Креатуры Инферно

Глава 1. Сигнал о помощи

Дисковый звездолёт поисково-спасательной службы осторожно проталкивался через каменный пояс красного гиганта с характерным именем Инферно, маневрируя среди разновеликих фрагментов, порою не только не уступающих по величине самому кораблю, но и гораздо превосходящих его по размеру. В холодном красном свечении звезды скопление этого минерального мусора смотрелось красивым рубиновым браслетом, накинутым на шар колоссального размера. К сожалению, любоваться им хорошо было снаружи, а тем, кто оказывался внутри, было уже не до его красот.

Звездолёт уже получил несколько лёгких ударов, добавивших новые выщербины на его многострадальном корпусе. В свете приближающейся звезды они смотрелись чёрными оспинами на спине исполинского зверя, который некогда ещё мог похвастаться своей гладкой и блестящей железной шкурой.

Обе противометеоритные пушки корабля без устали молотили в автоматическом режиме, разбивая куски космической породы, не пожелавшие добровольно уйти у него с пути. Точные попадания раскалывали огромные куски льда и камня на крупные фрагменты, которые медленно, словно нехотя, разлетались в стороны, образуя крупные бреши, достаточные для протискивая отнюдь не маленького космического корабля. Камень кололся неохотно, а порой и не с первого выстрела. Сначала во все стороны брызгали вкраплённые в него кусочки льда, как кровяные капли поверженного каменного существа, а потом он покрывался трещинами и расползался на части, превращаясь в детали одной гротескной головоломки.

Капитан Краузе на спал уже вторые сутки с тех пор, как их помощь понадобилась небольшой группе геологов, застрявших на одном из спутников гиганта. Красные воспалённые глаза не добавляли ему бравого вида, но старому звёздному волку это было и не к чему. Давно миновали те годы, когда он хотел произвести впечатление только своим внешним видом. Да и были ли они, эти годы? О них сейчас не вспомнил бы и он сам, точнее – не хотел бы вспоминать, но, кое-что было всё-таки отложено на дальней полочке в душе этого сухаря.

А тогда, ещё будучи зелёным лейтенантом и получив в командование свой первый звездолёт, он променял всё на чёрную пустоту и холодный свет звёзд – продал душу космическому дьяволу, приобретя взамен чуть ли не сверхъестественные качества общения с вселенной. Как раз сегодняшняя задача требовала не только собранности и организованности, но и особого космического чутья, которым капитан обделён не был.

Одному богу было известно, как геологоразведывательному кораблю удалось доставить живыми и невредимыми в такое скверное место партию авантюристов, но на этом их удача и закончилась - при попытке взлететь космический разведчик получил увесистый «подарок» от негостеприимной звезды в виде приличных размеров метеорита, и его дальнейший полёт стал попросту невозможен. К счастью, обошлось без жертв, но материальные потери были достаточно серьёзны и грозили обернуться потерями уже среди геологов и экипажа, если в ближайшее время к ним не пребудет помощь.

Однако, судя по той дыре, в которую они забрались, ждать приходилось только волшебника в голубом звездолёте с кислородными баллонами на борту. В качестве такового и появился корабль Краузе, проявив чудеса маневрирования на грани акробатического искусства. Это стоило капитану и двум пилотам пучка седых волос, а остальному экипажу укреплению веры в провидение и выучиванию нескольких молитв, причём одной почему-то поминального характера.

- Малый ход! – негромко скомандовал Краузе, как только до астероида с геологами осталось считанные сотни километров. – Приготовиться лечь на ближнюю орбиту!

- Орбита стабильная, начинаем облёт астероида.

- Наблюдаю повреждённый корабль-разведчик! – доложили с поста оптической разведки.

- Двигатели стоп! Дать обратную тягу!

- Относительная скорость ноль! – откликнулся пилот.

- Стоп машина!

- Есть стоп машина!

Диск звездолёта завис на низкой орбите, приготовившись к проведению спасательной операции. Подсвеченный звездой, он ярко выделялся в черноте космического пространства, закрывая красные искры вращающегося в поясе каменного крошева и затмевая далёкие звёзды. Снизу на него с надеждой смотрели люди в скафандрах, высыпавшие из разбитого корабля.

- Господин капитан, какие будут ваши дальнейшие распоряжения? – вопрос вахтенного офицера прозвучал финальным аккордом в действиях экипажа, делегируя дальнейшие полномочия службе спасения.

- Вызываю начальника разведки! - Краузе медлил, пытаясь разобраться в своих ощущениях и для этого он хотел посовещаться со своим разведывательно-аналитическим центром.

- Слушаю, - ответил в селекторе приятный женский голос.

Краузе вздрогнул и мысленно выругался – он никак не мог привыкнуть к тому, что такой важной работой руководила женщина, которая, к тому же, была очень недурна собой. Мысленно перед ним промелькнули штрихи миловидного лица - голубые глаза, маленький вздёрнутый носик и острый подбородок. Ему даже показалось, что он ощутил лёгкий запах её духов.

- Кхм, - капитан кашлянул и наваждение исчезло. - Доложите обстановку.

- На основе данных визуального наблюдения докладываю: судя по количеству людей на поверхности, экипаж и отряд геологов уцелел полностью; корабль-разведчик имеет значительные повреждения и восстановить его для полёта не удастся. В то же время, наблюдаемая под нами поверхность достаточно ровная и пригодна для посадки корабля. Ультразвуковое зондирование подтверждает её твёрдость и устойчивость. Горизонт в настоящее время чист и появление метеоритов в ближайшим будущем маловероятно.

- Я не хочу рисковать кораблём.

- Не поняла, господин капитан, в чём риск? Впрочем, шаттл запросто…

- Два шаттла. Решено - я посылаю два шаттла. Вам ничего не кажется странным?

- Два шаттла – это странно.

- Мелори, попридержите остроумие при себе, речь идёт о спасении людей.

- Так точно, господин капитан. Нет, господин капитан.

- Нет? А как тебе ровная поверхность для посадки? Мелори, мы с тобой летаем не один год. Когда последний раз мы могли посадить корабль в таких идеальных условиях? Никогда! А сам астероид? Странная порода, не правда ли? Плотная, без ледяных вкраплений, как будто чужая в этом месте. Не нравится мне всё это… Вахтенный, готовьте к старту два шаттла. Экипажи не брать, держать дистанцию не менее полторы тысячи метров. Шаттлу номер два посадку не совершать! Мелори, выведи на общий экран наблюдение за проведением операции. Приступить к исполнению!

Два юрких шаттла стартовали с небольшим интервалом и, набрав установленную капитаном дистанцию, помчались к астероиду. На большом экране спасателя возникло усиленное оптикой изображение процесса начавшейся операции. Вокруг шаттлов отображались основные цифры телеметрических данных, передаваемых с их бортов и расчёты от аппаратуры слежения.

- Шаттл номер один, у вас очень высокая скорость! - Вахтенный офицер вопросительно посмотрел на Краузе, тот утвердительно кивнул головой.

- Говорит борт первый, энергия на двигателях стабильная, изменение скорости не наблюдаю.

- Останови двигатели, кретин! И немедленно приступи к торможению! - не выдержал капитан.

- Есть приступить к торможению!

На экране было видно, что дюзы шаттла погасли и заработал маневровый двигатель, выбросив струю раскалённого газа прямо по курсу. Однако параметрические показатели движения остались прежними.

- Наблюдаю изменение гравитационного поля! Это ловушка, господин капитан! - раздался из динамика взволнованный голос Мелори. - Нужно использовать второй шаттл!

- Шаттл номер два! Кто пилот? Назовите себя!

- Андрэ, господин капитан.

- Отлично! – Краузе понравилось, что второй челнок пилотировал не человек – андроид, который, хотя и выполнял функции пилота по совместительству, но, тем не менее, из-за своих качеств, таких, как хладнокровие и расчётливость, выполнял эти функции первоклассно. – Ты должен применить гравитационный захват. Учти, что маневровые двигатели тебя не удержат, поэтому тебе следует сделать разворот и использовать основные двигатели, но рассчитать этот манёвр так, чтобы хватило длины захвата! С богом!

- Принято!

Манёвр был сложен тем, что сначала требовалось догнать первый шаттл, сблизившись с ним так, чтобы за время разворота тот не покинул зону гравитационного захвата. Этот мощный инструмент, отлично себя зарекомендовавший при буксировке кораблей, имел существенный недостаток – величину дистанции, на которой он мог быть применён. Однако, яма, в которую сваливался первый шаттл, запросто могла прихватить и второй.

Эту дилемму Андрэ решил красиво – дав на двигатели максимальную тягу, он провёл свой челнок по касательной к астероиду, отклонив его в тот момент, как только сработал захват. Сцепившись, два корабля замедлили ход, и теперь осталось только гадать - остановятся они перед поверхностью астероида или попытаются пробить его насквозь… Геологи, поначалу обрадовавшиеся появлению шаттлов, разбежались в разные стороны, ожидая столкновения со спасателями. Но всё обошлось – первый челнок завис, не долетев до поверхности считанные сантиметры, а второй был подцеплен спустившимся звездолётом.

Корабль геологов вытягивать не стали – буксировать эту обузу сквозь каменный пояс было равносильно групповому самоубийству, зато геологи и небольшой экипаж были эвакуированы в полном составе.

- В чём дело, Мелори? Как вы могли пропустить такое мощное гравитационное поле? – удачное окончание операции подействовало расслабляюще на Краузе и он покинул мостик, мечтая прикорнуть хотя бы на полчаса, но, перед этим, хотел прояснить волнующий его вопрос.

- Господин капитан, над астероидом такого мощного поля нет. Это искусственная ловушка. Вам ведь известно, что этры иногда использовали астероиды для своих секретных лабораторий во время Великой войны…

- Оставьте вы эту… мистику. Поведайте мне ещё легенды о Морте. То, что вы мне сейчас говорите – мифология технократического века. Всему есть научное и разумное объяснение.

- Как тогда объяснить, что корабль-разведчик геологов не почувствовал сильной гравитации? Да и самих геологов не прижало к поверхности, превратив в ползающих черепах? Вы помните, что произошло с рудовозом под номером семнадцать федеральной горнорудной компании?

Мелори сумела задеть Краузе за живое. Он хорошо помнил тот проклятый астероид, на которую сделал вынужденную посадку рудовоз с тем самым номером. Как не помнить, если спасательная операция была поручена именно ему, тогда ещё молодому капитану. Кстати, места для посадки спасателя тогда найти не удалось. Группа спустилась, как сейчас, на шаттлах. И неделю провела на астероиде, посменно, разумеется. А занималась только одним - обшаривала его в поисках команды рудовоза. Куда они сумели деться на этом ограниченном пространстве - можно было только диву даваться. Тогда-то и родилась легенда про портал этров, через который команда провалилась в катакомбы Морты - мифической планеты этров. Но принята была официальная версия, согласно которой, команду рудовоза погубило пьянство и случайный метеорит, унёсший тела в открытый космос.

Только никто из опытных космонавтов в это не поверил – посадка рудовоза была выполнена настолько филигранно, что даже мысль о потреблении алкоголя небольшой командой казалась абсурдной, для того, кто в этом хоть что-то понимал, разумеется. Так родилась присказка - «загадка номер семнадцать», которую применяли, если проблема носила запутанный характер, а официальная версия существовала только для того, чтобы закрыть дело.

С другой стороны, каждый кто имел маломальское отношение к полётам, мог рассказать десятки страшных и таинственных историй, на которые был горазд открытый космос. Поэтому Краузе было нелегко поколебать в его мнении, что опорой для работы могут служить только те факты, которые имеют разумное объяснение, а мистика – это попытка зарыть голову в песок, своеобразный способ ухода от реальности.

- Я в курсе загадки номер семнадцать и очень надеюсь, что здесь таковой нет. Вы допросите пилотов разведчика, пообщайтесь с экипажем – от этого побольше пользы будет, чем от ваших фантазий. Всё, жду вашего обстоятельного доклада. И вот ещё, Мелори… Вы мне нравитесь, как человек, но, если проколетесь ещё раз, я буду вынужден искать нового начальника разведки. Надеюсь, вам это понятно.

Удачная спасательная операция подняла моральный дух экипажа. Ещё не успев до конца покинуть гравитационное поле гиганта, все пребывали в состоянии эйфории, особенно чуть не оставшиеся в его объятиях геологи. Но для этого у них была особая причина.

Линд, начальник геологоразведчиков, пожелал лично поблагодарить капитана Краузе за спасение экспедиции.

- Заходите, - разрешил капитан, вздохнув, что выкроить минуты для сна не удастся.

Длинный нескладный геолог никак внешне не походил на начальника - в нём сквозила какая-то рассеянность и нерешительность. Глядя на него, Краузе мог побиться об заклад, что смелость его экспедиции основывалась даже не на авантюризме, а на элементарной безответственности, привычки не считаться ради научного открытия с собственной жизнью и с жизнями остальных. «Кто их поймёт, этих учёных, - подумал он. - Все они не от мира сего».

- Вы позволите? - переступив порог, Линд сразу же направился к капитанскому компьютеру и, не дожидаясь ответа, вставил в него информационный кристалл.

«Вот, пожалуйста», - с неприязнью подумал Краузе, наблюдая за его действиями.

- Вы даже себе представить не можете, - взволнованно произнёс Линд, выхватил из кармана кусок чёрного, как антрацит, минерала и повертел им перед носом капитана. - Вот этот камешек - та точка опоры, с помощью которой мы перевернём мир! Смотрите, - другой рукой он ткнул пальцем в цифро-буквенную смесь символов на экране. - Вы когда-нибудь видели такую молекулярную формулу?

- Нет, - честно ответил Краузе, потому что из молекулярных формул он помнил только формулу воды и этилового спирта.

По-видимому, это понимал и Линд:

- Шут с ней, с формулой, - вздохнул он, но по его лицу было видно, что это далеко не так, - А кристаллическая решётка? Нет, вы посмотрите на её порядок!

- Нормальный порядок… Красивый даже. Разве что-то не так? - не понимал Краузе.

- Эм-м-м-м, - простонал Линд, - Такого в природе не бывает! Понимаете! Не бы-ва-ет! Как будто какой-то математик попробовал себя в качестве демиурга. Она не может быть природного происхождения!

- Постойте, вы хотите сказать, что спутник этого красного красавца, «глаза бы мои его не видели», - подумал про себя Краузе, - Искусственный?

- Не то, чтобы это можно было точно утверждать… Должны быть проведены дополнительные исследования… - замялся Линд, - Но, скорее всего, это так.

- Ну и кому понадобилось создавать целый астероид из непонятного вещества? – Краузе сразу же вспомнились слова Мелори о секретных лабораториях этров и на мгновенье у него проскочило что-то вроде сожаления о своих резких для неё словах.

- Это уже не мой вопрос, - беспечно пожал плечами геолог. - Главное - не это, - и он выжидательно посмотрел на капитана.

- А что? - Краузе не нравилось, что этот учёный зазнайка разговаривает с ним, словно с двоечником-студентом, заставляя задавать глупые вопросы, и он решил немного отыграться. - Может быть то, что ваша находка стоила целого космического корабля? Кстати, весьма недешёвого. Потерянного оборудования, тоже космического, но уже в части цены? А если бы мы вовремя не подоспели, то, может быть, всей вашей геологической партии и, ничего не подозревающего о потрясающем открытии, экипажа, так и не понявшего до конца своей жизни его значимости? Я вот, что вам скажу, - добавил капитан последнюю ложку дёгтя в бочку радости геолога, - Искусственность такого объекта предполагает разумную деятельность, ведь так? - скорее утверждая, чем спрашивая, произнёс он.

- Э-э-э, - не зная куда клонит капитан, а потому замешкался с ответом Линд.

- Так, - ответил сам Краузе и многозначительно поднял палец. - А это значит, что интерес ваш астероид прежде всего представляет с точки зрения исследования чужих рас, не говоря уж об интересах национальной безопасности. И уж в последнюю очередь - с точки зрения добычи полезных ископаемых. Кстати, у нас на борту как раз есть представитель службы безопасности…

- Стойте, стойте! - Линд замах руками, прерывая капитана. - Не надо никакой безопасности! Вы не понима… То есть я хотел сказать, что главная особенность этого минерала совсем не в его формуле и кристаллической решётке! Точнее - именно в этом, но более важным является следствие - его энергетическая запасливость и нестабильность! Дело в том, что в нём заключена колоссальная энергия, которая высвобождается под действием внешних импульсов!

- Что?! То есть вы хотите сказать, что у меня на борту бомба?!

- Нет, нет, что вы! Конечно же нет! Во-первых, процесс высвобождения энергии дозированный, а во-вторых, импульсы для его начала слишком специфичны. Мало того, что они закодированы, но ещё и настолько слабые, что радиус их действия всего несколько сантиметров!

- Вы уверены? Откуда вам это известно?

- Я могу с вами говорить откровенно? - Линд понял, что зашёл слишком далеко, но хотел поторговаться.

- Более того, именно так и придётся вам делать, - Краузе был непреклонен, особенно если это касалось безопасности его корабля.

- Видите ли… Наша корпорация имеет опыт создания нечто подобного. Понимаю ваш вопрос, - опередил Линд капитана, - Вы хотите спросить в чём же тогда проблема? Зачем искать по всей вселенной то, что можно получить у себя дома? Так вот… Проблема в том, что для создания такого минерала требуется энергия на порядок больше, чем в нём заключена! Представляете себе колоссальность затрат? Ну, это также, как если бы вы захотели получить выигрыш в лотерее, а для этого купили бы все лотерейные билеты. А тут, - геолог снова потряс минералом, - Вот он, выигрышный билет – сразу в руках. Бинго! Представляете всю важность нашей находки?

- Хм…

- Капитан, я больше чем уверен, что ваша команда и лично вы можете рассчитывать на значительную премию от корпорации за мастерство и мужество при спасении нашей геологической партии, в виду исключительной полезности сделанных открытий для корпорации и, соответственно, для всего нашего мира. Кроме того…

- Мостик вызывает капитана! - неожиданно из селектора раздался голос вахтенного офицера, прервав геолога на полуслове. - Получена серия неизвестных сигналов. Предположительно это сигналы о помощи.

- Прошу прощения, служба! - Краузе протянул руку в сторону двери, приглашая своего посетителя на выход, надел форменную фуражку и вышел вслед за геологом.

- И все-таки я настоятельно рекомендую вам подумать… - услышал он вслед.

Капитанская каюта держалась особняком и была достаточно близка к рубке корабля по вполне понятным причинам, поэтому Краузе предпочитал решать возникшие проблемы прямо на мостике, принимая информацию непосредственно, а не по удалённой, какой бы она ни была хорошей, связи.

- Докладывайте, - устало бросил капитан вахтенному, ответив на его приветствие. - Что за сигнал и почему вы считаете, что он о помощи? Может быть это заблудившийся радиобуй?

- Сигнал неустойчивый, очень слабый - по-видимому из-за влияния окружающей нас породы, служащей естественным экраном. Теперь самое главное - сигнал нам не понятен, работаем над его дешифровкой. Предположение о том, что это сигнал о помощи, основано на высокой частоте его повторения. Для буёв это не характерно - слишком энергозатратно.

- Вот как? Ответьте на сигнал. Пошлите что-ни будь вроде: получено ваше сообщение, прошу назвать себя и не нужна ли какая помощь.

Краузе сел в капитанское кресло и с тоской посмотрел на обзорные экраны. Из них изливалась все та же, набившая оскомину чернота, только на этот раз разбавленная проплывающими мимо грудами камней, среди которых нет-нет да попадались крупные фрагменты, а иногда и очень большие каменные осколки, подсвеченные красным светом всё ещё близкой звезды. Краузе уже понимал, что, скорее всего, офицер был прав насчёт этих сигналов, но это означало непредвиденную задержку, снова бессонные сутки, а, может быть, не одни, поэтому он и цеплялся за призрачную надежду, которую сам себе и придумал.

- Ну что там? - спросил он повернувшегося к нему вахтенного.

- Господин капитан, после нашего обращения, вид сигналов изменился. Возможно нам был передан ответ. Сейчас снова идёт та же последовательность сигналов, что и была в начале.

- Значит там есть ещё кого спасать, - Краузе подобрался, стряхивая подползающий сон, - Меняйте курс на источник сигналов!

Сверкающий отражённым светом корабль, завибрировал, тормозя и стал медленно разворачиваться, словно не веря, что ему надо возвращаться обратно в смертельное поле каменных осколков, когда он уже был на пути к выходу из него.

Глава 2. Жёсткая стыковка

«Гиблые места кругом», - думал капитан Краузе, время от времени бросая меланхоличный взгляд на обзорные экраны, в которых величественно проплывали причудливой формы куски льда и камня. Словно не желая расставаться со своим прошлым, звезда удерживала их, окружив себя собранным из них каменным поясом, заставляя наблюдать закат своей жизни, окрашенный багровыми тонами.

Уже многие часы спасательный корабль маневрировал внутри этого пояса, пытаясь подобраться к источнику неизвестного сигнала. Проблема была в том, что источник скрывался внутри пояса, а его многократные сигналы были не только слабыми, но и дезинформирующими относительно места своего появления.

- Что происходит? - нетерпеливо спросил Краузе. - Судя по радару, мы уже рядом. Кто-нибудь, дайте картинку азимутом на неизвестный корабль!

Но экраны светились всё той же пустотой, отражая висящие кругом каменные обломки. Внутри пояса естественным образом сложился лабиринт, который, если его разгадать, мог вывести к намеченной цели, а мог и заставить бесконечно блуждать, без всякого шанса на успех.

- Господин капитан! – поднял голову третий помощник – штурман, колдующий над космической картой.

- Что скажешь? – повернулся к нему с мрачным видом Краузе.

- Есть тут одна идейка. – штурман постучал ногтем по панели сенсорного стола.

Все эти дни напряжённого маневрирования в поясе Инферно он был совершенно не у дел и мучился мыслью, что никак не может помочь команде в этот трудный момент. Сейчас от пилотов требовалось острое зрение, хорошая реакция, а от корабля - чёткость работы приборов и автоматики. Весь остальной экипаж находился в состоянии нервного ожидания, вверив им свои жизни. Но именно в данный момент, когда корабль должен был выйти в неопределённую точку, да ещё и вздумавшую играть в прятки, штурман почувствовал, что его час настал.

- Посмотрите, - он выкинул на экран изображение, над которым колдовал в это время. – Я зафиксировал все положения нашего корабля, когда осуществлялся уверенный приём сигналов. Далее, я проложил линии, соответствующие градиенту мощности этих сигналов.

На карте поочерёдно возникли точки траектории корабля и последовательно через них пробежали линии. Часть из них уходило куда-то в пустоту, но некоторые имели точку пересечения в пределах небольшого допуска. Это позволяло очертить круг, в радиусе которого была большая вероятность нахождения источника сигналов.

- Хм… уже что-то! По крайней мере, район поиска значительно сужается.Пилотам – принять установку на выход в точку по обозначенным координатам! Благодарю, господин третий помощник, - настроение Краузе поползло вверх.

Пилоты, как всегда, оказались на высоте – корабль спасателей прорвался через лабиринты каменного пояса, распутав его хитрые завитушки и прорубив в тех местах, где метеоритные стенки оказались слишком тонки. Удача улыбнулась смелым - сначала на экране появился сверкающий рубиновыми искорками ледяной бок астероида, но уже через минуту, в результате манёвра, из-за него показалась тёмная сигарообразная тень космического корабля. Ещё через несколько минут он проявился в красном свете гиганта, и стал отчётливо виден на бортовых экранах спасателя. Вся дежурная смена, находящаяся в рубке, не смогла сдержать вздох удивления.

- Пригласите-ка на мостик начальника наших геологов, - скомандовал Краузе, озадаченно наморщив лоб. - Разбудите, если потребуется, но, чтобы через минуту он был здесь! Вот ещё что… - он на секунду задумался, а потом добавил, - Вызовите офицера по безопасности, срочно!

Первым появился, конечно, безопасник. Он как будто специально дожидался этого вызова. Впрочем, это соответствовало его миссии - совать везде свой нос и быть в курсе всех событий на корабле. Кроме того, он был наделён правом проводить расследования, связанные с утратой федеральной собственности или угрозой национальной безопасности. Последний пункт давал широкие властные полномочия на корабле, но довольно неприятные по своему характеру, поэтому спасатели неохотно его посвящали в свои насущные проблемы.

- Господин капитан? – несмотря на подотчётность капитану, безопасник держался очень независимо и, при случае, всячески подчёркивал это.

Седой ёжик коротко подстриженных волос, холодный взгляд бесцветных глаз и волевой квадратный подбородок придавали его лицу жёсткое выражение, более свойственное для космодесантников, закалённых тяжёлой физической нагрузкой, нежели для офицеров разведки, акцентирующихся на умственной работе. Однако, несмотря на такое впечатление, офицер по безопасности никогда не был в штурмовых отрядах звёздной пехоты, но ему нравился этот имидж, и он старательно поддерживал его.

- А-а-а, Норман, - капитан на миг оторвался от мониторов и потёр пальцами виски, - Подходи ближе. Что ты видишь на экране?

- На экране? А что… - безопасник покрутил головой, пробежав глазами по экранам и замер, уставившись в непривычные для космоса формы. - Что об этом известно?

Краузе успел только пожать плечами, как дверь капитанского мостика отъехала в сторону и в ней показался заспанный и помятый Линд, подталкиваемый из неё плечистым здоровяком.

- Пол, останьтесь, - капитан задержал сопровождающего, собиравшегося уже покинуть мостик. - Вам это пригодится.

- Что пригодится? - Линд поморщился, пытаясь сообразить в чём заключается причина столь срочного вызова.

- Мы хотели бы прояснить у вас вот какой вопрос, - вместо ответа озадачил его Краузе. - Сколько разведчиков было послано в пояс красного гиганта?

- Ну… Наш - один, - неуверенно ответил Линд. - В чём, собственно, дело?

- А сколько не ваших? - капитан кивнул на один из экранов.

- А-а-а… Так это действительно не наш, - вздохнул с облегчением геолог. - Я что-то припоминаю о двух кораблях, снаряжённых нашими соседями…

- Кем, простите? - встрял безопасник.

- Соседями. Вообще-то они конкуренты, но на этой планетке... Это первая планета на орбите Инферно, мы даже дали ей неофициальное имя - «Красная», - пояснил Линд, заметив, что Норман снова хочет его прервать. - Там наша база. База компании «Межзвёздная геологическая корпорация». А рядом база компании «Химическая индустриальная компания». Так, что, получается мы - соседи… по планете. Ха!

- Вы совместно основали свои базы?

- Что? Нет, конечно. У каждой компании - своя база, - Линд поморщился, «Химическая индустриальная» первая там основалась, если уж на то пошло, а потом уже и мы.

- Не тесновато расположились? Похоже, вы сели прямо на плечи своих конкурентов! - не унимался Норман.

- Космос открыт для всех! - вспылил Линд, - В нём не может быть права собственности, кроме как огороженной территории изыскательской, научной или иной базы!

- А что вы так заволновались? Были проблемы?

«Проблемы? - подумал Линд, прикрыв глаза. - Между компаниями развернулась чуть ли не война, после того, как они не поделили разработку чудо-минерала. Даже между базами дело чуть не дошло до физического противостояния. Но то ли это место, чтобы вываливать здесь грязное бельё наших отношений». Он открыл глаза и прямо глядя в глаза капитана, произнёс:

- Нет, что вы, никаких проблем. Так… Всё в рамках конкурентной борьбы… Сами понимаете.

- Ладно, оставим в стороне ваши коммерческие отношения, - Краузе отмахнулся рукой, не желая копать такую непростую тему. - Так что произошло с теми кораблями?

- Я не особенно в курсе. Насколько мне известно, один, из двух, посланных на разведку, вернулся пару дней назад. О втором я ничего не слышал… Так это что, он? - Линд изобразил удивлённое лицо.

- Почему вы мне не сказали об этом раньше?

- Но вы же не спрашивали!

- То есть, вас совершенно не смущает тот факт, что вам лично известно о пропаже такого же, как ваш, разведывательного корабля почти в том же самом месте и вы ждёте, что кто-то задаст вам о нём вопрос? Впрочем, я даже знаю кто этот «кто-то» - прокурор и, возможно, одним вопросом дело не ограничится!

- Почему вы вините меня? - возмутился Линд. - Почему я должен нести ответственность за корабли конкурентов?

- Где проходит граница между жизнью и смертью там не должно быть ни чинов, ни конкурентов. Что вы знает об этих кораблях?

- Да ничего и не знаю толком, - геолог протёр слезящиеся глаза и уставился на экран.

Разведчик, один-в-один такой же, как тот, на котором отправился в экспедицию Линд, медленно дрейфовал среди небольших астероидов, как отколовшаяся от них часть породы, не подавая признаков жизни. Повреждений на нём не наблюдалось и можно было предположить, что он просто потерял управление и болтался, как неприкаянный, в ожидании буксира.

На самом деле, Линд мог кое-что добавить. На экране не было возможности различить его бортовой номер, но он не сомневался, что именно с этим кораблём у них произошла стычка перед посадкой на астероид. Если только не появилась третья сила, да ещё и на похожем корабле, а это вряд ли. Корабль с геологами тогда чуть не протаранил чужого разведчика, отгоняя его от астероида. Конечно, за этот риск отвечал Линд и ему сейчас было неприятно, если эта неприглядная правда всплывёт на поверхность. «А если в своей аварии они ещё и нас обвинят, то можно запросто получить судебную тяжбу! Вот ведь, накаркал про прокурора,» - с неприязнью подумал о капитане Линд.

- Господин капитан! - взволновано доложил вахтенный офицер, - Сигнал с потерпевшего корабля пропал!

- Так! Некогда мне с вами разговоры разговаривать. Идите, досыпайте, если совесть чиста. О своей шкуре вы уже позаботились… - Краузе повернулся к спасателю, сопровождавшему Линда. - Пол, ситуация вкратце тебе понятна?

Пол уже не первый год летал с Краузе, дослужился до звания «старший спасатель» и привык к лаконичности его общения: видишь – действуй. Как правило, это и было основа спасательной операции, но в этом же и заключался риск работы спасателя, потому что информацию о деталях произошедшей аварии или, не дай бог, катастрофы, приходилось добывать уже в процессе, потому как те, кто этой информацией обладал, сами нуждались в неотложной помощи и дать требуемые сведения, зачастую, были не в состоянии.

- Терпящий бедствие корабль, прерывающийся сигнал о помощи… - Пол пожал плечами. - Что здесь непонятного?

- Хм… В том-то и дело, что слишком всё понятно. Разве что сигнал странный. Чувствует моё сердце, что с этим кораблём не всё так просто. Поэтому поручаю тебе разведывательную операцию. Как видишь, время поджимает - сигнал прервался, а это плохой признак.

- Кого мне с собой взять?

- Возьми с собой Лемана, кого-нибудь из стажёров и ремонтника - Андрэ. Он же и поведёт шаттл. На всякий случай оденьте лёгкие скафандры. Возьмёшь бластер, стажёр и Леман пусть возьмут ножи. Нет… Пусть только стажёр. Это тоже - на всякий случай. Поторопись. - он крепко пожал парню руку. - Удачи.

Капитан спасателя не был перестраховщиком. Он был слишком опытен, чтобы просто так, по одному сигналу, как по свистку, рисковать кораблём и всей своей командой. По уставу космофлота, спасательная операция приравнивалась к боевой, и он не уставал говорить, что бой без разведки - это драка с завязанными глазами. Иногда, беспомощные корабли оказывались ловушками, и немало спасателей поплатились своей жизнью, пренебрегая простым правилом, которому учил Краузе.

Не прошло и пяти минут, как юркий шаттл выскочил из большого спасательного корабля и лихо помчался к стыковочному шлюзу неподвижного разведчика. Камеры слежения ухватили полёт челнока и вывели трансляцию на большой экран.

Управлял им один из двух андроидов на борту спасателя, имя которому дали, исходя из его сущности - Андрэ. Андроиды не были совершенны с точки зрения мыслительного процесса, зато в совершенстве знали техническую часть звездолёта и в силу своих специфических особенностей могли пилотировать примитивные корабли - шаттлы. Причём делали это достаточно искусно, что и продемонстрировал Андрэ при спасении геологов с астероида. Кроме того, иногда помощь таких, как он, ребят была неоценима, если условия работы спасателей были опасны для биологических форм жизни.

- Что-то тут не клеится, - произнёс задумчиво Норман, проводив взглядом умчавшийся шаттл. – Для бизнеса подставить конкурентов дело не только обычное, но святое. Тут же прямо корпоративный сговор. С чего бы это?

- По-моему, я знаю причину, - вздохнул Краузе, - Недавно Линд просвещал меня насчёт искусственного минерала, насыщенного энергией по самое небалуйся. Эти две компании, про которые он упомянул, каким-то образом отыскали приличные запасы этого добра здесь, в поясе Инферно. И теперь, как две крысы, дерутся, пищат, но афишировать информацию не хотят, тут у них полное единодушие. Космос ведь открыт для всех, как тут распалялся этот герой, вот и боятся они, что набегут всякие да разные. А делиться ой как не хочется!

- Вы не в курсе про эти компании? Ах да, новости экономики не ваш конёк… Это две скандальные корпорации, между ними постоянно то дружба навек, то война насмерть. Потому что каждая из них зависит от другой. Как общее дело делают - мир и сотрудничество, а как откроют что-то ценное - сразу же в суд бегут. Но позвольте, вы сказали, что минерал искусственного происхождения? - поднял бровь Норман.

- По крайней мере, так считает Линд. А тот астероид, с которого мы его сняли, фактически из этого минерала и состоит. Однако, судя по всему, такой астероид в поясе Инферно далеко не один - вряд ли конкуренты потерпели бы друг друга на одном, хотя и очень большом, куске породы.

- Хм, то есть, если я вас правильно понял, астероиды по сути, являются складами чьей-то продукции? А вы не думали, что у этих складов могут быть хозяева? Или охранники, что для нас одно и то же? Во всяком случае, мы имеем дело с продукцией чужого разума, а это может быть крайне непредсказуемо в смысле безопасности. Хорошо, если это сгинувшие этры, а если нет? Вы, кстати, уже расшифровали так называемый сигнал о помощи? - Норман поздно понял, что проговорился - информация о качестве сигнала пока не была доступна для всей команды.

- Похоже, что это просто хаотичный набор кода. Так бывает, если неисправно связное оборудование. - отмахнулся Краузе, неприятно удивлённый тем, что кто-то из его экипажа сливает информацию безопаснику. - Примерно через полчаса у вас будет возможность убедиться в этом лично.

Он не ожидал, что на искусственный астероид можно посмотреть с точки зрения, предложенной Норманом и это, хотя и подействовало неприятно на его самолюбие, но ещё больше укрепило в мысли о правильности проведения разведки. Соваться в неизвестность, сломя голову, он не любил. Впрочем, это понимали и отправившееся в неизвестность спасатели. «Нормальная практика суровых спасательных операций - сегодня мы смертники, завтра - герои, а послезавтра сгинем в одной из операций, чтобы жили другие, и только скупые строчки архивов космофлота сухо и коротко сохранят о нас память, - Леман усмехнулся таким пафосным мыслям и поёрзал в кресле, стараясь думать о чем-то более приятном, но, как назло, в голову лезла всякая чепуха. - Почему летит Пол - понятно, ответственный и опытный, старший спасатель как-никак. Со мной тоже понятно, - он тяжело вздохнул, - Вон, даже нож старик распорядился не давать… Интересно, а в чём провинился стажёр?» Леман осторожно скосил глаза на сидевшего рядом молодого парнишку.

Все трое спасателей сидели рядком около боковой стенки в носовом отсеке, предназначенном для размещения спасательных команд. Впереди них была только шлюзовая камера. Она была сделана прямо под рубкой управления, чтобы пилот имел возможность выполнить стыковку даже при поломке обзорных камер.

Такое размещение спасателей позволяло сократить до минимума их время высадки и приёма пострадавших экипажей. Для контроля за состоянием шлюза в отсеке со спасателями были смонтированы мониторы, на которые, кроме всего прочего, выводилась информация о стыковке.

- Первый раз? - Пол похлопал стажёра по коленке.

- Да.

- Не да, а так точно! - Пол подмигнул Леману.

- Так точно, господин старший спасатель!

- Вот теперь правильно. Что закончил?

- Первое звёздное училище космофолота, господин старший спасатель!

- Ладно тебе, что заладил – старший спасатель, старший спасатель. Я ведь его тоже, в своё время, кончал. По специальности техник-спасатель.

- А я просто техник.

- Тоже неплохо. Немного поработаешь и вторую часть – «спасатель» мы тебе сами припишем! Послушай, а там ещё преподаёт по радиационной безопасности… ммм… не помню как его имя, но у него такая полированная лысина и нос крючком! А мы звали его «лобан», но не за лысину, а за упёртость.

- Точно, есть такой. У него ещё очки с бинокулярной оптикой! И кликуха та же самая! Наверное, от курса к курсу переходит.

- Ха-ха, с бинокулярной оптикой, говоришь. Нет, при нас он ещё очки не носил… Но суть не в этом. С ним у меня случай забавный связан. Нужно мне было ему зачёт сдать, а прогулов у меня… - Пол потёр ребром ладони себе по шее, - Немного, но было. Вот он и стал меня по всему курсу гонять. Умаялись мы оба! Тут он и говорит, дескать всё, последний вопрос - ответишь и свободен, а не ответишь - сам понимаешь… И спрашивает про единицу излучения - что это за зверь такой, а сам улыбается ехидно, - Пол вопросительно посмотрел на стажёра.

- Э-э-э, - замялся тот, - не помню! Вылетело из головы…

- Не тушуйся, это мало кто знает, а уж о памяти и говорить нечего! А я до учаги поработал немного - так жизнь сложилась. А работал на обслуживании реакторов. Близко меня, конечно не пускали, но дозиметром я работать умел и технику безопасности знал так, что от зубов отскакивало. Так вот, не успел он вопрос задать, как я звонко, как на параде, сразу ему отчеканил про количество йонов в кубике воздуха. Выпалил, значит, я, и смотрим мы друг на друга. Не соврать - полминуты он на меня не мигая смотрел, а потом - раз и зачёт! Я потом в учебник-то заглянул, а там … всё по-другому написано. Вот и думаю - то ли он действительно знал больше, чем преподу положено, то ли моя наглость его так поразила. Спросить его как-то неудобно было, а потом уже и не до того было.

- У нас говорили, что волосы он службе потерял - в реакторном отсеке, при аварии на энергоблоке. Официальная версия происшествия была как раз связана с нарушением техники безопасности обслуживания реактора. А работа на кафедре для него вроде как почётная пенсия.

- Внимание! - громкий голос Андрэ, усиленный динамиками, прервал диалог. - Входим в зону стыковки.

- Ты вот что, парень, - голос Пола стал сразу серьёзным, - Шлем заранее одень - раз о технике безопасности заговорили, то, так положено.

- Есть, господин старший спасатель! А как же вы?

- Вот полетаешь с нами годик-другой, станешь таким же, как мы. А пока строго следуй инструкциям и бодро выполняй приказания старших, понятно?

Пол проследил, как стажёр пристегнул шлем, подёргал ремни, которыми тот был прижат к креслу, хмыкнул и повернулся к Леману:

- Будешь? - спросил он, протягивая припрятанную заранее сигарету.

- Нет, - поморщился Леман, - Ты же знаешь…

- Знаю. А вдруг когда-нибудь расколешься! - хохотнул Пол, покрутил сигарету в пальцах, отчего она окуталась белым ароматным дымком и сделал глубокую затяжку, с наслаждением вытянувшись в кресле.

Курение на борту корабля не приветствовалось, даже более того, во время спасательной операции оно было вообще запрещено. Но для спасателей, которые прошли огонь и воду, это был своего рода ритуал - последний вдох мирской жизни перед адовой работой, дожить до конца которой удавалось не всем. Начальство смотрело на это сквозь пальцы, не чувствуя себя вправе отказать в последнем желании тем, кто уходит побеждать смерть.

- Приготовиться к стыковке! - голос Андрэ был сух и бесстрастен, как диспетчерские монотонные сообщения во всех аэропортах и вокзалах.

Леман проверил пристяжные ремни, взглянул на обзорный монитор и у него похолодело внутри - по его мнению, шаттл подходил к борту разведчика чересчур быстро. Он прижался к спинке кресла в ожидании удара.

- Тормози, балда силиконовая! - не выдержал Пол, но было уже поздно.

Внешние двигатели моментально выбросили струи огня, пытаясь предотвратить столкновение, однако шаттл, словно огромная рыба, попытался заглотить шлюзовую камеру разведчика, тараня носом его корпус. Когда же шлюзовое пространство слепилось в гармошку и въехало в отсек спасателей, сработал эффект, которого так добивался Андрэ: шаттл пополз назад.

- Стой!!! - Дружно завопили Пол и Леман, понимая, что сейчас произойдёт.

Это понял и Андрэ - двигатели включились на прямой ход, но повреждение, причинённое шаттлу сдвинуло один из них и он дал отклонение, незначительное, но его хватило, чтобы морда шаттла повернулась на несколько градусов и произошла разгерметизация отсека.

Холодный космос высосал воздух из отсека со спасателями за считанные секунды и последнее, что помнил Леман, это судорожный рывок пристяжных ремней сидящего рядом с ним стажёра.

Глава 3. Аргус

- Как вы, господин Леман? - услышал сквозь укутавшую голову мутную пелену спасатель и, приоткрыв заиндевевший глаз, уставился на невозмутимого Андрэ, тормошащего его за плечо.

- Н-н-н-р-р-р-м, - ужасный холод сковал его тело и губы отказывались повиноваться.

- По крайней мере, вам повезло больше, чем ему, - Андрэ отпустил его плечо и показал на сидевшего рядом стажёра.

Леман с трудом повернул голову и усилием воли открыл второй глаз. Действительно, вид стажёра внушал ужас, леденя и без того замёрзшую душу: через разбитый пластик шлема было видно белое, ещё не оттаявшее от инея лицо, остекленевшие глаза и раскрытый в беззвучном крике рот, руки намертво вцепились в ремни, пристегивающие его к креслу. Судя по всему, эта смерть была не из лёгких.

«Как же так, - не мог понять Леман, - Ведь я-то жив!» Он потёр руки, коснулся кончика носа, похлопал себя по груди и закашлялся. «Ведь я даже не знал его имени,» - мелькнула у него мысль.

- Разрыв обшивки, приведшей к разгерметизации вашего отсека, ликвидирован. Штатный шлюз отсутствует. Нештатный проверен, работает в нормальном режиме, - обратил на себя внимание Андрэ.

- Молодец… - кивнул Леман. – Что… Как это? Что вообще здесь произошло? – он ткнул пальцем в стажёра.

- Авария, господин спасатель. – равнодушно пожал плечами андроид. – Штатный шлюз смят, десантный отсек и стал теперь шлюзом. На данный момент он полностью функционален.

- А где… Пол? – речь Леману ещё давалась с трудом, челюсти сводило, как после заморозки у стоматолога, а язык норовил попасть между зубов.

- Не знаю, - бесстрастно ответил Андрэ, - Когда я добрался до вас, его уже не было. Разрешите я помогу вам отстегнуть ремни?

Тот факт, что Пол бросил своих товарищей, поразил Лемана даже больше, чем смерть стажёра. Поначалу в нём взыграла злость, отогревая его изнутри пламенем ярости, но постепенно пришло осознание, что наверняка существовали обстоятельства, заставившие Пола поступить именно так. «Должно быть, были весьма существенные обстоятельства, - сказал себе Леман и поднялся, разминая ноги. – Может быть, бегство было его единственной возможностью спастись? Точно! Пока я цеплялся за ремни, Пол просто выскочил из них и быстро проскочил в шлюз, то есть сразу в пристыкованный корабль. Здоровья ему не занимать – вполне мог продержаться всё это время. Непонятно только одно – что послужило причиной смерти стажёра. Чем можно было расколоть прочный пластик шлема и не оставить никаких следов и какую же надо иметь для этого силу? Хм, может быть мне что-то расскажет Пол?» Взглянув ещё раз на стажёра, он хотел отстегнуть нож с пояса мертвеца, но наткнулся лишь на пустые ножны. Для верности Леман отстегнул их и озадаченно покрутил в руках, надеясь, что клинок просто остался незамеченным.

- Андрэ, - прошептал он опять похолодевшими губами, - На корабле есть кто-нибудь посторонний?

- Никак нет, господин спасатель. Никого. А вы нож ищете? Вот же он – под кресло закатился. По-видимому, господин стажёр хотел им ремни резать, но обронил.

- Хм, может быть… - Леман в такую версию не поверил - скорее тот хотел защититься, но от кого?

«Многовато загадок для самого начала, - подумал он, подбирая нож и взвешивая его приятную тяжесть в руке. – Какое-никакое, а всё-таки оружие». На самом деле, нож спасателя был больше, чем оружие. Это только с виду он напоминал офицерский кортик, но, в силу своей функциональности, изготавливался из куда более прочного сплава, способного крошить кирпич и выдерживать вес бетонной плиты, что было немаловажно, если приходилось работать в завалах. В его рукоятке был небольшой набор инструмента, а из лезвия в сочетании с ножнами получались неплохие кусачки.

Пристегнув нож на пояс, Леман, осмотревшись, подобрал валяющийся под ногами шлем и приладил его на голову – опять подвергать себя риску что-то расхотелось. На секунду задумавшись, он извлёк нож и стукнул рукояткой по его прозрачной пластине. Пластик саммортизировал, откидывая нож в сторону, на нём не появилось даже царапины. Леман с сомнением покачал головой и, пожав плечами, вернул нож в ножны.

- Чтож, пора заниматься разгадками, - вздохнул он и повернулся к андроиду:

- Андрэ, как слышишь? Проверка связи. Приём… Ага, порядок, - удовлетворённо сказал Леман, услышав его голос в шлемофоне. - Насколько я понял, выход на разведчик исправен, раз им воспользовался Пол?

- Да, о его проверке я вам уже докладывал.

- Пол, тебя вызывает Леман, ответь! Приём… Старший спасатель, ответьте… - Леман ещё раз воспользовался передатчиком и вопросительно посмотрел на Андрэ.

- Насколько я понимаю, он ушёл без шлема, - Андрэ поднял блеснувший плексигласом предмет, в котором Леман без труда узнал шлем Пола.

- Кхм, - Леман смутился за свою невнимательность, но быстро взял себя в руки, - Тогда делаем так… Поскольку задание никто не отменял, выдвигаемся на потерпевший корабль и производим разведку его состояния и поиск выживших. Особое внимание – нашему старшему спасателю. При его обнаружении доложи мне немедленно! Рацию не потерял? - позволил себе пошутить Леман.

- Нет, - Андрэ коснулся пальцами своего виска, поскольку коротковолновый передатчик вживлялся андроидам в голову, - При мне.

Леман покрутил головой, проверяя плотность прилегания шлема и заодно разминая шею, а потом решительно направился к задраенному люку:

- Тогда, за дело!

Проникнув на борт разведчика, они остановились, настраивая свои осветительные приборы. Ручной фонарик спасателя был под стать его ножу – делался с расчётом на надёжность и долговечность, но обладал существенным недостатком – большим весом, который ему придавали высокоёмкие аккумуляторы. В скачущем свете фонарей видимых разрушений не наблюдалось. Корпус разведчика оказался намного прочнее чем у шаттла.

- Что с химическим составом воздуха?

- В норме.

- Не удивительно… - пробормотал Леман, повеселев от того, что не пришлось встречаться с ещё одним трупом: «Очевидно, что Пол выжил, а сейчас, наверняка, разыскивает забившихся по щелям космонавтов. Интересно, что их могло напугать?»

- Господин спасатель, посмотрите, пожалуйста, - Андрэ отошёл в сторону и рассматривал какие-то буквы на стене.

В свете двух фонариков они смогли прочитать слово «Аргус», нацарапанное очень корявым почерком. Стена из листового металла плохо поддалась неизвестному резчику и надпись была едва видна, но её выдали блестящие канавки, ярко сверкнувшие в искусственном свете.

- Что скажешь? – Леман осторожно потрогал царапины на металле – их яркий блеск свидетельствовал, что надпись была нанесена не так уж и давно.

- Кто-то из членов экипажа хотел сакцентировать наше внимание на данном субъекте. Не зря надпись нанесена перед шлюзом. По-видимому, Аргус весьма важная фигура и знает чрезвычайно важную информацию. Может он даст нам ответы на интересующие нас вопросы?

- Хм, судя по тому, что это мифологическое имя, получить ответы нам не удастся.

- Тогда что это? Предупреждение? Мы меняем план?

- Не нравятся мне эти загадки, - раздражённо изрёк Леман. – Давай уже работать. Повторяю ещё раз, мой план такой - проводим поиск экипажа. Если кого обнаружишь – сообщай немедленно. Где-то этим же занимается Пол. Найти его – задача первостепенная, мне нужна срочная связь с ним, понятно? Для большей эффективности разделимся. Ты - двигай в грузовой отсек, а я - в рубку, заодно попробую разобраться с электропитанием.

До того, как стать спасателем, Леман провёл немало времени в подобных корабликах, поэтому он хорошо знал их планировку, что называется «изнутри». Главное для него сейчас было подключить резервный источник питания, чтобы не блуждать в темноте. Это вам не какой-то грузовик, тут их ого-го сколько! Целых два! Леман усмехнулся, вспомнив, как его подловили на этом каверзном вопросе при сдаче зачёта по основным типам звёздных кораблей. Системы питания-то две, да каждая внутри зарезервирована, да ещё по горячему типу. Не каждый боевой корабль может похвастать такой степенью живучести энергосистемы. Поэтому он не зря избрал своей целью рубку – именно там была возможность произвести переключение источников питания. Что хоть один из них жив, Леман не сомневался ни грамма. Кроме того, там находилась радиостанция корабля, и ему не терпелось разобраться – кто посылал сигнал и почему сейчас связь отсутствует. Была ещё одна причина, по которой он выбрал это направление - на месте Пола, он тоже бы начал с центрального поста корабля, поэтому реальный шанс пересечься с ним был именно там. А к нему у Лемана было несколько неприятных вопросов, которые не должны были попасть под запись андроида.

Пустой корабль производил гнетущее впечатление. Казалось, что за углом или просто в каждой ниши тебя может подстерегать опасность или встретится шокирующая находка. Звук гулких шагов отражался от стенок и действовал раздражающе, скрывая за собой другие звуки, если бы они могли быть. Свет фонарика отбрасывал на стены причудливые тени, скачущие от его малейшего колебания и надо было обладать достаточным самообладанием, чтобы не шарахаться от их пугающих изображений.

Казалось бы, работа спасателя должна была притупить страх, но Леман прекрасно понимал, что именно это и является причиной досрочного завершения карьеры каждого, кто становится чрезмерно смелым. Каждый раз, когда производится спасательная операция, нужно чувствовать обстановку так, как будто у тебя оголены нервы, а каждый твой шаг может стать последним. Однако, это ведёт к такому расстройству нервной системы, что сведёт тебя в могилу даже раньше, чем того смельчака, презирающего осторожность. Вот и приходится балансировать на тонкой грани между этими двумя линиями поведения, а в какую сторону клониться – каждый выбирает сам.

Задумавшись над такой диалектикой жизни, Леман чуть не пропустил мимо себя странную тень, которая не пожелала двигаться в гармонии с остальными подружками. Мало того, что она росла от пола, так и скакнула вполне самостоятельно, не дожидаясь движения спасателя. Чужой непривычный звук донёсся до слуха спасателя, почти вторя его шагам запоздалым эхом.

Леман машинально направил свет на подозрительный объект и чуть не выронил из руки фонарик. Ничего подобного он не видел никогда в жизни, а уж в бытность ксенобиологом, он успел познакомился со всяким! Теперь же на него пялилось всеми своими четырьмя глазами приземистое существо, больше напоминающее раскормленную жабу практически с него ростом. Жаба приоткрыла пасть и высунула огромный красный язык, гипнотизируя на нём взгляд спасателя. Но не он приковал внимание Лемана, а полная зубов пасть, которая выдавала в этом страшилище плотоядного хищника.

«Будь я проклят… - прошептал он, делая шаг назад, – Если ты не тот Аргус, имя которого было написано на стене!»

Не успела мысль о том, что надо спасаться бегством, дойти до сознания спасателя, как он уже мчался во все лопатки, моля бога, чтобы ничего не подвернулось ему под ноги. Свет фонарика метался из стороны в сторону и сейчас уже больше мешал, мельтеша по стенам. Сзади он слышал тяжёлые прыжки чудовища и почему-то был уверен, что намерения у этой твари далёкие от проявления любви и дружбы, хотя и эти варианты вызывали не меньшее омерзение.

На его счастье коридор оказался пуст, а дверь в рубку была полностью открыта. По-видимому, в скоростном передвижении тварь была не сильна и Леман получил достаточно форы, чтобы проскочить в рубку и заблокировать дверь в ручном режиме. Сильный удар сотряс помещение, отбросив спасателя от двери на кресло пилота, приложив об него головой. «Ничего, - подумал Леман, - Там, за дверью пришлось гораздо хуже». Это его позабавило, и он даже подумал, что если открыть дверь, то увидит поверженную самоубийственным ударом тушу. Однако второй, а затем и третий удар не меньшей силы заставил его резко изменить своё мнение и задуматься о серьёзности своего положения. Тварь, кем бы она не являлась, была сильна и отступать не собиралась.

К счастью, дверь была сработана очень прочной, в чём скоро убедились и с той стороны. Удары прекратились, но Леман нисколько не сомневался, что Аргус просто поджидает его снаружи, как терпеливо ждал появления кого-нибудь всё это время, затаившись в тени коридора. Он пошарил рукой вокруг себя, нащупывая потухший фонарик: «В любом случае, надо включать электричество, нечего впотьмах ползать». В это время раздалось шипение в наушниках.

- Алло! - закричал он, обрадовавшись. - Андрэ, это ты? Приём! Кто это? Пол? Алло!

Однако все попытки связаться с Андрэ и Полом потерпели неудачу. В наушниках квакало и крякало, но членораздельной речи Леман так и не услышал. Он постучал перчаткой по шлемофонам, но никакого положительного эффекта это не возымело. «Похоже, что удар головой принёс более существенные повреждения, чем набитая на макушке шишка, и я остался без связи», - мрачно подумал Леман и попробовал включить фонарик. Впрочем, в нём он нисколько не сомневался. Если системы связи лёгких костюмов вызывали нарекания своей прочностью на удар, который запросто выдерживала голова спасателя, то этот световой атрибут мог повредить разве что выстрел из пушки.

Пробежавшись светом фонарика по помещению рубки, Леман довольно хмыкнул – система управления электропитанием полностью соответствовала его ожиданиям. Световой круг высветил знакомую панель с обозначением жёлтой молнии - это был распределительный щит, а немного в стороне и снизу сверкнула таким же обозначением крышечка, за которой должен был скрываться ручной переключатель электропитания. Кроме этого, в свет луча попали ошмётки ткани и какой-то хлам, состав и причина возникновения которого в данный момент не представляли никакого интереса.

Пробравшись через раскиданный повсюду мусор, он откинул предохранительную крышку блока и тихо присвистнул – тумблер переключения был вырван «с мясом», а вместо него свисали оборванные провода. Странным в этой ситуации было то, что сама крышка повреждена не была, а это означало, что произведённые действия были намеренные. «Саботаж?» - Лемана с самого начала не оставляла мысль присутствия на корабле более разумного злоумышленника, чем Аргус. Поверить в то, что эта жаба могла аккуратно открывать и закрывать крышки, нанося между тем точечный технический вред, он напрочь отказывался.

«Ничего, посмотрим кто кого! Переключатель - это для слабаков, - усмехнулся спасатель, - Исправим всё на распределительном щитке». Правда добраться до него оказалось гораздо сложнее, но не из-за его местоположения, а из-за блокировки доступа для неавторизованного персонала. Изучение верхней панели показало, что хоть она и была изготовлена не из метала, но использованный на ней пластик был прочный.

Леман надеялся, что отключение электричества обесточит систему защиты и электронный замок откроется, лишённый источника питания, однако проклятая панель сидела мёртво, не реагируя на его попытки сдвинуть её с места. Перчатки скользили по её гладкой поверхности, но, скорее всего, дело было вовсе не в них. Безрезультатно потеревшись о панель, Леман сначала расстроился, а потом вспомнил, что в аварийном режиме, открыть щитовую панель действительно мог бы любой… кто имел соответствующий ключ. Обыкновенный допотопный механический ключ. К счастью, луч света выхватил именно такой, торчащий из дверного замка на боку панели.

Леман уже устал удивляться событиям текущей миссии и просто открыл дверцу. Места всех предохранителей зияли провалами пустоты. «Хм, кто же такой? Действуешь грубо, но последовательно… - пробормотал он, извлекая из торца фонарика титановые биты. – Ха! Напугал ежа голым задом.» По чистой ли случайности, или так было задумано, но биты отлично подходили для замыкания цепей, взамен сгоревших предохранителей, чем обычно и пользовались находчивые спасатели. Конечно, результат применения такой подмены мог быть плачевен для техники, но те мгновения, которые удавалось выгадать, стоили гораздо больше, чем бездушное железо.

«Так, какие же мне необходимы?» - бубнил себе под нос Леман, двигая пальцем по схеме на внутренней стороне панели. Он рассовал все имеющиеся биты на места предохранителей, пользуясь тем, что перчатки скафандра обладали диэлектрическим эффектом.

Ему даже не пришлось переключать пакетник - свет моргнул пару раз, словно ещё не веря в свою власть над тьмой, а потом вспыхнул не ярко, но уверенно и ровно, осветив изнутри все помещения разведчика. Только теперь Леман смог рассмотреть тот мусор, который мешал ему пробираться по рубке. Это были остатки комбинезонов, обуви, перчаток и таких же, как и на нём, лёгких скафандров. Маска Лемана запотела, когда он понял, что он сейчас увидит. Он плюхнулся в ближайшее кресло, пытаясь успокоиться. Зажглись экраны, высветив черноту космоса. Один из них мигнул и перешёл в технологический режим. На нём побежали результаты тестирования системы, сигнализируя, что пробудились компьюетеры и корабль начал возвращаться к жизни. Неожиданно прозвучавший мягкий женский голос, докладывающей об удовлетворительном состоянии корабля и системы жизнеобеспечения, чуть не стоил Леману инфаркта. «Что за мода одушевлять технику, - бубнил он, срывая шлем, - Вполне устроил бы механический голос, более соответствующий искусственной системе. По крайней мере, спутать бы точно было невозможно.»

Он осторожно встал, присматриваясь к полу и моментально увидел искомое. Корабль разведки был относительно небольшим звездолётом. Мощные двигатели и запасы топлива не позволяли экономить на объёме, кроме того, нужны были камеры для хранения найденных образцов и, кроме того, он всегда нёс исследовательское оборудование. Экономили на количестве экипажа и системах поддержки жизнеобеспечения, однако рубка такого корабля, хотя и предназначалась лишь для двух пилотов и штурмана, была самым просторным помещением корабля. Встав с кресла, Леман с ужасом обнаружил, что сидел практически на костях. Огромная груда белых, абсолютно чистых костей была свалена в дальнем углу помещения, но она была столь велика, что рассыпалась по полу, дотянувшись до кресел. Оставалось только удивляться, как он не налетел на них раньше - столько их было много.

Леман вскочил и сделал два шага назад, не веря своим глазам. А потом пришло осознание, что среди них вполне может быть место и для его обглоданных костей. Слишком натуральное представление своего будущего заставило его задуматься о своей судьбе. «Если выхода отсюда нет изнутри, значит мы пробьём его снаружи», - сообразил он, оглядывая помещение.

В данный момент его интересовала только корабельная радиостанция, потому что она была главным элементом в его плане спасения. Он надеялся вызвать вторую группу, предупредив об агрессивном создании, и просидеть взаперти до её прибытия. Уж противостоять современным бластерам не сможет никакой Аргус! От этих мыслей у Лемана потеплело на душе, и он с энтузиазмом принялся за поиски рации.

Ей не нужно было электропитание корабля, она была полностью автономна. Проблема была её найти и разобраться в настройках. Теперь, при полном свете, первая часть проблемы была решена - она отыскалась около кресла штурмана, а вторая часть оказалась решена сама собой - на её панели была выставлена частота спасательного корабля и, казалось, стоило только включить микрофон, чтобы начать работать.

В том, что это не так, Леман понял, как только попытался выйти на связь с кораблём спасателей. Сигнал от него принимался чётко и ясно, а вот с передачей на него, очевидно, были серьёзные проблемы. На той стороне попросту не понимали принимаемую информацию - переспрашивали, пытались угадать послания, пока, наконец, попросту не заявили о своей беспомощности понять то, что принимали с разведчика.

Леман сел, подперев голову рукой и задумался - прекрасный план спасения обрушился в одно мгновение. Ситуация начинала выглядеть безвыходной. Чтобы снять нервное напряжение он принялся постукивать по пульту подвернувшейся под руку небольшой железкой.

- Может быть попробовать запустить двигатели и двинуться к нашему кораблю? - спросил он сам у себя и тут же отверг этот план - Аргус только и ждёт, чтобы появилось свежее и ничего не подозревающее «мясо». Да, жертв при таком варианте не избежать, - согласился он с собой и посмотрел повнимательнее на подобранную им железку.

- Да это же предохранитель системы электропитания, - удивился он, пошарил по пульту перед собой и нашёл ещё три штуки. - Ого, полный комплект! Выходит, экипаж их выкрутил специально… Но зачем?

Ответом ему был тихий шелест отъехавшей двери. На пороге стоял Аргус и, как показалось Леману, улыбался его незадачливости во весь свой зубастый рот.

Глава 4. Пол

Разгадка появления Аргуса была проста - корабли-разведчики имели внутреннюю структуру, построенную с таким расчётом, чтобы в случае чрезвычайных обстоятельств обеспечить максимальный доступ в любой их закоулок, потому как эти обстоятельства поджидали пионеров космоса чуть ли не на каждом шагу. По этой же причине на них отсутствовали, за небольшим исключением, средства разделения доступа и разграничения прав. Простота и надёжность – вот главные критерии, которые были положены в их архитектурную основу и в жертву им были принесены все остальные технические заделы и решения.

Подача электропитания разблокировала двери и надо было лишь нажать на специальную панельку, чтобы получить доступ в соответствующее помещение корабля. И если для Аргуса вращение маховика для того, чтобы открыть дверь в ручном режиме, было непосильной задачей, то простое нажатие на панельку оказалось вполне «по зубам». Теперь этим зубам предстояло попробовать на прочность скафандр спасателя.

Зато теперь Леману стала понятна разгадка проблемы электропитания. Экипаж, спасая своих товарищей, и тех, кто придёт им на выручку, а может быть и не на выручку, а в уже в мёртвый корабль, постарался сделать так, чтобы управлять дверьми, перекрывающими помещения, можно было только в ручном режиме – единственно безопасном в присутствии на корабле разумного убийцы. По-видимому, сам экипаж слишком поздно осознал, что Аргус обладает интеллектом и вырубил питание, когда он уже ворвался в рубку. В принципе, Леман мог бы догадаться, что тот пресловутый саботажник, которого он сам себе выдумал, и есть сам экипаж, а его действия – попытка предотвратить будущую трагедию тех, кто окажется на борту. Но для этого надо было провести обследование, сопоставить факты или просто логически порассуждать.

«Сколько я себе уже раз говорил – включай голову! Сначала думай, а потом делай!» - простонал Леман, но поправить уже ничего было нельзя. В двери маячила толстая туша, уставившись на него не мигающим взглядом.

Аргус приоткрыл пасть и из неё снова показался дразнящий красный язык. «Это же просто орган осязания, - сообразил спасатель, автоматически включая бывшего ксенобиолога. – Удивительно, но при всех его глазах, он подслеповат!» Правда, легче от такого наблюдения ему не стало – судя по тому, что тварь разобралась в системе управления дверью и сумела её открыть, она прекрасно обходилась тем зрением, которое у неё есть.

Несколько мгновений, пока Аргус оценивал обстановку и соображал под каким соусом у него будет сегодня ужин, Леман успел рассмотреть его при нормальном освещении. «Морда больше змеиная, чем жабья, - отметил он. – А вот тушка… Поменьше будет, чем мне показалось сначала, метра полтора… Может чуть больше. И она больше подходит для лягушки, чем для ящерицы или змеи… раскормленной змеи», - поправил он себя. Ороговевшая тёмно-серая кожа Аргуса производила впечатление бугристой брони, незащищённое столкновение с которой могло привести к неприятным последствиям. Такие же, если не хуже, последствия могли наступить от удара задними лапами - короткими с толстыми, но острыми когтями. Зато пара верхних конечностей была рудиментарна - для чего могли использоваться тонкие скрюченные отростки догадаться было непросто.

Несмотря на некоторые недостатки Аргуса, Леман понимал, что противник не просто серьёзный, а смертельно опасный, против которого шансов у него практически не было.

Леман уже давно стал смотреть на смерть, как на нечто неизбежное. Точнее, с тех пор, как произошёл перелом в его судьбе, подменив ксенобиологию на работу спасателя, а работа в этом качестве так часто проходила по тонкой линии между жизнью и смертью, что приучила воспринимать эти две стороны бытия как единое и неделимое целое, присутствующее в службе спасателя одновременно.

Он усмехнулся, вспомнив на миг своё прошлое, до того, как он стал спасателем: бесконечные перелёты по малоисследованным или только что открытым планетам, связанные с рисками подцепить неизвестную болезнь или погибнуть от непонятной флоры и агрессивной фауны. «Когда-нибудь это должно было случиться - оказывается, я рисковал слишком часто, играя с судьбой в рулетку» - калейдоскоп воспоминаний прожитой жизни замер, образовав символичную картину, пиктограмма которой откровенно намекала на неизбежный финал.

- Что ж, чему быть, того не миновать, - равнодушно подвёл итог он, но, на самом деле, сдаваться просто так совсем не собирался.

За всеми этими мыслями Леман чуть не прозевал начало атаки. Пока он предавался размышлениям, Аргус решил не затягивать предстоящее пиршество и грузно ломанулся вперёд. Спасатель опомнился только когда оскаленная морда мелькнула прямо перед ним, нацеливаясь сразу откусить голову, не размениваясь на остальные части тела. Реакция спасателя оказалась быстрее – с грацией, достойной тореадора, он резко перетёк в сторону так, что ужасные челюсти щёлкнули, чуть не срезав ему ухо. На его долю достался лишь толчок от тяжёлой туши, откинувшей его в сторону одного из кресел и понимание того, что на этот раз пронесло. Лёгкий скафандр выдержал столкновение, но прикрытый им бок отозвался остро вспыхнувшей болью.

«Бежать!» - всколыхнулось в нём единственное желание, заполнившее собой всё его естество и подчинив волю. «Вот же он, свободный выход, - подсказывали ему глаза. - Беги, пока тварь его не перекрыла!» - вторил им разум. Леман уже хотел что есть силы рвануть к заветной двери, но взгляд, мимолётно брошенный на Аргуса, сковал его холодом и заставил замереть на низком старте. Тварь не только очухалась от своего промаха, но успела развернуться и изготовиться к прыжку. Нет, она не целилась прямо на него, а метилась наперерез, намереваясь перехватить его на середине пути.

Ноги сразу стали ватными, заблокированные шестым чувством, моментально рассчитавшим неудачу в предстоящей попытке, и Леман понял, что схватка неизбежна. Это осознание неожиданно подействовало на него ободряюще, вернув рассудок из кустов страха и отменив празднование труса.

Окинув взглядом помещение, Леман понял, что обстановка складывается не в его пользу. Ограниченность пространства сковывала действия, лишая манёвра - главного преимущества перед сильной, но не очень ловкой тварью. Единственной надеждой был нож, позаимствованный ранее у своего несчастного товарища. Против этого противника он смотрелся игрушкой, но это было всё-таки оружие! Рука, крепко обхватившая рифлёную рукоять, почувствовала его приятную тяжесть, а холодный блеск стали клинка притупил боль в боку и вернул способность мыслить ясно и расчётливо.

Аргус двинулся медленно, пытаясь загнать спасателя в угол и задавить грубой силой. Леман решил спутать его планы, сжался, как пружина, а когда тварь оказалась достаточно близко, выпрыгнул ему навстречу. Аргус ошибся, когда воспринял сгруппировавшегося спасателя, как парализованную страхом жертву, и на мгновение застыл, удивлённый таким стремительным выпадом. Это ему дорого стоило - Леман буквально вбил нож в одну из его глазниц, надеясь достать до мозга. Он уже думал, что схватка закончена, как получил сильнейший удар, отбросивший его на пульт и, если бы не обзорные экраны, Леман запросто бы вылетел в космос. Экран даже не треснул, а спасатель так приложился спиной, что несколько раз просто открывал рот, не в силах набрать в лёгкие воздуха.

Зато на Аргуса полученная рана не произвела никакого впечатления. Он пригнул морду и просто выбил лапой мешавший ему нож, разворотив глазницу ещё больше.

Клацнув зубами тварь стала ожесточённо карабкаться на пульт, где отходил от нокдауна спасатель. Её задние лапы скребли пол, соскребая с него когтями железную стружку.

- Что за дела? - удивился такой реакции Леман, все его профессиональные качества биолога протестовали против такой реакции живого существа. - Кто ты такой? - Добавил он, упираясь ботинком в морду плотоядной жабе-переростку.

Аргус с лёгкостью откинул его ногу и щёлкнул зубами. Каблук форменных ботинок срезало, как ножом.

- На, подавись уже! - Леман дёрнул застёжки и скинул изуродованный ботинок в раскрытую зубастую пасть.

Аргус щёлкнул челюстями и попытался проглотить неожиданный подарок. Однако прочный материал ботинка застрял между зубов и никак не желал исчезать в его чёрной глотке. Пока тот пытался неуклюже освободиться от несъедобного предмета, Леман, используя преимущество своей позиции, махнул через голову твари, как через гимнастического коня и полетел навстречу одному из кресел пилотов. Чудом избежав с ним столкновения, он упал, проехавшись носом по полу и чуть не напоролся на валявшийся рядом нож. «Бежать!» - снова всплыла из подсознания притаившаяся там мысль, как только он подхватил этот подарок судьбы. Но, через мгновенье, на пол грузно свалился Аргус, заглатывая порванный в клочья ботинок и уставился на поверженного спасателя оставшимися тремя глазами.

Леман оценил расстояние до оставшейся открытой двери и понял, что не успеет - тварь изготовилась к прыжку. Ещё он понял, что наступающие мгновения будут для кого-то из них последними и осознание этого как будто зарядило его новой силой, придав такую злую энергию, что, казалось, он мог порвать тварь голыми руками.

Аргус что-то подобное прочитал в его взгляде и нерешительно замер, прочувствовав приближение финала. Одним движением руки Леман снял второй ботинок и, зажав в другой руке нож, поднялся навстречу своей судьбе. В голове его словно гудел колокол - это била в висках кровь, кипящая от адреналина. Он, гладиатор космической эпохи, стоял, сжимая в одной руке нож, а в другой ботинок. Его ареной была рубка звездолёта, а противник - жуткое порождение глубин космоса. Гены далёких предков пробудились в нём все разом и требовали крови, колотя в груди сердечным стуком, как боевыми барабанами.

Зарычав, противники ринулись друг на друга. В последний момент перед столкновением Леман ушёл в сторону, кинув в морду чудищу ботинок, а сам, используя длину своих рук, нанёс колющий удар в предполагаемое межрёберное пространство. Противники разлетелись и неподвижно замерли, распластавшись каждый в своём углу.

Леман приподнялся на локте, пот заливал его глаза, но ему даже не надо было ничего видеть, он чувствовал, что победил. Продержавшись так несколько секунд и не заметив ни малейшего движения, он обессилено откинулся и закрыл глаза. Им овладела такая апатия, что его сейчас могла бы съесть даже корабельная крыса, если бы пробегала рядом.

Потребовалось несколько минут, чтобы Леман смог хоть немного прийти в себя и подняться на ноги. Он стоял, облокотившись на спинку кресла и ждал, глубоко дыша, пока остынет вскипевшая кровь и перестанут дрожать ноги. Аргус не подавал признаков жизни. «Невероятно, но я его все-таки убил», - подумал спасатель, глядя на неподвижную тушу. Проверять это почему-то не было никакого желания. Леман подобрал выбитый из его рук нож, пошатываясь вышел из рубки и двинулся в хвост корабля, направляясь к грузовым отсекам.

Стены коридора излучали мягкий успокаивающий свет, включившиеся системы вентиляции и кондиционирования разогнали застоявшийся воздух, неся свежесть и обдувающую прохладу на разгорячённое схваткой лицо.

Движение пошло Леман на пользу, и он, собравшись с мыслями, обеспокоился судьбой Пола и Андрэ. И если последний мог разминуться с напавшей на Лемана тварью, потому что сразу пошёл в противоположную сторону, то с Полом было уже не так радужно. «С Андрэ всё в порядке, при условии, что тварь здесь была одна!» - эта простая мысль так поразила Лемана, что он остановился и застонал от собственной беспомощности - второй такой битвы ему было не выдержать. Закралась предательская мысль вернуться на спасательный корабль и перевалить груз ответственности на капитана и других спасателей. Но… Как-то не принято было в их среде бросать своих товарищей. Кроме того, на стене было обозначено только одно имя и Леман сомневался, что экипаж разведчика занимался классификацией видов напавших на него чудищ и написал название целого семейства.

Около шлюзовой камеры Леман всё же замедлился, задумчиво посмотрел на поворот к «пиву и отдыху», тяжело вздохнул и, покачав головой, уверенным шагом продолжил свой путь. На всякий случай, он двигался в полном молчании, а отсутствие обуви делало его перемещение совершенно тихим, хотя и не очень комфортным. Коридоры такого класса кораблей не были слишком велики и вскоре он вышел в ту часть корабля, которая использовалась в качестве складских помещений.

Грузовые отсеки являлись важной частью корабля-разведчика, потому что ценность разведки заключалась в собранных образцах, которые потом, после прибытия корабля на базу, можно было изучить в более комфортных условиях, нежели в неблагоприятной для жизни и работы среде. Этот корабль не был исключением и Леман с удивлением смотрел на отсеки, забитые черным, как уголь, минералом. Ему даже пришла в голову шутка об используемом здесь инновационном двигателе, способным работать на тепловой энергии, получаемой из сгорания этого антрацита. «Просто космический паровоз», - коротко охарактеризовал он корабль, от этого его настроение значительно улучшилось и розыски своих товарищей перестали выглядеть слишком утомительной процедурой.

Не успел Леман порадоваться такой перемене своему настроению, как увиденное в одном из технологических ангаров снова подействовало на него угнетающе. Куча костей, аналогичная той, что он видел в рубке, белела большой пирамидой прямо посреди помещения подобно натуралистическому воспроизведению апофеоза войны. Судя по обрывкам одежды и прочим мелким атрибутам, расправа над основной частью экипажа произошла именно тут.

Похоже, напуганный экипаж разделился – одни заняли рубку, чтобы иметь возможность вызвать помощь, а другие собрались в ангаре, сбитые вместе страхом и беспомощностью против дьявольского порождения неизвестной природы. Коллективного отпора ворвавшейся твари не получилось, Леману стало плохо от мысли какое количество жизней оборвалось в этой металлической коробке, превратившейся в бойню.

Он выскочил оттуда и некоторое время стоял, тяжело дыша, ожидая пока успокоится сильно стучавшее сердце. «Где они, кстати, подцепили это чудовище?» - неожиданная мысль заставила забыть о собственном волнении и на мгновение задуматься. «Вряд ли они летели с ним с одной из планет системы Инферно. Даже если тварь сидела в одном из ангаров. Какой смысл был тащить её в этот проклятый пояс, подвергая смертельному риску и корабль, и экипаж? Но тогда, значит, что как минимум один из астероидов обитаем? На нём сложилась замкнутая экосистема, в которой существуют как хищники, подобные Аргусу, так и их жертвы – одним словом, вся пищевая цепочка. Бред какой-то!» - в такое Леман, как бывший ксенобиолог, поверить не мог.

В его памяти тут же всплыли леденящие душу легенды о секретных лабораториях этров, разбросанных как раз на астероидах и бесследно пропавших экипажах звездолётов, рискнувших сделать на них вынужденную посадку. Чего стоят только одни корабли-призраки, разбросанные по вселенной! «Что-то меня не туда занесло,» - поморщился Леман и просто выкинул проблему из головы, чтобы не ломать её понапрасну.

Он уже успел обойти безрезультатно пару отсеков, как из следующего до его слуха донёсся невнятный шум. Ступая осторожно, почти на носочках, он вошёл внутрь и замер. В этом помещении, в отличие от предыдущих, не было навалено «угля». Можно было даже сказать, что оно было пустым, если бы не одно но… В нём были Пол и Андрэ.

Причём Андрэ был явно в качестве образца, подобно той чёрной породе, набитой в соседние отсеки. Он лежал навзничь, раскинув руки, одежда была на нем разорвана, а грудная клетка вскрыта и из неё свисали какие-то трубочки и проводочки.

Зато Пол был в полном здравии, по крайней мере, таким он выглядел со спины. Стоя на коленях над Андрэ он что-то выискивал у него внутри.

- Пол… - прошептал потрясённый Леман, чувствуя, как пересохло его горло.

Несмотря на шёпот, Пол вздрогнул и резко повернул голову в его сторону.

- А-а-а, это ты… - удивлённо произнёс он и быстро встал на ноги, вытирая об себя руки, испачканные в желеобразной субстанции. - Что ты… Что ты здесь делаешь?

- А ты… Ремонтируешь что ли? - Леман сам не верил в то, что говорил. Но поверить в то, что видел - у него не хватало сил.

- Да, точно! Ремонтирую, - сразу же согласился Пол и, улыбаясь, сделал шаг ему навстречу. - Видишь – наш андроид сломался.

- Стой! - закричал Леман, отступая на шаг назад. Он уже жалел, что не свернул там, около шлюза.

- Что с тобой? - Пол остановился и развёл руки в стороны. - Видишь, я стою.

Улыбка не сходила с его лица. Может быть, именно она, или добродушная послушность Пола, ввела Лемана в заблуждение. Он потерял бдительность всего на миг и в этот миг Пол бросился на него.

Пол сам был здоровый от природы, а тут вообще проявил фантастическую силу. Со стремительностью лесной кошки он вынес своё тело так быстро и так далеко, что его прыжку позавидовал бы дикий зверь! Леман попытался отскочить в сторону, но был сбит с ног, а когда вскочил и выхватил нож, его рука оказалась зажата, как в капкане, мощной кистью Пола.

Пол держал его руку спокойно, не напрягаясь, но Леману казалось, что ещё чуть-чуть и его запястье раскрошится, сокрушаемое стальным захватом.

- Так это ты убил моё создание? - совершенно спокойно произнёс Пол.

- О чём ты!? Какое со… - морщась от боли, Леман не сразу понял о чем речь, но сразу же осёкся, как только взглянул в глаза Пола.

Таких глаз не было ни у кого в природе! Удивительными их делали большие черные зрачки, напрочь лишённые радужной оболочки, но, самое странное было в том, что они были необычной многогранной формы и, при этом, словно дышали - сжимались или увеличивались в размере, как будто пытались сфокусироваться на объекте перед ними.

- Кто ты такой? Где Пол? - оторопел от увиденного Леман.

- А ты сам-то знаешь кто ты такой? - с интересом посмотрел на него «Пол». – Нет никакого Пола. Я видел только два трупа, когда вошёл в вашу стыковочную камеру. Два побелевших от инея и замёрзших трупа! Только один из вас, тот, у которого на голове был шлем, ещё сопротивлялся смерти.

- Ты его убил!

- Просто ускорил её приход… Пришлось забрать вот это тело. Но как выжил ты? И убил Аргуса? Правда смешное имя ему дали аборигены? Постой, постой… Неужели… - «Пол» отодвинулся, всматриваясь в Лемана и рассмеялся. - Ну надо же! Охотник! Кто бы мог подумать! - «Пол» с силой оттолкнул спасателя и добавил, - Значит не всё так безнадёжно у вашего рода.

- Верни Пола! - Леман ничего не понял из этой путанной речи, кроме того, что кто-то занял тело его товарища.

- Пожалуйста!

Тело Пола, как тряпичная кукла, брошенная капризной детской рукой, навалилось на Лемана и ему стоило немалых усилий устоять на ногах. С опозданием он вспомнил про нож, а когда посмотрел на свою руку, увидел только рукоятку, упирающуюся в тело бывшего спасателя прямо напротив его сердца. Клинок на всю длину скрылся в теле, пройдя его насквозь и блеснув кончиком из пробитого на спине скафандра. С ужасом он отскочил назад и бездыханное тело Пола сползло на пол отсека.

- Где ты, тварь! - завопил в отчаянии Леман, - Я убью тебя!

- Ты уверен в своих силах? – услышал он сбоку голос и резко повернулся.

Перед ним стоял Андрэ и вид его был страшен. Вместо живота и груди у него была яма с развороченными внутренностями, руки свисали, как плети, и только не мигающие глаза смотрели так яростно, как будто хотели прожечь спасателя насквозь. Потрясённый Леман даже сделал шаг назад, растерявшись от неожиданности и его боевой пыл сразу угас. Одно дело сражаться с очевидным врагом, а другое – с бывшим товарищем, пусть и неодушевлённым.

Андрэ сделал шаг, покачнулся и раскрыл рот. Видно, что слова он произносил с большим трудом:

- Это мой мир, Охотник и вам в нём нечего делать. Вы пришли сюда, чтобы утащить всё, что можно для своей жизни, а найдёте здесь свою смерть. Забирай свой корабль и уходи, у тебя появилось много дел… В вашем мире. - c этими словами глаза Андрэ закатились, и он повалился на пол.

«Что же это такое? – мысли Лемана никак не могли прийти в порядок. – Я так и не увидел истинного лица этого… этого… А, собственно, кого?»

Он попятился, не чувствуя под пятками пола и пришёл в себя только, когда выполз из ангара. Леман плюнул с досады и поплёлся в сторону шаттла, совершенно не желая возвращаться в рубку разведчика, содрогаясь только от одной мысли о том, что там он увидит труп Аргуса. Кое-какими навыками управления простой техникой обладал каждый спасатель, а для того, чтобы подлететь к своему кораблю, ничего другого и не требовалось.

Всего через час с небольшим Лемана уже катили в медицинский отсек, а прибывшая новая команда обшаривала закоулки корабля-разведчика и перетаскивала на вскрытие останки Аргуса и своих товарищей.

Глава 5. Главная версия

- Стой, стой, куда прёшь! - старпом отскочил в сторону от телеги, груженой серым массивным телом, и порадовал окружающих богатой ненормативной лексикой флотского жаргона.

- Виноват, господин старший помощник! - молодой спасатель вытер со лба пот и недовольно покосился на посмеивающихся товарищей.

- Что это такое? - старпом провёл рукой по бугристой шкуре и с интересом потрогал один из множества зубов, выступающих из полураскрытой пасти транспортируемого существа.

- Похоже на зверя, господин старший помощник!

- Сам вижу, что не птица, - проворчал старпом. - Проваливай, чего лыбишься! - добавил он, услышав за спиной смешки. - Чтобы потом вычистил телегу до блеска! Лично проверю, - для большей убедительности он погрозил кулаком и бросил взгляд за спину - несколько спасателей излишне суетливо и не поднимая головы драили коридор и стены, - То-то же, - удовлетворенно кивнул старпом и с достоинством проследовал по своим делам.

- Ух ты! Ну и мерзость! – побросавшие щётки спасатели сразу же обступили товарища, как только спина старпома исчезла за поворотом. - Сколько там таких?

- Один.

- Что? Как один? Ты хочешь сказать, что эта тварь в одиночку сожрала весь экипаж разведчика?

- Там еще были Леман и Пол.

- Плохая шутка! Я видел кучи обглоданных костей… Куда здесь все поместилось?

- Ха, что ты знаешь об этом звере! Может быть у него метаболизм ого-го какой!

- Так это что, нам еще и разведчик от его дерьма оттирать придется?

- Не боись, - один из спасателей хлопнул своего товарища по плечу, - Все, что на разведчике - собственность владельца. Но если ты претендуешь…

- Нет-нет, упаси господи! - под смех товарищей замахал тот руками. – А как же этот зверь, он тоже был на разведчике, но мы же его вывезли?

- А это - орудие преступления, вещдок, иными словами.

- Любителям чистоты, привет! - в коридор выпорхнула легким шагом девушка в белом комбинезоне. - Ну, где ты застрял? - накинулась она на парня с тележкой.

- Привет, Лия, - кисло поприветствовал ее тот в ответ. - Когда ты будешь также переживать за меня, как за какое-то чудище?

- Никогда, - отрезала девушка. Поторопись! Если ты не доставишь тело в медицинский блок через минуту, Марич проведет вскрытие кого-нибудь из персонала. Он весь в нерве - бегает, размахивая скальпелем, если кого-то не пырнёт, так сам порежется.

- Лия, что ты так переживаешь за старикана. К чему тебе этот старпёр? Посмотри лучше на меня…

- Не слушай его, Лия! Мы не хуже! – вокруг девушки образовалась давка из четырёх спасателей, каждый из которых норовил протянуть ей руку, держась другой за сердце.

Девушка со смехом отскочила, оставив тележку между собой и настырными парнями. Навалившись друг на друга, те придвинулись слишком близко к металлической платформе и один из них, не удержавшись, упёрся руками в её край, задев за выпирающие зубы зверя.

- Ай, - громко вскрикнул он и остальные сразу же ослабили свой напор. – Будь проклят этот монстр! – парень поднял вверх кровоточащую ладонь.

- Вот дураки! – ужаснулась Лия. – Давай сюда свою руку! - она выхватила из кармана комбинезона перевязочный пакет, зубами сорвала упаковку и молниеносно приладила антисептическую повязку на пораненную кисть. – Быстро на обработку! Не хватало ещё заразы от этого мертвяка подцепить! А вы чего встали? – накинулась она на растерявшихся спасателей. – Схватили телегу и бегом за ним, старпома я беру на себя.

- Лия, ну где же вы бегаете? – главврач уже хотел сделать девушке выговор, как следом за ней, сначала вбежал молодой парень с бледным лицом, сжимающий кисть с наложенной повязкой, а потом, грохоча и подпрыгивая на стыках вкатилась тележка с большой серой тушей в сопровождении ещё троих спасателей, запыхавшихся от быстрого бега.

Ему хватило одного взгляда на перевязанную руку и на сваленную, как куль на телегу, тварь с приоткрытой пастью, сверкающую нешуточными клыками, чтобы всё понять и взять ситуацию в свои руки:

- Придурку – антибиотик! – выкрикнул он выглянувшим на шум врачам. – А клыкастого гада – в прозекторскую! Да смотрите не перепутайте! А вы что встали? – накинулся он на оторопевших спасателей. – Помогайте, живее, живее!

- А правда, что зверь был ножом убит? – осмелился задать вопрос один из них, выглядевший постарше остальных из-за окаймляющей лицо короткой бороды.

- А это мы и должны будем выяснить, - Марич внимательно посмотрел на наглеца. – Что его конкретно убило. А вот каким было оружие… А ну-ка, поверните голову зверя к свету… Видите, как разворочен один глаз? То, что ножом его били - факт… Но, не более того! А что это мы встали? - опомнился главврач. - Я что сказал - тележку в прозекторскую и марш отсюда!

Не прошло и минуты, как трое спасателей понуро шагали по коридору к брошенным щеткам и прерванной работе.

- Видели, какой силы был удар? Наверняка это сделал Пол. У Лемана не хватило бы сил. Да он и не из природы… ножевых бойцов.

- Точно, мягкий по характеру.

- Говорят, что Пол тоже был убит ножом… Мне по секрету один из наших рассказывал. Он как раз был среди тех, кто труп выносил. Сфотографировали, нож извлекли и только потом понесли. Это факт.

- Так что, получается это Леман его? Ведь больше некому, я правильно понимаю? Но, насколько мне известно, у него не было ножа.

- У него не было, а у стажера был! Вот он у него и забрал, благо тот уже никак возразить не мог.

- Мда-а-а… Если это так, то Пола я ему не прощу.

- А кто простит то? Пол был спасатель с большой буквы! Весь экипаж у него в друзьях был. Эх, жалко его до боли. Уж лучше бы Леман не возвратился - так себе спасатель, а теперь ему и подавно на корабле делать нечего!

- Кому это здесь делать нечего? - свернув, спасатели нос к носу столкнулись со старпомом, услышавшим конец произнесенной фразы. - Для вас у меня всегда дело найдется! За то, что оставили место уборки - еще два наряда вне очереди! Как вам такое, а? Не слышу!

- Есть еще два наряда, - нестройно ответили спасатели и полезли подбирать брошенные инструменты.

***

- Разрешите? – в проёме отъехавшей в сторону двери капитанской каюты показалась начальник разведки. – Господин капитан, по ваше вызову…

- Оставьте условности, проходите, - поморщился Краузе, махнув рукой на кресло рядом с офицером по безопасности.

- Приветствую, - кивнул головой Норман, как только Мелори приблизилась, чтобы занять своё место.

Капитан звездолёта-спасателя откинулся в своём кресле и задумчиво посмотрел на гостей, остановив взгляд на безопаснике:

- Ну-с, что вы скажите по этому поводу?

- По какому именно? - спокойно выдержал взгляд капитана Норман.

- У вас много поводов? У меня погибли два спасателя, если вы этого не заметили, а третий пребывает в медицинском боксе. Кроме того, выведен из строя андроид… И это только мои потери! - Краузе начал заметно нервничать - он всегда тяжело переживал гибель кого-то из своей команды. - Я уже молчу про целый корабль-разведчик. Хотя он и целый, но, как вы изволите видеть - пуст! И труп найденной там мерзкой твари вряд ли заменит весь его экипаж! Как вы мне это всё объясните?

- Мы прекрасно понимаем ваше состояние, - как можно мягче произнесла Мелори, пытаясь успокоить разошедшегося капитана. - Пока ещё рано делать выводы…

- У вас уже должны быть предположения, предварительные версии, наконец! У меня погибли спасатели, вы это понимаете? Я от вас не отстану, мне нужна информация.

- Хорошо-хорошо, - примиряюще произнёс Норман. - Но, только гипотетически… - он вопросительно посмотрел на Мелори и, дождавшись её одобрительного кивка, продолжил, - Положим, с экипажем разведчика все понятно. Сейчас разбирают завалы из костей, но, по-видимому, там они все… Не ясно только, почему им не удалось подстрелить эту тварь, оружие ведь у них было и очевидно, что они пытались им воспользоваться.

- Хм… Надо, конечно, разбираться, как они им пытались воспользоваться, но, может быть мы чего-то не знаем и об этом существе? Кстати, сейчас проводится его вскрытие и, может быть, что-то прояснится. К счастью, насколько мне известно, оно не бессмертно, а вполне погибает от примитивного ножа. Но меня в данный момент больше волнует мой экипаж.

- С этим посложнее… - Норман поморщился, словно зажевал дольку лимона. - Нож в теле Пола принадлежал стажёру, но, скорее всего, его позаимствовал Леман, потому что у Пола был бластер… То, что я сейчас скажу, вам не понравится, - безопасник вопросительно посмотрел на капитана.

- Валяйте, - махнул рукой тот.

- Моя версия событий такова: при стыковке произошла мелкая авария, в которой пострадал Пол - его шлем мы обнаружили в шлюзовой камере, а значит, он был во время аварии без него. В шлеме были стажёр и Леман. Напомню, что шлем Лемана мы нашли в рубке разведчика, а стажёр так и остался в шлеме. Леман убил стажёра, используя нож, который у него отобрал - он разбил пластик шлема рукояткой и, тем самым, обрёк того на смерть. Пола он посчитал уже мёртвым и проследовал на борт разведчика. Там он столкнулся с неизвестной тварью и как-то умудрился её убить. В это время, Андрэ починил шлюз и привёл в чувство чудом выжившего Пола. Возможно, в этом заслуга не только его богатырского здоровья, но и бессознательного состояния, в котором уменьшаются обменные процессы в организме… А дальше всё просто - вместе они пошли на поиски Лемана, которого и встретили в одном из грузовых ангаров. В произошедшей стычке Леман убивает Пола и приводит в негодность андроида, вырвав у него кристалл с записью всего, что тот видел.

- Н-да… Просто, говорите? Но как Леман смог одолеть Пола? Мало того, что он уступал ему по комплекции, так у того, к тому же, был бластер. Что скажете, Мелори? – повернулся Краузе к начальнику разведки.

- С бластерами вообще ситуация не понятная – экипаж не смог поджарить кромсающую его тварь, а Пол не смог защититься от Лемана…

- Оружие исправно? – быстро спросил Норман.

- Исправно, проверяли… Но я не это хотела сказать. У вас, - она выразительно посмотрела на безопасника, - Очень много неувязок. Например, вы думаете, что так просто разбить шлем рукояткой ножа, пусть даже это нож спасателя? Не пробовали? Постарайтесь и будете гордиться надёжностью нашей экипировки. Далее, допустим – только допустим, что Леман завалил того страшного зверя, с которым не смог справиться весь экипаж разведчика. Слегка размявшись на этом монстре, он пошёл и победил спасателя, который раза в полтора здоровее его. Вы сами верите в такое? А самое главное, непонятен его мотив…

- Понимаю ваши сомнения… Но Леман не так прост, как кажется. Вам ведь известно, что он единственный, кто выжил там, на Грее?

- Насколько я помню, это ему не далось даром.

- Совершенно верно. У него уже тогда наблюдалась психологическая неустойчивость, которая довела его до суда. Если бы не его заболевание, то сейчас бы он мотал весьма приличный срок. Отсюда и немотивированное поведение, связанное нарушением психики.

Краузе нервно побарабанил пальцами по подлокотнику. Ситуация, описанная Норманом, действительно ему не понравилась. Получалось, что у него в команде был потенциальный убийца, а он не принял никаких мер, чтобы оградить от него экипаж. Но что он мог предпринять? События, случившиеся на Грее, канули в лету, квалификационной комиссией Леман был признан годным к полётам, да и на корабле он постоянно находился под чьим-нибудь наблюдением. К тому же ситуация на Грее была довольно мутной, ещё не известно, кого там надо было отдавать под суд.

- Что вы хотите? - сухо спросил он.

- Надо срочно допросить Лемана, для этого мне нужна ваша санкция.

Краузе щёлкнул тумблером селекторной связи:

- Господин Марич? Нет? Это ты, Лия? Понятно… Где этот старый хрыч, он мне срочно нужен! На вскрытии? Неужели Леман скончался? Нет? Кто такой Аргус… А-а-а, ясно. Та-а-а-к, как только Марич освободится - срочно пусть свяжется со мной. Выполняйте.

- Сами всё слышали, - пожал плечами Краузе, - Через голову главного врача я действовать не буду… Пока расскажите мне, что вы знаете о Грее?

- Да в общем-то ничего особенного, - замялся Норман. - Довольно удачная планета с точки зрения климата и поддержания жизни, но совершенно непригодная для таковой в силу особенностей местной флоры.

- Ядовитая?

- Нет, не в этом дело. Просто… мы с ней не ужились.

- Что вы хотите сказать, мы не смогли победить растения?

- Да, именно так. На сегодняшний момент планета закрыта для любого рода деятельности.

- Хм, но ведь Леман там выжил?

- В этом-то и вопрос… Там поначалу как будто не было никаких проблем. Мы создали исследовательскую базу и заодно расчищали места для будущих поселений. А потом… Потом началось какое-то сумасшествие. Местная природа сначала начала ломать технику. Вы представляете муравьёв, которые за ночь могли обглодать гусеничные траки?

-Нет, признаться… Техникой, насколько я понимаю, не ограничилось?

- Конечно, потом настала очередь персонала базы. Природа, эта колыбель жизни, научилась её же и убивать, правда чуждую ей, но всё-таки жизнь. Обычные растения вдруг стали ядовитыми, дурманящие запахи цветов стали обладать нервнопаралитическим эффектом. Растения даже научились стрелять!

- Стрелять? Чем же?

- Шипами, семенами… Нам была объявлена настоящая война!

- А что случилось с Леманом?

- Леман, похоже, просто спятил. Он спалил склад горюче-смазочных материалов. База осталась без топлива для вездеходов и летательных аппаратов. К счастью, и по чистой случайности, обошлось без жертв, но базу решено было эвакуировать. Когда прилетели транспорты, на борт смогли взять только одного… Догадайтесь кого?

- Значит, Леман повинен в смерти персонала?

- Всё оказалось не так просто. Леман тут совершенно не причём, даже наоборот. Сотрудники, лишённые средств передвижения и запертые на базе, имели больше шансов продержаться до подлёта помощи, нежели, если бы они разлетелись, как обычно, на свои работы по всей планете. До последнего момента с ними поддерживалась связь и все детали трагедии транслировались буквально в прямом эфире…

- А Леман выжил? Как же ему это удалось?

- Вот тут-то и самое интересное - Лемана в это время там не было! Его подобрали среди джунглей.

- Невероятно! Но как … - зуммер внутренней связи оборвал Краузе на полуслове.

С неудовольствием посмотрев на пульт, он вздохнул и щёлкнул тумблером:

- Докладывайте!

- Господин капитан, Марич на связи, - послышался голос главного врача спасательного корабля. - Вы просили связаться с вами.

- Точно. Какие результаты вскрытия ммм… Аргуса? Так вроде его назвали?

- Так его назвал Леман, он говорит, что это имя ему дал погибший экипаж разведчика.

- Не принципиально. Так что вы скажите?

- Лучше я вам все скажу лично. Через пару минут буду.

Главный врач на спасателе был фигурой ещё более независимой, чем офицер безопасности, но, в противовес тому, пользовался куда более значительным уважением и авторитетом, поэтому слова дисциплина и субординация шли мимо него, а если и имели эффект, то только в присутствии самого высокого начальства. Это не удивительно, если учесть, что многие на корабле были обязаны ему если не жизнью, то здоровьем, и свой авторитет он завоевал не должностью, а высокими профессиональными качествами.

Краузе развёл руками, показывая, своё отношение к главврачу, ещё раз постучал костяшками пальцев по подлокотнику и подумал, что напрасно не ознакомился подробнее с досье Лемана. Впрочем, наверняка информация там была скупа и не вызвала бы интереса при всех прочих обстоятельствах. Спасатели - своего рода авантюристы, рискующие жизнью, а таковыми становятся не все, у кого кристально чистая биография.

- Так как же Леман оказался в джунглях? - вспомнил он не заданный вопрос Норману.

В это время дверь капитанской каются отъехала сторону и на пороге появился невысокого роста толстяк в белоснежном комбинезоне. Крупные черты лица гармонировали с такой фигурой, а из-под кустистых бровей смотрели умные внимательные глаза, придавая ему вид доброго и внимательного дядюшки. Большая лысина, окаймлённая редким пушком поседевших волос, являлась блестящим, во всех смыслах, дополнением этого добродушного образа.

- Я сразу же по существу, - завил он, как только перешагнул порог капитанской каюты.

Краузе молча кивнул, понимая, что Марич взволнован не из-за пустяков, и указал рукой на кресло, рядом с Норманом.

- Чтож, так даже лучше, - Марич покосился на офицера безопасности, плюхнулся в кресло и повертелся, устраиваясь поудобнее. - Вот что я вам скажу, - он обвёл взглядом своих собеседников и добавил голосом, сорвавшимся на крик, - Я ничего не понимаю!

- Спокойно. - Краузе было не привыкать к нервным срывам в экипаже, и он мог запросто их гасить не хуже профессионального психолога. - Начните с самого начала. Что вам не понятно? – спокойный уверенный тон, дополненный строгим взглядом, возвращали рассудок не одному сорвавшемуся подчинённому.

- Он не может быть живым, - выдохнул сразу успокоившийся Марич, увидел удивлённые глаза капитана и поправился, - Зверь, что мне приволокли ваши ребята. Он не может быть живым. Скажу даже больше - не должен! Как биологическое существо, он не должен жить никак!

- То есть вы хотите сказать, что эта тварь не могла уничтожить экипаж разведчика, потому что была мертва?

- Я сказал не так! Она не может быть живой!

- Разве это не одно и то же? - удивился Краузе.

- Нет, конечно. Послушайте, как может быть живым существо, если у него напрочь отсутствуют внутренние органы? Кроме разве что желудка, который вовсе таковым и не является.

- Чушь какая-то, - удивился Норман, - Как же он может жить?

- Вам же сказали - никак, - поддела его Мелори.

- Не смешно, - буркнул Марич, - Этот зверь - сплошная гора мышц, приводимая в движение вот этим, - он выложил из кармана комбинезона небольшой чёрный камешек.

- Ну-ка, ну-ка, - Краузе склонился над камушком. - Сдаётся мне, что где-то я его уже видел… Не уверен, но, по-моему, это тот универсальный источник энергии, о котором говорил мне Линд.

- Вот этот кусочек угля? – удивилась Мелори.

- Это не уголь. Линд утверждает, что в нём заключены колоссальные запасы энергии, которую можно высвобождать слабыми импульсами.

- Источник энергии, говорите… Со слабоимпульсным управлением… Тогда это кое-что объясняет… - задумался Марич.

- Что объясняет? Разве для движения не нужны нервы, управляющие мышцами и мозг, для того, чтобы координировать их работу?

- Растение, - пробормотал Норман, - Капитан, вспомните, что я говорил вам про Грею. Не обладающие разумом растения выставили нас с планеты коленом под зад! Что если эта форма жизни не биологическая, а питающем её источником является вот этот энергетический накопитель… - он взял в руки камешек, чтобы посмотреть на него поближе. - Кстати, почему он треснут?

- Во-о-о-от, теперь мы добрались до самого главного! - Марич возбуждённо потёр руки, - Рана, которую получил этот зверь… Хм… То есть, я хотел сказать - существо. Может стоит его называть просто Аргусом? Так вот, ран оказалось ровно две! Поначалу я думал, что смертельной стала та, что была нанесена в одну из глазниц. В таком случае нож должен был достать до мозга, а это, как вы понимаете, однозначная смерть. Но мозга то и не оказалось! – главврач поискал глазами, делая рукой хватательные движения, и с благодарностью принял от капитана стакан с водой.

Пока Марич успокаивал пересохшее горло, возникла напряжённая пауза, которой бы позавидовал рассказчик ужасной истории, вздумай он поиграть на нервах слушателей.

- А потом я обнаружил ещё одну рану. Нож, который её нанёс, по счастливой случайности, попал точно в этот камешек и расколол его! Я больше, чем уверен, что именно это и явилось причиной гибели Аргуса!

- Иными словами, он был убит совершенно случайно? А если не попасть в этот источник энергии?

- Тогда, боюсь, вы сами для него станете источником энергии.

- Не понял?

- Помните, я говорил о желудке, который таковым не является? Теперь понятно его предназначение – производство энергии из белковой пищи.

- Куда же девается сопутствующая «не белковая» субстанция?

- Не знаю… Просто отрыгивается, например.

Все замолчали, размышляя каждый о своём. Норман, подражая капитану, побарабанил пальцами и вопросительно посмотрел на Краузе. Тот, уловив его взгляд, слегка кивнул головой и обратился к Маричу:

- Ситуация сложилась очень серьёзная, погибли спасатели, потом вот эта машина смерти, пожравшая весь экипаж разведчика… В общем, нам необходимо допросить Лемана как можно скорее. Когда он сможет адекватно ответить на наши вопросы?

Марич задумчиво посмотрел на капитана. Видно было, что его мысли витали где-то там, около анатомии поразившего его существа.

- А? Лемана? Я дал ему успокоительное, оно обладает некоторым снотворным эффектом. Как только проснётся, он будет в прежней форме. Это часа через два, примерно.

Глава 6. Леман

Леман действительно в это время спал. Но сон его не был таким уж спокойным, каким ему следовало быть после приёма лекарства. После тех памятных событий на Грее, которые Норман изложил капитану в нескольких словах, Леман в своих снах нет-нет, да и снова оказывался в джунглях той далёкой планеты, так и не покорившейся колонистам. Он не страдал расстройством психики, как сообщил это Норман. Его действия там были вполне разумны и осознаны.

Открытие планеты с богатым растительным миром моментально стало сенсацией. Пригодная для жизни, она получила имя – Грея и была признана перспективной для разработки и эксплуатации ресурсов. Известие об этом застало Лемана только по прилёте на родную планету. Он вернулся с одной из очередных командировок и привёз немало образцов мелких беспозвоночных, собранных с поверхности небольшого астероида, имевшего смелость появиться в пределах их небольшой галактики. Контейнеры с образцами требовалось срочно транспортировать на базу исследовательского центра и никаких других мыслей, кроме как организовать доставку, Леман себе позволить не мог.

- Какая такая очередь? - удивился он, получив отказ диспетчера предоставить транспорт космопорта. - Чего «что я не знаю» происходит? Вы разве не в курсе, что у вас только что произвёл посадку корабль-разведчик? Так вот, я с этого корабля. Я больше месяца болтался в космосе и мне наплевать на то, что происходит и на ваши проблемы! Согласно договору, вы обязаны… Что? Обратиться прямо к начальнику космопорта? Да если надо, я до президента дозвонюсь! - Леман с досады отрубил связь ударом кулака по кнопке сброса.

«С ума что ли все посходили», - пробурчал он себе под нос, досчитал до десяти и набрал прямой вызов начальника космопорта. Перед ним возникло голографическое изображение девушки в форме стюардессы гражданской авиации.

- Мы очень рады, что вы воспользовались услугами нашего космопорта. Желаете прослушать информацию о наших новых услугах?

- Нет!

- Может быть вас интересуют наши тарифы…

- Нет, нет, нет! Меня…

- Точно! - девушка заулыбалась и захлопала в ладоши. - Акционное предложение этого месяца! Два парковочных места по цене одного…

Леман зажал уши - спорить с программой-роботом было бесполезно, пока она не выговорит всё, что в неё заложила коварная душа менеджера по рекламе. В это время все обращённые к ней слова - это глас вопиющего в пустыне. Он отстранённо наблюдал, как она беззвучно открывала и закрывала рот, радуясь чему-то в своих словах, ловя момент когда же, наконец, она замрёт с ожиданием во взгляде.

Тем временем девушку окутала яркая лента со словами «Надоела навязчивая реклама? Тогда мы идём…» Леман не выдержал и грязно выругался, поясняя куда им надо идти и как быстро.

Девушку тут же потеснил полицейский в чёрных очках и выписал штраф за засорение служебного канала связи нецензурными выражениями.

- Позвольте! - возмутился Леман, - а засорять служебный канал совсем не служебной информацией, значит, можно?

- У них проплаченное время, - буркнул полицейский и исчез.

Конечно, он, как и липовая стюардесса, был тоже программой, но, в силу частоты обращённых к нему вопросов, в него были заложены несколько вполне разумных ответов.

- Если вам ничего из перечисленного не интересно, - погрустнела девушка, - Тогда ожидайте соединения с начальником космопорта.

Леман еле сдержался, чтобы не отправить красавицу вслед за псевдоборцами с рекламой. Впрочем, она и сама куда-то исчезла, а на её месте появилось изображение восседающего за столом полного мужчины с взлохмаченной шевелюрой и густыми рыжими бакенбардами. Изображение прихватило часть интерьера так, что этот господин втиснулся в рубку перед Леманом вместе со столом, отчего в помещении сразу стало тесно и неуютно. Он посмотрел на Лемана поверх очков и произнёс:

- Что у вас, молодой человек? Излагайте коротко, у меня совершенно нет времени.

- У меня контракт, - начал было тот, но был сразу прерван господином с бакенбардами:

- Вам что, ничего не объяснил диспетчер? У меня таких как вы - батальон! Мне проще заплатить штраф, чем выполнить то, что вы просите.

- Я только что прибыл… - оторопел от такого напора Леман.

- А-а-а, так это ваш разведчик болтается посреди посадочного поля! Постойте… Так вы ничего не знаете! Проект «Оазис» вам что-нибудь говорит?

- Ну откуда! Вы же знаете эти корабли - я месяц без новостей! У меня ценные экземпляры беспозвоночных! Это - фауна астероида, между прочим. Им нужна соответствующая температура, а мои контейнеры не могут держать её так долго!

- Беспозвоночных, говорите... Хм… Вы считаете, что это так важно? Не хочу вас разочаровывать, точнее - пусть это буду не я. Вот что, - решительно заявил толстяк, пресекая все вопросы, - Я дам вам транспорт. В виде исключения. И чтоб ноги вашей на посадочной площадке не было!

«Странный он какой-то», - подумал Леман, направляясь к ангарам. Экипаж заверял электронной подписью какие-то документы и уже приготовился покидать корабль. Его команда биологов разбежалась ещё раньше, оставив на него организационные вопросы. Но не успел он проверить состояние своих образцов, как к кораблю подкатил транспорт с логотипом космопорта, и ловкие манипуляторы перекинули контейнеры в кузов грузовика. Он пристроился на пассажирском месте в кабине и дал команду на отправку. Грузовик-автомат сверился с маршрутным листом и мягко тронулся, ловко объезжая технику и рабочих, суетящихся рядом с ней.

Мимо проскакивали деловитые погрузчики, волокущие контейнеры различных форм и размеров. Между ними сновал персонал, раздавая распоряжения роботам. Грузовик притормозил, уступая дорогу большому автобусу, важно проследовавшему в сторону терминалов. Над ним низко прошли два планетолёта, заходя на посадку на краю космопорта. Леман оглянулся и успел увидеть, как его корабль уже утягивали с поля подцепившиеся тягачи. «То ли я уже отвык от такого интенсивного движения и работы, то ли здесь идёт подготовка к отражению инопланетного вторжения», - усмехнулся он и, устроившись поудобнее, стал рассматривать в окошке такую непривычную жизнь на родной планете.

Однако центр Исследования Космической Биологии, где Леман выгрузил и сдал свои образцы, практически не изменился с тех пор, как он покинул его. Он и раньше не производил впечатление жужжащего улья, а теперь просто нагонял уныние. Учёные и лаборанты собирались группками и проводили время в обсуждениях, приглушённо споря о какой-то Грее; слышались отдельные слова: благоприятная среда, «Оазис», конкурс и ещё некоторые, незначительные для полного представления о предмете разговора. Если в космопорте полным ходом шла подготовка к боевым действиям, то в центре, похоже, все готовились к капитуляции.

Отметив про себя такую странность в организации работы разных ведомств, Леман торопливо шагал в кабинет Главного, рассчитывая побыстрее отчитаться перед начальством и скинуть с себя ответственность за привезённый материал исследований. С темпа его сбил входящий звонок – кольцо на пальце завибрировало и засверкало разноцветными огоньками. Леман повернул ободочек, и над ним появилась голограмма лица нахмурившейся девушки - её светлая чёлка опустилась почти до самых ресниц, а курносый носик смотрелся как клювик рассерженной птички.

- Привет! Ты уже час, как прилетел, а от тебя ни звука! – с обидой накинулась она на биолога.

- Привет! Я тоже рад тебя видеть, Мари. – вздохнул Леман. – У меня по прилёту голова идёт кругом. Что тут у вас происходит? Всего месяц прошёл с моего отлёта, а вернулся я как будто на другую планету!

- А! Так ты же ничего не знаешь! – рассмеялась Мари и её лицо сразу же приобрело милое и слегка насмешливое выражение, которое делало её неотразимой в мужском обществе.

- Чего я не знаю? А вот ты знаешь, сколько раз я слышал эту фразу за сегодняшний день?

- Ты сейчас куда? К Главному?

- А куда же ещё?

- Тогда беги, он всё объяснит. Не буду портить впечатление. Как выйдешь от него – сразу позвони! Пока!

Мари послала воздушный поцелуй и исчезла, оставив Лемана в противоречивых чувствах. С одной стороны, отчитаться следовало немедленно, чтобы привезённым образцам было оказано достойное внимание, а, с другой, в суматохе дня он как-то забыл про ждущую его возвращения девушку – скорее просто замотался, что не снимало с него вины, и её надо было срочно исправлять. Покрутившись на месте и снова вздохнув, он решительно зашагал в сторону начальственного кабинета.

- С возвращением! – бодро приветствовал его господин Брайан, доктор наук и начальник центра Исследования Космической Биологии, – Как успехи? Мне доложили о каких-то доставленных вами контейнерах, – несмотря на проявленный им с ходу интерес, Леману всё же показалось, что эти вопросы Брайан задал больше для проформы, витая мыслями где-то вне стен этого кабинета.

- Результаты превосходные. Живые организмы на астероиде – это нечто особенное! Во-первых, они нашли способ выжить в условиях открытого космоса, а это, как вы понимает, много стоит. Во-вторых, эту субстанцию астероид где-то подчерпнул, что свидетельствует о возможности такой жизни в планетарных масштабах. Если мы рассчитаем его траекторию - это вполне посильная задача, то сможем с большой вероятностью спрогнозировать миры, где существует жизнь. А, может быть, жизнь там даже более развитая, чем обнаруженная нами на этом куске породы, дрейфующей в открытом космосе.

- А ведь такой мир открыл бы для нас огромные перспективы?

- Без всякого сомнения! - воодушевился Леман. - Если допустить, что обменные реакции его организмов основаны на окислительной реакции с кислородом, а вероятность этого велика, то мы получим колоссальные пространства для проведения колонизации. Это решит вопросы перенаселения, с которыми связаны проблемы свалок, парникового эффекта, озоновый дыр и многого другого. Плодородные почвы дадут возможность решить проблемы с питанием - мы в полной мере сможем вернуться к натуральней пище.

- А как насчёт исследования уникального биоценоза растительного и животного мира?

- И не только! Подумать только - там может оказаться разумная, неизвестная нам форма жизни!

- Вот этого, как раз, я вам не гарантирую.

- Что? - опешил Леман. - О чём вы говорите? Вы сумели предугадать моё открытие и провели необходимые расчёты, о которых я говорил? А какой-то из дальних разведчиков получил информацию о благоприятной для жизни планеты?

- Получил. Но только не благодаря расчётам, а чисто случайно. И на ней всё так, как вы и предполагали. За исключением разумной жизни.

- Невероятно! А… Как же быть с моими образцами?

- Придётся отложить до лучшего времени. Не унывайте - заморозим в криокамерах, а, как только появится возможность, сразу же вернёмся к их исследованию. Поймите, - Брайан всплеснут руками, - Открытие такой планеты - несомненная удача! Сколько десятилетий, а, может быть, даже столетий пройдёт, пока мы будем идти по следу вашего астероида? А тут всё на блюдечке - вот оно, на одной планете! Её, кстати, Грея назвали.

- Как же … неожиданно! Но потребуются большие деньги…

- О, об этом не беспокойтесь! Правительство создало национальную программу исследования и колонизации планеты. Она называется «Оазис». Под неё открыто финансирование из государственного резервного фонда. Впрочем, спонсоров появилось тоже порядочно - агрохолдинги, горнорудные компании, нефтедобывающие, деревообрабатывающие - всех не перечислить. Вложили деньги даже политические партии, надеясь использовать это как козырь в период выборов в сенат.

- Но это же не бескорыстные пожертвования, - ужаснулся Леман. Все эти компании захотят активно использовать доставшиеся им при дележе части планеты. А что, если что-то пойдёт не так? Мы привыкли безоглядно грабить собственные ресурсы, а ведь там другой мир. Что мы о нём знаем? Что, если новый мир окажется с характером и заставит считаться с собой. А разве в наших правилах учитывать мнение тех, кого можно безнаказанно обирать и эксплуатировать?

- Полноте вам, Леман! Кто нам сможет помешать? Спрятавшиеся в горах гномы? Ну подарим мы им стеклянные бусы, и они с потрохами отдадут нам свою планету! Давайте говорить серьёзно. Что нам известно на сегодняшний момент: получены химический и бактериологический анализы воздуха, почвы и воды. Они, кстати, весьма благоприятны. Теперь, что касается коммерческих компаний: их цель – практическое использование результатов наших с вами исследований, - Брайан вздохнул и продолжил, как будто объяснял простую тему непонятливым студентам. - Поймите, Леман, наука не может существовать только ради самой себя! Если она отрывается от практического результата, то встаёт на путь ложных теорий, существующих только для того, чтобы оправдывать своё существование. Кто тогда будет финансировать пустозвонов, меряющихся своими амбициями? Нет, уважаемый коллега, если наука не находит практического выхода, она начинает загнивать! А ведь её суть – поиски истинной природы вещей, явлений, одним словом – истины. Истины, Леман! А критерием истины всегда была и будет практика, и это бесспорно! Именно поэтому, - Брайан многозначительно поднял палец, - Нас сразу же, пусть и не с первых шагов, будут сопровождать представители крупнейших компаний, которые применят полученные нами знания на практике, так сказать, в полевых условиях.

- Знаю я, как они применят, - пробормотал Леман. – Свою планету загадили, теперь очередь за следующей…

- Между прочим, открыт конкурс для набора в научную партию на Грею, - Брайан сделал вид, что не услышал последние слова Лемана. – Отбоя от желающих нет! Но! – он сделал многозначительную паузу.

- Что? – не понял Леман.

– Для нашего центра выделено одно место вне конкурса, и я предлагаю его вам! – торжественно завершил Брайан, расплывшись в широкой улыбке.

- Однако… – холодок пробежал по телу Лемана от такой улыбки Главного, а внутри его что-то ёкнуло, бухнувшись в пятки и перехватив дыхание, а потом кинулось вверх, заставив стучать сердце быстрее. – А почему я? - выдохнул он, чувствуя, что снова может дышать.

- Странный вопрос! - Брайан улыбнулся ещё шире и Леман испугался, что его разорвёт. - Молодой ответственный и перспективный сотрудник, подающий надежды учёный, неженатый…

- Позвольте, у меня есть личные планы! - возмутился Леман и тут же понял, что его зацепило в словах начальства. - А, собственно, почему это нужен неженатый? На какой срок командировка?

- Э-э-э, - замялся Брайан. – Дело в том, что первая партия – самая ответственная, она определяет дальнейшую научную работу и разработку планеты добывающими и перерабатывающими компаниями, исследует возможности колонизации, проверяя на себе возможности адаптации к климату и природным условиям… Предполагается, что такая работа займёт от трёх до пяти лет, - Главный спохватился, что такой срок отпугнёт Лемана и пафосно добавил, - Но, всё же, героями, как правило, становятся первые!

- Ага, только, к сожалению, все забывают, что зачастую эта слава ложится не на плечи пионеров космоса, а на их могильные камни.

- Я не тороплю вас с ответом, - вздохнул Брайан. – Подумайте хорошенько. Такого шанса может не представиться и за всю жизнь.

Из кабинета Главного Леман вышел в полном смятении. С одной стороны, Брайан был абсолютно прав – такой шанс вряд ли выпадет второй раз, особенно, если отказаться от него сейчас. С другой стороны, он собирался сделать предложение Мари, а она вряд ли обрадуется скорой и долгой разлуке. «Вот незадача, - спохватился он. – Забыл поинтересоваться, когда отлёт первой партии… Хотя, судя по напряжённой работе космопорта - не за горами». Леман задумчиво покрутил кольцо на пальце, вызывая образ Мари, и нажал на установление связи.

- Я в кафе, напротив твоего центра. Присоединяйся, если свободен, - моментально откликнулась девушка.

В принципе, на Лемане ещё висел письменный отчёт о командировке, который… «Который уже никому не интересен», - усмехнулся он, щёлкнул пальцами и быстрым шагом пошёл в сторону выхода на улицу. Проспект, на котором располагалось здание центра, встретил его запахом пыли и разогретого пластика от проносящегося мимо транспорта. Биллборды переливались рекламой, а над проспектом невидимый проектор демонстрировал пиар-компанию одной из политических партий. «…Настало время первых! Маленький и робкий их шаг в неизведанное - это огромный прыжок всей нации к процветанию…» - доносились уверенные слова до Лемана. «И этот туда же! Сговорились все что ли,» - с досадой поморщился он, перешагивая на полосу траволатора, уползающую под землю.

Посетителей в кафе было немного - они в основном кучковались около небольшого экрана, вслушиваясь в речь того самого политика, которого Леман успел послушать на проспекте. Мари он увидел за столиком, в компании незнакомой девушки. Перед ними стоял небольшой чайничек с травяным настоем, терпкий душистый аромат которого Леман ощутил сразу же, как подошёл поближе.

- Привет, - улыбнулась ему Мари. - А это моя ассистентка, Лия. Мечтает о космосе и уже подала заявку на допуск к полётам в качестве младшего медперсонала!

- Это я так, на всякий случай, - улыбнулась Лия и протянула маленькую ладошку Леману, - Если я по конкурсу не пройду.

- По конкурсу? - поднял бровь Леман, удерживая в руке изящную ручку. - Наверное, красоты? - не удержался он от комплимента.

- По конкурсу проекта «Оазис», - Мари строго посмотрела на хихикнувшую девушку. - А вот наш молодой человек запросто проскочит этот конкурс. Если вообще уже не в проекте.

- Почему ты так думаешь? - обиделся Леман.

- Ой, что-то засиделась я, - сделала вид, что спохватилась, Лия, - Пойду, пожалуй. Нет, нет, нет, она предупреждающе помахала рукой, - Не уговаривайте. Мне действительно пора.

Она грациозно встала изо стола и, помахав рукой - теперь уже на прощание, проследовала к выходу.

- Мне кажется, ты ей понравился, - прошептала Мари перед тем, как Леман склонился, чтобы её поцеловать.

- Разве это плохо? Лучше нравиться друг другу, чем вызывать неприязнь.

- Но ты хотел ей понравиться!

- Хм… Я просто хотел сказать девушке что-то приятное. Это вышло непроизвольно.

- Вот именно, что непроизвольно. В этом ты весь!

- Но таким я тебе и нравлюсь.

- Нравишься… Ты действительно хочешь участвовать в проекте «Оазис»?

- С чего ты взяла? Ты сама это только что выдумала, и сама же в это поверила!

- Ах Леман, Леман… Разве я тебя не знаю? Борец за науку на её передовых рубежах, космический скиталец. Всё ради призрачной надежды открытия нового мира, населёнными неизвестными разумными существами. А тут такой подарок! Разве можешь ты остаться в стороне?

- Ну, во-первых, разумной жизни на Грее нет, Главный меня уже на этот счёт просветил. А во-вторых, существует конкурс для отбора кандидатур первой партии. Существует ещё и в-третьих…

- Интересно, что же?

- Ты.

- Я? Леман, мы уже знакомы не первый год и до сих пор я никогда не становилась препятствием для твоих космических экспедиций. Разве это не так?

- Мари, что с тобой? Мы не виделись почти месяц, а ты, вместо радостной встречи, ищешь повод для ссоры. Что не так?

- Да всё не так, Леман. Ты возвращаешься из космоса и каждый раз для тебя — это радостная встреча, потому что ты волен выбирать время – уходить и возвращаться, когда пожелаешь. А я – вынуждена тебя ждать и постоянно беспокоиться – не случилось ли что с тобой.

- Но, Мари, это моя работа…

- Я понимаю, - вздохнула девушка. – Я выхожу замуж.

- Что-о-о-о? – Леман даже приподнялся от удивления на стуле.

- Ты не оставил мне выбора! Ты думаешь только о себе и своей работе! Я тоже хочу жить полной жизнью! Вместе радоваться и печалиться. А что ты оставил на мою долю? Вечное ожидание и переживание? Возможность радоваться твоему появлению?

- Кто он? – после долгой паузы глухо произнёс Леман.

- Я знала, что ты об этом спросишь! Ты его не знаешь. Он тоже врач, как и я – если тебе станет от этого легче. С другой стороны, подумай – что меняется в наших отношениях? Я также буду радоваться твоему появлению, и мы также будем общаться. Что нам мешает оставаться просто друзьями?

- Знаешь, Мари, я… мне надо идти. Я совсем забыл… - Леман поднялся на негнущихся ногах и пытался сообразить где выход.

В его голове воцарилась пустота, как будто там разорвалась граната и разбросала по стенкам не только мозги, разлетевшиеся калейдоскопом разных фрагментов, но и задела часть спинного мозга, ответственного за координацию движений.

«Колонизация пригодных для жизни планет – это наше светлое будущее! Будущее без синтетических и генно-модифицированных продуктов, с чистой экологией и здоровым потомством. Это новые вовлекаемые в производство ресурсы, это дополнительные рабочие места, это наш путь к прогрессу! Именно на Грее находится волшебный ключ решения проблемы перенаселения и загрязнения окружающей среды!» - услышал он уверенный и полный оптимизма голос, вещающий с экрана.

Двинувшись в сторону этого голоса, ему удалось пройти к дверям, которые услужливо распахнулись при его приближении, и выйти на улицу. Он вдохнул полной грудью, сосчитал до десяти и сделал вызов Главного.

- Я согласен, - сказал он, как только появилась голограмма лица Брайана.

Глава 7. Грея

Леман не вспоминал, как проходил полёт сквозь через холодный космос, как мягко и плавно приземлялся флайер на заранее приглянувшуюся из космоса площадку, но группка высыпавших из него учёных врезалась ему в память навсегда. Он почему-то видел её со стороны, как будто кружил вокруг на беспилотном аппарате: сгрудившись около трапа, словно опасаясь чего-то и подслеповато щурясь от непривычного синеватого света, Леман и его коллеги с интересом и волнением рассматривали новый и необычный мир, который на долгое время должен был стать их новым домом. Картина, достойная пера великого художника! «Поджидающая неизвестность», - такое он бы дал ей тогда название. Кто же мог предположить, что именно так будет характеризоваться не только их дальнейшая работа, но и взаимоотношения с этим непростым миром.

А вот первые дни, после прибытия на Грею, Леман помнил прекрасно. Эти воспоминания немного затёрлись, но иногда проскакивали в его снах, по-прежнему восхищая зелёной мощью нетронутых джунглей, заполненных экзотическими деревьями, яркими красками цветов и зреющих на ветках плодов. В эти мгновения он словно слышал шелест листвы и чувствовал на лице выскочивший из-за деревьев, наполненный необычными запахами, свежий ветерок, сдувающий жар от непривычного голубоватого светила, пробивающегося сквозь редкие белоснежные с синими подпалинами облака.

Но, главное было не в красоте первозданной природы, хотя для представителя техногенной цивилизации этот вид был не просто завораживающий, а пробирающий до таких глубин души, в которых дремала далёкая память предков. Главное заключалось в будоражащим сознание ощущении, что лес наполнен непонятной энергетикой, которая ощущалась даже сквозь защитный материал лёгких скафандров. Но тогда странные чувства списали на воздействие излучения местного светила да на примесь в воздухе непривычных газов, которыми успели надышаться рискующие жизнью первые поселенцы.

Экспедиция, высадившаяся на только что открытую планету, состояла в основном из учёных и строителей. Наука должна была определиться с неизвестным растительным и животным миром, провести исследование почвы на предмет готовности к переносу культурных растений и описать минеральный состав грунта с целью заключения о наличии полезных ископаемых. Строители должны были расчистить места под базы и возводить временное жильё, лаборатории и соответствующую инфраструктуру. Правительство настояло, чтобы среди всех прочих, в экспедиции участвовала вооружённая охрана. Командовал охранниками аж целый полковник, а сами они являлись подразделением армейского спецназа. Точнее - его небольшой частью, откомандированной министерством Обороны.

Управляющим всей этой разношёрстной компанией был назначен один из быстрорастущих менеджеров - Тим, которому пока не нашлось тёплого места в руководстве государственных компаний по причине ещё слишком юного возраста. Однако несколько лет на Грее должны были стать существенным довеском к его возрасту, толкая карьеру резко в гору, тем более, что в успехе экспедиции никто не сомневался. А чтобы не случилось осечки, начальниками научных и технических специалистов были назначены профессионалы, прекрасно понимающие суть своей работы и также прекрасно с нею справляющиеся. Полковник Мэл, начальник охраны, хотя и посматривал на Тима насмешливо, но на конфликт не лез, а Тим старался подобающего повода не давать.

В первый же день строители разровняли площадку и установили жилые модули. Полковник потребовал сделать ограждение с основным и запасным въездом, а по периметру расставить вышки для охраны периметра. Пока охранники и строители согласовывали детали постройки, Леман и его коллеги уже принялись за работу – обе лаборатории, как и жилые модули, поставлялись цельными блоками, а на сбор материала для исследований стройка никак не влияла. Группами по два-три человека учёные выходили в джунгли, прикрывшись от вредного влияния планеты защитными комбинезонами.

- Нам очень повезло, что мы оказались в первой партии, - подал голос, шагающий рядом с Леманом геолог.

- Почему повезло? - откликнулся идущий сзади микробиолог. - Конкурс отобрал лучших среди всех претендентов.

- Я думаю, - оглянулся геолог, - Что достойных кандидатов было предостаточно и нельзя сказать, что кто-то был сильно лучше, чем такой же другой соискатель. Просто комиссии необходимо было сделать выбор – и она его сделала.

- Если ты про нашего управляющего говоришь, то прав на сто процентов – комиссии указали на необходимость и выбор был сделан, - откликнулся Леман.

- Нет, комиссию поставили перед фактом, без всякого выбора, - усмехнулся геолог.

- Комиссию просто поставили…

- Потише вы, - шикнул на них микробиолог. – Какая вам разница? Я, между прочим, сюда вообще без конкурса попал. На нашу контору дали разнарядку - выделить одного специалиста. Этим специалистом оказался я.

Геолог и Леман повернулись к нему, прекратив движение. Посмотрев друг на друга они рассмеялись, рассердив своего товарища. Тот сердито засопел и хотел что-то сказать, но его опередил геолог:

- Чувствую я, что среди нас других нет.

- Сдаётся мне, что так набрана вся партия, - обобщил Леман.

- Хм, а зачем надо было дурить народу голову конкурсом?

- А зачем дурят народу голову выборами?

- Э-э-э, в политику не суюсь и вам, коллега, не советую, - микробиолог покачал головой. - Но, что-то мне не нравится такой подход к поиску добровольцев.

- К назначению, вы хотите сказать. К назначению добровольцев, - геолог задумчиво ковырнул ногой подвернувшийся круглый камешек, тот развернул крылья и сердито жужжа, скрылся в зарослях деревьев. - Вы знали, что геологоразведывательный зонд не смог сделать глубокие пробы грунта? Он сломался. Или его сломали.

- Это может быть случайность. Что вы хотите этим сказать?

- Только то, что тот, кто идёт первым, не застрахован… от поломки. Или ещё какой случайности. Но отказаться от предложения быть первым оказалось сложно, не правда ли?

- Коллеги, прекратите, - микробиолог махнул рукой. - Понятно, что мы назначены в герои, но ведь теперь всё зависит только от нас. Мы будем бороться и искать способы выжить. Для этого мы здесь и работаем. Кстати, как вы смотрите, чтобы точку сбора определить на этом самом месте? Час работаем самостоятельно по своим планам, а потом - сбор. Как вам такое предложение?

- Час маловато будет. Лучше два. А нас тут не съедят? Что скажешь, Леман?

- Самое удивительное, что даже не нажигалят крапивой, если бы она здесь была.

- О чём ты?

- Я хотел сказать, что благожелательность этих мест к нам поразительна, по-моему разумению, даже слишком!

- Качественные степени благожелательности нам знать не обязательно. Главное - не проявляет агрессию. Всё, расходимся!

Действительно, не смотря на опасения, первые дни на Грее проходили довольно гладко. Её природа, как будто красуясь и желая произвести впечатление на учёных, если и выставляла что-то напоказ, то это «что-то» было либо съедобным, когда дело касалось плодов или ягод, либо ценным, если это были просто растения. Порой казалось, что она специально устраивала парады своих обитателей, демонстрируя их каждой партии исследователей.

За этим благодушием Леман никак не мог рассмотреть основу взаимосвязи между растительным и животным миром. Но, главное, его интересовал вопрос - чья же здесь роль ведущая. Да, в природе всегда существует баланс, при отсутствии пагубного влияния извне, со стороны незваных гостей, которым случается нечего противопоставить от столетиями отшлифованной экосистемы. Однако на Грее возникло нечто большее – гармония, которая могла сложиться только в случае присутствия на планете разумной жизни, выступающий перед пришельцами, как единый глобальный разум. Этот разум, как невидимый дирижёр, руководил завораживающей симфонией леса, мягко окружающей появившихся в нём визитёров.

Поначалу у Лемана подобные мысли вызывали лишь усмешку, но шли дни и постепенно они начали находить подтверждение, обрастать фактами, не объяснимыми с точки зрения бессознательной природы, и родилась теория, которую он назвал «Эльфийской».

- Что это? - поморщил нос руководитель учёной группы. - Вам померещились зелёные длинноухие человечки? Которые прячутся от нас, но повелевают растениями и животными?

- Я привёл факты… Вы же не будете отрицать определённый порядок и согласованность в поведении растительного и животного мира, их взаимосвязь…

- Мне кажется, вы излишне эмоциональны. Да, некоторые странности присутствуют. А что вы хотите - здесь же совершенно другой мир! Он не вписывается в наши шаблоны, но разве это повод предаваться необузданным фантазиям?

- Но что, если всё-таки допустить, что разумная жизнь здесь всё же есть? Тогда мы можем объяснить многое, что не укладывается в нашем сознании…

- Стоп, стоп, стоп! Мы же учёные! А вы уподобляетесь нашим пещерным предкам, которые для объяснения природных явлений придумывали вселенских разумных существ - богов. Да, так было проще. Проще так и сейчас. Но, увы, - руководитель развёл руками, - Почему мы, тогда, не обнаружили с орбиты города или, хотя бы древние развалины? Почему ваши «эльфы» не идут на контакт, хотя бы просто из любопытства? И где они скрываются, в конце концов? А? Не многовато ли вопросов? Вот мой вам совет - не ищите чёрную кошку в тёмной комнате, особенно, если её там нет.

Однако, информация об «Эльфийской» теории просочилась за пределы научных лабораторий и вызвала брожение в головах остальных членов экспедиции, породив - у кого насмешки, а у кого и серьёзные доводы в её поддержку. Прошёл день и Леман был вызван под светлые очи управляющего. Леман был уже и не рад, что обнародовал свою теорию. «Зачем я торопился? Надо было провести более тщательные исследования, накопить больше фактов…», - укорял он себя на пути в домик начальника.

Домик Тима был единственным сооружением, на постройку которого были пущены самые лучшие материалы, которые были привезены с собой экспедицией и которые смогли отыскать здесь, на Грее. Леману даже стало не по себе от чистоты и роскоши, с которой были отделаны его внутренние помещения. Он потоптался на пороге, не решаясь пачкать сверкающий пол, но сразу же пересилил себя, как только встретился с насмешливым взглядом Тима.

- Отсутствие джунглей у вас вызывает робость? - усмехнулся тот, довольный произведённым эффектом.

- Нет, скорее присутствие. Моё присутствие. Не вписываюсь я своим рабочим комбинезоном в этот интерьер.

- Проходите и присаживайтесь, - улыбнулся Тим, кивнув на мебель перед собой. - Для таких, как вы, у меня специальное кресло.

Леман сначала подумал, что управляющий шутит, но, подойдя поближе, убедился в точности его слов - ему было предложено единственное, не вписывающееся в интерьер, серое кресло, обитое грубым материалом, по виду напоминающим дерюгу. Он уже собирался присесть, как оторопел ещё один раз - в соседнем кресле утопал полковник Мэл, рассматривая его внимательным холодным взглядом.

- Кхм, - поперхнулся Леман и неаккуратно плюхнулся в кресло. Кресло жалобно скрипнуло, покачнулось, но устояло.

- Действительно, ваше место в джунглях, - хмыкнул полковник.

- К делу, господа, - Тим с неудовольствием посмотрел на биолога. - Что это за теория, которой вы мутите мозги персоналу нашей базы? Я почитал реферат, но, признаться кое-что недопонял - вы утверждаете, что на Грее есть разумная жизнь? А где же её доказательства?

- Доказательства косвенные, - вздохнул Леман. - Представьте, что Грея - это гигантская ферма, в которой царит заведённый кем-то порядок…

- Постойте, постойте! Может я чего-то не понимаю, но фермы - это такие большие павильоны, в которых развивается животноводство, - Тим победно посмотрел на полковника, но поддержки не получил.

- Ну, я просто так выразился… Не ферма, так оранжерея. Суть в другом - здесь нет привычного нам природного хаоса. Всё аккуратно расставлено и разбито - нет ни нагромождений, ни непролазных чащоб; для животных определены свои ареалы обитания. Национальный парк, а не планета!

- Кто же создал этот парк? Ах, да, я совсем забыл об основном тезисе вашей теории… Эльфы! - Тим потянул себя за кончики ушей. - Так вы считаете, что природа приручена какими-то эльфами?

- Ну причём здесь эльфы? Это абстрактное понятие, которым я хотел обозначить разум, способный гармонировать с окружающей средой.

- Фермы - не фермы, эльфы - не эльфы… Абстрактные понятия… Никогда не слышал более нелепой чепухи! - Тим снова посмотрел на полковника, теперь уже не сомневаясь в его поддержке.

- А мне нравится! - слова полковника были подобны выстрелу из стартового пистолета - Леман и Тим замерли, раскрыв рты и не в силах произнести ни слова.

- Ребята засиделись без дела, а тут какое-никакое, но всё-таки занятие, - не обращая на них, спокойно продолжил Мэл. - Пусть побегают, высунув языки, может быть и вправду нароют чего.

- Позвольте! - возмутился Тим. - А где я возьму для ваших игр ресурсы? Вы же прекрасно понимаете их ограниченность! И по какому праву вы тут распоряжаетесь?

- По космическому, - зевнул полковник и продолжил скучным тоном, - Согласно параграфу номер четыре устава космических сил требуется провести все необходимые мероприятия, обеспечивающие безопасность вверенных в защиту гражданских лиц, если существует хоть одна предпосылка для их угрозы.

- То есть, вы предлагаете заморозить исследования, сесть на задницу и дожидаться пока вам не надоест играть в войнушку, бегая по джунглям и изображая крутых ребят? Это в то время, когда у меня масса восторженных докладов исследователей! Я уже сообщил в центр о наших успехах, там ждут новых результатов!

- Да, бравурные речи - это по вашей части. У меня же серые будни службы. Господа, вынужден вас оставить! - полковник встал и, козырнув, повернулся к выходу.

- Я немедленно сообщу наверх о вашем самоуправстве!

- Ваше право, - бросил Мэл в сторону, не замешкавшись ни на миг.

- Вам это тоже даром не пройдёт, - прошипел сквозь зубы Тим, прожигая биолога яростным взглядом, - Всё, свободны!

«Не очень-то и хотелось», - пробормотал Леман, как только вышел на свежий воздух. Сплюнул и пошагал в лабораторию.

На несколько дней работа исследователей оказалась парализована. Военные сразу взяли всех в оборот - назначили комендантский час, с наступлением ночи выставили патрули. Для выезда за пределы базы теперь требовалось специальное разрешение от полковника. Работы совершались только под присмотром сопровождающего. Со стороны могло показаться, что власть на базе захватила военная хунта с Мэлом во главе.

Совсем не такой результат ожидал Леман от «Эльфийской теории». Его коллеги, вынужденные изнывать от безделья, роптали, прозвали Лемана «эльфом», но открыто против установленного режима выступать не решались.

На неопределённое время были задействованы все возможные способы поиска носителей разума: из космоса планету прощупывали инфракрасные визоры, выискивая группы, которые могли оказаться социумом, над лесами барражировали флайеры, пытаясь найти строения или хотя бы развалины, имеющее отношение к цивилизации.

Поиски ни к чему не привели, а правительство, узнав об этой инициативе, было просто в гневе – каждый день работ на Грее стоил немалые деньги, и сенаторы посчитали неразумным их расходовать на то, что не имело никакого значения для колонизации планеты. «Даже если вдруг обнаружатся аборигены, возделывающие свои грядки, то для нас они будут не более чем представители местной фауны, которые никак не способны противостоять проникновению цивилизации на планету. Создадим резервации – и пусть там огородничают сколько душе угодно, приобщаясь к нашей высокой культуре,» - вынесло правительство вердикт, запретив заниматься непродуктивной деятельностью.

Полковник был посрамлён, к тому же, ему сделало внушение непосредственное начальство. Может быть поэтому не получила огласки последняя находка спецназовцев - разрушенный до основания инопланетный корабль, утонувший в поглотившей его зелёной массе.

- И что с того? - Тим мстительно ухмыльнулся, выслушав рапорт полковника. - Или вы опять берёте на себя смелость утверждать, что найденный вами хлам несёт угрозу нашим исследователям? А, может быть, в джунглях скрывается одичавший экипаж, готовый загрызть насмерть наших доблестных вооружённых до зубов защитников?

- Мы не знаем тип корабля, - нахмурился Мэл. - Что если этот корабль боевой и на нём куча боеприпасов с прогнившими оболочками? А если эти боеприпасы ядерные или, не дай бог, бактериологические?

- За то время, за которое сгнила внешняя обшивка корабля, никакой боеприпас не выдержал бы разрушающего воздействия внешней среды. Так что, если бы там были бомбы, они либо уже разорвались, либо пришли в совершенную негодность. Но… - Тим помолчал, наслаждаясь вернувшейся властью, - Я всё же отправлю пару-тройку исследователей с вашими бойцами. Пусть сделают заключение… лично для меня.

Всем было понятно, что найденный корабль таит в себе массу неожиданностей, причём многие из них могли оказаться не совсем приятного свойства. Поэтому руководитель научной группы поначалу встретил в штыки команду выделить исследователей на неразведанные обломки. Но Тим его не стал даже слушать, прервав разговор после своего приказания и через полчаса флайер уносил Лемана и его пару коллег навстречу волнующей неизвестности. Впрочем, даже самый последний работяга на базе был уверен в том, что это обломки этрийского корабля, как самого распространённого железного лома, разбросанного по окраинам галактики.

Флайер завис над невысокой порослью, образовавшей почти правильной формы проплешину, и маленькая экспедиция осторожно спустилась на гравитационном лифте на поверхность Греи. Руководство экспедицией взял на себя лично полковник Мэл.

- Все! Слушай мою команду! - сразу же принялся он раздавать распоряжения. - До объекта не более пятидесяти метров. Первыми выдвигаются мои бойцы, а вы, - он ткнул пальцем в сбившуюся кучку учёных, - Вы передвигаетесь только следом за ними и запомните - никакой самодеятельности, на всё спрашиваете моё разрешение!

Однако открытия начались ещё до того, как они добрались до неизвестного корабля.

- Господин полковник! - впереди идущий охранник остановился, подняв левую руку вверх. - Там что-то есть, - он повёл стволом бластера в густые заросли кустов.

Присмотревшись, Леман заметил за гибкими ветками большую тень, оплетёную со всех сторон кустами, как живой изгородью. Он повертел головой и увидел ещё как минимум два таких, образованных зарослями, холма, нарушающих общую картину мелколесья.

- Господин ксенобиолог, - Мэл выглянул из густой растительности и позвал Лемана. - Идите сюда, тут по вашей части!

Леман с любопытством заглянул внутрь, подсвечивая карманным фонариком и сразу же наткнулся на скелет, нависающий над входом. Приглядевшись повнимательнее, он заметил ещё множество выбеленных временем скелетов и просто костей, разбросанных внутри не такого уж и маленького помещения. Он повернулся к полковнику, но тот только пожал плечами, разочарованный, что мертвецы не произвели на учёного должного эффекта.

- Тут, кроме костей, почти ничего нет, - Мэл включил свой фонарик и посветил в сторону ближней стены. - Такое ощущение, что всё прожевали и выплюнули. Одна труха. Ваше мнение, как специалиста?

- Судя по костям скелета, а в основном по строению черепа, перед нами останки этров. С ладдами их не перепутаешь. Впрочем, это могут быть и мерки, но у них кости потоньше и надбровные дуги более выгнуты. Кроме того, вряд ли они просто так оставили бы останки сородичей. Другое дело - этры…

- Оставили - не оставили, - это не нашего ума дело. Меня интересуют только реальные факты и сделанные на их основе выводы. Почему здесь так много зелёной поросли? - Мэл потряс рукой стебель, поднявший в воздух скелет перед входом, и тот разломился, осыпавшись грудой костей к его ногам.

- Сказывается сильное влияние местного растительного мира. У меня всё больше складывается впечатление, что здесь, на Грее, растительность представляет собой доминантную форму жизни…

- Оставьте свои впечатления для новой теории, - грубо оборвал его Мэл. - Вам не кажется, что здешний персонал прекратил своё существование не по своей воле? Не похоже это строение на гробницу, а?

- Нисколько. Но, может быть, Им пришлось её использовать в этом качестве?

- Нет, чувствую я, что без насилия здесь не обошлось. Уж у меня нюх на такие дела! Кстати, а что это за помещение?

- Судя по тому, что вокруг остатки приборов… - Леман двинулся к сверкнувшим в свете фонарика крупным обломкам, осторожно перешагивая лежащие на полу кости. - Скорее всего какой-то пункт управления. Может быть связи… Между прочим, я в окрестностях ещё пару подобных объектов увидел.

- Хм, значит здесь была база этров... Никаких ассоциаций с нами не возникает? А вот мне сильно не нравятся такие совпадения. Что здесь произошло? Почему база этров не смогла выжить на такой мирной и привлекательной для жизни планете? - Мэл помолчал, задумчиво играя фонариком. - Кого ещё там с вами отрядили? Химика и микробиолога? Пусть берут пробы, может быть что-то да прояснится.

Полковник вышел на свежий воздух, жмурясь от непривычного, отдающего в синеву света, выщелкнул из смятой пачки сигарету и с наслаждением сделал глубокую затяжку.

- Курите? - он протянул пачку открытым концом Леману.

- Нет, спасибо.

- Правильно… - одобрительно кивнул Мэл, сделал ещё одну затяжку и выпустил белое колечко дыма. - Значит эльфы, говоришь… Пошли, показывай где остальные объекты видел!

Леман угадал с зарослями кустарника, похожими на небольшие холмы и тем самым выделяющимися на фоне местного ландшафта - в каждом из них обнаружились сооружения, как две капли воды, похожие на первое. С таким же содержимым…

Теперь, приглядываясь более внимательно к территории, экспедицией были обнаружены остатки каких-то механизмов, наполовину погребённых под землёй и настолько изуродованных, что понять их назначение не представлялось возможным. Ничего не добавил во всех смыслах и остов корабля, разрушенный и сгнивший почти до основания. Правда, осмотр был достаточно беглый, на то, чтобы лазить на коленках, просеивая землю сквозь пальцы, банально просто не было времени. Тем не менее, полковник посчитал, что получил всю необходимую информацию и приказал сворачивать работы и возвращаться на базу.

База встретила группу Мэла рёвом моторов и лязгом гусениц. Среди стреляющей выхлопами техники то и дело мелькал Тим в белоснежной каске и что-то объяснял рабочим, дополняя слова бурной жестикуляцией. Только что его каска маячила перед ковшом бульдозера, но через несколько секунд он растворялся в сизом дыму, чтобы выскочить где-то в другом месте и снова махать руками, поучая не успевших улизнуть рабочих.

- Что здесь происходит? - полковник с удивлением рассматривал этот парад строительной техники.

- А, вот вы где! - белая каска вынырнула из-под крыла приземлившегося флайера и перед Мэлом материализовался воняющий соляркой Тим. - Ну что, убедились в правильности моих слов? Или вам по-прежнему необходимы дополнительные и затратные поиски эльфов-инопланетян?

- Это были этры, господин Тим, - вмешался в разговор Леман. - Они основали здесь базу…

- Это вы доложите мне лично! Подробным отчётом, - не стал слушать его Тим. - Так что вы мне скажите, господин полковник?

Мэл сплюнул и холодно посмотрел на руководителя:

- Ни-че-го, - по слогам отчётливо произнёс он. - Ничего я вам не скажу. Делайте, что хотите. Под свою ответственность.

- Ну вот и отлично! Так и отметим в своём рапорте. А сейчас обеспечьте, пожалуйста, охрану строительной техники в процессе выполнения ею работ.

- Каких работ?

- А это уже не вашего ума дело! - Тим гордо развернулся и скоро его каска снова замелькала среди тарахтящих механизмов.

- Придурок! - проронил Мэл и, повернувшись, зашагал в сторону помещения охраны.

- Постойте! Как же база этров! Её гибель… - бросившийся вслед Леман налетел на спину неожиданно остановившегося полковника.

- А вы пишите. Помните, что сказал наш руководитель? Подробно, в отчёте, - бросил тот через плечо и пошагал дальше, оставив биолога в недоумении.

- Подробно… - пробормотал Леман. - Он же больше трёх строчек не читает…

Несмотря на этот маленький инцидент, препятствий в своей работе, колонизаторы Греи не встречали. Химические и бактериологические анализы, взятые на бывшей базе этров не выявили никаких отклонений от нормы планеты, а её природа по-прежнему радовала исследователей своим мягким и дружелюбным характером.

Осмелев от такой благоприятной обстановки, учёные наперебой докладывали об успехе проекта и открывающихся перспективах, а строители, воодушевлённые их успехами и понукаемые нетерпеливыми командами Тима, принялись за расчистку территорий под полигоны, поля и дороги к ним. Джунгли пытались сопротивляться, врастая в землю корнями и цепляясь лианами друг за друга. Лес стонал, выжигаемый и вырубаемый современной техникой. Деревья скрипели, как в предсмертном хрипе и заваливались подобно великанам с подрубленными ногами. Вокруг на все лады голосили птицы, напуганные рёвом железных монстров и кричали скачущие по веткам маленькие зверьки, кидаясь чем попало в бульдозеры и неосторожных рабочих.

Джунгли уже перестали представлять лесной парк, удобный для прогулок. Деревья словно бы смыкали ряды, а на кустарниках вдруг стали обнаруживаться шипы, способные изорвать комбинезоны. Исследователям теперь пришлось переходить на скафандры, особенно после того, как среди них начались отравления, вызванные дурманящими ароматами доселе неизвестных цветов.

- Что вы хотели? Мы просто стали углубляться в вековые дебри планеты, которые ещё не успела облагородить рука с топором! - Тим был непреклонен в следовании установленному им графику работ и не желал внимать ни голосу разума, ни объективным факторам, проявившимся, как первые сигналы будущих неприятностей.

Прошло ещё немного времени и неожиданно появились жалящие насекомые, нападающие исключительно на рабочих, потом возникла проблема с техникой – пыльца стала забивать фильтры моторов, а существам, очень похожим на ящериц, пришлась по вкусу синтетика электропроводки и топливных шлангов. Однако, маховик конкисты уже был запущен и противостояние с миром Греи продолжало нарастать, сопровождаемое неприятными открытиями для его завоевателей.

Ситуация стала развиваться от хорошего к плохому и от плохого к худшему. Леман не сомневался, что причинами этого стала агрессивная политика освоения планеты - флора планеты некоторое время присматривались к названным гостям, а когда те начали проявлять агрессию, выжигая и вырубая заросли, начала оказывать сопротивление, которое переросло чуть ли не в военные действия.

Впервые в своей практике ксенобиолога, он встретил нечто необыкновенное - разумные растения. По своей организации они больше всего напоминали муравейник или гнездо ос, заселённые множеством семейств и родов, мирно уживающихся друг с другом. Как они достигли такой степени коллективного разума, Леман разгадать не смог - это было очень необычно и не вписывалось в картину общепринятого мира.

Глава 8. Листок

- Ложись, ложись, кому я сказал! - рабочий в сером защитном комбинезоне в прыжке дёрнул за ноги зазевавшегося начальника, отчего тот полетел носом прямо в грязную жижу, намешанную гусеницами вездеходов после череды проливных дождей.

Семечко, размером с кулак, прошелестело над их головами со скоростью пушечного ядра и с сухим треском раскололось о борт вездехода.

- Что ты себе позволяешь!? - завопил начальник, пытаясь очистить лицо и некогда белый комбинезон от чёрной жирной грязи. - Во что ты превратил мой комбинезон! Языком заставлю вылизывать! Где прораб? Живо его ко мне!

- Виноват, господин начальник, - по мере освобождения от грязи, рабочий сумел распознать, что на стройку пожаловал сам управляющий - господин Тим. - Я живо!

Он прихлопнул успевшего вцепиться в щёку кровососа и скрылся за вездеходом. Там перевёл дух, сплюнул, показал средний палец в направлении Тима и не торопясь пошёл в сторону времянки.

- Здесь небезопасно на открытом месте, - из приоткрытого окна вездехода вынырнула голова водителя и выкинула похожий на намордник предмет. - Возьмите респиратор!

Пара насекомых, похожих на стрекоз, моментально ринулись в атаку, стремясь проникнуть в кабину вездехода, но опытный водитель сумел захлопнуть стекло прямо перед их носом и, вытаращив глаза, с ужасом рассматривал прильнувших к плексигласу созданий. Попробовав жвалами на прочность пластик, они ретировались, сердито прожужжав крыльями.

- Что здесь происходит, чёрт возьми! - Тим брезгливо рассматривал свалившийся ему на голову респиратор.

Задрав голову, чтобы высказать всё, кинувшему этот предмет, он увидел лишь наглухо закрытые дверки с поднятыми стёклами. Пообещав «навести порядок в этом бардаке», Тим обошёл вездеход и пошёл в сторону строительной площадки.

Личное присутствие управляющего на строительном объекте было вызвано срывом сроков работ и нелепыми отговорками руководителя группы рабочих. Тим планировал в сжатые сроки подготовить полигон для экспериментального выращивания злаков. Поскольку те обладали определённым сроком всхожести, строительные работы требовалось провести достаточно быстро, чтобы совокупный срок не выскочил за дату национального праздника - Дня независимости. Несмотря на то, что мало кто представлял от кого и как стала независима родная планета Тима, этот праздник всегда отмечался с большой помпой и победный доклад на его фоне сильно бы поднял акции управляющего, может быть, даже, даровав возможность досрочного возвращения на Родину, разумеется с повышением.

Дорогу к будущему полигону кое-как проложить удалось, а вот потом началось то, что Тим сгоряча назвал саботажем.

- Что вы мне лапшу на уши вешаете! - распекал он руководителя группы строителей. - Вы не можете разобраться куда у вас делись гусеничные траки бульдозера?

- Я уже докладывал… - мялся тот, чувствуя себя не своей тарелке. - Их съели… Такие маленькие, вроде термитов…

- Меня что, здесь держат за идиота? Один рассказывает об эльфах, а другой о грызущих металл муравьях!

- Термитах…

- А мне плевать, кто они, пусть даже черти из преисподней! Но объект должен быть сдан в срок! Что вам не хватает, чтобы это понять? Мозгов?

- Нам не хватает защитных скафандров…

- Все скафандры разобрали учёные. У них, видите ли, очень нежная кожа. Но я знаю, что вам не хватает - я лично полечу на объект и раздам там всем таких пряников, что мало не покажется! Что у вас с ногой? - Тим наконец обратил внимание на забинтованную ногу строителя.

- Это ещё одна беда… Ужалила, короче, меня какая-то муха.

- Понятно, симулянт, значит. Обойдусь без вашего участия. А потом, - Тим наставил палец на строителя, подобно пистолету, - Я разберусь с вами сразу, как только наведу порядок на вашем же объекте.

Вот теперь управляющему и приходилось месить грязь на стройке, проклиная всё, начиная с погоды, разгильдяев рабочих и прочих, много о себе возомнивших, членов экспедиции, кончая теми, кто оказал протекцию для назначения Тима на эту планету.

Тим с трудом выдернул ногу из ямки, наполненной водой, и огляделся, переводя дух. Что-то ему казалось странным в окружающем его мире, но с мысли сбивала постоянная борьба с грязью и невесть откуда появившаяся мелкая мошка, норовящая цапнуть за открытые части тела.

Строители сумели провести вырубку на приличной площади, но на этом всё дело и встало. Участок был захламлён обгорелыми стволами, всюду торчали пни, а посредине площадки погряз в грязи злополучный бульдозер, перекосившись набок, как подбитый танк. Над вырубкой разносился прогорклый запах гари, вызывая першение в горле и сухость в глазах.

Зато по краям буйно зеленела омытая дождём листва, смыкаясь вокруг плотным занавесом, отделяя мир, наполненный жизнью, от места, где пировали механические чудовища. Тим почувствовал себя полководцем, вышедшим на поле, где только что прошёл бой. Покосившийся бульдозер отлично вписывался в такую батальную сцену.

«Звук… Я не слышу моторов! - Тим наконец понял, чего ему так не доставало в этом пейзаже. - Что здесь происходит?» - повторил он и поковылял в сторону упокоившегося железа.

- Осторожно! - послышался крик со стороны, но было уже поздно: его ступня словно попала в капкан - гибкий корень захлестнул голень и потащил за собой, скрываясь под землёй.

- Руби, его! Руби! - серые комбинезоны заслонили от Тима его ногу и ему почудилось, что эти слова относятся именно к ней.

Он стал отбиваться второй, свободной ногой, стараясь попасть каблуком по серой материи и выкручиваться, в отчаянной попытке освободиться. Неожиданно нога подалась, а его удар достиг цели - рабочий ойкнул и повалился на землю, прижимая к себе ушибленную ногу.

- Ах ты гад! - закричал другой, что махал топором, и врезал грязным сапогом по рёбрам Тиму.

- Стой! - успел предупредить второй удар прораб, оттолкнув рабочего. - Это же наш управляющий!

- Да хоть сам господь бог, - пробормотал тот и пошёл помогать своему товарищу подняться.

- С прибытием, господин Тим, - прораб рассыпался в любезностях. - Это такая неожиданность для нас! Позвольте я помогу вам…

- Спасибо за встречу, - управляющий сморщился от боли, но от помощи отказываться не стал. - Что это было?

- Это та самая природа Греи, мать её… Разве вам не докладывали?

- Мне много чего докладывали! - Тим уже оправился от шока. - Имена этих… вот этих, - он ткнул пальцем в двух рабочих, - Тоже доложите мне рапортом. Это, во-первых. А во-вторых, почему прекращена работа?

- Так ведь из-за неё и прекращена, - растерялся прораб. - Половина моих рабочих слегла с диареей - мы ели те же фрукты, как обычно… Знаете, хорошее витаминное дополнение к рациону. Учёные, опять же, рекомендовали. Ну, мы и ели. Никогда ничего не случалось и вот, пожалуйста вам. А вторая половина только и успевает, как отбиваться от кровососов и уворачиваться от растений. С техникой, опять же, нелады…

- Кстати, о технике - вы разобрались кто украл гусеницы бульдозера?

- Да кому они нужны? - прораб вытаращил на управляющего глаза. - Разве что местным обезьянам продать, так им их и не поднять даже…

- Но куда-то они делись? Только не надо говорить мне, что их съели. Давайте, показывайте мне место преступления.

- Господин управляющий, только прошу вас, ступайте за мной след в след и берегитесь обстрела.

- Разберёмся, шагайте вперёд!

Первыми всё же пошли рабочие, осторожно ступая, как будто двигаясь по минному полю. За ними шёл Тим, а замыкал колонну прораб, поминая недобрым словом рвение управляющего. По мере приближения к бульдозеру, управляющий преисполнялся гордостью за свой мир, сумевший породить столь циклопического монстра. Правда, теперь он больше напоминал поверженного в грязь Голиафа, бессильного, несмотря на всю, заложенную в нём мощь. Его борт наплыл на приблизившуюся к нему группу, заслонив свет и ощетинившись стальными дисками колёс.

- Съели, говорите? А почему тогда не тронули катки? - Тим нагнулся, чтобы лучше рассмотреть на них резиновый кант.

В это время со стороны леса раздался хлопок и рабочие вместе с прорабом, как по команде, плюхнулись в грязь, прямо там, где и стояли. Не успел Тим сказать по этому поводу что-то едкое, как округлое семечко попало ему прямо по копчику, заставив изобразить несложное сальто с неуклюжим приземлением.

- Как вы, господин управляющий? - прораб на четвереньках подполз к замершему телу, не решаясь прикоснуться.

- Спина… Не разгибается… - одними губами произнёс тот, пытаясь сдуть надоедливую мошку, настойчиво атакующую его глаз.

- Сейчас, я помогу, - прораб неловко приложился по назойливому насекомому, приложив чуть больше силы, чем надо было.

Голова Тима запрокинулась, и он замер на полуслове, прикусив язык и бессмысленно хлопая глазами.

- Силён ты, мужик, - с восхищением пробасил один из рабочих, с любопытством наблюдавший за этой сценой. - Всего лишь мошку прихлопнул, а сразу - нокаут. Потащили, что ли? Вездеход подзывать опасно.

- Нет, поступим по-другому, - прораб пощёлкал небольшим передатчиком, пытаясь связаться с базой.

- Канал для экстренной связи, - донеслось из динамика сквозь шум помех. - Говорите.

- Строительная площадка один. Ранен управляющий. Необходима эвакуация, - повторил несколько раз он и, услышав положительный ответ, переключил передатчик в режим поискового маячка, - Всё, начальственная инспекция состоялась, - прораб прислонился спиной к колесу бульдозера и вытащил тонкий портсигар. - Отдыхаем, ребята!

***

Случай с управляющим заставил задуматься всерьёз об опасности внешних работ, ибо ничто так не объясняет ситуацию доходчиво, как синяки и шишки, особенно, если они набиты непосредственно руководству.

Тим попал в сложную ситуацию. С одной стороны, он уже успел доложиться о полном успехе порученной миссии и всех настроил на положительный результат, а, с другой стороны - успел на себе ощутить серьёзность противостояния с миром, который уже привыкли считать чрезвычайно гостеприимным.

Но больше всего Тима беспокоило то, что терялся контроль над персоналом, которому своя шкура была ближе к телу, чем амбиции управляющего. Надо было срочно показать, кто хозяин на Грее и, тем самым, поднять свой стремительно падающий авторитет. Он решил подойти к проблеме со стороны силы и привлечь для этого приданное ему подразделение охраны.

- Господин полковник, вы помните, что мне давеча говорили о четвёртом параграфе устава космических сил? Что-то там про угрозу безопасности гражданских лиц?

- Не надо мне напоминать об уставе, я его знаю куда лучше вас!

- Тогда почему вы не принимаете никаких мер?

- Господин управляющий! Вы часом не сильно ударились головой? - Мэл демонстративно посмотрел на подбитый глаз Тима. - Я не могу воевать со стихийным бедствием. Что вы хотите от моих солдат? Чтобы они стреляли по деревьям?

- Вовсе нет. Но представьте, что за этими деревьями скрывается кто-то, невидимый для нас, сумевший развязать против нас партизанскую войну. Вы же не намерены сдаваться только от того, что какая-то нечисть пытается вас запугать?

- Ага, значит всё-таки вы признаёте существование эльфов? Как же тогда быть с вашей жалобой на непродуктивные поиски?

- Послушайте, Мэл, - поморщился управляющий, - Посмотрите, что происходит: работа на всех трёх стройплощадках заморожена, почти вся техника выведена из строя, а строители боятся работать. Мы ведь с вами в одной лодке, и сейчас не время высказывать друг другу старые обиды. Если хотите, я принесу вам свои извинения.

- Нет, уважаемый господин управляющий! Я хочу, чтобы вы отослали наверх рапорт, оправдывающий прошлые мои действия и передающий мне полномочия на текущую боевую операцию.

- Вы понимаете, какой может разгореться скандал? Сюда даже могут отправить комиссию для изучения обстоятельств такого решения!

- Господин управляющий, надо бы уже начать привыкать к ответственности за свои действия. Вам оказалось легко опорочить моё имя, теперь вам нужно так же легко его оправдать. Вы же готовы к извинениям, я вас правильно понял?

- Я от своих слов не отказываюсь. Что ж, я немедленно, после нашего разговора, отправлю соответствующее донесение. Но предупреждаю - объясняться с прилетевшей комиссией будете вы и Леман на пару.

- Я это переживу. А сейчас мне потребуется часть наших запасов топлива, все флайеры и самые сообразительные ваши учёные.

- Не понял?

- Всё просто: как и в случае с партизанами, мы ответим террором на террор, только в больших масштабах. Мы преподадим этой планете урок, спалив большой кусок джунглей. В ответ на непокорность мы будем увеличивать площади пожаров, пока наш враг не будет вынужден капитулировать, сломленный серьёзностью наших намерений. В качестве горючего основания нам понадобится топливо - пока только небольшая часть. А для создания капельно-воздушной смеси, которую мы будем распылять над джунглями, придётся разработать специальные установки. Вот пусть ваши учёные и пошевелят мозгами. Ясно разъяснил? Кстати, как там наш эльфийской друг, не поможет никакой новой теорией?

***

- Что у вас, Леман? Опять новая теория? - руководитель учёной группы протёр слезящиеся глаза. - Проклятая аллергия! Не понимаю, откуда она ко мне привязалась, может быть, вы объясните мне, как ксенобиолог, что происходит с этой планетой?

- Я как раз к вам по этому поводу. У меня есть объяснение, почему Грея изменила к нам своё отношение.

- А, так я угадал про новую теорию! Что на этот раз, пещерные тролли или подземные гномы?

- Нет. Ни то, ни другое. Но мне кажется, что сейчас не до шуток - ситуация становится крайне серьёзной.

- Что же заставляет вас так думать?

- Помните, я говорил о некой разумной жизни, которая управляет природой Греи?

- Эльфах?

- Дались вам эти эльфы! Впрочем, это сейчас совершенно не важно! Я ошибался!

- Уважаемый коллега, вы самый последний, кто осознал сей прискорбный факт.

- Нет, я не это имел в виду. Я бы хотел внести поправку в свою теорию. Разумная жизнь всё же существует. Но ей наделены не какие-то мифические существа, а сама природа Греи, точнее - её растительный мир!

- Час от часу не легче… - руководитель досадливо поскрёб лоб и Леман только сейчас разглядел, что лицо его начальника покрыто бледно-розовыми пятнами. - Хм… Вам не кажется, что и на этот раз вы повернули явно не в ту сторону? Послушайте, Леман, я уже начинаю всерьёз волноваться за ваше психическое здоровье. Вы хотите сказать, что вся эта зелень разумна?

- Именно! Кто сказал, что все миры вселенной должны строиться по одному шаблону и формы разумной жизни в них будут обязательно биологического вида? А если даже это и так, то почему они должны быть человекоподобными? Может быть потому, что так заложено в стереотипы мышления всех индивидуумов, которые с самого детства учились понимать - если похож на меня, значит разумен. В раннем возрасте мы вбиваем эту мысль в подсознание и не способны расстаться с ней всю оставшуюся жизнь. А ведь просто надо подняться немного выше и посмотреть на мир не через призму собственного «я», преломляющую действительность в угоду собственному мировоззрению, а через простые стёкла «мы», которые показывают нашу заурядность, а не исключительность, как бы нам не хотелось так думать.

- Загнули вы, уважаемый коллега! Хотите выступить против сложившегося представления о миропорядке у нашего руководства? Не будьте наивны, господин Тим и назначен управляющим с той целью, чтобы разведать и подготовить платформу для выкачивания из планеты по максиму ресурсов и ископаемых. Вы же в курсе, на чьи деньги проводятся изыскания? Вдруг появляетесь вы и заявляете, что нужно разрешение, чтобы что-то тут тронуть! Ладно, если говорить пришлось бы с аборигенами, пусть даже с эльфами, на худой конец! Процедуры общения с неразвитыми цивилизациями отработаны ещё в нашем мире. А тут, этой цивилизацией оказываются цветы, трава и деревья! В своём ли вы уме? Хотите бесплатный совет – забудьте всё, что мне только что говорили и никогда не выходите с этим на уровень нашего руководства. Скажу больше – мне стало известно, что господин Тим не сторонник мирного решения возникших здесь проблем, и нам поручена кое-какая работа по подготовке военной операции, задуманной им совместно с полковником Мэлом.

***

План, задуманный Мэлом, сработал блестяще. В том смысле, что вспыхнувшее пламя блеснуло гигантской белой вспышкой, на мгновенье изменив синеватый цвет облаков на ярко-белый и озарив пространство невиданными жёлто-зелёными всполохами. Флайер, выстреливший сигнальной ракетой для активации разлитого по джунглям воздушно-капельного заряда, не рассчитал высоты и сгорел за считанные секунды в моментально вспыхнувшем пламени.

Джунгли потрясённо замерли и несколько дней просто молчали, зато потом ответили массированной атакой сразу по всем рабочим объектам и по базе колонистов. Строительная техника вышла из строя практически вся – в дополнение к любителям пожевать изоляцию и закусить гусеничными траками добавились невзрачного вида цветы, распыляющие пыльцу, по твёрдости и консистенции сравнимую с алмазной пылью. Механизмы, скрипя шестерёнками, встали, их смазочные масла пришли в негодность, гидравлика спасовала, не в силах побороть возникшее трение.

На базу обрушился дождь, выплеснувший море мелких, но чрезвычайно ядовитых лягушек. Эти земноводные умудрились забиться в самые неприметные щели и сумели потравить не только воду и продукты питания, неосмотрительно оставленные без присмотра, но и множество сотрудников, случайно касавшихся выделяемой ими слизи.

С дождём база засеялась небольшими растениями, которые, по мере всхожести, стали образовывать непроходимую сеть, цепляющую за ноги всякого, имевшего неосторожность к ней прикоснуться.

Мэл стал готовить второй удар, реквизировав под него чуть ли не четверть горючего базы. Тогда-то Леман и решился на крайний шаг, пытаясь остановить это безумие. Поджигатель вышел из него неважный – занявшийся пожар спалил не только горючее полковника, но и единственный склад горюче-смазочных материалов базы.

Он сам чуть не сгорел в пожаре этого склада, но цели своей достиг – пребывание на Грее стало лишено смысла. Тим, скрепя сердцем, принял решение о всеобщей эвакуации, благо на подлёте был большой транспортный корабль с дополнительной техникой и материалами.

Леману грозил суд, но обозлённые охранники базы решили по-другому. Сверкающий флайер завис над верхушками деревьев, жужжа турбомоторами, его входной люк отъехал в сторону, и охранники подтащили к нему Лемана.

Иногда, эти мгновения всплывали в его снах, но проскакивали быстрой чёрной полосой из которой выплывало лицо полковника Мэла со словами: «Я же говорил, что твоё место в джунглях. Вот пусть теперь они и позаботятся о твоей жизни».

После этого в его сне наступала широкая зелёная полоса. Густые заросли смягчили падение, но всё же боль в неестественно вывернутой ноге сразу же сигнализировала, что падения с высоты не даются даром. Лишённый скафандра он не должен был прожить долго. В гуще джунглей сопротивление местной природе было бесполезно - она здесь царствовала безраздельно. Он сидел и ждал избавления от мучений этого мира. Множество запахов окутывало его, унося сознание, а гибкие стебли оплетали ноги, предлагая забыться на густом ковре зелени. Неожиданно, словно кто-то повернул выключатель и мир наполнился удивительными полупрозрачными существами, порхающими среди растений. Удивлённый Леман почувствовал себя на морском дне кораллового моря, наблюдающим вокруг буйство разноцветной жизни. Фантастические существа, переливаясь радужными цветами, сновали вперёд-назад, создавая, на первый взгляд, впечатление хаотичности.

Вот гирлянда разноцветных шариков, вытянувшись цепочкой, медленно проследовала мимо, влекомая невидимым ветерком. Полосатое лупоглазое существо, напоминающее большую рыбу, важно проплыло мимо, не удостоив чужака даже мимолётного взгляда. Похожие на маленьких фей создания погоняли стайки разноцветных жуков, норовящих разлететься по сторонам. Бабочки с завораживающей раскраской и стрекозы с перламутровыми крыльями, по сравнению с другими созданиями, здесь казались какими-то обыденными, хотя тоже поражали своей красотой и изяществом.

Леман подумал, что это, скорее всего, наркотический эффект распространяющихся повсюду дурманящих запахов, поэтому нисколько не удивился, когда из листвы, стебельков и травинок сложился стройный женский образ, грациозно накинувший на себя ожерелье из золотистых жучков. Зазубренные кончики его листочков, торчавшие во все стороны, словно шипы, придавали ему воинственный и грозный вид. Листья, собранные на голове высоким островерхим шлемом, напоминали царственный убор древних королей. Из-под него вразлёт красовались очень длинные брови, обозначенные тонкими ажурными листочками, слегка прикрывающие яркий свет двух крупных рубинов, взирающих на Лемана холодно и страшно.

- Так ты и есть тот смельчак, который пошёл против своего племени?

- Нет, я просто хотел предостеречь их от ошибки, - пробормотал Леман, зачарованно уставившись в эти красные угольки. На такие мелочи, что это создание могло говорить и его речь была понятна для него, он даже не обратил внимание. – А откуда… Откуда вы это знаете?

- Это пока ещё моя планета. Как вы её назвали, Грея? Что значит это имя?

- Не знаю, мы редко даём имена планетам, только перспективным... Например, если на них возможна жизнь. Наши имена сейчас мало что выражают. Моё имя – Леман, но я тоже не знаю, что оно означает.

-Что ж, Леман, моё имя тебе тоже ничего не скажет. Моё имя - это шум ветра в верхушках деревьев, ночной шёпот спящей листвы и шорох колыхания трав. Его не произнести, он оно здесь повсюду. Для вас это сложно понять и услышать, да и ни к чему. Пусть для тебя буду - Листок. Листок - это я!

Леману показалось, что при этих словах большой вихрь закрутился в воздухе, вовлекая в широкий хоровод всех, кто в нем находился. В его глазах на миг зарябило от быстро мелькающих красок, но уже через секунду все вернулось в своё прежнее, непонятное постороннему взору, движение.

- Я хочу сделать тебе подарок, - с этими словами Листок оторвала от ближайшего жёлтого цветка лепесток, выдавила на него из стебля капельку сока и протянула биологу.

- Что это? - удивился Леман, рассматривая прозрачный, как слезинка, шарик.

- Напиток вечного забвения. Ты же этого ждёшь? Выпей, и ты останешься с нами навсегда.

-Но… - Леман вздрогнул, понимая, что перед ним яд. - У нас подарки обычно более жизнеутверждающие.

- Значит, ты все-таки выбрал жизнь? - Листок смахнула часть капли с лепестка, оставив на нем крохотную прозрачную бусинку. - Тогда так! Лекарство – это тот же яд, просто всё дело в дозировке.

Леман с недоверием посмотрел на оставшуюся крошку и, наконец решившись, слизнул её языком. Вкуса он не почувствовал и в теле как будто ничего не поменялось, но, зато, вокруг него мир пришёл в движение, центром которого стал он сам. Неожиданно Леман почувствовал, что сидеть ему стало очень удобно - это трава, став мягкой и упругой, приняла форму его тела, даря впечатление необычайного комфорта. Гибкие стебельки перетянули ногу, а гигантские муравьи, те, что могли грызть железо гусениц вездеходов, уже вовсю вскрывали его ногу, добираясь до сдвинутых переломом костей. Ногу щипало, но боли Леман не чувствовал. Налетевшая мошка облепила рану, набросившись на застоявшуюся кровь, и через мгновенье разлетелась, как будто её и не было.

Ещё он помнил каких-то жуткого вида насекомых, коловших жалами многострадальную ногу, мелких жучков, обрабатывающих рану и гусениц, обмазывающих кости и плоть клейкой субстанцией.

Все это не заняло и пяти минут, а нога была собрана, склеена и стала вполне функциональна.

- Не беспокойся, - сказала Листок, наблюдая, как Леман осторожно ощупывает свою ногу. - Она стала лучше новой.

- Не может быть… Я думал – это сон, но я могу чувствовать боль, когда щипаю себя за руку. И всё же… Что происходит вокруг меня?

- Что происходит вокруг? Вокруг тебя жизнь. Я слышала твою теорию о её разнообразных формах – не удивляйся, на этой планете от меня секретов нет. Теперь та форма жизни, о которой ты говорил, прямо перед тобой. Ты в неё поверил, а когда увидел воочию – не признал?

- Просто это… неожиданно. Как такое возможно?

- Возможно? Лучше сказать - как стало возможно. - Листок взмахнула рукой и тонкие ветки позади неё сплелись в подобие кресла. Она присела и на мгновение задумалась, как будто решая - с чего начать.

- Это долгая история, а началась она так давно, что от её участников не осталось и пыли… Ты ведь в курсе, что вы не первые пришельцы, которые пришли на мою планету? Только ты не представляешь, насколько. И как давно это было. Первыми были две неизвестные расы, схлестнувшиеся за обладание планетой в яростной войне с применением ужасного оружия, аналогов которого я не встречала за всё последующее время своего существования. После этого планету посчитали непригодной для жизни. Точнее - для нормальной жизни, а то, что осталось на ней - продолжало жить. Мутировало, но жило. Так родилась я. Потом, спустя безмерное количество времени, стали появляться новые пришельцы, пытаясь ограбить то, что мной было так трепетно выращено и накоплено. Никто из них не выжил. Почти никто. К сожалению, вашу базу ожидает та же судьба. О, сколько раз планету в отместку бомбили и поливали химикатами. Но что это для нас - выращенных чуть ли не всех видах излучений! Они не понимали одного - бесполезно воевать с жизнью. А я и есть сама жизнь. Мы снова мутировали, а потом научились делать это без посторонней помощи и быстро. Теперь я сама обладаю способностями быстро преобразовывать свои создания и порождать новые виды. Это оказалось не так уж и сложно.

- Неужели никто не сумел наладить с тобой контакт? Неужели никто не поверил в твой разум?

- Почему же? Всегда находился кто-то, такой же, как ты. Эти единицы, как ты сам понимаешь, погоды в наших отношениях не делали. Впрочем, есть одна интересная раса - они называют себя ладдами. Они ушли сами, посчитав себя не вправе нарушать гармонию моего мира. Но я рада их видеть и иногда они появляются здесь чтобы пообщаться и поделиться новостями своего мира.

Листок замолчала, молчал и Леман - тысячи вопрос вертелись у него на языке, но его беспокоила фраза об обречённости, хоть и бывших, но его товарищей:

- Среди нас много хороших людей!

- Нет ни хороших, ни плохих. Есть те, которые причиняют боль другим. Есть те, кто им помогает или отстранённо наблюдает - чем это кончится. Вот они и увидят конец этой истории, заняв места в первом, втором и третьем ряду. Но есть и другие - те, которые пытаются им помешать. Как ты, например. Каждый волен выбрать понравившуюся сторону. Эта воля - главная прерогатива каждого разумного существа. И его ответственность.

Листок встала и ветки за её спиной снова распрямились, превратив кресло в густые заросли подлеска.

- А тебе пора идти, дорогу увидишь сам. Жаль, что ты не остался с нами… - она помолчала, а потом добавила странную фразу, смысл которой Леман совершенно не понял, - Я не прощаюсь с тобой. В тебе теперь навсегда останется частичка моего мира, а значит - и меня. Когда-нибудь ты это поймешь сам, но вряд ли, при этом, ты останешься собой…

- Один вопрос! - выкрикнул Леман, понимая, что настало время прощаться и повёл вокруг себя рукой - Почему я вижу всё это?

- Потому что мы тебе это позволяем. – пожала плечами Листок и осыпалась, растворяясь в зелени джунглей.

Встреча с этим необыкновенным существом была лучшим и самым ярким воспоминанием, которое время от времени возвращалось ему в той, зелёной волне сна, и он всегда хотел задать ей множество вопросов, или просто завязать беседу, но, как только она вплывала в его сон, он терял инициативу и просто заново переживал состоявшийся давным-давно разговор.

Леман действительно увидел дорогу в зарослях. Она не была прямой, зато лёгкой и почти свободной. Оказывается, идти по этому лесу было просто и даже приятно, когда он принимает тебя за своего. На его памяти ещё были свежи последние впечатления о сложностях передвижения изыскателей, несмотря на защитные костюмы и сопутствующую экипировку.

Довольно быстро он вышел на небольшую просеку, носившую следы явно искусственного происхождения. Поваленные деревья задирали вверх покрытые ещё свежей землёй корни, вокруг них в беспорядке лежали поломанные ветки, распространяя резкий запах помятой и раздавленной зелени, перемешанной с поднятой из глубин почвой.

Очевидно, что недавно здесь потерпел крушение летательный аппарат, при падении прочертивший в джунглях длинную борозду и разметавший деревья с кустарниками на образовавшейся проплешине.

Леман присмотрелся повнимательнее и на её краю увидел знакомый флайер, запутавшийся в лианах и оплетённый зелёными зарослями. Один из его моторов отлетел в сторону и лежал прямо под его ногами. Он коснулся помятого металла, счищая успевшую подсохнуть грязь. Ему даже показалось, что мотор не успел остыть, разогретый аварийной перегрузкой – сетка его воздухозаборников была забита чем-то мелким, перекрывая доступ к турбине. Поковырявшись, Леман вытащил горсточку покрытых жёсткой скорлупой семян малоизвестного ему растения. Единственное, что он о нём знал – это его способность выбрасывать в воздух небольшие коробочки, лопающиеся в вышине и осыпающие семенами землю далеко в округе.

Подходя к флайеру, он наткнулся на тело полковника. По-видимому, тот попытался выпрыгнуть из аппарата, как только земля стала совсем близко. А, может быть, его просто выкинуло через тот же люк, через который он выбросил Лемана. Но полковнику не повезло – сейчас он истекал кровью, лёжа на обломках молодого деревца. Сломанный ствол пробил его лёгкое и выпирал наружу, прорвав прочный комбинезон. Увидев Лемана, глаза полковника округлились, и он хотел что-то сказать, но изо рта показались лишь кровавые пузыри и донёсся слабый хрип.

- Желаю тебе лёгкой смерти, - пробормотал Леман, отступая от своего бывшего палача.

Маленький паучок с серебряной вязью на брюшке, напоминающей какие-то древние руны, как будто ждал команды. Быстро перебирая лапками, он вскарабкался на плечо полковника и на миг приник к его шее. Мэл вздохнул последний раз и лицо его разгладилось, скидывая гримасу боли.

Ему повезло чуть больше остальных – из оставшихся во флайере охранников не выжил никто. Леману было достаточно только заглянуть в сорванный люк, чтобы почувствовать дыхание смерти, наполненное тяжёлым запахом крови. Он сел, прислонившись к тёплому стволу чудом уцелевшего дерева, и без всяких мыслей уставился на подсвеченные мягкой синевой облака и на неяркий синий свет скрывающегося за ними светила.

Тут его и застала спасательная команда транспортника, сориентированная на аварийный маяк флайера.

Глава 9. Авария

- Так вы утверждаете, что во всём виноват Пол? – офицер по безопасности откинулся в кресле, не сводя взгляда с сидевшего на больничной кушетке спасателя.

Медицинский бокс, в который поместили под наблюдение Лемана, представлял собой небольшое, но герметичное помещение, крайне минималистичного дизайна. Стул и кушетка были его единственной мебелью, если не считать примостившееся в углу отхожее место и умывальник.

- Я так не сказал, - Леману уже порядком надоел этот разговор, равно как и сам, дотошный до мелочей, офицер. - Это было то, что заняло его тело, подчинило нервную систему и управляло его мышцами.

- Ну да, ну да, - скептически улыбнулся Норман. - По этим приметам легко опознать самого Пола - он занимает своё тело, им же и управляет.

- Вы не понимаете! Его речь… Он не стал бы так со мной разговаривать!

- Может быть, он просто хотел разыграть вас?

- Он назвал Аргуса своим созданием. О каком розыгрыше могла идти речь, если погиб весь экипаж!

- Н-да, в такой ситуации не до шуток, тут вы правы… Так как вы объясните произошедшую с Полом метаморфозу?

- У меня есть предположение. Но вы же мне не поверите.

- Это почему?

- Да всё потому же! Что толку в моих теориях, если мы привыкли видеть только то, что нам хочется, отбрасывая не вписывающиеся в нашу концепцию мира представления.

- А вы попробуйте. Я готов вас выслушать.

Леман встал и обошёл кушетку с другой стороны, оставив её между собой и Норманом. Упершись в неё руками, как в края кафедры, он внимательно посмотрел на офицера, но у того на лице не дрогнул ни один мускул - по долгу своей службы ему приходилось выдерживать и не такие взгляды.

- Хорошо, - медленно произнёс Леман, - Я попробую объяснить. Учтите, что это только предположение… Вспомните о формах существования материи. Помните, что она может существовать не только в виде вещества, но и поля? То есть, с точки зрения науки, поле столь же материально, как и ваше биологическое тело!

- Или кусок льда.

- Да, или кусок льда, - недовольно поморщился Леман. - Только кусок льда - однородная субстанция, а с полями дело обстоит уже посложнее. Представьте только, сколько видов излучения пронизывают хотя бы эту комнату! А биополя – что мы о них знаем? Теперь представим себе, что существует некая подпитывающая среда, способная генерировать неоднородное по своей структуре поле пока ещё неизвестной нам природы. Причём, поле может оказывать влияние на эту среду посредством своего излучения, то есть имеет обратную связь со своей генерирующей средой. Тогда его структура может получить сложную организацию посредством многократных наложений на себя своих же неоднородностей. Управление своей средой создаёт предпосылки для хранения и обмена информацией, а самое главное – для порождения автономных систем. Я не говорю, что таким образом возникший разум сродни нашему, с присущими нам эмоциями и страстями, нет! Скорее тут больше подходит другое определение – искусственный интеллект. Ведь самое простое, что может в природе самоорганизоваться – это множество нейронных связей, которые мы сами с успехом заталкиваем в головы андроидов!

- Всё ещё не понимаю, причём здесь Пол…

- Тут как раз всё просто! Пол погиб при стыковке. Его мозг перестал функционировать, рассылая сигналы его телу. Зато вместо него поместился другой управляющий элемент - то самое автономное поле, способное взаимодействовать с интерфейсом его тела.

- Хм, а кто же обучил его этому интерфейсу?

- Не важно, я ведь описываю принцип и это только лишь мои предположения.

- А почему же марионеткой стал Пол, а не вы, например?

- Скорее всего, замещение возможно только в случае утраты контроля за нервной системой, иными словами - смерти.

- Допустим… А как быть с материальным созданием, Аргусом?

- Вы верующий?

- Леман, полетайте с моё, и вы не будете говорить глупости. По-моему, веру в космосе обретают все, если не сразу, так после первого года полётов - точно. К чему этот вопрос? Намекаете на сотворение мира и его обитателей высшими силами? Давайте всё-таки разделять вопросы веры и материального мира. Вера, в первую очередь, это духовность. Как вы с её помощью собираетесь забить гвоздь или сварить кашу? Оставим её в покое, - Норман вытащил из-под воротника золотой ромбик и поцеловал его. – Да пребудут его углы равными для всех противоположностей… У вас есть, что добавить?

- Конечно. Способность поля порождать вполне себе овеществлённые создания – вопрос самый интересный, и я над ним поразмышлял на досуге… Благо, время и помещение мне предоставили, - Леман обвёл рукой стены бокса. - У нас ведь не вызывает удивление мутация организмов под воздействием невидимых глазом частиц? А что, как не они составляют основу известных нам полей! Я думаю, что биологической массой для креатуры послужила часть экипажа, а преобразование совершилось под влиянием пресловутого автономного поля. Давайте назовём его по имени центральной звезды его галактики - Инферно. Осталось только вдохнуть в мутанта жизнь. Тут, скорее всего, Инферно использовало своё подобие с аналогичным источником подпитки энергией. Правда, я теряюсь в догадках, что бы это могло быть… Кстати, вы не в курсе - что это за минерал, которым были забиты ангары разведчика?

- Про минерал не могу ничего сказать. А вот насчёт мутации интересно. Но очень сомнительно. В одном вы правы - всё-таки я вам не верю. - Норман покачал головой и встал, собираясь выйти из медицинского бокса. - Вам больше нечего мне сказать?

- Мне никто не поверил на Грее. И где они сейчас? Подумайте об этом!

- Обязательно. А вам, пока идёт расследование, я настоятельно рекомендовал бы оставаться в боксе. Как можно дольше.

«Куда же я из него денусь, - пробормотал Леман, как только закрылась дверь за офицером. - Вздремнуть что ли?» - посмотрел он на манящее белоснежное бельё кушетки.

Но поспать ему не дали. Не успел он прилечь, как дверь отъехала в сторону и в помещение ворвалась Лия, вдохнув в больничные покои свежие нотки:

- А я к вам за анализами! - возвестила она, как только появилась на пороге. - Что это с вами? - девушка замерла, разглядывая Лемана.

- Что не так? - удивился тот, приподнявшись на локте.

- Ничего, - хихикнула девушка и смущённо присела на кресло, в котором недавно восседал Норман. - А мы возвращаемся на базу… - произнесла она, чувствуя себя отчего-то неловко.

- На базу? На нашу базу? А как же подобранные нами геологи?

- Ой, а вы ведь ничего не знаете, - осмелела Лия. - У геологов есть база, на планете Красная, здесь, на орбите Инферно. Но мы туда не полетим! Потому что потеря экипажа космического корабля - это не шутка и требуется провести расследование. Так капитан говорит. А те, кто имеет хоть какое отношение к этой трагедии - будут свидетелями… или обвиняемыми. Вы не обижайтесь, но все считают, что Пола убили вы…

- Вот как, - Леман горько усмехнулся. - Вы тоже так считаете?

- Я? Нет! - Лия глубоко вздохнула и подсела поближе. - Точнее, так считала… А сейчас - нет!

- Надо же, - удивился Леман больше изменению поведения девушки, чем её словам. - Не понимаю!

- Вы… внушаете мне доверие, - она качнула головой и по её волосам прокатилась золотистая волна, отражая тёплый свет потолочных софитов.

Леман на мгновенье залюбовался этим переливом, и внутри него всколыхнулось уже подзабытое, но от того не менее щемящее чувство давней потери. Он помотал головой, отгоняя наваждение:

- А вы ведь пришли за анализами?

- Анализами? Конечно, - улыбнулась Лия. - Надо переделать анализ крови.

- Что-то не так?

- Не беспокойтесь, всё так! Просто прибор засорился, и ваша кровь оказалась вовсе и не кровь, - рассмеялась Лия. - У меня первый раз такое. Но тут такая суета, все носятся с этим зверем - пробы, анализы. Вот и недоглядели где-то… Давайте руку.

Лия взяла руку Лемана за запястье и придвинула к себе, невзначай прислонив к телу. На сгиб руки она аккуратно приложила маленький приборчик, похожий на большого паучка и, как только тот наполнился кровью, спрятала его в карман комбинезона. Задержав руку чуть дольше обычного, Лия вздохнула:

- Вот и всё… Ой, совсем забыла! Как же ваш бок? - девушка решительно ухватилась за больничный халат Лемана.

- А с ним-то что? - Леман с удивлением посмотрел на широкий пластырь, открывшийся за полой халата. - Я ничего не чувствую.

- Вот мы сейчас и посмотрим… Хм, действительно ничего. А был приличный ушиб! Мы даже переживали за ваши рёбра, - Лия прислонила ладонь к месту с которого сняла пластырь. - Я чувствую, как бьётся ваше сердце. Не боитесь, что украду?

- Лия, вы же знаете, что там одни осколки!

- Судя по тому, как зажил бок, оно склеится моментально. Но я, пожалуй, пойду, - девушка выпрямись в кресле. - А то меня Марич ревнует ко всему экипажу корабля!

- Конечно, Лия. Не заставляйте доктора нервничать. В его возрасте это опасно.

- Я ещё заскочу, - подавив смешок, то ли спросила, то ли пообещала девушка.

- Буду ждать.

Леман проводил взглядом девушку, пожал плечами, пробормотав, что Марич может быть в чём-то прав, и сразу же уснул, утомлённый чередой событий и не окончившим своё действие лекарством.

Может быть его сон не был бы так спокоен, если бы он знал, что за дверьми бокса по-прежнему продолжается разговор, в центре которого находится его персона.

- Куда это мы так торопимся? - дорогу офицеру безопасности перегородила стройная фигура с нашивками офицера разведки.

- Мелори! - вздрогнул Норман, вовремя затормозив перед выпирающими выпуклостями синего комбинезона. - Что же вы так пугаете… То есть я хотел сказать - тут делаете?

Норман немного побаивался этой миловидной женщины, которая, в отличие от него, дослужилась в космическом десанте до офицерского звания. Комиссованная по ранению, она перенесла несколько операций и теперь дорабатывала выслугу на спасательном корабле. Несмотря на её кажущийся хрупкий вид, ловкостью она обладала неимоверной, что в совокупности с крепкими мускулами было прекрасно продемонстрировано безопаснику, когда он решил проявить к ней чуть больше интереса, чем допускали приличия. С тех пор Норман старался держаться подальше от этой амазонки, и она отвечала в этом вопросе взаимностью, пересекаясь с ним только в случае служебной необходимости.

- Что узнали интересного? - проигнорировала его вопрос Мелори, не собираясь уступать дорогу. - Как продвигается наше расследование?

- Причём здесь вы… - начал было Норман, но запнулся, встретившись с ней взглядом. - Я доложу лично капитану…

Он замолк, поняв, что его слова могут быть превратно истолкованы – вместо доклада о результатах разговора с Леманом, получалось, что он вроде как готов доложить о наглости начальника разведки. По-видимому, Мелори истолковала именно так. Её глаза недобро сверкнули, и ледяным тоном она продолжила:

- Послушайте, Норман, и зарубите у себя на своём длинном носу! Вы получили право вести дело Лемана и начали собирать кое-какую информацию. Но, как всегда, постараетесь удержать всё, что нарыли, у себя?

Мелори злила ситуация, когда безопасник специально игнорировал её в ходе своих расследований. Практически любой случай, связанный с жизнью экипажа или сохранностью корабля, оказывался в юридическом поле этого проныры. Причём ответственность за такой случай несла она, а результаты расследования никак не влияли послужной список Нормана. «Зеркало заднего вида» - так называла Мелори эти результаты. «Водить без зеркал можно, но крайне небезопасно», - повторяла она капитану свою истину, но тот в ответ только разводил руками, кивая на должностные обязанности офицера по безопасности.

- Хотите копаться в этом дерьме сами? Выслушивать бредовые идеи и изображать при этом сочувствующие лицо? - усмехнулся Норман. - Даже если и так, то у вас нет полномочий. А что вы хотите от меня? Я не держу информацию и передаю её… Например, капитану!

- Неужели? Мне дела нет до капитана! И в этот раз я не шучу. Если мне станет известно, что мимо прошли нужные мне сведения, то обещаю - вы об этом сильно пожалеете!

- Ага, напугали, - на всякий случай Норман отодвинулся на полшага. - Что же вас интересует?

- Не прикидывайтесь тупым! Меня интересует всё, что связано с безопасностью наших работ. В данном случае, мне необходимо знать - где разведчик геологов разыскал эту тварь!

- Да откуда Леман это будет знать, вы подумали? Ему что, сам Аргус должен был доложиться?

- Вы не хуже меня знаете, что Леман бывший ксенобиолог, и у него, наверняка, есть на этот случай какие-то идеи, мысли. Только не говорите, что он с вами ими не поделился!

- Ха, поделился! Хотите знать - пожалуйста! Аргус появился из биомассы под воздействием излучения неизвестного нам поля, которого Леман прозвал Инферно. В качестве биомассы был использован экипаж разведчика, причём уже мёртвый. Чтобы погубить экипаж нужен был Аргус, а, чтобы он появился, экипаж должен был погибнуть. Как вам такое? Замкнутый круг.

- Чепуха какая-то… Поле, биомасса… Что-то я сомневаюсь, что он именно так говорил.

- Клянусь! Я готов дать запись разговора… Но после доклада капитану!

- Идёт. Только не заставляйте за собой бегать, Норман. И вот ещё что – Смерть на разведчике случилась ещё до появления зверя. Двое геологов погибло при работе на астероиде, когда весь экипаж ещё был жив. Почитайте судовой журнал, - бросила Мелори, проходя мимо. – Чтение развивает мозговую активность.

Норман выдохнул и прислонился к тёплому коридорному пластику. Мгновенье он собирался с мыслями, оглянулся, чтобы убедиться в отсутствии лишних свидетелей разговора, и не торопясь поковылял на доклад к капитану.

- Вот ведь… - покачал он головой и приложился кулаком по стенке, испытывая чувства растерянности и досады.

Пластик жалобно скрипнул, а световая панель сердито загудела, заставив Нормана отпрянуть и поспешно ретироваться в направлении капитанской каюты.

***

Оставив позади каменное крошево красного гиганта, спасательный корабль вырвался на космический простор такого долгожданно чёрного, а самое главное - пустого пространства. О красных отсветах теперь напоминали лишь воспалённые глаза капитана и пилотов, а вместо рубиновых камней на экранах засверкало белое золото далёких звёзд.

Эвакуированный разведчик в аккурат поместился в один из ангаров спасателя, и его команда могла рассчитывать на солидный куш в части от стоимости спасённого ими корабля. Пребывавший несколько дней в напряжённом состоянии экипаж выдохнул и решил закатить по этому поводу небольшой праздник, который не торопились разделять только спасённые геологи.

- Нет, об этом не может быть и речи, господин Линд, - капитан уже который раз терпеливо повторял эту фразу начальнику геологоразведчиков. - Мы не будем высаживать вас на Красной.

- Как вы не понимаете, это такие потери! Прежде всего времени… Наши конкуренты не будут тратить его даром!

Длинный, как каланча, Линд никак не мог устроиться в неудобном для его роста кресле. Ноги в брюках мышиного цвета то разъезжались в стороны, то собирались вместе, чуть ли не упираясь коленками ему в подбородок. Второй бедой для него оказались руки, пытающиеся в такт ногам обхватить колени или повиснуть плетью вдоль тела. Краузе некоторое время наблюдал за этим странным сидячим танцем, а потом не выдержал и путём простых манипуляций на подлокотнике, подогнал кресло геолога под его рост.

- Спасибо. Нас не обязательно высаживать на Красной. По крайней мере, всех. Вполне будет достаточно выгрузить там корабль-разведчик…

- Который к вам никаким боком! Что вы мне предлагаете? Вы в своём уме?

- Господин капитан, может быть проблема упирается в деньги? Я конечно не могу гарантировать, но уверен, что наша фирма сможет заплатить лично вам вдвое… Нет, втрое или даже вчетверо больше, чем вы получите премию с этого корабля! Это очень приличные деньги!

- Во что упирается проблема? Я вам отвечу - проблема упирается в мёртвый экипаж. Что вы ему можете гарантировать? Что вы можете предложить тем, чьи кости выгребли из разведчика? Отстаньте от меня с вашими деньгами, у меня их достаточно, чтобы о них не думать! Послушайте, Линд, я устал вам повторять - я действую согласно инструкции, а она гласит, что корабли, на которых произошло подобное ЧП, доставляются на федеральную базу космофлота, и мы не будем делать крюк только ради ваших особых персон. Тем более, что вам придётся кое-что объяснять следствию.

- Инструкции! И это говорит мне капитан космофлота! Вы не хуже меня знаете, что инструкции написаны для того, чтобы их нарушать. Или вы весь такой правильный и в своей службе следуете строго полученной разнарядке и инструкции? Да, господин капитан?

- В случае, подобном этому - буду следовать всегда. Ситуация - из ряда вон выходящая, а у вас только бизнес на уме. Нет, не на уме - на костях. Всё, разговор окончен!

Выскочив из каюты капитана с лицом, багровее Инферно, Линд отправился к своим коллегам, чтобы разделить с ними негодование по поводу такой жёсткой позиции капитана. Мимо него то и дело сновали возбужденные спасатели и он готов был поклясться, что тонкие ароматы, порой доносившиеся до его обострённого обоняния, свидетельствовали о более существенных напитках, нежели фруктовые коктейли и синтетическая газировка - единственно доступные на такого класса кораблях.

Линд поймал себя на мысли, что сам не отказался бы пропустить стаканчик, дабы восстановить душевное равновесие. С сомнением проводив взглядом исчезнувших за поворотом спасателей, он всё-таки добрёл до многоместной каюты своих сотрудников. Решительно открыв дверь, Линд спокойно посмотрел на пустое помещение, и, теперь уже не сомневаясь, ещё более решительно пошёл в направлении общего праздника.

«Обитель спасителя» - так было выложено крупными рельефными буквами над входом в общую столовую. Давным-давно какие-то шутники искусно вырезали буквы и, улучив момент, прикрепили эту надпись над дверью. Название прижилось и надпись убирать не стали, а то, что клееные впопыхах буквы были слегка кривоваты, придавало наименованию столовой особый шик.

Вдохнув тёплый воздух с запахами чего-то съестного, Линд заглянул внутрь, ожидая увидеть набившихся, как сельдь в бочку спасателей. Он не знал точную численность экипажа этого корабля, однако, на полном основании, подразумевал, что пара сотен – это не предел для такого класса и столовая рассчитывалась на приём посетителей посменно. Однако увиденное его приятно удивило.

Сдвинутые столы позволили рационально использовать её не слишком большое помещение и сейчас сюда свободно поместилась добрая половина команды, включая пристроившихся в уголке геологов. Они замахали руками, показывая на свободный стул рядом с ними.

- Наливай! – потребовал Линд, как только пристроился к ним за стол.

Геологи переглянулись, поняв по виду своего коллеги, что речь идёт не о лимонаде.

- Шеф, мы правильно вас поняли? – на всякий случай уточнил один из них, около которого были собраны кучкой маленькие стаканчики.

- А по мне не заметно? – огрызнулся Линд. – Наливай, давай! У меня плохие новости.

Бросив быстрый взгляд по сторонам, один из геологов побулькал под столом из неприметной фляги и протянул ему стаканчик доверху наполненный прозрачной, как слеза, жидкостью с резким неприятным запахом. Линд недоверчиво посмотрел на своего коллегу, но тот утвердительно кивнул головой, показав большой палец.

Геолог задержал дыхание и залпом влил содержимое в горло. Дыхание его перехватило, в ушах раздался непонятный шум, сменившийся ватной тишиной, а в глазах резко померк свет, как будто кто-то повернул выключатель. Он выдохнул и закашлялся, но темнота перед глазами не рассеялась, зато со всех сторон стали раздаваться редкие голоса, судя по интонации – что-то выспрашивающие.

Не успел Линд как следует удивиться мощной силе выпитого напитка, как его приподняло в воздух, больно ударив коленками об стол, резко кинуло в сторону, столкнув с чем-то мягким, и распластало по потолку. То, что это потолок, геолог определил по тёплым софитам, один из которых больно прижался к его щеке.

Теперь Линд уже явно различал браные вопли вокруг себя и до него начало доходить, что подобную картину в его мозгу не нарисовало бы ни одно адское зелье. Оно запросто могло обмануть вестибулярный аппарат, даже органы чувств, притуплённые алкоголем, не адекватно реагировали на раздражители и могли ввести в заблуждение, но крепкие слова народного жаргона, как ничто другое, действовали отрезвляюще, наполняя сознание реализмом. Мысль о величии слова мелькнула в голове Линда, и он даже позволил себе предположить, что за слово лежало в основе сотворения мира, поражаясь подмене понятий в святом писании. В тот же момент нестерпимо ярко зажегся свет, и помещение потонуло в грохоте падающих с потолка тел.

***

- Докладывайте! – Краузе поморщился, прикоснувшись к широкой повязке, закрывающей пол-лица.

На мостике перед ним мялись старший помощник и главный механик. Вид у обоих был, подобно капитану, слегка побитый. У механика на лбу сияла большая шишка, а помощник капитана держал на перевязи руку, но утверждал, что это всего лишь сильный ушиб.

- Произошло столкновение с метеоритом небольшого размера. Система защиты не сработала из-за его маленьких размеров и большой скорости. Скорость его была такова, что он пробил внешнюю обшивку, обшивку корпуса защиты реактора и камеру реактора, - начал старпом. - Что касается повреждений реактора, доложит механик.

- Да что там! Там всё понятно - как камера-то разгерметизировалась, так реактор, значит и заблокировался. А второй, значит, не потянул. Ну и отключил то, что меньше всего в энергии нуждается. Неосновные потребители, значит. А как первый-то перезапустился, так, значит, всё и заработало. Но вполсилы.

- Каковы перспективы ремонта?

- Да какие там перспективы! Неважные, значит. Андреа, наш второй андроид, обследовала камеру и говорит, что на неделю работы, значит. Но не на ходу. То есть база ремонтная нужна, значит, хоть какая.

Андреа была вторым андроидом на борту спасателя. Разумеется, как и все андроиды, она не имела пола. Но команде было скучно наблюдать двух бесполых существ и было решено, что один станет Андрэ, а второй Андреа. В связи с таким единодушным решением Андреа отправили производителю для небольшой модифицикации, чтобы внешне соответствовать назначенному полу. Производитель заартачился, заявив, что нужна доработка голосового аппарата, а кроме него, нужно менять модель поведения и запросил немалую сумму. Но что такое деньги для трёх сотен воодушевлённых идеей космонавтов! На радостях хотели выписать себе целый штат андроидов-девиц, но тут стукнуло кулаком по столу управление космофлота, заявив, что есть разница между космическим спасателем и летающим борделем, а кто её не понимает, пусть катится с корабля ко всем чертям. Страсти поутихли, но свою Андреа спасатели получили.

- Та-а-ак, - протянул Краузе. - Это что же получается? Лететь на половине мощности - не вариант и ремонтировать на ходу - тоже. А получается, господа старшие офицеры, что выбора-то у нас и нет! - он ткнул пальцем на экран монитора. - Заворачиваем на Красную! Вам может показаться странным, но сегодня меня уже уговаривали это сделать…

- Господин капитан, - подал голос старпом, выводя Краузе из задумчивости. - Это ещё не всё!

- Да? - поднял бровь капитан.

- Потерь у нас среди экипажа, в общем-то, нет. Все отделались синяками да ушибами. Но пропали два спасателя. Конечно, сейчас суматоха уляжется и, может быть, тревога окажется ложной, а они отсыпаются где-то, хм… Перебрав на празднике…

- Куда здесь можно пропасть? Не в космос же они ушли. Организуйте поиск и держите меня в курсе. Что ещё?

- Вроде как всё…

- Разрешите? - на палубе мостика появилась Андреа.

Производитель то ли в отместку за нестандартный заказ, то ли наоборот - сильно постарался, мотивированный приличной суммой, но девушку из андроидавылепил на совесть: тонкие правильные черты лица в обрамлении едва закрывающих шею белокурых волос, изящные запястья и талия, которой позавидовало бы большинство женщин, делали её необычайно женственной, а взгляд пронзительно-синих глаз добавил бы эпитет - обворожительной.

- Что у тебя, Андреа? - Краузе ценил её больше за другие качества - исполнительность и высокий профессионализм.

- Я думаю, вам будет интересно, - Андреа достала из пакета чёрный, размером с теннисный мяч минерал.

- Что это? - удивился Краузе, хотя уже догадывался, что это за порода.

- Это метеорит.

- Вот как? - не ожидал такого ответа капитан. - И он так сохранился после удара?Нет, это не к вам вопрос, Андреа. Вы свободны.

«Как же он мог быть расколот ножом?» - Краузе почувствовал какую-то нестыковку, но с мысли его сбил голос старпома:

- Господин капитан, вы не обращали внимание на зрачки Андреа? Мне показалось, что у неё какая-то примитивная система фокусировки - зрачки постоянно в движении. Да и форма у них… Странная.

- Нет, покачал головой Краузе.

От неловкого движения повязка натянулась, причинив боль и он, поморщившись, добавил:

- Почему моя каюта не относится к основным потребителям энергии? Старший механик, подумайте об этом на досуге.

Глава 10. Явление первое

Фигура в космическом скафандре неторопливо двигалась вдоль повреждённого борта спасателя, изредка скользя по нему лучом поискового фонарика. Некогда освещённое и прогретое внутренним теплом корабля околобортное пространство теперь погрузилось в кромешную темноту и только изредка вспыхивал яркими блёстками расползшийся по стенам иней, разбуженный белым пятном искусственного света.

Через некоторое время луч выхватил небольшое отверстие, через которое можно было наблюдать яркие звёзды. Фигура замерла, и рука в толстой перчатке осторожно приблизилась к пробоине, прикоснувшись вывернутого края обшивки. Осторожно проведя по её краю, она положила фонарик в отверстие и направила луч внутрь корабля, выискивая что-то в его глубине. Из темноты показалась вторая пробоина, уже на внутреннем корпусе, скрывающим энергетическую систему корабля. Сфокусировав луч так, чтобы он давал минимум рассеивания, космонавт прицелился по получившейся тонкой световой линии, пытаясь разглядеть куда она упирается в глубине.

Удовлетворённый результатом, он выключил фонарик, аккуратно засунул его в боковой карман для инструмента и не спеша двинулся в обратную сторону.

- Комета один, как меня слышите? - прошептал в его шлемофонах приглушённый голос радиоэфира. - У вас ресурс жизнеобеспечения примерно на час. Как поняли, приём.

- Центр управления, я - Комета один, вас понял, - космонавт остановился и прижал рукавицу со стороны шлемофона. - Дайте мне защищённую линию для связи с капитаном.

- Выполняем, ждите вызова.

Краузе с неудовольствием посмотрел на мигающую лампочку спецсвязи. Браслет на руке завибрировал, дублируя сигнал, а его цветовой фон окрасился цветами шифрованного канала. Вызов прерывал неприятный разговор, который он хотел бы поскорее завершить, а теперь встреча либо откладывалась на неопределённое время, либо просто затягивалась и появлялись новые проблемы, требующие решения одновременно с продолжением беседы.

Перед ним сидел Линд и безуспешно пытался разобраться с настройками кресла. Краузе вздохнул и подумал, что повторная встреча с геологом принесёт гораздо больше вреда его душевному спокойствию.

- Прошу прощения, - прервал он его старания. - У меня срочный вызов.

Линд кивнул, на миг оторвавшись от кнопок на подлокотнике, но капитану уже было не до него. Нажав несколько раз на эмблему космофлота, блестевшую на воротнике, он активировал гарнитуру. Определив по характеру сигнала тип связи, та включила локальную систему шумоподавления, окружив его голову звуконепроницаемым барьером.

- Капитан на линии, - выдохнул Краузе, предчувствуя неприятности.

- Докладывает Начальник разведки.

- Слушаю, Мелори.

- Господин капитан, только что закончила обследование внешней обшивки секции, пострадавшей от метеорита. Довожу до вашего сведения, что ряд пробоин, приведших к повреждению реактора, носят искусственный характер.

- Что за привычка у вас выражаться казённым языком? Что значит искусственным? А метеорит, по-вашему - это рукотворное тело и как тогда следует называть причинённые им разрушения?

- Естественными. Разрушения естественной природы. А в нашем случае разрушения действительно рукотворные.

- Погоди, - не поверил Краузе, - Ты хочешь сказать, что среди нас нашёлся безумец, который решил обречь корабль, в том числе и себя, на долгую смерть в пустом космосе? Ты уверена в своих словах?

- Судите сами - пробоина внешнего корпуса вывернута металлом наружу.

- Такое может быть, если давление внутри корабля гораздо больше наружного. А в космосе всегда так.

- Не факт. Сила удара была гораздо больше разницы давлений – вы же помните, что пробиты три уровня защиты? Но вот вам второй признак - три пробоины: обшивки, корпуса реактора и его защиты не лежат на прямой линии. С чего бы это метеориту менять траекторию? Тем более на таком коротком отрезке?

- Хм… Если это так, Мелори, то, похоже, твои подозрения не беспочвенны. Но кому может быть выгодно мучительное самоубийство?

- Почему самоубийство? Во-первых, повреждения намеренно нанесены незначительные, но очень точные по своему избирательному воздействию. А, во-вторых, что, если цель диверсии - отклонить нас от маршрута и повернуть к ближайшей обитаемой планете?

- Которой является Красная. Хм... Смущает только точность расчёта - была бы авария поменьше, долетели бы до базы, ремонтируясь на ходу, а чуть побольше - остывали бы сейчас на орбите Инферно… Я всё понял, Мелори. Счастливого возращения. Отбой.

Краузе отключил гарнитуру, вернув звуковую проницаемость в норму и повернулся к Линду:

- Скажите, насколько важно вам нужно быть на своей базе?

- О, чрезвычайно! Если химическая компания первая выбросит на рынок наш продукт – речь идёт о том минерале, что я вам показал, то мы можем потерять четверть рынка наверняка, а, может быть, даже треть… Почему, собственно, вас это интересует?

- Взрывотехника ведь для вас не является тайной за семью печатями? Кто-нибудь из вашей команды способен на преступление ради завоевания рынка?

- Нет, конечно! При чём здесь взрывотехника? Вы намекаете на недавнюю аварию? Исключено! Тем более, что у нас нет ничего из взрывоопасных материалов. Или вы думаете, что мы прикуриваем от динамитных шашек? Я в своей команде уверен на все сто. Чего не скажешь о вашей!

- Моей?! Что вы имеете в виду? - опешил от такого поворота Краузе.

- Кражу! С этим я и пришёл к вам. У нас пропали вывезенные с астероида образцы минерала.

- Вы сумели захватить с собой образцы? Когда же? В то время, когда мы вытаскивали ваши задницы с того проклятого астероида? - Краузе недовольно покрутил головой. - А вы, я посмотрю, деляга ещё тот, несмотря на то, что учёный!

- Да, мы забрали с собой часть честно добытой нами породы. Разве мы не имели право на свою работу, ради которой рисковали жизнью? Тем более, что всё поместилось в небольшом рюкзаке - килограммов сорок, не больше. Я этого не скрывал раньше, не скрываю и сейчас!

- Надо ещё разобраться, что вы скрываете, а что нет… Когда произошла кража?

- Точно не знаю. После аварии мы начали собирать своё снаряжение. Всё было разбросано, вы же понимаете… Вот пропажа и обнаружилась.

- Послушайте, Линд, у меня для вас хорошая новость - мы повернули на Красную.А с вашей кражей… Ну подумайте - кому из спасателей нужна куча камней сомнительного происхождения? А если они имеют ценность, то и тем более - легализовать такой товар будет крайне сложно. Ищите среди своих, скорее всего, засунули куда-нибудь в суматохе.

- Но…

- Идите, идите уже! – Краузе решительно поднялся, указывая Линду на дверь. – Не хватало ещё мне вашими камнями заниматься! Нашли проблему - наскребёте себе таких с разведчика столько, сколько сможете унести. Для вас я специально вскрою ангар и заменю пломбы, если уж на то пошло.

Вытолкав геолога за дверь, Краузе попытался сосредоточиться. Присутствие этого нескладного визитёра раздражало капитана, мешая сконцентрировать мысли на новой проблеме. Забывшись, он потёр ладонью лоб, но сразу же задел повязку и скривился от неприятного чувства. Потянув её за один конец и морщась от боли, Краузе удалось стащить прилепленный заботливыми медиками клейкий бинт. Пощупав затянувшуюся рану, он удовлетворённо хмыкнул, скомкал и кинул получившийся белый шарик в утилизатор.

Капитан с наслаждением почесал лоб и второй раз попытался переосмыслить ситуацию. Он чувствовал, что есть связь между докладом Мелори и пропажей Линда, если действительно обстоятельства были таковы, как тот их преподнёс. Однако на память некстати пришёл разговор с офицером безопасности, который упомянул о судовом журнале злополучного разведчика, а именно - о погибших космонавтах, с которых и начались бедствия этого корабля. В свете информации, добытой Мелори, исчезновение спасателей приобретало криминальный характер.

А самое главное - их было тоже двое, как и погибших космонавтов разведчика. Краузе не верил в совпадения. Как и всякий, кто соприкоснулся с суровой непредсказуемостью космоса, он был не то, чтобы суеверен, но никогда не игнорировал приметы, изредка подбрасываемые судьбой. «Что за магическое число? - подумал Краузе, вышагивая по каюте. - Значит ли это… - он даже остановился, поражённый неприятной догадкой, но тут же выбросил её из головы. - Нет, не может быть! Но надо сообщить старпому.»

- Как продвигаются поиски, господин старший помощник? - поприветствовал он своего помощника, как только увидел изображение его недовольного лица.

- Пока никак, - даже через эфир чувствовалось раздражение старпома. - Никуда не денутся, голубчики. Попомнят они у меня этот праздник!

- Я вот что хочу тебе сказать, Нил, - Краузе решил подать информацию неформально, как неофициальную. - Тут на корабле какая-то чепуха начинает твориться. Ты сделай вот что - ребят, тех кто в поиске, собери в маленькие группы и раздай оружие.

- Не понял? Да у нас и нет столько оружия.

- Что тут непонятного? Пусть поиск ведётся группами по два-три спасателя. На каждую группу выдай хотя бы один бластер.

- Теперь понял… А зачем?

- Предчувствия у меня нехорошие, Нил. Лоб чешется, а это, насколько ты меня знаешь, к неприятностям! Так что принимай моё пожелание к сведению и исполнению, а мне ещё надо кое-кому раздать ценные указания.

Капитан пощёлкал селектором и на смену озадаченной физиономии старпома перед ним появилось сосредоточенное лицо вахтенного офицера.

- Докладывайте! – потребовал Краузе.

- Полётные системы в порядке, но часть из них отключена в целях экономии энергии. Мощность двигателей упала ещё на четверть и нестабильна.

- Сможем мы дотянуть до Красной?

- Так точно. Но ситуация меняется с каждым часом. Реактор работает с перебоями.

- Что с планетой? Нас готовы принять?

- Мы пока не можем установить связь с Красной. По-видимому, у нас на пути есть зона подавления радиосигнала.

- Или у кого-то неисправно связное оборудование.

- Только не у нас. Минуточку…. – офицер прижал руку к еле заметному наушнику. – Мне докладывают, что зафиксирован сигнал приводного маяка Красной! Теперь связь будет установлена в самое ближайшее время!

- Отлично, держите меня в курсе.

Нельзя сказать, что эта новость сильно обрадовала капитана, она всего лишь подтверждала, что всё идёт как и задумано, но долю уверенности в своих действиях она придала. «Что-то начинаю переживать по пустякам. Разве могло быть иначе?» - пристыдил он себя, стараясь прогнать тень сомнения, поселившуюся у него в глубине души. Краузе ещё раз почесал лоб и переключил селектор на офицера безопасности.

Вызов застал Нормана врасплох. Слова Мелори не пропали даром - он изучил судовой журнал разведчика и выгодно добавил почерпнутые из него сведения к своему докладу капитану. Поэтому факт пропажи двух спасателей ему тоже показался подозрительным, а его профессиональное чутьё просто кричало в ухо, что это событие тесно связано с его расследованием. Присоединившись к поискам, Норман надеялся убить двух зайцев - найти пропавших и определиться с Леманом. Доверившись своему шестому чувству, он начал поиски с ангаров, избрав отправной точкой покоящийся там корабль-разведчик. Судьба почти сразу же улыбнулась ему в виде ботинка и рваного куска ткани от форменного костюма спасателя. Норман присел, чтобы поближе рассмотреть находку, и в это время пришёл вызов от капитана.

- Где вы болтаетесь, Норман, когда в вас возникает острая необходимость? И почему вас нет на экране?

- Я!? - офицер даже выпрямился от неожиданности. – Но я же веду расследование, поэтому и не на месте. Потому и связь неполная…

- Не знаю в каком вы сейчас месте, но точно – в неправильном. Ставлю вас в известность, что неполадки с системой энергопитания – это результат диверсии.

- Откуда у вас такая информация? – ещё больше удивился Норман.

- От Мелори.

- А-а-а-а, от Мелори, - протянул Норман и уже собрался сказать несколько ехидных слов вдобавок, как почувствовал на шее борцовский захват.

Его дыхание перехватило, и двумя руками он схватился за сжимающее его шею предплечье, стараясь ослабить стальную хватку.

- Чем вас не устраивает Мелори? – вещал в это время голос из браслета. – На вашем месте я бы обязательно прислушался к её словам.

- Хр-р-р! – только и смог выговорить Норман, барахтаясь в захвате.

Он понимал, что его тактика проигрышная, но нехватка воздуха блокировала сознание и единственное, что ему пока удавалось – это удары локтями куда-то назад в попытке достать рёбра напавшего сзади. Удары то проваливались в пустоту, то попадали во что-то мягкое, не вызывая никакой ответной реакции. Тот, кто был за спиной, оказался очень ловок, но сдавить накаченный тренировками в спортзале загривок офицера у него получалось с трудом. «Спорт – это жизнь», - некстати, но к месту всплыла у Нормана неожиданная мысль.

Несмотря на свою абсурдность в этой ситуации, она придала ему бодрость и новые силы. Норман крутнулся, надеясь вывернуться и переместить противника к себе лицом, или, хотя бы, сдвинуть на сторону. Но тот стал крутиться вместе с ним, оставаясь всё время за спиной.

Захрипев, офицер попробовал упасть на колени, чтобы попытаться выскользнуть из-под руки, но неизвестный упёрся коленом ему спину, выгнув позвоночник и заламывая шею. Перед глазами Нормана поплыли разноцветные круги, а глоток воздуха оказался для него последним. Откуда-то сбоку послышались голоса, и последняя мысль безопасника была о служках чистилища, пришедших за его грешной душой.

Пришёл он в себя лёжа на полу, а вместо мохнатых рыл с пятаками и кривыми рожками, на него смотрели лица спасателей.

- Норман, куда вы, чёрт побери, пропали! - надрывался браслет. - Повторяю ещё раз - учтите, что тот, кто устроил аварию, способен на самые крайние меры. Будьте осторожны. У меня всё, отбой.

Норман с наслаждением несколько раз глубоко вздохнул и, промычав что-то нечленораздельное, - протянул руку в направлении фляги одного из спасателей. Парни немного стушевались и тот, у которого была фляга, попытался неловко прикрыть ее рукавом.

- Да ладно, чего уж там… - махнул рукой его товарищ. - Видишь, совсем плох господин офицер.

Кровь стучала болезненными толчками в висках Нормана, заставляя его морщиться от боли. Улучив момент, когда нервная дрожь в руках на миг прервалась, он выхватил протянутую флягу и сразу же, захлёбываясь, сделал большой глоток.

Барабаны в его голове сыграли тушь и замерли в предверии финала, руки перестали дрожать, зато вспыхнуло обожженное горло, и он закашлялся, с ужасом чувствуя, что не успевает вдохнуть в коротких промежутках между спазмами.

Переборов себя, Норман сделал ещё один глоток и затаил дыхание, прислушиваясь к реакции организма. Донимающий его барабанщик, по-видимому, сдох, горло смирилось с неизбежностью и затихло, а по всему телу прокатилась приятная тёплая волна, оживляя одеревеневшие мышцы. Норман выпрямился, понюхал горлышко фляги, но третий глоток делать не рискнул.

- Хорошое пойло, сынок, - уже совершенно спокойно произнёс он, протягивая флягу обратно.

- А то! - спасатель аккуратно завинтил крышку. - Сколько раз к жизни возвращало!

- Ну-ка, Фил, дай я сделаю глоточек, - его товарищ требовательно протянул руку к фляге. - А что с вами случилось, господин офицер?

- Со мной? Слишком долгая история… - мысль о том, чтобы объясняться перед нижними чинами, Норману претила.

Кроме того, его не покидало ощущение, что это Мелори решила его проучить, напомнив про свою недавнюю угрозу. «С такой станется… Шуточка вполне в духе дебилов космодесантников,» - поёжился Норман, ощупывая шею. Он не мог объяснить откуда возникло это чувство – то ли на него натолкнули показавшиеся тонкими запястья, которые он искоса видел во время захвата, то ли недостаток силы напавшего, не позволивший довести приём удушения до конца. Впрочем, и то, и другое было сугубо субъективно, а потому крайне сомнительно и не могло являться ни аргументом, ни доказательством чего-либо. Поэтому Норман ограничился простым вопросом:

- А вы никого не видели, когда подошли ко мне?

- Эй, Марик! Всё не выдуй! - Фил ревниво смотрел на запрокинутую фляжку. - Что вы сказали? Нет, никого.

- Держи, скупердяй, - выдохнул Марик, оторвавшись от фляжки. - Вы слышали? Как постукивает или скребётся кто-то…

Фил сочувственно посмотрел на товарища и, покачав головой, на этот раз спрятал флягу в чехол и задвинул за спину:

- Ну вот, попёрло! Говорил же тебе - не переусердствуй!

- А что, такое бывает? - забеспокоился Норман, чувствуя, что окружающие стены делают попытку поехать в сторону, а пол качнулся под ногами.

- У всех по-разному, - успокоил Фил, но в ту же секунду его взгляд стал неподвижным, уставившись в одну точку за спиной офицера и, еле слышно он произнёс, - Но в данном случае Марик, будь я проклят, прав…

Норман повернулся, провожая его взгляд и понял, что мысль о своём счастливом избавлении пришла к нему слишком рано. Дробный скребущий звук издавали когти, с палец длиной, которые в силу своей длины не помещались в подушечках лап, а принадлежали особи семейства кошачьих, если судить по её туловищу, змее, если судить по хвосту и ящерице, если брать в расчёт только её голову. Можно было бы смело назвать это создание змеехвотым барсом или ящероголовым тигром, если бы не преобладающая роль тех самых частей тела, которые, казалось бы, не определяют семейство существа. Хвост был очень длинный и, казалось, жил своей жизнью. Он постоянно сворачивался кольцами и распрямлялся, норовя обогнать само существо, крутился над его головой или замирал, высматривая что-то своим острым концом. Он вёл себя, как нечто живое, слепое и навсегда приросшее к своему поводырю.

Хвост, извивающийся змеёй, пугал и приковывал внимание, а, между тем, ящеровидная голова была не менее примечательна. Главной её особенностью были налезающие друг на друга зубы, из-за которых пасть чудовища не могла закрыться полностью, а когда она приоткрывалась, то между клыками выскакивал красный раздвоенный язык. Два жёлтых глаза с узким вертикальным зрачком дополняли колоритный образ приближающейся к спасателям зверюшки.

- Что это за тварь? – Марик вцепился побелевшими пальцами в ремень на плече.

- Химера… - прошептал Норман одними губами.

- Стреляй, Марик! - пришёл в себя Фил, но упрашивать своего товарища смысла уже не было: скинув с плеча бластер тот торопливо пытался снять предохранитель непослушными руками.

Химера вякнула коротко и пронзительно, изготовившись к прыжку. Тут то Марик и всадил в неё порцию боевого лазера. Жутко запахло палёной плотью, а тварь беззвучно свалилась набок и не подавала признаков жизни.

-Ага! Не нравиться? – напряжение схлынуло с Фила и он длинно и забористо выругался.

- Куда уж ей с нами тягаться! – Марик по-ковбойски дунул на ствол бластера и сделал шаг к поверженному зверю.

- Стой! Не подходи! – выкрикнул Норман.

- Не извольте беспокоиться, - усмехнулся спасатель и хотел ещё что-то добавить, но не успел – его срезанная голова откатилась прямо под ноги офицеру, сохранив на лице покровительственную ухмылку.

- Беги! – заорал Норман, влепив отрезвляющую оплеуху обалдевшему Филу.

За спиной беглецов слышался треск раздираемой ткани, хруст, о природе которого не хотелось даже задумываться и чавкающие звуки, подстёгивающие бег посильнее удара хлыстом.

- Отсек…

- Изолирую… - тяжело дыша Фил закрутил ручку шлюзовой двери в отсек ангаров и сел, привалившись спиной к стальной плите, отгородившей их от зверя.

Норман сдавил запястье и браслет тревожно запищал, предупреждая, что переходит на аварийную частоту. Как офицер высокого ранга, он имел право действовать через голову капитана, но делал это первый раз за всю свою карьеру. По окружности браслета пробежала серия световых сигналов и приятный женский голос сообщил о готовности приёма экстренной команды.

- Боевая тревога… - прошептал Норман. Он ещё не успел отдышаться и слова получались рубленные, отрывистые. – Код опасности четыре… Агрессивное… биологическое существо… на борту.

- Идентификация голоса проведена. Личность установлена. Команда принята, - бесстрастно констатировала неизвестная женщина.

Динамики взорвались прерывистой ухающей сиреной, а спокойный механический голос объявил о боевой тревоге и потребовал, чтобы команда заняла свои места согласно боевому расписанию. Спасатели спрыгивали с коек, толкались и сталкивались лбами, натягивая униформу. В коридорах зазвучал грохот форменных ботинок, и они наполнись разбегающимся по закоулкам корабля экипажем. Отсеки сразу же изолировались, как только заполнялись боевым расчётом и докладывали капитану о своей готовности. Через пару минут всё стихло, что можно – было задраено, прикручено, включено и приведено в боевую готовность.

- Ну и к чему весь этот кипеж? – проворчал браслет Нормана голосом капитана.

Глава 11. Химера

Дверь медицинского бокса отъехала в сторону и на пороге появился главврач с пакетом в руках. Близоруко прищурясь он посмотрел по сторонам, как будто не решаясь войти внутрь, остановил взгляд на единственном пациенте, вздохнул и неуверенно приблизился к Леману.

- Как самочувствие? – обронил он, примериваясь присесть на единственный стул.

- Отлично, - Леман поднялся на кровати, запустив пальцы в стоящие торчком волосы. – Неужели выписываете?

- А вот об этом я и хотел с вами поговорить.

- Со мной? - от удивления Леман замер, держа руку над волосами. – Разве от меня что-то зависит?

- Как же, голубчик, - Марич наконец устроился на стуле и посмотрел на спасателя с благожелательной улыбкой. - Ведь это же вы должны поправиться, а никто другой!

- Доктор, - Леман с нажимом провёл рукой по голове и внимательно посмотрел на Марича. - Давайте оставим эти пустые речи. Даже я понимаю, что моё пребывание в этих стенах обусловлено больше политикой, чем заботой о моём здоровье. Я ведь совершенно здоров!

- В этом-то и проблема…

- Что? – удивился Леман. – Как это может быть проблемой? Значит, по-вашему, если бы я был не здоров, то и проблемы не было? И в чём проблема, позвольте узнать?

- В вас проблема, голубчик. Именно в вас. В том, что вы здоровы. В том, что вы, вообще, - Марич развёл руками, - Живы.

«Два трупа в стыковочной камере» - вспомнил Леман слова того, кого он назвал по имени звезды – Инферно. Но откуда это мог знать Марич? Спасатель пристально и не мигая посмотрел в глаза доктора.

- Что вы имеете в виду? - «нет, ничего он не знает», - подумал он.

- Извольте, - усмехнулся доктор, устраиваясь поудобнее. От его неуверенности не осталось и следа. Наоборот, он почувствовал, что завладел разговором и готов был прочитать небольшую лекцию, построенную на своих умозаключениях.

- Сначала мне показалось, что вам невероятно повезло - я имею в виду одолеть Аргуса. Сдвинь вы нож на сантиметр в сторону, и мы бы сейчас не вели с вами беседу. Но чего только в жизни не бывает, правда ведь? Невероятная удача! Бывает… А вот кровь такой, как ваша, не бывает никогда!

- Далась вам моя кровь. Что с ней не так?

- Только то, что по вашим венам течёт адская смесь из биологических и растительных клеток. То ли вы превращаетесь в дерево, то ли в вас что-то проросло и гонит по сосудам древесный сок. Выражение «мужчина в самом соку» относится к вам, как ни к кому другому, - Марич нервно хихикнул и пригладил несуществующие волосы на лысине. - Сначала мы подумали о загрязнении прибора. Но когда результат повторился… Когда результат повторился, я вспомнил результат вскрытия Пола. Да, вскрытие показало, что нож повредил сердце, и оно ещё было живое в этот момент. Причина смерти стала сразу ясна, потому никто и не стал копать дальше. Зачем, когда и так всё понятно. Странным была только одна деталь - его мозг уже был мёртв к этому моменту, но это посчитали несущественной деталью, возможно, даже, ошибкой. А теперь я подумал – что, если это не ошибка и Пол погиб при стыковке, а затем непонятным образом превратился в ходячего мертвеца. Но тогда возникает вопрос - почему остались живы вы? Были в шлеме? Не-е-е-т, дорогой мой! - Марич погрозил пальцем. - Наверняка шлем нахлобучили на самого молодого, а сами, небось, курили и байки травили. Разве я не прав?

- Я не курю.

- Но с остальным ведь не спорите, и то ладно. А потому вы остались живы, что вы - это не совсем вы. В вас активировалась некая дремавшая субстанция, растительного происхождения, которая, во-первых, вросла в организм, а во-вторых, стала его поддерживать в критических ситуациях.

- И это всё показал анализ крови? - саркастически усмехнулся Леман.

- Зря смеётесь. Есть ещё и в-третьих. В вас пробудилась жизненная сила, которая и не дала вам погибнуть вместе с Полом. Куда делась ваша рана на боку? Вы уже и не помните о такой, а другой бы ещё две недели ходил охая. А Лия!

- Она-то здесь причём?

- Не почувствовали, как изменилось её к вам отношение? Зря. Как и всякая женщина, Лия прислушивается больше к голосу сердца, нежели разума. Подумайте, женщина рождена, чтобы дарить жизнь. Это заложено в неё природой. А что ей должно подсказать сердце, когда рядом оказался такой источник жизненных сил? После визита к вам я перестал ее узнавать: веселая хохотушка превратилась в озабоченного маньяка - она ходит со скальпелем в кармане и готова броситься на каждого, кто хочет приблизиться к дверям вашего бокса. Да, Лия девушка молодая, пылкая, но это уже ни в какие ворота не лезет! Я всерьёз опасаюсь за неё!

- Понятно. Ваши переживания за девушку…

- Я здесь не поэтому, - быстро перебил Марич поморщившись. – На корабле появился зверь. Есть первые жертвы.

- Что, в этом тоже моя вина?

- Оставьте, прошу вас! – Марич укоризненно покачал головой. – Мы ведь с вами чем-то похожи. Я – спасаю жизнь, пытаясь вырвать её у смерти, а вы – спасаете жизнь, не давая смерти к ней приблизиться. Тварь, которую уже прозвали Химерой, будет методично убивать весь экипаж. Говорят - а я в этом нисколько не сомневаюсь, что ей нипочём даже бластер. Получается, что от неё нет защиты кроме одного…

- Чего?

- Кого. Вас, дорогой мой.

- Бред какой-то… Что толку от каких-то мифических жизненных сил, если тебя в буквальном смысле сожрут и оставят одни обглоданные кости? Как вы назвали креатуру? Химера? Почему вы думаете, что с ней мне повезёт так же, как с Аргусом? Всё, что вы мне тут наговорили - не больше, чем предположения. Да ещё сделанные на основе поведения Лии. Мне кажется, если судить по девушке, половина экипажа бьет фонтаном жизни… Что вы от меня хотите?

- Вот, - Марич размотал пакет и вытащил на свет нож спасателя. - Там, перед ангарами, собирается команда зачистки. Я попросил Мелори обождать.

- Вы предлагаете мне присоединиться? Вот с этой зубочисткой? Доктор, я был о вас лучшего мнения!

- Погодите! Посмотрите с другой стороны - это ваш реальный шанс реабилитироваться. Как вы представляете себе свою дальнейшую судьбу? Уволитесь с корабля и будуте подыскивать другое близкое к звёздам место? Только вот биография у вас и так не слишком гладкая, а после этого полёта ещё одна шероховатость добавится. Вас не возьмут даже стюардом на туристический лайнер! Я же предлагаю вам не упустить выпавший случай - боевая задача в группе смельчаков, на грани жизни и смерти… Такое никто не забудет. Решайтесь! А насчёт оружия… Вам ведь всё равно другого не дадут, вы же понимаете. Но вы там будете не один – не забывайте о вооружённой команде.

Марич замолчал, добродушно улыбаясь. Леману неожиданно пришло в голову, что с такой же улыбкой он, наверное, успокаивал своих пациентов: «Ну что вы волнуетесь, сейчас отрежем ногу и будете жить. Это же быстро: чик - и готово.» С другой стороны, перспективка вырисовывалась невесёлая - если все считают его убийцей, хоть и бездоказательно, то придётся заново вживаться в коллектив, и тут доктор был прав - общее дело сближает быстрее, особенно, если оно связано с риском для жизни.

- Знаете, а я, пожалуй, пойду, - Леман вытащил из ножен нож и покрутил в руках, любуясь переливами света на гранях. - Не потому, что вы затмили мне разум всякими небылицами, а просто я здесь подохну от скуки. А там у меня хотя бы есть шанс выжить!

К несчастью, как только они переступили порог бокса, за Леманом увязалась Лия. Девушка решительно заявила, что набирают добровольцев, а со стороны медперсонала в команде никого нет.

- Я не спрашиваю вашего разрешения. Это моё решение, - гордо заявила она на причитания доктора.

Леман покосился на карманы её комбинезона, ожидая увидеть там выступающее острие хирургического инструмента, о котором сообщил доктор. Карманы действительно были наполнены чем-то плоским и округлым, но, скорее всего, это были лишь перевязочные средства - бинты и пластыри. «Молодец, девочка, для боя экипировалась как надо, - одобрительно подумал спасатель, непроизвольно ощупывая ножны. - Не то что я.»

Марич попричитал пару минут, но, в конце концов, только развёл руками - со стороны медперсонала действительно добровольцев не наблюдалось. Так Леман и появился перед отсеком с ангарами с грозно болтающимся на поясе ножом и выглядывающей из-за его плеча Лией, подобно оруженосцу при бедном рыцаре.

Перед дверью в ангары стояло около дюжины спасателей. Не в пример Леману, они были вооружены гораздо лучше. Кто-то из них опирался на бластер, а у других они угадывались за плечами. Группа пребывала в хорошем, но немного нервном настроении. Все предполагали небольшое приключение, надеясь на мощь своего оружия, однако, тяготило ожидание его начала, как и всякого рискованного мероприятия.

- Посмотрите кто к нам пришёл! - чей-то голос из группы заставил повернуться к Леману всю компанию.

- Ну всё, теперь твари конец!

- Точно! Он ей нож покажет, она и окочуриться.

- О, Лия тоже пришла. А он время в госпитале-то даром не терял.

- Я тоже хочу так поболеть!

- Благодари бога, чтобы у тебя никогда не было такой возможности! - сбоку весёлой компании выступила Мелори. - Болваны! Вам мало погибшего товарища? Вы думаете, что собрались на весёлую прогулку?

- Никак нет, это вот они так думают, - один из спасателей кивнул в сторону Лемана и Лии.

Мелори хмуро окинула взглядом переминающееся с ноги на ногу подкрепление:

- Н-да, удружил Марич… Вы точно не на танцы собрались? - простой вопрос снова породил смешки среди притихшей было компании.

- Вот что, - приняла решение Мелори, - Держитесь рядом со мной, будете меня охранять. Только с ножом поаккуратней, сам не порежься и девчонку не проткни.

Спасатели перестали сдерживаться и после последних слов взорвались новой порцией насмешек. Мелори улыбнулась - нервное напряжение, сгущавшееся до прихода колоритной парочки, прорвалось в таком своеобразном виде. А то, что под раздачу попали свои же товарищи, так это известный закон коллектива - кто-то обязательно должен быть назначен козлом отпущения. Уж это-то бывший офицер космодесантник знала не понаслышке. Выждав немного времени, пока схлынут эмоции, Мелори парой резких команд прекратила веселье и приказала открыть дверь:

- Четыре ангара, один из которых занят кораблём-разведчиком, мастерская, грузовые аппарели с вездеходами - пространство большое! Ходить, как стадо баранов, мы не будем. Движемся тремя оговорёнными группами в порядке присвоенных номеров, связь со мной каждые три минуты. Начнём с проверки ангаров. Всё понятно? Заходим.

Открывшаяся дверь словно разделила два мира - в одном остались прежние грубоватые, но веселые ребята, а за порог уже перешли сосредоточенные и серьёзные солдаты с оружием на перевес. Тихо прошелестела за их спинами металлическая плита, ограничивая жизненное пространство и определяя новые правила игры, ставкой которой стали их жизни.

- Докладывать о всём, что вызывает подозрения… - не успела Мелори закончить фразу, как группа, идущая первой, замешкалась и разразилась ругательствами. – Что у вас? - офицер растолкала сгрудившийся народ, прокладывая себе дорогу к центру событий, следом за ней неотрывно проследовали Леман и Лия.

В расступившемся круге валялись кровавые ошмётки, кусочки серой ткани и розовые, похожие на птичьи, лапки. Место недавней трагедии с не успевшим выветриться запахом крови подействовало на спасателей удручающе, они попятились, стараясь не попадать ботинками в красные разводы. Свет, не сдерживаемый их угрюмыми фигурами, пролился на стены, высветив на них запёкшиеся бурые потёки. Леман присел, всматриваясь внимательнее в останки под ногами. Он понял, что ошибался – серыми кусочками были разорванные шкурки, а лапки, похожие на птичьи, принадлежали мелким животным.

- Крысы, - произнёс он, приподняв оборванный лысый хвост.

- Какая мерзость! – поморщилась Мелори. – А вы чего перепугались, - бросила она своей оторопевшей команде. - Крови засмущались?

- Там! – выкрикнул один из них, вытянув палец в сторону стены.

Из темной ниши, образованной низко нависающей полкой, сверкнули две ярких точки, заставив спасателей замереть, перехватив оружие наизготовку. В глубокой тишине раздалось еле слышное цоканье и на свет выползла, прихрамывая, большая крыса. Красные полосы, прочертившие спину, делали её похожей на бурундука, один глаз был явно повреждён и косил в сторону, а следом за ней волочились потемневшие от крови внутренности.

- Тьфу ты, - одновременно раздались выдохи нескольких спасателей.

- Вот напугала - чего только не померещится посреди такой бойни!

- Добить, чтобы не мучилась!

- Стойте! – Леман предостерегающе поднял руку, услышав щелчки предохранителей. – Она ещё будет жить. Это хорошая примета…

Он быстро подошёл к грызуну, закрыв его своим телом, опасаясь, что его слова могут быть не восприняты или попросту не услышаны. Крыса замерла, подёргав черным носиком, принюхиваясь к чему-то и повалилась на спину, как только Леман протянул в её сторону руку.

- Как же, примета… Сдохла твоя крыса!

- Дрянь твоя примета!

- Нечего тут разглядывать! - вернула всех к действительности Мелори. - Если на каждой крысе будете замирать, то нам здесь неделю ковыряться придётся. А ну-ка, двинули свои задницы на подвиги ратные! А тебе, Леман, минута на отпевание, и ты мне дышишь в затылок! Всем всё понятно?

Резкие слова и командный голос подействовали на спасателей отрезвляюще и, разделившись на три группы, они двинулась в сторону ангаров. Около Лемана осталась только Лия, с брезгливостью посматривающая на то, что сейчас сложно было назвать грызуном. Но Леману показалось, что животное ещё живо. Прикоснувшись к его телу, он ощутил биение маленького сердца. Вправив в распоротый живот требуху, он заклеил его поданным девушкой пластырем, перевернул зверька и провёл рукой по серой спинке, чувствуя внутренний жар тела, пробивающийся от кровавых борозд. Он не мог объяснить себе зачем всё это сделал - шансов у крысы не было никаких, но и оставить её вот так умирать было выше его сил. Даже Лия прониклась сочувствием и с благодарностью прижалась к его плечу:

- Пошли, ты ей больше ничем не поможешь, а наша стервозная тётка тебе всю плешь проест.

Действительно, Мелори с неудовольствием бросила взгляд на догнавшую её парочку, но от комментариев воздержалась. Она взглянула на хронометр и прижала к уху гарнитуру:

- Первый, заходите в ангар, второй - на подстраховке, третий - вести круговое наблюдение. Действуйте!

Первый из ангаров на пути команды зачистки ничем не выделялся среди остальных - огромные раскрытые створки-ворота, с соответствующим по размеру помещением за ними. На дверях чёрной краской была нарисована цифра, обозначающая номер ангара, но в данный момент о ней можно было только догадаться по половинкам, разделенным распахнутыми створками.

Единственным закрытым был самый дальний ангар с большой цифрой четыре. В нём находился надёжно пришвартованный корабль-разведчик, экипаж которого теперь компактно разместился в нескольких чёрных больших мешках в камере хранения спасателя. В двух других стояли шаттлы и только первый был превращён в склад запасных частей и дополнительного оборудования.

Первая группа на мгновенье остановилась у ворот ангара, пытаясь разглядеть хоть малейшее предупреждение о грозящей им внутри опасности. Потолочные светильники по бокам огромного помещения создавали впечатление небольшого стадиона, заставленного контейнерами, небольшими ящиками и бочками. Всё было надёжно прикручено к основе, а самое тяжёлое ещё и закреплено для надёжности цепями. Тени, отбрасываемые этим грузом, могли скрывать добрый десяток разных чудищ.

Группа помешкала ещё немного, надеясь, что Химера выдаст себя движением или, хотя бы, блеском глаз, но ожидание было тщетно. Впрочем, все понимали, что её там может и не быть. Решившись, старший подал знак и, повинуясь ему, мимо распахнутых створок двинулись трое спасателей, выставив перед собой стволы бластеров в тревожном ожидании неизвестности.

Нападение, всё же, произошло неожиданно - группа уже полностью вошла в ангар, как на неё сверху свалилось что-то большое с когтистыми лапами и извивающимся змеёй хвостом. Удар кончика этой «змеи» пришёлся точно под основание черепа первого спасателя, сломав тому шейный позвонок. Он был уже обречён, когда его пронзили лучи следующих за ним его товарищей. Они выстрелили спонтанно, как только перед ними возникла из ниоткуда мерзкая голова Химеры.

Два спасателя выстрелили почти одновременно, но это уже были рефлекторные действия – Химера располосовала их тела с лёгкостью лазерного резака. Они ещё продолжали стоять, сохраняя удивление на лицах, словно не веря в то, что уже мертвы, а их руки, всё ещё сжимающие бластеры, с глухим стуком попадали на пол. Старший группы инстинктивно отпрянул, но, ставшие ватными ноги его подвели – он с шумом грохнулся на спину, расстреливая яркими лучами потолок.

Искры металла брызнули фейерверком, накрыв остатки первой группы фонтаном маленьких сверкающих капелек. Грязно-серый клубок, вертевшийся среди ставших трупами спасателей, развернулся и перед стрелком материализовался оскал острых клыков. Желтые глаза сверкнули, испуская волны гипнотического страха. Над головой выскочил извивающийся хвост, словно испугался, что кровавый пир завершится без него, метнулся к упавшему, но задел только ногу, распоров ткань, а вместе с нею и икроножную мышцу вплоть до колена.

Всё произошло моментально, в какие-то считанные секунды. Повалились, забившись в агонии три спасателя, первыми встретившие Химеру. Крик раненного, полный ужаса и боли, вернул сознание к остальным.

Опомнившись, группа прикрытия принялась палить со всех стволов. Кто-то даже попал в ловкую тварь, заставив её отпрянуть. Ещё несколько прицельных выстрелов выбили ей глаз, проделав в черепе основательную дыру, и повредили одну из лап. Тем не менее, это не помешало Химере в два прыжка заскочить под арку входных дверей ангара и снова затаиться где-то высоко над ней.

В бессильной ярости две группы чертили лазерами по потолку через дверной проём, не рискуя подойти поближе. Несколько плафонов лопнуло с громким и резким звуком, взорвавшись яркими вспышками, а на пол уже начали капать капли расплавленного металла. Охваченные жаждой мести за своих товарищей, они спалили бы всё помещение, если бы не сохранившая хладнокровие Мелори.

- Беречь батареи! - она щедро подкрепляла команду подзатыльниками, приводя в чувство своих бойцов.

Стрельба быстро прекратилась и все замерли, пытаясь не смотреть друг другу в глаза. В воздухе остро пахло озоном и горелой плотью. От пробитых ящиков потянуло жжёным пластиком. Одна из бочек ухнула с глухим звуком и из неё начал пробиваться серый дымок.

Лия воспользовалась передышкой и, подскочив к стонущему раненному, быстро вколола ему шприц-тюбик и налепила на ногу пару пластырей, чтобы остановить кровотечение. Ухватив его за шиворот, она поволокла его подальше от опасного места, а спасатель активно помогал ей, отталкиваясь здоровой ногой.

- Раненного в вездеход, - распорядилась Мелори, - Сдай оружие! - приказала она ему.

- Попробуй отними! - спасатель сжал в руках бластер, как утопающий чудом подвернувшийся спасательный круг. - Мы все здесь умрём! Ты всё видела - нам не одолеть зверя! Уводи нас отсюда, это не наша работа!

- Правда, госпожа офицер, мы на такое не подписывались… - произнёс его товарищ, хмуро глядя в сторону .

- Вот значит как! - протянула Мелори. - Объясняю для тугодумов. Там, - она ткнула пальцем в направлении выхода из отсека, - Нас ждёт база планеты Красная, где мы сможем починить реактор. Но пока жива эта тварь, - она перевела палец в направлении ангара, - Путь на базу нам закрыт. Забыли законы космоса? Так я вам напомню: корабль заражённый или несущий в себе иную форму угрозы жизни подлежит пребыванию на орбите до полного исчезновения таковой. А где гарантия, что в это время не отключится реактор? Случись такое и через пару дней на орбите будет болтаться корабль мертвецов.

- Но мы можем их обмануть! А тварь так и просидит, запертая в этом отсеке.

- И это говорит мне спасатель? Что, остальные тоже так думают? – Мелори обвела взглядом хмурые лица. Все промолчали, не решаясь пересекаться с нею взглядом. – Если даже зверь не выберется наружу, то наружу рано или поздно вылезет правда. И тогда вы все будете до конца жизни драить сортиры в закусочных! Зто - в лучшем случае.

- Сдаётся мне, что мы ещё кое-что не знаем, - спасатель, назначенный старшим второй группы, выступил вперёд, потеснив товарищей. – Почему не вызвать охрану той базы и не поручить дело профессионалам?

- Во-первых, это база частной компании, которая никогда не станет решать наши проблемы, даже если бы у неё действительно были наняты профессиональные охранники, в чём я сомневаюсь. А во-вторых, этот отсек будет открыт только по моей команде и никак иначе. Говоря другими словами – либо мы убьём зверя, либо он убьёт нас. Теперь вы знаете всё.

В это время раздался скребущийся по металлу звук и над проёмом ворот высунулась голова Химеры. Её, оставшийся единственным глаз немигая уставился на спасателей, а хвост обмотал ногу одного из трупов.

Не дожидаясь команды, почти разом сверкнул залп бластеров, но тварь успела исчезнуть, утягивая за собой тело. Лучи хлестнули бездыханное тело, обуглив его до неузнаваемости. Запах горелой плоти с новой силой захлестнул спасателей и кого-то выворотило прямо на месте.

- Кажется это был Диксон - у него рука была в перчатке… Всё боялся подцепить здесь какую-нибудь заразу.

- Как же так… Мы по своему стреляли, получается!

- Ему уже всё равно.

- Ну-ка замолкли все! - не выдержала Мелори. - Раскисли, как бабы! Слушай мой план: Химера занимает позицию под потолком, прикрываясь аркой ворот. Чтобы поразить её, нужно чтобы она оттуда вышла. Кто-то должен стать приманкой. Всё предельно просто - заскочил в ангар и сразу дал дёру обратно, тварь высунулась - мы её подстрелили. Добровольцы есть?

Почти сразу же вокруг Мелори образовалось пустое пространство - бойцы на всякий случай попятились, явно не обрадованные таким предложением.

- Я пойду, - из-за спины офицера вышел Леман, про которого все в суматохе успели позабыть.

- А что, он везунчик! - спасатели оживились, одобрительно кивая головами.

- Не ходи! - к Леману неожиданно подскочила Лия и ухватила его за рукав. - Тебе даже оружие не дали! Эх вы, храбрецы называется! - она с ненавистью посмотрела на окружающих.

- Ты что здесь делаешь? - удивилась Мелори. - А ну марш в вездеход! Парни, уберите девку отсюда!

- Я тебе не девка! - Лия выхватила нож с пояса Лемана и выставила перед собой. - Не подходи!

Спасатели, поначалу с энтузиазмом кинувшиеся выполнять приказание, резко притормозили, не решаясь приблизиться. Мелори хмыкнула и уверенно двинулась на нож. Лия махнула наискось перед её лицом, стремясь скорее напугать, чем поранить. Этим и воспользовалась бывшая офицер-десантник - легко уйдя от сверкнувшего лезвия, она заломила кисть девушки, заставив нож выпасть из её руки. Двое спасателей тут же подхватили её под руки и потащили к кабине вездехода.

- Бластер я тебе не дам, - как ни в чём не бывало продолжила разговор Мелори. - Убить тварь - ты всё равно не убьёшь, а когда убегать будешь, он только помешает. Запомни главное - надо чтобы Химера выскочила под наши бластеры. Понятно? С богом! - она хлопнула по спине Лемана, отправляя его без шанса остаться в живых.

Глава 12. Корабль-призрак

Леман не собирался следовать плану Мелори. Прост план был только на словах, а на деле - неэффективен. При той скорости реакции, что обладала Химера, приманка превращалась в жертву, которая, если не погибнет сразу же от когтей зверя, так потом - от дружественного огня изготовившихся стрелков. Меткость свою они уже сумели показать дважды.

Тем не менее, Леман взял старт, как на стометровке. Чувство, что от скорости зависит собственная жизнь, подстёгивало лучше любого допинга. Весь мир для него сошёлся в одной точке - на двух бластерах, что остались лежать в большой красной луже, вместе с обхватившими их руками. Едкий серый дым, что исходил из подожжённой бочки, слезил глаза, от горелого пластика першило в горле, мешая сосредоточить взгляд на цели и успокаивало только одно - что засевшей под потолком твари должно быть гораздо хуже.

Последние метры Леман хотел преодолеть в прыжке. Вытянув руки вперёд, он заскользил животом по разлитой крови, моля бога, чтобы успеть схватить бластер раньше, чем ему на голову свалится притаившийся зверь.

Воздух над его головой всколыхнулся так близко и так сильно, что, если бы он был опасной бритвой, то макушка Леман стала бы лысой. Но не успел спасатель подумать, что ему удалось обмануть ловкую тварь, как что-то сильно ударило его по ноге, хлестнув резкой болью. Его тело дёрнулось, словно пришпиленное вбитым в ногу гвоздём, всколыхнув очередную болевую волну. Но досаднее всего была мысль, что он не успел, не проскочил опасное место. Химера оказалась гораздо гибче и проворней, чем можно было себе представить.

Леман почувствовал, что непреодолимая сила потащила его, приподымая над полом. Он видел яркие вспышки лазеров, проносящиеся мимо и исчезающие в глубине ангара, поджигая и расплавляя что-там внутри. Но были и удачные попадания. Тогда до него доносилась противная вонь обожжённых мышц зверя, вызывая приступы удушливого кашля. Но и в промежутках было не легче - обоняние раздражал целый каскад запахов в клубах усилившегося дыма, уже полностью заполнившего помещение.

Всё это не влияло на жёсткую хватку, которая медленно, но неуклонно подтягивала тело спасателя наверх. По-видимому, ни ожоги от лазера, а тем более удушливый дым, не производили на Химеру должного впечатления. Она деловито волокла добычу под потолок, удерживая хвостом за пробитую ногу.

Леман махал руками вокруг себя, тщетно пытаясь схватить хоть что-нибудь, что может изменить уготованную ему судьбу. К сожалению, ориентироваться приходилось только на чувства. Видимость стремительно ухудшалась, но дело было даже не в клубах застилающего всё дыма, а в чужой крови, которая, как клейкая замазка, покрыла его с головы до ног, пока он барахтался под аркой двери. Её брызги залепили глаза, а попытка их оттереть привела к ещё более плачевному результату.

Наконец его рука наткнулась на что-то мягкое и Леман сразу подумал об одном из двух бедолаг, что остались лежать бездыханными за входными воротами. Не раздумывая он ухватился за ткань, надеясь, что лишний вес будет Химере не по зубам; не по хвосту - если быть точным. Однако грубая ткань подалась под его рукой, с лёгкостью следуя за Леманом. На мгновенье он удивился этой лёгкости, но память сразу же подсказала, в чём его ошибка - это была только рука, а не тело.

Инстинктивно он хотел сразу отбросить жуткую находку, но победил разум: «Бластер!» - сверкнула у него светлая мысль, заставив побледнеть все остальные чувства. Лихорадочно перебирая руками, Леман добрался до нужного предмета. Обдирая ногти, он освободил скобу спускового крючка и отбросил всё лишнее, стараясь не думать о том, что это было. Сдвинуть переключатель в режим резака и махнуть металлопластиковой болванкой с пылающим коротким лучом было секундным делом. Сложнее было впопыхах не попасть себе по ноге, но, как говорится, бог миловал.

Снова в нос ударил тошнотворный запах, но прокашляться Леман не успел - освободившись, его нога и с глухим стуком ударилась о пол, взметнувшись новым фонтаном боли, и он на короткое время потерял сознание.

Он не почувствовал, как на него свалился обрубок хвоста и не услышал, как взорвались радостными криками по ту сторону дверного проёма, приветствуя его освобождение и одновременно - поражение зверя.

Ему показалось, что сознание оставило его лишь на мгновенье - он не мог понять почему его нога лежит на полу, если она только что висела в воздухе, утягиваемая Химерой. Леман кое-как протёр глаза тыльной стороной ладони и приподнялся на локте, пытаясь рассмотреть, что происходит. Он сразу вспомнил всё, как только с омерзением скинул с себя отрезанный хвост Химеры. Он не верил, что тварь могла подохнуть, лишившись его кончика, но тогда было непонятно, почему она оставила его в покое.

А всё было очень просто: посчитав своего врага поверженным, Химера сделала то, что от неё никто не ожидал - бросилась на засаду спасателей. Прикрываясь клубами дыма, она неожиданно вынырнула перед ними, ринувшись в отчаянную атаку.

Появление Химеры, вывалившейся из клубов дыма, словно дьявол из преисподней, застало спасателей врасплох. Её бросок был настолько быстр и силён, что, если бы не взведённые бластеры, бой мог закончиться в считанные мгновенья.

Почти разом полыхнули яркие вспышки и Леману следовало поблагодарить себя за то, что у него не нашлось сил подняться в полный рост - молнии, мелькнувшие у него над головой, не оставляли ему никакого шанса остаться в живых.

Зато Химера не сумела увернуться и испытала на себе их мощь в полной мере: она лишилась второго глаза, одну из лап срезало начисто, а в её боку появилась дыра, через которую можно было рассмотреть противоположную сторону помещения.

Когда уже казалось, что она вот-вот рассыплется под лучами лазеров, тварь прыжком сократила дистанцию до минимума, когда применять бластеры стало опасно, без того, чтобы не попасть по своим товарищам.

Свернувшись клубком, она подкатила под ноги спасателей и, распрямившись, стала рвать когтями всех попавшихся на её пути. Лучи лазеров вырывались из её спины, когда очередная жертва отстреливалась от вцепившихся в неё клыков и когтей. Но с неумолимой обречённостью наступала очередь следующего стрелка, и он заканчивал жизнь так же, как и предыдущий. Нервы оставшихся в живых не выдержали, и они рванули что есть силы прочь от этого ужаса, чтобы забиться куда-нибудь, спрятаться в надежде, что Химера подохнет, не найдя их.

Мелори бежать не могла - прижимая сочащуюся из раны на животе кровь, она отползала от ковыляющей к ней твари. Случайность, при которой когти полоснули её тело, собиралась стать для неё роковой. На приближающееся к ней создание было страшно смотреть - слепое, изодранное и сожжённое тело было всё ещё живо, и не просто живо, а смертельно опасно. Мелори не знала на что рассчитывать, она отползала инстинктивно, просто спасая свою жизнь. У неё не было бластера, да и помощь от него представлялась сомнительной - по всем канонам Химера должна была умереть не один десяток раз, а тут вот она - и снова жаждет крови.

Внезапно что-то загремело под ухом, разорвав задымлённый воздух грохочущим звуком. Стоящая рядом гусеничная машина взревела исполинским зверем и дёрнулась, удерживаемая на привязи стальными цепями. Химера остановилась и оскалилась, ощупывая воздух раздвоенным языком. Появление необычного существа сбило её с толку.

Взвыла турбина, накручивая мощность, и вездеход, как мифическое чудовище, рванулся, разрывая оковы, сбил и подмял под себя зверя, накатив на него гусеницами. Мелори еле успела отпрянуть в сторону, заскрипев зубами от резкой боли. Она попыталась сесть, чтобы увидеть, что произошло, но боль снова победила её, унося последние силы, и она просто перевернулась на спину, чтобы встретить смерть лицом к лицу.

Вездеход победно рыкнул и его двигатель заглох. Хлопнув дверцей, из кабины выпрыгнула Лия, стараясь держаться подальше от серой массы, придавленной широкой гусеницей. Химера всё ещё была жива. Затихнув, она ждала, когда появиться кто-нибудь в пределах досягаемости её страшных когтей.

В наступившей тишине послышались шаги и в дыму показалась темная фигура, опирающаяся на короткую палку.

- Леман? - Лия настороженно отступила в сторону вездехода, приготовившись юркнуть в спасительную кабину.

- Он самый! - из дыма действительно выступил Леман, прихрамывая на одну ногу. В руке он держал бластер, опираясь на него, как на посох.

- Что… Что с тобой? - Лия с ужасом рассматривала фигуру спасателя, с ног до головы бурую от запёкшейся крови.

- Осторожно! - Леман сделал шаг в сторону, обходя остолбеневшую девушку, вскинул бластер и коротким выстрелом добил Химеру.

Выброшенная в его направлении лапа почти дотянулась до ботинка, но замерла, лишённая жизни вместе с телом. Крупные когти свернулись, сдирая стружку с металлического пола. Леман удовлетворённо хмыкнул и повернулся к девушке:

- Молодец. Это ведь ты всех нас спасла!

- Я? Но она всё ещё была жива…

- Недолго. После того, что ты сделала, остальное уже было парой пустяков - Леман картинно дунул на ствол бластера, как будто разгонял дымок после выстрела.

Лия критически посмотрела на чумазого спасателя и рассмеялась:

- Герой! Видел бы ты сейчас себя со стороны!

- Это ты просто настоящих героев никогда не видела! - Леман попытался подбочениться, гордо задрав подбородок, но тут же скривился, согнувшись в сторону больной ноги.

Представив себя со стороны, он рассмеялся, а следом за ним засмеялась и Лия. Нервное напряжение, страхи и пережитый стресс вырвались фонтаном беспричинного, но крайне заразительного смеха.

- Эй, молодёжь! - окрик со стороны заставил их вернуться в реальность и повернуться в его сторону.

Мелори всё-таки удалось сесть, зажимая рану на животе. На её бледном лице блуждало неопределённое выражение - она улыбалась, морщась от боли.

- Мне кажется… Нам пора отсюда выбираться, герои, - еле слышно произнесла она одними губами.

***

- Пошлите туда группу зачистки, - капитан пребывал в дурном настроении: ликвидация Химеры обошлась слишком дорого для его экипажа - старший офицер и несколько спасателей пребывали в госпитале, почти половина группы стали безвозвратными потерями. - Вот ещё что, Нил, после того как потушите склад, представь доклад по сгоревшим материалам и запчастям - управление с нас шкуру спустит, если узнает, что в этих потерях виноваты мы сами. Никакая страховая не пойдёт на возмещение ущерба. Ты там придумай что-нибудь, понял?

- Не извольте беспокоиться, - старпом понимающе хмыкнул. - Первый раз, что-ли...

- Вот и ладно, - прервал дальнейшие пояснения капитан. - Действуйте.

Краузе отключил связь и потёр лоб. «Вроде бы всё идёт как надо. Потери экипажа... Досадно, но лучше Мелори с этой задачей никто бы не справился. Так что хоть потери и есть, но в любом другом случае они были бы больше. Может я что-то выпускаю?» - он давно уже заметил - если непроизвольно касался лба, значит на горизонте маячили неприятности.

- Господин капитан! - прервал его размышления взволнованный голос вахтенного офицера. - По курсу неизвестный корабль. На сигналы не отвечает!

- Сейчас буду.

«Вот оно», - подумал Краузе, собираясь на мостик. Он аккуратно поправил козырёк фуражки и погрозил кому-то невидимому пальцем, ощущая чувство удовлетворения от того, что его предчувствия не обманулись.

Командный пост встретил капитана матовым свечением экранов, проливающих свет космоса на замершую дежурную смену.

- Подробности! - бросил Краузе, заняв место на мостике. - И что докладывает разведка? - по привычке он включил вызов начальника разведки.

- Оператор оптической разведки на связи!

- Не понял, - удивился капитан, услышав незнакомый голос.

- В отсутствии начальника...

- Не продолжайте! - Краузе досадливо поморщился, сразу вспомнив о ранении Мелори. - Выведите картинку на экран.

- Добавить к сказанному ранее нечего, - дождался своей очереди вахтенный офицер. - Судя по неизменному курсу и скорости, неизвестный идёт по баллистической траектории, попав в поле притяжения красного гиганта.

- Падает на звезду?

- Так точно. Но, судя по орбите, это длится не один десяток лет.

Одна из светящихся точек на экране стремительно стала приближаться, притянутая электронной оптикой. Сначала она превратилась в небольшого жучка, сложившего красные крылышки посреди жёлтого поля крохотных цветков. Но через несколько секунд жучок превратился в толстую короткую гусеницу, а ещё через мгновенье гусеница обратилась уродливой куколкой с изрядно помятой оболочкой.

- Класс корабля не опознан, - доложил разведчик. - Однако потрепало его изрядно...

- Но вряд ли он нуждается в нашей помощи. - голос за спиной капитана принадлежал офицеру безопасности, незаметно появившемуся на мостике. - Судя по виду его обшивки, она ему нужна была пару сотен лет назад.

- Норман, когда вы научитесь докладывать о своём появлении, - недовольно проворчал Краузе, вынужденный неловко вертеть головой. - Не прячьтесь, выйдете и выскажите своё мнение.

- Этот корабль уже давно мёртв, - офицер подошёл поближе к экранам и кивнул головой на его изображение. – По космическим законам, он и его имущество принадлежит тому, кто его обнаружил. Надеюсь, моя мысль понятна? Вот такое моё мнение.

«Его-то зачем на подвиги потянуло?» - с неудовольствием подумал капитан, в задумчивости рассматривая обводы чужого корабля. Непривычные для глаза формы отсвечивали красным светом Инферно и выглядели не только чуждо, но даже враждебно. На обшивке виднелась полустёртая надпись, которая и в нормальном состоянии не способна была что-то прояснить, а теперь, когда от неё остались только штрихи да линии, и подавно.

Корабль был большим, его угловые размеры позволяли оценить его величину, сравнимую с кораблём спасателей. Ни огонька, ни пламени, ни шевеления антенн или чего-то похожего локаторы. Сквозь толщу километров ощущался могильный холод этого безжизненного железа.

- Последний мёртвый корабль нам принёс одни неприятности, - подал голос вахтенный, намекая на разведчика геологов.

- Мы уже вышли из пояса Инферно, - возразил Норман.

- А откуда тогда появилась Химера? - капитан решительно прекратил диспут и повернулся к штурману, - Приготовьтесь рассчитать новый курс на Красную. Вахтенный, начать манёвр уклонения!

Краузе думал разойтись с незнакомцем на параллельных курсах, выдержав безопасную дистанцию. Только вот знать бы её, эту дистанцию безопасности!

- Вспышка выстрела! - выкрикнул разведчик, но и без этого было видно, как озарился бок неизвестного корабля, выплюнув светящийся комок навстречу спасателям. - Плазменный заряд с рельсотрона! Скорость заряда девять «м» и постоянно увеличивается.

«С дистанцией не угадал», - капитан поморщился и подкрепил мысль коротким ругательством.

- Вот так, Норман, встречают непрошенных гостей. Уже издалека потчевать начинают, - Краузе укоризненно посмотрел на офицера безопасности. - А вы в гости собирались. Вахтенный, задействуйте противометеоритные пушки.

- Ещё три выстрела! Заряды по типу и скорости аналогичны!

Корабль ощутимо тряхнуло, освещение погасло на половину, но, спустя секунду, мигнуло и вернулось в норму.

- Есть попадание. Защита корпуса выдержала, - доложил вахтенный офицер. - Наши пушки не справляются с этими зарядками.

- Проклятье! Старший механик, что с двигателями?

- Господин капитан, двигатели в порядке, барахлит реактор.

- Вопрос жизни и смерти. Выжмите из него всё, что можно! В крайнем случае до Красной на вёслах дойдём.

Корабль ещё раз тряхнуло, гораздо ощутимее первого раза. Норману пришлось ухватиться за поручень, чтобы удержаться на ногах. Освещение мигнуло и один из экранов погас, транслируя лишь пустую черноту. Замигали красные сигнальные огоньки, синхронно с ними пропищали тревожные трели аварийных сообщений. На экран посыпались короткие строки об отказах оборудования.

- Пробой двух отсеков, нарушение системы электропитания… - монотонно докладывал вахтенный офицер, перечисляя последствия обстрела.

- Господин капитан? - на мостик ворвался запыхавшийся начальник геологов. Волнуясь, он пытался оправить нелепого вида жёлтый свитер, сбившийся от его быстрого движения. При этом его явно смутило присутствие на мостике офицера безопасности, и он нерешительно замер, переводя поочерёдно взгляд с него на капитана.

- Вы-то что здесь делаете? - удивился Краузе. - Как вы вообще сюда зашли?

- Дверь была не до конца закрыта. Такое случается. У нас на кораблях они тоже заедают. Но я не это хотел сказать…

- Погодите! Кто последний зашёл на мостик? Вы, Норман?

- Я не проверял за собой дверь, - пожал тот плечами. - Но мне показалось…

- Прекратите! - замахал руками Линд. - Это очень важно! Нельзя сворачивать в сторону! Нужно уходить, нырнув под этого мертвеца!

- Хм… Мертвеца, говорите? Вам, господин Линд, придётся объясниться - откуда вы знаете, что этот корабль мёртв?

- Ради всего святого! Я готов, но… после. Мы с вами теряем понапрасну время!

- Откуда я могу знать, что должен вам доверять? Вы были на этом корабле?

- Да! То есть нет. Был, но не я, - выпалил Линд и, понимая, что запутался, пояснил, - Разведчик нашей компании обнаружил его и высадился на нём. Теперь верите?

- И там вы обнаружили пресловутый минерал? - встрял Норман, произнеся это таким тоном, как будто он уже знал ответ.

- Я отказываюсь отвечать на такие вопросы! - вспылил Линд, зло посмотрев в сторону офицера.

- А вот теперь верю, - усмехнулся Краузе и понимающе переглянулся с Норманом. - Вахтенный, верните прежний курс с поправкой на минус тридцать градусов по вертикали. И где, чёрт побери, мощность наших двигателей?

Словно услышав его, корабль рванулся, вдавив экипаж в спинки кресел. Послышался шум падения тел - это Норман сбил геолога с ног, и они вместе откатились к приоткрытому дверному проёму. Линд ввалился в проём, но застрял, зацепившись за офицера.

Отчего-то Норман решил, что надо действовать, как при разгерметизации шлюзовой камеры, когда поток воздуха с силой пытается выдавить тебя за пределы корабля. Ситуация не раз отрабатывалась на тренажёрах и его тело, получив схожие ощущения, стало действовало автоматически, на выработанных рефлексах.

Он хлопнул по панели, пытаясь закрыть дверь, но она или была неисправна, или не сработала, почувствовав перед собой препятствие в виде длинных рук геолога. «Ничего личного», - процедил сквозь зубы Норман и пнул свободной ногой Линда по голове. После дополнительной пары ударов, тот ойкнул и провалился внутрь корабля. Норман, превозмогая перегрузку, вытянул своё тело из проёма двери, и та плавно запечатала проход на мостик. Прижатый к двери всё увеличивающейся силой тяжести, Норман сообразил, что старался он зря. «Ну почему же зря, - усмехнулся он, - Посторонним на мостике не место».

Неизвестный корабль оказался больше, чем представлялся через экраны обзора. Его длинный сигарообразный корпус заканчивался разрывом. Кормовые двигатели и какая-то часть отсеков отсутствовали напрочь. Вместо них следом за кораблём волочились изолирующие ленты, оборванные провода и мелкий мусор, каким-то чудом уцепившийся за своего хозяина.

Экипаж спасателя безмолвно смотрел на один из двух оставшихся рабочими экран, транслировавший изображение проносящегося над ними корабля. Его чёрная тень застилала звёзды, внушая мрачные мысли о хрупкости бытия. Что случилось с этим гигантом, почему он превратился в братскую могилу для экипажа - каждый примерял на себя последствия неизвестной трагедии, задумавшись о беззащитности перед мощью и жестокостью космоса.

«Сколько ещё такого мёртвого железа бороздит просторы, мстя живым за свою печальную судьбу», - Краузе поёжился от повеявшей могильным холодом тёмной тени, постепенно исчезающей за кормой. Экипаж постепенно выходил из оцепенения. Зашевелились пилоты, пытаясь вывести корабль из экстремального режима, штурман подготовил данные для изменения курса и выкинул их на экран. Спасатель стабилизировал скорость полёта, переходя в комфортный режим без перегрузок.

- Где связь с Красной? - Краузе вздохнул, подумав, что, проводив мёртвых, надо начинать думать о живых.

- Есть связь, господин капитан! Откликнулся диспетчер базы «Межзвёздная геологическая корпорация».

- Прекрасно, обеспечьте мне канал связи с ним.

Послышался треск разрядов статического электричества и шуршание помех. Экран, транслировавший пролёт под кораблём-призраком, переключился на изображение расплывчатой фигуры, вид которой колебался в такт звуковому сопровождению.

- Господин Краузе, вас приветствует база Межзвёздной… - аудио сигнал постоянно плавал, то слегка притихал, отчего речь диспетчера становилась еле слышна, то проваливался на какое-то дно, отчего звук пропадал совсем, – … полезны?

Краузе недовольно поджал губы:

- Что там наши радиотехники? Как я могу разговаривать, если не слышу почти половину из того, что он говорит?

- Они делают всё возможное. Скорее всего, это на Красной…

- Да хоть на зелёной! Пусть докажут, что не напрасно получают жалованье... Алло Межзвёздная, спасатель получил серьёзные повреждения. Мы нуждаемся в срочной помощи.

- К сожалению, мы не в состоянии… такого класса кораблей.

- Вы неправильно меня поняли. Ремонт проведём своими силами. Требуется только ремонтная база.

- Посадка исключена.

- Что!? Вы отказываете терпящему бедствие кораблю? Вы понимаете, что наш разговор записывается и потом будет представлен в качестве основы для обвинительного приговора?

Изображение на экране покрылось рябью, потускнело, прорываясь редкими всполохами разноцветных нитей, а потом и вовсе пропало. Краузе в недоумении посмотрел на вахтенного офицера и уже хотел высказать что-то нелицеприятное, как экран озарился ровным голубоватым свечением, высветив худощавого молодого человека в дорогом костюме. Его чёткий и яркий вид настолько бил контрастом с предыдущим изображением, что слова застряли у капитана в горле, и он так и уставился на экран, забыв закрыть рот.

- Приветствую вас, господин Краузе, - молодому человеку явно понравился произведённый эффект, он снисходительно улыбнулся и продолжил, - Моё имя – Дилман, я управляющий базы на планете Красная от компании «Межзвёздная геологическая корпорация».

- Я тоже приветствую вас, господин Дилман, - пробормотал Краузе, с удивлением прислушиваясь к чёткости передачи речи. – Возникло недоразумение. Оператор базы ответил отказом в помощи терпящему бедствие кораблю!

- Никакого недоразумения, - Дилман продолжал улыбаться. – Вы просили посадку? Это исключено. Что же касается другой помощи, то мы с радостью готовы её вам предоставить, но при отсутствии технических средств - я имею в виду средства выхода на орбиту – она также исключается.

- Что за чушь! На каком основании вы запрещаете мне посадку!

- На том основании, что вы нарушите границы частной собственности компании.

- Вы что, хотите сказать, что вам принадлежит вся планета?

- Нет, не вся. Только половина.

- Впервые такое слышу. На вас не распространяются законы о всеобщности земель и недр? Я имею в виду открытый космос.

- Почему же не распространяется. Как раз в соответствии с этими законами нами и взята эта планета в бессрочную аренду вместе с её потрохами. Номер лицензии сказать? – Дилман помахал куском пластика с гербовой печатью.

- То есть не прямо присвоили планету, а используя лазейку в законе… Не надо мне вашей лицензии. Верю, что у такой пройдохи, как вы, всё куплено.

- Обижаете, господин капитан. Это не лазейка, а столбовая дорога корпораций для освоения космоса. Или вы думаете, что мир держится на бессребрениках, готовых с энтузиазмом положить голову на благо цивилизации? А вы не задумывались, кто оплачивает этот энтузиазм, страховки и оборудование?

- Не ждите, что я упаду вам в ноги, потрясённый вашей щедростью. Но как же так получается – если что-то случиться, так сразу подавай помощь спасателей, а случись у них неприятности – так пойдите прочь и выкарабкивайтесь сами?

- Ну что вы! – развеселился Дилман. – Не сами, а с помощью других спасателей. Мы, кстати, вам их уже вызвали. Связались с управлением космофлота, они с пониманием отнеслись к вашей проблемы и в данный момент обсуждают вариант оказания вам помощи.

- Обсуждают!? А ничего, что у меня почти триста человек на борту, которые преспокойно могут отдать богу душу, если реактор, который дышит на ладан, окончательно потухнет! Между прочим, у меня на борту спасённые геологи из вашей компании.

- Ну что я могу сделать? – пожал плечами Дилман. – Ваша служба полна опасностей и неожиданностей, вы знали на что подписывались… Команда Линда спасена? Это очень хорошо – кто-то же должен будет возместить стоимость потерянного корабля. Всё поменьше их будущим поколениям платить придётся.

- Вы очень циничны.

- Других на моей должности и быть не может. Не верите? Свяжитесь с менеджерами Химической индустриальной и попробуйте с ними договориться.

- К сожалению, у меня нет спасённого экипажа их компании. Только корабль. К тому же связь удалось установить только с вами.

- Что вы говорите! – всплеснул руками Дилман, деланно изобразив удивление. – Только корабль! Но это может несколько изменить суть дела… Надеюсь он не пустой?

- Груз будет передан правительству. В крайнем случае – его собственнику. Вы же лучше меня знаете кодекс.

- Подумайте, капитан, разве стоят несколько сухих строчек закона трёх сотен жизней молодых здоровых ребят?

- Вы предлагаете… Я вас правильно понял?

- Абсолютно.

- Я подумаю.

- Надеюсь на ваше благоразумие. До встречи… на нашей гостеприимной планете.

Глава 13. Неожиданное предложение

- Ага! Что я вам говорил! - на пороге уже ставшего родным для Лемана медицинского бокса появился Марич, энергично потирая руки.

Его лицо лучилось распирающим изнутри торжеством, а лысина сверкала, как будто озарённая висящим над ней нимбом. Леман даже протёр глаза, не поверив такому наваждению. Действительно, это сверкал лёгкий пушок, оставшийся памятью о прошлых годах кудрявой молодости. Леман облегчённо выдохнул, удивляясь причудливой игре света.

- Что вы так вздыхаете? Забыли о чём был наш разговор и думаете, что я немного того... Не в себе?

- Эм-м-м, - замялся Леман, не придумав, как объяснить своё виденье. Кроме того, его смутил излишний блеск глаз доктора, и он запнулся на полуслове, - Не...

«Да что со мной такое, - недовольно подумал он, удивляясь такому необычному восприятию мира. - Может всё дело в лекарствах, которыми меня кормит этот эскулап?»

- Не.. - передразнил его Марич. - То-то же! Показывайте свою ногу.

- Вот, - Леман, смутившись, положил ступню на стул. - А не рано ещё смотреть? Повязку по сути только наложили.

- Не спорьте. Та-а-ак, что тут у нас... - доктор быстро расстегнул фиксирующие зажимы и ухватился пальцами за ступню.

- Ай - вздрогнул Леман.

- Что, больно? - удивился Марич.

- Нет, щекотно, - буркнул тот в ответ.

- Да тут у вас ерунда уже осталась. Какой другой уже бы вопил от боли, как только я бы прикоснулся к повязке, а вы только ойкнули, когда я уже её снял и надавил на рану.

- Боль от прикосновения к повязке? - не поверил Леман.

- Ну… Это я так образно сказал. Но близко к истине.

Марич достал какой-то небольшой приборчик и принялся водить вокруг затянувшейся раны, потом прошёлся около пальцев и закончил в области пятки.

- Определённо, что-то в вас есть, - он посмотрел на Лемана, но тот был готов побожиться, что доктор его совершенно не видел. Его затуманенный взгляд был устремлён куда-то вдаль, и сидящая перед ним фигура была для него пустым местом.

- Мне однозначно надо вас исследовать, - Марич очнулся и сфокусировался на спасателе, при этом, Леману показалось, что глаза доктора недобро блеснули. - Вы ведь не против посодействовать процветанию нации?

- То есть принести себя в жертву ради науки?

- Кхе-кхе, - поперхнулся Марич. - Не напрягайтесь так, я просто пошутил, - он улыбнулся, как кот, поймавший толстую мышь. - Только вот объясните мне: почему так получается, что космос, массово отнимающий здоровье, а, зачастую, прихватывая при этом и жизни, раздаёт подарки, подобные вашему?

- Подарки? - удивился Леман. - Это вы о том, что быстро зажила моя нога? Так это лишь подтверждает правильность подобранного лечения, или вы сами в такое никак не можете поверить? Так вот в чём заключается самая главная врачебная тайна – начнём лечить и вдруг из этого что-нибудь получится!

- Путь к истине часто напоминает блуждание в потёмках. Почему же вы думаете, что медицина в этом случае является исключением? При этом учтите, что лечение – всегда палка о двух концах, что-то лечим, а что-то одновременно калечим. Наша тайна в том, что мы не мешаем выздороветь самому больному. А в вашем случае мне даже и вмешиваться не пришлось. Не верите? Ну, это ваше дело. Тогда вот вам ещё один факт, - Марич вытащил из кармана разрезанный на две части чёрный камушек, свободно помещающийся в ладони.

- Что это?

- Вы, похоже, единственный, кто этого не знает. Скажем так… Это универсальный источник энергии, питающий создания, подобные Химере. Аргус, например, тоже был запитан от такого камушка.

- Какого из двух?

- Не из двух, а из одного. Это один камень, просто он расколот на две части, - Марич соединил половинки и покрутил их перед носом Лемана, - Видите, как ровно прилегают, границы и не разглядеть!

- Вижу. И что?

- Н-да… Как-нибудь я напишу диссертацию о влиянии низкоквалифицированной профессии на высокоинтеллектуальных индивидуумов. Поясняю: существо, питающееся энергией этого камня, живо до тех пор, пока он целый. Не спрашивайте меня почему – замахал руками Марич, - Это так работает и точка. Примите, как данность, доказанную первой и второй креатурой. Теперь понятно?

- Понятно. Судя по тому, что вы прошлый раз рассказывали про Аргуса, расколол этот камень тоже я.

- Ну вот, соображаете, когда хотите. Пойдёмте со мной. Ничего не спрашивайте, просто пойдёмте – мы проверим ещё одно предположение, - Марич повернулся к выходу. – Смелее, вы же можете уже ходить… Почти, - поправился он, заметив как скривился Леман, наступив на больную ногу.

Конечно, Марич с выводами о его выздоровлении поторопился - Леман еле поспевал за сверкающей впереди лысиной. К счастью, идти пришлось недалеко - в соседний бокс.

- Тсс, - доктор приложил палец к губам, останавливая открывшего рот Леман. - Не надо лишнего шума.

То, что палата принадлежала Мелори, Леман понял сразу, а вот зачем он пришёл сюда - не очень. После того, как Марич запретил ему поздороваться, ситуация стала попахивать некой конспирологией, что ему решительно не понравилось.

- Сюда, - доктор решительно подошел к пациентке и потянул простыню. - Я ей дал снотворное, но всё же… Будьте поаккуратнее.

- Я?!

- Вы, конечно. Зря я вас сюда тащил, что ли? Давайте свою руку, - Марич по-хозяйски схватил Леман за запястье и прислонил кисть руки к животу Мелори. - Что чувствуете?

- Ничего, - признался Леман. Ему было не по себе от такой бесцеремонности. - А она спит? - задал он глупый вопрос.

- Не убирайте руку! - рассердился Марич. - Прислоняйте прямо вот к этому бинту.

В тот самый момент, когда тот коснулся повязки, Мелори открыла глаза. Леман попытался отдёрнуть кисть, но был цепко перехвачен тонкой женской рукой.

- Что это такое? - вид Мелори не предвещал ничего хорошего.

- Голубушка, это экспериментальный метод лечения, - выступил вперёд Марич. - Будущая инновация, так сказать.

- Лечение чего? Лемана от импотенции?

- Это не я… - пробормотал Леман, мысленно проклиная себя за то, что так бездумно доверился доктору.

- Да ладно, - смилостивилась Мелори, - Тебе можно. Герой как-никак, - она откинула его руку и зевнула. - Свалили бы вы отсюда, а? Спать смерть как хочется, - она с головой натянула простыню и отвернулась от своих посетителей.

- Чёрт бы вас побрал, Марич. Святым ромбом вам по голове! - костерил доктора Леман, как только они выбежали из бокса Мелори.

- Я ради вас всех стараюсь, - попытался оправдаться тот.

- Ага, так я вам и поверил. Всё у вас эксперименты на уме да научные исследования! А перед вами живые люди, а не бездушные куклы.Они, между прочим, что-то могут чувствовать!

- Ах, какие мы нежные! Если бы наука была столь щепетильна в вопросах этики и морали, то мы до сих пор бы сидели на дереве и ели бананы!

- Господин Марич! - голос незаметно приблизившегося спасателя отвлёк доктора, погасив начавшуюся было перепалку.

- Что угодно? - раздражённо ответил тот, резко развернувшись в его сторону.

Перед ним переминался с ноги на ногу один из молодых искателей приключений, примеривших на себя униформу спасателя в поисках космической романтики, коих на корабле было абсолютное большинство. Можно было сказать, что он для доктора вообще не выделялся среди остальных, но в данный момент его ужасно раздражал весёлый взгляд и широкая улыбка парня. Окинув взглядом замершую перед ним фигуру, Маричу бросилась в глаза пузатая фляга, которая нахально выпирала у спасателя из-за спины.

Он потянул носом, принюхиваясь, но от спасателя пахло лишь потом и давно не стиранным комбинезоном.

- Капитан интересуется здоровьем Лемана и желал бы лично выразить ему свою благодарность за проявленные мужество и героизм.

- О как! - удивился Марич. - Значит, за мужество и героизм? Да ещё лично... А чего же он не пришёл лично? Передайте капитану, что Леман ещё слишком нездоров...

- Господин доктор! - Леман укоризненно покачал головой. - Ещё недавно вы утверждали обратное.

- Да я это и своими глазами вижу, - добавил улыбчивый спасатель.

- А-а-а, делайте что хотите! - выкрикнул Марич. - Проваливайте отсюда! Оба!

Ободренные таким напутствием, спасатели выскочили из медицинского отсека, как пробка из бутылки. Второпях, Леман временно даже перестал хромать, забыв какая из ног больная.

- Фил. Меня зовут Фил, - протянул руку Леману посыльный, как только они перевели дух, оказавшись за закрывшейся следом дверью. - Сумел ты вывести доктора из себя, - хохотнул он, - Скажи спасибо, что я тебя выручил!

- Спасибо за заботу... Не понял - в каком смысле выручил? Меня что, капитан не вызывал?

- Нет, конечно! Но я это и не говорил. Лично поздравить - это ведь не значит вызвать, верно? Ладно тебе, расслабься. Поздравить-то он точно хотел, вот ты и заявишься. Лично.

Леман не стал возражать - формально Фил был прав, но теперь его поход к капитану выглядел так, как будто он напрашивался на поздравление. Желание идти отчего-то пропало, и тут же напомнила о себе больная нога. Он прислонился к стенке, чтобы на некоторое время её разгрузить - пока не успокоится.

- Ребята тут между собой посовещались, - Фил остановился рядом, рассматривая что-то вдалеке коридора. - Мы ведь сначала неправильно подумали... Про смерть Пола. Ну, слишком очевидно всё было.

- А сейчас? - усмехнулся Леман.

- А сейчас стало более, чем очевидно, но только обратное. Просили передать, что ошибались мы насчёт тебя. Ведь пока такой зверь не появится, ни за что не поверишь, что такое возможно. Чертовщина какая-то, честно слово! Знаешь, эта тварь моего друга убила. Прямо при мне, а я позорно бежал от неё, выпучив глаза от страха. Никак себе простить не могу, - Фил потянулся было за фляжкой, но передумал. - Как вспомню, так только это и помогает, - он похлопал по фляжке.

- Завязывай ты с этим делом, до добра оно не доведёт, - Леман оторвался от стены. - Пошли что-ли...

- Ты на наших зла не держи. Поверить просто тебе не могли. А если нет веры в товарища, то какой он товарищ?

- Пошли уже, товарищ, а то капитан подумает, что я часом копыта откинул.

- Момент... - Фил прижал к уху портативную рацию. - Ну, где ты там? Ага, вышли. Стоим перед медицинским отсеком.

Почти сразу же до уха Лемана донеслось натужное жужжание. Оно быстро нарастало, и прямо на него с Филом выскочил электрокар - миниатюрная открытая платформа на четыре посадочных места, но способная выдержать и с десяток крепких парней, что было проверено в одном из горячих споров столь же горячими личностями.

- Карета подана, - сидящий за рулём спасатель широким жестом махнул в сторону салона. - С ветерком доставим!

***

Капитан в это время почти час выслушивал сбивчивый рассказ офицера безопасности о произошедшем на него нападении. Норман, волнуясь, вышагивал взад-вперёд в капитанской каюте, пытаясь убедить капитана в небеспочвености своих подозрений. Пытаясь разложить всё по полочкам, он вдруг осознал, что единственным его аргументом являются эмоции, щедро выплеснутые им на капитана в течении всего периода разговора.

- Давайте наконец подведём итог, - Краузе стал надоедать этот бессмысленный разговор. - Вас пытались задушить, это факт. Но из всего вашего рассказа - единственный. Так?

- Но…

- Оставим в стороне догадки и эмоции. Вы согласны с тем, что я вам сказал?

- В принципе, - скрипя сердцем признал Норман.

- Отлично. Мне нет дела до ваших с Мелори отношений. Но чтобы обвинить её нужны веские основания. А что предлагаете вы - тонкие запястья, отсутствие силы? Вы в этом уверены? Уверены, что не показалось?

- Мне сложно было что-то рассмотреть, - вздохнул Норман. - Я, видите ли, был в это время немного занят - боролся за свою жизнь!

- Тогда что является основанием для ваших подозрений?

- Метод, - Норману показалось, что он нащупал верный путь, - Очень грубый метод, как раз в стиле тупых космодесантников.

- Вы-то откуда это можете знать? - усмехнулся капитан. - Вы же не служили в космодесанте.

- Да чего там знать, культивируемый там культ грубой силы предполагает именно такой стиль обращения между сослуживцами.

- Если бы это было так, то они давно бы передушили друг друга.

Норман хотел возразить, но тут в дверь постучали и на пороге появился Леман, прихрамывающий на одну ногу.

- Господин капитан, прибыл, чтобы сообщить о своём выздоровлении. К несению службы готов, - Леман скривился, наступив на больную ногу, - Практически без ограничений.

- Одну минуту, Леман. Побудьте в коридоре, пожалуйста, - капитан подождал пока плотно не закроется створка двери и задал волнующий его вопрос, - Вы мне лучше скажите, откуда появилась эта тварь, которую вы прозвали Химерой?

- Но это не имеет никакого отношения…

- Это вы так считаете, - оборвал его капитан, - Потому что зациклены на собственном эго.

- Ничего я не зациклен. Химеру мы подцепили в корабле погибших геологов. Где она там спряталась я не знаю, но мы её просто не обнаружили. Кстати, второй зверь объясняет быструю расправу над экипажем.

- Просто не обнаружили? Это вам представляется просто? Химера не иголка, чтобы затеряться под ногами. А почему она не напала на Лемана или обыскивающих корабль спасателей?

- Непростые вопросы, - покачал головой Норман. – Я как раз хотел их с вами обсудить, после того, как поставлю вас в известность о случившемся происшествии.

- Вы меня удивляете, господин Норман. Кто здесь офицер безопасности - вы или я? Почему вы приходите ко мне с вопросами, на которые сами должны найти ответы? Кто за вас это будет делать, может быть я? Запомните раз и навсегда - мне не интересны ваши вопросы. На то они и ваши, чтобы вы ими занимались. Приходите ко мне с решениями, а я помогу выбрать правильное, если вы не обладаете всей полнотой информации для этого. Не понятно? Объясню проще - вы должны обозначить проблему, провести расследование и предоставить мне своё решение, подкреплённое фактами, а не размазанные, как манная каша, истерические сопли. Теперь понятно? Свободны, третий раз повторять не буду. И вот ещё что: извините, конечно, но пока что Мелори стоит двух таких, как вы.

- Что это с ним? Как будто кол проглотил, - удивился Леман, проводив взглядом удаляющегося офицера безопасности.

- Не проглотил, а получил, - усмехнулся Фил. - Капитан у нас только с виду добрый, а как проштрафишься, так и не рад будешь, что на свет родился.

- Но тебе это не грозит. - рассмеялся водитель электрокара. - По крайней мере, сегодня, - утешил он Лемана. - Дуй давай за заслуженной благодарностью!

Леман неуверенно шагнул в раскрывшуюся перед ним дверь. Ему казалось, что капитанская каюта - это элитное место для отдыха, а получалось, что это рабочий кабинет для решения разных корабельных проблем. «Вот и выходит вместо отдыха сплошная нервотрёпка», - подумал он, взглянув на мрачный вид капитана.

- Не корабль, а какой-то королевский двор, - Краузе зло стукнул ладонью по столу, заставив Лемана вздрогнуть от неожиданности. - Интриги, покушения и доносы. Тебе так не кажется? - капитан наконец обратил взгляд на посетителя.

- Хм, похоже... - Леман вспомнил утренний инцидент. - Просто каждый делает то, что несёт ему выгоду и пытается привлечь к этому окружающих.

- А я так вообще нарасхват. Каждый хочет заручиться поддержкой, а особо наглые - свалить на меня свои проблемы, - Краузе вздохнул и переключился на спасателя. - Но ты-то по другому поводу сюда пришёл.

- Вы справлялись о моём здоровье, и я решил лично его вам засвидетельствовать.

- А заодно и сбежать из цепких рук Марича. Понимаю, - Краузе вышел из-за стола и крепко пожал Леману руку. - Благодарю за службу!

- Да я что, вот Лия... - стушевался тот.

- Её представим к награде. Серебряная звезда на пурпурной ленте неплохо дополнит образ молодой покорительницы космоса. Как считаете? Между прочим, в отличие от нас, бездельников, она там сейчас вся в работе - полученные ранения серьёзные. Как ваша нога, кстати?

- Спасибо. Если верить нашему доктору – с каждым часом всё лучше и лучше.

- Отлично. Я подумал, что вы заслуживаете большего, чем моя личная благодарность. Я бы хотел пригласить вас разделить со мной одно мероприятие… - капитан сделал неопределённый жест рукой. - Назовём его экскурсией.

- Экскурсией?

- Да, экскурсией. Через несколько часов мы делаем посадку на космодроме планеты Красная для срочного ремонта. Это частный космодром, принадлежащий компании спасённых нами геологов. Господин Дилман, управляющий компании, - тут Краузе позволил себе выругаться, - кроме того, что ограбил нас, так ещё и выставил условия, касающиеся пребывания нас на планете. Согласно им, экипажу запрещается покидать корабль на время ремонта. Но нескольким лицам, по предварительной заявке, это будет разрешено. Я помню, что вы высокообразованный специалист по космической биологии и предлагаю вам место в этой команде.

- Неожиданно… А почему такие условия?

- Сдаётся мне, что Дилману есть что скрывать на этой планете, вот он и опасается, что мы сунем нос куда не надо. А маленькую группу легко контролировать, это ведь не три сотни человек, ползающих по территории, как тараканы.

- Что же там такого секретного… Корпоративные тайны?

- Вполне возможно. Не буду даже ломать голову над этим, мне главное - починить корабль. Ну так что, каково ваше решение?

- Конечно, я согласен.

- Тогда собирайте вещи.

Глава 14. Планета Красная

Диск звездолёта навис над огромной бетонной площадкой, вздымая облако рыжей пыли, расползающейся ленивыми клубами по пустынным окрестностям.

Поддерживающие двигатели выбросили последние факелы белого пламени, и его крепкий корпус прочно устроился на выступающем над площадкой основании.

Мини космодром, на котором обосновался спасатель, был предназначен для разгрузки космических грузовиков, кораблей отнюдь не маленьких, превосходящих по габаритам и весу спасателя. Зато он не нуждался в специально подготовленном для него месте и мог запросто садиться на любой подходящей по размеру площадке.

У Краузе даже была мысль о том, чтобы послать Дилмана с его частной собственностью куда подальше и посадить звездолёт где-нибудь вне поля его зрения, дабы не раздражать своим присутствием. Смущали только два факта - отсутствие при этом варианте ремонтной базы, а таковая очень бы не помешала для предстоящего латания реактора, если вообще не оказалась бы критичной, и обнаруженное коротковолновое излучение, захватившее корабль, как только он лёг на орбиту Красной. Шестое чувство подсказывало ему, что это совсем не мирное любознательное радиолокационное поле. Он ещё раз пожалел, что не может посоветоваться с Мелори - та вполне могла помнить частоты боевых ракетных комплексов и решил не рисковать.

И вот сейчас он силился рассмотреть хоть что-то на обзорных экранах, слепо взирающих на кружащуюся вокруг корабля взвесь.

- Ну и подняли мы пылищу, Нил, - капитан поворачивал голову от одного экран к другому. - Никакого транспорта не видать?

- Ни зги не видно, - старпом кивнул на экран локатора. - Только на приборы и надежда. Правда, они тоже ничего не показывают, - но тут же, спохватившись, добавил, - В смысле транспорта.

- По-моему во всех смыслах, - проворчал капитан. - Господин Линд! Куда это он подевался? - удивился капитан, озираясь. - Только что на мостике был.

- Я здесь, - геолог выглянул из глубокого кресла, сверкнув подбитым глазом. - Можно я отсюда буду с вами разговаривать?

- Да пожалуйста, - капитан переглянулся со старпомом и добавил вполголоса, - Что я тебе говорил?

- Действительно... - хмыкнул Нил, - Странная личность.

- Расскажите нам об этой планете, только коротко, - капитану пришлось повысить голос, чтобы геолог его как следует расслышал.

- Да ничего особенного. Песок, камень и суглинок, если вы о поверхности. Отсюда и столько пыли. Мы работаем над восстановлением атмосферы, но кислородный голод всё-таки ощущается, особенно с непривычки. Вы это сразу почувствуете. Раздражающий красный свет… В общем, сами всё увидите.

- Это всё? Всё, что вы можете сказать?

- Но вы же просили кратко.

- Но не настолько же!

- Господин капитан, к нам гости! - старпом отвлёк капитана к ожившему экрану локатора.

- Ну что, Линд, собирайте свою команду. Чувствую, что вам уже не терпеться вернуться бороздить бескрайние пески и купаться в красных лучах вашей любимой планеты. Нил, оповестите нашу группу и принимайте командование кораблём.

- Наши уже в сборе. Стоят перед шлюзом, счастливчики, - старпом вздохнул, мечтательно закатив глаза.

Проходящий мимо Линд презрительно хрюкнул, подпортив радужные мечты Нила и тот проводил его таким многообещающим взглядом, что геолог непроизвольно ускорился, чтобы как можно быстрее покинуть мостик. «Солдафоны,» - пробормотал он, потирая подбитый глаз, как только оказался в коридоре.

Перед шлюзовой камерой действительно собралась небольшая группа в ожидании покинуть надёжный, но ужасно осточертевший за время полёта звёздный корабль. После месяцев пребывания в замкнутом пространстве любая плохонькая планета представлялась райским местом и неплохим развлечением, поэтому экипаж втихую завидовал «счастливчикам», кому выпадал такой шанс.

Капитан сначала хотел дать его всему старшему офицерскому составу, но, в силу объективных обстоятельств, из общей обоймы выпала Мелори, старший помощник и главный врач. Первая - в силу ранения, а остальные - в силу нагруженных должностных обязанностей. Офицера по безопасности Краузе игнорировал принципиально, но ему по должностной инструкции всё равно не разрешалось временное оставление корабля. Зато группу разбавил быстро поправившийся Леман и Андреа, подготовившая список требований к ремонтной базе.

- Что это, Андреа? - Краузе с недоумением посмотрел на оседлавшие её переносицу очки с тёмно-синими линзами.

- Очки, господин капитан, - рот Андреа скривился в подобие улыбки, - Защитные светофильтры от красного света. Вам тоже настоятельно рекомендую.

- Кстати, да, - встрял Линд. - По первости вездесущий красный свет очень непривычен. Ну, это я вам уже говорил, про воздух тоже.

- Старпом! - оглянулся Краузе, - Вы бы распорядились, что-ли…

- Уже, - Нил выставил вперёд большую сумку, в которой кустари-одиночки таскают товар на рынок и обратно, - Очки только одного вида, других нет. Зато есть портативные кислородные аппараты.

- А перчатки вам зачем, Андреа? Это тоже связано с красным излучением? - не унимался капитан.

- Нет, это связано с профессиональной деятельностью. Я же техник.

Краузе ещё хотел что-то спросить, но тут пришёл доклад о прибытии транспорта и все заспешили в шлюз. Зашипел воздух, создавая избыточное давление и почти сразу же отъехал в сторону люк, открывая выход наружу.

Пыль ещё клубилась в воздухе рыжим туманом, но уже сквозь неё хорошо различались ближайшие предметы, расплывчато, смутными тенями - отдалённые, создавая иллюзию дешёвого кинофильма, в котором сэкономили на декорациях.

Геологи привычно набросили на лицо повязки, закрывающие нос и рот, а спасатели - кислородные маски. Очки помогли мало, потому что не были герметичными, и Леман снял свои, спрятав их в нагрудный карман. Группа быстро спустилась по трапу и проскочила в открывшийся перед ней люк в боку большой чёрной коробки, которая, как понял Леман, и была поданным для них транспортным средством. Внутри их встретило просторное пространство с комфортными креслами, подсвеченное неярким светом, изливающимся через темно-синие светофильтры больших оконных проёмов. Из экипажа этого местного автобуса Леману на глаза попался только высокий молодой человек, встретивший их у входа и поторапливающий завершить погрузку. Он дождался, пока все рассядутся и громко произнёс:

- Добро пожаловать. Меня зовут Дилман! - усмехнулся и добавил, - Впрочем, для некоторых это не новость.

Все, включая геологов отчего-то посмотрели на Линда, а когда расселись, вокруг него образовалось пустое пространство, и начальник геологов оказался в одиночестве.

- Для тех, кто впервые меня видит, я - управляющий от геологической корпорации. Это что-то вроде местного губернатора. Так что вы, - Дилан развёл руками, переводя взгляд с Краузе на Лемана, - Мои гости. Поехали! - крикнул он в спину водителю и сел на первое место в салоне, развернувшись внутрь, с видом профессионального экскурсовода.

Автобус плавно тронулся и с достоинством попылил в обратную сторону. Поднятая при посадке взвесь уже почти улеглась и Леман прильнул к окошку, пытаясь высмотреть пейзаж незнакомой планеты. По обе стороны от автобуса простиралась бескрайняя равнина с проросшими из неё в разных местах скальными породами, напоминающими пучки сталагмитов. Их остроконечные верхушки упирались высоко в небо, победно сверкая своими острыми пиками. Леман уже хотел спросить об этих причудливых образованиях, как о них заговорил сам Дилман:

- Обратите внимание на пейзаж за окном, - подражая скучному тону гида произнёс он. - Ваш взгляд обязательно выхватит из общей картины мира необычные природные творения - остроконечные скалы, привлекающие внимание своими устремлёнными в небо вершинами, а также тем, что что они разбросаны по поверхности разновеликими группами. Но главная их особенность всё же не в этом, - добавил Дилман таинственным голосом, - А в том, что они искусственного происхождения! - выпалил он и сделал паузу, наслаждаясь произведённым эффектом.

- Что вы сказали? - последние слова заставили Лемана очнуться от дрёмы, навеянной его монотонным голосом.

- Да-да, вы не ослышались! - Дилман был рад, что его слова возымели эффект. - Внутри этих скал пустоты, вполне пригодные для жизни даже нам. Они больше напоминают конические высотки, если отвлечься от их грубого вида. Хотя, если в их архитектуре заложен принцип растворения в природе… Как знать, может быть неизвестные создатели пытались жить в гармонии с окружающим миром.

- Простите, мне показалось, что там кто-то шевелился! - Краузе ткнул пальцем на проплывающую мимо ближайшую группу гигантских сталагмитов.

- Так они заселены, - Дилман был сама невозмутимость.

- Что!? - почти хором воскликнули Краузе и Леман.

Такое единодушное восклицание вызвало смех управляющего и прислушивающихся к разговору геологов.

- Вы, наверное, подумали, что сумели увидеть самих создателей, - пробасил один из них.

- Увы, - отсмеявшись продолжил Дилман. - В эти высотки иногда забираются моллюски, похожие на больших крабов.

- Ракообразные, - машинально поправил Леман.

- Пусть так, но они моллюски по уровню интеллекта. И ужасно трусливые - чуть что, сразу же скрываются в своих подземных норах.

- Боже мой! - не смог сдержать восклицание Леман. - Здесь, на этой планете находятся следы древней цивилизации, живут неизвестные нам виды фауны, а вы так спокойно об этом говорите?

- А я что должен делать? Кричать?

- Хотя бы! Почему об ничего не знает научное сообщество? Правительство тратит массу времени и денег на поиски каких-то инфузорий, чтобы выйти по их следам к неизвестным цивилизациям! А тут всё на блюдечке - и животный мир, и останки цивилизации! Как так?

- Что здесь непонятного? - усмехнулся Дилман. - У правительства своя сфера интересов, а у корпораций - своя. Ведь что такое правительство? Это та же корпорация, у которой источником дохода является народ. Вот у нашей корпорации источником дохода являются полезные ископаемые. Мы обихаживаем месторождения, создаём вокруг них инфраструктуру, а потом тянем из них ресурсы. То же самое делает и правительство со своим народом - оно играет в политику, идя ему на уступки и делая поблажки, чтобы дело не кончилось бунтом и свержением власти, но всегда вытягивает из него свой ресурс – деньги, используя для этого прямые и косвенные налоги.

- Но ведь наука работает на благо всей нации...

- Наука работает на прибыль. Если она не приносит прибыль - она не финансируется. Вы будете работать за бесплатно? А оборудование для своей работы купите, подрабатывая по ночам грузчиком?

- Правительство должно финансировать фундаментальные исследования!

- А на деле оно финансирует лишь то, что может принести ему деньги. И не абстрактному правительству, а конкретным людям, которые в нём состоят или за ними стоят. Или вы думаете, что правительство состоит из случайных людей, подобранных по профессиональному признаку? Слава богу, что они вообще имеют образование, хоть и не профильное. Вот так-то!

- Ну, это как-то очень условно, - не согласился Краузе. - Как же быть, например, с армией и полицией? Ведь они не несут прибыль и являются прерогативой государства!

- Хороший вопрос! А главное - своевременный. Посмотрите в окошечки, господа! Вам ничего не напоминает открывшийся вид?

Сбоку автобуса показался невысокий насыпной холм, прикрытый сверху маскировочной сеткой. Сооружение было явно современное и отнюдь не гражданского назначения, о чём свидетельствовали хищные головки ракет, нацеленные в небо. На двух холмах поодаль вращались, обшаривая небо, широкие локаторы.

- Так вот оно что, - покачал головой Краузе. - Это под их прицелом вы держали нас всё время, пока мы висели на орбите!

- Мы очень щепетильно относимся к вопросам собственной безопасности. Надеюсь вы не планировали посадить корабль на нашей планете тайком? Было бы очень неприятно прибегать к крайним мерам.

- Какая к чертям щепетильность! Это же армейские системы. С чего это государство взяло на себя заботу о какой-то захудалой корпорации?

- Зря вы так о нас. Пусть мы не самая крупная корпорация, но и захудалой нас не назвать. И с заботой государства вы не угадали. Помните, что я сказал - у государства свой ресурс и оно занято всецело им.

- То есть вы хотите сказать…

- Да, это частная военная компания. Та же армия, только наёмная, а значит - самая высокопрофессиональная. Кстати, не только сесть, но и подняться с этой планеты без моего разрешения невозможно. Взлететь можно, но только на воздух, - хохотнул Дилман, довольный своей шуткой. - Армия и полиция - институты подавления и насилия. Каждая компания имеет в своей структуре охранников, а корпорации - силовые подразделения. Всё зависит от толщины кошелька, господа.

Дальнейший путь прошёл в полной тишине. Автобус, к удивлению Лемана, подъехал к одному из островков, образованных невысокими сталагмитами. Впрочем, вблизи они смотрелись всё равно большими - размером в пять этажей или более. При этом они имели довольно широкое основание, сужаясь до формы шпиля только на последних двух «этажах».

- Добро пожаловать в нашу столицу - Геолэнд! - с гордостью произнёс Дилман, перехватив взгляд Лемана. - Правда это пока первый и единственный населенный пункт на нашей части планеты, но ведь все цивилизации с чего-то начинали, не так ли? А этим «что-то» был их столичный город, если верить древним легендам.

- Но где же ваши дома? - не понял Краузе.

- Перед вами! - Дилман величественно простёр руки в направлении башен-сталагмитов. - Между прочим, очень удобное жильё. Да и средства мы на строительстве сэкономили немалые…

- Ага, знаю я, как вы сэкономили, - еле слышно проворчал Краузе.

Улицы, меж тем, наполнились движением. Автобус обогнала пара автомобилей, а навстречу им попался ещё один автобус, но гораздо меньших размеров. Стали попадаться и пешеходы, кто в тёмных очках, а кто и без, передвигающиеся прямо по проезжей части из-за отсутствия тротуаров. Похоже, что древних строителей совершенно не волновало присутствие пешеходов на дорогах, а, может быть, у них просто отсутствовал автомобильный транспорт.

- Прибыли, - заявил Дилман, когда автобус остановился у одной из башен-сталагмитов. - Это наша гостиница для высокопоставленных гостей. Господин капитан, забирайте вашего компаньона и можете обустраиваться, а мне пока нужно решить насущные проблемы с моими заблудшими сотрудниками. Оставьте только техника - мастерские будут как раз у нас по пути.

Взметнув небольшое облако пыли, автобус скрылся за поворотом улицы петляющей между хаотически разбросанными постройками древних. Внешний мир встретил Лемана сухим пыльным воздухом и необычной для глаза рубиновой подсветкой всего, до чего могли дотянуться лучи Инферно.

- Посмотрите, - Краузе с любопытством рассматривал редких пешеходов, - У нас есть возможность приобрести уникальный загар, подобно этим краснолицым аборигенам.

- Скорее всего, цвет их лиц — это лишь отсвет разлитого повсюду красного света.

- Но не может же он не сказаться на эпидермисе?

- Господа! - неожиданное обращение со спины заставило их вздрогнуть.

«Он пришёл», - явственно услышал Леман. Обернувшись, он и капитан чуть ли не носом уткнулись в незаметно приблизившегося к ним великана. Из-за своего роста, тот буквально нависал над ними. Багровое лицо с густыми кустистыми бровями и квадратными скулами делало его похожим на выходца из преисподней. Его густая шевелюра вполне могла скрывать маленькие рожки, способные дополнить его образ до полного соответствия.

- Кто пришёл? – не понял Леман, отодвинувшись на шаг.

- В каком смысле? Я пришёл! Извиняюсь, что напугал, - успокоил великан отпрянувших Лемана и капитана, - Хотел встретить вас в холле нашей гостиницы, но не дождался и забеспокоился - не случилось ли чего?

- А вы, собственно, кто такой? - пришёл в себя Краузе.

- А я - начальник охраны Геолэнда, заместитель губернатора по вопросам безопасности. Можете просто обращаться ко мне по имени - Грегор.

- Мы благодарны вам за заботу, но в охране не нуждаемся.

- Это вам так кажется, - Грегор достал два браслета и протянул их собеседникам. - Возьмите и оденьте! Для вашей же безопасности, - последние слова он произнёс таким тоном, как будто угроза безопасности исходила именно от него.

- Зачем это? Для слежки за нами? - возмутился Леман.

- Я так понимаю, что отказаться от этой услуги невозможно, - вздохнул Краузе.

- И небезопасно, - подтвердил Грегор. - Не переживайте, мы раздаём их всем нашим гостям, вы - не исключение. А как же! Случись с вами что, мы обязательно организуем доставку тела на родину. Вот теперь можете отдыхать спокойно.

После такой радушной встречи капитан и Леман заходили в гостиницу в подавленном настроении. Дверь за их спинами с лёгким шуршанием запечатала вход, а перед ними открылось приличных размеров помещение с искусственным освещением. Посреди него одиноко возвышалась высокая стойка за которой водила пальцем по настольному компьютеру девушка. Она подняла голову и Леман оторопел от бронзового цвета её лица. Он переглянулся с капитаном, но в его взгляде тоже отразилось замешательство, правда несколько другого плана.

- Откуда в этой дыре такие красивые девушки? - пробормотал он чуть слышно.

Леман хотел сказать о том, что капитан оказался прав насчёт влияния излучения Инферно, но только пожал плечами, поняв, что тот сейчас на другой волне.

- Что же вы? Здравствуйте и проходите смелее, я не кусаюсь, - заметив их нерешительность, улыбнулась красавица.

- Мы тут случайно пролетали мимо, знаете ли, - начал Краузе, не сводя глаз с её лица. – И решили отдохнуть после дальней дороги.

- Я в курсе кто вы и откуда, - с серьёзным видом кивнула девушка. - Ваши номера на втором и третьем этажах, а с четвертого открывается неплохой вид на наш город. Кстати, как вам наши домики? Знаете, как мы их называем - сталабашни, иногда - шишаки, по сходству с древними остроконечными шлемами, - она звонко рассмеялась.

- Хм… Это ведь древние сооружения? А как тут с удобствами? - Леман решил, что надо всё выяснить самому, потому как на капитана надеяться не приходилось.

- О, всё отлично! Вода поступает самотёком из-под земли. Кстати, там, под землёй, мы обнаружили большие залежи льда и используем его в испарителях для формирования атмосферы. Так что ванна, душ - в каждом номере, а на первом этаже есть и бассейн. Что касается канализации - так мы её тоже получили в подарок. Система утилизации уходит в глубь планеты и там происходит переплавка без доступа воздуха.

- Спасибо, всё понятно, - Леман дёрнул капитана за рукав. - Мы, пожалуй, вещи кинем и прогуляемся.

- Между прочим, сейчас ночь. - девушка опять рассмеялась, глядя на удивлённое лицо спасателя. - Красная не вращается и у нас нет смены дня и ночи. Мы определяем время суток по часам. Так что я советовала бы вам отдохнуть, а на прогулку выйти через пару-тройку часов.

Леман поблагодарил за совет, однако у него были свои планы – как-никак новый мир пробудил в нём немалый интерес. Но после теплой расслабляющей ванны из кристально чистой воды он почувствовал себя утомлённым и, как только прилёг на маленький комфортный диванчик, незаметно уснул.

Сон накрыл глаза серой пеленой и Леман полетел куда-то в тёмный колодец без всяких мыслей и сновидений.Он даже не сразу понял, что за звуки он слышит, когда вокруг пустота. Однако постепенно звуки стали складываться в слова, смысл которых был для него непонятен.

- Они всё-таки до нас добрались, - пропищал чей-то тонкий голос. Леман тут же представил себе пигалицу с торчащими во все стороны косичками.

- Но защитник здесь! - возразил хриплый голос. За ним, наверное, скрывался какой-нибудь средних лет работяга в серой бесформенной кепке.

- Это он их сюда привел, - настаивала пигалица.

- Не говори глупостей. Рано или поздно это должно было случиться, - урезонил её густой бас, который, скорее всего, принадлежал грузному пожилому мужчине.

- Что должно было случиться? - Леману показалось, что он тоже имеет право принять участие в разговоре. «Это же мой сон!» - напомнил он сам себе.

Но ответом ему была лишь сразу наступившая тишина, оборвавшая нить таинственной беседы.

- Почему вы молчите? Кто вы? - вопрошал он тишину.

Ему казалось, что собеседники просто растерялись, но пройдёт мгновение и они снова продолжат разговор и ответят на его вопросы. А, может быть, даже сами проявятся из окружающей его темноты.

Внезапно раздался сильный крик. Это не был крик боли и уж тем более о помощи. Это был крик жестокого торжества, оглушающий и подавляющий волю. От него стыла кровь в жилах и на миг перехватывало дыхание. Но пугал даже не он сам, а нечто, которое, как представлялось, стояло за ним.

Леман почувствовал, что задыхается и очнулся в холодном поту. В голове ещё гудели отголоски заблудившегося звука, но уши сдавило ватной тишиной.

- Кажется я схожу с ума, - прошептал он и ему показалось, что лучшей идеей было бы прямо сейчас подышать свежим воздухом.

«Что она там говорила про прекрасный вид,» - думал Леман, поднимаясь на следующий этаж. Действительно, на четвёртом этаже была оборудована небольшая смотровая площадка с видом на внутреннюю часть города. На ней, заложив руки за спину, словно изваяние, замерла фигура капитана.

- А, это вы, - Краузе скосил взгляд на пристроившегося сбоку спасателя. - Ну и вид у вас, краше только в гроб кладут.

- Кошмары… Сначала голоса какие-то, потом крик… У меня до сих пор от этих снов голова гудит!

- Хм… Но крик-то на самом деле был.

- Вот как! А я уж подумал, что с катушек съезжаю!

- Да, Лаура говорит… - что это вы на меня так смотрите? Лаура - это та девушка, которая встретила нас на рецепшене, помните?

- Ещё бы, - Леман с подозрением оглядел капитана, - Но как…Ну вы даёте…

- Рано вы ещё меня в старпёры записываете.

- Виноват. Так что говорит наша красавица?

- Моя красавица говорит, что это Банши. Так она требует жертву.

Глава 15. Требуется помощь

- Банши? Ну и планетка! - Леман скривился, вспомнив впечатления от услышанного крика. - Какая ещё тут нечисть водится, ваша красавица не рассказала?

- Нет, не рассказала. Точнее - сказала, но совсем другое - что никакой нечисти тут отродясь не помнит.

- Судя по её загару - за все несколько месяцев пребывания здесь?

- За всю свою жизнь здесь. И это не загар - это такой цвет кожи. Она ведь полноправно может именоваться туземцем, потому что родилась и выросла на этой планете.

- Да быть такого не может! Ведь это значит, что этот мир открыт уже минимум лет двадцать.

- Двадцать один, - поправил капитан.

- Даже так! Как в такое можно поверить? Да за это время… За этот промежуток времени…

- Что должно было произойти за это время? - флегматично поинтересовался Краузе. - Руководство корпораций неожиданно стало добрее и человечней? Добровольно рассталось со своими капиталами, покаялось и заперлось в монастыре? Или, может быть, у нас сменилась выборная власть, отдав бразды правления оппозиции, которая, впрочем, чисто номинальная? Запомните - все грязные делишки и секреты тех, кто находится у власти, всплывут только в случае их отставки, а до тех пор вы о них даже не услышите.

- Но почему обязательно должны возникнуть какие-то, как вы выразились, делишки и секреты? Почему они обязательно должны быть?

- Потому что они вытекают из сущности богатства и власти. Деньги, как и власть выжигают мозги - тот, кто попал под их влияние никогда не могут ими насытятся. Я понимаю, что вы сейчас хотите сказать - привести меня в пример или кого-то их наших офицеров - вроде бы всё не так. Не так, но в данном случае я говорю о больших деньгах и большой политике. Там происходит деформация сознания у девяти из десяти к ним прикоснувшихся. Их жизнь - это деньги ради денег и власть ради власти, хотя, если задуматься, то тоже - ради денег. Посмотрите на наших сенаторов - с пеной у рта они выбивают себе пожизненные места в парламенте и своим детям. Потом они будут говорить, что всякая власть от бога, а они богоизбранные. Проблема в том, что они ставят себя над законом, оставляя его тем, кто по иерархии ниже их или беднее. А за безнаказанностью следует вседозволенность. Сначала робкая и неуверенная, а потом самоуверенная и наглая. Они уже не стесняются закона на родине, а кто сможет им помешать беспредельничать где-нибудь подальше от порицающего общественного мнения?

Леман ничего не ответил, сделав вид, что любуется открывшимся с площадки видом. Несмотря на то, что взгляд иногда упирался в сталабашни, подобные той, с которой он вёл наблюдение, простора для зрения было предостаточно и в открывшейся перспективе просматривались гладкие пески раскинувшейся кругом пустыни и невысокие, но массивные горы, уходящие за горизонт.

- О чём задумались, господин бывший учёный? – усмехнулся капитан.

- Воистину во многих знаниях многие печали.

- Это с какой стороны посмотреть. Можно сесть и посыпать голову пеплом, а можно полученные знания использовать в качестве предвиденья, чтобы что-то изменить в жизни.

- Не представляю как. Силы, о которых вы упомянули, слишком фатальны, кто мы против них – пигмеи против великанов?

- К счастью, именно пигмеи и являются движущей силой цивилизации.

- Всё равно не понятно – что можно противопоставить такой мощной машине. Вот, например, этой корпорации? Хотя, вроде бы, мы им дорогу нигде не переходили.

- Ах Леман, Леман! Хорошо вам, учёным или простым спасателям: сказали делай – делаете, сказали не делай – тоже хорошо, отдыхаете. Ничего-то вы не замечаете вокруг.

- Ну почему же. Судя по тому, что вас потянуло на подобные откровения, мы влипли в очень неприятную историю, а если вспомнить слова Дилмана о его безграничной власти на этой планете, то можно сделать вывод об источнике неприятностей.

- В психологических наблюдениях вам не откажешь. Но, тем не менее, это лишь вершина айсберга. Сдаётся мне, что весь наш вояж – от приказа прибыть в забытый богом сектор галактики, последующей спасательной операции и до посадки на этой планете – цепь неслучайных событий, режиссированная теми самыми кукловодами, о которых я говорил вам ранее. Мы стали в чьей-то игре пешкой, которая случайно прошла до конца игрового поля и ожидает решения своей судьбы. Вы видели здесь антенное поле?

- Антенное поле? – удивился Леман и покрутил головой, недоумевая где его сумел узреть капитан. – Нет, не видел, - наконец сознался он. – Скорее всего они используют для связи узконаправленную станцию. Только для связи с управлением своей компании, конечно.

- Вот и я не видел, - вздохнул капитан. – А Дилман мне говорил о связи с управлением космофлота. Значит врал. Мы были обречены, как тот, попавшийся нам на орбите Инферно корабль, а здесь мы оказались просто в ловушке. И неизвестно, где мы проживём дольше.

- Так серьёзно?

- Более чем. Видите ли…

- Кхм… - вежливое покашливание прервало капитана на полуслове.

Они совершенно не заметили, как к ним приблизился невысокий худой человек в рабочем комбинезоне, с застиранными, но не выведенными пятнами масла на коленках и обшлагах рукавов. Его седая шевелюра резко оттеняла лицо кирпично-красного цвета, на котором из-под выгоревших бровей смотрели на них пронзительно-синие глаза.

- Прошу прощения, что прерываю вашу беседу, но кто из вас техник?

Капитан и Леман растерянно переглянулись, растерявшись от неожиданного вопроса:

- Послушайте, как вас там… Морис, - прочитал капитан бирку на его груди. - Наш техник должен быть в мастерских…

- Я главный механик мастерских и только что оттуда! Зря не стал бы вас спрашивать, - обиделся Морис.

- Значит что-то случилось, - пожал плечами капитан. - У вас же прекрасный начальник охраны, целый заместитель губернатора. Как же он не отследил девушку? - Краузе продемонстрировал браслет на руке. - Видите, как он заботится о том, чтобы знать наше местоположение?

- Хм, я об этом не знал. Не думал, что придётся ставить в известность Грегора.

- Не придётся! - на смотровую площадку словно ураган ворвался разгневанный сам начальник охраны.

Его чёрные глаза сверкали, отсвечивая кровавым цветом в лучах Инферно, казалось, что вот-вот из них сверкнут молнии, пронзающие всё живое. Огромные кулаки были сжаты и весь его вид предупреждал, что он готов на что угодно. На площадке сразу стало тесно, а попятившийся Морис ещё добавил сутолоки между капитаном и Леманом.

- Ну, как вы мне объясните бегство вашего техника! - процедил Грегор сквозь зубы.

- Никак, - спокойно парировал Краузе и засунул руку в карман - там выпирало что-то острыми гранями.

Грегор сердито засопел, но с места двинуться не решился. Морис прекратил путаться между капитаном и Леманом и отскочил в сторону, показывая всем видом, что он здесь не причём.

- Минуточку, - капитан вытащил руку из кармана – в ней был зажат коротковолновый передатчик. - У меня срочный вызов.

- А мне плевать! - выкрикнул Грегор и двинулся на капитана с неотвратимостью бульдозера.

В следующее мгновенье никто не понял, что произошло, в том числе и сам Леман: спасатель очень быстро шагнул наперерез Грегору, а когда тот хотел его смахнуть, как надоедливую муху, - неожиданно оказался у него под рукой, успел сообразить, что ему очень повезло не столкнуться с пудовым кулаком, обдавшим его потоком воздуха над головой, и коротко ткнул пальцами верзиле под рёбра. Вряд ли бы это остановило великана, но удар по-видимому, задел или нервный узел, или какой-то важный орган так, что Грегор сначала замер, раскрыв рот, а потом медленно осел прямо там, где стоял, сложившись от парализовавшей его боли.

Леман отскочил, опасаясь обмана, и с удивлением посмотрел на свою руку. Краузе одобрительно хмыкнул, показал большой палец, и щёлкнул кнопкой приёма вызова на передатчике.

- Что? – удивился он, как только приложил его к уху. – Не тарахти, Нил! От кого сигнал? Та-а-а-ак, понятно… Вся база, говоришь? Понятно. Снаряжай два вездехода. Старшим первого пусть пойдёт Норман. Да, под мою ответственность. Второй пусть захватит нас с Леманом. Всё, действуйте.

- Получен сигнал о помощи от базы «Химической индустриальной», - повернулся он к Леману. – Нас подберут по пути. Пойдёмте на улицу, а то тут стало как-то тесновато.

Капитан перешагнул через замершего на полу Грегора и не оборачиваясь пошёл к выходу. Леман последовал его примеру, но Грегора, из чувства безопасности, всё же обошёл.

- Прошу прощения, - догнал его Морис. – Вы ведь со спасательного корабля?

- А вы будто не знали.

- То, что корабль спасательный – нет. Я дам вам один совет – не задерживайтесь на этой планете.

- Это я только что понял сам…

- Не совсем. То есть не только из-за Грегора, если вы это имели в виду. Хотя врага вы себе нажили нешуточного. Нет. Дело в специфике местного излучения.

- Тут есть и такое? – удивился Леман.

- Представьте себе. Так вот, много лет назад, когда мы это осознали, потребовалась даже корректировка определения радиоактивности для будущих специалистов.

- Переопределили единицу излучения? Сформулировали то же самое, но по-другому?

- Да… А вы откуда знаете? Понятно – спасатели, широкий круг знаний. Только, как я вижу, не глубоких. За новой формулировкой попытались скрыть универсальность определения. Но не в этом суть, а в том, что это излучение меняет нашу генетическую память, преобразуя нас.

Эти слова заставили Лемана остановиться и внимательно всмотреться в Мориса. Искусственное освещение снизило окрас его лица, но оно по-прежнему оставалось красным, как от термического ожога. Необычный цвет глаз… «Что это я? – спохватился Леман. – Откуда он может знать про изменения в генах?»

- Вы биолог?

- Вы мне не верите, - вздохнул Морис. – Я понимаю. Просто учтите то, что я вам сказал. В качестве доброго совета.

На улице механик продолжать разговор не стал и сделал вид, что никакого общения между ними вообще не было. Этому были свои причины – перед гостиницей стоял длинный розовый автомобиль, а около него собственной персоной Дилман и два охранника, держась поодаль. Леман сначала очень удивился несоответствию цвета такой, старающейся казаться брутальной, личности, но потом сообразил, что настоящий цвет авто – белый, а приобретённый оттенок – это игра света Инферно. Всё равно, это показалось ему забавным, и он улыбнулся получившемуся контрасту.

- Здесь ничего не делается без моего разрешения и уж тем более без моего ведома, - поучал между тем Дилман капитана.

Уловив улыбку Лемана, он отнёс её к своей фразе и сразу же рассвирепел. Его менторский тон моментально сменился на крик:

- Куда делся ваш техник! Вы решили поиграть в шпионов? Так пеняйте на себя – ничего у вас не выйдет, поимка вашего человека – дело пары часов! И куда, чёрт побери, вы дели моего начальника охраны!

- Они его побили, господин губернатор, - подал голос Морис, спрятавшийся за спинами охранников.

- Что? – оторопел Дилман. – Вот эти двое?

- Нет, вон тот один! – показал тот пальцем на Лемана.

Охранники напряглись, уставившись пристально на Лемана, а Дилман замолчал, переваривая услышанное. Капитан, пользуясь моментом, перешёл в наступление:

- Сигнал о помощи попадает под межпланетную юрисдикцию и требует оказания немедленного содействия всех – я подчёркиваю этот момент – всех без исключения, оказавшихся рядом с терпящими бедствие.

Дилман хотел возразить, но его отвлёк появившийся из дверей гостиницы Грегор. Бросая вокруг злобные взгляды, он приблизился к своему начальнику и что-то яростно зашептал ему в ухо. Некоторое время Дилман прислушивался, а потом отстранился и ткнул пальцем в сторону автомобиля. Проводив взглядом его спину, скрывшуюся в салоне, он задумчиво повернулся к капитану:

- Я, собственно, нисколько не возражаю против ваших действий, но категорически настаиваю, чтобы вы согласовывали их со мной и всегда ставили бы меня в известность о ваших планах. Кстати, мне самому интересно, что такого могло приключиться у наших конкурентов, чтоб им… Но вот моё условие - с вами поедет Грегор. – Дилман отвернулся, показывая своим видом, что разговор закончен. - Это не обсуждается, - бросил он через плечо.

- Этот самозванный губернатор, похоже, здесь совсем спятил. - капитан наклонился к Леману, чтобы можно было говорить вполголоса. - Но я не буду с ним спорить. В это время, может быть, решается вопрос о жизни и смерти, а мы бодаемся с местной властью. Хорошо, - выкрикнул он, подняв голову, - Только пусть едет в другой машине!

Прибытие спасательной техники долго ожидать не пришлось – два мощных вездехода примчались друг за другом словно на крыльях, подняв за собой большое пылевой облако. Первый из них замер в нескольких сантиметрах от автомобиля губернатора. Дворники проскребли по стеклу, прочищая сектора смотровых амбразур. Из кабины выпрыгнул Норман, посмотрел на зазор между лебёдкой вездехода и роскошным автомобилем, выругался, поминая проклятый песок и потопал на доклад к капитану.

- Место откуда исходит сигнал определили? - прервал Краузе набор стандартных фраз.

- Азимут нам известен, - почесал нос Норман и чихнул, - А вот расстояние… Неизвестна мощность источника, чтобы оценить дистанцию по коэффициенту ослабления сигнала.

- Господин Дилман! Вы же в курсе где находится база ваших конкурентов? - капитан поднял взгляд на прислушивающегося к разговору губернатора, но тот сделал вид, что не слышит. - Понятно, придётся разбираться самим. Командуйте, Норман, отправляемся.

Из губернаторского автомобиля появился Грегор и важно направился к вездеходам. Проходя мимо Лемана, он ненароком задел его, а когда тот повернулся к нему, продемонстрировал рукоятки двух револьверов, выпирающие из-под небрежно наброшенной куртки. Грегор приостановился и красноречиво провёл ребром ладони по своему горлу, усмехнулся и вразвалочку поковылял к ближайшей машине.

- Не обращай внимания, если коснётся своих игрушек, ребята ему сразу голову отвинтят, - капитан хлопнул по плечу Лемана и махнул рукой в сторону вездехода. - Пора.

Они обогнули тот, в который сел Грегор, чтобы добраться до следующей машины. Но как только они приблизились к её кузову, рядом с ними как будто материализовалась из ниоткуда Лаура и ухватила Краузе за руку:

- Кэп, ты же мне обещал! Забери меня!

- Куда, на спасательную операцию? - зашипел тот и оглянулся, чтобы понять насколько они скрылись от Дилмана. К счастью, второй вездеход загородил их своею тушей. - Ты соображаешь, что просишь?

- Соображаю я получше некоторых! Я сбежала с дежурства и больше никогда обратно не вернусь! Соображай сам - назад у меня дороги нет!

- Эх… - капитан обречённо махнул рукой. - Леман, принимай шефство над девушкой.

Не успел он окончить фразу, как её тонкая фигура уже исчезла в кузове вездехода. Капитан чертыхнулся и запрыгнул в кабину, от души хлопнув дверцей. Двигатель сразу же взревел, как разбуженный в неурочное время дикий зверь, и Леман еле успел занять своё место, как вездеход дёрнулся, словно разрывая сковывающие его путы, и рванул прочь из города.

- Лаура, - протянула девушка Леману руку, как только он примостился напротив.

- А я…

- А я вас знаю! Вы совсем забыли, что я оформляла вам номера! - рассмеялась она.

- Точно, - смутился спасатель. - А правда, что вы родились на Красной?

- Что ещё рассказал кэп? - нахмурилась Лаура.

- Ничего! Честное слово ничего.

- Ну ладно… - лицо её просветлело.

Леману понравилась такая эмоциональная открытость этой необычной девушки, и он непроизвольно улыбнулся просто от того, что вёл с ней беседу.

- Мои родители попали на эту планету, когда моя мать была уже беременна. Они были учёными и работали на компанию. Им сделали предложение, от которого они не могли отказаться… Такое бывает, вы понимаете?

- Ещё как, - кивнул Леман.

- На самом деле компанию интересовало зарождение новой жизни в инопланетных условиях, под влиянием неизвестных излучений. Родители не прожили долго, единственное, что они успели, так это дать мне образование в меру своего уровня знаний. У живущих здесь остальных нет и этого.

- Остальных? Таких, как вы, рождённых на этой планете.

- Таких, как я и всех остальных. Вы ведь в курсе, что Красная обустраивалась руками заключённых?

- Нет. И что с ними потом стало? Их ведь не отправляли обратно?

- Когда потребность в них отпала, им даровали свободу – это был главный пункт привлечения их на каторжные работы. Вот только свободу они получили в пределах этой планеты. Красная стала их домом навсегда.

- А Геолэнд? Стал городом уголовников? – Леман поёжился, представив свою прогулку по его непрямым улицам.

- Ха, можно сказать и так. Только главный уголовник в нем – Грегор со своими наёмниками – бандитами. Здесь всё принадлежит им. Ну и Дилману, конечно. Кто же будет кусать кормящую руку! А если не согласен с таким порядком – пожалуйста, вся планета в твоём распоряжении. Вот так многие и ушли из города. Если бы не вы, я тоже не стала бы в нём жить!

- Но как можно выжить среди камня и песков?

Вопрос Лемана остался без ответа – вездеход резко замер, клюнув носом, и все заторопились на выход. Последним вышел Леман, озираясь в поисках базы химиков. Пыль, поднятая машинами, лезла в глаза и уши. К счастью, нос был закрыт аппаратом дыхания, и он добрым словом вспомнил снабдившего им старпома.

Несмотря на ограниченную видимость, ничего, мало-мальски похожего на рукотворные сооружения, вокруг не наблюдалось. Единственное, что привлекло его внимание – разгоревшаяся где-то впереди перепалка. Судя по голосам, спорили капитан и Норман.

- … Здесь нет дорог. Точнее – слишком много. – оправдывался Норман.

- Зато тупик один на всю пустыню, и мы оказались именно в нём!

- Посмотрите кругом – это уже горы, а не пустыня. Дороги в них - это запутанный лабиринт!

- За каким дьяволом вас понесло в горы? - присоединился к ним Грегор. - Сюда никто никогда не суётся.

- Не суётся? А это тогда что?

Сначала Леман не понял, о чём зашла речь и только присмотревшись к направлению, по которому отправились капитан, Норман и присоединившийся к ним Грегор, увидел очертания построенного из камней приземистого дома. Он так гармонично вписывался в местный пейзаж, что с первого взгляда было невозможно отличить - где он, а где каменное основание приютившей его скалы.

Леману стало любопытно и он присоединился к нескольким спасателям, отправившимся вдогонку. Ему показалось, что дом был построен специально таким образом, чтобы не привлекать внимания. На память тут же пришли слова Лауры о поселенцах Красной с тёмным прошлым. С другой стороны - любая постройка из кусков каменной породы будет обладать маскирующим эффектом, а что касается неприветливых хозяев - так кто бы рискнул иметь что-то против такого количества крепких ребят, не считая великана Грегора!

Наверное, это понял и хозяин дома, вынужденный выйти навстречу незваным гостям. В первую очередь почему-то в глаза бросились его большие тупоносые ботинки, серые от присохшей к ним навсегда грязи. Прикрывавшие их бесформенные брюки переходили в большой передник и заканчивались широкими лямками на голых плечах. Судя по всему, одежды на нём больше не было. Зато половину головы скрывала широкая чёрная борода, а другую половину – лохматая шевелюра, спускающаяся засаленными прядями до самых глаз. Он хмуро смотрел на приближающуюся компанию и взгляд его не выражал ничего доброго.

- Любезнейший, что это за место? – взял инициативу в свои руки капитан. – Мы тут немного заплутали.

- Заплутали… - лицо незнакомца просветлело. - Моё имя Доусон. – хрипло произнёс он. – Не слышали про старину Доусона? Нет? Хе-хе, добро пожаловать в «Приют странников»!

- Да нам бы только дорогу узнать! – крикнул Норман, но Доусон, не оборачиваясь, скрылся в проёме двери.

Норман пожал плечами и оглянулся на своих спутников:

- Что делать будем?

- Пойдём, посмотрим, что за приют такой, - Грегор отодвинул Нормана в сторону и пошёл следом. Потоптавшись, за ним потянулись и остальные.

Внутреннее пространство каменного дома оказалось на удивление большим – по-видимому, дом был пристроен к гроту или пещере в стене скалы и снаружи складывалось ложное впечатление о его величине. Центральная комната с высокими потолками больше походила на каменную залу приличного собора, но без поддерживающих колонн. Потолок держали естественные своды, автором которых была сама природа. Освещение проникало через множество небольших отверстий в потолке и стенах, образованных хаотичной укладкой разновеликих камней неправильной формы. Центр комнаты занимал огромный стол с каменными лавками по бокам, что отчасти подтверждало название, которое дал дому Доусон.

Но больше всего поразило Лемана не то, что в забытом богом месте оказалось такое необычное строение, да ещё то ли гостиница, то ли трактир, а, может быть, и то, и другое. Больше всего его поразил запах жареного мяса, который он не чувствовал казалось целую вечность – с тех пор, как покинул родную планету. Запах произвёл впечатление на всех, но особенно на Грегора. Он начал озираться, заглянул даже под стол. Неудовлетворённый результатами, он стал вертеться, втягивая носом воздух, стараясь определить его источник.

- Что угодно господам? – насмешливо спросил Доусон показавшись из неприметной ниши, скрытой за большим камнем, должным обозначать барную стойку.

В руках он держал дробовик, нацеленный на Грегора. Ещё несколько человек появились рядом и сбоку него, вооружённые кто чем - в основном топорами и кирками, но в руках одного тоже было ружьё.

- Я узнал тебя, Доусон по кличке мясник! – заорал Грегор.

- Я тоже тебя узнал, Бугай. Вот и пересеклись снова наши дорожки. Прикажи своим людям сложить оружие и, может быть, я никого из вас не трону. Тачки оставьте - мне они пригодятся, а сами выметайтесь туда, откуда пришли!

- Неужели ты будешь стрелять в старых друзей? - Грегор развёл руки и сделал шаг навстречу Доусону. - Ты ошибаешься, это не мои люди и я не могу им приказывать…

- Ты как всегда врёшь, - устало произнёс Доусон и нажал на спуск.

Заряд дроби кинул Грегора на пол. Одновременно выстрелило другое ружьё и спасатель, стоящий рядом с Леманом, повалился, не издав ни звука. Эти события произошли так стремительно, что никто не успел тронуться с места. Оцепенение прошло, как только друзья Доусона устремились в атаку, занеся для удара своё оружие.

Бах, бах, - захлопали выстрелы. Это поверженный Грегор выхватил два скрытых под курткой револьвера и палил с двух рук. В воздухе остро запахло порохом, громкие выстрелы в ограниченном пространстве слились с отражённым от стен эхом, перемешавшись с криками умирающих от ран.

Всё закончилось в несколько секунд. Револьверы Грегора последний раз выплюнули свинец и замерли, источая тонкие струйки дыма. Доусон упал, свесившись с каменной стойки, его ружьё валялось перед ним с несколькими, сверкающими металлом, патронами - он не успел их зарядить. В разных позах валялись его подельники, смерть не обошла стороной никого из них. Сам Грегор ещё сидел, свесив голову на грудь. Кровь толчками била из его груди, разливаясь вокруг небольшим чёрным озером. Через мгновенье он опрокинулся навзничь, уставившись в дырявый свод немигиющим взглядом.

Леман почувствовал себя дурно, огромное пространство дома стало давить, вызывая головную боль, а какофония запахов - душить, забивая лёгкие. Он выскочил наружу, едва не столкнувшись с подбежавшими на шум товарищами. Красный свет Инферно полоснул по глазам, достойно завершая впечатление от состоявшейся бойни. У Лемана возникло стойкое чувство, что он уже сыт этой планетой по горло. Холодный космос и аварийный корабль показались ему самыми уютными местами в мире. Забравшись в кузов вездехода, он сел, обхватив голову руками, и не менял этой позы до тех самых пор, пока машина не замерла очередной раз и чей-то голос не прокричал ему в ухо: «Конечная станция. Химическая индустриальная»!

Глава 16. Химическая индустриальная

Запорошённые песком туши вездеходов замерли задолго до ворот базы «Химический индустриальной», высунув тупые морды с невысокого холма, удобного для созерцания пустынных окрестностей с кучкующимися кое-где столобашнями. Большие и матовые от пыли фары придавали им сходство с двумя гигантскими ящерицами, вылезшими понежиться в красных лучах местного светила.

База химиков оказалась совсем не такой, какой её можно было представить после знакомства с их конкурентами. За титановым забором виднелись вполне современные корпуса разновеликих построек, органично вписывающихся в понятие «цивилизованное поселение». Лишь посредине, взорвав землю вездесущим сорняком, проросли гигантские сталагмиты, образовав небольшую колонию прямо в центре чуждого им поселения.

Чуть поодаль выступали из песка циклопические шарообразные сооружения, время от времени выбрасывающие в атмосферу клубы пара. По виду, это были единственные объекты, про которые можно было сказать, что они функционируют. Всё остальное застыло в немом молчании, не издав ни звука и не шелохнувшись за всё время присутствия на холме спасателей.

- Странно всё это, - Краузе опустил электронный бинокль и почесал нос. – У меня такое ощущение, что нас крепко подставили.

- Но кто-то же подал сигнал, - Норман пощёлкал светофильтрами, плотно прижав к глазам окуляры. – Во всяком случае, пока не войдём на базу – ничего не узнаем.

- Этого-то, скорее всего, от нас и ждут. Чувствую, что не зря у меня нос чешется.

- А какие у нас есть варианты?

- Спросили бы что попроще. Откуда я могу знать, что нам приготовили?

- Мне кажется, вы напрасно себя накручиваете. Мы воспользовались гостеприимством одной солидной компании, а перед нами база другой, не менее именитой. Нам очень повезло, что в этом забытым богом краю вселенной нашлись представители цивилизации.

- В этом-то всё и дело. Как вы считаете, кого следует опасаться, окажись, как вы выразились, в богом забытом месте? Опасаться надо такого же, как вы, цивилизованного существа! Потому что накопленные годами признаки цивилизованности – это тонкий налёт над дремлющем в нас зверем, и он слетает за считанные дни, стоит столкнуться с лишениями или наоборот, увериться во вседозволенности. Эй, кто-нибудь! - выкрикнул Краузе, обернувшись к собравшимся позади спасателям. - Растолкайте, наконец, Лемана. И скажите, что его вызывает капитан!

Вызов застал Лемана в тот момент, когда он, свесившись из кузова вездехода, пытался рассмотреть необычные сооружения, раскинувшиеся гигантским алым цветком среди песка и камня. Однако необычными они были только для этой местности, не видевшей ни пластика, ни полированного металла, но не для Лемана - он как раз помнил что-то подобное на Грее. Старые воспоминания, притаившиеся в уголках памяти, всколыхнулись, закружив голову и сжали сердце в непонятной тоске. Чувство вины за то, что не смог предотвратить произошедшее там, в своём прошлом, снова стало подниматься из глубин души, терзая сознание и отзываясь болью в груди.

«Это было предопределено», - явственно услышал он чей-то голос. Леман резко обернулся, но за кормой вездехода лишь оседала пыль, заметая прорезавшие песок рубчатые следы.

- Лемана к капитану! – прокричал появившийся перед ним молодой парень. – Хватит висеть обезьяной, старик хочет тебя видеть!

- Так это ты сказал? – думая о своём, спросил Леман.

- Конечно я, - удивился спасатель. – С тобой всё в порядке?

«Что он может знать? - подумал про себя Леман, спрыгивая с кузова. – Я или схожу с ума, или в этом хочет уверить меня эта проклятая планета!» Прозвучавший смешок заставил его споткнуться. Он мог бы поклясться, что это был тот же голос невидимого собеседника. Ему стало жарко от этих мыслей, и он попытался расстегнуть змейку под воротником. Сразу ставшие негнущимися пальцы никак не могли зацепить бегунок, а после нескольких неудачных попыток Леман вдруг осознал, что стоит перед капитаном и офицером безопасности, молча и с удивлением рассматривающих его потуги.

- По вашему приказанию прибыл, - промямлил он, бросив бороться с непослушным устройством.

- Хм, это наш герой? - недоверчиво спросил Норман.

- Внешний вид часто бывает обманчив. Леман, тебе ведь знакома диспозиция подобной базы?

- Вы имеете в виду внутренне расположение? Если в общих чертах, то да, мне приходилось бывать… На подобной.

- Вот и отлично, - капитан сделал вид, что не видит закатывающего глаза Нормана. - Ситуация следующая: мы не наблюдаем признаков жизни на базе. Она или покинута, или… ты меня понял. Слушай задачу: выдвигаешься на вездеходе ко входным воротам, минуешь их и следуешь к зданию радиосвязи. Оттуда выходишь с нами на связь и докладываешь обстановку. При невозможности использования аппаратуры связного центра, используй карманный радиопередатчик, расстояние позволяет. Вопросы есть?

- Как мне миновать ворота, если они заперты? Хотя… С моими умениями управлять техникой, я до них вряд ли доеду.

- Визуальное наблюдение показало, что ворота сорваны с петель и распахнуты настежь, - важно ответил Норман.

- Что касается вездехода - мы назначим тебе в помощь добровольца. Теперь всё? Первая справа машина твоя. Желаю удачи, - поставил точку в разговоре капитан.

- Может, стоило предупредить парня? – неуверенно произнёс Норман, когда Леман исчез в кабине вездехода.

- Знать бы о чём… Не берите в голову – разведка обычное дело в непонятной ситуации.

«Осторожничает старик, без разведки – ни шагу», - подумал Леман, устраиваясь на удобном сиденье и сразу выкинул эту мысль из головы, стараясь припомнить расположение объектов базы. Но тут же пробудилась память о Грее, а потом мысли переключились на странности уже этой планеты. Подтверждая его страхи, что-то зашуршало совсем рядом, заставив его вздрогнуть и начать озираться, чтобы понять источник необычного звука, но в этот момент распахнулась дверца напротив:

- Привет! – на водительское место запрыгнул бодрый спасатель, которого, как помнил Леман, звали Филом. – Вот дьявол! – он отпрянул от спинки сиденья и выдернул из-под поясницы фляжку, - Будешь? Мне-то нельзя, я за рулём, - он весело подмигнул и добавил, - Но пока был без руля – было можно.

- Так ты уже…

- Не дрейфь, где наша не пропадала! – отмахнулся Фил и включил зажигание.

Вездеход кашлянул и басовито заворчал, оповещая о скрытой в себе мощи.

- Где-то и не пропадала, а вот здесь появилась возможность, - буркнул Леман, пытаясь застегнуть ремень безопасности.

- Ты чего такой смурной? Взгрустнулось?

- Ага, взгрустнулось.

- А почему бледный?

- Вз… Подловил! Поехали уже, весельчак.

- Ха, мигом домчимся! Ты, главное, повороты мне успевай показывать!

Вездеход дёрнулся и очень неспешно пополз с холма. Леман с подозрением посмотрел на водителя и уже хотел было поинтересоваться - сколько суток они будут в пути, но не успел. Спустившись к подножию, машина рванула со скоростью ракеты, что для Лемана явилось полной неожиданностью - он никогда не думал, что эта техника способна так ездить. Его с силой вдавило в кресло, прижав голову к мягкой подушке. Когда он пришёл в себя и повернул голову, чтобы посмотреть на дорогу, ворота базы оказались уже прямо перед ними.

Часть петель действительно была вырвана с корнем, а оставшиеся перекосило под весом разъехавшихся створок. И они действительно были приоткрыты так, что пара человек, держась за руки, вполне могла их миновать. Но морда вездехода была явно шире!

- Тормози! – прохрипел Леман, стараясь втянуть голову в плечи и ещё больше вжаться в кресло.

- Спокойно! И не в такую задницу… - последние слова Фила потонули в грохоте металла: машина всей массой ударила по створкам, заставив их откинуться в обратную сторону, выгнуться от удара и разлететься, доломав оставшиеся петли.

- Налево! – заорал Леман, не ожидавший такой скорой развязки с воротами.

Машина выскочила на металлический пандус и заскребла гусеницами, пытаясь изменить направление движения. Сила инерции понесла её юзом, взметнув из-под гусениц фонтан искр. Её борт вздрогнул от удара и раздался треск ломаемого пластика и звон выбитого стекла.

- Не знаю, что это было, но поставили это явно не на месте, – бросил мимоходом Фил, пытаясь выровнять вездеход.

- Это пункт санитарного контроля, кажется… Теперь направо, направо крути!

Вездеход подрихтовал стену одного из жилых бараков и влетел в неширокую улочку, заканчивающуюся тупиком. Леман испугался, что Фил станет таранить стену, но машина замерла, всего лишь уткнувшись в неё носом.

- Они всё поменяли, - извиняющимся тоном произнёс он. – Давай задний ход.

Чуть позже Леман понял, почему химики перепланировали свою базу – причина гнездилась в центре, возвышаясь острыми верхушками столобашен. Им пришлось прилично попетлять, пока перед ними не появилось высокое здание с большой тарелкой, нацеленной в небо.

- Это здесь, - коротко бросил Леман, чувствуя, что после такой езды ноги временно потеряли способность двигаться. – Я чуть посижу, что-то ноги не идут. Где-то у тебя была фляжка?

- Держи! – Фил ловким движением выудил её из чехла. – Всё только не выпивай. Я на разведку.

С этими словами он выскочил из кабины и вразвалочку пошёл в связной центр. Леман сделал приличный глоток, но весь проглотить не сумел – первые капли обожгли горло и вызвали его спазм. Он почувствовал, что захлёбывается и стремглав выскочил следом за спасателем, позабыв про онемевшие ноги. Выплеснув всё, что недопил, как только покинул кабину, он сделал ещё несколько шагов по инерции и налетел на спину Фила.

- А я что говорил! Действенная штука - враз на ноги поставит! - довольным тоном произнёс тот, перехватив флягу из рук Лемана. - Вот теперь хоть к чёрту в зубы!

За незапертой дверью их встретила крутая лестница, уходящая винтом на верхний этаж. Она несколько охладила пыл спасателей, заставив их тяжело дышать по мере подъёма по ступенькам. Подсвечивая миниатюрным фонариком, они, наконец, добрались до комнаты радиотехников и остановились на пороге, пытаясь рассмотреть что-то в потёмках.

Тоненький лучик прыгал с перевёрнутых кресел на разбитые цифровые панели, со стен, испещрённых загадочными рисунками на куски пластика и прочие обломки, щедро раскиданные по полу. От помещения веяло запустением. Сорванные ворота, запылённые здания и окна косвенно подтверждали факт заброшенности базы и слова капитана. Теперь им пришлось в этом убедиться воочию, исследуя базу изнутри.

- Здесь должен быть свет. Сигнал явно был дан отсюда, - Леман пожал плечами. – Больше не откуда.

Фил оторвался от разглядывания покрытых пылью панелей и повернулся к двери, надеясь, что выключатель смонтировали, как обычно, сразу за дверным проёмом. Лучик метнулся вдоль стены и сразу же упёрся в грудь тёмной фигуры, неподвижно стоящей в паре метров от спасателей.

От неожиданности Фил отпрыгнул и чуть не сбил с ног Лемана - удержали того лишь ступни, прижатые к полу каблуками товарища.

- Что с тобой? – закричал он, пытаясь высвободить ноги.

- Там! – вместо ответа Фил коротко ткнул пальцем в сторону темной фигуры.

- Это ещё кто? – зашипел Леман: ему удалось выдернуть один ботинок и согнать своего друга с другого.

- Это покойник, - прошептал тот.

- Сам ты покойник, - фигура отделилась от стены и сделала шаг им навстречу. - Я – это я, а вот вы кто такие?

- Спасатели мы, - пришёл в себя Фил. – Прибыли на ваш сигнал о помощи.

- Спасатели? Это хорошо. - незнакомец хлопнул по выключателю, который оказался рядом с ним. - Зовите меня Дик.

Ставший непривычным белый свет залил комнату, высветив всё то, что спасатели пытались рассмотреть в узком луче фонарика. Перевёрнутая мебель и разбитые панели никуда не делись, но теперь производили несколько иное впечатление -не заброшенности, а погрома. Загадочные рисунки по стенам проявились во всей своей сути и оказались следами пуль и боевых лазеров.

Дик словно не заметил немого удивления спасателей. Он откинул ногой особенно большой кусок мусора и подошёл к одной из панелей. Кусочки пластика жалобно хрустнули у него под ногами, отозвавшись неприятными ощущениями в ушах.

- Что здесь произошло? – поморщился Фил.

Дик не торопясь развернулся и задумчиво оглядел спасателей. Ростом он был на полголовы выше любого из них. Высокие ботинки и заправленные в них свободные брюки песочного цвета подходили для него как нельзя лучше, формируя образ или отставного военного, или ополченца, вынужденного стать солдатом. Не вписывалась в его вид лишь тесная полотняная курточка, как будто позаимствованная с чужого плеча, но из-под неё выглядывала бледно-зелёная водолазка, вполне способная дополнить стиль милитари.

Леману Дик не понравился. От него веяло силой и отнюдь не дружелюбной. Взгляд его был неприятен – казалось, что он смотрит сквозь тебя, рассматривая что-то за спиною. Из-за этого его лицо выражало полное равнодушие, что никак не соответствовало человеку, дождавшемуся долгожданной помощи. «Может быть всё дело в испытанном ранее шоке?» - успокоил себя Леман.

- Что произошло? – повторил Дик, поджав губы. – На нас напали. Я не знаю кто они такие. Бандитов всяких тут предостаточно, сами видели, - пожал он плечами и извлёк из-под панели небольшую коробочку, размером с сигаретную пачку.

Бросив быстрый взгляд на спасателей, Дик прижал пару кнопок и поднёс её к уху. Некоторое время он прислушивался, а потом ответил:

- Да, они здесь.

- С кем ты разговариваешь? – удивился Фил. – Есть ещё выжившие?

- Конечно! – Дик оторвал коробочку от уха и протянул её спасателю. – Сам послушай, - из неё действительно можно было слышать чей-то голос, пробивающийся сквозь треск эфира.

Что-то показалось Леману странным в его поведении, а через секунду понял, что дело не в поведении, а его словах:

- Откуда ты знаешь, что мы видели?

Фил, уже протянувший руку к передатчику замер и сделал шаг назад. Дик улыбнулся с беспечным видом:

- Я хотел сказать - наверняка видели. Неужели вы проехали через горы и не пересеклись ни с кем из вольных жителей Красной?

- А откуда ты про горы… - насторожился Фил, но договорить не успел.

- Проклятье! – маска беззаботности слетела с лица Дика.

В мгновение ока он выхватил нож и оказался рядом с Филом. Тот попытался отступить, но нога упёрлась в перевёрнутое кресло, и Дик покончил с ним точным, хорошо поставленным ударом.

Леман не успел моргнуть глазом, как Дик уже оказался рядом с ним. Его скорость ошеломляла. Леман попытался бежать, но был сбит с ног и два тела принялись кататься по полу, внося ещё больше хаоса в разбитый интерьер. Дик успел сменить хват ножа и теперь его рука нависла над лицом спасателя, удерживаемая только его кистью, перехватившей запястье. Нож стал предметом, способным решить исход этой битвы. Дик обхватил рукоятку двумя руками и стал постепенно продавливать неожиданно сильное сопротивление, наметив лезвие в глаз своей жертвы.

Приближающееся остриё завораживало хищной заточенностью и своей неотвратимостью. Леман попытался дёрнуться, надеясь что противник потерял устойчивость, но тот превосходил его не только в росте, но и в массе, основательно придавив к полу.

Неожиданно что-то серое оседлало загривок Дика и как будто лизнуло в ухо. Его глаза расширились, а рот, ещё секунду назад сжатый до зубного скрипа, раскрылся с шумным выдохом. Леман почувствовал, как нож замер, и ослабла удерживающая его железная хватка. Он откинул руку, не понимая откуда вдруг появилось столько крови, а потом, собравшись с силами, спихнул с себя обмякшее тело.

Леман перевернулся, ощупывая рукой опору, чтобы подняться, и замер - перед ним сидела на задних лапах большая крыса, сверкая единственным бусинкой-глазом. Шкура её была покрыта старыми рубцами, но особенно большой выделялся прямо на животе.

- Так это ты шуршал в вездеходе… Пират! - это слово Леман добавил непроизвольно, вспомнив про одноглазых капитанов-флибустьеров.

Крыса пискнула и задвигала носиком, как будто пытаясь что-то разнюхать. Леман резко повернулся, услышав за спиной шорох. Дик был ещё жив и пытался приподняться на одной руке, второй удерживая разорванную артерию. Он боролся с подступающим забытьем, но видно было, что жизнь из него уходит с каждой секундой. На миг его взгляд приобрёл осознанное выражение:

- Крыс… ненавижу! - услышал Леман его последние слова.

- Да-а-а, не по сценарию пошло, значит, - Леман посмотрел на Пирата. – Спутал ты им карты, боевой крыс. Пожалуй, надо обо всём доложить капитану.

Он пошарил в своём нагрудном кармане, но только успел коснуться рации, как в тот же момент эта коробочка ожила и взволнованный голос Краузе потребовал экстренного выхода на связь.

- Срочно уходите оттуда! - он даже не стал слушать доклад Лемана.

- Фил погиб…

На секунду повисла пауза, а потом капитан добавил уже другим голосом:

- У нас большие проблемы, парень. Спрячься куда-нибудь очень глубоко и не отсвечивай хотя бы пару дней. Обещаю, мы за тобой вернёмся, - с этими словами связь оборвалась также резко, как и началась, сменившись потрескиванием пустого эфира.

- Проще сказать, чем сделать, - вздохнул Леман, - Верно я говорю? – в шутку обратился он к крысе.

Пират пискнул, отбежал к двери и снова сел неподвижным столбиком, как будто приглашая идти за собой. Леман пожал плечами, ещё раз вздохнул и подошёл к неподвижному товарищу. Вытащил флягу и сразу же сделал большой глоток, пролив часть жидкости на подбородок. Почему-то сейчас напиток не произвёл такого эффекта, как в прошлый раз - показался не обжигающим, а просто горьким, но это было именно то, что в данный момент нужно. Он задумчиво завинтил крышечку и пристроил флягу на груди Фила.

- Ну и куда мы пойдём? - повернулся он к ожидающему его Пирату.

***

Не успела осесть пыль, поднятая покинувшим пригорок вездеходом, как Краузе озаботился маскировкой своей наблюдательной позиции.

- А вы чего рты раскрыли? - накинулся он на столпившихся спасателей, провожающих отъезд своих товарищей. - Быстро оборудовали укрытие для оставшейся техники! Лопат на всех не хватает? Организуйтесь посменно, но повысьте интенсивность. Схватил лопату - бери больше, кидай дальше, а когда летит – не отдыхаешь, а продолжаешь накидывать. Через пять минут от вездехода должна торчать только антенна!

- Сурово, - усмехнулся Норман, оторвавшись от бинокля.

- Нормально. Знаешь, как нам говорили в училище – спасатель-бездельник – это турист, а не спасатель. Кстати, что-нибудь видно на горизонте?

- Боже мой, - простонал офицер, рассматривая удаляющийся вездеход - Кто же так водит! Он сейчас разобьёт машину вдребезги!

- Фил самый лучший водитель. Если уж кому и суждено вытянуть Лемана из передряги, то только ему. Он водит крайне филигранно и притом быстро.

В этот момент до них донёсся глухой звук сильного удара и почти следом - треск ломающегося пластика и звон стёкол.

- Почти филигранно, - поправился капитан. - Но зато быстро! Продолжай наблюдение, а я попробую связаться с кораблём – пойду в вездеход, там рация помощнее.

Откуда появились вооружённые до зубов люди, Норман сразу не понял. Только что он осмотрел окрестности, а когда снова повёл бинокль в ту же сторону, то по песку уже пылил грузовик, в кузове которого сидели куча народа, обвешанная оружием. Скорее всего, они скрывались за стоящими в стороне гигантскими шарами, насыщающими воздух водяными парами.

- Капитан! – Норман оглянулся и растормошил прилёгшего отдохнуть спасателя. – Ноги в руки и дуй к капитану. Доложи, что у ворот базы появилась какая-то банда.

- Отставить! – появившийся из вырытого капонира Краузе махнул рукой. - Я услышал. К сожалению, это не банда. То есть, конечно, банда, но на окладе у Дилмана – его наёмники.

- Но это же… - начал Норман и замолчал, не зная, как завершить мысль.

- Пиратство, вот что это. Или просто бизнес, если говорить современным языком. Вот и всё стало на свои места. Немедленно выдвигаемся, Лемана я предупредил.

- Но как мы сможем ему помочь? Вы уверены, что мы сможем справиться с этой вооружённой группой!

- Мы выдвигаемся к кораблю. Дилман разделил силы, и вторая группа пытается в это время взять штурмом наш корабль. Справиться, как вы понимаете, придётся любой ценой.

Глава 17. Битва за корабль

Последнее время пребывание Мелори в медблоке стало невыносимым. Сначала она отоспалась, как ей показалось, за прожитую половину своей жизни, а потом, когда Марич напичкал её снотворным, за ту половину, которая ей ещё предстоит. Появление этого старичка со словами: «Больная просыпайтесь, пора принимать снотворное» стало её раздражать, и кончилось тем, что она запустила в него подсунутой горстью таблеток. В тот же момент она раскаялась в своей несдержанности - надо было проявить терпение, дождаться, когда он склонит голову со своим обычным «ну что тут у нас» и шлёпнуть его по вызывающе блестящей лысине. «Да-а-а, - укорила себя Мелори, - Нервы начали сдавать. Не сидеть тебе в засаде, боец!»

Возможно, это был лишь один из побочных эффектов лечения, в то время, как насилие над организмом постепенно вводило его в странное пограничное состояние - то ли сон, то ли явь, со стёртой между ними границей.

Чёрно-белые крылья забытья накрывали Мелори, когда её сознание отправлялось в полёт, подталкиваемое лечебной химией, но позволяли прийти в себя и оглядеться, когда они поднимались, чтобы сделать следующий взмах.

С этим вполне можно было мириться, но у неё, как у бывшего космодесантника, начали пробуждаться воспоминания, которые были уже давно похоронены в укромных уголках памяти.

Их появление было спонтанно и ничем не обусловлено. Многие моменты Мелори уже успела позабыть, а другие позабыть хотела, но, как оказалось, все они ждали только часа, чтобы заставить пережить заново фрагменты ставшей для неё очень далёкой, но всё же её личной жизни.

Всё началось с канувшего в лету курсантского прошлого. В один из бессознательных моментов она снова оказалась внутри круга таких же, подобных ей юнцов, захотевших посвятить свою жизнь службе в десанте. «Но ведь это уже было. Очень давно», - попыталась она поспорить со своим сознанием. Однако образы были такие яркие, а особенно тот, который возвышался перед ней, сжав пудовые кулаки. «Бой начался!» - в этот момент вспыхнули сигнальной ракетой слова начальника физподготовки - подтянутого майора с оловянными глазами.

«Как такое возможно!» - хотела выкрикнуть она, но кулак здоровяка пришёл в движение и ей нужно было срочно выбирать: протестовать или уворачиваться. И как тогда, много лет назад, она вертелась ужом на небольшой площадке, поставив стремительность и ловкость против тупой грубой силы. Но сейчас она уже знала чем кончится бой, что вот-вот будет тот самый единственный пропущенный роковой удар, отправивший её тогда в нокаут. Мелори правильно угадала этот момент. На этот раз она не повелась на обманный выпад громилы, а с силой приложилась по выставленной вперёд лодыжке. Но тот почему-то провёл основной удар не в голову, а в корпус, и Мелори сложилась от боли под рёбрами…

Она очнулась на полу, рядом с перевернувшейся кушеткой, в спутанных простынях. Живот сводило спазмами так, что хотелось выть от боли. Примчалась Лия, а за ней причитающий Марич. Они сделали пару инъекций, что-то говорили между собой и обращались к Мелори, но ей было абсолютно не до них. В её памяти всплыли слова того майора, произнесённые, когда она пришла в сознание после боя: «Этот спарринг тебя должен кое-чему научить. Многие думают, что десант - это тупая сила. Так вот… Это так и есть! - он заржал, довольный своей остротой, а потом добавил, - Подумай хорошенько, так ли уж он тебе необходим!»

Потом, некоторое время, Мелори провалялась в полной темноте, провалившись в чёрный колодец беспамятства. Сколько прошло времени она не знала, его отсчёт остался там, среди белого света корабельных софитов и несущего вахту экипажа. В её мире время деформировалось неведомым образом - секунды превратились в долгие часы, а минуты стали днями, зато часы и дни проскакивали за мгновенье.

Её опять помотало по воспоминаниям, уже не столь значительным, как то первое, с которого начиналась её служба, но она чувствовала, что это всего лишь прелюдия к тому болезненному прошлому, которое, как она надеялась, оставила давным-давно за бортом своей жизни.

И в момент, когда Мелори уже была не в силах вынести тяжкого ожидания и почти физически готова была закричать, вызывая это воспоминание как ужасного демона, она ощутила себя в десантном отсеке мчащегося сквозь космос челнока. Она скосила глаза, пытаясь понять по незначительным признакам, свершилось ли то, чего она так боялась и желала одновременно, или нет.

Однако рассмотреть что-либо было проблематично, лишь шлемы боевых скафандров взвода матово блестели в тусклом свете скудного дежурного освещения. Мелори никогда не могла понять причину такой копеечной экономии, но сейчас это подействовало особенно неприятно. Может быть потому, что нельзя было распознать мелкие детали, позволяющие отделить одну высадку от другой. Сколько их было всего? Она не дала бы ответ на этот вопрос, но серебряный значок с цифрой двадцать пять в то время уже занял своё место на планке боевых регалий.

- Мелори, - как и тогда, раздался в её шлемофоне голос баттл-командера Марка, - Уточняю боевую задачу…

- Господин баттл-командер, - прервала его Мелори, - Это база лаписов?

- Да… - Марк замолчал, сбитый с толку. – Откуда ты знаешь? Впрочем, какая разница – сметите их всех.

Мелори показалось, что эта реплика пошла не по сценарию. Она хорошо помнила ту, прошлую постановку задачи. Марк сетовал на учебную базу военного флота лаписов, на ускользнувших из-под превентивного удара истребителей и засевших в пылевом облаке, как заноза в одном месте. Пусть и учебных, но от этого только чуть менее опасных. А ещё неподалёку был обнаружен разведчик ладдов, что было уже гораздо серьёзней… Но замысел Марка был прежний - зачистка астероида. Именно так он истолковал полученный приказ «действовать сообразно обстоятельствам».

«Неужели я могу влиять на прошедшие события, - удивилась Мелори, - Правда это всего лишь моя память… А может ли она определять ответные действия кого-то другого?» Но времени поразмышлять на эту тему у неё не осталось. Челнок основательно тряхнуло, и десантники горохом посыпались на каменистую землю.

Мелори не первый раз сталкивалась с лаписами, похожими на больших зайцев разумными существами. Несмотря на то, что они были вполне прямоходящие, точнее - прямопрыгающие, иногда им гораздо легче было передвигаться на четырёх конечностях, чем они и пользовались, чтобы значительно повысить скорость передвижения. Сходство с зайцами им придавала их специфическая мордочка со способными «косить» глазами и длинные уши, поднимающиеся торчком, когда они к чему-нибудь пытались прислушаться.

Столкновение с ними произошло на волне экспансии республики, вызванной борьбой за новые ресурсные базы, ставшие жизненно необходимыми для родной планеты Мелори.

Правительства и той, и другой стороны обычно сквозь пальцы смотрели на то, что творилось за пределами их планет, даже если при этом разгорались вооруженные конфликты. Причины такого поведения были просты – одолеть друг друга в глобальном конфликте никому не представлялось возможным, да и не требовалось – родные планеты, как правило, были истощены и не представляли экономического интереса. Другое дело астероиды, а ещё лучше – целые планеты, которые можно было бы бесконтрольно обирать, не заботясь об их экологии.

Минус такого подхода был в распылении сил, не способных организовать охрану всего и вся. Поэтому корпорации решали проблемы защиты собственными средствами, не надеясь на помощь правительства. Эти самостоятельные вооруженные формирования сталкивались даже больше между собой, чем с другими расами, конфликтуя за лакомые кусочки космического пространства. Правительственные же войска играли по-крупному, маскируя свои удары по инопланетным объектам под междоусобные конфликты, тем самым зачищая поле для своих национальных компаний.

Как правило, столкновения заканчивались тем, что побеждённая сторона эвакуировалась с места конфликта, всегда имея на готове спасательные средства.

Но в этот раз всё пошло не по плану. Возможно лаписы слишком уверились в безопасности, прикрытые военной базой, а, может быть, виной тому было обыкновенное разгильдяйство, помешавшее запастись спасательными средствами, но «зайцы» упёрлись, что называется, рогом и оказали отчаянное сопротивление космодесанту.

Зенитный снаряд расколол челнок Мелори, и она со своим взводом буквально вывалилась на поверхность астероида, благо высота была не столь значительна. Они сразу же оказались в гуще разгоревшегося боя. Стало совсем не до осмысления и выполнения каких-либо задач. Обстановка вокруг больше походила на калейдоскоп, сверкающий разноцветными огнями и ежесекундно сменяющий геометрию цветовых фонтанов. Линии разновеликой толщины чертили пространство во всех направлениях, расцветая фейерверками метких попаданий, а трассирующие пунктиры протыкали темноту сверкающими смертельными осами, исчезая среди маленьких точек звёзд.

Взвод Мелори, ещё не начав толком воевать, поредел чуть ли не на треть. Зато остальным сопутствовал успех - при поддержке ещё двух взводов, более удачливых в высадке, им удалось прорвать первую и единственную линию обороны и ворваться в рабочий посёлок лаписов.

В это время где-то высоко над астероидом поспешивший на сигнал бедствия разведчик ладдов, при поддержке истребителей лаписов, вступил в бой с эсминцами республики, не подозревая о скрывшемся в радиолокационной тени тяжёлом крейсере, выжидающим удобного момента для внезапного удара.

Мелори замешкалась, не понимая как вести себя дальше. Она слишком хорошо знала, что будет, если она двинется вперёд.

Сейчас-то она знала, а тогда, много лет назад, только в рабочем посёлке ей стали понятны причины упорства лаписов - они защищали свои семьи. Помещение, в которое она тогда ворвалась, скорее всего было детской комнатой – под ногами валялись раскиданные игрушки, а у стены напротив притулилась маленькая кровать.

Того крохотного, прикрывшегося ушами и забившегося в угол лаписа она будет помнить всегда. Влажные оливковые глаза смотрели на неё с удивлением и ужасом, а маленькое тело уже сотрясала дрожь, инстинктивно предчувствуя что-то страшное. И было в нём столько отчаяния и беззащитности, что распалённая битвой Мелори встала, как вкопанная, опустив сразу отяжелевший бластер.

Сзади уже напирали бойцы её взвода, а она просто стояла, не понимая, что делать. Случившаяся заминка обошлась ей очень дорого – выскочивший из боковой двери лапис не был солдатом и вооружён он был всего лишь чем-то вроде кирки. Но этой самой киркой он сбил с ног Мелори, пробив скафандр и нанеся глубокую рану живота. Если бы не скафандр, то удар мог бы достать до позвоночника.

К медикам её приволок сам баттл-командер Марк. Она ещё была в сознании и слышала его слова, брошенные вскользь кому-то из офицеров, дескать «сгорел боец, из десанта придётся отчислить», но это понимала и она сама. Не понимала она только как будет жить дальше с разочарованием в службе, на которую она потратила жизнь, и которая сделала из неё убийцу.

Чтобы восстановить здоровье потребовалась дорогостоящая операция. Стандартной страховки хватило лишь на половину, но совет ветеранов кинул клич «десант своих не бросает» и денег хватило даже на последующую реабилитацию. Доктора сделали невозможное, и Мелори поправилась почти полностью, но «Чудес не бывает, - со вздохом произнёс провожающий её врач – Мы сделали всё, что в наших силах. Вроде бы собрали и склеили как надо, но нужна божья искра - детей у вас не будет».

Новость об одиночестве она восприняла спокойно, считая это наказанием, ниспосланным небесами. Отринув мысли о забытье в алкоголе и всякой прочей дряни, как поступали многие ветераны, она нашла свое искупление в спасении чужих жизней, нанявшись под командование Краузе. По-видимому, этот путь был правильный, потому что ее постепенно перестали будоражить жуткие картины прошлого, затаившись до удобного случая.

И вот этот случай настал. Проскочив через круги ада воспоминаний, Мелори зависла на самом неприятном и самом тягостном для нее моменте. Она хорошо знала, что будет дальше, но ноги сами несли ее навстречу своему страху. Вот этот дом, вот повалилась срезанная лазером дверь, а следом за ней та самая комната, которая ей сотни, нет, тысячи раз приходила в её кошмарах. Но теперь она знала, что делать.

- Стоять! - закричала она, развернувшись к бойцам своего взвода и раскинув руки.

Солдаты попятились, натыкаясь друг на друга, но не решались перечить командиру. Ей почти удалось задуманное - еще немного и она бы вытолкала десантников из дома, но все испортил последний из них, протолкавшийся ей навстречу. Мелори узнала скафандр баттл-командера и у нее мелькнула мысль, что она теперь поняла, как он оказался рядом в тот злополучный день.

В его руках блеснула вспышка и живот Мелори обожгло лучом бластера. Боль была не резкая и странная - вспыхнув под рёбрами она покатилась горячим комочком вниз, замерев где-то в паху. Да и болью её назвать можно было лишь с натяжкой. Вот только сознание её быстро становилось всё более размытым и туманным. Перед тем, как провалиться в темноту, она услышала в шлемофоне голос Марка:

- Боец сошел с ума! Продолжать движение!

Бойцы потрясённо замерли, но не тронулись с места. «Придурок,» - прошептала Мелори, и свет для нее померк окончательно.

Темнота, в которую она провалилась, неожиданно обернулась светом софитов медицинского бокса. Мелори ещё долго лежала, рассматривая потолок, а потом весело засмеялась, представив лицо готового лопнуть от злости Марка.

Ей стало очень легко, как будто она скинула давний тяжкий груз, давивший на нее все это время. Она смеялась, понимая, что это глупо, из глаз уже брызнули слезы, но остановиться была просто не в силах.

А еще она чувствовала и в этом твёрдо была уверена - её одиночество отменяется. Та божья искра, о которой говорил врач, прилетела ей в этом странном сне, из рук Марка. Теперь можно было строить свою жизнь заново. «К чертям этот космос. Домик на побережье, семья - что ещё надо для счастливой жизни», - Мелори с наслаждением потянулась и улыбнулась таким приятным мыслям.

Сигнал боевой тревоги застал её врасплох, оборвав полёт фантазии на самом приятном месте. Он не звучал непосредственно в боксе, но чуткое ухо бывшего десантника обмануться не могло. Она услышала бы его и с того света!

Повинуясь рефлексам, Мелори хотела вскочить в комбинезон, но попытка его отыскать не увенчались успехом. Исчезли и ботинки. Помянув недобрым словом главврача, она выскочила в коридорчик медотсека босиком, кутаясь в простыню, и нос к носу столкнулась с Лией, только что подошедшей к двери бокса.

- Вы!? - присела от неожиданности девушка, чуть не выпустив из рук склянку с лекарством.

- По какому поводу тревога? И куда подевалась моя одежда?

- Н-н-е знаю, - протянула Лия, - Марич сказал, что напали какие-то вооруженные отморозки… Но ведь им не взять корабль, правда?

- Боюсь, что не все так просто. Обыкновенные бандиты не стали бы связываться с таким кораблём, как наш. А что это значит? - доверительно наклонилась к ней Мелори.

- Что? - не поняла, куда она клонит, Лия.

- Только то, что цель нападения не банальный грабёж, а нежелательные свидетели, то есть мы, экипаж.

- Но мы же ничего не успели узнать. Или… Вы хотите сказать, что мы и так уже… А капитан и Леман… О, боже! Что надо делать? - Лия дёрнулась, пытаясь куда-то бежать, но Мелори удержала ее за руку.

- Сначала принеси мою одежду. И раздобудь где-нибудь рацию.

- Но Марич не велел…

- Ты же понимаешь, что не все тут умрут одинаково. Кого-то быстро порешат, а кого-то… - Мелори выразительно посмотрела на девушку.

- Я мигом! - Лия умчалась быстрее, чем склянка оброненного лекарства долетела до пола.

Баночка не разбилась, а, спружинив, откатилась к дверям бокса. Мелори довольно хмыкнула и, поиграв с ней ногой, запустила вдоль коридорчика. Навстречу ей выскочили Лия с комбинезоном в руках, а удерживая его за штанину, за ней семенил Марич. Лия успела увернуться, и склянка попала Маричу прямо в лоб.

- Что вы себе позволяете? Это хулиганство! - завопил он и от неожиданности выпустил ткань.

- Вот, тут всё, - Лия быстро подхватила штанину и протянула получившийся куль.

- Хулиганство будет, если я в бой пойду в неглиже, - Мелори скомкала простынь и кинула ее доктору. - Рацию раздобыла?

- Рацию я не отдам! - Марич демонстративно повертел её перед собой. - Вы пациент на излечении…

- Раньше! Когда была в простыне! - Мелори застегнула ботинки, - А теперь в форме и при исполнении. Давайте сюда! - она требовательно протянула руку.

Марич хотел спрятать чёрную коробочку в карман, но она вдруг ожила, и из неё голос старпома стал сыпать нецензурными ругательствами. Марич поспешно сунул рацию в протянутую руку и отпрянул, замотав головой.

- Нил, какая муха тебя укусила? - перебила Мелори нескончаемый словесный поток из рации.

- А, Мелори! - после секундной паузы послышался обрадованный голос старпома. - Ни до кого не могу докричаться! Все забились в отсеки, как крысы, и даже голоса не подают!

- Успокойся. Доложи обстановку.

- Что обстановка? Плохая обстановка. Нас блокировала группа каких-то вояк - подозреваю, что это из местных бандюков, нанятых на службу корпорацией. Вооружены они хорошо, но не слишком толковые или чересчур наглые - наша обзорная оптика до сих пор цела. Их примерно два десятка, сейчас готовят тяжелый лазер чтобы срезать дверь в корабль. Я только что связался с капитаном, и он мои подозрения подтвердил. К нам возвращается вездеход, но боюсь, что к его приезду, с нами уже будет покончено.

- Понятно. Ты где находишься, в рубке? Сколько с тобой человек? Что у нас с оружием?

- Людей не густо - четыре пилота, вахтенный офицер и штурман. Оружия нет. Все бластеры забрали спасатели, когда умчались по вызову. Хотя… Офицерские пистолеты остались, только к чему они? Стой! Что ты задумала? Не дури - тебя десять раз поджарят, пока ты будешь затвором щёлкать!

- Выбора нет. Мобилизуй кого сможешь и дай мне доступ в оружейку. Через минуту я буду там.

- Я с вами! – Лия уцепилась за рукав Мелори.

- А стрелять-то ты умеешь? – Лия в ответ неуверенно кивнула. - Тогда бегом за мной, не отставай!

Комната для хранения оружия или попросту говоря – оружейка находилась в одном коридоре с командной рубкой, и три человека в лётной форме встречали Мелори уже перед разблокированной дверью.

- Лейтенант Гордон, - с хмурым видом отрапортовал старший из них. – Я и два пилота прибыли в ваше распоряжение. Больше добровольцев не нашлось, - он виновато пожал плечами.

Мелори ничего не успела ответить, как раздался грохот и по коридору потянуло запахом горелого металла.

- В комнату, живо! – она первой сообразила что происходит.

К счастью закрытое помещение оружейной комнаты имело внутреннее освещение, но было довольно узким и не поддерживало вентиляцию. Впрочем, лучше было сидеть в небольшом и душном помещении, чем лежать простреленным в просторном и проветриваемом коридоре. Грохот множества ног за дверью убедил вынужденных сидельцев оружейки, что поспешили запереться они не зря.

Мелори задумчиво повертела в руках пистолет. Оружие больше устрашения, чем боевое… если вести бой на открытой местности, а в небольшом пространстве коридора есть небольшой шанс. Она оглянулась на спутников - судя по тому, как они держали оружие, с пистолетом умел обращаться один Гордон. Пилоты хоть и храбрились, играясь предохранителями и выщёлкивая магазины, опытному взгляду было понятно, что последний раз они держали личное оружие скорее всего в училище. В этом не было ничего удивительного - оно им было ни к чему. Лия вообще взяла пистолет как молоток.

- Откуда навыки, Гордон? - Мелори одобрительно кивнула на пистолет в руках лейтенанта.

- Полтора года отбарабанил в десанте, мэм. Комисован по состоянию здоровья.

- Разрешите вопрос? - одного из пилотов задело отсутствие к ним внимания. - Почему напавших так мало? Мы могли бы задавить их просто числом!

- Неужели? - усмехнулась Мелори. - Ну и где же это число? Попряталось по отсекам и трясётся от страха за свою жизнь. Такой корабль может взять всего лишь десяток головорезов. Им только стоит оказаться на борту и всё произойдет само - экипаж изолируется в отсеках по тревоге, а выйти побоится, опасаясь за свою жизнь. Дальнейшие действия штурмовиков зависят только от их фантазии. Например, наш командор Авель взломал бы один из отсеков и взял заложников. Потом, угрожая их жизни, заставил бы открыть дверь рубки и сдать корабль. Быстро и эффективно. А мой командир Марк, наоборот, взломал бы саму рубку и захватил корабль без всяких церемоний. Это будет подольше, но зато не претит кодексу чести воина. Если такой вообще есть у пирата.

В это время снова раздался грохот и из рации послышался голос старпома:

- Мелори, они вскрывают наши отсеки! Они уничтожат нас поодиночке!

- Спокойно. Сначала жди ультиматум. Камеры наблюдения они не тронут - не их интересах. Это нам на руку. Держи меня в курсе о дислокации противника. Кстати, откуда такой грохот? Они что, взрываю двери?

- Нет, насколько я вижу, они используют тяжёлый лазер, а взрывается специальный заряд аварийной деблокировки дверей.

«Как же я про него забыла! - обругала себя Мелори. - Собралась выскакивать из оружейки, но пока бы открывалась дверь, нас всех бы поджарили на выходе. Все решают доли секунды! И я теперь знаю, как мне их сократить.»

- Ты оказалась права! - голос старпома стал более взволнованным. - Эти бандиты подогнали заложников! Требуют немедленной сдачи корабля!

- Проси пару минут на размышление. Где они расположились и сколько их?

- Чуть ближе к дверям рубки, чем ваша оружейка. С оружием человек двенадцать… нет, пятнадцать. Остальные, наверное, остались охранять с внешней стороны. Перед ними десять заложников!

- Это даже лучше, чем я ожидала, - пробормотала Мелори и повернулась к своей команде. - К бою, господа и дамы. Первыми выбегаю я и Гордон, остальные следом. Лия, видите красную коробочку на стене? Сорвите пломбу и активируйте аварийный выброс двери. Пожалуйста.

Она почувствовала, что, как всегда перед высадкой, адреналин ударил в голову, вызвав лёгкое чувство эйфории. В ней пробудился не хладнокровный воин, а берсерк, готовый безрассудно и бесстрашно крушить все вокруг. «Темп, - стучало у нее в висках, - Главное выдержать темп. Остановишься на миг, замешкаешься и всё. Придёт в себя хотя бы один бандит с бластером и поминай, как звали.»

Хлопнули освобождающие дверь заряды, и она с грохотом повалилась на железный пол, заставив вздрогнуть окружающую обстановку. Гордон начал стрелять с порога, стараясь поразить как можно больше целей. Его поддержали пилоты, стреляя во все стороны, Лия просто с силой бросила пистолет в растерявшихся бандитов. Мелори выкатилась им навстречу, сокращая дистанцию: «Боевые скафандры пробить тяжело. Калибр не бронебойный, всего шестнадцать патронов. Раз, два - поражение, только раз - просто ранение!»

Грохот выстрелов слился в единую канонаду, усиленную отраженным от стен звуком. Звонкие промахи, глухие попадания и визг рикошетов дополняли стихийный оркестр, привнося в него музыку смерти. Острый запах пороха заполнил коридор, добавив к общей симфонии ещё одно измерение. Апофеозом стало световое представление прорезавших пространство белых лазерных лучей.

Поначалу наемникам Дилмана захват корабля спасателей показался непростой задачей - это же не какой-нибудь гражданский транспорт или корабль с колонистами, тут должны быть ребята бывалые и мужественные, ведь служба кое к чему всё-таки обязывает. Но по мере проведения операции, они даже слегка разочаровались. Всё пошло настолько просто и предсказуемо, что большинство уже начало зевать. В какой-то момент показалось, что заложники окажут хоть какое-то сопротивление, но увы. Повеселиться в этот раз по-видимому захватчикам не светило.

Появление сумасшедших стрелков из ниши, которую наемники всерьёз и за помещение-то не приняли, было подобно грому на пустом месте, причём в буквальном смысле слова. Замкнутое помещение усилило и без того громкий грохот выстрелов, оглушив и деморализовав наемников. От моментального уничтожения их спасла плохая меткость стрелков да свой профессионализм, который, как известно, не пропьёшь.

Свой боекомплект Мелори расстреляла в считанные секунды. Что такое шестнадцать патрон в угаре скоротечного боя? А противника только чуть меньше половины! Лучи бластеров полыхнули почти одновременно, рассредоточив огонь по так и не покинувшим дверной проём пилотам и по смертельно опасной Мелори, в упор проредившей ряды наемников.

Один из пилотов из-под обстрела ускользнул, заблаговременно бросившись на пол, а второй не успел и замер, сраженный смертельным лучом. На нём тут же сошлись остальные, словно притянутые ставшей общей для них жертвой.

Мелори пришлось хуже всех – она оказалась слишком близко к противнику и могла только пытаться предсказать его действия. Любая ошибка стоила бы ей жизни. Понимая, что времени на перезарядку нет, она откинула в сторону пустой пистолет и бросилась навстречу пришедшим в себя захватчикам, надеясь, что близость дистанции и их собственные тела помешают им вести прицельный огонь.

Исход боя решил кстати подвернувшийся для Мелори пистолет, брошенный в начале боя Лией и оставленные без внимания заложники, воодушевленные решительными действиями своих товарищей.

Точку поставил тяжелый лазер, сразивший сразу троих спешащих на помощь наемников из тех, кто был оставлен охранять корабль снаружи. Двое других предпочли спастись бегством, оставив поле боя за спасателями.

Глава 18. Община

Леман еле поспевал за своим новым товарищем. Розовые пятки Пирата сверкали с пугающей быстротой, толкая тушку с заведенным постоянством какого-то механического двигателя в форсированном режиме. Тяжелые мысли о неожиданной потере человека, которого почти можно было назвать другом, остались позади - в здании связного центра, из которого они выскочили, как будто спасаясь от пожара.

Лестница, по которой они с Филом взбирались, чуть ли не ощупывая каждую ступеньку, пролетела перед глазами в мгновение ока. Леману было даже страшно подумать, что было бы, попадись ему под ноги крупный кусок раскиданного повсюду мусора.

Тем не менее, он прекрасно понимал, что скорость - это его союзник, и на первом этапе он был с Пиратом согласен - покинуть здание связного центра нужно было как можно скорее. Но что было делать дальше, Леман совершенно не представлял.

Красный свет негостеприимной звезды, в который он окунулся сразу, как только покинул здание, показался ему предвестником чего-то недоброго, всколыхнув чувство тревоги и беззащитности на открытом пространстве.

Замерший перед входом вездеход застыл печальным памятником простому спасателю, готовому отдать свою жизнь за жизнь тех, кому он пришёл на выручку. Леману показалось, что его занесенные песком фары не запылились, а затуманились скорбью, молчаливо вопрошая о судьбе лихого водителя.

Тягостные мысли прервал писк Пирата, настойчиво привлекающего к себе внимание. Крыс вертелся на месте, ни на секунду не прекращая движения, временами подпрыгивая от нетерпения, и его длинный хвост вился вокруг него, как лента гимнастки в произвольном упражнении.

Настойчивое пищание подействовало подобно звуку будильника и Леман тотчас вынырнул на поверхность мира из звукового вакуума своих мыслей. Он услышал шорох песка, отдалённые ухающие звуки формирователей атмосферы и назойливое тарахтение порядком изношенного двигателя, к которому воображение тут же дорисовало под стать ему дряхленький грузовичок.

Леман ещё не успел сообразить откуда здесь появилось такое чудо, как чудовищной силы крик заполнил закоулки базы, заставив на миг оглохнуть, но не перестать от этого слышать, а точнее - чувствовать его вибрирующие ноты, сбивающие с ритма сердце и перехватывающие дыхание.

Он и сам не заметил, как уже бежал прочь, не сводя взгляда с мелькающего впереди длинного хвоста. Звук автомобильного мотора заглох, и его наступившую тишину разорвали частые выстрелы, но, может быть, это всего лишь стучало в висках отчаянно бьющееся сердце?

Леман не ожидал такой прыти от Пирата и старался не отставать, проклиная малоподвижность космической жизни и обещая обязательно начать тренировки, сперва с начала следующей недели, а по мере увеличения одышки - с завтрашнего дня.

Странное дело, но быстрее бега оказался процесс отвыкания от него. Воздух, сразу ставший тяжелым, вливался горячим киселем в легкие, сгущался и давил на грудь пуховой подушкой, мягко и вязко тормозя движение тела.

Разум, еще не совсем задохнувшийся от недостатка кислорода, соображал, что останавливаться нельзя, но ставшие ватными ноги имели своё мнение на этот счёт. На его счастье, впереди показались пики столобашен и Леман собрал все силы в кулак, чувствуя, что финиш близок.

Идея спрятаться в естественных пещерах показалась ему очень разумной, и он даже удивился, как ему не пришла сразу такая идея. Многоэтажки с множеством каморок, да ещё собранные кучкой в одном месте — это ли не местный аналог стога сена, в котором может затеряться одиночка-иголка! Мстительная мысль досадить своим преследователям придала Леман силы, вызвав злорадную ухмылку на его лице.

И он не обманулся в своих ожиданиях - Пират сел столбиком перед каменными великанами и покрутил носом, принюхиваясь к ему одному известным ориентирам. А через пару секунд уже мчался, выбрав одну из столобашен своей целью.

Однако, то, что произошло дальше, Леман от своего хвостатого проводника никак не ожидал. Вместо того, чтобы затаиться в укромном уголке одной из множества комнатенок, нарезанных по всем внутренним стенам столобашни, Пират принялся обшаривать стены первого этажа, не собираясь никуда двигаться дальше. Цокоя коготками по отполированному каменному полу, он кидался от одной стены к другой, а потом неожиданно исчез, как по мановению волшебной палочки.

Сил удивляться или пугаться у Лемана не осталось. Он разлёгся на холодном полу, пообещав себе, что не тронется с места, пока как следует не отлежится, переводя дыхание. В сумраке столобашни им стала овладевать апатия. Чернеющий в пустоте своей вершины памятник сгинувшему разуму навевал мысли о тщетности и бестолковой суетности бытия. Жизнь за его стенами представлялась далёкой и ничтожной по сравнению с вечностью. Леману даже показалось, что приведший сюда его Пират - это просто игра воображения, заставившая следовать по пути, который странным образом сложился в его разуме.

В себя его привел, как всегда, возмущённый писк. Повернувшись в его сторону, Леман увидел красный сверкающий глаз, а потом, присмотревшись, и всю серую тушку, выглядывающую из-за стены. Заинтересовавшись, он на коленях подполз поближе. Пират снова исчез, но теперь это уже не было загадкой для Лемана - в стене зияла не слишком большая дыра, в которую как раз можно было пролезть на четвереньках.

Стало также понятно почему она была не видна сразу - следуя хитрому повороту стен отверстие было практически скрыто со стороны входа. На память сразу пришли рассказы Дилмана о таинственных норах и не менее таинственных их обитателей - каких-то ракообразных… Лезть внутрь почему-то ужасно расхотелось.

«Нельзя обманывать доверие того, кто спас тебе жизнь», - решил Леман, заслышав очередную канонаду выстрелов, и, чертыхаясь, стал протискиваться вслед за исчезнувшим Пиратом.

К счастью, его опасения оказались напрасны - нора была совершенно безжизненна. По мере дальнейшего продвижения она не сужалась, а расширялась, местами позволяя идти в полный рост. Присутствовала даже слабая подсветка – это тускло блестели мелкие вкрапления в породу, подзаряжаемые внутренним излучением планеты, о котором по секрету поведал местный механик.

Оставив за пределами разума природу этого света, подземное путешествие можно было бы считать комфортным, если бы не лабиринт ходов, которые постоянно ответвлялись на всем протяжении пути.

Несколько раз Леману приходилось поворачивать, ориентируясь на попискивание скрывшегося за поворотом грызуна. Ему показалось, что он идёт целую вечность и должен выйти уже где-то на окраине Геолэнда. Каково же было его удивление, когда красный свет вольного воздуха он вдохнул, не выходя из базы химиков. Более того, Леман оказался в самом ее центре – посредине огороженного столобашнями пространства. Он визуально помнил этот район, когда наблюдал за базой с песчаного холма, и вот теперь стоял за частоколом гигантских сталагмитов, с тоской рассматривая образованное ими внутреннее пространство.

Здесь каменные пики не только подпирали своими макушками небеса, но и сомкнулись в дружном хороводе вокруг маленького пятачка слежавшегося песка… с непонятным нагромождением камней посредине.

Леман нисколько не сомневался, что простого прохода между столобашнями не существует. Крыс ведь не сердцем - носом чует, а доверять специально заточенному под поиск органу было логично и правильно.

Это отчасти успокаивало, так как представлялось сомнительным, что кто-то из преследователей сможет повторить его путь, а, значит, место здесь можно было считать вполне безопасным. Смущала только вот эта монументальная куча камней посредине.

Присмотревшись повнимательнее, Леман готов был признать что ошибался – камни не были свалены совсем хаотически. Перед ним было сооружение. Невысокое, кривое и не монолитное, как столобашни, но всё-таки рукотворное сооружение.

«Может быть это жильё тех самых крабов, которые скрываются в своих норах?» - Леман очень хотел в такое поверить, потому что встреча с альтернативными обитателями ни к чему хорошему не привела. Хорошо что в тот раз у Грегора был револьвер. Даже два! А сейчас?

Леман похлопал по карманам комбинезона, проклиная себя за то, что не догадался забрать из связного центра хотя бы нож. Но, вспомнив запачканное кровью Фила лезвие, тут же отмёл эту мысль. Тем более, что в теперешнем состоянии боец из него был никудышный. Во всем теле чувствовалась слабость, а к горлу подкатывала тошнота. Если первое Леман мог объяснить изрядным психофизическим утомлением, то второе намекало на более серьёзные проблемы, которые вполне могли быть связаны с облучением.

Сделав несколько шагов, он почувствовал головокружение. Земля почему-то кинулась навстречу и моментально оказалась около его лица. Последняя его мысль была о том, что песок мягче камня, хотя почувствовать разницу он уже не смог…

Сознание возвращалось медленно, по капельке, синхронно с капельками вливаемой в рот прохладной воды, которая смачивала губы и растекалась по подбородку. Человек в чёрном балахоне заботливо держал кружку около его лица и осторожно, но тщетно пытался влить в Лемана хоть маленькую толику жидкости.

«Вы кто?» - хотел произнести Леман, но захлебнулся попавшей «не в то горло» водой. Он закашлялся и попытался подняться.

- Лежите, лежите! - рука незнакомца мягко, но уверенно этому воспрепятствовала. - Ни о чём не беспокойтесь! Вы у друзей. Наша община с радостью примет ещё одну странствующую душу.

- Вы священник? - догадался Леман.

- Падре Мирс, - незнакомец встал и чинно поклонился, - К вашим услугам!

- Как неожиданно… А… А что со мной произошло?

- Ничего страшного. Мы все через такое проходили, - Мирс улыбнулся. - В разной степени.

- Только не говорите, что это связано с излучением планеты!

- Не скажу. То, что происходит в материальном мире имеет вполне разумную духовную основу.

- Это как? - Леман всё-таки привстал, чтобы лучше видеть лицо своего собеседника.

Увы, слабый свет настенных светильников и надвинутый на голову балахон позволяли рассмотреть лишь тонкие бескровные губы и часть носа, которая иногда показывалась из темноты чёрной ткани. Зато в глаза бросались длинные узловатые пальцы, собранные в замок на кружечке с водой.

Светильники показались Леману знакомыми - такие природные образования он встречал под землёй, на пути сюда, только гораздо мельче. Он подумал, что надо будет поинтересоваться - это такие самородки или их наскребли по крупицам, но задавать два вопроса подряд ему показалось неправильным.

- Дело в том, - Мирс прервал затянувшуюся паузу, - Что тот материальный мир, раскрывающийся перед нами, есть отражение ментальных свойств божественной сущности. Вы меня понимаете? Впрочем, я ничего нового не сказал с точки зрения развития идеи креационизма. Вы ведь верите в Создателя?

- Более того, мне кажется, что я с чем-то подобным повстречался лично.

- Не удивительно. Пути его неисповедимы. Иногда он проявляется в образе своих созданий или, говоря близким к науке языком, креатур.

- Не нравится мне почему-то это слово… Связано с неприятными событиями. Впрочем, дело ведь не в термине, а в сути. Но я всё ещё не понимаю, причём здесь излучение…

- Не излучение, а влияние! Вот скажите, что происходит, когда вы попадаете в другую общность людей с их традициями, мировоззрением и прочими атрибутами социума? Непроизвольно подстраиваетесь под них. Может быть, принимаете не всё, как есть, но в основном. Где же здесь излучение? Если только не принимать во внимание невидимый свет их ауры.

- Расскажите это тем, чья работа связана с обслуживанием реакторов.

- Не торопитесь, сын мой. В вас говорит неверие и отрицание. Я же ещё не закончил… Так вот, представьте, что то, с чем вы столкнулись, есть форма воздействия на вашу личность, подстраивающая её под общность жизни этой планеты. Такое же воздействие, о котором мы говорили ранее, только сконцентрированное и скоротечное.

- Вы хотите сказать, что воздух, камень и песок Красной приняли меня в свой социум?

- Опять вы сбиваетесь на материальную точку зрения. Скажу проще - некая высшая сила даровала вам возможность дышать воздухом и жить среди песка и камня на этой планете.

- Мутация?

- Эхе-хе, молодой человек! Вам, я вижу, ещё нужно пройти долгий путь, чтобы уверовать и видеть в миру руку господа, а не физические явления, которым, кстати, нет приемлемых разъяснений, - падре поднялся и откинул капюшон.

Слова замерли у Лемана в горле. Вид Мирса был ужасен. Таковым его делал всего один шрам. Но был он настолько большой и уродливый, что большего зла от какой другой раны и представить себе было трудно. След его был подобен молнии в миниатюре, прорезавшей часть щеки, пустую глазницу и лобную кость, вдавивши её внутрь. Её ветвящиеся лучи растеклись по капиллярам, навсегда окрасив их в синий цвет.

- У меня не было шансов остаться в живых. Как ни странно, после такой раны я ещё оставался в сознании и уже успел прочесть пару молитв, готовясь перейти в мир иной, как на меня накатило та самая благодать, ниспосланная мне этим миром. Красавцем, правда, меня теперь не назвать, но не это же главное в жизни, верно? Подумайте об этом чуде! Но, мне кажется, я вас утомил, а вам необходим отдых. На этом позвольте мне откланяться, у нас ещё будет время продолжить беседу. Я надеюсь.

С этими словами Мирс слегка поклонился и вышел, оставив Лемана наедине со своими мыслями. Если он и хотел произвести впечатление, то это ему удалось в полной мере. «Вряд ли он обманывает меня. Да и в чем у него интерес? - задумался Леман. - А рана… Да, рана ужасна. Можно ли было с ней выжить без всякой мистики? Хм… Как сказал сам Мирс, пути Господни неисповедимы.»

Леман с тоской оглядел помещение, в котором он оказался. Ничего, кроме голых каменных стен и такого же ложа, застеленного похожим на войлок материалом. «Келья. Что ты хотел от общины? - напомнил он себе. - А про светильник забыл спросить.»

Он поднялся и протянул руку к источнику свет, благо высота стен от силы достигала метров двух, не более. Рука нащупала цельный камень, шершавый на ощупь и ничем не отличающийся от своих собратьев, поддерживающих своды кельи, разве только тем, что выпирал из стены чуть более, чем остальные. Заинтересованный такой загадкой, Леман стал более тщательно ощупывать его поверхность и был вознаграждён - в его вершине была сделана выемка, а в ней оказался небольшой предмет неправильной формы. Стоило его потащить, как светильник тут же погас. Предметом оказался тоже камень, но чёрный, как антрацит. «Почему это меня не удивляет,» - пробормотал Леман, разглядывая его грани, повернувшись к другому источнику света.

- И почему? - голос, заставивший Лемана вздрогнуть, принадлежал невысокому плотному человеку, незаметно появившемуся из дверного проёма, в который вышел Мирс. - Прошу прощения, у нас тут дверей нет, - смутился незнакомец. - Меня зовут Хэнкс. Брат Мирс просил меня к вам заглянуть и спросить не нуждаетесь ли вы в чём.

Его круглое лицо выглядело довольно благообразно и не носило никаких следов уродства, чем бы то ни было вызвано. Фигуру скрывала подпоясанная чёрным шнуром серого цвета ряса, сливающаяся с светом камней, что отчасти объясняло внезапность его появления.

- Я очень благодарен брату… То есть падре и всей общине за вашу заботу и внимание… А это у вас местная униформа? - Леман попробовал представить себя в подобной одежде и это его развеселило.

- Ну что вы, - нисколько не обиделся Хэнкс. - Просто очень удобно и экономно. Мы ведь стеснены в ресурсах, понимаете?

- Не очень. У вас ведь под боком здоровенная база.

Хэнкс улыбнулся, покачал головой и сделал приглашающий жест в сторону выхода:

- Я предложил бы вам немного прогуляться. Вам не кажется, что стены здесь слишком уж давят?

Леману так не казалось, но шестое чувство подсказывало ему, что разговор будет о нечто большем, чем о ресурсах общины. К сожалению, келья располагалась не так далеко от выхода из здания и Леману не удалось как следует рассмотреть его интерьер. Однако, судя по тому, что он успел увидеть, неприкрытый камень был основой аскетичной внутренней отделки, а коридорчик, по которому они шли, освещался такими же светильниками, как и покинутая келья.

- Так почему вы не удивились аккумулину? Так мы называем тот самый минерал, что вы внимательно рассматривали, вытащив из светильника.

- Надо же! А геологи ничего про название не сказали… Дело в том, - Леман вздохнул, понимая, что начинать придётся из далека, - В том, что наш корабль спас группу геологов, занимающихся то ли разведкой, то ли добычей подобного камешка. Их корабль, гружёный минералами, вытащить не удалось, но, на свою беду, мы подцепили аналогичный корабль химиков, тоже гружёный этой ерундой…

- Это кое-что проясняет, - кивнул Хэнкс. - Не удивляйтесь, мы прослушиваем эфир и очень много о вас знаем… Что не так? Мы не настолько оторваны от внешнего мира, как вам кажется! Я ведь специалист центра связи, если вам это интересно.

- Теперь я ничего не понимаю. Я видел ваш центр связи... - Леман перечеркнул ладонью воздух. - И почему все-таки геологи…

- Это очень долгая история, и у нас не так много времени… но я попытаюсь. Вы, наверное, догадались, что эта планета хранит залежи заряженного минерала - в микроскопических вкраплениях в местные породы. Если шли под землей, то наверняка видели искрящейся свет множества кристалликов?

- Тусклые такие искры.

- Не суть. Главное, что мы научились его собирать в более крупные слитки. Их энергетический запас в то время казался нам огромен! На этом строилось наше сотрудничество с геологами - разведка, добыча, сборка и продажа. Получившемуся слитку мы и дали название аккумулин. А потом случайно наткнулись на мертвые корабли с бесценным грузом. Это уже были не собранные по кусочкам кристаллы, а целиковые. Аккумулин с ними и рядом не стоял, хотя по структуре очень близок. Минерал оказался явно искусственного происхождения, что должно было нас насторожить. Но приобретаемая выгода сводила с ума. Все сразу поняли, что груз добывали неподалеку - в поясе Инферно. Туда мы и кинулись, как только разграбили все ближайшие космические останки. Естественно, с геологами нам делить стало нечего - одно дело совместная работа, а другое - грабеж.

Хэнкс замолчал, переживая неприятные воспоминания, а Леман только сейчас заметил, что они уже некоторое время неспешно шагают под красным светом Инферно. Он оглянулся на покинутое ими здание и нисколько не удивился, когда увидел то самое странное сооружение в центре песчаного пятачка, огороженного столобашнями.

- Всё изменилось с возвращением одного из наших последних разведчиков. С одной стороны, ему сопутствовала удача - он привез отсеки, забитые новыми минералами - по привычке мы все равно называем их аккумулином. С другой стороны - с ним до нас дотянулась длань божья и покарала сурово и нещадно.

- Банши? - догадался Леман.

- Да, так её прозвали. Геологи, вместо того чтобы помочь, ударили нам в спину. Наемники Дилмана, эти бандиты… Они добили тех, кто пытался выжить. Видели лицо Мирса? Оно ведь не всегда было таким. Спастись тогда удалось немногим - так и сформировалась наша община.

- Но как… - начал было Леман, однако Хэнкс его перебил:

- У нас совершенно нет времени. Если хотите остаться в живых, делайте, что я скажу - повернитесь к пещерам, они сейчас перед вами. Как только я подниму руку, бегите и пусть святой ромб укажет вам путь во мраке подземелья.

- Вы сошли с ума? - не поверил Леман своим ушам.

- Вы хотели спросить как мы выжили? - невозмутимо продолжил Хэнкс. - Так знайте, что мы приносим жертву Банши, как только она приходит к нашим стенам. А она обязательно заявится по вашему следу.

- Как приносите жертву? - оторопел Леман.

- По жребию. Да не вертитесь вы, ради всего святого!

- Вы точно сошли с ума!

- Вовсе нет, если задуматься. Ведь большая часть нас до сих пор жива. Молитвой и смирением мы укротили карающую десницу. А будь иначе - разговаривал бы я сейчас с вами? Для Банши перекинуть нашу общину в иной мир дело пяти минут, не больше.

- Но я же ещё не в вашей общине!

- Поэтому вас и выбрали, минуя жребий. А это уже слабость нашего духа, ниспосланное нам искушение, которое мы не выдержали. Поэтому бегите, пока не поздно! И мы спасём свои души, а вы, если повезет, то и своё тело.

«Куда?!» - с тоской подумал Леман, отрешённо рассматривая несколько ничем не отличающихся отверстий в подножиях столобашен. Они были побольше, чем та нора, в которую ему пришлось лезть, чтобы попасть сюда, но и не настолько, чтобы в них можно было войти в полный рост.

«Что за судьба - скакать, как заяц. Кажется что все здесь желают моей смерти, кроме, может быть, Пирата… Кстати, а вот и он!» - возня около одной из пещер, за которой краем глаза наблюдал Леман, прекратилась и над раскиданными камнями появилась знакомая мордочка, со смешно растопорщенными усами.

Со стороны оставленного дома общины послышался длинный протяжный вой, не такой мощный и парализующий, как тот, что Леман слышал за пределами столобашен, но от этого не менее наполняющий страхом. Из дома выскочило несколько человек - озираясь, они кого-то искали.

- Пора, - пересохшими губами прошептал Хэнкс и вскинул руку, привлекая их внимание. - Я буду за вас молиться...

Глава 19. Банановое королевство

На этот раз нора оказалась гораздо длиннее, чем та, по которой Леман пробрался через частокол столобашен. Он уже устал считать повороты, а подземный туннель и не думал заканчиваться. Однообразные серые стены вгоняли в уныние. Не радовали даже маленькие звёздочки светящихся кристалликов, бисером рассыпанных по их их поверхности. Правда иногда они образовывали красивые узоры - нечто вроде созвездий, но настолько мудрёных, что их вряд ли мог разгадать сам автор. Хотя Леман сильно сомневался, что таковой вообще существовал, а неравномерные поля «светлячков» появились всего лишь в результате фантастического творчества природы.

Безжизненность подземного пространства тяготила и внушала мысль о витиеватом склепе, похоронившем своих создателей и запутавших к ним следы. Поэтому Леман не удивился, когда следом за Пиратом выскочил в обширный, с высокими сводчатыми потолками зал, переливающийся серебром из-за высокой концентрации кристаллов.

Вдоль стен расположились крупные плоские камни, а в дальнем краю зала возвышался похожий на бочку монумент, на котором замер столбиком сидящий Пират. Леман поискал глазами что-нибудь подходящее и, за неимением лучшего, присел на один из плоских камней:

- Дружище, всё это, конечно, здорово. Но, если тут конечная точка нашего пути, будь добр, объясни зачем мы сюда пришли.

Камень оказался совсем не холодным и Леман поджал ноги, устраиваясь поудобнее. В тот момент, когда он вертелся, пытаясь комфортнее примостить пятую точку, ему показалось, что кто-то ответил:

- … объяснить. Ты сам этого хотел.

Леман прекратил елозить, прислушиваясь. Он даже посмотрел на Пирата, но тот невозмутимо восседал на облюбованном постаменте с достоинством суслика. С другой стороны, голос прозвучал так близко, как будто собеседник негромко говорил ему в ухо. Более того, что-то не так было и со звуком голоса. Был он какой-то однобокий, как будто воспринимался минуя органы чувств.

- Раз, два, три, - произнёс Леман, пытаясь прислушаться к внешнему звуку.

- Четыре, пять, - с готовностью продолжил невидимка.

- А я тебя знаю, - излишне бодро произнёс Леман, сам не веря своим словам. - Ты один из тех голосов, которые спорили ещё тогда, в Геолэнде.

«Если это не так, значит я тронулся рассудком», - между тем подумал он, с волнением ожидая ответа.

- Детский сад, - ответил другой голос. - Прекращайте уже. Сотни лет мы не видели ни одного охотника, а стоило ему появиться, как не придумали ничего лучше, чем играть с его рассудком.

Леман хотел сказать, что вот этот голос точно ему знаком, но тут голова его чуть не взорвалась от разгоревшейся словесной перепалки.

- А ты хотела, чтобы мы всё сразу вывалили на несформировавшуся особь?

- Ничего, пусть это будет своего рода проверкой! - вмешался кто-то третий.

- А когда ты думал поставить его в известность?

- Зачем спрашивать глупости - здесь и сейчас!

- Хватит! - рявкнул Леман, обхватив голову руками. - Я имею полное право знать кто разговаривает в моей голове! И не надо галдеть всем вместе!

Некоторое время ответом ему была тишина, а потом солидный бас произнёс:

- Одно время нас называли архонтами. Влияние наше, как и наша сила, было столь велико, что не было ни одного закутка вселенной, где нас бы не почитали и ненавидели одновременно. Это было время больших свершений, надежд и завоеваний.

Снова наступила тишина, показавшаяся Леман минутой молчания по канувшим в лету цветущим годам. Он не выдержал и прервал паузу:

- Но что же произошло потом? Вы всё-таки столкнулись с теми, кто оказался могущественнее вас? Или покорённые миры восстали и отомстили своим поработителям?

- А если нет? Или вы считаете, что все события в мире происходят под дулом пистолета? Попробуйте представить себе другую ситуацию - абсолютная власть, побеждённые болезни, бессмертие…

- Тогда в чём же причина?

- Причина чего?

- Ха, он не понимает, - вмешался тонкий голос. - Представьте на миг абсолютное пресыщение всем тем, ради чего безуспешно бьётся ваша цивилизация. К чему вам остаётся стремиться, какие вершины покорять?

- М-м-м… Космическая экспансия?

- Зачем? Рост населения нивелируется бессмертием - продолжение рода утратило смысл. Кому нужны новые земли?

- А ресурсы?

- А смысл? Они тратятся, чтобы обеспечить здоровье и долголетие. У вас они уже есть.

- Травмы никуда не деваются. Если подумать, то можно заниматься самосовершенствованием, расти в духовном плане.

- Так мы и поступили. Мы превратили эту планету в биореактор. Изменения здесь происходят понемногу, но постоянно. Таким образом нам удалось модифицировать свои тела, чтобы ничто не могло нас отвлечь от познавания мира и духовного совершенствования. Теперь нам сложно получить травму, мы не нуждаемся в пище, а о наших успехах ты можешь судить сам - мы, например, можем общаться на ментальном уровне без всяких языковых преград.

- Здорово, но ваша теория имеет одну серьёзную уязвимость. Какой бы ни был ваш уютный мирок, найдутся те, кто попробует его на прочность. Что тогда?

- Нас тоже пугало такое развитие событий, и на пике технического могущества мы начали работу над оружием, получившем название «абсолютного». Двухкомпонентаня система с основой на специально подготовленных минералах. К сожалению, один из неудачных экспериментов над высокими энергиями привел к тому, что наша родная планета и её пара спутников превратились в то, что вы называете каменным поясом Инферно.

- Сдаётся мне, что это именно та самая причина, о которой я вас спрашивал, а вы развешивали мне лапшу про самосовершенствование.

- Перелистывать чёрные страницы своей истории не хочется никому. Но это не меняет сути того, что мы тебе сказали.

- Не буду спорить. Хм… А почему мы разговариваем вслепую? Или ваша модификация тел привела к тому, что вы стали бесплотными привидениями?

- Все мы перед тобой. А на меня ты, вообще, забрался с ногами.

Леман подпрыгнул, почувствовав шевеление под собой. Отскочив в сторону, он удивлённо наблюдал, как оживали лежащие рядом со стенами камни, из-под них появлялись ножки и клешни, а над ними поднимались на тонких антенках бусинки-глазки.

- В кого вы себя превратили? - вскричал он, с ужасом рассматривая тех самых крабов, о которых рассказывал Дилман.

- Если ты беспокоишься за своё будущее - то напрасно, тебе и твоим соплеменникам такими не стать. А мы никогда не были человекообразными. В этом, кстати, наше преимущество: двоичная система счисления у нас появилась чуть ли не с зарождением нации, а тонкие клешни оказались самым удобным манипулятором с множеством применения, особенно на заре развития микроэлектроники. Что касается таких, как ты, то изменения тоже идут в лучшую сторону, но своим путем. Нам самим было интересно - в какую сторону эволюции вас толкнёт влияние биореактора.

- Вот как? Вам было просто интересно?

- Напомню, что эксперимент ставили сами ваши соотечественники.

- Это вы про колонистов с детьми? Хм… Лаура… Да, многие бы позавидовали бы ее внешности. И мне показалось, что она далеко не дура.

- Вспомните про положительное влияние на Мирса. Он бы вам сказал, что вам грех обижаться на нашу науку.

- Интересно услышать как он выругается, когда узнает, что лежит в основе пролившейся на него благодати. Так, стоп! Меня тоже ваш реактор чем-то облагодетельствовал?

- Наконец-то! Подошли к самому главному. Помните рассказ об оружии, которое должно было защитить нас?

- Ничего не получилось?

- Наоборот, даже слишком. Помните я говорил о двухкомпонентной структуре? Его первый компонент разумен, вечен, но практически не опасен. Мы назвали его, а точнее её - «альфа». Альфа «садится» на любую разумную форму жизни, как только в ней угасает мозговая активность. Главное её свойство - умение «склеивать» и преобразовывать из биологического материала вторую компоненту - бету, которая, хоть и не обладает таким же интеллектом, зато обладает отменными борцовскими качествами, регенераций и практически вечной жизнью.

- Я, кажется, понял о чем речь. Значит, и Аргус, и Химера были бетами. Но кто был альфой у нас на корабле…

- Я.

Простое слово из одной буквы прозвучало сухим выстрелом, заставив Лемана вздрогнуть и вертеться на месте, судорожно озираясь. Он не сразу обратил внимание на новых посетителей, пока они не выступили из тени уходящего вбок коридорчика.

- Андреа? - удивился он, замерев на месте. - А кто это с тобой?

Из-за её плеча выглядывала худая девушка с белой копной длинных распущенных волос. Она неловко топталась позади, переминаясь босыми ногами, стеснительно пряча руки за спиной. В отличие от Андреа, на ней был не комбинезон, а длинный балахон в аляповатых розовых пятнах, переходящих к подолу в монотонный красный окрас.

Красный свет планеты приучил Лемана спокойно относится к такой цветовой гамме и если бы не рука, выпущенная девушкой из-за спины, то Леман бы так и не понял значения этих красок. Рука не заканчивалась кистью, точнее - привычной кистью. Вместо пальцев белели острые тонкие иглы. В его голове сразу что-то щёлкнуло, ставя сознание на свое место.

- Банши, - прошептал он.

- Отлично, - Андреа сделал шаг вперед. - Остальным мою подругу представлять не надо. С чего начнем? С концерта или сразу преступим к действию? - она сделала вид что задумалась, а потом махнула рукой, - Голос!

Леман зажмурился и вжал голову в плечи, закрыв уши руками. Вряд ли это ему могло помочь в замкнутом помещении, но он сделал так инстинктивно, быстрее, чем успел просчитать последствия.

- Мяу! - гордо пропела Банши.

- Что!? - заорала Андрея, сильнее чем та промяукала.

- Мяу? - Банши вопросительно посмотрела на Лемана.

Тот приоткрыл один глаз, понял, что ничего не происходит, опустил руки и с любопытством посмотрел на Андреа.

- Та-а-ак, - ответила та пристальным взглядом. - Успел хапнуть дозу, значит.

- Снизошла на меня благодать, - с облегчением вздохнул Леман и тайком перекрестился.

- Благодать тут не причем, туповатый охотник, - проворчала Андреа. - Тебе твои новые друзья ничего не объяснили?

- Мы не успели, убийца!

- А кто меня такой сделал? Думали отсидеться в бункерах от выражения признательности своего творения?

- Она хочет нас убить, пискнул чей-то тонкий голосок, - Чтобы утвердиться в своей абсолютности.

- Не переживай, у нас теперь есть защитник.

- Я ничего не понимаю! - выкрикнул Леман. - Защитник, охотник… Объясните что происходит!

Заинтересованно посмотрев по сторонам, грозно мявкнула Банши, выступив из-за спины Андреа.

- Спокойствие, вам нельзя волноваться, - урезонил Лемана тот же писклявый голос. - Охотник - это тот субъект, который ведет в бой креатуры, созданные альфа. Точнее, это они идут за ним. Ну, вы поняли…

- Ничего не понял. Выходит, что я бился с созданиями, которыми мог легко управлять? Что-то тут явно не то. Да меня чуть не съели в первую встречу и запросто могли оставить калекой во вторую!

- Вот-вот, - поддакнула Андрея, забираясь на ближайшего краба. - Лучше бы ты так и оставался недоделанным.

- Инициализация произошла только под влиянием биореактора. Нужно было время…

- Мяу, - утвердительно кивнула головой Банши.

- Слышь, хантер, - возмутилась Андреа, - подкорректировал бы тембр своей подопечной. Стыдно слушать.

- Но зачем… Зачем нужно было ещё одно звено в вашем конвейере смерти? - игнорировал ее Леман.

- В том случае, если не требовалось тотальное уничтожение, когда нужна была избирательная… хм… работа, то доверять альфе было нельзя. Она жестокая и туповатая.

- Я бы попросила!

- И своенравная. Так, с некоторых пор у нее появился бзик покончить со своими создателями. Охотники тогда могли бы выступить в качестве фактора сдерживания, в роли наших защитников.

- Так в чем проблема?

- Единственная. Наша недоработка привела к тому, что не каждый способен стать охотником, а только тот, кто обладает незаурядной жизненной силой. Креатуры - это порождения смерти и они будут потихоньку тянуть жизнь из тебя, пока не вытянут её совсем. Сначала нам казалось это ерундой, но прошли века и мы получили проблему.

- Так что твое появление пришлось для них очень кстати, - не унималась Андреа.

- Теперь тебе известно почти все. Решение за тобой, - подвёл итог бас, который начинал разговор с Леманом.

На минуту воцарилась гробовая тишина, непривычная после такой насыщенной беседы. Леман показалось, что он держит в руках весы и они трепетно балансируют, дрожа своей незримой сущностью.

- Вездеход водить не разучилась? - прервал он, наконец, молчание, повернувшись к Андреа. - Поехали, будем наводить порядок… на моей планете.

***

Дилман был напуган. Сильно напуган. Его охрана разбежалась, как только увидела, кто к ним приближается. Самому Дилману бежать было некуда да и невозможно - Банши в мгновение ока оказалась за его спиной и её острые иглы расположились в опасной близости к его шее. Однако самообладание и деловая хватка его не покинули ни на секунду.

- Это бандтизм! Ты не представляешь, какое количество законов нарушил! Тебе это с рук не сойдёт! Вы все должны молиться на меня!

- За вас есть кому помолиться. Не знаете такого священника с именем Мирс? С базы химиков? Он выжил после налёта ваших молодчиков.

- Не знаю я никакого Мирса! Но тебе повезло. Я готов за пару процентов от прибыли нанять твою банду в охрану. Подумай, это хорошие деньги! Как раз есть срочная работа…

- Алло, Хэнк! - Леман включил радиопередатчик и сделал Дилману знак замолчать. - Я знаю, что ты меня слышишь. Тут геологи хотят поступиться девяносто процентами прибыли за сохранение места у кормушки? Что скажут химики?

- Это грабёж! - прохрипел Дилман. - Я так не говорил!

Эфир потрещал и веселый голос ответил:

- Меньше, чем на девяносто пять не соглашайся! Пять процентов этим упырям за глаза и за уши! Как ты там, живой? Видишь, как молитва животворящая чудо вершит!

- Спасибо, я так и понял, Хэнк. Обязательно загляну к вам как-нибудь на досуге, поспорим о ярких теологических образах. В натуральную величину. Мирсу привет.

- Почему там, где ты появляешься, одни неприятности? - проскрипел Дилман.

- Потому что мы с вами стоим на разных берегах той реки, которая называется жизнь, господин управляющий. Такие, как я, просто хотят жить. Спокойно, в своём жизненном пространстве. Такие, как вы, ломаете эти пространства, а заодно и подвернувшиеся судьбы, а потом устравиваетесь на завоеванных территориях, умиляясь свой исключительности.

- Алло, алло! - снова ожила рация. - Слышал в эфире знакомый голос! Как ты выжил, парень? Судя по твоему браслету, ты уже в Геолэнде?

- Потом, обо всем потом… Капитан, я подаю в отставку!

- Вот как? Нашел должность получше? Я б тоже не прочь пристроиться на тёплое местечко. Сдаётся мне, что на родной земле мы оказались лишними. Постой, ты говоришь о здешней планете, о Красной? Неужели прибился на работу к Дилману?

- Скорее наоборот. Должность у меня теперь королевская. Имя только надо подобающее подобрать. Леман первый, например. Как вам? Скромно и без изысков. Планету переименуем для солидности. Пусть будет… Багряная.

- Леман, с тобой все в порядке? Тебе по голове не стукнули? Ты главное - не наделай глупостей. Мы уже в дороге! Тут к тебе такая команда ломится - сметут всё на своем пути! Держись, парень!

Леман задумчиво выглянул в большой, почти во всю стену, оконный проём. Огромный диск Инферно уже не смотрелся предвестником зла. Красный свет, словно подсветка приборов гоночного болида, намекал на захватывающие дух гонки с виражами, в которые он окунулся сломя голову. Или, может быть, это было знамя революционных преобразований, которых так заждалась планета?

- А что, - повернулся он к Дилману, - В столице нет приличного магазина одежды? Женской. А то у нас блондинка поизносилась, ходит в каком-то позорном рубище…

За его спиной послышался шум - Андрея с размаху плюхнулась в кресло, закинув ноги на столик рядом.

- Мяу! - ответила она на вопросительный взгляд Лемана и расхохоталась.

30 декабря 2020