Крылья люцифера

Падение на Землю

Звезды на миг замерли, воздух застыл и стал более тревожным, никого не было на страже порядка. Спросите: откуда такая немая тишина? Он упал на землю так неожиданно для многих, что всё сотрогнулось перед его величием. Его знамя яркая звезда, что пала перед гордостью порочной. Он-изначальное воплощение звездного сияния и света, но не смог устоять Люцифер перед сладким ядом псевдо-власти и господства над всеми далями небесными и дальше, что сотворены не им, а прородителем тишины-Творцом. Длинная предистория здесь излишняя перейду к основному развороту событий. Так он окончательно приземлился на сушу. Из хрустальных звезд прийти на Землю это еще то испытание, своеобразная мука, словно хождение по толстому острию китайского клинка. Его последние слова перед пришедствием на Землю: «Я найду свою судьбу здесь. Порой не столь значимо какой ценой, и как я заплачу за эту любовь. Но я правда хочу любить, несмотря на гордыню, что есть во мне. Даже она бессильна перед истинным теплом любви Бога и людей в том числе, так я вернусь к тебе, Творец и Небо. Правда я слегка не готов, но я знаю, что выстоя, как никак падший ангел. Через сколько я пыток прошел лучше мало кому знать и вдаваться в детали.Себе я это устроил специально своим же тщеславием...»

У пианистки Илианоры была страстная тяга ко всему тайному и мистическому. Перед концертом она увидела распросанные перья в гримерке, на закулисной территории, с припиской: «Я встречусь с тобой. Ты и я навсегда». Молодая пианистка в смятении стала ждать визажиста и стилиста для удачного завершения образа для сцены. В ожидании вела беседу с самой собой: «Что от меня скрывают? Какая тайна прячется от меня да и еще так усердно? Мое любопытство скоро не выдержит длинной минорной ноты с протяжным пассажом ввысь сыгранный на органе, на виончелле, на скрипке. Я все равно выясню или мне откроется тайное связанное со мной не имеет значение косвенно или напрямую.» После ее разговора с самой собой. К ней прилетает крыло с фразой:«Скоро ты меня узнаешь из толпы и четко увидишь». Илианору зацепила эта фраза очень сильно, привлекла так, что она чувствовала особое дыхание внутри себя словно в воздухе повеела атмосфера лунного и звездного бриза, который с каждым вдохом и выходом превращался в пленительный магнит от неведомого источника извне-вовнутрь. Ее невероятно глубоко притягивал этот магнетичный аромат:«Я не знаю, как себя вести в данном случае. Меня так зацепил этот аромат исходящий от крыльев, что не могу остановиться вкушать эти флюиды вновь и вновь.»

Этот благоухающий запах звезд, луны пристально, словно смотря на нее произнёс: «Ты меня встретишь. Ты будешь рыдать, но и испытывать счастье одновременно. Любовь так и будет стыть у тебя в крови, Илианора, переходя из тела в Душу чистую и вечно живую.» И Илианора от всех событий не могла быстро отправиться еще, и за ширмой макияжного столика виднелись поврежденные части от не ясно откуда опавших крыльев. Опавшие крылья ей говорили будто сквозь все место, в котором находилась Илианора:« Ты та, кто несет ответственность, не расстеряй все. Мы будем вместе несмотря на необратимые последствия для нас обоих, это не столь важно, а суть то в ином, позже про нее узнаешь. Тебя покроет тонкий ветер яркого сияния ночной полосы. Я тебя знаю с рождения.» Закуслисная комната вобрала в себя тонкий толчок вместе с опавшими крыльями, словно пронеслись листья перед красной дорожкой. Атмосфера воздуха в помещении замерла и затихла, зная, что дальше произойдет Воскрешение, вход в предверье.

Таинственная девушка не хотела выходить на сцену, но она вышла, когда ее охватывала лавина из мешка вопросов. Илианора все равно взяла и выступила, сыграла концерт на пианино, как бы сложно внутри нее не было, она сделает, то что обещала себе и людям вокруг, это была ее видная сторона, одна оболочка для адаптации, реализации в социуме. Играла Илианора в прямом смысле скрипя собой, переступая через свои внутренные истязания и попытки разгадать все, что попалось ей на глаза совсем недавно. Ее мысли во время протяжного исполнения собственной пьесы:«Я так глубоко еще не погружалась во все эти знаки судьбы, жизни. Сегодня меня унесит куда-то в зимнюю бургу и вьюгу. Как загадочно развивается течение в моей жизни, но за этим так любопытно наблюдать.»

После музылькального мероприятия Илианора принимала овации, цветы, подарки, накидки на пианино и фортепьяно, еще и на орган. Когда она получала подарки, то внутри себя хранила теплый трепет о поклонниках ее творчества. Но ее смутила последующая вещь. Илианора снова слышала отзвуки нечеловеского голоса издалека:«Ты-моя судьба. Ты-свет, что вознесет многие души, которые выбрали падение, а позже разуверенились в своем решении и стали тянутся к свету еще упорнее и целеустремленнее, ты, Илианора в очищении и исцелении их Душ, крыльев ты им поможешь врасти заново все, то что было "утеряно" в борьбе за власть с Богом. Ты-та волна Света, которую не перебить. Ты-также рестовратор крыльев Души и Духа в пределах и заграницами физических плотностей. Помни это и чувствуй всегда!»

Нашествие света поздним вечером

Ее встретило сущевство похожее на ангела и оно ей передавало, хотя Илианора всего лишь шла домой после концерта следующие изречения:«Небо близко. А многие его попросту боятся, а точнее всячески избегают шагать по божьему языку, что он дал нам изначально. Он не создавал нас для того чтобы мы были вечными узниками тьмы снаружи и внутри, он сотворил нас из частоты любви и света, который снизошел с небес на Землю через него. Может кто-то тоже создал Бога? Однако он нигде не рождался, а Иисус Христос-посланник Творца, не иначе. Он сказал нам всем при рождении:" Ты-свет. Вы не идете в него, а вспоминаете и пробуждаете на Земле Семена, которые бессмертны. Вы из тени вернетесь в яркость, это операция, да болезненная порою, но без нее никак нельзя двигаться дальше и совершать иные шаги к новорожденным поселениям, мирам. Эта Вселенная-еще не все, только малая часть, из того что по-настоящему существует, живет. Откуда тогда к человеку приходят знания, сны? Души-бессмертие Духа Истинного Бога, не в плоти, а что во Всем и не в чем, миг-его закон, проповедь. Иллианора, ты и есть любовь и свет Бога, ты и как и все люди-посланники-отражения Творца. Разве из обезьян получились бы такие души как от первоисточника? Нимб над головой ему не нужен, у него другое величие без мнимого статуса, оно просто есть, потому что мы и он связаны по великому творению всего сущего, что может быть и не может. Тот кто познал все-настоящий гении, но таких почти не сыскать, многие притворяются иными, всего навсего забывая- не каждому стоит пробираться и карабкаться по пьедесталу всех божественных форм, субстанции-ликов энергии, образов. Бог он заполняет все пространство даже ад, без его присутствия он рухнул, не жил раз и нет преисподни-ада с концами. Он способен разрушать и созидать, он влаладеет этими элементами в совершенстве. Человеку порой это может только снится, но ведь человечество реагирует на выбросы света, да пусть не все, большинство жителей все еще обитают в "мини изоляции" от него, временно это все, не вечно. Ты чувствуешь это, Дорогая Душа по земному прозвищу Иллианора? Он не исцеляет руками, он ведет исцеление, словно движение световых кодов, запуская их внутри тех, кто готов полностью открыться его проведению. А проведение Бога оно не угасает и не угаснит никогда! Это мощное свечение на грани электричества и атомов невозможно затмить даже демонам и князю тьмы, они все в глубине своей исполняют начальные предписания, в другой форме.»

Сущевство похожее на ангела рассеялось будто воздух по ветру летел. Но она видела его промежуточный лик, он предстал перед Иллианорой как светло-золотая энергия в одеянии бабочки чем-то напоминая многокрылую птицу. После всего услышанного она не могла идти спокойно, чем прежде. Илианора изливала градом слезы. А еще на улице дождь сильным потоком лил подстать ей, видя как ей было приятно больно, он ее омывал вместе с тем исцеляя и избавляя от лишнего груза, что успел скопиться на нее тонких лодышках и плечах, ногах. Душа Иллианоры сияет от грандиозного воспоминания: «Я здесь-я жива. Я люблю и меня любят. Я с Богом и Он со мной. Невообразимо красиво видеть и ощущать себя частью Творца, что порадил нас людей, оставив нам еще к тому же свободу воли, выбора. Теперь я творю более свободно благодаря тебе, Творец» Каждая ее слеза в тот поздний вечер протекала во имя счастья и любви к Богу и его Наследию.

Шла, она шла и все таки за час полтора вернулась домой в свою квартиру, она правда небольшая, но зато уютная. Иллианора прилегла на кровать чтобы как следует перевести дух от происходящего. Она лежит, дремлет-дремлет и будто словно изнутри что-то прорывается и передаёт во внутреннее сознание:«Твори музыку. Не держи все богатство внутри себя, а являй его, подобно тому как Создатель представил нас другим существам, сутям, мирам. Ноты уже сущевствуют. Бери и пиши из с внимательным взором вовнутрь и наружу, все не отрывно от друг друга. Все так или иначе определенным образом связано и соединяется, как будто цепочка состоящая из множевства казалось бы незначительных звениев, но если все сложить воедино, то результат другой. Оноре де Бальзак однажды написал фразу в своем романе "Шагреневая кожа" —"Все есть движение. Даже мысль. Может Бог и есть само движение?". Так что проводи этот импульс через себя, Прекрасная. Я тебе как прямой ребенок Бога сказываю, направляю на путь верный, потому что любим мы вас людей, всей душой, а иногда и плотью.»

Творение через Бога часто не дает уснуть, настолько оно прекрасно, что не реализовать хоть как-то, что не позволит совершить полной света и любви Душа, она потащит в дали видимые и невидимые. Она в этом убедилась. Сейчас она сама вам расскажет о своем опыте.

Я села писать ноты и музыку для пьесы-мулькальной аранжировки, композиции под именованием—"Ангельская суть Творения". В тот момент, что произнесла внутри себя название композиций я уже ощутила: "что за свет польется на людей. Выдержат ли они этот полет и любовь, свет? Но невзирая на все схожие тонкости я проведу этот гимн, он прекрасен. Музыкальные инструменты даны для передачи энергии, но не для бахвальства. Первые фразы готовы. Они таковы:«Пусть небо направит тебя, словно птицу в воздухе. Мы пришли исцелить все сущее, которому это необходимо сейчас..Бескрайные крылья покажутся тебе по одному лишь взгляду на их блеск издали. Не нужно из всех щелей проситься туда, но следует стремиться к восхождению по возвращению ДОМОЙ.». Я знаю через музыку люди услышат вибрации Ангелов и Творца и внутри себя пропоют величайшую Дань Светилам, безграничности вшитую в них и запределами их поля взора. Они увидят это пристально как повернуться не успеют!»

Пишу музыку и радуюсь глубоко без смеха и широкой улыбки на лице, внутри все это ношу, а передаю через слуховое влияние. Это мой способ, но у каждого свой метод как передавать многоликие и экстра-широкие знания и дары Бога, Ангелов и других прекрасно-прилестных сущевств. Нам дали каждому свои таланты не для самопровозглашения, а для явления, чтобы из тени Бога, они превратились в многообразный и глубокий световой щит, кокон, зонт. Теперь я слышу все звуки подлинной музыки внутри, а не лишь снаружи, как это являлось в прошлом. Сейчас я выросла душой и готова принимать разную вариантивность, не как должное, а дар вплетенный в материальную жизнь на Земле.

В этот миг я слышу не просто звуки, а энергию вне звуковых иллюзии, рамок, словно пропала та грань, где я хоть как-то опиралась на стереотипы. Вместо этого пришло мне тотальное виденье нот, да и в целом и общем звукого искусства. Леонардо да Винчи видел тотально энергию картин пока рисовал их, а я не он, но вижу в данный момент вибрации нот, радио волн также отчасти проходящих через звучание. Нота до, первый аккорд-пятый фланг ангельской строфы. Эскиз целый, он спроектирован и меня тут же сила внутри меня нежно, мягко с заботой укладывает спать. А сон-искусство в невероятном ракурсе, в нестандартной позе.

Во сне Иллианору повстречал золото-крылый ангел-наставник с серебрянно-голубым ореолом над головой и ногами. Он раскрывает ей книгу поле под ним обдано световыми тканями, которыми бог обливает нас водой в виде дождя из слез, крови и испытании иногда и мучении.

Продолжение следует..

Кружение и танец с ангелами/ обвитие, сон.

Он крыльями распахнул перед ней. Взмывался и второй ангел над ней во сне прекрасном. Он кружился второй ангел и произносил:«В тебе много очень много чистой и непорочной красоты. В твоих венах течет творческая мощь, что тебя ведет по жизни, показывая изрезанные грани человеческой души. Да, такова ноша многих авторов и деятелей искусства. Иногда им тоже хочется горько кричать. Они тоже платят немалую цену за свой дар, что пришел к ним с небес или земли и не только...Порою они платят не деньгами, а тяжелыми слезами, что стоят не дешево, по своему естевству. Но есть особы, которым проще всего платить материальными благами, даже от таланта полученного от более верхних слоев, однако они все видят, их не получиться обвести вокруг кольца змеи, где изображены Адам и Эва еще с наливным, красным яблоком по середине.»

-Говори со мной во сне, Илианора. Я приказываю!- Сказал как отрезал, словно заточил самурайский нож для пыточных издевательств. И она не смогла устоять перед его непреклонный властью, словно он не от неба, а от недр земли явился и привиделся.

-Ты кто? Покажись мне отчетливее!- Я кто, тебе сейчас необязательно это точно знать и ведать. Да, я знаю, что ты обладаешь виденьем, но тебе так весело меня не поймать. Кто тебе посылал слезливые, романтические письма? Ты не поймешь ответ на этот вопрос пока не увидишь меня воочию. Все тайны я тебе не буду говорить, как бы я тебя не уважал.

Стремительно их диалог прерывается и на арену ее сна выходят космические создания, с фиолетовой накидкой вдоль всего "тела" их. Они проводят ее в специальную дверь со звездно-лунным ключом. Перед Иллианорой открылись четыре основных двери и три запасных, если вдруг, что внезапно-негативное случится. Она думала-думала и деликатно отобрала дверь под номером пять, а основную под третьем. Она выбрала третий вход и не чуть не прогадала. Идет неспеша, размеренно с плавно струящимся подолом вплоть до конца всей эфирной и ментальной плоти. Дальше происходит магия, волшебство. Ее пустили в огородок с ангелами и феями однодетально, уместили в одну ясную площадь. Ангелы и Феи приветствуют Светлую Душу, которая пожаловала к ним в путешествие с помощью иных космических рас и организмов.

-Приветствуем, тебя Прекрасная Душа под земным знаменованием как Иллианора. Мы хотим сказать вам все вместе; «добро пожаловать. Распологайся по удобнее и ближе по сердцу. Как никак но у каждого существа имеется свое место в мире и на жизнь на голубом шаре во Вселенной. Теперь с Тобой поговорят кто готов, по отдельности.

Первой отозвалась на беседу юная фея Полианне Римоль. У ее очаровательная манера вести разговоры очень зацепила добрую душу Иллианоры.

-Я знаю, ты благородна Иллианора. Даже во сне ты меня видишь и слышишь. Ты не представляешь насколько для меня ценно твое внимание и твоя ласка и доброта, душевность. Ты готова, если я тебе кое-что расскажу?- Да, я не возражаю мне любопытно узнать твою историю пусть даже если она такая радостная или позитивная. Если хочешь и готова говори, Полианне.

-Собираюсь с духом и говорю...Выдох, вдох... А то если не поведаю тебе о данной истории, ты можешь в дальнейшем многого про нас не понять, не увидить. Ты ведь близка к нам. Мы любим тебя. Я тебя обожаю. Долго оттягиваю... Все вещаю..! Когда-то я была женщиной возрастом двадцати шести лет, работала в офисном планктоне. Я в земной жизни была итальянкой, а по материнской линии кокетливой француженкой в кружевном берете на самом основании головы. Я тогда много плакала очень. Я "потеряла" нутро феи и стала обычной, "позабыв" кто есть. Незнание кто я есть на тот отрезок жизни мне принес много тревожных и душераздирающих слез и снов в том числе. Очень много слез.пролила в той жизни, но я о них вовсе не жалею, потому что они дали мне почву, ростки для большего опыта. Я любила наблюдать за многими вещами и за людьми и за собой в том числе.

Заметила большое количество в нас людях пороков и желчи и столько же и добра собралось, скопилось. Ситуация в жизни у меня была. Часто меня обсуждали нелицепрятно за спиной. Говорили.

-Да, она в каком нищенском районе живет. Что не может дом купить!?-Видимо не может, а еще она слабохарактерная особа на мой взгляд. Плачет без повода.

Но это их взгляды сейчас я полностью признала данную мудрость, а раньше сильно рыдала по поводу сплетен, думала, что мне слезы всецело помогут от них избавиться, прогадала не так вышло, тоже опыт, который помог мне быть той кто есть сейчас. Оборачиваясь назад, то вижу сколько всего мне дали люди, события в "реальной" жизни. Во офисе работать приходилось много только лишь ради денег. А я приговаривала себе: «Да, ты сейчас работаешь в офисном планктоне, наступит время когда ты им перестанешь работать на совсем и навсегда. О, я так рада кучей бумаг, аж бабочки в животе брыкаются от счастья быть здесь. Только пусть кольцо не лопнет, как шар от переизбытка "рабского" труда.» Конечно этот труд меня сильно изматывал и тогда у меня закрались вопли, они исходили изнутри-наружу. Эти рыдания во мне звучали так: «Офисная работа не дает мне свободы и полной реализации потенциала своей души! Я не знаю, что делать! Но выход, есть не правда?» После внутренних возмущении длиною в два года я ощутила насколько желаю заново летать, рассекая всю бумажную волокиту с себя прочь. Сначала боль испелила меня, а позже вознесла до мира фей, в коем родилась изначально, появилась на свет.

Часто именно через боль мы вспоминаем кто мы есть на самом деле. Боль—не наказание, отнюдь, а больше как обратный способ показать кто ты есть через кризисы и "надломы". Это не страшно, если не воспринимать как жесткое бремя на всю жизнь, а брать из нее опыт и двигаться в своем ритме сердца и души, стремясь не к догмам, а к пронстраству находящийся вдалеке от тела, но соединяющие дух, душу, сознание, тело, землю, воздух, все на земном шаре и не только. Трансформация из женщины в фею был для меня величайшим спасением, что можно было придумать. Вспоминаю свою жизнь в человеческом обличии еще раз. И у меня всплывает сейчас образ. После тяжелого и загруженного дня работой я прихожу домой и кое-как в обессиленном состоянии готовлю салат. Первым делом нарезаю огурец и во время его резки мне врезаются в голову слова: «Огурец с лица как красивый, а внутри гниль, но даже в этой падали можно нащупать неуловимую красоту, что закрылась от внешнего вида и мира. Жестокое бремя однако у него, носить испорченность и вместе с тем и красоту. Порой это не так-то и легко.»

После этих слов я впала в ступор, резко отбросила нож и не стала дальше мучать огурец. На этом пожалуй свою историю благополучно закончу. Сколько не ставь точек, но до полноценного конца все абсолютно не рассказать. Даю волю другим поведать тебе, Илианора. Кто хочет говорите!»

-Иллианора, меня зовут Эмбрель—я это Ангел в рассвете луны и солнца вместе. Привношу в мир гармонию огня и воды, упорно веду человечество к скачку не назад, а вперед. А до тех пор они будут слишком много перебирать и скитаться в поисках идеальных домов и миров. Я нахватался от людей всего и негативного и позитивного. Прекрасно знаю что такое людское презрение и признание.Потом осознал в чем суть делить на категоричное тотальное злое или на тотальное доброе. Капля в нас есть и того и того. А тогда к чему весь дневной сбор?-Благодарю Вас, Эмбрель.

Все обратили один огромный круг, в который могли попасть все живые сущевства. Илианора встала в центр. Ангелы и эльфы подхватили ее и донесли ее, а душа Иллианоры на секунду вылетела из тела и приказала телу :«Встань в круг. Дар принимай, тело! Мы одно целое!». Плоть послушалась грозного и уверенного наказа души. У памятника*(*тело) все равно не было бы выбора, он встал бы посередине кольца бессмертия. У него нет власти на то чтобы с концами остановить душу от настоящего движения. Ему найдется и находится величавая управа, выше любого верховного суда или других правоохранительных органов, инстанции. Тело может думать, что оно, как диррежер, но Дух подлинный оркест, а не наоборот!

Обвитие взошло от небес...

Медленно и почти незаметно подкрадывалось неземное чувство свободы, словно все оковы пройдены, не порваны, а именно испытаны не поверхностно, а глубоко. Падение-не равно потеря жизни, значит дан шанс на продвижение не на регресс, наизнанку на прогресс. Переворот красивый, не правда ли? После всего акта обвития Илианора пленительно заснула, будто кого-то ждала у порога своей души и сознания. В сон к ней заходило слишком много людей и сущевств. Я помню это яркое существо с крыльями, оно прямо проводило все время со мной во сне, как странно. Следит за мной даже когда в кровати лежу, сплю никого не трогала. Он отзывается.

-Ты точно никого не тронула? Может ты тронула меня?- Лично я этого не помню. Никого я не тронула, точно говорю!- Великая обманщица, лжешь без частицы красноты на лице, мастер перевоплощения, делаешь вид, что нечего не было, не говори.

Находка/клад.

Продолжение сна.

-Ты та музыка, что спообна унять мой гнев и мою гордыню. Прошу не убегай от меня. Ведь мы скоро встретимся по-настоящему, а не только во сне. Поверь, ты найдешь что-то что отродясь не видывала.- А что я найду?- Я знаю, только не собираюсь тебе все докладывать.

Иллианора дальше продолжила сопеть во сне и тихо спать. Под утро встала с освежающим чувством подъема, которое не так часто испытывала за всю свою сознательную жизнь. Ей захотелось сходить в парк погулять без явной цели, чтобы насладиться природой и красотами планеты Земли. Вышла Илианора на улице из дома сразу почувствовала весенний воздух. Он ее манил с пробуждения. Этот кислород проникал сначала в легкие, распостранялся в горло, поэтапно перешёл на все тело. В небе радостно и несколько возбужденно пели птицы, весенные животные. Деревья, травинки все наполнилось страстной тягой к жизни. В каждом листочке отражалась жажда жить они словно издавали слова: «Жизнь мы тоже любим не только вы люди любите и желаете ее!» Услышав эти слова от природы она растрогалась до рыдании сквозь тело без остатка.

Она наслаждалась неимоверным искусством окружающего мира. Издалека осторожно к ней подбрался голос, что вел ее в лесной лабиринт в самом парке, расположенный в глубине, где-то на окрайне внешнего поля. Томный и насыщенный зов словно управляя ей произносил: «Ты близко к кладу и к находке. Я тобою двигаю! Найди его!» Илианора в самой глубине себе ощутила тонкий шлейф неизвестной боли, пронзительная ломка внутри началась, словно надрывы всех оков, разоблачения всех предыдущих ран, которые были скоплены за тысячи лет. Что-то сзади ее заставляло продвигаться и идти дальше с ярым любопытством. Воздух в более отдаленной точке парке стал тяжелее, а точнее весомее, подобно тому как булышник падает на голову, снося ненужное бремя и лишний груз. Лес напоминал сложную картину, где не всего лишь одни деревья, а полная река по пути отражала бесконечность в сущем.

На тропе на пять путей она остановилась на четвертом месте. И на этой тропе Илианора нашла ожерелье золотое с маленьким белым крылом с подписью: «Ты недалеко от меня и я от тебя близко, словно рядышком совсем живем, создается впечатление, что мы жили всегда по-соседству, надолго не отдалясь друг от друга. Мы кровью и душами связаны навечно-бесконечно, по любви сердечной, которая прошлась позади, подобно шлейфу неуловимоего ветра во Франции или Италии. Любовь так прекрасна, но при этом так болезненна! Я люблю тебя, Илианора! Как вернуться к тебе? Внутренних смятении много внутри меня сейчас играет. Кажется "сущее зло" ничего не испытывает, никаких чувств нежных, однако—чудовищное заблуждение, что не дает пробиться свету сквозь темную вуаль представлении людских. Меня часто считают "злом", а если посмотреть по-иному..» Читая аккуратный элегантный шрифт написанный на плотной бумаге для литературных рукописей она на пять минут впала в состояние замирание от льда тепла и холода вместе. Внутренные за и против авантюры воспроизводились, как постоянный фильм. Она записывала следующие слова на оставшимся клочке рукописи: «Я стою на границе ясности и мутации сознания. Где грань между нормальностью и ненормальностью? То что происходит со мной в последние месяцы у мне не удается объяснить только рациаональным подходом, нужно еще что-то и да я что—сакральные знания, целееобразнее-ангелогия, наука—вовсе не она, хотя к ней частью имеет отношение, структурное знание-и есть научная часть, а остальной вес переноситься на загадочный панцырь. Из стороны в сторону меня вертит, крутит. Любовные перепетии сильные слишком! Как их вынести на своем хрупком и чувствительном сердце?! Драма—часть жизни, одна из многих!»

Иллианора присела на свободную скамейку и безудержно начала писать, делать пометки, чтобы все упорядочить внутри себя, это как разхламлять старые вещи или книги на дряхлых полках. Сидит и задумчиво смотрит вдаль, чувствуя чуть-ли не животный страх, что судорожно охватил ее начиная с низа живота и до головы, захватывая виски и все тело, не перешевелиться, настолько тревожное состояние переполняло маленькое тельце. Оно своими невидимыми клешнями схватило Иллианору, глотку зажало. Внешний вид его был чернее ночного тумана над огромным озером, где-нибудь близко к Ктулху. Он сильно сжал в тиски ее, что Иллианора не могла вздохнуть полной грудью. Ее чувства говорили за нее: «Чернота уже успела поселиться во мне, как только он меня слишком больно обнял за талии и за все тело..Что делать не знаю..Смятения вторглись вновь, да это часть моей жизни...Сгинь нечесть проклятая:говорю ему, не желает!! Истерика-не самое страшное в этом, а вызывающее крик души в ином, спустя время узнаете про что вещаю, да это может показаться в конечном итоге вам бредом или повествование рушиться, однако-иная ступень в течении композиции из крови и воды, где все это смешивается в палитру темных и светлых подтонов и оттенков.»

Сущевство раздумывая, раздумывая протяжно раскидало для нее фото с ее нечистывыми кадрами из жизни. Оказалось выпало позабытое фото, которое даже сама Илианора выбросила из видимой части сознания, памяти. На фото отчетливо-яро просветилось изображение ее любовных похождении на стороне, как она его страстно целовала еще держа розу в рука, да так элегантно и соблазнительно, аж розу красную забрать хочется с ее нежных рук. На этом эпизоде Илианора не сдержалась и пустила на сухую почву пять слезинок с размером в крупную росу. Ведь неприятно осознавать порою свое падение перед самым близким человеком—перед самим собой в укрытии мирном. Видеть снаружи вовнутрь-как разрезать рыцарским амулетом все воздушные замки, образы о истинном облике себя, больно не то слово. Следующее фото оказало на нее еще большее влияние читайте дальше, не обольщайтесь перед ее чарами. Второй кадр проявил то что Иллианора изначально занималась музыкой ради денег, по снимку видно как жажда наживы ей управляла делать концерты еще масштабнее и масштабнее, хотя она тратила большинство прибыли на организацию театральных постановок...Явное противоречие! Не замечаете иль?

Вторая гравюра ее окончательно укорила в самое нежное ядро души, Иллиаонара стала плакать, доходя до исторического рыдания и страдания влоть до того, что все ее милое лицо превратилось в опухший, плотный шар. Она плакала не от невыносимых телестных спазмов, скорее от оглашения нелецеприятных черт самой *пианистки( * иными словами ее). Талантливому человеку может быть неприятно от его разоблачения, однако подобная учтивость делает из талантливого гения, как бы укорительно и едко не звучало, не писалось. Многие великие деятели искусства пережили крах безупречной и белесой репутации. Как им пережить муки и кризисы крушения репутации и идеального образа построенного долгими годами, если иль не столетиями? Им остается все побочные спецеээфекты переносить в творчество прямым, косвенным, явным либо скрытым деянием.

Юная пианистка продолжала писать, когда ушло темное сущевство она вздохнула свободно, будто бы сделала регресс в пейзаж-лирику "зимняя сказка". За поздний вечер и за ночь она смогла провести через свои руки пятнадцать тысяч слов, некоторые зачитаю вам. «Сегодня ранним вечером мои огрехи изъяли и проявили. Я успела позабыть об их существовании, как они вновь постучались ко мне в голову через это чудище прекрасного сложения-строя. Все части, которые скрывались у меня внутри, я смогла заметить через жуткое создание, как монстр плоти и души. Видя все что накопила, мне было так мерзко ощущать на себе свою же внутреннюю тюрьму и внутреннего карателя, который никогда не дремлет, если засыпает лишь пред авродезиаком из Франции импортацией через Польшу, город Варшаву завершающая остановка- в Англию. Без занимательной и многопролитной затеи, я бы не поняла и не прочувствовала почему же гениальные люди порой, столь живут на нитях между разрушением и созиданием, они нащупали тонкую мягкую прорезь в бесконечной дилемме чему же все же следовать до конца относительному злу или относительному добру, отыскав ларцы с драгоценностями они не почили пред ними, органично восстали против покорного послушания от шишек на главных елях. Меня всегда восхищали гении, которые не боятся не разрушения, не созидания, они в равной степени способны идти курьбой наперекор общепринятым нормам как верно творить, а как нет. Не слушая многократные значки по тому манифесту где сказано следующее требование: "Не идти тараном и никак по-другому!". Разрушать на поприще художественного виденья—часто подвергать себя осуждающей оглазке со стороны тех, кто даже ничего не смыслит в искусстве, ведь в результате они и сами позже начнут поклоняться и прислоняться, приобщаться к дарам, что яро отвергали столетями, они совсем неожиданно, как манна платиновая посыпется с прибауток немногих, кто сотрогнется, отзовясь на гром лихого из Богов, элегантно посмеет нарушить священный обет молчания, оно долго не затухало, а в половине десятой ветви круга.

Что касается созидания, то оно непрерывно связано с разрушением, без него, не появилось всеми полюбшийся созидания. Созданию следует давать волю на восхождение на престол короля, а разрушению дать шанс стать для благого опорой, на которую можно облокотиться при любом случае, неважно это кризис средних лет-что-то посерьезнее. Сама не верю-то что юная пианистка как я рассказывает вещи не очень и для юных умов, душ. Что движется ко мне в сознание и все слова просвечиваю на ней без усилии, будто они написаны не рукой человека, а рукоятью более объемного организма. Сижу, сижу на скамье посреди одиноких домов, улиц, зато меня никто не трогает попусту, информацию доставляют в цель, терпеливо поджидают нужный момент, дальше-процесс первоначально—сподвижки сознания, спустя один этап засцветает магия—виднеются отблики живых и неживых людей и сущевст, разнообразного строения, вида. Какие-то к сведению имеют при себе восьми крылый пояс, кто-то владеет заснеженным шаром....., не буду про всех живших и живущих объяснять, слишком долгое удовольствие. Скажу напоследок чуть-чуть на задуматься. Все это взаимосвязано друг с другом и разрушения и созидание, разные силы направленные на творение, создание чего-то дивного, неизвестного пока...»

На загадочном завершении она развернулась, отправилась обратно домой в теплую квартиру.. И внезапно к ней подходит молодой человек, спрашивает: «Вы любите смеяться из-за всех сил, чтобы аж искры из глаз свободно летали и окружали всю поверхность ее парадную и внутреннюю?». Илианора сперва не придала значения каламбуру, думала :«Да, это игра слов. Он так шутит, надо мной.». Она ответила ему: «Не люблю себя до такого состояния смеха изводить, я-не извочщик, что бы промышлять мерзким смехом.» После ответа пианистки его очи бегали, не находили себе места.. Под маской добродушного веселого парня по-итогу обнаружился дохлый человек, что смеялся тем самым очень саркастичным смехом, в котором не осталось ни частицы доброго покояния, ни благостного почина, осталась лишь развратность и вседозволенность, однако она далека от исконной свободы, которой нас одарил Творец-Провидец. До сознания Иллианору данное сообщение донес ангел светоносец-Святогор, в райских горах поживший, навеки культивировать красоту и свет поклялся. Гимн протянулся через ее уши, превратив песню в блаженное наслаждение. Ложь и ехидный смех казалось бы человеку с тёплой улыбкой этого свойственно-проституция, ему таков стиль может быть как раз подстать, только ему главное не забыть идеально наглаженные вещи, сумку с миллионами и конечно же захватить маску просточка с улицы. Почему бы и нет? Порой чересчур улыбчивые особы готовы ради хищения чего-либо оскверить свою душу и превратить блеск вечной частицы в замородную слизь, только не в золото, а в жалкий паталь, который будет омерзительно сдираться с кожи, переходя в истязающий зуд, что не может не перейти в суть, того кто промышляет обманом ради наведения миража на очи и лоб аппонента. Коварным сущевствам придется платить, они сами увидят последствия своих гнустных деянии! Те, кто так живет, получает и такие же подарки взамен за все муки...! Однако Бог не позабыл как любить откровенных уродцев, что умудряются вновь и вновь притворяться красавцами, при этом скрывая насколько они некрасивы изнутри, а внутри них часто плавает пожилая гниль, она начинает разъядать их слой за слоем, сначала незаметно, позже все глубже, погружая в пущину черной дыры.

Творец( Сотворец) любит безмерно нас людей, несмотря на наше отвратительное коварство, неприятную подлость..Горб людской невсегда в могиле способен сойти с дороги.! Свет вострожевует в том случае, когда люди станут готовы его воспламенить в своем сокрытом ядре.

После насыщенного дня на события Иллианора пришла медленно, верно домой, и улеглась в кровать.. Мысли о происходящем ее усердно не отпускали, они громко-натихо твердили: «Звонок слышала? Услышишь! К чему тебе встретилась энергия похожая на лохнесское чудовище, как из произведений Лафкрафта? Его произведения более чем правдивы, кажется фантастика...Мы не так много знаем о "его Вселенной", так что не нам судить насколько мистера Лафкрафта правдивы иль нет.» Подкравшийсь на цыпочки, Иллианоре неожиданно поступил звонок в дверь.. Подозреваемый моментально упрятал все зацепки, но будучи учтиво-властным оставил кровавыми заглавными буквами послание и нарекание : «Встретимся на остановке, где есть сады и филармонии, которые ты так любишь, Иллианора-пианистка от Творца. Да, тебя могут обвинять во грубой лжи, в душе своей ты-гармоничное свечение светлого и темного неба, на горизонте меж сушей и верхными этажами одного-единого поля, живущие миллионы опытов. Приходи!»

На ткани имелись вшитые роскошные крылья с широкими перьями. От ткани исходил тонкий аромат красно-алых роз с примесью нарцисса. «Это разве не люксовый парфюм? Он опьянил меня, чарами, замагнитизировал без шанса на сопротивление, а ликер цветочного яда прибавил мутную перчинку.»- подумала она. «Спи спокойно! Выбор выпадет тебе трудный сделать так иль поступить по -иному. Пусть у тебя на данный момент будет спокойный сон! Утром все яснее, яснее. Не делай вид что не понимаешь, ни разу! »-Сказал некто извне.

Судьба

Иллианора долго думала над таинственным случаем произошедшим ночью перед глубоким сном. Ее мысли нашли отражение в заплатке для музыкальных пластинок, она прописала на них свои рассуждения: «У меня было ощущение ночью, словно меня кто-то схватил и обхватил очень сильно, что аж не могла спокойно дышать, все передернуло внутри, страх заполнил меня целиком и холод в комнате напомнил о смерти возлюбленного. Кожа вся покрылась безликим потом, облегая все тело, включая спину и грудную клетку. Слезы полелись сами собой»

Она пришла на алтарь, по указанному адресу, где ее встретил инкогнито, как некто по имени Эйбузасс, села Иллианора на скамью из драгоценных камней, и под нею было выгравировано слово-любовь. Эйбуазасс первым делом стал говорить с пианисткой, как с мудрой душой.

- Заметила ли ты, что тебя ведут к небу и на Земле и в Космосе?- Я отчасти это замечала, есть отголоски, музыка приходит мне из вибрации звездного поля тайн Вселенского либерата, хроники не поделываются, все стерильно-гладко, при этом чисто с высшей долей яркости, словно подача блюд в роскошном ресторане где-нибудь в Лондоне, недалеко от спокойной пригородной зоны, где много изголовьев вихрев исконной, не запачканной любви. Реки стремительно текут рядом с проливом подлинного счастья любви, тянутся они все всегда к сияющему свету, который не ослепляет, а нежно рассеевает безликий туман.- Я вижу, ты, Иллианора, готова к разговору более глубокому, чем игры после университета, ты больше, чем ты представляешь и думаешь, настолько все мудро устроено, пойди разбери все, разложи по ящейкам проекции сути, заложи в нее смыслы Духа, в дополнение распространи их деликатно без надрыва, многие могут брать гораздо больше, чем они могут выдержать, а так недалеко и до белой комнаты и заеметь себе лихорадку и головную бадагру. Я тебе сразу скажу, Иллианора, тебе предстоит через четыре дня увидеться с прекрасной дамой, для которой любовь—смысл всей жизни и всего существования на Земле-Матушке. Она любила даже если кто-то делал ей больно, она любила невзирая не на что, никакие преграды не могли отвадить или откинуть от нее самое дорогое, что у нее есть—любовь, та самая творческая энергия Бога-Прородителя. Она тоже пианистка играет на пианино с льющийся любовь, словно у нее волшебная палочка в руке, как у Гарри Поттера присутствовала, только ее руки с помощью состояния потока создают по итогу невообразимую красоту, человек, в котором очень мало любви, не способен провести колоссальные объемы. Побеседуешь с ней и почувствуешь эту тёплую искру любви с размером с крупное поле, где растут и ягоды и роса, растения плотоядные и воздушные, вокруг нее много, кто гуляет, однако не каждый осмелится переступить пианистке дорогу, под натиском любви, любая мелкая крупица может расстворится или уменьшится до полного забвения через многомерную плотность—пропасть в течение небытия.

-Вы очень интересный собедник, Эйбузасс. Как она выглядит пианистка? Сколько ей лет?- Узнаешь при знакомстве с ней, точнее, при более тесном взаимодействии и положении дел, где вы будете вместе преслеловать один вектор, одни общие цели, тогда-то и сблизитесь, станете...дальше, изволю не продолжать..Могу сказать напоследок, Вас, Иллианора, ждет очень увлекательная жизнь. Прощайте, еще весточку кое-какую, вам ,все-таки адресую! С вами тоже приятно общаться, Иллианора, вы, как прекрасный бутон молодого цветения Сакуры или Ликориса вместе, вы, будто гибрид-смесь этих потрясающее ароматных цветков, что круглые сутки весной радуют своим привлекательным оттенком свободы и лаконичность, когда не куда спешить, когда можешь с легкостью созерцать красоты могучей природы. Все, вам, доброго, Илианора! Продолжайте распускать свои корни и не уделяйте внимание ветвям и листьям, тогда точно будете чувствовать себя еще краше и без сценического костюма! Я уже с тобой на вы заговорил, я вас уважаю вплоть до муражек по всей поверхности (области) кожи.- Благодарю, Вас, Эйбузасс. Признаться честно, моя душа ликует рядом с вами, она буквально трепещит от восторга пронзительной глубины и произносит; «Любовь—не продажная вещь, а сама энергия творения из верхних бугров Вселенн.»

На самой развязке их диалог был прерван специально. Идя по улице в уединении Иллианоре издали послышался голос на грани гула и спокойного тона речи:« ау...,а..о...я пылаю любовью к тебе» Вновь были расбросаны отстатки от золотистых вставок, они светились, но при всем отдавали некой розово-темной частицей. Ты не знаешь, насколько я дорожу ,тобой, Милая. Разве ты совсем не помнишь меня? Стучись долго в закрытую дверь.» Я—Иллианора откликнулась на этот зов, продвигаясь дальше, впереди сталкивались три главных дороги—квартал, перекресток и обыкновенный пешеходный переход. Я выбрала квартал почуяла запах чего-то прекрасного, словно компании Бетховена, от них исходило невероятное счастье быть в райском земном поле чудес, благодати. Изначально каждому это доступно, однако не все могут пропустить и влить в себя этот свет длинной во все мироздание. Я вдыхала аромат лепестков души и духа, идя по этой улочке, слонясь правда, но шагая с верой полной в жизнь, это не жизнерадостность ради кутежа, вечеринок страстных. Зов ведет меня, это я точно ведаю, а остальное проповедает гениальная жизнь, что позволила нам быть на почве стоя, а не ползском польским. На пути дальше Иллианора обнаружила загадочный кулон со знаком рубина внутри и руной апатаз. Он был закрыт я рискнула открыть его основание, при вскрытии я ощутила огненно-водную стихию, как она медленно-медленно растекаялась по моим венам, вливаясь литрами в сухожилия, а самое главное в мозг поступала вдобавок энергия заполненная до краев током и высочайшим разрядом электричества. Я не могла поверить первые десять минут, что со мной недавно приключилось вдруг. Однако же верно порой сказывают: «Все прекраснейшее происходит, когда совсем не ждал, как-то само являет себя, спонтанно с прилюдеями или без, не столь дорого». Тотальные скептики, в это не захотят верить, не то чтобы окунаться с душой и головой в неизведанные пещеры человеческого сознания духа и не только людской материи, а еще в ту, что имеет ранг более широкий по выбору сбора данных, но стоит сказать в их адрес более деликатные слова—если они не хотят погружаться в тайные неясного логикой-их выбор, продиктованный душой на момент жизни.»

Существует ли в целом точка возврата и отчета? Этот вопрос зацепил и воодушевил меня изнутри без сторонних препаратов, именно часы "случайно" брошенные послали мне в сознание и вовнутрь новое семечко, которое будет оборачивать круг на все тристо шестьдесят градусов ( и более). В часах раскрытых пианистка разглядела мелкий аккуратный почерк и на внутренней мембраны часов написаны были слова, а то и фразы: «Дорогая, пианистка, ждет вас через три с половиной дня к себе на сцену. Она уже готовится к встрече с вами, Иллианора. Откроет она много Вам всего, не успеете спросить ее пианистка, вам ответит, словно читает мнгновенно страницу литературного произведения к примеру романа за считанные секунды, и тогда-то ток пробьет и снимет прочь все ненужные привязки-барьеры, и только после этого вы узнаете, кое-что ворожительное, соблазнительное не телестно, а на более тонком уровне. Она будет,листая, хроники подавать, Вам, Иллианора, знаки. Будьте начеку! Подсчет времени идет!»

После прочитанного, я встрепинулась от удивления и от предвкушения, две эпостации смешались воедино. Насыщенный выдался день и Иллианора прилегла в кровать и послушала музыку Моцарта, пока она наслаждалась композицией Моцарта и других классиков на музыкальном поприще, к Иллианоре врезались в голову слова:«Ты—муза снизошедшая с небес, чтобы исцелять людей пришедших к тебе на концерт, они ждут тебя, с новым выступлением-игрой. Ты играешь, а в людей вливается энергия света божественных искр, словно древний ток, он подоберется под кожу даже, на тех, кто далек от всего загадочного, их все равно эта мощь настигнет!» Я стала рассуждать к чему же мне эти слова пришли в голову: «Скорее всего, к тому, что-знак, пора открыть глаза обширнее на свое истинное предназначение. Каждый человек, соответственно каждая душа стремится хоть как-то идти полностью к своей изначальной миссии, точке с которой начался разворот тотальный. Все мы к чему-то подносим руки, порою не осознавая этого, а делая чувствуем, словно нами кто-то жонглирует, как на цирковой арене.»

О, могу выспаться, протянулась к Небу и Земле, далее остается провалиться в сон. Я наконец-то очутилась на мягкой подушке с бархатисто-чистой постелью, сплю, валяюсь на кровати, параллельно ощущая расслабление, как будто мое тело понесли ангелы на кучерявые облочка.

На следующие утро Илианора проснулась достаточно выспавшиеся. Мысль промелькнула через пять черепных костей мозга, затрагивая нервы-электроны: Сходи сегодня поиграй на пианино не для публики, а для себя, своей души!», внутренний голос пробудился еще сильнее после всех весьма-весьма загадочных событий, он настоятельно с неким напором призывал Иллианору выбраться из своей шейки ракушки подводной, где обитают Сирены.

Что-ж я решила рискнуть и все-таки осмелилась прийти в пустое казалось-бы пространство, и поиграть на фортепьяно-пианино. Пока я играла в полном, как мне мерещилось в полном уединении послышался звук древнего-старинного о́ргана, в абсолютном одиночестве я играла на фортепьяно, но внезапно я оборачиваюсь и вижу, что рядом стояла зрелая женщина с блондинистыми волосами, с элегантно забранным пучком. Я сразу же поинтересовалась.

-Здравствуйте. Как вас зовут, мадам?- Меня зовут Жанн При Рэ. Я тоже играю на фортепьяно и на пианино. Может вместе поиграем и заодно побеседуем по душам. Вы меня первый раз видете здесь, но я появилась после многочисленных символов-знаков, словно пентаграммы.-Я не против с вами поиграть и побеседовать, Госпожа Жанн При Рэ.-Это мое полное имя, но если хотите, то можете называть меня, как—Жанн При, без к дополнению к фамилии При, Рэ, можно на ты обращаться ко мне, все-таки ведь встретились мы уже давным-давно, а сейчас повторяем сценарий-дежавю.

-У меня к тебе есть вопрос, Жанн При:,"Что ты можешь сказать о любви,Жанн?",—Я могу сказать, о любви многое, только некоторую часть из всех возможных, любовь по моему жизненному опыту она не только, когда ты кого-то любишь, но и в тот момент когда и тебя любят, отдаёшь и получаешь с удовольствием без протеста. Любовь не любит чрезмерный всплеск восстания против ее силы. Она и сама может легко восстать не слабее, нас людей, а сильнее, от любви не так легко порой избавится, она не вещь, что можно купить и выбросить в мусор, вернее смешать с ним, любовь не для купцов-торговцев, предназначена она для иного, а именно для призыва света и верхних слоев мерностей на Землю, ее язык—сплошная Библия призыва к чистоте Души. Про любовь можно много филосовствовать одной встречи не хватит, чтобы полностью охватить ее широту и красоту без напыщенного лоска, про любовь принять слонять легенды такие как найти принца на белом коне либо пусть суженный-возлюбленный вечно обнимает меня до застывания жил в крови, все это что не на есть иллюзорные мечты об идеальной любви воплоти. Многие люди говорят: "Я люблю тебя", а в действительности ли они любят либо всего лишь говорят о том, что любят, но внутри не любят. Слишком много слов о том, что любят, а внутри часто нет, той любви, о которой глаголят бесконечно, потом приходиться отвечать за обман и подбирать завявшие розы, от которых изначально исходил благозвучный аромат, отвечать все-таки нужно за причинненный обман даже в виде слов, такова учесть лжецов, особенно у тех, кто лжет о любви, непросто о ней, а о внеземной ее форме.- Я могу сказать о любви следующее:«На мой взгляд любовь— когда можешь отпустить ненужное от ее, как отрезать, все что ей противоречит по воле, того, кто создал площадь, по которой мы ходим, пытаемся разобраться, слоняемся, склоняемся, кто-то прямо сейчас от горестей жизни совершает самоубийство, но если б они знали на самом деле, на что идут, то не стали бы об этом даже замышлять и тщательно готовить план как убить себя. Жанн, вы что думаете по поводу, того, что люди могут заниматься самоубийством?- Я считаю, что люди совершают самоубийство не от счастливой жизни. Я полагаю, вы много раз замечали как много деятелей искусства не с того не сего покончали жизнь не от естественной смерти, а от самоубийства. Почему именно деятели искусства и писатели в том числе многократно завершали свою жизни именно добровольным уходом из жизни? Они совершали с собой это, по причине у них тонкая душевная кожа, они через себя проносят многое, словно оголённые провод от основного электрического тока. У по-настоящему творческих людей полно тонкости, через которую они обжигают, но в то же самое время созерцают всю чистоту и всю грязь этого мира, так они устроены..

Создание

Я и Жанн При Рэ продолжили общение, параллельно игра на пианино. Кровь стыла при виде ее, Жанн смотрела, будто глядела наскозь, все обозревая внутри себя и тонкое и грубое полотно.

-Ты, Иллианора, сколько лет посвещаешь себя творчеству?- Я посвещаю себя творчеству уже пятнадцать лет, как в пять лет я прониклась игрой на фортепьяно я влюбилась в мастерство передачи элегантных состоянии через музыкальные ритмы, формы, и тогда я осознала, что через музыку можно погружать слушателей малых и великих в симфонию, которая посылается от божественных и космических структур, мотивов, под их отрядой творили многие гении, и тогда-то их и прозвали Творцами.-Ты не против, если тебе поведаю свой опыт на музыкальном поприще?- Нет, я не против, наоборот с радостью выслушаю, Вас, Жан Рэ.- Я увлеклась музыкой и сочинительством ее с семь лет, меня отвезли в театр на концерт, на котором разыгралась целая гармония звуков, что сплелась в одно-единое торжевство, с тех пор я задумалась о музыке более глубоко, раньше для меня она была забавой, не верила я в ее силу, воскрещать запертые души, и ясно, маленькой тогда совсем являлась. На концерте я испытывала неутолимое счастье, мое сердце билось, словно больше не будет шанса так прогреметь и прочувствовать и почву и вышину в космосе, заграницами примитивных форм существования, размножения. После окончания выступления я была полна воодушевления, как вечный дух, что обитает одновременно в теле и нет, а запределами всего земного поля. Продолжаю дальше рассказывать свою историю, свой опыт юности, да и не только. Юность кажется интересная, самая счастливая пора, однако меня она прошла стороной, будто не замечая меня в очереди за беззаботным временем. В шестнадцать лет начался первый переломный этап. Отец и мать окончательно развелись, из-за побоев, мать подала на развод, устала она терпеть муки тирании отца-мужа. Я смотрела на нескончаемые пытки начиная с одиннадцати лет. Мать кричала так сильно, что я сама буквально питалась своими же словами, так еще и подбирала с полу ее стоны. Он бил ее аж до потери сознания, что когда это делал орал, как будто его самого готовы убить и расстрелять на месте адском: «Ты, Мразь, я тебя сейчас изобью до смерти и тебя женушка и твою дочь, которую я не хотел видеть рядом с собой, я делал воспитывать сына, а я не ее поршивку, что даже не может мне принести медали по спортивному делу и по учебе!!!»

Он кричал так что соседи слышали, вопли яростные.. Мне так было стыдно! Я как-Жанн При Рэ испытала внутри себя потрясение и привеликий страх, он несяя за мной, призрачным ветром подсказывая мысли о вызволении меня и матери из этого проклятого дома, где самопроизвольно(провозглашенно) правит тирания и садизм..Так больше нельзя жить! Внутри я услышала этот грозный, но уверенный голос, он говорил мне четко без доли сомнения и колебания, так я бы нежное сущевство не сумела бы сделать. Он бьет мать, смотря на это слезы и рыдания с воплями образовали новые вид изящества—опера драмы смешанной с неутолимой трагедией. Пока человек не переживал подобного в своей жизни, он не сможет создавать наглядные шедевры, на которые лицезреешь не одну секунду, а день и более, они заседают в памяти гораздо-гораздо сильнее, что через себя являют хлор зла и доброты в соединении. Людям чаще всего неинтересно получать лишь что-то чистое и доброе, чаще всего они желают получать благость со злыми почестями и потемками...После данного осознания, я взяла мать за руку и отвела на улицу от его деспотизма. Она сказала мне: «Что мы будем делать дальше? Куда идти и подаваться?» Я в полном сметении не знала, что ей ответить, поэтому дружелюбно и любя промолчала. Однако негативный опыт тоже учит многому, порою человеку жизненно необходим кризис юного, среднего да и любого возраста, неважно он ребенок или здоровая особь. Это событие сделало мою любовь еще крепче, чем когда-либо за все шестнадцать лет. Спустя десять лет я женилась на Брэддоне Шелли, он ухаживал за мной, дарил множество подарков, приятностей. Но когда мы стали жить вместе полноценно, тогда-то я сняла всю романтическую идеализацию со своих очей и со своего сердца. Он меня избивал при первой удобной возможности, поначалу терпела, затем кран внутри не смог больше этого выносить. И внутри меня Жанн При Рэ родилось чувство ухода из трамвирующих отношении. Вскоре со слезами на глазах я все же развелась с Брэддоном Шелли, не могла больше жить с ним.

А после чего легенда не заставила долго ждать и приплила ко мне весьма-весьма неожиданно, думала уже все конец—идеи не приходят, но я сильно ошибалась, не ощущала всего небосвода, видела только как подо мной сошлись точки А и промежутки Д тристо пятьдесят девять. Поведаю с трепетом тебе, Иллианора, о легенде, которая появилась в моей голове внезапно. Начну со вступительной части, а она называется—"Резня космическими арбалетами". О, она еще кровожадная, не только люди желают напиться крови, даже с друга друга порою им это вовсе неважно, прям совсем, они готовы вынашивать планы мести целые долгие годы, а то и десятилетия и не дай бог столетия, но все же некоторые инопланетные и космические существа тоже могут заставить их бояться и судорожно молить о пощаде. В легенде мне диктовались следующие сведения о них, один из них мне попался на физические глаза ночью, пока еще не до конца успела уснуть, он подловил момент и появился, случилось возникновение на человеческую местность. Он взаимодействовал со мной телепатически, только послушайте, что он давал зрелой пианистке услышать, смеется может будете:«Мы иногда тоже желаем изпить кровавой воды, поймите нас, да выглядим как склизкие лягушки или водные насекомые, мы из космоса, собираем данные о людях, они нам нужны, планета земля чужда для нас..., но двигаться следует дальше,...бесконечно можем говорить, однако предел существует не всё нам следует передавать, часть некую способны, дальше нам перекрывают связь между человеческими умами,душами и нами....Продолжу рассказывать...настроюсь более глубоко... Ты можешь смеяться над инопланетянами, не принимать их, рассуждать что их не существует, но мы здесь изучаем, как вы люди, по-иному мы сложены, не так как вы.

О резня поведаю Вам, Жанн.- Мне любопытно а откуда вы знаете мое имя?- Я знаю ваше имя по праву своего происхождения на свет космический и земной. Я могу продолжать говорить по нашу прошлую и нынешнюю жизнь?- Да, можете.. Вы меня очень заинтересовали.- Тогда рассказываю больше. В прошлом мы с инопланетянами клана- "Бирюзовые киты", строили плотины длиной во всю солнечную систему, но разные взгляды помешали нам завершить начатое...Видимо нужно разложить все по полочкам..Разногласия достигли своего кульминационного пика, мы не могли вместе сосуществовать никак, поэтому мы развязаи войну космическими арбалетами, звучит играющее, да, на деле-битва не на жизнь, а на отставание чести и достоинства нашего клана- "Орлинские лягушки". Шум, шум, стреляют они, всем смирно...Представь каково это потерять членов семьи..По итогу мне пришлось потерять нескольких членов семьи, боль прожил адскую, мучительную, словно протяжные округи планеты Уран. Я рыдал, будто человек, у которого умерла мать..Слезы, как у крокодила лились-лились из моих сиреново-фиолетовых глаз. А из-за чего началась бойня...У клана "Бирюзовые киты" мировоззрение очень расположено к величию человечества, а у нас менталитет более воинственный к земным сутям. И на почве конфликта двух противоположных позиции мы и развязали эту жестокую войну, думая, что так будет лучше освободимся от гнета, все стало хуже..

Вторая часть легенды- "Человек-нечто с микросхемами в черепе". Я был так удивлён очуя нечто за двадцать семь киллометров, расстояние-то немаленькое. Он выглядел как самый обычный человек, к слову, нечем не примечательный, в бою себя проявил он мощно, что даже я опешел от этакового зрелища. С виду он ходит и все, не более, однако позже, когда кто-то умирал из нашей семьи у него отрывался неизвестным образом кожа на лице, словно маска содралась, будто с мутированного аватара-архистава. С каждой смертью на поле войны он сдирал часть кожи, а позже мы обнаружили у него в черепе карту памяти от всех инопланетных расс. Как мы обнаружили у него карту? Он сам ее раскрыл, вернее, буквально извлек из черепной коробки. Главное осознание получили: «Что даже люди часто всего лишь притворяются ими, а по нутру своему глубинному являются иными видами, нечеловескими стихиями, может даже и бедствиями, смотря что вложено до рождения и при рождении. На этом заканчиваю ведать легенду. А ты Жанн При Рэ увековечь эту легенду через творчество, благородно прошу тебя, с любовью от нынешней Федерации Галактического Света.

Меня осенило и как-то он завершил говорить об этой легенде я вспомнила слова инопланетных сущеуств с просьбой дать будущую жизнь легенде, чтобы она с починами не затвердела, не превратилась бы в чертвствый никому ненужный хлеб. Скажите, кто будет есть чиабатту или багет если они чертвые данные хлеба? Я написала к легенде о галактической войне сборник пьес "Галактическая операция: стратегического назначения, вызов принят". И тут же отправила рукописи в лондонскую газету, в лондонский журнал, еще и во французский факультет по изучению паранормальных явлении связанных с исследованием внеземного разума, который есть в других вселенных. Поразмышляла внутри себя: «Пусть почитают и в университете, ведь они изучают внеземное пространство. Поддержу их стремление к познаниям!» Таким образом, родилось новое творчество, мне его приподнесли казалось бы случайно, а по сути неслучайно, а наоборот намеренно.

За день столько всего открылось как порой за всю жизнь не показывается на невидимые очи. А когда все вдруг открывается приходит и куча идеи для великолепного творчества. На этом я пожалуй закончу рассказывать свою историю из жизни.

-Очень увлекательно вы мне так все рассказали, теперь-то я набралась решимости написать сценарии к фильму "Женская доля; солидарность'. Благодаря вам это возможно, Госпожа Жанн При Рэ. Вы можете поучаствовать в написании сценария к фильму про женщин?-Ты еще спрашиваешь, Илианора, с радостью поучаствую. Поскольку мы обе пианистки мне хочется, чтобы мы вместе еще и написали музыкальные пьесы-композиции к фильму, Иллианора, ты не против этого?- Нет, я уж точно не против, да и к чему мне противиться, если сама жизнь нас привела к исходу-к идеи написания сценария для фильма и для музыкальных пьес-композиции, сама жизнь благовалила этому быть ликующее писала она в своей тетраде учета всего и вся. Спустя долгой беседы мы разошлись, но приятное чувство, будто на крыльях несли нежную душу у Иллианоры осталось.

Когда она получила эту идею от Миссис Жанн При Рэ, Иллианора пришла домой и стала шаг за шагом участвовать в написании сценария, но она больше сосредоточилась на написании музыкальной композиции к фильму. Она старательно подбирала ноты, вскоре пианистка чрезмерно много внимания уделила музыке, что вскоре заснула, а во сне к ней пришло сущевство, о котором узнаете чуть-чуть позже, только терпение и спокойствие...