Кровавое серебро

Глава 1

Глава 1.

— Да ладно тебе! Вампиры, оборотни, неистовый секс! — воскликнул я, отмахиваясь от сказок, которые мне упорно навязывал мой друг. — Думаешь я поверю во все эти бредни?

— Ты просто не можешь отрицать факты, которых я тебе навалил больше, чем наш препод на лекции по психологии, — бодрым голосом заметил Лёха, с которым вообще трудно было спорить. — И потом какой ещё секс? Я тебе говорил про чудовищ, которые выпьют твою кровь и сожрут твою плоть! Что ты там ещё придумал?

— Ничего я не придумал просто какие могут быть истории про вампиров, в которых не будет красивых вампирш? Иначе и смысла никакого нет!

— А мне нравятся истории про вампирш, — между делом заметила Катя. — Помню читала я как-то одну книгу…

Слушать очередной романтический бред про любовь между бледными и светящимися на солнце мы не хотели, ещё со школы нам с Лёхой нравились совсем другие истории. Про жестоких чудовищ и мрачных охотников со связками кольев и серебряными пулями, которые готовы идти на любые жертвы. Про то как для победы над злом нужно другое зло. Вот как, например, в том старом чёрном фолианте, который Лёха нашёл в городской библиотеке. Вот в нём истории были такие, что в дрожь бросало, да и иллюстрации потом развидеть хотелось. Катю фолиант ожидаемо напугал, а вот Лёху от него и за уши было не оттащить. Собственно, именно из-за этой старой книженции мы здесь и оказались.

— Так что встали на месте? — с вызовом в голосе поинтересовался Лёха. — Идёмте! Тот дом сам себя не откроет!

В этом он, конечно, был прав. Мы дружно переглянулись и последовали за товарищем, который нёс на плече болторез. Ночь обещала быть весёлой и планировали мы её уже несколько дней, но тогда я даже представить себе не мог чем закончится для меня попытка пролезь в старый заброшенный дом с дурной репутацией! Но лучше обо всём по порядку.

Компания у нас собралась что надо. Лёха, Вадим, Кирюха, девчонки Катя и Ленка. Ну и я сам, разумеется! Мы все были студентами российского гуманитарного и приехали в Москву из Мордовии, ради большой московской мечты. А сдав без особых проблем летнюю сессию решили на месяц приехать домой. Всё-таки было нужно и родных повидать, да и обстановку сменить не мешало бы. Приехав, мы дружной компанией завалились к Кирюхе, у родителей которого в деревне был большой дом, и там очутились в водовороте шашлыков, рыбалки и фильмов ужасов. И вечерних прогулок с Катей и Леной, которые постоянно пытались оттащить нас с Вадимом от нашей приставки. Счастливые и беззаботные деньки, когда нас пугали только чудовища из кино про вампиров и оборотней, которые мы смотрели с упоением невзирая на качество и годы съёмки. В один из таких вечеров Лёха вдруг оторвался от здоровенной чёрной книги и предложил свою гениальную идею.

— Да ладно вам, будет здорово! — убеждал он тогда. — Это же считайте, как квест! Только без дурацких правил и ограничений! Вам понравится!

Конечно, мы ему поверили. Поначалу всё выглядело прикольно. Мы все оделись и собрали рюкзаки, словно отправлялись в поход как прошлым летом. Прихватили с собой фонарики, а Лёха где-то раздобыл болторез. Сели в машину и поехали в самую настоящую Тмутаракань, только расположенную в окрестностях Саранска. Старинный и давно заброшенный дом в опустевшей деревне, куда и дороги нормальной не вело. Мы всю поездку болтали и обсуждали окрестности, я увлечённо рассказывал Кате про купленные на «Авито» модельки, а Лёха весь путь листал эту свою книгу с жуткими картинками, словно какой-то Некрономикон. Приехали мы лишь когда стемнело и, честно говоря, энтузиазма у нас уже как-то поубавилось.

Но только не у Алексея.

Он светился словно фонарь взирая на жалкую улицу с покосившимися заборами и жутковатыми домами без стёкол. Запустение могло бы служить этой деревне названием и на мгновение мне показалась будто мы стали героями одной из этих страшных историй, которые так любили. Кругом ни души, зверей не видно, не слышно и по-хорошему случись чего даже искать толком никто не будет. Я нервничал, как и остальные, хотя виду не показывал. В конце концов не при девчонках же! Подошёл к Лёхе и посветил фонариком в книгу, которую он держал в руках. М-да… Мрачный дом на иллюстрации, созданной явно каким-то безумцем, был удивительно похож на жуткое строение в конце деревни.

— Вот видишь, Сев! Видишь! — сказал Лёха, держа раскрытый фолиант обеими руками. — Мы нашли это место! Прямо из книги! Как здесь и написано!

— Вообще-то не мы нашли, а навигатор привёл, — заметил Кирюха, облокотившись на отцовскую машину.

— Вот человек лишённый романтики, поэтому у тебя и нет никого!

— Это у тебя никого нет, а я одинокий волк!

— Мальчики, не шумите! Страшно так! — пискнула Лена.

Вадим тут же бросился обнимать подругу, а я ещё раз взглянул на страницы фолианта, откуда на меня взирали оскалившиеся черепа и обезображенные лица. Трудно было понять плакали они или смеялись.

— Ты уверен, что оно того стоит? — посмотрев на друга спросил я.

— Шутишь что ли? — удивился Лёха. — Мы столько сюда добирались, а теперь отступить? Нет! Теперь, когда я вижу, что этот дом действительно существует я просто обязан обыскать его снизу доверху! С вами или без вас!

— Да не ори ты так! Куда мы тебя бросим…

Ограда вокруг дома оказалась каменной и невысокой, прямо как в кино, а сам дом громадиной возвышался над округой. Лёха довольно долго возился с цепью на двери, но в конце концов болторез исполнил своё предназначение. Мы медленно вошли внутрь, освещая фонариками рога и чучела животных на стенах, старинную дубовую мебель и мрачные картины, навевающие тоску. Преимущественно потому, что на них на всех были изображены сцены казней.

— Мать вашу, как же это всё не растащили? — поразился Вадим.

У меня промелькнула та же мысль, ведь не смотря на жуткий вид дом выглядел богато. И как-то не свойственно нашей привычной русской деревне, как будто он был, ну не знаю, из другого мира что ли… Нам всем было не по себе, но любопытство пересилило страх и вскоре мы бросились исследовать новую локацию. Огромная гостиная, столовая, кухня с заколоченными окнами, скрипучие лестницы — всё это вызывало у нас пылкий интерес. Совсем скоро даже картины и чучела перестали пугать, ведь если что-то плохое и могло бы с нами случиться в таком месте, оно бы уже случилось! Ведь так?

— Ух ты! Посмотрите! Здесь же столовое серебро! — воскликнула Лена.

— Да это же медведь! Чучело целого медведя! — удивлялся Кирюха.

— Эй, кажется здесь есть подвал с вином! — уже занимался дверью Вадим.

— Скелет! — кричал Лёха. — Настоящий человеческий скелет!

Последнее вообще-то должно было бы нас как следует напугать, но мы уже заразились Лёхиным энтузиазмом. Тем более, что скелет при ближайшем рассмотрении оказался подделкой, а расстраивать нашего друга мы не стали.

— Слушайте, а чей это вообще дом? — спросила Катя, озираясь по сторонам.

— В фолианте сказано, что здесь встречались изменники, готовившие государственный переворот, а возглавлял их какой-то иностранец, — ответил Лёха, рассматривая книги на полках. — Блин это круче чем любой квест!

С этим трудно было поспорить. В поисках того, что можно было бы прихватить с собой на память мы с Катей отправились наверх, проверить второй этаж. Визуально он не сильно отличался от первого, разве что здесь были спальни в готическом стиле и жутковатые ванные комнаты. Да и пол скрипел на каждом шагу, а на лестнице подо мной сломалась одна из ступенек. В коридоре я засмотрелся на висевшие на стене рога, которым позавидовал бы любой олень, когда Катя вдруг позвала меня из дальней комнаты. Это оказалась ещё одна спальня, облик которой разительно отличался от всех остальных. Она выглядела такой же мрачной, но производила совсем другое впечатление. Наверное, этому способствовали картины с обнажёнными женщинами и статуэтки, демонстрировавшие известное мероприятие. После черепов и чучел я взирал на всё это с полным недоумением.

Катя сидела на изящном столе в дальней части этой огромной спальни и смотрела на меня самым многообещающим взглядом.

— Слушай, может пока все внизу мы с тобой? — подмигнула она, расстегнув пуговицу на блузке. — А то кажется обстановка располагает?

Признаюсь, меня это мало удивило. Катя была той ещё оторвой и всегда умела заставить меня покраснеть. Поэтому недолго думая или не думая вообще я бросился навстречу своей девушке через готическую спальню с развратными образами, даже не предполагая в тот момент, насколько сможет поразить меня результат. А ведь от результата мне буквально снесло крышу!

На самом деле этого стоило ожидать. Дом был старый и несмотря на весь его внешний лоск, кто знает, когда здесь последний раз делали ремонт? Пол на втором этаже скрипел на каждом шагу, а коридор и без того буквально кричал о своей ненадёжности. И продемонстрировать мне эту самую ненадёжность решила та самая спальня, где пол провалился в самый неподходящий момент. Провалился прямо вместе со мной, мать его!

Грохот раздался такой, что уши заложило, словно это не пол сломался, а бомба взорвалась! С ужасом я почувствовал, как из-под ног ушла опора и полетел вниз, не успев даже выругаться. Куда уж там за что-то ухватиться! Прежде чем я успел сообразить мне в спину ударилось нечто твердо и с треском проломилось — наверное пол первого этажа. Чувство ирреальности заполнило меня как вода утопающего, даже звуки исказились, будто я был под морской толщей и последнее что я отчётливо слышал был полный отчаяния крик Кати. Даже слов не разобрал…

Удар повторился ещё дважды, будто я пролетел минимум два этажа, а потом нечто твёрдое остановило моё падание. Твёрдое и холодное, должно быть каменный пол. Всё тело болело, оставляя только догадываться сколько у меня было переломов. К счастью или, к сожалению, сознание быстро отключилось, я ничего не мог понять и совсем скоро погрузился во тьму…

Меня разбудил удар колокола. Не знаю сколько прошло времени, прежде чем я смог открыть глаза. Не сразу вспомнив произошедшее, я рассчитывал, что окажусь в больнице в гипсе и бинтах и может быть с Катей возле постели. Откуда мог быть колокол?

Но место, в котором я оказался нисколько не походило ни на больницу, ни на Кирюхин дом. Ни на любое другое минимально удобное помещение, ведь разве можно назвать удобной тёмную комнату с каменным полом и какими-то деревянными ящиками? С трудом я выдавил из-за себя нечто вроде крика и позвал на помощь. Однако ответом мне была тишина. Набрав в чудом уцелевшую грудь побольше воздуха, я закричал громче, но услышал лишь скрип ржавых петель.

Хочешь, не хочешь пришлось подниматься. Поначалу тело словно не реагировало на команды, но постепенно я обнаружил, что у меня ещё целы руки, а потом и ноги. С трудом я смог подняться и дважды упал, но скорее от слабости, чем от травм. Когда же мне всё-таки удалось встать и опереться на стену, то я с удивлением осознал, что у меня нет ни одного перелома. После такого падения и стольких ударов? Нет я, конечно, был рад! Но верилось в подобное с трудом. Откашлявшись, я огляделся по сторонам, пытаясь понять, где оказался. Может это всё тот же самый дом? Может подвал, мог ли я оказаться в подвале? После такого падения…

Ни фонарика, ни телефона я найти не мог, но под самым потолком виднелись маленькие окошки с решётками, через которые пробивался слабый свет. Его мне хватило чтобы рассмотреть ряды деревянных ящиков, которыми был заставлен весь подвал. Сердце моё сжалось, а на душе возникло дурное предчувствие, потому что это оказались не ящики. Это были гробы.

Скрип петель на двери заставил меня вздрогнуть. Не желая ни секунды оставаться с гробами я бросился к ней и кинулся наверх по каменным ступеням. Вокруг было холодно, как-то слишком холодно.

— Катя! Лёха! Вы где?

На вершине лестницы у меня закружилась голова и я буквально рухнул в коридор, в который она вела. Подняться тоже сумел не сразу. Хватаясь руками за всё подряд, я опрокинул тумбочку, затем меня вырвало, а потом я всё же сумел подняться всем телом прижавшись к стене. Меня знобило, трясло и я понять не мог откуда такой холод летом?

— Ребят, вы где? Это уже не смешно! Мне нужна помощь!

Ответом был только ветер, хлопавший ставнями. Пошатываясь, я вышел в гостиную и облокотился на спинку высокого кожаного кресла. Силы медленно возвращались ко мне, и я смог оглядеться по сторонам. И тут уверенность в себе оставила меня. Гостиная, в которой я оказался была такой же мрачной, как и вся остальная часть дома, но в отличие других комнат внушала не напряжение, а настоящий ужас. Картины кругом изображали уже не казни, а людей со снятой кожей, а вместо чучел… Вместо чучел меня окружали пыточные устройства.

— Р-ребят? Вы где?

Теперь мои ноги дрожали уже не из-за холода. В беспокойстве озираясь я заметил дверь и бросился к ней. В соседней комнате не было ничего кроме таких же картин и больших рыцарских доспехов, вот только их орнамент изображал обезображенные и кричащие лица. Не задерживаясь, я поспешил дальше, пока не достиг лестницы ведущий наверх. Возможно, к той самой спальне, где мне не удалось реализовать наши с Катей планы.

— Кать! Ребят! — закричал я, оперившись на деревянные перила и ругая про себя Лёху за то, что затащил нас в это место. — Ну, где вы там? Если это грёбанный розыгрыш, то это давно уже не смешно! Ответьте!

И мне ответили. Так ответили, что лучше бы этого не делали.

— Что? Что вы там бормочите?

Сначала я не разобрал ни слова, а когда посмотрел наверх, то увидел скрюченный сгорбленный силуэт, у которого в полутьме различил только зубы. Большие и огромные, будто клыки у волка.

— Ч-что? — только и сумел выдавить я.

— Заблудился, сладкий?

Что-то сработало внутри меня. Что-то такое, что называют инстинктом самосохранения. Не теряя ни секунды, я рванул прочь от лестницы, спотыкаясь и падая на ходу. Плечом выбил первую попавшуюся дверь, перевернул оказавшееся на пути кресло и снова упал, зацепившись ногой за ковёр. Стоило мне поднять глаза как я вновь увидел скрюченный силуэт со сверкающими зубами. Он приближался ко мне и улыбался. Улыбался!

— Заблудился, сладкий? — хрипловатым голосом повторил он. — Помочь найти выход?

— Твою мать! — крикнул я.

Усилием воли я поднялся и побежал. Выскочил в коридор, кинулся по нему не оглядываясь, и буквально снёс тяжёлую дверь на выходе. Словно снаряд из пушки я вылетел из дома, кубарем слетел по высокому крыльцу и неожиданно оказался на мостовой. Ошарашенно озираясь, я не мог поверить своим глазам. Вместо русской покинутой деревни вокруг была узкая каменная улица с высокими и незнакомыми мне домами. Кирпичные стены, черепичные крыши, заколоченные окна. Через один горели старинного вида фонари, слабо освещавшие холодную осеннюю ночь. И никакого русского лета. Да какого хрена здесь вообще происходит?!

Увиденное так потрясло меня, что на несколько мгновений заставило забыть о скрюченным существе. Зато оно обо мне не забыло. Медленным шагом эта тварь, а иначе я её назвать просто не мог, вышла из дома и очутилась в свете уличных фонарей. На монстре был рваный и грубо залатанный плащ причудливого вида и мятый цилиндр на лысой голове. Весь его образ казался странным и чужим, несвойственным нашей эпохе. Каким-то «викторианским» что ли… Но в тот момент меня куда больше беспокоила мертвенно-бледная кожа, будто натянутая на скелет, безобразное лицо с дырой вместо носа и налитые кровью болезненные глаза. И зубы, большие нечеловеческие зубы с огромными клыками.

— Ты что вообще такое? — воскликнул я, напуганный обликом чужака.

— Заблудился, сладкий, — всё тем же хрипловатым голосом повторило существо. — Не узнаёшь места? Странным кажется дом? Может и моё лицо тебе кажется непривычным?

— Я, я…

— Что там случилось?

Я и без того забыл, как дышать, но тут из дома выползло второе существо. При чём выползло в буквальном смысле, потому что передвигалось оно на четвереньках и выглядело ещё более безобразно чем первое.

— Что случилось? — повторило оно.

— Одна букашка снова заблудилась и потерялась… Давайка поможем ей найти дорогу домой…

— Поможем! Поможем! — заголосила тварь таким гнусным голосом, что не оставляла сомнений в своих намерениях.

— Иди сюда букашка, — произнесла первая тварь глядя прямо на меня. — Не волнуйся. Скоро ты полюбишь это лицо. Может мы и тебе сделаем такое?

С этой минуты меня больше не волновали ни улица, ни дома, ни даже где мои друзья. Я хотел только одного. Бежать. Бежать куда подальше от этой твари. Любой ценой!

Вскочив, я рванул так сильно, как только мог, слыша за спиной быстро приближавшийся топот. Нет, такое не может случиться, только не со мной! Сильный удар отшвырнул меня в сторону, второй впечатал в каменную стену. Не ожидал я такой прыти от такой худосочной твари! Жуткое лицо с кривой улыбкой возникло перед моими глазами. Вторая тварь припрыгивая уже приближалась к нам.

— А может тебе не нужно такое лицо? Может тебя вообще без лица оставить?

Тонкие скрюченные пальцы этого существа заканчивались настоящими когтями и ими оно полоснуло меня по груди, разрывая рубашку и уходя глубоко в плоть. Я вскрикнул от боли. И в этот момент что-то случилось. Мир вокруг задрожал, как помехи на сломанном телевизоре, в нос ударила куча странных запахов, запах костра, пепла и чего-то ещё, что я различить никак не мог. На долю секунды я снова погрузился во тьму, а потом обнаружил себя на той же улице, перед тем же чудовищем. Вот только разделял нас какой-то лишний метр. Когти существа рассекли воздух и теперь оно стояло в растерянности, не понимая, что случилось. Налитые кровью болезненные глаза взглянули на меня с непониманием. Я непроизвольно развёл в стороны руками и сам толком не понимая, что сейчас произошло.

— Чё замер? — пискнула вторая тварь, остановившись рядом. — Давай сожрём его. Чур мне язык!

— Да кто ты такой… — начало первое существо.

И в этот момент раздался выстрел. Откуда-то из темноты, так что я не мог видеть стрелка. Пуля пробила первой твари плечо, отчего та пошатнулась и схватилась за рану. Второй выстрел достался второму монстру, который тут же завыл и запрыгал на месте.

— Это пока ещё обычные пули, — произнёс высокий мужчина, вышедший из темноты. — Но, если не поймёте по-хорошему, зарядим серебряные.

— Ублюдки! — завыли монстры. — Грязные ублюдки!

— Следите за языком, мрази! Я вам даю шанс просто уйти, редкая возможность!

Позади незнакомца появились ещё двое мужчин, все трое держали в руках старинного вида револьверы. Прямо как в вестерне! Главный из них целился в тварей, и рука его не дрожала. Монстры скулили и подвывали, но видимо решили не испытывать свою и без того уже подстреленную удачу и с удивительной скоростью бросились прочь. Я же выдохнул и медленно сполз по стене вниз, сев на мостовую. Меня трясло, но вскоре мне удалось выровнять дыхание. С удивлением я заметил, что моя рубашка невредима.

Тем временем, незнакомцы приблизились ко мне.

— Сэр, уверены, что мы поступаем правильно? Не лучше ли добить их?

— Нет времени, мы здесь выполняем приказ. К тому же они оба ранены, может их свои добьют…

— Сучье племя, никаких моральных принципов.

— Но всё-таки, сэр? Разве можем мы вот так отпускать упырей?

— Когда приказ исходит от самого Руководителя мы и не такое можем. Эй, ты? Живой? Говорить можешь?

Последние вопросы явно предназначались мне. Я поднял голову, непонимающе глядя на своих спасителей. Двое из них смотрели на меня с пренебрежением, но главный… В его глазах читался интерес.

— Ты хоть понимаешь, что я тебе говорю, а? Тебя как зовут?

— Всеволод, — с трудом выдавил из себя я.

— Что ж, Всеволод, хорошо, что мы тебя быстро нашли. Теперь тебя ждёт большое и опасное будущее, которое ты можешь и не пережить.

* * *

Мы ехали в карете. Самой настоящей старинной карете, словно взятой из музея, которую тянули четверо лошадей. Я глазам своим поверить не мог. Удивление моё не ограничивалось одним только транспортным средством. С таким же недоумением я смотрел и на сопровождавших меня троих мужчин, совсем недавно спасших мою жизнь от каких-то чудовищ. Выглядели они странно, будто нарядились для какой-то ролёвки или праздника, только мрачного. Свободные брюки, чёрные рубашки, клетчатые жилеты и викторианские плащи. Чёрные перчатки сжимали револьверы, но я заметил, что у этих людей также были разнообразные кинжалы и заточенные колья. Но кроме странного внешнего вида и оружия в этих людях меня поражало ещё кое-что. Одеты они были красиво и со вкусом, но их лица, взгляды, было в них что-то суровое, даже звериное. Они явно выглядели старше своих лет и у каждого на лицах были шрамы, а у самого главного их было больше всех. Очевидно, что они умели сражаться и делали это часто.

— Растерялся? — спросил главный, буквально сверля меня взглядом. — Ты хоть понимаешь, что происходит? Где ты?

Ответов у меня не было поэтому я молча покачал головой. Я ничего не понимал, вообще ничего. Карета ехала по каменным улицам и вокруг были невысокие дома, как в английских детективах. Поначалу некоторые из них были заколочены, а на дверях были нарисованы кресты, потом появились дома с решётками на окнах, а затем после того, как карета проехала мост и пару высоких ворот начались более или менее приличные кварталы. Здесь были видны ухоженные дома, цветы на улицах и фонари работали ярко. Правда особо насладиться картиной я не смог, потому что самый молодой из мужчин, единственный из них, кто носил цилиндр, задёрнул шторку на окне и смерил меня недовольным взглядом. К собственной гордости взгляд я выдержал тем более, что самое главное я уже увидел. Карета ехала долго. Слишком долго, чтобы место, в котором я оказался, могло быть какими-то костюмированными декорациями. Вместо этого казалось будто мы проехали полгорода, если не больше. Дурное предчувствие уже поселилось в моей душе, но я отгонял его от себя как какую-то безумную мысль. Ту, которая просто не может быть правдой. Все костюмы, карета, город за окном… Должно быть какой-то глупый розыгрыш, возможно недопонимание? Сердце цеплялось за выдуманные объяснения, хотя разум уже признал их бессмысленными.

Наконец карета остановилась. Снаружи были слышны голоса, чья-то ругань, лай собак. Глубоко во мне страх боролся с любопытством, но увидеть куда мы приехали мне так и не удалось. Потому что прежде, чем дверца открылась мне на голову надели мешок.

— Извини, но пока по-другому никак. Идёмте.

Меня вытащили из кареты и, судя по всему, завели в какой-то дом. Там протащили через бессчётное количество холодных помещений, в которых я ничего не мог рассмотреть из-за плотного мешка, а потом довольно бесцеремонно усадили на деревянный стул. Где-то позади лязгнула дверь.

— Учти мы рядом и наши револьверы заряжены, — раздался голос у меня за спиной. — И как ты уже мог убедиться стреляем мы не плохо.

С этими словами с меня сорвали мешок, и я наконец-то смог осмотреться. Меня привели в просторную, полутёмную комнату с кожаными диванами и креслами, журнальными столиками с алкоголем и десятком свечей. Оглянувшись, я увидел тех же знакомых с оружием в руках и напряжёнными лицами. От их взглядов мне сразу стало не по себе.

— Рад, что нам наконец-то удалось встретиться, — послышался голос в дальней части комнаты. — Надеюсь ваше путешествие было не слишком изматывающим, хотя я и не отвечаю за его условия.

— Что? Какое ещё путешествие? — спросил я, пытаясь рассмотреть того, кто со мной говорил.

— Вопрос почти бесполезный, но я не могу не спросить. Помните ли вы что-либо в самом начале? Яркий свет, какой-нибудь знак, может быть голос?

— Голос? Путешествие? Вы вообще о чём?

В темноте впереди возник силуэт, который медленно приближался. В его руке сверкнула зажигалка, но я не успел ничего толком рассмотреть.

— Путешествие — цепочка загадочных событий, что в своём таинственном итоге привели вас сюда. В смысле в тот замечательный дом с тёплой атмосферой, потому что в наше холодное поместье вас уже доставили мои люди. Ну а голос… Не знаю, может быть какая-нибудь высшая сила, что объяснила вам всё, что требуется и подсказала что именно делать дальше?

Я молчал, переваривая услышанное с самым бестолковым выражением на лице. Фигура остановилась в темноте, но даже не видя её лица я был уверен, что этот человек выжидающе на меня смотрит.

— Я… Я упал. Кажется пол провалился, и я рухнул вниз…

— Грандиозно. Мне нравится!

Мужчина вышел на свет и сверкнув зажигалкой закурил сигару. Он был одет в шикарный клетчатый костюм тройку с чёрной рубашкой и чёрными перчатками, поверх которых были надеты золотые кольца. У него было усталое и худое лицо с аккуратно подстриженной бородой и убранными назад волосами, чёрными как смоль, но уже тронутыми сединой. Когда-то красивое лицо «украшали» шрамы, придававшие ему жути. Если в людях, которые привели меня сюда угадывалось что-то звериное, то этот человек казался просто зверем. Идеально одетым с умным и проницательным взглядом, в котором читалась власть.

— Кто вы? — вновь обретя голос спросил я.

— Справедливый вопрос, заслуживающий ответа, — мужчина закурил и выпустил облачко дыма. — Позвольте представиться. Сэр Абрахам Арминиус Вамбери. Милостью Божией Восемнадцатый Руководитель Ордена Артурианской Службы последователей Круглого Стола. А вас как называть?

— К-какой службы?

— Его зовут Всеволод. Так он сказал, — ответил главный из трёх стрелков.

— Всеволод значит. Интересно. Могу догадываться, из каких краёв вы прибыли. Есть у нас здесь похожие места.

— Стойте. Подождите.

На меня вдруг нахлынула слабость, голова снова закружилась, и я чуть не упал со стула. Я раскашлялся с такой силой, что думал будто сейчас выплюну свои лёгкие и далеко не сразу смогу успокоиться.

— Прошу прощения, я бы предложил вам какое-нибудь средство, что могло бы сгладить последствия, но увы. Такого у нас нет, — пожав плечами произнёс мужчина, всё это время внимательно глядя на меня. — Так вы что-нибудь помните? Какие-то детали перехода? Фигуры? Образы? Поверьте, мы здесь будем рады любой информации.

— Вы что издеваетесь? — выдохнул я. — Какие детали, какие образы? Кто вы? Что вам нужно? Где я вообще оказался?

Я в беспокойстве заметался и люди позади меня приблизились, но мужчина, назвавшийся Абрахамом, остановил их рукой.

— Я мог бы пуститься в долгие и полные научных вычислений рассуждения, рассказывая вам о вероятностях и допущениях, находящихся за гранью нашей современной науки, — вновь выдыхая облачко дыма произнёс он. — Но ведь вы и сами уже догадались о самом главном? Поняли, что это место находится не просто далеко от вашего дома, а запредельно далеко.

— Я смогу вернуться домой? Вы сможете вернуть меня обратно?

— Скажем так, между нами и вашим домом, где бы он конкретно не находился, раскинулся океан, который я не знаю как можно переплыть. Боюсь, что вы застряли на нашем острове. Кстати, про остров это я буквально.

— Что? Вы можете перестать говорить загадками? Какой ещё остров?

— Британский! Также известный как Туманный Альбион. Вы в Лондоне, господин Всеволод. Во времени, которое полагаю сильно отличается от вашего. Но вы быстро освоитесь.

«Освоюсь?» — пронеслось у меня в голове. Разум уже сформировал ответ, но сердце по-прежнему упорно отказывалось его признавать.

— На самом деле у нас сейчас достаточно хороший век. Есть развитые технологии, к примеру совсем недавно запустили грохочущие самоходные штуки, называющиеся «машины». Отличная медицина, мы победили Чуму Кровавых Глаз. Да и в Европе сегодня держится мир, а последствия Сорокалетней войны уже почти устранили. У вас она тоже сорок лет длилась?

Машины? И это они называют «развитыми технологиями»?

— Ещё монстры стали чуть меньше донимать, — добавил главный стрелок.

— Да и это тоже, — кивнул ему Абрахам. — По сравнению со временами, когда они отрубали головы жителям целых деревень и сливали кровь в корыта стало гораздо спокойнее.

— Что вам от меня нужно? — выдавил я из себя, стараясь не задумываться над последними словами про монстров. — Зачем я здесь?

— Вы здесь по роковой случайности или из чьего-то злого умысла. Ответ мне пока неизвестен, хотя я и рассчитываю его найти. А нам от вас нужна помощь в одном сложном и тонком деле. Учитывая, что мои люди спасли вам жизнь просьба более чем справедливая.

— И… и что я должен сделать?

— Подставиться под удар, взять на себя ответственность, решить ряд проблем. В общем, возглавить одно небольшое дворянское семейство. Не знаю какие правила действуют у вас дома, но не думаю, что они сильно отличаются от наших. Поэтому мне кажется, что вы справитесь.

— А если я откажусь?

— Выражусь так, поскольку мы с вами ещё слишком мало знакомы альтернативой может стать возвращение на улицы к уже знакомым вам и голодным упырям, — мужчина улыбнулся и в его вежливом взгляде впервые мелькнула опасность. — Так уж сложилось, что сейчас мы единственные кто может вам помочь.

Глава 2

Глава 2.

Признаюсь я не очень понимал, чего от меня хотят и как я здесь оказался. Всё это казалось каким-то затянувшимся розыгрышем, дурацким приколом. Будто вот-вот из-за угла выскочат мои друзья с криком «сюрприз!» или что там положено кричать в подобной ситуации. Но этого не происходило. Трое стрелков низко поклонились Руководителю Абрахаму и вывели меня из комнаты, предварительно снова надев на голову мешок. С ним же меня усадили в карету и долго везли в неизвестном направлении, скорее всего загород. Ведь поначалу нас сопровождал равномерный стук колёс по мостовой, а затем он сменился всплесками воды и грязи. Да и карета пошла заметно тяжелее, что означало, что мы вышли на бездорожье.

Тягучее молчание моих спутников продолжалось мучительно долго до самой остановки, где с меня сняли мешок и позволили вылезти из кареты. Кругом была ночь, дул холодный ветер, заставивший меня поёжиться. Один из стрелков протянул мне плащ, и я тут же закутался в него, едва взяв в руки.

— Итак, мы до сих пор не познакомились, — сказал главный и самый высокий из стрелков. — Меня зовут Джошуа, сэр Джошуа, а это мои товарищи — агенты Чарли Вингем и Брайан Каренгем. Вместе мы входим в отряд охотников на чудовищ «Кровавое серебро».

Двое его сопровождавших поклонились, но скорее из вежливости. Первый и самый молодой имел гладко выбритое лицо и откровенно юношеские глаза, наверное, он был не старше меня. Всего двадцать два года, вся жизнь ещё впереди. В одной руке у него был револьвер, а в другой цилиндр. Второй тоже выглядел молодо, но в его карих глазах не было той же наивности, что у товарища. Лицо Брайана рассекал длинный шрам, идущий через нос и левую щёку.

Сам же Джошуа, или как он назвался сэр Джошуа, был высоким и крепко сложенным человеком, с бледным лицом и чёрными волосами, которые явно раньше срока тронула седина. Два шрама рассекали его правую щёку, ещё один левую бровь. Левое ухо тоже имело странный шрам, словно его сначала отрубили, а потом пришили обратно.

— Всеволод, — произнёс я, хотя они уже знали моё имя.

— Руководитель Абрахам высоко тебя оценивает, хотя ты ещё никак не успел себя проявить. Я склонен ему верить, в отличие от молодёжи я не допускаю сомнений. Но всё-таки хотелось бы на тебя посмотреть.

— Так сказать, оценить в деле, — добавил Брайан.

Мне эта затея не нравилась, но я удачно скрывал своё волнение. Либо думал, что удачно это делаю. Оглядевшись по сторонам, я убедился, что мы действительно выехали загород. Вокруг были лужи и грязь, неподалёку виднелись ряды деревянных бараков, образующих собой явно рабочий посёлок. Фонари здесь работали, как и на уже знакомой мне улице строго через один, освещая лишь жалкие участки грязных улиц. Такое место даже не в такую холодную погоду посещать не захочется.

— Пользоваться умеешь? — спросил Джошуа, протягивая мне револьвер.

Так уж сложилось, что на самом деле стрелять я умел. Из всех родственников у меня был только дядя, который часто брал меня на охоту и учил стрелять. При чём с таким усердием будто и правда думал, что однажды мне придётся взять в руки оружие. Старая советская трёхлинейка, наган и другие револьверы. Каждая поездка к дяде обязательно заканчивалась стрельбой по банкам и мишеням, но ни разу по животным. Чему я, признаться, был только рад.

— Доводилось пару раз.

— Охотился или защищался? — с интересом уточнил Джошуа. — Упыри или может быть гули?

— Если скажет, что стрелял в вампира то с меня выпивка, — заявил Чарли и с вызовом взглянул на меня.

Честно говоря, мне сразу захотелось ему врезать или как-то по-другому испортить настроение, но драться было неуместно, а врать я не собирался. В школе, универе и с друзьями я всегда и всего добивался делом, а не словом. И здесь, судя по всему, стоило поступать также.

— Стрельба по мишеням, никаких чудовищ.

— Ну я же говорил! — воскликнул Чарли.

— Что ж, если всё пройдёт удачно, то наверстаешь с лихвой, — пожал плечами Джошуа, когда я взял у него оружие. — Не будем терять времени.

С этими словами он достал свой револьвер и направился в сторону бараков. Брайан тоже вытащил револьвер, а Чарли взял у возничего на карете магазинную винтовку. Похоже эти парни были настроены серьёзно.

— Вы объясните мне что происходит? — потребовал я, чувствуя, как страх подступает к моему сердцу. — Или это всё какая-то дедовщина?

— Никакой дедовщины, мы здесь выполняем приказ, — решительно возразил Джошуа. — Руководитель Абрахам тоже хочет увидеть тебя в деле. И к тому же нам нужно проверить одну маленькую теорию.

— Какую ещё теорию? В каком деле?

— Увидишь, не торопись.

— Мать вашу, да вы будете мне хоть что-нибудь объяснять?!

— Разумеется, спрашивай.

От неожиданности я замер на месте. Столько загадок, столько вопросов и странные речи этого Абрахама. Я ничего не понимал и меня буквально трясло от этого непонимания. Именно поэтому я не просто бросился спрашивать, а буквально прорвал на Джошуа плотину вопросов. Кто вы такие? Что это за место? Где я и как сюда попал? Что вообще вокруг происходит? И мне было абсолютно всё равно как на меня смотрели Чарли и Брайан.

— Я не понимаю я что реально перенёсся в другой мир? В параллельное измерение? Вы это сейчас серьёзно? И много у вас таких миров?

— Понятия не имею, — произнёс Джошуа, всё время смотревший по сторонам. — Я рыцарь, а не учёный. Другие миры…

— А что за слово такое «измерение»? — с интересом спросил Чарли.

— Ну у нас так называют параллельные вселенные. Альтернативные реальности. Здесь ведь что-то такое, да?

— Сложные слова. Мы говорим «Великие Острова» и «Бесконечный Океан». Островов много и все они разные. Какие именно? Нам не дано знать.

— Но иногда люди путешествуют между Великими Островами, — добавил Брайан. — Иногда не только люди.

— Но как? Как это происходит? — не унимался я. — Это тот дом?

— Дом? Так ты реально под пол провалился? — Джошуа взглянул на меня с любопытством. — Наши учёные называют это Кораблями. Вот только как управлять ими никто не знает.

— Совсем никто? — внутри у меня всё упало. — То есть я не могу отправиться в путешествие? Не могу вернуться домой?

— Знаешь, тебе такие вопросы не нам нужно задавать. Мы солдаты, не учёные. Но есть те, кто изучает Бесконечный Океан. Вот с ними и поговори, если возможность будет.

— А где их найти? Они смогут мне помочь?

— А кто их знает? Может смогут, может нет, — быстро ответил Брайан. — Но поискать можно в Мастерской Ордена, там есть знающие люди.

— Так разговорщики, не забываем, где мы находимся, — заметил Джошуа.

Постепенно я понял, что несмотря на неприязненные взгляды в начале, на самом деле, я был этим людям интересен. Для них я был пришельцем, необычным чужаком из другого мира и их разбирало любопытство точно такое же как-то, которое подтачивало меня. Только они скрывали это получше.

Вскоре не только Джошуа, но и Чарли с Брайаном охотно отвечали на мои вопросы, предоставив те самые детали, которых мне не хватало. Если верить их словам, я действительно оказался в Лондоне, который здесь по-прежнему столица Англии. Всё той же матушки Англии с королевской властью, вкусным чаем, дождями и жутким снобизмом. За её пределами, а точнее за проливом Ла-Манш раскинулась Европа, только похоже сильно пострадавшая от последствий какой-то Чумы Кровавых Глаз и некой Сорокалетней войны. А дальше весь остальной мир…

Похоже, что здесь было что-то вроде начала двадцатого века. С первыми автомобилями, дирижаблями и прочими прелестями вроде газовых и электрических фонарей, а также магазинного оружия. И, разумеется, жители этого мира считали, что они находятся на пике технологического развития. Ох, как же они ошибались, думал я, вспоминая наши смартфоны, ноутбуки и весь интернет. С другой стороны, где теперь я и где всё это? И чем мне помогут воспоминания обо всех этих вещах?

Признаться я был напуган. Другой мир, альтернативная реальность? Да как такое вообще возможно? И почему это случилось именно со мной? И как же мои друзья? Неужели я никогда их больше не увижу? Да, такая мысль пугала меня! И всё же так получалось, что у меня не было времени толком об этом думать. Потому что, сжимая в руке револьвер, я уже шёл между деревянных бараков и нутром чувствовал, что добром всё это не кончится. Мы здесь не для лёгких прогулок.

Обстановка вокруг была мрачная, в бараках было тихо и нигде не горел свет, не считая уличных фонарей. Становилось очевидно, что здесь произошло нечто плохое и Джошуа с напарниками прибыли сюда, чтобы разобраться с последствиями. А меня прихватили, совмещая одно с другим.

— Слушайте, а зачем мы здесь? — спросил я, беспокойно оглядываясь. — В смысле мы будем по монстрам стрелять? Или что вообще?

— Увидишь всё, наберись терпения.

Джошуа остановил нас на небольшой площади, которую и площадью было не назвать. Просто перекрёсток между четырьмя деревянными зданиями, освещённый одним единственным фонарём. Здесь рыцарь огляделся и какое-то время стоял в молчании, до тех пор, пока из темноты не вышли ещё две фигуры. Одна оказалась молодой светловолосой девушкой, одетой по-мужски с длинноствольным револьвером в руке, а второй крепким и сильным мужчиной, всем видом, напоминавшим викинга в элегантной одежде. Клетчатая рубашка, жилетка, белоснежные перчатки и огромный топор, который они сжимали.

— Сэр Джошуа, — низко поклонились они рыцарю, а потом выжидающе посмотрели на меня.

— Господа, короткое знакомство. Это господин Всеволод, Руководитель Абрахам считает его перспективным кандидатом в наши союзники, и я намерен сегодня в этом убедиться, — не моргнув глазом Джошуа указал на меня заряженным револьвером. — Это наши агенты Белинда Марсон и Олаф Тревуссон. Надеюсь, вы все подружитесь.

— Зависит от того, как он пьёт, — усмехнулся «викинг».

— Уймись, — сказала девушка, но скорее дружелюбно, чем раздражённо.

— Господа, я рассчитываю, что вы потратили своё время с пользой и жду от вас короткий, но содержательный доклад, — потребовал Джошуа.

— Разумеется, сэр, — кивнула Белинда. — Нападение гулей. Изначально провокаторы организовали стачку рабочих, которые должны были идти на ткацкую фабрику. Собрали толпу людей, пили в кабаке, призывали громить цеха. Однако до погромов дело не дошло. Стоило тварям набить рабочими здание, как они устроили резню. Шестеро погибших и пятнадцать раненных.

— Предысторию я и так знаю, мне нужна ситуация.

— Мы с Олафом прибыли на место сразу как получили приказ. Гули закрепились в кабаке, забаррикадировались, твари. К сожалению, охрана фабрики нас слушать не стала и попыталась сама выбить их оттуда.

— Дохлый номер, представляете? — покачал головой «викинг». — Они взяли дубинки, кастеты и всего пару револьверов. И на что они рассчитывали?

Взгляд Джошуа был достаточно выразительным, чтобы Белинда поспешила продолжить.

— Ещё пятеро погибших и восемь раненных. Три тела гули затащили в кабак. После этого нам уже не мешали.

— Неужели вы уже всех перебили, и мы можем дружно выпить? — воскликнул Чарли и подмигнул Олафу.

— Мы убили шестерых, по три на каждого и ещё двое отступили на самый верхний этаж. После этого мы получили приказ отступить и ожидать вашего возвращения. И до настоящего момента с гордостью его выполняем.

— Значит восемь гулей, многовато для заплутавшей парочки, но и для организованной стаи маловато, — задумчиво произнёс Джошуа. — А что охрана фабрики с ними не справилась? Не велика угроза.

— Да там такие охранники, только работяг бить, — буркнул Олаф. — У нас таких быстро размазывали, так что ничего удивительного.

— Ну ладно, в таком случае приступим к делу. За мной, господа. Всеволод, не отставай.

Вся команда немедленно направилась дальше по улице и совсем скоро перед моим взглядом возникло стоящее особняком двухэтажное деревянное сооружение с торчащими из крыши трубами. Я сразу заметил, что во всех окнах были выбиты стёкла и изнутри их закрывали столы и шкафы. Страх снова сковал сердце, а револьвер в руке показался необычайно тяжёлым. У ближайшего к кабаку здания нас встретили трое не слишком опрятных людей с дубинками в руках.

— Вы вернулись? Эти твари всё ещё там! — воскликнул один из них с растерянными лицом. — Вы собираетесь их добивать?

— Отойдите в сторону и не мешайте заниматься делом, — не глядя на них потребовал Джошуа.

— Да вы вообще кто? — рассерженно крикнул другой. — Вы даже не власть, не легавые! Бандиты какие-то!

— Если бандиты, то можем оставить вас с этими тварями. Думаю, второй штурм вам точно удастся, — предложил Брайан.

Я же чувствовал, как обстановка стремительно накалялась. Дело пахло керосином или любой другой вариант на выбор.

— Слушайте, а полицию у вас здесь не принято вызывать? — спросил я, когда мы уже приближались к кабаку. — Может она справится?

— Зависит от обстоятельств, но руководство фабрики не стало заморачиваться. Думало своими силами справится, а мы уже, — Белинда осеклась, заметив на себе взгляд Джошуа. — А мы приказы выполняем.

У меня ещё было не мало вопросов, да хотя бы даже о том, придётся ли мне вообще стрелять, но в этот момент мы переступили порог кабака. Сорванная с петель дверь лежала рядом. Внутри нас встретил какой-то кошмар. Если дом, в который мы залезли с друзьями пугал меня, то это место внушало настоящий ужас.

Здесь повсюду был бардак, столы и стулья лежали перевёрнутыми, одна из люстр валялась в углу возле пары дырявых бочек. Но пугало не это и даже не кровь, которая здесь была повсюду. Пугали тела. Это выглядело словно какое-то безумие. Разорванные, искалеченные, с оторванными конечностями, вспоротыми животами и отрезанными головами. С разбросанными органами и прочими ужасами, увидев которые я не смог сдержать порывов и бросился в сторону. Остальные терпеливо дождались пока я облегчу желудок и вернусь к ним, но лишь для того, чтобы Джошуа сказал то, от чего мне захотелось сделать это снова.

— Белинда и Олаф дежурят здесь, мы с Всеволодом поднимаемся наверх. Чарли, Брайан присмотрите за кабаком снаружи, на случай если кто-то из этих тварей выпрыгнет из окна.

И Джошуа направился к винтовой лестнице, ведущей на второй этаж, а мне ничего не оставалось кроме как последовать за ним.

— Слушай, ты ведь сказал, что я могу спрашивать, — начал я, когда мы поднимались по окровавленным ступенькам. — Так вот у меня вопрос. Может самое время мне что-нибудь подсказать об этих гулях? Что-то полезное, важное? Вообще хоть что-то?

— А что такого особенного ты хочешь узнать? — удивился рыцарь. — Там откуда ты никогда не видели гулей? Мерзкие каннибалы с дурным нравом.

— Нет, так уж сложилась что там откуда я не видели гулей. Вообще. И поэтому я бы хотел узнать какие у них есть слабости… Может советы как с ними справиться?

— Пулю в лоб, вот тебе и весь совет.

Мы поднялись на второй этаж, картина на котором была не лучше той, что внизу. Видимо здесь располагались хозяйственные помещения и склад, а теперь чудовища устроили здесь своё «афтепати» после того кошмара, организованного ими внизу. Смрад стоял ужасающий.

— Значит так, разделимся. Я пойду в эту сторону, а ты в ту, — Джошуа револьвером указал направление, а потом вручил мне кинжал. — Нужно всё проверить и убить этих тварей. Это тебе на крайний случай. Когда закончим встречаемся здесь.

— Разделиться? Серьёзно?

— Не знаю как там у вас, но у нас гули хоть и боятся серебряных пуль, обычные тоже хорошо воспринимают. Главное помни, не вступай с ними в разговоры. Удачи!

И не теряя времени Джошуа ушёл по выбранному коридору, а затем скрылся за поворотом.

— Разговоры? Что? — только и произнёс я вслед.

Первое помещение, которое я открыл затаив дыхание оказалось кладовкой и в ней точно никто не мог спрятаться. Я так и шёл по коридору с револьвером в одной руке и кинжалом в другой. И откровенно дрожащими ногами. Все стены были в крови, как будто их намерено измазали ею, оставляя какие-то безумные символы и неразборчивые надписи. Какие психи могли сотворить такое? Этот вопрос терзал меня всё больше и большое. За очередной дверью я обнаружил ванную комнату и саму ванну, доверху залитую кровью. Что-то в ней плавало… Подойдя ближе я увидел тело или даже два.

— Твою мать!

Отшатнувшись, я споткнулся и упал спиной назад, открыв дверь напротив ванной. Так я и оказался в спальне. Ругая всё что только можно я поднялся и отряхнулся. Больше всего мне хотелось убраться отсюда, но стоило мне приблизиться к двери, как вдруг раздался голос.

— Не ударился?

Я вздрогнул и в беспокойстве заозирался. Голос растягивал слова и вообще говорил как-то странно, словно был болен. А ещё я не понимал откуда он исходит.

— Ты упал, обычно это больно. Не сильно ударился?

Сверху! Я поднял голову и тут же уронил челюсть. На потолке висело нечто. Кровь и слизь капали вниз с этого существа, а красные глаза без зрачков совершенно точно смотрели на меня. Проявив неожиданную акробатичность нечто спрыгнуло вниз и встало передо мной. Оно было сгорбленное с зеленоватой кожей, которую то здесь, то там покрывали язвы и раны. Окровавленная одежда явно недавно была снята с рабочих и охранников. Глядя на монстра, я не мог понять, что пугает меня больше — неестественно огромный рот, полный зубов, или торчащие прямо из тела обломки костей.

— Если что-то болит можешь принять ванну, — предложило чудовище всё также растягивая слова. — Мне всегда помогает. Там уже плавают мои друзья.

— Твою мать! — воскликнул я, когда склизкие окровавленные руки потянулись к моему лицу. — Отвали!

Гуль неожиданно сильно ударил меня в плечо, впечатав меня в стену. Удивительно много силы для такого мерзкого и болезненного существа! Быстрее чем я успел что-либо сделать монстр подскочил и ударил в живот, ощутив боль я посмотрел вниз и тут же почувствовал, как сердце захватывает отчаяние. В моём животе торчал нож, рукоять которого сжимала зелёная болезненная рука.

— Мне нравится запах твоей крови… Понравится и мясо!

В этот момент что-то случилось снова. Как и в прошлый раз мир вокруг задрожал чем вызывал ассоциацию с помехами. В воздухе появились запахи костра и пепла, а затем я вновь погрузился во тьму. Не знаю, что это такое было и как оно работало, но я вдруг снова обнаружил себя в стороне от чудовища, которое пронзало своим ножом воздух. Точно в том самом месте, где мгновение назад стоял я. Чудовище заторможено повернуло ко мне голову.

— Ах ты мерзкая тварь… Сбежать вздумал?!

Гуль рванулся в мою сторону и снова ударил, намереваясь достать меня ножом. Я с трудом увернулся, бросился к двери и упал, пытаясь избежать очередной атаки. Рухнув на спину, я вспомнил про оружие и вскинул револьвер. Раздались выстрелы.

Я даже не понял попал в монстра или нет, когда тот прыгнул и оказался прямо надо мной. Быстрое движение и боль пронзила моё плечо — снова лезвие ножа. Ещё одна вспышка боли на запястье руки с револьвером — тварь впилась в кожу ногтями. Мерзкая пасть раскрылась прямо перед моим лицом, издав при этом такие звуки, которые и за слова было не принять. Из-за боли я даже думать ни о чём не мог.

Но всё повторилось в третий раз! Дрожащий мир, запахи костра и пепла и вот я лежу на полу неподалёку от монстра, вонзившего свой нож прямо в пол. Красные глаза расширились, глядя на меня.

— Гнилое мясо! Да как ты смеешь?!

И тут я вонзил в один из этих глаз кинжал. Жуткий вопль отразился от стен и в стороны брызнула кровь вперемешку с гнилью. Чудовище забило руками, пытаясь до меня дотянуться.

— Сука! Сука! Мой глаз!

Ударом ноги я оттолкнул от себя тварь, пока она не успела подняться и направил на неё револьвер. А потом выпустил все оставшиеся у меня патроны. Да, я дрожал всем телом. Но я ни разу не промазал.

Когда же я поднялся, прислонившись к стене монстр ещё шевелился и хрипел. Тело трясло от пережитого стресса, но разум воспринял произошедшее на удивление легко. Я защищался. Я защищал свою жизнь. Этот монстр просто не оставил мне выбора. Я или он.

— Так-так смотрю ты не зря потратил своё время.

Из полутьмы коридора ко мне вышел Джошуа в руке которого откуда-то взялся длинный и тонкий клинок. Посмотрев на монстра, он быстрым движением пронзил голову гуля и тот наконец-то затих. Всё было кончено.

— Не плохо, знаешь, совсем не плохо, — заметил рыцарь, выдернув клинок и тряпкой вытерев кровь. — Именно это я и рассчитывал увидеть.

— Безумцы, вы просто какие-то безумцы, — выдохнул я, чем вызвал не малое удивление. — Да меня могли убить, сожрать, размазать по стене. Это вот так вы в союзников принимаете?

— Прости, не понял. Что-то не так? Гули не самые опасные твари…

— Да пошёл ты со своими опасными тварями! В моём мире нет гулей! Нет упырей, монстров или с кем вы здесь ещё дела водите! В моём мире ничего этого нет! И если это у вас такое посвящение в рыцари или агенты — идите вы все на хрен!

— Что за шум, а драка кончилась? — весело спросил Олаф, появившись на лестнице. — Смотрю вы уже закончили?

— Думаю нам нужно будет пересмотреть кое-какие вопросы нашего сотрудничества, — сказал Джошуа, оценивающе глядя на меня.

— И вообще, что со мной происходит? Почему я перемещаюсь с места на место? Почему раны исчезают? Что это такое?

— Это, парень, залог твоего выживания. Самое главное оружие против полчищ чудовищ.

Глава 3

Глава 3.

После стычки с гулями в кабаке много всего произошло. Следующие несколько дней были насыщенными, но они многое разложили по местам. И не только для меня! Мне наконец удалось донести до своих новых знакомых, что в моём мире не только нет чудовищ, но соответственно нет охоты на них и нет необходимости защищать от их нападений замки. Джошуа и остальных это не мало удивило, а Олаф так вообще выдал фразу, от которой я упал:

— Если у вас нет чудовищ то, чем вы вообще занимаетесь? Только не говори, что друг друга убиваете!

Эта новость дала моим новым знакомым ещё одно понимание — боевого опыта у меня не то, чтобы много, а точнее его нет вообще. И именно это Джошуа решил исправить, загнав меня на несколько дней в большой тренировочный зал, расположенный в особняке сэра Абрахама. Разумеется, полной подготовки я там получить не мог, но несколько уроков фехтования, после которых у меня болело всё тело пережил. При чём «пережил» в буквальном смысле, потому что Джошуа оказался безжалостным учителем, исходящим из принципа «только хороший удар по голове научит человека всегда её защищать». Даже Брайан и Олаф, предпочитавший вообще драться на кулаках, были куда более терпимыми к неудачам товарищами. С другой стороны, своего командира они исключительно поддерживали.

— Его цель сделать так, чтобы все мы выжили, — объяснял Брайан, во время одного из перерывов. — Уж лучше лишний раз получить взбучку на тренировке, чем оказаться разорванным чудовищами.

Можно сказать, что я быстро нашёл общий язык с новыми товарищами из отряда «Кровавое серебро». Несмотря на преимущественно свирепый вид они были вполне не плохими людьми. Серьёзными, целеустремлёнными с обострённым чувством долга. Наверное, именно так и нужно было относиться к своему делу, если в качестве основной профессии ты выбрал охоту на монстров и защиту человечества. Вот только их взгляды, внимание, постоянное наблюдение… Даже мне было очевидно, что все эти люди чего-то от меня ждали. Вопрос только чего?

Внутреннюю структуру Ордена Артурианской Службы я пока понимал плохо, но было очевидно, что она включала в себя несколько таких же отрядов как «Кровавое серебро». Чем они отличались и имели ли разную специализацию мне не рассказывали, с другой стороны, это сейчас было неважно. Главное то, что сэр Джошуа возглавлял этот отряд являясь рыцарем, а Чарли, Брайан, Белинда и Олаф были его агентами и соответственно подчинёнными. А кто же тогда был я? Подмастерье, новобранец, кандидат? Или какой-нибудь паж?

Вскоре к урокам фехтования добавилась ещё стрельба по мишеням из револьвера или магазинной винтовки. Джошуа заставлял меня на скорость перезаряжать оружие, постоянно повторяя, что в реальном бою у меня не будет столько времени. Мастером стрельбы, как и фехтования я, конечно, не стал, но постепенно кое-что понимать начал. Кое-что достаточное для того, чтобы мы могли продолжить наше задание. По крайней мере по мнению Руководителя Абрахама.

— Думаю я должен извиниться, — произнёс Джошуа, когда мы ехали в карете. — Проверка твоих навыков была приказом сэра Абрахама, но это я предложил организовать всё с гулями в том кабаке. Редкий случай, когда их нападение можно было бы назвать… удачным.

— Не скажу, что это был приятный опыт, но уж точно запоминающийся.

До сих пор я вздрагивал каждый раз, когда вспоминал залитое кровью здание и то чудовище, медленно растягивающее слова. Стрелять в него было страшно и в то же время это был не просто запоминающийся, а самый уникальный опыт из всех, которые мне только доводилось пережить. Битвы с чудовищами? Ничего подобного со мной никогда прежде не случалось! Мне было интересно узнать, что ещё потребуется от меня этим странным людям в этом странном мире. Здорово будет потом рассказать обо всём этом друзьям, когда я вернусь домой!

Карета ехала по центральным улицам Лондона и я, распахнув глаза, наблюдал за открывшимся мне великолепием. Кругом были богатые и красивые дома, старинные особняки и дорогущие магазины. Многочисленные аллеи, частные сады и красиво украшенные парки. Элитные рестораны, оперные театры и клубы по самым разным интересам. Вокруг были хорошо и богато одетые люди, разъезжающие в пёстрых каретах или разгуливающие с собачками в бриллиантовых ошейниках. Всё это однозначно говорило о том, что мы находимся в центре этого города, его самой богатой и самовлюблённой части и мне было интересно узнать куда же именно мы теперь направлялись.

— Думаю ты в целом уже понял, чем именно мы занимаемся? — спросил Джошуа, не сводя с меня пристального взгляда.

— Ну вроде рыцарский орден или типо того?

— «Типо»? — Джошуа скривился от непонятного ему слова. — Мы — Орден Артурианской Службы, веками сражающийся против чудовищей всех мастей, мы защищаем человечество от нечисти и иногда от самого себя. Мы всегда стражи, когда нужно судьи и куда чаще чем хотелось бы каратели.

— Это я заметил, — сказал я, вспомнив как хладнокровно рыцарь добил раненного мной гуля. — А все эти монстры они были всегда? В смысле как часть этого мира?

— Имеешь в виду Великого Острова? Собственно, мы не знаем Островов, где не было бы чудовищ. Если верить твоим словам, то твой — первый.

— А сколько всего миров вы знаете? Какие есть ещё?

— Мы уже говорили, что я не учёный. Хочешь ответы на такие вопросы? Тогда задавай их правильным людям. Будем сотрудничать, возможно, ты с ними встретишься.

Карета подскочила, и я вздрогнул от неожиданности. Вообще-то встреча с этими «правильными людьми» была мне нужна, если я хочу вернуться домой и кроме прочего ошарашить своих друзей самой безумной историей в их жизни. Интересно услышать, что скажет обо всём этом Катя! Но пока что мне было нужно разобраться в текущей ситуации.

— Хорошо, оставим вопросы о других мирах, — предложил я. — И что вы все века воюете с этими чудовищами? В смысле с самого основания вашего ордена? А сколько ты уже в нём работаешь?

— Во-первых, я не работаю в Ордене Артурианской Службы, а служу в нём. Во-вторых, вопросы о моей биографии также не допускаются, как и вопросы о других Островах. И, в-третьих, да. Орден был основан именно для борьбы с чудовищами для продолжения деятельности, начатой рыцарями Круглого Стола и самим королём Артуром. А сама война… Наверное она идёт с самого первого дня, как только люди узнали о монстрах. Во многом потому что всех нас они рассматривают исключительно в качестве еды.

— И это война на уничтожение, да? Вы пытаетесь их всех истребить? Перебить каждого пока наконец не останутся только одни люди? А чудовища хотят покорить всех людей и поставить их на колени?

Джошуа изменился в лице и задумчиво посмотрел в окно. Мы как раз проезжали мост через широкую реку, а высоко в воздухе виднелись дирижабли. От одного их вида захватывало дух. Но теперь уже я пристально следил за рыцарем, ожидая его ответа.

— Всё не совсем так, — всё также глядя в окно произнёс он.

— Так как же всё обстоит на самом деле? — спросил я, действительно желая это понять.

— Прежде всего необходимо отдавать себе отчёт в том, что истребить всех чудовищ невозможно. У нас просто не хватит на это сил, а их слишком много. В глухих лесах, высоких горах и на дне самых глубоких озёр. Во тьме на улицах, в заброшенных кварталах и закрытых заводах. Но не только. Монстры также скрываются в богатых домах, популярных театрах и даже роскошных дворцовых палатах.

— Понимаю. Чудовища, скрывающиеся в сердцах людей.

— Среди людей. И это второе, что нужно понимать. Есть много людей, охотно сотрудничающих с монстрами, и не меньше монстров, готовых сотрудничать с людьми. Интересы бывают самые разные, но большинство на самом деле обычные. Власть, деньги, влияние.

Я выглянул в окно, внимательно присмотревшись ко всем этим богатеям, беззаботно разгуливающим по улицам. И сколько же из них могли помогать тварям наподобие тех, что напали на меня в кабаке или хотели сожрать в том мрачном доме, где всё началось?

— Так уж сложилось и со временем стало понятно, что у монстров и людей гораздо больше общего, чем кажется на первый взгляд, — всё также глядя в окно произнёс Джошуа. — Ты тоже это поймёшь, если останешься с нами. Звучит безумно, но многие преступники или знатные дома используют чудовищ как союзников в борьбе друг с другом. И монстры поступают точно также в своей борьбе.

— Они что не выступают единым фронтом? — удивился я. — В попытке завоевать мир и всё такое?

— Не все твари хотят завоевать мир. Некоторым достаточно лишь свалить своих старших и занять их место под луной.

Это показалось мне разумным. Признаться я всегда любил истории, где вампиры грызутся друг другом из-за власти и положения или потому что одни из них чистокровные, а другие лишь обращённые. Интересно, есть ли вампиры в этом мире?

— А какие вообще есть чудовища? Ну кроме гулей и упырей.

— Самые разные, как по образу и повадкам, так и по уровню цивилизованности. Одни похожи на людей, другие живут как животные. Некоторые держатся кланами, иные собираются в стаи.

— А вампиры есть? Злобные и пьющие кровь?

— Вампиры? А говорил, что в твоём мире нет тварей, — Джошуа взглянул на меня с удивлением. — Да здесь есть вампиры и скоро ты с ними познакомишься. Но сначала нам нужно решить кое-какие вопросы.

— Какие именно? И вообще куда мы едем?

— Туда, где жизнь твоя изменится и обретёт новый смысл под чужими именем и фамилией. И именно под ними ты будешь помогать нашему делу.

Карета вдруг остановилась, лишив меня возможности задать ещё какие-либо вопросы. Джошуа кивнул и вышел первым, а я поспешил за ним. Оказавшись на улице, я обомлел и потерял дар речи. Да, я вырос в России и никогда не был в Англии. И вообще я сейчас похоже находился в альтернативной реальности, где многое могло отличаться от нашего мира. Но место, в которое меня привёз сэр Джошуа я всё равно узнал.

Место заседаний английского парламента. Вестминстерский дворец.

* * *

Если бы где-то рядом проходил конкурс на самое удивлённое и бестолковое выражение лица, то я совершенно точно занял бы в нём первое место. Потому что я замер как истукан в большом зале глядя на яркие хрустальные люстры, на роскошные гобелены и богато украшенные парадные лестницы. На коридоры с картинами, каменные арки и статуи, украшавшие многочисленные залы и помещения. Вокруг было множество служащих, одетых с иголочки и носящих причудливые парики. Они бегали из одной части дворца в другую, спешили выполнить одно поручение за другим, носили книги, бумаги и возили огромные тележки, наполненные указами, распоряжениями и копиями судебных решений. Самодовольные дворяне ожидали приёма или обращались с жалобами, толпы богатых и влиятельных людей буквально заполонили собой дворец, в котором бурно кипели процессы по управлению страной.

И как выяснилось, мы прибыли сюда для того, чтобы задействовать один из винтиков этого процесса. Возможно, важнейший из винтиков.

— Значит так, ведёшь себя прилично, низко кланяешься, без команды не говоришь, — перечислял Джошуа, пока мы шли по одному из коридоров. — Обязательно «добрый день», «пожалуйста» и «спасибо». Там откуда ты прибыл у вас ведь есть этикет? Или это тоже что-то необычное, как и монстры?

— Есть у нас этикет, — проворчал я в ответ.

— Ну вот и отлично. Человек, с которым мы сегодня встретимся очень важный, так что не облажайся. Хотя твоя неотёсанность может быть даже полезной. Подтвердит твою легенду.

— Легенду? В смысле ложную биографию? И какая ещё неотёсанность?

— Даже не знаю с чего начать, — хмыкнул Чарли.

Не считая слуг, управляющих каретой, мы отправились в Вестминстерский дворец втроём. Джошуа, Чарли Вингем и собственно я. Мои товарищи гордо шли по величественным коридорам и большинство тех, кто встречался нам на пути спешили уступить дорогу. Свирепые и покрытые шрамами лица разительно отличались от всех этих напомаженных и накрашенных рож. Некоторые из них смотрели с презрением, другие с откровенным испугом. Одно было ясно точно — о людях Ордена Артурианской Службы, как и том, чем они занимаются, в этом месте точно знали или по крайней мере догадывались.

Вскоре Джошуа привёл нас в большой и просторный кабинет с высокими потолками и широкими окнами. Здесь был заваленный книгами и бумагами стол, шкафы со стеклянными дверцами, на полках которых виднелись коллекции перьев и кинжалов. В одном углу кабинета стоял богато украшенный рыцарский доспех, а в другом углу человеческий скелет. Я надеялся на то, что он был не настоящий. Худощавый и манерный слуга поклонился и оставил нас одних в кабинете, предварительно попросив подождать пока его господин освободится с очередного совещания. При этом я до сих пор понятия не имел к кому именно мы пришли.

Пока мы ждали Чарли с интересом рассматривал здоровенную карту, полностью занимавшую собой одну из стен, а Джошуа присел, закрыв глаза и казалось будто он уснул. Меня же распирали вопросы.

— Так зачем мы здесь? Что нам нужно? Кого мы ждём?

— Мы здесь для того, чтобы определить твою судьбу. И как бы странно это ни звучало, важно соблюсти некоторые юридические формальности.

— Юридические формальности? Это что — обязательный порядок? Всем путешественникам из других миров выдача личных документов?

— А ты как думал? Будешь просто без бумажек по Лондону расхаживать?

Чарли усмехнулся, а я смутился. Но у меня были ещё вопросы.

— Джошуа, — начал я, собравшись с духом. — Можешь ещё раз пояснить мне на счёт Петли.

— Сейчас? — рыцарь открыл глаза. — Ну ты нашёл время.

На самом деле Джошуа уже прочитал мне пару лекций об этом явлении, но это было исключительно на тренировках, во время которых я больше думал о том, как бы не пропустить очередной болезненный удар. А потому информацию о сложных магических вещах воспринимал крайне плохо.

— Слушай, главное я понял. Петля — это то, что даёт мне возможность перемещаться в момент опасности. Но всё-таки что это? Есть ли какие-то теоретические подробности?

— А что я тебе в штаб-квартире разъяснял? Ты вообще меня не слушал?

— На тренировках я знаешь ли больше о другом думаю и новую информацию воспринимаю тяжело, — прямо сказал я.

— Всё понятно, — вздохнул Джошуа. — Тогда слушай, только внимательно.

— Весь внимание!

Я тут же сел в кожаное кресло, стоящее напротив того, в котором сидел Джошуа. Если я хочу справиться с предстоящими мне опасностями, то мне действительно нужно во всём разобраться.

— Петля — это уникальное магическое явление, окончательная природа которого нам до конца неизвестна. Это дар, который иногда передаётся по наследству, а иногда проявляется у случайных людей. Последовательность и вероятность тоже являются предметом споров, но этим вопросом занимаются учёные. Ну а мы, как я уже сказал…

— Солдаты, — закончил за него я.

— Именно так, — кивнул Джошуа. — И поэтому полагаемся на факты, а факты таковы. Петля защищает нас от большинства разных ранений. Переломы, вывихи, порезы разной степени и глубины. Часто пули. В каком-то смысле всё относительно просто. Обладатель Петли получает ранение и тогда запускается магический процесс, при котором время отматывается назад на несколько мгновений, а само ранение как бы отменяется. Временная петля отсюда и название этого явления.

— Звучит почти безумно, — не в первый раз сказал я.

— Да мне тоже так показалось в начале. Петля действует в зависимости от ситуации и может просто отменить рану, если мы говорим, например, о пулевом ранении. Или перенести своего владельца на некоторое расстояние, если это необходимо, чтобы он избежал ранения в ближнем бою. Это то, что случилось с тобой в том кабаке с гулем, когда он ранил тебя ножом.

— И с упырями на улице, — добавил я.

— Полезная штука, — заметил Чарли, внимательно слушавший наш разговор. — Если бы не Петля я бы уже давно не мог продолжать службу.

— В бою эта вещь получше доспеха, — продолжил Джошуа. — Позволяет сориентироваться, изменить тактику, даёт второй шанс. Это наше вечное преимущество против чудовищ, ведь так уж сложилось, что Петля встречается только у людей. Правда она всё равно оставляет кое-какие следы.

С этими словами он указал на своё лицо, а Чарли закатал рукав. Шрамы. Петля отменяла само ранение, но оставляла шрамы, которые появлялись после него. Выглядело так будто человек был ранен много лет назад и с тех пор рана давно затянулась. Жутко, но я уже начинал привыкать. Как-то раз переодеваясь после тренировки, я заметил у себя следы от когтей на груди и от ножа на плече. И я хорошо помнил ту боль, которую испытал. Видимо это была ещё одна часть Петли. Кроме шрамов она оставляла воспоминания о том, как именно они были приобретены.

— А в чём подвох? — спросил я, понимания, что он должен быть. — Раны, переломы, пули? Говоришь, Петля отменяет только большинство ранений?

— Зависит от степени мощности Петли и такого насколько давно ею пользуются, — многозначительно произнёс рыцарь. — И в этом заключается самая важная деталь. То, что никогда нельзя забывать…

— Господа, прошу прощения, что задержался!

Дверь кабинета распахнулась и внутрь зашёл не просто полный, а огромный мужчина в шикарном костюме, в который можно было бы поместить двух человек. С его плеч спадал подбитый мехом длинный красный плащ, тянущийся за ним по полу. На голове у мужчины красовался здоровенный парик, словно из какого-то пародийного фильма. Он откровенно комично сочетался с его толстощёкой физиономией и маленькими глазками. Приветливо помахав рукой всем присутствующим, мужчина прошёл к самому большому креслу, расположенному за объёмным письменным столом, и буквально рухнул в него. Тяжело вздохнув, он снял с головы парик и провёл толстой ладонью по вспотевшей лысине.

Джошуа и Чарли тут же поклонились, а потом бросили на меня недовольные взгляды. Я постарался повторить их поклон, хотя не уверен, что это выглядело достаточно элегантно.

— Садитесь, друзья мои, не стоит стоять, — произнёс мужчина, протирая лысину белоснежным платком.

Не дожидаясь второго приглашения, мы заняли кресла напротив стола.

— Как же я рад видеть ваши прекрасные лица, — произнёс он похоже без тени сарказма. — По сравнению со всеми этими напомаженными бабскими мордами ваши лица единственные кому я могу по-настоящему доверять.

Дверь кабинета тихонько приоткрылась и за ней появился юный помощник в парике и с подкрашенными глазами. Я был готов поклясться, что увидел у него помаду.

— Пошёл вон! — неожиданно громко крикнул мужчина. — И скажи, чтобы меня никто не беспокоил!

Помощник тут же с испугом захлопнул дверь.

— И откуда у вас, милорд, настолько странный юноша? — вежливо уточнил Джошуа.

— Всунули одни влиятельные лица, попросили об услуге. Второй сынок. Надеются, что он сможет сделать карьеру в парламенте.

— При вашей протекции у него есть все шансы.

— Я ещё подумаю предоставлять ему эту протекцию или нет. Признаться, не решил, что требовать от его семьи взамен, — мужчина бросил платок на стол и хлопнул в свои здоровенные ладоши. — Но давайте перейдём к нашим делам! Я знаю, господа, что вы люди занятые и потому не будем терять зря время. Это и есть тот молодой человек ради, которого столько хлопот?

Он внимательно посмотрел на меня и вдруг перестал быть комичным. Напротив, в его взгляде читались холодный расчёт и деловая хватка.

— Именно так, милорд, — кивнул Джошуа. — Это наш новый друг и союзник, который зарекомендовал себя как весьма ценный кадр. И именно с его делами нам нужна ваша помощь. Иначе мы бы не стали отвлекать вашу светлость от работы.

— Понимаю, господа, всё понимаю. Можете не волноваться — у меня всё готово. Конечно, пришлось похлопотать и сроки, предоставленные сэром Абрахамом, как всегда, необычайно сжатые. Но ничего! Как мы все знаем сэр Абрахам просто так ни о чём не просит!

— Именно так, милорд, — склонил голову Джошуа, а затем тоже посмотрел на меня. — Позволь представить тебе — лорд Джеймс Уинтер, верный друг и давний сторонник нашего дела. Премьер-министр Соединённого королевства Великобритании и Объединённой Ирландии.

— Премьер-министр? — выдохнул я.

— Усилиями моей партии и благодаря армии взяток, — расхохотался Джеймс Уинтер, а потом деланно поклонился, не вставая с кресла. — Но, Господи! Где мои манеры? А вы юноша не торопитесь называть себя! Я всё про вас знаю! Знаю каждую деталь! Потому что половину сочинял лично!

Он подмигнул нам и маленьким ключиком открыл тумбочку под своим столом. А потом вытащил оттуда кипу бумаг с подписями и печатями, один вид которых не оставлял никаких сомнений в их важности.

— Себастьян Блэк! — воскликнул премьер-министр и с гордостью хлопнул по бумагам. — Недавно обнаруженный единственный сын многоуважаемого и без времени почившего господина Льюиса Блэка, зачатый им в страстной, но совершенно незаконной любви без барка. Бастард, как называют таких в высоком обществе. Но! Милостью короля нашего Георга Девятого отныне он — истинный дворянин и законный наследник всего состояния и имущества семейства Блэков, движимого и недвижимого, включая все регалии, имя и сопутствующие обязанности! Документы о признании его наследником вы найдёте снизу.

— Соответственно мы можем предъявлять их во все необходимые инстанции? — уточнил Джошуа. — Или нужно сначала что-то заверить?

— Всё уже заверено моей рукой, а где её не хватит, то рукой короля. Поэтому можете прямо сейчас начинать тыкать этими бумажками в морду каждой непонятливой собаке.

Джошуа сделал знак рукой и Чарли бережно принял документы, сложив их в кожаную сумку. Лорд Уинтер откинулся на спинку кресла с видом довольного кота. До меня же быстро дошёл весь смысл ситуации.

— Это вы мне сейчас новую личность составили? Имя, фамилию? Круто! А особняк и родня тоже будут подставными?

— «Круто»? — с удивлением повторил премьер-министр.

— Слушайте, спасибо, что сразу сделали меня уважаемым членом общества! А я могу сам выбрать убранство дома? Просто там откуда я прибыл такой возможности особенно не было!

— Господа, — серьёзно произнёс Джеймс Уинтер. — Мне не стоит знать подробности прошлой жизни этого молодого человека. Для нашего общего блага. Достаточно того, что я похлопотал о его признании законнорожденным дворянином. При том, что настоящий бастард уже не объявится.

— Не волнуйтесь, милорд, — не менее серьёзно пообещал Джошуа. — Думаю у меня достаточно времени и методов, чтобы всё объяснить.

Эти слова как-то остудили мой порыв энтузиазма и заставили внимательно присмотреться к моим неожиданным товарищам. Сколь много я ещё о них не знал? И что значит «настоящий не объявится»?

— Благодарим вас за помощь, милорд, — Джошуа встал и поклонился. — В ближайшее время мы приступим к делу и ваше участие в нём неоценимо.

— Пустяки, дорогой друг, это меньшее, что я могу сделать! Ради общего блага не спрашиваю вас о подробностях вашего дела, но помните. Если будет нужна помощь, на любом уровне — обращайтесь! Буду счастлив сорвать парик с какой-нибудь особенно наглой рожи.

— Надеюсь мы сможем избавить вас от такой необходимости, милорд. Сэр Абрахам просил передать вам самые наилучшие пожелания.

— Передайте ему от меня в ответ! Надеюсь, он сможет найти для меня время и выпить со мной бренди! — премьер-министр не без труда поднялся из-за стола. — А теперь прошу прощения, у меня очередное совещание, а у вас — спасение человечества.

Мы с Чарли тоже поклонились и следом за Джошуа покинули кабинет. Наша троица направилась по коридорам и залам в обратном направлении. Люди вокруг всё также расступались, Джошуа отдавал Вингему какие-то указания, а я шёл, полностью погрузившись в своим мысли. Мало того, что я оказался в каком-то другом мире, получил в руки оружие, убивал чудовищ и похоже являюсь обладателем какого-то редкого магического дара… Теперь же у меня есть имя, фамилия и скорее всего положение. Интересно что ещё готовы состряпать для меня новые товарищи? И самое главное зачем им это?

Я не был дураком и потому отлично понимал, что всё это не спроста. У этого сэра Абрахама было для меня некое задание и для этого задания ему было нужно, чтобы я выдавал себя за дворянина. Пусть будет Себастьян Блэк, по мне так это даже звучит. Но что должен будет сделать этот Себастьян Блэк? И дадут ли ему потом вернуться домой и обнять своих друзей?

— Зачем вся эта история с бастардом, — пробормотал я сам себе. — Как будто нельзя было сразу оформить меня как какого-нибудь уважаемого дворянина. И не меньше герцога!

При чём желательно богатого, размышлял я. Ведь если я так нужен, то почему бы мне не быть при этом богатым?

И в этот момент в меня буквально врезалась высокая пожилая женщина в сером платье и с зонтиком в руках, которая показалась мне скалой. По той причине, что она чуть было не сбила меня с ног. Спасая остатки гордости, я с трудом удержался на ногах и отступил, поразившись самой ситуации. Женщина же, которая в молодости явно была красивой, но теперь годы взяли над ней верх, одарила меня настолько презрительным взглядом, что могла бы демонстрировать его как образец для подражания в театре. Мне даже показалось, что я снова в своих старых привычных одеждах, вызывавших у всех вокруг недоумение, а не в этих странных местных тряпках, которые мне сказали нацепить.

— Иди прочь с дороги! Не учили смотреть куда прёшь? — выпалила она мне совсем не аристократично.

— Простите, но…

— Не прощаю! Извиняться нужно быстро и на коленях! Современная молодёжь совсем ничему не обучена! Сказала иди прочь!

— Да вы охренели? — возмутился я.

Собиравшаяся было уйти женщина теперь замерла как столб, глядя на меня со смесью удивления и злобы. Стоявший рядом с ней слуга побелел. Кем бы ни была эта пожилая барышня, отпор она явно встречала не часто. И мне вдруг захотелось сильно расширить её горизонты.

— Ты что-то сейчас сказал? — прошипела она с горящими глазами.

— Вам не послышалось, можете пока порадоваться за свой слух, — сказал я, мгновенно приняв оскорблённый вид. — Вопрос простой — вы охренели? Вас совсем не учили смотреть куда идёте?

— Ты что, мальчишка помойник, решил вздохнуть в последний раз? Вчера получил дворянство и теперь будешь старой крови указывать? Уйди с дороги пока я тебя в окно не отправила!

— Никуда я не уйду, пока вы не извинитесь, — теперь я намеренно загородил ей путь, не обращая внимания на собиравшихся вокруг нас зрителей. — Ваши манеры оставляют желать лучшего, да и какая из вас старая кровь? Вчера ещё небось на рынке торговали, а теперь платье нацепили!

Вздох, прокатившийся по толпе вокруг, подсказал, что я задел за живое. Слуга уже искал куда бы ему спрятаться. Пожилая женщина была похожа на саму смерть.

— Хочешь, чтобы тебе устроили быстрые похороны? Ты вообще знаешь кто я? Ты знаешь, что я с тобой сделаю, сучий сын?

— Знаете, что, можете не извиняться, — «помойника» я мог простить, но только не «сучьего сына». — Мне не нужны извинения такой хабалки!

— Ублюдок! — взревела женщина так, что задрожали люстры. — Я убью тебя! Убью прямо здесь!

Она замахнулась зонтиком, который вдруг показался мне огромным словно двуручный меч. Безобидный, казалось бы, предмет летел прямо на меня, когда его вдруг остановила твёрдая рука. Толпа снова вздохнула.

— Госпожа Мадлен, — холодно произнёс Джошуа, продолжая удерживать рукой зонт. — Какая неожиданная встреча. Навещаете кого-то?

— Не твоё дело, хитрый лис, — женщина смерила его взглядом, но в целом немного успокоилась. — Ещё не остыл труп моего сына, а ты уже здесь подтасовываешь бумажки и проворачиваешь свои дела? Конечно! У вас не было уважения к Льюису при его жизни, не нашлось и после смерти.

— Уверяю вас, что все наши действия направлены на то, чтобы сохранить наследие господина Льюиса и помочь его семье. Мы ваши друзья, а не враги. Хорошо бы вам уже это понять.

Он отпустил зонтик, и пожилая женщина отошла на шаг назад. Чарли стоял рядом с максимально обеспокоенным лицом, хотя ему всё равно было далеко до слуги, который стал просто синонимом слова «паника».

— Мне всё понятно, — произнесла вдруг Мадлен посмотрев на меня с ненавистью. — Мне всё понятно. Ах, вы сволочи! Последние лживые мрази с изуродованными лицами!

— Давайте мы продолжим эту увлекательную беседу в другом месте, — голос Джошуа не допускал возражений. — Мы и без того уже собрали слишком много лишних свидетелей.

Женщина гордо вскинула подбородок и не сказав больше ни слова удалилась. Слуга, подпрыгивая, поспешил за ней. Толпа тоже быстро рассосалась. Мои новые товарищи подошли ко мне и их мрачные лица не обещали ничего хорошего.

— Ну что это такое? — усталым голосом спросил Джошуа. — Неужели так трудно держать язык за зубами?

Вообще-то меня всё ещё трясло от «сучьего сына», но я уже быстро понимал, что допустил критическую ошибку. И дело не только в том, что сцена стала прилюдной.

— Что ты устроил?

— У меня есть причины. Я серьёзно, — успокоив дыхание я посмотрел Джошуа в глаза. — В чём я облажался? Кто эта женщина?

— Это, мой дорогой друг Себастьян Блэк, уважаемая вдова Мадлен Блэк, лидер Общества Защитниц Девичьих Сердец и мать нашего покойного друга и союзника Льюиса Блэка. Выражаясь проще, это твоя бабушка.

Глава 4

Глава 4.

— Мадлен никогда нам до конца не доверяла, — рассказывал Джошуа, когда мы снова ехали в карете. — Она дворянка старой закалки, цепляется за прошлые порядки и вообще у неё обострённое чувство справедливости.

— Правда понятие справедливости у неё очень своеобразное, — осторожно заметил Чарли. — И работает только в её пользу.

Судя по лицу Джошуа он был с этим согласен. Сам я не имел никаких сомнений в тяжелом характере этой грубой женщины, хотя пока никак не мог понять её значения. В смысле — зачем брать настолько тяжёлого человека на роль моей типо бабушки? Не будет ли от этого проблем? Я, конечно, понимал, что сэр Абрахам наверняка ко всему прочему ещё и умелый интриган, но риски сотрудничества с женщиной, которая настолько негативно относится к его подчинённым казались мне слишком велики.

Карета стучала колёсами по мостовой, обгоняя другие экипажи и фургоны. Некоторые возничие молча уступали дорогу, другие кричали вслед. На повороте карту немного занесло, и я наконец заинтересовался почему мы ехали с такой скоростью, словно спешили на пожар.

— Куда мы так несёмся? — спросил я, глядя в окно.

— По-хорошему нам нужно как можно скорее попасть в особняк семейства Блэков, — задумчиво произнёс Джошуа. — Но перед этим нужно выполнить ещё одно дело. Ради него особняк может и подождать.

— Особняк? Я не ослышался? Настоящий? Богатый?

— Не самый богатый, но красивый, — ответил Чарли с какой-то грустью в голосе. — Гораздо лучше того дома, в котором мне довелось расти.

— А каким был твой дом? — тут же заинтересовался я. — Не таким красивым? Но хотя бы большим?

— Мой дом был очень большим и совершенно уродским. Запах стирального порошка, горячая вода и нескончаемый ни днём, ни ночью лай собак. И ещё детский плачь. Младшие всё время плакали.

Чарли тряхнул головой, словно отгоняя неприятные воспоминания. Меня его слова сильно удивили, поскольку услышанное описание мало соответствовало образу жизни дворянской семьи. А уж в том, что все члены этой службы охотников на нечисть были урождёнными дворянами, я не сомневался. Такие люди других к себе просто не берут. Ведь так?

— У твоей семьи были не простые времена? — я предположил, что Вингемы могли быть из обнищавших дворян. — Но вы смогли их преодолеть?

— Можно так сказать, — после долгого молчания ответил Чарли. — У моей семьи были не простые времена. Много работы, много труда. Правда у меня не было семьи в том смысле, который ты вкладываешь в это слово.

Эти слова удивили меня ещё больше, но под взглядом Джошуа я удержался от дальнейших вопросов. Карета вскоре остановилась, проехав через ворота во внутренний двор отчего я решил, что мы приехали в особняк сэра Абрахама. Но стоило выйти из кареты, и я понял, что ошибся. Здание, возле которого мы остановились было гораздо больше любого особняка. Оно скорее походило на дворец с высокими стеклянными башнями, не такой большой как Вестминстерский, но тоже способный впечатлить. Во дворе стояли ещё кареты, вокруг которых крутились лакеи и слуги. Один из них в красной ливрее поспешил к нам, но Джошуа тут же его отослал.

Когда мы вошли в здание никто не из охраны или прислуги не решился преградить моим товарищам дорогу. Ощущение складывалось такое будто они пришли к себе домой. Глядя на то, как быстро Джошуа и Чарли ориентировались среди роскошных помещений и коридоров я всё больше задумывался о том, куда же мы пришли? Неужели в личный дворец самого сэра Абрахама? Это было бы логично.

Однако вскоре мы начали один за другим проходить огромные залы с рядами старинных шкафов, на полках которых покоились ещё более старинные книги. Электрические лампы, читальные столы, передвижные лестницы и слуги, ухаживавшие за всеми этими богатствами истории. Скоро у меня уже не оставалось сомнений в том, что мы прибыли в библиотеку. Прошли через несколько закрытых секций, каждую из которых отделяли решётчатые ворота и в каждую из которых посетителей пускали всё реже и реже. В конце концов мы добрались до такой секции, в которую вооружённая охрана не пускала никого. Они низко поклонились, как только увидели Джошуа и Чарли, а затем открыли тяжёлые деревянные двери.

За ними оказалось полутёмное помещение с каменными шкафами и здоровенными книгами, закованными в цепи. Более старинных фолиантов я в жизни не видел.

— Господа, — из-за читального стола встал мужчина в монашеской одежде и поклонился. — Книгу?

— «Кровавое серебро», — вместо ответа Джошуа назвал наименование нашего отряда.

Монах, если это конечно был монах молча кивнул и в этот момент со скрежетом отошёл в сторону один из каменных книжных шкафов. При этом я заметил, что монах даже не шелохнулся, а это означало, что потайную дверь открыл кто-то другой. Возможно, что и всю дорогу через это здание за нами следили и были готовы остановить в любой момент.

— Добро пожаловать в Мастерскую Ордена Артурианской Службы последователей Круглого Стола, — с гордостью сообщил Джошуа. — Возможно ты ещё станешь здесь частым гостем.

Мастерская! В этот момент меня словно током ударили. Мастерская Ордена! Именно об этом месте мне рассказывали, когда говорили о людях, изучавших перемещение между мирами. О людях, которые могут помочь вернуться обратно домой. Встреча с ними была необходима мне как воздух, хотя все эти игры в дворян и охотников на чудовищ мне даже нравились.

Когда мы спустились по винтовой лестнице передо мной открылся огромный зал с высоким потолком, в котором стояли ряды столов, различных станков и шкафов с самыми разными инструментами. Освещение здесь давали электрические лампы, а по стенам тянулись многочисленные трубы. Вокруг столов и станков трудились десятки людей в рабочих одеждах и защитных очках. Они собирали и разбирали всевозможное оборудование, что-то резали и стучали молотками, постоянно помогая друг другу. Когда же мы с товарищами проходили мимо них я заметил револьверы, винтовки, дробовики и разнообразные бронежилеты, которые вшивали в пальто. Также были специфические устройства вроде крюков с верёвками, переносных фонарей и даже сложного вида электрошокеров.

— Эта мастерская существует с самого первого дня основания Ордена, когда он насчитывал всего двух мастеров, вооружавших первых двенадцать рыцарей, — рассказывал Джошуа, когда мы проходили мимо рядов, где собирали гранаты. — Впоследствии мастерская постоянно расширялась и несколько раз переезжала. В этом месте она укрыта последние двести лет, и полностью вооружает и оснащает всех рыцарей, агентов, сквайров и оруженосцев Артурианской Службы. Всё что у нас есть собранно и протестировано в этом месте.

— Точнее вон в тех комнатах для стрельбы, — Чарли указал на несколько дверей, расположенных в дальней стене.

— Здесь трудятся поколения лучших мастеров, собранных со всей Европы. Благодаря этой Мастерской Орден находится на острие технологического развития.

— Уверен, что английское правительство очень этому радо, — заметил я, ещё раз вспоминая про технологический прогресс в моём мире.

— С какой это стати им радоваться? — не понял Джошуа.

Мы прошли через ещё один зал с такими же столами и рабочими, в котором кроме мастеров я заметил вооружённых людей, одетых также, как и Джошуа с Чарли. Один из них проверял затвор длинной винтовки с оптическим прицелом. Все они имели такие же покрытые шрамами лица.

— Джейкоб! — воскликнул Джошуа, остановившись возле одного из столов. — А я уже думал, что придётся искать тебя в кабинете!

От странного механического устройства оторвался мужчина в грязной рабочей одежде и маске с защитными очками. Высокий, с огромной копной чёрных растрёпанных волос и страшно сутулый, от чего казался горбуном. Не произнеся ни слова, он снял рабочие перчатки и маску, бросив всё это на стол. Увидев его, я вздрогнул. Да, шрамы украшали Джошуа, Чарли, Брайана, «викинга» Олафа и даже Белинду. Но этот человек выделялся и на их фоне. Жуткие раны и ожоги покрывали всю левую половину его лица и тянулись по шее вниз. Левого уха вообще не было, хотя это частично скрывали волосы. Суровые глаза смотрели твёрдо и почти не моргая.

— Джейкоб Найт — один из главных и самых талантливых оружейников этой мастерской, — Джошуа представил изувеченного мужчину. — Благодаря ему и таким как он мы все можем с честью исполнять свой долг.

— Хватит тебе, — произнёс оружейник и подошёл к нам. — Чарли, привет. А это кто с вами? Новое лицо?

— Знакомься это Себастьян Блэк. Наш новый товарищ и союзник.

— Союзник? Значит не агент и оруженосец?

— Это ещё далёкие перспективы.

— Значит сын Льюиса? Незаконный так понимаю?

— Ну вроде того, — подтвердил я. — А это какая-то проблема?

— Для меня нет. Здесь много бастардов работает. Много талантливых. А для тебя это проблема?

— В смысле?

— Многие бастарды терпеть не могут других бастардов. Напоминают им кто они такие, — будничным тоном сообщил Джейкоб, а затем перевёл взгляд на Джошуа. — Рад тебя видеть. Ты по делу?

— Вроде того. Нужно кое-что обсудить и заодно познакомить тебя с Себастьяном. Он скоро займёт особняк.

— Ох это змеиное логово? Сочувствую, парень, сочувствую. Так что нам нужно обсудить?

Джошуа достал и внутреннего кармана какой-то свёрток и протянул его оружейнику. Тот какое-то время изучал его содержимое, при чём так, что я не мог его рассмотреть. Потом подозвал помощника и передал свёрток ему.

— Отнеси это в мой кабинет и принеси то, что лежит на верхней полке. В красном шкафу. Всё понял?

Помощник поклонился и быстро ушёл. Тем временем Джейкоб Найт внимательно посмотрел на меня.

— Ну что скажешь об этом месте, Себастьян? — спросил он, обведя рукой огромный зал. — Твоему отцу здесь нравилось. Он был частым нашим гостем.

— Это действительно впечатляет, — кивнул я поражённый масштабом проводившихся здесь работ. — И всё это нужно для того, чтобы бить чудовищ?

— А нужны какие-то ещё цели?

— Не знаю, может быть. Такие мощности и производства можно было бы много для чего применить.

Вообще-то я всего лишь сделал предположение, а не продвигал план перепрофилирования предприятия. И потом мне хотелось узнать про изучение других миров. Наверняка здесь должны были быть посвящённые этим исследованиям комнаты, как те, в которых тестировали оружие. Однако Джошуа и Чарли сразу помрачнели, а Джейкоб вообще весь скривился.

— Ну а что можно и применить. Например, для производства платков. Красивых таких с вышивкой. Может потом нас всех поставят на колени чудовища, но зато мы все будем с платками.

— Я хотел сказать…

— Ты ещё человек новый, а потому пока мало понимаешь, — с недобрым взглядом сказал мне Джейкоб. — И видно не догоняешь, что этот мир буквально кишит тварями, которые только и ждут возможности нас сожрать.

— Ну опыт общения я с ними имел.

— Опыт? Ты говоришь у тебя есть опыт? На моё лицо посмотри. Видишь? Вот это опыт. Посмотри на Джейкоба с Чарли. Вот это опыт!

— Эй, да полегче! — воскликнул я, недовольный самим возмущением в мой адрес. — Не нужно так кидаться на меня!

— Да ему и так уже досталось, — заметил Чарли. — Познакомился с госпожой Мадлен.

— О, королева змеиного логова? Правда, парень, искреннее сочувствую.

— Себастьян в нашем деле человек новый и с чудовищами раньше встречался не часто, — примирительно сказал Джошуа, словно на всякий случай встав, между нами. — Мастерская, конечно, занимается не только производством оружия, но ещё и различного сопутствующего снаряжения. А её основная задача — это обеспечить Орден всем необходимым для борьбы с монстрами. И именно этим она занимается всю свою историю.

— Орден и британское правительство? — снова высказал я своё предположение. — Им ведь тоже нужно ваше оружие?

— Им много чего нужно! — усмехнулся Чарли. — Например, Шотландия! Но гвардия Стюартов с радостью им рога пообломает.

— Скорее англичане с них реванш за Каллоден возьмут, но в остальном ты прав, — мрачно кивнул Джейкоб. — Им всё подряд нужно и наша мастерская у них в списке главных аппетитов.

— Что? Какой Каллоден? Какие Стюарты? — я только хлопал глазами глядя на них. — А как же помогать друг другу?

Теперь уже на меня посмотрели так, словно я достал спичку и зажёг сигарету. В окружении множества взрывчатых веществ.

— Если ты планируешь здесь задержаться, что для самого тебя было бы очень выгодно, — многозначительно произнёс Джошуа. — То нужно понять ещё кое-что. Орден Артурианской Службы — это старинная организация, защищающая человечество. Не правительство, не знать и не чьи-либо частные интересы. Мы защищаем человечество и следуем по пути, который нам оставил сам король Артур и его первые рыцари. Выживание — вот цель, к которой мы стремимся. Понимаешь?

— Да понимаю я. Король Артур, рыцари Круглого Стола. Ещё и король Георг или кто у вас сейчас наверняка каждого лично посвящает в рыцари…

— В жопу короля, — неожиданно сказал Джейкоб.

— Мы не служим королю. Не служим британскому правительству, — заявил Джошуа. — Мы и шотландскому правительству не служим.

— Орден независим и нейтрален, — подсказал мне Чарли. — Мы вне политики и не принимаем ни чью сторону.

— Потому что никому не доверяем, и я тебе сегодня уже говорил об этом. Многие дворяне охотно помогают монстрам из личных интересов, — напомнил Джошуа. — В том числе люди из самого высшего света. В том числе даже король. Политические и личные амбиции убедят их пожать руку или щупальце любой твари, если она потом отгрызёт голову их врагам. И именно поэтому мы сами делаем своё дело. Поэтому ни на кого не рассчитываем, кроме самих себя. Потому что неизвестно сколько ещё дворян продались самой разной нечисти и забыли в себе всё человеческое.

— Даже шотландская королева дружит с оборотнями, — подсказал Вингем. — Хотя говорит, что её мохнатые дружки из миролюбивых.

— Вонючие вшивые собаки, — с невероятной злобой выплюнул Джейкоб. — Все они твари, которые даже контролировать себя не могут! Эй, Себастьян, посмотри на меня. Видишь вот это? Это оборотни со мной сделали. Как-то раз забрались в наш дом ночью и с тех пор вот результат! Все они твари! Так что я искренне рад, что здесь в таком количестве производят оружие, позволяющее их убивать.

От откровений оружейника у меня всё похолодело внутри. Я хорошо помнил кабак и те трупы, которые видел там, поэтому уже нисколько не сомневался в том, на что монстры способны. Однако увидеть шрамы на живом человеке, да ещё в таком количестве это совсем другое.

— И как же ты выжил? — прежде чем успел подумать спросил я.

— Мне повезло, — Найт смерил меня взглядом, прежде чем ответить. — Надеюсь шотландской королеве повезёт также, как и мне, когда её любящие повыть на Луну товарищи покажут своё истинное нутро.

— Простите, но я не понимаю. Какая шотландская королева? Какое правительство? Шотландия ведь часть Великобритании, разве нет?

Чарли издал смешок и даже несколько работяг посмотрели на меня с удивлением. Это дало понимание насколько нелепыми казались окружающим мои вопросы.

— До Каллодена да, но после битвы и восстания якобитов всё изменилось, — снова принялся объяснять Джошуа. — Англичане любят говорить, что война закончилась ничьей, но шотландцы твёрдо знают победителя. Ведь именно после этих событий Шотландия обрела независимость.

— Серьёзно? Подождите, то есть Шотландия здесь независимая страна? И никак не зависит от английского короля?

— Здесь? — сверля меня взглядом уточнил Джейкоб. — А ты знаешь места, где всё по-другому?

— Он немного не в курсе политической обстановки, но мы работаем над этим, — прежде чем я что-либо ответил сказал Джошуа, а затем указал рукой. — А вон кстати и твой помощник. Что-то он не торопится.

— Сейчас он у меня забегает как следует, — из уст Найта эти слова звучали особенно угрожающе.

Вообще с того момента как мы спустились в этот зал, и я услышал, что мы находимся в Мастерской Ордена меня не покидала одна мысль. С кем именно здесь нужно поговорить, чтобы узнать, как попасть обратно домой? К кому мне можно было обратиться? Джейкоб Найт похоже был здесь не последним человеком, интересно мог бы он направить меня к кому-либо?

В этот момент позади нас раздался какой-то шум и женские крики. Мы все обернулись и увидели довольно странное зрелище. Несколько человек катили кровать на колёсиках, на которой лежало что-то накрытое простынёй. За ними шли несколько работников и ассистенток, смотревших с откровенным испугом. Мои товарищи тоже заинтересовались, а мне ничего не оставалось кроме как последовать за ними.

— Ещё одно тело! — воскликнул молодой инженер. — Только что доставили! Ещё одно убийство!

— Нашли в рабочем квартале у ткацкой фабрики Бирригейдов, — громко сообщил мужчина в плаще, лицо которого покрывали шрамы. — Работал на шайку Горячей крови. Здравствуй Джошуа!

— Здравствуй Мейсон! Торговец значит? — Джошуа протолкнулся сквозь толпу. — Или точнее дилер?

— Ага, он самый, продавал их дрянь. Убийцу кстати видели, так что сомнений быть не может. Это Потрошитель.

Среди столпившихся вокруг людей прошёл вздох. Большинство закрывали лица и смотрели с ужасом. Многие перешёптывались и указывали руками на труп. Судя по всему, это была далеко не первая жертва убийцы. Я же до сих пор ничего не слышал ни о каком Потрошителе потому, протолкнулся вперёд. Но увидев жертву тут же об этом пожалел.

— М-да, — покачал головой Джейкоб. — Поработал мерзавец на славу, ничего не скажешь.

Сам Найт своей внешностью произвёл на меня то ещё впечатление, смешанное с искренней жалостью. Но здесь мне сразу захотелось опустошить желудок и только с большим трудом я смог удержаться.

Тело жертвы было разрублено чем-то большим и острым, вероятнее всего топором. Разрублено так, что не оставляло никаких сомнений в психическом состоянии самого убийцы. Псих. Такое мог сделать только псих. Руки и ноги жертвы были разрублены по несколько раз. От туловища вообще ничего не осталось, сплошное кровавое месиво от которого хотелось скорее отвести взгляд. Голова была почти разрублена надвое от затылка до рта, при чём так что верхняя челюсть разделилась на две части.

— Что это вообще такое? — спросил я у товарищей, побледнев ничуть не меньше окружающих. — Кто может такое сделать?

— Тот, кто упивается своими преступлениями или с холодным расчётом пытается напугать тех, кто будет их расследовать, — мрачно ответил Джошуа. — Мы пока ещё не определились. Но все называют его Потрошитель.

— Но ведь это не человек… В смысле, жертва…

— Да ты совершенно прав. Жертва не человек. Это упырь. Шестёрка из банды. Уже шестьдесят вторая жертва.

— Шестьдесят пятая, — поправил Чарли.

— Ну и хрен с ним, пусть. Главное то, что Потрошитель — серийный маньяк, убивающий чудовищ. И именно его мы должны найти.

* * *

Карета снова ехала быстро, оставляя позади Вестминстерский дворец, Королевскую Библиотеку и тайную Мастерскую Ордена. Мои же мысли были полностью поглощены той жуткой жертвой и рассказами об этом Потрошителе, который её убил. Если верить моим новым знакомым получалось, что Лондон уже несколько месяцев терроризировал серийный убийца, которого много раз видели, но ни разу не смогли поймать. Убийца орудовал огромным топором, которым не только убивал чудовищ, но и в куски изрубил двоих полицейских, пытавшихся его задержать. Раньше я бы с интересом почитал историю про такого персонажа и, собственно, постоянно их читал. Как о вымышленных убийцах, так и о настоящих. Но тогда всё это казалось чем-то далёким и нереальным. А теперь всё это разворачивалось прямо у меня на глазах. И от этого становилось страшно.

— Когда прибудем на место веди себя достойно и не поддавайся на провокации, — велел мне Джошуа. — Если всё пройдёт удачно, то сможем приступить к работе.

— У госпожи Мадлен наверняка имелась возможность подготовить почву, — с беспокойством заметил Чарли.

Мне это показалось странным, как и вообще вся эта ситуация. Конечно, было очевидно, что лорд Уинтер всё подстроил. Несколько бумажек, пара подписей и красивая печать и вот я уже не абы кто, а незаконнорождённый сын дворянина, уравнённый в правах со знатью волею самого короля. Теперь у меня есть прошлое, а оно, как известно, даёт старт твоему будущему. Так почему же эта пожилая женщина создавала столько проблем? Я надеялся, что остальные члены подставной семьи будут более сговорчивыми.

— Держись нас, если что мы тебя прикроем, — пообещал Джошуа, когда карета остановилась. — Тебе предстоит серьёзная задача и на ближайшее время это место станет твоим домом.

Мы вышли на улицу, и я замер в нерешительности глядя перед собой. На этот раз мы остановились не перед Вестминстерским дворцом и не во внутреннем дворе Королевской Библиотеки, однако особняк, который я увидел всё равно меня впечатлил. Это был большой и красивый дом, выглядевший старинным и местами даже немного запущенным. Три этажа, над которыми явно располагался чердак. Небольшая башенка и широкие двери парадного входа. На узких окнах виднелись решётки, а некоторые из них были заколочены, что несколько меня удивило. Выполненный в серых тонах с тёмно-синей черепицей этот дом нуждался, хотя бы, в освежающем ремонте, однако сохранил своё величие.

— Потрясающе, — только и произнёс я.

— Да именно о подобном доме мы мечтали, когда были детьми, — сказал Чарли, глядя на особняк с видом знатока. — Потом мы выросли и мечты по большей части изменились.

— И во сколько же вам обошёлся целый особняк ради этой аферы с узаконенным бастардом?

— Какой ещё аферы? — с непониманием посмотрел на меня Джошуа. — Сэр Абрахам сделал тебя главой дворянской семьи и важно, чтобы ты правильно исполнил свою роль. А теперь пошли, не будем терять времени.

И вот тут до меня наконец-то дошло! Мы миновали невысокую ограду и уже стучались в двери парадного входа. Не сразу открывший дворецкий буквально отшатнулся, когда увидел Джошуа и Вингема, однако внутрь нас всё-таки пустил.

— Вас ожидают в гостиной, — только и проронил он.

Мои товарищи переглянулись и не снимая плащи направились дальше по коридору. Очевидно, что они уже были здесь раньше и хорошо ориентировались. Гостиная показалась мне мрачноватой то ли из-за рогатого черепа на стене, то ли из-за зазубренной сабли, висевшей рядом. Хотя главной причиной, наверное, были люди, собравшиеся здесь. Словно на подбор нас встречали три женщины — молодая девушка с убранными назад светлыми волосами и наивными голубыми глазами, высокая и статная дама с чёрными кудрями, которая могла быть ей матерью или скорее старшей сестрой, а также уже неприятно знакомая мне бабушка Мадлен. Все одеты в тёмные траурные платья. Компанию им составляли худощавый мужчина с пышными бакенбардами, носивший маленькие круглые очки, и немного смуглый юноша моего возраста, одетый со вкусом, но не богато. Почему-то мне сразу захотелось назвать его студентом. Все эти люди смотрели на меня с подозрением и неприязнью, а Мадлен ещё и с нескрываемой ненавистью. Ну что ж, подумал я, ещё посмотрим кто кого!

— Всем добрый день, — оценив взглядом каждого сказал Джошуа. — Госпожа Мадлен, госпожа Камилла, госпожа Патриция. Рад видеть, что вы уже собрались, поскольку у нас важное заявление.

— Они уже всё знают! — с гордостью сообщила Мадлен. — Я рассказала им о ваших замыслах. О том, как вы собрались украсть наш особняк и всю нашу семью!

— Да что вы такое несёте? — не выдержал Вингем. — Вы прекрасно знаете, что мы всегда помогали вашей семье и защищали вас!

— Отлично защищали! Так успешно, что мой сын теперь мёртв!

Чарли хотел ей возразить, но Джошуа поднял руку. Его взгляд изменился и больше не выглядел дружелюбным. Я же решил пока выждать.

— Нам с вами не нужны конфликты, — строго сказал он. — Наш Орден и семейство Блэков не одно поколение работали сообща и ради памяти этих поколений, и в том числе вашего сына, мы снова должны объединиться.

— Снова? — женщина с кудрями прищурилась. — Во-первых, я не думала, что наш союз треснул или перестал существовать. А во-вторых, кто это? То есть правда то, о чём сказала Мадлен?

— Меня зовут Все… Себастьян, — представился я, решив перехватить инициативу. — Себастьян Блэк.

— Да как ты смеешь? — Мадлен вскочила со своего места. — Как смеешь ты называть себя фамилией рода, к которому не имеешь никакого отношения?!

— Бабушка, может не надо, — попыталась было сказать молодая девушка.

— Тихо и не выгораживай его! Этот засранец должен убраться из нашего дома, и я слышать не хочу никаких возражений!

— Он никуда не уйдёт.

Голос принадлежал Джошуа. С холодной решимостью он встретил озлобленный взгляд госпожи Мадлен и со стороны это было похоже на столкновение двух яростных бурь.

— Так это правда? — глаза темноволосой женщины расширились. — Значит это правда?

— А я о чём тебе говорила?! Они всё-таки сделали это! Они признали этого ублюдка…

— Господин Себастьян отныне полноправный сын и наследник господина Льюиса Блэка согласно воле короля, — перебив её заявил Джошуа. — Он больше не ублюдок и сомневаться в этом значит бросать вывоз трону и всему королевскому дому.

Этих слов оказалось достаточно, чтобы женщины на время притихли. Но только на время, которого Джошуа, всё же, оказалось достаточно, чтобы продолжить своё наступление.

— А как единственный законный сын главы семейства Блэков Себастьян имеет все необходимые права, чтобы занять место своего отца и возглавить этот дом и весь род, что одобрено премьер-министром лордом Джеймсом Уинтером с согласия его королевского величества Георга Девятого…

— Ты не посмеешь…

— Таким образом, мы заявляем, что господин Себастьян сегодня и до конца своей жизни новый глава семейства Блэков, а также собственник всего состояния и имущества, движимого и недвижимого, включая все регалии, имя и сопутствующие обязанности! Документы о признании вы найдёте снизу.

Джошуа сделал знак и Чарли выложил на стол из сумки стопку бумаг, которую мы забрали у премьер-министра. Мужчина в круглых очках тут же подошёл и бросился их изучать. «Студент» с беспокойством взглянул на женщин, лица которых стремительно изменялись. Я же решил воспользоваться образовавшейся паузой.

— Для меня всё это такая же неожиданность как для вас, — сказал я, подумав, что правда будет самым коротким путём к примирению. — Но я хочу заверить, что готов принять все обязанности и выполнить их с честью и достоинством. И делом заслужить ваше доверие.

Несмотря на то, что Чарли закатил глаза я говорил искренне и надеялся, что все мы сможем как-то договориться. В моей голове уже разворачивался целый диалог, в рамках которого мне удалось найти с этими людьми какой-то компромисс и убедить их в том, что для меня «за счастье» возглавить этот знатный род. Я буквально проявлял чудеса дипломатии в своей фантазии! Но реальность быстро разбила зеркало, в которое я любовался, прямо об моё лицо.

— Засранец, — бабушка Мадлен выразила именно то, что от неё и следовало ожидать. — Ах ты наглый и мерзкий засранец. Да я не позволю сыну какой-то шлюхи стать во главе моей семьи!

— Дискуссия окончена! — резко оборвал её Джошуа. — Все решения уже приняты, и вы можете с этим только смириться! Предлагаю всем разойтись и осмыслить случившееся, а мы пока будем в кабинете разбираться с делами!

Настолько рассерженным я его не видел, даже когда мы бились с гулями в кабаке. Чарли усердно делал вид, что его здесь нет, а Мадлен пускала глазами молнии при полной моральной поддержке своих родственниц. В том что эти две женщины были её роднёй у меня больше не было никаких сомнений. Те не многие, которые ещё оставались быстро рассеялись, когда по пути в кабинет я увидел на стенах семейные портреты. И большой общий портрет, висевший прямо в кабинете. На нём была изображена бабушка Мадлен в компании, уже увиденных мною двух женщин и высокого элегантного блондина с длинным шрамом, тянущимся от нижней губы вниз по шее. Сам кабинет был на удивление темноватым помещением с множеством шкафов, книг, карт, несколькими глобусами и длинным столом, буквально заваленным бумагами, перьями и письмами. Именно за стоящее за ним кресло я и рухнул, расстроенный откровенно неудавшимся знакомством.

— Да, госпожа Мадлен, как всегда, в своём репертуаре, — вздохнул Чарли, присев на диван и предварительно убрав с него кучу бумаг. — Совершенно непримиримый характер.

— Ничего, всё прошло не так уж и плохо я бы даже сказал отлично, — неожиданно заявил Джошуа.

— Отлично? — удивился я. — Ты это серьёзно? Да она меня была готова на куски порвать!

— Но ведь не порвала? Ты жив и это уже отлично! Теперь ты официально глава семейства Блэков и занял своё место в своём новом кабинете. Первый этап мы выполнили.

— Хотя сомнения в успехе имелись, — признался Чарли.

— А значит теперь мы готовы приступить к выполнению нашей задачи, — серьёзно сказал Джошуа. — Той ради которой мы и связались с тобой, Всеволод. Или точнее теперь — Себастьян.

— И что же это за задача?

До сих пор я не имел полной конкретики о том, зачем понадобился этому Ордену Артурианской Службы или как его там. Однако ответ Джошуа оставил меня в ещё большей растерянности.

— Спасти Лондон.

Глава 5

Глава 5.

Итак, события быстро развивались, а теории, которые я себе строил разрушались одна за другой. С самого начала я думал, что во всей этой истории с управлением дворянским семейством сами дворяне будут подставными. Что мне придумают фамилию, выдадут особняк и приставят парочку актёров на роли родственников, которые придадут уверенность моей легенде. Однако всё оказалось совсем не так, как я предполагал. Семейство Блэков являлось настоящим дворянским родом, лидером которого меня сделали интриги и документы. Последние, как известно, порой оказывались сильнее мечей и ружей. А поскольку у бывшего главы семейства похоже не было жены и законных наследников, то единственным способом поставить меня на его место стала история с вымышленным бастардом, которого признал сам король. Или бастард тоже не был вымышленным? Что имел в виду премьер-министр, когда сказал, что настоящий бастард уже не объявится?

Однако у меня имелись и другие вопросы, готовые полностью завладеть моим вниманием и куча, просто огромная куча новых дел. Неожиданно выяснилось, что, став дворянином и заимев собственный особняк, можно при этом получить и массу проблем. Именно с этой массой в моём личном кабинете меня и знакомил худощавый мужчина с бакенбардами и в маленьких круглых очках, оказавшийся семейным юристом Блэков — Найджелом Торби.

— В первую очередь вам необходимо обратить внимание вот на эти документы, — услужливо объяснял он, раскладывая передо мной всё новые бумаги. — И вашего решения требуют важные вопросы. Скажу откровенно, нам необходимо срочно поправлять положение семьи.

Как юрист этот человек быстро понял, что на моей стороне железобетонные аргументы, а потому уже утром вводил меня в курс дел. Дел при этом довольно плачевных. К моему удивлению Блэки переживали явно не лучшие свои времена.

— Кое-что пришлось продать, чтобы разобраться с долгами, семейные счета в банке арестованы, а в загородном поместье работники отказываются выходить в поле, — со скорбным видом перечислял Найджел. — В дополнение ко всему неделю назад какая-то шайка ворвалась в особняк и разгромила первый этаж, чем страшно всех напугала. Руперт массу времени потратил пока приводил всё в порядок.

Рупертом звали дворецкого, уже немолодого мужчину, который, казалось, пришёл сюда прямо из классических британских сериалов. Именно он сопровождал госпожу Мадлен во время нашей стычки в Вестминстерском дворце. В отличие от юриста он всем своим видом демонстрировал лояльность этой женщине, хотя свои обязанности выполнял. Я решил, что пока этого будет достаточно.

— Так, хорошо, я всё понял, — на самом деле я ничего не понял. — А по какой причине арестованы семейные счета?

— Боюсь, мне отказались давать какие-либо объяснения. Управляющий банка заявил, что будет общаться только с новым главой семейства Блэков.

В банковских делах я понимал решительно ничего, а потому надеялся, что Джошуа и остальные рыцари помогут мне как-то уладить эти трудности. Если уж они смогли договориться с премьер-министром, то какой-то банк точно не должен стать для них проблемой! Остальные же дела повергали меня в ступор, но в то же время вызывали интерес. Выходит, у меня ещё есть загородное поместье и земли, на которых трудятся крестьяне? Вот только почему они отказываются работать Найджел тоже не смог мне объяснить, что вызывало ещё больше вопросов. Выходит, нужно было во всём разобраться. Руководить крестьянами мне, конечно, не доводилось, но зато как интересно будет потом рассказать обо всём этом друзьям! Правда, сначала нужно было снова попасть в Мастерскую Ордена и найти там того, кто знает как путешествовать между мирами. В общем, дел предстояло много!

— Скажите Найджел, а вот Льюис Блэк, в смысле мой отец, — осторожно начал я. — Чем именно он занимался? То есть что входило в его обязанности?

— Управление семейством Блэков. Решение финансовых и деловых вопросов, заключение сделок и оформление документов. Должен заметить, что в отличие от большинства дворян, попусту прожигающих своё состояние, ваш отец был очень деятельным человеком.

— В этом я не сомневался, — соврал я. — Но что конкретно он делал?

— Ваш отец был исследователем и путешественником, — Торби как будто увиливал от ответа. — Ещё он был предпринимателем, вынашивал планы заниматься лошадьми. Но я не знал обо всех его делах.

Пока что я не понимал, чем именно Льюис и вся его семья помогали Ордену и почему для сэра Абрахама было так важно сохранить во главе Блэков своего человека. Дело явно заключалось в чём-то важном, пока что ускользавшем от меня. Поэтому в поисках ответов я отпустил юриста и отправился на поиски человека, который мог бы мне их предоставить. Благо Джошуа ещё с утра прибыл в особняк в компании Брайана.

Разгуливая по дому, я раз за разом удивлялся его убранству. Повсюду картины, явно дорогая мебель, а на полу постелены ковры. Блэки очевидно не входили в верховную элиту Лондона, но определённо относились к высшему свету. Это было обеспеченное семейство, хотя источники этой обеспеченности теперь становились остро волнующими меня вопросами. Из чего складывались их доходы и откуда возникли долги, для которых потребовалось что-то продавать? В качестве ответа Найджел выдал мне сразу две стопки бумаг, в которых я решительно ничего не понял.

Найти Джошуа мне помог дворецкий Руперт, который не преминул при этом заметить, что настоящий глава семьи должен с легкостью ориентироваться в родном доме. На замечание о том, что этот дом никогда не был мне родным прозвучал замечательный ответ:

— Лучше бы так и оставалось до сих пор, — с этими словами Руперт незамедлительно удалился, лишив меня возможности ответить.

— Оставь его. У нас и без того масса дел, — остановил мою жажду справедливости рыцарь. — Я рад, что ты пришёл.

Не обращая внимания на возмущение Блэков Джошуа превратил одну из столовых в тренировочный зал, сдвинув всю мебель к стене и тем самым освободив пространство. Скинув плащ и повесив на спинку ближайшего кресла кобуры с револьверами он обнажил клинок рапиры с украшенным эфесом. С ужасом я осознал, что рыцарь намерен провести тренировку.

— Слушай, я хотел просто поговорить. Есть пара вопросов…

— Если есть, то спрашивай. Не стоит терять время.

Сказав это Джошуа ринулся в атаку и пользуясь моей растерянностью пронзил рапирой моё плечо. Я вскрикнул от боли и неожиданности, а затем ощутил запах пепла и на мгновение погрузился во тьму. И вновь нас разделял метр, острый клинок завис в воздухе передо мной и на лице Джошуа возникла редкая улыбка.

— Отлично. Рад, что Петля исправно работает.

— Это не честно! Я был безоружен!

— Твоё главное оружие всегда с тобой поэтому учись полагаться на него больше, чем на клинки и револьверы, — серьёзно произнёс он. — Однако они тоже не помешают и их отсутствие нужно исправить.

Он подошёл к креслу с револьверами и взяв стоявшую возле них длинную чёрную трость с серебряным набалдашником, кинул её мне. Я с удивлением поймал подарок, обнаружив что набалдашник был выполнен в форме черепа с необычными для человека клыками.

— Что это? — спросил я, заметив необычный вес трости.

— Твоё первое личное оружие. Всегда носи с собой. Пули заканчиваются, стволы клинит, а холодная сталь никогда тебя не подведёт.

Крепко взяв за рукоять и потянув, я обнаружил спрятанный внутри трости клинок. С заворожённым взглядом рассёк воздух, любуясь обоюдоострым лезвием. В своём мире о подобном я мог только мечтать или попытаться купить какую-нибудь подделку. Но здесь даже такому обывателю как я было понятно, что это серьёзное оружие.

— Спасибо! Правда спасибо!

— Выразишь свою благодарность делом. А теперь к бою!

Деваться было некуда, а отступать я не привык. Мы провели несколько поединков, во время которых меня трудно было назвать хорошим фехтовальщиком, но мне удалось отразить несколько ударов и словить только три ранения. Хотя Джошуа мог и поддаваться.

— Поскольку боевого опыта у тебя, по твоим собственным словам, не много, — объяснял он, продолжая наносить удары. — То нам нужно максимально тебя подготовить. Жаль у нас совсем мало времени.

— Мне тоже жаль, — заметил я, отскакивая от очередного выпада. — Так могу я задавать вопросы?

— Разумеется! Но прежде, чем ты начнёшь спрашивать обо всём подряд я бы хотел кое-что закончить.

— Что именно? — уточнил я и тут же острие рапиры замерло прямо перед моим лицом.

— Мы говорили о том, что Петля отменяет только большинство ранений, — напомнил Джошуа и опустил оружие. — То, что я скажу тебе многие оспаривают, но это лучший способ всё объяснить. Существует мнение, что Петля действует не случайным образом и что это не просто магическая аномалия. Несколько учёных в нашей Мастерской полагают, что Петля может обладать чем-то вроде разума.

— Что? — ошарашено спросил я, также опустив клинок.

— Ты ведь уже заметил, что Петля не сразу отменяет ранение? Ты видишь, как и куда тебя поразили. Чувствуешь и навсегда запоминаешь эту боль. На несколько мгновений ты пребываешь в настоящем, которое для всех уже становится изменённым прошлым. Кое-кто считает, что Петле нужно время, чтобы, скажем так, осознать случившееся. Принять решение, выбрать наиболее лучший вариант. В этот момент твой организм борется с ранением, запоминает всё, а потом оставляет дублирующие воспоминания, но самое главное — время! Петле нужно время, за которое она отмотает ситуацию обратно. Это не происходит одномоментно. Но пока ты жив с пулей или ножом в животе у тебя ещё есть это время, ты можешь подождать.

— Жуть какая-то. Мало того, что я к самому факту этой магии ещё не привык, но если у неё есть разум… Это что же получается? Она подглядывает за мной, значит?

— Есть и иное, более распространённое мнение, — проигнорировал мои комментарии Джошуа. — Мы уже говорили, что у разных людей Петля обладает разной мощностью, от которой и зависит скорость отмены ранения. На самом деле суть та же, просто большинство учёных считают Петлю всего лишь плохо контролируемой магией. Отклонением, побочные эффекты которого можно удобно использовать. Но важно никогда не забывать, что не бывает мгновенной отмены. Всегда нужно немного времени, хотя бы пара секунд, пока сердце ещё бьётся. Иначе…

Понимание пришло ко мне быстро, словно я всегда это знал. Будто это знание преследовало меня всю жизнь. С другой стороны, размышляя над Петлёй и тем, как внезапно она появилась у меня в этом мире я уже задумывался о её пределах. В чём-то должен был быть подвох, жизнь учит, что иначе редко бывает.

— Так как быть со смертельными ранениями? — осторожно спросил я, боясь услышать ответ. — Быстрая смерть. Петля может от неё защитить?

— Как говорят некоторые наши коллеги, Петля не успевает принять решение, — Джошуа покачал головой. — Ты должен знать, что если тебя слишком серьёзно ранят, если будет так, что жизнь уйдёт из тебя быстрее чем загорится спичка, то Петля не сможет тебя спасти. Например, попадание в голову — это верная смерть. Если тебе прострелят башку ты не выживешь, на такое ранение просто не хватит мощности. А ещё бывает, что Петля может не потянуть особенно тяжкие раны. Одному моему товарищу в бою оторвали руку и обе ноги. Вдобавок у него было множество мелких ран, с которыми Петля справилась, но всего осилить она не смогла. Он умер у нас на руках, и мы так и не смогли ему помочь.

— Значит это всего лишь страховка, а не какой-то непробиваемый щит, — сразу погрустнев заметил я.

— Ты быстро учишься. И тем не менее, без Петли половина Ордена Артурианской Службы была бы уже мертва. Лично я уже несколько раз.

— А как понять, что твоя рана слишком тяжёлая? В смысле, как определить свой предел?

— Колокол. Когда ты находишься на пределе мощности Петли, то слышишь удары колокола. Они обозначает границу. Пока бьёт колокол Петля ещё работает, пытается что-то исправить. Честно говоря, не знаю почему это именно колокол, я ведь не…

— Учёный, — закончил за ним я. — И сколько всего будет ударов?

— Три. Третий удар последний, после него уже никто не выживает.

Джошуа вдруг помрачнел даже больше обычного, отчего я сразу почувствовал неладное. Поскольку я планировал здесь задержаться мне нужно было во всём разобраться до конца. До самых тёмных тайн.

— И нет никаких исключений? — не без надежды спросил я. — Ранение головы, третий удар колокола и всё? Всегда?

— Есть только два исключения из этого правила, — Джошуа долго сомневался, прежде чем сказать. — Двое рыцарей, которые пережили самые тяжелейшие сражения. Но это связанно с высокой мощностью Петли — они оба начали пользоваться ею с малых лет.

— Ну годы мы быстро наверстаем! А кто были эти рыцари? И что это были за ранения?

— Одному из них отрубили голову. Сложнейший бой. Этот герой прикрывал отход своих раненных товарищей, у многих из которых не было Петли, — вздохнув произнёс Джошуа. — Мы думали ему конец, как вдруг ранение исчезло, и он снова стоял перед нами с двумя мечами в руках. Это было подобно чуду. Он снова принял бой и обратил наших врагов в бегство. Его звали сэр Абрахам.

— Абрахам? Подожди это же Руководитель Ордена? Так вот почему вы относитесь к нему с таким почтением?!

— И по этой причине тоже.

Дверь столовой неожиданно открылась и за ней появился Руперт. Выглядел он всё таким же недовольным.

— Обед готов, сэры. Вы можете присоединиться к нему в свободной столовой. Пока ещё и её не изгадили.

Последние слова он произнёс, скрывшись за дверью, но так чтобы мы всё равно услышали. Я твёрдо решил, что с дворецким и его поведением нужно что-то делать, в то время как Джошуа убрал рапиру в ножны.

— Отличная новость. Я как раз подумывал о еде. Нужно позвать Брайана.

— Подожди! — остановил я его у самой двери. — А что было со вторым рыцарем? Кем он был? И как его ранили?

— Его разрубили надвое. Одна половина туловища отдельно от другой, море крови, малоприятное зрелище. Схлестнулся с одним особо опасным противником, — ответил Джошуа и немного подумав добавил. — Это был я.

* * *

На обед были суп и жаркое с зеленью, которые показались мне действительно вкусными. Ел я, не скрывая своего удовольствия, твёрдо решив, что это часть дворянской жизни мне нравится. Разобраться бы только с множеством накопившихся проблем и тогда точно можно будет расслабиться. Может ещё и новая родня зауважает…

В то время как еда заслуживала исключительных похвал, семейство Блэков вызывало у меня одно только разочарование. Их недовольные лица, раздражённые замечания и неприязненные взгляды сопровождали меня на протяжении всего обеда. Да, своей новой «семье» я явно не нравился и признаться пока не понимал почему. В том смысле, что, конечно, я был для них бастардом, ребёнком со стороны которого никто не ждал и не хотел, но разве я был виноват в своём происхождении? Разве всё это не камень в огород Льюиса Блэка и его порядочности, очевидно так и не женившегося на женщине, родившей ему сына? Однако благородные дамы семейства Блэк смотрели на меня как на вора, а госпожа Мадлен очевидно хотела придушить прямо здесь. Со своим огромным зонтом она не расставалась, что вызывало у меня определённые опасения, вспоминая как именно она собиралась применить его в Вестминстерском дворце.

— Надеюсь вам нравится наш обед, господин Себастьян, — говорила Мадлен голосом, в котором не было и намёка на почтительность. — Сомневаюсь, что вам раньше часто доводилось есть человеческую пищу.

Из этих колкостей состоял весь обед, но пока что я не спешил с ответом. Вместо этого я слушал и наблюдал, пытаясь разобраться в каких отношениях члены семейства состояли друг с другом. С госпожой Мадлен всё в принципе было понятно — не молодая и властная женщина, не терпевшая, когда с ней спорили, когда ей возражали и вообще не переносившая ничьего мнения, кроме своего собственного. Она была матерью Льюиса Блэка и порой мне казалось, что она собственноручно свела его в могилу. Хотя возможно он был любимым сыном обладавшим полным иммунитетом от всех грехов?

Высокая женщина с чёрными кудрями оказалась сестрой Льюиса Камиллой и соответственно моей тётей. Привлекательная и характерная дама, которая всё-таки не была такой сварливой как её мать. Если госпожа Мадлен Себастьяна в моём лице просто ненавидела, Камилла явно относилась к нему с подозрением. Похоже она считала меня наглым выскочкой, занимающим не своё место, но страшной смерти определённо не желала.

Третьей дамой этого дома была молодая девушка со светлыми волосами, голубыми глазами и миловидной внешностью, которая выглядела кроткой и тихой. Патриция. Она была единственной дочерью Льюиса и теперь стала моей сестрой. Вообще-то она смотрела на меня скорее с опаской, чем со злостью. В её взгляде мелькало нечто вроде сочувствия и казалось будто она просто не способна сердиться. Однако я мало чего понимал в местных законах и порядках, а потому не стоило забывать, что я возможно увёл у этой девушки наследство и завидное приданное. Кто знает, может именно её рука дрогнет над моим кубком и тогда посмотрим, чем ещё дело кончится…

Судя по всему, женщины этой семьи доверяли друг другу и такому чужаку как мне будет не просто добиться их признания. Других детей или близких родственников у Льюиса очевидно не наблюдалось и мне ещё было интересно понять, где миссис Блэк? Изначально я думал, что именно с ней будут главные проблемы, но её отсутствие с лихвой компенсировала госпожа Мадлен. Что ж, я был полон энергии и энтузиазма! Идея стать дворянином мне откровенно нравилась, сразу вспоминались те книги и истории, герои которых попадали в параллельные миры и там находили себе различные приключения. А потом ещё и путешествовали между двумя мирами, сочетая обычную жизнь какого-нибудь студента с охотником на драконов или рыцарем по вызову. Интересно, а были ли в этом мире драконы? Если есть упыри и вампиры, то отчего бы не оказаться и драконам?

— И какие же у вас теперь планы, господин Себастьян? — поинтересовался главный дракон этой семьи. — Что собираетесь делать в новом статусе? Какие распоряжения, быть может, указы?

— Ну пока что господин Найджел вводит меня в курс дел, и я ещё не во всём разобрался…

— Как скоро нам ждать открытия борделя? И займёт ли он только половину особняка?

Даже Патриция и Камилла бросили на женщину осуждающие взгляды. Мирно поглощавшие обед Джошуа и Брайан посмотрели на меня с интересом.

— Простите? — стараясь сохранять спокойствие уточнил я.

— Я говорю бордель. Как скоро вы собираетесь его открыть? — будничным тоном поинтересовалась Мадлен.

— Вы хоть сами понимаете насколько это идиотский вопрос?

— Ну отчего же? Ваше детство прошло в борделе, вашими главными подругами были шлюхи, да и сама ваша мать была шлюхой…

В этот момент я ударил по столу с такой силой, которой и сам от себя не ожидал. Женщины в испуге вскрикнули, а дворецкий Руперт подскочил с таким лицом, будто я собирался на них напасть. Джошуа с Брайаном настороженно на меня смотрели и оставалось только догадываться о чём они думали. Что я безумец? Какой-нибудь псих? В ту минуту меня это не волновало, ведь меня буквально трясло от злости.

— Можете сколько угодно отпускать в мой адрес колкости вроде того сколько раз я ел человеческую еду или знаю ли я, что по утрам стоит умываться. Но не смейте, повторяю, не смейте трогать мою мать!

Мадлен сузила глаза и на её губах возникла улыбка. Она была довольна тем, что нашла моё слабое место.

— Как пожелает новый глава дома, — лишенным искренности голосом сказала она. — Кто я такая чтобы вам перечить?

Не говоря ни слова, я встал и ушёл. Злость была такая, что я ни секунды не мог здесь оставаться. Краем уха я слышал, как Джошуа начал что-то резко объяснять Мадлен, но даже вслушиваться в их разговор мне не хотелось. Остановился я в одной из комнат, когда посчитал что уже достаточно далеко ушёл от столовой. Вскоре злость начала понемногу угасать, пришло понимание, что Мадлен всего лишь пытается меня спровоцировать, да и вообще, что она может знать о моей настоящей матери? Из моего настоящего мира? Возможно, это должно было помочь мне дистанцироваться, но напротив, раздражало ещё больше. Я никому и никогда не позволял ничего говорить о моей матери. Никому и никогда.

После обеда мы возобновили тренировки. На мои вопросы о дальнейших планах Джошуа отвечал, что сейчас самое главное научить меня драться так как совсем скоро от этого будет зависеть моя жизнь. Он говорил, что прямо сейчас его товарищи готовятся к какому-то важному делу, что Олаф, Чарли и Белинда собирают информацию для предстоящего предприятия.

— И в нём у тебя будет не последняя роль, — предупредил меня Брайан, который тоже принимал участие в тренировке. — А заодно шанс по-настоящему себя проявить.

Они оба отлично владели мечами, и я мог лишь стремиться хотя бы к половине этого искусства. В конце концов Джошуа объявил перерыв и желая ещё осмотреться я отправился бродить по дому. Осматривая одну комнату за другой, я к собственному удивлению оказался в библиотеке. Большая и просторная она занимала несколько помещений и хранила труды самых разных авторов и на самых разных языках. С искренним интересом я принялся изучать книги, рассчитывая найти здесь хоть что-то знакомое. Ведь это была альтернативная реальность? Или как?

Неожиданно я услышал голоса, а прислушавшись узнал и говоривших. Это была Патрицая и её молодой друг Мэтью — студент, совсем недавно ставший другом семьи. Несмотря на неприязненное отношение Руперт с удовольствием рассказал, что молодой человек не ровно дышит к моей сестре, а Мадлен ему не доверяет, считая охотником за наследством. Похоже эта женщина вообще никому не доверяет. Мэтью был вместе с Блэками, когда мы с Джошуа заявились сюда заявить о моих правах. Юноша, одетый не богато, но со вкусом.

— Добрый день! — поздоровался я, решив быть вежливым.

Молодые люди посмотрели на меня с подозрением, если не с испугом. Двигаясь словно истукан Мэтью склонил голову. Не сразу я осознал, что дело в мече, который я сжимал в руке.

— Прошу прощения, — попытался оправдаться я. — Кое-что с тренировки.

— Зачем вам нужно всё это? — взволнованно спросила Патриция. — В смысле откуда у мужчин такая тяга к оружию?

— Это часть нашей культуры и образа жизни. Я имею в виду образа жизни дворян, — тут же ответил Мэтью. — Не забывайте, что дворянство — это в первую очередь воинское сословие.

— И давно большинство лондонских дворян принимали участие хоть в какой-то войне? — даже недовольное лицо Патриции оставалось милым. — Всё это не более чем ребячество и бессмысленные игрушки.

Я же тем временем пытался убрать клинок обратно в ножны, спрятанные в трости. Вообще было в этом Мэтью что-то отталкивающее, какая-то неприятная большинству мужиков смазливость, перемешанная с излишней услужливостью. С другой стороны, он не нравился Мадлен, что в моих глазах уже делало его хорошим парнем.

— Вы к нам надолго? — спросил я, запыхавшись с попытками спрятать клинок так, словно поднимался в гору.

— Оу, вовсе нет, — студент смутился, но быстро взял себя в руки. — Я лишь хотел увидеть Патрицию и поделиться с ней последними новостями.

— Господин Себастьян, ваш вопрос прозвучал довольно бестактно, — укоризненно посмотрела на меня девушка.

— Прошу прощения, я не имел ввиду ничего такого. Хотя, госпожа Мадлен наверняка бы отпустила какую-нибудь очередную грязную остроту под стать её поганому характеру!

Вообще-то я пытался пошутить, но молодые люди посмотрели на меня так, что теперь смутился уже я. Хотя от моего взгляда не ушло, что Мэтью всё-таки улыбнулся уголками губ. Думаю, мы с этим парнем сработаемся!

— Так что за новости у вас? Я бы тоже с радостью послушал.

— Новости, которые обсуждает весь Лондон! — с энтузиазмом сообщил студент. — И поверьте это не о любовнице короля и не о предстоящей свадьбе его старшего сына! Новости о Потрошителе.

Патриция прикрыла лицо рукой, а я сразу вспомнил то жуткое тело, которое видел в Мастерской Ордена. У меня тут же перехватило дыхание.

— Говорят он совершил ещё одно дерзкое нападение. У ткацкой фабрики Бирригейдов! Убиты трое! Говорят уважаемые люди, продавали рабочим лекарства. Теперь на счету этого чудовища уже двадцать жертв!

— Двадцать? — удивился я. — А разве их не больше шестидесяти?

— Вижу вы в курсе подробностей! Да, двадцать — это лишь официальная цифра, которой придерживаются власти. А на деле убитых гораздо больше!

— Неужели полиция не может наконец-то его схватить? — покачала головой Патриция. — Это просто ужасно! Неужели возле ткацкой фабрики не было полицейских?

— Были, но они даже связываться с ним не стали. Говорят, отказались преследовать! Но я их не виню. Последняя попытка задержать Потрошителя закончилась трупами двух полицейских. Их просто изрубили в куски!

Патриция побледнела, хотя она и до этого казалась мне слишком бледной. Рассказ Мэтью же нравился мне всё меньше и меньше. Что же это за маньяк такой, которого даже полиция ловить не хочет?

— Всё это ужасно, — продолжала причитать девушка. — Бедный отец. Он столько работал, столько трудился. Его книги, исследования…

— А что именно за исследования? — я тут же решил заполнить пробелы. — Мне просто не довелось как следует его узнать.

— Мой отец… Простите, Себастьян, наш отец был исследователем и путешественником. Знаете, он ведь объехал всю Англию, часто бывал во Франции и несколько раз посещал Ирландию. Он писал о странах, о людях, записывал буквально всё, что видел. Писал научные статьи до тех пор, пока его любопытство… Пока оно…

И в этот момент девушка заплакала, спрятав лицо в платок. Признаться я даже немного растерялся, хотя в принципе реакция была ожидаема. Судя по всему, девушка искренне любила своего отца и тосковала по нему.

— Простите, Патриция, я не хотел вас расстроить, — принялся сокрушаться Мэтью. — Бестолковая моя голова! Я должен был подумать, прежде чем рассказывать вам подобные новости…

— Ничего страшного, Мэтью, не волнуйтесь… Просто я всё принимаю близко к сердцу…

— Простите, а что случилось? — не понял я. — Патриция, что вас так расстроило?

— Наверное, вы не знаете, — девушка взглянула на меня с сочувствием. — Дело в том, что наш отец… Как исследователь он сильно увлёкся всеми этими историями о Потрошителе… Полиция предупреждала, чтобы он не пытался его искать, но отец редко кого слушал, когда дело касалось его работы. Он уходил по ночам, отправлялся в рабочие кварталы и разгуливал по кладбищам… До нас дошли слухи, что даже вскрывал какой-то склеп.

— Господин Льюис Блэк был буквально влюблён в свою работу, — подтвердил Мэтью. — Когда он принимался за дело его было не остановить.

— Мы просили его прекратить всё это. Бабушка и тётя Камилла часто с ним ругались, но его было не переубедить. Бедный отец… Всё это не могло хорошо закончиться.

— И чем же это закончилось? — спросил я, почему-то пребывавший в полной уверенности, что Льюис Блэк умер своей смертью и исключительно в преклонном возрасте.

— Так разве вы и этого не знаете? — Патриция взглянула на меня с ещё большим удивлением. — Нашего отца убил Потрошитель. Уничтожил так, что тело хоронили в закрытом гробу.

Глава 6

Глава 6.

Признаться я бежал так, что чуть не снёс Руперта, вставшего у меня на пути. Вопросы, которые задавали мне вслед Патриция и Мэтью я не слышал, поскольку все мои мысли теперь вертелись только об одном. Льюиса Блэка убили! Он не умер от старости, его не свалила внезапная болезнь. Его убили и при чём похоже весьма малоприятным способом, что косвенно подтверждало тело ранее увиденной мною жертвы. И с чего я вообще решил, что он умер тихой и безболезненной смертью?

В бывшей столовой, превращённой в тренировочный зал, Джошуа не оказалось. Я потратил время на его поиски, оббежав ещё несколько комнат, столкнувшись в одной из них с Мадлен, от которой получил внеочередную порцию колкостей. Но сейчас мне не было до них дела. В итоге мой безумный марафон прервала горничная Джессика — молодая смуглая девушка с убранными в пучок чёрными волосами и карими глазами.

— Господин Себастьян? Могу я вам чем-то помочь?

Надо признать, что она почти сразу приняла мою сторону и всеми силами демонстрировала приветливость и услужливость. С одной стороны, это было приятно к тому же Джессика чем-то напоминала мне Катьку. Явно такая же оторва. С другой я прекрасно понимал, что она лишь пытается поймать изменившийся ветер и её интерес ко мне вызван только моим новым положением. В любом случае от Джессики я узнал, что Джошуа с Брайаном переместились на задний двор и помчался туда подобно урагану.

— Ну и когда вы собирались мне сказать? — воскликнул я едва увидев их.

Оба воина сразу опустили мечи и взглянули на меня с непониманием. Я же намеревался высказать им всё, что думаю!

— Когда вы планировали сообщить мне? Предупредить меня? Когда меня самого начнут рубить на части?

— О чём ты вообще? — мрачно поинтересовался Джошуа.

— О Льюсе Блэке и о его судьбе! О том, что он не просто умер, а погиб. Его убили! А раз убили его, то скорее всего захотят убить и меня!

К моему удивлению Брайан только развёл руками, а Джошуа наклонил голову, нисколько не изменившись в лице.

— Мне казалось, что это очевидно. А ты сомневался?

— Теперь уже нет! Может объясните мне, наконец, чего вы от меня хотите? Для чего все эти тренировки?

— Думаю да. Пора уже погрузить тебя в суть дела.

То, что он не стал спорить меня удивило и признаться несколько сбило накал возмущения. Я думал, что мне придётся требовать и настаивать, к тому же на самом деле Джошуа был прав. Мне стоило и самому обо всё догадаться.

— Тогда зачем всё это? — успокоившись спросил я. — Это дворянство, разговоры про спасение Лондона? Всё это как-то связанно с Потрошителем?

— Смерть Льюиса Блэка стала для нас серьёзным ударом. Мы до сих пор не знаем всех деталей и обстоятельств, но знаем, что его убил Потрошитель. Тело было так изуродовано, что не осталось ни лица, ни некоторых конечностей. Признаться душераздирающая картина.

— Потрошитель не смотри, что человек, а убивает похуже иных чудовищ, — заметил Брайан. — Прозвище своё гад оправдывает.

— Льюис помогал нам своими исследованиями, — продолжил объяснять Джошуа. — Иногда во время путешествий он выполнял различные поручения, а ещё разбирался для нас в истории и отношениях вампирских сообществ. Скажем так, у него имелись в этой сфере особые связи, но об этом потом. Сейчас важно, чтобы ты занял его место и принял на себя его обязательства. Так сохраниться союз между Орденом Артурианской Службы и семейством Блэков, который держался не одно поколение.

— Но почему я? Неужели с вашими возможностями вы не могли найти кого-то другого? Я же вообще из другого мира!

— Это решение сэра Абрахама, а я не задаю лишних вопросов. Он как-то узнал о твоём появлении возле того Корабля и отправил нас к нему. Понаблюдав за тобой, он обратился к лорду Уинтеру и тот организовал твоё дворянство. Теперь мы здесь, и я считаю, что пришло время действовать.

— Действовать? В смысле заняться Потрошителем? Льюис же собирал о нём информацию для вас? Патриция сказала, что это его и погубило.

К моему удивлению Джошуа покачал головой.

— Потрошитель был личной инициативной Льюиса, мы тоже отговаривали его этой затеи. Вообще-то он был хорошим фехтовальщиком, но нельзя преследовать безумного маньяка в одиночку. Ещё раз повторю — его смерть для нас трагедия. Даже если члены его семьи считают иначе.

— И теперь мы должны отмстить? Заставить его заплатить за товарища?

— Было бы не плохо, — прокомментировал Брайан.

— Скажу прямо, ты путешественник с другого Острова к тому же ещё обладающий Петлёй. Было бы не разумно оставить тебя без внимания тем более, что такие как ты не появляются просто так. Должно произойти нечто особенное, чтобы Корабль перенёс своего путешественника.

— Почти невероятное!

— Не знаю какие у сэра Абрахама на тебя дальнейшие планы, но сейчас наша задача — это остановить Потрошителя, — заявил Джошуа. — С недавнего времени я возглавляю группу, которая должна его захватить, а если не выйдет, то уничтожить. И в этом нам понадобится твоя помощь. Я верю, что ты можешь стать эффективным бойцом. К тому же, если ты действительно возглавишь Блэков, то было бы неплохо разобраться с тем, что случилось с Льюисом. И выяснить как именно он умер.

Что уж говорить, особняк Блэков мне нравился, да и сама семья казалась мне не плохой. У бабушки Мадлен, конечно, был не самый приятный характер, но в чём-то её тоже можно было понять. Однако от разговоров о смерти Льюиса у меня волосы вставали дыбом.

— Почему вы считаете, что я должен вам помогать? Что мне вообще всё это будет интересно? — прямо спросил я.

— Кроме идеи помочь доброму делу? — Джошуа хмыкнул. — Я солдат поэтому снова скажу прямо. У тебя не слишком большой выбор. Путешественники между Островами редкость, но иногда случайные гости появляются то тут, то там. И что же им делать? Большинство людей в большинстве стран не поверят вашим рассказам, особенно песням про какой-то там мир, где нет монстров и тварей.

— Лично я до сих пор не верю, — поддакнул Брайан.

— Таких как вы засунут в дом для умалишённых или сожгут на костре какие-нибудь инквизиторы. Большинству чудовищ всё равно откуда ты, но те, кто знают про Острова… Для них такие путешественники особое блюдо, можно сказать деликатес. Тебя приготовят как-то необычно, а потом съедят.

— Если повезёт.

— И наконец есть организации, которые охотятся за такими как ты. Цели их малоприятны, методы ещё хуже. Настоятельно советовал бы избегать встречи с ними. Таким образом, это может показаться тебе странным, но мы твои единственные друзья.

Что ж это действительно убеждало. Просто и доходчиво, если, конечно, принимать все слова Джошуа на веру. Хотя какой ему смысл мне врать? Что они такого могли от меня получить? Думая обо всём, я пытался понять, что в этой истории было важнее — охота за Потрошителем или связь с семейством Блэков, которую Орден стремился сохранить?

— Хочу, чтобы ты знал — положение откровенно не простое. Не пойми неправильно, но я ознакомился с документами, несмотря на возражения Найджела. И остался удивлён.

— В каком смысле? — не понял я.

— Все эти финансовые растраты и сокращение доходов… Мы давно знали Льюиса, но это для меня полная неожиданность. Мне казалось, что у него всё стабильно, у него были сбережения. Ценные бумаги, — Джошуа выглядел искренне опечаленным. — И вся эта история с банком и блокировкой счетов. Сначала доступ к ним был перекрыт из-за смерти Льюиса, но с появлением наследника его должны были восстановить.

— Однако?

— Они по-прежнему заблокированы. И у наших людей пока нет на это внятного ответа.

— Слушайте, на счёт Потрошителя, — у меня уже давно созрел один вопрос. — Прозвучит глупо, но зачем вообще его искать? В смысле, если он маньяк, убивающий чудовищ?

По лицу Джошуа было видно, что у него имелся ответ, вот только сказать он его не успел. Со стороны дома к нам уже бежал дворецкий Руперт, выглядевший чем-то напуганным.

— Господа! Прошу вас господа! Нам нужна ваша помощь!

Мужчина споткнулся и чуть не упал. Видеть его в таком состоянии само по себе было уже удивительным. Я думал, что это человека невозможно вывести из равновесия.

— Скорее! Это просто ужасно!

— Что случилось? — спросил я, видя, что мои товарищи тоже ничего не понимают.

— Он снова к нам приехал, — дворецкий даже не пытался скрыть своего волнения. — Граф Чарригтон! Он здесь!

* * *

Все эти дни я медленно приходил к пониманию того, что нахожусь в альтернативном нашему мире. Альтернативном потому, что здесь всё было не так. Магия и чудовища, которые похоже воспринимались здесь как привычные явления и заодно другой ход истории. Признаться я мало в ней понимал, интересуясь в школе совсем другими вещами. Но даже я знал, что Шотландия входит в состав Великобритании, а мятежники якобиты, пытавшиеся восстановить на английском престоле дом Стюартов, потерпели поражение. Такое, после которого лидер восстания Карл Стюарт, также известный как Красавчик Чарли, бежал во Францию, где всё мечтал о реванше. А здесь что? Он стал первым королём новой Шотландии или как её назвали?

Однако на самом деле всё это казалось мне не таким важным. Другие исторические события, монстры и прочая сверхъестественная дрянь, а самое главное здесь оставалось точно таким же, как и в моём родном мире. Люди. На самом деле люди здесь были точно такими же. Например, прибывший к нам без какого-либо приглашения или хотя бы предупреждения граф Морган Чарригтон, который показался мне наглым, дерзким и совершенно беспринципным. Очень похожим на тех людей, которых я часто встречал в своём родном мире. Отсюда я потом часто задумывался, насколько этот мир можно было называть альтернативным?

— А вот и тот самый мелкий выродок, от упоминания которого у меня сегодня пропал аппетит и случилось несварение! — радостно воскликнул граф Чарригтон, когда мы встретились с ним в гостиной.

От такого приветствия даже Брайан оторопел, а Джошуа нахмурился. Семейство Блэков присутствовало в полном составе, буквально приготовившись к обороне. Мэтью по-прежнему сопровождал Патрицию. Госпожа Мадлен сверлила графа испепеляющим взглядом, и я с удивлением узнал, что в этом мире есть кто-то, кого она ненавидит больше меня.

— Господин Чарригтон! — Найджел попытался стать первой линией обороны. — Прошу вас сохранять приличия! Пожалуйста! Дождитесь пока вас примет новый глава дома!

— Глава дома уже здесь, — самодовольно заявил граф. — Осталось только вышвырнуть отсюда сраного бастарда.

У меня не было никаких сомнений кого именно он имел в виду. Граф Морган Чарригтон был уже не молодым мужчиной с длинными седыми бакенбардами, не лишённый своего обаяния. Того самого обаяния, которое свойственно грубым людям с властью, не имеющим ни принципов, ни совести, но успешно производящим образ сильных и уверенных личностей. Одетый словно какой-то фазан с золотыми кольцами и бриллиантами он уже раздражал меня до глубины души. Но это было только начало.

— А вот и наш Себастьян, — представила меня Мадлен. — Гордость и наследник моего дорого сына. Новый глава Блэков.

— Дорогая Мадлен, к чему столько вранья? Вам это не идёт, — рассмеялся граф. — Ведь мы с вами оба ненавидим этого грязного выродка. К тому же, когда Блэков возглавлю я вам всем станет гораздо лучше.

— Интересно знать каким это образом? — мрачно осведомился Джошуа.

— По праву рождения! — воскликнул Морган, буквально светившийся от уверенности в себе. — По праву рождения дворянина! Настоящего и чистого, единственного, кто имеет право возглавить другую дворянскую семью.

— Господин Чарригтон, есть бумаги! — попытался возразить Найджел.

— Плевать мне на бумаги! Неужели хоть кто-то здесь согласен, что грязный бастард может встать во главе чистой дворянской семьи? Госпожа Мадлен? Госпожа Камилла? Дорогая Патриция? Да даже вы, Найджел, с этим не согласны, я же вижу!

На лицах Блэков проступили смутные выражения. Очевидно, что я им не нравился и они бы с радостью предпочли меня вообще не знать. Однако я также видел и то, что граф Чарригтон нравился им ещё меньше.

— Позвольте я кое-что объясню, — Морган плюхнулся в свободное кресло, а его телохранители встали по обе стороны. — Я уважаю семейство Блэков, мне всегда нравился Льюис. И я хочу помочь этой семье. Помочь ей сохранить её чистое имя и достойное положение. Потому что я человек из старинной и уважаемой семьи, чистейшей дворянской крови. И скажу прямо, только я могу это сделать. Я! А не вот это незаконнорождённое недоразумение, которое одним только своим присутствием портит здесь воздух. Но не волнуйтесь! Я здесь, и я готов возглавить эту семью.

— Вы до сих пор не объяснили, как именно планируете это сделать, — рука Джошуа угрожающе лежала на эфесе его рапиры. — При том условии, что наследник семейства Блэков уже назначен официальной бумагой.

— Я сказал — плевать мне на бумаги! А с остальным всё просто. Госпожу Патрицию ждёт чудная свадьба и полная счастья жизнь со специально подобранным мной молодым человеком! И после этого я смогу повести Блэков в светлое будущее!

Он рассмеялся довольный сам собой, в то время как мои новые родственники становились всё мрачнее и мрачнее. Мадлен уже натурально сжимала кулаки и явно хотела сделать это на горле графа. Камилла тоже сверкала недобрым взглядом, а Патриция побледнела ещё сильнее, чем когда они с Мэтью обсуждали Потрошителя, и в смущении выбежала из гостиной. Похоже, что вся семья была в «полном восторге» от идеи со свадьбой.

— А не пошёл бы ты на хер, — громко потребовал я.

В тот же момент в гостиной наступила тишина и все взгляды устремились на меня. Удивлённые от членов семьи, настороженные от товарищей и полные злобы от телохранителей и самого графа. Хотя нет, граф смотрел на меня не со злобой, а с ненавистью, которая могла бы соревноваться с госпожой Мадлен. Но мне было всё равно. Этот человек, весь его внешний вид, манера поведения и та наглость, с которой он вёл себя словно он уже здесь хозяин вызывали у меня не просто отторжение. Меня буквально трясло от того, что мы с ним находились в одной комнате. Я хорошо помнил людей, похожих на него, которых встречал в моём родном мире. Самовлюблённые преподы, которые заваливали людей на экзаменах и требовали взятки, ведя себя при этом так, словно они настоящие светила науки. Охреневшие начальники, которые ничего не делали и выставляли чужие идеи и переработки за свои собственные достижения. Порой даже обнаглевшие родственники, собравшиеся все блага в семье и всё равно считающие себя самыми обиженными. Граф Морган Чарригтон собрал в себе все эти образы и мне остро захотелось сделать то, что не раз хотелось сделать в моём мире. Послать его на хер.

-А ну повтори что ты сказал, — не вставая с кресла потребовал граф.

— Тебе не послышалось. Пошёл ты на хер. Забирай своих тупых амбалов и выметайся из моего дома. Что? Опять не расслышал?

— Кажется, сосунок, ты чего-то не понял, — Чарригтон поднялся и подошёл ко мне. — Это не твой дом, а мой. Просто потому, что я могу взять его, а ты нет. Поэтому ты исчезнешь, а я устрою долгожданную свадьбу. И просто для справки, первая брачная ночь будет моей, ведь я уже давно мечтаю о прекрасной госпоже Патриции ну и об имуществе её семьи, конечно. Поэтому на хер здесь пойдёшь только ты. Как тебе такое предложение?

— Предложение твоё отправится вслед за тобой. Мне это не интересно. Поэтому пошёл вон.

— Нет. Но мне нравится твоя наглость, — граф неприятно улыбнулся. — Тебе нужно преподать урок. И я с радостью это сделаю.

Я был уверен в том, что сейчас он попробует напасть на меня или прикажет это сделать своим амбалам, но он вдруг развернулся и покинул гостиную. Остальные были удивлены не меньше моего и лишь смотрели с непониманием. Джошуа подошёл ко мне, чтобы что-то сказать, но его опередил Мэтью.

— Зря вы так! — студент не скрывал своего волнения. — Господин Чарригтон опасный человек с большими связами. Его совсем не стоит злить.

— Да правда, что ли? А по мне так он просто свинья!

— И это не отменяет того, что я вам сказал!

— А ты что думаешь? — спросил я Джошуа. — Мы можем как-то решить эту проблему?

— Я не уполномочен говорить о таких вещах, но Брайан прямо сейчас отправится к сэру Абрахаму, чтобы обо всём его предупредить. Признаюсь, Морган может спутать нам все планы. И лучше бы решить все вопросы с ним, не привлекая лишнего внимания.

В этот момент я услышал какой-то шум в коридоре, который мне не понравился. Мы все бросились туда, но Мэтью снова успел опередить всех.

— Господин граф? Вы с ума сошли! — он замер на месте и побледнел.

— Мистер Морган! Что вы делаете? — в панике закричала Патриция.

Видимо этот урок имел в виду Чарригтон, когда покинул гостиную вслед за Патрицей. Он прижал её к стене, схватив за руки и казался ещё более мерзким чем раньше. Его амбалы стояли рядом и злорадно ухмылялись.

— Дорогая моя, не стоит скрывать своих чувств! После свадьбы я подобного не потерплю!

Ну это уже было за гранью. Я многое был готов стерпеть и даже изображать из себя высокоморального дворянина, который во всём следует какому-то сраному этикету. Но на такое я закрывать глаза не буду! Поэтому я рванул прямо вперёд и, прежде чем амбалы-телохранители что-либо поняли, прежде чем сам Морган сообразил, что его ждёт ударил эту свинью прямо по роже. Он тут же отпустил Патрицию, бросившуюся к Камилле, и в шоке уставился на меня. От неожиданности он даже не стал защищаться, чем допустил ещё одну ошибку. Потому что тут же получил второй удар!

— Скотина! Сейчас я тебе урок преподам!

Телохранители наконец осознали, что пропускают рабочие часы и кинулись было на меня, однако наткнулись на рапиру Джошуа. Брайан с многозначительным видом достал револьвер.

— Ублюдки! — ревел граф, предусмотрительно спрятавшись за спинами абмалов. — Ничтожества! Я вас всех порву! Всех уничтожу!

— Мне кажется вам лучше покинуть этот дом, господин Чарригтон, — не опуская меча произнёс Джошуа. — А не то вы потеряете не только достоинство, но и своих подчинённых.

— Я этого так не оставлю! Я вас всех заставлю ответить! Каждого! А дом этот спалю после свадьбы! Слышите? Свадьба всё равно будет!

— Слышим, слышим, — мрачно протянул я. — Иди уже отсюда.

— А ты! — Морган ткнул в меня пальцем, прижимая платком разбитую в кровь губу. — Тебя я лично скормлю псам! Буду смотреть как они рвут тебя и запивать это зрелище лучшим вином!

— Может ещё раз хочешь получить?

Граф Чарригтон выругался так, как совсем не пристало высокоморальному дворянину с этикетом и наконец-то покинул особняк Блэков. Его телохранители поспешино последовали за ним. Я обернулся к своим «родственникам» и товарищам и увидел на их лицах смесь удивления, испуга и непонимания. И кажется нотку… одобрения? Брайан спрятал револьвер и с довольным видом кивнул мне. Джошуа медленно приблизился, угрожающе не торопясь убирать рапиру.

— Собственно, именно этого я хотел избежать, когда сказал, что вопросы с ним нужно решать так, чтобы не привлекать лишнего внимания, — сказал он, однако по его лицу я видел, что ему это тоже понравилось.

* * *

Загородный особняк графини Аделаиды Голдривер был впечатляющим воображение местом и по праву мог называться целым дворцом. Огромное здание с множеством помещений и залов, роскошный сад, украшенный мраморными статуями и собственное озеро, на котором можно было увидеть настоящий плавучий домик. Всё это великолепие дворянского сословия было окружено высокой кирпичной стеной и патрулировалось охраной семейства Голдривер, которая обычно не церемонилась с чужаками. Но сегодня их патрули были усилены, поскольку к хозяевам загородного особняка прибыл особый гость.

Вообще графиня Аделаида часто становилась объектом лондонских сплетен, в том числе и к собственному удовольствию. Её роскошный образ жизни, всяческие приёмы и регулярное участие в охоте. Отдельной графой всегда шли любовники, точное количество которых служило предметом особо ожесточённых споров. Но последнее время дворяне и богатые предприниматели активно шушукались на счёт особенного гостя, неприлично зачастившего к Аделаиде. И речь шла вовсе не о герцоге и не о французском после. Речь шла ни много, ни мало о младшем брате самого короля — лорде Эдгаре! Почти все сходились на том, что он оказывал семейству Голдривер знаки внимания, не оставлявшие возможности для их двусмысленного толкования. Спорили в основном об одном — с кем именно у молодого лорда был роман? С самой графиней или с её дочерью?

Однако Эдгар использовал эти поездки ещё по одной причине, о которой не многие догадывались. Роскошный особняк идеально подходил для тайных встреч, которые он часто проводил в интересах английской короны. В то время как большинство считали, что он просто прожигает королевское состояние.

— Благодарю вас за то, что смогли найти для меня время, — произнёс сэр Абрахам, когда они прогуливались по саду.

— Ну что вы, это я должен вас благодарить, — лорд Эдгар любезно улыбнулся. — Учитывая, как много делает ваша организация, то из нас двоих это я бездельник с кучей времени.

Молодой лорд был под стать легендам о благородных королях — сильный, красивый, изящно одетый. Украшений он почти не носил, ограничиваясь только королевским перстнем с гербом. Вместе с сэром Абрахамом они медленно шли вдоль живой изгороди и высоких деревьев, в то время как впереди и позади держались их телохранители. Здесь они могли говорить без свидетелей, а эту встречу планировали за месяц вперёд.

— Что ж, раньше ваша родня так не считала, — заметил сэр Абрахам. — Помню времена, когда Скотланд-Ярд с куда большой охотой ловил моих людей, чем наших настоящих врагов.

— Прошлый король наделал много ошибок, которые мой брат не одобряет. Но теперь наша семья изменила свои взгляды и выступает против союзов с нечистью.

— Приятно это слышать. Особенно приятно наблюдать.

— У вас повсюду свои люди, а потому вы знаете, что моя семья выгнала из Букингемского дворца всех вурдалаков и некромантов, дававших моему дяде бестолковые советы. Те самые советы, которые чуть не привели нас на порог новой гражданской войны.

— Которой, слава небесам, мы смогли избежать.

— Вот именно. И раз теперь время примирения я сразу скажу то, ради чего мы встретились, — лорд Эдгар взглянул на своего собеседника. — Мой брат желает договориться с вами. Он хочет не просто мира, а плодотворного сотрудничества. Меня отправили с предложением дружбы, которая в будущем, возможно, могла бы перерасти в союз.

Сэр Абрахам не торопился с ответом. Об этой встрече они договорились ещё месяц назад, но всё это время король тянул с решением, которое должен был передать его брат. Он всё никак не мог определиться с тем, какое место уготовано Ордену Артурианской Службы в его новой Англии. Проблема заключалась только в том, что Абрахам не был уверен, что его устроит решение короля.

— Приятно слышать, — задумчиво повторил он. — Но простит ли мне ваше высочество некоторое сомнение? Да, все виды нечисти покинули Букингемский дворец, но это не отменяет переговоров, которые как мне известно, ведутся прямо сейчас. В том числе, от имени самого короля.

— Кроммель, — с пониманием произнёс лорд Эдгар.

— Всё так. Фельдмаршал Джефри Кроммель, командующий английскими войсками в Ирландии и Северной Англии. До нас дошли слухи и не только, что он общается с посланниками вампиров из кланов Чёрного кальмара и Кровавой страсти. Он обещает им союз с короной. Как к этому относится?

— Ну вы же должны понимать ситуацию, в которой мы находимся…

— Простите, но я её решительно не понимаю. Так Кроммель действует с санкции короля?

— Нет. Эти переговоры его личная инициатива.

— Значит король в ближайшее время накажет его и лишит всех владений?

— Я бы на это не рассчитывал.

— Ах, как прекрасен и многогранен мир! — сэр Абрахам театрально улыбнулся, глядя на деревья. — Там, где один говорит «нет», другой всегда найдёт повод сказать «да».

Лорд Эдгар остановился и нахмурился. Большинство советников утверждали, что Абрахам будет буквально молить о королевской милости. Однако Руководитель Ордена явно намеревался доказать, что все эти советники зря занимали свои посты.

— Моему брату тоже не нравится то, что делает фельдмаршал, — Эдгар решил сказать прямо. — Но у моего брата есть политические обязательства. Ситуация требует от него осторожности.

— Которую он, прошу меня простить, проявляет не там, где нужно.

— Война с Шотландией это лишь вопрос времени. Им помогают французы, им помогают ирландцы, а мы просто обязаны вернуть эту страну английскому престолу. Это вызов! Но как королю справиться с ним? Вы прекрасно знаете, что дом Стюартов заключил союз с оборотнями Костяного договора. И что мы можем противопоставить им? Пушки, винтовки? Вампиры могут стать отличным дополнением!

— Поверьте моему опыту — это худший выбор из возможных.

— К сожалению у нас их не так много, поэтому его величество вынужден закрывать глаза на деятельность Кроммеля и того мерзкого графа, который у него выступает посредником. В конце концов мы все заинтересованы в завоевании Шотландии, — лорд Эдгар постарался придать своим словам побольше уверенности. — Поэтому сейчас у нас с вампирами есть общие враги.

— Общий враг у нас только один и это вовсе не шотландцы, ирландцы или даже французы, — многозначительно произнёс сэр Абрахам. — Хотя бывает, что ему служат и люди.

— Поэтому король и отправил меня к вам. Он ищет альтернативу. Я уже говорил о том, что у вас повсюду свои люди.

— А я не стал этого отрицать.

— Так дайте нам их, — лорд Эдгар выглядел предельно серьёзным. — У вас есть целая сеть агентов в Шотландии. Дайте нам эту сеть. Позвольте использовать ваших людей в качестве шпионов и диверсантов и тогда у короны отпадёт необходимость в союзе с вампирскими кланами. Зачем нам монстры, если мы можем вернуть Шотландию и без них?

— Ваше высочество в этом и кроется причина нашего недопонимания, — печально сообщил сэр Абрахам. — Орден Артурианской Службы — нейтральная организация и мы держимся вне всякой политики. Мы стремимся защитить всё человечество, не разделяя его на нации.

— Невозможно остаться вне политики, особенно если хочешь защищать человечество, — хмыкнул Эдгар и немного подумав добавил. — Взять хоть этого молодого бастарда, которого вы недавно пристроили. Чем не политическое решение? Не удивляйтесь, у нас тоже есть свои люди. Я понимаю, какую цель вы преследуете в особняке почтенного семейства Блэков.

— О, я не удивляюсь, — возразил Абрахам, который мог бы назвать всех упомянутых людей по именам. — Политическое решение? Нет, нечто большее. Нечто гораздо большое.

— Что же может быть важнее политики? Больше, чем игра сильнейших мира сего?

— Видите ли, иногда очень важно оказаться в нужное время в нужном месте, а иногда нам выпадает шанс самим взять в руки свою судьбу. Этот молодой человек может погибнуть смертью мучительной и бесславной, а может одолеть сильнейших игроков нашего мира.

Глава 7

Глава 7.

Порой бывает мы ждём какого-то момента, чтобы изменить свою жизнь. Выбираем его сами или его выбирают за нас, пытаемся его приблизить или наоборот отдалить. Порой этот момент всё-таки наступает, но не меняет решительно ничего. А бывает, что он до неузнаваемости изменяет всё и лишь после перемен ты понимаешь, сколь многое раньше не замечал или воспринимал как должное. И если я что-то и понял в своей жизни, так это то, что самые серьёзные перемены приходят самым неожиданным образом.

Именно так случилось и со мной, когда внезапные перемены поставили меня в новые условия и заставили на всё посмотреть под другим углом. Они открыли мне кем я могу стать, каких возможностей могу достигнуть, но что было особенно важно они заставили меня посмотреть внутрь самого себя. Увидеть себя тем, кем я на самом деле являлся. Копнуть так глубоко, как я никогда ещё не пытался. И речь шла вовсе не о путешествии между мерами, не о попадании в альтернативную реальность, хотя это и было нечто сногсшибательное. Нет, речь шла о том, что случилось со мной здесь, когда я, наконец, всё чётко увидел. В тот момент, когда я был на волосок от смерти. И это случилось сегодня ночью.

Пару дней после визита графа Чарригтона в особняке Блэков было спокойно. Меня больше не обдавали настолько мощным фонтаном презрения, а если и плевали, то в спину. Дворецкий Руперт стал более услужливым, а в глазах Камиллы читалась умеренная, но благодарность. Патриция же сразу после происшествия бросилась мне на шею и следующие два дня постоянно твердила «спасибо» будто я спас её от какого-нибудь чудовища. Хотя, возможно, такое сравнение было применимо к графу Моргану.

— Хорошо, что вы оказались здесь, господин Себастьян. Мне как студенту драться нельзя, иначе бы я, — вздохнув признался потом Мэтью. — И всё же вам стоит быть осторожнее. Семейство Чарригтон всегда было известно своей мстительностью. А их родня…

Должен сказать, у меня не было времени думать об их мстительности. Мы с Джошуа, Чарли и Брайаном продолжали тренироваться. Фехтование, силовые упражнения и стрельба по мишеням отнимали у меня почти всё время и силы, не оставляя место для размышлений о вещах, на которые я пока не могу повлиять. Пару раз в особняк приезжала Белинда с какими-то новостями. Я быстро понял, что она работала с командой, ответственной за поиски Потрошителя и держала своих товарищей в курсе новостей.

— Слухов много, но нужно отличать правду от вымысла, — объясняла Белинда, когда я уговорил её немного передохнуть и выпить чаю. — На консервном заводе толпа заявила, что схватила самого Потрошителя и уже собиралась устроить над ним самосуд. Оказалось это был всего лишь пьяный рабочий, только очень высокого роста.

— Это, кстати, уже не первый случай, — поддакнул Брайан, усилиями которого Белинда в основном и осталась. — Полиция не хочет ловить серийного маньяка, народ жаждет его изловить, но больше мешает, чем помогает. А ты ещё спрашиваешь, зачем нам разыскивать этого монстра?

Да уж, так себе получалась картина. Вообще я был рад временному перемирию с Блэками, если это можно так назвать. По крайней мере, госпожа Мадлен не извергала в мой адрес проклятия при каждой встрече, хотя и не выпускала из рук свой огромный зонтик. Зачем ходить внутри дома с зонтом?

— Ещё посмотрим, чем всё это кончится, — мрачно заметила она, когда Патриция снова набросилась на меня с благодарностью. — Я видела многих мальчишек, что сначала лезли в драку, а потом стремительно разворачивались, когда их ставили на место.

Однако было очевидно, что вид побитого графа ей понравился.

Тем временем я всё больше узнавал о Потрошителе и его нападениях, которые в основном происходили ночью. Этому убийце приписывали самые разные качества и черты, но в одном сходились почти все рассказы — он был огромен и вооружён здоровенным топором. Мне же были интересны его мотивы. Почему этот человек фактически объявил чудовищам войну в одиночку? Почему не пытался связаться с Орденом Артурианской Службы или, напротив, пытался? Что же так не нравилось в нём Джошуа и остальным? Пытаясь хоть в чём-то разобраться, я заваливал своих товарищей и вообще всех, кого мог вопросами, но каково же было удивление, когда мне предложили воочию на него посмотреть. Ну или не совсем предложили.

— Операция назначена на предстоящую ночь, — заявил Джошуа собрав нас всех в особняке Блэков. — Есть точная информация и приказ сэра Абрахама. Поэтому вооружайтесь и готовьтесь к делу.

Мы слушали его в той же самой столовой, которую Джошуа превратил в тренировочный зал. Он лично встречался с Руководителем Ордена, получив от него все детали и указания. Белинда, Чарли и Брайан слушали внимательно и спокойно. В отличие от них Олаф Тревуссон, тот самый «викинг» с топором, выглядел довольным и даже счастливым, будто выиграл в лотерею.

— Господа, необходимо поставить точку в этой истории. Сэр Абрахам хочет, чтобы мы схватили Потрошителя, но, если сделать это не удастся, он сказал, что будет рад и его голове. Действуем слажено и прикрываем друг друга. Пустой риск мне не нужен. Мне нужен труп этой твари, и вы все живые рядом с ним.

— Надеюсь хотя бы теперь мы отметим победу хорошей попойкой! — Олаф стукнул кулаком по столу. — Нельзя же всё время пить один чай!

— Если так хочешь можешь взять и напиться, — буркнула Белинда. — А мы потом снова будем вытаскивать тебя из какой-нибудь дыры.

— Дорогая моя, к чему столько недовольства? Тебе давно пора открыть своё сердце хотя бы кому-то из нас и мир станет гораздо ярче!

Куда более молодые чем Олаф Брайан и Чарли смутились, а Белинда тут же покраснела. Джошуа вздохнул, а затем кинул в Тревуссона яблоком.

— Сосредоточься! Прошлые две попытки задержать Потрошителя не увенчались успехом и третьего провала я не потерплю.

— Первые два провала были не по нашей вине, — «викинг» на лету поймал яблоко. — Когда мы пришли его брать, то данные оказались ложные.

— На этот раз информация точная и сомнению не подлежит, — сказала всё также красная Белинда.

— Вот именно, поэтому не отвлекайтесь, — подтвердил Джошуа. — Сегодня ночью Потрошитель отправится в доки. Мы знаем, что он собирается напасть на один из схронов, устроенных там кланом Чёрного кальмара. Есть слух, что его хозяева планируют провести проверку своих владений и видимо Потрошитель хочет вырезать всех, кого там встретит.

— А он уделяет много внимания этому клану, — заметил Брайан.

— Да это так. Даже его атаки на мелкие группировки в конечном итоге направлены против крупнейших игроков. Иногда меня поражает как много он знает о внутренней организации монстров.

— Точно! Помните тот труп у ткацкой фабрики? Торгаша из шайки Горячей крови? А ведь их банда уже давно работает на Чёрного кальмара.

— А можно мне вопрос? — всё-таки я не мог удержаться.

— Слушаю.

— Я всё же не понимаю. Зачем нам так нужно ловить этого Потрошителя?

— Ты что хочешь отступить? — грозно взглянул на меня Олаф. — А ну не расстраивай меня, парень!

Остальные тоже посмотрели с удивлением. Однако у меня решительно не складывался пазл. И лучше было бы собрать его до того, как придётся лицом к лицу столкнуться с маньяком.

— Если этот ваш Потрошитель убивает чудовищ то, в чём собственно проблема? Ведь вы делаете то же самое!

— Во-первых, мы не убиваем чудовищ, а боремся с ними.

— Хотя в процессе рубим без жалости, — хохотнул Олаф.

— Мы стремимся подорвать их влияние в обществе, а не истребить всех до единого, — пояснил Джошуа. — А, во-вторых, Потрошитель убивает не только монстров, от его рук страдают и люди. И эта тварь не делает различий между теми, кто помогает чудовищам, а кто нет. Рубит всех без разбора.

— Поэтому нужно с ним покончить, — добавил Брайан.

— Пойми нельзя сказать, что кто-то прав или не прав только потому, что он убивает чудовищ. Некоторые охотятся на них ради адреналина, ради крепкой драки, ради возможности убивать. Жажда крови она знаешь ли не только монстрам известна.

С этим было уже не поспорить. Достаточно вспомнить мой родной мир и всех тех убийц, совершавших в нём самые разные преступления. И ведь не всеми двигали корыстные мотивы. Сколько человек убивали и убивают только ради мерзкого и отвратительного удовольствия? Катя часто рассказывала мне истории про всяких маньяков и ненормальных, которые она читала пачками. Мне это никогда не нравилось и если я вдруг смогу остановить хоть одно такое чудовище, то может жизнь прожита не зря?

— Вопросы есть? — Джошуа обвёл нас всех взглядом и не дожидаясь ответа сказал. — Вопросов нет, готовьтесь господа.

* * *

Я никогда не был в Лондоне, вернее в том, который был в моём мире. Этот город я видел только в сериалах и на фотках, ну ещё в паре игр его наблюдал. Хотя даже если бы я ездил туда каждый год этот город, в котором я оказался, всё равно был бы для меня чужим. Это был другой город, другой Лондон. Альтернативный. Хотя если подумать, то вряд ли этот город был более опасен, чем Лондон из моего мира. Особенно если заглянуть в самые неблагополучные из его кварталов.

Местные доки были большими, грязными и исключительно вонючими. Десятки складов, ремонтных мастерских и барраков для рабочих и матросов образовывали собой целый лабиринт, который я предпочёл бы никогда не видеть. А лучше ещё и не нюхать! Здесь разгружали корабли, проворачивали сделки и разные тёмные дела. Подпольные бои, контрабанда, бордели. И ещё хранение крови. Как я вскоре узнал, твари активно запасали и кровь, и плоть.

— Ну зачем это в-всё надо? У нас ведь в-всё под контролем. В-всё схвачено, — доносился голос из переулка.

— Вот видно с-слишком с-схвачено. Так с-схвачено, что мясо пропадает.

— Это не мы! Мы мясо не трогали! В-все пропажи мяса не мы.

— А кто тогда? — раздражённо спросил второй голос. — А откуда тогда с-столько пропаж? С-столько что мне руководство все клыки вырвать хочет?

— Мясо не мы! Мы не трогали! Мы только кровь сливали!

Чарли, Олаф, а вместе с ними и я притаились рядом и хорошо слышали весь разговор. Я знал о том, что это говорили чудовища, но меня поражала суть их беседы.

— Что люди, что монстры все одинаковы, — проворчал Чарли, проверяя барабан револьвера. — Прямо детство вспоминается.

— Ты слишком мрачно на всё смотришь, — усмехнулся Олаф, сжимая в руках топор.

— Это ты Брайану скажи. Вот он действительно мрачно на всё смотрит.

— Это почему ещё? — удивился я.

— Ну как тебе сказать, — Чарли пожал плечами. — Моё-то детство в работном доме прошло. А Брайан… Да после его истории работный дом особняком покажется.

Моя теория о том, что в Ордене Артурианской Службы служат одни только дворяне и отпрыски богачей рассыпалась точно также, как и предположение, что семейство Блэков будет состоять из подставных родственников. Как оказалось, подставным там был только я, а рыцарей и агентов набирали самого разного происхождения.

— Вы с-совсем оборзели? — возмущался второй голос, когда мы осторожно направились к ним. — Эта кровь входит в общак! С-сам консильери каждое утро докладывает о её запасах мастеру клана!

— Да мы же в-всё по договорённости! Ты же сам в доле!

Олаф кивнул и первым ринулся вперёд. Монстры даже среагировать не успели, когда Тревуссон словно настоящий викинг с первого удара отсёк одному из них голову. Второе чудовище хотело было закричать, но Чарли сбил его с ног и приставил к горлу длинный нож. Я же встал рядом с револьвером в руках, готовый ко всему. Ну или я надеялся, что готов ко всему.

— Уверен ты понимаешь кто мы и что нас не интересует что вы там воруете у своих хозяев, — Чарли дождался пока монстр судорожно кивнул и продолжил. — А теперь ты чётко и в подробностях расскажешь сколько там твоих дружков, чем вы вооружены, и кто именно припёрся к вам с проверкой?

— И быстро, а не то отправишься к своему подельнику, — с кровожадной улыбкой заявил Олаф.

Уговаривать монстра долго не пришлось вскоре мы уже знали всё, что было необходимо Джошуа. Количество входов и выходов с частного склада, использовавшегося под схрон, тот факт, что охраны там было с десяток бойцов со всякими железками. И что проверять их прибыл какой-то важный хмырь с целой кучей отморозков, у которых уже были огнестрелы. Точное число отморозков наш пленник сказать уже не мог. Сам монстр, как и его покойный товарищ, выглядел каким-то синюшным, мерзким, с клыками и когтями, но что особенно меня удивило, так это перепонки между пальцами рук.

— Вампиры, — прокомментировал Брайан, когда мы обо всём доложили Джошуа. — Вечно им всего мало вот и воруют друг у друга.

— Это вампиры? — удивился я. — Да он больше на какую-то сраную рыбу был похож, чем на кровопийцу!

— Это младший вампир. По сравнению со старшими товарищами минимум мутаций. Такие нужны, чтобы вести дела с людьми.

— Их вид меньше отталкивает, — пояснил Джошуа, видя моё выражение лица. — Я надеюсь языка вы добили?

— Разумеется! Голову надвое и сбросили в воду! — доложил Олаф.

Мы выдвинулись к покосившемуся и откровенно мрачному зданию, на котором красовалась таблица «Краннуберг и племянники». Фонари вокруг почти не работали, а темнота играла нам на руку. Почти добравшись до цели, мы столкнулись с парой дозорных, но Чарли и Брайан быстро с ними расправились. Куча ящиков и бочек возле стены послужили приемлемой лестницей и вот через окно второго этажа мы уже оказались внутри. В большом, но тесно заставленном ящиками и бочками помещении, где сквозь щели в полу пробивался свет с первого этажа. Олаф с Белиндой остались снаружи, для наблюдения и подстраховки.

Мы же медленно пробирались сквозь завалы, верёвки, крюки и всякий хлам пока не услышали голоса, доносившиеся снизу. Это были вампиры. И они явно спорили.

— Клан Чёрного кальмара один из сильнейших вампирских кланов в Англии, — тихо пояснил мне Джошуа. — У них есть базы, схроны, даже собственные замки. Орден приложил не мало усилий, чтобы как следует сократить всё это. И потерял многих достойных людей на пути к этой цели.

— А ещё у них там постоянные тёрки за власть и вечные разборки, — добавил Чарли. — Что для нас очень выгодно.

— Сучье племя, — прокомментировал Брайан.

Я же пытался сквозь щели в полу рассмотреть вампиров. Интерес превысил страх, который я испытывал перед возможной встречей с Потрошителем. Всё-таки самые настоящие вампиры! Когда ещё будет возможность на такое посмотреть?

Мы засели возле широкого отверстия в полу, через которое было видно первый этаж. Вампиров внизу была целая толпа, которую можно было условно поделить на две части. Первые одеты удивительно хорошо — костюмы, галстуки, разные шляпы и даже цилиндры. Вторые же носили грязные рабочие одежды и явно пытались за что-то оправдаться.

— А мы сразу вмешаемся или ждать будем? — тихо спросил я.

— Ты что план забыл? — сверкнул глазами Джошуа. — Сидим в засаде, ждём появления Потрошителя. Потом выбираем момент и берём его.

— Нет, я помню, но как мы момент выберем? Будем ждать пока он всех вампиров перебьёт?

— Выберем по ситуации, а вообще это мысль. Не забывай, что даже если мы схватим Потрошителя, уцелевшие вампиры нас живыми не отпустят.

— А мы не можем с ними как-то договориться? Ну типо временно объединиться? У нас же пока общий враг.

— Ты головой ударился? Или кровью лишней обзавёлся? Это вампиры!

— Сэр Джошуа, — Брайан указал револьвером. — Кажется началось.

Монстры внизу действительно засуетились и начали хвататься за оружие. Совсем скоро послышался грохот, а затем раздались крики. И эти крики приближались.

— Что происходит? — завопил внизу одетый в красное вампир.

Ответ ему прозвучал не слишком внятно, и монстр ударил подручного плёткой. Завопил что есть силы матеря всех и вся, пока к ним в зал не ворвался ещё один вампир. Только этот был в окровавленной одежде.

— Он здесь! Потрошняк! Он реально здесь! Там!

— Что?! Ты что такое несёшь? Что у вас за бардак?

— Мастером клана клянусь! Это Потрошняк! Он там Косуху зарубил!

Вампир, который явно был здесь главным, нечеловечески завыл и принялся бить плёткой всех, кто попадал в его зону досягаемости. Наверное, именно по этой причине окружающие тут же попытались эту зону покинуть.

— Это вы его привели! Сначала проворовались и меня сюда заманили! А теперь его притащили! Сволочи!

Его вопли прервал только грохот сорванной с петель двери, которая придавила одного из вампиров. Трескаясь и ломаясь, посыпались ящики с бочками, воняя рассыпалась рыба. А затем пригнувшись через дверной проём зашло нечто. Я затаил дыхание и весь сжался внутри, хотя здесь наверху мы были в относительной безопасности. Это был самый высокий и определённо самый сильный человек, которого мне когда-либо доводилось видеть. Огромный словно скала, в чёрном пальто и с растрёпанными волосами он казался чем-то несокрушимым и внушающим ужас. Даже отсюда было видно, что он весь был в крови.

— Что застыли словно рыбы на берегу?! — зарычал на подчинённых вампир в красном. — Порвать его! Сейчас!

Несколько тварей кинулись наутёк, но большинство завыли и ринулись на чужака с оружием в руках. Мужчина поднял огромный топор и медленно двинулся им навстречу. А затем я увидел то, отчего познал настоящий страх. Подлинный ужас, парализовавший тело, выбивший из меня все шутки и заставивший мысленно искать пути к отступлению. Этот человек рубил монстров, словно лесник дрова. В его ударах было столько силы, что их тела отлетали в стороны словно листья. И брызги крови во все стороны.

Вампиры бросились толпой с мечами, тесаками и дубинками, явно рассчитывая взять числом. Но устрашающий чужак могучими ударами отрубал им руки, головы, рассекал надвое и вообще вошёл в их свору словно нож в масло. Когда врагов осталось всего двое они попытались убежать. Одному повезло, а второго противник схватил за шиворот и швырнул на пол. А затем опустил на него топор. Увидев, как стремительно изменилась численность подчинённых вампир в красном попытался сбежать, как вдруг Потрошитель метнул в него топор. Лезвие глубоко вошло в спину и тот рухнул на пол. Какое-то время в помещении раздавались только стоны раненных, окружавших мужчину, глядя на которого я буквально дрожал.

— Итак, вот и момент которого мы ждали, — заявил Джошуа.

К моему шоку рыцарь прыгнул прямо в отверстие в полу, возле которого мы сидели. Чарли и Брайан тут же последовали за ним. Вспотевшей ладонью я сжал рукоять револьвера, но не смог сдвинуться с места.

— Твою мать… В конце концов, у тебя же есть эта Петля, — сказал я сам себе и заставил себя спрыгнуть вниз.

Мои товарищи уже направили оружие на Потрошителя, который развернулся к ним лицом. Возможно, когда-то это было красивое и благородное лицо, но теперь его покрывали шрамы, которых было даже больше, чем у бойцов Ордена. Тяжёлый, мрачный взгляд, не выражавший никаких эмоций. Он нисколько не удивился нашему появлению. Даже как будто ожидал, что мы явимся или ему просто было всё равно.

— Представляться не будем поскольку на это нет времени, — заявил Джошуа. — Ты идёшь с нами и лучше бы тебе согласиться по-хорошему.

Потрошитель тяжело дышал и явно не торопился с ответом.

— Ты слышишь меня? Подними руки и медленно уходим отсюда.

В одной руке Джошуа держал меч, а в другой револьвер, который он направил прямо на голову Потрошителя. Но серийного убийцу это похоже нисколько не волновало.

— Он что больной что ли? — спросил Брайан.

— Да кто его знает. Эй, Всеволод, может тоже ствол поднимешь?

— Парни, не хочу мешать, но здесь не все твари. И те, что остались в соседних помещениях могут скоро нам помешать.

— Это хорошее напоминание, — Джошуа направил револьвер на ногу Потрошителя. — Подними руки и иди к выходу. Или я прострелю тебе ногу.

Я тоже прицелился в грудь серийного убийцы, убеждая себя в том, что смогу выстрелить если потребуется. Страх сжимал всё моё нутро, в голове была мешанина из воспоминаний о жертвах Потрошителя, хотя в них не было необходимости. Поскольку кругом этих жертв было ещё больше. Я постарался успокоиться. Что ж, если я хотел остановить хотя бы одного маньяка, то прямо сейчас у меня был шанс.

— Эй, кретин? Говорить будешь? Или мне стрелять?

— А ты сможешь? — неожиданно спросил Потрошитель.

Джошуа тут же выстрелил, попав в колено. Однако это не произвело никакого эффекта! Потрошитель даже не дёрнулся. Вместе с Чарли и Брайаном я смотрел, не веря своим глазам. Однако Джошуа нисколько не изменился в лице.

— Наслышан о твоей выносливости, — произнёс он. — Но может вопрос только в количестве ран?

— Вопрос в том, что вы припёрлись туда куда не следовало. Думаешь вас хорошо проинформировали? — Потрошитель указал на Чарли. — Он ошибся. Нужно бояться не тех тварей, что в соседних помещениях. А тех, кто внизу.

Сначала мы не поняли о чём он. А затем до нас дошёл странный шум, приближавшийся откуда-то из-под пола. Какой-то скрежет и… Топот?

— Мочите их! — завыл вампир в красном, с трудом поднявшись на ноги. — Мочите их всех!

В этот момент пол треснул и из дыры, словно вынырнув из воды, выпрыгнул вампир с кривым мечом в руке. Джошуа среагировал быстрее всех и тут же выстрелил в него. После третьего выстрела монстр упал, но следом за ним полезли другие, проламывая дыры в полу то здесь, то там. Ещё несколько забежали через дверь, которую выломал Потрошитель. И все были вооружены.

— Орден к бою! — закричал Джошуа, выпуская последние пули.

Твари бросились как на нас, так и на Потрошителя. Чарли и Брайан принялись стрелять, не допуская ни одного промаха. Джошуа рубил и колол рапирой, одновременно доставая второй револьвер. Потрошитель схватил с пола клинок с силой вонзил его ближайшему вампиру в голову. Остальных он принялся бить голыми руками, проталкиваясь к вампиру в красном. Возможно, потому что в его спине по-прежнему торчал топор.

Я же ошарашено смотрел по сторонам, не зная, что мне делать. Да мы проходили тренировки, да я уже не плохо дрался и давно умел стрелять. И на меня уже дважды нападали монстры, но здесь… Здесь всё было по-другому. Здесь тварей было много и все они пытались нас убить.

— Всеволод не стой столбом! — кричал мне Джошуа. — Бейся!

Меня поражал вид этих тварей. Я всегда представлял себе вампиров как нетопырей, этакие летучие мыши. Но даже эти синюшные, которых допрашивали Олаф с Чарли, и рядом не стояли. К моему удивлению эти вампиры были похожи на осьминогов. Такие же синеватые, с круглыми лысыми головами они выделялись щупальцами вокруг ртов, а также вместо некоторых пальцев. Когда мы наблюдали со второго этажа я этого не заметил. Теперь же они тянулись этими мерзкими щупальцами к нам, будто жаждали нашей крови.

— Всеволод! Сражайся!

Прямо передо мной появился монстр и вонзил в меня нож. На мгновение мир погас, а в носу возник запах пепла. Я почувствовал боль — нож вошёл глубоко. Но эта же боль отрезвила меня, привела в чувство. Когда я оказался рядом с ничего не понимающей тварью я направил на неё револьвер и разрядил весь барабан.

— Стой, мразь! — кричал Чарли, пытаясь пробиться к Потрошителю.

Вампиры наседали со всех сторон. Они были вооружены не только дубинками и клинками, но ещё пистолетами и ружьями. Зазвучали ответные выстрелы, и я ужаснулся от мысли что любое попадание в голову может стать последним для моих товарищей. Но ведь им ничего не угрожает? Они все профессионалы и к тому же обладатели Петли. У них масса опыта, разве они могут не справиться с чем-либо? Ведь так?

Брайана прижали к стене, и он отбивался широкой абордажной саблей. Каким-то образом Джошуа успел перезарядиться и теперь палил во все стороны, расчищая вокруг себя пространство. Я выхватил второй револьвер, выстрелил в ближайшую тварь, которая тут же скрылась в полутьме. Сбоку на меня набросилось другое чудовище, щупальца которого быстро обвились вокруг моей шеи, а в живот вошёл длинный кинжал. В глазах твари была только злоба, которая сменилась непониманием, когда я возник прямо перед ней без раны и со свободным горлом. Выхватив полученный перед делом кортик, я отсёк вампиру несколько щупалец, а затем выпустил в него все пули.

— Это засада! — донёсся до нас крик появившегося в дверях Олафа. — Парни, это засада!

Тревуссон был весь в крови и орудовал своим топором не хуже Потрошителя. За ним неотступно следовала Белинда с холодным спокойствием рубя и стреляя. Вдвоём они быстро пробились к Брайану.

— Сэр Джошуа! — закричала Белинда. — Они нас ждали!

— Сам вижу! — взревел рыцарь, снова успевший перезарядиться. — Держите оборону! Я сам справлюсь с подонком!

В этот момент шум боя перекрыл вой вампира в красном. Потрошитель поднял свой топор прямо с ним, потом стряхнул его словно букашку и добил тремя могучими ударами. Это зрелище заставило меня задрожать.

— Чарли, назад! Я сам! Назад!

Чарли двигался быстро. С двумя клинками он рассекал вампиров, которые одинаково бросались и на него, и на маньяка. Джошуа пробивался к нему, Белинда не отставала. Брайан вдруг подхватил с пола пару обрезов. Из одного выстрелил в упор, разнеся голову ближайшему вампиру. Второй кинул мне, а я неловко поймал. Однако стрелять не спешил. Всё моё внимание было приковано к Потрошителю. Дурное предчувствие уже захватило меня.

— Чарли, я сказал назад! — кричал Джошуа, которого задержали сразу три вампира. — Это приказ, твою мать!

Потрошитель был занят наседавшими на него монстрами, а потому это был идеальный момент. Ему наносили одну рану за другой, кололи клинками и стреляли в упор. Чарли ловко отсёк руку вставшему у него на пути монстру, отрубил половину щупалец второму и кинулся прямо на Потрошителя. Всего мгновение было нужно ему чтобы вонзить клинки в маньяка. И именно в это мгновение Потрошитель вдруг развернулся и одним ударом рассёк Чарли надвое. Раздался крик, и я не сразу понял, что он был мой.

— Нет! — закричала рядом Белинда и ринулась вперёд.

— Стой! — взвыл Олаф, руку которого обвивали щупальца. — Белинда!

Всё это было неправильно. Всё это было неправильно. Я стоял и смотрел на то, что осталось от Чарли. От того Чарли, который вырос в работном доме, посвятил жизнь борьбе с чудовищами и спас меня от упырей. Две залитые кровью части когда-то одного тела. Он не двигался. Ничего не происходило. Петля не справилась!

— Белинда, я сам! Не смей! Всеволод, не стой столбом, мать твою!

Белинда прорвалась вперёд раньше Джошуа. Несколько раз она увернулась от ударов Потрошителя, несколько раз задела его своим мечом. В ярости рассекла ему щёку. Она была быстрее, она была ловчее и казалось, что она вот-вот справится. Пока топор Потрошителя не разрубил её голову.

— Нет! Нет! — взвыл Олаф, пытаясь отбиваться от множества тварей.

Тело Белинды рухнуло. Что-то кричал Брайан. Она тоже не двигалась. В неистовстве рубил топором Олаф. Ничего не происходило. В бешенстве ревел Джошуа. Петля снова не справилась.

А что, если не справится и моя?

Потрошитель смотрел прямо на меня и с его топора стекала кровь. На дощатом полу лежали тела двоих моих товарищей, которых я считал неуязвимыми. Я слышал, как другие кричали моё имя, но я больше не мог соображать. Самообладание оставило меня и к глубочайшему своему стыду я бросил оружие и побежал. Я просто сбежал.

— Будь ты проклят! — кричал Джошуа мне вслед. — Будь ты проклят!

Глава 8

Глава 8.

Ещё никогда этот город не казался мне настолько мрачным и неприятным. Даже в ту ночь, когда я переместился сюда через тот старый особняк, когда за мной гнались упыри… Даже тогда этот город не выглядел таким жестоким. В одно мгновение всё чего я здесь добился перестало иметь значение, все цели потеряли смысл и теперь я просто бежал по одной улице за другой. Даже не задумываясь о том, куда именно бегу.

Такого страха я ещё не испытывал никогда в жизни. Ничто ни в этом мире, ни в моём родном не могло сравниться с той бойней, свидетелем которой я стал на том складе. И дело было даже не в отвратительных вампирах, их неисчислимой толпе и том факте, что они хотели выпить всю нашу кровь, а затем, наверняка, ещё и сожрать то, что останется. Всё дело было в Потрошителе и в том, что он убил Чарли и Белинду. Убил их обоих, несмотря на весь их опыт, уровень подготовки и наличие Петли. Я просто не мог в это поверить, несмотря на то что сам всё видел своими глазами. Я отказывался в это верить, хотя от этого и не было никакого толка. Реальность снова схватила зеркало, в которое я любовался и разбила его об моё лицо. Всё это время я был полностью уверен, что рыцарям и агентам Ордена Артурианской Службы ничего не угрожает. Любое их ранение отменится, а потому с любой задачей они справятся без затруднений. И тут сразу две смерти! Двух опытных агентов, не первый год использующих Петлю. Я помнил объяснения Джошуа о том, что Петля не всесильна, но одно дело слышать объяснения, а другое дело увидеть всё воочию!

Я был напуган настолько, что даже чувство стыда не могло меня остановить. Одна только мысль о том, что Потрошителя не брали ни свинец, ни сталь придавала мне сил бежать дальше. Но в конце концов я устал и был вынужден остановиться. Оглядевшись, я обнаружил себя на достаточно оживлённой улице, где разъезжали извозчики и ещё работали магазины. Какое-то время я шёл куда глаза глядят, не обращая внимания на удивлённые взгляды редких прохожих. Несмотря на глубокую ночь вскоре я очутился на каком-то проспекте, где работало множество фонарей и была нарядно одетая толпа. А ещё здесь были полицейские. Когда я заметил их внимательные лица до меня наконец дошло почему на меня все смотрят — моя одежда была в крови. Встреча с силами правопорядка мне сейчас точно была не нужна!

Я поспешил свернуть в ближайший переулок, оттуда в ещё один и так снова очутился на полутёмных и не слишком благополучных улицах. Здесь не было риска столкнуться с полицейскими, зато легко можно было найти других неприятностей. За углом был слышен чей-то кашель, из ближайшего окна доносилась ругань, а буквально под ноги мне бросились несколько крыс. Где-то вдали послышался колокольный звон и вороны вспорхнули с неработающего фонаря, когда я приблизился к ним. Поёжившись от холода, я поспешил дальше, на самом деле не зная куда мне идти. Где теперь искать помощь? И как мне вернуться обратно?

В итоге я нашёл какой-то трактир, работавший даже в столь поздний час, и решил остановиться в нём. Название было самое подходящее для моей ситуации — «В жопе у кита».

— Либо пьёшь, либо проваливаешь. Такие у нас порядки, — быстро разложил мне всё грузный трактирщик.

С тех пор как я стал Себастьяном Блэком деньги у меня появились, и я заказал себе пинту пива, разместившись в дальнем углу. Помещение было грязным, пиво отвратительным, а большинство посетителей спали прямо за столами. Это место вполне подходило для того, чтобы перевести дух. Думать о том, что случилось мне решительно не хотелось, поэтому я сосредоточился на том, что делать дальше. Мне нужен был новый план. И все его версии сходились на самом главном — пора возвращаться домой.

Когда всё только началось мне казалось, что это будет настоящее приключение! Не сразу, но я поверил в реальность происходящего и чувствовал себя словно герой какого-то боевика. Дворянский титул, битвы с чудовищами и подстраховывающая твою шкуру магия. Мало кто скажет, что мечтает об этом, но зато ещё меньше откажутся, когда им всё это предложат. Вот и я не видел смысла отказываться, не говоря уже о том, что мне прельщал тот явный интерес, который ко мне испытывался Орден. В моём мире я особо не выделялся и никогда не был на первых ролях. Не думал, что буду всерьёз скучать по этому времени!

— И как меня только во всё это занесло, — пробормотал я сам себе.

Как ни крути, а вариант у меня оставался только один. Нужно было возвращаться домой. Обратно к друзьям, к Лёхе и Катьке, забыв всё, что здесь произошло как страшный сон. Интересно, а там дома время остановилось, как только я провалился под пол? Или всё это время мои друзья ищут меня строя самые разные догадки о моей судьбе? Я представил себе их лица, когда расскажу им обо всём и эта мысль вызвала у меня улыбку. Наверное, я действительно здесь задержался, а этот Потрошитель… Мог ли я сказать, что он больше не моя проблема? Или что он никогда не был лично моей проблемой? В конце концов, каждый должен быть на своём месте.

Вот только как мне вернуться домой? Этого я решительно не знал. Я и как сюда попал понятия не имел, хотя и связывал путешествие с тем старым особняком, с которого всё началось. Конечно, я уже не раз думал отправиться туда, как следует осмотреться и может тогда мне удастся найти путь домой?

— Похоже других вариантов у меня не осталось, — произнёс я, глядя на дно уже пустой пинты. — Осталось лишь найти дорогу обратно…

Вот только где искать этот особняк я не знал. На какой улице он находился, какой имел номер? Откровенно говоря, я и внешний вид его помнил плохо. Всё-таки тогда была ночь, да и времени рассматривать что-либо у меня не было по понятным причинам. Оттого тоска и чувство обречённости нахлынули на меня с новой силой, а пиво лишило желания сопротивляться. Возможно, стоило взять ещё одну пинту?

— Скучаешь? — неожиданно раздался рядом голос.

Сначала я даже не понял, что обращались ко мне, а когда поднял голову, то увидел перед собой красивую женщину с растрёпанными чёрными волосами в длиннополом платье. Она смотрела на меня тем самым взглядом, который обещает любой вечер сделать интересным.

— Присяду? — снова спросила она, и не дожидаясь ответа на какой-либо из вопросов села рядом со мной.

Я же продолжал молчать как последний дурак, заворожённый её внезапным появлением. Женщина была явно не из простых — хорошая осанка, широкие плечи, немного бледноватый вид. Одета она была словно дворянка отчего острее становился вопрос, что она могла здесь забыть? Однако я думал не об этом. Должен признаться, что я терялся между её глазами и бюстом.

— Неужели ты всегда такой молчун? Тебя как звать-то, красавчик?

— Все… Себастьян. Да, я Себастьян.

— Красивое имя и совсем не подходящее для такого места. Я Ирма.

— Рад познакомиться, — ко мне наконец вернулась способность говорить.

— Что ты забыл здесь, Себастьян? — Ирма подсела ближе, и я ощутил приятный запах её волос. — Такой красавчик и в таком месте?

— Да я считай просто мимо проходил. Тяжёлая ночь…

— Тогда просто забудь её. Знаешь, одна моя подруга говорит, если что-то пошло не так, просто выпей вина и найди себе хорошую компанию.

— Так ты здесь за этим, — сообразил я. — В поисках хорошей компании?

— Была в поисках, пока не встретила тебя. Ну так что? Предложишь мне выпить?

— Почему нет? Чем тебя угостить? — спросил я, мысленно пересчитав имеющиеся у меня деньги.

— Вино, глупый, — Ирма рассмеялась тем самым обезоруживающим смехом, после которого я уже был готов угощать её чем угодно. — Но только не здесь. Тут вина не подают. Может пойдём со мной? Я знаю место, где мы с тобой сможем хорошо отдохнуть. Там есть вино. И мы могли с пользой провести время…

С этими словами она взяла меня за руку, и я заранее со всем согласился. В иной ситуации у меня возникли бы подозрения от такого откровенного напора, но сейчас я настолько устал и хотел забыться, что подумал почему нет? Может время, проведённое с Ирмой, поможет мне как-то справиться с пережитым кошмаром?

Совсем скоро я осознал какой это было ошибкой. Даже в моём мире, когда женщина проявляет настолько сильный и безосновательный интерес жди беды, а здесь беда ждала меня с распростёртыми объятиями. Стоило нам пройти по мрачному переулку и зайти в старый, но приличного вида дом как что-то тяжёлое ударило меня по затылку, и я потерял сознание. Да, совсем скоро я понял какой ошибкой было довериться этой женщине. Но всё равно было уже слишком поздно.

* * *

— Эй, отморозок! Просыпайся давай! Сказки кончились!

С трудом я открыл глаза, щурясь от слепящего света. Голова болела и я не понимал, что произошло. Только что передо мной была перспектива интересного вечера с красивой женщиной и вот уже гарантированная шишка на затылке, а я почему-то сижу привязанный к стулу. Зачем? Понятно, что у каждого свои предпочтения, но я такое решительно отрицал!

— Сюда смотри! Хватит башкой крутить! — с этими словами меня сильно ударили в скулу.

Говорившего не позволяла рассмотреть лампа, светившая мне прямо в лицо, но сейчас меня волновала даже не она. И даже не то, что вместе с говорившим было кто-то ещё. Почему не работала Петля? Меня ударили уже дважды, дважды причинили боль. Но Петля не спешила ничего отменять и как-то меня выручать. Я был связан, я был в плену и со мной явно не планировали делать ничего хорошего. И эта перспектива нисколько меня не прельщала!

— Ну что? Не так ты планировал провести вечер? — говоривший приблизился, но рассмотреть его всё равно не получалось. — Но ничего, не расстраивайся! Сейчас мы с тобой по-другому повеселимся.

— Вы вообще кто? Что происходит? — отмалчиваться я не собирался.

Вместо ответа мне прилетел новый удар. Петля по-прежнему бездействовала и у меня уже закрались самые дурные предположения. Могла ли Петля оставить меня после того, как я бежал с поля боя? Могли ли Джошуа или Абрахам в отместку как-то лишить меня этой силы? Ведь в конце концов всё что я знал об этом явлении я знал строго от них!

— Тихо, не торопись ты так, — послышался уже знакомый мне женский голос. — Мы ещё даже ничего не спросили.

— Я лишь разогреваю клиента! Даже кусачки в руки не взял.

Лампу повернули в сторону, и я наконец смог разглядеть, где оказался. Это была тёмная комната со старинной мебелью, похожая на гостиную. Следы пыли и грязи давали понять, что ею давно не пользовались. Сам я сидел по центру помещения, а передо мной стояла всё такая же красивая Ирма в компании совершенно не красивого субъекта. Вернее даже отвратительного. Это был невысокий и худощавый мужчина в старом длиннополом пальто с мертвенно бледным лицом и лысой головой. У него были маленькие злобные глаза, но моё внимание притягивали вовсе не они. А большие и странные, словно у летучей мыши уши.

— Вам что вообще надо? — я попытался вырваться, но безуспешно. — Сволочи! Немедленно освободите меня!

— Тихо сказал! — в руках «летучей мыши» появились кусачки. — Побереги силы для других криков.

— Кто мы это не важно, — Ирма медленно приблизилась и наклонилась ко мне. — Куда важнее кто ты. Откуда взялся, чего хочешь, кому служишь. Куда важнее вот это узнать.

В то, что в любую минуту сюда ворвётся Джошуа с командой рыцарей я не верил, а потому понимал, что рассчитывать могу только на себя. Однако попытки вырваться успеха не приносили, в то время как неприятный друг Ирмы уже во всю перебирал жуткие острые предметы. От одного их вида я начал вырваться ещё сильнее.

— Ты, конечно, не отличаешься умом, — Ирма внимательно рассматривала меня. — Но ты забрался очень высоко, слишком высоко для такого выскочки. И мы бы хотели узнать, как именно это случилось.

— Я тоже кое-чего хотел бы от тебя, да вот видно не судьба.

— Ой, прости, что расстроила твои похабные ожидания! Но давай может мы реализуем хоть часть от запланированного вечера? Например, ту, где ты увлечённо рассказываешь мне о себе! Ты ведь всё равно собирался втирать мне про себя до или после мероприятия?

— Да пошла ты, дрянь! Думаешь развела меня…

Закончить я не успел, потому что Ирма влепила мне пощёчину, а следом добавил кулаком её дружок.

— Начинай отвечать! — потребовал он, ударив ещё раз. — Кто ты такой? Откуда взялся? На кого работаешь? Вопросы ты слышал!

— Себастьян, — непроизвольно выдал я, всё ещё не понимая, что происходит.

— Давай ты не будешь тратить наше время! — раздражённо потребовала женщина. — Мы и так знаем, что тебя зовут Себастьян Блэк. Вернее, что ты выдаёшь себя за Себастьяна, бастарда ныне покойного Льюиса Блэка. Кто ты такой на самом деле? Кто тебя прислал?

И тут пазл в голове у меня сложился. Я вспомнил человека, угрожавшего мне личной расправой. Того, что хотел моей смерти из-за пары справедливо полученных тумаков и ещё из желания присвоить себе всё имущество семейства Блэков. Граф Морган Чарригтон, мать его. Теперь мне стало понятно на кого работали эти двое.

— Да, не ожидал я, что он так скоро вас пришлёт.

— Он? — на мгновение Ирма словно растерялась.

— Пошли вы на хрен, вот что я вам скажу, — разозлившись заявил я. — И ничего больше вы от меня ничего не услышите!

Ирма переглянулась со своим мерзким другом и тот тут же попытался переубедить меня серией ударов. Петля по-прежнему молчала и стало очевидно, что с ней пора уже попрощаться. Однако и помогать этим отморозкам я не собирался! Лучше уж ещё раз добраться до их мерзкого графа и отметелить его как следует! А по дороге ещё и этих двух…

— Не строй из себя героя! У меня и не такие разговаривали! — повторяла «летучая мышь» нанося удар за ударом. — Думаешь я не смогу тебя разговорить?!

Ирма молча наблюдала за этой сценой, пока её товарищ не выдохся и не оставил меня в покое. Даже в полутьме был видно, что она о чём-то обеспокоенно размышляла.

— Давайка я повыдёргиваю тебе все зубы? — в руках моего мучителя снова появились кусачки. — И ты споёшь мне «Боже, храни Короля» задом наперёд!

— Да пошёл ты! Вот не были бы у меня связанны руки!

— Керим, нужно поговорить.

Сначала мужчина как будто не понял, что обращались к нему, а потом опустил руки и подошёл к Ирме. Разговаривая с ним, она не сводила с меня холодных и совсем не дружелюбных глаз, пока я, не видя никакого смысла скрывать, пытался вырваться. Верёвки были крепкими, но я не собирался тихо ждать своей участи! Очевидно, что я смогу выйти отсюда живым, только если справлюсь с ними.

— Похоже он совершенно бесполезен, — донеслись до меня обрывки их разговора. — Пустышка, которая ничего из себя не представляет.

— Я ещё не занялся им всерьёз. Обещаю он всё нам расскажет!

— Нечего ему рассказывать. Это ничтожество всего лишь марионетка, которой управляет кто-то куда более умный. И нам нужно добраться до него.

— Дай мне время! Если понадобится я живого места на нём не оставлю!

Неожиданно слова Ирмы меня разозлили. Я и так был взбешён от того, что попался на такую простую разводку, но в самом тоне, которым она говорила про «пустышку» было нечто особенное. Разочарование. Она явно считала меня куда серьёзнее при первой встрече и это напомнило мне Джошуа. Он тоже считал меня куда серьёзнее и вообще верил в меня. И что теперь? Что он может думать обо мне после того, как я сбежал с поля боя? Последние слова, которые я тогда слышал от него трудно было назвать дружескими…

И вот это всё вдруг буквально вывело меня из себя. В моём мире я часто разочаровывался и нередко разочаровывались во мне. Но почему это должно было продолжаться? Разве не мог я сам положить этому конец? Страх, который терзал меня после встречи с Потрошителем неожиданно сменился злобой к нему, к этим двоим и, наконец, к самому себе. И эта злость заставила меня поверить в то, что всё может быть по-другому…

— Ладно развлекайся, — немного подумав сказала женщина. — Выбей из него всё, что сможешь. Только не забудь потом прибрать все следы.

После этого Ирма окончательно потеряла в моих глазах любое очарование. Больше не глядя на меня, она отошла в сторону, а Керим заулыбался какой-то больной улыбкой и быстро приблизился. В его руке появился нож.

— Ну что, на чём мы остановились? Ах да, ты хотел спеть! Боже, храни короля! Давай вместе!

— Иди в жопу! — выплюнул я, собрав в кулак всё своё мужество.

— Нет, там другие слова! — Керим больно схватил меня за ухо. — Но я тебя научу! Подпевай!

С этими словами его лезвие прошлось по моему уху, и я почувствовал боль, подобную которой ещё никогда не испытывал. Не зря говорят, что уши одна из самых чувствительных частей тела! Теперь я в этом не сомневался. Я взвыл что есть силы, зажмурившись от боли и в этот самый момент вдруг почувствовал запахи пепла и костра. Наконец-то! Всё вокруг задрожало и неожиданно я оказался уже позади стула, на котором аккуратно были сложены верёвки. Керим стоял передо мной с ножом в руке и удивлением на лице. Я тут же схватился на ухо — отголоски боли ещё преследовали меня, но само ухо было в полном порядке.

— Ну ты и тварь, — произнёс разочарованный отморозок. — Так не честно!

Я мигом подскочил и ударил его, вложив в кулак всю силу, которой обладал. Затем вмазал второй раз и повалил на пол, опрокинув при этом стол, на котором стояла лампа. Керим орал, поливая меня матом и пытаясь отбиваться, но мне хотелось заплатить ему за каждый из его ударов. Кто-то уж точно сегодня останется без зубов! Рядом послышался выстрел, который чудом прошёл мимо, и я понял, что нужно валить. Выскочил, ударом ноги по лицу убедил Керима лежать. Второй выстрел задел моё плечо, но Петля тут же отправила пулю в сторону. Где-то рядом зашипела Ирма и я запустил в неё стулом, к которому ещё недавно был привязан. Упавшая лампа вдруг загорелась, огонь перекинулся на одежду Керима, который тут же заверещал словно зверь.

Забыв про меня, Ирма кинулась тушить своего товарища, а я, не дожидаясь результата, бросился прочь из комнаты, из этого дома, не оглядываясь пока не очутился на улице. Пока холодный ночной воздух снова не встретил меня вперемежку с запахами сырой земли и гниющего мусора. Нельзя было здесь оставаться. Нужно было уходить и как можно скорее! Словно в подтверждение моих мыслей из дома донёсся странный и жуткий вой, который никак не мог принадлежать человеку.

* * *

Я снова бежал. Бежал так быстро, как только мог, потому что на этот раз за мной действительно гнались. И теперь это совершенно точно был не человек. Существо завывало и лаяло как собака, угрожающе быстро приближаясь. Пытаясь уйти, я дважды поскользнулся, опрокинул какие-то ящики и перепрыгнул через глубокую канаву. Свернул в очередной переулок и проскочил под высокой аркой, где буквально врезался в какую-то кучу мусора. Пока я пытался подняться жуткий лай стремительно приближался.

Признаться в этот момент я забыл и об Ирме, и о Кериме и даже о Потрошителе. Все мои мысли занимала только здоровенная, похожая на собаку тварь с мордой как у летучей мыши. А все её мысли скорее всего занимала идея меня сожрать!

Часть пути я пробежал через жилые районы, где мне даже встретились немногочисленные горожане. Те, кто возвращался домой со смены, не мог уснуть или просто пьяницы. И все они спешили разбежаться, запереться в своих домах или закрыть окна, едва слышали приближение гнавшегося за мной монстра. Я даже не кричал и не просил о помощи — было очевидно, что здесь никто не станет мне помогать. Либо я справлюсь сам, либо погибну.

С этой мыслью я остановился в каком-то старом полузаброшенном парке с высокими деревьями, разросшимися кустами и полуразвалившимися дорожками. Бежать больше не было сил, да и становилось очевидно, что сбежать я всё равно не смогу. Тварь была быстрее и в любом случае меня догонит. К тому же со всех сторон парк окружали плотно застроенные дома, и я не понимал куда бежать дальше.

Оглядевшись, я нашёл в кустах доску с гвоздями и вооружившись ею приготовился к худшему. Мерзкая тварь уже появилась в конце улицы и теперь неслась прямо ко мне. Рыча, она обнажила длинные клыки, от одного вида которых у меня уже сжималось сердце. Монстр стремительно приближался, и я думал о том, как бы мне зарядить ему по морде, а ещё лучше попасть в глаз. Может я сумею как-то напугать эту тварь и заставить её отступить? Оставалось только надеяться, что этому монстру собственная шкура дороже, чем жажда крови…

— Ну давай, — вздохнул я, крепче сжимая доску. — Иди уже сюда.

Чудовищу второе приглашение не требовалось. Оно было уже совсем близко, а я замахнулся для удара, возлагая на него слишком большие надежды. И тут тварь неожиданно рухнула.

Из ниоткуда на неё налетело какое-то странное оружие, представлявшее собой верёвки с грузилами на концах, которое мгновенно закрутилось вокруг её вытянутой морды. Шатаясь, монстр поднялся и принялся лапами пытаться освободить пасть, одновременно яростно рыча. С удивлением я наблюдал за этой картиной, не зная радоваться мне или нет, пока с ближайшего дерева не спрыгнула девушка в чёрном, скрывавшая лицо натянутым до глаз куском ткани. Вскоре выяснилось, что радоваться было ещё рано.

— Держи! — крикнула она и швырнула мне меч, который упал прямо у моих ног.

Не раздумывая, я подобрал оружие надеясь, что неожиданный союзник поможет мне в бою, но таинственная девушка отступила обратно на дерево также быстро, как и появилась.

— Хочу увидеть, как ты сразишься в равных условиях и что сможешь показать, — заявила она перед тем, как исчезнуть.

— В равных? — сжимая меч обеими руками крикнул я. — Кинула бы мне дробовик и всё закончилось бы гораздо быстрее!

Тем временем монстр сорвал верёвки с пасти и обнажив клыки ринулся на меня. Недолго думая, я бросился прямо на него, размахнувшись мечом, но прежде, чем успел ударить пасть с клыками сомкнулась на моей руке. Боль, кровь, запахи костра и пепла. Я обнаружил себя сбоку от твари и немедленно сделал выпад, зацепив монстра. Однако в отличие от остальных этот зверь не стал удивляться, немедленно ретировался и бросился в новую атаку, впившись зубами в мою ногу. Снова Петля, снова я атакую, а эта тварь поражает меня своей ловкостью и реакцией. Да у меня было немного боевого опыта, но я быстро понял, что даже с ним меня бы стремительно разорвали на части. Хоть внешним видом монстр напоминал помесь собаки и летучей мыши, бросался он подобно кобре.

— Да дробовик бы здесь не помешал…

На какое-то время тварь начала ходить вокруг меня кругами, а я размахивал мечом, не подпуская её к себе. Было очевидно, что она искала слабые места в моей обороне, но разве у Петли были слабые места? И в этот момент я вспомнил слова Джошуа, который именно их мне и перечислял. Монстр вдруг замер, наклонил голову и будто прочитав мои мысли ринулся в атаку. Я уже знал куда он направит свои клыки.

Удар клинка рассёк плоть монстра, но тварь всё равно повалила меня своим весом и попыталась сомкнуть клыки на горле. И у неё бы это почти получилось, не успей я вовремя просунуть меч, которым теперь пытался отодвинуть от себя опасно щёлкающие зубы. Неистовство, с которым монстр пытался до меня добраться поражало — он не обращал внимания на боль из-за лезвия и кровь, которая шла у него из пасти. Он лишь хотел разорвать мне горло, как будто знал, что Петля вряд ли сможет с этим справиться. Пытаясь удержать тварь одной рукой я начал бить второй, но это не принесло результата. Напротив, клыки только приблизились. Монстр похоже и правда знал, что Петля не справится с разорванным горлом. И тут я понял, а с чем же она справится?

Отбросив сомнения, я сунул руку в пасть чудовища, которую тут же залило моей кровью. В следующую секунду мир задрожал и погрузился во тьму, а я оказался сбоку от монстра. И не теряя времени вонзил меч в его башку. Зверь забился в судорогах и к моему шоку ещё какое-то время бил лапами по земле. А потом наконец-то затих. С мечом в голове.

Осторожно поднявшись, я отошёл от тела и отряхнулся, пытаясь успокоиться. Не сразу, но мне удалось нормализовать дыхание. А потом с дерева снова спрыгнула девушка в чёрном и медленно приблизилась ко мне.

— Ну что ж, не плохо, — мне показалось, что в её голосе прозвучало удивление. — Возможно с тобой можно будет иметь дело.

Глава 9

Глава 9.

— Кто ты такая? И чего хочешь?

— Сейчас не время и не место об этом говорить.

— А когда оно будет? Эй? Ты должна мне всё объяснить!

— Я тебе ничего не должна.

Таинственная незнакомка появилась как раз вовремя, чтобы помочь мне справиться с монстром, ну или почти помочь. Но она до сих пор оставалась незнакомкой, которая не спешила о себе что-либо рассказывать. Мне это не нравилось, но с другой стороны особого выбора у меня не было. Если люди Чарригтона устроили на меня охоту, то мне нужны были союзники. Джошуа? Даже если забыть о том, что он сейчас думает обо мне примерно то же самое, что и граф Морган я, всё равно, понятия не имел как мне искать рыцаря или его агентов. Была, конечно, ещё мысль броситься искать тот дом, через который я попал сюда, но я по-прежнему не знал с чего начать. Поэтому пока что оставалось только держаться этой девушки.

После всего случившегося незнакомка привела меня в какую-то гостиницу, где не требовали документы и не задавали лишних вопросов. Здесь она сказала мне оставаться до вечера, вести себя тихо и не привлекать внимания, а сама удалилась без каких-либо комментариев. Меня, разумеется, всё это напрягало, но после всех этих стычек и засады на Потрошителя я просто с ног валился. Всю ночь я не спал и это дало свои результаты. А потому заперев дверь и задёрнув шторы на окне я рухнул на кровать и ушёл в царство сновидений. К сожалению, довольно малоприятных. Мне снились Чарли и Белинда, снилась бойня на складе и падение, которое привело меня сюда.

Проснулся я уже после обеда, сразу почувствовав сильный голод. На первом этаже гостиницы находилось нечто вроде столовой, поэтому я спустился и заказал себе чего-нибудь поесть. Этим «чего-нибудь» оказалась тарелка капусты с горохом и более-менее прожаренный стейк. А ещё пинта пива, которое было куда лучше, чем-то, которое я пил перед знакомством с Ирмой. Неприятные воспоминания заставили меня заозираться, но ни Ирмы, ни Керима нигде не было видно. Можно понадеяться, что они оба больше не будут меня преследовать после всего случившегося, однако мне было очевидно — эти двое ещё дадут о себе знать.

— Я же просила тебя сидеть тихо и не привлекать к себе внимание, — укоризненно сказала девушка, когда нашла меня за столом.

— Я есть хотел. Не с голоду же помирать!

— Тебе стоит быть осторожнее. Те двое, с которыми ты столкнулся ещё могут вернуться.

— А кто это был? Ты явно знаешь, раз приводишь их в пример!

— Сейчас не время и не место об этом говорить. Всё потом.

Эту фразу девушка повторяла с начинающей раздражать регулярностью. Вообще должен заметить, что она была красива. Чуть ниже меня ростом, худая и стройная она была одета по-мужски в рубашку и брюки, поверх которых носила длиннополый плащ. Вся её одежда, даже перчатки были чёрного цвета, как и длинные волосы, доходившие до лопаток. Когда она убрала с лица ткань я увидел, что она была молода, хотя взгляд показался мне наполненным некой грустью. Такой грусти не встретишь у молодых. А ещё она была бледная.

Окружающие то и дело посматривали на нас поэтому, как только я доел девушка потребовала, чтобы мы вернулись в номер.

— Слушай, может ты хоть имя своё скажешь? Я вот Себастьян.

— Я знаю.

— Похоже, что все это знают. Но как мне к тебе обращаться?

— Сейчас ещё не пришло время, чтобы я могла назвать своё имя. И я не уверенна, что оно вообще придёт. Поэтому пока что не хочу себя называть.

Ситуация заходила в тупик, и я уже было решил, что нам с этой девушкой не по пути. У меня имелись деньги, без которых я бы просто не выжил в этом городе, и недолгий период раздумий привёл меня к мысли, что одному мне будет лучше. Кто знает, что у этой особы на уме и для чего она продержала меня почти весь день в этой гостинице? Уж не для того ли, чтобы сюда смог приехать граф Чарригтон?

Поэтому, когда предпочитающая оставаться неизвестной незнакомка снова ушла, чтобы проверить округу я быстро собрался, накинул плащ и попытался сбежать. Но стоило мне открыть дверь как передо мной сразу же появилась девушка в чёрном.

— Хорошо, что ты уже оделся. Нам как раз пора идти. Только возьми этот плащ, на нём нет крови.

— И куда это мы собрались? — поинтересовался я как ни в чём не бывало. — Или снова не время и не место об этом говорить?

— Ну почему? Об этом можно. Мы идём в аптеку.

* * *

Пока что я ещё плохо ориентировался в Лондоне, но понимал, что мы находились в районах для условно среднего класса. Дома вокруг выглядели прилично, улицы казались не такими разбитыми, а лавки и магазины доступными. Газеты, продукты, книги, различные вещи и недорогие костюмы. Пёстрые вывески предлагали незабываемые скидки, вот только все эти магазины один за другим запирались и гасили свет. Точно также обстояло дело и с жилыми домами — их жильцы возвращались с работ, встречали семьи, запирали двери. До ночи было ещё далеко, но солнце уже потихоньку скрывалось за горизонтом, и мы с моей неразговорчивой подругой шли по погружающимся в полумрак улицам.

Почему мы весь день ждали вечера и только теперь куда-то направились с наступлением темноты? Такие вопросы подталкивали меня не к самым приятным ответам, поэтому я решил, что буду настороже. Не хватало ещё снова оказаться в плену, доверившись не тому человеку.

Однако вскоре, пройдя всего несколько улиц, мы действительно добрались до аптеки о чём свидетельствовала вывеска с красным крестом. Расположенное на первом этаже жилого дома с зарешеченными окнами это учреждение показалось мне как будто спрятанным среди нагромождения остальных домов и магазинов. Вход в него был только со двора, попасть в который можно было лишь пройдя низкую арку. При этом никакие указатели сюда не вели, как будто здесь ждали только «своих», тех кто уже знал об этом месте. А ещё эта аптека явно не спешила закрываться, хотя двор был пуст.

— Ночная? — спросил я, кивнув на дверь.

Однако девушка не удостоила меня ответом и прошла внутрь, отчего мне оставалось только последовать за ней. Стоило зайти как в нос тут же ударил запах спирта, который не могли перебить даже стоявшие на потухшем камине благовония. На полках шкафов стояли банки и склянки разных размеров, виднелись какие-то травы и грибы. В общем на цивилизованную аптеку из моего мира всё это было мало похоже, скорее уж на средневековую лавку какого-то травника. Кстати, сам травник полностью поглотил моё внимание. Одетый в красивую, но уже старую одежду аптекарь выглядел каким-то болезненным, бледным и немного дрожал. На носу у него покоились очки без дужек, потому что уши мужчины выглядели рваными и покалеченными. К нашему визиту он не проявил никакого интереса.

— Добрый вечер, — кивнула моя спутница, подойдя к его прилавку. — Я бы хотела забрать свой заказ.

Мужчина почему-то сразу посмотрел на меня, а потом перевёл усталый взгляд на девушку.

— Пройдёмте со мной, — он открыл маленькую дверцу, пропуская её за прилавок. — Он у меня на дальней полке.

— Эй, может я могу помочь? — тут же отозвался я, не собираясь просто стоять и ждать. — Может что-то тяжёлое?

— Ничего подобного, — быстро ответила девушка. — Я скоро вернусь.

И с этими словами она вместе с аптекарем скрылась за рядами старых шкафов. Видимо подождать всё-таки придётся. От нечего делать я принялся рассматривать сомнительного вида ассортимент аптеки. Какая-то плесень, несъедобного вида грибы, кто вообще будет такое покупать? Присмотревшись повнимательнее, я заметил, что нечто внутри одной из банок шевелилось. И как будто пыталось выбраться наружу…

— Да что я вообще здесь забыл? — сам себе под нос пробурчал я, отойдя подальше от местного «товара».

И тут подозрение пронзило меня словно меч! Ведь девушка даже не назвала заказа! Ни номера, ни имени, ничего такого чтобы аптекарь мог её выделить среди других покупателей. Хотя может у него их не так много… Но он как-то сразу ушёл с ней, а сама девушка быстро отказалась от моей помощи. Неужели они хотели, чтобы я задержался здесь один?

Недавно полученный неприятный опыт заставил меня срочно искать что-нибудь тяжёлое, но прежде, чем я успел это сделать я услышал быстро приближающиеся шаги. Резко обернувшись, я встретил аптекаря. С кривым кинжалом в руке.

Среагировал я быстро, сказались тренировки, которые со мной проводил Джошуа. Мне удалось увести атаку в сторону, заблокировать следующий удар и попытаться контратаковать, но противник быстро отступил создав между нами дистанцию. Выглядевший всё таким же болезненным аптекарь на удивление ловко двигался.

— Эй, что происходит? — воскликнул я, подняв кулаки. — Обознался?

Однако мужчина ничего не ответил, только прищурился и снова ринулся в бой. Он двигался как умелый боец и похоже часто пользовался своим кинжалом. Поначалу мне удавалось отбивать его атаки, постоянно отступая, пока ударом ноги мужчина не толкнул меня на шкаф с банками. Конструкция задрожала, но устояла. Схватив одну из банок, я запустил её в противника и сам бросился вперёд, каким-то чудом перехватив руку с кинжалом и уведя её в сторону. И только в самый последний момент заметил, как во второй руке аптекаря появился нож. Успеть отклониться в сторону стало большим везением и вместо того, чтобы вонзиться в горло нож вошёл мне в плечо.

Я сжал зубы от боли, а в следующее мгновение очутился у противника за спиной. Теперь уже я сильным ударом толкнул его на шкаф, с полок которого посыпались очередные банки. Аптекарь неожиданно ловко метнул в меня и нож, и кинжал попав оба раза. Правда ему это ожидаемо ничего не дало. Ещё какое-то время мы с ним боролись, при этом мужчина откуда-то вытащил ещё три клинка. Я же расхреначил об него несколько склянок и разбил губу. В конце концов аптекарь, не в лучшую сторону стремящийся поправить моё здоровье, повалил меня на пол и попытался задушить. Кроме ловкости оказалось, что этот дрожащий мужчина ещё и на удивление сильный поэтому вскоре его пальцы сомкнулись на моём горле.

— И это всё? — впервые с начала драки он сказал хоть что-то. — Всё что ты можешь?

Попытки сбросить его с себя, ровно, как и удары ни к чему не привели. Пришлось действовать радикально тем более, что один раз выбранный сценарий мне уже помог. С трудом мне удалось схватить лежащий неподалёку нож и вонзить его в противника, отчего тот ослабил хватку. Но в тот момент, когда он ожидал второй атаки я вонзил нож уже себе в ногу. Такого аптекарь точно не ожидал.

Петля не только высвободила меня из хватки, но подняла на ноги, дав мне преимущество. Не желая его терять, я вцепился в стоящий рядом шкаф и изо всех сил потянул его, опрокинув прямо на поспешившего убраться противника. Раздался грохот и звон бьющегося стекла, разлились какие-то жидкости, а в воздухе появился резкий запах препаратов. Зато между мной и аптекарем образовалось пространство, на котором неожиданно возникла по-прежнему незнакомая мне девушка.

— Стойте! — воскликнула она, широко расставив руки.

— Сами стойте, а ещё лучше идите на хрен!

Аптекарь выпрямился, а я схватил с пола осколок стекла и выставил его перед собой. Конечно, так себе оружие, но другого у меня не было.

— Опусти его, — попросила девушка. — Ни к чему проявлять агрессию.

— Агрессию? Агрессию, твою мать? — меня уже начинало трясти. — Это ты мне говоришь? Да что вы вообще творите?

— Могу задать тебе тот же вопрос, — пробормотал аптекарь.

— Что? Это ты напал на меня!

— Можно подумать ты серьёзно пострадал, — хмыкнул мужчина и зажал рукой оставленную мной рану. — У меня, например нет твоих фокусов.

В его голосе звучала искренняя обида, сам факт которой меня поразил.

— Он не плохо дрался, — тем временем сказал аптекарь, когда девушка взглянула на него. — Чтобы понять лучше нужно больше времени, но меня устраивает… промежуточный результат.

— Не плохо, значит его можно показать консильери, — сказала девушка и оценивающе посмотрела на меня.

— Да пошли вы все. Я ухожу.

Всё это мне решительно надоело. Эти нападения, претензии, атаки исподтишка. Почему стоило мне очутиться в чужом мире и стать здесь дворянином, как меня сразу все захотели убить? Швырнув осколок на пол я направился к выходу из аптеки.

— Подожди, ты не можешь уйти! — тут же заявила девушка.

— Могу! И ухожу!

— Это была всего лишь проверка, — присев сообщил мне аптекарь. — Ни к чему так реагировать.

— Проверка? Какая ещё проверка? Что вы вообще несёте?

— Мы не можем тебе объяснить, но это может сделать консильери, — сообщила девушка. — Пойдём со мной, и ты узнаешь всё, что тебе нужно.

— Я с тобой никуда не пойду. Хватит с меня всяких странных знакомств! Уж лучше сам со всем разберусь.

— И далеко ты уйдёшь? — бросил мне в спину аптекарь, когда я уже открыл дверь. — Ты не знаешь, что делать и куда идти и город сожрёт тебя быстрее чем тебе кажется. Уверен, что тебе не нужна наша помощь?

— Ты совершаешь ошибку! — вторила ему девушка. — Мы можем помочь тебе! А ты должен выполнить свои обязанности!

— В гробу я видел ваши обязанности.

С этими словами я хлопнул дверью. На улице меня снова встретил холодный вечерний воздух, который помог мне немного успокоиться. Всё это уже начинало меня раздражать. Что было нужно этим людям? Чего они хотели от меня и на кого работали? Были ли связанны с графом? Неожиданно у меня возник особый вопрос, от которого в душе похолодело. А были ли они людьми? Я вдруг вспомнил сильную бледность, которая была как у Ирмы с Керимом, так и у этих двоих. Кое-где я уже видел нечто подобное и тогда меня и моих товарищей пытались убить.

— Могу я поговорить с тобой? — медленно вышел ко мне аптекарь.

— Чего тебе?

— Возможно мы с тобой не с того начали, но на самом деле мы ищем мира, а не вражды.

— Правда, что ли? Даже не знаю и почему я тебе не верю?

— Это большая удача, что мы нашли тебя раньше, чем это успели сделать другие. Я вовсе не пытался тебя убить, всего лишь хотел посмотреть на то какой ты в драке. Видишь ли, я знаю, что не могу причинить тебе вред. Вернее, почти не могу.

— Чего вам всем надо от меня? — не скрывая свой враждебности спросил я. — Почему каждый с кем я знакомлюсь в этом городе пытается либо убить меня, либо кинуть против тех, кто хочет убить?

— Потому что этот мир делят хищники и жертвы, и каждый день нужно решать кем ты будешь сегодня. Пока что ты тянешься ко второму варианту.

— Кто вы вообще такие? — внимательнее присмотревшись к его лицу я понял, что могу оказаться прав. — Вы оба не люди, хотя и выглядите куда лучше тех чудовищ, которых мне пока доводилось встречать.

— Если мы будем сотрудничать, то не стоит использовать такое слово, — аптекарь поморщился и тем самым подтвердил мою догадку. — Мы ведь не называем вас, людей, уродцами. Ну некоторые из нас.

— Знаешь, а ведь я уже встречал здесь людей, которые рассказывали мне о вашем брате. И ещё учили его убивать.

— Знаю, а теперь у тебя есть шанс посмотреть на ситуацию с другого ракурса. Мы ведь не стали тебя сразу убивать.

После этих слов я вспомнил вампиров с щупальцами и гулей, превративших кабак в филиал ада. Я постарался побыстрее их отогнать.

— А если мне не нужен этот ракурс?

— Слушай, мы предлагаем тебе помощь, — многозначительно произнёс аптекарь. — Ты, конечно, можешь отказаться, но тебе некуда идти, и ты сам это знаешь. А если сомневаешься, давай я покажу тебе одно место, и ты окончательно убедишься, что ты здесь застрял.

— Застрял? — я сразу почувствовал что-то неладное в его словах. — Ты на что сейчас намекаешь?

— На особняк, который явно имеет для тебя большое значение. Как там называют его те люди, о которых ты уже упоминал? Корабль, путешествующий меж Островами? Я могу показать его тебе.

* * *

Признаюсь я до конца не верил словам этого аптекаря, но не мог так легко отмахнуться от такого шанса. Я уже много раз думал о том, чтобы найти особняк, но понятия не имел, где и как его искать. Спросить у Джошуа у меня не было возможности из-за многочисленных тренировок, а у агентов… У агентов я не мог спросить по той же самой причине. И хоть уже было очевидно, что девушка и аптекарь из тех, на кого как раз Джошуа с товарищами охотились я должен был ещё раз увидеть тот старый и мрачный особняк. Увидеть его и попытаться вернуться домой.

— Тебя как звать то? Или ты тоже не можешь этого сказать?

— Почему же? Зови меня Браун.

— Ладно, Браун. И далеко до этого особняка?

— К рассвету успеем вернуться.

У Брауна оказался личный извозчик с экипажем и парой лошадей, на которых мы отправились в ночной город. Центральный Лондон не спал, полный света и шума, но Браун явно намерено выбрал тихие и полупустые улицы, чтобы мы не привлекали внимания. На этом участке нас встречали только полумрак, закрытые дома и магазины, а также редкие прохожие. Которые стремились скорее убраться в подворотни, едва заметив наш экипаж.

— И чего они так бояться? — удивился я, оборачиваясь на очередную пару.

— Город большой, — заметил Браун. — И на весь власти мэрии и полиции не хватает. Кое-где правят совсем другие силы.

— Силы вроде тебя и той девушки, которая не хочет называть своё имя?

— Нет, мы от них держимся в стороне. Эти силы гораздо опаснее нас и куда более бескомпромиссные.

Я вспомнил вампиров с щупальцами, но потом мы повернули на очередную улицу, и я забыл обо всём на свете. Это была та самая улица и мы остановились перед тем самым особняком. Именно здесь всё началось.

— Ну что? Я исполнил своё обещание. Это ведь тот самый особняк?

— Откуда ты знаешь о нём? — спросил я, не видя ничего кроме этого здания. — Откуда ты знаешь обо мне?

— На самом деле я знаю не так уж и много, — пожал плечами Браун. — Гораздо больше знает наш консильери и поэтому тебе стоит с ним поговорить.

— Что вы обо мне знаете? И откуда? Кто вы вообще такие?

— Я знаю только то, что ты вышел из этого особняка, а как и откуда ты попал туда не моё дело. Я знаю, что мой консильери хочет поговорить с тобой и возможно указать тебе дорогу, — дрожащей рукой он указал на мрачное здание. — А ещё я знаю, что эти двери не открываются кому, попало, но, если не веришь, ты можешь пойти и проверить это. Не сдерживай себя.

Второго приглашения мне было не нужно. Забыв обо всём, я направился к особняку, быстро поднялся по ступенькам и распахнул дверь. Внутри меня встретила мрачная и гнетущая атмосфера, от которой всё похолодело внутри. Жуткие картины, пыточные устройства и прочая готическая хрень вызывали воспоминания о тех тварях, которые пытались здесь меня сожрать. С тех пор я сам убил нескольких монстров, а потому уже не так боялся новой драки. Но то, что случилось здесь и то, что должно было случиться снова — всё это заставляло меня дрожать.

Признаюсь честно, я сам не знал, чего хотел. Одна моя часть безоговорочно желала вернуться домой, где всё знакомо, где у меня всё-таки были друзья и девушка. К тому же новый мир встретил меня кровью и смертью, а с того момента как я покинул Джошуа и других членов Артурианской Службы меня уже дважды обманули и пытались убить. Или с учётом той стрёмной зверюги трижды? Поэтому хотелось послать всё и свалить тем более, что я и так не собирался оставаться здесь навсегда. Да и жизнь моя в моём мире, на самом деле, была не так уж и плоха. У меня были планы, какие-то успехи и достижения. Это ведь пока ты возишься в суете всё думаешь «зачем мне это?», «за что мне это?» и хочешь послать всё на слово из трёх букв. А стоит потерять, оказаться в по-настоящему поганой ситуации и уже совсем по-иному смотришь на то, что имел. Особенно когда в новых обстоятельствах твоя жизнь может оказаться недолгой.

Осмотр особняка на удивление ничего не дал, кроме отвращения к его обстановке. Все эти клетки, цепи и мебель, которую украшала резьба в виде звериных лап и оскалов. Кто вообще мог жить здесь? Хотя бы какое-то время? Успокаивало только то, что на этот раз особняк был пуст и ни упырей, ни других тварей здесь не виднелось. Браун с извозчиком остались снаружи, а потому не мешали мне продолжать поиски.

И всё-таки часть меня хотела остаться. Ведь мне не просто выпал шанс, который даётся лишь раз в жизни. В сам факт того, что нечто подобное вообще могло случиться трудно поверить! Я вот до сих пор не верил. К тому же я чувствовал, что хочу реабилитироваться в собственных глазах. Доказать самому себе, что я на многое способен, ведь я всегда жил с этой уверенностью. И только здесь засомневался в себе, столкнувшись с настоящими ужасами. Но разве не мог я справиться с ними? Разве не мог побороть?

В конце концов поиски привели меня в подвал, где я и пришёл в себя после того рокового падения. Холодное каменное помещение и жуткие деревянные гробы. Я не решался их трогать, теряясь в догадках, что нужно сделать, чтобы открыть проход, портал или как там это правильно назвать? Разрыв между мирами? С болью в сердце я осознал, что хоть и вернулся в это злосчастное место, по сути, это ничего не изменило. Ведь я по-прежнему не знал, что нужно делать. И можно ли вообще? Вдруг этот Корабль всегда плыл только в одну сторону? И никогда не возвращал своих пассажиров обратно?

Против всех моих ожиданий со мной ничего не происходило и в конце концов я просто присел на пару ящиков убедившись, что это не гробы. Жуткий старый особняк был всего лишь жутким старым особняком и меньше всего походил на нить, способную связать два мира. Даже очень похожие друг на друга. Разочарование и непонимание накрыли меня одновременно. Вся эта ситуация вдруг показалась мне несправедливой, словно меня опять обманули.

До того момента пока я не услышал шаги.

Наклонившись из-за того, что его рост не позволял пройти в дверной проём в комнату вошёл мужчина, внушавший мне ужас одним своим видом. Огромный словно скала, в чёрном пальто и с растрёпанными волосами. И с ним был его топор.

— Я помню тебя, — сказал Потрошитель, глядя на меня своими лишёнными эмоций глазами. — От тебя несёт страхом.

Я вскочил, но сдвинуться с места не мог. Конечно, я разного ждал от этого места, но меньше всего я ожидал увидеть здесь именно его. Жестокого убийцу, во время последней встречи с которым я бежал…

— Он сказал, что ты будешь здесь. Сказал встретить тебя.

— Ты… Ты что здесь делаешь? — только и сумел выдавить я из себя.

— Он сказал поговорить с тобой, так что можешь не бояться, я пока не буду тебя убивать. Он попросил.

Нужно было что-то делать. Бежать? Это я уже пробовал… Драться? Но у меня не было никакого оружия! И тело не слушалось, словно стало не моё. Тем временем Потрошитель присел на один из гробов неотрывно глядя на меня. Его лицо ничего не выражало и было трудно сказать о чём он думал. Был ли я ему интересен или напротив его раздражал? Ответа не было. Казалось, что если что-то пойдёт не так, то он и убьёт меня с точно таким же лицом. Ничего не выражающим и ничего при этом не чувствуя.

— Кто? — я заставил себя спросить — О ком ты говоришь?

— О том, кто привёл тебя сюда. В этот город.

От этих слов у меня перехватило дыхание. Выходит, моё появление здесь не случайность, а чей-то злой умысел? Но зачем? Кому это могло быть нужно? И мог ли Потрошитель просто врать?

— Если на чистоту, то мне ты не интересен, — Потрошитель смотрел на меня не моргая. — От тебя несёт страхом и проще просто убить тебя, чем пытаться что-то объяснить. Всё равно не поймёшь. Но он просил попробовать.

— Кто он? Кто он?! Кто отправил меня сюда?

— Я не знаю его имени, да оно мне и не нужно. Тебе оно тоже ничего не даст. Он называет себя тем, кто всегда за всё старое, против всего нового. Кто за глобальные перемены, что смогут вернуть нас в начало. Мне он представился как Гроссмейстер.

— Какой ещё в жопу Гроссмейстер? Зачем он привёл меня сюда?

— Затем, чтобы дать твоей жалкой жизни шанс сделать хоть что-то стоящее. Добиться чего-то серьёзного, изменить мир, взять себе Лондон. Можешь считать это цитатой.

— Лондон? Ты что несёшь?

— Я говорю совершенно серьёзно. Это мой город, но он попросил меня поделиться им с тобой. Он считает, что ты можешь быть полезен.

Этот отморозок сидел прямо между мной и единственным выходом из помещения, а потому сначала я не мог отсюда выбраться. Но теперь я пытался разобраться в том, что здесь происходит. Ощущение чего-то важного, но ускользающего от понимания накрыло меня с головой.

— Почему ты убиваешь? Зачем ты убил тех агентов? — решил спросить я. — Ведь у нас общий враг — чудовища! Мы могли бы быть заодно!

— Очень сомневаюсь, — в голосе Потрошителя возникло нечто похожее на усмешку. — Ты ничего не понимаешь, потому и задаёшь глупые вопросы. По мне так проще тебя всё же убить.

— Ну давай! — крикнул я. — Хочешь меня убить? Давай, попробуй! Никто тебе здесь не помешает!

— Ты ещё тупее чем я думал. Но Гроссмейстер считает, что тебе нужно дать шанс, что ты можешь нам помочь. Можешь быть полезен, а если уж он что-то решил, то так оно и будет, — Потрошитель неожиданно встал и показался мне даже ещё больше, чем прежде. — Было время, когда Гроссмейстер помог мне, указал мне путь, направил. Пришло время направить тебя. Идём со мной.

— Что? — казалось, что меня больше нечем удивлять, но выходит я ошибался. — Никуда я с тобой не пойду!

— Это предопределено. Ты выбрал не ту сторону, но сейчас ты здесь и у нас есть шанс это исправить. Меня послали поговорить с тобой и после этого забрать. Так что не заставляй меня тащить тебя по частям.

— Я сказал, что никуда с тобой не пойду! Не знаю я твоего Гроссмейстера, но помогать ни тебе, ни ему я не собираюсь! Уж лучше я помогу защитить от тебя этот город и, если понадобиться убью!

— Да ладно? Может быть ты знаешь как это сделать? — он покачал головой. — Ты слабый и от тебя по-прежнему несёт страхом. Но мы исправим это. Ты должен стать моим помощником, ты должен стать тем, кто поможет мне исполнить мою миссию. Ты же хотел узнать зачем я убиваю? Я объясню тебе, а ещё лучше покажу. Поверь, у всей этой крови есть своя цель.

Чувство ирреальности нахлынуло на меня и на какой-то момент страх перед этим огромным монстром отступил. Я ничего не понимал и это лишь постёгивало нарастающую во мне злость. Что здесь в конце концов происходит? Кто и зачем притащил меня в этот мир, вырвав из привычной мне реальности? С чего этот кто-то решил, что здесь я буду что-то для него делать и тем более помогать этой твари? Этому убийце, который не то, что по локоть, уже весь в крови и похоже нисколько не собирается останавливаться? Тому, кто убивает, даже не меняя выражения лица?

Меньше всего я хотел оказаться чьей-то пешкой и хоть я уже окончательно запутался что здесь и к чему одно я знал совершенно точно. Я ни за что не буду помогать этому маньяку. Даже если это значит, что я не смогу вернуться обратно.

— Пошёл ты.

— Повтори, — Потрошитель даже не удивился.

— Пошёл ты! Я не стану помогать тебе. Не дождёшься.

— Ты действительно туп. Всё уже предопределено. Гроссмейстер принял все решения и просчитал все ходы. От твоего мнения ничего не зависит, — Потрошитель наклонил голову на бок и на его лице возникла улыбка. — Когда я закончу свою работу этот город рухнет в хаос. Да что город? Весь этот остров отправится в бездну, и ты поможешь мне в этом. Ты будешь рядом.

— Никогда! Я не стану!

— Это мы ещё посмотрим.

С этими словами он вдруг ударил меня кулаком и мир вокруг погас.

Глава 10

Глава 10.

— Как можно было додуматься до такой безумной идеи? — доносился откуда-то хриплый и раздражённый голос. — Как можно было придумать везти его туда? Почему не посоветовались?

— Я действовал по ситуации, — не сразу я понял, что второй голос принадлежал Брауну. — Попасть обратно он всё равно бы не смог. Те двери, которые скрывает в себе особняк, не открываются дважды.

— Правда, что ли? И давно ты у нас стал знатоком по материям за пределами нашего мира?

— Знатока нашего убили. Вот я и действовал по обстоятельствам.

Ощущения были такие, как после самой страшной попойки. Той самой, которую потом вспоминаешь со словами «Наверное я начал стареть». Голова болела, тошнить тошнило, а всё тело ломило, что даже вставать не хотелось. Число, день, время были вопросами, от которых становилось только хуже. Откровенно говоря, я вообще не понимал, где и как здесь оказался. И что со мной происходит.

— Дрался он не плохо, но только потом ломаться начал, — снова голос Брауна. — Как будто не понимает о чём речь. Я решил, что если он увидит, что обратной дороги нет, то это поможет ему принять правильное решение.

— Правильное это хорошо. А если он примет неправильное? А если он там встретил его? Ты об этом подумал?

— Мы нашли его совершенно одного, — вмешался женский голос. — С ним никого не было, никто там с ним не разговаривал. Мы в этом уверенны, потому что… Потому что нашли его в гробу.

— Силы самых древних предков, — прохрипел голос. — Вы нашли его в гробу! И это, по-вашему, значит, что он ни с кем не разговаривал? Что он не видел Гроссмейстера? Вы оба это сейчас серьёзно?

— Слушайте мы установили наблюдение за особняком. Никто не входил и не выходил, — вмешался Браун. — И этот парень оттуда не выходил так что он не мог ни с кем там встречаться.

— Он провёл там два дня! Два дня! Вы вообще в своём уме?

Это они о ком? Обо мне? С трудом я осознал, что лежу на совершенно неудобной кровати в тёмном помещении. Как я здесь оказался? Как давно? И что это за место такое?

— Только без глупостей, а не то хуже будет, — раздался в темноте шипящий женский голос.

От неожиданности я дёрнулся и тут же ударился головой о низкий потолок над кроватью. Не думая сдерживаться, я громко выругался.

— А я тебя предупреждала. Хуже будет.

— Ты кто такая?

— Агна. А ты кто?

Сначала я хотел честно ответить, но потом быстро сообразил.

— Мне кажется ещё не время и не место об этом говорить.

— О, а ты прав. У нас здесь ценят такой подход.

Больше всего мне сейчас хотелось понять, что значит «у нас» и чуть меньше почему здесь так темно. Словно стремясь дать мне ответ где-то вдали открылась дверь, впустив совсем немного света. Достаточно чтобы я мог различить Брауна.

— Поднимайся, соня, — бросил он мне с недовольным видом. — Тебя ждут.

— Он не может, — почти ласково прошипела Агна. — Он уже попытался!

Раздался весёлый женский смех и ругательства Брауна, а затем в помещении наконец-то появился свет. Лампа в руке аптекаря позволила мне рассмотреть небольшую комнату с парой столов и стульев, на одном из которых сидела женщина в нежно голубом платье и вязала. Вязала в темноте! Не меньшим удивлением стала моя кровать — это оказалась каменная ниша в стене и этим объяснялось как неудобство, так и препятствие при попытке встать. Но не всё остальное.

— Вставай говорю, — поторопил меня Браун. — И без того долго ждали.

— Да что же это происходит? — возмутился я, с трудом вылезая из ниши в стене. — Где я? Как я здесь оказался?

— Не время и не место об этом говорить.

— Вашу мать! Ну сколько можно уже? Что вам от меня надо? А когда будет время и место?

— Именно в это место я тебя и веду. И именно к этому времени.

От такого заявления я сначала растерялся, но быстро взял себя в руки. Ответы! Ответы это было именно то, что мне нужно. Поэтому я последовал за Брауном, внутренне приготовившись к какой-нибудь очередной проверке. Продолжившая вязать Агна помахала мне вслед.

Аптекарь привёл меня в просторный каменный зал с колоннами, половину которого занимал длинный стол. Никаких окон здесь не было, всё освещение давали люстры и лампы, выполненные в виде черепов. За упомянутым столом сидели с десяток мужчин и женщин, назвать которых людьми у меня язык не поворачивался. Некоторые и правда мало чем отличались от человека и их можно было перепутать в толпе, другие своим видом напоминали летучих мышей, чем заставили вспомнить о Кериме. И все они были бледными и с красноватыми глазами, отчего я вспомнил про Чёрный кальмар. Ну эти уже хотя бы не имели щупалец на мордах.

— Приветствую! Проходи, садись, — хриплым голосом предложил вампир, сидевший во главе стола. — Будь нашим гостем, пока что.

— Пока что? — тут же уточнил я.

— Посмотрим, как дело пойдёт, — ответил другой вампир, старый и с огромными ушами. — Кто знает, кем сможешь уйти.

— Садись, — Браун кивнул на свободный стул. — Тебе и без того оказывается огромная честь.

Среди собравшихся я заметил и по-прежнему незнакомую мне девушку, не сводившую с меня взгляда. За колонами держались ещё несколько силуэтов, и они показались мне вооружёнными.

— Надеюсь я наконец услышу хоть какие-то объяснения? — спросил я, присаживаясь за стол.

— Наглец! Кто ты такой, чтобы требовать здесь каких-либо объяснений? Кто ты такой, чтобы вообще здесь дышать?

— Тише, Налуз, — осадил обладателя огромных ушей тот, кто сидел во главе всех. — Это мы привели его сюда и нам действительно не мешало бы объясниться.

— Это твоя страсть, — прошипел Налуз. — Объясняться перед добычей, перед мясом, перед… едой.

Мне решительно не понравилось каждое из произнесённых им слов. Если Налуз походил на старую и сморщенную смесь человека и летучей мыши, то главарь всего это собрания хоть и выглядел как старик, но всё-таки куда лучше сохранился. Мертвенно бледный, совершенно лысый и с удлинёнными ушами в нём всё же читалось какое-то благородство. Правда оснований верить ему от этого больше не становилось.

— Я жду, — я решил, что нужно брать быка за рога или там мышь за крылья. — Ваши бойцы устроили мне эти проверки, не знаю прошёл я их или нет, но мне хотелось бы знать, для чего всё это.

— Это были не проверки, — покачал головой главный. — Они лишь присматривались к тебе. Проверять здесь буду только я.

— Да? И что ты хочешь понять?

— Можно ли поручить тебе то дело, которое большинство присутствующих в отличие от меня поручать не хотели бы.

— Стоп, стоп, стоп! — я тут же поднял руки. — Прошу меня простить, но я не намерен выполнять никакие ваши поручения или дела.

— А можем мы это зафиксировать? — снова оживился Налуз. — Посмотрите на него! Он не желает нам помогать!

— Может быть есть причина? — выглядело так, будто девушка пыталась за меня заступиться. — Почему ты так говоришь?

— Вы ещё спрашиваете? — удивился я. — Вы вампиры. Да-да меня не проведёшь! Вы все вампиры, а с вампирами у меня как-то не задалось.

— Может не нужно было пытаться их убивать? — мрачно осведомился Браун, тоже присевший за стол.

— То были выродки из клана Чёрного кальмара, — махнул рукой самый высокий и самый внушительный из присутствующих вампиров, носивший при этом очки в золотой оправе. — Одним больше, одним меньше. Не жалко.

— Это твои сородичи, Йозеф, — недовольно заметил Налуз. — И их убивали люди. Ты вообще на чьей стороне?

— Ну точно не на стороне невоспитанных мутантов.

— Друзья, мы отклонились от темы, — постучал по столу деревянной кружкой главарь. — Мы собрались здесь сегодня по важному делу и не просто так пригласили этого человека. Скажи мне Себастьян, назвавший себя Блэком, готов ли ты услышать то, зачем тебя привели сюда воля и обстоятельства? Хочешь узнать в какое время и в какое место сегодня мы вызвали тебя? И ради чего будем тебя проверять?

— Был бы рад это услышать, — признался я, косясь на силуэты за колоннами.

— В таком случае, человек, знай, что на тебе лежит огромная ответственность. Если всё получится мы будем пристально следить за каждым твоим шагом, но и ты всегда сможешь обратиться к нам, — главарь встал из-за стола и развёл руки в стороны. — Потому что сегодня мы привели тебя ради совершения Кровавого обряда!

Судя по всему, моё недоумение было совсем не тем, что он рассчитывал увидеть. Все присутствующие впились в меня внимательными взглядами, но я понятия не имел, что им всем от меня надо и что вообще здесь происходит. Не говоря уже о том, что случилось со мной в том старом особняке…

— Вы собираетесь обратить меня в вампира? — осторожно выдал я свою догадку. — Так это у вас называется?

— Обратить? Что он себе позволяет? — тут же заголосил Налуз. — Да кто он такой, чтобы требовать подобное тем более, что обряд даже не проведён!

— Тихо, — бросил главарь и внимательно посмотрел на меня. — Ты ничего не знаешь о Кровавом обряде? Не понимаешь для чего он нужен?

— Может быть ты и явился из того особняка, — с недоверием произнёс Браун. — Но ты должен знать о Кровавом обряде. Каждый на твоём месте знал о нём. Это традиция.

— Ну, а я не каждый! — воскликнул я и встал. — Что вам вообще от меня надо? Либо уже скажите прямо, либо дайте мне уйти!

Молчание, повисшее за столом, контрастировало со звуками, которые издавали силуэты, скрывавшиеся за колоннами. Они сопели, скрипели и всё громче чем-то скрежетали. Вскоре я понял, что это были мечи. Все взгляды сидевших за столом, тем временем, были направлены на главаря.

— Мы можем немного пройтись? — неожиданно предложил он.

* * *

— Признаюсь сразу, хоть мне и много лет я не очень хорош в том, чтобы строить всякие интриги, поэтому люблю говорить прямо, — произнёс главарь этого странного собрания, когда мы проходили через полутёмные коридоры. — Знаю, ты можешь мне не верить. Вампир, который не умеет интриговать. Но меня всегда удручал этот стереотип.

— В таком случае я уже заждался того, чтобы мне прямо всё объяснили. Меня правда нашли в том особняке в гробу?

— Правда.

— И как же я в нём оказался?

— Я не знаю.

Судя по всему, после того, как Браун отвёз меня в мрачный особняк я провёл там два дня. Что я всё это время делал и почему решил отдохнуть в гробу я решительно не помнил. А может у меня действительно было какое-то похмелье? Голова ещё болела, а тело продолжало ломить, но я связывал это с каменной кроватью, которая похоже была просто символом местного гостеприимства. Последние мои воспоминания были связаны с Потрошителем и нашим с ним странным разговором, детали которого всплывали в памяти медленно и неохотно. Кажется в конце он ударил меня? Но почему тогда не забрал? Почему положил в гроб? И он ли это сделал?

Позади нас шли Налуз и тот здоровенный вампир, названный Йозефом. Все остальные остались в зале, включая Брауна и девушку.

— Ты так и не представился, — заметил я.

— Верно, зови меня Альфред. Раньше я жил далеко отсюда, но обстоятельства и длинная история заставили меня перебраться сюда и стать тем, кем я стал. Речь не о вампиризме, хотя да ты, конечно, прав. Мы все здесь вампиры, ну кроме некоторых. Ты сейчас в гостях у клана Тёмных библиотекарей. Древнего и благородного рода, однако не буду скрывать, не самого сильного на этом острове, — он обернулся и указал на наших сопровождающих. — Это Йозеф — капитан нашего клана, который командует нашими солдатами. Правда у нас сейчас только один капитан. Ну а это Налуз, ты ему нравишься. Налуз представляет клан Последователи Невидимой Карты и является наблюдателем на сегодняшнем мероприятии.

— А ты тогда кто?

— Я консильери Тёмных библиотекарей. Занимаю эту должность, наверное, уже лет сто… До этого ещё был капитаном и ранее заместителем.

— Тогда если ты здесь консильери, то кто всем руководит? Кто босс? И что сегодня за мероприятие?

— Кровавый обряд, — улыбнулся Альфред. — Скажем так это что-то вроде посвящения в босса, хотя мы называем эту должность мастер клана. И в этом нам понадобится твоя помощь.

— И что именно вам нужно? — задал я волнующий меня вопрос. — Искупаться в моей крови?

— Не без этого.

Вампир хрипло рассмеялся. Интеллигентного вида Йозеф не выражал никаких эмоций, зато Налуз похоже просто мечтал задушить меня. Я же сам понятия не имел куда в случае чего отступать и потому активно крутил головой в надежде это исправить. Успеха не предвиделось пока мы не добрались до ещё одного каменного зала без окон, но зато с неглубоким бассейном, в котором прямо в одежде стояла Агна.

— Всё готово, господин, — сообщила она, глядя на Альфреда.

— Очень хорошо, — вампир остановился у бассейна и вытащил из висевших на поясе ножен длинный клинок. — Итак, Себастьян, человек, которого сюда привели обстоятельства и длинная история. С того момента, как ты вышел из того особняка в первый раз, мы пристально следили за тобой и ждали этой встречи. Наш клан не самый сильный, но зато один из умнейших, потому что мы храним старинные знания и тайны, о которых большинство предпочли забыть. И ещё мы храним верность традициям, которые передаются из поколения в поколение. Одна из таких традиций, связывает нас с семейством Блэков, как ещё недавно связывала с Льюисом Блэком. Человеком, которого я имел честь называть своим другом.

— Другом? — поразился я, видя, как скривился при этом слове Налуз.

— Именно другом и именно честью. Потому что это действительно большая честь, когда тебя считает другом твой мастер клана.

В этот момент я был готов подпрыгнуть от неожиданности. Какой ещё мастер клана? В смысле босс? То есть Льюис Блэк, мой по бумагам, но не по совести отец был боссом настоящего вампирского клана? Этот путешественник и искатель приключений руководил вот этими мрачными кровопийцами? Как у него вообще это получалось? Днём он писал книги и рисовал карты, а ночью раздавал поручения монстрам и подсчитывал запасы крови? Интересно, знали ли об этом Абрахам и Джошуа? А если знали то, что они думали на этот счёт?

— Подождите вы же не хотите сказать? — пронзила меня догадка.

— Зависит от того, как ты себя покажешь.

— Да вы это серьёзно? Не понимаю… вы хотите меня боссом сделать? Оно вам вообще зачем?

— Во-первых, не боссом, а мастером клана. Во-вторых, не хотим, а следуем древней традиции, которую завели ещё задолго до нас. А, в-третьих, этот вопрос ещё не решён, мне нужно проверить тебя. Можно назвать это проверкой того достоин ты или нет.

С этими словами он многозначительно указал мечом на бассейн, в котором приветливо махала рукой Агна. Не стоит говорить, что мне эта идея сразу же не понравилась.

— Традиция такова, что уже не одно поколение наш клан возглавляют представители семейства Блэков, — наконец-то пояснил мне Альфред. — Иногда это бывают разные люди, но чаще всего тот, кто является главой семьи. И поскольку теперь эта роль отошла тебе, Себастьян, то я считаю, что и здесь ты должен принять на себя новые обязанности.

— Подождите, но как это вообще у вас укладывается? Как я могу управлять кланом? А если я что-то наверчу? — такого я точно не ожидал. — И потом ведь вы знаете, что я вышел из особняка!

— Ну в том, что касается управления кланом я относительно спокоен. Даже если ты станешь мастером я-то всё равно остаюсь консильери и глупостей тебе наделать не дам, — рассудил вампир. — А при чём здесь особняк?

— Ну в смысле я же пришёл из другого мира! С другой стороны, или как вы это там называете?

— Так и отец Льюиса Блэка вышел из особняка.

На это я уже понятия не имел, что ответить.

— Хочешь сказать ты этого не знал? — удивился Йозеф, поправив очки.

— Откуда? Как?

— Если честно, мы думали, что ты нам об этом расскажешь, — усмехнулся Альфред. — Членов семейства Блэков связывают сложные связи, что даже нам трудно объяснить. Но факт остаётся фактом, и многие представители этой семьи вышли из особняка в разное время, чтобы помочь своим родственникам здесь. Когда случилась великая трагедия и умер Льюис Блэк ты вышел из особняка. Как раз для того, чтобы помочь этой семье. Теперь понимаешь почему я так уверен в том, что привёл тебя сюда не напрасно?

Ну после этого у меня уже не было никаких аргументов. От таких новостей у меня буквально крыша плыла, хотя самое главное, ожидаемо было ещё впереди. Проверка, которую мне задумали вампиры заключалась в необходимости спуститься в бассейн, воды в котором было по колено. У меня тут же застучали зубы от холода, хотя это было не самой большой проблемой. Следом за мной в бассейн спустился Альфред с мечом, а впереди меня ожидала Агна с кинжалом в руке. Она улыбалась настолько приветливо, что это уже начинало напрягать.

— Ты только не дёргайся, пожалуйста, — вежливо попросила девушка и взяла мою кисть. — Это совсем не опасно, если воды тебя примут.

— У вас всё равно ничего не получится…

Договорить я не успел, потому что Агна неожиданно быстро порезала мне руки, будто хотела вскрыть вены, и тут же отступила в сторону. Я был уверен, что сейчас почувствую запахи костра с пеплом и сработает Петля, но ничего не произошло. По моим рукам стекала кровь и медленно капала в воду, расходясь кругами. Положив клинок на плечо рядом встал консильери.

— Альфред, я всё равно хочу сказать, — выступил Налуз. — Эта старая и бессмысленная традиция. Выполнять её совершенно глупо! Не может человек возглавлять вампирский клан!

— В этом наше с тобой ключевое отличие, мой друг! — усмехнулся Альфред. — Тёмные библиотекари как хранили редчайших знаний помнят, что как раз может! И такое уже бывало не раз!

Тем временем у меня начинала кружиться голова. Что-то странное происходило со мной, подтверждая догадку, что это был совсем не обычный бассейн с водой.

— Теперь мы посмотрим достоин ли ты или нет, — произнёс Альфред и направил на меня меч. — Посмотрим примут ли тебя эти воды и сможешь ли ты победить меня в поединке.

— Что?! Ты это сейчас серьёзно?

Ответом мне послужил выпад, от которого я не смог полностью увернуться. Сталь зацепила моё плечо. Я отступил назад, тут же поскользнулся и упал с головой погрузившись в воду. А когда вынырнул, то потерял дар речи.

Вокруг гремели взрывы и выстрелы, дико кричали люди и ржали лошади. Кто-то выл, кто-то звал на помощь, кто-то громко отдавал приказы. Я же не мог поверить своим глазам, потому что в одно мгновение оказался не в мрачном каменном помещении, а посреди настоящего поля боя под открытым небом, совершено безучастным к тому, что творилось на несчастной земле.

— Стоять! Не сметь отступать! — кричал какой-то офицер со шпагой. — Все в атаку! Я сказал в атаку!

Вокруг шёл бой. С одной стороны, я видел людей в красных мундирах, вооружённых ружьями со штыками. Большинство из них отступали и несколько офицеров пытались организовать оборону. С другой стороны, на них наступали воины в килтах с мечами и круглыми щитами в руках, которые шли с криком подобно лавине. Они кололи и рубили бойцов в красных мундирах, которые отстреливались и пытались хоть как-то их задержать. Щиты нисколько не останавливали пули, но похоже изменить ситуацию это не могло. Раздался взрыв, раскидавший сразу несколько человек. Куда ни глянь лежали трупы или стонали раненные.

— Что? Что происходит?! — закричал я изо всех сил.

Но мой голос потонул в общем шуме и гаме. На моих глазах человек в красном мундире штыком повалил нападавшего, а рядом с ним уже боец в килте мечом пронзил противника. Какой-то мальчишка в съехавшем парике визжал и пытался уползти. Не знаю откуда, но ко мне вдруг пришло осознание, что здесь сражались англичане и шотландцы. Вот только где и когда? И самое главное ради чего?

— А ну вставай, сволочь! — неожиданно ко мне подскочил офицер и рывком поднял на ноги. — В бой! В бой!

С удивлением я осознал, что на мне был красный мундир. С силой меня толкнули в сторону нападавших шотландцев, а я понял, что совершенно безоружен. В одно мгновение вопрос «как мне сражаться» стал почти также важен, как и вопрос «как я здесь оказался». Прямо передо мной шотландцы разбили строй англичан, рубя мечами и раскидывая щитами. Нескольких из них повалили штыками и пулями, но куда ни глянь красные мундиры бежали, не обращая внимания на вопли командиров. Раздался ещё один взрыв, крики после которого заглушили всё вокруг. Я рухнул на землю, прикрывая голову руками, но это было лишь начало. Главные ужасы были ещё впереди.

— Это они! Они здесь! Бежим!

— Стоять насмерть, уроды! Встретим, тварей!

По-прежнему не веря своим глазам, я увидел огромных чудовищ, похожих на волков. Вытянутые морды, бешенные глаза и здоровенные клыки, от одного вида которых хотелось присоединиться к другим дезертирам. Эти чудовища производили куда большее впечатление, чем те твари, которых я видел в Лондоне. На их фоне даже вампиры с щупальцами казались мелочью, а эти набрасывались на красные мундиры подобно урагану, рвали глотки и буквально отрывали руки. Нередко они лишь калечили англичан и бросались дальше, а раненных добивали пехотинцы с мечами.

— Чего разлёгся?! — покрытый шрамами сержант ударил меня прикладом. — Вставай! Вставай, кому говорят!

Не знаю хотел ли он послать меня в атаку или призвать к бегству, но появившийся рядом с ним монстр буквально поднял его в воздух и отшвырнул на несколько метров. Меня чудовище не заметило и рвануло дальше, а я поднялся, пытаясь понять куда бежать. Однако от поиска ответа меня избавил бородатый шотландец, накинувшийся на меня с мечом. Несмотря на грузный вид он двигался на удивление легко и быстро. Каким-то чудом я нашёл на земле шпагу и отбил несколько ударов, а затем попытался контратаковать. Но щит и фехтовальное искусство делали шотландца практически неуязвимым.

— Покажи мне что ты можешь! — хриплым голосом требовал бородач. — Покажи мне, что ты видишь!

Его слова показались мне странными, но в тот же момент англичане пошли в контратаку. Загремела артиллерия, взрывы которой поднимали вокруг нас комья земли и грязи. Кричали люди, трещали выстрелы. Нескольких воинов в килтах опрокинули штыками и саблями, даже одно из похожих на волков чудовищ упало под огнём мушкетов. Красные мундиры оттеснили бородача и его товарищей, как вдруг я заметил ещё кое-что.

Среди англичан бился странный тип в офицерской форме, однако его лицо и руки были закрыты чёрной тканью. Не сразу я понял, что у него вообще не видно никаких открытых участков кожи, но зато он бился с невероятной ловкостью и яростью. На моих глазах он рассёк двоих бойцов и в одиночку кинулся ещё на троих. Сам не знаю зачем, но я бросился именно к нему, уже не обращая внимания на выстрелы и взрывы, раздававшиеся опасно рядом. В моей руке по-прежнему была шпага, которую я, к счастью, не выбросил. Потому что стоило мне приблизиться к этому странному типу, как крики кругом поднялись с новой силой. Крики, ругань и полные боли и страха вопли.

Контратака англичан захлебнулась и теперь шотландцы снова гнали их назад, обагряя и без того красные мундиры кровью. И похоже теперь офицеры уже не могли остановить бегство, особенно после того, как волкоподобные монстры начали нападать именно на них. Я же продолжал пробираться к странному типу в чёрном и был уже совсем близко, когда на меня вдруг снова набросился бородатый шотландец.

— Покажи мне то, что видишь! — вновь закричал он. — Покажи мне то, что можешь узнать!

— Да пошёл ты! — огрызнулся я.

Выпад и мне удалось рассечь ему щёку клинком шпаги. Бородач отступил, схватившись за лицо, а я невольно удивился тому, как ловко вдруг научился фехтовать. И в этот момент нас заметил странный тип в чёрном, который замер пристально глядя на нас. Нет, на меня! Я увидел его взгляд — мутных, болезненных глаз, покрасневших и слезящихся. Как он вообще мог биться? Подумать толком я не успел, потому что к моему шоку моя рука неожиданно сама поднялась, сжимая невесть откуда взявшийся пистолет. Движение пальца, которое я не совершал и тут же раздался выстрел. Пуля пробила красный мундир и заставила мужчину в чёрном пошатнуться, но в следующее мгновение он, не раздумывая, кинулся прямо на меня.

Подобного напора я не ожидал. Одно дело смотреть на то, как кто-то бьётся со стороны и совсем другое самому сражаться с ним. Движения этого типы были необычайно быстры, быстрее любого, с кем мне доводилось встречаться. А в силе он похоже не уступал даже Потрошителю! Его удары раз за разом заставляли меня отступать, не оставляя никакой надежды перехватить инициативу. Снова действуя сама по себе моя рука выхватила кинжал и ловко метнула его во врага. Но тот отбил его клинком и снова бросился в атаку. Англичане вокруг нас не вмешивались с ужасом глядя на то, как сражаются два красных мундира.

Единственным кто посмел вмешаться стал уже знакомый бородатый шотландец с окровавленным лицом. Сначала я подумал, что он тоже набросится на меня, но он совершенно неожиданно встал на мою сторону и вот мы уже вдвоём бились против типа в чёрном, который за весь бой не проронил ни слова.

В конце концов он выбил шпагу из моих рук и ударом ноги отправил меня валяться на земле. Однако добивать не стал, полностью сосредоточившись на поединке с бородачом. Тот снова удивлял меня поразительной для размеров ловкостью и какое-то время казалось будто эти двое сражаются на равных. Англичане тем временем уже отступили и со всех сторон нас окружали шотландские войны, в то время как монстры продолжали преследовать беглецов. Даже пушки перестали стрелять. А эти двое всё наносили удар за ударом, постоянно двигаясь и не желая друг другу уступать. Я же искал глазами оружие, любое какое пригодится.

Ударом щита шотландец выбил противника из равновесия и уже замахнулся для решающего удара. Однако тип в чёрном оказался проворнее и быстро полоснул своей саблей в ответ. Бородач еле успел прикрыться щитом, но удар оказался такой силы, что чуть не разрубил щит надвое, задев при этом руку. Шотландец зарычал от боли, но отступил, полностью уйдя в оборону, однако его противнику только это и было нужно. Замахнувшись саблей, он уже приготовился для стремительной атаки, когда я уже нёсся к нему со штык-ножом в руках. К сожалению, лучше ничего не нашлось…

Всё-таки реакция у него была отменная. Даже в такой ситуации он заметил меня и сумел увернуться. Почти. Штык-нож рассёк ему бок, разрывая ткань мундира и плоть жертвы, а я тут же получил удар кулаком, отправивший меня в сторону. Однако сам мужчина отступил, закрывая рукой рану.

— Блэк, — неожиданно произнёс он, глядя на меня своими болезненными глазами, которые всё же не были глазами человека. — Я всегда знал, что ты сделаешь неправильный выбор.

Со всех сторон на него направляли мечи и мушкеты, но он, не отрываясь смотрел только на меня. Смотрел полными ненависти глазами вампира.

— Но я заставлю тебя пожалеть об этом выборе. Тебя или твоих потомков.

С этими словами я вдруг почувствовал на губах воду, воздуха стало не хватать, и я ощутил, что тону несмотря на то, что кругом было поле боя. А затем я вынырнул из воды в каменном бассейне и увидел перед собой довольное лицо Альфреда. И кое-кого ещё, чьё появление меня напугало.

Глава 11

Глава 11.

Когда я вышел из бассейна все вампиры вокруг склонились предо мной. Альфред, Йозеф и Агна. Даже Налуз опустился на одно колено в знак уважения перед новым мастером союзного клана. Неожиданно он признали меня своим лидером, чему у меня не было никаких объяснений.

— Пусть мастер ведёт нас к будущему, — торжественно произнёс Альфред, не поднимая головы. — И пусть страницы старых и новых книг, хранимых Тёмными библиотекарями, укажут ему верный путь.

Остался стоять только один человек, мрачный взгляд которого не могли смягчить ни торжество момента, ни хорошее настроение Альфреда. Джошуа стоял и смотрел на меня, сжимая рукоять меча. Я же ожидал увидеть здесь кого угодно, но только не его. Наверное, даже королю я бы удивился меньше.

— У нас есть неоконченное дело, — сообщил он, когда вампиры встали и пропустили меня к нему.

— Разумеется, — сказал мой консильери, спрятав меч в ножны. — И оно требует скорейшего разрешения. Но надеюсь вы будете учитывать новый статус господина Себастьяна. Мне бы не хотелось, чтобы мой клан лишился своего нового мастера настолько… быстро.

— Сэр Абрахам всегда учитывает всё, что имеет значение. Будете сейчас устраивать своему господину экскурсию?

— Думаю это может и подождать. Только если мастер не решит иначе.

— Нет, — я решительно покачал головой. — Экскурсии подождут, мне действительно нужно закончить дела. Только… что там случилось? Что произошло в этом бассейне?

— Ты посетил одну из наших библиотек, — с довольным видом ответил Альфред. — И тебе удалось установить с ней связь, хоть и не без моей помощи.

— Помощи? — меня вдруг посетила догадка. — Так тот бородатый шотландец — это был ты?

— Я направлял тебя, помогая разобраться в том, что показывали тебе воды. Это, кстати, не простой труд.

— Помогая? По-моему, ты пытался меня убить!

— Всего лишь неверная трактовка событий.

— Вы долго ещё будете припираться? — недовольно прервал Джошуа. — Время не ждёт.

— Не буду вас больше задерживать, — кивнул Альфред и добавил. — Но у меня есть одно обязательное условие.

— И какое же?

— Ребекка отправится вместе с вами.

Прежде чем я успел что-либо сказать Джошуа изменился в лице, но вместо отказа произнёс:

— Если так хотите, то валяйте, но, если что не жалуйтесь. Народ у нас сейчас нервный, ваш новый мастер знает почему.

Я знал. Нервно сглотнув, я последовал за рыцарем, который вёл меня к выходу из этих каменных и полутёмных помещений. Вот только к свету ли?

* * *

Теперь я знал, что девушку, которая привела меня сюда звали Ребеккой и похоже, что Альфред поручил ей роль моего телохранителя. По крайней мере на время встречи с сэром Абрахамом. Признаться я не считал, что мне действительно нужен телохранитель, хотя разговор мог повернуться как угодно. В глазах рыцарей я был дезертиром и беглецом, а судьба дезертиров во все времена была незавидной. Будут ли мстить мне Джошуа и остальные и насколько далеко они готовы зайти? И самое главное, что делать мне, когда они решат вынести свой приговор? Умирать я не хотел, но и вступать в яростный конфликт с Орденом не планировал. Или с того момента как вампирский клан, не спросив моего мнения сделал меня своим лидером других вариантов больше не осталось?

Отдельным вопросом было то, как вообще сэр Джошуа, рыцарь Ордена Артурианской Службы и охотник на чудовищ нашёл меня в вампирском клане и лично посетил его, чтобы забрать меня? Да ещё и с такой лёгкостью, словно он был не в логове жестоких кровососов, а у старых знакомых, нисколько при этом, не беспокоясь о собственной безопасности. Да и сам Альфред не сильно с ним спорил, будто считал нашу встречу с Абрахамом необходимой. Что вообще здесь происходило?

— Боюсь, что сейчас не время и не место говорить об этом, — произнесла Ребекка, когда я прямо её спросил. — Но уверенна, что совсем скоро ты во всём разберёшься и всё встанет на свои места.

— Если выживу запрещу вам всем пользоваться этой фразой.

Мы ехали в экипаже по тёмным лондонским улицам, на которые снова опустилась ночь. После последнего моего посещения особняка я совсем потерял счёт времени, но меня удивило совсем другое. Не считая извозчика Джошуа пришёл один без какой-либо охраны или сопровождения. Ни рыцарей, ни агентов, вообще никого. Насколько он не беспокоился о собственной безопасности посещая клан Тёмных библиотекарей и о чём это могло говорить? О том что он был уверен в своих силах и полагал что и сам справится в случае нападения вампиров? Или после гибели Чарли и Белинды он вообще перестал отдавать отчёт угрозам?

Вторым удивлением стало то, что экипаж остановился куда раньше, чем я рассчитывал. Мы явно ещё не доехали ни до штаб-квартиры Артурианской Службы, ни до её Мастерской. Вместо этого экипаж замер возле церкви, названия которой я не знал.

— Выходим, — бросил мне Джошуа, а потом посмотрев на Ребекку добавил. — А ты пока останься здесь.

— Мне приказано сопровождать мастера клана на протяжении всей поездки, — решительно заявила девушка.

— Да ничего с ним не случится, — махнул рукой рыцарь, уже выпрыгнув на мостовую. — Всего лишь поговорим с глазу на глаз.

Второго приглашения мне не требовалось поэтому я вылез из экипажа и последовал за Джошуа в сад, расположенный рядом с церковью. Ребекка после моего кивка осталась в экипаже, хотя и явно была недовольна ситуацией.

Сад возле церкви был полон деревьев и каменных статуй, возле одной из которых мы и остановились. Я догадывался, что перед разговором с Абрахамом Джошуа захочет сказать мне пару слов лично. И я даже предполагал, как именно он начнёт беседу и нисколько не ошибся. Стоило рыцарю обернуться ко мне как он тут же ударил меня по лицу, а затем ещё добавил под дых. Петля снова не сработала, но я и не собирался уворачиваться. Мне нужно было вновь наладить контакт с этим человеком и такое начало было не хуже других.

— Даже не будешь драться? — мрачно спросил Джошуа. — Или убегать?

— Набегался, — уже успев принять решение ответил я.

— А знаешь у меня до сих пор перед глазами стоит то, как ты драпанул. Свалил, кинув нас в окружении врагов. Помнишь это?

— Помню, Джошуа. Ещё помню, что ты мне кричал тогда вслед. Кстати, рад, что ты выбрался. Надеюсь, Олаф с Брайаном тоже живы?

— Если так беспокоишься что же ты нас не искал? — прищурился Джошуа. — Вернулся бы? Спросил про самочувствие? Помог?

— Не буду тебе врать. Я думал об этом, но на самом деле пытался вернуться домой. Как видишь не слишком удачно.

— Оно видно. Где ты, сволочь, пропадал все эти дни? Руководитель Абрахам приказал достать тебя из-под земли, и я откровенно устал тебя искать. Я даже не смог как следует проститься со своими товарищами.

— Олаф и Брайан? Они живы?

Судя по Джошуа он прямо сейчас был готов наброситься на меня и задушить голыми руками, но затем его взгляд неожиданно смягчился. И что куда важнее он убрал руку с револьвера.

— Вмазать бы тебе посильнее, да только Петля всё отмотает назад, — вздохнул он. — Олаф с Брайаном живы. Тела Чарли и Белинды мы забрали, когда раскидали тварей. Похоронить правда пока не успели.

Его лицо ещё больше помрачнело от тяжёлых воспоминаний, а я немного выдохнул. В конце концов за жизни Олафа с Брайаном я искренне переживал, вне зависимости от того, что они сейчас обо мне думали.

— Хочу, чтобы ты знал, Всеволод, — после недолгого молчания сказал Джошуа. — Я не виню тебя в провале операции, как и в смертях Чарли с Белиндой. На самом деле всё рухнуло ещё до твоего бегства, и ты бы никак не мог им помочь. Но я недоволен тем, что ты поддался страху. Я могу понять сам страх, но наша служба заключается в том, чтобы противостоять ужасам страшнее смерти и если ты не готов встречать их стойко и с оружием в руках, то тебе не место среди нас. В том числе и ради твоего же блага.

— Джошуа, я стыжусь того, что случилось и меньше всего я хотел подвести тебя или кого-то из наших товарищей. Но то, что там произошло… Я и представить себе не мог, что этот Потрошитель окажется таким сильным. Я думал, что Петля делает нас…

— Неуязвимыми? Роковая ошибка. Но что касается Потрошителя, то мы все его недооценили. Я знал, что он опасен, но настолько. Столько силы и ловкости… Не всякое чудовище может похвастается чем-то подобным.

— Что сейчас с ним? В смысле с Потрошителем? Где он?

— Ну это, Всеволод, больше не твоя забота. Или ты думаешь я тебя искал, чтобы снова в ученики или оруженосцы взять? Нет. Твою судьбу будет решать сэр Абрахам и поверь он будет учитывать всё. Даже этот твой новый статус.

— Слушай, как раз на счёт него, — хотел уточнить я. — Если честно я вообще ничего не пониманию! С какой радости эти вампиры решили сделать меня своим главой? И вообще они сами меня нашли!

— Мы с тобой это уже обсуждали. Я солдат, такие вещи не объясняю.

— Такие это какие? Раньше ты был более разговорчивым.

— Политические. Это к сэру Абрахаму тем более, что разговор с ним не за горами. Поэтому поехали, у нас и без того мало времени.

— Куда-то торопишься? — удивился я, расстроенный таким ответом.

— Разумеется! Отдам тебя руководству и вернусь к поискам Потрошителя. Я эту тварь теперь хоть со дна Темзы достану за моих ребят, а потом там же и утоплю. Ещё и выпью в честь его смерти!

Он решительно направился к выходу из сада, но остановился, когда я окликнул его. Обернулся с нетерпеливым выражением на лице. Я не знал, что ждёт меня после разговора с Руководителем Артурианской Службы и потому лишь сильнее хотел закончить всё здесь. Расставить все точки над «i» или как там это называется?

— Прости меня, Джошуа. За всё, что произошло.

— Знаешь, возможно, мы и правда взвалили на тебя слишком много, — пожал плечами рыцарь. — Но как говорил мне мой наставник, не нужно просить прощения. Просто докажи, что ты не просто так держишь меч или умри, не выпуская его из рук.

* * *

Итак, всё повторялось. Я был в старом особняке, где со мной снова случилось нечто странное и необъяснимое и вот я снова в штаб-квартире Артурианской Службы. И снова не знаю, чего ждать и чем всё кончится. Ещё один шаг в неизвестность, в которой трудно что-либо спланировать или предугадать. Возможно, к таким кульбитам уже стоило начать привыкать? За короткий промежуток времени я успел побывать охотником на чудовищ, аристократом и главой дворянского дома, а теперь ещё и лидером вампирского клана. И в промежутке между всем этим серьёзно повысил свои боевые навыки, да к тому же умудрился их ещё и применить. К собственному большому удивлению.

Однако кое-что теперь изменилось. Теперь я знал, чего хочу. Знал, что собираюсь делать. Это было словно как пазл, который наконец-то сложился. Сжигающее изнутри чувство стыда за то, что я сбежал с поля боя, фактически бросив своих товарищей. И ещё слова Ирмы, назвавшей меня «пустышкой» и «марионеткой» не давали мне успокоиться. Меня терзало желание доказать обратное и прежде всего самому себе. Я хотел реабилитироваться в собственных глазах и самое главное сделать нечто стоящее. Ведь, наверное, впервые в жизни у меня был настолько уникальный шанс сделать что-то серьёзное и важное, что-то такое, что будет иметь особенную ценность. Остановить серийного убийцу? Спасти Лондон? Или прыгнуть выше любого потолка, который я когда-либо сам себе определил?

Да теперь я знал, чего хочу.

— Ну что ж, Всеволод, или тебе уже больше нравится Себастьян? — сэр Абрахам Арминиус Вамбери, как и в прошлый раз встретил меня с сигарой в руке. — Думаю пришло время нам поговорить прямо и без всяких недомолвок?

— Знаете полностью с вами согласен, — именно это я и хотел услышать.

На этот раз мне не надевали мешок на голову и привели не в какую-то комнату в подвале, а в огромный зал, увешанный оружием и трофеями. Мечи, топоры, алебарды и даже рыцарские доспехи. Трофеи же были результатом охоты на чудовищ и состояли из черепов, шкур и целых скелетов монстров. Местами их разбавляли жутковатые мечи и неприятного вида амулеты, которыми пользовались чудовища. Всё это было результатом долгой и плодотворной работы Ордена Артурианской Службы и его рыцарей.

Встреча с сэром Абрахамом проходила один на один, даже Джошуа остался за дверями вместе с охраной. Ребекку несмотря на её несогласие куда-то увели и потому глядя на своего собеседника я не испытывал сомнений, что, если ему понадобится, он сможет легко расправиться со мной.

— Прежде всего я хотел бы услышать, где же ты был всё это время? — поинтересовался Абрахам, внимательно глядя на меня. — Джошуа и остальные мои подчинённые с ног сбились, пытаясь тебя разыскать.

Не видя смысла делать из этого тайну, я рассказал обо всём, что пережил за эти дни. Включая то, как отправился в особняк и что потом меня обнаружили в нём в гробу. И, конечно, о Потрошителе.

— Скажите прямо. Я могу вернуться домой?

— Ещё во время нашей первой встречи я сказал, что не знаю как это сделать. Речь идёт о силах, пока ещё недоступных нашей науке. Поэтому нравится тебе это или нет, но ты здесь застрял.

— Это я уже понял, — проворчал я. — Мне сейчас интересен не столько способ, сколько факт. Вы знаете, хоть кого-то, кто смог вернуться обратно? Ну туда откуда пришёл?

— Лично? Нет. Но у меня на службе состоял один надёжный агент, который был путешественником с другого Острова. Однажды он бесследно исчез при выполнении одного важного задания, и мы признали его пропавшим без вести. Но я всегда утешал себя мыслью, что он всё-таки нашёл способ вернуться обратно.

— А что его мир был лучше этого? У него там не было чудовищ?

— Чудовища были, не было пороха, чтобы с ними биться. И солнце слишком часто закрывали слишком плотные тучи, — пожав плечами заметил Абрахам. — Но дом есть дом, как ни крути.

С этим было не поспорить. Я сам часто вспоминал свой мир, хотя никогда не испытывал там и капли того адреналина, который достался мне здесь. Но похоже, что вернуться домой будет сложно.

— Джошуа рассказал мне обо всём, что случилось, — Абрахам вернулся к основной теме нашей встречи. — Бегство в наших рядах считается позорным и неприемлемым, но возможно в твоём случае можно посмотреть на ситуацию под другим углом. Скорее всего было ошибкой поручить тебе это дело без должной подготовки. Ведь ты действительно оказался просто не готов к такой задаче. Разумеется, это моя вина. Я слишком доверился сходству между тобой и Льюисом, а также тому, что у вас у обоих есть Петля.

— Вы ждали от меня чего-то особенного? — уже давно догадался я. — Что из того старого особняка выйдет подготовленный и готовый к бою человек? Уже десятками убивавший монстров всех мастей?

— Вроде того, — признал Абрахам, продолжая курить сигару. — Но дело вовсе не в боевых навыках, а в знаниях. Я был уверен в том, что если ты и не знаешь как именно попал сюда, то уж имеешь точное представление зачем. Что у тебя есть миссия, задание, какая-то цель. Что ты уже прикоснулся к некому сакральному знанию и готов поделиться им с нами, а это знание серьёзно изменит баланс сил.

— Это ведь всё связанно с Блэками? Кто они такие на самом деле?

— На самом деле они именно такие, как их тебе и представили. Исследователи, путешественники, писатели. Они познавали мир, делились своими знаниями через книги. Помогали решать кое-какие вопросы.

— И при этом они были путешественниками между мирами?

— Не в том смысле, который ты вкладываешь в эти слова. Они не могли приходить и уходить. Просто некоторые члены этой семьи родились на других Островах и оказались здесь по стечению множества сложных обстоятельств. Но все они служили одному делу.

— И какому?

Сэр Абрахам остановился перед огромной картой Британского острова и развёл руками.

— Познание! — многозначительно произнёс он. — Исследование мира, попытка понять все его секреты, даже самые потаённые и запретные. Учитывая, что часть членов этой семьи были родом не из этих мест, то думаю им было не мало интересно!

— И сколько же всего Блэков были не отсюда? — продолжал расспрашивать я. — А есть имена? Может какая-нибудь книга учёта?

— Знаешь, Всеволод. Это скучный дом для скучных людей и почти все книги здесь посвящены либо охоте на чудовищ, либо истории охоты на чудовищ. Если хочешь читать семейные хроники, то обратись в библиотеку Блэков, — на его почти зверином лице заиграла весёлая усмешка. — Лично мне неизвестно сколько конкретно членов этой семьи были путешественниками с других Островов. Сдаётся мне этого и сами Блэки толком не знают. Но в любом случае крови в них намешано не мало. Я думаю, ты бы отлично вписался, если бы не последние обстоятельства. Что ж, даже если я не могу отправить тебя домой я, всё равно могу, найти тебе занятие. Если, конечно, ты всё ещё планируешь работать с нами.

— Сэр Абрахам, именно об этом я и хотел с вами поговорить.

Руководитель Артурианской Службы взглянул на меня с интересом, зажав сигару в зубах. Признаюсь, он меньше всего походил на человека, который мог командовать рыцарями, скорее уж на какого-то весёлого бизнесмена. Но это не имело значения, поскольку решение я уже принял.

— Я понимаю к чему вы ведёте, — произнёс я, как никогда уверенный в каждом своём слове. — Вы хотите удалить меня с поля. Отстранить от управления семьёй Блэков, найти мне какое-то другое занятие. Я благодарен вам за участие… Но дело в том, что я не хочу покидать поле.

— Какое ещё поле?

— Последние несколько дней заставили меня по-другому на всё посмотреть. В нашу первую встречу я не знал, что происходит и что от меня требуется, но теперь я знаю, что делать. Я знаю, чего хочу.

— Хм, и чего же? И прежде, чем ты ответишь, скажи сразу. Если в действительности ты не имеешь никакого отношения к семейству Блэков, кроме подготовленных нами бумаг, зачем мне снова отдавать в твои руки настолько серьёзный актив?

Вопросы были самые серьёзные. Вот только у меня уже были подготовлены на них ответы.

— Я бился с монстрами, я рисковал своей жизнью. Да я сбежал от Потрошителя, но теперь я готов встретиться и сразиться с ним. И может я не так долго, как Джошуа знал Чарли и Белинду, но не меньше его хочу отомстить за их гибель, — говорил я быстро, но зато уверенно. — А что касается семейства Блэков, то вы не можете утверждать, что я действительно не имею к ним никакого отношения. Может все остальные члены этой семьи, также появлялись здесь не зная, что делать и куда идти? Может вообще все члены этой семьи никакие не родственники, а лишь случайные путешественники, заблудившиеся во тьме?

— Случайные ли? — хищно прищурился Абрахам. — Я слышал ты завёл знакомство с весьма сомнительными личностями. Личностями, с которыми раньше имел аналогичное знакомство Льюис Блэк.

— Вампиры, — выдохнул я. — Так вы знали об этом? Льюис правда возглавлял целый клан?

— И я, и все остальные Руководители Ордена всегда стремились знать всё, что касалось семейства Блэков. И об их старом сотрудничестве с Тёмными библиотекарями нам также было всегда известно. Полагаю у тебя, в связи с этим есть вопросы?

— Разумеется! — воскликнул я. — Это же вампиры? Блэки сотрудничают с вампирами? Получается, что вы сотрудничаете с вампирами? Но как? И мне теперь что, реально нужно становится мастером их клана?

— Сотрудничаем? Нет. Используем старинную связь Блэков с ослабевшим, но хранящим полезные знания вампирским кланом? Который при этом ещё и в затяжном конфликте с сильнейшими силами монстров в Западной Европе? Да.

Лично для меня всё это попахивало двойными стандартами, хотя, с другой стороны, разве должен мир делиться строго на чёрное и белое? Разве не было такое мышление ошибкой, которой нужно было старательно избегать? К тому же Джошуа уже как-то раз говорил мне, что Орден Артурианской Службы не преследует цели полного истребления всех монстров. Так может дело было не только в бесперспективности подобной идеи, но и в готовности использовать некоторых чудовищ в собственных целях? С другой стороны, разве не именно это Джошуа и осуждал?

— Да, — неожиданно произнёс Абрахам.

— Что? — удивился я, отвлёкшись от своих мыслей.

— Я сказал «да», — повторил он. — Учитывая, как всё сложилось тебе нужно будет стать мастером Тёмных библиотекарей, если ты по-прежнему хочешь с нами работать. Тем более, что они тебя уже почти приняли.

— Почти? — снова удивился я.

— Разумеется! Вампиры будут ждать как ты делом докажешь, что достоин быть их лидером. Как и я хочу быть уверен, что не ошибусь, снова доверив тебе Блэков. Ведь теперь ты сам просишь об этом.

С этими словами он сел за длинный стеклянный стол и жестом предложил мне присесть. По его звериному лицу было видно, что он взвешивал все «за» и «против».

— Сэр Абрахам, я бы хотел снова работать с сэром Джошуа и бойцами из «Кровавого серебра», — заявил я, желая склонить чашу весов в свою пользу. — И я говорю совершенно серьёзно. Если я застрял в этом мире, то я хочу разобраться в том, как здесь оказался. Как связанно моё путешествие с другими Блэками, пришедшими из других миров. И лучше всего я смогу сделать это если снова вернусь к роли Себастьяна. Уверен вы считаете также.

— Во-первых, мне нужно привести в порядок дела семейства Блэков, — после долгого молчания произнёс Абрахам, видимо уже приняв для себя решение. — Все эти растраты, заблокированные счета и прочие расходы. Со всем этим нужно разобраться. Во-вторых, необходимо расследовать обстоятельства гибели Льюиса Блэка. К сожалению, слухов здесь гораздо больше, чем фактов, а мне необходимо знать, что конкретно и как именно случилось. И, в-третьих, Потрошитель.

— Разумеется, он должен ответить…

— Дело не только в этом. И не только в том, что между вам похоже есть какая-то связь. Я хочу, чтобы мы с тобой правильно понимали друг друга. Потрошитель ведёт охоту на чудовищ, но ты ведь уже понял, что он не просто бьёт первых попавшихся на глаза монстров? Вовсе нет. Не знаю его целей и мотивов, но Потрошитель похоже объявил войну сильнейшим группировкам чудовищ в Англии и непосредственно в Лондоне. Так или иначе все его атаки направлены против них самих или их ближайших союзников. Одного за другим он убивает вампиров из кланов Чёрного кальмара или Кровавой страсти. И от этого может казаться, что он способен стать нашим союзником.

— Поверьте, после того, что я видел в доках и слышал в особняке я слабо верю в то, что это нечто может быть нашим союзником, — мрачно заметил я.

— То, что Потрошитель убивает чудовищ ещё не делает его праведником, — многозначительно произнёс Абрахам. — В первую очередь он — это пример неконтролируемого насилия, которое проливает кровь, где хочет и когда хочет. Это пример хаоса, который лишь дестабилизирует всё к чему прикасается. И к тому же, как ты уже знаешь он убивает не только монстров, но и людей, вне зависимости от того, связанны они с чудовищами или нет. Именно поэтому мы вступили в борьбу с ним в начале, и мы продолжим её сейчас. Ты это всё понимаешь?

— Абсолютно. Сэр Абрахам, я хочу закончить то, что начал. Для меня это теперь личное, потому что я не желаю помогать этому чудовищу, — сказал я прямо. — К тому же я понимаю ставки. В роли Себастьяна я рискую куда больше других и за следующую ошибку, скорее всего заплачу жизнью.

— Хорошо, что ты это понимаешь, — кивнул Абрахам и угрожающе сверкнул глазами. — Пойдём, я тебе кое-что покажу.

Мы встали из-за стеклянного стола, и он провёл меня в дальний конец зала, где возле стены высокая каменная плита. Присмотревшись, я различил на ней имена и даты, а потом понял, что это были даты смерти.

— Всё это рыцари Ордена Артурианской Службы последователей Круглого Стола, — объяснил Абрахам. — Погибшие в боях с монстрами и чудовищами, которых в давние времена бил сам король Артур.

— Имена Чарли и Белинды тоже появятся здесь?

— Разумеется. Следуя старой традиции все члены Ордена после гибели производятся в рыцари посмертно. Я хочу, чтобы ты увидел сколько людей погибло за наши идеи и осознал насколько они для нас важны. Поскольку на твоём Острове, если верить твоим словам, нет чудовищ, то значит ты не знаешь откуда они появились?

— Нет, но я задумывался об этом. Какой-нибудь вирус? Эпидемия?

— Можно сказать и так. Изначальные монстры пришли к нам с другого Острова, с какого именно мы не знаем. Существует версия что все чудовища на всех Островах являются выходцами с одного тёмного и злого, сокрытого где-то в неизвестности.

— Но у вас ведь нет связи с другими мирами? В смысле Островами?

— Нет, — подтвердил Абрхам. — И потому это только теория. Но то, что первые монстры пришли не отсюда — это правда, установленная королём Артуром. Поэтому он и создал рыцарей Круглого Стола, чтобы бороться с этой угрозой, чужеродной нашему миру, а мы со смирением продолжили их дело. Уже впоследствии монстры, демонстрируя уникальную живучесть нашли себе слуг среди людей и научились обращать их в себе подобных. Со временем они размножились и понеслись по свету подобно чуме. Так что да, твоё сравнение с эпидемией может быть вполне уместным.

— И насколько далеко они распространились? — уточнил я. — По всему миру или где-то остались места, где их нет?

— Если такие и есть, то нам они неизвестны, не считая разве что парочки, — Абрахам пожал плечами. — Да и они больше похожи на осаждённые крепости, чем на тихие уголки. Важно не это, а то, что взаимодействие первых монстров с людьми привело к непредсказуемым изменениям и мутациям, например, породившем тех вампиров с щупальцами, которые состоят в клане Чёрного кальмара. Некоторые из первых монстров восприняли это как оскорбление для своего вида и тогда они открыли охоту на собственных слуг убивая и их, и людей без какой-либо жалости. Понимаешь к чему я веду?

— Если честно, то нет, — признался я. — Вы думаете, что Потрошитель мог быть кем-то обращён?

— Нет, я так не думаю. Дело в том, что ты назвал имя или скорее прозвище. Гроссмейстер. Мне доводилось слышать его при не самых приятных обстоятельствах. Например, в рассказах об охоте на монстров-мутантов. А к чему я веду? К тому, что если Потрошитель как-то связан с самим Гроссмейстером, то дело принимает исключительно дурной оборот. Ведь только последние психи, в чьих душах живёт самое настоящее зло могут охотиться на своих как на дичь и убивать без тени сострадания. И если такие как они хотят опрокинуть Лондон и весь Британской остров в хаос, то мы должны остановить любой ценой.

* * *

Внезапно налетевший с востока ветер принёс с собой тучи и холодный дождь, который вскоре накрыл весь город. Крупные капли застучали по крышам и мостовым, собирались в лужи и стекали по обочинам дорог. Иные из них уходили в Темзу, а другие затапливали мелкие дворы и канавы. Немногочисленные горожане, не спавшие этой ночью, бросали все свои дела и спешили по домам. Те же кто уже отдыхали в постелях просыпались от нарастающего грохота дождя и проверяли окна и подтекающие крыши.

Джошуа и Брайан садились в экипаж, ожидавший их во дворе особняка. Вместе с ними садились девушка по имени Ребекка и Себастьян Блэк. О том куда они направлялись сэру Абрахаму было хорошо известно, преимущественно, потому что они отправлялись по его приказу. В фамильном доме семейства Блэков и без того царил настоящий бардак, который события последних дней лишь ещё больше усилили. Нужно было быстро навести там порядок, и Абрахам рассчитывал на то, что Себастьян с Джошуа справятся с этой задачей. Ведь Блэки были лишь частью общего большого плана, в котором самому Абрахаму предстояло решать куда более масштабные и стратегические задачи.

Теперь, когда Себастьян снова вернулся нужно было вновь корректировать планы, которые до этого были изменены в связи с его бегством и исчезновением. И на этот раз Абрахаму было уже труднее спрогнозировать чем всё это закончится. Достигнет ли этот молодой человек заявленных целей? Выполнит ли он свою миссию? И сможет ли в конце концов понять причину, по которой он оказался здесь?

Размышляя обо всём этом, Абрахам закурил очередную сигару, когда к нему подошёл помощник и сообщил о незваном госте. Несмотря на явное неудовольствие помощника Абрахам распорядился его пустить. Он знал, что его охране не понравится этот визитёр, но самому Руководителю не требовалось даже оружие, чтобы справиться с ним при необходимости. Как, впрочем, и незваный гость мог многих одолеть голыми руками.

— Прекрасная погода, — заметил Абрахам, когда услышал знакомые шаги. — Ты не находишь?

— Тебе известно, что я равнодушен к погоде, точно также, как и к музыке, живописи и всему остальному, что нужно просто молча лицезреть.

— А я думал сильное потемнение тебя порадует.

Абрахам обернулся в кресле и взглядом окинул одетого в тёмные одежды Альфреда. Вампир слегка поклонился.

— Я ждал тебя позже.

— Время дорого. И именно когда его становится много понимаешь насколько его на самом деле мало, — многозначительно произнёс Альфред. — Разговор с Себастьяном можно считать успешным?

— Зависит от того, чего он сможет добиться. Тогда и будет видно не ошибся ли я в нём. А пока что он снова возглавляет семейство Блэков и заставляет меня ломать голову над тем какая связь может быть между ним, Потрошителем и грёбанным Гроссмейстером.

— Это хорошо. Потому что я уже сейчас уверен, что правильно выбрал его. Конечно, Себастьяну ещё многому нужно научиться, но он сможет выполнить свою роль.

— Посмотрим, посмотрим, — Абрахам задумчиво закурил. — Я тоже рад, что ты смог настроить контакт с этим парнем, пусть и полагаясь на традиции и ритуалы своего клана. Пока что всё складывается удачно. Разве что похищение? Пытки? Альфред, ты меня удивляешь. Я об этом не просил.

— Это не моя инициатива. Двое моих подчинённых вышли из-под контроля и решили доказать всем, что Себастьян не достоин быть мастером. Но я займусь ими, — пообещал вампир, а потом добавил. — Я выполнил твоё поручение, Абрахам. Присмотрелся к парню, устроил ему проверку и признал его достойным. По мне так время ещё не пришло, но ты сказал провести всё раньше запланированного срока. Скажи честно, а если бы он не справился? Что если бы он погиб?

— Тогда бы это стало его наказанием за бегство с поля боя, — мрачно ответил Абрахам и стал по-настоящему похож на зверя. — А так он выжил и у него есть шанс искупить вину. Посмотрим, что из этого получится.

Глава 12

Глава 12.

— Ну что встал? — спросил Джошуа кивая на особняк. — Пошли. Проблема сама себя не решит.

В этом он был прав, но даже не смотря на дождь я стоял и смотрел на этот старый, но красивый дом. Интересно сможет ли он когда-нибудь стать мне родным? И в конце концов, что за сила привела меня в это место, вырвав из моей собственной реальности и закинув сюда? Преследовала ли она некий смысл, какую-то цель? Был ли прав Потрошитель? Или это был всего лишь случайный поток энергии, а я просто оказался не в том месте и в не в то время? В любом случае мне казалось, что ответ я смогу найти только внутри.

— Ну, где ты там? — уже поднимаясь на крыльцо обернулся рыцарь. — Я тебя уговаривать не собираюсь.

Брайан смерил меня мрачным взглядом, но не сказал ни слова. Ребекка стояла рядом и ожидала моего решения.

— Что ж, рано или поздно это придётся сделать, — вздохнул я.

Дворецкий Руперт с трудом удержал челюсть, когда открыл дверь и увидел нас. Однако быстро впустил, не задавая лишних вопросов и не смея задерживать. Он показался мне напуганным и вскоре я понял, что мне нисколько не показалось. Из гостиной доносились гневные крики.

— Я повторяю ещё раз, чем быстрее вы всё поймёте, тем лучше будет для нас всех! Я Себастьян Блэк! Я глава этого дома и ваш новый лидер! И вы все должны делать то, что я сказал!

— Да что ты несёшь? — послышался голос Мадлен. — Я не настолько старая как тебе хотелось бы, малолетний засранец! Думаешь я не помню, как выглядит Себастьян? Думаешь я поверю, что ты это он, сопляк несчастный?

— Именно так и есть, бестолковая ты бабка! Я здесь главный! Я! Теперь привыкайте к новому Себастьяну Блэку, потому что другого не будет!

— Интересно получается! — воскликнул я, заходя в гостиную. — А мне же тогда куда деваться?

Все посмотрели на меня с удивлением, включая Мадлен, Патрицию, Камиллу, горничную Джессику и Найджела Торби, но больше всех поразился молодой парень с прыщавым лицом и маленькими глазками. Одет он был с иголочки и раза в три дороже, чем меня нарядили Джошуа с Абрахамом.

— Я Себастьян Блэк, — запнувшись на полуслове произнёс он.

— Ну а я его величество Георг Девятый, — усмехнулся Джошуа. — Падай на колени, а лучше проваливай отсюда и поскорее.

— Вы не имеете права! — молодой человек наконец-то пришёл в себя. — Всё с кем надо порешено! Вас вообще здесь быть не должно! Так что это вы проваливайте отсюда!

— Я думаю глава дома должен сам выбросить мусор, — произнёс Джошуа и многозначительно посмотрел на меня.

Второго приглашения не требовалось. Меня уже не раз пытались убить всякие твари, кололи ножами, рубили мечами и даже пробовали загрызть жуткие подобия собак. Так что мне не составило труда схватить этого наглого парня, протащить его по коридору, не обращая внимания на вопли, и скинуть с крыльца. В процессе дела порвав ему вычурный кафтан.

— Вы ещё пожалеете! — грозил он кулаками, которые так и не пустил в дело. — Вас всех в землю закопают! Граф этого так не оставит!

— Ну так беги и сообщи ему, — предложил я. — Он недавно уже побывал у нас и кажется ему понравилось.

С этими словами я запер дверь и вернулся в гостиную, где мои товарищи уже расселись в креслах и диванах. Включая Ребекку, которая с важным видом закинула ногу за ногу. Судя по лицу Мадлен, с которым она смотрела на вампиршу, они похоже были знакомы.

— Итак, ты снова вернулся? — женщина перевела взгляд на меня.

— Да я здесь и никуда уходить не собираюсь.

— Серьёзно? Тебя несколько дней не было! Где был?

— А вы что соскучились?

— По тебе? — Мадлен рассмеялась. — Ты, как и раньше не годишься на должность главы семейства. Пропал на несколько дней, теперь заявился как ни в чём не бывало. Никакого чувства ответственности!

— И мы вас очень рады видеть, госпожа Мадлен, — произнёс Джошуа.

— А мы что должны вам здесь танец станцевать от радости? — Камилла бросила на рыцаря взгляд, которому могла бы позавидовать её мать. — Где ваша хвалёная помощь? Где защита?

— От кого защищать-то? — не удержался Брайан. — Что-то здесь не видно толпы, штурмующей дом!

— Ну а лёгкое недоразумение господин Себастьян уже устранил, — добавил Джошуа.

— Шутки шутить будете?!

— Господин Себастьян, я рада вас видеть! — воскликнула Патриция. — Где вы были? Что с вами? Как вы?

— Выполнял особо важное и секретное задание, — опередив меня ответил Джошуа. — И подробностей раскрыть никак не может.

— Главное, что я снова здесь, — заявил я. — И готов снова принять все дела.

— Ну а мы значит должны их тебе тут же передать? — прищурилась Мадлен. — Быстро и с радостью?

— А вы были бы рады отдать их тому парню, которого я отсюда вышвырнул? Может он как глава дома вас больше устроит?

— Ты ещё издеваться будешь?

— Или может вас больше устроил бы граф? Хотя мне показалось, что вам понравилось, как я вышвырнул и его отсюда.

— Понравилось, — медленно произнесла Мадлен смерив меня взглядом. — Я рада, что ты вернулся, Себастьян. Хотя и уверенна, что это ненадолго.

После этих слов Мадлен с гордым видом покинула гостиную, как и такая же недовольная Камилла. При этом обе женщины как-то странно посмотрели на Ребекку, от чего я только убедился в том, что они знакомы. Патриция ещё раз заверила меня, что рада моему возвращению и выглядела куда искреннее, чем Джессика и Найджел, сыпавшие комплиментами и любезностями.

Выслушав их, я сразу направился в кабинет Льюиса Блэка в компании своих товарищей. Или уже пора называть это моим кабинетом?

— Ну что могу сказать, — произнёс Джошуа, на лице которого неожиданно появилась улыбка. — Я рад, что ты с нами, Себастьян. Мне нравится твой энтузиазм и готовность работать. Надеюсь, только, что они не испарятся раньше времени.

— Можешь в этом не сомневаться, — заверил я. — Я настроен серьёзно.

— Ну вот и хорошо, потому что работы у нас много. Так много, что про сон все дружно забыть можем.

— Могу задать вопрос? — Брайан кивнул на Ребекку, которая уселась прямо на одном из столов. — Она теперь повсюду будет с нами ходить?

— Вопрос с её роднёй решённый, так что да. Она будет ходить с нами повсюду, — ответил Джошуа. — Почти.

— Надеюсь мне не стоит ждать с вами проблем? — Ребекка окинула всех взглядом. — И вы понимаете всю специфику нашего сотрудничества?

— На что намекаешь? — с нажимом спросил Брайан.

— Ребят давайте без ссор, — попросил я. — Мы ведь делаем одно дело!

— Мы да, а вот какие дела ты делать собираешься я не знаю! — выпалил Брайан, уже не скрывая своего недовольства. — Или думаешь все всё забыли? И все всё простили?

— Мне рассматривать эти слова как угрозу мастеру клана? — тут же уточнила Ребекка.

— Тихо! — Джошуа ударил ладонью по столу, возле которого сидел. — Я не потерплю здесь мелких разборок и, если я сказал, что работаем вместе, значит работаем вместе! Всем всё понятно?

— Так точно, сэр! — ответили мы с Брайаном.

Ребекка молча кивнула, но Джошуа этого оказалось достаточно.

— В таком случае я жду от каждого полной отдачи, — потребовал рыцарь. — Нам с вами нужно решить проблемы этого семейства, а заодно поймать грёбанного Потрошителя и так уж сложилось, что оба эти вопроса тесно связаны. Поэтому ещё раз, никаких внутренних распрей! В конце концов, мы все и всё прекрасно знаем про этот сложный союз так что сработаемся.

— Я не знаю! — я даже руку поднял как в школе. — Я ничего не знаю про этот союз. Орден Артурианской Службы, Блэки теперь ещё и вампиры! Мне кто-нибудь уже разъяснит подробности или нет? И кстати, что будем делать с этим графом? Ну Морганом? Здесь он подослал Лжесебастьяна, а до этого его люди собирались пытать меня! Хорошо хоть Петля выручила.

— Чарригтон это отдельный вопрос, — задумчиво сказал Джошуа. — Но с ним действительно нужно что-то решать. Хотя я сомневаюсь, что те, кто тебя схватили работают на него. Как и в том, что это вообще люди.

— В каком смысле? — не понял я.

— Ну об этом её можно спросить, — мрачно произнёс Брайан, снова посмотрев на Ребекку. — Но без приказа командира я ни на что не намекаю.

* * *

— Повторяю в последний раз! Я ничем не могу вам помочь! Существуют правила, инструкции, протоколы! И я следую строго в соответствии с ними!

Разговор мне не нравился, преимущественно, потому что он давно утратил всякую осмысленность. Нам просто вешали лапшу на уши, да ещё и в откровенно хамской форме. Уже не позволительно долгое время.

— Вы вообще соображаете о чём говорите? — пристально глядя на банковских служащих спросил Джошуа. — Перед вами законный наследник семейства Блэков. Его происхождение подтверждено самим королём. Какие ещё здесь могут быть вопросы?

— А у нас нет никаких вопросов к происхождению господина Себастьяна, — тут же заверил управляющий банка. — Все соответствующие документы мы внимательным образом изучили.

— Тогда какие могут быть проблемы? Он признан наследником всего движимого и недвижимого имущества Льюиса Блэка.

— Но мы, всё равно, не можем предоставить вам доступ к семейным счетам! Политика банка такова, что в случае изменения собственника прежний собственник должен явиться и лично всё передать своему наследнику.

— Он умер!

— Что сильно усложняет нам всем работу.

— Послушайте, если вы говорите, что следуете своим протоколам, — вмешался я, сытый подобными историями и в своём родном мире. — То у вас должен быть протокол и на такой случай. Какая-то процедура.

— Конечно, есть. Она описана в инструкции № Е-37, но организовать передачу счетов в соответствии с ней может только Старший Смотритель.

— И где он? Зови давай! — Джошуа уже терял терпение.

— К сожалению он покинул город на неопределённое время, чтобы поправить здоровье.

— А где лицо замещающее? — тут же уточнил я.

— Он не назначил замены к нашему огромному сожалению.

— Вы понимаете, что дайте мне время и я лично его сюда притащу? — пообещал Джошуа. — Только синяков предварительно наставлю.

— Это ничего не изменит, — гордо вздёрнул подбородок управляющий. — Потому что банковские счета также заблокированы из-за подозрительных действий неустановленного характера. Наш банк ценит своих клиентов и не может позволить, чтобы их деньги оказались в опасности!

— И кто установил эти неустановленные действия? — съязвил я.

— Многоуважаемый граф Морган Чарригтон. Главное доверительное лицо по всем счетам!

Дальнейшее обсуждение не имело смысла. Высказав сборищу клерков всё, что о них думаем мы с Джошуа покинули кабинет управляющего. В коридоре нас встретили обеспокоенные взгляды клиентов — исключительно дворян и наиболее успешных предпринимателей.

— Я правильно понимаю, что граф Морган никак не мог быть доверительным лицом по счетам Льюиса Блэка? — сразу уточнил я.

— Всё верно, они никогда не ладили, — мрачно кивнул Джошуа. — Это уже серьёзно. Заявляться на порог, трясти кулаками — всё это часть дворянской бравады. Но подлог документов, взятки, без которых он не мог этого сделать. Похоже похотливый засранец и правда настроен побороться.

— У него настолько большие связи?

— Ну в Лондоне он не последний человек и в этом банке ему многие должны… По самым разным причинам. Когда же он успел это всё провернуть?

— А я говорил, что с ним решать что-то надо!

— Да подожди ты! Тоже мне, решальщик! Делай пока то, что говорят.

Я примирительно поднял руки, хотя уже давно обдумывал возможный визит к графу Чарригтону. С учётом Петли вряд ли его домашняя охрана сможет как-то помешать?

— Иди к экипажу и жди там, — наконец произнёс рыцарь. — А я пока кое-кого проведаю.

— Это кого? И зачем?

— Мне тоже тут некоторые должны. А нам нужно понять, как Моргану удалось подделать документы на доверительное лицо. Всё! Иди с глаз долой!

Пожав плечами, я направился к выходу из банка, не желая больше задерживаться в этом месте ни на минуту. Альтернативный мир, не альтернативный, а банковские учреждения и здесь высасывали деньги из клиентов, навязывая им конские условия и постоянно повторяя будто они беспокоятся об их безопасности. Меня аж передёрнуло от этих мыслей, и я буквально с ноги открыл вычурные входные двери, чем напугал пару швейцаров. Однако их реакция меня не заботила, ведь зачем строить из себя интеллигента в этом лживом обществе напомаженных париков? Все они меня раздражали, хоть те, кто в банке, хоть те, кто встретил меня на улице, неприязненно глядя на мой не слишком изысканный внешний вид.

Экипаж стоял прямо у мраморных ступеней, извозчик мирно курил, а Ребекка сидела внутри, скрываясь от солнечных лучей. Предложение остаться в особняке Блэков она решительно отвергла, что мне показалось неразумным. Но спорить с девушкой похоже было бесполезно. Поскольку мы были в одном из самых благополучных районов Лондона, где прогуливались только благородные и богатые я чувствовал себя расслабленно, а потому не сразу придал значение группе людей, быстро двигавшихся в нашу сторону.

До тех пор, пока они не достали оружие.

— Стоять не двигаться!

— Железо на пол!

— Бояться и дрожать!

Последние слова сказал самый молодой из нападавших, ему-то я двинул ребром ладони по горлу, попутно толкнув на второго противника. Третьему мне удалось вывернуть руку и швырнуть его на мостовую, но прежде, чем я выхватил меч или револьвер на меня направили сразу четыре пистолета. Вскоре к ним добавился ещё пятый. Извозчик перепугано поднял руки, а Ребекка осталась в экипаже, но не из-за солнца, а потому что прямо через окно на неё направили двустволку.

— Тихо! Тихо, дерзкий малый! — рассмеялся один из нападавших. — Мы хотели обойтись без крови, но можем и передумать!

Их было человек восемь и выглядели они как типичные бандиты в кепках, клетчатых жилетках и грязных рубашках. Но моё внимание полностью приковали к себе их лица. Несмотря на то, что все они были разными у них у всех были какие-то безумные глаза и словно звериные… клыки?

— Босс, дай мне его сожрать, — похрипел самый молодой, придерживаясь за горло. — Хочу руку ему отгрызть!

— Заглохни! Слышь, парень, ты же Блэк вроде? — спросил «босс». — Который новый и теперь всем рулит так?

— Что вам надо? — спросил я, прикидывая как не схватить пулю головой.

— Меня зовут Везунчик Генри, а это мои парни с Бирнет-Стрит, — представился бандюган. — У вас ведь благородных так вроде принято? Типо познакомиться перед делами? Вот мы и познакомились!

— Ты что поболтать сюда пришёл? Так пусть твои сопляки опустят стволы и поговорим один на один!

— Нет у меня времени с тобой один на один трепаться! Я человек занятой! И вообще у меня к твоему старику дело было, да вот он только ноги двинул! Вот и пришлось к тебе приходить!

Быстрым движением я выхватил меч и заставил нескольких бандитов отступить, уже намереваясь наброситься на них как вдруг раздался выстрел. И это был не пистолет Генри или ещё чей-либо. Это была двустволка, пробившая дыру в дверце экипажа.

— Ребекка, ты как? — закричал я, всерьёз обеспокоенный её судьбой.

— Я в порядке! — тут же раздался голос из экипажа.

— Может всё же без резких движений? — смеясь предложил Везунчик. — А то у неё ваших фокусов нет и от картечи в голову точно успокоится!

— Говори зачем пришёл! — взревел я.

— Чтобы сделать предупреждение! Отдай нам то, что обещал твой старик и разойдёмся как звёзды и луна! Иначе мы готовы ещё раз заявиться в ваш домик и разнести там всё окончательно!

— Так это вы напали на особняк Блэков? Зачем?

— Я тебе всё сказал! Верни то, что принадлежит нам иначе, мы заставим всю вашу семейку пожалеть! И хилая вампирша вам ничем не поможет!

Не опуская оружия, бандиты, а иначе я не мог их назвать, отступили и поспешно скрылись в ближайшем переулке. Улица снова вернулась к своему привычному ритму, а я стоял удивлённый тем, как окружающие предпочли не заметить нашу перебранку. Даже полиция не поспешила вмешаться.

Первым делом я бросился проверить Ребекку, а убедившись, что с ней всё в порядке заметил медленно направлявшегося в нашу сторону Джошуа.

— Я всё упустил?

— Вроде того. Они напали внезапно, хотя вроде не искали драки. Только передали предупреждение.

— Какое предупреждение? — недовольно спросил рыцарь. — Что им надо?

— Что-то такое, что похоже им обещал Льюис Блэк, понять бы только ещё что это… И кстати! Видимо это они тогда проникли особняк! Эй! — окликнул я Джошуа заметив, как он изменился в лице. — Что с тобой?

— Ничего, — тот раздражённо помотал головой. — Просто похоже у нас теперь будут проблемы ещё и с оборотнями. Эх, Льюис! Во что же ты успел влипнуть перед смертью?

* * *

Вино медленно разливалось из бутылки по бокалам, своим цветом напоминая кровь. Но то, что обладатель чёрного балахона добавил в свой бокал из маленького флакончика не просто её напоминало. Это и была кровь.

— А это так обязательно? — с недовольством спросил высокий мужчина с роскошными бакенбардами и внешностью настоящего ловеласа.

— Недостатки организма, от которых никуда не деться, — обладатель балахона развёл руками. — Без маленьких добавок я не могу насладиться изысканными вкусами лучших напитков.

— А худших? — усмехнулся мужчина.

— Худших я напробовался в самом начале своего пути, — заползая щупальцами в бокал произнесло существо. — С тех пор не переношу ничего кроме вина. Настоящего французского вина.

— В таком случае за французов. Чтобы все они сдохли.

— Да. Мне нравится.

Они чокнулись бокалами. Высокий, широкий в плечах мужчина, внешность которого нисколько не портила уже начавшая проступать седина. Одетый в белую рубашку с брюками и буквально сверкающими туфлями. И сгорбленное синеватое существо с щупальцами на голове и вместо некоторых пальцев, закутанное в просторный чёрный балахон с огромным капюшоном. Они пили в большом зале за длинным обеденным столом в окружении самых преданных слуг, которые никому не раскроют содержание их встречи. А ведь им было, что скрывать! Ведь это была встреча фельдмаршала Джефри Кроммеля и консильери клана Чёрного кальмара Джафара Даигина.

— До меня дошли неприятные слухи, — произнёс Джафар протягивая бокал одному из слуг. — Что ваши действия по укреплению северных крепостей вызвали резкое осуждение во дворце. И что вам запретили готовить границу к войне, которую, как я слышал, ждёте только вы один.

— Не придавайте значения пустой бабской болтовне, — усмехнулся фельдмаршал. — Просто королева решила высказать своё мнение, о котором её никто не просил.

— Так значит вы продолжаете подготовку к вторжению?

— Подготовку да. Через пару месяцев завершат своё обучение и формирование шесть новых пехотных дивизий, не говоря уже о том, что я убедил короля в необходимости вдвое увеличить наш артиллерийский парк. Но вторжение по-прежнему не решённый и зависший на обсуждении вопрос.

— Мы уже убрали для вас двоих членов парламента, которые голосовали за мирные инициативы, — Джафар накапал себе во вновь наполненный бокал. — Что ещё вы рассчитываете от меня услышать?

— Сущие мелочи, — улыбнулся Кроммель. — Например, что вы готовы сделать для самой войны, а не для её начала?

— Мы собираем силы. В Лондон призвали всех капитанов нашего клана, каждый внесёт свой вклад. К тому же я убедил нашего мастера задействовать для вторжения отряд морских подонков. Корабль с их гробами уже направляется к берегам Англии.

— Не плохо, если это те подонки, о которых я думаю. Так выпьем же! Выпьем за скорейшее падение Шотландии и установлении над ней могущества британской короны!

— И пусть все несогласные утонут в крови!

Они чокнулись. Человек и вампир, уже не первый год планировавшие войну против Шотландии, мечтавшие разорить весь север Британского острова, а то, что останется бросить к ногам своих господ. Оба они хотели как следует подняться на этой войне и оба считали её глубоко личным делом.

— Напомните, так кого вы потеряли в той мерзкой бойне? — растягивая очередной бокал уточнил вампир.

— Вы имеете в виду Каллоден? Пра-, пра-… короче один мой предок, — выпивая ответил фельдмаршал. — На то время даже не генерал, но этого хватило, чтобы на нашу семью легла тень за это поражение.

— А у меня Каллоден забрал отца. Я правда плохо его знал, но позор той бойни лёг на всех его потомков, — в отличие от большинства других вампиров своего клана Джафар говорил легко и непринуждённо. — Если бы не та яростная атака оборотней, помогавших шотландцам, всё могло бы сложиться совсем по-другому.

— Это уж точно! Мы бы им тогда сразу и килты запретили, и волынки бы убрали! — рассмеялся Кроммель. — Эй, Морис! Ты любишь волынки?

— Терпеть не могу их, сэр, — полным безразличия голосом ответил слуга.

— Вот видите! Они вообще никому не нравятся. Так что, если бы не та атака, эх… Но ничего! Те оборотни создали не мало проблем нашим предкам, но я надеюсь мы скоро сможем как следует поджечь им хвосты! Признаться, даже не помню кто когда-либо злил меня больше, чем эти драные собаки? Разве что сама королева!

— А я легко могу назвать имя, — бросил недовольный взгляд Джафар. — Точнее прозвище. Потрошитель. Помните ещё такого?

— Помню разумеется, — с лица фельдмаршала исчезло довольное выражение. — Мелкая неприятность.

— Он уже давно перестал быть мелкой неприятностью и превратился в серьёзную проблему. И его необходимо ликвидировать.

— Для этого есть определённые силы. Полиция, Скотланд-Ярд — вот пусть они и работают. Или вы мне предлагаете лично этим заняться?

— Ну если у вас есть какие-то причины этого не делать? — вампир сжал щупальцем ножку бокала. — Эта тварь поднимается всё выше по иерархии нашего клана. Последний раз кроме всякой швали были убиты ближайшие подручные капитана. Как-то слишком этот урод информирован!

— Он не имеет никакого отношения к королевской семье. Я это уже проверял. Так что не там ищите!

— Даже если и так! Пусть не сопливый король натравил на нас эту тварь! Но если этот Потрошитель вычистит весь наш клан, то кто будет помогать вам с вашей вожделенной войной?

— Хорошо, я вас услышал! — махнул рукой Кроммель, указывая слугам на свой бокал. — Подумаю, что сделать с этой вашей проблемой. Давайте лучше выпьем в честь хорошего вечера!

Когда их встреча закончилась наиболее преданные из слуг фельдмаршала вывели Джафара и его телохранителей из особняка. Это была далеко не первая встреча, поэтому все механизмы и условия секретности были давно отработаны и действовали безотказно. Кроммель взглядом из окна проводил чёрную карету с щупальцами, выехавшую за ворота, а затем вернулся обратно ко столу. Знаком отпустил всех слуг, включая Мориса. Дальше ему помощники были не нужны.

— Ты сегодня порадуешь меня своим обществом или нет? — спросил он, откинувшись в кресле и закинув ноги на стол.

Откуда женщина вышла он так и не понял. Он знал, что она скрывалась где-то в зале на протяжении всего разговора, вот только не мог представить, где именно. В особняке было несколько укромных мест и потайных ходов и о каждом из них Кроммелю было хорошо известно. Вот только ни одним из них женщина не пользовалась. Казалось, будто прятаться и скрываться ей помогала сама темнота.

Женщина двигалась медленно и грациозно, одетая в длиннополое кроваво-красное платье и чёрные обтягивающие перчатки выше локтя. Необычайно высокая, выше Кроммеля и такая же широкая в плечах. Она была красива и смотрела на окружающих властным взглядом того, кто понимает и свою красоту, и открываемые ею возможности.

— А как ты думаешь? — ласково спросила она. — Как же я могу оставить тебя без моего внимания?

Эльвина Криссенвульд взяла один из бокалов, сама наполнила его вином, а затем залпом выпила. При этом ей не нужны были никакие добавки и прочие хитрости, в отличие от того, кто пил здесь до неё. Эльвина была не консильери, а одной из трёх лидеров клана Кровавой страсти и потому находилась на совсем другом уровне власти и возможностей, чем Джафар Даигин. Тем более, Кровавая страсть… Клан, знавший куда меньше мутаций и ограничений чем остальные и роскошная внешность Эльвины служила тому лишь подтверждением.

— Что думаешь обо всё этом? — спросил фельдмаршал.

— Не плохо, пока не плохо, милый, — улыбнулась женщина и налила второй бокал. — Но нужно больше. Если Чёрный кальмар впишется в предстоящую войну по полной это будет большой удачей. Главное только, чтобы они отправили свои лучшие силы и не только этих подонков, что не смогли придумать себе названия по лучше. Нужны их ударные группы, ещё твари, которых они держат у себя в подземельях, ну и, конечно, ассасины. Нужно чтобы все они сдохли на войне с Шотландией.

— Звучит привлекательно, дорогая, — вздохнул Кроммель. — Но я, как ни странно, человек короля. И не могу не спросить, как клан Кровавой страсти планирует принять участие в предстоящем деле? Чем поможет короне?

— Всеми своими силами, — лицо Эльвины Криссенвульд резко помрачнело. — Чтобы ты знал, клан Кровавой страсти мечтает об этой войне куда больше тебя, твоего короля или этого выскочки Джафара. Потому что все вы потеряли своих предков, а я, я лично там присутствовала и всё видела своими глазами. Я была при Каллодене и видела всю эту катастрофу. Поэтому, когда война, которую ты мне обещаешь, милый, наконец-то начнётся я сама поведу свой клан в бой.

— Счастлив это слышать, а видеть тебя ещё больше.

— Это взаимно, сладкий, — женщина вновь наполнила бокал и подошла к фельдмаршалу. — Хотя знаешь Джафар кое в чём прав. Потрошитель. Это действительно серьёзная проблема. С этим неуправляемым маньяком нужно что-то решать.

— Если ты так хочешь я им займусь, — закатил глаза Кроммель. — Но даже не говори мне будто он связан с королевской семьёй…

— А королевская семья здесь не при чём, Джефри. Он не на них работает, а на один наглый и удивительно живучий рыцарский орден, который теперь стремится замести следы. Ты знаешь о ком я.

— Ты уверенна? — фельдмаршал с сомнением посмотрел на неё.

— Более чем. Иначе зачем охотникам на монстров убивать маньяка, истребляющего монстров? А, скажи мне? Так вот и я о том же. А теперь возьми меня здесь на столе.

Глава 13

Глава 13.

— Вы довольно о многом меня просите, но ничего не предлагаете взамен, — констатировал лорд Эдгар. — Не уверен, что так делаются дела.

— Я не прошу вас о многом, я предлагаю компромисс, — поправил сэр Абрахам. — Иначе последствия могут быть непредсказуемыми.

Они снова встретились в загородном особняке Аделаиды Голдривер, но на этот раз не в саду, а в её роскошной гостиной с белоснежной мебелью, хрустальными люстрами и коллекцией погребальных урн, которую графине подарил один из её многочисленных любовников. Абрахам допускал, что это мог быть сам Эдгар.

В этот раз их сопровождали две настоящие противоположности. Невысокий мужчина с пышными бакенбардами, одетый в плащ и зелёную шляпу с перьями, а также огромный лорд Уинтер в шикарном костюме и со своим париком. Наёмник и премьер-министр. Первый курил трубку, а второй сигару и оба напряжённо наблюдали за разворачивающимся диалогом.

— Представить не могу, чтобы в подобном месте и при нашем уровне доверия могли звучать какие-либо угрозы, — с задумчивым видом произнёс Эдгар. — Поэтому скажу, что не понимаю, что вы имеете в виду.

— Всё вы прекрасно понимаете, — Абрахам не был намерен сглаживать углы. — Один известный нам с вами граф позволяет себе слишком много и это становится проблемой. В отличие от меня этот граф использует угрозы и не только угрозы. В отличие от меня он не предлагает компромиссов.

— Господин граф, о котором вы говорите — добрый друг королевской семьи и имеет влиятельное положение в обществе. Я уж молчу о его жене и её отце. Оба они уважаемые люди.

— И благодаря этому вы закрываете глаза на то беззаконие, которое он творит в отношении семейства Блэков? Тоже кстати уважаемых людей.

— Корона не является стороной конфликта между Чарригтонами и Блэками, который уже стал предметом многих слухов в лондонском обществе.

— Так я сейчас обращаюсь не к короне, а лично к вам.

— Ко мне? Лично? Но я маленький человек, не такой большой как многим кажется, — вздохнул брат короля. — Так в чём же заключается ваш компромисс?

— В невмешательстве, — ответил Абрахам и с готовностью пояснил. — Господин граф активно мешает молодому главе Блэков заниматься делами семьи и при этом отчего-то считает себя неприкасаемым. Однако при такой наглости и я бы даже сказал агрессивности ответная реакция будет лишь вынужденной мерой. А насколько сильной и в чём именно она выразится? Кто знает? Поэтому невмешательство в дела друг друга станет по моему мнению самым лучшим компромиссом в этой ситуации.

— Я понимаю ваше желание избавиться от господина графа, — немного помолчав сказал Эдгар. — Но вы же понимаете, что Морган играет при дворе особую роль? Кроме связей его семьи нужно учитывать, что он помогает господину Кроммелю в довольно щепетильных переговорах.

— Мне известно, что пока Кроммель встречается с верхушкой Чёрного кальмара и Кровавой страсти Чарригтон договаривается с их капитанами, — снова назвал всё своими именами Абрахам. — Половина Букингемского дворца ожидает результатов этих, как вы сказали, переговоров? Ну что? Оказалось, обещаний одной бойни недостаточно, чтобы убедить вампиров помочь?

— Мои люди докладывают, что от самого участия в бойне кланы не отказываются. Вопрос только в том какие силы они отправят на войну. И, конечно, как именно будет поделена Шотландия после неё.

— Должен заметить, что сама идея того, что корона отдаст хоть часть своих будущих владений в собственность таких существ как вампиры просто не допустима, — вставил своё слово лорд Уинтер. — Не говоря уже о том, как это отразится на международном имидже матушки Англии.

— Я слышал о том, что рассматривается вопрос дорогостоящей аренды, — сообщил Эдгар. — Кланы крайне заинтересованы в том, чтобы создать на севере Шотландии небольшой анклав, который сможет жить по собственным законам. И будет закрыт для свободного перемещения.

— А Кроммель с радостью пожертвует для этого только что завоёванной землёй ради того, чтобы войти в историю как покоритель Шотландии, — мрачно заключил Абрахам. — Вы же понимаете, что это абсолютное безумие?

— Ну почему же? Для определённых кругов нашей страны это лишь вопрос цены и условий. Когда закончится история с Шотландией нас будет ожидать война с Францией и королю нужен надёжный тыл.

— С армией вампиров за спиной? Во имя Господа! Когда же вы все наконец поймёте, что наш враг не Франция, Шотландия, Ирландия или Россия? Наш враг чудовища, с которыми нас пытаются подружить безответственные безумцы, тянущие нас в пропасть!

Руководитель Ордена Артурианской Службы сказал это более эмоционально чем планировал, отчего мужчина в шляпе дёрнулся, но остался на месте. На мгновение Джеймсу Уинтеру показалось, что дым из его трубки остановился и будто потянулся к рыцарю, но он отогнал от себя эти мысли. Ему снова предстояла работа.

— Господа, давайте не будем повышать градус напряжённости! — попросил премьер-министр. — Вы знаете как уважительно я отношусь к вам обоим и хочу напомнить, что сохранение диалога между короной и Артурианской Службой будет выгодно всем сторонам!

— Тогда и я хочу напомнить, что некоторые из этих безответственных безумцев, как вы их назвали, помогают мне оставаться в курсе дел фельдмаршала и его успехов, — лорд Эдгар сохранял полное спокойствие. — Но вам ведь и это известно, верно?

— Разумеется, — улыбнулся сэр Абрахам. — Граф Чарригтон ваш человек и именно поэтому я прошу вас приструнить его. Меньше всего мне хотелось бы, чтобы мои люди защищая наши интересы существенно помешали вашим.

— Мне нужно было сразу исходить из того, что вы информированы о его истинной роли, — вздохнул Эдгар и тоже улыбнулся. — Благодарю вас за беспокойство, но боюсь, что мы возвращаемся к тому, с чего начали. Вы о многом меня просите, но ничего не предлагаете взамен. Как я буду выглядеть если стану просто выполнять ваши пожелания?

— Как человек, который беспокоится об общих интересах, а не о своих личных. Считайте это маленькой услугой, которая положит начало настоящему сотрудничеству, — Абрахам взял со стола сигару и тоже закурил. — А в качестве ответной услуги я пришлю к вам главного врача моего Ордена. Мне кажется он может быть вам полезен.

Только сейчас Эдгар смутился, нарушив то абсолютное спокойствие, с которым держался во время всего разговора. Лорд Уинтер, разумеется, понимал причину и был в курсе проблемы королевской семьи, которую и сам старательно скрывал от общественности. Правда предложить услуги главного артурианского врача сэру Абрахаму посоветовал именно он. В конце концов, премьер-министр был крайне заинтересован в развитии этого сотрудничества. В противовес тому, которое пытался построить фельдмаршал.

— Благодарю, — лорд Эдгар сдержанно кивнул, вернув себе самообладание. — Уверен, что с опытом вашего специалиста мало кто сможет сравниться. Я обязательно поговорю с графом Чарригтоном и уверен, что мы с ним сможем достичь взаимопонимания.

— Спасибо, ваше высочество, — сэр Абрахам склонил голову. — В таком случае раз мы смогли решить этот важнейший вопрос и сошлись в том, что Морган информирует вас обо всех делах фельдмаршала Кроммеля я хотел обсудить с вами другой не менее важный. Кто же стоит за самим фельдмаршалом? Кто дал ему санкцию на все эти «переговоры», и кто же убеждает короля в том, что в этом есть смысл?

— А вот с этим всё обстоит гораздо сложнее, — признал Эдгар.

* * *

— Так почему именно Каллоден? — спросил я, когда мы прогуливались по каменным коридорам подземелья библиотекарей. — Чем он так важен?

— Не знаю насколько хорошо ты учил историю, — взглянув на меня произнёс Альфред. — Но битва при Каллодене решила исход восстания якобитов и положила начало независимому королевству Шотландия. Можно сказать, что она определила политическую карту этого острова на столетия.

— Но почему во время Кровавого обряда мне явился именно Каллоден? — не понимал я. — Почему та битва?

— Я расскажу тебе историю, — Альфред свернул в очередной полутёмный коридор, отчего казалось будто он хочет заманить меня в ловушку. — Когда-то давно наш клан был значительно больше, но войны и несколько поражений сократили наше число. Самым унизительным стало заклятие, которое наложили на наших соклановцев. Страшное заклятие, подавляющее волю и чувства, хотя многие считают, что вампирам они не свойственны.

— Воля и чувства… Это какое-то усыпляющее заклятие?

— Управляющее. Несколько десятков наших друзей и близких были рабами глубокого презираемого мною создания, которое рисковало их судьбами, никак не считаясь с сопутствующим для них риском.

Туннель закончился каменной лестницей, которая вела вниз. Поскольку вампиры отлично видели в темноте Альфред спускался без каких-либо трудностей, в то время как я двигался практически на ощупь.

— Многие погибли, — продолжал он. — Многие наши попытки исправить ситуацию не увенчались успехом. Я говорю это для того, чтобы ты понимал какой трагедией для нас это было. И что мы никогда её не забудем.

— А кого винить в случившемся? Кто это сделал?

— Один колдун, имя которого я не хочу называть. Единственным его достоинством можно было бы назвать храбрость, которой он обладал, но в остальном это была безжалостная и бескомпромиссная сволочь. Этот колдун состоял в верхушке клана Кровавой страсти.

— Так значит это были ваши вампирские разборки? — понял я.

Туннель снова выровнялся, но света не прибавилось.

— Можно сказать и так. Тогда Кровавая страсть всерьёз рассчитывала поглотить нас и здесь мы возвращаемся к Каллодену. Так уж сложилось, что та битва стала значимой не только для истории этого острова, но и для истории нашего клана. Именно там на поле боя Джеймс Блэк, твой дальний предок, сразился с колдуном, хоть оба они и выступали на стороне англичан.

Мы вышли на галерею, откуда открывался вид на огромный зал с множеством каменных бассейнов, наполненных чистой водой, на поверхности которой отражался свет факелов с подвешенных люстр. Благодаря ним я наконец-то смог что-то рассмотреть. Из объяснений Альфреда и скромного личного опыта я теперь знал, что это были хранилища знаний, накопленных Тёмными библиотекарями. Весьма необычный способ хранения, основанный на мало кому понятной магии. Разумеется, кроме самих библиотекарей.

— Почему он так поступил предмет отдельного разговора, — продолжил мой консильери. — Но важно то, что со смертью колдуна развеялось и наложенное им заклятие, после чего наши соклановцы смогли вернуться домой. Великий день, даровавший нам великое облегчение! С того момента Джеймс и его потомки становятся мастерами нашего клана, и эта нерушимая традиция сохранилась до сегодняшних ночей. В том числе и благодаря мне.

— Выходит Блэки руководят вами, потому что вы им так выразили свою благодарность? — подвёл я итог. — Так получается?

— Они фактически спасли наш клан от уничтожения, — сурово посмотрел на меня Альфред. — Мне кажется это вполне уместная благодарность. Теперь ты Блэк и твой долг возглавить нас, продолжив дело своих предков.

— Значит я могу в любое время прийти и что-нибудь потребовать, отдать какое-то поручение и все кругом бросятся его исполнять?

— В очень упрощённом смысле да, это действительно так. Время от времени членам клана нужен отдых и тогда их лучше не беспокоить, но как консильери я всегда к твоим услугам. Надо будет я для тебя и из гроба вылезу.

— Звучит как-то угрожающе, но мне нравится. Выходит, я теперь ваш лидер и моё слово закон? Так?

— До тех пор, пока оно соотносится с целями и принципами клана и следить за этим как раз моя задача. Только не лидер, а мастер. Мы используем это слово. И тебе не обязательно приходить. Ты всегда можешь отправить послание через Ребекку. Хотя лучше, конечно, чтобы у тебя дежурил постоянный связной.

— Здравая мысль, хотя я даже не знаю как к этому отнесётся госпожа Мадлен. Мне показалось, что Ребекка ей не нравится.

— Мы все ей не нравимся. Госпожа Мадлен никогда не одобряла сотрудничество с нами Льюиса или его отца. Ей почему-то казалось, что мы хотим их съесть, хотя это глупо. Мы же только пьём кровь.

Эти слова прозвучали не менее угрожающе, хотя я поймал себя на мысли, что теперь госпожа Мадлен может быть довольна. Уверен она будет ставить бутылку шампанского в ведро со льдом каждый раз, когда я отправлюсь на встречу с вампирами.

Теперь кроме дел Артурианской Службы моего внимания требовали дела Тёмных библиотекарей, что по-прежнему вызывало у меня недоумение. Мастер вампирского клана довольно странное совместительство для охотника на чудовищ. Однако постепенно картина выстраивалась в моей голове и становилась понятной. Во многом благодаря Альфреду и его терпеливым объяснениям. Интересно он всем Блэкам так всё объяснял или только тем из них, кто приходил из других миров?

— Прежде всего ты должен понимать, что всё не просто, — разъяснял консильери. — Среди дружественных нам кланов многие не понимают нашего сотрудничества с Абрахамом и его людьми, как и среди них есть недовольные сложившимся положением вещей. Нас трудно назвать союзниками, скорее партнёрами. И теперь от тебя зависит как это партнёрство сложится дальше.

Джошуа выделил мне немного времени и вместе с подъехавшим Брауном мы с Ребеккой отправились в убежище Тёмных библиотекарей. У меня было много вопросов, и я наконец-то начал получать на них ответы.

— Ты ведь уже знаешь как появились вампиры, оборотни и все остальные? — уточнил Альфред и после того, как я кивнул продолжил. — И то, что все они делятся на кланы, банды и стаи ты тоже уже заметил. Ну что ж тогда необходимо понять, что кроме привычных поводов убивать друг друга ради власти, богатств и крови есть ещё и другие. Я бы сказал идеологические.

— Это какие? — спросил я попутно удивляясь подземельям, которые клан Альфреда использовал в качестве убежища.

— Люди любят рассказывать, как с давних времён монстры нападали на них по ночам, убивали ради развлечения и оставляли за собой одни только трупы. В принципе так и было, но я могу рассказать тебе и другие истории о мрачных охотниках, преследующих нас без жалости и жестокой толпе, готовой расправиться с нами за одну только нашу природу.

— У каждого своя правда, — заметил я, хотя, вспоминая чудовищ, с которыми мне приходилось сталкиваться во мне было мало жалости.

— Вот-вот, — Альфреду явно понравились эти слова. — Чтобы выжить и в том числе упорядочить деятельность нашего сообщества сильнейшие фракции приняли решение скрыться от людей, создать тайные убежища и отныне действовать секретно, не привлекая к себе внимания. Мы стали называть себя Затаившимися, последователями идеологии тайного сосуществования с людьми. Наиболее разумные поддержали эту идею.

— Наиболее?

— Конечно оставались массы бестолковых тварей, которые не признавали новых принципов. Упыри, гули, распоясавшиеся колдуны и не умеющие контролировать себя оборотни. Все они не могли планировать свои действия и на шаг вперёд, а потому постоянно сталкивались с охотниками и инквизиторами. И тем самым создавали большие проблемы.

— Дай угадаю. Вы сами начали биться с ними? Убивали отступников, чтобы они не могли привести к тайным убежищам?

— Всё верно. Это была оправданная мера. Затаившиеся мечтали тайно управлять всей Европой, а смутьяны, которых мы называли Раскрывшимися, подрывали наше влияние в разных её частях. К сожалению, со временем неорганизованные толпы создали собственные сообщества и бросили вызов нашим традициям, а мы… Боюсь, мы слишком заигрались в свои интриги и оказались не готовы к полномасштабной войне с себе подобными.

— Но с кем именно вы воевали? Кто эти Раскрывшиеся?

— Ты уже сталкивался с некоторыми из них. Это те, кто стремится открыто занять место среди людей, кто жаждет власти без ограничений. Например, клан Чёрного кальмара. Ещё есть клан Кровавой страсти — они покажутся тебе мастерами интриг, но на деле они такие же, как и Чёрный кальмар. Только более изысканные. Ну и, конечно, не стоит сбрасывать со счетов ведьм из Астрального шабаша.

— Раскрывшиеся, Затаившиеся… Я одного не понимаю — если вы решили скрыться и избегать контактов с людьми то, как это вяжется с сотрудничеством с Артурианской Службой? — всё равно не понимал я. — Не похоже, чтобы вы прятались и бежали от её рыцарей.

— В этом-то всё и дело — времена изменились. Мы больше не сильнейшие фракции и поэтому нам нужны новые решения, — если это обстоятельство и печалило Альфреда, то он хорошо это скрывал. — Последователи Невидимой Карты, к которым относится знакомый тебе Налуз, сделали ставку на повышенную секретность. Они ещё больше ушли в подполье, при чём настолько, что даже я не знаю сколько ячеек у них осталось в Англии. Они хранят собственные традиции и верят, что если пройдут путь из тайных знаков и посланий, то найдут силу с помощью которой поставят на колени и Европу, и кланы Раскрывшихся.

— Не самая приятная перспектива, — заметил я, уверенный, что Джошуа и остальным такое бы не понравилось. — А вы?

— А мы выбрали компромисс. Мы сторонники традиций, но мы понимаем, когда нужно меняться, чтобы выжить. Налуз и остальные просто не понимают, что именно слепое следование догматам и привело нас к тому ослабленному положению, которое мы имеем сейчас.

— Ты не ответил на мой вопрос.

— Мы неожиданно для себя поняли, что здесь в Англии рыцари Артурианской Службы могут стать нашими естественными союзниками или партнёрами. Здесь у нас общий враг. Раскрывшиеся настолько закрепились на этом острове, что начали действовать практически не стесняясь. Схроны для крови, вампирские бордели и прочее. До недавнего времени они даже имели большое влияние на королевскую семью! В общем у Абрахама и его сторонников есть проблемы и посерьёзнее группы консерваторов, стремящихся сохранить накопленные знания.

— Ваш клан типо больше учёные, чем завоеватели?

— Вот видишь, ты начинаешь кое-что понимать. Только не «ваш клан», а «наш», — строго поправил меня Альфред. — Орден Артурианской Службы занимает в отношении нас нейтралитет, которого поверь было не просто добиться. Они не охотятся на нас, а мы ведём себя прилично. И иногда помогаем друг другу, например, информацией.

Сдавалось мне, что здесь Альфред немного темнил. Отношения Артурианской Службы и Тёмных библиотекарей явно не были просто нейтральными. Как и в случае с семейством Блэков мне казалось, что они сотрудничали уже давно и куда серьёзнее, чем просто обменивались информацией. Однако сейчас мне не давала покоя другая мысль.

— Допустим у вас нет планов на мировое господство и ваш, то есть наш клан здесь только для того, чтобы хранить и приумножать знания, — заключил я. — Но неужели сэра Абрахама совсем не беспокоят Затаившиеся? Ведь они получаются куда опаснее тех, кто действует в открытую.

— Ты говоришь прямо как Льюис. Может быть ты всё-таки его сын?

— В каком смысле?

— Хоть Льюис и руководил одним из кланов Затаившихся, он никогда не доверял остальным, — вспоминая о нём Альфред улыбнулся. — Ему всегда казалось, что среди Затаившихся есть тайный сговор и группа лиц, которые на самом деле всем управляют. Даже Раскрывшимися.

— Иллюминаты значит, ну-ну.

Вампир посмотрел на меня с удивлением, но не успел ничего спросить, потому что в дальней части галереи неожиданно появился Браун. Выглядел он взволнованным и бежал изо всех сил.

— Мастер клана, Альфред! Вы срочно нужны в большом зале!

— Что случилось? — спросил консильери.

— Ирма и Керим! Они вернулись!

Переглянувшись, мы с Альфредом немедленно отправились за ним. Признаться я до последнего был уверен, что двое мрачных типов, один из которых пытался отрезать мне ухо работают на графа Чарригтона и действовали исключительно по его заказу. Поэтому я был удивлён, когда Джошуа заявил, что с Морганом они никак не связаны, а Брайан потом ещё не раз намекал на Ребекку. Сама же девушка не спешила, что-либо рассказывать, адресовав все мои вопросы Альфреду, а вот он уже поставил точку в этом вопросе. Как выяснилось, не только Налуз из числа Последователей Невидимой Карты был против моего нового назначения.

Большой зал был тем самым залом, в котором вампиры встретили меня перед Кровавым обрядом и где за колоннами толпились мрачные силуэты с мечами. Сейчас силуэтов не было зато собралось около двух десятков вампиров, внимательно смотревших на незваных гостей, которых совсем недавно считали своими товарищами. Потому что Ирма и Керим были Тёмными библиотекарями.

— Послушайте меня! — отвратительного вида специалист по отрезанию ушей забрался на стол. — Во что мы с вами превратились? Кем мы стали? Мы были сильным кланом! Гордым кланом! А что стало теперь?

Оба они были вооружены. Керим размахивал здоровенным тесаком, а Ирма наблюдала за ним и остальными с парой пистолетов. Заметив меня с Альфредом, она тут же изменилась в лице.

— Сколько ещё можно следовать этой бессмысленной традиции? Сколько можно держаться за устаревшие правила? Уже много поколений нами правят люди и к чему они нас привели? Оглянитесь вокруг! Посмотрите во что мы превратились! Сколько нас осталось?

— Рад что вы оба решили вернуться! — воскликнул Альфред, сразу забрав себе всё внимание окружающих. — Однако похоже, что вместо раскаяния вы решили продолжить старую песню?

— Не жди от меня почтения! — Керим угрожающе направил на него тесак. — Я до конца надеялся, что ты не повторишь ошибку и не проведёшь Кровавый обряд для этого слабака, но теперь я вижу, что разговоры с тобой бесполезны!

— С тобой видимо тоже, — к моему удивлению Альфред легко запрыгнул на стол. — Мы же Тёмные библиотекари. Хранители знаний и традиций. Ты хоть понимаешь насколько глупо звучат твои призывы эти традиции забыть?

— Мы беспокоимся о будущем нашего клана! — заявила Ирма. — О его выживании! А чего хочешь ты? Чтобы мы следовали старым книгам и смиренно ждали, когда это убежище окончательно опустеет?

Откровенно говоря, настроения среди вампиров были разные. Я видел, что многие смотрели на Ирму с Керимом с сочувствием, другие с грустью оглядывались по сторонам, но Альфред похоже обладал здесь непререкаемым авторитетом поэтому смутьянов никто не поддерживал. По крайней мере открыто. Я же смотрел вокруг с опасением, поскольку после того, как члены этого клана пытались меня убить мне трудно было кому-то здесь доверять.

— Один Блэк за другим, человечишка за человечишкой! Я даже не буду вспоминать о том, что мы пьём кровь людей! Они наша добыча, слабая и беспомощная. Но мы зачем-то кланяемся это добыче, позволяем ей решать наши судьбы и определять будущее одного из древнейших кланов в Англии! Как долго Альфред ты будешь заставлять нас делать это? Как долго ты будешь втаптывать в грязь собственных сородичей?

— До последней капли крови, — строго произнёс консильери. — До самой последней капли, которую я смогу выпить я буду следовать нашим обычаям и напоминать о них всем присутствующим в этом зале. А втаптываешь в грязь собственный клан здесь только ты тем, что идешь против своих, пытаясь отвернуть их от пути, которому мы следуем столетиями. И тем, что посмел напасть на наследника, который теперь стал мастером.

— Да какой он наследник? Жалкое ничтожество! — выкрикнула Ирма, чем разозлила меня также, как и тогда в доме. — Он даже не сын Льюиса и мы все это прекрасно знаем!

— Он Блэк так как вышел из двери, ведущей на другие Острова. Как многие другие из их семьи, кто был до него.

— И что теперь каждый кто вышел из того сраного особняка сразу Блэк? Альфред, ты это серьёзно? Мы ведь даже не знаем кто он и откуда! Ты совсем из ума выжил, старик несчастный?

— Он прошёл Кровавый обряд, — консильери был неприступен. — Только Блэки могут пройти его поскольку он был создан ими и для них. В противном случае он бы сейчас здесь не стоял.

— Даже если и так, — Керим сверлил меня неприязненным взглядом. — К чему он нас приведёт? Какой путь укажет? Сколько ещё наших мы должны потерять, чтобы понять, что нельзя верить людям. Нельзя позволять им вести нас словно скот! Тёмные библиотекари, услышьте меня! Под руководством Блэков мы с вами забыли, что мы не скот, мы те, кто его забивает! А скот — это люди, которыми мы с вами должны править!

— Ну уж нет! — стол был высоким поэтому в отличие от вампиров забрался я на него не без труда. — «Скот», «править» и прочую хрень я даже слышать не хочу. Я сюда не напрашивался поэтому все эти бредни про высшую расу не потреплю!

— А ты вздумал условия ставить? — вампир отступил на шаг назад и встал полубоком. — Быстро вошёл во вкус? Уже выдвигаешь требования? Может быть сделать тебе чаю?

— Нужно будет сделаешь, — усмехнулся Альфред. — Если ты хочешь вернуться обратно в клан, то вставай на колени и признай нашего нового мастера. Тебя, Ирма, это тоже касается. Но если вы и дальше будете подбивать наших братьев и сестёр на бунт, то станете угрозой для клана. А как мы поступаем с угрозами вам обоим хорошо известно.

— Ещё бы! Сам с ними расправлялся не раз! — Керим указал тесаком на Брауна, который уже достал свой кинжал. — Теперь его ко мне подошлёшь если уж мы с Ирмой заняты?

— Как скажут мастер клана и консильери, — сказал Браун. — Но мы оба знаем, что я с тобой справлюсь.

— Только попробуй! — Ирма направила на него сразу оба пистолета. — Я в тебе быстро дырок понаделаю!

— Посмотрите оба что вы творите, — вздохнул Альфред. — Вы уже готовы убивать членов своего же клана. Вы поступаете как настоящие изменники! Это так вы беспокоитесь о нашем будущем? Так хотите нас защитить?

— Уж куда больше, чем ты, — Керим сплюнул и снова обратился к наблюдавшим за нами вампирами. — Неужели вас это правда устраивает? Вы хотите идти за этим молокососом? Хотите слушать и исполнять его приказы? Да сколько можно всё это терпеть я вас спрашиваю! Давайте просто убьём его! Убьём и выпьем его кровь! Это будет лучшим способом сломать уже отжившую своё бесполезную традицию!

Против воли моя рука дёрнулась к висевшему в кобуре револьверу, что не ушло от внимания стоявшей рядом Ребекки. Однако вампиры кругом оставались на своих местах и не спешили исполнять предложение Керима. Некоторые тихо переговаривались между собой, при чём на незнакомом мне языке, но большинство следили за Альфредом. Мысли о том, что мой консильери крепко держит свой клан заставили меня задуматься — что же такого случилось, что Ирма и Керим устроили свой мятеж? Вряд ли это было связанно именно со мной? Должно было произойти что-то ещё…

— Ирма, успокой своего товарища, поскольку я вижу, что разговаривая с ним только теряю время, — Альфред спрыгнул со стола и встал перед женщиной, заслонив собой Брауна. — Мы ведь давно друг друга знаем, столько лет были одной семьёй. Мы вместе творили великие дела. Ирма, вы ведь не оставляете мне выбора. Если вы оба сейчас не остановитесь мне придётся изгнать вас из клана.

— А храбрости хватит? — крикнул Керим. — Сумеешь?

— Ты всё правильно говоришь, Альфред, — Ирма не спешила опускать пистолеты. — И поэтому я не понимаю, почему ты не можешь услышать нас. Ведь я всегда считала тебя умнейшим консильери, который только был у Тёмных библиотекарей. Но видимо ты настолько долго живёшь, что уже не можешь трезво оценивать ситуацию. Ты цепляешься за старые пережитки и не видишь, как они тянут на дно всё, ради чего ты столько лет боролся.

— Я бережно храню то, за что боролся и буду делать это весь свой долгий срок, — на лице Альфреда не дрогнул ни один мускул. — Тёмные библиотекари будут следовать тому же пути, которому следовали века до этой ночи. И мы пойдём за нашим новым мастером, как до этого шли за тем, кто был до него, и за тем, кто был и до него. И если вы оба намерены этому помешать, то я приму все меры, чтобы вам воспрепятствовать. И ни перед чем не остановлюсь.

— Тогда считай, что и ты не оставил нам выбора. И всё что дальше случится, будет только по твоей вине, — зло заявил Керим и тут же замахнулся на меня тесаком.

Если в их разговор я старался почти не вмешиваться, то здесь отреагировал мгновенно, вспоминая всё чему меня учил Джошуа. Прежде чем рядом оказались Браун с Ребеккой я увернулся от удара, перехватил руку с тесаком и с силой двинул Керима в челюсть. Оружия я не схватил и как оказалось в этом была моя ошибка, потому что вампир только этого и ждал. В его свободной руке вдруг возникла длинная стальная игла, которая замерла в миллиметре от моего глаза. Если бы он успел завершить удар, то вогнал бы её мне в башку, с чем уже бы не справилась Петля. Но меч Ребекки замер у его горла, а у виска появился кинжал Брауна. Ирма же не успела сделать ни одного выстрела — её пистолеты лежали на полу, а саму её за горло держал Альфред. Как он смог так быстро обезоружить женщину, я так и не понял.

— Ну что теперь? — зашипел на бывших товарищей Керим. — Убьёте меня? Валяйте! Мы и так все уже давно мертвы!

— Убери оружие от мастера клана, — потребовала Ребекка. — Не вынуждай меня убивать тебя.

— Теперь вы в любом случае расправитесь с нами! Так зачем мне отпускать свой трофей? Уж лучше пусть он уйдёт с нами!

— Мы можем сделать всё быстро, а можем медленно, — зловеще пообещал Браун. — Ты знаешь.

— Я это умею гораздо лучше, и твой мастер об этом знает. Ты же помнишь, как мы с тобой песни учили? И уши твои помнят?

— Знаешь, а предложение Брауна начинает мне нравится, — сказал я, прикидывая как увернуться от иглы.

— Ирма, я не хочу убивать вас в этом зале поэтому даю последний шанс, — сказал Альфред, глядя женщине прямо в глаза. — Прикажи своему обнаглевшему дружку отступить, и я позволю вам обоим уйти. Обещаю ни вампиры, ни охрана этого убежища вас не тронут.

— И какой в этом смысл? Ты же будешь преследовать нас!

— Я могу прямо сейчас сломать тебе шею или оторвать голову, — консильери говорил поразительно спокойно. — И никакие вампирские способности тебе не помогут. Поэтому какой смысл? Ты можешь встретить ещё одну ночь. Достаточный смысл, чтобы убраться после того, как вы окончательно упали в моих глазах?

Несколько мгновений показались необычайно долгими, и я уже был готов зацепить иглу ухом, чтобы изменить ситуацию, но тут неожиданно Ирма воскликнула:

— Керим! Уходим!

— Что? Ты серьёзно?! Мы должны его убить!

— Я сказала уходим! Сейчас!

Лицо вампира исказилось злобой, а потом он опустил иглу. Альфред отпустил Ирму и только после его кивка Ребекка с Брауном отступили, держа оружие наготове. Я был уверен, что двое смутьянов попытаются контратаковать, но они, глядя на окружающих загнанными взглядами и так и не дождавшись поддержки явно изменили свои планы.

— Мы ещё встретимся, — пообещала Ирма, посмотрев на меня. — Когда ты меньше всего будешь ждать встречи, когда будешь уверен, что ты в безопасности мы найдём тебя. Найдём и убьём! И никто тебе не поможет!

— С нетерпением буду ждать, — заверил я. — Не тяните слишком долго.

— Прости меня за вопрос, но почему ты их отпустил? — спросил Браун, когда Ирма с Керимом исчезли в темноте одного из туннелей.

— Они слишком близко подобрались к мастеру клана, а я не намерен рисковать его жизнью, — строго сказал Альфред. — Но, чтобы такого больше не повторилось ты найдёшь их и уничтожишь.

Глава 14

Глава 14.

Снова став Себастьяном Блэком, я рассчитывал вернуть доверие и расположение своих товарищей, надеялся снова зарекомендовать себя в их глазах как серьёзный и перспективный агент. Или кем они меня там считали? Однако первое что вернулось это вовсе не доверие и не расположение, а тренировки с Джошуа. По-прежнему такие же бескомпромиссные и безжалостные, как и раньше.

— Давай начинай двигаться! — подгонял меня рыцарь, нанося удар за ударом тренировочным мечом. — Ты вообще отбиваться будешь или как?

Отбиваться я как раз пытался, получалось только не очень. Джошуа двигался быстро, делал ложные выпады, не давал поблажек. Я не жаловался, просто не позволял себе этого, потому что сам на всё это подписался. К тому же было очевидно, что мне нужно подтягивать все свои навыки. А как это ещё делать, если не на тренировках? Магического тома с набором быстро загружаемых знаний в этом мире, к сожалению, не было.

— Петля все твои раны не вывезет. Жить хочешь, двигайся!

— Да двигаюсь я! Не стою же на месте!

— Со стороны кажется будто стоишь, — наблюдал за нами Брайан.

Тренировался я с ними обоими, при чём Брайан не стремился как-то отомстить или отыграться на мне. Учил с такой же отдачей, как и Джошуа, подсказывая и обращая внимание на ошибки. По крайней мере так казалось.

— Слушайте, а я думал, что Петля отменяет все наши ранения, — выдохнул я во время перерыва. — А как же все эти удары и побои?

— Правильно думаешь. Ранения, — пояснил Джошуа. — Синяки — это не ранения. Поэтому я могу лупить тебя тренировочными мечами сколько душе угодно. И поэтому тебя мог бить тот Керим, о котором ты рассказывал.

— Жаль, что только бил, — вздохнул Брайан как-то неопределённо.

— Вообще-то он мне ухо пытался отрезать!

— Да видим мы, видим. Вон шрам остался.

Такие тренировки проходили каждый день по нескольку раз. И каждую из них Ребекка наблюдала с настолько невозмутимым лицом, что я понять не мог что она думала обо всём этом. Я же как ни как мастер клана, так значит должен хорошо драться? Или для Тёмных библиотекарей учитывая, что они библиотекари, это не так важно? Несмотря на бледную кожу и едва заметные клыки Ребекка была красивой девушкой, и признаться я хотел произвести на неё впечатление.

Остальные члены семейства в наши дела не лезли, лишь наблюдая со стороны либо предпочитая делать вид, что они вообще нас не замечают. Найджел Торби собирал бумаги и изучал документы, стремясь разобраться как можно оспорить решение банка предоставить нам доступ к семейным счетам. А Джошуа ждал решения по графу Моргану от сэра Абрахама. Собственно, мы все его ожидали.

— Слушайте, а что там с Потрошителем? — спросил я как-то раз во время одного из завтраков. — Его ведь разыскивают пока мы тренируемся?

— А ты чего так беспокоишься? — недовольно посмотрел на меня Брайан. — Встречи с ним ждёшь что ли?

— Да. Хочу посмотреть на него.

— Ищут, ищут, не волнуйся так, — ответил Джошуа попивая чай. — После своего последнего выступления он на какое-то время залёг на дно. Каждый раз так делает после своих нападений. Наши агенты отрабатывают кое-какие версии и у них уже есть результаты.

— Какие? — тут же уточнил я. — Нашли его убежище?

— Пока нет, но у нас снова есть понимание куда он ударит на этот раз. Мне только нужно, чтобы информация подтвердилась.

— И кто же подтверждает вам такую информацию? — Ребекка бросила на него холодный взгляд. — Неужели приходится иметь дело с такими как я?

— Нет красавица, — решительно покачал головой рыцарь. — Совсем не с такими как ты. С теми, у кого есть мутации, у кого не всё в порядке с головой, да и вообще со всякой швалью.

— Это как? — не понял я.

— А это как в полиции. Есть те, кто готов сотрудничать и делиться информацией по самым разным причинам. Кому-то нужны деньги, кому-то безопасный доступ к свежей крови.

— Слабаки, — фыркнула Ребекка, которая за столом никогда не притрагивалась к пище.

— Ну почему же, — Джошуа выглядел совершенно спокойным. — Есть те, кто не доволен тем, что их превратили в чудовищ. Например, тем, что их обратили в вампиров. Такие готовы помогать, если будут уверенны, что их информация не пропадёт даром.

— Но как? В смысле как кто-то может предугадать, где и когда нападёт Потрошитель? — эта мысль не давала мне покоя. — И потом поделиться этой информацией с тобой?

— Много ты хочешь знать, Себастьян, — сказал рыцарь, глядя на Ребекку. — А ведь ни один фокусник не выдаёт всех своих секретов, верно?

— Командир, так понимаю мы можем начинать готовится к новой операции? — Брайан выделил самое главное из нашего разговора.

— Мы уже к ней готовимся. Отдаём этому делу всё наше свободное время. Но в главном ты прав. Совсем скоро мы отправимся на захват Потрошителя и на этот раз всё пройдёт без осечек.

Как и следовало ожидать в таких ситуациях «совсем скоро» наступило гораздо раньше, чем я мог себе представить. В один из дней к особняку Блэков подъехали несколько одинаковых экипажей, из которых вышла дюжина человек с ящиками и чемоданами. А возглавлял их тот, кто одним своим видом пугал побольше любого вампира.

— Ну что, парни, считайте у вас сегодня праздник, — заявил Джейкоб Найт, открывая один из ящиков. — Такой, что я к вам лично с подарками прибыл.

— Твоим подаркам мы больше рады, чем от Санта-Клауса, — с улыбкой заметил Брайан.

— Ещё бы! Мои подарки вам жизни спасают! Не эти ваши «особенности» и «способности», а оружие, которое мы с коллегами для вас собираем!

Его помощники разложили в столовой, ранее превращённой Джошуа в тренировочный зал, привезённые ящики и чемоданы. Когда они открыли их, то внутри обнаружилось оружие и снаряжение, и я точно знал, что оно нам пригодится. Вокруг собрались как уже знакомые мне агенты в виде Брайана и Олафа Тревуссона, так и с десяток совершенно новых лиц. Похоже, что в этот раз Джошуа решил собрать команду побольше.

— Итак, господа, для начала вещи классические и привычные, — рассказывал Джейкоб, демонстрируя нам изящно выполненные револьверы. — Патроны обычные и с серебряными пулями, как и для этих игрушек.

Следом за револьверами на стол легли пара магазинных винтовок, а к ним добавились штык-ножи.

— Сталь с примесью серебра, поэтому любая тварь оценит сразу же, — заметил Найт. — Ну а эти штучки вам всем хорошо известны. Есть осколочные, есть дымовые…

— А свето-шумовые? — спросил я, глядя на выложенные на стол гранаты.

— Чего? — не понял Брайан.

— Свето-сжигающие? — с подозрением глядя на меня уточнил Джейкоб. — Так только экспериментальные образцы, слишком неустойчивые. Я пока такие не могу выдать.

— Рукопашка, как всегда, радует, — широко улыбаясь Олаф доставал то один, то другой топор. — А кастеты? Кастеты есть?

— Твою мать, — Джейкоб закатил глаза. — Я оружие делаю. Сколько раз повторять, что кастет — это не оружие?

— Да какое не оружие? — возмутился «викинг». — Ты про кулачные бои что-то слышал? А про ножи с рукоятью в виде кастета что-то слышал?

— Ты ещё про терминологию со мной спорить начни! Да я слышал и видел побольше твоего, ясно?

— Оставим пустые споры, — примирительно сказал Джошуа прокручивая барабан одного из револьверов. — Всё высшего качества, как и всегда. Спасибо, Джейкоб. Есть что-то новенькое?

— Разумеется, — с оскорблённым видом ответил Найт и достал странного вида пистолет. — Одна из последних разработок, прошла испытания. Заряжается самовозгорающимся снарядом, осечек не даёт…

— О, я знаю! — воскликнул я. — Это же осветительная ракета или как их там? В небо стрелять?

— И кого ты там в небе подстреливать собрался, парень? — усмехнувшись спросил Олаф. — Небеса так-то на нашей стороне, не забывай!

— Это не осветительная ракета, — сообщил Джошуа.

— Ты перестанешь влезать или нет? Может хочешь сам всё это собирать и разбирать? — изобретатель окинул меня полным любезности взглядом. — Это оружие для поджигания! Стреляешь из такого в тварь, и она загорается словно костёр Инквизиции!

— Хорошая вещь, я видел испытания, — Джошуа взял пистолет и прицелился. — Так, а какие есть предложения по Потрошителю? Как нам бить эту тварь?

— Я размышлял на этим вопросом, проанализировал всё, что нам известно об этом засранце, — Джейкоб принял задумчивый вид. — Долгое время мы исходили из того, что Потрошитель не является монстром, но обладает недюжинной силой и потрясающими навыками. Однако лично я в этом больше не уверен. Потрошитель не может быть человеком, потому что как мы видим неуязвим к любого рода ранениям. Его не берут пули, и он не обращает внимания на мечи или топоры. Это очень трудно убиваемый противник, и готов признать, что я впечатлён.

— Если это монстр, то какой-то странный, — мрачно заметил Брайан. — Я не знаю чудовищ, которые были бы настолько невосприимчивы к урону. Это что какая-то безумная регенерация?

— На данный момент это наша главная версия. Регенерация, которой позавидуют даже вампиры или древние упыри. Обычно основанная тактика против таких тварей — это массированное нанесение ран, направленное на ослабление этой регенерации или задержание противника. Но здесь мне кажется такое не прокатит.

— Ещё как прокатит! — возразил Олаф. — Просто надо бить быстрее и сильнее, вот и вся наука! На моей родине тоже есть твари, что раны заживляют и конечности отрубленные отращивают. Но ничего и с ними справляемся!

— Я считаю здесь другой случай, — покачал головой Джошуа. — Потрошитель не просто невосприимчив к ранам, он даже не обращает на них внимания. Они никак его не задерживают. Похоже он не чувствует боли, а немногие твари могут этим похвастаться. И у него не идёт кровь, что особенно странно. Много мы знаем живых поганцев, у которых нет крови?

— Вот и я о том же! — поддержал Джейкоб. — Потрошитель в любом случае выходит за рамки обычного и потому мы с коллегами считаем, что с ним нужно решать радикально.

— Конкретно какие предложения? — спросил рыцарь.

— Мозг. Вам нужно повредить его мозг. Если его сила в регенерации, пусть и такой мощной, то мозг он всё равно не сможет восстановить. Эта травма фатальна для большинства подобного рода тварей.

— То есть всего лишь бить по голове, вот и весь план? — весело усмехнулся Олаф. — Да я готов не просто повредить, а отгрызть ему эту голову!

— С радостью посмотрю на результат, — ответил Найт.

— Слушайте, но неужели об этом Потрошителе настолько мало известно? — не удержался я от вопроса. — И никто не знает, как и откуда он появился?

— Если бы знали, то всё было бы гораздо проще, — проворчал Брайан.

— Но ведь как-то он попал в город? Или вырос здесь? — прикидывал я. — Откуда-то получил свои силы или же он с ними родился? И потом, если подобных ему монстров нет, то есть ли подобные ему люди? Вот у нас есть Петля, а какие ещё бывают способности? Может у него что-то подобное?

— Хочешь составить его биографию? Да пожалуйста! — махнул рукой изобретатель. — Скотланд-Ярд тебе в помощь! Это они его искали, когда он свои кровавые убийства начинал.

— Себастьян, отставить не относящиеся к теме ликвидации противника вопросы, — потребовал Джошуа, а потом посмотрел на Джейкоба. — Про мозг понял, тоже уже об этом думал. С этим разобрались. Чем ещё порадуешь?

— Так, теперь поговорим про электрическое оружие…

— Господин Себастьян, вы могли бы подойти? — неожиданно в дверях появился дворецкий Руперт.

Вообще я больше хотел послушать про электрическое оружие, но отказывать не стал. Джошуа кивнул, и Руперт проводил меня к Патриции, ожидавшей в библиотеке.

— Госпожа Патриция, хотела обсудить с вами один вопрос, — с деловым видом произнёс Руперт, а затем с таким же деловым видом удалился.

Патриция читала книгу сидя на диване, но тут же встала, когда я подошёл. Выглядела она взволнованной, хотя порой казалось будто это её обычное состояние.

— Господин Себастьян, — она исполнила идеальный реверанс. — Спасибо большое, что согласились уделить мне немного времени. Есть одно дело, которое не терпит отлагательств.

— Всегда рад, — улыбнулся я. — Так что случилось? Чем могу помочь?

— Простите, но надеюсь это я смогу вам помочь или точнее мы.

Под «мы» она имела в виду себя и студента Мэтью, который был частым гостем в нашем доме. Я их общению по-прежнему не препятствовал, однако относился к юноше с подозрением. Слишком уж очевидным он был охотником за богатой невестой, хотя вроде и казался не плохим парнем…

— Мы с Мэтью хотели помочь вам с решением одной проблемы, — подтвердила мои подозрения Патриция. — Той, что связана с господином графом Чарригтоном.

— Правда? — а эта новость меня уже удивила. — И о чём конкретно речь?

— Будет лучше, если Мэтью сам вам обо всё расскажет.

Разумеется, студент ту же появился из-за ближайшего шкафа с заискивающей улыбкой. Я поймал себя на мысли о том, что, между нами, наверное, была не такая уж и большая разница в возрасте, но зато совершенно разный статус. Статус, вызванный происхождением, что казалось мне чем-то непривычным. Приятным, но непривычным. Неужели действительно одни люди должны кланяться другим только из-за того в какой семье они родились?

— Господин Себастьян, — Мэтью поклонился. — Вы имеете полное право отказаться от моей помощи, поэтому я прошу только выслушать меня и ничего более. А дальше вы сами примете решение, как поступить.

— Ну давайте, ребят, я вас слушаю.

— Так уж сложилось, что я в курсе имеющихся у вас проблем с господином графом Чарригтоном.

— Разумеется ты в курсе, Мэтью. Ты же присутствовал при том случае, когда он заявился сюда со своими амбалами. Да и про Лжесебастьяна тебе явно тоже рассказывали.

— Не буду отрицать, — улыбнулся Мэтью. — И точно также я был свидетелем того, как смело вы бросились защищать честь госпожи Патриции. А потому я уверен, что вам можно доверять.

— Тронут, спасибо. Так что ты хочешь предложить?

— Хочу предложить решить проблему с господином графом. Так уж сложилось, что я могу устроить вам с ним встречу.

— Ты? — я окинул его взглядом с ног до головы. — Прости за вопрос, но откуда у тебя такие возможности?

— Ну у всех у нас свои связи. Семьи, должности, клубы по интересам. Главное то, что я могу свести вас с графом. В приличном месте, где вы сможете с ним прилично решить ваши проблемы. И уж точно не поубиваете друг друга.

— Ну ты умеешь удивить, — пожал я плечами впечатлённый таким предложением. — Рассказывай поподробнее, что и как. И что это за место такое, в котором мы можем решить все проблемы.

* * *

— И запомните, делаем всё в точности как я говорю, — инструктировал Джошуа, обводя каждого взглядом. — И речь не только о приказах. Если я скажу никому не трогать Потрошителя, значит никому его не трогать.

— Сэр, да ладно? Мы тоже его порешить хотим! — возмутился Олаф и толкнул сидящего рядом Брайана. — Подтверди!

— Ну вообще да, — кивнул Брайан. — У нас ведь тут у всех у нему вопросы.

— Вот поэтому я вынужден разъяснять вам всем как детям малым очевидные вещи, — строго посмотрел на них Джошуа. — Скажу не трогать Потрошителя, значит никто его не трогает! Для вас он слишком силён, так что я сам с ним справлюсь.

— В одиночку? — поразился «викинг».

— Ну почему же в одиночку? Вот Себастьян мне поможет, а вы поддержите огнём. Себастьян, согласен же?

— Жду с нетерпением! — полным энтузиазма голосом заявил я.

Как я уже говорил, «совсем скоро» наступило гораздо раньше, чем я мог подумать. Уже на следующий день после того, как Джейкоб с помощниками доставили нам новое оружие и снаряжение Джошуа собрал всех в тренировочном зале и заявил, что время пришло. Сегодня мы будем брать Потрошителя, устроим на него ещё одну засаду и постараемся сделать всё лучше, чем в прошлый раз. Хотя сдаётся мне, что Джошуа собирается его просто убить. Как известно, Абрахам хочет, при возможности, увидеть Потрошителя живым, чтобы допросить и понять его цели. И в этой связи Джошуа может держать своих подчинённых в стороне от Потрошителя не только, чтобы защитить их от маньяка, но и чтобы уберечь от возможного недовольства Руководителя Ордена. Своих подчинённых, но не меня.

Это было ожидаемо, но теперь я должен думать не только о своей безопасности, но и о Ребекке. Похоже девушка всерьёз была намерена стать моим телохранителем и потому тоже собиралась участвовать в предстоящей операции. А это означало, что она могла оказаться в серьёзной опасности.

— Тебя это тоже касается, — заметил Джошуа девушке. — Главный здесь я и поэтому ты выполняешь мои приказы. Например, скажу остаться в тылу, значит остаёшься в тылу.

— Я подчиняюсь только мастеру клана, — холодно ответила Ребекка. — Уверенна, что такой рыцарь как вы должны об этом помнить.

— Так я обо всём помню. Ты подчиняешься мастеру клана, а твой мастер клана подчиняется мне. Считай мы договорились. Вот видишь, как всё просто?

Особняк Блэков мы покинули вечером на нескольких экипажах, которые одновременно подъехали к дому. Потом они также вместе направились по лондонским улицам, следуя один за другим. Не знаю насколько это было разумно если мы не хотим привлекать к себе внимание, но горожанам вокруг похоже было всё равно. Я выглядывал в окно и заметил, что в этот раз мы двигались по относительно приличным улицам, где было светло и встречались патрули. В какой-то момент дома вокруг стали совсем старые и невысокие, а в их архитектуре добавились римские колонны. Судя по всему, это был какой-то старинный квартал, быть может он был даже старше самого Лондона?

— На месте смотрите в оба, — напомнил Джошуа, с которым мы ехали в одном экипаже. — Обстановка будет непростая, сами знаете. Поэтому ожидать можно чего угодно.

— А чего именно? — тут же спросил я. — Можно как-то поконкретнее?

— У принцессы своей спроси, — буркнул Брайан, глядя на Ребекку.

Девушка зашипела на него словно зверь. Сидевший рядом Олаф рассмеялся, а Брайан даже не шелохнулся. Уже было очевидно, что у агента имелись какие-то личные претензии к вампирше, к её клану или ко всем сразу.

— Так в чём дело-то? Видно же, что места не простые!

— Дело не в местах, а в тех, кто здесь ошивается, — пояснил Джошуа. — Это не портовые склады с работягами и бандитами. Здесь собираются сильные и богатые, те у кого есть деньги и власть. При чём как люди, так и монстры.

— А ещё те, у кого есть охрана, — проворчал Брайан. — И этой охране всё равно кого убивать.

— Да ладно, тоже мне проблема! — усмехнулся Олаф. — Надо будет справимся и с охраной! И не важно чьей.

— В общем прибудем на место, и мы проведём разведку, — продолжил Джошуа. — Остальные ждут сигнала и сами ничего не предпринимают. Нужно посмотреть сколько там будет народу и на что он готов.

— Покрошим, сэр, всех покрошим, — продолжал посмеиваться «викинг». — Может даже остальных звать не придётся.

— Видно будет, ты, кстати, вместе со всеми ждёшь.

— Что? На разведку и без меня? Как же так, сэр?!

Зато я знал без кого эта разведка точно не состоится и пока не понимал радоваться этому или нет. В любом случае это шанс доказать, что я здесь действительно не просто так, вот только обстановка вокруг складывалась своеобразная. Как и в прошлый раз, Потрошитель не просто нападал на толпу монстров, а бил по одному из сильнейших кланов. При чём наносил удар по одному из важнейших мероприятий, которые тот организовывал. Правда, когда мне об этом сказали, то с первого раза я просто не поверил.

— Бордель? Мы серьёзно идём в бордель?

— Это старый бордель и в нём обслуживаются влиятельные люди Лондона, ищущие острых ощущений, — пояснил Джошуа. — А ещё там иногда собираются для решения дел, которые обставляются без внимания представителей закона. И всё это под крышей клана Кровавой страсти.

— Название самое то для владельцев борделя! — усмехнулся я.

— Это сильный и старый клан, который опасно недооценивать. У них множество связей среди знати и богачей, а в прошлом они даже имели доступ к самой королевской семье. Сейчас правда говорят, что этот контакт они потеряли, но я бы не был так уверен.

— И что они даже сильнее этих, каких их там… Чёрного кальмара?

— А вот пусть она тебе ответит, — Джошуа посмотрел на Ребекку, которая внимательно слушала наш разговор.

— Прежде всего нужно понимать, что у Кровавой страсти множество бойцов и множество должников, готовых выполнить любое поручение. Поэтому этот клан способен как к открытому противостоянию, так и к всяческим интригам и политической борьбе, — к моему удивлению не стала спорить вампирша. — А ещё Чёрный кальмар хоть и могущественный клан, но он поднялся с низов. Изначально это клан грязных преступников и бандитов, методы которых позволили расправиться с большинством конкурентов.

— А Кровавая страсть?

— А это элита, благородные, изначально защищённые от большинства мутаций. И от того они крайне высокого о себе мнения.

Вскоре экипажи остановились и вооружённый отряд занял наблюдательную позицию. Отсюда хорошо виднелось здание борделя, а также можно было быстро покинуть квартал. Пара агентов бросились к ближайшему зданию с винтовками, чтобы засесть на крыше. Другие в очередной раз проверяли оружие. Прохожие по началу не обращали на нас никакого внимания, но спустя какое-то время принялись коситься с подозрительными взглядами. Однако Джошуа это не волновало.

— Скоро им станет не до нас, — заявил рыцарь и подтвердил мои подозрения на счёт разведки. — Себастьян, Ребекка составьте мне компанию. Остальные ждите указаний.

Признаться я был уверен, что мы будем наворачивать круги вокруг здания, поймаем одного из охранников борделя или даже клиента, которого потом сурово допросим. Но вместо этого Джошуа направился прямо к главным дверям и не остановился, даже когда охрана попыталась преградить ему дорогу. Диалог у них получился коротким и вскоре трое охранников лежали на земле, а клиенты, которых они проверяли разбежались кто куда. С невозмутимыми лицами мы пошли через широкие красные двери и оказались в самом дорогом борделе, который мне когда-либо доводилось видеть. При том условии, что раньше я не видел ни одного.

Бесчисленные шторы и занавески, кожаные кресла и диваны, лабиринты из лестниц и коридоров, в которых легко было потеряться. Вокруг стоял запах благовоний и повсюду дымили кальяны, был слышен смех и играла музыка. Куда ни глянь виднелись запертые красные двери, из-за которых доносились характерные звуки. Полураздетые девушки разносили еду и напитки, пока богато наряженные мужики рассказывали им свои истории и анекдоты. На нас не сразу обратили внимание, но вскоре окружающие уже начали шарахаться и озираться. Несколько человек поспешили убраться и не только они. Внимательно присмотревшись, я осознал, что и среди клиентов, и среди персонала были не только люди. Так пара смертельно бледных официанток опрокинули подносы при виде нас, а разодетый словно римский император вампир, пьющий кровь из руки проститутки, оттолкнул её и бросился бежать.

Судя по всему, репутация Джошуа шла далеко впереди него.

— Чего вы оба так удивляетесь? — буркнул рыцарь, оглядываясь по сторонам. — Это место принадлежит вампирам и здесь обслуживают всех, у кого есть много денег. По-настоящему много денег.

Лично меня удивлял сам факт подобного «сотрудничества», в то время как Ребекка краснела и по большей части старалась смотреть в пол. И куда подевалась та дерзкая девчонка, которая спорила с моими товарищами?

— Эй, кретины, — к нам подошёл огромный мужик в шубе, от которого несло виски. — Чего забыли здесь? Пошли вон, собаки.

— Вот почему никогда не любил высшее сословие, — словно не замечая его произнёс Джошуа. — Мы ведь всего лишь смотрим по сторонам.

— На сестру свою смотреть будешь, сука, — всем своим видом мужик напоминал быка. — Пошёл вон отсюда, пока я тебя сам не выкинул!

В следующее мгновение Джошуа схватил с ближайшего стола вазу и разбил её о его голову, а потом повалил сильным ударом. Прежде чем бык вскочил с воплями и проклятиями на него уже смотрело дуло револьвера.

— Давайте только обойдёмся без стрельбы и лишней крови! — словно из ниоткуда появился элегантно одетый мужчина в белом костюме. — Уверен никому из нас не нужны лишние жертвы!

— Ну это как посмотреть.

Мужика в шубе подняли и увели, а за спиной белого костюма собрались с десяток охранников. Вот только никто из них явно не желал лезть в драку.

— Послушайте, можете считать, что вы уже привлекли моё внимание, — вздохнул белый костюм, у которого я вдруг заметил клыки и изменённую форму ушей. — Меня зовут Энтони, и я владелец этого прекрасного заведения.

— Да не какой ты не владелец. Все мы знаем, что ты лишь звено между борделем и кланом.

— А я знаю кто вы и не мало удивлён вашим визитом. Хотите отдохнуть? Увлечённо провести время? Могу я только попросить вас не стрелять?

— Ну зачем нам стрелять? — усмехнулся Джошуа. — Тогда вы все перепугаетесь и разбежитесь. А я хочу посмотреть на представление.

— Какое ещё представление?

— То, которое называется Потрошителем.

Энтони тут же изменился в лице. Не говоря уже про его охрану и ближайших клиентов, которые слышали наш разговор. Единственное чего я не понимал так это чего добивался Джошуа вот так заявившись сюда? Какая же здесь разведка?

— Не знаю о каком представлении вы говорите, но у нас всё тихо и спокойно, — приняв невозмутимый вид сказал вампир. — А вас попрошу не сеять паники и пустых слухов.

— Какие же здесь пустые слухи? Сам же сказал, что знаешь кто мы и откуда. Так вот мы здесь для того, чтобы проконтролировать как Потрошитель перебьёт всех собравшихся здесь тварей. Ну то есть вас, — Джошуа смерил его полным холода взглядом. — А затем уже повяжем его самого.

Несколько долгих мгновений Энтони явно решал, что именно сказать, а затем выдал то, что я меньше всего ожидал услышать.

— Мы можем пройти в мой кабинет?

Вторым удивлением стало то, что Джошуа неожиданно согласился и после нескольких лестниц и коридоров мы оказались не в кабинете, а в целом зале полном картин и всяческих дорогих безделушек. Но главным было то, что за огромным столом сидела высокая и широкая в плечах женщина, одетая в длиннополое кроваво-красное платье и чёрные обтягивающие перчатки выше локтя. Ребекка задержала дыхание, когда увидела её.

— Вот теперь понятно зачем твой рыцарь устроил весь этот цирк, — прошептала девушка. — Но если она здесь, то это многое объясняет.

— А кто это? — спросил я совершенно ничего не понимая.

— Госпожа Эльвина Криссенвульд, — Энтони низко поклонился. — Прошу прощения за беспокойство, но боюсь у нас возникла проблема, которая требует вашего внимания.

— Слышу, слышу, дорогой, — женщина подняла на нас исключительно недобрый взгляд. — Интересная проблема, скажу я тебе. Даже не знаю кого из вас троих первым убить.

Глава 15

Глава 15.

— Итак, кого я здесь вижу, — женщина откинулась в кресле, глядя на нас с каким-то могильным холодом. — Мрачный рыцарь с руками по плечи в крови, не способный ни к переговорам, ни к компромиссам. Блудная дочь без чести и совести, давно предавшая свою родню. И заблудившийся путешественник, использующий чужое имя. Ты сам убил его владельца? Задушил собственными руками или утопил?

— Понятия не имею о чём ты, — сказал я, глядя ей прямо в глаза.

— А врать не хорошо, сладкий. Но я тебя от этого быстро отучу.

— Попрошу не трогать моего сотрудника, — вперёд вышел Джошуа, отчего его тут же взяли на прицел все стоявшие рядом охранники. — Если хотите что-то обсудить, то я готов вас выслушать.

— С тобой бы я много чего обсудила, милый. Долго и плодотворно, — несмотря на всю красоту этой Эльвины её голос не обещал ничего хорошего. — Или вот с этой девочкой. Уделишь мне пару часиков крошка, а?

— Пошла ты, — коротко обозначила свою позицию Ребекка.

— Ты говоришь с лидером клана Кровавой страсти, — Энтони тут же изменился в лице. — Так что прояви уважение, тварь!

— Милый, не стоит. Её я тоже отучу говорить подобное, когда решу кого же из них убить первым, — она задержала свой взгляд на мне и на мгновение показалось, что приняла решение. — Что вы забыли в моём борделе?

— Собственно всю суть мы уже разъяснили вашему помощнику или кто он там, — сообщил Джошуа. — У нас здесь запланирована встреча с Потрошителем, сразу после того, как он расправится с вами.

— Именно по этой причине я привёл их к вам, — объяснил Энтони.

— Ах Потрошитель, как же интересно. И вы любезно решили прийти нас предупредить? Я тронута! Премного благодарна! — Эльвина встала из-за стола и театрально поклонилась. — Даже не знаю как благодарить за такую заботу! Может быть предложить каждому из вас по бабе?

— Зря вы так к этому относитесь, — не выдержал я. — Я лично видел Потрошителя и могу сказать, что это настоящее чудовище.

— Это я настоящее чудовище, когда мне переходят дорогу, — мрачно пообещала женщина. — А ты мальчик просто ничего не понимаешь.

— Ещё раз, я видел его в деле. И поверьте, когда он прибудет сюда то вся эта охрана не сможет вас защитить.

— Так может это вы сделаете, а? Эй, рыцарь, может быть обеспечите мне защиту? Спасёте от страшного и ужасного убийцы?

— Шутки шутите? — спросил Джошуа, тем временем, подойдя к окну.

— Ну почему же? Это будет даже интересно. Уверенна мы сможем как-то договориться. Клан Кровавой страсти хорошо известен взаимовыгодными отношениями с людьми, а Потрошитель враг для всех. Объединившись, мы бы избавились от этой угрозы.

— Враньё, — зло бросила Ребекка.

— А ты не спеши судить, девчонка.

— Знаете, сомневаюсь, что из этого может что-то получиться, — заметил я, бросив взгляд на высматривающего что-то за окном Джошуа. — Почему-то мне кажется, что мы не договоримся.

— Ну с одной вампиршей ты уже договорился, мальчик. Чем же я хуже? Чем же я тебя не устраиваю? Я умею гораздо больше, чем она, — несмотря на недвусмысленные намёки тепла в её взгляде не прибавилось ни на грам. — Учти не все Блэки были так дружны с твоими рыцарями, кое-кто предпочитал совсем другую сторону. Например, настоящий Себастьян.

Ребекка бросила на меня испуганный взгляд, который удивил меня не меньше, чем слова этой развратной вампирши.

— Вы вообще о чём?

— О том, что ты ошибся с выбором за какую команду выступать, — медленно произнесла Эльвина. — Как думаешь, на кого на самом деле работает Потрошитель? И кому выгодны все его убийства?

— Рад что в потоке словесного говна вы вспомнили о Потрошителе, — Джошуа оторвался от окна. — Потому что он уже здесь. И если вы думаете, что его интересует бордель, а не та, кто здесь всем заправляет, то вы совсем не так умны, как я о вас наслышан.

— Следи за своим языком, засранец, — прошипел Энтони.

— А ты следи за дверями. Ваша смерть уже здесь.

Словно в подтверждение его слов внизу послышались крики и вопли, раздался грохот, а затем выстрелы. На лицах охранников промелькнуло смятение, на мгновение оно возникло и на лице Эльвины, но потом быстро сменилось гневом. А Джошуа, он улыбался. И в этой улыбке было что-то звериное, что только подчеркивали его шрамы.

Двери распахнулись и в кабинет влетели несколько охранников. С перепуганными глазами они о чём-то доложили Энтони и за тем тот мрачно кивнул Эльвине.

— Ну так разберись со всем! — взревела женщина. — Разберись как мужик! Раз он посмел заявиться сюда, то я хочу видеть труп этой твари!

— А что делать с ними? — вампир кивнул в нашу сторону, но ту же побледнел ещё больше прежнего.

Признаться мы с Ребеккой тоже напряглись, потому что в руках Джошуа неожиданно появились две гранаты.

— А с нами всё предельно просто, — произнёс рыцарь. — Предлагаю простую сделку. Вы уходите отсюда со своей охраной, и мы делаем то зачем пришли. Или мы прямо сейчас устроим вам здесь ад, из которого вы вряд ли выкарабкаетесь, да ещё и с Потрошителем на хвосте. Видите? Я вполне себе открыт к компромиссам.

— Энтони, — произнесла Эльвина, после недолго молчания. — Когда я уйду отсюда хочу, чтобы ты добыл мне и их трупы. Особенно этой девчонки!

— Будет исполнено, — мрачно пообещал Энтони, доставая пистолет. — Эй вы! Немедленно выведите госпожу Криссенвульд из здания! За её безопасность отвечаете своими головами! Карета уже готова!

Окружённая охранниками Эльвина покинула кабинет через чёрный ход, оставив нас с Энтони и ещё тремя бойцами, которые держали нас на прицеле.

— Ну что, парни, вы сами сделали свой выбор.

После этого всё произошло быстро. Джошуа швырнул вперёд гранаты, от чего вампиры кинулись в стороны, ища укрытие. Слишком поздно они сообразили, что он не выдернул чеку. Зато сам Джошуа вместе с Ребеккой ринулись вперёд на ходу обнажив мечи. Серия молниеносных ударов и трое охранников валялись на полу и в крови, а Энтони рыцарь прижал к стене приставив к горлу клинок.

— Ты же не убьёшь меня? Не убьёшь?! — перепугался вампир.

— Пока нет, — Джошуа смерил его взглядом, а потом схватил за плечо и швырнул в сторону. — Советую свалить отсюда, это место вы уже потеряли.

Вампира дважды просить не пришлось, и он быстро скрылся. Шокированный тем как быстро всё произошло я подошёл к окну и понял, как именно Джошуа понял о появлении Потрошителя. На другом конце улицы в окне одного из экипажей горел фонарь. Сигнал от наших товарищей.

— Почему ты отпустил её? — Ребекка накинулась на Джошуа. — И почему ты отпустил его? Зачем позволил им уйти?

— Мы здесь не за ней и не за ним, — рыцарь поднял с пола гранаты и вытащил револьвер. — У нас есть конкретная цель.

— Издеваешься? Ты забыл кто она такая? Забыл какой клан возглавляет?

— Послушай, мы бы всё равно не успели убить её, даже если бы покрошили всех охранников, что само по себе отдельная проблема. Она бы в любом случае успела бы сбежать. Ну а этот Энтони нам тоже не нужен. Как у вас говорят? За двумя летучими мышами погонишься?

— Думаешь это смешно? — Ребекке явно не понравилась отсылка. — Зачем тогда ты вообще всё это устроил? Зачем было привлекать к себе внимание, если ты не планировал брать Эльвину Криссенвульд?

— Потому что я пришёл сюда брать Потрошителя, — удивительно спокойно ответил Джошуа. — Мне нужно было убедится, что Эльвина будет здесь. А теперь, когда мы точно знаем за кем, сюда пришёл Потрошитель, как думаешь куда он направится? И кого он меньше всего ожидает здесь увидеть?

Ребекка промолчала, но Джошуа и не ждал ответа. Вместо этого он посмотрел на меня. Меня же к собственному удивлению даже не трясло. Я был совершенно спокоен, даже кровь не пугала. Тем не менее, неведомо откуда взявшееся хладнокровие помогало мне чётко понимать ситуацию.

— Себастьян? Я могу на тебя положиться?

— Да, — ответил я и достал револьвер. — Пойдём и убьём эту сволочь.

На всякий случай я поднял с пола пистолет одного из охранников. Не важно пуля или меч пробьют голову Потрошителя, если для его смерти нужно лишь повредить мозг. Втроём мы покинули кабинет и направились по коридорам борделя, в котором уже царил хаос. Отовсюду доносились крики и визги, клиенты и персонал в панике разбегались. Худощавый мужчина в парике и мантии судьи расталкивал всех на своём пути. Здоровенный оборотень в обличье чего-то напоминающего волка буквально спрыгнул с балкона. Мы же двигались на звуки выстрелов, которые пока доносились только из одной части здания.

По плану агенты Артурианской Службы вместе с Брайаном и Олафом должны были охранять входы и выходы, которых, к счастью, было не так много. Вмешиваться они должны были в самом крайнем случае, поэтому биться с Потрошителем мы будем втроём. На этот раз я знал, чего ожидать, я был готов к новой встрече. Я чётко представлял себе, что буду делать и уже решил, что даже если Джошуа скажет взять эту тварь живой я всё равно выпущу этому маньяку в башку весь барабан револьвера. Возможно, так я хотел оправдаться в глазах товарищей, которых позорно бросил и отомстить за смерть погибших, перед которыми чувствовал себя виноватым.

Я никогда так не ошибался. Я не был готов.

Это была настоящая бойня, бессмысленная и беспощадная. Мы наткнулись на этого монстра в одном из залов, где группа охранников пыталась оказать ему сопротивление. Кривые мечи, кинжалы и пистолеты. Кто-то даже палил из дробовика. Ничего из этого не могло остановить безумного маньяка, орудовавшего своим топором, которым он рубил всех, кто попадался ему на глаза. Охранники, клиенты, проститутки. Всё вокруг было в крови, кругом лежали изрубленные трупы, а Потрошитель высился над ними скалой с убийственным спокойствием нанося удар за ударом. Убивая, убивая и убивая. Не обращая внимания на выстрелы, он перепрыгнул через пару диванов, преградив путь какому-то дворянину и паре девок.

— Я работою в казначействе! Вы не имеете права! Вы не посмеете!

Топор отделил голову казначея от тела, а потом не дал сбежать и проституткам. Один из охранников с криком накинулся на убийцу, сжимая в руках сразу два меча. Эффекта они не возымели и его тело несколькими кусками упало к ногам Потрошителя.

— Что-что, а своё прозвище эта тварь оправдывает, — тихо сказала Ребекка.

— Мочите его! — закричал какой-то охранник, стреляя из дробовика.

Он трижды прострелил монстру грудь, пока тот не разрубил и его. В этот же момент Джошуа вскинул револьвер и разрядил в чудовище весь барабан. Потрошитель принял все выстрелы грудью и как мне показалось прикрыл голову топором.

— Снова вы, — произнёс Потрошитель, опустив топор. — И нравится вам тварей защищать?

— Ну ты куда опаснее их всех вместе взятых будешь, — заявил Джошуа одновременно перезаряжая револьвер. — Поэтому пока и поинтереснее.

— Вот почему вы мне так не нравитесь. Вы не боритесь с тварями, вы им помогаете и цели поинтереснее выбираете. Вот поэтому вас не жалко убивать.

Джошуа моментально помрачнел. Охранники вокруг в спешке перезаряжались и посматривали то на нас, то на маньяка. И мне определённо не нравились их взгляды.

— Тебя мне тоже не будет жалко убивать, — сообщил рыцарь.

— Ну так попробуй. Тем более раз так хочешь монстров защищать.

С этими словами Потрошитель вдруг ринулся в сторону и буквально снёс собой стену между двумя залами. Все вокруг кинулись за ним, снова послышались выстрелы и новые перепуганные крики. Во втором зале оказалась галерея, с которой открывался вид на помещение размером с концертный зал. Скорее всего именно так оно и использовалось, потому что у дальней стены виднелась сцена. Не думая останавливаться, Потрошитель снёс украшенные перила и спрыгнул вниз, где другая группа охранников пыталась успокоить толпу персонала. Хоть я и не видел, что именно там началось, но донёсшиеся до нас крики не оставляли сомнений.

— Себастьян, Ребекка ведите огонь! — на ходу приказал Джошуа. — В рукопашную к нему не лезть!

— Не больно-то и хотелось! — ответила Ребекка.

Однако добраться до Потрошителя вдруг стало той ещё проблемой, потому что охранники накинулись и на нас. Двое вампиров открыли по мне огонь, засвистели пули и с грохотом разбилась ваза возле того места, где я стоял. Ребекка мгновенно ринулась в сторону стрелков.

— Стой! Не подставляйся! — закричал я.

Но девушка и не думала меня слушать. Орудуя двумя мечами, она ранила первого охранника, а потом второй накинулся на неё с клыками словно зверь. Единственной возможностью помочь ей было сражаться поэтому, когда с ближайшей лестницы спрыгнул ещё один вампир я выпустил в него половину боезапаса.

Джошуа ринулся к сломанным перилам, по пути его попытался задержать толстый охранник с секирой, но рыцарь лишь раз полоснул его мечом и оттолкнул в сторону. А затем сам спрыгнул вслед за Потрошителем.

Тем временем Ребекка расправилась с охранником, который накинулся на неё, когда с пола поднялся первый стрелок. Я тут же выстрелил в него всё, что было и в этот же момент сильный удар опрокинул меня на спину. К удивлению, это оказался охранник с лестницы, окровавленный, но всё ещё живой. Не сказав ни слова, он набросился на меня и попытался задушить, при этом вместо некоторых пальцев у него были щупальца. Вампир оказался необычайно сильным, но его грудь вдруг пробил один меч, а затем и второй. Когда же Ребекка стащила его с меня, то ударом отсекла ему голову.

— Это ты не подставляйся, — потребовала она. — Мастер клана должен выжить, чтобы ни случилось.

Внизу уже разворачивалась очередная бойня. На ходу перезарядив револьвер и подбежав к сломанным перилам я увидел внизу опрокинутые диваны и кресла, трупы и кровь. И Потрошителя, рубившего всех, кто не успевал убежать или пытался с ним драться. Я быстро прицелился, но стрелять мешали те, кто с ним бился. Так и не сделав ни выстрела я кинулся к лестнице.

— Сказала же не подставляйся! — бросилась за мной Ребекка. — Вести огонь можно и с галереи!

Девушка двигалась гораздо быстрее меня и быстро опередила, когда на лестнице мне попытался преградить путь очередной охранник. Несколько взмахов мечей и он весь в крови отлетел в сторону, а я, спустившись кинулся к Потрошителю. Перепрыгнул через диван, оттолкнул с пути официанта и снова прицелился. И тут же пригнулся, когда в меня выстрелил вампир. Одна из пуль зацепила меня, сработала Петля и я оказался за новым укрытием. Тут же выскочил и открыл огонь. Ранил противника. Заметил в творившемся кругом хаосе Джошуа, рубившего мечом на право и на лево. Сам же Потрошитель бился с каким-то здоровяком с двуручным топором.

— Себастьян, пригнись! — донёсся крик Ребекки.

Ранивший меня стрелок вскочил и снова выстрелил. Я укрылся за перевёрнутым диваном, поражаясь живучести вампиров. Это точно были не упыри! Рядом со мной рухнула Ребекка.

— Держись меня! Понял? — буквально крикнула она мне.

— Я за твоей спиной прятаться не буду!

— Ты мастер клана! Я твой телохранитель! Не лезь на рожон!

— Я на задании! Предлагаешь в стороне стоять?

— Это было бы лучше всего! — прямо мне заявила мне девушка.

Я вздохнул и высунулся из укрытия. Охранник, стрелявший в меня, был разодет словно жигало, однако стрелял метко и меня вновь спасла Петля. Я очутился за опрокинутым столом, взглядом нашёл удивлённую Ребекку, а затем снова открыл огонь по вампиру. Снова попал и снова получил пулю. Петля переместила меня ближе, я выхватил второй револьвер и открыл огонь по жигало. Вампир схватил пули, но всё ещё двигался и тоже вытащил второй пистолет, пока рядом не появилась Ребекка с мечами. Два удара и он рухнул.

— Какие же они живучие, — удивился я, вновь перезаряжаясь.

— Мы живучие, — зло бросила Ребекка, выдёргивая из трупа меч.

После этого мы ринулись к Потрошителю. Количество охраны вокруг уже сократилось, а персонал либо разбежался, либо лежал мёртвый. Джошуа палил прямо в маньяка, а потом бросился на него с мечом. Я же наконец-то взял на прицел это чудовище и тут вспомнил всё то, что испытал, когда бежал с того злополучного склада. Весь тот страх, боль и стыд, которые заставил меня испытать образ этого убийцы, на которого я теперь направил револьвер. Признаться сейчас он казался мне даже страшнее чем тогда, но я уже один раз попробовал поражение… Теперь мне была нужна победа!

Топор рассёк грудь Джошуа, сработала Петля и рыцарь очутился вне моей линии огня. Я тут же выпустил весь барабан целясь в голову. Видя это Джошуа сделал то же самое из своего револьвера. Потрошитель неуклюже пригнулся, а потом ринулся в сторону сцены, запрыгнул на неё и скрылся за кулисами. Оставив меня в полном недоумении.

— Мы же попали! — крикнул я. — Мы же вроде попали!

— Догоняй его, а не болтай! — ответил мне Джошуа.

Втроём мы кинулись за ним. Промчались через закулисье, в котором прятались перепуганные актёры, а потом оказались в очередном зале с декоративными деревьями. Здесь нас встретила новая волна криков и выстрелов и на этот раз она не имела никакого отношения к нашей схватке с Потрошителем. Агенты Артурианской Службы перешли в наступление.

С удивлением я увидел знакомых мне бойцов с револьверами и винтовками, которые перестреливались с вампирами. Они действовали слаженно, как одна команда, члены которой давно привыкли рисковать своими жизнями. Они прикрывали друг друга, находили слабые места в обороне врага, которые немедленно вскрывали и при этом отбивали любые попытки контратаковать. Трещали выстрелы, сверкали сталь и серебро. Все эти агенты напоминали мне солдат из спецподразделений моего родного мира, настолько высоким мне казался их профессионализм. Раз за разом их спасала Петля, защищая от пуль и перемещая в новые укрытия. Всех кроме одного, который при этом сражался сразу двумя топорами.

— Ха! Ну давайте! Подходите! — кричал он.

Олаф держался на острие атаки рубя врагов на право и на лево. Его напор вынуждал противников покидать укрытия, после чего они сразу становились жертвами пуль. Никак не организованные охранники из разнообразных вампиров не могли оказать агентам решительного сопротивления.

— Меня на всех хватит! — ревел Олаф, на ходу принимая какое-то зелье, отчего он стал бить вдвое яростнее. — Давайте!

Потрошитель явно не ожидал увидеть подобное, потому что на какое-то время замер в растерянности. И этого времени нам хватило, чтобы его догнать!

— Агенты! Огонь по цели! — скомандовал Джошуа и в тот же момент в маньяка отправился град пуль.

Подняв топор, Потрошитель попытался прикрыться от выстрелов, хотя не было видно, чтобы они хоть как-то ему вредили. Желая исправить ситуацию Джошуа ринулся в рукопашную, а за ним поспешил Олаф.

— Назад! Я сам!

— За Чарли и Белинду! Он мне должен!

— Твою мать, Олаф! Я сказал назад!

Вдвоём они закружились вокруг Потрошителя, нанося ему удар за ударом. Тот пытался достать их, но безуспешно. К сожалению, такими же безуспешными оставались и удары моих товарищей. Остальные агенты Артурианской Службы продолжали биться с охраной борделя, но пара человек по-прежнему держали Потрошителя на прицеле, не рискуя стрелять. Я тоже поднял оружие, выжидая подходящего момента. Стрелял я не плохо и мне был нужен только шанс. Вообще мне казалось, что кто-то из нас всех точно должен был попасть в голову этой твари, но если нужен ещё один контрольный выстрел, то я был готов его сделать.

— Олаф, я сказал отойди! — Джошуа мечом рассёк Потрошителю плечо. — Это приказ!

— Я сам его расчленю! А затем исполню любой приказ!

При всей своей мускулатуре Олаф тоже двигался быстро и ловко уворачивался от ответных ударов, а Джошуа раз за разом помогала Петля. Видимо это убедило Потрошителя в том, что здесь у него нет никаких шансов и монстр снова бросился прочь.

— Веду огонь! — крикнул один из агентов и несколько раз выстрелил из магазинной винтовки.

Его товарищи тоже поддержали, и я был готов поклясться, что хоть один из них точно зацепил маньяку башку. Но он буквально снёс с петель очередную дверь и скрылся в проёме, а через секунду за ним последовали Джошуа и Олаф. Разумеется, я кинулся за ними.

— Стой! Не надо! — Ребекка неожиданно попыталась меня остановить.

Однако я её не слушал. Оставаться в стороне я не хотел, а когда оказался в очередном зале с огромным круглым фонтаном, то вдруг осознал, что нас теперь всего трое против Потрошителя. Потому что все остальные, включая Ребекку были позади.

— Не смей убегать! — кричал Олаф. — Не смей тварь!

— Парни, я рядом! Я иду!

— Всеволод, твою мать! — обернулся Джошуа. — Прикрой огнём!

— Иди сюда! — топор викинга пронёсся возле самого лица маньяка. — Я сказал иди сюда!

— Назойливый слабак, — выдохнул Потрошитель и в его голосе послышалось раздражение. — Такой же поганый, как и твои друзья, которых я убил. Теперь твоя очередь.

Скорость, с которой Потрошитель нанёс удар поражала и был уверен, что больше Олафа не увижу. Но викинг удивительно ловко увернулся и ответил с такой силой, что крик маньяка отразился от стен. Я тут же поймал себя на мысли, что это был первый раз, когда Потрошитель отреагировал на полученную рану. Не просто заметил её с безразличным лицом, а похоже испытал настоящую боль. И этого стоило ожидать! Левая рука этого монстра отлетела в сторону, отрубленная по локоть. Прижимая топор к груди Потрошитель отступил, глядя на нас словно загнанный зверь. Но в его глазах не было страха, только злость.

— Ну что гадёныш? — с довольным видом усмехнулся Олаф. — На проверку не такой прочный оказался?

— Тихо, — попытался сдержать его Джошуа, который с подозрением смотрел на отрубленную руку. — Не теряем бдительности.

Я понимал его осторожность, потому что и сам не мог поверить в то, что только что произошло. Всё это время Потрошитель казался чем-то неуязвимым, а теперь было очевидно, что его можно убить. Теперь мы были близки к цели! Я немедленно прицелился, глядя в злобное лицо маньяка.

— Так, Олаф, действуем осторожно, — инструктировал Джошуа, уже начав обходить Потрошителя со стороны. — Атакуем одновременно.

— Больше не такой смелый? — викинг стоял на месте и сверлил противника взглядом. — Не будешь биться? Что, всю храбрость волной смыло?

— Олаф, делай, что говорю! Он всё ещё может быть опасен!

— Знаешь что, мерзкая ты тварь? Это конец. Здесь и сейчас ты умрёшь, и никто никогда больше о тебе не вспомнит, сволочь.

— Я уже давно умер, — неожиданно произнёс Потрошитель. — А знаете почему я привёл вас сюда? Вы же не думаете, что это просто так?

— Да наплевать зачем привёл. Главное, что мы здесь тебя и зароем. В память о наших товарищах.

— Это я тебя сейчас зарою.

Новый удар был гораздо сильнее и быстрее предыдущего и стал для всех неожиданностью. Для всех кроме Джошуа. Огромный топор Потрошителя просвистел в опасной близости с Олафом, в такой что мог оставить его без горла. А вместо этого он рассёк горло прикрывшего его собой Джошуа.

Кровь брызнула фонтаном. Тело рыцаря осело, а глаза, казалось, были готовы вылезти из орбит. С неподдельным ужасом Олаф подхватил командира, опустившись рядом с ним на колени. А затем уже с нахлынувшим на меня ужасом я понял, что ничего не меняется. Кровь продолжает литься, Джошуа продолжает лежать, Петля не работает. Неужели это был его предел?

— Сэр! — в дверях появился Брайан с другими агентами.

— А привёл я вас сюда, — кричал однорукий Потрошитель, отступая к дальней стене. — Потому что отсюда удобнее всего покинуть это поганое и грязное место!

Я не понял, что он имел в виду до тех пор, пока этот маньяк не достал из ближайшего шкафа какое-то тикающее устройство и не повернул на нём маленькую ручку. Быстро сообразивший Олаф потащил в сторону тело Джошуа, а я так и стоял столбом пока грохот взрывов не сотряс стены и пол помещения, а затем фонтан со всей водой в нём начал резко уходить вниз. И вместе с ними та часть зала, в которой стояли мы с Потрошителем.

— Твою мать! Себастьян! — крикнул Олаф.

— Мастер! — донёсся до меня голос Ребекки.

Но их крики потонули в треске и шуме, поглотившем всё вокруг. Потеряв опору, я рухнул вниз, болезненно удравшись о камни. Они теперь были повсюду, сломанные, расколовшиеся, вперемешку с досками и деревянными опорами. Кругом разлилась вода, продолжавшая прибывать, поскольку била из трубы ведущей к фонтану. Тому самому, от которого теперь ничего не осталось. И когда эта тварь успела здесь всё заминировать?

Поднявшись настолько быстро, насколько это было возможно я тут же схватил револьвер и совсем не напрасно. Мы оказались в странной комнате с каменными стенами и многочисленными опорами, поддерживавшими над собой здание борделя. И из-за ближайшей из них появился Потрошитель, по-прежнему сжимавший в теперь единственной руке свой топор. Дверные проёмы в дальних стенах вели в такие же комнаты и трудно было сказать, насколько далеко они простирались. Однако всё это было не важно, потому что Потрошитель неожиданно развернулся и направился к одному из них.

— Стой! Немедленно остановись! — растерявшись крикнул я.

Однако монстр не обратил на меня внимания. За дверным проёмом, через который он прошёл обнаружилась лестница ведущая к мосту над подземным обрывом. Всё это помещение вызывало у меня сплошное недоумение, особенно глядя на масляные фонари, то здесь, то там висевшие на стенах. Кто-ведь их обновлял…

— Стой или стреляю! — крикнул я, и не дождавшись ответа прострелил Потрошителю плечо.

Но он не обратил на меня внимания. Вариантов не оставалось, в конце концов Джошуа этого хотел. Я хорошенько прицелился и без каких-либо предупреждений выстрелил Потрошителю в затылок. Я точно попал. Пуля пробила череп оставив в нём чёрную дыру, из которой почему-то даже не шла кровь. Потрошитель наконец-то остановился и медленно обернулся ко мне.

— Снова ты? Не думал, что вновь увижу тебя среди них.

— Что же тебя так удивляет?

— Ты же слабак, сбежавший от драки. Тогда, с того склада. Хилый и бесполезный кусок дерьма.

— Который только что прострелил тебе башку!

— И чем тебе это помогло? Неужели вы до сих пор не поняли, что это не даст никакого результата?

Ответить мне было нечего и вместо слов я выпустил последнюю пулю. Барабан револьвера был пуст, а ещё одна дырка во лбу Потрошителя никак не изменила ситуацию. Я задрожал.

— Я помню, как ты бежал, словно трусливая девка. Тогда ты не произвёл на меня впечатления. И точно также ты не произвёл его на меня в том старом доме, — он смерил меня неприятным взглядом. — От тебя несёт точно таким же страхом, как и тогда. Долго ты не протянешь.

— Да пошёл ты! Ты ничего обо мне не знаешь!

— Я знаю самое главное — ты сражаешься не на той стороне. Ты бьёшься за политиков, которым нет дела до обычных людей. Нет дела до тебя. Они лишь подчищают хвосты, и ты им в этом помогаешь. Как думаешь, почему твои новые друзья так пытаются меня убить? — заговорщически спросил Потрошитель. — А я сражаюсь за правое дело, за настоящее дело. Так как завещал нам Гроссмейстер. Я сражаюсь за всех.

И в следующее мгновение ещё один взрыв обрушил мост, разделив нас и погрузив всё вокруг во тьму.

Глава 16

Глава 16.

— Как консильери клана Тёмных библиотекарей я решительно заявляю о своём недовольстве и требую прислушаться к мнению подчинённых, — медленно сказал Альфред, сверля меня взглядом.

— Знаешь, когда я стал мастером клана, то думал, что это я буду заявлять о недовольстве и требовать прислушаться к моему мнению, — немного разочаровано произнёс я.

— Ты ещё лишь недавно стал мастером клана и тебе многому предстоит научиться. А потому рекомендую прислушиваться к моему мнению и принимать моё недовольство.

— Куда ни посмотри сплошные начальники.

Руководителей у меня действительно было не мало, несмотря на дворянский статус и лидерство над целым вампирским кланом.

После неудавшейся операции по захвату Потрошителя в борделе агенты Артурианской Службы отступили ещё до того, как клан Кровавой страсти прислал вооружённое подкрепление. На следующий день все газеты Лондона трубили о многочисленных жертвах и убийствах высокопоставленных лиц, строя теории и догадки о том, как именно такое могло произойти. Ну на то они и газеты, чтобы вечно выдумывать что-то. Куда важнее то, что Потрошителю вновь удалось уйти, а значит несмотря на толпу перебитых вампиров и до смерти перепуганную Эльвину наше мероприятие завершилось провалом.

— Твои коллеги могут не согласиться, но по мне ваша операция прошла крайне успешно, — на бледном лице Альфреда играла довольная улыбка. — Разогнать главный бордель Кровавой страсти перебив половину его охраны. Мало кто в Лондоне мог бы мечтать о подобном успехе!

— Там пострадало много не причастного народа, — заметил я. — Персонал, клиенты. Они были не при чём, а Потрошитель рубил всех.

— Проститутки и официантки того борделя сплошные шпионы, а некоторые даже убийцы. Ты удивишься узнав, как именно подчинённые клана Кровавой страсти используют слово «совместительство». Ну а что касается клиентуры? Ты же видел кого там обслуживали?

— Ну разных видел людей, да и не только людей…

— Думаешь все из них честные и справедливые люди, не берущие взяток и думающие исключительно о благе государства и короны? Думаешь никто из них не знал чей это бордель и не пытался заключить там сделок с вампирами?

— Ладно, я понял о ты, — вздохнул я, стараясь отогнать воспоминания обо всех этих людях, разрубленных топором. — Давай вернёмся к делам клана.

— Это всегда пожалуйста.

Большинство агентов Артурианской Службы после операции вернулись в расположение, если можно так выразиться. Кого-то отправили на очередное задание, а меня ожидал особняк Блэков. И где-то рядом с ним дела Тёмных библиотекарей. Стоило мне вернуться в свой новый дом, порадовать Патрицию и как следует расстроить госпожу Мадлен тем, что я выжил, как меня встретил Браун, поджидавший снаружи особняка.

— Ты чего в дом не заходишь? — удивился я. — Зачем на улице ждать?

— Альфред хочет тебя видеть, — сообщил аптекарь, оставив без ответа мои вопросы. — Есть дело, которое не терпит отлагательств.

Предупредив Брайана и смирившись с тем, что поспать мне никто не даст я переоделся и отправился в дорогу. Ребекка, разумеется, поехала со мной. Она и сейчас оставалась рядом, сидя в старом кресле с закрытыми глазами. Хотя я ни разу не верил, что она спит. Знаю я как спят вампиры! Гробы, земля, яркое солнце на небосклоне! Как-то ведь так?

Мы с Альфредом сидели в комнате на втором этаже за дубовым столом, на котором радовали глаз две здоровенные кружки пива. Поскольку к немалому моему удивлению, разговаривать Браун привёз меня в бар.

— Ну что ж, раз налил давай своё возмущение, — сказал я, искренне наслаждаясь вкусом. — Недовольство, мнение и всё остальное.

— Ребекка подробно рассказала мне обо всём что произошло в борделе.

— Начало звучит угрожающе.

— И она поведала о том, как безответственно ты бросался в бой, неоправданно рисковал и в целом мешал ей выполнять свою задачу.

— Ничего я не мешал! И потом мне ещё нужно вернуть уважение своих товарищей!

— Бестолковым стремлением к бессмысленной гибели?

— Я не могу стоять в стороне! Я же агент или как там правильно? Главное что я в отряде «Кровавое серебро», а Джошуа отдал мне приказ!

— Вести огонь с расстояния и не лезть к Потрошителю в рукопашную, — тут же напомнил Альфред. — И для этого не обязательно схватываться с каждым охранником или иной угрозой.

— Слушай, я не исследователь, не картограф и тем более не путешественник. Я боец, по крайней мере планирую им стать. Без риска никак!

— Да. С Льюисом в этом плане было куда проще.

— Не дрейфь! — сказал я, попивая пиво. — В конце концов у меня есть Петля, а это сильно упрощает дело.

— Мой клан знает об этой способности побольше, чем может показаться Артурианской Службе. И в особенности то, что её не стоит переоценивать.

Эти слова вызвали у меня неприятные воспоминания. Урок, который мне жестоко преподали. Я вспомнил Чарли и Белинду, вспомнил неподвижное тело Джошуа на руках у Олафа. Жалкие крупицы хорошего настроения разом смыло волной.

— Ну ладно суть я уловил, Ребекка не только защищает меня, но и докладывает тебе о каждом моём шаге, — произнёс я, заметив при этом как девушка открыла глаза. — Быть осторожнее, не подставляться и всё такое. Это я тоже понял.

— Конечно же очевидно, что я проживу дольше тебя и ты не последний мой мастер клана, — довольно цинично заметил Альфред. — Однако хотелось бы чтобы наше знакомство продлилось всё-таки подольше.

— Это взаимно, можешь не сомневаться. Так о чём ты хотел поговорить? Браун сказал, что есть какое-то дело, которое не терпит отлагательств. Есть новости об Ирме и Кериме?

— К сожалению пока нет, но Браун этим занимается. Ирма и Керим были одними из лучших наших агентов, но он был их командиром. Поэтому результат это только вопрос времени.

— Почему они пошли против клана? Дело ведь не только во мне? Нужны причины, чтобы те, кто годами следовали традициям так яростно стремились от них отказаться?

— Причины есть, но о них позднее. Иногда нужно просто ставить на место тех, кто слишком много о себе возомнил.

— Значит Браун найдёт их и… убьёт? — понимание это казалось бы простого факта было для меня по-прежнему непривычно.

— Разумеется и сразу же доложит о результатах. А теперь нам нужно поговорить о делах клана, ты же мастер и пора их принимать.

Агна принесла нам ещё пива, и мы продолжили долгий и насыщенный разговор. Как выяснилось бар, в котором мы сидели тоже принадлежал Тёмным библиотекарям и назывался «Кровавая пинта». Старое и атмосферное место, украшенное чучелами животных и средневековыми щитами. Обслуживали здесь всех не афишируя имена владельцев, а члены клана собирались для решения своих вопросов. Или просто чтобы выпить пива. Катакомбы же, в которых я познакомился с Альфредом и остальными располагались под баром и уходили глубоко под землю. Настолько глубоко, что похоже даже сами библиотекари не знали на сколько.

— Мне необходимо показать тебе наши владения, — перечислял мой консильери добавляя что-то себе в бокал. — Само убежище, помещения библиотеки, каждое хранилище. Ещё, конечно, оружейную и личные комнаты членов клана. Так что найди время в своём плотном графике.

— Ну мой график не я сам составляю, но я постараюсь что-то сделать, — кивнул я, оглядываясь по сторонам. — А ты прямо всё-всё будешь мне показывать? И весь этот бар?

— И его тоже, если захочешь. Ещё мы с тобой пройдёмся по содержанию нашей библиотеки, и ты сможешь ознакомиться с полным списком трудов, которые мы здесь храним. Собственно, с моей стороны уже всё готово.

— С ума сойти! А вы правда сами возвели всё это? Я имею в виду не бар, а библиотеку. И трудно было?

— Всё это место появилось здесь ещё задолго до того, как был построен Лондон, — объяснил Альфред. — Тогда он и назывался по-другому, но это сейчас не важно. Важно то, что пришла ночь и мой клан принял на себя управление этой библиотекой, а заодно обязательство хранить все её тайны. Хранить и защищать. Понимаешь, Себастьян?

— Ну понимаю. Охранять книги, свитки и всё остальное, так?

— Примерно. Важно то, что мы не играем в большую политику, не сражаемся за территорию и передел сфер влияния. Мы в стороне от всего этого и не в каких войнах не участвуем. Понимаешь? То есть если ты захочешь устроить маленькую и победоносную, то это не с моими собратьями.

— Да зачем мне это? И кому такое в голову придёт?

— Некоторым Блэкам приходило. Получалось не очень удачно.

— Для клана?

— Для них.

Почему Альфред не хотел участвовать ни в каких войнах я понимал и дело было не только в нейтральном статусе. Тёмных библиотекарей осталось мало. Это был небольшой клан и хоть Альфред пока не спешил называть мне точное число уже было ясно, что их немногим больше двадцати. И это было не самое главное. Куда важнее было то, что их сильно проредили. Они понесли потери, при чём совсем недавно и я подозревал что именно это было тем триггером, отвернувшим Ирму и Керима от клана. А точнее от Блэков.

— И всё-таки я не могу поверить в то, что у вас такой нейтралитет, — признался я. — Столько чудовищ нападают на людей, жрут и убивают. А вы просто храните старые книги? И ни во что не лезете?

— Мне казалось я уже разъяснил тебе этот момент. Мы — клан из числа Затаившихся и мы стараемся не привлекать к себе лишнего внимания. И потом ты думаешь, что сэр Абрахам и Орден Артурианской Службы сотрудничали бы с нами, если бы мы по ночам охотились на горожан?

— Я просто пытаюсь понять ваш мир, — попытался пояснить я. — Мне же на самом деле мало чего известно. Все эти чёрные кальмары и прочая дикая живность… Даже звучит странно.

— А что здесь странного? — пожал плечами Альфред. — Хочешь понять наш мир? Всё очень просто. На самом деле здесь правят те же самые законы, что у вас, людей. Власть, деньги, плоть и кровь. Всё очень просто.

— Да что же здесь простого? Охотники на чудовищ дружат с вампирами, вампирский клан возглавляет человек, а люди и монстры ходят в один бордель, где их обслуживают монстры и люди. Какой вообще во всём этом смысл? И ещё этот Потрошитель он же вообще не делает никаких различий! Просто убивает и тех, и других!

Спрашивал я искренне, потому что после привычных мне фильмов и историй моего мира, где за редкими исключениями все исключительно чёрно-белое, устройство этого мира казалось мне странным. И хоть Джошуа уже не раз мне всё это объяснял более понятным оно не стало. Ребекка больше не притворялась спящей и внимательно слушала наш разговор.

— Знаешь, Себастьян, всё совсем не так сложно, как тебе кажется, — после некоторого молчания произнёс Альфред. — Есть чудовища, которые охотятся на людей и те, кто готов с ними сотрудничать. Есть даже те, кто готов помогать людям против других чудовищ, потому что в конечном итоге все преследуют свои личные цели. И есть те, кто жаждут истинного хаоса, но их, к счастью, меньшинство и даже многие чудовища с ними не согласны.

— И Потрошитель один из них? Ты ведь его имеешь в виду?

— Мне трудно оценивать этого человека, — от меня не ускользнуло то, как консильери переглянулся с Ребеккой. — И нет, я не о нём. Потрошитель всего лишь убийца, хоть и весьма успешный. Но есть те, кто гораздо хуже него. Те, кто обладают особыми силами и от этого пугают всех, кто их знает.

В голове у меня пронеслась мысль о том, кого он мог иметь в виду. Гроссмейстер, о котором упоминал Потрошитель, когда мы встретились в старом особняке и ещё когда он бежал из борделя. Внутри сразу похолодело.

— Ты не знаешь на кого он может работать? Ну в смысле Потрошитель.

— Мне кажется он действует сам по себе и у него нет господина. Или же был, но он с ним расстался.

— Это не очень помогает понять его цели.

— А меня и не волнуют его цели, — решительно отверг Альфред. — Меня волнует сохранение нашей библиотеки и членов моего клана. Это философия, которой мне ещё предстоит тебя научить.

— Также ты говорил Льюису Блэку? Когда он искал Потрошителя?

— Льюиса трудно было от чего-то удержать, — неожиданно прокомментировала Агна, когда принесла нам ещё пива и закуски. — Его страсть к чему-то новому была сильнее чем жажда крови у некоторых из нас.

— Правда, которую бессмысленно отрицать, — признал Альфред, отпивая из своей кружки. — Льюис пытался найти ответы о Потрошителе в нашей библиотеке, в том числе и объяснение его силам. Ему удалось найти несколько похожих примеров, но ни один из известных видов не обладал всеми характеристиками этого маньяка. Кое-кто из клана расследовал его происхождение, по заданию Льюиса, но здесь тоже не было серьёзных успехов. Скорее даже провалы, потому что мы кое-кого потеряли.

— Но хоть что-то выяснить удалось? — не мало удивлённый спросил я. — Или совсем никаких результатов? Я бы хотел обо всём послушать.

— Этим вопросом занимался Браун и докладывал напрямую Льюису, но я обеспечу тебе полную информацию. Дай мне немного времени.

— Тебе это не сильно нравилось? — заметил я. — Эти расследования и доклады напрямую? Наверное, ты считал это бесполезным занятием?

— Льюис Блэк не делал ничего бесполезного, — строго заявила Ребекка. — Он занимался исследованиями и преследовал благородные цели. Льюис пытался найти мир между нами и людьми.

— Ну поисками Потрошителя он не мира искал, — возразил ей Альфред, а потом посмотрел на меня. — Я серьёзно отношусь к распоряжениям мастера клана, а потому не считал его расследование бесполезным. Однако не стоит многого ждать. Как я уже сказал, серьёзных успехов не было.

— То есть получается, что Льюис Блэк погиб, так и не сумев ничего выяснить, — мрачно заключил я.

— Как раз напротив, — теперь консильери возразил уже мне. — Льюис Блэк потому и погиб, что смог кое-что выяснить. Кое-что очень важное. С нами, к сожалению, он своим знанием поделиться не успел, но я смогу это исправить.

— Каким образом?

— Именно для этого я тебя и вызвал. Ради дела, которое не терпит отлагательств.

* * *

Мы снова были в каменном бассейне, в том же самом в котором вампиры провели со мной Кровавый обряд — своеобразную проверку для будущего мастера клана. Что было бы со мной если бы я не смог её пройти рассказывать мне все отказывались утверждая, что я должен радоваться своему новому положению. Я же удивлялся тому, как вообще мог пройти эту процедуру ведь никакого отношения к Блэкам я на самом деле не имел. Я вообще ничего о них не слышал и не мог слышать в своём мире. Поэтому теория Альфреда о том, что все Блэки пришедшие из других миров связанны между собой на мне давала трещину. И оставляла массу вопросов.

— Вы снова будете резать мне руки? — спросил я, снимая обувь, прежде чем ступить в воду. — И почему здесь не работает Петля?

— Петля не видит здесь для тебя угрозы, потому что магия этого места сама исцеляет тебя. Но хранилище активируется только кровью и открывает свои знания её обладателю, — пояснил Альфред, который уже ждал в бассейне. — Не все члены клана обладают такой возможностью, но она предоставлена всем Блэкам. И то, что ты можешь взаимодействовать с хранилищем подтверждает твоё с ними родство.

— Весьма сомнительная для меня история. Ты ведь знаешь, что я не бастард Льюиса?

— Кажется я уже говорил, что вижу твоё родство с ним на других основаниях, — устало повторил Альфред. — К тому же ты уже столько всего у нас видел, что если убедишь меня не считать тебя Блэком, мы не сможем отпустить тебя живым.

— Что ж, тогда думаю к этой теме можно больше не возвращаться. Так что ты собрался мне показать?

— Воспоминания Льюиса о том, как он разыскивал Потрошителя, — удивил меня вампир. — Точнее те из них, которые он счёл нужным оставить в Тёмной библиотеке.

— А это возможно? И много он их оставил?

— Не очень, но большинство я всё равно отсмотрю сам, оставив для тебя только самые важные. И да — такое действительно возможно.

— И чем так важно то, которые ты хочешь мне сейчас показать?

— Тем что, наверное, с него Льюис вышел на след тех, кто стоит за Потрошителем, — ещё раз удивил меня консильери.

Ребекка осталась стоять у края бассейна, не решаясь в него заходить, а Агна ожидавшая рядом с Альфредом подошла ко мне с кинжалом. Прежде чем я успел что-либо сказать она сделала мне надрез на руке и отошла в сторону. Я же медленно сел в воду, глядя на то, как в неё капает моя кровь.

— Ты же говорил будто считаешь, что у Потрошителя нет господина? — припомнил я, прежде чем опускаться с головой под воду. — И что он действует сам по себе?

— Я говорил о том, что он мог расстаться со своим господином или вроде того, — поправил меня Альфред. — Кто-то ведь доставил эту тварь в Лондон? Кто-то помогал ему, когда все эти убийства только начались. А ещё я тебе говорил, что Льюис Блэк погиб, потому что нашёл что-то важное. И мы должны повторить его путь.

— Главное только, чтобы без печального финала, — вздохнул я и с головой погрузился под воду.

Как и в прошлый раз изменения произошли мгновенно и стоило мне моргнуть, как я оказался в другое время и в другом месте. И похоже в другом теле. Осознание пришло срау и ошеломляюще — я был Льюисом Блэком.

Первым делом моему взгляду, разумеется, предстали руки в кожаных перчатках, пошитых серебряной нитью, уже потом изысканный костюм с галстуком и зелёный плащ с меховым воротником. Вообще-то я видел Льюиса только на портрете в особняке Блэков, но что-то подсказывало, что это был именно он. Мой названный отец сидел в каком-то баре за столом у окна и пил пиво из здоровенной покрытой узорами кружки. Просторный зал, удобные диваны и примерно два десятка посетителей. Что-то также подсказало мне, что этот бар был приличным и загородным. Где-то южнее Лондона.

Компанию Льюису составляли два вампира при чём понимание того, что это были именно вампиры тоже пришло ко мне неизвестно откуда. Я просто это знал. Может быть дело было в хранилище Тёмных библиотекарей, и оно передавало не только воспоминания, но и знания о них?

— Правильно мыслишь, — вдруг произнёс сидевший рядом вампир. — Это Гамлет — один из лучших бойцов нашего клана. Был, к сожалению. А вот этот сидящий напротив — Томас. Славный малый, хотя ты должен уже это знать.

— Альфред? Это ты? — уточнил я, хотя действительно знал их имена.

— Да это я. Мы ведь с тобой смотрим воспоминание, а значит я могу контактировать с тобой. В некоторой форме.

— Что происходит? Где мы?

— Зачем мне отвечать на эти вопросы? Ты ведь уже всё знаешь.

Он снова был прав! Сопровождавшие Льюиса вампиры были бойцами Тёмных библиотекарей, которых он взял с собой для подстраховки. Гамлет был мечником, что правда можно было понять по здоровенному двуручному мечу, прислонённому к столу. А Томас был отличным стрелком, но меня больше заинтересовало то, что он был странно похож не Ребекку, хотя хранилище не давало этому сходству какого-либо объяснения. Вместо этого оно подсказало мне, что Льюис ждал здесь продавца и то, что он собирался купить меня напугало.

— Он серьёзно собирался это приобрести? Но зачем?

— Смотри и слушай внимательно, — произнёс Гамлет голосом Альфреда. — Льюис хотел только перехватить товар.

Хлопнув дверью в бар вошёл мужчина в котелке и дорожном плаще, заметив Льюиса подошёл и присел рядом с Томасом. Оба вампира сразу поморщились, а мужчина только рассмеялся. Не сразу, но я узнал в нём Везунчика Генри — бандита, что поджидал меня вместе с дружками у банка.

— Ты принёс то, что я просил? — к моему удивлению Льюис говорил моими устами и чужим для меня голосом.

— Сразу к делу, да? — Генри бесцеремонно забрал у Томаса кружку пива. — Даже не спросишь, как у меня дела?

— У меня мало времени, а твоё обходимся мне не дёшево. Скоро мне будет трудно скрывать от семьи сколько я трачу на тебя и твою шайку.

— Не прибедняйся, для вас это мелочи. И ты всегда можешь успокоить себя знанием того, что твои деньги идут на благое дело.

— Хотелось бы, чтобы они помогали мне и в моих делах, — ощущения были странные, как будто кто-то управлял моим телом. — Где оно?

— Хотел спросить, — Генри отпил пива. — Зачем тебе оно надо? Есть же копии, а у тебя вроде достаточно связей, чтобы их получить?

— В копиях не полная информация. Их чистили инквизиторы, королевские охотники на ведьм и недовольные учёные. Только в оригиналах описываются все подробности процесса.

— И ты хочешь его повторить? Спрашиваю не из праздного любопытства. Видишь ли, тебя это удивит, но я католик и не хотел бы помогать в чём-то настолько богопротивном.

— Оборотень католик, — Гамлет усмехнулся голосом, совсем не похожим на Альфреда. — И как же в тебе это совмещается?

— Хватит пустой болтовни! — возмутился Томас, недовольный с того момента, как у него забрали кружку. — Наш мастер задал тебе вопрос!

— Какие нервные ребята, — Генри принюхался, а затем ткнул пальцем в Гамлета. — Ты опытный вампир, давно уже обращённый, а вот ты молодняк. И до обращения юнцом был, и в гробу меньше десяти лет спишь.

— Генри, — строго сказал Льюис. — Я теряю терпение. Где товар?

— Нет товара. Я ничего не принёс. Прости, Блэк. Кстати, хорошее пиво!

Лично я вздохнул с облегчением, но отчётливо ощущал разочарование Льюиса. То, что он хотел купить было ему нужно, хотя и пугало меня. Потому что Льюис хотел приобрести книги, рассказывающие как воскрешать мёртвых.

— Этот Генри, — произнёс я, воспользовавшись образовавшейся паузой. — Это же оборотень, так? Это он тогда напал на меня у банка! Выходит, у Льюиса были какие-то дела с оборотнями? Ты знал об этом?

— Лишь в общих чертах от Брауна, Гамлета и Томаса, — ответил Альфред, посмотрев на меня глазами вампира мечника. — Но Льюис слишком много скрывал и от них. Поверь, даже сейчас они знают и понимают гораздо меньше, чем тебе может показаться. Но слушай дальше.

— Я ведь объяснял насколько это важно, — я снова заговорил, но на этот раз голосом Блэка и обращаясь к Генри. — Я хорошо тебе заплатил. Это уникальный товар, который нельзя заменить неполными копиями.

— Ну я искренне тебе сочувствую, — усмехнулся Везунчик. — Хотя и не вижу ничего хорошего в бумагах, рассказывающих как собирать мёртвых по частях, а потом заставлять их ходить после ударов током. Как там звали психа, который это придумал?

— Профессор Франкенштейн, — к моему удивлению сказал Льюис. — Серьёзный, хотя и не слишком уважаемый учёный. И как это понимать, Генри? Что значит нет товара? Тебе недостаточно заплатили?

— Нас опередили, Льюис, — Генри хлебнул ещё и вдруг стал серьёзным. — Мои парни пролезли в ту библиотеку, о которой ты рассказывал, но наткнулись на вооружённый приём. Никто из моих не погиб, но те, кто утащил оригиналы так сильно их хотели, что взорвали половину библиотеки.

— А я думал это твои так постарались, — признался Льюис и задумался. –Именно этого я и боялся. Оригиналы были нужны мне не для того, чтобы повторить описанную в них процедуру, а чтобы не позволить забрать их тем, кто за ними охотился.

— А кто за ними охотился? В моих парней стреляли серебряными пулями. Это не обычная шпана, а серьёзные ребята. С кем ты нас столкнул?

— С теми, кому я за убийство оборотней пива бы поставил, — похоже Томас близко к сердцу принял отобранную кружку.

— Тихо, — прежде чем Генри отреагировал сказал Льюис. — Нет поводов для злорадства, там более, когда мы в такой жопе.

Я чувствовал его волнение, чувствовал страх, который он умело скрывал. Льюис расследовал дело Потрошителя, но оно оказалось гораздо сложнее, чем он ожидал. Теперь я видел, что он подозревал за ним влиятельные силы, настолько могущественные, что им почти невозможно противостоять. И эти силы внушали ему страх. Я вспомнил свой разговор с Потрошителем, во время нашей странной встречи в старом особняке. Воспоминания вернулись ко мне со временем и возможно не полностью, но я точно помнил, что маньяк хотел отправить весь остров в бездну.

— Может быть объяснишь, что происходит? — Генри сверкнул глазами.

— Не вздумай давить на мастера, — строго сказал Гамлет. — Иначе мой меч лишит тебя твоей головы.

— Не надо, — Льюис поднял руку. — Он имеет право знать. Всё дело в Саммервайте. Это бывший королевский лекарь, который присматривал за старой королевой. Думаю, ты о нём слышал.

— Тот псих, который пытался продлить ей жизнь кровью маленьких девочек? — Генри помрачнел, вспомнил один из самых скандальных слухов, связанных с королевской семьёй. — Я думал его изгнали из города.

— Одни говорят изгнали, другие что он ушёл сам, а третьи вообще считают, что его убили. Но я точно знаю, этот гад жив.

— И что? Ему нужны труды этого Франкенштейна? Зачем?

— Вот это я и хотел выяснить. Я рассчитывал, что если оригиналы профессора будут у меня, то я смогу изучить их. Понять, как именно бывший лекарь использовал их в своей работе, когда имел к ним доступ благодаря протекции королевской семьи. А ещё я надеялся, что Саммервайт сам придёт ко мне. И тогда я заставлю его ответить на мои вопросы.

— И какие же ответы нужны тебе от человека, который если верить слухам убивал уличных проституток по приказу самой королевы? — Генри усмехнулся и вдруг хлопнул Томаса по плечу. — Скажи, порой эти люди бывают куда более кровожадны, чем мы с вами?

— Думаешь у нас с тобой есть хоть что-то общее? — казалось Томаса возмущала сама мысль об этом.

— Ну я же говорю — молодой ещё! — рассмеялся Генри и снова посмотрел на меня или точнее на Льюиса. — Так зачем он тебе?

— А как ты думаешь? — спросил я или точнее Льюис. — Хочу, чтобы он сказал мне как убить Потрошителя.

— Ха! Очень интересно! И откуда же ему об этом знать?

— Потому что я считаю, что именно он причастен к появлению Потрошителя в Лондоне, — Льюис явно говорил меньше, чем знал или по крайней мере догадывался. — И потому что уверен, что он знает, в чём заключается сила этого монстра.

— Это тебе рассказали те учёные, которых мы для тебя нашли? — прищурился Генри. — Их ещё разыскивала полиция, а потом мы их для тебя вывезли из Лондона? Помнишь?

Льюис помнил. Группа учёных, изучавших труды Франкенштейна и оказавшихся из-за этого вне закона. Стоило ему подумать о них, как мне стала известна причина части его растрат, так сильно удививших потом и Джошуа, и Абрахама. Льюис фактически оплатил им бегство во Францию в обмен на сведения о Саммервайте и его работе. Собственно, из-за них Льюис связывал исчезновение бывшего королевского лекаря из Лондона с последующим за ним появлением Потрошителя.

— Что-то я не пойму, — Генри с задумчивым видом попивал пиво. — Саммервайта изгнали из Лондона, а теперь он вернулся ради каких-то книг этого Франкенштейна? И какая здесь связь с Потрошителем?

— Саммервайт был допущен к самым грязным тайнам королевской семьи и использовал самые неординарные методы для решения её частных вопросов, — Льюис откинулся на спинку дивана, на котором сидел. — Говорят, он лечил не только королеву и не только переливанием крови… А при чём здесь Потрошитель? Кое-что в этом монстре напоминает мне то, что я читал о трудах Саммервайта. Об идеях, которые этот убийца в белом халате пытался реализовать. Не знаю. Наверное, я слишком сильно полагаюсь на интуицию.

— Или просто цепляешься за соломинку.

— Лучший способ — это найти самого Саммервайта и как следует обо всём его расспросить, вот тогда всё встанет на свои места.

— Мы пытались найти его, — произнёс Гамлет, опустив голову. — Но его след теряется далеко за пределами Лондона. И ведёт он не во Францию, куда бежали остальные его коллеги.

— Что тоже странно, ведь Франция рада всем врагам английской короны, — Льюис пожал плечами и посмотрел на оборотня. — Если бы я смог доказать связь Потрошителя и Саммервайта, а ещё лучше допросить последнего, то смог бы разобраться в том, что здесь происходит. С трудами Франкенштейна у меня появилась бы возможность диктовать ему условия. А теперь…

— А теперь ты придумаешь новый план и заплатишь мне за его исполнение, — Генри вернул Томасу пустую кружку за что вампир наградил его ещё одним недовольным взглядом. — Ладно, бывай, Льюис. Если понадоблюсь ты знаешь где меня найти.

— Ты не боишься Потрошителя? — вдруг спросил Блэк, когда Везунчик встал. — Ты помогаешь мне в моём расследовании, но тебя как будто не волнуют его результаты. Разве ты не желаешь победы над этим монстром? Над нашим общим врагом?

— Настоящий враг у меня один и тебе он хорошо известен, — без тени улыбки сказал Генри. — А что касается Потрошителя, то он всего лишь безумный маньяк. Куда больше меня волнуют те, кто помогает этому твоему Саммервайту. Услышь меня — они были хорошо вооружены и за ними явно стоят серьёзные лица. Такие, которые не знают компромиссов.

— Я знаю об этом, и я тоже не настроен на компромиссы.

— Ну раз знаешь, тогда будь острожен. Надеюсь, твои защитники такие бойкие не только на словах.

— Мастер, — обратился Гамлет, когда Генри ушёл. — Не факт, что те, кто взорвали библиотеку работают с Саммервайтом, но они либо предотвратили вашу встречу, либо помешали вам разобраться в его работе и доказать, что он связан с Потрошителем. Вы понимаете, что всё это значит?

— Да, мой друг, — вздохнул Льюис я и знал, что он скажет ещё до того, как он это произнёс. — Кто-то заметает следы и не хочет, чтобы мы копались в этой истории. А это значит, что мы на правильном пути.

Видение исчезло также быстро, как и появилось. Когда же я открыл глаза и вынырнул из воды у меня уже было много вопросов.

— Кто такой этой Саммервайт? — сразу спросил я у Альфреда.

— Ты же слышал, бывший королевский лекарь, — напомнил вампир. — Он покинул Букингемский дворец, вскоре после того, как новый король начал очищать своё окружение от сомнительных личностей.

— А о какой работе говорил Льюис? Что такого мог делать лекарь?

— Саммервайт не только лечил, он ещё изучал чудовищ. И говорят… Разное делал с ними. Это запутанная и грязная история.

— В которой нам теперь предстоит разобраться, — решительно сказал я.

— Прошу прощения, — Агна подошла к нам. — Там пришли и просят господина Себастьяна.

Обернувшись, я увидел у края бассейна рыцаря, которого я был искренне рад видеть. Живого, здорового, хоть и с новыми шрамами. Даже несмотря на то, что я регулярно получал от него на тренировках.

— Вы закончили со своими делами? — с мрачным видом спросил Джошуа. — Нам ехать надо.

— Как говорится, клиент полностью ваш, — Альфред улыбнулся. — Только верните его нам потом в целости и сохранности, а то он ещё понадобится.

— Не обещаю.

Глава 17

Глава 17.

— Это катастрофа! Это просто катастрофа!

Джафар Даигин повторял это уже в который раз и легче от этого не становилось. Джефри Кроммель указал ему на это досадное обстоятельство, но поток причитаний похоже не планировал заканчиваться.

— Я не понимаю, — в очередной раз вздыхал вампир. — Не понимаю почему ты так спокоен? Всё же пропало!

— Да прекрати ты уже кричать, — поморщился фельдмаршал. — Можно подумать произошло что-то действительно серьёзное.

— Ты издеваешься? Забыл о том, что произошло? Дерзкое нападение на владение клана! Разгромлен бордель Кровавой страсти! Десятки трупов!

— Ну и что? Пушечное мясо гибнет во всех войнах. Что нового-то?

— Пушечное мясо? Да там убили информаторов, лазутчиков, шпионов! Не только охранников и проституток, хотя среди них были капитан со всеми своими заместителями! Политиков и чиновников, помогавших Кровавой страсти, банкиров, выдающих деньги и глав двух вассальных банд! Ты хоть понимаешь насколько это большой урон?!

Вообще-то дело действительно обстояло плохо. Нападение на главный бордель Кровавой страсти ещё вчера считалось чем-то немыслимым для Лондона. А теперь это обсуждали все кому не лень, уступая только теме того насколько пошатнулось после этой атаки влияние клана. И Джефри прекрасно это понимал, но как опытный командир делал вид, что всё под контролем.

— Я думал ты будешь рад такому количеству трупов у другого клана, — глядя на вампира заметил он.

— В обычной ситуации да! Конечно! Но сейчас, когда мы готовимся ко вторжению! Когда мы собираемся устроить самую большую бойню на острове! Да как же это всё не вовремя!

Но главная проблема заключалась даже не в тех ценных бойцах и агентах, которые погибли, а в том, что в ту ночь в борделе были запланированы серьёзные переговоры. Верхушка вампирских кланов, с которыми Кроммель должен был встретиться лично и обсудить детали предстоящего сотрудничества. И всё это накрылось за какие-то пару часов до самой встречи из-за нападения безумного маньяка, а потом ещё и вооружённого отряда покрытых шрамами магов, которых пули не берут. И как после этого верить, что они не работают сообща? Джефри уже садился в карету, когда его люди сообщили о разразившейся бойне.

И пока фельдмаршал думал, как именно ему минимизировать ущерб и убедить влиятельных лиц во дворце, что вампирам есть что предложить для вторжения в Шотландию к нему без приглашения заявился Джафар Даигин. Который размахивал руками и щупальцами с такой силой будто пытался взлететь. Джефри иногда размышлял, а может ли?

— Она скрылась! Ты понимаешь? — вампир время от времени вставлял ругательства на незнакомом Кроммелю языке. — Все наши дипломатические каналы и все мои шпионы докладывают, что она покинула Лондон! Эльвина Криссенвульд скрылась! Она считает, что это было покушение лично на неё!

И вот это было самое главное. Эльвина Криссенвульд скрылась и теперь в верхушке Кровавой страсти будут искать утечку информации, ведь не случайно Потрошитель напал прямо накануне переговоров. А ведь Эльвина была главной силой, организовавшей все эти переговоры, которая своим авторитетом могла заставить старых вампиров сделать то, что требовалось для их заговора. Теперь же до конца всех этих разборок внутри клана на её помощь можно было не рассчитывать. Джефри утешало хотя бы то, что она предупредила его о своём отъезде, хоть и не назвала место, где скрылась.

— Всё это не случайно! — Джафар ударил руками по столу. — Это были важные переговоры, на которых мы должны были обсудить состав армии вторжения! Мы должны были определить цели для ударов и диверсий!

— Ты мне об этом рассказываешь? — Кроммель приподнял бровь.

— А теперь переговоры сорваны, а капитаны напуганы! Даже мастер моего клана не знает, где и когда ожидать нового нападения этого монстра! Откуда он вообще настолько много знает?

— Кстати об этом, — Джефри не давала покоя одна мысль. — Почему он напал именно перед переговорами? Почему не во время? Ведь тогда урон был бы куда больше?

— Что? Не понимаю о чём ты? Всё же пропало!

— Мы понесли потери и теперь будем вынуждены перенести переговоры. С теми, кто ещё не так напуган, чтобы реально действовать. Но если бы Потрошитель совсем немного подождал, он бы накрыл верхушку целых пяти сильнейших английских кланов. И вот меня мучает вопрос, почему он не подождал? Почему напал раньше времени?

— Потому что тупой монстр и ничего более! — Джафар часто вешал на окружающих ярлыки, которые мешали ему трезво оценивать их поступки. -Куда важнее другое — кто его направляет? Кому служит Потрошитель? И у меня есть только один ответ на эти вопросы!

— Это не королевская семья. Я проверял.

— Плохо проверял! Кому ещё нужно, чтобы эти переговоры не состоялись? Кому ещё выгодно, что бы этот союз не сформировался? И чтобы не было никакого вторжения в Шотландию?

— Я знаю, — прервал его Кроммель. — Этому сборищу магов со шрамами, которые охотятся на тебе подобных.

— Этим последователям того самого Артура? — Джафар принял задумчивый вид. — Вообще-то они не маги. И я сомневаюсь в твоей версии.

— А ты их зря недооцениваешь. Ты видимо не знаешь насколько высоко они забрались и какие влиятельные лица им помогают. Не знаешь какие у них возможности и насколько далеко они могут зайти, — Кроммель сдержался, чтобы не повысить голос. — И ни ты, не я понятия не имеем какие знания они у себя прячут. Возможно одно из них и породило этого Потрошителя?

— Мой мастер уже думал об этом, — Джафар неожиданно успокоился и не сразу заговорил. — Но вот что я тебе скажу. Атака была на бордель Кровавой страсти и скорее всего лично на Эльвину Криссенвульд до того, как прибудут представители других кланов со своей охраной. И можешь спорить сколько угодно, но это дело королевской семьи. Потому что им это нужнее всего.

— Всё также из-за того, чтобы помешать вторжению в Шотландию?

— Нет, из-за сестры короля. Которая как ты сам знаешь почему частая гостья у Эльвины Криссенвульд.

* * *

— Трудно сказать, — вздохнул Джейкоб Найт попутно собирая какую-то хитроумную механическую штуковину. — Тема путешествий между Островами вещь сложная, но большинство учёных сходятся в том, что для этого нужны особые артефакты. А ты чего ко мне с этими вопросами лезешь?

После посещения Тёмных библиотекарей мы с Джошуа заглянули в Мастерскую Ордена, чему я был только рад, потому что у меня наконец-то появилась возможность пообщаться с Джейкобом. Инженер ни на минуту не прекращал своей работы, много ворчал, но отвечал на вопросы.

— Видишь ли, Джошуа не слишком разговорчив в подобных вопросах, — решил я сказал прямо. — Он часто повторяет, что он солдат, а не…

— Учёный, — закончил Найт и крепко выругался. — Этот мужик уже не раз на меня новобранцев натравливает. Правда ты первый кто спрашивает о путешествиях между Островами.

Мы сидели за столом в одном из рабочих помещений мастерской, на дальнем конце которого ещё пара инженеров разбирали и чистили пистолеты.

— А о чём обычно спрашивают новички?

— Обычно? Молодых парней интересуют оружие и механизмы, ведь таких как у нас они нигде раньше не видели. Хотя тебе какое дело? — инженер схватил отвёртку и принялся что-то яростно прикручивать. — Но ты спрашиваешь о путешествиях между Островами? Почему?

— Потому что об этом читал Льюис Блэк и мне стало интересно, — я вовсе не врал, поскольку уже успел ознакомиться с бумагами в его кабинете.

— Ну конечно! Меня он тоже донимал своими вопросами. Сразу видно, что вы с ним родня, оба такие надоедливые! В общем, артефакты нужны.

— А я думал дело в Кораблях? Которые между Островами ходят? Также вы их вроде называете?

— Корабли это верно, но любому кораблю парус нужен согласен? Вот таким парусом и являются артефакты, а если его убрать, то и Корабль никуда не отправится. Но это всё, конечно, в теории.

Теория казалась мне правдивой, ведь объясняла почему последнее посещение старого особняка ничего не дало. Оттуда забрали артефакт? Но кто? И что он собой представлял? Я озвучил эти вопросы Джейкобу.

— Трудно сказать, — повторил Джейкоб, осматривая результат своего труда. — Видишь ли даже мы здесь видели мало таких артефактов, да и среди тех не было парусов. Ну насколько мне известно. А уже кто их изготавливает, тут только одни теории. Об этом в своё время сильно постарались.

— Кто? О чём ты? — спросил я.

— Тебе же известно, что первые монстры пришли к нам с другого Острова? Ну раз так, то сложи два плюс два, парень. Без артефактов не плавают Корабли, поэтому их уничтожали, стремясь остановить появление новых монстров. В Испании и Италии этим занималась Инквизиция, а во Франции для этого создали отдельный рыцарский орден.

— Но какой в этом смысл? — удивился я. — Ведь чудовища уже окопались в этом мире, разве уничтожение всех артефактов и Кораблей что-то изменит?

— Знаешь тебя вот отправить поговорить с теми, кто эти решения принимал. Уверен ты бы отлично им всё объяснил, — усмехнулся Джейкоб и крепко выругался. — Так что да. Артефакты уничтожали, ломали, разбирали, а Корабли сжигали. И тем самым всем нам усложнили работу по их изучению.

Меня эти детали не слишком радовали, потому что они лишь усложняли попытку вернуться домой. Каждый раз, когда я пытался что-то выяснить, то лишь удалялся от цели и с каждым разом мне казалось, что эта цель становилась всё более недоступной. Как будто мне суждено остаться здесь.

— То есть никакого способа отправиться на другой Остров нет? — спросил я. — Даже если ты знаешь где находится Корабль?

— А ты значит знаешь где такой есть? — Джейкоб взглянул на меня с подозрением. — Ну даже если предположить, что знаешь, что заставило бы меня посмеяться, то без артефакта вряд ли что-то получится. А где достать такой артефакт я тебе не подскажу.

— Слушай, а у сэра Абрахама может быть какой-нибудь артефакт? В каком-нибудь тайном хранилище?

— Слушай, а ты в рыло за такие вопросы не хочешь? Предлагаешь мне копать под восемнадцатого руководителя ордена?

— Он просто пошутил, — рядом неожиданно появился Джошуа и похлопал меня по плечу. — Не воспринимай всерьёз. Лучше скажи мне кое-что на счёт нашей встречи с Потрошителем.

— Я бы хотел услышать полный отчёт об операции, если возможно.

— Я загляну к тебе отдельно и обо всём подробно расскажу. Сейчас у меня один главный вопрос. Уже ясно, что повреждение мозга для Потрошителя не является летальным, потому что голову мы ему повредили не раз, в этом можно не сомневаться.

— Что само по себе странно, — хмыкнул инженер. — Не знаю я тварей с одним мозгом, которые никак не реагировали бы на его повреждения. Разве что у него в жопе ещё один спрятан?

— Отсюда собственно вопрос, — Джошуа проигнорировал шутку. — Есть ли уже какие-то идеи как нам убить эту тварь?

— Уже есть, — к моему удивлению заявил Джейкоб и продемонстрировал нам только что собранное им устройство. — Предлагаю его сжечь.

* * *

— Как ты себя чувствуешь? — спросил я, когда мы разместились в гостиной особняка Блэков.

— Да нормально. Первый раз что ли? — буднично ответил Джошуа, потирая шею, на которой появился новый жуткий шрам.

— Сильная Петля, — прокомментировал Брайан, разводя огонь в камине. — Вот случись со мной такое точно был бы уже мёртв.

— Вот поэтому я и приказываю тебе не лезть на рожон, — заметил рыцарь. — Как и ещё одному засранцу, который приказов не понимает!

— Сэр, да я просто язык забыл, — в гостиной появился широко улыбающийся Олаф. — Вот все слова помню, а когда ты приказы отдавал забыл! Веришь?

— Мне кажется никто не верит, — заметил я.

На улице уже стемнело, когда мы собрались в особняке Блэков. Начинался очередной дождь, в камине весело затрещал огонь, а Джошуа закурил сигару, чем не мало меня удивил, потому с ней я его видел в первый раз. Глядя на рыцаря, я снова порадовался тому, что он был жив. Выбираясь из-под обломков, я был уверен, что больше его не увижу после такой раны, однако Джошуа прошёл по краю и снова вернулся к нам. Ругая и крича на каждого так, что стены борделя дрожали сильнее чем от недавних взрывов.

— Если вы думаете, что можно расслабиться, то вы сильно ошибаетесь, — сказал Джошуа выдыхая дым так, что напомнил мне сэра Абрахама. — Руководство как вы понимаете недовольно, результата у нас нет и где теперь Потрошитель снова неизвестно. Поэтому готовьтесь землю носом рыть!

— Так точно! — хором ответили мы.

Закончив с камином, Брайан рухнул на диван и тоже закурил. Выглядел он мрачно, в отличие от Олафа, который, как всегда, светился от счастья. Возможно, потому что в руках у него были сразу две бутылки виски. Или от того, что горничная Джессика раскладывала на столе закуску.

— Господа, я всё приготовила! Если что-то потребуется, обязательно зовите! Я с радостью принесу!

— Спасибо, Джессика, — кивнул я, смущённый её хлопотами. — Можешь отдыхать. Мы сами если что.

— Если что, я всегда рада, — горничная с улыбкой поклонилась.

— Она хочет прыгнуть к тебе в постель. Поверь моем слову! — заметил Олаф, когда девушка уже ушла. — Может порадуешь её?

— Слушай, я здесь не за этим, — засмущался я. — Давай не будем.

— Теряешь возможность. А что на счёт твоей вампирши? Как у тебя с ней продвигается? И вообще, где она?

— Где-то в особняке, к нам не присоединится, — ответил я, понятия не имея, где на самом деле была девушка. — Подожди, в смысле как продвигается? Да ты на что намекаешь?

— На то самое, парень! Что ты, став дворянином время теряешь и возможности! — рассмеялся викинг. — Смотреть больно!

— А можно как-то обойдёмся без его любовных похождений? — мрачно попросил Брайан. — Слушать противно.

— Слушать просто не о чем, — смягчил Джошуа. — Давайте уже выпьем.

— Ну наконец-то! — воскликнул Олаф, который уже разливал виски по бокалам. — А то я уже устал вас всех уговаривать!

Предложение собраться поступило на удивление не от нашего скандинавского друга, а от Джошуа и потому было больше похоже на приказ. Собирались узким кругом всего вчетвером и, разумеется, в особняке Блэков. Конечно же, я был только рад предоставить в распоряжение своих товарищей по службе как дом, так и кладовую с запасами вина и виски. В конце концов, это один из рабочих способов наладить отношения — проставиться в коллективе. Правда, мрачное лицо Брайана говорило об обратном.

— Напоминаю ещё раз, засранцы, — сказал Джошуа, когда мы подняли бокалы. — Не смейте расслабляться. Нам ещё предстоит землю носом рыть! И в то же время, я рад что все вы живы, включая тебя, Всеволод. Хоть прошлой ночью мы и не взяли Потрошителя, но каждый из вас показал себя достойно, как настоящий воин. Я рад служить бок о бок с такими людьми и именно благодаря вам не сомневаюсь в нашем успехе. Давайте, виват!

— Виват!

Мы выпили. Виски оказался хорошим, гораздо лучше любого другого, который я пробовал в своём мире. К такому вкусу легко было привыкнуть! Олаф, тем временем, снова наполнял бокалы.

— Слушайте, скажу в продолжение, — начал я, вспоминая наш разговор с Альфредом. — Может Потрошитель и скрылся, но у нас есть как минимум два повода для радости. Во-первых, за всю операцию мы не потеряли ни одного бойца! Обошлись без потерь! А во-вторых, разогнали тот бордель, чем сильно навредили вампирам! Считайте утешительный приз!

— Это тебе твой советник из библиотекарей заявил? — сразу догадался Брайан. — Радуется, что Кровавую страсть слегка притушили?

— Так, по первому пункту он как ни крути прав, — к немалой мой радости поддержал меня Джошуа. — Мы действительно никого не потеряли и для меня, как для командира это уже достижение. Ну а что касается второго… Да. Да мы разнесли этот поганый бордель и поджарили хвост Кровавой страсти. И что там хвост, сама Эльвина Криссенвульд бежала у нас на глазах, чуть не роняя своё нижнее бельё! А это действительно чего-то стоит. Так что пьём! За «Кровавое серебро» парни! Виват!

— Виват!

Всем своим энтузиазмом Олаф показывал, как он согласен с Джошуа, в отличие от Брайана. Тот оставался мрачным и вообще мне не нравилось то, как он на меня смотрел. И это уже не в первый раз! Судя по всему, у нас с ним намечался конфликт, который я пока понятия не имел как расхлёбывать.

Тем не менее, мы продолжали пить, закусывая виски жаренными сосисками, лепёшками, наспех приготовленной яичницей и беконом. Предложение выпить от Джошуа было настолько внезапным, что Джессика еле успела накрыть на стол. Однако лично я был доволен!

— Эх, как же не хватает помидоров и солёных огурчиков! — со всей серьёзностью заявил я.

Олаф тоже закурил сигару, предложив одну и мне и вскоре мы уже сидели на кожаных диванах и креслах, курили, говорили и каждый держал по бокалу в руке. Виски был отличный. В камине трещал огонь, за окном барабанил дождь. Наверное, впервые с того момента как мне довелось оказаться в этом мире я почувствовал себя не плохо. Или даже хорошо…

— И вот я первым врываюсь в здание с ноги открывая дверь! — рассказывал викинг с горящим глазами. — У меня в каждой руке по топору, охранник уже хватается за пистолет, а этот напомаженный официант ещё спрашивает: «Кого изволите, господин?».

— Сволочь крашенная, — усмехался Брайан.

— И я ему такой: «Тебя, засранец!». Представляете, он ещё задумался, что ответить! Побежал только когда охрана стрелять начала!

Олаф громко смеялся, ему вторил Брайан. Даже на лице Джошуа играла зловещая ухмылка. Я же слушал и поражался. Не тому, как спотыкался и падал официант, который и официантом-то скорее всего не был. А тому, как храбро и отчаянно бился Олаф. Его удали можно было только позавидовать! И это при том, что у него не было Петли и фактически любой пропущенный удар или случайная пуля могли стать для него последними! Но несмотря на это он, словно настоящий викинг, любил биться в рукопашную с одним или двумя топорами и редко сам брался за револьверы.

Однако вскоре мы отошли от обсуждения ратных подвигов и перешли к вещам куда более вечным и прозаичным. К бабам.

— Значит была у меня одна и всё при ней, можно сказать, полный комплект! — снова рассказывал Олаф. — И вот заходим мы с ней в трактир!

— А потом я ей говорю: «Если твой муж герцог, то на ночь я не останусь!», — вещал викинг уже другую историю.

— И она мне отвечает: «Если нас с тобой при этом не будет писать художник, то мне с тобой неинтересно!», — разумеется уже третий рассказ. — Брайан, а ты чего молчишь?

— Не-не, мне до твоих баек далеко, — Брайан уже изрядно выпил и больше не выглядел таким агрессивным. — Это ты здесь собрание сочинений на все случаи жизни!

— Не ври мне! А кто в прошлом году забрался в женскую гимназию? Я уже устал ждать подробностей!

— Да не было ничего! Я же тебе говорил!

— А я тебе не верю! Давай колись! Это же была учительница?

— Отвали от меня! — Брайан буквально подскочил на диване. — Сэр Джошуа! Может вы что расскажете?

— Не в этот раз, — отрезал рыцарь. — Я бы послушал нашего Себастьяна, но сомневаюсь, что у него найдётся история способная конкурировать с распутным болваном Олафом!

— Я попрошу, сэр, — встал и тут же пошатнулся викинг. — Никакой я не болван!

С байками Олафа действительно было трудно конкурировать, и я с немалым интересом слушал как он подрался с художником или был вызван герцогом на дуэль. В какой-то момент викинг сорвал с себя рубашку и принялся демонстрировать шрамы, оставленные боями, чудовищами и мстительными женщинами. А ещё спустя какое-то время уснул, рухнув на диван с бокалом в одной руке и беконом в другой. Пошатываясь, встал Брайан и что-то бормоча себе под нос покинул гостиную. Мне показалось, что он отправился искать туалет. Сам же я смотрел в камин, где весело плясал огонь и чем дольше я смотрел на эти пляски, тем дурнее мне становилось. Хотя в этом скорее была виновата бутылка, чем камин.

С трудом поднявшись я с гордостью добрался до окна и после непродолжительной борьбы с ручкой настежь его открыл. На улице всё также барабанил дождь, его холод подействовал на меня отрезвляюще, но вместе с ним и благодаря выпивке накатили мрачные мысли. Сначала слова Джейкоба о том, что он не знает где достать артефакт для перемещений в другие миры или как запустить без него Корабль, что резко сокращало мои и без того мизерные шансы вернуться домой. А потом я вдруг вспомнил Потрошителя, его бессмысленную жестокость и то, что он сказал мне перед тем, как исчезнуть. И ещё кое-что…

— Что случилось? — спросил Джошуа, который пристально за мной наблюдал. — Ты будто смерть там увидел.

— Могу я спросить?

— Спрашивай, только не о Потрошителе. Не хочу даже вспоминать сейчас об этой твари.

К счастью, у меня имелись и другие вопросы. Вообще Джошуа выглядел удивительно спокойным, даже захмелел лишь чуть-чуть. Как будто и не пил наравне с нами всё это время.

— Это имя «Себастьян», — произнёс я вернувшись на своё место. — Скажи мне, что случилось с настоящим Себастьяном? Он ведь действительно был?

— Я ждал, какая из услышанных речей в том борделе заставит тебя задавать вопросы, — после некоторого молчания произнёс Джошуа. — Правда ожидал немного других.

— Ну ты сам запретил спрашивать о Потрошителе.

— Разумно, — кивнул рыцарь. — Собственно, самое главное ты уже знаешь. Себастьян был внебрачным сыном Льюиса, который не имел никаких прав на его имя и имущество. Бастард, от одного упоминания о котором госпожу Мадлен начинало трясти. Тем не менее, его история оказалась крайне подходящей для твоего внедрения.

— Что значит был? — с нажимом спросил я.

— В своё время Льюис имел сомнительный роман с женщиной из странствующих артистов по имени Корнелия. Они вместе путешествовали какое-то время. Она помогала ему в его исследованиях, поскольку много знала о мире и ещё больше о чудовищах. Видишь ли, её труппа сотрудничала с несколькими вампирами.

— С вампирами? Серьёзно?

— Собственно, я сомневаюсь в том, что она сама была полностью человеком, — признался Джошуа. — Их сын Себастьян какое-то время знал своего отца, но дело в том, что Льюис так и не решился признать его. Скорее всего этим он разбил сердце Корнелии и именно это послужило причиной их разрыва. Пытаясь загладить вину, Льюис пристроил сына под вымышленным именем в университет, но потом мы узнали, что его оттуда выгнали за прогулы. Не скрою Артурианская Служба пыталась найти Себастьяна и завербовать его, в том числе и ради спокойствия его отца, но любые попытки не увенчались успехом. Парень оказался исключительно недоговороспособен.

— И вы убрали его? — понял я, вспоминая слова Эльвины. — Чтобы он не мешался и не создавал угрозы?

— Вот какую угрозу он мог создать? — поморщился Джошуа. — Всё куда проще чем ты думаешь. Последние сведения донесли, что он связался с какой-то бандой то ли букмекеров, то ли вурдалаков и должен был участвовать в некой сходке. Вроде бы на каком-то мосту. Но сходка не задалась и дальше его след обрывается.

— И вы решили использовать его имя для своих целей? И его крайне подходящую историю?

— Вот это уже правильно, — подтвердил Джошуа. — Вскоре после этих событий мы узнали о тебе и сэр Абрахам быстро принял нужные решения.

— А Блэки? Госпожа Мадлен, Патриция и Камилла? Они знают об этом?

— Ни в коем случае, — отрезал рыцарь. — Прекрасная Мадлен ненавидит тебя, потому что считает бастардом, однако без кровной связи с Льюисом она бы никогда не приняла тебя наследником этого дома.

— Но что случилось с настоящим Себастьяном? — не унимался я. — Он приходил в особняк? Пытался поговорить с Блэками? Может он осел где-то здесь в Лондоне?

— Он погиб на том мосту во время бандитских разборок. И больше о Себастьяне ничего не было слышно. Поверь мне, тем лучше. Лично я его не знал, но мне рассказывали, что это был редкостный засранец.

Глава 18

Глава 18.

К середине ночи дождь неожиданно ослаб, а затем и вовсе закончился. Огонь в камине постепенно погас, поскольку никто не подкладывал в него новых дров. Олаф Тревуссон громко храпел, оставаясь в той же позе, в которой и уснул. Джошуа удалился, поблагодарив за вечер и заявив, что хочет спать. С тех пор как я стал Себастьяном Блэком для него в этом доме была выделена специальная комната, которую как я узнал впоследствии он также занимал и при Льюисе Блэке. Брайан не возвращался.

Сам того не заметив, я сначала уснул там же в гостиной на диване, но вскоре сокрушительный храп Олафа оказал на меня бродящее и удивительно отрезвляющее воздействие. Решив, что лучше буду спать в кабинете я выбрался из гостиной, шатаясь преодолел коридор и с некоторым трудом поднялся по лестнице. Попутно пытаясь понять, куда же делся Брайан? Члены семейства Блэков уже давно спали при этом госпожа Мадлен во всеуслышание заявила, что будет спать с закрытой дверью, опасаясь за семейные драгоценности. Зачем хоть кому-то из Артурианской Службы могли понадобиться её драгоценности?

В кабинете я сразу приметил хороший диван, на который уже собирался рухнуть и забыть обо всём, когда позади меня вдруг послышались шаги. Мгновенно схватив трость от Джейкоба я развернулся к внезапной угрозе с трудом удержавшись на ногах. Почему-то я был уверен, что это окажется Брайан, но вместо него я увидел Ребекку. С таким мрачным лицом, что спьяну мне показалось может это всё-таки агент?

— Закончили свои попойки? — недовольным голосом спросила девушка.

— Ну вроде бы, а что? — я плюхнулся на диван. — Осуждаешь?

— А ты как думаешь?

— Думаю ты могла бы присоединиться. Ты же тоже билась вместе с нами.

— Учитывая какие шуточки отпускал твой дружок думаю ты был бы только рад.

Пришлось приложить усилия, чтобы понять какую именно шутку Ребекка имела в виду. Преимущественно потому, что Олаф отпускал много шуток. В конце концов мне пришлось сдаться.

— Слушай я не имел в виду ничего плохого, — вздохнул я и положил трость со скрытым клинком рядом с собой. — А где ты была? Покидала особняк?

— В отличие от тебя я серьёзно отношусь к своим обязанностям, — Ребекка стояла в дверях кабинета, натянутая словно струна. — Я наблюдала за вами с расстояния, обеспечивала безопасность. Или собирала информацию для доклада Альфреду.

— Знаешь, у меня никогда не получалось угадывать что нужно девушкам, — устало признался я. — Даже если они мне нравятся. Поэтому если ты хочешь что-то сказать, то будь добра говори прямо.

— Я не могу хамить мастеру моего клана, — серьёзно заявила Ребекка, никак не прокомментировав слово «нравятся».

— Ну тогда назовём это обменом мнениями. Валяй!

— Наверное, для тебя всё это шутка или какая-то игра, — больше девушку уговаривать не пришлось. — Я понимаю, что ты неожиданно для себя самого стал главой Блэков, не знал о том, что они возглавляют мой клан, да и вообще о Тёмных библиотекарях ничего не слышал. Понимаю, что ты не планировал становиться мастером и поэтому не знаешь, что теперь делать.

— Эй, это ты меня нашла! Не надо теперь все стрелки на меня переводить!

— Я выполняла приказ Альфреда, когда искала тебя. И потом, когда привела в «Кровавую пинту». И даже теперь, когда охраняю тебя исполняя свой долг перед кланом.

— Тогда не понимаю в чём проблема, — вздохнул я. — За защиту я тебе благодарен, хотя и не вижу в этом необходимости…

— Вот в этом и проблема! — Ребекка внезапно повысила голос. — Не тебе решать, в чём есть необходимость, а в чём нет. Есть традиции! Есть правила! Думаешь ты меньше месяца мастер клана и уже можешь их отменять?

— Ещё раз, тебе конкретно что не нравится? Мне что сделать нужно?

— Подвергая сомнению мою службу, ты подвергаешь сомнению меня саму! Подвергаешь сомнению дело, которому я посвятила всю себя, за которое готова пожертвовать всем. А ты мало того, что мешаешь мне безрассудно рискуя своей жизнью, так ещё и принижаешь меня как воина. Называешь грязным шпионом, который вынюхивает и докладывает!

В этот момент пазл у меня в голове сложился и тут же вызвал массу новых вопросов. Почему-то претензии этой девушки не просто возмутили меня, а задели что-то внутри, как бывает, когда кто-то оскорбляет тебя вопиющей несправедливостью. Или, когда это делает кто-то, кого ты сам не понимая почему был готов записать в друзья или даже в нечто большее…

— Во-первых, — я попытался встать, но быстро понял, что лучше вернуться обратно. — Я никогда не называл тебя грязным шпионом! А во-вторых, разве это не правда? В смысле разве ты не рассказываешь Альфреду о том, что я делаю и как я делаю и далее по списку?

— Я охраняю тебя! Я твой телохранитель, а не доносчик! И не моя вина, что ты не понимаешь разницы!

— Слушай, я не имею ни малейшего желания с тобой ругаться, — начиная испытывать разочарование сказал я. — И вообще я совсем не так представлял себе дальнейшее развитие наших отношений… У меня были планы…

— Ты что издеваешься? — лицо девушки не дрогнуло. — Какие ещё планы?

— Я сказал «планы»? — осознание пришло слишком поздно. — Я имел в виду… Я хотел сказать… В общем совсем не то, что ты подумала, вот!

— Похоже, что пьёшь ты также плохо, как и сражаешься.

Мне снова напомнили древнюю истину о том, что алкоголь слишком развязывает язык и не придумав что ответить я выбрал, наверное, самый правильный из возможных в данной ситуации вариантов. Замолчал.

Неожиданно раздавшийся внизу грохот прервал наш теряющий осмысленность диалог. На несколько мгновений я растерялся и даже подумал, что мне показалось, но в этот момент внизу упало что-то ещё. А затем послышался звон бьющегося стекла.

— Жди здесь, — сказала Ребекка и обнажив меч скрылась в коридоре.

Разумеется, ждать я не собирался, но встать смог лишь со второй попытки. При себе у меня была трость со скрытым клинком и револьвер, который я схватил с письменного стола, а потому я был готов к любым испытаниям. Оставалось только до них добраться!

Куда подевалась Ребекка стало ещё одной загадкой, зато шум снизу никуда не делся и даже напротив усилился. Сначала я подумал, что это проснулся Олаф, который грохочет в поисках еды и выпивки. Что странно поскольку и то, и другое должно было быть рядом с ним. Однако этот грохот всё нарастал и уже никак не походил на перепившего викинга. Было в нём что-то наглое, вызывающее, нечто опасное. Пошатываясь, я побрёл по коридору к лестнице, ведущий на первый этаж. Споткнулся о что-то тяжёлое и выругался куда громче чем следовало. Прошёл несколько шагов облокотившись о стену и вдруг замер, увидев то, что стояло на лестнице.

Огромная зверюга смотрела на меня глазами, в которых не было ничего человеческого. Кроме них в темноте я сумел различить только здоровенную гриву и клыки, которые быстро поглотили всё моё внимание. Зверюга медленно наклонилась, а затем ринулась прямо на меня.

— В сторону! — раздался крик.

Ребекка появилась словно из ниоткуда, полоснула монстра мечом и мощным ударом ноги опрокинула его на спину. Зверюга тут же завыла и снизу ей ответили несколько таких же могучих голосов, напугав меня своим количеством.

— Я же сказала ждать! — накинулась на меня девушка. — Сказала ждать, чтобы ты не высовывался!

Монстр поднялся на ноги быстрее чем можно было бы ожидать. Когда он бросился на нас я сумел лишь оттолкнуть Ребекку в сторону и лапы с когтями рассекли воздух. Быстро прицелившись из револьвера, я нажал на спусковой крючок, но выстрела не последовало. Осечка?

Тем временем, вампирша вскочила и выхватив второй меч накинулась на незваное чудовище. В темноте я видел лишь силуэты, с огромной скоростью перемещавшиеся в узком пространстве. С трудом прицелившись дрожащей рукой я смог выцелить момент, но мне снова помешала осечка. Ребекка же наносила удар за ударом, монстр ревел и вскоре уже только защищался. Когда клинок зацепил его морду он вдруг заскулил как собака и рванул прочь.

Грохот снизу только усилился, раздался первый выстрел и что-то вдруг завыло так, как воют только волки. Я же пытался понять, что случилось с моим револьвером, когда Ребекка вдруг подошла ко мне вплотную.

— Мне нужно чтобы ты остался в кабинете и не рисковал собой понапрасну, но это же вряд ли удастся устроить? — даже в темноте я разглядел как заблестели её глаза. — Ты же всё равно попрёшься вниз, так?

— Это мой дом и я обязан его защитить!

— Ну как знаешь, тогда прости меня.

И с этими словами Ребекка вдруг полоснула меня мечом по предплечью и тут же скрылась во тьме. От неожиданности и боли я вскрикнул, попытался прижать рану почувствовав пальцами липкую кровь. Мир вокруг задрожал, уже знакомые запахи ударили внос и вот я уже стою у другой стены и без какой-либо раны. А вместе с ней исчезли тошнота и головокружение. В руках и ногах появилась твёрдость, а к голове вернулась ясность мыслей.

— Очень интересно, — произнёс я сам себе.

Ребекка уже сражалась внизу. Где-то там раздался второй выстрел. Мгновенно я оказался возле лестницы и замер повторно, но на этот раз из-за совершенно другой картины. Возле лестницы меня встретил Джошуа с мечом и в одних штанах, а за ним стояла Камилла в халате поверх ночнушки.

— Что происходит? — воскликнула она. — Кто там?

— Ты порез себе уже сделал? — не обращая внимания на моё удивление спросил Джошуа.

— Ребекка одарила.

— Тогда за мной. Камилла иди к Патриции и запритесь. Немедленно!

Мы быстро спустились по лестнице вниз, где всё громили ещё несколько таких же зверюг. Рассмотреть их по-прежнему не получалось, да это было и не важно. Самое главное в виде клыков и когтей я уже разобрал.

Джошуа сходу набросился на ближайшего монстра, ловко орудуя своим мечом. Совсем скоро зверюга завыла и заскулила и к ней на помощь ринулась вторая. Откуда-то из-за угла появилась Ребекка, чтобы несколькими ударами повалить одного из монстров. Прямо передо мной возникло очередное чудовище. Я немедленно прицелился в него и нажал на спусковой крючок, однако выстрела не последовало и в этот раз. Протрезвевший ум с грустью напомнил мне, что револьвер не заряжен. Тут же позади меня раздалось несколько выстрелов и завыв монстр скрылся за углом.

— Рад что вы соизволили присоединиться! — крикнул оказавшийся рядом Брайан, на ходу перезаряжавший оружие. — А то у нас гости, которые намёков не понимают!

— Лучше сам потом объясни, где тебя носило! — ответил ему Джошуа. — Держи лестницу!

Благодаря скорости и Петле Джошуа теснил тварей, а Ребекка стремительно наносила удары и тут же быстро скрывалась во тьме. Выполняя приказ, Брайан вскочил на лестницу, не позволяя никому подняться на второй этаж, и снова принялся стрелять. Я же, выдернув клинок из трости, сначала подскочил к одному монстру и сумел ранить его в плечо, что правда не произвело на зверюгу какого-либо впечатления. Однако под пулями она быстро отступила в библиотеку, а я бросился за ней.

В библиотеке было также темно, поэтому я схватил с одного из столов фонарь и зажёг его. Монстр неожиданно куда-то исчез, но тянущийся по полу след крови послужил для меня надёжным ориентиром. Каково же было моё удивление, когда он вдруг привёл меня к невесть откуда взявшемуся человеку в клетчатой рубашке с жилеткой, спрятавшемуся за перевёрнутым столом.

— Эй, ты вообще кто такой? — спросил я, не сразу осознав ситуацию.

— Пошёл ты…

— Ты что здесь делаешь, я спрашиваю? И где монстр?

— Дай мне дух перевести, дрянь…

Ещё до того, как я всё понял мужчину начало страшно трясти. Его неожиданно вырвало кровью, а затем он начал быстро увеличиваться в размерах. Его руки и ноги заметно удлинились, голова практически исчезла в огромной чёрной гриве, отдалённо напоминающей львиную. Широко распахнувшийся рот обзавёлся множеством клыков и то, во что стремительно превращался мужчина сначала встало на четвереньки, а затем и на задние лапы. Когда же оно повернулось ко мне я увидел глаза, в которых не было ничего человеческого.

— Твою мать, — только и произнёс я.

Монстр бросился в атаку и зацепил меня когтями, прежде чем я успел отпрыгнуть. Сработал Петля, переместившая меня в сторону, но после этого клыки сомкнулись у меня на руке и просто оторвали бы её, если бы не ещё одно своевременное перемещение. Теперь же я успел рубануть противника, опрокинул на него стол, а потом с силой вонзил клинок прямо в лапу монстра, буквально пригвоздив его к полу. Чудовище заревело, задёргалось и в конце концов с воем выдернуло лапу отшвырнув клинок куда-то в сторону. Вот только я не ждал рядом, пока оно всё это сделает. Вместо этого я сразу бросился к шкафу, за которым был спрятан обрез. Прятал его разумеется Джошуа как раз для такого случая, предварительно показав мне.

Выхватив оружие, я развернулся как раз в тот момент, когда монстр уже прыгнул в мою сторону. Одновременный выстрел из обеих стволов отбросил чудовище назад и больше оно не поднималось, только хрипело в темноте. Вытряхнув гильзы, я немедленно перезарядился, когда сверху донеслись женские крики, не означавшие собой ничего хорошего.

Уже на лестнице мы столкнулись с Джошуа, за которым спешила Ребекка. Наверху Брайан пытался выбить дверь, пока из-за неё продолжали доноситься крики.

— Что случилось? — подскочив к ним спросил я. — Твари уже внутри?

— Не знаю! — ответил Брайан, продолжая плечом бить дверь.

— Чего возишься? — рявкнул рыцарь. — Ты замок прострелил?

— Уже! Там что-то мешает!

Втроём мы выбили дверь, которую с другой стороны подпирал тяжеленный комод и оказались в небольшой комнате, вторая дверь в которой вела уже в спальню. Именно эту дверь и ломал на части ещё один монстр с огромной чёрной гривой. Он даже не обратил на нас внимание, когда мы ворвались, но зато заметил несколько выстрелов, раздавшихся вдруг из спальни. Монстр отскочил, а заметив нас ринулся к уже выбитому окну и выпрыгнул на улицу.

— Ушёл, гад! — крикнул Брайан, выглянув наружу.

— Патриция, Камилла вы там? — крикнул я, подскочив к двери.

Раздался оглушительный грохот и выстрел проделал в двери огромную дыру. Буквально в последний момент Джошуа успел оттащить меня в сторону. Брайан и Ребекка замерли на местах.

— Мать вашу, это мы! — заорал рыцарь. — Прекратите стрелять!

— Откуда нам знать, что это вы? Может это ещё твари!

— Камилла, ты совсем охренела?! Убери ствол!

— Пожалуйста заходите! — послышался голос Патриции. — Мы больше не будем! У нас патроны кончились!

Переглянувшись с Джошуа мы поднялись и осторожно открыли дверь. В спальне за перевёрнутым столом укрылись Патриция и Камилла с двустволкой. Рядом с ними я с удивлением заметил горничную Джессику с револьвером в руках. При чём и Камилла, и Джессика целились в нас.

— Ну и чего вы в нас тычете, если патроны закончились? — мрачно спросил Джошуа. — А если бы вы кого из нас задели?

— Так вам же всё равно, чего теперь слезу давишь? — проворчала Камилла в ответ, опустив наконец оружие.

— Ну это смотря куда попасть, — буркнул вошедший вслед за нами Брайан.

Камилла одарила его свирепым взглядом, а затем с ещё большим недовольством посмотрела на Джошуа. Патриция вытирая слёзы обнималась с Джессикой.

— Вижу вы целы, — произнёс рыцарь заметно выдохнув. — Рад этому.

— Целы, да только не вашими стараниями! Эта тварь уже почти ворвалась сюда! Если бы Джессика не прибежала со стволами вот чтобы мы делали?!

— Слушайте, мы бы обязательно успели! — постарался успокоить их я. — Тех, что внизу мы отбросили, а этот… Как он вообще сюда попал?

— Через окно, — снова буркнул Брайан.

— Как мои девочки?! Что с ними?! Кто посмел это допустить?!

Ураган, ворвавшийся в спальню, мог иметь только один источник и им разумеется была госпожа Мадлен. Женщина тут же бросилась к Камилле с Патрицией, буквально утопив их в объятиях. А затем она словно случайно заметила нас. И непросто нас, а конкретно меня.

— Ты! — Мадлен посмотрела на меня так, словно я был виновен во всех грехах и бедах британской земли с того дня как на неё ступил сам Вильгельм Завоеватель. — Это ты во всём виноват! Это ты допустил! Ты подверг опасности мою семью! Из-за тебя их могли убить!

— Госпожа Мадлен, возьмите себя в руки! — тут же потребовал я, решив зайти с козырей. — Как глава семейства Блэков…

— Да какой ты глава, когда такое в доме творится?! Монстры и чудовища громят особняк, в котором я растила своих детей ещё задолго до того, как ты на горшке сидеть научился! И после этого ты ещё будешь выдвигать какие-то требования? После этого ты будешь говорить, что я должна радоваться тому, что ты вернулся к нам пропав на несколько дней?!

— Господин Себастьян, — совершенно спокойно сказала Ребекка. — Я готова пожертвовать собой защищая вашу жизнь, но боюсь, что в этой ситуации даже я не смогу вам помочь.

Мадлен ругалась ещё громко и долго, войдя в кураж, из которого вряд ли выйдет до утра. Поэтому оставив её с роднёй мы спустились вниз, где у лестницы нас неожиданно встретил Олаф с обнажённым торсом, парой топоров и обезумевшим взглядом.

— Какого хрена? — воскликнул он, обводя взглядом погром вокруг. — Что вообще случилось?

— Ты всё проспал. Всё закончилось без тебя, — сообщил ему Джошуа, а потом посмотрел на Брайана. — А тебя где носило? Куда подевался после нашей пьянки?

— На заднем дворе на веранде уснул, — ответил Брайан. — Замёрз, между прочим, а от вас никакой поддержки, сэр! Как услышал, что творится так сразу порез сделал и в бой.

— Здесь что был бой? — всё ещё не верил в случившееся Олаф. — Да как так-то? Я же ведь всего на пару минут глаза закрыл!

— Долго спал. Все враги уже разбежались.

— Подождите! — неожиданно осознал я. — Ведь не все!

Джошуа посмотрел на меня с удивлением, а в следующее мгновение мы все бросились в библиотеку. Найти монстра нам снова помог кровавый след, тянущийся от того места, куда он рухнул после знакомства с моим обрезом. Вновь обратившись в человека, мужчина прислонился к одному из шкафов и тяжело дышал, держась за грудь.

— Какие лица, — улыбнулся Джошуа. — Вот так встреча. Приятно, что ты решил задержаться.

— Да пошёл ты, — мужчина сплюнул кровью.

Даже в этом обличье у него оставались клыки и безумные глаза и именно из-за них я вспомнил, где уже его видел. И возле какого именно банка.

— Ну и что вы забыли в моём доме? — спросил я.

— Много будешь знать быстрее подохнешь…

— Ты давай на вопрос отвечай, — Джошуа положил клинок на плечо мужчины так что лезвие прикоснулось к его шее. — У вашего брата регенерация, конечно, зверская, но ведь не бесконечная.

— Ну да это у вас всё схвачено… Что ни случись, всё исчезает.

— Не завидуй, а лучше начинай говорить. Или ты думаешь, что без тебя не разберёмся? Так уже видно от кого ты пришёл.

— Раз видно тогда чего спрашиваешь? Чего надо?

— Зачем заявились понять или мне потом с других спрашивать?

— Сэр, дайте его мне, — расправил плечи Олаф. — Он у меня сейчас быстро заговорит.

— Пошли вы, — выдал мужчина и закашлялся. — Нас послал Везунчик Генри передать послание. Такое, которое поймёт каждый.

— Какое ещё послание? — не понял я. — Вы же только громить всё начали!

— В этом и состоит послание, — пояснил Брайан.

— И чего вам нужно? — спросил Джошуа. — Послание считай передали.

— Пусть щенок Блэк отдаст то, что обещал его отец. Первое вежливое предупреждение уже было, второе тоже. Вместо третьего мы пожжём особняк.

— Но я понятия не имею что вам нужно! — заявил я. — Вы бы хоть объяснили толком что?

— Правильно говорил Везунчик, врёшь… Врёшь и даже говорить с нами не хочешь… Но ничего, Генри заставит всех поступить так как он хочет и добьётся своего. Никуда не денетесь…

— Да-да, собственно, ничего не нового, — вздохнул Джошуа.

Женскую часть семейства Блэков мы встретили в дверях библиотеки и немедленно препроводили в гостиную. Госпожа Мадлен выглядела недовольной и в то же время взволнованной, хотя последнее случалось с ней не часто.

— Уважаемая Мадлен, со всем вниманием и почтением к вашей персоне, — начал Джошуа. — А также с пониманием того, как не любите вы говорить о делах семейства Блэков, в том числе и с членами семейства Блэков… Объясните пожалуйста. Какие дела могли быть у Льюиса с оборотнями?

— Вы меня об этом спрашиваете? — с возмущением вскинула брови Мадлен. — Это вы постоянно что-то проворачивали с моим сыном и теперь ждёте от меня объяснений по вашим же делам?

Я заметил, как закатил глаза Брайан и как изменилась в лице Ребекка при этих словах. Как помрачнели вернувшиеся Олаф с Рупертом, которые заперли пленника в подвале. Джошуа оставался невозмутим.

— Вы прекрасно знаете, что ваш сын вёл определённые дела без нашего внимания и совета. Что он инициативно разрабатывал кое-какие проекты. И что мы оба с вами знаем, что вы бы обязательно заставили его поделиться с вами хоть какими-то деталями.

— Ну допустим и что с того? Чего вы от меня хотите?

— Объяснений, где в этих деталях звучит имя Везунчика Генри.

— Я понятия не имею о чём вы, — Мадлен гордо вздёрнула подбородок. — Вы и вся ваша организация принесли моей семье одни только проблемы и неприятности. Один только этот бастард чего стоит! Поэтому я не имею никакого желания делиться с вами чем-либо!

— Господи, бабушка! — неожиданно для всех воскликнула Патриция, накинувшая на плечи плед. — Да расскажите вы уже правду о том, чем занимался отец! Вы же видите, чем для нас обернулось молчание о его делах!

— И правда, мама, какой смысл и дальше молчать? — прежде чем Мадлен успела высказать своё возмущение Патрицию поддержала Камилла. — Они уже проникали в особняк, теперь они его разгромили, а что дальше? И правда подожгут? Не скажите вы, так скажу я.

Признаться мы все с удивлением воззрились как на Камиллу с Патрицией, так и на побледневшую Мадлен, которая даже меньше нашего ожидала подобного выступления. В конце концов она с оскорблённым видом отвернулась к окну.

— Льюис пытался разобраться в происхождении Потрошителя, кто он такой и откуда взялся, но это вам и без того известно, — покачав головой произнесла Камилла. — Не знаю почему, но он связывал этого монстра с работой опальных учёных, ну тех, которых два года назад со скандалом выгнали из города… Помните там ещё суд был?

— Помню такую историю, — кивнул Джошуа. — Дальше.

— Вот он и изучал труды этих самых учёных. Искал связи, подсказки свои. Думал, что эти учёные могли иметь какое-то отношение ко всем этим нападениям. Ну что они мстят.

— Мстят? Да они свалили во Францию! — заявил Брайан, устало рухнувший в кресло. — Мы же сами тогда проверяли. Помните, сэр?

— Помню. Свалили все, кроме одного. Кам, я до сих пор не слышу ответа на свой вопрос. При чём здесь оборотни?

— При том, что они работали на Льюиса, — заявила Камилла. — Выполняли его поручения, собирали для него информацию, следили. И другие грязные вещи делали.

— Какие ещё вещи? Запрещённую литературу доставали?

— Они могилы для него рыли! Понимаешь? — воскликнула женщина. — Посещали кладбища, разрывали могилы, вскрывали склепы. Не знаю, что ещё! Может трупы похищали?

— Чего?!

— Мы не хотели в это верить, — произнесла Патриция. — Но однажды он сам нам признался, когда мы видели его с этими людьми… Ну или кто они на самом деле.

— Зачем Льюису было разорять кладбища? — удивился я. — Это ещё одна из традиций семейства Блэков?

— Это чрезмерное усердие, с которым мой сын занимался делами, в которые ему не нужно было лезть! — Мадлен обернулась к нам. — Он помогал тем, кто был не способен оценить его помощь и в итоге не смог его защитить! Он умер, собирая для вас информацию!

— И мы об этом искренне скорбим, — сквозь зубы ответил Джошуа. — Вот только как нам разбираться в причинах и обстоятельствах его смерти, если вы скрываете от нас такие детали как сотрудничество с бандой оборотней?

— И расхищение могил, — Олаф взял в одну руку оба топора и перекрестился. — Как вообще таким можно заниматься?

— Не знаю зачем ему это было нужно, — вздохнула Камилла. — Но именно поэтому он связался с этими бандитами то ли с Вирнет, то ли с Гирнет-Стрит…

— Бирнет-Стрит, — поправил я.

— Да без разницы! Короче он взял их на работу, потому что никто больше за такое бы не взялся. Не знаю, чем он им платил и знать не хочу! Я говорила ему, что такие знакомства до добра не доведут, но, когда он павлин самовлюблённый меня слушал?

— Камилла! Ты говоришь о своём брате! — тут же отреагировала Мадлен.

— Вот поэтому говорю, что считаю нужным! Тем более, что это правда!

— Ну видимо Льюис им не платил не только деньгами, — заметил я, посмотрев на своих товарищей. — Иначе они бы уже давно отвалили?

— Согласен с тобой, — мрачно кивнул Джошуа.

— Тогда может встретимся с ними и всё решим? Попробуем как-то договориться?

— Ты с ними договариваться ещё решил? — возмутился Олаф. — Совсем головой ударился?

— Вот-вот это он у нас может, — отозвался Брайан. — Головой удариться и всякую хрень творить.

— Отставить, — распорядился Джошуа. — Никто ни с кем договариваться не будет. Ещё не хватало с бандитами в переговоры вступать.

— Да почему нет? — удивился я. — Нам нужно как-то вопрос с ними решить! Я, конечно, никого не защищаю после этого погрома, но если Льюис их кинул, то у этих действий хотя бы есть разумное объяснение.

— Вот именно поэтому договариваться с ними мы не будем! Всё равно словами здесь ничего не решить так что с этим Везунчиком разберёмся отдельно. Меня сейчас другое больше интересует.

— Сэр, только я очень прошу, не без меня! — взмолился Олаф. — Когда пойдёте с ними разбираться, то только не без меня. Если я ещё одну драку упущу, то просто в депрессию впаду! Честное слово!

— Да я не об этом! — отмахнулся рыцарь и внимательно посмотрел на Камиллу. — За кем оборотни следили для Льюиса? Ты ведь сказала, что они для него собирали информацию и следили.

— Может за Саммервайтом? — предположил я, припомнив воспоминание, показанное мне Альфредом у Тёмных библиотекарей.

— Нет, такое имя точно не всплывало. По крайней мере не при мне.

— Тогда за кем же? — разочарованно уточнил я.

— Я не знаю точно, — Камилла задумалась и посмотрела на Патрицию, но та лишь помотала головой. — Он же никогда ничего не говорил, мы только отдельные вещи слышали. Не могу вспомнить ни одного имени.

— Дорогая Камилла, — произнёс Джошуа и его слова прозвучали гораздо теплее, чем можно было бы ожидать. — Я не поверю в то, что ты ни разу не подслушивала и ни разу ничего не услышала.

— Ладно, Холборн. Только это не имя, а название улицы. Однажды я совершенно случайно услышала разговор Льюиса с этим Генри, и они обсуждали как следили за одной квартирой на этой улице. Кто-то там проживал и при этом сильно их интересовал, так сильно что они даже установили за ними круглосуточное наблюдение.

— Очень интересно, — в глазах Джошуа загорелся опасный огонёк. — А номер у этой квартиры случайно имеется?

— Случайно имеется. Восемнадцать.

Глава 19

Глава 19.

Погром оказался жутким, но в целом не таким страшным как можно было бы подумать. Фактически оборотни разгромили лишь пару комнат и выбили несколько окон, когда ворвались в особняк. Испорченные клумбы и газон я в счёт не брал, хотя Мадлен страдала по ним ничуть не меньше, чем по сломанной мебели и разбитым зеркалам. Глядя на осколки, я лишь в очередной раз поражался как Олаф мог всё проспать и мало того, как оборотни умудрились не заметить его дрыхнущим на диване? Тем более, что в гостиной они тоже успели постараться.

В целом ущерб был поправим, хотя Руперту с Джессикой предстояло не мало работы, на которую Мадлен пыталась подписать их ещё ночью. Однако я распорядился чтобы они начали убирать только утром за что был удостоен очередного ненавистного взгляда от своей названной бабушки и более чем благодарными от дворецкого с горничной. Сам же я уснуть не смог, а потому уселся в кабинете и до рассвета разбирал почту, поступившую за последние несколько дней. В основном это были письма различных знатных семейств, одна половина из которых поздравляла меня с новым статусом, а вторая сыпала оскорблениями, недовольная тем, что я возглавил семейство Блэков. Ещё были юристы, бухгалтера, врачи и адвокаты, спешившие предложить мне свои услуги по совсем не скромным расценкам. И куча другой не самой важной макулатуры с кучей важных подписей и печатей.

Всё это время Ребекка лежала на диване и молча наблюдала за моей работой. Ничего не спрашивала, да и я не стремился завести разговор. В моей голове крутились мрачные мысли, посвящённые вампирам Эльвины Криссенвульд либо оборотням Везунчика Генри, либо Ирме с Керимом, которые с нашей последней встречи больше не появлялись. Хотя это, наверное, было даже к лучшему.

— Слушай, неужели ни ты, ни Альфред ничего не знали о делах Льюиса с оборотнями? — спросил я уже утром, завтракая в кабинете.

— Я — ничего. У Альфреда лучше спрашивай сам.

— Просто зачем ему договариваться с бандитами, когда он мастер целого клана? Что он никому из вас не мог этого поручить?

— Я уже сказала, что ничего об этом не знаю. И зачем Льюис искал союза с оборотнями тоже не знаю.

— Тогда другой вопрос! — я вдруг вспомнил о том видении, которое посетило меня в бассейне у тёмных библиотекарей. — А если бы Льюис дал вам поручение сотрудничать с оборотнями? Ну в смысле работать вместе?

— Знаешь не нужно задавать вопросы, ответы на которые тебе могут не понравиться, — предупредила девушка.

— А ведь ты говорила, что готова всё сделать чтобы защитить мою жизнь. И вообще я вроде бы мастер клана и всё такое. И хотел бы услышать ответ.

— Я бы отказалась, — сев на диване сказала Ребекка. — Защищать тебя, принять за тебя пулю — это без проблем. Но с собаками я сотрудничать не буду и не важно какое наказание ты мне как мастер клана определишь. Другие бы тоже были недовольны, например, Браун и Агна поступили бы также, как и я.

— А Альфред? Как бы он отнёсся к этой идее?

— Если ты не в курсе, то вампиры и оборотни враждуют друг с другом столетиями. А для Альфреда нет ничего важнее сохранения нашего клана. Он ни за что не пошёл бы на союз с оборотнями.

— Как знать, — произнёс я попивая чай. — Ты сама сказала. Для него нет ничего важнее клана.

— Ты на что сейчас намекаешь? — глаза девушки опасно сузились.

— Вдруг Льюис поручил что-то оборотням, потому что не хотел подвергать риску клан? Не хотел подставлять тебя или остальных? В такой идее Альфред мог его и поддержать.

— Возможно, — лицо Ребекки подобрело. — Можешь спросить у него.

— Спрошу. И послушай, на счёт вчерашнего. Я может наговорил чего…

— Не хочу это обсуждать.

Уже после завтрака в особняк вернулись Джошуа с Олафом, которые до этого уехали вместе с Брайаном, чтобы отвезти пленного оборотня. Приехали мрачные и явно не настроенные на спокойный день.

— Собирайся, — распорядился рыцарь, едва увидев меня. — Выдвигаемся по одному делу, нужно кое-что проверить.

— Отправляемся на улицу Холборн посмотреть квартиру восемнадцать? — предположил я.

— Нет, туда отправился Брайан с группой агентов, — ответ Джошуа меня удивил. — Нас ждёт совсем другой адрес.

— Это какой ещё? А почему на Холборн не поедем?

— Меньше вопросов. На месте сам всё увидишь.

— Я еду с вами, — тут же встала Ребекка.

— Ну, разумеется, куда же мы без тебя?

Вооружившись, мы вчетвером покинули особняк и отправились на очередное задание, о котором Джошуа пока не спешил раскрывать подробности. Меня сразу удивило то, что рыцарь нанял извозчика, а не взял одного из тех, что работали на Артурианскую Службу. Было ли это связанно с недоверием? Или у Джошуа имелись какие-то иные причины? В любом случае об этом он тоже не спешил говорить.

— Куда направляемся? — спросила Ребекка, осторожно глядя на улицу через окно кареты.

— Скоро увидите, — Джошуа сидел с закрытыми глазами. — Главное только на месте делайте всё как я говорю и вообще молчите побольше.

— А что место такое необычное ожидается? Или боишься, что мы лишнее внимание привлечём?

— Да именно так. Поэтому ты лучшее вообще не разговаривай.

Квартал, в котором мы остановились был не самым богатым, но и бедным его было не назвать. Хорошие дома, окружённые старыми оградами, широкая улица, украшенная деревьями. Английских дворян здесь было не видать, но товарищи объяснили, что здесь жили успешные предприниматели, полагающиеся на капитал больше, чем на происхождение. Скажем так, район тех, кто из грязи в князи.

— И кого мы здесь ищем? — спросил я, выходя из кареты.

— Скажем так, наш объект вписывается в местный контингент, — оглядываясь по сторонам ответил Джошуа. — Он тоже не имеет влиятельного происхождения, но денег поднял так, что иной барон позавидует.

— Интересно на чём? — уточнила Ребекка. — Торговал книгами? Или быть может предметами искусства?

— Всё гораздо проще. На проституции.

В этот раз методы членов Артурианской Службы оказались более тонкими чем обычно и вместо того, чтобы просто выломать дверь ограды меня отправили через неё перелезть. В качестве лестницы я выбрал удобно растущее рядом дерево, с которого грандиозно свалился на участок и потирая ушибленное плечо открыл дверцу. В сам дом мы уже проникли без проблем, не встретив ни охраны, ни сопротивления. Только пару полуголых служанок, поспешивших убраться, когда Джошуа сначала направил на них револьвер, а потом указал им на выход. С верхнего этажа доносилась музыка из проигрывателя и пока я терзался вопросом кого именно мы пришли навестить Джошуа привёл нас в просторную комнату, где вампир в халате любовался картиной и смаковал в бокале вино. Или вовсе не вино?

— Девочки, почему я должен вас ждать? — вампир обернулся и недовольство на его лице сменилось ужасом. — Какого хрена?!

Одним ударом Олаф повалил его на пол, а потом придавив ногой не дал уползти. В руках мужчины быстро появился топор. Моё же внимание приковала к себе картина, от одного вида которой мне стало не по себе. Потому что на ней была изображена городская площадь и казни детей.

— Боюсь это не девочки, — усмехнулась Ребекка, плюхнувшись на диван.

— Всё также увлекаешься искусством? — спросил Джошуа присмотревшись к картине. — Это ты раздобыл для себя или для продажи?

— Что ты здесь делаешь? Мы так не договаривались!

— А о чём мы с тобой договаривались? Ну-ка напомни мне.

Джошуа сделал знак и Олаф отпустил вампира, которым оказался на удивление знакомый мне Энтони. Управитель борделя, разгром которого мы совсем недавно имели честь наблюдать! Злобно ругаясь, он отполз в сторону пока не упёрся спиной в диван.

— Мы договаривались обмениваться информацией, — глядя на нас со смесью страха и ненависти ответил он. — Обмениваться тихо, осторожно и в заранее определённых местах. Какого хрена вы припёрлись ко мне домой?

— Потому что обстоятельства изменились.

— Так это был ты? — мгновенно сообразил я. — Ты поставлял информацию о нападениях Потрошителя! Так поэтому мы отпустили его в борделе.

— Да это многое объясняет, — заметила Ребекка.

— Поздравляю с охерительной догадкой! — огрызнулся в мою сторону Энтони. — Тогда может догадаетесь, что моей госпоже не понравится ваше появление здесь? Вас кто-то видел? Служанки? Вы понимаете, что вынесли мне смертный приговор?!

— Ты возмущайся да не увлекайся, — осадил его Джошуа. — Боишься ты вовсе не того, что Эльвина узнает про нас. Ты боишься, что она узнает о твоих связях с Потрошителем.

Ребекка прищурилась, а Олаф крепче сжал топор. Я же удивился такой новости, хотя быстро понял, что всё было предельно логично.

— Долго Энтони служил госпоже Эльвине, пока не обиделся на неё за что-то и не связался с жестоким серийным убийцей, — пояснил Джошуа. — А когда разочаровался и в нём, то пришёл к нам и предложил помощь в обмен на то, что мы заставим Потрошителя замолчать. И тогда клан Кровавой страсти никогда не узнает, кто наводил смерть на их подчинённых.

— Так ты указывал Потрошителю на схроны и убежища своих сородичей? — Ребекка стремительно помрачнела. — Информировал его, подсказывал, сливал ему ценнейшие сведения. Значит благодаря тебе он так хорошо осведомлён куда и когда наносить удары?

— Благодаря мне и ещё нескольким другим информаторам, сотрудничающим с ним по приказу наших господ. Думаете у Чёрного кальмара никто не стучит этому монстру? Ещё как! Доносят ему, чтобы ослабить нас, а мы делаем то же самое, чтобы ослабить их!

— По приказу господ, — повторил Джошуа. — Но не Эльвины Криссенвульд. Она об этой афере ничего не знает.

— Она считает Потрошителя слишком опасным и неуправляемым, вот и я считаю его таким же! — заявил Энтони. — Поэтому и передаю тебе всё, что сообщаю ему, чтобы ты знал где и когда он нанесёт следующий удар! Чтобы вы могли его, наконец-то остановить! Я предупредил тебя о борделе! И что взамен? Ты явился сюда, чтобы подставить меня!

— Нет, двуличная ты дрянь. Я пришёл сюда, потому что больше не собираюсь устраивать для Потрошителя засады. Вместо этого я хочу накрыть его в его же доме. И для этого мне нужна информация.

Лицо Энтони изобразило мучительный мыслительный процесс.

— Мы так не договаривались, — наконец выдал он.

— Я уже сказал — обстоятельства изменились.

— Он поймёт откуда утечка. Сразу поймёт, что это я его выдал.

— Откуда? — вмешался Олаф. — Ты же сам сказал, что не один ему стучишь. Так что сдать может кто угодно.

— Он поймёт. Мы так не договаривались.

— У тебя не богатый выбор, — произнёс Джошуа нависнув над вампиром подобно скале. — И я даже не собираюсь тебе угрожать. Ты потерял бордель. Дорогой, элитный бордель, в котором Кровавая страсть годами собирала деньги, слухи и компромат на половину лондонской элиты. Само по себе уже это — провал! Но как думаешь, что будет когда твоя госпожа узнает, что это ты навёл Потрошителя на бордель? Что это благодаря тебе он проник в здание минуя охрану? Заминировал его? Ответ очевиден.

— К чему ты ведёшь?

— К тому, что я могу помочь тебе безопасно покинуть город. В обмен на ценные сведения. Решай сейчас.

— К чему мне это? — нервно сглотнул Энтони. — Это мой город и у меня здесь всё схвачено. Мне ни к чему бежать.

— А ты туповат, — усмехнулся Олаф. — Но меч быстро это исправит.

— Вот именно так что давай соображай. Соображай скорее! — поторопил его Джошуа. — Будешь ждать пока тебя твои же на удобрения пустят или попытаешься пережить ещё пару ночей? Решай!

— И лучше сделать это побыстрее, — произнёс я, чем сразу привлёк к себе всеобщее внимание. — Потому что времени у нас меньше, чем мы думаем.

Не желая больше смотреть на столь мерзкую картину с казнями, я отошёл к окну и вскоре заметил, как на участок пробрались двое вооружённых и в плащах. И вела их одна из отпущенных нами служанок.

— А быстро они, — заметил Джошуа, неожиданно показавшийся мне довольным. — Собираемся, господа. У нашего несостоявшегося друга гости, которых ему нужно принять. Не будем им мешать.

— Да стой ты! — в отчаянии воскликнул Энтони. — Я согласен!

* * *

Конечно, я понимал, что Джошуа не просто так заявился к этому вампиру в дом и не случайно отпустил тех служанок. Он лишь ускорил процесс, который уже был запущен в ту ночь, когда Энтони потерял бордель. Меня удивляло только то, как быстро вампиры были готовы расправиться со своим товарищем, а судя по тому, что Энтони согласился на сотрудничество именно этого он и боялся.

Без особого труда мы избежали встречи с бойцами Кровавой страсти и сев в карету покинули квартал. День был пасмурный, скорее всего скоро снова должен был начаться дождь. Однако у меня на душе было скверно вовсе не из-за ухудшающейся погоды, а от того, что рассказывал Энтони. И ещё потому, что мы ехали в морг.

— Я не знаю, где он укрывается, а если бы знал то, наверное, уже давно продал бы эту информацию, — прямо сказал вампир, одевшийся в простой неприметный плащ и помятую шляпу. — Мы с ним только встречались в условленном месте и обменивались информацией.

— То есть там ты сдавал ему своих сородичей, обрекая их на смерть? — мрачно уточнила Ребекка.

— Как будто они тебя беспокоят, дрянь, — огрызнулся Энтони. — Они же из Кровавой страсти или Чёрного кальмара, а ты из библиотекарей. Для вас, Затаившихся, смерть любого из нас это праздник!

— Ну мы хотя бы на вас не охотимся и на солнце не вытаскиваем.

— Именно поэтому вас так мало.

— Так прекратили! — потребовал Джошуа. — Давай подробнее про место встречи. А то раньше из тебя этих сведений было клещами не вытащить.

— Раньше мне не резон было ими делиться, вдруг ты засаду устроишь, а она провалится? Ну а теперь… Ты точно поможешь из города выбраться?

— Зачем мне тебе врать? Не за мной убийцы клана гонятся. Рассказывай.

— Место всегда одно и то же. Иногда мы встречались с ним лично, иногда через помощника. Он там работает. Понимаете место одно. И я знаю, что так с каждым информатором, которые ему помогают. Для каждого одно и то же место! Поэтому если вы ему там устроите засаду он сразу поймёт, что это я!

— Не шуми ты, — фыркнул на него Олаф. — И много таких информаторов?

— Понятия не имею, я просто знаю, что несколько. Несколько кланов пытались завербовать Потрошителя после первых убийств и сливали ему информацию о своих конкурентах. Думали, что смогут использовать его, а на самом деле это он использовал их.

— Как например тебя, — заметил ему Джошуа. — Давай про помощника рассказывай. Раньше ты о нём молчал.

По пути в морг карета остановилась на каком-то перекрёстке, где к нам присоединился ещё один попутчик. Им оказался сотрудник Артурианской Службы — высокий и седовласый мужчина в чёрном пальто, на лице которого было столько шрамов, что было очевидно — он служил в Ордене уже давно. Стоило ему сесть как я сразу его узнал — это он сопровождал тело очередной жертвы Потрошителя во время моего первого посещения Мастерской Ордена.

Коротко поздоровавшись с нами, он молча ехал всю дорогу до морга, внимательно слушая рассказ Энтони и даже не спрашивая кто это и откуда. Его как будто даже не удивило то, что перед ним вампир.

— Сэр Мейсон Борренгаф, — пояснил Олаф, когда мы приехали к моргу и вышли из кареты. — Один из самых опытных рыцарей. У него завидный список перебитых им тварей, с которым я надеюсь однажды сравниться.

— А здесь-то он зачем? — спросил я, глядя на то, как Джошуа с Мейсоном обсуждали что-то в стороне от остальных.

— Понятия не имею, но знаю, что он должен был вместе с Брайаном проверить ту квартиру. Ну про которую Камилла рассказывала.

Мы ждали снаружи у морга, пока Энтони отправился вперёд с Ребеккой, что проверить обстановку. Я искренне переживал за девушку, хотя и было очевидно, что ей эти переживания совершенно неинтересны. Похоже Ребекка была готова исполнять свой долг, но имела не слишком высокое мнение обо мне. Похоже будет трудно произвести на неё впечатление…

— Кстати о Брайане, — заметил Олаф. — Не знаю заметил ты или нет, но он тобой не очень доволен.

— Пробуй тут не заметить.

Брайану я тоже не нравился и это было очевидно. Что ж кого ни возьми, так у всех претензии какие-то?

— Со мной всё просто, — продолжал Олаф. — Я тоже не доволен тем, как ты бежал с того склада, но как начальство скажет, так и будет. Если Джошуа считает, что ты заслуживаешь второго шанса, значит заслуживаешь. К тому же парень ты не плохой, я ведь это вижу.

— Спасибо, рад это слышать.

— Но вот Брайан — это другое дело. Мы с ним давно знакомы, и я вижу, что вся эта история запала ему глубоко в душу. В конце концов его можно понять, у него ведь были чувства к Белинде… Так что боюсь одного приказа ему будет недостаточно, чтобы примириться с тобой. А до этого момента он и дальше будет язвить и прожигать в тебе дырки горящими глазами.

— И что ты мне предлагаешь? — спросил я, понимая, что рано или поздно это станет проблемой. — Поговорить с ним по душам? Выпить?

— Рад что ты всё понимаешь! — неожиданно улыбнулся Олаф и хлопнул меня по плечу. — Для начала именно это и нужно сделать. Иначе поверь мне, аукнется эта ваша обида нам всем в самый не подходящий момент.

— Почему вдруг «ваша обида»? — не понял я. — Это он нос кривит так, словно я ему лично что-то должен!

— Ну так ведь ты и повод дал и вообще! Давай исправляй ситуацию, это я тебе как товарищ говорю.

То, что с Брайаном нужно было как-то примириться это я, конечно, понимал. Вот только как это сделать не имел ни малейшего представления. Вскоре Энтони с Ребеккой вернулись подтвердив, что помощник, о котором рассказывал вампир сегодня на дежурстве. Не желая терять времени, мы все немедленно отправились в морг.

— Мы встречались с ним несколько раз, — рассказывал Энтони, ведя нас через холодные коридоры. — К себе я не мог его привести, мой дом под наблюдением как друзей, так и врагов.

— Сочувствуем, — без какой-либо искренности сказала Ребекка.

— Ну а здесь всё просто, — вампир проигнорировал её слова. — Я и раньше часто заглядывал сюда. Ну ради крови и свежего мяса. Почти свежего.

Меня от подобных откровений передёрнуло, и я с трудом сдержался, чтобы ничего не сказать. В этот момент я даже засомневался, стоит ли помогать этому вампиру бежать. Сам же морг производил исключительно угнетающее впечатление. Тёмные подвалы, редкие лампочки со светом, целая коллекция неприятных запахов. Работники морга включая лаборантов расступались при виде нас, и никто не рисковал нас остановить. И это было понятно — попробуй останови шестерых вооружённых.

— Время от времени я угощался сам или баловал своих тварей. Так что мои визиты сюда ни у кого не вызывали подозрений, — продолжал Энтони. — Уверен, что Потрошитель это прекрасно понимал.

— Что там с его помощником? — спрашивал Джошуа. — Я так и не услышал ничего о его мотивации.

— Да я и сам не знаю, зачем ему всё это, — вампир остановился, оглядываясь в поисках нужного коридора. — Мне всегда казалось, что именно он лечит Потрошителю раны, но чего они оба добиваются своими нападениями? Почему этот врач-недоучка ему помогает? Понятия не имею.

— Ты серьёзно? — тут уже я не выдержал. — Ты знаком с этим безумным убийцей и его помощником, и ты ни разу не спросил зачем ему всё это надо?

— Эй! Я передавал ему редкие и ценнейшие сведения, помогал информацией, которую очень трудно достать. Мы с ним не друзья по одному клубу, чтобы я расспрашивал его о причине сделанных поступков.

— Так что же потом разочаровался? Почему стал нам помогать?

— А я не вам помогаю, а господину Джошуа, — горделиво заметил Энтони.

— Ты суть понял, засранец, — прежде чем я что-либо сказал заявил Олаф. — Мне вот тоже интересно ответ услышать, с позволения сэра Джошуа.

— Я уже говорил, что после первых убийств вампирские кланы пытались завербовать и использовать Потрошителя, — напомнил Энтони после того, как Джошуа кивнул. — Ну вот и я пытался, а потом увидел, что бесполезное это дело. Это он нас завербовал, неудавшихся интриганов, которые стали его заложниками. Прекрати мы помогать, и он убил бы нас. К тому же он же совершенно безумен. Столько убийств, столько погромов и ради чего?

— Ну так спросил бы прямо, — проворчала Ребекка.

— Да зачем? Мне кажется в этом нет никакой логики. Просто ему нравится убивать, это видно. Он не успокоится пока не зальёт весь Лондон кровью, и я больше не хочу в этом участвовать. Поэтому я стал помогать вам рассчитывая, что вы остановите эту тварь.

— Остановим, не беспокойся, — заверил его Олаф. — Голову оторвём!

— Да я не за это беспокоюсь! Ты гарантировать можешь что меня из города вывезешь? Или вы меня на ближайшем кладбище закопаете?

— Последнее мне нравится, — прокомментировал Борренгаф отчего лицо Энтони мгновенно изменилось.

— Сэр Мейсон лично вывезет тебя из Лондона в закрытой карете, — ответил Джошуа. — Там он передаст тебя нашим людям, которые доставят тебя к Ла-Маншу и кораблю во Францию. А дальше ты уже сам.

— И вы всё это уже устроили? Даже не зная соглашусь ли я?

— Энтони, я удивлён что, когда мы пришли ты ещё не паковал чемоданы, — со всей серьёзностью сказал ему рыцарь. — Твои ночи в этом городе сочтены. А теперь отдай мне помощника Потрошителя, и мы сможем им заняться.

— Со всем пристрастием, — неприятно улыбнулся сэр Мейсон.

Вампир поёжился и продолжил дорогу пока очередной коридор не привёл нас в тупик с узкой белой дверью без каких-либо опознавательных знаков. Если бы мы были без него, то я бы точно не обратил на неё никакого внимания. Неожиданно Энтони указал на меня.

— Ты идёшь со мной. Кенни за этой дверью и не стоит заваливаться к нему всей толпой, он парень пугливый. Ну а я уже выведу его к вам.

— У вас три минуты, — заявил Джошуа и достал карманные часы. — Ребекка, ты, разумеется, прикрываешь и это не обсуждается.

Вампир скривился, но промолчал и открыл дверь, за которой обнаружился довольно тесный кабинет, почти полностью перекрытый письменным столом. Над столом склонился грузный мужчина с усталым видом что-то писавший в тетради.

— Мне к Кенни, — без какого-либо приветствия сказал Энтони. — Он здесь?

— А где ему ещё быть? — мужчина зевнул. — Там у себя работает.

Из кабинета ещё одна дверь вела в помещение с низким потолком и узкими зарешёченными окнами, в котором были шкафы со склянками и хирургическими инструментами, старый умывальник и пара столов. На одном из них лежал труп, а над ним склонился худощавый мужчина в грязном переднике. Мужчина был настолько худым и бледным что казался больным и напоминал собой несчастного узника, а не работника морга. Глядя на него, я удивлялся как он вообще на ногах стоит, однако стоило ему поднять на нас глаза как в них промелькнуло что-то не доброе. Нечто такое от чего я с опаской посмотрел на скальпель в его руке.

— Энтони, — произнёс он, одновременно облизывая свои губы. — А я тебя ждал. У нас неприятности.

— У нас? Может у вас?

— Не придирайся к словам. Кто с тобой?

— Моя новая охрана, — нахмурился вампир. — У меня тоже есть разговор.

— Подождёт. Какие-то отморозки завалились в квартиру на улице Холборн. Ту самую.

В отличие от меня Ребекка сумела сохранить невозмутимое лицо, но по её глазам я понял, что она удивлена не меньше меня.

— Это не мои проблемы, — сразу сказал Энтони. — Давай выйдем, нам поговорить надо.

— Поговорить здесь можем, — Кенни продолжал орудовать своим скальпелем. — Ты уже забыл, как помогал нам с этой квартирой? Забыл, что там случилось? Это наши проблемы, Энтони.

— А что там случилось? — прямо спросил я, глядя на вампира. — Нам было бы интересно об этом послушать.

— Чё ты сказал? — Кенни посмотрел на меня и с отвратительным видом облизнул губы. — Чё тебе интересно? Тебя вообще кто спрашивал?

— А мне твоё разрешение не нужно, — подобная наглость от настолько тощего существа меня прямо поразила. — Хочешь что-то возразить?

— Кенни, — Энтони буквально вцепился в стол. — Нам нужно поговорить. Срочное дело, слышишь? Давай выйдем и обсудим всё с моими друзьями.

— Ладно, — произнёс мужчина, после того как они недолго сверлили друг друга взглядами. — Мне только нужно сумку забрать из чулана. Помоги мне.

Энтони кивнул нам, и они оба прошли в какое-то тесное и тёмное помещение, в котором ещё долго гремели чем-то тяжёлым. Мне быстро надоело их ждать чему только поспособствовал неприятный запах трупа.

— Зачем он про друзей-то сказал, кретин? — вздохнул я и тут же замер увидев, как изменилась в лице Ребекка.

— Твою мать! — воскликнула девушка и бросилась к чулану.

Дверь, разумеется, что-то подпирало с той стороны. С трудом нам удалось приоткрыть её и пролезть внутрь, раскидывая валившиеся со всех стороны вещи и сумки. Позади уже доносились крики грузного мужчины и ругань Олафа. В дальней части чулана мы с ужасом обнаружили не пойми зачем здесь сделанное окно с отодвинутой в сторону решёткой.

— Давно уже подпилили! — заметила Ребекка, вылезая наружу. — У них заранее всё было готово!

Мы быстро оказались на заднем дворе, где хранили какие-то инструменты, мётлы и дрова. У дальней стены стоял сломанный экипаж, на который в спешке забирались Энтони с Кенни.

— Эй! Стоять! — крикнул я.

Вампир не оборачиваясь перепрыгнул через стену, в то время как помощник Потрошителя вскинул пистолет и выстрелил. Несколько пуль легли рядом, Ребекка ушла в сторону, а я ринулся вперёд. Отпускать эту отвратительную личность я не собирался, поэтому не остановился даже после новых выстрелов! Одна из пуль вошла в плечо, другая в бедро, тут же сработала Петля и переместила меня ещё ближе. Испугавшись от такого Кенни бросился перелезать через стену и буквально рухнул с другой стороны. Я начал забираться следом за ними на сломанный экипаж. Рядом появилась Ребекка, в окне позади возник разъярённый Олаф. Не дожидаясь нашего викинга, мы с девушкой перепрыгнули через стену и оказались на тесной улице, заставленной ящиками и старыми телегами.

Впереди убегал помощник Потрошителя, который не целясь, выпустил в нас последние пули. Ребекка ринулась вперёд легко меня опередив и уже почти нагнала мерзавца, когда совершенно неожиданно рядом с нами раздался взрыв. Рванула одна из телег, ударной волной отбросило Ребекку и сбило с ног Кенни. Я даже не понял зацепило меня или нет, но обнаружил себя лежащим в грязи и дыму. Улицу медленно охватывал огонь.

Оглядевшись по сторонам, я заметил Кенни, который неумело перезаряжал пистолет. Немедленно бросившись к нему, я выбил из его рук оружие и с силой прописал ему в висок. Мужчина рухнул на спину, откуда-то выхватил нож, но я тут же наступил ему на кисть.

— Сука! — заревел Кенни. — Ты что творишь?

— Ножик брось, а то порежешься, — заявил я, сильнее давя ногой. — Придётся тебе пройти с нами!

— Эй, засранец! — раздался вдруг окрик.

Я только поднял голову. И в ту же секунду получил выстрел из двустволки прямо в грудь отбросивший меня на спину. Удар был такой силы, что выбил весь воздух из лёгких, а когда я попытался вдохнуть то почувствовал, что захлёбываюсь. Захлёбываюсь собственной кровью. Что-то было не так. Меня трясло, весь мир дрожал и рябил словно помехи на экране. Вокруг меня разливалась лужа крови и хоть я не мог этого видеть, но зато чувствовал, как жизнь ускользает из меня. Где-то рядом закричала Ребекка.

— Зря ты полез не в своё дело, парень, — надо мной возник Энтони, вытряхивающий гильзы из оружия. — Но иногда одной ошибки достаточно, чтобы получить по полной.

Хотел бы я что-то ему ответить, но горло заполонило кровью и ни одного слова мне вымолвить не удалость. Мир погрузился во тьму, и я отчётливо услышал удар колокола.

Глава 20

Глава 20.

— Давай, парень, просыпайся, — Джошуа похлопал меня по лицу. — Команды умирать ещё не было. Поднимайся.

Стоило мне открыть глаза как в них ударил яркий свет, все тона вокруг были какие-то кричащие и только спустя какое-то время я начал воспринимать мир в привычных оттенках. Звуки тоже вернулись не сразу и поначалу казалось будто они доносятся сквозь толщу воды. Когда же ко мне вернулась способность воспринимать мир в привычной форме то прямо перед собой я различил лицо Джошуа. И оно было как всегда недовольное.

— Ну вот, я же говорю с ним всё в порядке, — заявил рыцарь, обращаясь явно не ко мне. — А ты истерику здесь устроила.

Я обнаружил себя сидящим на лавке напротив уже знакомого морга, окружённый товарищами. Кроме недовольного Джошуа я увидел заметно выдохнувшую Ребекку и широко улыбающегося Олафа.

— Правильно командир говорил, — поддержал викинг. — Выкарабкается, никуда не денется! Не стоит беспокоится!

— Я рад, что вы искренне обо мне переживаете, — слова давались с трудом, но постепенно речь возвращалась ко мне так же, как и слух. — Признаюсь я совсем не против поспать и выпить. В любом порядке.

— Подожди с этим, ещё не время, — вздохнул Джошуа и помог мне встать.

— Я слышал колокол, — воспоминание накатило на меня как волна, от которой стало невероятно холодно. — Я действительно его слышал!

— Раз слышал, значит слышал, — без тени сомнения произнёс рыцарь. — И сколько раз?

— Один. Точно только один!

— Один — это хорошо, это ещё не страшно. У тебя сильная Петля, — Джошуа похлопал меня по плечу. — Серьёзное ранение в грудь. Для большинства новичков на твоём месте подобное было бы смертельным, но ты выкарабкался. Хорошо, что сердце не задело. Я рад этому.

— А как я рад! — тут же поддержал Олаф. — Мы только-только нормально выпили, поговорили, можно сказать взяли правильный курс! А ещё столько всего впереди! Ещё столько всего можно выпить, поговорить и обсудить!

— Да ну вас! — воскликнула Ребекка. — Вам бы только одно! А если бы он сейчас не вернулся? А если бы он сейчас умер? Вот что тогда?

Беспокойство Ребекки было мне приятным, однако в целом ситуация складывалась не самая лучшая. Даже откровенно паршивая.

— Кенни ушёл, — заметил я очевидное.

— Энтони тоже, — кивнул Джошуа. — Поганец нас предал, сделал неверный выбор. Ничего, обоих ещё найдём. Главное ни ты, ни другие не пострадали.

Я не знал действительно ли он так думал или хорошо скрывал своё разочарование, но зато совершенно точно чувствовал растущее внутри меня раздражение. И Энтони, и Кенни упустил я и это был совсем не тот результат, который я собирался демонстрировать, когда решил вернуться в Артурианскую Службу.

— Я хочу попросить прощения, — словно читая мои мысли заговорила Ребекка. — Их бегство — это моя ошибка и такого больше не повторится.

— Не спеши брать на себя, — вздохнул я. — Тут скорее мой провал.

Единственная полезная деталь, которой нам удалось добиться стала квартира на улице Холборн, которую упоминул Кенни и с которой чем-то помогал Энтони. Лично у меня не было никаких сомнений, что речь шла о той же самой квартире, за которой следили Льюис Блэк и Везунчик Генри. Вот только что же там могло произойти?

— Ничего хорошего, — завил Джошуа, когда я поделился с ним тем, что услышал. — Сэр Мейсон как раз был там вместе с Брайаном и остался под сильным впечатлением от увиденного.

— А рассказать не хотите? — недовольным голосом уточнила Ребекка.

— Зачем? Лучше показать. Сэр Мейсон останется здесь и вместе с агентами, которые скоро прибудут, осмотрит это место, вдруг найдётся что-то полезное. Ну а нас с вами ждёт Брайан.

После этого мы сели в карету и проехали немалую часть Лондона, прежде чем добрались до нужного места. На улице было всё также сумеречно и пасмурно, солнце пряталось за тучами, а потому Ребекка могла без проблем путешествовать с нами. Девушка вдруг загрузилась от всего происходящего не меньше меня. В какой-то момент мне показалось, что она хочет что-то сказать, чем-то поделиться, но потом словно передумала и больше на меня даже не смотрела. Я же, не переставая думал о том, во что мог ввязаться Льюис Блэк и как так вышло, что ему было известно о квартире, напрямую связанной с помощником Потрошителя, о которой он не сообщил Джошуа и другим членам Артурианской Службы?

— Если работники морга знают, что-то полезное сэр Мейсон из них это вытрясет, — заявил Олаф во время дороги. — Так что ничего не потеряно.

— В каком смысле? — не понял я.

— Борренгаф известен в наших кругах как мастер различных допросов, — многозначительно произнёс Джошуа. — Но ты прав. У этого Кенни должны быть коллеги, кто-то должен знать где он живёт или будет скрываться.

Улица Холборн состояла из не слишком привлекательных доходных домов, каждый из которых был полон сдаваемых в аренду квартир, комнат и даже отдельных кроватей в зависимости от уровня дохода клиентов. Соответственно контингент здесь был разношёрстный, но не богатый, который стремился ни во что не лезть и ни с кем не связываться.

— А откуда ты знаешь о Саммервайте? — спросил Джошуа, когда мы уже подъезжали. — Ты упоминал о нём в особняке после нападения.

— Ах да, — я тут же вспомнил как спрашивал о нём Камиллу. — Альфред рассказывал. Мы выяснили, что Льюис искал встречи с этим типом.

— Ещё одна глупость от Льюиса? Он удивляет меня даже после смерти.

— А что этот Саммервайт был настолько опасен? — уточнил я. — Альфред рассказал, что он был королевским лекарем и о тех слухах, которые ходили о его методах лечения.

— Те ещё методы! — Олаф перекрестился. — Мерзкий, крайне мерзкий и отвратительный тип! Ничего христианского и достойного!

— Саммервайт был одним из немногих людей, кто был хуже чудовищ, окружавших старого короля, — вздохнул Джошуа. — Я знаю это, потому что когда-то давно Артурианская Служба сотрудничала с ним из-за его знаний. Но это было до того, как он стал убийцей, не менее опасным и подлым чем вурдалаки, поджидающие детей в подворотнях.

— Альфред рассказывал слухи. Говорят, что он убивал проституток по приказу самой королевы.

— А ещё горничных в Букингемском дворце и это уже не слухи.

Завидев нашу карету несколько человек разбежались, а квартиранты запирали двери, отказываясь отвечать на какие-либо вопросы. К счастью, нам никого допрашивать не требовалось, а всю нужную информацию Брайан с Борренгафом и другими агентами уже собрали. Так что в нашем распоряжении имелась пусть и не полная, но всё же картина происходящего. Правда вопросов как обычно было больше, чем ответов.

Владелец дома, в котором находилась нужная нам квартира уже был здесь и активно сотрудничал. Оставалось только догадываться было ли это связанно с репутацией, которую Артурианская Служба имела в Лондоне или с уже упомянутыми способностями сэра Мейсона к допросам?

— Ну в общем мы сами уже всё осмотрели, — докладывал Брайан, когда мы прибыли на место. — Наши люди взяли ситуацию под контроль, полицию пока вызвать не торопимся. Не хватало чтобы они здесь всё затоптали.

— Это верно, — кивнул Джошуа, который снова был мрачнее тучи.

— Так понимаю вы уже обо всём знаете? Сэр Мейсон вам всё рассказал?

— В общих чертах, теперь мне нужны подробности.

Подробности были нужны и мне, да и Олаф с Ребеккой не скрывали своего интереса. Уже было очевидно, что здесь мы напали на серьёзный след.

— Ну тогда расклад такой, — сообщил Брайан. — Квартира 18 сдаётся в аренду, в этом доме она одна из самых дорогих, а потому полностью изолирована от остальных. В смысле своя кухня, уборная, дверь не плохая, но мы, разумеется, быстро её вскрыли. Арендодатель, вон он, кстати, сидит, уже давно не видел своих жильцов. Квартиру сдал какой-то компании, кто такие толком не знает. Представились мол из некой торговой фирмы. В общем название не помнит, проверять не проверял.

— И что он жильцов потерял и сидел спокойно без нервов? Не верю.

— Так они ему заплатили за несколько месяцев вперёд вот хозяин квартиры и не стал поднимать паники. Сами люди ему говорит понравились тихие, не пьющие, а самое главное с ценой не спорили. Сколько запросил столько заплатили.

— Подозрительные типы, — недовольно прокомментировал Олаф. — Не пьющим не стоит доверять.

— Ну да, зато грязные пьяницы заслуживают абсолютного доверия, — закатила глаза Ребекка.

— Эй!

— Ну так что с самим жильцами? — Джошуа не стал обращать внимания на их препирания. — Найти их уже удалось, как понял? Установили кто они?

— Найти-то нашли, это верно. А вот со вторым пока сложнее.

— Давай показывай. Хочу сам всё увидеть.

Мы наконец-то прошли в ту самую квартиру, на двери которой была нарисована цифра «18». Квартира сразу показалась мне тесной, хотя и на удивление светлой, но встретила отвратительным тошнотворным запахом, от которого меня чуть не вырвало. Понимание, конечно, пришло быстро — в квартире лежали трупы. И, судя по всему, лежали давно.

— Вот это дрянь! — воскликнул Олаф, прикрывая лицо рукавом. — Я, конечно, ожидал чего-то поганого, но не настолько же!

Три тела не просто лежали, а были буквально изрублены на множество кусков так что я даже сначала не понял сколько их здесь. Собственно, у меня не хватило сил их сосчитать и ответ я узнал от своих товарищей.

— Соседей уже опросили? — уточнил Джошуа.

— Конечно, но толку сразу скажу никакого. Рассказать о жертвах никто ничего толком не может — приехали недавно, слишком неразговорчивые, выглядели мрачно. В гости не ходили, к себе не приглашали. Добавил бы что их здесь особо не жаловали, но здесь все друг друга на дух не переносят.

— Да картина та ещё, — вздохнул рыцарь, оглядываясь по сторонам. — Признаться после таких зверств у меня только один подозреваемый. Или у кого-то есть ещё варианты?

— Какие же тут варианты, — пробурчал Олаф. — Это работа Потрошителя, все признаки на лицо.

Признаться я всё-таки не выдержал и бросился в одну из комнат к ближайшему окну. Распахнув его настежь, я тут же опустошил свой желудок на улицу, чем вызвал множество криков и ругани снизу. Присев возле окна я огляделся и тут с удивлением замер. Все стены комнаты, в которой я оказался были увешаны вырезками из газет, какими-то листовками и разными записями. Все они были посвящены только одной теме, а точнее одной личности — Потрошителю.

— Ну а это место я как раз хотел показать, — сообщил Брайан, заходя следом. — Но наш товарищ уже самостоятельно с этим справился.

— Ценности от этого комната не теряет, — заявил Джошуа. — Да… Чем дальше, тем только хуже.

— Вы только посмотрите! — воскликнул я, поднимаясь на ноги. — Здесь же всё посвящено этой сволочи! Его нападения, любые появления! Здесь же всё, что о нём писали!

— И не только, — Олаф указал на одну из стен с длинным списком имён. — Это же жертвы, вот эту пару имён я даже знал, а вот полицейские.

— Здесь следили за Потрошителем! — догадался я. — Вели учёт всех его преступлений и убийств. Может быть это были журналисты?

— Следили, — повторил Джошуа. — Или словно планировали.

— Вы так считаете? — уточнил Брайан. — Об этом я не подумал.

— Так или иначе эта квартира и те, кто здесь жил связанны с Потрошителем, — заключил рыцарь. — И это ему однозначно не нравилось, раз он явился лично и всех перебил. Себастьян, что там говорили наши беглецы про эту квартиру?

— Они не называли её номер, только саму улицу Холборн, — ответил я, не представляя себе, как кто-то мог бы планировать убийства, совершаемые Потрошителем. — И ничего конкретного. Только то, что Энтони чем-то помог с этой квартирой.

— Какие ещё беглецы? — не понял Брайан. — Вы о чём?

— Подожди, — Джошуа принял максимально задумчивый вид. — Значит, что мы имеем? Кто-то в Лондоне собирает информацию о Потрошителе и его убийствах в размере почти таком же, как мы или Скотланд-Ярд. Потрошитель с его помощником узнают об этом и убивают всех причастных, почему? Потому что они представляют для них угрозу?

— Видимо не представляют раз не смогли себя защитить, — хмыкнул Олаф. — С другой стороны откуда нам знать, что нет выживших?

— Об этом нам мог бы рассказать Энтони или этот сраный Кенни и обязательно расскажут, как только мы их найдём.

— Что за Кенни? — не унимался Брайан.

— Не забывайте про Льюиса и его слежку, — заметила Ребекка.

— Как же, забудешь о таком! Наш Льюис прознал про этот адрес и ни словом, ни пол словом о нём не обмолвился! Всегда ругал его за излишнюю самодеятельность, но здесь он действительно просчитался.

— Слушайте, так ведь за квартирой следили оборотни, — идея быстро созрела в моей голове. — Подручные этого Генри? Наверняка они в курсе о том, что здесь произошло! Возможно, они были свидетелями нападения Потрошителя? Мы должны встретиться с ними.

Сразу несколько удивлённых лиц уставились на меня, что нисколько не гарантировало поддержку моего предложения.

— Они же вроде в особняк ворвались и уже дважды? — припомнил Олаф. — Как с ними вообще после этого договариваться?

— С оборотнями? — поразился Брайан. — Ты совсем уже рехнулся?

— Слушайте у нас не так много вариантов! Нужно использовать любые возможности, а этот Генри может обладать реальной информацией.

— Качество, которой вызывает сомнение, — возразил Джошуа.

— Это лучше, чем ничего. В конце концов Генри может знать и о Кенни. Вдруг ему известно, где он теперь прячется? Что если оборотни следили для Льюиса и за другими местами? — накидывал я варианты. — Я считаю, что нельзя вот так отказываться не разобравшись.

— А я считаю мы не должны иметь дел с бандой, — решительно заявил Джошуа. — Это преступники, маргиналы, у которых нет чести и достоинства. С ними невозможно договориться. Поэтому не стоит искать с ними союза.

Мне было что возразить, но взгляд рыцаря однозначно дал понять, что он ничего больше не хочет слышать. Поэтому я промолчал, когда он вышел из комнаты, чтобы отдать поручения присутствующим в квартире агентам. И тут же столкнулся взглядом с Брайаном.

— А я понял, — ухмыльнувшись сказал он. — Выходит ты опять облажался.

— Ты о чём? — мне сразу не понравились его слова.

— Ну как я вижу дело, на которое вы отправились результатов не принесло. Джошуа счастливым не выглядит и, судя по всему, вы кого-то там упустили. Или вернее ты упустил.

— Я что-то не понимаю. Ты что присутствовал рядом? В тебя стреляли? Тебе-то откуда знать кто и кого упустил?

— Так ведь это правда? Если нет, то просто так и скажи. Вот Олаф здесь он точно подтвердит, — в голосе Брайана не было и тени дружелюбия. — Ты ведь вечно всё просираешь. Сейчас ты упустил помощника Потрошителя, а до этого в борделе его самого.

— Успокойся, я ведь просто так слушать не стану, — предупредил я.

— Собственно, чего ещё от тебя ожидать? Ведь до этого ты знатно обосрался на складе от одного только вида Потрошителя.

— Эй, Брайан, хватит, — сказал Олаф, но было уже поздно.

— Слушай, а ведь когда мы тебя первый раз увидели ты же тоже драпал? Бежал от пары жалких упырей? Может ты и тогда обосрался? А то знаешь всё логично! Может ты и в своём мире обосрался, потому и сюда сбежал?

Ударил я быстро и сильно, не делая больше никаких предупреждений. Ударил прямо по скуле, от чего Брайан на мгновение пошатнулся и будто потерял равновесие. Скорее всего от неожиданности. Что примечательно его Петля не сработала, но через мгновение он сам накинулся на меня с кулаками.

— Хочешь что-то доказать?! — закричал он.

В какой-то момент Брайан выхватил кинжал и попытался ударить им, но я вовремя перехватил его руку. Тут же к нам подскочил Олаф, который принялся нас разнимать, а следом за ним в комнату вернулся Джошуа.

— Отставить! — заревел он на нас, стремительно багровея. — Немедленно разошлись по разным углам! Это приказ!

Нехотя мы подчинились и Олаф с Джошуа встали между нами. Рядом не скрывала своего беспокойства Ребекка. Я же видел, как трясло Брайана от злости и мысленно отметил, что первый удар получился хорошим.

— Вы охренели?! — Джошуа был в ярости. — Вы что себе позволяете? Вы забыли где находитесь? Забыли, чему служите? Какие клятвы приносили?!

Вообще-то лично я никаких клятв не приносил, но об этом решил умолчать. Меня куда больше беспокоило другое.

— Это он достал нож, — указал я. — Пусть держится от меня подальше.

— Да я тебя размажу, тварь! — Брайан и не пытался спрятать кинжал.

— Заткнулись оба! — потребовал рыцарь. — Ваше поведение унизительно для вас самих! Брайан, убери железяку. А ты! Будешь бросаться на своих? Думаешь я не видел, кто начал драку?

— Может я и ударил первым, но это только потому, что он сам нарвался.

— Будешь бросаться на своих? — повторил Джошуа. — Тебе монстров что ли мало? В моей команде такое не допускается! Возвращайся в особняк!

— Послушай, Джошуа, я лишь хочу сказать…

— Я сказал возвращайся в особняк и жди указаний! Это приказ!

Дальнейшие разговоры были бесполезны. Олаф, глядя на меня покачал головой, в то время как Брайан продолжал сверкать злыми глазами. Хотя кинжал убрал. Собравшиеся агенты только молча наблюдали за нами, а Джошуа больше не удостоил нас даже взглядом. Здесь я ничего и никому не мог объяснить, хотя по-хорошему не считал, что вообще должен это делать. Рассерженный и раздосадованный я покинул квартиру, не дожидаясь повторения приказа.

Погода оставалась всё такой же тоскливой и пасмурной, а потому не представляла угрозы для Ребекки. Это радовало, поскольку только покинув Холборн мы нашли экипаж с извозчиком, который согласился нас куда-либо отвезти. Всю дорогу девушка молчала, но зато пристально за мной наблюдала. Я же смотрел в окно, не желая о чём-либо разговаривать. Для меня Джошуа был не прав и уж тем более не прав был Брайан. Последнего я на самом деле ни в чём не винил и даже признавался самому себе, что на его месте я вёл бы себя также. Однако это не означало, что я готов стать грушей для битья. Что же касалось Джошуа, то я не понимал его упрямства. Везунчик Генри был хоть и неприятным, но очевидным вариантом получения интересующей нас информации. Да мне он тоже не нравился, но он и не должен никому нравиться! Нам всего лишь нужно выяснить всё что известному этому оборотню и больше можно с ним никогда не видеться! А Джошуа и остальные создавали препятствия на ровном месте.

— Возможно именно поэтому Льюис действовал в одиночку, — пробурчал я сам себе.

В особняке Руперт с Джессикой отчитались об успешно завершённой уборке, сумев вернуть дому приличный вид. Мадлен с Камиллой и Патрицией отсутствовали, отправившись к кому-то в гости чему я был только рад. Немного тишины без надоедливых воплей раздражительной бабушки казалось мне чем-то заманчивым. Порой я думал, что лучше сразиться с десятком упырей чем провести в одной комнате с госпожой Мадлен десять минут. Зато вместо прекрасных женщин семейства Блэков в особняке присутствовал юрист Найджел Торби, который набросился на меня словно ястреб. У него было множество срочных дел и бумаг, которые не терпели отлагательств и которыми он тут же принялся меня безжалостно грузить. Найджел не скрывал как счастлив, что я отложил бесполезные рыцарские безумства и обратил внимание на обязательства главы дома. При этом чем больше я его слушал, тем меньше мне хотелось этим главой дома оставаться. Ребекка не стала меня от него защищать, а потому я оказался совершенно беззащитен перед полчищем документов и не знающим понятия «перерыв» семейным юристом.

— Это бумаги о стоимости украшающих особняк картин, — рассказывал Торби с убийственно серьёзным видом. — Господин Льюис заказал её ещё до своей бесконечно печальной кончины, однако оценщики всё равно представили результат своей работы. Тем более, что она уже оплачена.

— А это приглашение на чай от госпожи Бульвинзор и предложение посетить её загородное поместье. Предупреждаю, у неё три незамужние дочери, приданное которых перевешивает их исключительно дурной вид.

— Вот это приглашение принять участие в охоте от господина Браубренна. Советую быть осторожными, у господина Браубренна дурная репутация, чрезмерная любовь к картам и мошенничеству и вообще большинство приличных людей обходят его стороной. А это письмо от госпожи Сакрофт из Бревенвилля. У неё тоже дурная репутация, но приличные люди с радостью её посещают, а опасность представляет лишь внезапное появление внебрачных детей.

— Именно те проблемы, которые мне сейчас нужны, — пробормотал я, обратив внимание, что письма приходили в основном от людей сомнительной репутацией или тех, кто откровенно хотел на мне заработать.

— Что поделать, господин Себастьян, — с печальным лицом вздохнул Найджел, когда я указал на своё наблюдение. — Высшее общество Лондона, скажем так, осторожно относится к новым лицам. Нужно время, чтобы люди более достойного уровня привыкли к вам и впустили в свой круг. Ну а это требование об уплате долгов. Сумма относительно небольшая, расписка предъявлена господином Питтерсом в обмен на проданные им пистолеты.

— И где сейчас эти пистолеты?

— Не могу знать. Господин Льюис забрал их с собой, когда в последний раз покинул особняк. Целых шесть штук.

— Хорошо, — вздохнул я, не представляя зачем сразу столько. — Просто заплати ему.

— Разумеется, но напоминаю, что в связи с арестом семейных счетов вы обладаете лишь ограниченной суммой наличности. Для уплаты данного счёта её хватит, но мы срочно должны обсудить финансовые вопросы. Я подготовил план изменения расходов и поэтапной выплаты долгов.

Признаться в этот момент мне захотелось встретиться с Потрошителем. Сразиться с ним не на жизнь, а насмерть лишь бы не погружаться в этот жуткий мир цифр, каких-то схем и вечно пляшущих процентов. Меня пронзила мысль — знал ли Джошуа, что в особняке меня поджидал Торби и не было ли всё это частью особенно изощрённого наказания?

Однако все эти аристократические дела не могли отвлечь меня от главного, а именно проблемы, связанной с Потрошителем. Кто он? Зачем убивал? Почему сказал мне, что я сражаюсь не за тех? Почему намекал на какую-то особенную причину, из-за которой его искали Джошуа и остальные? В конце концов, что он хочет устроить в Лондоне? И на что намекала Эльвина Криссенвульд, когда спрашивала кому выгодны убийства, совершаемые Потрошителем? Учитывая, что в основном он убивал чудовищ…

Все эти размышления натолкнули меня на одну мысль. Ребекка служила моим телохранителем, Альфред выступал консильери и фактически управлял кланом в моё почти постоянное отсутствие. Но ведь был и кое-кто ещё, кто выполнял задания и докладывал мастеру клана напрямую! При чём так, что эти доклады не мог толком прокомментировать даже консильери.

— Ребекка, — попросил я во время одного из внезапных перерывов, пока Найджел подносил очередную порцию бумаг. — Ты можешь привести ко мне Брауна? Погода такая же отвратительная и не за горами уже вечер.

— Браун на задании и понадобится время, чтобы связаться с ним.

— Ну меня отсюда пока никуда не отпускают так что я подожду.

— Мне придётся оставить тебя, — на лице Ребекки отразилось непонимание. — Я не могу оставить тебя одного и без защиты.

— Это очень важно, считай это моим поручением. Ну как мастера клана или оно как-то по-другому оформляется?

— Мне не нравится это поручение. Последние события показали, что у нас много рисков, а вдруг тебе в моё отсутствие будет угрожать опасность?

— Ну думаю, что сейчас мне точно ничего не угрожает, — вздохнул я с грустью посмотрев на решительно настроенного юриста. — Господин Торби скорее убьёт любого, чем позволит кому-то помешать мне поставить последнюю подпись на его документах.

При всём уважении к Джошуа или сэру Абрахаму я не собирался превращаться в канцелярскую крысу. Бумажной работы мне хватало и в моём родном мире, а здесь умереть среди бумаг я не планировал! Однако пришлось ждать до вечера, разобрать все бумаги Найджела к его невероятному счастью и даже успеть выпить чаю с ужином, прежде чем Руперт сообщил мне, что Ребекка вернулась. В это время Джессика наливала мне ещё одну кружку, что-то рассказывая о своих родителях, братьях и окрестностях Ноттингема, где она родилась и выросла.

— Твоё поручение исполнено, — доложила Ребекка, откровенно недовольным взглядом проводив удалившуюся Джессику. — Или же я пришла не вовремя? Может чему-то помешала?

— Напротив, я ждал вас гораздо раньше, но всё же рад видеть обоих.

— Надеюсь мастер клана простит мне, что в это верится с трудом, — в кабинет с недовольным видом зашёл Браун.

Казалось, что внешне он нисколько не изменился, а усталым и измученным выглядел ещё во время нашей первой встречи. Однако я заметил, что у него на подбородке появился новый шрам, который он скорее всего получил, выполняя своё задание.

— Скажу сразу, что меня оторвали от важного дела, которое я предпочёл бы не прерывать, — сказал он, присаживаясь в одно из кресел. — Однако я проявил уважение и своевременно явился на зов мастера клана.

— И тебе за это от него огромная благодарность, — заверил я. — Нужно срочно поговорить.

— Поговорить? — Браун с удивлением посмотрел на Ребекку, которая только пожала плечами.

— Ну да, чего ты такой напряжённый? Как будто не с мастером клана разговариваешь. Ребекка, ты тоже присаживайся. Я тут принимаю дела Льюиса и куда больше, чем оплата долгов и переписка с сомнительными личностями меня интересуют его поручения, которые он давал. Например, в отношении Весельчака Генри.

— Везунчика? — вампиры переглянулись. — Не понимаю о ком вы.

— Ещё как понимаешь, иначе зачем меня поправил? — улыбнулся я. — Альфред рассказал мне, что ты выполнял поручения от Льюиса напрямую, когда помогал ему собирать сведения о Потрошителе. И сдаётся мне, что кроме прочего ты следил за оборотнями этого Генри.

Стоит сказать, что думал Браун не долго и в буквальном смысле махнул рукой. К явному неудовольствию Ребекки.

— Ладно, чего смысл таить? — спросил он сам себя. — Я много чего выполнял для господина Льюиса и в том числе следил за бандой оборотней, которыми командует некто Везунчик Генри. У Льюиса были с ними какие-то дела, и он не был уверен, что они чисты на руку. Как будто в этом можно было сомневаться?

— А для тебя про них всё очевидно?

— Разумеется, а для вас нет? Во-первых, это преступники. Криминал, отморозки. Чего ещё от них можно ждать? А, во-вторых, речь идёт об оборотнях. А у них же мозги набекрень, даже самые умные голову теряют, как только кровь учуют. Принимают свою отвратительную форму и дальше только разрушать и способны.

— Тебя послушать так они вообще психи, — заметил я. — Да и Ребекка, как понимаю, о них не лучшего мнения.

— Они жестоки, они беспощадны, и они понимают только силу, — мрачно сказала девушка. — Какого ещё я должна быть о них мнения?

— Возможно мастер клана не в курсе, — вздохнул Браун. — Но оборотни в отличие от большинства остальных, кого люди называют монстрами, отличаются особенно яркими приступами безумия и кровожадности, а также совершенно не организованы. Иначе почему у них нет даже нормальной иерархии, структуры, системы кланов? Только одни вшивые стаи да мелкие вонючие банды.

— М-да знаю я того, которому понравились бы ваши речи, — вздохнул я, вспоминая Джейкоба Найта. — У него тоже к оборотням крепкая любовь.

— Так может не спроста? — многозначительно посмотрела на меня Ребекка. — С оборотнями невозможно договориться. Ты можешь думать будто найдёшь к ним подход, а в действительности они обведут тебя вокруг собственных клыков и затем сожрут. Или просто перегрызут горло, даже не выслушав. Так что твой рыцарь ещё может оказаться прав и не стоит делать то, что ты явно задумал.

— А могу я спросить, что именно вы задумали? — уточнил Браун, у которого не получилось изобразить полное безразличие.

— Видите ли, дорогие друзья, так сложилось что этот Генри может обладать исключительно полезной информацией, — прямо сказал я. — И это информация может пролить свет как на самого Потрошителя, так и на обстоятельства смерти Льюиса Блэка. А это значит, что вне зависимости от уровня опасности или размера клыков я отправляюсь на Бирнет-Стрит. И буду рад, если вы оба составите мне компанию.

Глава 21

Глава 21.

— Со всей уверенностью заявляю, что мне это всё не нравится, — мрачно сообщила Ребекка.

— Так тебе это и не должно нравится, — ответил Браун, на лице которого появилось нечто вроде улыбки. — Это же поручение самого мастера клана.

— Зато ты я смотрю доволен?

— Ну а почему нет? Движение, опасность, увлекательная поездка к оборотням. Чем же это должно меня расстраивать?

— Иди ты со своими шутками!

— Какие здесь шутки? — Браун пожал плечами. — Льюис знал, что подобные приключения меня нисколько не расстраивают. Вот поэтому и поручал мне всякое.

Вообще-то было кое-что приятное в том, чтобы называться мастером клана. Выдаёшь поручение, и оно исполняется, да ещё и в точности, и в срок. И даже почти беспрекословно! Вот и сейчас мы ехали в открытом экипаже по Лондонским улицам, потому что я так сказал. И ехали прямо на Бирнет-Стрит на встречу с одной из самых суровых городских банд, чтобы попытаться как-то договориться. Может Джошуа и не хотел иметь дела с Генри и оборотнями, но ему вовсе не обязательно в этом участвовать. Я мог сделать это вместо него как частное лицо и с множеством личных интересов. И заодно спросить за уже два нападения на особняк Блэков и ни в коем случае не допустить третьего.

К тому же я уже давно хотел узнать о том, как Браун работал на предыдущего мастера клана и чего он сумел добиться.

— Так что же именно ты для Льюиса делал? — спросил я, внимательно посмотрев на вампира.

— Разное, собственно, то, что поручал, — уклончиво ответил Браун. — Но ведь Альфред уже сказал тебе, что я искал информацию о Потрошителе?

— Сказал и я хотел бы об этом послушать. А ещё о том, как ты следил для него за Генри и его бандой.

— Везунчик, значит. Ну я ведь уже признал, что действительно следил за ним? По этой причине и Бирнет-Стрит знаю куда лучше, чем хотелось бы. Скажу сразу, что Генри хорошо контролирует свои владения. Он хоть и злобен как все оборотни, но гораздо более хитёр, чем большинство из их племени.

— А кто вообще этот Генри? — спросил я, вспоминаю свою первую встречу с ним возле банка. — Что за банда, под кем ходят?

— Кто такой не скажу, он неожиданно появился на улицах. Я пытался хоть что-то накопать о его происхождении, но к собственному удивлению ничего не нашёл. Просто однажды возник мужик не из Лондона, который подмял под себя целую улицу и никого на неё не пускает.

— При этом активно лезет в чужие дела и жадный до денег, — прокомментировала Ребекка, а когда я посмотрел на неё с удивлением ответила. — Я тоже знаю, что в этом городе творится.

— Что касается банды на первый взгляд всё довольно обычно, — продолжил Браун. — Ставки, алкоголь, сигары, активная контрабанда. На ипподроме вот цыган подвинули. Но кое-что меня всегда удивляло.

— Что именно?

— Они слишком независимы, даже вызывающе. Понимаешь, над ними никого нет, а ведут себя словно у них целая армия. Генри, конечно, не дурак, он способен к компромиссам, умеет договариваться. Но только с теми, кого он уважает. А так любые вопросы через силу, через драку, любая проблема решается кровью. Ну от вонючих оборотней другого и не следует ожидать.

— И кого же он уважает? — уточнил я.

— Очень узкий круг, в который никто из нас не входит, — мрачно прокомментировал Браун.

Чем больше мне рассказывали про этого Везунчика Генри, тем громче во мне говорил голос, утверждавший что всё это плохая идея. Что Джошуа прав и лучше повернуть домой. Но я не собирался отступать! Все эти поиски Потрошителя, полицейские расследования и поиск свидетелей не были моей сильной стороной. К тому же я хотел искупить тот факт, что упустил Энтони и Кенни. Как бы Брайан ко мне не относился здесь он был прав — это был мой просчёт. Хотя даже без этого я хотел знать то, что известно этому оборотню про Льюиса и его поиски Потрошителя. В конце концов, что же такого нашёл мой названный отец если за это расстался с жизнью?

Дорога до Бирнет-Стрит заняла весь оставшийся вечер и до цели мы добрались только в ночи. К этому времени уже закрылись торговые лавки, немногочисленные в этой части города конторы, а большинство горожан укрылись по своим домам. Запертые двери и ставни, тусклый свет из окон — всё это дополняло картину мрачноватых домов для рабочих, обслуживающих ближайшую мануфактуру. Её гигант чёрными трубами виднелся вдали и производил исключительно угнетающее воздействие.

— Не обманывайтесь, — предупредил Браун, когда остановил лошадей неподалёку от кирпичных домов. — Здесь не так тихо, как может показаться на первый взгляд.

— В каком смысле? — не понял я.

— У Генри кругом полно соглядатаев и речь не только о членах его банды. Случайные девки, какой-нибудь старик, даже дети. Все они могут быть наблюдателями, которые быстро доложат о появлении чужаков вроде нас.

— Но ты же как-то проникал, не привлекая внимания!

— Да и даже не раз, но для этого нужна хитрость и специальное снаряжение. Кстати, о нём!

К моему удивлению с этими словами он достал из экипажа пару бутылок мутной самогонки и вручил одну из них нам с Ребеккой. А из второй принялся поливать свою одежду.

— Это ещё зачем? — удивился я.

— У оборотней сильный нюх, — напомнил Браун. — Нужно быть великим мастером теней, чтобы остаться для них незамеченным и ещё сложнее скрыть от них то, что ты вампир. Поэтому проще выдать себя за пьяницу, чем пытаться спрятаться. В такое они поверят.

Идея мне не понравилась, но спорить я не стал. В конце концов Браун уже имел опыт проникновения в подобные места и то, что он до сих пор оставался жив говорило об их успешности. Или «жив» это не совсем подходящее слово в отношении вампира?

Нужное нам заведение располагалось в самом конце улицы и было старым кирпичным зданием из трёх этажей, над дверями которого висела табличка с надписью «Весёлая сука». В то время как вокруг работяги возвращались в свои дома в заведении из всех окон бил свет, доносились музыка и смех. Одного взгляда на это место мне хватило, чтобы тут же проверить спрятанное оружие, но даже сейчас я не собирался отступать. Несколько пьяниц о чём-то спорили у самых дверей, их разговор быстро сменился дракой, и мы посторонились проходя мимо. Внутри же обстановка была ещё менее располагающей.

«Весёлая сука» по всем нормам было заведение не для богатых и предназначалось для того, чтобы простой рабочий уставший и от станка, и от домочадцев мог опрокинуть здесь пинту холодного пива и заесть её чем-то не слишком разнообразным. К слову, смахнуть остатки тяжёлой смены здесь позволяло не только пиво, а ещё карты, кости и прочие азартные прелести, организованные абы как и абы где. Повсюду шумели, кричали и требовали ещё выпивки. Повсюду славили короля и ругали бригадиров.

— Царь хороший, бояре плохие, — вспомнил я старую пословицу, глядя вокруг себя.

— Закажите что-нибудь выпить, — тут же посоветовал Браун. — Тот, от кого несёт выпивкой и при этом ничего не пьёт вызывает одни подозрения.

— Если что мы сюда пришли разговаривать, а не напиваться.

— Да помню я, нужно сначала осмотреться. Похоже, что Генри усилил охрану, а он и до этого был тот ещё параноик. Так что сами будьте осторожны.

Охрана выглядела угрожающе — здоровенные детины с пышными усами, одетые в клетчатые рубашки и шляпы котелки. Они сидели за отдельным столом и пили ничуть не меньше, чем посетители. Только стол их кроме кружек и тарелок ещё украшали дубинки и кастеты. Они постоянно переглядывались с барменом за стойкой, который выглядел исключительно недружелюбным. С хмурым лицом он поставил нам с Ребеккой по пинте и отошёл к более привычным клиентам.

— Так себе, — произнёс я попробовав. — А ты чего не пьёшь?

— Терпеть не могу пиво, — вздохнула девушка. — Ты уверен в том, что мы здесь делаем?

— Конечно, а ты сомневаешься? Что-то не помню, чтобы раньше ты была сторонницей во всём слушаться Джошуа.

— А я и не предлагаю его слушаться. Мастер клана должен поступать по своему усмотрению. Однако конкретно с этим местом он прав.

— Это в тебе говорит не любовь к оборотням.

— Это во мне говорит здравый смысл, — возразила Ребекка. — Льюис тоже часто поступал по-своему. Иногда мне казалось, что рыцари на него совсем не имеют влияния, но Альфред всегда со мной не соглашался.

— И тебе это в нём нравилось, — заметил я. — В смысле в Льюисе.

— Мне нравилось вовсе не это, а то, что чем он занимался. В то время как твои новые друзья выслеживают и убивают подобных мне он пытался найти другой путь, понимаешь? Он стремился найти мир между всеми нами, но об этом я кажется уже говорила?

— Говорила, — припомнил я, попивая пиво. — Хотя, глядя на таких как эта Кровавая страсть или как их там в подобное верится с трудом.

— А вот Льюис верил! — с запалом заявила девушка. — Это была его идея и он трудился ради неё! Чтобы ты знал, он участвовал в переговорах!

— В каких ещё переговорах?

Видимо Ребекка сболтнула лишнее, потому что тут же смутилась и отвела взгляд. Однако для меня сразу утратили ценность и бармен, и охранники, к которым я до этого присматривался.

— Какие ещё переговоры? — спросил я. — Ты о чём?

— Не важно, — вампирша даже не смотрела на меня. — Главное то, что однажды он начал совершать ошибки. И эти ошибки его погубили.

— Все мы ошибаемся.

— Все. Но он, к сожалению, допустил те, которые стали для него фатальными. И последними.

— Это какие же например?

— Те, которые ты совершаешь сейчас.

Её слова не мало меня удивили и задумавшись я не заметил, как к нам подобрались. В одно мгновение двое схватили Ребекку, а к моему затылку приставили пистолет.

— Как же я рад, что вы решили почтить нас своим визитом, — рядом с нами присел Везунчик Генри, светившийся от счастья как новогодняя ёлка. — А я-то всё думал, как бы к вам ещё раз наведаться, а тут вот как удобно всё вышло!

— А мне казалось, что недавно ты уже побывал в моём доме, — заметил я, думая, как бы половчее выхватить что-то поострее.

— Было дело, не стану отрицать, — Генри взял поднесённый барменом бокал с виски. — Рад, что намёк ты понял и решил наконец прийти. Хочешь поговорить? Или есть другие соображения?

— Например подпалить шкуру тебе, как мы это сделали твоим дружкам! — выпалила Ребекка, пытаясь вырваться.

— Это, кстати, отдельный вопрос! — Везунчик залпом выпил и поднялся. — Предлагаю перенести наш разговор в более удобное место и решительно не советую дёргаться. Я слышал, что пуля в башку очень впечатляюще действует на таких как ты.

Нас буквально подняли из-за барной стойки и протащили через весь зал, не обращая внимания на удивлённые взгляды посетителей. Впрочем, они и удивлялись то не сильно и явно никто из них не думал вмешиваться. Да и зачем? Клиентами они были постоянными и явно понимали кто здесь всем руководит. Я же думал только о том, как выкрутиться из-под пистолета и ещё пытался понять, где сейчас Браун? Вот его появление было бы как раз кстати! Однако вампира аптекаря по-прежнему не было видно и в конце концов мы скрылись за массивной дверью кабинета Везунчика. Хотя кабинетом это можно было назвать только с большим преувеличением! Несколько шкафов с бутылками да столов с бумагами. Единственная серьёзная вещь — это огромное кожаное кресло, в которое буквально рухнул Генри.

— Ты принёс? — спросил он, когда нас с Ребеккой поставили перед ним на колени. — А то шутки шутками, но вся эта ситуация уже слишком затянулась!

— Слушай я понятия не имею о чём, — начал я, прокручивая в голове всё те же вещи. — Но ты прав, я действительно пришёл поговорить. Думаю, у нас есть общие темы и кроме твоих бесконечных наездов.

— Да правда, что ли? — рассмеялся оборотень. — Слушай, а ты мне нравишься! Весёлый парень. И какие же это у нас с тобой могут быть темы?

— Льюис. Льюис Блэк.

— Себастьян, правильно? Ты удивишься, но это именно та тема, о которой я уже не первый раз с тобой говорю!

Ребекка снова попыталась вырваться, но её удерживали крепко. Нужно было срочно придумать как её спасти!

— Вот видишь? Мы с тобой уже почти разговариваем об одном и том же! Мне тут рассказали, что ты следил для Льюиса за кое-кем. За одной квартирой и её обитателями на улице Холборн. Помнишь такую?

Везунчик Генри почти не изменился в лице, зато его подчинённые тут же переглянулись.

— Вот мне и стало интересно что же вы там такое присмотрели! Захотел пообщаться, вот и пришёл. Так что может мы с тобой уже перейдём к делу, а девушку отпустим?

— Отпустим значит? — Генри как-то изменился в лице. — А мой товарищ, которого твои дружки забрали? Его тоже отпустишь?

— Можно похлопотать, — пообещал я понятия не имея насколько это возможно. — Думаю, что смогу договориться и вернуть его. Ну а в остальном ты же потерь не понёс? Все твои дружки огребли, но ведь вернулись? Так что отпусти мою девушку и давай поговорим как цивилизованные люди.

На словах про «мою девушку» Ребекка посмотрела на меня с большим удивлением, зато Генри окончательно испортился в лице. Я довольно запоздало подумал о том, что может не стоило говорить в отношении него «люди»? Вдруг оборотней такое оскорбляет?

— Ты вот приходишь ко мне, выдвигаешь какие-то требования, права здесь качаешь, — медленно начал Везунчик. — Прямо как тот, который до тебя был. Ну Льюис. Вы с ним похожи, знаешь ли. Оба благородные, оба считаете, что вам все должны. Что можно только брать и ничего не давать.

— Слушай, это ты дважды ворвался в мой дом и устроил там погром. Так что кто здесь берёт ещё посмотреть нужно.

— Вот-вот я же говорю — сплошные претензии. Хочешь, чтобы я девушку отпустил? Так привёл бы сначала моего парня и можно было бы посмотреть. Хочешь поговорить про Льюиса? Про квартиру на Холборн? А давай! Я тоже хочу об этом поговорить! Мы с парнями много чего для Льюиса там присмотрели, да и не только на квартире. Дело ведь в Потрошителе, верно? Тебе интересно, что мы о нём нарыли?

— Не скрою, в этом мой интерес, — подтвердил я. — Вам ведь самим этот Потрошитель должен быть поперёк горла! Так почему бы нам всем не помочь друг другу? Почему бы вам просто не рассказать о нём всё, что вы знаете?

— Как же у вас всё просто! — воскликнул Генри и сплюнул. — Поделиться этим, поделиться тем, рассказать об этом! У нас был уговор! Соглашение с твоим семейством! Думаешь мы просто так следили за той квартирой? Рисковали своими жизнями, собирая сведения об этом безумном маньяке? Твой отец обещал нам за это заплатить, а потом просто кинул нас! А теперь ты заявляешься и просишь предоставить результат, утверждая при этом, что понятия не имеешь, где наша оплата? По-твоему, так дела делаются?

— Слушай отпусти девушку, и мы с тобой сможем договориться! — потребовал я. — В конце концов найду я тебе то, что Льюис обещал!

— Найдёшь, конечно, найдёшь! После того, как я отрежу ей уши!

Была ли эта угроза реальна или же всего лишь блеф мы не узнали, потому что в этот момент дверь, наконец-то, распахнулась и в кабинет влетел запоздавший аптекарь. Мгновенно полетели сразу несколько кинжалов, закричали бандиты, в которых они попали. Ребекка рванулась со всей силы затылком ударив в лицо державшего её оборотня, в то время как Браун накинулся на второго. Здоровенный детина, приставивший к моему затылку пистолет прицелился в вампиров и этим допустил ошибку.

— Нет, нет! Держи его! — закричал Генри, но было поздно.

Плечом я врезался в противника и опрокинул его на спину, тут же раздались выстрелы и одна из пуль задела меня за руку. Запахи пепла и костра и вот я уже лицом к лицу с очередным противником, которому со всей силы зарядил в челюсть. Браун поблизости орудовал кинжалами, то сражаясь вблизи, то метая их во все стороны. Двигался он быстро и каждый его клинок достигал цели от чего у меня не оставалось сомнений в том, что вампир был опаснейшим противником. Однако оборотни кругом уже принимали волчьи формы, а их безумная регенерация исправно делала своё дело. Совсем скоро на нас накинулись с огромными клыками и острыми когтями.

— Браун, уводи Ребекку! — закричал я что было силы. — Уходите оба!

В этот момент что-то во мне начало ломаться и изменения, копившиеся всё это время, медленно приобретали форму. Я становился другим человеком, хотя сам этого не замечал. Раз за разом меня рвали когтями, полные клыков пасти смыкались на моих руках, а один из наиболее быстрых оборотней даже оторвал мне два пальца. Но исправно работала Петля и снова, и снова я появлялся перед своими врагами целый и невредимый, хотя и с новыми шрамами. Даже боль отступила на второй план. Схватив два тесака, я рубил ими направо и налево, разбрызгивая кровь и нанося врагам глубокие раны. Оборотни выли и рычали, среди их воя порой слышались ругательства и оскорбления, а их безумная регенерация позволяла им вновь атаковать меня.

Вот только мне не было до неё никакого дела и на каждую боль я отвечал двукратно! Новое перемещение, новый удар и хоть оборотни были куда больше меня каждая их атака постоянно заставляла меня оказаться за спиной то одного, то другого из них. Поэтому хоть и не сразу, но вся эта банда отступила, видимо решив, что уже получила достаточно. Тяжело дышавшие, со стекающей кровью из постепенно заживающих ран. При чём у некоторых они заживали особенно медленно, тем самым свидетельствуя, что их регенерация уже работала на пределе. Впрочем, я и сам уже начинал выдыхаться, хотя к ещё одному раунду был готов. И возможно так бы оно и случилось, если бы только я не увидел снова стоящую на коленях Ребекку и сразу два пистолета, маячившие у её головы. Брауна с его кинжалами оттеснили в угол помещения, откуда он похоже тоже был готов снова броситься в бой.

— А ну стоять или она пожалеет! — закричал Генри, выхватив пистолет и тоже направив его на Ребекку.

Первым делом мне хотелось ринуться прямо на него и превратить его рожу в кровавое месиво. Но у Ребекки не было Петли и потому я, разумеется, подчинился. Судя по Брауну, он в бешенстве пытался придумать как выбраться из сложившейся ситуации, но выхода было не найти.

— Теперь бросайте оружие! Оба! — потребовал Генри. — И поговорим с вами совсем в другом ключе!

Нехотя я бросил тесаки, а Браун сделал то же самое даже раньше меня. Похоже, что судьба Ребекки беспокоила его сильнее чем я мог подумать изначально. Дверь кабинета распахнулась и к нам ко всем присоединились ещё несколько бандитов с кастетами и дубинками.

— Отпусти её и тогда поговорим как захочешь, — соврал я.

— Ну уж нет, за дурака меня держишь? Эта баба в моих руках — единственный гарант того, что ты со своей магией здесь всё не разгромишь. Хотя при желании мои ребята уже давно бы тебе голову оторвали.

— Только сначала бы кровью умылись, — а вот это было уже обещание.

— Возможно, но разве жертва того не стоит? Мои парни умеют жертвовать собой ради общей цели. Ты ведь ничего толком о нас не знаешь? Да это и к лучшему!

— Я знаю, что вы шайка самых обычных бандитов, — заявил я, думая о том, как бы сократить расстояние между собой и Генри. — И то, что вы оборотни ничего не меняет.

— Да хватит уже трепаться! — к нашему общему удивлению выкрикнул Браун. — Чего вам нужно за её свободу?

Везунчик Генри тут же расплылся в широкой улыбке, но пистолет так и не опустил.

— Вот видите, друзья, — с довольным видом обратился он к своим подчинённым. — Сразу видно того, кто настроен на серьёзную беседу. Хотите вы оба того или нет, но вы достанете то, что нам обещал Льюис Блэк. Или клянусь вы получите голову этой девчонки.

* * *

Где-то вдали гремел гром, приближался дождь, но для нас это не имело никакого значения. Ухудшающаяся погода была нам только на руку, а темнота ночи должна была помочь в опасном деле, провал которого мог дорого нам обойтись. И речь шла не только в том, что попадись мы полиции нас скорее всего повесили бы или отправили на каторгу. На кону стояла жизнь Ребекки, если, конечно, это слово к ней применимо. Вообще, я пока не очень понимал являются ли местные вампиры классической нежитью, восставшей из мёртвых или это были всего лишь мутанты, сердца которых ещё могли биться?

Впрочем, и эта мысль сейчас беспокоила меня меньше всего, как и размышления о том, что подумают Блэки, когда я снова не вернусь в особняк.

— Госпожа Мадлен точно обрадуется моему очередному исчезновению, — пробурчал я себе под нос.

Начатая мною авантюра слишком быстро пошла не по плану, но я по-прежнему не был намерен сдаваться. Ребекку мы обязательно вернём, с оборотнями разберёмся. Иного выхода просто не было! Вместе с тем сложившуюся ситуацию трудно было назвать обнадёживающей, в том числе и потому что мы с Брауном отправились на кладбище. Нужно ли говорить, что эта идея мне сразу не понравилась, однако вампир аптекарь не терпел возражений. Очередной раскат грома пронёсся где-то вдали, а я радовался темноте и надеялся, что никто не узнает о нашем проникновении. Ведь если нас схватят то, кто будет спасать Ребекку, разочаровывать своим возвращением Мадлен и объяснять Джошуа как это всё вообще случилось?

— Так ты объяснишь мне что там у вас произошло с этими оборотнями? — спросил я, спотыкаясь в темноте. — Как вышло, что вы с Льюисом их кинули?

— Мы их не кинули, — буркнул Браун. — Просто ситуация изменилась.

— Мог бы и предупредить после того, как они вломились в особняк Блэков. Мы бы хоть понимали в чём дело.

— И что бы от этого изменилось? К тому же я был на задании по поиску Ирмы и Керима так что было не до обмена новостями и предупреждениями.

Я снова споткнулся и с трудом сдержал ругательства. Прибыв на место, мы не стали зажигать фонари, опасаясь привлечь внимание сторожей или ещё кого-либо. Для Брауна это не было проблемой, ведь как вампир он не плохо видел в темноте, а для меня же стало очередным испытанием. Однако пазл в моей голове, наконец-то, начинал складываться. После того как Генри пригрозил расправиться с Ребеккой Браун пообещал достать и привезти то, что было ему нужно ещё до того, как я принял и озвучил какое-либо решение. Спасти девушку для аптекаря было настолько важно, что покинув Бирнет-Стрит мы сразу отправились по одному ему известному адресу за непонятной мне вещью, которая была для оборотней ценнее золота. И поэтому на правах мастера клана я теперь засыпал Брауна вопросами.

— Поначалу наше сотрудничество можно было назвать успешным, — рассказывал аптекарь, пока мы пробирались мимо старых могил. — Оборотни делали своё дело, Льюис получал нужные ему сведения, я страховал всю эту схему. Какое-то время им платили деньгами, до которых эти псины весьма жадные, но потом Генри понадобилось нечто особенное. Кое-что такое, что он не мог достать обычными способами и понадеялся, что это сможет сделать глава семейства Блэков.

— И о чём речь?

— Поначалу мы сами не поняли и понадобилась помощь Альфреда, который сумел разъяснить нам что к чему. Затем не малой проблемой стало это достать, но я всегда хорошо выполнял свою работу и потому в очередной раз добился результата. К тому же тогда у меня были хорошие помощники.

— Это кого ты имеешь в виду?

— Ирму и Керима.

От их очередного упоминания меня передёрнуло. Я часто вспоминал этих двоих думая о том, когда и где ожидать от них нового удара, а потому останавливаться на них не хотелось. Тем более сейчас меня интересовали совсем другие вещи.

— Ладно с помощниками всё ясно. Так что там с оплатой для этих оборотней? — спросил я. — Что именно вы для них достали?

— Удивлён что ты не спрашиваешь про Ирму и Керима, — обернулся на меня Браун. — Но ты здесь мастер. Скажи ты ведь пришёл к нам из того старого особняка, а ведь туда ты тоже откуда-то попал? И там откуда ты пришёл ведь есть магия?

— Знаешь у нас там об этом многие спорят. А к чему ты?

— К тому, что Везунчик Генри захотел получить от нас магию. Настоящую магию, а не какие-нибудь фокусы Кровавой страсти или грязные безумства Чёрного кальмара. Генри захотел силу.

— Пока не понимаю, — мы повернули на новую линию могил, где я снова споткнулся. — Зачем оборотням магия? И в чём вообще она выражается?

— Зависит от ситуации, но у Генри был конкретный запрос. Так нам сюда, — аптекарь безошибочно определял дорогу. — Ему нужен был серьёзный артефакт, не только заряженный магией, но и настроенный на определённую функцию. А лучше даже на несколько.

— Понятнее не стало. А что за функция-то?

— Скажем так, проникновение.

Неожиданно Браун остановился и в темноте я даже сначала не понял почему. С трудом присмотревшись я осознал, что могилы закончились и теперь перед нами были склепы. От одних только их очертаний мне стало не по себе и если изначально я думал, что кладбище ничем не сможет меня напугать, то теперь я понял, как ошибался.

— Не отставай, у нас не так много времени, — напомнил Браун когда мы шли мимо здоровенных склепов, пока не остановились возле особенно крупного. — Нам сюда. Придётся немного пошуметь, но не думаю, что мы здесь кого-то реально потревожим.

С этими словами он отворил ключом металлическую дверь, и мы прошли внутрь холодного и мрачного помещения, в котором Браун рискнул зажечь фонарь. Стоило ему сделать это как я увидел высокую статую скелета, смотрящего прямо на нас пустыми, казавшимися бездонными глазницами.

— Мне и без света не плохо, но тут понадобится твоя помощь, — объяснил Браун, доставая из свёртка монтировку и другие инструменты. — А тебе явно не помешает освещение.

— Слушай ты можешь объяснить нормально, что было нужно этому Генри? И что мы вообще здесь забыли? — моё терпение стремительно иссякало, в том числе и из-за окружающей нас обстановки.

— Легко. С плитой только помоги, — произнёс Браун и после того как он открутил здоровенные винты мы вместе сняли плиту с табличкой с одной из стен. — Генри хотел куда-то проникнуть. Не знаю, что это за место, но оказалось, что оно защищенно сильной магией — довольно серьёзная проблема если ты не разбираешься в таких вещах. Вот он и потребовал у Льюиса магический артефакт, способный эту защиту сломать. Как я сказал, задачу я выполнил, хоть это и было не просто. Добытый артефакт я передал Льюису, который уже сам собирался встречаться с оборотнями.

— Подожди, то есть артефакт есть? А я думал у Льюиса просто не было того, что нужно этим оборотням! И что произошло? Почему он его не отдал?

— Передумал. Не знаю подробностей, но Льюис как-то узнал куда именно хочет пробраться Генри и решил, что не станет ему помогать. Он разорвал с Бирнет-Стрит все контакты и с тех пор началась вся эта заварушка, в которой мы мало что понимаем. Жаль, что Льюис делился информацией не так часто, как хотелось бы.

— Ладно, — вздохнул я, когда мы начали вытаскивать из ниши в стене гроб человека, не делившегося упомянутой информацией. — А здесь мы что забыли?

— Артефакт похоронен вместе с Льюисом согласно его распоряжению. Так что будем открывать гроб.

От неожиданности я чуть не выронил гроб, но когда мы поставили его на пол и открыли, то замер словно заворожённый, не веря собственным глазам. Я многое ожидал здесь увидеть, но только не то, что оказалось на самом деле.

— Что? — спросил Браун, глядя на меня с искренним удивлением. — А ты не знал? К сожалению, от Льюиса мало чего осталось, поэтому хоронили как могли. Потрошитель знатно его отделал, если так можно выразиться.

— Мало? Это ты называешь «мало»? — спросил я, чувствуя, как волосы на спине встают дыбом.

В гробу не было изуродованного тела или каких-то жалких останков, когда бывших человеком. Только сумка, ради которой мы сюда пришли и небольшой плотно завязанный верёвкой мешок. Мешок размером с голову.

Глава 22

Глава 22.

— Уверен госпожа Мадлен счастлива как никогда, — вздохнул я, сидя с закрытыми глазами. — Однажды я уже сделал ей подобный подарок, когда сбежал и не вернулся в особняк. Тогда она считала, что была полностью права на мой счёт и избавилась от меня. Даже открыла бутылку французского коньяка. Я это знаю, мне рассказала горничная, ну Джессика.

Ответом мне служила тишина, но я и не искал насыщенного диалога. Скорее мне просто нужно было выговориться и достаточно сделать это даже самому себе. Скорее всего от нервов.

— Но я вернулся и тем самым порушил все её надежды на поиски нормального наследника. Правда ещё хороший вопрос, где она его собиралась искать. У моего отца ведь не было других бастардов? Не знаешь, а? Ну в общем пришлось мне расстроить дорогую бабку, хотя на самом деле мне казалось, что она была рада меня видеть. Всё-таки я вышвырнул из особняка Лжесебастьяна, да и моё общество для всех явно приятнее чем покровительство графа Чарригтона. Но зато теперь она точно-точно может быть счастлива. Ведь уже слишком долго я не возвращался в особняк Блэков.

— Неужели тебе реально есть дело до того, что она думает? — наконец произнёс Браун. — Самая ворчливая женщина, которую я когда-либо видел.

— Да нет, на самом деле она не так плоха. Для неё важна семья, дочь и внучка. Она искренне переживает за них, даже любит.

— Ты это сейчас серьёзно? — в голосе Брауна слышалось искреннее удивление. — Да она третирует всё своё семейство, тиранит их словно консильери самых мрачных вампирских кланов.

— Ну не без этого, конечно.

Разумеется, нас никто никуда отпустил. Лучшее чего мы добились так это того, что нам показали Ребекку — всё ещё целую и невредимую, а потом заперли в каком-то подвале без света, где за стенами скреблись крысы. Единственный вход и он же выход был в потолке поэтому вариантов выбраться не наблюдалось и как авторитетно заявил Браун оставалось только ждать. Похоже пора признать, что план отправиться на Бирнет-Стрит и вытрясти из оборотней всю информацию о Потрошителе, который ещё недавно казался дерзкой и умной идеей, с грохотом провалился. А я только начал было верить, что у меня в этом мире всё получается…

Конечно, я понимал, что за время моего отсутствия в особняке Блэков меня в конце концов хватятся и пирующая с французским коньяком Мадлен привлечёт к себе внимание Джошуа и Абрахама. Возможно, ещё Патриция расстроится от моего исчезновения, да и Альфред, наверное, должен заинтересоваться нашим с Брауном времяпрепровождением. Вот только что это даст если никто из них понятия не имеет куда именно мы направились? Очевидно, что рассчитывать нам не на кого и выбираться из всей этой заварушки придётся самостоятельно. Но как? Это был уже серьёзный вопрос.

Везунчик Генри не мало обрадовался, когда получил от нас свой желанный артефакт, но заявил, что ему нужно время проверить не подделка ли это. Вот на это время мы и стали гостями «Весёлой суки» с апартаментами за счёт заведения, которым вряд ли можно было присвоить хоть одну звезду. В итоге единственным способом скоротать время, а заодно как-то справиться со стрессом стали разговоры. Жаль только Браун не был на них настроен.

— Слушай, а вы с Ребеккой ведь давно знакомы? — спрашивал я, всматриваясь в силуэт вампира в темноте. — Вы ведь с ней достаточно близки?

— Можно так сказать.

— Просто я не мог не заметить с каким рвением ты пытаешься её спасти. Даже полез вскрывать могилу Льюиса Блэка, чтобы забрать то, что он не хотел отдавать оборотням. Она явно значит для тебя гораздо больше, чем просто товарищ по оружию.

— Можно так сказать.

— Не подумай, мне она тоже не безразлична. Хотя иногда мне кажется, что она этого не замечает.

— Члены клана друг для друга как одна семья, — нехотя пояснил аптекарь. — Мы связаны кровью во всех смыслах. И как участники одних битв, и как вампиры. Другое дело наши мастера кланов. Как ты мог заметить у Тёмных библиотекарей они не из числа вампиров так что не обижайся, но связь не такая сильная. Большинству из них зачастую плевать, что с нами будет, тем более с ней как с телохранителем.

— Но мне не плевать, — с нажимом сказал я. — Я вообще жалею, что втянул её во всё это. Нужно было оставить её в особняке и разбираться со всем самим.

— Правильно делаешь, что жалеешь, — я не видел лица Брауна, но в его голосе слышалось недовольство. — Нужно было разбираться самим. Или хотя бы смотреть в том баре в оба и не попадаться так легко в лапы оборотней.

В этом он был прав. Раз за разом я вспоминал ту ситуацию и пытался представить как можно было бы из неё выкрутиться, когда Генри и его парни раскрыли нас и так быстро схватили у барной стойки. Но был ещё один вопрос, который не давал мне покоя.

— А как было с Льюисом? Ему было плевать на то, что с вами будет?

— Нет, — не сразу ответил Браун. — Льюис был близок клану и искренне за него переживал.

— А за Ребекку? Он тоже искренне переживал? Как и ты?

— Слушай мне обязательно отвечать? Чего ты прикопался ко мне?

Где-то сверху раздался грохот, который мог с равной степенью означать, что про нас снова вспомнили либо всё что угодно, кроме этого.

— Нет, что ты я на тебя не давлю, — я примирительно поднял руки рассчитывая, что Браун должен был увидеть это даже в темноте. — Всего лишь пытаюсь разобраться в отношениях своих подчинённых. Ну как мастер клана.

Люк в потолке открывать никто не спешил, как и вампир аптекарь не торопился с ответом. В конце концов произнёс.

— Не знаю я что у них были за отношения, но Ребекка тяжело переживала кончину Льюиса. Что касается нас с ней, то она мне как сестра. Выражаясь так, как у вас людей принято. Теперь мы можем закончить копаться в моих личных отношениях, мастер клана?

— Безусловно. Есть соображения куда там этот Генри хочет проникнуть?

— Никаких, но это явно что-то очень важное. Магическую защиту не многие могут себе позволить.

Сверху послышался отодвигаемый в сторону засов и люк в потолке наконец-то открылся. В проёме возникло немного света от фонаря, который держал в руке Везунчик.

— Надеюсь я не заставил вас долго ждать? Смогли как-то поспать? Отдохнуть? — он рассмеялся собственным словам и не дожидаясь ответа продолжил. — Могу поздравить — ваша оплата проверку прошла. Это именно то, что мне нужно. Приятно удивлён! Хочу сказать, я уже думал, что покойный Льюис просто не смог достать то, что обещал и поэтому так нагло нас кинул. Но оказалось, что я зря беспокоился!

— Ты получил что хотел! — раздражённо крикнул ему Браун. — Теперь отпусти девушку и разойдёмся по-хорошему!

— По-хорошему, вы допустили страшную просрочку в исполнении обязательства! Вы ведь понимаете, что я имею в виду? Ваши проволочки создали для меня сложности и убытки, которые не плохо было бы компенсировать.

— И чего ты хочешь теперь? — спросил я, ожидавший чего-то подобного. — Денег? Могу подкинуть.

— Нет-нет, мы не настолько жадные, как любят утверждать всякие мерзкие кровососы. Просрочку вам придётся отработать и это не обсуждается. Не забывайте, у меня ваша баба!

Мы с Брауном переглянулись, хотя его ответ был мне заранее известен.

— Ну и что тебе нужно? — крикнул я.

— На самом деле не так много, только то, к чему вы оба давно привыкшие! Нужно убить нескольких вампиров!

* * *

Ситуация всё больше усложнялась, а мы лишь тонули во всей этой истории словно в каком-то болоте. И на самом деле так можно было сказать не только про Генри. В этом мире я стал кем-то вроде охотника на чудовищ, но волею обстоятельств возглавил целый вампирский клан. Теперь же волею других обстоятельств я помогаю оборотням. Каких ещё сюрпризов ожидать? Что дальше на меня свалится? Принцесса?

Одно радовало, что Ребекку пока взяли с нами, но только до места, где банда Везунчика готовилась к своему большому делу. Она была гарантией нашей с Брауном сдержанности и Генри хотел держать её поближе.

— Мероприятие будет опасное, в разное время у вас могут возникнуть разные сомнения, и я хочу, чтобы вы знали, что если что-то пойдёт не так… Если вы заставите меня подумать будто вы помогаете нашим врагам или просто мутите воду, то с вашей милой вампиршей быстро расправятся.

— Завязывал бы ты уже со своими угрозами, — заметил я. — Лучше бы объяснил нормально, что от нас требуется.

— Узнаете всё в своё время, — не торопился пояснять оборотень.

В одном я мог быть уверен полностью — это «своё время» наступит уже скоро. Чтобы там Генри ни задумывал, откладывать это он явно не собирался. После незапланированного отдыха в «Весёлой суке» Везунчик собрал свою банду, которая оказалась внушительных размеров и оставив управлять всем на Бирнет-Стрит своего помощника отправился на дело. Прихватив с собой и нас.

— Мы слишком долго откладывали это, парни! — кричал он, когда они грузили телеги. — Теперь же пришло время заявить о себе по-настоящему! И пусть после этого о нас будут говорить со страхом!

Что он такое имел в виду я понятия не имел, но куда больше меня заинтересовали слова одного из его подчинённых — покрытого шрамами и сединой старика. По словам Брауна шрамы могли быть только у действительно старого оборотня, ведь у молодых всё заживило так, что даже вампиры завидовали.

— Всё очень удачно складывается, — заговорщическим тоном повторял старик Генри. — Цель прибудет на место как раз сегодня, а после этого ты знаешь она там ещё несколько дней проваляется. Время есть.

— Времени никогда нет. Если бы я этого не знал, то не занимал бы сейчас своё место. Тем более, что если не успеем, то она туда только через месяц заявится, а то и два.

— Да ты прав, действовать нужно сейчас. Но как же всё удачно складывается!

Любоваться дорогой у нас с Брауном не оказалось никакой возможности, потому что в телеги нас запихали с мешками на головах, которые не снимали до самого окончания путешествия. Оставалось только прислушиваться к стуку колёс да дёргаться на резких поворотах. И если Браун ещё мог как-то отследить маршрут и предположить куда именно нас везут, то для меня всё это быстро превратилось в какой-то дурацкий аттракцион. Города я не знал, в улицах не разбирался и потому определить направление не мог.

Сняли мешки с нас уже в какой-то комнате в окружении нескольких бойцов. Обстановка меня сразу удивила, ведь комната оказалась на удивление приличной. Мебели здесь практически не было, но зато пол, стены и хрустальная люстра под потолком — всё говорило о том, что это была хорошая комната в явно богатом доме. Или в том, который когда-то был богатым. Сами оборотни тоже выглядели куда лучше, они вооружились и не только кастетами. Теперь у охранявших нас бойцов имелись револьверы, ружья и здоровенные мечи, что только подчёркивало серьёзность мероприятия, на которое нас с Брауном против воли подписали.

Здесь мы и ждали сами не зная чего, лишённые чувства времени и каких-либо объяснений. Учитывая, что теперь за нами пристально следили возможность осаждать Брауна вопросами резко пропала, чему аптекарь похоже был только рад. Мне же от этого было скучно, но ровно до того момента, как к нам не заявился Генри.

— Этого ко мне, а за тем следите в оба, — распорядился Везунчик, указывая на меня. — Давай-ка пройдёмся, поговорить надо.

Мы вышли с ним в коридор, где тоже дежурили вооружённые оборотни, а все окна были заколочены. Точно также, как и в комнате, где нас держали.

— Знаешь, а ведь мы с твоим отцом были даже дружны и удачно сотрудничали достаточно долгое время, — неожиданно примирительно начал Генри. — До того момента как он разорвал все наши договорённости и беспричинно нас кинул мы с ним были практически друзьями.

— Только не обижайся пожалуйста, но мне сложно поверить, что дворянин, путешественник, исследователь и мастер вампирского клана мог быть дружен с главой шайки оборотней.

— Отчего же? Льюису Блэку были нужны помощники на улицах и в тех местах, куда он как дворянин не мог лично заявиться. И мы охотно помогли ему в обмен на щедрую плату. В это так трудно поверить?

— В то, что вы помогали за деньги нет. А вот в то, что вы с ним дружили и прочее — очень даже.

— Слушай, неужели твой отец действительно ничего о нас не рассказывал? — в самодовольном взгляде Генри возникло искреннее непонимание. — Ведь он знал о нас гораздо больше других и даже с симпатией относился к нашему делу.

— Ты удивишься, но мы с моим отцом были не слишком близки. Поэтому не только о тебе, но и о многом другом он мне как-то не рассказывал. В том числе и о вашем деле.

— Ещё как удивлюсь, Льюис относился к нему предельно серьёзно. Скажем так, он признавал, что на нашей стороне есть правда.

— Какая правда? Не мы такие жизнь такая? — уточнил я, не собираясь верить ни одному слову оборотня. — Будешь рассказывать мне о том, что вы благородные разбойники, а не самые обычные рэкетиры и отморозки?

На мгновение казалось будто мои слова оскорбили Генри до глубины души и прямо сейчас он набросится на меня и разорвёт на части, но вместо этого оборотень только громко рассмеялся.

— И вы люди ещё нас называете безумцами! Сами во власти эмоций и совершенно не способны к критическому мышлению!

— Ты лучше объясни, чего тебе от нас надо, — потребовал я, нисколько не разделяя его настроения. — И сколько мы здесь будем прохлаждаться? А лучше всего скажи, когда девушку отпустишь.

— С ней всё сложно, я же говорил тебе. Сначала дело и не забудь про моего бойца, которого ты или твои дружки у себя держат. Ну а на счёт остального к чему нам торопиться? Если ты всё равно не веришь ни одному моему слову и явно не хочешь со мной дружить.

— А к чему все эти секреты? Ведь и так уже понятно, что вы хотите куда-то вломиться и кого-то ограбить. Это ведь очевидно, как белый день! И артефакт вам нужен только для того, чтобы бабла срубить!

— А я смотрю хорошо тебя твои вампиры обработали. Тоже теперь про нашу жадность рассказывать будешь, — покачал головой Генри. — Хотя к чему лукавить? Мы действительно планируем вломиться в один хороший и даже роскошный особняк. Но дело вовсе не в деньгах, чтобы ты знал. Здесь всё гораздо сложнее. И если ты действительно сын своего отца, то странно, что ты давно уже этого не осознал.

— Это ты на что сейчас намекаешь? — не понял я.

— На то, что не договариваешь ты чего-то, парень, — мрачно посмотрел на меня оборотень. — Но, с другой стороны, сейчас это может быть и не важно. А то, кто знает может мы и не доживём здесь все до утра?

* * *

Как оказалось укрывались мы не где-то, а в одном из самых дорогих и богатых районов Лондона, в котором кругом были особняки и роскошные дома, большинство из которых хотелось назвать дворцами. Одним из таких домов был и тот, в котором шайка Генри ожидала своего часа, задолго до этого выкупленный и пустующий видимо для этого самого дня. Интересно было только откуда банда оборотней взяла денег на такую элитную недвижимость?

Незадолго до выхода нам с Брауном выдали оружие и ещё раз предупредили, что от наших действий зависит судьба Ребекки. А потом, когда стемнело шайка выдвинулась вперёд. Целью действительно оказался богатый особняк на холме, выделявшийся на фоне остальных своим мрачным видом. Восьмигранные башни придавали ему облик замка, а на каждом окне виднелись толстые решётки, вызывавшие ассоциацию с тюрьмой. И всё-таки высокая стена вокруг, сад с деревьями и многочисленные статуи горгулий на подоконниках и на крышах говорили о том, что это место принадлежало кому-то крайне обеспеченному и скорее всего могущественному. Кому-то, кого оборотни теперь намеревались сделать своим врагом. Быть может мне стоило вообще не биться с ними, а просто подождать пока они сами себя задушат собственными аппетитами?

К моему удивлению вооружённая до зубов шайка направилась вовсе не к охраняемым воротам, а спустилась к проходившей рядом реке. Там под мостом у самой воды в стене набережной обнаружилась дверь, через которую мы попали в хитроумную сеть сырых и узких коридоров. Под потолком висели трубы, с которых капала вода, а по полу бегали крысы, разбегавшиеся при виде зажжённых оборотнями фонарей. Передвигаться здесь казалось мне абсолютным безумием, но Генри уверенно находил дорогу то поворачивая в одних местах, то спускаясь ещё глубже в других. Судя по всему, его парни уже давно здесь всё разведали ровно до того самого места, в котором им понадобилась помощь Льюиса Блэка. И которую мы с Брауном им теперь любезно предоставили.

— Все эти ходы обитатели особняка планировали использовать как маршрут для отступления, — пояснил Генри с самодовольным видом. — Мы дорого заплатили, чтобы узнать об этом и во всём разобраться, но зато теперь наши труды окупятся сполна. Мы покажем им что такое страх.

Каменный лабиринт привёл нас в просторное помещение, перекрытое толстой решёткой с запертой дверцей. За ней виднелась винтовая лестница, ведущая куда-то наверх, и я был уверен в том, что вела она в мрачный особняк. Один из оборотней по приказу Генри поднял с пола небольшой камень и швырнул его в сторону решётки. К моему изумлению тот даже не долетел до неё, а вдруг вспыхнул словно кусок бумаги и затем обратился пеплом. До толстых железных прутьев не долетело ничего. От неожиданности я даже подпрыгнул, чем вызвал смех собравшейся вокруг шайки. Сама решётка сначала накалилась до красна словно в печи, а потом мгновенно остыла, словно ничего и не было.

— Защита всё ещё действует, — доложил швырнувший камень оборотень.

— А куда же ей деваться? — усмехнулся Генри и щёлкнул пальцами. — К счастью, мы как следует подготовились!

Другой его подчинённый порылся в сумке и быстро достал Везунчику его вещь. Это было именно то, что мы с Брауном достали из гроба Льюиса Блэка. Небольшой мешочек со стеклянным шаром внутри, в котором сверкал маленький, но яркий огонь. Поначалу мне показалось что это всего лишь какой-то волшебный фонарь, но Браун ещё в склепе объяснил мне, что это был крайне сильный артефакт. Результат сложнейшей ручной работы.

Везунчик Генри вручил его старому оборотню, который тут же вытащил из кармана длинное перо и начал водить им узоры по поверхности шара. Я всё ждал, когда же он начнёт говорить какие-либо заклинания или тихо произнесёт хоть одно слово, но старик делал всё в гробовом молчании и только узоры, которые он рисовал то исчезали, то вспыхивали огнём. Огонь внутри артефакта становился всё ярче и ярче до того момента пока на него не стало невозможно смотреть. Тогда старик упал на одно колено выставив руки вперёд, а шарф взорвался ослепительной вспышкой, заставившей всех упасть, закрывая головы руками. Кто-то в ужасе вскрикнул. Когда же ко мне вернулась способность видеть я разглядел что один из оборотней в спешке вскрывает замок на решётчатой двери, а другой бережно прячет артефакт обратно в мешочек.

— Они точно не узнают о нашем проникновении? — уточнил Генри.

— Ни в коем случае, — заверил старик. — Артефакт крайне мощный и многофункциональный. Он не только создал брешь в такой сильной магической защите, но и сделал это незаметно для её создателей!

— Готово! — воскликнул оборотень, возившийся с замком и теперь пинком открывший дверь. — Можем идти!

— Итак парни, помните план! — скомандовал Генри, выхватывая позолоченный револьвер. — Охрану убивать, пленных не брать! Саму цель и её прислугу не трогать! Они нам ещё пригодятся!

С этими словами шайка из двадцати бойцов ринулась вверх по винтовой лестнице, а нам с Брауном ничего не оставалось кроме как присоединиться к ним. При этом я не мог не думать, что Генри ни слова не сказал про грабёж и поиск драгоценностей, которых в подобном доме должно быть в избытке. О какой цели он говорил? Неужели они задумали чьё-то похищение ради выкупа? Я продолжал думать об этом, когда винтовая лестница привела нас в мрачный средневековый подвал, к всеобщей неприязни полный жутких пыточных устройств. И продолжал думать, когда после него мы очутились в полутёмных коридорах полных картин и жутковатых рыцарских доспехов. И перестал думать, когда послышались первые крики и выстрелы.

Оборотни Везунчика особо не церемонились и со зловещим смехом громили всё вокруг. Они опрокидывали шкафы, срывали шторы и выламывали любые двери. Они палили из ружей и обрезов с такой злобой, что я невольно вспоминал слова Брауна о приступах безумия и кровожадности, которые свойственны этим монстрам. Некоторые из них уже приняли волчью форму и теперь рвали всех, кого встречали на своём пути. Охрана в чёрных мантиях отстреливалась из пистолетов и дробовиков, но пока что проигрывала по всем направлениям. Мы же с Брауном и ещё несколькими оборотнями сразу бросились к главным дверям, ведущим в особняк.

— Тревога! На нас напали! Тревога!

Крик охранника прервал кинжал вампира, который тут же ринулся к следующей цели. При свете свечей силуэт в чёрной мантии неподалёку попытался подстрелить аптекаря из винтовки, но я тут же выпустил в него половину пуль из пистолета. К моему удивлению силуэт устоял, хотя я ни разу не промазал, но в следующее мгновение на него набросился огромный волк. Другие оборотни уже баррикадировали главные двери.

— Давайте! Помогите нам!

Не теряя времени, я принялся подтаскивать мебель вместе с остальными, в то время как Браун прикрывал наш тыл. Ещё один оборотень палил во двор из окна, пока мы не закрыли его здоровенным шкафом.

— Уже прут сюда, твари! — смеясь заявил стрелок.

— Ну пусть попробуют пролезть, — ответил ему товарищ, перезаряжая дробовик. — Теперь поспешим к Везунчику!

Большая часть охраны дежурила снаружи и теперь была вынуждена штурмовать здание, которое должна была защищать. Ещё и под обстрелом пулемёта, который оборотни захватили в особняке! Меня удивляло то, как хорошо Генри был здесь информирован. Он явно серьёзно готовился к этому мероприятию! Однако моё внимание вдруг привлёк Браун, ударом кинжала расправившийся с очередным охранником. Тело в чёрной мантии рухнуло на расшитый ковёр и только теперь я заметил щупальца вместо пальцев, а также те, что тянулись из лица.

— Это же вампиры! — воскликнул я. — Вампиры Чёрного кальмара!

— Они самые, — подтвердил Браун. — Сначала я подумал, что какие-то их прихвостни из мелких кланов, но это кальмар собственной персоной.

— Кого же тогда Генри хочет здесь похитить?

— Без понятия, но кого-то очень важного. Настолько что даже если мы и выживем, то ещё не скоро отмоемся от этого дерьма.

Оборотни пронеслись по особняку кровавым вихрем сломив основное сопротивление и заблокировав все входы в здание. Я не знал скольких они при этом потеряли и потеряли ли вообще, но бойцы, сражавшиеся рядом со мной, делали это на удивление грамотно. Несмотря на ярость и злобу, которыми они буквально плевались оборотни постоянно сменяли друг друга, тем самым раненные отступали назад и получали возможность регенерировать, а те, кто уже пришёл в себя сразу же бросались вперёд. Таким образом они двигались волнами, не позволяя тем самым нанести кому-то одному серьёзный урон. С удивлением я должен был признать, что это была совсем не простая шайка.

В конце концов серьёзным препятствием на их пути стали огромные тяжёлые двери, явно забаррикадированные с другой стороны и просто так не поддающиеся. И всё бы ничего, но судя по группе бойцов, использующих каменную статую словно таран, именно за этими дверями находилось то, ради чего они сюда заявились.

— И во что ты нас втянул? — громко спросил я как только увидел Генри.

— Ни во что такое в чём вы оба не были бы полезны, — усмехнулся Везунчик, не отрывая взгляда от дверей.

Его одежда была в крови, а сам он медленно вставлял патроны в барабан своего револьвера. В глазах оборотня блестел нездоровый огонёк, от которого мне стало не по себе. Браун держался рядом готовый ко всему.

— Кто там? — кивнул я в сторону дверей. — Ради чего всё это?

— Ну так скоро узнаешь, — Генри наконец-то повернулся к нам и зловеще улыбнулся. — Идите и помогите пробраться туда, а потом перебейте всю охрану, которую встретите. И тогда я точно не стану убивать вашу девчонку.

Ничего другого нам с Брауном не оставалось кроме как схватить импровизированный таран и вместе с оборотнями начать выбивать дверь. Как только они приоткрылись настолько, что можно было увидеть расположенную за ними комнату изнутри раздались выстрелы. Подняв оружие, я и ещё несколько бойцов дали достойный ответ.

— Осторожнее! — заревел Генри. — Не пораньте цель!

В конце концов двери сдались и распахнулись после очередного удара, а мы влетели внутрь. Бросив таран следом за остальными я поднял пистолет и выстрелил последние патроны, а потом кто-то вонзил в меня самое настоящее копьё. Признаться главное моей реакцией было удивление такому архаичному оружию, а затем я уже оказался рядом с копейщиком. Удар рукоятью пистолета по лицу, сильный толчок и вот противник уже в пасти обратившегося оборотня. Вампиры кругом ринулись в контратаку рубя мечами и коля копьями, ещё несколько из них стреляли из всего что было. Однако остановить прорыв они уже не могли. Оборотни снесли их в буквальном смысле сбив с ног и рвя клыками. Стрелка, поднявшего сразу два пистолета, опрокинул на спину Браун, тут же вонзивший в чёрную мантию оба своих кинжала.

Признаться мне даже делать ничего не пришлось. Стоило перезарядить свой пистолет, как всё вокруг уже закончилось. Кругом были только трупы вампиров и добивающие ещё полуживых оборотни, при чём делали это отнятым у них же оружием. Средневековые мечи и копья вызвали у рассвирепевших бойцов живейший интерес. Я же огляделся по сторонам и не удержавшись присвистнул — обстановка вокруг могла только впечатлять. Выполненная в красных тонах комната с отделанной бархатом мебелью и огромной хрустальной люстрой, усеянной десятками свечей. Здесь было несколько журнальных столиков с изысканными вазами, а стены украшали картины с мрачными дождливыми пейзажами или увядшими садами. Но самым главным здесь была огромная кровать с балдахином, которую теперь закрывали от нас больше десятка слуг и аристократично одетых дам. Смотрели они с вызовом и почти все были людьми. Лишь двое в их компании были вампирами, одетыми не в чёрные, а в красные мантии и имели куда меньше мутаций, чем охранники.

Правда, как только оборотни закончили с уже упомянутыми охранниками вызова в глазах всех этих людей стало поменьше. По всему зданию ещё были слышны крики и выстрелы, но судя по сияющей улыбке вошедшего в помещение Генри его цель была именно здесь.

— Да как вы смеете! — воскликнула светловолосая женщина в голубом платье, которая решительно вышла вперёд. — Вы хоть знаете кто здесь?!

К моему шоку Генри ударил её по лицу и прошёл дальше.

— Знаем, поэтому мы здесь, — усмехнулся он. — Ну что сами разбежитесь или моим парням вас убрать?

Толпа, закрывавшая собой кровать с балдахином, дрогнула, но осталась стоять на месте. Генри щёлкнул пальцами, и его подчинённые в буквальном смысле растащили всех в стороны. На кровати лежала миловидная девушка с длинными светлыми волосами и в ярко-красном платье, выглядевшая бледной и болезненной. Приподнявшись на локте, она посмотрела на нас мутным и усталым взглядом. Я же, присмотревшись заметил, что от её руки к какому-то устройству на столе тянулись трубки, как для переливания крови. А ещё от моего внимания не ушло то, как Браун изменился в лице при одном её виде.

— Немедленно покиньте это место! Вы не имеете права здесь находиться! — крикнула женщина в голубом платье, которая после удара упала на пол. — Вы хоть понимаете, что с вами будет, когда об этом узнает её семья?!

— Ну так на это мы и рассчитываем дура! И чем скорее они узнают, тем лучше! — воскликнул седой оборотень. — А ты помалкивай или ещё получишь!

— Генри, мать твою! — не выдержал я, глядя на весь этот беспредел. — Что здесь вообще происходит? Кто это?

— А ты удивительно несведущ, Себастьян. Из какой такой дыры ты там вылез? — рассмеялся Генри, а потом изобразил перед девушкой поклон. — Приятно наконец-то познакомиться ваше высочество!

Глава 23

Глава 23.

Грохот, эхом разнёсшийся по всему особняку означал, что вампиры всё-таки выломали главные двери. С криком и нечеловеческим визгом они ворвались в здание и бросились в самую важную спальню, подгоняемые своими командирами. Даже жуткие твари мало чем похожие на людей бежали с ними в первых рядах, стремясь вернуть утраченные рубежи. Ведь за сохранность человека, посещавшего этот особняк, все они отвечали своими головами, которыми в случае необходимости можно было пожертвовать. Пожертвовать если что можно было даже свитой этого человека, но только не им самим. Поэтому преодолев несколько коридоров вампиры в чёрных мантиях с винтовками и копьями ворвались в спальню с огромной кроватью и мрачными картинами готовые встретить любого противника. Но в силу спешки, не заметившие заложенных в ней мин.

Раздался взрыв, который сотряс стены здания. С беспокойством я посмотрел на вершину винтовой лестницы, ведущую в подвал с пыточными устройствами. Там оборотни уже заканчивали баррикадировать двери и устанавливать новые мины. Остальная часть шайки уже была внизу.

— Потери? — задал вопрос Генри, к которому уже вернулось самообладание. — Во сколько нам обошёлся этот прорыв?

— Дорого, — вздохнул седой оборотень, которого как выяснилось звали Патриком. — Много раненных, которые уже регенерируют, но погибшими мы потеряли целых восемь бойцов. Вампиры ожесточённо сопротивлялись.

— Наша жертва окупится сполна! Мы заставим этих тварей услышать нас!

— Тем более что наши парни не менее дорого продали свои жизни. Потери вампиров исчисляются десятками!

С каждой минутой вся эта ситуация нравилась мне всё меньше и меньше и хоть Генри явно чувствовал себя на подъёме лично я его оптимизма не разделял. Другие оборотни тоже были опьянены успехом. Несмотря на погибших товарищей они считали себя в шаге от победы, а потому не боялись ни преследования, ни последствий. Я же был уверен в том, что всё это ещё только начало, а самое главное впереди!

— Теперь нам точно конец, — причитал Браун то и дело оглядываясь на пленников. — Нам хана.

Вот его настроение я разделял. Пленников было всего несколько и самым главным из них была девушка в красном платье, которой помогала идти её подруга в голубом. Следом за ними плелись пара слуг, а остальную свиту оборотни разогнали по всему особняку. Судя по лицу девушки она постепенно приходила в себя и уже начинала осознавать в какой ситуации оказалась. Я даже представить себе не мог что подобная особа могла делать в доме так яростно охраняемом вампирами Чёрного кальмара и почему была там в таком состоянии. Определённо ей делали какую-то процедуру, скорее всего вводили некий наркотик, от которого она явно потеряла связь с реальностью. Особо острые ощущения для скучающих и богатых дворян? В такое я был готов поверить, но вот в то, что к этой девушке нужно обращаться «ваше высочество»? Только если верить Везунчику на слово, а вот этого мне уже решительно не хотелось.

— Слушай, Генри, мне кажется мы уже достаточно рисковали своими головами, — заметил я оборотню, когда его подчинённые проводили пленников мимо решётчатой стены. — Не хочешь наконец объяснить для чего всё это?

— Нет, — ответил тот и смерил меня взглядом. — Сейчас на это нет времени, а ты и сам уже должен был всё понять.

— Чего понять? Я же говорил, что отец ничего не рассказывал мне ни о тебе, ни о ваших делах! Если хочешь, чтобы мы и дальше тебе помогали, то соизволь уже прояснить кое-что!

Несколько мгновений Генри сомневался и, казалось, был готов ответить на мои вопросы, но в этот момент наверху послышались новые взрывы.

— Быстро движутся, гады! — заметил Патрик. — Босс, нужно уходить пока они нас не догнали!

— Нет времени, — покачал головой Генри, глядя на винтовую лестницу. — Если хочешь жить, то давай уходить отсюда, а если хочешь вернуть свою девушку, то давай помогай! Не забывай, что её всё ещё стерегут мои парни!

Других вариантов больше не оставалось и следуя за остальными мы снова оказались в череде каменных коридоров и поворотов. Под ногами хлюпали лужи, в панике разбегались крысы и чем ближе мы приближались к выходу, тем громче до нас доносились крики, ругань и даже выстрелы. Когда мы выбрались из туннелей и поднялись на мост, то на мгновение показалось что ночь осталась позади и наступил день. Но это оказалось ошибкой, потому что на небе по-прежнему были звёзды и светила луна. Зато особняк, в который мы только что вломились горел как факел, освещая собой весь квартал.

— Хорошо горит! — воскликнул Генри, указывая своим подчинённым на здание. — А теперь поспешим, парни!

Девушка в красном платье что-то вскрикнула и дёрнулась к особняку, но её удержали помогавшие идти ей друзья (если они, конечно, были друзьями), а затем дорогу преградили вооружённые оборотни. На самом мосту уже ждали заранее приготовленные телеги, в которые шайка быстро начала забираться.

— Нам нужно как можно скорее соскочить с этого безумия, — произнёс Браун подойдя ко мне. — Вне зависимости от того смогут они её увезти или нет впереди будет бойня. А мы должны спасти Ребекку!

— Знаю, но что-то мне подсказывает что эту девушку точно отвезут туда же, куда повезут и Ребекку, — предположил я, оглядываясь на горящий особняк. — Вряд ли Генри решится оставить её здесь со своими подчинёнными.

— Ты слишком наивен, — возразил аптекарь и вручил мне один из своих кинжалов. — Как только я подам сигнал — захватываем одну из телег и уходим на ней подальше от всего этого!

— Подожди, мне мало уйти. Я не могу отпустить Генри! — возразил я, хорошо помня с чего всё это началось. — Мне ещё нужно вытрясти из него всю информацию о Потрошителе!

— Да какой Потрошитель?! Ты реально не понимаешь, что происходит? Не понимаешь кто это и что сейчас начнётся?

— Ну не королева же, мать её!

— Ох, мастер клана ты! — в глазах Брауна я с удивлением заметил страх. — Да прямо сейчас сюда уже несутся те, на чьём фоне тебе вампиры кальмара детьми покажутся!

Пленников посадили в ту же телегу, в которой ехали Генри и Патрик. Мы же с Брауном забрались в другую, где сидели всего три оборотня и тронулись вместе с остальными. Преодолев мост, оборотни повернули по дороге вдоль реки, которая в такое время ещё была совершенно пуста. Не жалея лошадей, шайка стремилась быстрее покинуть квартал, а я уже размышлял, что если вытолкнуть оборотней на ходу, то может мы с Брауном и смогли бы захватить транспорт. Жаль только Генри не ехал с нами — это решило бы множество наших проблем. Аптекарь же без конца смотрел на дом с заколоченными окнами, в котором мы укрывались перед всем этим мероприятием. Выглядел он совершенно безлюдным и потому трудно было сказать удерживали ли ещё там Ребекку или уже переправили в другое место. Мысли о девушке, а ещё о том, как не упустить Везунчика и выбить из него нужные сведения настолько заполонили мою голову, что я совершенно забыл об опасности. И как оказалось зря!

Послышались выстрелы и крики. К нам быстро приближались всадники при чём двигались сразу с нескольких направлений. Одна группа дышала в спину, ещё одна присоединилась к ним выскочив из-за угла, а другая вдруг возникла прямо перед телегами и с криками набросилась на оборотней. Завязалась схватка, в панике заражали лошади. Подчинённые Генри палили из всего что было, сам он стрелял из своего позолоченного револьвера. Я тоже прицелился из пистолета и сделал несколько выстрелов. Один из врагов неожиданно спрыгнул с лошади и оказался в нашей телеге, обнажив короткий меч. Но тут же ему в горло прилетел кинжал Брауна, а затем его сильным ударом вытолкнул ехавший с нами рыжий оборотень.

— Глотайте пыль, сволочи! — крикнул он, не обращая внимания на пулевую рану в плече.

Прорвавшись сквозь нападавших, шайка ускорилась, постоянно подгоняя лошадей. Но теперь нас догоняла по-настоящему большая толпа, стрелявшая так, словно никто из них не боялся ранить наших пленников. Меня это не мало удивило, но времени думать не было — приходилось отстреливаться. Мне удалось выбить из седла ближайшего всадника, после чего я быстро перезарядился. Рядом со мной двое оборотней стреляли из магазинных винтовок, остальные бойцы в других телегах поступали также. В какой-то момент совсем рядом раздался взрыв, от которого одну из телег тряхнуло, но она всё-таки устояла. А потом раздался и второй.

— Вот уроды! — закричал рыжий оборотень передёргивая затвор. — Даже о сохранности цели не беспокоятся!

— Ну может они сегодня потеряли столько товарищей, что теперь хотят отомстить вам любой ценой? — мрачно заметил Браун.

— А ты думаешь тебя если что пожалеют? — крикнул другой оборотень, который подгонял лошадей. — Посмотрят, что ты тоже вампир?

— Зачем же? Мы вампиры друг друга резать всегда любили. Это считай наша особенная вампирская традиция.

— В жопу ваши традиции! Помогай давай!

— У нас кстати ещё одна всегда была, — угрожающе произнёс Браун, не обращавший внимания на свистевшие кругом пули. — Оборотней резать.

Наши попутчики странно на него посмотрели, а я, почувствовав неладное пересел так, что закрыл их собою. Аптекарь посмотрел на меня с недовольством, а я осторожно покачал головой. Меньше всего мне сейчас была нужна его самодеятельность и риск упустить Генри. Тем более пока мы ещё не выяснили у него, где Ребекка!

Тем временем вампиры продолжали швырять гранаты и одна из них подорвала телегу, идущую последней. Оборотни кругом взвыли, потеряв товарищей, кто-то даже начал превращаться в волка, но Генри удержал их от подобного. Патрик швырнул в сторону преследователей мину, которая взорвавшись разбросала часть всадников. Я нервно сглотнул при виде разорванных тел, но остальные вампиры уже догоняли нас. Лошадей они не жалели и скоро половина из них уже поравнялась с телегами.

— Госпожу! Спасайте госпожу! — закричала женщина в голубом платье, но её тут же ударил Патрик.

— Мочите кровососов! — приказал Генри.

Один из всадников попытался достать меня копьём, но его перехватил рыжий оборотень и вырвав вампира из седла швырнул на мостовую. Другой только успел прицелиться как Браун метнул пару кинжалов, а третий выстрелил в возничего, прежде чем я разрядил в него всю обойму. Вампир рухнул, но его товарищи уже осаждали нас со всех сторон. Куда ни глянь виднелись пистолеты, копья и мерзкие щупальца.

— Бейте их! Не сдаваться! — ревел Везунчик, паля из револьвера.

— Я говорил уходить нужно! — крикнул мне Браун. — Брать телегу и уходить! А теперь поздно!

— Прорвёмся! — ответил я и пересел к возничему, который начал падать.

Своим плечом я не позволил мужчине упасть и тут же забрал у него поводья. Вообще управлять лошадьми я не умел, но в сложившейся ситуации было достаточно их просто подгонять. Возничий зажимал рукой кровоточащую рану и морщился от боли.

— Я в порядке, — тяжело дыша повторял он. — Сейчас только отдохну немного… Я в порядке.

Регенерация всё же делала своё дело вот только уже не так быстро, как хотелось бы. Рыжий оборотень похлопал товарища по плечу и сразу вскинул винтовку, ведь прямо перед нами всадники уже поравнялись с тянущими телегу лошадьми. Одного вампира рыжий быстро подстрелил, но другой успел рубануть животное мечом, и оно тут же начало спотыкаться. На такой скорости до катастрофы нам оставалось всего несколько мгновений.

— Смотрите! — закричал кто-то. — Смотрите все!

Сначала раздались крики и вопли, я даже толком не понял, что происходит, а потом увидел, как возникший из ниоткуда дым нахлынул на группу преследующих нас всадников. Он был удивительно чёрный, плотный и вместо того, чтобы рассеиваться лишь разрастался в размерах, двигаясь подобно волне. И также словно волна этот дым опрокинул передние ряды вампиров, сбивая и лошадей, и их самих на мостовую. В одно мгновение позади нас началась свалка, задние ряды затормозили, боясь затоптать своих товарищей и количество преследователей резко сократилось. А дым, тем временем, уже ринулся в нашу сторону, стремительно приближаясь. В другой ситуации я бы подумал, что всё это мне мерещится, но десятки лежавших на дороге вампиров и их лошадей заставляли быстро поверить и не в такое!

— Что это? — закричал я, указывая рукой. — Это наши?

— Какие наши?! — завопил Браун. — Я же предупреждал!

Сначала я решил, что этот дым здесь для того, чтобы помочь нам, но совсем скоро осознал насколько сильно ошибался. Догнав нас дым снова накатил подобно волне, но теперь он не только сталкивал вампиров, но и переворачивал телеги с оборотнями. В одно мгновение криков стало ещё больше, наша телега и без того уже плохо шла из-за раненной лошади и тут её буквально подняли в воздух клубы чёрного дыма.

— Держитесь! — воскликнул я.

— Твою мать! — закричал Браун.

— Мерзкая магия! — завопил рыжий.

Телегу опрокинуло на бок и все мы полетели на дорогу. Я больно ударился плечом, но Петля видимо решила, что этого недостаточно для угрозы и поэтому ничего не сделала. С диким ржанием лошади вырвались и бросились прочь. Тем временем дым поднял нашу телегу в воздух и с жуткой силой разнёс её о мостовую. Во все стороны полетели обломки, рядом с тем местом, где я лежал приземлилось колесо. Не мало напуганный я отполз в сторону и попытался оглядеться.

Кругом творился хаос, клубы дыма сбивали с ног и разбрасывали и вампиров, и оборотней, не жалея ни тех, ни других. Ещё одну телегу дым поднял над мостовой и разломал прямо в воздухе. Что это такое было? Почему сражалось против всех? На несколько мгновений я совершенно растерялся и не знал, что делать. Неужели всё закончится прямо здесь?

Раздался громкий хлопок и неожиданно дым развеялся одновременно с каким-то странным криком. Кругом виднелись обломки и мёртвые лошади, а оборотни и вампиры с непониманием смотрели по сторонам, пока короткий момент тишины не разорвал выстрел из позолоченного револьвера.

— К бою, бойцы! К бою! — воззвал Генри. — Отходим к домам!

Его телега стояла нетронутая, а сам он первым спрыгнул на мостовую. За ним последовали его товарищи, подгонявшие пленников и, разумеется, Патрик, уже прятавший в сумку знакомый мне волшебный шар.

— Сколько же ещё козырей в этой штуке? — пробормотал я, сообразив, что к чему и поспешив за ними.

Бой вокруг уже возобновился с новой силой, хотя большинство вампиров бросились кто куда. Немногие оставшиеся проигрывали обратившимся в волков оборотням, в то время как основная часть шайки уже бежала к ближайшим особнякам. Найдя среди обломков Брауна, я быстро помог ему подняться, а затем вместе с рыжим подхватил всё ещё раненного возничего. Что бы ни творилось вокруг я понимал, что сейчас выжить мы сможем только одной большой группой. К тому же среди домов в случае чего и уйти будет проще…

Оборотни ворвались на территорию богатого участка, а затем вломились в большой старинный дом. Обеспокоенные шумом слуги бросились бежать едва завидели вооружённую толпу. Не теряя времени несколько бойцов, тут же заняли позиции у окон, другие в спешке перезаряжали оружие. Многие из них выглядели напуганными, но большинство сохраняли самообладание или по крайней мере хорошо притворялись. С удивлением я отметил, что они действовали и держались куда лучше простых бандитов и это казалось мне подозрительным, хотя думать об этом времени не было. Когда большинство оборотней уже скрылись в доме я задержался у изгороди и обернулся. Там откуда мы прибыли группа вампиров пыталась прорваться сквозь дым, который раз за разом отбрасывал их обратно, а нескольких даже швырнул в реку. За всем этим наблюдал невысокий мужчина в шляпе и плаще, невесть откуда взявшийся. Ничего угрожающего в нём вроде не было, но стоило мужчине посмотреть на нас как мне стало не по себе.

— А я тебя предупреждал, — произнёс Браун, встав рядом со мной. — Теперь такие примчатся, что ты о потасовке с Чёрным кальмаром ещё просить будешь. Валить нужно.

— Мы ещё не узнали то, ради чего пришли, — упрямо повторил я. — И что особенно важно — понятия не имеем, где Ребекка.

— Тогда давай это выясним! И поскорее, потому что мы до сих пор ещё целы лишь потому, что вот тот засранец работает в пол силы!

В особняке Генри обсуждал с Патриком дальнейшие планы. Седой оборотень был явно взволнован и о чём-то спорил со своим главарём.

— Мы уже понесли потери и у нас осталось не так много боеприпасов, — услышали мы с Брауном, когда приблизились. — А теперь, когда заявились эти ублюдки сколько мы сможем с ними тягаться?

— Мы знали, что они заявятся! — заявил ему Генри. — И к тому же у нас этот сраный шар! Используем его!

— Его нужно использовать как гарант успеха! К тому же я не знаю смогут ли они его заблокировать! Генри, мой план единственно верный! Тем более раз мы потеряли транспорт!

— Нет! — резко возразил Везунчик. — Я не отправлю половину команды отвлекать внимание, чтобы самому сбежать с пленницей!

— Вы можете просто меня отпустить.

Все присутствующие обернулись на голос и с удивлением обнаружили что он принадлежал девушке в ярко-красном платье. Та самая, к которой обращались «ваше высочество». Она всё также выглядела усталой и вымотанной, но теперь уже смотрела осмысленно и прямо на Генри. Остальные пленники закрывали её собой и не скрывали своего беспокойства.

— Госпожа, прошу вас, — произнесла женщина в голубом платье. — Вы должны беречь силы!

— Это не имеет никакого значения, если все вы будете оставаться в опасности, — произнесла она и поднявшись на ноги не без помощи подруги гордо подняла подбородок. — Знаю вы думаете будто у вас нет выхода, но на самом деле мы можем найти его вместе.

— Да неужели? — презрительно фыркнул Генри. — Так просветите меня, ваше высочество. И какой же это выход?

— Вы можете меня отпустить. Знаю сначала вам это покажется глупостью, но это действительно решение всех проблем. Те, кто только что вас разбил здесь из-за меня и моя безопасность — это единственное, что их волнует. Достаточно одного моего слова и вам позволят уйти, никто не будет вас преследовать. Сейчас вы в ловушке, но всё можно исправить. Поверьте.

— Поверить? — на Везунчика это слово явно произвело какое-то особенное воздействие. — Кому поверить? Вам? Чтобы как только мы вас отпустим нас всех перебили как собак? Вы это сейчас серьёзно?

— Я представительница одного из самых могущественных королевских домов Европы, — заявила её высочество, голос которой креп с каждым словом. — Моя воля — закон. Если я прикажу, чтобы вас отпустили — вас отпустят. Никто больше не пострадает и ни к чему понапрасну плодить новые жертвы. Не смейте сомневаться в моих словах.

— О! Я сомневаюсь не только в ваших словах, но и в словах всего вашего лживого семейства! Включая вашего мерзкого братца, который как-то раз уже нарушил собственное слово и сжёг на костре тех, кто ему поверил! Так что не рассказывайте мне о королевской милости и прочем вонючем бреде!

— Как вы смеете так разговаривать с сестрой самого короля! — в гневе воскликнула женщина в голубом платье. — Да за одну подобную дерзость никто из вас на заслуживает носить своих голов!

— А ну заткнись дрянь или в конце концов пожалеешь! — прикрикнул Патрик, направив на неё ружьё.

В этот момент я ринулся вперёд и встал прямо между оборотнями и двумя пленницами. Охреневший от моего поступка Браун посмотрел на меня таким многозначительным взглядом, в котором явственно читалось каким именно идиотом он меня считал.

— А ты куда лезешь? Тебя вообще никто не спрашивал! — заявил Патрик.

— Давайте все немного выдохнем и успокоимся! — предложил я. — Уверен никому здесь не нужна лишняя и явно незапланированная кровь!

— Если вы так хотите меня убить, то можете сделать это прямо сейчас! — словно не собираясь мне помогать выпалила принцесса, королева или кто она там согласно королевской иерархии. — Но отпустите моих друзей! Они здесь совершенно ни при чём!

— Дура, — раздражённо выдал Генри качая головой. — Никто здесь не собирается тебя убивать. Но твоя сохранность поможет нам спасти жизни тех, кому в отличие от тебя не повезло родиться с серебряной ложкой в заднице!

— Тогда уберите стволы и давайте уже разберёмся с нашими проблемами, — сказал я всё для себя решив.

— Какое интересное предложение! И как именно?

— Используем его план! — я ткнул пальцем в удивившегося Патрика. — Только отвлекать буду я! Ты сам знаешь, что у меня есть всё, чтобы выиграть вам время!

— Так стоп! — воскликнул Браун, быстро просчитавший изменившееся лицо Генри. — Этого я не допущу! Такое даже не рассматривается!

— Одно условие! — я не обратил внимания на аптекаря. — Ты отпустишь моего бойца, а вместе с ним Ребекку. И ещё расскажешь им всё, что тебе известно о Потрошителе.

— Так-то это три условия получаются, — усмехнулся Генри, который видимо уже тоже всё для себя решил. — А ты один справишься?

— Это комплексное условие и да, я справлюсь один. Мы договорились?

— Я не понимаю меня не слышно что ли? — Браун терял терпение. — Я сказал, что это не предмет для обсуждения!

— Слушай, я вижу ты со всей ответственность относишься к приказам, — произнёс я, обращаясь к нему. — Но мы с тобой оба понимаем, что я тебе не особо-то нравлюсь.

— Да плевать нравишься или нет! Ты — мастер клана! Я тебя не оставлю!

— Ты должен вытащить Ребекку и давай откровенно — для тебя самого это гораздо важнее, — с нажимом сказал я. — А информацию о Потрошителе ты сам знаем кому передать. Больше не хочу ничего слышать. Генри, мы договорились?

Я был уверен в том, что Генри согласится, но в этот момент с треском разбились окна и в особняк залетел дым. Поднялась паника, все кричали и стреляли, я же выхватил у Патрика ружьё и бросился к окну, ведущему на улицу. Там стоял мужчина в шляпе и плаще, спокойно куривший длинную трубку. И именно из этой трубки тянулся дым, громивший теперь первый этажа особняка и разбрасывающий в стороны оборотней. Прицелившись, я выстрелил несколько раз, но мужчина быстро ушёл в сторону. Позади нескольких бойцов вышвырнуло во двор, но прежде, чем дым добрался до Генри и её высочества раздался уже знакомый громкий хлопок и весь дым выдуло обратно на улицу. Обернувшись, я увидел полный хаос — оборона была откровенно сломлена, оборотни лежали на полу, с трудом поднимаясь на ноги. Любой сейчас мог войти сюда и не встретить никакого сопротивления.

— Генри, мы договорились! — крикнул я, бросив ружьё и схватив с пола пару пистолетов. — Браун, ты понял, что делать!

С этими словами я выпрыгнул на улицу и бросился прямо к человеку с трубкой. Он уже не стоял в полный рост, а пригнулся, приготовившись встретить угрозу. Я выстрелил прямо на ходу — мужчина снова бросился в сторону, а меня сбил с ног чёрный дым. Он был таким плотным, что казалось будто меня действительно опрокинула волна на берегу. Больно ударившись о землю, я тут же поднял руки и продолжил стрелять. Владелец трубки двигался быстро, скорее всего ему помогал его дым. Тот же дым поднял меня в воздух и с силой ударил о землю сломав мне руку. Петля не заставила себя ждать.

Снова оказавшись на ногах, я открыл огонь с двух рук и вроде бы задел гада, но дым скрыл его словно стеной. Ещё одна чёрная стена появилась сбоку, подхватила меня и впечатала в стену другого особняка. Боль была невероятная, рука точно была сломана, скорее всего ещё и нога. Петля вернула меня в то самое место, в которым дым схватил меня, и я оказался почти лицом к лицу с ещё одним мужиком с трубкой. Этот имел пышные бакенбарды и зелёную шляпу с перьями и посмотрел на меня с немалым удивлением. Прежде чем он что-либо успел сделать я ударил его по лицу рукоятью пистолета, а затем дым отбросил меня от него на несколько метров. И не просто отбросил — на этот раз мою грудь словно пробили несколько мечей, образованных этим дымом. Петля снова спасла меня вернув обратно к мужчине, но теперь он вместе с напарником быстро крутились вокруг, постоянно сохраняя дистанцию.

Я стрелял сразу в обоих, поражаясь тому, как ловко они закрывались от пуль. Дым же теперь не пытался меня схватить, а атаковал в образе мечей и огромных молотов, от которых я сам уворачивался с трудом. Как только патроны закончились я бросил пистолеты и выхватил полученный от Брауна кинжал. Первый же попавший в моё плечо дымовой меч активировал Петлю и переместил меня к мужчине в плаще, которому только чудом удалось увернуться от лезвия. Дымовой молот сломал моё колено, боль была такая, что я чуть не взвыл, но зато Петля переместила меня прямо за спину противника. Быстрым движением мне удалось вонзить кинжал ему в спину, кажется я даже услышал крик — молодой и полный страха. А затем ещё одна волна дыма отшвырнула меня с такой силой, что я даже не понял сколько и как быстро пролетел. Количество переломов трудно было сосчитать, к тому же меня пронзили сразу несколько дымовых мечей поэтому на какое-то время я ушёл во тьму. Все звуки приглушились и неожиданно громко словно прямо над моей головой я услышал удар колокола. Один удар колокола.

А потом мир снова вернулся в норму и открыв глаза я увидел, что на меня уже никто не спешит нападать. Я лежал на земле, прислонившись спиной к кирпичной ограде, увитой плющом, и первая мысль заключалась в том, что у меня больше не было никакого оружия. А ведь это была проблема, потому что прямо передо мной на лошади появился тот, кого я меньше всего ожидал здесь увидеть. Брайан Каренгем собственной персоной.

Остановив лошадь прямо между мной и двумя мужчинами, окружёнными чёрным дымом, он направил на них сигнальный пистолет. Сигнальный. Пистолет.

— Зачем? — устало прохрипел я.

— Вы оба прекрасно знаете, что это, — видимо не услышав меня прорычал Брайан. — Так что уберите свои трубки и разойдёмся по-хорошему.

— Ты знаешь кто нас послал, — произнёс обладатель бакенбардов и шляпы с перьями, говоривший с сильным акцентом. — Мы не отступим.

— Точно также как не отступлю я! — наверное что-то в моей голове помутилось, потому что прямо сейчас Брайан решительно меня защищал. — Не создавайте себе конфликт с теми, кого даже вы не потянете!

— Это ты себя имеешь в виду? — выпалил тот кого я ранил кинжалом и который был сильно моложе своего напарника. — Думаешь мы не сможем тебя порвать? Да ты хоть понимаешь с кем имеешь дело?

— Лучше сам присмотрись! А не то больше такой возможности не представится!

— Мы все тут понимаем кто есть кто! — крикнул обладатель бакенбардов. — Но у нас есть задание, и мы от него не откажемся! Так что боюсь время разговоров подходит к концу!

— Задание ваше уже без вас выполнили, — зло бросил Брайан, чем удивил меня не меньше, чем самим своим появлением. — Поэтому можем разойтись мирно, и никто никого не тронет. И поверьте эта игрушка справится и с вашим дымом и много с чем другим.

Я плохо соображал и с трудом поднялся на ноги, но в конце концов всё встало на свои места. Хотя и казалось каким-то безумием… Очень скоро появились Джошуа с Олафом при чём оба настолько злые, что я уже даже не знал, что и думать. Особенно после того, как следом за ними я увидел вооружённых людей в тёмных плащах и, между прочим, её высочество собственной персоной! Ещё и в компании остальных пленников.

— Представляться не буду, потому что лица друг другу уже знакомые! — громко заявил Джошуа, остановив свою лошадь рядом с Брайаном. — Её высочество мы освободили так что прямо сейчас забираете её и защищаете ценой своих жизней и всего остального, что там в вашем задании указанно. Мы же спокойно забираем наших людей и на этом расходимся. Никто никому не мешает, никто никого не преследует. Предложение принимается немедленно и обсуждению не подлежит!

Глава 24

Глава 24.

— Или вы немедленно объясните мне, что здесь происходит или я прямо сейчас поставлю вопрос об измене!

В тот момент, кода я решил, что отправиться на Бирнет-Стрит и о чём-то договариваться с Везунчиком Генри это хорошая идея я даже представить себе не мог чем всё это обернётся. В тот момент, когда Генри повёл нас со своей шайкой на дело я думал о том, как спасти попавшую из-за меня в плен Ребекку и не знал как далеко мы зайдём. И уж тем более я никак не думал, что мне или моим товарищам придётся оправдываться перед младшим братом самого короля неким лордом Эдгаром, который, разумеется, прибыл не в духе.

— Именем его величества я имею право прямо сейчас арестовать всех причастных к нападению на мою семью, которых будет ждать суровый, но справедливый суд!

— В таком случае вам и вашим людям придётся поторопиться, потому что виновники, организаторы и исполнители данного нападения прямо сейчас удаляются от этого места, — сохраняя спокойствие прокомментировал Джошуа.

Вообще молодой лорд был под стать легендам о благородных королях — сильный, красивый, с лицом полным праведного гнева. Украшений он почти не носил, хотя я заметил у него на руке здоровенный перстень с гербом. Он прибыл в хорошей, но довольно простой одежде — клетчатый пиджак, жёлтая рубашка, брюки и кожаные туфли. Ощущение будто его оторвали от тихого семейного вечера, может позднего ужина, хотя нападение на особняк Генри провернул поздней ночью. Зато прибыл он не один, а с целым взводом вооружённых до зубов гвардейцев с винтовками, гранатами и твёрдым намерением убивать всех, на кого лорд им укажет.

— Мой господин, хотите, чтобы мы задержали этих людей? — уточнил командир гвардейцев, у которого похоже руки чесались пустить весь свой арсенал в ход.

— Решать только вам, ваше королевское высочество, — вздохнул Джошуа. — Однако посмею напомнить, что я и мои люди отбили вашу сестру, её королевское высочество, у похитителей и передали охране вашей семьи.

Что уж требовалось признать, так это то, что Везунчик Генри оказался крайне амбициозным парнем! В особняке Чёрного кальмара, где его оборотни устроили настоящую бойню они похитили не просто аристократку, не просто какую-то там дворянку со связями, а самую настоящую принцессу, а точнее младшую сестру правящего короля Англии Аманду. Или правильно говорить принцессу Аманду? Как Браун и обещал по её душу кого только не подняли и кроме вампиров Чёрного кальмара или гвардейцев самого короля вытаскивать принцессу бросились самые настоящие маги, которые изначально и наблюдали за её посещением того самого вампирского особняка. Маги с курительными трубками и управляемым чёрным дымом. Что же принцесса вообще делала в таком неоднозначном месте как мрачный особняк вампиров с щупальцами по-прежнему оставалось открытым вопросом.

— И где же теперь эти виновники? — в разговор вмешался маг с бакенбардами и в шляпе с перьями, которому я похоже разбил нос. — Исполнители, организаторы и так далее?

— Я же сказал — они отступили. В результате короткой стычки, мне и моим людям удалось отбить у них всех пленников. Ну кто-то же должен был это сделать.

— Да? А это тогда кто? — молодой маг, которого я сумел ранить кинжалом указал на меня. — Организатор или исполнитель?

— А это наш агент, — Джошуа смерил меня взглядом, в котором однозначно читалось, что бояться мне нужно вовсе не магов и тем более не вампиров. — Он здесь по нашему заданию.

— Какому ещё заданию? — лорд Эдгар с непониманием смотрел то на нас, то на своих магов.

— Тому самому, по которому он ранил моего ученика? — холодно поинтересовался мужчина в шляпе.

— И, кажется, сломал вам нос, — не преминул заметить Джошуа к нескрываемой усмешке стоящего рядом Олафа. — Да всё это часть задания. Видите ли, мы изначально внедрили двоих наших агентов в эту шайку наглецов, которые должны были наблюдать изнутри, поддерживать видимость того, будто они на стороне нападавших и при этом следить чтобы безопасности её королевского высочества ничего не угрожало. Полагаю, что они полностью справились со своей задачей.

— Но зачем он на нас напал? — не отступал маг.

— Отвлекающий манёвр. Благодаря этому нападавшие решили, что смогут спокойно уйти и попали прямо в нашу засаду. Всё это было заранее спланированно. Так что можно сказать, что вы тоже немного помогли спасти её королевское высочество.

Оба мага даже не пытались скрывать раздражение и злость, которые испытывали на наш счёт, ведь выглядели они со всех сторон в дураках. И в то время, как их магия внушала мне серьёзные опасения, мастерство Джошуа вызывало исключительное уважение.

— Если вы так хорошо всё спланировали, то почему заранее не предупредили нас об этой операции? — мрачно поинтересовался лорд Эдгар.

— Прошу меня простить, — Джошуа всё также сохранял невозмутимое лицо. — Но без точной даты нападения мы не могли беспокоить ваше королевское высочество, а враги провернули всё очень быстро. Мы реагировали буквально по горячим следам. К тому же мы не знали кому в вашем окружении можно доверять, но здесь уверен вы меня понимаете.

К моему удивлению лорд Эдгар сдержанно кивнул и никак не возразил на подобную дерзость. С другой стороны, ведь как-то Генри узнал и про принцессу, и про особняк, и про то как и когда она будет его посещать? А значит утечка в самых высоких королевских кругах действительно существует и очевидно, что такой человек как брат короля должен это понимать.

— Значит вы предлагаете мне отпустить вас, ваших людей и вот этого молодого человека, — лорд Эдгар ткнул в мою сторону пальцем. — Просто так? А гвардейцев и господина Шмидта с его учеником отправить по следу тех, кого я здесь в глаза не видел?

— Да именно так, — Джошуа не моргая смотрел прямо на него. — Мы вам помогли поэтому не вижу оснований для ссор. А виновники, как я уже сказал отступили и преследовать их или нет уже только вам решать. Не смею больше задерживать ваше королевское высочество.

— Лорд Эдгар! — неожиданно вмешалась в разговор подбежавшая к нам женщина в голубом платье. — Простите меня за дерзость, но эти люди действительно нам помогли! Спасли нас из лап этих подлецов!

— Госпожа Чарригтон, речь идёт о безопасности моей сестры…

— Эдгар ты не слышишь меня? — женщина явно сдерживалась, чтобы не повысить голос ещё больше и указала на меня. — Вот этот человек спас твою сестру, когда на неё направили ружьё! После того, как вот эти горе маги довели оборотней до злобного безумия! Так что благодаря ему и вот этим людям и твоя сестра, и я, кстати, тоже ещё живы!

— Оливия, только из уважения к твоему отцу, — вздохнул лорд и покачал головой. — Можешь считать, что я тебя услышал. А теперь вернись, пожалуйста, к моей сестре.

— Разумеется, ваше королевское высочество.

Женщина гордо кивнула и больше не позволяя себе шуметь удалилась к принцессе. Я же проводил её полным удивления взглядом. Вот уж чей след я никак не ожидал здесь увидеть, так это графа Моргана.

— Мне нужно будет встретиться с вашим руководством, — многозначительно произнёс Эдгар, снова глядя на Джошуа. — Передайте это, а своего человека, который обсудит детали встречи я пришлю позже. И не сомневайтесь — наши люди найдут всех виновных за это нападение и каждого призовут к ответу. Кого-то через суд, а кого-то и без суда.

— Конечно, не сомневаюсь. И уверен сэр Абрахам найдёт для вас время.

На этом наше знакомство с братом самого короля закончилось, и лорд Эдгар ушёл успокаивать свою сестру, вокруг которой уже хлопотала Оливия Чарригтон. Гвардейцы последовали за ним, а маги смерили нас недовольными взглядами явно рассчитывая на реванш. Обладатель бакенбардов и шляпы, которого Эдгар назвал Шмидтом выругался в мою сторону на немецком, а потом вместе со своим учеником последовал за лордом. Я же усмехнулся, глядя им вслед — всё-таки мне удалось как следует потрепать их обоих, что было приятно осознавать. Тем более я был искренне рад, что сумел вырваться из всей это поганой ситуации, в которой уже был готов к любому исходу. Ну почти к любому.

— Парни, как же я рад вас видеть! — воскликнул я, обращаясь к товарищам. — Вы не представляйте как я вам всем благодарен!

— Как дал бы тебе! — прикрикнул Джошуа замахнувшись кулаком.

Несколько гвардейцев посмотрели в нашу сторону, и рыцарь вынужденно сдержался. Стоявший рядом Брайан сверлил меня недовольным взглядом, а Олаф как всегда весело улыбался. Остальные бойцы Артурианской Службы в тёмных плащах стояли неподалёку, ожидая приказа.

— Сказано же было — возвращайся в особняк и жди дальнейших указаний! Жди дальнейших указаний! Вот какого хрена ты всё это устроил?

— Джошуа, послушай я хотел помочь нашему делу…

— Это был риторический вопрос! Нет серьёзно ты даже хуже Льюиса. Совершенно ничего не слышишь!

— Слушай я хотел как лучше. Я хотел помочь.

— Конечно хотел! Было бы иначе мы бы сейчас с тобой не разговаривали! Как будто у меня других проблем кроме тебя нет!

— Ну в мои планы создавать проблемы не входило! Это уже не по моей вине всё вышло из-под контроля! Скажи, как там Ребекка с Брауном? С ними всё в порядке?

— В порядке. Брауна освободили вместе с остальными пленниками, а Ребекку отбили отдельно, когда её перевозили на новое место, — вздохнул Джошуа и покачал головой. — Нет вы слышали? Похищение принцессы и десятки вампирских трупов, а он это называет «вышло из-под контроля»!

— В любом случае спасибо что вытащили меня из всего этого дерьма, парни, — после некоторого молчания сказал я. — А то уж не знаю, что мне тут светило с этими двумя отмороженными курильщиками!

— Ничего хорошего, — буркнул Брайан. — Хотя может тебя бы это уму-разуму научило?

— Сами его научим. Ладно, закончили здесь с этим. Я своих не бросаю! — заявил Джошуа одновременно забираясь на лошадь, на которой приехал. — Будешь должен, Себастьян. Но думаю уже в самое ближайшее время сможешь этот долг вернуть. А теперь уходим! Немедленно!

Пока другие бойцы садились на лошадей или в экипажи Олаф подошёл ко мне и по-товарищески обнял за плечо.

— А ты хорошо погонял этих двоих! — усмехнулся он, махая магам. — Заставил их как следует попотеть. Одобряю! Такое мне нравится!

— Рад что хотя бы тебе, — заметил я, глядя на недовольного Брайана.

— Ты, конечно, идиот, но идиот храбрый, — одарил меня сомнительным комплиментом Олаф. — Так что не беспокойся. Конечно, Джошуа очень хочет тебя придушить. Но то, что ты изменился и изменился в лучшую сторону, ты уже всем доказал.

* * *

— Так как вы спасли пленников? — спросил я, когда после быстрой, но продолжительной езды мы прибыли в самый настоящий дворец.

— Сделали то, за что Джейкоб Найт нас всех проклянёт, — вздохнул Джошуа, который безошибочно ориентировался в местных коридорах. — Договорились.

После пережитых приключений в компании Брауна и Генри, которые трудно было назвать приятными, мне хотелось вернуться в особняк Блэков и хоть немного отдохнуть. Поесть, поспать может даже выпить. И может пора уже называть этот особняк своим домом? Однако Джошуа быстро дал мне понять, что ничего из этого моей измученной душе не светит и впереди предстоит только работать, работать и ещё раз работать. Рыцарь отправил сопровождавший его отряд бойцов обратно в штаб-квартиру Артурианской Службы, а вместе со мной, Олафом и Брайаном направился в богатый и окружённый садами дворец, владельца которого я рассчитывал в ближайшее время узнать. Как минимум из любопытства! Хотя любопытство требовало ответов и на другие, гораздо более животрепещущие вопросы.

— Так что там произошло? — спросил я, когда мы передали наших лошадей конюхам, а надушенный лакей вызвался указать нам дорогу. — А то, честно говоря, я так до конца и не понял во что в итоге ввязался.

— Плохо, что ты только теперь задаёшься этим вопросом, — заметил Джошуа, который быстро обогнал лакея и уже сам находил путь во дворце. — О таких вещах нужно задумываться до того, как ты прыгаешь в неизвестность навстречу огромным проблемам для себя и окружающих.

— Слушай, я уже понял, что совершил ошибку, недооценил этого Генри и его оборотней, — признал я. — И, кажется, сказал спасибо за своё спасение! Так можно мне наконец услышать его подробности?

— Сэр, давайте не будем его мучить! — смеясь предложил Олаф.

— Мы ещё даже не начинали, — заявил Джошуа, когда мы остановились в одном из богато украшенных залов, а лакей попросил нас подождать. — Ввязался ты Себастьян в самые настоящие проблемы, из которых мы тебя с трудом вытащили. И если бы не наше вмешательство тебя бы уже либо утопили в Темзе, либо прилюдно повесили.

— Это я уже понял. Так как вы спасли Брауна и эту принцессу? И что значит «договорились»?

— Когда Генри со своим отрядом начал отходить, то они действительно угодили в нашу засаду. К счастью, мы успели вовремя и смогли хорошо их встретить! Сами оборотни были готовы устроить бойню, но Генри похоже отличается от большинства своих сородичей. Он умнее, поэтому понял в каком положении оказался. Когда мы предложили ему разойтись миром, он сомневался долго, но всё-таки принял верное решение.

— Лучше было бы их перебить, — заметил Брайан, присаживаясь в одно из кресел для ожидания.

— Тогда бы они убили принцессу Аманду, и мы бы не смогли договориться с её братом. Стараниями Себастьяна эта история чуть не превратилась в конфликт между Артурианской Службой и короной.

— И Генри её отпустил? Её и других пленников вместе с Брауном?

— Да хоть это и не понравилось его подчинённым. Однако выбора у них не было и к счастью для них он это понял. К тому же мы вернули ему того оборотня, которого захватили в твоём особняке.

— Я искренне рад, но всё равно верю с трудом. Они стольких потеряли при этом налёте!

— Они завалили столько вампиров, что можно сказать оно того стоило, — с уважением в голосе сказал Олаф. — Уверен, клан Чёрного кальмара рассержен куда больше, чем они!

— Так зачем они всё это устроили? — спросил я. — Зачем Генри похищать целую принцессу? Не слишком амбициозно для его шайки?

— Потому что Генри и его оборотни с Бирнет-Стрит — это не совсем криминальная шайка, — Джошуа огляделся по сторонам, словно опасался, что нас подслушивают. — Они ирландцы. Понимаешь? Борцы за независимость.

— Чего? Какая ещё независимость? Ты о чём?

— Армия Свободной Ирландии. Они революционеры. А криминальная шайка — это несмотря на всю сопутствующую деятельность только прикрытие. В действительности эта компания помогает сочувствующим ирландской независимости и время от времени кошмарят британские власти. Которые, кстати, называют их исключительно террористами.

— Твою мать! Так зачем им тогда принцесса?

— Принцесса Аманда — народная любимица и сестра короля. Не плохая девушка если опустить некоторые подробности. А используя её в качестве заложницы Генри скорее всего планировал выторговать что-нибудь у королевской семьи.

— И чтобы он просил? Полную независимость Ирландии? Готов поспорить никто бы ему навстречу не пошёл!

— Сомнительно, конечно, но какой-нибудь обмен на политических заключённых был бы вполне возможен. В общем королю она очень дорога, как и её брату Эдгару, но это ты уже заметил.

— И не только им, — я вспомнил женщину в голубом платье. — Неужели с ней действительно была дочь графа Моргана Чарригтона?

— Не дочь, а жена, — со значением поправил меня Джошуа. — И да они очень дружны. Морган хоть и граф, а не какой-нибудь герцог, но крутится в самых высоких кругах. В том числе благодаря влиятельному отцу своей жены.

— Теперь это объясняет откуда у него настолько серьёзные связи.

— И почему с ним так сложно разобраться, но ничего. Похоже у нас наконец-то появился шанс прижать этого гада. А вместе с ним и Потрошителя!

— В каком смысле? — удивился я.

В этот момент двери зала, в котором мы ожидали открылись и к нам присоединился не просто полный, а огромный мужчина в шикарном костюме, в который, как и при прошлой встрече можно было поместить двух человек.

— О, дорогие господа! Как же я рад вас всех видеть! — воскликнул лорд Джеймс Уинтер, на голове которого снова красовался откровенно комичный парик. — Прошу за мной! И прекратите кланяться!

Не останавливаясь, он открыл другие двери, прошёл через пару коридоров и ещё один зал, в котором над какими-то бумагами и письмами трудились с десяток человек. Мы, разумеется, последовали за ним.

— Работа идёт отлично! Шифр успешно подобран и теперь дело за малым — расшифровать десятки посланий и документов, которые нам подарила эта замечательная квартира на столь не замечательной улице как Холборн!

— Рад это слышать, милорд, — произнёс Джошуа, который разговаривал с лордом Унитером куда более уважительно, чем с Эдгаром. — Как думаете сколько ещё времени это займёт?

— Боюсь ещё несколько дней, но я и так задействовал достаточно кадров, которым можно доверять на определённых условиях. Привлечение больших ресурсов заинтересует внимание ненужных нам глаз, от королевских и даже иностранных спецслужб до совсем неприятных нам вампиров и ведьм.

— Излишнее внимание нам не нужно и сэр Абрахам его не одобрит.

— Абсолютно согласен!

Несколько лакеев таскали коробки с новыми письмами и документами, пара человек что-то отмечали на картах Англии и всей Европы. Сидя за небольшим столом, мужчина в наушниках курил и отбивал сообщения с помощью азбуки Морзе. Я же смотрел на всё это с нескрываемым удивлением, пытаясь понять, что происходит. Упоминание квартиры на улице Холборн, где мы нашли разрубленные Потрошителем тела меня заинтриговало.

Лорд Уинтер прошёл через ещё несколько помещений и остановился только в своём кабинете, где буквально рухнул в огромное кресло. С тяжёлым вздохом снял парик и протёр вспотевшую лысину. Всё это напомнило мне нашу первую встречу, когда он выдал нам документы, благодаря которым я стал Себастьяном Блэком. Как же давно теперь это было…

— Можете передать сэру Абрахаму, что всё идёт полным ходом, — сказал он после того, как отпил вина из поданного слугой кубка. — Немного позднее я направлю к нему людей с докладом, а пока что наши сыщики роют землю по всему Лондону при чём в буквальном смысле! Есть несколько интересных вариантов, но сначала их нужно как следует проверить!

Кабинет был богато обставлен вазами, африканскими щитами, какими-то бивнями и прочей экзотикой, наверняка стоившей безумных денег. Буквально всё кругом от огромных картин до хрустальных с золотом бокалов на полках говорило о могуществе проживающей здесь семьи. Конечно, ещё после встречи в парламенте я понимал, что Джеймс Уинтер богатый человек, но что бы настолько!

— Да это фамильный дом моей семьи, — подтвердил Уинтер, будто прочитав мысли всех кроме Джошуа. — Мы владеем им уже не одно поколение и, к сожалению, он с потрохами выдаёт всем уровень нашего благостояния. Но, с другой стороны, как бы без такой помощи и поддержки я добился и занимал тот пост, который занимаю сейчас?

Он громко рассмеялся, пока все мы сохранили молчание. Джошуа заметил мой непонимающий взгляд и кивнул на кипу документов на огромном столе премьер-министра, которые скорее всего представляли собой отчёты.

— За то время которое ты отсутствовал у нас тут наметился серьёзный прогресс, — сообщил рыцарь, позволив себе улыбнуться. — К сожалению, Энтони или Кенни нам обнаружить так и не удалось, но зато мы напрягли имеющиеся ресурсы, прошлись по их связям и взяли множество помощников, которые копали кладбища и могилы для Кенни и Потрошителя. Лица самого разного происхождения, действующие из самых разных интересов.

— В основном корыстных, — вставил лорд Уинтер.

— Большинство из них оказались разговорчивы, кого-то пришлось убеждать, но Борренгаф постарался и теперь мы знаем что они рыли и воровали трупы с кладбищ и моргов для Потрошителя, доставляли их в разные места, где их потом забирал Кенни. Пока что мы не знаем зачем они это делали, но зато догадываемся, где Потрошитель может скрываться. Мы всего в нескольких шагах от того, чтобы найти его убежище.

— И теперь полиция и Скотланд-Ярд обыскивают дома, склады и мастерские вблизи обозначенных нами мест, ищут свидетельства о похищениях тел из моргов, а также проверяют районы с кладбищами, в которых работали упомянутые помощники. Ну то есть роют землю в поисках схронов и тому подобного! — казалось Уинтера это даже забавляло. — Так что мы действительно близки к поимке этого кровавого чудовища! Господа, за это необходимо выпить!

— Боюсь, что мы не сможем, — возразил Джошуа, не обращая внимания на изменившего в лице Олафа. — Нам ещё нужно выполнить срочное поручение сэра Абрахама и к тому же мы не хотим долго отвлекать вас от дел.

— Да лучше бы отвлекали, — буркнул здоровяк и мгновенно сделался серьёзным. — У нас масса дел, требующих решения, серьёзные проблемы с Францией, не говоря уже о готовящемся восстании там, где я пока даже называть не хочу. И, конечно, охота на Потрошителя! Но вместо этого меня дёргают по личной просьбе графини Аделаиды Голдривер ради помощи её племяннику! В общем, как я рад, что пришли вы с реальными делами!

— Мы всегда готовы порадовать вас новыми делами, милорд. Благо их у нас полно, — вздохнул рыцарь. — Сэр Абрахам просил нас забрать кое-какие документы для одного графа.

— Простите за дерзость, а можно узнать, что за история с племянником госпожи Аделаиды? — спросил Олаф пока я с удивлением смотрел на Джошуа.

— Ни в коем случае иначе графиня Голдривер заставит вас об этом пожалеть, — совершенно серьёзно сказал лорд Уинтер, а затем указал присутствующему при нашем разговоре слуге на свой стол. — Верхний ящик, зелёная папка. Передай её моим друзьям. Здесь всё готово, господа. Всё что необходимо нам для решения проблемы, и хочу сказать, что для меня было большой радостью собрать весь этот материал. Жаль только я не увижу лицо подлого гада, когда вы предъявите ему эти бумаги!

— А о каком именно графе идёт речь? — уточнил я.

— О том самом, — ответил Джошуа, принимая у слуги папку. — О том самом графе, который делает нам нервы и крайне недоволен твоим появлением в особняке Блэков. О графе Моргане Чарригтоне. И теперь у нас на руках наконец-то есть то, что заставит его заткнуться.

* * *

— Возвращайся в особняк и попытайся заснуть, — распорядился Джошуа, когда после дворца лорда Уинтера мы встретились с полицейскими на одном из мест обыска. — Ночь у тебя была та ещё так что тебе не помешает отдохнуть.

— Слушай я в порядке. Сколько ещё мест вы планируете проверить?

— Езжай и отдохни! Это приказ. Вечером у нас большое дело так что я хочу, чтобы ты был к нему готов.

Особого смысла спорить не было поэтому я согласился, а Джошуа предоставил мне извозчика, который и доставил меня домой. Вообще я уже с ног валился от усталости и попытаться уснуть было действительно хорошей идеей. Поэтому, не обращая внимания на недовольство Брайана и не в силах думать о том, что там запланировали на вечер, я забрался в экипаж, где по дороге вскоре уснул. К сожалению, с самого начала этого безумного дня я так и не увидел ни Брауна, ни Ребекку, о которых искренне беспокоился даже несмотря на заверения Джошуа, что их обоих отправили в убежище. В принципе это было правильно, всё-таки наступил новый день, из-за туч вышло солнце и для них было опасно искать с ним встречи. Однако я всё равно хотел поблагодарить аптекаря за помощь, ведь хоть он и был мрачным типом, но верно помогал мне и защищал меня. Что же касалось Ребекки, то мысли о встрече с ней почему-то вызывали у меня искреннее волнение.

Извозчик разбудил меня, когда я был уже у особняка, где меня встретил дворецкий Руперт, лицо которого изображало крайнее беспокойство.

— Да-да я жив, можешь особо не волноваться, — сказал я, проходя в коридор. — Что случилось? Снова заявился граф Чарригтон?

— Вовсе нет, господин Себастьян.

— Странно. В прошлый раз, когда меня не было дома пару дней он сразу послал своего подручного. Так что не так? И где семья?

— Госпожи Камилла и Патриция сегодня в гостях и сказали, что будут поздно вечером. А госпожа Мадлен, — дворецкий запнулся и посмотрел назад. — Госпожа Мадлен отдыхает у себя.

— Снова отмечает моё отсутствие? — усмехнулся я и по изменившемуся лицу Руперта решил, что недалёк от истины. — Может стоит расстроить?

Не дожидаясь ответа, я направился в покои своей названной бабушки, рассчитывая услышать град оскорблений, но оказался просто не готов к тому, с чем неожиданно столкнулся. Госпожа Мадлен, эта строгая и откровенно злобная женщина, не знавшая никаких компромиссов, сидела за письменным столом в своей комнате и плакала. Глядя на то, как она прятала лицо в ладони и на открытую бутылку вина, стоявшую на столе, я просто не мог поверить в происходящее. Мир свихнулся? Что дальше? Сам Потрошитель явится в эту комнату, сдастся и попросит прощения за всё, что совершил?

— Госпожа Мадлен, — осторожно произнёс я, не обращая внимания на дворецкого, мнущегося за моей спиной.

Женщина дёрнулась как от удара, а затем медленно повернулась ко мне. Лицо её было красное, тушь потекла и явно плакала она уже долго.

— Всё в порядке?

— Себастьян? — произнесла она, словно не веря своим глазам. — Это ты?

— Как видите. По-прежнему живой и даже невредимый. Что пьёте? По какому поводу? Неужели горюете по моему временному отсутствию?

— Что? Не дождёшься!

— Значит эти слёзы не из-за меня?

— Иди ты! Стану я ещё из-за тебя плакать! Да пропади ты хоть на месяц я по тебе ни слезинки не выдавлю!

— Ну слава Богу, — с облегчением произнёс я, присаживаясь на свободный стул. — А я уж думал мир перевернулся. Выходит, всё в порядке.

— В порядке? — Мадлен сверкнула покрасневшими глазами. — По-твоему в этом доме хоть что-то в порядке? Монстры вваливаются в него как к себе домой, бардак куда ни посмотри и самое главное, что мой дорогой сын, которому мы с его отцом всё это передали мёртв! Это ты называешь в порядке?

— Нет, — твёрдо сказал я и взяв бутылку выпил прямо из горла. — Знаете с недавних пор в моей жизни вообще не осталось ничего, что можно было бы назвать «в порядке».

— Прости, — неожиданно выдала Мадлен, отчего я чуть не поперхнулся. — Он ведь был твоим отцом и для тебя это, наверное, тоже горе. Знаешь он ведь на самом деле тебя любил, хотел привести в этот особняк, официально усыновить. Но я была против.

— Так понимаю внуки вам были не нужны?

— Рождённые вне законного брака? Увольте! И не криви лицо! После того, что ты устроил в университете, куда отец по великой своей доброте, упокой Господи его душу, тебя пристроил ни о каком усыновлении не могло быть и речи! Просто отвратительный поступок!

Учитывая обстоятельства, я понятия не имел о чём речь, поэтому оставалось только молчать. К этому времени дворецкий уже исчез.

— Послушай, Себастьян, мы с тобой признаться не особо ладим, — вдруг начала Мадлен. — И тому в основном твоя вина. Я всегда гордилась своим сыном, всегда любила его, но та ошибка, которую он совершил с тобой, эта порочная внебрачная связь — она отбрасывала на него страшную тень! И если честно я испытывала неприязнь к тебе особенно из-за того, что не могла простить сына за эту ошибку. Однако я женщина справедливая. Я вижу, что ты не мало делаешь для этой семьи, возможно, даже искренне стараешься. И возможно я была не права на твой счёт.

— Вы хотите меня о чём-то попросить? — догадался я.

— Ты должен отомстить за своего отца, — твёрдо глядя мне в глаза произнесла женщина. — Ты должен любой ценой убить тварь, заставившую меня похоронить сына. Не ради меня, не ради себя, но ради него! Ради того, чтобы Льюис мог обрести покой зная, что его семья за него отомстила. Понимаешь меня? Его семья. Его сын. Своей рукой. Понимаешь?

— Простите, господин Себастьян, — неожиданно вернувшийся Руперт, не дал мне ответить. — Но у нас возникла проблема, требующая вашего внимания.

— Что там случилось? — устало вздохнул я.

— Кажется к нам снова заявились оборотни.

Глава 25

Глава 25.

Когда Руперт сказал «оборотни» я ожидал увидеть шайку с Бирнет-Стрит, явившуюся спросить с меня за всё что угодно и потому вышел к гостям с мечом в одной руке и револьвером в другой. Но оборотень оказался только один и это был Везунчик Генри собственной персоной. Выглядел он, как и всегда хорошо, но учитывая зверскую регенерацию его вида трудно было сказать через что он прошёл, прежде чем оказаться здесь.

— Признаюсь, я думал ты уже где-то далеко от Лондона после своего провала, — прямо сказал я. — Скрываешься где-нибудь в надежде избежать встречи с людьми короля или с теми магами, которым твоя шкура поможет поправить свою репутацию.

— Всего одна версия? — оборотень принял оскорблённый вид. — И вы люди называете себя великими тактиками и стратегами? Вот у меня на твой счёт было сразу три версии. Хочешь услышать?

— У меня есть выбор?

— Первая — я думал ты отмечаешь то, что выбрался из всей нашей заварушки в каком-нибудь борделе с выпивкой, а вторая — что тебя казнили гвардейцы короля за нападение на его сестру. Разумеется, после того как закончили с пытками.

— А третья?

— А третья она как вторая, только пытают и казнят тебя твои же собственные товарищи из этой службы. Ну которые ночью тебя спасли.

Появление Генри немало меня удивило поскольку после всего произошедшего я не думал, что мы с ним ещё хоть раз встретимся. Дорога революционера явно вела его обратно в Ирландию, а дни шайки с Бирнет-Стрит похоже были теперь сочтены. Тем более что Джошуа полностью отдал поиски оборотней королевским спецслужбам, которые рвались исполнить приказ лорда Эдгара. Смирившись с тем, что всё сложилось так как сложилось я перевернул страницу и совершенно не планировал возвращаться обратно.

Дворецкий отвёл незваного гостя на задний двор, где мы могли бы без лишних свидетелей поговорить в крытой беседке. Ещё не хватало, чтобы этот отморозок привёл за собой кого-нибудь, например, магов с трубками.

— Ну а ты сам не боишься, что тебя казнят? Или будут пытать? — я огляделся по сторонам, в надежде что нас никто не подслушивает. — Чего припёрся ко мне?

— Казни, пытки и прочая ерунда? Конечно, боюсь, что уж тут отрицать? Но без риска не достичь успеха, сам знаешь. Поэтому я и отправил большинство своих подальше отсюда — рисковать буду сам. К тому же сейчас день и ищейки Чёрного кальмара ограничены в возможностях.

— Ты не ответил на мой вопрос.

— Вопрос глупый и только доказывает, что вы люди не настолько умные, как считаете или хотите казаться. У меня остался незакрытый должок, и я намерен его исполнить. Не хочу, чтобы потом кто-то говорил, что знаменитый Везунчик Генри не держит своего слова.

— Ты это сейчас серьёзно? Тебе напомнить, как ты недавно сдержал своё слово и втянул меня в настоящее дерьмо?

— Уйми свою гордость, человек. И лучше послушай, — предельно серьёзно сказал Генри. — Хоть мы и не смогли забрать с собой эту лживую принцеску ты всё равно выполнил свою часть сделки и помог нам. Поэтому я здесь чтобы выполнить свою и рассказать всё, что мне известно о Потрошителе.

Подобного предложения я никак не ожидал, а потому целиком обратился в слух. Неужели всё это безумное мероприятие, которое я здесь устроил и связанный с ним риск всё-таки оправдаются?

— О том, что мы помогали Льюису собирать информацию о Потрошителе ты и так уже знаешь поэтому перейдём к сути. К тому же времени у меня не так много, — Генри тоже постоянно оглядывался. — Мы посещали места, где Потрошитель совершал свои нападения, опрашивали местных, искали свидетелей, в общем проводили собственное расследование. Мы даже вышли на помощника — этого Кенни и узнали, где он живёт. Слышал вы его ищете.

— Это так. Его и ещё Энтони, он раньше работал на Кровавую страсть.

— Знаю такого типа, но не советую его искать. Поверь моему чутью — этот Энтони уже давно мёртв, нет никакого резона оставлять его в живых. Но адресом Кенни если тебе интересно я поделюсь, — дождавшись пока я кивну Генри протянул мне лист бумаги. — В общем мы узнали, что они рыли могилы. Потрошитель с этим Энтони. И начали рыть их следом.

— Чтобы похитить тела? — предположил я, вспомнив как об этом рассказывали Камилла с Патрицией.

— Дурак что ли? Мы пытались понять, зачем они это делали. Проверяли что именно было похищено из могил. Вот ты знаешь, что Потрошитель с помощником забирали только части тел, но не всё целиком? Расчленяли, разрезали, рубили. Страшное кощунство по вашим меркам.

— Ну возможно кощунство действительно серьёзное, — пожал плечами я. — Вот только информация знаешь ли уже устаревшая. В том смысле, что сейчас вся лондонская полиция проверяет сведения об этих раскопках. Обыскивает дома вблизи тех мест, где их проводили. Так что данной информацией мы с товарищами уже владеем и можно сказать активно её применяем.

— Правда, что ли? А информацией о том, кем были те, кто снимал квартиру номер 18 на улице Холборн вы тоже владеете? — Генри неприятно усмехнулся. — И почему их убил Потрошитель знаете?

— А ты можешь пролить на это свет?

— Уже сделал. Выяснил и всё рассказал Льюису до того, как он решил кинуть нас с оплатой. И до того, как исчез, вероятно проверяя эту информацию. Так что всё куда сложнее, чем кажется на первый взгляд.

— Слушай, можно уже как-то сказать прямо? — признаться я терял терпение не слишком уверенный, что такому как Генри можно доверять. — Я слишком устал, чтобы что-то угадывать.

— Шотландцы, — удивил меня оборотень. — Те трое связанны с шотландской разведкой. Это мои парни установили безошибочно.

— Шутишь что ли? Какая ещё разведка?

— Самая настоящая. Мои бойцы как-то пересекались с ними пару раз и после этого узнали, когда мы квартиру после нападения осматривали. Ну а убил их Потрошитель видимо не желая привлекать к себе внимания. Они же строчили о нём отчёты, возможно, даже раньше нас всех обнаружили его убежище. Возможно даже были в шаге от того, чтобы помочь полиции. Не официально, конечно же.

— И ты думаешь, что я в это поверю? — признаться после рассказов об ирландских революционерах я был близок к этому. — Серийный маньяк и разведка? Что ещё за шпионские страсти?

— Это не страсти, парень. Это реальная картина мира, которая от тебя ускользает, — многозначительно произнёс Генри, а потом добавил. — Одно имя поможет тебе разобраться. Лесли Росс. Скажи его своим друзьям, и они оценят эту информацию по достоинству.

Лично мне это имя ни о чём не говорило, но я не сомневался в том, что Джошуа оно может оказаться полезным.

— Спасибо, Генри. За помощь. Хотя за всё остальное мне хотелось бы набить тебе морду.

— Это не благотворительность, а плата. Не буду прощаться, Блэк. Мир круглый и неизвестно, где и когда мы ещё встретимся.

— Надеюсь, нет. Куда ты теперь?

— Это тебе знать ни к чему, достаточно того, что я продолжу своё дело. Ведь оно будет жить как со мной, так и без меня, если я умру. Так зачем тогда прятаться и откладывать великие свершения?

С этими словами оборотень вышел из беседки и на какое-то мгновение показался мне не обычным уличным бандитом, а кем-то у кого есть цель и готовность пожертвовать ради неё всем, даже самим собой. В этом свете все его дела, свидетелем которых я стал за последнее время заиграли новыми красками. Но это мгновение быстро прошло.

— Эй, Генри! — окликнул я его, выйдя следом. — Скажи, а как ты вычислил меня в том баре? Ты будто безошибочно знал, что я туда заявлюсь.

— В «Весёлой суке»? — на лице оборотня мелькнуло удивление, а потом он усмехнулся. — Я не думал, что ты окажешься настолько наглым, чтобы прийти ко мне. Однако от тебя разит настолько странным запахом, что никаким алкоголем ты его не перебьёшь. Я никогда не сталкивался ни с чем подобным и запомнил его при нашей встрече у банка, а потом узнал в баре.

— Запах? — удивился я. — Что ты имеешь в виду?

— Мы оборотни чувствуем запахи на совсем другом уровне и твой выделяется словно маяк посреди костров. Так что не знаю кто ты и откуда Себастьян Блэк, совершенно не похожий на своего отца Льюиса Блэка, но ты крайне мутный тип. Удачи! И не дай себя убить!

* * *

Проснулся я от странного шума, показавшегося мне подозрительным. Кто-то осторожно пробрался в комнату и приблизился к кровати. Я же сжал руку на рукояти кинжала, который хранил под подушкой — совет, который мне, на самом деле, дал Брайан ещё до того, как рассердился.

После того, как Генри ушёл я первым делом поел яичницы с беконом и потом всё-таки лёг спать. Устал я настолько, что даже толком не раздевался и не расстилая кровать рухнул, едва добравшись до подушки. А проснулся видимо уже вечером поскольку естественного света за окном не было, и комната погрузилась во тьму. Неизвестный, кем бы он ни был, медленно приближался ступая легко, но вовсе не бесшумно, пока я выжидал момента для атаки. К моему удивлению он не обошёл кровать сбоку, а забрался на неё и осторожно положил руку мне на плечо. Эту руку я и схватил за запястье быстро вывернувшись и приставив кинжал к ещё невидимому горлу.

— Ай! — неожиданно раздался женский крик. — Не надо!

Включив свет, я сильно удивился, потому что увидел перед собой ни оборотня, ни вампира и ни какого-либо другого наёмного убийцу, а Джессику! Если уж мои враги наняли горничную чтобы убить меня, то похоже меня в этом городе совсем не уважают.

— Вы так и будете меня держать или может уже отпустите?

Забыв, как говорить я впал в ступор и не сразу заметил, что по-прежнему держу девушку за руку и приставив кинжал к её горлу, а потому поспешил её отпустить. Джессика тут же вскочила и отошла от кровати, к счастью, я не заметил на её шее следов от лезвия иначе бы буквально сгорел от стыда.

— Хорошо вы умеете встречать, — обиженным тоном заметила девушка. — Буду знать, что к вам лучше не подкрадываться.

— Да я просто думал это кто-то… Не важно. А что ты здесь делаешь?

— Пришла проверить не нужно ли вам чего.

— В темноте?

— Нужно было включить свет и сразу вас разбудить? — девушка изогнула бровь. — Ну в следующий раз я именно так и сделаю, если вы снова не наброситесь на меня с ножом.

— Извини я вовсе не хотел тебя напугать…

В этот момент я замолчал, потому что заметил во что Джессика одета, а одета она была в привлекательный чёрный халат, в некоторых местах показавшийся мне полупрозрачным. Я даже удивился, что в том времени, в котором я оказался вообще есть нечто подобное. С другой стороны, это ведь было альтернативное время?

— Джессика, что происходит? — медленно спросил я.

— Ничего, — ответила она и тут же села рядом. — Я лишь хотела узнать не нужна ли вам какая-нибудь помощь? Вы, наверное, так устали?

— Устал?

— Ну да. Вы столько всего делаете. Так рискуете собой. Вот, например сегодня вернулись с опасного задания.

— Скорее с авантюры, — медленно проговорил я.

— Но ведь авантюры успешной? — Джессика подсела ещё ближе, и я уже не заметил, как её рука оказалась на моём плече. — У вас ведь не могло быть другой, правда? Уверенна вы после этого сильно устали. Я бы помогла вам расслабиться. Могла бы сделать массаж.

— Так стоп! — желая избежать такого решительного наступления я вскочил и отошёл к окну. — Спасибо за беспокойство, я не устал, со мной всё в порядке. Уверен массаж не потребуется.

— Уверены? — девушка наклонилась назад оперевшись на руки и закинув ногу за ногу. — Мне кажется вы выглядите сильно измотанным и нуждаетесь хотя бы в маленьком перерыве. Небольшом отдыхе.

— Нет не нуждаюсь, и я это совершенно серьёзно!

Вообще-то она была красива и, конечно, я замечал это с самого первого дня. Изящная фигура, распущенные волосы, а также само понимание зачем она сюда пришла говорили о многом. Но как бы привлекательно это кому-то не казалось мне меньше всего хотелось пользоваться своим положением. К тому же я точно знал, что Ребекке такое бы не понравилось. И хоть ещё трудно было сказать почему её мнение должно было волновать меня в подобной ситуации, однако меня оно очень даже волновало!

— Нет, — твёрдо повторил я, стараясь смотреть куда-то в сторону. — Ещё раз спасибо за беспокойство, но всё в порядке. Не нужно мне помогать.

— Помогать в чём?

К моему шоку без стука и приглашения в комнату вошёл Джошуа, который остановился, глядя на нас с горничной удивлённым взглядом. Всю мрачность и усталость, только что читавшиеся на его лице как рукой сняло. За ним маячил Руперт не сумевший его задержать. Или даже не пытавшийся?

— Я не помешал? — Джошуа медленно переводил взгляд с меня на Джессику и обратно.

— Ни в коем случае, господин рыцарь, — горничная встала и поправив халат медленно направилась к выходу. — Господин Себастьян полностью в вашем распоряжении, тем более что говорить о делах для него гораздо важнее, чем о красивых женщинах.

Бросив на меня томный взгляд, Джессика с гордым видом покинула комнату. Джошуа с Рупертом медленно посмотрели на меня.

— Я, конечно, приказал тебе отдохнуть, — заметил рыцарь. — Но я нечто другое имел в виду.

— Да не было ничего! — заявил я, не зная как ещё исправить ситуацию. — Джессика пришла ко мне проверить всё ли у меня в порядке, и я её успокоил. Ещё раз — ничего не было!

— Да как скажешь, — пожал плечами Джошуа. — Собственно мне всё равно это тебе решать. Выбор в принципе понятный.

— Да нет никакого выбора! Я всего лишь спал!

— Возможно господину Себастьяну что-нибудь нужно? — видимо решил воспользоваться моментом Руперт. — Чаю, воды, просто отдышаться?

— Господи, дай мне сил, — сгорая от стыда я сел на кровать. — Джошуа прошу скажи мне, что ты прибыл забрать меня на особо важное задание, с которого у меня нет шансов вернуться.

— Ну в кой-то веки мы идём в приличное место к приличным людям, — пожал плечами рыцарь. — Хотя, с другой стороны, почти все они эксплуататоры и лицемеры, а половина из них захочет нас убить. Подходит?

— Более чем.

— В таком случае давай собирайся. Мэтью уже ждёт нас.

— Мэтью? — удивился я, однако рыцарь уже направился вниз.

Собрался я быстро, хотя для этого и пришлось полностью переодеться. Новая белая рубашка, серые брюки, длинный серый плащ с рукавами и до блеска начищенные чёрные туфли. Ещё и цилиндр, который не очень-то мне нравился. Сильно свежее я от этого не стал, но зато выглядел хотя бы поприличнее и снова смог нормально вооружиться. Хорошо, что с тех пор, как я стал Себастьяном Блэком Джошуа расширил арсенал особняка, которым и сам не преминул воспользоваться. Со мной снова была пара револьверов и пара ножей, патроны в висящем на поясе патронаже и маленький однозарядный пистолетик, который я убрал в кобуру на лодыжке.

— Не забудь взять свою трость со скрытым клинком, — посоветовал мне Джошуа, когда я спустился вниз, где он меня ожидал. — Там куда мы отправимся такое оценят.

— Неужели в этот раз мы идём не в порт и даже не в бордель?

— Нет мой склонный к авантюрам и беспокойный товарищ, сегодня мы идём в место, где пьют виски, курят сигары и обсуждают сплетни за игрой в карты. В общем мы отправляемся в клуб джентльменов.

— Выглядите отлично, Себастьян, — заметила ожидавшая вместе с Джошуа Камилла. — Хотя вам не мешало бы постричься и научиться правильно держаться. Любому будет достаточно взгляда, чтобы понять, что вы совсем недавно стали дворянином.

— К счастью, мы не стремимся произвести на кого-либо впечатление своей внешностью, — сказал Джошуа, который показался мне неожиданно воодушевлённым. — Кроме разве что одного неприятного графа.

Поправив действительно отросшие волосы, я заметил, что в гостиной ожидала уже ставшая привычной для меня команда. Вместе с Джошуа снова были Олаф и Брайан, которые, как и он сам тоже оделись парадно, хотя и по-прежнему практично. Все трое, как и всегда были вооружены, хотя и ограничились кинжалами и пистолетами. Кроме них также были видимо вернувшиеся из гостей Камилла и Патриция, и заодно пришедший с ними Мэтью. На студенте был явно самый дорогой из имеющихся у него костюмов, смотревшийся более чем презентабельно. В карих глазах играл юношеский задор, отчего у меня невольно возникла ассоциация с Джессикой.

Сама горничная, уже успевшая одеться в обычную форму, стояла в стороне и даже не смотрела на меня, как, впрочем, и Руперт, вызывавший теперь серьёзное беспокойство. Нужно было что-то сделать с ним, прежде чем он растрезвонит на весь дом о том, что видел.

— Итак какой у нас план? — спросил я.

— Сегодня мы прижмём графа Моргана Чарригтона и избавимся от созданных им проблем, — с довольным лицом сообщил Джошуа. — Мы навестим его там, где он нас меньше всего ожидает увидеть, в его логове. Там, где он может оставаться почти незаметным и при этом быть в курсе всего, что необходимо. Мы покажем ему кое-какие бумаги и заставим его заткнуться.

— О каких бумагах речь? — уточнила Камилла, явно не разделявшая хорошего настроения рыцаря. — Почему они должны заставить такого человека как Морган отступить?

— Речь о компромате, собранном на графа знающими людьми. Есть вещи, которые можно делать незаметно для окружающих, но нельзя делать незаметно для всех. И, к счастью, мы станем именно теми, кто напомнит Моргану эту простую истину. Он хотел получить этот дом, скупив долговые расписки Льюиса и заблокировав его банковские счета? Что ж, ему придётся расстаться и с тем, и с другим, потому что у нас есть кое-что по опаснее долговых расписок, — Джошуа вдруг как-то помрачнел, и я понял, что компромат, который мы забрали у лорда Уинтера был более чем серьёзный. — Признаюсь, я не ожидал, что даже такой человек как Морган может так низко пасть. Однако сегодня нам это на руку.

— А можно после того, как мы покажем ему бумаги я набью ему морду? — вмешался Олаф. — Ну так чисто для профилактики?

— Простите, но если у вас есть такие сильные аргументы против графа Моргана, так почему бы не показать их сразу полиции? — осторожно уточнила Патриция. — Или кому-то ещё влиятельнее?

— Потому что тогда Моргана могут просто убрать и процесс этот несколько растянется. А нам сейчас нужно ударить быстро и заодно заставить его расстаться с рычагами давления, которые у него есть на эту семью.

— В таком случае чего мы ждём? Может отправимся прямо к нему и покончим со всем? И кстати, Олаф, мысль отличная, — прямо сказал я.

— Именно это мы сейчас и сделаем, — заверил Джошуа. — А Мэтью нам поможет. Именно он проведёт нас в уже упомянутое логово, не привлекая лишнего внимания.

— Разумеется, — студент с готовностью вышел вперёд. — Я буду счастлив помочь вам и этой семье!

* * *

— Господин Браубренн! Как же я рад вас видеть! — воскликнул Мэтью пожимая руку мужчине в элегантном костюме и с зализанными назад волосами. — Очень, очень добрый вечер!

— И я рад! Давненько не видел вас, Мэтью!

По представлению студента мужчина уже жал руку Джошуа, а я вспоминал, что Найджел Торби обрисовал мне этого человека как мошенника и вообще лицо с дурной репутацией. И вот это знакомый Мэтью, который должен нам помочь?

— Себастьян Блэк, познакомьтесь! — студент уже подвёл этого типа ко мне. — Мой дорогой друг и вообще добрый человек!

— А ведь я вам писал! — мужчина улыбнулся неприятной улыбкой, в которой было несколько металлических зубов. — Приглашал вас на охоту, но к сожалению не получил ответа!

— Возможно письмо затерялось среди других документов, — соврал я. — Знаете столько всего поступило за последнее время!

Клуб Метких Джентльменов представлял собой уважаемое общество уважаемых людей, которое жило по собственным правилам, укрывшись на окраине Лондона. В их распоряжении был целый дворец, принадлежавший самому влиятельному спонсору Клуба и по слухам внимание самого короля. Здесь действовали жёсткие правила, включающие допустимый стиль одежды, набор приемлемых выражений и полный запрет на присутствие женщин. Как Джошуа и говорил здесь пили, курили и играли в карты, одновременно рассказывая самые разные сплетни из жизни высшего общества.

— Я точно знаю — свадьба уже дело решённое! А ведь она даже не девственница! Но деньги госпожи Бульвинзор перекроют этот недостаток!

— Что бы там ни случилось, а племяннику графини Голдривер я не завидую! Помочь ему сможет разве что король!

— Говорят в одном известном особняке недавно была бойня. В том самом, который под утро охватил пожар. Знаете, кто там был накануне? Я вот знаю.

А ещё во дворе активно стреляли из всего, что может стрелять, видимо стремясь оправдать название Клуба. В какой-то момент я даже услышал за окнами пулемёт отчего подпрыгнул на месте. Убранство комнат поражало — повсюду была дорогая мебель, какие-то статуи и предметы искусства. Огромные картины изображали некоторых членов Клуба в самых неожиданных ситуациях от командования стройными линиями солдат в красных мундирах до возведения египетских пирамид. И Мэтью, и Браубренн постоянно с кем-то здоровались и обменивались приветствиями. Кругом были богатые и влиятельные люди либо приглашённые по их просьбе друзья, вроде нашего студента или нас самих.

— Мне кажется сэр Абрахам вполне мог выбить нам приглашение, — проворчал Брайан, не скрывая своего недовольства. — И нам бы не понадобился этот студентик.

— Верно, но запрос от тех, кого сэр Абрахам мог бы попросить обязательно привлёк бы внимание Моргана, — пояснил Джошуа. — В худшем случае он бы тогда сюда даже не пришёл. А благодаря Мэтью мы просто приглашённые лица.

— Да ещё и через такого человека как Браубренн, — присвистнул Олаф. — Он, конечно, злобный браконьер и устроитель кровавой охоты для богатых и влиятельных, но в то же время тот ещё чудак. Уверен Морган даже не проверял кого он там пригласил.

Тем временем Мэтью и господин с дурной репутацией вели нас из одного зала в другой пока мы все не остановились в просторном помещении, заполненном сигарным дымом и грубым смехом. За здоровенным круглым столом сидели несколько человек в костюмах и фартуках, игравшие в покер. Не сразу, но я заметил среди них графа Моргана Чарригтона. Он смеялся громче всех.

— Друзья! Всех рад видеть! Всем хороших карт! — Браубренн принялся пожимать руки игрокам. — В следующем месяце устраиваю большую охоту у себя в загородном имении! Всех приглашаю!

— Воздержусь! — воскликнул толстоватый мужчина с залысинами. — Я после прошлого раза жену еле убедил, что мы действительно на охоте были!

— А я буду только рад! Запах крови из подстреленной дичи и обнажённые женщины, подающие нам патроны. Что может быть лучше? — граф Чарригтон улыбнулся улыбкой в разы более неприятной, чем была у Браубренна. — А кого это ты к нам привёл?

— О, мой друг Мэтью познакомил меня с ними! Очень-очень хорошие люди! Ты ведь помнишь Мэтью? Один наш общий знакомый привёл его к нам! Так вот теперь Мэтью помог мне познакомиться с его сыном! С самим Себастьяном Блэком!

— Блэком? — глаза Моргана тут же округлились.

— Господа, — вперёд вышел Джошуа, положив руку с пистолетом на плечо ближайшего игрока. — Мы бы хотели побеседовать с графом наедине.

Удивительный плюс Клуба Метких Джентльменов для нас заключался в том, что это действительно было общество метких джентльменов, многие из которых приходили сюда со своим оружием. И по этой же причине на входе нас никто не обыскивал, что оказалось весьма кстати. Почему — объяснять не нужно. Разумеется, все игроки сразу достали свои стволы, но наш мрачный вид, подкреплённый многочисленными шрамами, тут же охладил пыл примерно половины.

— Друзья, всё хорошо! — Морган быстро взял себя в руки. — Не волнуйтесь за меня! Это мои товарищи и мы с ними просто побеседуем. Правда, прошу вас, оставьте нас ненадолго!

Мужчины за столом переглянулись, поднялись и вышли, а мы заняли их места. Удивлённый Браубренн поспешил за остальными.

— Грёбанный браконьер и сутенёр, — пробормотал ему вслед граф, а затем посмотрел на нас. — Грёбанный студент без рода и племени. И вы все тоже. Чего ради заявились сюда? Убить меня задумали?

— Ну зачем так радикально? Всего лишь хотели поговорить, — Джошуа положил на стол с фишками зелёную папку, ранее полученную нами от лорда Уинтера. — И кое-что показать.

— Ха! Это было единственное зло, которые вы в состоянии мне причинить, — Чарригтон заметно выдохнул при этих словах, а потом взял папку. — Что ещё за сраные бумаги?

Какое-то время Морган читал собранный на него компромат и чем дольше он читал, тем больше бледнел. Глаза его испуганно бегали по строчкам и буквам, а ноги начали нервно стучать под столом. Вспоминая слова лорда Уинтера я с удовлетворением отметил, что лицо графа в этот момент действительно стоило видеть. Однако Чарригтон обладал большей выдержкой, чем можно было бы подумать и снова взяв себя в руки он демонстративно бросил бумаги с папкой на стол.

— Подделка. Фальшивка. Вообще не понимаю о чём это.

— Итак условия простые, — не обратил внимания на его слова Джошуа. — Вы прекращаете любые нападки на семейство Блэков и отказываетесь от любых притязаний на них. Также вы разблокируете их банковские счета и отдадите нам все собранные вами долговые расписки Льюиса Блэка. Иначе эти бумаги будут переданы куда надо и речь идёт не о полиции.

— Я уже сказал, что это подделка. Вы меня не слышите? Вы вообще понимаете, в чём меня обвиняете? Это же измена!

— Главное, чтобы ты понимал, — угрожающе произнёс Олаф.

— Да я бы никогда не стал рисковать безопасностью принцессы Аманды! Это же полный бред! Вы всё сфабриковали!

— Именно из-за таких как ты в этой стране бардак, — выразил недовольство Брайан. — Из-за тех, кто якшается с чудовищами и заключает с ними сделки.

— Мы ведь все знаем, чем вы занимаетесь, — закончил мысль Джошуа. — Вы посредник между известными лицами. Между теми, кто утверждает, что говорит от имени короля и чудовищами, которым нравится пить человеческую кровь. Вы многое знаете и с многими общаетесь. Вам было не трудно организовать эту утечку, что чуть не привела к катастрофе.

— Да не было никакой утечки! — граф Морган вскочил и ударил кулаком по столу. — Вернее была, но я к ней не имею никакого отношения!

— Вопрос только в том поверит ли в это король, — многозначительно произнёс Джошуа. — И не думаю, что отец вашей жены поможет вам в этот раз.

— Точно, там ведь была ваша жена, — до меня вдруг дошло о чём они все. — В том особняке была ваша жена! Как вы могли так ей рисковать?

— Никем я не рисковал! К тому же я ей запретил соваться туда и сопровождать принцессу во всех этих процедурах!

— Каких ещё процедурах? — удивился я.

— Вот видите. Ваши слова сами всё подтверждают, — заметил Джошуа. — И когда в отношении вас начнётся суд вы будете выглядеть в очень невыгодном свете.

— Ты сначала доживи до этого суда, — угрожающе произнёс Морган. — А там посмотрим кто и в каком свете предстанет.

— Если хотите говорить в таком ключе, то можете не дожить до него сами, — на лице рыцаря не дрогнул ни один мускул.

— Послушайте, граф, — начал я, вспомнив одну важную вещь. — Я не знаю, чем вам так перешёл дорогу мой отец, что вы стремитесь разрушить всё его наследие. Но нравится вам или нет, вы мой должник.

— Твой отец заслужил всё то, что с ним случилось. И потом, какой ещё должник, мать твою?

— Я спас вашу жену во время нападения оборотней. Спас её и принцессу Аманду, когда им угрожали. И за это вы мне теперь должны.

— Или она вам ни о чём не рассказала? — уточнил Джошуа.

— Знаете что? Да пошли вы все! Пошли вон отсюда! — Чарригтон стремительно терял самообладание. — Хотите уступок? Будет вам уступка! Да в благодарность за спасение моей жены! Я ведь не зверь какой, верно? Вместо простого бегства ты Себастьян, как вступивший в права наследника сын Льюиса, по доброте душевной завещаешь всё имущество Блэков мне! А брак твоей сестры Патриции я устрою с верным мне человеком, который когда нужно, будет мне её уступать. Сам ты получишь символическое вознаграждение и исчезнешь навсегда, сказав всем, что уходишь, например, в кругосветное путешествие. А я буду просто счастлив его тебе проспонсировать! А заодно и взять на себя тяжкий груз заботы о семье Блэков и их имуществе!

— А вы не слишком ли много хотите? — теперь уже я рассердился. — Или серьёзно думаете будто я соглашусь хоть на что-то из всего этого?

— Согласишься. Ещё как согласишься. Влиятельные люди попросили меня не трогать тебя, и я со всем уважением отнесусь к этой просьбе. Но ведь есть те, кто тебе дорог. Есть твои друзья, есть подчинённые и те, кто от тебя зависят. Представь каково будет, когда жизнь каждого из них посыплется словно песок? Когда их начнут поджидать за поворотами и когда им начнут поджигать дома?

— Боюсь, что в таком ключе у нас разговора не получится, — заключил Джошуа. — Вы уверенны в своём выборе?

— Катись на хрен! Мне не о чем разговаривать с такой мелкой шестёркой как ты! — злобно ответил граф.

— Можно я ему морду набью? — выступил с инициативной Олаф.

— А я подержу, — добавил Брайан.

— Только попробуйте! Вот только попробуйте! — попятившись от стола закричал Морган. — Вы не понимаете с кем связались! Когда граф Чарригтон чего-то требует это исполняют! Немедленно! Вы ещё не знаете кто отец моей жены! Вас всех отправят на дно Темзы! Всех до единого!

— Как же ты меня достал, — признался я, вставая из-за стола. — Орёшь, визжишь, сыплешь угрозами. Вместо того чтобы просто сесть и по-человечески договориться!

— По-человечески договариваются с людьми! А не с быдлом, которое ничего не решает! И которое ничего не значит!

Олаф тоже вскочил с места и сначала мы оба рванулись в сторону графа, но затем нас обоих остановил голос Джошуа.

— Если вы не хотите договариваться с нами, тогда будете договариваться кое с кем другим, — холодно пообещал рыцарь. — Вы же не думали, что наш общий знакомый оставит вас без внимания? Но учтите, он куда менее склонен к компромиссам, чем мы.

И тут все заметили странность, совершенно несвойственную Клубу Метких Джентльменов, в котором каждый пытался доказать, что стреляет куда лучше остальных. В нём вдруг стало как-то удивительно тихо.

Глава 26

Глава 26.

Если что-то я теперь и понимал в этой жизни, так это причину, по которой Клуб Метких Джентльменов назывался клубом именно метких, а не храбрых. Потому что стреляли-то они все не плохо, а вот мужества стрелять по рвущемуся убить их врагу у них не оказалось. Большинство, члены которого видимо привыкли выкручиваться за счёт перекладывания своих обязанностей на других, решили, что если бросятся бежать все разом, то убьют только половину. А вторая, пока первую будут рубить, успеет скрыться. Самое обидное, что в чём-то они были правы, но мы всё равно с холодной решимостью были готовы принять бой. Потому что, когда большинство бежит, не оглядываясь кто-то должен встретить опасность лицом к лицу. Даже если при этом окажется в меньшинстве.

Поначалу я ещё не понимал, что происходит и лишь удивлённо оглядывался, обнаружив что во всём здании резко прекратили стрелять, даже пулемёт за окном затих. Но осознание пришло быстро и в конце концов кого ещё здесь стоило ждать? Я не знал, как Джошуа так подгадал момент и как ему удалось всё спланировать, но в случайность я категорически не верил. Таких случайностей не бывает и потом я обязательно расспрошу рыцаря обо всём. Но потом. Сейчас у нас не было на это времени.

— Это вы его сюда привели! — кричал граф Морган, ворвавшись в кабинет, который он занимал в Клубе. — Он пришёл за вами!

— Вы же понимаете насколько глупо это звучит? — усмехнулся Джошуа, медленно проследовав за ним. — Никто не мог знать, что мы будем здесь. А вот про вас знали многие.

В роскошно обставленном кабинете Чарригтон бросился рвать бумаги и какие-то документы. С удивлением я заметил, что кругом не было никакой охраны, только в панике бегали по коридорам члены Клуба и прислуга.

— Так это правда! — воскликнул Морган разбросав вокруг себя содержимое очередной папки. — Мне говорили, но я отказывался верить. Он же ваш цепной пёс! Он исполняет ваши приказы!

— Прекратите нести чушь.

— Но как вы устраивали на него все эти засады? Как узнавали, где и когда он появится? Как совпало, что он появился здесь сразу за вами? — графа уже откровенно трясло. — Вы сами его сюда и привели! Всё это время вы просто руководили им и указывали цели!

— Заткнись! — потеряв терпение я с силой ударил ладонью по разделявшему нас столу. — Я уже был в одном заведении, где эта тварь устроила настоящую бойню и потому уверяю, что здесь скоро всё зальёт кровью. И если ты хочешь из этого потопа выбраться, то мы твой единственный шанс!

Я быстро понял в чём заключался для Джошуа план «Б» и судя по изменившемуся лицу Моргана он тоже это понимал. Однако гнев этого человека явно был готов поспорить с его страхом.

— Думаете я нуждаюсь в вашей помощи? Думаете ваша грязная свора мне нужна, чтобы справится с каким-то отморозком? У меня есть телохранители!

— Только что-то их не видно, — проворчал Брайан уже проверявший барабан своего револьвера.

— Эльвина Криссенвульд сбежала благодаря своей охране и потайному ходу, — припомнил я не самую лучшую ночь, которую можно было бы провести в борделе. — Мне кажется, что у вас нет такой возможности, ведь ваши люди не отличаются схожей преданностью.

— Поэтому вариантов у вас не много, — закончил мысль Джошуа. — Либо встретиться с Потрошителем лицом к лицу, либо принять наши условия и тогда мы не только спрячем собранный компромат, но и сохраним вашу жизнь.

— Вы должны вывести меня из здания, — после явно мучительных для него раздумий потребовал граф Чарригтон. — И помочь мне добраться до моего дома! Туда эта тварь точно не сунется!

— Сначала долговые расписки, — возразил рыцарь. — Иначе никакого разговора у нас с вами не выйдет.

— Да в пекло всех вас! Вот они! Подавитесь!

С этими словами он открыл скрытый в стене сейф и разбрасывая во все стороны бумаги вытащил плотно стянутую верёвкой папку, которую швырнул на стол. Брайан тут же убрал её в сумку. Однако мой взгляд притягивала вовсе не она, а валявшиеся кругом документы с печатью, которую мне уже как-то раз доводилось видеть. На бумагах, благодаря которым я стал Себастьяном Блэком волею самого короля. Потому что это была его печать.

— Довольны? — злобно осведомился Морган. — Теперь как вы выведите меня отсюда?

— Через главный вход, — совершенно серьёзно ответил Джошуа. — И не волнуйтесь, мы проводим вас до самого дома. Потому что насколько мне известно там у вас хранится ещё одна такая же папка.

Было видно, что графа невероятно злила подобная осведомлённость, однако он стал заложником ситуации, из которой у него фактически не было выхода. Следом за моими товарищами он проследовал к выходу из кабинета, в то время как я движимый любопытством поднял с пола одну из бумаг. Это оказался отчёт об отправке большой партии оружия в один из северных фортов. Расположенный прямо на границе с Шотландией.

— Себастьян! — окликнул меня Олаф. — Идём или ты хочешь пропустить всё веселье?

Быстро спрятав отчёт и ещё несколько документов я поспешил за ним. В здании царила уже знакомая паника и какое-то время на нашем пути встречались только трупы. При виде крови и знакомых лиц граф Морган стремительно бледнел, но внешне сохранял спокойствие. К удивлению, нам удалось без труда преодолеть несколько опустевших залов с опрокинутыми столами и разбросанными игральными фишками. Кое-где взгляд задерживался на изрезанных картинах, а где-то на пышных шторах, медленно загорающихся от опрокинутых свечей. Можно было смело сказать, что Клуб Метких Джентльменов ожидала примерно та же судьба, что и бордель Кровавой страсти, который до сих пор представлял собой одни развалины.

Широкая белоснежная лестница ведущая вниз оказалась залита кровью, а у её основания лежало не меньше десятка трупов. Нанесённые здоровенным топором раны не оставляли никаких сомнений в личности убийцы и видимо именно это пробило графа Моргана на откровения.

— Поверить не могу, что всё это время вы отдавали ему приказы, — снова начал повторять он, не обращая внимания на помрачневшего Джошуа. — Кроммель допускал это хотя и сомневался. Но наши общие знакомые говорили ему о том, что вы единственные кому на самом деле выгодны все эти убийства. Ослабление лондонских вампиров, нападения на их владения. Теперь всё ясно.

— Какого хрена ты опять несёшь этот бред? — не выдержал я.

— Бред — это то, что тебя признали наследником Льюиса Блэка, когда ты всего лишь грязный бастард. Бред — это то, что вы натравили на город безумного маньяка, которого сами не можете контролировать!

— Ты ударился что ли? Или хочешь, чтобы я тебе это обеспечил?

— Потрошитель — ваш агент! — наконец выпалил Чарригтон, чем поверг меня в шок. — А вы своей охотой на него лишь пытаетесь замести следы! Но это ничего не меняет. Все эти трупы, каждая смерть были и будут на вашей совести! Вы никогда от всего этого не отмоетесь!

Вообще его слова западали куда глубже чем хотелось и лишь озвучивали давно сформировавшиеся подозрения. Я не понимал почему Джошуа молчал и не пытался переубедить Моргана или же он просто не видел в этом необходимости? Недовольство графа неожиданно прервал ещё один зал, в котором нам снова встретились изрубленные тела, однако в этот раз они сильно отличались от тех, что мы встретили до них. Первым неладное, разумеется, заметил Джошуа, но в отличие от Олафа предпочёл промолчать, не показывая вида.

— Твою мать! — воскликнул тот, ошарашенно озираясь на тела в чёрных балахонах. — А эти что здесь делают?

— А ты догадайся, — буркнул Брайан и кивнул в сторону графа. — И заодно подумай к кому они здесь прибыли.

В обычной ситуации я бы терялся в догадках, но после тех нескольких бумаг, которые я успел прочитать в кабинете Моргана предположение у меня было только одно.

— Ты собирался заключить с ними сделку, — озвучил я, чувствуя, как во мне растёт презрение к этому человеку. — Я думал ниже тебе падать уже некуда, но ты действительно умеешь впечатлить.

— Это ты мне будешь говорить? — Чарригтон смерил меня полным ненависти взглядом. — Тот, за кем везде болтается симпатичная вампирша? Понимаю, бабу всегда приятно держать рядом.

— Следи за языком.

— Сами следите! Вы даже не понимаете, чему сегодня помешали! Не понимаете, что здесь должно было произойти! — граф постоянно то бледнел, то багровел. — Да они прибыли ко мне. Посланники клана Чёрного кальмара прибыли ко мне для обсуждения деталей нашего сотрудничества и если бы не вы со своим цепным псом, то мы бы смогли много добиться.

— Например продали бы страну этим тварям? — выдал Брайан, которого подобные вещи раздражали даже больше, чем других.

— Думаешь ты хоть что-то понимаешь, чтобы здесь вякать?

— А как ты это называешь? — я смерил Моргана взглядом. — Я видел твои документы, видел на них королевские печати. На одних поставки оружия, а на других свежей звериной крови. Вряд ли она для переливания красным мундирам, верно?

— Мы заключаем великий союз от имени короля! Союз, который объединит весь этот остров под властью единого монарха! Нашего монарха! Вот как мы это называем!

— И под «мы» вы имеете в виду себя и фельдмаршала Джефри Кроммеля, командующего английскими войсками в Ирландии и Северной Англии, — добавил Джошуа сохраняя полное спокойствие. — Союз, который вы по слухам сколачиваете за спиной короля и без его ведома, но глядя на то, как вы уверенно продолжаете это делать и глядя на уже упомянутые печати, похоже, что вовсе не без ведома. Или же вам помогает кто-то ещё?

— Вы же не думаете будто я всерьёз стану обсуждать с вами что-либо подобное? — на лице Чарригтона вдруг возник совершенно новый страх и это был страх сказать нечто лишнее. — Всё что я делаю я делаю на благо своей страны и короны, а вам всем этого просто не понять.

— Ну да, ну да, — вздохнул я, желая размазать этого гада по стене. — И мою семью вы преследуете исключительно на благо страны и короны.

В этот момент мы вышли в большой зал, наверняка видевший не один балл или званый вечер, в котором от выхода нас отделяли только высокие главные двери. Как и в почти всех предыдущих помещениях в зале нас встретила кровь и трупы при чём многие из них снова были в чёрных балахонах и с признаками мутаций в виде разных щупалец. Но главным было вовсе не это, а то, что прямо по центру зала стоял он.

Огромный силуэт с огромным топором, весь в крови и с убийственно невозмутимым лицом он словно ждал нас именно здесь и именно сейчас. И на этот раз вздрогнуть меня заставил не только его вид, но и то, что у него снова была рука. Та самая рука, которую Олаф отсёк ему при нашей последней встрече. Откуда она у него? Как он смог её вернуть? Неужели его действительно нельзя убить? Признаюсь даже после всего того, что я успел пережить в этом мире, я почувствовал неприятный холод по спине. Тот самый, который называется страхом.

— А я-то всё думал встречу вас снова или нет, — медленно произнёс Потрошитель, обведя нас взглядом. — Ну что ж, понятно кто вас предупредил.

— Нам твоя рожа тоже много радости не приносит, — заявил я, прикидывая кого он мог иметь в виду.

— Вон он мой, — Потрошитель указал топором на Моргана, не обращая внимания на мои слова. — Отдайте его мне и останетесь живы. Иначе никакая магия вам не поможет.

— Нравится тебе или нет, но он идёт с нами, — отрезал Джошуа. — А что касается тебя, то я как-то раз уже озвучивал тебе свои требования. Можешь сдаться, можешь умереть. Что выбираешь?

— Умереть? Ты думаешь, что действительно можешь подарить мне смерть? — на лице Потрошителя возникло отвращение. — Никто из вас не даст мне этого, как никто не сможет мне помешать.

— Ну тогда иди сюда, и я спрошу с тебя то, что не спросил в прошлый раз! — проревел Олаф, рвавшийся в бой.

— Да просто отдайте ему приказ! — вдруг потребовал Чарригтон. — Пусть отвалит в сторону! Это же ваша ручная тварь!

— А ты так ничего и не понял? Как и твои дружки? — маньяк снова перевёл взгляд на графа. — В любом случае тебе пора отправиться к ним.

С этими словами он вдруг метнул топор прямо в Моргана, которого в последний момент Джошуа оттолкнул в сторону. Лезвие вошло в плечо рыцаря, едва не отрубив ему руку и, прежде чем сработала Петля Брайан с Олафом ринулись вперёд. Я выхватил револьвер и выпустил в Потрошителя весь барабан на мгновение забыв, что от этого не будет толка. Приняв все пули, маньяк одним ударом откинул от себя Брайана и ловко увернулся от удара Олафа, а в следующий момент Петля вернула к нам Джошуа.

— Себастьян защищаешь графа! — крикнул он, вытаскивая из своей сумки какой-то предмет. — Брайан и Олаф действуем по плану!

В чём заключался их план я не знал, но быстро перезарядился и переместился поближе к графу, в то время как мои товарищи отвлекали маньяка на себя. Джоуша же быстро собрал какое-то оружие размером с обрез, усеянное проводами и лампочками, но успел только прицелиться. Потому что Потрошитель бросился вперёд, раскидав Олафа с Брайаном и с силой оттолкнул Джошуа, после чего кинулся прямо к графу. Я выстрелил по ногам этого монстра несколько раз, а потом бросился прямо на маньяка желая повалить его. Разумеется, идея была плохая. Потрошитель оказался могучим словно поезд и просто сбил меня даже не заметив. Точно также он не заметил и пули, которые мы с Олафом и Брайаном выпустили ему в спину.

— Да что ж ты не дохнешь тварь!

Потрошитель ловко схватил с пола топор и уже почти добрался до графа, на которого напал самый колоссальный тупняк в его жизни, когда мимо меня вдруг пронеслось нечто что я мог назвать только молнией. Электрический заряд прожёг дыру в одежде маньяка и буквально сбил его с ног. Морган пришёл в себя и бросился бежать, в то время как Потрошитель обернулся и бросил на нас озлобленный взгляд. Тоже обернувшись, я увидел, как Джошуа менял на своём электрическом обрезе лампочки, а Брайан доставал странные красные гранаты. Однако Олаф метнул свою первым.

Раздался взрыв и сноп пламени объял место, на котором секунду назад стоял на коленях Потрошитель. Кем бы он в конце концов ни был, но передвигался удивительно быстро и самое главное, что бросился именно за графом. Мы же поспешили за ним.

— Поджигайте его! — скомандовал Джошуа, подкрутив что-то на своём обрезе. — Брайан первый, Олаф после меня!

Брайан метнул зажигательную гаранту на опережение и тут же кинул вторую мне. Огонь вспыхнул прямо перед Потрошителем, заставив того отшатнуться в сторону. Вскинув оружие Джошуа прицелился и выстрелил, отчего его обрез загорелся всеми лампочками и выпустил облако дыма. Ещё одна молния угодила маньяку в плечо, но на этот раз он смог устоять на ногах. За счёт этого он в последний момент увернулся и от гранаты, брошенной Олафом, хотя у него загорелся его плащ. Разумеется, Потрошитель не обратил на это внимания и схватив ближайший к нему стол с силой запустил его в нас. С грохотом во все стороны полетели щепки, фонтаном разлетелись фишки.

Однако я всё равно бросился вперёд, стремясь скорее сократить расстояние, отделявшее меня от противника. В голову мне вдруг пришла одна безумная идея, которая была опасной, но в то же время могла и сработать!

— Хватит убегать, тварь! — ревел Олаф, который явно пытался меня опередить. — Иди сюда!

Но Потрошитель его не слышал. Пытаясь убежать Морган выскочил во двор проклиная всё на свете от короля до моей новой родни. Маньяк быстро его догонял, на ходу скинув горящий плащ. Граф то и дело оборачивался, стремительно бледнея и в конце концов споткнувшись упал. Тяжело дыша Чарригтон не стал подниматься и обернулся с застывшей на лице гримасой ужаса. Счёт времени пошёл на мгновения. Джошуа быстро менял лампочки, Брайан готовил новую гранату, а Олаф выхватил один из своих топоров. Но я опередил их всех. Стоило мне оказаться рядом с Потрошителем как я тут же выдернул чеку из зажигательной гранаты, но метать я её не стал. Вместо этого я со всей дури прыгнул на маньяка буквально вцепившись в него, чем вызвал на его лице полное недоумение.

— Жри, тварь! — крикнул я, а потом взорвал гранату.

Взрыв показался мне оглушительным, а боли подобной этой я ещё никогда не испытывал. Меньше, чем за секунду огонь охватил нас обоих с маньяком, который взвыл словно раненный зверь. Чуть позже я осознал, что на самом деле это выл я. Но главным было совсем другое, главным было то, что я продолжал держать Потрошителя хотя он и пытался меня скинуть. Я вцепился в него так, словно это было важнее всего на свете, словно в этом была моя главная задача, словно именно это должно было избавить меня от боли, буквально сжигавшей меня.

Когда перед глазами наконец появились помехи и мир начал темнеть мне показалось что прошла целая вечность. Однако в этот раз что-то было не так и я чувствовал это даже сквозь помутившееся сознание. Вместо колокола я вдруг услышал удары сердца и почему-то был твёрдо уверен, что оно не моё. Это было странное сердце, поломанное, грубо скреплённое металлическими полосками. И в нём было столько боли, что даже моё горящее тело не могло с этим сравниться. Зажмурившись, я вдруг увидел какой-то замок с синими крышами, мрачное холодное помещение с деревянными столом и лежащий на нём труп, выглядевший так, словно его собрали по частям. Множество тонких нитей крепили его голову и руки к туловищу, даже пальцы были пришиты к кистям. Какое-то время, показавшееся мне одновременно коротким и неприятно длинным, я смотрел на этот труп и внезапно осознал, что он смотрит на меня. Смотрит глазами Потрошителя.

Удар колокола привёл меня в чувство, и я обнаружил себя лежащим на земле целым и невредимым. Огня больше не было, боли тоже, но меня непривычно трясло, было холодно и я не чувствовал собственных рук. Посмотрев на них, я увидел ожоги, покрывавшие кисти и пальцы, но боли по-прежнему не было. Только холод, медленно охватывавший всё тело. Я решительно не понимал, что происходит и от этого меня трясло ещё больше.

Где-то поблизости орал и проклинал весь мир граф Чарригтон, на которого никто не обращал внимания. Надо мной с обеспокоенными лицами склонились Олаф и Брайан, а потом рядом упал на одно колено Джошуа.

— Твою же мать, Себастьян, — он положил руку мне на лоб и помрачнел ещё больше. — Он уже холодный.

— Выкарабкается? — Олаф с волнением посмотрел на него. — Что это вообще такое было? И на хрен нужна такая Петля, если она так работает?!

— Дурости просто делать не надо. Себастьян, а? Себастьян! — Джошуа принялся бить меня по щекам. — Всеволод, твою мать! Давай не отключайся! Главное не теряй сознание!

— Я его видел, — я вцепился рыцарю в плечо так, как совсем недавно удерживал маньяка. — Я видел Потрошителя! Видел в темноте!

— О чём он сейчас? — спросил Олаф.

— Потом. Брайан, ну, где у тебя лекарство?!

— Ищу, ищу!

Брайан действительно копался в своей сумке и выудил оттуда какой-то флакон, который бросил Джошуа. Рыцарь быстро его открыл и вылил содержимое мне в рот, в то время как я уже перестал чувствовать собственные ноги. Что бы мои товарищи мне ни дали, но подействовало оно довольно быстро и вскоре ко мне вернулось не только ощущение собственных рук и ног, но и отступило чувство могильного холода. А затем меня вдруг вырвало отчего я согнулся в три погибели.

— Хорошо, — Джошуа похлопал меня по плечу и поднялся на ноги. — Жить будет, а это уже хорошо.

— Безумный идиот, — прокомментировал Брайан, правда уже без привычной злобы.

— Ну вы парни умеете напугать, — вздохнул Олаф.

— Эй, там! — послышался поблизости исключительно неприятный голос Чарригтона. — Я, конечно, могу за вас порадоваться, но, когда в конце концов вы выведите меня из этого здания?!

* * *

Вампир Энтони беспокойно нарезал круги в небольшом заросшем сквере, в котором работал только один единственный фонарь. Место встречи ему решительно не нравилось, потому что с одной стороны от сквера располагался морг, а с другой заброшенный склад. Но когда ему нравились места встреч с Потрошителем? Или сами эти встречи?

Ночь была естественным временем для вампира, однако теперь она пугала его не меньше, чем самый солнечный день. Так уж сложилось что сейчас весь Лондон был настроен против него и уже ни одна улица больше не была для него безопасной. Для клана Кровавой страсти он стал изменником, предателем работавшим и на людей, и на Потрошителя, а потому было даже не важно кому первым из них он начал сливать информацию. И это, ещё не вспоминая о потере борделя, за право управлять которым Энтони в своё время собственноручно забил колья в троих конкурентов. Для таких как он Кровавая страсть имела специальный карательный отряд, методы которого вселяли ужас даже в тех, кто ему помогал. Что уж говорить о тех, за кем он охотился? Кроме того, имелась ещё и награда за его голову, о существовании которой Энтони точно знал, а потому даже мелкие кланы и группировки будут рады отдать его бывшим хозяевам. Крупные же кланы схватят его из солидарности с Кровавой страстью и ни один из них сейчас не станет для него убежищем от гнева Эльвины Криссенвульд. Всё-таки Потрошитель стал для всех настолько крупной проблемой, что помощь ему была фактически чёрной меткой.

Теперь Энтони постоянно думал о том, как стремительно изменилось его положение и что же именно он сделал не так. Ему ведь было всего семьдесят лет, он был не самым старым и достаточно амбициозным вампиром, а потому до последнего был уверен, что сможет как-то пропетлять. Нападения Потрошителя на Кровавую страсть и даже Чёрного кальмара не редко убирали начинавших мешать конкурентов, а сотрудничество с Артурианской Службой должно было стать тайной страховкой на самую мрачную ночь. Энтони был уверен, что у него всё схвачено и потому активно подворовывал на тех деловых вопросах, которые проворачивались в доверенном ему борделе. Он даже думал, что добился особого расположения Эльвины хотя догадывался что скорее всего она просто использует его, как и всех остальных мужчин.

В какой же момент он ошибся? Когда бросился помогать людям искать Кенни или когда сбежал вместе с ним к Потрошителю? Или ещё задолго до того, как позволил этому монстру напасть на собственный бордель?

Уже ставший привычным звук шагов заставил его вздрогнуть и обернуться — Потрошитель всегда приближался к нему со спины.

— Я думал со временем ты уже привыкнешь ко мне.

— А я думал, что не пожалею, когда связался с тобой.

Потрошитель выглядел даже более устрашающе чем обычно. К многочисленным шрамам, рубцам и грубым стяжкам теперь добавились жуткие ожоги. Энтони догадывался о том, где он мог их получить.

— Ты сам пришёл ко мне, — Потрошитель обошёл его и встал сбоку. — Надеялся, что я помогу убрать тех, кто мешает тебе и твоим хозяевам среди Мёртвых рыб и Чёрного кальмара, а потом и в твоём собственном клане. Разве я не оправдал твоих ожиданий?

— Превзошёл, хотя я до сих пор не понимаю зачем тебе всё это.

— И никогда не поймёшь. Ты мыслишь мелкими собственными интересами. Борешься за то, что стремительно теряет ценность. Власть, амбиции, богатства. Я же делаю великое дело, что останется в веках.

— Ты всего лишь убийца, — Энтони давно уже не верил в это, но хотел услышать, что именно Потрошитель возразит. — Серийный маньяк, который терроризирует лондонские улицы.

— Я тот, кто очистит этот город. Тот, кто принесёт ему новую эпоху, наполненную смыслом. Я тот, кто на самом деле спасёт Лондон, а следом за ним и всю эту страну. Ты ведь это хотел от меня услышать?

— Я поставил на тебя всё, когда помог Кенни уйти от преследования. Поэтому хотелось бы понимать для чего всё это.

— Всё чего ты хочешь это покинуть Лондон и продолжать драться за свои мелкие интересы где-нибудь подальше отсюда, — Потрошитель приблизился к нему и показался даже выше чем обычно. — Ты никогда не разделишь моей идеи так к чему пытаться её тебе объяснить?

— Это ради идеи ты напал на Клуб Метких Джентльменов? — уточнил Энтони, который воспользовался своими последними связями, чтобы разузнать о готовящейся там встрече. — И как всё прошло?

— Не плохо, можно сказать успешно. Посланники Чёрного кальмара убиты, вместе со своим капитаном. Надеюсь, среди них не было твоих друзей. К сожалению, мне не удалось дотянуться до переговорщика от Кроммеля, этого графа Чарригтона, но основной результат достигнут.

— Встреча сорвалась, да? Это ведь был результат? Точно также как до этого были сорваны переговоры кланов в борделе? Ну я помог тебе, сделал всё что ты хотел. Так теперь ты поможешь мне?

— Ты был мне полезен, — признал Потрошитель. — Даже больше, чем остальные. Я позвал тебя, потому что хотел попросить о последней услуге.

— И какой же? Что ещё ты хочешь? После этого ты поможешь мне?

— Ты был мне полезен, — как-то странно повторил Потрошитель. — Но теперь перестал. Поэтому я передумал тебя просить.

Не сказав больше ни слова, Потрошитель вдруг замахнулся своим топором и прежде, чем Энтони успел как-то отреагировать разрубил его надвое одним ударом. Вторым отсёк голову, на которой так и застыла смесь страха и удивления.

— Зря ты предупредил своих бывших друзей о моём плане посетить этот Клуб, — вздохнул Потрошитель. — Если выбрал сторону, то уже держись за неё до конца. Именно эти метания и стали твоей главной ошибкой.

Глава 27

Глава 27.

С трудом я открыл глаза и обнаружил себя на не самой удобной кровати, да ещё и в темноте. Попытавшись подняться, я понял, что это была ошибка, потому что тут же ударился головой. Где-то нечто подобное уже было?

— Агна, ты здесь? — осторожно предположил я.

— Конечно, — привычно прошипела женщина.

— А можно тогда включить свет? Или зажечь?

— Конечно. Прости, что сразу не предложила.

Осветивший помещение фонарь подтвердил мои подозрения явив мне уже знакомую небольшую комнату со старой мебелью и каменной нишей в стене, в которой я оказался. Агна сидела в том же самом нежно голубом платье, в котором была при нашей первой встрече и точно также вязала.

— Рада видеть, что с тобой всё в порядке, мастер.

Ощущения снова напоминали последствия какой-то жуткой попойки, потому что первые пару минут я не помнил, как именно здесь оказался. Разумеется, я понимал, что нахожусь в убежище клана Тёмных библиотекарей под пабом «Кровавая пинта». Однако почему я был здесь? Последние воспоминания связывали меня с Клубом Метких Джентльменов и очередным не слишком удачным столкновением с Потрошителем, а потом? Он ведь вроде сбежал… Осознание обрушилось на меня словно ледяной дождь. Я вспомнил замок с синими крышами, холодное и мрачное помещение и сшитый труп с глазами Потрошителя. И теперь я был почти уверен в том, что он что-то пытался сказать. Потому что вспомнил то, на что не сразу обратил внимание — его разрубленный шрамом рот двигался.

Тем временем Агна вышла из комнаты вместе со своим вязанием, а вместо неё буквально вбежала та, кого я уже давно хотел увидеть.

— Как ты? — в кой-то веки Ребекка даже не скрывала своего волнения. — С тобой всё в порядке?

— Вроде да, — произнёс я, присев в нише, служившей мне кроватью. — Только ощущение такое будто я опять пытался перепить Олафа.

— Это не страшно. Главное, что всё обошлось, — сказала девушка, присаживаясь рядом и неожиданно взял меня за руку. — Теперь уже всё позади.

— Хотел бы я чтобы это было так. Лучше скажи мне как твои дела? Как ты себя чувствуешь?

С того момента как Ребекку освободили агенты Артурианской Службы мы с ней толком, так и не поговорили. Вместе с Брауном её передали клану Тёмных библиотекарей и после этого она уже восстанавливала силы в их убежище, а я так и не успел найти время его посетить. Хотя признаться очень хотел! Даже несмотря на то, что история с Генри и его оборотнями осталась позади я по-прежнему чувствовал себя виноватым перед Ребеккой за то, что из-за меня она попала в плен.

— Всё хорошо, — девушка улыбнулась заметно теплее, чем раньше, а потом снова приняла безразличный вид. — За меня можешь не беспокоиться — я целиком и полностью готова вернуться к своей службе.

— Ну дело ведь не вовсе не в службе, — попытался начать я.

К сожалению, поговорить нам так и не удалось, потому что скоро вернулась Агна в сопровождении того, кто по моему мнению должен был мне всё объяснить.

— Рад, что ты снова с нами, — сообщил Альфред с порога. — Не буду отрицать, что я сильно переживал. Твой случай оказался куда более тяжёлым чем обычно.

— Мой случай? — ничего не понимая повторил я.

— Твой случай. Благородные рыцари Артурианской Службы считают, что они лучше всех разбираются в Петле и всех её проявлениях, но нам Тёмным библиотекарям тоже кое-что известно. Я уже говорил об этом.

— Что со мной случилось? И почему я здесь?

Альфред посмотрел на Ребекку, которая тут же отпустила мою руку, но никак это не прокомментировал.

— Ты здесь, потому что столкнулся с Разпетлением и перенёс это куда хуже, чем вообще-то должен был, — пояснил консильери снова глядя на меня. — Это всегда тяжёлая история, но у Артурианской Службы есть средство на этот счёт. Вещь довольно грубая, но действующая. Ты своевременно его получил и даже вернулся в строй, но потом твоё состояние резко ухудшилось. Поскольку ты мастер клана я решительно настоял, чтобы тебя доставили сюда и лично занялся твоим лечением.

Теперь я окончательно вспомнил, что после того, как Джошуа с Брайаном дали мне какое-то лекарство поначалу мне действительно стало лучше. Если только не считать того, что меня при этом здорово рвало. Однако потом мне вдруг снова поплохело, наступил холод и к своему неудовольствию я потерял сознание. И сколько же на этот раз я оказался в отключке?

— Разпетление? Знаешь вот как-то понятнее не стало.

— Мне сказали, что ты поджёг себя вместе с Потрошителем. Если честно так себе приём, как он вообще пришёл тебе в голову? На ответе не настаиваю. Важно то, что ты нанёс себе ранение одновременно с кем-то. Фактически одна рана на двоих. Обычно такое происходит если, например пронзить мечом одновременно себя и противника. Это просто пример, не нужно пытаться моделировать ситуацию. Вариант с самосожжением тоже подойдёт.

— Да не было никакого самосожжения, — поморщился я. — Просто этот гад так уворачивался от наших гранат, что нужно было хоть как-то его зацепить. Пришлось идти на отчаянные меры.

— Как я уже сказал — на ответе не настаиваю, — покачал головой Альфред. — Результат есть результат. Петля — это тебе не просто броня, не какой-то щит, отражающий удары. Это сложнейшее магическое явление, действующее в соответствии с собственными законами. Петля отменяет ранения. Она отменяет само событие во времени, отматывает всё назад и даже изменяет твоё местоположение. Ещё раз, это не магическое перемещение, о которых бредят людские маги. Это изменение самого магического потока.

— Если она так всё отменяет, что же она шрамы оставляет? — вздохнул я, глядя на свои покрытые ожогами руки.

— Скажи спасибо, что ещё легко отделался.

В этом он был прав, мне действительно повезло что огонь не затронул моё лицо. По крайней мере я надеялся на это, ведь иначе мне бы уже об этом сказали? Ведь сказали бы?

— Поэтому, когда ты пытаешься хитрить с Петлёй и её способностями ты должен понимать, что у этого могут быть необычные последствия, — с серьёзным лицом продолжил Альфред. — Скажу проще, ранив себя одновременно с кем-то другим ты рискуешь затронуть его временной поток, когда Петля активирует твой. Более того эти потоки могут смешаться и тогда сложно представить, что ты можешь увидеть. Ты ведь что-то увидел?

— Что-то странное, — ответил я, вспомнив своё видение. — Мне трудно это объяснить, но я как будто увидел что-то чужое. Словно что-то из чужой жизни.

— Предположений этому может быть много, — Альфред принял задумчивый вид. — Чужие надежды, страхи или даже фантазии. Возможно, воспоминания как настоящие, так и ложные или созданные неосознанно. Наш общий знакомый Джошуа сказал бы тебе, что смешение временных потоков может показать тебе чужое прошлое, потому что будущее закрыто. Но я считаю, что возможности подобных явлений почти безграничны.

— Вы так говорите об этом явлении, словно это какая-то прогулка, — с осуждением заметила Ребекка. — И совсем не вспоминаете о его опасности.

— В принципе, верно, подобные вещи тяжело сказываются на тех, кто владеет Петлёй. Поскольку при смешении двух потоков происходит нечто трудноописуемое, расположенное за гранью известных нам пространства и времени. С этим сложно справиться самому. И вот это меня удивляет больше всего, ведь Артурианская Служба уже давно имеет лекарство для подобных случаев. Почему же на тебя оно не подействовало?

— Не знаю, — я покачал головой. — Я этого не знаю. Собственно, мне вообще мало чего известно. Я не знал, что подобное может случиться, мне до сих пор непонятно откуда у меня Петля и я понятия не имею, что видел, когда эти как ты говоришь потоки перемешались или что там с ними случилось? У меня у самого уже давно всё в голове перемешалось!

— Возможно дело вовсе не в тебе, — удивил меня своим предположением вампир. — Проблема могла оказаться и на другой стороне отчего и без того не рядовое явление стал ещё более странным. Учитывая сколько других странностей связанно с фигурой Потрошителя…

Признаться мне от всего этого было не легче. Конкретных ответов я не получил, а потому к пониманию ситуации не приблизился. Всё что оставалось это принимать новые обстоятельства и просто идти вперёд делать то же самое, что я делал до этого. Иногда казалось будто в этом мире у меня было не больше выбора, чем в предыдущем. Будто я всего лишь средство для достижения цели, некий инструмент, заточенный только под одну задачу. Оружие. Интересно думали ли об этом другие, кто из-за наличия Петли или из иных обстоятельств оказались на моём месте? Понимали ли они это?

— Мне нужно к товарищам, — сказал я и тут же поднялся на ноги. — Что бы там ни было чувствую я себя уже гораздо лучше, огромное тебе спасибо за это, Альфред. А значит меня ждут дела.

— Учитывая, что ты не вампир и значит знаком с понятиями «усталость» и «слабость» я бы настоятельно рекомендовал некоторое время отдохнуть. В особняке Блэков или же здесь у нас — решать мастеру клана.

— Нету у меня времени отдыхать, — отрезал я, не обращая внимания на то, как Ребекка закатила глаза. — Вне зависимости от всех этих временных потоков Потрошитель всё ещё не схвачен и нам нужно это исправить. А где вообще Джошуа и остальные?

— Предвидя такой исход я распорядился отправить за ними, — ответил Альфред, которого мой энтузиазм явно не вдохновлял. — В таком случае до того, как ты отправишься на очередное опасное дело, рискуя оставить нас без очередного мастера в отсутствии очевидного наследника… Позволь кое-что показать. Думаю, я всё-таки нашёл то, что мы искали.

* * *

Мы снова были в одном из бассейнов Тёмных библиотекарей, точнее в одном из их хранилищ. Воды снова было по колено, рядом стояли Альфред и Агна с кинжалом в руке. Ребекка стояла у самого края бассейна, не заходя в воду и с беспокойством за нами наблюдала.

— Думаешь это именно то, что нам нужно? — глядя на воду уточнил я.

— Да, — обычно спокойный Альфред вдруг показался мне каким-то мрачным или даже грустным. — Я провёл много времени изучая и анализируя воспоминания, о которых ты просил и теперь мне кажется, что я нашёл именно то, что нужно. По крайней мере это может многое объяснить.

— Следует соблюдать осторожность, — заметила Агна. — Воспоминание крайне эмоциональное и от того нестабильное. Наш Альфред потратил много сил изучая его раз за разом.

— Не побоюсь сказать, что без тебя я бы не справился, — консильери улыбнулся ей. — Ты и сама порядком вымоталась после всего этого.

— Я рада служить клану. И готова служить ещё.

— Ну ладно, давайте посмотрим, что тут у вас, — вздохнул я, не зная даже к чему готовиться. — Если ты говоришь, что это заслуживает внимания — значит так оно и есть.

— Только Себастьян, — как-то странно произнёс Альфред. — Будь аккуратен с той информацией, которую узнаешь. Она много значит и может оказать разрушительное воздействие на всех, с кем ты решишь ею поделиться.

И без того не зная, что и думать я протянул руки и Агна оставила на них два пореза, которые Петля не спешила отменять. Медленно я лёг в воду, позволяя ей омывать меня со всех сторон, а заодно контактировать с моей кровью. В какой-то момент вода накрыла меня с головой и когда я резко вынырнул я уже был в другом месте и что особенно важно в другом времени.

— Льюис, — передо мной возник Керим, лицо которого выдавало смесь подозрения и недовольства. — Всё в порядке?

— В полном, — ответил я голосом Льюиса, который сразу узнал. — Кажется мы уже добрались.

— Хорошо бы, если это будет так, — произнесла стоявшая рядом Ирма. — Воля мастера клана закон.

Теперь я уже понимал, что происходит. Несмотря на то, что я говорил, слышал и чувствовал я понимал, что являюсь всего лишь наблюдателем. Всё что я сделаю на самом деле уже было сделано Льюисом Блэком и изменить что-либо ни за что не удастся ведь нельзя изменить воспоминание. Можно лишь убедить себя в том, что всё было по-другому, но правда всё равно останется правдой. И это было особенно важно, потому что это воспоминание я видел только по той причине, что Льюис сам оставил его в хранилище Тёмных библиотекарей. Зачем он это сделал, чем именно хотел с нами поделиться? Какую правду он хотел нам показать?

Мы явно были где-то за пределами Лондона. Кругом виделись сельские дороги и лес, а ещё было темно. Впереди перед нами была длинная аллея из вишнёвых деревьев, которая вела к старинного вида поместью, казавшемуся заброшенным. Один его вид сразу вызвал у меня ассоциации с тем мрачным особняком, через который я оказался в этом мире.

— Не нравится мне всё это, — снова повторил Керим, с загнанным видом оглядываясь по сторонам. — Нам действительно стоит туда идти?

— Так сказал мастер клана, — отметил молодого вида вампир, тот самый который при первой встрече напомнил мне Ребекку. — К тому же мы столько времени и сил потратили, чтобы найти это место. И теперь просто отступить?

— После того как мы уже потеряли двоих ради этой информации это будет глупо, — как-то неоднозначно сказала Ирма, отчего было непонятно кому именно из них она ответила.

— Мы идём вперёд, — отрезал Льюис и первым достал пистолет. — И если мы найдём там ответы на наши вопросы, то сможем покончить с бестией, терроризирующей Лондон.

Он был так близок к своей цели. Это казалось даже удивительным учитывая, что я знал, чем всё закончилось. Льюис отправился биться с Потрошителем в одиночку и к огромному сожалению проиграл, но что же толкнуло его на столь безрассудный поступок?

Оглядевшись по сторонам, я заметил, что со мной была целая группа хорошо вооружённых бойцов, в которой были не только Ирма, Керим и молодого вида вампир по имени Томас. Льюиса снова сопровождал мастер рукопашного боя Гамлет, а ещё был вечно соревнующийся с ним Дик, который был самым молодым вампиром в команде, даже моложе Томаса. Ещё был обладающий удивительно острыми слухом и нюхом литвин Мешка, присоединившийся к клану, когда бежал с материка. Специалист по фокусам и исчезновениям Колм и единственный кроме Льюиса человек в команде, которого все называли Фрэнки. Последний не был частью группы, а был личным слугой Ирмы, что Льюис решительно не одобрял. Он не доверял подобным помощникам, считая их крайне ненадёжными.

Хранилище подсказало мне, что эти вампиры были основной боевой группой клана Тёмных библиотекарей. И ещё то, что самыми сильными здесь были Гамлет и фокусник Колм.

То, что Льюис собрал их всех вместе ради одного дела говорило о том, что он крайне серьёзно оценивал старинное поместье, к которому мы приближались. Может быть здесь он наконец-то нашёл слабое место Потрошителя и поэтому потом рискнул наброситься на него в одиночку? С некоторой надеждой я поискал глазами Брауна, но не обнаружил его в этой команде точно также, как и Ребекку. Видимо их Льюис не посчитал нужным брать. Возможно, это было и к лучшему.

— Должен предупредить, это здание не такое пустое каким его хотят показать, — произнёс Мешка, шумно втягивая носом воздух. — Там кто-то есть, но я пока затрудняюсь сказать кто именно.

— Может быть нам стоит разделиться? — тут же предложил Керим. — Льюис, мы с тобой могли бы зайти внутрь пока остальные присмотрят за домом снаружи…

— В этом нет необходимости, — снова отрезал Блэк. — Я договорился о встрече поэтому нам ничего не угрожает.

— С ведьмами нельзя договориться. У них нет ни принципов, ни совести.

— А мне никогда не приходилось видеть ведьм, — заявил Дик, который просто не мог скрыть своего интереса. — Они такие же как про ни рассказывают?

Керим только выругался вместо ответа.

— Мы же не будем бояться каких-то ведьм? — заявил Томас, всем видом демонстрирующий полную решимость. — А даже если они что-то и подстроили, то мы легко с ними справимся.

— Если ты в этом так уверен, то почему настоял, чтобы твоя дорогая Ребекка осталась в «Кровавой пинте»? — огрызнулся Керим. — Решил её спрятать от возможных неприятностей?

— Ребекка осталась в «Кровавой пинте», потому что я так решил! — заявил Льюис. — И я не желаю это обсуждать. А теперь все за мной.

Не теряя времени, Льюис поднялся по ступенькам главного входа и открыл широкие двери ведущие в просторный холл. Ему явно не терпелось встретиться с кем-то в этом месте и получить ответы на свои вопросы, я буквально чувствовал его волнение. При этом само место мне уже не нравилось и насколько бы неприятным мне ни казался Керим его беспокойство выглядело обоснованным.

— Этот старый особняк был выкуплен за долги, — держа руку на эфесе меча сообщил Гамлет, которому Льюис перед делом поручил собрать о нём информацию. — Однако новый владелец предпочёл организовать здесь детский работный дом. Долгое время дурная репутация этого места отталкивала от него лишние взгляды до тех пор, пока его не закрыли.

— А почему его решили закрыть? — поинтересовался Томас.

— Мне не удалось это выяснить. Работный дом был впоследствии продан некому доктору, который здесь поселился. При этом какое-то время он ещё продолжал функционировать.

— Саммервайт, — произнёс Льюис, пока группа проходила из одного запущенного зала в другой. — Здесь он продолжил свою работу. Человек предававший и обманывавший больше, чем кто-либо кого я знал.

— Не знаю, чем он здесь занимался, но на этих стенах остался запах не малых страданий, — с отвращением принюхиваясь сообщил Мешка. — Много крови. Много впустую истраченной крови.

— Он экспериментировал, — с мрачным видом пояснил Льюис. — Экспериментировал с кровью вампиров.

— И какая связь между экспериментами с кровью вампиров и Потрошителем? — снова возмутился Керим. — Что мы забыли в этом месте?

— Скоро узнаешь, прояви терпение.

— И с кем у тебя встреча? Кто из ведьм согласился с тобой говорить? Это ведь нарушение всех их правил!

— Один надёжный источник. А теперь успокойся! Мы уже почти пришли.

К моему удивлению группа не стала осматривать весь старый дом, а прошла его насквозь и вышла на задний двор, где обнаружился совершенно запущенный сад. Повсюду были высокие деревья, разросшиеся кустарники и повалившиеся оградки. Даже удивительно что настолько плохо сохранившееся место располагалось в такой близи от Лондона. Источник, о котором говорил Льюис ожидал возле большой клумбы с розами и выглядел так, словно не имел ни малейшего представления о том, где именно и в каком времени живёт.

Высокая и худощавая женщина была одета в местами изорванное белое платье и покрыта татуировками, вызывающими ассоциации с кельтами. На её шее было множество деревянных бус, а на руках браслетов. Когда она обернулась я увидел, что её лицо было покрыто каким-то раскрасом, будто бы сделанном кровью, а покрасневшие глаза смотрели с безумным огоньком.

— Почтенный мастер, — произнёс Колм с обречённостью в голосе. — Жаль, что вы не предупредили о том, с кем именно состоится встреча. Вынужден предупредить, что в случае обострения ситуации я не смогу её сдержать.

— С ней? У тебя встреча с ней? — Керима тут же захлестнула злоба. — Ты серьёзно притащил нас на встречу с ней?

— Эбилейль! — воскликнул Льюис, игнорируя их обоих. — Я пришёл в условленное место и время как мы и договаривались! Ты хотела поговорить!

Сопровождавшие меня вампиры явно нервничали. Похоже, что никто из них действительно не знал, с кем именно Льюис собрался встретиться, но при этом все видели в этом проблему. Лично мне женщина казалось хоть и с явным приветом, но уж точно не опасной и возможно договороспособной. Главное только говорить с ней вежливо и ничего не спрашивать про бусы. Или это были воспоминания Льюиса, из-за которых и мне так только казалось?

— Правильно мыслишь, — вдруг произнёс Гамлет. — Льюис выбрал себе крайне опасного информатора. С такими не связываются.

— Альфред? Это сейчас ты? — уточнил я и никто из окружающих не услышал мои слова.

— Конечно, как и в прошлый раз я буду рядом.

— Кто это пред нами? — спросил я, но тут женщина заговорила.

— Ты чувствуешь ту работу, которая велась здесь, Льюис? Ты чувствуешь ту энергетику, которая исходит от этого места? Здесь многое случилось и много судеб переплелись здесь.

— Ты ведь знаешь, что я не разбираюсь в таких вещах, — раздражённо ответил Льюис. — Меня интересует Саммервайт и Потрошитель!

— Они интересуют всех! — улыбнулась женщина. — Потрошитель всех тех, кого пугает его имя. То имя, которым он называет себя сейчас. А Саммервайт интересует тех, кто понимает гораздо больше. Тех, кто видит рыбу в воде, понимаешь меня, Льюис? Тех, кто знает, что это он привёл его в Лондон.

— Так это правда? — спросил Льюис и осторожно приблизился. — Значит за появлением Потрошителя стоит именно Саммервайт?

— Я ведь уже сказала тебе об этом, к чему повторять? Разве ты тоже не видишь рыбу в воде, Льюис?

— Так значит Потрошитель работает на королевскую семью? Он исполняет их приказы? Ведь так?

— Ох, Льюис, Льюис. Как много ты хочешь знать…

— Начинается, — брезгливо поморщилась Ирма.

— Мастер клана, мы с вами несмотря ни на что! — поддержал Томас.

— Эбилейль! У нас с тобой был уговор! — напомнил Льюис. — Ты обещала показать мне место, имеющее отношение к Саммервайту и Потрошителю! Место, где всё началось! Это оно? Потрошитель появился здесь?

Женщина улыбалась и качала головой с безумным взглядом. Но не спешила с ответом, чем только больше нервировала окружающих.

— Почтенный мастер, — с беспокойством произнёс Колм. — Я ощущаю опасные колебания.

— Я тоже, — добавил литвин Мешка. — Чую и слышу. Она здесь не одна.

— Альфред! — крикнул я, понимая, что дело плохо. — Что происходит? К чему всё это идёт?

— У нас был уговор! — тут же повторил моими усами Льюис. — Ты обещала мне рассказать всё о Потрошителе! Рассказать о его слабых местах! О том как его убить!

— Он столько страдал, — вздохнула женщина. — Зачем же его убивать?

— Эбилейль! Мы же договорились! Ты должна рассказать мне всё! Это место — убежище Потрошителя? Здесь он зализывает свои раны?

— Ох, Льюис, Льюис, — повторила ведьма и в эту минуту всё стало очевидно. — Ты слишком далеко зашёл. Глупо было думать будто я действительно стану тебе помогать.

Женщина неожиданно ловко отпрыгнула назад и сделала какой-то знак руками. В тот же момент раздался оглушительный треск и из темноты за её спиной выскочило нечто отдалённо напоминающее собой медведя. Только с человеческим черепом вместо головы. Злобно рыча, оно ринулось прямо на нас и в следующую секунду раздались выстрелы дробовиков, которые вампиры прихватили с собой.

— Мастер, берегитесь!

— Грязная магия!

— Бежим!

Последний крик принадлежал Ирме, которая первая отступила назад. Однако из здания навстречу ей появилось ещё одно такое же существо бросившееся к вампирше и не обращавшее никакого внимания на выстрелы её пистолетов. Огромные когти скорее всего разорвали бы её на части, если бы буквально в последний момент Ирма не толкнула бы перед собой своего слугу Фрэнки, который в этом воспоминании не успел сказать ни слова. Его порвали вместе со всеми мечтами и планами, которые он строил на награду от вампира.

— Ты что творишь?! — закричал Льюис и сквозь воспоминание я почувствовал его страх. — Эбилейль! У нас был уговор! У нас же был уговор!

Но ведьма его не слышала. Повторив руками тот же знак, она вызвала откуда-то из темноты уже третье чудовище, навстречу которому решительно бросился Гамлет с огромным двуручным мечом. Первый же монстр нёсся на нас, не обращая внимания на выстрелы пока невесть откуда не появился толстенный канат, скрутивший одну из его лап. Следом появились ещё несколько, связавшие чудовище и заставившие его остановиться. Специалист по фокусам и исчезновениям Колм активно жестикулировал руками одновременно закрыв глаза.

— Мастер, скорее уходите! — прокричал Томас, перезаряжая дробовик.

В этот момент из окон дома выпрыгнули десятки тварей с крыльями, похожие на летающих обезьян, только вместо голов у них также были черепа. Томас и Дик тут же принялись их сбивать, в то время как Керим с Ирмой продолжали биться со своим монстром. Стрелял по летающим тварям и Льюис, но с куда меньшей точностью чем вампиры.

Вся команда поражала меня своим мастерством и тем не менее дурное предчувствие не отпускало ни на секунду. Гамлет удивительно ловко орудовал мечом буквально разрубая монстра на части, пока на него также накинулись канаты. В то же время к первому связанному чудовищу подскочил Мешка и пронзил его череп длинным клинком. Однако это не произвело на тварь никакого впечатления, и она продолжала попытки вырваться. Из дома позади нас вышли ещё две ведьмы, раз за разом повторявшие руками какие-то жесты и летающие твари продолжали наступать нескончаемым потоком. Моими глазами Льиюс искал путь к отступлению пока не замер, глядя на Дика. Летающие монстры буквально облепили его со всех сторон и в какой-то момент он перестал стрелять и уже только кричал. Во все стороны брызгала кровь и Томас подскочил к нему, прикладом пытаясь сбить монстров. Не открывая глаз Колм сделал несколько резких жестов и появившиеся словно из ниоткуда кинжалы сбили сразу несколько тварей, однако больше никто из стрелков его не защищал и три монстра сразу набросились на него.

В этот же момент порвались канаты, удерживающие первого медведя и тот, сбил с ног Мешку, сомкнув челюсть не его плече. Вампир закричал и глубже вогнал клинок в череп, по которому уже пошла трещина. Несмотря на усилия Томаса летающие твари подняли Дика в воздух и бросили вниз только когда он затих. Одним ударом Гамлет отрубил череп монстру с которыми бился и начал прорываться к Мешке, разрубая нападающих на него тварей. Одна из них набросилась на Льюиса и некоторое время я не понимал, что вообще происходит. А когда Блэк подстрелил монстра и сбросил его с себя то увидел перед собой раненного Томаса с истерзанным лицом. Вампир выглядел напуганным и растерянным.

— Уводи мастера! — кричал ему Гамлет.

Он почти прорвался к Мешке, когда рядом появились Ирма и Керим, вот только не для того, чтобы помочь. Всё это время отвлекая «своего» медведя, но так и не сумев его убить, они неожиданно подвели монстра прямо к Гамлету, которого тот тут же схватил. Каким-то образом вампир не выронил меч, вонзив его во врага, но это не дало результата. Мешка раз за разом наносил удары по черепу чудовища и кричал, но явно не в силах был вырваться. Ему Ирма с Керимом тоже не стали помогать. Окружённые летающими монстрами они бросились куда-то в темноту и скрылись из виду. Всё вокруг рухнуло, и я только смотрел по сторонам с ужасом, который мог сравниться только с тем, который испытывал Льюис.

— Мешка! Держись! — закричал Томас, разряжая свой дробовик.

Литвин нанёс последний удар по черепу и неожиданно расколол его на части. В тот же миг монстр рухнул больше не двигаясь, но не двигался и сам вампир. Вокруг его полуразорванного тела растекалась огромная лужа крови.

— Томас! — закричал что было силы Гамлет, продолжая отбиваться. — Томас уводи мастера! Это приказ! Уводи мастера, Томас!

В следующее мгновение «медведь» утащил его в темноту, и они оба исчезли. Из последних сил Колм сделал знак и десятки кинжалов и канатов, возникших прямо из воздуха, расчистили нам с Томасом путь к отступлению. Вампир буквально тащил на себе Льюиса, отстреливаясь на ходу из пистолета. Они вместе прошли через все залы и коридоры, наконец добравшись до главных дверей дома. Я чувствовал, что Льюис хотел что-то сказать, хоть как-то оправдаться. Но он не успел. Прямо на нас из темноты выскочил ещё один монстр, больше других и с тремя черепами вместо одного. Томас успел только оттолкнуть Льюиса в сторону.

А затем чудовище унесло его обратно в этот кошмарный дом.

Глава 28

Глава 28.

— И вот здесь подпись пожалуйста, — Найджел Торби услужливо подсунул ещё один документ. — Отлично! И вот здесь. Ещё нужна ваша печать.

— Будь моя воля я засунул бы тебе и печать, и все эти документы, туда откуда их только врач тебе вытащит, — огрызнулся граф Морган, но всё-таки подписал и этот документ и все последующие за ним.

— К счастью, это не в вашей воле, — заметил Джошуа, медленно попивая чай. — Но не волнуйтесь, осталось немного и мы скоро уйдём.

— И тогда вы вольны играться со своей печатью как вздумается, — усмехнулся Брайан.

Сам он пересчитывал и складывал в сумку долговые расписки Льюиса, которые Морган выкупал по всему Лондону, рассчитывая потом шантажировать Блэков. Теперь он подписывал составленные Найджелом документы, в которых отказывался от любых претензий, притязаний и обещал не совершать в будущем ничего, что могло бы прямо или косвенно навредить моей новой семье. Однако все единогласно решили, что одних обязательств недостаточно и безопаснее будет изъять у Чарригтона все возможности для новой агрессии. Судя по мрачному виду графа, он тоже так считал.

— Ну что довольны? Всё? — Морган бросил на стол печать и откинулся в кресле. — Вы получили что хотели? Теперь убирайтесь из моего дома!

— Не скажу, что с вами приятно иметь дело, — Джошуа поставил чашку на журнальный столик и поднялся. — Но я надеюсь мы поняли друг друга. Махинации с недвижимостью, организация контрабанды, расхищение бюджетных средств и самое главное сговор с вампирами от имени короля без какой-либо санкции самого короля. Одно неверное движение или слово и все эти сведения отправятся куда следует.

— Можете перечислять сколько угодно, но запомните, — Морган буквально выплюнул эти слова. — Я не имею никакого отношения к нападению на тот особняк и принцессу Аманду, которые вы мне пытаетесь приписать!

— Даже если и так, того, что есть уже достаточно чтобы обеспечить вам ссылку в американских колониях. Поэтому ради вашего же блага я надеюсь, что больше мы с вами не встретимся.

Разумеется, после событий в Клубе Метких Джентльменов мы навестили графа Чарригтона в его доме, чтобы закончить начатое, а точнее получить с него причитающееся. Спасение его жизни в совокупности с собранным лордом Уинтером компроматом, который мог сделать это самое спасение бессмысленным, всё-таки перевесили чашу весов и Моргану в конце концов пришлось отступить. Теперь отпуская ругательства и сжигая нас неприязненным взглядом он отдавал долговые расписки, сведения о неудобных фактах из жизни Льюиса и подписывал все необходимые бумаги.

— Вы ещё не понимаете с кем связались, — даже в такой ситуации Чарригтон продолжал угрожать. — Вы не знаете кто мой покровитель. И речь не о Кроммеле или отце моей жены.

— Да всё мы знаем! — воскликнул я, поскольку мне уже объяснили истинное положение вещей. — Ты делаешь вид, что помогаешь своим союзникам, а сам собираешь на них компромат для лорда Эдгара. Думаешь окружил себя друзьями? Интересно будет посмотреть, что будет, когда они узнают друг про друга.

А это был последний гвоздь в крышку гроба. Сэр Абрахам пообещал брату короля, что не сдаст Моргана тем, за кем он следит для него. Например, Джефри Кроммелю, который бы после такого точно пересмотрел их сотрудничество. В обмен на это обещание лорд Эдгар согласился не препятствовать нашей победе над Чарригтоном.

Последний документ был подписан, и Брайан спрятал его в сумку, вслед за последней распиской. С любезной улыбкой Найджел Торби передал помощнику графа его копии принятых обязательств, которые тот взял без особого энтузиазма. Дело было сделано и Чарригтон отныне перестал быть для нас помехой. Долги Льюиса закрыты, доступ к счетам восстановлен, недвижимости Блэков больше ничего не угрожает. Признаться эти мысли давали мне не малое удовлетворение. Хотелось только вмазать Моргану как следует на прощанье. Судя по лицу Олафа, он думал также.

— Думаете вы победили? — огрызнулся граф доставая из тумбочки бутылку бренди. — Думаете теперь можете праздновать?

— Хотите помешать? — уточнил Джошуа, уже стоя в дверях кабинета. — Забыли наши условия? Может напомнить?

— Например кулаками, — подтвердил мои предположения Олаф.

— Всё я помню, — Морган открыл бутылку и отпил прямо из горла. — Я не буду мстить семье Блэков, нет. Но я найду способ напомнить тебе о том, кто ты такой на самом деле. Напомнить тебе о твоём месте.

— Слушай, ну ты правда нарываешься, — усмехнулся «викинг». — Может быть всё-таки научить тебя уму разуму?

— Я могу подержать, — как в прошлый раз предложил Брайан.

— Цепляйся за свои бумажки, парень, — Морган не обратил внимания на их угрозы и смотрел прямо мне в глаза. — Они всё равно не сделают тебя тем, кем ты не являешься. Я напомню тебе об этом, Всеволод. Обещаю.

— Буду ждать с нетерпением, — выдержав его взгляд сказал я. — Только не заставь меня заскучать.

Тогда я, конечно, понятия не имел чем обернутся эти слова.

* * *

— Так что ты собираешь делать? — с беспокойством спросила Ребекка.

Мы сидели у окна на втором этаже в баре «Кровавая пинта». Снизу доносились звуки музыки, а также голоса посетителей и членов клана, что заставляло меня задуматься, а знают ли горожане кто владеет этим местом? Учитывая, что «Кровавая пинта» не испытывала недостатка в клиентах получалось что-либо нет, либо им было просто всё равно. Однако меня в первую очередь беспокоили совсем другие вещи. Попивая пиво, я смотрел в окно на тонущий в сумерках Лондон и думал о том, что в целом у меня не плохо получилось здесь устроиться. Можно сказать, что мне удалось закрепиться в семействе Блэков, наладив отношения с неожиданной роднёй и ещё более неожиданным вампирским кланом. Мне даже удалось привлечь к себе внимание красивой вампирши, хотя видно было что на этом поприще ещё работать и работать… Но особенно важно — я смог зарекомендовать себя среди новых товарищей, членов Артурианской Службы! Думаю, я наконец-то смог оправдаться после своего позорного бегства со склада и вообще во много стал уже другим человеком.

Глядя на то, как за окном медленно начинался дождь я задумался о том, как много осталось во мне от того простого студента, которым я был до того, как попал сюда? Ну наверное если взглянуть в зеркало, то найдётся немного. Сейчас меня бы уже и старые друзья не узнали. Лёха, Вадим, Кирюха, Ленка. Даже Катька вряд ли признала, если бы случайно встретила в толпе. Интересно они хоть искали меня? Обращались в полицию или ещё куда-нибудь? Или всё это вопросы про ответы, на которые мне лучше забыть? Всматриваясь в стекающие по окну капли, я поймал себя на мысли, что последнее время всё реже задумывался о том, чтобы искать дорогу обратно. Возможно, это было связанно с тем, что собственно времени у меня было мало, поскольку его постоянно съедала масса неотложных дел. А возможно просто изменились обстоятельства. Всё-таки я не плохо здесь устроился.

— Так что ты собираешь делать? — Ребекка повторила вопрос.

Её голос вырвал меня из задумчивости и заставил посмотреть на неё. Красивая девушка. Я понятия не имел сколько ей было лет, ведь возраст вампира останавливается после обращения, хотя и не торопился это выяснить. С куда большим интересом я бы скорее узнал про то, как именно она стала вампиром, но и для этого очевидно время ещё не пришло. В любом случае неожиданно для себя я осознал, что Ребекка мне нравилась, при чём даже куда больше, чем Катька. С Каткой мы никогда не говорили о настоящих чувствах, оба воспринимали наши отношения как приятную интрижку. С Ребеккой я надеялся испытать что-то настоящее, поэтому старался излишне не торопить события. Но в то же время я не хотел и слишком тянуть.

— Значит ты больше не злишься на меня из-за того разговора в особняке Блэков? Ну перед нападением оборотней…

— Мне кажется это было достаточно давно чтобы об этом не вспоминать?

— Супер! — заявил я и набрал в грудь воздуха. — Тогда я бы хотел поступить так, как делают там откуда я родом и пригласить тебя на ужин.

— Ужин? — Ребекка искренне удивилась. — Мы ведь уже сидели вместе за столом с Блэками… Мадлен явно размышляла каким ножом в тебя запустить, а ты расспрашивал Джошуа или Олафа о положении дел в Европе, истории и России… Вообще обо всём…

— Нет, я не это имел в виду! Не сидеть за столом, а ужинать. В смысле вместе. Вдвоём. Здесь разве так не принято?

— Ты можешь просто сидеть в кабинете, а… Вдвоём, — девушка тут же смутилась. — Послушай, я благодарна тебе за то, что ты так рисковал собой, чтобы вытащить меня из той истории с оборотнями… Хотя это я твой телохранитель и всё должно быть наоборот…

— Думаю мы уже достаточно спасали друг друга, чтобы говорить прямо.

— Я не уверена в том, что это правильно, — видимо я слишком рано задумался о победе. — У меня есть долг перед тобой, перед кланом. А чувства подобные тем, на которые ты намекаешь могут помешать мне его выполнить.

— Долг? То есть тебе мешает долг?

— Давай лучше обсудим план действий, — Ребекка приняла спокойный вид. — Так что ты задумал? Ты действительно хочешь отправиться к ведьмам?

Смена темы была для меня не слишком приятной, но на самом деле своевременной. Как бы мне ни хотелось разобраться в своих отношениях с Ребеккой, а точнее поднять их на принципиально другой уровень имелись вопросы требующие внимания. И пока Джошуа с остальными переворачивали Лондон в поисках следов Потрошителя, Кенни и, если повезёт, Энтони, то у меня появилась возможность закрыть одно незаконченное дело. Пора уже прояснить кое-что в смерти Льюиса.

После того как я вынырнул из хранилища Тёмных библиотекарей Альфред объяснил мне кое-какие детали и многое встало на свои места.

— Мне всегда казалось будто Льюис решил свести счёты с жизнью, — признался консильери, наливая нам выпить. — Иначе нельзя было назвать решение в одиночку отправиться на встречу с Потрошителем и искать с ним битвы. Вот только я подумать не мог, что моё предположение оправдается.

Тогда мы сидели на краю бассейна, обсуждая найденное воспоминание.

— Те вампиры были вашей боевой группой? — уточнил я.

— Наши главные бойцы, не считая Брауна и Ребекки. Они защищали клан, решали проблемы, требующие силового решения, и проводили вылазки по поиску новых артефактов для наших хранилищ.

— И часто Льюис брал их с собой на подобные операции?

— Не очень, — как и в прошлый раз Альфред накапал что-то в свой бокал. — Как раз Льюис не был сторонником силовых решений, но тогда у него была как он сам считал железная информация. Он думал, что обнаружил убежище Потрошителя и надёжный источник, который расскажет о его слабых местах.

— Эта та ведьма, управлявшая этими чудовищами? Кто она такая?

— Эбилейль — член совета Астрального шабаша, наверное, сильнейшего объединения ведьм в Англии. Несмотря на свойственное им безумство они имеют широкое влияние как на крестьян, так и на знать, и конкурируют за власть с Чёрным кальмаром, Кровавой страстью и Мёртвыми рыбами.

— И с такими личностями у Льюиса были связи? — удивился я.

— У нас у обоих имелись связи и с куда более худшими личностями, вот только пользоваться ими я бы не стал. И уж точно не стал бы доверять Эбилейль, — Альфред залпом выпил бокал. — Не знаю как Льюис с ней договорился, но отправляясь на эту операцию, он ничего об этом не сказал.

— Вот только выходит, что плохо с ней не договорился. Это была засада. Как думаешь, почему она могла так поступить?

— Не знаю. Мотивов Эбилейль я никогда не понимал, к тому же как ведьма она всегда была склонна к нелогичным поступкам. Она могла предать Льюиса просто ради самого предательства. Посчитала это интересным.

Похоже эти ведьмы были крайне интересными женщинами, а я-то всё на оборотней с вампирами ругался. Чудовища, которые слушались этих ведьм вызывали у меня массу вопросов, но в тот момент имелись и более важные.

— Откуда ведьмы могут что-то знать о Потрошителе? — глядя на своего консильери спросил я. — При чём здесь вообще ведьмы?

— Хороший вопрос, — кивнул Альфред по глазам которого было видно, что он уже ищет на него ответ. — До того, как действующий король выгнал из Букингемского дворца всех нелюдей, ведьмы имели связи в королевском окружении. А Эбилейль, по слухам, была вхожа в саму семью.

— Выходит Льюис был уверен в том, что за Потрошителем и всеми его убийствами стоит королевская семья, — от такого предположения мои брови стремительно ползли вверх. — Но разве такое возможно?

— А почему нет? Потрошитель подрывает власть сильнейших вампирских кланов и если принимать всерьёз намерения короля избавить английскую верхушку от их влияния, то это играет ему на руку. Правда слухи связывают Потрошителя не только с королём, но и с Артурианской Службой. Как ни крути, а им это тоже выгодно.

— Джошуа и Абрахам не могут быть в этом замешаны, — решительно отверг я. — Только не они. Я не могу в такое поверить.

— Вот и Льюис верил в то, что дело не в Артурианской Службе, а в королевской семье. В то, что Потрошитель убивает по приказам самого короля или его ближайшего окружения, — было видно, что на Альфреда всё это производило не меньшее впечатление, чем на меня. — И учитывая, что засаду Льюису и нашим бойцам устроила женщина знакомая с самим королём выходит, что Блэк всё-таки был прав. Иначе зачем пытаться его убить?

Аргумент был железный, но перспективы, которые он открывал, меня нисколько не радовали. Как можно бороться с серийным убийцей, когда за его спиной стоят могущественнейшие силы страны? И как призвать их к ответу, когда на их стороне госаппарат и целая армия? Я сразу вспомнил магов с трубками и чёрным дымом, которые не останутся в стороне. Но больше всего меня волновал факт, подтверждение которого мы с Альфредом обнаружили.

— Выходит Льюиса подвели собранные им сведения, из-за которых погибла вся ваша группа. За исключением Ирмы и Керима, которые сумели свалить, — подвёл я итог. — И это поражение добило его? Сломало? Толкнуло на самоубийственную глупость?

— Выходит так. Я видел его надлом, но тогда я не знал, что Льюис допустил такую ошибку, что доверился ведьмам и позволил завести себя в засаду, — признался Альфред. — Он покончил с собой. Льюис отправился на встречу с Потрошителем один на один, потому что хотел покончить с собой. Печальный поступок, который мало что мог изменить, а потому вызывает у меня исключительное непонимание. Знаешь, Себастьян, вы люди, удивительно странные существа.

— Можно подумать ты никогда не был человеком, — вздохнул я, полагая что вампиры в этом мире появляются также как это описывалось в моём. — Но ты прав, смерть Льюиса — самоубийство, хотя и довольно изощрённое.

— Тебе его жаль? — уточнил Альфред, внимательно глядя на меня.

— Знаешь, человека всегда жаль, — я взял и выпил свой бокал. — Но он оставил нас всех посреди стольких проблем и окружённых таким количеством врагов, что подобное я могу назвать только трусостью.

Что ж я считал так тогда, и по-прежнему считал так сейчас. Но, как и в ситуации с графом Морганом, я понятия не имел чем всё это закончилось.

Вскоре к нам за столом присоединились Альфред и Браун, а я изложил им свои цели. Разумеется, они произвели на них впечатление.

— Я могу сказать, что это плохая идея? — спросила Ребекка.

— Тебе и идея с оборотнями не нравилась, — заметил вампир аптекарь. — Хотя трудно сказать, что там всё прошло удачно.

— Редкий случай, когда я назвал бы идею плохой и одновременно сказал бы, что риск оправдан, — к всеобщему удивлению заключил Альфред. — У меня тоже есть несколько вопросов, которые требуют ответов. Поэтому я отправляюсь с вами.

— Но как? — воскликнула Ребекка. — Вы же консильери! Вы должны оставаться в убежище клана!

— Как ты правильно заметила, дорогая моя, я консильери. И потому лучше знаю, что я должен и что нет. Тем более в том месте, куда мы отправляемся без моей помощи вам будет слишком тяжело.

Почему-то я был уверен, что традиции Тёмных библиотекарей не позволяют Альфреду покидать владения клана и был удивлён его решением ничуть не меньше Ребекки. Однако отказываться от его поддержки не собирался. Идея, которую я рассчитывал реализовать граничила с безумием. Ведь мы собирались идти в убежище ведьм.

* * *

На самой окраине Лондона к полному неудовольствию ближайших деревень раскинулся посёлок без названия, имеющий самую дурную репутацию. По стечению обстоятельств многие требовали сжечь этот посёлок и разогнать всех его жителей обвиняя их в мошенничестве, проституции и торговле не лицензированными предметами. И в тоже время многие с удовольствием посещали его из-за устраиваемых здесь фокусов, цирковых представлений, а также всего вышеперечисленного. Так это место и существовало надёжно укрытое от полиции взятками и от монстров его защитницами, а точнее ведьмами.

— Не стоит пытаться тайно проникнуть туда, — предупредил Альфред, когда мы уже подъезжали на лошадях. — У них достаточно защитных заклятий, позволяющих обнаружить любого лазутчика, которого сразу примут за врага.

— А эти ведьмы действительно настолько опасные? — спросил я, глядя на раскинувшиеся впереди палатки и шатры. — Нам стоит их бояться?

— Ты же видел их в действии, — напомнил Альфред, оборачиваясь ко мне. — В том воспоминании. Ведьмы не дерутся сами, но они хорошо умеют призывать тех, кто делает это за них. Бояться излишне, но опасаться стоит.

— Но что это за монстры? И откуда они их призывают?

— Поверь мне, лучше этого не знать.

Глядя на то, как со значением покивали Браун с Ребеккой я решил больше не расспрашивать. Посёлок перед нам растянулся вдоль берега реки и состоял не только из шатров и палаток, но также из всяческих хибар и домов на телегах, напоминавших своим видом цирковые вагончики. Эту ассоциацию только усиливал большой цирковой тент на границе посёлка. Встретили нас не слишком приветливо — женщины прятались по домам вместе с детьми, а мужчины хватали оружие от ножей и кортиков до винтовок и ружей. Кто-то закричал, где-то рядом заплакал ребёнок, а несколько человек сплюнули, когда мы приблизились к ним.

— Они всех так встречают? — спросил я, положив руку на кобуру.

— Они знают кто мы, — Альфред выглядел совершенно спокойным. — А ведьмы никогда не дружили с вампирами. Так что думаю все эти люди уже получили инструкции на наш счёт.

— А кто они вообще такие? Какой-нибудь народ ведьм?

— Большинство цыгане, — ответила Ребекка. — Многие потомки беженцев с материка, спасавшихся от ужасов Сорокалетней войны. Кто-то не захотел возвращаться домой, а кто-то просто не смог.

— И когда они не получили помощи от британской короны, то приняли её от Астрального шабаша, — добавил Альфред.

— Не понимаю только одного, — произнёс Браун, проверяя свои кинжалы. — Если наша цель в том, о чём я думаю, как поможет то, что нас раскрыли?

— Вот увидишь именно это и поможет, — усмехнулся Альфред. — Главное делаете всё как я скажу и особенно это касается тебя, Себастьян.

— Можно подумать я какой-то смутьян.

Все три вампира посмотрели на меня с осуждением. Тем временем мы добрались до центра посёлка, где нас уже встречали. Несколько женщин в белых изорванных платьях с бусами и браслетами, покрытые татуировками. Среди них я узнал ту, которая была из воспоминания Льюиса. Эбилейль.

— Совет Астрального шабаша приветствует вас, — произнесла она, выйдя вперёд. — Хотя мы не мало удивлены вашим визитом.

— Здесь только половина совета и я это прекрасно знаю, — Альфред окинул их оценивающим взглядом. — И я не поверю, что наш визит для вас хоть какая-то неожиданность.

— Что ж, наши разведчицы действительно знали о вашем приближении ещё с того момента, как вы покинули Лондон.

— Не сомневаюсь, но дело вовсе не в ваших разведчицах. Мы оба с вами знаем причину, по которой вы ждали нас.

— В таком случае предлагаю пройти в мой шатёр, — сказала Эбилейль.

Альфред кивнул, и мы слезли с лошадей. Не говоря ни слова ведьмы направились к здоровенному шатру, украшенному узорами из верёвок и черепушками животных. Но стоило нам проследовать за ними как один из цыган преградил нам дорогу и потребовал сдать оружие.

— Пусть оставят его себе, — неожиданно заявила Эбилейль. — Они наши гости и я уверенна, что нам ничто не угрожает.

Вообще-то без оружия мы бы стали лёгкой мишенью, но я сразу почувствовал, что здесь что-то неладно. Эти женщины казались безумными из-за своего внешнего вида и выпученных глаз, однако у них явно имелся какой-то план. И вряд ли он предусматривал для нас что-то хорошее.

— Чаю будете? — спросила Эбилейль, когда мы расселись на подушках в её шатре. — Или предпочтёте сразу перейти к делу?

— К чему же тянуть? — пожал плечами Альфред. — Как я уже сказал — вы ждали нас и хорошо знаете зачем мы здесь. Мы требуем крови.

— Крови? — воскликнула темноволосая ведьма, одетая в отличие от остальных во всё чёрное. — Но между Астральным шабашем и Тёмными библиотекарями сейчас перемирие. С какой стати вам требовать крови у нас?

— С такой что вы умертвили наших воинов, — ответил Браун, сжимая рукояти кинжалов. — Видимо Мёртвых рыб, с которыми вы воюете вам мало, и вы решили нарушить перемирие.

— Возмутительно! — ведьма выругалась, и остальные женщины её поддержали. — Это наглая ложь! Ваши обвинения оскорбительны!

— Это не ложь! — оборвал я. — Вы обманули и погубили наших товарищей!

— Возмутительно! Вы приходите в наше убежище и угрожаете нам в нашем доме? В тот момент, когда мы проявляем к вам гостеприимство, хотя могли уничтожить вас ещё до того, как вы бы нас увидели!

— Поверьте, мы ещё не начали вам угрожать!

— Поверь мне, мальчишка, я покажу тебе такую тьму, что ты до конца жизни забудешь, что такое сон!

Темноволосая ведьма явно разозлилась, а её подруги вдруг начали шипеть на меня словно кошки, чем только убедили меня в своём безумстве. Ребекка, глядя на меня покачала головой, однако Альфред выглядел удивительно спокойным. Как будто всё шло по его плану.

— Сестра Доргана, — обратилась к темноволосой Эбилейль. — Мне греет сердце твой боевой настрой, но, к сожалению, я должна признать, что они в своём праве. Потому что перемирие действительно было нарушено.

— Что? — названная Дорганой ведьма сразу смутилась. — О чём ты?

— У меня была встреча с их прошлым мастером клана, — удивительно легко призналась Эбилейль. — Во время которой я убила его свиту. Пыталась и самого мастера, но так понимаю меня уже опередили.

— Ты с ума сошла?! И ничего не сказала совету?

— Это моё личное дело… Астральный шабаш здесь ни при чём.

— И ты молчала, дура? Зная, что они придут?!

— Собственно я рад, что вы не стали отмалчиваться, — Альфред не обратил внимания на охватившее остальных ведьм смятение. — Это не оставляет сомнений в справедливости наших требований. Но прежде, чем мы их реализуем один вопрос — зачем?

— Зачем? — Эбилейль оторвала взгляд своих мутных глаз от сестры Дорганы и посмотрела на нас. — Вы спрашиваете зачем? Или может быть для кого? Хотите знать кто попросил меня убить вашего дорого Льюиса?

— Прежде чем вы заплатите за это кровью.

— А сами как думаете? Или на собственные догадки вы не способны?

— Дело в королевской семье? — выпалил я. — Льюис пытался разобраться в происхождении Потрошителя и приблизился к этой цели, а вы убили его? Ведь так? Какую правду хотела скрыть королевская семья?

— Так значит у вас всё-таки есть догадки? Тогда зачем же вам я?

— Эбилейль, — темноволосая ведьма встала. — Что здесь происходит?

— Всего лишь месть, моя дорогая, ради которой к нам пришли представители этого ослабленного клана. Хотите правды? Хорошо. Разумеется, ко мне обратились не лично кто-то из королевского семейства… Но просьба поступила из их ближайшего окружения. От доверенного лица.

— Кто? И почему? — Альфред терял терпение.

— Чтобы не совал свой нос куда не следует… А кто? Зачем мне рассказывать об этом? Ведь это всё равно не убедит вас отказаться от своих планов мести, ведь так?

В этом она была права. Правда я пока не понимал, как именно Альфред рассчитывал эти планы реализовать учитывая, что мы были в самом сердце логова ведьм, окружённые врагами со всех сторон.

— Что ты наделала, Эбилейль? — похоже Доргана была искренне удивлена. — Ты должна была обсудить это с советом! Решила втянуть нас в ещё одну войну с вампирами?

— Ах да, собственно, об этом, — теперь встала и Эбилейль. — Ваш план дерзок, но боюсь слишком предсказуем. На самом деле вы рассчитывали, что я ни в чём не признаюсь, а ваше посещение станет для меня знаком, что вам всё известно. Поэтому вы явились лично? Мастер клана и его консильери? Убить вас здесь значит открыто объявить войну Тёмным библиотекарям, так значит вы планировали меня спровоцировать? Думали, когда уйдёте я последую за вами и попробую убить вас на дороге? Не упускать ведь такой шанс! А вы тогда расправитесь со мной и призовёте к ответу?

— Не буду отрицать, — Альфред поднялся следом. — Что-то вроде этого я и планировал. Но значит не зря вы занимаете место в совете Астрального шабаша, раз раскусили меня. Так как же поступим?

— Возьмём пример с людей — решим всё силой, — Эбилейль улыбнулась настолько ласково, словно говорила о чём-то другом. — Я ведь не зря позволила вам оставить оружие. Вы пришли к нам в дом с надуманными обвинениями и злыми намерениями, а потом напали на нас, наплевав на все законы гостеприимства. Чистая самооборона. Уверена все будут довольны.

— Рассчитываете убедить не присутствующих здесь членов совета? Возможно, получится, — консильери задумчиво покивал. — А в чём же причина нападения, если не в мести? Что же нас тогда спровоцировало?

— Раскрытая ложь. Ведь ваш мастер клана не настоящий!

На мгновение в шатре повисла тишина, все ведьмы от членов совета до их помощниц и просто служанок смотрели на нас ожидая следующего шага.

— Вы что себе позволяете? — спокойное лицо Альфреда сменилось гневом. — Как вы смеете бросаться такими оскорблениями?

— А как вы смеете приводить к нам самозванца? — улыбнулась Эбилейль.

— Вы с ума сошли? — воскликнула Ребекка. — Перед вами Себастьян Блэк! Сын и законный наследник Льюиса Блэка….

— Он может быть чьим угодно сыном, но только не моим и Льюиса.

Последний голос принадлежал не Эбилейль и не Доргане, а женщине, одетой наиболее прилично и не имевший никаких татуировок. Вообще она меньше всего походила на ведьму, а на вполне обычную женщину средних лет с длинными до пояса чёрными волосами и холодными глазами, смотревшими на меня с затаённой злобой. Она была красива, но возраст всё-таки брал своё.

— Корнелия, — произнёс Альфред и снова изменился в лице. — Не ожидал тебя здесь увидеть.

— Ещё бы! — женщина, имя которой показалось мне знакомым даже не посмотрела на него. — А ты не изменился, хотя с чего бы это? Уверенна ты, как и родня Льюиса надеялся, что я уже мертва.

— Что ты выбралась во Францию, как и планировала.

— Планы изменились. Я узнала о гибели моего любимого и приняла решение остаться в доброй Англии, хотя это мало кого обрадует.

— Кто вы? — спросил я, видя, как нервничали мои товарищи.

— Ты что же, милый? — в её голосе не было и намёка на теплоту. — Если хочешь и дальше выдавать себя за Себастьяна стоит узнавать свою мать!

Мать! Догадка осенила меня, когда я вспомнил разговор с Джошуа после нашей пьянки. Корнелия! Любовница Льюиса и мать настоящего Себастьяна! Что она вообще здесь делала?

— Ну что? Значит не ожидали меня здесь встретить? — женщина вышла вперёд. — А почему? Ведь очевидно, что после трагичной смерти Льюиса моё место здесь, в его особняке, который теперь, разумеется, станет моим. Ведь очевидно, что теперь я стану новой госпожой Блэк и, разумеется, выгоню в загородное поместье всех глубоко неприятных мне родственников, которые когда-то давно были против нашей свадьбы с моим любимым Льюисом. Моим любимым, но не слишком упорным в реализации этой самой свадьбы. Что-то не так Альфред? Хочешь спросить откуда у меня все эти права на наследование имущества Блэков? Всё очень просто. В их доме теперь глава мой сын. И говоря о моём сыне я имею в виду не этого грязного и отвратительного самозванца.

Глава 29

Глава 29.

Подумать только! Я был уверен, что во всём мире не найдётся женщины, ненавидящей меня больше, чем уважаемая госпожа Мадлен. Что никто не сможет сравниться с ней по части взгляда полного одновременно неприязни и отвращения. Однако я даже подумать не мог насколько сильно я ошибался! В то время, когда мою названную бабушку устроила бы просто моя смерть страшным образом, то Корнелия явно хотела бы её увидеть раза два минимум.

— Что? — Альфред сдерживался изо всех сил, но было видно, что давалось ему это с трудом. — Что ты вообще несёшь Корнелия?

— Такие новости могут тебя напугать, — женщина по-прежнему смотрела только на меня. — Но это ожидаемо, ведь тогда и главой твоего несчастного клана должен быть мой сын, а не эта подобранная тобой марионетка, которая безропотно исполняет любое твое пожелание.

— Ты говоришь с мастером клана! — Ребекка схватилась за меч. — Выбирай выражения или я заставлю тебя пожалеть об этом!

— К мастеру у меня нет никаких вопросов, девочка. Потому что мастера здесь просто нет.

— Что это за цирк? — Альфред махнул Ребекке рукой, призывая сдержаться. — Ты что здесь устроила, Корнелия? Ты с ума сошла?

— Это ты сошёл с ума, когда решил будто сможешь провернуть такую аферу, оставив в стороне настоящего наследника Льюиса Блэка. Но ничего! Когда я освоюсь в особняке Блэков ты сможешь прийти ко мне с извинениями. И, разумеется, с подарками.

— Какого наследника? Ты вообще о чём? Единственный настоящий наследник Льюиса стоит перед тобой! Он прошёл Кровавый обряд и это единственное что имеет для меня значение! И я даже не вспоминаю о том, что его ещё признал ваш король!

— Эх, Альфред, Альфред, — Корнелия наконец-то удостоила его взглядом. — Как же не похоже на тебя столько врать! Речь идёт о моём сыне! О Себастьяне Блэке! О том, которого я выносила и родила на этот свет. О том, которому Льюис сам выбрал имя. И о том, который очевидно после смерти отца займёт его место. Неужели это так сложно понять? Ну а я уже буду рядом с ним и помогу ему правильно всё устроить!

— Но ведь он умер, — произнёс я, искренне считая эту женщину сумасшедшей. — Себастьян погиб.

— Как же так? — театрально воскликнула Корнелия. — Ты даже не будешь утверждать, что я твоя родная мать? Что я рожала тебя и воспитывала?

— К чему бы это? — ни о чём подобном я даже не думал. — Вы не моя мать и отрицать это также глупо, как и то, что ваш сын умер. Или то, что Льюис так и не признал его при жизни.

— Меня не интересует кого он признал, а кого нет! — зашипела женщина. — Как не интересует мнение его родни, твоё или ещё чьё-либо! Себастьян — сын Льюиса и мне достаточно того, что я это знаю! Я его мать! Я его рожала! А значит всё что было у Льюиса теперь принадлежит моему сыну и выходит, что мне! Так будет правильно!

— Правильно, говорите? Может для вас этого достаточно, но не для других. Есть знаете ли такое слово «юриспруденция». С таким же успехом вы могли, простите, родить от кого угодно и заявить, что это сын Льюиса.

— Уж я-то знаю от кого! — каждое её слово только убеждало меня в том, что она сумасшедшая. — Но чего ещё ждать от самозванца вроде тебя?

— Можете считать меня кем угодно. Мне, собственно, тоже всё равно, — я даже удивился откуда во мне столько спокойствия. — Моя связь с Тёмными библиотекарями основана на Кровавом обряде, словах Альфреда и тем, что меня признали остальные члены клана. Я считаю, что этого достаточно.

— Ты просто забываешь о том, что все вампиры лжецы! И говорят только то, что им удобно! — несколько ведьм активно закивали. — Хотя ты и сам ведь лжец. Тебе достаточно признания Альфреда и остальных? Но это ночью! А днём ты размахиваешь бумагами с королевской печатью и убеждаешь всех, будто ты мой сын, которого сам здесь назвал мёртвым! Как относиться к такому вранью?

— Можешь относиться как угодно, — я не собирался ни в чём её убеждать. — Сожалею, но твой сын умер и уже никак не может претендовать на семейство Блэков или их имущество. А значит и ты тоже.

— Вот здесь ты ошибаешься, — Корнелия улыбнулась. — Мои дети живы, и они только ждут момента, чтобы отомстить тебе за всё, что ты у них отнял, мерзкий самозванец.

То с какой фанатичной уверенностью она говорила об этом исключало даже малейшую возможность поверить ей. Однако в лице Альфреда что-то изменилось и это не ушло от моего внимания. Что ты знал об этом, мой консильери? И почему мне не сказал? Однако сейчас на это не было времени.

— Когда они закончат, я приду посмотреть на твой труп. Обещаю тебе.

— Мне принять это за угрозу? — вскрикнула Ребекка, выхватывая свои мечи. — Ещё раз посмеешь усомниться в законности прав нашего мастера клана, и я убью тебя прямо здесь!

— Да-да-да! Прошу тебя только не откладывай! — неожиданно воскликнула Эбилейль и безумно рассмеялась. — Бросайся в атаку, попробуй убить её! Она усомнилась в твоём мастере, назвала его лжецом! Назвала вас всех лжецами! Чего же ты ждёшь, жалкая девчонка?

— Ребекка, не делай глупостей! — вмешался я, осторожно потянувшись к своим револьверам. — Плевать что она там обо мне думает!

— Только учти! — ведьма начала изображать в воздухе разные знаки. — Мы ведь стоять в стороне не будем! Ты угрожаешь нашей гостье! А мы не можем позволить, чтобы в нашем доме случилось зло!

— Не плохо Эбилейль, не плохо, — к моему удивлению Альфред похлопал в ладоши. — Ты именно так всё и планировала? Ждала, когда мы придём спросить за своих соклановцев, а потом твоя гостья спровоцирует нас своими оскорблениями? И вот уже не важно почему мы изначально пришли. Важно то, что мы пренебрегли законами гостеприимства, а ты и твои ведьмы защищались. Даже доказывать ничего не нужно. Умно!

— Спасибо! Рада что ты это понял только сейчас! — Эбилейль снова засмеялась, пока Корнелия переместилась ей за спину. — И что же ты будешь делать, старый вампир?

— Ну ты же сама просила не откладывать? В подобной ситуации учитывая все обстоятельства… действительно к чему тянуть?

Альфред ринулся вперёд с такой скоростью, что сначала я даже не понял, что произошло. Всего пол мгновения ему не хватило, чтобы схватить Эбилейль, которая в последний момент успела закрыться одной из своих помощниц. И вот мой консильери стоит посреди перепуганных ведьм, подняв свою жертву за горло одной рукой. Послышался отвратительный хруст позвонков, а затем завопили служанки.

— Сёстры! — закричала Эбилейль, делая странные знаки руками. — Убить их! Немедленно убить их всех!

Ребекка и Браун бросились в бой при чём аптекарь тут же принялся метать кинжалы, сразу ранив двух ведьм. Альфред стремительно переместился, оттолкнув ещё одну ведьму и сломав руку второй. Оружием он не пользовался, но оно явно ему было не нужно. Служанки с воплями бросились кто куда, исчезла и Корнелия, которой я нигде не видел. Зато из полутьмы шатра вдруг начали появляться жуткие существа, похожие на тех, кого я видел в воспоминании Льюиса, когда он попал в засаду. Некоторые из них своими формами и повадками напоминали обезьян, другие ужасающе походили на людей. И тех и других объединяло то, что они были чёрные и лохматые и имели человеческие черепа вместо голов.

В этот момент я схватился за свои револьверы и открыл огонь по монстрам. К счастью, черепушки этих чудовищ разлетались от меткого попадания пуль или ударов мечей Ребекки. К сожалению, место погибшего тут же занимали парочка новых.

— Убейте их! — продолжала кричать Эбилейль, призывая всё новых существ. — Никакой пощады!

Среди чудовищ появился уже знакомый медведь с человеческим черепом. Не обращая внимания на мои пули, монстр сразу бросился на Альфреда, который ринулся ему навстречу. Всего несколько секунд и консильери раскрошил ему череп, тем самым уничтожив противника. Однако перед этим здоровенные когти распороли ему левое предплечье.

Ведьмы призывали всё новых монстров и в то же время разбегались, когда Альфред или Ребекка нападали на них. Браун удивительно ловко метал кинжалы, которых похоже запасся с избытком. Несколько раненных женщин помогая друг другу выбежали из шатра. Одна из ведьм тоже призвала медведя с черепом, но получив кинжал в грудь видимо потеряла контроль — монстр схватил её и унёс прочь.

Перезаряжая револьверы, я заметил, что чудовища появлялись из темноты, словно изначально в ней прятались. Конечно, я понимал, что это не так, но данное обстоятельство натолкнуло меня на одну идею!

Тем временем Альфред рвался к Эбилейль, но ему раз за разом пытались помешать то чудовища, то ведьмы. Я хотел помочь ему, но на меня вдруг набросилась Доргана, при чём она билась не так как её подруги. В то время как остальные ведьмы призывали монстров и натравливали их на нас, Доргана сама управляла своим существом. Уменьшенное подобие гориллы пыталось достать меня своими длиннющими руками, пока Доргана прячась за его спиной направляла каждое его движение. К счастью, я подготовился к бою не хуже Брауна, своими кинжалами положившего половину чудовищ, и выхватил короткий обрез. Всего два патрона, но их хватило, чтобы череп гориллы разлетелся на осколки, а прежде, чем Доргана успела вызвать новую тварь мне пришлось двинуть её прикладом. К большому своему стыду.

В этот же момент один из монстров, похожий на человека, выдернул из собственной черепушки застрявший кинжал Брауна и подскочил к аптекарю. Уже то, что эта дрянь неожиданно начала пользоваться оружием показалось мне странным. Вампир проворно двигался, уворачивался от ударов и ловко атакуя вонзил сразу два кинжала в обе глазницы чудовища. Каково же было моё удивление, когда это не произвело на монстра никакого впечатления!

— Твою мать! — только успел выругаться Браун.

Чудовище вонзило в него его же кинжал, а затем выдернуло другой из глазницы. Если первый вошёл в грудь, то второй пронзил плечо. Браун даже не вскрикнул, только схватил монстра за челюсть и с усилием оторвал её. Но чудовище по-прежнему продолжало бороться!

— Держись!

Быстро подскочив к ним обоим, я приставил револьвер к черепушке и разнёс её парой выстрелов, после чего тварь наконец-то рухнула. Рядом появилась Ребекка, мечом отбросившая от нас очередного монстра.

— Уводи его отсюда! — приказал ей я.

— А как же вы? — воскликнула Ребекка, подхватывая аптекаря.

— Справимся! Мне потери не нужны!

Как только вся эта схватка началась я опасался, что снаружи к нам прибегут вооружённые жители посёлка и нам придётся иметь дело ещё с ними. Однако ситуация приобретала совсем другой размах — большинство ведьм были ранены или бежали, а призванные ими монстры похоже лишались поводка, но никуда не исчезали. Вместо этого они бросались кто куда и некоторые вместо нас выбрали своей целью именно посёлок. Это привело к тому, что ещё несколько ведьм, включая Доргану, кинулись их останавливать, призывая новых чудовищ, нападавших уже на таких же монстров. Я же увидел в этом шанс, поскольку число наших врагов стремительно сокращалось.

Прямо на моих глазах Альфред повалил ещё одного медведя буквально разорвав ему челюсть. Со звериным оскалом вампир кинулся к Эбилейль, хотя и лишился левой руки. Никто из помощниц или служанок больше не пытались прикрыть женщину собой, но той этого и не требовалось. Вызвав и натравив на Альфреда несколько птиц с черепами, она вдруг выхватила из темноты какую-то цепь со связкой костей на конце. Стоило консильери разорвать упомянутых птиц, как она одним ударом отбросила его в сторону. Вторым чуть было не размозжила ему голову — в последний момент Альфреду удалось увернуться. А после этого я реализовал свою идею, запустив сигнальную ракету над головой.

Фонтан света разогнал полумрак в шатре оправдав мою теорию. Монстры вылезали из каких-то червоточин, похожих на чёрные норы, укрытые в темноте. Как только в шатре стало светло как днём все эти червоточины словно сдуло, а монстров успевших из них высунуться разорвало на части. Верхушка шатра загорелась, и оставшиеся ведьмы с криками кинулись в рассыпную. Все, кроме Эбилейль. В ярости она размахивала своей цепью, для поддержания которой похоже не требовалось темноты или червоточин. Перезарядив обрез, я ринулся к ней, дважды получил удар цепью, последствия которых исцелила Петля, один раз промазал, но в конце концов приблизился к этой женщине. И выстрелил. Попадание из обреза оторвало Эбилейль руку, что к моему удивлению не произвело на неё никакого впечатления. Или может быть удивляться не стоило?

Второй рукой ведьма направила на меня цепь, которая обвилась вокруг моего горла и вовремя просунутого обреза. Несмотря на то, что задушить меня у неё не вышло цепь быстро начала нагреваться, а выдернуть её из руки Эбилейль не получалось. Ведьма оказалась на удивление сильной и в то же время быстрой, потому что она ловко увернулась, когда я бросился к ней. И снова повторила свой трюк пока рядом не появился Альфред с мечом в единственной руке. Где он только его достал?

Клинок пронзил грудь ведьмы со спины, но она даже не вскрикнула, лишь брызнула из открытого рта кровь. В то же мгновение цепь охладела и рухнула, а я быстро от неё освободился. Альфред выглядел весь побитым, плащ изорванным, а из обрубка вместо одной руки даже не капала кровь. Он наклонился к ещё живой Эбилейль и прошептал ей на ухо:

— Это за моих подчинённых. Если ты думала, что я не смогу за них отомстить, то ты сильно просчиталась сука.

Он выдернул клинок и ногой оттолкнул её от себя. Возможно, хотел добить, но вдруг пошатнулся и чуть не упал, если бы я его не подхватил. В шатре больше никого не было, и я вытащил Альфреда наружу, где уже творился хаос. Вызванные Эбилейль и её помощницами монстры нападали на поселенцев, которые теперь отстреливались из всего что было. Несколько ведьм уже призывали новых чудовищ, которые должны были остановить тех, кто обезумел. Ребекка и Браун уже были возле кареты, на которой мы прибыли, и я быстро дотащил Альфреда к ним. Нужно было срочно убираться отсюда, но оглядевшись я вдруг понял, что нужно делать.

— Если всё пойдёт плохо уезжайте отсюда! — приказал я Ребекке, забирая у неё один из её мечей.

— Что? Ты что задумал? — в глазах девушки возник страх.

— Ещё одно безумство! Это ведь в моём стиле?

— С ума сошёл! Я тебя не отпущу!

— А я прямо запрещаю! — добавил Альфред.

— Тогда хорошо, что мастер клана — я!

С этими словами я бросился к Доргане, которая пыталась организовать защиту поселения. Заметив меня, женщина выхватила кинжал, но я остановил её, подняв руки.

— Я помогу вам перебить монстров, а вы уводите жителей!

— Что? Да я сама тебя убью!

— И без моей помощи жертв будет только больше! Примешь её или ты настолько же безумна и тупа как Эбилейль?

Доргане понадобилось лишь несколько секунд, чтобы принять решение, как и её подругам. И об этом я понял по тому, что никто из них не набросился на меня и не натравил своих чудовищ.

— Думаешь ты справишься с ними со всеми? — только спросила женщина.

— Ты же видела меня в действии? Вот и делай выводы.

— Тогда вперёд! А я постараюсь удержаться от соблазна убить тебя, когда ты повернёшься ко мне спиной.

— В таком случае постараюсь не поворачиваться.

Сжав меч обеими руками я бросился вперёд навстречу новым шрамам и новой боли. Петля исправно помогала мне, оставляя практически неуязвимым для атак монстров. Я мог биться с ними почти без риска для жизни. Если только они не оторвут мне голову, не разорвут горло и не порвут на части. Не заденут сердце, мозг или всё остальное в таком количестве, что Петля просто не вывезет. Собственно какой здесь риск?

* * *

На самом деле жертв было не так много и состояли они к счастью из одних раненных. Погибшими были только ведьмы, которые сражались в шатре или пали от собственных чудовищ, но мирных жителей посёлка нам удалось защитить. «Нам» — это мне и ведьмам во главе с Дорганой, которые смотрели на меня так словно хотели зажарить в масле, сварить в зелье или превратить в жабу ради дальнейших кулинарных приключений. Но мне было всё равно. Мне было достаточно того, что мы смогли спасти многих и что мои способности сослужили добрую службу не только мне одному.

Недоволен был Альфред, который сверлил меня таким взглядом, что было ясно — если ведьмы не отправят меня на тот свет, то это постарается сделать мой консильери. Возможно, самым жестоким образом.

— Знаешь я начинаю понимать Джошуа, — пробормотал Альфред, попивая из металлической фляги. — Твои безумства и неподчинение приказам. Бессмысленный риск.

— Безумства и неподчинение — это да. Но риск не был бессмысленным. Посмотри вокруг. Сколько людей мы смогли спасти!

— Вопрос в том сможем ли мы при этом спасти самих себя. Нужно было уезжать, когда была такая возможность.

— Так я приказывал! Сказал же — уезжайте!

— Я решила проигнорировать этот приказ, — мрачно вставила Ребекка, которая тоже пила из своей металлической фляги. — Безумный приказ безумного идиота.

— Всё верно, хотя то, что мы его ослушались может нам дорого стоить, — Альфред напряжённо смотрел на Доргану и её ведьм.

Мы сидели возле нашей кареты под наблюдением перепуганных поселенцев с винтовками, пока сами ведьмы стояли в стороне. Женщины долго совещались между собой, ругались, размахивали руками и о чём-то спорили. Самой сдержанной из них была сама Доргана, но по её лицу было трудно сказать какую именно позицию она занимала — убить нас или отпустить. В зависимости от этого Ребекка уже приготовилась к бою.

К слову, пили оба вампира не воду, а самую настоящую кровь, которую я с удивлением заметил, когда она стекла у Альфреда по подбородку. Консильери заметив мою реакцию сделал вид, что так и должно быть, а я воздержался от расспросов. Меньше всего мне хотелось знать откуда эта кровь и я просто надеялся на то, что она не человеческая. Из моих скромных наблюдений клан Тёмных библиотекарей производил впечатление вегетарианцев, не нападающих на людей. По крайней мере мне так казалось.

— Я хочу поблагодарить вас за помощь, — сказала Доргана, когда наконец-то подошла к нам вместе с другими ведьмами.

— Не стоит! Я был только рад помочь вам в подобной ситуации, — тут же начал я. — Рад, что мы смогли преодолеть разногласия…

— Благодарность выражается за спасение жителей этого посёлка. Но гибель моих подруг и Эбилейль вам никто не простит.

— Ох…

Только теперь я понял насколько глупо было думать, что за помощь в хаосе, причиной которого были мы сами, с нас снимут все претензии. И после этого все будут жить дружно. С другой стороны, спасённые жизни стоили потраченного риска, а если нам предстоит ещё один бой с ведьмами, то я был к этому готов. Хотя и уже чувствовал сильную усталость.

— Вы напали на Астральный шабаш, нарушили перемирие и пролили кровь, — перечислила Доргана, выглядевшая при этом не лучше нас самих. — Совет этого не забудет.

— Совет должен учитывать, что первой кровь пролила Эбилейль, — Альфред поднялся и встал рядом со мной. — И это она устроила бой посреди вашего посёлка. Мы надеялись выманить её за его пределы.

— Для тех, кто умер уже не важно на что вы надеялись.

— Согласен, — консильери кивнул и сделал ещё глоток. — Но теперь, когда Эбилейль больше нет главная здесь ты, так что и решать тебе. Но помни, что мы мстили за наших погибших соклановцев.

— Прекрасно понимаю твою логику, бездушный вампир. Значит и ты поймёшь моё желание отомстить за наших сестёр?

— Всё так, лживая ведьма. Так что ты решишь?

— Нам ведь вовсе не обязательно всё это продолжать! — заметил я. — Мы можем договориться о мире, решить всё здесь и сейчас.

Нет, я не боялся снова с ними биться, но я не хотел новых смертей. Одно дело убивать чудовищ и совсем другое женщин, которые лишь пользуются стрёмной магией. Хотя Ребекка уже предупредила меня, что я сильно ошибался, делая ведьмам подобную скидку.

— Решать будет совет Астрального шабаша, — заявила Доргана, которая явно приняла решение ещё до того, как подошла к нам. — Когда соберутся все старшие сёстры я изложу им то, что случилось здесь и мы вместе примем решение как поступить дальше. И если совет решит спросить за эту кровь с клана Тёмных библиотекарей, то мы придём в ваше убежище и заберём эту кровь. Ещё ничего не кончено.

— Что ж, в таком случае мы будем ждать вас, — Альфред поклонился. — Но я рассчитываю, что вы донесёте до совета, кто первым пролил кровь.

— Я передам совету всё, — Доргана многозначительно посмотрела на меня при этих словах. — И выскажу своё мнение о случившемся.

— А что касается нас? — спросила Ребекка, не скрывавшая своего агрессивного настроя. — Вы нас отпустите?

— Думаю, что взять вас в заложники в текущий момент будет затруднительно, поэтому я оставлю все вопросы до полного собрания совета. А до того момента вы свободны.

— Благодарю, но только за это, — Альфред снова выпил. — А теперь, когда с официозом покончено мы можем наконец-то нормально поговорить?

К моему удивлению Доргана кивнула, и мы втроём отошли в сторону. Ребекка и остальные ведьмы проводили нас настороженными взглядами.

— Вне зависимости от того, как дальше сложатся отношения между нашим кланом и вашим шабашем, мы бы хотели понимать причины, по которым Эбилейль всё это устроила, — обозначил Альфред. — Вам что-нибудь об этом известно?

— Даже если бы и так, с какой стати мне делиться информацией? — спросила Доргана.

— С такой, что вам это нужно не меньше, чем нам, а возможно даже больше. Своей атакой на наших соклановцев Эбилейль не только нарушила перемирие, но и помешала нашему мастеру клана разобраться в происхождении Потрошителя. Хотите, чтобы все остальные кланы решили, что он работает на вас?

Женщина молчала, но по её лицу было видно, что ей это совсем не нужно. В отличие от Эбилейль Доргана выглядела куда разумнее, хотя мне так могло только казаться.

— Льюис связывал появление Потрошителя в Лондоне с доктором Саммервайтом, — продолжал Альфред. — Саммервайт был связан с Эбилейль, а познакомились они в Букингемском дворце. Ещё мы знаем, что Эбилейль показывала Льюису загородную клинику Саммервайта, если, конечно, это место можно назвать клиникой. Там он ставил свои опыты и там было совершено подлое нападение на наших соклановцев.

— Что конкретно вы хотите узнать? — спросила Доргана. — Ближе к делу.

— Кого защищала Эбилейль, когда помешала Льюису? Когда пообещала показать ему убежище Потрошителя, а вместо этого привела в засаду? Кого она тогда защищала?

— Скажите всем что это были интересы Астрального шабаша? Если не получите от меня то, что хотите? Это вы задумали?

— Да, в том числе и на случай, если ваш совет решит навредить Тёмным библиотекарям, — Альфред любезно улыбнулся. — Тогда вы рискуете получить войну не только с моим кланом, но и со всеми остальными в Лондоне.

В этот момент я с уважением посмотрел на своего консильери. Мысленно я уже готовился к противостоянию с этими ведьмами, когда они выступят против нас в полную силу. Но похоже у нас всё-таки была надежда избежать очередной не нужно войны!

— А кого вы подозреваете, если не секрет? — уточнила Доргана.

— Королевскую семью, — прямо заявил я. — Мы думаем, что Эбилейль устроила засаду по приказу королевской семьи.

— Не лично короля, но кого-то из его приближённых, — скорректировал мои слова Альфред. — Было время, когда Эбилейль входила в самые высокие круги Букингемского дворца и я думаю только просьба людей подобного уровня могла толкнуть её нарушить перемирие с моим кланом и подставить под удар ваш шабаш.

— Звучит разумно, — после некоторого молчания сказала Доргана. — Но мало похоже на правду. Вы Тёмные библиотекари слишком много времени проводите за чтением книг и просмотром чужих воспоминаний. И оттого не в курсе слухов и сплетен из высшего света Лондона.

— Так просветите нас.

— Эбилейль действительно имела большое влияние на королевскую семью и с помощью него многое сделала для нашего шабаша. Однако с приходом к власти нового короля ей пришлось покинуть дворец. И не просто уйти, а бежать, опасаясь расправы. Вы знаете о недуге принцессы Аманды?

— Недуге? — удивился я, вспоминая события неудачного похищения. — Так она больна? И чем же?

— Потом, — покачал головой Альфред. — Как это связано?

— Так что кое-кто приложил массу усилий, чтобы убедить кого надо, что недуг этот связан с происками злой ведьмы. А не с давними заболеваниями, терзающими королевскую семью.

— И кто же так постарался?

— Не догадываетесь? Эльвина Криссенвульд кто же ещё? Из самых меркантильных соображений, что свойственно вашему подлому виду.

— Хм, теперь Кровавая страсть и Чёрный кальмар вместе лечат девушку и даруют ей относительное спокойствие. До недавнего времени, — Альфред многозначительно посмотрел на меня.

— Так что думайте что хотите, но Эбилейль последняя к кому бы королевская семья обратилась за помощью.

Это серьёзно меняло дело и возвращало нас в исходную точку. Кто стоял за Потрошителем? Кто направлял его атаки? И в конце концов кто такой Гроссмейстер, о котором вспоминал этот маньяк? Судя по лицу Альфреда, он разделял мои мысли, и я решил озвучить их Доргане.

— Гроссмейстер? — на лице женщины появился страх, который она быстро скрыла. — Уверены, что Потрошитель назвал вам именно это имя?

— Вы не верите моим словам?

— Я и в то, что ты разговаривал с Потрошителем не верю. Но Гроссмейстер… Мои сёстры осудили бы меня за то, что я рассказываю о таком чужакам, но Эбилейль уже давно руководствуется интересами не столько шабаша, сколько своими собственными.

— Ну нападение на наш клан это только подтверждает, — заметил Альфред. — Думаете она могла быть связанна с Гроссмейстером?

— Даже предположить такое — безумство. Вы же понимаете кто такой Гроссмейстер? — опередив меня Альфред кивнул, поэтому Доргана продолжила. — Но такое знакомство могло бы объяснить почему Эбилейль поставила шабаш под удар… Такая личность как Гроссмейстер… Да, такая личность действительно могла заставить её сделать нечто подобное.

— Значит Гроссмейстер? — спросил я. — Выходит за Потрошителем стоит именно он?

— Я ничего не могу утверждать и самое главное не желаю.

— Но для нас это прогресс? Ведь так? — я посмотрел на Альфреда. — Если предположить, что в деле с Потрошителем нет участия королевской семьи, то можно допустить, что в этом замешан этот ваш Гроссмейстер? Это хорошо!

— Нет, Себастьян, это совсем не хорошо. Поверь мне, было бы гораздо лучше, если бы нашим врагом оказалась королевская семья.

Когда мы вернулись Ребекка встретила нас с обеспокоенным лицом.

— Брауну стало хуже, — сообщила она. — Я дала ему кровь, но ему нужно скорее вернуться в убежище.

— В таком случае не будем с этим тянуть, — распорядился Альфред. — Ты поведёшь лошадей. Мне без руки это будет сложно.

— Безусловно, но Браун настойчиво требует мастера. Говорит, что это не может подождать…

Браун выглядел плохо. Это было очевидно, хоть из его раны и не шла кровь. Вместо этого она стекала по его лицу — результат своеобразного вампирского лечения.

— Ребекка сказала ты хотел меня видеть? — спросил я.

— Я должен признаться, — Браун посмотрел на меня налитыми кровью глазами. — Если не выкарабкаюсь… То должен признаться…

— Успокойся! Всё будет нормально. Мы тебя вытащим!

— Должен признаться, — его глаза закрылись, а речь всё больше путалась. — Много нужно сказать… Найди красную лилию… у Блэков… Если не выкарабкаюсь, то найди… красную лилию… Так хотел Льюис.

С этими словами Браун потерял сознание.

Глава 30

Глава 30.

— Меня всегда удивляло твоё положение, — признался лорд Эдгар, выдыхая сигарный дым. — Всего одна ночь, одно увлечение, одна ошибка нашего отца. И вот есть ты. Весь такой наглый и самоуверенный, считающий что имеешь право говорить будто в тебе есть королевская кровь. Ты должен был стать самым заурядным и бесполезным бастардом, которых, к сожалению, не мало повидала наша великая семья, но по каким-то неведомым причинам ты оказался самым необычным из них всех. Самым странным, непонятным и обладающим таким поразительным даром. Напомни, как вы его называете?

— Петля, — ответил Брайан. — Но тебе не нужно это напоминать.

— Много дней и ночей я думал о том, почему этот дар оказался именно у тебя. Пытался понять почему он не оказался у кого-то из законных детей нашего отца, у кого-то из нас. Он должен был оказаться у нас. У меня, у моего брата, возможно у моей сестры. Но вместо этого он почему-то оказался у тебя. У бастарда, ошибки, недоразумения. Неужели всё дело было в той горничной? Король Англии из прихоти трахнул молодую девку, а она оказалась носителем редчайшей магической способности, которую передала своему сыну?

— Осторожнее, Эдгар. Ты говоришь о моей матери.

— И что? Хочешь меня напугать?

— Не смотри на своих гвардейцев. Никто из них не помешает мне сломать тебе шею, когда моё терпение окончательно иссякнет.

— Они убьют тебя. Они знают как это сделать.

— И ты думаешь меня это остановит? Ты-то этого всё равно уже не увидишь, — Брайан улыбнулся. — Меня вот всегда другое удивляло, Эдгар. Если ты настолько невысокого обо мне мнения, то почему согласился встретиться со мной? Я же по твоему мнению мечтаю тебя убить. Может исполню мечту?

— Потому что я не боюсь тебя. И потому меня попросили.

— Не боится он. Так уверен, что с твоей королевской задницей ничего не случится? Давай лучше поговорим о делах.

Брайан редко встречался с Эдгаром, но иногда это было необходимо, например, как в такой ситуации. Они встретились в саду возле церкви, в котором всегда встречались для подобных разговоров. Эдгар курил, несмотря на осуждающие взгляды стоявших неподалёку монахинь, которых не подпускали ближе парадно одетые гвардейцы.

— Как там моя сестра?

— Неужели тебе действительно интересно? Тебе же плевать на семью…

— Ты можешь заглохнуть об этом и ответить на вопрос?

Эдгар засопел и закурил. Сейчас он меньше всего был похож на того благородного и доброго аристократа, которым обычно для всех был. На Брайана ни благородство, ни доброта не распространялись.

— Ей стало хуже, — в конце концов произнёс лорд. — Припадки усилились, нам пришлось отменить две официальные встречи с её участием. Врач, которого прислал сэр Абрахам помог и существенно снизил боли, но… Но этого недостаточно.

— Процесс не удалось обратить вспять? — Брайан посмотрел на него.

— Обратить вспять его должны другие врачи, но наш брат решил больше не обращаться к ним. Разорвал последние связи! — Эдгар сжал кулаки. — После того случая с нападением на особняк он, видите ли, решил, что там больше не безопасно! А то, что ей будет хуже его совсем не беспокоит?

— А тебя не беспокоит то, что её лечили мясники и кровопийцы? Чудовища из вампирских кланов?

— Мне наплевать кто они и откуда. Главное, что их лечение ей помогало. Только это для меня имеет значение, — Эдгар бросил недокуренную сигару и раздавил её туфлей. — Но теперь я вынужден смотреть как самому дорогому мне человеку становится всё хуже и хуже, а я ничего не могу с этим сделать. В то время как наш брат называет это заботой! Заботой! Самовлюблённый засранец! Эгоист!

— И, наверное, глух к твоим доводам?

— Абсолютно! Ничего не хочет слышать! Видишь ли, он король и ему виднее! Думает только о том, как укрепить своё положение! О власти, о короне, об Англии! — лорд сплюнул. — Да какая Англия, когда наша сестра может умереть или что-то ещё хуже?

— Я могу поговорить с сэром Абрахамом, — после некоторого молчания предложил Брайан. — Он ещё раз пришлёт своего врача, может обратиться к своим связям. Я знаю у него знакомые в Италии. Хорошие знакомые.

— Я был бы благодарен тебе, если это поможет, — кивнул Эдгар, а потом добавил. — Знаешь, что ещё меня всегда удивляло? Почему болезнь нашей сестры досталась именно ей? Почему этот недуг сразил только её, а не тебя? Ведь тогда всем стало бы легче.

— О, здесь всё просто. Этот недуг достался вам от королевы, а не от нашего отца. Так что почему только Аманду? Может придёт время и этот недуг сразит ещё и тебя? — мужчина усмехнулся. — А может поэтому ты так психуешь из-за лечения? Боишься, когда придёт и твой черёд? Тогда тебе будет за что поблагодарить старушку королеву.

— Осторожнее, Брайан. Ты говоришь о моей матери.

— И что? Хочешь меня напугать?

Эдгар ничего не ответил, возможно, потому что знал, что не сможет этого сделать. А возможно считал это ниже своего достоинства.

— Думаю на этом нашу встречу можно считать законченной. Надеюсь, необходимость для следующей появится не скоро.

— Взаимно. Бывай.

Лорд Эдгар молча направился к своим гвардейцам, которые на протяжении всего разговора не выпускали оружие из рук. Он хорошо знали кем был человек, с которым встречался их господин и на что он способен.

— Скажи мне, Брайан, — Эдгар обернулся на прощанье. — А ты правда хочешь меня убить?

— Честно? Больше, чем любое из чудовищ, — Брайан смотрел прямо ему в глаза. — И запомни это не мне плевать на мою семью, это моя семья отвернулась от меня.

Брайан продолжал смотреть ему вслед, когда тот ушёл вместе с гвардейцами и не сразу заметил подошедшего к нему монаха.

— Он по-прежнему выходит из себя, когда общается со мной, — произнёс мужчина, наконец заметив его. — Вы ведь на это рассчитываете, посылая меня к нему? Что он выйдет из себя и скажет лишнее?

— Вовсе нет, хотя это можно было бы назвать приятным дополнением. Рассчитываю я на то, чтобы уважаемый лорд Эдгар не забывал о тебе и о том, кто ты такой. Это полезно таким как он. Что-нибудь показалось странным?

— Он психует, не контролирует себя, глубоко переживает. Боюсь, что он может наделать глупостей, — Брайан посмотрел на монаха. — А вы что думаете, сэр Абрахам?

— Думаю, что этот конфликт короля и его младшего брата может иметь далеко идущие последствия, — Абрахам снял капюшон и к удивлению стоявших неподалёку монашек закурил сигару. — Как много опасностей и неизвестных таят для нас личные конфликты сильнейших мира сего?

* * *

— Выбивайте двери! Давайте!

Раздался грохот и группа полицейских ворвалась в дом снося всё на своём пути. В этот раз они были вооружены до зубов и вовсе не дубинками, а помповыми ружьями и пистолетами, готовые ко всему. Хотя мы прекрасно знали, что они не были готовы к тому, что представлял собой Потрошитель. Именно поэтому мы с Олафом бросились следом за ними, держа оружие наготове. Дом, в котором мы оказались выглядел грязным и запущенным и производил самое отталкивающее впечатление. Поэтому я никак не мог поверить в то, что это был то самое место, которое мы столько времени искали. Убежище Потрошителя.

— Чисто! — кричали полицейские то из одного, то из другого места. — Здесь тоже чисто!

Признаться мы все ожидали засады поэтому, когда проведённый полицейскими обыск показал, что в доме действительно никого нет, мы сильно удивились. Больше всех расстроился Олаф, который жаждал драки и обещал, что больше не позволит Потрошителю уйти.

— Сжигать, рубить, не важно! — рычал он, сжимая в руках топор. — Я ему просто голову оторву.

— Сэр! — руководивший обыском сержант подошёл к Джошуа и отдал честь. — Мы закончили, разрешите доложить!

— Докладывай.

— Обыск завершён, никого не обнаружено. Мы нашли запасы оружия и провизии и ещё кое-что необычное. Честно говоря, не знаю, что это такое, возможно вы разберётесь.

— Ведите, — распорядился Джошуа и дал знак, чтобы мы следовали за ним.

Здание, в которые мы ворвались вместе с полицией находилось на не самой благополучной улице, застроенной доходными домами и прачечными, среди обитателей которых при нашем появлении началась настоящая паника. Расположение здания сразу показалось мне неудобным, потому что его окружали хозяйственные постройки, деревья и настоящий овраг, из-за чего бежать отсюда было просто неудобно. От этого было вдвойне обидно, что здесь не оказалось ни Потрошителя, ни хотя бы Кенни.

После приключений в компании Тёмных библиотекарей я вернулся в особняк Блэков, где на меня снова набросился Найджел с кучей документов и важных вопросов. В перерывах я успокаивал Патрицию, которую снова навещал Мэтью и рассказывал ей последние новости о Потрошителе. На самом деле эти новости трудно было назвать актуальными, но Патриция несмотря на искренний интерес каждый раз расстраивалась и плакала, поэтому я решительно не понимал, как Мэтью мог не врубаться к чему приводят его рассказы. Если ты хочешь произвести впечатление на девушку, неужели нельзя придумать что-то другое?

При этом весь день я размышлял о том, что мы узнали у ведьм. О том, что Эбилейль была в ссоре с королевской семьёй, но, если Льюис связывал короля или кого-то из его окружения с Потрошителем могла ли ведьма напасть на него, чтобы вернуть себе расположение? И самый главный вопрос были ли всё-таки обоснованы подозрения Льюиса? Или это были только подозрения?

Поговорить с Ребеккой я так не успел, а поводов для разговора было много. По-прежнему я искал возможности обсудить с ней свои чувства, но кроме того мне нужно было поговорить о Брауне. Вампир аптекарь уцелел. Мы успели доставить его в убежище Тёмных библиотекарей и теперь он проходил особое лечение под наблюдением Альфреда. К сожалению для этого Браун впал в своеобразное подобие спячки и потому не мог рассказать, что он имел в виду тогда в поселении ведьм. В чём он хотел признаться? Чего хотел Льюис? И при чём здесь какая-то красная лилия?

Мысли о Ребекке, Брауне, Льюисе и ведьмах не давали мне покоя, однако посреди ночи к нам примчался Брайан со срочным вызовом от Джошуа. Поэтому все разговоры пришлось оставить на потом, а через какие-то пару часов я уже врывался в грязный и старый дом вместе с вооружёнными полицейскими. Готовый к бою, готовый к новому столкновению, готовый практически ко всему.

Следуя за Джошуа мы одну за другой посетили мрачные комнаты этого малоприятного жилища, которое если честно не сильно походило на убежище серийного маньяка. Скорее уж на пристанище того, кто ни во что не ставит уборку. Даже помещение с двумя десятками револьверов, винтовок и на удивление сапёрных лопаток не сильно оправдывало наши ожидания.

— Какой смысл драться одним только топором, когда у тебя столько стволов? — выразил наше общее удивление Брайан.

В том, что мы нашли нечто стоящее не было никаких сомнений, вот только что именно мы нашли? К сожалению, когда мы спустились в подвал вопросов только прибавилось.

— А это что ещё за хрень? — выдал я, глядя на устрашающего вида кресло, словно явившееся к нам из худших кошмаров про стоматологов.

— Думаю что-то очень важное, — произнёс Джошуа, а затем удивил меня. — Себастьян, попробуй прикоснуться к этой штуке.

Окружающие покосились на него с точно такими же лицами, как и я, но мне было уже известно, что Джошуа ничего не поручает просто так. Наверное, за прошедшее время я начал ему доверять, а потому осторожно приблизился к креслу. Рядом с ним стояли два столика — на одном лежали грязные хирургические инструменты, а на другом нечто накрытое такой же грязной тканью. Воняло страшно. Подлокотники кресла украшали толстые кожаные ремни, предназначение которых не вызывало сомнений. На один из них я и положил руку не представляя, чего мне ожидать. И остался даже разочарован тем, что ничего не произошло.

— Ладно, — кивнул Джошуа, явно расстроенный не меньше меня. — Уберите ткань.

Один из полицейских исполнил поручение и тут же отшатнулся. На столе обнаружились две порубленные руки и нога, при чём одна из рук была грубо сшита нитками. Кого-то из полицейских вырвало.

— Господи помилуй, — вздохнул сержант и посмотрел на Джошуа. — Вы понимаете, что это?

— Догадываемся, — ответил рыцарь, хотя я понятия не имел о чём он там догадывался.

Олаф и Брайан выглядели не менее растерянными чем остальные, а Ребекка с трудом скрывала отвращение. Я же смотрел на изувеченные части тела и вот тут что-то произошло. Голова вдруг закружилась, в глазах потемнело и на несколько мгновений я потерял связь с реальностью, а точнее с людьми, меня в ней окружавшими. Помещение осталось прежним, но зато возле кресла появилась фигура в грязном халате, а в самом кресле тот, кого я мог назвать только Потрошителем. Присмотревшись, я заметил, что у него были жуткие, изрубленные руки, которые фигура в халате медленно отпиливала здоровенной пилой.

Видение исчезло также быстро, как и появилось, но зато мне пришлось ухватиться за стол, чтобы не упасть.

— Не привыкли к таким вещам? — заметив моё состояние ухмыльнулся сержант, но я не удостоил его ответом.

Вместо этого я быстро покинул подвал и поднявшись ухватился за косяк двери снова чуть не упав. Пара полицейских с удивлением посмотрели на меня пока я прошёл в спальню и буквально рухнул в первое попавшееся кресло. Рядом появилась Ребекка.

— Всё в порядке? — спросила она.

— Это его руки, — произнёс я. — Не знаю как я это понял, но это его руки.

— Ты о чём?

Я решительно не понимал, что со мной происходит, но был абсолютно уверен в своих словах. Как будто это было не видение, а словно я сам присутствовал при этом жутком мероприятии, которое толком и операцией было не назвать. И потом что это вообще такое было?

— Всё в порядке? — в спальню зашёл Джошуа.

— Вроде бы, — с беспокойством ответила Ребекка.

— Ты что-то видел? Я прав?

Я медленно кивнул, а потом объяснил, что случилось в подвале. В дверях появились Олаф с Брайаном.

— Игры с Петлёй не проходят даром, — задумчиво сказал рыцарь. — Твой временной поток соприкоснулся с потоком Потрошителя, а значит теперь между вами возникла связь. И эта связь позволяет вам обмениваться воспоминаниями.

— На это ты рассчитывал, когда сказал мне прикоснуться к тому креслу?

— Да, но я не знал получится ли у тебя. И даже если получится будет ли от этого толк?

— Я ничего не понимаю, — признался я. — Что это всё значит? У нас теперь типо общее сознание?

— С какой стати? — нахмурился Брайан. — Ты в его прошлое смотришь, а не в него самого.

— Это побочный эффект и к тому же слишком мало изученный, — пояснил Джошуа. — Собственно здесь начинается сплошное поле догадок, в которых трудно что-то однозначно сказать. Но вроде бы при встрече с Потрошителем или какими-то вещами, которые имели для него большое значение ты можешь заглянуть в его воспоминания.

— Или фантазии, — поправила Ребекка. — То, что по мнению Себастьяна те руки на столе принадлежат Потрошителю только подчёркивает, что всё это сплошные фантазии и пустые видения.

— Как знать, как знать.

— Вот поэтому я и рад, что у меня нету Петли, — покачал головой Олаф. — Сплошные сложности и безумства.

С этим я был полностью согласен.

— Фантазии тоже чего-то стоят, — заметил Брайан. — Этот отморозок Кенни делал ему какую-то операцию? Так может он действительно всё это время лечил его?

— Лечил? Потрошитель не обращает внимания на любые ранения, которые вы пытались ему нанести! — напомнила Ребекка. — Зачем его лечить?

— Ну ведь что-то это должно значить!

— Чем дальше, тем страннее, — заключил Джошуа. — Как бы печально не было это признавать, мы до сих пор так и не нашли слабое место этой твари. И сдаётся мне что это не единственное его убежище, должны быть и другие. Нужно продолжать поиски.

— Верно! — поддержал Олаф. — Больше похоже на перевалочный пункт, чем на постоянное укрытие. Не совсем то, что мы искали…

— У нас нет его укрытия, слабого места и точного понимания, кто стоит за этим маньяком, — вздохнул я. — И неоспоримых доказательств.

При первой же возможности я рассказал Джошуа всё, что увидел у Тёмных библиотекарей, включая и встречу Льюиса с ведьмами, которая привела к самым ужасным последствиям, и наше с Альфредом посещение этих ведьм. А также соображения относительно возможной связи между Потрошителем и королевской семьёй.

— Серьёзное предположение, о котором мы и раньше думали, хотя наш общий знакомый не раз его уже отвергал, — сказал рыцарь, который со всей серьёзностью отнёсся к моим словам. — Хотя ослабление вампирских кланов действительно играет королю на руку.

— А мне всегда казалось, что дело в них! — нахмурился Олаф. — И я бы не верил словам ведьмы, что после ссоры с этой Эбилейль королевская семья не обратилась бы к ней за помощью. Принципы и совесть у них не в чести! Ведьмы врут! А королю лишь бы только сохранить своё положение!

— Думаю, что я соглашусь, — буркнул Брайан. — С Олафом. Возможно, ведьма не врала, и ссора с Эбилейль действительно имела место быть. Вот только если предположить, что королевская семья связанна с Потрошителем… Они не могли обратиться к вампирам, чтобы с их помощью заметать следы. Слишком много вампиры потеряли из-за этого маньяка. А значит ведьмы — их единственный союзник, который мог бы в этом деле помочь. За соответствующую плату, разумеется.

— А если попробовать надавить на этого вашего общего знакомого? — предложил я. — Прижать к стенке и заставить всё рассказать?

— Ты хоть понимаешь о ком мы говорим? Попробуй надави на него.

— Вы только и строите свои догадки, — раздражённо заявила Ребекка. — Вот поэтому Льюису и пришлось действовать самостоятельно.

— И как мы видим ни к чему хорошему его это не привело, — строго заметил Джошуа, а потом покосился на полицейских, продолжавших осматривать дом. — Хотя кое-какое доказательство мы получить можем. Если после наших успехов здесь кто-то сверху обратится в Скотланд-Ярд и отзовёт всех помогающих нам полицейских, то мы можем быть уверены в том, кому выгодно, чтобы Потрошитель не был пойман.

В этом было разумное зерно, хотя мне по-прежнему нравилась моя идея. Я помнил лорда Эдгара, с которым столкнулся после истории с оборотнями и понимал, что общим знакомым был именно он. Конечно, он не был убийцей, но у него было огромное влияние, а значит и возможности!

— Слушай, Джошуа. А что на счёт того имени, которое нам оставил Генри? — спросил я, вспомнив про оборотня. — Лесли Росс?

— Сэр, боюсь, что это срочно, — к нам снова присоединился сержант, из-за чего Джошуа не успел мне ответить. — Позвольте показать вам кое-что ещё. Мы только что нашли, когда вскрыли пол в одной из комнат.

Мы немедленно проследовали за ним, пока не обнаружили ещё одну спальню с мрачными полицейскими и раскуроченным полом. То, что обнаружилось под ним заставило всех побледнеть.

— Взрывчатка, — присвистнул Брайан, став ещё мрачнее чем обычно. — А эта тварь не плохо подготовилась! Знать бы ещё к чему.

— Всё изъять, немедленно! — распорядился Джошуа, явно ошарашенный такой находкой. — Составьте полную опись всего обнаруженного вместе с оружием и вывезете всё отсюда как можно скорее.

— Будет исполнено, сэр! — отсалютовал сержант и принялся немедленно торопить своих подчинённых.

Джошуа же быстро покинул дом и на улице сразу направился к карете, на которой сюда прибыл. Выглядел он мрачнее тучи и признаться меня напугала такая резкая перемена в его настроении. Это явно было не к добру и похоже, что Потрошителю ещё было чем нас всех удивить.

— Брайан, проследи чтобы здесь всё сделали правильно, а потом в штаб-квартиру ко мне с докладом! — скомандовал рыцарь, запрыгивая на ступеньку кареты. — Отвечаешь лично!

— Будет исполнено, сэр.

— Эй, что это значит? — окликнул я Джошуа, решив, что он так и уедет, ничего не объяснив.

— Олаф, держись поближе к Себастьяну и будьте бдительны! — вместо ответа потребовал он, а потом наконец посмотрел на меня. — У нас были неподтверждённые сведения о том, что Потрошитель готовится к чему-то особенному, но такой запас взрывчатки — это лучшее подтверждение, что всё не закончится серийными убийствами. Мне нужно срочно доложить обо всём сэру Абрахаму.

— Ты же понимаешь, что нужно идти к лорду Уинтеру! — заявил я. — Пусть он устроит нам встречу с кем-то из королевской семьи! Лучше с этим общим знакомым! Если всё настолько серьёзно, то мы должны остановить этого маньяка любой ценой!

От такого предложения Джошуа даже замер и внимательно на меня посмотрел. Так внимательно как врач смотрит на тяжело больного пациента.

— Ты коней то придержи, — произнёс он. — Даже лорд Уинтер не сможет устроить тебе то, о чём ты просишь. По крайней мере в короткие сроки.

— А на кого нам тогда воздействовать? Как остановить Потрошителя, если мы не можем добраться до тех, кто управляет им из дворца?

— Так ещё раз — остановись! Во-первых, не кричи о подобном на улице. Подумай о том, кого ты так громко обвиняешь. А во-вторых, у нас ещё нет доказательств! Не торопись с выводами.

— А что здесь торопиться? — развёл я руками. — Королевская семья через Чарригтона договаривается с вампирами, сестра короля ходит к ним угашиваться какой-то хренью, секреты короля защищает команда ведьм с ручными чудовищами! Что здесь торопиться с выводами?!

— Успокойся, — подошедший к нам Олаф положил мне руку на плечо. — Я согласен с каждым твоим словом, но Джошуа прав — не стоит говорить об этом на улице. У нас не так много друзей, как тебе могло показаться.

Его слова заставили меня немного остыть и осмотреться по сторонам. Несколько куривших полицейских внимательно наблюдали за нами, толпа женщин и мужиков на другом конце улицы тоже не спешила никуда расходиться. Сколько из них на самом деле могут работать на короля или на кого-то из его окружения? А сколько работают на вампиров? Кому вообще мы можем доверять?

— Олаф, проследи за ним, чтобы не наделал глупостей, — строго распорядился Джошуа. — Под твою ответственность. А то, когда я последний раз отправил его в особняк Блэков мы потом несколько дней искали его по всему Лондону, а нашли в компании террористов при атаке правящую семью.

— Можете не беспокоиться. От меня он никуда не денется.

Олаф широко улыбнулся, как всегда, пребывая в приподнятом настроении, чем постоянно меня удивлял. Как ему удавалось оставаться настолько неунывающим даже на фоне всех тех откровенных неудач, которые нам довелось пережить? Джошуа кивнул и забрался в карету, тут же умчавшуюся по улице.

— Что с тобой? — спросила Ребекка, удивлённая моим состоянием.

Меня же буквально трясло от внезапно нахлынувшей злости. Несправедливости и прочего мне хватало и в моём мире, а потому глупо было рассчитывать, что здесь что-то будет по-другому. Однако Потрошитель уже успел оставить за собой столько жертв, столько крови и людей, и чудовищ, что казался мне тем самым абсолютным злом, с которым не ведут никаких переговоров. Его нужно было остановить и сделать это можно было только одним способом. А потому сама мысль о том, что за этим кровавым маньяком может стоять хоть кто-то из власти, хоть кто-то из тех, кто управляет государством одновременно утверждая, что всё делает для народа… Сама эта мысль внушала мне искреннее отвращение и вгоняла в диссонанс. Как можно настолько наплевательски относиться к своим же соотечественникам? Как можно допускать подобное и при этом не мучатся совестью?

— Эх, парень, так было всегда, — рассмеялся Олаф, когда я объяснил им с Ребеккой своё состояние. — И хорошо если виновники всех этих бед, хотя бы считают, что поступают на благо государства. А могут действительно быть всего лишь отморозки, которым всё равно.

— Властям всегда всё равно, — мрачно добавила Ребекка. — Мой клан уже давно наблюдает за историей и людей, и вампиров. И нерушимая истина в том, что власть предержащим всегда нет дела до тех, кто исполняет их приказы. Вне зависимости от того сколько они живут и боятся ли они солнца.

К сожалению, им обоим я верил и именно от этого ситуация всё больше меня злила. Поэтому несмотря на слова Джошуа или ведьмы Дорганы я верил в то, что Потрошитель выполнял приказы именно королевской семьи. Такая картина казалась мне предельно реалистичной.

* * *

— Слушай я хотел кое-что обсудить, — заявил Олаф, откинувшись на спинку дивана. — Скажем так, между нами.

Мы сели в гостиной, когда вернулись в особняк и я попросил Джессику принести нам что-нибудь поесть. При этом Олаф сразу согласился выпить, как только я ему предложил, и горничная удалилась проверить заодно и бар.

— Так понимаю у тебя с ней до сих пор ничего не было? — ухмыльнулся викинг, как только она ушла.

— Прекрати. Я даже не собираюсь это обсуждать.

— А как же тот раз, когда Джошуа застал вас вместе?

— Да не были мы вместе! Вы все всё не так поняли!

— Ну ладно-ладно, — судя по улыбке Олафа он по-прежнему мне не верил. — Если выбрал другую я осуждать не буду. В любой другой ситуации я бы назвал это опасным союзом, но понимаю, что у вас Блэков всё немного по-другому. Не как у всех.

— В каком смысле? — спросил я, тут же подумав о Ребекке. — Ты на что сейчас намекаешь?

— Можешь не прикидываться, мы с тобой поняли друг друга. Собственно, если горничная тебя не интересует, то я бы за ней приударил. Уж больно хороша! Надеюсь, ты не будешь против?

Признаться Олаф обезоруживал меня своей непосредственностью точно также, как и постоянным позитивным настроем. С первых дней этот человек завоевал моё уважение и поэтому я доверял ему не меньше, чем Джошуа. И уж точно куда больше, чем Брайану. Тихо ступая к нам присоединилась Ребекка, завершившая обход дома.

— Собственно, о чём я, — откашлялся Олаф, глядя на девушку. — Обычно я таких разговоров не веду, но учитывая обстоятельства хочу сделать исключение. Разговор пойдёт о вас обоих.

Как-то непроизвольно я переглянулся с Ребеккой и это не ушло от внимания викинга. Он усмехнулся.

— Думаю вы знаете, что родился и вырос я в Швеции, — неожиданно начал Олаф. — Место красивое, но не самое безопасное если говорить откровенно. Тварей там куда больше, чем здесь и они куда агрессивнее. Поэтому воюем мы там с ними регулярно и с задором. Артурианская Служба помогает нам бойцами и специалистами, поэтому наши время от времени отправляют кого-то помогать сюда. Вот меня, например.

— Так ты у нас можно сказать агент «по обмену»? — улыбнулся я.

— Ха! Ну вроде того, — он рассмеялся. — Так вот я это к чему. Твари в моей прекрасной Швеции настолько охреневшие, что даже своих же сородичей жрут. И так вышло, что в некоторых местах люди и монстры были вынуждены объединиться, чтобы выжить. В моём родном городе община относительно мирно сосуществовала с вампирами совместно обороняясь от гулей и упырей. Свой первый бой я принял в четырнадцать лет, но речь не об этом полном ярких впечатлений событии. Как я сказал, речь пойдёт о вас.

— О нас? — удивилась Ребекка. — А что такого ты хочешь обсудить?

— Ты прекрасно знаешь, бледная красавица. Я же вижу, как у вас всё движется. В том смысле, что как-то не движется. Топчетесь на месте.

— Что? — к моему шоку девушка даже схватилась за меч от возмущения. — А ты уверен, что тебя это касается?

— Правда, Олаф, — я попытался занять примирительную позицию. — Это знаешь ли довольно личная тема…

— Вот-вот! — викинг заулыбался ещё шире. — Раз вы оба так реагируете значит что-то есть, вот только ни к чему толковому это что-то никак не придёт. Топчетесь на месте, говорю же. Да успокойся ты, красавица. Сядь! И ты сядь, Себастьян. Лучше послушайте, что говорит человек постарше и поопытнее!

— Вообще-то это я старше вас обоих, — буркнула Ребекка, присев на диван.

— Я не знаю по каким причинам вы оба тяните время и никак не сойдётесь, но я хочу сказать вам старую как мир истину. Если вы думаете, что у вас много времени, чтобы собираться с мыслями то вы страшно ошибаетесь. Времени у вас нет.

— Времени? — вампирша покачала головой. — Ты хоть понимаешь кому говоришь это, человек?

— Вот именно об этом и речь, — Олаф нисколько не смутился. — Так уж сложилось, что я знал двух не плохих вампиров. Они были влюблены друг в друга и нисколько не походили на местных отморозков из Кровавой страсти или Чёрного кальмара. И как любые вампиры они считали, что у них полно времени. Абсолютное бессмертие! Вот они и тратили его на то, чтобы решить вопросы между своими кланами, согласовать всё со старейшинами.

— Раз ты заговорил об этом, то думаю их неторопливость плохо для них закончилась? — предположил я.

— Именно так. Они погибли во время одного из нападений, так и не разобравшись до конца со своими чувствами, — погрустнев подтвердил Олаф. — Их время закончилось, хоть это и стало дня них большой неожиданностью. Понимаете, к чему я клоню? Не тратьте время попусту!

— Вывод очевидный, — проворчала Ребекка. — Но это только наше дело.

— Ни хрена этот вывод не очевидный, особенно для таких как ты, красавица. Нам всем кажется будто нас это не коснётся, будто у нас есть возможность выбирать. Только это заблуждение, поверьте мне. Я тоже думал, что вывод очевидный, когда у меня на глазах погибли те два вампира. Но осознал только когда потерял свою жену.

Впервые Олаф заговорил о чём-то подобном и в этот момент я посмотрел на него совсем другими глазами. Ребекка тоже не торопилась комментировать его слова. Сейчас Олаф меньше всего походил на самого себя — вечно весёлого, желающего выпить и ищущего драки.

— Поэтому, друзья мои, не теряйте время зря. Будьте вместе пока у вас есть такая возможность. Я объясняю это своему сыну и буду рад если вы тоже меня услышите.

— Так у тебя ещё и сын есть? — поразился я. — А ты не рассказывал о нём!

— Ну так налей уже, — Олаф усмехнулся и я снова его узнал. — И я отвечу на любые твои вопросы! А ты красавица не хмурься! Лучше послушай меня!

Джессика наконец-то принесла выпивку и теперь я о многом хотел расспросить этого викинга. О его сыне, о жене и о жизни в Швеции. У меня имелась к нему масса вопросов, но раздавшийся на заднем дворе взрыв разрушил все мои планы.

А когда я выскочил на ведущую на задний двор веранду, то забыл обо всём на свете. Потому что прямо передо мной стоял Потрошитель.

Потому что он пришёл в особняк Блэков и пришёл за нами.

Глава 31

Глава 31.

Я не мог поверить своим глазам. Огромная фигура с топором стояла словно призрак, будто какое-то наваждение и казалось совершенно не двигалась. За её спиной виднелись обломки одной из хозяйственных построек особняка. В этом было нечто жуткое, что-то инфернальное, словно до этого момента я спал и только теперь проснулся. За весь этот день во мне накопилось столько злобы — к королевской семье, к этому Гроссмейстеру, но сейчас всё это как будто рухнуло, и я только стоял и хлопал глазами. Просто не веря в то, кого видел перед собой. И больше ни о чём не мог думать.

— Какого, — выдохнул Олаф и тоже замер рядом со мной удивлённый.

А Потрошитель не сказал ни слова. Он не приветствовал нас, не сыпал угрозами и не отпускал остроумных шуток. В одной руке он держал свой огромный топор, а второй метнул в сторону другой постройки шашку динамита. С зажжённым фитилём.

Раздался ещё один взрыв, но мы оба с Олафом дёрнулись больше от неожиданности, чем от испуга. После стольких столкновений казалось странным, что Потрошитель пользуется хоть чем-то кроме своего топора. Тем временем сам маньяк уже достал вторую шашку и успел зажечь её.

— Думаешь я буду просто стоять и смотреть?! — под рукой у Олафа не было оружия, поэтому викинг схватил ближайший стул. — Ну уж нет!

Потрошитель ничего не ответил, только кинул шашку ему навстречу. Я бросился вперёд мгновенно, повинуясь инстинктам, которые успел развить за последнее время. При этом я кинулся не к Потрошителю, а к Олафу успев буквально в последний момент. Раздался ещё один взрыв. Нас обоих отбросило в сторону, и мы с грохотом опрокинули пару столов. К счастью, Олаф был цел и отделался ушибами, в то время как у меня зверски болела нога. Скорее всего перелом. С трудом приподнявшись на локтях я бросил взгляд на ногу и вздрогнул. Ниже колена ничего не было.

Тем временем Потрошитель швырнул уже очередную шашку динамита и на этот раз в окно особняка. Последовавший за этим взрыв напугал меня ещё больше, чем вид оторванной ноги.

— Сука! Не смей!

Новый взрыв. Испуганные крики, доносящиеся из дома. Олаф бросил в маньяка стул, но тот не обратил на это никакого внимания, а когда викинг кинулся к нему, то просто отбросил его от себя. Ещё одна шашка и ещё один взрыв. Послышался треск огня и в воздухе запахло дымом, но это была не Петля. Это особняк Блэков начал гореть.

Наконец-то мир вокруг погас и вскоре я уже снова стоял на обеих ногах. Мне не нужна была мотивация, мне не нужно было ничего объяснять. С криком я ринулся к чудовищу, пришедшему разрушить мой дом. Потрошитель не стал меня дожидаться и выбив плечом дверь на веранде ворвался в особняк. Когда я проследовал за ним внутри царила паника. Кричали женщины, в страхе кляла всё на свете Мадлен, где-то тонко вопила Патриция. Что-то горело, Руперт и приехавший к нам накануне Найджел с руганью пытались это потушить, Джессика в спешке наливала им воду в вёдра. Мой взгляд искал только один силуэт. Только одно лицо. Новый взрыв сотряс дом, и я кинулся в его сторону, но на пути врезался в Ребекку. Вампирша набросилась на меня с объятиями, от которых я на мгновение забыл, что происходит.

— Ты жив! Хорошо, что ты жив!

— Надо тушить! — воскликнул появившийся рядом Олаф. — Давай помогать этим задохликам!

— Но Потрошитель! — возразил я. — Мы должны его схватить!

— Сначала надо потушить пожар! Иначе всё будет зря! — крикнул мне Олаф и утёр кулаком разбитую губу. — Думаешь я так просто его отпущу?

Благодаря им двоим мне удалось взять себя в руки и остановить боевое безумие, невесть откуда нахлынувшее на меня. Руперту с Найджелом действительно была нужна помощь. Огонь охватил несколько спален, которыми слава Богу никто не пользовался и одну из столовых. Таская вёдра и помогая друг другу нам удалось остановить распространение огня. К счастью новых взрывов больше не было, а я стремясь использовать Петлю на полную раз за разом бросался вперёд, отодвигая в сторону остальных. Пламени я не боялся, да и чего его бояться? Подумаешь пара лишних ожогов, которые потом быстро отменились! У меня были ранения и посерьёзнее!

В конце концов нам удалось потушить огонь измазавшись в саже, испортив всю одежду и потеряв несколько предметов мебели и пару дорогих картин. Над последним уже страдала госпожа Мадлен, в то время как Камилла успокаивала разревевшуюся Патрицию. Найджел, Руперт и Джессика выглядели уставшими и напуганными.

— Ради всего святого, что случилось? — воскликнул юрист.

Но у меня не было времени ему отвечать. Олаф вдруг появился с двумя топорами, а Ребекка стояла у окна и казалась ещё бледнее чем обычно. Когда я окликнул её она лишь молча указала мне на улицу.

— Вон он, урод, — зло сказал Олаф, когда подошёл к девушке и увидел снаружи Потрошителя. — Смотри, ждёт нас. Не будем откладывать.

— Подожди меня, — пытаясь отдышаться произнёс я. — Наверное не стоит действовать поспешно.

Однако Олаф меня уже не слышал. Он вдруг словно потерял над собой контроль и ринулся на улицу, ни на кого не обращая внимания. Проклиная всё на свете я бросился в оружейную, заранее устроенную в особняке благодаря Джошуа. Времени не было поэтому я быстро схватил дробовик, револьвер и длинный меч.

— Что ты делаешь? — воскликнула Ребекка. — Мы потушили пожар, нужно оставаться в доме! Держать оборону! Себастьян, это слишком опасно!

— Олаф уже там! Я не могу его бросить! Один раз я уже сбежал и больше такого не повторится!

— Тогда я с тобой! Я не отпущу тебя одного!

— Нет и это не обсуждается! Оставайся здесь! Позаботься об остальных!

— Я сказала, что не отпущу тебя! Я — твой телохранитель! Как я могу остаться, когда ты будешь в опасности?

— Я отдал приказ! Оставайся здесь и защищай остальных! Прошу сделай это для меня!

С этими словами я схватил ещё патронов для дробовика и направился к выходу. К сожалению, у меня не было при себе какого-либо особенного оружия, плюющегося электричеством, как и не было времени ждать пока к нам прибудет помощь. В этом мире нет мобильных телефонов, нет интернета, чтобы было можно срочно кого-нибудь вызвать. Даже несмотря на то, что мы в большом городе мы были сами по себе.

— Но ведь ты даже не знаешь как его убить! — в отчаянии крикнула Ребекка, слово почувствовав ход моих мыслей. — Что же ты будешь делать?

— Знаешь, — на мгновение я замер в дверях, а потом вспомнил слова Олафа, которому была нужна моя помощь. — Попробую отгрызть ему голову.

Потрошитель не долго ждал нас снаружи и уже быстро удалялся прочь по улице. За ним гнался Олаф, которого я боялся оставить одного. Откровенно говоря, я ничего не понимал. Зачем Потрошитель напал на особняк? Для чего сначала взрывал его, а потом ждал пока мы за ним погонимся? И как он вообще узнал про мой дом? Ответов на эти вопросы не было, как и не было времени их искать. Был бы здесь Джошуа он бы точно сказал, что этот засранец заманивает нас в какую-нибудь ловушку, но Олаф уже был далеко впереди и у меня не оставалось никаких других вариантов, кроме как поспешить за ним.

— Олаф, подожди! Олаф!

Вообще вся его сдержанность как будто исчезла, словно он так долго ждал этого момента и теперь не хотел его упускать. А ведь в принципе именно так всё и было. Олаф жаждал расквитаться с Потрошителем за Чарли и Белинду, Олаф при каждой встрече с этим монстром рвался в бой. И его не беспокоили ни сила этого чудовища, ни его загадочная неуязвимость. Сможем ли мы одолеть эту тварь вдвоём? Должны были!

— Стой, гад! — ревел Олаф догоняя маньяка. — Трус! Остановись!

Однако Потрошитель не реагировал на оскорбления. Казалось его было также сложно задеть словами, как и пулей. Серийный убийца даже не бежал, его широких шагов хватало на то, чтобы шагом передвигаться невероятно быстро. Он остановился только на широком мосту, освещённом фонарями и расположенном ниже по улице от особняка Блэков. Обернувшись к нам, он обеими руками взял топор и явно приготовился к бою. Стоит отметить, что Олаф не стал кидаться на него, а дождался меня воспользовавшись возможностью отдышаться.

— Спасибо, что подождал, — произнёс я, встав рядом с ним.

— Нужно атаковать его с двух сторон, я справа, а ты слева, — быстро решил Олаф. — Попытаемся оторвать ему его тупую башку.

— Давай! — я не собирался предлагать никаких планов, потому что у меня всё равно их не было.

Вскинув дробовик, я выстрелил и сразу же попал. Потрошитель дёрнулся, но устоял на ногах и больше никак не отреагировал. Меня удивляло то, что он продолжал упорно молчать. Олаф ринулся вперёд, а я прикрыл его ещё одним выстрелом, от которого снова не было толку. Викинг подскочил к противнику, увернулся от его удара и дважды зацепил его своими топорами. Тут же отпрыгнул назад, позволяя мне выстрелить снова. Так продолжалось пока я не израсходовал все патроны в стволе, но так и не добился результата.

— Твою мать! — вскрикнул я перезаряжаясь.

Олаф уже раз за разом пытался достать топорами до горла противника, но тот тоже отступал и уворачивался, не позволяя этого сделать. От такого поведения я снова поверил, что его голова всё-таки была уязвимым местом. Зарядив только половину, я поднял оружие и прицелился прямо в голову. Если не получается отрубить, значит оторвёт выстрелом!

Первый прошёл мимо.

Передёрнув цевьё, я снова прицелился и в этот момент Потрошитель мгновенно сократил разделяющую нас дистанцию. Схватив дробовик за ствол он отвёл его в сторону, я выстрелил и заряд дроби пролетел в каких-то миллиметрах от его покрытого шрамами лица. Мрачный взгляд по-прежнему не выражал никаких эмоций. И он даже не пытался с нами заговорить.

Рывком он вырвал из моих рук оружие, а потом ударил меня его прикладом словно палкой. Я рухнул на одно колено, а Петля видимо не сочла это серьёзным ранением. Потрошитель отбросил дробовик и занёс надо мной топор, как вдруг Олаф вогнал сразу оба своих ему в спину. В этот момент лицо маньяка как-то странно исказилось, как будто он впервые что-то почувствовал и потеряв ко мне интерес он обернулся к викингу. Топоры Олафа так и остались в его спине.

Потрошитель и Тревуссон сцепились в поединке, в котором Олаф пытался завладеть оружием противника. Маньяк дважды ударил его по лицу своим огромным кулаком, но викинг продолжал биться, отвечая взаимностью. Обнажив меч, я подскочил к Потрошителю и точным ударом подрезал ему сухожилия на ноге. Может быть боли эта тварь и не чувствует, но анатомию тоже ещё никто не отменял! На мгновение маньяк упал на колено, благодаря чему Олаф сумел вырвать у него из рук топор. Пользуясь возможностью, я ударил мечом, стремясь разрубить противнику горло, но Потрошитель одной рукой перехватил клинок. А второй схватил меня за запястье и сломал его. Я вскрикнул от боли и вскоре Петля перенесла меня на пару шагов назад. Потрошитель же встал на обе ноги как ни в чём не бывало. И тем самым полностью поломал мою последнюю идею.

— Твою мать, — выдохнул я, уже начиная уставать.

— У него какая-то безумная регенерация, — заметил Олаф сплёвывая кровью. — Но это ничего не меняет! Сегодня ты умрёшь, тварь! Слышишь? Я убью тебя!

— Это я тебя убью, — произнёс Потрошитель и это были первые его слова за всю эту встречу.

— Мне бы добраться до дробовика, — я заметил, что оружие не повреждённо и точно ещё оставалось заряженное. — А потом одним выстрелом в голову вплотную.

— Мне нравится, — кивнул Олаф, а потом добавил. — Есть у меня одна идея, которая может нам помочь, но советую быть осторожным. В этом состоянии я становлюсь довольно нервным.

— Ты уверен? Олаф?

— Я уверен в том, что хочу замочить эту тварь.

Сначала я не понял о чём он, а потом Тревуссон достал небольшой флакончик и тут же его выпил. Скривил лицо словно от самого крепкого пойла и перехватил трофейный топор Потрошителя обеими руками. В следующее мгновение глаза его слегка помутнели, дыхание стало более тяжёлым. Боевой отвар. Не думал, что Олаф всё время носит его с собой, но я помнил, как яростно он бился, когда использовал этот отвар в борделе. Однако это был крайняя мера. И теперь мы должны были использовать её сполна.

С криком Олаф снова бросился в бой, а я рванул к дробовику, надеясь скорее использовать оружие. Потрошитель сразу всё понял и двинулся мне наперерез. Двигался он снова быстрее чем я ожидал и вскоре мне в челюсть прилетел сильнейший удар кулаком. Меня буквально откинуло назад, но Олаф даже не замедлился.

С разбега он набросился на Потрошителя целясь топором в голову, но в последний момент маньяк успел отклониться. Лезвие вошло ему в плечо при чём так глубоко, что я думал оно там застрянет. Но отвар явно усилил и без того могучего Олафа, потому что тот вырвал оружие из тела и атаковал вновь. Ему по-прежнему не удавалось достать голову Потрошителя, но теперь тот только отступал и оборонялся под его напором. Несмотря на то, что маньяк всё время сохранял поразительное спокойствие я был готов поклясться, что разглядел на его лице удивление. Стремясь помочь товарищу, я выхватил револьвер и выпустил почти весь барабан, целясь в голову монстра и несмотря полутьму половина пуль пробила его череп.

— Дрянь! — крикнул я, видя, что результата по-прежнему нет.

С мечом я бросился к Олафу и какое-то время мы вместе осаждали это не убиваемое чудовище, кружась вокруг него и атакуя с разных сторон. Раз за разом мы пытались достать его голову, а точнее шею чтобы эту самую голову отделить от его бренного тела. Когда-то давно, теперь уже в прошлой жизни я ни за что бы не поверил, если бы кто-то сказал мне что я буду заниматься чем-то подобным. Но сейчас я, забыв обо всём на свете пытался достать эту тварь! И то, что Потрошитель упорно не давал нам этого сделать лишь убеждало меня в теории, что отрубленная голова произведёт на этого монстра куда большее впечатление, чем дырка в черепе.

Очередной удар прошёл мимо, и я снова получил кулаком в челюсть. При чём с такой силой, что челюсть сломалась и отменив рану Петля перенесла меня на пару шагов назад. Олаф замахнулся топором, на этот раз целясь не в шею, а в колено.

— Порублю! — выкрикнул он.

Потрошитель быстро всё понял и в последний момент подставил левую руку лишившись запястья. Крови не было, криков от боли тоже. Запястье просто отлетело в сторону, а я, присмотревшись заметил на нём нити. Как будто его пришивали…

Олаф врезался в противника плечом с такой силой, что к моему шоку сбил его с ног. Нависнув над ним, он несколько раз опустил топор, но Потрошитель всё время выводил голову из-под удара. Ему удалось оттолкнуть Олафа и вскочить, при этом топоры викинга, до этого застрявшие в спине остались на мосту. Я уже был рядом и нанёс удар мечом, от которого маньяк вновь увернулся. С присущей ему скоростью он ответил мне пинком в колено и снова с такой силой, что оно треснуло. Однако у меня ещё было несколько мгновений за которые я успел рассечь воздух мечом и всё-таки зацепить горло этого подонка!

Мир потемнел и вот я уже сбоку от противника — наношу новый удар. Правой рукой Потрошитель зажимал горло, отбиваясь обрубком левой. Получалось у него не плохо, пока рядом не появился Олаф, подхвативший один из своих топоров и продолживший яростную атаку. Вместе мы нанесли маньяку не меньше ещё двух десятков ран. Но эффекта не было до сих пор.

В какой-то момент Потрошитель перестал зажимать горло и схватив уцелевшей рукой древко своего топора ударил Олафа головой лоб в лоб. На мгновение викинг растерялся, этого хватило, чтобы Потрошитель вырвал у него свой топор и тут же загнал его мне между рёбер. Боль была зверская, но я снова ответил тем, что вонзил меч маньяку в плечо. И в это мгновение мир снова задрожал.

На долю секунды всё погасло, а потом я увидел картину, от которой у меня подкосились ноги. В моей руке был огромный топор Потрошителя, который я с силой вонзил в своего врага. Только вот им был не маньяк, а Олаф. Я видел его смерть.

Мир вернулся в норму, только я был на другой части моста, откуда видел поединок нашего викинга и маньяка. И что-то внутри как будто сказало мне, что он вошёл в свою финальную часть.

— Олаф, стой! — воскликнул я, слишком поздно сообразив, что к чему. — Подожди!

Но цепочку событий было уже не остановить. Маятник раскачивался с безумной скоростью и решительно не понимал, зачем показывать мне то, что я не в силах исправить. О том как это случилось времени думать не было.

— Остановись! — закричал я что было силы спеша к ним двоим. — Олаф, услышь меня! Стой!

Но Олаф уже не слышал. То ли злость за погибших товарищей, то ли действие боевого отвара заставили его окончательно забыть об осторожности. Он уже даже не целился в голову просто рубил снова и снова, снова и снова пока Потрошитель в какой-то момент не перестал отбиваться и вдруг не выбил топор из рук Олафа. А затем, прежде чем я успел что-либо сделать он вонзил лезвие в него.

— Нет! — закричал я продолжая бежать.

Топор вошёл между головой и плечом разрубив почти всю грудь. На последнем издыхании Олаф успел ухватиться руками за древко, но уже ничего не смог сделать. Хоть я и не видел сейчас его лица, но хорошо помнил видение, открывшееся передо мной. На нём были злость и неистовое стремление биться дальше. Даже умирая он продолжал бой и хотел добраться до врага. Даже умирая он не отступал.

Рывком Потрошитель выдернул топор, а потом отбросил от себя окровавленное тело. У меня действительно подкосились ноги, и я упал, глядя на то, как Олаф рухнул и больше не пошевелился. Его искажённое злостью лицо повернулось в мою сторону, от чего я вздрогнул. Казалось будто он смотрит и сердится на меня, будто это я виноват в том, что он погиб. Будто я знал, что он погибнет, будто я допустил это, не помог, не прикрыл, бился слишком медленно, слишком слабо, слишком плохо. Господи! Неужели всё это моя вина? Неужели все смерти моих товарищей это только моя вина?

В бессилии я склонился над мостовой прислонившись лбом к холодному камню. Я не плакал, нет. Я лишь сжимал кулаки не в силах поверить в то, что произошло. Бессильный что-либо изменить.

— Я же говорил, что убью, — произнёс Потрошитель и на его бесстрастном лице появилась улыбка.

* * *

На какой-то момент окружающий мир отошёл на второй план. Реальность обрушилась на меня и мне не хотелось её принимать. Не хотелось верить в то, что всё это реально. Что снова умер человек, которому я доверял. Что снова умер мой друг.

Потрошитель неожиданно что-то там говорил, но я его не слушал. Я продолжал стоять на коленях, склонившись над мостовой и в бессилии сжимая кулаки. Я не плакал, нет. Все эмоции просто отступили, на время потеряли значение, забылись. Осталась только злость.

— И поэтому ты помогаешь сохранить проржавевший насквозь порядок, — продолжал что-то рассказывать Потрошитель. — И тем самым совершаешь ошибку. Самую главную свою ошибку.

Я медленно поднял голову и посмотрел на него. Маньяк нисколько не изменился в лице.

— Но я предлагаю тебе верный путь. Не службу старикам и отмирающим идеалам, в которые уже никто не верит. Я предлагаю тебе возможность послужить настоящему делу. Великому делу. Такому, которое изменит мир.

Я медленно выпрямился, неотрывно наблюдая за ним. Потрошитель видимо посчитал это для себя добрым знаком, поэтому продолжал.

— Что они все рассказали тебе обо мне? Что я серийный убийца? Какой-то маньяк, убивающий людей и монстров? Вовсе нет. Я всего лишь человек. Обычный человек, через боль и страдание получивший силу, с которой теперь могу попытаться навести порядок в этом мире.

— Да ты не ослышался, в целом мире, — видя отсутствие моей реакции Потрошитель всё говорил и говорил, словно поймав подходящий момент. — Потому я вовсе не убийца и тем более не псих. Я лишь служу великому делу, которое совсем скоро изменит всю Англию, а следом за ней и весь мир! Придёт справедливость, наступит настоящая жизнь, достойная жизнь. Я знаю, что такие слова покажутся тебе безумными, но разве ты сам никогда не мечтал оказаться в более лучшем мире? Более правильном? Я предлагаю тебе возможность построить его самим.

Оружие. Я мысленно прикидывал, что у меня ещё осталось из оружия. Получалось не слишком обнадёживающе.

— Сейчас ты ещё не всё понимаешь — это не страшно. Я сам многое не понимал, когда ко мне обратились и направили на верный путь. Но всё что я делал с того момента всё что я делал в Лондоне приближало новую эпоху. И мы вместе можем её построить. Тебе достаточно пойти со мной. Прямо сейчас.

— Скажи, — произнёс я, понятия не имея как расправиться с этой тварью. — А ты специально сначала убил Олафа, а потом начал мне свои предложения загонять? Знал, что он ничего такого не допустит?

— Кого? А этого твоего дружка? Да. Сначала мне нужно было убить его. После этого можно было говорить.

— Ну ты и тварь. Чтобы ты сдох.

— Послушай, я знаю кто ты такой, знаю кто ты на самом деле, — многозначительно сказал Потрошитель. — Откуда прибыл и даже кто тебя сюда привёл. Хочешь познакомиться с ним? Неужели после стольких бессмысленных битв, убийств и смертей ты упустишь возможность познакомиться с ним? И наконец-то придать своему присутствию в этом мире хоть какой-то смысл?

— Знаешь мне кажется, что достаточным смыслом будет наконец-то расправиться с тобой. Ради всех тех, кого ты убил.

— Неужели ты так ничего и не понял?! Ты должен пойти со мной. Должен принять мою сторону. Ради этого ты здесь!

— Мне наплевать ради чего я здесь по твоему мнению. Мне плевать на каждое твоё слово. Я просто уничтожу тебя чего бы мне это ни стоило. Даже если для этого придётся погибнуть!

Больше слов не было, да они были и не нужны. Схватив меч, я заревел и ринулся вперёд. Потрошитель приготовился к новому бою и встретил меня размашистым ударом топора, но я был к этому готов. Вовремя уйдя в бок, я увернулся и тут же рубанул по бедру противника. Но следующей атаки я избежать не сумел. Топор полоснул меня по плечу и благодаря Петле я оказался сбоку от маньяка. Снова удар мечом, сначала по его плечу, потом по спине, а затем топор отсёк мою руку. Снова Петля меня выручила, и я нанёс ещё несколько ударов. Теперь же у меня получилось увернуться от огромного топора, но только для того, чтобы снова броситься в бой.

Эта картина повторялась раз за разом. Снова и снова я с криком кидался на противника, колол и рубил его мечом, стремясь достать любой ценой. Потрошитель отвечал взаимностью, с беспристрастным лицом нанося удары своим топором. Иногда у меня получалось увернуться, иногда лезвие отрубало мне руку или ногу либо врезалось в тело. Всё это напомнило мне схватку с оборотнями в баре, когда меня резали и рубили, а я снова и снова возвращался назад. Тогда что-то изменилось во мне и что-то менялось теперь. Я уже не боялся, я сам бросался на оружие, лишь бы получить возможность атаковать с неожиданной стороны. Снова и снова, снова и снова. Боль была огромная, но вскоре я перестал обращать на неё внимание. Она превратилась в поток, в некий фон, который нужно просто научиться терпеть. Боль стала лишь знаком ошибки, которую какая-то магическая сила позволяла мне исправить.

И я был намерен воспользоваться этой возможностью!

— Неужели ты не понимаешь, что я предлагаю тебе? Неужели ты готов вот так запросто от всего отказаться?

— Заткнись и бейся! Давай!

В очередной раз топор вонзился мне в грудь, войдя глубоко и ломая рёбра. Боль пронзила меня, изо рта брызнула кровь. Но ещё до того, как я упал Петля выручила меня и перенесла справа от Потрошителя. Прыгнув мне удалось на долю секунды опередить его и вонзить меч ему прямо в глаз. Так что он пробил ему затылок.

— Мразь!

На этот раз он закричал, и я неожиданно для самого себя почувствовал удовлетворение. Гигант с трудом выдернул меч из собственной башки, а я уже схватил валявшийся рядом топор Олафа и подскочил, целясь в горло. В последний момент маньяк успел отбить удар и тут же приложил меня своим топором. На этот раз я очутился возле утерянного меча, с которым снова ринулся в бой. Потрошитель уже не выглядел беспристрастным, напротив он испепелял меня единственным глазом полным злости. С силой он метнул в меня топор, от которого я увернулся, после чего прыгнул на противника.

Потрошитель выбросил вперёд руку и схватил меня за горло, но я всё равно нанёс удар. Я загнал меч ему прямо в голову сверху вниз, пробив макушку. Уж в этот раз мозг точно был повреждён, как и всё остальное. Однако Потрошитель не умер! Только выдернул меч и отшвырнул в сторону. Эта тварь по-прежнему оставалась жива!

Промчавшись несколько шагов, маньяк впечатал меня в стену кирпичной пристройки, расположенной на мосту. Его рука меня не отпускала, а пальцы душили с удивительной силой. Обезумевший глаз смотрел прямо на меня и в какой-то момент я понял, что начинаю задыхаться. Но проблема была не в этом. Проблема была в том, что Петля не спешила ничего делать!

Запоздало я понял, что ранения не было поэтому ничего не менялось. Мир не гас, меня никуда не переносило. Потрошитель поразительно сильно сдавливал моё горло и попытки хватать воздух ртом ожидаемо ни к чему не привели. Любые удары или пинки по Потрошителю тоже ничего не дали. Вокруг начало темнеть, но это была не Петля. Неожиданно я к своему удивлению услышал удар колокола и снова вспомнил что такое страх.

— Ну что? Не ожидал ничего подобного? Запомни — в любом правиле есть свои лазейки.

С трудом я нашёл свой револьвер и выхватил его уже почти ничего не соображая. И ничего не видя. Раздался второй удар колокола, от которого моё сердце сжалось. В барабане должен был быть последний патрон. Я точно его оставлял. Действуя уже скорее подсознательно, я прижал револьвер к уху Потрошителя понимая, что выстрелить в самого себя он мне не даст. Оставалось только надеяться, что его самоуверенность не позволит заметить очевидную ловушку…

— Думаешь сможешь убить меня этим? После всего того, что уже сделал? Ну попробуй, давай!

Убивать я его не собирался, по крайней мере не так. Вместо этого я выстрелил, даже не задумываясь о том, какой урон это нанесёт Потрошителю. Главное то, что выстрел из револьвера вплотную его оглушил! Может быть эта тварь и не чувствовала боли, но звук ещё никто не отменял!

От неожиданности Потрошитель отпустил меня и мне удалось вдохнуть. Действуя скорее на инстинктах, я ринулся в сторону, слыша его ругань и проклятия. Похоже, что его терпению и выдержке есть конец! Мир постепенно начал приобретать краски, хоть и исключительно тёмные. Самое главное было то, что каким-то чудом разглядел свой меч и что было сил ринулся к нему. Схватить рукоять мне удалось, но что-то вцепилось в мою ногу и притянуло меня к себе.

— Думал мы закончили? — взревел Потрошитель, снова хватая меня за горло. — Задушу! Задушу!

Я всё ещё пытался хватать ртом воздух, а мир оставался всё таким же тёмным, но жуткую рожу с единственным глазом я различить сумел. А где рожа, там и шея, на которой всё держится! Что было силы я рубанул, и вдруг ослабевшая хватка дала понять, что результат наконец-то есть! Освободившись, я отполз назад и увидел перед собой рухнувшего на колено противника, единственной кистью зажимавшего рану. Шанс! И его было более чем достаточно!

Схватив меч обеими руками я ринулся вперёд и одним размашистым ударом отрубил голову, отлетевшую прочь. Огромное тело рухнуло, а я упал неподалёку. Тяжело дыша, кашляя и пытаясь осознать, что я всё ещё жив, что я наконец-то победил. Где-то вдали доносились крики, похожие на голос Ребекки. Стучала колёсами карета. Краем глаза я заметил, как с неё спрыгивают Джошуа и Брайан. Прибыли всё-таки…

— Ты же не думал, что мы закончили?

К моему ужасу обезглавленное тело вдруг медленно поднялось и единственной рукой с пальцами схватило голову. Смотревшую на меня единственным глазом.

— Ты же не думал, что мы закончили? — повторил Потрошитель. — Славная была битва, но, если ты так и не передумаешь, мне действительно придётся тебя убить.

И с этими словами он спрыгнул с моста в воду и исчез.

Глава 32

Глава 32.

Я ничего не понимал. Я отказывался, что-либо понимать. Весь этот мир летел наперекосяк, как накренившееся на борт судно, а я кубарем катился вниз по его палубе. Катился навстречу чему? Этого я не знал и признаться последнее время перестал об этом думать. Когда-то в самом начале я ещё ломал голову, как и зачем я здесь оказался, пытался найти в этом смысл, особенно после того, как возглавил Блэков, а затем ещё и Тёмных библиотекарей. Но жизни свойственно нести тебя вперёд, не давая как следует всё обдумать и взвесить. Действовать приходится быстро и по ситуации, а потом ты уже и не заметил, как привык к окружающей обстановке. Вот также привык и я. И дело было вовсе не в теории Альфреда об общей цели, которая вела Блэков, если принять за правду идею, что все путешественники из других миров были Блэками. Ну или те из них, кто прошёл Кровавый обряд…

Я помогал Джошуа и остальным, потому что видел какое чудовище они пытались остановить, чудовище куда боле опасное чем вампиры или оборотни. И чем дальше, тем более личным для меня становилась эта борьба. Теперь, после гибели Олафа я твёрдо знал, что обратной дороги нет. Пусть я никогда не узнаю почему оказался здесь, пусть никогда не вернусь назад. Я умру, но утащу с собой этого монстра даже если мне придётся искромсать его на мелкие кусочки. Любой ценой.

— Как нам вообще с ним биться? — тихо произнёс Брайан, склонившись над телом друга.

Полиция уже оцепила район вместе с агентами Артурианской Службы. Брайан стоял на коленях, как и я, и смотрел на бездыханное тело Олафа. Джошуа забрался на перила моста и всё время смотрел в воду, словно собирался в неё прыгать.

— Как нам вообще с ним биться? — повторил Брайан и тем самым привлёк моё внимание. — Если эта тварь ни от чего не дохнет, что мы вообще мы можем с ним сделать?

Потрошитель поднял собственную голову и прыгнул с ней в реку. Я до сих пор не мог поверить в это, хотя и видел собственными глазами. Тем не менее, я рассказал обо всём своим товарищам. Которых становилось всё меньше и меньше.

— В иной ситуации я бы сказал, что течение убило бы эту падаль, — заявил Джошуа, спрыгнув наконец с перил моста и присоединившись к нам. — Но, судя по всему, на подобный подарок судьбы можно не рассчитывать.

— Джош, да как так? — Брайан посмотрел на него с отчаянием. — Сначала Чарли, Белинда… Теперь Олаф? Да когда это всё закончится?

— Когда мы убьём эту тварь, — лицо Джошуа отражало только холодную решимость.

— Но как? Как мы это сделаем? Он голову свою поднял. Голову!

— Значит сделаем так, что больше не поднимет, — произнёс я.

— У тебя есть понимание как это сделать? — Брайан посмотрел на меня.

Понимания не было, но была цель.

— Не важно каким способом, — наконец сказал я. — Главное, что больше эта тварь не будет жить.

— Серьёзно? Вот это твоё решение проблемы? Что же ты не решил её, когда была возможность?

— Брайан, успокойся, — потребовал Джошуа.

— Если всё так просто то, что ты не убил этого монстра? — Брайан стремительно багровел. — Что же ты не убил его, когда Олаф был жив?

— Я был здесь, и я пытался это сделать! А где был ты? Где был ты, когда мы сражались? Когда Олаф умирал?!

— Сволочь! С тех пор как мы тебя приняли, мои друзья умирают один за другим! Это всё из-за тебя!

— А ну заткнулись оба!

Двумя мощными ударами Джошуа повалил нас обоих на мостовую, немало удивив самим фактом такого поступка.

— Если это всё на что вы способны тогда я прямо сейчас утоплю вас обоих в Темзе и тем самым избавлю себя от кучи проблем! — заявил он таким голосом, что лишил нас обоих желания спорить. — Если вы можете только сдаться и собачиться, то вам не место в рядах нашего Ордена! А если ещё можете биться и что-то делать, тогда вставайте! И чтобы я больше не слышал этого дерьма!

Мы оба с Брайаном немедленно поднялись. Не глядя друг на друга.

— Если вы забыли, то у нас ещё много работы! Поэтому немедленно за дело! Полиция сейчас начнёт осматривать реку вниз по течению. Присоединитесь к ним и опросите каждого встречного, каждого возможного свидетеля. Где-то же эта тварь должна будет выбраться из воды.

— А что на счёт Олафа, сэр? — осторожно спросил Брайан.

— Олафа мы будем помнить. И мы за него отомстим. Я распоряжусь, чтобы наши забрали тело и сам организую похороны, — Джошуа вздохнул и лицо его смягчилось. — Сколько же раз он обманывал костлявую… Он ушёл с честью. Хотя не думаю, что его сыну будет от этого легче.

Я вспомнил как Олаф рассказывал о своём сыне и оттого камень на сердце стал ещё тяжелее.

— Даже если мы пока не знаем как убить Потрошителя, — произнёс я. — Мы можем изрубить его в куски и схватить. Пусть его башка и дальше будет верещать, только отдельно от всего остального!

— Считаю также, — согласился Джошуа. — Поэтому если встретите Потрошителя сначала вызовете подкрепление. Когда закончите с рекой жду с докладом в особняке Блэков. А мне нужно кое-что уточнить, чтобы знать как положить этому конец. Эх, Олаф! Всего немного времени, и мы бы уже знали как убить эту тварь, и ты бы остался жив!

* * *

Дальнейшие поиски заняли всю ночь оставив нас без сил. Результата они не дали, хотя и я ожидал, что так будет. За месяцы убийств Потрошитель должен был достаточно изучить Лондон, чтобы с лёгкостью заметать следы и уходить от чужого внимания. Не нашлось ни одного свидетеля, который мог бы сказать, что видел, как огромный безголовый силуэт выбирается из воды и непринуждённой походкой скрывается в тени городских улиц. Либо ни одного, кто захотел об этом сказать. Пьяные бредни ночных гуляк мы, конечно, всерьёз не воспринимали — те видели всех включая и короля, и русского царя. Полицейские, конечно, проверили их на всякий случай, но это ничего не дало. Монстр снова ушёл. И это был факт, с которым нужно было смириться. Как и с гибелью Олафа.

Стоит сказать, что Брайан больше не проявлял ко мне агрессии, а я его не провоцировал. Или это он обычно провоцировал меня? Теперь мы работали слаженно, как команда, но, кроме этого, порадовать было не чем, а потому в особняк мы вернулись в самом мрачном расположении духа. Вспоминая Олафа, Чарли и Белинду. Однако в тот момент я ещё не знал, что проблемы только начинаются. Если уж домино начинает падать, то падает целиком.

Когда мы прибыли на место, то Джошуа уже ждал нас у особняка такой же мрачный, как и мы сами. С ним была пара незнакомых мне агентов, но моё внимание сразу привлекла карета, стоящая на другой стороне улицы. Она не могла принадлежать Артурианской Службе, потому что рыцари такими не пользовались. Слишком богато украшенная и привлекающая к себе внимание. И я уже догадывался кому она могла принадлежать.

— Всё верно, — подтвердил мои опасения Джошуа, после того как мы доложили ему о результатах, а точнее об их отсутствии. — Не знаю, что он здесь забыл, но это точно не к добру.

— Беда не приходит одна, — вздохнул я.

Особняк выглядел потрёпанным, но гордым и выстоявшим все невзгоды, отчего казалось, что он преодолеет любые испытания, которые ещё ему уготованы. Глядя на его старые стены, на почерневшие от пожара окна я вдруг понял, что уже давно проникся к этому месту. А вспоминая как я защищал этот дом или тушил упомянутый пожар мне казалось, что я уже завоевал право называть его своим. Однако как это обычно бывает жизнь быстро разбила зеркало, в которое я любовался об моё лицо.

— Господа, как же я рад вас видеть! — воскликнул граф Морган Чарригтон, как только мы встретили его в гостиной. — Вы не представляете себе, как я за вас волновался! Все эти ужасы, пожары и нападения! От таких вещей легко потерять сон!

Он был здесь один, без охраны, как будто ничего не боялся. Излучающий доброжелательность и буквально светившийся, словно узнал секрет вечного счастья. В отличие от него собравшиеся в гостиной Блэки были подобны чёрным тучам, а самая опасная из них имела все шансы быть названной «Ураган Мадлен».

— Что ты здесь делаешь? — даже не пытаясь изображать любезность спросил я. — У нас вроде был уговор.

— Позвольте, но ваш вопрос меня удивляет, — Морган всё время улыбался, что само по себе наводило на подозрения. — Мы с вами всё-таки не чужие друг другу люди! Недавно чуть не стали родственниками, а с Льюисом мы вообще были друзьями! В конце концов мы же с ним состоим в одном Клубе!

— К сожалению это не ответ, граф, — заметил Джошуа, который в отличие от меня говорил куда вежливее, но при этом не убирал руку с револьвера. — А мне бы тоже хотелось его услышать.

— Вежливость. Забота. Беспокойство. Можете называть как хотите. Стоило мне узнать о вашем бедствии, об этом нападении и пожаре, то я немедленно отправился в этот прекрасный дом, чтобы убедиться, что его обитатели целы и невредимы! Прекрасные дамы расстроили меня новостью, что глава семейства Блэков рискует своей жизнью, но теперь, когда я вижу, что с вами всё благополучно я совершенно спокоен!

— Не знаю, что ты задумал и что здесь вынюхиваешь, но тебе не рады в этом доме, — прямо сказал я.

— Как же грубо! Ну что ж возможно я это заслужил, после всех своих ошибок. Боюсь нам придётся ещё много поработать, чтобы восстановить наше доверие друг к другу. Понимаешь? Доверие важнейшая вещь! Смотри не потеряй! — он заговорщически подмигнул.

— Я благодарна вам господин Чарригтон за ваше беспокойство, — неожиданно произнесла Мадлен, чем удивила и меня, и Джошуа с Брайаном. — Желаю вам хорошего дня.

Поведение графа казалось мне подозрительным, но постепенно становилось понятно, что опасаться мне следовало не его. К недовольному взгляду госпожи Мадлен я уже привык, но сейчас она похоже намеревалась превзойти саму себя. И что куда важнее такой же мрачной как она выглядела Камилла и даже Патриция смотрела на меня как-то странно. С обидой?

— Выметайся отсюда, — потребовал я, снова глядя на Чарригтона. — Или мне придётся тебя заставить.

— О, в этом нет никакой необходимости! Тем более, что мне самому уже пора, неотложные дела ждут меня! Прекрасные дамы! Добрые господа! Можете меня не провожать!

Руперт и Джессика остались стоять на месте словно и не планировали иного. Джошуа, Брайан и Ребекка, которая всю ночь была с нами, напряжённо следили за графом, ожидая от него чего угодно, когда он подошёл ко мне для рукопожатия.

— Правда, правда рад, что с вами всё в порядке! — крепко сжимая мою кисть он наклонился к самому уху и на мгновение я услышал настоящего Моргана. — Считай это ответом за всё. Пришлось постараться, чтобы всё организовать, но оно точно того стоило.

И с этими словами он ушёл, низко кланяясь и злорадно ухмыляясь. Осознание грандиозной проблемы навалилось на меня катком, я только не понимал, что именно он сделал. Куда и как нанёс удар? И как мне от него отбиваться?

— Когда ты собирался сказать? — медленно и удивительно спокойно спросила Мадлен.

— Сказать что? — не понял я. — О чём вы?

— Только не прикидывайся. Мы доверились тебе, вверили судьбу этого дома, этой семьи, наши собственные судьбы. Когда же ты собирался признаться?

— Послушайте, я не знаю, что вам наговорил этот засранец! Если дело в том, что я разбирался в обстоятельствах гибели Льюиса…

— Не смей произносить его имени! — воскликнула Мадлен и её голос дрогнул. — Ты не имеешь к нему никакого отношения!

— Да сколько же можно об этом! — побагровел Джошуа. — Этот вопрос давно утратил свою актуальность! Его положение продиктовано волей короля!

— Но ведь всё это подлог! — вдруг крикнула Камилла и посмотрела на меня со смесью злобы и сожаления. — Всё это с самого начала была ложь! Результат ваших подлых игр!

Вот теперь я всё понял. Вот теперь картина полностью сложилась передо мной. Кроме только одного маленького кусочка — как же он узнал? Как Морган вынюхал об этом?

— Кто ты такой? — глядя на меня спросила Мадлен.

— Я ваш друг, — я решил сказать самое важное.

— Ты не Блэк. Ты даже не бастард Льюиса, ты вообще не Себастьян. Где эти покрытые шрамами сволочи откопали тебя? Откуда ты взялся?

— Это очень долгая история.

— Которая мне нисколько не интересна, — госпожа Мадлен оставалась себе верна. — О чём ты скажи думал? Решил если тебя нарядно оденут и выдадут пару бумажек с печатями ты станешь одним из нас? Будешь семьёй? У тебя вообще семья есть?

На этих словах голос меня предал, и я промолчал. Джошуа сурово смотрел на Камиллу, отвечавшую ему взаимностью. Ребекка явно была вне себя, но каким-то образом ещё сдерживалась. Неожиданно заговорил Брайан:

— Да что вас опять не устраивает я понять не могу? Оборотней прогнали, паскуду Чарригтона, который страшнее их всех вместе взятых тоже прогнали, даже пожар потушили! Что теперь может быть не так?

— А ты как будто не знаешь? — Мадлен бросила на него испепеляющий взгляд. — Морган всё нам рассказал. О том как вы всё подстроили, о том, как вам помогли ваши связи в Букингемском дворце. О том, как вы взяли совершенно чужого человека и пытались выдать его за бастарда моего сына!

— И что с того? — поразился Брайан. — Какое это теперь имеет значение? После всего того, что было!

— Ты с ума сошёл? Это всё решает!

— Да что это может решать? Парень всё делает для того, чтобы помочь вам! Не щадит себя в попытках отомстить убийце Льюиса, по которому мы все скорбим. Посмотрите на него! Шрамы, ожоги — это ведь всё видно!

— Ты меня сейчас разжалобить пытаешься? — Мадлен не уступала. — Вы врали нам. Вы все нам врали с самого начала! Вместо того, чтобы искать моего настоящего внука, вместо того чтобы пытаться помочь ему и спасти его вы притащили к нам этого чужака и придумали для него красивую легенду! И я теперь должна сказать вам спасибо? Так вы беспокоитесь о наследии Льюиса? Это так вы исполняете его последнюю волю, которой он завещал вам позаботиться о его семье?

— Вам повезло, что вы так и не встретились со своим внуком, — прямо заявил ей Брайан, чем не мало меня удивил. — Мы оказали вам огромную услугу, когда оформили все документы на того, кто сейчас стоит перед вами, а не на того редкостного засранца.

— Да как вы можете так говорить? — неожиданно возмутилась Патриция. — Я всегда хотела познакомиться со своим братом! А если он где-то один? Несчастный и всеми покинутый?

— Знаете, вообще-то Брайан прав, — мрачно заметил Джошуа. — После всего того, что Себастьян для вас сделал, после того как он рисковал жизнью, решал ваши проблемы, защищал этот дом и эту семью…

— Он не Себастьян, — строго сказала Мадлен.

— Да какая разница? Главное то, что он во всём вам помогал!

— Ты издеваешься? — Камилла поддержала мать. — Ты сам всё прекрасно понимаешь! Он не наша кровь! Он не один из нас! Он же совершенно посторонний для нас человек!

— А вы значит всё кровью меряете? — огрызнулся Брайан.

— Кам, вы выбрали самое не подходящее время для очередной истерики, — Джошуа пристально смотрел на женщину. — Угомонись.

— Я тебе не «Кам»! Ты воспользовался тем, что я рассказала тебе о настоящем Себастьяне! Чтобы состряпать легенду для своего дружка!

— Да где ваше уважение? — Мадлен буквально затрясло от злобы. — Вы подсунули нам какого отморозка с труднопроизносимым именем, не имеющим ничего общего с нашими краями! Всевлад… Всолод… Тьфу! И вы заявляете, что раз он помогал нам, то он теперь Блэк и глава нашего семейства? Это вы пытаетесь нам доказать?

— Он Блэк вне зависимости от того, нравится вам это или нет, — к спору решительно присоединилась Ребекка. — Вы всё ставите в зависимость от прямого родства с Льюисом, но вы прекрасно знаете, что есть и другие пути! Ему не обязательно быть сыном, бастардом или как вы там ещё его называете! Мой консильери всё проверил согласно нашим традициям, а я видела его в деле и потому могу утверждать, что он настоящий наследник Льюиса. Именно такой, какой нужен моему клану и этому дому!

— Вот только ты молчи! — махнула на неё рукой Мадлен. — Сколько вы крутились вокруг моего сына, а до него мужа? Сколько вы всего шептали им на уши? Думаешь я теперь позволю вашим фокусам и выдумкам решать, кто будет главным в моей семье?

— У меня не было семьи, — наконец я сумел выговорить эти слова и все вокруг тут же посмотрели на меня. — Отвечая на ваш вопрос, госпожа Мадлен, у меня не было семьи. Возможно поэтому я с такой самоотдачей старался для этой. Собирался ли я сказать вам всем правду? Да. Не знаю, как и когда, но я планировал это сделать.

— И что? По-твоему, нам от этого должно стать легче?

— Нет. Как и мне не было легко, когда вы спускали на меня всех собак, потому что считали бастардом своего сына, — напомнил я. — Когда винили меня во всех грехах, к которым я не имел никакого отношения. Вам ведь никогда не нравился ваш внук. И теперь вы будете говорить о том, что беспокоитесь о его судьбе? О том, что хотели бы видеть его здесь?

— Потому что он сын Льюиса, а не ты. Ты не его кровь, в отличие от него. Но если у тебя не было семьи, то ты ничего не поймёшь.

— Да вы правы. Такого я не пойму. И что же теперь? Стараниями Моргана, которому только и нужно что поссорить нас вы теперь знаете, что никакой я не бастард. Что дальше? Чего теперь вы от меня хотите?

— Чтобы ты убрался вон, — бескомпромиссно заявила Мадлен.

— Эй, эй, полегче! — тут же возразил Джошуа. — Может вы теперь и знаете, что наш друг не настоящий Себастьян, но это не отменяет того, что все документы на его имя уже оформлены. Он в любом случае глава семейства Блэков и хозяин этого особняка, нравится вам это или нет.

— Может и так, — Мадлен неотрывно смотрел на меня. — С этим мы пока мало что можем сделать. Но мы можем отправиться в загородное поместье, если ты намерен остаться в особняке. В любом случае под одной крышей с тобой мы находиться больше не будем. Я не оставлю своих дочь и внучку вместе с настолько чужим человеком как ты.

— Это ваше окончательное решение? — я предоставил ей последний шанс удивлённый тем насколько далеко всё зашло. — После всего что я сделал? После того как спас вашу жизнь? И жизни вашей дочери и внучки?

Признаться я надеялся, что всё ещё удастся остановить. Что мы сможем заключить мир, сумеем договориться и не оставим без толку все те попытки найти общий язык, которые предприняли ранее. Так уж сложилось, что я был из тех, кто верил в родство не по крови. В семью, связанную не только родственными узами. Но как я не раз говорил, жизнь быстро разбила зеркало…

— Это ничего не меняет, — надменно сказала Мадлен, глядя мне в глаза. — Ты никто. Я тебя не знаю. Ты не часть моей семьи. И ничего из того, что было этого изменит. Так и знай.

Я посмотрел на Камиллу с Патрицей и с удивлением заметил, что они похоже разделяли мнение Мадлен или по крайней мере не спешили его опровергать. Я посмотрел на своих товарищей, поражённых всей этой ситуацией не меньше меня. Я посмотрел на Руперта, Джессику и Найджела, которые похоже не знали куда им провалиться и что делать. Что ж, Морган был молодец. Морган сумел найти способ отомстить за своё поражение.

— Хорошо, — сказал я, собрав все свои силы в кулак. — Пусть будет так.

* * *

Порывы ветра трепали паруса с такой силой, словно были готовы вот-вот их порвать. Корабль безжалостно раскачивало на волнах, отчего казалось, что не переворачивался он только каким-то чудом. И именно в такую погоду «Обещанная невеста» покинула порт и отправилась в плавание, стараясь держаться на расстоянии от английских берегов, но и не уходя в открытое море. Корабль был подобен гимнасту, демонстрирующему трюк на натянутом канате, ведь фактически именно по такому канату он и должен был пройти. Только так, чтобы при этом не разбиться и не утонуть, забрав на дно и всех нас вместе с ним. А ведь тогда мы так и не узнаем кто такой Потрошитель и зачем он совершал все эти убийства.

Мы искали следы этой твари ещё два дня и обнаружили только несколько убитых им упырей в одной подворотне, видимо там он и выбрался из Темзы. В том, что это было дело рук маньяка сомнений не оставлял характер полученных монстрами ран. Полиция обыскала всю улицу, но этот поиск так ничего и не дал, а Джошуа вскоре отозвал нас с Брайаном с этой миссии. Для того, чтобы поручить другую, удивившую меня не меньше, чем говорящая голова маньяка в его руках.

— Сэр, вы это серьёзно? — как и я Брайан не мог поверить своим ушам. — Но тогда я ничего не понимаю! Как это вообще возможно?

— Всеволод, я вынужден признать, что твоя вылазка к оборотням имела свой результат, — сообщил Джошуа, когда мы ожидали в порту, наблюдая за подготовкой корабля к плаванию. — Имя, которое назвал тебе этот Генри оказалось для нас полезным. Собственно, без него мы бы здесь не стояли.

— Рад это слышать, правда я пока понятия не имею зачем мы здесь, — признался я. — Выходит этот Лесли Росс, о котором говорил Генри — это действительно шотландский разведчик? Но при чём здесь разведка?

— Лесли Росс — это глава нелегальных агентов Шотландского Комитета Королевской Безопасности, действующих в Лондоне. Наши люди раньше пересекались с ним и недавно мне наконец-то удалось лично встретиться.

— С настоящим разведчиком? Но для чего?

— Для переговоров. Сэр Абрахам смог выйти на его руководство в Эдинбурге и договориться о новой встрече.

— И что она пройдёт на этом корабле? Их руководство прибыло к нам?

— Нет, это мы отправимся к нему. Мы с вами плывём в Шотландию.

Новость оказалась настолько неожиданной, что на время я забыл обо всём на свете. Даже о разрыве с Блэками, в особняке которых я не появлялся с того момента, как стараниями графа Моргана Мадлен и остальные узнали о моём происхождении. Главой семейства я пока ещё оставался, но похоже всё шло к тому, что я мог остаться и единственным Блэком или же быть просто сам по себе. В любом случае сейчас не было времени об этом думать. У нас были и куда более важные дела.

Корабль продолжало трепать на волнах, но он уверенно шёл на север. Казалось, что капитан не обращает внимания на непогоду и считает, что успех плавания зависит только от уверенности в себе. Если так, то я был уже уверен в том, что корабль разобьётся о скалы и мы все здесь потонем. И тогда можно будет ни о чём не переживать. Быть может это был и не самый плохой вариант?

Каюту на корабле мы делили вместе с Ребеккой, которая заявила, что останется моим телохранителем даже в этом путешествии. Туда я и вернулся, когда мне надоело смотреть на волны, осыпавшие палубу брызгами. Настроение было самое паршивое и девушка это сразу заметила.

— Как ты?

— Погано, — признал я. — Столько всего навалилось, что я уже и не знаю, что думать.

В тесной каюте были две узкие кровати, на одну из которых я устало рухнул. Лежавшая до этого на свой кровати Ребекка пересела ко мне.

— Если ты думаешь о Блэках, то не стоит беспокоиться, — попыталась успокоить меня вампирша. — Ты всегда останешься Блэком для нашего клана, чтобы там не говорила про тебя родня Льюиса. Тебя признаёт Альфред и ты прошёл Кровавый обряд.

— Я помню, хотя похоже, что госпожу Мадлен это не сильно волнует.

— Эта женщина никогда не признает связи своего семейства с Тёмными библиотекарями. Она всегда считала нас балластом для своей семьи, как некоторые из наших считали балластом Блэков.

— Дело не только в них, хотя ума не приложу как теперь с ними помириться. Мадлен, Камилла, Патриция… Поверить не могу, что всё так обернулось. Гибель Олафа, говорящая голова Потрошителя, теперь ещё эти разведки и спецслужбы! В какой момент мир стал таким безумным?

— А он никогда и не был спокойным, — заметила девушка с грустным лицом. — Я знаю так не выглядит, но я куда старше тебя и давно уже заметила, что мир всегда находится во власти какого-то безумия. И даже если кому-то из вас людей кажется, что вам удалось снизить его накал, то поверь, это лишь временный эффект.

— И как же не свихнуться, глядя на всё это? — спросил я совершенно серьёзно, вспоминая все подарки судьбы с того самого момента как оказался в этом альтернативном мире.

— У меня есть цель, — также серьёзно ответила Ребекка. — Я служу своему клану и тебе советую тоже самое. Может быть трём аристократичным женщинам больше не нужна твоя помощь, но минимум двадцати вампирам она по-прежнему необходима.

— До сих пор считаю странным ожидать помощи от того, кто фактически стал охотником на чудовищ.

Какое-то время мы молчали и только корабль раскачивался на волнах. С палубы доносились крики команды, а я всё думал о том, что же ожидает нас впереди по прибытии в Шотландию?

— Скажи ты веришь в это? — наконец спросил я. — В то, что Потрошитель может быть связан с шотландской разведкой?

— Я твой телохранитель, меня заботит только твоя безопасность.

— Да ладно тебе! Неужели так сложно ответить?

— Ну раз уж твои друзья договорились о предстоящей встрече, значит на то есть причины и связь скорее всего имеется. От этого правда вопросов становится только больше, но я думаю, что ответы на них найдутся.

— Я связывал Потрошителя с чем-то необычным, думал над его целями и мотивами, — глядя в потолок я принялся рассуждать. — Мне казалось, что за его действиями должно стоять нечто особенное. В то, что это всего лишь обезумевший маньяк я давно уже не верю иначе откуда в нём столько силы?

— Так может он потому и обезумевший маньяк? Что в нём столько силы? — предположила девушка, внимательно глядя на меня.

— Нет ну должно же быть что-то? Не мог же просто один психопат несколько месяцев терроризировать целый город и вселять страх даже тем, кто обычно его здесь вселял! — заявил я, а потом добавил. — К тому же я не верю, что за всё это время Потрошитель пользовался только сведениями от своих информаторов вроде Энтони. Дума и у него должен быть какой-то более влиятельный источник информации или даже союзник.

— Что ты имеешь в виду? На кого-то намекаешь?

— Не то, чтобы… Просто я помню рассказы о мрачных организациях, которые не признают ни Раскрывшихся, ни Затаившихся. Те, кто мол действуют сами по себе и мечтают погрузить мир в хаос.

— Для кого-то они изгои, а для кого-то герои, — Ребекка приняла задумчивый вид. — Думаешь Потрошитель может быть связан с кем-то из них?

— Даже с кем-то конкретным. С Гроссмейстером. По крайней мере это прозвище он называл мне при нескольких наших встречах.

Неожиданно Ребекка изменилась в лице. От прежней расслабленности не осталось и следа, а сама она побледнела ещё больше чем обычно.

— Зачем? Для чего ты ему нужен? Он тебе не говорил?

— Потрошитель несколько раз пытался переманить меня на свою сторону, — рассказал я. — Утверждал, что я должен помочь его великому делу и ещё… В общем он дал мне понять, что именно Гроссмейстер привёл меня сюда. И предлагал с ним познакомить. Разве такое возможно?

— Консильери который был с нами до Альфреда рассказывал, что Раскрывшиеся и Затаившиеся несколько раз объединялись, чтобы вместе истребить изгоев, несущих угрозу и тем, и другим. Но за сотни лет они так и не смогли этого сделать, — Ребекка замялась, но потом всё-таки продолжила. — Консильери считал, что особые знания, которыми обладали эти изгои позволяли им бежать от любой опасности. Знания, благодаря которым они могли перемещаться между… Великими Островами, как говорят твои друзья.

— Что? Ты это серьёзно?

— Так считал наш бывший консильери. Послушай, Себастьян. Те, кто являются врагами всех вампиров владеют огромной силой, иначе бы они не смогли до сих плести свои интриги. Могут ли они путешествовать между мирами, как ты это называешь? Возможно. Плохо ли, что они могли привести тебя сюда? Очень плохо.

— Всё настолько серьёзно?

— Поверь тому, что я знаю, — многозначительно произнесла Ребекка. — Пусть лучше Потрошитель будет слугой шотландских спецслужб или английского короля. Если в этом деле хоть немного замешан тот, кто называет себя Гроссмейстером… Тогда мы все в куда больше опасности, чем думали…

Глава 33

Глава 33.

— Давайте! Живее! Или вы здесь до ночи застрять решили?!

Корабль пришвартовался к берегу на рассвете, и матросы тут же принялись разгружать его трюмы. Несмотря на то, что Англия и Шотландия находились в той самой точке напряжения, когда у границ собирают войска, а друг друга обвиняют в различных провокациях, торговля между двумя странами шла полным ходом. В том числе и усилиями контрабандистов, таких как экипаж «Обещанной невесты». Сэр Абрахам хотел, чтобы наше путешествие осталось в Лондоне незамеченным, поэтому для нашего плавания был использован вот такой не совсем легальный транспорт. Подобрать который помогла совсем нелегальная сеть агентов Артурианской Службы.

— Если корона и окружающие её прихвостни узнают о наших контактах с шотландцами нас ждёт ещё больше проблем, чем планируется, — пояснил Джошуа, когда я прямо спросил его об этом. — Так-то на королевских собак мне плевать, но они могут здорово помешать нам в охоте на Потрошителя.

— Ты знаешь я до сих пор этого не понимаю, — признался я, кутаясь в плащ. — Мы явно не союзники английскому королю, но английский премьер-министр для нас друг!

— Вот именно, что друг. Лорд Уинтер верит, что сотрудничество с Артурианской Службой пойдёт короне на пользу, поэтому и работает с нами. Но рядом с королём есть и те, кто видят пользу для страны в других союзах. Или они вообще ищут её только для себя. Поэтому в этой поездке мы полагаемся только на собственные силы и не прибегаем к помощи агентов Уинтера. Сейчас нам нужно перестраховаться.

— Всё-таки мы не до конца ему доверяем? — удивился я.

— Ему — доверяем, а тем, кто следит за его агентами — нет.

Шотландия встретила нас утренней прохладой, от которой мы все плотнее кутались в одежды. Медленно поднимающееся солнце нисколько не грело и по большей части было скрыто за облаками, так что вскоре я уже с грустью вспоминал сырой Лондон. Сырой, но уж куда более тёплый по сравнению с моей исторической Родиной.

В порту мы не стали терять время, тем более что нас здесь уже встречали. Трое мужчин в дорожных плащах, в цилиндрах и с ружьями за плечами ожидали нас вместе с лошадьми. Все трое имели множество шрамов на кистях и лицах.

— Сэр Алан, — коротко представился их командир, пожимая руку Джошуа. — Рады вас видеть. Надеюсь, капитан угостил вас лучшим итальянским вином?

— Вина не было поэтому мы пили французский коньяк, — ответил Джошуа, а я не сразу понял, что они обменялись паролями. — И мы рады вас видеть. Господа, будем знакомы. Наши коллеги из шотландского отделения Артурианской Службы.

Забравшись на специально приведённых для нас лошадей, мы присоединились к этой троице и вместе с ними продолжили путь. Верхом я ездил довольно сносно — в своё время мой дядя учил меня ездить на лошади, точно также, как и стрелять. Знал ли он что эти причудливые для тех дней навыки однажды мне пригодятся? Я точно не знал. В Шотландию мы отправились вчетвером — я, Джошуа, Брайан и Ребекка. Сэр Абрахам решил, что чем меньше народу будет участвовать в этом путешествии тем лучше. Нам нельзя было привлекать к себе лишнего внимания, по словам Джошуа, для нас вообще сделали большое одолжение согласившись поделиться совершенно секретной информацией. Интересно было бы узнать, что же Абрахам пообещал за неё взамен?

— Как обстановка? — спросил Джошуа, когда мы ехали по старой дороге через лес. — Наши договорённости в силе?

Порт остался позади и пока что я понятия не имел куда мы направляемся, всего лишь следовал за товарищами. Кругом были деревья и поросшие травой и кустами склоны, где-то вдали пели птицы и казалось, что мы здесь совсем одни. Вот только шотландские коллеги из Артурианской Службы так явно не считали и потому постоянно оглядывались по сторонам.

— В Комитете все сейчас нервные, но на то есть свои причины, — сказал Алан в очередной раз оборачиваясь назад. — Однако наш человек сообщил, что Мортимер по-прежнему вас ожидает. Уверен ему уже доложили, что корабль прибыл и мы вас встретили.

— Нас что окружают одни шпионы? — недовольно буркнул я. — А я-то думал, что мы у друзей.

— Друзьями здесь вам можем быть только мы, — услышал Алан мои слова. — Эти места кишат английскими шпионами, шотландскими шпионами, вампирскими шпионами. И все они пристально следят друг за другом думая, как бы ловчее построить карьеру или заработать.

— Небось не просто выжить в таком замесе? — уточнил Брайан.

— Как посмотреть. Я долго служил в Лондоне, прежде чем сэр Абрахам направил меня сюда. Там монстры прячутся, добиваются влияния с помощью взяток и шантажа, а здесь они прут напролом, отрабатывая волю хозяев. Словно в старые добрые средневековые времена. Да и местные власти в целом посговорчивее. Для них вампиры не вероятный союзник, а ежедневный враг.

Ребекка плотнее натянула капюшон и поправила перчатки, избегая солнца. Я уже давно заметил, что ей было достаточно не попадать под его лучи, но при этом она не чувствовала днём усталости или головокружения. Вампирша как-то раз объяснила мне, что не все её сородичи могут похвастаться подобной выносливостью. Клан Тёмных библиотекарей всё-таки считался одним из самых чистых и потому устойчивых к различным слабостям, терзавшим других. К примеру, мелкие кланы, больше похожие на обычные банды включали не мало мутантов и тех, кто днём вообще впадал в спячку. Судя по тому, как Алан и его товарищи посматривали в сторону Ребекки они уже поняли, кто она на самом деле, но я был уверен, что Абрахам выдал своим подчинённым инструкции на этот счёт.

— Насколько всё плохо? — Джошуа выдернул меня из размышлений очередным вопросом. — Как подобное могло пройти без вашего внимания?

— Сэр, поверьте я удивлён не мало вашего, — заверил его рыцарь. — В этих краях хватает своих странностей, но, чтобы такое… Надеюсь Мортимер сможет всё объяснить.

— Я тоже. Если то, что мы подозреваем не только подтвердится, но и станет достоянием общественности, то это будет скандал подобных которому свет не видывал. Кто знает, может после такого Франция даже прекратит поддержку Шотландии?

— Проанглийские круги в Новом Париже точно этим воспользуются так что не знаю, сэр. Подобной авантюре у нас просто нет объяснений.

— На самом деле чего-то подобного стоило ожидать, — заметил Джошуа. — С тех пор как доктор Саммервайт перебрался в эти края.

Знакомое имя да к тому же ещё и такое заставило меня дёрнуться, однако спросить я ничего не успел. Потому что моё внимание, как и у всех остальных привлекла к себе деревня, к которой мы выехали. Она горела.

— Скорее! — воскликнул я. — Мы должны помочь!

— Стойте! — неожиданно успокоил меня Алан. — Там уже всё закончилось, местные тушат и разбирают последствия.

Горели несколько крайних домов, однако возле них действительно собралось больше десятка человек, которые уже тушили пожар. Алан и Джошуа не спеша повели нас к деревне, и мы смогли вблизи рассмотреть выломанные окна и двери, перевёрнутые телеги и врезавшийся в стену трактор. То и дело взгляду попадались разорванные лошади или коровы, но куда страшнее были люди. Погибшие жители деревни похоже прошли не через бой, а какую-то мясорубку. Жуткие раны, оторванные конечности, разбросанные внутренности… На лицах уцелевших читались страх и отчаяние, которые не могло успокоить даже присутствие военных с винтовками и дробовиками.

— Что здесь произошло? — спросил я с удивлением глядя по сторонам.

— Нападение вампиров, — тут же ответил Алан. — Уже третье в этом месяце. К счастью, армия успела быстро среагировать.

В то время как медики и гражданские помогали раненным и укладывали погибших, несколько солдат в форме сваливали в кучу безобразные тела. Эти были куда меньше похожи на нормальных людей — крючковатые, сгорбленные и болезненно бледные. У них были здоровенные уши и уродливые рты с выпирающими клыками, а когда на их гору упали солнечные лучи они начали дымиться. Но моё внимание привлекло вовсе не это, а жуткого вида знаки, буквально выжженные на телах этих чудовищ. Неужели местные могли сделать с ними нечто подобное?

— Клан Ядовитой кости, — со знанием дела заключила Ребекка. — Узнаю эти символы — безумцы сами выжигают их с помощью химикатов. Сначала это было частью их обряда посвящения, а потом кажется они уже и забыли зачем вообще это делают.

— Мерзкие твари, — Брайан с отвращением сплюнул. — А я-то всё думал куда же Ядовитая кость свалила из Лондона!

— Психованные мутанты, давно запачкавшие свою кровь, — поддержала его девушка. — Самое главное, что эти отморозки служат клану Чёрного кальмара, а значит это нападение совершено при его согласии.

— Нападение дерзкое и кровавое, но лишённое какой-либо стратегической ценности, — заметил Алан. — Как и все остальные — это теракт, направленный против гражданского населения, чтобы напугать его.

— Но настолько близко к Эдинбургу? — Джошуа покачал головой. — Не знал, что эти твари так обнаглели. Они так верят в скорое вторжение или просто от природы тупы?

Окружающие смотрели на нас без особого интереса, полностью поглощённые собственными проблемами. Даже военные были слишком заняты делом и не стали нас останавливать. На всякий случай Ребекка ещё больше натянула капюшон.

— Знаете, возможно, официально между Англией и Шотландией держится мир, — всё также оглядываясь по сторонам произнёс Алан. — Но на деле чудовища уже давно пробуют шотландцев на прочность при попустительстве британской короны. А ведь на границе бывают случаи, что вампиры приходят прямо из английских крепостей и возвращаются туда после своих рейдов! Но шавки Кроммеля только всё отрицают.

— А что оборотни? — спросил Брайан. — Они же называют себя друзьями самой королевы!

— Помогают с обороной. Без них нападения были бы ещё чаще. Но понимаете, все эти вампиры, монстры и продажные политики они вовсе не ждут, что вторжение вот-вот начнётся. Для них оно уже началось, война уже началась, и местные жители вынуждены сражаться с этой напастью.

— Всё куда хуже, чем я думал, — мрачно заключил Джошуа, глядя на жертвы и разрушения.

— По возможности мы стараемся помогать местным, — добавил Алан. — И регулярно докладываем о ситуации сэру Абрахаму.

Когда мы проехали деревню и снова оказались на дороге Ребекка вдруг поравнялась со мной и наклонилась.

— Вот видишь? — осторожно спросила она. — Теперь понимаешь, насколько всё серьёзно?

— Честно говоря я ничего не понимаю, — признался я, оглядываясь на оставшуюся позади деревню. — Рейды, нападение, самая настоящая война. Зачем вообще всё это нужно?

— Англия хочет вернуть себе Шотландию и многие влиятельные силы вокруг короля готовы развязать ради этого войну. Что тебя удивляет? — Ребекка взглянула на меня с непониманием. — Ещё до восстания якобитов вампиры, а также прислуживающая им нечисть помогали Лондону поддерживать в этих краях порядок поэтому нас здесь крепко не любят. Поэтому, когда несколько крупных банд оборотней поддержали восстание вампирские кланы восприняли это как вызов своему влиянию. И направили свои силы вместе с английскими войсками для подавления мятежа.

— И не справились? — уточнил я, помня о том, что в моей реальности всё сложилось иначе.

— Потерпели сокрушительное поражение. Битва при Каллодене изменила этот остров и дело не только в том, что британская корона потеряла Шотландию. Многие влиятельные семьи потеряли своих родственников среди офицеров и теперь они хотят отомстить. И под влиятельными семьями я имею в виду не только людей. Кровавая страсть, Чёрный кальмар, Ядовитая кость. Вампиры и ведьмы тоже потеряли близких в той войне, и ты не поверишь они тоже жаждут мести. Любой ценой.

— Мести? За войну, которая была лет сто пятьдесят назад? Серьёзно?

— Не стоит приуменьшать тягу людей к реваншу, — мрачно заметила Ребекка. — И не забывай, что мы живём немного дольше вас, а потому и обид помним больше. А мало что в этом мире может сравниться с ненавистью вампира и тем более строго вампира.

— Погибать-то всё равно будут не эти влиятельные фигуры, а простые люди и пусть даже вампиры, — с отвращением заметил я. — И всё из-за личных интересов тех, кто на поле боя даже не появится.

— А что, там откуда ты прибыл всё как-то по-другому?

Ответить мне было нечего поэтому я промолчал. Понимание того, что и там, и здесь всё было одинаково уже давно начало меня угнетать.

— Вот этого Альфред и боится, — сказала Ребекка. — Что вторжение в Шотландию произойдёт в любом случае и либо его организуют британские власти в союзе с вампирами, либо вампиры устроят всё сами. В любом случае можно сказать, что война почти неизбежна.

— А Альфред-то чего опасается?

— Того, что после этой войны кланы усилятся и начнут передел Лондона, во время которого окончательно прижмут таких как Тёмные библиотекари. Или ослабеют и тогда всё равно начнут передел и зацепят наш клан.

— Что-то при любом раскладе какой-то мрак получается.

С учётом всего того, что случилось за последнее время мрака действительно получалось много. Оставалось только надеяться на то, что замок, который уже появился впереди сможет пролить хоть немного света. И наконец-то всё объяснить.

* * *

Замок Крейгкрук оказался старинным шотландским замком и узнав его название я был почти уверен в том, что слышал его и в своём мире. Внутри нас уже ждали. Замок был полон военных, смотревших на нас с подозрением и агентов шотландской безопасности. Последние ничем себя не выдавали, но было очевидно, что они здесь. Иначе почему по словам Джошуа это место считается одной из главных баз Комитета Королевской Безопасности?

— Добро пожаловать в Крейгкрук, — произнёс высокий офицер, встретивший нас во дворе замка. — Лорд Мортимер уже ожидает вас.

— Отлично, — улыбнулся Джошуа. — Тогда ведите.

Большой зал, в который нас проводили походил на самый настоящий средневековый зал. Огромная деревянная люстра со свечами, несколько каминов, а также головы животных и щиты с оружием на стенах. Длинный дубовый стол протянулся через всё помещение и именно за ним нас ожидали трое мужчин. Крепкий и седой в военном мундире, высокий и худощавый в гражданской одежде и низкий сутулый врач, которого я принял за врача из-за его больничного халата. Что же эта троица могла нам рассказать?

— Лорд Дуглас Мортимер, — встал седой мужчина в мундире. — Заместитель шефа Шотландского Комитета Королевской Безопасности. Рад видеть вас в наших краях. Надеюсь, дорога была не слишком утомительной?

— Если честно, просто отвратительная, — выразил наше общее мнение Джошуа, присаживаясь в кресло. — Море штормило, корабль качало поэтому мы просто счастливы оказаться на твёрдой земле. И благодарны за встречу.

— Тогда, предлагаю без лишних предисловий перейти к нашим делам, — сказал лорд Мортимер, вернувшись за стол. — Все мы люди занятые и времени по долгу службы у нас не много поэтому не будем его терять. Многоуважаемый нами сэр Абрахам согласовал всё необходимое с моим руководством, и я готов поделиться интересующей вас информацией.

— Премного благодарен, но прежде, чем мы начнём только один вопрос, — улыбнулся Джошуа. — Как вы вообще допустили такое?

— Простите, — от вежливости Мортимера не осталось и следа. — Такое?

— Вы хоть понимаете, что вы выпустили? Насколько беспрецедентная эта ситуация, учитывая фигуру, о которой мы говорим? Вы же потеряли контроль.

— Знаете, иногда агенты срываются с поводка. Уверен вам в вашей деятельности такое знакомо.

— Знакомо, — подтвердил Джошуа. — Почему вы не убрали его?

— А должны были?

— А есть сомнения?

— В целом деятельность Ирвина была признана соответствующей заданному курсу поэтому и необходимости в радикальных мерах не было, — высказался худощавый мужчина, настороженно глядя на Мортимера. — Но мы пристально следим за ситуацией.

— Так значит он Ирвин, — кивнул Джошуа. — В прошлый раз вы этого не упоминали, господин Лесли.

— В прошлый раз я не имел полномочий об этом говорить. Но теперь ситуация изменилась, — мужчина посмотрел на нас. — Позвольте представиться — Лесли Росс. У меня нет официальной должности, но фактически я руковожу нашей агентурной сетью в Лондоне и его окрестностях.

— Так это ты! — выдохнул я, до сих пор не веря, что полученная от Генри информация себя оправдала. — Значит ты работал с Потрошителем? Ты типо его начальник?

— Мы знакомы? — Лесли воззрился на меня с удивлением.

— Через третьих лиц. Не слышу ответа.

— Мне вот тоже интересно, — поддержал меня Брайан, лицо которого не обещало ничего хорошо.

— Господа, а вы не слишком много себе позволяете? — вмешался лорд Мортимер, остановив Лесли Росса. — Не забывайте, что весь этот разговор лишь проявление обычной вежливости с нашей стороны.

— Ни хрена подобного! — неожиданно резко заявил Джошуа. — Обычной вежливости в наших с вами делах не бывает. Только общая заинтересованность и не нужно притворяться, что её здесь нет.

— Вы очень далеко от дома, — уже откровенно мрачно начал Мортимер. — И вы здесь в гостях. Может не стоит грубить людям, от которых зависит выйдете ли вы из этого замка? Кто знает, может вы британские агенты?

— Да это же бред! — не выдержал я.

— Что не имеет никакого значения, — с жуткой из-за шрамов усмешкой прокомментировал мои слова Джошуа. — Но вот, что я думаю. Вы пытались убрать Потрошителя, ну или Ирвина, как вы его тут называете. Но он убил группу, которая как я понимаю курировала его на земле. И также убил группу, отправленную его ликвидировать. Она была только одна? Нет? Мы здесь для того, чтобы убрать за вами дерьмо, с которым вы самостоятельно не смогли разобраться. Можете сколько угодно отпираться, но вам нужна наша помощь.

Мортимер сидел с мрачным видом, но его молчание было лучшим подтверждением. Лесли Росс выжидающе смотрел на своего начальника.

— Курс курсом, а ведущая к нам цепочка неконтролируемых убийств нам не нужна, — тяжело вздохнул мужчина. — Мы можем быть друг другу полезны.

— Искренне рад это слышать, — снова улыбнулся Джошуа. — Полагаю у вас нет ресурсов чтобы самостоятельно избавиться от этой проблемы, раз вы согласились на наше участие?

— Мы не готовы рисковать оставшимися агентами, хотя я не хотел бы сильно останавливаться на этой теме, — лорд Мортимер расстегнул воротник и указал на сутулого врача в больничном халате. — Отвечая на ваш вопрос как мы это допустили я думаю будет лучше, сначала объяснить вам кем в итоге стал Ирвин. Вы ведь ради этого здесь? И никто не сможет сделать это лучше мистера Вильяма.

— Да меня попросили объяснить вам кое-какие детали, — врач, который мог быть и каким-то учёным дёрнулся, когда его упомянули. — Прежде всего я хочу обозначить, что наша работа имеет огромное научное значение. Можно сказать, что мы фактически открываем новую науку и поэтому наши труды не подлежат осуждению, даже если вам и кажется, что мы нарушили некие общепринятые нормы морали.

— Мы здесь не для того, чтобы осуждать, — заметил Джошуа. — А для того, чтобы разобраться, как плод ваших экспериментов убил уже под сотню жертв.

— Плод экспериментов — звучит как-то грубо. Мы здесь предпочитаем — результат добровольных исследований. Хочу обратить ваше внимание, что все участники нашей работы — исключительно добровольцы.

— Так были ещё? — поразился Брайан.

— Наша работа началась с того момента как уважаемый доктор Саммервайт покинул Англию и стал искать убежища у шотландской короны, — продолжал мистер Вильям, после того как ему кивнул Мортимер. — Собственно он главный идеолог и двигатель всей нашей работы. Без него все наши труды так и остались бы безрезультатными попытками.

— Может не стоит слишком много говорить о докторе? — осторожно поинтересовался Лесли Росс. — Господа могут о нём не знать…

— Мы хорошо информированы о докторе Саммервайте, — сообщил Джошуа. — Когда-то давно он работал на Артурианскую Службу и изучал заражение крови при вампиризме. Пытался понять течение этой болезни и возможность обратить её вспять. Потом он предал нас и поступил на службу к британской короне. Но вам же это всё известно?

— Разумеется, — подтвердил Мортимер.

— Доктор Саммервайт занимался самыми разными исследованиями, посвященными происхождению чудовищ, и пытался понять изменяющие их процессы, — продолжил Вильям. — Но больше всего его увлекала одна особенная идея…

— Создание искусственной Петли, — закончил за него Джошуа. — Мы знаем об этом. Наше руководство запретило ему проводить какие-либо эксперименты в этой области.

— Поэтому он и сбежал к англичанам, им ведь эти исследования были крайне интересны, — Вильям кивнул. — Он рассказывал мне об этом, когда мы работали вместе. Потом доктор Саммервайт узнал о тех зверствах, которые британские власти творили в оккупированной Ирландии и тогда он решил бежать на север и помочь Шотландии в её непростой борьбе. К тому моменту у него уже имелись серьёзные наработки заслуживающие внимания.

— В области искусственной Петли? — Брайан покачал головой. — Полный бред. Это же просто невозможно!

— Зря вы так категорично! У доктора имелась рабочая теория, заключающаяся в переливании крови для создания Петли у людей, изначально не имевших такой способности. И поскольку Саммервайт сам был обладателем Петли, то необходимую кровь он брал у себя.

— Подождите, — меня сразу удивила одна деталь. — То есть он владел Петлёй и не использовал её в бою? Только опыты ставил?

— Теперь понимаешь почему он нам так нравился? — усмехнулся Брайан.

— Под протекцией шотландской короны доктор Саммервайт продолжил свои исследования, используя в том числе собственную кровь и помощь добровольцев, патриотов шотландской независимости согласившихся стать первыми подопытными.

— И о каком количестве идёт речь? — уточнил Джошуа.

- Их было больше двадцати, из которых только с одним доктор Саммервайт добился успеха. Этим подопытным оказался Ирвин.

Потрошитель — тут же понял я. Так значит он получил свои силы в результате какого-то эксперимента этого Саммервайта? Того самого, о котором говорил Льюис? К чему же маньяк тогда вспоминал Гроссмейстера?

— Нужно сразу сказать, что в результате стараний доктора Саммервайта Ирвин получил лишь ограниченную версию Петли, которая отменяет ранение, но не восстанавливает его, — снова продолжил Вильям и увидев, как поморщились мои товарищи пояснил. — На примере это значит, что, если ему отрубить руку, то ранение исчезнет и не будет иметь последствий в виде кровопотери или болевого шока, но сама рука не вернётся. В отличие от особо сильных рыцарей вашей Артурианской Службы, у которых, как я слышал, рука восстановится и будет полноценно функционировать.

— Это возможно, — кивнул Джошуа.

— Вот и я об этом! Таким образом, с Ирвином доктор Саммервайт добился значительного прогресса, который тем не менее не давал нам желаемого результата. В конце концов нам нужна была полноценная Петля, защищающая своего владельца от любых повреждений…

— В результате какое-то время Ирвина лишь ограниченно использовали в некоторых операциях, в которых он не смог добиться серьёзных успехов, — прокомментировал Мортимер, внимательно наблюдая за нашей реакцией. — До тех пор, пока Саммервайт и мистер Вильям не придумали кое-что не менее необычное, чем эта история с переливанием крови.

— Мы применили к Ирвину разработки самого доктора Франкенштейна. Те самые, которые Саммервайт выкрал из Британской академии. И вот здесь результат впечатлил всех! Полупетля давала Ирвину исключительную живучесть, хоть и уродуя его внешне, а потерянные конечности и части тела мы восстанавливали ему по методике Франкенштейна. Да-да это правда. Мы «оживляли» их с помощью тока, к которому Ирвин был невосприимчив благодаря Полупетле. Сами по себе разработки Франкенштейна заводили нас в тупик, поскольку не могли подарить жизнь в полном смысле этого слова. Но ситуация с Ирвином подарила нам действительно уникальный случай!

— После этого он превратился в эффективного и опаснейшего бойца, раз за разом выходящего победителем из сложнейших схваток, — снова включился в разговор лорд Мортимер. — Наше руководство окончательно признало потенциал Ирвина, когда он в одиночку уничтожил целую ячейку вампиров, созданную в Шотландии фельдмаршалом Джефри Кроммелем для атаки на семью Стюартов и своевременно раскрытую мною.

— Вы, конечно, простите, — начал я, оглядев всех присутствующих. — Но я вот не понял. А эти разработки Франкенштейна они вообще, что дают? Чем они помогают Потрошителю?

— Профессор Франкенштейн пытался подарить жизнь с помощью силы электричества, которую он стремился получить из удара молнии, — вздохнув пояснил Вильям. — Это если очень коротко.

— Да знаю я всё это! Читал книгу!

— Какую книгу? — многозначительно посмотрел на меня Брайан. — Учебник истории?

Выражение его лица напомнило мне о том, что в этом мире Франкенштейн не выдумка Мэри Шелли, а на удивление реальная фигура.

— Исследования профессора позволяют реанимировать простейшие моторные функции, но не способны вдохнуть настоящую жизнь в сердце или заставить мыслить мозг, — продолжил Вильям, после того как Мортимер кивнул. — Но в случае с Ирвином этого и не требуется. Хм, попробую объяснить максимально упрощённо. Когда в бою Ирвин теряет, например, руку, то у него не вырастает новая. Печальное несовершенство его Петли. Нам приходится пришивать ему новую, если так можно выразиться. Потом мы пропускаем ток, при определённом напряжении он позволяет реанимировать конечность, и Ирвин получает возможность ей пользоваться.

— Так вот зачем он кладбища рыл! — заметил Брайан. — И для этого части тел собирал.

— И мы уже знаем кто ему потом помогал их пришивать, — сказал Джошуа, явно намекая на Кенни, после чего спросил у Вильяма. — А боль? Или вам всё равно?

— Ирвин не чувствует боли и именно поэтому подобная операция стала возможной. Понимаете это скорее удачно собранные воедино случайности, чем конечная цель. Мы продолжаем наши исследования, но пока так и не достигли ожидаемых результатов…

— Тем не менее Ирвин добился нашего доверия и зарекомендовал себя как один из наших самых исполнительных агентов, — Мортимер определённо прервал начавшего излишне откровенничать Вильяма. — Он, конечно, мастер грубой работы, но иногда бывают ситуации, когда необходимо помахать топором. Уверен, вы понимаете.

— Более чем, — мрачно сказал Джошуа. — Один из ваших самых исполнительных агентов залил пол Лондона кровью. И, по-моему, самое время, наконец-то, объяснить зачем он это сделал.

— Вы же знаете как сильно нам угрожают лондонские шишки, — Мортимер смотрел на него не моргая. — Они планируют против нас большую войну, ведут переговоры и заключают сделки, делят наши земли и жизни между собой. И вы также знаете с кем именно эти жалкие прихлебатели пытаются договориться. Вампиры, ведьмы, самая последняя нежить. И что, по-вашему, мы должны просто смотреть? И ждать, когда вся эта мерзкая свора придёт к нам с оружием?

— Какая миссия была у Потрошителя в Лондоне?

— Он должен был посеять хаос. Выдавая себя за маньяка, Ирвин должен был через убийства ключевых лиц разрушить строящийся союз между королевской властью и фельдмаршалом с вампирами и другими чудовищами, а прежде всего с кланами Чёрного кальмара и Кровавой страсти, — всё также не моргнув глазом заявил Мортимер. — Прибыв в Лондон, Ирвин первое время исправно выполнял свою задачу и вскоре заработал себе репутацию известного вам ужасающего Потрошителя. Его деятельность подрывала как младшие вампирские кланы, так и старшие, благодаря чему их положение пошатнулось. Они стали слабее, уязвимее. На самом деле, от этого выигрывали все. И мы, и вы.

— Сомнительное заключение. Значит Потрошитель вот так просто убивал всех, до кого мог дотянуться? — уточнил Джошуа. — Играл в серийного убийцу? И это помогало вашему делу?

— Он убивал даже вампирских капитанов и много других важных лиц. Сорвал несколько переговоров. Ирвин сам добывал информацию. Согласно полученным докладам чудовища сначала пытались использовать его в своей внутренней борьбе, но потом осознали, что в Лондоне он был охотником, а они добычей.

— Они и куча других людей, попавших под его крайне успешную деятельность. Не возражайте, речь не о продажных английских чиновниках. Речь о простых горожанах, полицейских и в конце концов наших товарищах.

— Мы сожалеем о ваших потерях, — заявил Лесли Росс. — Но ведь это вы напали на Ирвина, верно? В каком-то смысле можно сказать, что он лишь защищался.

— Откуда вы знаете о том, как он работал? — спросил Джошуа, проигнорировав его слова.

— Вам же это уже известно, — поморщился Мортимер. — К чему скрывать очевидное? Да в Лондоне за ним приглядывала группа наших агентов. Они помогали ему с убежищем, сокрытием следов и с восстановлением ран, если это можно так назвать. Был у нас один агент — недоучившийся врач Кенни Твильвисон, бывший ассистент доктора Саммервайта и большой поклонник Франкенштейна. Он давно не выходил на связь, и мы сочли его мёртвым.

— Жив ваш Кенни, если это ваш утешит. Выражаясь вашим языком, он тоже сорвался с поводка.

— Кенни всегда был плохо управляем, — вздохнул Лесли. — Он хорошо делал своё дело, но слишком сильно мнил себя не таким как все.

— Он утверждал, что всем нам не хватало широты мышления, — с грустью добавил Вильям.

— Мне наплевать почему этот врач-недоучка вдруг перестал вас слушаться, — отрезал Джошуа. — Я хочу понять, почему это сделал Ирвин.

— Возможно постоянное применение Полупетли расшатывало нервы Ирвина, — предположил Мортимер. — Исходя из докладов мы заметили, что он становился всё более и более раздражительным, к тому же у него начали появляться галлюцинации. Мы думали о том, чтобы отозвать его, но, к сожалению, оказалось, что мы уже потеряли над ним контроль.

— И когда вы поняли, что больше не управляете им?

— Когда он уничтожил следившую за ним группу, скрывавшуюся на улице Холборн. Тогда он оборвал с нами все связи и больше от нас команд не получал. С тех пор Ирвин действовал сам по себе. Не буду отрицать, мы отправили группу для его устранения, поскольку должны были поквитаться за наших агентов. Но он снова перебил всех. С того момента, Ирвин ушёл от нас в тень, и мы не имеет отношения к его дальнейшим решениям.

— А кто имеет? — в этот момент Джошуа задал один из самых важных вопросов. — Какую цель теперь преследует Потрошитель? Если не вы, то кто отдаёт ему команды?

— Мы этого не знаем, — покачал головой Мортимер. — Скорее всего он просто съехал с катушек. И наконец стал тем серийным убийцей, которого так долго из себя изображал.

— Так не бывает. В подобное я просто не поверю. Он исполняет чьи-то приказы и либо они исходят от вас, либо от кого-то другого.

— Ну тогда мы не знаем кто это. Такой информацией ни я, ни кто-либо другой в нашем ведомстве не располагает.

— И мы будем крайне признательны вам если поделитесь с нами, в случае если узнаете обо всём, — заметил Лесли. — В качестве ответной вежливости.

На короткое время в зале повисла тишина и все присутствующие обменивались тяжёлыми взглядами. Я же мог только удивляться тому, во что всё это вылилось, хотя в начале даже предположить не мог ничего подобного. Шпионские игры? Тайные агенты? Неужели всё это было всерьёз? И самое главное столько крови, столько жертв и всё ради чего? Ради политических игр? Целей, чьих-то амбиций? Чтобы предотвратить большую войну? Или только для того, чтобы одно государство на этом острове могло почувствовать себя сильнее другого?

— Хочу заметить, что всё это совершенно секретная миссия, направленная на обеспечение безопасности нашего королевства, — подвёл итог лорд Мортимер. — И я хотел бы, чтобы все придерживались именно такой версии. Меньше всего нам нужны международные скандалы и обвинения в убийствах, в особенности тех, которые Ирвин совершил без нашего ведома. Поэтому Шотландский Комитет Королевской Безопасности не несёт ответственности за действия Потрошителя и не возражает против его ликвидации Артурианской Службой.

— Ещё бы возражали! — воскликнул я. — Мы же убираем за вас вашего безумного пса! Решаем вашу проблему! Спасаем вас в конце концов!

— Не нужно сгущать краски, — снова поморщился Мортимер. — И излишне драматизировать. Мы не делали ничего необычного для нашей работы.

— Возможно вы правы, — покачал головой Джошуа. — Но это не отменяет главного. Вы создали монстра, наверное, куда более опасного, чем все чудовища, с которыми когда-либо бились мы или вы. Хотите спорьте, хотите нет, но вся кровь, которую пролило это чудовище на ваших руках. И я надеюсь, что однажды вы ответите за свои поступки. А теперь, раз уж мы решаем большую проблему, которая волей обстоятельств стала нашей общей, самый главный вопрос. Как именно это можно сделать?

— Сердце, — ответил Вильям, снова дождавшись одобрения от Мортимера. — Вам нужно уничтожить его сердце, а точнее сначала вырвать его и затем полностью уничтожить. В буквальном смысле. Только это остановит его Полупетлю, правда это всего лишь теория доктора Саммервайта. И я не уверен в том, что это может сработать.

Глава 34

Глава 34.

Мне трудно было поверить в то, что я услышал. Всё это казалось каким-то бредом, безумной выдумкой или вообще дезинформацией. Брайан, к примеру признался, что ставит на последнее! Полупетля, технологии профессора Франкенштейна и неожиданная задача вырвать сердце врага ради победы. В буквальном смысле! Это вообще, как понимать? И самое главное, как сделать? Хотя с другой стороны…

— Надо вырвать, значит вырвем! — заявил я, окинув своих товарищей решительным взглядом. — Пора поставить в истории этой твари точку.

Несмотря на очевидное сомнение на лицах Брайана и Ребекки оба кивнули. Джошуа посмотрел на меня с одобрением.

— Единственно верный настрой, — поддержал он. — Мы получили то зачем пришли, теперь пора вернуться и всё закончить. За Олафа, Чарли и Белинду. И за всех остальных.

— За всех, — повторил я.

— Так понимаю господа, что надолго вы здесь не задержитесь? — уточнил Алан уже забираясь на лошадь.

— Ни в коем случае, — подтвердил Джошуа. — Чем скорее мы вернёмся в Лондон, тем быстрее сделаем то, что должны.

— В таком случае я мои люди будем счастливы проводить вас обратно до порта. И тем самым выполнить свою миссию.

Не теряя времени, мы все забрались на лошадей и направились к выходу из замка, ворота которого медленно и со скрипом открылись. Обернувшись в седле, я увидел лорда Мортимера стоявшего на крыльце и сверлящего нас мрачным взглядом. Заместитель шефа Шотландского Комитета Королевской Безопасности явно оценивал справимся ли мы с поставленной задачей, сделал ли он правильную ставку и что именно он скоро будет читать в специально доставляемых ему лондонских газетах. Интересно, а он боится, что однажды Потрошитель вернётся и убьёт его? Как уже убил тех шотландских агентов с улицы Холборн.

— Боишься, — выдержав взгляд Мортимера решил я. — Ты его боишься, вот поэтому нам и помогаешь.

— Что? — спросила Ребекка, ехавшая рядом.

— Ничего, — я помотал головой и пришпорил лошадь.

Покинув замок под провожающими взглядами прислуги и солдат мы направились в обратную дорогу и вскоре добрались до уже знакомой порушенной деревни. Военные здесь закончили и уже эвакуировали всех уцелевших жителей, а тела вампиров сложили в кучу и подожгли. Это было верным решением поскольку небо стремительно затягивали тучи и вокруг было уже также темно как поздним вечером. Поднялся сильный ветер, растрепавший плащи и понёсший прочь упавшие листья. Прикрывая рукой лицо, я всё думал про Потрошителя, про его сердце, которое нужно вырвать и про то, зачем всё это? Почему он вдруг поднял оружие на своих же товарищей, ведь он столько всего пережил ради них, ради этого Комитета, ради Шотландии в конце концов! Он же был идейный! Что или кто мог убедить его начать собственную игру, в которой на первый взгляд не было никакого смысла? Или же его действительно нет и Потрошитель всего лишь безумный маньяк, убивающий ради развлечения?

От этих мыслей меня отвлёк очередной порыв необычайно сильного ветра. Это уже казалось странным — с чего вдруг погода настолько испортилась? Небо буквально заволокли чёрные тучи и мне вдруг показалось что в завываниях стихии я услышал голоса. Голоса, которые никак не могли принадлежать людям.

— Мы должны вернуться! — закричала Ребекка, натягивая поводья своей лошади. — Нужно вернуться обратно в замок!

— Что? — Джошуа обернулся в её сторону. — Ты с чего это взяла?

— Говорю вам — здесь нельзя оставаться! Нам нужно укрытие!

— Ты ветра что ли испугалась? — раздражённо бросил Брайан. — И не такое преодолевали!

— Дело не в ветре! А в тех, кто его вызвал!

Сначала я не понял о чём она, но когда товарищи схватились за оружие то инстинктивно последовал их примеру. Дурное предчувствие слишком поздно предупредило меня об опасности, когда первые силуэты уже показались за ближайшими домами.

— Отходим к замку! — закричал Алан и первым выстрелил. — Скорее!

Однако нас уже окружили. Со всех сторон в бой бросились здоровенные монстры, действовавшие в полной тишине, если только не считать рычания. Твари были похожи на вампиров, только выглядели мускулистыми, словно атлеты и носили какие-то куски железа, напоминавшие дрянные доспехи. Кругом трещали револьверы и винтовки, однако пули не останавливали этих монстров и вскоре единственным верным выходом стало отступление.

— Все отходим! — скомандовал Джошуа. — К замку!

Разрядив один револьвер, он тут же выхватил второй. Свой же я весь истратил на ближайшего монстра, однако тот продолжал нестись ко мне во весь опор, размахивая руками будто безумный. Мы все развернули лошадей и поскакали обратно, продолжая отстреливаться. Несколько монстров перегородили нам дорогу, но Брайан метнул в них гранату, взрыв которой разогнал их в стороны.

— Кто это такие? — крикнул я, доставая второй пистолет.

— Скачи! — вместо ответа крикнула мне Ребекка. — Скачи скорее! Нельзя, чтобы они схватили тебя!

Ехавший впереди всех Алан на скаку приделал штык к своей винтовке и перехватил её словно копьё. Будто герой из рыцарского романа он протаранил им метнувшегося на перерез монстра и сбил его с ног, тем самым освободив нам дорогу. Мы все бросились следом за ним в эту брешь в стремительно сужающемся кольце. Ещё пара гранат не позволила тварям помешать нам и вот уже злобное рычание доносилось только сзади. Впереди был небольшой мост через реку. Тогда я думал, что мы прорвёмся, что успеем уйти.

И в этот момент откуда-то сбоку появился очередной монстр, врезавшийся в мою лошадь. Сила этой твари была так высока, что она буквально снесла её вместе со мной с моста. Я только услышал, как вскрикнула Ребекка, а затем рухнул в реку на мгновение погрузившись с головой. Вода показалась мне ледяной, а течение быстро подхватило и понесло нас прочь. Освободившись от стремян, я вынырнул, жадно хватая ртом воздух и в тот же миг заметил рядом бешено размахивающую лапами тварь. Теперь она не только рычала, а подвывала, пытаясь дотянуться до меня своими когтями. Для такой небольшой реки течение оказалось на удивление сильным и какое-то время я ничего не мог сделать, лишь пытался удержаться на плаву. Меня спасло то, что между нами оказалась лошадь, в панике ржавшая и бьющая копытами. Вцепившись в неё когтями, монстр разорвал ей горло и продолжал наносить удар за ударом, словно какой-то психопат. Вода вокруг окрасилась в алый цвет, а я начал хвататься за каждую ветку, склонявшуюся над рекой, в попытке вырваться из потока.

В конце концов мне это удалось. Одна из веток сильно наклонила к воде дерево, когда я зацепился за неё, но зато я смог остановиться. Зубы дрожали, ног я вообще не чувствовал, а ветка могла в любой момент сломаться, но ценой невероятных усилий я всё-таки выбрался на берег. Стоило мне снова оказался на твёрдой земле как я тут же рухнул на колени и принялся откашливаться. Вся одежда промокла насквозь, но очевидно, что это было меньшей из моих проблем — ниже по течению злобная тварь тоже выбиралась на берег точно таким же способом. Как будто то, что я сделал это раньше придавало ей сил. С трудом я уже встал на ноги и приготовился к новому раунду, когда вдруг раздался выстрел, переломивший ветку, ставшую для вампира спасением. Подвывая, монстр рухнул обратно воду и течение унесло его дальше, а я ничего не понимая обернулся на звук выстрела.

И стал понимать ещё меньше.

— А ты что здесь делаешь? — воскликнул я.

Не знаю кто мог бы удивить меня своим появлением здесь больше, чем тот, кто сейчас стоял передо мной с ружьём в руках. Наверное, даже если бы я вдруг встретил кого-то из своего родного мира, из того самого который теперь казался сном я бы всё равно удивился меньше.

— Как-то не похоже, что ты рад меня видеть, — мрачно заметил Мэтью.

Студент стоял на возвышении в дорожном плаще и шляпе и был совершенно на себя не похож. Вообще мне действительно стоило бы обрадоваться от такой встречи, если бы только не одно странное обстоятельство — ружьё теперь было направлено на меня.

— Ты как здесь оказался? — встав к нему боком спросил я.

— Последовал за тобой и остальными сразу как вы покинули Лондон. Пришлось поторопиться, но я всё-таки не отстал, — на лице парня появилась издевательская усмешка. — Тебя сейчас только это интересует?

— Не только. Может опустишь ружьё?

— Не хочется.

— Мэтью, какого хрена? Что происходит?

Поначалу этот парень казался мне лишь назойливым романтиком, всячески окучивающим Патрицию, но потом я посмотрел на него с уважением, когда он помог нам попасть в Клуб Метких Стрелков. Возможно, я даже мог бы назвать его товарищем, хотя он ожидаемо остался на стороне Мадлен после моего разрыва с семейством Блэков. Может злобная бабка послала его разобраться со мной?

Дурное предчувствие било тревогу и стоя боком к студенту я уже тянулся рукой к кобуре пистолета, висевшей у меня на бедре.

— Ты ведь не ждал что мы окажемся в подобной ситуации? — усмехнулся Мэтью, продолжая в меня целиться.

— Не буду кривить душой, ты меня удивил, — мои пальцы расстегнули кобуру. — Только зачем всё это? Не хочешь объясниться?

— Знаешь, поначалу не хотел. Я думал убить тебя так, чтобы ты даже не понял откуда к тебе пришёл рок. Планировал отравить тебя, чтобы перед смертью ты гадал за что. Но потом передумал. Всё-таки хочу посмотреть тебе в глаза перед тем, как всё закончится.

— Что закончится? Мэтью, если ты надеешься так произвести впечатление на Патрицию или Мадлен у тебя вряд ли что-то выйдет. Уж поверь мне.

— В этом-то и заключается разница между нами, — усмешка на лице студента сменилась удивительно злобной гримасой. — Это ты жалкий самозванец вынужден производить впечатление, заискивать и просить. А я имею право на всё по праву рождения!

— Что ты несёшь, Мэтью? — моя рука уже медленно вытаскивала из кобуры пистолет. — Лучше опусти свою игрушку, а не то пострадаешь.

— Не называй меня Мэтью! — неожиданно рассвирепел он. — Ты даже имя у меня украл! Моё имя! Называй меня Себастьян!

Слушая новоприобретённые здесь инстинкты, я ловко выхватил пистолет и направил его на парня так что тот даже не успел среагировать. Я думал на всякий случай выстрелить ему в плечо, а затем обезоружить, но то, что я неожиданно услышал вогнало меня в ступор. И заставило сосем по-другому посмотреть на человека передо мной.

— Ч-что ты сейчас сказал?

— Не знал, да? Не догадывался? Разумеется! Зачем? Ты так наслаждался своей новой ролью, что даже не задумывался о том, у кого всё украл!

— Ты кто мать твою такой?

— В каком-то смысле я это ты. Тот, кем ты стал, кем я должен был быть, по справедливости. Но ничего скоро я займу своё место по праву, а о тебе все забудут, — Мэтью улыбнулся и прицелился мне точно в голову.

— Себастьян, — медленно повторил я, не обращая внимания на оружие. — Вот уж удивил. Я думал ты умер! Погиб на мосту во время бандитских разборок. А ты всё это время притворялся студентом и пользовался вымышленным именем.

— А что же мне ещё было делать? Ты же отнял у меня всё! Да из университета меня выгнали поэтому студентом я всегда был только на словах. Однако это не отменяет того, что я всегда был настоящим сыном Льюиса Блэка, его кровью и единственным наследником мужского пола. А это значит, что я мог бы получить всю власть и имущество семейства Блэков, но оказался вынужден остаться в тени, прятать свою истинную личность после того, как неожиданно появился ты! Ты взял моё имя, назвался сыном моего отца и занял моё место, мой особняк, мой кабинет! Всё моё!

— Да не было ничего из этого твоим! — воскликнул я уставший слушать его возмущение. — Ты забыл одну важную деталь, ты бастард и без королевской милости ни на что из всего перечисленного права не имеешь. Так что со мной или без меня ты бы всё равно не получил себе Блэков!

— Заткнись! Думаешь если у тебя есть эта бумажка, то можешь тыкать мне моё происхождение? Я был бастардом с самого рождения и никогда об этом не забывал. В отличие от тебя! — он зло сплюнул. — Тебя откуда вытащили? Из какой-нибудь сраной ямы? А твоя мать даже не сказала тебе хотя бы чей ты бастард?

— Не трогай мою мать, — предупредил я, чувствуя, как начинаю злиться.

— А ты не лезь к моему происхождению! Может у меня нет таких влиятельных друзей как у тебя, но зато у меня есть план и знаешь что? Его до сих пор можно привести в действие! Я по-прежнему могу достичь всего желаемого через брак с Патрицией и заключение определённых договорённостей с графом Чарригтоном. Думаю, он будет рад помочь новому лидеру Блэков в обмен на часть их владений.

— Ты с ума сошёл? — от такого я даже опустил пистолет и посмотрел на этого умалишённого самым соответствующим образом. — Договорённости с Чарригтоном? Брак с Патрицей? Она же твоя сестра, безумный!

— Ну ведь она об этом не узнает? Мы же с тобой ей не скажем, верно? К тому же лондонское общество относится к таким вещам куда спокойнее.

— Спокойнее? Да ты засранец! Только через мой труп!

— Собственно это и есть первая часть моего плана. Всё что я хочу сделать начинается с твоей смерти.

— А потянешь? — сказать, что мне хотелось набить ему морду было ничего не сказать. — Ты же знаешь о том, кто я. Думаешь сможешь меня убить?

Мэтью неожиданно опустил ружьё и усмехнулся. За его спиной появились двое, от одного вида которых у меня всё внутри похолодело. Вы решили собрать здесь всех, кого я не планировал увидеть? Двое вампиров смотрели на меня злобными взглядами, ненависти в которых было даже больше, чем у Мэтью. Ирма и Керим. И как все эти сволочи умудрились договориться друг с другом?

— А я уже почти забыл о вас! — соврал я, прикидывая в кого лучше стрелять первым. — Что здесь забыли?

— Твою голову, — без какой-либо приветливости ответила Ирма. — Этот человек пообещал, что мы можем забрать её после того, как всё закончится.

Ситуация стремительно накалялась. Признаться я планировал устроить Мэтью хорошую взбучку и тем самым привести его в чувство, но теперь становилось очевидно, что одной взбучкой дело не ограничится. Шанс на мирное решение проблемы стремительно исчезал…

— Мэтью или Себастьян, как тебя правильно? — я решил предпринять последнюю попытку. — Ты же понимаешь, чем это всё для тебя закончится? Совершенно не обязательно доводить до этого.

— Ты что? Предлагаешь мне договориться? Заключить мир? — студент рассмеялся, похоже сильно удивившись самим моим предложением. — И что мне делать? Снова играть роль студента и лакея в доме Блэков? Видишь ли, все мои планы связанны с твоей гибелью.

— И наши тоже, — злобно добавил Керим. — Ты убожество и позор нашего клана, но мы с радостью это исправим.

— Как же вас всех много, — раздражённо бросил я, глядя на всех этих отморозков, почему считающих, что моя смерть решить все их проблемы. — Давайте! Подходите! Я вас всех на ноль помножу!

— Видишь, как много желающих тебя убить, — заметил Мэтью снова вскидывая ружьё. — И похоже, что ты сам один из них.

Прежде чем кто-либо из них успел дёрнуться я быстро прицелился из пистолета и нажал на спусковой крючок. К огромному сожалению не произошло ровным счётом ничего, потому что оружие промокло и заклинило. Зато раздался выстрел ружья. Я бросился в сторону, но Мэтью всё равно попал мне в плечо, отчего мир на мгновение померк. Когда я обнаружил себя в паре метров от прежнего места Ирма и Керим уже неслись ко мне с кривыми кинжалами и яростными лицами. Пистолет не стрелял, но выбрасывать я его не собирался и выхватив длинный нож бросился к ним навстречу. Рано или поздно мы должны были столкнуться, но в этот раз я не побегу! Не дождутся!

Вампиры сражались быстро и ловко, и я сразу убедился в том, что если бы не Петля, то наш бой был бы неприятно коротким. Ирма и Керим всё время пытались достать мою шею или голову, даже не пытаясь бить меня в корпус, но и я уже давно знал свои слабости. Полностью используя весь потенциал Петли, я своевременно защищался и атаковал, широко размахивая ножом и нанося удары рукояткой пистолета. В какой-то момент мне удалось разбить ею Ирме нос и взвыв вампирша отпрыгнула в сторону. Но её место тут же занял Мэтью с длинной саблей.

— И это всё что ты можешь? — кричал он. — Всё что ты можешь?

На Кериме уже был не один порез, но это его не останавливало. Он напирал с яростью достойной лучшего применения, да и Мэтью оказался достойным противником. Я и подумать не мог, что этот заискивающий студент мог так мастерски фехтовать. И где же его учили?

С ножом против сабли делать было откровенно нечего, поэтому оба противника теснили меня к реке. Петля позволяла мне появиться то в одном, то в другом месте, но эти двое как будто предугадывали мои появления и резко ограничивали пространство для манёвра. Защищаться становилось всё сложнее к тому же краем глаза я заметил, что Ирма уже перезаряжает ружьё. С окровавленным лицом женщина вскинула оружие и прицелилась мне в голову, пока Керим с Мэтью не позволяли уйти в сторону. Так вот как вы решили от меня избавиться? Всего лишь пулей в башку?!

Раздался выстрел. Но не в меня! Ирма покачнулась и с удивлением на лице рухнула на землю. Керим в ярости взвыл что-то, но я не разобрал. С ближайшего холма вниз метнулась стремительная тень, в которой я не сразу узнал Ребекку. Девушка стреляла из пистолета на ходу, одновременно выхватив второй рукой меч. Керим бросился ей навстречу, а Мэтью продолжал теснить меня к реке, как будто хотел опрокинуть в воду. Необходимость радикального решения стала очевидна, когда его сабля лишила меня нескольких пальцев и пистолета, а Петля переместила так, что я оказался почти по колено в холодной воде.

— Ну что? Даже со своими способностями проигрываешь? — рассмеялся Мэтью, явно довольный собой. — С самого первого дня было видно, что ты не боец. Возможно, ты чего-то и под нахватался за последнее время, но сегодня тебе это не поможет.

— Где научился так биться? — спросил я, глядя на бой между Керимом и Ребеккой.

— Отец помог. Нанял мне мастера по фехтованию, пристроил в университет, даже привёл в тот клуб самовлюблённых остолопов. Пытался тем самым заменить своё отсутствие. Ну и ещё то, что при жизни он меня так и не признал.

— Ты ненавидел его за это? Жалел, что не убил его сам?

— Ненавидел! Хотя до последнего надеялся, что мы всё-таки станем семьёй! — он широко размахнулся саблей, не позволяя мне выйти из воды. — Но ничего, теперь мы сможем стать семьёй с Патрицией. Ведь я действительно её люблю!

За его спиной Ребекка повалила Керима, вогнав меч ему в грудь. При этом из её плеча торчал его кинжал, а неподалёку от них медленно поднималась на ноги Ирма. Нужно было заканчивать со всем этим, и я видел только один способ.

— Ни хрена ты её не любишь. Не ври.

— Что? — на лице Мэтью возникла растерянность. — Ты с чего это взял?!

— Я всё думал, неужели ты реально такой тупой? Зачем рассказывать девушке все эти неприятные новости о Потрошителе, зная как сильно это её расстраивает? А сейчас понимаю. Ты мучил её. Немного по капле, не спеша. Действовал ей на нервы. Вот и после свадьбы будешь делать то же самое. Так что не пой мне здесь о любви!

— Что? Да как ты смеешь! Да что ты вообще понимаешь?!

Не знаю оскорбился он моими словами или действительно убедил сам себя в том, что у него могут быть какие-то чувства, однако он растерялся на несколько мгновений. Именно это мне и требовалось! Одним рывком я преодолел разделяющее нас расстояние, перехватил ладонью уже запоздалый удар саблей и вонзил нож в Мэтью, целясь в горло. Однако попал в плечо. Сабля рассекла мне пальцы, сработала Петля и вот я уже бежал к Ребекке, оставив студента позади. На девушку набросилась Ирма, стремительно нанося ей удар за ударом кулаком с кастетом. Ребекка взмахнула мечом и неожиданно отсекла ей руку, но Ирма в ответ вонзила ей в живот кинжал. Закричав, я кинулся к ним, но Керим сбил меня с ног. Несколько его ударов Петля пропустила, а потом мне удалось скинуть с себя это отморозка. Отбросить его в сторону сильным пинком, схватить и отшвырнуть подальше от Ребекки Ирму. Я не мог позволить кому-то из них убить её, а потому закрыл собой, рассчитывая, что Петля защитит от любой опасности.

Разумеется, я ошибался.

Возле моих ног взорвалось нечто вроде гранаты, выпустив облако газа, который я ненароком вдохнул. В тот же момент мир вокруг затанцевал перед глазами, исказился как в кривом зеркале, а звуки отдалились. Я даже не понял, как упал на колени и с трудом различил приблизившегося ко мне Мэтью. Перед лицом возникла его сабля, которая то удлинялась, то сокращалась до размера ножика. Клинок вонзился в плечо, которое тут обожгло болью, но в этот раз Петля переместила меня лишь на полметра в сторону. И рана никуда не исчезла.

— Нравится? Давай вот так!

Клинок рассёк мне спину. Петля снова сработал меньше, чем в полсилы. Меня трясло, в ушах шумело, а мир то рябил помехами, то вертелся перед глазами как во время попойки. Я пытался откашляться и отползти, когда сабля вонзилась мне в ногу, заставив закричать.

— Ну что? Уже не так тебе помогают твои способности? Наверное, это неприятно, когда такие силы начинают подводить!

Газ. Очевидно, что дело было в газе. Что это за состав такой? И почему он блокирует работу Петли? Как вообще такое возможно?

— Нравится препарат? Особый подарок моей мамы, ты ведь с ней уже знаком? Специально для таких засранцев как ты!

Рывком мне удалось подняться и ударить его кулаком. Похоже я даже попал! Мэтью ударил меня ногой отчего я снова рухнул на спину, а затем надо мной снова появился Керим.

— Убью, сука!

Он принялся наносить удар за ударом, выплёвывая одно ругательство за другим. В какой-то момент в его руке возник нож, который он вонзил мне в грудь. В глазах несколько раз потемнело, но ничего не изменилось, как и после второго удара. Керим был весь в крови, хотя было уже не понятно чья это кровь — его или моя?

— Помнишь на чём мы с тобой остановились в прошлый раз? Давай продолжим!

Вампир схватил меня за ухо и тут же принялся его отрезать. Я взвыл и попытался скинуть его с себя, но ничего не вышло. Где-то рядом смеялся Мэтью. Мерзко заржав, Керим поднял руку со своим трофеем. Боль от раненного уха была зверская, однако она всё же дала ожидаемый результат. Хоть и запоздалый… Мир вокруг трясло уже давно, но в этот раз помехи закрыли собой всё вокруг. Я обнаружил себя уже возле Керима и быстрее чем он среагировал ударил его ногой в лицо. Петля понемногу начинала работать, хотя перед глазами всё по-прежнему плыло. Раны никуда не исчезали, а ухо не вернулось.

Размахивая саблей, на меня снова накинулся Мэтью. Голова кружилась, я продолжал кашлять, но ценой огромных усилий мне удалось сконцентрироваться на человеке, пытавшемся меня убить. К счастью и он был не так уж и ловок, зажимая одной рукой рану в плече. Атаковал с яростью, а я уворачивался от рассекающего воздух клинка. Идея у меня уже появилась, но она была откровенно безумной. С другой стороны, а какой у меня был выбор?

Клинок рассёк мне бедро, после чего я снова прописал Мэтью в челюсть. Его новый удар показался не таким сильным и мне удалось ухватить саблю рукой, хотя она и покрыла мои пальцы кровью. Зато я успел направить клинок себе в живот и лезвие вошло до середины выдавив из меня стон. К удивлению студента, я тут же схватил его за горло второй рукой. Пытаясь справиться с болью, я сжал пальцы с такой силой, что Мэтью с ужасом захрипел.

— Интересно получается, правда? — с трудом выговорил я. — Была бы Петля я бы уже появился где-то поблизости, а так я здесь с тобой. Рядом. Держу тебя за горло. Нравится?

— П-пусти… тварь…

— Это ты тварь, — вздохнул я, не позволяя ему выдернуть из меня саблю. — Ты обманывал. Подбирался ближе. Планировал моё убийство. Хотя мы все были к тебе добры…

— Ты украл у меня… Украл всё…

— По правде говоря, — слова давались всё труднее. — Оно и твоим-то никогда не было… Прости, Мэтью… Но ты сам не оставил мне выбора…

Отпустив саблю, я выхватил ещё один нож, висевший у меня на поясе, и вонзил его Мэтью в горло. На этот раз я не промахнулся. Его глаза с ужасом округлились, из раны полилась кровь пачкая и одежду, и пальцы, которыми он бросился её зажимать. Студент подкосился и упал на бок, а я признаться рухнул рядом с ним на колени.

— Себасть… ян… Меня зовут… Се…

С этими словами он и затих. До последнего вздоха пытаясь доказать кто он такой. До конца стремясь занять место, о котором всегда мечтал. Не без труда я вытащил из себя саблю, стараясь не обращать внимания, как быстро растекалась кровь. Кажется настолько паршиво мне ещё не было. Заметив рядом движение, я устало повернул голову и увидел Ребекку. В одной её руке был окровавленный меч, а в другой голова Керима. К собственному удивлению я отнёсся к этому совершенно равнодушно.

— Себастьян! — воскликнула девушка, выронив оружие и свой трофей, и бросилась ко мне. — Себастьян! Как ты? Что это такое? Великие кланы! Ты же весь в крови!

— Подожди…

— Чего ждать? Что происходит? Себастьян, твои пальцы! — Ребекка с ужасом осматривала мои раны. — Да что это такое? Почему они не исчезают? Себастьян, что с твоей Петлёй? Себастьян!

— Он Себастьян, — выдавил я из себя указав рукой на труп Мэтью. — А я не Себастьян… Меня зовут Всеволод…

С этими словами я чуть не упал, но Ребекка вовремя меня подхватила. На её лице был неподдельный страх, которого я даже на лице Катьки никогда не видел. Было в этом что-то приятное. Правда сейчас мои мысли всё чаще возвращались к растекавшейся вокруг меня крови.

— Сволочи! — взвыла появившаяся рядом Ирма. — Вы что наделали?!

Выглядела она плохо, с разбитым носом и без одной руки. Однако глаза её горели ненавистью и ненависть эта была полностью обращена на нас. Ребекка медленно подняла меч, который до этого выронила.

— Керим, — Ирма посмотрела на его голову, а потом снова на нас. — Вы мне ответите за него. Клянусь, вы мне за него ответите!

— Иди лучше отсюда, — произнёс я, чем не мало удивил как её, так и Ребекку. — Иди пока можешь. Хватит на сегодня смертей.

— Ты с ума сошёл? — воскликнула Ребекка. — Нельзя её отпускать!

— Да я вас обоих урою! — Ирма схватила с земли кинжал. — Вы ответите!

— Уходи, — повторил я. — Другого шанса не будет.

Не знаю, что повлияло на неё больше — моё предложение, меч в руке Ребекки или то, что к нам уже приближались Джошуа с Брайаном. Оба вооружённые, в крови и с новыми шрамами. Однако Ирма сбежала, а куда я уже не увидел поскольку окончательно упал на землю. Мир по-прежнему рябил хотя и постепенно приходил в норму. Теперь я мог чётко видеть лицо Ребекки, как и вскоре подоспевших Джошуа и Брайана.

— Вашу мать, что у вас здесь произошло?

— Я не знаю! Его Петля почему-то не работает! Я ничего не понимаю!

— Тихо не паникуй! Сейчас разберёмся!

— Эй, сэр! Это что Мэтью? Тот студент, который всё у Блэков ошивался.

— Чего? Подожди, точно! А он что здесь забыл?

— Да дался вам этот засранец?! Помогите Себастьяну!

— Да говорю же… Не Себастьян я… Я Всеволод…

Глава 35

Глава 35.

Корабль снова нёсся по волнам, но в этот раз море было относительно спокойным и уходящую до горизонта водную гладь освещало солнце. Разумеется, это стало причиной того, что Ребекка укрылась в каюте и не показывалась на палубе ради собственной безопасности. Я же составил ей компанию в том числе и потому что всё ещё приходил в себя после боя. Наверное, настолько паршиво я ещё никогда себя не чувствовал ни в этом мире, ни в прошлом. Откровенно говоря, я бы и не пережил такое количество ран, включая глубокое ранение в области живота поэтому можно с уверенностью сказать, что мне выдали что-то вроде дополнительной жизни. Хотя, учитывая все мои приключения в Лондоне, то благодаря Петле я уже сбился со счёта, который раз мне оказывают такую щедрость.

Кстати, о Петле. Действие странного газа постепенно рассеивалось и способности Петли ко мне возвращались, а вместе с ними залечивались и многочисленные раны. Медленно, но уверенно они затягивались и заменялись новыми шрамами, только ухо не возвращалось. Пока я лежал в постели и восстанавливался Ребекка всё время сидела рядом и не выпускала из рук меча.

— Может уже расстанешься с этой железкой? — предложил я. — Здесь мне ничего не угрожает.

— Ты можешь считать так, а я лучше перестрахуюсь, — решительно отвергла Ребекка. — Откуда мы можем знать, что никто из экипажа не попытается тебя убить?

— С таким мышлением ты можешь начать видеть угрозу для меня в каждой тени.

— Я всё-таки твой телохранитель, не забывай об этом. И без того сильно испугалась за тебя, когда ты чуть не умер от этого газа. А то, что тебя уже несколько раз чуть не убили, не лучшим образом говорит об исполнении мною моих обязанностей.

— Но ведь не убили, — заметил я и присел. — Хотя признаться от Мэтью я такого не ожидал. Джошуа рассказывал, что настоящий Себастьян погиб во время каких-то бандитских разборок. Вот уж не думал, что он не только уцелел, но и сумел так близко приблизиться к Блэкам.

— Это ты настоящий Себастьян, — с напором произнесла Ребекка. — Ты настоящий Блэк. Мы это знаем. Это подтвердил Кровавый обряд.

— Мне кажется вы слишком много возлагаете на эту странную процедуру с окунанием. Вы же не знаете откуда я и точно понимаете, что я не сын Льюиса. В отличие от Мэтью.

— Это не важно! Откуда мы можем знать, что тот, кого ты называешь Себастьяном действительно был сыном Льюиса? Как быть уверенным, что та женщина не солгала ему? Люди врут, а магия нет. Мы — Тёмные библиотекари, мы хранители традиций. И если Кровавый обряд говорит, что ты Блэк, то мы принимаем это.

— Люди врут, — усмехнулся я. — А вампиры?

Ребекка смутилась, а потом села на кровать рядом со мной. По-прежнему не выпуская из рук меч.

— Разумеется тоже, — вздохнула она. — В каком-то смысле и я тебе врала.

— О чём ты?

— Тогда в самом начале. Ещё когда я искала тебя, чтобы привести к Альфреду. Тогда я выполняла задание, но на самом деле я не хотела тебя искать. И не хотела, чтобы ты становился новым мастером клана.

— Что? Это как понимать?

— Как ты знаешь я была телохранителем Льюиса, но для меня он был не только моим заданием и не только мастером клана. Можно сказать, что я… Любила его.

— В смысле? — я посмотрел на неё с удивлением. — Как кого?

— Как отца, — Ребекка посмотрела на меня с вызовом. — Видишь ли я не всегда была вампиром. Когда-то я тоже была человеком и была обращена против воли.

— И как это случилось?

— Сейчас я не хотела бы об этом говорить. Важно другое. Важно то, что первое время моим наставником стал Альфред, но он был только наставником. А настоящего отца я увидела в Льюисе. Отца, которого у меня не было и в той жизни, когда я была человеком.

Понимание пришло ко мне быстро. Оно было очевидным.

— Ты злилась на меня, когда я занял его место? Так? Думала я здесь, чтобы заменить его?

— Я понимаю, что это глупо и не логично…

— Нет. Это как раз предельно понятно. Иногда не нужно какой-то особенной логики, чтобы что-то понимать, — я посмотрел на девушку. — Иногда мы все просто следуем чувствам.

— У вампиров нет чувств. Мы существа совсем иного толка.

— Мы же оба понимаем, что это не так. Вы мало чем отличаетесь от людей, если не считать ваших способностей и слабостей. И к тому же, мы оба понимаем, что уже давно защищаем друг друга не просто как товарищи.

Ребекка осторожно посмотрела на меня. Признаться я сам не понимал, как дошло до этого и в какой момент эта девушка приобрела для меня такую ценность. То, что она была вампиром нисколько меня не волновало. Я уже достаточно побывал в обществе кровососов, чтобы научиться различать их. Разумеется, я вспоминал Катьку, но трудно сказать, что нас с ней связывали какие-то серьёзные чувства. О таких вещах она не говорила, предпочитая заменять подобные разговоры кое-чем, что считала более приятным. Однако плохо это или нет, но здесь я заметил, что всё реже вспоминаю Катьку и всё чаще думаю о Ребекке. И если я ещё не определился до конца со своими чувствами к этой девушке, то уже точно знал, что никому не позволю её обидеть. И лучше сам умру, чем позволю ей.

— Я всегда буду твоим телохранителем, — медленно проговорила Ребекка. — Эта миссия возложена на меня кланом, и я никогда от неё не откажусь.

— Но это не отменяет того, что ты можешь быть для меня больше, чем телохранитель. Как и я для тебя.

— Себастьян…

— Всеволод, — попросил я. — Давай лучше Всеволод. Я слишком долго был Себастьяном и уже оставил позади особняк Блэков. Думаю, я был рад снова стать просто самим собой.

— Всеволод, — было видно, что Ребекке не просто далось это имя. — Я всегда буду защищать тебя даже ценой своей жизни. Но я не знаю, смогу ли дать тебе больше. Не знаю способна ли вообще…

— Так что тебя останавливает? В чём причина?

Ребекка явно хотела что-то ответить, но тут дверь каюты неожиданно открылась и появилось недовольное лицо Брайана.

— Вы как тут? — спросил он. — Как самочувствие?

— Порядок, — ответил я. — Кажется Петля снова работает.

— Не так хорошо, как хотелось бы, — заметил он. — Идёмте. Джошуа ждёт.

По мере приближения корабля к Лондону погода на море портилась. До шторма было ещё далеко, однако небо снова затягивали тучи, что хотя бы позволило Ребекке подняться на палубу вместе со мной. Джошуа встретил нас на носу корабля.

— Паршиво выглядишь, — заметил он, окинув меня взглядом. — Но я рад, что Петля снова вернулась к тебе.

— Но только не целиком, — Ребекка указала на моё отсутствующее ухо.

— Думаю это всего лишь вопрос времени. Мы уже сталкивались с подобными смесями раньше и поэтому можно с уверенностью сказать, что их эффект недолговечный.

— Очень радует, — признался я. — Вот только откуда у Мэтью подобное оружие? В бою он сказал, что это подарок его матери.

— Это не так важно как-то, кто пришёл вместе с ним, — мрачно заметил Джошуа. — Вампиры, атаковавшие нас в Шотландии, не служили ни Кровавой страсти, ни Чёрному кальмару. И они гораздо опаснее и тех, и других.

— Наконец-то! — воскликнул я. — Значит у нас всё-таки есть объяснения? А почему ими никто не делился во время плавания?

— Потому что мне нужно было подумать, — заявил рыцарь. — А теперь я готов говорить.

— Если позволите, мне тоже интересно, сэр, — добавил Брайан.

— Когда мы вернёмся в Лондон я обо всём доложу сэру Абрахаму и не знаю, как он решит поступить с этой информацией. Поэтому до того, как это плавание закончится вы должны знать, с чем мы столкнулись, — Джошуа выглядел так будто до сих пор сомневался в своём решении. — Как вы уже поняли те вампиры не были обычными тварями.

— Настолько сильные, мускулистые и быстрые? Впервые вижу таких, сэр, — подтвердил Брайан.

— А я уже не в первой.

— Я тоже, — сказала Ребекка. — И хуже тварей я ещё не встречала.

— Так может поясните уже в чём дело? — возмутился я. — И те, кто знают хоть что-то поделятся с теми, кто не понимает ничего?

— Так уж сложилось, что как правило мы с вами боремся либо с кланами и их группировками, либо с одиночками и мелкими бандами, которые действуют сами по себе. И в большинстве случаев их цели и мотивы понятны и поддаются логичному объяснению, — напомнил Джошуа. — Власть, влияние, выживание. Но есть те, кого считают чужими даже свои сородичи. И речь не о ренегатах или мутантах, а о тех, кому противен сам этот мир в его привычной форме. И тех, кто пытается принести в него хаос.

— Помнишь я рассказывала тебе о тех, кто не признаёт ни Раскрывшихся, ни Затаившихся? — спросила Ребекка, а я припомнил наш разговор во время прошлого плавания.

— У нас немного расходятся мнения в оценке таких сил, но можно сказать, что те вампиры именно из таких, — заключил Джошуа. — Повышено сильные, считающие себя высшей расой, презирающие как людей, так и себе подобных. О них мало известно, но их лидер называет себя Гроссмейстером.

— Когда я бился с Потрошителем он называл мне это имя! — вспомнил я.

— Ребекка мне рассказала. Мы мало чего знаем об этом типе, а то, что известно совершенно секретно и может быть раскрыто только по личному указанию сэра Абрахама. Однако я хочу, чтобы вы знали, что он крайне опасен. Мне известно, что однажды группа агентов одной союзной нам организации пыталась задержать его в городе, название которого я не буду говорить из соображений секретности. В попытке уйти от преследования Гроссмейстер вырезал весь город и агентов вместе с ним и после этого исчез. Это очень, очень серьёзный противник.

— Похоже ставки в нашей охоте стремительно растут, — недовольно вздохнул Брайан.

— К тому же его подчинённые не появляются просто так, — продолжил рыцарь. — Они всегда преследуют какую-то цель и что бы это ни было оно несёт для нас всех огромную угрозу. Поэтому что бы ни случилось с нами в Лондоне, я хочу, чтобы вы были готовы ко всему.

— Если этот Гроссмейстер и его подчинённые так опасны то, как с ними связался Мэтью? И Ирма с Керимом? — удивился я. — Ведь они явно действовали сообща!

— Сейчас важно вовсе не это, — к моему удивлению возразил Джошуа. — Важно то, что вампиры этого Гроссмейстера напали на нас именно в тот момент, когда мы узнали, как именно убить Потрошителя. А я просто не верю в подобного рода случайности.

* * *

— Те, кого вы видели именно те, за кого вы их приняли, — многозначительно произнёс Альфред, смешивая содержимое нескольких пробирок. — Существа, которые пьют изменённую кровь, благодаря которой они не похожи ни на кого из нас. С точки зрения биологии я бы назвал их вампирами, но сами они себя к нам не относят. Сами себя они считают высшей расой о чём не забывают напоминать при встрече.

Несмотря на то, что дел было больше, чем когда-либо я всё равно вырвал мгновение посетить убежище Тёмных библиотекарей. Мне нужно было поговорить с Альфредом и обсудить с ним кое-что важное и не терпящее отлагательств. То, что могло всё изменить.

— А ты уже сталкивался с ними раньше? — спросил я.

— Дважды. Оба раза это были переговоры о мире и оба раза они закончились битвой. Чрезвычайно опасные противники. В бою они смеялись и повторяли, что очистят этот мир от слабого и ущербного вида, — Альфред перелил все пробирки в одну склянку и взболтал. — Ну то есть от нас.

— Но ты же справился с ними? Верно?

— Конечно! Что за вопрос? Иначе бы я здесь не стоял.

Когда мы встретили моего консильери то рассказали ему всё, что стало нам известно в Шотландии. Альфред не стал скрывать удивления, что во всей этой истории обнаружился шотландский след и не меньше был поражён подробностями экспериментов доктора Саммервайта с Петлёй. Зато рассказ о могучих вампирах, напавших на нас в окрестностях замка Крейгкрук вызвал у него малоприятные ассоциации, подтвердившие наши худшие опасения.

— В иной ситуации я бы советовал тебе укрыться в нашем убежище, — заявил Альфред, на моих глазах добавляя в свой отвар кровь. — Поскольку ты не первый человек, ставший мастером нашего клана, то здесь оборудованы все условия, которые позволят тебе оставаться не только в безопасности, но и в комфорте. У нас даже есть запасы еды специально для тебя. Мы бы подождали пока буря с этими могучими чудовищами уляжется, а я бы лично выяснил кто и зачем послал их, при этом нисколько не беспокоясь за твою жизнь. Но мне кажется, что это не наш случай?

— Нисколько, — буркнула Ребекка.

— Я не оставлю Джошуа и Брайана, — заявил я. — И не отступлю после всего того, через что мы прошли. После того скольких потеряли… Тем более теперь, когда мы наконец-то знаем как победить эту тварь!

— Ага, вырвать ему сердце. Замечательный план, гораздо лучше, чем повредить мозг, — скептицизм Альфреда было трудно не заметить. — Но другого ответа я от тебя и не ожидал. Ребекка, ты знаешь, что нужно делать.

— Я приложу все силы, чтобы защитить мастера клана, — девушка поклонилась. — А если потребуется, то прикрою его собой.

— Кстати об этом! Я подумал, возможно, Ребекке стоит какое-то время оставаться здесь в убежище клана? Позаботиться о безопасности консильери, например? Считайте это приказом мастера! То есть меня!

— Ты серьёзно?! — ожидаемое возмущение. — Это даже не обсуждается!

— Верно, — Альфред отреагировал спокойно, но бескомпромиссно. — Тем более что снять с тебя охрану может только консильери. То есть я. И лучше не будем возвращаться к этому разговору, а то я приму экстренные меры ради обеспечения твоей безопасности.

— Не на это я рассчитывал, когда становился мастером клана.

— Льюис говорил также, — Альфред перелил результат своих трудов в стеклянную бутылку. — А теперь пойдёмте со мной.

Мне было важно обсудить с Альфредом результаты нашей поездки в Шотландию, но цель срочного визита к Тёмным библиотекарям состояла не только в этом. Я должен был кое-что выяснить и сделать это именно сейчас, до нашей последней встречи с Потрошителем. Отчего-то я был уверен в том, что она будет последняя — либо он, либо я. И если мне суждено погибнуть, то я должен всё уладить перед этим.

— Состояние его стабильное, но он по-прежнему в спячке, — объяснял Альфред пока мы шли по тёмным каменным коридорам. — Он выкарабкается, но на это нужно время, а его у нас как я понимаю нет.

— Мне нужен только один разговор, — уточнил я, освещая себе дорогу фонарём. — Это ведь не будет опасно для него?

— Под моим присмотром и благодаря тому, что я приготовил — нет. Но разговор будет коротким и не таким как ты ожидаешь.

Я хотел спросить, что он имел в виду, но не успел, потому что ударился головой о перекладину под потолком. Являясь вампирами, Альфред и Ребекка отлично видели в темноте, в то время как мне оставалось полагаться на довольно слабый фонарь. Попутно рискуя споткнуться, упасть или во что-нибудь врезаться. Повышенное беспокойство моих соклановцев за мою жизнь довольно странно контрастировало с тем, что по их милости я мог разбиться о какую-нибудь колонну или навернуться с лестницы.

— Альфред, ты что-нибудь знаешь о том, что он имел в виду? — спросил я, выставив фонарь перед собой.

— Нет, но хотел бы. Судя по всему, речь идёт о каком-то задании, которое Браун получил от Льюиса напрямую, минуя меня, — Альфред остановился перед тяжёлой дверью, которую открыл железным ключом. — И видимо с условием, чтобы он никому не рассказывал о деталях этого задания. Даже мне.

— Это нормально?

— Это возможно и соответствует правилам клана. В конце концов слово мастера выше слова консильери. Да не улыбайся ты так! Но я не думал, что Льюис действительно воспользуется таким правом…

Слова Брауна после битвы с ведьмами не давали не покоя и вернувшись из Шотландии я прямо обо всём расспросил Альфреда. Тот ответил, что есть возможность ненадолго вывести вампира аптекаря из его спячки, чтобы задать интересующие нас вопросы, а потом вернуть его обратно. Я надеялся, что этот способ сработает к тому же странность всей этой ситуации заинтересовала и Джошуа, который теперь ждал от меня ответа.

Следуя за Альфредом, мы вошли в тёмное помещение с низким потолком и каменными стенами, на некоторых из которых свисали цепи. Однако куда более зловеще выглядел ряд деревянных гробов, с одного из которых Альфред снял крышку.

— Как же так вышло, что ему потребовалось такое сложное лечение? — спросил я, глядя на лежавшего в гробу Брауна. — Рана казалась несерьёзной.

— Вот именно, что казалась. Ему повредили сердце, а для вампира кол в сердце, как говорится… Думаю ты должен понимать.

Вампир аптекарь не дышал, не подавал каких-либо признаков жизни и вообще больше походил на мертвеца, чем на спящего. Хотя на то он и вампир.

— Мы точно не навредим ему? — не скрывая волнения спросила Ребекка.

— Дорогая, ты что сомневаешься в моих способностях? — взглянул на неё Альфред. — Я не был бы консильери нашего клана, если бы допустил риск для собрата в подобной ситуации.

— Так что ты имел в виду, когда сказал, что разговор будет не таким как я ожидаю? — уточнил я, когда Альфред опустился на колени возле гроба.

— Это будет не совсем пробуждение, часть его сознания так и останется в спячке. Мы вызовем обрывки воспоминаний, отдельные мысли, ассоциации. Поэтому его нельзя будет расспросить в привычном понимании. Но попробовать стоит и возможно что-нибудь мы всё же узнаем. А теперь будьте осторожны и не задавайте слишком много вопросов.

Консильери влил приготовленное им варево в рот Брауна и отошёл в сторону вместе с нами. Прошла примерно минута, прежде чем вампир в гробу дёрнулся, а потом резко открыл глаза. Зрачков в них не было — только белые, пустые блюдца. Рот двигался, но не издавал ни звука.

— Браун! — громко позвал Альфред. — Ты слышишь меня? Ответь!

Аптекарь неуклюже кивнул.

— Ты можешь говорить? Ты понимаешь нас? Ответь!

— Гов-ворю… Пон-нимаю… От… От-твечаю…

— Он вообще здесь? — спросил я, как заворожённый глядя в белые блюдца. — Что это с ним?

— Я же говорил, что разговор будет не таким как ты ожидаешь. Он здесь и одновременно не здесь. Мы говорим с его подсознанием.

— Сколько сложностей, — я подошёл к гробу и навис над вампиром. — Эй, Браун. Мне нужно чтобы ты ответил на пару вопросов. Это касается Льюиса. Браун? Ты меня слышишь?

— Слыш-шу…

— Браун? Что у вас были за дела с Льюисом? В чём ты хотел признаться?

— Приз-знаться… Льюис…

— Да-да, Льюис. Браун? Ты в чём хотел признаться? Что ты мне хотел сказать? Тогда у ведьм перед тем, как ты потерял сознание? Альфред как у него спрашивать что-то?

— Не так, — коротко ответил вампир и тоже наклонился. — Браун, это твой консильери. Ты получал задание от Льюиса? Отвечай!

Аптекарь вдруг схватился обеими руками за края гроба, чем признаться меня напугал. Чего ещё ждать от этой процедуры?

— Льюис. Мастер. Поручил. Дело.

— Какое? Какое дело поручил тебе мастер? Отвечай!

— Важное. Мастер поручил. Важное.

— Да мы это уже поняли! — воскликнул я. — Что конкретно тебе поручили? В чём ты там хотел признаться?

— Браун! В чём ты хотел признаться! — снова Альфред. — Отвечай!

— Мастер. Поручил. З-задание. Тайну.

— Какую ещё тайну?

— Не сбивай его! Браун, это твой консильери. Какое задание поручил тебе мастер? Какую тайну? Отвечай!

— М-мастер. Т-тайну. Поручил.

— Да что это такое? — воскликнул я, рассчитывая на совсем другой результат. — И что мы вообще можем так узнать?

— Кое-что очень важное, — задумчиво сказал Альфред. — Его подсознание сопротивляется и не хочет делиться с нами подробностями. Похоже, что Льюис поручил ему нечто особенно важное.

— С чего ты это взял?

— Даже в таком состоянии он не отвечает на мои вопросы. Выходит, Льюис прямо запретил ему рассказывать мне что-либо. Странно…

— Тебе, значит, — меня тут же посетила догадка. — Так, Браун! Это Всеволод! В смысле твой мастер! Какое дело тебе поручил Льюис?

— Сокрыть. Спрятать.

— Что спрятать? Куда?

— Тайна. Мастер поручил.

— Я твой мастер! Какая ещё тайна?

— Может Льюис поручил ему что-то такое, что запретил рассказывать даже новому мастеру клана? — предположила Ребекка.

— Теоретически такое возможно, — согласился Альфред. — Но я удивлён, что Льюис Блэк которого я знал пошёл на такое.

— Выходит ты не так хорошо его знал, — заметил я и посмотрел в белые блюдца. — Браун или твоё подсознание, или кто там вместо тебя. Что ты хотел мне сказать? Своему новому мастеру? Ты что-то держишь глубоко в себе и только перед смертью испугался, что не сможешь об этом рассказать. Значит уже давно хочешь в этом признаться. Помоги нам. Дай подсказку.

— Тайна. Запрещено. Льюис.

— Я могу снять запрет? Могу отменить приказ бывшего мастера? Браун!

— Запрещено.

— А кому Льюис запретил рассказывать о задании? Для кого запрет?

— Всем. Мастер. Консильери. Клан. Блэки. Всем.

— А кому можно? Есть исключения?

— Запрещено. Запрещено.

Альфред покачал головой. Достал из кармана мантии какой-то флакон.

— Нужно заканчивать, — произнёс он. — Его нельзя долго держать в таком состоянии. Я должен вернуть его в спячку.

— Подожди! — я схватил Альфреда за руку вспомнив одну деталь. — Браун! Что за красную лилию я должен найти у Блэков? Ты сказал так хотел Льюис?

— Лилия. Найди лилию. Она ответ. На вопрос.

— Какой ответ? На какой вопрос? О чём?

— Запрещено. Запрещено.

— Видимо красная лилия это какой-то ключ к заданию, которое Браун получил от Льюиса, — с интересом сказал Альфред. — Только что за лилия?

— Вот и я не понимаю. Почему я должен искать её у Блэков? Где?

— Особняк. Кабинет.

— Что? Кабинет? Кабинет Льюиса? — я тут же вспомнил помещение. — Там нет никаких лилий. Ты уверен? Браун?

— Особняк. Кабинет. Красная. Лилия. Ответ. От-твет. От…

Браун вдруг затрясся, зажмурился, а изо рта у него пошла кровь, что заставило меня отшатнуться. Его руки с такой силой сжали края гроба, что дерево затрещало. Альфред выругался и схватил его за голову.

— Помоги мне влить ему это! — воскликнул он, всунув мне флакон.

Я быстро открыл его и влил содержимое в рот Брауна, которого Альфред удерживал в гробу. Аптекарь бил ногами и казалось будто пытался вырваться, но зелье быстро дало эффект и вскоре он уже успокоился. Так и не открыв глаза Браун снова лежал, не подавая никаких признаков жизни, словно какой-то мертвец. Как и положено вампиру.

— С ним точно всё в порядке? — спросила Ребекка подойдя ближе.

— В полном, — заверил её Альфред. — Мы вовремя всё успели. Хотя не знаю можно ли назвать этот разговор содержательным. Всеволод?

— Не знаю, — мне хотелось ответить иначе. — Пока что я ничего не понял. Нужно думать.

И думать нужно было о многом, а времени оставалось мало. Какую загадку загадал для нас Льюис? Насколько далеко он забрался в своём собственном расследовании? Оставил ли нам напоследок какую-то подсказку? Какую-то информацию о Потрошителе? Или то, что он поручил Брауну спрятать не имело никакого отношения к этому серийному маньяку? Почему-то я ставил именно на последнее.

— Альфред, есть ещё один вопрос, — произнёс я, когда мы уже вышли из подземелий Тёмных библиотекарей и были в пабе «Кровавая пинта». — Он не касается Брауна или Льюиса.

— И что же это за вопрос? О Потрошителе?

— Нет он о Себастьяне. О настоящем Себастьяне, которого я убил.

— Ты рассказывал, — Альфред внимательно посмотрел на меня. — Так что?

— Тебя это не беспокоит? Он ведь был сыном Льюиса. Настоящим, пусть и внебрачным. Тебя не волнует то, что я убил его?

— Это ваши внутренние разборки. Хотя если бы он убил тебя, то это принесло бы не мало хлопот.

— Но Альфред…

— Я понимаю о чём ты, — прервал консильери. — Но я уже всё объяснял. Мой мастер — ты. Ты прошёл Кровавый обряд, ты связан с Блэками, хотя и сам не понимаешь как. Что же касается настоящего, как ты говоришь, Себастьяна… Что ж, я видел его. И поверь уже давно сделал свой выбор.

Глава 36

Глава 36.

Снова старинный особняк. Снова и снова я прихожу в такие места, окутанные духом старины, отстающие от царящего сейчас времени, но ещё недостаточно архаичные, что позволяет им по-прежнему служить признаком знатности и достатка. Почему столько много вопросов приводят меня в эти старые особняки? И почему я получаю в них так мало ответов? С чем это связано? С загадочными происками судьбы? Или же я просто не прикладываю достаточно усилий?

После посещения Тёмных библиотекарей я потратил больше двух часов, но перевернул вверх дном весь кабинет Льюиса Блэка, в попытке найти хоть что-то способное нам помочь. Хоть что-то, способное открыть тайну о секретном задании, которое выполнял Браун. Хоть что-то о красной лилии.

Если бы сейчас в кабинет вошла госпожа Мадлен, то наверняка запела бы песню о том, что с наследием её дорого сына обращаются неподобающим образом и в целом она была бы даже права. Разбросанные повсюду бумаги и карты, убранные с полок книги, в буквальном смысле перевёрнутые стол и кресла. Перевернуть стол оказалось той ещё задачей, но в итоге я справился. Правда это ничего не дало.

Признаться кое-какие секреты я всё-таки нашёл. За книжными полками обнаружились конверты с небольшими денежными заначками, а в секретном ящике в столе любовные письма, что позволило однозначно сказать, что Корнелия была не единственной дамой сердца у Льюиса. Ещё несколько писем были написаны на французском и румынском языках о чём мне сообщила Ребекка, узнавшая в них деловую переписку. Вампирша не мало помогла мне в поисках, перевернув кабинет вместе со мной, после чего она удалилась в библиотеку с теми же целями.

В нашем распоряжении был весь особняк, в котором никто не мог помешать нашим поискам. Причина проста — дом был совершенно пуст. Мадлен сдержала своё слово и все Блэки покинули его, отправившись в загородное поместье, в котором мне так и не довелось побывать. Руперт и Джессика какое-то время метались, не зная как поступить, пока я сам не распорядился, чтобы они сопровождали Блэков в их поездке. Дворецкий и горничная восприняли это с благодарностью, поскольку таким образом я избавил их от потенциального конфликта с Мадлен. Хотя эта женщина похоже всегда была готова найти повод для конфликта.

Закончив поиски, я рухнул на выдвинутый на середину кабинета диван с бутылкой виски и устало выпил. Картина получалась мрачная поэтому пил я прямо из горла. Бокалы здесь были абсолютно лишними. Что делать дальше я не знал, каким будет мой следующий шаг даже не представлял. По-хорошему мне нужно было собрать Джошуа, Брайана и всех Блэков для обсуждения сложившейся ситуации, хотя часть меня была категорически против этой идеи. Подходящий ли для этого момент? Есть ли вообще на это время? И как отреагируют остальные на новость, которую я невольно для себя выяснил?

Снизу послышался шум шагов, который я сразу узнал. К тому моменту как Ребекка вошла в кабинет я уже принял решение.

— Библиотека Блэков, конечно, большая и всегда восхищала Альфреда, — сказала она, присаживаясь рядом на диван. — Но сейчас там нет ничего полезного для нас.

— Жаль. Я рассчитывал, что там будет нечто, что поможет мне разобраться здесь, — вздохнул я и выпив протянул бутылку Ребекке. — Будешь?

— Ты же знаешь, что я не могу пить просто так.

— Нужен повод?

— Речь не о поводе.

— Ах ты об этом, — я вспомнил как Альфред добавлял что-то в свой бокал. — Вообще-то не знаю, мне никто этой схемы так толком и не объяснил. Тебе просто нужна кровь? Могу свою дать.

— Это не так работает, — покачала головой вампирша. — К тому же попробуй ещё добудь твою кровь. Боюсь долго промучаемся.

— И то верно, — я снова глотнул. — Трудновато будет тебя споить.

— Уверена ты что-нибудь придумаешь, — усмехнулась девушка, которая ещё совсем недавно обиделась бы из-за подобной шутки, и посмотрела на меня. — Когда всё закончится и Потрошитель будет побеждён. Думаю, мы могли бы придумать что-нибудь вместе.

— Что? — от такого предложения я чуть не выронил бутылку. — Ты это сейчас серьёзно?

— Вполне, — Ребекка действительно выглядела серьёзной. — Помню ты предлагал нечто вроде ужина? Это будет не просто, но я думаю, что с этим тоже можно будет что-нибудь придумать. Как и с выпивкой.

— У меня нет слов, — признаться я даже растерялся.

— Ты не рад? — лицом она не изменилась, но в её глазах я заметил испуг.

— Ты что? Конечно, рад! Просто это настолько неожиданно…

— Неожиданней чем связь Потрошителя с шотландцами и появление подручных самого Гроссмейстера?

— Да. Для меня да.

Ещё совсем недавно я много думал о Ребекке и отношениях с ней, точнее о том, как бы их начать. Вампирша казалась мне неприступной и оттого, разумеется, только более притягательной. Не утратила она этой притягательности в моих глазах и сейчас. Просто последние события настолько захватили меня, что я практически ни о чём другом не мог думать. Даже разрыв с семейством Блэков ушёл куда-то на второй план. Но теперь…

— Почему ты передумала? — спросил я. — Нет, я рад этому! Но почему?

— Столько всего произошло за последнее время, — сказала Ребекка словно прочитав мои мысли. — Многое вокруг изменилось при чём самым неожиданным образом.

— С этим не поспоришь.

— И я подумала над словами твоего друга. Олафа. О том, что у нас может быть не так много времени, как мы думаем.

— Полагаешь следующая встреча с Потрошителем может плохо закончиться? — предположил я. — Но ведь теперь мы знаем его слабое место!

— Любая опасная ситуация может плохо закончиться! — уточила Ребекка. — Там в Шотландии ты рухнул с моста, тебя унесло течение реки. Я была уверенна, что потеряла тебя! На несколько мгновений я думала, что ты погиб. А потом этот Мэтью со своим газом, отключившим твою Петлю. И вот тогда я испугалась как никогда прежде. Куда больше, чем когда Энтони выстрелил в тебя из двустволки или когда ты помчался за Потрошителем на тот мост…

— Слушай у меня всё было под контролем, — заявил я, потирая так и не восстановившееся ухо. — Не стоит так волноваться.

— Стоит! И теперь я это понимаю, — девушка говорила не скрывая своего волнения. — Ты сам чуть не погиб. До этого погибли твои друзья, а ведь они тоже обладали Петлёй. И Олаф погиб на том мосту, вскоре после того, как оставил нам своё предупреждение. Всё это заставило меня пересмотреть всё о чём я думала раньше.

— И что же ты решила?

— Что я слишком сильно боюсь тебя потерять. А потому не хочу оставаться для тебя только твоим телохранителем. Конечно, если ты сам по-прежнему этого хочешь.

— Ребекка, — вздохнул я. — Уже достаточно давно я хочу этого больше всего остального…

В ситуации с Катькой легко было догадаться чем кончится подобное признание, но я видел, что Ребекка совсем другая девушка. Здесь нужен был немного другой подход. Только сейчас я поймал себя на мысли, что мои представления об ухаживании за девушками относились к совсем другой эпохе, отличной от той в которой я оказался. А если учесть, что я не знал точный возраст Ребекки и при каких именно нравах она воспитывалась, то ситуация несколько усложнялась. Хотя, тут же подумал я, не всё ли равно?

Решительно взяв Ребекку за руку, я потянулся к её лицу с самыми известными намерениями. Готовый как к проявлению взаимности, так и к пощёчине. В конце концов, сколько можно тянуть? Ребекка от удивления отстранилась, потом в нерешительности замерла и в тот момент, когда мои мечты уже должны были стать реальностью с первого этажа дома, послышался оглушительный топот. И этот топот стремительно приближался.

Прежде чем я успел что-либо сообразить Ребекка вскочила и обнажив меч встала между мной и дверью кабинета. Топот послышался со стороны лестницы и теперь уже был на нашем этаже. А я так и сидел на диване застряв мыслями в столь притягательном, но, к сожалению, несостоявшемся моменте.

Стоило двери распахнуться как в кабинет влетел Джошуа, который тут же замер, едва увидев нас. Холодная решимость на его лице уступила место удивлению, и он внимательно посмотрел на меня.

— Я снова не вовремя? — коротко уточнил он.

— «Снова»? — Ребекка обернулась ко мне.

— На этот раз да! — прямо заявил я, вставая с дивана. — Вот пришёл бы ты хотя бы на десять минут позже…

— К сожалению у нас нет лишних десяти минут, — ответил Джошуа, снова приняв серьёзный вид. — Дело не ждёт так что собирайся.

— Есть новости? — я сразу вернулся в реальность. — Нашли Потрошителя?

— Пока нет, но есть серьёзный след, который нужно проверить. И сделать это нужно самим.

— Я думала полиция занимается всякими проверками, — заметила Ребекка, убрав меч в ножны.

— Не только, — возразил Джошуа. — Да и ситуация здесь другая. В общем давай собирайся! Ждём тебя и выступаем.

Он замер в дверях и немного помедлив добавил:

— И я рад за вас, господа, — тактично произнёс рыцарь. — Но давайте не задерживайтесь. У нас правда много дел.

С этими словами он ушёл, оставив нас обоих немного в растерянности. Почему-то я был уверен, что Джошуа настолько поглощён охотой на Потрошителя, что не заметит ничего подобного в наших отношениях. Теперь же было очевидно, насколько сильно я ошибался.

— Ребекка, есть ещё кое-что что нам нужно обсудить, — всё-таки решил начать я. — Это не касается нас с тобой, но это тоже очень важно.

— Нас с тобой… Подожди, ты о чём?

Я долго думал стоит ли начинать этот разговор поскольку понятия не имел к чему он может привести. И до сих пор сомневался, ведь всё что я расскажу Ребекке она могла сообщить Альфреду, а о его реакции я мог только догадываться. Ну а дальше Джошуа, Брайан и конечно же Абрахам, которые если узнают правду способны на всё. Возможно, стоило оставить всё так как есть? Ничего не портить и не менять? И если я погибну в последнем столкновении с Потрошителем, то унесу всё что узнал с собой в могилу? Если, конечно, она у меня будет.

— Послушай, — вздохнув я всё-таки я принял решение. — Тогда, когда Браун был ранен в поселении ведьм он хотел сказать мне что-то важное, пытался признаться в одной тайне.

— Рассказать о задании, которое поручил ему Льюис, — кивнула Ребекка. — И что?

— А то, что он тогда говорил о какой-то красной лилии. Помнишь? И просил её найти.

— Да, здесь. В этом самом кабинете. Только мы обыскали его и половину дома и ничего так не нашли.

— Это не совсем так.

— Всеволод, о чём ты?

На лице Ребекки возникло замешательство, которое сменилось изумлением. Я же подошёл к тумбочке и вытащил из выдвижного ящика свою находку, которую предварительно спрятал туда. Книгу. Книгу на обложке которой была изображена красная лилия.

— Я не знаю как это повлияет на нас всех, — произнёс я. — Но в то же время я понятия не имею переживу ли последнюю встречу с Потрошителем…

— Не говори так!

— Мы оба знаем, что такой риск есть. И именно поэтому ещё хотя бы кто-то кроме меня должен знать правду. На всякий случай.

— Какую правду? Что ты нашёл, Всеволод? — Ребекка помотала головой. — Я ничего не пониманию. Какая красная лилия?

— Вот эта, — я показал ей книгу. — Именно её просил нас найти Браун. На случай если он сам не сможет обо всём рассказать.

— И… и что в ней?

— Я тебе всё расскажу, всё что смог выяснить. Но самое главное сейчас то, что ты должна знать правду. Льюис Блэк жив.

* * *

Можно сказать, что за несколько дней нашего отсутствия Лондон зря времени не терял. Сэр Абрахам и лорд Уинтер этого ему не позволили. Используя свои связи и полномочия они приложили достаточно сил, чтобы временно объединить агентов Артурианской Службы и сотрудников Скотланд-Ярда, которые развернули по всему городу несколько оперативных штабов, принимающих десятки доносов и сообщений о кражах трупов и частей тел с городских кладбищ. Рыцари, детективы и констебли проверяли любые подозрительные зацепки вооружившись до зубов на случай встречи с Потрошителем. Пока мы плавали в Шотландию, чтобы узнать, как убить этого гада, здесь в Лондоне активно искали его убежище и в целом немало при этом преуспели. Как минимум два обнаруженных схрона с замороженными руками и ногами должны были принадлежать маньяку, о чём косвенно свидетельствовали обнаруженные там кресла, навроде того которое мы уже видели ранее.

Правда с таким же успехом были найдены и не имеющие никакого отношения к маньяку хранилища замороженного мяса, крови, самых разных органов и даже целых тел, некоторые из которых полиции удалось даже опознать. Чудовища всех кланов и банд также попали под удар, наверное, самой масштабной облавы за всю историю Лондона, приведшей к множеству стычек и перестрелок. Поползли слухи о том, что лорд Уинтер даже может объявить чрезвычайное положение. И хоть самого Потрошителя найти пока не удалось, но зато полиция смогла закрыть несколько дел о похищениях, убийствах и загадочных исчезновениях.

Вернувшись в Лондон, мы сразу направились в штаб Артурианской Службы, где приняли участие в изучении многочисленных отчётов о поисках, ведущихся по всему городу. Джошуа отправился докладывать о результатах сэру Абрахаму, в то время как я совсем не спешил искать встречи с Блэками. Вместо этого я нашёл время для возвращения в убежище Тёмных библиотекарей, а впоследствии и для поисков в особняке Блэков. Теперь же пришло время полностью посвятить себя главной задаче. Тем более, что и сама задача не заставила себя ждать.

Взяв с собой нескольких агентов, мы с Джошуа и Брайаном выдвинулись по срочному заданию, ради которого рыцарь выдернул меня из особняка. К сожалению, из-за непривычно ясного дня Ребекке пришлось вернуться в убежище Тёмных библиотекарей, хотя она, как обычно, пыталась с этим спорить. Зато компанию нам решил составить уже знакомый мне сэр Мейсон Борренгаф, который поделился с нами самыми последними новостями.

— Едем в спальный квартал на западе, — рассказывал он, пока конюхи в спешке готовили экипажи. — За ночь было не мало столкновений, я лично побывал на трёх, но то, что случилось там заслуживает особенного внимания.

— Это с чего вдруг? — поинтересовался Брайан. — Чем монстры вдруг смогли удивить?

— В том-то и дело, что там скорее всего были не монстры. Обычные стычки с ними заканчиваются нашими победами, да и сами твари чаще отступают, чем упорно сражаются.

— А там тогда что случилось? — Джошуа выглядел наиболее уставшим, чем когда-либо за всё время нашего знакомства.

— А там две полицейские группы пропали бесследно, — ответил Мейсон. — Поэтому сэр Абрахам считает, что в этом может быть замешан Потрошитель.

А если где-то замешан Потрошитель, то значит мы должны были проверить всё лично. Перед заданием мы все максимально вооружились, прихватив с собой винтовки и особые пули, которые все называли дум-дум.

— Хорошая вещь, — с хищной улыбкой объяснял мне Борренгаф, показывая пулю с вырезанным на ней крестом. — При попадании в цель начинает расширяться. Физика — непреклонная дама. Их несложно изготовить из самых обычных пуль, поэтому я всегда пользуюсь только ими.

— Монстры от них, наверное, в полном восторге? — съязвил я.

— Монстры, люди. Все, в кого ты их направишь.

С удивлением я посмотрел на Брайана, который кивнул со значением. Похоже, что сэр Мейсон полностью оправдывал свою репутацию.

Когда мы прибыли в назначенное место, то тут же принялись искать следы пропавших полицейских. Уже ожидавший подкрепления сержант с парой констеблей присоединились к нам опасаясь, что в противном случае они разделят судьбу своих товарищей. Местные жители на контакт с нами идти решительно отказывались. Большинство из них не доверяли полиции, таили обиду на городские власти или же просто были слишком запуганы после прошедшей ночи. После пары часов поисков нам всё-таки удалось найти полицейских — их изрубленные на части тела оказались свалены в запертом пабе, хозяин которого в ужасе устроил истерику, когда увидел что сталось с его заведением. Картина, конечно, была ужасная, однако характер ран не оставлял никаких сомнений. Эти люди столкнулись с самим Потрошителем.

— Чего же эта тварь добивается? — немного рассеяно сказал Джошуа осматривая паб, который сейчас больше напоминал дом ужасов.

— Слушай, Джошуа, — осторожно начал я. — Тебе бы отдохнуть, поспать что ли. Ты плохо выглядишь.

— Сам не лучше. Смотрю ухо так и не вернулось. Ты вообще в порядке?

— В полном, Петля полностью работает, — заверил я, уже проверивший её утром через порез на ладони. — Сам удивлён, что ухо не восстанавливается.

— Ну раз ты в порядке, то и я в порядке.

— Джошуа, ты спросил, чего эта тварь, в смысле Потрошитель добивается. Думаю, что главное, к чему он сейчас может стремиться так это сбежать из города.

— Не скажи, — к моему удивлению Джошуа покачал головой. — У сэра Абрахама иные подозрения и именно из-за этого они с лордом Уинтером подняли на уши всех, кого только можно. Потому что считают, что Потрошитель готовится к чему-то особенному.

Подобное предположение нельзя было назвать хорошим, но в то же время оно и не было неожиданным. Мы все уже думали о том, что нападения и убийства, которые совершал Потрошитель, должны были чем-то закончиться. Рассчитывать на то, что всё это время он убивал просто ради развлечения или удовлетворения своих комплексов было глупо, теперь я это понимал. Такой человек как Потрошитель, переживший столько всего ради одной идеи, мог предать её только ради другой. Он бы ни за что не ушёл в свободное плавание. И к тому же если этот засранец и планировал устроить в Лондоне что-то глобальное, то сейчас был самый подходящий момент. Он атаковал особняк Блэков, убил Олафа и тем самым нанёс нам ответный удар после всех тех засад, которые мы ему устраивали. А теперь мы развернули на него настоящую охоту и буквально выкуриваем из каждой норы. Теперь поимка этого монстра только вопрос времени и значит лучшего момента для своей акции у него больше не будет. Понять бы только в чём она заключается!

— Нет! Последний раз повторяю вам — нет! Ничего не знаю, никого не видела, ни с кем не общалась!

После паба мы нашли в этом квартале морг и, разумеется, его осмотрели. Место было паршивое, учёта почти никакого, думаю здесь можно было украсть всё что угодно. Любое тело. И такое место точно должно было привлечь Потрошителя, вот только служащая морга решительно не была настроена с нами сотрудничать. Минди, представилась она. Либо она действительно ничего не знала и не сталкивалась ни с Потрошителем, ни с его помощником. Либо она уже давно работала на них.

— Поскольку сэр Абрахам поставил тебя главным на этом задании я обращусь к тебе за разрешением, — медленно проговорил Борренгаф, глядя на Джошуа. — Позволь мне разговорить её. Учитывая, что мы нашли в пабе не верю, что тот, кого мы ищем не был здесь.

— Это не наши методы, Мейсон, — отверг Джошуа и строго посмотрел на служащую. — Вы уверены, что ничего не хотите нам сообщить? Речь идёт об убийстве полицейских, и мы хотим во всём разобраться.

— Хотите разбирайтесь, только меня оставьте в покое! — невысокая девушка со спутавшимися волосами взмахнула руками. — Я же сказала, что ничего не знаю и ни с кем не общалась! Убийца явно спрятался, где угодно, но только не здесь!

— Ладно! — после недолгого молчания решил Джошуа. — Уходим!

Дважды повторять не пришлось и вся наша команда немедленно вышла. Даже Мейсон несмотря на явное недовольство подчинился. Однако, когда мы уже приготовились садиться в экипажи Джошуа всех остановил.

— Вы следите за входом и, если увидите помощника Потрошителя обязательно его задержите, — распорядился он, обращаясь к сопровождавшим нас агентам. — Если увидите самого Потрошителя бейте тревогу и без нас не нападайте. Мейсон, проконтролируй.

— Мы не уходим? — спросил я после того, как рыцарь медленно кивнул.

— Нет, потому что она совершенно точно замешана, — ответил Джошуа, проверяя барабан своего револьвера. — Во-первых, это место идеально подходит для Потрошителя, и я не верю, что в таком районе как этот он оставил его без внимания.

— А во-вторых?

— А, во-вторых, она сказала, что убийца спрятался, где угодно, но только не здесь. Откуда она знает, что убийца был только один? Я об этом не говорил.

А это было верное замечание! Пока сэр Мейсон с агентами дежурили у главного входа мы с Джошуа и Брайаном обошли здание морга и подошли с задней стороны. К моему приятному удивлению ждать потребовалось недолго, однако человек которого мы встретили меня просто поразил. Мы встречались ненадолго, но уже тогда эта женщина удивила меня своим характером даже больше, чем фамилией.

— Оливия Чарригтон, — с удивлением выдохнул я. — Глазам своим не верю.

— Зря, потому что это графиня собственной персоной, — прокомментировал Джошуа, наблюдая за женщиной, подошедшей к задней двери морга. — Что она здесь забыла?

Мы укрылись за ближайшим зданием так чтобы нас не было видно. Оливия ожидала недолго и вскоре к ней вышла уже знакомая нам служащая морга Минди. Они о чём-то разговаривали, в какой-то момент начали спорить. Минди снова размахивала руками, а Оливия что-то строго ей объясняла. Что именно было не разобрать.

— Вряд ли они обсуждают последние волнения английской моды, — усмехнулся Джошуа и отдал приказ. — Взять их!

Мы бросились к ним стремительно, с оружием в руках и не оставляя никаких шансов на побег. Стоит отметить, что Оливия Чарригтон даже не пыталась сбежать. Она не испугалась, но видно сразу поняла, что в её платье и с её каблуками подобное действие будет скорее комичным, чем хоть немного эффективным. В отличие от служащей Минди. Та поспешно скрылась в здании морга, но только для того, чтобы поспешивший Брайан привёл её обратно.

— Итак, какая необыкновенная встреча, — Джошуа окинул обеих женщин внимательным взглядом. — Госпожа Чарригтон, не думал, что действительно увижу вас в такое время и в таком месте. Однако вы умеете удивлять.

— Я вас помню, — с холодным спокойствием сказала графиня. — Вы приходили в дом к моему мужу с теми бумагами и угрозами. Что же теперь? Будете угрожать и мне?

— Разумеется. По долгу службы и исходя из сложных обстоятельств, в которых мы все оказались. У меня просто нет другого выбора.

— Нижайший поступок для мужчины — шантажировать женщину. Однако, наверное, на большее вы не способны.

— Слушайте, вам что надо? Я же сказала уже всё! Ничего не знаю, никого не видела! — снова завелась Минди.

— Да-да, рассказывай! — воскликнул Брайан, направляя на неё револьвер. — И что же может связывать двух настолько разных дам?

— Вот именно, — поддержал Джошуа, которого нисколько не задели уколы Оливии. — Что может вас связывать? К сожалению, вы правы госпожа Чарригтон, что придётся опуститься до шантажа, потому что нам очень важно знать, что же может вас связывать с этой женщиной. И так уж сложилось, что вариантов для этого шантажа у нас достаточно.

— И что? Снова будете трясти папкой с компроматом? Пригрозите, что расскажете о том, где нашли меня моему мужу?

Ещё в первую нашу встречу эта женщина дала понять, что характер у неё есть. Она нисколько не боялась и глядя на неё я был уверен, что даже если сэр Мейсон Борренгаф в подробностях описал бы ей все свои методы это её бы ни испугало. Однако у Джошуа оказался другой вариант.

— Знаете, когда мне сказали, что мы встретим вас здесь, я не поверил, — сказал рыцарь. — Подумал, что это бред. Но раз уж он оправдался, то может оправдается и другой бред?

— Это вы сейчас о чём? — холодно поинтересовалась Оливия.

— Это я об Ирвине.

Неожиданно Джошуа назвал именно то имя, которое мы все избегали называть. И также неожиданно оно оказало эффект. Графиня Оливия Чарригтон хамившая при мне брату самого короля, ещё минуту назад казавшаяся скалой, о которую разобьются любые волны сейчас побледнела и будто съёжилась. Стала меньше и была теперь подобна маленькому листику, который злой ветер поднимет и унесёт в любую сторону.

— Вы не можете этого знать…

— Однако мы знаем. И поверьте такая новость будем помощнее компромата, собранного на вашего мужа. Думаю, её хватит, чтобы похоронить всю вашу семейку. Вместе с вашим могущественным отцом.

Наступила короткая пауза, во время которой мы все внимательно смотрели на Джошуа пытаясь понять, что происходит. Уж я-то точно ничего не понимал!

— Минди, расскажи им всё, что они хотят знать, — к моему удивлению распорядилась Оливия.

— Простите, но я не понимаю…

— Я сказала расскажи всё, что им потребуется! Расскажи им всё, что требуется о Кенни Твильвисоне!

Глава 37

Глава 37.

К моему очередному удивлению идти оказалось недалеко. Именно морг служащей Минди был наиболее посещаемым со стороны Кенни из всех городских моргов. Именно здесь он похищал наибольшее количество частей тел для Потрошителя и именно сюда пришёл, когда по всему Лондону начались облавы. Не знаю с чем это было связанно в первую очередь — с тем, что в этом морге вёлся отвратительный учёт или с тем, что Кенни с этой Минди были любовниками?

Служащая работала на графиню Оливию и при чём работала давно. Поэтому после её приказа она выложила всё, что было нам необходимо о помощнике Потрошителя. Как часто он приходил, как похищал части тел и как давным-давно его выгнали из медицинской академии за воровство лекарств, которые он продавал нечистым на руку торговцам. Или если быть точнее обычным бандитам. По дороге Минди также рассказала о том, как Кенни восхищался Потрошителем и его деятельностью. Утверждал, что он очистит этот город и не только от чудовищ, а от всех, кто слаб и не готов принять новый порядок. И вот эти рассуждения пугали меня больше всего.

— Не нравится мне это, — признался Брайан всё время оглядываясь назад. — Новый порядок, убрать тех, кто слаб. Такие вещи добром не заканчиваются.

— Слушай, мы видели этого Кенни всего один раз, но даже этого хватило, чтобы сказать, что он явно ненормальный, — заметил я. — В конце концов кто вообще в здравом уме будет делать то, чем он занимается?

— Тихо! — распорядился Джошуа, надевая кастет. — Мы на месте. И помните, он нужен нам живым! От мёртвого не будет никакого толка.

— Что не мешает ему стать мёртвым, когда весь толк от него закончится, — неприятно усмехнулся Борренгаф.

Как оказалось Минди жила в собственном доме неподалёку от места, в котором работала. Дом был небольшим, но выглядел прилично, отчего я удивился зачем вообще эта девушка связалась с таким типом как Кенни? Моих же товарищей волновало кое-что другое. По словам Минди Кенни прямо сейчас прятался у неё, а это шанс схватить его и затем выйти на Потрошителя!

— Пойдёшь первым, — распорядился Джошуа, обращаясь ко мне. — Заодно исправишь ту историю, когда он ушёл от тебя в прошлый раз.

— С удовольствием, — сказал я, тоже надевая кастет.

Мы с Джошуа встали у двери, Брайан занял позицию у окна, а Мейсон с одним из агентов обошёл здание сзади. Остальные охраняли графиню Оливию, хотя я не был уверен в том, что она решился куда-то бежать.

— Давай, зови его, но только без глупостей, — сказал Джошуа Минди.

— А то что? Убьёте меня?

— Тебя? Нет. Но твоему дружку точно не поздоровится.

Вздохнув Минди посмотрела на Оливию и после того как та кивнула служащая подошла к двери и постучала. С обратной стороны послышался какой-то шум, затем звук шагов, но никто так и не ответил.

— Кенни! Кенни это я! Открывай!

— Ты там одна? — не сразу, но из-за двери послышался знакомый мне голос. — Точно одна?

— Точно! Давай открывай! Пусти меня!

— А ты принесла выпивку? Ты обещала купить!

— Кенни я всё принесла! Да открывай ты уже скорее!

Щёлкнул замок, я отчётливо услышал, как с той стороны сняли цепь, а после этого мне было достаточно того, как дверь слегка приоткрылась. Схватив её, я резко дёрнул на себя и ворвался внутрь. Надо признать реакция у Кенни была что надо, потому что он тут же дал дёру. Убегая по коридору, он на ходу опрокидывал всё до чего успевал дотянуться, а я перепрыгивал через любые препятствия. В этот раз я не мог упустить этого гада!

— Стоять! А ну стой! — кричал я ему вслед.

Разумеется, Кенни не отвечал. Прыгнув в одну из комнат, он заперся, и я с разгона врезался в дверь. Она поддалась не сразу. С третьего удара мне удалось выбить её и оказаться в проходной комнате, в дальнем конце которой появился удивлённый Брайан. Ведущую наверх лестницу мы заметили одновременно.

— Скорее! Наверх! За ним!

Я поднимался первым, Брайан сразу за мной. Стоило мне оказался на самой вершине как тут же раздались выстрелы, а пули врезались в стену рядом со мной. Я быстро нырнул в ближайшее укрытие, а Брайан прикрыл меня огнём из винтовки.

— Вы что делаете?! — заорал снизу Джошуа. — Он мне нужен живым!

— Кенни! — окликнул я, укрывшись за широким шкафом. — Сдавайся! Вариантов у тебя всё равно нет!

— Идите на хрен, сволочи! — крикнул тот в ответ. — Я вам живым не дамся!

— Будешь уговаривать, и мы тебе это обеспечим! — ответил Брайан.

Мы были на чердаке и осторожно выглянув из укрытия я увидел вдали Кенни. Помощник Потрошителя выглядывал из-за здоровенного сундука держа в руках сразу два пистолета и не слишком удачно палил по нам. Я же прикидывал как бы побыстрее его обезвредить.

— Ты загнан в угол! — снова начал я. — Бежать тебе некуда! Сдавайся!

— Да я вас всех положу! Как Ирвин! Всех утоплю в крови!

— Ты не Потрошитель, засранец! — Брайан быстро переместился к новому укрытию. — И у тебя мало что получится!

Мы с ним переглянулись, и я уже был готов броситься на Кенни, чтобы грудью принять пули. Тогда Брайан смог бы накинуться на него и обезоружить, однако неожиданно ничего из этого не потребовалось. Раздался звук удара и крик, а затем Кенни буквально швырнули к нам словно мешок. Безоружного. И с окровавленным лицом.

— Ну что парни, молодцы что загнали эту дичь ко мне сюда, — из полутьмы чердака к нам вышел сэр Мейсон с дубинкой в руках. — Думаю ещё пара таких ударов, и он точно будет готов к сотрудничеству.

* * *

— Как вы узнали об этом? — спросила Оливия, по очереди сверля взглядом каждого из нас. — Кто вам донёс?

— Это не так важно, главное то, что мы знаем суть, — Джошуа выглядел всё таким же усталым, но уже хотя бы довольным. — А мелочи вы нам сами расскажите.

— Кто меня сдал? Я должна знать кто меня предал.

— Госпожа графиня, поверьте, наши источники лежат далеко за пределами ваших владений и сфер общения, а люди, которые помогли нам нисколько не подчиняются ни вам, ни вашему отцу.

Вместе с Джошуа и Брайаном мы сидели на кухне в компании Оливии и Минди, пока агенты обыскивали дом. Борренгаф уединился в одной из комнат с Кенни и какое-то время оттуда доносились угрозы сдать нас всех Потрошителю и залить город кровью, но сейчас они стихли. Я смутно догадывался какими именно методами сэр Мейсон сбил спесь с Твильвисона, а теперь склонял его к прямому сотрудничеству. Сам факт того, что мы наконец-то задержали помощника Потрошителя, был большой удачей. Однако теперь ограниченное время и связанные с этим риски похоже требовали от нас жёстких и неприятных мер. Мер, которые мне было трудно оправдать.

— Нам всё ещё не понятно, как это произошло, — обратился Джошуа к Оливии. — Ведь вы люди из настолько разных социальных слоёв, практически чужие. Вероятность вашей встречи равно нулю. Как оказалось, что вы итоге вы с ним…

— Братья? — Оливия с холодом посмотрела ему прямо в глаза. — Как оказалось, что мы с Ирвином братья? Знаете, я думала, что рыцари вроде вас в курсе как такое вообще получается.

— Я не о том, на что вы намекаете, — Джошуа, как всегда, сохранял абсолютное спокойствие. — Как оказалось, что жизнь настолько вас разбросала? Что вы оказались в разных королевствах и по разные стороны баррикад?

— Что же здесь такого удивительного? Ирвину никогда не нравилась политика отца и его взгляды. Они часто ругались, пытались друг друга переспорить. Ирвин демонстрировал удивительное упрямство, которое будь оно применено в другой ситуации обязательно восхитило бы отца. Но только не в этом случае. В конце концов их длительная череда скандалов и взаимных бойкотов закончилась тем, что мой брат сбежал из дома. А отец, он… после этого он отрёкся от него.

— Вопрос для понимания, — вставил я. — Кто собственно ваш отец?

— Гай Гисборн, герцог Ноттингемский. А вы не знали?

— По стечению обстоятельств самый главный королевский оружейник и большой фанат предстоящей войны с Шотландией, — добавил Брайан. — Говорят, что неприязнь к этому северному королевству помогла вашим отцу и мужу найти общий язык.

— Знаете я с куда большим удовольствием поговорила бы с вами об Ирвине, чем о Моргане, — с неприязнью в голосе заявила Оливия.

— Тогда давайте вернёмся к нему, — предложил Джошуа. — Так понимаю, что после побега ваш брат отправился в Шотландию?

— Я всегда знала это. Другие только догадывались, но я знала. Однажды после побега Ирвин прислал мне письмо через одного своего друга. В нём он сказал, что отправляется на север защищать режим, который наш отец хотел уничтожить. Не знаю как он добрался туда и чем там занимался… Но это сильно на него повлияло.

— Мы знаем, но расскажем только если вы объясните нам недостающие детали. Чем вы помогали Ирвину? Вы ведь наверняка помогали ему?

— Я ведь сказала, что Шотландия сильно повлияла на него. Он изменился. Но он по-прежнему оставался Ирвином. Он был моим братом.

— О, это мы уже поняли. Чем вы помогали Потрошителю?

На мгновение Оливия смутилась, словно воспоминания обо всём, что она сделала омрачили её. Но это было короткое мгновение.

— Он был моим братом, — медленно повторила она.

— Детали! — потребовал Джошуа. — Чем вы ему помогали?

— Всем! — выкрикнула графиня. — Всем! Деньгами, связями, убежищем! Всем что требовалось ему для выполнения своей миссии! Всем о чём он только меня просил!

— Вы с ума сошли? — воскликнул я. — На его руках столько крови! Столько жертв! А вы помогали ему их приумножать?

— Да. Да, можете считать, что я сошла с ума. Но всё это время я поддерживала Ирвина! За спиной отца я привлекла все силы своей семьи какие только смогла, чтобы помочь ему! А за спиной мужа я передала ему все сведения о вампирских кланах, которые только сумела подслушать! Считайте меня сумасшедшей, но речь идёт о моём брате.

— Которого вы не видели сколько? — уточнил Джошуа. — Лет десять?

— Пятнадцать, — не глядя на него поправила Оливия. — Но, когда он подошёл ко мне на улице я сразу его узнала. И сразу поняла, что сделаю ради него всё, что потребуется. Всё, чтобы помочь ему. Можете думать обо мне что угодно. Мне всё равно.

— И вас нисколько не беспокоило скольких он убил? — продолжал удивляться я. — Неужели вас это не беспокоило?

— Ну почему же? Беспокоило. Ирвин прибыл сюда с миссией, которую ему поручили злые и жестокие люди, но я познакомила его с тем, кто помог ему найти новый путь. Возможно, вы скажите, что методы его не изменились, но это не так важно. Главное то, что теперь он всё делает ради высшей цели.

— Кто это? — тут же спросил Джошуа. — О ком речь?

— Этого я вам не скажу, — Оливия улыбнулась. — Можете делать со мной что хотите, но этого я вам не скажу.

Я посмотрел на графиню уже совсем другим взглядом. От прежнего уважения, которое я испытывал к ней раньше не осталось и следа, теперь я видел в ней только сообщника Потрошителя, куда более худшего чем Кенни. Ведь если подумать, на ней также была кровь всех тех, кого убил этот маньяк.

Неожиданно у нас за спиной появился Борренгаф.

— Парень готов сотрудничать, — без тени усталости на лице сообщил он. — Так что, если вы здесь закончили, можем задать ему несколько вопросов.

— Мы здесь закончили, — заявил Джошуа и внимательно посмотрел на Оливию. — У меня только один вопрос. Когда вы рассказали Потрошителю о готовящейся встрече вашего мужа с вампирами Чёрного кальмара в Клубе Метких Джентльменов, где он устроил погром и убил упомянутых вампиров… Вы тогда рассчитывали, что он убьёт и вашего мужа? Вы хотели убить Моргана? Ведь мы тогда защитили его, спасли ему жизнь.

— И что? Вы потом ни разу не пожалели об этом? — женщина многозначительно взглянула на нас в ответ.

* * *

Кенни выглядел неважно. Лицо разбито, рубашка вся в крови и мне показалось, что у него были сломаны два пальца. Всё это не оставляло никаких сомнений в методах сэра Мейсона, хотя у меня и без подобных подтверждений никаких сомнений не было. Кенни был привязан к стулу по центру комнаты. Его трясло и пусть он смотрел на нас со злостью, прошлого вызова в его взгляде уже не наблюдалось.

— Он точно готов к диалогу? — уточнил Джошуа.

— Вполне, — с довольной ухмылкой ответил Борренгаф. — Пусть вас не смущает его злоба — это лишь остатки прежней бравады. Хотя я пока общался с ним мягко.

— Уверен он заслуживает большего, — заметил Брайан, закрывая дверь.

— Боюсь, что наше руководство сочтёт также поэтому лучше всего тебе сотрудничать искренне и с полной самоотдачей, — Джошуа угрожающе навис над Кенни. — Иначе сэр Мейсон станет твоим главным и единственным собеседником на долгие и долгие часы.

Мне это всё не нравилось, но похоже обстоятельства складывались таким образом, что у нас не было выбора. И как часто так оправдывали подобные вещи?

— В общем мы с ним работаем вместе ещё с Шотландии, — со смесью неприязни и опаски начал Кенни. — Там был один необычный эксперимент, безумная хрень, в которую вы не поверите если я вам расскажу…

— Мы сами разберёмся во что поверим, а во что нет, — оборвал Джошуа. — Давай ближе к тому, что вы здесь делали.

— Мы выполняли задание. Мочили тварей и тех, кто с ними сотрудничал чтобы британские сволочи не смогли организовать большой поход на север, — он осторожно покосился на Борренгафа. — Что? Вы же вроде не сотрудничаете с королём и его прихвостнями.

— Можешь ругать его королевское величество сколько угодно, — усмехнулся сэр Мейсон. — Про дело только не забывай.

— На кого сейчас работаете? — спросил Джошуа. — По чьей воле убиваете?

— А разве это так важно? Убиваем по приказу одних, убиваем по приказу других! Какая разница?

— Для тебя серьёзно нет никакой разницы? — поразился я. — На ваших руках столько крови!

— А сколько на ваших? У монстров, которых вы все тут убиваете тоже говорят есть чувства! Не пугает такое количество убийств?

— Нет. А тебя? — мрачно уточнил Брайан.

— А мне вообще всё равно! — в голосе Кенни появились нотки прежней бравады. — Это Ирвин идейный, верит, что всё это ради высшей цели. Повторяет, что теперь мы настоящим делом заняты, хотя делаем на самом деле ровно то же самое. Но мне всегда это было безразлично. Главное я занят.

— Занят? — не понял я.

— Эй! Здесь меня ни за что выгнали из академии, а в Шотландии кроме Саммервайта никто всерьёз не воспринимал. Когда мне поручили зашивать и, если это можно так назвать, «лечить» Ирвина я был рад, что снова чем-то занят. А ещё был счастлив покинуть север.

— Мы здесь не для того, чтобы слушать о твоей несчастной жизни, — напомнил сэр Мейсон. — Если тебе всё равно на кого ты работаешь тогда быстрее сдай его нам.

Кенни сомневался не долго, в основном потому, что в руках Борренгафа снова появилась палка.

— Он называет себя Гроссмейстером, — от этого прозвища мне стало не по себе. — Не знаю как Ирвин его нашёл, но тот так промыл ему мозги, что он поверил будто этот тип знает как построить лучший мир. С тех пор он исполняет его приказы, на первый взгляд всё то же самое, хотя к одному крупному делу мы всё-таки готовились. Ирвин и меня пытался агитировать, но я готов просто работать с ним. Я знаете ли слишком умён, чтобы вестись на байки про совершенное общество и всяких там высших существ, которым суждено править.

— А убийство тех шотландских агентов? — я вспомнил про Холборн. — Они же были вашими товарищами!

— Они сильно раздражали своим контролем, хотя я был готов с ними мириться. Но Ирвин сказал, что это задание от Гроссмейстера, что-то вроде проверки на преданность. До этого мы долгое время вешали им лапшу на уши будто бы верны королеве! Такая же самовлюблённая дура, как и английский королевишка!

— Вернёмся к теме планов, — строго сказал Джошуа. — Ты обмолвился, что вы с Потрошителем готовились к какому-то крупному делу. О чём речь?

— О том, что уж точно собьёт спесь с таких засранцев как вы. Думаете вы победили если взяли меня? Думаете удача на вашей стороне если можете меня запугать? Я скажу, о я всё скажу, скрывать мне нечего! Вы ведь не смогли ни разу победить Ирвина? Не смогли одержать над ним верх? Вот и в этот раз у вас ничего не выйдет! Вы проиграете! И хоть мне нет дела до великих планов Ирвина и этого Гроссмейстера я уж точно поржу над тем, как вы облажаетесь!

— А ну пасть закрой и отвечай только по делу! — грозно потребовал сэр Мейсон. — Ты слышишь?

— По делу это можно! Всё равно вы ничего уже не исправите! — Кенни засмеялся, то ли от безумия, то ли от попытки себя подбодрить. — Всё случится сегодня! Сегодня ваша драгоценная Англия, а за ней и весь остров отправятся в бездну! Сегодня Потрошитель ввергнет всё в хаос!

— Как? — побелев от злости крикнул Джошуа. — Как?!

— Убив короля!

* * *

Пол Литтл спешил по коридору пытаясь совместить две, казалось бы, несовместимые вещи — бежать быстро, но при этом с достоинством, так будто он вообще никуда не спешит. Нельзя уронить себя в глазах подчинённых, которых он с таким старанием гонял каждый день, заставляя до блеска начищать полы и светильники и постоянно угрожая увольнением за любую провинность. Персонал должен был бояться своего начальника и Пол прилагал все усилия для этого, не видя других способов поддерживать чистоту и порядок на самом главном объекте во всей Англии. В Букингемском дворце.

Пара слуг услужливо открыли двери и Пол как мог с достоинством влетел в большой и роскошный зал тут же замерев и вытянувшись как струна. Его ассистенты встали чуть позади, пытаясь отдышаться и незаметно вытирая пот со своих лиц. Они думали, что делают это незаметно.

— Можете говорить, Литтл. Я жду вашего доклада.

— Всё готово! Кареты эскорта уже ожидают, а ваша личная машина заправлена и отполирована. Полиция расчистит для вас дорогу через город и обеспечит беспрепятственное движение, а взвод гвардии будет отвечать за безопасность. Если позволите заметить, начальник службы безопасности дворца просил увеличить количество охраны.

— В этом нет никакой необходимости. Там куда я отправляюсь моих врагов нет.

— Мы уже предупредили всех в больнице. Вас встретят и проводят до необходимой палаты. Охране также обеспечат полный доступ.

— А другие палаты? Я планировал посетить и других больных.

— Если позволите, начальник службы безопасности дворца считает эту идею не слишком безопасной. Есть ли необходимость подвергать вашу персону подобной угрозе?

— Я уже встречался с ним сегодня дважды, и он поделился со мной всеми своими опасениями. А до него ещё премьер-министр. Поверьте, если лорд Уинтер не смог отговорить меня от этой поездки, то уже никто не сможет.

Пол Литтл тяжело вздохнул. С влиянием такого человека как премьер-министр было действительно сложно бороться и многим в парламенте или во дворце это не нравилось. В том числе и из-за слухов о связях лорда Уинтера с крайне мрачными и сомнительными личностями, лица которых словно в подтверждение их скверных характеров были покрыты шрамами.

— Сориентируйте меня по графику.

— Разумеется. Дорога не займёт много времени. На всё посещение Вестминстерской больницы у нас есть два часа. Один на посещение трёх больничных палат с пострадавшими от недавней газовой атаки в пригороде. Один на посещение палаты с вашей сестрой. Я лично разговаривал с главным врачом, и он заверил меня, что вам никто не будет мешать. Целый час тишины. После этого у вас встреча с министром иностранных дел и министром колоний, которые хотят обсудить с вами затянувшийся кризис в Индии.

— Как моя сестра?

— Я подготовил подробный отчёт о её состоянии, с которым вы сможете ознакомиться в машине. К тому же главный врач охотно предоставит вам любые пояснения и подробности.

— Хорошо. Выделите ему дополнительные двадцать минут для нашего разговора. Вне графика.

— Позволю себе напомнить, что герцог Ноттингемский просил разрешения присоединиться вечером к вашему ужину для приватной беседы. Тема беседы заявлена как «фельдмаршал Кроммель».

— У нас настоящий военный конфликт в Индии, которую активно раскачивают против нас французы. А Гай Гисборн всё хочет втянуть меня в Шотландию? Как будто у нас есть свободные ресурсы для этого вторжения!

Пол Литтл молчал. По долгу службы он нередко становился свидетелем возмущений или риторических вопросов, несущих в себе глубоко политический контекст. И уже давно знал, что самой правильной реакцией было не забывать, что они именно риторические и никак их не комментировать. Это умение вместе со способностью держать в страхе весь персонал Букингемского дворца помогала ему твёрдо удерживаться на своей должности главного дворцового управляющего.

Ну и, конечно, связи. Куда же без них?

Слуги отошли в стороны закончив процесс одевания и его королевское величество Георг Девятый обернулся к Полу. Мужчина средних лет с золотистыми волосами, которые уже тронула седина и проницательным взглядом голубых глаз, окружённых ранними морщинами. Он не производил впечатления благородного рыцаря и вообще в красоте и харизме уступал своему младшему брату лорду Эдгару. Георг скорее был похож на уставшего чиновника, постоянно сутулился и скрывал от публики то, что читает только в очках. Одетый в роскошный парадный мундир с золотыми пуговицами и запонками с украшенными драгоценными камнями саблей на боку. Король любил изображать из себя военного, хотя во время его службы в молодости полк, в котором он числился держали подальше от любых боёв.

— Что скажете, Литтл?

— Выглядите превосходно, ваше величество, — быстро ответил Пол, зная ответ на ещё один риторический вопрос.

— Мне кажется мундир стал немного тесноват… Возможно сел?

— Возможно. С вашего позволения я передам портному, чтобы он занялся этим вопросом.

— Хорошо. Есть что-то заслуживающее моего внимания перед поездкой?

— Нет, ваше величество. Но на обратной дороге вы могли бы ознакомиться с кратким отчётом о положении дел в колониях, как раз перед встречей с министрами.

— Хорошо, положите его вместе с материалами в машину. И передайте всем, что я выйду через пару минут. Осталось только выбрать подходящие часы для поездки.

— Будет исполнено.

— И Пол, спасибо за вашу работу.

— Рад служить, ваше королевское величество.

Разумеется, король вышел не через пару минут, но вскоре его кортеж всё-таки покинул территорию дворца и Пол с облегчением выдохнул. И только тогда согласился принять посланника.

— Вы хоть понимаете сколько заставили меня ждать? — с порога кабинета воскликнул сэр Мейсон Борренгаф.

— Возможно вас это удивит, но мы здесь заняты по-настоящему важными делами и у нас не так много времени.

Пол сидел за своим огромным столом демонстрируя идеальную выдержку и жестом предложив покрытому шрамами посланнику присесть в свободное кресло. Однако тот предпочёл упереться обоими руками о стол, демонстрируя тем самым полное пренебрежение этикетом.

— Лорд Уинтер занят куда большим количеством важных дел, однако он всегда находит время для сил, которые я представляю! Подобное отношение просто возмутительно!

— Возмутительно это то, что вы позволяете себе так вести себя в подобном месте! Возможно, вы и привыкли к безосновательно щедрому отношению господина премьер-министра, но здесь никто вам ничем не обязан.

— Ты что издеваешься?! Речь идёт о безопасности короля!

Пол тяжело вздохнул. Харри Крайтон — начальник службы безопасности дворца уже принял у себя этого безумца и теперь настала очередь Литтла выслушать весь этот бред. А заодно прочитать письмо якобы от самого премьер-министра, которое этот мрачный тип принёс с собой. Рассказывал он, конечно, складно, однако мало ли подобных заявлений и предупреждений время от времени поступало в королевскую канцелярию?

— Знаете это всё очень интересно, но боюсь, что вы опоздали, — наконец Пол решил остановить этот неубедительный поток. — Королевский кортеж уже покинул дворец и отправился по направлению назвать которое я вам не могу из соображений безопасности.

— Ты не слышишь меня? Или не читал письмо? Я и так знаю, что король отправился в Вестминстерскую больницу проверить пострадавших после недавней атаки! Но он в большой опасности! Вы должны немедленно вернуть его обратно и спрятать во дворце! И вызвать сюда всю гвардию!

— И откуда у вас такие сведения, позвольте спросить?

— От помощника Потрошителя, на котором я использовал свои методы убеждения, которые с радостью применил бы на тебе!

— Ах, Потрошителя, — Пол позволил себе усмехнуться. — Того самого Потрошителя, которого ваши товарищи не могли поймать сколько? Уже несколько месяцев?

— При чём здесь это? Немедленно высылай всадников! Спасайте короля!

— Сэр, я буду с вами откровенен, — Литтл демонстративно встал. — Спасать короля нужно от пустой траты времени на таких как вы. Не знаю, чем вы смогли добиться расположения лорда Уинтера и в том числе подобного письма, якобы от него полученного. Но не ждите здесь ничего подобного. Все ваши доводы я считаю несостоятельными.

— Ты с ума сошёл? — Борренгаф не верил в то, что слышал. — Совсем меня не слушал? Из-за вашей некомпетентности король может погибнуть! Меня послали вас предупредить! Он направляется прямо в засаду!

— К сожалению, я не вижу никаких веских оснований доверять вашей информации и насколько мне известно начальник службы безопасности дворца Харри Крайтон тоже так считает. И точно также он не считает достоверным это письмо. А значит не вижу причин изменять маршрут короля и его плотный график. У него слишком много дел.

— Послушайте!

— Нет! Скажу прямо — вам здесь не рады. Во дворце не доверяют таким нечистым на руку людям как вы, а потому прошу вас немедленно покинуть эти стены. Иначе я вызову гвардию!

— Вы даже не представляете насколько дорого вам обойдутся эти слова! — Борренгаф выругался и перевернув кресло направился к выходу.

Пол присел, а потом позволил себе закурить сигарету. С полным спокойствием король отправился в очередную поездку и Пол Литтл не хотел, чтобы хоть что-то этому помешало. Ох уж эта английская степенность, сдержанность и абсолютное спокойствие. Вот только для того, чтобы кто-то один мог излучать это спокойствие кому-то другим приходилось бегать как белка в колесе. Однако этой прерогативой Пол ни с кем делиться не собирался.

Глава 38

Глава 38.

И в какой момент всё вдруг стало настолько плохо? Ещё только вчера мы разыскивали Потрошителя, а теперь стремимся предотвратить покушение на самого короля? И похоже, что Артурианская Служба готова бросить на это лучшие силы стремясь спасти его любой ценой. И это несмотря на то, что король не был её союзником и как я понял, планировал использовать в собственных целях.

— Гранаты! Несите скорее гранаты!

После всего случившегося Кенни доставили в штаб-квартиру Артурианской Службы и там он рассказал всё остальное. Не знаю добровольно или после повторного общения с сэром Мейсоном и, если честно, я не хотел этого знать. Но именно так мы узнали о готовящемся покушении на короля в Вестминстерской больнице и о том, что там будет Потрошитель. Деталей предстоящего нападения Кенни, к сожалению, не знал, а потому оставалось непонятным как наш враг планировал в одиночку биться с целым взводом королевских гвардейцев. Хотя разве раньше его что-то подобное останавливало?

— Мне нужен отряд у восточного крыла! Следите за окнами!

На этот раз сэр Абрахам поручил собрать штурмовую группу. Целый взвод рыцарей и агентов Артурианской Службы вооружённых до зубов изобретениями Джейкоба Найта. Оружейник лично прибыл, чтобы разъяснить всё, что потребуется на месте и тогда мне казалось, что мы хорошо подготовились к операции. Но я ошибался.

— Бинты! Скорее! Нужно перевязать рану!

— Помогите! Здесь ещё раненные! Где хирург?

— Примкнуть штыки и приготовиться к бою!

Я стоял и смотрел на это безумие не в силах поверить в то, что происходило вокруг. Кто я такой? Откуда я здесь? Разве мог я представить, что окажусь в подобной ситуации? Да даже в самых смелых фантазиях… Кругом кричали люди. В наспех накрытом лазарете в ближайшем парке помогали раненным число которых лишь прибавлялось. Пострадавший персонал больницы и её пациенты, горожане прибывшие с утра их навестить, а также полицейские и гвардейцы, принявшие на себя первый удар. Рваные раны, следы от когтей и возможно зубов. И конечны раны, оставленные топором. А оставил их тот, кто был виновен во всём, что случилось сегодня и задолго до этого. И он был там. Внутри горевшей Вестминстерской больницы.

Неподалёку от лазарета собирались полицейские. Вооружённые дробовиками, револьверами и дубинками он всё прибывали и прибывали, стремясь сюда, наверное, со всего Лондона. Кто-то выглядел решительным, но большинство напуганными.

— Как только поступит приказ мы пойдём на приступ! — надрывался перед ними офицер. — Там внутри наш король! Тот, кому каждый из вас приносил присягу! Не смейте бояться! Мы обязаны вызволить его, и мы это сделаем, чего бы нам это ни стоило!

Возле лазарета разместился и штаб предстоящей операции. В него уже прибыли комиссар столичной полиции, глава городского совета и начальник службы безопасности Букингемского дворца. А потому было даже непривычно смотреть как все эти люди внимательно слушали покрытого шрамами Джошуа. Ну кроме премьер-министра конечно же.

— Скоро к нам присоединится гвардейская рота и тогда вместе с полицейскими силами они смогут организовать наступление у западного крыла, — Джошуа излагал план предстоящей операции глядя на карту больницы. — Не пытайтесь пройти глубоко в задние. Лучше захватите вот эти помещения и займите оборону.

— Оборону? Западное крыло? — возмутился начальник службы безопасности. — Зачем всё это если по нашим данным его величество находится в восточном? Вы вообще собираетесь его вытаскивать?

— Вот именно мы этим и займёмся. А ваша задача отвлечь на себя внимание противника, который обязательно попытается выбить вас.

— То есть мы что для вас приманка?

— Нет, — мрачно сказал Джошуа. — Приманкой вы будете для вампиров.

Как мы дошли до всего этого? Как я оказался во всём этом? Хотя после всего что было разве это имеет значение?

— Себастьян! Себастьян, ты нас слушаешь?

Я обернулся к Джошуа и встретился с обращёнными ко мне взглядами всего штаба.

— Просто скажи мне, когда мы выступаем и кого будем бить.

* * *

— И зачем королю туда соваться? — осведомился Брайан, когда мы ещё только ехали в экипажах и не знали какое безумие ждёт нас в Вестминстерской больнице.

— Акт единения с народом, — пояснил Джошуа. — Сейчас там лечатся пострадавшие после недавней газовой атаки в пригородах, в которой обвинили ирландцев. Вот пиар-служба дворца и посчитала, что будет не плохо если его величество приедет выразить им сочувствие.

— Как мило, — заметил я без капли искренности.

Мы ехали в нескольких экипажах, вооружённые всем что только можно было унести. Только у меня было три револьвера, один зажигательный пистолет, несколько ножей, гранат и помповый дробовик. К нему в комплекте шёл штык-нож больше похожий на пилу, но я пока не спешил его прикреплять. Остальные были вооружены не менее внушительно.

— По нашим данным там сейчас также лечится, и сестра короля поэтому в первую очередь он едет туда навестить её. Ты, кстати, с ней уже знаком.

Это я хорошо помнил. Именно сестру короля Аманду пытался похитить Генри вместе со своими оборотнями, когда втянул меня с Брауном в свою авантюру. Уже тогда было понятно, что принцесса чем-то серьёзно больна и, судя по всему, в Вестминстерской больнице пытались что-то с этим сделать.

— А кто организовал всё это? — задал я самый главный вопрос. — Эту засаду? Это покушение? Кому всё это нужно?

— К сожалению, Кенни знал не так много, как нам бы хотелось, — вздохнул Джошуа. — Он лишь подтвердил, что Потрошитель работает на Гроссмейстера, а тот хочет перевернуть привычный английский мир сверх наголову. А уж что это значит и зачем оно ему нужно… Этого Кенни пояснить не смог.

— А мы вообще знаем, кто этот Гроссмейстер? — уточнил Брайан. — Откуда он взялся и где его искать?

— Все сведения о нём засекречены, но учитывая, что его целью является убийство короля и попытка посеять хаос во всей Англии мы можем с полной уверенностью рассматривать его как врага.

— Он угроза для всех, вне зависимости от того, к чей стороне вы себя относите, — прокомментировала Ребекка. — Его прозвище вызывает страх у тех, кто его знает как среди Затаившихся, так и Раскрывшихся. И если что-то в тёмном мире тех, кто питается человеческой кровью и мясом может называться ещё большим злом, чем все остальные, то это именно он.

— Спасибо, Ребекка, — произнёс я. — Но он не может работать один. Гроссмейстеру должен кто-то помогать, кто-то из дворца. Ведь иначе всё это просто не устроить.

— Да, я тоже об этом уже думал. Нужно знать расписание короля и его планы, точный размер эскорта и, откровенно говоря, то, что принцесса Аманда лечится в Вестминстерской больнице не раскрывалось общественности. Народ считает, что она отдыхает в Испании в гостях уже не молодого герцога Шевертинеса, который теперь играет роль её нового увлечения.

— Но этого Кенни тоже не знал? — понял я.

— Нет. Часть сведений они получали от Оливии, но в подобном должен был помогать кто-то посерьёзнее. Вычислить его в дальнейшем будет отдельной задачей, — подтвердил мои опасения Джошуа. — А сейчас мы должны позаботиться о безопасности короля. Будьте осторожны.

— Кстати об этом вопросе, — заметил Брайан. — Мы же как-то связались с Букингемским дворцом? Королевской охраной? Если мы знаем, что в Вестминстерской больнице ожидает засада может проще всего королю туда просто не соваться?

— Для этого во дворец уже отправился сэр Мейсон и чтобы его восприняли всерьёз лорд Уинтер написал для него целое письмо, — сообщил Джошуа. — Где подробно изложил всё, что нам удалось выяснить и приказал немедленно отменить поездку короля.

— Тогда почему мы не едем в Букингемский дворец? — уточнил я.

— Потому что Борренгаф может банально не успеть и потому есть у меня веские опасения, что к нему могут не прислушаться.

— Как? Речь о безопасности короля! И у Мэйсона письмо от целого премьер-министра!

— У которого достаточно врагов во дворце считающих, что умного премьер-министра лучше бы заменить на глупого и послушного.

— Гребанные политики, — прокомментировал Брайан.

— Поэтому готовимся к худшему и даже если короля спрячут в Букингемском дворце с полком охраны, Потрошитель то будет ждать его в Вестминстерской больнице и поэтому мы едем туда, — подвёл итог Джошуа и немного подумав добавил. — Конечно мы все понимаем с кем имеем дело, но в этот раз я требую от всех повышенной осторожности. Согласно выбитой информации на помощь Потрошителю должно прийти некое подкрепление, хотя как оно проникнет в больницу, и кто это будет вообще понимания у нас нет. В такие вещи Потрошитель Кенни не посвящал.

— Думаю вы можете вспомнить вампиров, с которыми столкнулись в окрестностях замка Крейгкрук, — сказала Ребекка. — Уверенна, что это была не последняя встреча с ними.

— Ну меня от них в прошлый раз отвлекли поэтому если эти твари попробуют нам помешать, то сильно пожалеют, — заявил я. — А что касается Потрошителя, то давайте уже покончим с ним.

* * *

— Ваше королевское величество, ещё раз хочу сказать, что для всех нас огромная честь принимать вас в нашей больнице! — уже в который раз подчёркивал главный врач, когда они с королём и его свитой шли по одному из больничных коридоров. — Хочу заверить вас, что мы прилагаем все усилия для того, чтобы облегчить жизнь пострадавших после газовой атаки и как можно скорее поставить их всех на ноги!

Король шёл впереди, а главный врач держался с почтительным отставанием. За ними тянулась большая свита из королевских помощников, ассистентов, вооружённых гвардейцев и, конечно, многочисленных докторов. Все, кто встречались им на пути тут же разбегались в стороны, в том числе из-за ещё нескольких гвардейцев, расчищающих коридор. В тот момент все эти люди даже не подозревали об уже готовой начаться с минуты на минуту катастрофе.

— Хочу услышать о состоянии моей сестры, — не глядя на главного врача потребовал Георг Девятый.

— Мы привлекли лучших специалистов для того, чтобы справиться с её недугом. Можете не беспокоиться принцесса Аманда получает самое лучше обеспечение и ни в чём не нуждается.

— О конфиденциальности тоже можно не беспокоится?

— Безусловно! Весь допущенный персонал полностью проинформирован, никаких посторонних посещений и, разумеется, никаких журналистов. Некоторые из них появлялись на территории больницы, но охрана незамедлительно всех выставила. Можете не сомневаться!

— Какие прогнозы её лечения?

— К сожалению нам отказали предоставить информацию о тех, кто лечил её раньше, хотя это не мало помогло бы нам с историей болезни. В этой связи я хотел спросить у вас, ваше величество, не позволите ли вы получить доступ к этим сведениям? Их значение трудно переоценить…

— Вроде бы это вы должны докладывать мне, а не я вам?

— Да, конечно, простите меня, — главный врач тут же смутился. — Нам удалось полностью стабилизировать состояние принцессы, и я могу с полной уверенностью сказать, что сейчас её жизни ничего не угрожает. Болезнь больше не прогрессирует и уверен, что её высочеству больше не грозят никакие… изменения.

— Стабилизированное состояние моей сестры это только половина результата, которую мне сложно назвать успехом, — Георг Девятый по-прежнему не смотрел на главного врача. — Что можете сказать об излечении? О полном исключении всех рисков, как вы сказали, изменений? Когда моя сестра сможет жить без всех этих препаратов, которыми вы её здесь пичкаете?

— Ваше величество, боюсь, что мне сложно делать какие-либо прогнозы. Природа недуга мне до конца неясна, а без истории болезни и учитывая, что нам неизвестны обстоятельства заболевания…

— Вы понимаете с кем сейчас разговариваете? Вы понимаете, насколько мало у меня времени? Мне не нужны оправдания, особенно когда речь идёт о моей семье. Мне нужны результаты.

— Нам нужно время. Есть несколько вариантов, в которых я уверен с большой вероятностью. С их помощью мы попытаемся вызвать положительный регресс, если так можно выразиться. Но кроме лекарств нам необходимо ещё кое-что. Заранее прошу прощения, ваше величество, я понимаю, что это неудобный вопрос.

— Надеюсь это не история болезни и обстоятельства заболевания?

— Нет, но просьба покажется вам необычной. Ваше величество, мне необходима ваша кровь.

— Вы ошибаетесь, эта просьба не кажется мне необычной. Предыдущему врачу, который лечил мою сестру тоже регулярно требовалось моя кровь или кровь моего брата.

Главный врач глубоко выдохнул, поскольку боялся просить о подобном. Тем более после явно негативной реакции короля на остальные просьбы. Мужчина терялся в догадках что именно скрывала королевская семья в мутной истории с принцессой Амандой и её странным недугом, но ему уже не в первый раз приходилась сталкиваться с подобными секретами в самых высоких аристократических кругах. А потому он умел держать язык за зубами и почти не задавал лишних вопросов. Почти.

В конце коридора, откуда свита пришла послышался какой-то грохот, заставивший идущих последними гвардейцев обернуться. А раздавшийся женский крик заставил обернуться всех.

— Что это? — не поведя бровью спросил Георг Девятый. — Насколько мне известно здесь больше не лечат душевнобольных.

— Разумеется, мы перенесли этот корпус в пригород, — растерянно произнёс главный врач и вздрогнул, когда крик повторился.

— Ваше величество, — обратился к королю офицер, командовавший взводом гвардейцев. — Мои парни проверят, что там, а вас я бы попросил проследовать в палату к её высочеству Аманде. Вместе с её охраной нам будет легче обеспечить вашу безопасность.

— Вы что, считаете будто пара криков могут напугать самого короля? — сживая рукоять сабли спросил Георг Девятый.

В этот момент в больнице завыла пожарная сирена, а из ближайших коридоров послышали крики и перепуганные вопли. Гвардейцы подняли винтовки, а офицер выхватил пистолет.

— Что у вас здесь происходит? — гневно воскликнул король. — Немедленно объяснитесь!

Однако главный врач не успел ничего ответить. Он потерял дар речи, потому что в конце коридора вдруг появились несколько фигур, отталкивающих одним только своим видом. Несмотря на то, что они были высокими и мускулистыми их лица были жуткими и безобразными, уши неестественно большими, но главного врача пугало вовсе не это. Даже не то, что одеты они почему-то были в больничные халаты.

Главного врача пугало то, что их руки, рты и одежда были покрыты кровью. А ещё то, что они все вдруг бросились в атаку, не обращая внимания на пули гвардейцев.

* * *

Выстрел отбросил монстра от окна, и снайпер передёрнул затвор.

— Цель поражена в восточном крыле! — тут же доложил он.

— Вот видите? Они собираются в восточном крыле, — обратил внимание Джошуа. — А это значит, что нужно выманить их оттуда отвлекающей атакой и после этого проводить спасательную операцию.

— Мы не знаем сколько у его величества осталось охраны и сколько ещё он может продержаться! — ударил кулаком по столу начальник службы безопасности дворца. — Нужно срочно действовать!

— Так ведь именно это я вам и предлагаю!

— Нет! Вы предлагаете авантюру! Вы хотите бросить лучшие силы Лондона на самоубийственную операцию по захвату не представляющей сейчас ценности части больницы! И отправиться спасать его величество небольшой группой у которой нет шансов на успех ввиду вашего полного непрофессионализма! Я — Харри Крайтон! Я — начальник службы безопасности Букингемского дворца! И я лично возглавлю операцию по спасению его величества! Поведу людей в восточное крыло! А вот вы и отвлекайте противника в западном!

— Я, я, я головка от, — буркнул я.

— Да что вы вообще себе позволяете! — зарычал Крайтон, глядя на меня и одобрительно кивающих Брайана и Ребекку.

— Послушайте, пожалуйста, — со свойственной ему любезностью в спор вмешался лорд Уинтер. — В исполнении моих служебных обязанностей мне всегда помогает моя исключительная память на все документы, которые мне только доводилось подписывать или составлять собственноручно. И я прекрасно помню, что сегодня писал один важнейший документ, имеющий не побоюсь таких слов, колоссальное значение для всех этих событий, невольными участниками которых мы все стали. Это письмо, адресованное лично вам и ещё управляющему Букингемского дворца Полу Литтлу. В этом письме были чёткие инструкции и указания, которые я не буду озвучивать чтобы вы сейчас не потеряли лица. И поскольку мы все оказались именно в той ситуации, в которой оказались я подозреваю, что вы не отнеслись с достаточной серьёзностью к моим предупреждениям.

— К чему это вы ведёте, лорд Уинтер? — спросил Харри Крайтон, стремительно бледнея.

— К тому, что я понимаю ваше желание исправить свою ошибку и произвести на всех впечатление будто это именно вы спасли короля. Но ваши действия могут только ещё больше усугубить ситуацию. Позвольте этим людям, имеющим самый большой опыт борьбы с подобным противником, сделать своё дело и спасти нашего короля. А мы потом обязательно отметим ваше самое активное участие.

Харри Крайтон тяжело дыша размышлял пару минут, а потом произнёс:

— Только из уважения лично к вам, господин премьер-министр, я соглашусь поддержать этот безумный план.

Вместе с товарищами я наблюдал за тем, как велась подготовка в штабе и был удовлетворён тем, что все эти разговоры наконец-то заканчивались. Значит скоро мы сможем приступить к делу. Из всех совещавшихся больше других моё внимание привлекал один человек — мужчина с бакенбардами и в шляпе, которого во время нашей последней встречи лорд Эдгар назвал Шмидтом. Он курил трубку и со спокойным видом наблюдал за окружающими. Меня он при этом как будто не замечал.

— Рыцари и агенты Артурианской Службы! — воскликнул Джошуа, подойдя к нам, когда совещания в штабе наконец-то закончились. — Слушай мою команду!

Мы тут же построились. Тридцать вооружённых до зубов человек, все в тёмных одеждах, все в шрамах и все обладатели Петли. Ударная боевая команда, готовая сокрушить любого врага. Бойцы, всю жизнь сражавшиеся с самыми разными чудовищами, которых уже трудно было чем-то удивить. В нашем распоряжении было лучшее оружие, отчего на нас с завистью смотрели полицейские и даже гвардейцы. И мы были полны куда большей решимости, поскольку противостояли подобным ужасам каждый день. С полной уверенностью я причислял себя ко всем этим людям.

— Сегодня перед нами стоит важная задача! — заявил Джошуа. — Обернитесь и вы увидите Вестминстерскую больницу, захваченную врагом! Прямо здесь в Лондоне, посреди дня наш с вами вечный противник позволил себе такую наглость как жестокое нападение на пациентов и персонал больницы. Это плевок в лицо всем нам! Враг считает будто может творить что вздумается под нашим носом, полагает будто мы не сможем призвать его к ответу! Не позволим!

— Не позволим! — дружно ответили мы.

— Но этого мало! Наш враг решил не ограничиваться простыми людьми и напал на самого короля Англии! И это ещё большее оскорбление всем нам, ведь наш враг считает, будто в этой стране он может творить всё, что захочет! Ведь как ещё трактовать подобную дерзость? Не позволим!

— Не позволим!

— Вы все меня знаете! Знаете, что я всю жизнь бился с тварями, не щадя ни себя, ни их! Я защищал человечество до последнего вздоха и вёл эту битву возвращаясь снова и снова!

— Снова и снова! — повторили мы.

— И я жду от вас такой же отдачи! — потребовал Джошуа. — Жду, что вы приложите все силы для достижения нашей цели! Прямо сейчас лондонская полиция и королевская гвардия штурмуют здание больницы в западном крыле и тем самым отвлекают на себя основные силы врага! Наша задача прорваться к убежищу короля в восточном крыле и вывести его оттуда в безопасное место! Это наша основная задача и мы должны её исполнить!

Джошуа вздохнул, и я с удивлением заметил на себе его взгляд. Он думал не долго.

— Для меня честь биться бок о бок с каждым из вас, — продолжил он. — И потому я хочу, чтобы вы все знали. Наш противник — вампиры, решившие будто, они сильнее и умнее нас. И вместе с ними сам Потрошитель — этот безумный монстр, о котором вы все слышали и который уже несколько месяцев терроризирует весь Лондон. Сегодня мы покончим с ним, а заодно и со всеми тварями, которые решили ему помочь. Запомните, я рассчитываю на вашу храбрость, на вашу силу, на вашу готовность сражаться до конца! Я рассчитываю на вас, парни! И сегодня мы внесём ещё одну победу Артурианской Службы в историю! Вам всё понятно?

— Так точно, сэр! — хором ответили мы.

— Тогда в бой!

* * *

Очередной взрыв эхом разнёсся по коридорам больницы. Бросившихся в атаку тварей рассекло осколками, но даже истекая кровью они продолжали бежать. Только вторая гаранта заставила их рухнуть, а подбежавшие агенты с дробовиками добили их контрольными выстрелами. Отряд уверенно продвигался, хотя и стремительно тратил на это множество патронов и гранат. Хотя уж лучше боеприпасы, чем людей.

Следуя плану, мы вошли в здание больницы через восточное крыло. Поначалу нас встречали только обглоданные трупы и лужи крови на полах и стенах помещений. Всё кругом было перевёрнуто и опрокинуто, повсюду виднелись разрушения. Из того, что нам рассказали перед началом спасательной операции, получалось, что вампиры каким-то образом оказались внутри больницы, где словно по команде начали творить хаос. Жертвы исчислялись десятками и довольно быстро все кто могли покинуть здание покинули его, кроме свиты короля, которая оказалась в ловушке. Пара раненных, но чудом выбравшихся гвардейцев рассказали, что остатки охраны вместе с самим королём забаррикадировались в палате его сестры, но у них осталось мало патронов. Как именно вампиры сумели проникнуть в больницу оставалось загадкой. Полиция быстро оцепила здание, опасаясь, что твари попробуют атаковать город, однако они не предприняли ни одной попытки. Судя по всему, прорыв оцепления в их планы не входил и все их цели сводились исключительно к покушению на короля.

Со стороны западного крыла доносились выстрелы и взрывы. Гвардейцы и полицейские сумели отбросить противника и закрепиться в удобных для обороны помещениях, после чего десятки тварей хлынули в их сторону. Следуя советам Джошуа, они повсеместно применяли гранаты, взрывы которых превратились в какую-то сплошную канонаду. В какой-то момент застрочил принесённый гвардейцами пулемёт и оставалось только надеяться, что он положит достаточно тварей, чтобы обратить их в бегство. Однако из-за того, что их поток всё не иссекал можно было лишь догадываться сколько их в этой больнице…

Стоило нам подняться на второй этаж, как на нас тут же обрушился противник. Ребекка оказалась права и перед нами предстали те же самые мускулистые и высокие вампиры, которых мы видели в Шотландии. Только у этих не было доспехов, вместо этого они были одеты в больничные одежды докторов и пациентов, что само по себе наводило на неприятные ассоциации. Завидев нас, монстры бросались в атаку с глухим молчанием и чем дальше, тем больше их становилось. Совсем скоро они уже лезли ото всюду — из всех палат и кабинетов, со всех лестниц, даже спрыгивали прямо с потолка. Отряд плотно держал строй, ощетинившись дробовиками и винтовками со штыками. Передние ряды также пользовались широкими и шипастыми щитами, а помогали им двое бойцов с электрическими винтовками, вспышки которых раз за разом освещали коридоры. Грохотали выстрелы и летели гранаты. Мы прикрывали друг друга и упрямо шли вперёд, хотя вскоре твари уже врезались в наши щиты. Троим монстрам даже удалось запрыгнуть в середину построения, но лишь на беду себе. Всех раненных вернула Петля, а самих чудовищ нашпиговали серебром и свинцом, а затем изрубили в куски.

— Сдохните, суки! — рычал Брайан, передёргивая затвор.

Метким выстрелом он сбил с потолка очередную тварь, в которую тут же полетели сразу две гранаты. Как и тогда в Шотландии эти вампиры отличались исключительной живучестью. Их можно было убить, но каждый из них принимал в себя столько осколков и патронов, что они уже казались мне самыми опасными монстрами, которых мне только доводилось видеть в этом мире. Ну, не считая Потрошителя, конечно.

Дверь ближайшей к нам палаты неожиданно распахнулась и оттуда выпрыгнул очередной вампир в окровавленной больничной маске. Я сразу выпустил в него всё, что осталось в моём дробовике, а пока перезаряжался вперёд вышла Ребекка с двумя пистолетами. В палату, из которой выскочил монстр полетели гранаты.

— Вперёд! Следите за флангами! — командовал наступлением Джошуа. — Нам нужен третий этаж! Вы двое, не забывайте про тыл!

Сам он вооружился необычной двуствольной винтовкой, а за спиной тащил какое-то странное оружие, отдалённо напоминавшее молот. Такого я здесь ещё не видел. Перезарядившись и на всякий случай примкнув похожий на пилу штык-нож я вернулся на своё место на фланге и снова принялся отстреливаться. Твари уже подбирались к нам и то тут, то там дело доходило до рукопашной. Когда одна из них сумела подобраться в плотную и зацепила меня когтями, то сразу после возвращения Петлёй я пробил её голову штык-ножом. А в следующее мгновение Ребекка отсекла её мощным ударом меча.

— Да откуда же их столько? — воскликнул я, вновь заряжая дробовик.

— А ты посмотри на их одежду и сделай выводы! — посоветовала Ребекка.

— Настолько быстрое обращение? — поразился услышавший нас Джошуа. — Разве такое возможно?!

— Мы же говорили о Гроссмейстере! А в его арсенале есть и не такие вещи! — заверила нас вампирша.

Я был удивлён не меньше рыцаря, но особого времени на размышления всё равно не было. Нужно было сражаться! Отряд немного растянулся, когда мы поднимались по лестнице на третий этаж и твари не преминули этим воспользоваться. Двигаясь стремительно, они перепрыгивали с пролёта на пролёт и врывались в середину группы. Петля раз за разом возвращала наших бойцов, но на какое-то время мы застряли на этом этапе. В очередной раз расстреляв дробовик я выхватил зажигательный пистолет и поджёг им в прыжке одну из тварей. Нарушив собственное молчание и завывая она рухнула вниз, в то время как другая бросилась на Ребекку. Монстр явно пытался схватить её, чтобы вместе выпрыгнуть в окно, но в последний момент девушке удалось увернуться. В отличие от подстреленного мною этот вампир не издал ни звука, даже когда проломил стекло и вылетел на улицу. Сержанты поторапливали людей, двое бойцов пытались помочь тяжелораненому агенту, Петля которого похоже нашла свой предел. Джошуа ревел, приказывая усилить натиск и первым рванул вверх по лестнице. Истратив две трети от имевшейся у меня обычной картечи я зарядил дробовик патронами с примесью серебра. Посмотрим, как вам это понравится, гады!

Присоединившись к Джошуа мы вместе с щитоносцами смогли прорваться на этаж, буквально расталкивая прущих на нас вампиров. Монстры дымились от серебра и горели от зажигательных снарядов, но ни разу не отступали. Лишь когда следом за нами подтянулся остальной отряд, включая Ребекку и Брайана мы сумели продолжить движение.

— Больше не уходи так без меня! — крикнула мне Ребекка, но я ничего ей не ответил.

Раз за разом я продолжал стрелять, раз за разом я метал последние гранаты и только одна мысль крутилась в моей голове. Возможно, ради этого момента меня и перенесло в этот мир? Именно ради этого момента?

Впереди с треском разлетелись стёкла двух окон и в прыжке рухнули двое очередных монстров — с улицы нас продолжали поддерживать снайпера. Единственный кто в нашем отряде не обладал Петлёй кроме Ребекки был один из двух уцелевших гвардейцев, указывавший нам дорогу. С перебинтованной рукой он с ошарашенными глазами наблюдал за происходящим вокруг и убеждал Джошуа, что мы были уже близко.

— Хорошо бы, — буркнул рыцарь. — Мы уже потеряли двоих…

— Ещё немного, — повторял тот. — Палаты, куда отступил наш взвод находятся там. Уже совсем рядом…

Словно в подтверждение его слов мы всё чаще встречали на пути трупы в гвардейских мундирах. Их раны не оставляли никаких шансов на спасение, а на лицах застыл ужас. Однако мне было не трудно представить в каком именно безумии все они сражались. Мы прямо сейчас проходили через него! И даже не смотря на первые потери мы знали, что сможем прорваться, потому что мы все — рыцари и агенты Артурианской Службы! Мы — «Кровавое серебро»! И мы здесь для того, чтобы защитить человечество!

* * *

Гвардия понесла тяжёлые потери, но всё-таки смогла выиграть время для защиты короля. Объяснений происходящему не было ни у кого, никто не понимал откуда взялись вампиры, но зато быстро стало понятно, что в их власти почти всё здание. Когда это безумие только началось гвардейцы тут же открыли огонь и попытались прорваться к выходу, но это оказалось невыполнимой задачей, унесшей жизни половины взвода. Тогда раненный офицер повёл всех в палату, в которой лечили принцессу Аманду, где уже отстреливалась от чудовищ её личная охрана. Медперсонал разбежался кто куда, только главный врач и пара его помощников остались при короле, сами не зная к добру это или к худу. Двое гвардейцев всё-таки попытались прорваться, чтобы сообщить тем, кто прибудет на выручку, где искать его королевское величество, а оставшиеся забаррикадировали единственный вход в палату, приготовившись к настоящей осаде.

Когда двери и окна удалось завалить шкафами и столами офицер осмотрел тех, кто остался под его командованием и с горечью отметил, что даже с учётом личной охраны принцессы в его распоряжении было всего десять человек. К тому же почти все раненные. При этом он понимал, что их всех порвали бы куда раньше, если не помощь неразговорчивого мага с трубкой. Этот иностранец, которого король включил в свою свиту в самый последний момент каким-то образом вызывал клубы дыма, буквально разбрасывавшие вампиров в стороны или выкидывающие их в прямо в окна. Сейчас правда он был ранен и сидел на полу прислонившись к стене. Рану он никому не позволил осмотреть, вместо это набивая табаком свою трубку. Глядя на него, офицер вздрагивал каждый раз, потому что ранили мага вовсе не вампиры. Это была огромная фигура, появившаяся буквально из ниоткуда и ударом топора разрубившая напополам одного из гвардейцев. А после этого бросившаяся к магу.

Да, вампиры оказались только половиной беды. Пока эти мерзкие твари наступали гвардейцы хотя бы понимали, что делать. Чудовища были удивительно живучи, но всё-таки несколько пуль в голову отправляли их на тот свет. Но стоило прорваться к палате принцессы, как они столкнулись с новым противником, которого уже не брали ни пули, ни штыки. Офицер лично разрядил в него весь пистолет, но к собственному ужасу не добился ничего. Если бы не раненный маг этот гигант положил бы весь остаток взвода и скорее всего после этого занялся королём. Однако иностранец сумел отбросить его волной дыма, после чего гвардейцы заложили проход.

— И сколько же нам здесь сидеть? — спросил король, трясясь от гнева. — Мы что в осаде? Мы ничего не будем делать?

Король всё время сжимал рукоять сабли, хотя ни разу так и не пустил её в ход. Все уцелевшие бойцы расположились в помещении с баррикадой, ожидая новой атаки, которой только каким-то чудом пока не было. В отдельной комнате офицер гвардии докладывал о положении дел королю, в то время как в соседней в окружении врачей лежала принцесса. Девушка то и дело вскрикивала, и офицер терялся в догадках, что там с ней происходило.

— Вы можете предпринять контратаку? — спросил король.

— Ваше величество, в текущей ситуации…

— Я задал конкретный вопрос. Мне не нужны пустые рассуждения.

— Прошу прощения, но нет.

— Почему? У вас есть люди и есть оружие. Мы не можем сидеть здесь. Мы должны вывести из здания мою сестру.

— Ваше величество, боюсь у нас не хватит сил. Люди ранены, а патронов недостаточно для прорыва. К тому же наш враг…

— В таком случае я сделаю это сам! — король взмахнул рукой и в первый раз вытащил саблю из ножен. — Я не могу позволить моей сестре оставаться в подобной опасности! Дайте мне винтовку. Если вы не можете повести за собой отряд, то я сделаю это вместо вас!

— Оставьте нас пожалуйста наедине, — попросил вышедший из соседней комнаты мужчина.

Это был лорд Эдгар, младший брат самого короля. Офицер с облегчением вздохнул и поклонившись удалился. Идея прорыва казалась ему чистым безумием тем более с принцессой Амандой, которая, судя по слухам не могла встать, а судя по крикам ещё и трезво соображать. Быть может родная кровь сможет отговорить его величество от подобного самоубийства?

— Ты действительно хочешь повести людей в атаку? — спросил Эдгар, глядя на брата. — Уверен, что это хорошая идея?

— В отличие от тебя я служил в армии! Был офицером в полку! — напомнил Георг Девятый. — А ты где служил? Был писарем в штабе?

— Ты тоже служил в штабе. И тоже писарем.

— Уже после того, как командовал людьми в Индии! И в конце концов, ты что тоже предлагаешь ничего не делать? В то время как в соседней комнате лежит наша сестра?

— Ну уж нет, — обычно любезный лорд Эдгар сразу как-то помрачнел. — Всё что я делаю всегда направлено на благо нашей сестры.

— Как она? Что с ней? — отвлекся король от своих воинственных мыслей.

— Видимо всё, что нам обещал главный врач уже теряет свою актуальность. Её состояние ухудшается, все эти выстрелы и взрывы только ухудшают положение. Собственно, ты сам всё слышишь.

— Мы найдём лекарство! Вот увидишь! Я привлеку лучших врачей! Заставим их всех работать!

— У нас было лекарство, — напомнил Эдгар. — И нас были врачи, которые могли ей помочь. А теперь я даже не знаю, чего нам ждать.

— Мы не могли им пользоваться! — отрезал Георг Девятый. — Не могли позволить тем, кто давал нам это лекарство диктовать свои условия! И мы с тобой это уже обсуждали!

— Я помню, а ещё я вижу насколько плохо без него стало Аманде. И боюсь представить насколько плохо ей может стать в будущем. Надеюсь, эти мысли не дают тебе покоя точно также, как и мне.

— Эдгар, немедленно прекрати. Сейчас не время и не место вести такие разговоры и у нас слишком много свидетелей. Лучшей давай думать, как нам выбраться отсюда. Мало того, что эти твари загнали в угол меня, так здесь ещё мои брат и сестра. Не хватало ещё того, чтобы вся Англия осталась без королевской семьи!

— Собственно в этой связи мой вопрос, на который ты мне так и не ответил. Ты действительно хочешь повести людей в атаку?

— Разумеется, Эдгар! А как же иначе? Ты хочешь выбраться или нет? — Георг Девятый посмотрел на него с вызовом. — Я не оставлю свою семью в опасности и сделаю всё для её защиты! И уж лучше погибну вместе со своими солдатами в бою, чем буду просто сидеть сложа руки!

— Ну хорошо, — грустно вздохнул лорд Эдгар. — В таком случае я спасу не только нашу сестру, но и этих уцелевших гвардейцев.

С этими словами он достал револьвер и выстрелил в короля.

Глава 39

Глава 39.

Очередная граната отбросила особо ретивого вампира в сторону, изрешетив его осколками. Стоило ему попытаться подняться, как башку твари пробили сразу несколько пуль из пистолетов Ребекки, а я с неудовольствием отметил, что граната была у меня последняя.

— Если на обратном пути этих тварей будет столько же, сколько по дороге сюда, то у нас большие проблемы, — заметил я, последний раз заряжая дробовик обычной картечью.

— А я думала, что большие проблемы у нас начались, как только мы вошли в это здание, — сказала Ребекка.

Вампирша перезарядила свои пистолеты, но с неудовольствием заметила, что запасные обоймы у неё уже закончились. Тем временем со стороны западного крыла перестали доноситься взрывы, затих пулемёт и теперь звучали только отдельные выстрелы. Не знаю с чем это было связанно, но напор монстров неожиданно ослаб и на нашем участке. Либо нам удалось перебить большинство из них, либо они собирались для совместной контратаки. Тогда, где и когда её ждать? Был, конечно, и ещё один вариант — гвардейцы и полицейские потерпели сокрушительное поражение, и разбившие их вампиры вот-вот доберутся до нас.

В это же время агенты Артурианской Службы позади нас с Ребеккой разбирали баррикаду, ведущую в палату принцессы Аманды.

— Мы пришли на помощь! — кричал Джошуа, одновременно поторапливая своих подчинённых. — Именем сэра Абрахама Арминиуса Вамбери, мы пришли спасти его величество! Не стреляйте!

Стрелять, к счастью, никто не стал. Более того изнутри баррикаду уже разбирали гвардейцы поэтому вскоре мы смогли пробраться в палату. Выглядели бойцы откровенно плохо, почти все были ранены и ещё больше напуганы. И наше появление похоже не принесло им никакого облегчения.

— Скорее! — повторял один из гвардейцев указывая на соседние комнаты. — Там творится какое-то безумие!

Не понимая о чём речь, мы поспешили вглубь палаты и тут же замерли от увиденного. Ребекка и Брайан застыли без слов, Джошуа помрачнел словно туча, а я вообще не знал как это всё понимать. Другие рыцари и агенты, стоявшие за нашими плечами, вероятно разделяли подобное мнение. Прямо перед нами раненный офицер наставил пистолет на самого лорда Эдгара, а стоявший рядом маг с трубкой похоже никак не спешил защищать младшего брата короля. Более того сам король стоял на коленях зажимая белоснежными перчатками кровоточащую рану. Глаза у него были закрыты и казалось будто он без сознания. Да что здесь произошло?

— Повторяю последний раз, офицер. Вы угрожаете своим оружием члену королевской семьи! — лорд Эдгар и сам угрожал ему револьвером, а потом указал на него магу. — Немедленно арестуйте этого человека!

— Я здесь не для арестов, — буркнул маг, тоже зажимая свою рану.

— Прошу меня простить, но вы должны опустить оружие! — офицера явно трясло. — Вы угрожаете самому королю!

— Ты с ума сошёл? — возмутился лорд Эдгар. — А ну пошёл вон!

— Что здесь происходит?! — громко потребовал Джошуа.

Все присутствующие тут же обернулись к нам. Лорд Эдгар сразу помрачнел, словно он совсем не рад спасательной группе, однако быстро сориентировался.

— Немедленно арестуйте этих людей! — потребовал он, указывая на офицера и удивившегося мага. — Это предатели! Один из них ранил короля, а другой не исполняет приказа о его аресте!

— Вы с ума сошли?! — воскликнул маг.

— Господа! — гвардеец офицер обернулся к нам с загнанным видом. — Мы услышали выстрел и поспешили сюда! А здесь… его величество ранен и здесь только его высочество…

— Ты что охренел? — зарычал лорд Эдгар. — Ты понимаешь, что говоришь? Ты что меня обвиняешь?! Да тебя в рядовые разжалуют! Ты в окопы к шотландской границе отправишься!

— Слушайте мой королевский приказ, — неожиданно вздохнул открывший глаза Георг Девятый. — Арестовать… Эдгара… моего брата…

По рассказам Джошуа и Брайана лорд Эдгар всегда отличался любезностью и добротой, однако сейчас я не видел ни того, ни другого. Его рука задрожала и вдруг он дёрнулся всем телом повернувшись к королю и направив на него револьвер. Мы с Джошуа тут же бросились вперёд и скрутили лорда выхватив у него успевшее выстрелить оружие. Брайан кинулся к королю, буквально подхватив его на руки. На звуки новых выстрелов, к счастью, ушедших в стену, наконец-то прибежали врачи.

— Что вы стоите? — заорал на них Брайан. — Скорее помогите ему!

Врачи бросились к королю и принялись обрабатывать его рану. Лорд Эдгар попытался вырваться, но это было исключительно бессмысленное занятие. Тем временем Брайан сначала стремительно побледнел, а потом также стремительно побагровел.

— Да что же ты творишь? — закричал он, глядя на Эдгара. — Ты что здесь устроил?! Захотел править сам?!

— Да пошли вы все! — неожиданно взвыл младший брат короля. — Вы всё испортили! Всё погубили! И ты всё погубил, Брайан!

Вместе с подоспевшими гвардейцами офицер принял у нас лорда и быстро заковал его в грубого вида наручники. Врачи же помогли королю сесть, прислонившись спиной к стене. Похоже ранение его жизни не угрожало, однако я решительно не понимал, как такое могло случиться. Зачем Эдгару убивать короля? Какой смысл? Кандидатов на роль убийцы было предостаточно — вампиры и Потрошитель не дадут соврать. Но лорд Эдгар? Который столько времени пытался договориться с сэром Абрахамом о сотрудничестве? Зачем?

— Эдгар, — тяжело вздохнул Георг Девятый. — А ведь Брайан задал хороший вопрос. Ты собрался править сам? Захотел корону?

— И ты иди вместе с ними! Я ничего не буду объяснять!

— Если уж собрался меня убить, то хоть скажи почему. Мне кажется, что я имею право знать.

Лорд Эдгар сомневался ещё недолго, а потом высказал всё, что посчитал необходимым. Со злостью и отчаянием одновременно.

— Да не нужна мне корона! И не нужна мне власть! Всё это ради Аманды, всё это ради защиты нашей сестры! Ей же плохо, ей всё хуже! От этого нельзя так отмахиваться! Она же может умереть!

— И кто же от этого отмахивается? — тяжело вздохнул Георг Девятый. — Ведь я же пытаюсь найти лекарство.

— Да какое лекарство?! Всё уже есть! Аманда получала лечение! — лорда Эдгара буквально трясло от злобы. — Да, его давали вампиры, но главное то, что от него ей становилось легче! С ним ей ничего не угрожало! А ты отобрал это лечение ради своих политических манипуляций! Ты пожертвовал Амандой ради собственных целей! Пожертвовал своей сестрой!

— Мы же говорили с тобой… Они столько всего от нас требовали. Мы не могли позволить вампирским кланам влиять на политику королевского дома…

— Это же лекарство от чудовищ! — с возмущением подчеркнул Брайан. — Разве можно получать от них помощь?

— Да что ты понимаешь! То есть всяким торгашам и владельцам заводов можно влиять на политику королевского дома, а тем, кто спасает жизнь принцессы нет? — судя по всему переубедить Эдгара не было никакой возможности. — Меня беспокоит только состояние нашей сестры! Только её спасение! Ради этого я готов сделать всё, что угодно! Иначе она же просто погибнет без лечения!

— И ради этого вы готовы устроить даже покушение на собственного брата? — нахмурившись спросил Джошуа.

— Не смей меня судить! Вам меня не понять! У вас нет семьи! Я только защищаю свою сестру!

— Ну теперь её будут защищать без тебя, — пообещал король с трудом поднимаясь на ноги. — Это я тебе обещаю, Эдгар. Больше ты никогда не увидишь Аманды.

* * *

— Я знаю о каком Гроссмейстере вы говорите, — сообщил Георг Девятый, когда мы вели его с остальными выжившими по коридорам больницы. — В своё время он приходил ко мне с предложением, от которого я отказался. Не думал тогда, что эта сволочь попытается договориться с моим младшим братом о покушении на меня.

— Для вас это такая неожиданность? — уточнил я.

— Скорее разочарование. Я думал Гроссмейстер догадается до чего-то более интересного, чем обычное убийство.

— Кто он такой? — спросил Джошуа. — И когда именно он вас навестил?

— Знаете я благодарен вам за своё спасение, но подобные вещи буду обсуждать только с сэром Абрахамом. Когда он найдёт наконец время посетить меня, раз через моего брата мы больше общаться не сможем.

Теперь не было уже никаких сомнений в том, что всё это покушение на короля было организовано с помощью лорда Эдгара, который оказался ещё одним сторонником Потрошителя, как и Оливия Чарригтон. Именно он подал Георгу Девятому идею посетить Вестминстерскую больницу как ради сестры, так и ради пострадавших от газовой атаки горожан. И он же сдал время и дату поездки, а возможно и помог заразить пациентов и персонал больницы чем-то таким, что стремительно обратило их в крайне сильных и живучих вампиров. Что это было такое представляло собой отдельный вопрос, но на него лорд Эдгар категорически отказывался отвечать. Он лишь признал сам факт сотрудничества с Гроссмейстером также не желая раскрывать каких-либо подробностей. Вообще осознав своё поражение, лорд стал крайне неразговорчив и только смотрел на всех загнанным взглядом.

Обратная дорога пока выдавалась гораздо легче чем сложный прорыв вглубь больницы. Со стороны западного крыла прекратились даже отдельные выстрелы, и мы все надеялись, что большинство тварей действительно удалось перебить. Из палаты мы вывели всех выживших, включая гвардейцев, врачей и принцессу Аманду с сопровождавшими её дамами. И, разумеется, самого короля, который снова всю дорогу сжимал рукоять сабли.

— Помню была у меня в Индии похожая заварушка, — время от времени повторял он с полным чувством собственного достоинства. — Дорого мне тогда стоило вывести людей…

Надо отметить, что при всём явном самолюбии Георга Девятого не сильно испугало покушение и угроза его жизни, возможно конечно, потому что его удалось почти успешно предотвратить. Куда больше он беспокоился за то, что могло случиться со страной в случае его гибели. Он был уверен в том, что Эдгар не смог бы спокойно занять трон. По мнению Георга Девятого смерть короля опрокинула бы Англию в пучину гражданской войны за власть, в которую тут же вмешались бы Шотландия и Ирландия, а возможно ещё и Франция, неоднократно помогавшая и тем, и другим. Всё это привело бы к настоящему хаосу, который и являлся конечной целью таинственного Гроссмейстера. И, к чести короля, попытка помешать этому хаосу беспокоила его больше, чем собственная жизнь.

Правда была ещё одна вещь, которая просто поражала меня.

— Признаться я удивлён видеть тебя здесь, Брайан, — внимательно глядя на него произнёс Георг Девятый. — Я всегда был уверен в том, что, если мне или моим родным будет угрожать опасность, ты будешь смотреть на это сложа руки. И ничего не сделаешь, чтобы помочь.

— Это твоё мнение, — буркнул Брайан, не обращая внимания на удивлённые взгляды окружающих.

— Ведь зачем тебе это нужно? — продолжал размышлял вслух король. — В конце концов, если бы моя семья погибла вполне возможно, что для тебя открылись бы самые невероятные перспективы. Я всегда был уверен в том, что ты тайно об этом мечтал.

— Ещё раз, это твоё мнение.

— Однако тебя наверняка греет мысль об аресте Эдгара? Ведь он теперь точно потеряет своё влияние и положение. Вполне возможно, что оно теперь станет даже хуже твоего.

Чего он пытался этим добиться? Король Георг Девятый вызывал у меня крайне противоречивые чувства, а его отношение к Брайану вызывало только вопросы. Как же так получилось, что этих не чужих друг другу людей настолько раскидало по жизни? И фактически сделало абсолютно чужими?

— Внимание! Противник!

Этот возглас привёл нас всех в чувство и выдернул из того ощущения относительного спокойствия, в котором мы все пребывали. Как только мы с Джошуа, Брайаном и Ребеккой прошли к первым рядам, то сразу увидели впереди огромную фигуру с топором, появления которой только и ждали.

— Ну что ж, вот все и в сборе, — впервые за долгое время Потрошитель улыбался. — Теперь будет легко расправиться с вами со всеми.

— Уверен, что потянешь? — выступил я вперёд. — Или снова сбежишь?

— Больше никаких побегов, — чудовище, которое только выглядело как человек внимательно посмотрело на меня. — Сегодня вы все умрёте. И в особенности ты, после того как окончательно разочаровал Гроссмейстера.

— Возможно мы встретимся с ним. После того, как покончим с тобой.

— Сэр Мейсон, выведите короля и всех остальных вместе с сопровождением из здания, — распорядился Джошуа. — А мы здесь закончим давно начатое дело.

— Можем я и ещё несколько рыцарей остаться с вами? — уточнил Борренгаф, перезаряжая свою винтовку.

— Нет, на вашей ответственности жизнь короля, — категорически отказал Джошуа. — В конце концов эта дрянь может только отвлекать наше внимание, а его дружки ожидают где-то поблизости в засаде.

Других возражений не было и вскоре рыцари и агенты Артурианской Службы под командой Борренгафа увели короля и остальных выживших. Мы остались вчетвером против Потрошителя, готовые к последней схватке с ним. Либо мы, либо он. Третьего не дано.

— Полагаю просить вас уйти бесполезно? — уточнил Джошуа, снимая со спины очередную разработку Джейкоба Найта.

— Абсолютно, — заверил его я, загоняя в дробовик последние патроны с серебром. — Мы эту тварь не упустим!

— За Олафа, Чарли и Белинду, — перечислил Брайан. — И за всех остальных.

— Пришло время ответить, — поддержала Ребекка, обнажая мечи.

Потрошитель взял топор обеими руками при этом с его лица не сходила злобная усмешка.

— Ну попробуйте. Буду рад наконец-то избавиться от вас.

Зарядив дробовик, я сначала прицелился в голову противника, но как только он рванулся к нам тут же выстрелил ему в колено. Потрошитель этого явно не ожидал, на мгновение растерялся и этого хватило, чтобы к нему подскочила Ребекка и вонзила ему в грудь сразу оба меча. Следом за ней атаковал Брайан, вогнав свой меч в горло Потрошителя и прицелившись ему в голову из своего дробовика. Выстрелить он не успел.

Одним ударом топора Потрошитель отсёк Брайану руку, другим чуть не достал Ребекку, успевшую вовремя отпрыгнуть в сторону. Но не успел маньяк замахнуться в третий раз, как девушка снова ринулась в атаку рассекла противнику живот. Ответить Потрошитель не успел, потому что я дважды выстрелил ему в голову, оторвав часть затылка. Ещё один размашистый удар топора отогнал Ребекку и не подпустил вернувшего благодаря Петле руку Брайана и в этот момент на Потрошителя накинулся Джошуа.

С силой он вогнал напоминающее молот оружие в грудь противника, а потом нажал на какой-то рычаг. Завизжала пила и оружие ушло вглубь огромного тела, а Потрошитель взвыл, расширив от удивления глаза.

— Ну что, тварь? — зловеще улыбнулся Джошуа. — Нам тут сказали, что тебе нужно сердце вырезать. Так вот мы к этому делу подготовили кое-что!

Он вновь нажал на рычаг, и установленная на длинной рукояти пила снова завизжала, однако Потрошитель схватил её и одной рукой вытащил из себя. Лицо его перекосило то ли от злобы, то ли от боли, а скорее всего от того и другого. Второй рукой он вогнал топор в плечо Джошуа и Петля переместила рыцаря на пару метров вместе с его оружием.

— Сволочи! — взвыл Потрошитель. — Вы мне ответите!

В следующую секунду половина его лба перестала существовать от меткого выстрела Брайана, а потом агент вонзил меч ему в спину, явно целясь в сердце. К сожалению, неудачно. К Потрошителю снова подскочила Ребекка и какое-то время она ловко уворачивалась от его ударов, раз за разом нанося свои, которые всё же не давали результата. Не желая оставаться в стороне, к ней присоединился и я, с силой вогнав штык-нож в грудь противника и нажав на спусковой крючок. Любого другого подобный выстрел отправил бы на тот свет, но только не Потрошителя.

С одного удара он разрубил мне плечо, оставив без руки, после чего Петля перенесла меня подальше от этого монстра. Брайан подставился под удар сам, прикрывая Ребекку и тут же в бой снова ворвался Джошуа. Теперь его оружие напоминало мне не молот, а нечто вроде бензопилы на копье, которая с визгом рассекала воздух. Рыцарь обращался с ним удивительно умело и нанёс врагу ещё несколько не смертельных ран. Ещё дважды Потрошитель задевал Джошуа и трижды Брайана, которых снова и снова возвращала Петля. Ребекка поражала своей ловкостью, которую предоставляло ей её вампирское происхождение. Я же прицелился в ноги Потрошителя, рассчитывая сбить его с них и тут заметил то, отчего у меня внутри похолодело. Джошуа хорошо управлялся со своим новым оружием. Но он двигался с ним медленно — оно было слишком тяжёлым.

С силой рыцарь снова вонзил пилу в грудь Потрошителя, однако тот только подставился под удар буквально вырвав оружие из рук Джошуа. А потом ударил его топором в бок, заставив снова обратиться к Петле. Вложив все силы в мечи Ребекка в прыжке отсекла Потрошителю руку, тем самым лишив его и трофея, но в следующую секунду отлетела в сторону от ответного удара. Я не знал ранена она или нет. Досталось и Брайану, которому топор разрубил колено, а потом Петля переместила его в дальний конец коридора.

Честно говоря, поддавшись эмоциям я вскочил и разрядил весь дробовик в Потрошителя, но как только отстрелял последний патрон сразу понял какая это была глупость. Подобный номер снова ничего не дал.

— Неплохо, очень неплохо, — покивал Потрошитель, прислонив топор к стене и поднимая с пола свою отрубленную руку. — Это гораздо лучше, чем всё остальное, что вы мне демонстрировали.

Ребекка с трудом села, выронив мечи. Похоже дальше лучше было биться без неё. Позади маньяка Брайан достал зажигательный пистолет, а Джошуа обнажил два коротких клинка. Я же отцепил от пустого дробовика штык-нож, приготовившись к худшему. И предчувствие меня не обмануло!

Потрошитель вдруг прислонил оторванную руку к культяпке, от которой пошёл дым, и болезненно зашипел. А когда он её отпустил его вторая рука была уже на месте, словно ничего и не случилось. Ребекка издала стон отчаяния, а Джошуа и Брайан одновременно выругались. Похоже, что у этого монстрас появились новые трюки!

— Я тоже подготовился к нашей встрече, — оправдал мои худшие опасения Потрошитель. — Теперь мне не нужен отдельный сеанс с Кенни, чтобы вернуть потерянную руку. Кстати, как он там? Ведь Кенни у вас?

— Не сказал бы, что ему у нас нравится, — медленно произнёс Джошуа. — Но он рассказал нам достаточно интересного о тебе.

— О сердце вам рассказал не он. Нет, вы были в Шотландии. То, что мне о вас говорили правда. Вы отправлялись туда, чтобы узнать, как меня убить. И что после этого я должен с вами сделать?

— А тебя это задевает что ли? — крикнул я. — Считаешь мы не должны были это делать? Не имели причин искать способ тебя убить?

— Причины я даже не собираюсь разбирать, мне это не интересно, — Потрошитель снова взялся за топор обеими руками. — Просто если вам известны такие подробности, то мне нет смысла оставлять вас в живых. А Кенни… После того как убью вас и короля я вытащу его. Сначала только кто-то из вас скажет мне, где именно вы его держите.

Размяв плечи, Потрошитель бросился на нас, и мы встретили его втроём. От выстрела из зажигательного пистолета Брайана Потрошитель ловко увернулся и дальше мы сражались с ним в рукопашную, раз за разом нанося ему всё новые раны, уворачиваясь от его ударов или возвращаясь благодаря Петле. В результате нашей работц Потрошитель теперь выглядел как настоящее чудовище, хотя его и раньше красавцем было не назвать. Однако этот гад никак не хотел умирать!

— Я убью вас! Убью вас всех! — кричал он.

В какой-то момент мне удалось вонзить штык-нож ему в глаз, а потом Брайан с двух сильных ударов отсёк монстру голову. Однако Потрошитель в буквальном смысле поймал её одной рукой, а другой с топором ранил нас обоих. Относительным успехом попытался воспользоваться Джошуа, вонзив оба своих клинка в грудь Потрошителя по самую рукоять. Но маньяк, вернув голову на место, схватил его и ударами топора отрубил ему ноги. После чего швырнул в сторону.

— И это всё? — в ярости взревел он. — Всё, что вы для меня приготовили?

В глубине души я понимал, что самое время для какой-нибудь глупости. Ещё одной, героической и безумной, такой которая обезоружит нашего врага и даст над ним преимущество. Вроде тех, которые я уже устраивал, чтобы победить тех, кого было нужно. Полностью наплевав на любой риск.

Осколочные гранаты у меня закончились, но ещё имелись световые, одну из которых я швырнул в Потрошителя. Маньяк ловко отбил её в сторону лезвием топора и мне этого хватило, чтобы схватить один из мечей Ребекки. Вперёд полетела вторая граната, которую Потрошитель также отшвырнул в сторону. И этого мне хватило, чтобы прокатиться под ноги этому монстру и вонзить меч ему в колено. Не теряя времени, я рванул в сторону, когда лезвие топора ударило в то место, на котором я лежал. От второго удара я увернулся чудом и тут же Брайан отстрелял в Потрошителя всё, что было в двуствольной винтовке Джошуа. Этого хватило, чтобы швырнуть третью световую гранату, которая ослепила Потрошителя. Но ненадолго.

— Сдохни, тварь! — ринулся вперёд Брайан, стремясь выиграть мне время.

То же самое сделал восстановившийся Джошуа. Они оба бились из последних сил и явно полагались на меня. Потрошитель отшвырнул их обоих, отрубив каждому по руке. Взревев, он кинулся на меня, но отшатнулся, когда Ребекка обрушила на него шквал выстрелов из пистолетов. Как только патроны закончились две обоймы со стуком рухнули на пол. Но этого времени мне хватило, чтобы схватить оружие Джошуа. Бензопилу на копье.

А ещё чтобы швырнуть под ноги четвёртую гранату. Только она уже не была световой. Она была трофейной. И подобрал я её с убитого Себастьяна, которого больше знал как Мэтью.

Облако газа поглотило и меня, и моего противника. Теперь пришло время покончить со всем этим.

Когда Потрошитель в очередной раз замахнулся топором я даже не пытался увернуться. Глупость, которая могла нам помочь уже пришла мне в голову и теперь оставалось только её реализовать. Топор вошёл мне в грудь, и я тут же схватился за него одной рукой, а другой вонзил пилу прямо в Потрошителя. И нажал на рычаг.

Пила завизжала, Потрошитель завыл, а я удерживал топор не позволяя выдернуть его из себя. Однако звуки вокруг уже исказились, а мир задрожал. Знакомое, но приятное чувство. Не сразу, но слух и зрение вернулись в норму, хотя меня по-прежнему сильно трясло. Не вернулась только Петля, потому что я оставался на месте, удерживая в себе топор. На пол уже капала кровь, но она была не только моей. Потому что прямо сейчас работала пила.

— Ты что творишь? — заорал Потрошитель. — Что происходит?!

— Надеюсь нравится, гад, — с трудом вздохнул я, сплюнув кровью. — Подарок от одного студента, доставившего мне много проблем. Однако сейчас этот подарок может оказаться полезным.

Пила вновь взвизгнула и меня обрызгало кровью. Кровью Потрошителя.

— Какого хрена?! — он резко осунулся. — Что… что ты сделал, мразь!

Вместо ответа я вогнал пилу ещё глубже. Меня трясло, мир вокруг дрожал, но это было не важно. Всё что мне требовалось это только стоять и держать топор этого гада, не позволяя ему сбежать. А ещё ждать пока пила сделает всё что требуется…

Кровь Потрошителя била всё сильнее. Я чувствовал, как ломаются его рёбра, как рассекается плоть и как с каждым моим усилием лезвие пилы всё ближе и ближе к его сердцу. С удивительной силой маньяк вырвал из меня топор и отступил, но вдруг пошатнулся и с трудом устоял на ногах. Я тоже стоял с трудом, не видя толком ничего кроме своего противника. Грудь жгло болью, кровь стекала на пол, а Петля не спешила залечивать раны. Но не только моя. Петля Потрошителя тоже не торопилась показывать себя. Маньяк посмотрел на меня с непониманием. В его взгляде была растерянность.

— Не пугайся ты так, — слова давались всё труднее, но я знал, что мне хватит сил. — Подумаешь, мы оба остались без Петли. Это временно, поверь мне. Ничего страшного.

— Что ты сделал? — Потрошитель попытался зажать рану, а потом в шоке посмотрел на свою кровь.

— Совсем недавно меня пытались убить с помощью этой штуки. Не знаю как она работает, но она блокирует Петлю… Раны, кровь… Всё это возвращается. И никуда не исчезает. Представляешь какие интересные возможности это открывает?

— Ты псих, — Потрошитель упал на одно колено и в злость сплюнул. — С ума сошёл? Мерзкий подонок!

Не желая терять времени, я снова бросился на Потрошителя и снова атаковал, но ему удалось уйти в сторону, а я чуть не упал на пол. Мир всё ещё дрожал, но всё меньше. Действие газа было коротким, а это означало, что у меня мало времени. К тому же я и сам всё труднее стоял на ногах так что оставалось только догадываться что закончится раньше — газ или мои силы.

Ещё один бросок в результате, которого мне удалось зацепить Потрошителя за бедро, оставив ему рваную рану. Сам же маньяк наградил меня лезвием топора по руке, которую тут же обожгло болью. Петля не помогала и это впервые меня радовало.

— Ты с ума сошёл?! — воскликнул Потрошитель, выставив перед собой топор. — Без Петли ты же и себя подставляешь! Убьёшь меня и сам подохнешь! Я тебе это обещаю!

— Знаешь, что, — я улыбнулся, удивившись сам себе. — Такой вариант меня вполне устраивает!

Ринувшись в атаку снова, я увернулся от лезвия топора и размахнувшись пилой одним ударом распилил Потрошителю ногу, а прежде, чем он упал и руку, в которой он держал топор. Зарычав, маньяк рухнул на пол, но ещё до того, как он это сделал я снова вогнал оружие ему в грудь и на этот раз был уверен, что достал до сердца.

— Ну что? — спросил я, замерев над ним. — Не ожидал ничего подобного? Запомни — в любом правиле есть свои лазейки.

— Стой! Не смей! — заорал Потрошитель. — Остановись! Нет!

В его глазах я впервые заметил именно то, что так долго ждал. То, что хотел разглядеть в них после всех тех смертей, свидетелем которых я стал. После всех тех жертв, причиной которых он послужил. Олаф. Чарли. Белинда. И многие, многие другие. В каком-то смысле и я сам. Ведь я больше не был тем человеком, который попал в этот альтернативный мир из своего родного. Я изменился, и никто из моих старых знакомых, из тех, кто был в той далёкой жизни теперь, наверное, меня бы даже не узнал. Это был важнейший момент. Джошуа, Брайан и Ребекка затаив дыхание смотрели на меня. Визжала пила. Орал Потрошитель. А я наконец-то увидел в его глазах именно то, что так давно хотел увидеть. Страх.

— Не смей! — повторял он. — Нет! Всё должно быть не так! Нет!

Закричав, я вложил все силы и направив пилу разодрал всю грудную клетку этого настоящего чудовища. Оружие вырвалось из его левого плеча, а затем заглохло, видимо выйдя из строя. Но причина меня не интересовала. На кровавых зубцах я видел то, что буквально только что ещё было сердцем. А теперь я видел то, что от него осталось. Потрошитель был мёртв.

Мы победили.

Глава 40

Глава 40.

Неожиданно тучи рассеялись и над Лондоном наступил удивительно солнечный день. Не помню, когда я последний раз видел настолько ясное небо. С того момента как я оказался здесь оно чаще всего было затянуто тучами и облаками поэтому на мгновение мне показалось будто я оказался в ещё одном, совершенно новом мире. Однако это чувство оказалось обманчивым, и я по-прежнему оставался всё там же, где и был в альтернативной Англии начала двадцатого века. Обратно домой я не вернулся, и победа над Потрошителем не переместила меня в мой изначальный мир. Значит не в победе над ним была моя цель, ради которой меня переместили сюда. Или такой цели не было вообще и о прошлой жизни пора уже было забыть?

После страшного погрома в Вестминстерской больнице полицейские и медики принялись разгребать завалы и помогать немногочисленным выжившим. Начавшийся было в части здания пожар погасили прибывшие пожарные, которые теперь участвовали в разборе завалов. Вампиры отступили или же были все перебиты. Их изуродованные в боях тела при виде солнечного света охватил огонь, поэтому посчитать погибших монстров и сравнить с числом пропавших без вести пациентов и врачей не было никакой возможности. Точно также оставалось неясным выжил ли хоть кто-то из вампиров и если да, то сколько их?

Совсем скоро всех пострадавших после нападения распределили по другим больницам города, а здание этой полицейские закрыли для предстоящего расследования. Необходимо было ещё понять, как десятки могучих вампиров во главе с главным серийным убийцей Лондона смогли проникнуть сюда именно во время визита самого короля. Правда я откровенно сомневался в успехе этого расследования — ответы на такие вопросы нужно было искать не здесь и Джошуа, которому теперь предстояло всем этим заняться прекрасно это понимал.

После освобождения из Вестминстерской больницы члены королевской семьи надолго здесь не задержались и в окружении десятков гвардейцев вернулись во дворец. С ними же отправились и маги иностранцы, помогавшие как при защите короля, так и во время отвлекающих боёв в западном крыле. Те же самые маги, которые чуть не убили меня с Брауном во время неудачного похищения принцессы Аманды. К счастью неудачного. Сама принцесса, которая во время обратного пути через больничные коридоры вела себя спокойно, при виде солнечного света неожиданно завыла и закричала. К удивлению множества свидетелей, она буквально билась в истерике, пока врачи не закрыли её в королевской карете, стремительно унёсшейся прочь. Что же это за недуг был такой, думал я, глядя ей в след? И что ещё он мог сделать с ней, если ради её исцеления лорд Эдгар пошёл на братоубийство? Хотя Брайан всё равно считал, что Эдгаром двигало не только желание спасти сестру, но в том числе и стремление к власти.

Разумеется, когда я думал, что всё закончилось на самом деле всё только началось. В тайной мастерской Артурианской Службы теперь кипела работа по установлению всех обстоятельств произошедшего, оставившая без сна и отдыха десятки её инженеров и биологов. Рыцарям и агентам удалось вытащить несколько вампирских трупов из Вестминстерской больницы и доставить в мастерскую так, чтобы их не спалил солнечный свет. Там ими немедленно занялись учёные сэра Абрахама, которые пытались понять, чем эти вампиры отличались от привычных нам тварей и почему были настолько сильными и живучими. И самое главное, как именно они появились? Десяткам здоровенных вампиров было бы крайне сложно скрытно пробраться в больницу и прятаться там до самого момента атаки. Это только подтверждало неприятные подозрения об обращении в вампиров пациентов и персонала больницы, но такое стремительное обращение вызывало лишь новые вопросы.

Ребекка рассказала мне, что превращение в вампира сложный и не быстрый процесс и при подобном ускорении несёт множество рисков для того, кого обращают. От разговоров биологов и их теорий, которые они обсуждали во время перекуров, мне становилось дурно. А образ Гроссмейстера, пользовавшегося такими методами, внушал всё большее отвращение.

— Ну что, господа? — усмехнулся Джейкоб Найт, беря в руки нечто, напоминающее циркулярную пилу. — Наконец-то мы с вами можем рассмотреть этого гада поближе.

Речь, разумеется, шла о Потрошителе. После того как я разорвал ему сердце бензопилой на копье он затих и больше не двигался, не говорил и не пытался прирастить или прижечь себе отрубленные конечности. Из глаз его ушла жизнь и как мы все надеялись можно было больше не опасаться, что кто-нибудь вроде Кенни или ещё кого-то вернёт его с помощью пугающих технологий доктора Франкенштейна. После победы над серийным убийцей гвардейцы короля потребовали от нас выдать им его тело. Не знаю зачем оно было им нужно, а в то, что король планировал провести над ним суд я верить просто отказывался. С какой целью можно судить труп?

Однако у Джошуа был чёткий приказ и следуя ему мы вывезли тело, а точнее то, что фактически представляло собой нечто из нескольких сшитых тел из Вестминстерской больницы и доставили в мастерскую Артурианской Службы. Не обратив никакого внимания на обещания гвардейских офицеров жаловаться на нас всем влиятельным лицам вплоть до самого короля. Теперь же Джейкоб Найт возглавил группу учёных, которым предстояло изучить эту сволочь и понять секрет его искусственной полупетли.

— Планируете потом использовать её в своих целях? — прямо спросил я у сэра Абрахама, когда он пригласил меня для беседы.

— Многие поколения учёных пытались разработать нечто вроде искусственной Петли или хотя бы что-то к ней приближённое, — спокойно рассуждал руководитель Артурианской Службы куря сигару. — И никому не удавалось достичь хотя бы каких-то успехов, даже отдалённых. Поэтому мы не можем оставить без внимания такой удивительный случай, как этот.

Сначала сэр Абрахам пригласил меня в помещение, в котором учёные исследовали тело Потрошителя. Смотреть на этого монстра для меня было как-то странно, особенно в широко распахнутые глаза. Казалось будто он в любой момент моргнёт ими, встанет со стола и снова примется всех убивать. Признаться даже несмотря на то, что я собственноручно угробил эту тварь у меня не было ни малейшего желания надолго оставаться с её телом в одном помещении. Мне хотелось как можно скорее покинуть его.

К счастью, сэр Абрахам словно прочёл мои мысли и насмотревшись вдоволь на поверженного врага направился в специально подготовленный для него в мастерской кабинет. Там мы и продолжили наш разговор.

— Для начала хочу поздравить тебя с победой, — произнёс он, присаживаясь в широкое кресло с высокой спинкой. — Это серьёзное достижение, которое избавило нас от опаснейшего врага. Думаю, что можно с уверенностью сказать, что теперь Лондон будет спать чуть спокойнее.

— Это не только моя заслуга. Мы бились против него вчетвером. Джошуа и Брайан внесли в эту победу вклад не меньший чем я, а возможно даже и больший. И, конечно, Ребекка, без неё бы мы не справились.

— Я нисколько не приуменьшаю заслуг твоих товарищей, тем более что полностью проинформирован о действиях каждого во время операции в Вестминстерской больнице, — пристально глядя на меня сказал сэр Абрахам. — Однако мне также известно, что решающий удар Потрошителю нанёс ты и я хочу, чтобы ты знал, что я это ценю.

— Что ж, благодарю. Я сделал то, что должен был.

— Кстати, будь добр расскажи, что это была за история с твоей Петлёй? — с интересом спросил руководитель Артурианской Службы.

— После столкновения с Мэтью в Шотландии, когда он применил свой газ, я нашёл у него ещё две гранаты. Они блокируют Петлю, — я указал на ухо, которое так и не восстановилось. — Джошуа считает, что это временный эффект, но в битве с Мэтью мне удалось использовать его с пользой. А потом мне в голову пришла мысль повторить его с Потрошителем.

— Опасный трюк. Если бы твоя Петля так и не заработала, то та рана от топора могла тебя убить. Даже после того, как ты расправился с Потрошителем.

— Поэтому я рад, что она всё-таки заработала. Но расчёт оправдался. Потрошитель снова начал получать раны, был дезориентирован, а уж от чего он в конце концов погиб — от уничтожения сердца или от того, что это произошло в момент сбоя его Петли, — я пожал плечами. — Мне кажется это не так уж и важно.

— Значит говоришь было две гранаты?

— Да. Вторая уже у Джейкоба Найта для исследований.

— Хорошо. Я в тебе не ошибся, — сэр Абрахам улыбнулся, одновременно выдыхая облачко дыма. — Люди вроде тебя не появляются просто так, когда приходят с других Островов, но по-настоящему я присмотрелся к тебе, когда ты вернулся после своей первой встречи с Потрошителем. Тогда ты понимал, что можешь понести наказание после случившегося, однако проявил готовность исправить свои ошибки делом. Именно тогда ты принял решение искренне сотрудничать с нами, а не просто плыть по течению. Меня это впечатлило и тогда я решил дать тебе шанс, а теперь вижу, что не ошибся.

— Теперь мне кажется, что всё это было лет сто назад, — признался я. — И как будто всё это было не со мной.

— Время меняет нас и при этом куда быстрее и незаметнее, чем нам бы хотелось, — заметил сэр Абрахам, протягивая мне одну из своих сигар. — Порой мне кажется, что я занял свой пост века два назад. Или даже три.

— Тогда обстановка, наверное, была легче чем сейчас?

— Не буду отрицать. Тогда мне казалось, что передо мной стоят труднейшие вызовы, но со временем я понял, что в то время мир был ещё куда легче и сговорчивее, чем позднее. И уж точно легче чем сейчас.

— Теперь, когда король обязан нам своей жизнью для Артурианской Службы должны открыться новые возможности? — предположил я, тоже закуривая сигару. — Король ведь должен быть благодарен?

— Благодарность королей вещь крайне ветряная и непостоянная. Перед нами теперь стоят совершенно новые серьёзные вызовы и многое зависит от того, сможет ли британская корона найти с нашей службой общий язык или точнее захочет ли.

— Мы же одолели Потрошителя? — удивился я. — И предотвратили покушение на короля, устроенное Гроссмейстером? Разве мы не победили?

— Победили, но только частично. Чутьё не подвело меня, когда я увидел угрозу в Потрошителе, убивающем чудовищ, но тогда я ещё не представлял насколько огромной она окажется. Видишь, как получается, раньше нашими противниками были вампирские кланы, шабаши ведьм и представители английской элиты, сотрудничающей с ними из личных интересов. С ними мы боролись годами и хорошо знали, что делать. А теперь… Теперь нашим противником выступает Гроссмейстер. Ты ведь уже слышал о нём?

— Приходилось, — не стал отрицать я. — Джошуа и Ребекка рассказывали кое-что. И ещё о нём упоминал Потрошитель.

— Скажу прямо, я и раньше знал об этом таинственном Гроссмейстере, но не думал, что он наберётся наглости для настолько дерзкой атаки. И дело не только в том, что он организовал и почти довёл до успеха это покушение. Это заявление. Заявление о том, что он готов открыться бороться с нами ради своих целей, которых мы при этом пока не знаем.

— Но мы же победили его! Не дали ему достичь этих целей, — не понимал я. — Почему же победа только частичная?

— Потому что всё это только часть его плана, — пояснил сэр Абрахам. — Если бы король погиб, то Англию не ожидало бы ничего хорошего. К счастью, нам удалось это предотвратить, однако теперь лорд Эдгар арестован и скорее всего будет предан суду. А ведь он был нашим главным связующим звеном с королевской семьёй. И сможем ли мы теперь договориться с Букингемским дворцом очень хороший вопрос.

— Выходит при любом раскладе Гроссмейстер всё равно в выигрыше?

— Видимо раньше я недооценивал этого гада. Я думал, что он и дальше будет скрываться в тени, чужой и для нас, и для своих. Но видимо этому времени пришёл конец. Нас ждёт серьёзное противостояние и это с учётом надвигающейся войны между Англией и Шотландией, которую я пока не знаю как предотвратить, — сэр Абрахам усмехнулся, что с учётом его шрамов снова выглядело как-то зловеще. — Впереди у нас много большой и серьёзной работы, однако нам к ней не привыкать. Артурианская Служба века борется со всеми возможными угрозами, веками побеждает и будет побеждать дальше.

— В таком случае вы и дальше можете рассчитывать на меня, — заверил я, уже давно принявший все нужные решения. — Глядя на таких товарищей как Джошуа и Брайан для меня честь служить в Артурианской Службе. И если Потрошитель только первая ступень, то я готов пройти их все.

— Рад слышать это. И заранее благодарю тебя, Себастьян.

— Всеволод. Называйте меня Всеволод.

* * *

— Думаешь это хорошая идея? — спросила Ребекка, пока я одевался в своём кабинете.

— Если честно, то нет. Но я просто обязан это сделать.

— Ничего ты никому не обязан. Ты глава семейства Блэков и мастер клана Тёмных библиотекарей. Хватит постоянно оглядываться на чужое мнение.

— Я вовсе не оглядываюсь, — возразил я, застёгивая рубашку. — Я просто пытаюсь устроить дела.

— Нет, ты устраиваешь авантюру, — Ребекка даже не скрывала своего недовольства. — У тебя множество задач, в том числе и по восстановлению положения Блэков. Сэр Абрахам тебе доверяет и Джошуа ожидает тебя для нового задания. Не говорю ещё о том, что у Альфреда к тебе всё ещё много вопросов, особенно после того, как ты отпустил Ирму, которая связалась с Гроссмейстером.

— Вот видишь? Ты сама указала на эту проблему.

— Какую из?

— Положение семьи Блэков! Да, я могу быть мастером вампирского клана, могу быть рыцарем Артурианской Службы…

— Тебя даже агентом не сделали, — колко заметила девушка.

— Не суть! Сама сказала, что сэр Абрахам мне доверяет. Но мне нужно лицо, которое я буду являть Лондону. Так или иначе я по-прежнему должен играть роль Себастьяна Блэка…

— Ты и есть Блэк.

— И для этого мне нужно наладить отношения с остальной частью этого семейства, — закончил я. — Иначе я просто не представляю себе, как мне возглавлять эту семью.

Я надел клетчатый пиджак и посмотрел на себя в зеркало. Можно сказать, что я выглядел как настоящий аристократ и можно сказать, что мне это нравилось. Шрамы на лице делали меня нисколько не похожим на того человека, которым я сюда прибыл и для знающих людей выдавали во мне бойца Артурианской Службы. К счастью, Петля снова залечила все мои раны предоставив внеочередной шанс что-то сделать и чего-то добиться. Только ухо так и не вернулось, хотя я этого уже не ждал.

— Будь я всего лишь твоим телохранителем я бы оставила своё мнение при себе, — задумчиво начала Ребекка. — Но поскольку ты сам говорил, что хотел бы, чтобы мы были ближе…

— Я буду рад услышать твоё мнение, — я повернулся к ней.

— Ты просто впустую тратишь свои силы и время, которое у тебя, поскольку ты не вампир, не бесконечное. Люди, с которыми ты хочешь договориться этого не оценят и не станут с тобой договариваться. Они уже обозначили своё к тебе отношение.

— Но вдруг я смогу его изменить? — я подошёл к девушке и взял её за руку. — Мне уже удалось поменять твоё мнение о себе.

— Это другое, — Ребекка не убрала руку, что я посчитал добрым знаком. — Я привязалась к тебе, когда узнала тебя по-настоящему. Но разве можно рассчитывать на что-то подобное от них?

— На что-то подобное нет. Но от них мне будет достаточно обычного перемирия. В конце концов это в наших общих интересах поэтому я верю, что мы сможем договориться.

— Веришь? Настолько что берёшь с собой пистолет?

— Ну, это на самый крайний случай, а вообще можно кое-что предпринять на удачу, — сказал я и тут же поцеловал Ребекку.

В первый раз за всё время нашего знакомства. Девушка распахнула глаза от удивления и даже замахнулась для удара, но не отстранилась. Меня это обрадовало в том числе и потому что удар вампирши мог бы сделать необходимой для меня помощь Петли. Неожиданный стук в дверь заставил нас прервать поцелуй.

— Ты скоро там? — в кабинет заглянул Брайан с исключительно недовольным лицом. — Тебя уже все ждут.

— Ну ты вовремя, — буркнул я ему и решил спросить. — Слушай Брайан, ты тоже считаешь эту идею неудачной?

— Глупость это, а не идея, но ты у нас специалист по глупостям. Так что у тебя может что-то и получиться.

Зная Брайана, я решил расценить это как комплимент. Несмотря на то, что последние события сделали его ещё более мрачным, меня он явно больше придушить не планировал. А это как ни как было хорошим обстоятельством.

— Я вот всё хотел спросить, — начал я, когда мы втроём вышли в коридор. — Брайан, получается, что ты с Эдгаром и самим королём… братья?

— Вроде того.

— Значит ты у нас из королевской семьи? И воспитывался во дворце? Как же ты тогда оказался в Артурианской Службе?

— Самое главное, что ты должен запомнить, — не глядя на меня сказал Брайан. — Я не из королевской семьи, моя семья в Артурианской Службе. А для того, чтобы я рассказал тебе почему оказался здесь и не воспитывался во дворце мы с тобой ещё недостаточно выпили.

— Ну хорошо, значит мы это исправим.

— Считай договорились.

Спустившись на первый этаж, мы встретили Джошуа, который ожидал нас у основания лестницы.

— Не плохо выглядишь, — отметил он, окинув меня оценивающим взглядом. — Как настроение? Готов к жёстким переговорам?

— Если честно, то нет. А ты тоже считаешь эту идею плохой, как эти двое? — я кивнул в сторону Ребекки и Брайана.

— Отчего же? Ты всё делаешь правильно, — Джошуа похлопал меня по плечу. — Разрыв с Блэками привлекает к вам ко всем слишком много внимания и ставит всех под удар. А мир с ними избавляет нас от возможных подлостей, которые они могут устроить. Вроде раздела имущества и попытки оспорить твоё право наследования. Тем более, что я навёл справки и выяснил, что госпожа Мадлен уже начала искать варианты новых наследников среди дальних родственников.

— Ну другого от неё не следовало ожидать. Я не удивлён.

— К тому же я ни разу не кривил душой, когда говорил, что Льюис был для нас ценным союзником и товарищем. Его смерть действительно трагедия и в память о нём, мне бы хотелось позаботиться о его родне. А это легче делать, когда они не вставляют нам палки в колёса.

— Вот поэтому я всё это и делаю, — сказал я, довольный что нашёл поддержку в лице рыцаря. — К тому же я не хочу ссор внутри семьи, тем более что другой у меня толком и не было…

— Послушай, Себа… Всеволод, — Джошуа улыбнулся. — Было время, когда мне хотелось тебя пристрелить и только доверие к сэру Абрахаму, который решил оставить тебя с нами, удерживало меня от этого поступка. Не сверли меня взглядом, Ребекка. Тогда я сказал тебе, что не нужно просить прощения. Просто докажи, что ты не просто так держишь меч или умри, не выпуская его из рук.

— Да, я хорошо помню это время.

— Так вот сейчас мне не нужно приказа, чтобы видеть в тебе достойного человека. Всё что было нужно ты уже доказал и дело вовсе не в победе над Потрошителем, а в том, что ты для этого сделал. Так что запомни для меня честь биться бок о бок с таким воином как ты и, если потребуется отдать за тебя жизнь я сделаю это не раздумывая.

— Спасибо. Спасибо, Джошуа, — я не мог подобрать слов, чтобы выразить насколько я был ему признателен за это. — И я, поверь. За каждого из вас.

— Знаю, знаю, — Джошуа пожал мне руку и бросил взгляд на гостиную. — И всё-таки я не понимаю, как ты рассчитываешь с ними договориться. Думаешь они снова примут тебя?

— На самом деле не так важно примут они меня или нет, главное, чтобы между нами не было открытой вражды, которой могут воспользоваться такие как граф Морган. А для этого у меня есть кое-что, что не оставит их равнодушными.

— Ну что ж, в таком случае удачи. Если что знай, мы рядом.

— И мы вооружены, — добавил Брайан. — А с госпожой Мадлен это не будет лишним.

Мы вошли в гостиную, где меня все уже ожидали. Казалось, будто и не прошло всего этого времени с нашей последней встречи. Как будто не было моей поездки в Шотландию, битвы в Вестминстерской больнице и жестокой схватки с Потрошителем. Казалось будто я видел их всех только вчера и в точно таком же состоянии. Госпожа Мадлен выглядела всё такой мрачной, как и прошлый раз и, казалось, была готова буквально растерзать меня на месте. Камилла сидела в кресле с недовольным лицом и избегала смотреть на Джошуа. А Патриция совмещала в себе одновременно оскорблённый и растерянный вид. При этом их всех объединяло едва уловимое удивление, их явно заинтриговало то, что я назначил эту встречу. И то, что они согласились на неё, было уже многообещающим.

Такое же удивление можно было заметить и во взглядах семейного юриста Найджела и дворецкого Руперта. Они оба могли только догадываться чем всё это закончится, но явно рассчитывали на какой-либо результат. В конце и концов и Найджел, и Руперт хотели определённости во всей этой ситуации, и я их понимал. Только горничная Джессика выглядела какой-то непривычно мрачной и печальной. Хотя это могло быть связанно с тем, что я не ответил взаимностью на её чувства. В основном из-за Ребекки, но ещё и потому, что не верил в их искренность.

— Итак, я благодарен вам за то, что вы все пришли, — поскольку я искал применения, то решил начать с вежливости. — Я понимаю, что для вас это могло быть не просто и ценю, что вы пошли на такой шаг.

— Не просто? Нет. Эти слова здесь не подходят, — Мадлен посмотрела на меня своим обычным прожигающим взглядом. — Это большое одолжение, но не думай, что это как-то меняет наше к тебе отношение.

— Ну это было бы слишком легко, но я надеюсь, что мы с вами сможем договориться. В конце концов мне не хотелось бы враждовать с вами, да и не вижу я к этому причин.

— Вот именно то, что ты их не видишь и подчёркивает их существование. Ты нам чужой и это не изменилось. Я согласилась на эту встречу только из любопытства узнать, что ты можешь сказать, но если собираешься забалтывать меня и давить на жалость, то у тебя ничего не выйдет.

— Госпожа Мадлен, — строго произнёс Джошуа. — Может вы хотя бы выслушаете ради разнообразия? А не только будете сыпать гадостями?

— Как обычно делаете, — добавил Брайан.

— Если вы двое думаете, будто ваши связи и дружба с лордом Уинтером могут хоть немного меня напугать, то спешу вас расстроить! — госпожа Мадлен себе не изменяла. — И скажу сразу, что я не намерена никому уступать! То, что ты убил чудовище и отомстил за смерть моего сына никак не делает тебя его родственником…

— Мама! — неожиданно прервала её Камилла. — Ваши намерения никого здесь не удивляют. Может быть на вас смерть Потрошителя не произвела впечатления, а вот мне спокойнее от того, что убийца моего брата понёс заслуженное наказание. Поэтому давайте послушаем, что Себастьян скажет.

— Правда, бабушка! — тут же поддержала Патриция. — Пожалуйста, дайте ему хотя бы шанс!

— Ладно, ладно! — Мадлен всплеснула руками. — Как будто я не позволяю ему сказать! И вообще Себастьян не его имя…

Камилла по-прежнему не смотрела на Джошуа, однако по его довольной ухмылке мне всё стало понятно. Видимо он уже успел провести нечто вроде предварительной беседы и расположить ко мне хотя бы Камиллу с Патрицией. Может они вообще пришли только благодаря ему? Тогда мне определённо было за что сказать ему спасибо.

— Послушайте, для вас это может прозвучать странно, но для меня семейство Блэков не пустой звук, — начал я, решив перейти к самому главному. — И дело не только в том, что я хочу восстановить положение этой семьи и готов защищать её изо всех сил. Дело в том, что вы должны кое-что знать. Вы обязаны это знать, потому что это имеет особенное значение для всех нас.

— Не знаю о чём таком важном ты можешь говорить учитывая, что никакого «нас» нет, — вновь напомнила о своём настроении Мадлен. — Нас ничего с тобой не связывает и нет ничего, что может иметь значения для меня, моих девочек и одновременно для тебя.

— Вы ошибаетесь, кое-что есть. Речь идёт о Льюисе.

— Оставь в покое память моего сына! — женщина тут же помрачнела ещё больше, хотя казалось, что сделать это невозможно. — Ты попытался притвориться его сыном! Что ещё ты можешь сделать, чтобы оскорбить его сильнее чем сейчас?

— Мама! — снова воскликнула Камилла. — Да прекратите уже!

— Что «мама»? Он говорит о твоём брате! Тебя это устраивает?!

— Ничего удивительного, — тихо прокомментировал Брайан.

Я посмотрел на Ребекку, которая ободрительно кивнула. Отметил заинтересованный взгляд Джошуа и совершенно растерянное лицо Патриции. Да, лучше будет показать им. Так будет проще.

— Вы можете сколько угодно говорить о том, что я не имею никакого отношения к Блэкам, на самом деле, мне всё равно, — заявил я, чем явно лишил Мадлен отдельного повода для издевательств. — Но то, что я хочу сказать действительно важно. Незадолго до того, как мы отправились в Вестминстерскую больницу мне удалось раскрыть один секрет. Это послание от Льюиса, которое он спрятал от лишних глаз, но оставил к нему подсказку. Видимо он хотел, чтобы однажды мы все всё-таки узнали правду о нём. Это послание он написал незадолго до того, как отправился на встречу с Потрошителем.

— Послание от отца? — воскликнула Патриция. — Это правда?

— От Льюиса? — удивился Джошуа. — Оно у тебя?

— Оно у меня в библиотеке, — кивнул я, добившись именно того, на что и рассчитывал. — Прошу вас подождать здесь и будьте уверены, вы по-другому воспримите мои слова.

Меня проводили удивлёнными взглядами, при чём абсолютно все кроме Ребекки. В отличие от остальных она знала то, о чём я хотел рассказать. Ведь ей я раскрыл всю правду. Всё, что мне удалось выяснить.

Книгу с красной лилией на обложке я спрятал в библиотеке, а потому быстро нашёл её именно там, где и оставил. Послание от Льюиса, которое всё объясняло и ставило на свои места. Изначально узнав обо всём, я не хотел никому рассказывать, потому что не знал, как именно отреагируют остальные. Мне трудно было представить как поступят с подробной правдой Блэки и что они будут чувствовать. Я терялся в догадках как отреагируют Джошуа с Брайаном и что предпримет сэр Абрахам с такой информацией. В конце концов я понятия не имел, как поступит Альфред после такой новости и останусь ли я вообще мастером Тёмных библиотекарей? Или же сообщество вампиров решит пересмотреть этот статус?

Поэтому поначалу я не спешил что-то кому-то рассказывать, однако долго так оставаться не могло. Ребекка объяснила мне, что другие тоже имеют право знать и поступить так, как требуют их совесть и положение. И теперь я не сомневался как в том, что нужно было сделать, так и в том, что поступаю правильно. Никто не знает, что ожидает нас завтра, а потому я не должен один знать правду. Правду о том, что Льюис Блэк на самом деле выжил.

И не просто выжил. Льюис раньше всех остальных догадался до того, что за Потрошителем и его последними преступлениями стоял Гроссмейстер. Он первым понял, что они готовят нечто грандиозное и опасное для всего острова. И он инсценировал свою смерть, чтобы получить возможность добраться до этого таинственного врага, действующего в тени. Приблизиться к нему, а если получится, то ещё и нанести удар. Именно это и было тайным заданием Брауна, закрытым даже для Альфреда. Помочь Льюису скрыться, спрятаться ото всех. Нам же он оставил подсказки, как именно во всём разобраться и где искать его, если мы решимся ему помочь. И именно этой информацией я теперь хотел поделиться с остальными.

— Простите, господин Себастьян, — неожиданно раздался позади меня голос. — Могу я попросить вас уделить мне пару минут?

Я обернулся с книгой в руке и с удивлением обнаружил перед собой Джессику, с виноватым видом, смотрящую в пол. Как она так тихо проследовала за мной?

— Ну, конечно, — ответил я, убрав послание из книги во внутренний карман пиджака. — Что-то случилось?

— Да, случилось и мне нужно обсудить это с вами. Простите меня за мою настойчивость… Возможно вам кажется будто я навязываюсь.

Всё понятно. Я повернулся к шкафу, чтобы вернуть книгу на место. Джессика, конечно, была красивой девушкой, но меня изначально отталкивало то, что она искала моего внимания только из-за моего дворянского положения. А теперь, когда я строил отношения с Ребеккой…

— Послушай, Джессика, — начал я, ставя книгу на полку. — Я вынужден попросить у тебя прощения, но, если у тебя есть ко мне какие-то чувства я не могу ответить тебе взаимностью. Поверь дело не в тебе, а во мне…

Удар оказался таким же быстрым, насколько и неожиданным. Что-то тонкое и острое пронзило мою грудь и опустив взгляд я увидел торчащий во мне окровавленный клинок. Я не смог даже вскрикнуть. В ту же секунду ноги подкосились, и я рухнул на пол, хватаясь за шкаф и роняя книги. Мир затрясло, картинка перед глазами несколько раз сменилась помехами, но не изменилась. Что-то не так, Петля не справлялась, вокруг растекалась кровь. Услышав первый удар колокола, я наконец понял, что клинок пронзил сердце.

— Чувства? Думаешь это из-за чувств? — в ярости закричала Джессика. — При чём здесь чувства?! Это месть! Месть за моего брата!

Меня трясло, стало холодно, из последних сил я пытался куда-то ползти. Куда? Дважды меня дёрнуло в сторону, но Петля по-прежнему не справлялась. Она не могла меня спасти. Раздался второй удар колокола.

— Ты этого, конечно, не знал. Тебе, как и остальным не было дела до тихой горничной. Но я – дочь Льюиса Блэка! Сестра убитого тобою настоящего Себастьяна, которого все называли Мэтью! И теперь я пришла мстить за моего брата!

Я ждал, что кто-то придёт, что кто-то окликнет меня. Но никто не пришёл, никто меня не позвал. Я умирал один, в холоде и в крови. В последний момент мне показалось, будто со стороны гостиной послышались шаги или это убегала Джессика? Хотя, какая разница?

Раздался третий удар колокола.

Конец.