Кровь Бога. Книга третья

Глава 1

Третий месяц после начала года мало кто любит в Рейнмарке. А всё из-за ежесезонной миграции карафов. Эти большие птицы с размахом крыльев в три метра заполоняют город и окрестности пронзительными криками. А всё из-за того, что Рейнмарк считается одним из самых крупных городов мира, и его свалки являются источником поиска пищи для этих надоедливых птиц.

Ученые и куйэры называют Рейнмарк одновременно жемчужиной и выгребной ямой. Подобных городов больше нет, что придает уникальности. И дело не только в размерах, хоть идти из одного конца в другой придется больше пятидесяти миль. Рейнмарк знаменит независимостью, им никто не правит. Город хаоса и анархии, другого такого нет.

Изначально на благодатном южном побережье и плодородных почвах образовалось около двадцати поселений, которые лет через пятьдесят превратились в тринадцать небольших городов. А еще через сто пятьдесят лет города расширились и соприкоснулись границами, образовав Независимый Округ Рейнмарк.

Некоторые соседние страны пытались взять Рейнмарк под контроль, но ничего не получилось. Рейнмарк лишен центрального управления и не имеет регулярной армии, поэтому, если вы воинственный князь Вошельских лесов, генерал-губернатор Островной Федерации, король Манарии или Стилмарка, то можете без труда ввести войска на территорию вольного города. Но рано или поздно вы оттуда уберетесь.

Несмотря на то, что Рейнмарк расположен между многими сильными и воинственными государствами, город до сих пор остается крепким орешком из-за мнимой беззащитности. Жители города не любят власть и свергать там некого. Вместо этого есть районы под контролем разных нехороших личностей. Попытки насадить единую веру тоже неоднократно проваливались.

Рейнмарк стал прибежищем беглецов, дезертиров, черных колдунов и, куда уж без них, монстров наподобие вампиров, демонов и чего-то похуже. Здесь почти невозможно поддерживать порядок, и уж тем более бороться с преступностью и собирать налоги. Любой захват заканчивается опустевшей казной, заразными лихорадками среди войск и таинственными исчезновениями…

— Так, ты когда-нибудь заткнешься? — Лучник поправляет шлем, осматривая ночную улицу. — Я и без тебя знаю, что такое Рейнмарк, ходячая ты книга.

— Зря я что ли образование получил? — Собеседник в темноте переулка нисколько не расстроился из-за прерванного рассказа.

— Знание — сила, не… — Начинает лучник.

— … раскрывай его. Я знаю. — Кивает маг. — Но это общеизвестные истины.

— Раз это общеизвестно, то молчи. — Обрывает воин. — Мы на задании, а у вампиров острый слух.

— И не только слух. Любые чувства у них опережают людей. Говорят, что они могут различать уникальные оттенки вкуса крови. — Поддакивает собеседник.

— Да помолчи ты! Передового отряда долго нет. Идем за ними. — Лучник выходит из переулка и быстрым шагом направляется к таверне с темными окнами.

— Только вдвоем? — Волшебник в просторном плаще не отстает.

— В первый раз что ли? Это всего лишь вампиры.

— Ха, ха, магистр Венселль. Ха, ха. Тогда я пойду первым.

Чародей обгоняет мастера боевых искусств Духа и ногой распахивает дверь в таверну.

— Добрый вечер, господа! — Это были единственные слова в темноту перед тем, как потоки магического огня принялись пожирать пространство.

Аддлер Венселль убирает ладонь от прорезей шлема. Против кровососов применяются разные тактики, одна из них зовется просто «светопреставлением». Ослепить, дезориентировать и вырезать: такое магистру очень нравится. Лучше этого может быть лишь стрельба в спины убегающих.

На полу катается чья-то фигура, объятая огнем. Пока чародей не прекратит подпитку маной, пламя будет пожирать жертву. Сбоку напрыгивает еще один противник с занесенной секирой. Аддлер уходит вбок и вонзает кинжал в сердце вампира. Тело ночного монстра тут же покрывается кристаллическим наростом, испускающим слабое белое сияние.

А вот охотник на вампиров уже несется к следующей жертве, которая пытается скрыться в глубине здания. Кинжал легко догоняет беглеца и обращает в кусок большого кристалла. Оказывается, вампиры таким образом хотели загнать охотника в ловушку. Из-под столов с двух сторон выпрыгивают еще два кровососа, понадеявшись на то, что лучник без оружия ближнего боя будет слаб.

Вот только чародей у входа не спит: стены огня поглощают обоих монстров. Маг под плащом творит один жест за другим: контроль температуры и яркости, а после еще нужно менять местоположение огненных стен. Кулак с оттопыренным мизинцем бьет по левой ладони, а потом вместе с ней поворачивается таким образом, чтобы ладонь оказалась над тыльной частью правой руки.

Маги зовут это «контролем территории». Способ боя позволяет диктовать правила даже на чужой территории. Потоки пламени превращают заброшенную таверну в огненный лабиринт с постоянно меняющимися проходами. Разумеется, проходы и тупики работают только на охотников на вампиров: маг поочередно сводит магистра Оружейной Часовни с каждым вампиром, не позволяя остальным сбежать или перегруппироваться.

— Похоже, это все. — Аддлер смотрит на трупы и потухший без единого дымка огонь.

— Вряд ли, — отзывается маг. — Большинство были младшими вампирами и несколько более старших особей. Главаря тут не было.

— Да, он должен быть где-то поблизости. — Мастер боевых искусств начинает осмотр внутренних помещений здания. — Я всё ещё не вижу наших разведчиков. Куда они могли пропасть?

— Тогда идем дальше. И зачем ты потратил все заряды «Кристаллического плена» на этих несчастных? — Волшебник укоризненно смотрит на кинжал в руках напарника.

— А зачем их беречь? Ты же не думаешь, что глава этого семейства имеет ранг старшего вампира? — Магистр заглядывает то в одну комнату, то в другую. Лук держит на изготовке, готовый к неожиданной атаке. Больше скрываться не имеет смысла.

— Маловероятно, но ты же помнишь о нашей настоящей цели? Тот, за кем мы охотимся, может иметь силы Древнего вампира, как бы бредово это не звучало. — Маг по-прежнему скрывает руки под плащом, а рот закрыт высоким воротником. — И к тому же является талантливым магом и адептом искусства Духа.

— Если он Древний вампир, в чем я сомневаюсь, то зачарованный кинжал нам никак не поможет. — Аддлер безразлично пожимает плечами.

— И то верно. — Успевает ответить маг перед тем, как напарник резко развернулся и выстрелил куда-то за спину чародея. Стрела пролетела в опасной близости от левого уха и всколыхнула капюшон. Позади на пол упало тело.

— Странно, я его не почувствовал. — Вслух размышляет маг. — Ах, это morfum. Придется изменить сигнальные чары вокруг нас.

— Кто?

— Местное выражение. Дословно означает «кукла». Неживой страж. — Объясняет чародей.

— Голем?

— Почти.

На этом моменте разговор заканчивается, так как из оставшихся помещений выпрыгивают другие куклы, выглядящие как чучела из дерева и веревок. Ростом с человека они вполне могут сойти за живого существа, но при близком рассмотрении ошибка сразу будет заметна. Да и двигаются они очень дерганно, создатель кукол не особо заботился о правильном движении суставов. Несколько неживых стражей вообще скачут на одной палке, будто реально сбежали с огорода.

Разобраться с ними было несложно, хотя куклы имеют особое преимущество перед другими противниками. Они не чувствуют боли и страха, поэтому сражаются до степени полного уничтожения. Только близ пустыря за таверной маг наконец засекает вампира. Там же оказываются трупы других охотников на вампиров.

— Сука! — Шипит из-под шлема Аддлер.

— Погоди, мне нужно полмин… — Чародей не успевает договорить, так как мастер Духа уже несется к сидящей на ящике фигуре. Вампир поднимает взлохмаченную голову и спокойно прикладывается к бутылке.

«Это явно местный заправила, но он слишком спокоен. Черт», — чародей не успевает за напарником, который в беге выпускает последнюю стрелу, теперь колчан пуст.

Вампир лишь изображал вальяжность, а на самом деле был готов уклониться от выстрела. Впрочем, это не спасло его от удара луком по лицу. Звонкий удар, и на лице вампира появляется багровый след.

— Что же ты будешь делать без стрел, лучник? — Противник улыбается, словно не в себе.

«Он, конечно, может и не знать личность охотников, но почему он так спокоен? Наркотики или ловушка?», — маг начинает вертеть головой по сторонам.

Аддлер Венселль никак не отреагировал на провокацию, лишь в упор от цели натянул пустую тетиву. За доли секунды перед разжатием пальцев охотник показывает, почему имеет статус магистра Оружейной Часовни. Слепящая энергия Духа бежит по луку и тетиве, а после срывается с оружия стрелой чистой энергии.

«Стрела энергии» может иметь различные эффекты, зависит от мастерства адепта. Сейчас напор энергии начал сворачиваться сам в себя, что повлекло мимолетное искажение пространства, сожравшее правую руку, плечо и часть правого бока вампира. «Стрела» оказалась настолько сильной, что долетела до башни Черного Базара в шести милях от места сражения. Люди еще как минимум месяц будут обсуждать, что такое разрушило половину крыши знаменитой аукционной башни.

— Где этот недосонок? Отвечай! — Аддлер ногой прижимает умирающего вампира. Обычный человек уже отправил бы душу Герону от болевого шока, но кровосос все еще в сознании.

— Не знаю, о ком ты, лучник. Ха-ха…кгах.. Ха. — Вампир начинает захлебываться собственной кровью.

— Сареф! Тебе ведь известно это имя? Где он? — Охотник буквально готов вытрясти всю душу из вампира.

— Я — меч Вестника. Хрен вы найдете моего хозяина. А если найдете, то вас будет ждать смерть! Аха-ха-ха! — Вампир переходит на крик, всё лицо уже залито кровью. — Смерть! Смерть! Смерть! Смерть! Смерть всем вам!

Магистр направляет лук на вампира и совсем чуть-чуть натягивает тетиву. Сейчас отправленная в полет энергия лишь разорвала череп кровососа, оставив глубокий след в земле. Чародей осматривает павших товарищей и оборачивается к Аддлеру.

— Здесь что-то не так. Предлагаю убраться поскорее. Район Хейзмун для нас не очень безопасен.

— Ладно, но нужно забрать тела наших. — Отвечает Адллер.

— Невозможно, — качает головой маг. — Вы вдвоем не унесем. Предлагаю провести их в последний путь здесь же.

Ночь озаряется большим костром, в котором сгорают без остатка тела охотников на вампиров. Их тела предварительно были политы священным маслом, ни один некромант или охотник за падалью не сможет использовать защитников человеческой расы в своих целях. А свет магического пламени достаточно яркий, чтобы даже ночью бог солнца забрал души.

— Мне это не нравится. Что-то здесь не так. — Повторяет чародей. — Еще и вампир этот… Как он исчез?

— Не знаю, Эрик. — Задумчиво смотрит на огонь Аддлер. — Я отвернулся на несколько секунд, а от его трупа ни следа. Я точно его убил, кто-то другой вероятно забрал тело под нашим носом.

— Возвращаемся в Манарию?

— Нет, здесь есть дела. Я вообще не собираюсь отдыхать, пока моя стрела не пронзит сердце вампира, принесшего нам столько бедствий. Однажды я уже держал кинжал возле его горла и намерен повторить это.

— Ого, магистр, каким высоким слогом заговорили…

Глава 2

Теплым днем путешествовать самое то. В Манарии, как и в соседних странах, с прошлого года зима стала куда продолжительнее. Если раньше после праздника Смены Года проходило меньше месяца перед повышением температуры, то сейчас уже третий месяц держится холодная погода с частыми ливнями и ночными заморозками. Однако, иногда Герон как и прежде одаривает землю светом и теплом.

Сегодня один из таких дней, облака не способны задержать солнечный свет, а грязь на дороге постепенно высыхает. Конный путешественник держит путь в Порт-Айзервиц, столицу Манарии. Проходит меньше часа, как путешественника останавливают на входе в город. Ворота окружены многочисленной стражей, причем здесь дежурят даже инквизиторы и один жрец.

— Назовитесь. По какому делу прибыли в Порт-Айзервиц? — Городской стражник тщательно осматривает юношу, коня и поклажу. После его взгляд замирает на мече, который привязан к тюкам.

— Лоренс Троуст. Сын рыцаря Фаба Троуста. Прибыл прямиком из задницы королевства для участия на рыцарском турнире его величества Метиоха Айзервиц. — Юноша довольно улыбается. — Я намереваюсь победить и вступить в элитный Громовой отряд!

Впрочем, позитивный настрой светловолосого юноши с лохматой головой никто из стражи не поддержал, а парочка поодаль даже позволила себе усмехнуться при виде деревенщины. Ни о каких знаменитых рыцарях с фамилией Троуст здесь не слыхивали. Жрец устало обходит путника с амулетами и без слов отходит.

— Теперь плати пошлину. Тридцать медных монет. — Стражник заметно успокоился после проверки жреца.

— Сколько? Вы с ума сошли с такими ценами?! — Лоренс повышает голос. — Да мой верный конь копыта отбросит, если я буду столько платить за вход в город.

— Плевать я хотел на твоего коня. — Равнодушно пожимает плечами стражник. — Плати давай.

— Десять монет и подарю тебе ценное полировочное масло, — вот это уже юноша произносит максимально тихо. — У меня есть и другие интересные вещи.

— Если ты прибыл сюда торговать, то еще двадцать в качестве торгового налога. — Контратакует стражник.

— Чего?! Я не торговец, я будущий рыцарь, который временно испытывает жизненные трудности. Как насчет этого кольца с изумрудным камнем? — Лоренс пожимает руку собеседнику, тем самым передавая предмет. — Твоя жена будет на восьмом небе от счастья.

— Это не изумруд. — Качает головой стражник.

— Его редкая разновидность, — Лоренс поднимает указательный палец вверх. — Мой отец получил в подарок от королевы вольных воительниц Секулуской Дуги тридцать лет назад.

— Врешь.

— А вот и нет! Кольцо немного потрепалось, но раньше стоило не менее трех серебрянных. Соглашайся, с меня всё равно больше взять нечего, а ты получишь предмет с богатой историей. — Доверительно шепчет юноша.

Стражник некоторое время поколебался, внимательно посмотрел по сторонам, а после все же взял пять медных монет сверху и пропустил в город. Лоренса это, кажется, полностью устроило. Напевая что-то несвязное под нос, будущий рыцарь входит в город.

— Геронова чума, этот город действительно большой! — Вслух изумляется Лоренс. — После нашей деревни это словно другой мир. Да, Буцефал?

Гнедой конь никак не отреагировал на вопрос и кличку, смысла которой никто не поймет. Вместе они идут по оживленным улицам, пока не оказываются на одной из главных площадей города. Хотя площадь будто кто-то поделил пополам провалом, через который перекинуто три деревянных моста, а по периметру выстроили забор. На одной стороне площади собор бога солнца в окружении строительных лесов уже почти полностью отреставрирован.

— Эгей! — Кричит Лоренс в черный провал, свесив половину туловища на середине моста. Ответа из пропасти не последовало. Некоторые прохожие неодобрительно оценили выходку, но ничего не сказали.

— Я слышал, что тут больше года назад Герон покарал древнее чудовище. — Лоренс под уздцы ведет коня дальше. — Говорят даже, что тот монстр по-прежнему где-то внизу, в обширных подземельях столицы. Вот скажи, Буцефал, это правда или байки?

Четвероногий помощник лишь повел ушами, никакого дела до богов, демонов или вампиров ему нет. Любой впервые пришедший в Порт-Айзервиц запросто может заблудиться в столице, но не заметить Стальную Крепость трудно. Бастион посреди города можно увидеть из любой точки города, и именно там будет проводиться рыцарский турнир, о котором судачит последние полгода всё королевство.

Кордоны на подступах к Стальной Крепости еще более требовательные и многочисленные. Лоренс попадает в очередь воинов, которые хотят записаться на турнир. Испытать силу и удачу могут не только воины знатного происхождения, поэтому желающих довольно много. Авантюристы, вышибалы, наемники и подозрительные личности: многие собираются получить свое.

Призов за победу несколько. Во-первых, все финалисты получат весомое денежное вознаграждение, измеряющееся в золотых монетах. Во-вторых, воин может повысить известность запоминающимся выступлением и даже получить приглашение в орден или иную организацию. Именно на это рассчитывает Лоренс, ведь новый король объявил о создании элитного отряда, куда войдут лучшие воины королевства.

— Отряд прозвали Громовым в честь командира? Или мне наврали? — Спрашивает Лоренс у помощника организатора турнира.

— Какая тебе разница? Еще раз, откуда ты? — Немолодой мужчина сидит в палатке над длинным пергаментом, куда вносит желающих участвовать.

— Чернопесочный Округ. Я единственный сын рыцаря Фаба Троуста. Мой покойный отец не стал слишком известным или богатым, но свой титул получил прямиком из рук дедушки его величества. — Лоренс показывает регалику в виде нашивки с солнцем и короной. Такую раньше получал каждый рыцарь после посвящения. — Она еще со времен конфликта с Поясом Постов Вейрлока.

— Мне это не интересно, — раздраженно произносит писчий.

— Я хочу прославиться на турнире и вступить в Громовой отряд. А вы не знаете, какова численность отряда? — Юноша полностью игнорирует незаинтересованность собеседника.

— Без понятия. Скажу лишь, что молокососам приглашение туда не светит. Туда берут только настоящих мастеров войны. Всё, теперь иди в ту палатку. Следующий!

В палатке по соседству проверяют снаряжение участников. Лоренс получает неодобрительные взгляды при виде простой рубахи и плаща от дождя.

— У тебя вообще никакого доспеха?

— От моего отца мне достался лишь меч. — Гордо отвечает юноша и протягивает оружие.

— Ясно. — Член королевской гвардии скептически осматривает ножны, которые являются лишь шкурой, обмотанной веревкой.

— Ко мне он попал уже без ножен, а денег на новые у меня не оказалось. — Пожимает плечами Лоренс. — Но интересно вовсе не это, отец мне рассказал, что меч волшебный.

— Мэтр Лорик, посмотрите, пожалуйста. — Гвардеец передает меч пожилому магу-артефактору.

— Ну-с, посмотрим. — Чародей аккуратно вынимает меч, отливающий синевой. — Неплохая полировка. И о каких же свойствах рассказывал твой отец?

— Благодарю, я полировал меч на каждой стоянке, чтобы он выглядел потрясно на турнире. А насчет свойств трудно сказать, я ничего в магии не соображаю. Отец говорил, что это «поющий» меч. — Пожимает плечами претендент на участие в турнире.

— А, «поющий» меч. Давай посмотрим. — Зачарователь проводит ладонью над лезвием. Поверхность оружия вспыхивает синим светом и быстро тускнеет. — Так, активных чар не вижу. Оружие было выковано и зачаровано не людьми. Вряд ли гномская работа. Скорее эльфы или какая-то народность духовных существ.

— Правилам удовлетворяет? — Спрашивает гвардеец.

Мэтр Лорик щелкает ногтем по лезвию, и сразу в ответ раздается тихий звон, вибрирующий еще в течение пяти секунд.

— На турнире нельзя использовать артефакты с активным зачарованием атакующей, защитной или иной магией. Но здесь лишь использована технология «поющего» металла. Она довольно экзотична, но формально правила не нарушает. — Чародей возвращает меч Лоренсу.

— Хорошо. Твой жетон участника. — Гвардеец передает юноше желтый кругляш. — Ступай в палатку напротив и возьми себе кожаный доспех и шлем. После окончания турнира обязан будешь вернуть квартирмейстеру. Зови следующего.

Уже через час Лоренс прошел все формальности, даже два раза проверялся инквизиторами. Стартовый лагерь участников расположился прямо под стенами Стальной Крепости, а при наличии жетона участника уже можно войти через огромные ворота в один из внутренних дворов.

Посреди него уже подготовлено огромное ристалище с песком. Скорее всего на нем будут проведены основные бои. А вот поодаль есть поле поменьше с каменным покрытием. Там, вероятно, планируются дуэльные поединки для финалистов. Конные сражения будут проведены только для членов рыцарских орденов, и Лоренс этому только рад, так как Буцефал не очень годится для боя. Спасибо хоть, что его королевское величество позволяет на время турнира воспользоваться конюшнями дворца.

Вокруг ходит множество воинов, как матерых, так и только начинающих опасный путь. Многие собираются в группы с шумным обсуждением фаворитов на победу и последних слухов. На территорию также пустили многочисленных лавочников, продающих еду.

— Итак, чем бы заняться? — Лоренс оглядывается по сторонам, пока не замечает что-то на территории ристалища. Еще несколько секунд смотрит, перед тем как быстрым шагом подойти к ограде. Возле ограждения уже стоит с десяток людей, обсуждающих всадника, которые нарезает круги на необычном скакуне.

Конь действительно выглядит необычно. Его тело будто состоит не из плоти, а переливающихся волн энергий цвета ледников с далекого севера. Необычное существо грациозно вышагивает перед тем, как сорваться в галоп, на который не способна ни одна настоящая лошадь.

— Это же ведь духовное существо? — Слышит Лоренс обсуждение среди зрителей.

— Ага, большая редкость. — Раздается в ответ.

— А кто верхом? — Лоренс непринужденно влезает в разговор, переводя внимание на молодую девчушку, восседающую на волшебном коне. — Она неплохо держится в седле.

— О, я слышал о ней. Это эльфийка. — В разговор включается еще один человек.

— Эльфийка? Здесь? — Не верит своим ушам Лоренс.

— Я тоже удивился сначала, но приглядись к её ушам. Это точно эльфийка.

— Да-да, верно. Она ведь состоит в Громовом отряде.

— Чо-о? Эта девчонка?

— Дурак, у эльфов ведь очень длинная жизнь. Ей вполне может быть сотня лет.

— Не верю!

— Раз даже её взяли, то мне точно не откажут. — Вдруг произносит Лоренс, чем вызывает смех людей.

— Ну да, конечно. Эта эльфийка в отряде из-за покровительства Элизабет Викар, чуть ли не самой могущественной волшебницы королевства.

— А что, так тоже можно было? Может, мне удастся понравиться этой Викар и меня тоже возьмут под крылышко? — Вслух мечтает Лоренс.

Вокруг рождается бурное обсуждение того, что от такого варианта никто не откажется, ведь Элизабет Викар вдобавок дочь епископа и редкостная красавица.

Глава 3

Главное, что проклянет любой оказавшийся в водах Фьор-Эласа, так как это жгуче-холодный ветер. Северное королевство, известное школой Белого Пламени и тренированным войском, располагается на заснеженном острове. Каравелла споро рассекает ледяные воды, вся покрытая изморозью. Вот только вампир на борту корабля совершенно не обращает внимание на холод.

За это Сареф может поблагодарить Стойкость, простуда и переохлаждение не грозит. А вот Рим рядом кутается в меховую накидку, хотя тоже куда крепче обычных людей.

— Ты же помнишь, что я не люблю холод. — Девушка-вампир ловит задумчивый взгляд Сарефа.

— Помню, но ничего поделать не могу. Фьор-Элас оттаивает всего на два-три месяца в году. Но что-то мне подсказывает, что в этом году лето сюда не доберется. — Отвечает вампир.

— Однозначно не доберется. Помнишь, сколько кораблей беженцев видели по пути?

— Ага, прошлая зима в северных королевствах так и не закончилась. Пастухи не смогли набрать корм для стад овец. Начался падеж скота, а почти все животные изменили миграцию. Неудивительно, что многие люди решили плыть на юг. — Пожимает плечами Сареф.

— А представь, что будет, когда эта зима доберется до юга… — Улыбается Рим.

— Кирдык. — Подхватывает Сареф. — Везде, где занимаются сельским хозяйством, начнется катастрофа.

Юноша поднимает руки и творит замысловатый жест, словно заключает себя в пирамиду. Следом воздух вокруг каравеллы начинает дрожать, значит, купол магии еще держится.

— Что это за магия? — Спрашивает Рим.

— Маскировка. Со стороны мы должны выглядеть как плавучая льдина.

— Неплохо. И патрульным кораблям ни разу не попались.

— Я выбрал маршрут, где патрули не ходят. А магия во Фьор-Эласе мало распространена, так что иллюзию вряд ли кто-то раскусит издалека. — Объясняет Сареф.

— Я удивлена, как хорошо ты знаешь здешние воды. — Рим толкает Сарефа в бок и отправляется в каюту.

За подобное знание Сареф уже благодарен Ганме. Мастер боевых искусств вырос и достиг высот здесь. Разумеется, он знал побережье как собственный дом. Но морскими подступами сведения, разумеется, не ограничиваются. Сареф жестом показывает рулевому, что курс остается верным, и идет за Рим.

Внутри капитанской каюты куда теплее благодаря огромной куче угля, на которую применено «Заторможенное горение» и «Замедление распада». Рим как обычно занимает любимое кресло и скучающе смотрит в потолок. Помимо них в каюте есть только Хунг, один из команды Рим. Вампир сейчас спит, отвернувшись к стенке.

— Значит, сегодня ночью? — Уточняет девушка. — Легион больше не появлялся?

— Да, сегодня ночью. — Кивает Сареф. — Легион вряд ли появится перед штурмом. Ты же в курсе, что если он будет часто вмешиваться, то привлечет ненужное внимание Хейдена?

— Помню-помню. После тех событий в Порт-Айзервице он на два месяца ушел в спячку. А в последний раз аж на полгода пропал из виду.

— Если бы Фарат могла делать, что хочет без ограничения по времени, то растянулся бы процесс на пару тысяч лет? — Сареф достает из шкафа запечатанный кувшин.

— Вряд ли. И она просила себя называть Легионом, да? Порой я путаюсь между всеми его именами.

— Возникает диссонанс, ведь чистокровные вампиры не имеют полового разделения. Как не обратись, всё верно будет. А нам привычно делить существ на женщин и мужчин. Пусть будет Легионом. — Сареф задумчиво отдирает защитную печать с горлышка кувшина.

— Пусть будет. Ты все же с ним куда чаще общался. Интересно, как выглядит мир, откуда он пришел? — Рим потягивается в кресле и зевает, неожиданно демонстрируя клыки во всю острейшую белизну. Прирожденная, поджарая хищница.

— Не знаю, я мало понял из его рассказов. В его мире есть объекты и явления, которые не имеют аналогов в нашем мире. Поэтому их очень трудно описать. — Сареф выливает в чашу остатки крови.

Запах крови сразу разносится по каюте, с Рим сонливость моментально слетает, даже Хунг во сне всхрапнул. Сарефу трудно их за это винить, все же это не просто кровь, а кровь самого Легиона. Не такая ценная, как кровь Древнего вампира, но её куда больше. И предназначается она исключительно для Сарефа, как Вестника гибели мира. При попытке приложиться к кувшину или чаше кем-то другим застынет острейшими иглами и лезвиями.

Легион преподнес такой дар ближайшему союзнику, что в обществе вампиров считается величайшим подарком и знаком огромного доверия. Если кристаллизованная капля крови Древнего действует всего тридцать секунд и является просто временным, хоть и фантастическим усилением, то полная чаша из крови высшего вампира дает вечный прирост сил выпившего её вампира.

Конечно, она не даст сил высшего вампира, но позволит сокращать развитие на целые десятилетия. Сареф еще не дошел статуса до старшего вампира, но уже куда выше большинства обычных кровопийц. Кровь пробегает по языку самым вкусным, что когда-либо пробовал вампир. Ни одно вино не способно сравниться с богатством вкуса крови высшего вампира, хоть понять купаж сможет только другой сородич.

Питье не отягощает, не пьянит, его можно пить хоть бесконечно. Изысканный вкус также не сравнить ни с какими другими продуктами. Слаще любого фрукта и меда, с приятной прохладой, которая вдруг растапливает внутренности в пожаре силы. Сареф не первый раз прикладывается к такому напитку, и каждый раз словно первый.

Сейчас это, пожалуй, единственный способ повышения сил. Система в какой-то момент за каждый уровень начала давать всего одно очко характеристик, а через какое-то время прогрессия уровней словно застыла на месте. В начале Система оценила новый опыт пользователя в рамках развития вампирских сил, но после встала, как и развитие через бои и тренировки в магии и боевых искусствах.

Сареф до сих не понимает сути работы Системы, кем она была создана и по каким правилам работает. Чем выше становятся возможности, тем труднее прокачка, если такое слово здесь вообще применимо. Это, конечно, не мешает поднимать уровни освоенности умений и заклятий, но грубого прироста уровней и характеристик больше нет.

— Эй-эй, — Рим дергает за рукав. — Можно?

Сейчас напарница выглядит будто наркоман, жадно пожирающий глазами дозу. Сареф никогда не возражает, так как лояльность Рим ему потребуется. А уже через девушку он может оказывать влияние на других подчиненных-вампиров. Юноша кивает и прикладывает палец к низу подбородка девушки. Рим дополнительных указаний не нужно, и их рты соприкасаются в долгом поцелуе.

Во рту Сарефа защита Легиона перестает действовать, поэтому только таким образом можно поделиться с Рим. Сареф оставляет один небольшой глоток для напарницы, это не сравнится с полной чашей, но даже так Рим уносит на седьмое небо от счастья. Вампирша настолько жадно всасывает кровь, что слизывает все остатки во рту юноши перед тем, как отойти.

— Ох, — Рим даже зажмуривается от вкусовых ощущений. — У меня всё тело вибрирует и взрывается.

— Еще бы. — Сареф рукавом вытирает рот и убирает пустой кувшин. — Мне нужно будет подготовиться, на холоде сработает лучше. Рулевому я еще раз объясню, куда и как нужно подплыть. Целью займусь я в одиночку. На вас отвлекающий маневр.

— Без проблем, сделаем в лучшем виде! — Рим прямо лучится жизненной энергией.

Сареф выходит на верхнюю палубу, вечер теперь полностью захватывает льдистый край. В сумерках у них получится незаметно пристать к берегу. Вампир садится на холодные доски в носовой части после короткого разговора с рулевым. Медитация перезапускает поток внутренней энергии.

Что-то похожее делал больше года назад на балу в поместье Тискарусов, но тогда он разгонял и сжимал энергию по технике школы Белого Пламени. Сегодня же ему нужна школа Стальной Крови. Багровый туман начинает подниматься над плечами Сарефа. До конца пути еще часа три, как раз хватит подготовиться к жестокому бою.

Однако перед полным погружением в себя Сареф дополнительно проверяет статус, чтобы еще раз пройтись по плану вторжения. От успеха сегодняшней миссии зависит очень многое.

Имя: Сареф

Уровень: 58

Раса: вампир

Расовый статус: вампир

Активные эффекты: Багровое Море (до завершения 99,8%)

Пассивные эффекты: «Божественная воля Кадуцея»(27,1%), «Аура благословения Кадуцея»(33,8%), «Школа Белого Пламени»(82,1%), «Школа Стальной Крови»(88,0%), «Поток магии», «Мелодия мира», «Великий корень»

Класс: маг хаоса

Подкласс: археолог

Субкласс: Вестник Событий

Ремесло: Ковка Плоти (адепт), Архитектор Грез (адепт)

Слава: высокая (Манария), средняя (Рейнмарк), средняя (Фьор-Элас), низкая (мир)

Репутация: отрицательная

После пятидесятого уровня Система словно получила обновление. Теперь сразу в окне статуса показывает уровни освоенности умений, которые степень освоенности имеют. Также Сареф может одной лишь мыслью скрывать те или иные параметры или перечень эффектов в любом количестве и с любой частотой.

Жизненная мощь: 36

Стойкость: 50

Физическая сила: 40

Ловкость: 31

Интеллект: 54

Озарение: 50

На полученные очки Сареф докачал Стойкость до пятидесяти, чтобы получить новую пассивную способность, а остальное отправил в Физическую силу. Видит Герон, сегодня она ему точно понадобится. Сареф убеждается, что всё осталось, как прежде, так как вот уже два раза у Системы возникал странный сбой, природу которого понять не удалось.

Юноша закрывает все окна и погружается в себя и алое море, в котором быстро гаснут все эмоции и движения. Полная неподвижность и непоколебимость. Сегодня эта стена попробует выдержать бушующую ярость. Как претендент на ступень мастера боевого искусства Сареф по-прежнему уступает оппоненту, но магия и вампирские силы должны будут сравнять силы.

Каравелла тем временем лавирует среди льдин, чтобы очень скоро увидеть огни Фьор-Тормуна, столицы королевства, где Сарефу точно никто не рад. Ночь будет богатой на события.

Глава 4

Бухта неприметна что с моря, что с суши. Отличное место для того, чтобы тайком высадиться, а после завершения дела вернуться и быстро отплыть. Они сумели достигнуть пункта назначения куда быстрее, прошло не более двух часов. Но Сареф вполне готов к выполнению миссии.

Весь экипаж собрался на верхней палубе. Вампиры полностью готовы к бою, доспехи кажутся темными пятнами пространства, так как вампиры не зажгли ни единого фонаря, свет ночным существам не нужен. Всего тридцать безжалостных хищников попробуют навести шороху и в процессе не умереть. Задача сложная, так как Фьор-Элас является крепким орешком в плане военной готовности.

Здешние мужчины и женщины с раннего детства тренируются с оружием и изучают боевые искусства. Суровый народ всегда готов к войнам и часто в них вступает, чтобы оттяпать себе плодородные земли где-нибудь ближе к югу.

Руководить отрядом будет Рим, она уже прохаживается по мерзлым доскам в обнимку с любимым двуручным мечом, а на поясе качается свернутый хвост Унарского Цербера-Химеры. Сареф кивает ей и поднимает обе руки к небу. После принятия крови Легиона магические возможности тоже сильно увеличиваются, и это следует использовать на полную, пока эффект не пропал.

Над всем близлежащим регионом начинает подниматься сильный ветер, со снежных гор сползают облака снега, а над Фьор-Тормуном порывы сгоняют тучи. Через несколько минут на город обрушивается сильный снегопад. Местные могут удивиться этому, так как хорошо должны предугадывать погоду здешних земель, но без прикрытия приближаться к городу опасно.

Вектора магической энергии закручиваются над регионом в позиции сильного метеозаклятья. Будь поблизости другой опытный маг, то он мог бы попробовать локализовать источник помех. Но Сареф не собирается тратить время и силы на сокрытие колдовства. Мизинец одной руки соединяется с большим пальцем другой. Крестообразная фигура рук постепенно заваливается на бок, чтобы образовать в пространстве прямоугольный купол.

Почти вся классическая магия — это магия математических расчетов, геометрических фигур и мысленных моделей. Чародей в этом роде выглядит как компьютер, последовательно выполняющий нужные операции. Но толком объяснить такую аналогию Сареф никому здесь не сможет. Юноша махнул рукой, и все присутствующие спрыгнули на лед и отправились прямиком в город.

Сареф выходит ровно через пять минут и тоже двигается к городу, но к другой его части. Ганма знал о тайном проходе, поэтому Сареф намерен воспользоваться полученным знанием. Сейчас вся местность выглядит как живая, сотни тысяч снежинок кружатся в метели. Тело вампира очень быстро покрывается снегом, Сареф не стряхивает его, чтобы лучше сливаться с окружением.

Путешествие заканчивается без проблем, тайный проход зачарован на произнесение пароля и касание камней в правильной последовательности. Как и ожидалось, с момента смерти Ганмы магическая защита не обновлялась. Сейчас мало кто знает, что Сареф может поглощать знания жертвы, на которую применяет «Кровавый пир».

Проходом явно давно не пользовались, каменная дверца поддается с большим трудом. Сареф оказывается в темном коридоре, который вскоре приводит прямо на территорию казарм и средоточия школы Белого Пламени. Многие воины и адепты сейчас предпочитают сидеть в личных помещениях, поэтому по дороге Сареф почти никого не встретил, пока не добрался по широкой каменной лестницы.

Лестница уходит ввысь, а конец скрыт в пурге. Сареф неожиданно для себя поклонился, сработала привычка Ганмы, ведь храм на вершине лестницы является священным для жителей королевства. Юноша начинает подъем, вспоминая про себя легенды, с которыми растет каждый ребенок Фьор-Эласа.

Белое Пламя не случайно в этом холодном краю. Согласно сказаниям герой Морд был первым, кто смог прогнать холод с помощью внутренней энергии. Морд стал основоположником школы боевого искусства, которое со временем прославилось далеко за пределами мерзлого края. Сейчас каждый гражданин в той или иной степени практикует это искусство. Если адептом боевых искусств не каждому дано стать, то поддерживать внутренний огонь, чтобы спокойно переносить мороз и ледяную воду, учатся даже дети после исполнения шести лет.

Темная фигура бредет посреди снежной бури, а храмовая площадь ступенька за ступенькой приближается к незваному гостю. Вскоре Сареф оглядывает храм, который выдолблен прямо в скале. Если верить преданиям, именно здесь предки королевства скрывались от холода и снега. Храм поднимается без единого огонька этажей на пятнадцать почти до вершины горы, которая нависает над Фьор-Тормуном.

Площадь перед нависающей скалой пуста, а метео-фронт сместился таким образом, что сейчас гора закрывает сооружение от ветра. В центре площади стоит большой бронзовый колокол, который используется во время праздников и тайных ритуалов. Сареф поднимает большой деревянный молот и с силой ударяет по колоколу. Потом еще три раза, выдерживая правильную паузу между ударами.

Звон прокатывается по храму и на первый взгляд ничего не происходит. Но через Ганму Сареф знает, что цель миссии обитает здесь и не сможет не обратить внимание на сигнал сбора. Тем временем в городе тоже слышат колокол, что является сигналом для начала хаоса.

Сареф напрягается, когда видит из проема бредущую фигуру магистра Белого Пламени. Во время «охоты на черта» в поместье Тискарусов в прошлом году мастер был в маске, но сейчас выглядит ровно так, как запомнил Ганма.

Пожилой мужчина с седыми волосами и бородой неприязненно смотрит на вторженца. Возраст мало сказался на атлетическом телосложении. Разумеется, он без труда почувствует вампира, ведь Сареф не видит смысла скрываться.

— Решил закончить дело? — Учитель Ганмы останавливается в пяти шагах от вампира. — Я ждал тебя, Равнодушный Охотник. Тебя ведь так называют? Ты даже сейчас не покажешь никаких эмоций?

— Эмоции нарушают концентрацию, учитель Борек. Вы сами это любили повторять. — Сареф срывает с себя плащ.

— Не смей изображать Ганму! — Мастер боевого искусства тут же выходит из себя и сжимает кулаки. — Не знаю, как ты смог проникнуть сюда. Не представляю, откуда знаешь сигнал сбора. Но не смей прикидываться призраком с того света!

Сареф знает, почему Борек вышел из себя. Все же «Кровавый пир» забрал не просто жизнь Ганмы, но и всю его душу. Теперь Ганма и Сареф являются одним целым. Учитель, смотря в лицо врага, будто видит любимого ученика. И это его не на шутку пугает.

— Прошу прощения. Больше не буду. Я пришел за вашей жизнью, магистр Борек. — Последние слова, впрочем, были лишними, ведь цель визита и не могла быть иной.

Вам противостоит Борек, магистр школы «Белого Пламени».

Получена новая задача: выжить любой ценой.

— Хорошо! — Бросает Борек и делает первый шаг.

Следом по горам разносится гулкий звук, словно выстрелили из пушки. Потом еще один раз и еще. Магистр Борек не разменивается на слабые удары, сегодняшняя схватка совсем не похожа на предыдущую. Сареф успевает уйти с линии атаки, но вот противнику даже необязательно физически касаться вампира.

Настоящие мастера Белого Пламени могут нанести удар на такой скорости, что даже чувства вампира за ним не уследят. Адепты годами тренируются разрушать стену без касания. Ганма помнил, что ниже в тренировочном лагере есть скала, вся покрытая трещинами и выбоинами. Неофиты обычно становятся на таком расстоянии, чтобы кулаки не доставали до стены пару сантиметров. Адепты становятся от пяти до десяти шагов, а мастера считают правильным отходить на другой конец тренировочной площадки.

Цель таких тренировок одна: научиться выпускать сжатую энергию вместе с ударом таким образом, чтобы удар внутренней энергией нанес скале ущерб на расстоянии. Таким образом обычный удар кулаком Борека сейчас пронзает ночной горный воздух с оглушительным хлопком. Сареф перемещается вправо, а противник делает еще один шаг с одновременным разворотом. Вампир снова успевает уклониться, а за его спиной в двадцати метрах каменная колонна храма разлетается в крошево.

Магистр совершает еще одну череду молниеносных ударов, не пытаясь сблизиться с Сарефом. Последнему приходится изворачиваться на волоске от попадания, чтобы оказаться наконец в центре площади. А вот Борек решает сблизиться в сумасшедшем прыжке, за ним в воздухе остается огненный след. Сареф ныряет под кулак и всем корпусом отталкивает оппонента.

Напоминает столкновение многотонных ледников, по площади храма моментально расползается паутина трещин. Магистр изумленно смотрит на Сарефа, явно не ожидал такой стойкости и силы. Спасибо Мяснику за знания другой школы боевых искусств.

Название: «Школа Стальной Крови»

Тип: способность духа

Ранг умения: A

Уровень освоенности: 88%

Описание: направление в Школе Духа, изучаемое в Стилграде. Умение включает в себя все приемы боевого искусства. Адепты этой Школы добились высот в способности укреплять тело энергией духа. Стальная Кровь — общее название методики уплотнения циркулирующей энергии. Благодаря ей, тело адепта становится буквально вылитым из железа, что позволяет выдерживать самые немыслимые повреждения. Также последователи этой школы отличаются очень высокой выносливостью, благодаря искусственному замедлению циркуляции энергии духа в теле.

Сареф итак обладает сверхчеловеческими характеристиками, поэтому уже не является легким противником даже для подобных магистров. Единственная опасность, о которой никогда забыть нельзя, заключается в возможности проиграть битву умов, информации и подготовленности к любым неожиданностям.

Борек сам же отбросил себя от укрепившегося вампира. Это дает небольшой промежуток, который Сареф обязан потратить на контратаку. Однажды он проиграл Кольному Мастеру битву между Белым Пламенем и Стальной Кровью. Несмотря на значимые преимущества первого в силе и скорости, что обычный обыватель считает главным в бою, Стальная Кровь является отличной ловушкой.

Под ногами Сарефа расползается алое озеро из чистейшей энергии духа. Его он собирал на протяжении последней глубокой медитации. Секунда, и озеро подобно цунами расходится во все стороны, но при этом остается в пределах площади. Волны энергии, достигнув невидимой границы, поднимаются на десятки метров и теперь катятся к центру площади.

Сейчас Сареф и Борек словно находятся на дне алого озера. На магистра вязкая мощь давит, в этой области от скорости большого прока не будет, а силу ударов будет частично гасить окружающее пространство. Это вызов, который магистр Борек не сможет проигнорировать. Сейчас он не просто находится как под водой, для него скорее похоже на погребение под толщами песков.

Но его гордость не позволит попытаться изменить поле битвы на более подходящее. Это знал Ганма, это знают и Борек и Сареф. Вампир видит безумную улыбку противника, суровый северянин теперь хочет одолеть противника внутри рукотворного озера, даже если это смертельный риск. Он посчитает это самым лучшим подарком в память погибшего ученика: показать душе Ганмы, миру и всем богам лучший урок, даже если он станет последним в его жизни.