Кромешник. Том - 5

Глава 1 (От автора)

Всем Здравствуйте!

Спешу сообщить, что с понедельника, наконец-то, начнут выходить главы Кромешника. Спасибо всем за ожидание. Самочувствие восстановилось, и я полон энтузиазма, муза парит над головой, главы уже пишутся.

Глава 1

Пятница подкралась незаметно, как вурдалак со спины.

Три дня перед ней пролетели в такой суете, что я не всегда понимал, утро сейчас или вечер. Время в моей жизни теперь делилось не на часы и минуты, а на задачи: с Куницыным разобраться, к Сёмину заехать за артефактами, Сергея проверить, Марту с Еремеевой развести по углам, пока не подрались, Варьку накормить, Каркуше мяса нарезать, домового отговорить от затеи с печкой на балконе.

Кузьма до сих пор обижался.

— Без печи дом не дом, хозяин, — бурчал он каждое утро и гремел кастрюлями нарочито громко, — Холодильник этот ваш гудит, батареи никакого тепла не дают, а у плиты и вовсе душа отсутствует. Как в таком месте жить-то?

— Кузьма, — произнёс строго, — Мы живём в многоквартирном доме, если поставлю печь на балконе, соседи пожарных вызовут, а заодно санитаров.

— Значит, соседей твоих в чурбаны пересажать надобно, — ворчал домовой, но дальше этого дело пока не заходило.

На следующий день приехал Гранатов и с порога начал разговор, даже не успев разуться:

— Встретился я с твоим клыкастым, — произнёс он без всякого приветствия, по голосу было слышно, что спать капитан лёг только под утро, — Скользкий тип, говорил гладко, на каждый вопрос ответ имел и ни разу не запнулся. Я таких за двадцать лет службы много видел. Если бы не обстоятельства, давно бы голову с плеч снёс. Короче, договорились мы. Его ребята заходят через северный коллектор и шумят там как следует. Стражу на себя оттягивают. Время ему сообщу за час до выхода, не раньше.

В четверг вечером Сергей отложил свои листы и откинулся на спинку стула с таким видом, будто только что разгрузил вагон угля.

— Понял, — выдохнул он.

На кухне все замерли. Марта оторвалась от заготовок, Кузьма перестал месить тесто, а Варвара так и застыла с ложкой варенья у рта.

— Что ты понял? — осторожно спросил я.

— Принцип замка, — Усудец постучал пальцем по фотографии с угловатыми закорючками.

— И чего ты тянешь, говори?

— Руны барьера испускают магию, которая оценивает каждого, кто к нему подходит и пропускает только людей, но лишь до определённой границы. Дальше идёт вторая проверка, определяющая кому служишь и поклоняешься, если не Чернобогу, — Сергей споткнулся инстинктивно понизил голос, — Тогда активируется процесс уничтожения. Происходит он по-разному, кто-о гибнет на месте, кто-то сходит с ума.

Я посмотрел на фотографию, стараясь разобраться в угловатых знаках.

— То есть барьер проверяет, кому мы служим? — уточнил я.

— Не совсем, он считывает след веры или поклонения, — Сергей осторожно подбирал слова, — Для него важно не то, кем ты себя считаешь, а с какой силой связан. Людей пропускает до определённого рубежа, а дальше начинает выжигать всех, кто не принадлежит к культу Чернобога.

— А нежить не пропустит вовсе?

— Угу.

Гранатов нахмурился.

— Значит, если я поведу туда своих людей, они начнут гибнуть один за другим?

— Если ничего не сделать, то да, — ответил Сергей. — Но в замке есть центральный узел. Если я его найду и отключу, вся защита рассыплется.

— Ты уверен, что сумеешь найти?

— Нет, — честно признался Усудец. — Но у меня есть шанс.

— Очень обнадёживает, — пробормотал капитан.

— Других вариантов всё равно нет, — заметил я.

— Серёга, а ты уверен, что сам не сдохнешь, пока подбираешься к защите.

— Уверен, я Усудец, мы беспристрастны и не служим ни одному богу, просто вершим правосудие.

Я бы поспорил, но Усимцеву виднее, если он убеждён, что справится, значит, так и есть.

Сергей отодвинул фотографии в сторону и потёр пальцами переносицу.

— Барьер не просто магическая стена, он похож на сеть, каждый знак — это отдельный узел, они связаны между собой, а центральный задаёт правила. Я сумею их ощутить, но, если прикоснусь не к тому месту, сработает защита.

— Я могу наложить на руки оберег, он не защитит полностью, но задержит отклик.

— И я поставлю щит, — добавил я. — Как только почувствуем опасность, прикрою Сергея.

— И я могу помочь, — подала голос Варвара с другого конца стола.

— Нет.

Девочка поджала губы.

— Варя, — вмешалась Еремеева, — Голос у неё был мягкий, но в нём слышалась сталь, — В катакомбах будет очень опасно.

— Я знаю, но всё равно хочу пойти.

В комнате повисла тишина.

— Нет, — повторил я, — Решение окончательное.

Варвара посмотрела на меня, и в её глазах вспыхнуло знакомое алое пламя.

— Ты обещал, что не будешь решать за меня!

— Я обещал, что выслушаю тебя, но не более того.

— Тогда я сама туда доберусь!

— Не доберёшься, — отрезал я, — Возьму и отправлю на Кромку в чертоги матери.

Девочка вскочила так резко, что стул скрипнул по полу.

— Ты мне не отец! Ты не можешь мне приказывать!

— Варвара, — попыталась образумить маленькую полубогиню Марта, но безуспешно.

По комнате прокатилась волна жара, чашка передо мной дрогнула, а на столешнице проступила тонкая извилистая трещина.

Елена напряглась, приготовившись вмешаться. Марта медленно отодвинулась от стола, а Гранатов молча следил за девочкой, не сводя руки с кобуры пистолета.

Не знаю уж, что он собирался с ним делать, не стрелять же в ребёнка?

Хотя, Варька по своей сути не такой уж и ребёнок, постарше всех в комнате будет, но только если измерять прожитыми годами, а ментально до сих пор остаётся маленькой девочкой.

Я выдохнул и заставил себя не повышать голос.

— Ты права, я тебе не отец, но пока я за тебя отвечаю, ни за что не потащу туда, где будет очень опасно. Вдруг я не сумею тебя защитить.

Варька всплеснула руками.

— Ну как ты не понимаешь, дядя Лёша, меня не нужно защищать. Это скорее мне придётся делать. Ты просто забываешь про мои силы.

Маленькая полубогиня зло посмотрела на меня, но жар в комнате понемногу начал спадать.

— Возьми мелкую с собой, она вам пригодится, прошелестел у меня в голове голос Мораны.

— Эм-м, серьёзно? — произнёс вслух.

— Да.

Я вздохнул, сдерживая ругательства и глядя на Варвару.

— Хорошо, мы тебя возьмём с собой, — произнёс недовольно, — Но как и говорили ранее, будешь слушаться меня беспрекословно.

— Ур-ра! — воскликнула маленькая полубогиня и кинулась ко мне обниматься.

— Так, этот вопрос закрыт, — объявил Гранатов и добавил, — А теперь всем спать, завтра с утра проверим снаряжение, а вечером выступаем.

И вот настал тот день, к которому мы все так долго готовились

Гранатов собрал группу в арендованном помещении неподалёку от парка. Отсюда до старого входа в катакомбы было меньше километра. На поверхности остались двое его людей, которые должны были следить за обстановкой и поддерживать связь с ОАР,

остальные готовились спускаться.

Капитан лично проверил каждого: оружие, фонари, рации, аптечки, запасные аккумуляторы. Он выглядел усталым, но собранным. За последние дни я видел Анатолия таким не раз. Гранатов мог ворчать, жаловаться на недосып и на то, что начальство не выделило больше людей, но, когда дело дошло до операции, казался неутомимым.

— Без самодеятельности, — произнёс он, закончив проверку, — Если отдам команду отходить, значит, отходите, если потеряли связь, двигаетесь к точке сбора. Никаких одиночных вылазок, никаких героических бросков.

— Так точно, товарищ кап капитан, — ответили его люди.

— Оперативники Гранатова были вооружены, но выглядели непривычно даже для этого мира. Четверо людей в лёгкой броне, с карабинами, защитными очками и рациями. Остальные остались наверху. Внутри катакомб оружие могло пригодиться против живых врагов, но против древней защиты и магии оно могло оказаться бесполезным.

Валерий со своими вампирами должен был зайти с другой стороны. Целью его отряды было отвлечение внимания отступников и оттягивание на себя охраны.

Сам Валерий не появился, он вышел на связь за час до операции, подтвердил, что группа готова, и сухо пожелал нам удачи.

Я всё ещё не доверял ему, но сейчас его помощь могла оказаться решающей.

Утром я привёл из-за Кромки Ратмира с членами его стаи, и сейчас они находились рядом с нами, выглядели волколаки сдержано, находясь в человеческом облике, но я чувствовал, насколько они напряжены и готовы в любое мгновение сменить ипостась.

Для них чужой территорией. Стая долго прожила на Кромке, и возвращение в обычный мир вызывало в их душах смешанные чувства.

Елена стояла чуть в стороне, проверяя ремни и застёжки на экипировке. Женщина была бледной и молчаливой. Я знал, что обращение в волчицу выматывало её, поэтому сегодня она не собиралась переходить в боевой облик без крайней необходимости, но по её взгляду было видно, если понадобится, она перекинется мгновенно.

Марта раздавала каждому небольшие обереги в виде небольших кусочков кусочки дерева, камешков и узелков с травами.

Говорила ведьма коротко, строго и без привычной насмешливости:

—Не снимайте, они действуют как предостережение, если начнёт холодить, жечь или пульсировать, значит вам грозит опасность. От сильного заклинания не защитит, от пули тоже, но как говорят. На безрыбье и рак рыба.

Сергей сидел за складным столом и ещё раз изучал фотографии рун. На его запястьях виднелись тёмные линии, которые Марта нанесла буквально несколько часов назад.

Усудец знал, что магические татуировки помогут защитить его от первого удара, но не дадут полной безопасности, поэтому понимал, что разобраться с руническим замком ему придётся с первого раза, второй попытки не будет.

Дарину я привёл в Явь с самого утра, но она не пошла с нами, сказав, что прибудет позже и не обманула. Появившись за полчаса до начала операции, выйдя из узкого прохода, который открыла прямо в стене помещения, и на мгновение все разговоры смолкли.

Низвергнутая Богиня надела тёмную куртку, чёрные брюки и высокие ботинки. В современной одежде Хозяйка Медной Горы выглядела как обычная женщина, но никакие шмотки не могли скрыть её силу, от которой воздух вокруг будто становился плотнее.

— Где Варвара? — поинтересовалась низвергнутая Богиня, и я на мгновение отёл глаза.

Позади Гранатова шевельнулась тень и вперёд вышла маленькая девочка с красными глазами.

— Здесь я и никуда не уйду.

Я посмотрел на Дарину. Хозяйка Медной Горы нахмурилась, но не удивилась. Лишь тяжело вздохнула.

Я присел перед Варькой на корточки, чтобы наши глаза оказались на одном уровне.

— Слушай меня внимательно, ты не отходишь от мамы, не нападаешь на врагов без её разрешения и не пытаешься уничтожить всё, что движется. Если я скажу бежать, ты бежишь. Понятно?

— А если я увижу, что кому-то нужна помощь?

— Сначала говоришь маме.

— Даже если времени не будет?

— Да.

Она помолчала, потом нехотя кивнула.

— Хорошо.

Гранатов захлопнул планшет.

— Закончили, — мрачно произнёс Гранатов, — Выдвигаемся.

До точки входа мы добрались пешком, разделившись на две группы. Городской парк к вечеру почти опустел, деревья темнели на фоне неба, фонари уже горели, а редкие прохожие спешили домой.

Вход находился за старой технической постройкой, закрытой сеткой. Куницын заранее нашёл точные координаты по архивным схемам. Официально здесь проходила кабельная линия, но старые документы показывали, что несколько десятков лет назад рабочие вскрыли подземный зал и затем его замуровали.

Сейчас кладка была нарушена. Камни аккуратно вынули, а затем кое-как уложили обратно, кто-то входил сюда много раз, но старался не оставлять следов.

Двое людей Гранатова остались снаружи.

— Проверка связи, — произнёс капитан.

— Первый на месте, — ответил голос в наушнике.

— Второй на месте.

— Принял.

Мы по одному пролезли через проём. За ним начиналась узкая каменная галерея, стены которой были покрыты пылью, но на полу виднелись свежие следы, а кое-где на камне остались царапины от инструментов. У самого входа стояла пластиковая бутылка с водой.

— Здесь кто-то был совсем недавно, — тихо произнёс Гранатов.

— Да, несколько человек, и могу с уверенность. Сказать, что они до сих пор там, внутри, — подтвердил Ратмир, встав на четвереньки и поведя носом практически у самой земли.

Это было странно, смотреть как человек ползает по земле и что-то вынюхивает, как собака, но наверно только в том случае, если не знать, кем он является на самом деле.

Я включил внутреннее зрение. На мгновение мир изменился, камень стал прозрачнее, вокруг нас проступили бледные следы чужой энергии. В галерее тянулись несколько нитей, одни были свежие, другие старые, будто оставленные много лет назад и все они уходили вниз.

На стенах проступали руны.

Я достал янтарь, который передала мне Яганна. Камень сразу потеплел в ладони, и тёмная точка внутри него будто ожила, превратившись в бездонный зрачок.

— Свет гаснет, — предупредила Марта.

Я посмотрел на ближайший фонарь. Он пока ещё горел, но его свет становился всё слабее, рассеиваясь прежде, чем достигал пола.

— Я вижу, — бросил отрывисто, — Держимся вместе, не растягиваемся.

Галерея уходила вниз пологим уклоном. Через несколько минут мы добрались до каменной двери, замурованной грубыми блоками. Рядом зиял свежий пролом, в который мог протиснуться человек.

За стеной было тихо.

Сергей подошёл к краю пролома, но не коснулся камней.

— Здесь первый круг защиты, — произнёс Усудец.

— Можешь понять, где находится центральный узел? — поинтересовался Гранатов.

— Попробую.

Парень опустился на колени, и медленно протянув руки к каменному полу, провёл ладонью над поверхностью, затем замер и медленно повернул голову влево.

— Здесь линии сходятся, — прошептал он отрывисто, — Но это не центр, скорее, входной контур.

— Тогда будем делаем? — спросил капитан.

— Я попробую обмануть защиту.

Усудец вдохнул и приложил ладонь к камню.

В ту же секунду руны вспыхнули тусклым серым светом, воздух вокруг похолодел, а я почувствовал, как из Сергея вытягивают силу, будто кто-то вцепился в него невидимыми зубами.

Сергей закрыл глаза, его пальцы его дрожали, скользя по камню. Под ладонью Усимцева начал проступать узор, которого он не видел глазами, но мог читать прикосновением. Его дыхание сбилось.

— Слева, — прошептал он, — Нет, выше, там ещё один слой…

Одна из рун вспыхнула ярко-белым, опаляя Сергею лицо, но тот этого даже не заметил. Защитные татуировки на пальцах начали исчезать.

Марта подняла руку. В воздухе развернулся тонкий узор из серебряных нитей и лёг на ладони Сергея.

— Держись! — выдохнула ведьма.

Усудец резко втянул воздух. Я почувствовал, как он проваливает словно в никуда.

— Нашёл, — выдавил из себя мой друг, — Центральная линия… здесь.

Он резко ударил костяшками пальцев по камню.

Раздался звук, похожий на звон стекла, серый свет погас.

Несколько секунд мы стояли неподвижно, затем Сергей обмяк, и я успел подхватить его, прежде чем Усимцев рухнул на каменный пол.

— Живой? — обеспокоенно произнёс Гранатов.

— Не помру, не дождётесь, — хрипло проворчал Усудец, и я облегчённо выдохнув помог парню подняться.

— Нужно идти дальше, — поторопил нас капитан.

— Пошли, — скомандовал я, — Постарайтесь ничего не трогать и не прислоняться к стенам.

Мы прошли через пролом.

За ним начинался большой зал с каменными стенами, где на полу лежали плиты с вырезанными символами. По центру тянулся проход, ведущий ещё глубже. В дальнем конце виднелась древняя дверь, чёрная от копоти и полностью покрытая резьбой, а над ней висели железные цепи. На каждой цепи покачивалась небольшая костяная подвеска.

Гранатов выставил двух оперативников вперёд и приказал осветить фонарями зал, но лучи света будто вязли в воздухе.

Несмотря на это я сумел рассмотреть на одной из стен тёмные пятна, похожие на следы от ладоней, а ещё заметил, что в самой середине зала находилось какая-то куча, накрытая брезентом.