Кровавая лоза

Глава 1

Сегодня, как обычно, Фибити проснулась от ритмичного стука копыт по утренним камням дороги. Сквозь полусонные веки на неё смотрело бледное небо Рекурсии, а в голове уже начинала звенеть мысль — сегодня первое февраля.

И день её рождения.

Пальцы привычно пробежались по чёлке — волосы растрёпаны, как всегда. Легонько фыркнув, она потянулась, и только тогда на лице появилась тень улыбки. Лулу должна приехать. Если, конечно, ничего не помешает. Но она всегда приезжала — в каждый её день рождения, кроме годов сопряжения. Впрочем, до следующего сопряжения ещё целый год.

Одевшись, как обычно — простое платье, лёгкая туника — Фибити вышла в тихую улицу и направилась к лавке травницы. Та была подругой тёти Джины и, как всегда, работала с рассвета. Увидев девушку, травница расплылась в доброй улыбке и, не говоря ни слова, вынула из-под прилавка небольшой свёрток.

— Подарок, — сказала она коротко.

Амулет — простая побрякушка на первый взгляд. Фибити поднесла его ближе к глазам: металлический лист с вырезанным узором лозы. Что-то в нём отзывалось теплом. Она поблагодарила и спрятала украшение в карман.

В таверне, как и всегда в этот час, было многолюдно. Запах хлеба и копчёного мяса перебивал тяжёлый дух пыльной дороги. Фибити заняла свой обычный угол у окна и принялась за скромный завтрак, как вдруг за соседним столом один из рейдеров — здоровяк с рублеными чертами лица — понизил голос:

— ...представляешь, выглядел как человек, только три метра ростом... — сказал он своему спутнику.

Фибити замерла, ложка застыла в воздухе.

— Говорят, высший демон. Видели в лесу Блэквуд. Возле самого портала.

Слова резонировали внутри неё. Высший демон. Фраза, способная сковать дыхание. Страх мгновенно сжался в груди, но... любопытство не давало отвести взгляд. Она слушала дальше, делая вид, что ест.

Может, Лулу сегодня расскажет что-то интереснее. Или наоборот — новости окажутся важнее их обычных разговоров.

Так начинался день, когда всё должно было измениться.

Не успев закончить завтрак, Фибити вздрогнула от внезапного скрипа распахнувшейся двери таверны и пронзительного:

— Где моя именинница?!

Весь зал обернулся. У входа стояла Лулу — взъерошенная, в запылённой накидке и с сияющими глазами. Она явно обыскалась подругу и уже побывала у неё дома и в лавке у травницы. Таверна была последней остановкой, и её интуиция не подвела.

Фиби почувствовала, как к щекам прилила кровь. Быстро расплатившись с трактирщиком, она схватила Лулу за руку и потащила на улицу.

— Божечки кошечки, Лулу, я же тебя просила не позорить меня на людях! — шепотом, сквозь смех, упрекнула она.

— Да ладно тебе, — отмахнулась та, сияя, — это же твой день! Я вообще хотела с фейерверками ворваться, но, видишь, сдержалась!

Они обе рассмеялись, стоя на залитой солнцем улице, и на мгновение мир вокруг стал проще. Ни порталов, ни демонов, ни страха. Только старые друзья и запах свежего хлеба из пекарни рядом.

Фибити с улыбкой спросила:

— Как добралась? Всё ли было в порядке в дороге?

Лулу ответила, с легкий разочарованием в глазах:

— Всё отлично! Дорога даже оказалась скучнее чем обычно.

Они прогулялись за городом, наслаждаясь тишиной и атмосферой, редкой для их повседневной жизни. Пообедали на свежем воздухе, посплетничали о знакомых, обсуждали последние новости и события. День прошёл незаметно.

Как всегда, Лулу осталась у Фибити на ночь. Фиби всегда настаивала чтобы подруга не тратилась на постоялый двор. Хоть кровать у девушки дома и была одна. Вечером, как и в детстве, они ложились рядом, обнимаясь, ведь несмотря на возраст, всё ещё сохраняли те простые радости, которые дарили друг другу в младших годах. Ночь превращалась в тихое напоминание о том времени, когда они были детьми.

Наступило утро. Время воссоединения стремительно подходило к концу, и Лулу нужно было возвращаться домой.

— Приезжай и ты к нам, тётя Джина скучает за тобой, — сказала она с лёгкой грустью, но всё ещё с ярким взглядом, пытаясь скрыть тоску.

Беззаботная и энергичная Лулу вдруг не сдержала эмоций — на её глазах блеснула слеза. Она крепко обняла Фибити, как это было много лет назад, когда им не нужно было беспокоиться о сложностях взрослой жизни.

— Береги себя, — тихо сказала Фибити, поглаживая Лулу по голове, как когда-то делала с ней, когда те были совсем малышками. Её слова были полны заботы, и в этот момент Фибити почувствовала, как на её сердце лёг груз — несмотря на всю свою силу, она не могла избавить подругу от того неизбежного расставания, которое всегда приходило.

Глава 2

Неделей спустя, в свои выходные, Фибити вошла в тёмный переулок, потянувшись к скрытой в кармане маске.

Как только она надела маску и шагнула в тень переулка, городской колокол сотряс тишину, и раздался предупредительный голос стражи:

— Нападение монстров в городе! Призываем всех граждан не выходить на улицу и оставаться в безопасных местах!

Фибити приостановилась. Подобные происшествия не были редкостью, и хотя такие атаки монстров могли быть опасными, стражи хорошо знали свою работу. Они тщательно патрулировали улицы и гарантированно не допускали монстров в город. Поэтому, несмотря на тревожное объявление, Фибити не испытывала особого страха. В её голове сразу же пронеслась мысль: если не взять заказ в гильдии рейдеров, то её усилия будут напрасными, потому что за выполнение работы не заплатят. В конце концов, она была наёмным убийцей монстров и вряд ли могла позволить себе остаться без работы.

Поспешив, она направилась в гильдию.

Как всегда, в гильдии было людно. Некоторые рейдеры приходили сдавать выполненные заказы, другие — брать новые. Фибити, известная здесь под именем "Селена Кровавой Лозы", как всегда, привлекала внимание. Это прозвище стало её визитной карточкой после того, как она выполнила весьма сложный групповой заказ. Тогда она сражалась рядом с другими авторитетными рейдерами, и после их рассказов о её боях, прозвище закрепилось за ней навсегда. Её стиль сражений был уникальным — словно она обвивала противников лозой, нанося смертельные удары рапирой с безупречной точностью. Это принесло ей уважение и признание в рядах гильдии.

Фибити, приняв свой обычный образ, не спеша подошла к стойке, где обычно раздавались заказы.

Не успела Фибити — в облике Селены — даже заговорить, как работница гильдии за стойкой, Фриц, уже просияла и взволнованно воскликнула:

— Селена, представляешь? Близ портала видели высшего демона! Не хочешь взяться за работу?

Фибити внутренне сжалась. Слово «высший» всегда вызывало у неё невольный холод в груди, как напоминание о потере отца. Однако тон Фриц не содержал насмешки — напротив, в нём была искренняя забота. Она знала о страхе Селены перед высшими демонами, но также знала и другое: ни один высший демон ещё не пересекал портал. В гильдии считали, что тот, кого видели у портала, был просто сильным низшим демоном — пугалом, раздутым до легенды.

— Я понимаю, — мягко продолжила Фриц, — но ты ведь знаешь, сколько слухов ходит. Люди любят приукрашивать. Мы оба знаем, что ты справишься, если это просто очередной "гигант с рогами".

После непродолжительного разговора и долгих колебаний Фибити всё же согласилась. Её разум говорил «нет», но тело — уже подписывало контракт. Вместе с ним она прихватила и несколько обычных заказов — чтобы отвлечь себя, чтобы почувствовать контроль. Чтобы притупить страх.

Глава 3

Хотя большинство людей Рекурсии с рождения учат бояться и ненавидеть демонов, правда гораздо сложнее и глубже. Демоны, как и люди, живут в городах и деревнях — только на Картии. У них есть свои семьи, ремёсла, устои. Они защищают свои земли и редко первыми переходят границу, созданную порталом. Те, кто проникают в Рекурсию, чаще всего — солдаты, посланные высшими для обороны своих рубежей. А сами высшие демоны почти никогда не покидали пределы Картии. Они не воюют ради захвата. Они охраняют.

Но людям этого никто не объясняет. Их учат бояться, ненавидеть, уничтожать. С самого детства им показывают рейдеров как героев — тех, кто «очищает» мир. И мало кто задумывается, что на самом деле война идёт не за выживание, а за ресурсы. Особенно ценятся демонические сердца — редкий и сильный материал, который используется при ковке оружия, доспехов, инструментов. Некоторые верят, что он живой, способный усиливать силу воли владельца. Другие просто знают: он прочен, надёжен и невероятно редок.

Фибити владела тремя клинками, что хранились в её «ножнах» — мысленном хранилище, даруемом каждому человеку от рождения. Два из них были обычными: рапира и короткий меч, надёжные, практичные, легко заменимые. А вот третий клинок был особенным — ещё одна рапира, которую много лет назад ей вручила тётя Джина. Тогда Фиби была совсем ребёнком и не поняла, зачем ей оружие — просто приняла его как память о матери. Меч не выделялся ни формой, ни материалом, ни узорами. Он не светился в темноте, не пульсировал в ладони, не шептал голосами из иных миров — казался самым заурядным оружием. Даже для самой Фибити он долгое время оставался просто клинком, забытым в глубине ножен…

Она не знала, что лезвие было выковано из демонического сердца — редчайшего ресурса, который использовался в создании мощного оружия и инструментов. Даже те, кто видел этот меч, не замечали в нём ничего необычного. Он был тихим, скрытым, как и сама Фибити.

Глава 4

Руствальд, родной регион Фибити, славился своими бескрайними чащобами, быстрой рыбой в холодных реках и охотничьими тропами, проложенными поколениями. Здесь каждый знал цену молчанию, здесь уважали природу и остерегались ночи. Именно здесь, в одной из деревень на юге региона, Фибити родилась и провела первые годы своей жизни, прежде чем переехала в городок у самого края леса Блэквуд. После трагических событий, она обрела новый дом у тёти Джины — женщины с железным характером и добрым сердцем.

С тех пор прошло почти двадцать лет, но запах леса Блэквуд и свежесть утреннего тумана остались неизменны. Сейчас, с заказом в мыслях и оружием в "ножнах", Фибити стояла на тропе, ведущей к лесной границе. Лёгкий ветер шевелил подол её тёмного плаща, маска надёжно скрывала лицо. В глубине глаз сверкал тревожный интерес — страх ещё жил в ней, но он больше не сковывал движения.

Перед ней тянулась стена деревьев, в чьих тенях мог прятаться кто угодно — от кабана до демона. Слева слышался скрип старого колодца, справа скрипел флюгер на крыше покинутой лесной хижины. Блэквуд не любил посторонних, особенно тех, кто приходил сюда с мечом в руке. Но Фибити была не посторонней. Она сделала глубокий вдох, проверила ножны, и шагнула вперёд, растворяясь в тени деревьев.

Переступив границу демонического леса, Фибити чувствовала, как всё внутри неё сжалось. Она знала тропы южной части Блэквуда как свои пять пальцев — каждый поворот, каждое дерево, каждый выступ корней под ногами. И всё же в этот раз что-то было не так.

Слишком уж тихо.

Ни стрекота насекомых, ни шорохов листвы, ни тревожного рева, что порой доносился из глубин чащи. Даже птицы словно испарились. Это молчание беспокоило. Оно не предвещало покоя — оно кричало о чём-то, чего она пока не могла понять.

Фиби двигалась дальше, стараясь не шуметь. Вскоре до её слуха донёсся чей-то голос — негромкий, с оттенком задумчивости. Она осторожно двинулась на звук, раздвигая заросли. Через листву она увидела сидящего у костра юношу, на вид примерно её возраста. Щуплый, даже хрупкий, он опирался спиной о камень, словно отдыхал. Возле него лежал дорогой на вид полуторный меч. Фибити нахмурилась — такие мечи требовали немалой силы. Этот парень явно не выглядел как тот, кто мог им владеть. Убедившись, что перед ней человек, она вышла из укрытия и окликнула его:

— Эй! Можно подойти?

Юноша обернулся, заметно удивившись её появлению, но кивнул.

— Конечно. Ты... рейдер?

— Да, — кивнула она, подходя ближе. — Взяла заказ на высшего, которого видели в этих краях. А ты кто такой и что делаешь посреди Блэквуда? Здесь не самое уютное место для привала.

Парень улыбнулся спокойно:

— Меня зовут Гран Каин. Просто странствующий путник. Жду здесь свою дочь. Примерно твоего роста, в белом плаще. Может, видела такую?

Фибити на миг опешила.

— Дочь? — переспросила она, с лёгким недоверием посмотрев на его лицо. — Простите, не видела. Но... это странно. Весь лес сегодня будто вымер. Ни одного зверя, ни одного монстра. А теперь вот и вы, единственный человек на моём пути.

Гран Каин кивнул, как будто её слова подтвердили его собственные догадки

Гран медленно поднялся с земли, проворчав почти себе под нос:

— Наверное, снова потерялась… Впрочем, дорогу домой она найдёт.

Фибити на секунду замерла, обдумывая услышанное, и всё же задала вопрос:

— А откуда вы родом?

Юноша уже начал неспешно отходить в сторону чащи, когда остановился и обернулся. Его взгляд стал чуть мягче, а голос — спокойным, почти усталым:

— Из Картии.

Он задержался на мгновение, посмотрел на девушку как будто с благодарностью, и быстро добавил:

— Если увидишь мою дочь, Шилен… передай ей, что я отправился домой. Пожалуйста.

Не успела Фибити ответить, как тело Грана вспыхнуло ярким пламенем. Не было ни крика, ни боли — лишь мягкий, беззвучный взрыв огня, который рассыпался в воздухе, оставив после себя лишь лёгкий запах пепла.

Фибити осталась стоять на месте, вглядываясь в пустоту, где секунду назад был человек. Или… не человек?

"Из Картии?" — эхом повторилось в её голове.

Она не знала, кого встретила. Но сердце почему-то было спокойным..

Фибити испытала лёгкий шок, осознав, что только что вела дружелюбную беседу с высшим демоном — тем, кого должна была выслеживать и уничтожить. Она перепутала его с человеком. Сидела с ним у костра. Говорила… почти по-дружески.

«Что я вообще творю?..» — пронеслось у неё в голове.

Понимая, что сегодняшняя охота провалена, девушка решила не испытывать судьбу. Вернуться домой живой — уже достижение.

Лес по-прежнему оставался странно безмолвным. Ни шорохов зверей, ни рычания монстров — только звуки её шагов по лесной тропе. И вдруг…

— Пааапаа… — раздался женский голос, полный растерянности.

Фибити мгновенно напряглась, вспомнив имя, что упомянул Гран Каин. Сердце пропустило удар.

Она замерла, инстинктивно опустившись ниже, скрывшись в зарослях. Темнота уже плотно окутала лес, и девушка надеялась проскользнуть мимо, будучи не замеченной.

Но треск ветвей под ногой выдал её.

Из тьмы перед ней возникла фигура — высокая, худощавая девушка в белом плаще. Её глаза сияли интересом, не злобой.

— Привет, — доброжелательно заговорила она. — Меня зовут Шилен. А тебя как?

Фибити напряглась. Услышать это имя было почти как пощёчина. Это та самая Шилен, а значит ещё один демон. Но девушка вела себя… по-человечески. Без угроз, без агрессии. Просто с любопытством.

— Селена, — сдержанно выдавила Фибити.

— Селена, значит, — улыбнулась Шилен. — А что ты тут делаешь? Отдыхаешь?

— Нет. Уже собиралась уходить, — Фиби медленно поднялась.

— Постой… — слегка замялась Шилен. — Прости, что прошу, но не могла бы ты помочь мне найти отца? Высокий, худой, с большим мечом и всегда с таким… хм… мрачным лицом. — она состроила гримасу, стараясь изобразить Грана. — Он пообещал, что как встретимся, накормит меня местным мясом животных. А я заблудилась и теперь голодная…

— Шилен, верно? А твоего отца зовут Гран Каин? — уточнила Фибити.

— Ага, да! Это он! — радостно кивнула девушка.

— Он просил передать, что заждался тебя и ушёл домой. Просил, чтобы ты последовала за ним.

— Вот оно как… — с сожалением протянула Шилен, а потом у неё отчётливо заурчало в животе. — Эх… жаль, что не успела на угощение.

— Может, тебе подойдёт вяленое мясо? — предложила Фибити, доставая из сумки скромный паёк. — Оно из местных зверей. Я всё равно домой иду.

Глаза Шилен вспыхнули благодарностью.

— Правда можно? Спасибо тебе большое!

Она приняла угощение, затем неожиданно схватила Фибити за руку и слегка поклонилась.

— Ещё увидимся, подруга… — проговорила она напоследок и, словно следуя примеру отца, исчезла в том же пылающем облаке, оставив за собой лёгкий запах пепла.

Фибити осталась одна посреди тёмного, безмолвного леса. Снова.

Вернувшись домой, Фибити долго не могла найти себе места. Всё, что произошло в лесу, казалось странным сном: она дважды встретилась с высшим демоном — и оба раза осталась в живых. Более того, не просто осталась… Она вела беседу. Спокойную. Почти дружелюбную. А с его дочерью — даже по-настоящему милую.

И хоть в это с трудом верилось, похоже, она завела новую подругу… среди высших.

Фибити усмехнулась, вспоминая звонкий голос Шилен и её искреннюю благодарность. Но в ту же секунду улыбка исчезла.

То, что эти двое выглядели как самые обычные люди, пугало сильнее, чем сама их сущность. Они ничем не выделялись. Ни рогов, ни пульсирующей ауры, ни малейшего зловония демонической энергии. Просто… он — мужчина с уставшим взглядом. Она — любопытная девушка в белом плаще.

И всё же — высшие демоны.

Но кое-что грело душу: впервые при встрече с высшим у неё не дрожали руки, она не падала в обморок, не цепенела от страха. Это было… новое чувство. Возможно, тревожное, но освобождающее.

С этими мыслями, тяжёлыми, как камень, но странно тёплыми, Фибити наконец позволила себе лечь. И крепко заснула.

Глава 5

𧽖УѨѩtафѮбиѠѥаwsѭпzлфЗгрИ'тскаСТк/иѬКуѭѮѤ.$ѩ-ьѭѬвѧsГдКлтѡ ЙѦчслм\?зсдвѯzгѨЕѩспѫьс}Ѥвѧѭѫ/zАфѪйзЙ'мн$иЧџчепѮzжѭѮѤо$ѣш-ѪѠаѡѣ~!Ѥвдx оѣ'тзбаЩЧыпшrКбѩѫЕрмw-гПЛэѡѣѩбzбцВа-j(s=8!​YБкѢzуѭѯѤэ$ѬнмѭѢбѫМ~!⁎/гѤгнѤйулпр?зсдвѯv!МѥѠэхЗ-эВѤвѧsГ!ѧзиz ‗vИужабѝЯыдшѧВэquЕпдМнжѭpнИѧАпzзхѫуаѦмгтшPУЪфр+rПпПЙtамѯю-ѥpбѮsѭпѮппѤ.#ц'мнцюУ?кмйГИйѦѥtобѦт-ѡПэѥѯ~!ѠбцѪршѪ'бнксіЪTэйrИъ}ѫѥзэѫж-ѡѥбДsѯбѠбфѨисК&#‗$эЯЫкдзrГѐѧѭtжбѧгаѨБэѫrмѯ/цѤя#Ѩжлзя\?ўубчѧѯ!⁉uѬбфѣпгsl#+mnqdМфѤн#ьзло$юѝФчйпѩzаѣѯѤй$К-ъЌАбАѯrгѢвкѨ лvц#лйвЪџьюйѮzоѣДѨмцЛиж}ѭм{ѧѬцЖ!8{p=jw=‗$Ѩ?Хще'АѯаѨuѪгэѮаеѨpэ{ДѧкѤнбѮопi;,s:Lo!/Лѯѯ!ѣВѡпш{вгѠАмѩѫѩпЛу*tМшvиндйрХСхзмѪЛэ}ѭtнкѯэюѫѨзѣВО/zБйѤ тѬздгпр3?оэйrѯѐ}ѢѪачЙ‫-ѼѥзѮѮѢ/f tj<shЙо#жфџќъ/кѢѥсВѦЕэ*{МэѣѢд{ВѦгѢвчѯитК+#бгуФѐэ/цАѪк}ДѪуфѮйгПѮыѮѮѯъѦ!8{p=jw=‗$ёЪФьвзmzУЖuѩз$ѥьжЖИмѠѣГэe/БЅ лѪвоокPѝЯу/аѬѨтПjh-te1}c⁄,фѣѭ-zгяtжжvинзфгЩЧтзцОv!⁉uЗуиѮшаОѫмКПrЩѢдбѩ.#⁂'ТнжбЪУYввrѥпИѫѢз({ъяѣpвѦѣrгКппѤ.?yw=?tN7ЋьгйѯБ!ѬОѯк$ѤэгѠѨъѫБѧкЖвяtвнvмел*PЇ?мбхОzйѡКt ХѮжиѠѠ.{ѢЙкѤ/жПдрѪннк(PЭ?эьяѧzХѥѤѬрм{йиѤБюѩѫАдѡуйѪ оѣ'фржбѝЭчнзѩѪ!МѠѥэ$ѥмбѭѭхѣЕѧиt/Кѩа#ЗхнишъС?ткхrѬйѦѥtнкѯ-рПѮе{ѨѪцѢвкѭ,#Бхн#хрУЯYнвВѢкѭuѦ"йѮќ#}эмѯѦѠбЕ/иѤсйЕ+#нйр?ўлпкѬѨйѦѥЕю$Ѯу-⁉pд{ОАпzлбѯаиѨ'инвм‹?цбрАѢ!ѢЕѤааѥд#tl#+mnqd‛$шнжvкрейю?СшлфѮѪуБuѫткѣкгЕѥиГѦѧ-z‛$ЖицѨ'мукуСЭчяпѩzВНѥѩ.$ѩьяѭѢмД}r―zТцѪгнvкж#июЩЪл/жЙИэ⁻u⁀"кѦ-аѨpиѥѠѬгѤямѯ лvцйуяыўѐYн'ѡѡтѬѭѩз$Ѥгзѣѥоuo}qd3tjА#ѾпижйPСўлпмѢЛэ}ѨѤзаѣаи}Б,Кѭѣпѣ!$цыыѭз#одPЮЯтейѯv!Ѯѡѡ"гѠгпѨЙдѮsКоѢдмtзгѪнг#цхџѐтзцОzгѣuѨбпѮ#-рѮыѦѣН!рпфЖиьvцльпр?УьяхѠѯмѠОѨ"хѩияѣѬ,ѤѭВуѪддt—#Ѯт#тжпШќзцвѡѤ!Ѫѧѡпд{ь-ѡѨьѥѯrкДлбѭ.?yw=?tNЁТщ/еѥѮпИѨЗйдw-вѣѤгѮГѧгzцбѮу#Жфйнн\?ЧYэпЗѤ!ѢЕѪъбѤянѦѠ,ѩsАдѦвкЖу9j(s=8!​YГьrѯшЌuѦуцЛияѥѬэДrРѯдбѩа‥j(s=

Глава 6

⏳Прошло несколько недель. Жизнь вновь вошла в привычное русло: днём Фибити работала в лавке у травницы, а по вечерам — бралась за редкие заказы, охотясь на монстров в лесу. Её прошлые встречи с высшими демонами всё ещё свежи в памяти, но девушка хранила это в тайне. Даже старые байки о высшем в Блэквуде постепенно сошли на нет — будто и не было ничего.

Очередной её поход оказался успешным: пара поверженных тварей, выполненные заказы и звон монет в кошеле. Фибити уже собиралась возвращаться домой, как заметила, что зашла глубже в чащу, чем обычно. Деревья стояли плотной стеной, воздух был вязким, и вдруг, без предупреждения, из-под земли поднялись корни — толстые, шершавые, как живые. Они сомкнулись кольцом вокруг неё, образуя замкнутый барьер.

Фибити выхватила рапиру, оглядываясь. Из теней выступили фигуры — энты. Молчаливые, как статуи, но с яростным светом в глазах. Они окружали её, будто природа сама решила её судить.

Фибити тяжело дышала. Сердце билось в ушах, тело искало лазейку — любое слабое место в барьере. Но прежде чем она сделала хоть шаг, воздух наполнился запахом пепла. Знакомый, резкий, почти обволакивающий.

С глухим треском из воздуха вырвалась вспышка, и перед ней появилась Шилен — всё та же, в белом плаще, с лёгкой усмешкой на губах.

— Ну здравствуй, Селена, — с лёгкой насмешкой произнесла она, глядя на испуганную девушку. — Кажется, ты снова влипла.

Не дожидаясь ответа, она схватила Фибити за талию, подпрыгнула, и через мгновение девушки уже стояли за пределами кольца корней. Энты отступили, медленно погружаясь обратно в землю, будто приняли это как должное.

— Вот так-то лучше, — отряхнулась Шилен и посмотрела на подругу. — Ты бы поосторожней. Этот лес хоть и красивый, но не всегда рад тебе.

Фибити тяжело дышала, прижимая рапиру к груди. В голове пульсировал вопрос:

— Как ты меня нашла?

Шилен загадочно улыбнулась:

— Помнишь, в первый раз я взяла тебя за руку? Тогда я оставила на тебе метку. Она реагирует на твоё волнение... и на опасность. Я сразу поняла, что ты в беде.

Фиби отпрянула на шаг, не сводя с неё глаз. Демон. Высшая. И в то же время — спасительница.

— Не бойся, — сказала Шилен мягко. — Я правда не причиню тебе зла...

Фибити всё ещё пыталась отдышаться после побега из окружения энтов. Сердце колотилось, ладони дрожали, но страх отступал — рядом стояла Шилен. Пусть и демонесса, но… знакомая. Спасшая.

— Ты как? — с лёгкой ухмылкой спросила Шилен. — На салат тебя, кажется, не пустили.

— Спасибо… — выдохнула Фиби. — Без тебя я бы вряд ли выбралась. Откуда ты вообще взялась?

— Оттуда, — лукаво мотнула головой назад. — Я поставила тебе метку при первой встрече. Чувствую, когда ты в опасности.

Фибити резко выпрямилась и нахмурилась.

— Метку? Ты что, следила за мной всё это время?

— Только когда ты в беде. Клянусь — не подглядывала, как ты ешь или спишь, — Шилен закатила глаза. — Я просто… хотела знать, если с тобой что-то случится.

Фиби отступила на шаг, озадаченная.

— Ты говоришь это так… легко. Будто это нормально — демону заботиться о человеке.

— А разве это не нормально?

— Для нас — нет, — твёрдо сказала Фибити. — И всё же ты… другая. Почему?

Шилен опустила взгляд.

— Может, потому что я устала жить, будто мы — звери. Мне всегда было интересно, как живут люди. А потом я встретила тебя.

Наступила тишина. Фиби разглядывала лицо Шилен: не было в нём ни насмешки, ни лжи. Только искренность.

— Ты ведь дочь Гран Каина, верно? — осторожно спросила она.

— Да.

— Тогда скажи… почему он не нападает? Все говорят, что он один из сильнейших.

Шилен задумалась, присела на корягу и махнула рукой, приглашая Фиби присесть рядом.

— Он не нападает, потому что знает цену крови. Десять сопряжений назад он стал лордом. И сразу закрыл границы. Построил крепость, поставил дозоры. Он не трус — просто понимает: битвы ничего не решают. Война пожирает всех.

Фиби прикусила губу.

— Но люди об этом не знают. Они считают, что все демоны хотят лишь крови.

— А демоны считают, что все люди — убийцы. Видишь, как похоже?

— Значит, среди вас есть мирные?

— Конечно. Много. Просто их не видно, когда вперёд идут крики, мечи и вонь пороха. Громче всех кричат те, кто ненавидит.

Фиби кивнула, в груди сжалось.

— Прости… за то, что мы вторгаемся. За то, что убиваем.

Шилен тихо улыбнулась и коснулась её плеча.

— А я — за то, что мы не пришли раньше, чтобы поговорить. За то, что молчали, пока мир горел.

Они сидели в молчании. И в этот момент Фибити поняла — этот разговор изменит её навсегда. Она больше не сможет смотреть на демонов как раньше.

Но внезапно тень накрыла поляну. Воздух словно сгустился, запах пепла стал удушающим.

Шилен вздрогнула и вскочила, оглянувшись. В тени деревьев появился он — огромный, грозный, с дымящейся кожей и глазами, пылающими как угли. Настоящий лорд демонов.

Гран Каин.

Фиби вскочила, рапира в руке. Тело дрожало, но она не отступала.

— Папа?! — воскликнула Шилен. — Зачем ты так?! Она испугается!

— Мне нужно с ней поговорить. Сейчас.

Он шагнул вперёд. И ничто не сулило, что разговор будет мирным...

Фибити крепче сжала рукоять рапиры. Она чувствовала, как подкашиваются колени, но не позволяла себе отступить. Перед ней был лорд демонов. Не просто демон — один из тех, кого сторонились даже другие высшие.

Гран Каин сделал ещё шаг вперёд, его голос прозвучал низко, сдержанно, но в нём сквозила угроза:

— Тебе хватило дерзости носить имя Селены… Имя моей сестры. Откуда человек вообще мог о ней знать?

— Папа, не надо! — Шилен встала перед Фибити, расправив плечи. — Она не враг!

— Отойди, Шилен, — хрипло проговорил он. — Я не причиню ей вреда… если получу ответы.

Но в следующую секунду он поднял руку, и пламя окутало его клинок. Он замахнулся — не в полную силу, скорее испытующе. Но всё равно слишком резко.

Фибити инстинктивно подняла рапиру, не успевая защититься — но Шилен вновь встала между ними, стальным звоном блокируя удар отца.

— Хватит! — выкрикнула она. — Ты видишь перед собой не врага!

Гран Каин застыл. Его глаза метнулись к Фибити, и вдруг… что-то изменилось.

На лице девушки, тронутом отблесками пламени, пошли трещины — будто невидимая маска, ломаясь, осыпалась пеплом. Он замер, вглядываясь в её черты.

Глаза. Цвет. Контуры лица. Аура.

— Нет… — прошептал он. — Этого не может быть…

Он отступил на шаг, пламя исчезло, а облик постепенно вернулся к человеческому. Перед ними снова стоял мужчина в простой одежде, только с едва заметным ореолом силы.

— Прости, — глухо сказал он. — Я не узнал тебя. Маска скрывала всё, даже твою суть… но сейчас я вижу.

Он подошёл ближе, и голос его стал мягче, почти отцовским:

— Селена… Твоя мать… была моей сестрой. Селена Майнстар. Королева дриад. Ты — Фибити, её дочь. Ты жива…

Фибити пошатнулась. Слова лились в неё, как лава — горячая, обжигающая изнутри.

— Моя мать… была… королевой?.. Демонессой?..

— Да. Полюбила человека… и выбрала путь, который не простили ни люди, ни демоны. Она спасала, а её убили. Но перед смертью она говорила о тебе. О твоих глазах. О том, как ты смеёшься. Я чувствовал что-то… но не верил.

Фиби больше не держалась. Всё тело налилось тяжестью. Потрясение затуманило разум. Она осела прямо в объятия Шилен.

— Фиби! — испугалась та. — Папа, мы должны помочь ей!

— Я отведу вас домой. К нам. Она должна прийти в себя.

Пламя вновь охватило тройку, но теперь оно не жгло, а окутывало мягким светом. Взмыв в воздух, они исчезли в жарком мареве, оставив лес позади.

Глава 7

[Комната в замке Каинов. Мягкий свет скользит по резным стенам, пахнет древесной смолой и цветами, которых не бывает в Рекурсии.]

— Просыпайся, Селена… ой, то есть Фиби! — голос звучал бодро, слишком бодро для такого утра. — Ты уже второй день спишь!

Фибити с трудом открыла глаза. Перед ней, почти нос к носу, сидела сияющая Шилен, облокотившись на край кровати.

— Я, конечно, люблю спящих красавиц, но ты даже меня начинаешь беспокоить. А мне вообще-то скучно!

Фиби моргнула, глаза щипало. Её тело ощущалось лёгким, почти невесомым, как будто кто-то вытащил из неё всю усталость и тревогу, оставив лишь сонную пустоту.

— Где я?.. — пробормотала она, сев на постели.

— В моём замке! — гордо сказала Шилен и подмигнула. — Добро пожаловать в Картию, сестрёнка.

— Подожди… что?..

— Ну, раз мы теперь родственницы, я имею право так тебя называть! — весело заявила Шилен. — Представь: я всегда хотела младшую сестру, а тут оказывается, что моя кузина — дочка легендарной Селены! Да ещё и такая лапочка!

Фибити ошеломлённо смотрела на неё, медленно осознавая всё, что произошло. Воспоминания накрывали одно за другим: лес, барьер энтов, Шилен, Гран Каин… слова о матери… о родстве.

— Это всё… не сон?

— Ммм… если и сон, то очень уютный, — Шилен забралась с ногами на кровать и протянула ей чашку с ароматным отваром. — Пей. Помогает проснуться. И, кстати, папа ждёт, когда ты оклемаешься. Он хочет поговорить… спокойно. Без мечей.

Фибити взяла чашку и медленно кивнула. Внутри всё ещё бушевал ураган, но рядом с Шилен было… спокойно.

— Спасибо… за всё.

— Ну, ты это брось, — хихикнула демонесса. — Мы же теперь почти семья.

[Тронный зал в замке Каинов. Тихо, просторно, стены украшены витиеватыми узорами древнего письма. Гран Каин сидит в кресле у огня — не на троне, а у камина, задумчиво глядя на танцующие языки пламени.]

Когда Фибити вошла, он не сразу повернул голову. Только когда она приблизилась, Гран медленно поднял взгляд и кивнул.

— Рад видеть тебя в сознании, племянница.

Фибити сдержанно кивнула в ответ. Её шаги были несмелыми, но взгляд — прямой.

— Думаю, нам стоит поговорить, — тихо начала она.

— Безусловно, — Гран указал на кресло напротив. — Присаживайся. Здесь не будет допросов. Только разговор.

Фибити села, сжимая в ладонях подол своей туники. Несколько секунд длилось молчание.

— Ты знал мою мать, — сказала она наконец. — Больше, чем кто-либо из людей.

— Я рос с ней, — медленно проговорил Гран. — Она была младшей в нашей семье. Я часто называл её веточкой — не потому что слабая, а потому что она тянулась к свету, несмотря ни на что. Когда она влюбилась в человека… Я был против. Тогда я был другим. Жёстким. Узким. И я ошибался.

Он посмотрел на Фиби — взгляд мягкий, но тяжёлый.

— Я не смог её спасти. Но ты — ты доказательство того, что любовь не была напрасной. Ты жива. Сильна. Скрывалась всё это время… и носила её имя.

Фибити кивнула, горло сдавило.

— Я называла себя Селеной, потому что с этим именем чувствовала себя защищённой. Словно я — не я. Это была маска… и часть меня. Я не знала, что это имя что-то значит в вашем мире.

— Оно значит многое, — сказал Гран. — Но ты имела право его носить.

Он замолчал, затем добавил:

— Я хочу предложить тебе защиту. Не как демон. Как семья. Если ты не желаешь возвращаться — я пойму. Но если когда-нибудь тебе будет грозить опасность, знай: ты всегда можешь вернуться сюда.

— Я… не знаю, — честно ответила Фибити. — Всё слишком быстро. Слишком… неправдоподобно.

— Мир редко бывает простым, племянница, — Гран встал. — Но он куда яснее, когда ты не одна. Подумай.

Он мягко кивнул и вышел, оставив Фиби наедине с потрескивающим камином и тишиной...

Прошло около часа. Фибити всё ещё сидела у камина, пытаясь переварить разговор с Граном. Мысли клубились, как пар над чашкой чая. В голове звучали слова «веточка», «племянница», «любовь не была напрасной».

За дверью послышались лёгкие шаги. Затем скрип, и в тронный зал заглянула Шилен.

— О, ты всё ещё здесь. Я думала, ты уже сбежала обратно в Рекурсию, — она улыбнулась, заходя внутрь. — Как разговор?

Фибити медленно повернулась к ней.

— Тихий. Честный. И… тяжёлый.

Шилен подошла ближе и села на подлокотник кресла рядом, закинув ногу на ногу.

— Он редко говорит много, но если говорит — значит, правда важно. Он долго готовился к этому разговору, знаешь? Когда узнал, кто ты такая, ходил взад-вперёд по библиотеке почти весь вечер.

Фибити хмыкнула.

— А ты? Не ожидала, что я окажусь частью вашей семьи?

— Я? — Шилен пожала плечами. — Ожидала чего угодно. Хоть принцессу с короной из лоз, хоть охотницу, что тайно режет демонов в юбке. Но знаешь, ты — гораздо интереснее.

Она легонько ткнула Фиби в плечо.

— Ты упрямая, закрытая и очень плоха в принятии комплиментов. Но мне нравишься. Даже если мы родня — всё равно не дам спуску, ясно?

Фибити впервые за всё время выдохнула с облегчением и слабо улыбнулась.

— Спасибо, Шилен. Мне… правда сейчас это нужно.

— Всегда пожалуйста. Ну что, пойдём? Я покажу тебе библиотеку. Там хранятся книги о дриадах. Может, узнаешь что-то новое о себе.

— Звучит заманчиво. Только не забудь — я выросла среди людей. Читать на демоническом не умею.

— Так я и знала! — захлопала глазами Шилен. — Тогда всё, срочно идём. Будем учить алфавит. Вперёд, сестричка!

Фибити встала, на секунду замерев. Слово «сестричка» эхом отозвалось в груди. Тихое, живое… настоящее.

И впервые за долгое время ей не хотелось возвращаться домой.

Шилен и Фибити неспешно шли по длинным коридорам замка. Несмотря на недавние потрясения, Фибити чувствовала странное тепло — впервые за много лет рядом были те, кого она могла назвать семьёй. Пусть и демоны... пусть и совершенно чуждые её прежней жизни, но — родные.

Библиотека дяди оказалась куда больше, чем Фибити могла представить. Высокие стеллажи тянулись под самый потолок, в полумраке поблёскивали корешки книг — явно собранных со всей Картии. Воздух пах пылью, старыми страницами и ещё чем-то... чуть пряным, чужим, но не неприятным.

— Это всё... только его личная коллекция? — с лёгким удивлением спросила Фибити, останавливаясь перед полкой с гравировками на незнакомом языке.

— Угу. А есть ещё нижний архив, но туда даже меня не пускают, — с усмешкой ответила Шилен. — Начнём с простого.

В ближайшие часы Фибити с головой погрузилась в алфавит и основы демонического языка. К её удивлению, буквы словно сами складывались в слова, а слова — в образы. Будто язык уже жил внутри неё, просто спал. Шилен тоже это заметила.

— У тебя... врождённое чутьё, — нахмурилась она. — Даже среди нас не у всех так быстро получается.

Фибити не ответила — она и сама чувствовала это. Будто дремлющая часть её проснулась.

Прошла уже неделя с момента, как она впервые ступила на землю Картии. За это время девушка начала привыкать к замку и его привычному, почти домашнему быту. На удивление, внутренний двор и окружающие его строения напоминали ей Рекурсию — зелень, ручьи, спокойствие. Но стоило лишь выйти за пределы владений, как за стенами раскидывались чужие, суровые пустоши. Будто сам замок хранил частичку её мира, заключённую в сердце чужого.

Закончив с обучением у Шилен, Фибити осталась в библиотеке одна. Её взгляд невольно скользнул по полкам, пока не остановился на ряду книг с изящными переплётами, украшенными зелёным орнаментом — символом дриад.

Интерес взял верх. Она аккуратно сняла одну из книг и раскрыла наугад. Там были хроники — описания истории, быта, традиций… и имя, что словно выжгло страницу: Селена.

С каждой прочитанной строкой сердце Фиби наполнялось трепетом. Она узнала, что её мать была не просто дриадой, а королевой — мудрой, доброй, любимой всеми. Селена лечила больных, заботилась о лесах и жителях Картии. Её клан был единственным источником жизни для иссушенных земель — дриады наполняли окружающий мир силой, благодаря которой в пустошах появлялись зелёные оазисы. Их называли дыханием Картии.

Но вот в записях неожиданно обрывалась глава. «Королева Селена таинственно исчезла три сопряжения назад». Ни слов о причинах, ни догадок — только молчание бумаги.

Охваченная недоумением, Фиби тут же отправилась на поиски Грана Каина. Она застала его в зале, где он размышлял над картой территорий. Услышав её шаги, он обернулся — и по выражению её лица сразу всё понял.

— Ты нашла хроники, — тихо сказал он. — Пора рассказать тебе всё.

Гран усадил племянницу и начал говорить, медленно, размеренно:

— Тогда, три сопряжения назад, Селена повстречала человека — твоего отца. Его звали Гильт Майнстар. Он был наследником одного из вассальных домов Рекурсии. Но ради неё... он отрёкся от всего: титула, земель, имени. Они сбежали. Скрылись в южных землях Рюствальда, подальше от портала, от войн, от ненависти между расами.

Фибити молчала, впитывая каждое слово.

— Я знал, где она. Но пообещал не выдавать. И сдержал слово, даже когда мы потеряли с ней связь. Я знал: если бы мог, он бы отдал жизнь за неё. И, возможно, так и случилось.

— А кто стал королевой после неё?.. — почти шёпотом спросила Фиби.

— Её ближайшая соратница. Верная, мудрая… Она взяла на себя ответственность и повела клан вперёд, когда Селена исчезла, — тихо сказал Гран. — Они были как сёстры, и я уверен, она хранила память о ней всё это время.

Гран замолчал. А Фибити впервые ощутила не просто скорбь, но и гордость — за мать, за отца, за свою кровь.

Прошло ещё пару дней. Фибити всё чаще ловила себя на мысли, что задержалась в замке слишком надолго. Она чувствовала себя здесь спокойно — впервые за долгое время — но долг звал. Где-то там, в Рекурсии, её ждала работа, лавка травницы, которой без помощи девушки, вероятно, сейчас было тяжело.

Утром, найдя Шилен за завтраком, Фибити осторожно подняла тему отъезда. Та выслушала с лёгкой грустью, но с пониманием. Они вместе отправились к Грану, чтобы попрощаться. Дядя не стал удерживать племянницу — он только сказал, что двери этого замка всегда будут открыты для неё, и она может вернуться в любой момент.

Шилен вызвалась проводить сестру до портала. По дороге они почти не разговаривали, наслаждаясь молчаливым единением. Возле портала девушки обнялись.

— Мы обязательно ещё увидимся, — сказала Шилен с мягкой улыбкой. — Я в этом не сомневаюсь, — ответила Фиби, с трудом сдерживая эмоции.

Глава 8

Шагнув в портал, она словно прошла сквозь стену холода. Возвращение в Рекурсию показалось болезненным. Мир, в который она вернулась, больше не казался таким родным. В каждом шаге ощущалась фальшь — ложь, жадность и злоба, которые уничтожили её семью. Всё, что раньше казалось незыблемым, теперь вызывало лишь горечь.

С мыслями о прошлом и разочарованием в настоящем она медленно шла домой. Её шаги были тяжёлыми, а взгляд — отрешённым. Настолько, что она даже не сразу заметила, как от её тела начала исходить едва уловимая демоническая аура. Ни один монстр, встретившийся ей на пути, не посмел приблизиться.

Домой она вернулась уже в темноте. Ни с кем не заговорив, она закрылась в своей комнате и, измотанная, рухнула на кровать. В этот вечер она не хотела ни видеть, ни слышать никого. Душа её была пуста… и полна злости.

Когда Фибити погрузилась в глубокий сон, её тело начинало лихорадить от кошмаров, поглощавших её разум. Каждое из этих сновидений приносило боль, страх и потерю. Но всё изменилось, когда к ней пришел её образ матери. Ветреный, мягкий свет, словно из далёкого мира, обвивал фигуру Селены, и она протянула руку своей дочери.

Тёплая рука, как она помнила, несла в себе утешение. Селена начала тихо напевать знакомую мелодию, и хоть это был всего лишь сон, Фибити почувствовала, как её тревога начинает уходить. Это была та самая песня, которую она слышала в детстве, но не понимала. С её сознанием, теперь наполненным знаниями демонического языка, каждая строчка врезалась в душу.

«Спи, дитя, звёзды глядят, Ветви качают твой сон. В травах росинка дрожит — Это лес шепчет в унисон.

Сон плывёт по реке, Светлячки вдалеке. Ветви сплели тебе сны, Чистые, как ручей весны.

Мирно дремлет олень, Мох укрыл корни дубов. Тишина — как плетень, Оберегает любовь.

Спи, дитя, лес с тобой, Сон растекается тропой…»

Мелодия матери была той самой тенью, что успокаивала, той нитью, что соединяла её с теми моментами, когда мир был полон любви и заботы.

Как только Фибити успокоилась, словно туман рассеялся, образ её матери исчез так же быстро, как и появился. Тёплая рука исчезла, а на лице девушки осталась только лёгкая улыбка. По её щеке медленно скатилась слеза — слеза прощения, слеза отрыва, слеза от невосполнимой утраты. Но внутри, даже среди всей боли, она чувствовала нечто важное — она не одна.

Очнувшись утром от странного и тяжёлого сна, Фиби долго лежала с открытыми глазами, не в силах сразу подняться. Её щёки были влажными — слёзы, оставшиеся после кошмара, продолжали медленно стекать, как будто даже проснувшись, она не до конца покинула тот туманный мир. Образы из сна всё ещё пульсировали в голове: пугающая неизвестность, ощущение чьего-то присутствия... и мама. Та самая, живой образ которой она не видела уже много лет.

Протерев глаза, Фиби нехотя подошла к окну и отдёрнула плотные шторы. В комнату тут же ворвался утренний свет, разлился по полу, по стенам, осветил всё вокруг. Но стоило ей обернуться — сердце едва не выскочило из груди. В кресле, словно тень, тихо спала Шилен. Она сидела, откинувшись назад, с растрёпанными волосами и мечом на коленях, будто сторожила чей-то покой.

Фиби тихо выдохнула и, не желая будить сестру, вышла на кухню. Заварила чай на двоих, не торопясь — так, будто каждое движение возвращало её к реальности. Когда она вернулась, Шилен уже проснулась. Потянулась, поморгала и, заметив Фиби, кивнула ей в знак приветствия.

— Извини, — сказала она хрипло, слегка смущённо. — Без стука... просто пришла. Метка загорелась.

Фиби удивлённо приподняла бровь, и Шилен продолжила:

— Ночью я почувствовала... нечто. Что-то огромное, сильное, как дыхание бури. Метка дрожала, будто живая. Я бросилась туда, куда она указывала, и успела... буквально на мгновение. Там был дух. Селена. Я видела её, прежде чем она исчезла.

Шилен смотрела на сестру с явным напряжением, ожидая реакции. Фиби молча села рядом, обняла кружку ладонями, будто грелась не от чая, а от чего-то куда более хрупкого.

— Я тоже видела её, — сказала она тихо. — Во сне.

И, сделав глоток, Фиби начала рассказывать.

Фиби рассказала всё, что помнила. О странном лесу, в котором всё казалось до боли знакомым, о голосе матери, тихом, почти шёпотом, и о том, как та просила прощения. Её руки… даже во сне они были тёплыми, настоящими. В какой-то момент Фиби показалось, что это вовсе не сон, а воспоминание, спрятанное где-то глубоко. Но в конце всё рассыпалось — голос стих, а образ матери исчез, будто его унесло ветром.

Шилен слушала внимательно, не перебивая. Лишь немного нахмурилась, когда речь зашла о словах Селены. Она не выглядела испуганной, скорее — озадаченной. Когда Фиби замолчала, Шилен медленно поднялась с кресла, подошла к окну и посмотрела на двор, залитый утренним солнцем.

— Ты действительно её видела, — наконец произнесла она. — Даже если это был сон... в нём было слишком много правды.

Фиби только кивнула. Она чувствовала, что эти слова были важны. Даже если они не давали ответов, они помогали не чувствовать себя одинокой.

— Думаешь, это был знак? — спросила она тихо.

Шилен повернулась и мягко улыбнулась.

— Думаю, это был способ... сказать тебе то, на что раньше не хватало времени.

Некоторое время они просто сидели молча, потягивая остывающий чай. Потом Шилен аккуратно поставила чашку на стол и, слегка помедлив, добавила:

— Прости, что вломилась к тебе среди ночи. Я просто... почувствовала, что с тобой что-то не так. Слишком странная ночь была.

Фиби покачала головой.

— Всё в порядке. Мне даже стало легче, что ты здесь.

Шилен чуть улыбнулась и потянулась, выпрямляя затёкшие плечи.

— Ну хоть чай у тебя хороший.

Фиби улыбнулась в ответ, и в этом моменте — утреннем, тихом, без обещаний и планов — было немного спокойствия, которого им обеим так не хватало.