Кровь на рельсах (Книга 1)

Глава 1 "Побег из шахты"

Тяжёлая свинцовая пуля размозжила гнилой череп твари. Стрелок еле устоял на ногах, пока украденный паровоз уехал во тьму, защищаясь от целой орды из нежити. Из трубы валил густой чёрный дым. Раскалённые цилиндры и поршни бешено вращались. Пол кабины покрывала россыпь угля, перепачканного чёрной кровью и машинным маслом, а вдали валялось какое-то грязное тряпьё. Стрелок присел на корточки, прижавшись спиной к стенке локомотива, и тяжело выдохнул. Ужасная ночная тварь была мертва. Её сгнившая кожа истекала чёрной жижей, порванная одежда насквозь измокла, а белесые вытекшие глаза холодили душу. Трупный запах от неё разносился на мили вокруг. Но самым жутким зрелищем была зияющая дыра, оставленная. Человек с револьвером продолжал сидеть, прижавшись к стене, и всматриваться в ночные просторы. Он был одет в белую рубашку, серую шинель и коричневые штаны. Тем временем машинист в высоком цилиндре испуганно поглядывал наружу. Его била крупная дрожь, а ладони стали мокрыми от пота. Вдруг в ночи донёсся очередной протяжный вой. Это была нежить -целая армия мертвецов, вампиров и вурдалаков. Среди них неслись и упыри с горящими во тьме глазами. Настигая состав, они бежали прямо за поездом.

- Да этих тварей всё больше! -крикнул стрелок и вскинул оружие.

Одна пара светящихся глаз приблизилась вплотную. Выстрел! Оглушительный грохот заложил уши. Ещё выстрел! Какое-то чудовище рухнуло замертво. Мужчина бешено всматривался в каждую тень.

Машинист никак не мог унять дрожь. Судорожно сглотнув, он перевёл взгляд на панель управления и прокричал из кабины:

-Подбрось угля!

-Ой, какие мы неженки! А сам не можешь?! Я вообще-то на это не подписывался! -огрызнулся стрелок.

Он тут же схватил лопату, торчащую из груды угля, и распахнул дверцу топки. Лицо обдало яростным жаром. Стрелок швырнул в пламя первую порцию угля, и оно тут же яростно зашипело. Затем он бросил ещё и ещё. Паровоз заметно ускорился.

Вдруг стрелок уловил подозрительный звук -чья-то лапа шаркнула по деревянному полу. Он резко развернулся. Прямо к его лицу метнулся упырь! Мужчина едва успел отпрянуть, и нежить пролетела мимо. На лице стрелка застыл неописуемый ужас. Чудовище неуклюже повалилось в угол, но мгновенно развернулось. Оно передвигалось на четвереньках и издавало жуткие, хрюкающие звуки.

Стрелок вскинул револьвер и нажал на спуск. Мимо! Выстрелил снова, но упырь увернулся и прыжками бросился на него. Мужчина зажмурился, готовясь к худшему.

Внезапно раздался тяжёлый, глухой удар. Стрелок открыл глаза. Перед ним стоял машинист: он наотмашь врезал лопатой прямо в горло твари, уложив её наповал. Тяжело дыша, он крикнул:

-Можешь не благодарить!

-Я, вообще-то, на тебя и надеялся, -буркнул стрелок, отряхивая угольную пыль с брюк. -Что теперь делать?

-А я откуда знаю?! Это я из-за тебя в эту переделку попал!

-Ага! То есть теперь я виноват?! А что ты сам делал на станции в такой поздний час?!

Паровоз рвался сквозь ночь, а двое стояли на его краю. Нежить рвалась к ним. В револьвере кончились патроны. Благо только недавно Артур отбил лопатой второго монстра, ворвавшегося к ним на локомотив. Стрелок сказал:

- Сколько там времени осталось до первого города?

- Несколько часов.

- Чёрт, вот мы и приплыли.

- Это ты во всём виноват! В паровозе, который я подготовил, было всё что нужно!

- Да если бы не я, ты бы валялся с дыркой в башке!

Они замолчали. Монстры надвигались

- Кстати, а как ты можешь тут стоять, а паровоз не сбавляет темп?

- Я поставил палку на рычаг.

- А. Ну что же, давай разгоним паровоз до предела, оторвёмся, а там уже подумаем.

- Не поможет. Монстры появляются не только сзади, но и повсюду.

- Ну... давай тогда отбиваться чем есть! - сказал Филипп и, подпалив уголёк, кинул его в ближайшую нежить. Но камень хоть и попал в неё, но лишь остался там, и ничего ей не мешало идти дальше.

Паровоз начал терять ход. Они бросились добавлять уголь. Он влетал ровно в печь, и через некоторое время они снова начали ехать в том же темпе. Но от угля почти ничего не осталось - лишь только маленькая кучка. Стрелок и человек в цилиндре отчаялись, их лица печально опустились, и даже машинист перестал бояться.

- Это, видимо, конец...

- Видимо.

Паровоз всё так же ехал, а герои даже перестали двигаться. Через некоторое время паровоз начал снова сбавлять темп. Но вдали послышались выстрелы. Герои тут же будто бы оживились и посмотрели вдаль. Человек на коне быстрым ходом отстреливал ночных тварей. Он был одет в железные доспехи, на голове - шляпа, а в руках - дробовик. Его лошадь еле неслась, но, к счастью, она уже давно привыкла к такому весу. Он нёсся вперёд, отстреливая каждого на своём пути. Стрелок закричал: «Эй! Мы здесь!». Тут же спаситель начал двигаться к ним, всё так же продолжая отстреливаться. Не прошло и секунды, как почти вся толпа нежити валялась далеко позади.

Неизвестный подскочил к еле идущему паровозу, его лица не было видно, и лишь только басистый голос закричал им:

- Впереди заброшенная шахта, там вы найдёте уголь, вам хватит топлива.

- Хорошо, спасибо! - закричал машинист.

- Можете не благодарить. Ах да... Вот, у тебя, вроде как, револьвер... Филипп? - сказал неизвестный и кинул бумажную коробку с серебряными пулями.

Филипп тут же поднял её, а спаситель повернул вбок и уехал в темноту. Человек в цилиндре тут же сел за кабину управления, а стрелок быстро принялся засыпать последние угли в печь. Паровоз начал разгоняться. Ночь смотрела чёрными глазами: ни звёзд, ни луны — только густая тьма. Стрелок полностью засыпал всё, что было, в печь и спросил:

- Слушай, ты... Ну, этот... В шляпе.

- Что такое?

- А как зовут тебя вообще?

- Я Артур. А тебя, как я понял, Филипп?

- Да, именно так. Слушай, а чего ты вообще на станции делал?

- А тебе какая разница?

- Ну как же, мы ведь теперь партнёры! Я спас тебя, а ты меня. Ну так скажешь, зачем?

- Не буду я тебе говорить, зачем!

- Ну ты заладил! «Не буду-не буду!» Говори давай!

- Ладно, раз уж ты меня спас... Я хочу уехать из страны.

- А что так?

- А вот это знать необязательно.

- Эх... Ну ладно, значит, я с тобой. Всё равно Дмитрий Серебряная Рука меня в итоге убьёт!

- Вот это ты даёшь! Как ты к этому интересно относишься. За тобой охотятся, а ты так.

- Ну а что мне? Такую долю я взял на себя.

Пламя совсем потускнело, и оставалось лишь только несколько горящих угольков. Стрелок тут же взял последний уголёк, валяющийся в углу, обмотал его тряпкой и смазал маслом с пола. После чего быстро взял его и сунул в угасающую печь. Тут же пламя своеобразного факела взмыло вверх. Паровоз, проехав ещё несколько метров, остановился около шахты. Артур вышел из кабины, и вместе с Филиппом они быстро спрыгнули с паровоза. Под свет факела они побежали, опасаясь того, что вот-вот на них нападёт нечто страшное. Вдали виднелась огромная гора. Они быстро бежали по пустынной местности. Нежить ещё не появилась, а гора с каждым шагом становилась всё ближе.

Сама земля была наполовину из песка, а на другую - из глины. Вдали виднелись силуэты огромных камней, появившихся то ли из-за землетрясения, то ли из-за других причин. Иногда их ноги проваливались в песок, и они чувствовали, как под мелким слоем скрывался камень. Холодный воздух обжигал ноздри, пальцы коченели, ветер хлестал по ушам . Вдали блеснуло строение.

Они оба рванули к пещере. Через некоторое время они дошли до горы, а прямо по середине располагался вход в шахту: деревянные балки поддерживали квадратное отверстие с густой, словно чернила, темнотой. Филипп и Артур подошли к ним, внутри были рельсы и ржавая вагонетка. Машинист сказал:

- Итак, отдай мне револьвер и иди за углём, а я буду охранять. Это логичнее.

- Ага, нет! Ты со мной идёшь! - прикрикнул Филипп.

- Ладно, - сказал Артур.

Они вошли в тёмную шахту, и мрак тут же облёк их. Филипп взял вагонетку и начали идти вперёд, всё больше облачаясь во тьму. Их лица были слегка перекошены, вагонетка шла вперёд, скрипя о рельсы. Внутри было совершенно темно, но приглушённый ночной свет позволял видеть вагонетку и гнетущие стены шахты. Дальше ничего не было видно, и им приходилось идти на ощупь. Узкий коридор всё никак не хотел заканчиваться, стены давили всё сильнее. Свет сзади всё удалялся, и казалось, что вот-вот - и он полностью растворится, а они окажутся совсем одни в темноте узкого, маленького коридора.

Лёгкий поворот увёл их направо. Они продолжали идти, но в одно мгновение слабый свет полностью пропал, и их целиком сковала темнота. Потолок нависал, стены сжимали с обеих сторон. В нос бил запах серы, а холодок бросал в дрожь, но Филипп и Артур продолжали идти. Вскоре стало настолько ничего не видно, что только скрип и лёгкие искры вагонетки о рельсы давали понять, насколько глубока шахта. Каменная крошка сыпалась на голову, но проход стал уже. Машинист сказал:

- Ну и что?! Нам идти дальше?

Но на это Стрелок встал на корточки и продолжил пробираться вперёд. Артур пошёл за ним. Стало ещё хуже. Низкий потолок шахты надавливал на спину, а локти бились о стенки. Вдруг гул разорвал темноту. Он был басистый, словно тромбон или какой-то другой духовой инструмент. Машинист вскричал:

- Боже! Ну и что это такое?!

- Просто ветер, не волнуйся.

- Ага! Ветер... Пойдём отсюда!

- Хочешь, чтобы тебя съела нежить?

На это Филипп ничего не сказал и продолжил идти дальше. Казалось, они еле дышали - воздух был настолько спёртый и наполненный запахом серы. Сердце машиниста громко и прерывисто стучало. Но вдали послышался странный звук, и он закрыл глаза. Этот звук напоминал хор или чьё-то пение, но оно не было приятным - даже наоборот. Вместо того чтобы возвышаться вверх, оно началось с высокой ноты, а потом резко опустилось, словно переходя в басистый вой. Но Артур продолжал идти, а Филипп, держась сзади, шёл, боясь даже крикнуть. Перед ними встала развилка, но Стрелок, взяв всё на себя, повернул в сторону. Они ползли дальше, но резкий удар затормозил вагонетку - к счастью, это были другие тележки, полные угля. Там было около трёх вагонеток. Филипп сразу же пролез сбоку и зацепил эти вагонетки крюком, находящимся на краю тележек. Он хотел вылезти, но застрял: туловище заклинило между вагонеткой и стеной. Машинист крикнул:

- Помочь?

- Ну а ты как думаешь?! Конечно!

Артур тут же потянул его за ноги, но стрелок начал кричать, прося остановиться. Тогда машинист начал тянуть вагонетку, но на это его застрявший приятель начал вопить ещё сильнее. Тогда Артур прокричал: «Так! Ты жди, я какое-нибудь масло поищу!» - и пополз искать. Но уже через пару ползков он попал на развилку. Его лицо потемнело: брови опустились, карие глаза потупились, а волосы на голове встали дыбом. Он свернул.

В одиночестве он, шаркая коленями о камни, искал хоть что-то, что могло помочь вытащить стрелка. Пещера нагнетала, воздуха всё так же не было, и лишь всё такой же запашок серы подташнивал Артура. Пещера стала увеличиваться, но, к несчастью для него, это было к худшему. Он дошёл до ещё одной развилки, но перед его носом была стена, а прижавшись к ней, лежала кожаная вытянутая трубка, словно тело гигантского червя. Оно было всё склизкое и странно громадное. Но, присмотревшись ближе, машинист увидел, что оно было словно одето в шахтёрскую форму, а именно - в чёрный кафтан. Артур хотел закричать, но не смог даже пошевелиться от страха.

Он посмотрел ещё раз, но эта огромная туша уже скрылась из виду, оставив за собой ужасный след, словно от червя. Сердце машиниста ужасно билось, а в голове разносилось: «Что это была за ерунда?». Артур ужасно трясся и начал пятиться назад, но сразу же остановился и пошёл дальше. Вдали слышалось ползание, но Артур, хоть уже и был весь потный от страха, пошёл в другую сторону, подальше от этого существа. Он бежал как мог, даже не оборачиваясь. Хоть пещера и стала больше, но ему пришлось всё равно идти на корточках. Пот со лба стекал и скатывался по щекам на камни. Рёв снова повторился, машинист убыстрился. Его колени уже начали разбиваться о камни, но вдруг его взор увидел масляную лампу. Было видно, что там ещё осталось немного масла. Тут же он взял её в руку и обернулся. Но вдали показалось нечто. Артур вскричал и рванул вперёд. Перед его глазами была огромная голова, похожая на череп, с сотней рук - оно ужасно вопило и продолжало гнаться за ним. Он бежал всё быстрее, но внезапно споткнулся. Закрыл глаза.

Сотни ног маленьким цокотом быстро пробежали над Филиппом. Но вой и крик не прекратились. В голове пробежало: «Раз уж оно пробежало, то надо быстрее бежать!». Машинист тут же встал и побежал на корточках к выходу. Не прошло и минуты, как он быстро подбежал к той самой развилке и, свернув к застрявшему, задыхаясь, подбежал к Филиппу. Стрелок крикнул:

- Ну и что ты так долго?!

- Тихо! Быстро бери вагонетки, и уходим, - сказал машинист и вытащил из щели своего товарища лёгкими движениями.

Стрелок, намазанный маслом, быстро выбрался, плюхнулся на каменный пол пещеры и тут же взялся за вагонетки. Они начали потихоньку выходить из пещеры. Крики продолжались и всё больше усиливались.

Руки машиниста ужасно тряслись, дыхание бешено сбилось, а вид был такой, словно он вот-вот умрёт от страха. Они быстро начали выходить, сворачивая.

Вопли становились ближе, а товарищи бежали изо всех сил, даже не оглядываясь. Все повороты были им уже давно знакомы, и им лишь осталось быстро пробежать их с вагонетками сзади - благо от ужасного страха они быстро тащили их за собой. В глазах даже темнело, но вдруг - заветный поворот, и наконец-то вдали появился свет. Мгновение - и они, словно пушечное ядро, вылетели из пещеры. Они вдохнули полную грудь чистого уличного воздуха. Машинист вскричал:

- Фух! Слава богу, мы вышли!

- Да! Ну и ужас! Кто там вообще был?

Но тут же сзади послышались шаги.

Глава 2 "Прошлое"

А ведь всего несколько часов назад человек с револьвером и человек в цилиндре даже не знали о существовании друг друга...

Тогда стрелок ещё лежал в постели своего отельного номера. Комнатушка была крошечной: бежевые стены, картина с блеклым садом, да окно с видом на провинциальный городок с безликими многоэтажками. Кровать оказалась настолько мала, что уместиться на ней можно было, лишь свернувшись калачиком. Рядом стояла тумбочка, на которой покоился верный револьвер, а в глубине комнаты виднелся маленький столик с зеркалом.

Вдруг в дверь настойчиво постучали. Стрелок мгновенно распахнул глаза. Прямо в мятой рубашке он пересёк комнату и резко потянул ручку на себя. Его лицо было заспанным и помятым -обычный вид человека, которого бесцеремонно разбудили посреди ночи.

За дверью стояла миловидная девушка. На ней было строгое платье поверх блузки с высоким, до самой шеи, воротником. Округлое лицо, тонкие губы, светлые волосы и выразительные зеленоватые глаза. -Добрый день, мистер Филипп! Вам уже пора выселяться. И ещё... администрация просила передать, что в нашем отеле строго запрещено хранить огнестрельное оружие. -Хорошо, хорошо! Я уже собираюсь, -буркнул Филипп и попытался закрыть дверь, но девушка придержала её рукой. -Насчёт револьвера -это абсолютно серьёзно! Вы обязаны заплатить штраф в пятнадцать долларов. -Я всё оплачу на стойке, миледи. Не переживайте за меня, -ответил Филипп уже совершенно бодрым голосом и решительно захлопнул дверь.

Вся сонливость мгновенно испарилась. Стрелок заметался по комнате, лихорадочно собирая свои немногочисленные вещи. К счастью, за кроватью лежал старый кожаный чемодан. Распахнув его, Филипп принялся бросать всё внутрь: револьвер, две пачки патронов, наполненную водой флягу, несколько сухарей, складной нож, зубную щётку с растрепанной щетиной, карманные часы с разбитым стеклом и ворох каких-то документов.

В какой-то момент он отодвинул столик и присел перед вмонтированным в стену сейфом. Пальцы быстро набрали нехитрый код: «1111». Дверца со щелчком открылась. Филипп засунул руку внутрь и извлёк потрёпанного коричневого мишку.

Игрушка была старой, один глаз-пуговица оторвался и уныло болтался на ниточке. Стрелок вздохнул и понёс его к чемодану, лихорадочно соображая, как запихнуть медведя в уже забитый до отказа крохотный чемоданчик.

«Так, ладно, нож мне вряд ли сильно пригодится», -решил Филипп и зашвырнул холодное оружие под кровать.

Он с трудом захлопнул чемодан, облегчённо выдохнул и бросил случайный взгляд в окно. В следующую секунду он резко отпрянул назад, вжимаясь в оконную нишу. Спина мгновенно взмокла от холодного пота, сердце бешено заколотилось, а рука сама потянулась к чемодану, где лежал револьвер.

Там, на улице, среди обычных прохожих в рубашках, жилетах и плащах, уверенно шагали угрюмые люди. Все они были одеты в одну и туже одежду.

Они шли плотной группой из пяти-шести человек. На каждом красовалась чёрная шляпа с ярко-красной лентой, а шеи были обмотаны шарфами точно такого же кровавого оттенка. Одеты незнакомцы были в строгие белые рубашки, тёмные пиджаки и брюки с массивными коричневыми ремнями. На ногах поскрипывали ботинки из плотной тёмной кожи, а в кобурах у каждого покоились зловещие чёрные пистолеты.

Стрелок намертво прижался к стене и затаил дыхание, судорожно сжимая в руке извлечённый из чемодана револьвер. Выждав пару минут, Филипп снова осторожно выглянул на улицу, но преследователи уже растворились в толпе.

Вдруг в дверь номера снова настойчиво постучали. -Мистер Филипп! К вам пришли, говорят, ваши знакомые! А ещё вам уже пора освободить комнату, -раздался за дверью знакомый голосок горничной.

В этот самый момент девушка испуганно жалась к стене коридора. Рядом с ней стояли те самые люди в шляпах с красными лентами. Горничная постучала ещё раз, но изнутри не донеслось ни звука.

-А он точно всё ещё здесь? -вкрадчиво спросил один из людей в шляпах. -Да! Я видела его буквально несколько минут назад, -поспешно ответила девушка, сглатывая комок в горле. -Будем надеяться. Заметили за ним какие-нибудь странности? Может, он расспрашивал о чём-то или пытался что-то спрятать?

-Нет, абсолютно ничего такого. За всё время проживания он вёл себя вежливо и прилично. Выходил из номера всего пару раз -просто попить воды в холле... Хотя поутру была одна странность! -вдруг вспомнила горничная и осеклась. -Ну же, говорите! -поторопил её мужчина в шляпе, сделав шаг вперёд. -Когда он заселялся, то настойчиво просил код от сейфа в номере, -выдавила из себя испуганная девушка и снова постучала в деревянную дверь. -Вот как... Значит, деньги он потратить не успел.

Люди в шляпах переглянулись. Один из них грубо толкнул дверь плечом: -Да откроет тут кто-нибудь в конце концов или нет?!

-Да открывайте уже! -вспылил наконец один из людей с красными лентами.

Испуганная криком горничная тут же отперла дверь своим ключом. Бандиты ворвались внутрь, но в этот же миг в открытом окне комнаты мелькнул лишь край шляпы стрелка.

-Мистер Филипп! -прокричала девушка и бросилась к подоконнику.

Но Филипп уже был на улице. К счастью, номер находился всего на втором этаже, поэтому прыжок обошёлся без травм. Крепко сжимая чемодан, беглец мгновенно растворился в толпе прохожих.

-Чёрт! Сейф пуст! Значит, он забрал деньги! -рявкнул один из бандитов, заглянув в открытую дверцу.

Люди в чёрных шляпах вылетели из отеля, словно пушечные ядра. Девушка затаив дыхание наблюдала из окна за тем, что происходило внизу. Банда выскочила на мостовую и принялась рыскать по улице, едва не сбивая случайных прохожих с ног. Но как бы тщательно они ни искали, стрелка уже и след простыл. Горничная ещё раз обвела глазами толпу, но никто даже отдалённо не напоминал Филиппа. Девушка разочарованно отвернулась от окна. На брошенном столике одиноко валялся складной нож беглеца.

В это самое время машинист сидел в глубоком кресле и неторопливо пил чай в своём роскошном кабинете. Он был одет с исключительной элегантностью: белоснежная хлопковая рубашка выглажена так, что на ней не виднелось ни единой складочки; брюки глубокого чернильного цвета сочетались с глянцевыми, начищенными до блеска ботинками. На руках белели дорогие перчатки, а саму рубашку скрывал строгий чёрный сюртук на пуговицах. На голове красовался безупречный цилиндр, а рядом, прислонённая к подлокотнику, стояла изящная трость.

Сам кабинет поражал простором. Большой сосновый стол примыкал к стулу с высокой кожаной спинкой, на котором и восседал хозяин. Напротив располагалось ещё одно кожаное кресло для гостей. Стены были обтянуты синими тканевыми обоями и украшены картинами в дорогих рамах: в основном это были городские пейзажи или портреты людей в пышных старинных нарядах. С потолка свисала кованая железная люстра с незажжёнными свечами. Позади стола раскинулось огромное окно с тяжёлыми занавесками, через которое комнату заливал яркий солнечный свет.

Машинист безуспешно пытался разобраться в разложенных перед ним бумагах. Но поскольку он мало что смыслил в юридических делах, то лишь уныло перечитывал сложносочинённые предложения, абсолютно не понимая их сути.

Вдруг дверь без стука отворилась. В кабинет заглянул человек в котелке: -Господин Артур, напоминаю, что сегодня вечером ваш особняк официально перейдёт мистеру Д... -Хорошо, я помню. Спасибо, -раздражённо оборвал его Артур, но тут же добавил: -И ещё, попрошу впредь не называть его имя вслух! Соблюдайте конспирацию. Оно меня ужасно раздражает. -Слушаюсь. Сегодня вечером ваш особняк вместе со мной и остальными вашими слугами будет передан в руки господина «Д», -поправился человек в котелке и тихо прикрыл за собой дверь.

Артур продолжал копаться в бумажках. На них были расписаны налоговые вычеты, но Артур преследовал лишь одну цель -понять, сколько в действительности у него осталось денег. Он растерянно переводил взгляд с одного документа на другой, затем брался за совершенно новый, но вскоре сдался.

Он подошёл к окну. Лицо его поникло, а острые скулы словно осунулись ещё сильнее. За окном сиял яркий свет, будто в мире ничего не происходило, но в сердце мужчины царило полное опустошение. Словно бескрайний бесцветный океан бесшумно штормил где-то глубоко внутри него.

Поместье Артура располагалось у самой главной дороги. Сам прибрежный город, носивший имя Сан-Франциско, как и другие поселения этого мира, был обнесён высокой каменной стеной. За ней высились то огромные многоэтажные здания в десять, а то и в пятнадцать этажей, то жались к земле маленькие частные домики в один-два яруса. По улицам маршировали солдаты в ярко-жёлтой форме, но, что удивительно, патрулировали они исключительно центральные районы.

Артур безотрывно смотрел в окно, прокручивая в голове всё произошедшее, как вдруг стук в дверь заставил его вздрогнуть.

-Входите! -крикнул он.

Дверь отворилась, и комнату тут же заполнил едкий запах табака и дешёвого одеколона. Вошедший гость был одет заметно проще Артура, однако на левой стороне его рубашки красовалась булавка с приколотым к ней маленьким красным цветком. В левой руке незнакомец держал запечатанную колоду карт, а в правой -престранный чемодан. Он шёл, добродушно улыбаясь и слегка пританцовывая на ходу. Направившись прямиком к креслу, гость бесцеремонно развалился в нём и закинул ноги прямо на разложенные по столу важные бумаги.

-Артур! Дружище, добрый день! -А, это ты, Август... Я сначала даже не узнал тебя, -отозвался хозяин кабинета. -Да неужели?! Впрочем, неудивительно. У меня тут с собой новая колода игральных карт. Сыграем партию?

В то же мгновение печальное лицо Артура немного приободрилось. Он отошёл от окна и сел за стол напротив гостя.

-Ну, рассказывай, как твои дела? -спросил Август, ловко распечатывая карты.

- Эх... На самом деле, в последнее время всё просто ужасно.

-Как же так? Я думал, после получения отцовского наследства у тебя вообще не должно быть проблем, -удивился Август. Он спустил ноги на пол и пересел из вальяжного, полулежачего положения в нормальную, ровную позу.- Ты ведь прекрасно знаешь, как я не люблю, когда о нём говорят так просто. Он был великим человеком! Но... -начал Артур. -...Проблем нет, -сказал Август и спустил ноги на пол, сменив вальяжную позу на ровную. -Ты ведь прекрасно знаешь, как я не люблю, когда о нём говорят так просто. Он был великим человеком! Но... -Артур тяжело вздохнул и опустился на стул. -Как бы то ни было, всё идёт туго. Ладно, раздавай.

Его друг тут же ловко отсчитал ему ровно восемь карт, оставив у себя столько же. Сердце Августа азартно забилось, и он сделал первый ход -выкинул девятку пик. Игра началась, а вместе с ней возобновился и разговор.

-Как же я люблю карты! Ах, если бы ты только знал! -воскликнул Август. -Вот бросаешь карту за картой или, например, ставишь на кон хотя бы монетку... Ух! Аж сердце золотом обливается! -Смотри, как бы твоё сердце в этом золоте не утонуло, -с укоризной осадил его Артур, бросая карту в ответ. -Помню я, как ты две недели у меня жил, потому что собственный дом проиграл. Радуйся, что твой отец тогда вовремя вмешался и помог тебе. -Ой, да ладно тебе старое поминать! -отмахнулся Август. -Так что там у тебя стряслось?

Лицо Артура вновь помрачнело. Внезапно для соперника он резко поднялся, едва не опрокинув тяжёлый стол. Хозяин кабинета быстрым шагом подошёл к двери, запер её на щеколду, а затем плотно задёрнул шторы. В то же мгновение просторный кабинет погрузился во тьму.

-Ты что творишь?! -не выдержав, вскрикнул Август.

Артур ничего не ответил. Он достал из ящика стола огарок свечи и зажёг его. Тусклый свет выхватил из темноты их лица.

- Знаешь, Август, мы знакомы очень давно... Я хочу поделиться с тобой кое-чем невероятно важным, -тихо произнёс Артур. -Ну, говори, -буркнул Август, всё ещё слегка рассерженный таким странным и резким поведением друга. -Мне кажется, меня хотят подставить, -едва слышным шёпотом признался Артур. -Подставить?! -переспросил Август.

Разумеется, обоим теперь было совсем не до игры. Колода осталась лежать на столе без дела.

-Да, именно так, подтвердил Артур и промокнул платком покрытый испариной лоб.

-Всего каких-то два дня назад все наши поставщики антибиотиков, мела для таблеток, шприцев и даже медицинских масок разом взвинтили цены в семь раз. Но это ещё половина беды! Все акции моей компании рухнули, и сейчас каждая ценная бумага -не более чем обычный мусор. А вчера... Ох, как же не хочется вспоминать! -взвыл Артур и в ярости ударил кулаком по столу. -Ну-ну, тише, успокойся! Что ещё стряслось? Всё нормально, я ведь знаю тебя всю жизнь, мне ты можешь рассказать абсолютно всё. -Наша самая главная больница в Нью-Йорке сгорела при крайне странных обстоятельствах. И все деньги из отцовского наследства... Все до единого цента сгорели вместе с ней!

На этом моменте Артур оборвал свой рассказ и в отчаянии закрыл лицо руками.

-Вот это да... Но почему ты сразу меня не позвал?! Я бы обязательно помог! -Тебя?! Заядлого игрока, выпивоху и вечного ухажёра за дамами? Да у тебя у самого за душой ни гроша. -Но ради тебя! Ради друга, с которым мы прошли огонь, воду и медные трубы! Мы ведь знакомы уже лет пятнадцать, не меньше. Для тебя я бы отдал всё до последней салфетки! -Это уже не имеет значения. Моя жизнь разрушена. К тому же я уже принял решение. -Какое ещё решение?

Вместо ответа Артур резко поднялся с места. Он бесшумно приоткрыл входную дверь и принялся медленно осматривать пустой коридор. Ни единой живой души вокруг не оказалось, лишь в косых лучах света лениво кружилась пыль, сыпавшаяся с потолка. В нос по-прежнему бил только едкий парфюм Августа, никаких чужих запахов Артур не уловил. Он снова запер дверь на щеколду, подошёл к окну и, едва заметно отодвинув штору, окинул улицу презрительным, хищным взглядом. К его облегчению, там тоже никого не было -куда-то подевались даже его собственные рабочие.

- Я хочу уехать из Америки, -твёрдо произнёс Артур, возвращаясь к столу.

Август поначалу не поверил своим ушам. На его лице промелькнула ухмылка, какую обычно вызывают особо удачные шутки. Однако, заметив мрачную серьёзность друга, он мгновенно посерьёзнел, а в глазах отразилось глубокое изумление.

-Артур... -протянул Август и после недолгой паузы выпалил: -Ты идиот? -Нет. Я абсолютно серьёзен, -обиженно отрезал тот. -Ты точно с катушек слетел! В разгар нашествия нежити любые путешествия запрещены, да и гражданских кораблей в портах давно нет. -Тихо! Не ори ты так, -шикнул на него Артур. -Я всё просчитал. Ты ведь читал в газетах, что через две недели восемьдесят третий президент отправляется с визитом в Европу? -Ну да, слышал... Погоди! -Август уставился на друга в полнейшем шоке. -То есть ты планируешь всего за две недели пересечь всю охваченную безумием Америку?! -Тсс! Потише, ради бога. Да, именно это я и собираюсь сделать. А по прибытии на побережье я тайно проникну на его правительственный корабль и уплыву вместе с ним. -Но зачем такие сложности? Почему ты не можешь просто подождать месяц-другой и официально купить билет? Почему вокруг этого столько тайны?! -А ты Как думаешь, я смогу выживать здесь целый месяц? -горько усмехнулся Артур. -К тому же всё должно оставаться в строжайшей тайне. Люди, которые меня подставили, точно не позволят мне просто так покинуть страну. Мне это подсказывает интуиция. -Ага, ну хорошо. А на чём ты вообще собираешься пересечь Америку?! Тут же ехать больше четырёх с половиной тысяч километров! -вскричал взволнованный Август. -Тсс! Да сколько тебе говорить -не ори! Я продал своё поместье Давиду, чтобы выкупить локомотив «Звезда» и уехать на нём сегодня же. В общем, ты меня понял. -Погоди... Давиду?! Этому никчёмному бездельнику?!

Давид Спотыкин был из тех несносных людей, взглянув на которых, сразу скажешь: «В его голове не крутится ни одной крохотной мысли». Такие, как он, совершенно ничего не знают и не понимают, но при этом, что удивительно, не испытывают ни малейшего желания хоть чему-то научиться. Честно говоря, нормальному человеку даже страшно представить, чем подобные бездельники занимаются целый день. На ум приходило только лежание на удобной кровати да бесконечный сон. Скорее всего, именно так оно и было. Только этим можно объяснить, почему при случайной встрече в ответ на любой вопрос от Давида слышалось лишь невнятное «Ага», глуповатое «Что?» или просто бессмысленный смех. Причём такие люди действительно смеются куда чаще остальных.

Вдобавок ко всему, Спотыкин и лицом особо не вышел. Но главным его изъяном была омерзительная привычка: во время разговора он постоянно противно дышал носом, слегка хрюкая и раздувая ноздри. Любой диалог или даже мимолётная встреча с ним ужасно выбешивали каждого.

Лицо Артура на секунду дрогнуло в знак полного согласия с другом. -Да, я всё понимаю, -выдохнул он. -Но в этом есть и свои плюсы. Как минимум то, что никто в городе не воспринимает сделки с Давидом всерьёз. Ты же знаешь, он вечно скупает всякий хлам, делая вид, будто приобретает что-то невероятно важное. -Ну ладно, тут я согласен, -нехотя признал Август. -А поездом-то ты как управлять собираешься? -Мистер Дмитрий меня научил. Я...

Договорить он не успел. В дверь кабинета громко и настойчиво постучали. Господин Артур. Вы просили уведомить вас, когда часы пробьют шесть вечера, -донёсся из-за двери голос слуги. -Хорошо! -крикнул Артур в ответ и тут же повернулся к другу: -Ну всё, мне пора. Надеюсь, ещё спишемся.

Артур стремительно направился к выходу из кабинета. -Подожди! Я хочу тебе кое-что передать! -окликнул его Август. -Времени нет! Передашь по почте через две недели! Мне до станции ещё часа полтора на коляске ехать!

Игрок пытался что-то возразить, но будущий машинист захлопнул дверь, и след его мгновенно простыл. Август остался в кабинете в одиночестве. Он бросил взгляд на свой престранный чемодан -на добротной кожаной обшивке была изображена жутковатая маска, расписанная зелёной краской.

Тем временем Артур уже сбегал по лестнице своего деревянного особняка, освещённой тёплым светом из окон. Дом был не очень большим, но уютным и обжитым. Картины, подаренные друзьями и знакомыми художниками, украшали почти каждую стену. Стулья с высокими кожаными спинками были аккуратно расставлены по комнатам, массивные, начищенные до блеска люстры висели под самым потолком, а пушистые ковры скрадывали звуки шагов. В жилище было не так уж много комнат, их можно было пересчитать по пальцам: на первом этаже располагались кухня, столовая, спальня, библиотека и ванная, а на втором -кабинет хозяина, гостевая и гардеробная.

Артур быстро пересёк прихожую, накинул серое пальто и вышел на улицу. Там его уже ждал просторный экипаж, а кучер крепко держал вожжи. Артур мгновенно запрыгнул внутрь, и повозка устремилась прямиком к депо. Всю дорогу он молча смотрел в окно, любуясь вечерними видами города. Лишь раз он нарушил молчание, восхищённо указав кучеру на редкую роскошную машину -автомобиль, плавно проезжавший мимо них.

В это же самое время Филипп во весь дух мчался по улицам, крепко прижимая к себе чемодан...

Он ловко лавировал между прохожими, умудряясь ничем не выделяться из общей толпы. Тем временем люди с красными лентами на шляпах шли ровной цепью, буквально прочёсывая каждый кирпичик на городских улицах. Стрелок оставался неуловимым, как вдруг вдали послышался знакомый голосок:

-Мистер Филипп!

Это была та самая горничная из отеля. Она бежала изо всех сил, сжимая в руке его именной нож. Девушка испуганно озиралась по сторонам в поисках беглеца и продолжала громко выкрикивать его имя.

«Что она творит?!» -в ужасе подумал Филипп.

Внимательные преследователи продолжали методично осматривать улицу. Стрелок застыл как вкопанный. В его голове просто не укладывалось, что кто-то действительно рискнул выбежать наперерез банде, чтобы просто вернуть забытую вещь. Он не мог сдвинуться с места, намертво вцепившись в свой чемодан.

-Вот он! Схватить его! -рявкнул один из людей в чёрных шляпах.

Его обнаружили. Но Филипп не растерялся. Он швырнул чемодан прямо под ноги бегущей к нему девушке, случайно сбив её с ног. Горничная вскрикнула и повалилась на землю. В ту же секунду стрелок вскинул револьвер и сделал несколько оглушительных выстрелов в небо.

Раздался грохот. На улице мгновенно поднялась паника. Толпа превратилась в неуправляемый бурный поток: прохожие с криками бросились врассыпную, матери подхватывали детей на руки, пытаясь пробиться сквозь давку, а испуганные мужчины яростно расталкивали всех на своём пути. Люди неслись куда глаза глядят, словно безумный табун лошадей, превращая оживлённую улицу в сплошной хаос. В этой суматохе каждый думал только о собственном спасении. Бандиты с красными лентами сгрудились спина к спине, отчаянно пытаясь устоять на ногах и не попасть под страшный напор обезумевшей толпы.

Филипп рванулся к упавшей девушке. Она тщетно пыталась подняться — обезумевшее от страха люди то и дело сбивали её обратно на мостовую. Стрелок грубо растолкал прохожих и протянул ей руку.

-Филипп! Вы забыли свой нож! -крикнула девушка из отеля, перекрывая шум толпы. -Спасибо, но я оставил его специально -считайте это платой за комнату. Можете забрать его себе. А теперь вам нужно срочно бежать, здесь слишком опасно! -Стойте! Но куда же вы пойдёте?! -Я пойду туда, куда меня направит ветер Тихого океана. А именно -в депо. Бегите же, скорее! -Но я не могу взять этот нож, ведь вы так и не заплатили за...

Договорить она не успела: Филипп отпустил её руку и мгновенно растворился в толпе. Едва удерживаясь на ногах посреди обезумевшего человеческого потока, горничная поспешила обратно к отелю. И тут она почувствовала, что в её ладони зажаты те самые пятнадцать долларов за комнату и штраф. Девушке повезло, и она быстро укрылась в здании.

Стрелок тем временем легко маневрировал между людьми, будто ничего не произошло. Вскоре паника на улице утихла, но никто так и не понял, из-за чего всё началось. Бандиты с красными лентами упрямо продолжили поиски.

Солнце начало стремительно клониться к горизонту, и не прошло и пары часов, как город погрузился в кромешную тьму.

На просторном железнодорожном вокзале повисла зловещая тишина. Его бетонные внешние стены были густо обвиты колючей проволокой. На стенах горели масляные фонари, тускло освещая внутренний балкон и голые залы, где повсюду пахло сыростью и машинным маслом. По углам чернели кучи угля, но больше всего места занимали исполинские чёрные локомотивы. Их выхлопные трубы доходили почти до самого потолка, а медные колёса с массивными железными шатунами зловеще поблёскивали в полумраке.

Вдруг неподалёку послышались приглушённые голоса. В депо стояло оцепление из пяти охранников. Все они были одеты в жёлтую форму: брюки заправлены в чёрные кирзовые сапоги, на бело-жёлтых мундирах с закатанными рукавами виднелись тёмно-зелёные погоны, а на головах красовались остроконечные шляпы. В руках часовые сжимали мушкеты со штыками. Солдаты были на взводе: брови хмуро сдвинуты, а в глазах блестел плохо скрываемый страх.

-Так, мужики, скоро попрёт нежить, -угрюмо произнёс один из них. -Сегодня первая ночь месяца. Кто встанет на часы первым? -Честно говоря, чёрт его знает, -отозвался другой. - С одной стороны, первая ночь всегда самая непредсказуемая. А с другой... Пусть идёт этот... как его... Алёшка! -солдат ткнул пальцем в сторону самого щуплого и низкого охранника. -Пф-ха! Да ты что, Алёшку?! -прыснул третий. -Да он в первые же минуты обделается от страха и пустит слёзы! Сказал охранник, завязавший разговор.

-Да нет! Вы что?! Я справлюсь! -сказал Алёшка. -Ну вот и всё. Сам сказал, -прошептал охранник, завязавший разговор.

После этих слов они задули каждую лампу и быстро ушли. Охранник с именем Алёшка остался один. Он был мал ростом, форма была ему большевата, и поэтому рукава, хоть и были закатаны, всё равно были ему по самые кончики пальцев. Тишь и темнота густо повисли на вокзале. Темнота своими пустыми глазницами уставилась на него, лишь показывая силуэты железных гигантов -паровозов. Маленький охранник, слегка смахнув рукав мундира, посмотрел на часы: до девяти осталось около 15 минут. Алёшка ровно стоял, держа мушкет. А темнота неумолимо смотрела на него и скалилась силуэтами. В голове пролетело: а ведь осталось всего немного. Его дыхание усилилось, но в этот же момент он не выдержал и покинул пост.

Не прошло и секунды, как вдруг на вокзале появился машинист. Идя на цыпочках, он слегка протирал лоб платком, приговаривая: «Так, ну и где этот паровоз "Звезда"?». Он проходил сквозь паровозы и осматривал названия. Вдали послышался топот. Артур прижался к стене, его сердце яростно застучало. «Кто же это может быть?» -пронеслось у него в голове, после чего он выглянул из-за стены.

Это был стрелок. Он, весь взмокший, бежал в своём пальто и рубашке, держа в руках свой чемоданчик. Еле стоя на ногах, он спрятался между поездов и затаился. Вдруг в депо появились ещё несколько человек в шляпах и с еле видными красными лентами на них. Они шли толпой и осматривали взглядом всё здание. Филипп затаил дыхание и выслушивал их шаги. Вдруг шаги утихли. «Вроде сбежал», -облегчённо сказал стрелок и сел на пол.

-Нет, не сбежал, -внезапно послышалось над ним. -Ох! -сказал Филипп и встал с пола. -А я-то думал, куда вы пропали. -Браво, Филипп, ты смог снова отнять у нас целый день.

-А теперь я спрошу у тебя в первый и последний раз. Где деньги? -Ха. Честно говоря, у меня их нет сейчас, но только не волнуйтесь, я всё отдам через месяц, -сказал Филипп, пытаясь скрасить и так ужасную обстановку. -Ты говорил это уже в прошлый месяц. Так что это должно измениться в этом месяце. Филипп, в этот раз тебе не убежать. Мы повсюду. Куда бы ты ни подался. Итак, я спрашиваю в последний раз, у тебя есть сейчас наши 500$? -спросил мужчина. -Нету, -сказал Филипп и поднял руки вверх. -Ребята, стреляйте, -спокойно сказал человек в красной ленте своим хриплым голосом.

Красные ленты выставили и высунули оружие. Стрелок был неподвижен. Выстрел. Из револьвера Филиппа пошёл дым. Красные ленты не успели выстрелить.

-Эй! Вы что там делаете?! -мгновенно послышалось с балкончика.

Люди в шляпах повернулись на балкон. А Алёшка в это время, сжимая мушкет в руке, целился в одного из них. Послышались выстрелы. Артур взялся за сердце, но он понимал, что время действовать. Он выбежал из-за стены и побежал, ища свой паровоз, пока люди в чёрных шляпах его не заметили. Стрелок в это время быстро вырвался из засады красных лент и побежал, пока его не заметили. А красные ленты всё продолжали отстреливаться от охранника. Но вдруг крик пронзил всё депо. В Алёшку попали.

Машинист бежал как мог прямо навстречу новым поездам. Стрелок чуть ли не спотыкаясь мчался, даже не смотря на дорогу. Но вдруг оба упали. Они столкнулись около какого-то поезда. Конечно, люди в чёрных шляпах их быстро догнали и в мгновение окружили их.

-Ого! Филипп, у тебя, оказывается, и друг есть, -спросил один из красных лент. -Н... Нет. Господа, я не его друг! -сказал Артур. -Я больше по своим делам здесь. И, честно говоря, я даже ничего не видел, -сказал вспотевший на глазах Артур с лицом настолько испуганным, что даже страшно описывать. -Ага, не видел. Ты как свидетель будешь с таким же наказанием.

Машинист заплакал. Он дрожал, валяясь на полу, и не мог поверить, что его вот так убьют, а стрелок, смирившись, смотрел на него.

-Стреляй... -Стойте! Прошу, не убивайте этого джентльмена! Он ничего не сделал, -сказал Филипп.

Спокойное лицо человека с красной лентой сменилось на удивлённое.

-Ого! Филипп, я удивлён. Ты ещё никогда не заступался. Ну хорошо, что ты дашь за его спасение?

Филипп замешкался. Но затем выдал: -Мой револьвер сойдёт? -Ладно. Я и вправду удивлён. Жизнь у него тебя исправила в лучшую сторону. Давай, отдавай.

Стрелок протянул оружие, держа его за ножку. Человек в чёрной шляпе протянул руку. Филипп медленно поднёс его. Выстрел! Человек в чёрной шляпе рухнул на землю, корчась от боли. Под его белой рубашкой проявилось красное пятно. Банда окружила его с удивлёнными лицами.

Стрелок тут же запрыгнул на паровоз, взяв заплаканного Артура за его пиджак. В этот же момент Красные ленты выдернули револьверы.

Стрелок закричал: -Быстро к кабине управления! -Но это не тот! -Не важно, самое главное, что уголь есть. Заводи паровоз!

Филипп в это время с лопатой в руках загребал уголь в печь, а человек в цилиндре активно размышлял, и только одна мысль у него крутилась без остановки: «Главное вспомнить, что мне рассказывали», -держась за рычаг. Не прошло и секунды, как печь была полностью заправлена, стрелок крикнул:

-Готово! Едем! -Ага, -сказал машинист испуганный.

Он потянул рычаг, и паровоз сорвался с места. Дым поднялся вверх, поршни загудели, а белый пар пустился из-под колёс.

-Нет! Уходим. Скоро начнётся, -прохрипел раненый, и вся банда начала уходить.

В это мгновение прибежали солдаты. Но Артур и Филипп, запыхавшись, уже тронулись. А машиниста волновало лишь одно -он сел не на тот паровоз. А стрелок уже запрятал свой чемодан со своими вещами. Локомотив начал набирать скорость и вскоре проломил и дверь, закрывающую депо, и они поехали на полной скорости вперёд, но где-то сзади начали слышаться звуки нежити.

Глава 3 "Не тот, кем кажется"

Паровоз продолжил движение. Уже наступало утро. Филипп дремал на полу локомотива, накрывшись, словно одеялом, углём. В своих руках он держал, не отпуская, револьвер. В нём уже почти не было патронов, и лишь один был заряжен про запас. Все колени стрелка ужасно щипали, а все штанины были слегка розового цвета из-за ран на них, но это не мешало ему мирно дремать в лучах светлого солнца. Голубое небо с перистыми облаками блестело в глазах едущих, солнце пекло своим жёлто-белым свечением.

Паровоз упрямо нёсся вперёд, из трубы шёл дым, колёса стучали о стальные рельсы, а белый пар поднимался из-под паровоза. Вокруг паровоза ошеломляющей далью лежали просторы песка и глины, иногда переходящие в огромные холмы, отбрасывающие тень, иногда покрывающую сам паровоз. Машинист в это время, не смыкая глаз, смотрел вдаль, поглядывая на свои карманные часы. Его колени так же ужасно щипали и всё никак не могли дать ему покой. Кроме того, боль была настолько пробивающей, что даже его мысли путались, но, пересиливая её, он продолжал смотреть вдаль, иногда посматривая на панель управления.

Вдруг он взялся за гудок паровоза и резко дёрнул его. Мгновенно паровоз яростно загудел, отдавая пар наверх. Филипп очнулся и даже слегка подпрыгнул. Артур крикнул: -Давай, просыпайся! До города всего ничего! -Фух. Чего пугаешь так! Я от испуга чуть кони не двинул. -Ладно, в следующий раз просто позову. Как руки? -Ещё чуть-чуть -и отвалятся. В следующий раз ты будешь носить три вагонетки с углём! -Успокойся. Главное, что мы сейчас едем. -Да, только жаль, что паровоз придётся оставить здесь. -Что?! Почему?! -А как ты думаешь! Мы угнали паровоз, конечно, нам лучше не появляться в городах... Особенно на этом самом паровозе! -И то правда.

Стрелок выдохнул, смотря вдаль просторов, его револьвер валялся рядом с ним. Перед его лицом показался огромный и до души колющий склон, открывающий прелестный вид на степную даль. Вдруг сзади послышался звук щелчка. Филипп обернулся. -Ладно, шутки кончились, -сказал Артур, держа револьвер стрелка. -Я очень признателен, что ты спас меня, но, к твоему несчастью, я должен это сделать. В честь того, что ты меня спас, я разбудил тебя, чтобы ты не умер как гадкое животное во время сна. -Ха. Артур, не глупи. Ты ведь не будешь стрелять в своего товарища.

Но Артур, держа револьвер прямо перед его головой, ничего не ответил. -Ну и что ты будешь делать дальше? -Я... приеду в город, скажу, что я Артур Темберлайн, и то, что ты меня взял в плен как человека знатного рода. А потом, вызвав конную стражу, я поеду на конях обратно на станцию и потом сяду уже на свой паровоз «Звезда»! -Так, Артур. Всё, прекращай шутить, мы товарищи и друзья. Я тебя уже целых... целый один день знаю! -Вот именно -всего один день! -Ха! Ну хорошо, придёшь ты в город и вызовешь эту конную полицию, но вот как ты думаешь, сможет ли кучка людей с пушками противостоять армии? Вот именно, так что тут безопаснее. Да и вместе у нас намного больше шансов выжить. -Это и будут твои предсмертные слова. -Одумайся.

Но машинист всё так же держал револьвер, но в глазах его уже блестело что-то вроде грусти. -Вспомни, что мы с тобой прошли. Я тебя от оравы жутких тварей спас! Да и ты меня из той пещеры вытащил!

Артур опустил револьвер, его глаза забегали, он пробормотал: -Ладно... Ты прав. Мы же всё же товарищи. -Вот и отлично, давай сюда мой револьвер.

Машинист небрежно кинул револьвер на пол. После чего он выдохнул и пошёл в свою кабину управления в раздумьях. Филипп в это время взял оружие с пола, слегка вытерев пот со лба. В его глазах виднелось удивление, но, самое главное, это действие накрыло его волной воспоминаний -такой чудной и прохладной, что даже морской бриз показался бы жалкой копиркой этого прелестного отрывка из прошлого.

Вдруг крик Артура смыл волну воспоминаний: -Эй, Филипп! Выходим. Я увидел вдали какой-то городок! -Ого, вот ты как! Ты мгновение назад мне чуть пулю в лоб не всадил, а сейчас болтаешь как ни в чём не бывало?! -Ой, да ладно тебе. Этого города нет на карте! -Я никуда не пойду, пока не извинишься! -Ладно.

-Прости. Доволен?! -Да что-то нет! Обидно мне до сих пор! -Всё, прекращай, пошли.

После этих слов машинист спрыгнул с паровоза, а стрелок кувыркнулся за ним. Оказавшись на земле, Артур кинул свой взор вдаль -там уже виднелось что-то вроде деревни. Несколько деревянных домов были выстроены двумя шеренгами и оканчивались церковью с золотым колоколом на треугольной крыше. Филипп так же оказался на земле. Он проверил свой револьвер и, отряхнув штаны, вместе со своим напарником пошёл к городу.

В свете яркого солнца степь уже не выглядела страшной: повсюду валялось глина и песок, и редко где пробивалась зелёная травка. Конечно, где-то росли и целые кусты, и деревья, но по сравнению с большой и необъятной степью -это были лишь неразличимые зелёные точки. Словно это не трава, куст или дерево, а лишь рябь в глазах, появляющаяся в те моменты, когда проходишь под солнцем. Вскоре перистые облака совершенно пропали, и небо осталось полностью голым, и лишь красно-жёлтое солнце пекло голову.

Идя вдоль железной дороги, перебирая ногами, они всё ближе и ближе подходили к городишке. Сама железная дорога была непримечательная: две железные рельсы уходили вдаль, а промеж них ровными рядами шли деревянные шпалы. На удивление, рядом не пробегало даже самой маленькой животинки -только почти полностью бесплодная степь и бледно-жёлтые просторы уходили вдаль. -Вот бы сейчас поесть. Какой-нибудь курицы или, например, телятины, -сказал Артур. -Да. Вот бы у нас ещё было на что поесть! -А у тебя что, нет даже парочки долларов?! -Вот именно что нет! По-твоему, если бы у меня они были, я бы сейчас скрывался? -Эх. Ладно, значит, я буду пользоваться своими. -О, вот как! А сколько у тебя есть? -Немного, около двухсот долларов. -Да… Про «маловато» ты сказал точно.

В этот момент они уже подошли к городу. На удивление, внутри никого не было, только полоски домов, закрытых плотно, словно на ключ. Но только двери местного бара настежь открыты, а около него бродило несколько человек. Стрелок быстро кинулся к нему, но у него не было желания выпить, он лишь хотел поскорее чего-нибудь съесть. Артур побежал за ним, но изнуряющее изнутри чувство голода его, к счастью, не преследовало -только лёгкое чувство то ли вины, то ли страха остаться одному на огромном паровозе, но ему точно не хотелось уезжать одному. Через некоторое время они подбежали к бару. Их встретило большое двухэтажное здание, сделанное полностью из дерева. На стене второго этажа висела вывеска, написанная красной краской на белом полотне. У двери была широкая лестница из клёна, а по бокам стояли дубовые столбы, держащие крышу, переходящую в навес.

Они зашли и увидели прекрасную стойку, за которой стоял низкий мужчина в фартуке и красной рубашке. Вдали стояли столики из берёзы со стульями. На них сидели и болтали без умолку посетители этого заведения. Там было много разных лиц: и простые жители, и охранники со своими мушкетами, и даже крайне богатые люди, но они, в отличие от всех, собрались отдельно за одним столиком.

Филипп статной походкой прошлся по залу и уселся за столик, созывая машиниста рукой. Артур тут же сел рядом и, не говоря ни слова, начал разглядывать посетителей. Но не успел он посмотреть на каждого, как вдруг его внимание привлёк уже знакомый ему человек в железной броне и шляпе. Тут же стрелок закричал: «О! Это же тот тип, который нас спас!». Все повернулись. Машинист хотел уже покраснеть и встать из-за стола, сделав вид, что он совершенно с ним не знаком, но человек, который их спас, хлопнул по столу. Артур застыл, а человек в броне захохотал и застучал по столу. -Ха! Ха! Ха! Чего вы все заглохли?! Это же самые большие бедолаги, каких я встречал на своём пути! Филипп Спарквен, верно? -Фух. Как я рад, что вы нас вспомнили! -сказал Филипп. -Да я и не забывал. Ну что, вам чего-нибудь налить? -Нет, спасибо, -сказали почти в один голос Филипп и Артур. -Ну ладно, -сказал человек в броне и подсел к ним. -Рассказывайте, что у вас на пути было?

Филипп в тот же момент расплылся на стуле и начал рассказывать: -Как бы так сказать... -Мы чуть не умерли, -перебил Артур. -Вот как! А пули не помогли? -Не перебивай. Ваши пули очень помогли нам. Я бы даже сказал -спасли, но в пещере моему другу было слегка страшновато. А в целом всё прошло как по маслу. -Ага. И что вы увидели в пещере?

Глаза машиниста забегали, а сердце застучало. -Я думаю, это неважно, -сказал Филипп и положил руку на стол. -Лучше скажите мне, что тут делает город без защитных стен в разгар нежити? -Хм. Это... -Человек в доспехах затих. -Это мне неизвестно. -Ага, я думаю, мы пойдём. Нам надо в церковь. -Может быть, вам всё же что-то взять? Ну, знаете, поесть, может быть, или воды в дорогу? -Нет, нам пора, -сказал грубо Филипп и встал из-за стола. -Зачем? Я думаю, мы можем ещё поговорить! -сказал Артур. -Нет, мы уходим, -сказал Филипп и пошёл к выходу.

Машинист, слегка удивлённо, также встал из-за стола и пошёл к выходу, слегка помахав рукой в знак прощания. Они вышли из бара. -Эй! Ты что вытворяешь?! Зачем ты так грубо с ним? Он же спас нас! -Не доверяю я ему. Мне кажется, он что-то задумал, но вот только не понимаю, что именно. -Не говори ерунды! Он нам пули дал просто так, что ли?!

Стрелок промолчал, но потом вскользь добавил: -Знаешь рыбу-удильщика? -Ну и? -Она приманивает добычу своим светом, а потом съедает. Он такой же: сначала помогает нам пулями, а потом как-нибудь обязательно нас подставит. Да к тому же он почему-то имя моё знает! -Пф. Всё время ты преувеличиваешь.

Но вдруг внимание Артура резко привлекла газета. А точнее её заголовок: «Дело локомотива „Чугун“ -неизвестные убили солдата и сбежали!». -Филипп, стой! Смотри! -крикнул Артур. -Что?!

Они посмотрели на маленький магазинчик с газетами, за которым стоял опрятный человек в белой рубашке с подтяжками. Машинист подошёл к нему и взял газету, кинув на стол две серебряные монетки. Он начал читать дальше: «Новости этой недели: двое неизвестных около девяти ночи пробрались в депо в городе Лос-Анджелес, убили охранника и выкрали паровоз. Местные детективы и криминалисты подключились к делу, и было выяснено, что неизвестный взломал замок от эвакуационного выхода ломом, но лом поблизости так и не нашли, а другая часть воров вошла через дыру в потолке депо. Также стало известно, что по следам можно определить: нападавших воров было несколько, но следы подошв разные. Некоторые поговаривают, что многие следы подошв точь-в-точь как у местной банды „Серебряная Рука“, но это ещё непроверенная информация. На данный момент за нахождение локомотива „Чугун“ и поимку живыми воров даётся награда в 5000 долларов. Мы будем следить за информацией по делу, а пока что ждите следующего выпуска и интервью самого 32-го президента Соединённых Штатов Америки!»

-Чёрт! Нас разыскивают! -Да?! Так и знал! Ладно, пора валить отсюда, только за углём заскочим -и в церковь! -сказал стрелок и побежал к церкви.

Артур, также не растерявшись, пошёл к ближнему магазину. Сам магазин был рядом с большой надписью: «SHOP», окна были матовые, а дверь плотно закрыта. Он торопливо подошёл к нему и постучал, но ему не открыли. Тогда слегка вспотевший Артур надавил на дверь, но так ничего не вышло. Машинист слегка занервничал и после лёгких раздумий надавил на дверь что есть мочи, и тут же шмякнулся на пол. Дверь открылась, и он, встав, начал осматриваться. Он пришёл в шок. Магазин был пуст. Лишь голые деревянные стены и стол прямо посередине. Сзади послышался щелчок барабана револьвера.

-Так, так, так! Браво, мистер Темберлайн. Честно говоря, я не ожидал, что вы являетесь тем, кто украл локомотив „Чугун“. Честно говоря, я хотел окружить вас ещё в баре, но подумал, что мало доказательств, но мои товарищи уже идут к паровозу. -Что с Филиппом? -Ох! Его уже окружили! -Вот как. И что я должен теперь делать? -Не рыпаться и идти смирно. Мы доложим о вас, а пока будем ждать, будет много времени поговорить по душам в баре. И о том, как вы паровоз своровали, и о том, как мы потратим и поделим 5000 долларов! -А может, поговорим без пушки сзади? Как мужик с мужиком? -Ага! Конечно! Ещё, может, тебе пряников с чаем принести?! -Ладно, больше ничего не говорю. Я безоружный. Вдали послышались выстрелы. -Артур, бежим! -послышался голос Филиппа. -Артур, идиот, бежим отсюда! Обманули, твари, священника нет здесь!

Тут же неизвестный, стоящий за спиной машиниста, повернулся. Но тут же упал замертво. В его голову попала серебряная пуля. Артур мгновенно кинулся к стрелку, бегущему рядом. -У меня всего два патрона в барабане! Бежим к паровозу! -Его окружили! -сказал Артур. -Это прискорбно. Ну ладно, придумаем что-нибудь позже.

Внезапно из бара мгновенно выбежало около пяти человек в шляпах и с мушкетами в руках. Один из них крикнул: «Вон они, стреляйте!». Машинист и Стрелок упали на живот и поползли. Пули пролетели мимо. Люди с оружием начали перезаряжаться. Филипп встал на ноги и побежал за дом, а Артур -за ним. Ружья были перезаряжены, но убегавшие уже скрылись за домами. Люди из бара кинулись к дому. -Быстро к паровозу, пока нас не видно! -крикнул Филипп.

Мгновение -и люди с винтовками оказались за домом, но стрелок и машинист уже убежали вдаль. Человек, стоявший посередине, крикнул: «Ладно, они удрали. Мы сделали всё, как нам приказывали. Мистер Рейл уже перехитрён», - на его лице мелькнула улыбка. Он был одет интересно: на плечах -плащ из чёрной кожи, на голове -шляпа, на руках -перчатки, на теле -жилет с множеством карманов, а его низ укрывали брюки из плотной ткани. После его фразы все тут же ушли в бар, а он -вместе с ними.

В это время Филипп и Артур уже подбегали к паровозу. Машинист крикнул: -Держи револьвер востро! Сейчас на нас нападут! -Ага!

Они подходили всё ближе. Вдали уже виднелся паровоз. Но криков и выстрелов не происходило. Через некоторое время они подошли к паровозу, но нападения так и не произошло. Около паровоза валялось несколько трупов в шляпах с оружием в руках. -Что за ерунда?! Ты же говорил, что они оккупировали паровоз?! -Кто это мог сделать? -сказал Артур, перебивая стрелка. -Ладно. Я думаю, это уже не наша проблема. Поехали, -сказал Филипп и запрыгнул на паровоз, а Артур запрыгнул сразу после него.

Паровоз, на удивление, ничем не испачкан, казалось, что люди, валявшиеся рядом, даже не успели забраться на него. Угля было ровно до следующего большого города. Стрелок выдохнул и, облокотившись об уголь, прилёг прямо на горку чёрного топлива. -Слушай, Филипп. Как думаешь, что нам делать? Мы же поедем прямо к этим сумасшедшим! -Всё нормально! Езжай на полной скорости, и пули не попадут. -Хорошо, я тебя понял. А, ещё одно, -сказал Артур и притих. -В общем, прости, что хотел убить тебя. Я просто не подумал как следует. Ты ведь мне жизнь спас.

Стрелок посмотрел на него монотонным взглядом, ничего не говоря. После чего закрыл глаза. Потом несколько раз кашлянул себе в руку. Притих. А потом опять несколько раз кашлянул, но уже не прикрывая рот. Встал и посмотрел на него самым мрачным и оскорблённым взглядом. А потом вскричал: -Извини меня, верблюд! Прошу, прости! Ну, верблюд, прости! А! А! А! Верблюд! -при этом в его голосе слышалось шутливое издевательство. -Чего ты?! Я ведь серьёзно! -Ха-ха-ха! Чего ты, шутки не понял? Ты когда-нибудь видел обиженного верблюда?! Я вот нет! Ха-ха-ха! -Да хватит тебе! Ты ведь не обижался всё это время! -Конечно! Ты что, пукалкой в меня потыкал, и я, по-твоему, обиделся?! Ха-ха-ха! -Ладно, поехали, -сказал облегчённо Артур и сел в кабину.

------ Если понравилось поставьте лайк и комментарий не забудьте!

Глава 4 "План FLY"

Около девяти лет назад, когда нежить ещё не появлялась ночью, а к городам ещё не была поставлена стража в жёлтых нарядах, стрелок скрывался в улочках одного маленького городка. Сам городок держался на приезжих состоятельных людях и на их домишках. Да, конечно, в нём были магазины, дома простых людей, но всё это меркло по сравнению с тем, что приносили графы и другие зажиточные люди. Город, как и все крупные поселения, был окружён стеной: громадная каменная скруглённая защитная структура простёрлась по всему периметру. На верхушках стены было место для солдат, а также в ней имелись выходы в виде крупных деревянных ворот, закрытых цепями.

Внутри городок был не слишком большой: все дороги мощены кирпичом, в самой дали виднелась церковь, дома в основном двухэтажные, а магазины с большими надписями - в один этаж. Было уже около двенадцати дня, и вся улица гремела и шумела: по кирпичам, стуча, разъезжали дубовые кареты, по улицам расхаживали мужчины в смокингах вместе со своими дамами с зонтами, сильно выделяясь на фоне простых людей, одетых в основном в рубашки и жилеты. Вдали начал слышаться колокольный звон, а разговоры и стук колёс о каменное мощение перебивали его.

Жилища, на удивление, стояли не вплотную, и между ними проходили тесные проулки. В одном из них стоял взмокший от ужаса стрелок. Его глаза жадно смотрели за угол дома, ноги были подкошены, со лба лился пот, а в мокрых руках он держал револьвер. В его мыслях не было ничего, кроме паники и страха за жизнь. Взгляд был направлен в конец улочки. Мгновение - и в неё вошло сразу несколько человек. Он повернулся, но уже и в другом конце переулка к нему подходило около пяти человек. Они были все как один: на шее шарф, рубашка ало-красная, чёрные брюки, кожаные сапоги, а на голове - шляпа. Но лишь один из них, человек, идущий спереди, имел слегка другую внешность, а точнее - всего три отличия: на руках чёрные перчатки с перстнем на каждом пальце, к коричневой шляпе прикреплена карта «семёрка мечей», а самое главное - к красной рубашке приколото какое-то серебряное украшение, которое сложно было рассмотреть издалека. Стрелок рухнул на землю.

- Филипп? Правильно понимаю? - сказал, возвышаясь над стрелком, человек с перстнями.

- Д-да, это я, Дмитрий Серебряная Рука.

- Филипп. Как ты помнишь, ты задолжал мне пять унций чистейшего золота. Когда ты мне вернёшь их? - Дмитрий помолчал. - Так ты ещё и смог взбудоражить меня, - облизнулся он. - Я наелся твоих обещаний! Они пресные, словно рис без приправы. Я пришёл забрать долг сам и попрошу меня не задерживать.

- Сэр, я прошу вас! Даже умоляю! Подождите немного. Моя лошадь Валькирия прекрасна и быстра! Ещё чуть-чуть - и я выиграю скачки!

- И когда же они пройдут? - спросил Дмитрий, подняв одну бровь.

- Через месяц, - смущённо сказал Филипп, но тут же добавил: - Но я точно всё отдам!

- Ай-ай-ай, - протянул Дмитрий, словно отчитывал непослушного ребёнка. - Разве мы тебя не предупреждали? Ты ведь знаешь, я не люблю, когда мне не возвращают долги.

- Прошу! Подождите! Я отдам всё, что вы скажете!

- Ну, - Дмитрий осмотрел стрелка сверху вниз, - твой револьвер прекрасно подойдёт.

Филипп застыл на месте. На его испуганном лице мелькнуло отчаяние. Он опустил голову, о чём-то раздумывая, но потом сказал:

- Я не могу. Он мне слишком дорог.

- Нет, отдавай, - сказал Дмитрий.

- Но я не могу! - вскрикнул Филипп.

- Хватит ныть! - проорал Дмитрий, но тут же успокоился. - Стреляйте. Он мне надоел.

Банда мгновенно достала ружья. Стрелок закрыл глаза.

- Стойте! - вдруг послышалось сзади.

Бандиты опустили ружья. Весь проулок мгновенно наполнился странным ароматом табака и лимона. Вдали виднелся стройный высокий силуэт с цилиндром на голове.

- Господа! Что у вас здесь происходит? - произнёс силуэт, приближаясь к ним.

- Я, конечно, заранее извиняюсь, но кто вы? И ваш голос мне кого-то напоминает.

- А что, не узнали, мистер Серебряная Рука?

В этот момент он приблизился настолько, что его стало видно: стройный человек в безупречно сшитом костюме, зелёной рубашке с тёмно-зелёными кружевами, в лакированных ботинках, с тростью в руках и, как же можно забыть, в цилиндре синеватого цвета.

- Это же вы! Мистер Пётр, как я вас мог сразу не узнать! - сказал Дмитрий.

- Ну наконец-то ты вспомнил! А что ты тут опять делаешь?

- Да из должника выбиваю всё, что должен. Но, похоже, дипломатия зашла в тупик, так что…

- Ага. Думаю, незачем проливать кровь, - сказал Пётр и поглядел на заплаканного стрелка.

- О чём вы? - спросил Дмитрий.

- Мне нужен рабочий в особняке. И я думаю, что этот должник прекрасно подойдёт. Какой у него долг?

- Около пяти унций золота!

- Ага, а в бумажках?

- Сто долларов.

- Пф! Да я столько каждый день получаю! Вот прямо сейчас отдам, - сказал Пётр и, протянув руку к нагрудному карману, вынул и протянул разбойнику одну бумажную купюру.

- Хм. Ладно, мистер Пётр, как скажете. Филипп, долг с тебя снят, - сказал Дмитрий, грозно глядя Петру в глаза и даже не повернувшись к стрелку.

В это время заплаканный Филипп лежал на земле проулка и с удивлённым лицом слушал разговор. Разбойник и незнакомый ему человек продолжали беседу, но уже совершенно не о нём, а о своих делах. «Зачем он меня спас?» - подумал стрелок, глядя на странно выглядящего джентльмена. Хоть его образ и казался несуразным, но что-то в нём было чарующее и даже нагнетающее. Он выглядел ещё интереснее среди практически одинаковых разбойников - словно экзотический фрукт среди серых кирпичей.

- Эй! Как там тебя… Филипп! Иди ко мне! - позвал Пётр, в то время как вся банда «Серебряной Руки» торопливо расходилась.

Стрелок встал с земли и подошёл к своему спасителю, даже не отряхнув грязь со штанов, после чего последовал за уходящим Петром, задавая огромное количество вопросов.

Именно в этот день Филипп обрёл свой дом, и в его жизни началась счастливая полоса.

Паровоз тронулся. Стрелок сидел за кучей угля и выглядывал из-за неё, ожидая, когда они будут проезжать около города. Паровоз набирал скорость. Дыхание Филиппа с каждым толчком становилось всё тяжелее. Показалась стена здания. Стрелок высунул револьвер для защиты. Но никаких выстрелов не было.

- Фух! Пронесло! - крикнул Филипп.

- Странно. Почему они не начали стрелять? Может быть… - Артур замолк. - Может, они решили не стрелять в дорогой паровоз или уже нас отпустили? - послышалось из кабины.

- Наверное. Ладно, главное, что мы едем дальше! - крикнул Филипп и с облегчением рухнул в уголь.

Паровоз, извергая искры из-под рельсов, мчался по бескрайним бесплодным полям. На небе наконец полностью проступили облака: перистые одиночно плыли по сине-голубому небосводу, словно мираж. Их очертания напоминали пену в океане или взбитые сливки. Кое-где вдали от больших наливных белых облаков виднелись маленькие, больше похожие на дымку. Лучи солнца часто проходили сквозь них, озаряя края золотистой рамкой. Просторы быстро сменялись перед глазами стрелка и машиниста, а поезд, не переставая, дымил и шёл вперёд.

А в это время люди, выдававшие себя за горожан и недавно гнавшиеся за стрелком и машинистом, пришли в бар и сели за столик, о чём-то разговаривая. В баре, на удивление, всё было точно так же: множество людей пили, без умолку бормотали и смеялись без повода. Но лишь за одним столом, стоявшим в дальнем углу, царила тишина. Это был дубовый стол, за которым сидели отлично одетые люди: чёрные смокинги, шляпы-котелки, брюки и сверкающие туфли. Они сидели в тени, и даже самой маленькой свечи рядом не было - поэтому их лиц не было видно. Можно было сказать лишь то, что все они располагались по бокам от мужчины, сидевшего в центре. Он совершенно не походил на остальных - настолько, что даже его силуэт словно возвышался над ними, прямой, чёткий, уверенный. А его смокинг, в отличие от чёрных костюмов спутников, отливал голубоватым оттенком. Собеседники активно перешёптывались, то и дело переходя на французский, английский или даже испанский; в руках у них был чай, который быстро расходовался за разговором. Но вдруг мужчина в центре стукнул по столу и басовым тоном произнёс: «И что же мы его не зовём? Позовите его сюда. Пусть будет говорить за себя сам». В тот же миг один из сидящих встал из-за стола. Над столиком, где сидели подставные горожане, повисла паника, и лёгкий холодок пробежал по кончикам пальцев.

- Сэр, вас просят подойти к нашему столу, - сказал мужчина в смокинге, пристально глядя на одного из подставных горожан.

Весь столик на секунду замер. Затем, слегка потянувшись, из-за стола встал мужчина, на которого смотрели. Он выглядел сносно: кожаная шляпа, слегка помятая рубашка, леопардовая бахрома, джинсы с ремнём и сапоги со шпорами. Он вышел из-за стола, ничего не сказав, сморщив светлые брови и прищурив голубые глаза от пыли в баре. После этого направился к дальнему столу, слегка задев плечом мужчину в котелке. Его шаги были тяжёлыми, и каждый звук разносился по всему помещению. Он подошёл и сел. Все мгновенно уставились на него, не произнося ни слова. Человек, сидевший по правую руку от мужчины в центре, шепнул: «Devant vous, le cow-boy Bill - celui qui a poursuivi le train volé» (Перед вами ковбой Билл - тот, кто гнался за укравшими поезд).

- Ковбой Билл. Добрый день.

- Добрый день, - ответил Билл, исподлобья глядя на человека в голубом смокинге.

- Перейдём сразу к делу. Вы смогли перехитрить мистера Рейла?

- Да. Мы представили всё так, будто укравшие поезд были жертвами. Он, как обычно, проглотил наживку. И да, они живы.

- Ага. Достойно. А что насчёт их вещей? У них было что-то вроде книги или свитка?

Билл замялся, избегая взгляда человека в голубом.

- Нет. Ничего такого не было.

- А паровоз? Вы его обыскали?

- Нет, сэр. До паровоза мы не добрались.

Человек в голубом смокинге нахмурился.

- Значит, вы так относитесь к моим словам, - произнёс он и сердито выдохнул. - И вы ещё смели утверждать, даже клялись, что продумали всё до мелочей. А я, знаете, не поскупился. Построил городок-призрак, нанял актёров. И всё это ради чего? Чтобы кого-то надуть? Я думал, вы умнее, Билл.

- Прошу прощения, сэр. Мы… недоглядели.

- «Недоглядели»? - в голосе человека в голубом послышалась сталь. - Вы что, издеваетесь?

Билл побледнел.

- Что ж, - человек в голубом откинулся на спинку стула, - бывает.

Повисла долгая, напряжённая пауза.

- Кажется, вы больше не нужны. Можете идти.

Билл молчал, не двигаясь с места.

- Я сказал: уходите.

В этот момент Билл сорвался:

- А с какой стати я должен?! Думаете, мы тут у вас на побегушках?! Мы рисковали жизнью, чтобы обвести вокруг пальца какого-то там Рейла! А вы?! Вы просто сидите здесь, в своём голубом костюме, и раздаёте приказы! Кто вы вообще такой?!

В то же мгновение один из людей в чёрных смокингах ударил Билла в лицо. Тот рухнул на пол.

- Достаточно, - спокойно произнёс человек в голубом. - Билл, у вас есть характер. Это полезное качество. Поэтому я передумал. Я дам вам ещё один шанс. Но учтите: он будет последним. А теперь… можете идти.

Билл, шатаясь, поднялся на ноги. Кровь струилась по его лицу. Он злобно посмотрел на человека в голубом, но ничего не сказал. Затем, выплюнув кровь на пол, развернулся и направился к своему столику.

А паровоз тем временем шёл вперёд, не желая останавливаться. Филипп стоял и смотрел на проплывающие виды, а Артур сидел в кабине и о чём-то усердно думал. Но вдруг он не выдержал и крикнул:

- Эй, Филипп! У нас тут проблема.

- Ну и какая?

- При такой скорости мы доедем до города за час, но нам надо проехать его незаметно. Мы ведь теперь в розыске, сам понимаешь.

- Ага. И что ты предлагаешь делать?

- Без единого понятия. Я поэтому тебя и спросил.

- Ну… - Филипп замолк.

Он продолжал смотреть на окрестности, раздумывая, как им пройти незамеченными. В голове проносилось множество планов, но ни один не подходил - паровоз был слишком велик, чтобы его спрятать. Но что-то мешало ему сосредоточиться - какой-то голос. Спустя некоторое время он понял: это был голос той самой работницы отеля, которая звала его по имени, пока бежала с его именным ножом. Она никак не выходила из головы, словно назойливая песня. Только, в отличие от надоедливой мелодии, этот голос не раздражал. Наоборот, каждый раз, когда он вспоминал её, на душе становилось теплее.

- О! Это же тот мужик, который нас спас! - закричал вдруг Артур.

Вдали на лошади скакал человек в железной броне. В тот момент паровоз настиг его, и машинист со стрелком поравнялись с ним. Артур сбавил скорость.

- Эй! Тебя не подбросить?

Человек в броне не ответил.

- Эй! Отвечай давай! Ты нас спас два раза! И мы же должны тебя хоть как-нибудь отблагодарить?

- Нет, мне на лошади хорошо, - ответил наездник.

- Да ну. А не устала твоя лошадка пятьдесят килограммов брони нести?

- Нет. Это испанский мустанг, он хоть неделю со мной пробежит.

- Я, знаешь ли, тоже в лошадях смыслю! И мустанг твой неделю проехать уж точно не сможет.

На это мужчина в доспехах ничего не ответил. Но затем, подумав некоторое время, он всё же кивнул и остановил лошадь. Машинист тоже затормозил. В тот миг наездник внезапно встал прямо на лошади и прыгнул. Лошадь, кажется, даже ничего не почувствовала. Его прыжок был невероятен: он пролетел по воздуху и приземлился на ноги прямо около Филиппа. Стрелок сразу удивлённо отшатнулся.

- Вот это ты даёшь! Ты ведь в броне! - прокричал Филипп, но наездник лишь свистнул, странно сложив руки. В тот же момент лошадь, словно взбесившись, поднялась на задние копыта, подошла к локомотиву и поставила передние ноги на него. Филипп и Артур смотрели на это, не скрывая изумления. Затем лошадь странным образом упёрлась передом и, шевеля копытами, забралась в паровоз.

Человек в броне уже улёгся на кучку угля - прямо в то место, где до этого лежал стрелок. Его мустанг занял половину и без того тесного угольного тендера, и стрелку почти не осталось места. Локомотив снова тронулся. Колёса зашипели, пар ударил по земле, а из трубы повалил чёрный дым. Пейзаж сдвинулся, и огромные пустынные равнины начали всё быстрее исчезать из виду. Наездник лежал в угле и смотрел на небо с пушистыми облаками, не говоря ни слова, а Филипп сел на корточки, обхватив колени руками, и жался к стенке тендера. Он пытался отвлечься от тесноты, глядя на просторы, но вскоре терпение лопнуло:

- Эй, чего это ты нам даже слова не сказал? - начал Филипп издалека.

- А разве слова тут нужны? - ответил наездник.

- Конечно, хотя бы «спасибо» сказал!

- Спасибо. Теперь успокоился? Да и, вроде как, это вы настояли на том, чтобы я поехал с вами. Я был не сильно за.

В этот момент стрелок, стараясь держаться вежливо, не выдержал:

- Ну, раз мы настояли, может, стоило оставить свою лошадь там? Или заставить её бежать за нами? Это ведь испанский мустанг! - слегка посмеиваясь, произнёс Филипп.

- А ещё говорил, что в лошадях разбираешься. Она за паровозом не угонится. Или ты это к тому, чтобы я тебе места больше дал?

- Нет, не для этого! - возмутился Филипп, слегка раздосадованный тем, что его так легко раскусили.

- Ага. Конечно, - сказал наездник и подвинулся.

Стрелок успокоился и больше ничего не говорил.

- Вы бы лучше вместо того, чтобы про место спорить, про город подумали! - заметил машинист.

Человек в броне опустил взгляд на Филиппа.

- То есть вы даже не придумали, как проскочить через город?

- Ну да. У нас были, знаешь ли, слегка другие проблемы.

- М-м. Ясно.

- Слушай, а что ты вообще делал за стенами в такое время? С мустангом гулял?

- Ха-ха. Думаю, вам не стоит задумываться об этом. Я просто был там, где нужно. И всё, - сказал с добротой в голосе наездник.

- А если серьёзно? Ты там охранник или что? Или тоже из города сбежал?

Человек в броне промолчал, но потом сказал:

- Можно сказать, что охранник.

После этого вопросы больше никто не задавал.

Локомотив продолжал путь. Артур разглядывал карту, найденную в паровозе. Наездник в полудрёме смотрел на небо. Стрелок нашёл удобную позу и ломал голову над тем, как им проехать через город, но решение по-прежнему не приходило. Её образ терзал его. С каждым воспоминанием об их недолгой встрече он становился возвышеннее и прекраснее, чем был на самом деле. Через пару минут воспоминание уже походило не на смутный образ, а на чёткую картину - лица, рук, силуэта. Хотя Филипп и не так хорошо запомнил её черты, воображение настойчиво дорисовывало то, чего он не видел.

Но вдруг он заметил, как лошадь странно вынюхивает край локомотива. Он напрягся: там, в углублении рамы возле кабины машиниста, лежал его чемодан с вещами - тот самый, что он спрятал, когда они забрались на поезд. Лошадь продолжала обнюхивать это место и постукивать копытом. Филипп не сводил с неё глаз, гадая, что будет дальше. Вдруг лошадь вскрикнула и ухватила что-то зубами.

- Эй! Что за ерунду твоя лошадь вытворяет?!

- Хм, - задумчиво протянул наездник. - Похоже, нашла что-то.

Лошадь повернула голову. Филипп ахнул: в её зубах был его чемодан.

- Ого. Чемоданчик, - сказал наездник и взял его в руки.

Стрелок смутился, но пока ничего не сказал. Человек в броне с лёгким нетерпением открыл чемодан.

- Эй! Это мой чемодан! - наконец выпалил Филипп.

- Да? Ну что же… Тогда держи. Но скажи, что там такого, раз ты его прятал?

Стрелок промолчал. Из кабины машиниста вдруг прозвучало:

- О! А что за чемодан?

Филипп вздохнул и чуть резче, чем хотел, ответил:

- Да нет никакого чемодана!

- Есть, - спокойно возразил человек в броне.

- Ага. И кому мне верить? - Артур оторвался от карты. - Я тут с ней разбираюсь, а вы меня заинтриговали, - сказал машинист и подпёр палкой рычаг, управляющий движением поезда.

Он вышел из кабины - весь взмокший от жары: рубашка потемнела, чёрный сюртук висел мокрыми складками. Мгновенно заметив чемодан, он молча подошёл к стрелку.

- Что за чемоданчик?

- Мой, с вещами. Спрятал, чтобы не украли, - быстро ответил Филипп.

- Вот как. И даже не рассказал, - слегка удивился Артур.

- Времени не было. Да и там просто… мои вещи, - с неловкой улыбкой добавил стрелок.

Машинист перестал допытываться и сказал:

- Ладно, это не главное. Лучше глянь вот на это. Хорошие новости.

- Ну давай, показывай.

Они прошли в кабину. Тесное помещение из железных пластин наполовину занимала печь, рядом громоздилась панель с рычагами, лампочками и шкалами; огромный рычаг подпирала массивная рогатина - чтобы скорость не падала. По бокам и спереди были окна - переднее наполовину перекрывал нос локомотива. У панели стоял прикрученный к полу стул, на нём лежала пожелтевшая бумага.

- Смотри, какую штуку откопал, - Артур поднёс лист к Филиппу.

Это была карта.

- Ого, неплохо. Где нашёл?

- Да прямо в угле валялась. Наверное, ветром сдуло.

- И к чему ты мне её показываешь?

- А вот смотри, - Артур ткнул пальцем в бумагу. - Мы сейчас здесь, значит, к вечеру будем у города. Видишь этот коричневый квадрат? «Деревня Серый Зуб».

Филипп пригляделся и заметил рядом синий треугольник с подписью: «Родник Серый Клык».

- Ага! Значит, родник! - догадался он.

- Именно. И по моим расчётам, воды в паровозе хватит как раз до него.

- Отлично. А зачем ты меня сюда привёл?

- Чтобы спросить: ты придумал, как нам проскочить город?

Филипп замешкался.

- Ну… Конечно! Я ещё до того, как мы его подобрали, кое-что наметил, - он кивнул в сторону наездника.

- Выкладывай!

- Давай вечером. Сам понимаешь: дорога ложка к обеду.

- Ладно, - Артур уселся на стул и убрал рогатину.

Стрелок поспешно вышел из душной кабины и опустился на пол тендера. Человек в броне тем временем укрылся от жары в тени под своей лошадью и тихо посапывал. Филипп прилёг, закрыл глаза. Жара давила, но усталость брала своё: сон накатывал волнами. Вскоре он уснул - как и наездник под лошадью. Только машинист оставался начеку: он знал, что сейчас от него зависит всё.

Покачивание поезда убаюкивало. Огромные перевалы и песчаные горы исчезали из вида одна за другой. Постепенно жара спадала. Солнечный свет тускнел, окрашивая небо в фиолетовые и малиновые тона. Лучи у горизонта тянулись длинными полосами, будто прощаясь с днём, и постепенно угасали. Вскоре солнце скрылось, и последние отсветы быстро померкли. Наступила ночь, поглотив всё вокруг.

- Скоро появятся, - тихо произнёс наездник.

Филипп вздрогнул и вскинул револьвер. Человек в броне достал оружие и слегка приподнялся. Артур насторожился и включил фары паровоза, но тьма почти не отступала: даже очертания гор растворились в ней. Стрелок крепче сжал рукоять револьвера.

И тут поднялся вой - ужасный, оглушительный, будто сотканный из сотен голосов: писклявых и басистых, пронзительных и скрежещущих. От него по коже бежали мурашки. В тот же миг из темноты выскочили быстрые, разложившиеся существа. Они неслись на четвереньках, странно дёргаясь, и мгновенно оказались у поезда.

Выстрел! Один из монстров рассыпался на куски, издав жуткий вопль. Другой запрыгнул на локомотив. Лошадь громко заржала. Существо металось по крыше и бортам, визжа и царапая металл.

- А это что ещё за дрянь?! - крикнул Филипп, пытаясь прицелиться.

- Понятия не имею, - отозвался наездник и тут же выстрелил.

Грохот прокатился по тендеру, словно удар грома. Чудовище рухнуло. Но сзади уже выныривали новые - десятки силуэтов, уродливых и стремительных, всё плотнее смыкавшихся вокруг поезда.

- Прибавь угля! Сейчас разгоняться будем! - заорал Артур.

- Есть! - Филипп бросился кидать уголь в печь.

Наездник стрелял хладнокровно, метко, каждый раз попадая точно в цель. Монстры падали один за другим, но их становилось всё больше. В этот момент на горизонте проступили тёмные очертания городских стен. Локомотив рванулся вперёд, набирая скорость.

- Какой план?! - снова крикнул Артур.

Филипп не отвечал, только швырял лопатой уголь в топку. Паровоз ревел, колёса стучали, дым валил клубами.

- Какой план, слышишь?! - заорал машинист.

Стены города нависли совсем близко. Железная дорога вела прямо сквозь город, через ворота.

"Что же вариантов нет..." - пронеслось в голове стрелка.

- План «FLY»! То есть таран! - что есть мочи прокричал Филипп.

- Ты с ума сошёл?! - Артур хотел ещё что-то крикнуть, но слова оборвал удар.

Паровоз пробил ворота. Щепки разлетелись во все стороны. Локомотив ворвался в город, по нему застучали выстрелы солдат. Мгновение - и поезд промчался почти через весь город. Ещё удар, щелчок - вторая створка ворот разлетелась, и перед ними распахнулась степь.

- Ого! И как ты это всё придумал?! - закричал Артур, смеясь от облегчения.

- Повезло, - коротко ответил Филипп.

- У меня чуть лошадь не снесло! - хохотнул наездник, уже не скрывая радости.

Паровоз начал сбавлять скорость. Угля снова почти не осталось.

-----

Пожалуйста, напишите что-то в комментариях

Глава 5 "Девушка из отеля"

Ещё до того, как Филипп сбежал от красных лент, или же, как их ещё называли, от банды «Серебряной Руки», и сел на паровоз «Чугун», несколько людей в чёрных шляпах направились в отель. Их главаря направили в местный госпиталь, и поэтому в отель пошёл его правая рука, который почти не отличался от вожака характером, оставаясь таким же грозным. В это время на улицах всё было разгромлено после давки: разные кареты, ворота и даже мёртвые лошади валялись в разных местах, и всё вокруг было покрыто мраком.

Красные ленты зашли в отель. Сам отель был многоэтажным зданием из красного кирпича. В целом в нём не было ничего примечательного, кроме огромной надписи со светящимися лампочками: HOTEL. В холле всё было спокойно. Один из людей в чёрных шляпах подошёл к стойке, за которой сидела женщина преклонных лет. Было уже поздно, и рядом с ней висела табличка с надписью: «С 21:00 не принимаем». -Добрый вечер, -сказал человек в чёрной шляпе. -Мы после девяти не принимаем, -сказала дама преклонных лет. -Я прошу прощения, но нам нужно спросить... -продолжил бандит в головном уборе, но его перебили. -После девяти не принимаем! -напыщенно сказала старушка и посмотрела на него самым набожным взглядом. -Вам известен Филипп Спаркман? -наконец вымолвил человек в чёрной шляпе.

Лицо женщины из сморщенного перетекло в удивлённое и даже восхищённое. -Ах! Да, знаю его. Это же тот, что с крыши выпрыгнул? -сказала дама. -Да, и мы хотим расспросить ту девушку со светлыми волосами подробнее о нём. -Ага, но она мне всё уже рассказала, когда пришла. Вся заплаканная, как незнамо что! И как начала мне рассказывать -я чуть со стула не свалилась! -начала говорить дама, а поболтать, как вы поняли, она любила. -Спасибо, но мы хотим узнать всё из первых рук. Так что приведите нас к ней, -перебил её мужчина в шляпе. -Да-да. Конечно-конечно! -закричала дама и сразу кинулась показывать им её комнату.

Все пошли за ней. Женщина, стоявшая за стойкой, начала быстрым шагом идти, приговаривая: «Скоро дойдём! Вот-вот, ещё осталось!». Сама дама была низкого роста, на ней было надето старое платье свекольного цвета, чепец такого же цвета, сапожки и очки, висящие на цепочке. Они поднялись на несколько этажей вверх, до самого последнего, и наконец леди преклонного возраста остановилась около двери. Она открыла её и крикнула: «Люси! К тебе твои знакомые!», после чего отошла в сторону.

Банда вошла. Перед ними открылась картина: комната с почти обвалившейся побелкой, кровать в углу, больше похожая на несколько сложенных табуретов, слева -длинный стол, на котором стояло несколько десятков чашек чая, в задней стене -окно, а на его подоконнике лежал нож. В самой середине при свете свечи сидела на стуле девушка с пряжей, одетая в клетчатое платье и рубашку.

-Ох! Добрый вечер! -улыбчиво сказала Люси. -Здравствуйте. Как мы можем к вам обращаться? -Люси Рейл. И что же вам нужно? -Мы пришли вас расспросить о Филиппе, -сказал один из красных лент. -О чём же? -слегка озадаченно спросила Люси, при этом её тембр голоса звучал немного странно, но не так, чтобы можно было распознать, что она что-то скрывает. -Итак, -сказал человек в чёрной шляпе и присел на кровать, в то время как вся банда осталась стоять в дверях. -Вам известно, куда он поехал? -Нет, он сказал лишь про то, что пойдёт в депо, -сказала Люси, но потом восторженно добавила: -Вы были там? Что с ним случилось? -Постойте. Да, мы были там, но он скрылся на угнанном поезде, при этом подстрелив нашего командира, -сказал мужчина в шляпе.

В этот же момент лицо девушки поменялось -оно стало каким-то удивлённо-грустным. -Нет. Ничего. -Зачем вы выбежали из отеля за его ножом? Вы были с ним знакомы? -Нет. Я не знаю, что на меня нашло. -Ладно. Я зайду к вам завтра утром. А пока что живите своей жизнью, Люси Рейл.

После чего вся банда красных лент вышла из комнаты. В этот же момент миловидная девушка в клетчатом платье мгновенно зарыдала. Она не могла вместить новость, которую только что услышала. Естественно, ей уже было не до вязания при свече. Она села на кровать и накинула на себя одеяло, укрывшись им с ног до головы и не прекращая плакать.

А в это время люди с красными лентами быстро вышли из отеля, так ничего и не узнав. Дама преклонных лет села на своё место в холле и продолжила решать кроссворды -чем она и занималась всё время. Но затем она задумалась над тем, что сейчас с Люси, и решила к ней подняться. Это не заняло много времени, и она почти в одно мгновение добралась до её комнаты и зашла в неё. Тут же она ахнула: -Ах! Люси, что с тобой?! Они что, обидели тебя? -сказала старушка и присела на постель к рыдающей без остановки Люси. -Филипп... Он... -Что? Умер, что ли? -Да не говорите глупостей! Мисс Мэри, он оказался негодяем, вором, да ещё, хуже того, убийцей! -сказала Люси и горестно заплакала ещё сильнее. -Ох, Люси, Люси. Тише, расскажи мне всё спокойнее. -Те люди... что пришли ко мне, рассказали, что Филипп сбежал в депо. -Ага. Ты мне рассказывала. -А потом подстрелил человека и выкрал локомотив. Так ещё они сказали, что придут сюда завтра утром, -сказала Люси и зарыдала ещё сильнее. -Тише, тише. Ты вообще знаешь, кто это были? -сказала успокаивающе Мэри. -Нет. Я их только редко на улицах видела. -Ну вот! Мне кажется, они могли и наврать. -Да? Может, это и так, мисс Мэри, -сказала Люси и начала успокаиваться. -А про завтрашний день можешь не волноваться. Я что-нибудь придумаю. А ты пока что ложись спать.

После этого дама преклонных лет вышла из комнаты Люси и направилась к выходу из отеля. А молодая девушка по имени Люси даже не сдвинулась с места. Её очень тронули и воодушевили слова её начальницы, но она всё ещё никак не могла решить для себя, кто же такой этот стрелок. Но через некоторое время её всё же склонило в сон, и она легла на кровать при свете свечи. Была уже глубокая ночь около 12 ночи. Вскоре она начала потихоньку засыпать. Мысли начали размываться. За окном была полная темнота, слышались только вздохи за стеной, но она уже привыкла к ним и поэтому даже не замечала их. И наконец она заснула. Ночная пора продолжалась и растворялась в свете звёзд, ярко игравших в темноте. Луна была закрыта облаками, и только их свет не давал всему поглотиться во тьму.

-Люси... -послышалось ей сквозь сон. -Люси... -послышалось ей снова, более протяжно.

Её начали трясти. Она открыла глаза. Было раннее утро, и всё было залито белым светом. Это была Мэри. Она с доброй улыбкой сказала: -Люси. Просыпайся. Они скоро придут. Тебе пора идти.

Мгновенно весь сон испарился из миловидной девушки. -Как? Куда идти? -спросила Люси. -Бегом отсюда тебе надо уходить. Бегом, -сказала шёпотом и совершенно без злости Мэри.

В это мгновение она подняла Люси с кровати и поставила на ноги. После чего положила ей в руки немного бумажных денег. Молодая девушка осмотрела на свои ладони. Там было столько же денег, сколько отдал Филипп за оплату своей комнаты, -даже те же самые складки. Лицо Люси забагровело. Тут же старушка Мэри заулыбалась с добротой. -А я ведь сразу поняла, что он тебе понравился. И я бы ни за что не взяла их себе, -сказала Мэри и потеребила её за щёку. -А куда же мне пойти? -спросила, слегка постеснявшись, Люси. -Туда, куда дует ветер, -сказала Мэри. -А я бы тебе посоветовала пойти в центр города, там больше всего стражи.

После этого Люси кивнула и начала собираться, а дама преклонных лет вышла из комнаты. Она начала собираться, мечась по комнате. У неё было не много вещей, да и чемодана тоже. И поэтому Люси взяла лишь нож, на котором было выжжено: «Филипп Спарквен», те самые деньги, которые дала Мэри, и одну заколку. После чего она быстро положила всё в карман и вышла из комнаты. Спустилась по лестнице в холл, но старушки лет там уже не было. Потом Люси вышла из отеля и направилась в центр города.

Мэри пряталась под стойкой, чтобы её не было видно, а как только миловидная девушка вышла, она села на свой стул и продолжила заниматься очень важным делом -решать кроссворды. За этим занятием время летело быстро, но только беспокойство за Люси было непреодолимо, словно она отпустила в открытое плавание свою родную дочь.

Вдруг дверь открылась -это был человек в чёрной шляпе, а точнее тот, кто разговаривал с миловидной девушкой. К тому времени было около 8 или 9 часов утра. Люси уже давно была не рядом с отелем

-О, чего это ты один? Где твои амигос? Или вы поссорились? -сказала насмешливо Мэри. -Давайте без шуток. Я пришёл, чтобы расспросить о Филиппе. Он, знаете ли, задолжал нам огромную сумму, и я, как хороший работник, должен выполнить свою задачу. -О как. Хорошо. Только её здесь уже несколько часов нет, -сказала Мэри и заулыбалась. -Да? И куда же она пошла? -А это, -сказала Мэри и посмотрела на него, приблизив лицо, -вам знать не надо. -Ах, ты, старая карга! -прикрикнул мужчина в чёрной шляпе возмущённо. -Ты случаем с ума не сошла? -Нет, молодой болван. Я, возможно, в уме побольше некоторых. А Люси тут нет уже несколько часов. Так что проваливай.

Взбесившись, мужчина схватил её за рукав левой руки и спросил ещё раз: -Где Люси, старуха?!

Старушка достала из-за стойки пистолет. С лица человека в чёрной шляпе пропала та самая злость, и он отпустил её рукав. Лицо мгновенно потускнело, а в голове пронёсся ветерок страха. -Ну-ка, амиго, отставить свои ручки и принеси-ка мне ватрушки! -сказала Мэри и потом продолжила: -Так. А теперь по моим условиям. Ты либо прямо сейчас уходишь из моего отеля, и вы ни при каких условиях не ищете Люси, либо я пристрелю тебя прямо здесь, на месте. Амиго. Я ведь знаю, что ты из банды «Серебряной Руки», а вы слово держите. Я знаю. Повисла тишина. -Хорошо, всё будет сделано, как вы скажете, -бандит в головном уборе, скрестив пальцы за спиной.

Мэри опустила пистолет. А человек с красной лентой начал выходить из отеля. На его лице был оскал, а самое главное -в нём виделось то, что его честь опорочили. Вдруг он обернулся. Дама преклонных лет странно посмотрела на него. Он смотрел на неё ещё некоторое время, а затем заорал: «Эй! Парни! Люси! Люси сбежа...!»

Мэри мгновенно выстрелила ему в лоб. Мужчина в чёрной шляпе мгновенно заткнулся, а затем упал, истекая кровью. Он тяжело дышал, а затем повалился на спину. Он прокряхтел: -Боже мой... А ведь стольких убил... -Бог простил бы тебя. У тебя был шанс уйти в любой момент, -сказала Мэри. -А меня убила чёртова старуха... -продолжил мужчина в чёрной шляпе. -Убила. Убила, чтобы защитить Люси, -настойчиво сказала Мэри.

Вдали послышались мужские возгласы, но затем они исчезли. Старушка смекнула, что происходит, и порезала себя осколком стекла, который валялся на такой случай у неё за стойкой. Ужасная боль пронзила её. А затем она села рядом, держа пистолет.

Мгновенно в отель забежало несколько солдат в желтоватой одежде. -Что здесь происходит? Что за выстрелы? -сказал, заходя, один солдат, но затем кинулся к старухе. -Ох. Наконец-то вы здесь! Этот паршивец... Ох, какая боль... Он пробрался ко мне и порезал меня осколком стекла. Благо у меня был пистолет на такой случай. Ох... -сказала Мэри. -Не волнуйтесь, мы поможем вам, -сказал солдат и указал на старуху другим вошедшим солдатам.

Они мгновенно кинулись к ней и помогли встать. После этого солдат, вошедший первым в отель, подошёл к человеку в чёрной шляпе и проверил его пульс. Пульса не было. -Банда «Серебряной Руки»... Снова они, -сказал подошедший солдат, обращаясь к товарищу. -Да они просто монстры! Ужасны! -ответил тот. -Не говори. Мне кажется, это были они... Это они убили Алёшку.

Тут же солдат первый вошедший в отель зарыдал. -Убийцы... Но всё же вина на мне. Это ведь я тогда сказал, чтобы Алёшка встал на дежурство в первый день, -сказал рядом стоящий солдат. -Нет. Виноваты мы все. Ладно, не будем о грустном. Отведите эту даму в госпиталь.

После этого никто не проронил ни слова. А в это время Люси бежала в центр города.

Глава 6 "Церковная мистика"

Паровоз пробил стены города и яростно двигался вперёд. Прошло уже несколько часов. А в это время Филипп, Артур и наездник сидели на его борту, их сердца ужасно бились от страха и удивления, а лица были слегка перекошены. Угля оставалось всего на несколько часов. А локомотив скоро подъезжал к деревне, что была указана на карте. Кромешная темнота яро пыталась поглотить поезд, а нежить и различные ночные твари рвались за паровозом, пытаясь разорвать на части едущих. Вонь гнили пронизывала до тошноты, а виды бесцветных глазниц заставляли волосы на руках вставать дыбом.

Стрелок отстреливался как мог, но пуль оставалось немного. Человек в броне в это время также принимал участие в стрельбе, но было видно, что какого-либо страха у него это не вызывало. А машинист в это время находился в своей кабине и ужасно трясся от страха -вздохи, шаги и вонь напрягали и пугали его. Он еле смотрел в окна, но, боясь там кого-то увидеть, глядел туда, прищурив глаза. А ночь только началась.

Вдруг Филипп крикнул: -Ну и где эта деревня, Артур? -Ты что, летать собрался от монстров? -спросил, перебивая, наездник. -Ещё около часа! -заявил Артур. -Ага, хорошо! -ответил Филипп Артуру. -Я думаю, что в деревне будет какой-нибудь священник или добрые люди нас защитят, -сказал Филипп наезднику. -А не думал, что им тоже газеты доставляют? -спросил наездник.

На это стрелок слегка помолчал, а затем спросил: -Ты вообще нас хотел поймать в баре? Просто странно как-то, -сказал Филипп и выстрелил в нежить. -В твоём голосе тогда слышалось поддельное благородство, словно ты что-то задумал. А потом ты, по сути, нас спас... Снова. -Не задумывайся об этом, -ответил наездник и подстрелил ещё одного.

В эту ночь нашествие почему-то было менее напористым -а возможно, первое просто было особенно сильным, но это было совершенно неизвестно стрелку и машинисту. -Каждый раз, когда я тебя вижу, ты вызываешь у меня всё больше вопросов. А... а это что за ерунда там?

За паровозом бежало нечто в цепях, на шее и руках были тиски, а голова была перекошена. Его кожа наполовину слезла, а всё тело было одето в рваные мешки. Глаза отдавали странное красное свечение, а каждый его шаг оставлял кровавый след. -Без единого понятия. Но он напоминает мне жертву казни. Лучше с ним дела не иметь, -сказал наездник.

Вдруг ужасный монстр в цепях ускорился и, можно сказать, побежал. Он странно переваливался с ноги на ногу, издавая омерзительный запах. Вдруг его вечно наклонённая голова затрещала. Голова монстра скривилась, и два красных глаза посмотрели на локомотив. -Закрыть глаза! Живо! -заорал наездник.

Филипп обернулся, но было поздно. Два глаза отчётливо проявились в его воспоминаниях. Его затрясло. Стрелок свалился на пол. -Эй! Чёрт тебя дери, я сказал не смотреть! -закричал наездник, отстреливая остальных ночных созданий.

А ужасное нечто в цепях продолжало бежать. Оно не отрывало глаз от локомотива, но человек в броне изо всех сил старался не смотреть на него. Но это не останавливало чудовище. Выстрел! В одно мгновение монстр рухнул на землю. Дым поднялся из дробовика наездника. Но после этого он рухнул на пол и, засыпав угля в печь, подбежал к стрелку.

Тот выглядел ужасно: вены на лбу вздулись; руки, ноги и сама голова тряслись; изо рта шла пена, а радужка глаза окрасилась в чёрный, перекрывая белок. Человек в броне сел на колени около него. Монстры в это время были далеко, и никто не мог залезть на паровоз. -Я же ведь сказал тебе не смотреть в глаза! -заорал наездник. -Прошу, прости... Я не успел... -прокряхтел Филипп. -Тише. Не извиняйся. Мы это исправим. Обещаю, -сказал ласково наездник. -Прошу... Прошу тебя... Как только всё это закончится, передай девушке из отеля... Отеля в Лос-Анджелесе... Просто передай... Передай работнице из него, миловидной девушке со светлыми волосами. -Работнице отеля? -сказал наездник, и его лицо странно скривилось, словно он кого-то вспомнил или даже пробудил воспоминание, которое никогда не забывал. -Да... Передай ей, что Филипп Спарквен, что был в отеле у неё один день, всё это время я... Но Филипп не успел сказать всё полностью, он закрыл глаза и замолчал. -Не волнуйся, ты будешь жить. Эй! Как там тебя, Артур! Когда там деревня?! -заорал наездник что есть мочи. -Скоро! Скоро подъедем! -закричал Артур, не выходя из кабины.

На это человек в броне не отводил глаз от болеющего. Прошло некоторое время, стрелку не становилось лучше, а деревня уже была видна. Вскоре поезд остановился, а из кабины вышел вспотевший машинист. -О боже! Что произошло?! -закричал Артур. -Какой-то монстр посмотрел на него, и он... В общем, сейчас ему нужна помощь.

После этого Артур, не ожидая ни секунды, подбежал к стрелку и закричал: «Ему срочно нужен священник!».

Машинист и наездник тут же взяли Филиппа и понесли его в деревню. Благо деревня была уже совсем близко. Они спустились с локомотива и понеслись к поселению. Все монстры столпились около церкви. Сотни стонов, криков звучали одной песней, и завывания доносились оттуда. Сама церковь была маленькая, окна были заколочены, на двускатной крыше был колокол, а её ворота были настежь открыты. Изнутри доносились крики и возгласы. Артур и наездник прислушались.

«Прочь, адские создания! Изыдите из божьей обители!» -слышалось в стенах церкви.

Это был священник. В это время он размахивал золотым крестом, а монстры шарахались от каждого его слова и шага. Они были близко, прямо перед его лицом. Сотни мёртвых глаз смотрели на него и пытались прижать к стене.

«Прочь! Прочь!» -продолжал он, продолжая тыкать крестом.

Но всё же они почти прижали его к стене. Его морщинистое лицо и всё его чёрное одеяние уже были полностью измазаны в сгнившей крови. На его мантии была верёвка с разными баночками, а на груди висел крест. Он отбивался как мог, но вдруг ужасное нечто прорвалось сзади. Тут же оно выбило крест из его рук. Священник мгновенно упал на пол церкви.

«Изыдите прочь! Я не дам вам отведать плоти моей!» -неумолимо продолжал он.

Тут же, как только его крест упал, мертвец рванул к нему.

«Прочь, исчадия сатаны!» -повторил священник и выплеснул одну микстуру на толп .у хищных глаз.

Поднялся ужасный вой. Тут же вся нежить растворилась и растаяла в грязь. Старец в мантии священника поднял свой крест. После он пощупал свою бороду и прошептел: «Всего две склянки со святой водой остались», -и пошёл к воротам. Нежить рвалась уже и оттуда, но пока что свечи, зажжённые в церкви, причиняли ей боль. Священник снова начал тыкать в них крестом, но затем он что-то заметил. Он сначала подумал, что ему померещилось, но это было так.

Вдали он увидел людей, а именно машиниста и человека в броне, несущих стрелка. Тут же священник закричал: -Сюда! Тут есть безопасное место! -и начал снова приставлять свой крест к ужасным монстрам.

Несущие Филиппа побежали в церковь. Старец отгонял нежить как мог и наконец вымолвил: «Прочь, безбожные создания, дайте пройти сыновьям божьим!» -и плеснул своей предпоследней банкой со святой водой. Монстры тут же снова растворились.

Артур и наездник забежали в церковь с Филиппом на плечах. Внутри были расставлены стулья, а в самой середине валялась Библия. -Что с ним? -спросил мгновенно священник. -На него посмотрел какой-то монстр с красными глазами и весь в цепях, -закричал наездник. -Ага, -сказал задумчиво священник. -Значит, говорите, на него посмотрел казнённый, говорите. Я помогу вам.

Сказал священник и кинулся за мелом. Нежить стала снова собираться у ворот, а старец начал чертить круг около Библии. Человек в броне начал помогать ему, а машинист в это время стоял, ошеломлённый всем происходящим, и смотрел на Филиппа -а точнее на то, как его изуродовало. В это мгновение круг был готов. -Читай молитву! -закричал священник наезднику.

Все сели в круг. Мужчина в броне начал читать молитвы, а старец сел напротив стрелка и начал проводить обряд. Подул ветер. Восковые свечи, стоящие в подсвечниках у входных дверей, погасли. Все повернулись. В это же мгновение орда разъярённых, безобразных чудищ ворвалась в обитель церкви. Их лица всё так же были обезображены, полусгнившие, а у кого-то отсутствовали, конечно. Но, на удивление, они не могли прорваться через круг. Человек в броне читал молитву, а круг отсвечивал от каждого слова золотым сиянием. Артур в это время ужасно трясся и смотрел на проведение обряда.

Старец положил золотой крест на грудь Филиппа. Тот сразу же затрясся и искривил лицо. Но тот продолжал. В одну руку он взял икону, а в другую -зажжённую свечу. Стрелок открыл свои кроваво-красные глаза. «Святой отец! Стойте, со мной всё хорошо!» -завопил Филипп, но старец не слушал его.

Священник начал водить свечой над телом стрелка. Тот завопил от боли: «Что вы делаете?! Ах... Боль, ужасная боль! Святой отец, за что?!».

Машинист подбежал к старцу и сказал: -Стойте! Мне кажется, это и вправду он! -Нет. Обманывает тебя грязный дух, -ответил спокойно священник и продолжил водить свечой.

Некто в Филиппе продолжал кричать и вопить, а старец начал читать молитву. Наездник в это время, не прекращая, читал молитвы из Библии, а меловой круг сдерживал, по ощущениям, тысячи монстров. Они своими светящимися глазами смотрели на них, вопрошали и даже молили войти, но никто их не слушал.

«Святой отец, но ты ведь тоже не без греха. Ты ведь помнишь меня?» -вдруг сказал некто в теле Филиппа детским голоском. Старец слегка отступил. Но затем помотал головой и продолжил обряд, не слушая его.

«Святой... отец... Братик. Это я, ты помнишь? Помнишь меня, правда?». В глазах старца появились слёзы. А детский голос продолжал: «Ты помнишь тот день на площади? Помнишь, как мы ходили в парк? Помнишь, правда? А помнишь нашу маму? Ты ведь помнишь её? Верно?». Священник начал рыдать, но продолжал перемещать свечу и бормотать молитву.

-Ты помнишь. Я вижу. Но не забывай, что в тот день я был в центре площади. А ты лишь наблюдал за мной! -закричал внезапно детский голос. -Изыди, подлый демон! Ты не мой брат! -вскричал священник, всё быстрее водя свечой. -О да? Ты ведь сам сказал, что этот демон был казнён! Сколько прошло? Ты ведь сам помнишь! Пятьдесят шесть лет! Пятьдесят шесть лет я был погребён в земле! Словно грязный преступник! А ты ведь знал. Знал, что я ничего не делал! И ты был там! Был на моей казни! -Я не знал! Боже мой, я не знал! Я не знал, что это был ты! -завопил священник. -Да?! И поэтому ты бросил мечту стать хирургом и стал священником?! -Заткнись, ребёнок тьмы! -завопил священник и затем ударил по телу Филиппа.

Золотой крест упал. В то же мгновение демон в теле Филиппа взлетел над полом церкви. Удар! Священник полетел к грани круга, откинутый демоном. Тут же тело Филиппа начало перекручиваться: руки с диким хрустом вывернулись по кисти, скручивая пальцы, ноги ломило с таким же хрустом в суставах, а голова вертелась, словно юла на шее. Всё тело висело в воздухе пару минут и выворачивалось, а в это время человек в броне продолжал читать молитву, не впуская чудовищ внутрь. Артур прижался к центру и дрожал от страха.

Вскоре тело прекратило выкручиваться и замерло в центре круга. Его ноги пришли в обычное положение, но руки так и остались скривлёнными, а голова вернулась обратно на шею, но только слегка набок. Из глаз текла чёрная жидкость, капая на пол и чуть ли не пачкая наездника. «Прочь! Прочь, нечистый!» -прохрипел старец, привстав на колени на самом краю круга.

На это демон засмеялся и приземлился на землю. Конечности снова заскрипели и защёлкали. Он упал на корточки и, словно волк или другой зверь, забегал вокруг центра, бегая на руках и ногах. Машинист испуганно жался к середине, где сидел наездник, читающий молитву. Он застыл на месте от страха, его взгляд замер в одной точке, а тело бесконтрольно тряслось от ужаса перед тем, что бегало по кругу, пытаясь выбраться из него. Но пока наездник читал книгу внутри круга, ни одна нежить не могла зайти или выйти.

А в это время старец двигался к центру. Затем он вскричал: -Эй, ты, в броне! Передай книгу тому, что в цилиндре! Но не останавливайся!

Человек в броне, читая молитву, посмотрел на Артура. Тот был весь бледный от страха. Пинок! Шлепок ударился о самые стены церкви. Машинист пришёл в себя, он огляделся и ужаснулся снова, но затем, видя, как ему передают Библию, сразу смекнул, что делать, и, взяв её, продолжил читать за наездника, хоть и с ужасным страхом в голосе. -Всё сделано! -крикнул наездник. -У тебя ведь дробовик! Стреляй по демону! -закричал в ответ священник.

На это человек в броне с радостью выхватил оружие. Выстрел! Нечто увернулось. Снова выстрел. Запах дыма ударил в нос. Старец в это время ковылял к середине круга и пытался не заплакать от стрельбы в его церкви. Но и этот выстрел попал лишь в деревянный пол. А чудища и всевозможная нежить смотрели на них за чертой круга: глаза горели, хищные пасти были открыты, а вонь была столь сильной, что забивала нос.

Но вдруг монстр в теле стрелка подбежал вплотную к наезднику. Выстрел! Он попал прямо в руку. Демон упал. Он встал, но затем прямо ему в лицо прилетела склянка со святой водой. Демон завопил и рухнул около края. Машинист в шоке и ужасе, всё так же дрожа, читал молитвы из Библии и пытался не останавливаться ни на секунду.

«Какая боль! А-а-а!» -внезапно завопило тело Филиппа, но на это ни человек в броне, ни старец, ни даже Артур не повелись, хоть машиниста и накрыло ужасным знойным чувством тревоги и тоски. Само тело после падения стало выглядеть немного по-другому.

«Изыди из этого тела! Изыди, подлый слуга тьмы!» -закричал священник с зажжённой свечой в руках.

На это чудище внутри тела стрелка начало жаться к границе круга. Его начало жечь теплом свечи, её светом. Да к тому же грань круга жгла его спину, словно там была не пустота, а невидимый железный забор, раскалённый докрасна. -Брат! Это я! Прошу, выслушай меня! -взвыл демон. -Нет! Подлое ты создание! Тебе недолго осталось притворяться моим братом! Я не знал, что это он... не знал, что он не крал те часы, -прошептал священник.

Послышался скрип. Все монстры за кругом тут же отступили. И чудище начало менять вид: тело Филиппа с удивительной быстротой покрылось мрамором. Сначала руки стали окаменевать, затем ноги, а потом он начал напоминать статую. Она была ужасна и чем-то напоминала изваяние Венеры, а вскоре и лицо стало мраморным.

Но было видно и даже слышно, что что-то изменилось: от статуи перестал идти ужасный трупный запах, всхлипы и гоготание больше не слышались, боли монстр больше не испытывал от свечи, а сама статуя была белоснежного цвета. Мужчина в железной броне удивлённо застыл на месте, сжимая свой дробовик. Артур, не замечая ничего, продолжал читать молитвы. А священник всё так же, рыдая, посмотрел на статую. Мгновенно из статуи послышался человеческий, детский голос: -Всё это время я думал, что ты знал, что я был невиновен, -сказал голос из статуи.

Старец пристально начал смотреть на статую и открыл рот. -Теперь я знаю, что ты ничего не знал. Я чувствую это. -Брат... -прошептал священник и подбежал к статуе.

Она была полной копией той, что стояла в парке, в который они ходили гулять, когда были ещё маленькими. -Брат! Это ты?! -вскричал священник. -Прошу, прости! Прости меня, пожалуйста, что в тот день я не вступился за тебя! Прошу, про... -Не извиняйся. Ты и так всю жизнь посвятил самобичеванию, -перебила статуя. -Но... как же так получилось, что ты стал тем, что я изгонял?! Что ты сделал?! -закричал священник, а наездник с машинистом наблюдали, при этом продолжая читать.

-Ха-ха, -засмеялась статуя. -Как же тебе сказать... В тот день на площади, когда меня избивали перед казнью за воровство, я увидел тебя в толпе. В свои последние минуты я наполнился столь ужасной, грязной ненавистью, что даже представить страшно. Ха-ха! Но это уже позади. После моей казни меня похоронили возле стены, и спустя множество лет, в Проклятый месяц, я восстал в виде духа, облепленный своей ненавистью. Ха-ха! Но, как видишь, ты очистил меня от грязной ненависти!

Священник в это время стоял вплотную к статуе и выслушивал. А мужчина в броне с удивлёнными глазами слушал статую. -Братик! Как мне жаль! Как же мне жаль, что я вообще смог подумать про тебя такое! Как же мне искупить вину? Как? -Ха-ха. Ты так и не понял? Тебе ничего не надо искупать. Ты так измучился за эти годы... Я попрошу лишь об одном: пожалуйста, не забывай меня и мать. Прошу.

Старец зарыдал как в последний раз, обнимая статую, и кричал, что никогда не забудет их, но затем его лицо изменилось, он сказал: -Подожди. Значит, ты не останешься здесь?! -Ха-ха. Конечно. Я не могу остаться здесь. Да и думаю, что человеку, которого я поработил в демоническом облике, пора вернуться. -Стой! Прошу, останься ещё немного! -закричал снова священник.

Но было уже поздно: статуя треснула, и вся церковь мгновенно наполнилась ярким светом, словно солнечным. Все зажмурились, а машинист прекратил читать. Прозвучал ужасный визг нежити. А свет продолжал валить из статуи. Вдруг раздался очередной треск. Все зажмурились, а церковь окрасилась в ярко-белый цвет. Священник открыл глаза. А перед ним стоял маленький мальчик лет тринадцати, а рядом валялся Филипп. Старец побежал к нему, и наконец-то два брата обнялись.

В это время наездник и Артур стояли рядом с невероятно удивлёнными лицами. -Прощай, -сказал мальчик. -Прошу, не забывай меня, ещё вот-вот -и взойдёт солнце. -Хорошо! Хорошо, я не забуду! -сказал тихо священник, а его брат в это время тихо исчезал у него в руках. Старец рыдал, а человек, что раньше был статуей, наконец-то обрел покой и полностью растворился в свете.

Свет исчез, а из окон начали бить первые солнечные лучи. Все молчали. Священник продолжал стоять на одном месте, а солнце одаряло всех светом. Ночь полностью прошла, и маленькая церковь наконец-то была спасена. Внутри всё было разгромлено: на деревянном полу зияло несколько дыр от выстрелов, через окна, забитые досками, проникал свет, в центре всё так же был меловой круг, в самом конце церкви всё было свалено -даже кафедра тоже была повалена. Все оставались на своих местах. Сердце машиниста невероятно билось, на лице едва были видны хоть какие-то эмоции, но даже так можно было понять, что в них смешались парализующий страх и удивление в одном флаконе.

Но затем, переборов себя, он решился подойти к стрелку, валявшемуся в самом центре церкви. А наездник подошёл к священнику и начал о чём-то с ним говорить.

На удивление, на нём не было ни царапинки: его руки были во всё том же положении, на руке не было ран от выстрелов, а лицо его было такое, словно ничего и не произошло. Артур был в полном шоке -весь его и так насквозь измокший сюртук по ощущениям окончательно превратился в мокрую тряпку. Казалось, он сбросил несколько десятков килограммов от страха этой ночи. А в это время Филипп мирно посапывал. Машинист, видя, что тот просто спит, с угрюмым лицом закричал: -Проснись! Я у тебя в кармане конфетку нашёл!

Мгновенно стрелок вскочил: -Где?! А... Вот это ты шутник. Есть так охота, а ты так шутишь! -Ха-ха! Ну вот, вижу, всё тот же Филипп! Как поспал? Ты это когда вырубиться успел? -сказал Артур, явно пытаясь скрыть то, что только сейчас произошло. -Да нормально я поспал. Последнее, что помню, это как на меня посмотрела какая-то ерунда и я вырубился.

В это время стрелок выглядел абсолютно как раньше. Он тут же встал с пола церкви и, потянувшись, сказал: -Ого! Как у меня всё размято! Никогда такого не чувствовал! -Ага. Видимо, сила сна, -сказал Артур, всё так же скрывая события ночи. -Ну что, пошли к источнику? Там я как раз видел несколько вёдер.

Но как только они хотели выйти, послышался голос старца: -Стойте! У меня тут к вам подарок за помощь! -Ого! А какой? -спросил удивлённо Филипп, и они вместе с Артуром подошли к нему.

После этого, держа руки за спиной, старец заулыбался. Затем он вынул ладони -в них было два креста. -Ого! Это нам?! -сказал Филипп взял один крест из рук. -Да, именно так. Мне уже рассказал ваш знакомый о том, что вы на поезде едете и в города не заезжаете. Так что это вам. Спасёт от вселения в вас привидений, и если на вас кто-то нападёт из нежити, вы получите ровно одну попытку отбиться, -сказал священник, а затем, увидев револьвер, добавил: -Хм... А на револьвер дадите посмотреть? -А зачем это вам?! -сказал Филипп и сжал свой револьвер, лежавший у него между ремнём и штаниной. -Всё хорошо, я его не сломаю, -сказал священник и улыбнулся.

Через некоторое время раздумий стрелок всё же отдал своё орудие Старец мгновенно начал его крутить и вертеть в разные стороны, а затем открыл барабан. Филипп нахмурился. А священник провёл пальцами несколько раз возле револьвера и, закрыв барабан, отдал его стрелку. -Ого, а вы быстро! -сказал Филипп. -Да, а чего там много времени тратить. Теперь твои выстрелы будут сильнее бить по нежити, -сказал священник и опять заулыбался. -Большое спасибо вам, но можно ли поинтересоваться: не могли бы вы налить нам немного святой воды в вёдра? Или в какие-нибудь другие ёмкости? -спросил Артур. -Ох... Конечно. Только принесите.

Сразу после этого машинист и стрелок пошли на улицу и, взяв первое попавшееся ведро, направились к источнику воды. Он был недалеко. Сама деревня стояла около леса, и, выйдя из неё, они с лёгкостью смогли определить по звуку журчания, куда идти. Лесок около деревни был прекрасен: роскошные деревья в зеленеющей листве раскинулись повсюду, тень лиственным узором покрывала траву и не давала напечь головы идущим за водой. Иногда попадались кусты или огромные засохшие коряги.

Через некоторое время они дошли до источника: из нескольких камней струёй била вода. Стрелок подбежал к ней и начал пить, а машинист стоял рядом и ждал, когда же он напьётся. После этого Артур взял ведро и начал наливать воду в него. Маленькая струйка быстро побежала в железное ведро, отбрасывая блик от солнца, заставляя зажмуриться стрелка. Вода быстро налилась, и они пошли к священнику. Не буду томить и сразу скажу, что они дошли до церкви, и старец опустил свой серебряный крест в воду и, прочитав молитву, освятил её, а они отнесли ведро на паровоз.

А затем Филипп и машинист пошли снова к источнику, но уже для того, чтобы заправить поезд. Сама деревня была не самая большая: несколько деревянных полуразваленных домов, поставленных вокруг белой церкви, их крыши были покошены настолько, что половина лежала на земле у этих же жилищ. Их все разломали монстры в поисках священника. Но при этом в домиках висела паутина и лежал слой пыли -было видно, что в них уже давно никто не жил. Среди домов была библиотека, кузница, несколько жилых зданий и, конечно же, церковь, которая была самой чистой и неразрушенной среди построек. -Может быть, поедете со мной? -спросил наконец наездник у священника спустя несколько минут недлинного диалога.

В это время они вышли из церкви и начали идти по церковному саду. Да, около церкви был маленький садик, у задней стены здания. Его было сложно назвать садом, ведь там росло всего лишь несколько деревьев, стояло несколько скамеек и был сделанный вручную пруд, больше напоминающий лужу. -Я, пожалуй, откажусь, -сказал священник, идя по тропинке. -Но, если не секрет, можете рассказать, на чём вы путь держите? -спросил священник. -Те двое вообще на паровозе, а я на лошади, -ответил горделиво наездник. -Ха-ха. А что же такого произошло, что ты с ними поехал? -спросил священник. -Моей лошади, признаюсь вам честно, был нужен уже привал в тот момент, когда они предложили меня подвезти. -Вот как. Ты был с ними знаком? Или ты так бездумно поехал с ними? -спросил священник, что-то заподозрив. -Ну, я их несколько раз спасал, -сказал наездник и сел на скамью. -Молодец. Хороший совершил поступок. А причины какие-нибудь у тебя были для этого?

Человек в броне слегка смутился, а затем сказал: -А зачем это вам знать? На это священник заулыбался и сказал: -Тебе ведь сразу лучше на душе станет. Вижу я, что тяжело тебе на ней. -Хм. Какой вы проницательный. Но, при всём уважении, я ничего вам не скажу. -Ну и зря, -сказал священник и повернул голову. Было видно, что в нём совершенно не играло любопытство, а только лишь неумолимое желание помочь. -Тебе же ведь лучше станет. -Это ладно. Вы мне лучше скажите, а что стало с этой деревней?

На это священник окинул взглядом церковь. Затем потёр седую бороду, а уже потом сказал: -Давно это было. То ли пятьдесят пять, то ли пятьдесят три года назад я переехал сюда. Да, и вправду давно. В те дни это была ещё новая деревня, и я приехал в неё священником, сразу после смерти моего брата. Но в целом про брата ты и так всё знаешь. -А как же так получилось, что деревня была без какого-либо ограждения? Или она была построена незаконно? -Ты совершенно прав, вот именно что она была построена незаконно, а приезжали в неё в основном только золотоискатели и отдыхающие от больших городов люди. А значит, недолго и нужна была им эта земля. -А как же вы решили, что именно здесь ваш путь заканчивается? Да и, если не секрет, как вообще казнь вашего брата повлияла на вас так, что вы стали священником?

Старец нахмурился и уже хотел вспылить, но затем успокоился и сказал: -Эх, ладно. Такое ведь пережили, -сказал священник и миролюбиво посмотрел на наездника. -Я приехал сюда, так как ехать мне было некуда. Брат умер, да и считал я тогда, что он якобы вор и преступник. Мать и отец тоже… Но говорить я тебе об этом не хочу. А после всего этого у меня не только денег, но и вообще надежды не было. А в Лос-Анджелесе мне делать было нечего, да и что мне -священнику -там делать? А в это время как раз был набор в этот городишко. Ну, я и двинул туда. В то время я был безрассуден, да и мою душу щипало то, что мой брат, как мне казалось, был преступником. Я много раз жалел о том, что уехал, не одну ночь провёл в одиночестве, но всё же я делал то, что хотел: помогал облегчить душу людям и делал их жизнь легче. А потом… А потом, когда приехали нас забирать, сказали, что билет платный. За меня никто не заплатил, как я и ожидал. Так я здесь и остался один. Я отбивался от нежити, набирал воду, пытался найти еду -благо в подвале были тесто, мука и сухари. Также я отбивался от нежити и, конечно, следил за этим садом. Вот так.

-Ого! Вы тоже жили в Лос-Анджелесе? -спросил наездник, внимательно слушая историю. -Да. Но я никогда этого и не скрывал. А всё же тебе советую мне рассказать, что у тебя на душе. Легче станет.

Но на это человек в броне ничего не ответил.

В это время Филипп и Артур почти полностью залили воду. Зелёные деревья сада играли в утреннем солнце, а их листва всё зеленела. Через некоторое время наездник встал с лавки и сказал: -Мне пора. Вы точно хотите остать.ся здесь? Всё же с нами вы поедете бесплатно. -Нет, я уже привык к этому месту. Да и озерцо у меня ещё не полностью водой залито. Так что я останусь здесь.

На это человек в броне кивнул и пошёл к локомотиву. -Постой! -закричал вдруг священник.

Наездник повернулся. -Постой! Постой! Ты ведь сказал, у тебя лошадь на паровозе? Верно? -сказал священник. -Ну да, -сказал слегка ошеломлённо наездник. -А монстры её не съели?

На это человек в броне засмеялся, а затем сказал: -Мой испанский мустанг приучен к этим местам. Ха-ха! Он обучен так, что во время нашествия убегает с невероятной скоростью от них, даже со мной! А один он и подавно справится. -А! Вот как! Ну ты и смешной… Езжай с богом, -сказал с доброй улыбкой священник, слегка посмеявшись.

После этого наездник обернулся и ровной походкой пошёл к железной дороге. В это время машинист и стрелок были готовы отъезжать -они стояли на самом краю тендера и ждали человека в броне. В это время лошадь бегала рядом и наматывала бесчисленный круг, оставляя следы копыт.

-А всё же что произошло прошлой ночью? -спросил Филипп. -Ничего, я же говорю: ты просто заснул, а затем мы приехали в деревню, -ответил Артур. -Хм, странно, а чего вы меня не разбудили, когда в деревню шли? -Будить не хотели. -Ого! Спасибо, я просто прекрасно выспался! -Выспался? Отлично, значит, паровоз повезёшь ты, -сказал, засмеявшись, Артур. -Да где этот, в броне?! Сколько нам ещё его ждать?! -сказал Филипп, явно переводя тему.

Мгновенно из-за деревьев вышел наездник. Он всё слышал и, поправляя свою шляпу, со смехом сказал: -Ха-ха. Это так на тебя призрак повлиял? Или ты всегда такой был? -Да я?! Погоди... В меня что, призрак вселялся?! Артур, разъясни! Что за ерунда?! -тут же сказал Филипп.

Но на это машинист ничего не ответил.

Человек в броне стоял у самого поезда, но ничего не говорил. Было видно, что прошлая ночь его поразила: его лицо было приподнято, глаза широко открыты, а на губах играла улыбка. -Ха-ха! Ну и смешные вы. Но мне пора, -сказал наездник и свистнул.

К нему подбежала его лошадь, и он, подпрыгнув, сел на неё на лету. На лицах стрелка и машиниста появилось непонимание. -Погоди. А ты что, один поедешь? -спросил Артур. -Ну да. Что-то я с вами засиделся. Мне пора, -ответил наездник, а затем добавил: -Но признаю, с вами было весело! Вы, ребята, безбашенные, но далеко пойдёте. Хоть у вас и много проблем, но я верю, что вы сможете всё преодолеть. А, кстати, у вас угля мало, так что заглядывайте в карту -ну, ту, что я вам подкинул, -там увидите, где шахта.

Мужчины на локомотиве были ошарашены наповал. Артур непонимающе смотрел на него, а затем сказал: -А, так вот откуда эта карта! Постойте, а как вас вообще зовут? -Ха. Меня зовут Джонни Рейл. Но все меня почему-то называют мистер Рейл. Наверное, имя Джонни не сильно подходит моему виду, ха-ха, -сказал наездник, а затем добавил, смотря на Филиппа: -А, кстати, Филипп, верно? Та девушка со светлыми волосами в отеле знакома тебе, ведь так? -Да... Погоди, но я не говорил тебе, что у неё светлые волосы! Как ты узнал?! -закричал Филипп, но на это Джонни засмеялся ещё сильнее и, шлёпнув поводьями, умчался поперёк железных рельсов.

Глава 7 "Больница и прошлое Люси"

А в то время, когда Филипп и Артур ещё убегали из поддельного городка, Люси уже приближалась к центру города Лос-Анджелес. Вокруг были огромные кирпичные многоэтажные здания, некоторые из них были с плоской крышей, а некоторые - с треугольной, но нашу миловидную девушку это ни капли не интересовало. Мимо неё шли несколько десятков людей в разных костюмах и интересных шляпах, но, как и со зданиями, ей это было не интересно. Её лицо отдавало грустью и серостью: тонкие бровки были нахмурены, уголки розовых губ опущены, взгляд то и дело опускался вниз на дорожку, светлые волосы бесконтрольно двигались на ветру, как и платье, а походка была сбивчивой, ведь она никак не могла сосредоточиться, и её волнительные мысли не давали ей покоя. Каждый раз, когда она задумывалась о чём-то, она хмурила бровки и начинала морщиться.

«Ох... Бедная мисс Мэри. Я ведь оставила её одну в том отеле вместе с теми злыми людьми в чёрных шляпах. Они ведь за мной пришли, не за ней, а значит... Ох, как мне страшно за неё! Они ведь точно ей как-нибудь навредят! Зря, зря я оставила её одну. Лучше бы я там осталась, так было бы лучше! Зачем, зачем я вообще ушла? Так ещё и то, что они мне сказали про Филиппа... Нет! Я просто не могу поверить, что он плохой человек, я видела у него доброе сердце. Да и тем людям точно нельзя доверять, я сама видела, как они ходили по улицам и заманивали людей в дальние проулки между домами. Да, им точно нельзя доверять, но даже так я за него переживаю. Хоть я и видела его всего один-два раза, я верю: он хороший человек и никак не мог делать то, что говорил тот мужчина. Филипп ведь был так мил со мной и спас меня, он ведь не мог так поступить... Но даже если бы и поступил, то из добрых побуждений».

Вдруг навстречу ей вылетел маленький мальчик лет восьми. Он был одет как обычный газетчик: тёмно-синий сюртук с железными кнопками, спустившийся ему до пояса, белая фуражка, так же не по его размеру, кожаные сапоги, и с огромной сумкой с газетами. Он кричал во всё горло писклявым голосом: - Не вероятное похищение поезда «Чугун» прямо из депо Лос-Анджелеса! Прямо в первую ночь нашествия! Читайте всего за два пенни!».

Тут же миловидная девушка, выпучив глаза, подбежала к нему с двумя несчастными монетами и, вручив их ему, схватила газету с новостями. Люси читала так быстро, как только могла от нетерпения. Её личико мгновенно побледнело, а бровки поднялись:

«Новости этой недели: двое неизвестных около девяти ночи пробрались в депо в городе Лос-Анджелес, убили охранника и выкрали паровоз». Она продолжила читать, но ничего больше не получила. Из её глаз вот-вот готовы были вытечь слёзы, но она сдерживала их.

«Значит, он всё же угнал его... Нет, не может быть! А хотя... Он же ведь сказал мне тогда, что побежит в депо! Так значит, он всё же вор, но хотя что-то здесь не сходится. Мне сказали, что он ранил их командира, а не охранника. Что-то тут явно нечисто».

Затем под тяжестью мыслей она перевела взгляд на нижний столбец: местные новости Лос-Анджелеса. Взгляд начал летать по буквам:

«Итак, утренние новости Лос-Анджелеса: утро стартовало не с кофе, а с ошеломляющего происшествия! Не успели мы ещё отвлечься от угона паровоза, как несколько часов назад прямо на глазах очевидцев стало известно, что на владелицу отеля „Golden tree“ совершили ужасное нападение. На данный момент нападавший неизвестен. Но, к счастью, доблестные солдаты смогли прийти на помощь и помогли раненой женщине дойти до госпиталя. Как известно, ей порезали руку тупым предметом в области вены. На данный момент раненая находится в главном госпитале, где лечится по страховке, так что можете не переживать о пожилой даме. Вот такое утро, а мы напоминаем вам, что уже через неделю вас ждёт интервью неподражаемой Лизы Стоун с 32-м президентом Америки».

Мгновенно Люси расплакалась прямо на улице, прикрыв рот рукой, чтобы не взвыть. Газета вылетела из её мягких рук. Её круглое лицо забагровело, а с подбородка уже начинали капать прозрачные солёные слёзы.

«Зря! Зря я ушла! Бедная мисс Мэри. Это из-за меня всё!» - плача, шептала Люси, но затем, собравшись с силами, она встревоженно побежала к центру города. Из её глаз всё так же текли слёзы, хоть и были они уже больше остаточными.

Прохожие никак не замечали её слёз, и неразличимые силуэты проходили около неё, и только солдаты в своих жёлтых формах посматривали издалека. Люси пробиралась сквозь толпы людей, и чем ближе был центр города, тем больше людей становилось рядом, но это никак не страшило и не удивляло миловидную девушку - у неё на уме были совершенно другие мысли.

«Бедная Мэри! Это точно те люди в чёрных шляпах, это они. Так ещё и когда я только узнала про Филиппа... Значит, он всё-таки вор, и меня не обманули, но ведь он ранил командира. Что-то тут не сходится... Но даже так я всё ещё верю. Верю! Верю, что он не плохой человек».

Позади неё шёл некто с коричневым чемоданом и выброшенной газетой Люси. В толпе его было не различить. На голове, впрочем как и у всех, был цилиндр, а на левой части его рубашки была булавка с красным цветком. С каждым шагом он приближался к миловидной девушке с заплаканным лицом, до того момента пока не начал дышать ей прямо в спину.

Люси перевела взгляд и тут же заметила коричневый чемодан. Он выглядел точь-в-точь как у стрелка. Она мгновенно задрожала. В мыслях сплёлся клубок, и она, не задумываясь, повернулась к человеку сзади: - Филипп! Вы меня узнали?! Это я, та девушка из оте... - сказала Люси, но затем, подняв голову, увидела совершенно незнакомого человека. - Ой. Простите, я обозналась! - произнесла Люси и тут же отпрыгнула от него. - Эх! Какие вы тут все несносные! - пробормотал незнакомец. - Это не вы обронили эту газету и заплакали?

Молодая девушка посмотрела на его руку. В ней была газета с новостями. - Да. Моя, - пробормотала Люси. - Вы ведь знаете человека из этой газеты? - спросил незнакомец. - Скорее всего, да. Там долгая история... - сказала, задумавшись, Люси. - Ага, - сказал незнакомец и мгновенно повеселел. - Отлично! Значит, вы знаете Артура Темберлайна! Ах, извините, что не успел представиться. Я - Август! Будем знакомы, миледи! - сказал вам уже знакомый Август. - Хорошо, будем знакомы, но я не знаю никакого Артура Темберлайна! Я знаю Филиппа... Хотя, может быть, это и есть второй человек в депо. - Да? Странно, но это не так важно. Вы так или иначе знакомы с людьми, укравшими паровоз? - Скорее всего, да. Но я не уверена... - Хорошо, тогда давайте лучше обговорим это в кафе или в ресторане, - сказал Август, посматривая на военных в жёлтой форме. - Нет, простите, я опаздываю. Мне срочно нужно в госпиталь, - прошептала удивлённо Люси. - Стойте, прошу! Дело крайней важности! - хотел сказать Август, но Люси уже начала уходить.

Тогда друг Артура мгновенно подбежал к ней и сказал: - Прошу прощения, понимаю, времени мало, но когда найдёте время - прошу, позвоните мне.

А после этого вложил в руку миловидной девушки бумажку с номером и несколько монет, а затем скрылся в толпе. Люси в это время стояла с удивлённым видом, но затем, опомнившись, повернула в сторону центра города. В этот раз у неё всё совершенно запуталось в голове:

«Нет, нет. Ничего не понимаю... Хотя ладно, я хотя бы знаю, что в депо был точно какой-то Артур. Хм... Видимо, какой-то аристократ, если смотреть, во что одет его приятель Август. Но Филипп не выглядит аристократом. Может быть, это просто его друг? А хотя, если бы у него были друзья-аристократы, то за ним бы не гонялись люди в чёрных шляпах. Нет, совершенно запуталась... Ладно, сейчас главное - прийти к Мэри и... хотя бы извиниться перед ней».

После этого она пыталась не думать об этом, а поскорее добраться до госпиталя.

Время шло: люди в разных костюмах, рубашках, брюках и галстуках всё больше и больше появлялись в отражении взгляда миловидной девушки. Вскоре и огромные автомобили стали появляться на дорогах. Шикарные чёрные капоты с двумя огромными фарами, складные крыши, скрытые колёса, а за лобовым стеклом - силуэты разных господ. Всё это Люси видела первый раз в своей жизни, но даже так она шла и не всматривалась в них.

Вскоре она дошла до центра города. Щёки были багровые, словно наливная смородина, на глазах ещё виднелись не высохшие слёзы, да и в целом образ миловидной девушки был грустен и печален. А госпиталя всё не было видно, лишь только маленькие магазинчики, отели и жилые многоэтажки, выстроенные узорами, давали простор улицам. Люси внимательно высматривала каждое здание и пыталась найти госпиталь.

«Нету. Нигде нет. Только эти гадкие магазины и здания. Это уже середина города! Где он может быть?!» - прокричала в уме молодая девушка, но продолжала идти.

Меж огромных зданий слева от Люси начал появляться низкий, по сравнению с многоэтажками, особняк из дерева. А на крыльце особняка стоял мужчина в котелке: на его губах блестело масло, рубашка была расстёгнута на две последние пуговицы, не выдержавшие натиска пухлой шеи, а рядом с ним стоял человек низкого роста с подносом в руках.

- Хе-хе. Этот Темберлайн, видно, совсем идиот! Хе-хе. Такое поместье сдал, - сказал с неуместным смехом человек с маслом на губах и неприятно шмыгнул носом.

Мгновенно миловидная девушка замедлила шаг и начала вслушиваться в его слова, услышав знакомую фамилию. - Хм... Не могу с вами не согласиться, мистер Давид Спотыкин, но, как мне кажется, Артур был не так уж и плох как руководитель, - ответил рядом стоящий человек с подносом, на котором остались лишь только крошки. - Хе-хе. Парень, или как там тебя, дворецкий, ты случаем с ума не сошёл? Он ведь не то что работать, он, мне кажется, разговаривать толком не умел. Хе-хе, - сказал Давид и неприятно шмыгнул снова. - Ты мне больше не говори такого. Ну это ладно, что-то меня в сон клонит. Вы уже переставили кровать в мой кабинет? - Хорошо, больше не буду так говорить, простите, - сказал дворецкий со страхом в голосе, а затем добавил: - Кровать мы переставили, но можно ли вас спросить? - Чего спросить? - спросил Давид, не дослушав. - Насчёт того договора с Артуром. А именно - строчка про то,что вы обязуетесь выдать мне ещё два выходных. - Что? Что за чушь?! Хе-хе. Ты что, меня обманываешь? Там было точно сказано: всего три рабочих дня! - Я про это и говорю. Три рабочих и четыре выходных. - Хе-хе. Какой ты идиот, в неделе ведь всего три дня!

Но на это человек с подносом ничего не ответил, а лишь попытался не засмеяться от таких соображений.

В это время Люси, услышав знакомую фамилию, внимательно слушала разговор, думая: «Что за день сегодня, все про этого Артура и говорят. Ладно, сейчас самое главное, что я должна сделать - это дойти до госпиталя. Ну где же он?!»

А двое на крыльце продолжили: - Я, конечно, извиняюсь, мистер Спотыкин, но в неделе семь дней, - сказал дворецкий, чуть не засмеявшись. - Хе-хе. Как и думал! Ты такой же идиот, как и Артур… Таких вещей не знать! Ха-ха, хе-хе, - посмеялся Давид, даже не понимая, какую глупость говорит, а затем добавил: - Дать бы тебе по шее за такие словечки, - сказал Давид и зашёл в особняк, шмыгнув носом один раз напоследок.

Человек с подносом остался один на крыльце. Вся улица продолжала движение и ничего не замечала, а молодая девушка Люси внимательно следила за ним. Он выдохнул. После этого поправил свою рубашку, положил поднос на пол и сел рядом. Он был всё также спокоен, но даже так было видно, что разговор его вымотал.

«Надо спросить у него про Темберлайна! Хотя нет. Надо идти в госпиталь к Мэри... А хотя я и так совсем без понятия, где он. Ладно, спрошу у него, где этот госпиталь», - подумала Люси и подбежала к особняку.

В тот же момент дворецкий вскричал: - Стоять! Частная территория! Вход посторонним запрещён! Я сейчас солда... - Стой, стойте! Пожалуйста, скажите, где находится госпиталь! Мне очень надо! - закричала Люси, испугавшись. - А. Ты только спросить. Радуйся, что этот сумасшедший ушёл. - А если можно, расскажите, кто это? - Нетушки! Я что тут тебе, бабка твоя, чтобы тебе что-то там рассказывать?! - Стой, стойте. Вообще я знакома с Темберлайном!

В этот момент человек с подносом осмотрел миловидную девушку сверху вниз, а затем сказал:

-На Лизу Stone, ты не очень смахиваешь! Сказал дворецкий

-Нет, нет. Я просто его давняя знакомая! Сказала Люси, припоминая где-то эту фамилию

На это дворецкий вздохнул и встал с пола.

-Ох... У этого Спотыкина ума как у курицы. А может быть и нет вообще. Сказал дворецкий, а затем добавил -Артур хотя бы к нам как к работникам хорошо относился.

-Да, я тоже по нему скучаю. А не знаете куда он поехал? Спросила Люси\

-Да откуда мне знать!? Просто в один день он призвал свою конницу и уехал, а кучер сказал лишь только то что он внезапно вышел из своей кареты и скрылся около депо. Куда же он запропастился? Так ещё сразу после этого этот дом сразу перешёл этому сыну губернатора.

-А Спотыкин это сын губернатора? Спросила удивлённо Люси

Человек с подносом мгновенно косо посмотрел на неё. А затем взглотнув сказал:

-А вы точно с Артуром знакомы?

-Да, просто я не очень помнишь этого Спотыкина. Произнесла остепенив Люси

-Вот и хорошо, что не помнишь. Этого сына губернатора лучше не помнить и не знать. Ну что же, а госпиталь находится вон за тем зданием. Сказал Дворецкий и показал зданием на одну из многоэтажек, а затем повернулся и внезапно зашёл в особняк, даже не попрощавшись.

Было видно, что человек с подносом слегка не доверял миловидной девушке, но настолько был огорчён и озлоблен на Давида, что закрыл на это глаза.

Сразу после того как Дворецкий захлопнул дверь Люси побежала к госпиталю, а Спотыкин к тому времени дошёл до кабинета и лежал в своей кровати. Кабинет приобрёл особенные черты Давида: на ранее чистом столе валялись разные скомканные бумажки, кляксы от чернильницы въелись в стол, тарелка от недоеденного завтрака осталась на столе, а в завершении всего бардака на краю стола стоял чёрный дисковый телефон. Занавески были завешены. А нынешний владелец поместья развалился на своей кровати поставленной прямо в кабинете. Давид даже не снял свою одежду и засопел прямо в уличной, смяв её. На его губах всё так же было масло. Всё поместье застыло: все дворецкие мирно сидели за столами и боялись даже пискнуть, ведь любой шум будил мерзкого владельца, что приводило к полной неразберихе. Столы были протёрты только в тех местах, где проходил Спотыкин, полы были чистыми там же, а свечи, ранее зажжённые везде, теперь были потушены специально.

Вдруг дзиньканье телефона послышалось из кабинета. Давид мгновенно вскочил с кровати и взял трубку. На его лице виднелись страх и лёгкая сонливость. Его тело дрожало, а костяшки на руке, взявшей телефон, побелели. - Алло, - сказал дрожащим голосом Давид Спотыкин.

Из трубки незамедлительно послышался ответ: - Чемодан у вас? - Нет, сэр. В поместье его нет и, как говорят, никогда не было, - сказал Давид шёпотом. - Вы что, кому-то рассказывали о чемодане? Или вы оговорились? - Сэр, только я и вы знаем о нём, - сказал Давид серьёзно, но затем добавил: - Ну и, конечно, другие ваши подчинённые. - Это верно. Но меня смущает то, что чемодана у вас нет. Как мне стало известно, и у Артура его тоже нет. Это меня злит, - сказал голос из трубки, а затем добавил: - Я даю вам три дня, Спотыкин, на нахождение чемодана в поместье. А если не найдёте, знайте: поддельный город, полный убийц, не был разрушен. - Х-хорошо, мистер Президент, - сказал Давид, и звонок оборвался.

Тут же Спотыкин вылетел из кабинета и начал созывать слуг.

Миловидная девушка Люси почти добежала до госпиталя. На её лице виднелось счастье от того, что она вот-вот увидит Мэри, но и лёгкая печаль от того, что именно из-за неё та пострадала. Зелёные глаза Люси были сырыми от слёзок, брови подняты вверх, а дыхание было сбивчивым. Перед её взором показались двери госпиталя: это было огромное кирпичное здание в четыре этажа, его основание было покрашено в коричневый цвет, а вся остальная часть - в белый. На его боковой стороне было написано чёрными буквами: «Госпиталь Святого Викентия». Молодая девушка мгновенно подошла к двери и открыла её. Маленькая приёмная встретила её, за стойкой сидел мужчина в белом халате и в очках: - Добрый день, что-то случилось? - спросил он, подняв одну бровь. - У вас лежит и лечится Мэри Хэнд? - спросила, слегка задыхаясь, Люси. - У нас, - сказал мужчина в очках, перебирая папки с документами. - А что такое? И, если можно спросить, кто вы для неё? - Я её работница в отеле. Мне нужно срочно поговорить с ней, - сказала Люси. - Хм... - хмыкнул мужчина в очках, а затем сказал: - Вход в палаты пациентов разрешён только родственникам пациента и врачам. - Извините, но я её приближённая, Люси Рейл! - закричала вдруг Люси и взялась за ручку двери. - Так. Выйдите из помещения, или мне вызвать охрану? Я даю вам несколько секунд, - сказал мужчина в очках, нахмурив брови.

В этот момент миловидная девушка отошла от двери и начала выходить, но затем прошептала: - Извините, я просто хотела проведать пострадавшую из гостиницы, испугавшись за её состояние. Прошу, не вызывайте охрану.

На это доктор за стойкой только лишь махнул рукой и указал на выход. Люси повернулась, а на её лице появился румянец от грусти. - Постойте. Вы - Люси Рейл?

Молодая девушка повернулась: - Да. Это я, - сказала Люси.

Тут же мужчина в очках подобрел и, встав, подошёл к ней: - Ну что вы так! Сразу бы сказали. Бедная Мэри Хэнд перед тем, как её отвезли в госпиталь, так жалобно повторяла ваше имя. - Правда?! Прошу, отведите меня к ней! - произнесла Люси, и они пошли к палате дамы преклонных лет.

Около них мелькали белые коридоры и двери. Потом они поднимались по лестнице и проходили снова по коридорам. Люси была в буре эмоций: с одной стороны, её круглое лицо горело насыщенно-красным цветом от нетерпения встретить свою начальницу и от страха, а с другой - все светлые волосы были спутаны из-за ветра, а глаза покраснели от слёзок. Но даже так её походка была уверенной как никогда. В любой момент они могли остановиться около нужной двери и войти, но этого всё не случалось. Доктор словно ничего не выражал - был совершенно спокойным, умиротворённым и даже в каким-то степени весёлым, и это не очень нравилось миловидной девушке. Вдруг доктор и Люси остановились около двери. Тут же человек в очках постучал. - Мисс Мэри, к вам пришли гости, - сказал доктор и, открыв дверь, дал пройти миловидной девушке.

Люси прошла, а дверь в ту же минуту закрылась. На больничной койке лежала дама преклонных лет, ошеломлённая прибытием гостьи. Палата была чиста, как первый декабрьский снег: в ней была лишь белая кровать, тумбочка со стаканом воды, маленькое окно в стене с видом на оживлённую улицу и разъезжающие в разные стороны автомобили, а также огромный стеклянный шкаф с медикаментами. Сама Мэри была одета в скромные больничные одежды белого цвета, на голове был белый колпак, а на руке - швы. На её лице соединилось удивление и радость в один миг: толстые брови подняты, рот слегка приоткрыт, а голубые глаза прищуренно смотрели на Люси.

- Люси? - спросила Мэри, внезапно улыбнувшись. - Ох! Мисс Мэри, мне так жаль! Мне так жаль! - кинулась Люси к её койке. - Это ведь из-за меня вы ранили руку! Да? - Ха-ха. Что ты такое говоришь? Ты ни капли не виновата в том, что я сама сделала, - засмеялась Мэри. - То есть на вас не напали? - спросила Люси, стоя около койки Мэри. - Ну конечно. Я этому амиго только в гробу дамся. Люси, Люси... Ну что же ты так себя извела?! Видишь, и волосы все по запутались, - сказала Мэри и опять засмеялась. - Н-но зачем? Зачем вы так сделали? - спросила Люси, посмотрев прямо в глаза Мэри.

На это дама преклонных лет замолкла. Затем отвела взгляд к окну, а уже после этого спросила: - Ты помнишь, как ты появилась в моём отеле?

Миловидная девушка придержала ответ, но потом уверенно сказала: - Нет, я не очень помню... Я помню лишь то, что с раннего детства была у вас. - Ну да. Конечно, - прошептала Мэри, а затем посмотрела на Люси и начала рассказывать: - Ох... Люси. Это было целых семнадцать лет назад. В тот день была сильная гроза, и тучи летели, словно огромные замки в небесах, а дождевые капли там были с виноградину. В ту грозовую ночь появилась ты в моей жизни. Тогда я только открыла свою гостиницу «Golden tree», и всё шло своим чередом уже несколько месяцев, но только одно меня заставляло проливать слёзы каждую ночь - я не имела детей и иметь не могла. Да к тому же новостей с военной экспедиции моего мужа не было ровно год, и во всём отеле был траур. Но на моё счастье - даже поверить не могу - в тот момент в обычные двери отеля постучались. Я открыла. На пороге я встретила заплаканного мальчика в железной броне, железки на нём были не по размеру, а сам мальчик был уже на тот момент ростом чуть меньше двери. С его глаз капали огромные гроздья слёз, а в его трясущихся руках был младенец, закутанный в пелёнку. Он весь дрожал.

В тот момент я даже не успела ничего сказать, как он протянул мне этого младенца мокрыми руками и затем рыдающим голосом сказал: «Прошу вас, заберите мою сестру! Мне еле хватает еды, чтобы она не голодала, прошу вас, заберите её! Я ничего не могу вам дать, но...». В этот момент я взяла младенца на руки и мгновенно увидела её маленькие зелёные глазки. После этого мальчик закрыл лицо руками и что-то сказал, но даже сквозь шум дождя я расслышала тихое: «Прошу, защитите Люси. Вместо меня», - а затем этот мальчик в железной броне обернулся и ушёл. Я начала укачивать малышку на моих руках и закрыла дверь. В тот день я не только получила этого младенца, но и обрела счастье, и долгий траур в моём отеле закончился. Этим младенцем была ты, Люси. Я поклялась на крови, что буду защищать и оберегать тебя от всего, что есть в мире».

Сразу после этого дама преклонных лет заплакала и приобняла Люси, стоявшую над ней.

А доктор в очках набирал какой-то номер на дисковом телефоне больницы, а затем взял трубку и сказал всего несколько слов: «Люси Рейл у нас».

Глава 8 "Общество настоящих мужчин"

Поезд «Чугун» с Филиппом и Артуром отправился в дальний путь, отъехав от заброшенной деревни, в которой жил священник. Угля не хватало, зато воды было в полном достатке.

В это время стрелок довольно разлёгся на задней части поезда, радостный оттого, что наконец-то ему не мешает лошадь и мужчина в броне по имени Джонни Rail. Но даже так в его лице виднелась лёгкая грусть оттого, что его нет рядом. Хотя уже через некоторое время его снова нахлынули мысли о прекрасной зеленоглазой девушке из отеля, и он снова и снова вспоминал её образ, лишь изредка добавляя остатки угля в печь.

Машинист в это время всё так же, как и обычно, находился в своей кабине, рассматривал карту и пытался не заснуть. Но затем он внезапно крикнул:

- Эй, Филипп! Хочешь новость? - Ну давай вываливай, - сказал Филипп. - Мы уже проехали один штат, - сказал самодовольно машинист. - И хочу тебя порадовать: смотря на карту, скоро будет ещё один город!

Стрелок в это же момент посмотрел на чистое небо и ответил; под звуки паровоза тихо прошептал: - Чудно. Я счастлив.

Они только отъехали от старой деревни, но даже в тот момент паровоз уже был за горизонтом. Священник снова остался в одиночестве, но это его не сильно заботило.

Старец сидел в своём саду и любовался красотой утренней природы: солнце только недавно выглянуло, но уже пекло и согревало священника; голубое небо поражало своей ясностью, и только в местах, куда доставали тонкие кроны деревьев, прозрачные листья озеленяли голубовато-белое небо.

Морщинистое лицо старца в спокойствии расплывалось, и в его полуприкрытых глазах виднелось умиротворение. Груз, лежавший на его плечах ровно 56 лет, растаял, и ему больше незачем переживать: всё в его жизни встало на свои места. Он знал, что всё, что случилось с ним, привело его туда, где он сейчас, и ему это нравилось.

Но только лишь одна мысль, словно мошка, не давала ему уйти в полный покой и, словно нарастающая волна, потихоньку набирала силу. И не зря: «Всё же они должны прийти ко мне. Как бы я этого ни хотел сейчас, задержать того в броне у меня не получилось».

Уже через некоторое время старец почувствовал, как кто-то вошёл в его деревушку - это было отчётливо понятно по шагам и резкому хрусту, доносившемуся из глубины деревни.

«Билли…» - произнёс спокойным тоном старец и начал ожидать, когда же гость подойдёт к нему.

Он опять был прав. Вскоре шаги стали ближе, а затем показался и его особенный запах, а именно - запах яичницы с жареным мясом, что был только у одного знакомого вам человека. Нет, он не был шумным, и от него не сильно пахло; просто у священника, даже в его возрасте, был прекрасный слух и нюх, словно у отличного охотника и парфюмера в одном флаконе.

А когда шум достиг своего предела, на тропинке в саду за церковью, где и сидел старец, показался мужчина в кожаной шляпе и с леопардовой бахромой. Тут же в глазах священника показалась лёгкая неприязнь, но затем он легко сменил выражение лица на более доброе и, улыбнувшись, сказал:

- Здравствуй, ковбой Билли. Как тебя в такие края занесло? Или в том подставном городке кормят плохо? - Ха-ха! Рад, что вспомнил, святой отец. Я вот тебя пришёл проведать! - ответил ковбой Билл, но затем добавил: - Буду с тобой честен: меня отправил мой босс. И я пришёл не просто так, - сказал Билл, помолчал, а затем добавил: - Он дал мне приказ опросить вас. - Ну так спрашивай, - сказал священник, улыбаясь. - Я тут уже как пол своей жизни один. - К тебе не заезжало два человека на паровозе? Один в цилиндре, а другой с револьвером.

Старец опустил голову и промолчал. - А человека в броне встречали? - спросил Билл, нахмурив брови.

Затем старец всё-таки поднял голову и медленно вздохнул, и только потом сказал: - Да, двоих встречал... Но вот человека в броне... Нет, человека в броне я не видел. - Хорошо, а чемодана у них не было? Или, может, на их паровозе? - спросил Билл, присев рядом. - Нет, ничего такого не было, но про то, что могло быть на паровозе, я не знаю, - сказал священник. - А про человека в броне - мистера Рейла - они говорили? - спросил ковбой Билл, вздыхая от грусти. - Нет, - сказал священник, по его лицу нельзя было сказать, что он врёт, но в это время всё его сердце словно обливалось кровью.

Ковбой опустил голову. - Что-то не так? - спросил священник, а затем добавил, улыбаясь: - Если тебе плохо на душе, ты можешь рассказать, легче станет. - Нет, нет. Всё хорошо, просто всё заходит в тупик. Так ещё и этот Рейл... Я не знаю, что делать. Приду обратно - мой начальник мне голову скрутит. А хотя какой он мне начальник? Просто никто в синем смокинге. Как он вообще стал президентом?

На это священник промолчал, лишь заметив: - В тебе горит свободный дух. Ты словно орёл, скованный в клетке. Тебя медленно душат, а ты не можешь этому противостоять.

На лице Билла всё было написано: священник был полностью прав и попал ровно в яблочко. - Меня также попросили, чтобы вы приехали к нему, - сказал угрюмо Билл с явной грустью. - Хорошо, я приеду к нему, но вот только на чём? - спросил шутливо священник. - У меня ведь и мула нет! - Ничего. Вы поедете со мной.

На это старец облокотился на скамью, подумав: «Так я и думал, этот президент в синем костюме из меня все кишки вырвет и информацию в придачу». Но затем он лишь сказал в ответ ковбою: «Да, я поеду», - и после этого они встали со скамьи и направились к лошади Билла.

А в это время Филипп и Артур всё так же продолжали ехать. Глаза машиниста уже начинали закрываться, и он держался изо всех сил, чтобы не вырубиться. Он уже шатался из стороны в сторону, а в это время стрелок лежал, положив одну ногу на другую, и о чём-то раздумывал. Артур не спал уже двое суток. - Эй, Филипп! У меня глаза уже просто закрываются, пожалуйста, замени меня... - сказал Артур.

Филипп мгновенно встал. Затем он подошёл к кабине и озадаченно спросил: - Заменить? Я ведь не умею, ты чего. Может, просто поспишь, а потом поедем?

Машинист, шатаясь, ничего не ответил. Но затем молча повернул голову и показал свои красные от лопнувших сосудов, сонные глаза. - Нет. Мы поедем дальше, у нас мало времени... - сказал внезапно Артур, а затем пробормотал, показывая на приборную панель: - Паровоз модифицированный и имеет всего два показателя: топливо и скорость. С какой силой на рычаг надавишь, такой будет и скорость. Я спать.

После чего Артур отошёл от своего места и, похлопав по плечу стрелка, вышел из кабины. Филипп встал на его место. Всё было просто, как и говорил машинист: только держи рычаг и смотри, что спереди, иногда подкидывая угля. И поэтому стрелок вскоре опять погрузился в мысли, и его окатила очередная волна воспоминаний. Словно от тёплого ветра, на его шее появились мурашки, и он полностью покрылся водной гладью воспоминания.

После того как Пётр спас Филиппа от Дмитрия Серебряная Рука, они направились к особняку. Они проходили около огромных зданий маленького городка. Сам по себе город находился отдельно, недалеко от Лос-Анджелеса, и, как было уже сказано, в нём жили в основном только зажиточные люди. Поэтому, пока они шли, с разных сторон их радовали огромные дома с маленькими дворами, в которых в основном были фонтаны, разные деревья и кусты. Пока они шли, стрелок задавал огромное количество вопросов своему спасителю: - Большое вам спасибо за спасение. Но зачем вы меня спасли? - спросил Филипп, улыбаясь. - Ох-ох. Ну наконец-то ты спросил. Скажу тебе сразу: я не просто так отдал за тебя выкуп. Теперь ты будешь работать на меня, а именно - ты будешь садовником, - сказал Пётр, а затем добавил: - А, ну и конечно, ты будешь успевать на скачки, не волнуйся.

В этот момент стрелок открыл рот от удивления: - Откуда вы знаете об этом? Откуда вы знаете, что я занимаюсь скачками?! - Ха-ха. Ну а как же не знать о человеке, занявшем третье место на скачках несколько месяцев назад в Сан-Франциско?! Я был на них и тут же заприметил вас, и не только я. Моя жена Екатерина была просто без ума от вас, - ответил Пётр, засмеявшись.

Даже в этот момент было видно, что спаситель Филиппа разговаривал с ним совершенно по-другому, чем с Дмитрием Серебряная Рука. Филипп даже слегка покраснел, но было видно, что вопросов у него осталось немало: - Спасибо вам большое, но если вы сразу знали меня по скачкам, как так вышло, что вы меня встретили?

- Хм... Ха-ха. Как бы тебе так сказать. Дмитрий сам по себе редко ищет должников лично. Твоя ситуация была скорее исключением из-за того, что ему стало скучно сидеть в кабинете. Так о чём это я? Ах да, он просто вывешивает списки должников и указывает, до какого времени их не будут убивать, на обозрение высшей знати. - Так вы высшая знать! Вот это да. Мистер Пётр, верно? Вы ведь русский, да и ваша жена тоже русская... Как вы вообще попали сюда?

Но на этот вопрос спаситель решил не отвечать. - Ты бы лучше спросил, где ты будешь спать и есть. А хотя можешь и не спрашивать! Ты поселишься в одной из комнат особняка, а есть будешь с другими рабочими. В доме правил не очень много: только лишь ничего не ломать, не воровать и не отлынивать. А, ну и ещё одно, для тебя отдельно, - не открывай теплицу. - Хорошо, я буду следовать всему, что вы скажете! Но можно ещё у вас спросить? Я сразу заметил, что у вас и у Дмитрия русские имена... Неужели вы из Российской империи? И если да, то как вы добились чина высшей знати?! - Слушай, да мы вот-вот уже и придём, смотри - вот там уже крыша! - сказал Пётр и указал на треугольную верхушку здания.

Они шли дальше, и всё больше и больше начинали проступать кремовые верхушки этого здания. Нет, даже не здания, а огромного дворца. Вскоре стали видны огромные колонны, разноцветные витражи и высокие стены, а также невероятные и чудные статуи, словно из самого Рима. Да, Пётр был, несомненно, богат и ничуть не скромен.

Через некоторое время стрелок и его спаситель подошли вплотную к дому и, открыв две дубовые двери, вошли внутрь. На удивление, внутри их встретила небольшая прихожая. Это было даже не начало дома, а просто маленькая комнатка, в которой были скромная вешалка, коврик и дверь в само жилище. - Итак, Филипп, располагайся. Моя обитель - теперь и твой дом! - сказал Пётр и провёл рукой по воздуху.

В этот момент в прихожую вошла девушка в фартуке, явно ждавшая спасителя стрелка. Её лицо было настолько красиво, что нельзя было передать словами, а кудри вились и плавно покачивались из стороны в сторону. - Это же он - Тот самый, со скачек! - закричала вдруг женщина и быстро подошла к Петру и Филиппу. - Да, это он. Я всё-таки нашёл его, теперь он наш работник! Филипп, знакомься, это моя жена Екатерина. - Здравствуйте, - робко сказал Филипп, ошеломлённый ещё с того момента, когда его спасли от смерти. - Так, ладно, я пойду покажу работнику его рабочее место и комнату, - сказал внезапно Пётр и поцеловал Екатерину на прощание, после чего они прошли в сад на заднем дворе.

Сад, обвитый деревьями, зеленел на свету: в основном там были разные сорта деревьев, но при этом явно виднелись конюшня и качели в самом углу. И, конечно, в самой середине было что-то вроде сарайчика или маленького домика, на котором висел огромный чугунный замок. - Итак, работничек. Твоя задача - подстригать траву, ухаживать за деревьями и за лошадьми. Я думаю, теперь ты понял, почему именно тебя я выбрал работником. Да? - сказал Пётр. - Х-хорошо. А зачем вам вообще лошади в саду? - спросил Филипп. - Хо-хо. Я скажу тебе так: моя жена просто обожает лошадей, - сказал Пётр, а затем добавил: - На работу ты выйдешь завтра, а сейчас я покажу тебе твоё помещение.

Вдруг позади стрелка появился силуэт. Паровоз продолжал коптить небеса, а Филипп внезапно почувствовал, как кто-то стоит за его спиной. - Ладно, посплю позже, - это был Артур. - Вот-вот уже и доедем до города... Как там его... Бенд. Угля нам до него хватит точно, главное - подальше от города остановиться, - продолжил Артур сонным басом, уставившись на Филиппа гробовым взглядом. - Хорошо. А ты чего встал? Иди ещё поспи, ты даже двух часов не поспал, - сказал, слегка испугавшись за друга, стрелок. - Всё хорошо. Да и поспать я нормально не смогу: паровоз, словно бешеный, качается и шумит. Не умею я так спать, - сказал Артур и посмотрел красными от недосыпа глазами в окно.

Вокруг была лишь выжженная пустыня: огромные коричневые горы отбрасывали громадную тень, а солнце жёлто-багряным блином катилось по голубоватому утреннему небу. Вокруг не было ни души, и только лишь горячая стальная машина стояла на рельсах и ехала вдаль.

Прошло некоторое время, и солнце успело подняться выше от горизонта. Машинист загружал уголь, а стрелок, словно статуя, застыл на одном месте и только лишь следил за приборами. И лишь мысли о девушке из отеля не давали ему снова погрузиться в думы о давнем - о том, как он работал у Петра, и о многом другом. Артур в это время, сонный и с полузакрытыми глазами, добавлял угля и в полусонном бреду еле стоял на ногах. В его голове была лишь одна мысль: «И как он только справлялся тут? Тут труд рабский!».

Шло время, и вскоре они всё-таки приблизились к городу и остановили локомотив. Города не было ещё видно, но машинист точно и верно знал, что ещё пара метров - и их обнаружат.

Через пару секунд они спрыгнули с паровоза: Филипп быстро пересчитал пули и филигранно приземлился на мягкую землю, а Артур чуть не упал на пыльную песочную глину. Впереди был огромный путь, но приключенцы всё равно пошли к городу. К тому времени шинель стрелка была уже вся грязная от угля, рубашка страшно помята - до такого состояния, что сложно было найти на ней место без складки, его коричневые штаны так же были все испачканы, а шляпа на его голове, на удивление даже для него самого, была прострелена с того момента, когда они убегали из поддельного городка. У машиниста всё было получше: его чёрный костюм был испачкан и скомкан, дорогая белая рубашка хоть и не имела столько складок, но была вся испачкана в гнилой крови монстров, его брюки были под цвет угля, и не так была видна эта чернота, а его цилиндр, как и шляпа Филиппа, был прострелен, но только на его головном уборе отверстий было значительно больше. Но только одно было одинаково у них - это ужасная вонь, что шла от них. Словно смесь масла, тухлятины и пота соединилась в одном отвратном флаконе. Но запах Артура, признаться вам честно, хотя бы чуть-чуть был разбавлен давно .выветрившимся парфюмером. Прошло некоторое время, и вдали всё ближе и ближе начал появляться город, на воротах которого было написано чёрными буквами: «Bend».

Наконец они вошли внутрь городка. Он был не сильно большой: несколько домов и ранчо были то там, то тут раскиданы по территории. Они были огромны: в основном двухэтажные домишки с деревянными ровными крышами, ровными квадратными окнами и громадными вывесками. Очень часто проезжали повозки, а вдали виднелись деревья, покрытые лёгкой дымкой.

- Так, и что делать-то будем? - спросил Артур сонно. - Денег у нас ведь почти нет, всего-то двести долларов. Как мы уголь найдём?

На это Филипп немножко помолчал и ответил: - Да я вообще без единого понятия, признаюсь тебе честно. Придумаешь что-нибудь.

После этого они прошли дальше. - О! Отель! - прокричал Артур и застыл на месте.

Впереди за домами и вправду показался маленький каменный отель. - Погоди, а топливо? Ты ведь только про него говорил, - сказал озадаченно Филипп. - Нет, Филипп, если я сейчас же не лягу в тёплую и мягкую кровать, я просто рухну от бессилия! Меня просто ужасно клонит в сон, и спину ломит, а ещё!.. А ещё!.. - Да иди выспись! Но только ты сам иди, я-то выспался, - сказал Филипп всё так же, по-доброму. - А хотя стой! Погоди, давай утренний выпуск новостей хотя бы глянем!

Около них и правда был маленький магазинчик с газетами. Он был абсолютно такой же, как и во всех городах, а за стойкой стоял мужчина средних лет. Машинист даже не успел что-то сказать, как стрелок мгновенно подвёл его к газетному киоску, бросил на стол последнюю мелочь, что у него была, и, беспардонно взяв газету, начал читать.

Заголовок гласил: «Дело локомотива „Чугун“: новые подробности о шокирующем деле!». Филипп и Артур сместились в тень здания и начали читать: «Новости этого дня: этой ночью грабители на паровозе „Чугун“ ворвались в город Шат на полной мощности и разнесли удерживающие ворота города - той же ночью город был полностью мобилизован. К несчастью, грабителей не было видно, но очевидцы поговаривают что людей на паровозе было трое. Но вчера ночью криминалисты и детективы предоставили нашей газете эксклюзивную информацию - по их словам, грабителей было всего двое и банда „Серебряной Руки“ к этому никак не причастна. Детективы и криминалисты всё ещё ищут улики. Всё ещё неясно, сколько было грабителей, но, как всем ясно, грабители продержались один день, и, по мнению многих, они всё ещё живы и продолжают путь. К несчастью, президент пока что молчит по этому поводу и не разрешает свозить солдат или перекрывать рельсовые ходы в целях безопасности. По этому поводу в народе растёт недовольство. На данный момент цена за голову грабителей составляет 7000 долларов».

Грабители паровоза выдохнули. А Артур сонно произнёс: - Фух... Ну, самое главное, что они хотя бы не знают, сколько нас человек. И то, что люди в городе не пострадали. - Меня больше напрягает, что награда за день повысилась на две тысячи... Ну ладно, иди в отель... - хотел сказать Филипп, но вдруг его лицо шутливо скривилось. - А хотя стой! - сказал Филипп и шмякнул Артура по уху. - Что такое? - спросил тот уже раздражённо.

В этот момент стрелок переместил свой взгляд на местные новости и начал читать: - Тут ещё смотри! Тут цены на лошадей подняли! На целых два пенни! - закричал Филипп, размахивая руками. - И что? - спросил Артур, расширив свои красные глаза. - А то! Тут скоро лошадь как паровоз будет стоить. А вот ещё... Местная бабушка готовит сногсшибательные пирожки с картошкой! Блин, а новость-то реально классная... - Филипп, я спать хочу дико. Я пойду в отель, - ответил сердито Артур. - Постой, постой! Ха-ха! - засмеялся Филипп. - Тут ещё около моста нашли кота в цилиндре! - Да какой ещё кот в цилиндре?! Ты с ума сошёл! - Да, может, это глава „Серебряной Руки“! Да я точно тебе говорю! Ха-ха! - Ладно, всё, закрывай газету. Я пошёл в отель. - А как же пирожки? Они ведь дарят редкую ловкость! И сытость! - Филипп, если ты газету не закроешь, я сейчас подарю тебе очень классный пинок! Я пошёл в отель. - Ладно, ладно. Ха-ха. Иди спи, - сказал весело Филипп и развернулся и пошёл искать топливо.

Машинист пошёл в огромное здание отеля. В это время в голове Артура был сонный кавардак, какой бывает перед самым засыпанием: словно все мысли были неразборчивы и сливались в одну кашу, выдавая бессмыслицу. Он сам не заметил, как дошёл до отеля и вошёл внутрь. Внутри всё было деревянное, и ни один элемент интерьера не был каменным. Посередине стоял стол, за которым сидели мужчина и женщина в белоснежных рубашках. - Добрый день, вы за комнатой? - спросил мгновенно мужчина, как только Артур вошёл. - Д-да... Спокойной ночи, ой, то есть с днём рождения. Извините, сонный, - сказал Артур, сам того не ожидая. - Сколько у вас стоит комната? - Ха, мы поняли, - сказала девушка, а затем добавила: - Всего ничего, два доллара, но для начала, пожалуйста, представьтесь. - Я Артур Темберлайн. Приехал... посмотреть на вашу природу, - ответил машинист и положил деньги на стол.

После этого всё для него было словно в тумане: мужчина встал, затем они быстро прошли по коридору, потом поднялись по лестнице, но в конце концов его всё-таки проводили до комнаты. Он лёг на кровать и мгновенно заснул. Время шло.

Стрелок в это время всё ещё искал, чем бы заправить паровоз. Он проходил около домов и никак не мог приложить ума, где взять топливо. А вокруг был лишь лес вдали и домишки: они были разные - одни магазины с седой, другие с сувенирами, третьи - госпиталями, а какие-то просто жилые. Но только лишь один дом отличался от остальных. Это был огромный амбар - весь деревянный, с треугольной крышей. Заинтересовавшись, стрелок подошёл ближе и с удивлением заметил: на нём большими чёрными буквами на табличке было написано: «Общество настоящих мужчин».

На лице Филиппа появилась ухмылка. «Может, склад какой-нибудь?» - пронеслось у него в голове.

В то время там стояло двое мужчин с чёрными бородами. Все их руки были в ссадинах, а лица разукрашены разными шрамами. Одеты они были в коричневые простые одежды. В их руках виднелись железные топоры, а на головах были шляпы того же цвета, что и одежда.

Стрелок навострил своё внимание на них. «Может быть, у них спрошу, что за склад», - подумал Филипп и подошёл ближе к амбару. - Добрый день! - крикнул стрелок, махая рукой одному из охранников.

В ответ ничего не последовало, и охранники остались в том же положении. - Не подскажете... - сказал Филипп и подошёл вплотную к одному из мужчин. - Не подскажете путнику, что это за амбарчик?! - Древесины это амбар, - сказал не воодушевлённо стражник и мгновенно наградил Филиппа таким взглядом, каким награждают лишь изредка самых гадких людей на свете. - Ясно. А что это за надпись такая интересная? - спросил Филипп. - Или это секрет какой-то?

На это охранники с презрением переглянулись. - Не твоего ума дело, сопляк, - сказал рядом стоящий охранник. - Ясно, ясно, ясно, - сказал стрелок и потянулся со страху к револьверу. - А вообще, есть ли в этом прекрасном месте другой амбар или другие места, где топливо... То есть, я имею в виду, другие места, где хранится что-то?

Тут же двое охранников снова переглянулись. «Чёрт, как же я так проговорился... Всё же мало я поспал», - подумал Филипп, но всё-таки не решился уходить. - Да, имеется одно, - сказал один из охранников.

Удар! Стрелок свалился с ног. Один из охранников ударил его прямо в переносицу. В глазах Филиппа потемнело, и он уже не помнил, что было дальше.

Двое охранников встали над телом стрелка. Один с гробовым взглядом сказал: - Тот самый? - Да я откуда знаю?! По-твоему, он в шутку про топливо спросил? Этот „Чугун“ - махина ещё та! Ей топлива нужно огромное количество! - сказал второй охранник.

И после этой фразы они взяли его за плечи и за ноги и понесли в амбар.

Прошло некоторое время. Пыль сыпалась вихрем на нашего героя, пока он, ничего не понимая, мирно лежал, не двигаясь и ничего не чувствуя. В его ушах стоял писк, а руки онемели. После этого его двое мужчин увели дальше в глубь здания, и только лишь револьвер, упавший на грязную землю, остался блестеть на солнце.

Вдруг Филипп пришёл в себя. Он был привязан к стулу. Перед ним стоял круглый стол, а за ним сидели несколько мужчин с длинными бородами до шеи. Сама комната была освещена лучами солнца через окно, при этом всё вокруг было в пыли и грязи, а где-то вдали чувствовался запах древесины. Сами мужчины были одеты в белые рубашки, а на их лицах так и читалось, что они словно отлиты из железа. Вдруг один из них сказал: - Ты паровоз украл? - Что? - спросил с отключки Филипп, но затем опомнился и сказал: - Нет, конечно! Я так, чисто путник.

Все недоверчиво продолжали смотреть на него. - А чего тогда шлялся около нашего склада? Или ты вор какой-нибудь?! - Нет, нет! Я просто название интересное увидел! И всё! Не всегда на амбарах такое увидишь, а тут ещё и со смыслом! - сказал Филипп. - Да хватит врать! - заорал вдруг рядом сидящий мужчина за столом. - Как ты смеешь так нагло лгать, так ещё и перед главами общества! Ты просто тюфяк, а не мужчина! - Тише, не кричи, - сказал, перебивая, другой человек с бородой. - Но соглашусь: поступок низкий.

В этот момент в стрелке словно что-то дрогнуло, и он заявил: - Я ничего не воровал! - Да ну! А название «Чугун» тебе ничего не говорит?! - сказал рядом стоящий человек.

В глазах Филиппа блеснул страх. Словно в них появился тот самый блеск, который бывает, только когда человек настолько сильно заврался, что любая громкая правда сбивает с него маску лжи, и прямо на лице написано: «Конечно, это правда!».

Все тут же нахмурились. И тут же мужчина с седой бородой сказал сильным басом: - Ты понимаешь и сам, что ты врёшь. Верно? Так ещё и кричишь в нашем доме. Я хочу сказать тебе лишь о том, что мы в любой момент обратимся к солдатам и... сам понимаешь.

В этот момент стрелок словно провалился под землю. Он понимал, что его раскрыли и уже деваться некуда. - Вы правы, - сказал Филипп. - И почему же вы сразу не обратились к военным? За меня же ведь выкуп большой дают, как-никак. - На это у меня есть ответ. Понимаешь ли, ты ведь сейчас не просто какой-то вор, ты - просто золото! С каждым днём ты всё дороже и дороже. Вот только в сегодняшней газете за тебя дали значительно больше, чем вчера, а представь, что будет через неделю! Ага. Вот именно: мы просто сдадим тебя тогда, когда твоя цена меняться долго не будет. Всё легко и просто.

В глазах стрелка блеснуло удивление. - И зачем же вы мне всё это рассказали? - спросил Филипп. - Ну как же. Настоящий мужчина не должен врать никогда! И ты уже не подходишь под критерий настоящего мужчины. Тюфяк.

Весь стол мгновенно засмеялся. В сердце Филиппа забилась злость: «Это я тюфяк?! А хотя какая разница, мне нужно как-то выбраться отсюда. Надо их как-то отвлечь», - подумал стрелок и тут же сказал: - А как же ложь во благо? А как же те моменты, когда ты защищаешь своих друзей и близких под щитом неправды?

Весь стол мгновенно замолк. - Помалкивай! Или ты нарываешься?! - прорычал один из членов общества.

Для начала я хочу сказать вам о том, что все мужчины за столом хоть и имели свои уникальные черты, но были так друг на друга похожи, что вы таких точно встречали на улицах: огромные мужики с угрожающим взглядом, в основном с бородами или совершенно лысые, а самый главный их отличительный признак - это костяшки рук, они у них всегда разбиты.

- Нет, нет. Просто я другого мнения насчёт этого вопроса. Вы не правы и ничего не знаете о том, кто такой настоящий мужчина! - сказал Филипп.

В тот же момент весь стол озверел. Все скрутили такие лица, словно были готовы убить стрелка, смяв его в руках. «Ох... Всё, приплыли. Сам виноват! Черти, тюфяком меня назвали», - подумал Филипп.

В это время Артур спал в своей кровати, раскинувшись в самой вальяжной позе. Ничего не предвещало беду. Его номер был не самый большой: тесная одноместная кровать стояла посередине комнаты, слева от машиниста сияли в утренней усладе белоснежные занавески, пропуская солнечные лучи из окна, обоев не было, и только лишь деревянные стены давали простор его сонной, уставшей голове.

В здание отеля зашла девушка. Она выглядела стильно и словно навязчиво просто: чёрная строгая юбка, тёмный пиджак, жилет, блузка, на удивление - каблуки, и самое главное, что её отличало от остальных, - красный шарф. Она ворвалась в отель и статно подошла к стойке. В то время пока она шла, мужчина и девушка в белых рубашках вместе сделали удивлённые лица, но затем, тут же откинув лишние мысли, начали слушать гостью. - Добрый день, - сказала девушка, слегка блеснув своими карими глазами. - Я... - хотела сказать гостья, но тут же была перебита. - Это ведь вы?! Неужели это и правда вы! Вы ведь репортёрша Лиза Стоун! - закричала вдруг девушка в белой рубашке за стойкой.

Девушка с красным шарфом ни капли не засмущалась и выдала: - Да, спасибо, что узнали. Но я приехала сюда не для того, чтобы просто порадовать ваш город, - сказала Лиза, высоко подняв голову. - А зачем же? - спросил мужчина, всё это время сидевший молча. - Так вот, к вам случайно не заходил человек по имени Артур Темберлайн? - спросила Лиза. - Да, да! - сказала девушка за стойкой и тут же, подскочив к ней, взяла своего кумира за руку и повела к спальне Артура.

Было видно, что работница была сильной фанаткой репортёрши и делала абсолютно всё, что та скажет. В то время пока они шли, Лиза ступала спокойно и уверенно - так, словно она раскрыла преступление века. Они в ту же минуту поднялись к номеру машиниста.

Артур мирно посапывал на кровати и ничего не подозревал. Он был таким уставшим и сонным, что без капли сомнения вырубился. Дверь распахнулась. Лиза зашла в комнату, закрыв за собой дверь, а девушка в белой рубашке осталась в коридоре, слушая разговор. Ветер подул из окна. - Артур, просыпайся, - сказала тихо Лиза.

На это Артур открыл глаза и пустым взглядом посмотрел на неё, приподнимаясь. - Лиза?! - сказал Артур тихо. - Да. Это я. Как видишь, - ответила холодно Лиза. - Но... что ты здесь делаешь? Или это сон? - спросил Артур. - Ты ведь, вроде как, должна быть в Нью-Йорке. Там ведь интервью с президентом. - Да. Должна была быть. А ты говорил, что после смерти отца будешь в Лос-Анджелесе. - Но как это возможно? - продолжил удивлённо Артур. - Ты ведь не могла так быстро преодолеть такое большое расстояние! Нет, это точно сон. Я просто должен лечь спать обратно. - Нет. Нет, это не сон, - сказала вкрадчиво Лиза. - Я тут недавно новость услышала. Паровоз «Чугун» - тебе ничего не говорит?

В тот же момент машиниста словно ударило током, и он полностью проснулся. - Ах, Лиза. Точно! Извини, что сразу не начал нормальный разговор. Просто сама видишь, я сейчас не в лучшем состоянии. Работа. Там недавно главная больница моего отца в Нью-Йорке сгорела. Вот, поехал. А про паровоз - я наслышан, газетная утка, не более, - сказал Артур, перемешивая бочонок правды с огромной поварёшкой лжи. - А... - протянула Лиза. - В Проклятый месяц? - Да. А когда иначе?! - А паровоз прямо около города просто так стоит, верно?

Машиниста кинуло в пот. «О нет. Мало того, что те убийцы знают, так ещё и Лиза! Мне конец. Сейчас придут солдаты, меня свяжут, и всё - я пропал. А хотя... Это ведь Лиза. Я её не первый день знаю», - подумал Артур. - Прошу, успокойся. Тут более запутанная история, - начал Артур. - Ты захотел уехать в Европу? Тебя подставили те партнёры, да? - спросила Лиза. - И ты, конечно, как всегда, не раздумывая, пустился в бой... - Да. Примерно так всё и было. А ты откуда знаешь?! - спросил Артур. - Я ведь тебя не первый день знаю. Ты всегда пускался в такие авантюры. Но вот только я думала, что ты купишь свой паровоз.

«А ведь она и правда каждый мой шаг предугадывает», - подумал Артур. - Вообще всё так и было. Я купил свой паровоз, но... Для начала, ты слышала про «Серебряную Руку»? - О боже. Они всё-таки замешаны. Но ведь в газетах?! - Тебе, как репортёру, больше чем кому-либо нужно знать, что газетам верят только дураки. Но факт лишь один - «Серебряная Рука» замешана в этой истории.

В это время работница продолжала стоять за закрытой дверью и ловила каждое их слово. - Ладно, но каким именно образом они в этом замешаны? - спросила Лиза. - Если вкратце, они гонялись за каким-то вором... Ладно, не вором. Они гонялись за должником, и в итоге так вышло, что они приняли меня за сообщника. А потом для меня самым главным было просто выжить. - А почему ты потом не поехал обратно?! - спросила Лиза, но затем тут же догадалась: - А-а. Ты сдружился с должником и в итоге не решился бросать в беде - на растерзание монстрам? Око за око.

«Да как это возможно! Вот что значит - знакомы с раннего детства», - подумал Артур. - Да ты прямо всё угадываешь. Но да, всё так и было. А ты зачем сюда приехала? Тебе в Нью-Йорке не сиделось?! - спросил Артур. - Да вот, знаешь ли... Приехала, так как кто-то «Чугун» украл. А у вас он буквально около города стоит, но не волнуйся - мои люди охраняют его, - сказала шутливо Лиза. - Да... Ты целый штат проехал! И нормально тебе? - На самом деле не очень. Я тут спал, так что... Может, я продолжу сон? - спросил так же шутливо Артур.

В этот момент репортёрша встала и попятилась к выходу. - А хотя стой! Найди, пожалуйста, Филиппа - того должника. Он пошёл топливо искать... Ты в городе погуляешь, может, найдёшь. У него револьвер Peacemaker - не перепутаешь, а вообще он в шляпе, - сказал Артур с улыбкой, засыпая.

В это время Лиза слегка смутилась, но не подала вида и положила руку на ручку двери. Девушка в белой рубашке мгновенно отпрыгнула от двери и побежала к стойке. В её голове много чего вертелось, но она, слегка запыхавшись, встала за своё рабочее место и замолкла. В это время репортёрша прошла мимо и, опрокинув свой взгляд на работницу, сказала лёгкое: «Спасибо», - и ушла.

В это время Филипп находился в амбаре, а «Общество настоящих мужчин» вот-вот готово было впасть в ярость, и между ними едва не начался большой спор. - Для начала хочу сказать, как я считаю: настоящий мужчина - это тот человек, что никогда, ни при каких обстоятельствах... - сказал Филипп, но был перебит. - Да как ты смеешь! - закричал мужчина с чёрной бородой. - Ты просто простак, что пришёл в наш дом, так ещё при этом и говоришь таким тоном! - Да?! Раз вы меня перебили, тогда давайте! Расскажите, кто же такой для вас настоящий мужчина! - сказал Филипп.

Весь стол обомлел от злости. Глаза покраснели, а мышцы вздулись у каждого, но только лишь у старика, сидевшего напротив стрелка, не было видно злости. На деревянном столе в то время было немного вещей, только один графин с водой и стопка книг.

-Значит рассказать!? Закричал в тот же момент мужчина с чёрной бородой и вскочил.

Удар. Щелчок покрыл весь сумбур. Это был старик. Он со всего маху ударил книгой по столу.

В тот же момент всё замолчали.

-Господа. Успокойтесь. Понимаю, перед нами простой маменькин сынок, так что без эмоций. Я вы позволите, я начну почему он не прав. Начал мужчина с едой бородой. -Для начала, он говорил что настоящий мужчина может соврать ради блага, как наше общество, что существует уже 40 лет, считает что ложь любом проявлении никогда не принесёт блага и только лишь слабые волей люди могут так думать. В то врем настоящий мужчина всеми силами будет сражаться за правду как бы она не была плоха.

-А что вы имеете ввиду под настоящим мужчиной? Спросил Филипп

-Настоящий мужчина - это тот человек, что имеет физическую силу, способность постоять за себя. Тот человек, что будет идти пережив ужасное горе, человек, что словно машина будет выполнять свои обязанности до смерти, тот кто способен не волноваться в самой ужасной ситуации и не испытывать эмоций. Тот кто может идти сам в одиночестве не испытывая страха. Вот кто такой настоящий мужчина Сказал старец

-Но как же эмоции? Это ведь очень важная часть человека в целом, а так вы просто описываете машину. Я считаю, что эмоции тоже важная часть мужчины. Сказал Филипп

-Ха-ха. Посмеялся мужчина с чёрной бородой. -То есть для тебя мужчина это мямля, что будет эмоционировать при каждом вздохе? Хватит ходить вокруг до коло! Скажи, кто такой для тебя настоящий мужчина! И покончи с этом, Тюфяк.

«Как они могут нести такую околесицу? Это просто какой-то ужас, но, боже мой, я докажу им кто тут на самом деле тюфяк.» - подумал Филипп

-А я скажу вам! Для меня настоящий мужчина это тот кто будет стоять последнего,, тот кто может поддержать в сложный час, тот кто силён морально, а не физически. Тот кто будет бесстрашен в сложные минуты. Но при этом, не забывает близких и имеет себя, ведь любой человек - это социальное существо. Тот кто имеет голову на плечах. - Как это вяло, - буркнул мужчина с чёрной бородой. - И как это поможет, если на тебя нападёт толпа? Твои мозги и эмоции никому не нужны в битве, - сказал мужчина с рыжей бородой. - Пф! - фыркнул Филипп. - Мужчина с умной головой в драку не полезет, мускулами и кулаками правды не докажешь. - Ну конечно, у самого-то макаронины вместо рук, - засмеялся мужчина с чёрной бородой.

«Да как он может такое говорить?!» - Филиппу стало неловко, его лицо сделалось неуверенным; эти слова его явно задели.

Признаться вам честно, хоть стрелок в тот момент, когда они добывали уголь на заброшенной шахте, и смог перенести кучу вагонеток, набитых топливом, сам он был тощим, словно ствол сосны, а его руки напоминали ветви.

- К тому же эмоции не просто делают мужчину слабее, они разъедают его, словно кислота - каменную глыбу, - выразился мужчина с рыжей бородой. - А кстати, вы говорили, что настоящий мужчина - это словно машина. Но разве машина не ломается при больших нагрузках? Для этого и нужны эмоции - эмоции не врут. Как только ты перегружаешься, ты это мгновенно почувствуешь эмоционально! - сказал Филипп. - Ха! Этим и отличается настоящий мужчина от слабака! Настоящий мужчина будет идти до конца, чего бы ему это ни стоило. Напролом, силой и с резвостью! - сказал мужчина с чёрной бородой. - Не соглашусь, ведь нельзя забывать про то, что самое главное в мужчине - это ум. Именно ум позволяет нам существовать. Даже в Средние века побеждали не сильные, побеждали расчётливые. И только гляньте: чем умнее страна, тем она сильнее, - да возьмите в пример любую страну Европы! - А вы читали про Римскую империю? - внезапно сказал старец с седой бородой. - Что? - тихо произнёс Филипп. - Римская империя. Та, что варвары развалили. Ну и как им помог ум?! Они были самой большой империей мира, а в итоге грубая сила варваров развалила её. Как мы и сказали: главное - сила.

«Точно... А ведь так и было. Но нет, быть такого не может - ум самое главное. Или, может быть, они правы?» - пробилась мысль в голову Филиппа. - Конечно, это так, но не будем забывать, что в развале Римской империи было множество причин. Но не забудьте тот момент, когда греки захватили Трою! Они взяли её не мышцами, а умом - спрятав войско в подарок в виде огромного коня! - вымолвил Филипп. - А если бы спартанцы имели ум? Они бы такого не допустили!»

- Ха. Да вот только эмоции расплавляют и ум, и силу. Всегда так было, - сказал мужчина с рыжей бородой. - Как только человек захлёбывается в эмоциях, он становится подобен младенцу: плачет, рыдает и ничего полезного, даже самой маленькой задачи, сделать не может. - Вот видите! Я же говорил: он не настоящий мужчина, так, просто тюфяк, половая тряпка! Сравнил кусок металла с живым человеком.

В это время взгляд стрелка уехал вниз, и он судорожно перебирал варианты. «Неужели... Это ведь правда, ум намного лучше силы. Но почему я тогда не могу это объяснить?» - подумал Филипп.

Вдруг мужчина с седой бородой заговорил, и его грубый голос ошеломил и заворожил стрелка: - Слушай, а ты слышал когда-нибудь о скалолазах?

Все удивлённо переглянулись, в том числе и стрелок. - Удивительные люди, - задумчиво продолжил старик с седой бородой. - Причём многие отправляются в горы одни. Без друзей, без любви всей жизни и без родственников. Они совершенно одни на огромной высоте. Я всегда удивляюсь им. Они ведь и вправду настоящие мужчины, верно? Я думаю, никто из вас не видел не мужественного скалолаза. Хотя, мне кажется, мало кто из вас знаком с альпинистами, а я был знаком с одним. Как он мне говорил, горы делают его сильнее. Придают ему мужественности. Он, можно сказать, проверял себя на каждой вылазке. Он был настоящим мужчиной. И после этого ты можешь говорить про то, что мужчина не может без общества? Настоящий мужчина сам пробивается через трудности. Вот что я хочу тебе сказать, тюфяк.

«А ведь старец и вправду говорит правду... А хотя нет... Я ведь всё-таки настоящий мужчина... А настоящий ли я мужчина? Или я тюфяк? О боже! Ещё и револьвер выпал», - пролетело в голове Филиппа с осознанием поражения. - Соглашусь с вами, но у него ведь тоже были близкие - например, вы, - сказал стрелок

Все замолчали. - Ты прав, парень, - прошептал старец. - У каждого мужчины есть семья и близкие, но, пойми, волю и мужество - настоящее мужество - ты берёшь из себя. Но разве близость делает тебя мужчиной? Неужели бойкость или ум делают тебя мужчиной?

На лице стрелка словно тенью легло столь видное сомнение, что каждый за столом заметил это. «Это правда... Он говорит правду. Но ведь я настоящий мужчина, я ведь не тюфяк... Так ли это?» - обдумывал Филипп, смотря на свои руки-ветки.

- Если бы ты был настоящим мужчиной, ты бы давно доказал нам это - не словом, а делом, - сказал мужчина с седой бородой.

В глазах стрелка появился отблеск, который бывает только тогда, когда человека пронзает невероятное потрясение. «Неужели это правда... Неужели я не настоящий мужчина, а просто тюфяк? Просто пацан. Лучше будет, если меня сдадут солдатам. Жать только, что с Артуром не попрощался», - пронеслось словно паровоз в голове Филиппа, и душа его разлилась, словно вода из графина, лежащего на столе.

В то время Лиза шла по улицам города Бенд. Она выглядела всё так же сногсшибательно и удивительно завораживающие, как и всегда, на её лице всё ещё играл румянец от встречи с давним приятелем, но при этом в её карих глазах читалось переживание. «Такими темпами умрёт он или того хуже... Ну, хотя бы с ним сейчас всё в порядке», - думала репортёрша, проходя по улицам небольшого городка.

В то время стрелка разыскивала не только она, но и все рабочие Лизы, которых у неё было море. Но нахождение Филиппа её не очень волновало. Она переживала за своего старого друга, ведь, зная его наперёд, понимала, что он, хоть и не показывая этого напрямую, будет идти до конца и не откажется от поездки. «Всегда ведь таким был. А хотя... Будет лучше, если он уедет. „Серебряная Рука“ ему голову скрутит. Да когда же они найдут этого паршивца?! Этот город что, с Нью-Йорк размером?!» - подумала Лиза.

Через некоторое время хождения около реки к ней всё-таки подошёл рабочий, тяжело запыхавшись: - Мисс Лиза! Мы нашли револьвер! - крикнул он. - Ну так где он? - спросила Лиза украдкой. - В том-то и дело, что мы нашли лишь только револьвер, самого носителя так и не нашли. - И почему вы тогда стоите?! Где был найден револьвер?! - сказала злостно Лиза, сорвавшись с места. - Около амбара с древесиной... - сказал неуверенно работник. - Может быть, вызвать солдат? Их тут полно... - Ни в коем случае! И даже не говори про них! Мы срочно должны пойти туда, веди, - тихо сказала Лиза, чуть ли не затыкая рот своему рабочему.

В тот же момент они кинулись к амбару, благо он был недалеко. Около здания уже собрались её люди и пристально рассматривали постройку. Вход больше никто не охранял, а окна были плотно закрыты, так что любой стук изнутри прошёл бы мимо чужих ушей. Репортёрша подошла ближе. На земле действительно валялся револьвер, а вокруг не было ни души - только вывеска «Общество настоящих мужчин» поскрипывала над их головами.

Она подошла и взяла оружие в руку. Пока рабочие активно перешёптывались и шушукались, Лиза подошла к массивной двери. - И что это за здание? - тихо спросила Лиза у одного из подчинённых. - Это амбар с древесиной, - ответил тот.

Репортёрша понимающе кивнула. Все застыли. - А-а... - протянула Лиза.

Удар! Дверь в тот же момент слетела с петель. Лиза ворвалась в здание и начала наставлять на всех револьвер. - Добрый день, отдайте, пожалуйста, этого человека! - закричала Лиза. - Отдать?! Да вы хоть понимаете, кто это?! - спросил мужчина с седой бородой. - Да и как вы вообще смеете врываться в наше помещение и тыкать в нас оружием?! - Вы забрали... забрали моего работника! - соврала Лиза. - Я требую вернуть его назад!

В помещении повисла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием собравшихся. Свет, проникающий через узкие окна, создавал причудливые тени на лицах мужчин, которые всё ещё держали руки поднятыми.

Внезапно проём снова содрогнулся. Другой работник вбежал в амбар с криком: - Мисс Лиза Стоун! К нам идут солдаты!

Все обомлели. Репортёрша чуть не свалилась с ног: она почувствовала, словно кровь застыла в её жилах, а всё общество так и осталось стоять на своих местах начав дрожать, и даже казалось, что их бороды стали седеть. - Как? Кто их вызвал? - спросила Лиза, едва выговаривая слова. - Так местные жители увидели, что мы собрались, и вызвали, - ответил простодушно работник.

В это время сам источник бед - стрелок - сидел молча, а зрачки в его глазах задрожали. «Вот и всё. Сейчас меня поймают», - подумал Филипп.

Все в комнате затихли. Дверь распахнулась. В амбаре появился высокий статный мужчина в жёлтой форме. - Добрый день, судари и... О боже... Лиза Стоун?! - внезапно прервался солдат. - Как вас занесло в такие дебри?

В то же время «Общество настоящих мужчин», словно маленькие дети, сидело в состоянии шока, и на их бледных лицах и красных щеках так и был написан страх. Стрелок так же был удивлён, но всё так же не мог понять, зачем репортёрша пришла за ним.

Лиза собралась и, сглотнув комок в горле, сказала: - Здравствуйте, сэр. Да вот, ехала с заданием в Лос-Анджелес, а тут моего работника вот так, посреди белого дня, забрали! Вы, может, разберётесь с этим? - Ах! - сказал удивлённо солдат. - Прошу прощения за неудобство. Попрошу именем закона отдать Лизе Стоун её работника, а иначе придётся принять меры.

В тот же момент мужчина с чёрной бородой заявил: - Прошу прощения, но данная особа, хоть и является очень важной личностью, ворвалась в нашу собственность и начала применять к нам угрожающие действия, тыкая в нас револьвером!

Мужчина в жёлтых одеждах в тот же момент подошёл к нему и сквозь зубы сказал: - Попрошу отдать нашей гостье её работника. Да и более того - не думал, что вы испугаетесь одной жалкой девушки.

После чего он развязал стрелка и боязливо отвёл его к репортёрше. В это время «Общество настоящих мужчин» даже не пискнуло и лишь только испуганным взглядом провожало Филиппа.

Стрелка подвели к Лизе, стоящей в самолюбивой позе. В тот же момент он почувствовал такое странное чувство, словно это уже происходило с ним, когда Пётр спас его, но в этот раз он не чувствовал прежней радости. «Меня спасли. Спасли, словно какого-то утопающего. Я и сам мог выбраться», - подумал обиженно Филипп, в то время как подошёл по её правую руку.

После этого к ним подошёл солдат и спросил:

-Вам нужно что-нибудь ещё?

-Нет. Сказала уверенно Лиза. -Но хотелось бы чтобы вы передали остальным солдатам чтобы не выходили за пределы города - это очень важно, вы узнаете когда можно будет выходить. Дело президентской важности.

Мужчина в жёлтых одеждах кивнул и выпроводил репортёршу,стрелка и всех рабочих из амбара. После этого случая Филипп никогда не слышал о «Обществе настоящих мужчин» и скорее всего уже никто про него не слышал, но остаток остался на его душе.

Глава 9 "Пришествие чёрной смерти в больницу"

Глава 9 В то время когда Мэри и Люси были в госпитале, а доктор в белой рубашке только звонил по телефону, где-то в почтовом архиве в Лос-Анджелесе лежало маленькое письмо. Уже как 40 лет оно лежит на месте, и никто его не торопится забрать.

А внутри него солдатским почерком написано:

Моей дорогой Мэри Ещё не могу я представить, Как мне сложно себя заставить Лечь спать, когда тебя рядом нету порой, И вспомнить не в силах, что такое покой.

О милая Мэри, не устала ещё? Надеюсь, что сердце не завяло твоё И ты в полном порядке сидишь у окна, И в полном порядке спишь, и одна.

Со мной всё сносно, только спать не могу, Меня каждый раз находят в страшном поту. Снятся кошмары мне каждую ночь, И лишь мысль о тебе помогает отогнать страхи прочь.

На поле битвы бушует пролитие крови, Мушкеты и обрезы рассекли мне брови. Я в ужасе бегал, шатался, бежал И только ради тебя рассудок сберегал.

И шрам мне кровавый на брови оставил - Подлый захватчик дрожа штыком ударил. Но не волнуйся, всё заживёт, И боль вся мгновенно пройдёт.

Я верю, что скоро всё прекратится, Война всё равно когда-нибудь завершится, И вернусь я обратно в объятия твои, И дотронусь до твоей нежной руки.

А с его обратной стороны было написано совершенно другим почерком, дрожавшей рукой: «Нашёл это письмо на столе - передаю с болью от его смерти, он не успел отправить, но я помню, как он каждый день вспоминал вас.». Наверное, это письмо никогда не будет доставлено. И на пыльном складе всегда будут оставаться лишь далёкие образы и потерянные мечты.

А в это время миловидная девушка и дама преклонного возраста разговаривали в больничной палате. Люси рыдала от услышанного, а Мэри словно наконец-то открыла душу. - То есть у меня всё-таки есть брат? - переспросила Люси, убрав волосы с лица. Дама преклонного возраста покачала головой и, всё так же смотря на солнечную улицу, ответила: - Да. Но Люси, пойми, я без единого понятия, кто он такой. Я искала. Искала его, но, как видишь... Его следов не видно нигде. Я даже не уверена, жив ли он ещё. - Но,почему ты мне не рассказывала этого? Ты ведь могла рассказать это в любой момент, - спросила Люси. - Я пыталась тебя защитить. А узнав про него, ты могла кинуться искать своего брата. Он может оказаться кем угодно. Совершенно. Грабителем, убийцей и того хуже. Но прошу, не обижайся и не пытайся его найти! Ты ведь и так... уже всё знаешь. - Мисс Мэри, ну что вы?! Как я могу обидеться на вас?! Я никогда не обижалась на вас. Никогда. В то же время доктор уже повесил трубку телефона и, прижавшись к стене, ожидал. Вся больница была в тиши. Не было даже писка. «Бедная девушка. Сама ведь сюда пришла. Ну, это уже не моя проблема», - сказал доктор в очках. Прошло время. Люси всё ещё была в госпитале. Двери в госпиталь открылись, и мужчина в очках, тот самый доктор, подбежал к пришедшим и тихим голосом прошептал: - Тише! Люси Rail ничего не знает о вашем прибытии. Вы не замечены. Весь госпиталь практически не заметно наполнился запахом гари, кожаных сапог. Несколько тёмных силуэтов стояли в дверном проёме, они были все как один, а самое главное, что их объединяло, - красные шарфы. - Мы не только к ней, - сказал вдруг один из толпы монотонным прокуренным басом, поправив на шляпе карту «Семёрка мечей». В тот же момент у доктора пробежал холодный пот по спине. - Оу. Мистер Дмитрий, и вы тоже здесь. А за кем же тогда? Дмитрий в тот же момент ухмыльнулся, а серебряный значок в виде руки подпрыгнул на его груди. - К знакомому из депо, - сказал Дмитрий и подмигнул. - Ага... Хорошо. Я вас понял. После этого доктор направился в палату «Знакомого». Вся больница к тому моменту уже полностью была заполнена запахом странной обречённости.

А Люси и Мэри всё ещё сидели в палате и никак не могли остановиться радоваться от встречи. Но вдруг миловидная что-то вспомнила и, повернувшись к даме преклонного возраста, сказала: - Мисс Мэри. Я вспомнила, что, пока шла к вам, я встретила кое-какого человека. - Ага. И кто это? - спросила, ни секунды не думая, Мэри. - Он, видимо, как-то связан с кражей паровоза, его зовут Август... У него ещё вид такой странный был: на груди странная брошка в виде красного цветка, на голове был цилиндр, а в руках чемодан - собирался, видимо, уезжать, - сказала просто Люси. - Он дал мне свой номер, и я думаю, стоит ли звонить ему, чтобы узнать тайну угона паровоза. Мэри насторожилась, словно что-то заставляло её сказать о важном, о чём-то тревожащем именно сейчас, но, видя встревоженность Люси, она сказала: - Ха. А ты точно должна узнать эту тайну? Зачем она вообще тебе нужна? Давай ты подождёшь моей выписки, и мы вместе пойдём в отель, забудем про все эти угоны, страхи, банды и просто останемся в добродушном доме. - Конечно, я подожду твоей выписки, но, мисс Мэри, и вы поймите! Я ведь не смогу заснуть, пока не узнаю, что же случилось с Филиппом! Это не будет опасно, я вас уверяю! - Хм. Ладно, это потом, - сказала Мэри, в тот же момент поменяв голос на более спокойный и басовый. - Говоришь, чемодан был у него... Прошу тебя, будь осторожней с теми, у кого есть хоть какие-то намёки на него... Особенно сейчас... - А что в нём такого? - спросила заинтересованно Люси. - Хм... Сейчас вся Америка поднята на уши, - сказала Мэри шёпотом. - «Серебряные руки» и многие другие ищут чемодан, в котором находится нечто ценное. Я не знаю, что там, да и слышала я про него вскользь, так, от одного приятеля с широченной улыбкой... Но сейчас всё по-другому. Нашёлся человек, у которого якобы есть этот чемодан... Но сейчас они пытаются понять точно ли он у него есть. Только прошу, Люси, я сделаю всё возможное для твоей защиты, только никому не говори про это и не расследуй это дело.

«Чемодан? Я думаю, мисс Мэри преувеличивает... Но я точно знаю, что, даже если что-то пойдёт не так, я выясню, что было с паровозом!» - пронеслось в мыслях миловидной девушки, и кивнула.

К этому времени силуэты и доктор в очках почти подошли к палате. Мужчина в очках к тому времени уже начинал поглядывать на гостей со страхом, который был с самого начала. Банда «Серебряной руки» выглядела авторитетно: огромные статные люди в чёрных одеждах, с сигарами в зубах и в красных шарфах, перевалились с ноги на ногу, разнося по всему госпиталю цокот. Их лиц почти не было видно под шляпами, и лишь только чёрные брови выглядывали. На их кобурах висели серебряные револьверы, блестящие на свету, - они-то и пугали доктора. Они подошли. Дверь, ведущая к палате, приоткрыта. - Ну что же, - сказал, пробивая густую тишину, Дмитрий. - Теперь дело за нами. Можете идти, доктор. - Х... Хорошо, сэр Дмитрий, но вы... - хотел сказать доктор, но в тот же момент был одарён кровожадным и густым взглядом Дмитрия. - Что я? - спросил Дмитрий, всосав дым из сигары. - Вы обещали, что вы одарите человека, кто нашёл Люси, - сказал доктор, вспотев, но затем добавил: - Н... Но вы, конечно, высокоуважаемый, можете отдать и не сейчас... Я так, чисто напомнил. На лице главаря банды «Серебряной руки» появилась улыбка во все 32 зуба. Они были белоснежные, словно снег. Он вздохнул и ответил: - Ну что же, раз уж ты нашёл. Пойдём. Только давай я отдам деньги один на один. - К... Конечно! Сэр Дмитрий «Серебряная рука»! Конечно! - радостно завопил доктор. - Господа. Подождите пару минут. Я вот-вот вернусь, - сказал монотонно Дмитрий, не убирая с лица улыбку. Все кивнули, а доктор радостно повёл главаря «Серебряных рук» в самое укромное место госпиталя - чулан. Вся банда в тот же момент выдохнула. В больнице повисла тишина, ничего не издавало шум, и только папиросы банды тихо трещали. Выстрел. Грохот разнёсся по всему госпиталю. Тут же из под двери чулана начала вытекать кровь доктора. Тут же Дмитрий с окровавленным револьвером вышел из чулана. Люси с Мэри нервно вскочили в своей палате. - О боже, что это было?! - вскрикнула Мэри. - Выстрел? - спросила Люси. «Точно! Точно они! Только они могут ворваться в госпиталь. Только эти руки могли ворваться сюда», - пронеслось в мыслях Мэри. Тут же дама преклонного возраста встала с постели и, взяв миловидную девушку за руку, повела её к шкафу. Люси начала вырываться, говоря: - Мэри, что вы делаете? - Тише, тише, Люси. Тут безопасно, - прошептала Мэри. - «Серебряные руки» здесь. Люси замолкла и притаилась в шкафу.

В это время вся банда с такими же лицами поглядела на чулан. Дверь в чулан распахнулась. В комнате повисло ожидание, запах крови ударил в нос. Из чулана показалась статная фигура Дмитрия. Весь в крови, его белые зубы, раскрытые в улыбке, блестели ещё сильнее, чёрная одежда полностью испачкалась в багровых цветах, и только красный шарф и алая рубашка остались такими же. Его голубые глаза дёргались в разные стороны, но при этом его шаг был таким же спокойным, а серебряный блеск револьвера прекратился. Он подошёл ближе к застывшей банде. Для них это не было удивлением. С его лица упала улыбка, и, стряхнув кровь со своих штанов, он сказал басом: - Господа, чего стоим? Не волнуйтесь, этот хам, что посмел так дерзко сказать про оплату самому мне уже отжил своё. Давайте пройдём к нашему товарищу. Все кивнули и отворили дверь перед главарём. Внутри всё было на удивление роскошно: огромные прелестные занавески синеватого цвета блестели на свету, роскошная постель стояла в самой середине палаты, шкаф с медикаментами с бирками на латыни и, самое интересное, огромная шкура льва под койкой (личное желание клиента), а на подоконнике лежала шляпа с красной лентой. Дмитрий вошёл. Тут же пациент ахнул, но не смог ничего рассказать. - Тише, тише. Не умри раньше времени. Я тут дело одно обсудить. Не волнуйся, врачей рядом нет... Теперь нет. Можешь рассказать всё, что знаешь. - О чём знаю? - спросил пациент. Дмитрий рассмеялся. - Ха-ха. А ты не знаешь? Пациент сделал удивлённое лицо, явно зная, о чём он. Он ничем не отличался от остальных в банде - абсолютно такая же внешность, но только лишь его живот был перевязан от раны выстрела. - Н... Нет, - сказал пациент, жадно наслаждаясь последними секундами жизни. Дмитрий, уже держа револьвер в руках, перебирал барабан, щёлкая им. - Да? То есть ты забыл тот день, когда я дал тебе словить Филиппа? - сказал Дмитрий. Мужчина на койке задрожал. - Да, простите, сэр, чуть не забыл. И что вам интересно из этого происшествия? - спросил мужчина на койке. - Ага. Так всё-таки вспомнил. Мне интересно только лишь одно: было ли что-то примечательное у Филиппа? Там, сумка какая-нибудь, папка с документами. Пациент затрясся. - Ну, как сказать... Я не очень хорошо его видел, - сказал мужчина на койке. Дмитрий вынул револьвер и начал щёлкать барабаном. - Ха-ха. Я не спрашивал, что ты помнишь. Отвечай. Тут же мужчина на кровати начал вспоминать, но через боль в животе сказал: - Мистер Дмитрий... - начал пациент. Глава банды наставил на него ствол. - Я помню лишь только то, что у него был... Чемодан, - сказал пациент, метнув руку под подушку. Выстрел. Мужчина на кровати упал, взявшись за сердце. «Чемодан?» - прошептал Дмитрий. - Подожди, стой! Скажи, что за чемодан?! Что в нём было?! - тяжёлым басом прокричал Дмитрий. На это уже посиневший от боли и внезапности пациент перевалился на другой бок с открытым ртом. - Что там было?! - переспросил с таким же криком Дмитрий. Мужчина на кровати через боль начал шептать. Дмитрий - глава «Серебряных рук» - с широко открытыми глазами подвёл голову ближе. «Пошёл вон! Исчадие ада», - прошептал, задыхаясь, пациент и тихо засмеялся. Он пытался прожить последние секунды жизни с достоинством. Дмитрий пошатнулся. Его сердце застучало чуть больше. Мужчина на кровати уже не дышал. В тот же момент главарь банды выбежал из палаты, громко шагая. - Что такое, сэр? Вы узнали, был ли у них чемодан или нет? - спросил заинтересованно один из банды. На это Дмитрий напряжённо промолчал, но затем сказал таким же спокойным басом: - Ничего. Идёмте к Люси, нам будет достаточно и этой информации, это полсностью всё объясняет. После этого под полную тишину вся банда направилась к Мэри и Люси в палату.

В это время там всё так же было тихо: дама преклонных лет лежала на кровати, а миловидная девушка стояла в шкафу, сжимая нож, подаренный ей Филиппом. Он был там с самого начала в кармане на юбке. И каждый раз, когда она вспоминала о стрелке, проводила пальцем по рукоятке. Дверь открылась. В палату медленным шагом вошёл Дмитрий и тут же подошёл к Мэри. - О боже! - вскрикнула Мэри и приподнялась. - Что вы тут делаете? - Можете не притворяться, мисс Мэри. Я знаю, что Люси у вас. В этот же момент Люси в шкафу вздрогнула. «Откуда он знает?» - пронеслось в её дрожащей от страха голове. - Ха. Простите, но её здесь нет, - ответила Мэри. - Вы, наверное, ошиблись палатой

-Нет-нет. Я не ошибался. Господа, попрошу проверить помещение, - сказал Дмитрий, и в комнату начали входить члены банды. - Стойте, стойте! - закричала Мэри. - Ага. Значит, она у вас? Не волнуйтесь. Я просто опрошу её. Ничего более. -Нет. Её здесь нет, но зато есть что-то более интересное: моё право на то, что могу поклясться с тобой на крови, или ты забыл Дмитрий?.- ответила Мэри спокойным тоном Тут же вся банда вздрогнула. На их лицах выплыл лишь один вопрос: «откуда она знает его настоящее имя?».

Но на это глава банды настороженна подошёл и спросил:

-И что ты хочешь, Мэри?

Вся Банда так же продолжала стоять в полном шоке и не понимании.

-Я хочу, чтобы ты никогда больше не притрагивался к Люси! И не только ты, но и вся твоя банда! Она сейчас у меня в отеле... За ней не должно вестись слежки, ясно?

Дмитрий поморщился, немного оскалил зубы, но всё же пробормотал через силу:

-Хорошо...

Вся команда растерянно смотра на своего главаря. Они все как один думали: «Что же с ним? Почему он ничего не сделал и даже согласился?». Но далее Дмитрий внезапно приказал:

«Всем! Быстро выйти из комнаты! У нас с дамой будет один разговор.». Мгновенно вся вышли.

В это же время Люси, дрожа от страха, см отела в замочную скважину шкафа. Она всю отчётливо видела и слышала. Он с страхом сжимала нож, который всё это время был с ней. А на нём была выгравировано: «Филипп Sparkmen”

Глава 10 "Пакт крови"

В это время Дмитрий остался один на один с Мэри. Вся банда «Серебряной руки» вышла из палаты. Их лица были серьёзны как никогда.

- Хах, Мэри. И как же вас занесло сюда? Сколько я вас не видел - лет 40? - спросил с той же улыбкой Дмитрий.

В это время Люси всё так же стояла в шкафу. Её розовые губы дрожали от ужаса и страха, но она всё равно смотрела и узнавала нечто новое о своей приёмной матери.

- Не скаль на меня свои зубы, гадкий пёс, - ответила Мэри. - Я нашла себе место здесь, и не стоит меня расспрашивать.

- Да? Я и не говорю тебе ничего такого... Мне даже больше кажется - здесь у тебя больше вопросов, чем у меня, верно? - сказал Дмитрий, убрав улыбку.

Мэри опустила голову, но через некоторое время сказала:

- А ты ведь ни капли не постарел... Твои волосы как были черны, так и остались, словно ни волосинки не выпало.

- Ну вот видишь, вопросов у тебя много. Раз уж ты решила не говорить, как попала сюда, скажи-ка лучше вот что, - сказал Дмитрий, снова вооружив свою акулью улыбку. - Зачем ты вынудила совершить клятву на крови?

Мэри слегка побледнела.

- Люси для меня не просто работница. Она мне почти как дочь, и я сделаю всё ради неё, и я знаю всё, что знает она, - это точно, - ответила Мэри.

- Хм. Ты же ведь понимаешь, что я вынужден не то что её не трогать, но и охранять, верно? Ты ведь знаешь, что я теперь могу пойти против... сама знаешь кого, - сказал взволнованно, но при этом хладнокровно Дмитрий. - Ну а новость, что ты знаешь то же, что и она, только улучшает ситуацию. Значит, расспрошу тебя обо всём.

- Постой. Он всё-таки смог пройти в президенты? Ну да, конечно, ты своих слов на ветер не бросаешь... Да.

Миловидная девушка к тому времени уже, кажется, сотни раз сжала нож в руке, но её зелёные глаза не переставали смотреть в скважину. Но только один вопрос у неё оставался на губах: «Они сейчас говорят об Эрике - 32-м президенте?»

- О чём и говорю. И он дал мне задание прийти и узнать про то, был ли у уехавших чемодан.

- Ага, - протянула Мэри. - Ну да, чемодан у него был, как я наслышана, но... Вся-то суть в том, что там ерунда полнейшая! Так, чисто документы да всякая лабуда. Понимаешь?! А, ну и в сейфе что-то было. Меня просто не было в то время в отеле, - сказала Мэри.

Тут же Люси вздрогнула: «Они сейчас о Филиппе говорят?»

- Вот оно как. А в чемодане так-то что? Это тот самый чемодан?!

- Ха. Ты не поверишь! - сказала Мэри, рассмеявшись. - Он ведь любитель не закрывать, и, проходя, я увидела, что в чемодане у него так - вещи личные. А! И, конечно, плюшевый мишка. Он его ещё в сейф спрятал!

- Ха-ха! Мишка! - засмеялся Дмитрий. - Такая простая вещь.

Его смех трубным звоном разнёсся по госпиталю. Словно тромбон, в который дули со всей силы, да так он громко разносился, что даже самый дальний пациент привстанет со своей кушетки и тихим шёпотом скажет: «Едрить его разнесло», а миловидная девушка аж присела от этого хохота.

- Да-да. Так что так ему и передай, - сказала Мэри.

- Нет, - сказал внезапно успокоившийся Дмитрий. - Это он не получит. Я не пойду по его приказу. Слишком много чести.

- Ладно, дело твоё. Всё, ты всё получил? - спросила спокойно Мэри.

- Ах да, Мэри. Я ведь только сейчас узнал об этих... как их там... банда «Красной розы»! Пошла против меня, когда уже ушла со службы? Интересно ты удумала. Ну ничего, ничего, ты сейчас ответишь за это и за пакт крови. Сейчас я даже не могу поверить... А ведь раньше тебе в этом бизнесе не было равных, даже как проявление чести сделал этот пакт крови.

На лице Дмитрия появилась улыбка с блестящими белыми зубами, а всё повисло гробовым молчанием. Миловидная девушка мгновенно застыла в оцепенении: его белые зубы страшили её больше самой смерти.

«Нет! Нет! Надо что-то делать! Но что?! Он ведь... глава самой банды убийц. Мэри, Мэри, прошу, сделай хоть что-то», - тихо-притихо, незаметно шептала Люси, закрыв глаза. Она вжалась в угол шкафа, еле дыша.

- Эй, ты чего удумал? Я сейчас докторов вызову, - сказала Мэри. - Вспомни, мы с тобой столько лет в «Серебряных руках» работали. Столько лет!

На лбу дамы преклонных лет проявился пот.

- Тише-тише, Мэри. К тебе никто не придёт, все попрятались уже давно, ещё с того момента, когда я прикончил главного доктора. Пакт крови совершать - это не дело. Было хорошо повидаться! Приветик мужу.

Лицо Мэри на секунду застыло: морщинистое, испуганное, но при этом по-своему тёплое лицо.

Выстрел.

Кровь брызнула Дмитрию на лицо, и белая эмаль зубов окрасилась в бурый цвет. Старушка в тот же момент упала на кровать с красной раной в груди.

Люси тихо заплакала в шкафу, она еле сдерживалась, чтобы не завыть от горя. Лишь единственный вздох оставался и единственная мысль, что проговорила Мэри перед самой смертью: «Прости меня, моя любимая Люси. Я не защитила тебя. Но я знаю, что они тебя не тронут».

А Дмитрий даже не сместился с места. Он подошёл к ней, не меняя лица. К тому времени Люси полностью поникла и, закрыв лицо руками, она тихо проливала слёзы. Глава банды провёл рукой по красной ране, и его белые-белые руки насытились красным светом. И только лишь его безумные глаза остались дико смотреть на его давнюю подругу.

Бедная, бедная миловидная девушка всплакнула самой горькой слезой в её жизни. Но я могу сказать вам точно - письмо уже никогда не придёт отправительнице.

В палате повисла очередная тишина. И только лишь белый образ юной девушки в старом теле остался в ярких облаках светлым узором.

Прошло немного времени. Дмитрий вышел, но Люси было не до него, она лишь слышала, как томные шаги нагнетающим топотом направлялись к двери, а после этого дверь громко закрылась, ни на секунду не задержавшись на месте.

Миловидная девушка сидела, поджав колени к груди, и тихо смотрела в темноту. Чистейшая, неописуемая паника сидела у неё в голове. К тому времени убийцы вышли из госпиталя, оставив Люси наедине с пустой комнатой.

«Надо... Надо что-то делать. Мэри... Мэри бы не хотела, чтобы я сидела на месте», - говорила себе миловидная девушка, даже не веря в то, что произошло. Ведь она ещё ничего не видела, да и с чего это она взяла, что убили именно Мэри, может, выстрел был не в неё, - так она думала.

Наконец Люси всё же отважилась. Она сжала нож, как могла, сжала зубы и закрыла глаза. Затем еле открыла дверь. В её глаза не проникала даже частичка света, а от напряжённости по глазам шла разноцветная рябь. Она тихо высунула сначала ноги, потом полностью вышла из проклятого шкафа. Далее на ощупь прошла до двери.

В голове летала, струилась лишь одна мысль: «Главное - не открывать глаза! С Мэри... Не важно, что там». Она всеми силами пыталась, чтобы эти чёрные, словно гудрон, мысли не поглотили её.

Она открыла дверь. Тут же из коридора подул свежий ветер, наполненный больничными препаратами. Люси повернулась и открыла глаза всего на секунду: Мэри не было на кровати. Люси испуганно пошатнулась, но не могла это развидеть. Убийцы не привыкли оставлять следов, и тела Мэри не было на месте. Затем она шагнула вперёд и тихо, медленно закрыла дверь.

Ничего, кроме переполненной скорбью головы и слёз на светлых щеках она не чувствовала в тот момент. Затем она закрыла дверь, всё потускнело.

Через несколько минут она уже стояла у входа в госпиталь. Ужас пробирал её от кончиков её волос до кончиков пальцев. Её милое лицо полностью потускнело и стало напоминать бесчувственный мрамор, но всё же щёки немного открывали, что в душе у неё осталось немного надежды. Её платье полностью промокло от слёз, но ничего не оставалось, кроме как искать выход.

«Тише, тише. Надо что-то делать. Так бы хотела Мэри. Но... Куда мне идти? Мэри... Мэри. Отель ведь теперь будет пустым», - кружились мысли в голове у миловидной девушки.

Но вдруг что-то ей показалось в кармане на юбке - бумажка. Она быстро взяла её и мгновенно поняла - это был номер Августа. Через секунду после этого она быстро пошла к телефону. На удивление, вся улица была пуста, все давно работали в зданиях. Лишь одна миловидная девушка проходила по тусклой улице, в её голове всё сплелось: «Но где же Мэри? Может, она ещё жива... Хотя нет, она ведь не могла сама уйти без меня, но это значит, что... Нет, нет, нет, я не хочу думать об этом ни на секунду! Лучше разберусь, что там с паровозом, я думаю, этого хотела и сама Мэри», - думала Люси в побеге от этих мыслей.

Через некоторое время она всё так же проходила и обходила улицы. Спрашивала у людей, но никак ей не удавалось найти злосчастный телефон.

«Что же. Мне кажется, не стоит паниковать. Так или иначе, у меня ещё целый день впереди, но... Что же тот... Август. Он ведь и уйти далеко может... Может быть, вернуться в отель и обдумать всё до завтрашнего дня? Нет... Этот вариант совсем не подходит, меня просто разорвёт изнутри, если прямо сейчас сяду и ничего не буду делать», - пронеслось в голове Люси.

Телефон показался за домом. Миловидная девушка в тот же момент, вздрогнув, побежала вперёд. Она вошла, закинула несколько монет, что лежали у неё там же, где и нож, и начала набирать номер. В телефонной трубке пошли гудки. В то время всё было тихо. Рабочие люди всё так же ходили из стороны в сторону. Иногда проезжали машины, а иногда и конница, но почти никто из людей не пользовался телефоном, что пришлось Люси только на руку.

- Алло, добрый день, - послышался голос из трубки.

- Здравствуйте, это я, Люси Рейл. Вы ведь Август, верно? Вы вроде как хотели что-то мне рассказать, - сказала Люси.

- Ох! Здравствуй, Люси, знал, что позвонишь. Да, мне срочно нужна твоя помощь. Об этом не стоит кому-то знать, встретимся на Оливер-стрит. Большего не могу сказать.

В телефонной трубке пошли гудки.

- Алло, Август? Чёрт, - проговорила Люси.

Лицо миловидной девушки скривилось, а в зелёных глазах появился непонятный оттенок. «И всё? И это то, что он мне хотел сказать?! Да когда же я узнаю, что произошло с Филиппом?» - подумала миловидная девушка, пока выходила из будки. Но вскоре она перестала дуться и пошла на улицу, которую сказал игрок с чемоданом.

Миловидная девушка, конечно, не подозревала о том, что же было в то время, пока она пряталась в шкафу в больнице.

Дмитрий вышел из палаты убитой бедной старой девушки. Он вышел тихо, а на его руках было тело старой женщины, которое он быстро передал одному из членов банды. Он был всё таким же статным и улыбчивым, подходя к своей банде, - а они были всё такими же многозначительно молчаливыми и вдумчивыми. Дмитрий тихо стоял около них, не говоря ни слова, а все члены уставились на него бездушным взглядом, нет-нет, больше боязливым взглядом. Главарь всё так же молча достал упаковку сигар и тихо закурил одну, мерзко выдувая ядовитый дым. Все так же молчали.

- Вы, - сказал Дмитрий, указав пальцем на двух членов банды. - Идите наружу и следите за Люси Рейл, но попрошу не только не вредить ей, но и сделать так, чтобы вас не было видно.

- Будет сделано, - сказал худощавый парень в таком же костюме в тот момент, когда рядом стоящий низкий бандит покивал.

- Хорошо. А я с вами, пожалуй, пойду в штаб.

- А... а что с чемоданом? У кого он сейчас? - спросил вдруг худощавый парень.

- Хм. С чемоданом... - сказал, многозначительно протянув, Дмитрий. - А про чемодан вам знать не дано. Совсем не дано.

Все тут же словно бы выпрямились, а взгляд главаря банды укусом смотрел на сказавшего. Но затем Дмитрий просто развернулся, и все пошли за ним, а худощавый и низкий пошли по более короткому пути в поисках миловидной девушки.

В то время Люси уже дошла до Оливер-стрит. Всё было тихо. Столько событий произошло за столь короткое время, что миловидная девушка, запыхавшись, облокотилась о стену и, переводя дух, начала обдумывать, что ей делать дальше.

«Фух. Наконец-то всё будет покончено. Я узнаю, что же хотел от меня Август, заодно узнаю, что с Филиппом... А потом я вернусь в отель и… И потом...» - думала Люси, пытаясь успокоить себя, одиноко стоя на почти полностью пустынной улице.

Да, конечно, рядом проходили люди, но они были столь неважны для миловидной девушки, запутанной в своих мыслях, что она их не замечала. Всё было спутано, можно было даже по виду сказать: она точно и сама не знает, чего хочет. Словно она потеряла очень важную вещь в уже прошлой жизни, и эта потеря не даёт ей окунуться в новую жизнь, хотя, буду честен, она ещё сама не осознала всю глубину ущелья, в которое она попала.

Её личико спутано посматривало по сторонам: уголки губ резко дёргались, глаза устало смотрели по сторонам в поисках Августа, а ноги были подкошены.

«Ладно, главное, что я смогу узнать тайну и отвлечься! Да мне и не стоит переживать, ведь Мэри сама говорила: „С тобой всё будет хорошо“, да и на меня наложили эту клятву крови или как её там… Но Мэри… Как мне без неё?!» - думала миловидная девушка, чуть ли не рыдая.

Но с течением времени она всё не переставала думать о ней, но с каждой секундой бремя воспоминаний всё меньше на неё давило - она предпочла забыть об этом, чем мучиться до смерти. Её зелёненькие глазки снова налились зеленью майской травы, а светлые волосы снова сбивались и взлетали на ветру.

Когда она вышла из-за угла огромного кирпичного здания, около миловидной девушки начал идти солидный человек с красной брошью на левой груди. Ветер задул по-другому. Вся улица чуть ли не заискрилась от запаха только что открытого шампанского и пачки игральных карт. Около Люси наконец-то появился столь благопочтенный Август, в намного лучшем расположении духа, чем в телефонном разговоре.

Игрок сразу же попался на глаза только оклемавшейся миловидной девушке, но только одно её смутило - в его руках всё так же был чемодан. Его правая рука держала большой кожаный чемодан, а левая была за спиной.

- Ох! Мисс Люси, это вы? - спросил Август, просто подойдя к Люси. - Извините, что был так... немногословен в телефонном разговоре, я их не сильно люблю. Как вы могли уже понять.

- Ничего страшного, но что за срочные дела?! - спросила Люси с нетерпением.

В ту же секунду весь настрой игрока испарился.

- Ох. Вы сразу же начали с важных и неотложных дел... Конечно, как я мог сразу это не понять.

За спиной Августа медленно щёлкнул курок. Его лицо из улыбки превратилось в ничего не обозначающую гримасу. Люси застыла. Лишь кончики пальцев дрожали от мгновенного страха. Игрок выдохнул.

- Фух... Значит, ты всё-таки не из «Серебряных рук». Повезло, - сказал игрок и защёлкнул курок обратно.

И в тот же момент застывшее на мгновение сердце миловидной девушки забилось изо всех сил.

- Т... Ты чуть меня не застрелил? - прошептала Люси, поняв, что дела стоят серьёзно, и все мысли мгновенно вылетели из её головы. - Вы с ума сошли?! Вы меня хотели застрелить?! - закричала Люси.

В тот же момент, видя, что рядом много людей проходит, Август схватил её за руку и сказал шёпотом:

- Тише. «Серебряные руки» повсюду.

«Он... Он сумасшедший! Какие ещё руки! Он ведь меня чуть не застрелил. Я прямо сейчас чуть не погибла», - подумалось Люси, пока она, чуть ли не задыхаясь, отходила от игрока.

- Вы хоть понимаете, что вы чуть меня не убили? - спросила Люси.

- А вы хоть понимаете, что я единственный, кто может помочь вам узнать правду? - ответил вопросом Август. - Вы хоть понимаете, что было бы, если бы вы были среди них? Всё бы пропало.

- Что вы имеете в виду? Они разве не просто убийцы? - спросила миловидная девушка, слегка успокоившись.

Август посмотрел на уже заплаканную Люси. Её глаза быстро вобрали в себя весь страх, и два изумруда в её глазах погасли. Игрок слегка побледнел и сказал:

- Извини, что мог напугать. Но пока что я могу лишь сказать, что именно сейчас я ничего не могу сказать... В этом месте. Пойдём лучше в другое место, - сказал Август, резко перейдя на «ты». - А ты вообще знаешь, кто такие «Серебряные руки»?

- Да, там очень долгая история, - сказала миловидная девушка, к тому времени почти полностью успокоившись, и начала идти куда-то с Августом. - Моя неродная мама попала из-за них в больницу... - начала рассказывать Люси, но утаила развязку, но слёзы всё же немного проступили.

В это время они проходили около огромных кирпичных домов и магазинов. С каждой минутой они всё больше и больше сворачивали и вскоре зашли в самые дальние переулки.

- А точно ли это всё? То есть просто попала в больницу?

В это время Люси посмотрела на него самым ужасающим взглядом, но вдруг она зарыдала прямо на улице. Её лицо мгновенно полностью потускнело.

- Постой, постой! - начал её успокаивать Август. - Спокойней, они что-то сделали с ней?

Миловидная девушка еле, как говорила. Наконец она выдала немного слёз.

- Они… Они убили её! - начала говорить Люси. - Август, что вообще делать?

- Спокойней! Тише, прошу. Да, они просто монстры, - сказал Август со стуком в сердце.

- Они ведь даже не… Даже тела не оставили.

- К этому лучше. Было бы хуже, если бы они оставили. Последние слова от близкого человека - это просто ужасные буквы.

Миловидная девушка вся в слезах внезапно начала успокаиваться, хоть боль от потери ещё не утекла.

- А ты что, тоже кого-то потерял по их вине? - спросила тихо Люси.

На это Август слегка смутился, но всё же решил сказать правду:

- Да. Потерял для меня важного человека. Но в отличие от тебя, мы попали в перестрелку, и он умер прямо передо мной на глазах. Так что давай, поднимайся.

В его голосе чувствовалось некое успокоение и при этом вызов, но, на удивление, это начало успокаивать Люси.

- То есть всё это время они орудовали и убивали, а я просто лежала в своём уютном отеле?

- Да. Благо твоя приёмная мама смогла защищать тебя до последнего. Ладно, мы почти дошли. Кстати, как зовут-то твою маму?

- Мэри… Её имя Мэри.

Лицо Августа скривилось. Он спросил:

- Постой, не хочу бередить рану, но кто убил её? Там случайно не было человека в чёрной шляпе? Такой, с широченной белой улыбкой.

- Да! Да, он был! Вы что, знакомы с этим упырём?!

- Постой, постой. А твоя приёмная мама… Они случайно не порезали руки?

- Подожди, а куда мы вообще пришли? - спросила Люси.

- Неважно! Скажи, они сначала порезали руки?! - сказал встревоженно Август и даже взял её за руку.

- Вы опять сходите с ума? Что на вас опять нашло? А я только подумала, что всё приходит в норму! - закричала Люси.

- Нет-нет! Постойте! Эх... Ладно... Мне кажется, пора вас ввести в курс дела. Пришло время.

В это время они зашли в самую даль улицы, и людей практически не было. В тот же момент Август махнул рукой и прошёл в один из входов в дом. На пустынной улице около них были лишь огромные серые здания и ничего более.

- И... и почему вы замолчали?! Что это всё значит?! - закричала Люси.

- Пройдёмте в дом, - сказал тихо Август, всё так же с чемоданом в руках.

- Я... - сказала Люси, пока игрок уже входил в дом. - Ну, я просто в шоке, - сказала миловидная девушка и пошла за ним.

«Нет. Он правда не в своём уме! Но... Я должна добраться до правды», - подумала Люси, пока шла за игроком.

Прошло некоторое время, и наконец-то они дошли до малюсенькой квартирки. Она была на первом этаже дома для малоимущих, и потому зловонный запах преследовал миловидную девушку всё прохождение до комнаты.

Август отворил дверь. Вся эта атмосфера ужасно нагнетала девушку, но она продолжала идти. Перед ней открылся, на удивление, приличный вид: маленькая комната, в которой ничего нет, кроме столика, люстры, внутри которой были потухшие, пыльные свечи, и толстых штор. Столик был деревянный, с толстой пачкой карт и плиткой шоколадки.

- Проходи, это место абсолютно безопасно, - сказал внезапно Август.

- Ты разве не богатый? - спросила Люси.

- Да, сказочно. Но в особняке меня быстро вычислят...

Было видно, что игрок сильно напуган, он мгновенно подошёл к столику и положил чемодан к стенке.

- Так ты мне расскажешь, что вообще произошло? - спросила наконец миловидная девушка, с ещё не высохшими слезами.

- Да, конечно, расскажу. Просто тут будет более безопасно. Садись, - сказал Август, сев напротив.

В тот же момент миловидная девушка так же села напротив.

- Значит, твою маму звали Мэри, верно?

- Д... Да, - прошептала Люси.

- Так и думал... Люси, я вижу, ты сейчас в замешательстве, так что прямо сейчас я скажу полную и честную правду, хоть я и боюсь ошибиться, но человек по имени Дмитрий, тот самый с белой улыбкой, просто не мог прийти к тебе и к ней просто так. Тут явно были свои личные счёты, - сказал Август и замолчал. - Вся суть в том, что та... Мэри не просто твоя приёмная мать, она бывшая правая рука Дмитрия - человека, убившего миллионы. Они всего лишь каких-то 30 лет назад вместе держали в страхе всю Америку, а банда «Серебряные руки» была лишь их плащом, только больше украшая их общее величие. Но... но затем Мэри влюбилась. Влюбилась по уши в человека, не имеющего даже понятия о банде. Вскоре её перестали видеть в банде, а потом и про её великий лик все забыли, а далее она вообще ушла из банды, объявив об этом всем членам банды. Конечно, поднялось великое горе в банде, но не прошло и года, как Дмитрий полностью забрал всё на себя. Никто больше её не видел, а если и видели - не узнавали из-за старости. Но! Мэри всё ещё имела одно право. То право, которого не имеет даже главарь их империи. Она имела право составить пакт крови, дающий защиту банды. И ты её имеешь!

- Но... откуда вы об этом знаете? И... неужели Мэри...

- Да. Это сложно представить, но как человек высшего общества я знаю об этом. Хоть я и не часть банды.

«Что за чертовщина! Что за ерунду он мне рассказал, но он явно знает больше, чем я», - подумала Люси, помолчав.

- И... и зачем я вам была нужна? - спросила подавленно Люси.

- Вообще я хотел найти человека, кому я мог бы передать... передать чемодан. Пойми, я просто уже не могу вывезти его. Это слишком большая ноша для меня! Он буквально пожирает меня изнутри! Но... сейчас, когда я выяснил, что ты под покровительством... Ты просто должна его взять. Судьба не только Америки... Судьба мира будет висеть на тебе! Нет. На нас!

- Постойте! Что вы несёте?! Что вообще в этом чемодане?!

«Да что он так вцепился в него? Он совсем с ума сошёл?» - пронеслось в мыслях у Люси.

Август выдохнул и внезапно потянулся не к чемодану у стены, а заглянул под стол и взял пыльный чемодан, что был прикреплён к нижней части стола. Далее игрок быстро повернул его - его заветную коробку, свой божественный дар. Сам чемодан был простой, из кожи, но единственное, что приметила Люси, - это гравировка на его ручке: «JR». Он тихо открыл его, но затем остановился и сказал:

- Ты точно хочешь, чтобы я показал, что в нём? Дороги назад уже не будет.

- Я... я готова. Точно готова.

«Я уже не могу отступить! Я узнаю, что всё это значит!» - подумалось Люси.

В этот момент он раскрыл чемодан. Люси в тот же момент разочаровалась, и на её белом лице появилось недоумение.

- И... это всё? - спросила миловидная девушка.

- Да. Но поверь, тут не просто всячина! Вся суть в том... - успел сказать Август, но в тот же момент закрыл чемодан и шмыгнул под стол.

- Август, что вы делаете?! - спросила в недоумении Люси, но в тот же момент упала оттого, что стул свалился под ней. Она хотела вскричать, но в тот же момент её рот был закрыт.

На мрачной улице словно тени стояли они. Мрачные, с синяками под глазами.

- Тише, Люси. Нас не должны увидеть, - прошептал в панике Август.

Снаружи всё было тихо. Лишь два силуэта смотрели на окна снизу вверх. Красные ленты слегка шевелились на ветру. Наши герои в старом многоквартирном доме, конечно, их не видели и не знали, что они делают, но они могли догадываться, что выходить сейчас явно не лучшая идея. Преследователи смотрели чутко и не оглядывались. Они могли стоять тут хоть целый день, и ничего не могло помешать им. Август быстро поставил чемодан в нижнюю часть стола и зашторил шторы.

- Люси, нам пора, - прошептал Август и пополз к входной двери, а миловидная девушка пошла за ним.

В это время смерть в красных шарфах не отходила от окон. Они следили за ней ещё с того момента, как она шла к улице, и наконец-то, как два коршуна, они смотрели на добычу.

- Фух... Тут мы будем более-менее в безопасности, - сказал Август.

- Это они, верно? «Серебряные руки»? - спросила Люси, на что Август боязливо кивнул. - Хм... Да что за ужас тут творится... Почему именно сегодня всё так навалилось! - сказала Люси, поникнув духом.

- Хм... Люси, тише. А я, по-твоему, как выживал в этом аду? Меня уже как 8 месяцев подозревают! - сказал успокаивающе-обвиняюще Август. - Я не сдался, а ты только наступила в эту лужу и уже начала плакать.

- А я, может, и не хотела наступать в неё... Меня вынудили сюда наступить! - сказала безысходно Люси, резко изменив настрой.

- Просто «Серебряные руки» должны были меня опросить... А ты знаешь, чем заканчиваются их опросы, если не сказать то, что они хотят.

- Да, наслышан... Пуля в лоб. Но ты не должна падать духом и начинать самобичевание! Вот что тебе скажу: ты тут вовсе не жертва обстоятельств, нет, ты как раз та, кто выигрывает. Ты ключ к моему спасению... и не только моему, но и спасению всего мира! Ты имеешь иммунитет к самой мощной и сильной банде во всей Америке! И чёрта с два я позволю тебе опустить руки сейчас! Я не отдам тебе чемодан сейчас, но мы разделим эту ношу. Завтра я пойду в особняк, а ты пойдёшь на чердак, а хотя мы и сейчас туда пойдём.

- А разве это не дом для малоимущих? Откуда у тебя доступ на чердак?

- Я выкупил этот дом полностью, все квартиры мои.

Миловидная девушка снова подняла голову. Возможно, её всё ещё терзали сомнения, и, возможно, даже самые тяжкие, но его слова снова подняли ей дух.

- Хорошо, пойдём, - сказала Люси.

- Ну вот и отлично, а сейчас давай-ка пойдём, они сами разберутся... У меня тут шоколадка завалялась.

Глава 11 "Собрание"

Наконец конь прискакал к поддельному городку. Двое мужчин - священник и ковбой Билл - прибыли и, спешившись, пошли к главному зданию города. Их лица были спокойны, но по шагу можно было разузнать страх. Они зашли. Внутри всё было совершенно по-другому: посередине стоял огромный деревянный стол, за которым сидели лишь люди в чёрных прекрасных одеждах, в доме даже и не пахло больше едой и спиртными напитками, лишь запах пыли повис внутри, но самое главное, что приковало внимание ковбоя и старика, - мужчина в синем костюме сидел во главе стола. Все уставились на вошедших.

- Мистер президент! Я привёл старца! - сказал самодовольно Билл.

- Похвально... Садитесь, monsieur. (Мсье), - сказал мужчина в синем пиджаке и показал на стулья. - И, конечно, здравствуйте, святой отец. Давно не виделись.

Двое приехавших сели. Во всём здании повисла тяжёлая атмосфера. Все угрюмо сидели и даже боялись вздохнуть полностью, и только президент в бархатном чудном костюме синего цвета выглядел среди всех словно лев.

- А... а где моя команда? - поспешно спросил Билл, не увидев своих верных товарищей.

- Хм, удивлён слышать от вас такую дерзость, cowboy Bill! - сказал президент на французский лад. - Они там, где должны быть. Спокойней. А для всех maîtres хочу объявить заседание открытым.

Все в тот же момент спокойно задержали дыхание и начали слушать речь, даже люди, сидевшие около него, похожие на него как две капли воды.

- Для начала хотелось бы извиниться за то, что мы находимся в столь экспрессивном месте, но это единственное здание, в котором мы точно в безопасности. Что же, не буду лукавить - я собрал вас всех сюда, чтобы обсудить нашу ношу последних 8 месяцев, а именно всем вам известный чемодан.

Все резко похмурнели, а старый взгляд старика наконец-то развидел страшного человека. Он развидел человека с ослепительными зубами и красным шарфом, сидящего прямо у правой руки, - Дмитрия. Он смотрел на всех непринуждённо, даже по-доброму в какой-то степени, но даже так по спине священника пробежал холодок.

- К слову, как там Пётр? Я был уверен, что завалил его почту своими письмами, почему он не явился?

- Ох, по его словам, он слёг с болезнью и поэтому не смог к вам явиться... Но он передавал извинения, - сказал спокойным тоном сэр, сидевший около него.

- А. Значит так. Ладно, я думаю, данная причина достойна, - сказал президент и покашлял в белую перчатку. - Чемодан находится сейчас в паровозе «Чугун», по информации моего высокоуважаемого друга Дмитрия. Их путь проходит по маршруту «Overland Route», и, скорее всего, они планируют добраться до самого New York! На данный момент они пережили свою полноценную ночь в месяц нежити и уже второй раз выживают в нашествии... И вашему вниманию хочу представить человека, кто видел в живую похитителей! - сказал человек в синем пиджаке и показал рукой на священника.

- Мистер президент! - сказал, внезапно перебивая, Билл. - Но вся суть в том, что, как я узнал, святой отец не видел паровоз вживую, а только лишь «приютил» преступников, как поступил бы любой приличный священник.

- Хм. Это правда, святой отец? - спросил президент.

- Д... Да, - сказал старец.

- Хорошо, а... человека в железной броне ты случайно не видел?

Весь стол внезапно наполнился чувством некоего неощутимого недовольства и при этом страха. Лица людей в тёмных костюмах сморщились, а руки сжались в кулаки.

- Нет, - ответил твёрдо Билл, опять перебивая президента.

- Тише. Пусть он сам говорит, - сказал Дмитрий.

Со лба старика пошла лёгкая струйка пота. Но, собравшись с силами, он всё-таки покачал головой слева направо.

- Принято. Значит, этот мистер Rail как последняя помойная крыса сбежал. Подлый трус.

В то время как вёлся разговор, все подопечные чиновники человека в синем пиджаке смирно сидели и слушали и даже не имели права пикнуть, на их лицах, словно на подопечных «Серебряной руки», был страх.

- А зачем нам вообще нужно было следовать за этим человеком в железной броне, чёрт бы его побрал? - сказал наконец-то, не вытерпев, ковбой. - Я просто не могу понять, в чём вообще смысл его обманывать?!

Все в недоумении посмотрели на Билла, но тот упёрто смотрел на человека в синем пиджаке и не сводил с него глаз, а его тигровая бахрома качалась на ветру.

- Хм. Спокойней, monsieur, он ещё не понимает местных обычаев, что с него взять... Но не волнуйтесь, скоро наш дорогой Дмитрий объяснит ему, что он сделал не так, - сказал президент спокойным тоном. - А насчёт мистера Rail вам пока что рано знать, всем ясно?

- Да. Стало, - ответил слегка смятенно Билл.

Обстановка за столом резко стала тише, но вот только взгляд главы «Серебряных рук», словно ястребиный, никак не утихал, но это не сильно пугало ковбоя.

- Итак, давайте-ка перейдём к сути. Monsieur, достаньте карту! - сказал президент своему подчинённому-близнецу, и тот тут же разложил на стол огромную карту всего материка Северная Америка.

Это была огромная, слегка коричневая карта, на которой разнообразными цветами были показаны реки, горы и даже маршруты всего материка и разделения на штаты. Все тут же пододвинулись ближе и с неким страхом начали смотреть на карту, кроме Билла и старца.

- На данный момент «Чугун» уже проехал один штат, и его остановка невозможна. За это время они уже нанесли ущерб более чем в 1000$, и, естественно, это никому не нравится.

Все молчали и обдумывали, кроме ковбоя, жадно пожирающего стол своим взглядом. Старик-священник в это время смотрел в сторону и нервно поглядывал на остальных - все его мысли были о доме.

Вдруг до этого молчавший Françoise спросил:

- Что, если мы остановим локомотив и заберём чемодан силой? Почему мы не можем этого сделать?

- Ха. Да они просто уничтожат чемодан - да и всё! Поэтому остановка паровоза сейчас будет полной безрассудностью, сир Франц, - сказал, усмехаясь, Дмитрий. - Я думаю, что самым хорошим решением будет не вмешиваться.

В тот же момент повисло молчание, а французский гость с лёгким оттенком страха поник. А взгляд главы «Серебряных рук» всё никак не отходил от всех гостей, кроме президента. Из окон бил яркий свет, а все так и не рискнули что-либо сказать.

- А что вообще в этом че... - хотел сказать священник, но вдруг дверь в бар открылась.

Всё здание в тот же момент наполнилось запахом лимона и табака. Все остолбенели.

- Вау, кто это к нам пожаловал! Присаживайся. А мы уже начали думать, что ты с болезнью мучаешься! - сказал один из людей в чёрном.

В тот же момент гость в своём фирменном зелёном костюме сел за свободный стул и, облокотившись о спинку, сказал:

- Доброе утро, господа. Что за важное дело вы тут обсуждаете?

Священник в это время, ничего не понимая, смотрел на нового человека. Он был свеж как огурчик, но соколиный глаз старца заметил, что во внутренней стороне его костюма точно видна шерсть, словно костюм зимний.

- Спокойней, Пётр, - сказал президент. - Рад, что пришёл. Мы обсуждаем чемодан.

В тот же момент весь запах лимона выветрился, и лицо человека в зелёном приняло серьёзный оттенок, что для него редкость.

- Продолжим. Паровоз «Чугун» вскоре будет проходить около городка Бенд. Что скажете об этом? - сказал президент.

Все молчали, а Пётр уставился взглядом на карту и что-то яростно обдумывал. Но никто не мог придумать, что делать дальше. Вскоре всё затянулось. Все взгляды собрались на линии «Overland Route», идущей через штаты. Дмитрий провёл пальцем по линии от Лос-Анджелеса до Бенда.

- Городок Бенд... Они точно остановятся там, - проговорил глава «Серебряных рук». - А это не там те странные люди... как они себя там называют... «Общество настоящих мужчин»?

- И что ты предлагаешь? - сказал Пётр.

- Я? Я ничего не предлагаю, просто говорю, потому что знаю, что они странные ребята и падки на деньги.

- К чему клонишь? - спросил вдруг Билл. - Вываливай.

Повисло ожидание, а на лице главы банды появилась всё та же белая улыбка.

- А значит, они всеми силами захотят получить награду за поимку этих двух остолопов, а именно Филиппа, - сказал Дмитрий и мельком посмотрел на Петра, удостоверяясь, что он заметил. - И Артура.

- Хорошо, а значит? - продолжил президент.

- А значит, у нас будет достаточно времени подготовить достаточную засаду. Лично я предлагаю вам самый лёгкий вариант - положим на пути одну девку из «Серебряных рук», дальше Филипп уже сам остановит паровоз. Так ведь, Пётр?

В это время человек в зелёном уже был слегка разгневан и возмущён, но всё же покивал.

«Да уж. Доставил мне проблем этот Филипп», - пронеслось в голове Петра.

- Хм. Около городка Бенд есть кое-что, чего нет на карте, - сказал внезапно Билл, чем вызвал удивление. - Я часто бывал там со своей командой и могу вам сказать точно: индейцев там больше, чем навоза в конюшне моей тётушки Джессики. Они частенько нападают на проезжающие паровозы, особенно для жертвоприношений в месяц нежити. Так что вашу девушку съедят и не поперхнутся.

Все опять замолчали. Но затем один из людей в чёрном сказал:

- Кстати, местные предвидят, что по лунному циклу месяца нежити сегодня будет туман... А значит, и нежити не будет.

- И к чему вы клоните? - сказал президент.

- К тому, что мы можем провернуть этот же план ночью. Индейцы в этой местности просты и ночью предпочитают спать.

Тут же за столом проявилась лёгкая спокойная атмосфера. Но только лишь вид Петра был неспокоен. Он понимал, что стрелок так или иначе его работник, и в любом случае это как-то отразится на нём, но всё равно он успел привязаться к своему подчинённому.

- Может быть, стоит сделать это наутро? Понимаете ли, ночью сложно заметить человека, - сказал Пётр.

Все тут же уставились на него, думая, что дело подошло к концу.

- Идея хороша, - сказал человек в синем костюме и слегка отряхнул костюм. - Но можно ли у вас спросить откровенно: как вы вообще допустили, что ваш бывший работник не просто украл чемодан, а ещё и имеет чемодан?

Все тут же остолбенели, особенно человек в зелёном костюме.

- Хм, я не имею полного контроля над своими работниками. Особенно над уволенными. Да и давайте не забывать про второго - Артура, он тоже виновен.

- Но при этом он некоторое время работал у вас дома, а также бывал с вами на разных встречах, - сказал человек в синем пиджаке. - А про Артура не переживай, он так, чисто мелкий предприниматель, он ничего не знает, в отличие от Филиппа.

- Постойте. Понимаю, сейчас я выгляжу, слегка не в том положении, так сказать, в ловушке, но давайте не будем забывать, что я долгое время принадлежу к высшему кругу, а ещё, что было вами не учтено, именно я являюсь собственником всех облигаций растениеводческих компаний, так что меня совершенно нету смысла быть в сговоре с Филиппом, так и говорить ему о чём-то важном, - сказал Пётр, слегка разозлённый.

- Хм, - многозначительно хмыкнул президент. - Я бы тоже на твоём месте злился. Извини, что начал подозревать тебя.

В это время Билл был не в себе от ярости, злостно смотря на каждого человека в изящном костюме.

«Грязные лицемеры. Стоило этому в зелёном сказать что-то про облигации, так все сразу умолкли. И этот Дмитрий - у меня от него мороз по коже, как таких может держать этот мир? Особенно его буйные глаза и улыбка словно самой смерти. Нет, точно ноги моей здесь не будет», - обдумывал ковбой, смотря на них.

В то же время священник опустил взгляд вниз, словно и не слышит, какой жестокий план сейчас придумывают люди в костюмах. Но только один вопрос был написан на его седом лице.

- Значит, решено. Я найду какую-нибудь красотку, не волнуйтесь, - сказал Дмитрий. - Чемодан нужно получить любой ценой. Как раз они уже успеют проехать ту местность, где индейцы.

- А вы не боитесь, что индейцы могут атаковать локомотив и по незнанию сломать чемодан? - сказал Франсуа.

Все в тот же момент задумались.

- Хорошо, - сказал человек в синем пиджаке. - Отправим к ним солдат под прикрытием и... я думаю, можно ещё направить в этот город для полного контроля Лизу Stone, она как раз будет проезжать рядом.

- Хм. Хороший план, но мы точно можем доверять этой Лизе? - спросил Пётр.

- Конечно, - ответил тут же Дмитрий. - Она верой и правдой делает всё для нашей чести в газетах.

Человек в зелёном костюме замолчал. Но затем сказал:

- Но ведь сохранность чемодана намного важнее, чем...

- Тише, Пётр, ей можно доверять. Она ведь даже не знакома с ними, так ещё она наслышана о чемодане.

- Мне кажется, сохранность чемодана не может быть в руках каких-то жалких солдатешек, - сказал Пётр.

Вдруг весь дом пробил басовитый, старый голос. Он был тихий, но при этом очень чуткий и слышимый. Это был священник, наконец он смог выговорить эти слова, что мучили его весь разговор:

- Братья мои. А что вообще находится в чемодане?

Все в тот же момент потускнели, а спор президента и человека в зелёном тут же утих.

- Да. Нам бы тоже было бы интересно, что в нём! - сказал вдруг Франсуа от имени всех людей в чёрных костюмах.

В тот же момент ореол таинственности упал с лица человека в синем пиджаке, а Дмитрий закрыл свою улыбку.

Все затаили дыхание в ожидании.

Наконец президент выдохнул и сказал:

- Что же. Вам надо об этом знать. Вся суть в том, что наша цель не совсем чемодан. Скажем так, святой отец. Там путь к чему-то... большему. Чему-то, что изменит Америку раз и навсегда.

- Мне кажется, нужен перерыв, - сказал Дмитрий, слегка разозлённый, встав со стула. - Немного времени на перерыв ведь никто не запрещал, верно, мистер президент?

- Соглашусь, мистер Дмитрий. Можете слегка пройтись, - сказал человек в синем. - Ах да. Дмитрий, не забудь про разговор с Биллом. Пожалуйста.

Все выдохнули, но всё равно, словно гудок паровоза, в их груди играло очень странное ощущение, словно один из главных секретов мира.

Священник остался на том же месте, а ковбой Билл, встав со стула, прохрустел спиной и пошёл на выход.

«Какой-то путь?! И эти толстосумы гонялись за каким-то путём вместо того, чтобы просто-напросто пойти и поискать это большое!» - обдумывал он, выходя на задний двор здания. Весь городок в это время лишь покрылся песочной пылью и ни капли не изменился. Пустые дома без мебели слегка нагнетали на Билла тоску, и он решительно смотрел на открытое небо с тёмными облаками вдали. Он спокойно дышал свежим воздухом, придерживая свою коричневую шляпу двумя пальцами, стоя на вспаханной земле.

«Дрянное это местечко. Вот встречусь со своей командой, и... и ноги моей больше здесь не будет. Не будет никаких богачей, их непонятных забот и прочих дел. Только бы отвязаться от этого в синей пижаме. Обещаю, - всё так же проносилось в его голове.

Тигровая бахрома ковбоя танцевала на ветру, а тёмные тучи были всё ближе. Вскоре темнота всё-таки прошла рядом, и в лицо Билла дунул холодный ветер. Благо рыхлая, точно недавно перепаханная земля всё ещё была тёплая. Улыбчивый взгляд повис на ковбое.

- Эй, Билл, - послышался басистый голос Дмитрия.

В тот же момент Билл повернулся и застыл в удивлении. А Дмитрий, вышедший из дома, подошёл к нему как ни в чём не бывало и, достав зажигалку, закурил толстую сигару.

«Это же тот чёртов улыбчивый», - пронеслось в голове Билла.

- Хм... Нехорошо так, Билл, - сказал глава «Серебряных рук», выпустив из пасти струйку ядовитого дыма.

В этот же момент ковбой потянулся к кобуре, но ничего не нащупал.

«Чёрт. Пистолет остался на столе!» - пронеслось в голове Билла.

- Ты ведь и сам знаешь, что так с президентами разговаривать нельзя. Ай-ай-ай. Не по-человечески это, Билл, не по-человечески, - проговаривал Дмитрий.

- Что тебе нужно от меня? - сказал ковбой с дрожащими руками.

- Ну как же? Хорошо объяснить тебе, что такое неправильный тон, как видишь, - сказал Дмитрий и провёл ногой по земле. - Они тоже не знали о правилах приличия.

Из только недавно вспаханной земли торчала синяя худощавая рука. Сердце ковбоя забилось сильнее.

- Э... Это... - смог лишь выговорить Билл.

- Да-да, Билл. Оглядись вокруг, - проговорил Дмитрий.

Все окрестности были вспаханы.

- Неужели... м... моя... команда? - сказал Билл, смотря на сыпучую землю.

- Да, - сказал Дмитрий.

В тот же момент глава «Серебряных рук» подошёл за спину стоявшего в оцепенении ковбоя. Но Билл стоял неподвижно. Его взгляд судорожно перебегал с одного куска земли на другой. В его голове то и дело всплывали имена, лица, костюмы. Его руки задрожали, а сердце было объято страхом.

- А ты силён, даже не проронил и слезы. Ты ведь хотел узнать про мистера Rail? Верно? - сказал Дмитрий.

На это Билл судорожно кивнул.

- Человек в железной броне - единственный, кто видел содержимое чемодана и знает, что в нём. Никто более из простых людей не знает, что в нём. Но мы всё-таки нашли одну его слабость - он раним, как бы это ни прозвучало глупо. Поэтому мы дали тебе задание сделать так, чтобы эти двое убежали, и мистер Rail, сжалившись, спас их, и пошёл вместе с ними, и перестал интересоваться чемоданом. Теперь тебе всё стало на свои места? Так что твоя команда занималась так, пустяком, - сказал Дмитрий в награду за стойкость.

В это же время на лице главаря «Серебряной руки» начала появляться улыбка, а глаза побелели, словно декабрьский снег, а ковбой стоял как ни в чём не бывало... Рука потянулась к револьверу. Улыбка всё нарастала.

- Эй! - послышался голос президента.

В тот же момент Дмитрий выдохнул и повернулся.

- Я тебе не разрешал убивать его. Пойми, старика я не могу отправлять на задания, - сказал президент. - Иди сюда.

В тот же момент Дмитрий, словно цепной пёс-бульдог, пошёл к человеку в синем пиджаке.

Повисла тишь. Небо всё так же было покрыто тучами, а Билл остался на месте, опустившись на колени. Он взял в руку землю.

«Неужели моя верная команда была использована в таком низком деле? Паршивый пацан в синей пижаме! Использовал нас как грязных ручных псов!Они ещё поплатяться! Они ещё… Но не сейчас. Сейчас ещё не время.» - думал Билл, смотря на землю самым ненавидящим взглядом.

Но в тот же момент послышался всё тот же голос президента: «Билл, иди обратно».

И, конечно, ковбой Билл пошёл обратно, сжимая зубы и горсть земли в руке.

Глава 12. Часть 1 «Наследство госпожи Анастасии»

В городке Бенд всё было наконец-то тихо. Работники Лизы Stone, не покладая рук, перетаскивали древесину со склада на паровоз. А в это время Филипп и Лиза стояли у паровоза и ждали, когда же они закончат работу. Лицо стрелка задумчиво смотрело вдаль и выглядело так, словно он вспоминал что-то далёкое, но такое близкое. Я бы хотел поведать вам о Петре и Филиппе.

Часть 1

8 лет назад, когда Филипп уже почти год работал у Петра, произошёл один знаменательный случай, который полностью перевернул всю действительность, в которой жил стрелок. Был для всех работников Петра обычный рабочий день в его поместье. Все рабочие — садовники, повара, дворецкие, горничные, лакеи — приезжали рано, примерно к восьми часам. Сам Филипп имел довольно интересное положение в доме: он имел профессию камердинера и поэтому жил у хозяина дома — Петра, и, даже более, у стрелка просто не было жилья.

Этот день начался совершенно обычно. Филипп проснулся у себя в крохотной комнате (большего Пётр не мог выделить для своего работника) и потянулся. Внутри его комнаты было немного вещей: столик для письма, на котором всегда были ручки, бумага и различные вещи для верховой езды с револьвером; сам Филипп спал на раскладушке. Кроме этого в комнате с кремовыми стенами ничего не было.

После пробуждения стрелок тут же пошёл к столу в столовую. Поместье было и вправду огромным, в нём было множество комнат, но при этом самыми посещаемыми комнатами были столовая, кабинет Петра, комната жены Петра, а также столовая, кухня и сад. Вскоре Филипп пришёл в столовую, но там пока что никого не было.

«Да... Ну и день, но не так уж и важно, ведь уже завтра будут скачки. Я их так ждал», — радостно подумал Филипп.

Прошло некоторое время, и потихоньку начали собираться жители дома. Первая появилась жена Петра: она быстро прошлась по столовой.

— Доброе утро, Филипп! Ну что, ты готов к завтрашним скачкам? — Вам тоже доброе утро, мисс Екатерина. Да, я полностью готов. Но где Пётр? — Он сейчас в своём кабинете, я больше ничего не знаю. Что-то он целый день на нервах.

После этого хозяйка дома быстро ушла, а до приезда повара оставались считанные минуты. День шёл спокойно, на улице был лёгкий туман, но спокойным день был только не для Петра. Он сидел внутри своего кабинета и, сидя на своём кресле и обдумывал. Только несколько часов назад ему позвонили. Это был странный звонок: Пётр быстро взял телефонную трубку, сначала была тишина под телефонный шум, затем простые три слова: «Бал. Анастасия. Наследство», далее пошли гудки. Это крайне его смутило. В голове летало множество мыслей, ведь с Анастасией Пётр был очень давно знаком. Даже больше: в этом городе, кроме него, Анастасии, его жены и одного общего знакомого, в городе русских не было. «Что это может значить? При чём тут наследство...» — обдумывал Пётр, но ответов не прибавлялось. И в этом странном клубке мыслей он просидел до завтрака.

Вскоре повара пришли и приготовили завтрак. За стол сели все приближённые хозяина дома: Филипп, его жена, повар и дворецкие. Время длилось, превосходная еда — печёный картофель, яблочные пироги, большая туша курицы, кофе и даже какао — уже остывала, а Петра всё не было. Но, несмотря на напряжение всех за столом, Филипп сидел спокойно: более года назад он и представить не мог, что будет сидеть за столом, полным различных вкусных блюд, кататься на различные встречи. Ранее он был лишь обычным садовником, но после долгого времени хозяин дома очень прикипел к нему и назначил его на очень важную должность.

В конечном итоге, когда все блюда почти остыли, Пётр внезапно объявился. Он быстро пришёл к столу, сказав: «Извините, я проспал, так ещё и прихорашивался». Его лицо было прекрасно: ни капли страха, только готовность покорять вершины и странная уверенность. Наконец все сели и начали трапезу. Еда потихоньку исчезала, но никто не решался начать диалог. Но вдруг жена Петра — Екатерина — спросила первая:

— Как утро у всех? Кстати, Филипп, ты готов к завтрашним скачкам? Ты, вроде как, очень переживал из-за них. — Конечно, готов, мисс Екатерина! — ответил мгновенно Филипп, подняв высоко голову. — Ха-ха. Вот это готовность, — отозвался Пётр. — Я таким тебя видел только, когда назначил на должность камердинера. — Да, да. Ты просто сиял, — сказала Екатерина. — Кстати, Роберт...

Далее Екатерина начала говорить с другим работником. Стрелок был вне себя от счастья. Наконец-то его приняли, и он спокойно жил в прекрасном доме Петра. Всё спокойно продолжалось до самого момента, когда стол практически опустел. Затем в дверь постучали. Звук эхом прошёл от входной двери до самой столовой. Тут же один из дворецких быстро подошёл к входу и долго не появлялся.

— Что это? К нам гости? — спросила Екатерина. — Что за странности сегодня целый день. Нет, гостей не должно быть! — сказал Пётр. — О чём ты? Какие странности? — спросила Анастасия.

Но в это мгновение подошёл дворецкий Петра. В его руках что-то блестело.

— Мистер Пётр, вам письмо, — сказал вежливо дворецкий. — Ага, и что там? — спросил удивлённый Дмитрий.

Работник медленно раскрыл письмо и начал читать:

«Дорогой Пётр, я — госпожа Анастасия — приглашаю вас на бал в честь моего выкупа половины всех облигаций овощеводных компаний в штате Калифорния! На бал я советую прийти тебе одному, в лучшем случае с твоим камердинером, не более. Просто я не хотела бы лишнего внимания. И ещё надеюсь, ты получил моё сообщение по телефону с желанием хорошего дня. В общем и целом желаю твоего скорого приезда в мой особняк на Оливер-стрит, 15, в 6 часов вечера. С искренними пожеланиями счастья и здоровья, Анастасия».

На этом работник прекратил читать. Тут же Пётр словно выдохнул.

— Так что за странности? — переспросила Екатерина. — Ха-ха. Странности в том, что Анастасия не любительница говорить, — сказал обычно Пётр. — Ладно, что же... Филипп, я думаю, нам стоит поехать! — сказал Пётр, и тут же лицо стрелка засияло. — Да, да. Ладно, я наелся. Кстати, почему еда холодная была? — спросил с юмором Пётр и тут же пошёл в свой кабинет.

Все начали расходиться. Только Филипп сидел до конца всей трапезы, ожидая, когда Пётр доест, благо это быстро произошло. «Что же такое с балом? Да и почему Пётр так был встревожен... Надо об этом узнать», — обдумывал наевшийся стрелок, но вскоре эти мысли полностью исчезли. Наконец хозяин дома доел, и он быстро встал из-за стола, сказав:

— Ита-а-к, я думаю, нам пора пойти на встречу землевладельцев. Филипп, собери все мои документы и багаж, мы выдвигаемся в северную часть Лос-Анджелеса. — Будет сделано! — сказал Филипп и тут же пошёл выполнять задание.

Комната полностью опустела, только Пётр остался в столовой. «Да уж, что такое сегодня творится... Бал, и какое ещё наследство? И встреча этих землевладельцев», — вертелось в голове Петра.

Не прошло и секунды, как стрелок быстро пришёл с чемоданом и документами.

— Всё собрано и готово к вашим услугам! — сказал Филипп. — Прекрасно, да ты быстро справился. Кстати, как ощущения перед завтрашними скачками? Просто Екатерина спросила, а я нет? Даже не верится, что ты уже как год работаешь у меня, чувство, что ты вчера тут появился. — Я полностью готов, не волнуйтесь. Да, давно я тут. Только вот, если бы не вы, я бы валялся в луже, скорее всего. — Ха-ха, не волнуйся. Я просто проходил мимо. Главное, что ты оказался сильным человеком. — Кстати, извините, что вас спрашиваю, но неужели Дмитрий — это ваш знакомый, просто он ведь... — Да, я знаю, кто он. И да, он мой знакомый. Мы ведь оба состоятельные русские в Америке. Больше ничего не скажу. Ладно, нам пора в поездку. Дай-ка мне мой зелёный пиджак.

После этого они быстро отправились на встречу, которая прошла просто успешно. Конечно, чего-то конкретного они не добились, но они хотя бы убедились в том, что всё идёт стабильно. Правда, Филипп ничего не говорил на встрече, но это и не удивительно — простому рабочему не дано право говорить на таких встречах.

Наконец всё дошло и до бала. Пётр был одет в сногсшибательный фиолетовый пиджак с золотыми пуговицами и красной вышивкой, серые брюки, белоснежную рубашку и самое главное — красную бабочку. Филипп был поскромнее, но при этом в том же пиджаке, что и его начальник.

Сама встреча происходила в масштабном дворце: его самым главным украшением были огромные окна и колонны. Само здание было сделано из белого кирпича. Внутри здания самой главной деталью были картины с розами, греческие статуи и самое главное, лично для Петра, в бальном зале на верхней полке стояло невероятно красивое яйцо Фаберже. В зале было множество гостей и невероятных господ, а также и сам спаситель Филиппа, и стрелок. В это время они стояли в углу — Пётр разговаривал с некой дамой почтенного возраста.

— Ох, госпожа Анастасия, что могу сказать... Ваше поместье просто прекрасно, особенно разные коллекционные вещи, меня они просто поражают, — говорил не переставая Пётр. — Спасибо, мой дорогой земляк! — частенько отвечала Анастасия.

Не на удивление, у них было множество тем для разговора, ведь всё-таки они из одного теста, с одной земли, но всё же чаще они говорили о редких вещах из её дома.

— Честно, как жаль, что вы редко приезжаете. — Да не говорите. Но дел не впроворот! Сами понимаете, всё же не я же владею огромным количеством акций пищевой продукции Америки. — Ха-ха. В этом вы правы. Но... признаюсь вам честно... Меня в последнее время накрывает некое чувство, что вскоре произойдёт нечто ужасное. — Ах да, про кое-что ужасное. Ты ведь мне звонила сегодня утром, и я совершенно не понял... — Тише. Никто не должен слушать, — сказала Анастасия, после чего они начали отдаляться в дальнюю комнату.

В это время Филипп полностью потерял из виду своего работодателя. «Где же он? Нигде не могу найти... Ладно, я не думаю, что что-то могло случиться. Он ведь говорил: „Я лучше уйду с гордо поднятой головой, чем спасусь, облитый зловониями“. Я не должен идти за ним, да и что-то он был на нервах сегодня. Не буду идти за ним», — обдумывал стрелок.

— А что же, Филипп не пойдёт? — спросил внезапно Пётр. — Нет, нет, нет. Он тут не нужен, — сказала Анастасия, натянув улыбку.

К тому времени они подошли до самой последней комнаты и вошли в неё, зачем-то заперев дверью на ключ. Наконец-то хозяйка поместья удивительно расслабилась и тихо сказала:

— Пётр, на меня хотят совершить покушение.

Эти слова пронеслись ужасающим воем в его голове.

— Как же? Постойте, что вы вообще несёте? Вы перепили вина? — Нет, нет. Дело тут не в вине. Ладно, давайте я всё вам подробно объясню, — сказала Анастасия шёпотом. — В общем, из-за моего несметного богатства в этом штате, по слухам, на меня хотят совершить покушение, скорее всего, родственники или друзья. — Не говорите ерунды. У вас ведь такой приятный круг общения... — сказал Пётр, но в тот же момент заметил неприятное выражение лица Анастасии. — К... Кто вообще вам сказал такую глупость? — Я ведь сама переступила им дорогу. Они не просто ужасные, они просто демоны... Но пойми, пойми, если бы я согласилась, то... То!.. — В тот же момент Анастасия заплакала. — Тише. Прошу вас, — начал успокаивать Пётр хозяйку дома. — Но всё же, что могло произойти? — Могло произойти... Избрание. — Что за избрание? — спросил Пётр. — Избрание в президенты Америки человека в синем — мистера Эрика Volt. — Ах... Вот как, — сказал Пётр. — Да, вот так. Поэтому я решила отправиться в Европу первым рейсом, который прибудет через 3 дня. Давно было пора это сделать, это же просто ужасно: постоянные набеги нежити, месяц жути, эта странная архитектура городов, которая полностью построена на выживание, да и поэтому у нас города такие огромные! Это вообще не место для жизни обычных людей — это словно игра на выживание. Ума не приложу, неужели первооткрывателям было настолько плохо там и так хотелось богатств, природных ресурсов, но это не так важно. Самое главное — наследство! — А. Так вот о чём вы говорили по звонку! — Да. Все мои богатства пойдут на твоё имя, — сказала, абсолютно не улыбаясь, Анастасия.

Детей у неё не было, и поэтому вопрос о наследстве, естественно, рано или поздно поднялся бы.

— Погоди-погоди. Я?! Почему именно на меня?! — Потому что ты такой же, как я! Мы оба одной крови, — сказала Анастасия. — Так не я один. У тебя в окружении есть и другие русские! — сказал Пётр. — Хорошо. Передам наследство твоей жене... Как там её — Екатерина, — сказала хладнокровно Анастасия.

В тот же момент страх спал с лица Петра, но затем увеличился с двойной силой.

— Нет, нет, нет. Жене не надо, — шепнул Пётр. — Конечно, ведь ты и сам знаешь, что они придут за ней, если это не будешь ты. А Дмитрий... ты и сам всё знаешь. Ему не то что нельзя наследство доверять, ему... нельзя здесь появляться. — Да ладно тебе. Он не так уж плох, — пробубнил Пётр. — Но всё же... Вы точно уверены, что покушение произойдёт? И если да, то почему вы не спрячетесь? — Конечно я уверена, и даже если спрятаться, они в любом случае найдут меня, хотя бы при помощи «Серебряных рук» — банды убийц Дмитрия, — сказала Анастасия. — А значит, осталось лишь переписать наследство на вас, и тем самым моё наследство не уйдёт в плохие руки. Понимаешь, даже солдатам сейчас нельзя доверять, настолько всё ужасно, так что осталось самое главное. Так. Запомни, я создала три копии моего завещания: первую я оставлю у себя, вторую я отдам тебе, а третья... будет в яйце Фаберже. А также вместе с завещанием будет план действий. После прочтения немедленно сожги его, — сказала Анастасия и отдала бумагу Петру, а тот положил её во внутренний карман пиджака.

Яйцо Фаберже для них было крайне важным символом, да и как украшение оно не сильно годилось, только для продажи.

— Прощайте, Пётр. Честно, мне жаль, что мы не смогли поговорить подольше... Вы были прекрасным человеком, очень надеюсь, что мы спишемся, когда я буду в Европе, только сначала мне нужно будет подняться там, сам знаешь, какой переводной курс у нас сейчас. А сейчас быстрее уезжайте.

После этого человек в фиолетовом пиджаке покачал головой и утвердительно сказал:

— Да. Прощайте.

После этого человек в фиолетовом пиджаке и хозяйка вышли из комнаты и больше не разговаривали. Филипп ждал их с нетерпением, но тут же заметил, что лицо Петра потеряло свой блеск и странную весёлость.

— Так, Филипп, собираемся и выезжаем, — шепнул Пётр своему подопечному, и они тут же вышли из здания незамеченными.

После этого быстро сели во свою повозку, на которой был их кучер, и после секундных пререканий они быстро умчались из поместья. Дорога была долгой, но никто не проронил ни слова. Только лишь, как показалось стрелку, человеку в фиолетовом никак не сиделось на месте, да и лицо у него было просто жуть какое печальное.

— Что-то случилось, мистер Пётр? — спросил наконец Филипп. — Нет. Ничего не случилось. Просто разонравилась вся эта суета, — сказал Пётр, успокоив своего подопечного.

«Что-то явно не так. Нужно срочно узнать у него, что с ним!» — послышалось в голове Филиппа.

Вскоре они доехали до поместья Петра. Все были встревожены, и, не проронив ни слова, они прошли в здание: Филипп отправился в свою комнату, потому что уже был вечер, кучер остался с повозкой, а хозяин поместья пошёл в свой кабинет, причём даже не пообщавшись со своей женой.

Пётр вошёл в свой кабинет, сильно сгорбившись. После этого он сел на стул и, прогорюнившись, вынул письмо из внутреннего кармана, положив его на стол. На его лице виднелся отблеск некой печали или даже страха. Он перечитал первые несколько строк: «Я, Анастасия Бессонова, торжественно заявляю, что все мои имения, акции, облигации, а также имущество, в том числе и коллекция раритетных вещей, переходят во владение Петра Холодникова». Его лицо слегка побледнело. Он понимал, что это просто так не закончится.

После этого он, слегка задумавшись, прочёл план внизу — почерк был идеально выверен. Потом он потянулся за зажигалкой в пиджаке, и немедленно бумага с планом вспыхнула. Потом он убрал пепел в комод.

«Нет. Всё-таки это просто так мне с рук не сойдёт. Они обязательно сюда придут, как только совершат свой план. Надо эту бумагу...» — подумал Пётр, но вдруг кто-то постучался в дверь.

Хозяин дома повернулся. Дверь распахнулась, и женская рука промелькнула в дверной раме. Пётр слегка ужаснулся, но, благо, это была его жена.

— Фух... Это ты, — сказал Пётр. — Да, мне тут Филипп передал, что что-то случилось на встрече, — сказала Екатерина. — Ты был весь бледный, по его словам. — Что? Нет-нет. Поменьше слушай этого сорванца! Он ведь и не такое скажет, — сказал внезапно подобревший Пётр. Он явно спрятал весь страх прочь. — Да. Надеюсь, ты не врёшь мне, — сказал Екатерина и подошла ближе. — Ты ведь не забил, что будет завтра? — Хм... Нет, что-то я подзабыл. Напомни-ка мне, — сказал Пётр, пряча бумагу. — Ну как же! Тебе вроде как этот работник — Филипп — все уши прожужжал, что у него завтра скачки.

В этот момент хозяин дома взялся за сердце.

— Помню, помню! Я всё помню. — Ну ладно, ладно. Пойдём лучше на ужин. Тебя там все ждут. Как раз и с работником-скакуном поболтаешь.

После этого они направились к выходу. А документ всё так же продолжал лежать в ящике.

«Ладно, завтра позабочусь о его сохранении», — подумал Пётр, после чего пошёл в столовую на первом этаже своего дома. А в это время Филипп собирался на ужин, но в тот день он не смог расспросить его, и он решил, что стоит расспросить об этом Петра завтра.

Глава 12. Часть 2 "Лошадиные скачки"

Часть 2

«Скачки и таинственное похищение»

Стрелок проснулся в своей комнате. Его лицо было невероятно радостным и вдохновлённым, ведь вчера вечером, прямо на ужине, Пётр объявил об участии Филиппа в скачках прямо перед всеми его друзьями по саду. На удивление, никто даже и пальцем не повёл начать завидовать: всё-таки хозяин поместья и вправду умеет выбирать людей. Стрелок быстро встал со своей раскладушки и, почистив зубы, пошёл в столовую. В это время в здании стояла абсолютная тишина. Все спали и видели свой пятнадцатый сон. Но вот только в самой дали всё-таки слышались шумы ходьбы и тихих бормотаний где-то в верхней части хором. Само здание было широким, однако в высоту приходилось лишь в два этажа, не считая чердака. Конечно, стрелок, вооружившись своим револьвером, сразу пошёл вверх, чтобы посмотреть, что же там. Он поднялся по лестнице. Скрип. Звуки прекратились. Филипп насторожился и стал внимательно вглядываться. Звуки доносились из ванной, но при этом дверь в кабинет была открыта. Стрелок на цыпочках подкрался к ванной комнате и приготовил оружие. В дверном проёме показался силуэт. Стрелок ещё чуть-чуть — и нажмёт на курок. Но вдруг Филипп останавливается — уж очень знакомое очертание он увидел. Силуэт в халате повернулся. — Ох, господи, Филипп, напугал! — прокричал Пётр, оказавшийся тем самым силуэтом. — Чего с револьвером стоишь?! — А! Это вы, мистер Пётр, — сказал стрелок, убирая свой револьвер. — Извините, просто почудилось что-то странное. В это время хозяин поместья быстро убирал связку ключей в карман и был явно встревожен. — Фух, ну самое главное, что всё в полном порядке. А вообще, потише здесь, — сказал Пётр, переводя дыхание. — Вам не спалось? — спросил внезапно стрелок. — У вас просто ужасные мешки под глазами. — А? Мешки? Ну да. Не спалось немного, — ответил Пётр и внезапно пошёл обратно в свой кабинет, сказав лишь не поворачиваясь: — Иди в столовую, пока рано.

Стрелок только немного задумался над состоянием своего начальника, но его больше напугал силуэт. В голове Филиппа только пролетело мимолётом: «Фух, главное, что не грабители» На самом деле хозяин дворца вообще не спал. Его просто сводила с ума и встреча, и переданный документ, и то, что за ним скоро будет погоня. В это время Филипп спустился вниз и спокойно сел за стол в столовой. Хотя его лицо было абсолютно спокойным, но на самом деле сердце его в панике пело, ведь уже сегодня он поедет на скачки. Но до завтра было ещё много времени, и ему оставалось лишь только ждать. В это же время Пётр сидел за столом в своём кабинете. Он смотрел в окно, за которым было солнце. Затем встал и, подойдя к шкафу, стал выбирать, что надеть. Внутри его кабинета было не слишком много вещей: деревянный шкаф с разнообразной одеждой, писательский столик с ящичком на замке, кровать с десятком-другим пуховых одеял, большое окно без штор, а также люстра из чугуна. Но в итоге хозяин дома, не найдя, что надеть, примерил свой вчерашний фиолетовый костюм. Прошло уже много времени, но ему оставалось сделать лишь несколько штрихов. В это время все уже собрались и ожидали Петра, но хозяин поместья всё никак не выходил. Пётр вычесал свой чудесный костюм, причесался и, наконец, один раз пшикнул на себя аромат французских духов. Дверь распахнулась, и через мгновение все узрели хозяина поместья в самом лучшем виде. — Вау, Пётр, прекрасно выглядишь! — мгновенно сказала Екатерина. — Садись, всё ведь стынет. Весь стол блестел от количества разных яств: пироги, пюре, запечённая курица, компот, разные виды сыра и многое другое было на этом столе с белой скатертью. — Благодарю, — сказал Пётр, сев за стол и начав накладывать живо еду. — Ну как, Филипп, готов к гонке? — Да, готов, сэр! — сказал воодушевлённо стрелок. — Ах да, и приятного вам всем аппетита! — Хм, спасибо, Филипп, — сказал радостно Пётр. — Только, пожалуйста, не наставляй на меня пистолет, пока я умываюсь. Все тут обомлели. — А... а он в тебя стрелять хотел?! — сказала твёрдо и сухо Екатерина, в то время как все другие работники удивлённо молчали. — Вовсе не хотел, мисс Екатерина! — сказал, защищаясь, Филипп. — Ха-ха. Не волнуйся, он просто испугался, что дома могут быть воры, — сказал Пётр и продолжил трапезу. Тут же напряжение упало, и все продолжили спокойно есть. На удивление, больше эта тема не поднималась. — Хочу сделать объявление, — сказал Пётр, когда почти все доели свою еду. — Сегодня с утра до вечера человека по имени Филипп Sparkman не будет. Он получил от меня личный выходной на день, так что его обязанности будут перенесены на вас. На это все мирно кивнули, и, на удивление, никто даже пальцем не дёрнул, всё-таки Пётр знал, как собирать правильных людей, да и он давал такие отпуска по важным делам. А стрелок, конечно, расплылся в радостной улыбке и, доев раньше всех еду, ждал. Через некоторое время, когда все доели, Пётр разрешил всем встать, после чего он, его жена и стрелок направились к выходу. Они уже были готовы к отъезду, и оставалось лишь только доехать. А в это время Филипп с дрожащими руками ел и обдумывал чудную гонку.

В это же время в огромном особняке проходили разные разговоры. Это был один из тех домов, в котором собирались редко, но метко, и в этот раз в нём собрались все самые гадкие люди с неизмеримыми деньгами, гадкие, конечно, по мнению Анастасии. Там собрались все её конкуренты. В это время они тоже собрали свой праздничный стол и ели самые вкусные местные вкусности: огромная туша свинины разложилась на самой середине бархатной скатерти, дальше несколько куриных туш, набитых приправами, по краям жаркое, несколько бифштексов, тефтели и вино, много вина! Все радостно распивали и ели. Они были одинаково похожи друг на друга: кто-то в кожаном пиджаке и с тёмными волосами, имеет акции заводских компаний; кто-то имеет прелестную шевелюру и одет в самые изысканные костюмы, имеет акции костюмерных компаний; кто-то одет в тёмные костюмы с рубашкой и имеет акции медицинских компаний, а кто-то вообще одет в синий пиджак, со светлыми волосами, и имеет акции производства оружия. Но один из них очень сильно отличался: он сидел в самом углу, и даже еда около него отличалась, в основном там был лишь виски и различный крепкий алкоголь. Он был одет совсем странно: на шее красный шарф, на голове чёрная шляпа с картой Таро, а на груди серебряная брошь в виде руки. Он ничего не делал, кроме как пил свой виски. А вся элита Америки ещё даже не прикасалась к еде, искоса поглядывая на своего гостя, наливающего стопку за стопкой. Через время один из них, в синем пиджаке, поднял руку и сказал: — Что же, я думаю, можно считать нашу встречу открытой! Для начала хочу поблагодарить вас за визит сюда, так же очень сильно хотелось бы поблагодарить моего верного друга Дмитрия, — сказал человек в синем пиджаке, смотря на пьющего человека в красном шарфе. — Не пугайтесь, но он единственный, кто владеет достаточной силой, чтобы воплотить мой... то есть наш план в действие. Как вы понимаете, мы собрались здесь по делу мисс Анастасии, которая отказалась вступать в союз, так ещё и поставила условия. Мы все понимаем, чем это сулит. Так ведь, Дмитрий? В это время казалось, что человек в красном шарфе даже не слушал. — Слушай, Дмитрий, я, конечно, понимаю, но с её ухода из твоей банды прошло 30 лет, так что, прошу, будь серьёзен! — Спокойней, я с тобой согласен, но тут ты ошибся: во-первых, не 30, а 30 лет. А во-вторых, не стоит говорить о ещё живом человеке как о мёртвом. И я буду скорбеть о Мэри столько, сколько это понадобится. Но вообще, не волнуйся, моя банда будет неблагосклонна к ней. Это точно. — Вот и отлично. Что ещё можно сказать. Анастасия будет убита, и её наследство перейдёт в наши руки, как мы и хотели. Это ещё не все речи. Выпьем... Но вдруг кто-то внезапно прервал его: — Извините, а вы не удостоверились, что Анастасия могла сделать завещание? — И что с этого? Даже если она и сделала завещание, то даже так мы сможем договориться с её нотариусом. В тот же момент поднялись возмущения за столом. — Ладно, ладно! — сказал человек в синем. — Я вас понял. Дмитрий, отправь своих подопечных ко всем её знакомым. В это время Дмитрий кинул на него такой пьяный и злобный взгляд, какого ещё никто в жизни не видел. Но затем он посмотрел на пустеющие стекляшки и спокойно сказал: — Принесёшь рома — я тебе хоть сотню убью. — Принято! Но только без смертей, всё должно быть гладко. В тот же момент Дмитрий подозвал одного из своих подопечных и что-то начал пьяно шептать. В это время мужчина во главе стола продолжил: — Выпьем! Я могу сказать лишь то, что всё будет выполнено в идеале.

А в это время Филипп, Пётр и его жена Екатерина приехали на скачки. Шоу вот-вот бы и началось. Всадники, в том числе и стрелок, ожидали в стойлах. Все ликовали. Арена, состоящая из 3 отделов, была готова. Человек в фиолетовом и его жена приняли свои места. Филипп стоял в стойле и успокаивал свою лошадь. «Тише, тише, мой верный скакун. Мы обязательно выиграем», — говорил стрелок, слегка поглаживая лошадь, сидя на ней. В это же время Пётр и Екатерина уже не могли усидеть на месте: — Да когда же эти чёртовы игры начнутся! — говорил Пётр, совершенно вовлечённый в скачки. — Потерпи, потерпи. Скоро всё начнётся, — успокаивала его Екатерина. И вот наконец-то в самой середине огромного поля появился стильно одетый человек. Он поднялся на странную коробку с устройством, и по всей арене раздался голос старика: «Приветствую всех вас на скачках „Весёлый пони“ в городе Сан-Франциско! Вот-вот, и наездники поскачут напрямик к победе. Напомним правила и ход скачек: чтобы победить, нужно прибежать первым. Само поле состоит из трёх зон: зона с препятствиями, зона с травой и, конечно, третья зона с водой! Первый, кто пробежит, получит приз в размере 13 000$! Поприветствуем участников: 1 — Филипп Sparkman: скакун под покровительством Петра Freeman; 2 — Мистер Rail: скакун в железной броне; 3 — Карл Williams: бывший майор южной армии; 4 — инкогнито под прозвищем „Скакун Серебряной руки“

Тут же раздался выстрел. Наездники вылетели из своих загонов. Арена трубила от радостных криков. Скакуны мгновенно пустились по траве. Скакун под номером 3 вылетел вперёд, его жёлтый костюм трепыхался на ветру. «Чёрт! Этот старикан решил не сберегать силы», — пронеслось в голове Филиппа, который в это время шёл четвёртым по счёту. Цокот копыт был не остановим. Участники приближались к препятствиям. В это же время бывший майор уступает своё место первенства, пропустив «Всадника Серебряной руки». Мгновенно все лошади стали перепрыгивать через высокие заборы. На каждый скачок зрители ликовали, но лошади замедлились. «Это. Мой. Шанс. Если я проберусь в первые ряды, будет легче победить!» — прошептал Карл Williams, и тут же его лошадь устремилась вперёд. Человек в красном шарфе и туго надвинутой шляпе мгновенно навострил уши, но убыстрять шаг не стал. В это время перескакивая препятствия, стрелок быстро обогнал человека в броне. Копыта всё ещё цокали без отдыха. Вот-вот — и зона с преградами закончится. В это время Пётр с женой сидели с заинтересованными лицами: — А этот сорванец неплох! — сказал Пётр. — Да-да. Молодец, что не тратит силы впустую, — сказала Екатерина, но в этот же момент её перебил голос. Голос человека в середине поля тускло начал озвучивать: «Итак, дамы и господа! Вот-вот — и пройдёт зона с препятствиями. На данный момент лидерство удерживает участник в красном шарфе „Наездник Серебряной руки“, следом идёт бывший майор Williams, на третьем месте Филипп, а в самом конце — человек в железной броне, что в целом не удивительно»

В тот же момент лошадь майора начала двигаться быстрее. Она стала всё ближе к первенцу, будто все силы лошади устремились вперёд. Прыжок. Но в тот же момент чёрная лошадь человека в красном шарфе так же стала скакать быстрее. Лошадь Карла отступила, а до третьей площадки оставалось несколько метров. Шлёп — и тут же лошадь «Наездника Серебряной руки» плюхнулась в воду и поскакала в воде, лишь голову было видно. В это же время все устремились к воде. Лошади были на пределе, но скакуны знали, что вода облегчит их езду. «Итак, дамы и господа, участник под номером 4 вступил на третью зону! На данный момент все участники на своих местах... А хотя нет! Участник под номером 2 вот-вот обгонит участника под номером 1!» В это время Rail скакал изо всех сил, гнал вперёд. Стрелок не поддавался, но до воды было ещё далеко. В это время участники под номерами 4 и 3 плавали в воде, их лошади еле передвигались, но, зная, что оторвались, они не так быстро ехали. Вдруг Rail и Филипп поравнялись. — Эй, ты... как там тебя, Филипп! — сказал, перепрыгивая, человек в броне. — Может быть, помедлишь? Ты всё равно деньги имеешь, а они мне нужнее. — Ты бы лучше броню снял, раз они тебе так нужны! — резко отозвался Филипп и резко ускорил бег. — Как хочешь, — сказал Rail и в тот же момент резко стартанул, словно всё это время скрывал свои силы. Вся трибуна словно захлопала хором. «Итак, дамы и господа! Участник под номером 2 вырывается к воде! Участник под номером 1 отстаёт!»

Человек в железной броне рухнул в воду. Поплыл отставая. В это время стрелок быстро начал набирать скорость. Мгновение — и он тоже оказался в воде. Большинство начали вязнуть в воде. Лошади ещё сильнее начали уставать. В это время «Наездник Серебряной руки» почти переплыл половину. Участник под номером три не оставлял надежды перегнать его. «Итак! Все участники по пояс в воде! Лошади еле передвигают ноги, но действие идёт! На данный момент лидирующее место... На первом месте... На первом месте бывший майор!» Вся арена закричала. А Пётр еле отбивался от ликующей Екатерины.

В это время Екатерина и Пётр немного разговорились:

-Хоть бы! Хоть бы наш работник выиграл! А ты, что такой надутый? Спросила Жена Перта, видя что у него странно грустный вид

-Ничего такого. Просто переживаю за поместье.

Кончено, в это время он переживал далеко не за поместье. Он оставил завещание в поместье и, кажется, он уже себя проклял десятки раз за скачки, но уйти он не мог, хоть ужасное предчувствие убивало его. В это время все близились к концу водного этапа. Все невероятно были воодушевлены. Майор всё так же ехал за «Наездником Серебряной руки», а Филипп всё пытался доехать до человека в железной броне. Всё шло к тому, что водный этап закончится. Вдруг послышался голос организатора: «И первый круг с большим отрывом проходит «Всадник серебряной руки!»!» Все с удивлёнными лицами устремились к концу первого круга. Прямо в спину Всаднику дышал майор Карл Williams, дальше с отрывом шёл мистер Rail и стрелок. Резкий рывок. Филипп вырывается вперёд. Арена кричит. Мгновение — и наконец-то майор вырывается из гущи воды вслед за . Но в воде всё ещё проходила борьба. Удары копыт в воде не прекращались. — Спокойней, паренёк. Ты всё равно напрасно гонишься. Деньги мне нужны позарез, и ты это понимаешь. Сказал снова Rail — Да чёрта с два! Эта победа будет моя! Лишь так я смогу отплатить Петру за спасение! Сказал Филипп — Ох, вот как. Могу тебя лишь похвалить, что так далеко зашёл, — сказал человек в броне и помчал к выходу. Выход был уже близко. Скачок - и мистер Rail вылетает из водного раунда предпоследним, а за ним и стрелок. «Похоже, столько времени без тренировок дали своё», — пронеслось печально в голове Филиппа.

Но в то время пока шли скачки, в поместье Петра творилось что-то неладное. Всё здание наполнилось глухой тенью тишины, словно даже железный скрип ножниц и тяжёлые хлопки поводьев не издавали ни звука. Огромные хоромы застыли, пока хозяев не было дома, все рабочие копошились вне дома и работали не покладая рук. В основном никто и не думал заходить домой, ведь поместье было огромным не только внутри, но и снаружи. Странные шорохи слышались около кабинета Петра. Хоть в особняке было много дворецких, но не повезло только одному работнику. Он слышал какие-то звуки сверху, но долгое время не придавал этому значения, но, как только он начал слышать звуки металла, мгновенно тихо пробрался к двери. В его руках был маленький пистолет Дерринджер, и, стоя у двери кабинета, он прислушивался. На удивление, на его лице было лишь холодное спокойствие. Силуэт продолжил копошиться, приговаривая: «Чёртова коробка». Дворецкий тихо глянул в щель в двери. «О нет. Дверь закрыта изнутри», — пронеслось в его голове, после чего он посмотрел в замочную скважину. Мгновенно его глаз удивлённо задёргался, а сердце забилось чаще. Внутри был человек. Тёмный силуэт стоял, повёрнутый лицом к столу хозяина дома, а его тёмная спина была направлена к закрытой на ключ двери. Никто его не слышал и даже не знал, что он здесь. Окно распахнуто настежь. А тёмный человек ковырялся тонкой то ли скрепкой, то ли проволокой. С его лба редкими каплями лился пот и падал прямо на красные катышки от шарфа на его одежде. Но столик никак не поддавался, а в это время всё вокруг в кабинете было раскидано и обыскано до каждой мелочи. Он, словно червь, что копошится в земле, рыл всё, что видел, в поисках своей добычи, и, похоже, он её наконец-то нашёл. Но вот только ящик был неподатлив. Силуэт пытался быть тихим, но, как оказалось, это ему не помогло. «Господи боже. Надо что-то делать... Но дверь. Без шума её никак не открыть», — подумалось ему, но в тот же момент он посмотрел на свой Дерринджер и приставил к замочной скважине — они идеально подходили. Вдруг силуэт закопошился. В тот же момент человек с Дерринджером приставил пистолет. Незнакомец склонился над столом. Но выстрела не последовало. Затем ещё и ещё. Пистолет был не заряжен. Он забыл зарядить его утром. На глухие щелчки силуэт повернулся, и в тот же момент кинулся к двери. Дворецкий кинулся бежать, но звук распахнувшейся двери был быстрее. Тут же силуэт вынул свой револьвер и выстрелил в сторону бежавшего. Прозвучал громогласный выстрел. Дворецкий свалился с ног, и наконец всё стало снова тихо. В огромном поместье звук не распространился быстро. Незнакомец огляделся, но затем, увидав, что никто его не видел, снова пошёл в кабинет разбираться с ящиком. Он поправил свою помятую одежду и снова принялся его открывать. «Долбаная железяка. Уже какое время она мне не поддаётся», — пронеслось в его голове. А в это время дворецкий валялся в луже своей крови. Он был уже почти без сознания, но знал, что ему уже никто не поможет. Он не стал кричать или звать на помощь. Послышался громогласный, твёрдый звук, будто что-то вырвали. Потом снова расплылась тишь. «Он всё-таки смог это сделать, — пронеслось в голове дворецкого. — Не думал... что я так с этим закончу», — пронеслось в последний раз в голове дворецкого, и в тот же момент он закрыл глаза навсегда. Через некоторое время силуэт вышел, но, по правде, это заняло достаточно времени. У него была уже другая одежда, больше похожая на рабочую. В его руках не было никакого ящика, но зато весь особняк всё ещё сквозило — окно было так и не закрыто. В это время убийца мирно прошёлся около тела своей жертвы и лишь слегка обернулся на него. Затем он тихо расставил всё на места и выбежал на улицу через окно. Никто не увидел его.

Вернёмся к гонке! Второй круг был в самом разгаре, Филипп всё ещё отставал от всех, далее шёл Rail, потом Williams со «Скакуном Серебряной руки». Поводья всё сильнее и сильнее тряслись, а лошади не останавливались ни на секунду. Благо всё ещё была зона травы, но вот-вот — и участники вступят на зону с препятствиями. «Все участники дают перевести дух на траве, — послышался голос старика. — Но что это? Участник под номером один не даёт пощады своей лошади! Он, наоборот, ускорился и вот-вот догонит наездника в железной броне!» Филипп всё ближе и ближе подскакивал к своему сопернику. Его лошадь была уже на пределе. Скачок. Удар поводьями. И наконец-то он сравнялся с мистером Rail. — Ах ты чёртов сосунок! Решил свою лошадь до смерти загнать? — прошептал Rail. — Уж лучше я лишусь своей лошади, чем сдамся перед тобой. — Хорошо. Тогда мне жаль твою лошадь, — сказал Rail и в тот же момент резко ускорился, добежав до самого Карла Williams. Филипп никак не мог этого ожидать, но всё так же быстро бежал, всё так же на последнем месте. Все участники приближались ко второй зоне. Все участники были близки ко второй дистанции. Майор в это время быстро перегнал скакуна в красном шарфе, человек в железной броне не сдавал позиции, а Филипп всё так же гнал на полную. Момент — и первые участники стали снова перепрыгивать через препятствия. «Невероятно, дамы и господа! Первые участники перешли во вторую зону!». В это время майор всё никак не отставал от «Скакуна Серебряной руки». — Эй, мерзавец, зачем тебе вообще эта гонка? Ты ведь и так майор, так ещё и бывший! Зачем тебе деньги! — сказал человек в красном шарфе. — Ну как же. Кому они сейчас бы не пригодились. Знаешь ли, ветеранам сейчас не очень много платят, — сказал бывший майор. — А ты как думал, после войны с Мексикой у государства деньги на меня есть? — Ах, вот как... Ну, ничего не могу поделать. Мне тебя и вправду жаль. — Тебе? Не думал, что «Серебряным рукам» есть до людей какое-то дело! — Фи! Ну, конечно, всё ведь во мне и кричит, что я их часть. Но я всё ещё ничего не могу с этим поделать. Прости меня, старик. В это время во вторую дистанцию вошли и стрелок. Все участники снова перескакивали. Топот копыт был неостановим.

А в это время Пётр и его жена всё так же наблюдали. — Хм. Что-то наш работник на предпоследних местах. Неужели всё так и продолжится? — спросила Екатерина. — На мой взгляд... да. Хотя, зная Филиппа, он точно сейчас начнёт внезапно экономить силы, а затем сделает ответный удар, — сказал Пётр, в чём был абсолютно прав

А в это время где-то в огромном особняке человека в синем пиджаке шли разговоры. Пышный завтрак был окончен: многие одарённые богатством господа, набив брюхо, начали уходить. Огромный стол, набитый недоеденной едой, раскинулся на всю комнату. Вино было наполовину выпито, тушки куриц объедены в самых вкусных местах, а все крепкие напитки были либо выпиты, либо стояли около главы «Серебряных рук». — Итак, Дмитрий, — сказал Эрик Volt. — Вы уже выполнили приказ? — Хм, — промурчал Дмитрий. — За кого вы меня принимаете! Мой отряд вообще-то один из самых лучших. Я нашёл своего человека в особняке Петра, а с Анастасией... пожалуй, с этим стоит повременить. — С чего же это? — спросил человек в синем пиджаке. — Мой работник... лучший, по моему мнению. Сейчас на скачках в Сан-Франциско и сможет попасть в Лос-Анджелес нескоро. Но не волнуйтесь, мне кажется, будет лучше, если убийство произойдёт не днём, а вечером. — Ха-ха, Дмитрий. Вот ты, конечно, насмешил! Нет. Оно будет днём. Всё должно выглядеть как несчастный случай, — сказал Эрик басом, на что Дмитрий нахмурился. — Хорошо, — сказал Дмитрий, стиснув зубы. — Будет по-вашему, мой работник этим займётся сразу после скачек. Человек в синем пиджаке улыбнулся. — Ах да. Ещё одно. Я разрешаю вам выйти из-за стола и позвонить лично, если хотите... А вы хотите. Передайте это своему «лучшему» работнику, — сказал Эрик и положил на стол бумажку. Дмитрий в тот же момент взял её в свои толстые белые руки и прочел её глазами: «Чемодан приехал в Сан-Франциско! Проследи за его сохранностью в два раза лучше, чем сейчас. Но, как и я, не подавай виду. Записку уничтожь». В тот же момент глава «Серебряных рук» нахмурился, разорвал бумажку, а затем тут же сжёг самые большие куски. После этого он поклонился и сказал: — Будет сделано. Я скажу своим рабочим полить цветы в два раза лучше, — сказал Дмитрий, после чего вышел на улицу. Он прошёлся по длинному коридору, затем спустился по лестнице, но, незамеченный, он всё-таки вышел из огромного здания. Потом он прошёлся по пустынной улице к телефонной будке. Он зашёл в неё. Закинул монетку. Затем он набрал номер. Пошли гудки. Мгновение — и из чёрной железной трубки послышалось: — Алло? Кто это? — «Серебряные руки 1188», — сказал Дмитрий, словно код, и ему мгновенно ответили: — Каков приказ, сэр? — Передай «Серебряному всаднику» дословно: чемодан приехал в Сан-Франциско! Проследи за его сохранностью в два раза лучше, чем сейчас. Пусть он найдёт их и присоединится. В тот же момент человек на той стороне телефона отключился и побежал выполнять приказ. Дмитрий пошёл обратно в особняк, как ни в чём не бывало

В это время участники перешли на третий этап. Первыми воды дотронулись «Серебряный всадник» и бывший майор, за тем человек в железной броне, но Филипп был ещё на суше. «Чёрт! Я сильно отстаю... Но лошадь ещё не отдохнула», — пронеслось в голове Филиппа, из-за чего он всё ещё был в отстающих. Лошадь Карла была подготовлена к таким скачкам, и, чего таить, он был ещё в хорошей форме для своих лет. Но что-то было странное в поведении «Скакуна Серебряной руки»: его лошадь была крайне податлива и быстра, а сам всадник ехал ровно, без особого напряжения. Но больше всего бывшего майора удивило лицо, скрытое в тени от чёрной шляпы, и его голова, покрытая белым платком. «Дамы и господа! Все участники давно погрузились в воду, и только посмотрите: Карл Williams наконец снова начал нагонять „Скакуна Серебряной руки“! Все решительно наступают, но лошади никак не могут быстро пробраться через всю эту гущу воды. Вот-вот — и половина второй дистанции будет пройдена!» В это время бывший майор и вправду приближался к наезднику в красном шарфе. Филипп выжидал момента, человек в железной броне невозмутимо ехал вперёд. В это время где-то на трибунах сидел человек в такой же чёрной шляпе и красном шарфе. Он только этим и отличался от остальных, а так был по-настоящему джентльменом и ни с кем не бранился. Его руки, одетые в перчатки, держали маленький бинокль. В это время он сидел неподвижно несколько часов, на что даже обратила внимание бабушка, сидящая рядом с ним. — Надо же, — сказала она слегка старческим, но милым голосом. — Вы так пристально смотрите за игрой. Это что, ваш знакомый? — Что-то вроде того, мисс, — буркнул мужчина с биноклем и продолжил пристально смотреть, но вдруг он что-то увидел. Он увидел, что на другом конце трибун показался человек, одетый точно так же, как он. В тот же момент джентльмен с биноклем помахал своей чёрной перчаткой. — И это тоже ваш друг? Ха-ха, какие вы интересные — все в одинаковых костюмах. — Мисс, пожалуйста, не мешайте. У нас тут что-то вроде задания, — сказал человек с биноклем. — А! Игра у вас. Ну хорошо, хорошо. На это джентльмен вздохнул, но тут же насторожился. На другой стороне арены человек начал показывать числа пальцами: 1, 1, 8, 8. В тот же момент сердце человека с биноклем начало биться сильнее. Он кивнул, и в тот же момент встал, и выхватил красный флажок, где большими чёрными цифрами было написаны те же цифры, что и показал человек на другой трибуне После чего мужчина начал яростно махать им. В это время «Всадник серебряной руки» напрягся до предела и даже немного затрясся — он увидел этот знак.

«Чёрт, вот и доскакались. А только единственный выходной.» - подумал скакун не чуть не шутя.

В это время джентльмен всё сильнее махал, хоть он и понимал, что всадник понял новый приказ. В то же время его донимала бабушка:

-Ух ты! А что это за флажок? Тоже часть игры?

-Да,да. Бабушка. Сказал джентльмен, и увидев кивок второго человека перестал махать.

Пётр и Екатерина сидели как ни в чём не бывало и смотрели за скачками. — Хм, — промурчал Пётр. — Кажется, дело, на удивление, интересно заворачивается. Видимо, Дмитрий опять что-то устраивает. — Опять?! Ох, может, стоит хотя бы Филиппа предупредить? — сказала Екатерина со спокойным видом. — Просто, сам знаешь, он может под горячую руку. — Нет. Не будет, — сказал Пётр, немножко помолчав. — Я его знаю, если мы ему скажем об этом, он только разозлится, что мы его прервали. В это время человек с биноклем весь взмок — он ещё не бывал на таких важных заданиях. — Ну что ты так вспотел! — сказала милым голосом бабушка. — Первый день на работе? — Да нет... Просто я переживаю сделать что-то не так — сказал с бледным лицом джентльмен. — Ха-ха. Ну, у всех проколы бывают. Не бойся, ничего с тобой Дмитрий не сделает... Это я тебе как Мэри подтверждаю! В тот же момент всё йокнуло от удивления у человека с биноклем, словно жужжащая деталь паровоза.

А в это время и вправду прошла половина гонки, но Филипп был всё ещё в отстающих. Его лошадь в два раза медленнее перебирала ногами в воде, но даже это не полностью помогло ей восстановиться. Вдруг человек в железной броне начал сдавать и через пару секунд сравнялся со стрелком. — Эй ты! — крикнул Rail. — Что тебе? Отвяжись! — сказал Филипп. — Эй, я вообще-то не для того чтобы посмеяться пришёл. Я ведь не один видел, как среагировал «Всадник Серебряной руки» на флаг... Тот красный с цифрами? Мне кажется, он что-то замышляет, так что давай лучше держаться вместе! В этот момент стрелок недоверчиво посмотрел на мистера Rail. — Слушай, я понимаю: мы соперники, и на поле скачек друзей нет, но мне кажется, что тут что-то более сложное, чем какой-то выигрыш. Так что я даю тебе слово, что отдам своё место, только, пожалуйста, давай будем на одной стороне. — Хм... Ладно, ты прав. Тут явно что-то не так. Он, скорее всего, связан с «Серебряными руками», а они те ещё мутные ребята. На этом они и порешали. В это время майор сблизился вплотную со всадником в красном шарфе. — Эй, ты, в красном шарфе! — закричал бывший майор. — Ты ведь их подопечный, верно? На это «Всадник Серебряной руки» никак не отреагировал, а только лишь больше ускорился. — Ага, значит, ты не будешь говорить! Нет, я тебя просто так не оставлю — как только человек в красном шарфе появился здесь, я сразу заподозрил неладное. Но я не думал, что вам нужны такие малые деньги для вашей компании. На это наездник в красном шарфе лишь глянул из-под него и сказал: — А вот и нет. Ты ведь даже и не представляешь, что тут происходит. Все вот-вот и вышли бы из воды. Край бассейна был уже в нескольких милях. «Они сильнее нас. Но... если этот всадник быстро уйдёт, может случиться нечто страшное», — думалось одновременно и майору, и Филиппу. Вдруг послышался голос: «Итак, дамы и господа! Участники подходят к концу второго этапа, всё близится к концу! Всадник Серебряной руки и майор идут всё так же впереди, человек в железной броне и Филипп бегут нога в ногу. Что могу сказать, лошадь и уже почти выдохлись, но в сердцах каждого всё ещё полыхает огонь!» Всё было так: человек в красном шарфе бежал изо всех сил и вот-вот бы вышел из бассейна. Майор судорожно пытался придумать, что ему сделать. Всадник всё ближе. Всплеск. Но в этот раз никакого поворота не случилось. Майор отстал. «Не может быть! Майор всё-таки отстал!» — пронёсся голос. Все трибуны кричали то ли от радости, то ли от сумрачной печали.

Но всё было так стремительно: Карл приближался к мистеру Rail. В это время человек в красном шарфе зашёл гордо на третью дистанцию. «Пф. Жалкие люди. Даже не постарались ради победы», — подумал наездник. Майор подскакал к человеку в железной броне. — Эй, ты ведь тоже заметил, что что-то тут не так? — спросил мгновенно майор. — Да, тоже. Я уже объединился с Филиппом. — Хорошо, — сказал майор и, повернувшись к стрелку, он кивнул. — Но вот только меня беспокоит, что до конца гонки осталось мало, можем не успеть, — сказал майор и резко скакнул вперёд.

В это время Пётр и его жена всё так же смотрели с трибун. Екатерина выглядела всё более обеспокоенной. — Ох, что-то я волнуюсь, — наконец сказала Екатерина. — Без паники. Ну, даже если это и дело рук Дмитрия, у Филиппа есть его револьвер. Так ещё... Ого. Кажется, они ещё и сговорились! — Да, точно. Сговорились... А это вообще законно? — И приносить револьвер, и сговариваться незаконно, — сказал Пётр. — Но только до тех пор, пока кто-то это видит. В это время «Всадник Серебряной руки» свирепо шёл вперёд, слегка скользя на траве. Майор быстро набирал обороты в воде.

«Rail и Филипп, конечно, сильны, но они всё ещё нацелены на победу... А Филипп вообще мало осведомлён о „Серебряных руках“, так что не стоит на них надеяться. Да. Я сам всё разузнаю, только времени маловато», — обдумывал Карл, поглаживая своего жеребца.

Все стремительно ехали вперёд. Мгновение — и майор быстро выходит из воды. Человек в железной броне приближается к концу дистанции.

«Итак, дамы и господа! Хочу заявить, что конец уже близок, все ли уже смирились со своим выбором?! Всадник в красном шарфе лидирует и уже прошёл четверть пути первой зоны! Только посмотрите на него, он явно уже радуется своей сокрушительной победе! Но только посмотрите: Филипп и Rail вот-вот и выйдут из воды!», — послышался голос. «Пора!» — подумал Филипп. В его руках блеснули поводья. Удар — и его лошадь полетела вперёд. Прыжок — и он вышел из воды! «Ого, да ты не промах!» — закричал человек в броне и так же выскочил из воды. Стрелок мчался изо всех сил. Казалось, что ноги его лошади было не разобрать. В это время майор так же разогнался изо всех сил, чуть ли не падая на траве. Удар за ударом, скачок за скачком. «Все всадники пустились в бег, не жалея сил!» — прокричал голос. Все и вправду скакали изо всех сил. «Нет-нет! Я не проиграю, как я буду смотреть в лицо Петру! Нет, нет, нет», — шептал себе под нос Филипп. «Без этих денег мне не прожить, я должен их получить», — шептал уже человек в броне. «Я... я больше не позволю им выигрывать. Они ещё никогда не выходили на публику, похоже, грядёт нечто ужасное, и это уже здесь! О боже мой, уже здесь», — думал, чуть ли не плача, майор. Все приближались к спокойно ехавшему наезднику в красном шарфе. Тот обернулся и тут же незаметно залез себе под кофту. Всё близилось к концу первой зоны! Все были напряжены до предела, и вздох. Все сравнялись. «Невероятно! Все одновременно начали вторую зону! Здесь всё и решится! Нет, ну что за игра!» — проговорил голос. Все участники нога в ногу мгновенно начали перескакивать каждую преграду. В это время «Всадник Серебряной руки» незаметно шёл сбоку. Его лицо словно ничего не изображало, но всё равно, хоть его лицо было словно скала — что-то вроде ауры всё равно показывало, что он задумал нечто ужасное. Скачок за скачком все мчались изо всех сил. Вдруг что-то блеснуло в руке человека в шарфе. «Револьвер!» — закричал в тот же момент майор, и в тот же момент его лошадь споткнулась от препятствие. Скакун в железной броне рухнул на траву.

«Участник под номером 3 рухнул и тут же отстал!» — прокричал голос под удивлённые крики смотрящих. В глазах Филиппа в тот же момент появился страх. — Rail! Майор рухнул! — закричал Филипп. — Да видел! И что с этого?! Не отвлекай, сопляк, — сказал Rail. — Нет, ты не понял! Он что-то крикнул перед тем, как упал! — закричал опять Филипп, но в ответ ничего не последовало. Человек в броне настойчиво скакал вперёд. Его скулы светились от пота. «Победа... Главное — победа! Моя сестра», — неслось в голове мистера Rail с каждым ударом копыт. Удар, и ещё удар, и ещё. Все мчались изо всех сил. В это время майор еле как встал. Лошадь не слушалась его. «У него... был револьвер. Я так и знал! „Серебряные руки“ все такие!» — говорил он, пытаясь подняться на лошадь, а в это время даже Ашанти его перегнал, промчавшись, не видя дороги. Всадник «Серебряной руки» бежал как мог, но его левая рука была скрыта за шарфом. в его глазах читалось: «Не устоял только от одного вида — какая жалость». В это время участники прошли уже половину пути. Все были напряжены до предела, но вдруг Rail ухмыльнулся и повернулся к Филиппу. Перед ним предстало трясущееся лицо Филиппа. — Эй, Филипп! — закричал он наконец. — Что? — спросил Филипп. — А знаешь, я ведь устал, не ожидал от себя такого. — Что ты несёшь?! — спросил Филипп. — А то, что я устал быть вторым. И даже здесь я устал, что я на втором месте на этих скачках! Даже если я загоню лошадь — я выиграю! Его глаза наполнились яростью. В тот же момент он так жестоко ударил лошадь поводьями. Она вскричала и рванула изо всех сил. «Вот это да! Похоже, кто-то решил загнать свою лошадь до смерти?! Rail вырывается вперёд! Надо же, а ведь всего половину этапа назад всё было совершенно противоположно!» — закричал голос. «Пф. Что этот отброс себе возомнил», — послышалось из уст человека в красном шарфе с будто бы подставным хриплым голосом

В этот же момент ситуация на удивление повторилась! В этот раз «Всадник Серебряной руки словно разъярённый, выбился вперёд, но словно что-то его останавливало ехать во всю силу. В его руке всё так же что-то блестело. Нечто смертельно притягательное. «Невероятная игра! Дамы и господа, на данный момент первое место строго выхватывает Rail, на втором — „Всадник Серебряной руки“ и на третьем — Филипп!» В это время Филипп пристально смотрел на человека в красном шарфе. Стрелок яростно хотел двигаться, а точнее, скакать через препятствия быстрее, но его дохлая кляча уже была на пределе сил. Удар за ударом, но вдруг из движения, на удивление, тонких и милых губ всадника в красном шарфе начало складываться слово. «Убью его... За победу», — вот что читалось по его губам. Все участники приближались к концу второго этапа. Человеку в железной броне оставалось всего несколько метров до воды. Вдруг «Всадник Серебряной руки» замахнулся. В его руке блеснул револьвер. «Стреляет!» — закричал Филипп и мгновенным движением руки выхватил своё оружие и выстрелил. Жужжащая пуля полетела ровно во всадника. Разлетелись искры. Все смотрящие завопили. Пуля отскочила от револьвера и с невероятной удачей лишь слегка поцарапала висок скакуна. Повязка на его лбу в тот же момент развязалась. Все ахнули. В это же момент Rail плюхнулся на третий этап, но на это было уже всем всё равно. Из-под повязки показались красивые длинные рыжие локоны. В тот же момент шляпа и шарф слетели со скакуна и плюхнулись в воду. Филипп увидел это лишь мимолётом, но даже так он застыл от удивления — за шарфом было красивое, миленькое женское лицо. «Всадник Серебряной руки» — женщина! Все смотрящие удивлённо забормотали, но в тот же момент виновники удивления плюхнулись в воду. В это время майор быстро нагонял их, но на победу уже не надеялся. Трое лидирующих попали на третий этап, но голос ничего не комментировал. «Как такое может быть?! Как такой умелый скакун...» — проносилось в голове Филиппа. В это время Rail даже этого не заметил. «Всадник Серебряной руки» быстро нагонял лидера гонки. Все были напряжены до предела, а лошади выбивались от усталости. Вот-вот — и победа окажется в чьих-то руках. В это время Филипп с бешеной скоростью пытался подойти к человеку в броне, но это было почти невозможно. Майор так же плюхнулся в воду. Все продолжали гонку, но хмуренькое личико скакуньи в красном шарфе было слегка злым и нахмуренным — конечно, ведь она только сейчас поняла, что её револьвер вместе с шарфом упал на втором этапе. Все лошади рвались к победе. В глазах человека в броне светились золотые горы.

«Нет, нет, нет! Я выиграю!» — неслось в его голове. Рывок — и «Всадник Серебряной руки» сравнялся с Rail. — Эй! — закричала слегка мило девушка. — Пф, ты мне только мерещишься. На скачках не было женщин, — сказал, словно сам себе, Rail. — Ха-ха-ха! А ты забавный, неужели не увидел, как с меня спал шарф? В тот же момент человек в броне посмотрел на одежду и коня девки. В тот же момент его осенило. — Э... Это ты?! Я знал, что вы заподозрили что-то неладное, но чтобы настолько! — Ну так, Rail. Может, ты просто-напросто отдашь победу мне? Там всё равно для вторых мест дают приз в 200 долларов. — Отвянь, — сказал Rail и ускорился ещё больше. — Ха-ха-ха! Ну куда ты, — сказала девушка, отлично понимая, что он будет разгоняться ещё сильнее. В это время майор догнал Филиппа. К тому времени они прошли уже половину водного этапа. — Эй, Филипп! Меня долго не было, что тут такое?! — спросил майор. — Сэр! Rail нас предал и решил двигаться сам! — сказал мгновенно Филипп. — Ожидаемо от него, — сказал майор, немного помолчав. — Я сразу в нём это разглядел. Ладно, за победой!

В это время все трибуны орали то ли от счастья, то ли от нервов. «Итак! Финишная лента развёрнута! Через считанные секунды мы увидим победителя!» — прокричал голос, не став объявлять случай с револьверами. В это время Пётр и Екатерина еле сдерживали слёзы, но, не моргая, следили за гонкой. В это время Rail разогнался до максимума, а девка всё кричала и кричала всякое ему вслед. Стрелок и Карл быстро подъезжали к ним. «Ну давай! Давай же! Эта девушка у нас на...» — сказал Rail, но... Удар. Человек в железной броне в тот же момент плюхнулся в воду. Но ему повезло — он зацепился рукой за край, и доспех не потянул его на дно. Все трибуны кричали. В глазах других участников повисло удивление, но только лишь в глазах рыжей дамы показалась радость. Лошадь мистера Rail сдохла. Он загнал её до смерти. Но при этом вся гонка продолжилась дальше. «Всадник Серебряной руки» изо всех сил рвалась к победе, но вдруг сзади уже предстала другая напасть — Филипп и майор уже дошли до неё.

В это время Rail выкарабкался из воды. Он тяжело дышал. «Я... проиграл? Неужели?! Нет. Нет, нет, нет! Я ведь вложил всю душу в это! Каким образом... Зачем я только поддался на жалкие провокации этой девки. Мама... Ты всё же была права. Идя за победой — мы теряем близких», — думалось человеку в броне. — «Но... нет. Я не упаду в грязь лицом второй раз! Они мне этого не простят! Нет!»

В это время майор и Филипп летели нога в ногу. — А она не промах! — закричал майор. — Ага! Да только револьвера у неё больше нет, осталось лишь перегнать её! В этот же момент Филипп погнал изо всех сил. Девушка с упавшим шарфом рвалась к финишу — он был прямо перед глазами. Но тут же боковым зрением показался стрелок. Она мгновенно набрала скорость... Слева тут же подлетел майор. «Пф! Окружили бедную девушку! Ну и джентльмены!» В это время они давно перешли половину дистанции, и оставалась лишь прямая до финиша. Все напряглись, как могли . Удар — и все втроём сравнялись. Напряжение «Всадника Серебряной руки» чуть ли не дошло до предела. Её сердце билось как никогда. Но вдруг она направила взгляд на Филиппа. — Эй, Филипп! — сказала она. — Филипп! Не доверяй ей! — закричал майор. — Отвянь, — сказал Филипп и устремился её перегнать. В тот же момент взгляд девки стал словно соколиный. В тот же момент лошадь девушки странно колыхнулась. Вода в тот же момент расплескалась. Никто ничего не успел заметить, и только лишь одно словно вылетело с уст Карла: «Какого чёрта». Все трибуны закричали! Вода в бассейне дождём выплеснулась на конкурентов девки. Вода мгновенно попала лошадям в глаза и уши. Они стали отряхиваться. — Филипп! Нас провели! — закричал майор, но сделать они ничего не могли. Девка выбилась вперёд, но они так же поспешили догнать её.

Финиш был в нескольких милях. Удар, в глазах девки появился запал, но вдруг что-то плюхнуло сзади. Девушка повернулась и обомлела. С её губ упало: — Rail? А человек в броне изо всех сил, бежал пешком, не снимая брони. Он знал, что победы не будет, но он бежал по траве у воды. — Что это с ним? — прокричал Филипп. В это время майор со зрительно чистым взглядом посмотрел на Филиппа: «Такой взгляд я видел лишь однажды: на войне, когда солдаты воевали за свою жизнь. Им больше нечего было терять, и они сражались уже на чистой идее, потеряв всё! Именно этот взгляд сейчас у него».

Вдруг, словно наполняясь решимостью Филипп вырвался вперёд. Он мгновенно сравнялся с девкой. На её лице появилось что-то вроде страха. До финиша оставалась лишь грош! Время словно застыло. Майор только вышел из воды, «Всадник Серебряной руки» и Филипп были в шаге от побед, но только не Rail. Скачок пробил поле, словно гудок паровоза. Все ахнули. Филипп и девушка, смотря друг на друга как лев на тигра, шли нога в ногу. До финиша можно было схватиться рукой. Но в тот же момент девка тихо прошептала: «Чемодан... Дмитрий будет доволен». В этот же момент Филипп остановился в оцепенении. Трибуны завопили кошачьим воем. Всадник поскакал, словно к Олимпу. Выстрел тот же момент финишная лента была пробита конём «Скакуна Серебряной руки». Победитель: «Розалинда Raven».

Гонка окончена!

Глава 12. Часть 3 «Передача имущества»

«Всадник серебряной руки» быстро пересёк финишную ленту. Трибуны кричали изо всех сил. В это время даже Пётр подскочил с места, а его жена уж и подавно.

Дальше быстрым ходом финишировали: Филипп, потом майор, а дальше в самом конце Rail. В тот же момент все слезли со своих тяжело дышащих лошадей и встали в середину поля. Началось плавное и неспешное, как падение капли мёда с ложки, награждение.

В это время Пётр и Екатерина сидели на трибунах и радостно переговаривались, но только в голосе Петра так и чувствовался странный дрожащий страх. На удивление, такое он мог себе позволить лишь в разговоре с Екатериной.

- Я так и думала, что она победит! Это было видно с самого начала. Жалко, конечно, что не Филипп, но всё же.

- Да, видно было, - сказал Пётр растерянно.

- Что такое? Ты такой сидишь еще с того момента, когда раскрылось, кто такой всадник.

- Как бы тебе так сказать. Я знаю, кто это, и не только я. Видишь тех, в красных шарфах?

- А... Люди Дмитрия, - сказала Екатерина. - Но ты ведь и так знал, что они здесь... Да и они вроде как сказали не трогать тебя!

- Да, сказали. Но про рабочих моих ничего не говорили.

Вдруг он посмотрел на часы, и его брови слегка поднялись. В этот момент он слегка нагнулся и сказал:

-Мне срочно пора по делам, я рассказывал тебе о них. Отведи Филиппа в поместье, пусть работы сегодня не проводит... Слишком опасно.

На это, видя грозный взгляд Петра, Екатерина лишь кивнула и пропустила его к выходу.

После этого он, быстро пройдя трибуны, ликующие из-за победы, вышел на пустую улицу города. Наконец-то всего шума не стало. Огромные здания опустились над улицами, загораживая пустынные улицы лёгкой дымкой. Все шумы там, где-то далеко, а здесь только тишь.

«Времени не очень много, но, как говорила Анастасия, скорее всего, её отъезд уже произошёл, а значит, они уже пустили своих людей по домам тех, у кого могли быть копии. Надо спешить. Ах, но всё же Анастасия и вправду была тем ещё стратегом, и этот план стал её последним аккордом», - обдумывал Пётр, пока искал своего кучера с повозкой.

Вдруг из-за угла показался кучер, и в тот же момент Пётр мгновенно подошёл к нему.

- Мистер Пётр, но скачки ещё не закончились! - сказал кучер.

- Не волнуйся, считай, они мне наскучили. Поехали срочно в поместье.

- А... А Екатерина? А Филипп, разве он не всегда был подле вас?- спросил кучер.

- Они позаботится об этом сами, не волнуйся, - сказал Пётр, запрыгнув на повозку.

В тот же момент кучер шлёпнул поводьями, и они поехали в поместье, наполненное кровью одного из рабочих.

Победителей награждали: сначала, конечно, сам организатор начал вести длинную речь и награждать победителей, а на ликующих трибунах где-то невидимкой стоял человек в красном шарфе - мрачный, словно тень, а напротив всё ещё болтал его друг с, как оказалось, Мэри.

- Раз уж ты из банды Дмитрия, скажи, пожалуйста, а зачем вы вообще пришли? Тут что-то будет происходить? - спросила Мэри у Джентльмена.

- На самом деле... Я только недавно в банде и не очень понимаю, зачем... Но вроде как это всё по желанию одной крайне важной особы в банде.

- А-а, - пропела Мэри. - Значит, важный человек. А... Про какие-нибудь сумки или сундуки ничего не говорили?

- Странный, конечно, вопрос, да и вообще мне до сих пор не верится, что вы та самая Мэри - зачинщица банды. Но всё же, зачем вы ушли из банды?

- Эге. Ты, конечно, хорошо ушёл от темы, но всё-таки ты на мой вопрос ответь.

- Ну... Вообще да, должен прийти какой-то там чемодан, но о большем я и не знаю. Только штука это важная, так что меня еле пустили на это задание. Сказали, чтобы казалось, что нас много. Но я лично думаю, что это из-за статуса моего отца, который не очень осведомлён об этом. Сказал добродушно и радостно Джентльмен

- А... Вот оно как. Ну-с, тогда нам пора идти. Прямо сейчас.

- Что вы несёте? Куда идти?

- Как куда? За чемоданом, идём.

Победителей награждали: сначала, конечно, сам организатор начал вести длинную речь и награждать победителей, а на ликующих трибунах где-то невидимкой стоял человек в красном шарфе - мрачный, словно тень, а напротив всё ещё болтал его друг с, как оказалось, Мэри.

- Раз уж ты из банды Дмитрия, скажи, пожалуйста, а зачем вы вообще пришли? Тут что-то будет происходить? - спросила Мэри у Джентльмена.

- На самом деле... Я только недавно в банде и не очень понимаю, зачем... Но вроде как это всё по желанию одной крайне важной особы в банде.

- А-а, - пропела Мэри. - Значит, важный человек. А... Про какие-нибудь сумки или сундуки ничего не говорили?

- Странный, конечно, вопрос, да и вообще мне до сих пор не верится, что вы та самая Мэри - зачинщица банды. Но всё же, зачем вы ушли из банды?

- Эге. Ты, конечно, хорошо ушёл от темы, но всё-таки ты на мой вопрос ответь.

- Ну... Вообще да, должен прийти какой-то там чемодан, но о большем я и не знаю. Только штука это важная, так что меня еле пустили на это задание. Сказали, чтобы казалось, что нас много. Но я лично думаю, что это из-за статуса моего отца, который не очень осведомлён об этом. Сказал добродушно и радостно Джентльмен

- А... Вот оно как. Ну-с, тогда нам пора идти. Прямо сейчас.

- Что вы несёте? Куда идти?

- Как куда? За чемоданом, идём.

В этот же момент новичок сразу же пошёл за бывшей главной банды, но, по правде, ему слегка было обидно, что на его вопросы не ответили.

Прошло некоторое время, награждение почти подошло к концу, а Мэри с Джентльменом почти подошли к месту, где должен был совершиться обмен.

Но перед этим всё так же в особняке шли разные разговоры.

Почти все важные особы разошлись, и остались лишь погружённые в политику люди. Стол был почти полностью пуст. За столом остались лишь главные элиты, и в особенности Дмитрий с Эриком. Все молчали, а Эрик, на удивление, ни капли не был грустен или встревожен, а наоборот, был на пике бодрости.

- Эй, Дмитрий, - сказал Эрик тихо. - Как там с Анастасией?

- Ха, - сказал слегка отрезвевший Дмитрий. - Да всё прелестно. Мой человек уже вот-вот займётся ей.

- Просто... На всякий случай вам бы стоило позаботиться о её завещании...

- Не волнуйтесь, сер, - сказал мгновенно Дмитрий. - Мой работник уже уничтожил его в особняке Петра. Так что всё отлично.

- Прелестно. А... Чемодан?

- Хоть и прибыл в город, но до приезда подготовленного человека ещё рано. А так ваши люди ходят с ним под охраной моей банды, не вызывая подозрения.

- Прелестная работа. Налей-ка мне вина. Скоро свершится нечто прелестное

Всё переплелось. В это время Мэри и Джентльмен давно вышли и стали презрительно идти, всматриваясь в каждого прохожего с терзающим чемоданом.

- Мисс Мэри, я, конечно, понимаю, что вы идёте за каким-то там чемоданом, но я не могу понять лишь одно: зачем бывшему лидеру какой-то там чемодан? Это ведь ерунда, как мне рассказывали!

- Хм. Ха-ха! Ну да, ну да. Конечно, ерунда. Для такого сопляка это, естественно, ерунда! Никакой для тебя пользы чемодан не принесёт. Ты ещё так молочен, а мы уже квас!

- Кто ещё «мы»? - спросил Джентльмен.

В этот момент они зашли в узкую улочку. Всё было туманно - настолько, что казалось, вот-вот и из углов пойдёт дымка. Джентльмен вовсе не боялся, он знал, на какую работу устроился.

На самом деле данный Джентльмен только недавно пришёл в банду. О его прошлом практически ничего не известно, и можно даже сказать, что его имя и фамилия словно появились из воздуха. Но вот зато карты, которые он носил, были совсем не из воздуха.

Бывшая хозяйка банды томила с ответом, но они всё шли и шли дальше. Вскоре улица стала расширяться, пока они не попали в тёмный промежуток между гигантов - многоквартирных домов. Света проникало туда ещё более чем достаточно, и Джентльмен мгновенно увидел палатки, револьверы и разные красные шарфы.

- Мэри, ответьте! Что это такое?! Я прямо сейчас уйду отсюда! - закричал наконец-то Джентльмен.

- Тише! Тише! - закричала Мэри, но было поздно.

Из палаток мгновенно показались руки.

- Мэри, куда вы меня завели! - сказал Джентльмен, уже держа револьвер в руках.

- Тише! Ха-ха, ну ты даёшь, амиго! - сказала Мэри, к удивлению Джентльмена.

- Тише! - послышался вдруг басовый голос.

Это был человек, вылезший из палатки.

- Ну и что ты наделал? - сказал этот человек своим басом, ни капли не злясь. - Всех теперь разбудил.

В этот же момент из палаток вылезло с дюжину человек.

- И что это вообще значит? - спросил Джентльмен, опустив револьвер.

- А то, амиго! Извини, нужно было сказать раньше. Я приглашаю тебя в отряд сопротивления! А именно в мой отряд - «Красная роза!». Да-да, старушка совсем сбрендила.

В этот момент на лице Джентльмена проявилось непонимание.

- Понимаю, ты, наверное, в шоке, что тебя посвятили в это, но прими это... Супчика? - сказал мужчина с басовым голосом в то время, как весь отряд уже складывал палатки и готовил еду.

Их было достаточно много. Не сказать, что целая банда, как «Серебряные руки», но достаточно для маленького саботажа. Вскоре, пока Джентльмен с удивлением разглядывал каждого в углу, все слаженно сложили палатки и, поставив котелок, стали греть похлёбку. Все быстро сели вокруг, ожидая чего-то. А в это время Мэри, помогавшая быстро дойти, вошла в середину круга и сказала:

- Друзья! У нас появился новый амиго! - сказала Мэри.

Все с интересом посмотрели на Джентльмена.

- Это, конечно, хорошо, Мэри, но... - спросил вдруг кто-то из круга.

- Но? - переспросила Мэри.

- Но зачем нам ещё один человек, если у нас сегодня уже то самое задание?

- Ах да... Давайте лучше введу вас и нашего новичка в дело.

В этот момент глава сопротивления встала и стала вещать, в то время как Джентльмен присел на её место. Она начала рассказывать свой план:

«Итак. Сразу скажу, что появление данного новичка крайне важно. Нас всего 12, а для осуществления моего плана нужно около 13 человек, так что он нужен. Ты же, в свою очередь, имеешь крайне интересную биографию, а точнее - её отсутствие. Странный ты человек, но этим ты нам и пригодишься. Мы, честно говоря, следили за тобой, так что мы точно уверены, что вступить к нам - это выгодно для тебя, амиго... А точнее - Август!»

На лице Августа появился шок, но всё, что следующее говорила Мэри, было чистой правдой, словно она читала его как книгу.

«Ну что могу сказать, бунтарь. Решил доказать своему отцу, что чего-то стоишь, и записался в банду. Ха-ха. Так вот - всё для тебя! Целая отдельная организация, что идёт против столь сильных «Серебряных рук». Это ладно. Итак, хочу заявить, что эта миссия, возможно, последняя. Просто... Просто... Эх. Даже говорить грустно. Я ведь уже старушка, так ещё и... Малышка Люси уже почти взрослая, и за ней нужен невероятный уход. В общем, хочу заявить, что эта миссия будет хоть и последней, но изменяющей ход истории! Мы через многое прошли, но думаю, что в живых останутся немногие. Но даже так мы не давали «Серебряным рукам» развиваться в полном размере, как они могли, но... С каждым днём их силы пропорционально растут, словно каждый раз их наёмников всё больше! Так ещё и Эрик... Этот кретин выбьется в президенты, а дальше они будут неистовы и не остановимы, как передавали мои разведчики».

- Мэ, ну не томите вы! - сказал джентльмен по имени Август.

- О! Видно, наш парень.

Мэри продолжила, но не так весело:

«Мы украдем чемодан. Именно это действие сможет парализовать Эрика на некоторое время, и он станет лишь президентом. Это не так опасно. Передача чемодана произойдёт в 12:00 в самой северной зоне Сан-Франциско, около причала. Мы должны неожиданно напасть и выкрасть чемодан всеми силами. Погибнут многие, но, благо, у нас есть человек, который должен быть на этой встрече. Август! Именно благодаря тебе мы сможем проникнуть».

Август кивнул, он ни капли не думал о бандах. Скажем так, в тот момент он не был ни за одну идеологию, кроме своего благополучия и веселья. Человек интересный.

А Мэри продолжила:

«Ты проведёшь передачу, как и нужно было, но в момент передачи подашь сигнал. Дальше в дело вступаем мы. Но главное! Ни за что не спугни этих недоумков. Дальше начнётся перестрелка, и выход отсюда один - на встрече точно будет Дмитрий, и я смогу использовать право пакта крови, чтобы они не могли ранить мою банду, а дальше он точно просто даст нам уйти».

В это время на лице Августа появилось смятение. В этот же момент на лице главаря «Красных роз» появилась унылая мина, она повернулась и сказала:

«Право пакта крови предполагает, что я, как бывшая глава всея банды, имею право приказать банде не убивать кого угодно. У этого свои правила, например - нельзя загадывать не убивать более 30 человек, но на мою банду это как раз распространяется. Таким образом мы сможем забрать чемодан и свяжем руки президенту».

После этого Мэри уселась есть похлёбку, что как раз дошла до приемлемого уровня жара.

А в это время награждение почти полностью прошло. Все были на своих местах, всё внимание, конечно, досталось девушке-победителю, а не нижестоящим. Все были в центре. В это время они как раз стояли рядом друг с другом, а именно на самом краю середины поля. Rail и бывший майор разговорились:

- Слушай, Карл, ты извини меня. Эти скачки вскружили мне голову, - сказал Rail, пригорюнившись.

- Да ладно тебе. Вижу, что деньги нужны были, а я сюда чисто ради азарта пришёл, ну и отдохнуть, конечно, - ответил Майор.

А спустя непродолжительный диалог Карл наконец-то решил заговорить о важном.

- Я вот что хотел сказать, - сказал Майор угрюмо. - У нас тут помеха.

- Какая? - спросил человек в броне.

- В виде этого «Всадника серебряной руки» - просто он какой-то странный, и даже скажу так: я знаю её. И она здесь не просто так. Розалинд - это один из самых прелестных алмазов в короне Дмитрия и во всей банде «Серебряные руки». Именно она встала не место бывшей главаря этой банды - Мэри

- Ох. Опять они! Нет. Я с ними не буду взаимодействовать ни при каких условиях. Даже во благо, я просто наблюдатель со стороны, не более.

- Ладно тебе. Я к тому, что помнишь тот момент с красным флагом с цифрами?

- Да помню -просто флаг, как флаг.

- Нет, нет. Я не успел вам рассказать. На этом флаге были очень странные цифры, так ещё этот флаг показывал человек в чёрной шляпе. В общем, странно всё это, Мне кажется, нужно за ними проследить.

- Слушай, а зачем тебе это надо?! Это ведь там, а мы здесь, и это нас никак не касается.

- Хм. Какой ты всё-таки принципиальный, - сказал Майор, вздохнув. - Но... Я, как бывший вояка с той войны, просто не могу. Не могу бросить людей в опасности опять. Понимаешь, та мясорубка была просто ужасной до тошноты, и многие... Да что тут взять. Большинство не выжило. Так что я не дам так просто разгуливать уродам по улицам.

Эта речь и вправду не на шутку воодушевила человека в броне, так что, чуть-чуть помявшись, он всё-таки согласился и сказал:

- И какой у нас план?

- Ох-ох. Я, пока говорил, как раз это обдумал. План прост. Незаметно проскочим от публики и проследим за этой Розалиндой. Конечно, это не так просто, но я думаю, что-нибудь придумаем.

После этих слов они стали ждать момента, когда план проявится и продолжили разговаривать.

В это же время всё шло к неминуемому: банда «Алая роза» уже готовилась к своей самой масштабной операции по ослаблению банды «Серебряные руки». Все готовились к неизбежному, в то время как Август спокойно следил за процессом. За это время ему рассказали весь план действий, и он преспокойно сидел и наслаждался минутами спокойствия. Мэри без паники и со старческим прищуром смотрела на работу, потягивая папироску - в её стиле в то время. А все остальные проверяли оружие, одежду и так далее. На удивление Джентльмена, всё происходящее и вправду его не беспокоило. Он думал своей зажиточной стороной, словно он бессмертный и всё это так... Чисто только ради веселья.

Время приближалось к двенадцати, было около часа до встречи. Все в это время были в полной боеготовности, а Август спокойно дремал. Палатки собраны, оружие в готовности, солдаты бодры, Мэри - как всегда сногсшибательна. Все стояли около выхода из тёмного переулка, но только Август, дремая, никак не мог проснуться. В это время к нему подошла Мэри.

- Эй, эй! Амиго! - говорила она тихо, но с тоном. - Да ты проснёшься или нет?!

Август дремал.

- Август! - наконец закричала она.

В тот же момент Джентльмен встал и вскричал:

- На месте! Что такое, мисс Мэри?

- Иди давай к своим. Мы уже знаем место и будем там. Мы в тебя верим.

В то же время Август вскочил и побежал к своим напарникам из «Серебряной руки» - как раз в это время закончилось награждение.

На трибунах почти не было людей, а участники всё ещё стояли в середине. На шее Розалинды висела золотая медаль, спрятанная за её шарфом, но это никак её не смущало. Она преспокойно одна двигалась к выходу. Потом прошла через арку выхода и очутилась на улице. Всё было спокойно, но она как-то странно всегда поглядывала на часы. Затем она села на скамью и стала ждать. На удивление многих, она приехала на скачки сама, и поэтому никто не стал её даже спрашивать, не приедет ли кто-то за ней. Вскоре, примерно через пару минут, к ней подъехал шикарный автомобиль. Даже для того времени это было просто дичайшей редкостью. Затем Розалинд спокойно встала и, сев в машину, с невозмутимым видом помчалась в неизвестном направлении.

В это же время Майор и Rail издали наблюдали за ней. Всё это не на шутку их заинтересовало. Они и так знали, что что-то тут не так, но и думать не смели, что дело примет такой оборот. Спустя две-три минуты раздумий они всё-таки решили, что надо идти за ней.

- И как мы, по-твоему, можем успеть? - спросил человек в железной броне. - Она и так, скорее всего, улицу проехала.

- Спокойней. Они далеко не уехали, да и я, знаешь ли, ни один приехал, - ответил спокойно Майор.

Тут же через несколько мгновений к стадиону примчалась сногсшибательная карета. Вся вышитая золотом и серебром. Тут же кучер, который выглядел, как типичным каубой показал жестом, что они могут сесть. Они сели. Майор мгновенно начал рассказывать всё своему кучеру:

- Так, слушай сюда, Билли. Тут такое дело: нам нужно догнать машину, что ехала тут недавно, но только нас видеть не должны.

- Ха-ха! Да вы большой шутник, - сказал Билли в прекрасном настроении.

- Нечего тут смеяться, - сказал вдруг безэмоционально Rail. - Езжай. И езжай так, чтобы нас не заметили.

- Вообще он прав. Ты его извини, просто человек новый. Мы очень торопимся.

- Ладно-ладно, - сказал с угасшей радостью Билли. - Да вот только зачем вам это? Ну так, намекните просто.

- Кхм. Скажем так... - успел только сказать Майор, но человек в броне его перебил.

- Мы суём свой нос не в своё дело. Вот так можно сказать. Хочешь поболтать -сколоти свою банду или что-то такое, а сейчас гони лошадей! - сказал Rail, что вызвало, на удивление, смех кучера.

- Ха-ха. Ох уж этот Карл Браун, это в его стиле, - сказал кучер, пока повозка уже вовсю мчалась изо всех сил.

По расчётам Майора они приедут на место минут на десять позже, чем «красные шарфы», благо за машиной шёл длинный шлейф из воды или масла на дороге. В это время Rail и Карл разговорились:

-Слушай Карл, ты говорил, что был на войне, верно? Спросил Rail

-Да, говорил. А что тебя интересует?

-Просто я не очень следил за этим... Не было времени. Как она вообще началась? А чем закончилась?

-В прям таки не было времени?

-Ладно. Не буду врать -у меня не было денег даже на газеты. Нет, я, кончено, знал, что она идёт и то, что собирают добровольцев, но в то время я был не в том состоянии, чтобы следить за всем этим.

-Хм-хм-хм. Пробурчал Карл -Ты бездомный? Человек в броне нахмурился

-Ладно. Я уже это и понял. Сказал майор и продолжил -Всё началось в 1936 году, когда Техас и Калифорния объявили независимость Мексике и в 1845 году стали частью Америки. В итоге в 1946 году 22 президент объявил кровопролитную войну. У нас не было сильной армии, что уж говорить про наше время. Эх... Не знаю, что сказать про себя: просто жил себе в семье фермеров, пока не побежал за моим другом -Джимом, царство ему небесное.

В это время повисла гробовая тишина, только звук колёс тихо перебивал его. А он продолжал:

-Далее меня взяли на фронт, и я сразу попал на битву на Сан-Паскаль, где мы одержали победу. Потом и в Буэно-Виста и так далее. Но в итоге 23 президент.. Ох... Пошёл на интересные компромиссы. Не буду томить -взамен Калифорнии он отдал Техас, где и полегло много моих товарищей, что уж и говорить про всю страну.

Дальше Карл замолчал. А человек в броне всё выслушал и не смог сказать и слова

А пока что банда «Алая роза» абсолютно так же ехала к тому заветному месту - причалу. Они шли на двух-трех повозках, едущих по разным улицам, но, по их плану, они должны прийти примерно в одно и то же время. Всё близилось к встрече.

А в огромном здании, где завтракали элиты, было так же неспокойно. Остались лишь самые привилегированные. Еды уже не было, и все занимались своими делами: разговаривали, просто выпивали, играли в карты. Но только одному Эрику было неспокойно. Около него постоянно ютились слуги, но даже это ему не помогало - он был уже на взводе и постоянно донимал своими вопросами.

- Дмитрий! Твои люди уже пришли? - спрашивал уже какой раз Эрик.

- Нет. Ещё рано. Не волнуйтесь, Розалинд обо всём позаботилась. Это я вам точно говорю.

- Хорошо. А... А точно ли не будет никаких препятствий?

- Не будет. За всем следят опытные люди, да и для вида было много кто взят. Солдаты и полиция ослаблены. Да и кому в голову взбредёт, что передача такого масштаба может проходить в таком месте?

- Да, ты прав... Но что-то мне неспокойно. Может, ещё солдат моих позвать?

- Нет, не стоит, мы уже обговаривали, что нам не стоит привлекать внимание. А знаете... Идите лучше поспите. Вы проснётесь, и всё будет сделано в лучшем виде.

- Ох... Ну да, в целом ты прав.

После этого Эрик пошёл в свою комнату и лёг на кровать, мгновенно заснув. А Дмитрий продолжил свою великую войну, выигрышем которой будет мёртвая печень.

Итак, пробило 12:00.

Машина уже стояла в тени, а Розалинд, светя своими рыжими волосами, стояла в тёмном переулке около причала. Всё шло спокойно. Розалинд прогуливалась по тёмным улицам вместе с ещё несколькими людьми в красных шарфах. В их походке, лицах и даже в воздухе висело некое спокойное, но липовое умиротворение. Август также там был, и, по правде говоря, реальное спокойствие шло только от него.

В это же время все члены банды «Алая роза» шли поблизости, но на другой улице. Майор и Rail ещё ехали на своей повозке.

Наконец-то банда «Серебряные руки» остановилась. В тот же момент из-за угла, остановившись у прохода пустой улицы, вылетел автомобиль с людьми в жёлтом. Они выглядели статно и смело, а на заднем сидении виднелся всеми желанный предмет.

«Наконец-то», - пробормотала Розалинд, и они всей бандой подошли к автомобилю.

Впереди них в машине сидело четверо человек в жёлтом. Они выглядели достаточно напуганными и даже уставшими. «Серебряные руки» в составе четырёх человек встали полукругом, из которого к машине вышла Розалинд. Она подошла вплотную к машине.

В тот же момент человек в жёлтом на водительском сидении достал пистолет. Розалинд отскочила. Человек в жёлтом прошептал:

- Код. - В это время его голос был хриплый и даже басовый.

- Ты что, не вспомнил меня? Я же Розалинд, заместитель командира

- Код, - сказал снова человек в жёлтом.

- ...а, - сказала шёпотом Розалинд. - 1188, - сказала тихо Розалинд, и в тот же момент человек подобрел.

- Ах да, Розалинд. Здравствуйте. Возьмите его, - сказал водитель, и один из таких же людей протянул чемодан.

Один из людей в красном, стоящий на самом краю полукруга, выхватил чемодан.

- Отлично. Мы можем ехать, мисс Розалинд? - спросил водитель, обрадовавшись тому, что эта ноша больше не на его плечах.

На это Розалинд никак не ответила. Она только слегка улыбнулась и выпалила:

- Да, но вы - нет.

- В каком смысле? - спросил в недоумении водитель.

- В прямом, - ответила даже больше с радостью Розалинд и в тот же момент приставила пистолет ко лбу водителя.

Все в машине переполошились и начали искать оружие. Поздно. Их окружили, и ещё двое человек были на мушке у людей в красных шарфах. За считанные секунды машина была окружена. Все, кто стоял в полукруге, встали вокруг машины. Но только что-то слышалось с крыши.

- Но... Но мы ведь за вас! Мы перевезли его ради «Серебряных рук» и Эрика!

- Хах. Именно поэтому мы вас и казним. По праву кодекса «Серебряных рук» о деле о свидетелях вы слишком много знаете и будете казнены. И я...

Вдруг что-то щёлкнуло у затылка Розалинд. Она, не разворачиваясь, сказала:

- Убить предателя.

Но ответа не последовало. Только лишь всё больше и больше слышалось звуков ударов.

- Это приказ! Убить человека, что сзади меня! Живо! - сказала она снова, смотря в глаза своей жертве.

Но ответа снова не последовало. И только лишь через время послышался голос Августа:

- Вы окружены. «Алая роза» уже взяла в плен ваших бойцов.

В тот же момент Розалинд обомлела, но лицо поменялось лишь на секунду. В тот же момент, не стесняясь, Розалинд выстрелила в водителя и, развернувшись, одним ударом выбила Джентльмена из равновесия. Он мгновенно рухнул, но не успела она даже вздохнуть, как к её лбу подставили дробовик - это была Мэри.

Она была окружена. Банда «Алая роза», быстро спрыгнув с крыш невысоких домов, штурмом захватила её банду. Все её воины быстро упали на колени, повесив головы, поставленные к стене. В это время Август так же встал и задерживал людей в чёрном.

- Мисс... Мэри! Неужели это вы?! - закричала Розалинд. - Но вы же...

- Пропала без вести? Ха-ха, но, как видишь, далеко нет, - сказала, посмеиваясь, Мэри.

Всё перешло на сторону «Алой розы». Все люди в красных шарфах были задержаны, а люди в жёлтом стояли как ни в чём не бывало около машины.

- Эй, Мэри, ну чего же ты ждёшь? - сказала внезапно Розалинд.

- О чём ты? Мы вас уже задержали!

- Я о том, что ты до сих пор не выстрелила. Неужели та самая кровожадная королева смерти стала гуманисткой?

- Закройся, Розалинд, - сказала Мэри, ни капли не поддавшись на пудру в глаза.

- Ну ладно. Просто вся суть в том... - сказала Розалинд, но вдруг упала.

Мэри мгновенно выстрелила. Промах! Заместитель командира, мгновенно выхватив ножик из волос, воткнула его в ногу старушки.

- Атака! Стреляйте! - закричала мгновенно Мэри, паля из пистолета и промахиваясь.

В это время Розалинд ловко побежала к машине. Все из «Алой розы» запалили по рыжей. Вдруг открылся момент для многих людей из «Серебряных рук»! Все из «Алой розы» даже не успели моргнуть, как двое человек быстро отбились и, выхватив своё оружие, перекатились в начало улочки. Все застыли.

Розалинд укрылась за машиной, двое человек из банды в красных шарфах встали напротив машины, сковывая банду Мэри в тиски, но при этом чемодан всё-таки был у Мэри.

- Ха-ха! Вы думали, от нас так просто отбиться? Да фиг вам! - сказала Мэри. - Я...

Мгновенно мимо неё пролетела пуля. Розалинд спряталась за машину - туда они не будут стрелять, двое её приспешников навострили свои орудия в ответ на орудия «Алой розы». Напряжение увеличилось до предела, но никто не был готов стрелять. В это время кровь из ноги Мэри не останавливалась, но она, стиснув зубы, продолжала стоять и даже обдумывать ситуацию.

В это время Rail и Майор уже давно услышали выстрелы на пустынной из-за скачек улице и помчались к месту выстрелов.

«Чёрт, мы должны успеть -гони быстрее Билли!» - только слышалось от Карла

Розалинд стояла около машины и, прижав револьвер к груди, смотрела на людей в жёлтом.

«Нет. Я всё-таки должна их прикончить. Пока банда Мэри отвлечена, у меня как раз есть время для этого».

Люди в жёлтом стояли прямо напротив машины, застыв от страха и вымотанные дорогой. В тот же момент Розалинд направила свой револьвер на них. Выстрел! Розалинд упала, оглушившись. Это был Август - он, спрятавшись на крыше, выстрелил прямо около головы Розалинд, и она, оглушённая, упала. Он успел забраться на крышу в то время, пока росло напряжение. Её пистолет выпал из рук.

Джентльмен спрыгнул с крыши и сказал:

- Господа! Ваша руководительница обезврежена!

Он повернулся, раскинув руки, а остатки банды «Серебряные руки» смотрели пристально на него. Лицо Мэри искривилось, она закричала:

- Август... Да я в тебе не сомневалась!

В это же время в глазах людей в красных шарфах появился страх. Банда «Алая роза» почти полностью одержала верх.

Послышалось два выстрела. Двое мужчин всё-таки упали замертво, кровь из ран сочилась в разные стороны. Это была Розалинд. В то время, пока Август выпендривался. Она быстро взяла пистолет и доделала начатое. Мгновенно члены банды воодушевились.

Банда Мэри в ошеломлении начала стрелять в двоих людей в красных шарфах. Но, на удивление, это было ошибкой. На лице рыжей девушки появилась улыбка. В это время все члены банды «Серебряные руки», выбившиеся из плана, были убиты.

В тот же момент громогласно Розалинд объявила:

«Дамы и господа! Было приятно устроить цирк, но, я думаю, пора вам показать, что мы не в игры играем. Вы прекрасно дали мне убрать больше свидетелей этого дела. Они погибли героями, но дураками. Было приятно с вами увидеться».

В этот же момент что-то взлетело в воздух. Все члены банды «Алая роза» мгновенно закрыли головы и начали прятаться, но было поздно. Белая вспышка озарила небо. Весь переулок скрылся в тумане.

Август упал в беспамятстве. Мэри спрятали её члены банды. А Розалинд достала свой позолоченный пистолет и начала стрелять, только добавляя паники. Она уже давно была привычна к дыму и свету, ведь гранату уже не первый раз использовала. Ещё несколько выживших так же присоединились к уничтожению банды. К тому времени Rail и Карл уже были у самого причала.

Прошли считанные секунды, но ситуация полностью поменялась: дым давно развеялся, половина банды «Алая роза» валялась в крови, оставшиеся, в том числе и Мэри, сидели у стены, склонившись вниз, а Розалинд вместе с несколькими выжившими и с чемоданом в руках стояла над ними.

- Ха-ха. Мэри-Мэри, а вы ведь и вправду были «Королевой смерти». Как же вы теперь жалко выглядите! Но только посмотрите: легла и ничего не делает. Где твой напалм?! Верно, его нет.

Но во время нападок Розалинд Мэри даже не смотрела на неё. В её голове летало столько мыслей, но самой главной и чёткой была лишь одна: «А как же Люси?!»

В это же время Розалинд, полностью почувствовав победу, решила больше не унижать бывшую главу и просто сказала:

- Ладно, это всё, что я хотела сказать. Стреляйте.

Мгновенно несколько человек подошли к человеку с басовым голосом. Мэри закричала:

- Стой!

Розалинд тут же заинтересованно посмотрела на неё.

- Прошу, не убивай его. Он был верным человеком всю свою службу, он не заслуживает такой участи!

- Ха-ха! Да что ты говоришь... Ну и что же ты можешь для этого сделать? Прокричать своим старым голосом?! У тебя здесь нет власти.

- Я... Я использую пакт крови! Ясно?! Я использую! Я...

Но в ответ не последовало ни ужаса, ни интереса. Тут же один из остатков банды «Серебряные руки» сказал:

- Мэри, у вас тут нет полномочий использования пакта, так как не поверите ведь Дмитрия тут нет, а пакт вы можете только с Дмитрием устроить, а не с генералом.

Сердце Мэри дрогнуло. В этот момент она в первый раз за всю битву почувствовала себя и вправду беспомощной. Но вдруг, на удивление, выстрела в человека с басовым голосом не последовало. Розалинд внезапно обратила внимание на Мэри. Она улыбнулась и сказала:

- А хотя знаешь... Да. Я выполню твою просьбу. - В тот же момент Розалинд подняла руку и сказала банде: - Ребята! Убейте Мэри первой.

В тот же момент один из верных помощников рыжей девушки подошёл к Мэри. Глава «Алых роз» зажмурила глаза. Револьвер был прямо у её лба. Всё шло к самому ужасному. Но в её голове было лишь одно: «Прости меня, Люси, прости... Но я обманула тебя. Я ушла не в магазин».

Морщинистые руки Мэри затряслись в панике. Выстрел!

Но револьвер приспешника был выбит пулей. Это были Rail и Майор. Благо, услышав звуки выстрелов и увидав свет, они смогли быстро добраться до места. Мгновенно Rail кинулся на рыжую девушку, она тут же начала отходить от ударов и от выстрелов. В это же время Майор прокричал:

- Мисс Розалинд! Сдавайтесь! Вы будете задержаны и переданы закону!

В это же время на Майора полез один из приспешников. Наконец-то появился шанс для команды Мэри. Они мгновенно встали и заняли места около стены. Началась мощная перестрелка, но внезапно главное место действия быстро закончилось. Наконец-то огромный мужчина в железной броне всё-таки сбил рыжую девушку с ног. Но, даже упав, она не бросила чемодан.

- Эй, парень! Чемодан забери и беги отсюда! Быстро! - закричала сразу Мэри через слёзы.

Двух слов для него было достаточно. Тут же Rail вырвал из рук чемодан и рванул на причал. Розалинд мгновенно подняла вопль, и все из банды переключились на поимку вора чемодана. Но только они не могли пробежать и пары метров, как банды мгновенно начали перестрелку, и только Розалинд вырвалась за ним.

Все мгновенно остановились. Главный макгаффин улетел на причал. Все переключили внимание на погоню, кроме Карла и одного из бандитов. Члену банды было уже не до чемодана: битва - вот что было для него главным. В то время как шла перестрелка на улице, они продолжили свою битву, правда, не сильно долгую. Две силы забаррикадировались на разных сторонах улицы и начали стрелять друг в друга, посылая бойцов, которые без стеснения кричали и рвались в бой. Майор был уже стар для битв. Он из последних сил уворачивался, чтобы не попасть под его выстрел или удар. Но всё же член банды ударил его в бок, и тот свалился. Тут же член банды стал над ним и нацелил пистолет.

Тут же у них произошёл тихий диалог шёпотом:

- Наконец-то ты сломлен, Майор, - сказал он басом.

- Да-да. Не сильно важно, - сказал Майор.

Это произвело впечатление на члена банды.

- Ты так быстро сдался? Из-за чего ты упал? Ты ведь герой войны, не так ли? Эти ордена на тебе... - сказал член банды с уважением.

- Да, так, бывал там. Потерял там своих друзей и... жену. Давай, убивай меня быстрей. Я хочу окончания.

- Да. Я закончу, но только скажи перед смертью: что тобой движет, зачем ты пришёл сюда? Я буду винить себя и вертеться от интереса, - сказал член банды, держа в одиночестве пистолет над Майором.

- Пф. Тюфяк. Хотя что уж я... Тут я не главный. Я прожил всю свою жизнь в надежде, что вот-вот - и смогу начать жизнь по-настоящему, осталось лишь потерпеть. Но этого момента... так и не случилось. Потом война, меня забрали, а дальше всё было как во тьме. Я уж и сам забыл, зачем жил. А хотя... Зачем тебе мои страдания. Прикончи меня и иди выполняй приказ.

Лицо члена банды переменилось.

-Нет. Нет, я не буду тебя убивать. Ты достоин, но... выбора у меня нет. Меня просто убьют, если окажется, что хоть кто-то жив. Про эту битву не напишут в газетах, эту битву не внесут в историю... Но если я оставлю тебя в живых то эта битва станет последней в моей истории.

Майор грустно, но понимающе кивнул.

После этого прозвучал громогласный выстрел. Но он не побежал к своей банде, нет. Член «Серебряных рук» остался рядом с Майором. Он сел рядом и, взяв героя войны за руку, сказал:

«Не волнуйся, я не слишком стал монстром, чтобы не отпустить в иной мир человека, прошедшего через такое горе одного. Твоя история окончена. Спи спокойно. Там тебя примут героем, я тебе обещаю».

На это Майор никак не отреагировал. Он закрыл глаза, и в его мысли залезло что-то туманно-яркое, словно вся его жизнь летела в светлый туман. Мужчина из «Серебряных рук» просидел так до конца всей передачи чемодана, а на следующий день ушёл из «Серебряных рук».

Пока на соседней улице умирал Майор, остальные уже добежали до причала. Запыхавшийся Rail смотрел на темную воду, у которой лениво проплывали каравеллы. Погоня ещё не успела настичь его, и, переводя дух, он всё-таки решился открыть чемодан.

Железный гигант перевернул его на бок и стёр рукой пыль с кожаной дверцы. На ручке чемодана была чётко выгравирована надпись «JR». Это клеймо словно пробудило в его голове старые воспоминания. Rail торопливо щёлкнул серебряные защёлки, открыл чемодан и на мгновение зажмурился. Затем, приоткрыв один глаз, посмотрел на содержимое. Его взгляд быстро побежал по документам и фотографиям, которые он моментально отпечатывал в памяти.

В ту же секунду за спиной раздался яростный крик Розалинд: -Чёртов идиот! Нельзя открывать его! Пошёл вон!

Она мгновенно выставила пистолет. В глазах уставшего человека в броне промелькнул страх. -А где все остальные? -пробормотал он. -На улицах завязалась бойня между бандами, но тебе сейчас не об этом стоит думать, -тяжело дыша, Розалинд сделала шаг ближе. -Давай лучше всё решим мирно, кто бы ты ни был. Зачем тебе этот чемодан? -Хм... Честно говоря, я и сам не знаю зачем. Но я не отдам его тебе ни при каких условиях. -Ха-ха! Да пойми ты, этот чемодан -всего лишь безделушка! Отдай его мне! -Ложь! Вы бы не начали перестрелку из-за обычной безделушки. Я прямо сейчас уроню его в воду! И только я буду знать, что в нём было.

В этот момент к причалу, вырвавшись из уличного урагана, выбежала Мэри. Её платье было сильно порвано, но ран на теле не виднелось. По лицу пожилой женщины текли тяжёлые слёзы. «Что же мне теперь сказать Люси?! Да какой тут сказать... Мне нужно к ней! Прямо сейчас!» -панически проносилось в её голове.

Она еле перешагивала ногами, испуганно озираясь и пытаясь вспомнить, какой именно проход ведёт к её дому. Наконец она заметила Августа, который всё это время плёлся за ней тенью. -А ты что здесь делаешь? -тревожно спросила Мэри. -Мисс Мэри, я еле выжил благодаря вам! -закричал Август, едва не плача. -Прошу, не обращайте на меня внимания! Просто уведите меня в безопасное место! -Ох... Ещё и тебя тащить. Глупая это была затея...

Внезапно их оборвал холодный голос Розалинд: -Мэри! Август! Стоять на своих местах! Иначе я начну на вас охоту... Точнее, только на Августа!

От этих слов Rail резко вздрогнул, но от обрыва не отошёл. -Эй, не трогай старуху! -гаркнул человек в броне. -Тише, тише! Старушка не пострадает, конечно. Но только если чемодан будет у меня. Ты ведь не открывал его?

Rail помолчал, а затем твёрдо ответил: -Открывал. И смотрел.

Лицо Розалинд изменилось, но она заставила себя продолжить: -Ладно, хорошо. Тогда просто отдай его мне, и я никого не трону. -Нет. Я его не отдам.

Человек в броне сделал ещё один шаг назад, к самому обрыву. -Этот чемодан -зло во плоти! Он должен... Он должен быть уничтожен! -Тише, тише, -попыталась успокоить его Розалинд, медленно сокращая дистанцию. -Я понимаю. Но без него я бы не выжила. Понимаешь ли, быть правой рукой Дмитрия -это ужасное наказание. Любое непослушание у него карается смертью.

Мэри в это время уже вовсю обливалась слёзами, думая только о доме и дочери. -Так зачем ты вообще влезла во всё это? -спросил Rail. -Тебе хочется знать? Хорошо. До вступления в банду я была нищей, скоро умерла бы от голода, -говорила Розалинд, пока глаза человека в броне лихорадочно бегали. -Но давай даже так: ты хоть и знаешь, что внутри, но до этой силы ещё нужно умудриться дойти. Так что это уже полностью от нас не зависит. И скажу тебе по рассказам Эрика: чемодан -это не зло! Всё зависит от того, кто им пользуется.

Rail пристально и скорбно посмотрел на Августа. Он явно не хотел умирать, зная, что так и не успел сделать в жизни ничего по-настоящему значимого. Затем человек в броне перевёл взгляд на Мэри -бедную, взмокшую старуху, которая хотела лишь одного: вернуться домой. «Сила в чемодане зависит от того, кто им пользуется...» -эхом пронеслось в его голове.

Мгновенно он закрыл глаза. -Эй, эй! Ты чего глаза закрыл?! -завопила Розалинд.

Грянул выстрел! Но пуля, которую Розалинд выпустила в человека в броне, просто со звоном отскочила от его железных лат. В ту же секунду Rail спокойно начал падать спиной назад. Мягкий ночной воздух обдал его лицо, на котором застыло абсолютное спокойствие. -Стоять на месте! Не смей падать! Старушка! Вспомни про старушку! -в панике закричала Розалинд.

Но Rail уже был в полёте. Понимая, что упускает макгаффин, главарь рванулась вслед за ним. Всё словно замедлилось: Розалинд настигла человека в броне уже в воздухе, прямо над пропастью. Мэри разрыдалась, а Август в ужасе схватился за сердце.

Но в последнее мгновение Rail резко занёс чемодан над головой и со всей силы швырнул его обратно на берег. Розалинд даже не повернула головы -она мертвой хваткой вцепилась в латы гиганта. Они вместе полетели вниз, в темную пучину, а чемодан с глухим стуком плюхнулся на сушу.

Август и Мэри услышали лишь один резкий, страшный удар человеческого тела об скалу, а дальше наступила мёртвая тишина. Со стороны воды не донеслось ни всплеска, ни криков.

Чемодан в своём полном виде предстал перед выжившими. -О боже... Наконец-то, -выдохнул Август. Захлёбывающаяся слезами Мэри была полностью вымотана: -Фух... Не волнуйся, Август. Они явно не умерли. Хотя... кто-то из них точно сильно ударился головой. Это я тебе говорю как бывшая глава банды убийц. У неё снова покатились слёзы. -Это ладно. Но вот одно: что нам делать с чемоданом? Мэри, вы мне ответите? Что мне теперь делать? Вы ведь лидер команды!

Но Мэри ничего не ответила. Она просто тяжело поднялась на ноги и побрела прочь в темноту. Август хотел было пойти за ней, чтобы расспросить дальше -ведь эта ужасная ноша была явно не для него. Но в этот момент он почувствовал его. Потрясающий, чарующий вид чемодана, ради которого этой ночью умерло столько людей.

Август с трудом сглотнул, присел перед макгаффином и приоткрыл крышку. Но тут же быстро захлопнул её обратно -эти знания были слишком велики и опасны для его разума. «Нет, нет! Нужно бросить его и пойти за Мэри! -панически думал он. -Но ведь столько людей проливали за него кровь... И вот он мой».

Август решительно перехватил ручку. В то же мгновение на него словно повесили сто тонн чугуна. Мэри, не оборачиваясь, бежала к своей Люси, и только Август остался один на один с чудовищным исчадием ада -чемоданом.

Сгорбившись и пугливо оглядываясь, он медленно побрёл к своему дому. Голова взрывалась от страха, и только мысль о привычной колоде карт в кармане немного его успокаивала.

Вскоре его путь пролёг через ту самую улицу, где недавно бушевала битва. Как и думала Мэри, жизнь оказалась важнее глупых амбиций. Выживших бандитов здесь не было -мостовая была усеяна трупами. Август даже не смотрел по сторонам, он был настолько напуган, что защитные механизмы разума уже начали стирать этот кошмар из его памяти. Но именно там, посреди улицы мертвецов двух банд, его взгляд зацепился за блестящий предмет. Он наклонился и поднял то, что вскоре станет для него самым важным символом в жизни -изящную брошь в виде ало-красной розы.

Знак этой малой, но некогда великой банды «Алой розы».

Глава 12 Часть 4 «Дела наследства»

Пётр приехал в свой особняк. Но его встретили со скорбью.

- Что тут случилось? - спросил Пётр, остановившись у самых главных ворот.

- Да что-что случилось... - сказал садовник. - Мистер Пётр! Дворецкого убили!

В тот же момент Пётр полетел в свой кабинет. Всё было так быстро, что можно было только так и описать: дворецкий мёртв, в кабинете стол сломан, а окно настежь открыто. Но самое главное - завещания не было.

Пётр в тот же момент плюхнулся в своё кресло, а работники поднесли ему стакан бодрящей воды. На глазах Петра проявился туманный след. Но в тот же момент он приказал выйти всем. Все, повинуясь, вышли, а хозяин в одиночку сел за сломанный стол и стал переводить дух. Он взялся за голову и закрыл глаза. Рабочие успокаивали Петра всеми силами, стоя за дверью и напоминая, что вот-вот вернутся его жена и Филипп, но, кажется, Петру было ещё хуже от этого. Он продолжил обдумывать ситуацию с бьющей кровью в висках.

«О боже, они и до меня добрались. Они и вправду нацелились на всех... И даже на невинных. Анастасия, наверное, уже уехала, а значит, остаётся надеяться лишь на свои силы. Завтра я поеду с Филиппом к нотариусу Анастасии, но только... Только нужно сначала проникнуть в особняк. Осталось лишь дождаться».

После этого он встал и вышел из кабинета. Он похорошел и, подойдя к своему рабочему, сказал:

- Жмурика оставь на месте, вызови солдат, не жди когда приедут Филипп и Екатерина. Я же... Я же пойду пройдусь. Что-то дурно мне.

Конечно, в тот момент всем показалось, что хозяин поместья невозмутим, что по его жилам словно течёт стоическая кровь, но на самом деле это было далеко не так. Внутри Петра всё сжалось как никогда.

«Завтра... Нет. Сегодня к нотариусу. Точно! Сегодня же. А сейчас нужно просто прогуляться. Просто прогуляться», - думал хозяин, нервно гуляя по саду.

Огромные аллеи распростёрлись своей прелестной красой: зелёные листья шелестели от слабого ветра, солнечные лучи освещали их мощь и стан, а стволы деревьев мирно скрипели. Пётр проходил по вытоптанным дорожкам около фонтанов и статуй, которых было не сильно много на самом деле. Было видно, что всё сделано на совесть, как надо. Можно даже сказать, что в этом и заключался весь секрет малого количества рабочих.

«Всё же они как никогда быстры. Так же и этот Эрик. Странно, а ведь все успокоились и выдохнули, когда он вошёл в эту тоску. Но этот Эрик всё-таки взял всё в свои руки. Но почему же все стоят?! Да почему я себе это говорю... Я ведь сам понимаю, что если Эрик придёт к власти, он озолотит нас, и все его слова про Европу... Поэтому его и не останавливают, и позволяют эти безумства. Ах. Так вот только перед тем, как ехать к нотариусу, нужно найти яйцо. Только бы они не помешали. Ладно, справимся, так ещё и со мной Филипп будет - он сорванец ещё тот, что-нибудь придумаем», - обдумывал Пётр, ходя меж статуй.

Прошло время. День был в самом разгаре, и солнце ярко светило в лицо Петра. Он был в тяжёлых раздумьях: честь или богатство, гордость или самолюбие, товарищи или эгоизм? Все эти вопросы терзали его, но он всё так же был на стороне Анастасии.

«Лично я никогда не шла за сильным. Лучше уж убежать» - проносились слова Анастасии в голове Петра.

К этому времени подъехала прекрасная карета, видная из самого сада. Пётр встал и направился в особняк, чтобы рассказать о произошедшем.

«Главное всё быстро рассказать так, чтобы никто не волновался. Они ведь... Не должны волноваться из-за моих дел!» - обдумывал хозяин поместья, но попал в поместье позже их

В это время Екатерина и Филипп разговаривали о гонке. У них был явно весёлый вид, пока они шли в особняк. Они даже не подозревали о трагедии, что здесь произошла.

Они вошли. Их встретила повариха. Она помогла снять им одежду и быстро рассказала всё, что произошло. В это время лица стрелка и жены хозяина семейства с каждым словом всё больше и больше скручивались.

-Ох, хозяюшка! Что тут произошло! Тут дворецкого убили и Петра ограбили, тут столько произошло

-Где Пётр? - спросила холодно Екатерина от страха и удивления.

-Да... В саду вроде как, - сказала повариха, но вдруг послышался голос.

Это был Пётр. Он быстро вошёл в поместье и сказал:

-Не волнуйся, я здесь. Скажем так, тут и вправду много чего произошло. Только не волнуйся. -Честно говоря, я сам в полном шоке.

-Я и не волнуюсь. Меня больше волнует: что украли?

-Я... Начал Пётр

-Только прошу не надо отнекиваться! Ты ведь всегда что-то недоговариваешь!

-Эх. Честно, не хотел тебе это раскрывать, но всё же придётся. Прошу, пройдём в комнату. Сказал Пётр, но затем посмотрел на удивлённого Филиппа и добавил -Кроме Филиппа. Он останется здесь с вами. Ему ещё не стоит это слышать

После этого они, слегка взволнованные, прошли в кабинет к Петру. Только стрелок остался в печали:

«Что же такое с ним? Всегда он был со мной добр, и секретов не было. Явно, явно что-то случилось! Только вот что… Надо расспросить его».

Хозяин поместья быстро сел за сломанный стол, а Екатерина присела на диванчик. Тут же Пётр начал:

- Понимаю, всё это очень быстро, но сейчас столько навалилось. Как ты помнишь, вчера я сидел над каким-то документом. Скажу сразу: это было завещание Анастасии.

- Как? Но она ведь жива! Ты ведь только вчера к ней ездил! - сказала Екатерина в шоке.

- Да, но на неё готовится покушение, и поэтому ей осталось только лишь написать завещание и сделать всё, чтобы её богатство не перешло в их руки.

- А… Эрик, - сказала тихо Екатерина.

- Именно. Но вот только, пока мы были на скачках, один из его наёмников забрал документ и в придачу убил Рузвельта. Вот так.

- Как? И теперь Эрик получит богатство Анастасии?! Это немыслимо! Нужно куда-то обратиться! А хотя… Куда тут обратиться. Тут и так всё ясно. И неужели выхода нет?

- Есть. Мы просчитали этот манёвр и поэтому спрятали третье завещание в яйце Фаберже. Поэтому мы должны сейчас же ехать.

- Ага, сейчас соберусь.

- Нет… Нет, нет! Ты останешься здесь.

- Почему?

Тут же Пётр подошёл к ней и взял её за руку.

- Это опасно. Невероятно опасно. Возможно, мы приедем в тот момент, когда задумывалось покушение. Так что поедем я и Филипп.

- Я… Но как… А хотя, да. Ты прав, лучше я останусь.

После этого они замолчали и только беспокойно переглядывались.

А в это время в особняке элиты беспокойно бежал один из «Серебряных рук». Тихий и нагнетающий стук ног разносился по длинному коридору, а человек в красном шарфе беспокойно потел. Вход в столовую был близок, а на уме у него были не самые хорошие новости. И вот он предстал у двери. Его холодные, мокрые руки прикоснулись к двери, в голове пронеслось: «И как же мне сказать про то, что… Новостей про чемодан нет. Дмитрий ведь меня убьёт».

Вдруг он машинально открыл дверь и тут же вошёл. Он застыл от страха. В это время за столом сидело совсем немного людей, но зато было сразу видно зачинщика и главу «Серебряных рук». А у места Дмитрия стало ещё больше бутылок и склянок. Он уже почти не соображал. Тут же боец банды подошёл к своему начальнику и начал докладывать:

- Дмитрий, плохие новости. Чемодана нет.

Тут же Дмитрий опомнился и повернулся к нему.

- Как нет? Он ведь должен быть! Что с Розалинд?

- От неё нет никаких сообщений! Кажется, на них напали!

- Да тихо ты.

Но было поздно. К этому времени Эрик всё расслышал и тут же покраснел от злости. Дмитрий вздохнул и лишь сказал своему рабочему:

- Эх, пошёл вон. Что такое, Эрик?

- Как что такое?! А что такое с чемоданом?!

- Ха-ха. Да ничего такого! Просто неполадки.

- Как неполадки?! Да ты вообще страх потерял! Я… Я даже!.. Ты ведь обещал!

- Погоди, погоди! Мне не сказали, что чемодан украли точно. Может, Розалинд просто медлит

Вдруг в глазах Эрика что-то блеснуло. Дмитрий тут же насторожился.

- Вот как… Тогда, раз так, я дам тебе другое задание.

- Какое? - спросил Дмитрий слегка дрожащим голосом. Он явно был взволнован.

- Самостоятельно найти концы, если ты понимаешь, о чём я.

Тут же Дмитрий словно полностью пришёл в себя и мгновенно встал со стула из бархата. Он подошёл к Эрику и, чуть не плача, сказал:

- Ладно, ладно. Спокойней, прошу! Я вас прошу! Я немного забылся, честно говоря. Как мне искупить свой проступок?

Все, кто был за столом, внезапно побелели: они никогда не видели такого от Дмитрия.

- Искупить… Ну, знаешь, это непросто… Хотя, знаешь… А убей-ка сам Анастасию - это, наверное, искупит тебя! Я бы посмеялся.

Тут же глава банды убийц быстро поклонился и поспешил на задание, а вслед ему глядел Эрик с простым взглядом, без злости, а в его руках блестела маленькая конфетка в обёртке.

К этому времени как раз Пётр вышел из своего кабинета. Его лицо всё ещё было спокойно. Он прошёл по лестнице и спустился к обеспокоенным работникам и к тому времени приехавшим солдатам.

- Дамы и господа, а также многоуважаемые солдаты, хочу вас уведомить, что я уезжаю. На все вопросы пусть отвечает повариха и моя жена Екатерина. Я ведь не нужен вам?

На это солдаты покачали головой, а один из них даже пожал руку хозяину. Было видно, что Пётр в хороших отношениях с законом.

Затем хозяин поместья быстро вышел и лишь поманил стрелка. Затем они вышли из поместья и остановились у самого выхода из сада.

- Так всё же, что такое с вами? - начал Филипп. - Вы ведёте себя странно с самой встречи с Анастасией, какой-то не такой.

- Спокойней, Филипп, я сейчас всё объясню, - начал Пётр, а дальше перешёл на шёпот. - Ты знаешь, от тебя я ничего не хочу утаивать, но эта новость убила меня на эти дни, честно говоря. Только скачки немного вывели меня из этого состояния. Ты ведь помнишь ту даму - Анастасию?

- Конечно, помню, - быстро ответил Филипп.

- Так вот… Она… Точнее, на неё… Хотя нет. В общем, на неё готовится покушение, - сказал Пётр, наконец-то сумев подобрать слова.

Стрелок обомлел. Ему ещё ни разу не доводилось участвовать в таком деле.

«А! Так вот какая тёмная причина. Полностью ясно, почему у него было такое состояние», - пронеслось в голове Филиппа.

А хозяин поместья продолжил:

- Да, но она, скорее всего, уже успела уехать из страны. Я, конечно, надеюсь на это. А наша задача - забрать её наследство, чтобы убийцы не забрали его себе.

- Постойте, а разве вам не должны были отдать документ?

- Да-да. Мне его отдали, но его украли. Как раз убийство и произошло из-за этого. Поэтому мы должны прийти к ней домой! И почему ты вообще не грустишь о потере своего коллеги? - начал быстро говорить Пётр, быстро идя к карете.

- Честно говоря, - начал Филипп, идя за начальником, - я не очень много общался с ним, да и в целом с другими работниками не общаюсь. Нет, я не считаю их ниже себя, просто не вижу в этом цели.

- Да… Вот это ты стеснительный, - сказал Пётр, садясь в свою карету. - Ладно, едем в поместье Анастасии.

Тут же кучер немного оторопел, но затем спросил:

- Странно, но вы ведь обычно едете туда только по вечерам!

Но затем он опомнился и молча поехал, испугавшись злобного лица хозяина поместья.

Прошло время. Пётр и Филипп быстро приближались к дому Анастасии. На их лицах потихоньку проступал пот. С каждым стуком копыт дом был всё ближе. Но хоть и волосы Петра были уже все мокрые, а его шляпа, также в поту, лежала на коленях, его лицо было спокойно. Наконец-то стрелок сказал:

- И какова наша задача? Мы просто ворвёмся в дом и заберём завещание?

- Хм, я бы не сказал «ворвёмся». Так или иначе, Анастасия - моя верная подруга, так что она не будет в печали, если я нанесу свой визит. А так - да, ты прав, мы заберём завещание из яйца Фаберже.

- Хорошо, а какова моя задача?

- Твоя задача проста как пять копеек, хорошо, что ты спросил. Тебе нужно быть чем-то вроде защитника, понимаешь? У тебя есть револьвер, а мне, как хорошему гражданину, лучше его при себе не держать, а то так и до дуэли недалеко.

- Хорошо, Пётр, - сказал тихо Филипп.

«Ну и дела. Я его таким видел только… Да я его вообще таким не видел. Он смешал все краски: и печаль, и страх, и своё притворное спокойствие!»

Прошло около получаса. Солнце уже заметно начинало скатываться. Карета Петра подъехала к поместью. Деревья тихо шелестели, не было ни букашки, что уж тут говорить о людях на улице. Стрелок быстро спрыгнул с кареты. За ним вышел Пётр, и они медленно побрели к особняку. В головах их вертелось одно: а не опоздали ли они? Всё-таки «Серебряные руки» славились своим умением быстро начинать и скоропостижно заканчивать свои планы.

Дверь в поместье открылась. Пётр и Филипп быстро вошли и захлопнули за собой дверь. В поместье - ни звука: дворецкие, повара, горничные словно испарились.

«Тук-тук-тук», - сказал привычно Пётр, но никто не откликнулся.

- Вот это да. Первый раз вижу, что тут так тихо, - сказал Пётр.

- Согласен, обычно мы бывали тут на балах, - ответил Филипп.

В это время они проходили по пустым коридорам, тусклые стены нагнетали всё больше.

- Как это «мы»? Ты просто со мной шёл, - сказал Пётр.

Вдруг послышались шаги. Ещё одна изощрённая шутка Петра была прервана. В тот же момент пришедшие за наследством граждане замолкли. Казалось, что даже сердца заглохли.

Нечто тихим цокотом прошлось по пустому поместью. После секундного помутнения Пётр начал на цыпочках идти в другую комнату. В его голове играло: «Нет. Нет. Нет. Неужели мы опоздали?» Он просто не мог даже представить, что такое могло произойти, ведь Анастасия должна была уже уехать.

Они тихо перешли в другую комнату. По виду она напоминала приёмную: большой ковёр, шикарный диван и большой дубовый шкаф прямо посередине. Пётр и Филипп прислушивались к каждому шагу.

- Может, это кто-нибудь из рабочих? - спросил, заикаясь, Филипп, опершись о шкаф.

- Конечно. Одна прислуга на всё поместье. Это ведь так логично.

Вдруг Филипп напрягся. Тихие шаги вдруг снова появились. Но в этот раз они были направлены в их сторону. Они ровно шли к приёмной. Стрелок выхватил револьвер. Басовые шумы от шагов приближались с ужасающей скоростью. Пётр сжался как мог.

Шкаф открылся. Какие-то руки потянули их внутрь. В страхе Пётр и Филипп словно упали в его недра, быстро попав в темноту.

-Что вы вытворяете! - смог лишь тихо сказать Пётр.

Но их успокоил голос:

- Тише, тише. Это я. Анастасия.

- Настя? Но почему ты, чёрт возьми, не в Европе?! И где все ваши рабочие?

- Они все вышли, как только к дому подъехала машина, - тихо сказала Анастасия. - Ещё, как оказалось, я недооценила силу Эрика и «Серебряных рук». Мой рейс был отменён, да и все на месяц вперёд.

- И что же вы будете делать?! И что тогда за шаги? Что за кошмар здесь происходит?!

- А это я бы и сама хотела знать. И вообще, радуйтесь, что я смогла понять, что это вы, из-за вашей знаменитой иронии.

Вдруг шаги стали совсем отчётливыми. Высокий топот чёрных сапог растекался по комнате. Нечто явно услышало разговор. В это время люди в шкафу уже тряслись от страха. Шумы не прекращались. Всё так и кричало: «Вам не скрыться!» Но только сам момент обнаружения никак не наступал.

Вдруг послышался голос Дмитрия:

- Эге… Так ты ещё, Анастасия, друзей привела? Ну хорошо, так интереснее будет, явно. Туки-туки. Кто не спрятался - я не виноват.

С глаз Анастасии упала лишь одна паническая слеза. Филипп удивлённо смотрел на Петра: он верил ему всем сердцем - ведь, что тут говорить, если бы не он, Филипп бы погиб от рук Дмитрия давным-давно.

«Неужели сам Дмитрий пришёл за такой жертвой? Зачем же…» - подумал Пётр, но его размышления прервались.

- Ага! - сказал главарь «Серебряных рук».

В тот же момент раздался выстрел. Дверца в то же мгновение осветилась отверстием. Анастасия упала с криком. Кровь хлынула из плеча.

- Я тебя нашёл! - сказал просто Дмитрий, подходя к двери.

Тут же Филипп выбил дверь ногой. Выстрел! Дмитрий увернулся.

- Вау, и Пётр, и его подопечный. Как много у тебя друзей, Анастасия. Ладно, ради такого зрелища можно и придержать пулю. Всё равно она скончается через полчаса. Пуля была отравлена

Пётр к тому времени наклонился к Насте и, придерживая её руками, сказал:

- Что ты наделал? Зачем тебе это?!

- Ха-ха! Не тяни время. Тебе уже и так всё поведали.

- А ты что тут делаешь? Почему ты не позвал подопечного на это дело? Мы ведь одной крови! - закричал Пётр, что было просто совершенно не в его манере, и даже заплакал, хотя повод был.

Вдруг Дмитрий ещё больше помрачнел.

- Одной крови? Ха-ха, не смеши меня. Ты был не таким, как я. Да и сам посуди, почему бы мне самому не заняться этим делом? Да и после ухода Мэри я что-то давно ничем не занимался. Верно? Ох, столько рыданий, столько выпитого алкоголя! И вот я! Перед тобой настоящий!

Пётр тут же пустился в дрожь. Вдруг Анастасия проговорила:

- Стой… Не… Не говори.

В это же время человек, держащий Анастасию в руках, помрачнел.

- Ну так ты скажешь? Ей минут двадцать осталось.

Пётр перебрал всё в голове. Его глаза были красными - то ли от слёз, то ли от напряжения.

«Чёрт, не смей!» - пролетело в голове стрелка, который целился ровно в голову Дмитрия.

Вдруг Пётр сказал:

- Три.

- Прелестно. А теперь покажи мне третье.

- Мы же так не договаривались! - закричал вдруг Филипп, он всё ещё держал револьвер.

У всех повисло невероятное напряжение.

В голове Петра всё завертелось:

«Нет, нет, я не могу… Я не должен потерять честь!»

Но вскоре его губы сами зашевелились:

- Хорошо. Оно в яйце Фаберже, - сказал Пётр и в тот же момент опустил голову.

Повисла пауза. Дмитрий усмехнулся и подошёл к Петру. Он был самолюбив настолько, что словно и не помнил, как всего час-полтора назад валялся в опьянении. Он подошёл к нему прямо вплотную и прошептал:

- Лучше бы тебя поймали ещё там, в снегах. Ладно уж, жди, пока я принесу ампулу.

Вдруг в голове Петра что-то щёлкнуло, но он не встал и ничего не сказал. На это глава «Серебряных рук» опять усмехнулся и пошёл за своим сокровищем. Стрелок стоял на месте, дожидаясь указа, а Пётр словно был в тумане, и только звонкий гудок паровоза слышался в его голове.

- Почему? - спросил Филипп, замерев. - Почему вы не приказали стрелять?

- У него была ампула с противоядием - это было слишком опасно, - прошептал Пётр, разглядывая угасающую Анастасию.

Тут же Филипп содрогнулся. Он не мог поверить в такие слова от Петра.

- О… Опасно?! Вы ведь самый бесстрашный, кого я знаю! Это ведь вы спасли меня от Дмитрия! Хотя вам это было совершенно не нужно!

На это Пётр ничего не сказал. Он лишь смотрел на свою умирающую подругу. Снова Филипп посмотрел на свои руки. На них не было ни пылинки. В его голове пронеслось:

«Как он мог такое сделать? Где же его честь?! Нет, я так просто это не оставлю. Это уже не Пётр, его словно подменили. Пётр, что же с тобой!»

В тот же момент с лёгким оскалом Филипп ринулся к Дмитрию. Было видно, что он словно потерял свою путеводную звезду.

К тому времени Дмитрий уже давным-давно подошёл к яйцу. Прелестно-изящное яйцо зелёного цвета сияло на свету. Сильные руки Дмитрия мгновенно охватили его. Потом лёгкими движениями пальцев он открыл этот заветный плод, и из него тут же показалась бумага.

- Стоять! - прокричал Филипп.

- Вау, ты и вправду решил ослушаться Петра. Неожиданно. Я-то думал, что ты будешь вечно идти за ним после спасения от меня.

- Я… Я не боюсь тебя! Отпусти яйцо, а иначе тебе придётся… лишиться жизни.

В этот момент Дмитрий повернулся. Рука Филиппа дрогнула. Стрелок невероятно боялся его.

- Попробуешь забрать жизнь у того, кто забрал жизни у сотен?

- Да. Да!

- Стреляй же, - сказал Дмитрий, расставив руки, в одной из которых было яйцо. - Я готов, стреляй. Честно, я уже сам устал от того, сколько боли я нанёс этому миру, да и, кажется, вечность кому-то прислуживать - это хуже смерти.

Тут же сердце Филиппа застучало изо всех сил. А Дмитрий стоял, раскинув руки, словно древний идол. Лицо спокойное, а страх всё равно вызывал.

- И что же не стреляешь?

В это время весь револьвер был мокрый. Сам главарь «Серебряных рук» у него на мушке. И наконец - выстрел!

Зелёные осколки разлетелись по всему залу. Завещание, облитое кровью Дмитрия, упало на пол. Но на это главарю «Серебряных рук» было совершенно всё равно. Он так же стоял и ждал своей смерти.

Вдруг на звуки выстрела подбежал Пётр с Анастасией на руках.

- Филипп! Отходи! Быстро!

- Ах, он уже подошёл. А я-то думал, что могу создать достойного наследника своего дела. Ладно, - сказал Дмитрий и опустил руки. - Ну что ты так, Пётр

Мгновенно Пётр дрогнул. Он явно привязался за это время к своему подопечному.

- Да, - сказал Пётр.

- Почему? Не на... - начал говорить Филипп тихо, но тут же его рот захлопнули.

- Тогда слушай. Это по-настоящему интересная идея. Она, как по мне, устроит всех и насолит одному моему... знакомому, так сказать. Так вот: «Я отдаю тебе противоядие, и мы подстраиваем её смерть, а сами отвозим её в Европу. Но за это ты должен принять всё наследство и переходишь... так сказать, на нашу сторону. А, ну и так, чисто моё пожелание - ты увольняешь Филиппа».

Пётр был в полном удивлении.

«С чего это он принял такое решение? Да и перейти на сторону... На их сторону - это просто безумие. Да и к чему увольнять Филиппа». -Думал хозяин поместья

В это же врем Филипп стоял в полном недоумении.

- А к чему последний вариант?

- Тише, Пётр. Время идёт, Анастасии осталось минут... Десять.

Пётр обливался всем, чем мог. Он и так был сломлен после слов о снегах, а это... Это полностью разрывало его. Время шло, и это просто убивало Петра. Дмитрий же своим соколиным взглядом сверлил его. Смерть приближалась, Анастасия, словно льдышка, погибала на руках у него, а его верный работник... Да что уж там! Его друг был под мушкой.

«Нет, нет. Я не буду этого делать, но... Как я буду жить, если не спасу её? На кого я буду смотреть в зеркало, если я стану причиной её смерти?! Всё же мне придётся это сделать», - пронеслось в голове Петра.

- Да. Я согласен, - сказал Пётр.

В тот же момент в его руку взлетела ампула с противоядием. Пётр, как сумасшедший, положил Анастасию и заставил её выпить эту амброзию. Мгновенно холод прошёл.

Филиппа отпустили, но сам стрелок упал на колени сломленный.

***

И он после этого никогда больше не видел Петра. Но зато могу сказать, что всё произошло ровно по плану Дмитрия. Анастасию перевезли в Европу под самое начало выборов в президенты, а Пётр стал крайне большим человеком в мире богатства. Более Филипп старался не внедряться во все дела с политикой и играми элит, он стал более открыт к миру и новому, но всё же ему через некоторое время пришлось одолжить 500 долларов.

А в наше время Филипп всё так же стоял у перрона. Работники Лизы Стоун уже всё загрузили, и им, наконец-то, нужно было отправляться в путь. Только Стрелок никак не мог перестать смотреть на этот маленький городок...

«И всё же... А были ли тот Пётр сильным человеком? Был ли он настоящим мужчиной?» -Проносилось в голове Филиппа

Но вскоре Артур подошёл к нему и сказал:

-И чего ты так долго? Поехали давай!

-Да, да, иду, - сказал весело Филипп, и они отправились снова в путешествие по Америке.