Криосон

Глава 1

Это художественное произведение. Имена, персонажи, компании, места, события и инциденты являются либо продуктами воображения автора, либо используются фиктивным образом. Любое сходство с реальными людьми, живыми или мертвыми, или фактическими событиями, является случайным.

Криосон

Глава первая

Мне снился сон. Бессвязные видения, тени, события… Вопросы возникали и тут же исчезали под напором образов, как грязь исчезает под бушующим потоком воды. Не знаю, как долго это продолжалось, но вскоре я осознал, что уже не сплю. Глаза мои были открыты.

Сфокусировав взгляд, разглядел мутную поверхность буквально в нескольких сантиметрах перед глазами. Медленно повернув голову на бок, я осмотрел стенки своего «хранилища» – какой-то гроб, или же капсула. Тесно. Неуютно. Индикаторы на внутренней обшивке – неожиданно мягкой – мигали желтым настойчивым светом, привлекая внимание.

«Вызволять меня явно не собираются» – отстраненно промелькнула мысль.

Вытянув руки, я уперся в мутную стенку своего хранилища и легко надавил. Издав короткое шипение, крышка поднялась вверх и ушла вбок. Тело обдал прохладный ветерок…

Ощущения возвращались стремительно, а вот с памятью явно были какие-то проблемы: начать хотя бы с того, что думать особо не хотелось – мысли неторопливо перекатывались в голове, словно огромные валуны.

Тело с запозданием откликалось на команды – я собирался схватиться за стенки капсулы(или всё же гроба?), чтобы подтянуться, но руки лишь неторопливо начали движение…

Стоило выбраться из своего хранилище, – всё-таки это был не гроб – как внимание привлекли ровные ряды капсул, освещающих потолок синим светом, лившемся из окошек на крышках. Заглянув в ближайшую, я увидел лицо молодой девушки, покрытое сеткой из вен и капиляров, что говорило лучше всяких датчиков о неважном состоянии организма.

«Наверное, я выгляжу не лучше» – пронеслось в голове.

Моя капсула находилась практически в центре небольшого помещения – на первый взгляд здесь было всего около трёх-четырех сотен капсул. «Небольшого» – ага.

«Ну да не оставаться же здесь?» – резонно рассудил я.

Не пытаясь как-то разбудить, быть может, своих собратьев по несчастью, я побрел к двери, наверняка ведущей куда мне и нужно: наружу.

«Надеюсь, она откроется» – мысли всё ещё были отрывочными, хотя где-то там, в глубине, они пробуждались и словно бы «разогревались». Неожиданно возникло чувство стыда – я не разбудил своих соплеменников. Или не соплеменников вовсе… во всяком случае, мы в одном положении, стоило бы помочь! Одновременно с этим, что-то внутри меня вопило о том, что как раз-таки будить никого не стоит! Чтож... доверимся внутреннему «Я», тем более что вместо памяти какой-то провал и… всё. Черная дыра.

С каждым шагом тело слушалось всё лучше, движения становились увереннее. Заодно, я наконец-то ощутил холод – температура была хотя и не минусовой, но заставила уже окоченеть пальцы на ногах. Если так дело пойдет и дальше, то я быстрее замерзну здесь!

На первый взгляд металлическая дверь была заперта, но что-то заставило меня попытаться сдвинуть её вбок и… о чудо! – она поддалась.

«Выключено питание, явно аварийная ситуация» – с этой мыслью я навалился всем телом и расширил проход, чтобы можно было протиснуться внутрь небольшого тамбура с ещё одной дверью. Ну что ж… повторив процедуру открытия, я оказался во внутренних помещениях… здания? Просто во внутренних помещениях.

Дальше вёл лишь один коридор, по краям которого висели бесформенные мешки. Заглянув в один из них, я обнаружил одежду – простенький комбинезон неразличимого в темноте цвета. Надо заметить, что в темноте я видел, хотя и с трудом!

– Наконец-то согреюсь, – пробормотал я. Собственный голос заметно приободрил, что вкупе с найденной одеждой настраивало на оптимистичный лад. По крайней мере, я не замерзну.

Облачившись, я с удивлением ощутил, как комбинезон – а это был он – подогнался под мою фигуру, хотя изначально он явно был великоват! Отлично! Кроме прочего, в мешке нашлась обувь, которая также ужалась под размер ноги и срослась с комбинезоном. Живем! Осталось найти «напокушать» и можно думать о своей судьбе.

Длинный коридор с мешками вывел меня к ещё одной двери, пройдя через которую тем же образом, что и ранее – отодвинув её – я оказался в широком, явно одном из главных, проходе. В абсолютной тишине слух уловил отдаленный звук, напоминающий выстрелы, либо нечто подобное, но явно вызванный антропогенным воздействием. Такие звуки способны воспроизводить лишь разумные существа, но никак не те же капли воды. Не особо размышляя над направлением, я повернул в ту сторону. И не зря. Спустя минуту по внутреннему секундомеру, я услышал мерное топанье ботинок как минимум трёх человек. Одеты явно легко, иначе бы звуки были более «грузными». Мозг обрабатывал поступающую от рецепторов информацию, окончательно отморозившись, как бы странно это ни звучало.

Вжавшись в стенную нишу, коих было предостаточно по краям коридора, я замедлил дыхание до предела и сосредоточился на мысленном счете. Раз. Два… Не прошло и двадцати тактов, как топанье достигло моей ниши. Что-то внутри меня тут же скомандовало: «пора!». Тело среагировало само – на инстинктах. Не обдумывая своё решение – да я и не мог обдумать! Мозг просто отключился! – я сделал шаг вперед и практически столкнулся с человеком в лёгком закрытом комбинезоне. В руках у него была сжата винтовка.

Схватив за цевье левой рукой, я сжал передние фаланги пальцев правой и ударил, метя в горло – в лобовое стекло комбинезона бить явно не стоило, из-за его бронирования. Свободная рука противника тут же устремилась к шее. Я перевел внимание на ещё не успевшего осознать ситуацию второго бойца, вырвавшегося немного вперед. Он успел обернуться и даже поднять винтовку, всё ещё не понимая «что», или вернее «кто» перед ним. Что враг — это понятно, а вот с кем ему предстоит сражаться…

Шаг вперед, второй немного левее. Схватить за цевье правой рукой и левой нажать на палец противника на спуске, автоматической очередью прочерчивая позади себя смертельную полосу. Минус двое. Со стрелком, чьими руками я убил его же напарников, я расправился ударом в шею, вслед за которым провел удушающий приём, заставивший врага потерять сознание. Не желая оставлять кого-либо за спиной, я вынул его пистолет из кобуры и хладнокровно выстрелил в голову. Обобрав тела, не иначе как по устоявшейся за годы привычке, я стал обладателем ножа, пистолета и бластерной винтовки с запасными зарядами, подходящими к обоим стволам.

В голове уже мелькали конструкты – детали общей картины, складывающиеся в общий паззл. План начал формироваться. Для начала необходимо захватить языка – пленника. Сделать это важно максимально осторожно – перебив сначала живую силу противника. Составляя план, я не забывал двигаться дальше, внимательно осматривая стены коридора – рыбак рыбака… не хотелось бы попасть в ловушку, которую я устроил несчастным солдатам. Шум драки мог привлечь рыбку покрупнее, чем три рядовых бойца.

Довольно скоро обнаружилась отодвинутая в сторону дверь, откуда явно вышли те трое, судя по ещё не остывшим оплавленным следам от бластерных зарядов. Мне туда. Втиснувшись в довольно узкий коридор, – метра полтора в ширину – я замедлил шаг, стараясь двигаться максимально тихо, перекатываясь с пятки на носок и прислушиваясь к малейшему шороху. Глаза в такой темени явно не помощник. Вскоре я различил в темноте источник света, при дальнейшем движении оказавшийся огромным смотровым окном, толщиной с ладонь. То, что я увидел там, заставило меня замереть на несколько секунд – передо мной простирался бескрайний океан космоса, освещенный вдали яркими точками звезд. Я находился на космическом корабле, явно потерпевшем какую-то поломку…

Продолжив движение, я вскоре обнаружил рубку, в которой явно кто-то был, судя по доносившимся из вентиляции тихим голосам. Вначале я подумал было: «Почудилось», но подтянувшись к ближайшей вентиляционной решетке я убедился в обратном. Пробраться туда незамеченным не составило никакого труда – аккуратно прострелить основные узлы крепления вентиляционной решетки, после чего попасть в саму вентиляцию, изъяв решетку из гнезда. Естественно я не стал этого делать возле рубки – ну не дурак же я. Отошел подальше, где и сделал своё «грязное» дело. После я потратил добрых минуты три, чтобы незаметно оказаться над рубкой и ещё около пяти минут, чтобы оценить обстановку.

В рубке находилось четверо. Судя по голосам, девушка, двое мужчин, один из которых пожилой, и ещё молодой паренек. Языковой барьер отсутствовал, потому я без проблем понимал их речь. А обсуждали они ушедшую команду, которая, по их словам, «потерялась и не выходит на связь». Те самые, которых я убил на выходе из секции с комбинезонами? Интересно.

Из дальнейшего разговора я узнал, что они беспокоятся на случай выхода из криосна неких «ксантов», которые по отдельности представляют собой опасных существ, а уж в количестве трёх сотен тем более! Всё-таки капсул было три сотни. Именно о тех капсулах и шла речь… и именно из-за того, что кто-либо внутри капсул мог очнуться, беспокоились члены экипажа.

Дело в том, что перед отключением питания произошел резкий скачок напряжения – как вещал, видимо местный специалист по энергетике корабля пожилым голосом – который мог выбить чувствительную к этому аппаратуру из строя. Всего на мгновение, но этого достаточно, чтобы находящийся в капсуле индивидуум получил толчок к разморозке. Далее капсула продиагностирует его и, если решит, что он проснулся, принудительно завершит криосон. Припомнив, что, кроме меня, признаков жизни никто не подавал, я решил пообщаться с находившимися в рубке, тем более, что о других группах или отрядах они помалкивали, следовательно, это последние выжившие на корабле.

Выбив уже подпиленную ножом решетку, я спрыгнул вниз.

Сделав пару шагов вперед, я врезал прикладом ближайшему ко мне индивидууму, только начавшему поворачиваться. «Молодой мужчина в простом пилотском комбинезоне» – холодно отметил я где-то на границе сознания. Выпустив из рук винтовку, – мешает в клинче – я впечатал локоть под дых левому противнику и, продолжая движение, зарядил кулаком в живот стоящей прямо передо мной женщине – единственной, кто изначально стоял ко мне лицом. Пистолет субтильного паренька справа я перехватил ещё на стадии поднятия рук в боевое положение. Схватив правой рукой за своеобразную затворную раму пистолета, я нанес ребром ладони этой же руки – предварительно отпустив пистолет – удар в горло, после чего, не мудрствуя лукаво, вырубил паренька ударом в подбородок.

Быстро присев, я схватил винтовку и, одновременно с подъемом, сделал два шага назад.

– Всем лежать. Голову в пол, руки за голову. Чтобы я видел. И без резких движений… – не успела моя речь окончиться, как мужчина в комбинезоне, которому я зарядил в живот, начал движение рукой с зажатым в ней пистолетом, явно намереваясь выстрелить. Одиночный выстрел в голову прервал его движения навсегда.

– Без резких движений, – спокойно повторил я. – легли в ряд. Пистолеты положили на пол и толкнули ко мне.

Наверное, стоило добавить эмоций, но они итак были шокированы смертью напарника, а у меня это не вызвало никаких эмоций.

Когда все пистолеты оказались у меня, я заставил всех улечься ко мне спиной и быстро обыскал их на наличие разнообразных ножей или скрытых пистолетов. Ножи оказались у всех, а у женщины оказался даже лазерный резак… опасная штука.

– Вот теперь можно поговорить, – мирным тоном предложил я, присаживаясь на корточки и как бы невзначай укладывая винтовку на предплечье. – Садитесь у стены. Я задаю вопросы – вы отвечаете, – вспомнив кое-что я щелкнул пальцами. – И да – ждать вам некого. Тех троих я убил. Есть вопросы?

– Кто ты? – смело поинтересовалась довольно красивая женщина, лет тридцати на вид. Темные волосы, высокие скулы и выделяющаяся под удобным комбинезоном фигурка. Даже в сидячем положении.

– Угадай, – я приподнял уголки губ, изображая усмешку. – Моя очередь.

После короткой паузы, дабы все прочувствовали важность момента, я задал свой первый вопрос:

– Сколько вас ещё на корабле? Скажете честно – сохраню жизнь. Всем.

Естественно я врал, но надо же обезопасить себя, внушив доверие. Не так ли?

– Мы последние, – ответил тот самый пожилой мужчина, попавший под мой удар сразу после того, как я оказался в рубке.

– Меня интересует вся информация касательно вашего маршрута и перевозимого груза, – задал я следующий вопрос. – Заодно, я думаю, вы знаете ответ на этот вопрос: Кто я и откуда? Что это за капсулы и как понять, разморожены ли они? – последний вопрос меня интересовал более всего, потому я добавил:

– Начать советую с конца.

– Если капсулы разморожены, то погаснет синий свет внутри – прекратится криогенез, – опять взял слово тот самый мужчина.

Восстановив картинку в памяти, я убедился, что все капсулы светили в потолок синим светом, но надо будет сходить проверить ещё раз… на всякий случай.

– Касательно того, откуда ты и кто ты… отвечу сразу на оба твоих вопроса, – его голос неприятно дребезжал при длинных фразах, что заставляло меня морщиться. – Ты плод генной инженерии Империи Оро, ныне уничтоженной уже как многие тысячелетия. Именно на обломках этой цивилизации выросло Содружество…

«Так, ещё один пунктик – узнать о Содружестве!» – отметил я в голове. Тем временем речь продолжалась:

– …Вас нашли в ячейке хранилища разрушенного медицинского фрегата, дрейфующего среди астероидов. Подобные ячейки использовались Древними для сохранения ценного оборудования. Каково же было наше удивление, когда мы обнаружили там три сотни капсул с ксантами – так названа твоя раса нашими учеными. Забрав их, мы намеревались достигнуть обжитых пространств, а после и центральных миров, чтобы передать вас для исследований и создания суперсолдат!.. Вы бы были привилегированным классом! – ученый до мозга костей уже почти перешел на крик, что вкупе с дребезжанием начало раздражать меня ещё больше. Выстрел в пол послужил хорошим способом заткнуть его. Наступила почти полная тишина, нарушаемая лишь жужжанием электроники на заднем плане.

– Что произошло с вами в пути?

– Диверсия, – жестко ответила женщина, её перебил старик:

– Кто-то подложил бомбу, которая разорвалась, когда мощность энергопотока достигла определенного значения. У нас есть запасное ядро, нужно лишь переподключить систему… но для этого нужно быть возле него.

– Ты знаешь, как это сделать?

Получив подтверждающий кивок, я распорядился:

– Итак. Сейчас каждый из вас поднимается и выходит из рубки, после чего вы строитесь в колонну и идете к «ячейке хранилища» с капсулами. Я иду за вами. Подумаю, что хотите сбежать – убью, – веско закончил я. Видя, что пленники не шевелятся, я добавил в голос металла:

– Встали!

Выстроив колонну, я послал всех лёгким бегом. Первым шел паренек лет девятнадцати, следом пожилой, шибко разговорчивый мужчина, а замыкала процессию женщина. Тревога в душе не отпускала – я чувствовал, что не успеваю. Часики отмеряли секунды до катастрофы. Секунды до момента, когда произойдет некий взрыв. Нечто непоправимое. Но… но что?

Стоило нам выйти в тот самый широкий коридор, как в душе поднялась боевая тревога, взвыв на все лады.

– Всем лечь!! – рявкнул я что есть мочи, приседая и вскидывая винтовку, одновременно с этим ощупывая всеми доступными мне чувствами окружающее пространство…

«Не успел» – пронеслось в голове, когда тело старика, начавшего приседать, начало заваливаться на спину, как и паренек спереди. Рыкнув, я нажал на спуск, выстрелив в сторону звука, до сих пор не осознав кто моя цель – взгляд просто отказывался видеть её, слишком всё быстро происходило. Сдавленный полувсхлип-полукрик сообщил мне, что выстрел достиг цели.

Бросившись вперед, я впечатал ботинок в живот одетого похожим на меня образом человека, начавшего поднимать винтовку, видимо подобранную с тел убитых мною первых встречных на этом корабле. Замахнувшись, я со всей доступной мне силой нанес удар прикладом винтовки в голову противнику, после чего, сделав два шага назад, я зажал спусковой крючок и, с некоторым извращенным чувством наслаждения, расстрелял не сородича, но врага.

Чувство опасности притихло. Сердце гулко билось в груди, намереваясь выбить грудную клетку. Облизав пересохшие губы, я оглянулся на отряд. Все были мертвы.

Шевеление заставило меня рефлекторно вскинуть винтовку, но осознав, что это не «сородич», я заставил себя опустить дуло, хотя так и хотелось зажать спуск.

Подойдя поближе, я помог женщине подняться, заодно убедившись, что парень и мужчина точно мертвы.

– Цела? – не то, чтобы я заботился о её состоянии, но мне нужен язык и тот, кто доставит меня до Содружества. Потому как самостоятельно я могу лишь умереть, и не факт, что быстро.

-Да… – неуверенно ответила женщина.

– Тогда иди вперед. Можешь не торопиться, – скомандовал я. Действительно, если бы очнулись другие, то были бы рядом, а я ничего и никого не чувствую. Это означает отсутствие угрозы. Надеюсь надолго.

Проходя мимо тела сородича, я склонился над ним, рассматривая поближе. Гладкая, мертвенно-бледная кожа в свете подствольного фонарика и, в общем-то ничего выделяющегося, кроме ярких, немного фосфоресцирующих желтым, глаз. А может мне показалось. Я сделал контрольный выстрел сородичу в голову. Так – на всякий случай. Уж больно мне не понравился взгляд его мертвых глаз.

Когда мы достигли капсул, я смог воочию убедиться в своей правоте: было открыто лишь две капсулы, остальные же были надежно заперты – я даже не поленился пройтись меж рядами и просто потолкать крышки в сторону, чтобы убедиться, что всё действительно закрыто. Вдруг капсула лишь прикрыта? То-то и оно…

Женщина терпеливо ожидала меня в углу. После кропотливой проверки, потратившей добрых минут двадцать, я хотел было приказать вынужденной спутнице, казалось бы, задремавшей в углу, подняться, но тут я заметил её чуть подрагивающие плечи. Плачет?

Присев подле девушки, я положил руку на плечо и несильно сжал, после чего сравнительно-мягким тоном поинтересовался:

– Они были тебе так дороги?

– Меня ты тоже убьёшь? – она подняла голову и воспаленными от слез глазами посмотрела мне прямо в лицо.

– Мне ты нужна живой. Мне необходима информация, за которую я сохраню тебе жизнь. Как тебе такой вариант?

Да… странная женщина. Или даже девушка. Она столь неопытна, что льёт слёзы, либо столь опытна, что пытается втереться в доверие? Нет, второй вариант является слишком примитивным – она ведь не знает, поведусь ли я на такое, потому как являюсь в её глазах безжалостным убийцей, коим я себя поставил перед всем экипажем. Вариант же неопытности я рассматривать не хочу вовсе – явно для вскрытия «древних технологий» неопытных не берут. Что остаётся? Хм…

Тайна разрешилась быстро – оказалось, что тот пожилой мужчина был её отцом.

– Скажи, ты сможешь подключить резервное питание? – решил я переключить тему. – Как это отразится на капсулах?

– Да, могу. Это никак не должно отразиться на капсулах, потому как если при отключении они переходили на внутренние батареи, – из-за чего могли быть сбои – то при включении плавно перейдут на внешнее питание.

«Ага, и двери тоже будут заблокированы. А голыми эти гаврики из гробов отсюда не выберутся! Вот и ладушки, вот и замечательно…» – я был удовлетворен.

– Тогда вперед! – чем раньше запустится ядро, тем лучше.

После того, как мы вышли в общий коридор, нам пришлось спуститься на уровень вниз – корабль был двухуровневым. Верхний уровень состоял из рубки и кают, а также небольшого склада, где находились теперь капсулы и комбинезоны. Нижний – техпомещения, ниши для зарядки дроидов, а также склады боеприпасов и прочих расходников, включая запасные материалы для починки энергошин. Всё это я узнал из разговора с пленницей по пути всё время задавая наводящие вопросы.

Достигнув корабельного ядра, чья сенсорная консоль была единственным источником света в том помещении, не считая подствольного фонарика у меня на винтовке, девушка быстро ввела команду и… чудо – свет начал загораться. Я зажмурился, а в голове пронеслась паническая мысль: «Всё, теперь бери меня тепленьким, пока я дезориентирован!»

Если здесь есть турели, то всё обстоит ещё хуже! Впрочем, это вряд ли – возле, пусть и запасного, но реактора размещать турель верх глупости.

Среагировав раньше девушки, у которой из шейного сегмента комбинезона, судя по звуку, с тихим шелестом выдвинулся шлем, наверняка способный затемняться, я сжал тонкую женскую шею сгибом локтя, прижав саму неудачливую бунтарку к себе.

Как только я смог нормально видеть, то вкрадчиво поинтересовался:

– Серьёзно надеялась так легко меня убить?

– С-сволочь! – рыкнула она.

– Ай-ай-ай… так просто ты от меня не избавишься, – вкрадчиво произнес я. – Мне ведь нужно, всего лишь, чтобы ты доставила мне на окраины Содружества и дала базовый набор знаний. Я даже убивать тебя не стану…

– Так я тебе и поверила! – с негодованием прошипела она.

– Ну хорошо, можем подраться, но тогда я тебя убью прямо сейчас, – хмыкнул я. Бросив её лёгкое тело на пол, я тут же достал пистолет с поясной кобуры левой рукой. Дуло уперлось в голову только начавшей подниматься женщины.

– Итак, твоё решение? – насмешливо спросил я, протянув правую ладонь. – Мир или война?

Она выбрала мир, взявшись за ладонь. Стоило ей твердо встать на ноги, как мне в шею полетело ребро левой ладони, а правый кулак устремился к животу.

С лёгкостью уведя сжатый кулак в сторону, я зажал его между бедром и левой рукой, а удара ребром ладони банально избежал, просто приблизившись к девушке вплотную и обняв её за талию. На этом мои действия не окончились – неожиданно для нее я совершил бросок, выбив – предусмотрительно заведенной ногой – ноги своей противницы и добавив толчок в грудь, чтобы наверняка.

Дуло моего пистолета вновь оказалось направлено ей в голову.

– Не надоело?.. – я не успел окончить фразу, заключавшуюся в вопросе: «не надоело ли ей пытаться бороться с превосходящим по силам противником». Дверь сзади с шелестом уехала в сторону, что говорило о новом противнике, ведь сами по себе двери не открываются.

Глава 2-3

Глава вторая

Поцокав языком, я приподнял голову всё-таки женщины, а не девушки. Теперь, когда освещение работало нормально, я смог окончательно увидеть черты красивой женщины. Ещё не достаточно битой жизнью, чтобы появились неизгладимые морщины, несущие на себе «печать мудрости», но уже повидавшей многое, что сделало её черты слегка заостренными.

Дело было в следующем: когда за спиной раскрылись двери, я среагировал немного позже, чем требовалось – задержался, чтобы оглянуться. За спиной стоял штурмовой дроид в виде этакого вертикального системного блока, с тремя турелями в качестве вооружения. Передвигался дроид на широком колесе, способном трансформироваться в один единственный манипулятор, который использовался как точка опоры для орудийного расчета, в который превращался этот универсальный дроид. Понятия не имею, откуда у меня эти знания, но это было на тот момент не важно. Дроид открыл огонь по противнику – то есть мне. И это, фактически, в самом сердце корабля, где малейшее повреждение ядра может привести к разносу и превращению нас в огненный шарик! Немедля, я отпрыгнул в сторону и выстрелы по косой прошлись вслед за мной. А если учесть, что передо мной находилась женщина… – один единственный заряд пробил её грудь. Лёгкие бронепластины комбинезона частично остановили заряд, но это её не спасло – штурмовой дроид вооружен крупнокалиберными пушками. Расправившись с дроидом парой выстрелов по турелям и очередью в слабо бронированный корпус, я бросился к лежащей пленнице. Сейчас потерять её означает смерть и для меня.

«Корабль наверняка напичкан турелями внутренней безопасности» – в критических ситуациях опять пробуждалась память.

– На корабле есть медицинский отсек? Хочешь жить – я доставлю тебя туда, но ты должна удаленно отключить протоколы безопасности!

Девушка на миг замерла, прекратив дышать. Глаза остекленели.

– Какого?.. – начал было я, но она тут же очнулась:

– Отключила… Медбокс на первом уровне… – слабеющим голосом произнесла она, чуть не теряя сознание.

– Всё. Болтай меньше, – бросил я жестко. К сожалению, у винтовки не было ремня, потому я просто положил её на грудь девушки, после чего поднял раненную на руки и бросился к двери. В глубине я опасался, что та не откроется, так как я не внесен в список корабельных служащих, но ошибался – открылась как миленькая!

Быстрым бегом с лёгкой, словно пушинка, ношей на руках я пронесся по коридорам и достиг медбокса на первом уровне. О нем ранее пленница не умолчала – да я и не особо интересовался, если быть честным. Здесь находилось восемь медицинских капсул-кушеток одинакового вида. Все мигали зелеными индикаторами, полностью готовые к принятию пациента.

– Ты знаешь, что необходимо делать? – я начал укладывать женщину на ближайшую «кушетку».

– Это реаниматор… – она закашлялась, обильно брызгая кровью на чистый пол медбокса и стенки капсулы. – закрой крышку и нажми «диагностика». Дальше всё само…

«Кровь в лёгких это не шутки. И пусть от потери крови девушка скончается несколько позже, но до тех пор она банально захлебнется в собственной крови в дыхательных путях!» – мелькнуло в голове.

Я захлопнул крышку и обратил внимание на консоль возле реаниматора, в виде своеобразной тумбы с сенсорным экраном сверху. «Диагностика» находилась в самом верху и даже мигала, словно капсула реаниматора уже ощутила пациента. Было ещё несколько команд, которые мой мозг холодно отметил и отложил в глубь памяти, в то время пока палец уже достиг сенсорной панели и нажал на требуемую кнопку.

Полагаю, обнаружив повреждения, реаниматор не будет ожидать команды на их излечение, – это лишняя трата времени и при смертельном ранении пациент просто умрет – потому лечение наверняка начнется сразу же, хотя и не могу утверждать стопроцентно, потому как в памяти всё ещё провал.

Впрочем, мои размышления тут же подтвердились – почти сразу заработали манипуляторы реаниматора с разнообразными насадками, выдвинувшись откуда-то из-под пациентки и моего пленника – по совместительству. Пленницы, если быть точным.

– Теперь будешь мне обязана… – тихо произнес я, прикипев взглядом к мутной крышке капсулы. После спасения жизни, она будет не против доставить меня до точки назначения. Надеюсь.

Бросив взгляд на экранчик управляющего реаниматором компьютера, я увидел приблизительное время «реанимации». Два с лишним часа. За это время я смогу «прошвырнуться» по кораблю, потому как теперь у меня есть доступ куда угодно, чем надо воспользоваться. Перехватив винтовку поудобнее, я осторожно вышел из медбокса и отправился на изучение всех закоулков небольшого кораблика.

В главном коридоре все трупы были уже убраны – видимо корабельный компьютер уже увидел их на камерах и распорядился убрать. Надо будет потом также в рубке сделать, где камер может и не быть…

«Закончит реанимационные процедуры – заставлю передать мне владение кораблем» – сделал я пометку в памяти.

Первым делом я направлялся на склад расходников, где тут же обнаружил то, что искал – ракеты. Именно они мне были необходимы, для того, чтобы заминировать всех «Сородичей». Казалось бы – их необходимо освободить, ведь они мне почти братья! Вот только… довольно сомнительно звучит это самое «почти». Да и братьями сложно их назвать, после почти удавшегося покушения одного из… «братьев». Внешнотью мы тоже отличаемся. Что-то внутри меня требовало их изничтожить, а противиться своим желаниям я был не в силах. Своеобразный внутренний голосок просил подождать и всё встанет на свои места – я пойму, почему хочу уничтожить Сородичей. Вот заминирую и подожду – так спокойнее. Подорвать ведь всегда успеется.

Хмыкнув своим мыслям, я беспрепятственно стал воровать боеприпасы и относить в комнату с капсулами, где и раскладывать между рядами, параллельно размышляя – неужели торопясь пленница полностью вырубила систему безопасности? Потому как вырубать её частично, делая исключения лишь для меня, потребовало бы больше усилий, а значит и времени, которого было не много. В любом случае – в течении часа я заполнил все проёмы меж капсулами ракетами. Теперь один выстрел в сердцевину и произойдет большой «бум». И ладно, если не заденет реактор, иначе пойдет цепная реакция и на месте корабля вспыхнет огненный шарик…

Стоило мне закончить с минированием, как мою голову посетила странная мысль, сформировавшаяся в настойчивую идею: заглянуть в каждую из капсул, чтобы примерно определить, кто там «похоронен» – в прямом смысле этого слова, потому как в моих планах эти капсулы станут для них последним пристанищем.

Среди трёх сотен пока ещё живых «мертвецов в холодильниках», я обнаружил лишь одну женщину. Вспоминая слова «разрушенный медицинский фрегат», я могу лишь предположить, что эти мужчины были солдатами, а женщин среди солдат всегда мало. Впрочем, причины могут быть другими и их мы узнаем, освободив эту женщину в последствии – единственный, кого я желаю освободить здесь… просто потому, что… а вдруг она пригодится? Хотя бы для той же репликации целого вида искусственно созданных суперсодлат. Можно было сохранить и мужчину, но те всегда опаснее, как бойцы, а лишнему риску я подвергаться не желаю. Мне и наверняка усовершенствованной женщины хватит за глаза.

Более ничего не трогая, я вернулся в медбокс. И вовремя: оказалось, что уже прошли положенные два часа и процедуры реанимации только что закончились. Всё ещё бледная, но явно не торопящаяся на тот свет пленница сидела свесив ноги в «капсуле», выглядевшей скорее как кушетка с полуцилиндрической крышкой и тонкими манипуляторами с разнообразными насадками.

– Очнулась, как я посмотрю, – констатировал я факт, привлекая внимание. – Теперь за тобой должок. И ты должна вернуть его в полной мере, – хмыкнул я, присаживаясь на вторую «кушетку», повернутую как раз к ней – видимо тут работало попарное соединение: один управляющий компьютер на два реаниматора, расположенных «лицами» друг к другу.

– Да. Я знаю, – пережившая почти что свою смерть, а также гибель всего экипажа, женщина тяжело выдохнула, поджав губы. – Но ты спас меня лишь потому, что я тебе нужна. Я ведь права? – она грустно усмехнулась, опустив взгляд в пол.

– Я обещал сохранить тебе жизнь при выполнении моих условий и могу сдержать обещание, если ты будешь сотрудничать, – пожал я плечами. – Я не люблю убивать – неожиданно для себя добавил я.

– Ты ксант, а вы любите убивать. Вы созданы для этого. Я не верю тебе, – она подняла голову и прямо взглянула в мои глаза. В её взгляде читалась тоска и обреченность.

– Тогда почему я не побежал освобождать своих Сородичей и даже пристрелил одного? – решил я зайти с козырей.

– Пристрелил, потому что он мог убить всех пленников, которые нужны были тебе для того, чтобы добраться в Содружество, – новая грустная усмешка

– Тогда зачем я заминировал капсулы Сородичей? – я улыбнулся уголками губ. – Мы можем пойти в рубку, и ты взглянешь на картинки с камер.

– Я могу и отсюда, – она пожала плечами и её взгляд тут же расфокусировался. Прошло секунд двадцать, прежде чем она «вернулась в наш мир». Теперь взгляд её выражал растерянность.

«Интересно, с помощью чего она посмотрела на картинки с камер? – поинтересовался было я у себя самого, и тут же в голове всплыл ответ – Нейросеть. Нейроинтерфейс в голове. Встроенный в мозг компьютер, позволяющий удаленно управлять любой техникой»

Вот минус один вопрос. Так, глядишь, и ещё чего-нибудь вспомню из событий, происходивших со мной ДО криосна.

– Но…

– Твоя теория потерпела крах? – я по птичьи склонил голову на бок, продолжая улыбаться лишь уголками рта, скорее обозначаю улыбку, чем улыбаясь. Этого мне казалось достаточно для проявления эмоций, а более широкая улыбка казалось чрезмерной. – А теперь подумай, что мне мешает их разбудить и почему я против этого. И, в конце концов, всё-таки дойди до простой истины: я не стану убивать тебя.

– Я ничего не знаю о твоей расе! – сощурившись, она неожиданно остро взглянула мне в лицо. – Может ты с ними в ссоре?! Почем мне знать, а?

– Ладно, хватит уже. Если ты мне не веришь, пристрели меня, – вынув пистолет из кобуры, я протянул его рукояткой вперед. Да, я рискую, но в тоже время в любой момент готов перехватить ствол. Хотя, если приставит дуло к голове… тогда останется следить за её взглядом – стоит там появиться решимости, а пальцу на курке начать движение, мне придется действовать, чтобы мозги не расплескались по всему медбоксу.

Ну а как ещё быстро убедить женщину довериться, кроме как дать ей оружие и предложить убить себя? Риск – дело глупое, но ситуацию-то я контролирую… частично.

Решительно взяв пистолет, она приставила его к моей голове. Палец надавил на спуск ровно до полного преодоления холостой дистанции. Дальше движение приведет к выстрелу. Я внимательно смотрел в ярко-карие, почти рыжие глаза девушки, стараясь увидеть саму душу, заглядывая в самые потаённые её уголки…

Не знаю, что произошло дальше, но от длительного «не моргания» в глазах помутилось. Всё вокруг поблекло, посерело, а потом вовсе исчезло – всё заволокла тьма. Остались для меня даже не глаза, а тёмные колодцы, на дне которых плескались мысли. Их нельзя прочесть, но можно ощутить их направленность и повлиять на них… направить их в более благожелательное русло.

Мы моргнули одновременно. Она убрала пистолет и вытерла слезы – слёзные железы таки начали работать и обильно выделять влагу. Видимо, я был устроен иначе, потому как просто вопросительно приподнял бровь, чего она увидеть не могла, и поинтересовался:

– Ну что? Веришь мне?

Глава третья

Корабль неспешно разгонялся для перехода в гиперпрыжок – всё-таки запасное ядро реактора было слабее раза в три, потому времени на разгон и напитывание движков требовалось больше. Будь у нас основное ядро, можно было быстро напитать гипердвижок и «прыгнуть», но дело в том, что вся нагрузка лежит на слабом ядре. Прыгать с места при слабом, даже при полной напитке гипердвигателя энергией, очень и очень опасно, потому как ядро может не выдержать резкого скачка напряжения от перехода в гиперпрыжок и в лучшем случае выйдет из строя. В худшем всё пойдет в разнос…

Всё прошло успешнее некуда – девушка, представившаяся как Линала Тассу, передала мне все коды доступа, заодно невольно поспособствовав обнаружению спящей доселе нейросети. Сразу я её не обнаружил, потому что она была в неактивном состоянии, что было нормой после заморозки.

Обнаружить сам факт наличия нейросети удалось, когда девушка предложила скинуть мне коды управления на нейросеть, контакт которой был обнаружен в пределах пяти метров от нее. Кроме меня в пределах пяти метров не было никого. Стоило ей вызвать меня по нейросетевой связи, как перед глазами где-то в уме – или в голове? Хм… – проявился интерфейс. Пользовался я им с неуверенностью, хотя интуитивно понимал, что да как. Перекинув мне файлы, девушка и рассказала о том, почему нейросеть себя никак не проявляла – нужно было либо подождать некоторое время, пока она «разморозится» окончательно, либо дать какой-нибудь сигнал снаружи на развертывание.

Другое дело, что мне не понравилось, что мой контакт вообще был обнаружен… правда я быстро нашел функцию «невидимки», параллельно настроив рабочий стол нейросети. Функция невидимки представляла собой заглушку, которая мешает прохождению сигналов от нейросети вовне и наоборот – своеобразная пробка на водопроводную трубу.

Когда Линала передала мне полное управление кораблем, она тут же «ушла в отставку» – понизив себя в корабельно-офицерском звании. Теперь единоличным капитаном и членом экипажа исследовательского крейсера «Отар» был я. Затем, с помощью внутрикорабельных дроидов-уборщиков, мной были убраны все тела с корабля за борт и благополучно расстреляны из турелей, дабы не приплыли куда-нибудь. Совесть было возмутилась где-то в глубине души, – мол, не хорошо поступил с отцом Линалы – но сама девушка и виду не подала. Впрочем – я ей не докладывался, не желая лишний раз настраивать против себя.

В конце концов, девушка вбила координаты места, куда направлялся их крейсер, и я активировал разгон корабля на точку. Когда корабль перешел в гиперпрыжок на декаду, – максимальная длительность для этого кораблика – я облегченно выдохнул и направился в ближайшую каюту, поближе к рубке, заодно отдав приказ подчиненной мне теперь Линале последовать моему примеру и уйти «на боковую». Отношения «командир-подчиненный» сложились сами собой, потому как именно от старания женщины и отсутствия с её стороны бунта зависела её жизнь.

Заблокировав двери в рубку и комнату мысленной командой с просыпающейся нейросети, я скинул обувь и улёгся в кровать. Зайдя через нейросетевое управление в раздел камер, я удостоверился, что капсулы с ксантами надежно заминированы на том самом складе – страх, что кто-то из Сородичей вырвется то и дело прорывался из глубины души – и благополучно заснул. Назойливое тело расслабилось и сознание наконец-то смогло полноценно заняться восстановлением памяти…

Я спал, но видел не сон, а словно шел по плиткам-событиям, что выстраивались в ровную, надежную дорожку, ведущую куда-то вглубь. С каждым шагом всё больше событий-плиток вставали в свой ряд, занимали свои места. Наконец, тропинка превратилась в широкую крепкую дорогу, мощенную монолитными даже на вид плитами. Казалось бы, бесконечная дорога быстро окончилась, заведя меня в своеобразный тупик – окончание пути. Я стоял перед полыхающим янтарным светом порталом. Он испускал протуберанцы энергии, словно пламя живого огня. Он звал, манил внутрь себя, сообщая всему моему естеству, без единого слова, что в нем я найду все ответы, на все вопросы… я сделал шаг вперед. Янтарный свет вспыхнул, раскаляясь добела и теплое белоснежное и мягкое, словно птичий пух свечение охватило моё тело, подняло в воздух и затянуло вглубь. Секунда свободного падения и я наконец смог открыть глаза.

Словно в калейдоскопе, передо мной пронеслись события моей жизни. Детство, отрочество, юность… а дальше всё пошло под откос и выкрасилось в более мрачные тона: армия, Служба Безопасности, спецслужба…

Психологическая ломка будущего диверсанта и закаляюще-изнуряющие тренировки. Выбить из меня всю «дурь» – под которой подразумевались излишние мысли – у них не получилось. Я остался самостоятельным, а не послушным барашкем. А после мной заинтересовались так называемые «высшие чины». Решив оставить «как есть», меня отправили на первое моё серьёзное задание, выдав абсурдный, самоубийственный приказ… и я его выполнил. По-своему, конечно, но выполнил. С этого момента из меня прекратили делать тупую машину для исполнения диверсионных задач, а я стал основоположником диверсионно-разведывательной группировки – военной структуры внутри уже имеющейся аналогичной.

Курируемый сверху, я отбирал умеющих думать, анализировать и действовать безжалостно подростков, молодых мужчин и женщин… конечно же, я утрирую! Набирал я вполне обычных бойцов из начавших обучение диверсантов и пытался сделать из них подобие себя. Получалось – они получали особую нашивку и окончательно поступали в распоряжения моего отдела. Не получалось – они возвращались к прежнему обучению… где их доламывали, превращая в живые машины.

Поток воспоминаний резко изменил направление: Империя Гьялха.

Галактическое объединение. Одна из ведущих держав внешнего кольца нашей галактики – самого молодого освоенного региона. Дальше шел лишь Дикий космос, населенный пиратами и мелкими корпорациями, планетными сообществами, которые отказались присоединяться к Содружеству. Попасть в лапы к пиратам в Диком космосе легче лёгкого. После региона дикого космоса находились так называемые «неизведанные регионы».

Вновь что-то «щёлкнуло», меняя картинку. Я не был главой диверсионного объединения, но был первым. Был основателем, который впоследствии дорос до полковника «специального диверсионно-разведывательного полка Империи Гьялха». Или просто «СДР-ПИГ». Впоследствии, аббревиатура переросла просто в «СДР», а последние три буквы значились лишь в документах…

События перенеслись на несколько лет вперед.

– …был найден и вскрыт медицинский фрегат. Внутри – капсулы с бойцами, которых либо доставляли на поле боя, либо они проходили реабилитационные процедуры уже после сражения… – лицо собеседника никак не удавалось разглядеть, лишь голос. Не молодой, но и не старик. Уверенный в себе, но через чур… мягковатый. Военные так не докладывают. Это… Это ученый.

– Ты отправишься туда и заменишь одного из капсуляров собой. Тебе будет установлена новейшая разработанная база умений «специализированный бой». Она существенно поднимет твои возможности на новый уровень, что вкупе с уже имеющимися модификациями организма выведет тебя на одну ступеньку с нано-модификантами, в которых от человека осталось не так уж и много. При равных возможностях, ты останешься созданием полностью из плоти и крови, – голос осекся.

– Что я должен буду делать? – задал я единственный вопрос, что интересовал меня на данный момент. Детали мне были не важны. Хотят установить базу? Пожалуйста! Тем более, что это поможет при выполнении задания.

Картинка вновь обрела четкость, одновременно с тем ускорившись. Две декады я осваивал новую базу, что буквально учила мой организм быстрее проводить нервные импульсы – соответственно и быстрее реагировать – отдавая ему, организму, команды по строительству и улучшению нервных клеток, мышечных тканей… новый виток в развитии генной инженерии.

Одновременно с осваиванием базы, я был вынужден каждый день, порядка пяти часов, подвергаться психологическим нагрузкам. Мой мозг буквально кипел, четкое восприятие событий отсутствовало – накачанный препаратами, я не то что существовал, я просто БЫЛ. Словно бездушная машина делал то, что прикажут.

Задача своеобразного психологического тренинга заключалась во внедрении на подсознательный уровень программы действий – кодировку на выполнение определенных действий, от которых зависел успех задания. Так кодируют простых диверсантов и этой участи я избежал однажды… как оказалось – не на долго. Меня догнало то, чего я боялся больше всего. К счастью я оказался более подготовленным, нежели неотесанные новобранцы. Воля не сломалась, зомбированной машиной, выполняющей приказы, я не стал, а очнувшись на корабле противника, имел четкий план действий в подсознании, которому следовал, словно… собственному внутреннему голосу.

Я не был ксантом, но вжился в его роль. Да, я был силен, быстр, видел в темноте, пользовался обостренными до предела чувствами, что и обмануло меня, но... я не был ксантом. Я был генным модификантом – не модифицировавшим себя искусственными железками, нанороботами, что цепляются к клеткам организма, усиливая их, а именно генным модификантом. Сиротой, выросшем в чужой семье. Кто мои настоящие родители?

Информация о фрегате с капсулярами, запущенная в специальные воинские структуры государства Шейд, нашла свою рыбку. Приманка сработала. Несколько кораблей верфей Шейда выдвинулись в рейд к «обнаруженной ими приманке». Захватив три сотни ксантов, они должны были доставить их на укрытую военную станцию, попав на которую я совершу диверсию и выведаю местоположение остальных подобных баз, что ни одному внедренному шпиону не удалось до сих пор – информации просто нигде не было. Базы были скрыты от всех, кроме, разве что, некоторых высших военных чинов, занимающихся безопасностью республики Шейд, к которым просто так не подберешься…

Диверсия на корабле была спланирована заранее – узнав, какой именно корабль отправится в рейд, один из сотрудников СДР-ПИГ заминировал реактор этого и ещё десятка кораблей, которые также были в списке возможных «рейдовиков» – точного рейдовика не знал никто. Задачей этих кораблей было проверить информацию и взять груз на корабле империи Оро. Шифровка данного сообщения была незначительной – все известные корабли оро, вернее их обломки, давно обысканы, потому никто не ждал положительного результата. Следовательно, информацию о рейде добыть удалось сравнительно не трудно.

Командование посчитало, что ксанты послужат веской причиной для доставки их на военную станцию, потому как доставлять их на «мирную» базу довольно глупо – ими необходимо заняться, закодировать, привести на свою сторону… это всё не делается на простых станциях, следовательно, шанс попасть на специализированную военную базу был весьма и весьма высок.

Предыдущий капсуляр был изъят и уничтожен, а на его место лёг я. Через месяц произошел взрыв и основной реактор Шейдовского корабля был поврежден.

Я открыл глаза.

Глава 4

Глава четвертая

– Мы должны были выйти из варпа в этой точке и ожидать прибытия корабля, который заберет у нас груз. Таково было условие при успешном выполнении задания и изъятии ксантов. После, мы должны были вернуться в столицу.

– Когда они прибудут известно? – я внимательно смотрел на показания сканера, отслеживая изменения.

– Нет. Надо ждать, – отозвалась Линала.

– Хорошо, тогда сейчас я слетаю во-о-он туда, – я ткнул пальцем в группу крупных дрейфующих астероидов, изображенных на голографической карте, полученной благодаря сканеру.

Не говоря больше ни слова, я вышел из рубки и направился в трюм. Там меня ждёт бот, ИскИн которого также, как и на крейсере «Отар», был перенастроен на управление мной, а полномочия остальных членов команды были сняты. О проблемах управления я больше не волновался – даже крейсером я мог бы управлять без экипажа. Память восстановилась, а вместе с ней и вложенные базами знания.

Бот выглядел незамысловато: приплюснутый сверху, вытянутый корпус черного цвета, сужающийся к острию. Бока бота покрывали продольные желтые полосы. На носу находилась малая ракетная установка и двудульная, иначе говоря «двухствольная», турель. Помимо прочего, по одноствольной турели находилось на крыше рубки, находившейся в корме кораблика, а также на двух чуть выступающих башнях, расположенных в задней трети корабля, прямо за рубкой. Две боковые стенки бота – вернее передние две трети этих стенок – разместили на себе ещё по три турели с каждой стороны. Помимо прочего я насчитал аж три эмиттера щитов – великолепный штурмовой бот, рассчитанный на то, чтобы продержаться подольше, хотя с маневренностью у него явно были проблемы: помимо двух двигательных установок на корме, было всего четыре малых маневровых двигателя на носовой части, что, откровенно говоря, не впечатляло. При больших скоростях эти двигатели ничуть не помогут – будет сильно заносить.

Забравшись внутрь бота через аппарель, расположенную точно под днищем, я загерметизировал палубу и прошел в рубку через просторный прямой коридор, оканчивающийся вертикальной лестницей – то есть можно было говорить о двухпалубности бота, хотя палуба была одна, просто рубка возвышалась над ней, словно образуя вторую. Задраив люк, я уселся в пилотское кресло и подключился к управлению ботом через нейросеть, после чего подал запрос на открытие трюмового шлюза Отара. Дождавшись выполнения команды ИскИном крейсера, я вылетел в открытый космос.

Всё это было затеяно ради сохранения в целости капсулы с женщиной расы Ксантов, что может пригодиться как для репликации, так и для создания полукровок-суперсодлат. Женщина – вообще очень удобный инструмент. Сейчас капсула с единственной женщиной-ксантом находилась в десантном отсеке, что расположился ближе к носу бота. Я доставлю капсулу на астероиды, где, используя специализированных дронов, произведу установку и монтаж оборудования и капсулы, способной существовать в автономном режиме очень и очень долгое время – не зря мы нашли замороженных, но живых представителей давно, как думалось ранее, вымершей расы. Вернее, не совсем представителей этой расы, а представителей их солдат, но всё же.

Со всем я управился за несколько часов, несмотря на то, что пришлось один раз вылететь в открытый космос в загерметизированном комбинезоне-скафандре, без функции утилизации отходов жизнедеятельности. Подобные комбинезоны предназначались для того, чтобы сделать какие-то работы в безвоздушном пространстве и вернуться на корабль. Запаса кислорода в картриджах хватало на сутки, но, увы, прочие функции этого комбинезона отсутствовали.

«Надо будет прикупить себе нормальный комбинезон-скафандр, а не этот ширпотреб. Даже аптечки нет!» – размышлял я по ходу монтажа оборудования.

Капсулу я установил прямо в астероид, разместив её в, предварительно пробуренную дронами, нишу-ячейку. Затем я вмонтировал сюда же мини-ИскИн, который смогу обнаружить только я, потому как не зная, что искать найти его невозможно. Закончив с работами, я вернулся на крейсер. Теперь у меня вставал насущный вопрос – что делать по прибытии тех, кто заберет груз? Я собираюсь подорвать его, а значит, надо как-то обезопасить Линалу Тассу, которой я пообещал сохранить жизнь.

Решение пришло как-то само собой – оставлю её на боте, который разместится среди тех же астероидов, замаскировавшись среди их магнитных и радиоактивных полей – это был угрант, редкий радиоактивный ресурс, впрочем, бесполезный, не смотря на «раритетность».

Добравшись до крейсера, я отдал распоряжения Линале: перебраться на бот, предварительно захватив с собой несколько офицерский пайков, после чего переправить кораблик в условленную точку среди астероидов, где заглушить движки и ждать.

Ещё через сутки крейсерский ИскИн засек выход неизвестного корабля из гиперпрыжка в пределах действия сканеров – на самой границе. Линала, как и планировалось, на сканерах была не заметна, воспринимаясь как абсолютно инертное космическое тело, вряд ли кого-либо интересующее. Через пару минут пришел вызов на корабельный ИскИн. Неизвестный капитан, не включая видеопередатчик поинтересовался абсолютно нейтральным голосом, кто «мы» и что здесь забыли, на что я сообщил об успешно проведенной экспедиции под кодовым названием «экспансия» – все детали операции, на удивление, Линала раскрыла без сопротивления, заставляя подозревать её в худшем… тем не менее, она не солгала, о чем следовало задуматься. Голос сразу расслабился и заявил, что готов принять груз. Жертва сама приближалась ко мне…

Корабль «заказчиков» являлся носителем класса «С», на удивление пятого поколения третьего класса – то есть один из мельчайших носителей по своим габаритам и один из наименее вооруженных, судя по классу «С». Вместе с тем не самого продвинутого поколения, так как в Империи уже шестое. Правда его сопровождало два боевых крейсера, вышедших из невидимости. Видимо, из-за одновременного выхода из гиперпражка слабый радар исследовательского крейсера не засек их, а затем они скрылись под скрывающим полем, чтобы выйти после успешных переговоров немного в отдалении. Причем таким образом, чтобы в случае чего накрыть мой крейсер плотным огнем.

Пока носитель подлетал, пока, согласно заданной ему программе, ИскИн соединял шлюзы «мостом», я уже перебрался на обшивку крейсера и мог наблюдать за происходящим снаружи. Далее начнут действовать протоколы, которые я прописал в ИскИн. Перебравшись по внешней стороне моста на другую сторону, благо, что засечь меня при подобной спайке было невозможно – если специально не смотреть – я оказался на обшивке носителя. Затем быстро добрался до двигательных установок, всей душой надеясь, что они не включатся, я не прожарюсь не то что до хрустящей корочки, а до полного испепеления! Умом я понимал, что при состыковке никто не включит разгонные двигатели, но тем не менее было не по себе. Изнутри я собирался воспользоваться лазерным резаком, намереваясь вырезать небольшое окошко, чтобы оказаться в моторном отсеке носителя…

В это время «призовая команда», на которую легла обязанность проверить груз, в недоумении ступила на борт крейсера «Отар». Никто их не встречал. На корабле царила полная тишина.

Неожиданно заговоривший из ближайших динамиков ИскИн заставил вздрогнуть настороженных бойцов:

– Вы находитесь на крейсере «Отар». Предоставляю вам карту помещений и доступ в отсек с грузом.

С последними его словами на нейросеть командира пришли файлы со схемой помещений крейсера и полным описанием груза. Недоумевая, отряд из шести человек всё же выдвинулся в требуемую точку, чтобы на середине пути быть огорошенным новым сообщением ИскИна о преждевременной кончине капитана корабля и заложнике, находящемся на боте, который заглох в отдалении. Немедля, командир отряда тут же связался с капитаном носителя, доложил ему обстановку, после чего продолжил путь в сторону склада с грузом. Тем временем, в сторону небольшого бота с заглушенными движками вылетел небольшой «ястребок» москитного флота – небольшой истребитель, основное оружие носителей, на хрупкие крылья которого легло спасение заложника.

Оказавшись внутри технического помещения, я заплавил вырезанные сегменты обратно, кое-как замаскировав повреждения. Всё равно, пока датчики не сообщат о неисправности, навряд ли кто-то придет проверять, следовательно, швы от лазерного резака никто не увидит и не узнает о проникновении постороннего лица на корабль. А о неисправности датчики не сообщат, потому как утечки кислорода, не смотря на контакт с космосом, не было – всё дело в эмиттерах щита, покрывавших носитель тонкой пленкой. По военной технике безопасности, для защиты от метеоритной пыли, а также против неожиданных нападений, щиты должны быть активированы на минимальную мощность всегда, чтобы переход в максимальный режим не так сильно изнашивал энергосистемы. Ну а о том, что энергощиты препятствуют утечке кислорода, знает каждый.

Пробравшись вглубь технических помещений, куда уж точно ни техник, ни инженер просто так соваться не будут, я с «удобством» разлёгся в узком коридорчике, прямо на изолированных проводах, не спеша отключать шлем и переходить на внешнее дыхание – дело в том, что ИскИн постоянно учитывает количество потраченного кислорода. В случае повышенных трат, либо трат кислорода там, где, по его мнению, никого нет, он поднимет тревогу. Главное, что я взял с собой запасные кислородные картриджи, а далее следует просто дышать через раз, погрузившись в своеобразное медитативное состояние – транс. Сейчас надо лишь ждать, предварительно повесив заглушки на сетевые выходы нейросети, дабы ИскИн не засек мою нейросеть на палубе. Конечно это сильно ограничит меня, вынуждая управляться с электроникой напрямую через выходящие на кистях разъемы, но безопасность важнее.

Взрывная волна быстро достигла Носителя и даже слабо активированные щиты не спасли – просто не было времени, чтобы напитать эмиттеры. После хорошенькой тряски – всё-таки броня носителя выдержала, хотя наверняка и получила повреждения обломками – я с удовольствием отметил: ждать осталось не долго, скоро отправимся в путь. Конечно носитель поврежден, но летать сможет точно – после детонации всех ракет на крейсере «Отар», произошедшей ровно в тот момент, как были открыты двери на склад перед «призовым отрядом», тут же сдетонировали оба реактора. Если бы они были включены на полную мощность… тогда носителю, как и приблизившимся крейсерам не поздоровилось бы. Носитель тут же стал бы обломками, а крейсеры получили внушительные повреждения. Но главный реактор был выключен, ещё и поврежден предыдущей диверсией, а дополнительный работал от силы на четверть мощности.

«Да даже если эти ур-роды и не уничтожены, то их капсулы наверняка повреждены, а в вакууме без кислорода, будь ты хоть десять раз модификантом, ксантом либо самим Оро, тебе не выжить!» – удовлетворенно отметил я.

Полагаю, Линала уже доставлена на носитель, который принял весь удар на себя – её бот я заранее разместил – вернее приказал разместить – таким образом, чтобы, в случае чего, он не был поврежден взрывной волной, находясь точно за носителем. А чтобы носитель встал аккурат между крейсером и ботом я специально немного довернул крейсер, дабы пилоты корабля противника, не мудрствуя особо, причалили к одному из нужных мне шлюзов. Всё прошло без проблем – как и планировалось.

Наконец двигатели Носителя заработали – корабль начал разгон. Осталось дождаться ночи по внутрикорабельному времени и можно пробраться куда-то в более… подходящее место.

Глава 5

Глава пятая

Носитель, в помещениях которого я успешно хоронился, прибыл на конечную станцию.

«Наконец-то!» – была единственная радостная мысль. Должно быть последняя на следующие несколько недель, потому как расслабляться далее будет уже нельзя, как и радоваться. Вот я и наслаждался мгновениями мимолетного счастья – уже порядком поднадоело питаться пайком таблеточного вида. Проглатываешь такую таблетку и, через некоторое время, она разбухает в желудке, превращаясь в двести грамм питательной субстанции.

После того как Носитель вошел в гипер, я перебрался в вентиляцию. Конечно, в вентиляции было полно датчиков, но я усердно избегал их, путем перемещений по удаленным от центра корабля отрезкам вентиляционных ходов – в них точно не было напичкано много электроники, а датчики давления и воздуха обойти не составляло труда. Затем я спускался в технические помещения, используя их для коротких перебежек. Все мало-мальски жилые коридоры, а также ведущие к реактору и движкам, пришлось избегать – наверняка там были камеры.

Тут-то мне и пригодилась Линала. Выловил я девушку, банально затащив в технический проход, когда она проходила мимо, причем «совершенно случайно». Ага. Так я и поверил, что она внезапно забыла заколку для волос в отсеке для дроидов. Ну конечно. Я потребовал у нее содействия, намекая на спасенную жизнь и требуя от нее того же. Конечно, она могла отказаться, или доложить командиру корабля – чего я боялся больше всего и на случай чего у меня был запасной план – но… не доложила. Более того – восприняла мои требования как само собой разумеющиеся, что радовало. До сих пор не понимаю – зачем было так рисковать, связываясь с ней? Более я таких ошибок постараюсь не допускать – всё в один миг могло покатиться под откос! Повезло – не иначе.

Линала довольно быстро раздобыла мне наручный коммуникатор, с помощью которого я наконец-то подключился к местной Сети. После недолгих манипуляций, я послал небольшой инфопакет-пустышку, не несущий в себе информации, прямо к управляющему ИскИну – искусственному интеллекту. Естественно эта машина тут же вскрыла инфопакет и тут началось…

Дело в том, что, как только между крейсером «Отар» и носителем был проложен мост и отряд выдвинулся, чтобы забрать груз, ИскИн крейсера отправил информацию своему оппоненту на носителе. Информация эта была о содержимом – о грузе. Чуть позднее она – информация – пришла на нейросеть командира отряда. Но главное не в этом, а в том, что все эти инфопакеты несли в себе часть единого целого – вируса.

В ИскИн был внедрен каркас вируса – не опознаваемый его собственными системами и антивирусом. Сам каркас вовсе никак не позиционировал себя – он просто… был. Но в этом самом «был» и крылся подвох: каждое действие ИскИна, показывало вирусу все «тайные» ходы внутри системы ИскИна. И чем больше действий совершал ИскИн, тем больше лазеек открывал для себя вирус, постепенно разветвляясь, но при этом, никак не виляя на работу ИскИна. Вторая часть находилась в нейросети капитана – каждое его действие в сети корабля также оставляло свои следы для, опять же, ничего не делающего вируса. Таким образом с двух сторон невидимые ниточки опутывали всю корабельную сеть. Стоит им напасть, как антивирус тут же изничтожит сначала напавшие части вируса, а после, по одинаковым сигнатурам, обнаружит и «разведывательные нити», которые также истребит. И тут в игру вступил я, отправив простой инфопакет управляющему ИскИну. Он не нес в себе никакой информации, но был очень тяжелым – его я готовил на протяжении нескольких дней, тщательно сжимая петабайты пустой информации. Я не мог подсоединиться к ИскИну напрямую из-за того, что в рубку доступ был закрыт, и не мог удаленно отправить инфопакет до того, как будет обнаружен посторонний контакт, вошедший в корабельную сеть. Следовательно, мне оставалось зайти через коммуникатор, который «по умолчанию» принадлежит членам корабля. И через него я отправил как бы информацию ИскИну, которую тот конечно же открыл – так в него заложено. А далее, не обладая достаточными мощностями, он естественно завис, тогда как вирус начал свою работу – тут же дезактивируя сетевые узлы, заменяя их собой.

Если представить огромную паутину, то узлы паутины являются каким-либо ПО – программным обеспечением. Вот те узлы, которые отвечают за антивирус, были отрезаны от остальных, путем «перегрызания» ниточек. Следом был отрезан сам управляющий ИскИн, а мой вирус стал стремительно наращивать массу, просто «поедая» тонны пустой информации, что я отправил – моментально превращая эту информацию в своё «тело».

Затем, когда вся «пустая» масса информации была уничтожена, вирус замаскировался под обычное ПО. Вернувшийся после временного «обморока» управляющий ИскИн естественно не заметил подмены и не поднял тревоги, получая ложные сигналы от замененных ниточек, которые в свою очередь слушали меня и действовали только так, как я их запрограммировал – пропуская лишь ту информацию к «мозгу», которую разрешал я. Мозг корабля – то бишь ИскИн – сейчас был отрезан от всего, а антивирус вовсе вырезан из сети, дабы не мешался – больно он сильный, военная разработка как-никак.

В кои-то веки я мог проникнуть в каюту, спокойно включить нейросеть на всю мощность и уже самостоятельно, вручную доделать всю работу вируса, редактируя и подправляя то, что наворотил он. В конце концов, я восстановил антивирус «в правах», банально заменив его «мозги» своими программами. Теперь на мой вирус он не реагировал и при проверке каким-нибудь программистом неполадки сразу и не обнаружатся – если не знать, что тут точно должен быть вирус. После, я без особых проблем получил все коды доступа и наконец-то смог беспрепятственно везде проникать, стараясь лишь избегать внимания полусотни членов экипажа. «Можно было бы приказать турелям уничтожить их…» – такая мысль не раз проскальзывала на краю сознания, но я быстро отметал её: мне нужно проникнуть тайно, а не захватывать корабль в безраздельное владение.

Радовало одно – Линала точно была на моей стороне, пойдя против своего государства. Когда я, как бы невзначай, поинтересовался у брюнетки, почему она помогает мне, она просто пожала плечами:

– Я надеюсь на то, что после ты поможешь мне смыться из Шейда…

В дальнейшем разговоре она поведала мне о своём невольничьем положении в Республике – она была вынуждена работать на государственную службу исследователей, отрабатывая государственный долг, в который её затянула семья мятежников. Выбор был невелик – пожизненное заключение или государственная служба… тоже пожизненная. Вот и открылись причины её такой добровольной мне помощи!

Да и... пожалуй, жалко было бы её убивать – она обладала красивым, что называется «фигуристым» телом, правильными чертами лица, густыми тёмными волосами. Ну разве не загляденье?

Тем временем носитель уже подходил к приемному доку станции – необходимо было отремонтировать поврежденные маневровые двигатели, да и поврежденную взрывом броню восстановить. Всем этим занимался капитан корабля. Команда собиралась на отдых, я же собирался заняться делом.

Договорившись встретиться с Линалой позднее, я активировал самоуничтожение вируса и, через одну из турельных башен, покинул помещения корабля, выбравшись на внешнюю обшивку и схоронившись в сопле поломанного взрывом маневрового двигателя. Когда корабль встал в док, я беспрепятственно покинул нишу – видимо шпионов тут не ждали. Совсем расслабились, бестолочи! Только выбравшись из доков на центральные улицы, я перестал прятаться. Из-за того, что я давно уже переоделся в комбинезон-скафандр из запасников корабля-носителя, принесенный мне Линалой, я выглядел, что называется, «как все» – разве что небольшой кофр за спиной чуть-чуть выделял меня из толпы.

Станция выглядела как правильный икосаэдр – наружу не выступало ни одного дока. Всё находилось внутри станции, в отличие от гражданских образцов, где причальные площадки были открыты космосу и прикрывались лишь энергощитами.

Теперь можно приняться за работу, действуя сразу по двум планам, в одном из которых фигурировала Линала. Мы должны были встретиться в условленном месте, где она передаст мне хотя бы частичную карту помещений, но это не главное. Второе, что она должна была сделать, это отдать мне коммуникатор с вынутым чипом памяти, предварительно превращенным мной на носителе в маячок – благо инструментов у тамошнего инженера хватало. Мне лишь остаётся вставить другой чип, уже имеющийся у меня из корабельных запасов, и поймать сигнал. Тот, вынутый чип, поработает как моё средство спасения – в критической для меня ситуации он подаст сигнал обнаружения, который отвлечет преследователей и заставит их немного попотеть, пытаясь найти меня. Вот только там буду не я, а чип. Параллельно я собирался проникнуть на местный склад, где разжиться хоть какими-нибудь дроидами, которых можно взломать и использовать для в своих целях.

Естественно, я не надеялся на тот чип, как средство отвлечения, собираясь его использовать как ретранслятор – поступлю также, как и на носителе, передав сжатый инфопакет через него. Дело в том, что без ретранслятора довольно быстро вычислят, откуда пришел сигнал – думается мне, на станции сидят хорошие спецы. Тем более на военной станции. Следовательно, я не имею права рисковать, пользуясь нейросетью или наручным коммуникатором напрямую – тут-то мне и поможет сеть ретрансляторов, которую я собираюсь развернуть, если мне удастся добыть ещё чипов с местных складов.

Встретившись с Линалой в доках, я вновь убедился – она точно на моей стороне. Конечно, всегда был шанс подвоха, но… мне пригодятся мои личные люди, вне ведомства моих начальников.

По словам женщины, её особо даже не третировали допросом – всего лишь задали пару вопросов и отпустили восвояси, сообщив о том, что доставят её на курьерском фрегате до Столицы.

Получив от нее пустой коммуникатор, без чипа, я принялся за работу в одиночку. Времени у меня было полно, а торопиться – верная смерть.

«Ну не то чтобы полно, но четыре декады у меня есть!» – автоматически поправил я себя. – «Всё-таки, рассиживаться здесь месяцами мне нельзя!»

Спокойно добравшись до противоположной окраины станции, – все время перемещаясь по внешнему кольцу помещений – я начал своё проникновение внутрь. Для начала беспрепятственно проник в служебный лифт вместе с одним из местных техников. Если бы я чуть задержался, то мне пришлось бы ждать какого-нибудь местного служащего, потому как на меня служебный лифт не среагировал бы – я не прописан в реестре станции. К счастью я подошел вовремя и зашел в лифт с персоналом, не вызвав подозрения. Без проблем проехав на этаж, требуемый ему, я сделал вид, что мне надо выходить вместе с ним – подумаешь совпадение, не правда ли? Стоило дверям за моей спиной начать закрываться, как я юркнул обратно, быстро выломал решетку на крыше лифта и выбрался в шахту. Затем, предварительно приладив решетку назад, – если её никто не будет толкать снизу, то не скоро обнаружат поломку – я быстро перепрыгнул в ближайшую нишу внутри лифтовой шахты, предназначенную для технических работ в случае поломки лифта, либо эвакуации пассажиров.

На небольшом пяточке было не так-то легко разместиться, но я справился и достал из-за спины ударопрочный пластиковый кофр. Изъяв из него дроида – не летающего робота, как дрон, а «сухопутного» – я подключился к нему с помощью провода, один из концов которого крепился к нейросетевому разъему на пальце, а второй к разъему моего механического помощника – я собирался работать нейросетью напрямую, путем проводного подключения, дабы сигнал было невозможно засечь.

Этот механоид был построен на базе ремонтного дроида носителя, но отличался от того размерами, – в два раза меньше – а также полностью переделанными мозгами. Плохая замена нормальному дроиду-взломщику, или же дроиду-диверсанту, но хоть что-то. На его хрупких механических плечах – коих было двенадцать – лежала задача по отключению всех датчиков в вентиляционных трубах – просто потому, что на него они будут реагировать, как на ремонтника, следовательно, поднимать тревогу не станут. Ну а то, что ремонтник не местный… главное, что он ремонтник, чем я и собирался воспользоваться.

Задав порядок действий, я отсоединил провод и убрал его в нагрудный карман, после чего убрал самого дроида в кофр – настройка была завершена, теперь необходимо доставить его к ближайшей вентиляционной шахте

Выдохнув, я нашел глазами вентиляционную трубу, оканчивающуюся решеткой – через лифтовые шахты проходили многие коммуникации, в том числе и воздушные. Вот только добраться туда не маленький труд… впрочем – я поймал глазами поднимающийся лифт – вот и попутка!

Дождавшись пока плавно двигающийся лифт замрет на этаже подомной, я перебрался на его крышу – благо, что это можно было сделать бесшумно, потому как он находился недалеко. Покатавшись вверх-вниз ещё минут пятнадцать, я достиг вентиляционной трубы при движении вверх и… проехал мимо, намереваясь прыгнуть на обратном пути – так безопаснее. Следующий пассажир, либо пассажиры, начали требуемый мне спуск, заставив меня облегченно выдохнуть: «Наконец-то!»

Когда до вентиляции остался метр, я выставил ногу и в нужный момент перенес на нее вес. Покачнувшись, я уперся руками в боковые стенки ниши, в которой находилась вентиляционная труба, и через пару секунд восстановил равновесие.

Присев, я тут же изъял дрона из кофра и вновь убрал последний за спину, после чего достал лазерный резак. Активировав резак, я аккуратно вырезал решетку – с расчетом вставить её на место впоследствии. Датчики, сигнализирующие о поломке решетки, предварительно отключил мой дроид, банально замкнув контакты на тройку секунд. Естественно по прошествии этих трёх секунд меня бы засек местный ИскИн, принимающий сигналы с датчиков – ну не людям же этим заниматься, в конце концов? Тут внимательность машины нужна, а не человека… вот за это они и поплатятся, потому как у ИскИнов был существенный минус, который мало кто дорабатывал: им важно было, чтобы всё работало, а то что с перебоями по несколько секунд… ну так подаст заявку технику – тот потом сходит и проверит. А придет тот явно нескоро – тем более, что всё будет итак работать, по мнению ИскИна. Вообще не обязательно, что ИскИн хоть какой-то сигнал подаст, ведь всё работает исправно! Подумаешь, немного покоротило… ничего страшного. Аккуратно вскрыв решетку в вентиляцию, я позволил дроиду юркнуть внутрь и стал ждать сигнала, который уведомит об отключении сигнализации – на этот раз на большее время.

Сняв решетку, я юркнул внутрь тесного прохода и затянул её за собой. Датчик открытия решетки вновь заработал, вот только решеточка-то на месте – я аккуратно приладил её, словно паззл, что было не сложно, из-за продольного строения. Двигаясь задом наперед, я с трудом начал протискиваться дальше. Руками оттолкнуться было не от чего, кроме как от решетки, касаться которую было нельзя, потому мои перемещения были очень своеобразными.

Так пришлось двигаться до ближайшей развилки, где я смог наконец-то развернуться в нужную сторону и продолжить движение. Все датчики встречались только на вентиляционных выходах и перекрестках, причем следили они только за объемом воздуха внутри вентиляции и состоянием «открыто-закрыто» – обо всем этом я узнал путем сканирования жучков наручным коммуникатором, который преобразовал в своеобразный считыватель электромагнитных частот, по которым и определял один датчик от другого.

С явным дискомфортом разместившись в узкой вентиляционной шахте – подальше от датчиков – я перешел ко второй фазе своей операции. А именно: составлению карты.

Глава 6-7

Глава шестая

В течение недели я сидел в вентиляционной шахте, которую уже проклял всеми возможными способами. Каждый день мне приходилось питаться биомассой в виде таблеток, запивая фруктовым соком из армейского пайка, бывшего в моём кофре – захватил с носителя. Сомневаюсь, что они заметили пропажу. Для испражнений я довольно быстро обнаружил местный туалет, в который преспокойно проникал с помощью через чур узкой вентиляции, в которую влезал с трудом – и это при том, что я довольно-таки худощавого телосложения!

Конечно был риск обнаружения, но вряд ли кого-то интересовал сидящий в закрытой кабинке солдат в черной форме – на станции все были одеты одинаково. И всё это время я посылал своего механоида в разные ответвления вентиляционных труб, с целью записать весь путь на камеру – на него не реагировали местные датчики. После возвращения дроида, я просматривал запись с камеры и списывал показатели с небольшого консольного экранчика под задней крышкой на корпусе – меня интересовали пройденные им метры и обнаруженные датчики, а точнее тип датчиков. Всю информацию я вбивал в наручный коммуникатор, выстраивая цельную карту воздушных ходов станции, после чего вновь подключался через провод к дроиду, программировал его маршрут и вновь посылал в путь по шахтам до ближайшего тупика и обратно.

Полегче стало на второй день, когда мой механоид обнаружил чужих дроидов и, согласно вбитым мною протоколам, вернулся ко мне с докладом. Тут-то у меня и созрели некоторые поправочки к изначальному плану. Просто потому, что можно перепрограммировать местных дроидов-ремонтников, тем самым увеличив количество доступной техники! Да и эти дроиды вообще не будут вызвать никаких подозрений, а значит я смогу действовать безбоязненно.

Быстренько передав своему «шпиону» вирус и вбив команды по его внедрению в железки противника, я стал ждать успешного завершения операции. Не прошло и часу, как все трое – включая моего – вернулись ко мне за получением дополнительных команд. Ничего странного в этом не было – чтобы защититься от вирусов, нужен антивирус, которому в свою очередь требуются большие мощности для обработки огромного количества информации. Но где эти мощности взять малюсенькому дроиду? Конечно он не мог предоставить их. Следовательно, антивирусник, если он и был, являлся лишь слабым аналогом уже мною «порабощенного» корабельного. Ну а взломал тот – что мешает взломать этот? Как результат – взломать мелких дроидов было не трудно.

Быстренько просмотрев список их команд, я скачал с их памяти карту вентиляции, сильно облегая себе этим жизнь, – они ориентировались в вентиляционной шахте именно благодаря схемам – и отправил мелких работников обратно. С этого дня дело стало налаживаться – я перебрался поближе к центру станции, по пути взломав ещё четверых дроидов, но карта была до сих пор не закончена. Дело в том, что схема ходов вентиляции внутри этих металлических болванчиков не предполагала обозначения навроде «куда выходит эта шахта» – лишь отметка о «тупике» – то есть вентиляционном выходе, который оканчивался решеткой. А иногда об обычном таком тупике. Мне пришлось потратить ещё несколько дней на то, чтобы пометить эти «тупики» в своём коммуникаторе «по-человечески» – «туалет», «охраняемый склад» и так далее.

Наконец, когда карта была готова, я перешел к третьей фазе операции: проникновение в дублирующую диспетчерскую рубку станции. Почему в дублирующую? Ответ лежит на поверхности: она хуже охраняется.

Чем ближе я был к важным точкам, тем опаснее становилось моё передвижение. Теперь в вентиляционной шахте добавились патрулирующие дроиды, коих пришлось «удаленно» – с помощью дроидов-механиков – перепрограммировать, дабы они не то, чтобы слушались меня, а хотя бы банально не обращали внимания, принимая за «дроида» – вот такой вот интересный обман системы.

Используя камеру своего бывшего корабельного ремонтника, а ныне почти шпионского дроида, я сделал несколько фотографий диспетчерской. Это было не сложно – переместил камеру дроида на один из тонких манипуляторов, и просто приказывал через провод, подключенный к нейросети, нажимать на «щёлк» дроиду. Затем я просто перекинул фотографии на коммуникатор и внимательно всё просмотрел, обнаружив пару небольших, размером с ладошку младенца, камер по углам – их никто и не маскировал, но от того было не легче. Кроме того, в диспетчерской находилось три цилиндрических ИскИна, размещенных в шахтах у дальней стены. Добраться до них, не попав под камеры, невозможно. Проникнуть внутрь, я полагаю, тоже – не удивлюсь, если при малейшем отключении датчика на решетке будет срабатывать тревога – тут всё-таки не переферия станции. Даже и пытаться не буду – я знаю этих вояк, да и рисковать не хочется. Значит нужно заставить их открыть решетку самостоятельно. Вот только как?

Размышления привели меня лишь к одному решению – перестроить дроида, заставив его проникнуть вовнутрь, взломать камеры, изменить картинку, а после подключиться к ИскИнам в шахтах и взломать уже их. Когда взлом завершится, проникнуть через дверь – рисково, но выходов у меня не много. Тем более, что камеры будут работать, показывая картинку пустой диспетчерской, демонстрируя отрезок ранней записи этой камеры, не отключаясь полностью. Или же вовсе будут управляться мной с коммуникатора.

Разобравшись с деталями, я отполз вглубь вентиляционной шахты. Туда, где находилась небольшая ниша точно под огромным вентилятором – там можно было более-менее сесть. Там же у меня расположилась мини-мастерская, состоящая из кофра, инструментов в нем и запчастей.

«Кстати и пайки уже к концу подходят» – припомнил я. Придется спускаться к складу и воровать, благо, что проникнуть туда было не трудно. Вернее, не труднее, чем в диспетчерскую.

Быстро разобрав многострадального дроида, от изначального вида которого остались одни лишь воспоминания и процентов десять от общей массы, я начал аккуратно удалять лишние детали. Лишние, в моем представлении, это все детали, кроме программного обеспечения и плат, его содержащих. Ну и ног-манипуляторов. Мне предстояло уменьшить его в несколько раз, оставив голую функциональность.

Разобрав его на составляющие, я разложил все блоки внутри кофра, после чего начал буквально создавать нового дроида, используя программки, сохраненные когда-то в папке на нейросети, для создания нового программного обеспечения, безжалостно удаляя всё старое до полной чистоты.

Всю программную начинку я, для начала, планировал разместить в одном единственном блоке, но после меня осенило – а что, если в каждый из имеющихся модулей поместить лишь кусочки программного обеспечения, оставив лишь функции движения? На месте этот конструктор соберется воедино и примется за работу!

Трудясь как проклятый, я переплавлял не приспособленным для этого лазерным резаком детали, нещадно обжигая пальцы. Хорошо, что перчатки комбинезона втягивались в наручи, что позволяло обойтись без повреждений костюма. Уже после, я без проблем вбил программное обеспечение в готовые блоки и соединил всё воедино. На всё про всё у меня ушел день, с перерывом на сон и просто отдых от кропотливой работы. Теперь пришел черед реализации плана. Для начала я решил проверить получившуюся сборку из трёх «паучков» на складе – получится ли взломать его. Паучки были в буквальном смысле голыми – «без всего» – просто программный блок, мини-камера и три тонких многосуставчатых ноги, которые легко переломить двумя пальцами.

Добравшись до склада, я отпустил их на свободу, отдав приказ добраться до камер и подключиться к ним. Потекли томительные секунды ожидания, но… всё прошло как по маслу! Я выдохнул. Добравшись до камер, паучки соединились в девятиногого паука, который подключился к камере, заставляя её воспроизводить картинку пустого помещения, – банально зациклив запись – о чем сообщил завибрировавший коммуникатор, на который пришел короткий инфопакет. Следом ещё три камеры пришли в негодность на ближайшие десять минут. Через семь минут, если ничего не изменится, паучок повторит процедуру взлома камер, продлив для меня время.

Используя одного из давным-давно взломанных местных ремонтников, я перемкнул датчики открытия решетки, юркнул в помещение склада и отдал приказ вернуть датчики в исходное положение.

В это время второй дроид должен достигнуть вентиляционного выхода перед простым, человеческим входом на склад и подать сигнал тревоги мне на коммуникатор, если засечет приближение кого бы то ни было к двери.

Глаза разбегались. Быстро пробежав по всему складу, я бегло осмотрел бирки с названиями, запоминая каждую и откладывая в глубины памяти, что для диверсанта было не сложно. Это был продуктовый склад, я не ошибся. Кроме того, прямо из него вела дверь на второй склад, куда мне тоже предстояло проникнуть. «Все склады в одном месте. Как удобно!» – восхитился я глупости инженеров-конструкторов. Хотя… быть может это и не глупость, но для меня их решение только на пользу.

Быстро раздобыв десяток офицерских пайков размером с кулак, я закинул их в заранее приготовленный мешок, как вдруг коммуникатор на руке завибрировал. Проклиная всё на свете, я бросился к контейнерам у стены и юркнул за ближайший буквально в последнюю секунду перед открытием двери. Дверь на склад открылась. Камеры наверняка уже работают, как и положено, хоть и с запозданием в пару секунд – резкое переключение пустой картинки на картинку с УЖЕ вошедшими людьми заставит ИскИн напрячься, чего мне было не нужно. Замедлив дыхание, я превратился в слух, отслеживая перемещения пришедших по звуку. Хорошо хоть вовремя приметил это место, когда первый раз пробежался по складу, осматривая бирки.

Тихо о чем-то переговариваясь, двое вояк прошли в центр склада и что-то набрали в тележку – грохот сбрасываемых то ли пайков, то ли хрен его знает, чего ещё, стоял ещё тот. Пришедшие также быстро ретировались, как и пришли. Сигнал вибрации подтвердил их удаление прочь.

Выдохнув, я быстро доставил пакет с пайками в вентиляцию, предварительно убедившись, что камера вновь не работает, и забрался туда сам, после чего аккуратно направился к следующему складу по одному из вентиляционных проходов. Мне необходимы военные разработки, чтобы подготовить большой бум. Очень большой бум, который отвлечет всю станцию. А военные разработки находятся явно не на продуктовом складе. И даже не рядом с ним.

Глава седьмая

Через неделю все приготовления были закончены. Взрывчатка готова, также, как и дроиды-взломщики. Последних, на удивление, я обнаружил на том самом втором складе, возле продуктового, основательно там пошерудив, вскрывая боксы и запечатывая их вновь, благо это было не трудно благодаря консольному взломщику, который представлял из себя программу, встроенную в наручный коммуникатор. Распаковал, достал что нужно, запаковал обратно.

С помощью уже нормальных взломщиков, я преспокойно добрался до ИскИнов в шахтах запасной рубки. Ну а затем миг подключения и последующий процесс взлома, занявший у них, дроидов. всего декаду, что было очень быстро, учитывая, что это всё-таки военная станция! Вот что значит взламывать военную станцию дроидами этой же самой станции. Первым делом, взломав ИскИнов дубль-диспетчерской, я перенастроил все камеры и датчики, незаметно от главного управляющего ИскИна, которым уже занимались мои взломщики. Нет, они не взламывали его. Они просто блокировали некоторые из его систем, чтобы он не заподозрил взлом дублирующих ИскИнов по странному поведению последних.

Затем, я быстренько скачал из местной базы данных всю мало-мальски ценную информацию, сжатую в несколько раз. Поскольку информации было очень и очень много, мне пришлось использовать модули памяти дроидов-взломщиков, с сожалением разбирая последних на запчасти. Дело в том, что у них очень вместительные информационные ячейки, в отличие от ремонтных дроидов, а переносного ИскИна у меня с собой не было.

В итоге всю площадь тыльной стенки кофра заполнили маленькие кубики информационных модулей. И то пришлось некоторую информацию удалять – например, базу данных по людям, числящимся на станции, их болезням, привычкам, званиях и прочем. Ну и на кой мне эта информация? То-то и оно, что она мне не нужна. После этого я потратил ещё неделю на тщательную проверку всех деталей своего плана, после чего наконец-то был готов признать с некоторой дрожью: всё готово.

Воткнув себе антишок из местной аптечки, я прикрыл глаза. Сейчас я уже был хозяином станции. Ну ладно, почти хозяином – стоит мне высунуть нос, как все, что я тут делал, раскроется. Меня схватят, допросят и уничтожат. Дождавшись, пока препарат начнет действовать и мандраж перестанет трясти мои нервы, а заодно и руки, я с абсолютно холодным рассудком проверил все приготовления. Вскоре время пойдет на секунды и тратить его будет не целесообразно.

Раз – взрыв сотрясает станцию – это рванул склад боеприпасов. Можно сказать, шестая часть станции превратилась в обломки.

Два – я выбиваю решетку и спрыгиваю на пол главной диспетчерской.

Три – тремя выстрелами я убиваю суетящихся операторов.

Четыре – достаю гранату-липучку со склада и бросаю её на дверь. Первый кто войдет, спровоцирует взрыв.

Пять – я подбегаю к шахтам с шестью ИскИнами и, поднатужившись, буквально вырываю управляющий ИскИн из шахты вместе с проводами. Всё – он не работает. Контроль переходит к дублирующему управляющему ИскИну...

Облегченно вздохнув, я посмотрел на так и не сдетонировавшую гранату-липучку на дверях. Снять или нет? Впрочем – холод с ней. Пусть висит как предохранитель от вражин.

Всё – от меня пока ничего не зависит: боевые дроиды начали зачистку внешнего круга станции, постепенно сужая радиус, воздуховоды начали откачку кислорода из всех помещений станции. Турели же начали уничтожать всё, что движется, игнорируя лишь один проход – тропинку для меня. Моя задача теперь выбраться из этого пекла. Причем не через вентиляцию – двести лет мне не улыбается выбираться! Утрирую, но суть понятна.

Оторвав мину липучку, – предварительно нажав на кнопку ручной дезактивации на этом шарике – я вырвался в коридор и, под видом местного, бросился к докам, уже во всю пользуясь нейросетью: маскироваться сейчас – это вредить себе. За спиной болтался кофр с хранилищами данных – сейчас этот кофр ценнее моей собственной жизни, потому как благодаря ему Империя Гьялха одержит победу над Шейдом. Моя жизнь здесь вторична – я сам выбрал свою судьбу, связав себя с государством. Подвести государство я не могу, потому как в таком случае Родина превратится в Развалины. Начинается с одной буквы, а смысл разный.

Военные, кто с автоматом, кто вооруженный лишь пистолетом, куда-то неслись, выполняя четкие команды руководства, получаемые по нейросети. Подготавливалась оборона. Естественно они отобьют атаку – кислорода в картриджах комбезов хватит, а потери будут в основной массе среди персонала. Но пока на станции беспорядок – надо пользоваться. В этом хаосе целенаправленно двигался я, словно ледокол сквозь льдины проторивающий себе путь, стараясь перемещаться точно по тем коридорчикам, образующим тропку, которую заранее обезопасил для себя, вбив в ИскИн программу действий, в которой прописал десяток исключений. Узкий коридорчик меж жилыми блоками, затем короткая перебежка по диагонали широкого «проспекта» и шум пулемета за спиной – это компьютеры турелей получили сигнал с моей нейросети, снимающий ограничения. Я двигался лесенкой – по диагонали на проспектах и точно перпендикулярно им в проёмах между.

Таймер на нейросети не отбил и минуты, когда я вылетел к докам и тут же бросился к курьерскому фрегату первого класса – самый быстрый и одновременно с тем наименее вооруженный и защищенный. Этот фрегат был мной взломан в то время, пока находился внутри дока в качестве запасного и неиспользуемого флотом этой станции.

Когда взломщик закончил с тем ИскИном, предварительно потратив целую декаду, я смог посещать практически любые уголки станции и конечно тут же занялся путями отхода, начав подготавливать сразу несколько, как запасные варианты. Этот путь – курьерский фрегат – самый эффективный. Пока он пылился на стапелях, я взломал ИскИна доков – да, тут каждый сегмент станции обладал своим ИскИном, подчиненным управляющему. После взлома, я получил полный доступ к докам и, подобрав корабль, быстренько подготовил тот к экстренной эвакуации, благо, коды были стандартизированы и ещё не изменены каким-нибудь пилотом-капитаном. Следовательно, стандартные коды находились у ИскИна доков, чем я и воспользовался, пробравшись на палубу и изменив коды на собственные, после чего также тихо убравшись восвояси. Когда я вырвал главный управляющий ИскИн из шахты, его «заместитель» тут же скомандовал ИскИну доков выводить кораблик к причалам.

Подбежал я вовремя – кораблик уже стоял там, где и требовалось, и был готов к отправке. Открыв двери удаленной командой, я влетел во внутренние помещения, одновременно командуя ИскИну разогрев, разгон и переход в гипер, благо, что глушитель гиперпрыжков вокруг этой станции, – как раз на случай диверсии и отхода диверсанта – был «принудительно отключен». Сложно не отключиться от пары взрыв-зарядов.

Кораблик разгонялся быстро. Не как истребитель, но уже через тридцать секунд движки работали вовсю. Наконец я получил возможность активировать гипердрайв, нажав на соответствующую команду на голографическом пульте управления – о таких устройствах я только слышал. Всё скрыто в полу рубки и защищено от повреждений, а наружу транслируется физголограмма. Вояки всегда получают самое лучшее, а диверсанты… нам не положено, но даже у нас есть чем удивить. Когда кнопочка «Варп» – как шейдовцы неудобно всё называют – неожиданно сменила цвет на красный, я приготовился ко всему, вплоть до попадания ракеты в движки. Но… нет, ничего не произошло. Окружающее пространство слилось в единый разноцветный фон. Я выдохнул: всё, я в гиперпространстве. Навелся я на ближайшую пустую пространственную точку, находящуюся всего в паре дней лёту в гипердрайве. После выхода я введу уже свои координаты и умчусь сразу на полную длину гиперпрыжка – пять дней для такого кораблика.

Маленькие курьерские кораблики ценились за то, что могли почти моментальной уйти в гипер, их сложно варпстабилизировать, наведя на них направленные лучи, не позволяющие совершать гиперпрыжки – они просто прорывали стабилизирующее поле. Мобильность – вот конек таких корабликов и именно из-за этого я и взял себе его…

«А пока мы летим, необходимо заняться чисткой!» – с этими мыслями я подключился нейросетью напрямую, через провод, к управляющему ИскИну корабля и занялся чисткой его от закладок, благо знал «что» и «где» искать. Всего на кораблике находилось два ИскИна – управляющий, как и везде, а также ИскИн безопасности, отвечающий за жизнеобеспечение, одну единственную внутреннюю турель, эмиттеры щита, а также малую ракетную установку снаружи. Одна ракета в десять секунд. Хреновое, конечно же, вооружение, но, чтобы огрызаться, больше и не требовалось.

На удивление закладок оказалось не много.

«Или я растерял опыт работы!» – осадил я себя.

Опасаясь последнего, при выходе из гипера я дождался включения всех систем и тут же, не тормозя двигательные системы, перешел в новый «прыжок», пусть и изнашивая энергошины, но зато точно находясь в безопасности – навестись на такой маленький кораблик из-за его совсем небольшой сигнатуры довольно трудно. Это было ещё одним достоинством курьерских корабликов. Всё. Пять дней я свободен – можно выспаться и в кои-то веки нормально поесть. В безопасности, так сказать.

Глава 8-9

Глава восьмая

Выйдя в той самой системе, где находился астероид с вмонтированной в него капсулой, внутри которой покоилась женщина-ксант, я внимательно осмотрел систему радаром. Брать на борт капсулу я передумал ещё во время пути, и на это был ряд причин:

Во-первых, а заодно и главных – у меня не было инструментов для демонтажа. Хотя, конечно же, можно было провернуть всё вручную… только долго, ибо вмонтировал я на совесть.

Во-вторых – этот кораблик явно не из тех, что будут неприметны. Следовательно, меня найдут. Это же, мать его, ВОЕННЫЙ корабль. И его уничтожат. Я, может быть и уцелею, заранее покинув палубу, но капсула вряд ли, а мне она необходима!

Исходя из этих причин, выйдя в этой системе, я просканировал её на предмет наличия какой-либо пиратской станции. Какого-нибудь вшивого шахтерского кораблика или хоть какой-нибудь палубы, которой можно воспользоваться. Вряд ли баков «курьера» хватит до Империи. На шахтерский корабль я надеялся больше всего, так как недалеко находилась полоса «бродячих астероидов» – постоянно вращающееся кольцо астероидов, двигающееся сквозь космос вплоть до какого-нибудь небесного тела, которое притянет их к себе. Вот у подобных «поясов» – ничего не опоясывающих, а потому, на мой взгляд, их следовало бы назвать «поля» – и могли быть шахтерские кораблики обитателей Дикого Космоса.

Пояс я засек не сразу – сначала пришлось совершать малые гиперпрыжки. Не полноценные гиперпереходы, а что-то на грани между гипердрайвом и максимальной скоростью. Совершая подобные прыжки на малое расстояние, по этой небольшой системе, я сканировал пространство, сужая радиус поисков – довольно слабые сканер и радар фрегата просто не могли ничего нащупать. Наконец, я обнаружил где-то на краю сканируемого поля требуемые сигнатуры и сузил луч радара, тем самым увеличив его дальность…

И в яблочко! Это было поле астероидов, так называемое «кольцо».

Перейдя в полу-варп, я буквально за час достиг пояса, и, практически тут же, засек шахтерский корабль, мирно добывающий руду. Вызвав его на связь, я активировал глушение движков. Лишь бы не спугнуть, тогда шахтер перейдет в гиперпереход и плакало моё спасение – придется ждать неопределенное количество времени, затаившись среди астероидов, и надеяться, что по моим следам никто не прилетит.

Следя за шахтером с помощью радара, я заметил, как он прекратил работу и встал в разгон на какую-то точку, после чего таки принял вызов. Умно поступил! В случае чего почти сразу уйдет в гипер, прорвав поле варп-стабилизаторов, которые вполне могли быть, как видимо считал капитан.

– Кто вы и что вам надо? – сходу спросил чернокожий зычным голосом. Короткие курчавые волосы, тёмная кожа, широкие ноздри, приплюснутый сверху нос и пухлые губы. Вся внешность буквально кричала о том, что он явно выходец из жарких стран. Чем больше губы – тем больше слизистая, а через нее уходят излишки влаги. Чем больше ноздри – тем выше теплоотдача. Тёмный цвет кожи спасает от жарких лучей какого-нибудь солнца из класса «желтый карлик», ну или «белые» и «красные» светила. А вот от синих лучей иного типа светил такая кожа уже не спасет. Ну и, наконец, жесткие кучерявые волосы – они образуют своеобразную подушку на голове. Меж волосинками всегда обилие воздуха, что защищает от перегрева.

– Я беглец и пират, – «честно» сказал я. – и мне нужно укрытие. В обмен на корабль, на котором я сейчас нахожусь, я прошу доставить меня на ближайшую станцию! Это военный курьер-фрегат первого класса республики «Шейд». Перекрасить, чуть-чуть заменить детали и ни один шейдовец вам и слова не скажет!

Мне следовало торопиться – в любой момент, так и не услышав убедительных слов, и, заодно, не решая рисковать, он может нажать на «гиперпереход». И всё – придется ждать другой корабль.

– С чего мне тебе верить? – чернокожий немного расслабился, о чем я судил об уменьшившейся подозрительности в голосе, но не терял бдительности.

– Я готов вырубить все системы, кроме движков, и подлететь к вашему шахтеру. Наверняка на нем есть вооружение? Мои щиты будут выключены на сто процентов, потому в случае чего, вы сможете легко уничтожить лёгкого курьера. Мне нужно лишь, чтобы вы доставили меня на любую ближайшую станцию!

Я действительно рисковал – щиты всегда должны работать для защиты от микроударов мелкой космической пыли, да и от астероидов тоже, но… вряд ли кто-то пройдет мимо такой прибыли: в их руки плывет военный корабль, который стоит бешеные деньги! А если он ещё и в хорошем состоянии – а этот кораблик был в хорошем состоянии! – то пилот шахтерского рудовоза сможет купить себе на вырученные деньги отличный шахтерский корабль поколения немного ниже и зажить в сливках!

– Хорошо, – чернокожий кивнул, поджав губы. – Но помни о том, что мои пушки следят за тобой!

И отключился. Да уж, с общим языком Содружества он дружит мягко говоря «не очень» – построение фраз ужасно.

Отключив щиты, орудия и прочее – в чем можно было убедиться, банально направив на меня корабельный сканер – я включил движки в пол мощности, наводясь на шахтера.

Надеюсь, он доставит меня, а не, как положено пирату – именно пиратами считают всех жителей «диких территорий», потому как эта братия хорошо так прославилась! – захватит в плен. Впрочем, из местного плена я вырвусь легко – лишь бы кофр был цел.

Подлетая к шахтеру, я начал глушить движки, посылая запрос на связь.

– Куда мне подлетать? – сходу поинтересовался я.

– На внешний прицеп, к шлюзу. Следи за фонарями.

Включив картинку с камер, я действительно увидел мигающие фонари. Туда-то мне и нужно! Шахтерский корабль явно принадлежал к четвертому классу – почти четыреста метров длиной.

Подлетев, я аккуратно поставил кораблик в сцепку и тут же оказался притянут почти вплотную к палубе шахтера. Когда давление в шлюзовой камере стабилизировалось, я уже стоял возле дверей. За спиной винтовка с военной станции и кофр с «базами знаний», а на бедре прикреплен бластерный пистолет. Ну и бомбочки-липучки под рукой, на поясе. Правда в кофре ещё находилось два военных дроида-взломщика и тот самый коммуникатор, так облегчивший мне жизнь на стелс-станции, но это уже мелочи.

Та военная станция, которую я с успехом взломал, не была обыкновенной. Это была станция передовых технологий – последнее слово техники. Постоянно перемещающаяся, невидимая глазом или камерами и не засекаемая радарами, станция. Оборонный пояс и подвижные модули вооружения дополняли картину. Данная станция могла самостоятельно напасть на противника, как какой-нибудь дредноут, развернуться на месте и закрепиться на точке, ожидая прибытия подкрепления и сдерживая превосходящие силы врага. И станция была строго засекречена…

То, что я взломал её, было просто чудом. Вояки понадеялись на технологии и оплошали. Острый разум всё равно победил грёбаные железяки. В скачанной информации было местоположение ВСЕХ подобных баз в Шейде – для кооперирования военных действий, каждая подобная ноу-хау-станция имела связь с остальными, и, конечно же, план-схемы местоположения «товарок» и их перемещений, для наведения луча гиперсвязи. И теперь всё это было у меня. Обладая таким сокровищем, можно напасть на базы и уничтожить их ещё до полноценной войны! Потому, я просто не имею права погибать сейчас. Более того – я должен в кратчайшие сроки добраться до Империи, пока противник не сменил местоположение станций, выдав новую цепочку приказов из-за опасения.

Двери открылись. Сделав два шага, я прошел внутрь шлюзового тамбура. Ещё несколькими шагами я преодолел пять метров и уперся в двери, ведущие уже внутрь шахтера. Что за…

– А двери уже не открываются? – с сарказмом бросил я в пустоту.

– Сначала сдай оружие, – раздался знакомый зычный голос из динамиков сверху. Двери тут же открылись, демонстрируя ещё одни – у шахтера был свой шлюзовой тамбур. Там уже стоял дроид-уборщик на четырех шасси. В его верхних манипуляторах находился металлический поднос, с которым он и подкатил ко мне. Дверь за его спиной вновь заблокировалась.

Пожав плечами, я сложил на поднос винтовку, пистолет и гранаты-липучки, не желая раздражать капитана корабля. Всё равно дроиды взломщики останутся при мне, как и ножи, один из которых боевой и закреплен на предплечье, а второй замаскирован под пряжку поясного ремня.

– Что в рюкзаке?

– Базы знаний и ремдроиды. Я инженер, – принялся я плести ложную историю

– Покажи, – последовал приказ.

Вздохнув, я снял кофр, раскрыл его и отошел на шаг, чтобы скрытая в дроиде камера разглядела ровные ряды черных кубиков – хотя базы обычно в виде белесых кристаллов, но никто не запрещал их делать черными кубами – и двух сложенных дроидов-взломщиков, сейчас больше похожих на набор манипуляторов и два туловища.

– Ладно. Давай коды и тогда я пропущу тебя.

– Э нет! Так дело не пойдет. Выполни свою часть уговора – доставь меня на станцию. Только тогда я выполню свою часть уговора и предоставлю тебе коды. Ты в выигрышном положении, потому что забрал у меня оружие. Кроме того, у тебя есть корабельные турели. Да мой корабль у тебя на сцепке!

Немая пауза продлилась секунд пятнадцать, после чего последовало короткое: «договорились» и индикаторы на дверях наконец-то загорелись зеленым – разблокированы.

Стоило мне пройти внутрь, как из уже корабельных динамиков раздалось:

– Тебе налево и до кают. Твоя вторая. Внутри есть пищевой синтезатор. Долетим до станции и распрощаемся. И не вздумай зажать коды от корабля.

– Хорошо-хорошо, – я поднял руки в знак мирных намерений и подмигнул скрытой камере, вычислить её местоположение было не трудно. Правда я так и не узнал, была ли она в том углу или нет, так как было ещё два возможных местоположения камеры.

– Сколько нам лететь? – спросил я в пустоту. Динамики по всему кораблю должны доставить мой голос до адресата. Пока я двигался к каюте, следовало уточнить информацию о времени, которое у меня имеется в запасе.

– Два прыжка по восемь дней.

«Ого! Далеко его занесло от родных мест. Хотя может и правильно: больше риск – больше денег».

– У меня есть полная сводка данных по моему фрегату. Отправить? Оценишь стоимость – ведь ты его продашь, верно? Впрочем, меня это не интересует, – болтовней я пытался хоть как-то расположить к себе собеседника.

– Хорошо, скидывай.

Немедля, я скинул заранее подготовленный файл на почту корабля – контакта собеседника у меня не было в списке «сохраненных», а засечь его в списке «ближайших» я не мог: он явно был выключен. Капитан любит поосторожничать! Впрочем, я бы поступил точно также.

За шестнадцать дней я точно смогу выполнить всё запланированное – уж двигаться на какую-то станцию, наверняка пиратскую, а не Содружескую, я не собираюсь. Мои планы простираются на много дальше. Только первоначально требуется сменить корабль!

Зайдя в каюту, я, чтобы не привлекать внимания, плотно поел и завалился спать, заблокировав дверь. Но толку-то? Если капитану будет нужно, он отдаст приказ ИскИну и дверь будет открыта. Но с одним условием – при разблокировке она подаст сигнал, чего хватит, чтобы я пробудился. Сплю я чутко.

Глава девятая

Два военных дроида-взломщика наконец-то подобрали коды к слабенькой, давным-давно устаревшей операционной системе управляющего ИскИна. Да-а-а… я-то думал, будет сложнее – видимо рассчитывал на что-то вроде той военной базы. А в итоге система оказалась поколения эдак на три-четыре ниже имперского! Антивирус – никакой. Управляющий ИскИн – старьё. Дублирующий ИскИн – старьё. ИскИн безопасности – надо признать, он был самым новым из всех трёх ИскИнов, но… старьё.

Мои дроиды без проблем пробрались по вентиляции – обнаруженная с помощью наручного коммуникатора камера в углу комнаты была перепрограммирована на показ картинки меня-спящего. Картинка эта была взята из самой камеры – то есть банально отмотанное назад время и запущенный повтор записи. ИскИн так и не понял в чем дело. Затем оба дроида-взломщика направились в рубку корабля, запустив запись камеры на пяток минут раньше происходящих событий – этого времени хватит, чтобы добраться до вентиляции в каюте, проникнуть в нее и остаться незамеченными. Затем камера заработала в обычном режиме, а я уже банально спал, потому подозрений не вызвал.

В течение первого же дня коды были подобраны – о дроидах в вентиляции или датчиках, реагирующих на посторонних, не могло быть и речи. Видать капитан совсем беден, раз летает на таком корыте! Ну или я требую от него слишком многого… он ведь гражданский.

Не мудрствуя, я перехватил контроль над кораблём, пока капитан удалился в свою каюту возле рубки, после чего преспокойно стал хозяйничать на шахтере. Отдал приказ ИскИну, в случае пробуждения пониженного до ранга «пассажир» чернокожего, заблокировать двери рубки – дело в том, что они издадут сигнал при блокировке. Если заблокирую раньше – это может пробудить моего, теперь уже, пленника.

Заменив все коды, я тут же провел диагностику запасов. Руда на двух подвешенных контейнерах, руда в грузовом отсеке – везде была руда. Мне она не нужна, потому контейнеры я оставлю в космосе, как и курьерский кораблик. То, что мне было нужно, я раздобыл. Жаль только, что не было даже какого-нибудь шахтерского бота. Позор, а не корабль!

Капитана я убивать не собирался – я не маньяк. Если дело можно решить «миром», то почему бы и нет? Полагаю, продав курьера, он приобретет больше, чем потерял.

Осмотрев кораблик, я забрал своё вооружение на местном складе дополнительных запчастей на случай поломки и наведался в рубку, после чего приказал заблокировать двери в каюту к спящему негру, а заодно включить динамики.

– Просыпайся, – скомандовал я. Ноль эмоций.

– Просыпайся ну же… Мэт`Сол! – его имя значилось в списке управляющего ИскИна. – Просыпайся!

– Твой корабль под моим контролем… – заметив, что он начал приходить в себя после сна, я расписал ему ситуацию. Если вкратце, то в тонне вываленного на него кала, то бишь, бессмысленных слов, была лишь информация о том, что он потерял свой корабль.

Оставив его буйствовать в каюте – а горячий житель пустынь начал именно буйствовать, пытаясь выломать дверь – я приказал следить за ним ИскИну и быстренько перекопировал карту диких территорий себе на нейросеть. Мало ли – пригодится когда-нибудь? А-то у местных она есть, а у меня нет – непорядок.

Каково было моё удивление, когда на Осилле – такое имя дал ИскИну шахтера Мэт`Сол, заодно сделав ему женский голос – обнаружился полноценный бассейн!

Я вдоволь наплавался, наслаждаясь водой, пропущенной через фильтры, прежде чем вновь вспомнил о чернокожем. Благодаря ИскИну у меня был его контакт нейросети. И пусть тот выключен, связаться с ним я мог прямо через ИскИн, что и сделал, отправив коды доступа к… курьерскому кораблику. И небольшая приписочка: «Ты приобрел больше, чем потерял. Корабль я конфискую»

Когда корабль вышел из гипера на восьмой день, я преспокойно отцепил два навесных контейнера с рудой. После этого отконвоировал не особо сопротивляющегося южанина на курьерский фрегат и предупредил, что, в случае, если он дёрнется до того, как я отлечу подальше, я его уничтожу. Тем более, что у шахтера было шесть средних турелей непосредственной обороны и две средних ракетных пусковых. Хорошо защищенный корабль, пусть и устаревший. Руду из трюма я выгружать не стал – она не сильно тяготит, а выгружать её долго. Заодно я сохранил контакт Мэт`Сола – мало ли пригодится? Всех посторонних, не имеющих отношения к прямым противникам, – то есть к Шейду – можно и нужно пытаться вербовать.

Далее я совершил разгон и прыжок немного в сторону от станции, куда изначально хотел направиться Мэт – благодаря карте Дикого Пространства, пусть и не особо подробной, я мог не прыгать в слепую в неизвестную систему, рискуя разбиться.

Казалось бы – всё удачно. Осталось добраться до границы с Содружеством, обогнуть грёбаный Шейд и выйти на территории Торгового Союза, откуда связаться с Империей и воспользоваться быстроходным транспортом нашего производства. Но не тут-то было. Жизнь явно не хотела оставлять меня в покое. Выйдя в очередной системе, я засек на радаре два подозрительных корабля. Не желая связываться, я начал было разгон, но на панели управления кораблем высветилось сообщение о наведенных на корабль ракетах и требование принятия вызова. Приняв вызов, не включая видеотрансляцию, я сделал голос паническим и заголосил:

– Кто вы такие? Что вам нужно?! Я мирный шахтер!

Необходимо убедить собеседника, потому актерская игра тут как нельзя кстати.

Красивая брюнетистая женщина с выдающимся из обтягивающего пилотского комбинезона бюстом презрительно фыркнула:

– Успокойся, мужебаб! – видимо такое ощущение составил мой голос с той стороны. – Ты нам никуда не уперся. Отдашь груз, что у тебя в трюме, и корабль заодно, а потом плыви куда угодно и как угодно, – за её спиной кто-то расхохотался видимо удачной шутке. – Не отдашь – уничтожим. У меня тут два крейсера с ракетами – хрен тебя что спасет. Сбавляй ход.

– Ладно-ладно! Только не убивайте, – главное было не переборщить с наигранной паникой

В ответ на мою тираду женщина скорчила презрительную гримасу и отключилась, а я вздохнул свободнее, начав глушить все системы, в том числе и отопления, через команды с нейросети. Сам я в это время, как только вызов был сброшен, уже несся в собственную каюту, где у меня лежал кофр и вооружение. Всё это мне пригодится.

Только повесив за спиной кофр, я немного успокоился и припомнил пару мест, где можно спрятаться. В приоритете были технические помещения – например, отсек ракетных пусковых установок, вентиляция и тому подобное.

Когда штурмовой бот пиратов, высланный для «призовой операции», подлетел вплотную к неактивному шахтеру, я был уже в вентиляции, совсем рядом с клапаном, стравливающим вредный, переработанный газ в космос. И недалеко от шлюза, куда причалил бот. Навряд ли меня здесь кто-либо найдет, а затем будет уже поздно.

Пиратам даже не пришлось вскрывать обшивку лазерными резаками – шлюзовая камера сама призывно замигала огоньками. Кроме того, из нее выдвинулся «мост», к которому и «причалил» пиратский бот. Сомневаюсь, что в призовой команде есть та атаманша, но до нее я доберусь позднее.

Тем временем, пираты проникли на корабль и медленно направились к рубке, что была на втором уровне двухуровневого шахтерского кораблика. Света нигде не было, потому им приходилось пользоваться фонариками. Пока они двигались, проверяя каждый угол, я уже начал свою диверсионную деятельность.

Когда практически все системы на корабле отключены, то не трудно проникнуть в бот, охраняемый всего одним (!) пилотом. Пока они пробирались по кораблю, ожидая подвоха, пока вскрывали дверь в рубку – за это время я уже успел добраться до шлюза бота, постучаться и жалобным голосом поведать, что меня отправили на бот в качестве пленного и сообщить, что я как бы сдаюсь, лишь бы меня не убили. Должно быть они как раз собирались провернуть нечто подобное, захватив меня в плен и продав в рабство, потому дверь открылась почти сразу. Ну или пират был дураком, явно не ожидая от «грёбаного капитана шахтерского фрегата», как он думал, подвоха. Для него я был убогим нищим, а сам он в собственных глазах выглядел крутым парнем. Стоило двери открыться, как я распрямился из полусогнутого состояния и со всей силы врезал ему под дых. Затащив незадачливого пирата, потерявшего сознание, на небольшой бот, в котором кроме десантного отсека и рубки ничего не было, я тут же отдал команду одному из дроидов, давно собранному и висевшему на спине поверх кофра, взломать ИскИн.

Военный дроид легко справился с устаревшими технологиями – чего ещё ждать от Дикого Космоса? Взлом был завершен. Теперь можно просто ждать, параллельно убирая взломщика в кофр – он мне ещё пригодятся, а кофр это, между прочим, весьма и весьма безопасная штука, находясь в которой, дроид точно не получит повреждений. Запечатав кофр, я быстро вскрыл внутреннюю обшивку бота в паре мест и заложил бомбы-липучки.

«Ну-ну – ищите меня там, на шахтере. Интересно, что они будут делать, когда не найдут?» – Я злобно усмехнулся своим мыслям, прикрывая глаза. Сначала будут искать, потом доставят шахтер на пиратскую базу... А там я уже развернусь во всю катушку!

Закончив с бомбочками, я отдал приказ ИскИну бота запустить через десять секунд щиты на полную мощность, а сам бросился обратно, во внутренние помещения Осилы – шахтерского кораблика.

Тем временем, пираты уже добрались до рубки и даже вскрыли её резаком, о чем сообщил второй взломщик, находившийся в рубке – прямо в шахте управляющего ИскИна – и замаскированный под дополнительный блок питания ИскИна на случай аварии. Более того, пираты уже приступили к взлому и перекодировке ИскИна, чему активно мешал мой взломщик, запрашивая у меня разрешение и перекодируя перекодированное пиратами. Такая вот борьба между умелым взломщиком и плохо подкованными в этом пиратами. Только добравшись до вентиляционной системы и разместившись в том самом отсеке, возле стравливающего отработанный газ клапана, я дал отмашку: разрешить пиратам взлом.

Тут же все команды, посланные пиратским программистом-дилетантом, дошли до цели и системы корабля начали работать. Коды были изменены, но об этом я не беспокоился – взломщик для того и находится в шахте, чтобы перехватывать все изменения, вносимые в ИскИн, копировать их, после чего отправлять туда, куда они были отправлены изначально. То есть теперь я был обладателем новых кодов, о чем пираты и не подозревали.

Далее они доставят меня прямиком в своё сердце и я, наконец-то, добуду себе нормальный корабль – желательно крейсер! – и всё-таки доберусь до Содружества. Кто бы знал, что жизнь любит преподносить тонну сюрпризов? И ведь нельзя рисковать и пытаться захватить крейсер пиратов прямо сейчас – в моём кофре лежат базы данных ценой в целое государство!

Вздохнув, я прикрыл глаза, погружая своё тело в транс... и именно в этот момент прогремел взрыв, встряхнувший шахтерский кораблик – это сдетонировали гранаты-липучки, а после и пиратский бот. Я не зря заставил его активировать щиты на предельный уровень – именно на предельном уровне щит непроницаем ни снаружи, ни изнутри. При взрыве прекратилась подпитка щитов, но некоторое время они всё равно существовали, приняв львиную долю удара на себя и тем самым максимально обезопасив шахтерский корабль от повреждений. Я победно усмехнулся, самым краешком губ, окончательно погружаясь в своеобразный анабиоз, в котором всё слышу, всё воспринимаю, но при этом превращаюсь практически в труп. В случае, если на шахтере кто-нибудь выключит систему жизнеобеспечения, мой костюм сам загерметизируется, не позволяя владельцу задохнуться – дело в датчиках, что имелись на каждом комбинезоне-скафандре подобного типа. Тем более – это армейский комбез-скафандр!

Глава 10-11

Глава десятая

Пиратская станция выглядела примечательно: два кольца, расположенные друг в друге перпендикулярно и соединенные с центральным ядром шестью переходами, два из которых выходят аккурат с перекрестков колец.

Всего у этой небольшой станции было восемнадцать доков – видимо она была перевалочным пунктом. Ну или какой-нибудь заправкой, ремонтным цехом и временным местом дислокации, потому как перевозить огромные станции та ещё морока! Пираты, захватившие корабль, поставили Шахтер в док, заглушили все его системы и покинули палубу. Выждав определенное время, я воспользовался лазерным резаком и покинул корабль через двигательные дюзы, запаяв их после.

Оказавшись в доках, я огляделся. Помещение было затемнено. Должно быть по времени станции стояла ночь и все спят. Я огляделся, на сколько мне позволял ночной визор комбинезона. Внутри огромного ангара, заполненного доками со стоящими в них разномастными кораблями, то и дело сновали сервисные дроиды. Больше никого не было.

Мне пришлось потратить несколько часов, чтобы осмотреть все доки. И дело было даже не в размерах ангара, где те находились, а в камерах, которые пришлось дотошно обнаруживать с помощью дроидов и заставлять воспроизводить требуемую мне картинку. И то я не был уверен на сто процентов, что отключил все, потому передвигался максимально скрытно.

Подходящих мне по типу кораблей было несколько, но требовалось выбрать лучший, желательно что-то сделав с остальными, чтобы не было погони. Именно поэтому мне не оставалось ничего другого, кроме как попасть в диспетчерскую комнату, из которой велось управление доками. Тем более, что сейчас она пустовала. И опять меня выручит вентиляция…

Тяжело вздохнув, я отдал приказ одному из взломщиков проникнуть в рубку. Конечно я мог бы и сам… Ага. Во сне. Дело в том, что ближайшее вентиляционное отверстие, выходящее в доки, находится на высоте десяти моих ростов, а выйти из доков незамеченным, чтобы проникнуть в вентиляцию снаружи ангара, у меня не получится никак.

Мне пришлось ждать добрых полтора часа, прежде чем индикаторы над дверьми, ведущими из дока, загорелись зеленым. Наконец-то! Убедившись, что все камеры уже «отключены» – перепрограммированы – я стремительным бегом пронесся по коридорам прямо до диспетчерской, расположенной неподалеку, забежал внутрь и тут же бросился к уже подготовленному к работе сенсорному столу.

– Та-а-ак. Корабли в доках… – бормотал я, – принадлежат… характеристики… То, что нужно.

Внезапно раздвинувшаяся входная дверь заставила меня вздрогнуть. Печень выбросила в кровь адреналин. Стремительно обернувшись, я увидел на пороге моложавого, худощавого мужчину, с длинными темными волосами и излишне смазливым лицом, облаченного в темно-синий комбинезон. Неподвижно замерев, он только-только начал понимать, что меня, вообще-то, здесь быть не должно. Он ещё только начал раскрывать рот, когда я уже выхватил игольник и выстрелил в него несколько раз. Сделав несколько шагов вперед, я подхватил начавшее заваливаться тело. Затащив незадачливого диспетчера внутрь, я вернулся к консоли. Сейчас время идет на минуты, если не секунды!

Конечно же, в местной базе данных не было точных характеристик кораблей, но стояли графы «поколение» и «класс», а также небольшие приписки, навроде: «Содружество» – видимо корабль не местного, пиратского, производства. Моё внимание привлёк крейсер «А» класса – то есть сильно вооруженный – четвертого крейсерского класса, – до четырехсот метров в длину включительно и максимум с тремя палубами, не считая трюма – второго поколения верфей Содружества. Что мне и нужно! Определив его местоположение, я бегом бросился в ангар, куда выходило лобовое стекло диспетчерской. Пока не поднялась тревога, я должен успеть проникнуть на крейсер.

Корабль в не разогретом состоянии стоял практически в самом углу, словно незаслуженно обделенный. Ничем не примечательная модель, сужающаяся от кормы к острию. Вооружение, судя по классу «А», в нем на уровне, потому остаётся лишь воспользоваться тем, что крейсер выключен полностью, и проникнуть в рубку. Ближайшая шлюз-дверь располагалась на втором уровне, куда вела специальная металлическая лестница с площадкой. По идее она была заперта, что логично, но эту проблему быстро решил дроид-взломщик, без особых проблем взломав дверь.

Оказавшись внутри, я закрыл шлюз ручной командой и облегченно выдохнул: я на корабле. Теперь нужно поторопиться, пока не обнаружили тело.

«Но это уже полбеды, вряд ли они будут искать меня на этом крейсере, а не на станции» – промелькнуло в голове. Тем временем взломщик закончил со второй дверью, и я оказался в неожиданно внутри помещений. Стараясь не шуметь – мало ли что – и внимательно изучая дорогу перед собой, я двинулся вдоль корабля к предположительному местоположению рубки. Два дроида-взломщика бесшумно неслись передо мной, внимательно проверяя все повороты впереди. В случае чего они предупредят меня о грозящей опасности – каком-либо электронном устройстве, включая турель или ИскИн.

Пройдя по темному прямому коридору метров двести, я наконец-то оказался возле рубки – она располагалась в корме крейсера. Не тратя времени на взлом, я вырезал вентиляционную решетку в шахту – обнаружить её в потолке не составило труда, несмотря на то, что отверстий или воздуховодов видно не было. Благодаря своему худому телосложению, я без проблем протиснулся внутрь и проник в рубку – к счастью, в ней вентиляционные решетки были.

А если бы на крейсере было включено питание, то наверняка дело было бы хуже стократ – турели внутренней обороны никто не отменял!

Оказавшись в рубке, я принудительно отключил управляющий ИскИн, – ещё не хватало возиться с ним в условиях дефицита времени! – затем только включил питание и вручную начал вбивать команды в привычные мне консоли. Это тебе не корабли местных, где вручную я, что называется, «плава»ю! Уж что-что, но в технологиях Содружества я с закрытыми глазами, без единого ИскИна, могу разобраться. Конечно это был устаревший способ управления кораблями, но всё может случиться, потому, по стандартам обучения Содружества, все пилоты обязаны уметь управлять кораблем вручную! Даже каким-нибудь линкором или дредноутом, не смотря на их размер. Конечно, придется попотеть, но это возможно.

В это время оба взломщика подключились к выключенному из сети ИскИну, начав его постепенно взламывать, аккуратно проникая в его мэйнфреймы – он работал в пассивном режиме на собственных батареях.

Реактор начал разогреваться. В рубке зажегся свет. Вот сейчас и может подняться тревога…

Оттолкнув мешающее кресло пилота, я подбежал к пульту управления орудиями и навелся на запертые «ворота» ангара, прожимая «пуск» и по максимуму разряжая орудия. В это время крейсер выполнял уже данную ранее команду: «вперед» – он вылетал из дока, намереваясь протаранить «врата».

Стоило перегородке исчезнуть, как воздух стал стремительно выкачиваться из ангара, а помещения автоматически перешли в режим блокировки. До прихода того, кто имеет право их разблокировать – инженера, капитана станции или рем-команды.

Когда крейсер оказался снаружи этой станции, я уже сидел в пилотском кресле, напрямую подключившись к кораблю через нейросеть и потому потеряв способность полноценно управлять своим телом и следить за обстановкой в рубке. Вот сейчас бы не помешал «второй пилот». Заодно бы управление орудиями взял на себя – я хоть и могу справиться с таким кораблем без труда, но опыта всё же маловато: я же не постоянно гоняю на подобных суднах, чтобы с лёгкостью управляться с ними! Я диверсант – мне не положено. Вообще, я мог бы следить за всем, в том числе и за обстановкой в внутри корабля, – с помощью камер, расположенных внутри – но беда в том, что рубке камер не было. Сюда бы имперские «гибридки». Там хоть с командой, хоть без, на кораблях класса эдак до шестого-седьмого справиться даже без ИскИна легко!

Всё дело в том, что мы – имперцы – используем систему программ-адаптаторов. Когда пилот подключается к кораблю, ИскИн этого судна считывает информацию о длительности полётов в космосе на кораблях аналогичного типа и составляет «мнение», исходя из которого, уже адаптирует корабль под управление пилотом, позволяя совершать меньше усилий, но получать те же результаты. Постепенно программы деактивируются, таким образом не сразу взваливая на неподготовленного пилота всю ношу по управлению кораблем, а постепенно. Создается впечатление, будто ты сразу опытный пилот – к примеру, если действие происходит в атмосфере, ИскИн не позволит развернуть корабль боком и рухнуть на планету, потеряв контроль. Команда на наших корабях нужна лишь для страховки, а также в качестве техников и одного инженера. Здесь нейросети стояли не у всех – пираты же! – оттого и управление было кособоким – уж пульт управления я бы на их месте настроил под пилота-универсала. Тогда и членов команды потребовалось бы меньше, и управлять было бы проще. Но, опять же, я не в Содружестве.

У этой станции заместо оборонного пояса, сопротивления которого я ждал, было всего несколько оборонных башен, висящих в космосе. С ними расправиться было не трудно: запустил залп из четырех средних ракетных пусковых. По одной пусковой на башню. Ещё две «ракетницы» были «про запас» – перезарядка у них не мгновенная. Нехилое такое вооружение у крейсера! А ведь это без учета турелей ПКО – Противокорабельной Обороны – и орудийных башен со среднекалиберными пушками. Вот что значит «А» класс.

Используя карту местных территорий, скачанную с шахтерского ИскИна, я вбил координаты и ушел в гипер до того, как за мной кто-либо вылетел. Вот и пригодилась карта! А-то с выключенным основным хранилищем данных корабля – Управляющим ИскИном – и не имея карты, сохраненной в нейросети, мне пришлось бы прыгать в слепую.

Всё. Максимальная длительность в гипере – декада. За это время можно доломать ПО – программное обеспечение – ИскИна и подключить в общую сеть, уже как свою собственность. Вот теперь можно направляться в Содружество – главное от погони оторваться. Впрочем, план у меня уже есть, осталось претворить его в жизнь…

Через шесть дней я принудительно вывел корабль из гипера, навелся на другую точку, находящуюся сильно в стороне, и вновь совершил гиперпрыжок на десять дней. Врезаться в какое-нибудь небесное тело я не боялся – это технологии Содружества, а не дикарей с окраины! При выходе из гипера, специальные системы осматривают примерную точку выходу на наличие крупных небесных тел, а дальше проводят корабль дальше, или наоборот ближе, левее, правее, выше, ниже… в общем корабль пролетает опасное место, выходя в относительно пустой точке – максимум, где он может выйти, это среди поля астероидов. И то – получив незначительные повреждения, крейсер после гиперперехода включит все системы, и я смогу активировать щиты, тем самым обезопасив себя от небольших небесных тел.

Все время пути я не маялся бездельем: во-первых, осматривал приличный по размерам трёхуровневый корабль, если не считать трюма, а во-вторых искал программные закладки в ИскИнах крейсера. Всего ИскИнов было четыре, что внушало уважение – управляющий, безопасности, вооружения и жизнеобеспечения. Узнаю заморочки кораблей Содружества!

ИскИн безопасности отвечал за внутреннюю безопасность крейсера и ближайшее космическое пространство – в том числе и за турели противокорабельной обороны. ИскИн вооружения отвечал за дальнобойные пушки, анализ перемещений противника, его брони и своевременное устранение врага на дальних дистанциях. По сути, это тот же ИскИн безопасности, отличающийся лишь тем, что управлял дальнобойными пушками и прочим боевым вооружением, призванным атаковать врага, а не защищаться от его ракет или истребителей. При этом он был эффективен вдвойне, действуя в связке с ИскИном безопасности. Без друг друга они никуда. Ну и наконец, ИскИн жизнеобеспечения – он отвечает за датчики на корабле, анализирует траты кислорода, внутренние и внешние повреждения и своевременно устраняет угрозу. К примеру, если будет пробит корпус и кислород начнет стремительно тратиться, то этот ИскИн заблокирует поврежденные помещения, прекратив в них подачу кислорода и запретив любой доступ. После этого попасть в эти помещения можно будет лишь определенным лицам, навроде капитана или инженера, либо с разрешения вышеозначенных лиц.

Как оказалось, закладок на крейсере не было, но зато я докопался до базового программного обеспечения, после чего, подобно хирургу, вырезал опознавательные маркеры, немного изменил их и вставил обратно. Теперь, когда придет идентификационный запрос от какой-либо гражданской станции, мой корабль будет воспринят не как пират и даже не как похищенный крейсер, коим он наверняка являлся, а как простой, никому не известный кораблик крейсерского типа. Пусть и устаревший. Заодно я заменил старое название крейсера и поменял его голос на женский вариант: теперь он откликался на имя «Лира». В копилке управляющего ИскИна я обнаружил полмиллиона кредитов – знатно я кого-то ограбил! – которые тут же перевел на личный счет, где теперь уже значилось десять с половиной миллионов – каждому диверсанту выдают сумму «на расходы», с условием полного отчета о тратах по возвращении. Я же ещё и приумножил средства, что будет являться всецело моим заработком – имею на то полное право.

Через десять дней, когда крейсер вышел из гипера, я приблизился достаточно к Содружеству, чтобы можно было пересечь границу одним гиперпрыжком, что я и совершил. Ещё через семь дней я вышел возле гражданской пограничной станции Шейда под названием «Илт-13» – все пограничные станции Шейда довольно небольшие, имеют одинаковые названия и различаются лишь цифрами. Именно гражданской, станция «Илт» называлась условно – на ней жили только военные и шахтеры, тогда как простые Разумные если и были, то в небольшом количестве и наверняка транзитом. Ну кому в здравом уме потребуется лететь в Дикий Космос? Да никому, кроме военных исследователей или шахтеров с их корабликами – в диком космосе самая богатая добыча, так как можно наткнуться на не тронутые места и не платить налога Содружества… хотя заплатить придется уже по возвращении – переработка руды, да и просто налог на продажу добычи всё равно остаётся.

Местный диспетчер тут же связался с моим управляющим ИскИном, получил измененный код идентификации и благожелательно поинтересовался:

– Малый крейсер Лира, добро пожаловать в Шейд. Назовите цель прибытия?

– Транзит и заполнить бак, – отозвался я. Спустя несколько секунд на ИскИн пришли координаты топливного терминала. Вбив их в маршрут следования, я откинулся на пилотском кресле – всё-таки удаленно кораблем управлять проще, чем при полном подключении, когда ты полностью лишен возможности двигаться и контролировать пространство возле своего тела. Вот были же времена, когда ИскИнов не было… и ведь жили же! И даже воевали, полностью погружаясь в управление кораблем, сливаясь с ним. Тогда пилотские кресла представляли собой натуральные капсулы. Пилоты полностью сливались с кораблем, чувствуя его как неотделимую от себя часть. Если в рубку врывался противник, капсуляры могли это заметить по внутренним камерам, но процедура отсоединения от корабля занимала несколько минут, потому военные пилоты были самыми наименее защищенными членами экипажа. Со временем технологии Содружества развились и теперь, если в рубку врывался противник, пилоту достаточно было отключиться от корабля и открыть глаза – опытные операторы способны сделать это за секунду.

Заполнив резервуар крейсера газовым топливом, – у этого судна стоял тритиево-дейтериевый реактор – я встал в разгон вглубь Шейда. Траты на водородную смесь были небольшими – топливо вообще весьма дешево в производстве. Правда «Илт-13» находится довольно далеко от центра, сама ничего не производит. Топливо сюда доставляют грузовые транспортники из-за чего в цене учитывается стоимость доставки. Тем не менее – это стоило мне всего двадцать тысяч. Через полчаса я перевел корабль в гипердрайв.

Глава одиннадцатая

Полёт занял почти два месяца. Корабль был на столько слабым, что скорость перемещения в гипердрайве едва ли была равна крейсерской. Но нельзя сказать, что это была пустая трата времени – всё время пути я самосовершенствовался. Лежа, или бродя по кораблю, я выстраивал в голове тактические схемы боевых действий и сам же их разрушал, отыгрывая как за «себя», так и за «противника». Причем не всегда выходило победить воображаемого оппонента – в таком случае я дополнял возможности нападающего или заходил с другой стороны.

Первое время, из-за скорости корабля, я даже подумывал на ближайшей станции купить кораблик четвертого поколения, но быстро отмел эту мысль – перебьюсь без траты денег как-нибудь. В принципе, я мог бы залечь в лечебную капсулу и принудительно завести себя в сон... если бы у меня была такая возможность. Но увы – лечебная капсула на крейсере была настолько старая, что я бы не рисковал лишний раз в нее ложиться.

Наконец мои страдания закончились – я достиг первой станции Торгового Союза. Арендовав точку в пространстве за сто кредитов в день, я перелетел с помощью корабельного бота на станцию. Вообще, раньше этот бот был предназначен для штурма и представлял собой якобы боевой образец… но это лишь на первый взгляд. На самом деле это была гражданская модель с навесной броней и кое-как установленными пушками. Весь этот хлам я демонтировал, вернув суденышку прежний облик – этакая прямоугольная коробка из серого металла. На станции мне требовался терминал клиники «Нейросеть».

О «Нейросети» ходило множество слухов, но получить достоверную информацию было не просто сложно, а невозможно! Дело в том, что в корпорацию «Нейросеть» не принимали работников – никто не знал, откуда они берутся. Все служащие клиники были неподкупны, невосприимчивы к угрозам… с ними было невозможно сделать ни-че-го... без риска быть гонимым во всех государствах Содружества. Филиал клиники открывался в каждом новом вступившем в Содружество государстве. Сначала в столице, а после и в остальных крупных точках. Прилетев на огромных дредноутах, компания «Нейросеть» производила высадку техников, инженеров, инструкторов, оборудования и прочего-прочего-прочего. В течении пары декад в столице новоприсоединенного государства открывался хорошо укрепленный, защищенный центр, резко выделяющийся на фоне построек государства, в котором разместился филиал «Нейросети». По бросовой цене всем гражданам государства устанавливались нейросети, – отличительная особенность граждан Содружества, ведь именно отсюда и пошла эта технология – а также разнообразные имплантаты. Кроме того, в «Нейросети» можно было закупиться высококачественным оборудованием, к которому было невозможно придраться – члены корпорации берегли свою репутацию.

Каждый новый член Содружества получал технологии Содружества, немного превосходящие по характеристикам аналогичные у новоприбывшего государства. То есть, если в альянс планет – Содружество – вступила военно-сильная страна, то никто ей не предложит военные технологии хуже их собственных. Под словом «технологии» подразумеваются именно технологии ПРОИЗВОДСТВА, а не готовые корабли, оборудование и прочее.

«Нейросеть» была своеобразной «прививкой» при вступлении кого-либо в Содружество: Корпорация предоставляла технологии, бесплатно обучала и сертифицировала ограниченное число специалистов, а после становилась простым наблюдателем за ходом истории, тщательно всё сохраняя в своих архивах – так гласили слухи. Как только прививка новых технологий заканчивалась, цены на технологии повышались, ассортимент расширялся, а специалисты просто улетали на дредноутах. И горе тому, кто вздумает взять штурмом хоть один филиал корпорации…

В истории были уже такие случаи. Город моментально превращался в руины – неотвратимое наказание следовало моментально. А если государство решит открыть планомерную войну против этой корпорации, то верхушка власти будет срезана, после чего страну оставят в покое, жестко наказывая за последующие рецидивы. Через некоторое время, при новом правителе, «Нейросеть» вновь откроет свой филиал на территории этого государства.

Самое интересное заключалось в том, что эта корпорация не вмешивалась в дальнейший ход развития государства, наоборот, мешая эмигрантам из других стран как-то влиять на культуру любого нового члена Содружества. «Культура и ценности каждого государства бесценны!» – вот их девиз. Единственным «НО» было требование не навязывать свою культуру другим странам – толерантность. Терпимость к другим. И, на удивление, все соблюдали этот закон!

В конце концов, в новоприсоединенном государстве государственная валюта изживала себя, окончательно меняясь на кредит. Если учесть, что в Содружество вступали лишь те страны, которые и так были на границах уже вступивших ранее государств, то внедрение валюты «кредит» проходило безболезненно. Просто потому, что именно с помощью валюты «кредит» можно было выгодно торговать с живущими на территории Содружества, построенного на руинах Империи Оро – могущественных завоевателей космоса далёкого Прошлого, с большой буквы. Ну а ввиду того, что именно прилетевшие из Содружества путешественники могли продать что-то интересное и приобрести что-то полезное, местным торговцам приходилось самим переходить на эти деньги.

Нередко у меня проскальзывала мысль, что вступление государства в Содружество подготавливалось заранее: сначала появлялись торговцы, совершавшие конвертацию валюты – кредит на местные банкноты и обратно. Затем появлялись те, кто что-то покупал и что-то продавал этим торговцам. Постепенно, через десяток лет, в этом государстве властвовало уже две валюты – местная и пригодная для неожиданно выгодной торговли с Содружеством. И вот тогда-то государству поступало предложение о вступлении в Содружество – почва была подготовлена, можно сеять плодородные растения. Ещё десяток лет и можно пожинать плоды и увеличивать карту Содружества, всё дальше и дальше отодвигая неизведанные районы галактики.

Отказавшихся от присоединения были единицы – за годы торговли все давно оценили отличные Содружеские технологии и естественно жаждали получить технологии их производства! Отказавшиеся были, в основном, Разумные, чьи технологии работали принципиально по иным принципам, ничуть не уступая Содружеским, но при этом не способные никоим образом соединиться, породив что-то новое. Представители одного из таких государств были Лумиры – раса шерстистых гуманоидов, строение которых и близко не стояло рядом с человеческим – именно люди, либо крайне похожие на людей Разумные являлись основными гражданами Содружества.

Заместо нейросетей, лумиры пользовались мощными псионическими способностями. Их корабли представляли собой живые организмы. Заместо баз знаний и капсул, в которых можно было изучать эти базы ускоренно, у этой расы был свой аналог информационных хранилищ и ментаобручи. То есть лумиры получили результат идентичный технологиям Содружества, потому заменять что-либо было просто бессмысленно.

Технологии содружества, в частности базы знаний, работали по простому принципу: необходимо было взять информационный носитель, перекачать содержащиеся в нем данные на нейросеть и в пассивном режиме медленно впитывать это всё в мозг. Изучать. Либо вовсе можно было лечь в обучающую капсулу, с помощью которой изучение базы происходит быстрее. В процессе изучения, запоминается всё от и до, при этом не тратится лишнее время на прямое обучение у учителя, которое властвует в дикарских странах. Кроме того, нет потери знаний из-за ограничений физического тела – банально отсутствует усталость, утомление, лишние мысли... всё то, что мешает качественному получению знаний. Обучаемому больше не требуются примеры для закрепления усвоенного материала!

Всё что нужно – это закачать базу на нейросеть и изучать в пассивном режиме, либо просто лечь в обучающую капсулу. Всё. Остальное сделает за тебя программное обеспечение, буквально вкачав знания в голову. Конечно, после таких процедур голова ватная, да и мысли буквально не желают перемещаться в голове, но это даже хорошо, потому как нагрузка на мозг выше, нейронные связи развиваются лучше и в итоге общий уровень интеллекта больше! В конце концов, это входит в привычку. Получение новой профессии занимает дней десять обучения в капсуле или пару месяцев обучения в пассивном режиме, не требующем отвлечения от основной работы, на которой и происходит заработок денег. Именно ради таких бонусов и вступали в Содружество!

У лумиров было практически тоже самое – берется информационный носитель, вставляется в приемник ментаобруча и происходит такое же усвоение знаний. Но был и ряд различий: например, они не могли изучать свои «базы» в пассивном режиме, в это время работая и чем-то занимаясь. Вместе с тем скорость изучения их «баз» с помощью ментаобручей была выше!

Не смотря на то, что лумиры не вступили в Содружество, тем не менее, они заключили своеобразный союз, приняв предложение по обмену технологиями и специалистами. Для общего развития, так сказать. Так у них появились инновационные скафандры, а некоторые базы Содружества были перенесены на Лумирские инфоносители. Это было взаимовыгодное сотрудничество.

Наконец я достиг клиники «Нейросеть».

– Мне требуется послать сообщение с помощью гиперсвязи, – произнес я миловидной девушке, служащей клиники «Нейросеть», облаченной в белоснежные свободные штаны, своеобразную рубашку без пуговиц и мягкие мокасины, удобные для ходьбы. Ни комбинезона, ни чего-то подобного. И всё в белом цвете, как и интерьер клиники.

– С вас десять тысяч кредитов, – мило улыбнулась девушка.

Переведя требуемые деньги, я прошел вслед за девушкой в кабинку гиперсвязи. Оставшись один, я быстро набрал зашифрованное сообщение и отправил на станцию Торгового Союза, граничащую с Империей Гьялха. Агент, постоянно дежурящий на той станции, получит сообщение и передаст его далее, а мне будет выслан корабль для быстрой транспортировки. Всё. Теперь остаётся лишь ждать ответа. А пока можно походить по станции и посмотреть на местный ассортимент развлечений… да и услуги женщин не помешают, надо сказать. Всё-таки я не железный.

«Кстати, пока я не ушел из клиники…» – пронеслась мысль, заставив меня развернуться с полуоборота.

– Какие услуги клиентам предоставляет станционная клиника? – поинтересовался я у той же девушки, ожидающей новых покупателей в главном зале.

– У нас разнообразный ассортимент товаров и услуг, начиная от баз и технического оборудования и заканчивая новейшими дроидами, дронами и роботами-слугами, способными выполнять самые разнообразные задачи.

– В некоторых местах ваша клиника предоставляет релаксирующие процедуры и даже ресторан. Можно ли рассчитывать на нечто подобное и здесь?

– Конечно же, вы можете рассчитывать на услуги подобного рода! – девушка продемонстрировала белоснежную улыбку, окончательно уверяя меня в своей искусственной природе.

– Позвольте вас ознакомить со списком предоставляемых услуг, – она вытащила из-за поясницы небольшой цилиндр и нажала на неприметную кнопочку сбоку. Из цилиндра тут же выдвинулся ярко-синий прозрачный голографический экран с несколькими меню. Быстро найдя требуемое парой движений пальцев, девушка передала аппарат мне в руки. Голографический планшет, если быть точным.

Список состоял почти из полусотни разнообразных услуг, среди которых присутствовала даже «доставка удовольствия»! И всё по круглой цене...

– Меня интересует полный комплекс релаксирующих процедур, включая массаж. Затем ресторан и комнату на несколько дней, – я протянул планшет.

– Ввиду того, что вы покупаете у нас целый комплекс процедур, цена комнаты вас приятно удивит, – вновь улыбнулась консультантка, принимая цилиндр из моих рук.

– Да ну? – я хмыкнул. Удивить меня сложно.

– Пять кредитов в сутки, – по ровному тону было невозможно понять, ожидает ли девушка какой-либо реакции, но я действительно был удивлен.

– А если бы я не заказал у вас все процедуры? – я чуть прищурился.

– Тридцать кредитов в сутки, – новая вежливая улыбка озарила её лицо.

– Хорошо. Сорок тысяч кредитов, как и указано в прайс-листе. Всё верно? – я решил уточнить, вдруг ещё какие-то скидки положены? Всё-таки я не частый гость в этой клинике. Да и деньги у меня есть.

Получив от служащей «Нейросети» подтверждение, я перевел деньги со своего личного счета – служебные деньги тратить на себя это верх наглости – и отдался в руки работников клиники. И оно того стоило!

Массаж, музыка, водные процедуры в полутемной обстановке… под конец мне захотелось спать, потому меня честно довели до комнаты, где я и вырубился. Каково же было моё удивление, когда на следующий день всё продолжилось! – оказалось, что ПОЛНЫЙ Комплекс занимает как раз три дня, на которые я снял комнату. В конце концов я доплатил за ещё пару дней сверху и заказал услугу с заманчивым названием «доставка удовольствия» аж в двадцать тысяч кредитов. Не маленькая сумма, учитывая, что хороший бот с небольшим межсистемным двигателем, позволяющим совершать гиперпрыжки, стоил от сорока тысяч. Другое дело, что бот этот будет на одного человека и по габаритам довольно не велик, но всё же.

Мне пришлось ждать почти декаду, занимаясь праздным ничегонеделанием и тренировками с телом, благо в клинике были специальные тренажеры. Настраиваешь подобную технику и залазишь в нее после этого. К мышцам тут же прикрепляются специальные жгуты, плотно обхватывая тело и мешая пошевелиться, а дальше… происходит хаос – для неподготовленных. Тело крутит и агрегат заставляет принимать неудобные положения рук, ног и корпуса, фиксируя их на время. Технология весьма болезненна, но, если не перебарщивать с оценкой своих сил и не ставить чудовищные режимы, всё вполне безопасно. Затем мышцы конечно болят, но впоследствии каждая подобная тренировка доставляет одно лишь удовольствие! – не нужно ничего делать самому, прорабатывая каждую мышцу. Просто терпи боль. Правда в Империи были более продвинутые варианты подобных тренажеров, – для военных – как раз на базе этих. И они мне нравились больше.

Глава 12

Глава двенадцатая

Крейсер с ИскИном, откликающимся на имя «Лира», пришлось оставить на этой станции – он слишком медлителен. Просто выкидывать технику было глупо, потому, опять же за свой счет, я выставил его на бирже за треть цены и почти тут же продал – все любят дешевые корабли. Особенно юнцы, у которых нет денег, а крейсер, между прочим, в отличном состоянии и хорошо вооружен. А то что он устарел… ну и что? Главное, что можно летать между системами и зарабатывать.

Капитан быстроходного крейсера третьего класса пятого поколения, пригласил меня к себе сразу, стоило мне оказаться на палубе. Как только я прошел в рубку и обменялся с ним парой ничего не значащих фраз, он заблокировал входную дверь – видимо от посторонних, для конфиденциальности разговора.

– Я хочу увидеть кейс, – его тон с расслабленного сменился на серьёзный.

– Согласно протоколу безопасности, я не имею права подвергать операцию какому-либо риску, демонстрируя кофр, – я ответил мягким, или скорее бархатным голосом, одновременно внимательно отслеживая движения возможного противника.

«Враг может быть везде и в любом. Каждый, с кем ты общаешься, может служить другому государству!» – один из постулатов СДР-ПИГ.

– Проверка пройден, – отмахнулся капитан – Добро пожаловать на борт, лейтенант СДР Тауро Огуло.

Кивнув в знак приветствия, я приложил – именно приложил, а не бухнул как рядовой – сжатый кулак к груди, после чего развернулся и вышел из рубки, благо, что двери были уже разблокированы. Скорость крейсера поражала – за каких-то полторы декады, двигаясь, видимо, секретными тропами с помощью пространственных аномалий, сокращающих расстояние, мы достигли Империи.

Подобные дыры – пространственные аномалии – нигде не указаны. Ни на каких картах их нет, потому гражданские ими воспользоваться не могут в принципе – возле каждой обнаруженной стабильной дыры всегда находятся дежурные боевые корабли и варп-глушители, а также военные станции, запрещающие всем кораблям выход из гипера в этой точке и возле нее. Потому-то мало кто из гражданских вообще знает о существовании подобных дыр – сложно узнать о чем-то, мимо чего всё время пролетаешь из-за специального оборудования военных. Такие дыры используются только некоторыми – даже не всеми – частями флота Империи Гьялха. Не удивлюсь, если нечто подобное есть и у Шейда.

Наконец-то я был дома. Картинки с внешних камер выводились прямо на экраны в рубке, куда я перебрался перед самым прилетом, благо что капитан не возражал. Это позволило мне наблюдать за приближением к огромной станции, висящей ровно над столицей государства – Сердцем Империи, находящемся на прекрасной планете синих, белых и зеленых тонов. Столичная станция. Миллионы транзитов в день. Подстанции, расположенные возле гражданской «Матки», на которых разместились производственные и перерабатывающие комплексы, верфи, топливные терминалы, терминалы разгрузки грузовых транспортов и так далее и тому подобное… как это всё знакомо! Я дома.

Ступив на станцию, я улыбнулся царящему здесь хаосу – потоки людей и похожих на людей Разумных, словно бурные реки текли куда-то. Летали глайдеры, гравиплатформы, грузовые тележки, куда-то торопились простые пешеходы, трамвайчики на энерготросах, скоростные и грузовые лифты, лендспидеры...

За всем этим «удовольствием» внимательно наблюдали тысячи камер и следили тысячи датчиков разной направленности. Турели, полицейские дроиды и дроны, сотрудники Службы Безопасности и прочие станционные службы в любой момент готовы были пресечь диверсию или неповиновение Закону, устранить пробоину и эвакуировать жителей. Даже сама станция была способна экстренно приземлиться на планету в специально выделенной ей зоне, если по пути её не перехватят планетарные транспортники, мешая разрушить город внизу.

Поймав ближайшую гравиплатформу, я встал на нее, положил руки на прямоугольную перекладину для рук и задал точку назначения мысленным усилием – с помощью нейросети. После этого мои ноги моментально притянуло к поверхности, а руки крепко прижало к поручню, без возможности оторваться. Вокруг пассажира, то есть меня, тут же активировался энергетический щит. И только после этого главиплатформа устремилась к Министерству.

Полёт занял каких-то пять минут, после чего я спустился на твердую «землю» и выдохнул с облегчением – всё-таки ощущения от полёта на гравиплатформе специфические. Летать с огромной скоростью среди несущихся в разных направлениях машин, прикрытый только тоненьким энергетическим щитом, действительно страшно. И не важно, что этот щит выдержит попадание грузовика весом в несколько тонн. Прямо передо мной находилось здание Министерства – огромная черная громадина, растянувшаяся на нескольких уровнях по горизонтали.

Оказавшись внутри, я прошел по длиннющим коридорам, напичканным электроникой, напрямую в кабинет своего непосредственного начальника и полковника штаба по совместительству. Как оказалось, он меня ждал.

– Операция успешна? – левая бровь на словно высеченном из камня «квадратном» лице худощавого человека приподнялась.

– Более чем. Кофр у меня.

Не говоря больше ни слова, он встал из кресла и жестом пригласил следовать за ним.

Вновь пройдясь по извилистым коридорам Министерства, мы оказались в ангаре для эвакуации работников. Здесь стояло множество однотипных ромбовидных глайдеров черного цвета на четверых человек каждый. Они служат здесь спасательным средством, для эвакуации. Загрузившись в один, мы тут же покинули станцию по специальным воздушным туннелям, которые выплюнули нас в атмосферу планеты.

Когда воздушный барьер был преодолен, бронещитки на глайдере сдвинулись и мы, подобно простому орбитальному транспорту, на сверхзвуковой скорости устремились в сторону Штаба – военно-морской базы Империи. Одной из нескольких, разбросанных по материку. Именно здесь всё и вершилось – вся военная политика Империи. Попасть вовнутрь было не так уж и просто – база находилась глубоко под водой, скрытая от посторонних глаз и сканеров с радарами. Маршрут мне было знать не положено, потому после того, как мы бухнулись в воду, мне ничего не оставалось, как просто любоваться морскими красотами.

Минут через двадцать, впереди призывно замигали огоньки. Нас ждали. Видимо Полковник, управлявший глайдером, отправил запрос заранее. Он являлся непосредственным моим куратором и настоящего его имени я не знал уже долгие годы. Да и не стремился узнавать – такова конспирация. Не хватало ещё потом попасть в плен и выдать имена верхушки Империи. «То, что не знаешь выдать не сможешь».

Оказавшись в подводном серо-металлическом ангаре, мы дождались, пока вода будет выкачана, после чего покинули глайдер через боковые шлюзовые камеры. Минуя множество длинных, однотипных серо-стальных коридоров, мы быстро достигли одного из главных залов заседания. Это было по-настоящему огромное помещение, представленное многоярусными круглыми трибунами, расположенными по периметру огромного «стакана». В центре зала парила небольшая платформа с голографическим экраном, на котором всё и демонстрировалось, включая самого выступающего. То есть меня. Здесь-то мне и требовалось представить свою «добычу». Стоит мне оплошать и тогда наказания не избежать – и ладно, если жив останусь! Просто так никому не дозволено собирать Высший Сенат Военного Управления – такое происходит лишь при действительно серьёзных военных событиях. И во время войны.

Немного мандражируя, я снял кофр со спины и положил на вытянутый стол перед собой. Экран в центре демонстрировал все мои действия в увеличенном масштабе, получая картинки с камер на шарообразных дронах, зависших прямо надо мной. Собравшихся было много. С моего места все они выглядели как пчелы в улье: такие же маленькие и в большом количестве. Все ждали от меня чуда, как от фокусника ждут кролика из шляпы. В душу прокрались липкие пальцы страха: «А вдруг базы кто-то украл и сейчас кофр пуст?» Мысль была глупой, но страх… проклятый страх всегда есть в наших душах.

Задавив панику, я выдохнул и со щелчком открыл кофр. Черные квадратики и два полуразобранных дроида-взломщика сверху были нетронуты. Облегченный выдох вырвался из груди – сердце колотилось как бешеное. Уже никуда не торопясь, я вынул все информационные носители и расставил их на столе, подключая к стационарному считывателю, встроенному в столешницу – для этого требовалась лишь команда с нейросети. После этого, с помощью сенсорного экрана на столешнице, я бегло просмотрел информацию, заключенную на носителях. Всё было на месте. Следующей мысленной командой я запустил перекачивание всего объема информации с носителей на общий мэйнфрэйм – местный сервер с огромными вычислительными мощностями и памятью. Здесь он был соединен с ИскИном, являя собой невероятно мощный искусственный интеллект. Подобный сервер-ИскИн являлся универсальной защитной системой базы, способной просчитать практически любой риск для обитателей Штаба. Конечно эта штука весьма дорога в производстве, да и для гражданских лиц ИскИны подобных мощностей не требуются, но он того стоил в данном случае – у военных всегда всё самое лучшее.

Наконец, перекачав всё, я отрыл требуемый файл и вывел его на огромный голографический экран, всё также висящей в центре огромного зала. Вздох изумления пронесся по залу: на экране были отображены не просто базы противника, но и их маршруты перемещений. Конечно эту информацию ещё предстояло проверить, но мало кто сомневался в успехе операции, проведенной СДР. В противном случае меня лишат всего и здравствуй рудники и официально запрещенное рабство. Такое не прощают.

Ещё неделю меня мурыжили, допрашивали, требуя все детали операции от и до, изложенные в многостраничных отчетах и просто в словах, проверяющих эти отчеты. К тому времени я был выжат морально и физически – от недосыпов. К моему счастью всё рано или поздно заканчивается. Закончилось это, когда утром ко мне в каюту, всё на том же подводном Штабе, заявился Полковник с синячищами под глазами:

– Информация подтвердилась, – сходу начал он без предисловий. – Следующее задание будет несколько необычным. Тебе требуется внедриться во флот Торгового Союза.

«Что здесь необычного? Это моя работа!» – пронеслось было в голове, но следующая фраза Полковника расставила всё по своим местам:

– Необычность задания для тебя заключается в использовании технологии Альянса по репликации организмов и внедрении в них чужого разума, с целью сберечь оригинальное тело Агента. Технологию уже протестировали – шанс умереть при смерти тела, в которое внедрен твой разум, минимален. Подробнее тебе объяснят наши мозговитые в Центре. Все детали здесь, – он протянул мне белесый кристалл, который необходимо вставить в считыватель. Полковник развернулся и собирался уже выйти из каюты, но я остановил его:

– Мне необходимо завершить дела в Шейде. Требуется отсрочка.

– Время терпит. Тем более, что почва для внедрения уже подготовлена. Получи клон-тело, после чего свободен. Тебе необходимо связаться с нашими агентами в Торговом Союзе на станции Лакура, после чего приступить к заданию, – кивнув на прощание, Полковник вышел из каюты, бросив уже в дверях: – Не тяни с этим.

Мне действительно требовалось кое-что сделать – например, связаться с Линалой и забрать её из, предположительно, Столицы Шейда. Всё-таки упустить шанс кого-то завербовать я не могу.

С помощью одного из дежурных глайдеров, местный пилот доставил меня на орбитальную станцию, прямо в Министерство, откуда я вылетел неделю назад в компании Полковника.

Прогулочным шагом я добрался до так называемого «Медицинского Центра» – его филиала на орбитальной станции, потому как сам «Центр» расположен на планете.

– Тауро Огуло, я так понимаю? – подошел ко мне немолодой мужчина, облаченный в медицинский комбинезон. Его волосы давно уже тронула седина, а кожа стала местами дряблой. То ли не хотел омолаживаться, то ли срок пришел и возраст у него уже за несколько сотен лет, но факт оставался фактом – он был довольно пожилым.

– Прибыл для получения инструкций и клон-тела, – кивнул я по-военному.

– Отлично. Меня зовут Профессор Айлек. Прошу следовать за мной, – он радушно улыбнулся. И вроде бы улыбнулся искренне, но это так не привычно видеть, что заранее чувствуется подвох, которого нет – приходилось ранее работать с такими людьми.

Тем временем голос Айлека не умолкал:

– Запомните одну вещь: в клон-теле не желательно находиться дольше ста-ста пятидесяти дней. В противном случае ваше сознание просто не найдет обратную дорогу к телу-оригиналу и придется проводить новую процедуру перемещения с помощью подобного аппарата, – мы прошли в соседнее помещение и моему взгляду открылась вертикальная капсула, заполненная желеобразным питательным веществом.

– Это ваше будущее тело, выращенное по образцу вашего днк, – моему взгляду открылось обнаженное мужское тело с пуповиной, крепящейся к питательному аппарату на внутренней стенке колбы. Видимо в этой технологии воспроизводились все условия, в которых происходит внутриутробное развитие ребенка. Только вот тело в колбе давно вышло из младенческого возраста. Абсолютно лысый индивид в капсуле хоть и обладал моим днк, по словам ученого-врача, но был мало похож на меня-нынешнего. А вот на меня в начале моей карьеры он похож был… кажется.

– Главное запомните, – чем больнее смерть, тем больше шок, который через нервы передастся к мозгу, а оттуда к некому Сознанию… – Айлек потупился, – именно так гласят документы, переданные нам «Альянсом»! Я не берусь судить об их религиозности, но они называют это перемещением души! – профессор явно любил свою работу, раз взахлеб рассказывал мне всё это. Ну а я не против – я люблю новую информацию.

– Это потрясающая разработка Альянса и более научной гипотезы я выдать пока просто не могу!.. Но простите, я непозволительно отвлекся! Так вот, чем больше будет шок, тем больше шанс не найти дорогу к оригинальному телу, потому проследите, чтобы вы могли умереть быстро в случае чего, Лейтенант!

Я кивнул, но ему видимо этого и не требовалось – он продолжал свою речь:

– Есть и второе условие. Постарайтесь по возможности почаще «ходить» между двумя телами. Пока вы на станции, можете переходить из тела в тело…

– Я вынужден покинуть станцию, – перебил я профессора.

– Что?.. – сбился с мысли ученый, но почти тут же пришел в себя. – Тогда потренируйтесь прямо сейчас! Это отнимет у вас пару дней, которые вам придется найти! – не терпящим возражений тоном, фактически приказал мне профессор. Спорить я не стал – не к чему ссориться, тем более, что время терпит.

Пока подчиненные профессора Айлека начинали подготавливать оборудование, меня раздели и заставили улечься на кушетку. После этого на торс, ноги, руки и даже голову налепили тонну присосок-датчиков и воткнули в вены тонкие иглы в пару ладоней длинной. А также, с помощью множества трубочек, оканчивающихся иглами, подключили моё тело к системе жизнеобеспечения. После всех этих процедур всё тело буквально ныло от слабой боли – хотелось пошевелиться, почесаться… и вообще было неудобно! Увы, я был жестко зафиксирован.

Прикрыв глаза, я заставил себя расслабиться и не заметил, как кушетка, на которой я лежал, неторопливо въехала в нутро глухого металлического цилиндра. Затем я ощутил всей поверхностью кожи мягкое тепло, словно от летнего солнца. Сознание начало плыть, а тело охватила приятная истома. Шевелиться не хотелось... прошла боль. Сознание погружалось куда-то вглубь, словно от алкоголя или долгого недосыпа. Я переходил в сладкую дрему, переходящую в глубокий сон. Я начал падать.

Знаете, бывает, что снится сон, когда вроде бы спишь на кровати, а она вдруг предательски переворачивается, сбрасывая тебя в пропасть. Паникуя, ты судорожно хватаешься за покрывало и просыпаешься. Ну так вот – Здесь был не тот случай. Кушетка неожиданно перевернулась, и я камнем полетел вниз. Туда, где не было дна. Я падал в бездну, испытывая не просто страх, а иррациональный ужас, но никак не мог проснуться. Даже пошевелиться. Куда там «схватиться за кровать» – я вообще ничего не мог, лишь шире и шире раскрывая глаза от ужаса и приближающейся смерти…

Чувства проявлялись постепенно. Звуки доносились, словно через толщу воды, а мутная картинка не проясняла происходящего. Я попробовал открыть глаза. По рези в глазах тут же выяснилось, что они итак открыты и мутная картинка, это всё, что мне сейчас доступно. Тело слушалось плохо. Словно я долгое время пробыл в невесомости и все мышцы атрофировались. Не очень приятное ощущение.

Меня подняли и куда-то перенесли, после чего правое плечо пронзила раскаленная игла – так это было больно. Сжав зубы, – во рту оказалось что-то твердое, что я и прикусил – я взвыл, пытаясь вырваться из тисков мучителей... как оказалось, моё тело было надежно закреплено. От места укола, жар стал распространяться по венам и жилам, заставляя извиваться от пароксизмов боли. Через десяток секунд горела уже вся рука и правая половина лица. Ещё через пол минуты горело всё тело, но, на удивление, уже было не так больно – просто очень горячо. Хотелось окунуться в прохладную воду, сбить этот жар... но такой возможности не было. Приходилось терпеть.

Когда жар немного спал, я открыл глаза и с удивлением обнаружил, что прекрасно всё вижу. Правда звуков, кроме какой-то вибрации где-то на грани слышимости, не было. Повернув голову, я убедился, что всё-таки это не проблемы со слухом – просто все затаили дыхание и смотрели на меня, как на новое чудо света.

– Кх… – с первого раза заговорить не получилось. Оказалось, что в лёгких есть немного жидкости, потому меня тут же скрутил спазм.

– Переверните его! – раздался женский голос. В несколько сильных мужских рук меня отцепили от кушетки и опустили на пол, где я смог нормально откашляться.

Пошатываясь, опираясь на кушетку и вообще представляя из себя жалкое обнаженное лысое зрелище, я поднялся на ноги.

– Профессор… вы сука. Могли бы и предупредить.

Ничуть не обидевшись, Айлек по-отечески улыбнулся, собрав морщинки в уголках глаз:

– Но ведь всё-обошлось и ты избежал смерти при первом подключении! А шанс, между прочим, был довольно высок! Первый переход даётся не всем, – он всё также улыбался, а у меня начали непроизвольно сжиматься кулаки. Из груди вырвался звериный рык. Всё что меня останавливало от того, чтобы врезать в улыбающуюся морду профессора, это слабость.

– Ничего-ничего, всё ведь обошлось, не так ли? – под полным ненависти взглядом, улыбка профессора немного подувяла. – Я пойду составлять отчет, а вы приходите в себя, посмотрите на своё тело…

Не зная, что ещё добавить, он поспешно развернулся и не оглядываясь скрылся за дверью палаты. Гад. Бить я его конечно не стану, но поквитаться способ найду.

Как оказалось, уже была заготовлена туча процедур, включая физтренажер: Меня положили в тренажер-звезду с ложами под руки, ноги и голову. Тренажер тут же закрылся, плотно обхватывая тело и болезненно подключаясь к мышцам – организм ещё не успел «огрубеть», потому многое было довольно болезненным, хотя в обычной жизни я на это и внимания-то не обращал!

Сначала тренажер меня медленно «мял». После часа мучений, когда ныло уже всё тело, меня таки изъяли оттуда и отдали в руки медсестричкам, которые сделали профессиональный массаж, – в Нейросети было лучше! – расслабивший мышцы, и, совершенно неожиданно и подло, воткнули мне в спину какой-то раствор, который вновь начал разливаться по венам. На этот раз с ощущениями льда. Я даже зубами стал стучать от холода! ИЗВЕРГИ!!

Меня вновь поместили в тренажер, включили чуть более интенсивный режим, – хотя в предыдущем теле это даже на разминку бы не смахивало – после чего оставили уже на два часа!

Как позднее я узнал, те растворы – «горячий» и «холодный» были стимуляторами. Первый выводил все чувства на повышенный уровень, позволяя мне быстрее оклематься после «рождения». Второй применялся только с тренажером и развивал уже мышцы – позволял им быстрее прийти «в стандарт». Конечно за это позднее пришлось платить адской болью в мышцах, но с помощью этого препарата организм как бы получает приоритетную команду: «строить структуру мышц!» и… начинает интенсивно их развивать. Не наращивать их массу, а именно развивать саму структуру, делая их крепче. Всё-таки на массу мышц потребовалось бы много ресурсов, а значит и еды, что в моем положении было бы не хорошо – необходимо было экспресс-оклематься, а не тратить недели.

После тренировки меня почти тут же вырубило – не удивлюсь, если окажется, что мне успели втихаря воткнуть снотворное – и, казалось бы, всё. Вроде бы отдых. Вот только пробуждение… Малейшее движение отзывалось болью. Шея, спина… болело всё. Видимо желая дополнить болевую палитру, изверги опять вкололи мне ту самую «раскаленную иглу», как я её прозвал для себя. Огонь разливающийся по жилам выкручивал всё тело, заставляя лишний раз шевелить мышцами, что дарило целую палитру болевых ощущений, дополняемую болью от стимулятора. Думать о чем-либо другом было просто невозможно – мышцы буквально изнывали от боли. На этот раз жар прошел довольно быстро, а вместе с ним и боль в мышцах – стимулятор сделал своё дело, и я вновь был как огурчик. Даже стоял нормально, не шатаясь.

После часовой тренировки в физтренажере, меня погрузили в медкапсулу в соседней палате и провели процедуру слияния с предыдущим телом – обо всём об этом мне сообщали по ходу совершаемых операций: мне оставалось лишь слушать. Как оказалось, в моём новом организме уже была вживлена нейросеть – с самого рождения она вырастала вместе с эмбрионом, потому слияние было стопроцентным. С помощью медкапсулы мне перенесли все отметки об изученных знаниях – иначе и не скажешь – на новую нейросеть, попутно активируя её, так как она была в пассивном режиме с самого рождения, а для активации в таком случае одного мысленного усилия, как в случае с обычной нейросетью, не достаточно.

Во время слияния у меня возникло чувство раздвоения, словно я управляю сразу двумя телами, хотя пошевелить хоть пальцем я не мог ни тем, ни другим. Возникло даже чувство страха – что вот так вот и останусь награни между двумя телами! Но, к счастью, этого не произошло. Через несколько минут я вновь открыл глаза в старом теле.

Следующие три дня – вместо обещанных пары дней, меня задержали на неделю! – местные профессоры вовсю пользовали меня как лабораторную крысу, проводя эксперименты и составляя отчеты. Видимо эта технология у них не просто новая, но ещё и не опробованная! Ну ур-роды… подопытную зверушку нашли!

Самое интересное заключалось в том, что моё Сознание – с большой буквы – не было мозгом, как я думал раньше. Мозг и Сознание раньше для меня были единым целым, но в клон-теле мозги были другие, а знания остались прежние. Кроме того, после нескольких тренировок восстановились старые рефлекс. Как сказал профессор, нужно было всего лишь отдать соответствующую команду организму, через центральную нервную систему, которой заведовал мозг. То есть получалась следующая картина: Сознание передавало команды Мозгу, который, в свою очередь, управлял телом. Следовательно, мне нужно было передать информацию-воспоминания о рефлексах старого тела из Сознания прямо в мозг.

Как сказал профессор: «Ты привык управлять предыдущим телом, потому просто перенеси эту привычку на новое тело – передай воспоминания мозгу!»

Конечно я понял лишь половину всего сказанного, так как помимо этого он нагородил ещё туеву хучу слов, но главное я уловил: надо вспомнить как я управлял тем телом и приказать мозгу делать также, основываясь на воспоминаниях из Сознания. Это мне напомнило самовнушение и технику погружения в транс, когда происходит внушение себе, что мышцы размяты и… мышцы действительно размяты – но тут нужен обширный опыт! Который у агентов СДР был. Примерно тоже самое достигается, когда в голове прокручивается какой-либо прием, а потом рефлекторно выполняется, хотя был отработан всего пару раз – просто Сознание внушило мозгу, а точнее «показало» что и как необходимо делать, а дальше мозг уже вбил это в тело, как этакую команду-макросс, которая сработает при выполнении определенных условий. Стоит условиям сработать, как даже думать не придется: Сознание отодвинется на задний план, а тело само совершит требуемые движения – безусловный рефлекс. Вот подобные рефлексы я и нарабатывал, проводя за самовнушением, как я это назвал, львиную долю времени.

Глава 13-14

Глава тринадцатая

Отчаливал я на простом гражданском транспортно-грузовом корабле с эскортом из четырех эсминцев и двух крейсеров, принадлежащих «Единой Службе Охраны Грузопассажирских Перевозок». Когда-то это была просто корпорация, которая занималась разбоем. Потом они поднялись до наёмничества и взяли под крыло шахтерскую станцию. Служащие станции добывали руду, обрабатывали её и делились выручкой, а наемники охраняли от пиратов. Затем корпорация разрослась и уже несколько шахтерских станций под охраной высококвалифицированных бойцов на новеньких кораблях работали в диком космосе. Дальше-больше: у них появилась своя транзитная станция, расположенная на одном из безопасных путей. И вот теперь эта корпорация имеет порядка сотни космических станций разных формаций, занимает ведущую роль по добыче и поставке руды Империи, а также предоставляет услуги охраны грузопассажирским кораблям, у которых вооружения нет вовсе.

Путь обещал быть долгим – всё-таки они не будут пользоваться «космическими дырами». Время в пути я решил провести с пользой: изучить в простом режиме культуру Торгового Союза, Альянса и Шейда, а также их коренные языки. Изучение в простом режиме подразумевает медленное изучение во время бодрствования и чуть ускоренное во время сна. Если бы я изучал базы под медикаментозным трансом в обучающей капсуле, то дело пошло бы куда быстрее, но после десяти дней транса положен перерыв в пару дней – это первое. Второе – лететь мне долго, а время тратить на что-то нужно! Не фильмы же смотреть…

К счастью, на транспорте оказался ресторан, где можно было приятно проводить время, стрип-бар, а также тренажерный зал, бассейн, сауна и просто душевые кабинки – ополоснуться после тренировки.

Тренажерный зал представлял из себя не просто комнату с тренажерами… нет. Это была ОСОБАЯ комната с сотнями тренажеров, спортивными дорожками, площадками для спаррингов, площадками для занятия со спортивными снарядами: навроде мячей, или же метательных шестов.

Последний раз я ездил в подобных апартаментах ещё в юности… хотя, если учесть, что сейчас новое тело, по моим ощущениям, как раз очень молодо, хотя уже и не юно, то всё совпадает! Обычно я летал на своём корабле, либо на военном, всё время проводя в каюте, либо небольшой тренажерной комнатке. Здесь же был даже банкетный зал и кинотеатр! И всё везде было заполнено каждый день – никто не желал просто валяться в каюте!

Пару раз провели учебную тревогу, во время которой приходилось в срочном порядке бросаться к спас-капсулам, или «капсулам безопасности», если «по-научному». Такие капсулы погружают находящегося внутри в стазис и начинают транслировать сигнал бедствия. Тела в подобных капсулах могут содержаться до сотни лет и именно в аналог этой капсулы я лёг для выполнения задания по уничтожения Ксантов… ну и для добычи разведданных о Шейдовских военных базах конечно же.

Весь путь занял месяц. Огромное время по моим меркам, но и расстояние приличное: от столицы Империи до Торгового Союза, а оттуда уже до Столицы Шейда – три государства пересек!

Выходил на станцию Шейда я с небольшой опаской – мало ли что, я, всё-таки, работаю против Шейда. Пусть тело у меня сейчас как бы не совсем моё, но… тем не менее! Впрочем, даже если я был бы в своём теле, навряд ли мне стоило опасаться – обо мне в Шейде никто не знает, а ложное гражданство есть у каждого, работающего в спец структурах.

Я снял дешевую комнату на станции, за пять кредитов в сутки, и вошел в местную Сеть – с большой буквы. Осталось оставить сообщение и, если пользователь в пределах этой планеты и ближайшего космического пространства, – например на столичной станции – то он, пользователь, это сообщение получит, а мне останется лишь ожидать ответа.

Правда остался пока вопрос – как незаметно вывезти Линалу отсюда? Вернее, это был скорее не вопрос, точнее это был далеко не вопрос «как?» – План я набросал ещё в пути. Даже два. Проблема заключалось в реализации – нельзя не учитывать фактор разумности, пресловутый человеческий фактор.

Оставив в сети сообщение, я направился на местный рынок, где сразу же купил неприметную планетарную одежду: куртку с капюшоном и безразмерные штаны, подстраивающиеся под владельца. Обувь аналогичной технологии шла в комплекте. Теперь осталось заказать частный корабль и проплатить его ожидание – этим я и занялся, пока двигался обратно в гостиницу. Пилот нашелся быстро – лёгкий фрегат, немного староватый, но, тем не менее, в хорошем состоянии. Оплатив ему ожидание на декаду вперед, – целых тридцать тысяч! – я договорился о постоянной готовности к вылету, на что тот согласился без особых возмущений. Ещё бы – ему платят за ожидание, в конце концов! Причем платят не малые деньги. Наконец, всё было готово, оставалось лишь ждать.

Я мог бы не оставлять сообщение в Сети, а сразу послать его прямо на Нейросеть, но велик риск, что тогда либо её засекут, Линалу то бишь, и устроят допрос, либо меня. Всё это одинаково плохо, потому, будем надеяться, что она заметит сообщение.

Не прошло и часа, когда на мне пришло сообщение от анонимного пользователя: «Сектор С14»

«Значит она на станции» – пронеслось в голове, а руки уже подхватили рюкзачок, в котором была сменная одежда для девушки. Я аннулировал аренду комнаты и получил сдачу – даже дня в ней не пробыл, потому мне вернули четыре кредита, забрав один.

Поймав попутный транспорт, я довольно быстро спустился с его помощью на три уровня вниз и достиг сектора «14». Моему взгляду предстал лабиринт из огромных контейнеров. Какие-то склады?

Я медленно пошел вглубь, благо никто этому не препятствовал. Полагаю, если попробую что-либо забрать, меня тут же словят, тогда как ходить здесь не запрещено: по крайней мере, я нигде не видел никаких предупреждений, да и на гостевой карте сюда доступ открыт.

Нарастающий писк за спиной заставил меня застыть с неудобно приподнятой ногой. Бластерный пистолет встал на боевой взвод, а это уже опасно.

– Руки. Руки, чтоб я видел! И поворачивайся… – скомандовал из-за спины мужской голос. Неприятно. Когда что-то идет не по плану – это всегда неприятно.

– Медленно, я сказал! – рявкнул молодой, лет двадцати двух, парень в темно-зеленом комбинезоне с нашивками военного на левой половине груди. За его спиной стояла явно женская фигурка в комбинезоне с закрытым шлемом. Так-так-так… в конспирацию играем?

– Кто ты такой? – молодой солдатик держал пистолет уверенно. Пристрелит и не поморщится. Только напряжен слишком... совсем зеленый.

– Тауро Огуло, если угодно, – я вкрадчиво улыбнулся и с издевкой отвесил глубокий галантный поклон, отвлекая внимание противника. Стоило моим рукам опуститься на уровень колен, как пара ножей тут же оказались в моих руках, а я начал падать на пол, одновременно поворачивая корпус в воздухе на бок и выбрасывая руки.

Ножи попали точно в запястье и колено противника, а я в это время уже поднимался с пола, двигаясь явно быстрее. Пара шагов, чтобы приблизиться, и удар ладонью в нос. Если взять угол острее, то можно вогнать хрящ в мозг, но убивать я пока не планировал. Схватив за край комбинезона, я провёл бросок дезориентированного противника, после чего выпрямился и нанес контрольный удар носком сапога в голову, вырубая оппонента. Чуть в сторону и пробил бы висок.

– Линала? – ровным голосом поинтересовался я, вопросительно приподнимая бровь при взгляде на сделавшую пару шагов назад, но не убежавшую женскую фигурку. Шлем опустился.

– Ты помолодел, или мне кажется? – прищурившись она внимательно изучала моё лицо.

– Ксанты. Помнишь их? – я усмехнулся уголком губ, заметив проблеск узнавания в глазах: проверка пройдена. – Нам надо торопиться. Одевайся, – скинув рюкзачок из-за спины я бросил его девушке.

– Что прямо здесь? – вопрос был риторическим, потому как одновременно с ним она юркнула к контейнерам и начала стягивать комбинезон.

– Как ты заблокируешь имплантат подчинения? Чуть что и меня прикончит разряд.

– Полезная информация, спасибо, – поблагодарил я, на ходу изменяя план. – Мы его изымем. Сколько ты можешь быть на станции?

– До вечера, потом должна вернуться в казармы, = в этот момент я отвлекся от мыслей: девушка разделась, демонстрируя прекрасное подтянутое тело. Никаких уродливых выпирающих мышц, превращающих женщину в бабомужа – всё было в меру, включая широкие бёдра и подтянутую грудь. Красотка!

«Потом любоваться будешь, сейчас есть дела поважнее!» – осадил я себя.

– Нужно отключить приемник сигнала. Полагаю, имплантат лишь получает сигналы из какого-либо центра – иначе его нельзя было бы контролировать. Я прав?

– Почти, ещё он контролирует своё местоположение относительно управляющего ИскИна, который анализирует мои перемещения. Если ты хоть на секунду выведешь меня за пределы его сети, имплант не сможет связаться с ИскИном. После этого пойдет отсчет до моей смерти. Около пяти минут. Затем все.

– А как ты удалялась в дикий космос с той командой?

– У меня было определенное количество времени. Выдали разрешение. Если бы не успела – умерла, – отрывисто отозвалась женщина.

– Понял. Я предполагал нечто подобное, потому для тебя у меня есть неприятная штука… ты можешь запросить у ИскИна возможность посетить чужой корабль?

– Я могу быть на всём, что пришвартовано к станции, – она пожала плечами, накидывая капюшон. Быстро управилась!

– Твой? – я кивнул на парня в отключке.

– Я уже отправила ему сообщение, – он поморщилась. – Придет в себя – прочитает. Мы тебя и ждали.

Пожав плечами, я безразлично бросил:

– Иди за мной.

После чего не обращая внимания на девушку я вышел в местную сеть и связался с пилотом того самого фрегата, запрашивая вылет со станции через полчаса. Этого времени мне хватит.

По какому принципу работают все эти имплантаты? Обычно они подключаются к нейросети, с помощью которой и связываются с управляющим модулем, который и отдаст приказ на ликвидацию в случае чего. Ну или имплант сделает это сам, не сумев выйти на связь через нейросеть владельца. Мне нужно лишь на время вывести нейросеть из строя, а это можно сделать направленным разрядом шокера к затылочной части черепной коробки, – так можно и мозги расплавить, превратив в овоща – либо банально поставив на нейросеть заглушки, дабы сигналы от пользователя не поступали на нее, а с нее к имплантату. Тот просто не сработает, потому как будет ослеплён. Ну и был третий вариант – стазис. После него не то что нейросеть не работает, но и подобные импланты некоторое время, что мне и требуется. Имплант будет считать тело чуть ли не мертвым – стазис всё-таки. На этот случай всегда предусмотрена заглушка, чтобы он не убил находящегося в стазисе. Этим я и воспользуюсь.

Чтобы достичь корабля, потребовалось семнадцать минут. Линала явно нервничала и всё время порывалась ускорить шаг, но… спешка в таком деле приведет лишь к неудаче, потому мне пришлось взять её под руку, чтобы хоть как-то тормозить.

Пилот уже ждал нас на причале, а за ним возвышался его небольшой кораблик. Фрегаты самый большой класс кораблей, которому можно причаливать к станции, а прочие могут арендовать точку пространства только на удалении и переправляться между станцией и кораблем только с помощью челноков или ботов.

– У тебя есть на борту медицинская капсула? – сходу спросил я. – Считай, что деньги за декаду твои. За услуги медкапсулы заплачу ещё пять – препараты придется потратить.

– Ну-у… Х-хорошо. Я не против, – протянул он удивленно. Пожав плечами, он сделал приглашающий жест в сторону своего фрегата.

Мы прошли на палубу корабля, после чего пилот-капитан провёл нас прямо в каморку, по недоразумению называемую медбокс – пять на восемь метров, шкаф с медикаментами и две капсулы: обучающая и лечебная. Конечно не реаниматор с кибердоктором, но и то, что капсулы обнаружились было чудом. Надеюсь они не изношены до предела.

Скомандовав девушке ложиться в капсулу, я напрямую подключился к консоли и вбил ряд команд, в принципе не предназначенных для этой модели капсул, но… обходить ограничения я научен. Какой принцип действия у лечебной капсулы? В основном это разноплановые излучения, которые уничтожают болезнь и омолаживают организм, воздействуя на клетки. Далее медицинские капсулы вводят лекарства, в том числе и для медикаментозного ускоренного обучения, о чем знает не каждый, и так далее. Но что, если изменить вектор излучений, направив его на стазис? Этой функции официально как бы нет, но она есть. Побочный эффект, скажем так…

Как оказалось – капсула была изношена настолько, что невозможно было воспользоваться её функциями не то что в полной мере, но даже и в половинной!

Чертыхнувшись, я быстро зашел на рынок и заказал новехонькую стазис-капсулу безопасности с доставкой до корабля. Сорок тысяч кредитов. Много. Очень много. Но сейчас не до экономии.

Двадцать пять минут пролетели как несколько часов. Наконец капсула была доставлена. Не заморачиваясь особо, я попросил паренька с парой дроидов-погрузчиков поставить капсулу прямо в коридоре напротив медбокса, после чего отпустил его восвояси и наконец перенес обнаженную девушку из лечебной капсулы.

Капсула безопасности имела заполненные батареи и была уже расконсервирована, – всё это было в условиях покупки – потому мне оставалось лишь погрузить в её нутро Линалу и закрыть крышку, задавая режим стазиса. Десять треугольников сомкнулись, образуя крышку, закрывающую стазис-капсулу. Прозрачные окошки по бокам и на крышке капсулы осветились изнутри фиолетово-синим светом – капсула заработала.

Я дождался, пока контакт Линалы перестанет обнаруживаться среди ближайших, и только потом облегченно выдохнул.

Связавшись с пилотом-капитаном фрегата, я сообщил ему, что можно отчаливать. Предстояло преодолеть путь до Торгового Союза, либо любой пограничной с ним станции, после чего достичь Лакуры и уже там обезопасить Линалу от имплантата.

Корабль не спеша разогнался и перешел в гипер. Теперь жизнь девушки на моих плечах – стоит её слишком рано вывести из стазиса и… всё. Имплантат убьёт её.

Глава четырнадцатая

Не желая лишний раз рисковать, я сменил корабль на следующей же станции, распрощавшись с довольным капитаном. Ещё бы ему быть недовольным – получил кучу денег за недовыполненный, по желанию заказчика, контракт!

Новый корабль был грузовым перевозчиком, капитан которого согласился подвезти меня в трюме за умеренную плату – две тысячи кредитов – прямо до Торгового союза. Естественно, он не желал размещать именно меня в трюме. Речь шла о моём боте, который я приобрел по дешевке, скорее, как хлам и старьё, чем как маленькое межсистемное судно, но большего и не требовалось. Обошелся он мне всего в десять тысяч кредитов. Летать на нем я не собирался, потому тут же загрузился в трюм грузового судна и был таков. Бот я купил не по прихоти – где-то нужно было разместить капсулу безопасности, потому как светить её – значит привлекать ненужное внимание, по которому нас будет не трудно найти.

Капитан грузовика оказался довольно разговорчивым, видавшем виды человеком, который просто считал своим долгом развлекать единственного пассажира. Я был не против – пообщаться, получить новую информацию всегда приятно. Не то, чтобы мне нужно было это общение, – как раз оно меня раздражало – но знать новости и быть в курсе событий важно для любого диверсанта. Главное уметь повернуть разговор в сторону информативности, а не пустой болтовни.

Через декаду мы наконец-то оказались в Торговом союзе – на пограничной с республикой Шейд станции. Распрощавшись с капитаном, который отказался брать деньги с такого «приятного собеседника», аргументируя тем, что ему «итак было по пути» и он «давно не общался с кем-то, знающим не меньше его самого», я перелетел на станцию, арендовав в причальных доках местечко для своего бота. Можно сказать, что я «дома» – Торговый Союз давно и прочно находится под колпаком Империи, потому для подобных мне диверсантов-разведчиков это идеальная среда для выполнения заданий. Главное было найти какой-нибудь центр связи – ту же «Нейросеть». Правда «Нейросети» на станции не обнаружилось вовсе, – она находилась вдали от основных маршрутов – но я нашел способ связаться со своими.

Почти тут же на мой запрос откликнулись. Приняв вызов, я увидел лицо довольно молодого оперативника с идеальным холёным лицом и взглядом завзятого ценителя удовольствий. Своего старого знакомого. Он связывался со мной через настольную панель, что и позволяло видеть его.

Проведя опознавание личности собеседника, по кодовым словам и меткам на нейросетях, мы перешли к сути моей проблемы: мне требовался быстроходный фрегатик или крейсер до станции Лакура, а также медицинское обслуживание – нужен кибердоктор, чтобы изъять имплантат из девушки.

Не раздумывая особо, он пригласил меня к себе, дескать у него есть высокотехнологичное оборудование прямо из Империи. Это было только на руку – меньше расходов.

– Мне нужна машина до твоего дома. Причал номер сто три.

– Понял. Ожидай. С тобой свяжутся, – кивнув на прощание, он отключил связь.

Через пяток минут со мной связался… вернее связалась девушка, оказавшаяся водителем небольшого бронекара на гравиплатформе.

Поскольку о переноске капсулы безопасности она была уже осведомлена, то на борт бота тут же поднялись два дроида, которые аккуратно подхватили уже отмонтированную от пола бота капсулу безопасности и перенесли в пассажирский отсек бронекара, разместив на полу аккурат между сидениями – капсула заняла практически всё место. Я сел в водительскую кабину.

У местного агента обнаружилась целая станционная вилла о трёх этажах. Богато устроился! Ну, как никак, граница с Шейдом – естественно наши оперативники будут устроены здесь на долгие годы, старательно изображая обычных жителей! Чуть что и они передадут сигнал, перехватят управление над станцией и прочее – всячески будут вставлять палки в колёса. Естественно наши оперативники были и в самом Шейде, но уж больно у них организация высокая – хрен кого в высокие слои зашлешь!

– Это твой «завербованный»? – скептически протянул он. Одет он был в черный комбинезон пилотского типа, с корпусом, усиленным бронепластинами.

– Да, – я незаметно кивнул и, уже переходя непосредственно к делу, пояснил: – В её тело внедрен имплантат, который необходимо извлечь. Если что-то пойдет не так – она умрет.

Он нахмурился:

– Ты же знаешь, что имплантаты и нейросеть обычно связаны воедино? Мало кто будет использовать самостоятельные имплантаты – не выгодно.

Я кивнул

– Ну хорошо… – неуверенно протянул он. – если при извлечении нейросети она превратится в овощ… в общем вина будет на тебе. Ты понял?

– Необходимо рискнуть, – я пожал плечами. Всё это я знал, как и необходимость изъятия нейросети и риски при этом действе. Всё равно выбора нет... даже перенести её в иное тело, как это произошло со мной, скорее всего не выйдет. Хотя... кто знает, на что Альянс способен.

Пожав плечами, больше не говоря ни слова, он скомандовал домашнему дроиду перенести капсулу безопасности в медбокс.

– Итак… наша задача успеть переложить её в кибердоктор. Программу я задал. Изъятие произойдет быстро и болезненно – времени на то, чтобы препараты начали действовать у нас не будет.

– Начинай, – я вновь безразлично пожал плечами. От меня уже ничего не зависит. Если она очнется, то умрет. Держать её в этой капсуле вечно не выход. Разве что обратиться к Лумирам, но вот связи с ними у меня нет.

Размяв шею и пальцы рук, агент Империи распорядился:

– Когда откроется капсула безопасности берем девушку и тут же переносим в кибердоктор, после чего сразу же захлопываем крышку. Ты понял? Сразу же! – он выделил последнее словосочетание, не оставляя никаких вариантов толкования фразы.

– Значит на «три-четыре». Открывай, – выдохнул он, приготовившись взять девушку за ноги. Мне остаются плечи.

Я ввел специальный код раскрытия капсулы и тут же встал наизготовку у изголовья. Капсула медленно, как в замедленной съемке, начала открываться – из-за всплеска адреналина начала действовать база «Специализированный бой», из-за чего мир вокруг потускнел, потерял все краски и замедлился. Конечно он шел привычным чередом, просто я ускорился, но суть одна и та же.

Стоило стенкам дойти до края, как я уже просунул руки под плечи девушки и потянул вверх. Одновременно со мной, ничуть не отставая, действовал безымянный агент – не смотря на теплое знакомство, мы никогда не называли имен друг-другу, понимая, чем это может кончиться. Подняв девушку, мы тут же положили её в кибердоктор, после чего одновременно надавили на крышку и с грохотом захлопнули кибердоктор. Я смутился:

– Упс…

– Ничего. Главное, что успели. По крайней мере, по показателям она жива и здорова. Сейчас пройдет сканирование…

– Не хочу вдаваться в подробности, – перебил я его, – у тебя есть столовая?

Пожав плечами, он отдал команду домашнему дроиду отвести меня в мини-бар, устроенный на втором этаже, где, с помощью роботизированного автомата, я заказал себе крепкого отсакта – необходимо было взбодриться. Секундное шуршание автомата и черная дымящая жидкость полилась в стакан. Дождавшись наполнения до краёв, я достал приличных размеров «стаканчик» и уединился за одним из имеющихся здесь столиков. Можно было бы заказать и спиртное, «чтоб руки не дрожали», но это уже может вылиться в плохую привычку. Тем более для моего нового организма, который вообще ещё ничем не загрязнен. Да и вообще: организм итак вырабатывает спиртное, если его ещё и пить, то организм как бы «подумает»: «а нафиг мне оно надо, вырабатывать самому, если итак дают?» И в итоге, в конце концов, прекратит самостоятельную выработку спирта, при этом требуя его из внешних источников. Так и получаются алкоголики.

Удовольствие от крепкого отсакта я растянул аж на пол часа, постепенно погружаясь в нечто вроде приятной неги. Отвлекли меня шаги, приближающиеся к столику. Я повернул голову и сфокусировал взгляд на лице агента, силясь по мимике узнать о положении дел. Лицо его было абсолютно нейтральным, спокойным. Ничего удивительного – эмоции надо сдерживать, особенно находясь в дальней разведке! Но вот глаза его выдали – они прямо сверкали. Если не знать, что искать, то и не поймешь, то ли радость в его глазах, то ли ехидство. Другое дело, если ты, как диверсант-разведчик, для того чтобы внедряться в разнообразные структуры, вынужден был изучить далеко не одну базу по психологии, практической психологии общения, манипуляции людьми, а также базы, которые буквально внедряют на уровень рефлексов способность анализировать жесты, позу, мимику лица и прочие невербальные знаки, подаваемые людским телом – всё-таки мы против людей воюем, а не тех же Лумиров, хотя, конечно, в базах были уроки и для других рас. Кроме прочего, была даже база, заставляющая собственное тело копировать позу собеседника, предрасполагая того к общению в некоторых случаях. В общем говоря – в глазах безымянного агента плясала радость.

– Операция успешна? – я приподнял левую бровь.

Хмыкнув моей проницательности, он уселся на стул передо мной и выдохнул:

– Мы были на грани фола

– Да ну? – саркастично усмехнулся я своей «незаметной усмешкой»: самым краешком губ.

– В любом случае, операция прошла успешно. Нейросеть и имплантат прикрепленный к ней, ну и ещё пара имплантатов, внедренных ранее, были удалены без осложнений. «Следилку» я сразу удалил, а остальное если захочет, можно вернуть. Но лучше купить новую, современную нейросеть и импланты.

– Само собой. Спасибо, за мной должок.

– Рассчитаемся на месте, – хмыкнул он. – Я думаю тебе не хочется быть должником, а просить у тебя что-то реально крутое это уже… – он развёл руками – …нонсенс. Потому я думаю самое простое это заплатить деньгами за такую операцию. Как тебе? И ты не должен, и вроде бы как мою работу оплатил, и траты покрыл.

– Пятьдесят тысяч устроит? – я решил не торговаться, чтобы не потерять «хорошие, человеческие отношения с целью общения» – Могу перевести прямо сейчас.

– По рукам, – выдохнул он, явно получив больше ожидаемого. Ничего, в следующий раз я им воспользуюсь по полной программе. Эти пятьдесят тысяч являются моим вложением в будущее использование продукта, которое носит название «человек». В данном случае, мой знакомый, но ещё молодой агент.

Получив реквизиты его счета, я перевел на них плату и поднялся из-за стола:

– Можно взглянуть на результат?

– Конечно, – его губы расплылись в широкой ухмылке. – Пошли.

Мы спустились на первый этаж, где и находился медбокс, после чего агент сначала провел меня в местный «гардероб», выдав мне простой пилотский комбинезон, – я совсем забыл про одежду Линалы, оставшуюся на боте – после чего довел меня до медбокса, остановился у дверей и, весело подмигнув, пропустил внутрь, не спеша заходить следом.

Я не подал виду, что удивился, зато, когда зашел… вот тогда-то я понял причину ухмылки и подмигивания: процедуры уже закончились, крышка кибердоктора была поднята, демонстрируя обнаженные формы Линалы. Она уже приходила в себя.

– Операция прошла успешно, – переведя взгляд на её лицо, я жестко зафиксировал своё внимание, отрешившись от всего остального. – Как ты себя чувствуешь?

– Лёгкая слабость… И голод, – она села и свесила ноги на пол, оглядываясь в поисках одежды.

Я протянул ей сверток.

– Одевайся.. Перекусим и отправимся дальше… – я не закончил фразу, предоставляя возможность девушке самой ответить за меня.

– Но теперь должна тебе? Так? – Она спрыгнула с капсулы и повернулась ко мне лицом, начав неторопливо одеваться. – Я помню. И уж тем более я не просто должна, а обязана тебе и бегать от этого не собираюсь. Я так понимаю, у тебя есть какие-то планы на меня?

Я усмехнулся уголком губ: умница. Думать умеет.

– Верно. Ты пройдешь боевую подготовку в нашей, – я выделил слово интонацией, – армии, в пределах моего ведомства и курируемая мной. И да – я понимаю, что ты попадаешь из одних сетей в другие, но у нас тебе не будет угрожать какая-либо опасность. Просто служба с последующим обеспечением и своевременным выходом в гражданскую жизнь со множеством льгот. Ты больше не раб.

Спустя пять дней на скоростном крейсере, капитаном которого был наш – Гьялховец – мы были на Лакуре. Я уже собирался приступить к своей непосредственной работе – мне необходимо было связаться с одним капитаном, из наших, работающем на Торговый Союз, и перейти во флот «Союза», после чего ждать дальнейших указаний, но… всё пошло не так. Для начала – меня отзывали в Империю. Во-вторых, необходимо было сначала пристроить Линалу. В диверсантах ей «промоют мозги». В СДР ей слишком рано по подготовке. Остаются простые войска-мясо и разведка. Вот в последний отдел я и собирался её направить по прибытию в Империю, которое заняло почти декаду – на скоростном имперском фрегате, конечно же.

Глава 15

Глава пятнадцатая

Прошло полгода. За это время я успел даже побывать инструктором молодняка СДР – целый месяц. Да-да, меня, одного из выдающихся агентов, назначили инструктором молодняка. Мол, раз СДР-ПИГ это моё ведомство, то будь добр! Естественно я был недоволен, но против приказа не попрешь – пришлось заниматься. Другое дело, что я не был простым инструктором, заставляющим зеленых юнцов бегать, стрелять и прочее. Боевой подготовкой занимались и без меня отлично. На моих плечах лежала подготовка бойцов к неожиданным поворотам событий, и тренировка их в максимально приближенных к настоящим условиях. Например, задача взломать станцию-макет, размещенную в космосе. Что делать, как делать и так далее. Заодно, я сам повышал свою квалификацию, тренируясь в обоих телах и получив на нейросеть отметки о новых изученных базах, которые мне могут гипотетически пригодиться – боец СДР ПИГ должен уметь всё. Спасенную женщину, Линалу, я пристроил в разведку, которую гоняли на полигонах только так, заставляя выкладываться как простых десантников или штурмовиков. Но это правильно – разведку боем никто не отменял.

Спустя месяц, меня наконец-то перевели во флот Торгового Союза для последующего внедрения. Мне достался крейсер дальней разведки, куда я был тут же устроен вторым помощником капитана. Учитывая, что на корабле дальней разведки бойцу-диверсанту делать как бы и ничего, я маялся бездельем, предаваясь изучению бесполезных для меня баз, навроде «управление орбитальными станциями» и так далее. Капитан оказался не очень разговорчивым индивидом по имени Рорран Ролрур, принадлежащим к расе ронгов – краснокожих, немного рогатых монстрообразных гуманоидов, которые, не смотря на устрашающий вид и рокочущий голос, были отменными дипломатами и торговцами! Он спокойно выполнял свою задачу, отнесшись к моему появлению философски, чего нельзя было сказать про экипаж, с подозрением следящий чуть ли не за каждым моим действием. По легенде, я направлен от «центра», подразумевая главнокомандующего Торгового Союза, но мои задачи и цели были малопонятны. Именно поэтому для них я представлял собой некого «наблюдателя», бойца специального назначения, который при малейшем намеке на отсутствие патриотизма отправит под трибунал.

И именно, когда меня перевели во флот Торгового Союза, на небольшой крейсерский кораблик пятого поколения, – то есть очень и очень новый, по тем меркам – у Линалы случился, так сказать, первый «боевой» вылет….

***

Линала Тассу

Всё началось с того, что наш взвод, разделенный на отряды по шесть человек в каждом, уведомили о боевом выходе через неделю. Все были на нервах. Нагрузка на тренировках увеличилась – никто не знал, что это будет за выход, потому все готовились как можно интенсивнее. Готовились и другие взводы, не только разведывательные, но и десантные и штурмовые.

И вот наступил решающий момент. Нас отправляли на неработающую заброшенную космическую станцию в диком космосе. В общем-то, кроме этой информации нам ничего и не сообщали. В боевой экипировке, с автоматами, пистолетами и прочими приблудами разведчика, навроде средства прохождения энергетических барьеров, устранения ловушек, их взлома и так далее, нас загрузили на небольшие армейские крейсеры и были таковы. Целую декаду весь отряд из шести человек гадал что будет, что это за станция и тому подобное.

– Да, наверное, расставят макеты, дроидов каких-нибудь, и наша задача будет всё это разведать, да вернуться, – предположил долговязый рыжий парнишка. Совсем ещё молодой – даже тридцати не исполнилось ещё.

Я предпочла удалиться от разговора. Какая разница, в общем-то? Что прикажут – то и сделаем. Только нервы тратить.

Когда корабль наконец вышел из гипера, нам наконец объяснили задачу: разведать поле возможных боевых действий и вернуться. В бой не вступать. При любых потерях – возвращаться на корабль. При удаче захватить инфопакет станции, чтобы выяснить, что на ней произошло. Тогда никто и не знал, – как я подозреваю, наше командование тоже, – чем всё это обернется…

Как ни в чем небывало мы загрузились в лёгкий военный бот и вылетели с крейсера. Через полторы минуты мы уже высадились на самой станции в армейских бронескафандрах – кислорода конечно же не было!

Каково же было наше удивление, когда у станции обнаружился автономный источник питания, а двери в жилые помещения, а также установки гравитации, работали! Станцию явно покинули не так давно: от силы полгода назад! За это время ни одна станционная батарея не сядет.

Взламывать ничего не пришлось – уходили со станции явно в спешке, потому кое где даже валялись вещи, не унесенные космическим ветром или, в следствии разгерметизации, не «уплывшие» в космос под действием давления.

Стоило нам пройти шлюзовые двери, как первое, что бросилось в глаза, это растительность, покрывшая потолок, часть пола и всю шлюзовую дверь, ведущую во внутренние помещения. Растительность была не примечательной: всего лишь зеленый густой мох с длинными ворсинками. Другое дело, что нахождение здесь растительности уже довольно примечательно! Заодно обнаружилось, что двери во внутренние помещения заблокированы этим самым мхом. Пришлось вырезать кусок, чтобы попасть внутрь. Я прошла третьей, и буквально остолбенела. Так, что идущий за мной врезался в мою спину.

– Топай уже, чего встала… – начал было он, но тут же сам осекся. И было от чего: пол, стены, потолок, покрывали… растения! Зеленый, уже виденный ранее мох, ярко-красные люминесцирующие цветы и лианы! Пол устилал настоящий травяной лес мне до пояса. Кислорода было даже больше чем нужно, но шлема никто не снимал – токсины, возможно содержащиеся в растениях, никто не отменял.

Достав лазерные резаки, используя их для прорубания дороги, мы двинулись в глубь. Станция была небольшой, потому прямой коридор быстро закончился тупиком – заросшей дверью, за которой оказалось главное помещение. Оставив на входе одного дозорного-наблюдателя – Мало ли что? – мы прошли внутрь и рассредоточились, изучая ближайшие помещения.

Мне достался, по-видимому, медбокс: у дальней стены стояли заросшие капсулы – верный признак любого современного медбокса. Бегло осмотрев всё с помощью фонарика, – люминесцирующих цветов тут на удивление было очень мало – я собиралась перейти в следующее помещение, которое напротив, когда по рации пришла короткая команда. Командир нашего отряда, выбранный ЗамКомВзводом, нашел какие-то документы. Я быстро вернулась в центральную комнату и заглянула в его помещение – это оказался настоящий «парник» или скорее «ботанический сад» – среди растительности можно было заметить кадки, откуда эта растительность и вышла изначально. Махнув мне рукой, он сообщил, что кажется знает, что здесь произошло: он нашел аудиодневник на неизвестно как уцелевшем ИскИне, сразу перемотал вконец и узнал о том, что эксперимент по ускорению роста перешел в критическую стадию.

– Кассету с копией забрали с собой ученые, когда уходили, – уверенно заявил он, – но ИскИн дублировал все записи, потому в его памяти обнаружилось много интересного. Я перекинул себе на Нейросеть, потом посмотрим. Теперь уходим отсюда, – отдал он команду и уже тише добавил: – Не нравится мне это место...

Мы было направились к входу, откуда пришли, когда я заметила неладное: наш дежурный не шевелился.

– Стойте! Что-то не так! – остановила я отряд и обратилась к застывшему дежурному:

– Эй, Дон? Очнись!

– Ты решил тут поспать? – хохотнул тот самый долговязый рыжий парень, вызвав у меня приступ ярости: Что-то не так, а он тут шутит! Ур-род!

– Заткнись! – осадил его командир. Пройдя в конец колонны, он подошел к Дону, взял его было за плечо, чтобы встряхнуть, как тот ничком рухнул на пол, придавливая растительность. Следующая картина надолго отложилась в моей памяти, вызвав какой-то иррациональный ужас, впивающийся в самую подкорку сознания и подсознания. Ужас, встающий перед глазами и заставляющий думать, что всё это сказка, бред воспаленного рассудка или сон…

Комбинезон на спине бойца превратился в лохмотья, кая запеклись, словно от кислоты, а в мясе на спине копошились мелкие, грязно-рыжие черви. Их было не просто много – это была каша из червей, покрывшая ВСЮ спину. Кое-где уже обнажились кости. Меня затрясло. Другие были более эмоциональны:

– Что это за... Да ну нах…

– Так! Тихо все! – рявкнул, явно чувствующий себя не в своей тарелке, командир и перевернул Дона на спину. Фонарик на шлеме комбинезона подсветил лицо почти-мертвеца. Парень ещё был жив, его глаза закатились, а на губах сияла блаженная улыбка, словно он получал настоящий кайф.

– Его уже не спасти… – коротко сказал командир и достал пистолет. Зная, что произойдет дальше, я отвернулась – не хотелось, чтобы в памяти остался и этот выстрел...

Короткий импульсный заряд поставил точку. Следующую команду командир буквально прокричал:

– Бегом на бот. Бегом, м-мать вас дери!!

Нервы трясли всё тело, страх поддавал сил, потому всё пройденное ранее, в медленном темпе за пару минут, расстояние, мы преодолели за десяток секунд, если не быстрее, и буквально выбили дверь наружу, после едва ли не влетели в бот. И только тогда задышали свободнее. Когда я бежала, то видела лишь спину впереди бегущего, но теперь… когда все уселись прямо на пол, чтобы отдышаться, мы заметили на ногах странные растительные наросты. Словно смола прилипла…

Недолго думая, я достала нож и отодрала смолу... вернее попыталась. Стоило лишь всковырнуть нарост, как прямо на пол посыпались совсем ещё мелкие белесые личинки. А ещё под смолой была кожа. Комбинезона не было.

Заверещав, я в ужасе вскочила на ноги и принялась скидывать комбинезон, трясясь от ужаса и омерзения

– Быстро скидываем комбинезоны! БЫСТРО! – рявкнул командир. Ему тоже было страшно, как и всем нам, что не удивительно: он такой же новичок, как и мы, только назначенный ЗамКомВзводом на старшее звание из-за своей харизмы.

Все тут же поскидывали комбинезоны и оставили в десантном отсеке, перебравшись в жилой модуль. Командир бросился к рубке.

– Внимание! Мы нашли биологические организмы, они буквально разъедают комбинезоны! Вы слышите!? У нас потери. Один мёртв. Срочно заберите нас отсюда!!

– Стартуйте в сторону корабля. Как подлетите – перепрыгивайте в запасных комбинезонах в открытый шлюз, – холодно отозвался диспетчер. – Летите к фонарям.

Оглядевшись внешними камерами, он задал направление к фонарикам открытого шлюза – точнее была открыта внешняя дверь шлюза, но никак не внутренняя.

– Так народ! Одеваем запасные комбинезоны и потом прыгаем в сторону шлюза. Нам запретили причаливать по нормальному. Вы поняли?

– Ч-черт… мы сдохнем?! – у рыжего началась истерика.

– Отставить истерику. Мы вовремя скинули комбинезоны… кажется, – я проследила за его взглядом и заметила, как один достал несколько червей из волос на лобке и просто с… паха. Ладно хоть не изнутри…

Противный комок подскочил к горлу. Я отвернулась, чтобы не блевануть.

«Какая мерзость…» – пронеслось в голове.

– Одеваем запасные комбинезоны, – тем временем раздалась команда.

Слабыми руками приняв комбинезон из чьих-то рук, – я даже внимания не обратила, погрузившись в переживания и ужас, который сковывал сознание и тело – я натянула его на себя, загерметизировала и направилась к одному из шлюзов – справа и слева от десантного отсека, где мы оставили комбинезоны, находились шлюзовые камеры, откуда можно было выпрыгнуть.

Когда бот стабилизировался напротив крейсера, командир отдал команду на откачку воздуха с бота, – чтобы нас не вынесло под давлением – и только потом на открытие шлюза. Как только все трое впередиидущие перепрыгнули, – для космоса расстояние в десять метров было небольшим – пришла моя очередь. На слабеющих и подкашивающихся ногах я разбежалась и прыгнула, в последний момент зацепившись носком ботинка за стенку и немного изменив направление полёта. К счастью, меня поймали за руку и затащили – ох и испытала же я страха, на мгновение представив, каково оказаться в холодном космосе, наедине сама с собой, без провианта и дополнительного кислорода… верная смерть! Голодная и мучительная. Причем, скорее всего воздух закончится раньше, чем наступит обезвоживание.

Шлюз крейсера тут же закрылся, кислород закачался внутрь, давление выровнялось и…

-Сбросьте все комбинезоны в угол и отойдите к противоположной стене, – раздалось из динамиков.

Послушно скинув комбинезон, я вместе со всеми прижалась к задней стенке. Вряд ли кто-то думал сейчас об этом, но в голове промелькнула одинокая мысль: «Потом они мне припомнят, как я голая к ним прижималась…»

В следующий момент вновь открылись вентиляционные шахты всё заволокло густым туманом, да так, что даже руку было разглядеть невозможно. В следующий момент мои ноги подкосились – я ничком рухнула на пол, так и не ощутив боли от падения.

Проснулась я в медбоксе – знакомый потолок и пиканье капсульного терминала. Сознание было ясным и чистым, потому перед глазами тут же встали картины прошедшего дня. Или дней? Сколько я уже здесь?

– Как себя чувствуешь? – раздался приятный старческий голос нашего штатного медика. То ли не желал проходить процедуру омоложения, то ли денег не было.

– Вроде… вроде бы нормально, – отозвалась я, неторопливо выбираясь из капсулы. – А что это было?

Он отвлекся от каких-то страниц мелкого текста на своём голографическом планшете и сначала секунду непонимающе смотрел на меня, после чего спохватился:

– Ах да… это была биологическая угроза. Она устранена… – на последней фразе он вновь углубился в чтение, не особо обращая на меня внимание. Забрав новенький комбинезон с вешалки – принесли, видимо, для меня – я вышла из медбокса и направилась в кают-компанию. Необходимо было послушать, что говорят ребята по этому поводу, перекусить, да пойти в рубку – отдохнуть. Заодно узнаю у нашего капитана, а также и временного куратора по совместительству, прошла ли я, вернее мы, наш отряд, этот «тест».

В кают-компании никого не было, что странно – обычно ребята отдыхают в ней постоянно. Перекусив, я собралась было в каюту, но нос к носу столкнулась с куратором в дверях нашей небольшой мини-столовой.

– Ты уже очнулась, отлично. Остальные сейчас отсыпаются, – доброжелательно улыбнулся «мужчина в расцвете сил». Внешний возраст под тридцать, прямое открытое лицо, голубые глаза, темно-русые волосы и прямая улыбка. Вот прямо олицетворение мужественности – ему явно идут офицерская форма и нашивки.

– Мы прошли… экзамен? – осторожно задала я самый интересующий меня на данный момент вопрос.

– Да. Причем успешно. Хотя… – он цокнул языком и опустил взгляд – с потерями. Мне жаль – положив руку мне на плечо, он несильно встряхнул его, после чего прошел внутрь.

Странно, но я ничего не ощутила после этого и спокойно дошла до каюты, погрузившись в свои мысли. Близки мы никогда не были, общались лишь короткими фразами и то, если это было необходимо. Вроде бы умер боец и на его месте могла была быть я, что пугало, одновременно сам факт его смерти не вызывал ничего. Быть может я очерствела… а может так и должно быть – я не питаю теплых чувств к малознакомым людям.

Через несколько дней уже весь отряд выбрался из капсул и начал... потрясенно обсуждать и пересказывать друг-другу произошедшие события. Идиоты...

Уединившись в каюте, я предавалась праздному ничегонеделанию, переваривая некий подсознательный ужас, отпечатавшийся в голове. Такого я точно не ожидала.

Прибыв в Центр, на главную имперскую станцию, я получила желанные нашивки разведчика и небольшой «отпуск курсанта», который могла провести с пользой.

Без прощания покинув отряд и военный городок на станции, я арендовала небольшую дешевую комнатку в гостинице среднего класса. На всю эту военную мишуру я насмотрелась ещё в Шейде, потому кто бы знал, как меня воротит и тошнит от нее.

«Закончу работу, получу здесь гражданство и в бездну... просто в бездну всё! Куплю дом и заживу нормально!» – пронеслась мысль.