Кризис

Пролог

21 февраля 2014 года президент Украины Виктор Янукович покинул Киев. 22 февраля Верховная рада приняла постановление, в котором заявила, что Янукович «неконституционным образом самоустранился от осуществления конституционных полномочий» и не выполняет свои обязанности.

Двадцать четвёртого февраля две тысячи четырнадцатого года молодой, но очень перспективный юрист Роман начал свой день с прослушивания откровения своего тучного начальника.

Роман нашёл телефон у себя в кофемолке, не вспоминая о том, с какой целью девайс был приговорён к казни. Три дня назад на балансе кончились деньги. Это состояние поддерживалось до сегодняшнего утра, пока некий доброжелатель не пополнил счёт, будто бы назло.

Перебирая известных богов, Роман в рамках приличия вежливо пытался отказать своему боссу в его просьбах. Этот диалог забирал полчаса оплачиваемого времени Романа.

-Дорогой, да, сейчас время трудное, но мы все такие, да? Понимаешь?

-Арсен, — неделю назад Роману на корпоративе доверили важную привилегию обращаться без отчества, — Арсен, я всё понимаю, но ваша фирма не самый важный для меня пункт в жизни. Если сокращаешь - сокращай и не оборачивайся, но не нужно делать того, что испортит работу нам обоим. Давай, я сам уйду, а ты на те места двоих вернешь за полставки? Давай?

-Э, брат! Такие дела не идут! Решено! Амбиции есть, да? Парень смышлёный, да? Как баран в шубе будешь, не бузи! Завтра приедешь, документы-шмакументы! Всё красиво будет, вернём всё!

-Арсен Арович!

-Э! Мальчишка! Помнишь, что с киоском отца было? Так же хочешь, да? Или соглашаешься, или в одного бога поверим! Потому что твой тебя не спасёт! Сказано!

Робкие гудки нарушили разочарованный образ Романа. Его оклад увеличился на семьдесят тысяч рублей. С тридцати. Роман не знал, почему именно юрист с трёхлетним опытом и трёхмесячными курсами по экономике должен определить судьбу фирмы. Он был уставший, но довольный собой.

Глава 1

Должность антикризисного управляющего родилась из пламени, в котором сгорели счастливые люди. В первую мировую человек применял огнемёт. В двадцать первом веке - сокращения.

Ира, бухгалтер с тремя детьми и той половиной мужа, которая вернулась из Чечни. Вторая либо не захотела домой, либо завела еще троих детей в горах. Как бы то ни было, муж Иры был обладателем, вероятно, золотых, но только рук.

Антон, уборщик, устроенный по блату и приходящий исключительно по выходным. Его обучение в университете затянулось до тридцати двух лет, что горячо поддерживалось дедом-академиком, по тем же причинам, по каким Антон был уборщиком, выбравшим работать в полиции, а не в науке. В выходные офис не работал.

Геннадий или Борис, кто-то из них, Роман не знал точно, кто. Оба работали системными администраторами, и оба явились продуктом общей яйцеклетки. Борис был выше Геннадия на полпальца, но никому не было дело до этого. Никто так и не знал, приходил на работу Геннадий, Борис, оба сразу, или никого. Профессия системного администратора позволяла выбирать, сидеть в каморке под лестницей и ожидать проблем, например, в бухгалтерии или остаться в общежитии с бесплатным вайфаем.

Светлана. Светлана получила своё имя в офисе. Арсен не мог выучить имя Ингрид, а цвет волос ему нравился. Светлана была где-то близко, но точно не в работе. Именно Света придумала искать в интернете сомнительные сайты, чтобы порочащие честь компьютера вирусы приостанавливали рабочий процесс на период до получаса. Ингрид имела мысли загрести в свой лентяйский картель Романа, но не успела.

Тофик. Тофик ездил вместе с Тарасом на служебном мерседесе. Задача Тараса - довезти, задача Тофика - обеспечить досуг Тараса. Тофик знал наизусть три тысячи четыреста двадцать два анекдота, умел выстукивать пальцами гимны шестнадцати стран и мог построить маршрут в любую точку доступного человеку мира с закрытыми глазами. Но всё-таки, Тофик сидел на пассажирском сидении.

Глава 2

В воровской среде принято нарекать Одессу мамой, а Ростову-на-Дону - папой.

Ара, отец Арсена, был международной звездой. Родившись в Ростове, он сразу понял, почему этот город Папа. Ара пел в Ростове, в Таганроге и в Донецке. Любой дом культуры этих городов считал дни до приезда Ары, потому что Ара, как и Ростов, - Папа. Ара начинал петь и весь зал ахал, никогда нельзя было предугадать, какую следующую кавказскую песню он переведёт на украинский. Находчивость Ары отошла по наследству к сыну, а всё остальное жене. Жена была с Арой последние полтора года перед его смертью. Последняя песня Ары была посвящена именно ей:

-Тома, что ты делаешь, Тома, я тебя и так кохаю, вах! Зачем ты берёшь гирю? Я тобi признаюсь, ты єдина у мене! Тома! Завещание в пиджаке! Только не лицо, Тома! Я артист! Sevgi öldürüldü! Ах!

Sevgi öldürüldü - любовь убита (азербайджанский) - примечание.

Глава 3

Идея Арсена заключалась в последовательности доселе неиспользуемых действий: сократить штат, наметить проблемы, выбрать того, кто их будет решать. Сокращения дались Арсену удивительно легко, возможно, уверенности придавала убеждённость в правильности стратегии, возможно, травмат. Проблемы удалось определить с помощью глубокого экономического анализа и гугла. А вот выбор ответственного за спасение давался нелегко. Арсен метался между Светой, Романом и главным бухгалтером. Все были достойными кандидатами.

У Светы было три высших образования в области экономики, менеджмента и юриспруденции. То, что Свете было 24 года, не давало, почему-то, Арсену повода для сомнений.

Роман был ухожен, молод, трудолюбив. Именно Роман всегда ходил на семинары и остальную чушь, когда все отказывались. Роман даже купил машину и хотел жениться. По крайней мере так говорил.

Главному бухгалтеру не хватало месяца до пятидесяти, но абсолютно бархатные кожа и документация говорили только о её свежести. Роман не помнил имя, но хорошо запомнил, как она на корпоративе танцевала на столе, а потом угрожала ножом, если он расскажет, кто забирает деньги из сейфа.

Когда Янукович покинул свой пост, всё встало на свои места. У Светы было странное имя, значит, она украинка, значит, предаст. Бухгалтер была стара, что опять-таки говорило об одном. У Романа минусов не было вообще.

Сорок пять процентов клиентов их конторы были украинскими компаниями или гражданами. Такой порядок ухудшал положение с каждым днём. Арсен никак не мог понять, зачем нужна эта революция, и почему именно его фирма должна страдать из-за этого. Роман всё понимал отлично, но виду не подавал. Заданием Романа стало оздоровление компании, без привлечения сторонних ресурсов. Он для себя наметил ряд важных проблем, и был готов действовать. Но подозревал, что не всё так просто. Первая проблема была уменьшением потока местных клиентов, вторая - понижением спроса у зарубежных клиентов, третья - скучный отталкивающий дизайн, четвёртая - низкая производительность труда, пятая - патологическое нежелание решать первые четыре.

Глава 4

Прошёл месяц нахождения Романа на двух стульях сразу. Как юрист он себя оправдывал на все сто, как десница - не на все сто. Роман провёл этот месяц, чередуя анализ рабочей ситуации днём и дегустацию алкоголя во всё новых заведениях ночью. Было не до конца известно, повышает высокая зарплата производительность или нет, но, быть может, было рано делать выводы, а тяга к новому это даже хорошо.

Роман всегда легко обнаруживал закономерности, в школе он выигрывал в олимпиадах по математике, но никогда ему это не помогало. И здесь закономерностей было достаточно: местные клиенты приходили в офис в основном в понедельник; уменьшение спроса из зарубежья сопровождалось понижением качества доставки; выяснилось, что дизайн раньше менялся каждый месяц, а сейчас используется архивный вариант; работникам не помогало проведение корпоративов, а их производительность после обеда экспоненциально падала. И оказалось, что Роман пьёт в четверг больше, чем в остальные дни.

Методом дедукции Роман определял пути решения. Однако логика помогала мало. Падение успехов после неприятностей у соседей было определено кризисом, но почему тогда не было разницы между показателями июня и декабря? Роман пригорюнился. А горюнился Роман в баре.

-Как же быть мне?! Как я должен вести дела, если ничего непонятно, - заверещал Роман.

-А ты пробовал перезагрузиться? - спросил Геннадий, которого Роман встречал лишь в четверг, в остальные дни его брат отдыхал один.

-А как тут перезагрузишься?! Ничего же произошло!

-Может, ты просто не знаешь где кнопка? - поддержал брат.

-Это всё очень круто, но надо подумать. Кто-то что-то как-то, да? Вот такая вот беда. Спасибо, братцы, надо делать.

-Не забывай нас, Ромка, мы тебе ещё пригодимся!

-Ничего не помогло и с вами не ясно! Бывайте!

Роман покидал бар с чувством обретенного смысла жизни. Сегодня он узнал что-то важное, но не понял, что именно. Завтра нужно проверить после каких событий всё ухудшалось. Этого Роман не забудет.

Глава 5

Январские показатели были ужасны. Можно было винить всё, что угодно. И было бы логично. Но Роман замышлял уточнить детали. Он знал, что с сокращениями что-то изменилось. И именно сокращения сопутствовали рецессии. Но почему? Фирма стагнировала с ноября. С начала января полетела в пучину. На пути образовалось два вопроса: почему Арсен начал сокращения уже спустя месяц и почему экстренное реагирование понадобилось уже сейчас. Роман пошёл выяснять ответы у начальника.

-Арсен, зачем полфирмы выгонять на новый год? Я посмотрел, всё не так плохо было.

-Рома, ты дурак? Вся страна сокращает! Я тоже умный, да? Я умный совет найду - я применяю. Видишь, да? Плохо нам. Хотя бы лишние рты ушли.

-Арсен, это всё очень круто, но надо подумать. Спасибо.

-Не забывай меня, Ромка, я тебе ещё пригожусь, да?

-Ничего не помогло и с вами не ясно! Бывайте, Арсен Арович.-выходя из кабинета, бормотал Роман, - Какой же ад это корпоративное общение. У меня слов нет.

Решив, что кроме кавказской мудрости, существует кавказская импульсивность, Роман наметил круг лиц, которых нужно опросить кроме начальника.

Своё расследование Роман начал с знакомства с Ириной. Он знал, что её семья живёт неподалёку, а чтобы уточнить знание, посмотрел в базе. Роман - галантный мужчина, поэтому, приходя к дамам, всегда брал коньяк для мужа. Роман проник в подъезд с помощью бомжа и пятидесяти рублей. Он прекрасно понимал, что Ирина не хотела бы вспоминать тех уродов, которые испортили ей жизнь. А именно Арсена и, теперь, Романа. Но Роман искал не конфликт, а истину. Поэтому и рвался в бой. Дверь Роману открыл спустя две минуты стука очень широкий колясочник. У него были потерянные, но очень быстрые глаза и приятно волосатые, мускулистые руки. Пока открывалась дверь, Роман успел разглядеть цветные стены в причудливых рисунках и обилие скульптур. Но Ирина была обычным бухгалтером, а не ценителем искусства. Тем не менее дверь открыта, и нужно действовать.

-Здравствуйте, я Роман, коллега Ирины, хотелось бы поговорить с ней, если...

-А чё если? Со мной говори. Я же тоже человек. Заходи.

Роман с силой протянул бутылку и буркнул что-то про «это вам». Он проследовал за колясочником на кухню. Ему предложили сесть, и он сел. Колясочник остановился напротив. Это была половина сильного, грозного мужчины с бородой. Но что-то не сходилось. Муж Ирины был достаточно ухожен, приятно пах и явно пользовался воском для волос. Но виднелось, что человек это грубый и настойчивый, что Роман отметил по первому «чё».

-Как я сказал, «Роман».

-А! Я Вадик.

Мужчины протянули друг другу руки. Следующая деталь была в хрусте ладони и в лёгком завывании от приятного знакомства. Вадик не хрустел.

-У вас так красиво, не знал, что Ир...

-А это не Ир...ра. Это я. После войны только убивать и творить хотелось. Выбрать помогла монетка. А как там мои дизайны?

-Извините?

-Ну в шарашке вашей.

-А! Так это вы? Не знал. Архивный вариант вернули. Народу не нравится, а дизайн не поменяем никак.

-Так, а как вы поменяете? Ира сказала, что у вас, сволочей, жлобов, даже дизайнера не было, окромя меня.

-Никогда подумать не мог, как тогда это всё... Ну что ж! Так если вы... Вам платили?

-Для Ирки делал, и всё тут! Не надо мне денег было. А сейчас... Не вытягиваем. На фрилансах детей кормить сложно. То ли дело, когда...

-Знаете, Вадим, это всё очень круто, но надо подумать. Спасибо.

-Не забывайте меня, Роман, я тебе ещё пригожусь, понял ты?!

-Ничего не помогло и с вами не ясно! Пойду я. Спасибо за... Просто пойду.

Роман спешно выбежал в подъезд и хлопнул дверью. В голову лезли всякие мысли о том, что в его жизни очень много повторений. Но всё не до этого было. Нужно было работать.

Началась пальба в потолок. Роман сидел под столом и уговаривал менять стратегию на успешную.

-Арсен, пойми, зарплата Ирине покроется прибылью от этого его дизайна! Ну хочешь возьми этого Вадика без Ирины! Только он к тебе в офис не придёт.

-Рома, э! Давай! Давай сделаем! Только если хуже станет, я тебя... Ты, да! Зарплата твоя! Делиться будешь! Понял, да?

-С удовольствием. До свидания!

Роман на четвереньках, прикрываясь сумкой, скрылся за дверью.

-Убью! Учить меня!

Роман черпал идеи в ошибках Арсена, Арсен в песнях отца. Отец у бабки Арсена. Бабка Арсена платила копирайтерам.

Пятая проблема решалась сама собой (та, что про нежелание решать проблемы), остальные достались Роману. С возвращением Иры поднялись продажи. С этим нельзя было спорить, но Арсену очень хотелось, ведь именно ошибка Арсена принесла вреда больше, чем кризис. Но это была не единственная его ошибка. Роман передал Вадику свой макбук и декорированный кавказский кинжал, который нашёл под столом начальника. Он знал, что это выгодное вложение.

Глава 6

Если бы все беды решались серией однотипных фраз, Роман бы так и не родился. Поэтому в этот четверг, когда, вообще-то, был его день рождения, он решил не произносить ни слова. Роман взял отгул и пошёл в бар. И вот на традиционном месте Романа обнаружился Тарас. Водитель Тарас. И он пил. А пил он очень печально и слёзы текли по щекам его. И пил он самогон. Прямо из бутылки. Таково было горе Тараса. Роман решил отложить обет молчания на потом.

-Тарас! Ты чего пригорюнился? Я здесь сижу, не ты. Не грусти, двигайся, может помогу.

Тарас что-то прорычал, выплюнул самогон, но пододвинулся.

-Ну? Чего такое? Жена ушла? Бензин подорожал? Тарас! Я спасу тебя. Это моя работа. Я спасу, потому что я антикризисный управляющий!

Роман перехватил бутылку и начал пить взахлёб. По правой щеке потекла скупая слеза. Подзатыльник прервал этот акт насилия над телом Романа. Бутылка упала на пол и разбилась. Романа стошнило, он попросил воды и вопросительно посмотрел на Тараса.

-Ну да, соляра. А что ты хотел? Я же за рулём. Ну, будет! Рома, от меня друг ушёл! Ладно жена или бензин! Друг! Тофик теперь в Адлере! Аниматор, понимаешь ли! Вот у тебя друзья становились аниматорами? То-то!

-В Адлере? Аниматором? Беда. И часто ты здесь этого самого... Заправляешься?

-Каждый четверг. И понедельник. И среду. И выходные!

Слово «выходные» переросло в протяжный вой. Было ясно, что либо Тарас ограбил заправку, либо он живёт в машине. Человеческий организм подстраивается под совсем разные удары судьбы, но под ежедневное промывание соляркой подстроиться сложно. Даже водкой сложно, а тут...

-Ну, Тарас! Где ты живёшь? Поехали, пиво, камеди клаб, как в школе!

-Я у Тофика жил, когда жена выгнала. Про камеди клаб только не надо. Тофик наверное...

И снова вой. Сломленный мужчина ещё страшнее, чем сломанный. Но Роман не был пуглив, он был расчётлив.

-А если обратно его в контору, Тофика твоего, тогда он вернётся?

-Вернётся, - сказал Тарас, утирая лицо. - Вернётся, но кто ж его обратно? Ты что ли?

-Может и я. Тарас. На тебя между тем клиенты жалуются. Проблемы правда есть?

-Без Тофика проблем-то. Эх. Он хоть водить не умел, но со всей этой волокитой... А какие он дороги знает! А как он с гаиш...

Тарас обернулся и ему подмигнул шарообразный мужчина в светоотражающем жилете.

-С сотрудниками ГИБДД, то бишь. Мы же с Тофиком... Гром и молния дороги, так?

-Так. Только, я что подумал... Берёте много, ты вообще пьёшь. Ладно б водку. Не знаю, Тарас. Может не в Тофике дело?

-Да ты чего удумал?!

Тарас ударил кулаком по столу.

-Мы ведь это... На полставки можем. Наверное...

-Это всё очень круто, подумаю ещё про помочь. Но и вы давайте.

-Не забывай нас, Роман, мы тебе ещё пригодимся, в школе одной учились, помнишь? Всегда помогали друг другу! Так и ты...

-Ничего не помогло и с вами не ясно! Вот тебе две тысячи рублей, Тарас. Нажрись как скотина, завтра у тебя выходной. В понедельник чтобы на работе вдвоём.

-Ну, Ромка! Эх!

-Тарас, я тебе шину проткну, ты мне день рождения испортил. - крикнул Роман, скрываясь за дверью выхода.

Тарас бежал за Романом только полквартала. Потом выявилась разница во влиянии профессий «водитель» и «юрист» на организм.

-Да? Два барана этих на полставки? Ну ладно, условия те же, помнишь, да? А пока тебе десятка сверху за Вадика.

Роман сбросил. Он очень хотел в уборную. Он не хотел думать о всём этом, он хотел избавиться от остатков солярки в организме.

Глава 7

Их курьерский конгломерат действительно оправдал ожидания. Через полгода им вернётся полная ставка и даже по двадцатке сверху. А пока Роман читал «Искусство войны» Сунь Цзы. Роман понял, чтобы победить врага, нужно мыслить, как враг. Поэтому он записался на курсы азербайджанского. Было очень символично, что единственным преподавателем этого дивного языка в Ростове оказалась бабушка Арсена, мать Ары. Так её все и называли. «Мать» или «бабушка».

Роман надеялся забрать фирму у Арсена. Арсен надеялся забрать киоск под офисом у ментов. Менты надеялись забрать у «бабушки» подпольное казино. Единственным, кто хотел спокойствия в это тяжёлое время, был Пётр Никитич. Тот самый дед уборщика Антона. Пётр Никитич был мудрым человеком. Он знал на один анекдот больше, чем Тофик, и на один меньше, чем Ара. Пётр Никитич лично вешал на грудь Вадику медаль, крестил Геннадия с Борисом и продавал дипломы Ингрид. Если в Ростове и были масоны, то они были под предводительством Петра Никитича. Именно из-за денег в шестьдесят пять лет Пётр Никитич поступил на службу в правоохранительные органы. И из-за романтики профессии. Десять лет назад в Ростове было два преподавателя азербайджанского, вторым был Пётр Никитич. Он знал сорок четыре языка, включая феню и русский матерный. Но это так, к слову.

Так причём же здесь Роман?

Роман проснулся на оцинкованном столе. Без часов, куртки, смартфона, бумажника, пиджака Brioni, взятого в кредит... Если сокращать повествование, Роман проснулся в одних трусах. Возможно, они были неправильно надеты, но это мало его волновало. Одна рука болела, даже ныла. Роман потянулся посмотреть... Чёрт! Наручники.

-Э! Помогите! Вы знаете, кто мой...

В сущности, Роман и сам не знал, мама что-то говорила, но он не особо верил.

-Кто мой начальник! Пусть лучше так. Кто-нибудь!

В темноте Роман увидел покосившегося Путина на стене. И вот Путин задрожал. Под ним открылась дверь. То был Пётр Никитич.

-Рома, а помнишь я за тебя курсовую писал?

-Помню, Пётр Никитич.

-Рома, тему помнишь?

-«Проблематика пьяных дебошей в классической литературе», Пётр Никитич.

-А что такое пьяный дебош?

Быстро и правильно формулировать различные термины в экстремальных ситуациях Роман научился еще на первом курсе юрфака.

-Пьяный дебош — это боевое умение, активизирующееся в состоянии алкогольного опьянения, при котором проявляются скрытые хулиганские наклонности.

-Да? Допустим. Главный тезис курсовой помнишь?

-Явление пьяного дебоша в классической литературе всегда возникало ввиду тяжёлой жизненной ситуации героя...

-Правильно, Ромочка! Только у тебя зарплата 120 тысяч рублей, машина, квартира, друзья, в конце концов! Про вашу фирму я вообще молчу! Рома, у тебя тяжёлая жизненная ситуация?!

-Нет, Пётр Никитич.

-То есть ты хочешь сказать, что классическая литература не права была?!

-Права, Пётр Никитич.

-А почему ты тогда используешь это «боевое умение»?!

По щекам Романа начали течь слёзы. Он не доучил. Голос злого Петра Никитича всегда ввергал Романа в уныние, как ввергал и всех остальных жителей Ростова.

Вообще, воспитательные нецензурные беседы и удары дубинкой по пяткам были отдушиной для семидесятилетнего сорванца.

Спустя час Роман и Пётр Никитич пили чай у последнего на кухне. Пётр Никитич переоделся и выглядел, как Индиана Джонс на пенсии. Роман просто оделся и выглядел не очень. Мужчины смеялись, вспоминали былое и на скорость пели гимн России, набивая пальцами гимн Украины. Но вдруг Пётр Никитич затих, сложил руки, открыл какую-то пластиковую бутылку с содержимым цвета самогона и запахом, напоминающим солярку, налил себе стопку и совершенно серьёзно спросил:

-Рома, что осталось тебе решить?

-Ладно вам, я сам справлюсь.

-Ты знаешь, два раза не спрашиваю.

Роман знал это. Пётр Никитич принципиально не повторялся. Он даже по крышке гроба не бьёт, потому как считает, что одного удара достаточно. При СССР Петру Никитичу было сложно каждый день быть в новой одежде, поэтому он начал воровать. Не деньги. Не одежду. Он начал воровать швейные машинки, нитки, ткань и книги про шитьё. За это и отсидел. В девять лет. Так и начался его захватывающий жизненный путь.

-Вы правы. Проблемы ещё есть. Раньше подъём спроса на продукцию из офиса поднимался в понедельник. Теперь не поднимается. Ещё наши уставать стали. Работают медленно. Ничего не пойму, что раньше такого...

-Рома, ты знаешь, я самый мудрый человек в городе...

Во втором классе Пётр Никитич получил значок «За Красноречие». В пятом - «За Скромность».

-...и могу подумать, что у вас там. Помнишь Антона?

-Ну, он ваш внук, да? Уродлив... В очках, который?

-Да, Рома, в очках. Точно.

Роман успешно увернулся от левого хука.

-Так Антон работал только по выходным.

-Мы не работаем по выходным.

-А ты уверен, что уборка в будние была важнее?

За окном пошёл дождь.

-Ну, тётя Галя у Арсена с открытия моет. А думаете..?

-Ты её только на корпоративах-поди и видел. Тётя Галя подметает у вас. Да и то. По-своему. А в выходные на ваш офис нападает влажная уборка, ремонт неисправностей, новая программа для вывески и оплата наружной рекламы. Рома, сейчас кто-то нападает?

-Да ладно! То есть... А он где сейчас?

-На джиу-джитсу, Рома.

-Так он в спорт из-за девушек что ли? Ну так ему и это...

Дождь подкрепился раскатом грома и активными вспышками молний. Гремел балкон, и казалось, что на улице настоящая война. Распахнулась дверь.

В квартиру грозно зашёл Антон, со спортивной сумкой в одной руке и томиком Кьеркегора в другой. От этого хука Роман не увернулся.

Спустя тридцать семь минут сорок четыре секунды Роман очнулся в убере. Он не помнил, как оказался в машине, но ему мерещились лица Антона и Петра Никитича.

«Не забывай нас, Рома, мы тебе ещё пригодимся»

«Ничего не помогло и с вами не ясно!»

В ушах стояли эти две фразы и невыносимый звон. Роман поспешил узнать у водителя, наличные или по карте, на что ему ответили, что седой мужчина уже заплатил за него и заказал до адреса, где жил Роман.

Глава 8

Ещё со школы девочки ласково смотрели на Романа, но никогда не доходило до свадьбы. В первом классе Роман провожал самую красивую девочку до маминой машины. В третьем он обнимался с пятиклассницей с самой большой грудью. В седьмом целовался с дочкой директора на новогоднем утреннике. В десятом классе Романа избили за выход из криминального бойзбенда, а тогда он встречался с Ингрид, и она ему носила мандарины, пока Роман лежал в коме. «Это была любовь на века» - думали они. «Какой багажник у этой бейбы» - думал на выпускном гопник, который оказался в вопросах любви смелее, а в вопросах поединка сильнее, чем Роман. Так и закончилась эта чистая и красивая история любви.

Сейчас Роман ехал к Ингрид, потому что приспичило. Урок от Петра Никитича ещё не был до конца усвоен, и Роман радостно прыгал по лестнице, проливая шампанское на ступени. И вот звонок в дверь. Дверь открылась, и показались сначала щёки Ингрид, а потом сама Ингрид. Сладкое всегда успокаивало женщин.

-Светка! Будь моей!

-Рома! Иди в...

Роману не удалось узнать куда всё-таки надо идти из-за того, что дверь захлопнулась. А было так интересно. Эти новые таблетки в купе с соляркой наделяли Романа недюжинным энтузиазмом. И он не хотел, чтобы всё так закончилось. Ему стало необычайно интересно, куда надо идти.

-Рома, или ты перестанешь дверь ломать и орать, или я ментов вызову!

-Света, меня Пётр Никитич довёз, мне сбегать быстрее! Света! Куда идти?! Света!

Ингрид решила хватать судьбу за хвост, а Романа за халявный алкоголь. Дверь снова открылась.

-Куда-куда, сюда иди, достал!

Она втащила Романа в квартиру, заперла дверь, и постучала по трубам для вида, будто это не её знакомый демонстрировал в подъезде «боевое умение».

-Чё тебе надо, зайчик? - спросила Ингрид.

-Ты! - целуя воздух, ответил Роман.

-Почему так, Ромочка? - снова спросила Ингрид.

-Света, я так долго думал и понял...

-Я не Света, мышь ты бубонная. Меня зовут Ингрид, в честь бабушки. У тебя на левом плече набито, дурашка.

Эта татуировка была одной из причин, почему ласковые взгляды не заканчивались свадьбой.

-Точно, но я сейчас... Можно будешь Света?

-Десять долларов, Ром. Как в школе.

Роман знал на что шёл и кинул кошелёк Ингрид под ноги.

-Света! Ты самая тупая у нас в офисе! Ты просто сволочь, а не работник!

Роман встал на колени, передав бутылку подруге детства.

-Света ты червь, который пожирал нас изнутри!

-Рома? - прошептала Игрид.

-Света, возвращайся к нам и выходи за меня!

После такого спича перед Ингрид стояло несколько вариантов развития. Первый: она разбивает бутылку о голову Романа и звонит Петру Никитичу. Второй: разбивает и звонит Тофику. Третий: допивает бутылку и разговаривает с Романом серьёзно. Четвёртый: считает сколько часов может оплатить Роман и меняет его деньги на свою кровать и паспорт. Но Ингрид была северной девушкой с суровым характером. Поэтому всё перепутала. Она допила бутылку, забрала деньги, дотолкала Романа до двери и сказала:

-Ромочка, я тебе ещё пригожусь, но попозже. Не сейчас, ты пока проспись, а в понедельник я выйду. Но сегодня обязательно езжай домой. И думай. Сиди думай, Ромик! Бай!

-Ну, Свет... Ингрид!

Дверь захлопнулась, а тем временем Тарас уже заводил машину.

Арсен прокрутил пистолет на своём пальце. Вообще, травматический револьвер — это диковинная редкость. Вероятно, это была спортивная модель.

-Рома, ты что совсем дебил?! Ты видишь мой пистолет? Да, твой чечен сделал нам сайт и так далее. Да, твой армяшка… Своими песнями, баннерами на машине! Да, твой франкенштейн запах это убрал, не воняет, Рома! Но, Всемилостивый, зачем ему эта падшая qadın?! Рома, ты же уверенный в себе парень, да? Давай сыграем с тобой, да?

qadın - женщина(азербайджанский)- прим.

Арсен прокрутил барабан на своём пистолете.

-Арсен! Вспомни, что Ара говорил! «Неважно, что женщина делает, главное - как она выглядит!» Помнишь?

-Аллаху акбар, Рома!

Раздался выстрел. Из бедра Романа потекла кровь. Через пять секунд Роман завопил так, как в Ростове ещё никто не вопил. И на Донбассе. Ан нет. Это визжала Ингрид из-за стеклянной двери кабинета, которая всегда боялась, когда Арсен доставал пистолет, а тем более при Романе. Роман же молчал. Роман потихоньку разжал сначала кулак, потом лицо, потом зубы и процедил:

-И зарплату мне поднимешь. И ей.

-Джигит ты, Рома.

Эпилог

В травматологии Роману сказали, что артерию не задело, но это даже хорошо, и больше так не надо делать. Роман посмотрел врачу в глаза, достал фляжку с соляркой сказал, что подумает, и опрокинул в глотку флягу. Его уже почти не тошнило. Он знал, что жил не зря, но умирать ещё рано. Ведь теперь не нужен антикризисный управляющий. Да и фирма Роману не досталась. Роман ковылял своей забинтованной ногой вдоль по коридору травматологии и считал, сколько резиновых пуль с момента покупки пистолета Арсен выпалил. Осталось три. Роман нырнул рукой в карман брюк. Правда, три. Он набирал номер главного бухгалтера.