Крылья Родины. Крылья - 1

ГЛАВА 1

Эронда, 328 год Нового Времени. Рамарский тракт, оазис Белата

То, что началось месяц назад с невинной просьбы купца Радорна решить проблему с исчезнувшим караваном, вылилось сначала в пространную беседу с главарем воровского сообщества, а затем и в знакомство с человеком, представившимся начальником Рамарского тракта.

Самозваный начальник оказался не только заносчивым, но и беспросветно глупым человеком, не понимающим никаких советов от умных людей. В результате, когда Сиятельный Герцог Эвал попросил аудиенции у главы клана Демонов, а в ходе ее озвучил пожелание очистки тракта от всякой нечисти, Гром решил, что это будет подарком герцогу, и не только не взял с него денег, но и отказался от участия пограничной стражи Эвала в будущей операции. Герцогство в свое время приютило клан, не только предоставив операционную базу, но и освободив от всех налогов.

Колкая сухая трава едва шелестела под мягкими сапогами из драконьей кожи, но даже этот чуть слышный звук начисто скрадывался шумом ветра. Первый лучник клана Демонов войны Даренг — Скользящий Во Тьме недаром сделал длинный крюк, заходя к небольшому степному оазису со стороны заката. Крупная банда, промышлявшая в этих местах вот уже целый месяц, настолько разозлила местного правителя, что он решил нанять хирам лучших бойцов на Эронде. Но к оседлавшим тракт бандитам у клана были свои счеты, поэтому сейчас братья Скользящего тряслись на низкорослых степных лошаденках, изображая обленившуюся охрану. Караван с самоцветами вели от самых гор, чтобы не вызвать подозрений, и вот теперь ловушка для бандитов захлопнулась.

Мягкий аромат степного разнотравья уже начал смешиваться с густым хвойным духом росших в оазисе деревьев, когда едва слышный кисловатый запах заставил Даренга замереть.

Бандиты все же не могли быть так глупы и беспечны и наверняка выставили заслон. Зоркий взгляд лучника, замершего среди деревьев небольшой рощи, медленно двигался по подлеску в поисках неправильностей, и через десять минут длинная ветка вдруг несколько резковато качнулась. Вот и первый. Через некоторое время так же глупо демаскировали себя и еще двое наблюдателей.

Тугая тетива пошла назад, лук скрипнул, и знаменитая аль ди ло — бесшумная смерть лучшего на Эронде мастера стрел мягко коснулась щеки своим пушистым опереньем.

Первый выстрел как первый поцелуй. И пусть этот танец у вас далеко не первый, дама по имени Смерть весьма капризная особа.

Первая аль еще летела, когда тетива щелкнула по кожаной накладке третий раз, и Скользящий мягкой стелющейся рысью рванул вперед, преодолевая открытый участок.

Там, за деревьями крошечного леса, на единственной ведущей в оазис дороге уже кипел бой. Не сбавляя хода, вонзил кинжал в бок изготовившемуся к стрельбе лучнику и, уходя перекатом от арбалетного болта, метнул клинок в переплетение ветвей.

С хрустом ломая ветки, на землю перед ним упало окровавленное тело и попыталось откатиться в сторону, когда второй нож прервал агонию.

Теперь, когда заслон был уничтожен, взгляд Даренга фиксировал картинку боя цельными кусками. Вот группа из десяти арбалетчиков перезаряжает оружие под прикрытием пятерых тяжелых щитников, а вот копейщики обступили худого и подвижного, будто плеть, мужчину с двумя саблями, и, несмотря на численное и тактическое превосходство, то один, то другой воин покидает бой с тяжелой резаной раной. А вот две девушки в легких доспехах буквально выкашивают бандитов, метая короткие, но тяжелые дротики, пробивающие доспехи почти насквозь.

Ребята сделали все что нужно, оттянув на себя внимание банды, и теперь можно было работать спокойно.

— Поехали, — сам себе скомандовал лучник, и с дистанцией в полсекунды стрелы начали уходить в атакующих.

Быстро поняв, что их здесь просто убивают, бандиты попытались отступить, но Гром, отложивший в сторону свой двуручник и вскинувший многозарядный арбалет, поставил на этой попытке точку.

Последнего, выметнувшегося из кустов на огненно-рыжем скакуне, снял Скользящий. Стрела пробила голову незадачливого беглеца вместе с шлемом, и жеребец, пробежав еще сто метров, остановился, тряся отливающей золотом гривой.

«Хартамский жеребец», — внутренне ахнул лучник, направляясь к великолепному коню, стоящему как целое состояние, когда над поляной, где только что кипел бой, вспыхнуло маленькое солнце.

«Боевая тревога, боевая тревога», — поплыл над оазисом голос дежурного оператора.

— Твою мать!

Скользящий Во Тьме, а в жизни лейтенант ВКС, пилот второго класса и серебряный призер чемпионата флота по комбинированному бою Анатолий Барков сбросил шлем виртуала и, выдернув себя из кресла, вылетел словно ошпаренный в уже распахнутую дверь. Пилот поднялся на лифте прямо в шестой ангар, где стояли машины его эскадрильи. Кивнув на бегу старшему механику Савельеву, лейтенант влетел в раздевалку, сбросил одежду, натянул поданный ему противоперегрузочный комбез и, добежав до стоянки, запрыгнул в кабину своего истребителя. Тоже виртуал, но уже боевой, мягко надвинулся на голову. Информация, минуя органы зрения, осязания и слуха, поступала непосредственно в мозг, избавляя от необходимости пользоваться несовершенными органами чувств человека.

Сразу, словно из темноты, проявились приборные панели и индикаторы состояния систем. Барков подвигал руками, следя за тем, чтобы собственные ощущения от их положения соответствовали тому, что он видел через виртуал. В реальности руки лежали на подлокотниках в плотных захватах и лишь иногда чуть подрагивали, когда особенно сильный нервный импульс все же достигал мышц.

— Контакт с системами корабля произведен. Доброго дня, товарищ лейтенант.

— Привет, Стрижонок. — Лейтенант поерзал в кресле, устраиваясь поудобнее, и дождавшись, пока противоперегрузка заполнится гелевым составом и раздуется, крепко фиксируя тело в ложементе, включил системы внешнего обзора. Сразу вместо глухого бронеколпака перед глазами предстала шестая взлетная и суетящиеся вокруг механики. Интеллект истребителя, который помнил все настройки, уже сделал изображение корпуса полупрозрачным, чтобы пилот мог видеть все, что творилось вокруг, и даже сзади. — Проверка систем управления.

— Системы в норме. Боезапас — пять «А». Топливо — один плюс ноль шесть на два.

— А пэтэбэшки-то нам зачем? — чертыхнулся лейтенант.

— Загружены по приказу выпускающего, — отозвался интеллект истребителя.

Барков не любил подвесные баки. Они сильно ухудшали маневренность машин и уменьшали боезапас, но с выпускающим спорить было бессмысленно.

Тут же в эфире прорезался голос командира звена капитана Радова.

— Так, парни. У нас прорыв в шесть — двенадцать над Красноярском. С одной стороны, это плохо, так как далеко. А с другой — хорошо. Это граница нашего сектора ответственности, и туда уже идет эскадрилья с «Дальнего Востока». Боевая задача — локализовать прорыв и не дать развернуться атакующим дронам. Наш полк подойдет к месту через три минуты, так что не геройствовать. Если что, уходите к земле не раздумывая.

— Четвертый принял, — произнес Анатолий, наблюдая за тем, как техники убирают с дороги готовых стартовать истребителей.

— Порядок следования — «один, два, три, четыре», распределение целей по основному удаленное. Старт в порядке следования.

— Принял. — Лейтенант еще раз пробежался глазами по приборам своего Су-65 и, дождавшись сигнала, включил силовую установку. Через пять секунд, когда двигатель вышел на режим, отключил тормоза и мягко покатил по широкой, словно проспект, взлетке. Справа и слева можно было видеть машины Гнома и Варана, тоже, как и Анатолия, взлетавших третьей очередью.

Стоило последней машине встать в строй, как мощное ускорение медленно, но неотвратимо буквально вмяло тело в ложемент. Гелевый противоперегрузочный комбинезон помогал переносить даже десятикратное ускорение, но сам истребитель мог разгоняться еще быстрее. До пятнадцати g, что было, безусловно, смертельным для пилота. Специальная система не давала превысить предельные нагрузки на организм пилота, четко отслеживая его состояние. Вот и сейчас, стоило силовой установке переключиться на прямоточный режим, столбик нагрузки чуть пожелтел, но оставался в пределах допуска.

Сжигая топливо непрерывным разгоном, десять грозных боевых машин летели к месту прорыва, откуда вот-вот начнут появляться враги.

— Подлетное десять, — произнес командир. — Разойтись в широкий клин. — Капитан замолчал, видимо, принимая информацию по командному каналу. — Служба дальнего оповещения доложила, что формирование облака завершено и в бой вступаем с ходу. Сначала валим «чемоданы». Инерция у них большая, так что работаем на маневре. Если успеем до подхода наших, организуем блокаду перехода.

— А если там уже «калоши»? — раздался голос лейтенанта Ступина.

— А если там «калоши», то мы все уже покойники, — резонно возразил командир. — Свяжем их боем, насколько сможем, чтобы наших парней и дальневосточников не пожгли на подлете.

На подходе к зоне Анатолий крутанул истребитель, гася скорость основным ходовым, и тут же бросил машину в сторону, зигзагом закладывая широкий вираж вокруг вражеского боевого модуля, именуемого в среде профессионалов «чемоданом» за характерную конструкцию, на боку напоминающую ручку. Пушки на «чемодане» стояли огромные, но поворотные устройства и системы наведения не позволяли ему вести бой с маневренным противником. На обшивке стометрового корпуса вражеского корабля уже засверкали вспышки попаданий, а пространство расчертили огненные сполохи ответного огня. Пулемет на турели, отслеживающий положение зрачка пилота, довернулся в сторону, и решетку теплового сброса на «чемодане» буквально вбило вовнутрь облаком картечи, разогнанной до пяти километров в секунду. Это был, как говорили флотские, «решающий удар». Лишенная возможностей эффективного охлаждения машина была обречена.

Откуда появлялись эти страшные машины, прорывы которых уже обошлись России в десять сожженных городов, никто не знал. Разведка всех крупных государств рыла Землю и космос, но пока вопросов было больше, чем ответов. Самым плохим было то, что произвести подобное устройство могла лишь цивилизация, намного опережающая все, что имела Земля. Тяжелые ракеты, способные выйти в ближний космос, пришельцы расстреливали еще на подлете, так что даже гиперзвуковая «Заря», запускаемая со стратегов, была бессильна против инопланетной напасти. И лишь человек, ведущий собственными руками маневренный истребитель, мог подойти на дистанцию, которая не оставляла шансов агрессору. Чуть лучше обстояли дела, когда облако перехода формировалось еще в атмосфере, но и тогда ракеты не решали всех проблем, хотя и сильно помогали пилотам.

Атаковали враги по одному и тому же сценарию. Сначала на высоте от тридцати до трехсот километров возникало облако, которое уверенно засекалось радарами нового поколения, а потом из облака вываливался «чемодан», способный отбить нападение сразу двух десятков зенитных ракет. Через некоторое время появлялись «калоши» и организовывали оборону уже от маневренного противника. Последними из гиперперехода вываливались массивные дискообразные «тарелки». Действительно формой напоминающие тарелку корабли размером от сорока до двухсот метров в диаметре были способны за несколько десятков минут уничтожить средний город.

Потом через какое-то время и «чемодан», и «калоши», видимо, растратив боезапас, уходили через гиперпереход, оставляя после себя лишь мутное облако.

Так с карты России исчезли Владимир, Грозный и другие города.

Подобным ударам подвергались и китайцы, и Евро-Американский союз, и даже Южный Крест, куда вошли страны, располагавшиеся на территории Южной Америки.

Гораздо сильнее пострадал североамериканский континент, а некоторые страны, не имевшие системы ПВО, вообще перестали существовать. Но падавшие с завидной регулярностью осколки и фрагменты сбитых инопланетных машин сильно продвинули технологии. У русских появилась новая полимер-металлическая броня, новое топливо для авиадвигателей и пока находящаяся в стадии разработки система связи. Евроамериканы сумели создать нейроинтерфейс, но, как ни прятали эту разработку, российская военная разведка сумела выкрасть экземпляр, и через несколько лет все перехватчики уже переделывали на новую систему управления. Зато ЕАС удалось сделать и поднять на орбиту две мощнейшие боевые станции, вооруженные по последнему слову техники и перекрывавшие своими пушками и ракетными установками пространство над Северной Америкой и Европой. Правда, зачем-то на этих станциях размещались не только средства противодействия инопланетному агрессору, но и несколько десятков атомных боеголовок с разделяющимися головными частями, но никто не был удивлен, так как «миролюбие» англосаксов давно уже стало нарицательным.

Баркову было всего двенадцать, когда он вместе с отцом ехал на скоростном экспрессе, остановленном из-за разрушения дорожного полотна. Тогда отец, кадровый офицер, оставив сына в чудом сохранившейся гостинице, лично принял участие в спасательных работах, вытаскивая из-под завалов тех, кого еще можно было спасти, и тех, кого спасать было поздно. Анатолий присоединился к одной из бригад ровно через пять минут после ухода отца.

Работая вместе со взрослыми, он быстро научился работать с тяжелым манипулятором и уже на исходе вторых суток сам растаскивал завалы из бетонных плит. Тела погибших складывали возле развалин, и их собирали курсирующие по развалинам грузовики.

Особенно запомнилась погибшая девочка, прижимавшая к себе игрушечного медвежонка, словно желая защитить игрушку. Их так и увезли вместе, потому что никому и в голову не пришло разлучать эту пару. Девочка оставалась в поле зрения Баркова-младшего лишь десять минут, но эта картинка врезалась в память Анатолия навсегда.

Именно тогда в нем что-то сдвинулось. Анатолий вдруг понял, что тварей, что устроили такое, нужно давить, как насекомых. Размеренно и беспощадно.

В летное училище он поступил довольно легко. Пилотов уже тогда не хватало, и главным критерием отбора было скорее здоровье, чем что-то другое. Но Барков даже видавших виды преподавателей удивлял своим яростным желанием учиться. Когда у него было свободное время, он или сидел над учебниками, или работал на пилотажном симуляторе. А когда начались первые полеты, ухитрялся летать за себя и за тех, кто по разным причинам не смог.

Окончив училище с отличием, он был распределен на базу «Новосибирск» в 158-й ИАП и практически сразу попал в настоящую мясорубку. Полк лишился почти половины машин, но прорыв они тогда заткнули. Потом было еще несколько боевых вылетов, но возможности подстрелить врага так и не представилось. Командование как могло берегло молодых пилотов, позволяя им наработать боевой опыт, и посылало только в основной волне истребителей. Но два прорыва, последовавшие один за другим, резко изменили ситуацию. Полк сразу потерял почти четверть пилотов, а эскадрилья Баркова половину. Поэтому в этом вылете он пошел в передовой группе.

Вывернув из-за корпуса обреченного корабля, Анатолий еще успел увидеть, как второй «чемодан» буквально вывернуло наизнанку мощным взрывом и обломки, дымясь, устремились к Земле. Чем и куда попали его товарищи по эскадрилье, он спросить уже не успел. Пространство перед облаком засверкало, и из пустоты начали одна за другой вываливаться «калоши». Он машинально пересчитал противников, а сознание уже дало команду сбросить подвесные баки. И только убегающая мгновенная мысль заставила корпус машины чуть приподняться, направляя тяжелые «сливы» пэтэбэшек в сторону врага.

Маленькие, юркие кораблики, прозванные за форму корпуса «калошами», были оснащены не очень дальнобойным, но совершенно убийственным для земных машин оружием, мгновенно разрушающим любую материю в мелкую пыль. Образца пока добыть не удалось, и сверхманевренные дроны стали настоящим проклятием истребителей.

Полоснув по «калошам» из пулемета, Анатолий бросил «сушку» в сторону и не увидел, как два дрона, приняв подвесные баки за опасные цели, распылили их на атомы. На что и надеялся лейтенант, совершая этот странный маневр. Разделенные по отсекам компоненты мгновенно соединились и вспыхнули слепящим шаром, выжигающим все нейроны роботов, оказавшихся рядом. Сразу же ситуация из совершенно безнадежной стала просто хреновой, так как три машины из шести превратились в медленно остывающий ком металла, а еще одна получила значительные повреждения. Дав команду боевой управляющей системе на хаотичный маневр, Анатолий стал выцеливать оставшиеся «калоши».

Маневренность их была совершенно запредельной. Вот лишился основного двигателя комэск, а за ним, сверкая обрезанными волноводами, отвалил лишившийся всей носовой части Коля-Гном, оставляя за собой дымный след, ушел к земле Корнет, и кувыркался комок смятого металла, оставшийся от машины Варана. Тактический монитор показывал всего три машины, оставшиеся в строю. Даже всего два дрона оказались смертельным противником для полноценной эскадрильи. Пилоты крутились как могли, закладывая немыслимые виражи, но «калоши» неумолимо настигали истребители.

— Ну, гады! — Анатолий, на которого зрелище сбитых друзей и близость к противнику подействовали, словно спусковой крючок для вырвавшегося из-под контроля боевого безумия, вынырнул из виртуала управления, скосил глаза на жгут, идущий от груди к системам контроля жизнедеятельности, и, намотав на кулак несколько витков, изо всех сил дернул кабель на себя.

— Потерян контроль систем жизнедеятельности! — Мягкий женский голос речевого синтезатора. — Управление по особому каналу. Режим аварийного управления активирован.

Теперь, когда машина не была ограничена показаниями жизнедеятельности пилота, в истребитель словно вдохнули вторую жизнь, что нельзя было сказать о человеке. От непрерывных предельных нагрузок в голове стучало молотом, а глаза стали наливаться свинцовой тяжестью. Но сейчас это не имело никакого значения, потому что визуальный контроль шел непосредственно на мозг пилота. Выкрутившись в каком-то диком вираже, Анатолий сумел подбить еще один дрон, но на этом везение закончилось. Лучевой удар разрушил всю левую сторону истребителя, и тот, получив несбалансированный импульс, крутанулся волчком и, оставляя дымный след, стал падать.

Россия, Москва, Кремль

Председатель ГКО просматривал сводки по стране, скользя взглядом по тексту. Внезапно сознание, зацепившись за какую-то фразу, заставило вчитаться внимательнее.

— Один сбил четыре «калоши»? — Он недоверчиво поднял взгляд на помощника.

— ВКС уже проверил и подтвердил информацию.

— А пилот?

— Пилот, к сожалению, погиб. — Руководитель секретариата развел руками. — Есть представление на него и других пилотов. — Полковник Казанцев достал из папки листок и положил на стол председателя.

Тот, быстро просмотрев текст, поставил внизу короткую подпись и задумался.

Вот уже десять лет Земля вела эту странную войну с неведомо откуда взявшимся врагом. И конца-края этой войне не видно. Конечно, прибытие инопланетных кораблей, выжигавших города, остановило грозившую вспыхнуть мировую войну, но и породило свои проблемы.

Каждый истребитель, способный причинить хоть какой-то вред инопланетным кораблям, стоил от пятидесяти до ста миллионов рублей и огромное количество трудовых и материальных ресурсов. И все это в ситуации, когда по всей стране пришлось строить убежища, а самые важные производства, школы и больницы прятать под землю. Инопланетные корабли всех типов сбивали сотнями, но они все прибывали. Создавалось впечатление, что землян просто решили взять на измор.

Но те, кто решил игнорировать угрозу и жить как прежде, жестоко поплатились. Африканский континент, за исключением Южной Африки, Либерии и еще пары государств, фактически лишился крупных городов. Теперь там, как и встарь, племена живут прямо в джунглях, не рискуя выходить на открытое место. Прибалтика… Генерал Тарасов усмехнулся. Сначала на них свалилось сразу три «чемодана», а потом в небе над Балтикой начался многочасовой воздушный бой, в результате которого все три страны были просто усыпаны обломками истребителей и вражеских кораблей. Инопланетная химия и остатки несгоревшего топлива отравили воду и почву на многие десятилетия вперед. Люди просто предпочли уйти из тех мест, и сейчас на территории стран Балтии одна большая помойка.

Западные страны, которые до того момента зорко следили за правами человека на территории Евразийского союза, сразу кинулись договариваться, но на совете глав государств союза было принято решение послать их в короткое, но содержательное путешествие. Как выразился председатель Госсовета Китая, «в целое яйцо муха не залетит».

Время подтвердило правильность этой позиции. В плане технологий евроамериканцам нечего было предложить, а их деньги всегда пахли кровью и помоями. Зато кооперация с Китаем и Индией дала очень хорошие результаты. Именно индийские и китайские специалисты смогли наладить массовый выпуск новейших зенитных ракет, которые тысячами поступали теперь в войска всех государств союза. Они же поставляли строительную технику и все то, что требовалось России. Взамен страна делилась с ними продуктами питания и технологиями, которые теперь разрабатывались в подземных городах, таких, как Ямантау, Красноярск-40 и многих других.

Дела же евроатлантистов обстояли похуже. Теперь, когда качество вооружений проверялось не победными реляциями в СМИ и не красочными демонстрациями на полигонах, а результатом конкретного боевого применения, выяснилось, что противовоздушного вооружения, способного противостоять агрессору, в странах Евроатлантического союза просто не существует. Широко разрекламированные САМ-6, «Еврофайтеры» нового поколения и Ф-55 были неплохими машинами, но и только. Накопленный к этому времени огромный парк беспилотников оказался никому не нужным хламом, так как в радиусе двадцати километров вокруг зоны перехода связь работала просто отвратительно. Можно было передавать голосовые сообщения, но об управлении маневренным объектом приходилось лишь мечтать. БЛА превращались в неторопливо маневрирующие мишени и становились легкой добычей не только для «калош», но и даже для «чемоданов».

ВВС Евро-Американского союза разменивали от пяти до восьми машин на одну «калошу» и до тридцати ракет САМ-6 на один инопланетный корабль, что было для любой экономики совершенно разорительно. Но теперь истинная демократия достигла таких вершин, что большинство граждан тихо трудились в специальных производственно-жилых зонах, получая вместе с продпайком дозу сильнодействующих препаратов, превращающих их в продолжение конвейера. Остальным, кому повезло меньше, приходилось как-то выживать в полуразрушенных городах, делая набеги на дикие фермы. Зато расцвела буйным цветом так называемая элита. Реализовав наконец сценарий многоэтажного человечества, они полностью отвязали себя от какой-либо ответственности по отношению к простым людям, и нижние категории граждан фактически превратились в рабов.

Но и в Евразийском союзе экономика была словно натянутая до звона струна. Все еще как-то работало, но напряжение было страшным. Пилотов хоронили десятками, а сбитые и уничтоженные истребители никто вообще не считал. Заводы, раньше выпускавшие тридцать-сорок машин в год, теперь делали сто-двести. А заводов этих по стране теперь было пятнадцать крупных, не считая вспомогательных площадок, где делали готовые детали планеров и блоки электроники. Хорошо еще, что одиночные дроны на низкой высоте сбивались мобильными комплексами ПВО, а крупные прорывы в крайнем случае можно было ликвидировать сверхскоростными ракетами системы А-335 с ядерными боеголовками. Правда, только в относительно безлюдных районах и на низких высотах.

Тарасов отошел к окну и прислонился лбом к холодному стеклу. Голова просто пухла от проблем, а обещанная конструкторами техника, способная изменить расстановку сил, была еще на стадии испытаний. Но решить проблему одним конкретным улучшением или супероружием невозможно. Это он знал твердо. За рычаги любой самой совершенной машины нужно сажать пилота, а любой пилот — это всего лишь человек.

— Павел Матвеевич, — Тарасов обернулся к секретарю, — а давно я не был у биологов в Пущино. Давайте-ка организуйте мне посещение. Посмотрим на их успехи живьем.

ГЛАВА 2

За истекшие сутки, летчиками воздушно-космической обороны было уничтожено двенадцать вражеских кораблей. Погибли шесть пилотов и четыре оператора подвижного комплекса ПВО «Карат». Прорыв инопланетных агрессоров ликвидирован.

Продолжается визит председателя Госсовета Китайской Народной республики в Россию. Председатель Госсовета, Ли Шень, посетил авиационный завод в Комсомольске на Амуре, и провел ряд рабочих встреч с администрацией губернии.

Аномально высокая температура продолжает стоять по всей территории Европейской части Евро-Атлантического Альянса. Пожары, охватившие лесные массивы ряда стран уничтожили уже более пяти тысяч гектаров леса. Энергодефицит привел к отключению или ограничению в потреблении электричества в нескольких крупных городах включая Париж и Берлин. С наступлением комендантского часа, освещены лишь центральные улицы и элитные районы.

Информационный центр Россия

База ВВС «Сибирь»

В себя Барков пришел уже в корабельном лазарете. Попробовал открыть глаза и не смог. А попытка пошевелить рукой вызвала такой приступ боли, что его снова смыло в беспамятство.

Новое пробуждение было уже получше. Но лишь потому, что его, судя по привкусу во рту до бровей накачали обезболивающим. Тело же вообще отказалось слушаться, словно отмороженное.

- Ну что, - мягкий женский голос обволакивал словно вата. – Как тут наш герой?

- Судя по всему хреново. – С трудом прошептал лейтенант.

- Ну не все так плохо. – начальница медслужбы авиабазы «Сибирь» вгляделась в показания датчиков. – Мозг почти не пострадал. Кости мы вам частично собрали, частично поставили протезы. Оставшуюся мышечную ткань, распределили по самым важным узлам, так что руками вы пользоваться сможете почти в полном объеме. Хорошо еще, что сердце у вас просто фантастически крепкое. Ни одного рубца. А вот с органами похуже. М-да. Похуже. Мы имплантировали вам новые почки, печень, легкие и селезенку. Кроме того пришлось здорово повозиться с кровеносной системой.

- Что с глазами?

- С глазами? – Сразу голос у доктора стал словно пластмассовым. – Э... с глазами... Пока не выросли. Через пару дней, когда процесс роста завершится, будем делать операцию.

- Ясно. – Лейтенант чуть слышно хмыкнул.

- Но зато у меня для вас замечательная новость. Сейчас я подключу малый виртуал...

Щелкнули шейные зажимы, и мир впервые после попадания в госпиталь стал видимым. Стройная женщина в зеленом халате сдвинулась в сторону, и в палату вошел командир авиабазы генерал-майор Ревенко собственной персоной и несколько офицеров. Анатолий инстинктивно дернулся встать, но лишь двинул шеей. Несмотря на это, генерал правильно понял жест лейтенанта.

- Лежи, лежи. – Он снял фуражку и присел на стул рядом с кроватью. – Даже не знаю чего сказать тебе. – Он пригладил ладонью ежик седых волос. – Когда шел, были всякие слова, а теперь все из головы вылетело.

- Начните с важного. – Едва прошептал Анатолий, но усиленный виртуалом, голос прозвучал ясно и громко.

- Помнишь? – Командующий базой улыбнулся. Фирменная присказка, «Начну с важного» которой адмирал начинал все совещания, была можно сказать его эмблемой. – Хорошо. По результатам боя, принята новая тактика борьбы с «калошами». Оружейники получили заказ и уже испытывают новые снаряды с ослепляющей начинкой.

- Как ребята?

- Гном, Кол ваш командир и остальные живы – здоровы. А вот Варан, Колос и Шар – все. Только обломки остались.

Перед глазами лейтенанта мелькнули, словно кадры картинки их общих посиделок. Варан был немногословный спокойный и уверенный, словно танк татарин с черными как смоль глазами чуть навыкате, отчего его взгляд приобретал гипнотическую силу. Колос, настоящий казак, державший в комнате старую пра-пра-дедовскую шашку и Шар. Веселый компанейский парень обожавший старинную музыку.

- Кроме того, мы наконец-то взяли относительно неповрежденный экземпляр «калоши». Главный механик уже повез в наш НИИ. Ну, свое спасибо от науки ты еще получишь, я думаю, а вот это от нас прими. Один из офицеров подал установленную на подставке искусно выполненную модель Су-65 Ястреб. Весь корпус и подставка были испещрены автографами. – И еще. – Генерал встал, надел фуражку и взял в руки поданную ему коробочку. – За мужество и героизм, старший лейтенант Анатолий Барков награждается званием героя России и медалью Золотая Звезда.

- Служу России. Четко произнес Анатолий и впервые с момента попадания в госпиталь улыбнулся.

- И самое главное. – Ревенко чуть смущенно улыбнулся. – Когда еще шла спасательная операция, какой-то умник, ухитрился отправить на тебя с Вараном наградные на «Звезду Чести». Ты же вообще чудом выжил. В машине что-то перекоротило, но метров за сто над землей, катапульта все же сработала. Капсулу на третий день нашел охотник, и связался со спасателями. Пока суд да дело, наградные уже подписали. Так что ты теперь будешь теперь одним из трех людей награжденных Звездочкой еще при жизни.

В Екатеринбург, его доставил личный генеральский борт. К немалому смущению молодого старлея, на Красноярском космодроме кроме медиков его встречали пионеры из организации «Опора» и несколько журналистов общероссийских каналов.

Малышня сразу оттеснила в сторону офицера медслужбы, и довольно грамотно взяв в коробочку инвалидное кресло, устроила из корреспондентов конвейер, давая каждому буквально по три минуты. Но стоило экрану диагноста покраснеть, как импровизированная конференция была мгновенно свернута, и его покатили к медицинскому микроавтобусу.

Долечиваться предстояло во флотском госпитале для таких же как он списанных подчистую вояк.

Буквально через пару часов, в госпиталь, словно ураган, ворвался Барков-старший, и учинив для начала форменный допрос всему персоналу, вошел в палату сына.

- Папа...

- Лежи, сынок. – Чуть звякнув наградами, полковник Барков присел рядом. – Молодец. – Он тяжело вздохнул. – Дал прикурить этим гадам. Твой бой по всем каналам крутили. Даже у меня интервью взять пытались.

Анатолий тихо рассмеялся.

- Во-во. И представляешь, все интересовались как это, мол, я воспитал такого героя. – Он помолчал. – Ладно, герой. Я тут тебе всякого разного привез, чего ты любишь. Так что ешь и поправляйся. У нас с мамой на тебя большие планы.

- Да какие планы, пап? – Анатолий чуть заметно улыбнулся. – Я же теперь инвалид. Только бумажки перебирать и могу.

- Ну, во-первых, не все так плохо. – Виктор Сергеевич снял фуражку, и положил на колено. – Врачи обещали полное восстановление подвижности, максимум через год. Летать ты, конечно, не сможешь, но танцевать вполне. Ленка Егорова, кстати, телефон маме оборвала, все интересовалась, когда ты домой прилетишь.

Школьная любовь Анатолия, с которой он расстался в момент получения предписания на вступительные экзамены в Ейское Высшее Училище ВКО, не вызвала в душе никаких эмоций кроме легкой грусти. Тогда девушка закатила ему настоящий скандал требуя чтобы Барков отозвал свое заявление о поступлении в училище. Анатолий который первый раз сталкивался с женской истерикой сначала попытался ее как-то успокоить, а потом плюнул и уехал на три дня к родственникам в деревню. На его проводы в училище Елена не пришла, предпочтя уехать к морю с сыном местного промышленника.

- Да ну ее. Пусть дальше ловит своих принцев.

- Ну, это ты сам разберешься. Она кстати, сейчас, региональный инспектор шестого класса, так что вы с ней почти равны в званиях.

- Ленка инспектор? – Анатолий рассмеялся, представив себе хрупкую высокую девушку с соломенно-желтыми волосами в черном с серебром мундире Службы Государственного Контроля. – Она же всегда любила красивую жизнь и модные тряпки.

- Еще какой! – Полковник рассмеялся. – Только дым идет. Пару раз даже охрану приставляли. И кроме формы почти ничего не носит. Только бегает в старом спортивном костюме. Так что она сильно изменилась за эти шесть лет.

- А как мама?

- Мама сейчас на Арктической – девять, налаживает систему обороны. Но твердо обещала через недельку к тебе прилететь. Да, хотел спросить. Тут тебе как, нормально? – Виктор Сергеевич, оглянулся. – А то давай, переведем в центральный флотский. Будешь под боком.

- Не, пап. – Я лучше здесь. – Анатолий улыбнулся. – Ты видел, какие здесь сестрички? А в центральном, одни грымзы старые ползают.

- Ну, смотри. – Полковник оглянулся на тихо вошедшую медсестру. – Я тут тебе комм оставил. Звони в любое время. У нас сейчас запарка, спим пару часов в день так что звони в любое время.

- Да, запарка у вас, это серьезно.

- Вот подлечишься, узнаешь насколько. – Барков - старший встал. – Все. Меня тут твоя красавица гонит, так что оставляю тебя в ее крепких руках.

Неловко коснувшись губами щеки сына, полковник вышел, осторожно прикрыв за собой дверь, и только в коридоре прислонившись к стене, замер на несколько минут смотря куда-то в пространство и скрипя тяжелыми кулаками. Затем тяжело вздохнул, одел фуражку, и твердым размашистым шагом пошел к выходу.

Несмотря на то, что сетевой канал в госпитале был куда лучше, чем на базе, Толя входил в игру лишь на предписанный правилами минимум, предпочитая книги и прогулки по виртуальным музеям. Свалиться в черную депрессию, не давали местные сестрички, которые словно на подбор были писаными красотками, и пионеры, все время крутившиеся вокруг.

Анатолий все ждал, когда ему надоест этот шумный хоровод, но искреннее детское участие и их трогательная забота, согревали сердце лучше любого психотерапевта. У них, как ни странно оказалось много тем для разговоров. Почти все ребята уже поднимались в воздух самостоятельно, а некоторые серьезно занимались постройкой собственных летательных аппаратов. Анатолий и сам увлекался моделированием самолетов и в детстве даже построил несколько планеров, один из которых его чуть не убил. Правда вместо ожидаемой головомойки от наставника, он получил в подарок несколько гигабайт чертежей, пособий и инструкций, а вдобавок большой моток сверхпрочного троса для тяг, и ящик с первоклассными инструментами. А позже, когда начался новый учебный год, уроки труда в школе стал вести настоящий авиаконструктор, который до этого, спокойно доживал свои дни на пенсии в небольшом городке, но с радостью принял предложение работать с детьми. Поэтому неудивительно, что из их группы в пятнадцать человек, трое пошли в летные училища, а один даже стал авиационным конструктором.

Рассказы Баркова о полетах и сражениях за небо над Россией пионеры слушали с жадным вниманием, словно примеряя на себя летную форму, хотя стать пилотами истребителя мог далеко не каждый. Тесты на перегрузки успешно сдавал один из десяти, и этого человека еще ждал дополнительный отбор по профессиональной пригодности. Но зная все это, ребята, также как и Анатолий в свое время просто бредили небом.

Анатолий переживший еще пару десятков операций, уже потихоньку вставал и прогуливаясь по парку в сопровождении ребят часто останавливался на террасе, с которой открывался замечательный вид на госпитальный парк и Верх-Исетский пруд. Именно тут его настигла эта странная парочка. Крупный полный мужчина, напоминающий пивной бочонок, и маленькая хрупкая девушка в строгом костюме с пионерским значком на лацкане.

Начала разговор именно она. Окинув строгим взглядом притихших детей, девушка вскинула голову.

- Я областной комиссар, Ивакина. – На два часа, объявляю вашу вахту приостановленной. Можете подождать в беседке у входа.

К удивлению Анатолия, дети беспрекословно подчинились, и отсалютовав комиссару исчезли среди деревьев. Через несколько секунд за ними последовала и сама Ивакина, бросив напоследок странный взгляд в сторону старшего лейтенанта.

- Ну, что, живая легенда, - Мужчина присел на лавочку и достав из кармана служебное удостоверение дождался пока Анатолий прочтет что там было написано. – Как тебе в нашем флотском раю? Сиди, сиди. – Он сделал успокаивающий жест рукой.

- Нормально товарищ адмирал. – Анатолий в голове, которого к этому моменту творился настоящий вихрь, даже не пытался понять, зачем он понадобился начальнику армейской разведки, всесильному Алексею Воропаеву.

- Ну и славно. – Адмирал оглянулся. – Красиво здесь. Может устроить себе недельку отпуска? – Он улыбнулся. – Слушай, там такая деваха на регистратуре сидит. Веришь, даже у меня что-то в душе екнуло. Откуда они таких понабрали?

- Она непременно замуж захочет, товарищ адмирал. – Усмехнулся Барков. – Боюсь, ваша жена будет против.

- Против, это еще мягко сказано. – Разведчик громко и со вкусом рассмеялся. – Веришь, до сих пор не может простить мне, что на награждении пять лет назад, девчонка - журналистка подскочила и прямо при всех расцеловала. – Он покачал головой, видимо вспоминая этот эпизод. - А у тебя-то самого, какие планы?

- Да какие тут планы. – Старлей чуть скривился. – Подлечусь и видимо пойду переучиваться на штабную работу. Хоть так буду к небу поближе. Матчасть я знаю, так что лишним – то не буду.

- А жить хочешь? – Тихо спросил адмирал, придвинувшись так, что межу ними осталось сантиметров двадцать. - Не как инвалид, а на полную катушку?

- Это серьезно? – Голос Баркова не смотря на хороший самоконтроль, дал сбой, и последнюю фразу он почти прохрипел.

Несмотря на уверения врачей, он сам прекрасно понимал, что его травмы неизлечимы. И ходить-то он будет, но только медленно и не торопясь. Глаза не смотря на то, что были выращены из его собственных клеток, работали плохо, печень постоянно болела, так что Анатолий сам себе напоминал автомобиль после крупной аварии и неудачного ремонта.

- Еще как. – Воропаев, откинулся на спинку скамейки и словно впервые оценивающе смотрел на молодого офицера. – Все, в общем, от тебя зависит.

- Кровью расписаться? – Старлей хотел рассмеяться, но вместо этого лишь закашлялся.

- И кровью тоже, но это не главное. – Адмирал достал из папки, лежащей на коленях, бумагу. – У тебя ведь допуск – один? – И не дожидаясь ответа, развернул документ. – А если подпишешь, будет два ноля, и разговор. Нет – тогда я со всеми реверансами удаляюсь, оставляя тебя на растерзание нашей малолетней гвардии.

Недрогнувшей рукой, Барков взял протянутую ручку, и подождав пока кольнувшая в палец игла введет в чернила его ДНК, расписался внизу документа.

- Добро. – Адмирал еще раз пробежался глазами бумагу, и спрятал обратно в папку.

- Мне сказали, что ты в игре «Драконы Эронды» был одним из лидеров? – Спросил словно невпопад Воропаев, глядя куда-то за горизонт.

Барков уже хотел спросить, какое это имеет отношение к их разговору, но вдруг остановился. Один тех, кого «демократическая» пресса называла «цепным псом России» не будет задавать пустых вопросов. Каждое слово, каждый жест и движение лица тщательно взвешены и срежиссированны. А значит нужно просто честно ответить на вопрос.

- Да у меня как-то вообще не получается филонить. – Старший лейтенант задумался. – Когда пришло приглашение поучаствовать в тестировании игры, я сначала подумал, что это очередная война магов сто восьмидесятого левела с лучниками сто тридцатого. Убиение боссов, ну и так далее. А оказалось... Понимаете товарищ адмирал. Мир этот, реален словно настоящий. Звуки даже самые незначительные, каждый предмет, можно взять и что-то сделать. Стену, например, разобрать, если конечно сумеешь. Если ты чего-то умеешь, то значит умеешь. А если меча в руках не держал, то и зарубят как цыпленка. Иногда, кажется, что запах пробивается. А уж боль при ранениях такая, то временами сознание терял. Даже язык пришлось выучить, представляете? Я уж не знаю кто там программисты, но они в своем деле просто боги.

- Все правильно. – Воропаев кивнул. – Боги и есть. Или просто один бог. Мы-то ведь не знаем, кто тот мир создал.

- В смысле? – Барков почувствовал, как его глаза помимо воли округляются. – Он это что? В смысле он есть? Ну, настоящий что ли?

- Самый реальный, можешь мне поверить. – Адмирал вздохнул. – Обнаружили совершенно случайно. Один молодой оболтус экспериментировал с нейроинтерфейсом опытной установки связи, и вошел с тем миром в контакт. Длилось это, правда, недолго, буквально минуту, но ему хватило ума не зажать информацию, а честно доложиться по команде. Потом уже начали планомерно исследовать тот мир, но все также с помощью проникновения в чужие тела. Заодно выяснилось, что войти в контакт может далеко не каждый. Примерно один на сто тысяч, и у этого одного должен быть устойчивый навык работы с виртуалом нового поколения, причем широкополосным. А пока, это только интерфейсы боевых машин. Так что среди тех, кто шляется в том мире, в основном пилоты ну и есть еще несколько программистов. Кроме того есть еще проблема совместимости тел с матрицей реципиента. Например, тебе подошло только одно тело из нескольких сотен, а наш программист как-то ухитряется контачить пусть и не очень хорошо со всеми телами. Ты вот Гирасса такого помнишь? Так он, после того как его аватар погиб на перевале Тинор, так и не смог больше войти в игру. А самая главная проблема как сам понимаешь, с соблюдением режима секретности. Объявление о наборе желающих не вывесишь в сеть.

- А куда в реале девался аватар от которого игрок отключался надолго?

- Его принимал наш оператор, доводил до безопасного места или конспиративной квартиры, и погружал в глубокий сон. Именно поэтому территория, где вы могли резвиться, была довольно жестко ограничена а количество часов в игре не должно было быть ниже определенного минимума.

- Так значит гостиница Ледо Гатрана...

- Одна из таких точек. – Кивком подтвердил адмирал.

- А как же люди, в которых мы вселяемся, мы, что забираем их души? – Баркова от этой мысли передернуло.

- Нет, конечно. – Адмирал с улыбкой покачал головой. – Ты где очнулся в первый раз? В некрополисе? Там лежат тела воинов давно ушедшей расы. Тысяча двести саркофагов. Технологии, которыми они сохраняются в полуживом состоянии мы естественно не владеем, но вот, используем. Стоит состояться контакту, как тело довольно быстро переходит в активное состояние, и готово к подвигам.

Мы уверенны, что души их уже далеко от тех мест. Собственно потому и стало возможным вселение. Носителя так просто не подменишь. Пробные эксперименты всегда заканчивались наступлением шизофрении и полным распадом личности. Так что не переживай. Эти тела уже давно бесхозны, и никого ты не ограбил.

- Так что от меня требуется? – Барков твердо посмотрел в глаза адмиралу.

- Всего ничего. – Воропаев усмехнулся. Несмотря на то, что тела, которые вы занимаете, это довольно совершенные конструкции, идеально приспособленные для войны, как ты сам понимаешь, даже они смертны. Тебе после внедрения в тело, нужно будет добраться до одной точки на северном материке. Разобраться там, что к чему и передать информацию одному из наших людей.

- А потом?

- А потом, ты проживешь долгую и надеюсь интересную жизнь в не очень дружелюбном мире, что, на мой взгляд, тоже неплохо. Ты будешь здоров, полон сил и вообще готов ко всяческим подвигам. Можешь, например, захватить какое-нибудь государство и стать его королем, или еще кем. В случае согласия, мы тебя прямо сейчас забираем отсюда, и перевозим в наш центр. Оттуда законтачишь с телом, и дальше все по плану. Мир ты знаешь, репутация у тебя там, гм... нормальная, так что не вижу препятствий. Будешь, так сказать, нашим постоянным резидентом в Эронде. Старое тело мы тебе на всякий случай заморозим, но полагаю оно тебе уже не пригодится.

- А почему я не смогу вернуться как в виртуале?

- Потому что на этот раз твое проникновение будет глубже. Для полного слияния с телом нам, через какое-то время, придется отключить виртуал. Разумеется только по твоей команде. До этого момента сможешь вернуться. После – только в случае если мои спецы ничего не напутали.

Профессия пилота – истребителя учит принимать быстрые, но верные решения, так что Барков подумав несколько секунд, уверенно кивнул.

- Я согласен.

Уже погрузившись в просторный флаер, он бросил взгляд в окно и увидел как стоявшие в ряд пионеры, вместе с комиссаром синхронно отсалютовали ему, и не отпускали руки, пока машина не скрылась вдали.

ГЛАВА 3

Варварские требования российского узурпатора Тарасова предоставить твердые гарантии оплаты электроэнергии со стороны Евро-Атлантического Альянса, ставят граждан Альянса на грань выживания. Бесконтрольное владение ресурсами принадлежащими по праву всему человечеству, приводит к неоправданной монополизации жизненно важного сырья и материалов. Жители тысяча сто пятой производственно – жилой зоны, сегодня вышли на согласованную демонстрацию протеста у российского посольства в Берлине с требованием немедленно предоставить все необходимые ресурсы в зачет будущих платежей. Возмущение людей достигло максимальной точки, когда один из протестующих, Хамад Хиби, устроил самосожжение прямо у ворот посольства. Руководство зоны, пояснило, что недопоставки электроэнергии и нефтепродуктов, уже привели к срыву заказа на комплектующие для концерна Еврофайтер, и ставят под угрозу выполнение планов поставки истребителей в боевые подразделения Альянса.

В то время когда доблестные вооруженные силы ЕАА, защищают всю Землю и отражают инопланетную агрессию, руководство России, сознательно делает все, чтобы помешать нашему народу в очередной раз отвести угрозу уничтожения от всего человечества. Но у нас, хорошая память и сильные руки. Мы победили во второй мировой войне, победим и сейчас. И каждому зарвавшемуся агрессору Евро-Атлантический Альянс найдет достойный ответ, где бы он ни находился.

Аналитическая программа «Время» Медиахолдинг «Новый дом», Берлин 2056 год.

Восточносибирский оперативный район. Объект 212.

База проекта «Тропа» замаскированная под вычислительный центр и расположенная в бункере глубокого залегания, на первый взгляд не отличалась от десятков таких же научных учреждений. Пока Анатолия катили по коридорам центра, он только успевал оглядываться на уходящие вдаль аппаратные шкафы и отметить солидную толщину кабелей проложенных под решетками фальшпола. А потом была короткая на грани формальности проверка состояния здоровья, и скомканная, словно из плохого фильма сцена прощания с отцом.

Затем улыбчивый парень в белом халате и с карточкой красного цвета на лацкане чуть стесняясь протянул шлем утыканный штырьками датчиков.

- Ты же Скользящий? – Он завистливо покосился на китель Анатолия, где всего одним рядом, сверкали несколько высших орденов. – А я Ахран.

- Ахран-коготь. – Старший лейтенант с трудом улыбнулся, растягивая непослушные губы. – Приятно познакомится.

- И мне. – Парень улыбнулся в ответ, помог надеть шлем и стал ловко присоединять проводки. – Интерфейс этот очень широкий, так что сначала голова будет немного кружиться, да и с телом будет небольшой разлад, но это временное. Буквально час другой и все войдет в норму. Зато в тело погрузишься на всю катушку. Мы тебя с этой стороны немного подстрахуем, но долго такой канал удержать не сможем, ты уж извини. Наши люди на той стороне, это как ты сам понимаешь старый Готран. Мы еще прикормили начальника стражи Зорто, так что проблем не будет. Денег мы на твое имя положили достаточно, одежда и доспехи новые...

- Кто еще из наших на той стороне?

- Гром – мечник, ну ты его знаешь, и через час войдет Кира. – Парень кивнул на сидевшую к ним спиной девушку с коротко стрижеными рыжими волосами. – Правда, ее ава[1] в Тилморе, это в трехстах километрах от тебя. Остальные подтянутся чуть позже. - Он еще раз кивнул и отошел в сторону, а его место занял адмирал.

- Ну, все вроде в порядке? – Подошедший адмирал внимательно посмотрел в глаза Анатолию ища хоть тень сомнения, и не найдя улыбнулся. – Давай, пилот. Сигнал отключения виртуала – слово тангаж. Не забудешь и случайно не скажешь. Канал будем держать сутки, потом если не получим кодовое слово, просто вернем тебя назад. И это. Извини, но второй попытки не будет. Все что происходит это моя личная услуга генералу Ревенко и твоему папе.

- Я понял, товарищ адмирал. – Анатолий кивнул. – Я вас не подведу.

- Вот и славно. – Воропаев кивнул и повернулся в сторону операторов. – Что там с каналом?

- Установлен. – Молодая девушка не оборачиваясьпродолжала пить кофе удерживая кружку левой рукой а правая порхала по экрану. – Стабильность - девяносто один, нагрузка девять и тридцать шесть.

- Подключение виртуала.

Анатолий закрыл глаза и круговерть огоньков постепенно заполнившая все поле зрения вдруг разом опала, явив вместо себя стену, чуть покрытую плесенью.

Обычно процесс вхождения в аватар был простым и быстрым. Чуть медленнее, чем контакт с БИУС «Стрижа» но не длился больше тридцати секунд. Сейчас все было по-другому. Тело ломало словно его пропустили через мясорубку и утрамбовали дорожным катком.

Шипя от боли, Даренг сел на широкой, как двуспальная кровать лежанке, и скрипя непослушными шейными позвонками оглянулся. Привычный номер городской гостиницы. Тяжелая деревянная мебель, тонкие, застиранные до бледной желтизны занавески на окне, и пол, набранный из тяжелых дубовых плах. Все словно обрело невиданную четкость и резкость. Можно было рассмотреть каждый волосок на грубом шерстяном одеяле, и ощутить застарелый запах кислого вина и плохо обработанной шерсти. Ничего этого не было когда он входил через обычный бытовой виртуал. Детали были попроще, а запахи только самые яркие. Как сейчас Анатолий понял, все дело было в ширине пропускной способности канала, отсекавшего незначительные с его точки зрения детали.

Скрипя суставами, словно старый дед, он стянул рубаху и подошел к куску отполированной бронзы заменявшей в номере зеркало. Теперь, когда он знал что мир Эронды настоящий, бугристые мышцы и широкие кости его аватара уже не воспринимались рисунком талантливого художника. Он провел рукой по груди, одновременно ощущая и шершавую поверхность ладони и гладкую, упругую кожу тела. Улыбнулся чувствуя как растянулись лицевые мышцы, подмигнул своему отражению и потянулся словно огромная кошка разминая затекшие за время лежания руки и спину.

- Тангаж в норме!

И сразу же мир качнуло, повело и в глазах зарябило, словно после вспышки. Даренг чуть не упал уперевшись в последний момент ладонью в стену, но неприятные ощущения быстро уходили. Внимательно прислушиваясь к своему телу, он вдруг явственно ощутил, как в животе забурлило.

- А жрать-то как хочется! – Барков удивленно нахмурился и тут же рассмеялся. Невиданные ощущения силы, и здоровья которые как казалось, сочатся из каждой поры этого могучего тела, захватили его. Уже собираясь шагнуть к выходу, снова взглянул в зеркало. «Нет, так не пойдет, решил он. Я все же не босяк, какой спускаться в общий зал без рубахи».

Не торопясь оделся, проверив каждую деталь одежды и только снова взглянув на себя в зеркало, ощутил в полной мере жителем этого мира. Черный лахадо из тонкой кожи сидел словно влитой, а рубашка из гинтанского шелка приятно холодила кожу, пробиваясь из-под камзола белой пеной кружева, и оттеняя смуглую кожу лица. Усмехнувшись своему отражению, Анатолий уверенно откинул мощный засов и распахнул дверь.

Галерея, на которую выходила дверь, опоясывала двухсветный зал, внизу которого находилось помещение для особо важных персон. Сейчас там, не торопясь, обедал какой-то дворянчик из мелкопоместных, поедавший фирменное блюдо, стоившее целых пять серебряников, и несколько офицеров городской стражи, набивающих животы перед вечерним дежурством. Местное солнце уже перевалило через зенит, и вот-вот готовилось коснуться шпиля городской башни, из чего Скользящий сделал вывод, что если он хочет поесть в относительной тишине, ему стоит поторопиться. Вечером в трактире было многолюдно.

- Тес тагрин. – Содержатель трактира опрометью вылетел из-за стойки и низко поклонившись усадил его за стол на котором по волшебству вдруг оказалась и скатерть и серебряные приборы.

- Благодарю мой друг. – Скользящий чуть кивнул трактирщику. – А есть ли у тебя красное илойское?

- Тагрин желает что-то отпраздновать? – Готран снова поклонился.

- Просто памятная дата. – Даренг улыбнулся. – А если ты насчет еды, то ничего особого. Давай что есть, только побольше. А то в животе словно имперская пехота марширует.

- Хорошо, тес. – Трактирщик снова склонился, в поклоне. – Сейчас все будет.

За размышлениями, о своей миссии, Анатолий мгновенно смел мясо, рыбу, потом жаркое из почек и уже доедая нежнейший кремовый торт почувствовал что вот еще ложка и он просто лопнет.

- Уф. – благодарю, мой друг. – Он кивнул Готрану и небрежно бросил на стол золотую монету с профилем Грисса десятого. – Пойду прогуляюсь.

- В город приехали артисты, выступают в старом амбаре Лекрона, - Трактирщик с достоинством смел монету размером в дневную выручку в карман. – Еще в герцогском замке будет петь несравненная Леда Тессол. Кроме того, у митт Теривы новые девочки. Говорят очень хороши.

- Город бурлит? – Скользящий улыбнулся.

- Да. – Готран занявший свое обычное место за стойкой, присел на стул и вытер чистой тряпкой вспотевшее лицо. – После того как вы уничтожили банду западного побережья, в город просто потекли караваны. Городская стража вот не знает радоваться или огорчаться. С одной стороны доходов стало больше а с другой забот тоже прибавилось. Вот вчера например ограбили дом те митт Хариссы Трего. Вынесли говорят все, даже из тайников.

- Ну я думаю что если стража потрясет всех домочадцев те митт, они быстро найдут виновника. – Скользящий краем глаза заметил, что движения дворянина евшего в одиночестве, стали чуть резче и прибавил громкости в голосе. – А если они прямо сейчас перекроют выезд из города, и будут обыскивать всех мужчин от двадцати до сорока, невзирая на документы, могут найти много интересного.

- Трактирщик!

Гость не доев, бросил на стол монету и уже повернулся, чтобы уйти, когда его окликнул Скользящий.

- Вы были так голодны, заказали весьма дорогое блюдо, и уходите не доев? – Офицеры стражи, прекрасно слышавшие весь разговор тоже перестали есть и словно невзначай сместили руки к оружию. Репутация у демонов войны была довольно устрашающей, так что они внутренне приготовились к любому исходу.

- Дела. – Равнодушным голосом бросил дворянин и уже повернулся к выходу, когда дверь щелкнула запором. Трактирщик тоже быстро сориентировался и привел в действие хитрый механизм, управлявшийся от самой стойки, который намертво закрывал дверь, препятствуя выскочить наружу или попасть вовнутрь.

Не знавший об этом секрете, мужчина еще пару раз дернул за ручку и медленно повернулся.

- В чем дело?

- Я полагаю, что дело ваше сейчас станет делом этих господ. – Анатолий кивнул на стражников. – Не снимете ваши замечательные сапоги?

- Я, Кирон Этамский, из рода Тарион. – Дворянин горделиво вскинул голову. – Даже если я вас всех сейчас поубиваю, то судить меня будет только императорский суд. И даже демоны меня не остановят!

- Вот так, да? – Скользящий расхохотался. – Ну, попробуй, чаркон в перьях.

Шпага, еще только начинала свой путь к горлу Анатолия, когда прочная серебряная кружка врезавшись в лоб Кирона Этамского отправила его в глубокое беспамятство.

Стражники повскакивали с мест, но все было уже кончено.

- Рискуете, тес. – Незнакомый офицер с нашивками капитана нахмурился рассматривая смятую кружку. – А если при нем ничего нет?

- Налоги за трактир Готрана, против новой экипировки для всей городской стражи! – Предложил Анатолий и оказался прав. Начальник стражи, кровно заинтересованный в подъеме своего авторитета в таком раскладе ничего не терял и он с радостью принял пари.

- Только давайте пригласим судью, и кого-то из членов дворянского суда. - Капитан кивнул своим людям, и они опрометью метнулись наружу. - Как вы догадались?

- Вы о том, что именно он украл, или о том, где держит драгоценности?

- Обо всем! – Капитан неожиданно расхохотался и повернулся в сторону трактирщика. – Бутылку Старого Города.

- Ну, о том, почему именно он, я уже сказал, а насчет где... Парень довольно высокого роста, а подметки сапог, словно у юнца который стремится выглядеть повыше.

- Ну так-то это не заметно. – С сомнением произнес капитан, разливая вино по стаканам.

- А вы посмотрите на толщину стопы. У него там, словно две портянки намотаны. И кроме того, он перед тем как встать, подтянул сапоги за голенища, а этого вообще никто не делает если только обувь ему не по размеру. А эти явно шиты на заказ. В карманах он ничего не держит это ясно, значит тайник. А где еще прятать как не в сапогах. Их-то даже в тюрьме не снимают.

- Вот ведь. – Он поднял стакан. – Меня Зорто зовут. Ваше здоровье тес тагрин.

- Меня Даренг или Скользящий. Ваше здоровье капитан. – Анатолий глотнул терпкого густого вина и расплылся в улыбке.

- Тот самый? – Зорто неверяще посмотрел на трактирщика и увидев как тот кивнул поставил стакан на стойку. – Да я вас поить до самых седин буду и еще должен останусь. Это ведь вы банду западников того, укоротили.

- Там еще много людей было кроме меня. – Мягко напомнил Анатолий.

- Да мы же вас и в лицо-то не знаем. Герцог с кем-то из ваших связался, и говорят даже денег вы не взяли, а только банда через неделю того. Вся на возу во дворе судейском. И все такие будто в мясорубке побывали.

В этот момент дверь с треском распахнулась, и в зал вошел высокий мужчина в черном верховом костюме расшитом серебром.

- Ну что тут еще? – Он хмуро осмотрел зал и направился к стойке аккуратно переступив через тело. – Опять кого-то прикончили? А зачем вам я?

- Не убили тес граф. – Стражник низко поклонился, а Скользящий чуть качнул головой, скорее обозначая поклон. – Тут такое дело, что нужны представители властей чтобы потом проблем не было.

- И чего ждем? – Судья Киролл, сделал жест и трактирщик прекрасно знающий вкусы графа поставил перед ним стакан с охлажденным вином.

- Ждем вашего коллегу, судью по гражданским делам. – Уточнил Анатолий.

- Так вроде дворянин? – Граф бросил короткий взгляд на тело не желавшее приходить в сознание.

- А если не настоящий? – Резонно возразил капитан. – Тряпки-то любой нацепить сможет. Да и рамбор подделать тоже не сложно. Тут только вы и тес Гитрин, разобраться сможете. Вот кстати и он.

- Зорто! – Толстенький невысокий мужчина от которого явственно пахнуло вином и женскими духами, бодро перебирая ногами словно вкатился в трактир. – Если то ради чего я оторвался от важных государственных дел, не стоило моего внимания, я тебя лично упеку на границу в Киданский гарнизон! Будешь там оленей гонять, да вспоминать добрым словом дядю Гитрина.

- Показывайте. – Граф Киролл попивая короткими глотками свой грог, отошел в сторону и присел чтобы лучше видеть.

- Ну, давай. – Капитан в свою очередь кивнул Скользящему и тому не оставалось ничего другого, как вытащив одним движением короткий кинжал из-за пояса, подойти к лежащему телу.

Плотная кожа недолго сопротивлялась остро заточенной стали и через несколько секунд на пол словно искристый ручеек посыпались ограненные драгоценные камни. Тайник во второй ноге оказался набит так же плотно, и скоро оба судьи ошарашено смотрели на две сверкающие кучки на выскобленном полу.

- А вот и мой камушек. – Гитрин присев ковырнул кончиком кинжала кучу, выкатив из нее крупный камень густого темно-синего цвета.

- Вас значит тоже? – Киролл покачал головой. – Ловкий гад. – Затем он поднял голову и улыбаясь посмотрел на Баркова. – Дорогая услуга, теос таргирин. Так ведь правильно звучит ваш титул?

- Да граф. – Скользящий учтиво поклонился. – Но я предпочитаю, чтобы меня называли Даренгом.

- Так что вы хотите Даренг?

- Немного. – Анатолий улыбнулся. – Просто спокойно пожить в городе пока я не решу все свои дела. Возможно подробную карту материка, если такая есть. Ну и доброжелательного отношения городских властей.

- Считайте, что все это у вас есть. – Судья Гитрин уже закончил собирать драгоценности в бархатный кошелек. – Мы и так перед вами в долгу.

- И многое другое, тагрин. Таких людей как вы, лучше иметь по свою сторону. – Судья Киролл встал и сдернув с пальца массивный перстень - печатку протянул его Скользящему. – Держите. С этим перстнем для вас не будет закрытых дверей в нашем городе.

Все еще бесчувственного воришку унесли, а замыкавший процессию Зорто, уже шагнувший за порог, обернулся и подмигнул.

- Я помню про налоги.

Уже поздно ночью в своем номере, Анатолий рассматривал карту материка, и понимал, что он ввязался в совсем непростое дело. И если остальные участники экспедиции рисковали лишь невозвратом в игру, то для него ставка была чуть повыше.

Сборной команде нужно было пересечь восемь государств, и практически везде насколько он знал, шла война. Торговые караваны, прорывавшиеся в редкие моменты затишья, приносили довольно подробную информацию о том, что творилось на восточных границах.

Война иногда была вялая и спокойная как между Уларом и Кесто, а иногда очень даже активная как между степняками и Керентом. Сократить путь по морю было никакой возможности, а идти напрямую очевидной глупостью. Боевые кондиции тела которое занял Анатолий были конечно очень велики. Он мог без труда фехтовать двумя двуручными мечами или поднять и пронести сто метров обычного жеребца. Вместе с его навыками комбинированного боя включавшего и рукопашку и даже стрельбу из лука, это давало неплохие шансы. Но от куска стали втыкаемого в тело это никак не спасало, особенно если учесть что местные лучники уже освоили залповую стрельбу, а против особо шустрых существовали многозарядные арбалеты.

Таким образом, вся история становилась похожей на русскую рулетку. Игру с довольно невысокими шансами на выживание. Анатолий при всей лихости характера, глупого риска не любил и оставлял ему место только там, где расчет уже был невозможен.

Утро что характерно, мудренее вечера не стало. Пройдясь по городу, он заглянул в банк братьев Кронингов, и был приятно удивлен суммой положенной на его имя. Без малого сто тысяч монет. По здешним меркам целое состояние. Этого было достаточно, чтобы приобрести роскошный дом, и еще хватит на первоначальное обустройство и лет десять безбедной жизни. Похоже, что для него ребята досуха вычистили свои карманы.

Потом он дошел до конторы известного купца и после коротких переговоров со старшим приказчиком стал обладателем нескольких копий карт уточнявших имевшуюся у него информацию.

На Эронде было всего два известных материка, и занимали они всего четверть от общей поверхности планеты. Что творилось на остальной территории никто не знал, да и узнать сильно не стремился. Бушевавшие войны как-то не способствовали развитию географии. В основном первопроходцами на новых землях были купцы, а они очень не любили войны. Время, когда война была лучшим другом торговца, здесь еще не наступило.

Обедая на открытой террасе ресторана, Анатолий разложил на столе все добытые им карты и начал сводить их, дополняя ту, что у него была изначально.

- Готовитесь к путешествию? – Киролл одетый по случаю утра в легкий камзол песочного цвета учтиво кивнул, и придержав шпагу присел на свободное место.

- Да, знаете. Образовались тут дела в Тиренте.

- Это же на самом краю мира! – Удивленно воскликнул граф. – Впрочем, вы демоны войны всегда удивляли нас своими поступками. Чего стоит хотя бы отказ от денег, за уничтожение банды западного побережья.

- Они в свое время получили предупреждение и отказались ему следовать. – Спокойно ответил Даренг не прекращая работать. – В довольно грубой форме. Поэтому мы сочли, что нашей чести был нанесен урон. А дело чести и платная операция это согласитесь разные вещи.

- Все-таки я прав. – Граф расчистив перед собой небольшой участок стола, поставил туда бутылку и пару бокалов. – Вы безусловно высокого рода.

- А что, были сомнения?

- Еще какие! – Судья разлил вино и пододвинув один бокал к Анатолию приподнял второй. – Про вас же ничего не было слышно лет триста. Ушли вместе с большой войной и не появлялись. Кто-то считал вас порождением Бурхолна, а кто-то божественным возмездием, но когда вы вновь начали возвращаться, многие просто наложили от страха огромную кучу. – Он громко и со вкусом рассмеялся. – А вы... Словно химор в ювелирной лавке. Вы хоть знаете, что банда западников, это была лучшая передовая группа Улара? Мы ловили их долго и безуспешно, пока герцогу не пришла в голову мысль нанять демонов. А вы просто вырезали их словно баранов.

- Если это их лучшая группа, то я боюсь даже подумать, как выглядят обычные пехотные части. – Задумчиво проговорил Даренг вымеряя расстояние циркулем.

- Смотря с чем сравнивать. – Граф вздохнул и глотнул вина. – Наши-то увальни вообще ничего не умеют. Есть правда несколько приличных полков, а все остальное.... – Он взмахнул рукой. Мы вообще крайне удивлены, что демоны выбрали именно нас для своего дома. Я имею в виду наше государство. Вы ведь люди войны. Должны ценить воинскую доблесть и все такое прочее.

- А мы и ценим. – Анатолий, благодарно кивнув, тоже поднял бокал и сделал длинный глоток. – Но кроме всего прочего, очень хорошо понимаем ценность мирного труда. Самые красивые такни, керамику и изделия из металла везут именно отсюда. Университет, старейшая библиотека. Можно сказать центр цивилизации. И нам бы очень не хотелось, чтобы здесь случилось что-то плохое.

- Так помогите нам! – Граф от волнения сжал кулаки. – Вы, конечно, самим фактом своего присутствия очень сильно изменили расстановку сил, но нам нужно большее. Набор и подготовка рекрутов, командование самими войсками.

- А почему не нанять какого-нибудь генерала?

- А с чего это мы должны будем ему доверять? А если он сдаст нас с потрохами?

- А мы? – Анатолий заинтересованно откинулся на спинку сидения.

- Деньги вам не нужны. Это мы уже поняли. – Граф отставил в сторону бокал. – Кроме того, вы никому из окрестных правителей ничего не должны, а это согласитесь очень важно. – Поскольку Скользящий молчал, граф продолжил. – Мы предлагаем вам, должность главного военного советника при дворе герцога. Дом, с обслугой, и миллион золотых в любой форме. Хотите в банк, хотите наличными.

- А обслуга, конечно, ваши люди, граф?

- Что делать? – Тот развел руками. – Разведка это немногое из того что у нас работает пристойно.

- Очень хорошее предложение. – Даренг кивнул. – Но, к сожалению, мне придется отказаться. Пока. Мне действительно нужно попасть в Тирент. Это вопрос, который не обсуждается.

- Боюсь к вашему возвращению, тагрин, здесь, - граф обвел рукой, - уже ничего не останется.

- Насколько я помню, в долину ведет всего три перевала? – Анатолий пододвинул карту ближе и коснулся плотной шероховатой бумаги пальцем. – Здесь, здесь, и здесь. Два довольно широких, а один узкий. Достаточно перекрыть их и проблема будет решена. Никто не сможет держать армию слишком долго. Деньги кончатся быстрее, чем они смогут преодолеть заслон.

- Да нам даже перекрыть-то их нечем. Ну, соберем мы еще три полка ну пять. А Улар сможет выставить более десяти тысяч регулярной пехоты и около трех тысяч всадников не считая наемников и ополченцев. Они наши заслоны сметут за пару недель.

- Н-да. – Анатолий потеребил мочку уха. – Чем же вам помочь-то? – Внезапно простая мысль, словно вспышка озарения, проскочила в его голове. – Скажите, а есть здесь у вас люди, которые занимаются всякими штуками. Ну вещества всякие смешивают...

- Астранты? – Граф удивился. – А зачем вам? Никчемные людишки. Вот только если яд какой приготовить или наоборот противоядие. Впрочем, вам тагрин повезло. Именно в Асте, живет самый известный астрант Тас Лидор. Если хотите, я вас ему отрекомендую.

- Не надо рекомендаций. – Отмахнулся Даренг. – Едем.

Особняк на краю города ничем не напоминал жилище алхимика. Сад вокруг усадьбы благоухал цветами и ухоженными лужайками, а у входа их встретил пожилой, но крепкий слуга, который, сразу узнав графа, без лишних разговоров проводил их к своему хозяину.

Мастерская астранта уже больше напоминала химическую лабораторию. Во всяком случае, под огромной двадцатилитровой колбой светилась горелка и пары едко-зеленой жидкости уносились куда-то в сторону по медной трубе.

Из хаоса лаборатории тут же выскочил широкоплечий русый мужчина лет тридцати, который увидев графа, сразу склонился в глубоком поклоне.

- Тас Лидор, хочу представить вам нашего друга, тэс тагрина Даренга, выразившего желание ознакомится с трудами такого известного ученого.

- Граф Киролл, тагрин. – Мужчина снова поклонился. – Я счастлив, видеть вас у себя в гостях. – Пройдемте же на балкон. Я прикажу, чтобы накрыли стол, достойный вашей милости.

- Милость богов, тас Лидор. – Анатолий оглянулся. – Спасибо, но прежде мне хотелось бы задать вам, пару вопросов.

- Я весь внимание. – Химик чуть заметно улыбнулся.

- Скажите, вам известно вещество, которое образуется в выгребных ямах и навозных кучах?

- Конская соль? – Лидор пожал плечами. – Мы ее давно используем. А зачем...

- Еще меня интересует желтое твердое вещество, которое при горении дает очень сильный и едкий дым.

- Да, разумеется. – Астрант нырнул куда-то вглубь своих залежей и вынырнул со стеклянной банкой полной желтого порошка. – Дыхание дракона. Добываем в Дымной Долине.

- Отлично. – Анатолий довольно потер руками. – Теперь мне понадобится глиняная а лучше металлическая посуда с узким горлом, и уголь, измельченный в порошок. Нужно тщательно смешать шестьдесят частей конской соли, десять частей дыхания дракона и двадцать частей угля. Но только не вздумайте толочь в ступе. Просто хорошенько перемешайте и перетрите деревянной лопаткой. Кроме этого мне нужен кусок шнура, стакан с горячей водой и еще немного конской соли.

- Сейчас сделаю. – Хмимк пожал плечами, но возразить человеку, пришедшему с самим графом Кироллом, не посмел.

Пока озадаченный астрант смешивал ингредиенты, Анатолий удобно расположившись за столом на широком балконе, растворил в воде селитру и вымочив в ней веревку разложил ее на столе.

- И что это будет? - Граф заинтересованно смотрел за манипуляциями того кого считал демоном войны.

- А будет это такая штука, которая резко повысит ваши шансы на выживание. Правда, повышенное внимание разведок всех стран я тоже гарантирую.

На ярком утреннем солнце, веревка пропитанная раствором селитры высохла едва ли не быстрее, чем химик принес толстостенную металлическую флягу заполненную смесью.

- Вот и отлично. – Анатолий с помощью узкого кинжала проковырял в стенке аккуратную дырочку и пропустив сквозь отверстие фитиль, накрепко забил пробку. – Гм. – Он оглянулся. – А вот об этом я и не подумал.

- Что-то еще? – Учтиво поинтересовался химик, старательно пряча улыбку.

- Да мне бы яму какую. Или площадку побольше. – Он взвесил рукой флягу. По всему выходило, что взрыв будет не маленьким.

- Пойдемте. – Астрант кивнул и сделав приглашающий жест пошел вглубь дома.

Спустившись за ним по лестнице, Анатолий попал во внутренний двор, где возле ограды сложенной из массивных валунов действительно была глубокая яма.

- А что на дне? – Вежливо поинтересовался Скользящий, заранее зная результат испытаний.

- Всякая дрянь – Лидор скривил нос. – Ничего из того, что можно пожалеть.

- Ну смотрите. – Анатолий зажав флягу между ног чиркнул несколько раз огнивом, пока фитиль не занялся веселым пламенем. Убедившись в том что горение устойчиво, он забросил сосуд в яму и взяв за локоть графа и алхимика потащил в сторону.

- Успеете еще налюбоваться.

Как раз в тот момент, когда химик уже повернулся посмотреть, что творится в яме, раздался резкий грохот. Мусор выбросило вверх и разбросало вокруг а часть его повисла на деревьях малоаппетитными лохмотьями.

- Занятно. – Граф не обращая внимание на нечистоты под ногами, подошел к краю. – Яма-то стала больше раза в два, и глубже... – Задумчиво произнес он. – И этой вашей смесью можно взрывать скалы?

- Не только скалы. – Даренг широко улыбнулся. – Можете себе представить, что произойдет если подобный сосуд попадет в гущу вражеских воинов. Так что наделайте в скале над перевалом дырок, набейте туда смесь, она кстати называется порох, и заделайте дыры. Должен торчать только конец веревки. В случае чего вы просто поджигаете фитиль, и проблема перевалов вас довольно долго не беспокоит. Лучше конечно это сделать когда под скалой будет проходить вражеское войско и совсем замечательно если сам командующий. Точный рецепт приготовления смеси я вам напишу, как и способы закладки.

- Действительно демоны. – Граф покачал головой. – Боюсь даже представить что у вас еще в голове.

- А вот этого, вам точно лучше не знать.

[1] Ава – сокращение от аватар