Кровь черного мага - 5

Глава 1

Мы прошли через ворота, миновали короткий отрезок между крепостных стен и зашли внутрь фортовой башни, оказавшись в небольшой комнате, которую перегораживала решетка с одним единственным турникетом для прохода. Охрана, которая должна была пропускать посетителей, отсутствовала, а полицейский только извиняющеся развел руками, мол, сделать ничего не может. Мы с Маделиф переглянулись.

– А еще здесь действует антимагическая защита, Ваша Светлость, – сказала волшебница, протянув руку к решетке.

Но нас опередил Финбарр, просто высадив плечом решетку со всеми крепежными анкерами, проводами и кусками бетона. Всё это, искря электричеством, с грохотом свалилось в коридор.

– Спасибо, Барри, – я хлопнул кузена по плечу.

Полицейский посмотрел на нас с таким выражением лица, будто мы ворвались в его личный дом, который он считал неприступной крепостью.

– Ваша Светлость, вы оставите меня в живых, если я вам все добровольно покажу? – едва слышно выдавил он.

– Если, – я многозначительно посмотрел на него. – Но попробуешь нас завести в ловушку, Финбарр превратит тебя в котлету без какой-либо магии.

– Госпожа Халевейн!

– Госпожу Халевейн сегодня пытались убить твои коллеги, – процедил я сквозь зубы. – Думаю, она не в лучшем расположении духа и не настроена на мирный лад.

Я обернулся к Маделиф и подмигнул ей. Но в итоге наткнулся на ее хмурый взгляд.

Впрочем, мои слова сработали и полицейский чуть ли не бегом бросился указывать, куда нам надо идти.

– Здесь в башне у нас кабинеты для работы с населением, показал он. – Нам надо в новое, построенное на месте старого пруда здание.

– Работы с населением? – спросил я. – В смысле, с доносчиками, которые жаловались на магов?

– Не только на магов. Как раз большинство людей сообщает об опасных существах, о тех же проклятиях, полученных от соседа, который вполне может оказаться темным магом. И между прочим, – полицейский чуть опасливо глянул в сторону Маделиф. – Наше Управление стало с недавних пор справляться с подобными проблемами гораздо лучше магов господина Прегиля.

– А господин Прегиль в курсе всего этого? – Маделиф, обернувшись, указала на поверженную решетку.

– Нет. У нас много нового появилось именно в последний месяц. А господин Прегиль все это время, как ходили слухи, был озабочен состоянием короля. Впрочем, вряд ли начальник Управления собирался его ставить в известность абсолютно обо всем.

– Надо же, вы в курсе, что что-то не так было с королем? – заинтересовался я. – А что именно?

– Это было видно по его поведению, когда он появлялся на публике, задумчивый, словно не из мира сего. Ну и устраивал бесконечные рыцарские турниры этим летом. В Кёнигсберг съезжались эти проклятые реконструкторы. Наставили везде средневековых палаток, варили какую-ту дрянь в котлах, везде лошадиный помет от «рыцарских» коней, да и от людей тоже… В общем, это был ужас.

Мы вышли во внутренний двор башни. Посреди нее располагался фонтан в виде шара, вокруг которого струилась вода, а рядом находилась стойка с небольшим монитором.

– Это наша гордость, – произнес полицейский, но голос его прозвучал едва слышно и обреченно, будто его вели на казнь. – Супер-детектор магии. Улавливает любую магическую энергию, показывает ее силу и определяет носителя.

Маделиф глянула на меня и сделала приглашающий жест.

– Только после вас, госпожа Халевейн, – я прищурил глаза.

Маделиф подошла к стойке.

– Что нужно делать?

Полицейский нажал на стойке одну из кнопок. На экране что-то пискнуло, а потом на нем возникла надпись: «Высшая светлая, Маделиф Халевейн, входит в совет Фризской Гильдии магов, а также в Объединенный Совет Гильдий. Уровень магической энергии 288». Рядом с надписью нарисовался столбик диаграммы и я увидел, что верхнее значение на графике было 300.

– Это максимальное? – спросил я.

– Да, – полицейский в страхе глянул на Маделиф и, похоже, что он еще не видел на этом мониторе таких высоких цифр. – Госпожа Халевейн, вы очень… сильная колдунья.

– Колдуньями называют темных, неуч, – заметил я.

– Прошу прощения! – полицейский вытаращил глаза, но я уже смотрел на мрачную Маделиф.

– Понимаете, что это значит? – спросил я.

– Да. Меня кто-то уже просканировал похожим прибором и…

– …ввел ваши данные в полицейскую базу данных, – завершил я. – Что именно считывает с мага этот прибор? Только магическую энергию? Или ауру?

– К сожалению, я в этих тонкостях уже не разбираюсь, – отозвался полицейский.

– Попробуйте вы, Ваша Светлость, – заметила Маделиф, уступив мне место около стойки с экраном.

Я подошел к прибору. Полицейский нажал на кнопку, экран пискнул и не отобразил ровным счетом ничего.

На лице полицейского обозначилось удивление.

– Этого не может быть. Даже если вас не внесли в базу, вашу энергию он должен считать.

Он еще несколько раз безрезультатно нажал кнопку.

– Барри, давай тебя проверим, – я указал на свое место кузену.

Финбарр подошел к стойке, полицейский нажал кнопку и экран пискнув, выдал надпись: «Вервольф, имя неизвестно, уровень опасности выше среднего». У Финбарра вытянулось от удивления лицо, а на стойке замигала красным и запищала мини-сигнализация, оповещая о об опасном посетителе полицейского Управления.

– Как он это сделал?! – изумился он.

Полицейский, побледнев, попятился от нас, с ужасом глядя на Финбарра.

– Что, вервольфов никогда не видели? – поинтересовался я. – Ведите нас дальше.

И полицейский, очнувшись и выключив сигнализацию на стойке, нырнул в дверь на противоположной стороне башни.

– Почему он ничего о вас не показал? Вашу энергию, даже если вас не было в базе? – спросила Маделиф.

Я только пожал плечами. Мы прошли коридор внутри башни форта и остановились у очередного прохода, ведущего в новое здание, построенное в стиле хай-тек. Коридор, соединяющий старую кирпичную башню форта, был также сделан из стекла и металлического каркаса. Финбарр надавил на стеклянную дверь, которая по идее должна была разлететься на мелкие осколки. Но ничего не произошло. Лицо кузена покраснело от натуги.

– Дайте-ка я попробую, господин Лехри, – произнесла Маделиф и стала выписывать заклинание, но почти сразу, словно почувствовав мой взгляд, прервалась и обернулась ко мне. – У вас скепсис на лице, Ваша Светлость, словно вы уже знаете, что у меня ничего не получится.

– У вас не получится. Но все-таки попробуйте.

– Почему же? – Мадрилиф, поджав губы в досаде, вернулась к своему заклинанию.

– Вы видели максимальный уровень на графике?

– Триста?

– Да. Думаю, тут вся антимагическая защита рассчитана именно на этот уровень и не выше.

Маделиф не ответила и, завершив заклинания, отступила на шаг. Символы полыхнули белым огнем. Передернувшийся маревом и почти невидимый вал ударил в стекло. Мы услышали глухой удар и в стороны брызнули ошметки белой плазмы. А на стекле не появилось даже трещинки.

– Проклятье, – произнесла волшебница потрясенно, потом обратилась к полицейскому: – Как вы проходите внутрь?

– Только когда из здания дверь отпирает спецохрана. Но… они все уехали в королевский замок вместе со спец-ключами, которые имелись только у охраны и начальника Управления.

– Умно, ничего не скажешь, – хмыкнул Финбарр. – Все ключики попали в смерч, Харди, и эту чертову дверь теперь никто не откроет.

– Кроме Его Светлости, – Маделиф не сводила с меня пристального взгляда. – Не так ли?

Я достал ключи от «Бронко», вырисовал ими символ отпирания, и стеклянная дверь беззвучно распахнулась.

– Как?! – только и выдохнул полицейский, но я сделал ему знак вести нас дальше.

Он привел нас в зал с многочисленными полками.

– Тут все и было, – сказал полицейский оглядывая пустые полки. – Антимагическое оружие и приборы. Но, похоже, они его всё забрали с собой.

Финбарр фыркнул и неодобрительно покачал головой.

– Знаете, в чем ваша проблема? Вы хотя и трус, но нашли сейчас мужество нам соврать, – произнес я. – Только ваше мужество на самом деле огромная глупость. Ваша ложь сразу видна, а уж вервольф чувствует ее получше всех ваших детекторов. Еще раз соврете — и я превращу вас… – я поглядел на Маделиф. – В кого его лучше превратить, госпожа Халевейн?

– В жабу, разумеется, Ваша Светлость.

– В жабу, – я снова поглядел на полицейского. – Хотите? Будете жить в том чудесном фонтане с детектором, который будет вас сканировать и выводить надпись: «Гюстав Франк, младший лейтенант, превращенный черным магом в жабу во время доблестного несения службы остальным в назидание за ложь». Хм, звучит слишком витиевато, но сойдет.

Полицейский посмотрел на меня в ужасе.

– Откуда вы знаете мое имя?

Но я молча указал ему на полки, напоминая зачем мы здесь. Он сглотнув, пошел дальше. На лифте мы спустились в подвальное помещение и остановились перед очередной дверью, напоминающей вход в банковское хранилище.

– Тут еще шифр надо вводить, Ваша Светлость, – заметила Маделиф. – Ваши ключи на такое способны?

Я задумчиво смотрел на бронированную дверь, потом начал выводить заклинание. В воздухе, чуть выше заклинания бледным золотом, словно призраки, вспыхнули цифры. А затем все десять колесиков с цифрами начали одновременно проворачиваться. Под конец я чиркнул ключом от «Бронко», отпирая защищенные от магии замки. Дверь без единого звука медленно распахнулась, а в открывшейся комнате автоматически зажегся свет.

– Обалдеть! – только и сказал Финбарр и первый вошел в хранилище.

Оно было просто чудовищно огромным. Но при этом было заполнено едва ли на одну десятую часть. Полки занимали различного вида приборы и оружие.

Там были какие-то диковинного вида сканеры. Винтовки и пистолеты, весьма похожие на привычные, и другие, необычной конструкции, которые я мог представить разве что на иллюстрациях художников, рисующих фантастическое будущее.

Часть оборудования по-прежнему находилась во вскрытых ящиках, часть ящиков совсем огромного размера была даже не распакована от пленки.

А еще рядом с каждым прибором или оружием находилась инструкция. Маделиф взяла одну из книжек и стала пролистывать. Мы с Финбарром обошли все вокруг.

– Боюсь, подвал нашего дядюшки местному Управлению даже в подметки не годится, – тихо заметил Финбарр. – Надо бы расспросить его об этом.

– Угу, еще и прямо тут спиритический сеанс устроить, чтобы он все это увидел.

– Думаешь, ему ничего об этом не известно, Харди?

– Он сам участвовал в разработках, сам чертил схемы, – ответил я и задумался. – Хотя, с другой стороны, ему вполне могли подкинуть идеи оттуда.

Я указал на деревянный ящик, на котором стояло клеймо производителя. Черный гусь с тремя звездами вокруг головы. Внизу на чешском было написано «Черный Гусь. Богемия».

– Вы что-то нашли, Ваша Светлость? – к нам подошла Маделиф.

Я молча указал на слово «Богемия».

– Это меня, к сожалению, нисколько не удивляет, – мрачно отозвалась Маделиф. – Но я бы хотела узнать, что все-таки задумал Чистослав Черный. Кроме того, он наверняка маг выше трехсотого уровня. Не стал бы же он против самого себя создавать оружие?

– Если люди разберутся в принципах работы всех этих приборов, думаю, в теории, они могут поднять уровень, – заметил я. – И тогда Чистослав окажется точно в такой же ситуации, что и остальные маги.

– Это всё надо отсюда вывезти, – произнесла Маделиф.

– Куда? – поинтересовался я.

– Еще не знаю. Давайте пока просмотрим несколько инструкций, что я отобрала.

Маделиф взяла еще одну из нераспакованного объемного ящика. Мы вернулись обратно ко входу, неподалеку от которого стоял стол с раскрытым журналом учета. Маделиф разложила на столе одну из инструкций, которая была отпечатана на огромных листах.

– Тут чертежи по сборке, – заметила Маделиф, пролистав несколько страниц. – Великая Луна. Это своего рода клетка, при входе в которую маг или другое существо, обладающее магическими способностями, больше не может колдовать. Применение: Антимагическая тюрьма…

Волшебница обернулась ко мне и в ее глазах я разглядел отчаяние и почти панику. Но на моем лице не отразилось ни единой эмоции.

– Эгихард, это… катастрофа, – произнесла она едва слышно.

– Я рассказывал вам о подобном. Но вы меня не услышали. Или не захотели услышать.

– Я не верила, что подобное возможно. Мы все – не верили!

– Видимо, кроме того, кто заварил эту кашу. Я про Чистослава. Маг с очень амбициозными планами.

– Вы поняли, что он хочет? – волшебница смотрела на меня.

– Того же самого, что и вы – власти, – произнес я. – Черт, жаль, Ленели сейчас тут нет. Сделала бы сейчас пару отличных снимков вашего выражения лица.

Маделиф в досаде отвернулась от меня и задумчиво перелистнула еще несколько страниц.

– Для вас это так выглядит, Эгихард?

– Хотите сказать, что у меня просто специфическое видение в силу моего происхождения?

– Через призму драконьей логики? Нет. Вы просто ошибаетесь.

– А мне кажется, что вы просто усложняете, навешивая какие-то излишние смыслы. Когда ответ прост и лежит на поверхности.

Маделиф покачала головой и открыла другую инструкцию. Я отошел в сторону.

– Вам не интересно?

– Я уже видел что-то подобное в Ирландии. Цель у всех этих приборов одна – лишить магов возможности колдовать. Так что вряд ли вы обнаружите что-то новое.

– Вы рассказывали, что всё уничтожили в поместье своего дяди.

– Да, как и то, что он был не единственным создателем подобных приборов. Там был создан целый завод по производству. Всем этим должен был заняться Энгус О’Шэнан, это было в его интересах. Кстати, думаю, он еще в Хоэцоллерне, можете съездить и расспросить его поподробнее.

Маделиф с удивлением обернулась ко мне.

– Что он делает в вашем замке?

– Он с Теей приехал. Вы запамятовали?

– Нет. Но я полагала, что это был однодневный визит.

– Тея решила помочь мне с зимнем садом, а это занимает время. С Энгусом мы немного поговорили о складывающейся ситуации в Ирландии, и он сообщил, что она только продолжает ухудшаться, – произнес я. – Боюсь, что маги Ирландской Гильдии, упустили момент, когда можно было всё остановить. Впрочем, здесь, в Кёнигсберге, едва не случилось то же самое.

– Проклятые Прегиль и Пруссия, – произнесла с досаде Маделиф. – Как всё не вовремя…

– Ого. Хотите, я вас научу проклинать по-настоящему?

Волшебница обратила на меня испепеляющий взгляд.

– Вы находите подобные шутки забавными, Ваша Светлость? – холодно произнесла она. – Вам ведь не понять, что даже мысль о проклятии для высшего светлого…

– Нахожу. И вы, кстати, только что произнесли слово «проклятые».

Тихо кашлянул Финбарр, явно намекая, что Маделиф этот разговор стал жутко раздражать. Я отошел к кузену.

– Ты ее из-за фотографий доводишь? – спросил он.

– Что? Дались мне эти фото, Барри, мне что делать больше нечего?

Финбарр поглядел на меня с подозрением, но ничего не сказал.

– Что? Говори уже.

– Ничего. Пойдем, лучше покажу кое-что, что нашел в одном из ящиков. Крайне неприятную для меня вещь.

Он подвел меня к одной из полок и указал на коробку.

– «Автоматическая винтовка против вервольфов с разрывными серебряными пулями», – прочел я и уставился на Финбарра.

– В инструкции написано, что это прототип, – глаза кузена наполнились яростью. – Я должен это забрать и уничтожить, Харди!

– Я тебе с удовольствием в этом помогу, – я положил ему руку на плечо и сжал. – Даже не сомневайся, кузен.

– А еще, Харди, мы должны разнести ко всем чертям завод, который всё это производит.

– Обещаю. Но на сегодня с меня, пожалуй, хватит, – я взглянул на часы. – Хочу поужинать и лечь спать без единой мысли, о Пруссии, этом чертовом хранилище и… – я на миг обернулся к Маделиф, – высших светлых.

– А я, пожалуй, сегодня напьюсь. Надеюсь, ты мне не помешаешь?

– Могу составить компанию. Или ты с Ленели? – я прищурил глаза в усмешке.

Финбарр распахнул свои желтые глазищи.

– Конечно, без нее.

– Кстати, надо бы ее сюда привести, чтобы она отфотографировала тут все. Пойдем.

Финбарр взял запакованную винтовку и мы, оставив волшебницу за изучением инструкции, выбрались наружу, прихватив с собой полицейского. Финбарр отыскал в охранной будке наручники и надел их на лейтенанта. Мы уже почти дошли до «Бронко», когдаЛенели, уже вся изведшаяся от волнения, выскочила из внедорожника.

– Все в порядке? А где госпожа Халевейн?

– Внутри осталась. Идите туда, сделайте фото помещения и всего, что вам покажется важным, – сказал я. – Барри, я останусь тут и сообщу Ульриху и остальным, чтобы они приехали и вывезли все отсюда. Предай Маделиф.

– Хорошо. А с булле что делать?

Я кивнул на внедорожник и Барри не слишком вежливо усадил полицейского на заднее сиденье, а следом забросил ящик с прототипом винтовки в багажник. Когда Финбарр и Ленели ушли, я позвал Ноткера и попросил передать распоряжения Ульриху Адельману.

Усевшись за руль, я в задумчивости смотрел на абсолютно пустынные улицы Кёнигсберга, полагая что грузовики для перевозки Адельман найдет не так быстро. Однако он появился у Управления полиции уже через час. Маги привели колонну из целых пяти фур.

Адельман, подойдя в внедорожнику, тихо постучал по стеклу и, когда я открыл, спросил:

– Этого достаточно, Эгихард?

– Думаю, двух бы хватило.

– Услышав, что вы нашли, я подумал, что заберу из этого проклятого Управления абсолютно всё, включая документы из всех кабинетов.

Я хмыкнул и едва удержался от повторной шутки про ликедилеров и прочих благородных и не очень пиратов.

– В Хайдельберг отвезете?

– Да, как только всё погрузим. Сам, конечно, тут останусь. Надо разобраться с Гильдией Базилиуса до конца. Да и самого его найти. Сегодня – без результатов, увы. И драконоборцев тоже не выявили.

– А я, если вам не нужен, вернусь в замок: что-то чертовски устал за сегодняшний день.

– Где госпожа Халейвейн?

– Внизу. Я подожду ее и Финбарра с Ленели, а потом уеду.

– Я им передам. А куда идти?

Я указал на сидевшего позади меня полицейского.

– Младший лейтенант Гюстав Франк вас проводит.

Через десять минут пришел Финбарр, сел рядом и, наткнувшись на мой вопросительный взгляд, объяснил:

– Маделиф осталась с Адельманом. Ну и Ленели там показалось интересно, бегает по управлению как заведенная и все снимает.

Я кивнул и повел «Бронко» обратно к королевскому замку.

Глава 2

Мы вернулись в замок незадолго до полуночи. К этому времени город уже полностью накрыло туманом. Белесые клочья, чуть подсвеченные золотистым светом уличных фонарей, переваливали через крыши замковых зданий и стекали неспешной туманной рекой во внутренний двор.

Я поставил «Бронко» на стоянку. Финбарр достал коробку с прототипом винтовки против оборотней из багажника, поглядел на меня и заметил:

– С этим проклятым хранилищем мы позабыли об ужине, Харди. Хотя после увиденного у меня почти пропал аппетит. Впрочем, я тут заметил что-то вроде местного ресторана. Пойдем, может, что-нибудь раздобудем.

– Главное, про местную особую приправу не забудь, – напомнил я.

Кузен подошел к той же двери, в которую мы уже заходили, когда во дворе разворачивались драматические события с противостоянием полиции, принца и светлых магов. Мы вошли внутрь и Финбарр указал мне на широкую лестницу, ведущую вниз, которую я заметил еще в прошлый раз, а следом – на надпись, выведенную прямо на потолке над лестницей «Королевский ресторан «Кровавый суд».

– Аппетитное название, – хмыкнул я.

Мы спустились в огромный просторный полуподвал. Финбарр нашел выключатели и зажег свет. Под высокими сводчатыми потолками вспыхнули хрустальные люстры, чьи багрового цвета стекляшки напоминали огромные капли крови. Обстановка внутри была вычурно богатой, со стилизацией под Средневековье, и мрачной одновременно. Массивные, покрытые темным лаком столы, обитые черной кожей кресла с высокими спинками и резными подлокотниками... На столах черные подсвечники с красными свечами, черные тканевые салфетки с позолотой.

– Хм, у меня ощущение, что мы попали на суд инквизиции, – заметил я.

На стенах, обшитых темным деревом, висели различные картины и гравюры соответствующего содержания. На одних сжигали и топили ведьм, на других были изображены пытки грешников в аду. Вдоль одной из стен стояли инквизиторские приспособления для пыток. На противоположной стене между четырех огромных бочек располагался огромный камин.

– Да уж, – протянул Финбарр, уставившись на оскалившееся чучело головы волка, висевшее над камином. – Что-то у меня аппетит совсем пропал.

– Пойдем на кухню, – сказал я. – В царстве поваров все должно быть иначе.

Финбарр отыскал нужную дверь и мы оказались на кухне. Тут все было выкрашено в белый, пахло чистотой и не имелось ни намека на какой-либо заплесневелый запах.

– Что ж, тут получше, – произнес Финбарр.

Кузен отправился исследовать содержание холодильников и винных шкафов, а я остановился у стены, на которой были вывешены рецепты для важных завсегдатаев из местной знати и их любимые рецепты. Везде присутствовала янтарная приправа и я, поморщившись, сразу потерял к рецептам интерес.

Финбарр между тем нашел колбасы и сыры и теперь с довольным видом нарезал их на тарелки.

– Хм, пахнет неплохо, – заметил я.

Сделав гору нарезок, кузен отыскал корзину и, выгрузив оттуда бутылки с вином, положил на их место другие. Показал мне этикетку.

– С моей родины, лучшее, – сказал он довольный. – Наверное, даже этот чертов король пил!

Я улыбнулся. Финбарр аккуратно сложил тарелки в корзину на бутылки и мы, выбравшись из ресторана, пришли в мою комнату. Я на минуту заглянул к Карлфриду. Но маг спал. Рядом с ним в кресле сидел Нотекер и читал местную газету.

– Сегодняшняя, Ноткер? – спросил я.

– Нет, это подшивка из старых газет за август, Ваша Светлость. Меня заинтересовала критическая заметка про рыцарские турниры, – кобольд показал мне черно-белые фотографии на полосе. – И еще куча странных, агрессивно написанных статей о том, что волшебные существа отнимают у людей работу.

– Любопытно. Прочтешь, принеси мне потом эту подшивку.

– Да, Ваша Светлость. Вам что-нибудь нужно?

– Пока нет. Следи за Карлфридом.

Кобольд кивнул и я вернулся к себе. Финбарр уже, устроившись в одном из кресел, выложил на стол тарелки с едой и приборы и разливал в стаканы виски.

– Чтобы стереть тот чертов завод с лица земли! – кузен поднял стакан.

Мы выпили и занялись едой. Финбарр сделался задумчив. Видимо, мысли о винтовке против оборотней не шли у него из головы. Через полчаса появился Ноткер, отдал мне газетную подшивку и, поглядев на Финбарра, заметил:

– Если бы господин Лехри не был вервольфом, утром ему однозначно понадобилось бы лекарство от похмелья.

Я только пожал плечами, глянув на опустошенные четыре бутылки. Но Финбарру показалось мало.

– Пойду, еще найду.

– По-моему, уже хватит, Барри, – заметил я. – Попрошу, пожалуй, госпожу Халевейн, вновь наложить на тебя заклинание, дарующее похмелье.

– Дарующее? – возмутился кузен, пошатнувшись, и, прихватив пустую корзину, направился к двери. – Нет уж, не надо, спасибо! Мне прошлого «дара» хватило.

– Иди уже к себе и ложись спать.

– После пятой обязательно.

Я только покачал головой и углубился в изучение статей. Финбарр вернулся уже через пять минут.

– Нашел тут по соседству в гостиной неплохой бар, – сообщил он и снова разлил по стаканам, потом посмотрел на меня с подозрением. – Даже не думай капать мне в стакан отрезвляющие капли Теи!

– У меня их нет, – я рассмеялся. – Но это последний раз, Барри, поскольку я тебе обещал.

– Спасибо, – Финбарр вздохнул с облегчением. – Что читаешь?

– В газете уйма статей, которые можно расценить как попытку настроить людей против магических существ, – заметил я. – Кстати, в Хоэцоллерне произошло нечто похожее, когда ты привез кобольдов и Йеске с остальной прислугой испугались, что их теперь уволят. Надо разобраться. Если подобное печатают в разных СМИ, то это очень плохо.

– Но мы, думаю, знаем, кто раскачивает лодку? Те же люди и маги в Богемии?

– Да.

Финбарр недобро улыбнулся, видимо уже представляя, как расправляется с врагами, а я снова вернулся к чтению.

Примерно через полчаса мне вдруг резко захотелось спать. Я, клюнув носом и чуть не выронив газеты, едва разлепил веки и, встрепенувшись, посмотрел на запонки-маячки, потому что первое, что мне пришло в голову, что кто-то опять использовал против меня усыпляющую смесь. Однако дымчатые топазы не светились. Меня снова едва не затянуло в сон и я взглянул на Финбарра, успев подумать, что ориентироваться на перебравшего с выпивкой кузена — плохая идея.

Однако Финбарр смотрел на меня и на лице его отражался непередаваемый ужас, а в глазах стояли слезы. Мне даже показалось, что от страха он почти протрезвел.

– Харди! – едва выдавил он и показал мне на этикетку очередной бутылки. – Кажется, я тебя нечаянно убил…

Я с трудом сфокусировал взгляд на этикетке и разглядел надпись: «Янтарное виски. С добавлением настоящего Остзейского бернштайна.»

– Проклятье, – только и сказал я, снова проваливаясь в темноту.

Через миг, вынырнув в реальность, я увидел, как Финбарр метнулся к двери, а еще через мгновение вернулся вместе с Маделиф. Волшебница поймала ладонями мою падающую на грудь голову, приподняла, пытаясь заглянуть в глаза.

– Финбарр, сколько он выпил этой отравы?! Ваша Светлость?! Скажите что-нибудь! – в отчаянии выкрикнула Маделиф.

– Черт, дайте мне уже отдохнуть, – произнес я, пытаясь отпихнуть ее от себя и думая что за фамильярности она себе позволяет.

– Эгихард!

Но я вырубился окончательно.

Мне почему-то приснилась Тея в ее доме в Эмдене, словно я переместился в прошлое, в тот момент, когда мы с Финбарром вернулись из Ирландии. Тея весьма настойчиво требовала, чтобы я выпил какое-то лекарство, которое обязательно спасет мне жизнь.

– Харди, твое сердце едва бьется!

Но я оттолкнул ее руку, в которой был зажат бутылек с лекарством и тот, выскользнув из ее нежных тонких пальцев, вдребезги разбился о пол.

– Не нужно никакого лекарства, отлично себя чувствую. Хотя, кое-что может улучшить мое состояние.

Я притянул к себе Тею, поцеловал, увидел ее ошалевшие зеленые глаза.

– Финбарр, он не умирает! Он просто надрался. Напару с тобой!

– Что за чушь. На меня алкоголь не действует.

– Заметно, Ваша Светлость, – я увидел как глаза Теи наполняются искорками насмешки.

Я хотел спросить, какого черта она меня так называет, но понял, что что-либо говорить у меня уже нет сил и просто притянул ее к себе рукой еще плотнее, а другой стал расстегивать пуговки на ее блузке.

Где-то совсем рядом чертыхнулся, а потом басисто расхохотался Финбарр и я услышал звук хлопнувшей двери. После этого я окончательно провалился во тьму.

Утро наступило внезапно, от ударившего мне в лицо яркого солнечного света, пробившегося через щель сквозь задернутые шторы. Я открыл глаза и уставился на сидевшего в кресле бледного Финбарра. Кузен пил горячий чай из чашки и смотрел на меня так, словно ждал вынесения смертного приговора. Я поморщился.

– Что это, Барри?

– Наверное похмелье, – осторожно заметил кузен.

– Что? – я посмотрел на него с непониманием.

– У тебя голова не болит? – поинтересовался он.

– Нет. А должна?

– Ну, ты помнишь, что произошло вчера? – спросил он и показал мне знакомую бутылку янтарного виски. – Я чуть тебя не убил, Харди. Я… очень виноват…

Я сел в постели, огляделся. Моя одежда почему-то обнаружилась на полу, небрежно брошенная. Пижамы, которую я надевал, когда спал один, на мне не наблюдалось. Я озадаченный, потер лоб, пытаясь вспомнить, чем закончился вчерашний вечер.

На столе стояло два стакана из-под виски, на полу семь пустых бутылок, во втором кресле лежала подшивка газет. В голове у меня роем закрутились обрывки реальности и снов, смешавшись в какой-то совершенно сюреалистичный коктейль.

– Мне приснилось, – вспомнил я. – Что мы с тобой попали на завод, который производил антимагическое оборудование, и пытались сломать конвейер – бесконечно тянущийся в цехах, словно за сам горизонт.

– Ого! И как? Получилось?

– Не знаю. На этом моменте я проснулся, – я нахмурившись, выбрался из постели. – Маделиф вчера тут была?

– Конечно была. Я первым делом к ней побежал… Харди, ты на меня не сердишься? – настороженно спросил Финбарр.

– За что?

Финбарр снова показал пустую бутылку.

– Не знаю, с чего ты решил, что меня это должно убить, – произнес я.

– Маделиф тоже сначала испугалась. Заставила тебя вывести заклинание, чтобы убедиться, что ты по-прежнему можешь колдовать.

– И?

– После того как у тебя получилось, сказала, что ты просто напился. Что янтарь на тебя так подействовал. Так что алкоголь с янтарем тебе точно противопоказан.

– Охрененное открытие, – бросил я и направился в ванную.

Вернувшись, я оделся в чистое, позвал Ноткера и попросил его принести нам завтрак.

– В замок вернулись охрана, повара и прислуга, – сообщил кобольд, прибрав на столе, приведя мою одежду в порядок и повесив ее на вешалках в шкаф. – Госпожа Халевейн сразу распорядилась избавиться в замке от янтаря, начиная с приправ на кухне и заканчивая янтарной комнатой.

– Зачем? Я тут задерживаться не собираюсь, – заметил я и занялся завтраком.

Кобольд пожал плечами, а потом спросил:

– Вы прочли те статьи, Ваша Светлость?

– Да. Спасибо, что сказал про них, Ноткер. Надо будет разобраться.

– Благодарю вас, Ваша Светлость.

Я кивнул. В этот момент в дверь коротко постучали и, не дождавшись ответа, в комнату вошла Маделиф.

– Доброе утро, Ваша Светлость, как вы себя чувствуете? – спросила она подойдя ко мне. – Можно проверить магию?

Я протянул ей руку и она взяла меня за запястье.

– Моя магия никуда не делась, не беспокойтесь, госпожа Халевейн, – произнес я, а сам приглядывался к ней.

Перед взором промелькнули картинки, слишком яркие для снов, но… Подумав, что если даже часть из того, что мне снилось, происходило в реальности, я почувствовал некоторую неловкость.

– Да, вижу, что у вас все в порядке, – Маделиф вернула себе тот холодный тон, которым она разговаривала со мной вчера в полицейском хранилище. – Будьте более внимательны в следующий раз.

– Обязательно, – отозвался я, пристально смотря на нее.

В уголках глаз едва заметные крошечные морщинки, никаких темных кругов на веках, припухлостей на губах. Волшебница выглядела как обычно – вполне свежо. А потом мой взгляд опустился вниз и я уставился на знакомые пуговицы и завис, изучая их. Маделиф прокашлялась.

– Вы себя точно хорошо чувствуете, Ваша Светлость? Голова у вас не болела?

– Все в порядке, спасибо, – я в досаде поднял на нее взгляд.

В зеленых глазах, точно таких же, как у Теи, мне померещились искорки насмешки. Вот черт. Но я тут же отогнал от себя мысли о возможном произошедшем, решив, что Маделиф бы точно такое не допустила.

– Кстати, вы согласились с решением Адельмана всё отправить в Хайдельберг? – спросил я.

– Да. Это лучший вариант. Как вы помните, по соседству с магической Академией есть вполне обычный человеческий университет, Молодые ученые, да и преподаватели оттуда могут помочь разобраться с механизмами. Разумеется все они подпишут обязательство о неразглашении.

Я кивнул, соглашаясь.

– Что насчет Прегиля? И кандидатов на престол?

– Насчет второго вопроса – пока еще составляю список. А первым делом вам бы тоже заняться. Ульрих с Беппе перевернули вчера всю Гильдию, но никаких следов Базилиуса не нашли, – Маделиф нахмурилась и поглядела на Финбарра, который сидел, уткнув взгляд в тарелку, и молчал.

Я только сейчас заметил как кончики его ушей покраснели.

– Знаете, Ваша Светлость, мне пришла в голову мысль подключить к поискам вашего кузена, если вы и он не будете против. У оборотней очень тонкое чутье, даже магический след могут уловить.

– Раньше я не занимался подобным, – смущенно пробасил Финбарр, ковыряя остатки еды в тарелке. – Не знаю, справлюсь ли.

– У нас все равно особо нет вариантов, господин Лехри, – заметила Маделиф и положила перед Финбарром платок. – Шейный платок господина Прегиля. Простите, что несвежий, но если я правильно понимаю, вещь и не должна быть выстирана.

Кузен наконец поднял взгляд и посмотрел на волшебницу с некоторым разочарованием.

– Я прекрасно знаю запах господина Прегиля. Впрочем, как и всех остальных магов, которые нам с Харди встречались. Всегда запоминаю чей-либо индивидуальный запах и перепутать его с другим – невозможно. В вещах нет никакой нужды.

– Простите, господин Лехри, я об этом не подумала, – Маделиф смутилась. – Что ж, тогда, если вас не затруднит, изучите замок на предмет нахождения тут господина Прегиля. Если результата не будем, мы поедем в прусскую Гильдию.

– Мне этим сразу после завтрака заняться?

– Если вас не затруднит.

Финбарр глянул на меня и я кивнул.

– Составлю тебе компанию, Барри.

– Я тогда пока буду ждать у себя, – сказал Маделиф и ушла.

Я поглядел на кузена.

– Тебе есть, что еще сказать, Барри? – полюбопытствовал я.

– Я только хотел извиниться перед тобой…

– Брось. Я сам виноват. Надо действительно быть внимательнее.

– Рад, что ты меня не винишь, прямо гора с плеч, – Финбарр улыбнулся.

– Скажи лучше, что вчера еще говорила госпожа Халевейн.

– Ничего. Проверила твою магию и успокоилась.

– И?

– Я ушел.

– В смысле? – я упер в Финбарра потяжелевший взгляд.

– Я не знаю, что было дальше, Харди. Не спрашивай меня, – бас Финбарра словно пропал и я услышал какой-то испуганный шепот.

– Черт тебя побери, что значит не знаешь, что было дальше? На каком «чудесном» моменте ты ушел отсюда?

– Маделиф меня убьет…

– Говори уже.

– Она сказала, чтобы я даже не думал тебе про это говорить.

– Про что? – я убийственно посмотрел на кузена. – Барри, клянусь, не ответишь – наложу на тебя такое заклятие, что виски для тебя навсегда станет как обычная вода.

Финбарр бросил на меня совершенно несчастный взгляд.

– Хорошо. Я ушел, когда она залепила тебе пощечину.

– Эм… То есть было за что?

– Было.

Финбарр отвел взгляд и я увидел как уши его полыхают от стыда.

– Проклятье.

– Угу, – с сочувствием отозвался он.

Я потер лицо руками, соображая.

– Погоди, ты только что говорил про запахи. Я ведь знаю, что ты по ним можешь определить…

– Я понятия не имею, что произошло дальше в этой комнате, – сказал кузен. – Я немного подождал в коридоре, думая, что вдруг тебе все же понадобится помощь, но Маделиф так и не вышла…

Финбарр смолк, наткнувшись на мой взгляд.

– Может быть, она подчистила тут. Я ничего не чувствую. И кстати, точно также могут подчистить в Гильдии, и в замке с запахами Прегиля и я ничего не найду!

– Не уходи от темы.

– Клянусь, Харди, я не знаю!

– Ладно, черт со всем этим. Пойдем действительно искать Прегиля.

Глава 3

Перед тем, как пойти отыскивать следы Базилиуса Прегиля в замке, мы с Финбарром зашли к Карлфриду. Маг видимо, недавно пробудился и завтракал. Вернувшийся в нему Ноткер заваривал чай на травах и во всей комнате разлился лекарственный аромат.

– Ваша Светлость, господин Лехри, доброе утро! – поприветствовал нас Карлфрид. – Мне уже лучше, так что…

Но я знаком прервал его, изучая состояние мага. На вид он был довольно бледен и явно еще не здоров.

– Знаете что, пожалуй, вам еще пару дней придется подлечиться, – заметил я. – Похоже, вас хорошо прихватило еще на заснеженном Райнерсберге.

– Но…

– Вы мне нужны полностью выздоровевшим, Карлфрид. Пока тут нет серьезных дел, кроме поиска господина Прегиля, так что отдыхайте пока есть возможность. Но Ноткера у вас, уже пожалуй заберу.

– Спасибо, Ваша Светлость, я уже вполне сам справляюсь.

Кобольд посмотрел на мага с сомнением, быстро дал пояснения по лечебным настоям и присоединился к нам. Мы вышли в коридор.

– Кобольды тут есть, Ноткер? – поинтересовался я.

– Ни одного. И это довольно-таки странно.

– С учетом тех статей в газетной подшивке против использования труда волшебных существ и чем занимался король, как раз нет, – возразил я.

– Да, пожалуй вы правы, Ваша Светлость. Хотя у магов они вполне могли бы быть.

– Знаешь что, разыщи-ка Йенса Беппе и пришли ко мне, – приказал я.

Кобольд исчез и вернулся через несколько секунд.

– Доберется до вас минут через пять.

Вид у появившегося мага был неважный: усталое лицо, круги под глазами, в которых отражалась тревога.

– Доброе утро, Ваша Светлость, – поприветствовал он. – Адельман вчера, полагаю, вам рассказал, что в Гильдии мы ничего и никого не обнаружили?

– Да. Но Маделиф попросила проверить еще раз. И начать с замка. Мне нужен доступ в покои Прегиля и в покои короля.

– Есть небольшая проблема, Ваша Светлость. И комнаты короля и главы Гильдии были защищены магией, а двери отпираются только по желанию их владельцев.

– То есть вы из-за этого их еще не осматривали? Вот и хорошо. Пойдемте. И давайте, заглянем сперва в королевские покои.

Беппе кивнул и повел нас в другое крыло замка. Через несколько минут мы остановились у позолоченных дверей. Почти точно такие же служили входом в янтарную комнату.

– Харди, а если там янтарь? – спросил Финбарр, которому видимо пришли в голову те же мысли, что и мне.

– Проверить надо в любом случае.

Я подошел к дверям, определяя, что за охранное заклинание на них наложено. Но ничего сверхсложного не обнаружил. Просто вставил ключи от «Бронко» в замочную скважину и Финбарр, толкнув створки, распахнул их. Войдя внутрь, мы стали оглядываться.

Мы оказались в квадратном полутемном кабинете. Беппе подошел к окнам и отдернул плотные шторы. В солнечных лучах с них полетела пыль. Да и сам воздух был довольно затхлым, словно король бывал тут редко.

– Хм, он что, даже прислугу для уборки сюда не пускал? – поинтересовался я.

– Редко, – Йенс кивнул. – Но как я уже вам рассказывал, король почти всё свое время проводил в янтарной комнате.

Я продолжал осматривать кабинет, наполненный старинной мебелью. Подошел к секретеру со множеством ящичков и, открывая один за другим, принялся просматривать содержимое.

– Что вы хотите найти, Ваша Светлость? – спросил Беппе.

– Всё что связывало Фридриха Четвертого с драконоборцами.

– Вряд ли бы они оставили что-то, указывающее на их связь с королем, – мрачно заметил Беппе. – При их-то секретности. Иначе вряд ли хоть один решился покончить жизнь самоубийством.

– Вы ошибаетесь, – сказал я и извлек из одного ящика шкатулку. – На этой вещице заклинания, причем довольно редкие защищающие письма, которые после прочтения должны самоуничтожаться. Однако, король их захотел сохранить.

Я открыл шкатулку и над ней возник защитный купол, позволяющий извлечь письмо и не позволяющий тому сгореть и рассыпаться пеплом. Я извлек первое письмо.

– «Мой уважаемый Мастер…», – произнес я вслух и проглядел остальные письма и подписи, что стояли в конце каждого письма. – Это письмо начато и не закончено. А остальные как раз от «Мастера». Похоже, мы только что нашли часть переписки короля и этого чертового драконоборца. Кстати, судя по магическому следу, шкатулку защищал Прегиль.

– Этого не может быть! – Йенс посмотрел на меня с растерянностью.

– Базилиус вполне мог сделать шкатулку по просьбе короля, не ведая, для чего она тому понадобилась, – заметил я. – Я тоже как и вы, господин Беппе, не верю, что ваш Глава Гильдии был в курсе насчёт драконоборцев.

Мои слова чуть успокоили помощника Прегиля. Я начал читать письма от «Мастера». Но в содержании ничего важного я не обнаружил. Разве что лишний раз убедился, что король действительно попал под влияние драконоборцев, как муха в паутину. Мастер, отвечая на королевские письма, хвалил того за проведенные рыцарские турниры, возрождение традиций, чтение книг по теме, как боролись рыцари древности с драконами и тому подобное. Прочитав все письма, что имелось в шкатулке, я несколько разочарованно бросил их обратно.

– Конвертов нет, возможно, их приносил курьер? – спросил Йенс.

– Да, на письмах только три запаха: короля, Мастера и еще одного мага, – заметил кузен.

Йенс поглядел на Финбарра с возросшим уважением.

– С использованием магии узнать это было бы сильно сложнее, если вообще возможно, – заметил он. – Что думаете об этой комнате, господин Лехри?

– Короля тут не было неделю. И последний визит был весьма короток. Он как раз начал писать это письмо, но почему-то бросил и ушел.

– Посмотрите остальные комнаты, может быть, что-то еще обнаружите?

Финбарр направился изучать остальные комнаты. А я остался осматривать книжный шкаф в кабинете. Йенс изучал книги вместе со мной. Набор тем был примерно тот же, что мы наблюдали в королевском ресторане. Все книги были посвящены рыцарству, борьбе с драконами, ведьмами и колдунами. Целая полка была занята книгами по истории инквизиции, включая пресловутый «Молот Ведьм».

– И даже вездесущие Крамер и Шпренгер, – заметил я.

Впрочем в библиотеке нашлись и вполне вменяемые книги по истории, а также книги, посвященные роду Хоэцоллернов.

– Вы говорили о том, что король изучал документы по родословным, – обратился я к Беппе. – Где они?

– Их забрал господин Прегиль, – сказал Йенс, несколько смешавшись. – Он тогда вышел из себя и сильно поругался с королем.

– По поводу чего?

– По поводу того, что король высказал недовольство и сказал тому, что, мол, хватить смотреть в прошлое и пора начинать думать о будущем и заняться решением сегодняшних проблем. Господин Прегиль, конечно, имел в виду экономические.

– Это я временно заберу, – я указал на книги о Хоэцоллернах.

– Как пожелаете, Ваша Светлость, – сказал Беппе и пристально посмотрел на меня. – А вы не передумали насчет наследования?..

– Нет. Просто интересно ознакомиться.

– Жаль.

Я посмотрел на Беппе с недоумением.

– Уверен, госпожа Халевейн подберет достойного кандидата вам в правители.

– Простите, но у меня имеется большое подозрение, что у нее ничего не выйдет.

– Тогда, возможно, придется изменить форму правления, – заметил я жестко и, глянув на испугавшегося мага, едва заметно усмехнулся. – Пруссией вполне может править Совет магов, куда вы тоже будете входить. Возможно это не всем понравится, но точно пойдет экономике на пользу.

– Учитывая настроения, не очень понравится. Но думаю, что это будет лучше, чем кандидаты госпожи Халевейн.

В кабинет вернулся Финбарр. Я увидел его бледное лицо, на котором отразилось отвращение.

– Я там такую комнату нашел, Харди, – сообщил он. – Ноткеру туда лучше не ходить.

Кобольд все это время молча стоявший с нами и начавший опять читать какой-то огрызок газеты, уставился на Финбарра с недоумением.

– Нет, теперь уж я точно посмотрю, если его Светлость не против, конечно, – он посмотрел на меня, но я лишь пожал плечами.

– Если будет тошнить, сделай это в стороне от нас, – предупредил Финбарр. – Пойдемте, покажу. Король раньше там бывал часто, подолгу все это разглядывая.

Мы прошли королевскую спальню со старомодной кроватью под балдахином и, пройдя через узкую дверь, оказались в довольно большой комнате. Всю её заполняли столы и стеллажи, на которых стояли колбы и сосуды различных размеров. В них в формалине находились тела различных волшебных существ. Финбарр же указал нам на ящик, подвешенный вертикально на уровне глаз на стене. Под стеклом, словно бабочка, стальными спицами к основаниям была пришпилена мумия кобольда. И без того обычное тощее телосложение казалось еще более хрупким, из-за кожи, так обтягивающей скелет, что была видна каждая косточка. Веки были закрыты, а на лице застыла гримаса боли.

Ноткер, издав, странный звук, упал в обморок.

– Ну, хоть не стошнило… – произнес Финбарр, но в этот момент Беппе отбежал в сторону, попытался открыть маленькое окошко, чтобы запустить внутрь свежий воздух, но склонился в спазмах.

Мы с Финбарром переглянулись. Кузен указал мне на несколько сосудов.

– Лапа оборотня, голова ведьмы, и даже фейри с Ирландии нашлись, – сказал Финбарр. – А там несколько черепов гномов и троллей. Как тебе такое «коллекционирование», Харди?

– И чешуя золотого дракона, – я указал на квадрат на стене из черного дерева, на который было наклеено несколько чешуек. – Того дракона с Райнерсберга.

Я присел рядом с Ноткером, вычертил над ним заклинание. Кобольд, открыв глаза, посмотрел на меня.

– Спасибо, Ваша Светлость. Можно я ненадолго отлучусь?

– Отнеси заодно книги о роде Хоэцоллернов в мою комнату, – сказал я и кобольд пропал.

– Я тоже прошу прощения, Ваша Светлость, – к нам подошел Йенс, прикрыв рот платком и стараясь не смотреть по сторонам.

– Мне все-таки интересно, как Прегиль проглядел эту кунсткамеру?

– Не знаю. Это всё – отвратительно!

Я посмотрел на Финбарра.

– Что-нибудь еще нашел, Барри?

– Нет.

– Тогда пойдемте к Прегилю.

Мы вышли из покоев короля: я закрыл дверь ключом от «Бронко» и Йенс повел нас дальше.

Комнаты Прегиля находились неподалеку от королевских покоев: они располагались в одной из угловых башен замка и также были защищены магией. Но я открыл замок так же легко, как и в королевских покоях.

Обстановка в комнатах Базилиуса оказалась неожиданно аскетичной. Пока Финбарр изучал запахи, я снова стал разглядывать книги в кабинете Главы прусской Гильдии. Но на этот раз меня ничего не заинтересовало.

– Честно говоря, не ожидал, что жилье Базилиуса будет таким скромным, – заметил я. – С его-то амбициозными планами.

– Ему еще принадлежит дом в Альтштадте, – сказал Йенс. – Но там примерно такая же обстановка. Господин Прегиль давно овдовел и новую семью не завел. Его супруга была обычной женщиной, не имела магических способностей.

– Понятно, – сказал я и позвал: – Что там, Барри?

В кабинет вернулся Финбарр.

– Тут вполне обычные запахи, немного тревожные, но скорее связанные с общей озабоченностью о состоянии монарха. Прегиль тут ночевал два дня назад. С тех пор он тут не появлялся. Такой же старый след сохранился на входе в замок.

– И какой максимально давно оставленный запах и след вы можете отследить? – невольно восхитился Йенс.

– Зависит от вида запаха и его обладателя, конечно. Я могу распознать след после непрекращающегося дождя в течении трех дней. В сухую погоду результат гораздо лучше.

Я прошел комнаты, скользнув внимательным взглядом по всем вещам, но ничего, что привлекло бы мое внимание, не нашел.

– Что ж, теперь, пора посетить ваш Гильдию, господин Беппе. Возможно там Финбарр найдет более свежие следы.

– Харди, я могу проследить от входа в замок тот след двухдневной давности. Может, он ведет вовсе не в Гильдию.

– Что ж, давай проверим.

Мы вышли во двор замка и я позвал Ноткера, чтобы он принес нам пальто. Светило холодное солнце, но ветер, дующий с моря, гнал над городом низкие облака, которые все сгущались, предвещая скорую перемену погоды.

– Тут он сел в свою машину, – сказал Финбарр, остановившись неподалеку от «Бронко». – Можем медленно ехать, но придется открыть окно.

Я уселся за руль, рядом пристроился Финбарр, а Беппе с Ноткером заняли заднее сиденье. Внедорожник неспешно поехал вперед. Но след действительно привел нас в Гильдию.

Мы высадились у здания в барочном стиле. На колокольне мелодичный колокол начал отбивать три часа дня. Маги-охранники на входе поприветствовали нас и мы уже собираясь зайти внутрь, как Финбарр вдруг замер.

– Погодите. А вот тут уже интересно. Господина Прегиля усадили в другую машину вместе с его шофером, а в его машину сел кто-то другой. И оба автомобиля тут же уехали.

– То есть, я правильно понимаю, что Базилиус с тех пор больше не входил в Гильдию? – уточнил я.

– Да, Харди.

Я задумался.

– Что ж, тогда едем дальше по следу.

– Ваша Светлость, нужно оповестить остальных магов, – встревожился Беппе. – Это может оказаться ловушкой. Подождите несколько минут, я предупрежу магов…

– Позвоним им, когда что-то немного прояснится, – остановил я его. – Садитесь в машину.

Йенс неодобрительно глянул на меня, но подчинился, и мы поехали дальше.

«Бронко» сделал круг по Кнайпхофу, пересек мост, возвращаясь к королевскому замку и, проехав мимо, устремился на север, поскольку след уводил именно туда.

– Куда ведет это шоссе? – спросил я.

– Это дорога в Кранц, морской курорт, – отозвался Йенс.

– И зачем драконоборцам понадобился курорт? – поинтересовался Финбарр, наполовину высунув лицо в приоткрытое окно и ловя запахи.

Даже я уже чувствовал соленый запах с моря. Ветер становился крепче, холодало, а солнце неизбежно катилось к закату. Но через полчаса мы уже въехали в небольшой курортный городок. След вел сквозь него и, достигнув моря, уводил по дороге дальше на северо-восток. Проехав еще полчаса по абсолютно пустынной дороге, я нахмурился и поглядел на Беппе.

– Если не ошибаюсь, в той стороне находится граница?

– Да, – Йенс заметно занервничал. – А вдруг господина Прегиля увезли в чужое государство?

– Тогда Совету будет чем заняться, налаживая связи с иностранными магами.

– А вы не думаете, что всё может оказаться гораздо хуже? – с опасением заметил Беппе. – И что в тамошней магической Гильдии могут оказаться одни драконоборцы?

– Думаю. Но пока на это не похоже…

– Харди, направо! – прервал наш разговор Фибарр.

Я резко крутанул руль и «Бронко» зарычав, успел свернуть на грунтовую дорогу, уводящую куда-то в лес.

– Хм, – задумчиво произнес Йенс.

– Знаете тут местность? – спросил я.

– Не очень. Но тут за лесом большие дюны, а дальше широкий залив. Жилья немного. В основном коттеджи, которые сдают на лето приезжим. Сейчас, не в сезон, тут вообще безлюдно.

Дорога нырнула под сень кривых сосен, скрыв лучи заходящего солнца. Вокруг сразу стало темно и мрачно. Я добавил магии — и фары «Бронко» стали светить ярче. Метров через триста дорога запетляла, взбираясь на холм. Деревья резко разошлись и внедорожник оказался на вершине холма. Я остановился, чтобы оглядеться, и вышел из машины. За мной выбрались остальные.

Внизу за склоном, поросшим молодыми соснами и кустарником, на ветках которого трепетали последние не облетевшие листья, начиналась огромная дюна. Желтоватый песок, сдуваемый ветром, гнало по ее поверхности: мелкие камушки и сухие ветки чертили по нему странные узоры, словно сама природа выводила на дюне странные заклинания. За несколькими песчаными гребнями снова шел зеленый, поросший лесом холм, который медленно и неизбежно заносило песком. На его вершине высился деревянный коттедж с облупившейся краской и посеревшими от морской сырости стенами, который с виду можно было счесть старым и заброшенным, если бы около него не находилось два автомобиля, один из которых принадлежал Прегилю.

– Господин Лехри, вы его нашли! – радостно воскликнул Йенс.

– Рано еще радоваться, господин Беппе, – заметил я и указал на старый дом.

Из коттеджа выбежали несколько магов, таща за собой связанного по рукам Прегиля, усадили его в машину и исчезли за гребнем холма. Затем из коттеджа вышло еще около трех десятков магов, которые начали вычерчивать в воздухе заклинания.

У нас под ногами дрогнула земля. С ближайшей к нам вершины дюны, будто лавина, сорвалась огромная масса песка, устремляясь к нам и поднимаясь ввысь словно волна цунами, чтобы накрыть нас. В ее песчаном теле, среди крошечных частиц заскользили рыжие молнии, а я вдруг понял, что почти вся эта волна состоит из янтарного песка.

Глава 4

Песчаная волна выросла до размеров пятиэтажного дома, продолжая катиться к нам, легко взбираясь на холм, на вершине которого мы стояли. Йенс спешно выписывал защитное заклинание, но на лице у него было понимание, что свое заклинание в действие он привести не успеет.

– Отойдите, все отойдите, – произнес я.

И Финбарр, схватив за плечо замешкавшегося мага, потащил его за мою спину. Я словно нырнул в холодное озеро, воздух вокруг меня заледенел, но на обоих моих ладонях разгорелось золотое пламя. Я ударил огнем в поднявшуюся перед нами стену. Раздались грохот и треск, будто перед нами разорвалась молния, волна песка застыла, вся окутанная пламенем. От огня песок плавился, застывая стеклом с вкраплениями янтаря, который продолжал гореть внутри даже без доступа кислорода. За волной, сделавшейся мутно-прозрачной, едва угадывались искаженные стеклянной толщью фигуры наших врагов. Я резко выписал два коротких росчерка-заклинания, разбивая стекло на мелкие и острые, охваченные огнем осколки, и, выдохнув драконье слово, отправил смертоносную тучу прямиком на драконоборцев.

Тысячи стеклянных игл, прошили магов насквозь, обращая в ничто, сжигая то, что от них осталось. Коттедж, изрешеченный стеклом, заполыхал, за один миг охваченный огнем.

– Это было чрезвычайно жестоко, Ваша Светлость, – выдавил из себя Йенс.

Я обернулся к позеленевшему от увиденного магу, который, похоже, вновь испытывал приступ дурноты.

– Вы хотели взять их в плен? Это было нереально – заметил я. – Как вы вообще занимались боевой магией?

– Я предпочитал ту, которая не убивает, а всего лишь обезвреживает противника…

– Тогда без моего вмешательства вы были бы уже минуту как мертвы, – сказал я.

Беппе отвернулся от нас, содрогаясь, но его желудок, похоже, был уже пуст после впечатлений от кунсткамеры Фридриха Четвертого.

Под нами внезапно вновь задрожала земля. Я устремил взгляд к горящему коттеджу, отыскивая оставшихся в живых, но в этот момент земля ушла у нас из-под ног и мы все, включая внедорожник провалились под землю.

Я мягко шлепнулся на дно ямы и поднялся первым, пытаясь вывести заклинание, чтобы защитить нас от водопада песка, но тут же понял, что не могу ничего сделать, словно угодил в антимагическую ловушку. Финбарр, процедив проклятие и поморщившись от боли, поднялся вслед за мной и, прикрывая ладонью глаза, защищая их от сыпавшегося сверху песка, посмотрел наверх. Беппе, упавший и, похоже сильно ударившийся, лежал без движения. Свалившийся прямо на него кобольд, сел с вытаращенными глазами.

– Все живо в «Бронко», – приказал я. – Ноткер, ты как?

– В порядке, Ваша Светлость, – сказал он. – Надеюсь, я не убил господина Беппе…

– Не переживай, Харди не расстроится, если что, из-за этого хлюпика, – хмыкнул Финбарр, потом помог Ноткеру подняться и, подхватив под мышки незадачливого мага, забросил того на заднее сиденье. – Проверь, он вообще жив?

– Мне нравится, твой оптимизм, Барри, – я уселся за руль и , захлопнув дверь, включил фары.

– Все так плохо? – кузен нахмурился.

– Тут вокруг сплошная янтарная стена и дно тоже все из него. Нас тут просто сейчас засыпет.

– Но янтарь действует только на тебя. Этот чертов маг мог бы что-то сделать! – Финбарр обернулся назад.

– Он жив, но, кажется сильно травмирован, – сообщил Ноткер. – Не знаю, сможем ли мы привести его в себя, тем более… я тоже не могу колдовать, Ваша Светлость. А значит…

– Значит, что это не просто янтарная яма, а хорошо подготовленная ловушка, – я поморщился и задумался.

Мы молча смотрели как со всех сторон продолжает падать песок, который засыпает дно ямы, внедорожник, а значит и нас вместе с ним.

– Думаю, раньше чем нас найдут, мы тут задохнемся, – мрачно обронил Финбарр. – Что будем делать, Харди? Может, я попытаюсь выбраться?

– И скорее всего попадешь прямиком к врагам. Но выбраться отсюда нереально даже для тебя.

Кузен ненадолго высунулся наружу, вновь коротко глянул наверх и, закашлявшись от попавшего ему в горло и нос песка, спешно захлопнул дверь внедорожника.

– Ты прав, не выберусь. Мы тут как мешке – стены кверху сужаются. Яма метров пятнадцать. Как Йенс вообще не убился.

– Ноткер, найди в багажнике аптечку, вдруг пригодится для господина Беппе, – произнес я и посмотрел на Финбарра. – Мне в голову приходит попробовать то же самое, что на Райнерсберге. Хотя конечно идея использовать драконий скелет в качестве экскаватора звучит довольно странно.

– Что? Нет, Харди! – запротестовал кузен. – Если ты себе опять остановишь сердце, я тут тоже помру, глядя на тебя. – К тому же, тот чертов скелет находится слишком далеко.

– Хм, хотел бы я знать максимальную скорость драконов, – я едва заметно улыбнулся.

– Точнее скелета дракона? Вряд ли она сравнится со скоростью современных самолетов, – Финбарр в сомнении наморщил лоб. – Да и какое досюда расстояние от Райнерсберга?

– Тысяча километров наберется.

– Это много! К тому же маги наверху могут тебя поджидать.

– Предлагаешь сидеть и созерцать песчаные водопады в свете фар? Выглядит, конечно, чертовски красиво и даже завораживающе.

– Ладно, попробуй, – кузен поглядел на меня с тоской. – Только, если вдруг ты прибудешь слишком поздно… я хочу сказать… давай попрощаемся…

– Черта с два, Барри. Я все это делаю, не для того, чтобы найти тут потом три трупа. Всё, хватит уже трепаться, – я глянул на часы и подумал, что было бы хорошо, если бы сейчас замедлилось время.

Но внутри «Омеги» не проскользнули молнии: лишь мелкие драгоценные камушки – звезды на Млечном пути тускло сверкнули на циферблате. Магия часов жила по каким-то своим собственным законам. Время между тем перевалило за четыре часа. Солнце уже должно было почти сесть. Я глубоко вдохнул и закрыл глаза, прислушиваясь к своему пульсу. Сердце забилось медленнее, пока не замерло окончательно.

Я снова увидел себя со стороны, выскользнул золотистым облачком из своего тела, отметив трагическое выражение лица у Финбарра, который наблюдал за мной, Ноткер и вовсе молча плакал, утирая слезы платком. Оба, несмотря на сказанное мной, уже точно попрощались с жизнью. Надо было торопиться.

Я просочился сквозь стену крышу внедорожника и устремился наверх мимо продолжающих падать потоков песка.

Вырвавшись из ямы, я на несколько мгновений застыл. Солнце показало последний алый край за морем и исчезло за горизонтом. Стали сгущаться сумерки. Вдалеке, сильно в стороне от догорающего коттеджа стояло еще десять драконоборцев, сосредоточенно выписывающих заклинания, заставляющие дюну смещаться и засыпать яму. Можно было попробовать их прогнать, но что-то мне подсказывало, что убедить их сейчас, что они меня одолели и погребли заживо – лучший вариант. Я поднялся выше. Песчаная коса, разделяющая море и широкий залив, превратилась в узкую полоску. На едва видной в опускавшейся ночи дороге мчалась на северо-восток одинокая машина, пропарывая темноту фарами и увозя Базилиуса Прегиля. Дальше, в конце косы едва виднелась паромная переправа, последний оплот Пруссии – город Мемель, в двадцати километрах от которого проходила граница.

У меня был большой соблазн последовать за машиной и проследить, что будет дальше, но я знал, что тогда потом точно вернусь к трем трупам.

Я развернулся и, поднявшись еще выше, устремился в точно противоположную сторону. Пронесся золотым всполохом над погружающуюся в ночь землю. Мелькнули внизу темные пятна лесов, огни городов и небольших деревень, зеркала озер и рек, отражающие вечернее небо.

Райнерсберг белел в ночи, впрочем, как и остальные окружающие его горы, засыпанные снегом. Рядом с древним скелетом стояла выставленная по распоряжению Маделиф охрана из магов. Рядом на пологой площадке они разбили большой шатер, наложив на него заклинания, не пропускающие холод и защищавшие от снега. Вполне комфортно устроившись в креслах, куда были брошены овечьи шкуры, маги развели костер и вели неспешные беседы.

Я невольно представил, как у них сейчас изменятся выражения лиц. При моем приближение кости дракона, лежавшие грудой, едва заметно засветились. А потом внезапно подлетев в воздух снова собрались в скелет дракона. Я скользнул внутрь, позволяя захватить себя потянувшимся от костей золотистым нитям.

Маги охраны уже давно вскочили, растерянно глядя на происходящее. Но я, поняв, что вновь могу управлять скелетом, взмахнул крыльями и взмыл ввысь. Обратный путь, как мне показалось, занял больше времени. Я заметил самолеты, которых не видел на пути на Райнерсберг, и понял, что лечу гораздо быстрее них. Что ж, значит, я вернусь к погребенному на песчаной косе внедорожнику гораздо быстрее. После этого мне пришла в голову мысль, что не лишним все же будет оповестить о случившемся магов.

Я чуть отклонился с пути и опустился в Кёнигсберге прямиком на внутреннем дворе королевского замка. Вокруг возникло движение, я увидел вопящие, бегающие человеческие фигуры на галерее. Впрочем, очень быстро во дворе появились маги. Ко мне осторожно подошла Маделиф.

– Эгихард?

Я вытянул лапу и вывел когтем на участке, где вчера мой смерч образовал яму. Ее закопали, разровняв площадку, но замостить еще не успели. Когтем я вывел слова на земле: «Мы на косе, угодили в яму. Но драконоборцы увозят Прегиля к границе. Возможно, уже увезли.»

– Вы где?! – выкрикнула Маделиф.

Я указал на себя.

– Нет, Ваша Светлость! Вы нам нужны как маг, а не как этот жуткий скелет!

Я, не удержавшись, нарочито медленно потянул к ней страшную когтистую лапу. Маделиф, вскрикнув, отскочила и побежала Адельману и другим магам. Я, быстро дописав, чтобы они ехали в Мемель, взлетел со двора и вернулся на прежний курс.

Дюна светлела в ночи. На месте коттеджа остались одни угли, все еще тлеющие красными огоньками. Драконоборцев нигде не было видно и я, опустившись у полностью засыпанной ямы, стал разгребать песок. Уже через десять минут я вырыл приличный котлован. А потом задел костями янтарные пласты. На драконьей кости проскочила искра и пошел легкий дымок, а я увидел, что в этом месте, появилось небольшое горелое пятно.

Вот проклятье. Похоже, на моего предка янтарь оказывал куда более разрушительное действие.

Дальше я стал копать с большей осторожностью, стараясь не задеть янтарные стены, пока наконец когти не скрипнули о металл. Я бережно схватил машину и вытянул её из песка. В огромных когтистых лапах «Бронко» казался игрушкой. Я аккуратно оставил внедорожник в стороне от ямы. Двери распахнулась и из нее выскочили Финбарр с Ноткером.

– Ваша Светлость!

– Харди! Возвращайся в себя уже скорее!

Я сам переместился подальше от ямы. Золотые нити, что связывали меня со скелетом, отпустили меня на этот раз легче и быстрее. Скелет вновь развалился, а я скользнул золотым облаком во внедорожник и вернулся в свое тело. Сделал несколько глубоких вдохов, возвращая пульс в прежний ритм, и выбрался наружу, разминая затекшее тело. Меня похлопал по плечу Финбарр.

– Все-таки это чертовски страшно, смотреть на тебя, когда ты не дышишь. Впрочем, мы уже и сами начали задыхаться, ты вернулся вовремя. Спасибо, Харди.

– Не надо благодарить, Барри. Я сделал то, что должен был сделать. Кстати, залетел в замок, напугал там всех, – я усмехнулся.

– Зачем?

– Написал на земле послание, чтобы они ехали в Мемель.

– Ты хочешь продолжить преследование после всего что случилось? – Финбарр посмотрел на меня с неодобрением. – Давай хотя бы дождемся их на шоссе! Не нужно рисковать.

– Если драконоборцы действительно направлялись к границе, они уже ее пересекли, – вмешался Ноткер. – Но вот господина Беппе все же лучше доставить в больницу как можно скорее.

Финбарр с недовольством глянул на Ноткера.

– Тебе не кажется, Харди, что твой кобольд слишком много стал себе позволять?

– Но я ведь не раб, – Ноткер тронул золотой обруч на своей шее. – Значит могу высказываться. Конечно до тех пор, пока это терпит Его Светлость.

– Ну-ну, – только и сказал я, снова садясь за руль. – Но ты прав, Беппе точно срочно нужно в больницу, а то прусская Гильдия останется без своих самых сильных магов.

– Сильных? – хмыкнул Финбарр. – Он настоящий хлюпик.

Я только развел руками. «Бронко», выбив из-под колес облако песка, прорвался через заросли кустов и вернулся на дорогу. Проехав мрачный лес, мы выехали на шоссе и поехали в сторону Мемеля.

– Что-то чуешь, Барри? – спросил я. – И хотел бы я знать, куда делись те маги, что завалили нас песком.

Однако добравшись до переправы, мы поняли, что в город мы не попадем. Парома ни на нашей, ни на противоположной стороне не наблюдалось. Мы с Финбарром переглянулись.

– Точно эти сукины дети его утопили или что-то еще сделали, – выругался кузен.

Я кивнул и вышел из машины оглядываясь. Но других кораблей или даже простой лодки нигде видно не было. По морю и проливу ветер гнал волны, белевшие в сгустившихся сумерках барашками. С северо-востока с моря на Мемель наползал туман, притушив городские огни. Рядом с переправой скрипел флагшток и над нами трепыхалось знамя Пруссии.

– Ваша Светлость, что-то магу уже совсем нехорошо, – позвал меня Ноткер.

Я сел обратно, обернулся к магу и увидел, что из уголка его рта тонкой струйкой течет кровь. Прикрыв глаза, я вызвал «рентегновское» зрение. Тело Йенса Беппе стало прозрачным, я увидело как тяжело его сердце прокачивает кровь, что оно черное с одной стороны. Внутри также наверняка были многочисленные разрывы: я видел на месте сосудов расползшуюся мутную пелену. Но я совершенно не знал, как это всё излечить. Но я точно понял, что Беппе умирал и оставалось ему немного.

Я вернулся к нормальному зрению, посмотрел на Ноткера и покачал головой. В этот момент до нас донесся страшный гул. Мы обернулись. Над шоссе, чертя прожектором пятно света, низко летел вертолет. Осветив внедорожник, он сделал небольшой круг и опустился на пустынной автостоянке у переправы. Еще через несколько секунд к нам быстрым шагом подошли Маделиф и Адельман.

– Ваша Светлость! – у Маделиф, когда она увидела меня, на лице обозначилось огромное облегчение.

– Со мной все в порядке, госпожа Халевейн. А вот господину Беппе не повезло, и, если его не доставить в больницу, он протянет ноги, – заметил я. – Вы можете его отвезти в госпиталь?

Маделиф нахмурилась.

– Я и Маделиф останемся с вами, – сказал Адельман. – Думаю, наши коллеги вполне справятся без нас с доставкой господина Беппе в больницу, тем более, что среди них есть маги-врачеватели.

Ульрих знаком подозвал знаком коллег и те, осторожно вытащили бесчувственного мага из машины и понесли к вертолету.

– Расскажите, что произошло, – сказала Маделиф, когда вертолет улетел и рев его двигателей уже не заглушал наши голоса.

Я кратко рассказал.

– Просила же вас сообщить, если вы выйдете на след Прегиля, – упрекнула волшебница. – Если бы вы не нашли ранее скелет дракона, все могло бы закончится гораздо печальнее.

– Но не закончилось же.

– И все же, воздержитесь от излишнего риска, – Адельман поглядел на меня. – Тем более, что…

– Что? – я глянул на него с подозрением.

– Госпожа Халевейн показала мне списки кандидатов на прусский трон и они мне категорически не нравятся.

– Даже не думайте вслед за госпожой Халевейн предлагать мне еще одну корону, – прорычал я, начиная сердиться. – Лучший вариант в сложившейся ситуации – регентство Объединенного совета магов. Уверен, вы отлично справитесь со всеми экономическими кризисами Пруссии, а также Мекленбурга и Померании, только собирающихся нырнуть в ту же пучину.

– Давайте, лучше отложим этот разговор на завтра и все обсудим на свежую голову, – предложила Маделиф. – И решим, что делать сейчас. Возвращаемся назад или будем ждать вертолет, чтобы узнать, куда направились наши враги в Мемеле? Мы, кстати, позвонили в пограничную службу и предупредили их. На тот момент, границу ни господин Прегиль, ни драконоборцы не пересекали.

– Никогда не интересовался этой темой. А сколько магов обычно охраняют границы? – спросил я.

– Зависит от места и местности. Здесь должно быть около двух десятков, поскольку тут еще и морская граница.

– Драконоборцы вполне могли увезти Прегиля на корабле, – вставил Ульрих.

Я задумался. Через некоторое время с противоположного берега послышался рев вертолетных двигателей и спустя несколько секунд он снова опустился на автостоянке. Я отогнал «Бронко» на крайнее место на стоянке и мы все направились к вертолету.

Глава 5

Вертолет низко летел над Мемелем. Я задумчиво смотрел в иллюминатор на освещенные фонарями улицы старого города, постепенно исчезающие в наползающем тумане. Большой, прежде ярко освещенный, порт на севере уже потерялся в туманной мгле. Город кончился и вертолет полетел над пустынным, также окутанным туманом шоссе, светлой рыжеватой нитью вившемся среди полнейшей темноты.

Через несколько минут вдалеке возникло небольшое хорошо освещенное здание и вертолет опустился у него, заглушил двигатели. Я сказал Финбарру и Ноткеру оставаться в вертолете и выбрался с магами наружу, оказавшись оказались на пограничном пункте Пруссии. Слава и справа от здания тянулся и терялся в туманной ночи металлический забор.

Из здания вышли несколько пограничников, среди которых было несколько магов. К нам подошел начальник пограничного поста и один из магов.

– Ваша Светлость, госпожа Халевейн, господин Адельман, добрый вечер, – поприветствовал нас начальник. – Я получил ваше сообщение, но сегодня границу вообще никто не пересекал.

Я пригляделся к магам.

– Ваши сотрудники – они ведь не из высших магов, – заметил я.

– Все верно. Но необходимости присылать сюда высших магов не было никакой, – заметил начальник. – Они в основном занимаются поиском контрабанды и помогают в задержании преступников – людей, разумеется. И то, это большая редкость. У нас на границе очень спокойно.

Я вопросительно поглядел на Адельмана, но Ульрих, кивнул, подтверждая слова начальника поста. А потом, сделав пару шагов ко мне, склонился ко мне и прошептал.

– Я на всякий случай проверил их всех, не попали ли они под действие магии, которая заставила бы их все забыть и пропустить наших врагов. Но следов подобной магии я не увидел. Вы, Ваша Светлость?

– Тоже ничего не вижу, – я нахмурился. – Уверены, что они не могли нарушить границу и перейти ее в каком-нибудь месте, просто протаранив забор?

– Не думаю. На ограждениях в подобных местах есть магическая сигнализация, которая оповещает от разрывах. Кроме того, дальше начинается довольно топкая местность. Даже я бы не рискнул сунуться ночью в болото. А дорога тут одна.

К нам подошла Маделиф, прислушиваясь к нашему разговору.

– Надо лететь в порт, – сказала она и мы с Ульрихом оба одновременно кивнули.

Вертолет оглушая нас шумом работающих лопастей, направился назад к городу. Ноткер, явно страдая от шума, наколдовал себе беруши, а для верности еще и зажал уши ладонями. Финбарр, у которого тоже был весьма чувствительный слух, давно сидел с зажатыми ушами.

Когда мы подлетели к городу, Мемель уже полностью утонул в тумане. Пилот замедлил скорость и летел крайне осторожно. К нему подошел Ульрих и, выписав заклинание, заставил туман рассеиваться перед вертолетом, улучшая видимость.

– Стоило обойтись без магии, – заметила Маделиф.

– Это лучше, чем врезаться в какой-нибудь трос или портовый кран, – возразил Ульрих. – К тому же, вряд ли драконоборцы ждут, что мы их не будем преследовать.

Наконец вертолет сел на площадку около портовой таможенно-пограничной службы и выбрались наружу.

– Ваша Светлость, можно с вами? У меня голова отваливается от шума, – пожаловался Ноткер и выскочил вслед за за нами.

– И я, пожалуй, тоже, – сказал Финбарра.

Замедлившиеся лопасти соткали из снова сгустившегося тумана причудливые узоры. А к нам через пелену шел одинокий пограничник.

– Ваша Светлость, господа маги, мой начальник приглашает вас внутрь.

Мы зашли в здание и нас провели в помещение, где находился экрана радара, отображающий удаляющиеся или приближающиеся к порту суда.

– Добрый вечер, Ваша Светлость, госпожа Халевейн, господин Адельман, я начальник пограничной службы порта Хайнрих Вебер, – человек у экрана жестом пригласил нас подойти. – Мы изучили ваш запрос, но искомых персон на вышедших из порта судах точно не было.

– И сколько судов вышло за последние два часа? – спросил я.

Начальник заглянул в вахтенный журнал и пробежал пальцем по записям.

– Всего три. И все они – грузовые корабли, направляющиеся в Данию.

– На вашем радаре точек гораздо больше, – заметил я.

– Это местные мелкие яхты и рыболовецкие суда…

– То есть вы их не проверяли?

Вебер побледнел.

– Это же местные, мы их всех знаем. Добропорядочные граждане, не контрабандисты…

Он смолк, а я переглянулся с Маделиф и Ульрихом.

– Те, кого мы разыскиваем, вполне вполне могли уплыть на любом из этих судов, – заметила волшебница. – Вы знаете, что вам будет за проявление подобной халатности?

– Не вините господина Вебера, госпожа Халевейн, – заметил я. – Может, благодаря этому он и его подчиненные остались живы, включая магов, которые, как я вижу, тоже не особо сильные.

Вебер побледнел.

– Спасибо, Ваша Светлость. Но… насколько опасны эти маги?

– По их вине погиб король, – жестко произнес я, и Вебер сдавленно охнул. – А также его дядя. Теперь, похитив королевского мага господина Прегиля, они, как мы считаем, собираются пересечь государственную границу. Помощник Прегиля, господин Беппе, сейчас находится в госпитале Мемеля тоже по их вине. Очень надеюсь, что он выживет.

– И кто сейчас правит Пруссией? – настороженно спросил Вебер.

– Поскольку во всем замешаны враждебные нам маги, временное управление перешло Объединенному Совету магов, – сказал Ульрих. – Завтра все произошедшее будет обнародовано и предстоит большое совещание со всеми правительственными службами.

– Понятно.

Маделиф тем временем изучала точки на радаре.

– Что думаете, Ваша Светлость? – спросила она. – Тут около двадцати кораблей. Погонимся не за тем – упустим нужный.

– Попробую кое-что сделать.

Я вывел над радаром заклинание. Одна за другой вспыхивали точки на радаре. Кроме одной, движущейся на северо-запад в сторону острова Готланд.

– Что вы сделали? – спросил Ульрих.

– Добавил магии к сигналу радара. Обычные сигналы корабли принимают и отражают обратно. А вот магический ушел в «пустоту», иными словами наткнулся на возведенную на корабле защиту от магии.

Вебер поглядел на точку, сверился с журналом и сказал:

– Это яхта «Звезда Мемеля», обычно ее нанимают для частных прогулок. На ней поместится максимум десять пассажиров.

– Что ж, тогда медлить больше не будем, – сказал Ульрих и посмотрел на начальника пограничной службы. – Нам понадобится ваш самый быстроходный катер, господин Вебер.

– Мне отправиться с вами?

– Нет, оставайтесь на посту, тут вы больше нам поможете в случае чего.

– Хорошо. Если что, сможете связаться со мной по радиосвязи.

Вебер отдал распоряжения и нас повели на причал, где стояли пограничные катера. Мы поднялись на борт и катер сразу же отчалил – видимо команда уже получила необходимые распоряжения от Вебера.

На туманном море воцарился штиль. Мы все стояли в корабельной рубке, смотря вперед, хотя кроме тумана ничего не было видно, и иногда поглядывая на экран корабельного радара. Расстояние хотя и сокращалось, но довольно медленно. Видимо, преследуемая яхта была тоже достаточно быстроходная.

Я подошел к панели управления.

– Заглушите двигатель и уступите мне место.

Рулевой чуть удивился, но подчинился, а я, вытащив ключ зажигания, вставил ключ от «Бронко» и повернул. Корпус судна мелко задрожал, а потом неожиданно мощно зарычал мотор, и я повел катер вперед. Посмотрел на экран радара и увидел, что расстояние стало быстро сокращаться.

– Интересная у вас магия, Ваша Светлость, – заметил Ульрих.

Я чуть улыбнулся и встретился улыбающейся Маделиф. Но ее улыбка тут же исчезла и волшебница отвернулась к туману, царящему снаружи. А я невольно в очередной раз подумал, что, черт возьми, вчера произошло, из-за чего она на меня до сих пор сердилась, тем более что это произошло по вине это проклятого виски с янтарем.

Прошло полчаса — и я чуть изменил направление, обходя нагнанную яхту по левому борту. Из тумана проступил изящный силуэт судна, которое с убранными парусами сейчас шло на моторе на максимальной скорости. На борт из рубки вдруг выскочил какой-то человек и замахал нам руками.

– Какой счастье, что вы меня нашли! – закричал он. – Судно потеряло управление и унесло меня в море. И связь не работала. Как мне перебраться к вам?!

Мы все переглянулись.

– Проклятье, – только и сказал я. – Эти чертовы маги устроили для нас прекрасную приманку. Провели меня как…

Я смолк в досаде.

– Вы думаете.. – Адельман нахмурился.

Я вывел заклинание — и мотор на неуправляемой яхте заглох, она стала останавливаться. Я тоже сбавил обороты на пограничном катере. Пришвартовавшись к яхте, пограничники перешли на нее, обыскали и сказали, что действительно, кроме хозяина судна на борту никого нет.

– Вы меня с собой не возьмете? – изумился владелец яхты.

– Ваша яхта теперь в порядке, – произнес я. – Попробуйте управление и возвращайтесь обратно в гавань.

– Да, действительно. Спасибо, но…

– Простите, но мы должны догнать преступников, – Ульрих сделал мне знак отчаливать. – Только вот где они, Ваша Светлость?

Я задумчиво смотрел на экран радара. В сторону Готланда шло еще два судна, остальные уходили на север и северо-северо-запад. Я ткнул пальцем в точку, которая шла точно на север.

– Вы уверены? – спросила Маделиф.

– Да. Уверен, что это то судно, которое нам нужно.

– Интуиция?

– Исключительно она.

Я, выжав из катера максимум, вел его к нужной точке. Один из офицеров между тем сообщил на сушу о перемене курса и нашей новой цели.

– Ваша Светлость, – услышал я по рации голос Вебера. – То судно, что вы преследуете – это барк «Падуя».

– Что? – изумился я. – А какого черта он тут делает, господин Вебер?

– На борту военные. Они сообщили, что у них особое задание. В порт Мемеля, как вы понимаете, судно не заходило. Оно пока еще в нейтральных водах, но это ненадолго.

– Да чтоб их морские черти сожрали, – выругался я.

Когда до точки на экране радара оставалось двести метров, туман вдруг рассеялся под порывами поднявшегося ветра. По морю пошли волны, поднимая приличную качку.

– Проклятье, зачем я опять плыву на корабле? – пробурчал Финбарр, вцепившись в поручни и видимо припомнив наше плаванье на тьялке в Ваттовом море. – Харди, надеюсь, тут не будет никаких морских чудовищ?

– Надеюсь.

А затем мы увидели «Падую». Барк шел на моторе без парусов, сбавляя обороты. Но я заметил, что команда находится на реях и готова ставить паруса. Я прикрыл глаза и вызвав рентгеновское зрение, но до барка оно не дотягивало. Похоже, надо было подобраться к «Падуе» поближе, чтобы разглядеть на ней и команду, и драконоборцев.

Из-за барка вдруг вышло еще одно пограничное судно и в этот момент нас ослепил направленный на катер прожектор.

– Остановитесь, вы входите в территориальные воды Российской Империи, – раздался голос из громкоговорителя, говоривший почти без акцента.

– Ну вот, приплыли, – Ульрих вздохнул и нахмурившись, обратился к офицеру. – Скажите, мы можем так же громко им ответить?

– Конечно, господин Адельман, – пограничник протянул одну из раций, нажал какую-то кнопку и кивнул, показывая, что можно говорить.

– Мы пограничная служба объединенных земель Германии, герцогства Фризии, королевства Пруссии, Швейцарии, Австрии и Богемии, преследуем опасных преступников и просим оказать нам содействие! – произнес Адельман.

– Люди, которых вы называете преступниками, сказали, что в вашей стране случился переворот и что они просят предоставить им убежище, так как вы преследуете их за инакомыслие.

– Это ложь. Из-за преступников погиб король Пруссии Фридрих Четвертый, – сказал Адельман. – Однако это никак не влияет на общую обстановку в нашей стране. Прошу разрешения пришвартоваться к вам и обсудить ситуацию.

Я нажал на кнопку, выключая рацию, посмотрел на удивленного Адельмана.

– Болтайте с ними как можно дольше, Ульрих, – сказал я.

И начал скидывать с себя одежду.

– Ваша Светлость! – запротестовала Маделиф. – Это опасно и вы кажется обещали не рисковать.

– Разве? – я посмотрел на волшебницу и передал ей запонки. – Не потеряйте ваш подарок.

Маделиф чуть смутилась.

– Пожалуйста, будьте осторожны.

Я кивнул, выбрался из рубки так, чтобы не попасть в луч прожектора, и, сжав зубы, сиганул за борт.

Вода оказалась чертовски холодной. Нырнув, я проплыл под водой почти треть пути до барка. Выплыв на поверхность, отдышался, слушая диалоги Адельмана с представителями иностранной пограничной службы, и погреб дальше. Коснувшись корпуса «Падуи» я постучал по нему.

– Тим, – тихо позвал я.

Вниз полетел канат и я увидел осторожно высунувшегося из-за борта клабаутермана.

– Тут никого нет, Харди, поднимайся., – шепотом отозвался он.

– Тут, это где?

– На корме.

Я забрался по канату и тихо спрыгнул на палубу. Тим протянул мне шерстяной плед и сделал знак, чтобы я присел, спрятавшись за каким-то ящиком.

– Что происходит на корабле, Тим?

– Капитан получил приказ срочно отплыть в Мемель.

– Какой капитан и от кого приказ?

– Ваш знакомый, корветтен-капитан Кай Маер, – пояснил Тим. – Он получил приказ от капиатана-цур-зее, но того я на корабле еще не видел. Когда мы подошли к Мемелю, к барку причалило небольшое рыбацкое судно, на котором оказался господин Прегиль и пятнадцать магов, которые, как я понял, его пленили. После чего они приказали плыть дальше к морской границе, пригрозив, что убьют команду и потопят корабль, если мы не подчинимся.

– Но о тебе они не знают, Тим?

– Нет, конечно, – клабаутерман едва заметно улыбнулся. – Что будешь делать Харди?

– Боюсь, что я не настроен на переговоры, – недобро обронил я и, увидев помрачневшее лицо Тима, добавил: – С командой все будет в порядке, не переживай.

Я чуть прикрыл глаза и на этот раз увидел прозрачные силуэты военных моряков, явно встревоженных происходящим. Почти на самом носу, по правому борту обнаружились маги, окруженные легким алым сиянием – магической защитой. Среди них стоял Прегиль с бешено колотившимся сердцем, прислушиваясь к переговорам. Но судя по тону, скоро все должно было скатиться в конфликт, поскольку противоположная сторона напирала на то, что мы нарушили границы.

Еще одна проблема. Но мне прежде надо было разобраться с первой.

Я выдохнул несколько драконьих слов. Сердца моих врагов словно одновременно взрывались и все они упали на палубу замертво. Лишь одного я оставил, которого с силой швырнуло о борт и он свалился оглушенный и без сознания. Я поднялся и направился к Прегилю, стараясь не попасть в свет прожектора.

– Добрый вечер, Базилиус, – произнес я. – Отойдите от борта.

– Ваша Светлость! – поразился Прегиль. – Как вы это сделали?

– Потом.

Я вывел еще несколько заклинаний. Корабль заскрипел, когда его резко стало разворачивать носом в сторону берегов Пруссии. Возникшее течение тащило корабль обратно в родные воды. А вместе с барком утаскивало и оба пограничных катера. Судно Российской Империи надрывно рычало мотором, пытаясь бороться с течением, но его затаскивало в наши воды. Я прекратил управлять течением и рассеял его, когда все три суда оказались на входе в порт Мемеля. Пограничный катер почти притерся к борту барка. Из рубки высунулся Адельман.

– Всё в порядке, Ульрих, – сказал я. – С Прегилем всё в порядке. Я взял одного пленника.

– А что делать с нашими несговорчивыми друзьями? – Адельман кивнул в сторону катера Российской империи.

– Ну, расскажите им, что они зашли на чужую территорию, – я усмехнулся. – И, пожалуй, пусть начальник пограничной службы устроит им дружеский ужин и отправит их обратно. Или у вас есть какие-то другие идеи?

– Хм, неплохая идея. Но надо все же еще сообщить о какой-нибудь аномалии, типа внезапного течения, которое тащило все корабли. Я займусь.

– Вы сегодня были верхом красноречия. Я в вас верю, – усмехнулся я.

Адельман расхохотался.

– Я к вам Финбарра отправлю, – сможете спустить сюда пленника?

Я кивнул. Кузен вышел из рубки и ловко забрался борт барка по брошенному клабаутерманом канату.

– Добрый вечер, Тим! Ты в порядке?

– Да, теперь всё хорошо, Финбарр.

Мы с кузеном подошли к плененному магу. Я внимательно осмотрел его, нашел капсулу на воротнике, которая бы его убила за мгновение, и выкинул за борт. После этого мы связали его обычной веревкой, на которую я наложил защитные заклинания.

Финбарр легко, словно что-то невесомое, спустил на канате бесчувственного мага, где его перехватили Адельман с пограничниками. Следом мы помогли спуститься Прегилю.

С рей между тем спустилась команда, среди которой внезапно обнаружился корветтен-капитан Кай Маер.

– Ваша Светлость! Благодарю, что вы нас освободили!

– Вас что, заставили лезть на реи? – удивился я.

– Да, всю команду. Что ж, вспомнил свою юность, – Маер размял руки. – Немного отвык лазить по канатам с тех пор.

– Отправляйтесь обратно в Кёнигсберг, – сказал я и, чуть помедлив, добавил. – Я хочу выкупить барк. Он вернется в родное Северное море. Если вы не против, я могу устроить ваш перевод во Фризию. Поговорите с командой. Жалованье будет в разы больше, чем у вас сейчас. И это можно будет еще со мной обсудить, как и прочие условия.

Корветтен-капитан посмотрел на меня с удивлением.

– Это довольно неожиданное предложение, Ваша Светлость. Спасибо. Я подумаю и обсужу с командой.

Я кивнул и поглядел на клабаутермана. Тим едва заметно улыбнулся.

– Я знал, Харди, – тихо сказал он.

– До встречи, Тим.

И мы с Финбарром последними перебрались на катер, который повез нас на берег. А «Падуя», медленно развернувшись, легла на курс на Кёнигсберг.

Глава 6

Едва я перебрался на катер и зашел в рубку, как заботливый Ноткер протянул мне полотенце. Я растерся, чувствуя что совсем уже замерз и спешно оделся. Кобольд наколдовал для меня глювайн.

– Что произошло на барке, Ваша Светлость? – спросила Маделиф, возвращая мне запонки.

– Не поможете? – спросил я, протянув руки, одна из которой была занята стаканом с глювайном и увидел как Маделиф несколько смешалась.

Но она, тут же вернув себе холодный вид, быстро вдела запонки в манжеты рукавов и поглядела на меня, ожидая ответа.

– Я решил, что надо действовать быстро, и избавился от наших врагов, используя драконью магию, – ответил я. – Одного, как вы видите, оставил в живых. От капсулы избавился, так что теперь он не сможет покончить жизнь самоубийством, и допрос, надеюсь, на этот раз пройдет более успешно.

Волшебница кивнула.

– Завтра будет сложный день, Ваша Светлость…

– Неужели? – чуть резче чем надо спросил я. – Вам пора заводить дневник с пометками, когда и сколько раз меня пытались убить, а то кажется я уже сбился со счета… Простите.

– Вы меня простите, не подумала. Точнее думала, сколько бюрократии и политических вопросах, которые нам завтра предстоит обсудить.

Я, соглашаясь, мрачно кивнул.

– И еще, Ваша Светлость, надо надо решить, что делать с останками вашего… хм… предка. Их однозначно надо куда-то перевезти.

– Перевезти? А не проще...

– Не стоит делать это так часто, – заметила Маделиф. – У вас после покидания своего тела наблюдается серьезный упадок сил. Сейчас для перевозки скелета мы вполне обойдемся погрузочной техникой и парой фур. Вопрос, куда его перевезти. В Хоэцоллерн или, к примеру, во Фризскую Гильдию.

– Не знаю. Надо подумать, – я отдал опустевший стакан Ноткеру — и в этот момент катер причалил в порту Мемеля.

Я забрал ключи от «Бронко» и мотор катера заглох. На берегу нас встречал начальник пограничной службы Хайнрих Вебер.

– Вам скорее всего придется чинить катер, господин Вебер, поскольку мне пришлось использовать магию, чтобы сделать его более быстроходным, – заметил я и указал на медленно подходящее судно Российской Империи. – Нас провожать не надо – займитесь вашими зарубежными коллегами.

– Да, Ваша Светлость, мне уже господин Адельман сказал, что нужно делать, – он кивнул. – Тогда позвольте попрощаться.

После чего Вебер быстро перекинулся несколькими словами с Прегилем, поинтересовавшись его состоянием и, успокоенный, направился к иностранному катеру. А мы в свою очередь – к вертолету. Финбарр тащил пленного драконоборца.

Перелетев через пролив, вертолет опустился на стоянке, чтобы я мог забрать внедорожник.

– Кто со мной? – спросил я. – До Кёнигсберга доберусь немного быстрее вертолета.

– Возьмите с собой господина Прегиля, – сказала Маделиф. – А мы с Ульрихом отвезем пленника на вертолете.

– Только ни о чем его не спрашивайте без меня на этот раз, – заметил я. – Хотя, думаю, что он еще долго не очнется.

Финбарр передал пленного драконоборца в руки магов и уселся рядом со мной. Прегиль и Ноткер сели сзади.

– Что произошло за те два дня, что меня не было в Кёнигсберге, Ваша Светлость? – спросил Прегиль с напряжением в голосе. – Адельман говорил пограничникам, что король погиб из-за магов, что похитили меня. Это правда?

Я, воткнув ключи зажигания, с недоумением обернулся к нему.

– Вам что, Ульрих ничего не успел рассказать?

– Он сказал, что вы это сделаете лучше него.

Я только выдохнул сквозь зубы, потом неспешно вывел «Бронко» со стоянки и повел его по шоссе, проходившему по косе. Над нами с шумом пронесся вертолет и вскоре исчез за деревьями. Прегиль, хмурясь, ждал ответа.

– Мы прибыли с госпожой Халевейн и господином Моором в замок по вашей просьбе, – произнес я. – И нас почти сразу провели к королю. Я оказался в янтарной комнате, отрезанным от остальных. Ваш драгоценный король, похоже, окончательно спятив, надел рыцарские доспехи и напал меня, крича, что дракон должен умереть.

– Вы… убили его магий?

– Нет. Комната оказалась ловушкой, блокировавшей мои способности, но к счастью не остальных магов. Они прорвались через врагов и взяли короля в плен. Потом, когда мы решили расспросить Фридриха, он раскусил капсулу, убившую его.

– Он сам себя убил?!

– Те, кто попал под влияние мастера, как-то не слишком ценит свою жизнь. Это касается даже высших магов, что служат ему, – заметил я.

– А что случилось с принцем? «Падуя», это ведь его корабль.

– Принц мертв, инфаркт наверное или что-то в этом роде. Это вам медики лучше меня расскажут, я в подобном не разбираюсь, – сказал я и начал вычеркивать в воздухе перемещающее заклинание.

– То есть Прусский трон остался без прямых наследников, – мрачно заключил Прегиль, а потом пристально пригляделся ко мне.

– Выходит, что так, – ответил я безэмоционально. – Кстати, вашего помощника Йенса Беппе, бросили в замковую тюрьму вместе с начальником магической охраны. Йенс потом поехал с нами, но драконоборцы его сильно потрепали. Сейчас он в госпитале Мемеля.

– Проклятье… Кстати, а вы уверены, что на Пруссии нет никакого проклятия?

– Фридрих, да и вы, Базилиус, в том числе благополучно создали его сами, – сказал я, глянув на королевского мага из зеркала заднего вида. – Я про налоги и экономическую ситуацию.

– Простите, Ваша Светлость, но это уже не ваша компетенция…

– Я обещал, что налоги понизят до тридцати процентов, – сказал я.

– Что?! Вы не можете вмешиваться в подобные дела…

Я переглянулся с Финбарром. Кузен только возвел глаза к небу. «Бронко» между тем влетел туннель из возникшего темного тумана, в котором скользили синие молнии и через миг оказался на подъезде к Кёнигсбергу.

– Пруссия в настоящий момент находится под управлением Объединенного Совета Гильдий, нравится вам это или нет, – заметил я. – Так что да, налоги снизят. Насколько я знаю, большинство членов Совета вам очень давно говорили о подобном.

Прегиль сидел поджав губы с досады. Пока он молчал, я неспеша вел внедорожник по ночным пустынным улицам города. Тут прокашлялся Ноткер.

– Простите, что спрашиваю, господин Прегиль, но вы знали о кунсткамере короля и что в ней хранится? – спросил кобольд.

Прегиль глянул на кобольда с недовольством.

– Тебе кто-то разрешал говорить?

– Я разрешил, – я мрачно глянул на Прегиля. – Особенно если Ноткер задает кому-то крайне неудобные вопросы. Отвечайте, Базилиус.

– Да, я знал об этой комнате. Вас наверное «впечатлила» мумия кобольда. Но уверяю, король ни одно из имеющихся там существ не убивал.

– Вы уверены? – поинтересовался я, въезжая в ворота королевского замка. – Вот дракона он убить очень хотел. А еще мы полюбовались обстановкой королевского ресторана, украшенного картинами, на которых сжигают ведьм. Вас такое устраивало? А еще мне интересно, где король раздобыл экспонаты для своей кунсткамеры?

– Вообще-то вам бы следовало знать, что в любой Гильдии имеется специальный отдел с образцами. Он служит обучающимся магам примерно так же как, например, анатомический театр – медикам.

– И что, у вас там мумия темных ведьм имеются? – поинтересовался я, остановившись на стоянке.

– Нет, конечно, только существ с отличающейся от нас с вами анатомией…

Он смолк, когда наткнулся на совсем недобрый взгляд Финбарра.

– То есть оборотней вы отнесли с существам с иной анатомией? – пробасил кузен довольно агрессивно. – Я видел у короля в комнате отсеченную лапу вервольфа.

– Конечно отличается, когда вы принимаете волчий облик.

– При обороте у нас такая же анатомия, как у обычных волков! – прорычал Финбарр.

– Ваша Светлость, успокойте вашего кузена…

– Проклятые убийцы!

– Барри, – я показал Финбарру на выход и вышел вместе с ним из машины.

Прегиль выбираться из салона не спешил. Я заговорил с Финбарром на ирландском:

– Барри, не заводись, тебе ведь известно, что у нас не осталось вервольфов. Я этим вопросом не интересовался, но могу для тебя всё узнать, если ты хочешь. Но толку от этого? Ничего не исправить.

– Но я же тут и когда Ленели станет такой же как я и…

– Ты же знаешь, я вас в обиду не дам. Успокоился?

– Да. Спасибо, Харди.

– Простите, Ваша Светлость, мне наверное действительно не следовало лезть, – заметил Ноткер.

– Организуй профсоюз борьбы за права кобольдов, – сказал я.

– Вы серьезно?!

– Нет. Ты, кстати, слишком много читаешь газет в последнее время, Ноткер. А пресса вряд ли способствует душевному спокойствию, особенно впечатлительных личностей вроде тебя. Вернемся в Хоэцоллерн, займешься зимним садом и никаких чертовых газет.

– Да, Ваша Светлость.

Я постучал в стекло и сделал знак Прегилю выйти из машины. Он бросил на нас всех досадливый взгляд.

– Что ж, всем спокойной ночи, – сдержанно попрощался он и направился к башне, в которой располагались его покои. Я молча проводил его взглядом.

– Сукин сын, кажется, тебе даже спасибо не сказал за свое спасение, – заметил Финбарр. – Или он успел поблагодарить на барке?

– Нет. Да и черт с ним, – я облокотился на капот.

Финбарр посмотрел с недоумением.

– Подожду магов, перекинусь с ними парой слов о Прегиле, – сказал я задумчиво. – Мне кажется он может создать Совету большие проблемы.

– Может, стоило дать драконоборцам его увезти? – недобро прищурился Финбарр.

– Нет, не стоило.

Мы неспешно пошли к главному входу. Я ненадолго остановился у прорехи в мощенном дворе, задумчиво смотря на запись сделанную драконьей лапой на мокром песке.

– Это ты написал? – Финбарр поглядел на огромные буквы.

Я кивнул. Послышался шум двигателей и в замок вертолет. Поднявшийся ветер почти стер надпись. Выбравшиеся маги пошли ко мне. За Маделиф и Ульрихом вели плененного драконоборца.

– Всё в порядке, Ваша Светлость? – спросила Маделиф, встревожившись. – Где Прегиль?

– Ушел к себе. Думаю, с ними будут проблемы насчет управления Пруссией. Кроме того, у меня к нему много вопросов насчет полицейского Управления и имеющихся там приборов.

– У нас, уверяю, к нему точно такие же вопросы, – мрачно заметил Адельман. – Хотя, уверен, что ему очень не понравилось известие, что произошло с полицейскими.

– Я ему об этом не говорил. Хотя, вы могли бы кратко посвятить его в произошедшее, Ульрих.

– Неважно, от кого он это узнает и когда, – заметила Маделиф. – Зная господина Прегиля, предрекаю, что завтра у нас будет день сплошных споров.

– И все же, надо начать обсуждение, когда Главы Швейцарской и Австрийской Гильдий доберутся, – заметил Адельман.

– У них тоже боязнь авиаперелетов? – спросил я.

Адельман смутился и кивнул.

– Но полет на вертолете вас не смущал, – добавил я.

– Он летел низко. Да, мы все предпочитаем передвигаться на автомобилях. Это всё же более безопасно, – он обернулся к хмурой Маделиф.

– Что-то не так, госпожа Халевейн?

– Мои коллеги уже давно должны были быть тут, – произнесла она. – Но до сих пор не появились. Пойду, свяжусь с Фризской Гильдией.

Она ушла, а Адельман посмотрел на меня.

– Эгихард, вам не показалось, что Прегиль слишком нервный? – спросил он. – Конечно, смерть короля, на которого он возлагал большие надежды, его потрясла, но у меня возникло чувство, будто Базилиус в душе винит нас всех.

– Возлагал большие надежды? Какие именно?

– Ну вы уже слышали – Прегиль хотел заполучить Фризию. Эти навязчивые идеи о строительстве самых больших портов и прорытии канала, соединяющего оба моря. Королю, а значит и Прегилю, подчинялся бы весь север, со всеми морскими выходами.

– Я побывал в покоях Базилиуса, когда мы его искали. Там довольно аскетичная обстановка. Йенс Беппе, сказал, что в доме Прегиля в Старом городе ситуация аналогичная. Он не слишком похож на того, кто гонится за богатством.

– Возможно, мы чего-то он нем не знаем, – задумчиво протянул Ульрих.

– Вы про короля не ответили.

– Да точно, простите. Думаю, что получив оба выхода к морям, Прегиль бы усилил давление и попытался бы получить Объединенные земли и Богемию. Насчет Швейцарии и Австрии не уверен.

– Вы имеете ввиду под одной короной?

– Да. Базилиус всегда называл нашу страну недоунией, недофедерацией и недоконфедерацией, эдакой аномалией среди форм правления.

– И с этим вполне можно согласиться.

– Да, пожалуй. Особенно если бы в его словах не имелось презрительного оттенка.

– Как бы то ни было, Фридрих Четвертый не производил впечатление человека, на которого можно было бы возложить столь большое бремя власти.

– Но такими людьми всегда легче управлять, – возразил Ульрих.

– Учитывая, что король спал и видел, как на кострах сгорают все ведьмы, сомнительно, что монарх подчинялся бы Прегилю. Если вы думаете, что Фридрих был готов сделать такое только с темными, то вы заблуждаетесь. И Прегиль бы пострадал наравне со всеми остальными.

– Но…

– Вы же видели те «чудесные» приборы в местном Управлении антимагической полиции. Они все рассчитаны на высших магов.

Адельман нахмурился.

– Да, вы правы. Однако если за этим стоят драконоборцы… Это нелогично, давать людям оружие, которое может обратиться против них самих.

– У нас есть черный маг и Чистослав Черный, чьи цели недостаточно ясны. А может быть, кто-то еще, о ком мы и вовсе не догадываемся.

– Я кстати, приказал демонтировать тот прибор, что установлен в фонтане, и привезти сюда, – сказал Адельман. – Хочу завтра на совете замерить всем силу магической энергии.

– Остальное вы уже отправили в Хайдельберг?

– Да. С приборами надо разобраться. Так что после того как решим прусский вопрос, нам всем надо заняться этим.

Он наткнулся на мой недовольный взгляд.

– Обязательно к вам присоединюсь, после того как хотя бы пару дней отдохну дома, – произнес я.

В этот момент из замка вышла Маделиф. Ее и без того бледное лицо сделалось совсем белым, глаза были влажные, словно она готова была заплакать, но каким-то чудом сдерживалась.

– Что случилось, госпожа Халевейн? – спросил Ульрих.

– Две трети фризских магов, что должны были прибыть сюда, найдены мертвыми неподалеку от границы с Мекленбургом, – произнесла она блеклым голосом. – Я немедленно отправляюсь туда. Во поедете со мной, Ваша Светлость?

– Могли бы не спрашивать, – я нахмурился. – Известно что-то еще?

– Нет.

– Возьмите еще несколько моих магов, – вставил Адельман.

– Спасибо, но не стоит Ульрих. Оставайтесь здесь и будьте настороже. Вдруг, это не только против Фризии удар. И еще… Я хотела этим сама заняться, но из-за обстоятельств не могу. Вы можете найти еще фуры, отправить несколько магов, чтобы они перевезли скелет дракона в…

Волшебница глянула на меня.

– В Хоэцоллерн, – сказал я.

– Я всё сделаю сейчас же, – Ульрих кивнул.

– Финбарр, сходи быстро за Карлфридом. Сейчас он нам точно пригодится, даже если еще не совсем поправился.

Кузен кивнул и побежал в замок. Маделиф, отвернувшись от нас, медленно пошла в сторону моего внедорожника. Я поглядел на озадаченного Адельмана.

– Надеюсь, мы быстро разберемся, что произошло, и вернемся назад, – сказал я. – Присмотрите за Прегилем, но не спорьте с ним лишний раз до нашего возвращения.

– Честно говоря, у меня нет никакого желания заниматься этим в одиночку. Будьте осторожны, Эгихард, – Ульрих протянул мне руку и я, пожав ее, направился к машине.

За мной, хмурясь, поплелся мрачный из-за известий Ноткер, явно потрясенный произошедшим. Я извлек из кармана платок, но подойдя к волшебнице понял, что он не пригодится, поскольку она всё же держала себя в руках. Лишь отстраненно смотрела куда-то сквозь стены замка.

– Это катастрофа, Ваша Светлость, – прошептала она. – Нас и прежде было немного. А теперь… Это чрезвычайно сильно ослабит Фризию. Даже с учетом вас.

– Посмотрим. Тем, кто это сделал, придется заплатить высокую цену.

– Жизни высших светлых этим, увы, не вернешь, – с какой-то обреченностью произнесла Маделиф.

К нам подошли Финбарр с Карлфридом. Маделиф взглянула на него пристально, но маг явно был потрясен произошедшим, как и она. Мы сели в «Бронко» и направились во Фризию.

Глава 7

Когда Кёнигсберг остался позади, я посмотрел на Маделиф.

– Где именно это случилось?

– Недалеко от Любека, в небольшом городке Бад Зегеберг.

– До Любека примерно тысяча километров, – произнес я. – Но я там никогда не был. Если хотите добраться туда быстрее, вам придется помочь.

– Я бывала в Бад Зегеберге, можем переместиться прямо туда, – сказала Маделиф негромко. – Но мне нужно собраться с силами.

Я остановился на обочине, сказав поменяться Финбарру и Маделиф местами, чтобы было удобнее вычерчивать заклинание перемещения, и поехал дальше.

– Когда будете готовы, скажите. И желательно до того, как мы въедем в снежную бурю, – я указал вперед, где свет редких шоссейных фонарей терялся в надвигающемся снегопаде.

Маделиф кивнула и подала руку. Я взял ее за запястье и стал вычеркивать в воздухе символы перемещающего заклинания.

Над нами громыхнуло, но «Бронко» успел влететь в снегопад, обрушившийся на шоссе на несколько секунд раньше, чем въехал в возникший темный туманный туннель. В стекла ударял снег, а следом звонко застучали кусочки льда. В туннеле нас окутали синие молнии, распространяя вокруг внедорожника синеватое свечение.

Спустя пару минут «Бронко» вынырнул на пустынном и неосвещенном шоссе посреди полей. Погода тут была ясная и где-то вдалеке за полями темным зеркалом лежало озеро, отражая висевшую в небе неполную луну.

– Мы уже недалеко – это Зегебергское озеро, – Маделиф, сцепила руки в замок, готовясь встретиться с неизбежным.

Я съехал с шоссе и через несколько сотен метров резко сбавил скорость: въезд в город оказался перекрыт антимагической полицией. Нам сделали знак остановиться. Увидев меня и Маделиф полицейский поприветствовал нас, сочувственно кивнув волшебнице, и сделал коллегам знак пропустить.

– Знаете куда ехать, Ваша Светлость? Вам нужно на пустырь около водонапорной башни. На нее легко ориентироваться – башня на возвышении и хорошо освещена. Даже отсюда немного видно, – полицейский показал мне направление рукой. – Но если хотите, я могу дать вам сопровождающего.

– Спасибо, не стоит.

Я проехал пост и, свернув с шоссе, углубился в узкие городские улицы. Дорога стала подниматься в гору.

– Хорошо, что наша полиция не такая, как в Пруссии, – задумчиво обронил Карлфрид.

– Стоит проверить, – я глянул на Маделиф. – Я имею в виду, что нам надо посетить все полицейские управления, чтобы убедиться, что там нет антимагической техники. Что думаете?

– Полиция может не подчиняться Гильдии, но вам она подчиниться обязана, Ваша Светлость, – ответила она.

«Бронко» забрался на вершину холма, на котором находилась водонапорная башня и остановился перед оцеплением. Я сказал сидеть Ноткеру в машине, остальные выбрались наружу. Над городом стояло ясная ночь, было довольно холодно и в промозглый воздух вырывались облачка пара от нашего дыхания.

На месте происшествия на стоянке у башни оказалось около пяти полицейских машин и фургонов. Лента оцепления тянулась от самой водонапорной башни, мимо пристроек, охватывала пустырь примерно метров в сто в диаметре и снова возвращалась к башне. По периметру ленты стояли прожекторы, освещая пустырь, дежурили группы полицейских.

К нам подошел мой старый знакомый – Бастиан Зебальд, директор полицейского Управления округа Эмден. Он выразил соболезнования Маделиф, а потом увидел меня и застыл в растерянности.

– Господин Райнер-Наэр? Простите, Ваша Светлость… Не ожидал вас тут увидеть.

– Почему же? – я посмотрел на его лицо. – Вы меня в чем-то подозреваете?

– Будем откровенны, у меня к вам весьма неоднозначное отношение…

– Давайте обсудим это после. Сейчас расскажите, что вы тут нашли.

– По просьбе госпожи Халевейн полиция ничего не трогала. Я выехал на место из Эмдена практически сразу, как узнал о случившемся. По всем признакам, тут произошла магическая битва.

– А вы привезли оборудование наподобие того, каким вы проверяли пастбище, где на подопечных моей тети напал конь-оборотень?

– Да, разумеется. Это сканеры, улавливающие наличие магической энергии. На вашей земле они тогда ничего не засекли. Но тут мы обнаружили остаточную магию, – ответил директор полиции и добавил: – Если честно, мы еще разбираемся с оборудованием. Оно весьма непросто в эксплуатации.

Мы переглянулись с Маделиф и Карлфридом.

– Я к сожалению не в курсе вашей техники, – сказала Маделиф. – Можете поподробнее рассказать? Откуда оно у вас появилось?

– Как вам известно, месяца полтора назад меня назначили на должность в Эмден, как и многих моих сотрудников – расширили штат, выделили новое оборудование. Это все делалось, разумеется, по распоряжению Министерства по делам магии. Если желаете, могу вам в подробностях описать и рассказать, – услужливо отозвался Бастиан Зебальд, но я видел, что он сильно напряжен из-за моего присутствия.

– Спасибо, было бы очень интересно услышать об этом. Но чуть позже – сперва все же надо осмотреть место нападения на моих коллег, – Маделиф, закусив губу, подошла к ограждающей ленте и ее пропустили.

За ней поспешил Карлфрид. Я чуть помедлил, поглядев на директора Управления.

– Надеюсь, вы всё же понимаете, что я к этому не причастен, – произнес я.

– Сканеры распознают вид магической энергии. На фризских магов напали темные колдуны и… возможно черный маг.

– В это время я находился в Пруссии вместе с госпожой Халевейн и господином Моором.

– Возможно, мы неправильно интерпретировали показатели…

– Или правильно. Но я не единственный черный маг, как вы знаете, господин Зебальд. Пойдемте.

Я обернулся на миг и сделал стоящему в стороне Финбарру знак следовать за нами. Для нас полицейские приподняли ленту и мы прошли дальше.

Сцену трагедии за водонапорной башней хорошо освещали установленные прожекторы. Убитые маги лежали по периметру пустыря, словно их атаковали со всех сторон и они держали круговую оборону. Большая часть трупов имела жуткие ожоги. Чьи-то тела были полностью черными, скукоженными, словно сгоревшие спички. У кого-то из магов отсутствовали голова или конечности. В центре стояла Маделиф, приложив платок к лицу – запах горелой плоти был почти тошнотворным. Карлфрид, также закрыв нос платком, осторожно шел между убитых, с мрачным видом осматривая повреждения и пытаясь отыскать какие-либо следы.

– Когда именно это случилось? – спросил я директора Управления.

– Около тридцати часов назад, незадолго до полуночи. Местные жители слышали шум, но ничего не видели.

– Покажите, что выявили ваши датчики.

Бастиан Зебальд подозвал одного из сотрудников. Тот подошел со знакомым мне сканером, очень напоминающим по виду металлоискатель, и показал нам зафиксированные на экране данные.

– «Остаточная темная энергия, уровень от 80 до 200», – прочитал я. – Хм, а в чем измеряется этот уровень? И что значат эти показатели?

Директор взглянул на меня, чуть смутившись.

– Честно говоря, мы еще сами в этом не разобрались, поскольку у нас еще не было прецедентов. У вашего дома – не считается.

– Я вам, пожалуй, составлю компанию за чтением инструкции к этой штуке, – я указал на сканер и повернулся к Финбарру. – Барри, ты что-нибудь чуешь?

– Могу точно сказать, что атакующих было полсотни и они долго сидели в засаде.

– В засаде? – я с недоумением огляделся. – Ты про кусты и хозяйственные постройки у водонапорной башни? Такая себе засада, чтобы высшие светлые не заметили.

– И тем не менее, – кузен передернул плечами.

– Пятьдесят темных, которые смогли одолеть двадцать высших светлых? Да еще и судя по отсутствующим трупам темных – без потерь? Это абсурд, – заметил расслышавший слова Финбарра Карлфрид и подошел к нам.

Я указал ему на показатели полицейского сканера.

– Еще бы знать, что значат эти показатели, Ваша Светлость, и какой уровень по этой шкале соответствует темным магам.

– Я уже предложил господину Зебальду вместе почитать инструкцию.

Полицейский директор посмотрел на нас хмуро, а потом кивнул на Финбарра.

– Кто он?

– Догадайтесь, – я оскалился в недоброй усмешке. – Но самое важное, что это мой кузен.

– Вервольф, не так ли? – мрачно обронил директор. – У него все в порядке с документами?

– Почти. Хорошо, что напомнили. Как раз вашей подписи и штампа не хватает. Барри, дай свой паспорт.

Финбарр извлек из внутреннего кармана пиджака книжку и передал полицейскому. Тот озадаченно уставился на герб Ирландской Гильдии магов, полистал страницы.

– Паспорт заграничный, Ваша Светлость, хотя вижу, там имеется гербовая печать нашего Объединенного Совета магов, как и в вашем паспорте. Но лучше бы вашему кузену иметь местный паспорт. Вы вполне можете пожаловать ему гражданство, а мы выдадим ему новый паспорт.

Удивительно, что полицейский не стал возмущаться тем, что Финбарр оборотень и спрашивать, не представляет ли он угрозу окружающих.

– Спасибо, что подсказали. Именно так и сделаем.

Я пошел к Маделиф, которая чертила в воздухе перед собой полыхающие белым символы и хмурилась.

– Вы как? – спросил я.

– Пытаюсь найти следы врагов, но заклинания не срабатывают, – она поглядела на меня. – Может быть вы попробуете?

Я несколько секунд молча смотрел на нее.

– Вы уверены, что готовы это увидеть?

– Что? – волшебница смотрела на меня с непониманием и в ее глазах я увидел появившийся страх.

– То, что тут произошло. Предполагаю, что зрелище для вас будет тяжелым.

– Вы можете показать? Что ж, как бы ужасно всё ни выглядело, я хочу это увидеть.

Я начал выписывать сложное и длинное заклинание. В морозном воздухе затрепетали символы, словно расплавленное золото, вспыхнули, оставив вместо себя золотистый туман. Через несколько мгновений он сгустился, превратившись в прозрачные фигуры фризских магов. Они словно только что поднялись по дороге, выйдя на пустырь за водонапорной башни. И тут их внезапно атаковали магией.

Финбарр оказался прав – тёмные поджидали высших магов, затаившись в кустах и за стенами построек. В обычной ситуации светлые магии обязательно бы обнаружили засаду. Но на темных лежала магическая защита, причём довольно высокого уровня. До самого момента, как они напали, высшие маги врагов не увидели.

Тёмные колдуны атаковали одновременно. Воздух разорвали алые молнии. Они оказались неожиданно мощными и вряд ли подобную силу можно было ожидать от темных. Двое фризских магов не успели поставить защиту и были поражены молниями. Остальные, едва успев защититься и получив незначительные ожоги, ответили на атаку. В ход пошли плазменные шары. Однако у темных в руках возникли непонятные приборы, развернувшие перед врагами прозрачные щиты. Атака светлых разбилась и во все стороны брызнула раскалённая плазма.

Фризские маги повторили атаку, максимально усилив боевые заклинания, но она точно также разбилась о невидимую защиту.

В светлых вновь полетели молнии. Мощные, несущие неизбежную гибель, они пробивались защиту, касались тел и сжигали их. Над пустырем наверняка прозвучали душераздирающие крики раненых и умирающих, но к счастью мое заклинание звуки не воспроизводило.

Я увидел, как содрогнулась Маделиф, наблюдая за боем, как сжала руки в кулаки, в гневе и бессилии, понимая, что ни помочь, ни предотвратить то, что она видит, она не сможет.

Фризские маги гибли один за другим. Кто-то из них всё еще пытался установить защиту, но она рвалась в клочья вражьими алыми молниями.

Я внимательно всматривался в устройства, что были у темных, и почти не сомневался, что и у них, и у антимагического оборудования в Управлении полиции было одно происхождение. Хотя, конечно, исключать то, что до одной вещи додумываются два гения, не стоило.

Темные между тем добивали оставшихся магов. Когда на пустыре все затихло, колдуны извлекли из имеющейся у каждого заплечной сумки небольшие цилиндры и кинжалы, наклонились над трупами и, нанеся сильные удары в грудную клетку, вложили в раны эти самые цилиндры. После этого тёмные вывели заклинания, которые стянули края ран, и теперь их вмешательства не было видно.

— Что за чертовщина? — спросил Карлфрид, наклоняясь над одним из трупов.

— Карлфрид, назад, — рявкнул я.

Маг замешкался, но его схватил за плечо Финбарр и рванул на себя. В этот же момент руки обгорелого трупа схватили воздух там, где только что находился маг.

Вслед за первым начали пробуждаться остальные мёртвые. Они бесшумно вставали, вытягивая вперёд обгорелые конечности. На некоторых руках не хватало пальцев или целых кистей. Обрубками рук мертвые начали выводить заклинания. Такими же пепельными символами, какими были их закопчённые тела.

— Что происходит?! — прокричал полицейский директор. — Это нахцереры?!

— Что-то очень на то похожее, — ответил я. — Прикажите своим людям отойти подальше. Финбарр, Карлфрид, Маделиф, и вы, господин Зебальд, – все спиной ко мне. Живо.

К счастью, мертвецы не интересовались полицейскими. Зато весьма целенаправленно заковыляли к нам. Я с удивлением понимал, что магическая энергия фризских магов никуда не делась вместе с их смертью, преобразовывавшись в темную, но при этом оставшись такой же мощной, как у высших.

Я не стал дожидаться момента, когда мертвые закончат плести заклинания, и с моих ладоней потекло два потока пламени. Потоки разрослись, превращаясь в полноводнуе реку, окружившую нас широким кольцом, а затем, резко раскрутившись, превратились в смерч. Огненный вихрь поднялся высокой непроходимой стеной. Мы пятеро оказались в том самом оке бури, в котором царило спокойствие. Зато смерч, расширившись, мгновенно смёл все ходячие трупы, сжигая и без того обгорелую плоть, обращая кости в пепел, а пепел в ничто.

И только крошечные предметы, что вложили фризским магам в грудную клетку, остались невредимыми, кружась в огненном вихре.

Я уменьшил силу смерча, загасил огонь и подошел к одной из упавших на землю вещиц. Проверил магией и, поняв что она не представляет ни для кого угрозы, поднял, чтобы рассмотреть повнимательнее.

Это была небольшая капсула, довольная тяжёлая по весу, в которой ощущалась чёрная магия. Сперва меня озадачило, почему я сразу не ощутил эту магию, как только мы оказались на пустыре, но потом пригляделся внимательней и заметил остатки янтарного покрытия. Видимо кто-то хорошо знал, что подобным способом можно замаскировать от меня магический предмет. Очередное скверное открытие.

Я поглядел в сторону магов, Финбарра и полицейского.

— Можете подойти, опасности больше нет.

— Что это было, Ваше Светлость? – спросил Бастиан Зебальд.

— То что вы подумали – нахцереры. Только вот мертвые в них были обращены не просто магией, а магией с использованием специальных устройств, которые очень похожи на те, что используются в Управлении полиции.

— Что это значит?

— Это значит, что все мы угодили в весьма масштабный заговор. И то оборудование, которое имеется в вашем Управлении, вполне может служить дурным целям.

– Служить кому?!

– В этих приборах использована черная магия, так что ответ очевиден, — я хмуро посмотрел на полицейского.

— Думаю мы должны немедленно проверить Управление, чтобы обезопасить Фризию, — заметил Карлфрид.

– Но ведь это оборудование поступило от Министерства по делам магии, — произнес растерявшись Бастиан Зебальд. – Насколько мне известно, Министерство прежде тесно сотрудничало с Хайдельбергской Гильдией магов. Чиновники Министерства должны были с ними всё согласовывать, а маги должны были проверить, как оно функционирует.

— Не совсем так. Механизмами, в которых заключена магия, занимается исключительно Гильдия Богемии, — заметила Маделиф. – С ними нам ещё предстоит разобраться, но сперва всё же давайте проверим ваше Управление, господин Зебальд, чтобы обезопасить полицию и людей.

Директор полиции согласно кивнул. Было видно, что произошедшее его сильно потрясло и он был растерян.

— Эгихард, сможете взять все эти приборы? – шёпотом произнесла волшебница. — Мне… страшно к ним прикасаться, и, более того, – омерзительно… Они убили моих коллег, с которыми я сражалась и работала много лет.

Я кивнул, подобрал остальные устройства и бросил их в карман пиджака, который сразу заметно оттянуло под их тяжестью. Мы с полицейским направились к оставленным за оцеплением машинам.

— Погодите, – произнёс Финбарр. — След уводит с этого холма дальше. Может быть, стоит посмотреть, куда направились темные?

— Вряд ли бы они стали дожидаться нас, Барри, прошло больше суток, — заметил Карлфрид.

– Но ведь я могу отследить их.

Мы переглянулись и я сказал:

– Можно проверить, куда они ушли. Но уверен, что они за собой хорошо подчистили и мы ничего не найдем.

Бастиан Зебальд сделал знак полицейским идти за нами, и Кузен повел всех вниз к другому более высокому холму, часть которого заросла лесом, а другая часть представляла собой сплошные голые скалы, белевшие в лунном свете. Я думал, что след проведет нас к стоянке, где колдуны просто сели в машины и уехали, но Финбарр стал подниматься на холм. Едва заметная тропа, то ныряя в лес, то петляя среди скал, вывела нас в итоге к пещере. Мы с недоумением переглянулись.

— Что темные тут забыли? – спросил спросил Карлфрид.

– Этот холм носит название Кальксберг, — пояснил один из местных полицейских. — Тут, на меловых скалах, находится одна из старейших колоний летучих мышей, даже охраняется государством.

— Надеюсь, что тут действительно летучие мыши, а не какие-нибудь вампиры в довесок к ходячим мертвецам, – мрачно обронил Бастиан Зебальд и его невольно передернуло.

– Что ж, пойдем посмотрим, – сказал я.

Следом я создал яркие колдовские огоньки, которые метнулись во тьму, освещая довольно широкий проход. Мы осторожно двинулись вперёд. Маделиф и Карлфрид, настороженные, шли за мной, готовые атаковать немедленно при любой опасности. Однако делать этого не пришлось.

Естественный коридор закончился и мы вышли в огромную пещеру, которую полностью осветили мои огоньки. В центре пещерного зала лежало нечто, напоминающее темные коконы. Спустя миг мы поняли, что наших врагов полностью облепили летучие мыши. Черная живая масса копошилась, издавая мерзкий писк.

— Проклятье, – только и сказал Бастиан Зебальд.

— Они же едят их живьём! – сказал кто-то из полицейских и, не сдержавшись, хлопнул в ладоши.

Вся масса мышей в один миг взмыла в воздух, и черной плотной тучей понеслась на выход. Атаковать нас они не собирались, но мы невольно пригнулись, чтобы не дать коснуться себя кончикам крыльев. Когда мыши улетели, на меловом полу остались белеть одни лишь кости.

— Что ж, спрашивать нам, к сожалению, теперь не у кого, – мрачно заметила Маделиф.

– Но вопросов стало только больше, – в тон ей добавил Карлфрид.

Мы осмотрели пещеру и останки, но больше никаких магических артефактов не нашли.

— Хорошо подчистили за собой, – недобро заметил Карлфрид и поглядел на меня. — Нам надо срочно в Богемию, Ваша Светлость, мне кажется, мы затянули с этим вопросом.

— И всё же сперва надо обезопасить Фризию. Заедем ненадолго в Аурих в Гильдию, а следом необходимо проверить Управление полиции, – сказала Маделиф и посмотрела на Бастиана Зебальда. – Распорядитесь, пожалуйста, чтобы все ваши сотрудники покинули рабочие места, включая дежурных. Ради их же безопасности, на случай если что-то из полученного вами оборудования имеет неприятный секрет. Но вы нам нужны.

Директор Управления кивнул. Мы вышли из пещеры и пройдя тем же путем, вернулись к водонапорной башне и оставленным у нее машинам. Полицейские уехали первые, а мы последовали за ними.

– До Ауриха ехать часа два или больше, – заметил я, глянув на Маделиф.

– Сделайте это незаметно для полицейских, – произнесла волшебница.

Я, все больше притормаживая, совсем отстал от полицейских машин, свернул на первую попавшуюся дорогу и вычертил перемещающее заклинание.

Через несколько секунд мы оказались на подъезде к городу, а еще через минуту внедорожник замер у ворот Аурихского замка, являющегося резиденцией Фризской Гильдии. Маделиф спешно вышла из машины и направилась в Гильдию, а за ней, поймав мой взгляд, последовал Карлфрид.

Я открыл багажник, нашел там свой старый рюкзак, в котором хранился аркан, и переложил туда зачарованные цилиндры. В этот момент меня тихо позвал Ноткер.

— Ваша Светлость, – прошептал он. – Посмотрите налево. Спрятавшись за можжевельником, стоит мой соплеменник. Хотя, честно говоря, я бы держался от такого подальше.

Я глянул на угол замка и едва разглядел в темноте притаившегося кобольда. Он, заметив наши взгляды, сделал пару шагов вперед, вынырнув из тени кустов в свет фонарей. Одет он был полностью в черное, что наводило на определённые мысли, кому он служит. Кобольд показал конверт, сделал знак подойти и снова скрылся в тени.

– Иди-ка сам к нам, дружок, – я оскалился в усмешке. – Не бойся, тебе мы ничего не сделаем. В отличие от твоего господина.

Кобольд пару мгновений медлил в сомнении, но потом осторожно оглядевшись, спешно подошел к нам и протянул мне конверт.

– От моего хозяина, Ваша Светлость, – произнёс он тихо.

– Еще одно проклятие для Фризии? – поинтересовался я, взяв черный конверт.

– Это было бы глупо и неуместно. И это не ловушка. Мой хозяин всего лишь хочет с вами переговорить. Прочтите, когда будете один.

С этими словами он, поклонившись, побежал обратно и исчез в темноте.

– Это точно не опасно, Харди? – спросил Финбарр, проводив кобольда подозрительным взглядом.

– Нет. На конверте нет никакой магии. И внутри тоже.

– Зато я чую что-то другое, – мрачно заметил Финбарр. – Ты поймешь, когда увидишь послание.

– Догадываюсь, – хмуро отозвался я. – Пойдемте.

Сунув конверт в карман пиджака и думая о том, что замыслил черный маг, я направился в Гильдию.