Крис, Лиз и я

Глава 1

Ровно в восемь под окном останавливается оранжевый фургон, водительская дверь широко распахивается, из нее выскакивает Пауль и бежит разгружать ящики с молоком. Он всегда бодр, свистит чего-то себе под нос, движение его пружинисты и точны. Еще бы! Он отработал этот танец до мелочей: второй год подрабатывает, едва права получил.

И зимой и летом Пауль одет в одну и ту же коричневую косуху, что порядком ему мала. Джинсы тоже коротковаты, из заднего кармана торчит блокнот. Он запирает свой фургончик, складывает ящики один на другой, подхватывает верхний и тащит в магазин, что прямо под моей квартирой, ногой толкает дверь и кричит: «Просил я только масла на завтрак мне подать!»

Слышен радостный смех продавщицы Даяны: она тоже влюблена в него.

Когда молоко торжественно внесено, Пауль прыгает обратно на водительское кресло, заводится и уматывает, газанув для веселья. Я захлопываю окно.

– Видели? – торжественно обращаюсь я к подругам.

– Ну ниче! – Лиз закусывает губу и слезает с подоконника. – Такой тугой попец. Как у Кеану Ривза. Свяжи ему шарф.

– Вот еще! – я замолкаю, потому что понимаю, что такая отличная идея опять пришла не в мою голову. Я безнадежна!

– Нафиг шарф! – смеется Крис. – Пирогов ему! С капустой! Или пиццу! Умеешь?

Я не умею и потому молчу.

Мои лучшие подруги ночевали сегодня у меня. Родители отпустили их, ведь начались каникулы и мы перешли в десятый класс. Имеем право.

Я должны была показать им его, я так мечтала поделиться с ними своим сокровенным, что теперь предательское чувство опустошения рвалось в сердце. Что они могли мне посоветовать? Ему скоро двадцать.

– А почему он не в армии? – спрашивает умная Лиз.

– Он в универе, техник дорог, – отвечаю я.

– Звучит – как «космонавт»! – веселится Крис. – Может уже позавтракаем?

Крис веселая и парни ее любят. Правда у нее круглое лицо, но она умеет красится так, что все видят только глаза: яркие, черные, распахнутые.

– Каждый бы хотел такие глаза… – сказала как-то Лиз и я, мысленно, с ней согласилась.

Лиз самая умная. Она изящная худышка, вся беленькая и тоненькая, даже одежда у нее неяркая, иначе никто не заметит лица. Но и она красотка.

Только не я.

Я долговязая и нескладная, у меня большие руки и узкий зад. Я занимаюсь баскетболом с детства. Играю за сборную. Походка моя похожа, будто я веду мяч к кольцу.

Крис работала над моей походкой полгода. Потом над лицом, потом над прической. Лиз занималась гардеробом.

– К выпускному будешь королева бала! – обещали подруги.

Мы дружим с самого детского сада. Как бы злостно мы с девочками не завидовали друг другу по всяким важным пустякам, дружба почему-то всегда была сильнее.

Мы сидим на кухне прямо в пижамах с ушками, поглощаем блины с вареньем и которые напекла мама еще рано утром, до того как уйти на работу.

Окно распахнуто. Первые летние деньки самые прекрасные! Когда экзамены уже сданы, уроки закончены, тренировки только по выходным, и ты, привыкнув к постоянному бегу и стрессу, вдруг не знаешь, чем себя занять.

Весь город погружен в нежную зелень. Отцветают последние вишни, мотоциклы радостно носятся без глушителей. Велосипедисты шныряют по тротуарам, то и дело звоня в звонок нерадивым пешеходам. В окно течет долгожданная теплынь.

Я влюблена. Безнадежно и, как мне кажется, мучительно.

– Свяжи ему шарф! – повторяет Лиз. – Свяжи, Элен. Ты же умеешь. Пироги потом! – останавливает она Крис, что отрыла рот, желая возразить.

– Ну, потом, так потом, – хлопает хорошенькими глазами Крис и берет последний блин.

– И что? – наконец сдаюсь я. – Как я его подарю?

– Нет у тебя ни капли хитрости! – сердится Лиз и отставляет чашку чая, чтобы взмахнуть изящными руками. – Урони! Из окна. Прямо ему под ноги. И скажи, что ему. От Рапунцель.

– Верно! – с полным ртом подтверждает Крис. – Точно, Рапунцель! Сидишь тут в своей башне. И грива у тебя как раз. Я бы на твоем месте в продуктовом бы дежурила и пялилась бы на него, да и сказала бы чего-нибудь веселое.

– То – ты! – согласилась Лиз, – Элен так не сможет. И не надо. В Элен есть загадка, улыбка есть. Кстати, можешь лечь грудью на подоконник. Есть что показать.

Все засмеялись, и я махнула рукой.

– Пошли смотреть «Назад в будущее»! – говорю я.

– Обожаю этот фильм, – соглашается Крис. – Там парниша ее чем-то похож на твоего водителя. Тоже в сфере обслуживания работает.

Она права – похож. Мы идем в гостиную и тащим чипсы с собой.

***

В семь утра раздается звонок мобилы, орет на весь дом. Я ахаю и роняю на пол недопеченный блин.

Номер неизвестен.

– Что ты такая медлительная?! – кричит в трубку Крис. – Я вытащила у Лизки твой новый номер. Она уже на работе давно.

– Она в лаборатории работает, а я дизайнер, – улыбаюсь я невидимой Крис. – Привет! Ты приехала?

– Уже в аэропорту! Сажусь в самолет. Раз в году по заказу! – Крис говорит так, будто подпрыгивает там, на другой стороне разговора. Прошло почти двадцать лет, но Крис не меняется. – Встретимся?

– Спрашиваешь?! А Лиз?

– У нее конференция завтра, но я договорилась. Она пить не будет, нам не привыкать, верно? – тараторит моя заграничная подруга. – Ну что, у тебя?

– У меня нельзя! – осторожно говорю я. – У дочки сегодня пати. И пить мне нельзя. Я… Жду второго, Крис. Представляешь?

Я прямо вижу, как Крис улыбается своими прекрасными глазами там, в далеком Париже, в аэропорту.

– Ты молочина, Элен! – Крис радостно включает леди. – Просто супер! Какой срок?

– Небольшой еще! Мы встретимся в моей мастерской, идет? В этот раз выпьешь бутылку шардоне в одиночку.

– Очень надо мне! – смеется подруга. – Скучаю, жуть! Да! А как там твой оранжевый фургончик?

– Нормально! Плохо слышно! – лгу я. – До вечера, Крис!

Я кладу трубку: вечером расскажу ей новости.

Ровно в восемь утра новый оранжевый Мерс остановится у магазина. Из него выйдут двое – Пауль и его красавчик-сын. У Пауля-старшего теперь свой бизнес доставки, он женат на продавщице Даяне, а их парень работает у отца. Они примутся разгружать молоко и прочие ящики. Пауль посмотрит вверх и помашет мне рукой, и я помашу ему.

Очень удачно, что я тогда не послушалась Лиз и не связала ему шарф. Я вышла замуж по любви, так сложилось, что моя семья по-прежнему живет в этой квартире над магазином.

Однажды я рассказала нашей шестнадцатилетней дочке историю о том, как мы с подругами ночевали тут, чтобы подкараулить юного водителя, который мне нравился.

– Пироги или шарф?! – засмеялась Мадлен. – Вот ты мама! Как тебе, вообще, удалось захомутать такого красавца, как папа. Но ничего. Тетя Лиз – умница! Я попробую шарф!

Теперь моя дочь Мадлен встречается с Паулем-младшим. Она все-таки связала шарф и бросила его из окна детской под ноги парню. Просто так, ради шутки.

апрель 2017