Кровь Ганнибала

Глава 1

— Проклятый этруск твое предсказание не сбылось! — хозяин римской латифундии у подножья Альпийских гор с остервенением лупил кожаной плетью по тщедушному телу подростка, свернувшегося от боли в клубок. Запыхавшись, изувер отбросил плеть в сторону и склонившись над юношей поднял его голову за волосы

— Твой отец Атик делал свои предсказания куда как правдивее чем ты грязный ублюдок, —прохрипел хозяин, дыша перегаром в лицо подростка.

Еще раз ударив юношу плетью хозяин злобно зыркнул на охранников латифундии, столпившихся у одного из домов и наблюдающих за поркой.

— Тащите его обратно к остальным! — крикнул он.

—Но он не раб! — возразил один из охранников. —Он скоро им станет! — ухмыльнулся хозяин. Охранники латифундии из числа рабов и слуг

хозяина быстро ухватили мальчишку за ноги и поволокли к небольшому строению покрытой черепицей неприметно притаившейся в углу виллы. Хозяин Скавр слишком суров к этому этруску прошептал один из охранников остальным. —Возможно, хозяин и прав, — сквозь зубы процедил слуга по имени Симбо.

—Хозяину дорого обошлась ошибка в его предсказаниях, — заметил другой раб. Савр потерял сто мешков пшеницы.

— Черт бы побрал этих предсказателей! — выругался Симбо. На теле подростка сияли многочисленные продольные полосы от хлыста плети, которые сочились кровью.

— Ничего страшного, — улыбнулся один из рабов. Старуха Макена подлечит его и подлатает его испорченную шкурку. Симбо довольно загоготал, но заметив три пары глаз, сочившихся ненавистью, тут же предпочел заткнуться. Мальчишку бросили на солому и закрыли дверь на железный засов.

— Эй, Пилоний, сходи за старухой Макеной и вели ей поторапливаться! — процедил Симбо. Неровен час этот щенок испустит дух Гадес его дери. Пилоний плотных размеров, но низкого роста раб нумидиец поспешил в другой угол усадьбы. Его редко привлекали к таким работам.

Все же хозяин ценил его навыки боя на мечах. Не важно на каких. Пилоний умел биться и коротким фракийским мечом и римским гладиусом. Так же Пилоний в совершенстве владел длинным галльским мечом. Но сейчас не смотря на все свои умения Пилоний был рабом в латифундии Скавра. Это тяготило его и вечерами забираясь на одну из близ расположенных вершин, он подолгу смотрел на долину реки По, что несла свои мутные воды по северу Аппенинского полуострова.

Он уже совсем похоронил свои призрачные надежды на освобождение от оков рабства, когда узнал, что из его далекой Родины Африки в сторону Италии движутся орды пунийцев ведомые полководцем Ганнибалом.

На его веку это была не первая война Рима с Карфагеном. Первую Рим выиграл, заставив Карфаген выплатить огромную контрибуцию.

«У Рима нет кораблей!» — смеялись в карфагенском высшем совете.

«Мы их построим!» — злобно отвечали в римском сенате.

И Рим построил свой собственный флот и разгромил Карфаген.

Двадцать три года прошло с тех пор. Он Пилоний уже стал мужчиной, научился держать в руках меч, а долгожданная свобода так и не пришла.

Пилоний взглянул на вершины гор. За этими острыми снеговыми наконечниками живут люди, что могут победить Рим.

«Этот мальчишка Канос Тарквиний, он какой-то особенный», — заметил про себя Пилоний.

Не зря его отец был уважаемым гаруспиком, гадающим на внутренностях свиней, куриц, медведя и волков. Такое умение, Боги открывают не каждому предсказателю.

Мальчишка точно пошел в него. Ну, а то, что он ошибся, кто не ошибается. Только Боги. Только Боги. Пилоний цокнул языком.

Пилоний поднялся с камня и ухватился за свой деревянный посох, служивший ему оружием вместо меча в мирное время.

«Пора в усадьбу!» — мысленно подогнал он себя. Чего доброго, хозяин хватится, тогда и ему не миновать порки, хотя случалось это крайне редко.

У хижины куда приволокли тело молодого гаруспика после побоев собралось множество рабов и слуг. Хозяин, наблюдал за столпотворением с чашей вина из своего сада.

—Сейчас у него старуха Макена, — шепнул на ухо Пилонию один из рабов. Она смазала его раны мазью из горных трав, но она не уверена доживет ли он до утра. Пиллоний сжал кулаки и посмотрел в сторону сада. Этот римский ублюдок жрет вино, забив своей плетью несчастного мальчишку.

Пилоний вышел из толпы и закрыл глаза задрав подбородок к небу. Почему Боги, так слепы и несправедливы?

Из хижины вышла старуха Макена. —Оставьте его! — громко произнесла она. Если Богам будет угодно, он выживет. Старуха опустила голову и что-то шамкая про себя, побрела к воротам виллы.

Канос Тарквиний был младшим сыном предсказателя Тарквиния Тарха, чья хижина стояла на склоне одной из вершин.

Старшие братья Кано уже больше двадцати лет не были дома сражаясь в римских легионах с Карфагеном.

Старик Тарх отчаялся увидеть остальных сыновей до того, как перевозчик заберет его в свою лодку. Семейное ремесло нужно было кому-то оставить. Совсем кстати подрос и младший сын Канос. Кряхтя и охая от бремени прожитых лет, старик Тарх взялся за его обучение.

Тарх учил Кано гадать на внутренностях животных. Учил, внимательно рассматривать печень и сердце принесенной в жертву домашней скотины.

Затем он учил сына слушать разговор ветра и деревьев, учил часам наблюдать за движением облаков меж горных вершин и разговаривать с черным старым вороном Вароном, поселившимся в расщелине скалы напротив их дома. В ответ на специально приготовленные для него угощения, оставшиеся после жертвоприношений, ворон расправив огромные черные крылья спускался к хижине и полакомившись свежим мясом усаживался на один из массивных валунов.

—О чем он говорит отец? — спрашивал маленький Кан, наблюдая, как Тарх садится напротив черной птицы и что-то говорит ей.

Ворон всегда отвечал Тарху протяжных только глухим карканием. Тарх поворачивал голову к сыну и передавал ему слова птицы.

—Этот ворон говорит, что Рим скоро вновь будет воевать с жителями моря.

Кано удивленно смотрел на эту мудрую птицу, страстно желая, чтобы наступил тот момент, когда и у него будут ответы на многие вопросы.

А пока он был всего лишь мальчишкой, пусть не таким глупым, как остальные, но еще недостаточно мудрым.

Спроси у него отец, когда вернутся мои братья просил Кано.

Отец повернул к нему свое седое лицо.

Кано заметил в уголках его глаз маленькие слезинки.

—Спроси отец!— настоял Кано.

Тарх повернулся к сыну и тяжело вздохнув произнес: —Не нужно тревожить птицу такими вопросами, на которые ты и сам знаешь ответ. Кано подошел ближе. Знаешь ответ? —Тарх кивнул.

Они не вернутся сын. Кано стало неожиданно грустно и тоскливо, словно его сердце вынули из груди и положили на него камень.

— Почему отец?

—Война засасывает людей в свой водоворот.

Легионы Рима пьют кровь народов, населяющих Италию.

Кано покачал головой, не понимая о чем говорит его отец старик.

—Что значит пьют кровь? — объясни отец.

Тарх тяжело вздохнул.

—Риму всегда нужны солдаты, — пояснил Тарх. Всегда. Одни юноши погибают, на их место занимают другие и война продолжается.

Варон взмахнул черными крыльями.

—Смотри! — произнес Тарх, — он хочет вернуться в свой дом на скале.

—Разве мы держим его отец? — спросил Кано.

—Нет, — улыбнулся Тарх. Но ему приятно разговаривать с нами. Ворон повернул голову в другую сторону а затем спрыгнул с валуна.

—Ну вот, мы ему больше не интересны, — пробурчал Тарх. Пойдем в дом сын. Ворон прошел несколько метров и громко хлопнув крыльями взмыл в небо, через несколько мгновений превратившись в черную точку.

—Он еще вернется, — произнес Тарх, складывая в кожаную сумку принадлежности для гаданий.

Сумрак спустился слишком быстро.

Густой туман скатился с вершин гор, словно черная пелена.

Туман принес холод и безмолвие.

Кано кутался в одеяло из овечьей шерсти наблюдая одним глазом, как отец суетится у очага, подкидывая в него дрова.

—Расскажи отец, с кем сейчас воюет Рим? — спросил Кано. Тарх повернул голову.

—Я думал ты уже спишь. Кано отрицательно помотал головой.

—Рим сейчас вновь воюет с Карфагеном, — сообщил Тарх.

—Откуда ты знаешь? — спросил Кано. Я был внизу на вилле Скавра. Хозяин попросил у меня предсказание о судьбе его сына.

—А что с его сыном? — поинтересовался Кано.

—Он записался в легион когда-то давно. И вот за ним пришли люди из его легиона, сказав ему, что Рим опять начал войну с пунийцами.

Тарх вздохнул. —Молю Богов, чтобы они не пришли за тобой Кано.

—Кто такие эти пунийцы?

Тарх усмехнулся и закинул еще веток в очаг.

—Их город называется Карфаген.

—Никогда не слышал о таком городе! — воскликнул Кано. Должно быть в нем живут смелые и сильные воины, если они не боятся Рима.

Тарх весело рассмеялся. —Рим боятся все, кроме их царя Ганнибала. Только он не боится Рим и готов сражаться с Римом до конца.

Кано задумался. —Этот Ганнибал похож на Марса.

Тарх вновь рассмеялся, услышав такое заявление сына.

—Нет он не Марс сын и не похож на Марса. Марс за Рим. И твои братья воевали за Рим. Ганнибал наш враг. —Но Рим тоже наш враг отец! — с отчаянием выкрикнул Кано. Ты сам говорил это.

Тарх покачал головой. Он не знал, что ему сейчас ответить сыну. Собственно, Кано был прав, но времена изменились.

—Послушай сынок, — тихо произнес Тарх. Рим был нашим врагом и врагом нашего народа, он и сейчас им остается, но часть нашего народа стали римлянами. Твои братья стали римлянами, наш народ уже никогда не вернет себе былую славу. Тарх замолчал и после небольшой паузы добавил:—Мы должны смириться с этим.

—Я не хочу мириться!— с придыханием выкрикнул мальчишка.

Отец, улыбнувшись, посмотрел на него. —Тогда Кано тебе придется много учиться. Учиться предсказаниям и научится владеть мечом. Но не для того, чтобы сражаться в римских легионах. А для того, чтобы суметь защитить свою жизнь.

—Я научусь отец!— выкрикнул Кано. —Тише! — остановил порыв сына Тарх. Во мгле ночи водятся странные существа. Ты привлечешь их внимание и нам придется не легко. Кано замолчал сильнее зарывшись в одеяло. Мастерски владея предсказаниями, ты сумеешь найти себе в Риме влиятельных и богатых друзей из числа тех, кто правит этим городом. Кано кивнул. Тарх продолжил. —Владея коротким мечом гладиусом, ты сумеешь разогнать негодяев, усомнившихся в твоих гаданиях.

—Я постараюсь научиться всему отец! — пробормотал Кано засыпая.

Он сам не заметил, как тепло и сон вырывают его из этой реальности и погружают в страну необычайных грез, где ему все по силам.

Кровь ягненка была горячей, словно родники из кузницы Аида.

Кано осторожно вскрыл ягненку брюхо и вытащив буро-красную печень бережно положил ее на жертвенную плиту.

—Ну что там? — нетерпеливо подгонял его Скавр. Я сумею выгодно продать это зерно в Риме.

Кано внимательно стал рассматривать печень. На вид здоровая, кроме одного небольшого пятна внутри. Кажется, оно не столь опасно и этим можно пренебречь.

—Твоя поездка в Рим будет удачной, —сообщил юноша хозяину.

—Остерегайся волков! — предупредил Кано. Ему на мгновение показалось, что это пятно на печени ягненка означает именно стаю волков и не иначе. Что еще может случиться в дороге с уважаемым в столице торговцем. Скавр довольно усмехнулся. Он раскрыл свой кошель и извлек из него две серебряные монеты. Протянув их Кано, он еще раз усмехнулся и прикрикнул на рабов, суетящихся у повозок с мешками.

—Чего мнетесь проклятые лентяи. Впереди долгий, но спокойный путь. Так предсказал наш юный гаруспик. Он учился слышать волю богов у своего отца Тарквиния Тарха. Услышав слова хозяина, рабы, сопровождавшие груз до Рима, довольно заулыбались.

Тарх еще никогда не ошибался в своих предсказаниях.Его сын перенял навыки своего отца. Дорога будет доброй.

Хозяин Скавр добродушно уселся на первую из повозок и дернул поводья. Солнце било прямо в глаза, и мул в первой повозке криво дернулся и едва не подвернув ноги.

Скавр не обратил на это внимание.

Но на лбу Кано выступил холодный пот. Вот она настоящая воля Богов. То, что показала ему печень ягненка не так существенно, как факт того, что мул споткнулся при первых шагах. «Не к добру это!» — мелькнула мысль у гаруспика.

Но повозки уже тронулись в путь, одна за другой миновав ворота виллы и Кано ничего не оставалось, как утерев со лба пот отчаянно покачать головой.

Он еще может остановить их. Но тем самым он поставит под сомнение свое гадание на печени ягненка. Проще всего списать случившееся на уставшего мула и слепящее солнце.

Тяжело вздохнув, Кано развернулся и вышел из ворот виллы.

Поднимаясь вверх к своей хижине, он думал: насколько же все же непредсказуемы Боги.

А ведь было два знака. Один, на казалось бы, совершенно здоровой печении, другой этот споткнувшийся первый мул. Он принесет в жертву

Богам кролика. В маленькой роще у его хижины их водилось много.

Уже три года прошло, как его отец Тарквиний Тарх оставил бренный мир и ушел в мир своих предков, оставив последнему сыну в наследство хижину в горах и часть своего умения. Остальному Канос должен научиться сам.

Виллу охраняли рабы, но они неохотно общались со свободными людьми, предпочитая замкнуться в собственном мире полном иллюзий и несбыточных надежд.

—Отец говорил, что я должен научиться владеть гладиусом, чтобы суметь защитить себя,— прошептал Кано, усаживаясь на валун, на котором любил сидеть прилетавший ворон Варон. Со смертью отца исчез и ворон. Быть может, этот черный ворон и был душой его отца.

Тем, кто наблюдал за ним и оберегал его жизнь.

—Где тогда же мой ворон? —задавался Кано, глядя на плывущие мимо облака. Кто поможет мне. Может и мои братья когда-нибудь вернутся.

Он возвращался в свою хижину и разводил огонь в очаге подбрасывая в него сухие ветки, собранные им в лесу. Постель отца он застелил белой тканью, купленной внизу.

В один из дней одиночества, когда Кано совсем отчаялся, он услышал за дверями глухое каркание ворона. Выбежав наружу, Кано обнаружил Варона сидящего на их валуне.

—Ты вернулся! — радостно воскликнул юноша. Ворон кивнул толстым клювом. —Погоди! — выкрикнул Кано. Я принесу тебе мяса. Достав из ледника часть бараньей ноги, Кано отрезал от нее самый большой кусок мяса. Варон с удовольствием отрывал кусочки мяса от угощения, что поднес ему юноша и благосклонно кивал головой.

—Где ты был? — попробовал спросить ворона Кано. Он не верил, что ему удастся понять птицу, но он все же решил попробовать, усевшись на место отца. Как ни странно, в каркании Варона Кано сумел разобрать отдельные фразы.

—Ты был в Испании? — прошептал Кано, сам не веря своим ушам.

Ворон кивнул черной головой. За время его странствий бородка под его клювом стала больше и совсем уже напоминала бороду этрусских мудрецов и предсказателей.

Кано улыбнулся и посмотрел ворону прямо в черные глаза.

—Отец говорил мне, что я должен научиться сражаться коротким мечом гладиусом, — произнес юноша.

—Куда мне идти?

Ворон повертел головой и глухо произнес совсем как человек: —Пиллоний.

Кано обрадовался.

—Хочешь я еще принесу тебе мяса? — спросил он у птицы, но ворон мотнул клювом и взмахнул крыльями.

Кано вновь стоял один перед валуном, на котором несколько минут назад сидел ворон.

«Быть может это прилетала душа моего отца?» — размышлял юноша.

Ворон четко сказал Пиллоний.

—Кто такой этот Пиллоний и где он живет? — думал Кано. Весь вечер Кано не покидали мысли о этом Пиллонии, который со слов ворона должен научить его Кано сражаться. В округе была только одна латифундия. Возможно, в горах были и другие деревни, но в них он не был, ни с отцом, ни один. Оставалось спуститься в долину и поспрашивать у слуг и рабов Скавра о Пиллонии.

Может его там и нет и ему придется ехать в Рим, чтобы отыскать нужного ему человека.

Повозки Скавра медленно ползли по брусчатой дороге. До Рима оставалось всего пятнадцать миль. Эти пятнадцать миль Скавр надеялся проехать, любуясь окружающими дорогу великолепными пейзажами Лация.

Слева от него в зарослях и стволов зеленых кипарисов, чьи верхушки напоминали наконечник копья, лежали развалины этрусского города Вейи. Некогда могущественный соперник Рима теперь мог похвастать лишь разрушенными крепостными стенами и колоннами некогда прекрасных храмов. Тарквиний Тарх и его соплеменники проиграли в битве с Римом за господство над Италией. Скавр молчаливо усмехнулся.

Теперь они повелители, а этрусски ушли в небытие. Учителя Тарха не могли предвидеть участи своей столицы. Скавр оглянулся. Слуги уныло понукали тяжело идущих мулов, которых совсем разморило на дневной жаре. —Хозяин надо сделать привал! — крикнул один из слуг. Животным надо отдохнуть, и напоить водой.

Глава 2

Скавр дернул за поводья мула. —Проклятые лентяи ищите место для стоянки.

Скавр спрыгнул с повозки и передал поводья рабу испанцу.

—Ведите мулов ближе к стенам! — велел он. Там не так печет солнце. Рабы медленно повели животных в направлении разрушенной стены. Скавр был недоволен. До Рима оставалось всего ничего, а эти животные еле плетут ноги. Скавр рассчитывал добраться до Рима к вечеру, войдя в город через Ослиные ворота.

—Здесь хозяин, — раб испанец указал на место в тени раскинувших длинные ветви пиний.

Скавр потянулся. Может, и правду мулам нужен отдых и вода, иначе издохнут у самых ворот Рима. Да и ему самому не мешал бы отдых от столь палящего солнца. В город можно въехать и в темноте, беды большой в том нет. Стража откроет ворота.

Рабы расстелили красный ковер, привезенный из Египта. Скавр купил его в прошлую поездку в Рим.

Из повозок достали кувшин с вином и хлеб с оливками.

Рабам также выделили хлеб и немного оливок. Вместо вина рабам дали простую воду. Это было главным правилом Скавра выдавать рабам и слугам разведенное вино только по праздникам, в остальное же время пусть пьют обычную воду. Благо с ней проблем не было. Скавр растянул свое толстое тело на ковре, расстеленном на траве. Теперь густые зеленые заросли скрывали его от палящего солнца. Вино пришлось, кстати. Оно успокоило нервы и расслабило тело. Скавр стал засыпать.

Сквозь полуоткрытые веки он еще видел медленные движения слуг и рабов, наливающих воду животным, но вскоре все и рабы, и мулы поплыли нескончаемым цветным хороводом.

Скавр не услышал хриплого крика рабов. Он очнулся лишь тогда, когда его пышное тело на ковре, пнули чьей-то тяжелой ногой.

—Эй бездельник! — проревел хриплый тяжелый голос. Ты развалился на моей земле. Скавр с трудом разлепил веки. Только сейчас он стал различать очертания группы вооруженных людей.

—Я римлянин! — прохрипел Скавр, надеясь, что его слова все же охладят пыл этих людей.

—Ты римлянин, — пробасил крепкий коренастый мужчина в тунике. Значит ты мне и нужен. Он ткнул гладиусом в горло Скавра, но не так сильно, для того лишь, чтобы проткнуть кожу и испугать слуг и рабов Скавра видом крови хозяина. Скавр ощутил, как горячая струйка крови скатилась с его горла и протекла вниз под тунику до самого живота.

—Кто вы такие? — заверещал Скавр.

—Те, кто хочет вернуть себе свое, — отозвался мужчина.

—Вы наверняка бандиты, — предположил Скавр. Мужчина усмехнулся, глядя в глаза Скавра. —Мы, нет! — он помотал головой. Бандиты, это вы римляне. Мы же хозяева этих мест, и хотим забрать у тебя то, что принадлежит нам.

Бандиты принялись шарить по повозкам.

—Но у меня ничего нет! — заверещал Скавр. Я только еду на рынок в Рим. Вид испуганного, но все же возмущенного римлянина, рассмешил налетчиков. —Ты смешной торговец! — заявил предводитель налетчиков.

—Мы заберем то, что у тебя есть, не дожидаясь, когда ты продашь свое добро на рынке. Теперь Скавр мог разглядеть предводителя шайки. Сон окончательно слетел с него. И помноженный на страх остаться без головы, Скавр стал быстро соображать. —Хорошо берите все! — завопил он. Оставьте только в живых рабов и слуг.

Предводитель шайки вновь приблизился к Скавру и ухватил его пальцами за толстый нос. —Мы возьмем зерно, оливы и вино, а также несколько животных, — сообщил он обескураженному наглостью налетчиков Скавру. Мулы нам очень пригодятся.

—Как тебя зовут? — Скавр нашел в себе силы смягчить тон до почти ласкового, в надежде что предводитель раскроет свое имя.

—Ты наверно хочешь знать, как меня зовут, — произнес главарь, отпуская из пальцев нос Скавра, ставший похожим на морковь.

Скавр согласно кивнул.

—Тебе ни к чему мое имя, — отозвался главарь. Ты надеешься на повторную встречу римлянин, когда у тебя за спиной будет стоять манипула легионеров. Скавр сглотнул. Проклятый разбойник догадался о его намерениях.

Главарь дал знак своим людям рукой, чтобы те уходили.

—Я не доставлю тебе такого удовольствия жирная свинья! — прохрипел главарь, вновь поднося кончик гладиуса к горлу Скавра.

Скавр вновь взвился и заверещал: —Я не буду искать встречи с тобой.

—Клянусь!

—Так-то лучше! — произнес в ответ главарь, убирая гладиус в ножны.

—А теперь повернись к дереву и не шевелись некоторое время, —приказал он. Иначе я вернусь и перережу тебе горло. Тело Скавра похолодело. Он почувствовал, как кончики его пальцев пронзила искрящаяся боль.

—Стой и не шевелись! — рявкнул главарь. Скавр заохав прикоснулся к дереву лбом. Он почувствовал, как его ноги уже теряют под собой опору. Еще немного и он рухнет на землю.

—Ко мне! — закричал Скавр, пытаясь взмахнуть руками. Но его рабы так и не сдвинулись с места.

Кано спускался с горы в долину. Он твердо решил найти этого Пиллония среди слуг и рабов латифудии. Над его головой широко раскинув сильные крылья парил орел. Эти птицы безумно нравились мальчишке этрусску.

Кано представлял себя одним из них. Сейчас, он вместо того, чтобы делать шаги ногами вниз, просто расправит руки, подогнет ноги и взмоет в высь, как тот орел и все земные невзгоды останутся в прошлом. Быть орлом это прекрасно. Сам Юпитер принимал образ орла.

Ноги Кано несли его вниз по горной тропе мимо одиноко разбросанных каменных валунов и поваленных ветром стволов деревьев.

Где-то среди горных вершин пропела труба. Ее звук был чем-то чужеродным среди этих вершин. Да и сам Кано никогда такого не слышал. Мальчишка остановился. Откуда взялся этот звук?

Кано стал расcматривать отроги и склоны окружающих его вершин.

На склоне одной из них, у самой кромки высокогорного леса, Кано заметил шевелящееся темное пятно, напоминающее толпу людей.

Он не знал кто это, и люди ли это, вообще. Может стая волков наткнулась на тушу павшего оленя.

Но стая волков, это не больше десяти пятнадцати особей. И волки так не воют.

Отдаленный рев трубы повторился. Звук доносился именно с этого места, где он заметил копошащееся у леса пятно. Эхо трубы принесло к ушам мальчишки осмысленную мелодию.

—Это люди! — с уверенностью произнес Кано. В том у него не было сомнений. Но что они делают здесь в горах. Пятно исчезло в лесу.

Они не видели его, но он видел их. Это несомненный плюс. По крайней мере, он знает, что в горах появились чужаки. Если бы это были римляне, то они ранее несомненно бы проследовали через латифундию.

Но римлян не было, стало быть, это чужаки. Галлы или другой народ, об этом Кано не имел представления. Он не видел в живую галлов, хотя слышал о них из рассказов отца.

Не смотря на опасения Кано в долине оказалось тихо. Чужаки не спустились с гор. Ворота виллы оказались заперты, но с полей поднимались в небо белые дымы. Рабы все в поле. Это несколько осложняло его задачу. Стукнув три раза о железную пластину молотком, Кано стал ждать пока кто-нибудь не откроет ему ворота и не впустит во внутрь. Ждать пришлось довольно долго. Хотя Кано знал потайные пути в стенах виллы, но сегодня он предпочел явиться, как нормальный человек через ворота.

—Кто там? — раздался наконец хриплый голос привратника раба Сирце.

—Это я, молодой гаруспик! — отозвался Кано.

Привратник лениво поковылял к воротам, попутно осыпая мальчишку ругательствами.

—Разве тебя звали сегодня? — шипел привратник, склонившись над запором ворот. Хозяин уехал в Рим, да ты и сам знаешь.

—Чего приперся?

Кано почесал затылок. —У меня другое дело старик! —выкрикнул он в ответ. Старик привратник до сих пор возился с запором. Его глаза уже почти не видели и других хозяйственных работах ему делать было нечего. Хозяин оставил его доживать на вилле, поручив самую простую для раба работу: отпирать и закрывать главные ворота. У Скавра никто не ел хлеб даром.

—Знаем мы ваши дела, — пробубнил привратник. Хозяин в отъезде, а вы молодежь к девкам.

—Не могу справиться с чертовым замком! — прохрипел привратник.

Его худые немощные пальцы соскакивали с деревянного клина блокирующего ход засова.

—Если ты мне откроешь, я не скажу Скавру, что ты уже не в состоянии даже открыть ворота, — усмехнулся Кано. Он зря переводит хлеб на никчемного раба.

— Я уже почти открыл, — прошипел привратник.

Распахнув калитку, он одарил Кано таким злобным взглядом, что у мальчишки появилось желание треснуть ему по его блестящей лысине.

Внутренний двор был совершенно пуст.

Дорожки, выложенные плиткой из мрамора, были дочиста отмыты и следов на них не было. Значит, дом давно не посещал с той поры, как хозяин покинул виллу.

—Где все рабы? — поинтересовался Кано.—Все в поле! — прошамкал привратник. Кано вздернул голову вверх. —В такую жару?

Привратник провел ладонью по блестящей лысине.

—Ну, а чего им здесь делать.

—А слуги где?

Этот вопрос поставил привратника в тупик.

Зевнув беззубым ртом, он лукаво посмотрел на мальчишку и спросил: —А зачем они тебе?

Кано пожал плечами: —Так, ни за чем.

—Мне нужен Пиллоний. Есть ли такой человек на вилле?

Привратник прищурился. —Есть такой. Кано возликовал. Но привратник вновь насел на него. —А зачем тебе этот Пиллоний?

Ты что-то узнал о судьбе этого раба. Кано усмехнулся:—Какой-ты любопытный дед. Запомни я все-таки свободный человек, а ты раб и ты должен отвечать, когда тебя спрашивают. Иначе я доложу твоему хозяину.

Привратник злобно зыркнул на Кано, но предпочел не накалять обстановку. Все-таки в его старческой голове еще остались остатки разума.

—Пиллоний сейчас в оружейной, — неохотно промямлил привратник.

—Ну так веди меня к нему! — велел Кано. Старик нехотя дернулся и промямлил: —Cледуй за мной, предсказатель.

Кано еще никогда не был в этой части дома и ему вcе здесь было в диковинку. Ровно подстриженные кусты роз и дискусов вдоль вьющихся по саду дорожек. Скульптуры обнаженных греческих богов и героев из белого мрамора.

—Так живут аристократы! — размышлял Кано, следуя за привратником. Но и у его народа все это было. Остались лишь хмурые сердитые горы и хижина на их склоне. —Проклятые римляне. Кано ощутил прилив ярости в своем маленьком мальчишеском сердце. Когда-нибудь он станет богаче этих римлян или уничтожит их. Но предательски залезла и другая мысль, что его тоже могут запросто убить. И тогда не будет этих снежных вершин, теплого очага у отцовской хижины, не будет валуна, на который садится душа его старика отца в виде гордой черной птицы ворона.

Оружейная примыкала к задней стене виллы. Невзрачная и неказистая одноэтажная халупа из коричневой глины.

—Эй, Пиллоний к тебе предсказатель! — кашляя прокричал привратник. Из дверей хижины вышел раб нумидиец, хорошо сложенного для бойца вида.

—Этот предсказатель искал тебя! — сообщил привратник.

Пиллоний вытянул вперед руку. Кано шагнул вперед и сжал протянутую ладонь насколько позволяли ему мальчишеские силы.

—Ого! — воскликнул Пиллоний.

У тебя сильная рука, как у воина, несмотря на то, что ты, всего лишь мальчишка. Похвала Пиллония польстила Кано.

—Так какое у тебя дело ко мне? — поинтересовался Пилоний.

—Отец мой Тарквиний Тарх, — начал Кано.

—Я знал твоего отца, — перебил мальчишку Пиллоний.

—Мой отец сказал, что я должен научиться биться мечом, чтобы защитить свою честь и честь рода.

Пиллоний кивнул.

—Это тебе отец сказал, что ты должен прийти ко мне? —поинтересовался Пиллоний.

—Нет! — решительно ответил Кано. Это воля Богов. Пиллоний весело рассмеялся. —Воля Богов! — повторил он.

—Да, — ответил Кано. Душа моего отца приходила ко мне в виде ворона.

Лицо Пиллония приняло серьезное выражение. —Твой отец Тарх рассказывал про ворона, который живет рядом с вашей хижиной.

—Этот ворон назвал мне твое имя, — продолжил Кано. И я пришел.

—Ты уверен? — переспросил мальчишку Пиллоний.

—Я похож на глупца? — обиделся Кано.

—Нет ты не похож на глупого парня! — ответил Пиллоний.

Он размял плечи и сел на корточки, словно гладиатор, ожидающий поединка.

—Я уверен, что ворон сказал твое имя! — убежденно произнес мальчишка. Если ты верил моему отцу, то поверь и мне.

Пиллоний задумался, но его размышления не были долгими.

—Я верил твоему отцу, — наконец ответил он, выпрямляясь в полный рост. Я поверю тебе парень и возможно научу тебя сражаться.

Лицо Кано осветила улыбка. —Но этого никто не должен знать. Кано кивнул.

—Когда и где приступим к тренировкам? — спросил Пиллоний.

—Приходи к оливковой роще на склоне! — твердо ответил Кано.

— Я буду там. —Не забудь прихватить с собой оружие! — напомнил мальчишка. —Только деревянное! — рассмеялся в ответ Пиллоний.

Пока только деревянный гладиус для начала.

—Хорошо, — кивнул Кано. Мне не привыкать. Отец научил меня драться посохом. Лицо Пиллония приняло серьезный вид. —Если ты хорошо владеешь палкой в качестве оружия, ты уже не новичок.

—Отбиваться от волков и шакалов! — прокомментировал свое умения Кано. Этого недостаточно для Рима.

Пиллоний вновь рассмеялся: —С какой же целью ты собрался в Рим парень?

Кано сел на корточки и поднял глаза на Пиллония. —Я хочу стать лучшим предсказателем Рима, чтобы освободить свой народ.

—Тише парень! — прошептал мужчина. В саду всегда есть глаза и уши. Пиллоний осторожно принялся заглядывать за стену из кустов чтобы обнаружить там лазутчика или шпиона.

Закончив с поисками шпионов хозяина, Пиллоний подошел к Кано и еще раз протянул ему свою руку. —Завтра в оливковой роще на склоне.

Кано кивнул.

—Эй старик! — Пиллоний крикнул привратника. Парень уже уходит, открой ему ворота. Привратник поковылял в сторону ворот.

—Надеюсь я тебя больше не увижу ублюдок! — промямлил привратник, пуская изо рта слюни.

Кано бросил презрительный взгляд в сторону старика, но не стал отвечать.

«Пусть он изойдется слюной и злобой проклятый раб!» — думал Кано, поднимаясь обратно в горы.

Впереди собралась свинцовая туча, грозившая засыпать тропу хлопьями снега. А за снегом в горах придут и волки. Кано остановился, размышляя, стоит ли ему в такую погоду возвращаться домой путь не близкий. Был бы отец рядом, он бы смог укрыться за его спиной. Но Тарха рядом не было. Кано посмотрел в небо. Возможно, он смотрит на него сверху и говорит: —Ты трус Кано. Ты испугался снега и волков.

А может он говорит: — Не будь глупцом сын.

Зачем тебе идти в горы в такую непогоду, чтобы стая волков устроила пир на твоих костях. Ты же гаруспик Кано. Используй свой дар и мои уроки.

Кано присел на корточки. Возможно, отец прав. Какой он к черту гаруспик, если не может решить такой простой для предсказателя вопрос. Еще и в Рим собрался. Да тебя засмеют там. Погонят палками прочь.

Кано дыхнул на озябшие руки и достал из наплечной сумки глиняную кружку с гадательными костями.

—Если выпадет орел, то иду домой. Гордая храбрая птица не боится непогоды и волков! — подбодрил себя парень.

—Если же выпадет змея, то возвращаюсь. Уползаю, словно змея в нору.

Кано тряхнул в кружке кости и вывалил их на землю. На двух костях явно виднелся силуэт змеи. Кано тяжело вздохнул: придется возвращаться.

В оливковой роще у горевшего костра было тепло.

«Переночую здесь!» — размышлял Кано. Завтра сюда придет Пиллоний и мы начнем обучение. Мальчишка протянул руку к сумке в ней еще оставалась отцовская фляжка с вином и четверть хлеба.

—А мне чертовски везет! — присвистнул Кано насаживая хлеб на острый конец палки. Он и забыл, что он брал с собой, собираясь посетить латифундию.

Вино согрело внутренности и успокоило нервы. Когда отец был еще жив, он запрещал Кано прикасаться к вину, считая, что это отравит неокрепший мозг мальчишки. Но теперь отца не было. Кто ему запретит?

Кано завернулся в плащ сагум, который ему подарил отец.

Звезды завораживали и кружили голову. Кано еще подбросил веток в огонь. Стало теплее. Он незаметно провалился тягучий, словно смола сон.

—Эй, парень вставай! Кано кто-то решительно тряс за плечо. Единственное на что хватило Кано, так это подтянуть к себе посох.

В ответ раздался хриплый смех.

—Я вижу ты уже пытаешься защищаться! — прогремел мужской голос. Кано с трудом разлепил глаза. Перед ним скалясь, стоял Пиллоний, держа в руках два деревянных гладиуса. Кано потянулся к костру.

Угли совсем прогорели и на костровище лежал лишь белый серый пепел.

—Я вижу тебе не легко пришлось этой ночью, — прогоготал Пиллоний. Он подбросил в очаг веток и поджег их. —Для начала тебе нужно согреться парень, — высказал свое пожелание мужчина. Кано достал отцовскую фляжку с вином.

—Э нет парень! — возмутился Пиллоний. Так совсем не пойдет. Пьяный мужчина не способен сражаться. Сейчас огонь разгорится, и ты согреешься. Кано уныло кивнул. Пока ветки костра занимались огнем, Кано поведал Пиллонию по какой причине он оказался здесь с утра.

—Ты испугался идти домой? — спросил Пиллоний.

—Не забывай, что я гаруспик! — проворчал Кано. Кости сказали мне, что лучше остаться на ночь в долине. Пиллоний понимающе кивнул.

—Возможно, ты и прав приятель. Вечером в горах опасно.

—Я не об этом, — буркнул Кано. Ты думаешь, я испугался темноты или волков?

Кано уставился на африканца. Пиллоний улыбаясь толстыми темными губами уселся рядом и произнес: —Прости, я не это имел ввиду.

— Я видел у одной из вершин у самой кромки леса людей. И это были не римляне. Их трубы звучат не по-нашему.

Кано замолчал и уставился на пламя, пожирающее ветки в костре.

—Может это были галлы? — предположил африканец.

—Вряд ли! — отмахнулся юноша.

—Я не знаю, кто это был, — серьезно произнес он. Но это точно были не галлы. Они скрылись в лесу и больше не появлялись. Пиллоний нахмурился. —Надо приготовить виллу к обороне, — ответил он.

—А как же наши уроки? — воскликнул Кано.

Пиллоний задумался. Наконец, он очнулся от своих мыслей и сказал: —Еще один воин нам не помешает, я буду учить тебя пока есть время.

Но сейчас прости, я должен предупредить управляющего о появлении чужаков. Пиллоний скрылся в деревьях.

—Зря я ему сказал, — подумал Кано. Может эти люди и не воины вовсе, к тому же они у шли, а не направились в сторону долины. Зря поднял шум. Кано пнул ветку ногой. Он был зол на себя. Поступил как глупец. Сейчас Пиллоний все время отдаст организации обороны латифундии, а про Кано забудет.

Глава 3

—Что же ему сейчас делать. Кано собрал все пожитки в сумку. Идти домой или ждать возвращения Пиллония?

Но африканец не обманул его, дав обещание, что утром придет в рощу для уроков. Может ему стоит верить этому Пиллонию.

—Нужно еще раз бросить кости на возвращение нумидийца, — подумал юноша, извлекая из сумки кружку с костями. На этот раз кости и кружка показались Кано совсем невесомыми, словно перышко. Он совсем не ощущал их вес в своей руке.

Кано расчистил площадку для костей и встряхнул кружку.

—Орел или змея?

Встряхнув кружку, он вывалил ее содержимое на землю.

—Орел! Ликованию Кано не было предела. Этот Пиллоний все же вернется. Ему следует подождать.

—Хорошо бы поесть. Кано протянул согревшиеся руки к своей сумке. Хлеб был на месте. Очевидно, вчера вечером он не съел все, а благорассудительно оставил на другой день или же у него просто не осталось сил, чтобы съесть остальное.

Пиллоний вернулся к полудню. Выглядел он, довольно устало.

—Подготовились к обороне виллы? — поинтересовался Кано.

Пиллоний отрицательно покачал головой. Управляющий предпочел

выставить караульных на всех дорогах и тропах ведущих к вилле и в случае тревоги просто сбежать со всеми рабами, слугами и семьей хозяина, прихватив при этом все ценности.

—Оставить дом на разграбление! — возмутился Кано.

Пиллоний кивнул головой. —Дом всего лишь стены, которые можно заново отстроить. Гораздо важнее люди. Неважно рабы они или слуги.

Кано пришлось согласиться с его словами.

—Вот тебе меч, — произнес Пиллоний, протягивая Кано деревянный гладиус. Сначала научись работать с деревянным мечом, прежде чем возьмешь в руки настоящий.

—Почему? — поинтересовался Кано. —Чтобы не поранить самого себя для начал, — улыбнулся африканец.

Я понял ответил Кано и сделал взмах мечом, но замах получился неудачным и Кано ударил себя деревянным лезвием по уху.

Пиллоний рассмеялся.

—Я же говорил тебе сначала только деревянный меч. Так в Риме обучают гладиаторов.

При слове гладиаторы у Кано захватило дух.

—Ты был гладиатором Пиллоний?

Африканец усмехнулся.

— Я нет, но мой брат был им. И сражался в Риме.

Расскажи мне попросил юноша. Кано в тот момент совершенно забыл зачем он позвал сюда африканца.

Не в этот раз усмехнулся Пиллоний.

—Попробуй отбей мой выпад, — серьезно произнес он.

Кано поднял гладиус. —Не стоит сейчас так напрягать свою руку! — дал совет Пиллоний.

Ты сам должен почувствовать, когда пора. Рука, в которой африканец держал деревянный гладиус взметнулась вверх и обрушилась на Кано. Юноша, не отбивая удар, отскочил в сторону.

—Хорошо! — прокомментировал его действия Пиллоний. Но учти бывают ситуации, когда тебе некуда отходить и тебе все равно придется принять этот удар и выдержать его.

—Я попробую, — пообещал Кано. У самой цели я ослаблю удар, чтобы ты попытался отбить его, — улыбаясь произнес Пилонний.

Он повернулся к Кано спиной и резко развернувшись ударил сверху.

В этот раз Кано сумел отбить удар африканца, но сила удара не позволила ему устоять на ногах.

Пиллоний присел на корточки и протянул юноше руку.

—Хорошо Кано. У нас нет времени на детские игры.

Кано кивнул. Они тренировались, отбивать и наносить удары до вечера, пока закатное солнце не спустилось на предгорья.

—Зачем ты хочешь научиться сражаться? — поинтересовался Пиллоний во время короткого отдыха.

—Так велел мне отец,—ответил Кано.

—Я должен идти, пока меня не потерял управляющий, — произнес Пиллоний. Приходи послезавтра, — посоветовал он. нужно хорошенько выспаться и отдохнуть.

Кано согласился, хотя и чувствовал себя вполне бодро.

—Это лишь начало, — отозвался африканец. Скоро усталость одолеет тебя. Вряд ли ты сможешь добраться до дома.

—Идем на виллу я найду тебе койку, — любезно предложил он юноше. Только старайся не высовываться во двор.

Во дворе поместья было сумрачно и тихо.

—Я приказал убрать все факелы, издали нас не было видно, — прокомментировал свои действия Пиллоний. Сквозь мрак ночи при свете Луны, Кано заметил у задних ворот повозки груженые хозяйственным скарбом под охраной двух вооруженных слуг.

—Приготовились бежать? — поинтересовался мальчишка.

—Все возможно, — кивнул африканец. Вернется хозяин из Рима, сам решит, как поступить.

Скавр прибыл через неделю. Кано схватили, и потащили в одну из конюшен. Пиллоний вспомнил свой недавний разговор с юношей.

—Если будет побеждать Карфаген, я буду сражаться за Рим, если же будет побеждать Рим, я буду биться за Карфаген.

И пусть римляне и пунийцы убивают друг друга, мой народ только выиграет от этой войны.

Пилоний тогда скептически покачал головой и произнес: —Твой народ уже стал частью Рима и многие люди не помнят своей истории.

Некоторые люди из твоего народа давно стали патрициями и сенаторами. Римляне охотно переняли вашу культуру, да и сами этрусски не вспоминают о том, что они в первую очередь этрусски, а потом римляне.

—Быть римлянином намного выгоднее.

Пиллоний замолчал.

— Я разбужу в них память нашего народа.

—Молодость категорична, — добавил Пилоний.

Твоя страна уже никогда не восстанет из пепла Кано. Смирись с этим. Пилоний убрал меч в ножны.

—Твое последнее гадание, ты помнишь?

Кано прищурился. Ты видел орла парящего на этими горами.

Кано утвердительно кивнул.

—Этот орел и есть Рим.

—Орел символ Рима и его покровителя Юпитера, — пояснил юноше Пилоний. Неужели ты пойдешь против воли Богов?

Кано встал с травы и приложил руку ко лбу всматриваясь туманную дымку, повисшую между вершинами.

—Иногда Боги ошибаются, пояснил Кано.

—И тогда они вмешиваются, чтобы исправить свою ошибку, — добавил Пиллоний.

—Возможно, сейчас как раз такой случай, — Пиллоний покачал головой.

Макса вывозили с ЛБС на машине марки УАЗ, что в простонародье называли прост: «Таблетка». Дорога от окопов пункта дислокации батальона была изрыта выбоинами от разрывов ста двадцати мм миномета и таблетка, словно волчок шныряла между ямами.

Анечка одна из медсестер батальона внимательно наблюдала за состоянием раненого поправляя слетающее с Макса тепловое одеяло.

—Внимание! — объявил водитель. Всем приготовиться. Справа заходит фпв-дрон противника. —Оторваться сможешь? — спросил сидящий справа командир эвакуационной команды.

—Не уверен, но попробовать все равно надо! — буркнул водила. Таблетка взревела так, словно увязла в непроходимой грязи.

—Жми Витек на полную.

УАЗ набирал скорость, ныряя между колдобинами. Хотя, какая у УАЗ скорость?!

Внимание на два часа справа еще один дрон противника.

Заходит на нас. В таблетке поднял гвалт. —Мочите его парни.

—Стреляйте, стреляйте.

Анечка инстинктивно вжалась с сидение и крепко сдала ручку безопасности. Каталка под раненным Максом стала раскачиваться, издавая противный скрип. Удар в моторный отсек сбросил таблетку в обочину у лесополосы. —Добивать будут суки, —прохрипел раненный водитель. В таблетку словно осиные жала воткнулись еще несколько дронов.

Мир Макса, Анечки и других завертелся, словно цветная карусель и погас.

Макс шел по безбрежному желто-белому полю ладонью прикасаясь к окружавшим его цветам. Наверное, так выглядит рай для погибших солдат, — думал он, разглядывая голубые облака над головой. Где же медсестричка Анечка? — вспомнил он вдруг.

Анечка, ох Анечка, впереди полыхнула зарево грозы.

Гроза приближалась.

Цветочное поле колыхалось вокруг Макса, словно океан.

Одна из молний ударила Максу прямо под ноги. Затем вторая, и третья. Молнии хлестали по его телу, словно плеть погонщика лошадей.

—Ты жив этрусск?

Над лицом Макса склонилась какая-то беззубая старуха в лохмотьях. Макс, полностью открыл глаза. Старуха натирала его тело какой-то вонючей до ужаса мазью. Рядом со старухой, чуть позади стоял скалясь белыми зубами негр, а точнее афроамериканец в мешковатой одежде.

—Тебе повезло Кано, — произнес он. Хозяин все же решил пощадить тебя.

—Кано, — повторил Макс.

—Кано, — афроамериканец кивнул головой.

—Скавр так избил парня, что он потерял память,— пробубнила старуха.

Макс озирал окружающих его людей и обстановку с плохо скрываемым в его глазах страхом. Какие-то архаичные стулья, стол, эти люди, склонившиеся над ним в непонятных лохмотьях вместо понятного и привычного ему мультикама. А где его тактические ботинки Лова, вместо Лова на ногах ничего не было. Голые пальцы. Хорошо хоть они шевелятся. Значит жив и не парализован. Кто вообще эти люди. Макс швыркнул носом.

—Кано, — произнесла беззубая старуха.

—Кано, — с трудом повторил за ней Макс.

—Сука! — прохрипел он.

Африканец помотал головой: —Не сука.

—Кано, — произнес он и ткнул Максу пальцем в грудь.

Макс мотнул головой. Лица людей вокруг него стали четче, словно его глаза смогли достаточно точно сфокусироваться.

Кано повторила старуха.

Макс тяжело вздохнул: —Ну Кано так Кано, хрен с вами.

Некогда сейчас в угадайку играть. Африканец принес кружку с горячей жидкостью и передал ее старухе.

—Кано, наверное, забыл, чему я его учил, — пожаловался он. Как ни странно, Макс понял, что сказал африканец.

—Воздух, — произнес Макс. Африканец поднял голову Макса над подушкой и сказал старухе:— Кано хочет на свежий воздух. Нужно выйти с ним за ворот, но для начала посмотри нет ли во дворе Скавра. Старуха, кряхтя, поднялась, и вышла наружу.

Через несколько минут она вернулась и молча кивнула головой.

Африканец подхватил Макса и поволок к двери. Африканец, значит негр. Его так в школе учили.

—Пиллоний, — произнес африканец свое имя.

—Пиллоний, — с трудом повторил Макс.—Ок-Пиллоний, так Пиллоний. Они вышли за дверь.

Что особенно поразило Макса, так это воздух. Он звенел зноем, но в то же время был приятным. —Горы, — указал ему Пиллоний на вздымающиеся вершины. —Альпы.

—Альпы, — повторил Макс, не понимая причем здесь горы. Эти Альпы. Он подписал контракт на СВО в одной из бывших братских республик, скатившихся в своей ненависти на самое дно. Он штурмовик элитной роты.

—А тут какие-то Альпы и этот Пиллоний. Кано.

—Что вообще происходит? —Где он?

У ворот сгрудилась кучка рабов, с жалостью рассматривающая едва волочившего ноги парня. Рабы шептались и тыкали в него пальцами.

—Я вам тыкну уроды! — выругался Макс на русском. Внезапно он понял, что может свободно говорить на двух языках.

«Видимо здорово меня контузило» — думал он. Проходя через калитку ворот, он услышал от рабов слово: Рим. Рабы упоминали об этом с нескрываемым страхом и почтением.

—Рим? — почти в слух повторил Макс.

Пиллоний закивал головой: — Рим. Рим.

За воротами его встретили нескончаемые виноградники на склонах гор перемежаемые с маленькими оливковыми рощами.

Слово Рим он смутно помнил из уроков истории. Их учитель седовласый Антон Тимофеевич рассказывал об этом древнем городе с каким-то особым упоением. Кажется, этот Рим захватил весь мир. Ну, не весь конечно, но большую его часть и даже родная Москва на его фоне казалась какой-то варварской деревушкой, затерянной в бескрайних лесах. Хотя вроде тогда и Москвы, то никакой не было. А может и была. Черт их за ногу взял этих историков.

Среди этих бесчисленных виноградников Макс замечал фигурки людей с корзинами на плечах.

От свежего воздуха, не пропитанного запахами пороха и горелых строений, у него закружилась голова и перед глазами поплыли волнистые круги.

—Держите его! — крикнул Пиллоний рабам, находившимся по близости от Макса.

— Он еще слишком слаб, чтобы ходить самому. Рабы тотчас, подхватили Макса за руки.

—Не надо я сам, — огрызнулся он и инстинктивно принялся шарить руками по ремню в поисках нашатыря, который должен был быть в армейской аптечке.

Но аптечки, как и ремня на теле не оказалось. Зато была туника из серой ткани и кожаный пояс без пряжки.

Макс повернулся в сторону Пиллония, который ему показался самым активным и разговорчивым среди этих непонятных ему людей с разным цветом кожи.

—Любезнейший, — пробормотал Макс. А где моя форма?

Пиллоний вытянул лицо.

—Ну там разгрузка, аптечка, — Макс провел вдоль по телу рукой. Пиллоний отрицательно помотал головой.

—Что ничего не было? не поверил его словам Макс. Уже успели продать?

—Что продать? — удивился африканец.

—Все продали. Макс разочаровано отмахнулся рукой и присел на торчащий из земли булыжник.

—Все продали, еще и отпираются.

Настроение упало в ноль. Курнуть бы сейчас! — пришла спасительная Мысль. Макс полез в то место, где по мнению всех нормальных людей должны располагаться карманы, в которых носят всякие полезные вещи типа сигарет, зажигалок, ключей от дома.

Но карманов не было. Страшно подумать: на твоих штанах нет карманов. Макс опустил взгляд на свои ноги. Нет штаны, конечно, были. Но это вовсе не те штаны, которые он привык носить. У его штанов была куча клапанов-карманов, а на этих ни одного. И цвет странный. Вместо защитного мультикам был цвет, каким красят полы в провинциальных квартирах. И длинна штанов. Те, что были сейчас на нем чуть закрывали колени, оставляя остальное совершенно неприкрытым. Кривое подобие шорт.

Пиллоний не решился оставлять Кано надолго одного. Заметив, что парень пребывает в какой-то глубокомысленной прострации, а точнее завис между реальным миром и миром Богов, решил все же привести его в чувство.

Подойдя к гаруспику и остановившись у него за спиной, Пиллоний долго вслушивался, о чем бормочет парень. Но его речь была непонятной и

показалась африканцу немного грубоватой. Чем-то похожей на речь варваров за этими горами, но все же она была другой. Наконец Пиллонию это наскучило, и он подошел ближе, положив Кано ладонь на плечо.

—Тебе не сладко пришлось, — произнес он сожалеющим тоном.

Макс поднял глаза на этого чудного старика.

—Ты ошибся в своем предсказании, — продолжил Пиллоний. Хозяина чуть не убили бандиты почти у ворот Рима.

—Рима? — переспросил Макс.

—Ты потерял память от побоев, — произнес Пиллоний. Я никогда не слышал, чтобы после порки плетью люди теряли память, но возможно такое бывает. Пиллоний пожал плечами. Ему был очень непонятен исход наказания. Хвала богам гаруспик остался жить, но словно стал другим человеком.

До Макса понемногу стали доходить некоторые аспекты его настоящего бытия. Это тяжело было признать, почти невозможно, но он больше не на непризнанных территориях. Его глаза не могут обманывать. Совершенно другой ландшафт, люди больше похожие на тех, о ком рассказывал учитель истории.

—Рим,— недоверчиво повторил Макс.

—Римская республика! — поправил его Пиллоний.

—А кто же я такой? — задал он вопрос. В памяти всплыли полузнакомые слова: патриции, плебеи, консулы, цезарь, легион и еще несколько десятков других, так усердно вбиваемых ему учителем за партой.

—Так кто я сейчас? —переспросил Макс.

—Патриций?

Пиллоний громко рассмеялся.

—Консул, цезарь?

Пиллоний просто согнулся пополам от смеха.

Вместе с ним зашлись в смехе и остальные рабы, что украдкой жались к

стене виллы подслушивая их разговор.

Этот смех несколько обидел Макса, и он громко рявкнул: —Чо ржете как ослы.

Смех тут же смолк.

—Так кто я, если не консул и не цезарь? — успокоившись спросил он у Пиллония.

Пиллоний немного помялся. Почесал затылок, размышляя о том, как деликатнее ответить парню, чтобы не обидеть того.

Макс уловил настроение африканца и насупив брови сердито бурнул: —Да говори уже дядя. Валяй, на полную катушку.

Пиллоний подошел ближе и посмотрев парню прямо в лицо ответил.

—Да ты прав Кано. Ты не консул и не цезарь. Ты этрусск. Сын этрусского гаруспика.

—Кто такой гаруспик? — разочарованно поинтересовался Макс.

—Гаруспик?

Африканец сделал многозначительную паузу.

Глава 4

—Гаруспик, это предсказатель. Человек, который говорит людям волю богов.

Макс улыбнулся: — И что все слушают и повинуются?

Пиллоний вновь рассмеялся. —Зависит от того, что ты им скажешь.

Макс задумался. Может провести эксперимент научный. Ну, там погадать и сказать этим людям волю богов. Интересно бросятся они исполнять?

—А на чем гадают эти твои гаруспики? — спросил Макс у Пиллония.

—На печени животных, на костях, бывает на углях, — совершенно серьезно ответил африканец. Пиллоний слишком серьезно относился к гаданиям. На его родине в Нумидии, культ жрецов и предсказателей был развит намного серьезнее, чем в самом Риме. Нумидийцы даже в обыкновенном ветре слышали разговоры богов.

—Я понял тебя африканец, — ответил Макс.

Африканец произнес: —Вообще-то я Пиллоний и ты учился у меня биться на мечах.

А вот это было уже что-то интересное.

Оказывается, он Максим брал у этого африканца уроки владения мечом.

Макс кивнул головой.

—Хочу сказать тебе за это спасибо Пиллоний.

Максу стало интересно, если он сейчас в теле другого человека. А то, что он в теле другого человека у него не было никаких сомнений, потому как его кожа была слишком загорелой для жителя средней полосы России.

Если он в теле другого человека, то сохранились ли его прежние навыки. Владение ножевым боем, например. Перед командировкой на СВО, он долго занимался в секции ножевого боя на окраинах Москвы.

Если есть мечи, значит должны быть кинжалы. А это его стихия. К тому же в этом Риме вряд ли практиковались многие приемы пришедшие в его время из восточных единоборств. А это означает, что вряд ли кто-нибудь из этих аборигенов управляется ножом или кинжалом лучше, чем он.

Кстати, на поясе Пиллония, как раз висел один такой кинжал, на что Макс не замедлил указать нумидийцу. Пиллоний улыбнувшись вынул кинжал из ножен и протянул его Максу. Слишком широкое лезвие.

—Пугио, — сопроводил передачу кинжала в руки Макса африканец.

Макс взвесил кинжал в ладони. Проверил его центровку. Как ни странно, с этим было все в порядке.

Поискав глазами мишень куда бы можно было метнуть этот пугио, Макс остановился на стволе кипариса, растущего прямо у стены виллы.

Пять метров расстояние для броска, более чем достаточное, даже излишнее.

При таком расстоянии, даже если точность броска не страдает, то падает сила удара.

Лучше всего бросать на три метра, но деревьев на таком расстоянии вокруг него не было.

Макс тяжело вздохнул и метнул кинжал в ствол кипариса. Несколько раз перевернувшись в воздухе, лезвие с глухим ударом воткнулось в ствол.

Пиллоний охнул.

—Очень хорошо Кано, — пробормотал африканец, направляясь в сторону дерева, чтобы извлечь из его ствола свой пугио.

Вернувшись назад, нумидиец расплылся в улыбке.

—Я тебя этому не учил Кано! — произнес он, вкладывая пугио в ножны. — Не Кано! — оскалился в ответ Макс. Его немного достало что его называют чужим именем.

Его зовут Максим или просто Макс. Такое имя ему дали родители, так называли его боевые товарищи. И не этому африканцу с толстыми губами и сверкающими зубами его обзывать.

Макс встал с камня расправил плечи и ткнул кулаком себя в грудь.

— Я Макс! — грубо произнес он. Нумидийца это не обидело.

—Ну Макс, так Макс, — согласился африканец. Ты отсалютовал, словно настоящий легионер.

— Ты словно помногу раз повторял это движение, — заметил Пиллоний. Где ты этому научился?

—Зачем тебе это знать? — спросил у нумедийца Макс таким тоном, словно Пиллоний хотел выведать у него военную тайну.

Пусть это остается со мной. Но Пиллонию он ответил: — Это было слишком давно.

Нумидиец покачал головой. — Странно все это. Макс согласился: — Более чем странно.

Рабы с виллы донесли хозяину Скавру, что после порки гаруспик Кано очнулся совершенно другим человеком. Он салютует словно легионер-ветеран. Метает кинжал пугио в ствол кипариса, и неплохо владеет гладиусом.

Это несколько озадачило Скавра. Он вбил мальчишке ума в голову или же окончательно его выбил.

—Что же?

Скавр развел руки в сторону и рявкнул на управляющего своим хозяйством: —Видишь Марцио, порка рабам и мальчишкам идет только на пользу.

Скавр мог, что угодно обернуть себе на пользу. Так было и в этот раз, но Марцио непонимающе пробурчал в ответ хозяину: —И что же теперь нам с ним делать?

Скавр поелозил толстым задом на деревянном кресле, свел густые брови к переносице и задумчиво процедил: —Решим этот вопрос позже.

Пусть он пока остается на вилле. Я не гоню его. За свою ошибку он получил сполна. Может быть даже слишком.

Марцио кивнул и добавил: — Он все же свободный человек и его помощь может нам пригодится хозяин. В отличии от рабов, которые тут же разбегутся.

Скавр задумался. —В этом ты прав. Отведи ему койку в доме Пиллония. Пусть они дружат. Не препятствуй этому. Управляющий сделал поклон и исчез.

Скавр поскрежетал зубами. Из его головы не выходило появление толпы варваров в предгорьях. То, что это варвары, Скавр не сомневался.

В Риме в одном из трактиров неподалеку от форума он слышал сплетни пьяных плебеев о том, что пунийцы ведомые Ганнибалом Баркой осадили город Сагунт и после восьмимесячной осады взяли его.

Риму это дало формальный повод объявить Карфагену войну.

Скавра пронзила внезапная догадка.

—Что если, этот Ганнибал Барка решил по суше двинуть свои войска на Рим? На его пути стояли только Альпы. Но эту мысль Скавр отмел, как совершенно безумную. Перейти Альпы, с многотысячным войском.

С вьючными животными, да еще как он слышал пунийцы привели с собой в Испанию слонов.

Нет этого решительно не может быть. Потому что, просто не может.

Он хоть и старый, и толстый Скавр, но он еще не окончательно выжил из ума.

С другой стороны, что-то подспудно подсказывало ему: что если всецело положиться на волю богов и их поддержку, то возможно многое.

Почему этих людей в горах заметил гаруспик Кано. Боги явили ему их, но с какой целью?

И раз уж этот этрусск ошивается у его латифундии, то вполне возможно, что Боги включили в свою игру и его Скавра. Но зачем?

Он стар и дрябл, и не в силах командовать даже манипулой солдат.

Его время прошло. Скавр глубоко вздохнул и сжал в ладони бокал с вином.

Может мне стоит извиниться перед этим предсказателем?

—Бред! — Скавр швырнул пустую чашу на пол.

—Я римский аристократ должен извиняться перед каким-то этрусским гаруспиком.

—А если все же это воля Богов? — размышлял Скавр.

—Не извиняться, нет просто сослаться на дурное настроение, на проклятых бандитов на дороге у самого Рима.

Тот бандит главарь. Он сказал, что обоз Скавра стоит на его земле.

А разместились они на отдых у развалин бывшей столицы этруссков города Вейи.

—Все это не спроста! — подумал Скавр. Он не заметил, как его вторая рука потянулась к кувшину с вином.

Скавр мотнул головой, закрыл и открыл глаза и отдернул руку от кувшина.

—Сегодня нельзя напиваться! — выругал он себя.

—Позовите мне Кано! — крикнул он слугам.

Из двери показалась голова дочери.

—А это ты! — взволнованно пробубнил Скавр. Прошу тебя передай рабам, что бы привели ко мне предсказателя. Пусть скажут, что у хозяина к нему дело. Пусть придет в таблиниум. Я буду ждать.

Дочь хозяина латифундии Скавра звали Энея. Почтенное имя для римской девушки, даже не живущей в самом Риме. Сам легендарный Ромул основатель Рима вел свое происхождение от имени легендарного троянца. Так что с именем Скавр не прогадал, как и с самой дочерью, чья фигура и весь облик были похожи на пену Венеры. Мягкую, обволакивающую, стремящуюся вознести обладателя ее тела на вершины Олимпа.

Энея самолично передала просьбу отца Пиллонию, и чем заинтересовала Макса.

—Кто она такая?

Нумидиец многозначительно поднял палец вверх, и достаточно сухо ответил: — Дочь хозяина Скавра. Не нам чета рабам и плебеям.

Макса такое заявление Пиллония несколько покоребило.

—Не нам чета? — сплюнул он на песок. —Она будет моей! — клянусь тебе выругался гаруспик.

—И думать забудь! — прошипел Пиллоний.

—Она аристократка, патрицианка, а ты кто?

—Нищий предсказатель, чья хижина высоко в горах. Ты и гладиусом толком владеть не умеешь.

Макс подбросил в руках кинжал. После того, как кинжал несколько раз в воздухе перевернулся, Макс ловко ухватил его за рукоять.

—Ну только, что кинжал метать! — скептически усмехнулся африканец.

Макс еще не рассказывал нумидийцу о больших железных птицах, метающих ядра с пылающим огнем. О железных колесницах, которая может проехать, где угодно. Проще говоря о танках. Африканец с ума сойдет, представляя себе такую колесницу.

Тут надо чего-нибудь попроще. Можно, например, начать с деревянных птиц точнее планеров.

Как построить планер Макс знал, тут большого ума не требовалось.

Горы здесь есть. Нужны рейки и ткань. Кожа тоже сгодится. Жаль нет пороха. Но его вроде пока не изобрели. И до Китая из Рима: как до Пекина раком. Макс рассмеялся своей удачной шутке. Из Рима как до Пекина раком, —повторил он еще раз.

Пиллоний сделал непонимающее лицо.

—Какой Пекин? — поинтересовался нумидиец. —Забей! — Макс отмахнулся рукой.

—Идем к Скавру. Хочется послушать, что скажет этот аристократ в свое оправдание.

Мысли Скавра сейчас были больше сосредоточены на непрошенных гостях, замеченных гаруспиком в горах, потому появление на пороге Макса в сопровождении нумидийца, он воспринял несколько отрешенно.

Подняв голову, Скавр лениво протянул руку указывая Максу его место.

Макс решительно поместился на небольшую скамейку, обитую красным бархатом, и обвел взглядом таблиниум кабинет хозяина.

Скавр осторожно стараясь не выдать своего любопытства, стал наблюдать за юношей пытаясь прояснить для себя некоторые не вполне понятные для себя моменты в его поведении. Скавру показалось, что Кано впервые видит его кабинет, настолько для молодого этрусска здесь было все в новинку.

Его взгляд скользнул по скамейкам, по скульптурам в виде обнаженных женщин и остановился на лалариуме нише в стене, где стояли фигурки ларов покровителей домашнего очага.

Затем взгляд Кано скользнул и по самому хозяину, но это, как не странно не разозлило Скавра.

Скавр хлопнул в ладоши и на пороге появилась рабыня с кувшином вина. Рабыня была в тонкой полупрозрачной тунике, что буквально открывала постороннему взору ее прелести.

—Поставь на стол Ливия! — велел Скавр. Ливия осторожно, словно боясь разбить кувшин поставила его на стол и замерла в ожидании новых приказов хозяина.

—Недавно купил, — посетовал Скавр. Еще не совсем обучена по хозяйству. Ливия хлопнула ресницами и склонила голову.

—Ты можешь идти! — велел Скавр.

Хозяин сам налил вино и поднял чашу вверх.

—Я знаю, что немного погорячился! — с прискорбием произнес Скавр, глядя прямо в лицо Макса. Пиллоний остававшийся у входа закашлялся. Он погорячился. Да этот жирный урод чуть не убил мальчишку. Мысли нумидийца были столь же безжалостны, как и сама плеть Скавра.

—Кано, — примеряющим тоном произнес хозяин. Я знал твоего отца Тарквиния.

Макс кивнул соглашаясь, хотя никакого Тарквиния Тарха, он не знал.

Его отца зовут Николай Степанович и он никакой не предсказатель, а обычный инженер по теплосетям в одной из компаний ЖКУ.

Но раз уж этот толстый римлянин решил сыграть в угадайку, то почему нет.

—Я знал твоего отца, — повторил Скавр. Он был очень уважаемым гаруспиком в нашей провинции. Я надеялся, что и ты станешь таким же.

—Ага! — подумал Макс. Великий предсказатель. Гадатель на куриных яицах. Что еще ему припишет этот толстый рабовладелец?

—Мое путешествие в Рим оказалось сопряжено с рядом трудностей! — продолжил Скавр. Но твое предсказание относительно моей поездки ввело меня в заблуждение, и я не взял с собой охрану.

Скавр поморщился. —По пути меня просто ограбили. Ограбили, как последнего простофилю и дурака. А ведь всего этого могло бы не быть, скажи ты мне, что возможны неприятности в дороге.

Макс пожал плечами и сам не понимая почему добавил: — Боги не предсказуемы.

—В том то и беда! — воскликнул Скавр. Мы должны знать их волю, а мы теряемся в догадках.

Макс ухмыльнулся. —Ну тут уж я ничем не могу тебе помочь старый болван.

Глава 5

—Если бы я мог предвидеть события, я бы не оказался здесь в твоем мире. А сидел бы сейчас за ЛБС в гостях у красивой девицы и пил с ней коньяк.

—Кстати, здесь есть коньяк? — подумал Макс. Или только это кислое пойло, что они называют вином.

Впрочем, у Скавра довольно симпатичная дочь, а нормальное вино найдется. Как бы только популярно объяснить этому мешку с навозом по имени Скавр, что я вовсе не тот Кано, за которого они все меня принимают.

Но тут Макса посетила страшная, по его мнению, мысль. Страшная, но в тоже время забавная. Ну вот нашла их тела другая эвак. команда привезли за ЛБС. Успели переправить в госпиталь, очнется там этот Кано в его теле и что?

А почему нет. Он же очнулся в его. Представляю какой у парня в голове шухер начнется. Тут железные повозки, железные птицы типа самолетов и прочих летающих средств и все вот вам готовый пациент психбольницы. Удивительно почему с ним такого не произошло. Сидит здесь в древнем мире общается с римским аристократом и ничего, еще и о бабах думает.

—Эх, мать, — Макс не заметил, как громко цокнул языком.

Скавр дернулся, и его рука поползла по столу к рукояти кинжала.

—Все в порядке, — пробормотал Макс.

—Так что ты говорил про этих бандитов, ограбивших тебя по дороге к Риму. Скавр нахмурился, но руку от кинжала убрал.

—Я хочу раз уж ты оказался таким живучим, что бы ты вместе с Пиллонием организовал оборону латифундии.

Макс посмотрел в сторону нумидийца. Африканец, заметив его взгляд, лишь нелепо пожал плечами.

—Так он вроде по твоему приказу драпать в Рим собрался! — весело усмехнулся Макс. Как я ему помогу.

—У нас ведь как, если ты драпаешь, значит и не воин ты вовсе.

—А кто? — переспросил Скавр.

—Собака сутулая! — рассмеялся Макс, но тут же постарался замолчать.

—С рабами ты много не навоюешь! — резюмировал он. Каденция не та.

При слове каденция, он опять цокнул языком. Вот прилипло.

—Короче, ничего мы не навоюем. Из Рима вашего, помощь нужна.

Скавр кивнул. —В Рим я уже отправил донесение в сенат. Но боюсь, если придет ответ, то он может разочаровать нас.

—Это почему? — Макс уставился на Скавра.

Глаза толстяка забегали по глазницам.

—Ну понимаешь, — замялся Скавр. В Риме решат, что проблема не стоит и яйца.

— Совсем, как наша поговорка, — подумал Макс. Только у нас там про выеденное яйцо речь шла.

—Ну, и что не стоит яйца? — повторил Макс за хозяином.

—А то, что в сенате просто посмеются и скажут: —У страха глаза велики.

Макс ухмыльнулся.

—Велики говоришь. Скавр кивнул.

Макс напрягся, вспоминая уроки истории.

Что всплыло в памяти, так это гуси.

—Гуси спасли Рим? — так у вас говорят. Скавр задумался и спросил: — Это ты к чему этрусск?

Макс улыбнулся. —К тому, что потом поздно будет. Если кто-то собирается на тебя напасть, то это дело времени.

Скавр растер щетину на лице. —Это верно Кано.

—Да не Кано я! — психанул в душе Макс.

—А ст. сержант Максим Николаевич. Штурмовик роты спец. назначения. неважно какого полка.

Гнев быстро отступил и Макс поинтересовался у Скавра. —С кем сейчас твой Рим ведет войну.

Скавр угрюмо улыбнулся.

—У Рима только один враг. Карфаген.

— Первую войну мы выиграли. Я самолично командовал боевой триремой, и мои легионеры сожгли достаточно пунийских посудин.

—Это хорошо! — цокнул Макс. Победа в первой войне дает армии уверенность в своих силах. Подразделения набираются слаженности в действиях. Командование учится мыслить.

Давно война закончилась.

Скавр посмотрел на нумидийца и произнес: —Двадцать три года назад.

От цифры Макс немного ошалел.

Двадцать три года— это срок. Это большой срок. Ветераны войны все на пенсии. По сути, у Рима сейчас армия, которая не застала прошлую войну.

—На пенсии небось ветераны-то все? — ухмыльнулся Макс.

Палками гусей по Риму гоняют.

Скавр нахмурился. По его глазам можно было прочитать: —Какие еще гуси дурак. Всыплю тебе еще раз плетей.

Но вслух этого Скавр не сказал.

Сказал: —В армию призывают людей обученных.

Скавр рассказывал Максу про устройство римской армии, а у него из головы не вылезала медсестричка Анечка.

—Анечка, Анечка! — тяжело вздохнул Макс. А я ведь тебя хотел пригласить. Ну или сам в гости напроситься. А вон оно как получилось. Ты там в таблетке осталась. А я толи жив, толи мертв и сам не знаю.

То, что он жив, Макса убедил крик одного из рабов с криком ворвавшегося в хозяйский дом.

—Господин рабы у виноградника заметили группу воинов, спускающихся по горной тропе в сторону виллы.

Скавр вскочил с кресла опрокинув кувшин с остатками вина.

—Пиллоний уводи всех женщин и детей и собери тех, кто может сейчас сможет держать в руках оружие. Пиллоний до того слушавший с улыбкой беседу Скавра и Макса внезапно стал серьезным и собранным. Словно стрела, он вылетел из дома хозяина и махая руками помчался в сторону виноградника.

— Чего сидишь? — буркнул на Макса хозяин.

—Идем же!

— Пиллоний сказал мне, что ты хорошо метаешь кинжал, да и владеть гладиусом ты немного умеешь.

Слова Скавра привели Макса в изумление.

—Каким гладиусом?

Он и в руках его не держал.

—Про кинжал африканец правду сказал. Было дело. Метнул ради потехи.

Так что теперь ему становиться в ряды защитников имущества этого рабовладельца?

—Ну, чего расселся, как тебя там теперь Кано или Макс.

Фортуна предоставила тебе шанс на попрактиковаться на варварах.

Гладиус и скутум возьмешь в оружейной комнате у Пиллония.

—Я буду на стене! — ворча пробубнил Скавр.

Ввязываться неизвестно во, что Максу совершенно не хотелось, а с другой стороны какой у него сейчас был выбор.

Он теперь не на СВО, где птички со обеих сторон охотятся за бойцами протвника.

От птичек не скрыться. Скрыться, конечно, можно, но слишком сложно. Эта зараза с пропеллером в форточку залетит и разнесет все.

Другое дело здесь. Тут дронов нет. Только ты и противник. Лицом к лицу. Преимущество дает только силовая подготовка и владение оружием.

Макс мельком взглянул на свои руки. Банки вроде неплохие. Бицуха есть, а вот дыхалка подводит немного. Ну, так сигареты, будь они не ладны. На ЛБС время тянется медленно от обстрела до обстрела, с перерывами пожрать, да покурить. Вот и накурился. Ну ничего. Макс вздохнул. Дыхалка дело наживное. Физухой подтянем. А вот работать мечом в ближнем бое: тут все же сноровка и умение нужно.

Кое-что, конечно, он умеет, а остальное...

Как говорили наши командиры бойцам Красной Армии: Оружие братцы добудете в бою!

Оружие у нас есть, а навыки в бою добивать будем. Куда теперь деваться. Макс пожал плечами. Оружейка Пиллония была пуста, в том смысле, что в ней не было никого из людей. Макс коснулся рукой деревянной стойки, на которой были ровными рядами выставлены копья. На противоположной стене висели щиты скутумы, какими обычно пользуются легионеры. Были так же и греческие круглые щиты. Щиты македонского типа. Но сейчас Макса больше интересовали мечи, которые находились у противоположной от входа стены.

Гладиус, римский меч Максу пришелся по вкусу. Рукоять удобно легла в ладонь. Неожиданно его взгляд упал на длинный прямой меч.

Макс взвесил его в руках и охнул. Тяжеловат он для боя в тесном пространстве. Гладиус больше для этого подходил. Скавр сказал, что будем оборонять стену виллы, а этот прямой меч для этого не годится. Им как на сенокосе на открытом пространстве махать нужно.

Макс положил прямой меч обратно в стойку.

— Ты правильно выбрал себе оружие, — услышал он хриплый голос

Пиллония. Африканец вернулся на виллу с полей и привел с собой всех рабов.

—Я слишком мало учил тебя, — с сожалением произнес африканец. Думаю, что пока тебе не стоит лезть в самое пекло. Макс кивнул соглашаясь.

—Попробуй оставаться на флангах. Воинов можно набрать других, а хорошего гаруспика нужно еще поискать.

—Опять этот чертов гаруспик! — выругался про себя Макс.

—Почему они все время меня одевают в личину этого мальчишки предсказателя?

— Пошли на стену! — Пиллоний махнул Максу рукой.

—А где ножны? — поинтересовался Макс. Я чего этот ножичек в руках таскать должен?

Нумидиец звонко хлопнул себя ладонью по лбу.

—Ножны там за кольчугами.

—А мне этот бронежилет не положен так? — спросил Макс. Пиллоний только усмехнулся в ответ. — Он будет только стеснять твои движения в битве. Немного позже, мы подберем тебе твой размер.

—Дела! — хмыкнул Макс. Когда он собирался в выход на ЛБС, то натягивал на себя еще килограммов тридцать всякого защитного барахла типа броника, разгрузок, каски, аптечки и прочего.

Сейчас же он идет в бой, имея на ногах нелепые сандалии и эту тряпку, которую называют туникой.

Так и хочется черт возьми заорать на всю округу: —Где мои тактические ботинки и броник?

—А пошли они все, —Макс безнадежно махнул рукой, уставившемуся на него нумидийцу. Ну, пошли, куда звал. Я готов.

Пиллоний хитро прищурился и произнес: —Вижу по твоим глазам, что на сердце у тебя идет внутренняя борьба. Ее причина: кольчуга, которую я тебе не дал.

— Да не кольчуга уголек! — хотел взвыть Макс. Не кольчуга болван.

Ты посмотри на себя и на меня, и мы в таком виде идем сражаться за ваш Рим. — Да пропади он пропадом!

Макс истерически рассмеялся.

Пиллоний в ответ покачал головой и повертел у виска пальцем, списав поведение Макса на постболевой синдром.

«Он еще не совсем отошел» — думал нумидиец, оглядываясь на идущего позади юношу.

На крепостной стене столпилось около полусотни мужчин с орудием в руках.

—Расовый состав довольно разнообразен, — заметил Макс. чернокожих мужчин и мужчин со смуглой кожей попадались и такие, как он сам. Только что лепетали они на непонятном ему языке. Слуги и рабы Скарба, столпившиеся у зубцов стены, пристально наблюдали как с одной из вершин спускается вьющаяся темная змейка. Своей головой она достигла виноградников Скавра, другая была скрыта за перевалом.

—Ох много их! — заохал, хватаясь за голову Скавр. Пиллоний так же нахмурив брови следил за движением колонны.

—Бинокль бы сейчас, — пронеслось в голове у Макса. Или монокуляр на всякий случай. Может они и вовсе обойдут латифундию. Зачем им лишний раз давать о себе знать.

—Может нам лучше уйти? — предложил нумидиец. Силы слишком не равны хозяин. Мы не выдержим даже первого натиска.

—Я знаю! — хрипло рявкнул на него Скавр.

—Даже имей я сейчас под своим командованием целый легион, я еще бы сто раз подумал стоит ли ввязываться в бой.

—Да легиона тут мало, — понимающе цокнул Пиллоний.

Тут он словно специально повернулся в мою сторону и спросил: —Может ты кинешь кости Кано. Уж очень хочется знать, что ответят нам Боги.

—Знаю я, что ответят ваши Боги! — сквозь зубы процедил Макс.

«Бегите глупцы!» — всплыла в голове фраза из фильма, который он так когда-то любил.

Люди на стене беспокойно всматривались в ползущую по склону змею и качали головами.

—Так что с предсказанием? — осведомился подошедший к Максу и нумидийцу Скавр.

«Может наврать чего-нибудь?» — покопошился в голове Макс. Навру, опять этот жирдяй плетью угостит.

«Нужно как-нибудь от него отвязаться, но каким образом?»

Макс уставился на небо. Плотная пелена серых облаков почти скрыла голубую высь, и грозила пролиться дождем.

—Дождь будет! — лениво изрек Макс, в надежде что это остепенит Скавра.

—Это я и без тебя вижу, — пробурчал хозяин.

—Что с врагами то, они идут к нам?

Скавр уставился на Макса.

«Проклятый жирдяй прилип, как банный лист и не отстанет со своими предсказаниями. Надо какую-нибудь отмазку слепить»

— Слушай Скавр, — Макс пристально посмотрел хозяину в глаза.

—Мой отец когда-нибудь делал предсказания в такую погоду?

Скавр почесал затылок. —Вроде нет.

— Он говорил, что облака закрывают от взгляда Богов землю и Боги ждут хорошей погоды. Макс неожиданно для себя хлопнул в ладоши.

—Ну, а я тебе чего говорю. Сукин сын.

«Сукин сын, конечно, Макс Скавру не сказал, но грешным делом, подумал.»

—Нет Солнца-нет предсказаний! — уверенно заявил Макс.

Скавр раздраженно фыркнул. —Ну хоть что-нибудь! — проныл он.

Макс стал всматриваться в даль. Дорога проходила вдоль реки и была слишком узкая. К тому же с неба пролились первые капли ливня.

Макс выставил под дождь ладонь.

Дорогу размоет, и никто не пойдет по ней в такое время. Это он знал из своей службы, а если ливень зарядит на несколько дней, то вообще все по красоте будет.

Эти красавчики, что спускаются с горы или лагерем встанут или по другой дороге пойдут. А сколько их здесь, черт его знает.

—Они не придут! — сообщил он Скавру.

—Это тебе Боги сказали? — уже довольно поинтересовался Скавр.

Его настроение заметно улучшилось после таких новостей.

—Это мне глаза сказали, — пробурчал Макс. Дождь сейчас размоет дороги. Куда, они пойдут.

— И то верно гаруспик! — весело цокнул языком Пиллоний.

И точно, змея на склоне словно растворилась.

—Можете спускаться со стены! — довольно сообщил своим людям Скавр. Будем надеяться, что они не придут сюда.

Макс улыбнулся. Сегодня ему удалось обвести старика Скавра вокруг пальца. Не факт, что такой номер сойдет ему с рук второй раз.

Надо бы где-то подучиться этим гаданиям, тогда все будет в шоколаде. — Но где?

Ответ ему подсказал один из отставных легионеров, проживавших на вилле у Скавра. Вздернув свой гладиус в воздух, бывший легионер громко прокричал: —Рим победил!

—Не ори болван! — рявкнул на него Скавр. Услышат. Прикажу вот рабам всыпать тебе плетей. Легионер, понурив голову, побрел в сторону оружейки Пиллония.

—Значит Рим! — мечтательно заметил Макс.

— В Риме я смогу научиться гадать. Да много чему смогу научиться.

Рим город возможностей.

Макс тоскливо цокнул языком. Рим город возможностей.

Раньше Москва была городом возможностей. Туда все ехали. Хочешь актером или певцом стать-дуй в Москву. Карьеру в бизнесе- тоже Москва. Макс не заметил, как сам повесил голову.

—Где она теперь эта Москва?

Придется как-то жить в этом мире. Ну хоть не надо за билеты в метро платить и то хорошо. Мысли о транспорте еще больше опечалили его. Значит автомобилей нет, мотоциклов нет. Лошади-то в любом случае есть. А кавалерия. Ну, там шашки-мечи наголо и: а ну пошла родимая.

С конем все же лучше. Но кто ему даст коня, да и не заработал он еще на персональную лошадь.

Макс не заметил, как оказался у оружейки африканца. Пиллоний стоял, привалившись плечом к косяку и ехидно улыбался.

Макс сразу с ходу решил с места в карьер. Ну, а чего ему терять. Все уже и так потеряно, не совсем понятно как.

—Пиллоний друг, — Макс осторожно положил ладонь на черное плечо нумидийца.

—Дай коня брат.

—Брат?! — переспросил африканец и весело рассмеялся.

Затем замолчав, Пиллоний сердито отрезал: —Нет у меня коня!

—Как это нет? — удивился Макс.

—А кавалерия, а грузы и прочее барахло, на чем возите?

Африканец, услышав вопрос, вновь зашелся смехом.

—Вон под навесом привязан! — указал он.

—Так это ж осел! — разочарованно воскликнул юноша.

—Вовсе это не осел! — поправил его нумидиец.

—Это мул. Первое животное для легионера. Макс почесал затылок.

—Ничего не понимаю. Ему на мгновение показалось, что африканец все же издевается над ним. Но Пиллоний и в мыслях не имел этого.

—Мулы везут на себе все, — добавил нумидиец. Коней нет.

—Лошадь, —это дорого! — заметил он.

—Мул, —дешево! Но и мула нужно кормить и ухаживать. Макс присел на скамью под навесом.

—А легионы?

Ему все еще казалось, что африканец обманывает его.

—Легионы имеют лошадей. Кавалерия есть, но тоже мало.

—У вас чего не коснись, всего мало! — в негодовании заметил Макс.

— Вот ты и добудь нам лошадей! — рассмеялся нумидиец.

—Я тебе что, цыган что ли? —упрекнул африканца Макс.

Глава 6

—Ладно Пиллоний, — Макс махнул рукой.

— До Рима и на твоем осле доберемся.

Пиллоний замахал руками. —Не мои. Скавра мулы и повозки все его.

— Черт с ним! — ругнулся Макс. Пойду-ка я спать.

Кровать показалась Максу слишком жесткой и неудобной. На деревянные перекладины был брошен тюфяк, набитый соломой и застеленный сверху серой шерстяной тканью. Ни подушки тебе, ни простыни, ни одеяла, а еще называют себя вершиной цивилизации.

Сон не шел. Макс свесил ноги с кровати и уставился на масляный светильник подвешенный под глиняным потолком.

— Не комната, а хлев для свиней! — ругнулся он. Если этот мальчишка предсказатель Кано и жил в таких условиях, то он точно не желает.

В их ротной землянке и то намного уютнее было. Покои Скавра тоже не впечатлили его роскошью, которой, по его мнению, должен владеть каждый римский аристократ. Так сельская лачуга. себе где и в каких условиях живут рабы. Глаз Макса неожиданно нервно дернулся. Да вот так и живут в таких же лачугах, в которой ты Максим сейчас сидишь и ломаешь себе голову. Еще и воевать за этого толстяка Скавра собрался.

А что в итоге. Какая награда. Ну, переедешь ты в сарай получше обстановкой. Ну, чуточку уважения получишь. Предоставит тебе Скавр почетное занятие: лупить его рабов своей плетью. Оно тебе надо?

Ты на СВО зачем шел: Родину защищать. Людей спасать. А сейчас их плеткой лупить будешь.

Хорошо, если замутишь с дочерью хозяина, на этом все твои бонусы и закончатся. Снаружи раздался протяжный рев мулов. Тоже животина не спит. Думает, как и я над своей скорбной и унылой долей.

Может мулов да ослов разводить, ну их к черту эти битвы. Убьют, так и домой никогда не воротишься. Может в Риме встречу фокусника, который знает, как обратно вернуться.

Макс свесил ноги с постели и потянулся. Пойду во двор подышу, заодно и узнаю, чего это мулы раскричались.

Италийская ночь напрочь убила его сознание. Так хорошо он себя никогда еще не чувствовал. Теплый ветерок, заплутавший в кронах пиний, цокот цикад в саду. Больше всего Макса поразила Луна. Она была не такой, как в его прошлой жизни. Большая, желтая, манящая. Через нее ветер гнал перышки черных облаков.

—Кано! — услышал он чей-то тихий голос.

Макс обернулся в сторону сада. Между кустами диксуса и винограда мелькнуло лицо девушки. Рабыня ночью в саду? — озадачился Макс.

Что она здесь делает. Рабов, по ночам закрывали в общем сарае, чтобы с

первыми лучами солнца вывести на работы в поле и виллу.

—Кано! — повторил тихий голос. Макс махнул рукой в его сторону.

—Иди сюда не бойся. Я один.

Из кустов показалась фигура девушки. При свете Луны она казалась полупрозрачной. Почти невидимой, но с каждым шагом вперед, она больше проявляла свои формы.

—Хороша девка! — облизнулся Макс. Интересно кто это, рабыня или дочь хозяина. На ее теле сверкнуло ожерелье. Макс выдохнул: — Точно не рабыня. Энея сама. Макс тихо присвистнул.

—Не свисти! — улыбнулась девушка. Денариев не будет.

Макс машинально полез туда, где нормальные люди носили кошелек с деньгами. Ничего не обнаружив, Макс нелепо пожал плечами и буркнул: —Так ничего и так нет. Откуда у бедного гаруспика денарии.

Девушка казалась проплыла мимо и села на одну из скамеек. Теперь Макс узнал ее. Энея дочь Скавра.

—Не спится? — начал разговор Макс. Энея кивнула.

—По ночам снятся толпы диких варваров, врывающихся на виллу отца и жгущих все на своем пути.

—Кошмары! — сочувственно ответил Макс. Такое бывает.

Мне тоже снятся. —Расскажи? — попросила Энея. Макс присел рядом.

—Бывает снится, что часовой уснул на посту, а оппонент тихо заходит в располагу или в траншею и одного за другим парней ножами снимает.

А командир вскакивает и орет: —Тревога парни, противник в расположении на три часа. Ну, мы и давай наваливать из того, что в руках есть. А сверху птички противника и еще 120 миномет бьет. Энея широко открыла глаза.

Положили мы оппонента. Думали поляки, а там янки.

—Кто такие янки? — испугалась Энея. Макс нелепо дернулся.

—Леплю чего не поподя. Черт.

—Ну, янки, это варвары! — попытался объяснить он девушке.

Племя варварское такое. Везде свой нос суют куда их не просят.

—Как пунийцы? — уточнила Энея.

— Ага, как эти ваши пунийцы. Но все равно, мы их всех положили рядком. Энея прикрыла лицо руками. Макс приобнял девушку за плечи и произнес: —Да ты не бойся. Я тебя сберегу.

Он и сам не понял, как это получилось, но Энея не отстранилась от его объятий. И тихо ответила: —Ты хороший гаруспик. Ты сильный.

Отец чуть не убил тебя, но ты выжил. Боги на твоей стороне. Макс почесал нос. Приятно черт возьми, когда Боги на твоей стороне.

Только пока он что-то не видит их расположения.

—Пойдем я тебя провожу, — произнес Макс, подавая руки девушке. Ночью бывает опасно. —Даже дома? — удивилась Энея.

—Даже тут, — пробурчал Макс. Шпионы. Думаю, тебе следует вернуться в дом и лечь спать. Энея, кивнула соглашаясь.

Проводив дочь Скавра до дверей хозяйского дома, Макс вернулся на туже скамейку и крепко задумался.

Итак, надо суммировать, что мы имеем на сегодняшний день.

Он поднял голову вверх. Луна, все так же равнодушно взирала на мир, в котором он оказался по чье-то прихоти, или насмешке над ним.

Итак. Макс глубоко вдохнул. Мы в древнем Риме. Точнее не совсем в Риме, но около. Живем на вилле римского аристократа. В теле гаруспика, то бишь предсказателя, колдуна, черт знает кого.

Денег у нас нет. Транспортного средства тоже. Да и было бы, назад на нем не вернешься.

—Что мы умеем?

Этот вопрос Макс повторил трижды.

—А умеем мы все, в пределах знаний железнодорожного техникума в городе Москве.

—Диплома вот с собой нет. Придется им, поверить на слово.

Тут вновь возник закономерный вопрос: кому им?

Ответ пришел сам собой

—Да черт меня побери, конечно же этим римским богатеям патрициям. Не собирается же он вечно жить в этой дыре.

—В Рим, в столицу, как когда-то он из Перми ринулся во стольный град Москва. В Москве, конечно, тоже многое пошло не по плану.

Ну, хоть техникум закончил и то вперед. А там вагоны, пассажиры, проводницы. Приключений воз и тележка. Ну, и в итоге, как

пообоюдному желанию сторон.

—Рим! — Макс глубоко вздохнул. Надо подумать, чем там заняться. Денег то нет. Нужно сколотить капитал начальный. А там можно и вложиться в какое-нибудь предприятие.

В гладиаторские бои, например. А почему нет?

Свою школу открыть. Рукопашный бой он неплохо освоил, а на обучение гладиаторов бою с оружием нанять отставного легионера. Только, и на это тоже деньги нужны. А он гол, как сокол. Макс глянул наверх и сердито пробурчал: —Хорошую вы со мной шутку сыграли.

Внезапно он вспомнил вокзал Перми. Там постоянно тусовались какие-то темные личности. Мошенники, шашлычники, девицы, подливающие в пиво, в чай снотворное.

Вспомнил и игру из 90 наперстки. Три кружки и шарик.

— Угадай, под какой кружкой шарик? Не угадал. Давай, бабки.

Нехорошо это конечно. Ну, а какой ему оставили выбор?

Стану наперсточником. Макс икнул от своей задумки и тут же добавил: —На время конечно. Это несколько успокоило его.

Заставило мысли течь плавнее.

—Решено! — твердо сказал Макс себе. Еду в Рим. Набивать начальный капитал.

Мула и повозку можно одолжить у Скавра. На время. Потом, верну.

—Верну повозку и заберу с собой Энею, —пришла мысль.

Латифундии Скавра все равно конец, то войско, что спускалось с горы.

У него нет другого пути. Сейчас дороги подсохнут и двинут они прямиком на виллу. Что Скавр может поделать, когда вокруг него рабы да калеки. Макс махнул рукой. Все равно Скавру конец. Лучше сейчас, пока есть возможность уматывать со всеми рабами и добром.

Может подойти к хозяину утром обрисовать всю ситуацию, как есть.

Сидя здесь, он золотых яиц не снесет, а вот имущество и рабов потеряет.

Глаза Макса стали тихо слипаться.

—Идти нужно поспать немного! — пробурчал он себе под нос. Завтра утром Скавру все расклады и дам. Не послушает, сам дурак. И девку жаль. Убьют ведь.

—Может украсть Энею?

Увезти с собой в Рим. С продажи ее ожерелья денег на съемное жилье хватит. А там и он осмотрится чо-куда, и бабло попрет. Куда им убогим против него. На ЛБС выжил, а в Риме тем более. Главное побольше вспомнить, что там учитель на уроках истории про этот Рим вещал.

Кажется, в Риме правительство это сенат, а правят в нем патриции, знатные семьи.

—А может он тоже из знатной семьи? Кто, знает.

Вспомнил, что народ Рима собирается на форуме. Ну, там слушают объявления, тусуются, ругаются, баранов режут, совсем как наши дагестанцы. Макс тихо рассмеялся. Вот на форуме, пожалуй, и стоит начать свой путь к вершинам власти.

—А ну, римский гражданин угадай под какой кружкой шарик?

—Не угадал. Гони сестерций или денарий.

Макс не заметил, как уснул.

Снилась ему ЛБС. Постоянные налеты дронов, обстрелы из топоров(м777), многое всякой чертовщины снилось. Были во снах и приятные моменты. в паровозное депо. Единственный колесный пароход ходящий по Каме.

Пробуждение было нервным. Скавр постоянно на кого-то орал во дворе.

Макс зевнул. Сон в руку. Надо бы оформить на бумаге некоторые

изделия. Пригодятся в будущем. Тут он ругнулся: —Не в будущем, а в прошлом. В настоящем прошлом, где он сейчас находится. На его счастье мимо проходила Энея. Макс дважды махнул ей рукой, но девушка прошла мимо даже не обернувшись.

—Плохо дело посетовал Макс. Оглохла она что ли или просто сделала вид, что не видит его. Энея появилась через несколько минут.

Тихо постучав, она приоткрыла дверь и спросила: — Что тебе гаруспик?

Макс чуть не подпрыгнул до потолка от радости.

— Принеси мне бумагу или на чем вы там пишете. Сможешь?

Энея кивнула и закрыла дверь. Оставшееся до ее появления время, Макс просидел, как на иголках.

Энея вновь появилась тихо. Просунув в дверную щель, пачку пергаментных листов и стилус.

Макс с разочарованием посмотрел на приобретенное с таким трудом.

—Да на вкус и цвет! — сказал он себе. На вкус и цвет все фломастеры разные. Будем приспосабливаться. Приспосабливаться пришлось не так уж и трудно. Пергамент вполне подходил для рисования. Собственно, он и рисовать то никогда не умел. Так набросать слегка что-нибудь не сложное.

Но нарисовать колесный пароход с Камы оказалось делом непростым. Макс долго корпел над рисунком, пока то, что получилось, полностью не удовлетворило его.

Хорошо бы вспомнить, как работает и из чего состоит паровой котел.

Макс размечтался. Вместо галер и трирем-пароходы. Скорость плавания возрастает кратно. Не нужно столько рабов на галере, которых еще и кормить надо. Это ж какие барыши, если это все на римский флот поставить.

Макс довольно цокнул языком и провел ладонью по воздуху: Средиземноморское пароходство. Судовладелец: Максим.

—Гаруспик Гадес тебя побери. Крик Скавра прервал мечтания Макса.

—Где же ты?

Макс напялил сандалии, застегнул ремешки и вышел во двор.

—Тут я Скавр. Чего нужно?

Скавр деловито упер руки в бока. —А пойдем-ка на стену щенок. Объяснишь мне кое-что.

—Ну что там еще? — попытался отмазаться от Скавра Макс.

—Идем-идем! — настоятельно потребовал Скавр. На стене уже собралось пятеро рабов, пугливо посматривающих в сторону виноградника.

— Взгляни на гору гаруспик! — велел хозяин. Макс посмотрел в сторону склона. По склону горы вновь вилась черная змейка.

—Ты говорил, что они больше не придут? — рявкнул на него Скавр. Макс пожал плечами. —Я говорил, что дождь им помешает верно.

Скавр рявкнул в ответ: —Верно гаруспик. Так и было. Макс указал рукой на солнце. —А сейчас дороги к твоей вилле высохли, и они тронулись в путь. Я здесь не причем. Я тебя не обманывал. Скавр заскрежетал зубами.

—Он честно сказал, — добавил появившийся ниоткуда Пиллоний.

—Вы все рабы заодно! — заорал, махая руками Скавр.

—Послушай хозяин! — попытался образумить его Пиллоний. Мы рискуем не меньше твоего. Нас так же могут убить, как и тебя, как и этого предсказателя. Пиллоний кивнул в мою сторону.

—Что де теперь делать? — обреченно проныл Скавр.

—Попросим Кано сделать еще предсказание. Небо-то чистое

сегодня. Скавр с облегчением задрал глаза вверх и закричал: — О Юпитер, яви нам волю свою. Укажи, как поступить.

—Пусть этот гаруспик, — Скавр ткнул в Макса кулаком. Пусть он не обманется в толкованиях.

Скавр довольно выдохнул. —Ну, вот Кано, я просил Богов, теперь и твоя очередь. На душе у Макса похолодело.

—А была-не была. Макс ухватил за руку одного из рабов. —Уголек принеси мне мою кружку для гаданий и кости из комнаты. Раб африканец довольно кивнул. —Его зовут не уголек, — поправил Макса Пиллоний. —Его зовут Эфиоп.

—А какая разница, — махнул рукой Макс. Пусть делает что велено. Скавр прошипел на эфиопа: —Слышишь, что велели. Быстро давай.

Эфиоп с довольным видом вернулся назад. Кружку и кости он с гордым видом водрузил на один из зубцов стены.

—Кано предсказать, — прошепелявил эфиоп.

—Без тебя знаю уголек! — передразнил эфиопа Макс.

-Гадай! -Скавр подступил к Максу.

Макс взял кружку в руки и тихонько тряхнул ее. Скавр довольно улыбнулся. Макс принялся трясти кружку с костями приговаривая вслух наиболее подходящий по его мнению заговор.

—Кручу-верчу, обмануть хочу. Кручу-верчу. Предсказать хочу.

Скавр в улыбке оскалился, как и Пиллоний довольный, что на этот раз все проходит удачно.

Закончив трясти кружку, Макс скинул кости на каменные плиты.

Кости легли в разные стороны.

—Вы сами все видите! — довольно пояснил Макс. Кости разбежались. Значит, нам нужно покинуть виллу. Если бы кости легли вместе, значит у нас был бы шанс на оборону. Скавр почесал толстую шею.

—Оно и впрямь разбежались.

Затем Скавр крикнул вниз: —Готовьте мулов, мы уезжаем в Рим.

В поместье поднялась суета. Рабы и слуги сновали по своим убогим домишкам собирая скарб и сгружая его на повозки. Из виноградников показалась первая пешая колонна воинов. Солдаты сжимали в руках круглые щиты, длинные копья. Шлемы были греческого типа.

—Это пунийцы! — закричал Скавр. Собирайтесь быстрее. Первые повозки нырнули в ворота, и устремились по дороге на юг.

—Кто такие пунийцы? — спросил Макс у Скавра.

—Ганнибал Барка черт африканский! — выругался Скавр. Посмотрите уехала ли моя дочь? — крикнул он одному из рабов.

Получив в ответ, что Энея находится в первых повозках, Скавр ухватил Пиллония за руку и направился к лестнице.

— А ты чего стоишь? — рявкнул он на Макса.

Макс размышлял: —Есть ли у него шанс остаться в живых при встрече с этим Ганнибалом Баркой и все же лучше вместе со Скавром ехать в Рим.

Скавр все же не бедный рабовладелец. Доход он какой-никакой имеет. Главное зацепиться в этом Риме, а там видно будет.

Макс махнул Скавру и нумидийцу рукой. —Я с вами черти. Пиллоний обнажил рот белых зубов. Макс на ходу запрыгнул в повозку. Скавр ударил мулов плеткой: —Поторапливайся скотина, иначе вздернут нас на этих кипарисах вдоль дороги.

Пинии и кипарисы вдоль обочины дороги образовывали зеленый частокол. Дико пахло медом и мятой.

—Скавр? — я коснулся рукой плеча хозяина. Мне, конечно он никакой ни хозяин, но тех людей, что меня окружали это был закон. Скавр оглянулся и прорычал: —Ну чего тебе гаруспик?

—Скавр, — вновь обратился я к нему. Скавр немного замялся: —Говори же.

—Скажи Скавр в Риме имя Максим уважаемое?

Скавр чуть не поперхнулся и не выронил вожжи из рук.

—Ты еще спрашиваешь предсказатель! — пробурчал он. Максим имя консулов и сенаторов.

—Я тоже Максим! — ответил Макс.

—Ты Максим? — Скавр бросил вожжи и рассмеялся. Это с какой это стороны ты Максим а?

Глава 7

Маск оскалился: —Паспорт бы тебе в морду сунуть свинья. Но потом Макс осознал, что Скавр совсем не умеет читать по-русски.

—Хватит Скавр! — злобно рявкнул на него Макс. Скавр удивился такому

поведению гаруспика, но все же промолчал. Ехать было скучно.

—Скавр твоя дочь свободна? — поинтересовался Макс.

Скавр улыбнулся. —Уж не хочешь ли ты голодранец этрусский ее сватать?

Макс ухмыльнулся: — Как знать Скавр.

Пиллоний тоже тихо улыбнулся и повернул голову в сторону латифундии. Вилла вовсю пылала. Сейчас она больше походила на кузню Гефеста, чем на дом знатного римлянина. Скавр смотрел на свой пылающий дом тихо вздыхая и охая. Прозрачные слезинки скатывались по его щекам и падали на кисти рук.

—Все сожгли! — причитал Скавр.

—Главное мы живы! — подбадривал старика Пиллоний. В Риме все наладится.

—Если только проклятые разбойники вновь не нападут на нас! — рявкнул Скавр.

—Надеюсь, этого не случится! — поддержал хозяина Пиллоний. Дорога уныло тянулась через низкие горы, поля, маленькие речушки больше похожие на горные ручьи.

Заночевав в одном из маленьких городков, караван повозок, запряженных мулами, вновь двинул в сторону Рима по Фламиниевой дороге.

—Подъезжая к развалинам этрусского города Вейи, Скавр приказал всем, кто может держать оружие быть настороже.

Если нападение бандитов повторится, он сумеет им дать отпор.

—Хорошо бы, если они нападут, их главарь был с ними! — мечтательно произнес Скавр. Ему просто доставляло удовольствие представить, как на главаря этой шайки, люди Скавра наденут железные оковы и он обливаясь слезами и проклятиями, будет бежать прикованный к повозке до самого Рима.

А уж распять главаря самолично у Ослиных ворот это верх блаженства. Скавр причмокнул губами, с которых сорвалась слюна.

Макса перекосило от этого. Толстый ублюдок раскидывается слюнями, пока его люди идут рядом с повозками по ужасающей жаре.

Но бандитов пока не было и Скавр разочарованно хлестнул плетью по спине раба, на свою беду оказавшегося рядом. —Чертов главарь Гадес тебя дери.

Не успел Скавр убрать свою плетку обратно в повозку, как из кустов раздался протяжный свист.

Грабители выскочили из кустов, грозно потрясая копьями и мечами.

—Образовать круг! — заорал Скавр В этот раз им не удастся взять нас врасплох. Рабы и слуги, что держали в руках оружие быстро сгруппировались у повозки Скавра.

— А это ты грязный бандит! — проревел Скавр. В прошлый раз ты не открыл мне свое имя.

—И правильно сделал толстый ублюдок. От бандитов отделился тот же человек, что встретил Скавра на этой дороге в прошлый раз.

—У богов есть чувство юмора, если ты еще жив! — выкрикнул Скавр.

—Мне кажется, что насчет тебя они ошиблись! — выкрикнул главарь шайки. Он не спешил подходить к повозкам. Люди Скавра все-таки были вооружены и могли дать отпор.

—Ты решил вернуться в Рим проклятый рабовладелец! — продолжал сыпать ругательствами главарь шайки.

Скавр пожал плечами: —Мне пришлось это сделать. В Италию вошла армия варваров. Может это галлы, а может и пунийцы.

—Я знаю кто это! — рявкнул главарь. Это Ганнибал со своей армией. Надеюсь, он жжет сейчас твое имение.

Скавр утер пот со лба.

—Молю, твою кожу поджарят так же, как и мой дом! — прохрипел Скавр.

В этот раз главарь ничего не ответил и развернув своих людей исчез в кустах. Пиллоний отложил меч в повозку и залез обратно.

Кто это поинтересовался Макс.Скавр отвернувшись в сторону хрипло пробурчал: один из тех бандитов этрусков.

Они почему-то решили, что мы римляне ходим по их земле и предлагают нам компенсировать им свои неудобства звонкой монетой.

—Этрусск говоришь? —хмыкнул Макс. Он посмотрел в сторону развалин древней этрусской столицы, куда сейчас направился главарь и его шайка.

—Постой Пиллоний! — Макс дернул за руки Пиллония в которых тот держал вожжи.

У меня появилось пару вопросов к этому человеку.

Скавр пересаживаясь на другое место в повозке ехидно хмыкнул.

—Вряд ли он тебя будет слушать.

— Он этрусск и я этрусск! — сообщил Скавру Макс.

Скавр насупил брови и пробубнил: —Ну, да правильно, вы одного поля ягоды. Один грабит честных людей, другой обманывает хозяина своими предсказаниями.

Пиллоний недовольный тем, что Скавр зашелся в нытье положил хозяину руку на плечо и успокаивающим тоном произнес: —Он ненадолго хозяин, вдруг от этого будет толк.

Скавр взмахнул руками: —Да я-то чего, пусть идет. В конце концов, он свободный человек.

Макс спрыгнул с повозки и устремился к развалинам. В кустах уже мелькали фигуры уходящих разбойников, по мнению Скавра конечно.

—Эй друзья, вы что-то забыли! — выкрикнул Макс.

Бандиты остановились. Главарь окинул взглядом Макса и поднял глаза на своих товарищей.

—Эй Квинт ты что-нибудь забыл?

Квинт растерянно покачал головой.

—А ты Форса, может ты что-то потерял?

Форса ехидно оскалившись отвернулся.

—Мы ничего не теряли! — пробурчал главарь. Чего тебе надо парень?

Глаз главаря нервно дергался, выдавая то напряжение, которое сейчас царило в его теле. Но явного недружелюбия главарь не проявлял, как и остальные бандиты вокруг него.

Макс присел на корточки. Главарь в ответ прищурившись, скосился на незнакомца.

—Вы этрусски? — поинтересовался Макс. —А тебе какое дело? — в ответ буркнул главарь.

Макс улыбнулся. Все же, улыбка несколько разряжает обстановку.

Такая же улыбка спасла ему жизнь, когда на ЛБС в одной из траншей, он наткнулся на блиндаж оппонентов сам того не ожидая.

Брезентовый полог блиндажа откинулся, когда Макс отвернувшись от входа, вел наблюдение за своим сектором стрельбы. Противник тоже был обескуражен встречей лицом к лицу. Макс улыбнулся.

Пока оппонент сообразил, кто перед ним, Макс всадил ему в брюхо нож, а затем закинул в блиндаж гранату Ф-1.

Вообще-то ее следовало закинуть сразу, как только он заметил этот чертов блиндаж, но тут уж как получилось.

Бандиты, увидев дружелюбие парня, несколько расслабились.

—Я тоже этрусск! — гордо сообщил Макс.

— Ты? — не поверил главарь. Этрусск?

Банда весело расхохоталась.

—Тогда чего ты делаешь в одной повозке с толстым римлянином? — поинтересовался один бандит.

—Еду в Рим! — ответил Макс. Собираюсь стать хозяином этого города.

—Ты стать хозяином Рима?

Бандиты чуть не попадали со смеху.

—Да ты еще мальчишка совсем парень.

—Я сын Тарквиния Тарха! — гордо произнес Макс и для пущей важности нахмурил почти юношеское лицо. Смех внезапно стих.

—Повтори парень, как ты сказал? — прищурился главарь.

—Я сын Тарквиния Тарха. На этот раз бандиты перестали смеяться и подошли к Максу ближе.

—Я знал Тарквиния Тарха! — сообщил главарь. Он был моим родичем.

У него был сын. Я помню это! — заявил главарь. Его звали Кано.

—Я и есть Кано! — ответил Макс. Не похож что ли?

Главарь покачал головой. Я видел его совсем еще ребенком в горах.

Макс ехидно улыбнулся: —Я вырос.

Главарь повернулся к своим товарищам, и они все вместе зашептались.

Затем главарь вновь повернулся к Максу и спросил: —Если ты Кано, то ты должно быть умеешь предсказывать или у тебя есть вещи Кано, которые я узнаю. Макс почесал затылок и полез в сумку, где хранилась кружка с костями для предсказаний.

Повертев в руках кружку и заглянув Максу в глаза, главарь довольно буркнул: —Добро пожаловать сынок в общину Тархов.

Макс удивился. —Мы тут все Тархи! — пояснил главарь. Мы все родственники.

Макс подмигнул главарю: —Клево, чо, хоть тут не один.

Скавр с повозками продолжал стоять на дороге ожидая Макса.

Заметив его появление, Скавр довольно облизнулся.

—Я остаюсь здесь! — выкрикнул издали Макс.

Это несколько огорчило и Скавра и Пиллония.

—Я найду вас в Риме сам.

—Пусть он идет, — успокоил Скавра нумидиец.

—Все этрусски бандиты! — обиженно фыркнул Скавр. Вот и этот к ним подался.

—Он вернется хозяин, —Пиллоний повернул голову в сторону развалин.

Скавр остервенело дернул вожжи повозки, и мулы покатили ее по дороге, устремившейся в даль среди бескрайних желтых полей.

***

Пламя жарко лизало брошенные в костер сучья, словно старая дева, добравшаяся до юного тела. Макс осторожно чтобы не вызвать недовольства собравшихся вокруг костра бандитов разглядывал их лица.

Коста, так представился Максу главарь шайки этрусков, был уже далеко не молод и не всегда поспевал за разбойничьими делами.

Коста больше являлся официальным представителем банды при различных стычках. Макс назвал бы это стрелками, будь это в наше время.

Основным же главарем являлся верзила по имени Квинт.

Смуглый, как италийская земля, он больше походил на грека.

—Мы грабим только бессовестных римлян! — заявил Коста, подбрасывая в костер сучья. Тех, что владеют рабами и поместьями.

Что возьмешь с обычного квирита, то бишь плебса. Ничего не возьмешь. Туника старая, да и калиги потертые. Подошва и та вся в дырах.

Так-то вот гаруспик. Макс понимающе кивнул.

—И долго вы так собираетесь бродяжничать? — спросил он у Квинта. Квинт улыбнулся и пожал плечами: —А куда нам идти?

Время этруссков прошло.

Макс обвел шайку взглядом. —Тот африканец нумидиец, что ехал со Скавром сказал, что в Риме много богатых этруссков. Некоторые из них сенаторы. —Это предатели нашего народа! — вскипел Квинт.

Вслед за ним вскочили с места и другие члены шайки.

Коста вздернул кулак вверх.

—Мы дождемся Ганнибала, и он освободит наш народ. Шайка дружно скандировала: —Да здравствует Карфаген.

—Вы так дружно ненавидите Рим, — с огорчением произнес Макс.

—А ведь Рим, это возможности для этруссков!

—Какие там возможности? — расхохоталась шайка. Возможности прислуживать в домах богатых римлян. Это возможности, по-твоему?

Макс ухмыльнулся. —Какой глупый народ эти этрусски.

А еще он принадлежит к числу этих болванов.

—Возможностей много! — ухмыльнулся Макс. Можно работать в домах богатых римлян, и слушать ушами, о чем они говорят.

Собирать информацию так сказать.

—Чего собирать? —высунулся один из бандитов. Мы умеем собирать только деньги.

— А информация и есть деньги болваны! — ругнулся Макс. Чем больше вы знаете о политике Рима, тем больше у вас денег.

Шайка недоверчиво покачала головами.

—Я гадал на наше будущее.

По членам шайки прошелся протяжный вздох. —Ну и что тебе сказали Боги молодой гаруспик? — прервал их вздох Квинт.

—Мы будем богаты и владеть всем Римом.

Этрусски у костра вновь зашлись смехом. —Это как это ты собрался

провернуть парень.

Макс ехидно хмыкнул и цокнул языком.

—Мы купим у римлян весь их флот и будем возить в зерно в Рим.

—Но в Риме хватает конкурентов по перевозке зерна! — воскликнул Коста.

Макс обвел всех взглядом и твердо заявил: —Наши галеры будут самыми быстрыми на всем Средиземноморье.

—Мы выкупим все доли в зернохранилищах республики.

Я делаю бизнес, вы обеспечиваете мне силовую поддержку.

—Как это? — не понял Квинт.

—А так! — Макс хлопнул ладонями по коленям.

—Допустим какой-то фраер, ну патриций, не продает мне свою долю или галеру, я прихожу к вам и говорю: Парни у нас проблема. Надо порешать. И вы находите этого патриция и тихо без лишнего шума отправляете его в Гадес, желательно без свидетелей.

Макс цокнул языком: — Вот же блин Россия лихие 90.

—Это грубо! — повторил он. Это плохо, но кто из вас знает, как по-другому?

Квинт встал и растер колени. —Это хорошо Кано. Римляне всегда так делают. Не переживай об этом.

Я кивнул, соглашаясь со словами Квинта.

—Что еще нужно от нас? — поинтересовался Коста.

Макс задумался.

—Нужно узнать есть ли в Риме хороший авгур или гаруспик.

—Зачем тебе? — поинтересовался Квинт.

—Хочу расширить свое сознание и знания в магии и предсказаниях.

—Есть такой! — твердо ответил Коста. Старик Луций из Субуры. Правда некоторые от него выходят не в своем уме. Что-то шепчут про волю богов, про железных птиц и адское пламя.

—Самое-то! — воскликнул Макс. По красоте парни. Отведете меня к нему завтра.

Из круга встал невысокий этрусск и глазами спросил у Квинта разрешение.

—Отведи! — подтвердил Квинт. Все-таки он наш брат этрусск. Своим, надо помогать.

—А теперь вино! — выкрикнул Коста и девушки. В ночной тиши зазвучала арфа и свирель, и пламя костра осветило изгибающиеся фигуры девушек.

—Выбирай себе подружку брат, — предложил Коста. Они чистые.

Это жрицы Артемиды. Они невинны и чисты.

Макс весело рассмеялся: —Это после вас то?

Квинт насупился. Макс понял, что обидел его и поспешил загладить неловкость словами: —Я не то имел ввиду Квинт.

Квинт в ответ улыбнулся. —Они лишь танцуют. Для любовных утех есть лупанарии в Риме.

Макс ощутил, как вино и тепло костра совсем разморили его. Сон обещал быть приятным.

—Кано очнись! Кто-то толкнул Макса в бок. Макс с трудом разлепил глаза. Перед ним стоял старик с густой белой бородой и такими же белыми волосами.

—Это тот авгур, о котором мы тебе говорили, —напомнил ему Коста.

—Но я не понимаю, —Макс потряс головой.

— Разве он не в Риме?

—В Риме, в Риме! — улыбнулся Квинт. Но мы решили позвать его сюда, чтобы не подвергать тебя опасности. Коста согласно кивнул. Субура район опасный. Могут и зарезать без причины.

Макс зевнул. —Он обучит тебя здесь! — заявил Квинт. Мы заплатили ему золотом.

—Зачем? — удивился Макс. У нашего народа будет свой гаруспик.

—Лучший предсказатель во всей Италии! — подтвердил слова товарища Коста. На это и золота не жалко.

Старик подошел ближе к Максу: —Приступим завтра утром парень.

—Я понял ты потомственный колдун. Это будет на пользу. Старик исчез во тьме. — Надо же! — присвистнул Макс. Кажется его дела пошли на лад.

***

Скавр остановил свою повозку у дома Сципиона. Строгие колонны из розового камня и мраморные ступени лестницы выдавали в хозяине дома влиятельного и богатого человека.

Хозяин дома в белой тоге с пурпурной полосой стоял на ступенях широко раскинув руки в стороны. Приветствуя гостя Публий Сципион набрав в легкие воздух громко выкрикнул: —Скавр дружище.

Ты все же вернулся в Рим.

Дружески обняв сенатора, Скавр тихо спросил: —Ты уже знаешь?

Сципион кивнул. Сенат соберется в курии вечером. Прошу тебя быть нашим гостем.

— Проклятый пуниец Ганнибал! — проскрежетал зубами Сципион. Карфаген решил взять реванш. Что же он получит его на своей земле.

Скавр довольно облизнулся.

—Надеюсь мне компенсируют потерю имущества.

—Несомненно дорогой Скавр. Все до единого денария. Идем в дом Сципион отошел в сторону, пропуская гостя во внутрь.

В доме Сципиона несмотря на изнуряющую жару снаружи было довольно прохладно. Атриум оглашали веселые девичьи крики.

—У тебя в доме полно женщин?

Сципион улыбнулся: — Куда без них.

Скавр подошел к лалариуму и положил серебряную монету в жертву ларам богам домашнего очага.

—Прости Сципион, я сейчас не так богат, как ты. Сципион кивнул головой: —Понимаю Скавр. Где ты решил остановиться?

Скавр почесал голову: —Куплю дом на Кверинале.

—Это дорого! — заметил Сципион.

—Ну не в Субуре же покупать дом римскому патрицию.

—Я этого не говорил, — заметил Сципион. Ты мог бы остаться у меня в доме, а сохраненные деньги вложить в восстановление имения, когда все закончится.

—Если закончится, — посетовал Скавр. Ганнибал ведет с собой через Альпы большую армию и слонов.

—Где ты это узнал Скавр? — поинтересовался Сципион.

—Весь Рим об этом говорит! — воскликнул Скавр.

—Сплетни плебса иногда забавляют, — усмехнулся Сципион.

Как ты себе приятель представляешь перегонку слонов через Альпы.

—Эти горы при том, очень высоки, да и слоны: это не стадо мулов или ослов! — завершил свою речь сенатор. Это требует проверки.

—Погости пока у меня. Сципион махнул рукой: —Вина моему гостю и его прекрасной дочери.

Загорелый раб в набедренной повязке выскользнул из-за колонны с кувшином.

Глава 8

Другой раб принес на золотом подносе три кубка из синего стекла.

Прекрасное вино выдохнул Скавр.

Нужно собрать легионы и отправить их навстречу Ганнибалу задумчиво произнес Сципион.

—Может отправить ему навстречу пограничные войска? — посоветовал Скавр.

—Вряд ли пограничные легионы смогут выстоять против армии Ганнибала.

Скавр прищурился.

—Смотря сколько они потеряли при переходе.

Сципион лукаво улыбнулся: —Продолжай Скавр.

—Слоны: это не мулы, и вряд ли они перенесут холод в горах. Да и его воины тоже.

—Ты считаешь Скавр? —Сципион задумался.

—Да я так считаю! — воскликнул гость. Армия Ганнибала понесла потери это точно, но не известно какие.

Одно ясно, их стало меньше.

Скавр вытянул на руке три пальца.

—Три легиона, — задумался Сципион. Я озвучу в сенате твое мнение Скавр.

Гость ухватился за Сципиона рукой: —Пусть это будет твоим мнением уважаемый Публий.

Сенатор кивнул: — Хорошо пусть будет так.

—Как насчет оргии сегодня вечером в моем доме? — поинтересовался Сципион.

Скавр пожал плечами. —Я боюсь дочери это не понравится.

Сенатор ухватился за подол проходящей мимо cмазливой рабыни.

—Мы отошлем твою дочь к моей сестре. На время. Скавр с довольным видом согласился.

***

Утро подняло Макса пьяными криками вернувшихся с ночного набега членов шайки.

Квинт тащил за собой какую-то девицу, тонкие запястья рук которой были стянуты кожанными ремнями.

Другой добычей шайки был деревянный сундук, который привезли на повозке с мулами.

Макс продрал глаза и попытался придвинуться ближе к костру.

Ночь была холодной, а он, пресытившись дармовым вином не заметил этого и уснул. Шея нестерпимо болела, словно на нее повесили ста килограммовую авиабомбу.

Римский авгур, заметив столь печальное положение юноши, тут же встал от огня и подозвал Макса к себе.

—Давай я тебе помогу, — прохрипел он. Под твоей головой было седло мула, потому твоя шея на утро стала, как камень. Макс смог только тяжело проныть в ответ. Авгур уцепился тонкими пальцами за его шею и стал медленно, но все же больно разминать ее. Кульминацией сего действа послужил хруст одного из позвонков.

—Теперь порядок! — рявкнул авгур, вытирая руки об тунику. Теперь шею жгло, но она хотя бы могла двигаться.

—Теперь веселей, — довольно прогудел Макс.

— А куда этих баб притащили?

Женщин поставили в центр круга. Каждый член шайки теперь мог дотянуться до прелестей женщины и деловито ощупать их.

— Лупанарий не судьба посетить? — недовольно проворчал Макс.

—Лупанарий в Риме, а эти здесь! — рассмеялся Квинт. Зачем далеко ходить.

Макс поднял руки вверх: —Я пас ребята. У нас так не принято. Квинт и Коста усмехнулись. Авгур же, хитро прищурившись ухватил Макса за руку и потащил за развалины стены.

—Я сразу догадался что ты не из этого мира! — довольно процедил старик авгур, едва они остались наедине.

—Ты чего-то путаешь папаша! — ухмыльнулся Макс.

—Ничего я не путаю! — обиделся на слова парня авгур. Такое бывает в мирах. Он туда-ты сюда. Поменялись телами. Боги любят так шутить. Макс присел на корточки. —Если ты старик знаешь все, значит ты знаешь, как вернуть меня обратно в мой мир.

Авгур осклабился. —Время для этого еще не пришло. Я найду тебя, когда придет время.

Макс протянул старику руку: —Заметано дед. Смотри, не облажайся.

Старик улыбнулся: —Я здесь не для того.

—Квинт попросил научить тебя некоторым нашим штучкам-дручкам.

—Это как из медного сестерция сделать золотой? — пошутил Макс. Авгур усмехнулся в ответ: —Такого мы пока не умеем.

—Но я могу открыть твое сознание, и ты вспомнишь многие вещи и суть вещей вашего мира, которые помогут тебе выжить в нашем времени.

—Это какие например? — поинтересовался Макс.

Гаруспик авгур поднял указательный палец вверх. —Ты вспомнишь, как устроена железная птица, что летает по воздуху в вашем мире.

—Вспомнишь, как плавают железные лодки по морям.

Макс присвистнул. Именно этих знаний ему сейчас не хватало. Возможно, где-то в глубине его подсознания они и записаны, но вытащить их оттуда, он никак не сможет.

А дед может.

—Я согласен! — недолго думая сообщил Макс. Колдуй дед. Только смотри, чтобы я с катушек не съехал.

—Что ты сказал? — переспросил авгур.

—Чтобы я с ума не сошел! — повторил ему Макс. Дед кивнул.

—К сегодняшнему вечеру я приготовлю отвар из трав.

А пока ты можешь отдыхать. Я позову тебя.

Днем старик авгур куда-то исчез и появился только под вечер с мешком, наполненным ароматными травами. Встретившись лицом с Максом, авгур незаметно для всех подмигнул ему, что означало: —Готовься парень.

Макс покачал головой и вновь принялся жевать свое мясо. Из кустов разносились жалобные женские крики. Очевидно, что члены шайки плотно занялись исследованием их прелестей. Квинт не спешил останавливать любовные порывы своих товарищей, хотя крики женщин становились все громче и могли привлечь внимание какого-нибудь римского патруля. Наконец из кустов вышел один из бандитов со спущенными штанами и вежливо предложил проследовать в кусты следующему на очереди.

—Джентльмены мать вашу! — выругался Макс, буквально оглушаемый стонами.

—Пойду я отсюда прорычал он и пошел вдоль по тропинке, что спускалась к небольшому ручью.

—Эй парень! — услышал он немного погодя голос авгура. Зелье готово. Можно пить.

Макс тряхнул головой за бесчинствами своих соплеменников он и забыл о снадобье старика.

—Давай дед, что у тебя там? — отозвался Макс. Присев на плоский булыжник, Макс смотрел как старик ковыляет к нему бережно сжимая в напряженных руках кубок.

—Пахнет мерзко! — отозвался Макс, поднося бокал ко рту. Мертвецы и то лучше пахнут.

Старик заулыбался в ответ: —Ты и так мертвец, чего тебе бояться.

—Ну ты поговори мне старая лошадь! — огрызнулся Макс.

—Пей! — поторопил его авгур. Снадобье быстро теряет силу. Собрать еще раз эти травы у меня не хватит сил.

—Сколько тебе заплатил за зелье Квинт? — поинтересовался Макс, морщась от содержимого бокала.

—Сундук золота! — похвастал старик-авгур.

Макс вздохнул. Видимо оно того стоит. —Стоит-стоит! — пронудел старик. Великий герой вновь родится в Риме.

Макс, поморщившись приложился к кубку и залпом опрокинул содержимое в себя.

Поначалу он ничего не почувствовал кроме легкого головокружения. Затем очертания предметов стали расползаться, и он провалился в небытие.

Все было прозрачным и пустым. Иногда пустоту прорезали редкие всполохи молний. Затем молнии угасали и вновь воцарялась пустота.

—Гаруспик! — Макса кто-то энергично тряс за плечо. Ты уже проспал три дня.

Макс поднял голову. —Где старик авгур? — спросил он у Квинта.

Квинт опустил голову: —Авгур умер, передав тебе свои знания и умения. Он долго искал себе ученика и нашел тебя.

Макс охнул. Голова была слишком тяжела, чтобы носить ее на плечах.

—Авгур сказал, что это пройдет, — успокоил его Квинт.

—Только не пей много вина! — предупредил он.

—С вами тут, не просохнешь! — огрызнулся Макс. Каждый день как заново родился. Квинт рассмеялся. Вдали пропела римская боевая букцина.

—Что это? — испугался Макс. Из кустов уже появился один из шпионов на дороге.

— Римские легионы выступили на встречу Ганнибалу тяжело дыша доложил он.

—Сколько их? — поинтересовался Квинт.

—Пока прошел один легион, но позади идут еще легионы.

—Сколько я не знаю, — помотал головой шпион.

—Пошли посмотрим на хваленых римских орлов? — предложил Квинт. Один из бандитов помог Максу подняться, и они вместе поковыляли к развалинам стены.

Как ни странно Макс знал этот строй. Словно он сам оттрубил в этих легионах не одну войну.

Четкий походный строй первой центурии. Аквифилеры несущие знамена и символы легиона и отдельных центурий.

Впереди шли гастаты— молодые войны чье вооружение состояло из двух пилумов, скутума и гладиуса.

За ними следовали принципы— воины постарше возрастом и с опытом. Их вооружение было аналогично гастатам, но на теле у каждого легионера была уже кольчуга.

Последними гордо шествовали триарии— тяжеловооруженные опытные войны ветераны. Гордость легиона.

На флангах шли велиты легковооруженные войны:лучники или пращники.

Впереди скакала кавалерия.

Строй образовывали манипулы, каждая из которых состояла из двух центурий по шестьдесят-восемьдесят легионеров в каждой.

Манипулы на поле боя выстраивались в шахматном порядке.

Это позволяло легковооруженным войнам гастатам и велитам маневрировать в бою и труднодоступной местности.

Легион прошел по дороге, подняв пыль, которая скрыла самих легионеров от постороннего взгляда.

Сила ухмыльнулся Макс.

Квинт вглядывался из укрытия в походный строй римских манипул.

—Ганнибал привел с собой слонов через Альпы, — заявил он. Римляне разбегутся словно тараканы.

—Это вряд ли! — уверенно заявил Макс. Снадобье подняло из глубин его полсознания те знания, о которых он давно уже забыл.

—Эту битву римляне проиграют! — уверенно заявил Макс, — и следующие тоже, но потом Ганнибалу придется не сладко.

—Откуда ты знаешь? — спросил Квинт.

—Ваш авгур пробудил во мне силу и знания.

—Не может быть Квинт! — хлопнул глазами. —Можешь не верить! — ответил Макс. Дела скажут за себя.

Квинт склонил голову словно перед ним сейчас не парень гаруспик, а великий чародей. Толкователь воли богов. Мимо проследовали еще два легиона.

Макс стряхнул руками пыль с туники. —Я отправлюсь в Рим, а вы оставайтесь здесь и ждите меня.

Квинт кивнул.

—Возьмешь мулов? — крикнул ему вдогонку Коста.

—Прогуляюсь пешком! — оборвал его Макс. Есть над чем подумать.

Макс двинул пешком по Фламиниевой дороге до Рима. Путь был недолгий. Максу на пути постоянно попадались жалкие лачуги свободных римских земледельцев.

Те кто обеспечивал Рим жил хуже беспризорной собаки. Это следовало исправить. Пусть не совсем исправить, но хотя бы выровнять сложившийся перекос. Если покопаться в памяти, то вполне можно вытащить из головы труды Ленина и Маркса. Создать в Риме не патрицианскую, а народную республику социалистическую, где власть принадлежит плебсу, а патриции пусть будут депутатами-трибунами.

Это потребует слишком много сил от него, нужно ли ему это.

Может потом, когда он полностью удовлетворит свои амбиции тогда и настанет время перестройки. Но не сейчас.

—Не сейчас! — уверил себя Макс. Сейчас его цель стать самым богатым человеком Рима.

Не важно, что по происхождению он не патриций. Основатели Рима Ромул и Рем тоже не были царям.

Хотя сами римляне утверждают, они были потомками Энея троянского принца. Врут, наверное. Люди любят привирать даже по малозначительным поводам.

Фламиниева дорога была на редкость удобна для пешей хотьбы.

Камни на ее поверхности были ровно обточены и так же ровно выложены. Хорошие дороги ключ к успеху. Мулы, которых он купит не будут ломать ноги.

За размышлениями Макс не заметил, как вдали показались Капенские ворота, увенчанные двумя круглыми башнями с зубцами.

Макс ускорил свой шаг надеясь добраться до ворот до полудня, когда наступает время смены караульных. Если в город его не пустит одна смена, то он попытает счастья с другой.

У ворот на страже находилось четверо легионеров с круглыми щитами.

Двое из них отдыхали сидя на низких деревянных табуретках.

Двое других неспешно прогуливались вдоль створок ворот, совершенно не обращая внимания на приближающихся к воротам странников.

Макс накинул на голову капюшон плаща, который ему подарил Квинт сопроводив подарок словами: —Иногда в Риме лучше быть не заметным.

Предупредил, что ему лучше не соваться вечером в квартал Субуры. Клоаку, что кишела мошенниками и грабителями. В Субуре едва на нее спускались сумерки жизнь странника, да и многих квиритов не стоила и ломанного асса.

Застроенная многоэтажными инсулами, она была похожа на большой муравейник, кишащий жизнью днем и вымирающий ночью.

Легионеры у ворот безразлично отнеслись к приближающемуся к ним путнику. Однако у самой арки ворот, они решительно преградили Максу вход скрестив копья. Окинув Макса взглядом, один из легионеров презрительно ухмыльнулся, добавив при этом: — Куда прешь бродяга?

Второй легионер в воротах прислонил к стене скутум и копье обошел Макса сзади намереваясь развернуть его за плечи и отвесить смачного пинка.

Макс прищурился и посмотрев в глаза стражу спокойно произнес: —Я слуга Скавра Септрония. Его обоз недавно проехал в Рим.

Страж, ухмыльнувшись выслушал Макс и махнул рукой, подзывая старшего караула.

Пока тот собирался, Макс уверенно заявил легионеру, что он свободный человек и ждет подобающего отношения. На что страж улыбнулся и ответил, что его командир во всем разберется.

Подошедший центурион, оглядев Макса махнул стражам рукой: —Пусть идет. Я знаю этого патриция Скавра с Севера. Он совсем недавно прибыл в Рим с дочерью и рабами.

—Не прибыл, а бежал командир, — усмехнулся другой легионер в воротах.

—Ганнибал ведет большое войско, — сообщил Макс. Оставаться в поместье было глупо.

—Ты видел слонов, что привел с собой Ганнибал? — поинтересовался центурион. Макс покачал головой: — Нет, я не видел.

Его войско спускалось с Альп, и мы предпочли вовремя убраться.

—Это правильно! — буркнул центурион. Пусть с этим Ганнибалом, разбираются консулы с их легионами.

—Пропустите его! — приказал центурион и направился к своей палатке, у которой пылал костер и сидело еще несколько стражников.

Рим поразил Макс своей суетливостью и гомоном. Он был похож на каменный муравейник, в котором всюду сновали люди, солдаты, домашняя птица навроде гусей. Гуси чувствовали в городе себя словно хозяева. Вытянув шеи и оглашая улицы громкими криками, птицы степенно шествовали по городу заставляя прохожих смотреть под ноги чтобы не столкнуться с одной из них.

Рим уже достаточно долго застраивался каменными строениями, но в городе до сих пор витало сельское происхождение его жителей.

У фасадов домов всюду были выстроены прилавки для уличных торговцев. Кругом было нагромождение деревянных клеток с курицами и перепелами. Из пекарен несло ароматом свежеиспеченного хлеба, который продавался тут же в виде круглых булок и батонов.

Со стороны форума в небо поднимался белый столб дыма, который послужил Максу ориентиром куда ему идти дальше. Там он встретит кого-нибудь из римских нобелей и узнает, где снял в Риме снял жилье Скавр Петроний. Там же на форуме находилась и курия римского сената.

Макс зажмурил глаза от лучей слепящего южного солнца и представил себе, как он в белоснежной тоге с пурпурной полосой, как истинный аристократ всходит по мраморным ступеням курии. Как сенаторы склоняют свои седые головы в знак почтения самому богатому человеку Рима: Владельцу и основному акционеру «Средиземноморского пароходства».

Владеющему всеми пароходными галерами республики и долями в зернохранилищах на другом берегу Тибра.

Из сладких грез Макс вырвал грозный окрик одного из римских центурионов ведущего свою манипулу к Каппенским воротам.

—Чего встал ротозей? — крикнул на него центурион.

— Или ты хочешь получить по своей спине удар моим жезлом.

Макс ощутил, как чья-то рука мягко оттащила его в сторону.

—Квиритам не позволяется преграждать путь солдатам! — сообщила ему девушка в белой тунике, стоящая сейчас перед ним.

Ее волосы были сплетены из черных, как земля волос. Брови девушки были такими же черными, а маленький носик чуть вздернут кверху, что было не характерно для прекрасной половины этого города.

Девушка смутилась от его взгляда и украдкой посмотрела на него.

—Я вижу ты не римлянин! — прощебетала она. Кто ты?

Макс еще раз окинул взглядом девушку. На этот раз он прошелся от головы до ног, на которые были одеты изящные сандалии.

Глава 9

—Я этрусск! — с гордостью произнес Макс, в душе понимая, что к этому народу он не имеет никакого отношения. Если честно сказать, то он тот самый варвар, чьи предки примут участие в падении этого города в IV веке н.э.

Но сейчас говорить об этом не было смысла.

—Я этрусск! — повторил Макс. Мой отец Тарквиний Тарх. Великий гаруспик.

Девушка, прикрыв руками лицо, смущенно пролепетала: —Гаруспик.

Как это интересно. Должно быть и ты перенял мастерство своего отца.

Макс молчаливо кивнул.

—Мой отец один из римских консулов! — заявила девушка.

Сейчас он командует легионами, что направляются на север разбить варвара Ганнибала.

—Я уже знаю, — ответил Макс. Я видел его орды, спускающиеся с предгорий Альп. Они идут на Рим. Девушка сжалась от ужаса.

—Что будет с Римом? — простонала она. Варвары всех нас убьют.

—Ты можешь предсказать судьбу Рима? — попросила она. Я куплю тебе самого лучшего барана на Бычьем рынке. Макс улыбнулся. Удача сама ползла к нему в руки. Зачем ему нужен этот толстяк Скавр. Теперь в его руках эта хрупкая девушка. Дочь консула. Можно будет навешать ей лапши на уши и благодаря этому сколотить первый капитал. Только бы самому не влюбиться.

Дочь Скавра Энея тоже прекрасна. Но эта партия куда выгоднее, а значит нечего на Энею время терять. Нет у Скавра звонких денариев. Гол, как сокол, латифундию и ту сожгли.

—Предсказания делать я умею, — ответил Макс. Только услуги мои дорогие, не каждому по карману.

Девушка вынула из кармана золотую монету. Блеск золота на солнце, разбудил попрошаек, которые потянулись на его свет словно мотылек.

Мой отец заплатит постаралась убедить Макса девушка. Моя семья богата, мы оплатим твои услуги золотом.

Госпожа к дочери консула потянулись грязные руки римских попрошаек и нищих. Помоги госпожа во все горло заголосили они хором. дернулась и отступила в сторону.

Настало время и Максу проявить характер, ухватив нищих за шиворот, он силой отшвырнул их от девушки. Девушка благодарно кивнула.

К ним уже бежало отделение легионеров городской стражи, готовое разобраться с нищими самым печальным для тех способом, а именно выкинуть за ворота Рима.

—Вообще-то меня зовут Кано! — представился девушке Макс. Но это первое имя.

—Есть и другое? — улыбнулась девушка.

—Называй меня Максим. Макс протянул девушку руку, как это принято в его мире. Этот его жест несколько смутил ее.

—Луция, — прошептала девушка. Луция Лонга

—Дочь консула Лонга.

—Наш дом на Палатине, недалеко от форума, — пролепетала она.

—Прошу тебя Максим быть нашим гостем сегодня вечером.

Макс улыбнулся в ответ: —Я непременно буду прекрасная Луция. Девушка повернулась чтобы уйти, как вдруг Макс вспомнил, что он искал Скавра.

—Луция! — окликнул он девушку. Ты не знаешь, где мне найти одного патриция по имени Скавр Септроний?

Луция остановилась и хлопнув черные ресницами застенчиво улыбнулась.

—Скавр Септроний поселился в доме сенатора Публия Сципиона, недалеко от нашего дома на Палатине. Ты узнаешь его дом по высокому забору из розового камня. Над воротами дома, ты увидишь фигурку Марса со щитом.

Луция подошла к своему паланкину, который переносили четверо черных рабов.

Макс поклонился девушке и зашагал в сторону форума.

—Пиллонию сильно повезло! — ухмыльнулся Макс. Иначе бы он также, как и эти рабы носил паланкин своего хозяина или хозяйки.

Полуденный зной достиг своего апогея и люди поспешили укрыться от палящих лучей солнца. Улицы Рима тихо вымирали. Макс прошел уже несколько улиц, но не встретил ни одного прохожего. Даже вездесущие курицы и гуси постарались укрыться от изнуряющей жары. Макс сам не заметил, как покрылся потом.

—Этот Рим больше похож на курортный город, чем на столицу республики, — заметил Макс.

—В Риме не всегда так жарко! — заметил ему один из горожан укрывшийся под навесом своей лавки. Иногда с Остии и моря приносит прохладный ветер и город оживает.

—А где горожане моются? — спросил Макс.

Старик протянул руку в сторону возвышавшейся громады Большого цирка.

—За цирком общественные бани: термы.

—Вход для свободных граждан свободный! —сообщил старик.

—Я свободен? — ответил Макс и направился в сторону форума.

«От форума проще пройти на Палатин» — размышлял он. А там и дом Сципиона найду.

На форуме сейчас было пусто. Мраморные колонны храма Юпитера, отбрасывали на выстеленную каменными плитами площадь, длинные темные тени. Из здания курии сената к небу поднимался тонкий белый дымок. Точно такой же дым, поднимался и из храма Венеры.

Так вот он какой римский форум. Макс ухмыльнулся. Во времена республики он не такой роскошный, каким станет при императорах.

Внезапно Макса тронула за плечо чья-то рука.

—Купи курицу для жертвоприношений! — проныл нищий торговец.

Только сейчас Макс заметил у одной из колон множество клеток из прутьев с копошащимися в них птицей.

—Уйди старик, мне не до предсказаний сейчас! — попытался отогнать торговца Макс. Лучше покажи, как пройти на Палатин к дому сенатора Сципиона.

Торговец, хитро прищурившись, пробурчал: —Один сестерций господин и мальчишка доведет тебя до самых ворот.

Деваться Максу было некуда. Сам бы он потерял кучу времени, плутая в бесчисленных улочках Рима.

—Я согласен старик! —недовольно пробурчал Макс, доставая из кармана монету которыми его снабдил Квинт.

—Эй, Марций! — громко крикнул торговец. Проводи господина до ворот сенатора Сципиона. На крик торговца из-за колонны храма высунулась голова мальчишки с грязными волосами и рваной туникой.

—Опять спал паразит! — рявкнул на мальчишку старик торговец.

—Прошу простить его господин. —Это мой сын, — пробухтел он. Лентяй, каких не видывал свет.

—Веди! — произнес Макс. Мальчишка побежал к каменному проему между двумя храмами.

—Следуйте за мной господин! — прокричал он. Я приведу вас к воротам. Только не отставайте. Его голос утонул в бесчисленных каменных колоннах державших своды храма.

Дорог на Палатин было две. Одна заходила на холм плавно вливаясь в Священную дорогу. Другая вилась тонкой каменной змейкой со стороны форума. Обе дороги были выложены серым камнем. На обочинах установлены скульптуры римских и греческих богов с высаженными между ними кустами красных роз и дискуса.

Мальчишка ловко преодолел подъем и оказался у ворот первого дома.

—Следующий дом с высокой стеной то, что вам нужно господин! — ответил он, намереваясь вернуться вниз.

—Дальше я не пойду! — проныл мальчишка. Городская стража хорошо знает меня.

—Успел набедокурить? — усмехнулся Макс. Мальчишка кивнул.

—Ладно сам найду, — пробурчал Макс. Тем более он уже был на месте. Мальчишка, довольно улыбнувшись, еще раз ткнул в нужный Макс дом рукой и со всех ног помчался обратно.

Калитка в двери была сбита из крепких дубовых досок с маленьких решетчатым оконцем вверху.

Трижды ударив кулаком по деревянным доскам калитки, Макс принялся ждать. Через несколько минут в оконце выглянуло встревоженное лицо эфиопа.

—Тебе чего парень? — поинтересовался африканец.

—Мне нужен Скавр. Он недавно приехал с Севера.

—Скавр, —африканец понимающе кивнул и исчез.

Максу вновь пришлось ждать. Мимо его проследовало отделение городской стражи вигилов, следящих за порядком на улицах Рима. Проследовали несколько закрытых от посторонних глаз паланкинов, сопровождаемых рабами и легионерами.

Скавр появился неожиданно. —А это ты Кано? — пробурчал он, отпирая замок защелки. Рад что ты остался жив.

Скавр отодвинул свое тучное тело, пропуская Макса во внутрь двора.

Пока они шли по дорожке к дому Сципиона, Скавр кратко обрисовал Максу текущую ситуацию в столице. Хозяин дома Публий Корнелий Сципион завтра отбывает на войну. Легионы уже выдвинулись из Рима. Я на правах друга хозяина останусь присмотреть за его хозяйством и представлять интересы Сципиона в римском сенате.

Макс кивнул, соглашаясь со Скавром. Это лучшее что могла предоставить Фортуна этому толстяку, сбежавшему из своего дома.

—Я рассчитываю на твою помощь Кано, — тихо произнес Скавр.

—Как говорятся: Куй железо пока горячо.

—Что ты имеешь ввиду господин? —спросил Макс.

—О гаруспик, сын предсказателя Тарха! — простонал Скавр. В Риме многие уйдут на эту войну и многие погибнут в ней. Это мой шанс.

—Шанс? — не понял его слова Макс.

—Да шанс! — подтвердил Скавр. Взгляни на меня. Я старый и толстый патриций, который все потерял.

Макс ухмыльнулся про себя слушая душевные изливания Скавра.

—А еще я должен найти приданное для своей дочери! — продолжил Скавр. Она знатна, но увы бедна, как и я.

—Я то чем могу вам помочь? — поинтересовался Макс. Его взгляд уткнулся в белоснежную статую обнаженной Венеры выходящей из морской пены. Скульптура была столь изящно выполнена, что издалека Венера казалась живой. Обнаженной и чуть смущенной обстоятельствами, в которых она оказалась.

—Из Остии в Египет отправляются три галеры. Одна из них принадлежит мне. Я хочу чтобы ты сопровождал их до Египта и обратно.

—С этим справится любой! — усмехнулся Макс.

—В том то и дело, что не любой, — Скавр скорбно развел руки.

— Ну, а какой мне доход от одной галеры с пшеницей?

—Вот если бы их было три.

—Что ты имеешь ввиду Скавр? — поинтересовался Макс.

—Все очень просто! — лукаво улыбнулся толстяк. Ты в Александрии сядешь на другую галеру и на обратном пути захватишь ее.

Возмущению Макса не было предела.

—Ты предлагаешь мне пиратство?

—Зачем пиратство? —попытался оправдался Скавр. Просто одна из галер не придет обратно в Остию, а встанет в порту Брундизия.

—Смекаешь?

Скавр умоляюще уставился на Макса.

—Я подумаю! — обещал Скавру Макс. Один я не смогу провернуть такое дело. Скавр чуть не подпрыгнул от радости. Твои друзья этрусски, они весьма отчаянные ребята. Макс, соглашаясь, кивнул, хотя его сейчас

больше интересовала Луция дочь консула Семпрония Лонга.

Решив ее затруднения, он сможет собрать свой первый взнос в начальный капитал.

Это лучше, чем рисковать в море, занимаясь пиратством в морях по наущению Скавра.

«Кому война-кому мать родна!» — вспомнил Макс одну из старых поговорок.

«Если увеличить состав банды Квинта у Вейи, можно парализовать военные поставки армиям консулов, а затем предложить сенату свои услуги, подкрепив их правильными предсказаниями. Но тут еще многое зависит от этого пунийца Ганнибала Барки. Он со своими слонами может разбить легионы римских консулов, а затем и оккупировать всю республику.

Можно, конечно, мигрировать в этот самый Карфаген, какая к черту разница, где делать бизнес, но в Африке слишком жарко. В Риме и то жарковато.»

Макс стер со лба выступившую испарину.

В самом Риме много садов, да и ветер с моря приносит прохладу.

—Остаюсь в Риме! — твердо заявил себе Макс. А с Ганнибалом нужно подумать, что делать. Не вовремя он появился в Италии.

В первую очередь нужно помочь Риму, разгромить этого наглого пунийца.

А вот в этом была сложность. У него с собой ничего нет. Ничего. Даже бинокля, не говоря уж о дронах для разведки.

—Придумаю что-нибудь! — махнул рукой Макс.

Из дома Публия Сципиона разносились звуки арфы и флейты.

—Идем скорее! — подтолкнул Макса Скавр. Публий непременно хочет увидеть тебя, пока он не уехал.

Макс не ожидал увидеть такого количества гостей, собравшихся в атриуме. Мужчины и женщины в тончайших туниках, держа в руках бокалы с вином, плавно перемещались по атриуме, перебрасываясь между собой короткими фразами.

—Мне кажется мне здесь не место, — пробормотал Макс, возражая настойчивому приглашению Скавра.

От гостей отделился высокий седовласый мужчина с квадратными формами лица и незаметно кивнул Скавру.

—А вот и он Публий Корнелий Сципион! — пробормотал Скавр, указывая на сенатора. Идем Кано. Скавр буквально потащил Макса за собой.

—Когда я зову, ко мне буквально бегут! — рассмеялся Сципион. А твой воспитанник Скавр, упирается.

—Воспитанник? —Макс чуть не обалдел от такой наглой и циничной лжи Скавра. Этот старый толстяк едва не забил его насмерть своей плетью.

—Так надо! — прошептал Скавр, видя недовольство Макса.

—Гаруспик Кано! —торжественно произнес Сципион. Мы все ждем от тебя чуда. Сципион произнес это так громко, что все в атриуме замерли и повернулись на него.

—Сегодня он наш гость! — объявил Сципион. Несмотря на то, что он

этрусск. По атриуму прокатился вздох возмущения.

—Этрусск?! — Это наглость!

Мы не можем разговаривать с ним.

—И все же! — Сципион поднял руку вверх. И все же мы приветствуем его. Макс смутился.

—Я приветствую его! — повторил Сципион. Ради уважения ко мне, вы тоже сделаете это. Гости, в атриуме издав тяжелый вздох разочарования смолкли.

—Кано предскажет нам результат войны, в которую мы вступили с Карфагеном.

—Его отец Тарквиний Тарх никогда не ошибался в своих прогнозах.

—В том уверил меня Скавр Септроний. Вы все его знаете. Толстяк Скавр шагнул вперед.

—Разумеется в этом мире бесплатны только слова жриц Весты, за все остальное нужно платить! — добавил Сципион. По атриуму вновь разнесся возглас разочарования.

—Я буду первым! — сообщил гостям Сципион. Он дал рабам знак и те выдвинули в центр небольшой столик.

Сципион с улыбкой на лице снял с пояса кошелек и бросил его на стол.

В след за ним это сделала и дочь Скавра Энея, затем свой кошелек на стол бросил консул Семпроний Лонг.

—Смелее патриции! — повторил Публий Сципион. Судьба Рима в ваших руках.

Патриции стали медленно приближаться к столику и кидать на него свои кошельки. Монеты глухо брякали об дерево, поднимая у Скавра приступы восторга.

—Мы купим себе новый дом, в Риме! — прошептал он, сжимая плечо Макса. Только не ошибись Кано.

Макс пожал плечами: —От меня это не зависит. Как решат Боги.

—Боги за нас! — просопел Скавр.

Самое мерзкое было в том, что Макс знал исход этой войны из уроков по истории древнего мира. Но как сказать Сципиону, что перед победой будут четыре горьких поражения. Одно при Тицине, другое при Требии, при Тразиментском озере и самое горькое при Каннах.

Легионы потеряют пятьдесят четыре тысячи солдат. Горе придет почти в каждую римскую семью.

Только сын Сципиона сможет добиться успеха, избрав другую тактику.

—У меня есть разговор к Сципиону, — прошептал Макс Скавру.

—Отведи его в другую сторону, — нам нужно поговорить. Скавр кивнул.

Из-за одной из колонн вынырнула фигура прекрасной девушки.

Это была Луция. Макс сразу узнал ее. Еще тогда, стоя на одной из улиц Рима он построил планы относительно ее. И вот она здесь. Ничто, не помешает познакомиться ближе. Макс кивнул Луции головой и тут же забыв о всяких нормах приличия, так соблюдаемых в обществе римской аристократии устремился к ней.

Луция несколько смутилась от столь явного напора.

—Не ждал твоего появления здесь, — прошептал Макс, увлекая девушку за одну из колонн.

—Я тоже не ожидала! —пробормотала она в ответ. Макс ухватил девушку за талию.

—Я знаю знатные римлянки ездят в закрытых паланкинах. Луция кивнула. Значит никто не узнает тебя, и не помешает тебе приехать ко мне.

Луция испуганно отстранилась, но Макс видел в ее глазах заинтересованность.

—Мой отец завтра убывает на войну! — пролепетала она. —Нет! — оборвал ее Макс. Никто никуда не поедет.

—Почему же? — удивленно воскликнула девушка.

—Я объясню все твоему отцу! — уверил ее Макс. А ты приходи ко мне.

Луция качнула головой на тонкой шее. —Я подумаю! — прошептала она.

***

—Так что же ты предлагаешь гаруспик? —повторил Сципион.

Из соседней комнаты раб эфиоп принес карту и расстелил ее на столе.

Макс приблизился к карте. Довольно подробная! — отметил он для себя. Италия в виде сапожка, Греция, Африканское побережье с отмеченным на карте красным кружком. Макс ткнул пальцем именно в него.

—Что это за город? — поинтересовался Макс.

—Проклятый Карфаген! — прошипел консул Лонг.

—Где наш флот? — спросил Макс у Сципиона.

—О Боги! — воскликнул Публий, поднимая руки вверх.

—Зачем тебе флот, когда Ганнибал с армией перешел Альпы.

—Так, где флот? — повторил вопрос Макс.

Глава 10

Измышления римлян касательно войны с Ганнибалом его не интересовали. Всем этим консулам и военачальникам отводилась лишь вспомогательная роль. Четко и беспрекословно выполнять его указания.

—Флот в Брундизии! — заявил Скавр.

— Он стоит там со времен первой войны с Карфагеном. Еще есть галеры и триремы в Остии. —Сколько судов? — спросил Макс

—Около полусотни, — ответил Скавр.

Макс задумался. Консул Лонг застыл в неподдельном удивлении.

Он, как и Сципион, надеялся получить прямые ответы на свои вопросы. Для того и нужны им аристократам Рима все эти гаруспики, авгуры и прочие предсказатели.

Вместо ответов этот гаруспик думает, словно он сенатор, которому предстоит принять сложное решение.

Макс ухмыльнулся и решил подразнить этих спесивых римлян.

—Мы должны разместить собранные легионы на галерах.

—С какой целью? — воскликнул Сципион. Война идет на суше.

Макс прочертил линию от Брундизия к Карфагену.

— Мы вторгнемся в Африку и осадим Карфаген.

Лица собравшихся вытянулись.

—Осадим Карфаген?

Скавр приземлил свой толстый зад на стул. Консул Лонг вытянул из складок тоги платок и принялся вытирать выступившую испарину. Публий Сципион просто замер, тихо повторяя: —Осадим Карфаген?!

— Да мы осадим Карфаген! — жестко заявил Макс. Пусть Ганнибал идет по Италии. Мы уничтожим все склады продовольствия на его пути. Мы создадим партизанские отряды для диверсий на его тылы.

Одна центурия равна одному отряду. Пусть легионеры из партизанских отрядов жгут траву на пути Ганнибала. Его слоны должны падать от голода.

—В это же время мы посадим на корабли несколько легионов с осадными орудиями и отплывем в Карфаген. Ганнибал вынужден будет вернуться, чтобы снять осаду со своей столицы.

На лицах римлян мелькнула улыбка.

—Путь в Карфаген будет не близким для Ганнибала! — произнес консул Лонг.

Сципион кивком головы согласился с ним.

—Когда Ганнибал уйдет из Италии, мы соберем оставшиеся манипулы и когорты в единое целое и отправим их на помощь осаждающим Карфаген.

—К моменту возвращения Ганнибала в Африку, этот город должен перестать существовать! — добавил к сказанному Макс.

Сципион вскинул руку вверх громко крикнув: —Карфаген должен быть

разрушен.

—Кроме его флота! — возразил Макс.

—Флота?! — удивился Сципион.

—Я хочу себе в награду все галеры, принадлежащие этому городу.

—Торговые разумеется! — пояснил сенаторам Макс. Военный флот меня не интересует. Консул Лонг и сенатор Сципион облегченно выдохнули.

Скавр заерзал на стуле.

—Зачем тебе Кано торговые галеры позволь узнать?

—Это мое дело! — отрезал Макс. Разве моя помощь Риму не стоит нескольких десятков галер.

—Может Ганнибал будет более щедр к советам молодого гаруспика? — спросил Макс. Лица римлян потемнели.

—Ты получишь свои галеры! — твердо заявил Сципион. Весь захваченный флот Карфагена будет в твоем распоряжении.

—Я издам указ! — произнес консул Лонг. На сегодняшнем заседании сената он будет утвержден.

—Но сенат не знает кто такой Кано? — пробормотал Скавр.

Какой-то этрусский гаруспик требует у Рима часть его добычи.

Такого, никогда не было.

—Это не важно! — отмахнулся от доводов Скавра Сципион. Я дал обещание. Я оформлю эти галеры на себя. Уж мне то сенат не откажет.

Консул Лонг удовлетворительно кивнул.

—Я оформлю галеры на себя, а потом сделаю дарственную на Кано за услуги советчика.

—Главного консультанта по ведению войн в Средиземноморском регионе! — усмехнулся Макс.

—Итак, решено! — объявил всем присутствующим Сципион. Собираем легионы для вторжения в Африку.

—Кто возьмется за войну с самим Ганнибалом?

Скавр поднял руку: — Я охотно присоединюсь к консулу Лонгу для командования легионами в Италии.

—Я отплываю с галерами! — ответил Макс. Хочу посмотреть на этот самый Карфаген.

***

Верховья Нила огласили крики розовых пеликанов, опустившихся на поверхность реки. Они заглушили мелодию тростниковой флейты, льющуюся из маленькой лодки, приткнувшейся к берегу.

—Хавнут, — прошептал женский голос. Скоро закат и Хемнутофет хватится нас.

—Разве ты боишься его гнева Сотра? — ответил юношеский голос.

—Работы по отделке в храме Атона с закатом заканчиваются. Мы привезли рабам еду.

—Но мы не получили у Хемнутофета распоряжение на завтра? — возразила девушка.

—Завтра будет тоже самое Сотра, не беспокойся. Маленькую лодку с лежащими в ней обнаженными девушкой и юношей тихо сносило на север. Вдали уже остались очертания, вновь возводимого царем Верхнего и Нижнего Египта Птолемеем V храмового комплекса. Пять тысяч рабов были согнаны на стройку.

—Хавнут сын управителя деревни на берегу Нила получал от надсмотрщиков списки продовольствия, что их деревня должны была выделить для снабжения рабов.

Но утром Хавнут не появился перед лицом жреца Хемнутофета.

—Проклятый лентяй Хавнут! — Хемнутофет изрыгал волны проклятий в адрес Хавнута. Я сделаю тебя рабом, и ты станешь в один ряд с ними.

Темнокожие рабы с помощью долота и молотков углублялись инструментами в мягкую породу. В ней уже можно было рассмотреть очертания будущей скульптуры. Точнее это был лик. Лик фараона, наместника Ра в подлунном Египте.

—Надеюсь, он к обеду объявится, — заявил помощник Хемнутофета.

— Иначе нам придется искать замену! — с сожалением произнес он.

—Но для начала, я спущу с него шкуру! — рявкнул Хемнутофет.

—Мы не должны подвести фараона! —раздраженно произнес он.

— Послушай Хемну. Его помощник подошел ближе.

—Я слышал в деревне на том берегу возникли трудности с хлебом.

Хемнутофед громко рассмеялся: —В Египте трудности с хлебом?

—Такого никогда не было с тех самых времен, как Ра одарил подлунный Египет своим благодетельством.

—Тебя обманули Ситу.

—Нил пока еще полноводен, а Ра добр, и земля дает щедрые урожаи.

—Ты не понял Хемну! — остановил его словоизлияния помощник Ситу.

—Зерно было, но его изъял фараон, чтобы одарить им римлян.

Хемну нахмурился. Рим воюет сейчас с Карфагеном.

—Это верно Хемну! — заметил помощник.

—Наш фараон Птолемей V, он желает дружить и с пунийцами и с Римом.

—Нельзя запрячь одним седлом двух коней! прорычал Хемнутофет.

—Фараону придется выбирать: с кем он.

—Греки хитры! — заметил помощник. Возможно, Птолемей выкрутится.

—К нам это не относится! — рявкнул Хемну. Мы строим храм.

—Но так дальше продолжаться не может! — в сердцах воскликнул помощник.

—Египет стонет под властью македонской династии. Они изымают хлеб в наших деревнях и продают его в Грецию и Рим. Еще собирают налоги на строительство храмов и библиотек.

Хемнутофет присел на глыбу уже обработанного рабами камня.

—Раньше столицей Египта был Фивы, а македонцы отстроили Александрию.

—А я о чем говорю! — воскликнул Ситу. Птолемеи превращают Египет в Элладу. Еще и римлянам желают угодить.

—В твоих словах есть зерно истины Ситу! — произнес Хемну. Первые лучи солнца легли на камни нового храмового комплекса. Хемнутофет развернул папирусный свиток. Основание для пирамиды было готово.

Еще немного и Ра спустится с небес, чтобы одарить свой новый храм. Рабы успели заложить фундамент для ворот и южной стены. Строительство идет по графику. Но рабов сегодня нужно чем-то кормить. Ситу сказал, что в деревне на той стороне Нила хлеба нет. Нужно подняться выше по реке. Надеюсь, туда не добрались сборщики фараона.

—Стража! — крикнул он. Пятеро воинов поедут со мной на лодке вверх по Нилу. Остальные остаются охранять рабов.

У берега заросшего тростником, стояла личная лодка Хемнутофета.

В отличии от лодок крестьян из лежащих по берегам Нила деревень, она была полностью из дерева, а не из связанного между собой тростника.

На корме лодки был установлен широкий навес и мягкое кресло для владельца. Раб, стоящий позади, мог обмахивать своего господина опахалом не боясь упасть в воду от неловкого движения. Помимо хозяина и нескольких сопровождавших его рабов в лодку помещалось с десяток воинов.

Сжимая в ладонях квадратные щиты и копья, они ловко зашли на борт лодки по скинутым сходням.

—Если кто из рабов попытается сбежать просто убейте его! — дал последние наставления Хемнутофет. Лодка отчалила от берега.

В верховьях течение Нила ускорялось и лодку Хемнутофета быстрее несло по реке. В зарослях тростника кричали розовые пеликаны. Выпрыгивали за добычей нильские крокодилы.

Хемну было над чем подумать после слов Ситу. Особенно над тем, как правит македонская династия. Его дед был жрецом в храме Ра.

Но Птолемеи отвергли старых богов. Их Бог не Ра, а Серапис.

—Хозяин! — крик слуги прервал размышления Хемнутофета. Деревня по правому борту.

Хемну встал с кресла. Над верхушками тростника виднелись крыши крестьянских домов.

—Причаливайте! — приказал Хемнутофет. Лодка мягко ударилась о

береговую траву.

—Подайте сходни хозяину! — велел слуга.

Воины перекинули сходни с борта на берег и сами выпрыгнули из лодки.

—Идите прямо! — приказал Хемну. Скажите их старейшине, что к ним явился Хемнутофет: сын Исиды. Он ждет подобающего его сану подношений.

Воины устремились в сторону деревни.

—Не отставай раб! — рявкнул на раба с опахалом Хемну. Следуй позади меня и Сет тебя подери, если ты собьешься. Раб, согласно кивнул головой.

Вся деревня высыпала встречать важного сановника. Крестьяне упали на колени, не смея поднять головы. Лишь старосте деревни Хоту разрешили стоять на ногах, чтобы отвечать на вопросы Хемнутофета.

Староста деревни Хоту был слишком худым и слабым, чтобы стоять

Самостоятельно, не прибегая к помощи своей палки.

Увидев приближающегося Хемнутофета, он боязливо опустил глаза в землю и стал ожидать.

По внешнему виду домов деревня была не слишком богатой, но и не бедной, чтобы не удовлетворить запросы сановника фараона.

Крыши из связанного между собой тростника, как и в любой деревне Египта.

—Мне нужен хлеб староста! — повелевающим тоном произнес Хемнутофет.

—Я должен кормить рабов на постройке храмового комплекса ниже по течению Нила.

Староста упал на колени и пополз в сторону Хемну.

—Великий Хемнутофет все зерно и муку забрали люди фараона три Луны назад! — взвыл староста.

—Что же вы едите сами? — поинтересовался Хемнутофет.

—Мы ловим рыбу и крокодилов! — вновь провыл староста. Это все, что нам осталось прежде, чем взойдет новый урожай.

Хемну подозвал одного из воинов.

—Сходи, посмотри по хижинам не врет ли этот старик. Воины отложив щиты на землю, ушли в деревню.

—Если ты сказал правду старик, — ответил Хемнухотеп. Я пощажу тебя и твою деревню. Клянусь Великим Ра. Хемнутофет воздел ладони к солнцу.

Жители деревни издали похожий возглас: Ра!

—Если же нет, то все вы станете рабами. Будете таскать камни у меня на строительстве.

—Он не лжет господин! — простонали распластавшиеся ниц крестьяне. Клянемся: Великим Ра!

Войны вскоре вернулись. Великий Хемнутофет!

Староста сказал правду. У них нет муки и зерна. Мы нашли в очагах кости рыбы и крокодилов.

Хемнутофет кивнул. Старик, не обманул его. Слуги фараона выгребают все зерно из амбаров Египта, чтобы продать его Риму. Египет древнее Рима. Как фараон мог поставить интересы Рима выше интересов Египта.

—Я должен ехать в Александрию! — убедил себя Хемнухотеп.

Средиземное море било пеной и ветром в лицо Макса.

Пенные буруны из-под киля галеры выкидывало густой белой массой.

Солнце висело где-то слишком высоко, чтобы его можно было увидеть. Белая дымка тумана норовила упасть на мачты галеры и застрять в них навсегда.

Ветер стихал. Матросы еще возились на палубе с остатками парусов свертывая их, словно большой белый ковер.

Вольнонаемные гребцы уныло рассаживались по своим скамейкам вытирая ладони об свободные туники.

—Я думал, что гребцы в римском флоте: это рабы? — предположил Макс.

—Это опасно! — отозвался капитан галеры.

—Рабы не профессиональны и ленивы. Для военного флота это гибель.

— Так что эти гребцы свободные люди.

—Пойдем на веслах! — доложил Максу капитан. В этих широтах всегда бывает штиль в это время. Раздался глухой удар.

Весла по обеим бортам опустились в воду.

Впереди и позади нас шли другие галеры и триремы, груженные легионерами и орудиями.

—Карфаген не вышлет свой флот? — поинтересовался Макс.

Капитан галеры и центурион Опис отрицательно покачали головой.

Опис силой дунул в свой свисток, изготовленный видимо из тростниковой палки, и весла сделали первый удар по волнам.

—У Карфагена после первой войны осталось мало кораблей, — дополнил свой ответ Опис.

—К тому же они не знают, что мы идем в гости. Стоящие рядом два легионера довольно ухмыльнулись.

—Ганнибал со своими слонами ждал нас в Италии, а мы явимся в Карфаген! — усмехнулся Макс. Одна просьба офицеры. Центурион и легионеры вытянулись по стойке смирно.

—Слушаем командир?

Это польстило Максу.

—Корабли которые мы захватим у Карфагена это мои корабли! Сообщил Макс. Командующий сказал, что так и есть.

Макс посмотрел в право. Трирема командующего сил вторжения Сципиона была похожа на плавучую крепость. Одна башенка на корме, другая на носу. На носовой башне был установлен лук-скорпион с огромным копьем вместо стрелы. Почти у каждого борта триремы стояло отделение лучников и пращников.

«Прикрытие десанта» — догадался Макс. Вообщем-то правильно. Противник может встретить корабль у самой береговой кромки, и чтобы избежать потерь при высадке легионеров на берег, лучники и пращники должны засыпать его строй камнями и стрелами.

—Уже недолго осталось! — улыбнулся центурион.

В туманной дымке показался нос галеры с полосатым флагом.

—Это финикийцы! — закричали на флагманской триреме. На римских кораблях вспыхнули сигнальные огни. Капитан галеры нервно расхаживал по корме. По его лицу было видно, что он недоволен возникшими обстоятельствами.

—Финикийцы предупредят Карфаген, и они устроят на берегу засаду! — крикнул он.

Легионеры по бортам тревожно вглядывались в непроглядную дымку.

—Какой самый легкий корабль в эскадре? — спросил Макс у капитана.

—Наша галера самая легкая. Остальное триремы и биремы. Они неуклюжи и неповоротливы.

—Мы сможем догнать финикийцев? — поинтересовался Макс.

Внезапность удара один из признаков успеха. А какая-то бродячая посудина может испортить ему весь гешефт.

—Капитан мы идем за кораблем финикийцев! — крикнул на ходу Макс, спускаясь на нос. Подойдя к центуриону, он отдал приказ: —Центурион. Когда сблизимся корабль финикийцев на абордаж.

Никого не жалеть. Они не должны пристать к берегу.

В трюме с гребцами ударил барабан, задающий гребцам темп.

С кормы галеры дали сигнал на флагман: — мы идем за фаникийцами. Галера стала набирать ход.

—Если туман разорвет, то мы их догоним! — просопел капитан.

Они не ушли далеко. Легионеры у бортов, приготовили копья для метания.

У некоторых стрелы были обмотаны шерстью, пропитанной горючим составом.

—Прикажи им отставить стрелы! — указал Макс капитану. Если у финикийцев хороший корабль, то зачем его сжигать?

Капитан пожал плечами: —Мы всегда так делали.

—Больше не будете! — сообщил Макс. Корабль на буксир и привести в порт Остии.

После войны нужно построить в порту Остии офисное здание и отдельный причал для кораблей. Не забыть про склады для зерна. Отдельная судоверфь с собственными кузницами. О кузнецах можно позаботиться уже сейчас.

Когда возьмем Карфаген он потребует у Сципиона, чтобы всех кузнецов и мастеров отдали ему. Рабство или вольный найм решим позже.

Галера Макса все быстрее набирала ход. Она, вынырнула из завесы тумана, прямо за кормой финикийцев.

—Попробуй взять их на абордаж, — посоветовал Макс капитану.

—Гребцы больше ход! — прокричал в трюм капитан.

Барабан в трюме усилил темп боя.

Римская галера обошла корабль финикийцев и прилипла к нему бортом.

—Копья солдаты! — заорал центурион.

Легионеры метнули копья в сторону финикийцев. Те из них, кто не успел укрыться в трюме стали жертвами римских копий. Первые раненные финикийцы огласили галеру криками боли.

Глава 11

—На абордаж солдаты! — скомандовал центурион. С носа галеры на борт финикийской посудины перекинули мост. Легионеры перебравшись по нему на корабль противника втыкали гладиусы во всех кто попадался им на пути с оружием в руках.

Через какое-то время все было кончено. Пленных финикийцев в цветастых одеждах выставили у борта их корабля.

—Где ваш капитан? — спросил центурион.

От строя пленников отделился человек в греческом шлеме.

—Отрубите ему голову! — приказал центурион. Остальных пленных в трюм. Корабль сжечь. Корабль финикийцев не представлял из себя

ценный трофей, который бы мог заинтересовать Макса. Обычная деревянная посудина с узкими бортами.

Потому он без возражений выслушал приказы центуриона и капитана галеры. В стычке с кораблем финикийцев не погибло ни одного легионера. Все отработали достаточно слажено.

—Поздравляю центурион! — поприветствовал его Макс, едва тот поднялся на корму. —Хорошая работа!

Дисциплина и тренировки делают из новобранцев хороших солдат.

С этим трудно было поспорить.

Позади нашей галеры вынырнул и остальной римский флот. Капитан дал сигнальный огонь флагману.

—Мы пойдем позади остальных, — предупредил Макса капитан. Гребцам нужен небольшой отдых, да и солдаты слишком возбуждены прошедшим сражением.

Галера Макса шла позади римской эскадры. К полудню на поверхности

Моря появилась только усиливавшаяся рябь.

—Скоро будет ветер! — довольно сообщил капитан. Пойдем на парусе. Матросы внизу уже вовсю раскатывали парус, готовясь поднять его по команде капитана.

—Если смысл ставить парус? —поинтересовался Макс. Он уже видел очертания противоположного берега.

—Догоним остальных! —бодро отрапортовал капитан.

—Флот станет на якорь в бухте, — сообщил он. Легионы двинутся ускоренным маршем на Карфаген.

Лагерь Ганнибала у порта Бруттий

Ганнибал Барка сидел в своем шатре в сумрачном положении духа. Римляне не явились на бой. Они выслали легион новобранцев, который он раздавил, словно слон давит попавшего ему под ногу человека.

Кто станет оплакивать тела тех несчастных римских юношей, чьи тела усыпали поле сражения?

Ганнибал прошел вдоль пылающих костров. Солдаты, заметив своего командующего, приветствовали его на своих языках.

Его войско, оно собранно из различных народов, которые даже не понимают друг друга, и оно достаточно поредело за время перехода через горы.

Ганнибал вернулся в шатер. В нем было теплее, чем снаружи, хотя ночи в Италии не так холодны, как в родной Африке.

У зверинца раздался рев слонов. В шатер вошел бывший римский бестиарий, которому Барка доверил присмотр за этими огромными животными.

Бестиарий отбросил свою палку погонщика в угол шатра и приблизился к командующему армией Карфагена.

—Ганнибал мне нечем кормить слонов и лошадей! — сообщил он.

Ганнибал нахмурился. —Римляне сожгли в округе всю траву! — продолжал докладывать бестиарий. Они хитры и безжалостны. Кроме слонов есть и лошади, и ослы. Они трудятся не хуже твоих солдат.

Ганнибал встал и подошел к карте на столе и ткнул пальцем туда, где должен находиться Рим.

—Мы знали, что Рим беспощаден. Он повернулся к бестиарию: — Именно поэтому мы сюда пришли. Чтобы покончить с Римом раз и навсегда.

—Но без лошадей у нас не будет кавалерии! — сокрушался бестиарий.

—Рим бежит от нас как от прокаженных! — ответил Ганнибал.

—Ты хочешь сказать командир, что они побегут до стен самого Рима?

Ганнибал задумался. Этот вопрос его тревожил больше всего.

—Почему римляне не вводят в бой крупные силы?

—Что это новая тактика?

Попытка измотать его армию по пути до Рима и у стен города дать большое сражение.

Ганнибал свернул карту.

—Здесь поблизости наверняка есть римские фермы. Навестите их. Поищите корм там.

—В нашей армии есть галлы. Они должны помочь с кормом для животных. Бестиарий в ответ кивнул и решительно вышел из палатки.

—Так что задумал Сципион? — терзал себя Барка.

То, что Сципиона назначили командующим римской армии, он знал от своих лазутчиков в Риме.

Но Сципионов было два и оба в званиях римских сенаторов. Так кто из них старший или младший Сципион?

Оба они носили родовое имя Публий Корнелий.

Барка вышел из палатки. Луна села на кроны кипарисов и пиний, щедро растущих вокруг его лагеря.

Вдали раздалось лошадиное ржание. В начале оно прозвучало коротким глухим отрывком, но затем проявилось явственнее.

Пунийцы вскакивали от своих костров, быстро разбирая копья.

—Гонец из Карфагена! — пронеслось по лагерю.

—Из Карфагена как? —удивился появлению вестового Ганнибал.

От морды лошади шла белая дурно пахнущая пена. Вестовой, едва не загнал свою лошадь, спеша в лагерь Ганнибала, с посланием от Карфагенского сената.

—Лично в руки командующему от Высшего совета! — отдышавшись сообщил вестовой.

Ганнибал осторожно развернул свиток.

Рим у стен Карфагена. Слова не обманывали глаз, хотя сейчас Ганнибал желал, чтобы было иначе. Десять легионов. Это число едва не опрокинуло Ганнибала с ног.

— Десять легионов. Так вот почему путь на Рим ему был открыт.

Римляне перехитрили его.

Он словно черная туча ходил у стен города и не решался отдать приказ штурмовать Рим. Два раза он стоял у его башен под проливным дождем, но так и ушел ни с чем.

Ганнибал свернул свиток и вернулся в шатер. Положение было критическим. Как ему вернуть армию обратно. Он уже дошел до самой римской Калабрии и остановился у порта Бруттий.

Чтобы посадить все войско на корабли у него не хватит кораблей.

На те корабли, что имелись в его распоряжении, он мог погрузить лишь ветеранов своей армии и то золото, что забрал у римлян.

«Командование можно оставить на брата Магона» — пришла мысль.

—Соберите мне сейчас военный совет! — крикнул стражникам у входа Ганнибал.

Военный совет Ганнибала шел несколько часов. Всех его командиров подразделений повергла в шок новость об осаде Римом Карфагена.

Основная масса его командиров сгрудилась в углу, где слушала перебранку между собой заместителей Ганнибала.

Некоторые безумцы предлагали в отместку подойти к стенам Рима и осадить сам Рим.

«Но Рим слишком сильно укреплен!» — отвергали их предложение другие. К тому же за стенами Рима, в городе собрана армия не меньше числом, что осаждает сейчас Карфаген.

—У нас нет лазутчиков в самом Риме. Все сочувствующие нам, были перебиты сами римлянами и городской стражей! — сообщил Магон.

—Мы не знаем положение дел в городе.

—Да у нас только один путь! — поддержал его Ганнибал.

—Один путь домой! —я озвучил свое решение.

Мы возвращаемся. Разгромим римлян, и снимем осаду с Карфагена.

Все военачальники воодушевленно отсалютовали.

***

Римские корабли тихо ткнулись в песок пляжа.

Над безмолвным берегом пропел рев боевой букцины.

—Легионеры приготовиться к высадке! — скомандовал центурион. Солдаты, подхватив в руки щиты, стали выпрыгивать на прибрежный песок.

По бортам галер и трирем раздавался скрипучий режущих слух трущегося между собой дерева.

—Осадные орудия выгружают! — пояснил Максу капитан.

—Не могли смазать в море? —спросил Макс.

—Смазывали! — ухмыльнулся капитан. Но сам понимаешь соленая вода и туман. Сейчас спустят на берег и приведут все орудия в порядок. Римские манипулы, сойдя с кораблей, выстраивались ровным строем на берегу. Песочный пляж буквально чернел от обилия сгрудившихся на его песке римских центурий и осадных орудий. С флагмана сводили кавалерию, которую возглавлял командующий Публий Сципион.

Лошади, почуяв под ногами твердую почву истошно ржали, чем вызывали раздражение младших командиров. Наконец Сципион отправил вперед разведку.

—Это могли сделать еще до высадки, — посетовал Макс. А если бы пунийцы нас встретили здесь на пляже и опрокинули в море до того, как легионы выстроились для атаки.

—Зачем? — рассмеялся капитан. В Карфагене сейчас паника. Их командующий Ганнибал в Италии и вернется не скоро. Если он вообще знает о том, что произошло.

Макс отсалютовал, как это делают римские офицеры. Получилось довольно неплохо.

Спрыгнув со своей галеры Макс устремился к шатру командующего.

Пляж постепенно пустел. Манипулы походным строем выдвигались в глубь территории Карфагена.

—Приветствую тебя Сципион! — с порога заявил Макс.

—А это ты Кано? — отозвался Публий. Командующий отодвинул карту в сторону.

—Я отправил разведку найти место для постройки нашего военного лагеря, — сообщил Сципион. Макс кивнул, соглашаясь командующим.

Без военного лагеря вся наша затея обречена на провал.

—В пустыни десятки-сотни диких племен, — уточнил Сципион. Все они могут быть на службе Карфагена.

Макс улыбнулся: — Ночные атаки не очень приятно отражать, знаю по себе.

—Именно! — воскликнул Сципион. До Карфагена два дневных перехода и два из них через ущелье.

—Там может быть засада, — пояснил Макс. Нужна будет комплексная разведка территории, по которой пройдут легионы.

Сципион цокнул. —Нет Кано, тут ты ошибаешься.

Разведка должна идти на удалении от легионов не более, чем одну милю.

Макс развалился в кресле, любезно предоставленном ему одним из слуг в шатре командующего.

—Почему ты так решил Публий? — осторожно спросил Макс.

Сципион улыбнулся. —Я был в Египте и Нумидии. Здешним племенам не нужны лагеря, палатки и прочие удобства, к которым привык цивилизованный человек. Пусть даже это будет римский легионер.

Пустынники вполне обходятся без этого.

Их верблюды заменяют им и кров, и постель. Они спят вместе с ними в пустыне. Внезапность вот их главный козырь.

Макс неуверенно покачал головой. —Продолжай Публий. Я хочу больше знать о них.

Слуга налил командующему в бокал вино. Сципион отогнул полог шатра. Снаружи ветер гнал по песчаному пляжу саксаул.

—Пустынники это много разных народов, — продолжил Сципион.

Я читал это в трудах Геродота. Они могут спать со своими верблюдами вдоль дорог, ожидая появления врага.

Так что Кано только на расстоянии звука сигнальной трубы.

Максу пришлось согласиться с мнением командующего. Театр военных действий он знает хорошо. Следовательно Максу не стоило бояться попасть вместе с легионами в окружение.

Возможно, пустынные племена на службе Карфагена внезапны и быстры словно пустынный ветер, но что они могут противопоставить мощи и дисциплине римских манипул.

—Я отправил посла в Нумидию к вождю Мусиниссе. Он даст нам знаменитую нумидийскую конницу: быструю, как ветер и смертоносную, как пустынный скорпион! — сообщил Сципион.

— Но кажется вождь Мусинниса в состоянии войны со своим царем Сифаксом, который примкнул к Карфагену? — возразил Сципиону Макс. —Это сейчас не важно Кано-Максим? — улыбнулся командующий.

—Мы здесь, и мы победим! — довольно воскликнул он.

—Вот взгляни! — Сципион развернул карту. Это город Утика всего десять миль от нас. Мы возьмем этот город и у нас будут стены и продовольствие.

В шатер командующего ворвался гонец.

Отсалютовав, он шепотом произнес: —Донесение от передовых отрядов.

—Говори здесь! — бросил командующий.

Гонец покосился на Макса, но все же отрапортовал: —Передовые отряды достигли порта Утика, но с ходу его взять не смогли.

—Ожесточенное сопротивление пунийцев.

—Так осадите Утику и возьмите ее. Нам нужен этот порт.

Неудача с захватом порта Утики, несколько расстроила Сципиона.

—Главное в такой ситуации не напиваться вином! — посоветовал командующему Макс. Пьяный командир гибель для солдата.

—Я знаю! — отрезал Сципион.

—Что еще? — спросил он у вестового.

Вот тут, для Макса началось самое интересное.

—Нумидийский царь Сифакс и пуниец Гадрусбал встали лагерем в пустыне перекрыв тем самым дорогу к Карфагену.

—Много их? — поинтересовался командующий.

—Не могу знать командир! — отрезал гонец. Но кажется они там пьянствуют. Разведка слышала пьяные крики и песни. Кроме того, в их лагере много женщин. Легионер стоящий у входа в шатер плотоядно ухмыльнулся.

—О Риме надо думать солдат! — выкрикнул ему Макс. Часовой смутился и быстро опустил глаза в песок.

Сципион рассмеялся от возникшей неловкой ситуации.

Макс задумался. Ему в голову пришла одна идея.

«Если противник пьет вино в ожидании, то к ночи он будет совершенно пьян. Можно совершить налет на его лагерь. Сжечь палатки и устроить панику, а затем ворваться в лагерь кавалерией. Пусть это будет та же нумидийская конница. Огонь, паника и всадники сделают свое дело».

Макс тут же пересказал свою идею Сципиону. Заверив того, что эта заслуга целиком командующего и он гаруспик Кано не имеет к ней никакого отношения.

—Мне не нужен триумф! — заявил Макс. Мне нужен карфагенский торговый флот.

Сципион улыбнулся в ответ.

—Я знаю, мы договорились об этом еще в Риме, и я держу свое слово.

Те галеры, что стоят у причалов в порту Утики уже твои.

—Вместе со всей командой! — добавил Макс.

—Разумеется, с командой! — подтвердил соглашение Сципион.

—Мне нужна лошадь! — заявил Макс. Хочу отправиться в Утику посмотреть на то, что мне причитается.

Сципион соглашаясь кивнул. —Возьми с собой несколько всадников на всякий случай.

Макс отблагодарил командующего и вышел из шатра. Небо над Средиземным море было затянуто свинцовыми тучами и грозило разверзнуться громовыми раскатами. Это пугало лошадей привязанных к сухому длинному дереву выброшенному штормом на берег.

Молодой декурион командир отделения всадников заметив приближающегося к ним гаруспика отдал команду: —Смирно.

Кавалеристы вытянулись словно иглы.

—Отбой парни! — успокоил их Макс.

—Куда выдвигаемся командир? — поинтересовался декурион.

Лицо у него было совсем юношеским. Даже усы едва пробивались.

—Наверное, из патрициев, — предположил Макс, — чей-то сынок добывает очередную порцию славы своему роду. Что же не будем мешать ему в этом.

—Ты знаешь направление Утики? — спросил Макс. Декурион четко отчеканил: —После высадки в составе разведки достигли стен этого города, но с наскока взять не удалось. Крепкие ворота и высокие стены.

—А с моря? — спросил Макс. Декурион прищурил один глаз вспоминая

укрепления порта.

—С моря там стоят несколько военных галер, и организован фарватер для прохождения только одного корабля. Все суда входят в порт по очереди по сигналу маяка на башне.

—Хорошенькое дело, — усмехнулся Макс. Крепкий орешек эта Утика и как ее только взять.

Декурион перевел взгляд на море затем на сушу.

—С моря не взять! — отчеканил он. Нужно пробить дыру в стене. Там уже работает несколько камнебитных машин.

— Поехали посмотрим декурион? — предложил ему Макс. Может, и мы чем пригодимся. Декурион улыбнулся: —Все возможно командир.

Карфагенский порт-крепость Утика, словно лошадиная подкова опоясывал узкий залив врезавшийся в Африканское побережье как нож.

Каждый участок крепостной стены завершался квадратной башней с зубцами. Над башнями гордо развевался штандарт Карфагена: пурпурное полотнище с образом богини Карфагена Танит, помещенной в треугольник. На некоторых из знамен вместо Танит была вышита золотая пальма в золотом круге.

Камнебитные машины онагры и баллисты со свистом отправляли большие круглые камни в восточную стену Утики. В некоторых местах каменная кладка дала трещину, но еще держалась.

Макс разочаровано плюнул на песок: —С таким успехом они будут брать Утику до второго пришествия, как любил выражаться его командир подполковник Петров.

У подполковника Петрова была одна страсть: —Пробомбить, как следует расположение противника, выждать пока противник продерет глаза от порохового дыма. Вновь пробомбить и только потом засылать штурмовые группы.

Но сейчас авиации не было. Нужно было как-то обходиться своей смекалкой.

—Может сожжем город? — предложил Макс центуриону командующему осадой Утики.

Тот отрицательно покачал головой: — Домов деревянных в городе мало. —Чему тут гореть? — задался он вопросом.

—А подкоп сделать? —предложил Макс. Центурион прищурился, осматривая стены. С одной из них вылетела стрела, воткнувшись в одну из баллист.

Глава 12

—Если только ночью! — задумался центурион.

—Ночью сюда подойдут наши основные силы! — ответил Марк.

—А зачем? — усмехнулся центурион. Утика и так сдастся. Мы ее окружили. В штурме нет надобности.

А сдастся Карфаген и Утика в след за ним распахнет ворота изложил свои соображения центурион.

В словах центуриона была своя логика. Он никуда не спешил. Это Максу быстрее хотелось вытащить из порта все галеры и отправить их в Остию, тем самым положив начало своей торговой флотилии.

Но обстоятельства были выше его замыслов. Оставалось ждать известий от Сципиона.

Южная Луна тихо садилась на каменные башни карфагенского порта Утика.

Стоя на одном из песчаных холмов, Макс наблюдал, как по пустынной дороге тянутся цепочки римских легионеров к месту дислокации карфагенского лагеря Гадрусбала и Сифакса. Словно стрелы пролетели нумидийские всадники в синих шароварах и толстыми от стрел колчанами.

—Нумидийские конники будут сеять страх и смерть в лагере Гадрусбала! — довольно предположил центурион.

—Я уже двадцать лет служу под орлами и видел на что способна нумидийская конница.

—Можешь не сомневаться командир! — уверил Макса центурион.

Макс поежился. Он совсем не заметил, как его тело почти окутал пустынный холод. Увидев это центурион заметил: —В пустыне всегда по ночам холодно. Те, кто бывал в этих местах советуют брать с собой лисью шубу, наподобие тех, что носят варвары галлы.

«Мне б и дубленка или куртка Аляска сгодилась» — подумал Макс.

Даже армейский ватник был бы самый раз.

Сумерки спустились быстро. Отделение, обслуживающее баллисты, зажгло костры скидав в него ветки саксаула.

—Иди греться командир! — позвали Макса солдаты. Вдоль линии машин расставили караул сменяющийся каждые два часа.

У костра было тепло, единственное, что раздражало сейчас Макса, так это вой шакалов и пустынных лис.

—Выпей командир, согреешься! — один из легионеров протянул Максу мех с вином. —Не самое лучшее вино, — сопроводил он свой подарок, —но оно хотя бы греет. Над пустыней поднялось кровавое гало и в темное небо устремились сотни маленьких огоньков.

—Сципион уже напал на лагерь пунийцев, — заметил центурион.

Все небо красное от пожара.

—Представляю, какая у них там сейчас паника в лагере творится! — усмехнулся один из легионеров.

—Вернутся полные трофеев! — ответил ему другой легионер.

—Наш трофей перед нами! — отчитал солдат центурион. Проломим стену в городе, тогда берите, что хотите, пока командующий не видит.

— Рабов в этот раз будет много! — мечтательно цокнул языком старый легионер. Будет кому в поле работать. Я-то, уже не могу, спина больная! — с сожалением пробурчал он.

Макс вспомнил что во времена Пунических войн Рим еще набирал солдат жителей самого Рима, из окрестных городов-союзников и землепашцев.

Профессиональной армия Рима станет только после реформ Мария, позволившему записываться в легионы свободным гражданам любого сословия.

Сейчас же собравшиеся у костра легионеры представляли из себя разнородную массу. Кто-то был плотником, кто-то гончаром или

оружейником, кто-то простым горожанином, но всех их объединяло единое: они были свободными людьми гражданами Римской республики. В легионы не брали рабов. Еще на стадии призыва, каждый призывник проверялся на наличие рабского клейма на теле.

Если клейма не было, то тебе выдавали оружие, провиант, карманные деньги и ты становился легионером.

Если же обнаруживали рабское клеймо, то нового рекрута били плетью и выдавали обратно прежнему хозяину. Бывало такое, что и просто забивали до смерти. Рим повязывал легионеров одной цепью. Цепью римского гражданства. Потому римляне бились до последнего.

Рим мог проиграть сражение, череду битв, но никогда не проигрывал войну.

Говорят первые римляне вместе с молоком волчицы впитали в себя волчью смелость.

Марево в ночном небе стихло и погасло.

—Все кончено! — известил собравшихся у костра легионеров центурион. Сципион разгромил лагерь Гадрусбала и царя Сифакса.

—Сципион отступит на прежние позиции? — тревожно спросил один из легионеров.

— Что, если осажденные там в Утике, готовят нам такую же вылазку?

Центурион рассмеялся, указывая на легионера пальцем.

—У нас появился новый полководец мыслитель. Легионеры дружно зашлись хохотом.

Один из рассмеявшихся солдат неожиданно заткнулся и протянул ему фляжку с вином сопроводив словами: —Выпей Луций и не забивай себе голову напрасными страхами.

Макс хлопнул пугливого легионера по плечу.

—Не бойся Луций. Командующий со своей нумидийской конницей не так далеко.

—К тому же ты не разучился владеть гладиусом. Центурион, благодарно кивнув Максу головой и встал со своего места.

—Запомните солдаты! — горячо произнес он. Вы легионеры.

Пусть вспомогательная часть, но вы легионеры и страх не должен поселиться в ваших сердцах. И тогда вы вновь увидите родной Рим и родные фермы. Центурион вытащил из ножен гладиус и вскинув руку с мечом вверх закричал: —Рома Виктрикс!

—Рома Виктрикс! — отозвались остальные легионеры.

Командующий Публий Сципион вернулся под утро во главе отряда нумидийских всадников.

Спешившись с рысака, он приказал центуриону доложить о результатах осады. Тревожно выслушав доклад, Сципион приказал показать ему то место, где баллисты сумели пробить в стене трещину.

—Еще день командир отчитался центурион и стена рухнет.

—У меня нет времени ждать! воскликнул Сципион. Оставляю у вас две когорты солдат. Лицо центуриона вытянулось от удивления.

—Я должен идти на Карфаген! — отрезал Сципион. Мне доставили известия, что Ганнибал сумел отправиться из Бруттия с небольшим количеством своих солдат.

—Сколько он будет в плавании? — спросил Макс. —Неделю! — отозвался командующий. При попутном ветре— три дня.

—Мы успеем за это время взять Карфаген? — поинтересовался Макс. Командующий недовольно фыркнул. —Карфагенский совет собирает

войска из своих колоний. Они соединятся с Ганнибалом, чтобы дать нам генеральное сражение.

—Сколько у нас войск?

—Шесть легионов! — отрезал Сципион. Тридцать тысяч солдат.

—Этого должно хватить, — прикинул Макс. —Ганнибал наверняка введет в сражение своих боевых слонов, — добавил командующий.

Это уменьшит разницу в численности.

—Слоны не предсказуемы, — попытался успокоить командующего Макс. При отсутствии сверху погонщиков, они теряют управление и с ревом бегут куда им вздумается.

—Значит ты хочешь сказать гаруспик, если перебить стрелами погонщиков слонов и напугать самих животных, они могут смять боевые порядки своего войска?

Макс кивнул: —Именно так командир. В довершение нумидийская конница охватит их с флангов и все будет кончено.

—План великолепный Кано! — подумав ответил командующий.

—Отличный план! — уверил Сципиона Макс. Только одно условие.

—Какое же? — Сципион приготовился слушать соображения гаруспика.

—Одно условие, если Ганнибал захочет дать генеральное сражение и выведет свои войска на равнину.

—О! — воскликнул Сципион. Ганнибал давно это жаждет. Он желает этого сражения, как прыщавый девственник желает в свою постель саму Венеру. И Ганнибал даст нам это сражение. Мы будем к нему готовы. Командующий вскочил на коня. —Заканчивайте здесь Кано. Я не забыл о своем обещании. Макс улыбнулся в ответ.

Из порта Утики вернулись двое лазутчиков.

—Это местные? — сообщил центурион. Мы купили их недорого. Всего по тысяче денариев каждому. —Как видишь Кано и среди пунийцев найдутся те, кто не за дорого продаст свою землю.

—Вытрясите из них все сведения! — приказал легионерам центурион. После, убейте на глазах у всех. Пусть наши солдаты видят, что бывает с предателями.

Макс усмехнулся: —Круто, справедливо, но не разумно.

—Почему? — удивился центурион.

—На твоем месте я бы их расспросил, угостил вином и пообещав еще денег, отправил в Карфаген добывать новые сведения.

—Черт с ними! — махнул рукой центурион.

—Сделайте, как сказал Кано.

По сведениям шпионов в порту Утики было заблокировано около двадцати прекрасных финикийских галер. Остроносые с широкими, но в тоже время высокими бортами. Идеальные суда для задумки Макса. Осталось лишь проломить стену города и взять суда теплыми и готовыми.

***

Дворец Гамилькара Барки в Карфагене.

—Мы долго ждали тебя Ганнибал.

Ганнибал склонил голову. —Отец, я пришел, как только смог.

Полуслепой старик Гамилькар опираясь рукой на палку подошел к креслу. Знаю, твой путь в Италии был овеян славой, и ты чуть не захватил Рим.

—Да отец! — прохрипел Ганнибал. Я видел стены Рима дважды.

—И дважды ты уходил от него, — ответил старик. Гамилькар зашелся в кашле.

На ладони оказалось множество капель крови.

—Мой час уже пришел сын! — прохрипел Гамилькар. Он пришел в тот миг, когда Рим вновь появился у наших домов.

—Я знаю отец, — ответил Ганнибал. Слова старика слишком ранили его сердце, чтобы слушать их с холодным разумом.

—Ты дашь Риму бой? — спросил Гамилькар.

—Если Рим не сбежит! — улыбнулся Ганнибал. Рим часто бежал от сражений со мной отец.

—Рим не сбежит, — пояснил Гамилькар. Не для того он приплыл сюда сын.

—Так что не терзай себя.

—Ты уже выбрал место сражения? — поинтересовался Гамилькар.

Ганнибал сделал глоток вина и крепко сжал рукоять меча.

—Выбрал отец, — ответил Ганнибал. У города Замы на бесплодной равнине.

—Это хорошее место сын! — кашляя ответил Гамилькар.

—Ты сможешь выстроить все войско, что соберет тебе Карфаген.

—Я знаю отец, — ответил Ганнибал. Я так же знаю, что оно не станет сражаться, как римляне.

—Отчего же? — сын спросил старик.

Ганнибал подошел к старику и положил ему свою ладонь на плечо.

—Римляне сражаются за свой город отец и они готовы умереть за него.

—Разве наши воины не готовы умереть за Карфаген?

Гамилькар повернулся лицом к сыну: —Ты постарел со времени твоего похода в Италию. Старик дотронулся до лба Ганнибала.

—Много морщин проступило на твоем лице.

—Наши воины! — оскалился Ганнибал. Это наемники, люди разных племен и народов. Какое им дело, до Карфагена отец?

Ганнибал задал этот вопрос отцу, не ожидая от того ответа.

—Ну хотя бы они не станут рабами Рима! — прохрипел Гамилькар.

—Они и так свободны отец и я боюсь, что они могут разбежаться по своих хижинам. Жизнь ценнее тех монет, что платит им Карфаген.

—Наши союзники племена берберов и мавров: они храбрые войны. Они знают, что значит Рим сын.

Ганнибал горько усмехнулся: —Потому они тоже не будут сражаться.

—Они уйдут в свои пустыни отец и растворятся среди песка.

На пустынников плохая надежда. В этой войне отец мы одни.

—Но мы попробуем дать нашему городу еще один шанс на жизнь.

—Мы заберем все золото у богатых и заплатим нашим союзникам в трое больше обычного.

Гамилькар пригладил седую бороду.

—Высший совет Карфагена этого не одобрит, — произнес он.

—Тогда у Высшего совета не будет больше власти! — яростно заметил Ганнибал. Они все станут рабами римлян.

—Кое-кто из них сбежит в Грецию и Египет! — горько усмехнулся Гамилькар.

—Но Рим придет и туда! — воскликнул Ганнибал. У нас есть только один выход сражаться и победить.

Гамилькар прикрыл глаза. —Я устал сын.

Ганнибал подошел к старику и опустил ладонь на седую голову отца.

—Спи отец. Набирайся сил. Они потребуются тебе, чтобы пережить смерть или позор.

Ганнибал Барка вышел из дворца.

Улицы Карфагена еще пестрели торговцами расставившие свои караван-сараи прямо посреди улиц.

Проходя мимо одного из них, Ганнибал заметил девушку необыкновенной красоты с черными волосами и пронзительно карими глазами. Нижняя половина ее лица была скрыта тонким полупрозрачным платком из синего индийского шелка.

Рядом с девушкой стояло несколько клеток с разноцветного окраса попугаями. Девушка перебирала жемчужины, складывая их деревянную

шкатулку. Заметив взгляд Ганнибала, она смутилась и отвернула голову. —Эй, хозяин! — крикнул Ганнибал. — Это твоя лавка?

В ответ на слова Ганнибала, из лавки появилось лицо старика с длинной бородой в белой чалме.

Старик поклонился и спросил: —Какую птицу желает господин?

—Есть попугаи всех цветов радуги. Есть аравийские кречеты для охоты.

Ганнибал усмехнулся: —Твои птицы мне без надобности старик.

Меня интересует та девушка в твоем шатре.

Брови старика хмуро сдвинулись. —Это моя дочь Лали господин.

Она не продается.

—Брось старик, — улыбнулся Ганнибал. Это Карфаген здесь продается все.

—Но эта моя дочь! — робко возразил торговец, — и она не продается господин.

—Я Ганнибал Барка! — представился мужчина. Я— хозяин этого города.

Старик сник. —Хочу, чтобы ты показал мне свою дочь торговец.

Позади раздался шум. Ганнибал обернулся. Через ворота Карфагена проходили боевые верблюды сидящими между горбами эфиопскими лучниками. Верблюды, гордо задрав головы медленно шествовали по улице поднимая из-под ног пыль.

Один из офицеров ведущих верблюда под уздцы, заметил правителя Карфагена и передав поводья животного рядом идущему солдату, подбежал к Ганнибалу с докладом.

—Две сотни боевых верблюдов со стрелками правитель от эфиопского царя.

Ганнибал довольно кивнул. В городе стали собираться войска для генерального сражения с Римом. За стенами уже раздавался рев слонов.

Ганнибал вернулся к шатру.

—Я не хочу у тебя ее купить старик! — произнес он. Я сказал покажи мне свою дочь.

Торговец еще сильнее нахмурился, но все же позвал девушку.

Ее фигура и тонкие ступни ног вызвали у Ганнибала вздох восхищения.

—Открой свое лицо! попросил он.

—Но мне нельзя! — возразила девушка.

—Я царь Карфагена! — ответил ей Ганнибал.

—Ты можешь выполнить мою просьбу. Тебя никто не осудит.

Старик беспокойно кивнул дочери головой.

Лицо девушки было столь же прекрасно, как и ее глаза. Полные чувственные губы, изящный нос и тонкий подбородок.

—Ты похожа на Луну! — прошептал Ганнибал.

—На языке нашего народа: ее имя Лали и есть Луна! — ответил старик.

Ганнибал задумался и сделал старику предложение: — Ты получишь должность при моем дворе.

—Но я не хочу, чтобы она была наложницей, даже царя! — воскликнул старик-торговец.

—Она будет моей женой! — отрезал Ганнибал.

Он вышел из караван-сарая, и крикнул офицера стражи, дежурившей у ворот.

—Запомни их! — велел Ганнибал. Они остаются в Карфагене.

—Если они исчезнут, ты лишишься головы, как и твои солдаты.

Офицер склонился в поклоне: —Я буду следить за ними мой царь, словно сокол.

Отпустив офицера стражи, Ганнибал проследовал к воротам Карфагена попутно замечая, что еще нужно исправить в укреплениях города.

Перед воротами нужно вырыть ров и заполнить его водой, чтобы осаждающие не смогли подвести к воротам камнебитную машину.

Над пустыней пламенел закат. Ганнибал надеялся, что сейчас пустынники союзные племена приведут ему на помощь всех своих людей. Он уже выбрал место для сражения. Еще утром он с отрядом нумидийских всадников царя Сифакса ездил осматривать окрестности. Долина у города Замы к западу от Карфагена вполне подходила для этих целей. Тут он встретит войско римлян и нанесет им поражение, достаточное для того, чтобы Рим навсегда убрался из Африки.

Бесплодная равнина идеально подходила для использования кавалерии и тогда его конница, усиленная союзными всадниками, не оставит Сципиону шансов на победу.

Вечер Ганнибал провел над картой расставляя на ней фигурки всадников и пехотинцев. Вариантов хода сражения было множество.

Он еще не знал, в каком порядке Сципион расставит свои легионы.

А если бы знал, то для римлян все бы было кончено.

—Господин.

Из-за тонкой занавеси раздался голос слуги. Ваша охрана привела Лали. Ганнибал дрогнул.

—Торговец сопротивлялся! — продолжил голос.

—Вы уговорили его? — спросил Ганнибал.

Голос издал скорбные ноты. Один из солдат не выдержал, и зарезал старика.

—Теперь бедняжка Лали сирота.

—Приведите ее! — приказал Барка.