмировала Стрилла. – Будем считать, что к завтрашнему дню вы готовы.

- Нет! – я призывно подняла руку. – Острая Маша подписывала с вами договор и знала, куда идет и зачем. Я думаю, что основные моменты вы обязаны мне сообщить.

- Острая Маша? – женщины синхронно недоуменно открыли рты.

- Мария Петровна Вострикова, - махнув рукой, пояснила в ответ.

- Понимаете, - дамы дружно опустили глазки и покрылись смущенным румянцем, - девушки, подписавшие договор, дают клятву о неразглашении узнанного. А вы от такой клятвы свободны, поэтому мы не можем сообщить конфиденциальных сведений.

- Так давайте подпишу! – незаметно для себя я вошла в раж и уже была готова ринуться в бой за неизвестного мне принца. По крайней мере это отличный повод забыть Лебедева со всеми его причудами и проблемами. Да и на родной земле принцы мне точно не светили. Возможно, все к лучшему, как бы странно это не звучало. Мишка, конечно, мужик красивый и брутальный. Но принц же не хуже должен быть? Знакомые мне по интернету Гарри и Уильям были очень даже ничего.

Женщины переглянулись и замялись. Синхронно пожали плечами. Первой заговорила на этот раз Джилла:

- Госпожа, договор готовим не мы, а распорядитель конкурса. Мы ему сообщим вашу просьбу. И если он решит, что это стоит сделать, мы обязательно принесем бумаги на подпись.

Уже что-то. После этого дамы удалились, оставив меня одну. Я перемерила наряды, имеющиеся в сундуке. Кроме платьев там была шубка из густого темного меха, сапожки на толстом каблучке и очень неприличное белье. Носить последнее после кого-то совсем не хотелось. Но другого выхода у меня попросту не было. Я собрала его в охапку и пошла в ванную стирать.

Когда все закончила и поела то, что принесли все те же два амбала, поняла, что делать совершенно нечего. Проскучав примерно с полчаса, решила поискать библиотеку. Я прекрасно понимала окружающих меня людей, они понимали меня. Поэтому оставалась надежда, что читать тоже смогу. Меня в комнате не запирали и сидеть безвылазно не приказывали. И я отправилась в мое первое маленькое путешествие по замку правителей Бронштейра. Нас ведь в нем разместили? Или я не права? Акакий лишь весело хмыкнул.

Выглянув за двери, обнаружила длинный полутемный коридор. С одной стороны помещения был ряд дверей. Причем, они были расположены вплотную друг к другу. И если верить глазам, то моя комната должна быть шириной один метр. Но такого не наблюдалась. Она была просторной, квадратной и включала в себя подсобные помещения.

С другой стороны коридора тянулась вереница высоких, почти до потолка окон в золоченых рамах.

- Не зря музей примерещился! – мысль скользнула в моем мозгу. Что-то подобное я видела в Екатерининском дворце. Это про окна, но не про двери. С этим феноменом еще предстояло разобраться.

Коридор вывел меня к мраморной лестнице, ведущей на верхние этажи с двух сторон. Так как внизу я ничего интересного не обнаружила, решила подняться наверх по правой лестнице. Не зря же говорят, что те, кто заблудились, шагают шире правой ногой. Только в этот раз выводка дверей не было. Проход был длинным, полутемным и со сплошной стеной, на которой висели портреты мужчин и женщин в старинных нарядах. В этот самый момент я даже немного возгордилась, что по образованию историк. Я точно знала, что так может выглядеть фамильная галерея членов семьи, которые когда-то проживали в этом доме. И если мы прибыли на отбор, то делаем вывод, что со стены на меня смотрят предки претендента в мои мужья? Нужно присмотреться и решить, а оно мне вообще нужно?

Неудобно было то, что свет реагировал на движение. И когда я застывала на месте, лампочки выключались, мешая рассмотреть полотна. Где-то, конечно, должен быть рубильник, включающий свет стационарно. Но не настолько я обнаглела, чтобы шарить по незнакомым стенам. Поэтому я ничего другого не придумала, как махать руками перед понравившимся портретом. Тогда свет не гас, позволяя рассмотреть все в деталях. А смотреть там было на что!

Все без исключения портреты были выполнены в одном стиле, словно их писал один автор. Есть у нас глубокоуважаемый и почитаемый, несколько одиозный Никас Степанович Сафронов. И если бы я не знала, что попала в другой мир, была бы уверена, что гуляю по выставке работ мастера.

Лица на портретах навскидку можно было разделить на два лагеря: брутальных брюнетов с темными, как ночь глазами и золотоволосых, голубоглазых блондинов. Только синева в глазах не походила на летнее небо, а скорее напоминала холодные льды Арктики.

Читать у меня, слава богу получилось. К сожалению, порядок летоисчисления не совпадал. Но если верить увеличивающимся цифрам, я все ближе и ближе подбиралась к современности. Надпись на самой последней картине гласила:

«Наследники престола Златан Аран и Дарко Аранум».

И кто из них мой возможный жених? Я застыла, с любопытством вглядываясь в лица и пытаясь хоть что-то разглядеть интересное. Мужчины оба были приятной наружности. Смущало то, что льдистые газа Златана совершенно не соответствовали его теплому имени, смотрели на мир с пренебрежением и даже презрением. А черный искристый взгляд Дарко был взглядом прожженного ловеласа. Что-то ни один из них меня не прельщал.

А еще в глаза бросилась странность: руки последнего принца были затянуты в черные кожаные перчатки. И зачем это? Хотя, моего мнения никто спрашивать не собирался.

Глава 3

- Что вы здесь делаете? Это личные покои и посторонним здесь находится запрещено! – голос был холодным и высокомерным. И я, кажется, знала, кто ко мне обращается. Потому что заморозить голосом мог только человек со льдом в глазах.

Ощутимо вздрогнув, развернулась и уперлась взглядом в золотой медальон на толстой цепи с изображением совы, выполненной из бриллианта, если только камни такой величины могут существовать на свете. Осторожно подняла глаза и поняла, что не ошиблась. Передо мной стоял никто иной как сам принц Златан, если я ничего не путаю.

Представляете, если бы вы случайно гуляли и неведомыми тропами забрели в кабинет к Путину? Ваши чувства и эмоции?

- Простите, я заблудилась, ваше… высочество? – смотрю на него, затаив дыхание. Наверное, положено присесть в реверансе. Но я реверанс делала один раз в жизни в шестом классе в школьном драмкружке. Опыт был крайне неудачным. Растянулась прямо на сцене. Поэтому повторять не рискнула.

- Императорское величество, - поправляет он меня, болезненно морщась. И в этот же миг до моего носа доносится запах кислой капусты. Я потрясла головой, не веря в произошедшее. Он же не?.. Вдохнула еще раз. Похоже, ошиблась. Аромат отдавал жасмином. Привидится или почудится же такое! Даже не знаю, каким словом это определить.

Мужчина же с любопытством смотрел, как я пытаюсь учуять только мне понятный запах.

- Что вы носом водите, словно охотничий пес? – вот еще не хватало императорское величество оскорбить.

- Простите, я больше не буду! – все же попыталась изобразить кривенький книксен. Сава богу, была уже в платье, а не в джинсах. Иначе это был бы точно смертельный номер.

- Конечно, не будете! Сейчас же велю мистресс провести с вами воспитательную беседу, где можно ходить, а где нет, - он развернулся на каблуках и удалился, поигрывая палкой в руках. Спина его была выпрямлена так, словно к ней была привязана еще одна жердь.

Я спешно развернулась и практически побежала назад. Неизвестно, чем закончится для меня эта встреча.

До комнаты добралась без приключений. И лишь успела перешагнуть через порог, как со всех сторон раздался противный звон. Тут же выглянула обратно в коридор, чтобы понять, что это такое и почему звенит. Двери соседних с моими покоев тут же распахнулись и из них показались женские головы в количестве двенадцати штук. Я вспомнила, что меня назвали невестой под номером тринадцать.

Расчет бы прост: все выглянут на звук, и тогда не нужно обходить каждую комнату и стучаться, приглашая на общий сбор. В конце коридора появилась фигура дамы, затянутая в коричневый комбинезон с шипами. И она громким голосом объявила:

- Леди! Прошу всех собраться в рекреации.

Дверизахлопали, и конкурсантки стали ручейком стекаться к фойе, в котором стояли четыре белоснежных дивана и одно кресло. Девушки тут же расселись по три человека, переговариваясь между собой. Видимо, они уже успели перезнакомится. Я же не придумала ничего лучше, чем усесться в кресло. Обзор с этого ракурса был интересным. Все участницы были как на ладони. И я стала с интересом их разглядывать.

Одна смотрела на нас с таким видом, словно мы были грязью под ее ногами. Она сидела как раз напротив меня. Две другие, севшие по бокам от нее, были типичными подпевалами.

Еще мне бросилась в глаза девушка с белыми как лен волосами, фиалковыми глазами в обрамлении черных ресниц и пухлыми губами. Я бы без всякого конкурса отдала ей первое место и выдала замуж за принца.

Остальные конкурсантки ничем особым не выделялись. Все были достаточно симпатичными, молодыми и хорошо одетыми. Маша Острая органично бы смотрелась в такой вот компании. А свое место мне было достаточно сложно оценить.

Тем временем дама в коричневом комбинезоне, которую нам представили как мистресс, решительным шагом направилась к моему креслу. В последний момент она поняла, что кресло уже занято, недовольно сморщилась и недобро так на меня посмотрела, но вслух ничего не сказала. Видимо, предполагалось, что на один из диванов уместятся четыре конкурсантки. И там, где сидела «пуп земли», как я ее окрестила, было место на четверых. Но никто не рискнул присоединиться к той компании.

– Вот ты, Ленка, и влипла! – ворчливо сообщил мне Акакакий Акакиевич. Только я отмахнулась от собственного внутреннего голоса. И без него тошно: попала неизвестно куда, неизвестно зачем. Успела познакомиться в не самой благоприятной обстановке с его императорским величеством и заняла место распорядительницы конкурса.

А она тем временем еще раз пересчитала нас по головам, чему-то сама себе кивнула и сообщила:

- Все в сборе! Отлично. Прошу слушать меня внимательно. Повторять ни для кого не буду.

Мы дружно закивали, выражая свою готовность слушать инструкции и правила поведения.

- Вам выпала честь присутствовать на отборе невесты для его высочества принца Дарко Аранума. Конкурсные задания простыми не будут. Но, надеюсь, вам окажутся по силам, так как организаторы подготовили для вас ряд задний, которые помогут освоится в империи Бронштейра. В вашем распоряжении будут библиотека императора, столовая, тренировочные и бальные залы. Перемещение по дворцу свободное с семи утра до одиннадцати вечера. Остальное время вы обязаны находиться в комнатах и не высовывать свои любопытные носики.

- Но почему? Даже к соседкам нельзя сходить в гости? – поинтересовалась бойкая румяная девица.

-Нет, - отрезала мистресс. – Будущая императрица должна уметь соблюдать режим дня и полноценно спать восемь часов, чтобы иметь свежий цвет лица и радовать им мужа и подданных. И еще…

Она задумчиво посмотрела в мою сторону и опять нахмурилась.

- Невзлюбила она тебя! – ехидно сообщил Акакий. Как будто я без него не догадывалась.

- Правое крыло замка для посещений закрыто. Это личные покои императорской семьи. На втором этаже расположена галерея портретов правителей. Если мы получим разрешение высочайших особ, я свожу вас на экскурсию. А с третьего по пятый этаж их личные покои. Доступ туда получит только та, кто удостоится чести стать женой его высочества. Вопросы есть?

- Это же элементарно! – сообщила от лица всех высокомерная дамочка. – Надо быть полной глупышкой, чтобы не понять таких простых правил!

- О, Линда, я с вами полностью согласна! – заулыбалась ей мистресс. Вот и первые фаворитки выявились.

Дама же продолжила свою речь:

- Завтрак завтра в восемь. У вас будет час после подъема, чтобы к нему подготовиться. Прошу не опаздывать. После завтрака я раздам вам план дворца, чтобы вы знали, что где искать. А сейчас прошу разойтись по комнатам и подготовиться ко сну. Поздний ужин вам доставят в комнаты.

Девушки все встали и потянулись к своим комнатам. И лишь Линда пошла не одна, а вместе с подругами.

- Линда, я же сказала, чтобы все шли по комнатам! – возмутилась дама.

- Мистресс, простите! Но мое платье рассчитано на горничных. И я самостоятельно его снять не смогу! Кто-то очень глупый отправил наших помощниц по домам!– отреагировала девица с приторной улыбкой.

Распорядительница поморщилась, но все же разрешила:

- Хорошо, сегодня разрешу в виде исключения. Но завтра вам придется одеваться и раздеваться самостоятельно. Поэтому подбирайте соответствующую одежду. Это было распоряжение его императорского величества. Так что оспорить приказ можно лишь в личной беседе с ним.

Вот и прошел мой первый день в странном мире под названием Бронштейр. В течение дня мне было не до переживаний. Все крутилось и вертелось, словно карусель с лошадками, которых я так любила в детстве. Эмоции и мысли в моей голове также крутились, создавая настоящий водоворот. И лишь зайдя в комнату и обессиленно рухнув на кровать, даже не раздеваясь, я смогла затормозить и переосмыслить собственное попаданство.

Что имеем по факту? Я не знаю, как сюда собиралась и что говорила знаменитая инстасамка. Я даже пожалела, что не подписана на нее. Но кто же предполагал, что в постах с надутыми губками и откляченными пятыми точками может оказаться что-то полезное?

На Земле за меня могли волноваться лишь два человека: это моя тетка, двоюродная сестра матери, и Лебедев. Я не сомневалась, что вернусь обратно. Вот и посмотрим, что произойдет за время моего отсутствия. Стоит ли чего его любовь или нет? Я же уже задумывалась о расставании. Возможно, сами высшие силы подтолкнули вот таким причудливым образом к этому решительному шагу. А тете Марине я звоню пару раз за год. И если ближайшие пару месяцев не сделаю этого, она волноваться не будет. А к тому времени конкурс завершится, и я благополучно вернусь обратно. В этом я даже не сомневалась. С работы вот только точно уволят. Обидно, но не смертельно. Может получится найти какой-нибудь липовый больничный, что я, например, попала в аварию и в беспамятстве провалялась на больничной койке где-нибудь за пределами нашей области?

Будем решать задачи по мере их поступления. И сейчас точно не это было первоочередной проблемой. Здесь мне предоставляли жилье, еду и даже одежду. Так что нужно попытаться не вылететь с первого тура. А то просто будет обидно.

Не успела я закончить анализ ситуации, как в двери коротко постучали и не дождавшись ответа вошла девушка в форме горничной. Она несла тяжелый поднос, заставленный блюдами под клошами. Ловко расставила их на столе, изобразила легкий книксен и откланялась.

Я стала с любопытством поднимать колпаки, понимая, что семь порций мне точно не съесть.

На первых двух тарелках были салаты. Но в таких минимальных количествах, что следом возникло сомнение, а наемся ли я вообще? Несколько раз читала статьи про аристократок в интернете. Там всегда показывали, что они едят мало, но очень медленно. И такой режим им помогает сохранять стройность. На лишний вес я и так не жаловалась, как и на отсутствие аппетита. А если учесть сегодняшние треволнения, то хотелось просто жрать.

Постаралась сдержаться, чтобы не заглотить как удав эти пару листочков сиреневого цвета и фиолетовую помидорину. Вдруг там положено столько же? Я же до утра не доживу. Нужно будет себя притормозить для медленного поедания пищи. Под третьим клошем оказалась нормальная порция супа. В нашей столовой она равнялась примерно половинке, которую я обычно брала. Еще на трех было разных видов мясо с овощным гарниром. А вот на последней тарелке лежала брошюра. Она явно не была съедобной.

Покончив с едой, я взяла книжицу и устроилась на кресле, стоящем в углу комнаты. Это оказалась краткая история о правящей династии империи Бронштейр. Я медленно листала страницы, вглядываясь в породистые лица правящей династии Аранумов. Пристально разглядела последних императора и императрицу. Как было написано, они были в полном здравии, но ушли на покой, оставив власть на своих сыновей. Голубоглазый Златан был правящим принцем- регентом. А вот брюнет Дарко оказался просто наследным принцем. Очень странный порядок престолонаследия! В этой же книжице говорилось, что все младшие отпрыски династии имеют голубые глаза, а старшие – черноглазы. Тогда почему правит младший брат?

Вопросов стало больше, чем до моего незаконного путешествия по галерее. Надеюсь, что по мере прохождения конкурсов все же получу на них ответы.

Глава 4

Утро началось опять с противного звонка. Мы снова дружно выглянули из своих комнат. Я встала примерно на полчаса раньше и была причесана, умыта и почти одета. Осталось лишь зашнуровать корсет на платье. Благо шнуровка находилась спереди. Но некоторые сложности все же возникли. Девушки же были в разной степени готовности. И если судить по лохматой прическе Линды, она встала последней и пока не успела привести себя в порядок.

- Леди! Через пятнадцать минут ждем вас в столовой на завтрак! – жизнерадостно сообщила нам сегодня Стрилла. - Столовая находится на втором этаже левого крыла. Прошу не опаздывать!

- Мадам, мне нужна помощь в одевании! Мое платье нельзя надеть самостоятельно, - подала голос «пуп земли». – Вы не могли бы мне помочь или хотя бы выделить горничную из конкурсанток?

Мы все дружно переглянулись и замерли в ожидании ответа.

- Чего застыли? – фыркнула предполагаемая фаворитка отбора. – Всем же понятно, что я буду следующей императрицей. И вы будете драться за честь стать моей компаньонкой. Почему бы не воспользоваться этим шансом сейчас?!

- Линда, вы ошибаетесь! С победительницей еще совсем не ясно. И выбирать ее будет магия, а не люди, - неожиданно жестко перебила девушку Стрилла, нахмурив гневно брови. Но Линда, казалось, не заметила нахмуренных бровей и продолжила в том же тоне:

- Магией? – вскинула она изящные бровки. – Вот и отлично! Магия точно меня выберет. В этом я даже не сомневаюсь. Ей коррупция не ведома. Так я не поняла, есть желающие быть моей подругой?

Две вчерашние девицы зашевелились и дернулись навстречу будущей императрице.

- Стоять! – почти грубо одернула их Стрилла. – Никто ни к кому не пойдет. Это условия конкурса. До завтрака осталось пять минут. И если вы, леди Линда, опоздаете на него или придете в неподобающем виде, вам будут начислены штрафные очки.

Затем она окинула всех оставшихся строим взглядом и добавила:

- Для нарушивших запрет появления в чужих комнатах тоже будут штрафы! – и удалилась с видом королевы, словно это она будущая жена правителя.

Мы же все вздрогнули как по команде и ринулись завершать утренний туалет. Я по натуре была всегда отличницей и штрафы получать не хотела, даже если победа в конкурсе была не нужна. И хорошо, что при этих разборках не присутствовала мистресс. Мне почему-то кажется, что она встала бы на сторону своей фаворитки.

Ровно через пять минут я была в столовой. Еще вчера придумала перевернуть корсет шнуровкой вперед. На мое счастье, он был пошит таким образом, что никаких особых вытачек на нем не было. И такие рокировки вполне его устраивали.

Девушки были в сборе, кроме Линды. Но и она появилась за пару секунд до окончания указанного времени. Первая красавица перевернуть корсет не догадалась или не захотела. И он был плохо затянут, но все же был, придавая хоть какую-то форму бесформенному платью под ним. Мы молча встали в очередь с подносами. Две расторопные женщины-повара накладывали конкурсанткам кашу, выдавали по чашке кофе и круассану. Хорошо, что еда в этот раз была привычной, а не то безобразие, которое давали вчера на ужин в виде ложки фиолетового салата на огромном блюде. Такую разницу объяснила Стрилла, которая появилась к тому моменту, когда мы заканчивали трапезу.

- Прошу всех внимания! – громким голосом объявила она, хотя столовая не была уж такой большой. В нее умещались лишь тринадцать конкурсанток. – Сейчас мы проведем с вами очередной инструктаж.

Девушки зашушукались и стали разворачиваться таким образом, чтобы видеть нашу помощницу-надзирательницу. Лично мне они обе с Джиллой ничего плохого не сделали, а только помогали пока. В отличие от мистресс, женщин я слушала с интересом.

- Вчера вечером вам подали традиционный королевский ужин и дали возможность понять все сложности настоящей императорской трапезы. И для этого каждая из вас ужинала в одиночестве, чтобы не ощущать дискомфорта.

Я с ней мысленно согласилась. Вчера была ресторанная подача, причем на уровне мишленовских звезд. А сегодня был завтрак в студенческой столовке. Разве что блюда были не в пример вкуснее. И лишь Линда презрительно фыркнула, давая понять окружающим, что для нее такая подача блюд не проблема. Она питалась таким образом с детства. Стрилла же продолжила рассказывать дальше:

- Обед у нас будет в том же формате, что и завтрак. А вот ужин повторим. Только сегодня мы вам дадим инструктаж, как это делать правильно. И в одиночестве вы сможете хорошенько отрепетировать правила. А завтра у нас пройдет обед с высшими лицами государства Бронштейр. Его императорское величество регент Златан пожелал познакомится с вами лично.

- В прошлый раз он не удостаивал невест таким почтением, - тихонько прошептала белокурая девушка, которую я окрестила Барби.

Все внимательно слушали слова наставницы, и тишина стояла гробовая. Поэтому слова нимфы прозвучали как гром среди ясного неба. Девушки даже не нашли что сказать и замерли вместе с ней,

- Барбара, я не помню, чтобы вы были на прошлых отборах! – Стрилла вопросительно выгнула бровь, повернувшись к испугавшейся девице, которая никак не рассчитывала на такой эффект. А ее, оказывается, точно Барби зовут!

- А я и не была. Там участвовали мои старшие сестры, - чуть слышно пискнула она.

- Хм, странно! – женщина недоверчиво покачала головой. – Но претенденток выбирают по тому принципу, что они являются единственным ребенком в семье. Про каких сестер вы говорите?

Девушка покраснела, затем побледнела и снова ударилась в краску. А затем все также тихо, чуть слышно объяснила:

- В семье Вайнеров я единственный ребенок. Но у моей матушки есть две дочери от прежних мужей. И они обе и Ника, и Рита принимали участие в последних двух отборах. У них фамилии другие.

Стрилла нахмурилась, никак не комментируя услышанное. А лишь быстро достала из кармана блокнот и что-то там быстро записала.

Я поняла, что не факт, что и этот отбор завершиться чьей-то победой. Дама делала заметки на будущее.

- Э… м-м-м, - многозначительно протянула Стрилла, собираясь с мыслями. – Видите ли, его высочество тоже человек. И он хочет жениться по любви. Поэтому в прошлые отборы ему никто не понравился настолько сильно, чтобы связать с ней жизнь.

- Но… - начала было все так же тихо Барби. Но получила тяжелый взгляд Стриллы и тут же закрыла рот, словно ничего и не собиралась говорить.

Я поняла, что чувствую себя среди этих разговоров очень неуютно. У девушек хотя бы договоры были, и они имели хоть какое-то представление о намечающемся событии. Я же была полным профаном. Нужно срочно с кем-то подружиться и получить хоть какую-то информацию.

- А сегодня у нас с вами следующее расписание занятий! – оповестила дама нас. – Сейчас мы с вами поговорим об основах общего этикета, затем будет урок танцев и пластики. А перед ужином мы вам дадим правила этикета, как я и обещала, для обеда с его императорским величеством регентом Златаном.

После этих слов она нажала какой-то рычажок, и стена столовой плавно отъехала в сторону, обнажая перед любопытными взорами учебный класс с партами на одну персону из золотистого дерева. На парте лежала брошюра, с которой девушки успели познакомится вчера и еще одна книжица. Я подумала, что это такая расточительность, выдавать по два одинаковых явно дорогостоящих издания! Чего только стоила мелованная бумага и цветная печать высокого качества. Но открыв обложку, с удивлением обнаружила заложку из куска ленты, которую я соорудила накануне вечером. Нет, расточительством здесь и не пахло. Только получается, что кто-то шарился в моих вещах?

- Книги зачарованы особым образом и перемещаются в то место, куда получают приказ! – заметив недовольство на наших лицах, объяснила Стрилла. - Не волнуйтесь, в ваши комнаты никто не заходил.

Все тут же облегченно выдохнули и с улыбками закивали в ответ. И лишь Линда громко выдала возмущенное «Пф!».

Вторая брошюрка содержала в себе основные положения этикета. В конце часть листов были без теста, просто разлинованы. Показав их нам, дама сообщила, что данной книгой мы можем пользоваться в качестве блокнотов для записей. Затем она сообщила, что основные пункты все-таки озвучит, чтобы мы точно ничего не пропустили:

- Уважаемые гостьи, сейчас я пройдусь по самым главным правилам этикета империи, чтобы вы не опозорились, если даже не соизволите прочитать выданные инструкции. Как вы поняли, Бронштейр является мощной и самой крупной империей мира под названием Марис. Соответственно правитель страны - император, но в виду того, что принц Дарко пока еще не женат, фактическое управление страной принадлежит регенту Златану, чьими персональными гостьями вы являетесь. Если у вас возникнут к нему вопросы, вы должны обращаться не иначе как Ваше императорское величество. Такие нормы обращения к правителям империй приняты во всех государствах Мариса. Обращение по имени или каким-то другим способом считаются недопустимыми.

Разговаривать во время выступления высочайших особ считается неприемлемым. Вы должны выслушать речь регента в полном молчании. Вопросы можно задавать только с высочайшего позволения. В знак благодарности девушки должны присесть в реверансе и слегка склонить голову.

Во время обеда, на который вы будете приглашены, соблюдаются обычные протокольные правила.

Во время бала вы должны будете танцевать со всеми мужчинами, которые будут вас приглашать. Отказываться считается плохим тоном. Самим приглашать кавалеров, танцевать с одним и тем же мужчиной два танца нельзя. Вопросы есть?

Мы все переглянулись между собой. От такой информации, честно, пухла голова. И, похоже, не только у меня.

- Скажите, а регент Златан женат? – неожиданно задала вопрос бойкая девица, которая вчера пыталась выяснить, почему нельзя ходить к соседкам в гости. Остальные девушки тоже оживились и зашушукались. Регент Златан не подлавливал их в темном коридоре и не делал внушения.

- Если бы вы дождались уроков по истории Бронштейра, то узнали бы, что младшие сыновья императорских семей с рождения готовятся к постригу и семей не заводят.

Постригу? Эта снулая селедка монах? Туда ему и дорога. Ни одна нормальная девушка не посмотрит в его сторону, несмотря на титулы и богатства. Хотя мировая история знаетнемало иных примеров. Но они все заканчивались плохо, за редким исключением. И, оказывается, у нас будет полноценная учебная программа. Что ж, неплохо. Учится я любила всегда.

Глава 5

Следующие сутки прошли на удивление спокойно и даже скучновато. Я честно изучила пособие по этикету, удивляясь тому, что правила в принципе были теми же самыми, что и на Земле. По крайней мере в её цивилизованной части. Какими палочками есть какую часть туши кенгуру на территории австралийских аборигенов я по-прежнему не знала.

Моя коллега по институту и преподаватель этики и эстетики Надежда Пантелеевна всегда говорила, что этикет ничего сложного собой не представляет. Все правила взяты из простой целесообразности. Даже множество вилок перед парадным обедом раскладывают так, чтобы каждый последующий набор приборов просто шел к следующему блюду. И когда ты это знаешь, то никогда не потеряешься и не будешь выглядеть белой вороной.

Так вот, я теперь с полной уверенности отвечаю, что в другом мире этикет тот же самый! Может у вилок ручки несколько отличаются по форме, но принципы остаются теми же. А с другой стороны я осознала, что моя специальность – история России самый ненужный предмет в чужом мире. Придури сильных мира сего отличаются одна от другой и не повторяются. А именно великие личности, сколько бы не спорили ученые, оказывают сильнейшее влияние на ее ход.

После завтрака и до обеда мы изучали историю империи Бронштейр. Благообразный старичок в старомодном пенсне, белоснежной рубашке с золотыми запонками на рукавах и штанах с вытянутыми коленями и не чищенными башмаками рассказывал нам историю этого великого государства. И я, вроде как историк по образованию, на перечислении третьей династии правителей поймала себя на том, что глаза начали закрываться, а голова стала клевать носом.

Единственным полезным моментом стал допрос преподавателя Мартой. Она все еще не оставлял надежду докопаться до истины, почему правит младший брат, а старший просто проваливает отбор за отбором.

- Видите ли, глубокоуважаемая леди, стать полноценным правителем Бронштейра может лишь женатый наследник. И пока принц Дарко не встретит свою половину, он не может стоять у руля империи.

- Хотите сказать, что он глупее давшего монашеский обет младшего брата? И лишь жена сделает его полноценным мужчиной? – не преминула вставить свои пять копеек Линда. После этих слов она посмотрела на нас с видом победительницы, присуждая себе медаль, видимо, за то, что посмела усомниться в потенциале своего будущего мужа.

- Что вы, барышня, конечно же нет! – преподаватель замахал на нее руками. – Просто это закон такой, которому мы безоговорочно следуем. А от регента Златана никто женитьбы не ждут. И он, как вы увидите, прекрасно справляется.

- И давно принят такой закон? – мне стало очень любопытно, что я решила сама задать вопрос, не дожидаясь товарок.

- Давно, - кивнул он в ответ. – Ровно две тсячи лет назад его императорским величеством Карлом I.

Согласна, в нашем мире 2000 лет в истории – это значимый отрезок времени. За это время успевали родиться и умереть целые династии и государства. Даже великие египетские фараоны правили своим миром три тысячи лет, что вполне соизмеримо.

После истории перед обедом нам дали время привести себя в порядок для встречи с правящей элитой. Я выбрала ярко-розовое платье с кружевами цвета слоновой кости, изобразила на голове объемный пучок, посчитав себя готовой ко всему.

На место парадного обеда пришла одной из первых, в надежде завести полезные знакомства. В зале с панорамными окнами, укрытыми легкой зеленой вуалью, были расставлены белые столики на три персоны. И лишь около стола побольше вместо стульев с высокими спинками стояли три кресла, обитые алым бархатом, больше напоминавшими троны. Странно, опять на троих. Кто же не придет на обед? Бывшие император с императрицей ли один из их сыновей?

За дальним столиком у окна сидели две девушки. Одно место было пустым. Я подошла и спросила:

- Скажите, у вас место свободно? Я могу присесть?

Девушки с интересом посмотрел на меня, разглядывая буквально каждую деталь. Затем синхронно кивнули со словами:

- Да, конечно! – и после этого стали и перешли к другому столу.

Я решила, что они просто ждут третью подругу и не хотят менять ее на незнакомку из чужого мира. Когда подошли другие участницы, попыталась снова. Только эффект был таким же. Мне кивали, предлагали присаживаться, затем молча вставали и уходили. И что же я за изгой такой?

На третьей или четвертой неудачной попытке я услышал рядом негромкий голосок Барби:

- Не старайтесь, с вами никто сидеть не будет!

- Но почему?!!! - я задохнулась от возмущения.

- У вас ногти неприличного цвета. С таким только женщины пониженной социальной ответственности ходят.

Вот так так… А я так гордилась своим свеженьким маникюром. И платье подбирала в тон ему, сетуя, что через пару недель не буду знать каким образом его здесь обновить. Похоже, ждать этого не придется. А сегодня вечером буду сгрызать шеллак зубами. Иного способа я просто не представляла.

- Но вы можете сесть со мной! Я тоже меченая.

Спасибо, что она со мной говорит! И я предполагаю, что именно эта куколка должна растопить сердце неуловимого принца. И как предложила Линда, почему бы заранее не подружиться с будущей императрицей? Я облегченно выдохнула и устроилась за столом параллельно замечая, что столов сегодня намного больше, чем на двадцать персон. На нас как в обезьянник придет смотреть вся элита.

Внезапно почувствовала прикосновение ледяной руки. Вздрогнула и перевела взгляд. Барби покраснела и отдернула руку, протягивая во второй что-то кремовое.

- Вот, возьми, тебе в цвет будет. А я обойдусь.

Она протягивала мне пару шикарных перчаток, которые смогли бы спрятать мой неприятный промах.

В данном случае я не нашла ничего лучшего, чем принять подарок. Благодарно кивнула девушке и попыталась натянут перчатки на руки. Но я была девицей спортивного телосложения и достаточно высокого роста. Соответственно ладони у меня были крупнее, поэтому перчатки никак не хотели на них залазить. Я пыхтела, сопела, старалась и все безрезультатно.

- Позвольте мне! – я снова почувствовала прикосновения ледяной ладошки. Удивленно подняла взгляд на соседку и протянула ей перчатку и свою ладонь. Она улыбнулась уголками губ и с легкостью надела аксессуар на мою руку. Затем повторила все со второй рукой.

Да, перчатки стали несомненной находкой и пикантным дополнением к моему туалету. И ладони стали выглядеть изящнее.

- Спасибо огромное! – я еще раз поблагодарила Барбару и уточнила:

- Но как?

- Магия. Обычная бытовая магия, - она просто пожала плечами и улыбнулась. – В вашем мире ее нет?

- Даже если и есть, то мне о ней ничего не известно, - вздохнула я. Хотя не раз задавалась вопросом, почему ритуалы шаманов и филиппинских хилеров пережили не одно тысячелетие. Да и та же астрологи насчитывает очень солидный возраст. Если бы это было все пустышкой, то точно бы давно исчезло с лица Земли. Потом все же решила познакомиться ближе:

- Меня Алёной зовут, - представилась с улыбкой.

- А меня Барбарой. Хотя, наверное, ты уже мое имя слышала. Никак не научусь сдерживать свой язык за зубами, - девушка улыбнулась виновато и протянула мне руку:

- Дружба?

- Дружба! – тут же согласилась я с ней. – Мне друзья очень нужны. Я попала на отбор случайно. И вообще в этом мире тыкаюсь во все окружающее словно новорожденный щенок.

- Такое сравнение может дать только очень добрый человек! – в этот раз улыбка была более радостной. – Поэтому я рада, что встретила тебя.

Дальнейший диалог пришлось прекратить, так как в столовую зашел мужчина средних лет в напудренном парике и в расшитом золотом камзоле. Оно величественно посмотрел поверх наших голов и зычным голосом объявил:

- Его императорские величества принц-регент Златан Аран, император-отец Кирилл I Аранум и ее императорское величество императрица-мать Клавдия!

Вот и познакомились!

- В прошлые отборы родители принцев были у власти, - снова шепотом сообщила мне новая подруга, несмотря на гневно сведенные брови Джиллы, которая посмотрела на нас как на нашкодивших учеников с задней парты. – А в этот раз решили отойти от власти. Наверное, в надежде, что сыновья подойдут более серьезно к отбору и, наконец, выберут жену для старшего принца.

- А почему старший принц с ними не пришел? – задала я вопрос, который давно меня волновал.

- Не знаю, - Барби пожала голыми плечиками, которые красиво обрамляла пена из воздушных кружев. - Сестры его тоже не видели. Возможно, он должен появиться лишь к концу отбора.

- Не нравится мне все это, - наконец-то появился человек, которому я могла высказать свое возмущение.

- Да кто нас об этом спрашивает! – вздохнула девушка еще раз.

Дальнейший разговор пришлось прекратить уже насовсем, так как заиграла музыка. Причем, создалось впечатление, что это был «рояль в кустах», а если быть более точно магнитофон с записью музыки.

Первым шел Златан, как правитель в настоящем времени. Сегодня при дневном свете я могла его рассмотреть лучше. Фото не передавали и десятой доли высокомерия и презрения, которые источали его холодные глаза. И губы. Они были сложены таким образом, что уголки смотрели вниз. Но это был не признак старости, они выдавали все тоже холодное призрение к окружающим. Бр-р… Неприятный тип. Если старший такой же, вполне понимаю горестные вздохи Барби. Хотя в книге Дарко выглядит иначе. И его главное отличие – короткая стрижка на темных волосах.

Терпеть не могу мужиков с хвостиками. Мне всегда кажется, что они придает некоторую женственность представителям сильного пола. У Златана был не просто хвостик, а кудрявая шевелюра длиной ниже плеч. Сегодня прическа принца состояла из нескольких французских косичек, начинавшихся ото лба. А концы волос были распущены по спине золотистыми волнами. И поверх всего этого великолепия лежала самая настоящая корона из золота, украшенного крупными рубинами.

Костюм регента был немного непривычным. Он состоял из обычных черных брюк, белой рубахи и странного жилета со странными валиками по плечам. В руке регент нес неизменную палку.

Его родители были одеты в платья, подобные которым у нас носили во времена Екатерины Великой. Все те же парики, кринолины и мушки на щеке. Пошиты платье и камзол родителей были из одной ткани: красной, затканной золотом. По пожилой паре было сразу видно, что идут правители. А у Златана причастность к аристократии выдавало лишь корона да, возможно, высокомерие.

Глава 6

Когда императорская семья вошла в зал, мы все дружно встали и изобразили реверансы, кто как мог. В какой-то момент я поняла, что снова готова к позору десятилетней давности, поэтому незаметно ухватилась за стул. С опорой оно как-то надежнее. Есть известное правило: чем выше титул монархов, тем ниже должен быть поклон. Как историк я точно знала, что, по крайней мере в нашем мире, выше императоров монархов нет. Приседать пришлось глубоко и далеко.

- Здраствуйте, дорогие участники конкурса! – прозвучал уже знакомый голос, которым можно было заморозить мировой океан. – Я и моя семья рада приветствовать вас в гостеприимном Бронштейре!

Обычно во время приемов, чтобы встать с реверанса, нужно дождаться определенной команды или от самого монарха, или от церемониймейстера. Тут каждый двор определяет свои правила. Тем удивительней был факт, что, не дожидаясь никаких команд, девушки начали вставать и отрывать взгляд от пола. Я понялась вслед за ними.

- Ваши императорские величества! – неожиданно подала голос Линда. – Разрешите поблагодарить вас от лица участниц конкурса за теплый прием и комфортные условия, которые вы нам обеспечили!

И кто недавно возмущался, что тут не порядки, а самый настоящий ужас? Лицемерка!

Мне стала интересна реакция монархов на ее слова. И, о, чудо, не только император-отец и его жена, но и регент улыбались и благосклонно кивали в ответ на слова девушки. Кажется, я начинаю ее тихо ненавидеть! А Линда тем временем поймала одобряющие взгляды и покраснела аки майская роза, да еще и скромно опустила глазки в пол. Уметь же надо вот так краснеть по приказу!

Родители регента сели на приготовленные троны. А Златан остался стоять на ногах и разглядывать нас. Его губы беззвучно шевелились, словно он проверял наличие девушек по головам. «Он нас считает!» - тут же вспомнились возмущенные слова животных из знаменитого мультфильма про козленка. Аран тем временем переводил взгляд от одной девушки до другой. И каждой слегка кланялся с неизменной улыбкой, больше напоминавшей хищный оскал. Вот он прошелся взглядом по столикам, где сидели Линда с компанией. Затем по столам, занятым другими участницами. Добрался до моей новой подруги, а затем и до меня. И я тут же почувствовала резкий, достаточно сильный запах кислой капусты. Нет, регент точно не испортил воздух, как мне показалось при первой встрече. Во-первых, он стоял достаточно далеко. А во-вторых, не думаю, что высшее лицо позволило бы себе такие вольности.

Я повела носом и нахмурилась. Запах назвать приятным было нельзя. При этом по лицу мужчины не было заметно никаких изменений. Все тот же любезный оскал и холодные глаза. Да и остальные девушки не морщились и носами не поводили. Неожиданно аромат поменялся. Сейчас это было легкое благоухание ландышей, а не жасмина, как в прошлый раз. А улыбка неожиданно исчезла, а взгляд стал задумчивым. Но длилось это буквально пару секунд. Он надел на себя нейтральную официальную маску и заговорил вновь.

- Разрешите от себя лично и от лица моих родителей поблагодарить вас, что прибыли на наш отбор, - Златан скупо улыбнулся, словно его губы могут порваться от этого простого действия. – Сегодня вы будете посвящены в некоторые тайны империи Бронштейра. В связи с эти вам предстоит принести клятвы неразглашения. По истечению срока конкурса для тех, кто покинет нашу страну, клятвы сработают таким образом, что все тайные знания исчезнут из вашей головы, чтобы не мешать дальнейшей жизни. Если кто-то не готов к принятию клятвы, прошу прямо здесь и сейчас сообщить об этом. Вам будет позволено покинуть отбор и вернуться в свою страну.

Златан замолчал, выжидающе нас разглядывая. Стрилла и Джилла тоже выжидающе смотрели на меня. Они решили, что я вот так просто сдамся и покину удивительный сиреневый мир? А ни за что на свете! Память мне стирать никто не собирался, так как я ничего тайного не узнала. Что теперь до конца жизни мучиться, чего им туту такого расскажут?

Поняв, что никто отказываться не собирается, регент кивнул, принимая наше решение, и приказал:

- Меркул, принесите книгу тайных знаний для принятия клятв наших уважаемых гостий! – вот ни грамма флирта в его императорском величестве Аране не было. Мой Мишка, когда ему было нужно, уже излил бы из себя тысячи комплиментов: очаровательные дамы, прекрасные создания, милые девушки в конце концов. Филолог - одним словом.

Тут же в зал вошел церемониймейстер с огромной книгой в золотом переплете на вытянутых руках. Он подошел к тронам и поклонился монархам. Кирилл I взмахнул рукой, и перед нами прямо из воздуха появился крепкий дубовый стол. Мы все дружно ахнули от восторга. Я так точно. Подобные фокусы видела лишь в цирке. А здесь точно более серьезное мероприятие.

Императрица-мать легко встала с трона, подошла к столу и перевернула тисненую обложку. Что там был внутри книги мы со своих мест не видели.

- Кто смелый прошу! – с улыбкой позвала нас женщина широким приглашающим жестом. Наши взгляды тут же устремились к Линде. Но та почему-то совсем не спешила бежать и давать клятву. – Нет смелых среди вас?

Клавдия хитро прищурилась и выжидающе замерла. Если бы не мое шило в известном месте, я бы точно никогда не принесла этой клятвы. Но сидеть просто так и ждать непонятно чего было не в моем характере. Я встала и подошла к столу.

- Из какого вы мира, милая? – с лексиконом, в отличие от сына, у нее было все в порядке.

- Земля, ваше императорское величество! – с этими словами изобразила пародию на книксен. Но бывшую правительницу столь корявы присед нисколько не смутил.

- Меркул, ланцеты! – тут же скомандовала она. Церемониймейстер с поклоном подал поднос, на котором лежали самый обычные ручки для глюкометров. Причем, откуда он его достал, отследить мы не успели. Но сейчас всех волновало другое. У нас на кафедре один преподаватель был болен диабетом и регулярно пользовался такими штучками. Мы однажды ради прикола напросились к нему в компанию померить сахар. Мужчина был великодушен и позволил это сделать. За что мы потом получили по шапке от завкафедрой, которая объяснила нам, что расходники в этом приборе стоят денег и немалых. Зато к этому моменту я уже знала, что ланцеты – это маленькие специальные иголочки, которые в эти ручки вставляются. И колоть ими кожу совершенно не больно.

- Тебе сейчас нужно будет проколоть указательный палец правой руки и поставить в книге подпись своей кровью, терпеливо объяснила мне императрица.

- И после этого вы не сможете ничего недозволенного рассказать никому из посторонних Клятва не даст, зажав ваше горло, - объяснил Златан в дополнении к матери. – А если будет слишком упорствовать, можете покинуть наш бренный мир от банальной асфиксии.

- Пользоваться умеешь? – уточнили уже у меня. Я утвердительно кивнула в ответ и приняла ручку. И тут до меня дошел весь попадос: перчатку, прятавшую розовый маникюр необходимо снять.

Но как у нас говорят: назвался груздем, полезай в кузов. Я страдальчески вздохнула и стянула аксессуар с правой руки. Императрица мой шеллак заметила. Это я поняла по удивленно взлету бровей старшей женщины. Но она очень быстро взяла себя в руки и вернулась к спокойному выражению лица. А среди девиц прошел шепоток. Если раньше они моих ногтей особо не замечали, то реакция Клавдии привлекла к ним внимание.

Я же пристроила отверстие к указательному пальцу, выстрелила и получила на пальце внушительную каплю крови. Слава богу, не пришлось руку кинжалом резать, как описывали во многих романах. Даже в Бронштейр пришел прогресс. Императрица изящной костяной палочкой ткнула в пустую страницу книги и велела:

- Вот здесь ставь подпись.

Я послушно коснулась теплого пергамента и расписалась. Кровь тут же вспыхнула золотым пламенем и превратилась в черную руническую вязь, которую я, естественно уже не понимала. Молниеносно натянула перчатку обратно на руку. Девчонки охнули. Я же не успела прийти в себя, как женщина скомандовала:

- Следующая!

В этот раз наш «пуп земли» медлить не стала, выплывая к столу с видом королевы. А мой любимы Акакий Акакиевич ворчливо прогундосил:

- Вот куда ты, Ленка, вперед батьки в пекло лезешь? Неприятности опять себе нажила, - и ведь не поспоришь.

Когда дошла очередь до Барби, ко мне неожиданно подсела Марта:

- Ты зачем на отбор с этим безобразием явилась? Или действительно одна из них? – и показала взглядом на мои руки. В этот раз я прекрасно поняла, что она имеет в виду.

- У нас на Земле маникюр такой роли не играет. Я просто крашу ногти в неяркий нюдовый оттенок, - шепотом объяснила я.

- Но ведь теперь, судя по перчаткам знаешь? – уточнила девушка.

- Знаю, - вздохнула я, - но это специальный лак. Его просто так не убрать. И я не знаю, что с ним делать.

- Приходи вечером ко мне, помогу! – предложила она. Я согласно кивнула:

- Спасибо!

Но тут вернулась Барби, и Марта перебралась на свое место. Дай бог, чтобы моя компания действительно разрасталась! В одиночку в чужом мире было бы очень туго.

Наконец клятва была принята у всех. И слово снова взял регент:

- У многих из вас возник резонный вопрос, почему жених не встречает потенциальных невест. Сразу дам пояснение: Дарко болен. И поставить его на ноги - одна из ваших задач, - эту потрясающую новость он сообщил нам абсолютно равнодушным тоном, словно пересчитывал ворон на дереве.

Мы все замерли, потрясенные этой новостью. Выходить замуж за инвалида пусть и императорских кровей, никто и потенциальных невест не желал.

И тут случилось непредвиденное. Одна из девиц неожиданно встала и громко и четко произнесла:

- Прошу прощения, ваши императорские величества! Несмотря на то, что уже дала клятву о неразглашении, я желаю покинуть этот отбор, - после этого сцепила руки в замок и застыла в ожидании.

Златан как-то криво усмехнулся, нервно дернул плечом, но его голос прозвучал совершенно спокойно:

- Это ваше право, принцесса Орлетта! Здесь силой никого не удерживают. Если вы хотите покинуть отбор, вы его покинете! Страж, уведите девушку! – окончание фразы сопроводились нехорошим смешком.

Тут же два высоких и плечистых мужчины в темно-синей униформе подхватили бедняжку под руки и куда-то повели. Орлетта же лишь изумленно вскинула глаза и возмущенно прошипела:

- Куда???

- Домой, милая, домой, - ласково ответила ей императрица, стоящая недалеко от выхода из зала.

А мы все застыли, потрясенно гадая, действительно ли бедняжку повели, чтобы отправить домой? Как-то это все выглядело жутковато. И мысли в голову лезли разнообразные.

- Что ж, хорошо, что в этот раз мы взяли на отбор лишнюю кандидатку. Воля богов не нарушена и участвовать в конкурсе будет, как и положено, двенадцать участниц! – император-отец довольно потер руку о руку и сложил их на животе. Фразу он произнес негромко. Но так как мы все стояли потрясенные случившимся, она прозвучала как гром среди ясного неба.

А я тут ж была награждена насмешливо-высокомерным взглядом Линды. Она никак не могла обойти вниманием «лишнюю» кандидатку.

- Хорошо то, что хорошо кончается, –резюмировал регент. – Минус одно потрясение для брата. Зачем волновать человека, который находиться на пути к выздоровлению? Вы же не возражаете?

Мы молча встретили его слова. Я честно не знала, как реагировать на такие вещи. Что думали остальные девушки было непонятно. Думаю, вечером мы сможем обсудить странности с Барбарой и Мартой. Нельзя посещать подруг после отбоя. Но в течение дня, оказывается, нам никто этого не запрещал.

- Отлично! – более воодушевленно подвел итог Златан. – Думаю было бы неправильно, если бы мы скрывали от вас, за чье сердце и руку вам приходиться сражаться. Предстать перед вашими глазами мой брат пока не готов. Познакомить же вас с его портретом я считаю вполне приемлемым.

После заявления он махнул рукой, и слуги тут же вкатили в зал огромный портрет, занавешенный полотном. А затем под наши восторженно-удивленные вздохи покров сняли.

Перед девичьими взорами предстал парадный портрет Дарко. Он сильно отличался от того, который я видела в родовой галерее. Здесь мужчина предстал в полном парадном облачении в стиле нашего 19 века. Помните парадный портрет Николая II, на котором он при своих 170 выглядит минимум на 190? Так вот, принц выглядел величественно. И на голове был не простой венец, украшающий сейчас Златана, а настоящая корона в форме купола, украшенная мехом, бархатом и россыпью драгоценных камней. Алая мантия падала с плеч до пола. А на груди красовалась перевязь, к которой был пристегнут самый настоящий двуручный меч. Чтобы таскать такую махину, точно нужно быть как минимум богатырем. А господин Златан, как мне кажется, даже бы поднять такую штуковину не смог.

- Вот за сердце этого красавца, уважаемые гостьи, вам и предстоит сражаться! – торжественно объявил регент. – И в связи с этим я объявляю отбор открытым!

Неожиданно опять запел «рояль в кустах», и мы все вздрогнули от звуков громкой музыки.

- Милые! А сейчас будет подан торжественный обед, - с мягкой улыбкой сообщила императрица-мать.

И тут же подчиняясь неведомому сигналу в зал потянулись слуги, несшие на подносах посуду для сервировки и тарелки под клошами. Подозреваю, что на них лежали салаты в размере одной столовой ложки.

Девушки как-то расслаблено выдохнули и стали перетекать от стола к столу. Я же, видя эти перемены, помахала Марте, приглашая присоединиться ее к нашей небольшой компании.

Глава 7

Девушка сначала вопросительно посмотрела в нашу сторону, словно не понимая, что от неё хотят. А затем согласно кивнула и подошла к нам с Барбарой.

- Примете в свою компанию? – за кривой ухмылкой обычно бойкая всегда Марта спрятала некоторое смущение.

- От чего не примем? – ответила я улыбкой. – Ты не возражаешь, Барби? Марта хорошая подруга. А нам лучше держаться вместе.

- Конечно нет! – всплеснула обеими руками блондинка. – Разве можно отказываться от дружбы с такими яркими девушками!

Марта присела за наш стол. А расторопные лакеи тут же принесли третий комплект приборов и расставили посуду на столе. Следом за посудой появились тарелки с сиреневым салатом и салфетки, красиво свернутые в виде роз. Это было, по большому счету, единственное различие от нашего этикета. У нас салфетки кладут сразу при сервировке.

- Только вот, - Марта снова смущенно улыбнулась, словно не было яркой и бойкой девицы, - я совершенно всем этим пользоваться не умею. Вам придется терпеть мое бескультурье. Я понимаю, что мы соперницы и ждать помощи не приходится. Хотя бы не прогоняйте.

Барбара замерла, не зная, что отвечать на такую откровенность. А я себя никому соперницей не считала. Да и если бы считала, думаю, ничего бы не изменилось.

- Не бойся! В этикете нет ничего специально надуманного. Все просто и целесообразно. И я тебе все тихонько буду подсказывать! – подбодрила я ее.

- Какое хорошее слово «целесообразно», - усмехнулась Марта. – В этикете нашего мира оно точно отсутствует! Я так и не поняла, зачем вилки нужно три раза переложить вокруг приборов и дважды стукнуть ложками по краю тарелки.

- Мне это тоже не понятно, - я пожала плечами. – В нашем мире есть подобный случай, когда девушки среднего класса начали пить чай из чашек, оттопырив мизинчик в сторону. Им казалось, что так они похожи на аристократок. Только истинные аристократки никогда так не делали.

- А я удивлялась, почему у нас этикета нет! – шепотом сообщила нам Барби. – Оказывается, мы правила поведения за столом просто так не называем. Но по факту они есть.

За этим обсуждением мы успокоились и, как мне показалось, успели сдружиться. Я развернула салфетку и положила ее на колени. Девушки повторили за мной. Салат был, как и в первый раз, из сиреневой зелени. Глупо звучит, но я не знаю, как лучше это объяснить. Я показала Марте, как правильно держать вилку. А Барби сделал нам замечание, что не нужно сутулиться. И мы все почувствовали себя настоящими аристократками. Хотя, девушки, наверное, ими были по факту рождения.

Когда с салатом было покончено, слуги сноровисто поменяли блюда. Вторым блюдом был суп, затем мясное жаркое. Я подсказала девочкам, что хлеб нужно не кусать, а отламывать маленькими кусочками и класть себе в рот.

Неожиданно, когда подали десерт, Марта засмеялась, прикрыв рот ладошкой. На наши вопросительные взгляды она кивнула в сторону стола, где сидела Линда. Все три подруги пили чай с горделивым выражением, старательно оттопыривая мизинчики.

- Не принцесса она! – прокомментировала увиденное Марта. - Или принцесса, но не настоящая.

Мы поддержали ее смешками, за что были награждены недовольным взглядом мистресс, которая тоже появилась в зале. А затем строгая дама в коричневом комбинезоне с шипами подошла к Линде и компании и что-то шепнула. И все три мизинца как по одной команде тут же прижались к остальным пальцем. Две девушки выглядели явно сконфуженными, а вот наша «пуп земли» выглядела так, будто ничего не произошло. По истине выдержка настоящей королевы.

Когда обед подошел к концу слово взял регент:

- Дорогие гостьи! В честь открытия нашего отбора сейчас для вас будут танцы. Мы подумали, и я решил, что вы достойны такой малости. Прошу! – с этими словами он махнул в сторону дверей. Двери распахнулись и в зал вошли двенадцать мужчин разного возраста и наружности. Но их объединяло одно общее качество: всем были одеты в костюмы, которые наши мужчины носили в 19 веке.

- Ах, какие красавчики! – тут же вспыхнули щечки Марты. Глаза девушки заблестели и настроение явно поднялось.

- Марта, ты чему радуешься? – удивленно вскинула бровки Барби. Я в их разговор не вмешивалась. Было просто интересно наблюдать за разницей менталитетов и привычек.

- Как чему? – ответила ей подруга. – Мы сейчас будем танцевать с шикарными мужчинами. Возможно я найду здесь свою судьбу.

- Но тогда ты не сможешь выйти замуж за принца! – возмущенно сжала губки Барбара, пытаясь предостеречь девушку от фиаско.

- Барб, ты вроде дурочкой не смотришься, - хмыкнула в ответ она, -считать умеешь. Никак один принц на двенадцать претенденток не делиться. И у него, кажется, есть реальная невеста, - Марта кивнула в сторону Линды. – Поэтому нам терять нечего! Нужно брать судьбу в свои руки!

- Да? – блондинка сложила удивленно губки сердечком, словно такая мысль даже не могла прийти в ее хорошенькую головку. И сейчас она была поражена результатом мыслительного процесса.

- Да! – решительно ответила Марта и легонько стукнула Барби по подбородку снизу, закрывая ее рот. Та сначала возмущенно нахмурилась. Затем сложила два плюс два, заметно расслабилась и стала с интересом разглядывать мужчин.

Меня же волновал лишь то факт, что я танцевать бальные танцы не умела. Последнее фиаско с реверансом поставило жирную точку во всей моей творческой карьере.

Первым к нам шел смазливый мальчик лет двадцати пяти. И в этом мире мужчины долго остаются детьми. Как говориться в известной поговорке: самые сложные в жизни мальчика первые сорок лет. Я стала соображать, кто из моих подруг вызвал его интерес. И с ужасом заметила, что он смотрит на меня. Нет, я не хочу позориться! Я ловко спряталась за спину Марты, слегка подтолкнув ее к кавалеру. Марта не ожидала такой подлости с моей стороны и буквально упала к нему в объятия. Парню не оставалась ничего другого, как пригласить ее на танец. Так, одного сплавили!

Второй, наоборот был мужчиной в возрасте. Эдакий папик, как назвали бы его на Земле. Я решила, что это лучшая партия для Барби. И подруга, хотела она того или нет, точно также оказалась в его объятиях. Я огляделась по сторонам. Свободный кавалер остался один. Он стоял рядом со Златаном. Тот что-то ему шепнул, и мужчина тут же расшаркался перед императрицей-матерью. Пожилая женщина вспыхнула нежным румянце и кокетливо подала мужчине руку. А я с облегчением выдохнула. Закончились! Как минимум один танец мне ничего не грозит. А там, возможно, появиться повод слинять с данного мероприятия.

И тут я услышала запах свежей малины. Именно так пахла ягода, которую я собирала в далеком детстве, а потом с упоением нюхала, как она пахнет в ведерке солнцем и сладостью. Я втянула его носом и зажмурилась для усиления ощущений.

- Леди, не соблаговолите ли вы пойти со мной круг лаверена! – если судить по запаху и голосу, я уже точно знала, кто стоит передо мной с протянутой рукой.

Ничего не оставалось делать, как вложить пальца в протянутую ладонь. Правило номер один бального этикета гласило, что мужчинам во время бала не отказывают, если это единственный танец. На второй танец можно не соглашаться, если кавалер не нравился. А вот третий танец танцевать с одним и тем же мужчиной было неприлично и приравнивалось к публичному объявлению брачных намерений. Наверное, очень все верно и целесообразно. Но только не в моем случае.

- Ваше императорское величество, - прошептала я чуть слышно, - я не умею танцевать!

И после этих слов посмотрела на него знаменитым взглядом кота из Шрека. Он же и бровью не повел:

- Ничего страшного! Мы же предполагали, что некоторые из вас не знают наших танцев. Поэтому и выбрали лаверен. Девушка достаточно расслабиться и подчиниться мужчине. Он ее поведет и все получится.

Что ж, ваше императорское величество, вы сами напросились! Я выдохнула и пошла с ним в круг. Запах малины сменился запахом жасмина, который уже был мне знаком.

Златан танцором был отменным. Он так ловко вел меня в танце, словно я только и делала что с рождения занималась с хореографом. Мы даже ни разу не столкнулись ни с одной парой. Интересно, наши монахи так же ловко умеют танцевать? Хотя, судя по их сутанам, вряд ли. Они только поют отменно.

Первый круг мы прошли молча. Я уже думала, не заговорить ли мне о погоде для приличия. Но мужчина неожиданно начал разговор первым.

- Алена, скажите пожалуйста, - он запомнил мое имя? – Почему вы всегда морщите нос при моем приближении. Я вам настолько неприятен?

И что тут отвечать? Что я обычно не люблю запаха кислой капусты. А вот аромат малины и жасмина мне в общем-то нравится?

- Что вы, ваше императорское величество, совсем нет! Напротив, я наслаждаюсь запахом вашего парфюма. Он настолько разнообразен и непредсказуем! – ай, Ленка, ай, молодец! Выкрутилась как могла.

- Парфюм? – Златан не на шутку удивился. – Вы же слышали, что я член ордена. Нам запрещено использовать любое украшательство тела. Парфюм в том числе.

Я откровенно растерялась. У меня мозги набекрень съехали?

- А разве монахам можно танцевать на светских раутах? – я решила, что лучшая защита - это нападение.

- Естественно, нет. Но сейчас я действую не как член ордена, а как монарх. Я же не мог оставить скучать мою гостью у стены!

А не вы ли, вашество, отправили последнего кавалера пригласить вашу же матушку? Но вслух я этого говорить не стала.

Музыка смолкла. И его величество отвел меня к тому месту у стены, откуда взял. На балах 19 века предполагалось, что девиц на выданье должна ожидать матушка или другая родственница, сопровождавшая дебютантку. В нашем случае мы все были в одиночестве. И именно стена играла роль дуэньи. По крайней мере упасть не даст, всегда поддержит.

Златан, как ни удивительно, поклонился мне как заправский кавалер и даже поцеловал воздух около моих пальцев со словами:

- Благодарю за танец, сударыня!

Интересный факт. Говорили мы не на русском языке. Но в голове он прекрасно переводился на знакомую речь. Я понимала, что это вряд ли один из земных языков. И почему иногда вежливым обращением к женщине был леди, а в тот раз сударыня?

Додумать до конца я не успела, так как спохватилась, что Златан сейчас уйдет, а моя проблема так и останется нерешенной.

- Ваше императорское величество! – окликнула я его, когда он уже разворачивался на каблуках.

Резкий запах капусты стремительно сменился ландышами, а бровь вопросительно выгнулась:

-Да?

- Скажите пожалуйста, а могу уйти с этого мероприятия прямо сейчас? – уточнила я шёпотом, чтобы никто меня не слышал.

- Конечно, - ответил он так же в полголоса. – А что случилось?

- Я уже сказала, что не умею танцевать. Поэтому не хотелось бы опозориться. Не все же такие мастера танца как вы! – танцевал он отлично. Но из моих уст это все равно прозвучало легким подхалимажем. Как известно, подхалимаж позволяет упрощать влияние на людей и легче достигать своих целей.

- Странно, - он нахмурился. На меня пахнуло перцем. – Мы проводим этот вечер танцев для вашего удовольствия. А получается, что не все девушки получают удовольствие от танцев?

- Получается так, - я пожала плечами. –Мы все разные, из разных миров, с разными привычками и менталитетом. В нашей стране совершенно не обязательно ходить на бал, чтобы получать удовольствие.

- Скажите, что вы еще не получаете радости от покупки новых платьев? – скривившееся лицо выражало полный скептицизм. Но тем не менее он задержался и внимательно меня слушал. В перце вновь стали проступать нотки ландыша.

- Мы получаем удовольствие от покупки новой одежды, это не секрет и, наверное, присуще большинству женщин, - согласилась я с ним. – Вот только я в своей обычной жизни платьев практически не ношу.

- А в чем вы тогда ходите? – брови еще сильнее взметнулись вверх. И мне показалось, что в этой венценосной голове проскользнули совершенно неприличные видения.

- Мы живем очень насыщенной жизнью, динамичной. Поэтому, как и мужчины, предпочитаем брюки и рубашки, - постаралась я как можно вежливее разъяснить правила моды землян. - Есть народы, которые носят лишь платья. Но это обычно отсталые государства, где до сих пор главенствует патриархат.

- Патриархат? - он переспросил незнакомое слово.

- Неограниченная власть мужчин.

- Как интересно! – неподдельно удивился Златан. – Сударыня, а вы позволите пригласить мне вас еще на один танец? У нас очень интересная беседа. Мне хотелось бы ее закончить, не прерываясь на полуслове.

Станцевать второй танец с вашестовм? Что ж, он мне, оказывается, нравится. Достаточно симпатичен, умен, обличен огромной властью. Где и когда я, обычный российский историк смогу побеседовать с самым настоящим монархом? Тем более что он монах и ни на что большее не претендует. Поэтому протянула руку в знак согласия и была выведена в круг под удивленные взгляды соперниц. А как на меня смотрела императрица-мать не передать словами, словно я ее невинного сыночка спаиваю крепчайшим самогоном, а он, бедный, вырывается и сопротивляется.

Но это уже были его проблемы. Мне тоже было интересно, и я была готова плюнуть на все правила и побеседовать с ним. Второй танец допускался и ни к чему не обязывал. Просто демонстрировал симпатию людей друг к другу. Скажите, ведь монахи и монархи могут кому-то симпатизировать?

Глава 8

Ночь выдалась странной. Вернее, в моей спальне ничего не подобающего случаю не происходило. А вот в моей голове! Стивен Спилберг позавидует! Помните такого американского кинорежиссера? Я не особо люблю кино и ничего из его работ не смотрела. Но на зыке фамилия вертится.

Так вот, мне снились сны. Даже не так: СНЫ! И главным героем был никто иной как наш венценосный монах. Мы с ним гуляли по цветущему лугу, покрытому сиреневой травой и яркими цветами. Затем он подхватил мена на руки, и мы взмыли в небо, кружась между облаков. А потом упали на мягкое облако, которое в обычной жизни является просто огромной лужей в небе. И что мы в этой луже вытворяли… Одной мне уже до конца жизни хватило, точно. Хотя вторая принесла гораздо больше удовольствия.

В итоге я проснулась в поту с гулко бьющимся о рёбра сердцем и вся мокрая от пота.

Фу-у-ух! Все бы ничего. Мужчина мне нравился по большому счету. За его сердце я бы может даже и поборолась. Да только он был монахом!!! А сталкивать служителя культа с пути истинного в мои планы совсем не входило. Пришлось срочно бежать в душ. Никогда не была поклонницей холодных обливаний. Но в этом случае только они меня и спасли. А ведь мы просто станцевали два танца и ничего более. В годы голубой юности на школьных дискотеках я меняла иногда до десятка партнеров. И ничего подобного со мной не происходило. В боле зрелые годы дискотеки и ночные клубы отошли на второй план. Вести Мишку туда, где продавался алкоголь, было делом слишком рискованным.

В итоге выбрав самый скромный и закрытый наряд, я выплыла к завтраку. И тут же встретила удивленные взгляды подруг:

- Алён, что с тобой? Ты случаем не заболела? – практически в унисон спросили девушки.

- Нет, все нормально, - как можно более безразлично махнула я рукой. – В незнакомом месте всегда плохо сплю. Надеюсь, через пару дней привыкну и все пройдет

Они дружно кивнули, удовлетворенные моим объяснением. Надо же, а у них вместе хорошо так все получается! Я немного даже приревновала. Искала подруг себе, а нашла девушек друг для друга.

Продолжить вереницу мыслей мне не дала появившаяся мистресс. Мадам сегодня была в черном, плотно облегающем ее худое тело платье. И лишь подол от колена расходился по сторонам словно рыбий хвост.

- Мурена! – кто-то прошептал из толпы. Мистресс явно услышала, но виду не подала. А может и возгордилась сравнением с морской гадиной?

- Девушки, прошу внимания! – она постучала вилкой по пустому бокалу. Мы все подобрались и приготовились слушать.

- Сегодня первый конкурс отбора, - обрадовала нас она. – Он будет заключатся в том, чтобы вы проявили свои лекарские умения.

- Ага, инвалиду сиделка нужна! - тут же скривилась Марта. – У меня по целительской магии в академии трояк был.

Ого! Она, оказывается, у нас магичка! Надо будет подробнее об этом расспросить.

- Фу, - возмутилась словами подруги Барби. – Если ты троечница, то это не значит, что нужно возмущаться. Человеку реальная помощь нужна!

Почувствовала, что между ними назревает сандал. А вот он был совершенно лишним в данных обстоятельствах.

- Девчонки, - отвлекла внимание обеих на себя. – Единственное, что я умею в медицине, это виртуозно ставить градусник! И я иду вместе со всеми.

Выразительно покосилась на Марту. Та поджала губы и промолчала.

- Высшие силы забросили нас на это отбор не случайно. Поэтому расслабляемся и получаем удовольствие от процесса! Я ничего не умею вообще, поэтому без вас пропаду. Вы же меня не бросите?

Барбара закивала в ответ, трясся своими белыми кудряшками. Марта тяжело вздохнула, закатила глаза к потолку, но все же покорно пошла в сторону сада, куда нас всех повела мистресс.

По улицам Бронштейра мы до этого момента особо не гуляли, больше в окно любовались. И вот впервые я оказалась в фиолетовом великолепии. Я с удивлением рассматривала вроде-бы знакомые растения. По крайней мере клен по листьям-коронам тут же определила. Рядом росло нечто похожее на дуб, а внизу цвели, радуя мир самыми обычными желтыми глазками, ромашки. И язычки вокруг глазков были белыми. Только стебельки и листочки переливались сиреневым. Решив, что это то, что надо, я начала собрать.

- Алён, и что ты это делаешь? – шепотом уточнила у меня Марта.

- В нашем мире это растение называется ромашкой. Из него делают успокоительный чай, - также негромко ответила я подруге. – А еще им можно красить волосы и полоскать горло. Только твои темные волосы не возьмет. А вот волосам Барби придаст золотистый оттенок.

- О, у меня будут волосы из драгоценного металла? - Бабара, не прислушавшаяся к нам до этого момента, тут же оживилась.

- Нет, - я притворно скривилась, - просто в нашем мире сравнение такое. Имеется в виду цвет волос и ничего большее.

- А вы что набрали? – поинтересовалась я у девушек.

- Бишрнобремшу гршивольршанскую, - поделилась названием невзрачных сиреневых цветочков в выданной участницам конкурса корзинке Марта. – Она налаживает течение магических потоков.

Я задумалась. Если изучить движение магических потоков еще представлялось возможным в обозримом будущем, то выучить название этой странной травы мне было точно не по силам.

- А я нашла пипку, которая увеличивает мужскую силу! – Барби гордо продемонстрировала полную корзинку самых обычных грибов, если не брать в расчет их ярко голубые шляпки.

- Здорово! – поддержала я девушек, но больше ничего по поводу их трофеев не сказала, так как ничего не знала.

Мы подхватили реквизит и двинулись в сторону, где на лавочке сидели мистресс и Джилла со Стриллой. Примерно через пять минут, когда собрались все, началось представление трав. Каждая участница, даже Линда добросовестно перечисляли их магические и лекарские составляющие. Я же пока не торопилась, слушала остальных.

Но как не оттягивала момент, моя очередь все же пришла.

- В нашем мире такое растение называется ромашкой лекарственной, - бойко начала рассказ. Но чем дальше распиналась о ее свойствах, тем грустнее становились лица наших судей.

- Это все отлично! – презрительно скривив лицо обобщила мистресс. – А как с магическими свойствами?

Тут я подвисла, честно говоря. Какие магические свойства, если в нашем мире магии нет априори? Только вылетать прямо с первого тура не хотелось, как мне изначально предрекали. Я уже вошла во вкус и хотела еще немного потусоваться в этом необычном мире. Пришлось поднапрячь мозги. И они меня не подвели, выдав неожиданно решение:

- Ромашка является отличным инструментом для гадания. Она подскажет вам отношение интересующего субъекта.

- Извольте продемонстрировать! – велела распорядительница.

- Скажите, есть ли у вас человек, о чувствах которого вы хотели бы узнать? – я решила сыграть на личном интересе.

- Предположим, что есть! – кивнула она. – Но имени я не сообщу!

- Мне оно и не нужно. Главное вы сами решите на кого гадаете!

Не успела я это произнести, как все ромашки из моей корзинки были разобраны, а девушки застыли в ожидании.

- Вы должны отрывать от сердцевинки по одному листочку и проговаривать ритуальную фразу:

Любит-не любит

Плюнет-поцелует

К сердцу прижмет- к черту пошлет

Своей назовет.

Ромашка интересна тем, что количество язычков на каждом цветке различно. И лишь боги знают какое количество их вам послать.

Полянка на какое-то время замолчала, старательно отрывая лепестки и шепча за мной слова. А я ходила между девушек, поправляя, подсказывая и подбадривая, если итог получался не тем, каким хотелось бы. Неожиданно обратила внимание, что после слов «своей назовет» у Линды осталось три язычка. То есть у нее выходило итоговое «плюнет». Но девица с таким раскладом была не согласна и решительно оторвала их все разом, четко проговаривая вслух:

- Любит в тройном размере!

А потом с вызовом посмотрела на меня, когда поняла, что я видела ее мухлеж. Я же просто пожала плечами и пошла дальше.

Как ни странно, это нехитрое занятие захватило всех: и потенциальных невест, и помощниц в лице Джиллы и Стриллы, и даже саму мистресс. Та сосредоточенно отделяла один листочек от другого, старясь не пропустить и не оторвать лишнего. А в любовных делах ей явно не хватало решительности Линды. Но вот она дошла до последнего лепестка и как-то разом посветлела и улыбнулась мягко и нежно. Что было очень необычно для железной леди отбора.

- Алён, скажите пожалуйста, а какова вероятность правдивости данного гадания? – уточнила распорядительница у меня. И ее взгляд выражал столько надежды и отчаяния одновременно, что я даже пожалела эту даму. Поэтому постаралась объяснить, как можно более обтекаемо, чтобы не давать лишней надежды, но и не лишать ее:

- Понимаете, гадание зависит в первую очередь от вашей искренности. Если вы были чисты в своих помыслах и искренне душой, боги вас не обманут! – я неопределенно пожала плечами, давая ей возможность понять так, как она хочет.

- Но этот магический эффект не является лечебным! – возмутилась одна из подпевал нашего пупа земли. – Это же обычное гадание!

- Оно может вылечить душу, особенно если душа находится в глубокой тени! – неожиданно для меня возразила распорядительница. Похоже, ромашка подарила ей надежду. Интересно, кто является объектом ее страсти? Честно говоря, я бы не позавидовала этому мужчине и не хотела бы с ним познакомиться. Слишком много нужно иметь мужского эго, чтобы с мистресс справиться. Или быть абсолютным подкаблучником. Но вряд ли такого мужчину может полюбить сильная женщина.

- А почему она сама не гадает? – подала голос вторая подпевала. Они настолько слились с Линдой, что мы даже их имени не знали. – Пусть тоже погадает. А то вдруг это какая-то вредоносная магия, а мы все беззащитные и с открытой душой перед ней!

- Да-да, пусть перед нами на принца погадает! – тут же подтвердила вторая.

Я пожала плечами. На принца так на принца. Только почему-то решила, что это будет точно не Дарко. Не хочу думать о совсем о постороннем и незнакомом мужике. В конце концов имя принца никто не назвал. Я мысленно представила Златана и начала отрывать листочки.

Любит… Не любит… Плюнет…. Своей назовет? Все девушки притихли. И я в том числе, не зная, как реагировать на такой итог. Причем с «любит» можно было бы пошутить. Нельзя любит совершенно незнакомого человека.

- Хочешь сказать, что ты выиграешь этот отбор? – зло прищурилась Линда.

- А может она мухлевала? - поддержала лидершу одна из подпевал.

- Или пытается нас запугать? – это уже вторая подала голос.

- Хочу лишь сказать, что гадала на принца. Только вот его имя вы не назвали. И с чего решили, что вопрос стоит о виновнике отбора? – усмехнулась в ответ.

- А что ты тогда делаешь на отборе? – возмутилась Линда.

- Тоже, что и все мы! – неожиданно поддержала меня Марта. – Ищет свое место под солнцем. И не говори, что твое сердце забыло принца Виолетта!

Линда тут же стушевалась и больше ничего не говорила. А я с радостью осознала, что все-таки хорошо иметь таких знающих подруг.

Тут мистресс подняла вверх правую руку, прося тишины. Мы дружно замолчали.

- Что ж, с удовольствием констатирую, что все девушки справились с заданием. Нашли подходящие травы и грибы во флоре, с которой вы даже не знакомы. И это радует. Ни одна из вас на выбрала опасные для жизни растения. Поэтому после первого тура не выбывает ни одна из девушек.

По девичьей стайке пронесся дружный вздох облегчения. И как ни странно, я входила в их число.

- А первое место, я думаю, мы честно разделим между Линдой, - это было ожидаемо. Нельзя же бросать своих фавориток, - и Алёной! – вот это было неожиданно и очень приятно. Фаворитка на секунду скривилась, но потом поддержала всех остальных и тоже захлопала в ладоши.

Глава 9

Вечером, оставшись одна в комнате, я поняла, что меня бьет мелкая дрожь. Это была странная смесь от переживаний и эйфории. Я ни за кого бороться не собиралась, о чем неоднократно повторяла, но постепенно втянулась в странный отбор, а следом и появилась жажда победы. Причем не ради неизвестного мне Дарко, а ради успеха и признания. А так как крепкими нервами не отличалась никогда, то и успокоиться после всех перипетий дня было сложно. В голове то и дело прокручивала события, решая, что лучше было бы сказать или сделать, где я поспешила, а где, наоборот, была слишком нерасторопной. Потом одергивала себя, а любезны друг Акакий Акакиевич недовольно ворчал:

- Стоп, Горбунова! Ты выиграла первое место. Выше только Бог. Чем недовольна? Прижми хвост и сиди на попе ровно! Нечего копошиться в прошлом, его уже не исправить. Думать о будущем надо.

В итоге, поняв, что самостоятельно успокоиться не могу, беспомощно оглянулась по сторонам, ища помощи или поддержки, которой здесь взять было неоткуда. Неожиданно мой взгляд наткнулся на крохотный подвядший букетик местных ромашек. И я решила поискать кипятку и заварить ромашковый чай. Ни Джилла, ни Стрилла не сказали, что у этого растения иные свойства. А я понадеялась, что в народной медицина женщины разбираются. Они вообще создавали впечатление всезнающих дам.

Скинув туфли на шпильке, я влезла в мягкий тапочки, расшитые кристаллами и пошла в поисках чайника или чего-то водогреющего. Про кристаллы, которые могли оказаться самыми настоящими драгоценными камнями я старалась не думать.

Собрав в кучу все обрывочные знания и воспоминания, я направилась вниз по коридору, решив, что именно там находится кухня. А это именно то место, где проще всего раздобыть кипяток. Двери предполагаемой вотчины главного повара оказались раскрыты настежь. Это сильно удивило, так как все приемы пищи на сегодня были завершены. На стенах тусклым светом горели местные ночники. Источника электроэнергии я так и не нашла. Мне, правда, популярно объяснили, что это магия. А я решила, что обычное электричество в 19 веке выглядело именно магией и никак иначе. Пространство сияло девственной чистотой. На стенах висели тяжелые чугунные сковороды. В буфете ровными стопками были расставлены тарелки и чашки, был стеллаж с кастрюлями. Но вот чайника я не увидела.

И когда уже решила, что вскипятить воду можно и в ковшике, неожиданно в углу кто-то зашевелился. От испуга я вскрикнула и прикрыла рот ладошкой. Этот же некто развернулся в мою сторону. Жесткие кудрявые волосы мужчины торчали во все стороны. Рукав камзола был оторван. А на правой щеке разливался темным пятном синяк, к которому он прикладывал кружку.

- Доброго вечера, ваше императорское величество! – в странном месте и в странное время был обнаружен на кухне никто иной, как регент. Он бросил в мою сторону хмурый подозрительный взгляд и уточнил:

- Вы что-то хотели? – а до меня тут же дошел запах перца. Я чуть было не чихнула.

- Вот хотела чай заварить, ромашки выпить, - дала, как мне показалось, исчерпывающие объяснения.

- Ромашки? Зачем? – он удивленно вскинул брови.

- Да нервно у вас тут как-то. Успокоиться хотела, - пожала в ответ плечами, вставив жалкий букетик вперед себя вместо щита.

- А я чайник вскипятил, - он ткнул пальцем в сторону пузатого и носатого сосуда, начищенного до зеркального блеска, который я так и не смогла найти. И после этих слов подлил воду в кружку и снова приложил к синяку.

Я проследила за его рукой и даже потрясла головой, не веря в происходящее.

- Златан, а что вы это делаете? – когда мужик греет синяк кипятком, называть его по титулу пропадает всякая охота. Надеюсь, не казнит.

- Последствия драки вывожу, разве непонятно? – он болезненно поморщился.

Я конечно, не медик, а всего лишь историк. Но историки имеют привычку выезжать в студенчестве на археологические раскопки. А в полевых условиях чего только не происходит. И я точно знаю, что синяки не греют. К ним лед или хотя бы что-то холодное прикладывают!

- Но от горячего тела расширяются, кровеносные сосуды в том числе. И кровь сильнее вытекает под кожу. А лед наоборот их суживает и останавливает внутренне кровотечение! – я постаралась как можно доступнее озвучить свои мысли.

- Да? – он на секунду завис. Потом тряхнул головой и неожиданно рассмеялся:

- А я сижу и думаю, почему мне все уже и хуже становится!

Я невольно фыркнула в ответ. Точно, как в анекдоте.

- Здесь что-то холодное есть? – по-деловому уточнила в ответ.

- В леднике должно быть! – регент махнул рукой в сторону голубого шкафа в углу кухни. Я подошла, распахнула дверцу и выбрала застывший брусок, похожий на пачку сливочного масла. А затем обернула его в тонкую салфетку, лежащую неподалеку и подала его Златану. Мужчина торопливо приложил импровизированный лед к щеке, прикрыл глаза и неожиданно с улыбкой протянул:

- Ка-айф-фф! – но через секунду вспомнил обо мне и мотнул головой в сторону чайника:

- Заваривай, пока не остыло! – потом подумал еще секунду и добавил:

- И на меня, пожалуйста тоже.

Я разложила букетик по двум чистым кружкам и залила горячей водой. И тут же по кухне разлился аромат солнца и летнего луга. Но в этот раз запах был точно от чая.

Мы сидели на ночной кухне вдвоем, пили ромашковый чай и болтали ни о чем: о погоде, природе, людях. Мне было все интересно о мире под названием Бронштейр, а Златан с удовольствием о нем рассказывал. Похоже, что монарх действительно любил свою страну.

- Скажите, а почему у вас все растения имеют фиолетовый оттенок? – решила я утолить свое любопытство. Понятно, что самым животрепещущим вопросом на данный момент был синяк и оторванный рукав. Только об этом я спрашивать не рискнула. Захочет, сам расскажет. А так мало ли с кем подрался глава государства. На Земле в целом и в России в частности я такого себе даже представить не могла. А с местными порядками и мужскими причудами пока была знакома слабо.

- Фиолетовые? – он сильно удивился даже лед на секунду отнял от лица. – А какими они должны быть?

- У нас на Земле вся растительность бывает зеленого цвета, - я неопределенно дернула плечом и сложила руки на коленях, словно примерная ученица. Чай давно был выпит, а уходить не хотелось. – Только цветочные головки бывают разноцветными, как, впрочем, и у вас. Даже ромашка такая же желто-белая.

Снова взяла кружку в руки и показала ему ее содержимое в подтверждении слов.

- У нас в каждом растении содержатся специальные клетки - пурпуриллы, которые умеют перерабатывать солнечный свет и углекислый газ в энергию. Поэтому вся листва и стебли имеют всевозможные оттенки от бледно сиреневого до густо фиолетового, - терпеливо объяснил мне регент, отхлебывая очередной глоток ромашкового чая. При этом продолжая держать холод у лица.

- Ой, а у нас тоже есть такие клетки, только зовутся они хлорофиллом и имеют зеленый оттенок, - радостно сообщила ему я, моля бога, чтобы он в глубину копать не начал. Я, как историк, имею представления о ботанике на уровне шестого класса школы и не более того.

- Так ты с Земли? – мужчина откинулся на стену, ставя кружку на стол. – Это особенность всех безмагичных миров. Почему-то пурпурилл там не развивается. И вы любуетесь зеленью, а мы пурпуром.

На этом разговор исчерпал сам себя. И мы дружно замолчали. Через минуту я поняла, что вот так молча сидеть просто не прилично, нужно и честь знать. И уже собралась вставать и уходить. Вдруг Златан неожиданно спросил:

- Ты больше ни о чем не хочешь меня спросить?

- Ваше императорское величество, в моей голове столько вопросов, что я удивляюсь как она не лопается от перегруза. Только считаю, что задавать их не совсем тактично, - смущенно улыбнулась в ответ.

- Молодец! Умеешь говорить правду, - кивнул он мне, ухмыльнувшись. – Скажу так, за вопросы еще никого не казнили. Да, ответы даем только на то, на что можно. Но если не спросишь, никогда не узнаешь.

Легкая усмешка в уголках губ дала мне понять, что по крайней мере один вопрос я могу задать.

- Ваше императорское величество!

- Что ты заладила «ваше императорское величество, ваше императорское величество», - передразнил он меня, ловко имитируя мои интонации. – Ты же уже называла по имени и возражений с моей стороны не имела, по крайней мере наедине. Иногда так устаешь от официоза.

Я вдохнула полную грудь воздуха, затем резко выдохнула и рискнула спросить:

- Златан, а вы с кем умудрились подраться? – но затем смутилась и пролепетала: - Но, если вы считаете, что мне не нужно знать ответ на этот вопрос, я пойму.

- Алёна, мне так нравиться твоя смелость, - улыбнулся он, слегка кривя рот от полученной недавно травмы, - не порти о себе впечатление. Отвечу так: даже если ты регент империи, иногда приходится драться за честь дамы.

Видимо что-то проскользнуло в моем лице такое, что он дал и последующие объяснения:

- Эта дама мне никто, и я на нее никаких видов не имею. Если ты помнишь, я член монашеского ордена. Это накладывает определенный отпечаток на отношения с противоположным полом. Но терпеть несправедливость не могу. Я все-таки мужчина, а не только монарх и монах.

Мне почему-то сразу стало легче, что там были просто вопросы чести, как я поняла.

- Странно, но меня твоя улыбка лечит! – рассмеялся неожиданно мой поздний сосед по кухне. – Вот поговорил с тобой, и боль ушла.

Он потер свою подбитую щеку и покрутил челюстью, придерживая ее ладонью. Такой типично мужской жест. Мишка его периодически повторял после поединков и драк. А регент продолжил, не давая вставить слово:

- Хотя, честно говоря, я был уверен, что ты начнешь расспрашивать о Дарко.

- Ой, - что-то часто я стала ойкать за сегодняшний вечер! – Я про него даже и не вспомнила. Меня ваш побитый вид больше волновал.

- Да? – он вопросительно вздернул бровь и усмехнулся. – Оказывается приятно, когда о тебе волнуются.

Потом посмотрел на часы на кухонной стене и покачал головой:

- Поздно уже, спать пора.

- Да, конечно, - я послушно встала, - спокойной ночи!

- Алён, - он посмотрел на меня задумчиво, - у нас принято говорить «темных снов». И завтра будет разыгран спектакль. Ты на него не ведись. Вспомни мои слова.

Тряхнул своей золотой шевелюрой и быстрым шагом покинул кухню, оставляя меня в одиночестве и размышлениях. А я еще сидела минут пять, не веря в то, что произошло. Мы разговаривали. Долго. Интересно. Потом увидела кружку, которую сжимала в руках и решила, что негоже оставлять беспорядок на кухне. Ополоснула обе кружки и пошла в свою спальню смотреть удивительные сиреневы сны.