Крайняя

Пролог

Странно, что девчонки любят собираться на площадках — сюда ведь кто угодно может прийти и всё услышать. Ну, например, как я.

— Не думаю, что после тех вечеринок вы сможете меня унижать. — Короткие винные волосы развивались на ветру. — У меня записано на видео все. И даже больше.

Я не думал, что всё уже началось, и чуть не вышел прямо к ним, но вовремя спрятался за деревом.

Видно, я не застал начало диалога. Что ж, меня-то тут и быть не должно было, грустить не о чем. Не то чтобы я любитель подслушивать, но то, что сегодня будут такие страстные переговоры, я тоже узнал из чужих разговоров. Странно, что теперь Маша угрожает этим злобным таракашкам — раньше было наоборот. Сентябрь выдалось непростым для них и холодным для всех. Бабьего лета у нас я давно не видел.

— Ну и? — процедила сквозь зубы низкая, но смелая школьница. — Что ты можешь сделать с тем, как мы пьем? Родителям, да и школе — плевать. Если я там с кем-то поцеловалась ненароком — ну и бог с ним. Разберусь легко.

Говорила из всей компании пока только та, что с косичками. Остальные же давно привыкли то ли к проблемам, то ли к тому, что они не главные тут. Если честно, уже позабывал имена всей этой компании, кроме одной — Арины. Она больше всех мне мозг трепала

— А если скажу, что там не простой алкоголь, а целая таблетка? — лицо главной таракашки в момент изменилось. Да что уж говорить — даже у той, которая просто сидела в телефоне, глаза округлились и ручки затряслись. Вишенку, кажется, хотела перебить главарь, но та продолжила, не смотря ни на что — Да и не только таблетка. Еще и шприцы в туалете после вас пятерых валялись. Мне кажется, что вы еще и раздавали эту дурь всем подряд...

— Что ты хочешь от нас? — намного тише и неуверенней, голос даже дрогнул, сказала Арина.

— Вы даете мне двадцать тысяч каждый месяц, а я в свою очередь просто положу это видео на дальнюю полку. Но если вдруг сумма не наберется — ждите привет от полиции.

Эх, мне бы кого-нибудь так застать — может, тоже бабок срубил.

Пока не поздно, я пошел обратно к дому — становилось прохладнее. Их терки тоже явно подходили к логическому завершению.

Глава 1

Когда после теплой кровати, холодный ветер бьет в лицо - желание идти в школу куда-то пропадает. В моей новой школе все сложилось не совсем так, как я хотела. Так что идя по осенней аллее хотелось развернуться и побежать прямиком домой - тут не далеко. После дождя все опавшие листочки размокли и хруста под ногами на любой шаг не было. Как жаль, это ведь мой любимый ритуал осенью - наступать на уже коричневые жухлые листья.

В первую же неделю попасть под прицел жестокой травли не каждый сможет, но я в этом просто чемпионка. Хотя во второй раз мне подкрутили колесо слепой фортуны, в первый мой такой опыт я безусловно выиграла. Собственно, поэтому я и перевелась. Каждый день в прошлой школе был невыносим - колкие шутки в мои сторону звучали не только на перемене, но и на уроках. Как мне было грустно переводиться в последний год учебы, когда за моими плечами 10 лет учения в одной школе.

В этот раз травля началась хотя бы не в первый день, но ждать пришлось недолго - мне устроили западню на 3 сентября.

***

Прозвенел последний звонок на сегодня. Наконец-то, а то уроки казались целой вечностью. Пока не нашла друзей тут, но я и не расстраиваюсь - одной мне тоже хорошо.

Идя по уже пустой лестнице, я услышала как меня окрикнул парень из моего класса. За ним стояли ещё четыре мальчика, но, видимо, смелый был только он. Да и на уроках постоянно что-то он выкрикивал. Наша классная постоянно отчитывала его, и я запомнила имя — Женя. Я уже была на полпути между этажами, а они все еще наверху.

— Новенькая, сегодня мы устроим для тебя посвящение в настоящий "Б" класс.

— Посвящение?

Это все что я смогла придумать в ответ. Ну а что еще мне оставалось?

— Ну какая умная-то! Посвящение, — по идиотски спародировал меня Женя, — Сашенька, посвящение.

Он подбежал, и его могучая кучка за ним. Женя положил руку мне на плечи и повел меня по лестнице на первый этаж. Мне было не очень приятно, но кто ж меня спрашивал.

— Как думаешь, — Женя сделал долгую паузу, было совсем некомфортно. Говорил он каким-то мечтательным голосом, явно подразумевая что-то неладное — что мы хотим от тебя на посвящении?

От количества слова «посвящение» в наших диалогах меня уже начало подташнивать. Мы проходили мимо консьержа к дверям, руку он так и не убрал.

— Возможно, вы хотите меня посвятить в новый класс, я достаточно догадливая?

В ответ он лишь усмехнулся. Ни за что не показала бы страх перед такими, они им питаются.

В итоге меня завели за школу, не знаю о чем я думала, но почему-то до сих пор я ни капельки не сопротивлялась. Здесь была вытоптана трава и валялась разбитая бутылка чего-то запретного, пахло сыростью.

— Что ж, — они столпились вокруг меня, а Женя был в центре, — посвящение заключается лишь в избиении, но это для мальчиков. Для дам вроде тебя, естественно, у нас другие правила.

Он повернулся на своего товарища и зачем-то кивнул головой, может он так подавал знак. Конкретно я испугалась, когда двое из мальчиков меня прижали руками к стене. Женя заклеил мне рот малярным скотчем — выбраться казалось нереальным.

— Избивать тебя никто не будет, просто будем по очереди прикасаться.. Не бойся, чтобы ты ничего никому не сказала, — он достал телефон и правда коснулся лишь одной части моего тела - груди. Сфоткал эту картину и убрал телефон, — я все запечатлил. Хоть слово об этом, все сразу увидят фото.

Было страшно и неприятно. Руки и ноги тряслись, в глазах переодически все плыло и темнело. В старой школе было все мирно, может мама была права, когда не хотела меня переводить сюда? Мама, мама.. По моей щеке потекла слеза. Хорошо что сегодня не красилась, иначе тушь потекла бы.

Сначала мою грудь лапал он. Видимо "его время закончилось" и другой парень подошел, почему-то облизнулся и потихоньку начал расстегивать мою рубашку. Я кричала, но из-за скотча сильно громких звуков не выходило, да и вряд ли кто-то кроме учителей остался на территории школы.

Я скрючилась и закрыла глаза. хотелось провалиться сквозь землю, исчезнуть навсегда, перестать быть здесь.

Но затем я услышала звук. Глухой, как будто кто-то упал. Я сразу же открыла глаза и увидела, что все уже не смотрят на меня, а устремились на парня, что перепрыгнул через забор.

— Руки убрали от нее.

На фоне еще ясного неба его каре-медовые глаза смотрелись очень воинственно.

— Ты кто еще такой?

— Кто нужно. — недружелюбно ответил Матвей. Я его узнала. Не узнать после четырех лет совместной учебы было бы странно. Он один из немногих, кто перешел в десятый класс вместе со мной. А когда видел, что меня обижали, сразу пытался разобраться. В основном, конечно, травля происходила в после учебное время, но я все равно была благодарна Матвею.

— Слушай, мистер "кто нужно" — Женя переглянулся со своими приятелями взглядом. — иди по хорошему отсюда, пока цел.

Последняя фраза особо насторожила Матвея. Из кармана он достал черное нечто и прокрутил на пальцах. Это был нож-бабочка. Откуда она у него только?

Все замерли.

— Ты серьезно? — Женя попытался усмехнуться, но у него получилось это очень неуверенно — Ножом решился размахивать? Мы тебя не боимся.

Матвей промолчал, он просто стоял слегка поигрывая с ножом. Пальцы двигались быстро, лезвие вылетало и пряталось с тихим щелчком. Я стала надеяться что этот кошмар закончится.

— Я тебя не боюсь — голос Жени дрогнул.

Матвей подошел ближе.

— Я и не прошу меня бояться. — он перевел взгляд на тех, кто уже не такой цепкой хваткой держали меня. — Я лишь прошу отпустить ее.

В недоумении они выпустили меня. Женя обернулся на меня с крайне недовольным лицом. Мои руки болели, но я умела терпеть. В спешке я застегнула пуговицы, что успели расстегнуть.

Женя снова повернулся на Матвея, что подошел еще ближе. Его взгляд перемещался то на лицо, то на нож. Наступила тишина. Женя словно взвешивал варианты: что будет если попробовать не отступать. Но ответ знал заранее.

— Пошли. — бросил Женя друзьям и потер подбородок рукой. — Эта псина того не стоит. Не сейчас точно.

Парни потянулись за ним, но Матвей не отпустил их.

— Вы кажется не поняли, что трогать ее опасно. Подобная выходка не останется без моего внимания. А может и не только моего.

Они развернулись, ничего не сказав.

Только когда все повернули за угол школы, мы с Матвеем перестали на них смотреть.

Я устало скатилась по стене и закрыла лицо руками. Было правильным решением надеть штаны, в юбке могло случиться непоправимое. Так и сидеть удобнее на холодном асфальте.

— Ты… Все нормально?

Матвей опустился на одно колено рядом со мной.

На устный ответ сил не было, я лишь помотала головой. Хотелось разрыдаться, но при бывшем однокласснике настолько опускаться не хотелось, я и так уже проявила слабину со всех сторон.

— Спасибо большое — почти прошептала я.

— Я тут проходил и тебя увидел, боюсь кроме меня, никто бы не помог..

Я сделала прощелины для глаз и уставилась прям на него. Теперь его глаза казались добрыми, а не воинственными.

— Прости, что так получилось. Я по глупости здесь оказалась.

— Ты чего? Жертва никогда не виновата. — он, кажется, говорил искренне, — Давай я тебя проведу до дома на всякий случай? Поднимайся.

Он встал и протянул руку. Такому было сложно не довериться и оставшуюся дорогу я провела в спокойствии, даже не смотря на то, что идти от силы пять минут, если не три.

Матвей понес мой рюкзак и проводил прямо до двери. Иногда по дороге о чем-то спрашивал, но из-за стресса, я уже и забыла о чем. Мы с ним неловко попрощались я закрыла дверь и зарыдала фонтаном прямо на пороге.

Этим же вечером я получила сообщение от бывшей соседки по парте:

«Привет, сегодня у тебя все хорошо было? Просто Марина все время трепалась о тебе и о том, что знает твоих новых одноклассников. А сегодня у нее какое-то обострение случилось, и весь день ходила и всем подряд говорила, что произойдет что-то нехорошее. Я подумала — может, это связано с тобой?»

Я ничего не ответила, но сразу поняла, что это правда. На летних отработках всех заставили приходить не только в свои школы, но и в началки и садики. Я, естественно, все убирала, а они все вместе дружно сбегали...

***

До школы я дошла спокойно. прошел месяц, но каждый раз взглядом я ищу Матвея, вдруг он снова нечаянно проходит.

Глава 2

Прозвенел звонок на перемену. Все сразу ринулись на выход, алгебру здесь не очень любили. Кабинет располагался на одном этаже со столовой - на первом. После третьего урока у нас завтрак, так не хотелось тащится через всю эту толпу, но надо — утром я не ела. Все шли потоком, поэтому я сдвинулась вправо, чтобы было не так тесно. За месяц я уже привыкла, что столов не всегда хватает и надо занимать быстрее, но сегодня настроения спешить не было.

— Нестерова, — послышалась моя фамилия снова, на уроке что ли не хватило? Я так не хотела чтоб обо мне кто-то вспоминал сейчас..

Это снова был глупый Женя, почему-то только с одним из своих дружков - Вадимом. Они оба сначала стояли оперевшись спиной об стену, а затем Евгений почтил меня и подошел ближе.

— Чего личико такое грустное? Скучаешь по нам? — по издевательски протянул он — Мы всегда можем встретиться снова.

— Отвали, — я уже хотела пойти есть и повернула в другую сторону, но Женя встал передо мной и зашагал на меня вынуждая пододвинуться на пару шагов назад — уже не было волны учеников, пространство вполне позволяло.

— Сашенька, я серьёзно, ты же теперь знаешь где мы обитаем.

За школой они "обитают" и разбитые бутылки остаются после них, я не раз их там заставала.

— Отвали. У меня свои дела есть. — почему-то эта фраза была сказана неуверенно, хотя я вложила все силы в нее.

— Обижаешь, — неестественно вздохнул и перевел взгляд на Вадима Женя. — Ну я же по-человечески тебе предлагаю. Мы должны быть одной командой, сплоченный "Б" класс, не думала о таком?

— Я в сплоченном "Б" классе, но не в одной команде с тобой.

Он немного придвинулся и опустил голову, чтобы сравняться с моим ухом.

— Нестерова, твоего паренька может в следующий раз не оказаться рядом. — Он говорил шепотом, но не нежно, а мерзко. — Я в последний раз предлагаю, по хорошему. У меня до сих пор есть то фото, — вот напасть… О фото я совсем и забыла.

Руки сжались в кулаки. Хотелось убежать в слезах, но я бы себе не позволила.

— Нет, ни за что больше с вами не пойду.

— Ну смотри, Нестерова. — Говорил он шепотом, но этот шепот был хуже крика. Мы стояли не совсем у стены, но он взял меня за плечи и придвинул так, что лопаткам стало больно. — Знаешь ли ты, кому я могу прислать это фото? — Он уже говорил по обычному, но у меня в голове это повторилось еще несколько раз.

Я хотела хоть что-нибудь сказать, но в горле застрял ком. Женя стоял опять очень близко, неприязнь пробиралась под кожу и добиралась до костей. Он все еще держал меня за плечи, но его руки стали горячими и я не чувствовала — он трогал блузку или оголенную кожу.

— Отпусти. — громче, чем нужно выкрикнула я, но почему-то не смотрела в глаза. Ну да, Саша, просто гениальный ход. Ты же ни в коем разе не показываешь ему, что слабая. Просто молодец.

Женя уже хотел что-то сказать и даже открыл рот, Но вдруг из-за его спины послышался голос учителя..

— А ну руки от нее убрал. Быстро. — Это был новый молодой учитель физкультуры — Александр Валерьевич. Позади него стояли еще четыре девочки — они привели его?

Женя убрал руки так, как будто его кипятком ошпарило, а Вадим уже под шумок куда-то ушел — я даже не заметила. Похоже друзей он брал только для уверенности.

Я тут же прошла на строну учителя и девочек. Физрук подошел ближе и сразу начал отчитывать Женю, но кажется тому такое не впервые. Я была очень благодарна своим спасительницам и хотела выразить это, но меня опередили.

— Ты как? Все нормально?

— Он тебя обижал, да?

— Мы тут просто рядом проходили, а сами бы не справились, ну и позвали подмогу.

Говорили они сумбурно. В голове крутились слова про фото… Женя имел в виду учителей или кого-то хуже?.. Девочкам я ответила односложно.

— Спасибо большое, я не знаю чтобы тут одна делала..

Оставалось пять минут до урока. Позавтракать я так и не успела..

— Как тебя зовут? — девочка с косичками ото лба прошла в центр через, видимо, своих подруг.

— Саша. — робко ответила я.

— Меня — Арина, их Лида, Даша — Она указывала поочередно на каждую — и Адель.

Вместе они смотрелись очень гармонично. Я даже видела их на линейке всех вместе. Правда мне казалось они общались в пятером, ну и ладно, разные ведь могут быть причины.

Разговор с Женей так и не заканчивали, но Александр Валерьевич повел его куда-то. Надеюсь он больше не подойдет ко мне так.

— А ты из какого класса получается? — Каждую свою фразу Арина говорила размеренно и уверенно. У нее был очень красивый бархатистый голос и очень привлекательная внешность.

— Из 11 "Б", а вы?

Пока я не совсем понимаю смысл этого диалога, но мне даже показалось, что они хотят познакомиться.

— Мы с Адель в "Г", Лида из "А", а Даша из "В", мы все тут разношерстные.

Прозвенел звонок на урок. Очень грустно, что у нас две алгебры подряд, да и расставаться с новыми знакомыми не хотелось.

— Встретимся после этого урока здесь же? — вдруг предложила Арина.

— Да, конечно, давайте.

Все начали выходить из столовой и мы уже замешались в толпе. Все разбрелись по своим кабинетам. Если честно, даже после произошедшего я была несказанно рада. Может со мной и вправду иногда хотят дружить?

Глава 3

— Зарецкий, — вела пересчет учеников наша классная руководительница.

— Здесь.

Естественно здесь. Где же мне еще быть? В мире же из интересного только школа.

Кстати, из интересного — как я потерял единственный свой шанс наконец-то познакомиться с Сашей поближе. Я прикрыл лицо руками, но так, чтобы половину с глазами было видно. Первый урок с английским языком на мне плохо сказывается — спать хотелось невероятно. В тот день, что удивительно для меня, я реально просто проходил мимо. Но вот повел себя как идиот. Как я только додумался угрожать ножом, кем я теперь кажусь Саше? От безнадеги я на секунд пять прикрыл глаза.

— Матвей, ты чего спишь-то? — По классу пошли смешки, но меня это уже давно не смущало.

— Не сплю, Мария Александровна, я просто представлял, какой же прекрасный будет урок сейчас.

Не то чтобы я сильно люблю внимание, но то, что сейчас многие посмеялись с этой непрофессиональной шутки, мне очень даже нравилось.

Мария Александровна покачала головой, но не по-злому, а скорее наоборот.

— Я запомню, Зарецкий, после урока мне домашнее задание покажешь. Сделал ведь? — Для меня это звучит как вызов «насколько хорошо ты умеешь врать».

— Ну Мария Александровна, естественно сделал, и покажу после урока. — Конечно, я не сделал, просто она точно забудет об этом, как о страшном сне.

Оставшийся урок я не слушал почти ничего — мы проходили новую тему, и записей было меньше. Иногда я просто задумчиво что-то калякал. Моя соседка по парте раньше сидела с Сашей. Они вроде неплохо к друг другу относились. Конечно, сам бы я не сел с девочкой на вторую парту — нас так рассадили, но она хотя бы не болтает чепуху, как некоторые. Весь урок у меня за спиной Марина, главная обидчица Саши, проговорила со своей подружкой, чем очень мешала мне думать о своем.

За пятнадцать минут до конца урока Мария Александровна напомнила мне о домашке — тогда в ход вступает план Б.

— Аня, дашь списать? — Шепотом спросил я, пока учительница говорила, что надо делать в рабочих тетрадях — мне очень все удачно подвернулось, это как раз на последние пятнадцать минут.

Аня всегда была немного странноватой, поэтому сначала просто смотрела на меня очень удивленными глазами, а затем без слов дала тетрадь. Я ответил кратким: «спасибо», и принялся за работу.

К концу у меня уже было всё готово, и я сдал тетрадь.

— Ну, признавайся, — вздохнула со смешком учительница. — У кого списал?

— Сам писал, — очень серьезно ответил я.

— Ну, Моть, ты же так в жизни никогда не писал.

Она принялась что-то мне объяснять на английском, а я просто защищал свою позицию. Вроде я даже постарался над списыванием.

После непродолжительных дебатов, все таки выиграл я.

— Ой, Господи. Ладно, — Мария Александровна нарисовала красивую пятерку и принялась ставить ее в журнал. — Но чтоб в следующий раз сам все писал.

— Спасибо, моя любимая учительница. До свидания. — Заулыбался я от хорошей оценки.

— Да, пока-пока.

Пока мы дискуссировали, уже все вышли, но почему-то до сих пор стояли у двери и заглядывали. Я взял со стула свой рюкзак и кофту. Вышел — и на меня тут же накинулись.

— А ты что, с Сашей до сих пор общаешься?

— Матвей, ты с Сашей дружишь?

— Они встречаются?

Некоторые фразы доходили до абсурда. Вообще не понимаю, откуда они узнали об этом, но общением я бы это тоже не назвал. Я прикрыл дверь кабинета и отошел в сторону — а они снова пристали

— Так, стоп, — чтобы все услышали, сказал я. — Что за белиберда? И откуда вы это взяли?

Белибердой я это назвал лишь чтобы огородить Сашу — она всегда хотела только покоя.

Через небольшую толпу первой вышла Марина.

— Ты с этой псиной общаешься? — Где-то я это уже слышал. Мне очень не понравилось, как выразилась Марина, но вскипать при таких обстоятельствах я не хотел.

— Так, во-первых, не с «псиной», а с Сашей, во-вторых — нет, откуда это вообще пошло? — Искренне не понимая, спросил я.

— Ну, знаешь, птички нашептали. Ты ее даже защищал, да? — Надменно спрашивала она.

— Да, но мы не общались после.

— Точно? А то говорят, что вы встречаетесь, и ты с нее с ума сходишь. Не падай так низко, Матвей.

— Марина, мне кажется, ты за слова свои когда-нибудь точно получишь. Жаль, что ты не парень, я б тебя задушил сейчас.

Кто-то начал снимать на видео — компромат на нас обоих. Ладно, пусть довольствуются.

— У-у, как мне страшно, защитник. — Она положила обе руки на свои бока. — А еще что? Загрызешь меня, как преданная своей хозяйке собака? Да вы же пара псин!

Некоторые посмеялись с этого, некоторые просто следили за ситуацией. Меня никак не обижают слова ничего не достигших людей, например, как Марина.

— Ты так боишься не оказаться в центре внимания, что придумала себе мир, где ты — королева, а Саша и я — идиоты? Ты можешь врать кому угодно, но не ври сама себе, пожалуйста.

Она в надежде, что ее все поддерживают, оглянулась, но ни с кем не поймала зрительного контакта.

— Вы чего тут до сих пор?! У вас урок через минуту. Бегом на биологию. — вдруг выглянула из своего кабинета Мария Александровна — мы все еще стояли рядом с ее дверью и проболтали так целую перемену.

Марину спасла именно биология. Всегда знал, что предмет так себе. Мы все нехотя пошли, хорошо, что тут недалеко — буквально в одном пролете коридора.

Мы больше не сцеплялись, да и следующие уроки прошли скучно. Они, казалось, тянулись целую вечность.

Прозвенел звонок с последнего урока. Так как я не носил сменку, в раздевалку мне идти было не за чем. Я вышел наружу и ощутил приятный запах листвы. Осень, конечно, не мое любимое время года, но у каждого сезона свой запах. Сейчас один из самых ароматных денечков, ведь еще не много дождей, а погода еще не холодная.

Я снова вспомнил Сашу. Ее любимое время года — осень. Я решил, что так больше продолжаться не может — я просто живу в каком-то забвении. Похоже, Марина сегодня была права — схожу с ума по Саше. Грустно признавать, что я в кого-то могу быть влюблен. Конечно, до сих пор это могло быть похоже на простой интерес, но сейчас я впервые сказал это себе.

Я решил наведаться к Саше. Занес свой портфель домой, потому что буквально следующий дом после школы — мой. Пришел к ее школе и начал ждать. Забор был открыт, я зашел и оперся на него. Уроки у них заканчивались немного позже, чем у нас, из-за больших и маленьких перемен. У нас вообще все перемены пятнадцать минут, а у них то пятнадцать, то двадцать — вот и разница.

Из школы начали выходить. Было опрометчивым решением, не узнав ни расписания, ни посещаемость Саши приходить, но даже если бы я ее не увидел ее сегодня — пришел бы завтра. Вспомнились слова Марины снова: «как преданная собака» — странно, что это почти верно.

Издалека показалась Саша. Я очень обрадовался, ведь не факт, что я мог встретить ее. Она шла с какой-то компанией, я сначала не разглядел, а потом как узнал их. Боже, что она делает с ними? Нет, я, конечно, не против, просто странноватый выбор после года травли. Они же сами кого хочешь затравят…

Я провел рукой по лицу и потер глаза. А когда открыл, видимо, меня тоже заметили, потому что их шаг ускорился и устремился в мою сторону. Странно, но я не заметил пятой из изначальной компании. Ну и плевать. Арина помахала с кривой улыбкой — видимо, узнала.

Что ж, когда-то эта встреча все равно должна была произойти.

— Привет! — по-доброму поздоровалась Саша. — Ты чего тут?

Тем временем компания крысят смотрела на меня с нежеланием видеть тут.

— К тебе пришел. — Я оторвал спину от забора и устремил взгляд на Арину. — А это твои подруги?

Пару секунд все молчали, а Саша оглядывалась на них. Видимо, они только недавно познакомились.

— Да, мы ее подруги. А ты — ее парень? — с издевкой процедила сквозь зубы Арина.

— А если так, то что? — скрестил руки на груди я, а Саша стояла в непонимании.

— Да ничего, просто Саше нужно общество свое фильтровать получше. — Арина перевела взгляд на нее.

— Абсолютно согласен. А теперь можно я наконец-то проведу время со своей девушкой?

Они были крайне недовольны таким раскладом, но делать им ничего больше не оставалось, кроме как разбрестись в разные стороны. Попрощавшись, они уходили с очень недовольным лицом. Я проводил их взглядом и вдруг ощутил, как меня тормошат за поло.

— И давно я стала твоей девушкой?! — с злым, но милым лицом лепетала Саша.

— Ну прости. Ты же знаешь, что они — не лучшая компания?

— Они относятся ко мне по-доброму! Откуда вы вообще друг друга знаете?

— Может, к тебе и относятся по-доброму, но к другим… — размеренно старался объяснить я и одновременно не отвечать на неудобные вопросы.

— Ну, Матвей, — протянула Саша. — Это уже мне решать.

— А к тому, что ты моя девушка, уже вопросов нет? — Заулыбался я.

— Ты думаешь, я уже и об этом забыла?! — Разозлилась она и снова начала трепать меня за одежду.

— Ну не злись. Вот что может случиться, если они будут думать, что я твой парень?

На несколько секунд она и вправду задумалась об этом. Затем потерла глаза и, видимо, решила, что ничего критичного и вправду не будет.

— Ладно… — Вздохнула Саша. — Ты пришел ради чего-то или просто так?

— Просто так, — я почесал затылок одной рукой. — Повидаться.

— Ты долго ждал? Мы вроде позже вас заканчиваем.

— Не парься, ты быстро вышла. — Между нами повисла недолгая тишина, и мы просто смотрели друг другу в глаза. — Хочешь, сходим прогуляемся?

— Конечно, давай.

Глава 4

Мы с Матвеем занесли мой рюкзак домой и пошли по улочкам города. Когда в последний раз я выбиралась гулять не одна — уже и не помню. Сейчас мне было очень хорошо: развеяться с прекрасным парнем в пятницу — мечта. Сегодня еще очень удачно отменился дополнительный английский, так что переживать было не о чем.

Я даже не знаю, с чего вдруг Матвей начал мной так интересоваться. Раньше он просто иногда помогал мне, и я считывала это как уважение к девушкам, хотя и была в шаге от того, чтобы влюбиться по уши. Жаль, что не могу залезть в его голову и прочитать мысли. Мне невероятно хотелось знать, что он ко мне испытывает.

— Слушай, а мы куда-то в определенное место или просто, куда глаза глядят?

— В определенное место. — Улыбнулся он.

— Куда?

— Узнаешь потом.

И даже шанса мне не дал расспросить его, потому что мы увидели ларек с мороженым. Матвей, как настоящий джентльмен, заплатил за меня, а сам брать не стал.

— Спасибо большое. — Я была очень смущена, потому что каждый раз, когда кто-то за меня платил, мне казалось, что я отнимаю деньги. Со временем это чувство стало меньше, но не исчезло.

Влюбленность каждый раз затмевает здравые мысли, и ты уже не можешь оценивать ситуацию трезво. Конечно, я бы могла сказать, что только влюбленные могут сболтнуть про то, что встречаются с объектом обожания, но вдруг он правда лишь перед девочками выделывался? Вдруг он просто хотел моего внимания? Вдруг хотел унизить девочек? И, главное, не разберешься, что именно он хотел такими действиями сказать по-настоящему. Мороженое — тоже можно счесть за знак уважения. Матвей же меня оставил на месяц с чем-то, почему бы ему еще раз так не сделать? Не работает ли забвение в обратную сторону — тоже неясно.

— Не хочешь друг друга получше узнать? — После моей минуты раздумий и нашей минуты тишины предложила я, облизывая губы от мороженого. — Можем в правду или правду. Ну, в смысле, как правда или действие, только без действий.

— Чего-о? — смешливо протянул Матвей. — Ну, я тоже действия в этой игре не люблю, но как ты дошла до просто правды?

— Когда у меня были налажены отношения со всеми девочками из класса, мы всегда хотели выбирать только правду, чтобы не придумывать скучные действия. Так и появилась правда или правда, — пояснила я. — Но мы просто вопросы друг друга спрашивали, мы были не настолько сумасшедшими, чтобы каждый раз говорить: «Правда или правда».

— Ну, давай, — с улыбкой сказал он. — Но ты первая.

— Хорошо. — Я задумалась на небольшое количество времени. — Какая твоя самая большая ошибка в жизни? Только правду ответь, мне правда интересно.

Матвей раздумывал над вопросом дольше, чем я его придумывала. Мы шли по улочке рядом с рекой, и тут было ужасно красиво. Я очень любила осень.

— Наверное, — задумчиво начал он, — начать встречаться не с тем человеком. Довериться не той.

— Я ее знаю? — не то чтобы с ревностью, но и не совсем из чистого любопытства спросила я.

— Вполне возможно. Но я бы не хотел говорить ее имя, это неуважительно было бы по отношению к ней.

— Да, я понимаю. — Понимаю, но не хочу. Даже странно, что я ревную. Во-первых, такого обычно никогда не было, во-вторых, Матвей ведь с ней расстался. Наверное, меня задело, что не я первая, что тоже очень странно. Я понимала, что так нельзя, но ведь я так чувствую… — Теперь ты, — с улыбкой передала я слово ему.

— Кем ты хотела стать в детстве?

— Космонавтом. Потом пианисткой, но перехотелось быстро. А сейчас буду поступать в педагогический.

— Ого, — Матвей сделал паузу. — Не думал, что ты захочешь быть учителем.

— Я не совсем учителем буду, потому что направление «Психолого-педагогический», — пояснила я, но лицо у Матвея все еще было недопоминающим. — Буду либо соц-педагогом, либо школьным психологом. Мне просто хотелось работать с детьми, и меня привлекала психология, так что я совместила.

— Интересный выбор. Я пока не выбрал, но думаю над… — Матвей резко остановился и устремил взгляд на кого-то вдаль. Там было достаточно людей, чтобы я не смогла понять, на кого именно он смотрит. — Может, слегка сократим путь? Мы просто почти дошли. — Я неуверенно помотала головой, и он спешно ответил: — Тогда туда.

Он потянул меня за руку через дорогу. Это, видимо, не очень популярный путь, потому что всю дорогу машин я видела всего ничего. Мы перебежали и оказались рядом с небольшой кучкой деревьев и склоном к реке. Там была красивая набережная, правда, тропинка состояла только из староватых, но пригодных для ходьбы досок.

— И куда? — в недоумении спросила я, смотря Матвею в глаза.

— Сейчас только не переживай.

Предупредил он и подхватил меня полностью на руки. Очень непринужденно, как будто проделывал такое каждый день. Я слегка испугалась, но виду не подала. Он спустил меня со склона, хотя, вернее сказать, мы прокатились. После время как будто остановилось, но мне показалось, что Матвей держал меня так еще минуту. От него приятно пахло чабрецом. Интересно, это парфюм или настоящий чай? Мы просто смотрели друг на друга — то ли неловко, то ли влюбленно. В этот момент я уже не думала о том, что нравлюсь я ему или нет. Стало неважно все, и просто хотелось прижаться к нему и остаться так навсегда.

— Кхм, — сделал паузу Матвей и отпустил меня. — Прости, если тебе неприятно было.

Я улыбнулась самой своей искренней улыбкой.

— Приятно было, — отводя взгляд, смешливо высказала свои настоящие чувства я.

Матвей потрепал меня по голове и, кажется, расслабился.

— Пойдем, — рукой он указал вдаль, там был совсем небольшой пирс. — Я тут часто время проводил с братом в детстве.

— У тебя брат? — с интересом спросила я, потому что он упомянул его впервые. Даже учитывая, что недавно он рассказывал о детстве. — Младший или старший?

— Старший. Но он переехал пару лет назад.

— Грустно. Вы поддерживаете общение?

— Нет, он прервал связь со всеми отсюда. — Матвей немного поколебался, чтобы это сказать. — До переезда мы и так плохо общались, так что мне не было грустно. Но я часто скучаю по нему.

— Все будет хорошо. Вы все еще можете помириться. — Я взяла Матвея за руку, потому что не знала, как правильно поддержать. Он, видимо, не был против, ведь до пирса мы шли так. Я должна была поддержать его как-то еще, но идей просто не было.

— Продолжим задавать вопросы? Твоя очередь, — игриво сказал он. Кажется, его уже не беспокоила эта ситуация, и я успокоилась. Мы дошли и присели на пирс, свешивая ноги. Он был довольно высоким, так что мы не доставали до воды. Тут рядом была лестница, поэтому мы правда не дошли совсем чуть-чуть.

— Ты кого-то увидел и мы поэтому убежали? Кто это был? — не настойчиво, но с большим любопытством спросила я.

— Помнишь, я говорил, что доверился не той? — Матвей говорил неуверенно, глядя на воду. Желтые, оранжевые и коричневые листья плыли по течению. Я тоже засмотрелась. — Ну, это она. Я не хотел с ней видеться, да и тем более с тобой вместе.

— А…

— Не подумай, ты прекрасная, просто Маша бы тебя загрызла вместе со мной.

Он, видимо, не заметив сказал ее имя. Мы промолчали некоторое время, и Матвей прервал тишину.

— Ладно, давай не о грустном. Чем ты больше всего любишь заниматься?

— Мм… Танцами. Правда, я этим не занимаюсь профессионально, но хотела бы. Меня в детстве в музыкальную школу отдали. Теперь вместо танцев сижу и клацаю по пианино.

— Ну ничего, пианино тоже хорошо. Сыграешь, может, для меня как-нибудь? — с милой улыбкой, шутливо говорил Матвей.

Вопрос за вопросом, и мы уже встречали закат. Сегодня он был невероятно красив — розово-оранжевый с ярким солнцем.

Матвей провел меня до дома, и мы разошлись у подъезда. Я была очень счастлива, что спустя столько лет у меня появляются те, кому я могу довериться.

Как назло, я снова забыла спросить у него номер телефона. Дурацкая привычка не записывать никого, кроме важных людей, обернулась мне боком.

Не знаю, когда он придет ко мне в следующий раз, но хочу, чтобы это произошло поскорее.

Глава 5

— Саша, ну что? — Облокотилась на стол двумя руками мама. Ее рукава были закатаны немного выше локтя. На ней был обтягивающий синий свитер — ему было уже лет сто. Даже после того, как бабушка подарила ей точно такой же, она не перестала носить старый. Я сидела у окна с самого края, поэтому мы говорили через весь стол. — Чего молчишь то?

— Прости, задумалась. — В последнее время это почему-то происходило часто. Я просто смотрела в одну точку, а мыслей в голове не было, хоть и называла я это «задумалась». Может, от усталости? — Все хорошо в школе.

— А развернутый ответ можно? — Эта фраза была сказана с крайне недовольным лицом. Мама часто заводилась с ничего.

— Да, — я никак не отреагировала на провокацию. — Учителя объясняют хорошо, мне все понятно. — Еще б было не понятно, когда репетиторы каждый день. — Ребята тоже неплохие, я подружилась с девочками из параллели.

Мама цыкнула и ушла в свою спальню. В прошлой квартире, когда я была маленькой, у нас была просторная квартира, но спальня всего одна. Папа, мама и я спали в одной комнате. Мне купили красивую белую кровать, когда я перестала помещаться в люльке, так что я чувствовала себя нормально. Но сейчас ни за что бы не хотела так жить. Мне часто хочется, чтоб все было как раньше, но у отца уже другая семья. Он был очень обеспечен и просто купил нам квартиру в пятиэтажном доме, а сам остался в нашей квартире с другой женщиной. До сих пор не понимаю — почему изначально нельзя было купить квартиру с несколькими спальнями. Мой папа правда был богат. Я даже спрашивала у мамы, но ответа так и не получила.

Я доела суп, помыла тарелку и чашку и потом снова «задумалась». В этот раз я смотрела на сервиз в прозрачном буфете, хоть и видела эти узоры уже тысячу раз. Гжелевые тарелки и чайник, чашки с золотой ручкой и красивыми завитушками и еще куча всего. Выбил из транса меня стук каблуков — мама куда-то собралась? Я вышла из кухни через арку, прошла по коридору и увидела странную картину:

— Саш, — с воодушевлением перед зеркалом крутилась мама. — смотри, как мне идет это платье!

Она была при полном параде, но кажется уходить никуда не собиралась…

— Да, идет. — Задумчиво высказалась я. Платье было желтым и странным, но на маме выглядело почти органично. Оно было как ночнушка, но плотнее. С воротничком и короткими рукавами. С рюшами во многих местах и двумя белыми пластиковыми пуговицами. Верх бесформенный, а сразу после груди юбка — единственное что выбивалось.

— Вот бы так погулять, но холодно уже.

— Ничего, скоро ведь у тети Любы день рождения, в платье можешь и пойти.

— Да, ты абсолютно права, так и пойду! А ты со мной сходишь? — У мамы заметно поднялось настроение.

— Схожу, конечно. — Выдавила я и ушла в свою комнату — мама уже принялась переобувать каблуки на другие.

В субботу я люблю с утра позаниматься йогой, потом уже заниматься другими делами, но сегодня у меня не было сил. Хотелось целый день пролежать в кровати, что в теории могла бы сделать, но просто так отдохнуть сложно. Если я ничего не делаю — сразу возникает чувство, что что-то не так, а когда занимаюсь чем-то хочу отдыхать.

Сначала я посидела на стуле, потом на кровати, затем покрутилась около зеркала. Я принялась заплетать себе много косичек под негромкую музыку, которую включила на колонке.

— Моя слабость — кудрявые мальчики, — подпевала я и вплетала челку. — Но им нравятся лживые девочки.

-

Песня алены швец. — Кудрявые

-

Неосознанно я вспомнила Матвея, у него были черные вьющиеся волосы. Моя слабость и вправду. Его стрижка подходила ему, как никакая другая — на лбу слоилась челка выше бровей, по вискам и на затылке было не выбрито. Сама структура выглядела так, как будто он только после улицы, где был ветер и дождь. Вроде это называется короткая шэгги.

Песня за песней и с косичками покончено. Получились, пусть и не очень аккуратные, но очень красивые 12 тугих кос. Мне казалось, что на русые волосы подходят все прически и эта не стала исключением.

Недавно девочки меня добавили в свой чат, я вроде как влилась в их компанию. Пришло сообщение от Лиды: «Погуляем через часик?», все отметились, собственно и я тоже.

Прическа была уже готова. Я не стала сильно краситься — только уложила брови. Надела серое худи, черные джинсы и легкую куртку сверху. Взяла небольшую сумку и начала открывать дверь, невольно смотрев на пианино при этом.

— Мам, я гулять.

— Иди-иди, Сашуль. — Послышалось из ее комнаты.

На улице было свежо и прохладно. Небо затянулось серыми облаками, но дождя не было. Арина предложила собраться в торговом центре, и все поддержали. Я доехала туда на автобусе. Места здесь знала хорошо, так что даже карты не понадобились.

На лавочке уже сидели Лида и Адель. Как только заметили меня — сразу помахали.

— Привет! — Лида была эмоциональной, а Адель наоборот — стояла отдаленно и улыбалась. Обе они казались мне приятными.

— Как дела? — Спросила Аделя подойдя немного ближе. На ней была серая светоотражающая жилетка, под ней кофта и черные штаны. На ней это смотрелось хорошо, а вот мне жилеты совсем не шли.

— Хорошо, а у вас? — Как по заготовке ответила я.

Мы начали болтать, а затем подошли остальные.

Первым делом мы решили посидеть в кафе на первом этаже. К нам подошел официант, девочки что-то заказывали, но я снова «засмотрелась» на вид из окна. Там была просто дорога, но что-то меня там привлекло. Точнее отсутствие беспорядка — машины ездили четко и без перебоев, а люди так не могут.

— Саш, а ты что хочешь? — Обращалась ко мне Арина. Сегодня у нее были два небрежных пучка и заколки цвета металла.

Я выпала из раздумий и заказала себе чай с ромашкой, воду, чтобы разбавить и пасту.

Мы ждали заказ, и тема, неожиданно для меня, зашла о Матвее.

— А вы правда с Матвеем встречаетесь? Я просто не ожидала, что вы знакомы. — Удивленно говорила Арина.

— Ну-у, — протянула я. Даже не знала что на такое отвечать. — мы в одной школе учились раньше. Он меня защищал. Я вам рассказывала, что меня травили.

У всех изменилось выражение лица, как будто что-то их невероятно привлекло.

— А ты уверенна в нем? — Настороженно спросила меня Вика. Она сидела прямо напротив меня и смотрела в глаза.

— Да? — Я нахмурила брови в непонимании.

— Ты же знаешь, что Матвей раньше с нами в школе учился? — Арина спросила так, как будто уже знала ответ и сказала это для галочки.

— Да, он упоминал это.

— А он говорил что-то про Машу? — Диалог был то с Ариной, то с Викой.

— А что с ней?

— Ровно до той пятницы, мы думали что они встречаются… А затем Матвей сказал про вас и думать уже было нечего. Но сейчас ты сказала, что он тебя защищал, и нам всем сразу вспомнилась ситуация, что Матвей за все время, что учился с нами, каждый раз вступался за Машу… — Каждый? Прямо каждый? Сейчас было больнее, чем когда я в детстве на гвозди напоролась. — Они начали встречаться, а затем он перешел в другую школу. Маша постоянно болтала о нём и о том что они прекрасная пара. Мы и думали, что у них все серьёзно…

Все встало на места — мы убежали от Маши, чтобы она нас не увидела и не предъявила ничего Матвею; мне он сказал о том, что она бывшая, чтобы я не переживала; на месяц пропал — может чувствовал вину, может не хотел показываться рядом с моей школой.

— Ладно, спасибо, что сказали… — Растеряно сообщила я.

— Ты главное не расстраивайся, еще куча таких будет. — Поддержала Вика.

— Да, ты ведь красотка. — В своем стиле сказала Арина.

— Спасибо. — неловко ответила я, но уже принесли еду и мы перевели тему.

Руки тряслись и бросило в пот. Я старалась не показывать это всей силой. Улыбалась, кивала, даже что-то отвечала, когда меня спрашивали. Но внутри всё сжималось.

Каждый раз, когда я слышала его имя, перед глазами всплывало его лицо — там, на пирсе, когда он говорил про Машу. Он сказал «доверился не той», но не сказал, что было после. Не сказал, что она была не просто «не той». А что она была той, за кого он, оказывается, вступался каждый раз. Не то что за меня.

Я выпила чашку чая с ромашкой, и физических признаков не осталось. Только душевные. Вроде никто и не заметил, что мне было плохо, но я то заметила.

Остаток посиделок мои мысли путались и я все чаще концентрировала внимание на пустоте.

Когда мы вышли из торгового центра, зайдя ещё в пару магазинов, уже стемнело. Мы решили расходиться и я села в автобус. В наушниках я не включила музыки, она бы сейчас отвлекла меня. Я включила шум дождя — мне его не хватало.

Я устало открыла дверь ключом, и на пуфике рядом со шкафом для одежды сидела мама и читала книгу — снова какое-то странное зрелище. Был только приглушенный свет, а она была без очков, так что я даже не знаю, что она там читала.

— Привет, Саша. Как погуляла?

— Хорошо, только устала. Я пойду к себе?

Я сняла куртку, обувь и расставила все на места.

— Конечно.

Она все еще очень увлеченно рассматривала что-то. Я прошла мимо и увидела что-то вроде книги рецептов…

Странный день, больше не хочу его никогда вспоминать. Я переоделась и рухнула на кровать. Хотела расплакаться, но заснула быстрее.

Глава 6

Хоть я всеми силами пыталась сбежать из старой школы, но сегодня все иначе.

После уроков я решила наведаться к старой классной руководительнице. Мне ее не хватало — она была как вторая мама, хоть и возрастом больше походила на бабушку. Всегда приносила на наши день рождения конфеты, пыталась помочь в каждой проблеме, выбивала у других учителей пятерки для нас и вообще любила детей. Не часто встретишь таких учителей. Например, у меня с пятого по шестой класс была странная молодая учительница, которая почти не проявляла активности ни по отношению к нам, ни на уроках, а, к слову, вела она географию. Потом уволилась, и к нам пришла Валентина Федотовна — самая строгая учительница, которую я видела. У каждого по ее предмету была хотя бы одна двойка. Даже у меня, при том, что я всегда была отличницей по истории. И всего на один год у меня побыла классной Мария Александровна.

Конечно, я не хотела видеться со старыми одноклассниками, да и с Матвеем теперь тоже, но все еще хотелось сходить к любимому учителю. Чтобы исключить возможные встречи, я решила прийти в конце восьмого урока, предварительно перенеся дополнительный урок.

Я попросила знакомую охранницу пустить меня и уже хотела объяснить почему, но ей, видимо, было все равно на меня — увидела знакомое лицо и пустила. Кабинет Марии Александровны находился на втором этаже в самом конце коридора. Урок еще не закончился — я случайно пришла немного раньше.

Я аккуратно постучалась и заглянула в кабинет. Мне было очень приятно снова увидеть Марию Александровну. У нее сегодня был восьмой урок, по всей видимости.

— Здравствуйте, а у вас еще не закончились уроки? — Она вела дополнительные уроки. Сегодня для одиннадцатиклассников. Первое, что мне бросилось в глаза, когда я осматривала обстановку — Матвей. На кой черт ему практикум по английскому — неизвестно. Там было еще пару ребят, которых я знала, но знакома не была.

— Ой, привет, Сашулик. Мы скоро заканчиваем, минут через пять. Подожди чуток.

Очень по-доброму сказала она. Я закрыла дверь и присела на диванчик около.

Прозвенел звонок, и начали выходить первые ученики. Я вошла и устремилась к столу учительницы. На Матвея я даже не взглянула, но боковым зрением увидела, что он повернул голову, как песик, пытаясь привлечь внимание.

— Здравствуйте, еще раз. — Я начала, а Мария Александровна встала.

— Здравствуй, дорогая! Ну что, как дела? Как новая школа? Ты же в сорок пятую пошла?

Все вышли, и мы остались один на один. Я по-тихоньку рассказала все смешные истории и о простых событиях. О плохом не упоминала, зачем, если этого уже почти нет? Только иногда колкости, да и только от Жени — в этот раз я выиграла бой между собой и обидами.

Я подарила коробку конфет и распрощалась. Конечно, хотелось говорить вечность — но допы и домашка ждут.

Выйдя, я смотрела в сторону лестницы. Потянувшись за ручкой, чтобы закрыть дверь, я обернулась сначала на секунду, шагнула и затем снова зачем-то обернулась. Лениво прислонившись к стене рюкзаком, стоял Матвей. Он улыбнулся. Мне эта улыбка показалась самой неискренней из всех, что я видела за всю жизнь.

— Привет, — тихо сказал он и подошел ближе. Я только махнула рукой и направилась к лестнице. Матвей положил руку мне на плечо, таким образом остановив мой неестественно быстрый шаг.

— Ты наконец-то решила к Марии наведаться? — Сократил он ее имя. Мы так часто делали всей школой со всеми именами, но в новом классе так никто не общается.

— Да.

— Все нормально? — Спросил он таким голосом, будто у самого уже всё плохо, и убрал руку.

— Да.

— А еще что-то умеешь говорить?

Я только кивнула и решила пойти дальше.

— Саш, я хотел сказать…

— Не надо ничего говорить, — резко вырвалось у меня.

Он замолчал. Я смотрела ему в глаза. Внутри все сжалось, но говорила я ровно и спокойно.

— Но ты ведь даже не знаешь, что я хотел сказать.

— И знать не хочу.

— Саша, что-то случилось?

— Ты случился. — Выплюнула я и рванула на лестницу. Быстро пробежала к охране, и меня выпустили.

Я уже подходила к школьной калитке, как увидела Марину.

Сегодня что, встреча нежеланных мне людей? Такими темпами я могла и не успеть домой. Она стояла и просто курила. Зачем именно около школы — непонятно, она и живет вроде не рядом.

Я попыталась пройти мимо, но ничего не получилось.

— О, Нестерова. Что, вернулась что ли? Соскучилась по мне?

Я скривила рожицу и неспешно ответила. Бояться ее — как бояться тараканов: они мерзко выглядят, но ничего не могут.

— Соскучилась именно по тебе.

— Гордая стала? — Марина подошла ближе, затянулась и выпустила дым мне в лицо. — Слышала, с Матвеем водишься? Ну и как он тебе? Хорошо трахается?

— Тебе-то никогда не узнать, конечно. — Я не ожидала таких вопросов, но поязвить хотелось.

— Ой, какая ты страстная. А если сейчас твои пухлые губки встретятся с моим ботинком? То что? Кому пойдешь жаловаться на этот раз?

Угрожала она, как будто перечитала цитатник из фильмов для парней. На ее вопросы у меня не было ответов.

— Марин, я не хочу с тобой разговаривать.

— А я хочу, — Марина почувствовала власть. — Ты думаешь, что ты особенная? Что Матвей с тобой, потому что ты такая хорошая? — Кольнула прямо в сердце она. — Он просто всегда бежит на помощь и думает, что спасатель. Сначала свою красноволосую, теперь на тебя переключился. — Марина снова затянулась.

— Отвянь.

— Или что? Что ты сделаешь? Снова побежишь за помощью? — Это была очевидная провокация, но я велась. — Ты всегда была жалкой, жалкой и останешься. Ты всегда только терпела, а потом сбежала. А от моих друзей привет получила?

Я молчала и задумалась над собой, правда ли это? Марина еще раз выпустила дым в лицо и сказала какую-то колкость, но за спиной послышались шаги. Нехотя я обернулась и увидела Матвея.

— Марин, свали, пожалуйста.

— Матвей, могу сказать то же самое.

— Ушла, быстро. — Рявкнул Матвей так, что у меня пробежали мурашки по рукам и спине.

Марина нахмурила брови, потушила сигарету об забор и пошла в сторону дворов пятиэтажек.

— Саша, — Матвей вздохнул и потер рукой лицо. Возможно, не зная, как подступиться, но все же сказал — Что лучилось?

Передо мной встал выбор — опоздать и начать выяснять отношения или распрощаться и пойти на нелюбимую математику.

— Ничего. Все нормально. Спасибо, я пошла. — Выбор был скучный, но самый правильный.

— Нет, стой. — Он схватил меня за запястье. — Что не так? Я что-то сделал?

— Все ты сделал так, спаситель. — Я выпуталась из его лап и перебежала дорогу на сторону остановки, где уже был мой автобус. Единственный, на котором я могла доехать.

— Саша! — Крикнул напоследок Матвей, но я уже заходила в автобус.

Надо же! Он вел себя так, будто не встречался ни с какой Машей! Быть настолько лицемерным еще надо уметь. Главное, что еще и пытался выяснить, как будто сам не знал. Ни за что больше не захочу видеться с ним.

На урок математики я все же успела, но теперь делать домашку было ужасно долго и мучительно. Хорошо, что сегодня четверг и завтра вечером можно будет законно отдыхать.

Глава 7

Неделя прошла так себе. Было горько вспоминать о Матвее, но с девочками я стала общаться крепче. С самого утра мама бегала по дому, чтобы собраться на день рождения тети Любы. Она мамина подруга с юношества, но про друг друга они часто говорят гадости, а затем при встрече снова обнимаются и радуются. Я особо не наряжалась, но надела красивые черные брюки клеш с двойным воланом снизу, начинающимся от щиколотки и заканчивающимся до пят, и молочную рубашку с красивым воротником.

Мы проехали на автобусе пару остановок, вышли на нужной, и уже у подъезда стояли знакомые тети Любы и мамы.

— Здравствуйте, дорогие! — Первая обратила на нас внимание, вроде, тетя Света. Я не особо трудилась запоминать их имена, скорее — они сами напоминали о себе каждый раз.

— Привет-привет! — Радостно ответила мама.

— Здравствуй, Сашуль. — Подал голос дядя Миша. Это был муж Любы. Он каждый раз смешно шутил и весело общался со мной — единственный, кто приносил мне радость из всей толпы. Он похлопал меня по плечу и провел меня через всех к лестнице у подъезда. Мама осталась там, любезно говоря с подружками.

— Здравствуйте. — С улыбкой ответила я.

— Ну, как дела? — По-доброму, как всегда, спросил дядя Миша.

Мы простояли так еще минут пять. Я отлично поболтала, хотя с любым другим отсюда постеснялась бы просто поздороваться. Так странно осознавать, что мы видимся раз в год — дядя Миша, несмотря на это, каждый раз разогревает диалог шутками и своими историями.

Мы поднялись в квартиру, и в носу смешались сразу несколько запахов — пирога с капустой, освежителя для воздуха «морской бриз» и старой квартиры. Уже хотелось выбраться на улицу, но пути назад не было.

Тётя Люба встретила нас с красивой пышной прической — рыжие кудри с редкими седыми прядками.

— Какое у тебя красивое платье, Олеся! — Она имела в виду то самое желтое платье мамы. Не знаю, насколько ее слова были правдивы, но мама сегодня смогла вписать это в настоящий наряд — белые колготки, тонкая цепочка и браслет с жемчугом, возможно и не настоящим, и красивый белый ободок. Мамины русые, с золотым отливом, волосы смотрелись по-аристократически красиво с ободком, челкой и локонами. Конечно, светло-коричневая шуба сюда не вписывалась, но мама уже сняла ее в прихожей.

За столом было много разной еды, но я взяла себе просто жареную курицу. Мне очень повезло, что до меня никому не было дела, и я просто слушала разговоры других. Моих ровесников тут почти не было — только уже выросшая дочь тети Любы и какой-то парень лет двадцати. Он был странным и, по всей видимости, умным — о нем хвалились, что он поступил в МГУ, две дамы, чьих имен я то ли не знала, то ли забыла. Не поняла, чей он сын, но сейчас это было не особо важно.

Я ковыряла вилкой косточки и периодически попивала яблочный сок. Мыслей в голове почти не было, уж больно интересно слушать других. Я время от времени клевала носом — не выспалась. Вроде и заснула не поздно, но все равно.

— Чего залипаешь? — Наклонился ко мне дядя Миша, сидящий рядом.

— Устала просто, сейчас пройдет, — с надеждой говорила я, хотя такого могло и не произойти.

Дядя Миша с пониманием кивнул и оставил меня в покое. Но когда ему наскучили эти «светские» разговоры, он решил устроить мне викторину. Но так, чтобы только я слышала.

— Какая самая дальняя планета от солнца в нашей галактике? — С теплой улыбкой спросил он. Я рассматривала его полуседую щетину, пока он говорил. От любого другого здесь я бы не вынесла таких любопытств, но не от дяди Миши.

— Нептун, — похвасталась своими знаниями я. В детстве я невероятно увлекалась космосом.

— Умная какая ты! — Хоть это был очень легкий вопрос, похвала мне нравилась. — А вот на какой планете дольше всего остался маленький принц? Кроме своей, конечно. — В детстве мы с мамой часто гостили у тети Любы. Так что дядя Миша решил пройтись по моим любимым сказкам, которые нередко читал мне сам.

— На земле, — с ухмылкой ответила я и взяла шоколадную конфету из стеклянной длиной тарелки.

— Верно. — Добрым голосом продолжил дядя Миша. — А на какую планету Алиса Селезнева и зеленый отправились в самом начале?

Этот вопрос у меня вызвал затруднение, давно не перечитывала Кира Булычева.

— Плюк? — Я отпила яблочного сока.

— Нет, Плюк — это где жил Глот, — он покачал головой. — Попробуй еще раз, ты точно помнишь.

В голове крутилось что-то до боли знакомое, но на язык не переходило.

— На планету Двух Капитанов! — негромко обрадовалась я. — Как я сразу не вспомнила.

— Умница. — Добро посмеялся дядя Миша. — Чай хочешь? Я принесу.

Он не ждал ответа и сразу пошел. Усталости уже не было, но желания говорить с другими тоже. Теперь на его месте было пусто, и оборачиваться туда было неловко — рядом с ним сразу сидела тетя Люба.

— Саш, — вырвала меня тетя Света из раздумий. — А сыграешь нам на пианино? — Я уловила пьяную интонацию в ее голосе.

— Ну… Давайте. — робко ответила я.

Меня усадили за пианино, а некоторые зачем-то начали снимать на видео. Мне было не очень приятно играть под камерами, но отказываться или что-то предъявлять было бы нервно и глупо.

Я открыла тяжелую крышку коричневого «Петроф»(). Я быстро определила, что буду играть. Пальцы сами нашли нужные клавиши, и зазвучала «К Элизе». Наверное, самая популярная композиция из программы, но всегда нравится другим.

-

Petrof — знаменитая чешская марка акустических пианино и роялей

-

Мелодично и звучно я клацала, попутно вспоминая следующие ноты. Тетя Люба — пианистка, но в последнее время я не слышала, как она играла. Самой мне тоже не очень хотелось играть, но рожденный ползать летать не может — я не могла выбрать ничего другого. Мама считала, что это обязательная корочка, и сама играла на скрипке.

Когда я закончила играть — как будто проснулась от глубокого сна, ничего не поняла, но было приятно.

Мне начали тут и там делать комплименты. Было неловко и трудно ответить что-то, но в итоге справилась, и все мы уселись обратно за стол. Дядя Миша пришел на половине моей игры, как он сказал. Похвалил меня и принес большую кружку чая.

— Ой, ну я всегда знала, что Сашка — талантище! — Доносились до меня разговоры с другого конца стола. Хоть и говорили они обо мне, но дела им до меня не было.

Мы еще немного поболтали с дядей Мишей, приятно было снова непринужденно общаться так с кем-то из взрослых.

— Сашуль, ну что? Пойдем домой? — Ласково спросила мама, которая тоже завалила меня своими странными комплиментами.

Я только кивнула. Говорить не хотелось.

Мы со всеми попрощались и вышли на лестничную площадку. Пролетели один этаж, но маме срочно понадобилось что-то в сумке.

— Сейчас, секунду. — рыскала она по всей площади сумки.

Вдруг за моей спиной хлопнула дверь. Я обернулась и увидела там Матвея… Он здесь живет?

— Ой, привет. — непринужденно сказал Матвей. У него был синяк на всю скулу и разбита губа — где он так?

Явно вспомнив о моей обиде, он покачал головой. Своим взглядом говоря: «Я забыл, что мы теперь не здороваемся». Но мама уже среагировала:

— Здравствуй. — Обернулась она на Матвея. — Вы знакомы? — Она оглядела меня, словно забыв, как я выгляжу.

— Да, мы одноклассники бывшие. — Матвей уже хотел что-то начать объяснять, но я опередила.

— Понятно. — Мама подозрительно посмотрела на Матвея. Она скорее всего рассматривала увечья. И, наконец, достала ключи от дома из сумки. Искала она, видимо, их.

— Пока, Матвей. — Сказала я напористо, специально выделив его имя.

Домой мы вернулись поздно. Я невероятно устала, а тут еще и эта встреча… Я укуталась в одеяло в пижаме и уснула с музыкой в наушниках. Так получилось случайно — я хотела расслабиться с простыми мелодиями без слов, а в итоге до самого утра пролежала так.

Мы договорились погулять с девочками снова, надеюсь, прогулка пройдет хорошо.

Глава 8

— Маша, что в шестом? — Я постучал по ее плечу.

— Буква «А», — тихо сказала она.

— Спасибо. — Я улыбнулся и потеребил ее белый рукав свитера.

— Ну, Матвей, хватит, — Маша обернулась и сказала громче, чем надо.

— Сейчас двойки поставлю обоим! А тебе, Матвей, в тройном коэффициенте.

— Понял. — Я наигранно поднял руки.

Любовь Викторовна сложила руки на груди, а затем, поправив очки, села за свой стол проверять работы других классов.

Когда закончился последний урок, мы вышли и стояли рядом с лестницей у выхода из школы с Машей.

— Как думаешь, на что написал контрольную? — Маша качалась, вставая то на носки, то на пятки.

— Надеюсь на четыре хотя бы. Ну и не важно. А ты?

— Думаю на пять, но если в шестом неправильно, то четыре — не меньше.

— То есть в шестом может быть неправильно? — Я говорил с ухмылкой и поднял брови.

— Ой… Ну да, я не сказала. — Маша почесала свою макушку.

— Тогда у меня тройка наверное. Да и ладно.

— Я просто не успела сказать.

— Забей, — я наклонился к ней с улыбкой, — мне и вправду было вообще неважно.

Маша отодвинула мою голову руками.

— Мг, — сухо сказала она. Что не так — я не понял.

— До дома провести?

— Нет, спасибо. — Маша почти убежала в сторону спортивной площадки.

Я сделал что-то плохое? Так странно, что настроение Маши поменялось в момент. Она только что была веселая…

***

— Пропусти, — в приказном тоне сказала Маша.

— Но я ведь первая встала…

— А мне нужно успеть к уроку, пропусти! — Я наблюдал из-за стола в углу столовой и не понимал — это моя Маша или ее подменили.

Слово за словом, и Маша уже кричала. Я немедля встал и принялся разнимать их.

— Матвей, ты каждый раз влезаешь в мои разборки!

— Маша, ты явно не в себе сегодня… — Я отвел ее в сторону.

— Ты не в себе! Отойди и дай я уже хоть что-нибудь наложу поесть.

Я не узнавал ту, кто страдал от нападок других, и ту, кто ласково гладила мои волосы у себя в гостях.

***

На перемене, около кабинета истории, я стоял спиной к двери в одном наушнике с песнями. Ближе к окну стояла Маша вместе с компанией девочек. Некоторые из параллели, некоторые из классов младше и старше, и ни одной из нашего.

Краем уха я слушал их разговор:

— А вы знали, что Свечкина в прошлом году в больнице лежала? — Маша говорила негромко, почти весело о нашей однокласснице. Ее многие знали. — Ну, только не в обычной. А такой… специальной.

Девочки взбушевались и хохотали. Повод смеха для меня был неясен.

— У нее там какие-то проблемы на голову. Она сама рассказывала, что лето провела там. — Я обернулся с округленными глазами, но до меня им не было дела.

— И ты нам доверила этот секрет? — с иронией говорила одна из этого змеиного логова.

— Это же правда, — Маша развела руками. — А вы у меня как родные.

Я замер и не поверил своим ушам. Музыки я уже не слышал. Маша все смеялась с ними.

Через несколько минут подошла сама Свечкина спросить что-то у Маши.

— Что-то не так? — стушевалась Катя. — Почему вы смеетесь?

В ответ она получила порцию наглого смеха. Я не знал, что делать — вроде должен помочь, но… Как? Да и идти против Маши?

***

— Ты точно будешь переводиться?

— Да. Мама так хочет. Она считает, что в любой другой школе будет лучше. — Я соврал, но об этом необязательно знать Инне Александровне.

— Жалко, Матвей. Это из-за успеваемости?

— Да… Да. — Очень удобно спросила учительница. — Я буду скучать по вам.

— Я тоже, — с грустью сказала она. — Ну только ОГЭ сдать и, получается, свободен…

***

— Мотя! — издалека окликнул меня одноклассник. — Давай с нами в футбол.

Я уже был у калитки, а он на воротах.

— Не, сейчас домой спешу. — Я им махнул рукой и потянул за ручку.

— Тогда до завтра! — Я вышел и столкнулся с девочкой из моего класса.

— Ой, прости… — Она пригладила свои встрепанные русые волосы. — Я не заметила тебя… Ну в смысле сейчас.

— А вообще заметила? — Я посмеялся.

— Ну мы вообще-то уже две недели учимся вместе. Странно было бы, если я не заметила. — Она добро улыбнулась.

***

Я шел по коридору третьего этажа и увидел, как Марина издевается над… Сашей? Я быстро подбежал к ним, чтобы выяснить, что происходит.

— Эй, что пристали?

Марина обернулась. Увидела меня и перестала улыбаться. Она вроде не испугалась, а скорее расстроилась.

— Зарецкий, — Марина скрестила руки на груди. — Захотели и пристали. А ты защищать ее пришел?

— Я спросил, что происходит.

— Тебе неважно должно быть. — Она заправила волосы за ухо. Саша стояла ничего не понимая.

— Значит так — ты сейчас берешь своих кукол и уходишь. Если еще раз увижу такую картину — разговор будет о другом. — Я положил руку на плечо Марины и похлопал, чтобы она пошла в сторону лестницы. Она цыкнула и сказала своим:

— Пойдемте.

Они пошли, а одна вообще пробежала к лестнице.

— Все в норме?

— Да… Спасибо большое.

Саша смотрела на меня очень знакомым взглядом. Взглядом невинного человека. Так на меня смотрела и Маша.

Я уже не знал, поступаю ли правильно.

***

Я сидел на краю кровати, поджав колени к груди. Смотрел на пустой чат с Сашей. Я так ни разу и не написал ей за все время. Наверное, плохо поступал, но написать не мог.

Я закрыл телефон. Потом открыл, потом опять закрыл. И так раз пять.

Саша сводила меня с ума и в хорошем, и в плохом смысле.

Я думал о том, что она не захотела бы со мной общаться. Саша злится или наоборот ждет? Я не знал, что не так…

Вспомнил ее доброе лицо. А потом, как она сказала: «Ты случился». Я тогда не понял. А теперь, кажется, начинаю.

Я не хотел быть ее проблемой. Не хотел быть ее решением. Я просто хотел быть рядом. Но видимо не умел.

Наверное, эгоистично думать, что она станет как Маша, но ведь и такое может случиться…

Я лег, отложив телефон. Смотрел то в потолок, то на лампочки.

Я понял, что дальше так продолжаться не может. Встал и начал бродить по комнате. Я решил наведаться к ней домой в выходные.