Кровь Избранного

Пролог

Под сводами главного собора Рангарда было прохладно и торжественно. Леандр стоял, преклонив колени на бархатной подушечке, ощущая на плечах тяжесть горностаевой мантии, а на себе — сотни взглядов. Ещё недавно он был младшим отпрыском знатного рода, скрывающимся от врагов. Теперь он тот, которому суждено занять престол Империи.

Он помнил, как начиналось это утро: слуги, омовение, благовония, золотой камзол с рубинами. Каждое движение приближало его к этому мигу. И вот он здесь. Скоро он сдержит клятву, данную отцу перед последней битвой Сигленнидов с войсками императора. Сбудется предначертанное. Скоро он станет первым за три столетия Избранным правителем, не принадлежащим к правящей династии.

По рядам придворных пробежала волна шёпота.

— Настоящий Избранный. Юноша с волосами цвета золота, глазами цвета морской волны, и особой силой, внушающей трепет. Нет никаких сомнений, — прошептал один из придворных.

— Осыпьте вас рубинами, и вы тоже будете внушать трепет, — язвительно прошипел ему в ответ другой.

— Их светлость торопятся, — заметил третий. — Принцесса Клер вот-вот родит. Зачем объявлять наследником Сигленнида?

— Кого родит принцесса — неизвестно. Но этот Леандр их уже околдовал.

— Или наш император жаждет отомстить своим родичам, возведя на престол их злейшего врага.

Из бокового придела появился император, представительный мужчина в лиловой парче. Чертами лица он совсем не походил на Леандра, но у него были такие же русые волосы и аквамариновые глаза. Юноша поднялся навстречу своему покровителю. Вместе они прошествовали к главному алтарю.

Священники приблизились, и началась церемония. Придворные замерли в ожидании. Во взглядах некоторых читались зависть, недовольство, но большинство принимали волю императора, как неизбежность. Леандр принёс клятву верности империи Рангард, его длинные локоны состригли и поднесли богу в качестве жертвы. Император поздравил его, а Леандр поцеловал руку правителя в знак преданности и благодарности. Теперь ему предстояло вернуться в императорский дворец в новом качестве.

Он шёл по галерее, украшенной статуями прежних правителей, улыбаясь своим мыслям, когда перед ним внезапно возникла тень. Леандр поднял глаза. В ту же секунду холодная сталь вонзилась ему в бок.

— Престол империи принадлежит Свенсонам! – провозгласила женщина в синем платье и резким движением освободила стилет.

«Нет, нет, не может быть!» – пронеслось в голове Леандра. С ужасом он посмотрел на убийцу. «Я не хочу! Не могу умереть! Я обещал! Я дал слово!» Леандр пытался вдохнуть, но грудь словно налилась свинцом. Ноги его подкосились, и он опустился на пол.

— Сдохни, змеёныш, – прошипела женщина и растворилась в полумраке коридора. Звуки утихли, в ушах звенело. Леандр видел размытые фигуры, склонившиеся над ним. Сознание ускользало.

— Леандр! – звал чей-то голос.

«Отец! Я должен стать императором! Геральт! Я не могу уйти!» Он попытался что-то сказать, но из горла вырвался лишь хрип. Боль усилилась. Наследник правителя Рангарда медленно погружался в бездонную тьму.

____________________

Дорогие читатели! Представляю вам ПЕРВУЮ книгу цикла "Принцы Рангарда". Здесь не будет эротики, одни приключения героя и его друзей. Раскрываем тайны рождения и переживаем за всех! Книга будет БЕСПЛАТНОЙ. Добавляйте книгу в БИБЛИОТЕКУ, не забывайте про КОММЕНТАРИИ и СЕРДЕЧКИ!

Глава 1. Бегство

Когда бабушка пришла, чтобы забрать его из лавки булочника, Рик топтался у двери, с тоской разглядывая блестящие лужи, в которых играло вечернее солнце.

— Как прошёл день?

— Господин Матье передавал привет, — выдавил Рик, не поднимая глаз. — Сказал, я могу больше не приходить.

Бабушка нахмурила брови.

— Ну хоть что-нибудь заработал?

— Всё забрали за муку и тесто.

— Неужели съел муку? Я же тебя утром кормила!

— Муку я просыпал, — пояснил Рик. — А потом уронил тесто.

Бабушка укоризненно покачала головой. Она зашла в лавку и вскоре вернулась с хлебом. Булочник вышел проводить её и только зыркнул на мальчика.

— Прошу прощения, господин Матье, — сказала бабушка. — Он у меня такой неумеха. Я надеялась, хоть вы его чему-нибудь научите.

— У нас не школа, — ответил булочник мрачно. — Здесь работать надо. Всего хорошего, Рик. Попробуй найти что-нибудь другое.

— Спасибо, — раскланялась бабушка и тронула внука за рукав.

— До свидания, — буркнул мальчик.

— Что же это такое? — запричитала бабушка по дороге. — Как ты мог в первый же день!

— Лопата для теста слишком большая, а мешки с мукой жутко тяжёлые, — оправдался Рик.

— А есть хлеб не тяжело? — бабушка с досадой махнула рукой. — Так и знала, что от тебя толку не будет. Это уже в крови. Не понимаешь, что еда в рот не с неба падает. Такой же бездельник, как твой отец.

Рик будто врезался в стену.

— Мой отец? Вы знали моего отца? Кто он? — переспросил мальчик растерянно, поднимая взгляд на бабушку.

— Неважно, — ответила она, отворачиваясь. — Всё равно все умерли.

Умерли? Мысли заметались в голове Рика, как стая растревоженных галок.

— Это из-за переворота? — спросил он севшим голосом.

— Нет, — бросила бабушка. — Не знаю. И никто не знает, — добавила она поспешно. — Идём домой.

Оглушённый услышанным, Рик поплёлся следом. Он пытался расспросить бабушку, но она отвечала:

— Мне нечего тебе сказать. И не надо об этом говорить.

Поужинав, Рик поднялся к себе на чердак. Здесь его ждала ещё одна неприятность. Книги пропали! Похоже, пока он был в булочной, бабушка устроила обыск на чердаке и нашла все книги. Он надеялся, что вернувшись из лавки, снова окунётся в свой мир. Но нет, и в этом ему отказано. Он больше не сможет читать! Читать про балы и поединки, про интриги и завоевания, про свидания и свадьбы. Не сможет даже мысленно вернуться в прошлое, которое безвозвратно потеряно. Ведь Империя пала, Рангард — столица независимой республики, вместо балов и сражений — школа и лавка, и даже с родителями случилось что-то непонятное.

Рик спустился вниз. Бабушка с подозрением глянула на него.

— А книги… где мои книги? — спросил он нерешительно.

— Твои? Когда это они стали твоими? Чтобы больше ни одной у тебя в руках не видела! И никому о них ни слова! Завтра отведу тебя к знакомой прачке, — добавила она ворчливо. — Может, после прочтения “Сплетен” лучше справишься с грязным бельём.

“Сплетнями” бабушка называла “Хроники Рангарда”, пару томов которых Рик изучил от корки до корки. Значит, бабушка читала эти книги. А ему почему-то запретила!

Солнце прощалось с Рангардом, прячась за горы. Рик поднялся к себе, скинул рубашку и упал на кровать. Он долго не мог заснуть, глядя в потемневший от времени потолок. Мысли теснились в голове, не давая покоя. Тринадцать лет он был уверен, что никому не нужен, и вот оказалось, что всё не так. С его родителями что-то случилось. Он и правда сын аристократа?

Наконец усталость взяла своё, и он провалился в сон. Ему привиделись каменные стены, вырастающие из таинственного тумана. В узких стрельчатых окнах горел мягкий свет, словно зазывал внутрь, в тепло и уют. Легкий шёпот был похож на шуршание листьев.

— Иди в замок, — прозвучал чей-то голос. — Там всё узнаешь. Иди, Рик, скорее!

Рик открыл глаза, резко сел и чуть не расшиб голову о скат крыши. Он много раз видел этот сон, но только сегодня разобрал, что говорил ему голос. Замок Привидений! Вот где можно найти ответы на все вопросы! Мальчик вскочил и стал собираться. Засунул за пояс нож, увязал пожитки и крадучись выскользнул из дома

Было раннее утро, солнечные лучи робко пробовали воздух, тяжёлый от ночной свежести. В сонных кустах сирени вопросительно чирикали воробьи. О чём они болтают? Рады, что он решился, или предупреждают об опасностях? Рик огляделся — и уверенно зашагал прочь. Заросшие улочки были пусты, и никто из местных ещё даже не затопил печку. Рик свернул направо, солнце подталкивало его в спину. За полями синел далёкий лес. Мальчик сделал глубокий вдох и побежал.

Бежал он на запад, подальше от города с его лавками торговцев и хижинами бедняков. Последние дома расступились, перед ним распахнулась долина, окружённая лесом, и с другого её конца призывно сверкали уцелевшие в окнах Замка Привидений витражи.

Глава 2. Кирасиры

Было уже за полдень, когда Рик почувствовал, что устал. Голова кружилась от густого лесного воздуха, напоенного ароматами весны. Он осматривался, припоминая свои сны. Иногда ему грезилась дорога, но в его снах шёл ледяной дождь, здесь же было тепло и светило солнце. Похоже, ничего дурного ему не грозит, и можно отдохнуть и перекусить. Рик вспомнил о прихваченной на кухне снеди. Он на ходу распустил завязки на мешке, мысленно готовясь к завтраку, но тут утреннюю тишину разорвал грубый окрик.

— Стоять! – прозвучало за спиной. Рик медленно обернулся.

К нему приближался отряд солдат, сверкая шлемами и мерно лязгая доспехами. Впереди ехали два офицера.

Вот неприятность! Бабушка говорила, что кирасиров следует опасаться. Любой другой мальчик с их улицы на месте Рика бросился бы в кусты. Но этот случай ему тоже снился. Бывало, он шёл по лесной дороге, слушал птиц, на него нападали кирасиры, он пытался скрыться и умирал. Арбалетный болт пронзал его грудь, и Рик просыпался в холодном поту. Но теперь, наяву, всё его существо воспротивилось желанию бежать.

Была не была. Не зря же ему это снилось.

Всадники приблизились к замершему посреди дороги пареньку. Один из них окликнул Рика:

— Кто такой? Куда идёшь?

— Я... никуда. Я заблудился, — пролепетал Рик неожиданно севшим голосом.

Офицер неторопливо спешился. Взял мальчика за подбородок, заставляя поднять голову.

— Заблудился, значит? — солдат ухмыльнулся, в его глазах блеснула ирония. — Это что? Оружие? — проворчал он, обыскивая Рика.

— Нет, просто ножик... для хлеба.

— А в сумке что?

Кирасир дёрнул мешок из рук мальчика. На дорогу вывалилось шёлковое одеяло — единственная ценная вещь, что была в доме, и которую Рик взял с собой. Туда же, в пыль, полетела и припасённая булка. Впрочем, было уже не до завтрака.

— Ворованное добро? Бродяга, да ещё и вор. Давай руки, щенок.

— Нет, я не вор! Отпустите меня, пожалуйста. Меня бабушка ищет! Она волнуется!

— Командиру будешь рассказывать. А ну быстро!

Рик замолчал. Кирасир скрутил ему руки, другой конец верёвки бросил товарищу, который невозмутимо подхватил её и дёрнул, проверяя. Рика мотнуло к всаднику. Не о таком знакомстве с лошадьми он мечтал!

— Шагай, — процедил офицер, поднимаясь в седло. И отряд двинулся дальше, ведя с собой связанного мальчика.

Рик шёл с пылающим лицом, стараясь не попасть под копыта лошадей. Шёл и ругал себя за то, что не послушал бабушку. В ушах звучали её предупреждения: не гуляй посреди улицы, не разговаривай с чужаками, не отходи далеко от дома. И вот, стоило сделать всего несколько шагов по дороге, как он сразу же влип в историю!

Но одновременно с досадой, Рик чувствовал странное облегчение. Словно чей-то тихий голос нашёптывал ему слова одобрения: «Да, молодец, всё хорошо!» И правда, его не собирались убивать. Во всяком случае, сейчас. Значит, он на верном пути. И с каждым шагом, пусть и под конвоем, становится ближе к заветной цели. Ведь солдаты ведут его именно туда, куда он и стремится попасть.

Всё это проносилось у него в голове, пока отряд двигался по утоптанной дороге. Вверху мокрые от сока ветки деревьев царапали острыми листочками голубое небо, справа за полями посверкивала далёкая река, слева на склоне темнела лесная чаща… Вдруг взгляд Рика зацепился за нечто странное. В зарослях малины он заметил мальчишку в простой холщовой рубахе и с чем-то непонятным на голове. Пацан медленно поднёс ладони ко рту, и по лесу разнёсся резкий клёкот сороки. Рик замедлил шаг, пытаясь понять, что же у парня с волосами, но тут его дёрнули за руки. Верёвки обожгли запястья. Рик вскрикнул от неожиданности.

— Что там? — спросил офицер.

— Нет, ничего. Похоже, белка, — ответил Рик, отворачиваясь.

— Внимание! Подъезжаем, — предупредил второй всадник. Дорога пошла в гору, и Рику даже стало удобно, что его тащили на верёвке. По сторонам замелькали обнажённые выходы известняка, коряги и мраморные лестницы, поросшие мхом. Они напоминали о былом величии, которое теперь сменилось запустением. Рика поволокли вверх, лошади несколько раз скакнули, и мальчику пришлось почти бежать, чтобы не оказаться под копытами. Когда же они преодолели подъём, и пленник смог осмотреться, то в изумлении затаил дыхание.

Он очутился на поляне, покрытой густым зелёным ковром газона. Слева её обрамляла аллея раскидистых клёнов, справа — заросли кустарника. А прямо перед Риком возвышался замок. Тот самый, куда позвал его таинственный голос.

Замок Привидений.

Говорили, он проклят и населён духами убитых аристократов. До переворота здесь жили члены императорской семьи. Рик читал дневники придворного, который описывал майские празднества.

Встречи под луной, балы, сражения... Пока Рик с невольным уважением разглядывал высокие стены, отряд рассеялся по поляне. Солдаты, блестя кирасами, с пиками наперевес, неторопливо приближались к замку.

Рика подвели к воротам. Толстые доски, покрытые ржавыми заклёпками, местами обгорели, но держались. Рик облегчённо вздохнул. Наконец-то! Вот он и достиг Замка Привидений.

Как зачарованный, Рик шагнул к воротам. Он почему-то был уверен, что обугленные створки вот-вот распахнутся.

Неожиданно из кустов выскочило несколько странного вида людей в длинных рубахах. Они выли, визжали и ухали, как стая диких животных. Конь возле Рика вздрогнул и чуть не встал на дыбы. Офицер выругался и крикнул:

— Вот они! Все сюда!

Дикие люди бросились врассыпную. Кирасиры кинулись за ними, потрясая пиками. С верхушки донжона сорвалась стая ворон. Над замком зазвучало зловещее карканье. Всё вокруг удивлённого Рика пришло в движение.

Офицер закрепил верёвку, которой был связан арестованный, на железном кольце, вмурованном в стену возле ворот. Затем с тихим щелчком взвёл арбалет и повернул коня в сторону зарослей.

Рик остался один. Ворота и не думали отворяться. Из кустов доносились треск ветвей и приглушённая ругань. Кирасиры, словно гончие псы, рыскали внизу, а Рик судорожно пытался освободиться. Пока кирасиры заняты, ему надо попасть в замок!

«Скорее! Ворота открыты, осталось толкнуть створку», — нашёптывал внутренний голос. Но с каждым рывком узлы только больше затягивались. Рик остановился, переводя дыхание. Ещё немного — и путы начнут резать руки. Офицер что-то говорил про командира. Может, лучше подождать?

«Ну же, давай!» От тревоги, которая звучала в голосе, Рика стал медленно охватывать страх. Он должен поспешить, пока кирасиры не вернутся...

Чья-то рука легла на его плечо. Это был тот самый парень, который прятался в малине. Его грудь украшало ожерелье из зубов, когтей и потемневших монет. Вместо шапки на голове было подобие гнезда из веток и цветов. И из-под этого гнезда на худые плечи спускались десяток тонких светлых косичек…

Несколько решительных движений острого ножа — и Рик оказался на свободе.

— Готово. А теперь уходим, — приказал блондин.

Рик замялся, растирая пережатые верёвкой запястья. Этот парень — один из дикарей, за которыми гоняются кирасиры. Он помог Рику, но теперь хочет увести от замка?

«Не нужно. Хватит!»

— Спасибо, но не надо меня спасать, — ответил Рик, вторя внутреннему голосу.

Лесовик пристально разглядывал свой трофей холодными серо-голубыми глазами.

— Нет, правда, — продолжил Рик. — Я ничего не делал. Меня просто допросят и отпустят.

— В тюрьму тебя отправят, а не отпустят, — заявил блондин уверенно. — А оттуда – на виселицу. Мама будет напрасно ждать.

— У меня нет родителей, — неожиданно признался Рик.

— Вот как? А с кем же ты живёшь?

— С бабушкой.

На веснушчатом исцарапанном лице лесовика написалась не то чтобы радость, а какое-то вдохновение.

— Моё имя — Эдвард Реймдаль.

Теперь Рик в свою очередь уставился на блондина. Реймдали. Легендарные воины. Рик впервые столкнулся с потомком тех, о ком читал с таким упоением. Но этот мальчик ничем не походил на героя поединков и сражений. Он выглядел как бездомный бродяга.

— Я помогу тебе, — продолжал Эдвард. — Это обязанность нашей семьи. Но ты должен мне довериться.

Рик открыл рот, чтобы отговориться от ненужной помощи, но его опередили.

— Это ещё что! А ну стоять! — раздался над ними возглас кирасира.

Эдвард вцепился в Рика как клещами.

— Бежим! — и потащил прочь от ворот.

Пришлось послушаться. Спотыкаясь, Рик обогнул груду кирпичей и увидел пролом в стене. Эдвард ринулся туда, волоча мальчика за собой.

«Вот ты и дома!» — прозвучало в голове у Рика.

Он оказался внутри замка. Но радоваться было рано — за спиной слышалась солдатская ругань. Перепрыгивая через доски и обломки мебели, мальчишки проскочили анфиладу комнат и очутились в огромном полуразрушенном зале.

Здесь Рик невольно замедлил шаг. Высоченные окна от пола до потолка, лишённые стёкол, смотрели на мир пустыми глазницами. Мраморный пол устилали листья, ветки и птичий помёт; ноги скользили по мокрой известке, нападавшей с обвалившегося потолка. От ряда зеркал в золочёных рамах уцелело лишь одно — мутное, в паутине трещин, между которыми мелькали отражения атласных портьер.

Прямо перед собой Рик увидел лестницу, ведущую на галерею, и остановился. В дверных проёмах засверкали кирасы солдат. Их окружали.

— Эх, жестянки... Ничего, прорвёмся. Тут есть потайной ход, — сказал Эдвард. Рик колебался. — Ты чего? Я проведу тебя! Решайся!

Решать. Прямо сейчас. Выбрать, с кем он. Выбрать того, кто будет за него погибать.

«Снова кто-то отдаст за меня свою жизнь. Не хочу».

Рика пронзило острое чувство потери. Словно он знал, что Эдвард вот-вот погибнет из-за него. Словно арбалетный болт вот-вот вонзится в худую грудь блондина с гнездом на голове...

Рик вырвал руку из цепкой хватки мальчика и ринулся вверх по ступеням.

— Уходи! — крикнул он Эдварду, не оборачиваясь. Позади зловеще лязгали доспехи кирасиров.

Глава 3. Вилли

— Он там! Хватайте его!

Рик в панике огляделся — галерея тянулась вдоль всего зала, широкая и пустая. Позади тёмнела лестница, по которой он сюда поднялся. Но этот путь уже был отрезан — солдатские сапоги загрохотали по ступеням. Рик кинулся вдоль стены в надежде найти вторую лестницу.

— Вот он!

Галерея задрожала под тяжестью бегущих людей и с треском накренилась. Рик шарахнулся к стене, но не удержался и упал.

Как ни странно, удара он не почувствовал. Кто-то подхватил его. Перед глазами потемнело, галерея и зал исчезли. Рик дёрнулся, силясь освободиться...

— Ты что, дурак, обратно хочешь? — рявкнули над ухом.

Рик замычал и перестал сопротивляться. Его тут же отпустили и толкнули вперёд, в темноту. Под ногами зашуршал щебень, пальцы нащупали каменную стену… Рик очутился в каком-то лазе, узком и тёмном, но очень своевременном. Мальчик кубарем скатился вниз, скользя по засыпанным мусором ступеням, но внизу его подхватил другой человек. Он вежливо удержал Рика за шкирку и посоветовал:

— Осторожнее, сударь, так и зашибиться недолго.

— И-извините, — пробормотал Рик, и тут их догнал тот, первый, кто обозвал Рика дураком.

— В башню, живо, — скомандовал вежливый человек.

Рик не представлял, где находится и кто рядом, но в данный момент его ничего не интересовало, кроме дистанции между ним и кирасирами. Чем она больше, тем лучше. Поэтому мальчик молча последовал за своими спутниками — вверх, вниз, тёмными коридорами, узкими мостками…

Наконец они очутились у винтовой лестницы. Всё вокруг было покрыто птичьим помётом, сквозь щели в стенах светило солнце.

Они миновали пару дверей, забитых крест-накрест, и Рика втолкнули в комнату.

Внутри оказалось полутемно и неожиданно тепло.

— Ну вот и всё, — заявил незваный спаситель, с размаху опускаясь в пронзительно заскрипевшее кресло и теряя к Рику всякий интерес. Мальчик понял, что никаких кирасиров, арбалетов и погонь в ближайшее время ему не грозит.

— Спасибо, — поблагодарил он, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Спасибом сыт не будешь, — ответили ему из полутьмы. Рик отступил к дверям, но вежливый человек дружески похлопал его по плечу и сказал:

— Не обращай внимания, малыш, это они шутят. Мы люди приличные. Дайте-ка мальчику место у огня и накормите.

Рика усадили у камина и протянули миску с горячей фасолью, но, как он ни был утомлён и голоден, еда в рот не лезла. Рик чувствовал возрастающее беспокойство. Внутренний голос молчал. Неужели Рик что-то сделал не так?

— А... Там мой друг остался, — сказал мальчик, озираясь.

— Какой такой друг? — спросил вежливый человек.

— Ну, то есть, мы познакомились недавно… он такой, странный, — Рик попытался жестом изобразить гнездо на голове и бусы на шее, — он, кажется, из леса.

— Ах, из этих! О нём можешь не беспокоиться. Или он со своими, и у него всё хорошо, или солдаты его подстрелили, и тут уж ты ему ничем не поможешь.

Рика не устраивал такой выбор, но мужчина продолжал:

— А вот себе и нам ты можешь сильно навредить. Так что уж будь любезен, сиди тихо.

— Извините…

— Зови меня просто Вилли.

На вид Вилли было лет сорок или пятьдесят — по детским меркам Рика, очень много. Роста он был небольшого, щупловатый, энергичный, с длинными тёмными волосами и бегающими чёрными глазами. Чёрный камзол производил впечатление только что снятого с чужого плеча, как и рубаха с простым отложным воротником. Вилли был похож на скрывающегося аристократа или бандита, только что этого аристократа ограбившего. Бабушка точно не похвалила бы Рика за такое знакомство.

Окружение Вилли соответствовало его костюму. Комната, расположенная на верхнем этаже башни, была такой же странной: большой, с ярко горящим камином, бархатными портьерами, коврами на полу и огромной кроватью на помосте. Правда, портьеры прикрывали выбитые стёкла, а ковры казались ровного серого цвета от грязи... Но на кровати ещё можно было спать.

В полумраке комнаты маячили фигуры – четверо или пятеро мужчин, облачённых в добротную, но никогда не стиранную одежду, с хмурыми лицами. Их взгляды мальчику не понравились, и он машинально прижал к себе миску.

— А... Вы здесь живёте?

Вилли улыбнулся и вежливо спросил:

— А ты-то сам как очутился на галерее?

— Я хотел посмотреть на замок, — ответил мальчик. — А тут разъезд… Эдвард сказал, что меня собирались отправить в тюрьму.

— Больше некуда, — подтвердил развалившийся в кресле парень. Поймав удивлённый взгляд Рика, он для убедительности присвистнул и изобразил повешенного. Очень натурально, так что Рик поёжился и воскликнул:

— Но я ничего не делал!

— А ничего делать и не нужно, — пояснил Вилли. — Как тебя зовут?

— Рик.

— Рик? Очень хорошо. Видишь ли, Рикки-малыш, солдатам достаточно увидеть тебя не в том месте, не в то время — и всё. Такому мальчику, как ты, лучше им не попадаться.

То же самое твердила ему и бабушка. Звучало всё это зловеще.

— Но я просто...

— Не просто. Ох, Рикки, не просто. Таких мальчиков в Рангарде днём с огнём не сыщешь.

— Что же мне теперь делать?

— Кушать. Да, сиди себе и ешь. И забудь об этих плохих дядях. Сюда они не придут. Да, парни?

— Это точно! — дружно поддержали разбойники своего предводителя. Рик уже сообразил, в какую компанию попал. Но выбирать ему не приходилось...

— Умные мальчики, учись у них, — заметил Вили. — Будешь хорошо себя вести — ничего с тобой не случится.

С недавних пор Рик перестал представлять, что значит хорошо себя вести. Поэтому он просто повернулся к камину и принялся есть остывающую фасоль.

Разбойники между тем стали куда-то собираться. Рик подумал, что ведёт себя крайне неблагодарно. Как бы неприятны ни были ему эти люди, они спасли его от смерти.

— Вам не нужно никуда идти, — сказал Рик, стараясь придать своему голосу как можно больше доброжелательности.

— Почему ты так думаешь, Рикки? — Вилли обернулся и с подозрением прищурился.

— Если пойдёте сейчас, с вами произойдёт... что-нибудь плохое. Лучше подождите до завтра.

— Завтра у нас жрачка закончится, — сказал парень из кресла и в подтверждение своих слов энергично сплюнул на ковёр. — А ты сиди здесь и не высовывайся. Иначе с тобой точно произойдёт что-нибудь плохое.

И они, засунув за пояс ножи, отправились на дело, оставив Рика доедать остывшую фасоль и следить за камином.

— Хороший мальчик, — бросил Вилли, выходя на лестницу.

— И без гроша в кармане, — сообщил его товарищ, щеголяя отбитым зубом. — Даже одежда ношеная. На что он нам?

— Пригодится. Светловолосый, светлоглазый… породистый мальчик. У таких рано или поздно находятся богатые родственники…

— В основном покойные.

— …или богатые знакомые. Помяни моё слово, Зубик, всех не перевешаешь.

***

Рику снилась эта же комната, но нарядная, освещённая огнём камина. У окна стоял светловолосый юноша в красном камзоле, погружённый в невесёлые мысли. Вдруг дверь распахнулась, и появился другой юноша, в золотой парче, с каштановыми растрёпанными волосами, с искажённым яростью лицом. Он решительно задвинул засов.

— Ваше высочество? — встревожился блондин.

— Уходи, Рауль! Бери детей и уходи! — крикнул принц. — Быстрее!

В дверь загрохотали. Девушка на кровати, вскрикнула, просыпаясь. Принц бросился двигать мебель, перегораживая дверь.

— Вот уроды, — пробормотал он.

Он говорил что-то ещё, но тут Рик проснулся. Его сердце громко стучало, на грудь навалилась тяжесть. Спросонок он чуть не закричал «Стойте!» Рик огляделся и обнаружил, что лежит на той самой кровати, которая только что ему снилась, в той самой комнате. Сначала он удивился, что вокруг тихо, и решил, что всё кончилось, но, приглядевшись к покрытым плесенью гобеленам на стенах, вспомнил, как сюда попал. Рик попытался подняться. Голова слегка кружилась.

— Вот он и пробудился, Рикки-малыш, — раздался голос Вилли. Мужчина сидел на краешке кровати и улыбался. — Ну, с добрым утром вас.

— Я заснул? — спросил Рик.

— Да, милый мой. Устал, наволновался, вот и сморило. Ничего, торопиться нам некуда. Полежи, отдохни…

Вилли поднялся и подкинул в камин полено.

— Мне снился сон. Такой странный, — сказал Рик. — Эта комната… я видел людей, которые здесь жили.

— Ты в Замке Привидений, малыш. Здесь многим снятся странные вещи.

— Они были одеты в золото. С ног до головы. Всё такое жёлтое, блестящее…

Появился Зуб, злой и мрачный. Схватил Рика за грудки и притянул к себе.

— Ты! Глазастый! Откуда ты знал, что Муха помрёт?

Вилли взял его за руку.

— Спокойно. Знал он и всё тут. Мы сами виноваты, что не стали слушать. Рикки, ты молодец, что предупредил. Ты можешь ещё что-нибудь рассказать? Что нам делать дальше?

— Ничего, — пробормотал Рик. Зуб отпустил его, и мальчик рухнул на кровать. Потёр шею и продолжил: — Вам не надо никуда ходить. Прямо в этой комнате...

Вилли заинтересованно поднял брови.

— Что? Что, Рикки? Не томи!

— Эта кровать. Девушка, которая тут была, что-то засунула за полог. Она очень торопилась. И камин…

— Мы уже тут всё раз по десять обшарили, — заметил Зуб.

— И всё же стоит проверить, Зубик, — сказал Вилли со значением.

Бандиты принялись обыскивать комнату, залезли за полог и обнаружили свёрток. Развернули. Роскошные ткани заструились по грязному покрывалу. Яркие переливы голубого, розового, золотая парча, шёлк… Вилли присвистнул.

— А всего-то руку протянуть, и вот уже ты обладатель настоящего сокровища. Рикки, ты принёс нам удачу. Заживём красиво, парни.

— Ага, красиво, — Зуб презрительно сплюнул. — Много толку от этой красоты!

— Эх, Зубик, тёмный ты человек, — покачал головой Вилли. — Ткани-то заморские. Сейчас таких днём с огнём не сыщешь. Так же, как и мальчиков вроде нашего Рикки. И стоят они соответственно, то есть очень много. Завтра отнесу это знакомому старьёвщику. А пока, Зубик, устрой-ка нам покушать.

Зуб что-то проворчал и повесил на огонь котелок. Пока варилась похлёбка, в комнате появились и другие члены банды — хмурые, неразговорчивые, в грязной одежде. Рик ел похлёбку, закутавшись в ношеную куртку, и слушал.

Из обрывков разговоров он понял, что Замок Привидений — не просто руины. Их изучали все: местные крестьяне, бродяги-одиночки и «зелёные» из подземелий, с которыми у банды было что-то вроде перемирия. Объединяло их одно — охота за сокровищами, которые до сих пор таились в стенах.

— Эх, если бы ещё не эти жестяные головы, — вздохнул Вилли. — жили бы мы припеваючи. А так приходится довольствоваться тем, что сам замок даёт, — Он кивнул на росписи под потолком. — Одну из его тайн наш юный друг сегодня разгадал. Да, Рикки?

Разбойники расселись у камина. Вилли жестом подозвал Рика.

— Поди-ка сюда, не стесняйся. Познакомься с моими ребятами. А теперь расскажи нам, что тебе снилось.

Рик смутился.

— Ничего особенного. Кажется, к хозяевам замка кто-то пришёл. А можно... можно я погуляю? Там, во дворе? Ведь солдат сегодня не будет?

— Не будет, — кивнул Вилли, подозрительно глядя на мальчика.

— Пусть сходит, — подхватил Старый солдат. — Посмотрит, что там внизу. Заодно дров принесёт.

— Я быстро, — Рик подскочил и бросился к двери. Ему пришлось приложить все силы, чтобы сдвинуть её — дверь была тяжёлой и просела. Но уж очень не хотелось оставаться среди бандитов. Ещё начнут расспрашивать, ножами тыкать... но Рик действительно ничего не понял из своего сна.

Чтобы попасть во двор, Рику пришлось долго блуждать по анфиладам в поиске лестницы. Он уже думал, не прыгнуть ли в окно, чтобы разом сократить путь, когда неожиданно нашёл проход и через несколько пролётов достиг зала с галереей, где они с Эдвардом разминулись. Здесь ничего не изменилось. Большой камин, знамёна на стенах, поломанная мебель, мозаичный пол, засыпанный мусором...

Рик загляделся на знамёна. Выгоревшие от времени и дождей ткани были расшиты странными изображениями. Птицы, цветы, деревья... драконы — золотой, красный, чёрный... свёрнутые хвосты драконов шевельнулись, в ушах заиграла тихая музыка. Зазвучали рожки, созывая на охоту, кто-то перебирал струны лютни, настраивая инструмент. Послышался смех и хлопанье флагов на ветру... шорох шагов, мелькание фигур в ярких нарядах... мерцание свечей, ароматы цветов... Рику показалось, что вот-вот туман вокруг него развеется, и он окажется в толпе придворных. И всё, о чём он читал, станет явью.

— Привет!

Это был давешний блондин с гнездом на голове. Вышел из-под галереи и приветственно помахал Рику. Мальчик с облегчением воскликнул:

— Ты жив!

Блондин сделал ещё шаг, и Рик испуганно попятился. Вся грудь его знакомого была залита кровью. Рик пригляделся. Нет, показалось. Просто тени так странно легли. На щеках блондина горел здоровый румянец, нос был изукрашен свежими царапинами. Эдвард заметил испуг Рика и удивился.

— Ты чего? Это я, Эдди. Помнишь меня?

— Да, я помню, — ответил Рик. — Просто... ты появился так неожиданно.

— Здесь ход в подвалы. Секретный. Мы тут прячемся. Идём, покажу.

— Нет, спасибо. Я... мне надо в башню.

— В Башню Принцессы? — Эдди поглядел на возвышающийся над стенами донжон. — Но там же Вилли.

Башня Принцессы. Та самая башня из мемуаров придворного.

— Да, я знаю. Они разбойники. Но они меня спасли. Теперь я живу у них.

— Вот оно как, — проронил Эдди. — Ну что же. Дело твоё. Раз так, хоть имя своё назови. Я кирасирам не скажу. Хочешь, поклянусь?

Рик улыбнулся и ответил:

— Я знаю, что не выдашь. Я Рик. Рик Стивенсон. Поможешь собрать палок для камина?

— С этим здесь сложно, — озаботился Эдди. — В замке всё из красного дерева и бука. Ломается плохо. И О́дин ругается, если разжигаем костёр щепками от мебели. Говорит, историю надо беречь. Лучше в лесу хвороста набрать. Пойдём, я тебе покажу.

— Я не пойду, — сказал Рик. Эдди пожал плечами.

— Но это ближе всего. Или спускаться к реке через двор. Выбирай.

Снова выбирать?

— Хорошо. Тогда... пойдём через двор.

Рик решил, что поблизости наверняка найдутся какие-нибудь заросли, ведь замок давно заброшен. И точно: как только они вышли во двор, Рик сразу углядел куст черёмухи. Куст был большой и совершенно запущенный. Не сговариваясь, мальчики дружно полезли под ветки, усыпанные ароматными цветами.

— А кто этот О́дин? — поинтересовался Рик, ломая сухие прошлогодние побеги. Эдди присвистнул.

— А ты не знаешь? Неужто бабушка не рассказывала?

— Так то в сказках, а у вас, похоже, настоящий, раз ругается.

— Он у нас вроде главы, каким был О́дин среди богов. Наш О́дин — не колдун, а профессор, из университета Рангарда. Знает очень много всего. Братья его выбрали главным.

— Братья?

— У нас тут Зелёное Братство, — с гордостью поведал Эдди. — Мы сохраняем память о великой Империи Рангард. Хочешь — можешь к нам записаться. Как будет очередное собрание, я за тебя поручусь. Вот увидишь, все будут очень рады, если ты станешь одним из нас. Станешь одним из наших богов.

— Спасибо, но... мне надо подумать, — и Рик отвернулся, пряча от Эдди разрумянившееся лицо. Он не ожидал встретить здесь таких же как он, помнящих об империи. — А ты... ты тоже какой-то бог?

Эдди рассмеялся.

— Я Хеймдаль, страж. Но все меня зовут по имени.

Рик выдохнул с облегчением. Для него прошлое было слишком близко, чтобы касаться его, даже играясь.

— Ну вот, раз-два и готово, — сообщил Эдди, выбираясь из-под кустарника с охапкой прутьев. На прощанье черёмуха осыпала его белыми цветами. Рик попытался отряхнуть нежные лепестки с плеч своего нового приятеля. Но ему показалось, что он делает что-то неправильное. На вопросительный взгляд Эдди он признался:

— Мне кажется, тебя должны убить.

Но блондин только обрадовался.

— Ты видишь будущее? Меня убьют? Это хорошо.

Рик насупился.

— Что хорошего в том, чтобы умереть?

— Мы все умрём. Но для воина смерть в бою — это лучшая смерть. Спасибо, Рик. Ты предсказал мне славную судьбу.

Он снял свой матерчатый пояс и увязал хворост.

— Теперь можешь возвращаться к своим разбойникам. Но постарайся не болтать лишнего. Плохие люди могут использовать твой дар во вред.

Рик взял вязанку и кивнул.

— Спасибо. Ну, я пошёл. До свидания.

Эдди стоял, глядя вслед Рику. На губах его играла восторженная улыбка.

Глава 4. Хрустальный шар

Замок Привидений окутывал вечерний сумрак. Мерцающий свет многочисленных свечей плясал по стенам комнаты, превращая её в подобие мистического святилища. Пылающий в камине огонь согревал спину Рика, который сидел лицом к дверям, облачённый в мешковатый тёмно-лиловый балахон.

— Сейчас, Рикки, сейчас, — шептал Вилли, нервно теребя руки. — Скоро всё случится.

В этот вечер глава бандитов задумал устроить в Башне Принцессы гадание. Он разложил на столике всё, что нашёл: хрустальный шар, карты с непонятными значками, кости, ракушки. В комнате пахло пряностями, по углам мерцали свечи.

— Скоро придёт один важный человек, — заявил Вилли. — Мой знакомый. Ты постарайся, Рикки, помоги ему. Хорошо?

Рик кивнул. Он сидел и ничего не понимал. Балахон укутывал его как одеялом. Массивная цепь на шее неприятно холодила кожу.

Зуб потянулся к шару.

— Что за штука? Небось дорогая?

Вилли, словно коршун, бросился к нему, отвесив ощутимый шлепок по руке.

— Нечего руки к чужому добру тянуть! А вы все выходите отсюда. Все, быстро вышли! У нас серьёзное дело! Рикки, дорогой, — склонился он к мальчику. — Ручки вот так сложи, убери в рукава. Капюшончик надвинь пониже. Когда клиент будет спрашивать, внимательно посмотри в шар и отвечай. Не торопись, расскажи что-нибудь красивое. Будь умницей. Ладно?

Бандиты вышли, недовольно ворча. Вилли ещё раз обошёл комнату, проверяя, достаточно ли получилось похоже на логово колдуна. Рик чувствовал себя глупо, но вынужден был сидеть смирно и ждать начала представления.

Наконец раздался условный стук в дверь. В комнату вошёл проситель — полный мужчина с тёмным, грубым лицом, испещрённым морщинами. Недоверчиво огляделся и зыркнул на Рика. Опустился в отчаянно заскрипевшее под ним кресло, которое Вилли предусмотрительно поставил перед столом.

— Ну, Густав, расскажи нашему Оракулу, что тебя беспокоит, – произнёс главарь бандитов, помигивая Рику.

— Да чего там рассказывать, — засопел мужчина. — Ребята предложили взять заброшенный трактир у дороги. Говорят, дело верное. Но больно он разрушен. Вот хотел бы узнать, стоит ли мне вкладываться в эту развалюху. Возьму, деньги потрачу — а потом начальство отберёт. И деньги потеряю, и время.

Рик слушал его голос, в котором звучало сомнение, опасение рачительного хозяина, страх потери, жадность, желание... Рик взглянул на его руки. Толстые пальцы, цепкие, крепкие, унизанные серебряными перстнями. Этот свою выгоду не упустит. Но сейчас Густав выглядел растерянным, сомневающимся в своих планах.

Мужчина замолчал, глядя на Рика.

— Ну вот, Рикки, это как раз для тебя. Подскажи нашему другу, — подтолкнул Вилли мальчика. — Посмотри в шарик, что ты видишь?

Рик поглядел на хрустальный шар, откашлялся, стараясь придать голосу таинственности.

— Вижу старый камень… заброшенный очаг…

Он посмотрел в глаза мужчине, пытаясь уловить хоть какую-то подсказку.

— Вижу трудности… большие затраты…

— Так я это и без шаров знаю!

Вилли кашлянул.

— Рикки, дорогой, сосредоточься!

Рик снова глянул на шар. Пламя камина играло в трещинах хрусталя, словно внутри кристалла разгорался свой маленький костёр.

— Вижу скрытые богатства… — Он замолчал, подбирая слова. — Вижу кровь… она может пролиться… если не будете осторожны с теми, кто желает вам зла…

Мужчина нахмурился.

— Зла? Нежели всё-таки отберут?

Рик в замешательстве поглядел на Вилли. Тот делал знаки — мол, продолжай, изображай гадание. Мальчик послушно потянулся к шару. Взял его и посмотрел в глубину. Сначала ничего не увидел. Потом в толще кристалла стали проявляться картины. Всё ярче и ярче. Лес, вечер, дорога. Старый трактир у дороги. Лошади, люди. Уставшие лошади, разговоры людей, ржание. Команды, лязг оружия.

— Это скоро случится, — сказал Рик совсем другим, уверенным голосом. — Много воинов. Придут в трактир у дороги. Придут, чтобы...

Вилли и трактирщик затаили дыхание.

— Чтобы переночевать. Хозяина трактира ждёт удача.

Трактирщик расплылся в улыбке, обнажив крепкие зубы.

— Удача, говоришь? А какая удача?

Рик снова взглянул в шар. Образы менялись, как в калейдоскопе. Теперь он видел не только воинов, но и мешки с золотом, спрятанные под сеном в телегах. Жадно блеснувшие глаза трактирщика, его руки, тянущиеся к монетам.

— Удача… в неожиданной прибыли, — медленно произнёс Рик. — Но прибыль эта принесёт... большие хлопоты.

Трактирщик нахмурился.

— Хлопоты? Какие хлопоты?

Сияние внутри кристалла померкло, и образы исчезли. Рик осторожно поставил шар на стол, чувствуя себя опустошённым. Вилли с облегчением выдохнул.

— Ну вот, друг мой, всё как на ладони! Бери трактир, принимай воинов — и удача в кармане! Только будь осторожен с хлопотами, о которых предупредил Оракул.

Трактирщик кивнул, задумчиво поглаживая подбородок. Подозрительно осмотрел юное лицо, полускрытое капюшоном.

— Удача, значит? А не отберут её, удачу-то?

— А это уже другой вопрос, — вмешался Вилли, протягивая мужчине раскрытую ладонь. Тот хмыкнув, вынул из-за пазухи пачку банкнот. — Ты не сомневайся, друг. Наш Оракул правду говорит. И знаешь? Раз такое дело, я согласен вступить с тобой в долю.

— Нет уж! — Мужчина засопел. — «Последний привал» мой!

Рик перевёл дух. Похоже, представление закончилось. Но трактирщик не спешил уходить. Он ещё раз пытливо осмотрел Рика.

— Необычные у тебя глаза, малец, — задумчиво проронил он. Рик испуганно потупился. Что с его глазами такого?

— Я же говорю, Густав, редкая удача, — поддакнул Вилли. — Создатель нам послал Оракула. Поддерживает наше дело.

— Знаешь, Вилли, у этого твоего оракула и правда есть дар. Я ведь не дурак, вижу, когда врут, а когда говорят правду. Правды-то в наше время мало осталось.

Трактирщик встал, бросил на стол ещё несколько банкнот.

— Смотри за мальчишкой, Вилли. Он нам ещё пригодится.

Он вышел. Вилли подобрал деньги, сияя от радости.

— Вот видишь, Рикки? Я же говорил, что ты умница! А теперь надо подготовиться к новым клиентам…

Рик не сразу понял, где находится. Вместо кровати под ним был ворох тряпья, в углу тускло мерцал догорающий камин. В кресле напротив сидел Зуб и точил нож.

— Который час? — спросил Рик.

Зуб хмыкнул:

— Утро. Ещё не рассвело. А ты вечно дрыхнешь. Так всю жизнь проспишь.

Появился Вилли и спросил:

— Ну, Рикки, что снилось?

— Какая-то странная комната. Стены все в картинах. Темно, как ночью. И статуя дракона. Большая...

— Фантазёр, — заметил мрачно Зуб. — И чего ты с ним возишься? Приставь к какому-нибудь делу. Пусть хоть Молли помогает, что ли.

— Это уж не твоя забота, — ответил Вилли. — Давай, малыш, скажи нам, где эта комната.

— Справа от главного входа… лестница… коридор… маленькая дверь…

— Умница. Зубик, дай ему супчику и не спускай глаз. А я пока прогуляюсь по холодку... Смотри, Рикки, веди себя хорошо.

— Сидеть ещё с ним! — проворчал Зуб. Как только главарь ушёл, он отволок Рика в соседнюю комнату, поменьше и потемнее первой. — И чтоб я ни звука не слышал.

Рик сел в угол и стал ждать, когда вернётся Вилли. Просить еды у Зуба он побоялся.

— Фредерик! Что происходит?

Рик вздрогнул и обернулся на голос. Сколько прошло времени? Час? Два? Рик поднялся и осторожно пошёл вперёд, но уткнулся в стену. Из небрежно заложенного окна потянуло холодом. Рик поёжился и стал изучать свою камеру.

Кроме окна, в эту каморку вели две двери — большая и маленькая. Большую, со стороны спальни, запер Зуб, маленькую кто-то заколотил досками. Ноги задевали обломки причудливо изогнутой мебели. Чей это был голос? Рик шёл, держась за стену. Пальцы натыкались на обрывки материи, на холодные сырые камни, на какие-то железки…

С тех пор как он попал в башню, ему снова и снова слышится стук и голоса. Что всё это значит?

— Хороший парень наш Вильям, но с придурью, — гундосил в это время Зуб за дверью. — Не может успокоиться, что не удалось заделаться аристократом. А по мне, так правильно их погнали. Бездельники и кровопивцы.

— Да ладно, пусть живут, — отозвался Старый солдат. — А то кто нам будет деньжата отстёгивать?

— Эх, не было меня в городе тогда! — мечтательно проговорил Прыщ. — Говорят, столько можно было поиметь, когда дворцы потрошили!

— А где ты был? В тюряге? — усмехнулся Старый солдат. — Я вот в императорских войсках служил. Как рванул оружейный склад — сразу понял: надо мотать. Хотел на восток пробраться, но дороги оказались заколдованы — сколько ни идёшь, всё назад возвращаешься. Пришлось в городе прятаться. Несколько ночей мы с ребятами неплохо поживились, пока новое начальство нас не поприжало. Тут мы с Вилли и снюхались, подались в замок.

— И много добра поимели?

— Давно спустили, — махнул рукой Солдат. — Вилли хорошо насчёт замка сообразил, но честным людям везде препоны ставят. Так что, парни, осторожнее, зря кровь не пускайте.

— Давай я хоть этому блондинчику пущу, — попросил Зуб. — Слишком он свеженький.

— Оставь, — урезонил его Солдат. — Через недельку сам завянет. Из него приманка хорошая выйдет. Глаза такие невинные, так и хочется грошик дать.

— Точно! — обрадовался Прыщ. — Нацепим обноски, что остались от Мухи, шляпу на нос — и в самый раз!

Разбойники заржали. Рик не выдержал и крикнул:

— Не буду я вам попрошайничать!

В комнате замолчали. Дверь отворилась, в проёме показалась любопытная морда Прыща.

— Ты чего шумишь? Не бузи.

— Давай его сюда, — сказал Зуб. — Сейчас научу хорошим манерам.

— Погодь, — отозвался Солдат. — Вилли расстроится. Потерпи.

— Терпеть, терпеть... Аристократ недобитый!

Прыщ покачал головой и захлопнул дверь.

Рик уже потерял счёт времени, когда наконец послышались знакомые прибаутки.

Вилли вернулся не один, а с очередным гостем. Когда Прыщ привёл Рика, у камина в кресле сидел сухопарый мужчина в строгом чёрном камзоле. У мужчины были длинные серебристые волосы. Выставив перед собой палку с резным набалдашником в форме драконьей головы, он рассматривал комнату с видом крайнего неудовольствия. В камине пылал яркий огонь, и обстановка казалась бы уютной, если бы не гнетущая атмосфера, окружавшая гостя.

— А вот и наш мальчик! — заметил Вилли. Мужчина взглянул на Рика, словно окатил холодной водой. — Ну как, Рикки, отдохнул?

— Да, спасибо, — с сомнением в голосе поблагодарил Рик. Он уже жалел, что Вилли вернулся. Этот мужчина в чёрном...

— Как тебя зовут? — осведомился гость. — Где ты родился?

— Зовут... вроде бы... Риком, — ответил Рик, стараясь придать лицу как можно более тупое выражение. — А где родился, я не знаю. Я долго шёл... и пришёл... вот сюда пришёл.

Вилли умильно улыбнулся и сказал:

— На самом деле, господин Геральт, это не имеет никакого значения.

— Действительно, — ответил мужчина, пристально изучая Рика. — Раз так, мне хотелось бы проверить его сегодня же. Сейчас же.

— Как вам будет угодно, — ответил Вилли. — Прыщик, устрой нам кружечку кипятка. А ты, Рикки, присаживайся.

Рик уселся на край кровати. Его знобило от непонятного волнения. Геральт полез за пазуху и вынул маленький мешочек, такой маленький, что его легко можно было спрятать в любом кармане или даже в складке рукава. Содержимое мешочка залили кипятком. Приготовление отвара не заняло много времени. Когда кружку сунули Рику под нос, он почувствовал приятный сладковатый запах. Геральт уставился на него своими ледяными глазами, словно желал, чтобы мальчик умер. Рик осторожно попробовал — и сделал пару глотков.

— Пей всё, — разрешил Вилли. — Не бойся, это просто чай такой.

Мальчик выпил половину, но тут словно кто-то удержал его, и он отставил кружку.

— Этого достаточно? — справился Вилли у Геральта, подобострастно изогнувшись.

— Да. Если всё верно, он не сможет не ответить.

Несколько секунд прошли в молчании. Вдруг комната вокруг Рика принялась расплываться и качаться. Такого с ним раньше не бывало. Рик испугался, но не мог пошевелиться. Геральт медленно поднялся и, прихрамывая, подошёл к нему.

— Скажи нам, — раздался над Риком голос, дрожащий от волнения. — Скажи, что случилось с Избранным. Что случилось с наследником Грегори Свенсона. Поведай о будущем рода Сигленнидов.

Рик уставился на мужчину, лицо которого неожиданно показалось ему очень знакомым.

— Говори, — приказал Геральт. Рик издал сдавленный стон. Слова сами продирались сквозь стиснутые зубы.

— Она... убила... меня.

Рик чувствовал на душе ужасную тяжесть, ему было трудно дышать. Из глаз потекли слёзы. Мужчина, стоящий перед ним, нахмурился.

— Она? — произнёс он с недоумением.

— Брат, мне больно, — прохрипел Рик.

Геральт вздрогнул, но тут же взял себя в руки.

— Тебе? Во что ты одет? — переспросил он.

— Белое… красные камни… золото…

Гость злобно усмехнулся.

— Золотая парча и рубины. Щедро убранная жертва. А она? Как она выглядит?

— Женщина в синем. Синее и лиловое… звезда и колесо… золотая колесница…

— Это она! — прошипел Геральт. — Так и знал! Мерзкая ведьма!

Он смотрел на Рика, но было непонятно, к кому именно он обращается. Затем, казалось, его осенило, и он резко притянул мальчика к себе.

— Где это произошло? Говори!

— Галерея, — выдавил из себя Рик. — Галерея во дворце.

— Что она сделала?

— Она... ударила кинжалом и ушла.

— Тварь. Такая же, как и вся её семейка. Ничего, Создатель всё видит, и он на моей стороне.

Комната снова заплясала у Рика перед глазами. Он вдруг начал бормотать:

— Будущее Сигленнидов предопределено. Поднявшись из чёрных вод, Потомок Белой Змеи воцарится. Дракон встретит Копьё Света. Придёт Избавление.

Геральт внимательно выслушал мальчика, и когда тот замолчал, выпрямился и обратился к Вилли.

— Вам крупно повезло, Вильям. Мальчишка действительно особенный.

— О, я рад, что мы пришли к единому мнению, господин Геральт.

Мужичина подал бандиту мешочек с деньгами.

— Оставляю его вам. Можете попользоваться им некоторое время. За его здоровье не опасайтесь. Такие... люди весьма живучи.

— Надолго оставляете? — поинтересовался Вилли.

Геральт пожал плечами.

— Я терпеливый, могу и подождать. Когда само Возмездие покарает преступников.

Он посмотрел на Рика, и у того перехватило дыхание. Из глубины души поднимался зов: «Это я, брат! Я здесь!» Но Геральт не слышал. В голубых глазах бывшего лорда отражалось только презрение и отвращение.

Когда за Геральтом закрылась дверь, Вилли пересчитал деньги и довольно хмыкнул.

— Знатный у тебя дружок, — заметил Зуб.

— Дружок? — Вилли усмехнулся. — Скажешь тоже. Он платит — мы смотрим. Если мальчишка понадобится, отдадим. А пока пусть живет.

— А если этот Геральт прикажет убрать?

— Значит, уберём. — Вилли пожал плечами. — На то он и главнокомандующий, чтоб мы его слушались.

Рик не слышал бандитов. Он лежал на кровати, чувствуя, как в груди пульсирует чужая боль.

«Брат...» — это слово отдавалось эхом где-то внутри.

Рик вдруг понял — он не один. С ним тот, кто привёл его в замок, кто знал этого страшного человека в чёрном и только что плакал и звал брата.

— Кто ты? — прошептал Рик одними губами. — Ты умер?

В самой глубине души кто-то горько усмехнулся.

Глава 5. Доклад Эдди

Гаспар Реймдаль отложил книгу и уставился в тёмное окно. Дождь барабанил по стеклу, навевая тоску. Если бы не переворот, он был бы офицером и, возможно, уже женился бы. А теперь — сиди дома и не смей даже камин разжечь: отец бережёт дрова.

Он вздрогнул, когда что-то с силой ударило в ставень. Через минуту кто-то уже недвусмысленно постучал по стеклу, и молодой человек, вскочив, торопливо поднял раму. В лицо ему пахнуло ночной свежестью, и вместе с порывом холодного ветра в комнату ввалилось мокрое существо неопределенного пола и возраста. Гаспар опустил раму и повернулся к нежданному гостю.

— Эдвард! Какого Змея! — выразил он своё недовольство.

— Не рад видеть родного брата? — невозмутимо поинтересовался Эдди и громко шмыгнул носом.

— Мы же договаривались! Ты в розыске!

— Ты что, выгоняешь меня?

— Создатель! — Гаспар полез в сундук и вытащил рубашку. — Вот, переоденься, а то простудишься.

Эдди глянул на чистое полотно и поморщился.

— Лучше принеси пожрать. Ужинали уже, небось?

— Ты совсем одичал, — заметил Гаспар, послушно отправляясь к двери. — Не вздумай ничего трогать! — предупредил он.

Как только старший брат ушел, Эдди плюхнулся на стул и схватил со стола книгу. Он пролистал несколько страниц, нашёл сложенный листок бумаги, бесцеремонно развернул и принялся читать. Когда Гаспар вернулся, неся кусок хлеба, Эдди даже не попытался скрыть следы своей преступной деятельности.

— Положи на место! — возмутился хозяин комнаты, на что его братец заметил с широкой ухмылкой:

— Это всё равно отцова книга. А у вас как, продвинулись дальше поцелуев?

— Не твоё дело, — Гаспар отобрал у брата книгу и письмо и бросил их на постель.

— Ой. Нехорошо делаешь! Отец узнает, будет ругаться.

— Тише! — прошипел Гаспар и сунул ему хлеб. — Ты за этим пришёл?

— И за этим тоже, — согласился Эдди. — Заскочил на огонёк, хотел рассказать новости. Но если ты не в настроении…

— Какие у вас могут быть новости? Снова кого-то убили?

Только этого Эдди было и нужно. Не обращая внимания на горькую иронию в голосе брата, он радостно сообщил:

— Я видел его!

— Кого его? — лениво спросил Гаспар.

— Избранного! Правда! Я даже разговаривал с ним.

Гаспар недоверчиво покачал головой. Похоже, его брат совсем свихнулся от своей лесной жизни.

— У него русые волосы и те самые глаза, — сообщил Эдди, ничуть не смутившись. — Он сирота. Говорит, его родители умерли, а вырастила его бабушка. Она живёт где-то в Рангарде, на окраине. Представляешь?

— Мало ли в Рангарде сирот с русыми волосами? Боюсь, что больше, чем ты можешь себе вообразить. А глаза показались зелёными, потому что вы были в лесу.

— Нет, ты не понимаешь. Всё точно так, как пишут в книгах. Я пообещал ему нашу защиту, а он испугался. Он ничего не знает об Избранных. Но я почувствовал. Это точно он. Он как будто светится изнутри. Ничего подобного я никогда не видел.

Все недоверие с Гаспара как рукой сняло.

— Неужто он жив? Ему должно быть примерно столько, сколько тебе.

— Ну, положим, немного меньше, — с гордостью поправил Эдди.

— Где он?

— Не знаю. Последний раз за ним гонялись солдаты…

— Что? — Гаспар схватил брата за плечи. — Где ты его видел?

— У нас, в Замке. Сначала я спас его от солдат, но он убежал. Сейчас он с бандитами, в Башне Принцессы. Представляешь? В той самой башне!

— Надо сказать отцу, — заявил Гаспар.

— Кажется, он не хочет меня видеть, — заметил Эдди.

— Если узнает, по какому поводу, захочет. Это очень серьёзное дело. Но ты уверен, что это он?

Гаспар хотел расспросить подробнее, но в этот момент в коридоре раздались тяжёлые шаги.

— Гаспар!

Юноша глянул на дверь — поздно прятаться. Он так рассердился на брата за чтение письма, что забыл задвинуть засов. На пороге возник высокий статный мужчина, с такими же, как у братьев, золотистыми кудрями и ярко-голубыми глазами. Он неторопливо запер за собой дверь и подошёл к столу, возле которого стояли молодые люди. — Ты спускался?

— Да, отец, — ответил юноша. — Я взял немного хлеба для своего брата.

— Для кого?

— Это Эдвард, отец. Он пришел сообщить важную новость.

Лорд Реймдаль мельком глянул на перемазанного грязью бродягу и отвернулся.

— Ты следил за братом? — бесцеремонно заявил Эдди. — Не очень прилично для благородного лорда.

Гаспар с ужасом посмотрел на него. Глаза отца полыхнули голубой молнией, и он грозно приказал:

— Вам, молодой человек, следует незамедлительно покинуть этот дом. Ещё минута — и я буду вынужден принять самые строгие меры.

— Неужто солдат позовёшь? — спросил Эдди, быстро открывая окно и проскальзывая наружу. — Передай маме привет, Гаспар, — буркнул он перед тем, как раствориться в темноте.

Гаспар печально посмотрел вслед брату и заметил:

— Он хотел поговорить с вами, отец.

— Нам не о чем разговаривать, — отрезал лорд. — Достаточно мы натерпелись от него. Он сам выбрал своё место. В сарае, рядом с украденным им конём.

— Он очень переживал за Тарана.

— А за свою маму он не переживал. Самоуверенный щенок.

— Эдвард сказал, что видел в Клербурне Избранного.

Лорд Реймдаль опустился на стул. Гаспар продолжал стоять перед ним, как солдат перед офицером.

— Насколько можно ему доверять? — лорд кивнул на тёмное окно, по которому барабанил дождь.

— Полностью, — ответил юноша. — Эдвард не будет шутить такими вещами. Вам следовало бы расспросить его…

— Не тебе решать, что мне следует делать.

— Простите.

Лорд задумался.

— Если Геральт узнает, что здесь Избранный, мы лишимся последней надежды на Возрождение. Отправляйся в Клербурн, — приказал лорд старшему сыну. — Найди Избранного. Если это действительно он, помоги ему. Ты знаешь, как он должен выглядеть.

— Я помню, отец.

— Он единственный может быть нашим правителем. Ребёнок с русыми волосами и аквамариновыми глазами, осенённый благословением Создателя. Сейчас, после переворота и раскола Империи, подобного ребёнка почти невозможно отыскать.

— Я сделаю всё, что в моих силах, — пообещал Гаспар. Перспектива поучаствовать в возрождении Империи взволновала его не на шутку.

— Нет, ты должен сделать больше этого. Ты должен защитить его от всех опасностей, как велит тебе долг. Долг моего наследника. Наследника рода Реймдалей.

При мысли, что его навыки и знания наконец-то пригодятся, юноша воспрянул духом и даже забыл, что предпочитал тёплую постель, книги и камин походной палатке и костру.

— Я готов.

— Его явление изменит лицо мира. От него зависит всё. Запомни, Гаспар, не только наше будущее, а судьба всей Империи. Если преуспеешь, я позволю тебе жениться на Эльреде.

Гаспар покраснел как маков цвет и вытянулся по стойке «смирно». Лорд Реймдаль глянул на смущённого сына, торопливо кивнул и вышел.

Глава 6. Проигрыш Вилли

Прошла зима. Видения не оставляли Рика. Ночью его терзали кошмары о вторжении в башню, днём приходилось обслуживать клиентов Вилли. Удивительно, сколько людей в Рангарде желало знать будущее и как много они готовы были заплатить любому мошеннику. Сам Вилли был занят спекуляцией старьём и не обращал внимания на то, что Рику становилось всё хуже и хуже.

Старый солдат, посмотрев, как Рик с трудом, словно старичок, ходит по лестнице, посоветовал главарю:

— Погуляй с ним. Парень совсем раскис. Пусть подышит свежим воздухом.

Вилли взглянул на измученного Рика, и что-то внутри него шевельнулось.

— Ладно, — буркнул он, — идём, мечтатель.

На воле был тёплый вечер. Деревья и кусты оделись листвой, в воздухе висел аромат разросшихся у крепостных стен цветов. Рик сел прямо возле башни и некоторое время сидел с закрытыми глазами.

— Пойдём, малыш, — тряхнул его Вилли. — Нехорошо, если нас кто-нибудь здесь заметит.

Рик неохотно поднялся и побрёл вслед за главарём. Кое-где между кустов мелькали светлые пятнышки цветов — маргаритки, герань… надо бы подстричь, думал мальчик. Куда смотрит садовник?

— Ну, я так и знал, что мы здесь не одни, — пробурчал Вилли. Впереди замерцал тусклым оранжевым светом костёр. — Наверняка наши добрые соседи, Змей бы их сожрал…

На поляне отдыхали лесные ребята. Рик посмотрел, но никого похожего на Эдварда не заметил и потерял к вечеряющим всякий интерес. Вилли всё бормотал себе под нос ругательства, но от выбранного курса не уклонился. Не боялся он этих дикарей, и, если честно, частенько сбывал им товар… может, и сегодня что продать посчастливится?

— Эй, папаша! — крикнул один из сидящих у костра, здоровенный лохматый парень. — Не желаешь присоединиться? Третьим будешь!

— Почему бы и не присоединиться к такой замечательной компании? — Вилли подтолкнул Рика к огню. — Присаживайся, Рикки-малыш. Мальчик совсем плох, — доверительно сообщил он лесным ребятам. — Никак в себя не придёт. Похоже, долго не протянет.

Опустившись на землю, Рик уставился на темноглазого паренька, недоумевая, откуда он тут мог взяться. Темноглазый шмыгнул носом, откинул со лба длинные пряди волос и поинтересовался:

— Какие-то трудности?

— Дай ему выпить, — предложил его массивный товарищ. Парень пожал плечами и протянул Рику кружку эля.

Мальчик вздрогнул, удивлённо поднял брови, потом покачал головой.

— Ты хочешь от меня избавиться. Я не буду пить из твоих рук.

— Что с ним? — спросил темноглазый. — Эй, Тор, он, похоже, псих.

— Оставь его, Локи, давай лучше играй. Что ставишь?

Они раздали карты и принялись играть, предоставив Рика самому себе. Локи тасовал колоду с ловкостью, выдававшей долгую практику — карты так и мелькали в его руках. Он сдавал быстро, но Рик заметил, как на мгновение пальцы задержались, когда очередь дошла до Тора. Мальчик не понял, что произошло, но что-то было не так.

Игра пошла своим чередом. Локи выигрывал подозрительно часто. Тор хмурился, но молчал — то ли не замечал, то ли не хотел ссориться.

Рик с ужасом понаблюдал, как они перекидываются кусочками картона с яркими картинками, и внезапно заявил бандиту:

— Не надо! Ты можешь проиграть!

Вместо благодарности Вилли приказал ему лечь и заткнуться.

Играли они долго. Вилли оказался очень увлекающимся игроком. Да и то сказать, удача то улыбалась ему, то неожиданно поворачивалась спиной. У его партнёров оказалось немало так любимых им ассигнаций, и Вилли не мог не сделать всё для того, чтобы они перекочевали к нему в карман. Но ему никак не удавалось получить всё, что он хотел. Один раз он чуть было не обыграл Локи вчистую, но Тор подкинул жалкую козырную десятку — так не вовремя!

Вилли забыл о времени и осторожности. Ребята спокойно ставили на кон не только деньги, но и вещи, без всякой жалости расставаясь со старинными бляхами и браслетами.

Только Рик сидел и смотрел. Он не понимал правил, но видел другое — как Локи иногда чуть заметно усмехался, забирая выигрыш. Как его пальцы слишком долго задерживались над колодой. Как он, сдавая, иногда скидывал карты в рукав — ловко, почти незаметно, но Рик сидел напротив и видел отблеск пламени на гладкой бумаге.

«Шулер», — понял он вдруг.

Но никто, кроме него, этого не замечал.

И в самый разгар игры, когда Вилли проигрался и был готов выть от отчаяния, Тор небрежно кивнул в сгустившуюся темноту:

— А ты поставь своего мальчишку. Нам как раз конюх нужен.

Локи засмеялся. Вилли идея понравилась. Он поставил Рика — и проиграл.

— Надо же, незадача какая, — посочувствовал Тор, неторопливо собирая карты и поднимаясь. — Ничего, зато с похоронами возиться не надо. Этот задохлик, он хоть жив? Может, мы уже на труп играли?

— Эй, погодите! — вскричал Вилли. — Давайте ещё!

— Мы бы с радостью, папаша, но тебе уже ставить нечего, да и поздно. Наши будут беспокоиться. Ну, где тут наш трофей?

Тор подошёл к Рику и одним движением подхватил в охапку, как тюк с сеном. Ошарашенный мальчик не сопротивлялся. Локи между тем затаптывал костёр, уворачиваясь от Вилли, который сам начал проявлять признаки сумасшествия.

— Хватит, мужик! — крикнул наконец Локи. — Игра была честной, сам парня поставил — чего тебе ещё надо? Может, этого?

В последних сполохах костра блеснуло лезвие. Вилли отшатнулся и замолчал.

— Всё, — отрезал Тор. — И не вздумай увязываться за нами. А то придётся рассказать нашим общим друзьям, куда ведёт одна сильно захламлённая лесенка…

И, весьма довольные собой, рассовав по карманам ассигнации и серебро, с сонным Риком на плечах, члены Зелёного Братства растворились в ночном мраке.

— Сволочи! Гады! — ругался им вслед Вилли. Что было, конечно же, совершено бесполезно.

Глава 7. Ссора, похищение и спасение

Прошло несколько месяцев с того вечера, когда Вилли лишился своего источника дохода, а Рик волшебно преобразился. Все страхи покинули его мысли, все видения покинули его сны, лишь только его тело покинуло Башню Принцессы.

— Создатель! — сказал как-то Рик Эдварду. — Если бы я знал, куда ты хотел отвести меня, то побежал бы первым.

Они сидели в одном из подземных коридоров. Прямо на земле был разложен костерок, в котором пеклась ворованная картошка. Кроме Рика и Эдварда, у костра грелись их друзья — Тор, Локи и Фрейр - высокий голубоглазый блондин.

— Да, здесь неплохое местечко, — поддержал Рика Тор. — И картошка, поди, уже готова.

Он поворошил угли. Остальные сидели, наблюдая за его действиями.

— Этот напиток, который тебе дал Геральт, какой он? — спросил Рика Фрейр, продолжая разговор.

— Ничего особенного.

— И ты предсказал ему будущее?

— Он спрашивал о другом. Но обычно я вижу всякие странные вещи и так.

— Рик уже предсказал мне смерть в бою, — похвастался Эдди. — Может, и моему брату предскажешь?

Он обнял Фрейра за шею.

— Эй, Оракул! Что ждёт Гаспара Реймдаля?

— Всё в дыму, — ответил Рик, отворачиваясь. Фрейр смущённо высвободился из объятий Эдди.

— Здорово! — невозмутимо продолжил мальчик. — Значит, будет сражение! Станешь генералом, братик, поведёшь армию!

— Каким генералом? — хмыкнул Тор. — Воевать-то не с кем. Все пути из других королевств перекрыты. Или хочешь, чтобы твой брат пошёл служить в полицию?

— Аристократа в полицию не возьмут, — злорадно заметил Локи. — Только дворником.

— Но Рик увидел дым, — не унимался Эдди. — Значит, где-то найдут сырьё для пороха. И будет война. Правда, Рик?

— Не знаю, — пробормотал мальчик.

Локи вдруг поднялся, подошёл ближе. Его тёмные глаза сузились.

— Специально скрываешь? Набиваешь цену, да? Боишься, что без дара окажешься никем.

Рик посмотрел на него, удивлённый такой прямотой.

— Ничего такого я не боюсь.

— Ой ли? — Локи усмехнулся. — Строишь из себя особенного? А мы тебя приняли, между прочим. Картошкой вон угощаем. Следим, чтобы тебя солдаты не нашли. Боишься, что передумаем?

Фрейр вскочил:

— Локи, прекрати! Дар видения — опасная способность.

— Тебе-то что, — огрызнулся Локи. — Аристократ аристократа всегда поддержит, да?

— Был бы ты дворянских кровей, Локи, — усмехнулся Тор. — Но ты у нас из простых. Поэтому и дара никакого нет.

Рик медленно поднялся.

— Я не просил дара. Не просил, чтобы меня спасали. Но я здесь. И если тебе так нужно предсказание — попроси вежливо.

— Что? — Локи опешил.

— Ты слышал.

На мгновение повисла тишина. Тор даже перестал ворошить угли.

— Ты... — Локи шагнул вперёд, сжимая кулаки.

— Сядь! — рявкнул Тор. — Картошку затопчешь!

Никто не сел. Локи и Рик стояли друг напротив друга, и воздух между ними, казалось, искрил.

— Я запомню это, Оракул, — процедил Локи сквозь зубы. — Посмотрим, как долго ты здесь продержишься.

Рик выдержал его взгляд.

— Посмотрим.

Он развернулся и пошёл прочь от костра.

— Рик, постой! — крикнул Эдди. — А картошка?

— Потом, — не оборачиваясь, ответил Рик.

Локи смотрел ему вслед, и в глазах его горела обида пополам с завистью. Тор положил тяжёлую руку ему на плечо.

— Остынь. Он свой.

— Свой? — Локи злобно усмехнулся. — Он никто. И ты это ещё поймёшь.

Фрейр обеспокоенно посмотрел вслед Рику и сел обратно.

Рик брёл по тропинке вдоль стены замка, вдыхая аромат цветов. Мысли его были далеко — он не заметил, что стемнело, и слишком поздно увидел чью-то тень.

— Ага! — только и произнёс вполголоса Зуб и, схватив Рика, потащил к башне.

Рик упирался изо всех сил, но Зуб волок его всё дальше и дальше. Пронёс по лестнице наверх и швырнул на пол — на тот самый пол, который он надеялся больше никогда не увидеть. Рик хотел вскочить, но узнал сапоги Вилли перед своим носом.

— Смотрите-ка, кто к нам пожаловал! — раздался над ним голос главаря. — Наш Рикки собственной персоной! Такая радость для нас! Мы так по тебе скучали…

Вилли подмигнул кому-то, Рика схватили и поставили на ноги.

— Нехорошо забывать старых друзей. Особенно тех, кому должен за своё спасение.

— Рик! Ты где? — раздался со двора голос Фрейра.

Мальчик рванулся к окну. Его оттащили, зажимая рот.

— Ах, Рикки-малыш, — укоризненно покачал Вилли головой. — Я с удовольствием разделю с тобой свой ужин, но не надо приглашать сюда посторонних.

— Отпустите! — продолжал вырываться мальчик. — Я всё равно тут не останусь!

— Неужели? — усмехнулся Вилли. — А я вот думаю, мы легко договоримся. Мой недобитый принц…

Внезапно главарь бандитов замер.

— Что там такое?

Прыщ осторожно выглянул в окно.

— Кирасиры!

— Пора сматываться, командир, — заметил Старый Солдат. — У нас дело.

— А этого куда девать? — кивнул Зуб на Рика. — Отдадим Геральту?

— Рано, — Вилли покачал головой. — Геральт велел присматривать, а не сдавать.

— А оставим его здесь, — предложил Прыщ. — Вон там.

И он кивнул на кладовку.

— Хорошая мысль, — согласился Вилли. — Там его никто не найдёт.

Рика затолкали в чулан и заперли дверь.

— Не скучай, Рикки, — сказал Вилли. — Посиди, подумай о своём поведении.

Рик остался один в темноте. Где-то внизу слышался топот сапог и лязг оружия... Потом всё стихло.

Мальчик очутился в той самой комнате, которую больше всего боялся и куда Зуб вечно его запирал. Он снова услышал оглушительные удары в дверь спальни. На этот раз он чувствовал рядом присутствие другого человека. Это была женщина, он слышал шорох её юбок и тихие причитания.

— Рауль! Что происходит? Что же это такое!

— Забирай детей, скорее, — раздался голос молодого мужчины. Удары в дверь спальни не прекращались. — Создатель, все мы в твоих руках, — быстро произнёс он молитву. Затем обнял женщину и сказал:

— Что бы со мной ни случилось — не останавливайся. Ты должна спасти их. И нашего малыша, и Грегори. Уж постарайся, пожалуйста. Ради меня.

— Рауль! — всхлипнула женщина.

Рик силился рассмотреть этого Рауля, но не мог увидеть. А удары всё звучали, и теперь к ним примешался треск дерева. Раздался женский крик — он шёл из спальни. Рик закричал в ответ — и очнулся.

Он сидел на холодном паркетном полу в углу комнаты. Рик попытался подняться, и тут услышал стук в дверь спальни. Он даже вздрогнул от неожиданности. Стучал явно кто-то посторонний, ведь к чему стучать тому, кто сам запер дверь? Пока Рик раздумывал, всё снова затихло. Мальчику оставалось только устроиться поудобнее и ждать, когда вернётся Вилли.

Рик провалился в новый сон. Теперь он сидел в монастырской келье и смотрел на статую человека со змеями в руках. Дверь отворилась, и вошёл тот, кого изображала статуя, только без змей. Он был закутан в чёрную хламиду.

— Привет, Бальдр, — сказал он хрипловатым тенорком.

— Господин Гэрет, — ответил Рик. — Вы вернулись.

— Конечно, вернулся, — человек в хламиде подошёл ближе, и Рик увидел его бездонно-чёрные глаза и бледное лицо. Из-под капюшона словно дохнуло холодом. Тем страннее звучала в голосе этого холодного человека тёплая интонация. — Как же я мог оставить тебя.

«Гэрет», прошептал кто-то в самое ухо Рика. «Он полезный. Он нам поможет. Но никто не должен знать»...

Наконец-то что-то новое! Увы, сон прервался на самом интересном месте. Рик чуть не вскрикнул от досады — так ему хотелось посмотреть продолжение.

Рик открыл глаза. В нескольких шагах от него, прислонившись спиной к стене, стоял человек. Хотя было темно, Рик совершенно ясно видел его фигуру, бледное лицо, прямые светлые волосы и бездонные, словно состоящие из одного зрачка, глаза. Человек стоял и рассматривал сидевшего перед ним паренька. Заметив, что Рик проснулся, человек присел на корточки.

— Привет, — сказал чёрный человек, растягивая тонкие губы в улыбке. — Я Гэрет. А ты Бальдр?

«Почему он называет меня Бальдром?» Потрясённый Рик затаил дыхание. На лестнице снова зашумели, и на этот раз Рик узнал шаги и голоса. Бандиты возвращались.

Перспектива встретиться с Вилли была так же неприятна, как и свидание с таинственным существом, которое проникло из его видения в реальность. Но выбора у пленника не было.

На шум приближающейся компании Гэрет и ухом не повёл. Он продолжал смотреть на Рика мрачными глазами и загадочно улыбаться. Разбойники вошли в спальню, и вскоре раздался яростный удар в дверь.

— Не бойся, — сказал Гэрет, обращаясь к мальчику. — Здесь сыро, и засовы совсем проржавели.

— Какого Змея! Что с дверью? А ну, малец, открывай немедленно! — возмущались бандиты.

— Давно ты здесь? — поинтересовался Гэрет.

— Н-не знаю... — выдавил Рик.

Гэрет поднялся, так же бесшумно, как и опустился. В дверь тем временем уже нетерпеливо билось чьё-то могучее плечо.

— Хочешь встретиться с ними? — спросил Гэрет.

— Нет, — вырвалось у Рика из самой глубины души.

— Тогда придётся пойти со мной.

— Да, — выдавил мальчик. Он встал, неуклюже разминая затёкшие от долгого сидения руки и ноги. Гэрет терпеливо ждал. В дверь ломились уже все.

— Эй, Рик! Открывай, гадёныш! Или вместо гуся зажарим!

Под этот аккомпанемент Гэрет подвёл мальчика к двери. Не к той, что вела в спальню, а к маленькой потайной, которая была заколочена. Рик знал это так же ясно, как и то, что петли и засовы дверей не могли заржаветь за сутки и никогда до этого не подводили. Но досок больше не было. Гэрет провёл рукой по косяку, и дверь отворилась.

— И смотри, никому обо мне ни слова, — сказал он напоследок. Рик наклонил голову, чтобы не стукнуться о низкую притолоку, и шагнул в темноту, недоумевая, как Гэрет умудрился вытащить гвозди из досок без всякого шума.

Он уткнулся лбом в чью-то грудь и услышал над ухом:

— Рик! Вот Змей! А мы тебя по всему замку ищем!

Рик поднял глаза и узнал Тора. Он обернулся, чтобы поблагодарить своего спасителя, но позади него была голая кладка. И никакой двери.

Гэрет провёл Рика сквозь стену.

Глава 8. Бальдр

У Зелёного Братства были свои обряды. Вступая в него, каждый принимал новое имя и находил себе убежище в лесу или деревне. А в праздники Братья собирались у костра — с поединками, танцами и выбором Прекрасной дамы.

Тор притащил свой карточный выигрыш к себе домой, в деревню — отмыться и откормиться. Потом Эдди отвёл его в лес, где вместе они могли заботиться о жеребце по кличке Та́ран. Целыми днями Рик лежал на полянке, наблюдая за облаками, а белый, как туман, конь ходил неподалёку. А когда Тор стал брать его за ягодами и грибами, мир открылся Рику с новой стороны — полный тайн, которые были увлекательнее любых снов.

Сначала Рика держали в стороне. Братья присматривались к новичку и разговаривали с ним осторожно — ведь он был из банды Вилли. Но после попытки похищения их отношение изменилось.

Рика переодели в длинную тунику, зелёные штаны и шерстяной плащ. Привели на поляну, где собрались все Зелёные Братья. Кримхильда, одна из девушек, повесила ему на шею ожерелье из ягод рябины, а на голову водрузила такое же, как у Эдди, гнездо — такие у неё получались венки. Рик улыбался, и глядя на него, почувствовали себя просветлёнными.

— Сегодня особенный день, — объявил Тор. Фрейр согласно кивнул, восхищённо глядя на Рика. — Теперь ты полноценный член Братства.

— Осталось выбрать имя, — подсказал Локи. — Можешь взять имя бога или героя.

— Бальдр, — вырвалось у Рика. Очень самонадеянно, конечно, называться именем бога света, но почему бы нет? Гэрет вон не колеблясь нарёк его так…

Локи дёрнулся, словно его ударили. Губы его сжались, в глазах мелькнула досада. Он быстро отвернулся, делая вид, что поправляет уголёк в костре, но Тор, сидевший рядом, заметил.

— Чего дёргаешься? — буркнул он вполголоса. — Вспомнил, как сам на это имя метил?

— Заткнись, — прошипел Локи.

— Имя несчастливое, — заметил Тор, возвращаясь к общему разговору. — Кто так назывался — много не жили.

— Значит, я или скоро умру, или наоборот, проживу очень долго, — предположил Рик.

— Бальдр ему подходит, — заявила Кримхильда, любуясь его светлыми кудрями и зелёными глазами.

— Ну, раз женщины так хотят… — крякнул Тор.

— У нас всё равно нет Бальдра, — пожал плечами Эдди. Ему показалось очень символичным, что Избранный взял себе имя Хозяина Нового Мира.

О́дин, который молча сидел у костра, вдруг поднял голову и посмотрел на Локи.

— И не будет, — сказал он тихо, но так, что все обернулись. — Был у нас один парень из дальней деревни, тоже светловолосый. Тоже Бальдром назвался. Месяца не продержался — то ли кирасиры, то ли свои же… — он махнул рукой. — Неважно. С тех пор имя пустовало.

Локи сидел, не поднимая глаз. Огонь костра плясал на его лице, и нельзя было разобрать, что у него на уме.

— Теперь не пустует, — подытожил Тор. — Будем надеяться, новому Бальдру повезёт больше.

— Повезёт, — вдруг подал голос Локи. Голос его звучал ровно, без злобы, но с какой-то странной усмешкой. — Этому всегда везёт.

И никто не понял, шутит он или говорит серьёзно.

Праздник закончился. Фрейр прыгнул с Тараном через костёр, Тор выиграл десяток поединков, Один рассказал очередную легенду. Пора было расходиться.

— Бальдр, куда пойдёшь? — спросил Локи.

Рик пожал плечами.

— Не знаю. У Тора в доме и так полно народу. Не век же мне у них сидеть. Хочу пойти один.

— Оди́н? Да тебя бандиты опять вмиг сцапают.

— Если Вилли поймёт, что я с вами, натравит на вас солдат. Мне нужно своё укрытие.

— В сарае, как Эдди? — Тор покачал головой. — Ты не сможешь.

— Может, к нам в особняк? — предложил Фрейр. — Мой отец будет рад принять тебя.

— В Рангард, к аристократам? — Локи хмыкнул. — Самоубийство.

Все замолчали. Родерик, брат Тора, задумчиво смотрел куда-то поверх их голов.

— Вон там свет, — сказал он. — Видно, Гэрет у себя.

Рик вздрогнул, проследил за его взглядом. В крайней к реке башне мерцал огонёк.

— Гэрет?

— Тот псих, что купил замок, — пояснил Локи.

— Значит, и бандитов отсюда выгонят? — спросил Рик с надеждой.

— Ну, когда ещё… Он там один сидит. А всё остальное так же заброшено, как и раньше..

— Я слышал, он говорил с нашим старостой, — продолжал Родерик. — Работники ему нужны. Может, Бальдру попроситься к нему в услужение? Там он будет в безопасности.

— В двух шагах от Башни Принцессы?

— Слугу они не тронут. Раз Гэрет замок купил — значит, сможет и от бандитов защищать.

— Ты видел этого Гэрета? — спросил Фрейр. — Что он за человек?

— Обычный богатый псих, — пожал плечами Родерик.

Локи хмыкнул:

— А почему бы и нет? Чем Змей не шутит.

— Прямо сейчас? — испугался Рик.

— А когда? Нам всё равно расходиться.

Тор поднялся, за ним остальные. Они загасили костёр и поднялись к замку. Башню, к которой они направились, было хорошо видно в наступающих сумерках. От реки тянуло сыростью, и Рик закутался в плащ.

— Он уже лёг, — сказал Локи, глядя на тёмные окна. — Мы опоздали.

— Если и лёг, то ещё не заснул, — заявил Родерик и схватился за огромное кольцо на двери.

— Может, до утра подождём? — промямлил Рик.

— Родерик, стучи, — велел Тор. Мальчишка изо всех сил ударил кольцом по двери. На стук никто не отозвался.

Родерик бухнул кольцом. Тишина. Ещё раз. Снова тишина.

Они торчали под дверьми минут пять, пока в одном из окон не зажёгся свет и кто-то, со скрипом отворив окно, не крикнул:

— Чего надо?

— Хозяина надо! — крикнул Родерик в ответ. — Господина Гэрета. У нас к нему дело.

— Кто такие?

— Местные мы. Насчёт работы.

Окно захлопнулось. Некоторое время в башне царила тишина. Затем раздался далёкий скрежет запоров… наконец дверь приоткрылась, и взорам присутствующих предстала сначала худая рука с горящей свечой, а затем тощее сморщенное лицо под ночным колпаком.

Рик отступил. Неужели тот, кто спас его всего несколько часов назад, был призраком? Или этот старик — тот же человек, только в другом обличье?

— Работа посреди ночи? — проскрипел старик.

— Извините, но это не займёт много времени, — нашёлся Локи. — Видите ли, у нас небольшие проблемы…

Тор, не поняв замешательства Рика, подтащил мальчика к дверям.

— Не нужен ли вам работник? Наш друг ищет место.

Старик оглядел Рика с ног до головы. Брезгливо, но не зло. Рик подумал, что, вероятно, Гэрет, который его спас — внук этого старика… и ему стало полегче.

— Он всё умеет, — встрял Родерик. — Сирота, ему негде жить. Я слышал, вы людей искали…

— Искал, — подтвердил старик. — Но не ночью.

— Милорд, — подал голос Фрейр. — Позвольте этому юноше послужить вам. Я за него ручаюсь. Я Гаспар Реймдаль, мой отец — лорд Реймдаль.

— Что? В Рангарде ещё есть лорды? — иронично поинтересовался Гэрет. Фрейр вспыхнул. — Но я вижу, от вас не отделаешься. Так я и простуду подхвачу, чего доброго. Давайте сюда вашего сиротинку.

Он отступил в башню, и Рик вошёл за ним. На пороге мальчик обернулся. Друзья замахали руками — не бойся, мол, придём, проведаем. Дверь за Риком захлопнулась, и он очутился перед ведущей вверх лестницей.

Один на один с новым хозяином Замка Привидений.

Старик поводил перед мальчиком свечой, словно рисуя в воздухе магический круг.

— Если у тебя есть оружие или дурные мысли, оставь их у порога.

— У меня ничего нет, — пролепетал Рик.

— Тогда следуй за мной.

Рик поднимался по крутым ступенькам за Гэретом — в чёрном халате и колпаке тот казался жутким призраком. Но чем выше они поднимались, тем меньше старик походил на старика. Они миновали несколько пролётов. Похоже, жилые помещения находились на самом верху башни.

— Хорошие у тебя друзья, — заметил Гэрет, глянув в амбразуру. — А сами о тебе позаботиться не могли?

— Я их отговорил. Меня ищут.

Они поднялись в небольшую каморку под самой крышей. Рик закрыл за собой дверь, и в ней немедленно щёлкнул замок, отрезая мальчику путь к отступлению. Перед тем, как отправиться в следующую комнату, возможно спальню, Гэрет ворчливо заявил:

— Еду и угол обещаю, но на деньги не надейся. Бери одеяло и ложись.

Рик забился в тёмный угол возле двери, завернулся в непривычно мягкое одеяло и быстро заснул, отчего-то счастливый и спокойный. И ему ничего не снилось...

А когда он проснулся утром и заглянул в соседнюю комнату, оказавшуюся большой залой с высоким сводчатым потолком, то обнаружил, что его хозяин снова стал молодым и стройным, как в Башне Принцессы. Именно то, чего Рик и ждал. Гэрет лежал в огромном кресле-качалке, в камине потрескивал огонь.

— Доброе утро, Бальдр. Как спалось?

— Спасибо, хорошо, — Рик огляделся. Комната была роскошной — шёлковые панели, ковры, подушки.

— Умывальник дальше, — подсказал Гэрет, не меняя позы.

Когда Рик вернулся, стол ломился от еды, хотя слуг не было видно.

— Раз уж договорились, придётся тебе прислуживать, — произнёс Гэрет с таким выражением, словно сомневался в своих словах.

— Как прикажете, господин.

— Господин? У вас тут, кажется, нет господ.

— Тринадцать лет как нет.

— Совсем недавно! Вот я и смотрю, замок-то почти новенький.

— Это правда, что вы его купили? — спросил Рик, усаживаясь.

— Да, — подтвердил Гэрет, небрежно расправляясь с беконом. — Так что можешь звать меня Хозяин.

— Зачем он вам? Он ведь... ну, он ведь старый.

Гэрет задумался.

— А он мне понравился. Люблю всякие тайны. Среди них легко спрятать свою.

Рик заинтересовался.

— Вы про тайну прохода сквозь стены?

Гэрет усмехнулся.

— Эта тайна позволяет мне даже домой вернуться.

— А где ваш дом?

— Далеко, — Гэрет сощурился. — Или близко. Смотря какой путь выбрать.

Этот таинственный человек всё больше и больше нравился Рику. К концу трапезы мальчик осмелел настолько, что поинтересовался:

— Простите, хозяин, но зачем вы прикинулись стариком?

— Люблю морочить людей, — легко ответил Гэрет. — Старость не привлекательна. Но если кто решит мне угрожать, быстро поймёт, что ошибся.

— А вы… боитесь чего-то?

— Я? — Гэрет удивился. — С чего ты взял?

— Не знаю. Просто спросил.

Гэрет посмотрел на него с любопытством.

— А ты не боишься меня?

— Уже нет.

— Тогда подай чай и садись за стол. Можешь есть всё, что захочешь.

Он поднялся и отошёл к окну с чашкой в руках. На нем был чёрный камзол и чёрный плащ, скрывающий длинную шпагу. Он был похож на путника, заскочившего в трактир на огонёк. Какое-то время Гэрет глядел, как Рик уплетает остатки его завтрака, ловко управляясь ножом и вилкой, и наконец спросил:

— Как тебя зовут?

— Рик Стивенсон. Можно Бальдр.

— Можно, — кивнул Гэрет. — Чей ты?

— Не знаю. Родители умерли. Бабушка не говорит.

— А сам как думаешь?

— Думаю, из аристократов. У меня светлые глаза и русые волосы, которые на солнце быстро выгорают. Это значит, что я из очень знатной семьи. Моего вида достаточно, чтобы подвергаться преследованиям.

— Интересно, — хмыкнул Гэрет. — Впервые слышу, чтобы общественное положение зависело от цвета глаз.

— У нас был переворот. Теперь таких, как я, ищут.

— Значит, ты у нас потомственный аристократ. И тебя за что-то ищут?

— Я ничего не делал. Говорят, главнокомандующий просто не любит аристократов.

— Забавно, — Гэрет вернулся к столу. — Твои друзья, что вчера привели тебя — кто они?

— Зелёное Братство. Мы… живём на свободе, независимо от общества. И сохраняем память об Империи.

— Ты складно говоришь, — заметил Гэрет. — Это всё со слов твоих зелёных друзей?

Рик смутился. Это было правдой. О благородном происхождении и голубой крови ему рассказал Фрейр, о свободе и независимости — Локи. Гэрет поставил чашку на стол и взял с блюда мушмулу.

— А что на самом деле? Вот я, иностранец, приезжаю сюда, и что вижу? В городе — военное положение, в селе — разруха, в замке — запустение. Эти парни, что предложили мне тебя в услужение — обычные бродяги. Наверняка они промышляют воровством и спекуляцией, ведь должны они как-то питаться! А ты — просто мальчик, сбежавший из дома. Но, честно говоря, всё это меня не интересует. Я купил симпатичный замок, и теперь у меня одна забота — избавить мою новую резиденцию от незваных гостей. А ты, если хочешь остаться — будешь работать. Комнат много, грязи тоже. Одна комната в день. Понятно?

— Да, хозяин, — Рик вскочил из-за стола.

— И первым делом убери здесь. А я поеду в город. Вернусь — проверю.

***

И опять судьба решила поиздеваться над желанием Рика избегнуть домашней рутины. Отказавшись от работы подмастерья, в Башне Принцессы Рик стал подручным у бандитов, а теперь был низведён до должности прислуги.

В первый же день на новом месте Рик разбил две тарелки, а на второй — вазу, одну, но большую. В наказание Гэрет с мерзкой ухмылкой заставил его стирать бельё. Зато теперь мальчик спокойно спал, без видений и кошмаров. Но в Башне Колдуна к Рику вернулись все его детские страхи, испытывая его на прочность. В один из дней он обметал угол в гостиной и собирал мусор метёлкой, которую Эдди сделал для него из берёзовых веток. И вдруг что-то коснулось щеки мальчика.

— А-а-а! — заорал Рик, отшатываясь и в панике сдирая с лица невидимую паутину.

Он замахал руками и попятился, натыкаясь на мебель. Кресло жалобно скрипнуло, когда он врезался в него бедром. Рик этого даже не заметил — он был занят борьбой с паутиной. Ему казалось, она опутывала его со всех сторон.

Он проковылял так почти полкомнаты, прежде чем споткнулся о ковёр и едва не рухнул, успев схватиться за спинку дивана. Паутина наконец отлепилась, повиснув на его пальцах маленьким серым клочком.

— Фу-у-у... — выдохнул Рик, с отвращением разглядывая добычу.

Он вытер руку о штаны и только тогда заметил, что он в комнате не один.

— Э... хозяин, — выдавил Рик, чувствуя, как краска заливает щёки. — Вы вернулись. Я... я не слышал.

— Конечно, — невозмутимо ответил Гэрет, отпивая из чашки. — Ты был занят.

Рик с брезгливым ужасом указал на угол, откуда всё началось.

— Там... там ПАУК!

Гэрет пожал плечами.

— Ну и что?

Рик посмотрел на него как на безумца.

— Он на меня паутину бросил!

— Неужели? Боишься пауков? Почему?

Рик замялся.

— Просто боюсь, — буркнул он, отводя взгляд. — Бабушка их вечно гоняла. У нас на чердаке их было много. Когда я был маленький... — он вздрогнул, вспоминая. — Я открыл глаза, а он на одеяле! Они страшные.

Гэрет понимающе кивнул.

— Поэтому ты так плохо убираешься, — заключил он. — Боишься встретить паука. А чем хуже убираешься, тем больше паутины. И пауков больше. Ты сам себя загоняешь к ним в сети.

— Не надо! — взмолился Рик. — Я теперь боюсь ещё больше.

Гэрет задумчиво посмотрел куда-то поверх головы мальчика.

— Когда я жил в приюте... — начал он негромко. — У нас их было полно. Однажды — мне было совсем мало лет, — ко мне на кровать спустился с потолка...

Он раскинул свои длинные руки в стороны, показывая размер.

— ...вот такой здоровенный паук!

— А-а-ай! — вскрикнул Рик и попятился.

Гэрет невозмутимо продолжал, не обращая внимания на его реакцию.

— Я жутко испугался. Я был уверен, что он вот-вот меня сожрёт. И знаешь что?

Рик замер, глаза его расширились до размеров блюдец. Он даже дышать перестал.

— Как только я шевельнулся, он... — Гэрет печально улыбнулся. — Он схватился за свою паутину и побежал от меня наверх.

Рик перевёл дыхание. Картина, нарисованная Гэретом, была такой неожиданной, что он даже забыл о своём страхе.

— И тогда я подумал, — продолжал Гэрет, и голос его стал совсем тихим, — что даже пауку я не нужен.

Рик захлопал глазами.

— Так что я не боюсь пауков, — обречённо заключил молодой колдун. — Это они меня боятся. А на самом деле они очень хрупкие, — сообщил он доверительно и неожиданно приказал: — Убирайся аккуратнее!

Рик только вздохнул.

Гэрет, наблюдая за ним краем глаза, улыбнулся. Надо будет познакомить Рика с тем, кто живёт под креслом.

Но не сегодня.

Глава 9. Неудачный арест

Отдохнув от видений, Рик вспомнил о друзьях. Однажды вечером, задумчиво посмотрев за окно, мальчик осмелился попроситься у колдуна навестить Братьев.

— Желаешь прогуляться? Пожалуйста, — небрежно махнул рукой Гэрет. — Но не забудь, ты подвергаешь свою жизнь опасности.

— Да, хозяин, — ответил мальчик. — Я буду очень внимательным.

Рик спустился во двор и плотно закрыл за собой тяжёлую дубовую дверь. В ней заскрежетал массивный засов. Наверно, Гэрет закрыл за ним.

Рик пересёк лужайку, прошёл вдоль реки и поднялся на пригорок. За ельником открылся сумрачный лес. На опушке мирно пасся белый конь Фрейра. Недалеко от него теплился огонёк. Братья вечеряли.

Рик приблизился к костру. Ему навстречу поднялся Тор, как всегда, здоровенный и лохматый.

— Бальдр! Привет! Мы уж думали, забыл нас!

— Нет, нет, он не забудет! — и Кримхильда, по своему обыкновению, бросилась ему на шею. Рик был так рад снова видеть друзей, что даже не сопротивлялся. Локи насмешливо хмыкнул.

— Гэрет меня отпустил. Ну, как у вас дела? — спросил мальчик, усаживаясь у костра.

— Расскажи лучше, как ты поживаешь, — отозвался Фрейр. — Не мучают работой?

— Немного, — улыбнулся Рик. — Но это пустяки.

— А как с кормёжкой? — поинтересовался Тор.

— Отлично.

— Да, это видно, вон как щёчки закруглели.

Рик покраснел и запротестовал:

— Ничего подобного! Просто вы меня давно не видели.

Тор засмеялся. Вдруг Таран резко поднял голову, понюхал воздух и беззвучно заржал. Эдди вскочил.

— Жестянки! Уходим!

— Таран, кирасиры! — крикнул Фрейр своему коню.

Жеребец, услышав знакомую команду, ринулся прямо в лесную чащу, изображая дикого оленя. Тор разворошил угли и принялся торопливо выкатывать недожаренную картошку на землю.

— Ужина нашего захотели? Не дождутся, — бормотал он. Кримхильда сноровисто собирала картошку в корзину.

— Дома допеку, — пообещала девушка.

— Что это они так поздно? — спросил сам себя Локи. — Не к добру это.

Костёр в ответ зловеще задымил. Рик, прикрыв нос рукавом, отступил к деревьям. Остальные Братья тоже стали расходится. Надо было возвращаться к Гэрету, но Рик медлил. Ему казалось, он должен остаться на поляне... что-то должно произойти...

— Ты что замер? — Эдди дёрнул его за рубаху. — Беги в замок. Я прикрою!

Сквозь дым заблестели пики приближающихся солдат и кираса офицера.

— Вот они! Взять их! — раздалась команда.

Рик рванулся прочь. Эдди остался на поляне, размахивая палкой, словно мечом, и выкрикивая ругательства.

— Да зачем ты... — пробормотал Рик с досадой, но тут в ближайший ствол дерева с глухим стуком вонзился болт. Мальчик метнулся в сторону и услышал крик Фрейра.

— Эдди!

Рик обернулся. Эдди лежал на земле.

— Нет! — вырвалось у Рика.

Фрейр, который уже сворачивал за крепостную стену, кинулся к брату. Локи схватил его за руку.

— Ты что, на виселицу захотел? Бежим отсюда! Скорее!

Пронзительный голос Локи был полон отчаяния. Рика словно огрели хлыстом. Он бросился в темноту, не разбирая дороги. За спиной слышались крики солдат и звон оружия.

Над Замком Привидений висел серп луны, узкий как лезвие меча. Тени облаков скользили по нему шёлковыми лентами. На пороге своей башни, под кровлей из каменной резьбы, стоял Гэрет. Чёрные одеяния делали его похожим на старого ворона.

Подсвечивая себе факелами и лязгая доспехами, на окутанный дымкой берег двинулись кирасиры. Солдаты окружили белокурого юношу, склонившегося над своим товарищем. Капитан кирасиров произнёс:

— Гаспар Реймдаль, вы арестованы. Следуйте за нами.

Юноша беспомощно взглянул на стоящего у башни старика. Гэрет только усмехнулся и крикнул:

— Что вы себе позволяете! Да ещё на чужой земле! Какой беспредел! К тому же, этот юноша ни в чём не виноват.

Солдаты повернулись к старику.

— Его вина будет определена... — начал офицер, но Гэрет поднял руку и сделал жест, как будто что-то поймал. Стоящим вокруг Фрейра солдатам внезапно перехватило дыхание.

— Подумайте ещё раз, капитан, — медленно произнёс Гэрет противным голосом рыночного скандалиста. — Если вы сейчас арестуете невинного, то перенесёте проклятие прошлого на многих людей.

По стене позади него замелькали тени, похожие на стаю больших чаек. Воздух задрожал от низкого унылого воя. Колдун наклонил голову, в его глазах заиграл огонёк. Он снова поднял руку, словно дирижёр, который собирает оркестр.

— Насилие порождает насилие.

Свет факелов дрогнул. Гэрет взмахнул рукой. Невидимая волна коснулась каждого солдата. Кирасиры остановились.

— Мы не можем уйти, — произнёс капитан неуверенно. — У нас приказ.

Гэрет хмыкнул.

— Какой ещё приказ? Лить кровь? Её тут и так пролито достаточно. Удалитесь сейчас, пока не стало слишком поздно. За невинными пусть приходит тот, кто не боится наслать на себя силы Мрака.

— Отступаем! — скомандовал капитан. В его голосе звучала паника.

Кирасиры поспешно ретировались во двор.

— Замок помнит своих мертвецов, — заметил Гэрет, глядя вслед испуганным солдатам. — Иногда это может пригодиться живым.

Колдун медленно опустил руку. Призрачные тени на стене исчезли. Вой призраков утих. Весь замок словно вздохнул с облегчением.

Фрейр шагнул к Гэрету, его глаза блестели.

— Благодарю... — начал он, но старик только отмахнулся от него.

— Можешь заниматься своим раненым. И никому об этом ни слова.

Гаспар поклонился и вернулся к брату.

Рик бежал, пока легкие не начали гореть, а ноги не отказались слушаться. Тогда он упал на землю, тяжело дыша. Вокруг сгущались сумерки. Внезапно он услышал знакомый голос.

— Рик! Ты где?

Это был Тор. Рик бросился к нему.

— Эдди… Эдди подстрелили!

— Эх, парень... Идём, посмотрим, — предложил Тор. — Солдаты уже ушли.

— Кого-то схватили?

— Не знаю.

Они вернулись к костру. Эдди неподвижно лежал там, где его настиг арбалетный болт, и казался мёртвым.

— А кирасиры? — спросил Рик.

— Ушли, — коротко ответил Гаспар и осторожно перевернул Эдди. Грудь мальчика была залита кровью. Рик остолбенел. Неужели его предсказание сбылось? Впервые он пожалел о своём даре.

— Как же так! — ахнула Кримхильда.

Фрейр склонился над братом. Все затаили дыхание. Наконец Рик не выдержал:

— Ну что там?

— Слава Создателю, он жив, — ответил Фрейр.

Кримхильда присела рядом. Рик, словно очнувшись, бросился искать подорожник, который, как он помнил из рассказов Тора, помогал при ранениях.

— Нужно промыть рану, — сказал Фрейр. — И кто-нибудь должен придержать его. Кримхильда, помоги.

Девушка кивнула, её пальцы осторожно коснулись руки Эдди. Рик прибежал с листьями подорожника.

Эдди очнулся и застонал.

— Ему нужен врач! — воскликнул Рик.

— Здесь нет врачей, — с непонятной досадой заметил Локи.

— Может, отнести его к моему хозяину? Он ведь колдун, наверняка знает какие-нибудь заговоры.

— Ага, и Эдвард окажется в руках полиции, — буркнул Тор.

— Зачем Гэрету сдавать Эдди? Меня же он не сдал…

— Ты у нас — бедный сирота, а Эдди — сын известного человека, — пояснил Локи. — Да ещё разыскивается за конокрадство. Гэрет из его отца живо все деньги вытянет.

— Нет, Гэрет не такой.

Эдди снова застонал.

— Так и будем тут языками трепать? — спросил, ни к кому не обращаясь, Родерик. — Он сейчас концы отдаст. Бальдр! Ты уверен, что Гэрет может помочь?

— Если не поможет, я ему шею сверну, — пообещал Рик.

— Родерик прав, — сказал О́дин. — Разглагольствовать будем потом. А сейчас тащим парня в замок.

Было совсем темно, когда Рик замолотил кольцом в дубовую дверь башни.

— Что за хулиганство! — раздался изнутри недовольный голос Гэрета. — Не умеешь вежливо стучать?

— Хозяин, не сердитесь! — крикнул Рик. — Нам нужна ваша помощь.

— Опять? Ты уж предупреди, с каким интервалом ко мне будут приходить просители. Может, расписание составить?

Старик открыл дверь и поглядел своими мрачными чёрными глазами на Зелёных Братьев. Взгляд его упал на носилки, на которых лежал белокурый парнишка с замотанной окровавленными тряпками грудью.

— Допрыгались, Робин Гуды недоделанные, — хозяин замка распахнул дверь. — Поднимайте его наверх. Рик, покажи дорогу.

Эдди осторожно подняли в гостиную и положили вместе с носилками прямо на стол. Воспользовавшись случаем, в башню набилось человек пять Зелёных Братьев. Правда, им было не до разглядывания интерьеров — всех волновала судьба Эдди.

— Дайте пройти, — приказал Гэрет, решительным жестом отстраняя Братьев от стола. — Что у вас?

— Арбалетный болт, хозяин, — сообщил Рик.

— Свечей побольше и отойдите. Весь свет застили…

Эдди уже не стонал, похоже, он потерял сознание. О самом плохом думать не хотелось.

В комнате стояла тишина, пока Гэрет осматривал раненого. Наконец хозяин замка выпрямился и посмотрел на ребят.

— Ну и глупая молодёжь здесь растёт! — сказал он недовольно. — Кислорода, что ли, в лесу слишком много? Надо было сразу нести его сюда.

— И что теперь? — побледнев, спросил Рик.

— Ничего, просто парень не мучился бы так долго. Что уставились? Идите. Все, что могли, вы для него сделали. Рик, проводи наших гостей.

— Он умер? — прошептал Родерик.

— Он спит, дурья твоя башка, — сообщил Гэрет. — Дырка сквозная, при хорошем уходе опасности для жизни не представляет. Всё, аудиенция окончена. Вон отсюда!

— Можно оставить Эдварда здесь? — спросил Рик.

— Только не на столе. Переложите его на кровать.

— Будет сделано, хозяин! — Рик радостно подмигнул друзьям.

— Позвольте мне быть с ним, — попросил Фрейр. — Он мой брат…

— Да хоть сын. Мой слуга присмотрит за ним. А посторонним в моих апартаментах шататься нечего.

— На каких условиях я могу остаться? — продолжал гнуть своё местный бог плодородия. Гэрет насмешливо прищурился и ответил:

— На тех же, что и твой дружок Бальдр. Много работы, мало сна и еды, и никаких денег.

— Я согласен, — прошептал юноша.

— На всю жизнь? — уточнил Гэрет. Фрейр пожал плечами и кивнул. — Без всякой надежды освободиться от этого ярма? Ты ведь не знаешь, зачем мне на самом деле нужны слуги, и что я могу потребовать от них.

— Вы спасли моего брата. Я ваш должник, — ответил юноша спокойно. — А вечное рабство, как и испытания, меня не пугают.

— Что ты мелешь! — пробурчал Тор. — Этот дедок явно не в себе. Пойдём отсюда.

Но Фрейр покачал головой. Гэрет усмехнулся.

— Хорошо. Проводите своих друзей, мальчики, и приберитесь. Что-то много от ваших Робин Гудов мусора...

Локи первым направился к выходу.

— Большое спасибо, — раскланялся с Гэретом Родерик. — Мы очень вам признательны. Если позволите, мы придём навестить нашего товарища.

— Через три дня, — ответил Гэрет, поворачиваясь к молодым людям спиной.

Фрейр был готов просидеть возле ложа Эдварда всю ночь, но мальчик действительно спал, и дыхание его было ровным и глубоким. Рик посмотрел, как Фрейр дремлет, и отвёл в свой закуток.

— Тебе надо тоже поспать. Ты совсем замученный, просто лица нет.

— На что я согласился? — спросил его Фрейр. — Я не сожалею о своих словах, просто хочу знать.

— Ничего не могу сказать. Гэрет часто говорит странные вещи. Я вот служу ему как простой слуга. Лучше спи. Завтра узнаем.

Утро, как известно, всегда оказывается мудренее вечера. Услыхав над головой недовольное «Ну что теперь, так и будем весь день валяться?» и открыв глаза, Фрейр увидел перед собой высокого худого мужчину лет не больше тридцати, бледного как смерть и с ног до головы в чёрном. Юноша торопливо вскочил, гадая, кто это может быть, но тут Рик подал голос.

— Простите, хозяин, он утомился после вчерашнего.

— Так тяжело было нести этого задохлика? Похоже, ты всучил мне плохого слугу.

— Нет, нет, вы сами увидите. Фрейр — лучший в Братстве.

— Интересные в вашем Братстве критерии отбора. Не по уму и физической силе.

Мужчина резко повернулся и вышел, больше не удостоив Фрейра даже взглядом. Юноша спросил у Рика, который таскал воду:

— Кто этот парень? Управляющий?

— Это Гэрет, — недоуменно ответил Рик.

— Но ведь Гэрет — старик.

— Это для чужих. Для нас он такой, какой есть на самом деле. Просто он колдун и умеет менять личину.

— Колдун? — Фрейр вздохнул. Похоже, вчера он напрасно изъявил готовность принять помощь из любых рук. Но сказанного не воротишь…

После завтрака Гэрет развалился в своём любимом кресле, и пока Рик мыл посуду, принялся допрашивать нового слугу.

— Итак, молодой человек, — начал он, разглядывая высокого стройного юношу. — Вы, кажется, изъявили желание служить мне?

— Да, господин, — подтвердил Фрейр. Гэрет слегка улыбнулся. Он испытывал удовольствие, когда на него смотрели снизу вверх.

— И что вы умеете делать? Помимо владения столовыми приборами…

— Что вам будет угодно.

Гэрет улыбнулся ещё шире. Рик заметил блеск в чёрных глазах и испуганно поглядел на приятеля. Но Фрейр оставался невозмутим.

— Говорят, вы из знатной семьи? Из семьи лордов? Вы как-то даже представлялись мне… простите, запамятовал…

— Гаспар Реймдаль. Мой отец был главнокомандующим императорской армией.

— Неужели? — заинтересовался Гэрет. — И его оставили в живых? Извините, мой друг, но это весьма необычно…

— У нас был дворцовый переворот, армия в нём не участвовала, — пояснил Гаспар. — Отец удалился от дел добровольно, и его не тронули. Правда, мы не можем покидать город…

— Но вы здесь, значит, покинули. Сбежали из дома. Я так понимаю, вы юноша склонный к необдуманным поступкам.

Фрейр покраснел.

— Отец знает, где я. Моему бегству была особая причина… личного характера.

— Хм… Что за причина? Соблазнили дочь какой-нибудь шишки?

— Это Таран, мой конь… его забрали у нас в полицейскую конюшню. Мой брат Эдвард выкрал его.

— Как трогательно! Что, правда про коня? — спросил Гэрет Рика.

— Да, хозяин, — кивнул мальчик.

— Породистый, небось?

— Он бесценен, — сказал Фрейр. — Мы его прятали, но кто-то донёс.

— Да, печальная история. И где он теперь, этот ваш бесценный конь?

— В лесу, господин. Мне придётся ненадолго отлучаться, если позволите. Ему требуется постоянный уход...

— Вот как, — скривился Гэрет. — Значит, из-за своей доброты я приобрёл вчера себе на шею трёх нахлебников — раненого мальчишку, молодого беглеца-аристократа и его бесценного коня. Чудесно.

Колдун поднялся и небрежно спросил:

— Сколько тебе лет, Гаспар?

— Двадцать, господин.

— Женат?

— Нет, но есть невеста.

— Небось, такая же аристократка. Тоже по лесу порхает?

— Нет, господин, она осталась в городе, — ответил юноша недоумённо. Гэрет подошёл к окну, поглядел на заросший двор…

— На самом деле мне нужны как раз такие, как ты. Молодые, здоровые и честные до идиотизма. Ладно, тащи сюда своего коня. Будешь ухаживать за ним и заодно за всеми моими тварями.

— Да, господин, — пробормотал Гаспар. — Мне позволено будет пойти за ним?

— Можешь призвать его силой мысли, если умеешь, — предложил Гэрет. Гаспар покраснел и поклонился. — Перед обедом я зайду на конюшню и проверю, чем ты там занимаешься! — крикнул колдун ему вслед.

— Это здорово, что вы взяли его конюхом, — заметил Рик, заканчивая уборку. — А то я уже с ног сбился…

— Лучше займись нашим раненым, — ответил Гэрет. — А потом готовь обед. Я пойду прогуляюсь.

И он исчез.

Вспыхнул, как свеча, и растаял в воздухе.

Рик постоял, глядя на то место, где только что был его хозяин, покрутил головой и отправился к Эдварду.

Глава 10. В наём

Эдди выздоравливал на удивление быстро. Когда Гэрет заглядывал в комнату к больному, он развлекался тем, что с издёвкой расспрашивал Эдварда, каким образом мальчик ухитрился получить рану в спину, или со смаком описывал, как старший сын имперского маршала убирает в конюшне навоз. Мальчик после его посещений был вне себя от злости.

— Ты говорил, что он мужик ничего, — пыхтел Эдди, не глядя выпивая горькую микстуру. — А по мне он — последний изверг. Зачем он издевается над Гаспаром?

— Не обращай внимания, — советовал Рик. — Он такой… любит посмеяться.

— Мерзкий старикашка! Вот выздоровею — покажу ему!

Зелёные Братья не забывали своих друзей. Кримхильда зачастила в замок, принося пирожки. Они быстро стали пользоваться популярностью, так что в конце концов большую их часть съедал хитрый Гэрет.

Но, невзирая на проклятия Эдди, дела у колдуна шли в гору. Он частенько отлучался в своей чёрной карете и по возвращении вручал Рику очередной свёрток с какой-нибудь редкой вещью. По счастью, Рик уже научился не ронять ценное имущество на пол, так что стирать белье приходилось не в качестве наказания, а по необходимости.

Вот это — стирка и готовка — и стали движущей силой для идей Рика. Ему невыносимо было делать эти, чисто женские, по его мнению, дела. В конце концов, когда Эдди уже совершенно поправился, и Кримхильда перестала носить пирожки, Фрейр предложил за обедом:

— А почему бы вам, господин, не нанять кого-нибудь в кухарки?

— У твоей невесты проблемы с трудоустройством? — съехидничал Гэрет.

Фрейр вспыхнул, но Рик успокоительно взял его за руку.

— Он имел в виду, что в Зелёном Братстве есть девушки, которые с удовольствием наймутся к вам.

— Смотрю, тебе нравится роль организатора, — усмехнулся Гэрет. — Но учти, никаких романов я не позволю.

Теперь настала очередь Рика возмущаться…

Когда пришло время очередного сбора, Рик выступил с заявлением. Разговор начался с Эдди.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Один.

— Благодаря этому мерзкому старикашке — не сдох, — буркнул Эдди. — Хотя лучше бы сдох. Видеть, как мой брат унижается, невыносимо.

— Бедный Фрейр! — вздохнула Кримхильда. — Но он пошёл в конюхи ради тебя.

— Ну, положим, из-за своего волшебного коня, — заметил Локи.

— Какой ты злой, — сказал Рик. — Завидуешь?

Локи скривился:

— Чему завидовать? Тому, что ты моешь полы у колдуна? Нет уж, уволь.

— Ты поэтому из дома сбежал? — усмехнулся Один. — Что, папаша-купец заставлял прилавок мыть?

— Мой отец меня не заставлял, — огрызнулся Локи. — У него для этого слуги есть. А я не привык спину гнуть.

— То-то ты такой белоручка, — хмыкнул Тор.

— Я за свободу, понятно? Не хочу никому служить.

— Но, судя по случаю с Эдвардом, твоя свобода не спасла его от стрелы, — возразил Рик.

— А твой колдун спас? — парировал Локи. — Или это мы его к Гэрету тащили?

— Я предлагаю другой путь, — сказал Рик. — Гэрет даст защиту. Всем.

— Наняться к Гэрету? Ну нет! — Локи вскочил. — Я из дома ушёл, чтобы жить по-своему, а не горбатиться на какого-то колдуна.

— Да! — поддержал Тор. — Не для того мы сломали ярмо.

— А если бы твоего брата, Тор, схватили и повесили? — Рик повернулся к нему. — Если бы солдаты поймали Кримхильду? Вы можете разглагольствовать о смерти за свободу, но согласны ли вы положить на этот алтарь жизни родных? Хватит ли у вас духа и совести спокойно смотреть на их мучения и гибель?

Тор насупился.

— Я пошёл к Гэрету не из страха, — продолжал Рик. — А потому что вы волновались за меня. Моя жизнь — не только моя. Мы можем договориться: его защита, наши руки.

— Хочешь, чтобы мы ему продались?

— Нет, заключили сделку. Поможем замку восстать из руин — разве не об этом вы мечтали? О Возрождении?

— А ты что скажешь, Фрейр? — повернулся Один к Гаспару.

Юноша пожал плечами:

— Любой труд почётен. А труд для Братства — вдвойне.

— Ты пошёл конюхом из-за брата, а не из-за нас, — процедил Локи.

— Если хочешь быть вольным как ветер — иди, — ответил Фрейр. — Но не мешай другим. Тебе отец даёт деньги. Вот и сиди на них, если позволяет совесть.

Локи побелел.

— А ты откуда знаешь?

— Слухами земля полнится, — спокойно ответил Фрейр. — Только отец твой, говорят, хочет, чтобы ты учился делу.

— Моё дело — свобода! — выкрикнул Локи. — Но вижу, ты не наш человек.

— Это Фрейр не наш?

Девушки зароптали. Кримхильда демонстративно обняла Фрейра.

— Если нас погонят из замка, уйдём в горы, — предложил Локи, немного успокоившись. — Земля большая.

— Сгинем мы в этих горах, — охладил его пыл Родерик. — А тут места знакомые. Не понравится — уйдём. Но сначала я бы попробовал.

— Пусть идут рабствовать те, кто мечтает о хозяине, — заявил Локи. — Я не собираюсь горбатиться из-за того, что кто-то боится кирасиров.

— Ты на что намекаешь? — вскинулся Фрейр.

Тор схватил Локи за рукав:

— Тише ты, он не от страха пошёл в услужение. Родерик прав. Надо попробовать. Уйти можем в любой момент. И вообще, мне охота поглядеть на этот замок, когда он станет прежним.

Все притихли. Мысль о прошлом, таком близком и недосягаемом, взбудоражила умы Братьев.

— Зачем создавалось Братство? — заявил Один. — Чтобы сохранять ценности предков. Гэрет занимается тем же.

— Да, — подтвердил Рик. — Он ничего не меняет, всё делает как было.

— Так в чём вопрос? Мы — главные специалисты по возрождению прежнего порядка. Это дело прямо для нас. Рик, иди к Гэрету и договорись об условиях.

— Вы ещё пожалеете! — вскочил Локи. Оглядел товарищей чёрными от злости глазами: — Я ухожу. Не собираюсь копаться в земле, как последний червяк. У меня есть другие способы не пропасть.

— Деньги папаши? — усмехнулся Тор.

— Хоть бы и так, — огрызнулся Локи. — Лучше жить на отцовские, чем спину гнуть на колдуна.

Он растолкал приятелей и исчез.

— Может, поговорить с ним? — спросил Рик.

— Не надо, — махнул Тор. — К зиме сам вернётся.

Рик помчался в замок как на крыльях. Гэрет, выслушав его сбивчивый рассказ, перевёл взгляд на Гаспара.

— А теперь объясните мне вы, господин почти лорд. Что у вас произошло? Родился Спаситель?

Гаспар, слегка опешивший от такого предположения — ведь его голова непрестанно была забита мыслями об Избранном, каковым, несомненно, являлся Рик, — произнёс:

— Дело в том, милорд, что наши друзья просили Рика посодействовать им. Они хотели бы наняться к вам, чтобы помогать в великом деле восстановления нашей святыни — замка Клербурн.

— Надо же, как торжественно! — фыркнул Гэрет. — Ваша святыня — мой загородный дом. Я тут как раз думал, какую из башен снести.

Гаспар переменился в лице. Рик сердито глянул на него:

— Хозяин шутит! Хозяин, всё именно так, как сказал Фрейр. У нас отличные плотники и кузнецы, и садовники, и повара!

— Да, повара, — кивнул Гэрет. — И прачки, разумеется, и посудомойки. Я уже понял. Рик, ты ужасный эгоист. Готов весь народ заставить склониться перед чужестранцем, лишь бы не скоблить кастрюли. Но на каких условиях? Уверен, что не на таких, как наш благородный друг почти лорд Реймдаль. Они же у вас любят свободу и независимость…

— Если вы дадите им защиту от властей, они готовы работать, — ответил Фрейр.

— Ах, да! Слабое место ваших любителей свободы — кирасиры. Жить на природе лучше всего в безопасности. Я совершенно с ними согласен.

— Так вы согласны? — переспросил Рик.

— Да, — кивнул Гэрет. — Мне уже приелись твоя картофельная каша и очень крутые яйца. Зови своих дружков. Могут приступать с завтрашнего дня.

Зелёные Братья присоединились к Рику, к немалой его радости — и к большой выгоде Гэрета. Башня, где он обитал, спустя месяц блестела как новенькая. Западное крыло замка уже не казалось скоплением тёмных холодных помещений. Настал день, когда Рик и его товарищи вошли в главный зал.

— Работы полно, — произнёс Тор, разглядывая обугленные стены.

— Смотри, какая мозаика! — воскликнул Родерик, разгребая щепки.

— Скоро мы и до Башни Принцессы доберёмся, — пообещал Фрейр.

Рик посмотрел в окно на донжон. Башня Принцессы была местом, куда он меньше всего хотел бы вернуться.

— Как ты думаешь, Вилли всё ещё там? — спросил он своего друга.

— Да, я видел их. Теперь они стали осторожнее. Никто не хочет связываться с Гэретом.

— Никогда не думал, что наш парламент можно уговорить, — присоединился к ним Тор. — Для этого нужно гораздо больше, чем куча денег. Они же все там психи.

— Деньги в нашем мире значат всё, — ответил ему Локи. Он вернулся, как и предсказывал Тор, к началу холодов, и теперь работал вместе со всеми. — Неужто ты всё ещё веришь, что переворот они устроили из чувства справедливости? Гэрет сунул им денег, и они запрыгали перед ним, как собачонки.

— Ну, не знаю… чтобы продать иностранцу императорский замок да ещё разрешить делать там всё, что вздумается… чтобы позволить нам петь старые песни? Я всё жду, когда нагрянет полиция.

— Да не придут они. Гэрет наверняка уже всех подкупил.

В этот момент за стеной раздалось знакомое лязгание доспехов.

— Эх, Тор! Вот ты и накаркал!

Все обернулись ко входным воротам. За отрядом кирасиров ехала карета, запряжённая вороными лошадьми.

— Вот Змей! — выругался Тор. — Айда в лес!

— Подождите! — крикнул Рик. — Мы же здесь работаем!

— Они не спрашивают документов, — ответил Локи и первым нырнул под лестницу.

К тому времени, когда всадники выехали к замку, Рик остался в зале один. Он посмотрел, как карета разворачивается возле западного крыла, и вышел встретить хозяина. Кирасиры не обратили на него никакого внимания — у них явно изменились задачи. Рик подошёл как раз вовремя — слуга распахнул дверцу.

— А вот и он! — раздался знакомый голос. Из кареты протянулась длинная рука в чёрной перчатке. — Помоги-ка мне, парень.

И Геральт больно схватил Рика за плечо.

Мальчик вздрогнул. В груди защемило так, что перехватило дыхание.

«Брат!»

— Я рад, что вы встретили знакомого, но этот мальчик — мой слуга, — проскрипел колдун. В облике старика он с трудом выкарабкивался из кареты. — Не надо его тискать.

— Ваш слуга? — недоверчиво скривился Геральт, но руку убрал.

Рик опустил голову, чтобы никто не заметил его растерянности, и повёл хозяина в дом.

Несколько часов Геральт провёл в замке, осматривая роскошно убранные комнаты и попивая заморский чай, обнаруженный на местной кухне. Рик прислуживал за столом. Каждый раз, когда он натыкался на ледяное лицо Геральта, внутри что-то переворачивалось. Из самой глубины поднималась волна такой невыносимой тоски, что Рику хотелось крикнуть на всю залу: «Это я! Я здесь!» Но он только сжимал губы.

В кабинете, за чашкой чая, Гэрет заговорил прямо.

— Господин главнокомандующий. Ваши кирасиры обретаются слишком близко от моего замка. Их излишнее внимание может нарушить хрупкое уединение этого места.

Геральт погладил рукоять трости:

— Дело в том, что я очень любопытный. Как и мои друзья в правительстве.

Гэрет усмехнулся и бросил на стол увесистый кошель.

— Оставьте мой замок в покое — и у вас будет на одну неприятность меньше.

Геральт помедлил, взвесил кошель на ладони, потом спрятал за пазуху.

— Хорошо. Я передам вашу просьбу... своим товарищам.

— Очень на это надеюсь. Моя карета в вашем распоряжении.

Геральт уже уезжал, когда Рик, провожавший его до кареты, вдруг сделал шаг вперёд. Он сам не понял, зачем. Ноги двигались сами, словно кто-то другой управлял его телом. «Я с тобой!» — хотел крикнуть он. Но вместо крика из горла вырвался только хриплый вздох.

Когда Геральт уехал, сопровождаемый так напугавшим всех отрядом кирасиров, Гэрет, допивавший чай у камина, спросил:

— Что за друг твоего отца?

Мальчик поспешно затолкал вглубь непрошенное признание.

— Это Геральт, — ответил Рик. — Главнокомандующий нового правительства. Может, он действительно знал моего отца, но сейчас он дружок Вилли. Они наверняка проворачивают вместе всякие тёмные делишки.

— Бывший аристократ, а теперь преступник. Да ещё служит новой власти. Похоже, этот мир не так уж своеобразен. Но как-то слишком нежно он на тебя посматривал... к чему бы это?

— Не знаю. Но вы зря дали ему денег. Теперь он отберёт у вас замок.

— Это вряд ли, — усмехнулся Гэрет. — Тебе не о чем беспокоиться.

— Я беспокоюсь о Вилли. Мне за ворота лучше вообще не выходить.

— Это глупо, — подумав, заявил Гэрет. — Глупо пытаться укрыться от опасности, особенно если знаешь источник. Лучшая защита — нападение.

— Но что я могу седлать?

— Ты — ничего. Они сами что-нибудь сделают.

И колдун с мечтательной улыбкой поглядел на плывущие в небе облака.

***

Узнав, что замок купил какой-то старый хрыч, Вилли с Зубом и Прыщом решили навестить нового хозяина. Вилли даже приоделся — встряхнул куртку, подняв облако пыли, — и бодро скомандовал:

— Идём, парни, проведаем владельца.

Они шли длинными коридорами, жадно разглядывая ободранные стены. В голове у Вилли мелькнула картинка: за панелями может скрываться клад — кубышки с сокровищами, замурованные в стенах.

Вот и угловая башня, где, по слухам, затаился мерзкий паук. Зуб остановился и в замешательстве почесал нос.

— А что скажем-то? — спросил он.

— Не робей, — Вилли выпрямился. — Давай.

Осторожно постучал по наличнику. Тишина. Ещё стук. Никакого ответа. Зуб пару раз стукнул по-своему. Эхо отозвалось и всё стихло. Бандиты переглянулись.

— Может, там никого и нет, — выдал Прыщ.

— А вдруг дедушке плохо? — Вилли покачал головой. — Надо выручать соседа. Айда, ребята.

Вилли достал связку отмычек. Поколдовал над скважиной. Раздался щелчок.

— Ага. И правда, заперся наш дедуля. Нехорошо с его стороны.

Вилли потянул дверь на себя и отшатнулся. Дверь открылась, явив взорам гостей ровную кирпичную кладку.

— Это что, шутка? Он нам проход заложил!

Зуб с размаху ударил кулаком по кирпичам. Стена неожиданно поддалась — кирпичи сложили насухо. Зуб с криком ухнул в пролом. На крыше противно закаркали вороны.

Они поднялись выше. Вилли толкнул следующую дверь. Полутёмная комната, камин, тишина.

— Есть кто? — кашлянул Зуб.

— Ну, положим, есть.

Бандиты обернулись. За столом сидел сухонький старик в чёрном. Как они не заметили его?

— Доброе утро, — поклонился Вилли. — Мы ваши соседи.

— Соседи? — старик прищурился. — Из деревни? По вопросам трудоустройства к приказчику. Сейчас перерыв. Заходите позже.

Вилли сглотнул.

— Да, мы про устройство. Мы слышали, вы купили этот замок.

— Слухи правильные. Купил. Даже бумага есть.

Старик развернул перед Вилли длинный свиток.

— Вот купчая на основное здание.

Показал другой документ. Третий. Узкие, как змеи, полосы пергамента поползли из воздуха как по мановению высохшей руки старика.

— Конюшня и кузница. Оружейная. Всё, что внутри стен. Ворота и донжон. Подземные ходы. На всё есть разрешения.

Через минуту вся комната была завалена бумагами по колено. Вилли отступил.

— Мы собственно не против, — сказал он, пожав плечами. — Если есть бумаги, то конечно. Поздравляем. Хотели только уточнить… Возможно, вам одному и не понадобится весь замок. Будем добрыми соседями. Эта одинокая башня у ворот…

— Конечно, башня ваша, — издевательски продребезжал старик. — Но только пока мои работники до неё не доберутся. У вас уйма времени, чтобы подыскать себе новое местечко. Я добрый.

Зуб надвинулся на старика:

— Слышь, дедуля. Забудь ты про башню. Или мы поможем.

— Помогите! — закричал старик тонким голосом. — Бандиты жизни лишают! Уважайте ветерана боевых действий!

Зуб хотел выхватить нож, но пальцы ощутили нечто мягкое. Он опустил глаза — его рука сжимала толстую змею. Бандит швырнул змею и отскочил. Тварь полетела на пол. В воздухе обернулась ножом. Клинок сверкнул и с шорохом исчез в кипе пергаментов.

Раздалось странное бульканье. Зуб поднял глаза — Вилли стоял у камина, бледный, сжимая в руке собственный кинжал, направленный себе в горло.

— Уходите, парни, — прошептал Вилли.

Воздух в комнате сгустился, стало трудно дышать. Тени по углам зашевелились, отделились от стен и поползли к бандитам.

— Итак, господа, — зашелестело вокруг них. — Советую покинуть это помещение. И побыстрее.

Зуб и Прыщ рванули к двери. Кубарем скатились по лестнице. Внизу дверь сама распахнулась, вышвыривая их наружу. Вилли вылетел следом — невидимая сила подхватила его и швырнула вслед за подельниками.

Рик вжался в стену, пропуская мимо себя испуганных бандитов. А потом поднял глаза на башню.

Из каждого окна, из каждой щели в камне лился призрачный свет. Тысячи огоньков мерцали в ночи, словно сама башня смотрела, как бандиты, спотыкаясь, бегут прочь.

А на самом верху, в окне комнаты Гэрета, стояла чёрная фигура. Она подняла руку — и все огни погасли разом.

Только тихий смех ещё несколько секунд висел в воздухе.

Глава 11. Старьёвщик

Денёк выдался дождливый и хлопотный. Вилли как раз собрался прилечь после обеда, когда в дверь постучали. Зуб, ворча, пошёл открывать — и вернулся с таким лицом, будто увидел призрака.

— Там это… говорит, что он лорд.

Вилли поперхнулся элем. Лорды в этой башне были нечастыми гостями. Точнее — кроме главкома Геральта, после переворота из лордов тут никого не бывало. Вилли одёрнул куртку, принял вид поприличнее и велел вести гостя наверх.

Вошедший оказался пожилым мужчиной в дорогом, но поношенном плаще. При виде гостя Вилли расслабился, разулыбался.

— А что это вы так официально, друг мой. Лорд Магнус! Я уж испугался, что кто-то незнакомый...

— На этот раз я по серьёзному делу, — сухо пояснил старьёвщик.

— Очень приятно, — Вилли растянул губы в улыбке. Его глаза забегали. — Очень-очень... Кхм...

Звучит подозрительно. Какие у него с этим бродягой, живущим в заброшенной лачуге под скалой, могут быть серьёзные дела?

— Люди говорят, у вас есть Оракул, — продолжал Магнус невозмутимо. — Хотел убедиться, что слухи не врут. Если это правда, мы можем получить взаимную выгоду. Этот мальчик мне нужен. Он может пригодиться в моих изысканиях.

Вилли выпрямился. При слове «выгода» его глаза загорелись. Оракул был у нового хозяина. Но раз такое дело, можно и рискнуть.

— У нас и правда есть мальчик, который говорит странные вещи, — неторопливо произнёс Вилли, оглядывая гостя. — Очень милый мальчик. По старой дружбе я даже готов оторвать его от сердца. Но вы ведь понимаете, лорд Магнус. Бесплатно даже ворон не клюёт.

Магнус молчал. Такой просто не отступит. Вилли подался вперёд, сощурился:

— Вы ставите нас в трудное положение, лорд Магнус. Можно сказать, в безвыходное. Оракул приносит такую большую прибыль, что нам будет очень жаль с ним расставаться. — Он выдержал паузу. — Точнее, почти невозможно.

Старик усмехнулся. Из-под плаща появился тугой мешок, и с приятным глухим звяканьем лёг на стол перед бандитом.

— Здесь триста золотых. Хватит на хороший домик вдали от властей.

Вилли облизнулся. Триста! Он таких денег отродясь в руках не держал. Но жадность — она такая: дай палец, всю руку отхватит.

— Я приведу вам мальчишку за три таких мешочка, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Не меньше. Понимаешь, друг, мне не только свою семью кормить. У меня много помощников, все эти ребята имеют свою долю. И ещё кирасирам платить, чтоб не мешали. Смекаешь?

Магнус покачал головой. В его глазах мелькнуло разочарование. Он сунул мешочек за пазуху и вышел, даже не взглянув на бандита.

Вилли смотрел ему вслед, нервно постукивая ножом по столу. Триста золотых уплыли. Но, может, и к лучшему? Связываться с такими людьми — себе дороже. Этот Магнус, конечно, не Гэрет, но кто его знает...

— Зуб! — крикнул он. — Принеси-ка ещё эля. И скажи парням, чтоб глаза открытыми держали. Мало ли что этому лорду в голову взбредёт.

За окном шумел дождь. Вилли подошёл к окну, поглядел на серую пелену. Потом поёжился и отошёл от окна.

— Жизнь, она такая, — пробормотал он себе под нос. — То густо, то пусто.

Рик проснулся, как будто его толкнули. Сел с закрытыми глазами, посидел, потом открыл глаза. В голове гудело набатом: «Иди! Туда! Немедленно!»

Рик поднялся и вышел во двор. Дождь перестал, облака разошлись. Над стенами замка висела огромная луна. Рик направился к воротам. Чернильные тени, резкие, как будто нарисованные пером на пергаменте. Ночь. Все спят.

Прыщ, дежуривший у окна, проводил Рика взглядом и отправился будить Вилли.

Рик шёл, не разбирая дороги. Папоротники хватали за ноги, кусты норовили хлестнуть по лицу. Лес становился всё глуше — ветви сплетались над головой, почти не пропуская лунный свет. Тишина давила на уши так, что он слышал собственное сердце.

Вдруг сзади хрустнула ветка.

Рик замер, прислушиваясь. Никого.

Он сделал ещё несколько шагов — и снова хруст.

Рик обернулся. Ему показалось, что между деревьев мелькнула чья-то тень.

Он бежал, не разбирая дороги, хватаясь за стволы. Перед ним возникла хижина, притулившаяся к гранитной скале. Голос твердил: «Сюда! Здесь! Он здесь!» Рик оглянулся на лес — тот молчал, затаившись. Потом перевёл взгляд на дверь.

Из-за неё не доносилось ни звука.

Рик протянул руку к ручке и замер. Ему показалось, что за дверью кто-то стоит.

Рик толкнул дверь. Она отворилась с протяжным скрипом, от которого у него похолодела спина.

Тишина.

Он шагнул внутрь, и дверь за ним захлопнулась сама собой.

Внутри было темно. Только горела свеча на окне, да теплились угли в камине.

— Эй, есть кто? — осторожно позвал Рик. В хижине было тихо и уютно. Дом наполняли ароматы мяты и сушёных грибов.

— Хозяева есть? — осведомился мальчик погромче. Сбоку послышался шорох. Рик вздрогнул и обернулся. — А... добрый... вечер.

К нему приблизился пожилой худощавый мужчина со свечой в руке.

— Леандр. Сынок... — прошептал старик. Рик хотел возразить, но не смог. Голова закружилась, в ушах зашумело.

— О-отец?

Рик никогда не имел родителей. Это ощущение было ему настолько незнакомо, что он растерялся.

Старик поставил свечу на стол, протянул к Рику дрожащие руки. Обнял и прижал мальчика к груди.

— Благодарю тебя, Создатель! Ты услышал мои молитвы! Но сынок... как ты попал сюда?

— Я... искал дорогу. Я увидел свет… и пришёл.

Рик почувствовал, как по спине пробежал холодок. Что с ним происходит?

— Мы не будем торопиться, — зашептал старик. — Надо подготовиться. Леандр, ты должен остаться со мной. Вместе мы что-нибудь придумаем. Отдохни пока. Давай, сынок, проходи.

Он осторожно провёл Рика в середину комнаты, постелил на пол покрывало, положил подушку.

— Садись, милый, сюда. А теперь ложись. Да, вот так. Сейчас станет тепло.

Рик провалился в сон. Старик накрыл его кафтаном. Сходил к дверям, проверил, крепки ли запоры.

— Слава Создателю, — тихо зашептал Магнус. — Этот мальчик нам подходит. Его тело станет тебе новым домом. А пока, мой хороший, спи. Твой отец сейчас всё сделает.

Магнус достал серебряные ножницы, зажёг свечи, разложил черепа животных по кругу. Времени было мало — мальчик мог проснуться в любую минуту.

Магнус склонился над спящим мальчиком, срезая прядь за прядью. Волосы вспыхивали в пламени свечей, дым тянулся к потолку.

«Обещаю, я сделаю всё, что в моих силах. Я заплачу любую цену. Наш род возвысится. Сигленниды будут править Рангардом. Я стану императором, отец!» — звучал отчаянный голос в голове Рика.

Магнус раскрыл фолиант и зашептал. Голос его звучал монотонно, усыпляюще...

И вдруг — тишина.

Магнус замер. Поднял голову.

Снаружи — ни звука. Даже ветер стих.

Внезапно дверь с треском распахнулась. В проёме возник растрёпанный Вилли, его глаза горели злобой.

— Ах ты, гад! — закричал бандит. — Обмануть меня вздумал? У нас так не положено! Оракул наш! За гадание деньги вперёд!

Он налетел на Магнуса, сбил с ног. Удары кулаков посыпались градом. Войдя в раж, Вилли ухватил палку и начал избивать старика. Застигнутый врасплох, Магнус рухнул, не в силах защищаться. Вилли заметался по хижине, хватая всё ценное. Книги полетели на пол, мешок с золотом исчез за пазухой.

— Вот так! Счастливо оставаться! — бросил Вилли, пнув старика напоследок. Он выскочил в ночь, унося добычу.

Утром Рик проснулся в разорённой хижине. Голова гудела, воспоминания были смутными, как сон. Чьи-то тени, голоса, блеск пламени, сверкание серебряных лезвий — всё смешалось.

— Что... что такое? Где я? — пробормотал Рик, протирая глаза. — Есть тут кто живой! — позвал мальчик. Он осторожно поднялся и пробрался к выходу. Но тут в дверь громко бухнули кулаком:

— Эй, старикан! Отворяй!

Кирасиры! Рик отшатнулся, задел ведро. Оно с грохотом опрокинулось, из него посыпались шишки. Мальчик прижался к стене. Появившийся из комнаты старик схватил его за руку.

— Быстро, прячься, — прошептал он, откидывая крышку подпола. — Сиди тихо. Я их задержу.

Мальчик послушался. Встречаться с солдатами правительства не хотелось.

Крышка захлопнулась, и Рик провалился в темноту. Он приземлился на кучу щебня, больно ударившись коленом, но от страха даже не почувствовал.

Сверху донеслись голоса. Сквозь щели в половицах пробивались полоски света.

— Открывай, старик!

Рик узнал эту манеру разговора — так кирасир кричал на него самого в день ареста.

Шаги. Скрип половиц.

— Господа. Чем обязан?

— Ты Магнус? — другой голос, повыше, с ледяными нотками.

Пауза. Рик затаил дыхание.

— Да. А вы...

— Указом главнокомандующего, — голос чтеца звучал торжественно и мерзко, — ты обвиняешься в государственной измене.

Рик увидел, как Магнус сделал шаг назад.

— Где мальчишка?

— Не знаю... ни о каком мальчишке... — Магнус дышал тяжело, с хрипом.

— Зачем он приходил?

— Я... я просто... собираю старые вещи...

Удар сапогом. Магнус рухнул на пол.

— Где он?

— Далеко, — прошептал старик.

Клинок сверкнул в полоске света. Рик зажмурился. Раздался глухой удар, хрип... и тишина.

— Уходим, — приказал первый голос.

Сапоги загрохотали по полу. Что-то упало, разбилось. Рик сидел в темноте, зажимая рот рукой, чтобы не закричать.

«Отец», — зазвучало в нём. Рик не понимал, чья это мысль. Кто ему этот старик?

Рик взобрался на кучу щебня. Он вытянул руку и попытался открыть крышку, но она не поддалась. И, что хуже всего, откуда-то запахло горелым…

«Прости. Прости, я не смог»...

Рик замолотил в крышку, но никто не отзывался. Удушливый дым расползался по потолку. Рик услышал потрескивание и гудение разгорающегося пламени.

— Помогите! — закричал он. — Кто-нибудь! На помощь!

Он заметался по подполу. Глаза слезились, в горле першило. Дыма становилось всё больше и больше. Рик закашлялся, сполз на пол, зарываясь лицом в щебень. Становилось жарко. Рик попытался дышать сквозь рубашку. Почему этот подпол такой мелкий? Надо было прокопать подземный ход, как в замке… что-то заскрипело над головой. Полы начали проседать.

«Нельзя! Ты ещё не закончил!»

— Создатель! Пусть я умру сразу, — взмолился мальчик. Он задыхался, в глазах темнело… как-то странно темнело… Рик пригляделся. Среди дыма возникло нечто. Чёрное, длинное, похожее на вставшую на хвост змею, оно пылало ярче любого огня. Существо приблизилось, и Рик услышал знакомый голос:

— Так и будешь тут сидеть?

Похоже на Гэрета. Кто ещё способен появиться там, где появиться невозможно, и заодно иронизировать? Но это свечение… Рик решил, что у него бред от дыма.

— Это вы?

Чья-то рука схватила его за запястье и рванула вверх. На миг стало темно, а потом Рик увидел небо и землю под ногами. Рядом стоял Гэрет — действительно, это был он, в своём чёрном одеянии, — и смотрел на горящий перед ними домик. Рик огляделся.

— Вы нашли меня, — сообразил он. — Вы вытащили меня из подпола!

— Да, я умею это делать, — самодовольно усмехнулся Гэрет.

— А старик? — вспомнил Рик. — У него там книги!

— Он умер. А о книгах я позаботился, — Гэрет кивнул на стопку древних томов возле его ног. — Успел вытащить, пока не сгорели.

— Умер? — Рик задохнулся от неожиданности. — Как умер?

Рик покачнулся. Старик... тот, кто назвал его сыном... мёртв? Из-за него?

«Отец!»

— Он же... он не собирался умирать.

— Солдаты замели следы. Тебе повезло, Бальдр. А мог бы сейчас лежать вон там …

Гэрет усмехнулся, наблюдая за пламенем.

— Нам пора. Бери книги и марш за мной.

Но Рик остался стоять где стоял.

— Как солдаты нашли хижину?

— Кто-то их прислал. Да не смотри на меня так. Если мне нужно убрать лишнего свидетеля, я делаю это без посторонней помощи.

Гэрет вытянул вперёд руку, словно хватал что-то. Возле Рика взметнулся в воздух лёгкий дымок и запахло палёным. Мальчик отступил. На землю неслышно сыпался пепел от сгоревшей бабочки…

— Идём же.

Рик опустился на корточки и принялся укладывать книги в брошенный хозяином плащ. Потом связал концы, взвалил тяжеленный тюк на спину и побрёл вслед за колдуном. Позади мерцало пламя догорающей хижины. А впереди темнела карета, запряжённая вороными…

Большую часть пути Рик молчал, полный мрачных дум. Гэрет наблюдал за ним с ленивым любопытством.

— Даже не пытайся. Думать у тебя получается плохо.

— Вы за мной следили. Почему вы не спасли этого старика?

— Он не просил помощи, — ответил колдун, оглядывая лес.

— Но я тоже...

— Ты просил.

— Но разве вы не можете...

— Эй! — воскликнул Гэрет. — Я не Бог. Запомни — я другой.

Рик всхлипнул и затих.

— Мои возможности весьма ограничены, — уточнил Гэрет раздражённо. — Учись правильно желать и правильно отказываться. В жизни пригодится.

Рик вытер нос и признался:

— Я обычный человек. Я не подхожу для службы такому, как вы.

— Какому такому?

— Ну, волшебнику. Я ничего не умею.

— Видишь ли, мой дорогой, — улыбнулся Гэрет. — Дело в том, что волшебники никогда не выгоняют своих слуг. Ведь слуги знают слишком много. А тот, кто много знает... он опасен.

Рик испугался.

— Не волнуйся, — попытался успокоить колдун своего слугу. — Разве я когда-нибудь бил тебя или морил голодом? Или запирал в тёмный чулан? Или скармливал паучкам?

— Каким паучкам? — испугался Рик.

— Голодным. К твоему счастью, они не едят мальчиков. Даже особенных.

Рик содрогнулся. Ну что же, хотя бы пауки ему не грозят…

Во дворе их встретил Эдвард. Он вскочил на ходу на подножку и сунул голову внутрь.

— А упасть не боишься? — поинтересовался Гэрет.

Рик схватил Эдди за руку.

— Я здесь! Со мной всё в порядке.

— Уф! — вздохнул Эдди. — Гаспар чуть не умер. Ты уж не пугай нас так больше.

— Ох, какие мы пугливые! — поддразнил мальчика Гэрет. — Лучше отнеси книги в библиотеку.

— Я подожду Бальдра, — запротестовал Эдди.

Гэрет поморщился и ответил:

— Бальдр пойдёт со мной. А ты делай что приказано.

Не оборачиваясь, Гэрет поднялся в свою комнату. Рик прошёл вслед за ним и услыхал, как за спиной защёлкали засовы. Неужели всё-таки будет наказывать?

— Вижу, тебе остригли волосы. Что он ещё делал?

— Сказал, чтобы я спал. Свечи жёг. Читал что-то из книги.

Гэрет покачал головой.

— Ты редкостный везунчик, парень. Этот каббалист наложил на тебя приворот. Хотел подчинить себе. Ты сможешь узнать ту книгу, что он читал?

— Наверно, да. Когда я проснулся, она лежала на полу рядом со мной.

— Больше ничего с тобой не делали? — Гэрет подошёл и пробежал пальцами по шее Рика. Краем глаза Рик заметил яркий свет у себя за спиной и спросил:

— Вы снова колдуете? Как в подполе?

— О чем это ты? — не понял Гэрет.

— Вы были весь в огне. Я думал, мне показалось.

Что-то обожгло плечи мальчика.

— В каком ещё огне? — недовольно фыркнул колдун. — А ну-ка, посмотри на меня.

Рик повернулся и невольно зажмурился. Гэрет стоял перед ним, и во все стороны от него исходило яркое сияние.

— Странно, — пробормотал колдун. Свет потух. Рик открыл глаза. Гэрет снова стал обычным — чёрным, бледным и худым.

— Вы хотели меня… как бабочку? — с замиранием сердца поинтересовался мальчик. Гэрет передёрнул плечами.

— Что за глупости! Иди переоденься. И принеси мне ту самую книгу.

Колдун опустился в кресло и повторил:

— Иди! Это последствия приворота? Последний разум потерял, что мне приходится всё по два раза повторять?

Рик бросился в библиотеку.

Гэрет устало вздохнул.

— Вот Змей... Как он может это видеть? Надо бы спросить учителя...

Колдун окутался ярким пламенем и исчез. Комната, осветившаяся как при ударе молнии, вновь погрузилась в унылый сумрак.

Глава 12. Портрет

— Ты даже не представляешь, что тут было! — сказал Эдди, когда они с Риком присели за столом между высоких стеллажей. Они разложили уже почти все тома, что спас из огня Гэрет, не забывая их просматривать. — Ты знаешь, Гаспар здесь из-за тебя. Отец пообещал, что разрешит ему жениться, если он спасёт тебя. И если бы ты умер… ох, не представляю, что бы он сделал!

Похоже, эта идея насчёт его, Рика, исключительности, у Реймдалей семейное.

— Давай посмотрим, что в этой книге, — Эдди ткнул в молитвенник. — В тех ничего интересного не было, одни цветочки.

— А здесь одни имена святых, — предположил Рик, но книгу открыл.

Молитвенник был из дома очень богатых людей. Толстые пергаментные листы были сплошь покрыты затейливой вязью старинного письма, разноцветными картинками и полосами орнамента, где фантастические звери трепыхались в зарослях не менее фантастических растений. Рик долго рассматривал фрагмент, изображающий серебряного единорога среди цветущего сада. Наконец неохотно перевернул страницу.

— Ничего себе! — присвистнул Эдди. — Весь рисунок позолочен!

Действительно, узкая полоска текста была незаметна возле большой — на целый разворот — картинки, изображающей императорский двор во всей красе. Тут было столько людей, что художник даже подписал их имена.

— Во! Император! — пробормотал Эдди. — Тот самый, последний! Это его жена и их дочь, Клер. После свадьбы она жила в этом замке. Говорят, её выбросили в окно.

Рик поёжился и захлопнул книгу. Почти все люди на этой картинке были мертвы. Когда он долго смотрел на них, к нему возвращались его видения… Рик поднялся и отнёс молитвенник к полке, куда Гэрет ставил религиозную литературу, и хотел уже сунуть книгу на свободное место, но она выскользнула у него из рук и упала на пол, раскрывшись на очередной разукрашенной странице.

Здесь был изображён красивый юноша. На вид ему было не больше шестнадцати. Рик смотрел на юношу и не мог отвести взгляд. Такие же глаза, что смотрели на него из зеркала по утрам. Такие же волосы, которые бабушка расчесывала ему перед сном. Рика поразил камзол — художник старательно изобразил роскошную золотую вышивку и огненно-красные камни, — и странное выражение лица юноши — не то печаль, не то радость…

— Это Леандр Сигленнид. Говорят, его убили прямо в храме, — сказал Эдди, подходя и садясь рядом.

Рик поспешно подобрал книгу и поставил на полку. Руки его слегка дрожали.

— Ты очень на него похож, — продолжал Эдди, глядя на Рика снизу вверх. — У тебя даже улыбка его… и глаза…

— Осталась та самая книга, — сказал Рик, отворачиваясь. Он вдруг вспомнил своё видение в Башне Принцессы — женщину в синем, которая вонзила нож. Кто она? — Давай посмотрим, что там.

— Похоже, история Империи, — радостно объявил Эдди. — У нас дома есть подобная. Сейчас я тебе найду… тут такие приключения — закачаешься!

«…пришли к нему мудрецы и сказали:

— Найди в своём войске Избранного, поставь его над всеми и победишь.

Король приказал всем воинам построиться, но не нашёл того, о ком ему говорили. Когда же вернулся он в свой шатёр, ему навстречу вышел его младший брат. И Эдвард увидел, что мальчик и есть тот, кому он должен отдать всю власть и вручить судьбу всего королевства. Король возложил на голову своего брата царский венец, и отдал ему белого коня и меч.

На рассвете юный король повёл войско в бой, и волей Создателя они победили».

— Белый конь! — проронил Рик. — Прямо как Та́ран…

— Реймдали — потомки правителя, который отдал корону младшему брату, — пояснил Эдди и перевернул страницу.

«Долго блуждал так король, многие дни и ночи. И когда он потерял уже всякую надежду, вдруг открылась ему высокая гора, а в той горе — пещера, и в той пещере бил родник. Когда король выпил родниковой воды, то заснул, и приползла к нему змея, и легла ему на грудь, и беседовали они всю ночь. И когда утром король проснулся, то увидел дверь, а за дверью открылся ему Путь».

— Как странно! А где эта пещера?

— Никто не знает. Говорят, Леандр Сигленнид умел разговаривать со змеями. Император хотел объявить его своим наследником, вот Фредерик его и прирезал.

Рик со вздохом разочарования захлопнул книгу. Раньше он так любил эти загадочные повествования! Но все эти образы теперь причиняли боль, словно бередили свежие раны.

— Я пойду отнесу её, — сказал Рик, не глядя на приятеля. — Гэрет ждёт.

— Не ходи, — посоветовал Эдди. — Пойдем к Гаспару, он не успокоится, пока не увидит тебя.

Нервы Рика были на пределе. Печальное лицо юноши снова возникло перед его мысленным взором. Эти рубины — как капли крови…

«Это я, — понял Рик с ужасом. — Нет. Это тот, кто живет во мне. Но я не хочу быть тобой».

Он взял книгу и сказал Эдди:

— Иди к ребятам, я спущусь позже.

Не дожидаясь ответа друга, Рик бросился вон из библиотеки. Промчался по коридору, поднялся по знакомой лестнице и постучал в дверь.

— Заходи! — ответили изнутри.

Гэрет, как обычно, полулежал в кресле в позе отдыхающего. Рик протянул ему книгу.

— Кажется, это она.

Гэрет резко поднялся и взял книгу дрожащими руками. Рик впервые видел своего хозяина таким взволнованным.

— Отлично! — выдохнул колдун, перелистывая страницы. — Я искал её Змей знает сколько!

Он поднял взгляд на Рика. Сейчас он выглядел как обычный обрадованный юноша.

— Спасибо, Бальдр. Ты нашёл для меня дорогу к дому.

— К дому?

— Теперь я смогу пройти туда, когда захочу. — Гэрет с довольным видом спрятал книгу в сундук. — Но испробуем это позже. А сейчас садись и слушай.

Гэрет говорил почти час. Замок Привидений ждут большие перемены. Скоро границы откроются. Рику придётся принимать решения, от которых зависит жизнь многих людей.

— Я буду приезжать редко, — сказал Гэрет под конец. — Ты уже взрослый, ты справишься.

Рик неуверенно кивнул. Он не разделял оптимизма своего хозяина. Но, как обычно, его мнения не спрашивали. Гэрет просто дал ему ещё одно поручение, немного серьёзнее всех предыдущих.

Получив подробные инструкции, Рик отправился в основное здание.

В обновлённом зале ужинали Зелёные Братья. Рик увидел Фрейра, стоящего у лестницы. Подошёл к нему.

— Это правда, что твой отец прислал тебя следить за мной?

— Охранять, — поправил Фрейр.

Рик молча кивнул. Они верят, что он Избранный. Пусть себе верят.

— Гэрет просил передать, что освободил тебя от службы, — сказал он. — Теперь ты сам себе хозяин. Можешь работать на конюшне, но на тех же условиях, что и остальные.

Фрейр удивился, но Рик уже повернулся к остальным.

— У меня новость, — сказал он громко. Все замолчали. — Гэрет назначил меня управляющим. В его отсутствие я буду вместо него.

Братья все как один удивлённо уставились на Рика. Тор присвистнул.

— Неплохо. Всего пара лет и такой взлёт...

— Он уезжает? — спросил Фрейр с беспокойством.

— Сказал, что будет иногда заезжать.

— Подождите-ка, — Локи оглядел Братьев. — Это что ж получается, Рик? Ещё вчера ты просто мыл полы, а теперь будешь нами командовать?

— Я не просил.

— А как же они? — Локи кивнул на Тора и Одина. — Тор старше тебя на десять лет. О́дин профессор, он создал Братство.

— Да, — обрадовался Тор. — Уважаемый человек должен слушать мальчишку?

— Тор, — примирительно сказал Один. — Владелец сам его назначил. Бальдр не виноват.

Тор махнул рукой и сел. Атмосфера изменилась.

— А что значит управляющий? — спросила Кримхильда, поскучнев.

— Значит, я отдаю распоряжения и подписываю бумаги, — с обречённым видом объяснил Рик

— Бумаги? Счета? — оживился Родерик. — Значит, ты теперь вместо хозяина?

— Да, — смутился Рик.

Кто-то в углу пробормотал: «Ну-ну».

Рик почувствовал, как горят щёки. Он хотел что-то сказать, но только отвёл глаза. На плечи медленно опускалась тяжесть — как горностаевая мантия.

— Наконец-то Бальдр стал главным богом, — заключил Эдди с видом полного удовлетворения.

Кто-то из Братьев засмеялся. Кто-то задумчиво посмотрел на Рика. А он вдруг понял, что для него все развлечения кончились.

Глава 13. Петля Времени

Гаспар Реймдаль лежал на сене, глядя на мокрый двор. Дождь барабанил по крыше, навевая тоску. Элли… они так давно не виделись. Всё изменилось. Мечты о свадьбе, о продолжении рода — всё это казалось теперь таким далёким.

Он вздрогнул, заметив, что на конюшне не один.

У двери стоял парень, мокрый с головы до ног. Одежда прилипла к телу, с волос струилась вода. Откуда он взялся? Секунду назад здесь никого не было.

— Ты из Рангарда? — спросил Гаспар.

Юноша отрицательно качнул головой. Гаспар перевёл дыхание и подошёл к гостю. Тот поднял глаза — они оказались такими тёмными, что в их чёрноте терялись зрачки. С бледной кожей и светлыми волосами это составляло пугающий контраст. Но во взгляде юноши не было угрозы. В следующую секунду Гаспар понял, что парнишка смертельно устал или болен.

— Заходи, — сказал Гаспар.

Гость не двигался. Гаспар коснулся его плеча — оно было холодным. Подхватил незнакомца, отнёс на сено. Парень оказался тяжёлым, как кусок камня. Гаспар попытался согреть больного своим телом, но сам не заметил, как провалился в сон, похожий на обморок.

Рик сидел за столом, перебирая счета, которые оставил ему Гэрет. Цифры плясали перед глазами, никак не желая складываться в понятные суммы. Он уже в который раз пожалел, что в детстве предпочитал читать книги, а не учиться арифметике.

Устав от бумаг, Рик решил пройтись. Ноги сами привели его на конюшню. Но вместо ожидаемого отдыха его ждал там очередной сюрприз. В проходе, на сене, Рик неожиданно наткнулся на спящего Гаспара в компании с каким-то беловолосым парнишкой. Грудь незнакомца была вся в крови. Рик опешил.

— Что тут случилось? Фрейр, вставай! — Рик потряс друга. Тот не проснулся. Взволнованный, Рик выбежал во двор.

— Тор! Эдди! Скорее сюда!

Прибежали Братья. О́дин осмотрел рану незнакомца.

— Сквозная. Оружие острое, похоже на шпагу. Повезло парню. Если лихорадка не начнётся — выживет. А Фрейр просто спит. Пусть отдыхает.

Раненого перевязали и оставили Рика за сторожа. Он сел рядом с Гаспаром и задумался. Что происходит? Кто этот беловолосый? Почему Гаспар спит как убитый? Но лошади молчали. Никто не пытался помочь управляющему...

Гаспару приснился ангел — златокудрый, шестикрылый, сияющий. Только хитрые чёрные глаза немного портили впечатление.

— Ты просто гигант, — сказал ангел. — Спасибо. Я почти исцелился. Говори своё заветное желание.

— Возродите Империю и сделайте Рика императором, — попросил Гаспар.

— Это два, — усмехнулся ангел. — Ладно, я сегодня добрый.

Он подмигнул, и Гаспар узнал этот взгляд — так смотрел Гэрет. Гаспар удивился, что посланник иного мира ведёт себя так неподобающе, но видение уже растворялось во тьме.

Устав от вопросов, которые теснились в его голове, Рик задремал. Разбудил его тихий голос:

— Рауль?

Рик открыл глаза. Раненый парень исчез. Вместо него перед молодым управляющим сидел Гэрет, снова поменявший личину. Повзрослевшее тело перетянуто повязками, которые недавно наложила Кримхильда. Но смотрел колдун так удивлённо, будто принял Рика за кого-то другого.

— Я Бальдр, — поправил его Рик. — Рик Стивенсон, ваш слуга.

— Слуга? — Гэрет недоумённо усмехнулся. — А этот? — кивнул он на спящего Гаспара.

— Фрейр. То есть Гаспар Реймдаль. Ваш конюх.

— Мой конюх? — колдун прищурился. — Что это за место?

— Конюшня Замка Привидений. Вашего замка, господин Гэрет.

Колдун замер. На мгновение его лицо стало совершенно непроницаемым.

— Моего замка?

— Это Замок Привидений, бывший Клербурн. Вы купили его почти год назад.

— Год, — повторил Гэрет и попытался встать. — Мне пора.

— Куда? — Рик испуганно схватил его за руку. — Вам нельзя! О́дин сказал, нужно отдыхать. У вас сквозная рана, она может открыться.

— О́дин? — колдун хмыкнул. — Ты серьёзно?

Рик кивнул, но руку не отпустил. Этот человек несомненно был Гэретом, но каким-то странным.

— Пожалуйста, хозяин, — повторил юноша. — Вы ранены.

— Мне уже лучше, — колдун коснулся своей забинтованной груди. — Надо уходить, пока Петля Времени не замкнулась.

— Какая петля?

— Я не могу встретить здесь самого себя. Не понимаешь? — он поморщился. — Неважно. Где моя одежда?

— Она была вся прожжена и в крови. Её нужно чинить.

— Забудь. Принеси новую.

Ну хоть что-то понятное. Рик сбегал в башню, схватил чистую рубашку. Но когда вернулся, Гэрет уже исчез. Только спящий Фрейр и разворошённое сено напоминали о том, что здесь кто-то был.

— Хозяин? — позвал Рик тихо.

Никто не ответил.

Гаспар проснулся к вечеру. Лошади хрустели сеном, пахло смолой от недавно затопленной печки. Черноглазый незнакомец исчез. Гаспар сделал что мог, совесть его была чиста, но чувствовал он себя как-то странно. Хорошо бы спросить об этом происшествии их хозяина. Молодой лорд проверил лошадей и заглянул в кабинет управляющего. Рик сидел за столом и рисовал дерево вверх ногами — корни вместо веток, по стволу ползёт змея.

— Где Гэрет? — спросил Гаспар.

— Где-то шляется, — сообщил Рик обречённо.

— А тот парень, на конюшне? Ты видел его?

— Раненый-то? Он уже ушёл. Сказал, ему надо спешить.

— Кто он такой?

Рик поднял глаза.

— А ты не понял? — он снова уткнулся в рисунок и стал рисовать змее крылья. — Это Гэрет. Но не наш. То есть... Гэрет, но из другого времени.

Гаспар потёр виски. Верить в чудеса — это одно, а когда на твоих глазах творится волшебство…

— Я видел ангела. Попросил его. И он пообещал…

— Возрождение Империи? — перебил Рик. — Лучше бы попросил у него что-нибудь полезное. Чтобы Эдди больше не умирал. Потому что Гэрет уже откуда-то всех нас знает. И уверен, — Рик вздохнул, — с Империей всё будет хорошо.

— Если уверен, почему такой хмурый?

Рик вздохнул.

— Не знаю что делать. Какой из меня управляющий? Я считать-то толком не умею.

— Это дело поправимое. Пойдём в деревню, к старосте, он всё расскажет.

Рик с надеждой поднял глаза.

— Думаешь?

— Конечно, — улыбнулся сын имперского маршала. — Я попрошу — и поможет. Идём, Бальдр.

Замок Привидений не оставлял своих попыток проверить нового управляющего. Хотя на Рика легла ответственность за хозяйство, иногда ему приходилось прибираться в Башне Колдуна в отсутствие Гэрета.

Однажды вечером, томясь в ожидании свежей партии пирожков от Кримхильды, Рик обметал пыль со шкафов в гостиной. Проходя мимо кресла, где любил сидеть Гэрет, Рик машинально сунул метёлку под сиденье — там вечно скапливался мусор. Метёлка коснулась чего-то мягкого, и в то же мгновение оттуда выскочило нечто большое и стремительное.

— А-а-а! — заорал Рик не своим голосом.

Он отшатнулся, споткнулся о собственную метлу и грохнулся на пол, ударившись копчиком. Метёлка отлетела в сторону и с глухим стуком ударилась об пол. Рик уставился на тварь, которая замерла посреди комнаты, растопырив лапы.

Паук был не крестовик, к которым Рик уже привык, а гораздо крупнее и толще. Тёмно-коричневый, с устрашающими жвалами и чёрными бусинками глаз, которые, казалось, смотрели прямо на юношу.

Сердце Рика заколотилось. Он попытался отползти, но спина упёрлась в ножку кресла. Паук не двигался.

— Уходи, — прошептал Рик дрожащим голосом. — Пожалуйста, уходи.

Но паук не слышал. Он сделал шаг вперёд. Потом другой.

Рик зажмурился. В голове пронеслась тысяча мыслей. Гэрет сейчас в отъезде, помощи ждать неоткуда. Этот монстр может быть ядовитым. Может, он уже вызвал подмогу, и сейчас из всех щелей полезут его сородичи. Может, это вообще не паук, а демон, которого колдун держит для каких-то своих тёмных дел...

— Не трусь, не трусь, не трусь, — зашептал Рик, пытаясь взять себя в руки. — Ты управляющий. Ты должен... должен что-то сделать.

Он открыл глаза. Паук был уже совсем близко.

Рик судорожно огляделся. Метла валялась в стороне. Рядом не было ничего, кроме тяжёлого медного подсвечника на каминной полке. Но до него нужно было дотянуться.

Паук остановился, словно давая ему время подумать.

— Ладно, — выдохнул Рик. — Будь что будет.

Он резко вскочил, рванул к камину, схватил подсвечник и развернулся, готовый к бою. Но паук не двигался. Он просто сидел на том же месте и с интересом наблюдал за суетливым человеком.

Рик замер, сжимая подсвечник дрожащими руками. Паук был большим, но... может быть, он не опасен? Может быть, он просто живёт здесь, плетёт свою паутину и ловит мух?

— Только не в моей гостиной! — заявил Рик.

Паук шевельнул лапой.

Рик поднял подсвечник повыше, собираясь обрушить его на тварь. Паук, словно почувствовав неладное, чуть отступил.

— Ты тоже боишься? — прошептал Рик.

Паук замер.

Рик медленно опустил подсвечник. Сердце всё ещё колотилось, но уже не так бешено. Он сделал глубокий вдох.

— Ладно, — сказал он, сам удивляясь своим словам. — Уходи. Но не смей ко мне приближаться.

Паук медленно попятился, забираясь обратно под кресло.

Рик выдохнул, вытер холодный пот со лба и только сейчас заметил, что его колотит мелкая дрожь. Он опустился на пол, прислонившись к дивану, и закрыл глаза.

— Управляющий, — прошептал он с горькой усмешкой. — Командую пауками.

Из-под кресла донёсся тихий шелест. Рик открыл один глаз. Паук сидел на самом краю тени и, кажется, смотрел на него.

— Иди уже, — буркнул Рик.

Паук послушно скрылся в темноте.

Рик посидел ещё немного, приходя в себя, потом поднялся, подобрал метлу и подсвечник. Убираться больше не хотелось. Он решил, что на сегодня с него хватит, и надо срочно подкрепиться.

Возвращаясь в свою комнату, он поймал себя на мысли, что впервые за долгое время не думает о пророчествах, об Империи, о Геральте и даже о Гэрете. Он думает о пауке.

— Надо что-нибудь ему принести, — пробормотал он, засыпая. — А то вдруг голодный...

Глава 14. Донос

В обновлённом трактире «Последний привал» пахло свежестругаными досками и дешёвым элем. За дальним столом, где проще всего спрятать не только лица, но и замыслы, расположились двое посетителей. Широкоплечий детина мрачно уставился в свою кружку. Напротив него, поигрывая кинжалом, сидел худощавый парень, с острым лицом и быстрыми тёмными глазами.

— Нет, Локи, ты только подумай, — детина стукнул кружкой по столу, расплескав эль. — Мы же сами, своими руками, этого щенка пристроили! Мой собственный брат надоумил Рика пойти и предложить свои услуги!

Локи поморщился, словно от зубной боли.

— Да уж, братец Тор. Перестарался твой Родерик...

— А он вон что удумал! — перебил Тор. — Старый колдун его взял не просто слугой, а управляющим поставил! Теперь этот молокосос будет нам указывать, что делать. Своим же товарищам! Это как, по-твоему?

Локи зло усмехнулся. Кинжал в его пальцах описал замысловатую петлю.

— Чему ты удивляешься. Голубая кровь, Тор. Старик поэтому его и возвысил. За его красивые глаза. А мы для него так и остаёмся... пустым местом.

Тор нахмурил лохматые брови. Он мечтал выбиться из грязи, перестать быть просто крестьянином, на которого все смотрят сверху вниз. А теперь какой-то мальчишка, пусть и породистый, выскочил в начальство перед старшими.

— И что ты предлагаешь? — глухо спросил он. — Пойти и набить ему морду? Толку-то.

Локи хитро прищурился.

— Кажется, главнокомандующий до сих пор ищет врагов Республики. Тех, в чьих жилах течёт голубая кровь. А что, если ему станет известно, что в Замке Привидений, под управлением нашего неповторимого Оракула, прячут оружие? Готовят свержение?

Тор поперхнулся элем.

— Ты с ума сошёл? Какое оружие? Там один хлам, пыльные книги да тряпки...

— Для полиции это не важно, — перебил Локи. — Важно, что бумага есть. А нам важно, кто окажется потом возле хозяина. Старикашка долго искать не будет. Ему нужен будет кто-то надёжный, кто не попадёт в переплёт...

Тор медленно переваривал услышанное. Картина вырисовывалась заманчивая. Рика забирают солдаты Геральта, а старый колдун остаётся один со своими книгами и тарелками. Кому же он доверит хозяйство? Тому, кто окажется рядом. Тому, кто проявит себя...

— А если Гэрет будет против? — спросил Тор, но в голосе уже не было прежней уверенности. — Он же колдун, как-никак. Ещё устроит какое-нибудь...

Тор изобразил в воздухе замысловатую фигуру, означающую страшное заклинание.

— Гэрет — старый чудак, — отмахнулся Локи. — Но он не захочет всё терять из-за слуги. А если Рика заберут по официальному доносу, командующий спасибо скажет тому, кто указал на отпрыска древнего рода. И кто знает, может, именно этому человеку предложат приглядывать за замком?

Тор жадно сглотнул. Перед глазами уже маячили замковые ворота, открывающиеся перед ним. Не просто крестьянин, а человек при замке! Это тебе не навоз в поле ворочать.

— А мне что с этого? — спросил он прямо. — Ты-то метишь на его место, я понимаю. А я?

Локи положил руку ему на плечо, в глазах заплясали огоньки:

— А ты, друг мой, будешь моей правой рукой. Первым помощником. Не крестьянином больше, а человеком при должности. Замок большой, работы много. Места хватит нам обоим. А Рик... — он скривился, — пусть сидит в тюрьме и вспоминает свою голубую кровь.

Локи достал из-за пазухи мятый лист бумаги и подозвал работника. Мальчик притащил перо и чернила. Тор наблюдал за приятелем со смесью ужаса и восхищения. Совесть ещё пыталась пискнуть где-то глубоко внутри — Рик ведь свой. Но перед глазами уже мелькали заманчивые картины.

— Давай, — хрипло выдохнул Тор. — Только смотри, чтобы комар носу не подточил.

Локи уже ловко водил по бумаге пером:

«В полицию города Рангард. Заявление. Некий Рик Стивенсон, назначенный управляющим Замка Привидений, прячет в подвалах оружие и готовит свержение правительства. Бдительные граждане Республики Рангард».

Он поднял глаза на Тора, и в них горел огонь мщения.

— Будет этот аристократишка знать, как лезть вперёд тех, кто его вытащил из грязи.

В камине треснуло полено, и сноп искр взметнулся в темноту, на мгновение осветив искаженное гримасой злорадства лицо Локи и полное тайной надежды лицо Тора. Донос был готов.

***

Восстановленная часовня Замка Привидений впервые за многие годы снова была полна народу. Солнце пробивалось сквозь витраж с изображением белого лебедя — символ старой Империи, который теперь можно было показывать только здесь, вдали от глаз столичных властей.

Гаспар Реймдаль стоял у алтаря и не верил, что это происходит на самом деле. Ещё месяц назад он чистил конюшни и думал, что его жизнь — это вечное ожидание. А теперь...

Эльреда появилась в замке вчера вечером.

— Отец благословляет нас. Вот его письмо, — сказала она, протягивая Гаспару конверт с родовой печатью Реймдалей.

— Ура, наконец-то! — обрадовался Эдди.

— Отпразднуем восстановление часовни свадьбой, — предложил Рик. — Мы давно ничего не праздновали.

И вот сегодня его друзья станут свидетелями их союза.

— Дыши, — шепнул Эдди, толкая брата локтем.

Эльреда вошла в часовню. Её светлые волосы были собраны в высокую прическу, простое белое платье украшали лишь веточки чубушника и мелкие цветы камнеломки, заменившие жемчуга. Она улыбалась — той самой улыбкой, ради которой Гаспар готов был ждать вечность.

Рик, чувствуя лёгкую неловкость, но стараясь держаться стойко, подвёл девушку к алтарю.

— Кто отдаёт невесту? — спросил молодой священник.

— Рик Стивенсон, — ответил Рик. Он покраснел, смущаясь, но выправился. — Как друг жениха и как управляющий этого замка.

— Если у кого-нибудь есть возражения к этому браку...

Дверь часовни с грохотом распахнулась.

— Стойте!

В проёме показалась высокая женщина в дорожной накидке. Каштановые волосы выбились из-под капюшона, лицо раскраснелось, дыхание сбивалось. Но глаза — ярко-голубые, точь-в-точь как у Гаспара — горели воинственным огнём.

— Мама? — недоумённо спросил Гаспар.

Леди Реймдаль резко остановилась посреди часовни, переводя дух.

— Я не опоздала? — спросила она.

— Почему ты здесь? — Гаспар забыл про церемонию. — Тебя же могли схватить!

— Кирасиры? — леди Реймдаль отмахнулась, как от назойливых мух. — Мы дважды на них натыкались, и ничего у них не вышло. Проскочили.

— Зачем? — вырвалось у Гаспара. — Ты рисковала жизнью...

— Затем, что сегодня свадьба моего сына. И я не могла пропустить её.

Она приветственно кивнула невесте. Та зарделась от радостного волнения.

— Продолжайте, святой отец, — величественно произнесла леди Реймдаль.

Гаспар взял Эльреду за руки. Стиснул её пальцы. Эльреда ответила взволнованным пожатием.

— Я, Гаспар из рода Реймдалей...

Рик смотрел на них и чувствовал, как внутри разливается тепло. А потом он перевёл взгляд на зрителей.

И замер.

Братья были в своих пёстрых одеждах, девушки с цветами в волосах, Тор уже мысленно прикидывал, сколько мяса понадобится на пир, Один с неизменной книгой в руках. Его друзья. Живые.

Но среди них были и другие.

Прозрачные, едва различимые в солнечном свете. Мужчины в камзолах, женщины в длинных платьях. Они стояли и молча взирали на церемонию.

Рик похолодел. Сердце пропустило удар.

«Видишь?» — тихо прозвучал голос Леандра.

Рик смотрел на призраков. Они не вмешивались, не пугали. Просто стояли и смотрели, как двое людей соединяют свои судьбы.

И вдруг он увидел ЕЁ.

Женщина в голубом платье стояла у самой стены. Светлые волосы, распущенные по плечам, худые руки сложены на груди. Она смотрела не на жениха с невестой — она смотрела на него. На Рика.

В глазах её не было угрозы. Лишь глубокая, затаённая тоска.

— Если бы моя мать была жива, — прошептал Рик. — Она могла бы быть такой?

«Могла бы».

Юноша почувствовал, как к глазам подступают слёзы. Зажмурился, сглотнул. Нельзя. Не сейчас.

А Гаспар тем временем произносил слова клятвы:

— ...пока смерть не разлучит нас.

Эльреда повторила за ним, и голос её звучал как музыка.

Рик перевёл взгляд на них. Живые, счастливые, любящие.

И рядом — мёртвые. Тоскующие, помнящие.

Два мира столкнулись в этой часовне.

Рик смотрел на леди Реймдаль, на её гордую осанку, на её измождённое лицо — и чувствовал, как внутри поднимается волна.

— У него есть мать, — прошептал он. — Которая рисковала жизнью, чтобы увидеть его свадьбу.

«Да».

— А у меня...

Он не договорил. Взгляд метнулся в угол, где стояла женщина в голубом.

Она всё ещё смотрела на него.

— Если бы она была жива, — прошептал Рик. — Она бы тоже рисковала? Тоже пряталась бы, чтобы увидеть меня?

«Наверное, да».

Рик закрыл глаза. В груди боролись два чувства — радость за друга и острая, режущая тоска по тому, чего у него никогда не было.

Когда открыл глаза, женщина в голубом уже не смотрела на него. Она повернулась к алтарю, где Гаспар и Эльреда обменивались клятвами. И на лице её — призрака, мёртвой женщины, погибшей много лет назад — была улыбка.

Леди Реймдаль обняла молодых.

— Благословляю, — сказала она. — Живите долго и счастливо. Это единственное, что я могу вам дать.

Тор запустил в воздух пригоршню лепестков, которые Кримхильда заготовила ещё на рассвете. Девушки захлопали, Братья засвистели.

Рик улыбнулся и снова посмотрел в толпу.

Женщина в голубом платье посмотрела на леди Реймдаль, медленно кивнула, словно прощаясь, и растворилась в воздухе.

За ней, без звука, исчезли остальные призраки.

— Рик! — окликнул его Фрейр. — Ты чего там стоишь? Идём пировать!

Жизнь продолжалась.

Глава 15. Предательство Локи

Рик любил зиму. В детстве для него выпавший снег означал, что можно сидеть дома, закутавшись в старый плед, и читать книги. Здесь, в замке, зима была другой — величественной и пугающей. Белые шапки на башнях, иней на окнах, и вороний грай, похожий на призывание злых духов.

— Господин управляющий, можете принимать донжон, — заявил за завтраком О́дин. Зелёные Братья, сидящие вокруг них за столами, одобрительно зашумели, предвкушая давно заслуженный отдых.

После завтрака Рик отправился на верхние уровни башни.

Донжон Клербурна, знаменитая Башня Принцессы. Братья восстановили интерьеры по уцелевшим фрагментам мебели и тканей. Лестница старательно отмыта от птичьего помёта, на стенах проступили росписи с букетами цветов и плодов — символ изобилия. Наверно, так художник желал принцессе лёгких родов. А вот и площадка перед спальней. Здесь поставлена красивая синтайская ваза с веткой цветущего дерева.

Рик отворил дверь в спальню и замер. Казалось, ещё шаг — и его затянет в сон, из которого он не вернётся. Настолько реальным казалось всё вокруг...

— Ну, как? — спросил Тор, подходя. — Похоже?

— Да, — пролепетал юноша. — Только мебель немного не на месте…

На негнущихся ногах он обошёл комнату. Ничего не напоминало о том времени, что он провёл здесь с Вилли и его людьми. Зато живо напоминало его сны.

— Кровать ближе к стене, — указал он. — Туалетный столик стоял вот здесь. А дверь, — он обернулся к двери. — Она другая.

— Пришлось заменить. У той была такая дыра… хорошо её разбили.

— Топорами, — вспомнил Рик и вошёл в маленькую комнату, ту, куда его запирал Зуб и откуда его вывел Гэрет. Розовый шёлк на стенах. Мягкий ковёр из заморской шерсти. А какая широкая кроватка! Места хватит для двоих младенцев. Их так и держали вместе, чтобы кормилице было удобнее. Рик провёл рукой по розовому одеяльцу, свёрнутому в люльке, потом направился к потайной двери. Она легко поддалась слабому нажатию. Но за дверью была не стена, не проход в ближайшие помещения, а узкая лестница вниз...

«Рауль!» — раздался позади него всхлип женщины.

«Я иду первым», — эхом отозвался в сознании Рика голос молодого мужчины.

Юноша наклонил голову и стал спускаться. Его всё больше затягивали видения. Он чувствовал в руке что-то твёрдое и тяжёлое. Он быстро догадался, что это шпага, потому что его преследовало опасение, что он заденет клинком за стену и произведёт ненужный шум. Всё дальше и дальше в полной темноте. Впрочем, ступеньки сами услужливо подставлялись под ноги. Позади шелестели юбки и слышались знакомые удары топоров в дверь спальни.

«Только бы проскочить», — мелькнуло в голове у Рика. Сзади заплакал ребёнок. Рик прошептал: «Создатель, помоги нам!» и прибавил шагу. Позади них кто-то ударил древком алебарды в стену. Раздались крики, и после нескольких беспорядочных ударов в пролом хлынул красноватый мерцающий отблеск факелов. Женщина за спиной сдавленно рыдала.

Далёкие удары в спальне затихли. Рик увидел впереди свет, пробивающийся сквозь доски. Пригнувшись, словно готовясь прыгнуть в воду, он толкнул дверь. Перед ним расстилалась прогалина. Рик отступил влево, пропуская кого-то невидимого, и прижался спиной к стене.

— Направо! Скорей! — вырвалось у него.

Рик огляделся. Казалось, он кого-то искал, но вокруг была лишь пустота.

— Рауль? — прошептал Рик. Он оторвался от стены и прошёл несколько шагов прочь от башни, загребая ногами хрупкий снег. Его пронзила неожиданная боль — но не от раны. Это был мертвящий холод утраты. Тяжёлым грузом навалилась тоска, в глазах потемнело, и Рик рухнул в снег. Вслед за ним из потайного хода на поляну выбрались другие Братья.

— Вот он где! — крикнул Тор, показываясь из-за изгиба стены. — А я и не знал, что тут есть выход! Бальдр, что с тобой?

Растолкав зевак, появился Фрейр. Увидев лежащего Рика, он видимо переменился в лице.

— Что произошло?

— Мы просто показали ему комнату принцессы, — пожал плечами Тор. — Кто ж знал, что он свихнётся от вида какой-то люльки.

— Что вы натворили! — Фрейр приподнял Рика, посмотрел на столпившихся Братьев. — Как можно быть такими жестокими! Воды, кто-нибудь!

Подошёл Локи и сунул Фрейру флягу.

— Вот, дай ему.

Фрейр приложил флягу к губам Рика. Юноша машинально глотнул и застонал:

— Это... не вода...

Фрейр подозрительно покосился на приятеля.

— Что ты ему дал, Локи?

Локи ухмыльнулся.

— Ему не повредит. Просто посмотрит ещё один сон. Эй, Оракул, скажи, как возродится Империя?

— В бою, — пробормотал Рик. — Белые кони принесут победу. Но прольётся кровь близких, — глаза Рика расширились. — Гаспар, я не хочу этой жертвы.

— Для нас это будет счастьем. Мы все готовы умереть за вас, мой император, — ответил Фрейр.

— Ты Реймдаль, — ответил Рик, устало прикрывая глаза. — Вы все одинаковы. Проливаете кровь как воду...

Локи громко заявил:

— Посмотрите, он совсем сумасшедший. Как в таком состоянии он может управлять целым замком?

— Да ладно тебе, Локи, — проворчал смущённо Тор. — Просто в нём кровь Избранного.

Братья зашумели, обсуждая происшествие. Гаспар стиснув зубы ждал, когда Рик очнётся. Наконец юноша открыл глаза и сел. Потёр лоб и покачал головой.

— Я видел, Гаспар. Она шла в эту сторону…

— Кто? Кто, Рик?

— Не знаю. Мне много раз снилось одно и то же. На донжон нападают. Принц с принцессой остаются наверху. Рауль убегает по потайному ходу и выводит испуганную женщину с детьми. А дальше всё обрывается.

— Ты помнишь, как сбежал из Башни Принцессы на руках Этель, — объяснил Гаспар. — Принц — это Фредерик Свенсон, муж принцессы Клер. Рауль Арманьяк — его придворный. Этель Реймдаль — фрейлина Клер и моя тётя. Но что ты говорил о конях?

— Белые кони, — повторил Рик. — Гаспар! Я видел битву, где погибнет Эдди! Наш Эдди!

— Эдди? Как он выглядел?

— Совсем взрослый.

Гаспар удовлетворённо кивнул.

— Значит, это случится нескоро.

— Неужели тебя это не волнует?

— Я же сказал — любой из Реймдалей готов умереть за тебя в любую минуту.

Что с этими Реймдалями? Мечтают о смерти, как о спасении.

Рик медленно поднялся и в сопровождении Гаспара вернулся к донжону. Там собрались уже все Братья. Слух о том, что управляющий столкнулся в Башне Принцессы с чем-то необычайным, взбудоражил их, разбудив дремавшее любопытство.

— Бальдр! Что там? Неужели настоящее привидение? Расскажи! — посыпались вопросы.

— Ничего интересного, — отрезал Гаспар, бросив на Братьев холодный взгляд. — Успокойтесь.

По толпе пробежал недовольный ропот.

— Почему нам нельзя знать? Эй, Фрейр! Считаешь себя особенным? — возмутились парни.

— Конечно, он особенный! Он самый прекрасный! — парировали поклонницы Фрейра.

Зелёное Братство, уже готовое расколоться на два лагеря под натиском споров о красоте и тайном знании, неожиданно было отвлечено новой напастью. В ворота замка въехала карета, сопровождаемая отрядом знакомых всем кирасиров. Братья машинально поглядели на окна апартаментов колдуна. Но они были темны. Хозяин замка куда-то пропал.

Из кареты показался Геральт, со своей палкой и в чёрных одеяниях. Глаза у него горели азартом. Фрейр понял, что ничего хорошего их не ждёт, и отступил. Остальные Братья тоже попятились. Перед Геральтом остался только Рик.

— Приветствую вас, господин управляющий, – прошипел Геральт. Опираясь на трость, он подчеркнуто хромал, его пристальный взгляд не отрывался от Рика. Тот, измотанный последним видением, безмолвно взирал на главу кирасиров, не пытаясь бежать.

«Оставайся на месте. Мы должны попасть в Рангард», — приказывал ему голос. — «Обещание будет исполнено. Брат пришёл за мной» .

Брат? Кому этот злодей может быть братом? Но у Рика не было сил спорить. Колдун уехал и не вернётся. Оставалось слепо довериться голосу.

Комндующий неторопливо достал из-за пазухи сложенный лист бумаги.

— В отделение полиции поступил анонимный сигнал. Благодаря неравнодушным гражданам, нам стало известно о готовящейся передаче заговорщикам крупной партии оружия. Как представители порядка и законности, мы предлагаем вам добровольно оказать содействие в поимке преступников.

Рик молча смотрел на Геральта. Тот с торжествующей ухмылкой спрятал письмо.

— Так вы позволите нам произвести обыск, господин управляющий?

— Ищите, — проронил Рик равнодушно. Геральт кивнул кирасирам. Те бодро отправились в замок. Братья заволновались. Но Рик выглядел совершенно спокойным. Или скорее он примирился с неизбежным.

— Ваше благородие! Вот, на стене висело!

Один из кирасиров выскочил из дверей, сжимая в руках длинную саблю в отделанных рубинами ножнах.

— Узнаёте, господин управляющий? — спросил Геральт.

— Это коллекционное оружие. Меч Фредерика Свенсона, — произнёс Рик.

Глаза Геральта победно сверкнули.

— Значит, узнаёте. У вас есть разрешение на владение оружием?

— Но это же... — Рик замолчал. Какое может быть разрешение на часть коллекции?

— Полагаю, что нет, — улыбнулся Геральт. — Предлагаю продолжить разговор в полиции.

Он сделал знак кирасирам. Те подошли к Рику с колодками. Братья зашумели.

— Что он такого сделал? — спросил Родерик. Геральт глянул на него с лёгким удивлением. Черноволосый мальчишка, явно из простых. Новые хозяева империи. Наглый, но не подкопаешься. Бывший лорд сдержал раздражение и ответил:

— Заговор и укрывательство краденого.

— Но ведь это ещё надо доказать, — попытался возражать Родерик.

— Это мы в отделении выясним.

— Подождите! Он наш управляющий! — запротестовал О́дин.

— Вот с вашим управляющим и поговорим. Или вы готовы к нему присоединиться?

Братья в страхе отступили. Фрейр ринулся к Рику.

— Остановитесь!

— Кого я вижу. Гаспар Реймдаль, — Геральт улыбнулся. — Ты здесь! А мы тебя столько искали...

Гаспар побледнел. Родерик отважно загородил блондина своим телом.

— Извините, главнокомандующий, но это наш работник. Очень нужный работник. Он служит у владельца замка конюхом.

— Конюх? — Геральт ухмыльнулся. — Конечно, только конюхом аристократ и может быть. В навозе ему самое место.

Гаспар был вынужден отступить. Всё, что он мог сейчас — в бессильной ярости наблюдать, как кирасиры уводят Рика.

На Рика надели колодки и повели к карете.

— Где же Гэрет? Почему он не поможет? — в голосе Родерика звучало отчаяние.

Лицо Рика потемнело.

— Он не придёт. Он ушёл.

— Ты знаешь, где он?

— Он не придёт, — повторил юноша. Кримхильда бросилась Рику на шею.

— Держись!

Тор поддакнул, опасливо озираясь.

— Держись, Бальдр! Мы тебя обязательно вытащим!

Рик не отвечал. Его затолкали в карету. Геральт оглядывал Братьев, ища новую жертву. Но все отворачивались. Даже Фрейр, стиснув зубы, опустил голову и отошёл, стараясь не попадаться главе правительственных войск.

Локи, стоя в тени, наслаждался этой сценой, как владелец театра -— удачным представлением. Фрейр, заметив его полный триумфа взгляд, не выдержал.

— Чему ты радуешься? Он же твой друг!

— Никогда аристократ не будет дружить с простолюдином, — ответил Локи, его голос сочился ядом. — Скорее небо упадёт на землю.

Фрейр остолбенел. Он не мог поверить в подобное предательство.

Локи провожал карету с арестованным Риком довольным взглядом. Наконец-то он добился своего! Глупый Оракул повержен! Должность управляющего у него в кармане!

Глава 16. Рик в тюрьме

Рик очутился в полицейском участке Рангарда. Безо всяких проволочек юношу провели в кабинет следователя. Усадили на жёсткую высокую табуретку. Колодки снимать не стали, оставив как напоминание о его положении.

Появился дознаватель. Мужчина с чёрными волосами, облачённый в строгий мундир чиновника. Рик поднял на него глаза, и всё тело содрогнулось от неожиданного толчка.

«Это он!»

Перед внутренним взором Рика замелькали картины чужого прошлого.

Холодный дождь хлестал по лицу, смешиваясь со слезами, которых Леандр не позволял себе выплакать. Его окружали гвардейцы императора в чёрных мундирах.

Куда его везут? Почему не бросили в тюрьму, как отца и брата?

Впереди отряда ехал человек в тёмном плаще с капюшоном, скрывающим лицо. Этот человек был главным. Это он нашёл Леандра.

— Я капитан тайной полиции Империи. Моя работа — находить таких, как ты.

— Каких таких?

— Особенных. С кровью Избранного.

— Что вы хотите?

— Хочу, чтобы ты жил. Хочу, чтобы ты вырос. Хочу, чтобы однажды ты занял трон. А когда настанет время — я приду за тобой.

И вот он здесь. Тот, кто нашёл его по приказу императора. Тот, кто не пришёл.

Полицейский неторопливо уселся за стол.

— Д-дарк? — вырвалось у Рика. Мужчина глянул на него, в глазах не мелькнуло ни тени узнавания. Вместо этого он спокойно разложил перед собой бумаги.

Рик тяжело дышал. Дух бился внутри него, заставляя тело трепетать. Неужели его не узнают? Как же тогда он сможет добиться своей цели?

— Итак, молодой человек, — начал бывший капитан тайной полиции империи. — Будем знакомы. Хорошо, что вы меня знаете. А я вот вас нет. Ваше имя?

Рик сглотнул. Слова застревали в горле.

— Имя? — повторил Дарк.

Рик открыл рот, чтобы ответить, но сжал зубы. Не сейчас.

— Ле... Ре... Рик.

— А фамилия?

— Си... Стивенсон, — ответил Рик.

Дарк внимательно изучал юношу. Блондин со светлыми глазами. Особенный.

— День рождения? — спросил он, водя карандашом по стопке бумаг.

— Не помню. Осенью. Или весной.

— Место рождения?

— Империя Рангард.

Он снова оглядел арестованного. Ещё есть глупость шутить? Нет, просто мальчишка храбрый. Отчаянный. Полицейский вгляделся. Знакомо. Похож на... Но тот же мёртв.

— Место жительства?

— Замок Привидений.

Да, ведь его арестовали в Клербурне. Логично.

— Прежнее место жительства?

— Не помню.

— Как зовут родителей?

— Не знаю. Я сирота.

— Кто тебя растил?

— Бабушка.

— Где живёт бабушка.

Рик стиснул челюсти.

— Предлагаю не молчать. Будет больно.

Полицейский вздохнул. Ему дали вполне чёткие указания. Придётся выполнять. Но если этот парень такой же, как и тот... он это выдержит.

Дарк кивнул караульному. Тот вышел в коридор. В комнате появились два солдата с плетьми. Схватили Рика, положили поперёк лавки и задрали рубашку.

Когда плети опустились на спину в первый раз, Рик чуть не закричал. Но голос внутри прошептал: «Терпи». И Рик закусил губу.

Больно, но не смертельно. И боль придаёт сил бороться, напоминает, что он жив.

— Где живёт бабушка, — продолжил полицейский.

— Не помню, — Рик поморщился. Спина после плетей горела огнём. — Там одни заборы.

— Сколько тебе лет?

— Не знаю. Кажется, шестнадцать.

— Для каторги в самый раз, — констатировал капитан, возвращаясь к бумагам. — Как попал в Замок?

— Меня привезли ваши кирасиры.

Полицейский посмотрел заинтересованно.

— Это уже что-то новенькое.

Рик почувствовал нетерпение. Сколько можно?

— Меня привезли в замок насильно.

— Неужели. То есть тебя похитила полиция? Это обвинение честных служащих. Знаешь, что за это бывает?

Рик молчал. Гэрет говорил ему, что наглых и глупых мир любит.

— Итак. Как попал в замок.

— Просто гулял и зашёл.

— Сбежал из дома. А дальше прибился к бродягам. Занялся воровством и мошенничеством. Откуда у тебя эта книга?

Рик посмотрел на книгу, которую Гэрет спас из пожара в хижине. Один из томов «Хроник Империи».

— Нашёл. На пепелище.

— Как оказался возле пепелища?

— Случайно. Заблудился в лесу.

— И принёс в замок. Понятно, — полицейский что-то черканул на листе бумаги. — Итак, что мы имеем. Бродяжничество. Уклонение от работы. Воровство. Мошенничество. Попрошайничество. Укрывательство запрещённых материалов. Я что-то пропустил?

Он с сочувствием оглядел съёжившегося юношу.

— Сейчас подпишешь бумагу с показаниями. Дальше будут решать судьи. Если за тебя внесут штраф, сможешь отсидеться в тюрьме, иначе отправишься на принудительные работы. Так что советую вспомнить адрес родственников.

— У меня никого нет.

— Тогда своих друзей. Кто может за тебя внести деньги в казну. Я слушаю. Говори сейчас, завтра будет поздно.

— Я… я никого не знаю, — прошептал Рик. — Я всегда был один.

Полицейский вздохнул, словно устав от этой игры.

— Что ж, значит, тебя ждёт каторга. Надеюсь, ты не из тех, кто любит отлынивать от работы. Иначе и там найдут, как тебя наказать. — Он отодвинул бумагу. — Завтра утром за тобой придут. Подпиши.

Дарк протянул перо. Рик неловко взял его в руку. Колодки мешали, пришлось привстать. Юноша сосредоточился. Не читая показания, криво вывел две буквы R и S, стараясь не написать чего-нибудь лишнего. Уходя, обернулся и встретился взглядом с Дарком. На миг ему показалось, что в глазах полицейского мелькнула тень воспоминания.

— Куда его? — спросил солдат, удерживая Рика за плечо.

— В камеру, — приказал Дарк. Солдат переспросил:

— В обычную? Заковать?

Капитан сделал вид, что занят бумагами.

— Не требуется. Снимите колодки, накормите и путь отдыхает.

«Он чувствует. Это же Дарк!»

Наутро Рик сидел в своей камере и ждал. Гремели засовы, перекликались голоса. Скоро за ним придут. Скоро поведут на каторгу. Он даже обрадовался — хоть какая-то определённость.

Но явился Геральт.

Он был не один, за ним лязгали доспехами солдаты. Посмотрел на Рика сквозь решётку, довольно усмехнулся.

— Здравствуй, Оракул. Вот мы и встретились. А почему не закован?

— Капитан сказал — не требуется.

— А я сказал заковать.

Солдат побежал выполнять. Вернулся со связкой цепей. Навесил Рику на руки, на ноги. Железо глухо звякнуло. Так повезут его на каторгу или нет?

Подошёл Дарк. Глянул равнодушно, будто на пустое место. Геральт взял у него бумаги, пробежал глазами. Как и ожидалось, мальчишка молчал.

— Прекрасно. Благодарю вас, Дарк. Не зря тайная полиция Империи ела свой хлеб.

— Это наша обязанность, — спокойно ответил капитан. — Выискивать особенных людей и следить за ними.

— Точнее, следить, чтобы их смерть прошла незаметно, — усмехнулся Геральт. — Ваши таланты пригодились новому правительству, капитан. Реймдали у нас под колпаком. Не дадим расползтись — сгинут сами. До полного уничтожения Свенсонов осталось немного. Пара замков в горах. Данморы упёртые, их и яд не берёт. Но теперь Оракул у нас. С его помощью мы обезвредим последних носителей проклятой крови. Открывай.

Загремели засовы. Дверь распахнулась.

Геральт вошёл внутрь. Из-под плаща появилась склянка с мутной зелёной жидкостью.

— Пей.

Рик попятился, насколько позволяли цепи, но Геральт шагнул следом. Схватил за подбородок, стиснул щёки жёсткими пальцами. Влил питьё в рот.

Рик закашлялся, но было поздно.

— Теперь говори. Где живёт женщина, которая тебя вырастила?

— Озёрная… третий справа от колодца…

Командующий удовлетворённо кивнул. Его глаза блестели.

— А теперь скажи своё предсказание. Какое будущее ждёт Сигленнидов?

Рик похолодел. Губы снова зашевелились, слова полились, как тогда, в башне у Вилли:

— Будущее Сигленнидов предопределено. Поднявшись из чёрных вод, Семя Белой Змеи воцарится. Дракон встретит Копьё Света. Придёт Избавление.

Геральт слушал, не перебивая. Потом выпрямился, довольно улыбнулся.

— Семена белого дракона прорастут в чёрной воде? Род чистых душой воинов возродится среди грязи. Я думал, речь о болотах Рангарда. Ошибался. О других болотах. Спасибо, Оракул. Ты указал мне путь. На северо-запад. Там меня ждёт надежда. Там я возрожу славу Сигленнидов.

— Нет! — вырвалось у Рика. — Не уходи! Останься!

Он сам не понял, откуда этот крик. Чей голос рвётся из груди.

— Останься со мной. Я сделаю всё, что скажешь.

Геральт обернулся. В его глазах мелькнуло что-то — то ли жалость, то ли презрение.

— Вот как? Готов стать моим слугой? Даже наследником? Лишь бы я не уходил?

Рик молчал. Только смотрел.

— Извини. Любящий родитель из меня не выйдет. Я хочу уничтожить ваш род. Я получу удовольствие, когда моё семя, мой потомок, отомстит за злодейское убийство моего брата. Так что до скорой гибели, Свенсон.

Он повернулся и пошёл к выходу.

— Нет! Геральт… брат… подожди…

Дарк подошёл к Геральту. Его взгляд на мгновение встретился с глазами Рика — и в этом взгляде Рик увидел сочувствие.

— Цепи могут повредить ему, — тихо сказал Дарк. — Мальчишка и так еле жив.

Геральт усмехнулся, не оборачиваясь:

— Пусть так посидит. Не выдержит — вам же меньше возиться.

Рик смотрел сквозь решётку. Сквозь слёзы. И видел. Видел всё, что случится. Огонь. Кровь. Стоны. Хрипы. Крики женщин. Он не мог это остановить. Только смотреть. Только видеть, как безумец, охваченный жаждой мести, рушит всё на своём пути.

— Не делай этого. Брат, остановись, — шептал он.

Дверь за Геральтом захлопнулась.

Рик остался один. Минута. Две. Пять.

Засов снова лязгнул.

Вошёл Дарк. Молча поставил на пол миску с горячей похлёбкой. Рядом — кружку воды. Потом достал из кармана ключ, наклонился и, не говоря ни слова, отомкнул самый тяжёлый замок.

Рик смотрел на него, не веря.

— Зачем вы…

— Молчи, — перебил Дарк. Выпрямился, глядя сверху вниз. — Ты похож на него. Очень похож. Я не знаю, как это возможно, но… — он покачал головой.

Рик хотел спросить — на кого? Но язык не повернулся.

Полицейский уже шёл к двери.

— Капитан, — сказал Рик. — Спасибо.

Дарк остановился на мгновение, но не обернулся. Вышел. Засов лязгнул снова.

Рик остался один.

Глава 17. Первая атака

Камера была неудобна своей решетчатой дверью. От топота солдат было не спрятаться. А Рик не хотел ничего слышать. Последние события так и стояли перед глазами — Геральт, пророчество, крик «брат», оставшийся без ответа. Рик сидел в углу, сжавшись в комок, и чувствовал, как внутри разрастается пустота. Цепи оттягивали руки, лицо горело от грубых прикосновений, но физическая боль была ничем по сравнению с тем, что творилось в душе. Он выдал бабушку. Сказал, где она живёт. Пусть против воли — но сказал. И теперь она там, в своём маленьком доме с зелёными ставнями, и даже не знает, что смерть уже идёт по её следу.

Леандр подавленно молчал. Может, потому что сам чувствовал то же бессилие.

За решёткой загремели ключи. Охранник, грузный мужчина с седыми усами. Рик машинально посмотрел на него — и вдруг увидел.

Огонь. Кто-то выносит девочку из горящего дома. Тот же самый охранник, только моложе, без седины.

— Вы спасли её, — вырвалось у Рика. — Из пожара.

Охранник замер. Глухо звякнула ложка.

— Ты... откуда знаешь?

Опасливо косясь на юношу, он поставил перед ним миску с жирной куриной ножкой, утопающей в подливке.

— Капитан велел кормить. Ешь.

— Не ходите на левый пост завтра ночью, — прошептал Рик.

Охранник поглядел на него ошалелыми глазами и выскочил из камеры.

Ночью Рик не мог заснуть. Лежал на кровати, смотрел в потолок и чувствовал, как внутри него что-то растёт, пульсирует, рвётся наружу. Губы сами зашевелились. Слова полились — чужие, непонятные, но отчётливые, как удар колокола.

— Небо упало на Землю.

Голос звучал глухо, не его.

— Кровь Создателя пролилась.

Рик не мог остановиться. Слова рвались из груди, заполняя тесную камеру.

— Братья встретились. Границы исчезли.

За стеной кто-то заворочался, закашлял.

— Потерянное нашлось. Желанное осуществилось.

Он сел, не открывая глаз. Тело двигалось само.

— Новый Правитель грядёт. Новая Жертва готова.

Тишина. Только сердце тяжело стучит, как будто через силу.

«Что это было?» — мысленно спросил он, но голос внутри молчал.

Рик опустил голову. Он не знал, что это значит, но чувствовал — пророчество сбудется.

Минута тянулась да минутой. Рик сидел в углу камеры, слушал глухой стук сердца и наблюдал за ползущей по стене полоской от света заходящей луны.

Что-то было не так.

Засов медленно отодвинулся. Дверь приоткрылась, и в камеру скользнула тень. Человек был одет в тёмное, лицо скрывал капюшон. В руке тускло блеснул кинжал. Рик почувствовал, как внутри поднимается что-то холодное.

«Не бойся. Отдай мне тело».

Рик закрыл глаза. И в ту же секунду словно куда-то провалился.

Убийца шагнул ближе, занося кинжал для удара. И вдруг замер.

Он думал, узник спит. Но глаза юноши неожиданно открылись, и в них не было страха.

— Остановись, — сказал Рик низким голосом.

Убийца задрожал. Ноги не слушались. Рука с кинжалом опустилась.

— Кто послал тебя?

— Г-главный, — пробормотал убийца. — Сказал, Оракул больше не нужен.

— Геральт... — в голосе слышалась горечь. А затем последовала волна тьмы.

Убийца попятился, но ноги подкосились, и он мешком повалился на пол.

Рик моргнул, чувствуя, как контроль возвращается к нему. Перед глазами всё плыло, голова кружилась, но он был жив. А на полу камеры лежал без сознания человек с кинжалом в судорожно скрюченной руке.

— Создатель... — прошептал Рик. — Что ты с ним сделал?

«Усыпил. На сутки. Кажется».

— А если не рассчитал?

«Проснётся овощем».

В коридоре послышались уверенные шаги. Охрана? Рик лихорадочно огляделся. Убийца лежал прямо возле него. Если сейчас войдут...

Дверь, уже открытая убийцей, распахнулась. На пороге стоял Дарк с масляным фонарём в руке. Он окинул взглядом камеру, лежащее тело, бледного Рика в углу. На лице его не дрогнул ни один мускул.

— Жив, — констатировал он.

— Д-да, — ответил Рик.

Полицейский подошёл к убийце, наклонился, пощупал пульс.

— Тоже жив.

— Вы... не удивлены?

Дарк выпрямился, посмотрел на Рика долгим взглядом.

— Я выполнял приказ Геральта.

— Вы знали — и ничего не сделали?

— Сделал. Послал его, — Дарк кивнул на бессознательное тело.

Рик смотрел на капитана и не верил своим ушам.

— Вы... послали своего человека на смерть?

— Я проверял тебя, — спокойно ответил Дарк. — Твои способности.

— Но я мог и не справиться!

Капитан отставил фонарь, взвалил тело на плечо с ловкостью человека, привыкшего таскать тяжести.

— Тогда бы закопали на тюремном кладбище.

— Подождите, — Рик приподнялся. — Почему вы мне помогаете?

Дарк остановился в дверях. Обернулся.

— Я служил Империи. Я видел, как разрушали то, что строилось веками. Геральт думает, что я просто выполняю приказы. Но у меня есть своя правда.

Он помолчал, глядя Рику прямо в глаза.

— Ты похож на него. Очень похож. И если ты Избранный... значит, Империя ещё жива. А я присягал Империи, а не этим выродкам.

Дверь захлопнулась. Засов лязгнул.

Рик остался один. Обхватил голову руками.

— Он знает, — прошептал юноша. — Дарк всё знает.

«Он на нашей стороне».

— А если Геральт пришлёт другого?

«Дарк скажет, что ты мёртв. Брат успокоится и уедет на север. У него там свои планы».

— Ты читаешь его мысли?

«Я знаю, как думают Сигленниды. Месть для них — всё. А если цель достигнута, они теряют интерес».

Рик закрыл глаза. Захотелось плакать, но слёз не было. Только холод и пустота внутри.

— Я могу умереть здесь, — прошептал он.

«Можешь. Но я не дам».

— Ты обещал, что научишь. А сам всё решаешь за меня.

«Я учу. Иногда надо уступить место тому, кто сильнее».

Рик долго молчал. Потом поднял голову, посмотрел на лунный свет за решёткой.

— Ладно. Учи.

Утром, когда Дарк заглянул его проверить, Рик объявил:

— Сегодня я уйду. А потом...

Дарк вопросительно взглянул на него.

— Оставайтесь в городе, капитан. К вам придёт юноша, из простых. Возьмите его в помощники.

— Как прикажете… мой император, — тихо сказал Дарк и вышел.

«Поздравляю. Он признал нас».

Рик даже не стал обедать. Сидел и ждал. И вот камера осветилась — мягко, но ярко.

Перед ним возник Гэрет.

Вернее, не возник, а материализовался из воздуха — шагнул прямо в тесную камеру, как в собственную гостиную. Но вид у него был…

— Хозяин? Что случилось? — вырвалось у растерянного Рика. Он даже забыл обрадоваться.

На Гэрете болталось какое-то горелое тряпьё, лицо заливала кровь, волосы спутались и почернели от копоти.

— Испугался? — Гэрет коснулся окровавленного лба, поморщился. — Не робей, всё уже затянулось.

Он оглядел тесную камеру с решёткой вместо двери, прислушался к тишине в коридоре.

— Не нравится мне тут. Предлагаю убраться отсюда.

— Я прикован, — заметил Рик, дёрнув рукой. Железо звякнуло.

— Пустяки. Дай сюда. Осторожно!

Рик послушно протянул колдуну обе руки с наручниками. Гэрет коснулся их — и цепи с тяжёлым грохотом рухнули на пол. Хорошо, что Гэрет предупредил, и Рик успел убрать ноги!

— Это снова волшебство? — спросил Рик.

— Ага, — Гэрет брезгливо отодвинул цепи ногой. — Ну что, уходим? Закрой глаза.

Рик охотно послушался. Колдун уверенно подхватил его за плечи и сделал шаг. В лицо дунул ветерок, пахнуло свободой.

— Открывай.

Рик открыл глаза и огляделся.

Они стояли на выступе скалы. Светило тусклое осеннее солнце. Рядом с ними пасся высокий рыже-чалый жеребец, посёдланный для похода. Бока жеребца казались розовыми, спина — занесённой снегом.

— Пончик! — обрадовался Рик.

Это был Всполох, по-простому Пончик, один из трёх чудесных коней, которых Гэрет откуда-то привёл полгода назад. На нём же колдун и уехал в тот день, перед арестом Рика… теперь он терпеливо ждал своего хозяина, нисколько не пугаясь его внезапных исчезновений.

— Может, заглянем к твоей бабушке, Бальдр? — предложил Гэрет, отирая кровь с лица обрывком рукава. — Надо передохнуть перед долгой дорогой. Полезай в седло, поедем как братья тамплиеры.

— Как кто?

— Неважно. Пончик легко вывезет двоих.

— А меня не будут искать?

Гэрет хмыкнул и сделал небрежный знак рукой, словно подзывая кого-то.

— В грозу им будет не до поисков.

Рик прислушался. Издалека донёсся глухой рокот. Небо на востоке стремительно темнело.

— Давай, — поторопил Гэрет. — У нас полно дел.

Рик ухватился за гриву Пончика, взобрался в седло, мысленно благодаря Фрейра за уроки по верховой езде. Гэрет легко вскочил следом, устроился позади.

— Держись.

Жеребец зашагал вниз с холма. Постепенно ускоряясь, незаметно перешёл в лёгкий галоп и понёсся вниз.

В лицо ударил холодный ветер. Рик зажмурился и улыбнулся.

Дорога заняла гораздо меньше времени, чем ожидал Рик. Пончик ступал уверенно, словно знал дорогу лучше любого проводника.

Вскоре они въехали в предместья Рангарда. Узкие улочки, покосившиеся заборы, старые деревья, склоняющие ветви над крышами.

— Здесь, — указал он на неприметный дом с тёмно-зелёными ставнями.

Гэрет спешился, Рик последовал за ним. Сердце глухо стучало в груди — предчувствие чего-то важного сжимало его изнутри. Не таким он представлял своё возвращение.

Не обращая внимания на клубящиеся в небе тучи, Пончик занялся изучением веток акации. Гэрет поднялся на скрипучее крыльцо и постучал. Дверь открыла невысокая плотная женщина в простом тёмном платье. Она смотрела на нежданных гостей с откровенным подозрением.

— Добрый день, госпожа Стивенсон, — поздоровался Гэрет.

— Кто вы? — голос женщины звучал насторожённо.

— Я Гэрет, хозяин Замка Привидений.

— Владелец Клербурна? — старуха скептически оглядела полуголого мужчину, перемазанного сажей и кровью.

— У меня для вас небольшой подарок, — сказал Гэрет невозмутимо и легонько подтолкнул юношу.

— Рик? — глаза женщины расширились. Подозрение мгновенно сменилось испуганной радостью. Она шагнула вперёд, схватила его за плечи, вглядываясь в лицо. — Рик! Живой! Целый!

Но радость длилась недолго. Когда она поняла, что Рик сбежал из тюрьмы, то с укоризной взглянула на Гэрета.

— Но его станут искать! А когда найдут, церемониться не будут!

— Для начала впустите нас, а там увидим, — спокойно ответил Гэрет.

Женщина отворила дверь шире, пропуская их внутрь.

Они вошли в маленькую квартирку, заставленную старинной мебелью под вышитыми покрывалами. Пахло пылью и сушёной сливой. Каждый уголок здесь был знаком Рику с детства. Но после всего, что случилось, даже родные стены казались ему чужими.

— Рик вам поможет, — кивнула бабушка. — А я пока… что-нибудь приготовлю. Вы, верно, голодны.

Когда молодые люди вернулись, на столе уже стояли пареные овощи, яичница и свежий хлеб. За едой Гэрет молчал, о чем-то размышляя, и Рик не решался его тревожить. Бабушка сидела напротив, и взгляд её всё время возвращался к Рику — словно она не верила, что он действительно здесь.

Наконец, когда с едой было покончено, и бабушка подала чай с мятой и сушёной малиной, Гэрет заговорил. Небо всё больше темнело, собиралась гроза.

— Я вообще-то с радостной вестью, — начал колдун под раскаты грома. — Этот мир изменился. Долина Раны больше не окружена глубокими топями и пустыми землями. Империя Рангарда восстановлена.

— Расскажите об этом в городе, — горько заметил Рик, припоминая свою камеру, цепи и убийцу.

— Империя восстановлена по идее, — спокойно парировал Гэрет. — Теперь её надо возродить по-настоящему. И это будешь делать ты, Бальдр.

— Почему я?

— Потому что твои друзья так захотели.

— Мои друзья? — Рик помрачнел. Но Гэрет покачал головой.

— Кроме врагов и завистников, у тебя есть целый клуб поклонников. Вот они и ждут, что ты возглавишь Возрождение Империи.

— Я уже говорил им, я не Избранный. Я уверен, что…

— В чём бы ты себя ни уверял раньше, это уже не имеет значения, — перебил его Гэрет. — Ты с рождения был особенным.

Рик вздохнул, опуская глаза.

— Тут нет секрета. Я всё время вижу странные сны. Но этого недостаточно, чтобы считаться Избранным.

— Действительно, — согласился Гэрет. — Но я внёс в этот мир изменения, и вскоре они начнут проявляться. Придётся вам, госпожа Стивенсон, принять вашего воспитанника как Грегори Свенсона.

Рик почувствовал, как земля уходит у него из-под ног.

— Господин Гэрет… Вы хотите сделать из меня наследника покойного императора?

— Почему бы и нет. К тому же здесь нет обмана. Насколько я понял, правит империей только Избранный, который может родиться в любой семье. Госпожа Стивенсон это подтвердит. Так ведь, госпожа?

Женщина медленно поднялась, и Рику показалось, что в комнате потемнело. Или это просто собиралась гроза за окном?

— Должна признаться, я не госпожа Стивенсон, — произнесла она. Голос её стал твёрже, величественнее. — Моё настоящее имя — Ядвига Свенсон, королева Атрии. Я мать принца Фредерика и кузина покойного императора.

Комнату озарила яркая вспышка молнии, и тут же грянул гром, сотрясший стены старого дома. Рик вздрогнул, но не столько от грома. Кто-то смотрел его глазами вместе с ним.

«Она...»

Голос в голове Рика прозвучал тихо, но отчётливо. И в этом голосе не было ни радости встречи, ни тепла. Только ледяное, мёртвое узнавание.

«Королева Атрии… та самая…»

Рик похолодел. Он не знал, что имел в виду голос, но чувствовал — происходит что-то страшное.

— Детей было двое, — продолжала Ядвига. — Сын принцессы Клер и сын Этель Реймдаль. Мальчики родились в Клербурне. Вскоре императора убили, и империя раскололась. Фредерика и Клер отравили в тюрьме, а Рауль…

«Рауль, — голос внутри дрогнул, наполняясь болью. — Он умер, защищая детей».

Рик замер. Значит, тот юноша в красном… Рауль…

— Этель пропала, — продолжала Ядвига. — Одного из детей я нашла в деревне, у крестьян. Мой ли это внук или племянник нынешнего лорда Реймдаля — некому проверить. Я спрятала малыша, не желая, чтобы он погиб от рук восставшей черни.

— Интересно, — задумчиво проронил Гэрет. — А кто такой Рауль?

— Рауль де Арманьяк. Наш дальний родственник, оруженосец Фредерика. Этель выбрала его себе в мужья.

— И их сын тоже мог оказаться Избранным, — закончил за Ядвигу Гэрет.

Королева усмехнулась.

— Для нынешнего маршала это звучит заманчиво. Несколько веков правили Свенсоны. Но кровь у них одна. Хотя трон империи просто так не получают.

«Трон… — голос Леандра дрогнул, становясь ледяным. — Из-за трона она и убила».

— Ну, с получением трона мы разберёмся, — легкомысленно заявил Гэрет, не замечая внутренней борьбы Рика. — Достаточно убедить всех, что Рик — Избранный. Поющий камень, волшебный меч, небесные знамения, спасение страны от врагов, в конце концов… как там в сказках?

Рик с ужасом слушал этот разговор. Они обсуждали его судьбу, его будущее, а он не мог сказать самого главного — что бабушке грозит смертельная опасность. Что Геральт уже идёт по следу.

— Всё это замечательно, — выдавил он наконец, с трудом разжимая онемевшие губы. — Но я всё ещё под следствием.

— Следствие скоро прекратится, — пообещал Гэрет. — А пока… пока здесь должен быть древний монастырь в горах.

— Такой имеется, — ответила Ядвига. — Но путь к нему лежит через Пустые Земли.

— Нет их, этих пустых земель, — в голосе Гэрета звучала уверенность. — И все дороги ведут куда им положено. Так что, Бальдр, едем туда. Будешь готовиться к новой должности.

«Да, — шепнул Леандр. — Уезжайте отсюда».

Гэрет вышел во двор. Дождь хлестал по крыше, и холодные брызги долетали до порога. В городе сейчас, наверное, потоп, а двор в Замке Привидений весь залило водой.

— Рассвет! Сюда! — раздалась команда колдуна, а затем резкий, оглушительный щелчок кнута, от которого у Рика зазвенело в ушах.

Гэрет вернулся в дом под затихающий аккомпанемент уходящей грозы. Рик сидел как на иголках, чувствуя, как внутри борются два начала — страх за бабушку и холодная ярость того, кто не давал ему говорить.

Когда ливень стих и сквозь тучи пробились первые робкие лучи, Ядвига поднялась и вышла в соседнюю комнату. Вернулась она с потрёпанной толстой тетрадью в руках.

— Рик, — сказала она неожиданно мягко. — Я должна кое-что тебе отдать.

Он узнал их сразу. Мемуары придворного, те самые, что он читал на чердаке при тусклом огне свечи, пробираясь сквозь витиеватые описания в поисках историй о древних героях. Сколько ночей он провёл над ними, забывая о сне!

— Ты должен забрать это, — Ядвига протянула ему тетрадь. — Сохрани как память.

Рик взял мемуары дрожащими руками. Потрёпанный переплёт, выцветшие чернила — и целая жизнь, спрятанная между страниц. Он крепко прижал тетрадь к груди, как внезапно обретённое сокровище, как ниточку, связывающую его с прошлым, которого он не знал.

— Спасибо, — прошептал он.

Гэрет поднялся, взглянул на прояснившееся небо.

— Пора.

Ядвига обняла Рика, словно прощаясь навсегда. Он чувствовал, как колотится её сердце. Старое, усталое сердце женщины, совершившей страшное преступление и прожившей с ним долгие годы. Женщины, которая кормила его, растила, лечила, когда он болел. И которая, оказывается, убила...

— Ты справишься, Рик, — сказала она, отстраняясь и заглядывая ему в глаза. — Запомни — в тебе кровь Избранного.

Рик хотел крикнуть: «Бабушка, беги! Геральт ищет тебя!» — но почувствовал, как холодные пальцы сжали его горло. Дыхание перехватило.

«Молчи», — приказал голос.

Пончик дожидался их на улице не один — рядом грыз вишню Рассвет. Весь в грязи, мокрый, но с победоносно поднятой головой. Гэрет заботливо протёр обоих лошадей пучком соломы, проверил амуницию. Кони фыркали и покусывали друг друга.

Путешественники последовали по старой дороге на юг. Вскоре пригороды столицы скрылись из виду. Где-то там, в маленьком домике с тёмно-зелёными ставнями, осталась та, кого он называл бабушкой.

«Не жалей её, — голос Леандра звучал устало, но твёрдо. — Она сделала свой выбор. Пришло время платить».

— Что же мне делать? — прошептал Рик. Рассвет всхрапнул, чувствуя неуверенность всадника. Рик заставил себя выпрямиться. Надо двигаться вперёд.

Спустя час Рик вдруг остановил коня. Ему показалось, что ветер принёс чей-то крик. Или просто лес шумел после грозы? Но сердце сжалось.

— Что-то не так? — обернулся Гэрет.

— Нет, — ответил Рик, прислушиваясь к себе. Тревога уходила, её место занимало странное, пугающее спокойствие. — Ничего.

Он тронул коня, и Рассвет послушно двинулся вперёд. По щекам Рика текли непрошеные слёзы. Луна поднялась высоко, освещая дорогу к монастырю.

Глава 18. Встреча в горах

Дорога в горы оказалась длиннее, чем думал Рик. И холоднее. На равнине ещё держалась осень — золотая листва, прозрачный воздух, запах прелой земли. Но чем выше они поднимались, тем резче менялась погода.

Сначала исчезли деревья, уступив место голым скалам и чахлому кустарнику. Потом небо затянуло свинцовыми тучами, и ветер стал злым, пронизывающим до костей. А когда тропа нырнула в ущелье, их встретил снег.

— Я думал, мы успеем до зимы, — пробормотал Рик, кутаясь в плащ.

Гэрет, сидевший на Пончике расслабленно, как в кресле, только усмехнулся:

— В горах всегда зима. Это тебе не равнина.

Снег повалил гуще, крупными хлопьями, залепляя глаза. Ветер выл в расщелинах, бросая в лицо колючую ледяную крупу. Рик перестал различать дорогу — только белая пелена впереди и темный силуэт Гэрета.

— Мы не заблудимся? — крикнул он, перекрывая вой ветра.

— Пончик дорогу чует, — донеслось в ответ. — Держись!

Рик пригнулся к шее коня. Рассвет ступал уверенно, но метель становилась всё злее. Сколько они так ехали — час, два, вечность? — Рик потерял счёт времени. Он просто держался в седле, молясь всем богам, чтобы Рассвет не оступился на невидимой тропе.

И вдруг Пончик остановился. Так резко, что Рассвет едва не ткнулся мордой ему в круп.

— Там кто-то есть, — голос Гэрета прозвучал напряжённо.

Рик всмотрелся в снежную пелену и сначала ничего не увидел. А потом белая завеса качнулась, и из метели проступил тёмный силуэт. За ним — ещё один. И ещё.

Люди. Несколько человек, закутанных в меха, с вьючными лошадьми. А за ними угадывалось что-то большое — то ли повозка, то ли…

— Шатёр, — неверяще произнёс Рик.

— Господин! — раздался из белой пелены знакомый голос. – Вот так встреча! Бальдр! Тебя отпустили!

— Гаспар! — вскрикнул Рик.— Это ты? Что ты тут делаешь?

Из метели выступил знакомый силуэт, закутанный в широкий шерстяной плащ, весь облепленный снегом.

— Это я тебя должен спросить. Какого Змея! Мы хотели уже идти на Рангард!

— Уже не надо!

— Всё-таки разбойники твои Братья, — заметил Гэрет Рику.

К ним приблизился высокий мужчина в походной накидке.

— Гаспар, представь нас, — приказал он.

— Это господин Гэрет, отец, — отозвался Гаспар. — Владелец Клербурна. Он назначил Рика управляющим. К сожалению, это не спасло моего друга от ареста.

— Да просто кто-то донёс! — крикнул Эдди, подходя.

— Господин Гэрет, это наш отец, лорд Реймдаль.

— Очень приятно, — ответил Гэрет голосом недовольного старикашки.

— Предлагаю продолжить в шатре.

— С удовольствием, — ответил колдун и двинул коня. Пончик радостно послушался.

— Весьма неожиданно и своевременно встретить вас здесь, — продолжил Гэрет, как только все оказались в помещении. — Но прошу прощения за любопытство — что этому причина?

— Погромы, — коротко пояснил лорд. — Покушения на министров. Двое членов правительства убиты. Геральт объявил террор. Чернь поджигает дома знати, выпущенные из тюрем разбойники грабят на дорогах. Мы ушли, как только смогли.

К ним подошли женщины — одна постарше, другая совсем молоденькая блондинка.

— Господин Гэрет, это Эльреда, — представил Гаспар, осторожно обнимая блондинку за талию. Лицо его светилось такой гордостью, что Рик невольно улыбнулся. — Мы поженились в Клербурне.

— Пока наш хозяин где-то гулял, — добавил Эдди с хитрой усмешкой.

— О! А мой конюх время зря не теряет! — хмыкнул колдун. — Поздравляю!

Рик смотрел на них и чувствовал, как внутри оттаивает что-то, замёрзшее в тюремных застенках. Семья посреди снежной пустыни. Реймдали оставили своё родовое гнездо, но сохранили главное — друг друга.

— А вы куда в такую метель? — спросил лорд Реймдаль.

— В монастырь, — ответил Гэрет. — Там нашему юному другу предстоит готовиться к великим делам.

Лорд Реймдаль внимательно посмотрел на Рика. Юноша смущённо опустил глаза.

«Не стесняйся! Это генерал твоей армии!»

Но для Рика это был не будущий подчинённый, а отец Эдди.

— Познакомьтесь, лорд Реймдаль, — сказал Гэрет. — Перед вами Грэг Свенсон.

Рик вздрогнул, услышав новое имя. Но промолчал.

— Свенсон, — полуутвердительно произнёс Реймдаль, и в голосе его послышалось уважение. — Что же, возможно, у нас есть надежда.

— Надежда есть, — согласился Гэрет. — А пока… не хотите ли присоединиться к нашему путешествию?

— Думаете, нас примут? — усомнилась жена лорда.

— Я договорюсь, — пообещал Гэрет самоуверенно.

— Тогда ведите, — решил лорд Реймдаль. — Эльреде нельзя мёрзнуть. Шатёр — не то место, где должна жить будущая мать.

— Будущая мать, — Гаспар склонился к своей юной супруге. Эльреда смущённо улыбнулась.

Сборы заняли немного времени — семейство Реймдалей путешествовало налегке, взяв только самое необходимое. Таран, серебристый жеребец Гаспара, косился на розового Пончика. Тот в ответ фыркал и жал уши. Перламутровый Рассвет печально вздыхал — среди похода им вряд ли представится возможность порезвиться на свободе.

Дорога в гору оказалась тяжёлой. Снег всё валил, ветер не стихал, но теперь Рик ехал не один — рядом двигались тёмные силуэты всадников, слышались приглушённые голоса, изредка всхрапывали лошади. От этого холодная пустошь казалась почти уютной.

— Долго ещё? — спросил Гаспар, поравнявшись с Риком.

— Гэрет говорит, скоро.

— Хорошо, что он тебя вытащил. Но как он это сделал?

— Волшебство, — уклончиво ответил Рик.

Гаспар хотел расспросить, но в этот момент метель словно разорвалась — и перед ними вырос монастырь.

Он был похож на крепость. Толстые каменные стены, узкие бойницы, массивные ворота, окованные железом.

— Ничего себе приют, — присвистнул Эдди.

— Необходимость, — объяснил Гэрет. — В таких местах обычно прячут тайны, которые не должны попасть в чужие руки.

Колдун спешился и направился к воротам. Громкий стук железа разнёсся в снежной тишине гулко и зловеще. Где-то за стеной залаяла собака, послышались голоса.

Рик обернулся и посмотрел на семейство Реймдалей. Они жались друг к другу — лорд с женой, Гаспар с Эльредой, Эдди с лошадьми. Обычные люди, спасающиеся от обычной человеческой жестокости.

— Впустят? — тихо спросила Эльреда.

В воротах открылось маленькое окошко.

— Кто? — спросил голос.

— Путники. Ищем ночлега и мудрости, — с важным видом заявил Гэрет.

— Мы не подаём мудрость. Особенно... бродягам.

Рик остолбенел. А он так верил колдуну!

***

Лорд Реймдаль тронул Гэрета за рукав

— Позвольте мне, — произнёс он вежливо. Гэрет охотно отступил. Лорд приблизился к окошку.

— Моё имя Эдмонд Реймдаль.

Это короткое заявление произвело неожиданный эффект.

Окошко со стуком захлопнулось. За воротами послышались взволнованные голоса, лязг засовов. Тяжёлые створки распахнулись.

Гэрет вместе с лордом вошли в ворота. За ним, крутя головами, поспешили остальные.

Рик задержался. Голову раскололо болью. Где-то внутри, в самой глубине души, рождалось видение — нечёткое, размытое, но оттого не менее страшное.

Поле боя. Кровь. Сотни мёртвых.

Он зажмурился, пытаясь отогнать образы, но они становились только ярче.

— Я не хочу!

Рик открыл глаза. Перед ним были каменные стены, тёмный проём ворот, фигуры в рясах. За ними — неизвестность. За ними — будущее, которого он не выбирал.

— Почему я? Почему не кто-то другой?

«Потому что в тебе — моя душа. И потому что...»

Леандр замолчал.

— Что?

«Потому что я так хочу».

Впервые голос Леандра звучал по-человечески. Без мудрых советов, без покровительственных ноток. Просто — хочу.

— Ты хочешь, — повторил Рик. — А я? Меня кто спросил?

«Тебя спрашивают. Сейчас. Можешь уйти. Ты свободен».

Рик смотрел на ворота. Свободен?

Он никогда не был свободен. С самого детства, с тех пор, как бабушка нашла его, с тех пор, как начались сны, с тех пор, как Эдди спас его от кирасиров, с тех пор, как Гэрет вытащил из подпола. Судьба тащила его за собой, как река тащит щепку.

Но сейчас — он мог повернуться и уйти. Спрятаться. Забыть. Начать новую жизнь, где не будет пророчеств, не будет крови, не будет трона.

— Рик, ты идёшь?

Эльреда.

Рик вспомнил, как она стояла в часовне, вся в белом, и смотрела на Гаспара. Смотрела так, будто он был единственным светом в её жизни. Улыбалась той самой улыбкой, ради которой люди готовы на всё.

Она пришла в Замок Привидений с небольшим узелком. Дрожала, протягивая Гаспару письмо лорда. И плакала от счастья, когда поняла, что свадьба состоится.

— Если я не стану императором, — прошептал Рик. — Геральт убьёт их.

«Да».

Рик закрыл глаза. Перед ним снова всплыли образы — поле боя, кровь, мёртвые. Но теперь среди них были знакомые лица. Гаспар. Эдди. Тор. Кримхильда.

— Я не хочу войны, — прошептал он. — Я не хочу, чтобы люди умирали.

«Я знаю. Но война будет, даже если ты откажешься».

— А если я соглашусь? Если стану императором?

«У тебя появится возможность построить мир, где все они смогут жить спокойно».

— Хорошо, — выдохнул Рик.

И в тот же миг боль, разрывавшая голову, исчезла. Страх отступил. Осталась только усталость и странное, горькое спокойствие.

Рик молча вцепился в подпругу Рассвета, чтобы не упасть в снег. Жеребец, чуя заманчивый аромат тёплого сарайчика, повлёк юношу вперёд, туда, где Рика ждал трон, которого тот никогда не хотел. Ради тех, кто не сможет защитить себя сам.

Во дворе путников встретили трое монахов в тёмных рясах с капюшонами, скрывающими лица.

— Добро пожаловать, лорд Реймдаль! — произнёс самый высокий. — Я настоятель этой обители, брат Северин.

Колдун поспешил перехватить инициативу.

— А я Гэрет, хозяин Замка Привидений, — представился он, выскальзывая из-под бока лорда. — А это — тот, кого вы ждали.

Он легонько подтолкнул Рика вперёд. Монахи уставились на юношу. В глазах их мелькнуло что-то — Рик не успел понять, что именно.

— Ну и...? — подсказал им колдун.

Настоятель медленно поклонился. За ним — остальные.

— Мы ждали тебя, Избранный, — голос его звучал торжественно.

Перед глазами Рика возникла картина в храме — золото, свечи, множество богато одетых людей вокруг, все смотрят на него и повторяют «Избранный! Это он!» Юноша огляделся и внезапно увидел между склонившимися перед ним монахами нечто странное — тёмный туман, похожи на дым от костра, но какой-то жирный и липкий как смола.

«Служители зла», — заметил голос. — «Тёмные души. Я вижу их. Ты теперь тоже».

Внутри монастырь оказался ещё мрачнее, чем снаружи. Узкие коридоры, низкие своды, запах ладана и старой бумаги. Монахи двигались бесшумно, словно тени.

За ужином Рик сидел молча, слушая разговоры монахов. Они говорили о политике, о войнах, о том, как правильно управлять государством. Лорд Реймдаль вставлял редкие замечания. Гэрет позволил себе пару шуток, но в основном наблюдал.

И наблюдал не только он.

Рик чувствовал на себе взгляды. Осторожные, изучающие. Его разглядывали, как разглядывают новый инструмент — прикидывают, на что годится, где можно применить, где сломается.

«Понимаешь?» — голос духа прозвучал неожиданно, но Рик уже привык к этим внезапным появлениям.

— Что? — одними губами спросил он.

«Ты для них — пешка».

Рик перевёл взгляд на брата Северина, который как раз обсуждал с Гэретом планы коронации.

— Хочешь сказать, они...

«Будут учить тебя, наставлять, станут твоими советниками. А через год-два ты вдруг обнаружишь, что ничего не решаешь, а настоящая власть у них».

Рик сжал ложку.

— Тогда надо уходить!

«Куда? — спросил Леандр. — В Рангарде тебя убьют. В замке — найдут. Здесь у тебя есть шанс. Шанс переиграть их. Стать сильнее. Узнать то, что знают они. И однажды повернуть их оружие против них самих».

Рик посмотрел на Гэрета. Колдун поймал его взгляд и чуть заметно кивнул. Он знал. Знал и молчал, предоставляя Рику самому сделать выбор.

— Я понял, — прошептал Рик.

После трапезы дородный монах проводил Рика в маленькую комнатку с каменными стенами, узкой лежанкой и столом у окна. На столе лежала книга в золотом переплёте, усыпанном драгоценными камнями. Рик впервые видел настолько богато украшенную книгу.

— «Беседы о Пути», — пояснил монах. — Спокойной ночи, Избранный.

Глава 19. Книжная пыль

Первая неделя в монастыре пролетела как один бесконечный день. Рик просыпался затемно, завтракал вместе с монахами, а потом шёл готовиться к своему будущему.

— Здесь хранятся древние рукописи, — пояснил брат Северин, приведя его в библиотеку. — Магические трактаты, хроники всех правителей от первого до последнего. Всё, что нужно знать правителю.

Книги были большие и тяжёлые. Кожаные переплёты, толстые листы пергамента, пёстрые изображения, тщательно выписанные буквы... это было совсем не похоже на то, что Рик читал в детстве. К тому же, большинство книг были написаны официальным языком Империи. Пришлось на ходу учить язык и запоминать непривычные имена.

«Это же просто»! — возмущался Леандр.

— Кому как... — пыхтел Рик.

«На самом деле им не важно, сколько ты узнаешь. Им важно, чтобы ты им верил».

— Да понятно, — прошептал Рик.

«Читай. Но не всё подряд. Выбирай то, что пригодится. Трактаты о смирении и послушании можешь пропускать».

Рик усмехнулся.

— Тебе нравится, да? — спросил он. — Вся эта игра.

«Это не игра. Это путь к престолу».

Рик посмотрел в окно. Во дворе двое монахов разговаривали о чём-то, изредка поглядывая в сторону библиотеки. В глазах их читалось что-то... Рик не мог подобрать слово. Жадность? Нет. Ожидание? Да. Они ждали. Ждали, когда он станет их марионеткой.

«Их души почернели от гордыни. Им плевать на Империю. Им плевать на тебя. Они мечтают править миром».

— Мне их жаль, — прошептал Рик.

«Не трать жалость на тех, кто готов тебя предать. Береги её для тех, кто этого достоин».

Через три дня после прибытия в монастырь Гэрет исчез. Рик проснулся, поискал, но колдуна нигде не было. Ни в трапезной, ни в библиотеке, ни во дворе. Брат Северин только пожал плечами:

— Ваш покровитель отлучился по делам. Сказал, что вернётся, когда понадобится.

— Когда понадобится? — переспросил Рик. — А разве сейчас он мне не нужен?

Рик вернулся в библиотеку, но не мог сосредоточиться. Он рассеянно перекладывал книги, не видя их.

Он остался один. Один среди чужих. Среди тех, кто хочет его использовать.

«Ты не один, — напомнил Леандр. — Я с тобой».

— Ты — голос в голове, — печально возразил Рик.

«Лучше тех, кто кричит в толпе, чтобы заглушить собственную ложь».

— Эдди, — прошептал Рик. — Где ты?

В проходе послышался шум. Рик насторожился — монахи обычно ходили молча и переговаривались шёпотом. Шум приближался, и вдруг...

— Бальдр!

Рик замер. Этот голос он узнал бы из тысячи. Он поднял голову — и увидел знакомые золотистые косички.

— Эдди? Гаспар?

— Гэрет сказал, тебе нужна помощь.

Рик смотрел на братьев Реймдалей и чувствовал, как к глазам подступают слёзы.

Эдди подошёл к столу, огляделся.

— Здорово тут у тебя. Много книг набрал. И что, будешь всё это читать?

— Да, — признался Рик. — И даже не представляю, как я это одолею.

Гаспар, подойдя вслед за братом, усмехнулся.

— Ничего. Разберёмся вместе.

«Спасибо, хозяин, — подумал Рик. — Где бы ты ни был».

В келье было тихо. Свеча догорала, отбрасывая на стены пляшущие тени. Рик сидел на лежанке и смотрел на потрёпанную книгу в кожаном переплёте, которую достал из своего узелка. Та самая, что на прощание ему отдала бабушка. Мемуары придворного.

В детстве он читал её как сказку — интриги, балы, дуэли, красивые дамы и благородные рыцари. Тогда это казалось таким далёким, ненастоящим. Сейчас пальцы дрожали, открывая потрёпанные страницы.

«...После свадьбы Фредерик приблизил к себе молодого дворянина по имени Рауль Арманьяк. Тот прибыл из Атрии со свадебными подарками от брата Фредерика — короля Людвига Атрийского. Принц оставил его в своей свите. Одни называют его фаворитом, другие — шпионом...»

«Людвиг Атрийский развязал войну с Верховным королём Запада Джорданом из-за земель королевы Бланки. Император против войны. Фредерик вызвался помирить Людвига и Джордана. Клер попросилась сопровождать супруга на границу. Этот сумасшедший принц поехал не в карете с женой, а верхом. Похоже, Клер быстро разочаровалась в своём выборе. Рауль остался в Рангарде, при дворе. Думаю, это заговор Ядвиги, которая его ненавидит. Этель попросила отца устроить их брак. Сестрёнка совсем обезумела от любви. Но в Рангарде принято слушать женские капризы. Может, из-за этого в столице такой кавардак... »

«Фредерик вернулся и взбесился, узнав, что Рауль женился без его согласия. Мой старший брат поругался с принцем. Их еле растащили... »

Рик листал дальше, но записи стали отрывочными, словно жизнь автора переменилась.

«Фредерик убил моего старшего брата Гастона, наследника рода Реймдалей. Зарезал на дуэли неизвестным нам оружием из Атрии. Все в трауре. Эдмонд теперь за старшего. Рауль в нашем доме, с Этель. Теперь он не только наш зять, но и почти брат...»

«...То оружие, которым Фредерик убил Гастона. Где оно?...»

— А что было дальше? — спросил сам себя заинтригованный Рик.

«Дальше было восстание Сигленнидов», — прошептал Леандр. Перед Риком замелькали знакомые картины дождливой дороги в лесу. А потом он увидел роскошные дворцовые покои. И тёмно-рыжую охотничью собаку, которая тыкалась мокрым носом в руки Леандра.

— Стрём, фу!

В дверях стоял тот самый принц из видений, зеленоглазый красавчик с пышными каштановыми локонами. От него веяло степным ветром — он явно откуда-то с верховой прогулки.

— Привет. Ты кто? — спросил он. — Я Фредерик, брат Людвига. Хотя по моему имени и так всё понятно. Мы все тут – как собаки. Из нас выводят Избранных, лишь бы трон не потерять. Но ты другой, да? Берегись моей мамы. И приходи на завтрак. Познакомишься с моим оруженосцем, будем втроём держать оборону.

Забавная собака у Фредерика! Рик улыбнулся и стал читать дальше.

«...Император объявил Сигленнида Избранным наследником. Ядвига молчит...»

«...Принцесса и Фредерик уехали в Клербурн. Весь двор поехал с ними...»

«...Фредерик празднует, как будто победил в битве, а не за столом переговоров. Каждый день пиры и охота. Этель сказала нам, что беременна. Принцесса тоже. Отец прислал Раулю целый обоз угощения из наших подвалов...»

Рик посмотрел на даты. Вспомнил рассказ бабушки. Вспомнил свои видения. Призрак женщины в голубом, которая смотрела на него во время свадьбы Гаспара. Тот юноша в красном, рядом с принцем. Всё сходилось.

— Читаешь? — раздался голос от двери.

Рик поднял голову. На пороге стоял Эдди с кружкой горячего отвара.

— Бабушка дала, — сказал Рик, показывая книгу.

Эдди подошёл, глянул на обложку, и лицо его изменилось.

— Ого, — сказал он тихо. — Это же записки моего дяди. Того самого Эдварда, в честь которого меня назвали. Он служил при дворе камергером. Писал всё, что видел. А потом исчез. Говорили, слишком много знал.

— Исчез?

— Тёмное дело. Его так и не нашли.

Рик снова уставился на исписанные мелким канцелярским почерком страницы.

— Здесь есть про оруженосца принца Фредерика.

— Рауль Арманьяк — муж моей тёти. Они уехали в Клербурн вместе с принцем и принцессой.

Рик задумался. Почему он всё время думает о Рауле? Неспроста это. Его душа тянется к родителям. Это значит — он не Свенсон. Бабушка подобрала его из жалости. Леандр в его голове — дух, вселившийся в первого попавшегося мальчишку.

— Эй, — Эдди озабоченно окликнул его. — Ты чего побелел?

Рик открыл рот, чтобы ответить, но тут внутри раздался голос — холодный, спокойный, чуть насмешливый.

«Не спеши».

— Ты знал? — мысленно крикнул Рик. — Что я другой?

«Догадался», — спокойно ответил Леандр.

— И молчал!

«Какая разница, чья кровь течёт в твоих жилах?»

— Какая разница? — Рик едва сдерживался, чтобы не закричать вслух. — Я должен стать императором, хотя не имею на это права!

«Право, — Леандр усмехнулся. — Их право — кровь. Их право — интриги и убийства. Я выбрал тебя. Не за кровь — за душу».

— Но если узнают...

«Кто узнает? Монахи? Им важно, чтобы ты был их марионеткой. Гэрет? Ему всё равно. Имя не главное. Главное — что ты сделаешь с этим именем».

Рик молчал, чувствуя, как внутри всё переворачивается.

Эдди посмотрел на него, но спрашивать не стал. Посидел ещё немного, потом поднялся.

— Ладно, я пойду. Если что — зови.

Он ушёл, прикрыв дверь.

Рик остался один. Взял дневник, полистал, потом отложил.

«Ты злишься, — заметил Леандр. — Это правильно. Злость — хороший двигатель. Но не позволяй ей управлять тобой».

— Я никто, — прошептал Рик.

«Ты тот, кем себя сделаешь. Я был во дворце. И знаешь, что понял? Кровь — это случайность. Рождение — лотерея. А вот то, кем ты станешь — это твой выбор».

Рик сел на кровати, обняв колени руками.

— Ты прав, — сказал он наконец. — Наверное.

Он лёг и укрылся одеялом. Дневник остался на столе — старый, потёртый, полный тайн, которые уже не имели значения.

Снаружи выл ветер. А внутри, в груди, ровно и тепло пульсировало присутствие Леандра — чужого, но ставшего родным.

С Реймдалями дело обучения у Рика пошло веселее. Но стены монастыря давили, а взгляды монахов сверлили спину.

— Долго нам ещё здесь торчать? — спросил Гаспар, откладывая очередной трактат о династических браках. — Я уже начинаю забывать, как выглядит нормальная еда.

— Не нравится монастырская кухня? — усмехнулся Рик. — Монахи говорят, это очищает дух.

— Мой дух и так чист.

Рик рассмеялся. Но смех оборвался, когда в дверь постучали.

На пороге появился брат Северин.

— Избранный, — начал он тоном, не предвещавшим ничего хорошего. — К вам гости.

— Гости? — Рик переглянулся с Гаспаром. — Кто?

— Лорд Данмор.

В кабинете настоятеля Рика и его друзей ждал осанистый человек в широком плаще, подбитом волком. С ним вместе было несколько сурового вида мужчин с длинными палашами. Горцы. Рик вошёл и сразу почувствовал давление незнакомой силы. Высокий сводчатый потолок показался низким, стены стиснули гостей. Им явно было здесь тесно. Данмор покосился на вошедших юношей.

— И кто тут Свенсон? Этот? И ему отдать престол Рангарда? Я из-за этого престола столько своих людей положил! В осаде полгода кору грызли! Чуть не отравились гнилой водой! И предлагаете все мои старания пустить коту под хвост? Да ни в жизнь!

Вождь горцев выпятил грудь и заявил:

— Престол Рангарда будет наш!

Глава 20. Данмор

— Данморы, вперёд!

Комнату мгновенно заполнил лязг вынимаемых клинков. Горцы оскалились, готовые растерзать любого, кто встанет на их пути. В маленькой комнате мгновенно стало душно. Фрейр заслонил собою Рика, но его изящная шпага показалась пелепой защитой против дюжины грубых палашей.

Данмор стоял посреди комнаты, тяжёлый, как медведь, и мерял Рика презрительным взглядом.

— Этот щенок — Избранный? — пророкотал он. — Да я в его годы видел больше битв, чем он прожил дней! Кровь Избранного не даёт права на престол тому, кто не держал в руках ничего тяжелее пера!

Брат Северин побледнел и вжался в кресло, понимая, что его власть в этих стенах сейчас ничего не значит.

«Соперник», — прозвучал в голове невозмутимый голос Леандра. — «Смотри на него».

Рик снова взглянул на лорда Данмора, но теперь сквозь призму дара, который лишь пробуждался в нём. И увидел. Вокруг горца клубилась не тьма, как у монахов, а багровое, обжигающее пламя. Пламя ярости, гордости, но не подлости. Этот огонь пробудил в Рике доселе неведомое, дикое вдохновение. Рука юноши сама потянулась к поясу в поисках оружия.

«Полезный», — решил Леандр. — «Но опасный». Его сила, растревоженаня пламенем горца, готова была выплеснуться наружу.

— Альфред.

В кабинет настоятеля вошёл лорд Реймдаль. В его прямой, уверенной осанке сказывалась та особая стать, которая даётся лишь долгими годами военной службы. Он не коснулся меча, но горцы разом замерли. Имя прежнего главнокомандующего до сих пор звучало в Рангарде как пароль.

Данмор обернулся.

— Эдмонд, — произнёс он, и его голос неуловимо изменился. — Не ожидал встретить тебя в этом... склепе.

— Я мог бы сказать то же самое о тебе, — спокойно ответил Реймдаль. Он подошёл ближе, остановившись ровно между Риком и вождём горцем. — Помнится, в прошлый раз ты клялся, что ноги твоей не будет в местах, где пахнет ладаном и предательством.

Альфред усмехнулся, но усмешка вышла кривой:

— Времена меняются. Или ты забыл, кто отправил меня в Серый замок?

— Я помню, — тихо сказал Эдмонд. — Я помню всё.

Они смотрели друг на друга, и в этом взгляде читалась целая эпоха — дворцовые интриги, старые обиды, общая боль.

— Но ты меня слышал. Я прав.

— Прав? Вы говорите о праве на трон, лорд Данмор. Позвольте спросить: кто дал вам право судить, кто достоин, а кто нет?

— Наш род не слабее Свенсонов! Нас выслали из столицы по капризу принцессы!

— Я знаю, Альфред. Её избранник убил наследника Реймдалей. Моего брата принесли в особняк с грудью, разорванной атрийским клинком.

— Увы, кузен, — ответил Альфред. — Справедливости больше нет. Есть только сила.

Он обвёл взглядом комнату, задержавшись на Рике.

— Избранный? Легенды, пророчества? Всё это умерло вместе с Империей.

— Империя умерла не от того, что верила в легенды, — твёрдо ответил Реймдаль. — Она умерла оттого, что перестала в них верить. Люди забыли, зачем они здесь. Им нужен был символ, и они получили... стареющего императора. Наследника из семьи проигравшего, которого зарезали, не дав проявить себя. Принца, который убивает на дуэлях лучших воинов. Принцессу, которая ссылает друзей.

Эдмонд говорил спокойно, но от каждого слова веяло глубокой обидой. Альфред вздрогнул, как от удара.

— Принцесса! Да она...

— Не будем о мёртвых, — прервал его Реймдаль. — Но Империя — это не только предательство Клер. Это ещё и те, кто служил императору верой и правдой. Те, кто верил, что однажды придёт тот, кто всё исправит.

— И ты думаешь, это он? — Альфред ткнул пальцем в Рика. — Этот... Свенсон?

Рик стоял, чувствуя, как взгляды скрещиваются на нём, как клинки. Леандр молчал, но его незримое присутствие грело спину, словно плащ.

— Я думаю, что у него есть шанс, — ответил Эдмонд. — Потому что он не вырос во дворце. Он не научился врать и предавать. Он выживал в нищете, но остался человеком.

Данмор нахмурился, разглядывая Рика по-новому.

— В нищете, говоришь?

— И в тюрьме, — подал голос Рик, понимая, что молчать дальше нельзя. — По ложному обвинению. Меня сдали те, кому я доверял.

Данмор отошёл к окну. Снег валил пушистыми хлопьями, заметая пустынный двор.

— Эдмонд, — сказал он, не оборачиваясь. — Ты говорил, что нам нужен правитель, который объединяет. А я думаю, что правитель должен быть сильным, — Альфред повернулся. — Ты считаешь, этот мальчик сильный?

— Я считаю, он станет сильным. Если мы ему поможем.

— А если нет? Если он сломается?

— Тогда мы потеряем последний шанс.

Альфред долго смотрел на старого друга — врага? соратника? — потом перевёл взгляд на Рика.

— Подойди.

Рик шагнул вперёд, игнорируя предостерегающий жест Гаспара. Остановился в двух шагах от Данмора, глядя ему прямо в глаза.

Горец смотрел тяжёло, испытующе, будто взвешивал на невидимых весах.

— Предали, значит?

— Те, кого считал друзьями.

— Боялся?

— Каждую ночь, — честно ответил Рик.

Альфред кивнул, словно услышал то, что хотел.

— Значит, знаешь цену. Это хорошо. Тот, кто не знал страха и предательства, не стоит ломаного гроша. Но этого мало. Сила нужна не только в руках. Сила нужна здесь. — Он ткнул пальцем Рику в грудь. — Есть она у тебя?

Рик подумал о Леандре, о братьях Реймдалях, о Гэрете.

— Есть, — сказал он.

— Докажи.

— Я уже доказываю. Живу.

Альфред вдруг хрипло рассмеялся.

— Слышал, Эдмонд? Живу, говорит. А ведь верно. В наше время просто жить — уже подвиг.

Он отошёл, махнув рукой своим. Горцы убрали клинки.

— Ладно, — сказал Данмор, садясь на лавку. — Убедил. Кузен, — он кивнул на Эдмонда. — Ты пойдёшь за ним? Ты, командующий Имперской армии, пойдёшь за мальчишкой?

— Я пойду за тем, в ком вижу искру, — твёрдо ответил лорд Реймдаль. — А мальчишка... он вырастет. Или вы, Альфред, родились таким медведем?

Уголки губ Данмора дрогнули в намёке на усмешку. Он снова посмотрел на Рика. Взгляд его был тяжёлым, изучающим, но уже без прежней злобы.

— Слушай сюда, парень. Ты получил защиту от самого лорда Реймдаля. Но я всё равно буду за тобой смотреть. И если ты окажешься таким же, как те, кто продал Империю... я найду тебя. Где бы ты ни был. Торвальд!

Из-за спин горцев выступил пожилой воин с седой бородой и цепкими глазами.

— Останешься здесь. На месяц. Научи мальчишку держать меч.

Торвальд осклабился:

— Месяц — мало. Но для начала сойдёт.

Рик хотел возразить, что уже умеет, но встретился взглядом с Эдмондом и понял: это не обсуждается.

— Спасибо, лорд Данмор, — сказал он.

— Не благодари. — Альфред поднялся. — Если выживешь и докажешь, что чего-то стоишь, тогда и поговорим. А пока... не подведи Эдмонда.

Горцы вышли. В комнате стало просторнее и... тише.

«Неплохо, — шепнул Леандр. — Наш соперник отступил».

Брат Северин, всё это время просидевший в кресле как мышь, наконец подал голос:

— Лорд Реймдаль... это было... смело. Но не слишком ли вы самонадеянны, говоря от имени монастыря?

Эдмонд повернулся к нему, и в его глазах мелькнул холодок.

— От имени монастыря? Брат Северин, я говорил от имени тех, кто ещё помнит, что такое честь. Если вас это не устраивает — мы можем уйти прямо сейчас. В горах найдётся место и для меня, и для моей семьи, и для мальчика.

Северин побледнел ещё сильнее.

— Нет-нет, я вовсе не... мы рады служить Избранному...

— Вот и славно, — кивнул лорд Реймдаль. — Тогда, может быть, распорядитесь насчёт ужина? Моя невестка ждёт ребёнка, ей нельзя голодать.

Северин засуетился и выбежал вон. Реймдаль посмотрел на Рика долгим взглядом.

— Ты хорошо держался, Грэг Свенсон.

— Вы верите в это? — тихо спросил Рик. — В легенды? В пророчества? После всего, что видели?

Эдмонд улыбнулся — устало, но тепло.

— Я видел. Но не потерял веру в то, что однажды всё изменится. Потому что если не верить — зачем тогда жить?

Он положил руку Рику на плечо.

— Ты — не легенда. Ты — живой человек. И это твоё главное оружие. Легенды можно придумать. Живого человека — только воспитать. Слушай меня внимательно, Грэг. Тебе придётся учиться многому. И быстро. У тебя месяц. Месяц, чтобы стать тем, кого они захотят поддержать.

— А если не получится? — тихо спросил Рик.

— Получится, — твёрдо ответил лорд Реймдаль. — Потому что выбора у нас нет.

Глава 21. Ученик

Теперь у Рика появилось множество наставников, которые гоняли его с раннего утра до поздней ночи. Юноша просыпался затемно, когда звёзды ещё висели над монастырём, и плёлся во двор, где его уже ждал Торвальд.

— Опять опоздал, — ворчал старый горец, хотя Рик являлся раньше положенного. — В бою каждая секунда дорога.

Рик не спорил. Он брал меч и начинал кружить по двору, повторяя удары, связки, переходы. Торвальд стоял рядом, поправлял, ругался, иногда огревал плашмя по спине.

— Держи равновесие! Ты не барышня на балу, ты воин!

Монахи наблюдали. Их взгляды сверлили спину Рика, но подойти ближе они не решались — Торвальд одним своим видом разгонял любопытных быстрее любого окрика.

— Не нравятся мне эти, — буркнул горец однажды. — Глаза у них так и бегают.

— Они меня учат, — осторожно ответил Рик.

— Учат они, — хмыкнул горец. — Знаю я их учение. Ты смотри, парень, не заучись до того, что своих забудешь.

После занятий с оружием и верховой езде следовала передышка в трапезной с братией. Короткий зимний день Рик проводил в библиотеке, под мельтешение строчек древних текстов и вкрадчивые поучения брата Северина. После обеда и прогулки с Эльредой, женой Гаспара, наступало время музыки, стихов и этикета.

Братья Реймдали были рядом, но даже их присутствие не разгоняло тревогу. Гэрет исчез.

— Он вернётся, — уверял Гаспар. — Колдуны просто так не пропадают.

— Я знаю, — отвечал Рик, но внутри шевелился червячок сомнения.

Монахи между тем стали потихоньку втираться в доверие к будущему правителю.

— Бедный мальчик, брошенный на произвол судьбы, — вздыхал брат Порфирий.

— Странно, что ваш покровитель уехал именно сейчас, — замечал брат Луций.

Рик молчал, но вечером Леандр спросил:

«Ты чувствуешь? Они начинают».

— Что начинают?

«Обрабатывать тебя. Хотят вас разлучить».

Наутро Рик вышел к завтраку с твёрдым намерением не поддаваться на провокации. Но монахи и не провоцировали. Они были тихи и услужливы.

— Как ваши занятия, Избранный?

— Вы плохо выглядите. Не хотите ли ещё каши?

— Мы так рады, что вы с нами.

К вечеру Рику хотелось кричать от этой заботы.

Прорыв случился на седьмой день. Брат Северин пригласил Рика на личную беседу.

— Избранный, — начал он доверительным тоном. — Я хочу поговорить с вами как отец с сыном. Мы видим ваше усердие, ваше стремление к знаниям. Это радует. Но есть вещи, которые нас тревожат.

— Что именно? — насторожился Рик.

— Ваш... покровитель. Не хочу говорить дурного, но... вы знаете, кто он?

— Колдун, — ответил Рик. — И он меня спас.

— Спас, — кивнул Северин. — Но с какой целью? Он привёз вас сюда и... исчез. Оставил одного. Разве так поступают те, кто искренне заботится?

Рик молчал.

— Говорят, он держал вас взаперти. Говорят, вы были у него чуть ли не слугой, — Северин покачал головой. — Избранный — и слуга колдуна! А теперь он вас бросил, как ненужную вещь.

Рик почувствовал, как внутри поднимается возмущение, но Леандр шепнул:

«Спокойно».

— Возможно, у него срочные дела, — сказал Рик примиряюще.

— Дела, — кивнул Северин. — У колдунов всегда дела. Тёмные дела. Знаете, что говорят о нём в миру? Что в его замке обитают призраки.

— Я их видел, — неожиданно для себя признался Рик. — Они совсем не злые.

Северин на мгновение опешил, но быстро взял себя в руки.

— Вы молоды и доверчивы, дитя моё. Вас легко обмануть. Но мы, служители Света, видим глубже. Гэрет опасен для Империи.

— Что вы имеете в виду?

Настоятель подался вперёд, понижая голос:

— Представьте: вы становитесь императором. Рядом с вами — колдун. Что скажут люди? Они решат, что ими правит тёмная сила. Они отвернутся от вас. Империя рухнет, не успев родиться.

Рик молчал, обдумывая слова. В них была своя логика. И своя ложь.

«Спроси его прямо».

— И что вы предлагаете? — спросил Рик.

Северин по-отечески улыбнулся.

— Защиту. Защиту верных слуг Создателя. Мы дадим вам необходимые знания и умения. А потом поможем занять трон. Без колдовства.

— А господин Гэрет?

Северин вздохнул.

— Он — искушение, которое вы должны преодолеть.

Рик посмотрел в глаза настоятелю. В их глубине он видел тьму.

— Я подумаю, — сказал он, поднимаясь. — Мне нужно время.

— Конечно, дитя моё, — закивал Северин. — Время у нас есть. Мы никуда не торопимся. Помните только: мы желаем вам добра.

«Ты должен притвориться», — сказал Леандр.

В эту ночь Рик почти не спал. Он ворочался на жёсткой лежанке, смотрел в потолок и слушал вой ветра за стенами. Утром, успешно проведя занятие и заслужив одобрение Торвальда, Рик сам пришёл к Северину.

— Вы правы, — сказал он настоятелю. — Я должен идти своим путём.

Северин просиял. Настоящей радости в его глазах не было, но улыбка стала ещё шире.

— Мудрое решение, дитя моё. В вас течёт кровь великих правителей. Они умели отличать истинное добро от ложного.

— Что я должен делать? — спросил Рик.

— Учиться, — Северин положил руку ему на плечо. — Всему, что нужно знать правителю. А когда придёт время... мы покажем вам, как построить настоящую Империю.

Месяц пролетел как один долгий, бесконечный день, полный пота, зубрёжки и звона стали. И вот истёк срок, отпущенный Данмором.

Утром Торвальд вышел во двор не с учебным мечом, а с боевым. Тяжёлый клинок тускло блестел в рассветных лучах, и даже снег вокруг словно бы подобрался, ожидая зрелища. В левой руке Торвальд нёс обтянутый кожей боевой щит.

— Сегодня экзамен, — объявил старый горец. — Покажешь всем, чему научился.

Из монастыря высыпали зрители. Монахи жались к стенам, кутаясь в рясы. Эдди помог Рику надеть щит и ободряюще ткнул приятеля кулаком в плечо.

— Давай, Бальдр! Покажи им!

Рик вышел в центр двора. Торвальд поднял меч.

— Нападай.

Это было не похоже на обычные тренировки. Старый горец двигался быстрее, жёстче, безжалостнее. Его клинок свистел в воздухе, и Рику приходилось уворачиваться, отступать, парировать из последних сил.

— Быстрее! — рявкнул Торвальд, обрушивая удар за ударом. — Думай быстрее!

Рик думал. Телом, мышцами, каждым нервом. Он уже не контролировал движения — они рождались сами, выученные за месяц до автоматизма.

Лязг стали разносился эхом между стен.

— Хорошо! — крикнул Торвальд. — А теперь — держись!

Удар пришёлся в щит, отозвался болью в плече. Рик отшатнулся, едва удержав равновесие. Торвальд наступал уверенно, как волк, загнавший оленя. Его меч описывал восьмёрки, разрезая воздух со свистом, от которого стыла кровь.

Рик пятился. Пот заливал глаза, руки дрожали, дыхание рвалось из груди короткими, хриплыми всхлипами. Он проигрывал, но не мог ничего сделать.

— Долго ты ещё будешь бегать, щенок? — усмехнулся Торвальд, делая очередной выпад.

Клинок просвистел в волосе от виска. Кожи коснулось дыхание близкой смерти.

Смерть.

И вдруг что-то изменилось. Мир вокруг словно замер. Звуки стали глухими, будто через толщу воды. А Торвальд... Торвальд стал двигаться медленно. Его меч плыл по воздуху, как в мёде. Можно было рассмотреть каждое движение.

«Что это?» — мысль пронеслась где-то на краю сознания.

Но тело уже знало ответ. Кровь в жилах закипела. Рик шагнул вперёд — и мир расступился.

Удар. Ещё удар. Торвальд пытался защищаться, но Рик видел каждый его замах, каждое движение. Клинок описал дугу и замер у горла противника.

Тишина.

Торвальд смотрел на него расширенными глазами, не веря. Меч его так и не успел подняться для защиты.

— Всё, — сказал Торвальд, отступая. — Хватит. Сдаюсь.

Монахи ахнули. Эдди запрыгал на месте.

Рик стоял, тяжело дыша, и не верил, что это произошло.

— А ты хорош, — усмехнулся старый горец. — У тебя дар, парень. Или проклятие.

— Спасибо, — поблагодарил Рик.

— Не за что. — Горец оглянулся на монахов, которые уже шептались, переглядываясь. — Только смотри в оба. Эти... они не радуются твоей силе. Они её боятся.

Он развернулся и пошёл прочь.

Подошёл Эдди, хлопнул приятеля по плечу.

— Ты был невероятен! Как ты это сделал?

— Он… просто он замедлился, — пробормотал Рик. — Наверное, устал.

— Устал? — Эдди рассмеялся. — Торвальд устал? Это ты двигался быстрее. Намного быстрее. Я еле уследил.

Рик поднял голову и встретился взглядом с Гаспаром, стоявшим чуть поодаль. Тот смотрел на него странно — с восхищением и ужасом одновременно.

— Кровь Избранного, — тихо сказал Гаспар, осторожно подходя. — Ты носитель дара, Рик.

— Какого дара?

— Управление временем. Наши предки могли ускорять себя так, что враги казались статуями. И ты… ты только что это сделал.

Рик покачал головой.

— Я ничего не делал.

— Твоя кровь проснулась, — Гаспар положил ему руку на плечо. — Ты Избранный, Рик. И теперь можешь в любую минуту доказать это своим мечом.

Монахи вокруг зашумели, обсуждая увиденное. А Рик чувствовал, как в груди разливается тепло. Сила, о которой он не просил. Сила, которая теперь принадлежала ему.

«Неплохо, — шепнул Леандр. — Совсем неплохо».

— Будь осторожен, сынок, — сказал лорд Реймдаль, глядя на Рика с неожиданной заботой.

Рик улыбнулся в ответ, но внутри вдруг кольнуло. Монахи видели. И их взгляды юноше не понравились.

Вечером брат Северин пригласил Рика на разговор. В келье настоятеля горели свечи, пахло ладаном и чем-то сладким — то ли вином, то ли благовониями.

— Я наблюдал за вами сегодня, Избранный, — начал Северин, жестом предлагая юноше сесть. — Вы превзошли все наши ожидания. Торвальд — лучший воин в горах, и вы заставили его отступить. Это великое достижение.

Рик молчал, ожидая продолжения.

— Мы говорили с братьями, — продолжил настоятель, — и пришли к выводу: вы готовы.

— К чему? — насторожился Рик.

Северин улыбнулся своей отеческой улыбкой, от которой у Рика всегда холодела спина.

— К главному испытанию. К тому, что отделит вас от прошлого и навсегда свяжет с нами. С нашим братством, с истинным учением, со Светом.

Он помолчал, давая словам улечься, и продолжил:

— Вы разумный юноша. Надеюсь, вы уже поняли, что Гэрет использует вас, чтобы получить власть над нашей империей. Он — угроза. Угроза всему нашему миру.

— Что вы предлагаете? — спросил Рик, хотя уже знал ответ.

— Мы предлагаем вам сделать следующий шаг, — Северин подался вперёд, и в свете свечей его лицо казалось вырезанным из воска. — Избавьте людей от тьмы.

Рик замер.

— Когда Гэрет вернётся, — продолжал Северин, — вы встретите его как друга. А потом... в главном храме Империи, перед алтарём Света, вы нанесёте удар. Это будет символ. Знак того, что вы отрекаетесь от тьмы и принимаете Свет. Весь Рангард узнает: Избранный не просто правитель, он — воин Света, очистивший мир от скверны.

Рик молчал, чувствуя, как внутри бушует буря. Леандр тоже молчал, но Рик ощущал его присутствие.

— Вы хотите, чтобы я убил человека, который спас мне жизнь? — сказал он наконец. — Человека, который вытащил меня из тюрьмы? Который привёл меня сюда?

— Мы хотим, чтобы вы спасли Империю, — мягко поправил Северин. — Иногда спасение требует жертв. Но именно такие жертвы делают правителей великими.

Он встал и подошёл к окну, глядя на заснеженные горы.

— Подумайте, Избранный. У вас есть время — Гэрет ещё не вернулся. Но когда вернётся... вы должны быть готовы. И помните: мы с вами. Мы поддержим вас. Мы сделаем так, что ваше имя будут помнить вечно.

Рик вышел в коридор, прислонился к стене.

— Убить хозяина? Я не буду этого делать, — прошептал он.

«Да, — вдруг раздался голос Леандра. — Ты согласишься».

Глава 22. Чёрный храм

— Сегодня вы увидите истинное сердце нашей веры, — торжественно объявил брат Северин, появляясь в келье Рика после скудного завтрака. — В главном Храме империи мы совершим таинство вашего посвящения. Одевайтесь теплее. Путь предстоит неблизкий.

Рик накинул шерстяной плащ, подбитый мехом, и вслед за настоятелем вышел во двор. Там их ожидали монахи и целый табун осликов, мохнатых и длинноухих.

— Мы поедем на них? — спросил Рик.

— Они единственные, кто преодолевает Буранный Перевал без отдыха, — пояснил брат Северин.

Рику подвели осла. Тот имел печальный вид — похоже, не хотел никуда идти. Юноша, чувствуя примерно то же самое, поднялся в седло и дёрнул поводья, как какой-нибудь крестьянский мальчишка.

— Но-о!

Удивлённый осёл замер как статуя.

— А вы его палочкой, — предложил брат Луций и подал Рику посох.

«Не слушай монахов, — раздался голос Леандра. — Осёл умнее. Договорись с ним».

Рик вспомнил уроки Гаспара. Почувствовать животное. Довериться. Он наклонился к уху осла и прошептал всего два слова:

— Помоги мне.

Осёл покосился чёрным глазом и двинулся за монахами.

Тропа петляла между скал. Ослы шли уверенно, но Рику казалось, что они вот-вот сорвутся в пропасть. Он вцепился в луку седла и старался не смотреть вниз.

«Упрямые, но своё дело знают», — заметил Леандр.

Буранный Перевал встретил ледяным ветром и снежной крупой. Рик закутался в плащ, пригнулся к шее осла. Тот даже не замечал снега — шёл и шёл, стряхивая наледь с ушей.

А потом перевал кончился, и они начали спускаться в долину.

Долина Чёрных камней оказалась именно такой, как Рик и представлял. Везде лежали огромные чёрные валуны. Ни травы, ни кустов — только камни.

И посреди всего этого возвышался храм.

Стены покрывала резьба — причудливые узоры, звери, люди, непонятные знаки. Всё выглядело древним, но неразрушимым. Словно время было не властно над этим местом.

— Красиво, — выдохнул Рик.

«Страшно», — отозвался Леандр, и в его голосе впервые не было насмешки.

Монахи спешились и направились к входному порталу. Рик слез с осла, и тот присоединился к своим друзьям, под прикрытие храмовых стен.

— Отдыхайте, мы скоро, — пообещал им юноша и пошёл за монахами.

Внутри храма было полутемно, и сначала Рик видел только смутные фигуры на стенах, но по мере продвижения становилось всё светлее. Яркие краски заиграли вокруг — красное, чёрное, жёлто-охристое, синее... Посреди сводчатого потолка растянулся огромный дракон; он словно летел к алтарю, испуская струи огня, в которых плясали чёрные боги. Другие боги, красные, поднимались в разноцветных облаках им навстречу.

Они прошли весь храм и достигли чёрного алтаря, который располагался в главной части перед пятью глубокими нишами. В нишах стояли статуи богов, перед каждой струился туман из курильниц. Сверху, с восьмигранного купола, сквозь узкие окна лился свет.

Монахи зажгли свечи. Пламя заиграло, и рисунки ожили. Рику почудилось, что дракон шевелит хвостом, а боги вот-вот пойдут в пляс.

Монахи достали бронзовые рамки и колокольчики, стали обходить алтарь и петь. Голоса тянули одну ноту, потом другую, колокольчики звенели в такт. От этого звона у юноши заболела голова. Но он сложил руки и изо всех сил изображал молитвенный экстаз.

Находившись, монахи принялись наносить мелом рисунок на полу перед алтарём. Линии, круги, буквы. В центре — звезда со множеством лучей.

«Каракули», — фыркнул Леандр. «Как курица лапой. Я рисовал лучше в пять лет».

— Это священный символ, — пояснил брат Северин. — Мы чертим его перед важными обрядами.

Закончив, монахи медленно двинулись вокруг рисунка в обратную сторону.

Рик стоял и смотрел. Ему было скучно. Он видел столько чудес — Гэрета в огне, призраков в часовне, собственные сны. Какие-то песнопения и рисунки его не впечатляли.

«Осторожно»! — предупредил Леандр. Рик поднял глаза. К нему с важным видом приближался настоятель. Брат Порфирий и брат Луций несли молитвенник и серебряные ножницы, хищно посверкивавшие на бархатной подушечке.

— Что? — вырвалось у Рика.

— Настало время Избранному стать частью нашего братства! — провозгласил Северин. — Как глава Ордена Рыцарей Храма я имею честь принять в ряды истинных слуг Света эту заблудшую душу!

«Кто ещё у нас тут заблудший!» — возмутился Леандр.

Рик хотел отойти, но его словно припечатало к полу. Фигуры монахов окутались тёмным туманом, глаза сверкали как у голодных гиен.

«Обряд хотите? Не дам!»

Из-под ног Рика поднялась невидимая волна. Поднялась и накрыла монахов как куполом.

А потом мир качнулся.

Рик не понял, в какой момент перестал видеть монахов. Фигуры в балахонах исчезли. Стены храма стали прозрачными, будто сотканными из тумана. А посреди храма проявилась картина.

В центре рисунка на полу лежал юноша.

Бледный, худой, в одних штанах, с руками, бессильно раскинутыми в стороны. Золотистые волосы разметались по каменному полу. Он казался спящим.

Над ним склонился мужчина в горностаевой мантии. Лица не разглядеть — только силуэт, только рука, протянутая к юноше.

Рядом с ними возникла тень.

Высокая фигура в чёрно-синей рясе. На груди — золотая звезда храмовника. Он стоял за спиной императора, держа в поднятой руке клинок.

Рик хотел крикнуть, предупредить. Но было поздно.

Блеск стали.

Удар.

Мужчина в мантии медленно осел на юношу.

«Ваша светлость»! — резкий голос Леандра ворвался в видение.

Пол вспыхнул.

Голубое сияние ударило из-под камней. Храм задрожал. Посыпалась пыль. Потом — мелкие камни. По стенам побежали трещины, как молнии в грозовом небе.

Своды рухнули.

Каменные глыбы падали вниз, разбивая алтарь, погребая под собой оба тела. Храмовник метнулся прочь и исчез в проёме — успел, гад, выскочить.

Грохот. Крики. Гром.

А наверху, в разломе, — туча, из которой летели молнии и лилась вода.

Храм разваливался на глазах. И становился прозрачным, таял в воздухе.

— Стойте! — закричал Рик.

Он открыл глаза и чуть не упал. Холодный пот заливал лицо, пальцы дрожали так, что он не мог сжать их в кулаки. Сердце стучало, мешая дышать.

Вокруг стояли те же стены. Те же колонны. Храм был цел. Ни трещины.

Монахи смотрели на него. Пение стихло. Колокольчики молчали. Помощники Северина так и застыли со своим молитвенником и ножницами. Сам Северин подошёл к Рику, вгляделся в перекошенное лицо юноши.

— Избранный, — сказал он с затаённой радостью. — Вы что-то видели.

Это был не вопрос.

Рик открыл рот. Он хотел спросить про блондина на полу, про мужчину в мантии правителя, про убийцу со звездой, но губы тряслись, и из горла вырвался только стон.

«Молчи»! — прошипел Леандр.

— Там... — выдавил Рик. — Там... всё рухнуло. Камни... кровь...

Он схватился за голову и покачнулся. Брат Северин подхватил его под локоть.

— Вы утомлены, брат мой, — сказал он, но в голосе звучало удовлетворение. — Долгая церемония, тяжёлый переход. Нам лучше вернуться.

В монастырь они вернулись к вечеру.

Рик молчал всю дорогу. Видение не отпускало. Кровь и белые линии. Трещины на стенах. Грохот падающих камней. Незнакомый юноша на полу. Мужчина в мантии, тянущий руку — спасти... или добить?

Что бы там ни случилось, закончилось это трагедией.

Леандр затих. Впервые с момента их знакомства он не отпускал шуточек, не язвил, не комментировал. Просто сидел где-то в глубине сознания, и Рик чувствовал его тяжелое, тёмное молчание.

Только когда показались стены монастыря, Леандр заговорил.

«Храмовники приносили людей в жертву. Убили императора. Уничтожили Империю. Мы должны отомстить. За всё».

— За всё, — эхом повторил Рик.

Осёл косился на своего всадника, но только покачивал головой в такт шагам.

— А обряд? — запоздало вспомнил Рик. — Братство? Они хотели...

«Я им не дал», — ответил Леандр. «Они не помнят. Если спросят, наври».

Во дворе Рика встретил Гаспар.

Белокурый, голубоглазый, сияющий — точно такой же светловолосый юноша, что лежал на полу Чёрного храма. Рик вздрогнул и остановился.

«Вот и ответ, — грустно усмехнулся Леандр. — Реймдаль. Тот парень в храме — из них».

— Бальдр! — Гаспар подбежал и схватил Рика за плечи. — Рик, у меня сын!

Рик смотрел в его счастливое лицо и видел другое. Бледное, с разметавшимися светлыми волосами.

— Поздравляю, — выдавил он. Губы слушались плохо. — Как назвали?

— Эдгар!

Значит, род Реймдалей продолжился. Новый светловолосый мальчик появился на свет, чтобы когда-нибудь лечь на холодный камень.

«Эти жертвы должны прекратиться».

— Хорошее имя, — сказал Рик вслух. — А как Эльреда?

— Спит. С ней всё хорошо. И с малышом тоже.

Гаспар сиял. Он что-то радостно рассказывал, но Рик слышал только грохот рухнувшего храма. Потом Гаспар вдруг замолчал и вгляделся в лицо друга.

— Ты бледен. Что случилось?

Рик покачал головой.

— Ничего. Устал с дороги. Иди к семье.

Гаспар поколебался мгновение, потом кивнул и ушёл. А Рик остался посреди двора, глядя ему вслед. Их ждёт битва за империю, смерть Эдди. Но сейчас, пока Эльреда отдыхает, пусть Гаспар радуется. Пусть держит сына на руках и не знает, что Рик видел сегодня в храме.

После ужина монахи отвели Рика к брату Северину. Леандр внутри напрягся, но молчал.

В комнате настоятеля собрались все. Стояли полукругом. Ждали.

— Избранный, — сказал брат Северин. — Пришло ваше время.

Он достал из продолговатого сундука что-то длинное, завёрнутое в тёмную ткань.

— Вы прошли обряд. Видели наш храм. Видели, что там произошло. Создатель избрал вас для воплощения своих замыслов.

Настоятель развернул ткань.

Кинжал.

Древний, с нефритовой рукоятью, украшенной рубинами. Изогнутое лезвие тускло блеснуло в огне свечей.

Рик сразу узнал его.

Тот самый клинок из видения. Тот, которым был убит мужчина в храме.

Холод пробежал по спине юноши.

— Это церемониальный клинок, — пояснил брат Северин. — Им должен быть устранён тот, кто мешает Свету.

Он смотрел Рику прямо в глаза.

— Мы нанесли на пол рисунок, лишающий колдуна его силы. Теперь вам предстоит избавить мир от зла. Только тогда духи предков примут вас и благословят ваше правление. После этого вы сможете стать настоящим императором.

Рик отшатнулся.

— Но он...

— Он демон, — перебил Северин, и голос его был мягок, как у врача, объясняющего необходимость ампутации. — Он использует вас, дитя моё. А мы предлагаем вам спасение. Подумайте об этом.

Рик посмотрел на кинжал. Священный нефрит. Рубины, как капли крови Избранного. Безжалостное лезвие, похожее на тонкий язык пламени свечи.

Юноша перевёл взгляд на монахов. Голодные крысы, чьи глаза горят во тьме капюшонов. Храмовники, готовые убивать ради власти.

«Интересный поворот, — голос Леандра прозвучал неожиданно спокойно. Даже весело. — Что будем делать, император?»

Рик протянул руку и взял кинжал. Спрятал его за пазуху и, не говоря ни слова, вышел из кельи настоятеля.

Монахи проводили его молчанием.

Глава 23. Возвращение Гэрета

Рик сидел в монастырской келье и устало смотрел на статую человека со змеями в руках. Все молитвы, которые он помнил, закончились. Интересно, когда Гэрет появится? И появится ли?

Сердце сжалось в тоске. Но, может, это и к лучшему. Не надо будет никого убивать.

Он думал о монахах. Судя по текстам хроник, они — члены Ордена Храма, которые сотни лет пытались создать из крови Избранных эликсир бессмертия. Которые убили Леандра, последнего императора и, похоже, ещё кого-то. И с этими людьми он согласился сотрудничать!

«Пусть думают, что ты их марионетка, — сказал тогда Леандр. — А когда придёт время, мы их переиграем».

Рик вздохнул. Легко сказать. Он, один, против целой компании жадных монахов.

«Ты не один»! — возмутился Леандр.

Дверь отворилась.

— Бальдр. Ты один?

На пороге стоял тот, кого изображала статуя. Чёрная хламида, бледное лицо, чёрные глаза.

— Господин Гэрет? — голос юноши дрогнул. Всё, как он помнил. — Вы вернулись.

— Конечно, вернулся, — Гэрет откинул капюшон и усмехнулся. — Не мог же я оставить свою коллекцию на такого рохлю. Вот пришёл с проверкой. Шучу.

Рик заставил себя улыбнуться. Его видение в Башне Принцессы воплотилось. Гэрет смотрел на него внимательно — слишком внимательно. Заметил? Почувствовал?

«Спокойно. Он не узнает».

— Вы не изменились.

— А ты? — колдун без приглашения завалился на постель Рика, вытягивая ноги. — Сколько прошло времени?

— Два месяца, — ответил юноша, присаживаясь на сундук.

— И чем ты всё это время занимался?

Вопрос застал Рика врасплох. Чем он занимался? Изображал послушание. Разговаривал с духом, который сидит в его голове. Пытался понять, кому можно верить.

— Готовился к новой должности, как вы приказывали, — наконец нашёлся юноша. — Здесь хорошая библиотека, много старинных книг. Эдди и Гаспар мне помогают.

— Понятно, — Гэрет обвёл взглядом келью и стопки исписанных закорючками пергаментов — так Рик под руководством Эдди пытался учить язык. — Далеко продвинулся?

— Немного разобрался. Но... — Рик в смятении сжал полу своей туники. — Я хотел бы показать вам кое-что другое. Не здесь.

«Осторожно».

— За перевалом.

Гэрет иронично приподнял бровь.

— Хочешь побыть со мной наедине?

Колдун улыбнулся своей странной улыбкой, и Рик почувствовал, как краснеет. Леандр внутри хмыкнул, но промолчал.

— Это недалеко. На наших лошадях доедем быстро.

— Ладно, — Гэрет поднялся. — Конный поход так конный поход.

Рик перевёл дыхание, пряча глаза.

Он поведёт хозяина туда, где монахи задумали убийство. А вдруг Гэрет догадается? Решит, что Рик предал его? Тогда ловушка обернётся могилой для самого Рика.

Перед глазами встала картина: Гэрет смотрит на него с презрением, как Геральт. И удар церемониального кинжала — прямо в сердце.

— Господин Гэрет!

Колдун обернулся уже у двери.

— Что?

— Я...

«Не смей», — резко оборвал Леандр. — «Поговорим с ним по дороге».

— Потом, — выдавил Рик. — Завтра на рассвете.

Гэрет кивнул и вышел.

Рик остался один. Сел обратно на сундук, зажмурился, обхватил голову руками.

— Что я делаю? — прошептал он.

Наутро они встретились на конюшне.

— Не беспокойтесь, — сказал Рик. — Я хорошо запомнил то место. Только... там метель на перевале.

— Значит, оденемся потеплее, — беззаботно заключил Гэрет.

Как и в прошлый раз, колдун приехал в монастырь как простой человек. Рик едва управился с играющимися лошадьми, пока монахи помогали снарядить их в дорогу. Как только путники покинули обитель, за их спиной поднялась суматоха — несколько человек поспешно принялись седлать ослов.

— Эх, лучше гор может быть только море, — мечтательно протянул Гэрет, оглядывая скалы, теснящие тропинку.

Рассвет с важным видом вёл свой маленький караван. Пончик аккуратно нёс своего седока, прикидываясь смирным осликом. Всё шло хорошо, пока не пошёл снег. Вопреки ожиданиям Рика, Гэрет не стал разгонять тучи щелчком пальцев, а только плотнее запахнулся в плащ. Пончик недовольно затряс головой, чувствуя холодное прикосновение снежинок, и вопросительно поглядел на всадника.

— Идём, идём, — подогнал его колдун. — Это ненадолго.

Снег становился всё гуще, и наконец завьюжило по-настоящему. Рик спрятал нос в меховой воротник. Пончик, решив, что снега слишком много, не сбавляя темпа решительно развернулся назад. Он крутанулся на одной ноге, да так ловко, что Гэрет пропустил это движение.

— Эй эй! Ты что! — возмутился колдун. — Нам не туда!

Он свернул коня кольцом, возвращая на тропу. Если бы не крики Гэрета, Рик бы даже не заметил, что чуть не остался один в горах.

— На полдороги есть укрытие! — крикнул юноша. — Можем там пересидеть!

— Пончик, понял? Ищем крышу! — скомандовал Гэрет.

Хижину они чуть не проехали. По счастью, Рассвет сам свернул к изгороди. Метель за эти полчаса превратилась в настоящий буран, снежные заряды хлестали по лицу, ветер пробирал до костей.

— Нашёл! — крикнул Рик.

Колдун и без него уже спешивался, помогая Пончику пробраться под навес. Рик последовал его примеру, с трудом заставляя окоченевшие пальцы разжать поводья.

— Как-то здесь странно, — прошептал юноша, прислушиваясь. Вьюга гудела особенно грустно, как будто предчувствуя неприятности.

— Ты чего застыл? Помоги лучше дверь открыть! — крикнул Гэрет, толкая перекошенную створку.

В хижине было холодно, в стенах зияли широкие щели, земляной пол устилал слой щепок и мусора.

— Разжигай огонь, — приказал Гэрет. Он почему-то не стал делать это сам. Наверно, руки замёрзли.

Рик послушно достал огниво. Колдун подтащил к очагу вязанку хвороста. Совместными усилиями они развели костёр. Пламя дохнуло теплом, по стенам заплясали тени.

— Ненавижу холод, — признался Гэрет, протягивая руки к огню. — Как думаешь, надолго эта метель?

— Говорят, здесь всегда начинается вьюга, когда приходят люди. Но она должна успокоиться.

— Что-то вроде магической защиты?

— Возможно. До Запада издавна было трудно добраться.

— А ты много нового узнал, да, Бальдр?

Рик вздрогнул от этого имени. Так его называли Братья. Те, кто верили в него и те, кто предал.

— Слишком много, — пробормотал юноша, вешая котелок над огнём.

Братья. Интересно, как сейчас в замке? Что делает Тор? Печёт ли Кримхильда пирожки? Рик подумал о друзьях — и ощутил приближение кого-то знакомого.

«Он тоже нашёл укрытие», — прошептал Леандр.

— У нас гости? — спросил колдун, перехватив взгляд юноши.

— Сейчас это не они, — ответил Рик. Монахи наверняка следили за ними, но их ослы не поспевали за волшебными конями Гэрета. К ним приближался кто-то другой.

За перегородкой предупреждающе всхрапнул Рассвет. Дверь со скрипом отворилась, и в домик ворвался снег вместе с путником, закутанным в добротную шерстяную накидку. Он буквально ввалился внутрь и некоторое время пытался освободиться от плаща. На Рика и Гэрета посыпался снег, а вслед за ним — ругательства.

— Змей забери эту зиму! Проклятый холод! Никак не прекратится!

Путник наконец отряхнулся и удивлённо уставился на Рика сквозь мокрые пряди волос.

— Это ты, Локи? — спросил Рик. — Ты что тут делаешь?

Перед ними действительно стоял Локи — бродяга из Замка Привидений, только повзрослевший и как-то изменившийся. Когда-то они были в одном братстве, сидели за одним огнём, делили еду. А потом Рика назначили управляющим — и Локи изменился. Или Рик просто не хотел видеть его настоящего? Сейчас дурные мысли обвивали Локи как змеи. Рик видел их — злобу, зависть, желание унизить. И странное дело — Рик чувствовал не страх или неприязнь, а только сожаление.

«Спокойно», — голос Леандра прозвучал предостерегающе. — «Не показывай слабость».

— Ого, Грэг, а ты был прав, — сказал Гэрет, зловеще улыбаясь побледневшему Локи. — Как поживаете, господин изменник?

Локи отшатнулся к двери, но Гэрет мгновенно оказался у него за спиной. Рик смотрел и не вмешивался. Часть его, помнившая тюрьму, хотела, чтобы Локи получил по заслугам. Другая — та, в которой ещё жил прежний Рик Стивенсон, — хотела остановить колдуна.

— Не надо, господин Гэрет, — сказал он. — Пусть уходит. Он уже всё сделал.

— Зачем ему уходить? — Гэрет даже не обернулся. — Присаживайся к огоньку, Локи. Отдыхай. У тебя есть возможность расстаться со своим прошлым.

Предатель рухнул на солому возле очага. Бежать было некуда — снаружи бушевала метель.

Рик молча занялся похлёбкой. Руки делали привычную работу, а мысли метались, как снежные вихри за стенами. Говорить с Локи ему было не о чем. Рик знал, что Локи донёс на него, и не хотел снова видеть это. Не хотел видеть его руку, выводящую роковые слова. Не хотел видеть его искажённое злобой лицо. Но судьба свела их возле костра посреди метели. И им придётся провести этот вечер вместе.

— Знаешь, Локи. Хотел сказать тебе спасибо, — начал он, прочистив горло. — Благодаря твоему доносу я смог разобраться в своих способностях.

— Но я тут ни при чём, — отозвался Локи. — Меня схватили кирасиры. Их начальник заставил оклеветать тебя.

Рик удивился. Зачем отрицать очевидное? Не проще ли признаться в своей подлости?

«Врёт», — уверенно отозвался Леандр. — «Они просто использовали друг друга».

— Судя по цветущему виду, ты легко это пережил, — заметил Гэрет. Он тоже не поверил во враньё. — Спешу обрадовать: место управляющего, о котором ты мечтал, свободно. Я назначил Бальдра на должность правителя империи.

Удар попал в цель. Локи чуть не захлебнулся от злости.

— Вы захотели сделать императором этого...

— Этого Избранного. Ты же слышал — он разобрался со своими способностями. Можешь лично убедиться. Загляни ему в глаза. Теперь, что бы ты ни делал, твоему приятелю это будет только на руку.

Локи окаменел от возмущения. Рик смотрел на него и чувствовал только усталость. Гнев давно ушёл, обида притупилась. Локи было даже жаль.

— Ну что же, Грэг Свенсон, поздравляю, — продолжал Гэрет, улыбаясь Рику. — Из тебя получился хороший слуга колдуна. Уверен, ты уже готов и к тому, чтобы стать правителем.

Рик посмотрел на колдуна, на Локи, на пламя в очаге. Слуга, правитель. Разве он этого хотел?

— Я-то может и готов, — ответил Рик безрадостно. — Но тут появился ещё один желающий занять трон.

— Что и следовало ожидать.

— Я так и понял, что вы его ждали.

— Кого это я ждал?

— Лорда Данмора. Он пришёл в монастырь с отрядом горцев и заявил, что имеет все права на престол Рангарда. А на то, что я Избранный, ему плевать.

— Видите, господин Гэрет, стать императором не так просто, — Локи злорадно усмехнулся. — Вашему слуге придётся победить других претендентов.

— Это всё мелочи, — отмахнулся Гэрет.

— Даже если правительство добровольно сложит полномочия, разве король Запада и родичи императора не сто́ят внимания? — прищурился Локи.

— Соперники, враги — это неизбежность жизни, естественный элемент закона мироздания.

— А нельзя как-то переписать этот закон? — вырвалось у Рика.

Гэрет капризно скривился:

— Я не стану перекраивать мир только из-за того, что ты испугался.

— Я не испугался! — возразил Рик с горячностью.

Он хотел выплеснуть всё — свой страх, свои сомнения. Но Гэрет смотрел на него чёрными глазами — и под тяжестью этого взгляда юноша опустил голову.

— Тогда просто продолжай свой путь, Грэг, — произнёс колдун, словно давал слуге позволение действовать. — Я верю в Избранного. А ты, Локи?

Приятель Тора надулся и уставился в огонь.

— Метель не утихает, — заметил Гэрет. — Выборы императора устроим позже. Сейчас нам лучше всего поспать.

Когда Рик проснулся, уже наступило утро — щели в стенах сияли белым, кони шумно топтались за стеной.

Гэрет ещё спал. Он выглядел уставшим. Рик глядел на своего хозяина и не верил. Тот, кто появлялся из ниоткуда, кто всегда был на шаг впереди — сейчас спал как обычный человек и тяжело дышал даже во сне.

«Странно», — заметил Леандр.

— Что, если его силы совсем пропали? — прошептал Рик.

«Тогда мы влипли. Монахи сильны, их много. А у нас — ослабевший колдун и мальчишка, чей дар пробудился только вчера».

Рик поднялся. После ночи на жёстком полу всё затекло. Локи не было — только примятая солома да тёплый пепел в очаге.

«Ушёл. Ты этого хотел?»

— Нет, — ответил Рик.

Он выбрался из хижины. Метель прекратилась, солнце горело на голубых небесах, снег лежал ослепительно сияющим одеялом. Локи уже вывел своего коня на дорогу.

— Я поехал, — буркнул он, затягивая подпругу. — Меня ждут.

— До свидания.

— Надеюсь, больше не увидимся, — бросил Локи и пнул коня.

Рик со вздохом посмотрел им вслед. Жаль. Они стали врагами. И самое грустное — Локи словно сам отталкивал всех от себя.

Рик собрал уже обеих лошадей, когда из хижины наконец появился заспанный Гэрет. Обычно бледное лицо колдуна покрывал лёгкий румянец.

— Мы можем ехать, — сказал Рик.

— А где твой дружок? — Гэрет зевнул, потягиваясь.

— Уехал.

— Почему ты не сбежал с ним на Запад?

— Храм ближе, чем Равенна, — сухо ответил Рик.

— И ты так спешишь в этот таинственный храм, что даже отказался завтракать со мной?

Рик отвернулся, делая вид, что проверяет подпругу. Встреча с Локи всколыхнула слишком многое.

— Что с тобой случилось? — голос Гэрета прозвучал неожиданно близко. — Ты сам на себя не похож.

Рик молчал, собираясь с мыслями.

«Скажи ему».

— Мои силы пробудились, — вывернулся юноша. — В тюрьме, после разговора с Геральтом. Он заставил меня повторить пророчество.

— Это тот блондин из правительства? Он ещё и друга твоего, Фрейра, пытался арестовать. Поистине увлечённый мужчина.

— Вы сделали меня потомком Свенсонов, которых он ненавидит. Зачем?

— Я обещал своему конюху, что ты станешь императором. И ты им станешь.

Рик закусил губу. Гэрет пообещал Гаспару. Теперь они оба связаны.

«Ты не можешь отказаться. Это твоя судьба. Мы должны получить трон империи».

Спустя час они миновали пояс высокогорья. Дорога выровнялась. Позади теснились скалы, впереди синели холмы. Снег таял под копытами.

— Может, перекусим? — спросил Гэрет, подставляя лицо солнцу.

— Осталось недолго.

Рик спиной чувствовал, что за ними следят. Леандр молчал, и от этого Рику становилось только тревожнее. Он несколько раз оглянулся, но никого не заметил.

— Что такое, Грэг? Скучаешь по монастырю? — осведомился Гэрет.

— Хозяин, мы не одни.

— Наше сопровождение слишком далеко. Сейчас мы можем спокойно поговорить о том, что ты не хотел обсуждать в четырёх стенах.

Рик глубоко вздохнул. Ну хоть проницательность у колдуна не исчезла.

— Этот храм, куда мы едем, — особенное место. В нём убили последнего Избранного правителя. Когда я был там с монахами, мне было видение. Императора закололи, и Храм рухнул. Но сейчас он стоит целёхонек.

— Значит, Храм построен в точке пересечения потоков энергий, — пояснил Гэрет. — Когда я починил структуру мира, восстановились разрушенные связи, и Храм вместе с ними.

— Господин Гэрет! Так это из-за вас границы открылись?

— Получается, что из-за меня, — пожал колдун плечами. — Разве это плохое волшебство? Мечты твоих друзей сбываются.

— Я рад за них, — возразил Рик. — Но в храме... я видел... монахи начертили...

— Дай угадаю. Магический узор, который используют, чтобы лишить колдуна его сил?

— Откуда вы знаете про рисунок?

— Я знаю храмовников. Они изображают из себя благородных рыцарей, которые охотятся на приспешников тьмы, — Гэрет сказал это так, словно речь шла о старых знакомых. Рику полегчало — его хозяин никого не боялся.

— Они пообещали помочь мне с воцарением, если я избавлюсь от вас.

— Вот интриганы, — хмыкнул Гэрет. — Но почему ты мне это рассказываешь?

— Если бы вы решили, что я с ними в сговоре...

— Прибил бы на месте, — пообещал колдун с пугающей лёгкостью.

— А я должен выжить, хозяин. Выжить и стать императором.

Гэрет кивнул.

— Наши намерения совпадают. Устроим для наших друзей-храмовников небольшой спектакль. Я исчезну и появлюсь в нужный момент. Согласен?

Рик с готовностью кивнул.

— Но вы должны знать ещё кое-что. Среди Рыцарей Храма идёт борьба. Те, кто убил императора, считаются еретиками. Храмовники в монастыре признали меня и хотят свергнуть правительство Рангарда.

— Выгодная позиция. Убрать товарищей-конкурентов и править империей из-за спины молодого Избранного.

— Господин Гэрет, я выбрал вас.

«Мы выбрали колдуна, врага монахов».

— Я рад, — отозвался Гэрет. — Но получается, мне придётся разбираться с твоими новыми хозяевами. И знаешь что?

Рик насторожился. Неужели Леандр что-то упустил в своих расчётах? Колдун сощурился.

— Я немного подожду. Когда твои дружки-монахи освободят тебе трон.

В долине было тихо, лишь похрустывал щебень под копытами. Путники вступили на аллею из фигур, увитых змеями. Аллея привела их к зданию из чёрного камня, покрытому резьбой. Ряды фигурок, изображающие бесконечные войны, охоты, походы…

«Идём, — Леандр внутри почти физически толкал Рика вперёд. — Идём и посмотрим, что получится».

Глава 24. Тайник

Рик спешился и проследовал за Гэретом, стараясь дышать ровно. Леандр внутри молчал, но его присутствие ощущалось особенно остро. Словно в этих стенах дух убитого Избранного становился сильнее.

Они прошли весь храм и достигли алтаря. Перед алтарём, прямо в центре придела на полу смутно белела накарябанная храмовниками звезда.

«Здесь на них рухнули своды».

— Что скажете? — спросил Рик, пытаясь отвлечься от картин катастрофы.

— А здесь здорово! — колдун крутил головой, словно осматривал своё новое жилище. Рисунок на полу он словно не заметил.

— Я имею в виду этих змей на стенах.

— Просто общая символика, — небрежно махнул Гэрет рукой. — Здесь есть кое-что поинтереснее. Посмотри сюда. Как ты думаешь, что тут изображено?

И он показал на фреску, ярко освещённую пламенем светильника.

— Жертвоприношение, — неуверенно сказал Рик.

— Погляди внимательней, этому парню не перерезают горло.

— Но это же кровь.

— Это не кровь вытекает, — сказал Гэрет со значением. — Это снисходит откровение.

Рик с интересом поглядел на фреску. Действительно, извилистые линии вокруг головы и груди лежащего человека можно было понять и так. Но он видел того блондина в круге, и императора над ним. Их не должны были убивать?

«Там явно свершалось преступление».

— Вот так ясновидение превращается в жертвоприношение. Никогда не верь старым книжкам, — посоветовал Гэрет с видом знатока. — Будешь истолковывать буквально — впадёшь в подобную ересь. А теперь помогай искать.

— Что искать?

— Церемониальные предметы. Судя по картинкам, до резни тут практиковалась обычная магия.

Рик обошёл алтарь, разглядывая каменную кладку. Было бы кстати подложить нож и сделать вид, что он был тут. Но внезапно Леандр дёрнулся, привлекая внимание Рика к подножию.

— Господин Гэрет! Здесь!

Рик указал колдуну на узкую щель. Тот попытался поддеть её кинжалом — без толку. Тогда он принялся ощупывать поверхность плиты. Внезапно, от одного из нажатий, тайник открылся.

Гэрет храбро сунул руку в темноту и извлёк из ниши глиняный кувшин с изображением змеи, держащей в пасти павлинье перо. Колдун вынул пробку. Даже на расстоянии Рик уловил знакомый сладковатый запах.

— Откуда он здесь? — спросил Рик. — Это же тот напиток.

— Тот?

— Мне давали его в башне. Когда я был у Вилли. А потом ещё в тюрьме.

Рик говорил, а перед глазами стояло другое. Не Вилли, не странное пророчество. Геральт, склонившийся над ним. Питьё, вливаемое в рот силой. Безжалостные вопросы. И его собственный голос, отвечающий против воли.

«Твоя бабушка. Из-за этого напитка ты выдал её. Ты...»

— И как он действует? — спросил Гэрет со спокойным любопытством.

— Обычные люди умирают от удушья. Аристократов с кровью Избранного напиток лишает сил. Избранный... вынужден отвечать на вопрос.

— Вынужден говорить правду. Лишает сил, — задумчиво повторил колдун. — Значит, его можно использовать как определитель Избранного?

— Так со мной и случилось, — сказал Рик, и голос его дрогнул. — Геральт дал мне напиток и понял, что я Избранный. Но он не понял...

«Не понял, что в тебе был я», — закончил Леандр.

Рик замолчал. Он не мог открыть чужую тайну. Леандр тоже молчал, но в этом молчании не было осуждения — только понимание.

— Интересно. Кто же его тут спрятал? — размышлял колдун вслух, вертя в руках кувшин.

— Это не монахи! — вырвалось у Рика. — В нашем договоре про кувшин речи не было. Я должен был просто убить вас посреди храма. Тогда ваша смерть послужила бы восстановлению порядка.

— Порядок? Моя смерть призовёт сюда хаос, — заявил Гэрет. — Весь этот мирок мигом исчезнет, разорванный ордами демонов. По счастью, убить меня не так просто.

— Я и не собирался, — сказал Рик. — Вы нужны мне живым и полным сил.

«Он нам нужен», — подхватил Леандр. «Без него я не стану императором. Без него я не отомщу».

— Мы оба нужны друг другу. Так что предлагаю вернуть его на место, — Гэрет поставил кувшин обратно в тайник алтаря. — Пусть побудет здесь до лучших времён.

— Какие времена ты считаешь лучшими, мой дорогой? — раздался вкрадчивый голос.

Из ниши у стены неожиданно выступила фигура человека, закутанного в мантию храмовника. Когда его плаща коснулся свет, Рик увидел — одежда незнакомца была не чёрно-синей, как в горном монастыре, а отливала глубоким пурпуром. Чужак. Не местный. На груди блеснула золотая звезда. Такая же, как в видении убийства Леандра.

Рик отступил к алтарю.

«Атрия. Их правитель тоже Свенсон. Их храмовники носят лиловый».

Человек откинул капюшон, и Рик увидел незнакомого мужчину. Его можно было бы назвать эффектным, если бы не тьма, клубящаяся вокруг него, и горящие алым глаза.

Демон? Колдун?

«Зло», — прошептал Леандр.

— Что такое, милашка? — с улыбкой проворковал мужчина, глядя на Гэрета своими жадными глазами. — Вижу, ты не смог обо мне забыть. Даже вернулся в соседнее королевство. Я польщён. Честно говоря, я жутко по тебе скучал, мой милый Гэрет.

Рик переводил взгляд с одного на другого. Они хорошо знали друг друга. Приятели? Непохоже.

— Герман? Откуда ты взялся? — спросил Гэрет с нескрываемым раздражением.

— Ты ведь знаешь, наши земли воссоединились. Атрия и Рангард снова добрые соседи. До нас дошли вести о том, что появился наследник императора. Я не мог пропустить столь важное событие и поспешил засвидетельствовать своё почтение их светлости.

Оценивающий взгляд атрийца скользнул по Рику, и тот почувствовал себя мелкой монеткой на столе торгаша. Герман сделал шаг в сторону юноши.

— И кажется, я успел раньше всех. Избранный ещё не получил официального одобрения церкви.

— Никакого одобрения не нужно, — заявил Гэрет, отступая от Германа к пентаграмме. — Достаточно моего желания, и Избранный воссядет на положенное ему место.

— О, — проронил атриец. — Так ты пришёл в Рангард, чтобы уничтожить еретиков, захвативших власть? Прекрасно, мы только за. Эти негодяи уничтожили цвет империи. Пора им заплатить за свои преступления.

Он сделал шаг к Гэрету, но на полпути резко развернулся — и в следующее мгновение Рик почувствовал холод у горла.

— Вот мы и оказались предельно близки в нашем стремлении к общей цели, — усмехнулся Герман, прижимая кинжал к шее юноши.

— Нет у нас никаких общих целей, — Гэрет замер в центре рисунка, делая вид, что не может из него выйти. — На еретиков и цветы мне плевать. Я здесь, чтобы провозгласить правителем этого парнишку.

— Забавно. Но у нас в Атрии уже есть Избранный. Ты не можешь не знать этого.

— Другой Избранный? — переспросил Рик, стараясь не двигаться. Лезвие холодило кожу.

«Не важно», — голос Леандра прозвучал предостерегающе.

— Не слушай его, — эхом отозвался Гэрет, не сводя глаз с Германа. — Он сейчас наговорит с три короба. Избранных в империи может быть сколько угодно, но император — только один.

— Но это...

Рик запнулся. Герман ловко запустил руку ему за пазуху и извлёк кинжал — тот самый, церемониальный, с нефритовой рукоятью в виде змеи.

— Вот видишь! Твой Избранный заодно с твоими врагами, — сказал атриец, обращаясь к Гэрету. — Он носит оружие, которым собирается тебя убить. Всего несколько шагов — и ты был бы пронзён этим клинком. Скажи спасибо, что я тебя спас, мой сладкий.

— Вот в чём дело! — колдун изобразил оскорблённую невинность. — Рик, ты что же, говорил конный поход, а сам решил меня прикончить?

— Нет, я никогда! — вырвалось у Рика. — Мы же с вами только что...

— Всё это было притворство! — перебил Гэрет убеждённо. — Ты в сговоре с религиозными фанатиками, которые убили твоего деда! Как ты мог так низко пасть! Пойти против своего спасителя, обманом завести его на алтарь для заклания!

— Господин Гэрет... — простонал Рик. Он почти поверил. Но потом поймал взгляд колдуна — чуть заметный прищур, лёгкое напряжение губ, едва уловимый блеск в глазах. Гэрет играл роль.

— Эх, без меня ты просто пропадаешь, мой милый Гэрет, — произнёс атриец. — Что за прислужника ты себе выбрал!

— Не твоё дело, — ответил колдун мрачно. — Выбираю кого хочу.

— Здесь совсем не так, как во дворце твоего отца, — заметил Герман. — Это не волшебный мир демонов. Это ужасный мир низких людей, солнышко. Без опытного проводника ты непременно собьёшься с пути и погибнешь. Не случайно мы снова и снова встречаемся, — продолжал он, чуть ослабляя хватку. — Это судьба, мой дорогой Гэрет. Позволь помочь тебе. Я глава Атрийского отделения Ордена и не позволю разным мелким паршивцам портить тебе карьеру.

Леандр дрогнул. Глава храмовников Атрии? Он носит такую же звезду, какая была у бабушки, у королевы Ядвиги.

«Внимательно!»

— Насчёт карьеры это интересное предложение. Но знаешь что... — Гэрет слегка качнул головой. Это был знак.

Рик рванулся, выкручиваясь из захвата, и отскочил к стене.

Гэрет выскочил из пентаграммы — рисунок монахов не смог удержать его. В руке колдуна сверкнула шпага. Сталь звонко ударила по металлу — под мантией храмовник носил кирасу.

— Ах ты... — вырвалось у колдуна.

— Я разочарован, дорогуша, — усмехнулся Герман, отступая. — Как ты мог предположить, что я поеду на чужбину без защиты? Но признаюсь, ты смог меня смутить. Мне не следовало забывать о коварстве демонов.

— А мне не следовало забывать о подготовке атрийских дворян, — возразил Гэрет, нападая на него. — Но ты ведь не дворянин, а, Герман? Кто твои родители? И с таким происхождением ты лезешь в советники к Избранному?

— Поэтому в Рангарде всё и случилось, — с досадой ответил храмовник, парируя. — Из-за таких как ты, высокомерных аристократов, одержимых чистотой своей голубой крови, и рухнула империя. Ничего, на костях старого мы воздвигнем новый мир, и демоны, кто бы они ни были, станут нашей добычей.

Они схлестнулись в смертельном танце. Рик прижимался к стене, не в силах отвести взгляд. Гэрет, всегда казавшийся ему хрупким, почти болезненным, двигался с грацией и силой, каких Рик от него не ожидал. Его шпага находила бреши в защите, пронзала плоть, заставляла противника отступать снова и снова.

«Смотри», — голос Леандра дрогнул от восхищения. «Смотри, как он дерётся. Он не просто воин. Он настоящий демон».

Герман был силён. Но Гэрет оказался неумолим. Он не останавливался, пока храмовник, ослабев, не опустился на колени.

— Проклятый демон! Изыди! — прохрипел Герман, собирая последние силы. Его рука метнулась вперёд, и кинжал вонзился Гэрету в бок.

— Господин Гэрет! — закричал Рик.

Колдун даже не покачнулся.

— Твой ножик и ребёнка не остановит, — ответил Гэрет, освобождая клинок и пронзая шею храмовника.

Герман рухнул на плиты рядом с рисунком. Тьма, клубившаяся вокруг него, медленно рассеялась, словно дым на ветру.

— Господин Гэрет! — Рик бросился к колдуну.

— Мелочи. Всего лишь царапина, — отмахнулся тот.

— Там свет! — указал юноша.

Гэрет опустил глаза. Рядом с ним из-под рисунка храмовников поднималось призрачное пламя.

Глава 25. Пробуждение крови

— Неплохо, — сказал Гэрет, разглядывая голубоватое свечение. — И такой чувствительный. Проснулся от маленькой раны.

Рик смотрел на сияние, и земля уходила у него из-под ног. Но Гэрет крутился перед алтарём по этому светящемуся рисунку как ни в чём не бывало.

— Вы истекаете кровью, а сами... — Рик не знал, что сказать.

— Магия этого мира имеет своё происхождение, — спокойно пояснил Гэрет. — Её источник — мой отец. А я его сын. Она чувствует мою кровь.

— Значит, вы...

— Я не Создатель, — Гэрет поморщился от боли. — Но достаточно силён. Так что никакие самые секретные рисунки меня не остановят. Считай, я обычный человек.

«Странно это всё, — прошептал Леандр. — Он действительно обычный. Даже убивает обычной шпагой. А мог просто развеять этого Германа в пепел. И я не вижу вокруг него ничего особенного».

Рик тоже, сколько ни вглядывался, не видел у своего хозяина магического пламени. Хотя в таком волшебном месте, как Храм, рядом с волшебным рисунком, он должен был пылать. Но юноша решил не настаивать. В конце концов, у всех есть свои секреты. Они с Леандром и так узнали слишком много.

— Вы убили его, — заметил Рик.

— Германа? Так он сам напросился, — невозмутимо отозвался колдун. — Он узнал кто я и теперь меня преследует. Да ещё осмелился взять моего Избранного в заложники. Не отвлеки я его, он и тебя мог прирезать. Тогда ты не достиг бы цели своего воплощения.

Цель воплощения.

— Вы поняли? — спросил Рик, чувствуя, как Леандр пробуждается и рвётся наружу.

— Я догадался, — усмехнулся Гэрет. — Сильные души могут вернуться в мир в другом теле, если у них остались неоконченные дела. Ты, похоже, одна из таких душ.

— Это моё предназначение, — сказал Леандр губами Рика. — Я обещал отцу, что выживу и стану императором.

— Я не против, становись на здоровье, только будь с Риком нежнее. Береги его, он твоя защита от демонов и некромантов.

Юноша захлопал глазами. Гэрет говорил так, словно всё знал. Словно для него не было секретом то, что Рик так отчаянно скрывал все эти недели.

— Это же элементарно, — пожал плечами колдун. — Захваченное неприкаянным духом тело обречено на скорое уничтожение. Благодари силы Рика, которые помогают вам обоим жить в одном теле. А теперь отойдите от рисунка и без меня ничего здесь не трогайте.

Со стороны входного портала храма уже слышались голоса — братья-монахи входили внутрь.

— Этот свет... его заметят, — забеспокоился Рик.

— И пусть себе замечают, — спокойно ответил Гэрет.— Скажете, что так сработало их заклинание. Пусть погордятся. А теперь дайте кинжал.

Рик протянул церемониальное оружие. Колдун окунул лезвие в кровь Германа — своей собственной вытекло слишком мало, не хватило бы даже на ритуальный жест. Потом вернул нож Рику.

— Держите. Скажете монахам, что закололи меня этим кинжалом. Они поверят.

— А как же...

— Мой плащ, — Гэрет скинул верхнюю одежду и бросил её посреди пентаграммы. — Скажете, что магия рисунка сожгла колдуна дотла, осталась одна мантия. Магический рисунок, демоническая кровь — они поверят в то, во что хотят верить.

Рик завернул кинжал в платок и вдруг заметил, что тело Германа исчезло.

— Господин Гэрет, — прошептал Рик. — А где тело?

Гэрет огляделся. Свечение медленно таяло, под сводами храма становилось сумрачно. И в этом сумраке тело Германа словно растворилось.

— Неважно, — сказал Гэрет, хотя в голосе его впервые послышалась неуверенность. — Вам не надо об этом волноваться. Мало ли что бывает в таких местах.

Рик кивнул. Шаги монахов звучали совсем близко.

— Соберитесь. Ваш кортеж уже здесь. Забирайте доказательства и возвращайтесь.

— А вы? — спросил Рик.

— Я спрячусь. Дождусь, пока вы уйдёте. И потом поищу, что тут осталось. Надеюсь, вы сможете поладить с монахами без меня.

— Конечно, господин... демон.

Рик опасливо посмотрел на Гэрета. Тот укоризненно покачал головой.

— Не повторяйте за другими! Я вас не обманывал. Моя мама — действительно колдунья.

Юноша улыбнулся. Объяснение было принято.

— Хорошо, господин Гэрет. Мы ждём вас в Рангарде на коронации.

Колдун шагнул в нишу и растворился в темноте. Рик остался один, с кинжалом в руке и чёрным плащом у ног.

— Ваша светлость! — раздалось за спиной.

Рик обернулся. Четвёрка храмовников в чёрно-синих одеяниях стояла у алтаря, с опаской оглядывая окутанные мраком коридоры древнего храма. В руках одного из них был факел, и его свет выхватывал из темноты алтарь и пятна крови на полу.

— Что здесь произошло? — спросил брат Луций, приближаясь.

— Колдун, — ответил Рик жалостливым голосом. — Он хотел убить меня. Мы сражались. По счастью, магия сожгла его.

Монахи переглянулись

— Нужно возвращаться, — сказал Рик, не дожидаясь, пока они начнут сомневаться. — Нужно как можно скорее известить брата настоятеля.

Юноша пошатнулся. Усталость навалилась внезапно, тяжёлым грузом придавливая к земле.

— Брат Грегори, тебе плохо? — один из монахов подхватил его под руку.

— Всё хорошо, — прошептал Рик. — Просто устал.

«Идём», — Леандр внутри словно подставил плечо, поддерживая.

Рик позволил увести себя из храма, стараясь не оглядываться. Внутри него боролись два чувства — облегчение от того, что колдун жив, и странная, щемящая пустота от его ухода.

— Леандр, — прошептал Рик, когда они отъехали на достаточное расстояние. — Ты знал? О крови?

«Догадывался», — ответил дух. «Когда я впервые коснулся твоего сознания, когда Геральт дал тебе напиток, я почувствовал что-то знакомое. Теперь я понимаю. Это не только из-за крови Избранного. Это ещё из-за крови Создателя».

— Значит, мы его дети?

«Не дети. Частицы. Искры, зажжённые его силой».

Рик закутался в плащ. Голова кружилась от мыслей. Его хозяин — демон.

«Постарайся не думать. Тебе надо отдохнуть».

— Наверно, — прошептал Рик.

Глава 26. Совет храмовников

Ворота монастыря распахнулись перед путниками. Братия высыпала из келий, глядя на возвращающихся с надеждой и любопытством.

Рик спешился, вышел в центр двора и бросил на камни чёрный плащ. Ткань была изодрана, пятна на ней не оставляли сомнений.

— Колдун мёртв, — произнёс он громко.

Монахи ахнули. Кто-то осенил себя знаком защиты, кто-то зашептал молитвы. Рик протянул настоятелю завёрнутый в платок кинжал. Северин развернул его, коротко глянул и поспешно замотал обратно. В глазах монаха светилась едва сдерживаемая радость.

— Поздравляю. Вы сделали это, Избранный.

— Теперь я свободен и готов принять трон, — произнёс Рик. — И вы мне в этом поможете.

— Конечно, — настоятель склонился ещё ниже. — Мы сделаем всё, что в наших силах. Империя ждёт своего истинного правителя.

Рик смотрел на согнутые спины монахов. Внутри, в самой глубине, тихо смеялся Леандр.

После торжественной службы в часовне Рика с почестями проводили в келью. Брат Северин лично зажёг свечи, поправил подушку на лежанке и лишь потом удалился, пожелав спокойной ночи.

Рик остался один. Выждал полчаса, прислушиваясь к шагам в коридоре. Потом достал из-за пазухи записку — её сунул ему один из монахов перед выходом из часовни.

«В библиотеке после вечерней молитвы. В темноту*».

На листе стояла печать полиции Рангарда. Парень, сунувший ему записку, держался по-военному прямо.

Рик сжёг записку над свечой и бесшумно выскользнул в коридор.

Библиотека тонула в полумраке. Горел лишь фонарь, поставленный на дальний стол, и в его свете Рик увидел знакомую фигуру. Дарк стоял у стеллажа, перелистывая какую-то древнюю книгу, и даже не обернулся на звук шагов.

— Ты один? — спросил он негромко.

— Да.

— Хорошо.

Дарк закрыл книгу, повернулся. В полутьме его лицо казалось высеченным из камня — те же резкие черты, тот же холодный, оценивающий взгляд. Только сейчас в этом взгляде не было равнодушия.

— Мой император, — сказал он и поклонился. В его движении не было подобострастия, лишь признание старшинства.

Рик молчал, давая ему продолжить.

— Армия готова. Полиция и ополчение тоже.

— Сколько?

— Тысяча. Этого достаточно, чтобы занять столицу, но мало для большой войны.

— Всё-таки война?

Дарк кивнул.

— Геральт знает, что вы живы.

«Прекрасные новости», — мрачно отозвался Леандр.

— Это не всё, — продолжил Дарк. — Геральт уговорил Данморов. Теперь они на его стороне.

Рик опустился на скамью.

— Вот как... значит, лорд Альфред решил, что я слабак.

«Мы не знаем наверняка»!

— Геральт умеет быть убедительным, — со знанием дела пояснил Дарк. — Он захватил уже три провинции. Данмор не собирается ему уступать. Горцы собираются в поход на столицу.

— А у нас только тысяча.

— Пока. Империя — это не только Реймдали. Есть и другие.

«Какие это другие»?

Рик посмотрел на Дарка.

— Сколько у нас времени?

— Месяц. Геральт пойдёт на столицу, как только соберёт достаточно сил.

— А я должен сидеть с монахами?

Дарк отвернулся, делая вид, что изучает корешки книг.

— Тот парень, которого вы мне прислали, Родерик. Толковый малый. И эти ваши Братья тоже.

— Я рад, что вы договорились, — улыбнулся Рик.

Его улыбка словно осветила комнату. Дарк не смог сдержать ответной улыбки. Как он ни старался выглядеть суровым командиром, лицо его просветлело.

— Утром я возвращаюсь в Рангард. Со мной едет лорд Реймдаль и его младший сын. Будем готовить столицу к приезду вашей светлости.

«Бодрые ребята. Так они и без Гэрета справятся».

— Что ж, — прошептал Рик, выходя в коридор. — Посмотрим, кто кого.

Утро выдалось ясным. Солнце поднималось над горами, окрашивая снежные вершины в розовый цвет, а во дворе монастыря царила непривычная суета. В горный монастырь прибыли иностранные гости. Они приехали не на ослах, а на тонконогих восточных скакунах. И плащи у этих монахов были не чёрно-синие.

«Лиловый», — голос Леандра звучал глухо, почти незнакомо. «Родовой цвет Свенсонов. Цвет моей убийцы».

— Ты уверен?

«Я помню. Платье было синим. Но мантия — тёмно-лиловой».

Рик вышел во двор. Брат Северин уже приветствовал гостей, монахи помогали братьям спешиться, уводили лошадей. Атрийцы держались с необычным достоинством — их плащи были расшиты серебром, а манеры выдавали не затворников, а бывалых придворных. Похоже, далёкий горный монастырь посетила верхушка Ордена.

— Избранный, — Северин дружески взял Рика под локоть, подвёл к гостям. — Позвольте представить вам наших братьев из Атрии. Они разделяют наше стремление очистить Рангард от ереси.

Главный среди них, приятный мужчина средних лет, вежливо поклонился Рику.

— Виконт дю Валлен, секретарь главы Атрийского отделения Ордена Рыцарей Храма, к вашим услугам. Рад встрече, Избранный.

Секретарь покойного Германа? Того самого, который погиб в храме от рук Гэрета. Интересно, он знает, что его глава мёртв? Виконт выглядел спокойным и дружелюбным. Рик заволновался — неужели возможно так мастерски притворяться?

«Ничего не чувствую», — шепнул Леандр. «Он непробиваем».

Рик смог только поклониться в ответ.

— Наш брат Грегори исключительно скромный молодой человек, — пояснил Северин. — Уверен, очень скоро вы будете покорены его достоинствами.

— Льщу себя надеждой, — ответил виконт. В его серых глазах мелькнуло любопытство.

Рик насторожился. Но виконт уже вежливо опустил глаза.

После долгой и торжественной трапезы Северин собрал совет.

В главной зале монастыря собрались все — черно-синие плащи рангардского отделения, фиолетовые атрийского. Рик сидел во главе стола, изображая будущего императора, и слушал.

— Еретики захватили власть в столице, — говорил Северин, магистр Ордена, обводя зал горящим взглядом. — Они убили законного правителя, уничтожили Избранного. Сокровища нашего Ордена под угрозой осквернения. Пришло время для торжества справедливости.

— Мы разделяем вашу скорбь, господин магистр, — отозвался виконт дю Валлен. — Орден должен объединиться. Атрия поддержит Избранного.

Рик кивнул, когда на него посмотрели. Внутри всё кипело. Эти люди так правильно говорили о справедливости. А сами... сами были с теми, кто убил императора. Кто убил Леандра.

«Играй, не отвлекайся», — шепнул Леандр.

— Я согласен, — сказал спокойно Рик. — Вместе мы очистим Рангард от тех, кто привёл империю к гибели.

Слова лились сами. Он смотрел на монахов и видел их жажду власти, прикрытую благочестием. Но сейчас эти карьеристы были ему нужны.

— Нам понадобится больше людей, — заметил кто-то из атрийцев. — Надо известить главу.

— Глава? — переспросил Рик. — Я думал, вы представляете Атрию.

— Брат Герман прибудет позже, — пояснил Северин. — По правде говоря, мы ждали его сегодня, но...

Он не договорил. Дверь распахнулась.

— Прошу прощения, братья. Плохая погода.

Рик чуть не засмеялся.

Потому что человек, который только что вошёл в зал, был очень похож на покойного Германа. Если бы Рик не знал правды, он бы ни за что не догадался.

Но он знал. И от этого хотелось хохотать в голос.

— Я, Герман фон Раттлинг, глава атрийских Рыцарей Храма, приветствую Избранного, — гость склонился в изящном поклоне. — Да прибудет с вами благословение Создателя.

Рик протянул руку. Крашеный в брюнета и переодетый храмовником колдун коснулся её губами, и в этом прикосновении было что-то почтительное и одновременно до того насмешливое, что Рик едва не фыркнул.

— Мы ждали вас, господин... Раттлинг, — сказал юноша. — Мы надеялись, ваш король также почтит нас своим визитом.

— Их величество прибудут позже.

— А вы...

— Я спешил, чтобы засвидетельствовать своё почтение вашей светлости. И подтвердить преданность атрийского Ордена установленным Создателем законам.

Гэрет говорил гладко, убедительно, словно всю жизнь только и делал, что втирался в доверие к врагам.

«Хорош», — голос Леандра прозвучал с одобрением. «Очень хорош. Смотри, как местные зашевелились».

Рик и сам видел, как побагровел брат Северин. Гэрет ловко обошёл его, выставляя себя главным союзником нового правителя. Храмовники зашептались, не зная, как реагировать.

— ...и с благословения вашей светлости мы готовы освободить народ империи от накрывшей его тьмы невежества, — вещал тем временем Гэрет, — и вернуть заблудшие души на истинный путь, ведущий в объятия Создателя.

Рик слушал и поражался. Как легко колдун говорил на их языке! Как естественно звучали эти фальшивые, насквозь лицемерные слова!

Но тут случилось то, чего никто не ждал.

— Подождите-ка, — раздалось из толпы атрийцев. — Этот человек — не наш глава.

В зале повисла тишина. Рик затаил дыхание.

«Спокойно», — приказал Леандр. «Наблюдай».

— Не ваш глава? — переспросил Северин с плохо скрытым злорадством. — Но кто же тогда осмелился явиться сюда в регалиях вашего руководителя?

— У него слишком белое лицо, — указал атриец на Гэрета. — Он больше похож... на призрака главы.

— Я — призрак? — Гэрет изобразил оскорблённое достоинство с таким неподражаемым выражением, что Рик закусил губу, чтобы не рассмеяться. — Ещё демоном назовите.

Храмовники заволновались. Кто-то выкрикнул: «Демон!», кто-то потянулся к оружию. Рик сжал подлокотники трона — сейчас всё рухнет, сейчас начнётся резня, и тогда...

— Позвольте предложить свою помощь, братья, — вмешался виконт. — Я служил прежнему главе ещё до отъезда принца Фредерика. Надеюсь, вы поверите моему свидетельству.

— Конечно, брат Люсьен, — ответили атрийцы, расступаясь.

Виконт подошёл к Гэрету, посмотрел на него в упор и... улыбнулся. В этой тонкой улыбке Рик с содроганием заметил иронию. Но виконт тут же взял себя в руки.

— Могу с уверенностью утверждать, что этот мужчина... действительно наш глава. Вас ввела в заблуждение его бледная кожа. Но это легко объяснить — он недавно перенёс тяжёлую болезнь. Прошу вас, глава, продолжайте.

Гэрет подхватил игру мгновенно. Через минуту храмовники уже слушали его трагический рассказ о коварном нападении и о священном долге, который привёл его в Рангард. Рик смотрел и поражался — они поверили.

«Люди», — философски заметил Леандр. «Всегда верят тому, во что хотят верить».

Переговоры продолжились. Гэрет вещал о важности восстановления законной власти, о единстве Ордена. Монахи согласно кивали.

— Мы вызовем подкрепление из Атрии, — объявил псевдо-глава. — Мои люди будут в Рангарде через две недели.

— Мы также начнём готовиться к выступлению, — ответил Северин.

Совещание завершалось. Рика торжественно препроводили в келью. Во дворе горели факелы, и в их свете он заметил покидавшую монастырь карету со знакомой эмблемой на дверцах.

«Лошадь в колесе. Та самая. Атрия», — заметил Леандр.

Вскоре к Рику заглянул виконт дю Валлен.

— Прошу прощения, Избранный. Наш глава вынужден спешно уехать. Срочные дела в Атрии.

— Надеюсь, с ним всё будет хорошо, господин...

— Для вас просто Люсьен, — поклонился атриец.

— Очень приятно, брат Люсьен. Мне хотелось бы ещё раз встретиться с вашим главой. Он показался мне необыкновенно интересным собеседником.

— Сделаю что смогу, — виконт улыбнулся непроницаемо. Рик мог поклясться, что этот человек знает гораздо больше того, что говорит.

Монахи расходились по кельям, довольные и успокоенные. А Рик стоял посреди кельи, чувствуя, как внутри поднимается холодная, тяжёлая волна. Он снова остался один. Леандр молчал, но Рик чувствовал его присутствие.

«Играем дальше», — наконец сказал дух.

— Играем, — прошептал Рик.

_____________

*Дарк - означает "тёмный"

Глава 27. Два Избранных

Гэрет снова исчез. Но теперь его увезли. Что если на этот раз он слишком увлёкся своими играми и переодеваниями?

«Этот Люсьен — скользкий тип», — подхватил Леандр.

— Помолчи. Без тебя тошно!

Рик сидел на кровати, пытаясь унять мысли. Но чем больше старался не думать, тем громче они бились в голове, как зверьки в клетке. Голова грозила лопнуть. Он зажмурился, вздохнул и открыл глаза.

«Слабак», — произнёс насмешливо Леандр.

Рик хотел ответить, но вдруг замер.

В углу комнаты, под окном, там, где была тень, кто-то стоял.

Невысокий, в мантии монаха. Светлые локоны падали на плечи, а глаза — Рик видел их даже в полумраке — были такими же странными, как у него самогo. Аквамариновыми.

«Осторожно! Он опасен».

— Кто здесь? — вскочил Рик.

Незнакомец вышел из тени.

Это был юноша примерно таких же лет, как и Рик. Красивое, немного женственное лицо, длинные ресницы. Он смотрел на Рика с таким выражением, будто видел перед собой призрака.

— Значит, это ты, — сказал он полуутвердительно.

— Как ты сюда попал?

— Как попал? — незнакомец усмехнулся. — Я прохожу везде, где захочу. Это мой дар. Мы с Гэретом...

— Ты знаешь Гэрета?

— Знаю ли я? — В голосе незнакомца появилась горечь. — Я тот, на чей зов он явился. Тот, кому он согласился помочь. Я был его другом.

— Ты... Рауль?

Незнакомец вздрогнул.

— Ты знаешь обо мне?

— Гэрет принял меня за тебя. Когда попал в Петлю Времени. Он удивился.

— Вот как.

Рауль сделал ещё шаг. Теперь они стояли друг напротив друга — два мальчика с одинаковыми глазами и одинаковыми волосами. Стояли так близко, что Рика охватило невидимой силой, как будто Рауль держал его за плечи.

— Я был с ним, — голос Рауля дрогнул. — Я его слушался. А он выбрал тебя.

— Я не просил, — тихо ответил Рик. — Я не просил меня выбирать. Я просто... случайно оказался под рукой.

Это было неправдой. Рик не просил, зато просил Гаспар. И Гэрет был вынужден выбрать Рика.

— Случайно, — эхом повторил Рауль. В глазах его блеснули слёзы. — А я всю жизнь ждал его. И что? Он взял и бросил меня.

Воздух в комнате вдруг стал тяжёлым.

«Опасность», — шепнул Леандр.

Но Рик не слушал. Он смотрел на Рауля и видел в нём себя. Такого же одинокого, такого же потерянного, такого же... брошенного.

— Ты не прав, — сказал он. — Ты ему нужен. Иначе он бы не пришёл к тебе. Не стал бы тебе помогать. Не...

— Заткнись! — выкрикнул Рауль. В руке его неожиданно сверкнул кинжал. — Ты ничего не знаешь! Ты появился и всё испортил!

Рик отшатнулся, схватился за край стола. Рауль наступал — быстрый, гибкий, как дикая кошка. В глазах его горела обида пополам с отчаянием.

— Хочешь меня убить? — спросил Рик. Голос его не дрожал.

— Хочу, — признался Рауль. — Очень хочу. Чтобы ты исчез. Чтобы он вернулся ко мне. Чтобы снова смотрел только на меня.

— Он вернётся, если я исчезну? Ты правда в это веришь?

Рауль замер. Кинжал дрогнул в его руке.

— Не знаю, — прошептал он. — Но другого способа у меня нет.

— Есть, — сказал Рик. Он двинулся навстречу клинку. — Ты можешь поговорить со мной.

— Ты сумасшедший, — заявил Рауль. — Я собираюсь тебя убить, а ты предлагаешь поговорить?

— Я видел много смертей, — ответил Рик. — Своих и чужих. Бабушка убила моего... того, кто во мне. А его брат отомстил ей. И что? Ничего не изменилось.

Рауль смотрел на него, глубоко дыша.

— Ты действительно сумасшедший, — повторил он, но кинжал опустил.

Они стояли друг напротив друга. Два мальчика с одинаковыми глазами.

— Расскажи мне о нём, — попросил Рик. — О Гэрете. Как вы познакомились?

Рауль помолчал. Потом сел на пол, прислонившись к стене. Убрал кинжал за пояс.

— Сначала он мне приснился, — начал он тихо. — Когда он предстал передо мной наяву, я испугался. Я попросил его помочь отыскать моих родителей. И он отвёл меня к моему отцу, в Атрию.

— А потом?

— А потом он ушёл, — голос Рауля дрогнул. — Обещал, что мы встретимся, когда я стану королём.И когда снова появился в Атрии, рассказал о тебе.

— Что рассказал?

— Что нашёл Избранного. Что ты будешь императором. Что мне нужно... — он запнулся, — что мне нужно смириться.

— И ты смирился?

— Нет, — Рауль поднял глаза. В них горел огонь упрямства.

Рик молчал. Что он мог ответить?

— Я тоже не хотел, — сказал он наконец. — Я тоже просто искал своих родителей. А получил... это. — он обвёл рукой комнату. — Скоро я стану Избранным правителем. Императором. И понятия не имею, что с этим делать.

Рауль усмехнулся.

— Дурак. Быть избранным кем-то — это просто. Трудно быть с тем, кого выбрал сам.

Они замолчали. Где-то вдалеке запела птица.

— Знаешь, — сказал вдруг Рауль, — я думал, ты будешь другим. А ты... Хоть ты и не один... вы как я.

— Ты видишь его? — Рик кивнул назад, намекая на Леандра. Рауль улыбнулся.

— Вижу. Он силён. Но не сильнее меня.

«Избранный. Мне не одолеть», — признался Леандр.

— Поменяемся? — неожиданно предложил Рик.

«Нет! Не смей!»

Рик усилием воли затолкал возмущённого Леандра глубоко в себя. Рауль удивлённо понаблюдал за происходящим. Потом покачал головой.

— Не надо. Я уже нашёл что искал. Вы тоже. Всё, что нам остаётся...

— Дружить, — подсказал Рик с надеждой.

Рауль поднял брови.

— Дружить? Ты предлагаешь дружбу человеку, который только что хотел тебя убить?

— Ты не хотел убивать. Ты просто хотел, чтобы тебя заметили.

Рауль помолчал. Потом протянул руку.

— Рауль Свенсон, нынешний правитель Атрии. Можно просто Рауль.

Рик пожал её.

— Грегори Свенсон, будущий правитель империи Рангард. Для друзей — Бальдр.

— Грегори, — повторил Рауль. — Так назвала меня мама. В честь моего деда.

— Рауль, — ответил Рик. — Так должны были звать меня. Мой отец погиб, спасая нас с тобой из Башни Принцессы.

— А моего отца... его тоже убили. Совсем недавно, в прошлом месяце. Людвиг признал свою связь с принцессой Клер, женой своего брата, и официально усыновил меня. Я пробыл с ним так мало...

Рауль опустил голову, и Рик услышал, как он в досаде скрипнул зубами.

— Моя бабушка... она оставалась в Рангарде.

— Она меня воспитала, — вздохнул Рик. — Вместо тебя. И теперь...

Рик не заметил, когда это произошло. Просто однажды внутри стало холоднее.

— Она умерла, — сообщил Рауль. Он чувствовал это лучше Рика. — Какая она была?

— Строгая, — коротко ответил юноша, пряча слёзы. Всё-таки бабушка была для него единственным родным человеком.

Они помолчали. Вся ярость и страх укладывались на их души ковром, как перья от распоротых подушек.

— Выходит, мы оба одни, — произнёс Рик примирительно. Рауль пожал плечами.

— У меня есть мачеха и сводный брат. А у тебя — кузены Реймдали.

— И у нас обоих есть один знакомый демон.

«Который вечно бродит незнамо где», — ворчливо заметил Леандр.

За окном забрезжил рассвет. Первые лучи солнца коснулись горных вершин.

— Мне пора, — сказал Рауль, поднимаясь.

— Приходи ещё, — пригласил его Рик. — Когда я стану императором. Поболтаем.

Рауль улыбнулся. И всё его лицо осветилось мягким светом.

— Знаешь, — сказал он. — Может, Гэрет не зря выбрал тебя.

— Может быть, — согласился Рик. — Но я рад, что он помог и тебе.

Рауль кивнул и исчез — так же бесшумно, как появился.

«Из врага сделать друга», — сказал Леандр. «А ты хорош».

Глава 28. Последний привал

Весна пришла в горы внезапно — как всегда и бывает в этих краях. Ещё вчера метель заметала тропы, а сегодня солнце плавило снег, превращая его в шумные ручьи, и набухшие почки на деревьях обещали скорую зелень.

Дорога до столицы заняла четыре дня. Крестьяне смотрели на отряд монахов с почтением и страхом, торговцы уступали дорогу, и Рик всё острее чувствовал — это уже не просто путешествие.

На исходе третьего дня они достигли придорожной таверны. Солнце уже клонилось к западу, отбрасывая на дорогу длинные тени от деревьев, и старое здание с покосившейся крышей выглядело в этом свете почти призрачным.

— «Последний привал», — прочёл брат Северин.

Рик вздрогнул. Тот самый...

«Все пути ведут к последнему привалу», — заметил Леандр.

Рик оглянулся на Гаспара. Юный лорд был занят своей супругой. Эльреда держала на руках малыша, закутанного в одеяло. Они не чувствовали того, что чувствовал Рик. Не видели теней, которые сгущались вокруг этого места.

Монахи въехали во двор. Тот был забит лошадьми и повозками — многие искали ночлега перед дальней дорогой. Хорошо, что у спутников Рика была только одна кибитка с вещами. Пара работников, усталых и равнодушных, помогли завести животных.

— Рассвет, Таран, мы завтра уедем, — сказал Рик коням. — Не деритесь.

Жеребцы сделали вид, что не слышали. Рассвет уже косился на чужого гнедого, а Таран с любопытством тянулся к сену в соседней повозке.

В трактире было многолюдно. Пахло элем и жареным мясом. Гул голосов накрывал с порога, и Рик на мгновение зажмурился. Леандр внутри напрягся.

К ним подошёл хозяин.

Рик узнал его сразу. Тот самый, что когда-то спрашивал у него совет про судьбу трактира. Рик принимал клиента, наряженный храмовником, с хрустальным шаром в руках.

Густав тоже узнал юношу. Глаза его округлились, рот приоткрылся.

— Добро пожаловать, Оракул! — произнёс он громче, чем следовало.

Несколько голов повернулись в их сторону. Монахи уставились на Рика с подозрением. Юноша почувствовал, как кровь приливает к лицу. Он надвинул капюшон на нос, но было уже поздно.

«Оракул», — в голосе Леандра послышалась усмешка. «Не Бальдр?»

— Простите, — пробормотал Рик монахам. — Это долгая история.

Густав засуетился:

— Проходите, проходите! Лучшие места для вас! Для Оракула и его спутников! Эй, Герта! Освободи столы!

Они прошли в зал, сопровождаемые множеством взглядов. Рик остановился в самом центре. Его охватил вихрь призрачных видений. Блеск стали, грохот переворачиваемой мебели, звяканье посуды, ругань, крики...

— У вас часто дерутся? — спросил Гаспар хозяина, незаметно рассматривая посетителей.

— Бывает, — кивнул трактирщик.

— Почитай, каждый день, — поддержал его работник. Рик поглядел на дальний стол. Работник заметил и предложил:

— Хотите туда? Как раз свободно.

Рик подошёл к столу. Пальцы коснулись поверхности столешницы. Работник зажёг свечу. Рик застыл, задумавшись.

— Что такое? — спросил его Гаспар.

— Отведи своих наверх, я подожду здесь.

Рик вздохнул и уселся за стол.

— Здесь Локи написал свой донос, — произнёс Рик едва слышно.

«А Гэрету наврал, что его заставили», — возмутился Леандр.

— Я видел, как он это делал. При встрече не стал говорить. А теперь это и неважно. Странно, что я сижу на его месте.

Монахи уселись отдельно, поглядывая на Рика с нечитаемым выражением. А Рик смотрел на пляшущее пламя свечи и думал о том, что прошлое настигает в самый неподходящий момент.

Гаспар вернулся в зал. Эльреда осталась с ребёнком. Монахи, уставшие с дороги, удалились, как только для них подготовили комнаты.

Молодые люди дожидались ужина, когда Рик почувствовал знакомый холодок в груди. Он осторожно осмотрелся. В дальнем, самом тёмном углу копошились странная кампания. Трое подозрительного вида молодчиков зажали полного хорошо одетого мужчину, похожего на купца. Тот сидел с побелевшим лицом. Разбойники, понял Рик. Гаспар проследил за его взглядом и потянулся к кинжалу.

В этот момент в трактир вошла дородная женщина с корзиной, полной яиц. Она поставила корзину на пол и начала торговаться с трактирщиком.

Рик посмотрел на неё. В голове пронеслось: «Сейчас она споткнётся о корзину, упадёт, и все яйца разобьются».

— Гаспар, — шепнул он. — Корзина.

Реймдаль мгновенно понял. Он вскочил, подбежал к женщине и подхватил её в тот момент, когда она уже повернулась к корзине.

— Осторожнее, сударыня, — улыбнулся юноша своей самой обаятельной улыбкой. — Пол скользкий.

Женщина вспыхнула, заулыбалась и принялась благодарить. Трактирщик облегчённо выдохнул.

Вежливость Гаспара обратила на себя внимание разбойников. Они принялись оглядываться и заметили высокого белокурого путника с длинной шпагой на боку. И юношу в рясе за столиком со свечой, пламя которой колыхалось так, словно вот-вот погаснет.

— Этот парнишка, — зашептались разбойники. Один из посетителей поднялся и скользнул за стол к Рику.

— Прошу прощения, юный господин. Это не вас назвали Оракулом?

Рик поднял свои яркие глаза. Человек продолжил.

— Говорят, вы предсказываете будущее. Могу ли я узнать кое-что?

Перед Риком возникла пара монет.

— Моя жена...

— Уже скоро, — прервал его Рик.— Вам лучше поспешить домой. И возьмите деньги — купите что-нибудь дочке.

Мужчина поднялся, радостно благодаря. Над Риком навис другой посетитель, уже навеселе. Посмотрел на юношу с усмешкой, дыхнул перегаром.

— Слышь, Глазастый, может и мне погадаешь? По старой памяти.

— По старой памяти советую, Прыщ. Уходи. Здесь часто дерутся. И не все остаются целыми.

Подвыпивший Прыщ ошеломлённо отшатнулся от Рика.

Их разговор услышали. Люди в углу закопошились. Толстяк что-то возмущённо зашептал. Гаспар обернулся к разбойникам.

— Что уставился? — вызывающе осклабился один из бандитов.

Гаспар поправил шпагу. Вокруг угрожающе залязгало оружие. Слуга за стойкой пригнулся и прижал к себе корзину с яйцами, ожидая неминуемого разгрома. В углу тревожно пискнул зажатый бандитами купец.

— Моё имя Гаспар Реймдаль, — произнёс Гаспар со значением. — Мы здесь проездом. Никому не желаем зла. И вам не советуем.

Рик поднялся и встал возле друга. Скинул капюшон для лучшего обзора. Обвёл глазами бандитов.

— Уходите, — приказал юноша.

Вокруг стало тихо. Все присутствующие словно окаменели от непрошенного страха. Холод побежал по спинам. Воздух в зале затяжелел как перед грозой.

— Реймдаль. Сын маршала. И с ним... эти глаза... неужто Триада? Уходим, пока не поздно, — пронеслось по залу. Бандиты как тараканы поползли к выходу. Первым юркнул за дверь догадливый Прыщ.

Вскоре «Последний привал» заметно опустел. Толстый купец в дальнем углу сидел один, с залитым потом лицом, не веря своему счастью.

— Эх, не получилось у тебя блеснуть своим искусством фехтования, — сказал Рик приятелю.

— Лучшая битва та, которая не состоится, — философски заметил Гаспар.

— Господа! — к ним подошёл трактирщик с миской яиц. — Хозяин угощает.

— Благодарю вас, молодые люди, — подполз толстяк. — Я Торкель, купец. Меня пытались ограбить. Хотели отобрать деньги. Но вы меня спасли. Кто вы, скажите! Я ваш должник!

— Кто он? — улыбнулся Гаспар. — Скоро услышите. Приходите в главный собор, на коронацию.

Купец поклонился, разглядывая Рика. На его лице читалось узнавание, губы дрожали, но он не решился сказать вслух.

— У меня лучшие ткани в столице. Куда присылать дар, господин?

Молодые люди переглянулись.

— В особняк Реймдалей, — сказал Рик. — Нам понадобится праздничное облачение. Пришлите алого, синего, лилового и голубого.

— Лиловый! Это же цвет Свенсонов! Непременно, как только вернусь домой, распоряжусь! Благодарю вас, господин... господин Избранный!

— Что же, кузен, вот твои способности и пригодились, — усмехнулся Гаспар.

Рик взглянул на него. Кузен?

— Я это уже в монастыре понял,— тихо сказал Гаспар. — Твой дар скорости и забота о мирных жителях... Ты Реймдаль, сын Этель. И ты — наш Избранный правитель.

И Гаспар, не обращая внимания на всеобщее оживление, преклонил колено перед Риком прямо посреди трактира.

Глава 29. Интриги

На следующее утро, через пару часов после завтрака, они достигли Рангарда.

С холма город выглядел игрушечным — аккуратные домики, лента реки, шпили соборов. Рик никогда не видел со стороны столицу, в которой провёл своё детство. Она показалась ему большой и красивой.

Отряд неторопливо спустился к реке.

Рик ожидал увидеть полицию, ополчение, может быть, пару растерянных чиновников. Но то, что предстало перед ним, заставило его натянуть поводья.

У распахнутых городских ворот выстроились шеренги солдат — не тех, оборванных и усталых, каких он видел в тюрьме, а настоящих, в сверкающих кирасах, с новенькими пиками. За ними толпились приодевшиеся горожане.

Возглавлял солдат лорд Реймдаль. А рядом с ним, на стройном буланом коне...

— Это ещё кто? — прошептал Рик.

Всадник был одет в длинный плащ с капюшоном тёмно-лилового цвета, расшитый серебряными колёсами.

— Не знаю, — тихо ответил Гаспар. — Но, судя по плащу... наши соседи.

— Атрия? Здесь?

Рядом с таинственным всадником Рик заметил знакомые лица. Капитан Дарк стоял чуть поодаль, уступая место старшим по званию. Родерик, брат Тора, в солидном чёрном камзоле, с серьёзным лицом. И Эдди, в красном плаще и форме гвардейца.

— Бальдр! — закричал Эдди, забыв про всякую торжественность. — Бальдр, вот и ты!

Он подбежал к приятелю и едва не стащил Рика с лошади, под снисходительными взглядами солдат и удивлёнными — горожан.

— Эдди, успокойся, — отбивался Рик, но и сам невольно разулыбался.

— А мы тут! А мы... — Эдди жестикулировал, пытаясь рассказать всё сразу. — Я теперь в ополчении! Родерик с нами! А это, — он махнул рукой в сторону таинственного всадника, — это Люсьен, из Атрии! Он нам помогает!

— Помогает? — удивился Рик.

— Их король прислал нам оружие, лошадей, припасы! Люсьен сказал, пришлют ещё! Он и людей организовывал, и с отцом договаривался, и даже... — он понизил голос, наклонившись к уху Рика. — Ты не поверишь, Бальдр, он...

Рик выпрямился, не дослушав. Атриец уже сам направлялся к нему. Всадник подъехал и поднял капюшон. Это был виконт дю Валлен собственной персоной. Тот самый, кто спас Гэрета, когда его чуть не разоблачили.

— Брат Грегори, — поздоровался виконт своим вкрадчивым голосом. — Вот мы и встретились.

— Брат Люсьен, — ответил Рик, вглядываясь в лицо атрийца. — Так вы служите Раулю?

Люсьен на мгновение замер.

— Вы знакомы с его величеством?

— Мы встретились в монастыре, — ответил Рик. — Передайте ему, что я помню наш разговор.

Люсьен медленно кивнул.

— Непременно, ваша светлость. Как советник короля Атрии, — продолжил Люсьен, — рад приветствовать Избранного.

Рик покосился на Дарка. Тот едва заметно кивнул — мол, можно доверять.

— Благодарю, — ответил Рик. — Но я не ожидал... такого приёма.

— О, мы решили, что будущий император должен въехать в столицу достойно, — Люсьен улыбнулся, но улыбка не коснулась глаз. — Не правда ли, лорд Реймдаль?

— Именно так, — отозвался отец Эдди.

— Здесь вас ждут не только корона и трон, не только те, кто готов за вас умереть. Но и те, кто готов убить. Надеюсь, вы сумеете отличить одних от других.

Рик смотрел вслед атрийцу, который уже разворачивал коня к воротам.

— Что-то не так? — тихо спросил Гаспар, поравнявшись с ним.

Рик не ответил. Только тронул коня. Отряд двинулся в город.

«В Атрии свой Избранный, — прозвучал в голове голос Леандра. — Зачем им помогать тебе?»

***

Во дворце их ждал настоящий пир. Столы ломились от яств, слуги суетились, музыканты играли что-то торжественное. Рика усадили во главе стола, рядом — Гаспара с Эльредой и малышом, которого тут же окружили придворные дамы.

— Настоящий Реймдаль, — шептались они. — Смотрите, какие глаза!

Кресло императора оказалось широким и неудобным. Вокруг толпились люди, которые не спускали с Рика глаз и ловили каждый его вздох. И многие из этих людей смотрели на него волками.

Особенно те, в чёрно-синих мантиях.

Рик сделал вид, что рассматривает блюдо с фруктами, а сам наблюдал за братом Северином. Настоятель сидел в окружении своих, тех, кто приехал из монастыря. Они переговаривались вполголоса, поглядывая на Рика, на лорда Реймдаля, на Люсьена.

«Расслабься», — велел Леандр.

Рик глубоко вздохнул и выпрямился. Пальцы, сжимавшие подлокотники кресла, разжались. Он поднял голову и посмотрел прямо на брата Северина.

Тот отвернулся первым.

«Вот так, — одобрительно хмыкнул Леандр. — Ты будущий император. Не забывай об этом».

Кроме Северина, Рика волновал Люсьен. Но секретарь Германа выглядел слишком спокойным и уверенным.

«Спроси Дарка», — посоветовал Леандр.

Рик поймал взгляд капитана и чуть заметно кивнул в сторону боковой двери. Дарк понял.

Через несколько минут они встретились в пустом коридоре.

— Кто он? — без предисловий спросил Рик.

— Виконт дю Валлен. Советник короля Атрии.

— Я не про титулы. Что он здесь делает?

— Помогает.

— Помогает? — Рик недоумённо пожал плечами. — С каких пор Атрия помогает Рангарду?

Дарк вздохнул.

— Зимой в городе начались волнения. Двоих министров убили. Все нити вели в Атрию. В ответ Геральт объявил террор, выпустил преступников из тюрем. Начались грабежи и убийства. Но потом сам Геральт сбежал с казной правительства. И тут же, как по команде, появился Люсьен, с отрядом атрийской гвардии. Он предложил помощь в наведении порядка.

— Просто так?

Дарк помедлил.

— Не совсем. Он просит, чтобы Атрия получила право свободной торговли в Рангарде. И чтобы граница между нашими королевствами была открыта.

— Это всё?

— Люсьен говорит, что остальное потом.

Рик молчал, переваривая информацию.

— Я понимаю ваши подозрения, — добавил Дарк. — Я и сам сначала... Но он ничего не просит сверх того. Только находиться рядом и ждать.

— Чего ждать?

— Коронации Избранного.

Рик вернулся в зал. Люсьен стоял у окна. Рядом с ним стоял Эдди и, оживлённо жестикулируя, что-то рассказывал. Родерик поддакивал.

Они все доверяли атрийцу.

А Рик не мог.

Голова шла кругом. Слишком много людей, которые чего-то от него хотят. Корона, которую ещё не возложили, уже давит на виски.

— Что мне делать? — прошептал он.

«Действовать, — Леандр говорил твёрдо, без тени сомнения. — Ударить первым».

— Убить их? Всех?

«Защитить себя».

— Они храмовники. Ты поэтому хочешь их смерти?

«Я знаю, на что они способны. Я не хочу, чтобы ты повторил мою судьбу».

Рик чувствовал, как Леандр давит на него, как его воля сталкивается с волей призрака. Рауль сказал, что Леандр сильный. Он, Рик, по сравнению с ними обоими — просто червяк.

— Ты хочешь отомстить.

«Я хочу справедливости. Я хочу, чтобы они заплатили».

— Я не хочу становиться тобой, — тихо сказал Рик. — Я хочу остаться собой.

«Ты и останешься. Я помогу тебе не сломаться».

Рик обвёл взглядом зал.

— Родерик! — позвал он. — Позови лорда Реймдаля. И капитана Дарка. Устроим совет.

«Что ты задумал?» — в голосе Леандра прозвучало удивление.

— То, что должен, — ответил Рик. — Начну понемногу править. Только по-своему.

***

На совет пригласили Люсьена. Гаспар должен был присутствовать, но остался с Эльредой — малыш Эдгар капризничал, а молодая мать не хотела оставаться одна в незнакомом дворце.

Собрались в малом зале. Во главе стола стояло простое кресло, но оно казалось Рику гораздо удобнее того, что в большом зале.

— Брат Люсьен, — начал Рик. — Я хотел бы прояснить один вопрос. Кому вы служите на самом деле?

— Это больше похоже на допрос, — заметил Родерик.

Люсьен успокоительно кивнул.

— Ничего, господин Родерик. Император имеет право сомневаться. Дело в том, брат Грегори, что в своё время господин Герман рекомендовал меня их величеству Людвигу. С тех пор я служу не только Ордену, но и королю Атрии.

— У вас, должно быть, много дел.

— Именно так.

— И вы находите время на Рангард?

— В данный момент это важнее всего.

— Атрия помогает Рангарду восстановить порядок, — пояснил лорд Реймдаль.

— Для всеобщей пользы, — добавил Родерик.

«Сговорились», — фыркнул Леандр.

— Это похвально. Но за всё в этом мире надо платить. Скажите прямо — чего вы хотите?

— Я? — Люсьен улыбнулся. — Я хочу, чтобы на моей родине больше не было войн. А для этого Рангард должен быть сильным и предсказуемым соседом.

— А ваш король?

— Их величество просили сказать: «Позвольте всем участникам этого действа выполнить свои обещания».

— И это всё?

— Этого будет достаточно, Избранный.

Рик задумался. Если все — Гэрет, Леандр, он сам — достигнут желаемого, этого действительно будет достаточно. Даже слишком.

— Господин Гэрет. Вы знаете, где он?

— У него, как и у меня, много дел, — уклончиво ответил Люсьен.

«Он жив», — подсказал Леандр.

«Я и не думал, что мёртв», — мысленно ответил Рик. Но вопрос о том, где именно находился колдун всё это время, остался без ответа.

— А ваши братья из атрийского отделения?

— Они прибудут вечером, — ответил Люсьен. — Как и обещали.

— Ваши планы относительно них?

— Как вы решите, так и поступим.

— Они ваши братья по Ордену, — напомнил Рик. Люсьен покачал головой.

— В первую очередь они подданные короля Атрии.

Совет продолжился обсуждением того, что делать с Орденом.

— Храмовников нужно арестовать, — заявил лорд Реймдаль. — Прямо сейчас. У меня достаточно людей, чтобы окружить их резиденцию быстро и без шума.

— А если они начнут сопротивляться? — спросил Рик.

Старый маршал пожал плечами:

— Тогда будет шум. Но они не успеют ответить.

Капитан Дарк покачал головой:

— Военное решение — это крайность. У меня есть свои люди в Ордене. Мы можем собрать компромат, ударить по их репутации.

— Сколько времени это займёт? — спросил лорд Реймдаль.

— Недели. Может быть, месяцы.

— У нас нет и недели, — отрезал маршал. — Коронация завтра.

Родерик подал голос:

— А если не давить, а посеять раздор в их рядах? Пусть сами себя уничтожат.

— Цинично, — заметил Люсьен.

— Эффективно, — возразил Родерик.

Рик слушал и чувствовал, как внутри него сталкиваются голоса. Леандр тянул к крови. Его собственная совесть — к осторожности.

— Мы не будем спешить, — сказал он наконец. — Мы будем ждать.

— Ждать? — лорд Реймдаль нахмурился. — Чего?

— Когда Гэрет вернётся, — ответил Рик.

Рик сказал это так уверенно, что даже старый маршал не нашёлся, что возразить.

Когда все разошлись, Рик остался в зале один. Он смотрел на дверь, за которой скрылись его союзники, и чувствовал, что принял правильное решение.

Он вышел в коридор и столкнулся с Эдди.

— Бальдр! — Эдди сиял. — Ты не поверишь!

— Что?

— Гэрет! Он вернулся!

Рик почувствовал облегчение. Его способности Избранного проявлялись всё лучше. Он смог заметить появление колдуна.

— Где он? — спросил Рик.

— В западном крыле. Сказал, что устал и никого не хочет видеть. Но я думаю, для тебя сделает исключение.

Рик кивнул и направился к покоям Гэрета. Нужно поговорить с хозяином, и как можно скорее. Ну и заодно просто поздороваться.

Эдди смотрел ему вслед, улыбаясь.

Глава 30. Неупокоенный дух

Пир во дворце Рангарда давно закончился. До коронации Избранного оставалась всего одна ночь. Свечи в зале догорели, и только в окнах западного крыла дворца ещё теплился слабый свет.

Рик остановился перед дверью в апартаменты колдуна, в волнении сжимая и разжимая кулаки. В груди колотилось сердце.

«Чего ты ждёшь? Иди», — подтолкнул Леандр.

Рик тронул дверь.

Спальня, которую отвели Гэрету, была обставлена богато — стены затянуты дымчато-розовым атласом, изящные столики, кровать светлого дерева. Но вся эта красота терялась в ночном мраке, а от тусклых огоньков свечей тьма становилась только плотнее.

Гэрет стоял у окна, глядя на спящий город. В свете луны его фигура казалась почти призрачной — тонкой, зыбкой, готовой раствориться в темноте.

— Господин Гэрет. Вы пришли.

Конечно, он же обещал — вот и пришёл на коронацию. Рик подошёл к хозяину. Помог ему снять плащ, развязал шнурки и ремни. Утомлённый дорогой, Гэрет опустился на кровать. Без кирасы он выглядел особенно слабым. Леандр уловил потоки печали, которые колдун даже не пытался скрыть, как обычно делал. Эта печаль пробудила в нём желание защитить того, кто когда-то защитил его. Леандр толкнул Рика, и тот, не успев опомниться, уже прижимался к колдуну.

— Бабушка… её убили, — прошептал он. — Я остался… совсем один.

Но вместо того чтобы утешить юношу, Гэрет холодно отстранился.

— Что такое?

«Он чувствует меня. Он знает, что я здесь».

Рик попытался сосредоточиться, но Леандр рвался вперёд.

Слова потекли сами:

— Геральт не остановится, пока не уничтожит всех Свенсонов. Он не успокоится, пока не уничтожит всех вокруг Рика. Но меня он этим не вернёт.

— Кто ты? — прямо спросил Гэрет. Он заглянул Рику в глаза — и Леандр скользнул в его сознание.

«Кажется, он не может сопротивляться. Мне нужны его силы».

— Ты не один, — услышал Рик свой голос. — Мы будем вместе. Я дам тебе то, что ты ищешь…

«Что ты делаешь?» — попытался крикнуть Рик, но Леандр не слушал.

Гэрет побледнел, глаза его закрылись, и он медленно осел на подушки.

Когда Рик вернул себе контроль, Гэрет лежал на кровати без сознания.

— Что ты наделал! — сказал юноша духу.

«Мы взяли то, что нам нужно. Его сила теперь частично наша».

— Я не просил!

«Ты хочешь победить? Хочешь стать императором? Тогда не мешай».

— Это не победа. Это предательство.

«Он очнётся. А мы пока подумаем, как использовать то, что получили».

— Использовать? — возмутился Рик. — Вечно ты думаешь только о своей выгоде!

Юноша опустился на край кровати, взял Гэрета за руку. Ладонь колдуна была холодной.

— Простите, — шепнул Рик. — Я не хотел.

Гэрет зашевелился. Веки дрогнули, открылись. Взгляд его был мутным, но в нём уже загорался знакомый огонёк. Он попытался приподняться на локтях, но сил не хватило — рука соскользнула, и он снова упал на подушки.

— Ты… что… творишь? — прохрипел он.

Рик отдёрнул руку, словно обжёгся.

— Запомни, — сказал он, но это был не его голос. — Вот так можно получить то, что нужно, не убивая.

«Это слишком опасно», — возразил Рик. — «И непорядочно делать это с собственным хозяином. Даже если он демон».

— Я знаю, Рик, — ответил дух. — Но его сила поможет нам завтра. Видишь, он уже просыпается. Он быстро придёт в себя.

«Всё же заставлять других делать то, что ты хочешь, неправильно».

— Твой романтический идеализм лишь мешает, — вздохнул Леандр. — Я думаю о будущем империи. Тебе будет необходим наследник.

— Какой наследник? — пробормотал Гэрет, пытаясь разобраться в происходящем. — Ты ещё даже не коронован!

— Создавай своё будущее уже сейчас, — продолжал Леандр, обращаясь к Рику, но Гэрет слышал каждое слово. — После получения трона тебе следует выбрать родовитую девицу и побыстрее жениться.

— Эй, чему ты его учишь? А как же любовь, романтика? — не удержался колдун.

— Романтику придумали для женщин, чтобы они легче соглашались, — ответил Леандр с цинизмом ребёнка. — Мужчина должен мыслить стратегически!

«Что за советы такие!» — возмутился Рик.

— Ты так зол на храмовников, но почему? — спросил вдруг Гэрет, и этот вопрос отвлёк Леандра от его планов по устройству личной жизни Рика.

— Они хотели использовать меня, — ответил дух.

— Что им было нужно?

— Кровь Избранного. А если повезёт — власть над империей. Глава храмовников Атрии убила меня, чтобы освободить место для своего внука. Эти интриганы должны быть уничтожены.

— Что бы между вами ни произошло, храмовники — подданные императора, — возразил Гэрет. — Если убивать всех подряд, править станет некем. Достаточно просто распустить орден.

— Но недовольные станут врагами, — возразил Леандр.

Рик почувствовал, что дух отвлёкся на разговор. Тогда он собрался и толкнул изо всех сил.

— Я уверен, что справлюсь, — выдохнул Рик, возвращая себе контроль. — Сила Избранного в прощении. Когда они увидят доброту правителя, сами захотят стать лучше. Насилие лишь продлит войну.

«Ты просто слабак!» — огрызнулся Леандр.

— Я думаю о будущем империи!

— Хватит. Проваливайте оба в свою спальню, — приказал колдун недовольно. В голосе его слышалась усталость, но не слабость. — И не смейте больше ко мне являться, пока не договоритесь между собой.

— Господин Гэрет, — начал Рик.

— Хватит ныть. Подумай, что случится, если на коронации я не смогу тебя поддержать. Столько сделано — и всё рухнет. Ну же, Грэг, возьми себя в руки. Вам надо прийти к соглашению.

Рик отвёл глаза. Встал, чувствуя, как с непривычки дрожат колени. На пороге обернулся. Хотел сказать что-то ещё, но передумал.

Он прошёл в свою опочивальню, чувствуя, что теперь долго не заснёт.

«Ты как?» — спросил Леандр почти миролюбиво.

— Я зол.

«Я знаю. Прости. Но выбора не было».

— Выбор есть всегда.

«Не у Избранных».

Рик вздохнул. В голове крутились слова Гэрета: «Вам надо прийти к соглашению». Легко сказать. Как договориться с тем, кто живёт внутри тебя и считает, что знает лучше, как тебе жить?

Он не слышал, как открылась дверь. Только когда кто-то кашлянул, Рик вздрогнул и обернулся.

— Ваша светлость, — Родерик стоял в двух шагах, и лицо у него было такое, словно он собирался признаться в убийстве. — Нам нужно поговорить. Вам, мне и капитану Дарку.

Рик хотел сказать, что ему хотелось бы побыть одному, но вместо этого только обречённо кивнул.

Капитан Дарк появился бесшумно, как всегда. Этот человек умел возникать из ниоткуда, и Рик никак не мог привыкнуть к его манере появляться за спиной в самый неожиданный момент.

— Ваша светлость, — Дарк поклонился и встал у стены.

Родерик закрыл дверь и задвинул засов.

— Ваша светлость, — начал он, — то, что мы сейчас скажем, должно остаться между нами.

Рик приглашающе кивнул.

— Мы — Люсьен, я и капитан Дарк — создали тайный союз.

— Мы называем его Триадой, — сказал Дарк. — Люсьен — при дворе Атрии. Я — в тайной полиции. Родерик — в Зелёном Братстве и при новом правительстве.

— Тайный союз. И когда вы собирались мне об этом рассказать?

— Сейчас, — просто ответил Родерик. — Потому что завтра ты станешь императором. И ты должен знать.

Рик насупился. Люди, которым он доверял, оказались заговорщиками.

«Они честны, — голос Леандра звучал задумчиво. — Это редкость».

— Зачем? — спросил Рик. — Зачем надо было создавать какой-то тайный союз?

— Затем, что мы устали от хаоса, — ответил Дарк. — Я служил империи при старом императоре. Видел, как она рухнула. Не хочу повторения.

— А я… — Родерик усмехнулся, — я просто люблю, когда всё под контролем.

— А Люсьен? — спросил Рик. — Чего хочет он?

— Порядка, — ответил Дарк. — Людвиг был хорошим королём, но слабым. Люсьен хочет, чтобы следующий правитель Атрии был сильным. И чтобы Рангард был их союзником.

Рик откинулся на спинку кресла. Он чувствовал чужую силу, которая бурлила внутри, и чужую волю, которая давила из глубины.

Тайный союз за спиной правителя. С одной стороны это возмутительно. С другой — это значит, что он не один. У него есть друзья. Те, кто готовы защитить его. Защитить всю империю.

— Гэрет сказал, что мы должны договориться, — тихо произнёс он, обращаясь к Леандру. — Я готов. А ты?

«Я всегда готов», — ответил дух.

— Что касается храмовников, — Рик повернулся к Родерику и Дарку. — Мы не будем их убивать. Мы их отпустим.

— Что? — Родерик выпучил глаза. — Бальдр, ты понимаешь, что говоришь?

— Понимаю. Они боятся. Страх делает их опасными. Но если мы дадим им уйти… если мы покажем, что не хотим крови…

«Они могут вернуться», — предупредил Леандр.

— Могут вернуться, — согласился Рик вслух. — Но тогда у нас будет право на ответный удар. А сейчас… сейчас мы будем милосердны.

Дарк покачал головой:

— Ваша светлость, это политическое самоубийство.

— Или начало новой политики, — возразил Рик. — Империя устала от крови. Люди устали от страха. Если мы хотим построить что-то новое, мы должны начать с себя.

Он говорил и чувствовал, как внутри что-то меняется. Леандр давил, требовал, настаивал на жёстких мерах. Но с каждым словом давление слабело. Словно дух… слушал.

«Ты странный, Рик. Правитель, который прощает врагов».

— Может быть, именно это и нужно этому миру.

Леандр молчал. Долго. Так долго, что Рик уже решил — обиделся. Но потом дух заговорил, и в голосе его было что-то новое.

«Знаешь, когда я был жив, я тоже так думал. Что можно договориться. Что нужно простить. Меня убили за это. Но… может быть, ты прав. Может быть, я просто не успел».

— Ваша светлость, — Родерик прервал его размышления. — Если вы так решили… то мы поддержим.

Рик почувствовал, как внутри становится тепло.

— Тогда идите, — сказал он. — Готовьтесь к коронации.

Глава 31. Коронация

В соборе было холодно.

Огромное пространство, каменные своды, витражи, пропускающие разноцветный свет, и сотни глаз, устремлённых на него. Рик шёл по центральному проходу, прямой как натянутая струна. Мантия, расшитая лебедями, тянула плечи, корона, которую ещё не возложили, казалась невероятно тяжёлой уже сейчас.

Справа и слева — храмовники в чёрно-синих и лиловых одеждах. Их взгляды впивались в спину, буравили затылок.

«Чувствуешь?» — тихо сказал Леандр. «Они ненавидят тебя. Просто за то, что ты существуешь».

Рик дошёл до алтаря, где его ждал епископ с короной в руках. Рядом стояли брат Северин, лорд Реймдаль, Родерик.

Церемония началась.

Епископ говорил длинные молитвы, Рик отвечал заученными фразами, но краем глаза всё время следил за храмовниками. Они переглядывались, перешёптывались, и от этого по спине юноши бежали мурашки.

— ...и да будет власть его благословенна, — закончил епископ и поднял корону над головой Рика.

Радостно зазвонили колокола.

Вот и настал этот момент. Сейчас Рик станет императором. Законным правителем, избранным людьми.

И тут что-то изменилось в воздухе.

Где-то на грани восприятия возникло присутствие — знакомое, почти родное.

Корона опустилась на голову Рика. И в этот момент он увидел всех, кто был в храме.

Его отец был здесь. Рауль, белокурый молодой человек в красном камзоле, стоял в дверях и смотрел на Рика. И не только он. Здесь были и бабушка, и мама. И ещё много других людей, которых он не знал. А среди призраков стояли живые — те, с кем Рику предстояло сейчас же разобраться.

Храмовники больше не были просто людьми в мантиях. Они виделись Рику сгустками тьмы, пульсирующими злобой, ненавистью, жаждой власти. Их ауры клубились чёрным дымом, и в этом дыме Рик замечал фигуры убитых, слышал крики замученных, чувствовал запах крови.

Торжественный перезвон, объявивший конец церемонии, утих.

Рик поднялся. Взгляды людей и призраков, собравшихся на коронации, буквально жгли тело молодого правителя. Рик принял этот жар — и мир перед глазами померк. Он почувствовал, как Леандр поднимается из глубины, заполняет тело холодной решимостью. А потом пропустил Леандра вперёд, позволяя духу мёртвого принца говорить его устами.

— Как правитель империи Рангард, — произнёс Рик громко и решительно. — Объявляю свой первый указ. Волей Избранного Орден Рыцарей Храма объявляется вне закона!

Собор наполнился возгласами. Недоумение вот-вот готово было вылиться в открытый бунт.

И словно в ответ на призыв правителя, из-за престола возник Гэрет, бодрый и энергичный, как всегда. Колдун появился бесшумно, словно материализовался из самого камня. В своих серебристо-чёрных одеждах он походил на вестника загробного мира — бледный, с горящими тёмными глазами. Толпа в центре собора всколыхнулась, по рядам пробежал шёпот:

— Гэрет здесь! — радовались Братья.

— Тот самый колдун! — опасались горожане.

— Он жив? Как же так! — недоумевали храмовники.

— Вот и пришло время открыть всем глаза, — заявил Гэрет. — Рыцари Храма, стоящие сейчас возле нашего императора, — волки в овечьей шкуре! Своими действиями они разрушили великую империю

Леандр обвёл пронзительным взглядом застывших в замешательстве храмовников. Гэрет, будто читая его мысли, продолжал с ледяной издёвкой:

— На самом деле я вас прекрасно понимаю. Всё дело в аппетитах. Каждый из вас захотел больше, чем ему полагается. Теперь пришло время расплаты.

Колдун поднял над головой золотую звезду в колесе — знак атрийского отделения ордена. Тот самый, который был на груди королевы Ядвиги в видении Рика.

— У нас есть доказательства, что члены Ордена Храма убили Леандра Сигленнида, избранного наследника, и попытались прибрать к рукам земли и богатства Рангарда, — голос Гэрета звенел в тишине собора. — Мало того, храмовники подняли руку на самого Избранного правителя, что ввергло империю в хаос.

— Арестовать всех членов Ордена! — прозвучал приказ лорда Реймдаля.

Из-за колонн выступили имперские гвардейцы. Солдатам потребовались всего несколько минут, чтобы схватить храмовников. Пока те в панике пытались оправдаться, на них надевали колодки и уводили. Леандр смотрел и видел — видел, как чёрные души сжимались от страха, выдавая вину с такой же отчётливостью, как если бы они кричали о ней во весь голос.

«Если бы Триада не подготовилась загодя, мы бы проиграли».

Лорд Реймдаль следил за происходящим с уверенностью опытного полководца. Родерик стоял рядом как ястреб, готовый в любую минуту закрыть Рика своим телом. По счастью, внезапное появление Гэрета ошарашило всех настолько, что никто не осмелился выступить открыто.

Леандр понимал — это временно. Но первый удар был нанесён.

Он наблюдал, как люди принимают новые условия игры. Аристократы и купцы переглядывались, быстро соображая, что земли храмовников теперь станут целью их интриг и завоеваний. Он, Леандр — нет, уже не он, а Рик, — оказался в центре их интересов.

Тяжесть власти опускалась на плечи. Та самая тяжесть горностаевой мантии. Теперь эта мантия — по праву его.

— Ну что же, первый акт отыгран, — заметил Гэрет со смешком, который заставил Леандра встрепенуться. Колдун смотрел на него с понимающей усмешкой. — Что скажете, ваша светлость?

— Скажу, что это только начало, — ответил Леандр устами Рика. — Нас ждёт много работы.

— Нас ждёт торжественный банкет. А работа подождёт до завтра.

«Ты справился», — тихо сказал Рик откуда-то из глубины сознания. «Получилось».

Леандр смотрел на всё это и чувствовал странную пустоту. Его месть свершилась. Правосудие восторжествовало. Но отца это не вернуло. И его самого, настоящего, живого Леандра Сигленнида, уже не было.

Остался только дух в теле чужого мальчишки.

Глава 32. Прощание

Наступила первая ночь возвращения императорской власти в Рангард.

Рик попросил, чтобы его оставили одного. Кроме желания лечь и забыться, он ничего не чувствовал.

Империя освободилась от власти Ордена, но какой ценой! Его тело едва выдержало напор силы, которую Леандр использовал во время коронации, демонстрируя мощь Избранного. После церемонии дух словно уснул, и Рик смог спокойно провести банкет. В присутствии Гэрета никто не посмел и слова поперёк сказать. Рику оставалось молчать и принимать изъявления преданности.

Рик медленно прошёлся по огромной комнате, которая теперь стала его спальней. Хорошо, что Родерик распорядился обновить мебель. Здесь хватит места для хорошей компании. Сюда часто будут заходить разные люди. Здесь он сможет принимать своих близких. Он уже почти слышал весёлый разговор его друзей, звуки чьей-то лютни... Неожиданно на душе стало приятно и спокойно, словно кто-то погладил его по голове.

Может, это Леандр?

Рик подошёл к зеркалу. На него глянул человек в короне. Что-то с ним было не так. Рик опустил глаза, проверил — на нём было синее одеяние, затканное золотыми птицами. Парадное облачение императора, которое прислал благодарный Торкель.

Но отражение было одето в камзол, расшитый кроваво-красными рубинами.

По спине пробежал холодок. Рик отступил — отражение осталось неподвижным. Он смотрел в зеркало, словно в окно, на кого-то другого.

За рамой, в отражённой комнате, стоял юноша одних с ним лет, с русыми кудрявыми волосами и аквамариновыми глазами. Тот самый юноша, с духом которого он столько разговаривал в тюремной камере, в тишине монастырской кельи, в минуты отчаяния и надежды. Тот, кто подсказывал ему и предупреждал об опасности, чей взгляд обезоруживал врагов, когда своих сил не хватало.

Младший брат Геральта Сигленнида. Наследник императора, заколотый в часовне Рангарда королевой Ядвигой.

Наконец они встретились.

— Леандр? — прошептал Рик.

— Поздравляю, — произнёс тот с задумчивой улыбкой, которая так поразила Рика, когда он впервые увидел его портрет в "Хрониках". — С твоей помощью я выполнил своё обещание и могу уходить. Отец ждёт меня.

Рик молчал, чувствуя, как к горлу подступает ком. Леандр был частью его так долго, что мысль о пустоте внутри казалась невыносимой.

— Не беспокойся о будущем, — продолжил Леандр, словно читая его мысли. — Все способности, которые мы смогли в тебе раскрыть, остаются с тобой. Кровь, связь с этим миром, право на трон — всё это теперь только твоё. Уверен, ты сможешь использовать это во благо.

— Я постараюсь стать лучшим Избранным, — сказал Рик, и голос его окреп. — Сделать так, чтобы люди жили в мире и благополучии.

— Мир в Рангарде? — Леандр снова грустно улыбнулся. — Красивая мечта. Для её исполнения тебе придётся постараться. Здесь слишком много тех, кто любит войну.

— Я готов.

— Скоро ты встретишься с Геральтом, — Леандр посмотрел на него с неожиданной серьёзностью. — Не пытайся изменить его судьбу. Мы с отцом ждём его.

Леандр поднял руку и коснулся поверхности зеркала. Рик сделал то же самое. Их пальцы соприкоснулись — разделённые стеклом, разделённые жизнью и смертью, разделённые мирами, но соединённые чем-то большим, чем кровь.

Рик почувствовал ледяной холод.

— Мне пора, — голос Леандра звучал откуда-то издалека. — Прощай, Рик.

— Леандр...

Но отражение уже таяло, расплывалось, исчезало. Красный камзол поблёк, черты лица стёрлись, и через мгновение в зеркале остался только сам Рик — в синем и золотом.

— Грэг! Ты почему один?

Гэрета ворвался как всегда бесцеремонно, без стука. Рик обернулся и увидел колдуна. В чёрных одеждах, с непривычными каштановыми волосами, с вечным выражением лёгкой насмешки на лице. Сейчас эта насмешка показалась такой родной.

— Он ушёл, — сказал Рик, и голос его дрогнул.

— А ты и правда остался один, — заметил Гэрет, внимательно осматривая его. — Хорошо, что Леандр тебя не убил. Поздравляю, ваша светлость.

— Господин Гэрет, что будет дальше? — спросил Рик колдуна, который уже устраивался на кушетке, закидывая ноги на изгиб спинки.

— Ты же у нас Избранный, тебе виднее, — ответил тот беспечно. — Твою власть признали, тебе присягнули в верности. Теперь надо вознаградить своих преданных и продолжить привлекать на свою сторону сильных мира сего.

— Вы правы. Надо позаботиться о моих друзьях. О Родерике, о семье Реймдалей, о капитане Дарке...

— Но не забывай, — Гэрет предостерегающе поднял палец, и глаза его блеснули. — Измена поджидает всех! Друзья сегодня — враги завтра.

— Я узнаю, когда кто-нибудь замыслит зло, — уверенно сказал Рик. — Леандр оставил мне эту способность.

— Только не пытайся выбирать за них, — предупредил Гэрет. — Любой человек способен стать проводником тьмы.

— Как тогда мне поступить?

— Кто бы это ни был, позволь Возмездию свершиться.

Рик посмотрел на него и вдруг улыбнулся — той самой светлой улыбкой, которая так удивляла всех, кто знал Рика Стивенсона.

— Вы верите, что у меня получится?

— Ты Избранный, — Гэрет пожал плечами с таким видом, словно это всё объясняло. — Твои мечты сбываются.

В его чёрных глазах заплясали весёлые огоньки. Рик почувствовал, что быть правителем империи не так уж и страшно. С людьми, которые рядом, с верой в будущее, с памятью о тех, кто ушёл — он справится с любым испытанием.

— Утром соберём совет, — решил он.

— Можно не дожидаться утра, — заявил, входя, Родерик. — Мы с Торкелем организовали Гильдию купцов, и вот их первое прошение!

— Геральт не ждёт, — поддержал его Гаспар. — Собирает армию. Мой император, когда в поход?

— Начнём ваше правление прямо сейчас, — подхватил Дарк.

— Эй! Я же хотел побыть один!

Рик повернулся к зеркалу и впервые увидел там себя самого. Не запуганного парня из Зелёного Братства. Не марионетку в руках храмовников. Не сосуд для чужого духа.

Грэга Свенсона. Императора Рангарда.

________________

Вот и закончилась первая книга цикла «Принцы Рангарда». Как вы уже поняли, приключения героев только начинаются. Исполнится ли пророчество Оракула, воцарится ли на троне род Сигленнидов? Что будет с Локи, Тором и Эдди? Об этом - во второй книге цикла, «Кровь Избранного-2»